Вечерний ноябрь одарил жителей Орска промозглым ветром и первыми колючими снежинками. Но внутри кофейни было тепло и уютно, витал терпкий аромат молотых зёрен и корицы. Вот только чашка в моих ладонях уже опустела, а настроение падало всё ниже.

Подруга опаздывала на двадцать шесть минут. Я вдохнула, глубоко и безнадёжно, поёрзала в кресле, полистала ленты соцсетей, послушала в трубке монотонные гудки.

Тридцать одна минута. Ох, ну всё! Я резко встала, намотала на шею коричневый шарф и, на ходу застёгивая куртку, стремительно вышла в непогоду.

Вика. Она спешила навстречу торопливыми шагами. Глубокий капюшон белоснежной куртки надёжно защищал от поздней осени. А выбивающиеся розовые пряди волос осьминожьими щупальцами струились по ветру.

– Привет, уже уходишь? – с улыбкой спросила подруга.

– Ты опоздала, причём сильно, – обиженно буркнула я. – На звонки-то можно было ответить?!

– Оу, – Вика принялась водить пальцем по экрану телефона, – беззвучный режим. Прости, не слышала. У меня была дополнительная лекция с профессором, ты же понимаешь…

– Вика, блин! Он ведь женат! – Я осуждающе посмотрела на подругу. – И вообще старый!

– Взрослый, а не старый.

– Ви, о чём ты только думаешь?!

– О лекциях, Кристина, о лекциях. Учеба у меня на первом месте, – в голосе подруги сквозили насмешливые нотки. – А Пётр Алексеевич подтягивает меня по сопромату, многое объясняет на практике. Особенно хорошо материал запоминается, когда его руки…

– Вика! – воскликнула я. – Прекрати! Избавь меня от интимных подробностей со старикашкой.

– Ну ты и зануда! Свободный век, свободные нравы! А ты ведёшь себя как чопорная барышня из Средневековья. Ах, какой стыд и срам! Ах, какой позор! – изобразила меня подруга и в довершение образа похлопала глазками и прикрыла лицо руками.

– Хорошо, что ты в технический универ поступила, а не в театральный, актриса из тебя бестолковая!

Мы остановились возле уличного ларька. Вика взяла кофе и неодобрительно посмотрела на меня.

– А нечего было опаздывать! Пей вот теперь из немодного картонного стаканчика.

Вика фыркнула, сделала глоток и поморщилась.

Мы пошли через парк короткой дорогой, утопающей в сумерках осеннего вечера. Хотелось скорее оказаться в своей комнате, в тепле: холодный колючий ветерок уже подло забрался под куртку.

– Всё-таки ты, Кристина… Эм-м… Даже не знаю, какое слово подобрать. – Подруга выкинула опустошённый наполовину стаканчик в парковую урну. – Серёга мой тебе не нравился, потому что он байкер, Олег – любитель клубов и коктейлей…

– Я просто за тебя беспокоюсь. Они ненадёжные, понимаешь? И к тому же Сергей твой…

– Спешим? – внезапно из темноты окликнул грубый, прокуренный, но всё-таки женский голос.

От неожиданности я неловко оступилась, прихватив на ходу рукав подруги. Мы обернулись. Полумрак парка, казалось, зловеще сгустился. В воздухе витало острое ощущение опасности. Высокая фигура в чёрном балахонистом пальто отделилась от дерева и двинулась в нашу сторону. В мыслях звенели тревожные колокольчики: «надо сваливать», но ноги приросли к сырому асфальту. Было в этой женщине что-то неправильное, пугающее, обещающее проблемы. Я бросила взгляд на Вику – подруга съёжилась и замерла.

– Так куда спешим? – хрипло повторила женщина.

– В общагу, – мне с трудом удалось выдавить из себя слова.

– Хм… В общежитие… Или, может, в постель к одному старому развратнику?! – со звенящей ненавистью произнесла тёмная фигура.

Я почувствовала, как напряглась подруга.

– Так которая из вас спит с моим мужем?

Мы молчали. Внутри медленно затягивался узел из тревоги и паники. Полагаю, Вике было страшно вдвойне. Пробежала предательская мысль промямлить: «это не я». Но подставлять подругу… Хоть она и виновна по всем пунктам, но остаётся самым близким и родным для меня человеком на этом свете. Да и что сделает эта мегера? Всё же нас двое.

Прилив смелости позволил оцепенению спасть, а мне – твёрдо ответить:

– Добрый вечер. Вы что-то путаете, ничем подобным мы не занимались и с вашим мужем дел не имеем.

– Та-а-ак, ну и встреча. – Незнакомка вскинула брови, что-то неслышно пробормотала, а потом добавила: – А тебя, значит, я всё-таки пропустила… Занятно…

Ненормальная какая-то! Я схватила Вику под руку и попыталась ретироваться. От моих движений подруга сильно вздрогнула, отмерла. А выйдя из ступора, вместо того чтобы пойти прочь, гордо заявила:

– Пётр Алексеевич – взрослый, самодостаточный мужчина и волен сам решать, где и как ему проводить время!

– Ах ты маленькая дрянь! – гневно выкрикнула женщина.

Она приподняла полу чёрного пальто и плавным неторопливым движением извлекла из недр одеяния огромный то ли нож, то ли кинжал.

«Капе-е-ец», – пронеслась у меня одна-единственная мысль. Вторя ей, в груди глухо стукнуло сердце, пропустило удар и забилось в ускоренном ритме. Быстрее, быстрее.

В тусклом свете далёкого паркового фонаря сталь переливалась голубоватым сиянием, мерцали витиеватые символы. Вика дёрнулась назад. Сумасшедшая женщина резко сделала выпад, размахивая клинком перед нашими лицами. Её вторая рука описала в воздухе какие-то пассы, смахивающие на язык глухонемых.

– Посмотрим, как ты там проведёшь время, стерва! – сухо каркнула ревнивица, добавив следом тираду на непонятном языке. Меня ослепила яркая голубая вспышка, и сознание провалилось в пустоту.

Холодно, очень холодно. Темно. Где я? Воспоминания разбегаются, как тараканы при резком включении света. Кофе, парк, подруга…

– Вика? Ви?! – прошептала я пересохшими губами.

Нет ответа. Откуда-то из глубин подсознания всплыл Алекс и тот злополучный вечер в загородном доме его друзей, бешеная смесь пива и «Джим Бима»: ими я запивала боль и предательство, когда увидела своего парня в объятиях той размалёванной кучерявой блондинки. Опять похмелье? Ощущения схожи. В тот вечер я напилась до беспамятства в первый и в последний раз. Выходит, всё же не в последний? Что происходит? Мы же вроде только кофе пили? Или нет? Чёрт!

Я застонала, повернулась на живот и попыталась встать – получилось только на четвереньки. Голова кружилась и жутко тошнило. Нос усиленно втягивал замшелый воздух с болотным душком. Гробовую тишину нарушал лишь стук зубов от мелко трясущейся челюсти.

– Помогите! – хрипло простонала я, ощущая ладонями холодный влажный пол.

Рука нащупала что-то мягкое и волосатое. Взвизгнув, я отпрянула. Крыса?! Организм отозвался на резкое движение очередной волной тошноты. В мутное сознание пришла здравая идея: дрожащей рукой я выудила из кармана мобильник. Сети нет. Проклятье! Зато подсветка выхватила человеческий силуэт, распростёртый на полу. Белая куртка с капюшоном, розовые длинные волосы…

– Ви-и-и-ика!

После хорошей встряски бесчувственного тела послышался то ли хрип, то ли всхлип. Подруга стонала и медленно приходила в сознание. Пару раз её вывернуло. Похоже, ей досталось намного сильнее, чем мне. Сколько же мы выпили? Когда? Ничего не помню. Сплошной туман. Где мы, в конце концов?!

Негнущиеся замёрзшие пальцы судорожно водили по сенсорному экрану. Когда заторможенный мозг наконец совладал с приложениями и отыскал фонарик, слабый луч света озарил пространство: мрачные стены и потолок утопали в холодной темноте. Пол был выложен крупными гладкими булыжниками, наполовину заросшими зелёно-серым мхом.

– Кристина… Мне плохо… – застонала Вика. – Вызови «Скорую».

– Да не могу я! Нет связи.

Я обшарила карманы подруги: её телефон выдал то же самое – отсутствие Сети.

– Господи, да где же мы?! Эй! Есть здесь кто?

Ответная тишина стала удушающей.

Общими усилиями кое-как вспомнили последние события. Ведь если двое помнят одно и то же – значит, не померещилось.

– Она нас прирезала. Точно тебе говорю. Мы умерли и попали в ад, – прошептала дрожащим голосом подруга.

– Если б умерли, не мёрзли бы. В аду жарко должно быть.

– Уверена?

– Нет, конечно! – Я зябко пожала плечами. – Не пори чушь! Вот говорила же, что твои неразборчивые связи до добра не доведут. Предупреждала! Вика, блин! Что теперь с нами будет?

– Эй! Нас кто-нибудь слышит? – Вика попыталась закричать, но выглядело это хрипло, жалко и беспомощно.

С четвертого раза, поддерживая друг друга, мы с трудом поднялись на ноги.

– Ладно, давай попробуем пойти вдоль той стены.

Я поддерживала Вику, а она светила телефоном. Руки наконец нащупали опору: кладка, не кирпичная, а из тех же гладких влажных камней. Мы двинулись вперёд.

– Похоже на большой колодец… Кристина, она нас похитила. Эта женщина… Она…

И Вика тихонько заплакала, потом завыла, затем вспомнила великий, могучий, отборный русский мат. Я бы её поддержала, но у меня зуб на зуб не попадал от холода и страха. В мутной голове кружились воспоминания новостных выпусков про похищения и мрачные сюжеты фильмов. Да кому я вообще нужна? Без роду, без племени, без денег. У семьи Вики тоже не водилось больших богатств. Иначе она не ютилась бы со мной и ещё двумя студентками в тесной комнате общежития.

– Мы здесь окоченеем раньше, чем нас начнут искать…

Вдруг далеко впереди вспыхнула маленькая искра и направилась в нашу сторону. Вика схватилась за мой рукав. По мере приближения искра разрасталась, обретая форму сферы, внутри которой плясал живой красный огонь. Казалось, что вдали кто-то идёт с круглым факелом, как бы старомодно это ни звучало. Но никого не было. Огненный шар висел в воздухе самостоятельно. Он замер в нескольких шагах от нас. Такой красивый, такой непонятный и такой… опасный. Разум просчитывал варианты (алкоголь, глюки, психоз…), а глаза продолжали заворожённо пялиться.

Спустя несколько минут за огненным шаром показался человек. Его голос разрезал гнетущую тишину как раскат грома. Мы вздрогнули, переглянулись, ни слова не поняли и уставились на мужчину. Он создавал грозное впечатление: прямая осанка, мощная коренастая фигура, широкие плечи, светлые волосы, сосредоточенное лицо и… сабля. Или меч. Или не знаю что, но ощущение сложилось прескверное. Корявые символы, лёгкое свечение, правда, на этот раз красноватое.

Я сжалась, тряхнула головой, пытаясь скрыться за густыми прядями каштановых волос. Дежавю?

Мужчина заговорил с нами на непонятном языке. Я знала только русский и через пень-колоду английский, Вика когда-то изучала азы французского. Но всё не то. По интонации, позе и пронзительно-холодному взгляду стоящего напротив человека сделала вывод, что настроен он враждебно. Я и так чувствовала себя гаже некуда. Страшно, холодно, жуткий мужик и странный светильник. Вика, очевидно, испытывала те же ощущения – ее трясло мелкой дрожью.

– П-п-пожалуйста, не убивайте нас… – заикаясь, пискнула подруга.

Мужчина нахмурился, произнёс какую-то тарабарщину и коряво взмахнул руками. Я ощутила секундное головокружение и ещё более крепкую хватку Вики.

– Земля? – спросил мужчина.

В смысле? Не поняла вопроса. Видимо, у этого с русским совсем плохо. Но на всякий случай взглянула под ноги – не земля, а замшелые булыжники.

– Цель прибытия? – прозвучал совершенно другой голос.

Я подняла глаза: за коренастой фигурой белобрысого стояла ещё одна. Долговязый мужчина с тёмной длинноволосой шевелюрой и пышными огненно-рыжими усами возник бесшумно. Секунду назад его не было…

– Какого …? – ругнулся усач.

– Откуда мне знать! Похоже, землянки.

Я лихорадочно соображала, но замёрзшее сознание активно рисовало картинки покрытых травой лесных хижин. Бред. Нет, надо как-то прояснить ситуацию.

– Простите… Вы не могли бы нам помочь? Мы не совсем понимаем, где находимся и… – начала было я, но усатый смерил нас недобрым взглядом и процедил:

– Бардак. Несогласованная транспортировка. Арс, какие-то они старые…

Чего? Кто старый? Это мы-то старые?! На себя бы посмотрели!

– Кто вы? Что…

Но мне снова не дали договорить:

– Не так быстро. Проверка.

Э-э-э. Я пребывала в каком-то ступоре. А мужики одновременно произнесли одно и то же, нам неведомое. Потом взмахнули руками: усач на Вику, а белобрысый – на меня.

Мерзко. Мне вдруг стало очень и очень мерзко. Будто догола раздели и осматривают, оценивают. Брр-р. Я невольно сделала движение рукой, пытаясь прикрыть грудь, и нащупала свою куртку. Нет, я всё же одета. Но почему так противно?

– Пох… – вдруг выдохнула Вика и нервно кашлянула.

Я удивлённо уставилась на подругу. Не поняла.

– П-похищение…

– М-м?

– Украли… Продаду-у-ут… – Подруга начала подвывать.

Я вздрогнула. Не из-за холода и страха, а потому что вдруг резко пропало ощущение липкой мерзости.

– У меня земля, – отрапортовал белобрысый.

– А у меня пустышка, – ответил ему усач. – Берём только одну.

– На орга-а-ны, – скулила Вика.

Что за бред? Куда берут? При чём тут земля? Чёртовы мужланы! Вика, блин, успокойся ты! Надо во всём разобраться. Я не знаю, из каких глубин моего подсознания вырвалось смелое:

– Прошу объяснить, что здесь происходит! – Я говорила строгим голосом медленно, с расстановкой. – Кто вы такие? Где мы находимся? По какому такому праву вы нас задерживаете? Мы свободные гражданки Российской империи…

Я собиралась сказать «Федерации», но под конец тирады нервы сдали. Белобрысый хмыкнул. А Вика вдруг бросила мою руку, отступила назад, прячась за меня, и истерично затараторила:

– Она не такая старая! Моложе меня на целых полгода! Берите её! У неё всё равно никого нет. Ни родителей, ни друзей. А я… Я беременна! Мне домой надо. А ей – нет! Её даже искать никто не будет! Отпусти-и-и-ите меня, пожалуйста-а-а… Я никому не скажу…

У меня дрогнули колени. Сначала стало очень жарко, затем холодно, к горлу подступил ком. Вика, родная моя, как же так? Как? Я оглянулась на подругу, одну-единственную…

– А ты, императрица, за себя просить не будешь? – ехидно поинтересовался у меня тот, кого назвали Арсом. А долговязый ухмыльнулся и крутанул свой ус.

Я хотела, много чего хотела сказать и одновременно ничего не могла выдавить. Проклятый ком в горле разросся и душил рвущиеся наружу слова, по щекам струились обидные, злые слёзы. В следующий миг к этой гамме чувств добавился ужас, потому что в руках белобрысого сверкнула сталь клинка.

Странный говор, алая вспышка – и стоявшая рядом Вика вдруг растаяла, как снежинка на ладони.

Что? Как?!

Я осталась одна. Наедине с двумя вооружёнными мужиками. Ой, божечки, что же сейчас будет…

Меня бросило в дрожь, ватные ноги отказывались держать, а мужские лица дрогнули, раздвоились и куда-то уплыли. Мозг зафиксировал зычное: «Лови её!» – и отбыл в туман.

– Милочка, вы в порядке? Как себя чувствуете? – донеслось словно сквозь вату, а в нос ударил резкий противный запах. Я открыла глаза. Белый потолок, белые стены, старик в белом халате. О боги, больница! Фу-у-ух, это же прекрасно!

Смутно помнила какие-то бредовые образы и события и была рада, что вся эта чушь с летающими светильниками случилась лишь в моём ушибленном воображении. Несмотря на тошноту, губы непроизвольно расплылись в дурацкой улыбке.

– Позитивный настрой – залог выздоровления, голубушка, – бодро заявил доктор. – Я Марио О’Касти, универсальный лекарь. Вы находитесь в медблоке при Второй академии стихий в Ампелосе.

– Где?! – Рывком сев в кровати, я тут же ощутила новый прилив тошноты. – К-каких ещё стихий?!

– Полегче, милочка, полегче. Давайте-ка обо всём по порядку. Сможете поведать о том, что с вами произошло? Какие события помните последними? Можно начать с имени.

– Соловьёва, – произнесла я пересохшими губами. – Кристина из Орска. Двадцать один год. Учусь на четвёрт… Стойте! А где моя подруга? Мы вместе шли по парку, когда на нас напала женщина.

– Напала женщина? Будьте добры, поясните.

– Я не поняла толком, не помню. Но она была зла. На нас, точнее на Вику. Из-за своего мужа. Вика с ним… Они… У них это… хм… отношения.

Я запнулась, смутилась и почувствовала, как горят щёки.

– Описать нападавшую сможете?

– Чёрное длинное пальто. Голос грубый. Она говорила и по-русски, и на непонятном языке. Руками махала, злилась. Сильно злилась. Кинулась на нас с ножом! А что с Викой?! Она… Она жива?

– Жива твоя Вика. Удивительно, что после всего ты о ней беспокоишься.

В смысле? Почему удивительно? Вопросы в голове взрывали мозг. Что? Где? Почему? Я совершенно запуталась и уставилась на врача. И тут до меня дошло, что последнюю фразу произнёс отнюдь не он. Этот голос я как будто уже слышала, и принадлежал он человеку, стоявшему в дверях палаты. У него были коротко стриженные русые волосы, открытое лицо с ярко-голубыми глазами. Подтянутая спортивная фигура говорила о многих часах, проведённых на тренировках. Одежда странная: светлая рубаха с бордовой шнуровкой на груди, поверх рубахи – помпезная тёмная жилетка. Чёрные брюки заправлены в высокие, начищенные до обсидианового блеска сапоги. Создалось впечатление дороговизны тканей, старомодного стиля и одновременно с этим напыщенной театральности. На вид этому щёголю было лет тридцать пять или около того. И он смутно кого-то напоминал. Где же я его видела?

– Леди Милена сдаёт позиции. Поднимем вопрос о её замене. С вверенной территорией не справляется.

– Для начала нужно затребовать с неё отчёт о несанкционированной транспортировке, лорд Ливарелл, – ответил старик в халате.

– Бабские разборки ставить выше общего дела. Это в крайней степени непрофессионально!

Так, подождите… «Леди», «лорд»? Я ещё раз окинула взглядом этого… хм… «лорда». Что вообще за маскарад? Они в своём уме? Надеюсь, это нормальная больница, а не психушка!

– Добро пожаловать в академию, Кристина из Орска, – бодро заявил «лорд-как-его-там».

– Да в какую ещё академию? Это розыгрыш такой?

– Вторую академию стихий.

Чего, блин?! Совсем сдурел? Что он несёт? Псих! Вот же чёрт! Я всё-таки в психушке! Блин, в психушке! В самой настоящей. Кошмар! Так… Сейчас главное – успокоиться и прояснить ситуацию. Кажется, с ненормальными нужно разговаривать на их языке? Попробую:

– А чего сразу во вторую? Может, я в первую хотела!

– Какой терминал, такая и академия, – усмехнулся «лорд».

– А голову лечить не пробовали? Позовите адекватного врача! Или администрацию. Кто тут вообще главный?

– На данный момент я главный, – произнёс разряженный псих. – Я за тебя в ответе, пока не заведено личное дело.

Дурдом «Ромашка»! Всё, не могу. Бред!

– Вы, блин, нормально объясните или нет?

– Из мира «Земля» тебя транспортировали в терминал при Второй академии стихий. Так понятнее? Терминал хоть помнишь? Подземелье? Пещеру?

Я удивлённо уставилась на мужчину, а через секунду пришло оно – узнавание. Этот щёголь и есть тот мужлан с мечом из галлюцинаций! Только переодетый. То есть всё по правде было?! Или глюки продолжаются?

Видимо, мои округлившиеся глаза красноречиво выдали испуг и шок. Доктор запричитал и сунул мне в руки стакан с мутно-зелёной жидкостью. Я машинально выпила – на вкус как мятная жвачка пополам с мохито.

Странно. Паника постепенно отступила, дышать стало легче, появилась внутренняя безмятежность и… равнодушие? Нет, все мои вопросы и тревоги остались, но болтались они теперь где-то на заднем плане в фоновом режиме.

Лорд сделал приглашающий жест и вышел за дверь. Я послушно встала с кровати и поплелась на выход. А за дверью обнаружился извилистый коридор без окон, но хорошо освещённый странными сферами, свободно болтающимися под потолком. Стены, обшитые резными панелями из тёмного ореха, создавали атмосферу старого антикварного магазина.

– А теперь слушай внимательно, Кристина из Орска. – Мужчина оторвал меня от разглядывания стен. – Я лорд Арсгорн Ливарелл, боевой маг высшей категории стихии огня, состою в группе охраны терминала и преподаю в данной академии. Мы находимся в Ампелосе – одном из государств нашего магического мира. Транспортировщица леди Милена доставила тебя в академию для обучения магии.

– Но…

– Обстоятельства мы выясняем. Вторая девушка, не обладающая магическим потенциалом, возвращена в точку отправки. – Лорд ухмыльнулся, одарил меня взглядом холодных голубых глаз и мрачно добавил: – Как она и просила.

Меня передёрнуло: Вика дома, а я здесь, в психушке, с нарядным психом. Но орать и биться головой об стену не хотелось. Просто шла вперёд и слушала.

– Я наложил на тебя заклинание речевой адаптации. Теперь ты сможешь понимать несколько базовых языков нашего мира – речь, тексты. А окружающие поймут тебя. Лекарь О’Касти говорит, что угрозы твоему здоровью нет, переход ты перенесла в целом неплохо. В ближайшие пару дней возможны головокружения и тошнота.

Я пыталась переварить услышанное. Маг, стихия, заклинание? Ага, ясно. Магический, его за ногу, мир. Прекрасно. Отлично. Всё супер.

Пока шестерёнки в мозгу ржаво скрипели, винтажный коридор вывел нас в старинный просторный холл, поделённый цветовой гаммой на четыре зоны: зелёную, красную, серую и синюю. В каждой зоне стоят журнальные столики, низкие диванчики и кресла с витыми подлокотниками, а с потолка свисают вычурные люстры в виде светящихся символов.

В зелёной зоне на низких диванчиках изумрудного цвета расположилась стайка девушек и бурно что-то обсуждала. На каждой красовался приталенный оливковый плащик. Когда мы проходили мимо, девушки замолкли на полуслове и томно, как одна, выдохнули. Это они на костюмчик психа, что ли, запали? Впрочем, наплевать.

Тем временем лорд довёл меня до массивной величественной лестницы с фигурными балясинами.

– Тебе на третий этаж. Дверь за поворотом в конце коридора – ректорат. Ещё увидимся. – Он саркастически хмыкнул и добавил: – Императрица.

– Я не императрица. И зачем мне в ректорат? Подождите, эм-м-м… Лорд? Как вас там…

Но этот ненормальный уже спешил по своим делам. Я оглянулась на девушек в зелёной зоне. Они перешёптывались и украдкой поглядывали на меня. Одна из них перехватила мой взгляд и кивнула на лестницу: мол, тебе туда.

Ладно. Туда, так туда. Может, наверху кто-то адекватный найдётся. Однако сомнения усилились, когда на лестнице я столкнулась с двумя старичками, одетыми не менее странно, чем лорд. Они были так увлечены беседой, что на моё «простите, а вы не могли бы…» не обратили ни малейшего внимания.

Указанная дверь отыскалась быстро. Внутри за внушительным столом сидела элегантного вида старушка с белоснежным каре. Её строгая одежда дышала дороговизной, ухоженные тонкие руки перебирали исписанные листы бумаги. За роговой оправой очков блестели живые, излучающие теплоту глаза.

– Здравствуй, я леди Адриана де Фонтин, меня уже предупредили о случившемся. Не бойся, тебе у нас понравится.

– Простите, – перебила я дамочку. – Я не совсем понимаю, что происходит. Точнее, совсем не понимаю. Мне нужно домой.

– Твой дом теперь здесь. Оставь своё прошлое в прошлом. Вдохни новую жизнь. Учебный год уже начался, поэтому график у тебя будет напряжённый. С утра идёшь на плановые занятия, после обеда – на дополнительные, которые восполнят твои пробелы. Если будут сложности – обращайся ко мне или к лорду Ливареллу. Сейчас разберёмся с документами.

– Какими документами? – выдавила я, хлопая глазами.

Старушка раскрыла папку и показала, где что заполнить и подписать. В голове я всё ещё ощущала мятный туман и будто не своей рукой поставила на бумаге свою закорючку.

Пожилая дамочка что-то пошептала над моей загогулиной, и та взлетела в воздух, покружила немного и уселась мне на запястье. Затем вновь взмыла в воздух и вернулась в папку.

– Сигнум, – якобы пояснила мне Адриана.

Якобы. Покорнейше благодарю за разъяснения.

– У меня глюки, да? Ущипните меня! Я хочу проснуться! Сейчас же!

– У тебя не галлюциногенные видения, а потенциальная предрасположенность к магии стихии земли. Причём потенциал немаленький. Поэтому ты здесь, в магическом мире.

– Ясно. Наверное, мне лучше для начала обратиться в полицию…

– Это твоя новая реальность, – она заглянула в бумаги, которые я заполнила, и прочитала имя: – Кристина Соловьёва. И здесь нет полиции. Обычно иномиряне попадают к нам раньше. Моложе, так сказать. Им проще адаптироваться. Но ты не переживай, мы во всём тебя поддержим, поможем и подскажем. Тебе очень повезло: наша академия стихий считается одной из самых престижных в Ампелосе. Жить будешь в блоке для студентов. Проживание и питание бесплатно. Один раз в два месяца учащимся полагается стипендия на личные нужды. Со временем ты освоишься. Пойдём!

Не дав опомниться, дама проводила меня в дальний кабинет и представила суровому мужчине с густыми брежневскими бровями. Лорд ректор. Его имя влетело мне в одно ухо и вылетело в другое. То ли Арнольд, то ли Альфред, то ли Альфонс.

– Извините, – промямлила я, – здесь какая-то ошибка. Меня…

– Кристина ещё не до конца осознала своё положение, – перебила старушенция. – Да и наш лекарь внёс небольшую лепту. Но у девушки хорошие данные. Справится.

– В таком случае желаю удачи, юная леди! Старайтесь, впитывайте знания, развивайте силу, – пробасил ректор и всем своим видом показал, что разговор окончен.

Я тихонько постучала в комнату № 308. Дубовая дверь распахнулась, и на пороге возникла девушка. Дневной свет струился из-за её спины, обволакивал длинные мускулистые ноги, атлетичные бёдра в чёрных шортах, плоский голый живот и внушительную грудь, туго обтянутую укороченным топом. Половину лица хозяйки комнаты скрывала длинная косая челка терракотово-рыжих волос.

– Чего тебе? – спросила девушка.

До меня дошло, что я стою и откровенно пялюсь. Вот чёрт!

– Меня зовут Кристина. Кажется, я твоя новая соседка. Привет.

– Серьёзно?! – Брови рыжей взлетели вверх. – Ты ничего не путаешь?

– Нет. Адриана де Фонтин сказала – номер триста восемь.

– М-да-а-а… – многозначительно протянула рыжая. – Неожиданно. И, кстати, не Адриана, а леди Адриана.

– Да пофиг. Послушай, я сама, мягко сказать, не в восторге от ситуации, в которой оказалась, и где-то внутри себя хочу вопить и драть на себе волосы, потому что ни черта не понимаю, но…

– Травяное зелье пила? Настой? Мятный? – перебила девушка, а я кивнула.

Она с обречённым вздохом отступила, а я шагнула в свой якобы новый дом. Комната была небольшой, но уютной. Главное преимущество относительно нашего отечественного общежития – собственная уборная, а не одна на пол-этажа.

Слева, в уютной нише, расположилась кровать соседки. На ней лежало красное скомканное покрывало. На одном из столов у окна были разбросаны книги, раскрытые тетради, а за высокой кружкой притаилась тарелка с надкушенным печеньем. Второй стол оставался идеально чистым. Справа располагалась пустая кровать – очевидно, теперь моя, над которой висела модная картина из песка и хаотичная декорация из мелкой гальки и камней покрупнее.

Шкаф обнаружился за спиной, рядом со входом. Только вот класть мне в него было особо нечего. Невысокая молодая женщина Энджи, исполняющая обязанности коменданта «общаги» и местной кастелянши, выдала постельное бельё, полотенце, набор мыльных принадлежностей и одежду. Я получила зелёный плащ, две одинакового фасона блузки – светлую и тёмную, две юбки длиной чуть ниже колен, тоже светлую и тёмную с глубоким изумрудным отливом. Также среди вещей обнаружилась бесформенная белая пижама в зелёный горошек, три комплекта нижнего белья и лёгкие туфли без каблуков. Ах да, ещё дали базовый набор канцелярских товаров. Это вроде как на первое время, до ближайшей стипендии.

Я положила скудный скарб в пустую половину шкафа. Застелила кровать оливковым комплектом белья. Чтобы нарушить некомфортную тишину, спросила:

– Почему у тебя всё красное, а у меня зелёное?

– Разные стихии. Я огонь, ты земля. Традиционно здесь стараются селить в комнаты студентов с одинаковыми стихиями. Исключения составляют лишь иномиряне. Делаю вывод, что ты не с Ампелоса. Верно?

– Я из России.

– Землянка, значит. Тогда всё понятно. А я из Норвегии, кстати. Элис. Второй курс.

– Кристина. Кажется, меня записали в первокурсницы. Ошибочно.

– Ясно, Стине, – на свой манер сократила Элис. – Ты только не истери, ладно? Мятный настой глушит твои эмоции. Пока что. Но скоро его действие пройдёт, а я вытирать сопли не нанималась.

Я проснулась среди ночи и тихонько завыла в подушку. За что?! Почему это со мной случилось?! Как посмел козёл Арс распоряжаться моей жизнью? А Вика? Она же, она же…

Снова рыдания.

А старик со старухой? Один опоил, другая бумаги на подпись подсунула. Отлаженная схема. Сволочи, гады… У-у-у. Я беспомощно скулила и скрипела зубами. Вдруг вспомнила про свой мобильник. Сети нет, зарядка на исходе. Дерьмо! Ненавижу! Всё ненавижу! Всех! Лорда этого напыщенного! Вику! Сволочь ты, а не подруга! Я ведь не сказала той психованной, что это именно ты путалась с её мужем. Промолчала, не хотела тебя подставлять. А ты! Это подло!

Новая волна рыданий накрыла меня с головой.

– Да что за фигня, Стине! Я же просила без истерик! – рявкнула сонная соседка.

– Я Кристина!

– Да как угодно, только сопли твои не помогут! Многие иномиряне здесь не по своей воле. Потом ничего, привыкаем, втягиваемся.

– Ты тоже? Ну, не сама сюда попала? – всхлипнула я.

– Ага, семейными стараниями. – Рыжая зевнула и села на кровати. – Земной агент обнаружил у меня потенциал, и вот я уже в Ампелосе. Кто бы меня спрашивал. Перед фактом поставили. Маме с отчимом мозги промыли про закрытую академию якобы в Канаде, а они и рады: сплавили рыжую оторву, то есть меня, уму-разуму учиться.

– А на меня с подругой в парке тётка напала, и мир изменился.

– Странно, не слышала о таких методах. Обычно договариваются с роднёй «юного таланта», даже бумаги подписывают. Но ты не переживай, скоро освоишься. Мне поначалу тоже было сложно. Спасибо Мартине, бывшей соседке, вытащила меня из депрессии. Жаль, что так с ней получилось… – Элис на мгновение замялась. – В общем, Стине, не паникуй. Место магов – в магических мирах. В обычных, вроде нашего, где слабый магический фон, данный нам природный потенциал нас же и разрушает. Он требует выхода энергии, мы живём с ощущением пустоты, чувствуем, что чего-то не хватает. И со временем начинаем саморазрушаться – алкоголь, наркотики, самоубийства… Поначалу я злилась, бесилась, ходила жаловаться в министерство. Но толку-то. Поставила себе цель, что выучусь этой чёртовой магии и сожгу здесь всё дотла. Но знаешь, Стине… Со временем поняла, что мне нравится. Втянулась в учёбу, завела друзей, захомутала офигенного пятикурсника. Да и когда на демонстрационном занятии первого курса показали огненную стихию, совсем пропала. Поняла, что влюблена не в кого-то, а именно в магию.

– Да? – недоверчиво выдохнула я и, кажется, даже перестала шмыгать носом.

– Да! Магия – это кру-у-уть! – отозвалась соседка. – Кстати, по статистике девяносто пять процентов иномирян остаются здесь навсегда, по своей воле. Получают местное гражданство и становятся полноправными членами общества. Служат на благо государства и пополняют магический генофонд. Ведь далеко не всегда в семьях рождаются маги. Людей без потенциала здесь тоже много. Например, Энджи. Она – пустышка. Обычный человек.

– М-м-м. А остальные пять процентов? – Я тоже уселась на кровати, скрестила ноги и обняла влажную от слёз подушку.

– У них привязанность к семьям превышает привязанность к магии. Их отпускают домой. Но как агентов. Они живут и работают, будто обычные люди. Связь со стихией в нашем мире стремится к нулю. Но с помощью артефактов-усилителей агенты находят «потенциальный молодняк» и переправляют в Ампелос. Такой процесс называют транспортировкой. Говорят, что возвратившиеся маги уже не могут быть счастливы по-настоящему, часть их души будет всегда сожалеть о сделанном выборе и скучать по истинной магии. Грустно. Я вот точно домой возвращаться не собираюсь. Всё для себя уже решила.

– А твои родители?

– Здесь есть почтовый терминал. Естественно, про колдовство в письмах упоминать запрещается. Ещё можно запросить разрешение в министерстве на межмирную командировку.

– Отлично! Завтра же я оставлю запрос…

– И не мечтай. Ты не представляешь, какая тут бюрократическая система. Всё муторно и долго.

– Нестрашно, я же из России.

– И что? – не поняла норвежка. – В любом случае, оплатить услуги транспортировщика ты не сможешь. Стине, у тебя банально нет денег. На стипендию даже не рассчитывай – её за все пять лет не хватит. Самый верный способ вернуться – получить диплом, высшую категорию и освоить межмирные перемещения самостоятельно.

– Элис! Мне домой нужно сейчас! Я не наркоманка, не алкоголичка и не самоубийца! У меня всё нормально было в жизни! Никакого саморазрушения!

– Всего лишь нормально? Неужели никогда не чувствовала, что предназначена для чего-то большего?

Я задумалась. А ведь есть в словах рыжей немного правды. Я бы не назвала своё существование счастливым. Скорее одиноким.

– Думай, Стине, думай. Ты знаешь свою жизнь там, но не знаешь жизни здесь. Поэтому тебе не с чем сравнивать. Поверь, здесь не так уж и плохо. Освоишься. Дай время себе и академии и не делай необдуманных поступков. А сейчас – спать. Мне на пары завтра.

– И всё же, это точно не психбольница?

– Абсолютно, Стине. Это Ампелос.

– А почему ты меня так зовёшь – Стине?

– По-норвежски, – просопела соседка и отвернулась к стене, давая понять, что разговор окончен.

– В таком случае сладких снов… Алиса.

– Эй, ты там вставать собираешься или как?

Я приоткрыла один глаз. Значит, не приснилось. Комната, рыжая соседка… Уф. Да никуда я не пойду. Буду лежать здесь, пока не сдохну!

– Я иду на завтрак, присоединишься?

Хотелось ответить отрицательно, но живот демонстративно заурчал. Ладно, бойкот можно пока отложить. А идти всё-таки лучше с Алисой, чем одной. Планировки академии я, естественно, не знаю. К тому же надо найти выход отсюда, попасть в министерство, да и вообще посмотреть на этот мир. Вчера была как сомнамбула: медленно соображала и была ко многому безучастной. Но сегодня я – это снова я.

– Ну и что там у вас? – Я подошла к окну. – Ого! Лето?! И мы что же, посреди леса?!

Казалось, лесной массив простирался до самого горизонта. Лучи утреннего солнца переливались в зелёной листве. Лёгкий ветерок качал макушки деревьев. Но где же город? Министерство?

– Да. И лето, и лес. Но тебе не стоит так пугаться. Видишь, внизу есть первый забор. Он обрамляет внутренний двор академии. За этим забором располагается прилегающая территория – тоже владения академии. Из нашего окна не видно, но там не только кусты да деревья. Есть и зоны для тренировок и практик, и зоны для отдыха и прогулок. Но где-то в лесной чаще находится второй забор. Вот за ним действительно начинается дикий лес.

– Имеешь в виду, что за его пределами живут волки и медведи?

– Примерно так. К тому же местная фауна имеет своих диких и кусачих представителей. Короче, за второй забор лучше не соваться. Да это и не получится, ведь ограждение защищено магически. Студентам за него не попасть. И наоборот, чужаки не проберутся к нам. Так что опасности нет. О, кстати, гулять на территории между первым и вторым заборами можно до заката. Если попадёшься позже… Эм-м… Всё же лучше не попадаться. По уставу академии ночью студентам положено быть в своих комнатах.

– Понятно. А где же город? Деревни? Или где тут вообще люди живут?

– Посмотри правее – видишь, как блестят крыши вдали? Это городская площадь. До неё примерно час езды во-о-он по той дороге.

И точно. Я разглядела тонкую ленту дороги, которая змейкой вилась среди деревьев.

– Ну хоть какие-то признаки цивилизации.

– Мы обязательно съездим в город, Стине. Там красиво, весело и можно пройтись по магазинам. Ненавижу эти пижамы в дурацкий горох! – Она окинула меня красноречивым взглядом. – Вот получишь первую стипендию, и мы сразу же пополним гардероб. На площади очень много торговых лавок. Тебе понравится, гарантирую.

– Какие лавки?! Какие шмотки?! Дурацкая пижама – это последнее, что меня сейчас волнует!

– Ладно, ладно, не злись. Скорее приводи себя в порядок и пойдём на завтрак. У меня потом пары, а вечером я тебе всё покажу.

Мы спустились в главный холл. Стоял ровный гул голосов, на диванах и креслах расположились студенты, цвет их плащей соответствовал цвету зоны. Одни о чём-то спорили, другие сидели, уткнувшись в книги, кто-то вёл светские беседы.

– Это стихийный зал, по-нашему что-то вроде лобби. По традиции академии мы проводим здесь время между лекциями. В былые времена маги каждой стихии держались обособленно. Даже случались острые конфликты, особенно у водников с огневиками. Сейчас времена меняются, но заложенная веками традиция осталась. Так что тебе в зелёный угол, а мне в красный. Цвет мантии соответствует цвету интерьера, не перепутаешь.

– Мантии? Я думала, это плащи. Мантии разве не чёрные, с огромными капюшонами и длинные до пола?

– Где-то, может, и такие, а у нас более современный вариант. В длинных ведь неудобно. Думаю, ты уже догадалась, что на пары мы ходим именно в такой одежде. Дресс-код. В остальное время щеголяй в чём хочешь. Под мантию тоже можно надевать что угодно. Кроме пижамы, конечно.

Мы миновали стихийный зал и пошли по правому длинному коридору. На стенах висели картины в тяжёлых массивных рамах с изображениями на кулинарную тему. Фрукты, торты, дымящееся мясо на вертеле… Видимо, эти пищевые натюрморты призваны пробуждать аппетит у жителей академии, ну а для новеньких вроде меня это альтернатива вывеске «Столовая».

Помещение было огромным. Голова закружилась от аппетитных запахов, голодный желудок заурчал с утроенной силой. Если б я пошла одна, точно стояла бы сейчас как дура, не зная, с чего начать. Студенты обтекали разбросанные в этой части зала острова с едой. Алиса сказала, что начинать надо с правого угла. Мы двинулись было в указанном направлении, но дорогу преградил высокий белокурый парень с крупным подбородком. Распахнутая красная мантия открывала взору мускулистый рельефный торс, явственно прорисовывающийся под чёрной футболкой. Он по-свойски хапнул Алису и впился поцелуем в её губы.

– Это Трой, – едва оторвавшись от парня, представила нас рыжая. – А это Кристина, моя новая соседка.

Новый знакомый на миг нахмурил брови, но тут же широко улыбнулся:

– Очень приятно, но позвольте украсть мою даму сердца. – Он наигранно поклонился и увлёк Алису за собой.

Прозвучало вроде вежливо, но ощущения были, что меня послали куда подальше. Они отошли на несколько шагов, но я всё же услышала недовольное:

– Получается, что я больше не смогу приходить к тебе ночью?!

Вот теперь и без того нулевое настроение стремительно сползло на несколько градусов ниже. Я смотрела вслед длинным ногам соседки. И не я одна. Высокий парень с тёмными, собранными в конский хвост волосами шёл за парочкой и откровенно пожирал взглядом филейную часть Элис, скрытую мантией. Мужики, они и в этом мире мужики.

Алиса и Трой подсели за стол к небольшой компании студентов. Как ни странно, «хвостатый» тоже присоединился к ним. Вся братия увлеклась разговорами и веселилась от души.

В правом углу я схватила поднос и в растерянности посмотрела на зал.

– Лучше начинать оттуда. – Какой-то парень в синей мантии подхватил меня под руку и повёл вглубь раздаточной зоны. – Вот тут у нас царят яйца. Я бы выбрал яичницу с бужениной, но все девочки любят омлет с овощами.

Я хотела ответить, что предпочитаю классику, без всяких наполнителей, но шустрый парень уже поставил тарелку с овощным омлетом на мой поднос и повёл дальше, заставив меня лишь недоумённо промычать.

– Каши сегодня пропустим. Ты уже омлет выбрала.

Я?! Разве? Ну что за самонадеянный нахал! А парень будто не заметил возмущения и повёл дальше, пристроив ладонь на моей пояснице.

– А вот здесь у нас выпечка.

Зелёный желеобразный десерт также перекочевал на мой поднос. А следом апельсиновый сок.

– Э-э-э…

Бли-и-ин, что за дичь? Три непопадания из трёх. С утра я чай предпочитаю, а лучше кофе. На сладкое – вафли или булочку с корицей, а не этот зелёный холодец. Выглядит просто ужасно. Он специально, что ли? Или здесь так гнобят новичков?

Парень в синем проводил меня за столик и уселся рядом. Тёмно-русые взъерошенные волосы стояли торчком, горящие карие глаза выдавали любопытство, а лёгкая искренняя улыбка была призвана расположить к себе.

– Мы, иномиряне, своих не бросаем. Поддерживаем друг друга в трудную минуту. Помогаем адаптироваться, так сказать. Короче, наслаждаться завтраком тебе придётся в моей компании. Потом я устрою тебе краткую экскурсию по академии – ректорат, аудитории, расписание, библиотека и всё такое, идёт?

Я кивнула. Лучше уж с этим самодовольным хлыщом, чем плутать одной. Тем более омлет оказался выше всяких похвал. Проглотив очередной кусочек, я поинтересовалась:

– Как ты понял, что я не из этого мира?

– Видел вчера, как лорд Ливарелл нёс на руках твою бездыханную тушку к лекарю. Только иномиряне прибывают сюда таким способом.

Я скривилась. Как же я ненавижу этого Ливарелла! Никакой он не лорд! Бессовестный, наглый чёртов мужлан! Вот уж это прозвище ему больше подходит, чем высокопарный лордский статус, от которого у него есть разве что расфуфыренный костюмчик. Кто дал ему право выбирать между мной и Викой? Почему он повёлся на истеричную ложь подруги? Она заварила кашу со своими амурами, а я теперь расплачиваться должна? Предательница!

Очевидно, лицо выдало всю гамму моих эмоций, но сосед по столику истолковал их по-своему:

– Да не переживай, Арс доставил тебя в целости и сохранности.

– Арс…

– Лорд Арсгорн Ливарелл. Он хоть и мечта почти всех девчонок академии, но руки не распускает и некрофилией не страдает.

Пусть только попробует. Козёл. Я поспешила сменить неприятную тему:

– А ты тоже с Земли?

– Нет, с Айсгарденса. Но это дела не меняет. Мы все в одной упряжке под названием «иномиряне», «чужие», «понаехавшие»… – Парень по-свойски отпил сок из моего стакана. – Нет, в целом люди здесь адекватные и нормально относятся к таким, как мы. Но есть отдельно взятые личности… Ну, ты поняла.

Я кивнула и приступила к соку и к расспросам о министерстве и способах возврата домой. Но синий был солидарен с моей соседкой – надо учиться.

На выходе из столовой спутник приобнял меня за талию. Я резко дёрнулась, а он состроил невинную гримасу и взял под руку.

– А что, просто рядом у вас ходить не принято? – возмущённо прошептала я.

– Известные лекари полагают, что тактильный контакт помогает быстрее сблизиться. Да не пугайся! Это просто чтоб ты не потерялась в лабиринтах академии.

Не очень-то верилось, но я не стала отдёргивать руку. Фиг с тобой, синий плащ.

Неподалёку от лобби располагалась библиотека. Мой экскурсовод указал на массивные дубовые двери. На третьем этаже был уже знакомый ректорат, а в соседнем помещении мне выдали основное расписание, список учебников и график дополнительных занятий. Потом мы вернулись на второй этаж – здесь начинались аудитории. Как я поняла из рассказа спутника, это лишь малая часть, и если пройти дальше, то можно обнаружить переход в другой корпус. Но пока мы туда не пошли. Синий остановился у дверей одной из аудиторий.

– Спасибо, что проводила, дорогая! – Он чмокнул меня в щёку и спешно скрылся за дверью.

Что это сейчас было?! Наглец!

Я резко развернулась, чтобы уйти, но тут же уткнулась носом в чью-то грудь. Чёртов мужлан!

– В академии первый день, а уже романы крутим? Об учёбе нужно думать прежде всего. Ты здесь именно для этого, Кристина из Орска.

С этими словами лорд Ливарелл вошёл в аудиторию.

Я стояла с открытым ртом и хлопала глазами. Если бы кто-то проходил мимо, то наверняка заметил бы пар из моих раскрасневшихся от возмущения ушей.

Я с трудом взяла себя в руки и спустилась в библиотеку. Она была огромной. Тихое царство знаний, накопленных веками. Шелест страниц, запах книжной пыли, высоченные стеллажи с учебниками. То тут, то там хаотично стояли читальные столы. Справа обнаружились высокая стойка и хмурая библиотекарша с седой гулькой на голове.

Получив книги по списку, я ещё немного побродила по академии, определила, где главный выход, и таки вернулась в комнату № 308. Просмотрела учебники, подготовила тетради к завтрашним парам. Да, именно завтра я стану полноценным студентом академии. Ладно, попробую.

Я аккуратно развесила зелёно-оливковую мантию в моей практически пустой половине шкафа. Помимо выданных академией шмоток здесь висели земные куртка и шарф, абсолютно бесполезные на данный момент. У них в Ампелосе, видите ли, лето. Но если по одежде я худо-бедно владела хоть каким-то ассортиментом, то с обувью дела обстояли гораздо хуже. Любимые тёплые ботинки я сразу запихнула в дальний угол шкафа. Не сезон. В моём распоряжении остались только выданные Энджи туфли. И всё. Блин, даже тапки не дали!

Алиса вернулась ближе к вечеру и потащила меня на ужин.

– Извини, Стине, я должна была тебе всё здесь показать, но сегодня никак не смогу, – с сожалением протянула соседка, ковыряя вилкой куриное филе.

– Должна?

– Эм-м. Ну, я же утром обещала. Но мне на завтра нужно доклад приготовить. Я сейчас в библиотеку пойду. Если ты не против, давай отложим нашу прогулку.

– Да, я всё понимаю. Учёба важнее всего. Тем более мне один козёл уже провёл экскурсию по местным достопримечательностям.

– Козёл?! Какой? – Рыжая удивлённо уставилась на меня. – Что случилось?

– Один синий наглец прицепился в столовой, а потом вторгся в моё личное пространство! А гад Ливарелл всё видел и наговорил всякого, будто… Да неважно! Ненавижу!

– О, я поняла, про кого ты. Видела вас мельком. Это Эйдан.

– Эйдан, значит. – Я запомнила имя и дополнительно возмутилась тем, что утром парень даже не представился.

– Ага. Третьекурсник водного факультета. Весьма интересный и обаятельный…

– Стоп, хватит! Я не хочу о нём говорить! Между прочим, тот высокий парень с конским хвостом из вашей компании явно к тебе неравнодушен. Я заметила его весьма откровенный взгляд.

– А-а-а. Так это Бело – друг Троя. И он неоднократно подкатывал ко мне со своими неприличными предложениями. Но ему ничего не светит.

– А что Трой? Он не ревнует?

– Не знает. То есть он в курсе, что на меня здесь многие пялятся, но не более того. Я не хочу жаловаться и провоцировать ненужные конфликты.

– Понятно. Слушай, а что происходит на Земле, пока мы здесь? Имею в виду, как там объясняют наше исчезновение родным и близким, на работе, в универе?

– Я тебе уже говорила, что для родных я сейчас учусь в закрытой элитной академии за границей. Наверняка и твоим близким наплели что-то подобное.

– С близкими-то у меня не очень. Кхм. Не хочу об этом говорить. А вот земное обучение меня сильно волнует. Надеюсь, когда вернусь, смогу продолжить учёбу. Было бы неприятно узнать о собственном отчислении.

– Да не переживай! Всё будет хорошо! Когда почувствуешь вкус магии, домой тебе уже не захочется, точно-точно.

– Не очень-то в это верится.

– Это только пока, Стине. Ну всё, я побежала за знаниями! Не скучай!

С ужина я возвращалась загруженная головной болью и невеселыми мыслями. Как быть дальше? Выводы получились примерно такие.

Для начала осмотреться, привыкнуть, освоиться. Попытаться попасть в город, разузнать, где у них министерство, и прояснить свою ситуацию. Если окажется, что я не сошла с ума и происходящее правда, то:

Задача 1. Выучиться и стать сильным магом.

Задача 2. Освоить транспортировку самой либо накопить денег.

Задача 3. Свалить отсюда… А заодно отправить на Землю Арса и посмотреть, как эта лордская задница будет без магии выживать в нашем мире прогресса и технологий.

Задача 4. Наведаться к Вике и заглянуть в эти предательские глаза. А может, ещё и розовые патлы выдернуть. В общем, по ситуации.

Следующее утро выдалось таким же солнечным и тёплым, как и предыдущее. За завтраком соседка дала мне подробные инструкции по части навигации, поэтому нужную аудиторию я нашла довольно быстро. В открытую дверь заходили студенты, а я мялась поодаль. «Артефактология»… Что это вообще такое? Да ещё это дурацкое чувство неловкости и стеснения. Хотя в моём положении любой чувствовал бы себя не лучшим образом. Ладно, вдох-выдох и вперёд!

Я вошла в аудиторию. Пока всё стандартно: доска, стол преподавателя и уходящие вверх амфитеатром парты. Стараясь быть незаметной, я расположилась в одном из средних рядов. Поймав на себе несколько любопытных взглядов, уткнулась в пустую тетрадь, так и не сумев избавиться от смущения.

Вместе со звонком в аудиторию вплыла грузная дама в чёрно-фиолетовом платье, призванном скрывать недостатки пышной фигуры. Лекцию я понимала через слово, но старательно чиркала ручкой даже непонятные названия, хотя сомневаюсь, что написала их правильно. Вечером надо будет уточнить у Алисы. В целом было ясно, что речь идёт о колюще-режущем магическом оружии. Это одна из разновидностей местных артефактов. Их функция – усиливать заклинания.

На второй половине пары преподаватель водрузила на стол чёрный ящик. У меня в голове мигом пронеслась соответствующая мелодия из земной передачи «Что? Где? Когда?». Затем, выдержав театральную паузу, дама извлекла из недр ящика короткий узкий клинок. На острие я разглядела какие-то зеленоватые символы. Похоже, я уже видела нечто подобное – у Арса и у той земной тётки в чёрном. Все эти клинки были совершенно разными, но теперь я не сомневалась, что все они были артефактами. То есть использовали их не по прямому в земном понятии назначению, а как-то иначе… Магически. Мне было непривычно даже мысленно произносить это слово. До сих пор толком не верится, что это происходит по-настоящему.

Лекция закончилась, оставив сумбур в моей голове.

– Привет, Кристина! – Ко мне подошли две девушки, внешне совершенно идентичные, видимо, близняшки. У обеих пушистые светлые косы и серые глаза, одинаковые белые футболки под мантиями, брюки цвета хаки и нелепые пёстрые кеды.

– Мы Лия и Лея Кушнир – старосты. Следующая пара у нас в другом корпусе, надо поспешить.

– Привет! Спасибо. Я ещё не освоилась и пока плохо ориентируюсь…

– Поэтому ты идёшь с нами. Мы всё покажем.

– Что, леди Адриана на вас ещё и новенькую повесила? – Рядом остановилась дородная девушка с пышным бюстом, на котором едва сходился кокетливый оливковый плащик. То есть мантия.

– Не повесила, а попросила ввести в курс дела, – ответила одна из близняшек.

– А разница в чём? Как будто нам своих магов мало. Понатащат иномирян, а потом мы должны с ними нянчиться.

– Прекрати! Тебя-то уж точно ни с кем нянчиться не попросят.

– Естественно, – фыркнула грудастая сокурсница. – Зато у старост теперь новые заботы. И соседка твоя, скорее всего, тоже не в восторге.

– При чём здесь Алиса? – вмешалась я в неприятный разговор.

– Ну как. Леди де Фонтин по-любому обязала её тебя обхаживать. Кстати, как там тебя вообще?

– Я Кристина. И не нуждаюсь в няньках!

– У-у-у, какие мы гордые.

– Унция! Иди уже! – одновременно воскликнули Лея и Лия.

– Унция? У нас на Земле это слово означает меру веса, – неосторожно высказала я первую попавшуюся мысль. На мгновенно позеленевшем лице моей оппонентки отразилась злобная гримаса.

– Так, всё! Идём на пару! – Правая близняшка схватила меня под руку, и мы покинули аудиторию.

– Слушай, Кристина, не лучший способ заводить знакомства, говоря о весе стервозным особам, постоянно сидящим на диете и ведущим борьбу с лишними килограммами.

– Да я ничего плохого не имела в виду.

– Ой, ладно. Давайте поспешим. Лорд Иол не любит опоздавших.

– Иол?

– Лорд Иол. Физик. Всегда говори либо лорд, либо профессор.

– Ясно. – Я немного приободрилась. Если их физика хоть немного похожа на земную, то здесь у меня проблем быть не должно. Надеюсь. – А артефактологию кто сейчас вёл?

– Профессор Ялинская.

Я на ходу записала в тетрадь фамилию. Пока мы шли, Лия и Лея объясняли, где расположены аудитории и прочие помещения, кто какие лекции ведет и с кем из студентов проще всего сблизиться, а от кого лучше держаться подальше. После разъяснений близняшек сумбур в голове только усилился. Незнакомые имена и фамилии путались и не особо запоминались. К тому же я так и не поняла, кто из сестёр Лия, а кто Лея.

С соседкой теперь тоже всё было ясно. Моя адаптация – это всего лишь её обязанность, а не человеческое радушие. Ну и ладно. Пофиг. Хотя непохоже, что я рыжую раздражаю. Вот по Унции, например, это сразу видно.

Алиса запустила подушкой в стоящий на столе будильник и тихонько выругалась. Я разлепила глаза и сладко потянулась. Неужели спустя неделю пребывания в новом мире у меня наконец появилось хорошее настроение?

Солнечные лучи ласково проникали в комнату и придавали восхитительный жёлто-зелёный оттенок каменной декорации над кроватью. Красиво, конечно, но не менее странно. Инстинкт самосохранения так и шепчет, что всё это рано или поздно свалится мне на голову во время сна.

– Али-и-ис, а зачем Мартина свои булыжники над кроватью повесила?

– М-м-м, – протянула соседка из-под одеяла, – ваши земельные заморочки. Мартина думала, что, окружив себя частью стихии, сможет лучше её понять. Эти, как ты выразилась, булыжники она собирала по всей округе, а уж когда выстраивала декорации, прямо вся сияла, как профессиональный художник перед первой выставкой. И картину из песка тоже она рисовала. Творческим человеком была.

– Почему была? – А я ведь давно собиралась расспросить Алису о предыдущей хозяйке моей кровати. – Она закончила учёбу, выпустилась?

Соседка помолчала, высунула ногу из-под одеяла и со вздохом произнесла:

– Пожалуй, можно и так сказать. Закончила. В разгар третьего курса, – грустный вздох, – поехала в город на встречу с подругами, но до места не добралась. Исчезла по дороге. Совет академии проводил расследование, но ничего не нашли. Свидетелей нет. А из личного дела пропал сигнум – следящий знак. Такой у каждого есть. Он возникает, когда абитуриент ставит свою подпись при зачислении в академию. Обычно сигнум пропадает, если студент заканчивает учёбу и его личное дело закрывается. В противном случае пропажа означает, что человека в этом мире больше нет.

Да уж. Я поёжилась: от хорошего настроения не осталось и следа. Мир магии, а преступления, как у обычных людей. Пропала… Не нашли… Никто ничего не видел.

С тяжёлыми мыслями протопала в ванную, открыла дверь, включила свет и по инерции шагнула вперёд… Волосы на затылке встали дыбом, по позвоночнику пронеслась волна холода, оставляя после себя мурашки.

На зеркале распласталось нечто серое и склизкое, похожее на мокрую выдру. Оно повернуло верхнюю часть тела, отдалённо напоминающую голову. Резко вспыхнули два сизых глаза, пасть ощетинилась острыми зубками ряда в три, не меньше…

– Матерь божья! – прошептала я и попятилась.

Существо издало утробное шипение.

Я медленно отступала, а серое нечто извернулось и прыгнуло в мою сторону.

Споткнувшись пяткой о дверной порог, я вывалилась из ванной в комнату, больно шмякнувшись на попу. Но эта боль ничто по сравнению с бесформенной белкой-летягой, опускающейся мне на грудь. Ещё миг – и я словно получила шлепок мокрой половой тряпкой. Ощущение влажного холодка на коже породило новую волну ужаса: я завизжала.

В ответ «оно» издало жуткое «ш-ш-ш».

– Алиса?! – вторя существу, прошипела я. Сердце рвалось из груди и стучало одновременно в ребрах и ушах, воздуха не хватало, пот холодными струйками бежал вдоль позвоночника.

– А-а-а-а! Ужас! – взвизгнула соседка и запрыгнула на кровать.

Я не смела пошевелиться.

– П-п-помогиии! Убери это! Пожалуйста!

– Не-е-е! Я боюсь!

– Алиса? Сделай что-нибудь, умоляю! Алиса?! Элис?!

– У-у-у! Ладно, сейчас попробую. Должна будешь!

– Да что угодно! Обещаю!

– Хорошо, договорились… Эй, Шиша! Отвали от Стине! Где твои манеры, негодник? Постыдился бы!

Я посмотрела на соседку. Её губы расплылись в предательской улыбке, а потом она и вовсе затряслась и откровенно заржала в подушку.

– Что за чёрт?! – Я в изумлении уставилась на Алису.

– Ш-ш-шиш-ш-ша! – прошипела серая масса, стекла с моей груди на пол и уселась там выдроподобной кучей.

– Что это значит, Алиса? Какого дьявола тут творится?

Девушка оторвалась от подушки и, подхихикивая, заявила:

– Это Шиша, он живёт с нами. Безобидный.

– Вашу ж за ногу! Безобидный?! Он меня почти до инфаркта довёл! Какие же вы придурки! Я реально чуть сознание не потеряла! Гады! Ненавижу вас и весь этот поганый мир с дурацкой магией и жуткими тварями! И что «оно» такое?

– Оно – это Шиша. О нём мало что известно, и он тайно живёт в нашей ванной. Воспринимай его как земную кошку, и всё будет отлично.

– Ш-ш-ш?

– Прощения у тебя просит, – перевела Алиса.

Я посмотрела на эту мокрую морду и поняла, что никакими извинениями там и не пахнет. Шиша откровенно ржёт своей мультизубовой пастью и пускает слюнявые пузыри тухло-болотного запаха.

Я хотела сказать ещё пару отборных русских, но эта картина маслом заставила глупо улыбнуться, а потом и вовсе присоединиться к дико хохотавшей соседке. Настроение вернулось, но я всё же пообещала заговорщикам сладкую месть.

Последняя не заставила себя долго ждать. В дверь постучали. Шиша стремглав скрылся в ванной комнате. Рыжая зараза рылась в шкафу и одновременно натягивала узкие брюки, так что открыть дверь пришлось мне. На пороге обнаружилось несколько девушек.

– Привет! У вас всё в порядке? – спросила миниатюрная блондинка. – Мы слышали крики.

После утреннего полуинфаркта мне в голову вдруг пришла шальная мысль:

– Катастрофа! – Я перешла на заговорщицкий шёпот. – У моей соседки вылез прыщ на попе! Я ей вчера говорила, что не стоит ложиться спать в шерстяных панталонах, жарко же. Но она просто помешана на своей фигуре. Говорит, что красота требует жертв! Вот и визжит с утра пораньше.

– У Элис прыщи? Ого! А что за панталоны такие? – У девушек загорелись глаза.

– Жиросжигающие трусы! – вдохновенно выпалила я. – Длинные, шерстяные, волосатые и с рюшами!

– Ого! Где такие взять? На заказ пошили? – наперебой затараторили девицы.

– Не знаю. Но не советую – от них же прыщи.

– Плевать на прыщи! Пройдут! Зато фигура будет как у Элис! Как они работают?

– Да не знаю! Я здесь недавно, в магии ещё не разбираюсь. Спросите Элис, когда она закончит свои интересные процедуры в ванной! Мне на пары пора собираться, до свидания.

Я быстро захлопнула дверь, чтобы избежать нового потока вопросов.

– Ну, Стине! Ты! Да ты! У меня слов нет! – Норвежка была в ярости и дважды отлупила меня подушкой. – У меня сроду прыщей не было! Волосатые трусы?! Да как можно было до такого додуматься?! Да ещё Айке сказала! Это же главная сплетница академии! Фигура у меня от этого, конечно, хуже не станет, а вот репутацию ты мне подмочила. Никогда бы не подумала, что ты такая мстительная!

– Да как-то само вырвалось, извини. – Мне было немного стыдно.

– Ну ты даёшь! И отомстила, и пошутила, а теперь извиняешься. Не будь такой мягкой! Весело же вышло, – быстро переменилась в настроении соседка. – Зато теперь у швеи в лавке тканей будет дикий ажиотаж. Вон, даже Шиша опять ржёт.

– Ага! Значит, он всё-таки ржал, а не прощения просил! Кстати, если с тобой мы теперь в расчёте, то у Шиши твоего ещё всё впереди! – заверила я.

– Ну не сердись на него. Шиша не любит посторонних. Кроме меня, а теперь и тебя о нем никто не знает. Мартина говорила, что его присутствие должно быть тайной. Да ты только посмотри, какой он милый! – Алиса схватила животинку и принялась тискать.

Я милотой не прониклась и просто пожала плечами. До кошечки этому Шише, как мне до Орска.

Сначала я повернула в столовую и наспех перекусила бутербродом с чаем. За прошедшую неделю это помещение я освоила прекрасно. Одно удивляло – отсутствие кофе. За это вам, господа маги, огромный жирный минус. Несколько раз в столовой довелось наткнуться на моего нахального экскурсовода, но я старалась сразу же менять траекторию движения, а если не получалось, то ограничивалась небрежным кивком. Большего этот любитель распускать руки достоин не был.

Я медленно вливалась в учебный процесс. Сегодня на первой паре большая аудитория пестрела плащами всех четырёх расцветок. Для «Истории Ампелоса» не было разницы, огневик ты или водник. За кафедрой ораторствовал профессор Гарвиш – бодрый мужичок лет пятидесяти-шестидесяти. Точнее возраст определить было сложно. Живые подвижные глаза и крепкое тело совершенно не сочетались с морщинистым лицом и лысой, как коленка, головой. Этой блестящей лысиной можно было пускать солнечных зайчиков.

Я старательно конспектировала, внимала и запоминала. Несмотря на сухую подачу материала, по этому предмету у меня сложностей не возникло. История – она и в ином мире история: даты, события, факты. А вот с «Материей магии», например, с ходу подружиться не удалось. Спасибо леди де Фонтин, которая дала мне особый допуск к знаниям. Согласно этому разрешению у меня было право попросить о дополнительных индивидуальных занятиях по сложным предметам. А преподаватели обязаны были моё рвение удовлетворить. Одним словом, бесплатное репетиторство.

Выяснилось, что помимо базовых учебников нужна ещё и куча дополнительной литературы: методички, журналы, статьи, словари. Поэтому я стала завсегдатаем библиотеки. Магия этого книжного царства окутывала с головой и побуждала тягу к знаниям.

Вот и сегодня я не изменила начавшим формироваться привычкам. Библиотека была разделена на секции по темам. Я всё ещё путалась в этом лабиринте стеллажей, но общий принцип расстановки литературы уже освоила. В итоге довольно быстро нашла нужный учебник, устроилась за одним из читательских столов и погрузилась в чтение. В какой-то момент вдруг ощутила на себе пристальный взгляд. Оглянувшись, поняла, что студенты, читавшие за соседним столом, уже ушли и сзади никого нет. Но интуиция вопила о чьём-то незримом присутствии.

Так, на сегодня хватит, решила я, захлопнула книгу и направилась к выходу. Плутая между стеллажами, кожей ощущала нарастающее беспокойство. Казалось, вот-вот меня схватит кто-то или что-то. Мало ли какие ещё твари водятся в этом мире? А потому я почти перешла на бег и, вывернув из-за очередного поворота, облегчённо выдохнула. Впереди быстро удалялась девушка в красных туфлях-лодочках. Неведомо откуда взявшаяся паника резко схлынула.

Со спины половую принадлежность идущего впереди человека выдавали только туфли: угловатая фигура, узкие бёдра в джинсах прямого кроя и короткая стрижка могли принадлежать как мужчине, так и женщине. Девушка тащила под мышкой здоровенную книгу и не заметила, как из неё случайно вывалилось несколько листков. Я окликнула её, но она не отреагировала. Чертыхаясь, я собрала рассыпанные бумажки и кинулась вдогонку.

– Девушка! Вы обронили! – повторила я попытку привлечь к себе внимание.

Безрезультатно.

У библиотечной стойки я замедлила шаг, но тут же получила хамоватую нотацию от старухи с гулькой за слоновью пробежку по книжной святыне. У самого выхода наконец сунула листки в руки глухой тетере.

– Ты уронила! Я за тобой полбиблиотеки бежала! Уши с утра мыть надо! И желательно не компотом!

Сама не знаю, что на меня нашло. Видимо, старушечье хамство заразно. Я вышла в коридор. А через пару секунд Маша-растеряша меня остановила:

– Спасибо! Я просто задумалась и мыслями была далеко отсюда.

Теперь стало видно и милое женственное личико со вздёрнутым носиком и глазами светло-карего цвета. Мне стало стыдно.

– Да не за что, извини за грубость. У меня просто мозг кипит. Этот ваш магический мир в моей голове пока не помещается. – Я натянуто улыбнулась.

– Иномирянка? Курс первый?

– Угу, причём частично пропущенный. А ты на каком?

– Хм, – на миг замялась девушка. – У меня второй. Кстати, сегодня вечернее занятие на поле. Приходи тоже. Тебе полезно немного разгрузить голову на свежем воздухе! Иногда это просто необходимо.

– Спасибо, но меня, наверное, не допустят к занятию второкурсников.

– Допустят, допустят, – усмехнулась она. – Скажешь, что я пригласила.

А может, и правда сходить? Я же безвылазно сижу за учебниками.

Пока я раздумывала, девушка уже направилась по своим делам.

– А как тебя зовут? – окликнула я её.

– Ками.

Злющая рыжая соседка ворвалась в комнату шквальным ветром. Сумка полетела на кровать, неудачно приземлилась на край и шмякнулась на пол, вывалив всё содержимое. Следом за сумкой в полёт отправился алый плащ, благополучно осев на спинке стула.

– Что случилось-то? – поинтересовалась я, созерцая буйство соседки.

– Вот, полюбуйся на меня! Что ты видишь?!

– Да вроде всё как обычно. Красивая роскошная девушка, только очень злая.

– Ни фига! Перед тобой стоит бестолочь. Бес-то-лочь! Понимаешь?!

– Не очень…

– Сегодня третьей парой у нас была практика по магии защиты. Так эта Кобра при всех меня назвала бестолочью, представляешь! Да, согласна, что у меня ничего не выходит с защитой. Но я стараюсь! Учу, зубрю. Теорию вплоть до создания полноценного щита выучила. Стойки все знаю, делаю их идеально и даже лучше самой Кобры. И магию свою чувствую. Только вот она словно один большой ком. Никак не могу выделить защиту и сделать элементарную тарелку!

– Какая кобра? Какую тарелку?

– Такую! Самую простую. Основу щита. Сначала из искры надо сделать небольшое плоское магическое поле. Оно по форме и размерам напоминает тарелку или блюдо. Поэтому так и называем, по-простому. А потом эту тарелку путём постоянных тренировок надо научиться растягивать в щит. Полноценным щит считается, если закрывает человека во весь рост. Это, кстати, и есть наш экзамен. К концу второго курса все должны уметь ставить щиты. А Кобра де Лейн – это наша преподша. Боевой маг огня.

– Алис, да не переживай так. До конца учебного года ещё уйма времени.

– Бесит! Келси Сибон, эта стерва завистливая, уже может тарелкой прикрывать лицо. Она прямо сияла на паре, но больше не из-за своих успехов, а из-за моих провалов. Ты бы видела её довольную рожу, когда Кобра меня в грязь втаптывала.

– Мне кажется, Кобра просто хотела в тебе разжечь огонь. Посмотри, как ты бесишься. Может, это мотивация такая?

– Думаешь? – Алиса слегка остыла, присела на край стола, но негодовать не перестала. – Даже если и так, она отчитывала меня при всех. Чувствую себя униженной. А теперь ещё и отрабатывать, зараза!

– Что отрабатывать? Тарелку?

– Тарелку, само собой. И наказание.

– Здесь наказывают за неуспеваемость?

– За неуспеваемость могут отчислить, но только после экзаменов. А я пострадала за свою несдержанность. Когда Келси начала отпускать комментарии в стиле: «Меньше надо с парнями по углам обжиматься», я молчать не стала. В общем, получился небольшой скандальчик на паре. Ещё и Кобре прилетело от меня. Представляешь, я забылась и заявила, что профессор непедагогично себя ведёт. Ужас, блин! Наказание я получила заслуженно, не спорю. Но я не тот человек, который будет молча терпеть оскорбления. В особенности от идиоток вроде Келси.

– Ну, понятно, ты под стать своей стихии. Взрываешься быстро. А что за наказание-то?

– Какие-то дополнительные занятия. Какие именно – пока неизвестно, – развела руками рыжая. – Интрига века.

– Может, с тобой сходить? Помочь?

– Нет, Стине. Сама справлюсь. К тому же пока не знаю с чем. Одно радует: Келси тоже наказана. Эта идиотка будет всю неделю помогать старой карге с книгами в библиотеке. Хуже не придумаешь. Мои неизвестные дополнительные занятия однозначно лучше, чем выслушивание ворчливых нотаций библиотекарши. Надеюсь. Кстати, скандалом на парах дело не кончилось. Эта дура Келси успела и Трою рассказать о моих неудачах. Стерва давно по нему сохнет. Вот и не упустила шанс нагадить. Ясно же, что Трою хочется, чтоб у него девушка была в лидерах, а не в лузерах.

– Да не переживай так. Освоишь ты свою защиту. Не сегодня, так завтра. А Келси – глупая сплетница. Трой наверняка всё понимает. Ты у него спроси, как он учился всем этим тарелкам. Может, он тоже был бестолочью, тогда оба посмеётесь. А если был способным – попросишь поделиться опытом.

– Наверное, ты права, – кивнула Алиса. – Как говорит мой отчим: «Когда у тебя сложности, нужно переключиться на что-то совершенно другое, расслабиться, а позже вернуться к проблеме и посмотреть на неё с иной стороны». Так что да, я, пожалуй, наведаюсь сегодня ночью к Трою. Но не за разговорами. – Рыжая бестия лукаво подмигнула.

– Ой, дальше можешь не продолжать. – Я спешно оборвала соседку. – Я поняла.

– Чего ты там поняла? Может, я свои любимые конфеты имела в виду. Шоколадные, авторские. Будем с Троем всю ночь их лопать, шампанским запивать и занюхивать букетом душистых благородных цветов, который он мне, конечно, подарит.

– А-а-а?..

– И это тоже. Само собой. И хватит краснеть, Стине, пойдём лучше на ужин.

В столовой Алиса загрузила себе на поднос странный на вид то ли мусс, то ли холодец.

– Выглядит не очень. – Я поморщилась.

– Зато в меру питательно. Так сказать, лёгкий ужин. Мне ещё на поле вечером идти.

– На занятие? В поле?

– Ага.

– Я с тобой пойду.

– Похвально, Стине, спорт пойдёт тебе на пользу.

– Спорт? – Энтузиазма у меня заметно поубавилось.

– Ну да. Тренировочное поле.

– А я что-то сразу и не поняла, про какое занятие она говорила… Просто сегодня в библиотеке я познакомилась с девушкой, и она меня пригласила. Для разгрузки.

– И правильно. Но для начала выбери ужин попроще.

– Алис, а что за тренировки? Сложные? – поинтересовалась я и по примеру норвежки плюхнула себе на поднос тарелку с местным холодцом.

– Своего рода подготовительный этап к боевым практикам. По-нашему это смесь пилатеса с аэробикой. Несложно, но попыхтеть придётся.

– Блин! А у меня даже кроссовок нет! И одежды подходящей.

– Ой, нашла проблему! Пойдём в комнату, подберём тебе что-нибудь из моего.

Через полтора часа после ужина мы вышли из академии. На мне были Алисины кеды и слишком обтягивающие лосины, которые пришлось подвернуть снизу. Ноги-то у рыжей длиннее. Футболку я надела свою, земную.

– Хорошо смотришься, Стине!

– А чувствую себя некомфортно. Как будто с голой попой.

– Да брось! Отличные лосины на отличной попе. Мужики такое не пропускают.

– Алиса! Не нужны мне никакие мужики! Я просто хочу немного потренироваться. А потом за учебники. Всё. Отношения не для меня.

– Ой, ой, ой! Какие мы правильные!

– Да, вот такие.

Мы повернули за угол и двинулись по тропинке к лесу, миновав первый забор. Обычный такой кованый забор с калиткой, обвитый плющом и кустарниками. В лесу пахло свежей листвой и влажной корой деревьев. Довольно быстро мы дошли до развилки и свернули влево. Лес вскоре поредел, и перед нами раскинулась душистая поляна. На траве по кругу сидели студенты в ожидании начала занятия. Мы тоже последовали их примеру.

– Веди себя тихо, не болтай, повторяй за Коброй, может, не докопается до первокурсницы.

– Опять Кобра?

– А ты как думала. Не выделяйся, а то укусит – мало не покажется. На постоянных занятиях в урочное время она с нас три шкуры сдирает. А вечерние дополнительные занятия вроде как необязательны к посещению, по желанию. Но если она заметит, что кого-то нет, то всё, прогульщик спать спокойно уже не сможет. Поэтому просто слейся с толпой и не высовывайся.

– Но меня же пригласи…

– Тебе что, бумажку с вензелями и печатями вручили? Нет. Я больше склоняюсь к версии, что тебя разыграли. Отправили на съедение к нашей Кобре. Но сама идея хорошая, тебе действительно нужна разгрузка.

– Чёрт! Наверное, эта второкурсница обиделась на то, что я ей нагрубила, и пригласила меня сюда. Что ты мне сразу не сказала, блин! Я б не пошла!

– Потому и не сказала. А тебе надо как следует встряхнуться.

– Ага, если только ваша Кобра из меня все потроха не вытряхнет. О! Вон, смотри! Вот та девушка, которая идёт мимо парня в красной майке, это она меня пригласила! Вот коза!

– Ты что, серьёзно?! Это же и есть Кобра!

– Ками?!

– Камила де Лейн. Маг огня высшей категории. Профессор боевых искусств. Все студенты за глаза зовут её Коброй. Злюща-а-ая.

– Чёрт! А я ей сказала, что она уши мыть забывает! – До меня дошёл весь ужас ситуации, и нервные потные струйки побежали по спине.

– Чего-чего ты ей сказала?! Совсем сдурела? – откровенно ужаснулась соседка. – Как ты до такого додумалась?

– Она же как студентка выглядит!

– Да ей лет сорок. Просто конституция такая! Все об этом знают… Точнее, все, кто начинает учиться с начала учебного года, а не когда придётся. Короче, Стине, ты, по ходу, труп.

Вопреки ожиданиям, на тренировке меня никто не убил. Лёгкая пробежка и растяжка были вполне обычными. А вот отработка боевых стоек показалась мне странной. В нелепых позах я с трудом удерживала равновесие и всё время путалась в движениях рук. Зато тело получило хороший заряд бодрости, мышцы после занятия приятно ныли.

Ками поблагодарила всех за занятие и отпустила, а сама направилась в мою сторону.

– Лучше сразу на колени падай! – шепнула соседка.

– Хорошо, что пришла, молодец! Если тебе уже про меня насплетничали, – Ками покосилась на Алису, – поверь, всё это правда. Но я давно не слышала таких дерзостей в свой адрес. Ты меня повеселила своей наивностью. За языком впредь следи, а вечерние занятия посещать можно и нужно. Тренировать тело надо с пелёнок. Звать-то тебя как?

– Кристина.

– Жду на следующей тренировке, Кристина.

– До свиданья, Ками. – Нет, ну а что? По этикету же, как человек представился, так его и надо называть. Или нет?

Но Алиса уже наступила мне на ногу, а я запоздало подумала, что опять надерзила. Но Кобра де Лейн поправлять меня не стала и ушла.

– Вот ты даёшь, Стине!

Соседка была изумлена до глубины души и всю обратную дорогу расспрашивала про наше с Ками знакомство. Но меня больше занимало другое:

– Как так? Ей сорок, а выглядит на двадцать? Не бывает такой конституции!

– Да кто её разберёт? Может, гены. Может, правильное питание и спорт. А может, зелье какое-нибудь запрещённое варит ночами.

– Какое зелье? – В голове никак не укладывалось, что мир-то другой и отвары здесь в порядке вещей.

– Откуда ж я знаю! Если б оно в открытом доступе было, то все бы такие молодые ходили. А может, и нет зелья никакого. Мы только догадки строим. А раз ты с ней так фамильярно общаешься, вот возьми и спроси её секрет. Одной дерзостью меньше, одной больше.

– Пока воздержусь. Как бы там ни было, мне она злющей не кажется. Занятие понравилось. Так-то нормальная вроде дамочка.

– Это потому, что она у тебя ничего не преподаёт официально. Ты же с земельного факультета.

Я пожала плечами. На данный момент я с соседкой была не согласна. Не знаю. Да, собственно, и не узнаю никогда. Ведь Ками – маг огня, а это совсем другая стихия.

Следующую пару дней неподготовленные мышцы нещадно ныли. Но для себя решила, что обязательно пойду на тренировку. Не за чужими секретами, а за тренированным телом.

Эта неделя прошла немного легче. Я уже свободно передвигалась по академии, выучила имена профессоров и своих одногруппников. Близняшки Лея и Лия помогали адаптироваться на парах, Алиса скрашивала вечера в комнате познавательными рассказами про жизнь в магическом мире. Сколько я ни расспрашивала местных – убедилась, что ни министерство, ни вообще кто-либо не поможет мне вернуться. Единственный вариант – получить высшую магическую категорию.

Сегодня я вернулась с ужина и застала рыжую бестию хохочущей в подушку.

– Надо было тебе видеть его возмущённое лицо, когда он читал записку! Лорд Ливарелл даже сбился с текста лекции.

– Что за записка?

– О! Очень интересная, между прочим. Правда, о её содержании пока рассказать не могу. Секрет интимного характера, знаешь ли. Мы её специально лорду подбросили.

– Понимаю. Уже наслышана, что по нему все девчонки академии сохнут. А лорд что?

– А что лорд? Удивился и окинул своим фирменным взором всех студенток. Ой, Стине! Какие же у него потрясающие глаза! И этот взгляд, пронизывающий до молекул… Ух! У меня до сих пор мурашки. Вот, смотри. – Рыжая помахала рукой перед моим лицом. – Говорят, что у его отца тоже такая особенность была. Фишка Ливареллов, так сказать. В общем, лорд оглядел нас, в ответ получил шквал томных девчачьих вздохов. А потом остановил свой взор на мне. Мурашки, мурашки, мурашки! Вообще! Ну а дальше Арс продолжил вести занятие как ни в чём не бывало. В тот момент я поняла, что профессор меня спалил. У меня там чуть истерика не случилась. Я понимала, что лорд Ливарелл этого так просто не оставит, но от его серьёзного вида с каждой секундой становилось всё смешнее и смешнее. Пришлось закусить губу, чтоб не начать ржать на всю аудиторию.

– Да, так бывает. Смех в серьёзных ситуациях – это нервное, Алиса.

– Не говори ерунды!

– А зачем тебе это вообще нужно было? У тебя есть парень! Любовные записки… Он же препод! Это недопустимо!

Я хоть и бегло, но уже успела ознакомиться с уставом академии. Пункт касательно запрета отношений между преподавателем и студентом запомнила благодаря Вике, чтоб ей пусто было! Ведь именно её поведение привело к таким удручающим последствиям. Для меня это неприятная тема. Весьма. Ещё больше напрягало то, что Алиса в этом плане, похоже, была ничем не лучше моей бывшей подруги. Печально.

– Вот ты скучная, Стине. Надо как-то развлекаться! Не всё же за учебниками сидеть! К тому же взгляд лорда Ливарелла того стоил!

Угомонившись, Алиса достала книгу, вальяжно развалилась на постели и погрузилась в чтение. Шиша болтался на её ноге. Я тоже воспользовалась тишиной и уселась за конспекты. А спустя полтора часа в дверь постучали.

– О! Это, наверное, Трой. Мы сегодня вечером собирались погулять в парке.

Соседка вскочила с кровати, на ходу пихнула Шишу под ванну и потянулась к дверной ручке… Но повторный стук сопровождался явно не голосом Троя:

– Элис Йохансен!

– Дерьмо! – ругнулась полушёпотом норвежка и отпрянула от двери. – Это же Арс. Открой ты. Скажи, что меня нет!

Рыжая распахнула высокий шкаф и исчезла в его недрах.

– Не буду я!

– За тобой должок, помнишь? – донеслось из шкафа.

– Должок?! Ах, этот… Вы с Шишей меня обманули! Не считается!

– Тем не менее обещание ты дала! Сейчас самое время его исполнить!

Стук повторился в третий раз, и я всё-таки распахнула дверь.

– Добрый вечер, Кристина из Орска. Где Элис Йохансен? – произнёс лорд тоном, не предвещающим ничего хорошего.

Одет он был как-то странно. Впрочем, он всегда странно одевался. Но сейчас чувствовалось, что одежда парадно-выходная. Тёмно-бордовый камзол, расшитый золотыми узорами на манжетах и воротнике, подчёркивал широкие плечи лорда, под ним жилет под стать, а под жилетом накрахмаленная белоснежная рубашка.

И снова у меня возникло ощущение напыщенной театральности.

– Здрасте… Нет её дома. В библиотеку ушла.

– Ах, вот как?

– Угу, – промямлила я.

– Значит, ты за неё. По-соседски.

– В каком смысле? – округлила я глаза.

– Выходи. Прокатимся.

– Что-о-о? Никуда я не пойду!

– А кто тебе сказал, что с преподавателями можно спорить?! Живо на выход!

Я вздрогнула и съёжилась. А лорд Ливарелл окатил меня своим взглядом сверху донизу. Вопреки заверениям рыжей, никаких мурашек у меня не возникло, а только растущее чувство тревоги.

– И пусть Йохансен, которой нет дома, выдаст тебе наряд получше.

Я совсем сникла. Да что вообще происходит?! Какой наряд? И если он в курсе, что Алиса здесь…

Из шкафа высунулась рука и кинула в меня свёрток.

– Ничего не понимаю. Не пойду! Алиса!

Лорд ухмыльнулся, схватил меня под локоть железной хваткой, вытащил из комнаты и повёл к выходу из академии. На мои протестующие попискивания Арс не обращал никакого внимания. И все вопросы игнорировал.

Мы вышли за огромные резные ворота. Я впервые покинула территорию академии и теперь взирала на мощённую разнокалиберными булыжниками дорогу и раскинувшиеся за ней леса. А потом впала в ступор при виде чёрного как смоль коня, привязанного к кованой ограде. Коня, блин! Серьёзно?!

– Лорд Ливарелл… Это же конь!

– У вас хорошие базовые знания фауны, Кристина, – саркастически подметил Арс, забрал у меня свёрток и, приладив его сбоку от седла, ловко запрыгнул на жеребца.

– Что? То есть? Подождите… мы что, на этом поедем?!

Факт, что мы вообще куда-то поедем, меня уже не так пугал, как вид транспорта. Да я никогда в жизни верхом не сидела! Я начала оглядываться в поисках второй лошади. Нас ведь двое…

Додумать мысль мне не дали. Я даже не успела понять, как оказалась в кольце рук лорда. Он боком усадил меня перед собой и резко тронул коня. Рефлекторно пришлось одной рукой схватиться за жесткую лошадиную гриву, а второй уцепиться за Арса. Чёрт! На щеках запылал румянец. Я сижу на коне, прижимаюсь к ненавистному мужику и еду в неизвестность! Вашу ж за ногу! Ну капец, вообще!

Дополнительным поводом злиться стала моя одежда. И почему я сегодня не надела свои джинсы?! Дурацкая юбка, дурацкий транспорт, дурацкий лорд! Бесит всё!

– Лорд Ливарелл!

Арс не ответил.

– Лорд Ливарелл, остановите, я сойду! Я никуда не поеду!

– Уже едешь.

– Хоть скажите куда?

– Увидишь.

Да бли-ин! Алиса, я тебя прибью! Сама мечтала об Арсе, вот и ехала бы с ним, а не по шкафам пряталась! Зараза такая! Рыжая! А этот мужлан тоже совсем офигел! Хоть бы сказал, куда меня тащит! Ненавижу! Может, как-то выпутаться из его рук, спрыгнуть и убежать? Ага, спрыгнешь тут, как же. На этой брусчатке только ноги подворачивать. Да и куда бежать-то? Арс на коне вмиг догонит. Думай, Кристина. Не должно быть всё настолько плохо. Он же препод. Профессор. Хоть и мужлан, но ничего плохого не сделает. Успокойся. Алиса-то знает, что он меня увёз. И Арс знает, что Алиса знает. Так что ничего криминального случиться не должно. Так ведь? Так. Надо как-то завязать с лордом разговор, расположить к беседе и выпытать конечную цель этого безумия.

Ничего особо умного в голову не приходило, но попытаться стоило:

– А у вас для передвижения что, нет каких-нибудь магомобилей? Ковров-самолётов? Остановок-порталов?

– Вот выучишься магии и придумаешь эти, как ты там сказала… магомобили, – усмехнулся Арс.

– Вот выучусь и придумаю! Но лишние волнения могут негативно отразиться на моей учёбе. Так что в ваших интересах, профессор, объяснить напуганной студентке, куда вы её везёте!

– А ты боишься, Кристина из Орска? – произнёс лорд с издёвкой.

На языке так и вертелось: «Вот же козёл! Конечно, блин, я боюсь».

Не дождавшись ответа, Арс продолжил сам:

– Так что тебя пугает? Я? Конь? Дорога?

– Ночь, улица, фонарь, аптека! – выпалила я, добавив про себя: – «Как же ты раздражаешь! Как могут девчонки по тебе сохнуть! Ты же такой… такой… отвратительный!»

Но вслух произнесла другое:

– Просто скажите куда – и покончим с этим!

– Увидишь.

– Но мне нужно знать сейчас!

– Зачем?

– Что значит зачем?! Малознакомый мужик насильно усадил меня на лошадь и везёт в неизвестном направлении! Конечно, мне нужно знать куда! – Я так разнервничалась, что мне стало глубоко наплевать на местный этикет.

– Малознакомый? Насильно? На лошадь? Это конь, во-первых. А во-вторых, ты же сама пошла со мной. Могла бы и не ходить, если не хотела.

– Что?! Да вы… – Я разжала руки и тут же чуть не свалилась с лошади, то есть с коня. Арс среагировал молниеносно и придержал меня за талию. Невольно пришлось снова обхватить лорда. Умела бы рычать – зарычала.

– Что я? Да чего ты так паникуешь, Кристина? Любая другая на твоём месте была бы в диком восторге.

– Вот и взяли бы любую другую!

– Вот и возьму в следующий раз!

Гад такой! Что, трудно ответить, блин? Вот же лордская задница! Но вслух этого сказать не осмелилась. Дальше ехали молча. Я созерцала раскинувшиеся просторы полей и лесов. С непривычки начала ныть поясница. Наконец в природный пейзаж стали вклиниваться частички цивилизации. Конь проскакал мимо небольшого покосившегося деревянного амбара, стоящего посреди возделанного поля. Затем показался средневековый трактир, из открытых дверей которого доносились нестройные песни, хохот, звон кружек и запах шашлыка. За трактиром потянулись ряды бревенчатых домов, украшенных резными ставнями. Чем дальше мы ехали, тем выше и богаче становились здания.

Окончательно стемнело, когда лошадь остановилась неподалёку от роскошного дома… или замка. Он был из белого мрамора, увенчан башенками и шпилями. Сразу вспомнился образ заставки из фильмов производства «Дисней». Отличительной чертой этого замка была гора, которая являлась его задней стеной. Выглядело это впечатляюще, будто здание вросло в скальную породу. Интересная у них архитектура…

Лорд Ливарелл ловко спрыгнул с коня, а затем снял и меня, нагло схватив своими ручищами за талию. Я протестующе фыркнула. Но и только-то. Рядом раздался цокот копыт, и у парадного входа в замок притормозил дилижанс. Или это называется двуколка? Или кеб? Средневековье! Чёртово Средневековье! Блин, это реально карета! Расфуфыренная такая, нарядная.

Из неё выбрался не менее нарядный мужчина. Следом из кареты показалась женская голова с невероятной многоярусной причёской, над которой явно не один час пыхтел парикмахер. Мужчина подал руку даме. Путаясь в подоле длинного пышного платья, она с трудом спустилась с подножки кареты. Кучер прикрикнул на лошадей, и местный транспорт покатился прочь. Разодетая пара скрылась за дверями парадного входа в замок.

Меня вдруг охватила паника, так как в голове вспыхнула шальная мысль: свидание! Лорд Ливарелл привёз меня на свидание?! Невероятное здание, празднично одетые люди. Что же это может быть? Конечно, ресторан или театр. Или что-то в этом духе. Бли-ин!

Я опять почувствовала румянец на щеках. Алиса, прибью! Сто раз тебя прибью и ещё четыре сверху! Минуточку, а как же устав? Или правила действуют только на территории академии?

Пока я пребывала в ступоре, возмущалась, краснела и проклинала рыжую соседку, Арс взял меня под руку и повёл в сторону замка. Ну точно, блин! Свидание! Боже, за что?!

Однако в следующий момент я ощутила недоумение – Арс повёл меня мимо парадного крыльца. Оказалось, к боковому входу. Вывески «только для персонала» не было, но создалось именно такое впечатление. В дверях нас встретила женщина средних лет, одетая в простое серое платье, и провела в небольшую комнату.

– Переоденься и выходи в общий зал. По пути Игона даст тебе краткий инструктаж. – Лорд Ливарелл кивнул на даму, вручив ей Алисин свёрток.

Я мысленно чертыхалась и обещала соседке самые извращённые виды пыток. А когда развернула обёртку – обещанные пытки сменились кровавыми убийствами.

Это было чёрное длинное платье в пол, с корсетом. Бли-и-ин, с корсетом! Я хлопала глазами, а Игона спешными движениями переодевала меня, равнодушно игнорируя мои протесты.

– Наряжайте сколько хотите, я в этом за порог комнаты не выйду!

– Почему? – искренне изумилась женщина. – Платье выше всяких похвал.

Действительно, в зеркале отражалась смущённая и одновременно разозлённая девушка. Корсет выгодно подчёркивал грудь и делал талию осиной. А длинный подол скрывал непрезентабельные академские туфли.

Я изумлённо уставилась на себя. Никогда в жизни мне не доводилось носить такие наряды. Несмотря на отсутствие опыта, было ясно, что конский хвост определённо не вписывается в образ. В подтверждение мыслей Игона распустила мне волосы. Интересно, а макияж она мне сделает? Оказалось, нет.

– Не стоит так переживать, вы прекрасно выглядите и соответствуете мероприятию.

– А какое мероприятие? Объясните, наконец!

– Э-э-э? – опять удивилась женщина. – Так благотворительный бал в честь восьмилетия с последнего вторжения. Леди Адриана де Фонтин проводит его ежегодно в своём особняке.

– Бал? Особняк?

– Да. Родовой особняк де Фонтин. На праздничный фуршет приглашены участники войны. А ассистенты из числа студентов традиционно призваны скрашивать мероприятие, слушать и впитывать рассказы ветеранов, развлекать гостей. Ох, неужели лорд Ливарелл вас не предупредил?

– Так сложились обстоятельства, – выдавила я всплывшую в подсознании дежурную фразу.

Теперь стало понятнее и не так страшно. Ладно, поукрашаю, послушаю и повпитываю. Но Алисе всё равно капец. И Арсу тоже. Ненавижу!

Я вошла в зал и не смогла сдержать восхищённого вздоха. В таком роскошном месте я очутилась впервые. Белоснежная лепнина украшала потолок и сползала вниз по массивным колоннам из жёлто-золотого мрамора. С потолка свисала гигантская многоярусная люстра. Её свет искрился в огромном зеркале, занимающем половину дальней стены. По периметру зала стояли покрытые белоснежными скатертями столы, на которых располагались огромные блюда с изящно разложенными закусками.

Живой оркестр играл лирическую музыку. Гости были одеты под стать помпезности зала – смокинги, камзолы, костюмы, платья с расшитыми корсетами. Среди этого цветного великолепия встречались молодые люди, как и я, полностью одетые в чёрное. Видимо, это униформа ассистентов.

Пока я стояла, раскрыв рот, от толпы отделился пожилой человек. Он протянул мне фужер с пузырящейся жидкостью. Я пригубила – ага, шампанское, только уж больно сладкое. Вот возьму и напьюсь назло всем! Почему бы и нет? У меня стресс, в конце-то концов. И не только сегодня, а с того самого дня, как я попала в этот мир.

Мужчина взял меня под руку и, прихрамывая, повёл по залу.

– Вы ведь понимаете, милочка, война – это всегда горе и боль утрат. Многие потеряли своих родных. Вот та же леди Адриана осталась без дочери. Теперь у неё одна отрада – внучка Самира. Мой давний друг, вон тот лысый старикан, – хромой махнул рукой на лорда Гарвиша, стоящего возле стола с закусками, – лишился единственного сына. Я же потерял немного меньше – всего лишь способность нормально ходить. Но приятного мало. Лекари тогда развели руками. Эта злобная тварюга… Ох, простите за выражение, леди. Оборотень. Это был оборотень. Он прыгнул сверху, когда я прикрывал товарищей файерболами. Мы кубарем катились по сырой земле. Счастливое провидение позволило мне высвободить руки и схватить его за горло. Я нащупал его кадык и рванул что было мочи. Одновременно зверь всадил мне в бедро свои ядовитые когти. Кровь…

Я слушала рассказ, а сама мысленно была в комнате общежития и проделывала с Алисой всё сказанное моим спутником. Тут зазвучала громкая мелодия, и в центре зала начали выстраиваться пары.

– О, простите, милочка, но из-за своей хромоты я не могу вас пригласить.

Я едва сдержала радостную улыбку, но тут же себя одёрнула: у мужчины увечье, а я бессовестно радуюсь, что мне повезло и не придётся танцевать.

– В таком случае её приглашаю я! – Сзади оказался одетый в чёрный костюм Эйдан и компания его сокурсников.

Блин, вот только тебя здесь не хватало! Я отрицательно помотала головой, а полноватый розовощёкий друг Эйдана заявил:

– Отказываться от приглашения на благотворительном балу считается дурным тоном.

Хромой согласно кивнул и забрал из моих рук опустевший бокал. Не успела я опомниться, как Эйдан потащил меня в центр зала.

Вот чёрт! Мы встали друг напротив друга. А сознание подкинуло воспоминание из прошлого, когда к нам в интернат по четвергам приходил учитель танго. Как говорил, что девушкам самое важное – чувствовать партнёра. Он ведёт, а вы следуете языку тела. Главное, расслабиться и не напрягать колени. У меня сносно получалось до тех пор, пока руки прыщавого партнёра не спускались неприлично ниже талии…

Танго, не танго, какая разница. Основы, надеюсь, те же. Не хотелось бы опозориться. Хотя ноги отдавить этому нахалу было бы неплохо. Та-а-ак, рука в руке, вторая на плече Эйдана. Я почувствовала лопатками лёгкое прикосновение, и мы полетели. Конечно, я несколько раз пропустила такт и сбилась, но в целом в грязь носом не ударила. Даже краем глаза успевала следить за другими парами, где дамы не в пример чаще наступали партнёрам на ноги. Проблемы начались, когда меня перехватил мужчина во фраке, от которого за версту разило алкоголем и рыбой. Здесь, скорее, вела я, ибо ноги кавалера заплетались, и его приходилось придерживать. Я тут же раскраснелась и вспотела. Оставалось только молиться о скорейшем завершении мелодии.

Спасение пришло в лице щекастого друга Эйдана, который просёк ситуацию и решил помочь, виртуозно отобрав меня у качающегося лорда. Последний, в свою очередь, сграбастал другую ассистентку, и пыхтеть пришлось уже ей. С новым партнёром дела пошли в гору, в парне чувствовался профессионализм, и я полностью отдалась ритму. Мы с лёгкостью кружились по залу, не сводя друг с друга глаз. А когда музыка смолкла, оказалось, что в центре зала мы одни. Гости окружили нас и взирали с нескрываемым восхищением. Мне стало неловко. А потом тишина взорвалась громкими рукоплесканиями. Я густо раскраснелась, но нашла в себе смелость исполнить изящный реверанс. Эта часть на уроках танцев в интернате всегда давалась мне особенно легко. Мой партнёр чинно отвесил кивок.

Краем уха я услышала старческий голос, вещавший о том, как хорошо, что современная молодёжь знает танцы их молодости. А под локоть меня взяла миниатюрная блондинка в чёрном. Та самая, которой я про шерстяные панталоны наврала. Алиса говорила, как её зовут, но я запомнила лишь факт, что блондинка – сплетница. А значит, в её компании нужно следить за своей речью. Она щебетала слова восхищения и просила дать ей несколько уроков. Никого учить танцевать мне не хотелось, и уж точно я не горела желанием кружиться по залу с не держащимися на ногах ветеранами. А потому в голове созрел план, точнее, даже два.

Я повела блондинку в сторону столов. Она трещала про ужасные закуски из какой-то травы, которая непременно застревает в зубах. Возле огромного зеркала группа мужчин активно выпивала, не чокаясь и не закусывая, поминая павших товарищей и полупьяно бормоча про былые подвиги. Всё мероприятие вызывало во мне противоречивые чувства. Слишком празднично и весело для поминок, и в то же время слишком грустно и печально для праздника.

Я затащила блондинку за мраморную колонну.

– Слушай, а здесь есть кто-нибудь из министерства?

– Так ты с одним из них только что танцевала. – Она ткнула тонким пальцем в направлении пошатывающегося лорда. – Тэлонис Наер. Понравился, что ли?

– Нет. Скорее наоборот. Он перебрал с алкоголем.

– Да тут все такие. Праздник же!

Я и сама это видела. Значит, план номер один, целью которого было завести полезное знакомство и переговорить о моём возвращении на Землю, провален. Переходим к следующему.

– Давай я завтра научу тебя парочке па, а ты прямо сейчас поможешь мне сбежать в академию?

Я же не дура, понимаю, что чем дальше, тем больше будет пьяных мужиков, желающих погреметь костями на танцполе. Нет, с меня хватит. Валить надо отсюда, причём срочно.

Как назло, снова заиграла музыка. Долго прятаться за колонной мне не удастся. Давай, блондиночка, соглашайся, помоги мне.

Пока моя спутница раздумывала, я заметила в зале лорда Ливарелла. Он был в компании леди Адрианы и держал за руку девочку лет десяти. Обе были одеты в нежно-жёлтые платья, только у старушки платье было элегантным, А-силуэта, а вот у девочки наряд напоминал пышное лимонное пирожное.

– А разве сюда детей пускают? – спросила я у потенциальной сообщницы.

– Нет, – она проследила за моим взглядом, – но это Самира, внучка леди Адрианы.

Я бросила на них ещё один взгляд. В Самире не было ни капли утончённых черт старушки. Девочка по типажу больше походила на… Арса. Крупный носик, пронзительные голубые глаза, русые волосы. Ого! Хотя бред.

К компании подошёл лорд Гарвиш. У него тоже голубые глаза, а если представить, что в молодости на месте лысины росли русые волосы… Старый лорд взял девочку на руки. Стоп! Что-то я увлеклась и начала придумывать невесть что! Мало ли в этом мире русоволосых блондинов!

– Хорошо, я выведу тебя отсюда. Пойдём! – оторвала меня от странных мыслей блондинка и повела коридорами в сторону запасного выхода. – Но если что, я не при делах.

– Идёт.

– Ты ведь в курсе этикета?

Да откуда ж? Но уверенно кивнула, лишь бы девушка не передумала. Плевать мне на этикет. Главное, суметь улизнуть.

Я вдохнула полной грудью свежий уличный воздух. А белокурая трещотка довольно быстро раздобыла мне карету. Слава богу, что не коня!

Рассматривать транспорт было некогда, поскольку хотелось побыстрее убраться отсюда. Но, в отличие от карет, которые выстраивались возле парадного входа особняка, у моей не было крыши и была только одна лошадь, а от неопрятного тощего кучера несло застарелым потом. Не думаю, что дело во вредности блондинки, налицо банальная разница в цене. Экономкласс, так сказать. Да если б мне месяц назад заявили, что я буду ночью в одиночку рассекать по тёмной дороге в карете с бомжеватого вида извозчиком, я бы покрутила у виска и тысячу раз обозвала бы себя идиоткой. И тем не менее вот она я. Трясусь на жёсткой скамье и разглядываю ночное небо.

Мне вдруг снова вспомнилась Вика. Она, наверное, лежит сейчас в своей уютной постели, сны смотрит. А может, готовится к завтрашним парам или зависает в клубе… Какой же, «подруга», ты всё-таки оказалась…

Из неприятных мыслей меня выдернул внезапный оклик:

– Эй, крошка, куда так спешишь?

Я вздрогнула. Мы проезжали мимо трактира, возле которого стояла компания выпивох. Один из них, шатаясь, справлял малую нужду на стену злачного заведения. А другой свистел мне и делал похабные движения бёдрами:

– Давай прокачу на своём коне!

Двое других бросились наперерез карете, вынудив кучера резко натянуть поводья и остановиться.

– Поехали! – нервно крикнула я извозчику.

Первый мужик схватился за поводья и начал крыть матом кучера, который в ответ лепетал что-то из разряда «Мне проблемы не нужны». А второй взобрался на подножку и грузно опустился рядом со мной на сиденье. Я дёрнулась, но он удержал, обвив рукой мои плечи.

– Куколка, ты чего? – Мужик обдал меня кислым алкогольным амбре. – Не рада меня видеть?

– Покиньте, пожалуйста, мою карету и дайте проехать! – Я попыталась придать голосу как можно больше твёрдости и постаралась вывернуться из наглых объятий.

– К чему такой серьезный тон, детка? После заката одинокая ледя – уже не ледя.

Я с ужасом разгадала его намерения и успела отгородиться ладонью от стремящихся к моему лицу губ. Кулаком другой руки резко ударила мужика. Целилась под дых, но получилось куда-то в раздутый от браги живот. Пока пьянчуга протяжно рыгал, я выскочила из кареты, перемахнув через бортик и оставив на нём добрый лоскут зацепившегося подола.

– Стой! Куда? – воскликнул третий мужик, закончив мочиться на стену. – Ик… Иди к нам, сладкая! По…ик… веселимся!

На ходу подвязывая штаны, он побежал в мою сторону, но траектория его движения заметно кренилась вправо. А потом он и вовсе запутался в собственных ногах и, чертыхаясь, рухнул в придорожные заросли.

– Замуж возьму… Ик… – донеслось из кустов.

– Перебьёшься, – неожиданно раздалось из темноты.

Не успела я оглянуться, как меня спиной прижали к чьему-то телу. Я было рванулась, но крепкий захват чужой руки вокруг моей талии сковал, словно тиски.

– Слышь, холёный, поди, погуляй. – Наглец, которого я ударила, выбрался из кареты и двинулся на нас с кулаком наготове. – Эта ледя на сегодня наша.

Державший меня взмахнул свободной рукой – перед нами молниеносно вспыхнула огненная стена, обдав кожу волной горячего воздуха. Пламя барьером пресекло приближение жаждущего драки пьянчуги.

– Да мы чё. Да мы ничё… Ты это, маг, не горячись. Мы того. Пошутили, – промямлил нападавший, бочком обогнул карету и ринулся к дверям трактира. За ним исчез и тот, что наезжал на кучера. У меня сердце ухнуло куда-то вниз, в страхе, что сжимает меня кто-то очень и очень нехороший. Из огня да в полымя.

Жаркая стена исчезла так же стремительно, как и возникла. В голове пронеслись слова Алисы о магических щитах, но мысль оборвал одинокий всхрап несостоявшегося жениха, донёсшийся из кустов. В тон ему ответил невесть откуда взявшийся конь, сливающийся по цвету с ночью.

– Кристина из Орска, потрудись объяснить своё поведение, – строго раздалось над ухом.

Я выдала шумный выдох, преисполненный облегчения. А через секунду начала ненавидеть лорда Ливарелла ещё сильнее прежнего.

– Если б вы меня не притащили на бал, ничего бы не случилось!

– Если б ты следовала этикету, то знала бы, что леди не должны разгуливать по ночам без сопровождения лорда.

– А лордам, значит, этикет позволяет руки распускать? – красноречиво намекнула я на то, что он до сих пор прижимает меня к себе. – И я не леди, я – землянка.

– А вот потому и позволяет.

Не успела я возмутиться, как Арс негромко свистнул, подзывая своего коня. На ходу он кинул монетку трусливому извозчику «за беспокойство». Всё повторилось: я на лошадином загривке в руках лорда. В фильмах такое всегда выглядит романтично, но у меня, помимо дикого смущения, дискомфорта и злости, снова болезненно затекла поясница.

Казалось, мы тряслись целую вечность, пока не остановились у ворот академии. Второй раз за вечер я облегчённо выдохнула, ощутив под ногами твёрдую поверхность.

– Дойдёшь без приключений? – Лорд Ливарелл кивнул на здание, а сам так и остался верхом.

– Да. И… спасибо, – с трудом выдавила я, – за защи… за щит… Да. Спасибо за щит. Он у вас большой и горячий.

Чёрт! Что я несу?! Резко отвернулась и быстрым шагом двинулась в направлении академии, коря себя за идиотизм, с которым принялась восхвалять лордскую огненную стену. А эта его усмешка язвительная… Гадство! Щит у него, видите ли! Да он мне чуть все брови не опалил!

По брусчатке звенел удаляющийся цокот копыт. Я предположила, что Арс захотел продолжения банкета. А может, поехал домой к красавице жене и пятерым детям. Или к любовнице, или… Стоп! Моё какое дело? Слишком много на сегодня этого мужлана. Всё, хватит. Лучше пойду и прибью Алису за такую грандиозную подставу.

Но очутившись в комнате, я осознала, насколько сильно устала. А потому даже казнь спящей соседки решила отложить до завтра. В ванной всё же психанула, так как расшнуровать корсет без посторонней помощи не получалось. Я топнула ногой, а из-под ванны выглянул сизый глаз и издал своё «ш-ш-ш». Потом серая выдра ловко заскользила вверх по ванной шторке. Когда она поравнялась с корсетом, из распластанного тела показалось какое-то осминожье щупальце и потянулось к завязкам. Через минуту платье валялось на кафельном полу.

– Ладно, Шиша, прощаю тебе свой полуинфаркт. Всё, мир.

В доказательство я легонько пожала его… эм-м… подобие лапки и отправилась спать.

Уплывая в объятия Морфея, я ухватила странную мысль. А ведь Алиса знала про бал. Платье дала точно по случаю. Они что, с Арсом в сговоре были? Да ей не в академии магии надо учиться, а в театральном. Интересно, что она написала в той записке? Ну всё, рыжая подлюга, тебе капец. Завтра. Второй мыслью было то, что я забыла в особняке свои повседневные вещи. А поскольку с гардеробом у меня негусто – это сродни катастрофе.

Проснувшись утром под звон будильника, с удивлением отметила, что соседки в комнате не было. Смылась!

– Рыжая ж ты зараза! Всё равно я тебе разнос устрою! – выкрикнула я в сердцах, обращаясь к пустой соседской кровати. – Не сейчас, так вечером!

Похоже, единственным моим другом здесь будет серая выдрообразная куча, приветливо шипящая из ванной. Если, конечно, не надумает устроить мне очередной сердечный приступ. Ещё я поймала себя на мысли, что как будто начала улавливать интонацию этих «ш-ш-ш». А может, просто хотелось думать, что во всём этом хаосе хоть кто-то пожелал мне доброго утра.

Пары тянулись медленно, словно липкое желе. Теоретический материал усваивался в лучшем случае процентов на пятьдесят. А это означало, что свободное время после обеда придётся вложить в учебники и конспекты, чтобы разобрать оставшуюся непонятную половину, а после ужина заняться подготовкой проверочного домашнего задания к завтрашнему дню.

Я обречённо вздохнула.

На Земле я училась на четвёртом курсе, оставалось совсем немного. А теперь что? На колу мочало – начинай сначала.

Ближе к ужину вернулась Алиса. Она была мрачной и почему-то промокшей, как после сильного дождя. Весь мой запал устроить соседке нагоняй за подставу с благотворительным балом разом улетучился.

– Что с тобой? Что случилось?

– Наказание.

– Какое? За что?

– За всё то же. Келси Сибон. Кобра де Лейн. Я ж тебе рассказывала.

Похоже, отработка наказания у соседки прошла крайне неудачно. Так, надо срочно придумать слова поддержки. Хотя для начала неплохо бы все обстоятельства выяснить.

– Всё так плохо? Али-и-ис? Что делала-то?

– Ой, Стине… Представляешь… Нет, не представляешь. Одним словом, это было… кру-у-уть как офигенно! – Лицо соседки в один миг приобрело совершенно противоположное выражение. Она засияла и стала тараторить без умолку. Даже Шиша высунулся из ванной комнаты и с любопытством взирал на рыжую.

– Стой, стой! Чего-то я не совсем поняла. Если тебе так понравилось, что ж ты изображала из себя побитую собаку?

– Ха, в точку! Меня побили, Стине. И ещё как! В магическом плане. Но это было круто! Вообще! Обожаю магию! Она прекрасна, восхитительна! В общем, Кобра де Лейн назначила мне встречу в одной из специальных аудиторий для магических практик. Я сначала подумала, что она хочет меня подтянуть по выставлению щита. Тарелка и всё такое. Но нет. Ничего подобного. Мы вошли в аудиторию, а там водники разминаются. Представляешь, водники! Третий курс.

– Почему водники?

– Потому что у них было занятие. Стине, не тупи. Кобра передала меня в распоряжение профессору синих. Мне пришлось заниматься с ними. Выполнять их стойки. Сначала мне было очень некомфортно. Но не потому что водники хихикали и перешёптывались, глядя на меня. На это мне по фигу. Я, скорее, ощущала некий дискомфорт по отношению к своей огненной магии. Будто перешла на вражескую сторону. Но чем дальше, тем становилось интереснее. После разминки и повторения стоек водники отработали свои щиты. Красивые. Я до этого только огненные щиты видела так близко. У синих другая техника. У нас надо вот так делать… – Алиса принялась активно жестикулировать. – А у них вот так.

Для меня что так, что этак – всё едино, непонятное мельтешение руками. Но рыжая пребывала в диком восторге.

– Алис, поосторожнее, а? – Я отодвинулась в сторону, уходя с траектории её движений. – Ты же в комнате, а не в аудитории для практик.

– Да я ж без магии! Только движения – и всё! Не хватало ещё, чтобы меня отчислили по глупости!

– Ясно.

– А потом, Стине, водники стали делать вотерболы! А-а-а! Кру-у-ть! Они учились, сферы получались не у всех. И не всегда идеально круглые, а кривые и косые. Знаешь, что это значит?

– И?

– Учиться – нормально. Нормально, когда у тебя что-то не получается с первого раза.

– Алис, а ты этого не знала? – Я изумлённо уставилась на соседку, не понимая, шутит она или нет.

– Просто я слишком сильно переживала из-за неудач со щитом. Всё-таки Камила де Лейн хоть и Кобра, но потрясающая женщина. У меня эмоции зашкаливают! Было очень интересно посмотреть чужую магию в действии. И то, как учатся другие. Под конец меня всё-таки закидали лёгкими вотерболами. Но это было весело!

– Да я уж вижу. Ты бы переоделась, что ли. С тебя вода капает.

Алиса потрясла рыжими волосами, выудила из шкафа сухую одежду и направилась в ванную.

– Ой, совсем забыла! – Она выглянула из-за двери. – Эйдан просил передать, что соскучился по тебе! Спрашивал, не желаешь ли ты в субботу съездить с ним на танцы. Местные танцполы – конечно, не наши земные клубы, но вполне сносны. А ещё водник сказал, что тебя надо кое-каким движениям подучить…

Я вспыхнула и приготовилась выдать гневную тираду, но рыжая голова уже скрылась в ванной.

Вот же хам! Бессовестный! И чего он ко мне привязался?! Бесит, бесит, бесит!

Дожидаться, пока рыжая выползет из ванной, я не стала. Устроить разнос по поводу бала, конечно, хотелось, но почему-то уже не сегодня. А ещё больше мне хотелось есть, а потому я отправилась прямиком в столовую.

Сразу после ужина решила немного проветриться и прогуляться по лесу. Я неторопливо шагала по извилистой тропинке и вдыхала свежий воздух, полный ароматов листвы и цветущих трав. На тренировочном поле никого не было, а потому можно было спокойно погрузиться в себя, сесть на траву в позе лотоса и попытаться расслабиться.

Медленный вдох, медленный выдох. Растущий рядом неизвестный мне куст источал сладковатый аромат. Мысли о синем наглеце перемешались со вчерашними злоключениями, а потом со скрипом обратились к предстоящей контрольной работе. Дурацкая материя магии! Ни черта не понятно. Определённо завтра засыплюсь.

Я легла на спину. Трава щекотала щёку, в розовых отблесках заходящего солнца по небу бежали кудрявые облака…

По пояснице пробежал холодок. Блин, где моё одеяло?! И чего Алиса там бубнит? Спать же мешает!

Я открыла глаза и вздрогнула, с ужасом обнаружив вместо потолка звездное небо. Комнаты № 308 не было и в помине. Это капец! Ночь, поляна, лес, иной мир, несделанная домашка и стойкое ощущение, что я здесь не одна.

Осторожно приподнялась на локтях. В тусклом свете ночного неба по окраине поляны двигались тёмные силуэты. Я инстинктивно попятилась, словно рак-отшельник, заползла под куст и стала наблюдать. Два человека несли третьего, пребывающего без сознания или вовсе умершего. Фигуру одного из носильщиков я узнала, потому как вчера он нагло вломился в моё личное пространство. Лорд Арсгорн Ливарелл собственной персоной. Что, опять?!

Я замерла и затаилась. Ещё не хватало, чтобы меня здесь поймали. Рыжая, кажется, упоминала какие-то объяснительные за ночные прогулки. Но это всё фигня. Вопрос в том, чем они здесь занимаются ночами? Как же меня угораздило заснуть посреди поляны?! Безответственно! Глупо! Теперь остаётся только сидеть тише воды ниже травы.

Я закусила губу, осознавая, что стала невольным свидетелем того, о чём знать не положено. Страх медленно пробирался под кожу. От лежания на прохладной земле я совсем продрогла. Сейчас как никогда хотелось оказаться в своей комнате, выпить чашку обжигающего кофе и завернуться в тёплое одеяло. Ладно, можно и не кофе, а чай, лишь бы горячий и лишь бы подальше отсюда.

Мужчины огибали поляну. В ночной тишине мне отчётливо было слышно каждое их слово.

– Давай лучше я перехвачу, чтоб тебе удобнее было. Эта сволочь весь твой бок прожгла.

– Нормально всё, Тибон. Идём.

– Арс, ты уверен? Если отрубишься, двоих я не унесу.

– Говорю же – нормально всё. Но если что, сначала тащи этого, на территории академии его точно бросать нельзя.

– Первым делом двигаем в медицинский блок. Потом и с этим разберёмся. Тебе нужен лекарь.

– Ладно.

– И спасибо, что прикрыл, Арс. Я только на миг отвлёкся…

– Лучше уж мой бок, чем твой труп, – в голосе лорда Ливарелла звучала сдерживаемая боль.

– Ты как?

– Переживу. Шагай.

– Думаю, этот придурок полез ломать защиту, чтобы занять место ректора.

– Это здесь при чём, Тибон?

– Полагаю, что если бы защиту второго забора проломили, наверняка пострадали бы студенты. А это скандал. Причём большой. Академия такого не любит, сам знаешь. Результатом было бы смещение ректора. Всё просто.

Странная процессия уже скрылась из виду. Лорд Ливарелл и его спутник миновали поле и углубились в лесной массив по тропе, ведущей в академию. Но слышимость по-прежнему была превосходной. Аромат укрывавшего меня куста стал слишком навязчивым и раздражал ноздри.

– Может, ты и прав. А может, дело в чём-то другом. Я человек прямой. Люблю, чтоб всё было чётко. Если парень хороший – отлично, а если плохой – своё получит сполна. А вся эта политическая закулисная возня меня неимоверно бесит! – Лорд Арсгорн перевёл дыхание. – Пусть Арчибальд сам разбирается. Место ректора для некоторых действительно заманчиво. Но рисковать жизнями и здоровьем студентов – это низко.

– Полностью согласен с тобой, Арс. Но это всего лишь мои домыслы. Гадать бесполезно. Нужно расследовать. Хорошо, что мы вовремя заметили магическое возмущение. Ещё неизвестно, какое бы зверьё пролезло на территорию. Ладно, если б просто цесарки да кроли. А если б кабаны или змеи? Змей я особенно не люблю. Арс! Твою…

Я услышала треск ветки, звук падения бездыханного тела и последовавшие витиеватые нецензурные высказывания обоих мужиков. Фильтруя мат, я поняла, что дальше Тибон потащит тело в одиночку, а потом вернётся за Арсом.

А мне что, здесь лежать, на холодной земле? Или к Арсу подойти? Ему явно досталось от того, кого они несли. Меня грызло чувство вины. Хоть лорд Ливарелл и мужлан, который меня бесит, но всё же он человек, причём раненый и брошенный в лесу. Ну на фига я здесь заснула?! Лучше б не видела никого и ничего. Сидела бы сейчас за учебниками, готовилась к контрольной, как все нормальные студенты. И не знала бы, что где-то на тропинке сидит Арс с прожжённым боком. Чёрт, чёрт, чёрт! Ну не могу я так! Надо что-то делать…

– Арс? – окликнул из темноты мужской голос. Я резко замерла, почти достигнув лесной тропы.

– Да здесь я! Ты что, бросил гадёныша на полпути?!

– Передал Иолу. Наткнулся на него у первого забора.

– Иол? С чего бы ему тут околачиваться?

– Сказал, что вышел подышать ночным воздухом, мол, помогает от бессонницы. Давай, обопрись на меня.

– Надо его прощупать, Тибон. И ещё. Я слышал шаги на поле, проверь.

Бли-и-ин! А вот это точно про меня! Я же только помочь хотела! Чёртов мужлан!

Я вжалась в стоящее рядом дерево.

– Проверю, всё обязательно проверю. Вот только сдам тебя в руки Марио.

– Тибон…

– Не обсуждается, Арс. Сначала лекарь, потом всё остальное.

Я мысленно поблагодарила Тибона. Теперь нужно осторожно и быстро вернуться в свою комнату. Выждала несколько минут и максимально тихо двинулась по тропинке. Мне удалось беспрепятственно дойти до первого забора. Осталось совсем чуть-чуть.

Выглянув, я увидела, как Марио О’Касти торопливо идёт навстречу мужчинам. В полуметре над его головой подрагивало пламя круглого огненного светляка, отгоняя темноту ночи.

– Как же это вас так угораздило, голубчик? – Лекарь принял под руки Арса. – Ну ничего, ничего, мои отвары мигом на ноги ставят…

Сдав лорда, Тибон побежал обратно, в мою сторону.

Я услышала, как гулко стукнуло моё сердце. Мгновенно нырнула в провал между кустом и забором и скрючилась, перестав дышать. Мимо бесшумно пронёсся Тибон. Я успела заметить очень пышные усы. Наверняка при свете дня они рыжие. Именно вместе с этим человеком Арс встретил нас с Викой в транспортировочном терминале.

Выбравшись из невразумительного укрытия и убедившись, что путь безопасен, я пулей помчалась в комнату.

Взволнованная Алиса обняла меня. Тут же последовал шквал вопросов. Я отмахнулась от неё, поведав только о том, что вышла погулять и задремала в парке на лавочке. В парке-то можно. Про то, что ходила в поле и что там видела, я решила умолчать. Зачем лишний раз трепаться? Мало ли, вдруг рыжая кому-нибудь ещё разболтает? А тот следующему. И так далее. Потом и до лорда Ливарелла слухи дойдут.

Сейчас нужно сделать вид, что ничего не произошло и я обычная студентка, которой необходимо подготовиться к завтрашней контрольной.

Я судорожно рылась на своём столе в поисках нужного учебника, но его нигде не было. Зато обнаружился список библиотечных книг. Зараза! Этот учебник мне не выдали! Естественно, бежать сейчас в библиотеку смысла нет. Она ведь ещё до ужина закрылась. Неужели только у меня всё с ног на голову?! Дьявол!

– Слушай, Алис, у тебя успокоительного нет какого-нибудь? А лучше сразу раствор для эвтаназии. Завтра мне всё равно конец, потому что подготовиться к контрольной по материи магии я не могу – дополнительного учебника с заданиями у меня, оказывается, нет, представляешь! Я же всего не знаю, но библиотекарша-то куда смотрела? Она должна была мне всё по списку выдать.

– Ой, эта ворчливая карга – та ещё ведьма. Она могла и забыть. Или же специально так сделать. А успокоительного у меня нет. Но есть кое-что получше.

Нелегальный пропуск Алисы сработал чётко и бесшумно. Я ужом просочилась в безмолвную библиотеку. Свет, естественно, не включала. Да и не знала, как это делается. Книжные стеллажи тускло мерцали, обозначая торцы книжных полок. Подсветка, судя по всему, была зачарованной, мрак библиотеки не разгоняла, но и ее вполне хватало, чтобы не вписаться лбом в стеллаж и дойти до необходимой секции.

Я немного постояла у входа, а когда глаза привыкли, бесшумно двинулась вглубь книжного царства. Минут через десять я добралась до нужного стеллажа. Искомый учебник не без труда обнаружился на нижней полке. Взяв его, я поспешила обратно. Но, пройдя несколько десятков шагов, услышала отчётливый слабый стон. Замерла, прислушиваясь.

Необъяснимый страх мурашками пронёсся вдоль позвоночника. Сердце застучало быстрее. Мысли роились в голове потревоженными пчёлами: Привидение? Нет, бред. Библиотекарша? Препод? Может, здесь охрана есть? Меня же сейчас застукают. Второй раз за ночь – это мерзкое чувство! А как здесь наказывают нарушителей? Как объяснить наличие пропуска, не впутывая Алису?

Звук повторился. Жалобный такой всхлип. Меня сразу осенила новая версия. Вдруг какому-то припозднившемуся читателю стало плохо и он валяется где-нибудь под столом среди упавших книг, а ворчливая библиотекарша его не заметила? Что делать-то? Зачем я только поддалась на эту авантюру? Опять это сердобольное желание помочь. Надо с этим завязывать и начинать думать о себе.

Чёрт! Я легонько прикусила собственный палец. А если б мне было плохо, а кто-то бы просто равнодушно прошёл мимо… Нет, не могу я уйти!

Я осторожно направилась в сторону звука. Тихо, как мышка, прошмыгнула мимо нескольких секций и ощутила новую волну страха, как будто сквозь мрак библиотеки на меня кто-то пристально смотрит. Опять. Волосы на затылке встали дыбом, пропуская под собой мурашки. Я уже сделала пол-оборота, чтобы бежать отсюда, сверкая пятками. Но стон повторился. Странный, неправильный стон.

И ноги смело шагнули вперёд.

Тихо вывернув из-за очередного шкафа, я уперлась взглядом в массивный читательский стол и мускулистые мужские ягодицы, которые ритмично двигались вперёд-назад. А над ними обнаружились переплетённые женские ножки в красных лодочках, отражающих бликами подсветку книжных полок.

Дура! Дура! Дура! Спасать она собралась умирающих. Ещё раз дура! А туфли… Где же я их видела? Засада! Же-е-е-есть! Ками… Надо сваливать, срочно.

Я попятилась назад за стеллаж, в спасительный мрак. На долю секунды пылкий мужчина повернул лицо. Трой?! Меня он не успел увидеть. Но его я точно узнала. Какого?! Трой и Ками! Вашу ж за ногу! Бли-и-ин, бедная Алиса. Какой же он козёл! Да ещё с преподавательницей. Это нарушение нескольких уставов академии. Его отчислят, да и Ками уволят. Со скандалом! Ужас! Только бы уйти незамеченной! Я ничего не знаю! Ничего не видела! Не было меня тут! Если боевая огневичка меня сейчас заметит, то испепелит на месте, а потом скажет, что так и было!

Я продолжала медленно пятиться под учащающиеся стоны. Жалобные, ага, как же. Дура последняя! Вдруг спиной я упёрлась в… Что это? Сердце пропустило удар, дыхание сбилось, страх цепкой рукой зажал мне рот. Нет, не страх. Реальная рука.

Я рванулась вперёд, но кто-то крепко прижал меня к себе за талию второй рукой. Я сделала вдох и ощутила запах какой-то кулинарной приправы. Ноги стали ватными, в ушах бешено стучал пульс. А на шее ощутила… поцелуй. Мягкий и лёгкий. Я дёрнулась в смятении и тут же услышала шёпот:

– Тише, ты же не хочешь, чтобы Камила де Лейн обнаружила тебя? Я отпущу руку, только не ори. Договорились?

Я робко кивнула.

Не соврал. Ладонь от моего лица он убрал, но тут же по-свойски положил её мне на грудь. Это что, домогательство? Ну уж нет, я не согласна! Чёрта с два! Пусть лучше сейчас меня Ками сожжёт!

Я отбросила страх и хотела заорать, но вдруг осознала, что тело поддаётся наглым приставаниям. Под лаской незнакомца грудь трепетно налилась, а дыхание стало глубоким и частым. Вот дьявол! Злость на себя, на него, на них всех придала мне смелости. Я уловила момент, когда хватка чуть ослабла, и резко развернулась в кольце его рук. Во мраке лица мужчины разглядеть не удалось.

Я прошипела:

– Совсем офигел? Ты что творишь?! Я сейчас заору, и Ками превратит меня в пепел. Но вместе с тобой!

– Кричи. Ну же, давай, кричи. Позови её! – Объятий он не разжал.

Я открыла рот, но замешкалась. Он истолковал это по-своему: схватил меня пальцами за подбородок и поцеловал. Я на миг потеряла контроль, и губы тут же ответили на поцелуй. Настоящий, страстный, французский. Со всем смаком, выдающим изголодавшуюся по мужским ласкам девушку.

Мы стояли в темноте и целовались за шкафом, как последние малолетки. Его руки сползли с талии вниз и властно схватили меня за пятую точку. Одной рукой я упёрлась в его грудь, подавая сигналы возмущённому и возбуждённому мозгу, что, мол, вот, я же сопротивляюсь. Но кто в это поверит?

Бедром я ощутила горячее возбуждение незнакомца. А уши заливали громкие совместные стоны прелюбодейской парочки на читальном столе. Наш поцелуй длился ровно до тех пор, пока я, забывшись, не выпустила злосчастный учебник из рук. Книга с глухим звуком брякнулась на пол.

Стоны сладкой парочки резко смолкли, а незнакомец схватил меня за руку и потянул вглубь библиотеки. Он ловко лавировал между стеллажами, и к счастью, потому как я потеряла способность ориентироваться в этом огромном книжном лабиринте. Впереди показалась неказистая дверь. Мы притормозили, незнакомец наклонился ко мне и прошептал на ушко: «Прости меня». Затем выудил из кармана ключ-пропуск и вложил в прорезь. Дверь бесшумно распахнулась, и меня выпихнули наружу.

Я оказалась посреди орехового коридора. Насколько помню, один конец ведёт в общий холл, а другой – в медблок. Я выбрала правую сторону, рассудив, что похождений налево с меня на сегодня предостаточно. Неважно, куда приведёт коридор, лишь бы подальше от библиотеки. С направлением я угадала и до комнаты добралась без приключений, никого не встретив по пути.

Я вихрем ворвалась в своё убежище, закрыла на ключ дверь, прижалась к ней спиной и медленно сползла на пол.

Алиса ещё не спала. Она читала в кровати и одновременно поглаживала растянувшегося поперёк Шишу, поэтому на меня вопрошающе уставились сразу четыре глаза.

– Ого! Что с тобой, Стине? Тебя что, поймали в библиотеке?!

– Да!

– Дерьмо! – Рыжая подскочила ко мне. – Кто? Мой пропуск отобрали?

– Нет.

– Это как? Объясни нормально, что произошло.

Я покраснела как варёный рак и отрицательно замотала головой. Соседка опустилась на пол рядом со мной.

– Я тебя слушаю.

– Нет. Не могу.

Ну как я расскажу ей про Троя? Но и не сказать не могу. Душа терзалась в поисках лучшего решения. Но если не выдам парня, то в глаза Алисе не смогу спокойно смотреть.

– Не трясись ты так! Что бы там ни было – говори! Или я пойду сейчас в библиотеку и сама всё выясню!

– Нет! Не ходи!

Я сдалась. Выложила всё как на духу. От начала до конца. Про библиотеку. Не про поле.

– О-фи-геть! Стине, ну ты даёшь! Точно не разглядела его лица? Какие-то особые приметы? Шрамы, отметины?

– Какие отметины? Говорю же, темно было! Я пряталась! Из особых примет только запах этот. Непонятный. Но точно приправа какая-то. Слушай, а может, это местный магический афродизиак? Да я половину обратной дороги слушала своё томное дыхание! Это по-любому какое-то приворотное зелье! Или заклинание. Меня бессовестно околдовали! Я не могла сама…

– Ну Сти-и-ине, – протянула рыжая, – это ж вполне нормальная физическая реакция одинокой девушки. Твой мозг перегружен стрессами, а тело хочет разрядки. Расслабься! Просто давай подыщем тебе нормального парня. Чем старше курс, тем лучше. Вот Эйдан тот же…

– Да Эйдан твой – просто напыщенный болван! Самоуверенный наглец! – Я ткнула соседку локтем в бок. – Не нужны мне парни и все эти шуры-муры-лямуры. Моя цель – диплом и Земля, а не отношения.

– Зануда, – фыркнула норвежка.

– Алис… – Я замялась, но всё же повернула разговор в нужное русло: – Я вообще-то тебе про измену Троя рассказала.

– Пф-ф, и что? Я в курсе, что он состоит в связи с преподом. Просто не знала, с кем именно. Теперь знаю.

– Да что у вас за отношения такие?! – Я вскочила с пола и недоумённо уставилась на Алису. – А как же любовь?

– Любовь? Я питаю её только к магии. А отношения с Троем исключительно взаимовыгодные. Он удовлетворяет мои умственные потребности – крутые конспекты, пропуски-допуски в закрытые части академии, может свести с кем надо, чтоб я могла решить свои вопросы. А взамен мы прилюдно объявили себя парой. Для него это конспирация, чтобы не было неудобных вопросов и подозрений по поводу его истинных отношений. Ну и, конечно, физическое удовлетворение наших тел никто не отменял. Так что у нас чистой воды симбиоз. Ты только об этом помалкивай, ладно?

– Симбиоз?! Я так переживала, говорить тебе или нет. А у вас, оказывается, симбиоз. Ну, знаешь ли… В любом случае, его отношения с Ками до добра не доведут, как бы потом вся эта история на тебе негативно не отразилась. Там, дома, моя подруга закрутила шашни с преподом. И кончилось тем, что объявилась его злющая жена, которая, как я теперь понимаю, по совместительству транспортировщица. В общем, она с психу нас с Викой в этот мир вышвырнула. А тут Арс и Тибон встретили.

– Тибон?

– Ну да, с рыжими усами который.

– А-а-а, поняла.

– Так вот, Вика им сцену закатила, умоляла её отпустить, а меня оставить. Словно я товар какой-то. Я считала её не то что подругой, скорее сестрой. Самой близкой и родной. – На меня вновь накатила волна обиды. Пришлось трижды вздохнуть, чтобы подавить зарождающиеся слёзы. – Теперь её имя у меня всегда будет ассоциироваться с предательством. Гадская коза! Ненавижу! Да ещё и лорд Ливарелл ей поверил – отправил домой, а меня здесь оставил. Понимаешь! Даже не разобрался в ситуации. Козёл!

– Гадская коза? Козёл? Зачем ты так, это же замечательные животные. А ты – сама наивность. – Алиса улыбнулась. – Лорд Ливарелл выбрал тебя из-за магического потенциала. А Вика, видимо, пустышкой оказалась, поэтому её обратно и отправили. Нет, ну она дрянь, конечно. Тут я согласна. Но Арс просто делал свою работу. Не злись на него. Он и правда о-о-очень классный.

– Ну так бросай свой Троянский симбиоз и встречайся с Арсом, если ты от него в таком диком восторге!

– А вот тут обломчик. Лорд со студентками не путается. Железобетонно. Так что нам только и остаётся закатывать глаза, томно вздыхать и говорить, какой он классный. Многие, кстати, обзавидовались, когда он тебя на руках в госпиталь нёс.

– И ты туда же. Да ну вас всех к чёрту!

Знали бы они, что мы ещё и на коне в обнимку катались, совсем бы позеленели. Но это не их дело, а мне всё равно.

– Погоди, Стине. Иди сюда, чего покажу. – Рыжая раскрыла шкаф и достала небольшую деревянную резную шкатулку. Внутри аккуратно стояли маленькие склянки с жидкостями разных цветов.

– Смотри, вот такой синий пузырёк должен быть у каждой девушки. Это в идеале. В реальности его просто так не раздобудешь. Но у меня же есть Трой. – Алиса лукаво подмигнула. – В общем, одна капля этого зелья поможет избежать кучи ненужных проблем с мужчинами.

– Это как? Вроде отворотного зелья? Защищает от приставаний? – с надеждой уточнила я.

– Да нет же, дурёха, защищает от нежелательной беременности. Это как десерт после основного блюда, – хихикнула соседка.

– Фу, перестань! – Я густо раскраснелась и с грохотом захлопнула дверку шкафа. – Мне оно не понадобится! Я здесь, чтобы учиться, сколько раз тебе можно повторять?!

– М-да-а-а, тяжёлый случай. Но всё-таки имей в виду. Мало ли какие ароматные маньяки могут подкараулить тебя за углом.

Вот же зараза рыжая! Я пошла в душ, чтобы смыть с себя неприятные разговоры и остатки библиотечного позора.

Собрать слова в единый текст не получалось. Смысл задания неуловимо ускользал. И дело было даже не в том, что я банально не выспалась, а в том, что я не понимала материала. Я не в теме, что тут скажешь? Мои сокурсники торопливо скрипели карандашами по бумаге. Где-то с задних рядов периодически раздавались печальные вздохи. Сидевший рядом парень всё время чесал щетинистый подбородок и изображал сложный мыслительный процесс, но его листочек оставался чистым, как и мой. Однозначно, контрольная работа не давалась не только мне. Этот факт немного бодрил, но настроение в целом было отвратительным.

– На пересдачу вместе пойдём? – шепотом спросил он.

Я слегка кивнула. Минуты тикали, а умных мыслей всё не было. Да и откуда им взяться? Вместо материи магии в голове яркими красками вспыхивали ночные воспоминания. Вдруг передо мной на стол приземлился клочок бумаги. На нём обнаружилась писанина, схожая с заданием. Набор формул, символов и слов, половина из которых осталась недосягаема для моего разума. Выходит, кто-то подкинул мне шпаргалку? Я посмотрела по сторонам, но отправителя вычислить не смогла.

Раньше, на Земле, все списывали у меня. Иногда это бесило и раздражало, но я не жадничала. А сейчас сама оказалась в лузерах. Приятного мало. Но пользоваться невесть откуда взявшейся шпаргалкой всё-таки не стала. Надо быть честной самой с собой. Я не подготовилась, не знаю предмета и уже не маленькая первокурсница, которая боится отчисления. Куда меня выгонят в случае чего? Правильно, – на Землю. Ну и отлично.

Я даже улыбнулась при воспоминании о родном мире. А вот мой сосед шпаргалку заметил. Выражение его лица было столь красноречивым, что я отдала бумажку ему.

После окончания пар наведалась в библиотеку и выпросила у старой карги недостающий учебник. Вместе с книгой я получила порцию незаслуженных упрёков. Вот уж точно – ведьма. И откуда столько злобы у человека?

В стихийном холле я наткнулась на леди Адриану.

– Слышала, что у тебя некоторые трудности с учёбой, Кристина? – мягко спросила элегантная старушка.

– Да, есть. – Я не стала скрывать своего провала. – Материя магии.

– Да, сложный предмет, в особенности для иномирян. Но у тебя ведь есть привилегии, Кристина. Со следующей недели приступаешь к дополнительным занятиям по материи. С профессором я договорюсь. Не стоит отчаиваться. Я помню себя на первом курсе. О, это был сложный для меня период. И с материей магии я совсем не дружила. Тем не менее сейчас перед тобой маг воздуха высшей категории. Так что бросай свои пессимистические настроения.

Лёгко ей говорить. Но я сдержанно улыбнулась и перешла к давно мучившему меня вопросу:

– Леди де Фонтин, а как на Земле объяснили моё исчезновение?

– Корректно, Кристина, весьма корректно. Об этом не беспокойся.

– Просто если вдруг я не приживусь здесь, если вернусь…

– Ампелос теперь твой мир, – перебила меня старушка. – Как только ты познаешь свою магию, будешь думать иначе. Всё у тебя получится. Со временем.

Леди де Фонтин поспешила по делам, оставив шлейф добродушных ощущений и уверенности. Моё настроение поползло вверх.

– Кристина! Ты чего там замерла? – Лея и Лия расположились в зелёных креслах стихийного лобби. – Иди к нам! Что леди Адриана тебе сказала? Всё в порядке?

– Да, всё хорошо. Мы обсуждали дополнительные занятия по материи магии. Блин, девчонки, я контрольную завалила!

– Печально. Не выучила?

– Да если бы. Не было даже учебника. Мне его библиотекарша не выдала, а я это поняла слишком поздно – библиотека к тому времени уже закрылась.

– Леди Клинелла весьма несчастная женщина.

– Кто?

– Библиотекарша наша. Мне её жаль. Говорят, её родители были очень сильными магами, а вот леди Клинелла дар не унаследовала, – принялась рассказывать близняшка.

– Не то чтобы совсем не унаследовала, скорее, уровень её потенциала очень низкий, ниже среднего, – перебила сестра. – Потому ей и досталась нудная должность на скучной работе.

– Вот и срывается на студентах. Не обращай внимания.

– Хм. Сложно не обращать внимания, когда из-за неё… – Я вспомнила руки незнакомца из библиотеки и ощутила, как вспыхнули щёки. Но не говорить же об этом девчонкам. – В общем, завалила я контрольную. Мне ещё кто-то шпаргалку подкинул. Но я всё равно ничего не поняла и не стала ею пользоваться.

– Шпаргалку?! – удивились близняшки. – У нас не принято… Покажи!

Я извлекла из сумки мятый клочок бумаги.

– Кристина, если б ты написала это в своей работе, у тебя были бы большие проблемы.

– Почему?!

– Потому что здесь только оскорбления и нецензурная брань.

– Э-э-э? Там ведь формулы.

– Это маскировка основного текста. Формулы абсолютно неправильные. И ведь кто-то не поленился же…

Я возрадовалась, что не струсила и честно завалила предмет.

– Ты ведь новенькая. Вот народ и развлекается. Просто будь осторожнее.

– Козлы. Ой! Я-то не списала, а вот парень, который рядом со мной сидел, очень даже списал. Не помню, как его зовут, такой высокий и со щетинистым подбородком.

– Если ты про Свенсона, то всё ясно. Это парень Унции. Но они пару дней в ссоре. Впрочем, так у них постоянно. Ссорятся-мирятся, – сказала пониженным голосом одна из сестёр.

– Поговаривают, – продолжила приглушённо сплетничать вторая, – он раньше сох по Мартине, той, что до тебя в триста восьмой жила. Свенсон увидел её, когда в академию к отцу приходил, парень же – профессорский сынок. В общем, голову он тогда конкретно потерял. Щегол. Тогда ещё в старших классах учился. Говорят, Мартина его отшила, а потом пропала. Свенсона затаскали по допросам, но он оказался не при делах.

– До сих пор не понимаю, как Унция взяла парня в оборот. Она же полная противоположность Мартине. По габаритам…

Я прервала сплетни близняшек:

– Надо сказать ему.

– Не лезь. У отца Свенсона хорошие связи. А вот тебе в такой ситуации пришлось бы несладко.

Остаток рабочей недели прошёл мирно и спокойно, а вот утро субботы началось с какого-то бульканья и гула в водопроводных трубах. Выспаться не получилось. Даже Шиша выполз из ванной и залез к Алисе в постель. Час или два мы «наслаждались» весьма раздражающим журчанием. Рыжая не выдержала первой: резко вскочила с кровати и пошла умываться. Серая выдра перекочевала ко мне.

– Да что за фигня?! То очень горячая, то ледяная вода… Бесит! – Алиса с негодованием вышла из ванной. – А знаешь, Трой, да и, наверное, все мужики в шоке: как женщины могут мыть голову отдельно от тела? Надо будет ему рассказать, что сегодня я вымыла чёлку отдельно от остальных волос.

Соседка приоткрыла входную дверь, наполовину высунулась в коридор и стала с кем-то разговаривать. Я воспользовалась освободившейся ванной, вот только мне досталась исключительно ледяная вода.

– Говорят, что двое водников ночью провели неудачный и незаконный магический эксперимент прямо в своей комнате. – Рыжая принялась пересказывать услышанное в коридоре, пока я натягивала джинсы. – Представляешь! На это есть специальные аудитории! Теперь пол-этажа из-за них страдает.

Шиша, недовольный происходящим, нервно шипел и фыркал, а потом и вовсе вскарабкался по моей ноге. Пришлось взять животинку на руки и успокаивающе потрепать прохладное тельце. Алиса продолжала ворчать и чертыхаться. Мои же мысли вновь устремились в библиотеку к незнакомцу. Я снова и снова прокручивала в голове ситуацию. Вспоминала прикосновения его рук, губ…

Бесстыжие мысли прервал оглушительный грохот. Подпрыгнули все: Алиса, я и Шиша на моих руках.

– Что за чёрт?! – Алиса снова высунулась в коридор.

Там царили хаос и беготня. Кто-то проорал:

– Лопнула одна из труб! Не паникуйте! Воду в этом крыле пока полностью перекрыли.

– Хорошо, что я не стала всю голову мыть. Не успела бы, – прокомментировала соседка, закрывая дверь. – Ой.

– Что?

– А вот тебе бы сейчас душ не помешал.

Я сразу не поняла, о чём речь. Но Шиша издал своё коронное «ш-ш-ш», потупил сизые глаза и спрятался в ванной. Он ушёл, а влажность осталась. Я взглянула в зеркало. Вот же бли-и-ин! Пипец! Мои родные земные джинсы и футболка были заляпаны серой слизью и соплями. Вся эта жижа воняла тухлым болотом, как двухнедельная вода в цветочной вазе. Что это вообще за гадость?! Шиша?!

– Ш-ш-ш, – жалобно донеслось из-под ванны.

– Это он… как бы сказать… оконфузился. Резкий звук его напугал, – пояснила Алиса, едва сдерживая смех.

– Погоди… По-твоему, он что, обделался?! Да твою ж! Я тебе, Шиша, кошачий лоток из своего мира у транспортировщиков закажу! Что теперь делать-то? Мне ж сейчас на дополнительную лекцию с профессором Гарвишем!

– Да-а-а. Просто переодеться не вариант, – подытожила соседка и полезла открывать окно. – Вонища жуткая. Давай дуй в правое крыло. Там спортзал, при нём раздевалки с душевыми.

Пока Алиса объясняла дорогу, я запихнула в пакет свежую одежду, мыло, мочалку и полотенце. По коридору неслась как ошпаренная, прикрываясь волосами и пакетом с вещами в надежде, что в такой суматохе меня не узнают. Эту вонь не учуять было просто невозможно. Я даже услышала чьё-то ворчание по поводу запаха. Очень надеюсь, его спишут на проблему с трубой.

Влетела в указанную соседкой дверь и оказалась в небольшом тамбуре, из которого вели ещё три выхода. Толкнула ближайшую – скамьи, шкафчики. Всё верно – раздевалка.

Бегом ворвалась в душевое помещение и тут же кого-то сбила с ног. Этот кто-то плюхнулся на спину, а я по инерции припечаталась сверху. Чёрт! Эйдан! Голый и мокрый!

Рядом шлёпнулся мой пакет, из которого выпали вещи. Я попыталась вскочить, но Эйдан не пустил, удержал, нагло прижав к себе.

– Дорогая, у тебя новые духи? – Водник красноречиво поморщил нос. – Этот аромат тебе не подходит.

– А ну отпусти меня немедленно!

– Кристина из Орска, – произнёс знакомый голос, – потрудитесь объяснить, чем это вы здесь занимаетесь?!

В дверях стоял Арс и с интересом наблюдал пикантную сцену. Из одежды на нём было только алое полотенце на бёдрах. Я ненароком скользнула взглядом по его крепкой фигуре и отметила шероховатое покраснение на правом боку, уходящее вниз под полотенце. Следы ожога.

Чудные у них тут отвары, однако за пару дней всё зажило. Блин, нашла о чём думать, лёжа на голом парне!

Эйдан разжал объятия. Я тут же вскочила и даже подхватила валяющееся полотенце, хотя прикрываться надо было вовсе не мне. Лицо пылало жгучим румянцем. Я стала рассматривать трещинку в полу слева, лишь бы не бросать взгляды на голого парня и полуголого мужчину.

Эйдан позади меня поднялся и жалобно заголосил:

– Лорд Ливарелл! Доброе утро! Представляете, эта сумасшедшая подкараулила меня в душе и набросилась! Боюсь, если бы не вы, меня могли бы обесчестить.

– Ах ты… – В негодовании я развернулась к воднику и от души хлестнула полотенцем.

– Помогите! Избивают! – воскликнул Эйдан. Улыбаясь, он перехватил полотенце, но даже не попытался им прикрыться.

Я резко отвернулась. Выплеснуть рвущиеся наружу отборные русские слова лорд Ливарелл мне не дал.

– Та-а-ак, Кристина из Орска. Это уже третье замечание. Случившееся я так просто не оставлю. За попытку посрамить честь этого праведного юноши вас ждёт серьёзное наказание.

Я гневно сверкнула глазами. Какого чёрта?!

– Лорд Ливарелл! Я…

– Приведите себя в порядок, – снова оборвал меня Арс. – Через пятнадцать минут жду в стихийном зале, Кристина. Поедете на закупы. А вы, молодой человек, будьте добры помочь с устранением потопа в левом крыле.

– В смысле? – возмутился позади меня Эйдан. – Я здесь ни при чем! Трубы не я…

– Не имеет значения кто. Воспринимайте это как дело чести. И друзей своих подключите. Лишняя помощь никогда не помешает.

Я была рада небольшой справедливости, что водника тоже припахали. Но совсем не поняла насчёт себя.

– У меня сейчас занятие с лордом Гарвишем…

– А что, молодых и неопытных тебе мало? Решила за стариком приударить? – Арс откровенно издевался.

Я подхватила свой пакет, наспех утрамбовала в него вылетевшие вещи и гордо зашагала на выход. По мере приближения к дверному проёму я осознала, что вконец офигевший лорд в полотенце не делает никаких телодвижений, чтобы освободить проход. Захотелось зарычать и двинуть ему пакетом по обгоревшему боку.

Нет уж! Просить его посторониться я не буду. Нет! Волна смущения сменилась злобой. Я положилась на свою стройность и невесть откуда взявшуюся наглость и прошла между лордом и дверным косяком, намеренно задев его рукой, испачканной в Шишиной слизи. Вот тебе, мужлан неотёсанный! Иди теперь заново душ принимай!

– Женская раздевалка за соседней дверью. Пятнадцать минут, – холодно прозвучало за спиной.

Оглядываться, естественно, не стала.

Я мысленно послала лорда Ливарелла на три русские буквы. И правда, вторая дверь из тамбура вела в такое же помещение. Блин, а что, вывески «М» и «Ж» повесить сложно было?! Прошла в душ, скинула грязную одежду и смыла слизь и позор. Закончив банные дела, с ужасом поняла, что полотенца нет.

– Долбаный синий козёл! – рявкнула я и вышла из душевой в раздевалку.

А там поджидала Алиса. Соседка окинула мою наготу весёлым взглядом и протянула свежее полотенце.

– Лорд Ливарелл попросил тебе принести, – хихикнула соседка. – Опять вляпалась?

– Не то слово!

Я поведала Алисе о случившемся. И чем дальше я рассказывала, тем быстрее моя злость улетучивалась, а в конце я и вовсе поддержала Алису задорным смехом.

– Слушай, а ты не знаешь, что это за закупы такие?

– Да обычный шопинг, только для преподов и нужд академии.

– Алис, а давай поменяемся, а? – В голову пришла отчаянная мысль. – Ты ведь любишь шопинг! И об Арсе вздыхаешь. Вот и съезди с ним вместо меня.

– Э-э-э…

– Фирменный взгляд Ливарелла, мурашки…

– Ну-у-у…

– А что ну? У меня занятие дополнительное сейчас. Не могу же я его прогулять. К тому же мы так и не поговорили насчёт той подставы с благотворительным балом. Думаю, с тебя должок! Причём немаленький! Это тебе не с засранцем Шишей мне инфаркты устраивать.

Я скрестила пальцы за спиной и молилась, чтобы рыжая согласилась. Ещё одной пытки верхом в обнимку с чёртовым мужланом я не выдержу.

Соседка потёрла подбородок. Подумала немного и кивнула.

– Значит, шопинг. Почему бы и нет? Халявный проезд до города, общество Арса, покупки… Звучит и правда заманчиво, а? – Рыжая игриво подмигнула. – Только зайдём в комнату, мне нужно переодеться.

Алиса облачилась в тёмные обтягивающие брюки и лёгкую кружевную блузку с глубоким вырезом. Да, чувства стиля у норвежки не отнять. Смотрелась она шикарно: немного строго и весьма сексуально одновременно. Надеюсь, Арсу понравится. Да чего там, моя соседка покорит любого мужчину.

Вот и хорошо. Главное, чтобы от меня все отвязались.

В лобби мы спустились почти вовремя и тут же столкнулись с лордом Гарвишем.

– Юная леди, жаль вас разочаровывать, но сегодняшнее занятие перенесём на вечер вторника, у меня возникли неотложные дела в городе. – Лысый пень произнёс эту предательскую фразу и бодро усеменил в сторону выхода, оставив в моей душе бурю негодования.

– Али-и-ис, ты знаешь, что в мире существует закон подлости?

– Ты о чём?

– О профессоре Гарвише, блин! – вздохнула я обречённо. – Ну на фига он лекцию отменил?! Это называется попадос. Теперь у меня нет уважительной причины не ехать на этот ваш закуп. Всё равно попробую уговорить Арса взять тебя вместо меня.

– Ну и зря! Как по мне, так это закон не подлости, а равновесия! – заявила рыжуля. – В противовес твоему утреннему стрессу.

– Слишком уж всё гладко получилось. Чудеса какие-то.

– Мы же в мире магии, леди. Здесь без чудес не обойтись. Особенно без тех, которые приезжают раз в год! – жизнерадостно провозгласил внезапно возникший рядом с нами Арс.

Вопреки ожиданию, сегодня вместо щегольского костюма он отдал предпочтение простой прогулочной одежде. Вроде даже на нормального мужика стал похож.

– Вы о чём, лорд Ливарелл? Кто приезжает? – не растерялась моя соседка.

– Это вам знать необязательно. Но лорд Гарвиш правильно понял намёк.

– Так это вы Кристину отмазали? – уточнила Алиса.

– А вы, Йохансен, похоже, наоборот, примазались?

Я вдруг поняла, что не поехать мне не позволят. Нужен новый план. Нужна Алиса. Если он согласится взять и её, то коня будет два. Я поеду с рыжей, а он пусть трясётся в одиночестве. Или я поеду одна, а он с Алисой. Или все трое на отдельных лошадках. Я, конечно, ездить верхом не умею, но ничего, как-нибудь разберусь. В общем, Алиса нужна по-любому.

– Это я попросила Элис поехать… кхм… с нами. Я ведь не знаю местных магазинов и всё такое. К тому же вы сами сегодня в душевой сказали, что лишняя помощь никогда не помешает.

– Хм, было дело, говорил. Подловила. – Профессор усмехнулся и смерил мою соседку коронным взглядом голубых глаз, слегка задержавшись в зоне декольте. – Что ж, принимается. Прошу на выход, дамы. Список покупок у меня большой и…

«И горячий» – мысленно заполнила я красноречиво выдержанную лордом паузу, припоминая тот неловкий момент после бала. Вот ведь гад такой!

– И? – недоумённо переспросила Элис.

– И идёмте, – как ни в чем не бывало ответил лорд.

Арс зашагал к выходу, мы следом. Алиса мне хитро подмигнула и показала кожу на своей руке – мурашки. Вот это реакция! А на меня его фишка не действует. Я лишь дискомфорт ощущаю. Никаких мурашек и восторженных чувств. Скорее наоборот.

Мы вышли за ворота академии. Я ожидала увидеть здесь привязанного коня, точнее, как минимум двух. Собственно, два коня имелись, только вот запряжены они были в карету. Ого! Да мы сегодня на такси бизнес-класса поедем!

Карета была из дорогих, не чета той, в которой я уезжала с бала. Настроение на один градус повысилось. Но лорд Ливарелл по-прежнему раздражал одним своим присутствием.

– Карета для императрицы подана. Прошу. – Арс открыл дверцу и протянул мне руку.

Засунь-ка ты свою галантность знаешь куда… Одним словом, я забралась внутрь без посторонней помощи. А вот рыжая предложенной рукой воспользовалась. Не потому что немощная, а чтобы лорда полапать.

Внутри кареты было так же, как и снаружи, – старомодно и атмосферно. Я уселась на обитую бордовым бархатом скамью. Рядом плюхнулась рыжая. А лорд Ливарелл расположился напротив. Кучер выкрикнул нечленораздельный громкий звук, и лошади тронулись. Ехали молча.

– А почему вы сами поехали на закупы? – Алиса нарушила затянувшуюся тишину. – Я думала, такими вещами занимаются только помощники.

– Потому что шестьдесят процентов позиций из списка – лично мои. А остальное попросили коллеги. Вот это, кстати, и будет ваша задача. Для себя я привык всё выбирать, оценивать и покупать только сам. А уж помощники с выбором необходимых мне атрибутов и артефактов точно не справятся.

– Артефакты вроде вашего меча, которым вы юных дев в тёмных туннелях пугаете? – Я не удержалась и съязвила.

– Нынче юные девы очень даже не прочь поиграть с моим мечом. Но если вы всё-таки говорите о сабле-хвачгарджи, то да, эта старушка способна разрывать межмирное пространство.

Алиса прыснула, а до меня с запозданием дошёл смысл сказанного, и я ощутила, как вспыхнули щёки.

– Лорд Ливарелл, а есть какой-нибудь артефакт, позволяющий освоить свою стихию? – отсмеявшись, спросила моя соседка. – С помощью которого я бы смогла разложить магию на составляющие. Не могу разделить стихийный огонь на защитный, агрессивный, бытовой… Ну, вы понимаете…

– Каждый сам должен прочувствовать свою силу, – развёл руками профессор. – Артефакты могут лишь усилить природные данные. Не более того. За вас никто и ничто работать не будет. Могу дать совет: как у тебя с фантазией? Включи воображение, представь силу мысленно, можно даже придумать образ. Например, конкретного человека, или вещи, или существа. Подружиться с ним, поговорить, попросить разделиться.

– Ага, руки отдельно, ноги отдельно, мечи отдельно. – Ну не смогла я себя сдержать! Его сальная шуточка меня вконец разозлила. Да что он вообще о себе возомнил! – Вы, случаем, не маньяк, лорд Ливарелл?

– Не слишком ли много вы о мечах думаете, Кристина из Орска? – не остался в долгу он. – Если нарвётесь на очередное замечание, то простым шопингом уже не отделаетесь.

Я вспыхнула с новой силой, фыркнула и отвернулась к окну. Каков нахал! Хам! У-у-уф! Алиса тоже смотрела в окно, но вздрагивающая спина выдавала её молчаливый, еле сдерживаемый ржач.

Какое-то время снова ехали молча.

– Кстати, раз уж мы идём по магазинам, настоятельно рекомендую зайти в парфюмерную лавку «Амбреоника». Владелец очень популярен среди студенток – всегда поможет с выбором, учтёт стихию и личные качества. Сегодня утром один несчастный студент, едва переживший нападение в душе, был чертовски прав насчёт того, что вам, Кристина из Орска, надо сменить парфюм. – Арс нагло ухмыльнулся.

Я была готова его придушить и начала гневно скалиться и сжимать кулаки.

– Экскременты ахатина – не самый удачный выбор. Где же вы раздобыли столь редкий экземпляр?

– Какой ещё экземпляр? – переспросила Алиса.

– Ахатина. Этот аромат ни с чем не спутаешь. Ну так что?

– Я не понимаю… – Алиса заломила рыжую бровь.

– Он, видимо, про Шишу, – пояснила я, ощущая, как гнев сменяется любопытством.

– А-а-а, его моя предыдущая соседка нашла. Мы даже не знаем названия этого животного. Значит, аху…

– Ахатин! И он не предназначен для использования вместо духов. О чём вы только думали? Безответственные. А если б эта зверушка была опасна? Знаете, каких только тварей нет в разных мирах!

– Выходит, Шиша – иномирянин? Понятно теперь, почему по нему нет информации, – сделала вывод Алиса.

– Тебя только это волнует? Прежде всего вы должны думать головой! В этот раз вам повезло. И более того: разрешаю оставить. Но не трепитесь о нём. При очередном контакте с миром ахатина мы по-тихому вернём зверя назад. А пока пусть поживёт у вас. Но чтоб без фокусов! А духи всё-таки себе купи, Кристина из Орска. – Последнюю фразу лорд адресовал именно мне.

– Непременно, только денег дайте! – ехидно процедила я. Может, я и правда много чего купила бы. Не духи, конечно, а тот же спортивный костюм, бельё и всё такое. Но стипендия мне ещё не скоро светит.

Арс потянулся за кошельком. Вот идиот! Это же сарказм был!

– Не надо мне от вас ничего.

– Именно от меня? – Он уставился в моё лицо испытующим взором пронзительных голубых глаз.

Я пожала плечами и потупила взгляд. Мурашки так и не появились. А вот соседка сдала с потрохами:

– Стине думает, что вы в терминале могли и другой выбор сделать. В пользу её подруги. Я ей объяснила про потенциал. Но, видимо, осадок всё-таки остался.

– Каждый сам решает: гадать о том, что могло бы быть, или же взять ситуацию в свои руки.

Карета замедлила ход.

– А у нас ещё у кого-нибудь живут ахатины? – Рыжая снова вернулась к теме Шиши.

– Нет, не живут. – Лорд перевёл взгляд на Алису. – Известна лишь одна риндчанка, притащившая с собой ахатина не как… кхм… а в качестве домашнего животного. Но, кажется, Аника сменила академию.

– Когда кажется, креститься надо! – Да у меня прямо словесный понос. Надо взять себя в руки.

– Осторожнее, Кристина. – Лорд Ливарелл резко распахнул дверцу кареты. – Как бы кое-кому тоже не пришлось менять учебное заведение.

Он легко спрыгнул на брусчатку и, не оборачиваясь, добавил:

– Встречаемся у фонтана в три часа.

Мы вышли следом. Меня накрыло звуками города: разговоры, хохот, крики, детские визги, пение птиц, лай собаки, шум падающей воды. Кожа впитывала летний зной.

– Ну Стине! Ты в своём уме? – причитала Алиса, провожая взглядом широкую спину лорда, сворачивающего за угол трёхэтажного дома. – Как бы ты его ни ненавидела, но уважение к преподавателю и субординацию ещё никто не отменял! Не ищи себе приключений на попу!

– Бесит его самодовольная рожа, нахальная улыбка и пошлые шуточки! А ты зачем сказала ему про мои чувства?!

– Ну мы же подруги. Не хотелось, чтобы из-за твоей вспышки гнева он и правда тебя наказал. Хватит с меня смены соседок по комнате.

– А как здесь за такое наказывают?

– Не знаю, но спрошу у Троя. Наверняка были прецеденты. Лорд Ливарелл же сам про Анику рассказал. Куда, интересно, она перевелась? Из-за чего? Надо ей письмо написать, про ахатинов порасспрашивать. Что это за зверь такой.

– Шиша мне весь выходной испортил! А Эйдан уже, наверное, всем всё растрепал про…

– О, всё-таки думаешь о нём? А я давно говорю, что пора тебе на свидание сходить! Снять напряжение и стресс. Эйдан – весёлый парень, рекомендую.

– Отстань! Если так хочется, иди сама с ним на свидание!

– Мне-то зачем? У меня всё хорошо. Тело удовлетворено, душа тоже. Гармония и дзен достигнуты. А вот у тебя явный дисбаланс. Давай зайдём в один магазинчик: там классные платья в стиле секси. Я тебе куплю. И не надо строить такие гримасы. Не хочешь в дар, можешь потом деньги отдать, со стипендии. А в новом платье можно и Эйдана…

– Да что ты к нему прицепилась-то! – возмущённо прервала я подругу.

– Ладно, позови не его. Подыщем тебе другого. Как насчёт твоего партнёра по танцам? Говорят, на балу вы были восхитительны. Жаль, я не видела. Или всё же насчёт Арса подумаешь? – хитро прищурилась Алиса. – Удивительно, что он столько внимания проявляет. Будто в тебе заинтересован. Ты с ним уже второй раз катаешься. То на бал, то на шопинг…

«В третий», – мысленно поправила я.

– …Ещё и отмазал от нудной лекции. Да и манера общения у вас весьма фамильярная. Ты от меня точно ничего не скрываешь, Кристина?

Скрываю. Но рассказ о приставании пьяных мужиков и вовремя появившемся спасителе вызвал бы в импульсивной рыжей голове новый взрыв абсолютно ненужных мне мыслей, предположений и «дельных» рекомендаций.

Стоило только подумать, как эти самые рекомендации посыпались из соседки и без моего рассказа про бал:

– Пригласи Арса поужинать. Или просто погулять…

– Алиса! Хватит! Ты уже достала!

– Да что такого-то? Вечером наденешь маленькое чёрное платье с глубоким декольте, постучишься к нему в апартаменты и томно скажешь: «О, лорд Ливарелл, – рыжая сцепила руки в замок и картинно похлопала ресницами, – сегодня в карете вы меня оскорбили до глубины души. Я этого так оставить не могу, поэтому вызываю вас на дуэль. Доставайте свой меч!»

Мы рассмеялись.

Мы дошли до огромной, выложенной брусчаткой площади. Она была обрамлена невысокими, тесно стоящими домиками разных цветов. На первых этажах блистали пёстрыми вывесками магазинчики. Центр площади занимал массивный круглый фонтан с причудливыми фигурами и барельефами. На лавочках, в тени большого дерева, отдалённо похожего на дуб, расположились молодые мамочки. Они с умилением поглядывали на то, как их карапузы таскают за веревочку деревянную лошадку на колесиках. На бортике фонтана лениво сидели две девушки и купались в лучах солнца. Жарко. Сейчас бы футболку, а не эту тесную казённую блузку. Но гад Шиша поставил на моих земных вещах жирный сопливый крест.

Алиса взяла инициативу на себя и уверенно заходила в нужные магазины. Когда в списке осталось всего несколько позиций, а время перевалило за полдень, мы очутились в лавке с травами, корешками и специями. Продавец, очень похожий на классического земного индуса, тщательно взвешивал на весах заказанные Алисой ингредиенты.

Я направилась к прилавку со специями, которые россыпью лежали в открытых лотках. Специальным совочком я черпала пряности, подносила к носу и втягивала аромат. Двигалась слева направо, от одного лотку к другому. Пару раз поймала на себе удивлённый взгляд индуса. В середине пряного ряда я расчихалась и уже хотела бросить своё занятие, но Алиса сообразила, что к чему, и кивками велела продолжать. А сама развлекала продавца своим декольте и разговорами о погоде. Наконец я нашла то, что искала. На табличке было написано: «кориандр». Вот, значит, ты какой, незнакомец из библиотеки.

Алиса попросила отвесить нам несколько граммов этих зёрнышек.

– Чтоб ты его не забывала, – шепнула она мне. – Положишь под подушку.

Рыжая лукаво улыбнулась и начала расспрашивать продавца о свойствах кориандра. Из ответов специалиста создалось впечатление, что мой тайный поклонник – больной идиот: для успокоения, желудка, суставов, сердца, работы мозга…

Эта медицинская тирада была прервана звоном дверного колокольчика и детским голоском:

– Добрый день, Томбидурай! Бабушка попросила передать… – Девочка в голубом сарафане протянула индусу исписанный листочек. – О, Элис, привет!

– Привет, Самира, как дела? Как твоё руническое письмо?

– С третьего раза сдала. Ненавижу школу. Скорее бы вырасти и поступить в академию.

А я вдруг вспомнила, где её видела – на балу. Внучка леди Адрианы.

– Успеешь ещё, – ответила рыжая и показала на меня рукой: – Кстати, это Кристина.

– Приветик, – улыбнулась Самира. – В шатёр пойдем?

– Куда? – не поняла я.

– Сегодня большая премьера. Ниа да Васку будет, представляете! Она же невероятная! Потрясающая! О, как я хочу туда попасть! Вот только вход в сопровождении взрослых. Давайте сходим! Ну пожалуйста, пожалуйста! – Девочка сделала большие жалобные глазки.

– А давайте! Времени у нас ещё полно, – Алиса не раздумывая поддержала идею и договорилась с индусом о временном хранении наших покупок.

Мы пересекли площадь и вошли в проулок. Узкая дорога петляла между домами, сворачивала вправо, влево, разветвлялась, иногда на пути попадались ступеньки, а местами проход становился таким тесным, что можно было идти только гуськом. Местные жители, видимо, стремились к индивидуальности. Здания были отделаны разноцветной штукатуркой, и не было среди них ни одного одинакового. Тем не менее все цвета были мягкие, не кричащие, что придавало этому странному городу единый стиль. Главное – не потеряться: без своих спутниц сама я обратно точно не вернусь.

Двадцать минут плутания по лабиринту узких улиц, и мы оказались на площади поменьше, чем та, что с фонтаном. В центре возвышался раскидистый цветной шатёр. Что-то среднее между шапито и юртой монголов. Лёгкий тёплый ветерок колыхал пёстрые флажки на макушке шатра и доносил фантастически аппетитные запахи.

В тамбуре располагалась касса, и Самира сама заплатила за вход.

– Я же вас сюда затащила, значит, все расходы на мне!

Алиса была не против, а уж я тем более. У меня-то личных денег в принципе не было. Только те, что Арс выделил на покупки.

Здесь же обнаружился источник головокружительных запахов: прилавок с разными неизвестными мне продуктами. Девочка набрала целую кучу разных баночек и коробочек.

Мы шагнули внутрь. Ого! Настоящий амфитеатр. Внизу освещённая сцена, а в полутьме на каменных ступенях полукругом – зрители. Немного потолкавшись, мы нашли места в верхнем ряду. Само представление являло собой короткие истории, видимо, смешные, потому что народ гоготал и аплодировал. Я в полной мере ощутила нехватку знаний на магическую тему, потому как не понимала и половины тонкого юмора актёров. Оставалось только восхищаться невероятной гибкостью главной актрисы, той самой Ниа да Васку.

После получасового просмотра этих шедевров я откровенно заскучала. Спасали только Самирины закуски. Чего здесь только не было! Необычного вкуса орехи в разной глазури, орех в орехе, какая-то неимоверно вкусная тянущаяся масса, мороженое, которое не тает… Надо потом спросить у девчонок, как это всё называется.

На сцене разворачивалась пародия на военные действия, а я снова потеряла смысловую нить. Что ж, переходим к следующему блюду. Я взяла квадратную банку с ярко-красным содержимым. Открыть не получалось. Я вертела её и так, и сяк, но в полумраке сложно было разглядеть механизм открывания.

Алиса протянула руку к моей злосчастной банке, чтобы помочь. В этот же момент я с тройным усилием дёрнула за крышку. Всё случилось молниеносно. Крышка с резким хлопком отскочила, как и содержимое банки. Мы втроём, словно в замедленной съёмке, наблюдали, как красное желе совершает свой кульбит и приземляется на лысину несколькими рядами ниже.

– Капец! – прошептала Самира.

– Двойной капец! – произнесла Алиса, потому что в медленно поворачивающейся жертве обстоятельств мы отчётливо разглядели профиль профессора Гарвиша.

Ой, что сейчас будет… Но по воле судьбы действие на сцене закончилось, и зрители принялись свистеть и аплодировать стоя, тем самым закрыв нас от взора старого лорда. Мы побросали свои объедки и рванули к выходу.

Укрывшись за поворотом спасительного проулка, все трое согнулись пополам от смеха. Слёзы бежали по щекам, живот скрутило. Одной рукой я держалась за стенку дома, а второй сжимала опустевшую банку.

– Как же я теперь буду ему в глаза смотреть? – Самира в истерическом хохоте уселась прямо на брусчатку. – Лорд Гарвиш часто к бабушке в гости приходит.

– А у меня с ним индивидуальные занятия, – еле выдавила я.

Вдруг Алиса схватила меня за плечо:

– Тсс, смотрите!

Мы осторожно выглянули из-за угла. Лорд Гарвиш вышел из шатра и злобно заозирался. Голову он усиленно протирал покрасневшим носовым платком.

– Ничего у него не выйдет! Это же «зали»! Язык после неё ещё пару дней красный! – пискнула Самира.

Три секунды тишины – и новый взрыв хохота. Он услышал. Он точно услышал.

Так как говорить нормально мы уже не могли, Алиса крякнула: «Бежим!» Она схватила девочку за руку и понеслась вперёд, я за ними. Позади слышались тяжёлый топот бегущих ног и отвязная брань.

Бли-и-ин! А старикан-то в хорошей физической форме.

Поворот, ещё один… Чёрт! Он не отстаёт! Цветные стены домов мелькали как в калейдоскопе. Проулок, переулок, закоулок, лестница вниз, потом вверх… Я споткнулась на последней ступеньке и растянулась на желтоватой брусчатке, больно ударившись локтями и щекой. Из глаз посыпались искры, и на долю секунды показалось, что из маленького приземистого оконца подвала на меня смотрит жуткая образина с волчьим оскалом.

Брр-р. Только бы не сотрясение мозга!

Но думать про это времени не было. Я мгновенно вскочила и продолжила безумную гонку. Только бы не отстать от девчонок! Только бы не потеряться в этих лабиринтах! Только бы лорд Гарвиш не догнал!

Резкий поворот вправо – и вдруг прямо перед моим носом распахнулась узкая деревянная дверь. Я не успела затормозить и по инерции врезалась в вышедшего человека, а он, в свою очередь, впечатался в открытую дверь. Та жалобно скрипнула, но с петель не слетела. Шаги сзади неумолимо приближались, сердце рвалось из груди.

Времени на раздумья не было. Наплевав на все правила приличия, я схватила человека за грудки и силой впихнула обратно. Следом дёрнула дверь и закрыла её. Спустя пару секунд мимо пронёсся тяжёлый топот. Я шумно выдохнула, осела на пол и подняла глаза на жертву обстоятельств.

С губ сорвался стон. Тройной капец! Всё. Фаталити.

Он стоял, скрестив руки на груди, и испепелял меня взглядом пронзительно-голубых глаз. Лорд Ливарелл собственной персоной. Он молчал и ждал объяснений. Я тоже молчала, потому что дыхание сбилось. Да и что говорить-то? Рассказывать о произошедшем инциденте явно не стоило, а годные мысли для правдоподобной отмазки остались где-то за дверью, видимо, вместе с везением. Это фиаско.

– Ты что-то забыл, милый? – раздалось позади Арса слащавое женское мурлыканье. Из-за спины лорда показалась пышногрудая, ярко накрашенная девица в лёгком, полупрозрачном пеньюаре.

– Он вернулся за добавкой! – томно донеслось откуда-то из недр дома. Реплика была встречена нестройным кокетливым хохотом ещё нескольких девушек.

Отчаяние по поводу моей сегодняшней невезучести уступило место удивлению. До меня потихоньку доходил смысл происходящего. А размалёванная фифа игриво забралась пальчиками под рубашку Арса, не обращая на мою персону никакого внимания.

Конечно, вот на такие закупки нужно ездить лично. Всё с вами ясно, лорд.

Мне оставалось только как можно деликатнее покинуть это злачное заведение. Я не придумала ничего лучше, как молча уйти. Встала, поправила юбку и тихо вышла на улицу, ощущая лопатками буравящий взгляд голубых глаз. Щека горела после падения. Я распустила каштановые волосы и на манер Алисы закрыла ими пол-лица.

Не успела пройти и десятка шагов, как позади хлопнула дверь. Арс нагнал меня, и мы молча пошли рядом. Я не запомнила дорогу в этих лабиринтах, так что компания лорда была кстати. Но вот молчание было совсем неловким.

Вскоре я не выдержала:

– Извините.

– Надо признаться, не ожидал от тебя такой прыти, Кристина из Орска. За тобой что, гнались все черти ада?

– А здесь есть ад? – попыталась я уйти от темы.

– Где-то он точно есть. Так что это было? – И добавил своё любимое: – Потрудитесь объяснить.

Пришлось на ходу сочинять какой-то нелепый бред:

– Ничего. Мы просто играли. Бегали. С Самирой де Фонтин.

Я надеялась, что имя внучки леди Адрианы сгладит острые углы и лорд прекратит свои расспросы.

– Так это она за тобой гналась? Самира?!

Я вяло кивнула. Ясно же, что лорд не дурак и сейчас последует шквал вопросов.

– Послушайте, лорд Ливарелл. К чему этот допрос? Предлагаю сделку: вы не спрашиваете, что делала я, а я не спрашиваю, чем в том заведении занимались вы. Хорошо?

Не знаю, как у меня хватило духу так нагло разговаривать с преподавателем. Всему виной незадавшийся с самого утра день. Кажется, в кино в таких случаях произносят коронную фразу: «Интересно, а хуже может быть?» А после этого герои фильма получают новую порцию неприятностей.

Не успела я закончить мысль, а лорд – ответить на нахальное предложение, как наше внимание привлёк идущий навстречу человек. Издали казалось, что ему сняли скальп и кровища залила лицо, шею и светлую рубашку. Накаркала, блин! Лорд Гарвиш. Вот и всё. Добегалась.

Я приготовилась к медленной и мучительной смерти.

– Не спрашивай, Арс! Я этих су… простите, Кристина, за выражение… девиц из-под земли достану! Они у меня ответят! За всё ответят! – Старый лорд, бранясь, двинулся дальше.

То есть меня он, получается, не считает виновницей? Как так? Неужели компания Арса снимает с меня подозрения? Я подняла удивлённые глаза на лорда. Как же захотелось провалиться сквозь землю!

– Играли, да? Давай-ка, Кристина из Орска, рассказывай всё по порядку.

– Н-нет…

– Рассказывай! – Арс изучающе посмотрел на меня. Его взгляд пронизывал и пробирал до костей. Ничего притягательного, ничего волнующего девичье сердце. Наоборот. Сильнейший дискомфорт и желание оказаться за сотни километров от этого человека. Жуть! А воспоминание о том, что не далее как несколько дней назад этот человек кого-то ночью тащил через поле, заставило меня совсем съёжиться.

– Кристина! – рявкнул он.

– Это случайно вышло! Мы… Я не хотела…

Запинаясь и заикаясь, я начала рассказ с того, как мы встретили Самиру в лавке пряностей. Я понимала, что выкладываю ему всё; понимала, что сдаю Алису и Самиру. Но я всё говорила и говорила, опустив голову и разглядывая трещинки на желтоватой брусчатке. И не уловила тот момент, когда мои панические ощущения сошли на нет. Слова уже лились легко и просто. Будто рассказываю историю, например, Алисе, а вовсе не этому мужлану.

– Извините, я плохо понимала, что делаю, когда втолкнула вас обратно в… м-м-м… то заведение. Я не заметила, что это вы…

– А если бы заметила, то реакция была бы другой?

Арс произнёс это не с укором, а как-то иначе. Я осмелилась поднять глаза. В его взгляде больше не было холода, леденящего душу. Наоборот, там плясали… смешинки. Лорд Ливарелл улыбался. Не дожидаясь ответа, он взял меня под руку и повёл лабиринтами узких улиц. С каждым шагом я улыбалась шире и шире. Может, это нервное? Есть же люди, которые смеются в самых серьёзных и трагичных ситуациях. Говорят, это разновидность истерики.

Арс снова взглянул на меня, и всё: я утонула в приступе глупого хохота. Да плевать! Накажут? Ну и пусть! Но так весело мне не было с тех пор, как я оказалась в этом странном мире.

Смеясь, я не заметила неровно уложенный камень дорожного покрытия и споткнулась. Благо что держалась за лордский локоть. Арс хмыкнул и демонстративно откинул мои волосы с лица за спину, намекая, что виной всему лохмы, закрывающие обзор. Его саркастический взгляд вдруг сменился на удивлённо-внимательный. Он тут же схватился ручищей за мой подбородок, заставляя слегка запрокинуть голову и подставить ушибленную скулу солнцу и его взгляду.

– М-да.

Это всё, что он сказал. И мы вдруг резко поменяли направление, свернув в ближайшую подворотню. А через два проулка оказались возле небольшой лавчонки. Лорд купил у тощего продавца крохотную склянку с абракадабровым названием и сунул покупку мне в руку. В ответ я бестолково уставилась на этикетку «чего-то там и календула». И? Что я должна делать?

– Выпить? Это зелье?

Лавочник предостерегающе заохал, а лорд забрал склянку, открыл и подчерпнул пальцами желтоватую субстанцию. Через секунду я ощутила прикосновение мужской руки к своей щеке. Кожу приятно защипало, словно на зимнем морозе. Я набралась наглости и подставила Арсу ещё и саднящие локти. Хорошо-о-о.

Алиса сидела на бортике фонтана в окружении наших пакетов. Самиры не было. Рыжая окинула нас с лордом Ливареллом многозначительным взглядом. Ну, понятно, о чём подумала эта бестия. В своём репертуаре. Сводница, блин.

Арс нанял карету, загрузил покупки. Обратный путь мы проделали за обсуждением свойств магических щитов и способов удержания концентрации. В общем, ни слова о лорде Гарвише.

Оставшиеся выходные мы с соседкой провели за учебниками, периодически хихикая и перемывая косточки старому лорду. Тем не менее в понедельник он вещал с трибуны как ни в чём не бывало. И череп украшала нормального цвета лысина. Никому и никакого наказания за выходку с «зали» назначено не было, а это говорило о двух вещах. Во-первых, лорд Гарвиш так и не понял, кто это сделал. Во-вторых, лорд Ливарелл нас не сдал, за что получил от меня маленький плюсик в карму.

Сегодня я жутко не выспалась. Полночи провертелась в постели, комкая одеяло. Снились родной универ, земная комната в общаге и Вика. Встала я злая как ведьма. А потому на лекциях была рассеянной, за что и поплатилась неверными ответами и дополнительными заданиями.

В обед в столовой ко мне подошёл мой партнёр по танцам на балу – друг Эйдана.

– Привет! Рыбный суп сегодня отменный, рекомендую!

– Спасибо, как раз не знала, что выбрать, – ответила я вежливо. Щекастый парень в синей мантии, похоже, единственный человек в этом мире, к которому у меня не было претензий. – Кстати, твой бестактный друг нас так и не представил. Я – Кристина.

– Оу, точно! Ну я-то о тебе наслышан, поэтому сразу не сообразил представиться. Алехандро! Для своих Алекс.

– Лучше бы Саша.

– Почему?

– Да так… Не бери в голову. Значит, возьму суп. – Я потянулась за тарелкой.

– И возьми ещё кое-что… – Он поставил небольшую картонную коробочку мне на поднос.

– Это что?!

– Не спрашивай, просто открой, когда будешь в своей комнате.

Избегая дальнейших расспросов, Алехандро спешно откланялся. Язык не поворачивался назвать его Алексом. Интриган, блин! Ладно, разберёмся. Но спокойно пообедать мне всё равно не дали.

– Приветик! – так звонко поздоровалась миниатюрная блондинка, что я аж поперхнулась супом. Девушка нагло уселась за мой столик и с ходу завалила меня градом вопросов, расспросов и утверждений: – Ого, Алекс подарил? Я видела! Вы встречаетесь? Здорово! На балу вы классно смотрелись! Кстати, об этом! У нас уговор был, помнишь?

– Да, я помню… Э-э-э…

– Айка.

– Да, точно, Айка. У меня просто сейчас дикая загрузка, пытаюсь наверстать пропущенный материал и…

– Но с парнями мутить тебе учёба не мешает? – перебила девушка.

– Слушай, мне вообще не до них.

Да что она несёт?! Блин, вот привязалась как банный лист.

– Ой, да ладно тебе. Я всё-всё знаю. В душ мыться с Эйданом ходишь, а подарки от Алекса получаешь. Так что ты уж найди в своём плотном графике окно и для моих уроков. На следующем балу я должна покорить всех!

– Позже обсудим. – Я с шумом отодвинула стул, не доев действительно вкусную уху. Слушать этот пустоголовый трёп было выше моих сил.

В комнате рыжая соседка крутилась перед зеркалом в новом платье густого винного цвета с неизменно глубоким декольте.

– Подарок? – Рыжая взглянула на коробку в моих руках. – От кого?

– Алехандро в столовой подсунул.

– Алекс?

– Угу. – Я небрежно поставила подарок на стол.

– Так ты что же, не откроешь? – вздёрнула бровь соседка.

– Нет.

– Та-а-ак, ну что опять, Стине?

– Не хочу парнями голову забивать! Эта трещотка Айка ещё масла подлила, мол, я кручу с двумя парнями, представляешь? Эйдан всё-таки трепло. А Алехандро… Так-то он ничего плохого мне не сделал. Просто навеял дурные воспоминания.

– Это какие? – Алиса упёрла руки в бока и выразительно уставилась на меня.

– Не отвяжешься, да? – Я обречённо вздохнула. – Был у меня на втором курсе парень – Алексей, но представлялся он всем как Алекс. Первая любовь со всеми вытекающими. Встречались с ним почти восемь месяцев, до тех пор, пока не появилась одна крашеная швабра.

– Изменил?

– Да козёл, вообще! До чего же обидно! Вот за что он со мной так?! В ту ночь, когда я их застукала, я пила, как последняя алкоголичка. Вика тогда здорово меня поддержала… Чтоб предать позже.

– Печально. Но Стине, теперь у тебя новая жизнь. Забудь ты всё то дерьмо! Алехандро – хороший парень, серьёзный, за таких замуж выходят. А ассоциации ты свои брось. У тебя, дорогая, какой-то комплекс.

– Во-первых. Я не дорогая! Не надо меня так называть! Во-вторых, это у тебя комплекс, точнее, идея фикс найти мне парня. Говорю же, не до них. Я должна учиться и к отношениям не готова!

– Зря ты так, я же как лучше хочу. Можешь даже не строить отношения, просто послушай своё тело и дай ему разрядку. Вспомни случай в библиотеке.

– Опять ты за своё! Хватит! Да сколько можно!

Я окончательно разозлилась. Что за день-то такой?! Все норовят испортить настроение, которого и так нет!

Взгляд упал на коробку. Я со злостью разорвала картон. Сверху лежала открытка: «Прости, дорогая, пришлось задействовать друга. Подозреваю, что ты не приняла бы подарок лично от меня. Твой Эйдан».

– Да чтоб тебя!

Алиса прочитала записку и рассмеялась:

– А мы-то на Алекса слюни пускали. Эйдан – красавчик!

– Бесит! Всё бесит! – Я опустила глаза в разодранную коробку: туалетная вода. Духи. Жирный такой намёк.

– Нахал! Гад! Это всё Шишина вонища была! – Я разорвала открытку на мелкие кусочки.

Соседка откровенно ржала. А меня просто накрыло бешенством.

– Может, тебе станет легче от этого? – Рыжая достала из шкафа свёрток. – Лорд Ливарелл заходил, просил тебе передать. Такое внимание. М-м-м.

– Заткнись, – огрызнулась я. Схватила пакет, подбежала к подоконнику и стала нервно дёргать раму, чтобы распахнуть окно и выкинуть к чертям собачьим этот свёрток. Дурацкая створка не поддавалась.

– Стине! Давай хотя бы посмотрим, что там. Ну пожалуйста. Или просто отдай мне, если тебе не надо.

– Да забирай!

Рыжая развернула пакет и вытряхнула содержимое на стол. Одежда, та, которую я оставила в особняке леди де Фонтин. Конверт. И синяя коробка с розовым бантом. В последней обнаружился… парфюм.

– Да они что, сговорились?! Гады недоделанные! Сволочи! Ненавижу! Ненавижу!

Я взвыла и вытащила записку из конверта. Мягкая, но плотная бумага была исписана аккуратным мелким почерком:

«Уважаемый профессор Ливарелл, моя соседка, доставленная вами из мира «Земля», увядает с каждым днём. Ей необходимы положительные эмоции. Я готова уступить ей своё место ассистентки на благотворительном балу. Ввиду неоднозначных чувств, которые девушка испытывает к вам, а также во избежание несчастного случая я осмелюсь просить вас о личном приглашении её на торжество. С глубочайшим уважением, комната № 308».

– Чёрт! – вырвалось у рыжей.

– Это, блин, что такое, твою за ногу?!

– Да ничего. Просто, – она попятилась, – просто один лорд меня только что сдал. Зачем он это сделал?

– Наверное, чтобы я узнала, какая ты на самом деле! Я ведь догадывалась, что дело с балом нечисто, но чтоб вот так?! Неоднозначные чувства, говоришь?!

Я запустила в Алису конвертом.

– Несчастного случая?!

В соседку полетела подушка, а потом и попавшая под руку книга.

– Какого чёрта ты лезешь в мою жизнь?! Кто дал вам всем такое право?!

Жгучие обидные слёзы бежали по щекам. Ком в горле мешал вздохнуть. Внутри всё кипело и клокотало, как в жерле вулкана. Меня затрясло мелкой дрожью. Казалось, что воздух вокруг загустел и наэлектризовался…

– Остановись, Стине! Замри немедленно! – приказной голос соседки прозвучал очень строго.

– Да пошла ты!

– Зам-ри! Зам-ри! – почти по слогам громко и чётко произнесла рыжая.

Потом произошло и вовсе что-то странное. Алиса со всех ног бросилась в уборную, плюхнулась на дно ванны и с визгливым скрипом задёрнула шторку. Распахнутая дверь, большое зеркало в ванной как раз напротив моей кровати, отражение раскрасневшейся злой зарёванной девицы в окружении парящих камней… Стоп. Что?! Я медленно повернула голову. Массивные булыжники Мартины, ранее бывшие декором над кроватью, теперь висели в наэлектризованном воздухе и угрожающе покачивались.

– Это что?

– Стине. Успокойся, ладно?!

– Что за чёрт?!

– Просто не делай резких движений!

– Опять ваши с Шишей шуточки?! Задолбали! Уберите камни!

– Это не мы! Это ты! Успокойся, прошу…

В тоне Алисы действительно слышался испуг, самый натуральный.

– Сходи позови кого-нибудь из преподов. – Мне стало жутко не по себе, бросило в жар, по спине побежали потные струйки.

– Нельзя. За такое переведут куда подальше и отчислят, а то и вовсе сошлют в «школу для трудных» в Хилли. Студентам запрещено применять магию вне спецклассов. Вспомни тех водников, из-за которых труба лопнула, – их перевели в пятую академию. Пя-ту-ю.

– Да плевать! Пятую или двадцать пятую! Лишь бы камни эти убрали!

– Чем выше номер академии, тем ниже её статус. Оно тебе надо?

– Просто позови кого-нибудь! Может, меня реально отчислят и домой отправят!

– А ты действительно этого хочешь?

Мысли скакали бешеным табуном, камни жужжали за спиной, словно трансформаторная будка, отчётливо подавая сигналы, что моё место здесь. Я как будто слышала их безмолвный голос каждой клеточкой своего тела. Это было поистине… восхитительное чувство. Внутри всё бурлило, но уже не от гнева. Я наполнялась чем-то мощным и сильным.

– Стине, опусти их. Вернуться домой ты всегда успеешь. И не таким способом.

– Мне кажется, я… Я не хочу домой.

– Что? – переспросила рыжая из ванны.

– Я не хочу домой!

– Поздравляю! Это магия, Стине. Чувствуешь её? Одного не пойму – почему пробудилась боевая? Всё должно было быть иначе…

Дальше Алиса говорила про спокойствие, концентрацию и что-то ещё. А я вдруг чётко осознала, что там, на Земле, мне некуда возвращаться. А здесь… Я как будто почувствовала, что нужна кому-то. Камням. Земле. Магии. Ощутила с ними незримую связь. Она заполнила пустоту внутри моей души. Отсутствие родителей, нехватка любви, трудное детство, разбитое сердце, предательство единственной подруги… Всё ушло на второй план. Боль ушла.

Я выдохнула. Расправила плечи.

– Как их опустить-то, Алис?

– В теории надо разделить свою внутреннюю магию на составляющие, выделить агрессию и успокоиться, – донеслось из ванной. – Но на практике… мы этого ещё не проходили.

Спасибо, подбодрила. Мозг зафиксировал воспоминание о нашей поездке в город и о том, как лорд Арсгорн представлял на месте магии кого-то живого. Дальше пошли сальные шуточки. Блин, лучше б внимательно слушала, идиотка.

Камни покачивались и вибрировали. В зеркальном отражении я видела дикую бурю в песчаной картине Мартины. Я поочерёдно представляла себе Алису, Эйдана, Алекса, Арса, Вику, но булыжники лишь сильнее гудели.

– Не выходит! Я перебрала всех своих знакомых по методу Арса.

– Ты на нас сердишься. Попробуй кого-нибудь нейтрального, Брэда Питта, например.

Я представила его, а потом других известных актёров, певцов, даже нарисованных мультяшек. Но толку не было.

– Алис, давай уже сходи за кем-нибудь, я не могу это контролировать. Чувствую, как они злятся, слышишь? Чёрт, офигеть можно! Камни негодуют! Поразительно!

– В таком случае я точно из своего укрытия не вылезу! – пискнула из ванны соседка. – Думай ещё. Арс говорил, надо воображение включить. Попробуй, а?

Хм. Гадство. Как там было в учебнике? Магия – суть, неотъемлемая часть нас самих, наших чувств, ощущений, желаний…

Я закрыла глаза и прислушалась к себе. Ну, допустим. Хорошо, вот теперь признаю, что магия часть меня и она во мне. Чего там дальше было… Что чувствую? Страх и восторг одновременно. Что ощущаю? Камни за спиной, их высокое напряжение. Чего желаю? Успокоить их и никого при этом не убить. И поесть. Чёрт! Откуда здесь мысли о еде? Брысь! Сбиваете с настроя! Блин, а уху я так и не поела толком. Кыш-кыш! Бедовая голова! Ну хотя бы булочку с корицей. Или вафель, как в том дорогом кафе. Венских. Таких пышных, в крупную клетку. Вот зараза! Не думать о еде, не думать о еде! А между вафлями прослойка из черничного мусса с орешками…

Я прикрыла глаза.

Так, ладно, раз еда так настырно лезет в мои мысли, пусть ты, магия, будешь как эти вафли, пышные, румяные, желанные. Представила, как этот вафельный бутерброд наполнился зелёной магией и сияет лёгким светом изнутри. Хорошо. Пусть одна половинка, мягкая и клетчатая, будет магией бытовой, вторая – с твёрдой корочкой – защитной, а тёмный черничный мусс-суфле – это агрессивная магия атаки.

Вот возьму сейчас и съем эту вкусную, тягуче-спокойную начинку, потому что жизнь прекрасна, бояться нечего, угроз никаких нет, можно спокойно сидеть и наслаждаться изумительным десертом.

Мысленно перенесла себя в мягкое пушистое кресло, в объятия солнечных утренних лучей. Рядом на столике дымится ароматный кофе, в руке прекрасная магическая вафля. Запах свежей выпечки дурманит мозг, вкус черники будоражит рецепторы, рот наполнился слюной. Ммм.

Из блаженных мыслей меня вырвал нестройный грохот. Я открыла глаза. Камни хаотично валялись на полу и вызывали смутное желание их обнять и погладить. Ого! Я прислушалась к себе. Где-то внутри необъяснимым теплом разливались спокойствие и осознание магии, ощущение контакта с этими булыжниками, будто они живые, будто говорят со мной. Это восхитительно.

– Кажется, мой дзен достигнут.

– А ты молодец, Стине! – Алиса немного отодвинула шторку и, не узрев опасности, аккуратно выбралась из своего укрытия. – Поздравляю с таким ошеломительным успехом! Я знала, что ты сможешь! Расскажешь свой способ?

Алиса так искренне меня обняла, что я даже растерялась. Конечно, от былой злости не осталось и следа. Особенно после того как Шиша помахал лапкой из-под ванны, а в его «ш-ш-ш» я вдруг ясно услышала «умница!». С каких пор я говорю на ахатинском?

– Алиса, а ты Шишу понимаешь?

– В каком смысле?

– Он сейчас сказал «умница»?

– Он сказал «ш-ш-ш», как всегда, но по логике можно понять и так. Ты же и правда умница.

– Почему ты не выбежала из комнаты, а полезла в ванну? Я же могла не справиться!

Да уж. Лучше не представлять последствий. Сразу стало нехорошо.

– Хватит с тебя предательств и подстав. Настала пора показать, что не все люди – уроды, готовые кинуть в трудную минуту. Это другой мир, прими его, прими нас, прими магию. Да и вообще, я в тебя верила. Как и в прочность нашей ванны! – Рыжая звонко засмеялась. – Давай теперь бардак уберём. Так расскажешь? Кого вообразила? Брэд Питт помог?

– Да никого, просто вспомнила, что есть хочу. Короче говоря, это была вафля.

– Шутишь?!

– Да какие уж шутки. Я так поняла, что образ нужен самый душевный, самый приятный, вызывающий умиротворение; тот, который может затмить экстремальную ситуацию и вернуть тебе спокойствие. У кого-то человек, у кого-то еда. Покопайся в своих мужиках. Физика тела, естественные потребности – это же твоя излюбленная тема, не так ли?

Соседка, хихикая, ткнула меня в бок.

– Алис, ты мне лучше про бал тот злосчастный объясни. Чтоб уж расставить все точки. Ты так распиналась, что вы Арсу подбросили интимную записку. Он пришёл за тобой, а забрал меня. Но теперь выходит, ты специально его подговорила. К чему тогда весь маскарад был?

– Ты только не злись, ладно? Спокойнее.

– Ладно.

– Пойми, ты была подавлена. Нужно было тебя немного встряхнуть, отвлечь от грустных мыслей. Если б я к тебе напрямую подошла и попросила поехать на бал, что бы ты ответила?

– «Иди ты куда подальше». Примерно.

– Вот и я так же рассудила. Пришлось выкручиваться. Нужно было, чтобы тебя позвал кто-то из преподов, чтобы ты не смогла отказаться. А поскольку лорд Ливарелл принимал непосредственное участие в твоём прибытии в Ампелос, то я решила обратиться к нему. Осталось только убедительно сдать тебя в его объятия.

– Прекрати! Какие ещё объятия!

– Зануда! – наигранно надулась рыжая. – Между прочим, я тебе своё место отдала. Я долго пыталась в списки ассистенток попасть. Хорошо Трой помог. У него есть кое-какие нужные связи. Присутствовать на таком мероприятии очень почётно.

– Я не просила о подобных жертвах. Да и бал мне совсем не понравился. От начала до конца. На войне люди погибали, а расфуфыренный народ почитал их память, обжираясь и отплясывая, будто на свадьбе. Я такого не понимаю. А когда обратно возвращалась, так вообще на меня…

– Да чёрт с ним, с этим балом, – перебила соседка и, ни о чём не подозревая, упустила занятную историю моего чудесного спасения из лап местных забулдыг. – Забудем, а?

– Уже забыла. Всё.

В шкафу отыскалась красивая расписная коробка от Алисиного платья. Мы принялись складывать в неё булыжники.

– Ничего, ничего. Это временно. Я потом восстановлю декорацию. Не переживайте!

– Стине, ты что, с камнями говоришь?

– Ага, я ощущаю, что они ворчат, как старые бабки на лавке перед подъездом.

– Какие ещё бабки?

– А, это просто русский обычай. Забудь.

– О! Кстати, Стине, всё хотела спросить: ты ведь сюда прибыла из осени? Вон куртка твоя и шарф в шкафу висят… А ушанка ваша традиционная где?

– Ушанка? А-а-а! Так вон там, на верхней полке лежит. А за шкафом балалайка стоит, да под кроватью медведь спит. Да осторожнее ты, за нос укусит! Кстати, а твои лыжи где?

– Какой медведь? Какие лыжи? – Алиса впала в ступор и недоумённо таращилась на меня.

– Лыжи, на которых каждый норвежец выезжает из утробы матери.

– Ах, эти… Тибон отобрал в терминале. Таможню не прошли.

Отсмеявшись и развеяв общепринятые стереотипы, мы наконец закончили с уборкой.

– А я скучаю по хрусту снега под ногами, – вдруг с тоской произнесла рыжая. – По морозу, который щиплет щёки. Раньше я никогда этого не ценила. В Ампелосе зимы не бывает.

– А я очень скучаю по кофе. Почему его здесь нет?

– Не знаю. Тоже удивлялась первое время, потом привыкла. Другой мир, другие правила. Наверное, они не умеют выращивать кофейные зёрна.

– А что, импорт в этом мире не развит? Почему бы не заказать пару мешков с Земли? Или транспортировщики могут только беспомощных девиц перекидывать?

– Ну, Стине, транспортного курса у меня ещё не было. Не могу знать. Но я бы тоже от чашечки кофе не отказалась. Ну хотя бы понюхать… Кстати, о зёрнах! Я же забыла тебе рассказать про твоего прекрасного лорда Кориандра, – хихикнула подруга, а потом вдруг посерьёзнела. – Можно? Или опять взбесишься?

– Выкладывай, – притворно вздохнув, позволила я.

– Когда я забирала наши покупки из лавки пряностей, продавец вспомнил, что помимо лекарственных целей эту приправу используют как лакомство для некоторых иномирных тварей. Вроде нашей кошачьей мяты.

– Валерьянка, что ли? Выходит, что мой незнакомец – мужик, которой держит дома неведомую зверушку типа Шиши?

– Лучше так, чем быть больным идиотом, – подвела итог Алиса.

– Как бы там ни было, не думаю, что мы с ним ещё раз столкнёмся. Я не знаю, кто он, он не знает, кто я…

– С чего ты так решила? Может, Кор тебя знает? Ты же и раньше ловила на себе в библиотеке непонятные взгляды, – напомнила рыжая.

– Кор? Опять твои сокращения? И не преувеличивай! Я тогда переутомилась, вот и мерещилось чёрт знает что. По твоей теории получается, что лорд Кориандр… то есть Кор обитает в библиотеке и караулит припозднившихся дев. Прямо маньяк какой-то.

– А так и есть. Приличный мужик не станет домогаться девушек в тёмных закоулках!

– Алиса, но он же меня вывел и выпустил! Можно сказать, спас от гнева Ками.

– Вот теперь применим дедукцию и сложим факты. Во-первых, он знает короткие дороги и запасные выходы из библиотеки. Значит, он там завсегдатай. Ботан? Препод? Хм. Во-вторых, оба раза там была Кобра. Может, следил он за ней, а ты просто под руку попалась. В-третьих, у него есть питомец.

– Хорошо, Шерлок, я больше в библиотеку не пойду, по крайней мере, после закрытия. И уж точно не в компании Ками.

– А вот книги тебе сейчас точно не помешают. Я напишу список моих учебников по освоению стихии. У вас, земельных магов, литература, конечно, другая. Но, думаю, ключевые слова вроде «самоконтроль» и «необузданная энергия» встречаются во всех четырёх направлениях.

Я застонала. И без того тошно от постоянной зубрёжки. Но случайно убить кого-нибудь булыжником однозначно не хочется. Или хочется? Того же Эйдана, например. За длинный язык и наглые руки. Нет, у Кора, конечно, руки наглее, но его почему-то убивать не хотелось. Я развеселилась ещё больше и даже составила флаконы с духами на полочку перед зеркалом в ванной. А потом заграбастала Шишу и насильно пыталась угостить его зернами кориандра.

– Ш-ш-ш, – возмутилась серая выдра, а я отчётливо поняла: «Не хочу, не буду, фу-у-у».

Моя дедукция сделала два вывода: библиотечный маньяк держит какое-то другое животное, и я всё-таки понимаю по-ахатински.

С того дня, как я почувствовала связь с магией земли, прошло несколько недель. Но как я ни старалась, мне недоставало практики, общей теоретической базы, которые местные впитывают с пеленок. Катастрофически не хватало знаний и опыта повседневной жизни в этом необычном мире магии. Иногда на меня накатывали меланхолия и тоска по родине, хоть меня там никто не ждал.

А здесь была Алиса. Я к дружбе не рвалась, но выходило всё иначе, само собой. Рыжая просто так не сдавалась: взялась помогать с учёбой, отвлекать от грустных мыслей, и, конечно, идею сосватать меня какому-нибудь парню так и не оставила. Но в этом вопросе я была неумолима. Ни сил, ни желания крутить амуры не было. Мой учебный план был в три раза насыщеннее, чем у сокурсников. Помимо общей программы занятий были и дополнительные, призванные восполнить пропущенный материал; а ещё сверхдополнительные, самостоятельные уроки по освоению своей агрессивной магии, которая под воздействием бурных эмоций активизировалась раньше положенного срока. И что совсем печально – пришлось найти время для блондинистой трещотки. Я же обещала.

По такому случаю Айка надела воздушную длинную юбку тёмно-синего цвета. Как по мне, так тренироваться лучше в чём-то более спортивном: трико, лосинах. Даже джинсы, и те были бы уместнее… Но комментировать её выбор я не стала.

Она привела меня в пустой спортзал. Да, тот самый, рядом с которым располагались злосчастные душевые без опознавательных знаков «М» и «Ж». Я не преминула спросить об этом у блондинки.

– Традиция такая. Шуточная. Были там указатели раньше. Но парни ради смеха их стёрли. И каждый раз, когда комендант Энджи наносит эти знаки отличия, кто-то из парней удаляет их. И так по кругу. А что, весело же! – Девушка глуповато хихикнула и красноречиво похлопала меня по плечу. – Ловушка рассчитана на новичков. Остальные-то в курсе, где чья дверь. А кто не в теме – должны рассчитывать на удачу.

Я же ничего забавного в этом не видела. В мыслях возник образ Арса, стоящего в дверях и созерцающего меня, распластанную на голом Эйдане. Вот вообще не смешно! Ну ни капли!

Мы начали урок с того, что я попросила Айку показать, что она умеет. Чтоб понять, что полезного я могу ей дать. Как выяснилось, работы предстояло много. Точнее, не так: начинать нужно было с нуля.

Эта миниатюрная тонкая девушка была напрочь лишена женской грации. Баба-Яга – костяная нога, только красивая. Роботоподобные резкие движения, ни грамма плавности, ни толики огня. Мой вердикт: дамочка безнадёжна. Но я же обещала, поэтому пришлось пытаться передать ей свои знания. Хотя бы в теории.

– Взгляд выше, Айка! Только на партнёра. Глаза в глаза. – Я подняла ладонью её подбородок. – Ты должна чувствовать его руки и откликаться на движения. А пока ты пялишься на его ноги, упускаешь секунды. Он пошёл, а ты ещё соображаешь, в какую сторону, и только потом делаешь шаг. И всё – диссонанс обеспечен…

И дальше в таком духе. Я объясняла ей, как слушать музыку, про сильные доли, даже пыталась исполнить роль партнёра. Пф-ф. Полный провал. Сорок минут мы пыхтели. Блондинка спотыкалась и наступала сама себе на юбку. Меня уже начало мутить от этих бесконечных «раз-два-три», «раз-два-три». В итоге я не выдержала:

– Айка, давай на этом остановимся. Основную фигуру я тебе показала. Теперь твоё домашнее задание – повторять её каждую свободную минуту. Тренировки, упорный труд, и у тебя всё получится!

Девушка тоже была не прочь завершить занятие, видно было, что ей порядком надоело. Она и не скрывала своего разочарования. Видимо, Айка полагала, что есть какой-то особый секрет и, если его узнать, всё станет получаться как по взмаху волшебной палочки…

– Слушай, а в этом мире существуют волшебные палочки? – Я вспомнила известного очкастого мальчика со шрамом на лбу. А вдруг? – Или здесь только руками размахивают, чтобы творить магию?

– Какие ещё палочки? Может, и есть. Обычно магию творят руки и заклинания. Или кинжалы всякие. Ты артефактологию не учишь, что ли?

– Учу, учу.

Ночью, когда академия погрузилась в сон, мы с Алисой тихо крались среди книжных стеллажей. Это была наша четвёртая ночная вылазка в библиотеку. Мне нужны были особые книги второго и третьего курса земельных магов. Взять их официально я не могла – начались бы неудобные расспросы. Ходить в такие рейды одна я тоже не хотела. Мало ли какие Кориандры поджидают во мраке.

– Ага, вот этот учебник забираем. Та-ак, ещё и методичку к нему. Пригодится, – негромко перечисляла Алиса.

– Я вот думаю, не лучше ли всё рассказать леди де Фонтин? Она очень милая старушка. Я всё время переживаю, что история с камнями повторится.

– Вот чтобы не повторялась, мы тебя и учим. Я уже сто раз говорила, что боевая магия первокурсникам запрещена. Трой рассказывал, что агрессивных студентов отправляют в Хилли. Там как в тюрьме. Зачем тебе лишние проблемы и стрессы? Мы справимся, не переживай.

– Да понимаю я, просто устала.

– Завтра вечером на тренировочном поле разгрузишься.

– Скорее бы стипендию выдали, куплю себе спортивный костюм. А то в твоих обтягивающих лосинах на меня половина поля пялится. Мешают сосредоточиться.

– А я давно говорю, что тебе пора замутить с кем-нибудь. Алекс – это серьёзные отношения. Если ты к ним пока не готова, то Эйдан…

– Алиса, хватит! Прекрати! Сколько можно мусолить одно и то же! И пойдём уже отсюда, мне опять не по себе.

Подруга резко заглянула за стеллаж.

– Нет здесь никого! Не увиливай от темы!

– Бли-и-ин, ну что ты ко мне привязалась-то?!

Выйдя из библиотеки, мы отклонились от привычного маршрута, ведущего в нашу комнату.

– Ты куда? Уже ночь, я спать хочу.

– Увидишь, Стине. – Соседка была неумолима и за руку вывела меня в очередной коридор. Мы пришли в другое крыло.

– Надеюсь, мы сейчас не в душевые идём?

– Нет, – отозвалась интриганка, упорно ведя меня вперед.

Вскоре мы стояли перед дверью в комнату № 364. После четвёртого стука на пороге возник заспанный взъерошенный парень. На нём была пижама почти как моя собственная, в горошек, только вот горох был красный. Надо понимать, перед нами огневик, причём нагло разбуженный.

Он нахмурил брови.

– Чего надо?

– Разговор есть, Сайто. Важный. Впустишь?

Парень немного подумал, зевнул, почесал лохматые светлые волосы и открыл дверь шире. Комната была как наша: тот же интерьер, та же отделка. Большой шкаф, два стола, две кровати. Но сразу было понятно, что Сайто живёт здесь один.

– Ну и?

– Извини, что разбудили, – поспешила завязать разговор рыжая, – но ты единственный человек, который может образумить мою подругу. Она, видите ли, совсем сходит с ума. Злится на то, что её выдернули против воли из родного мира и заставляют учиться. Теперь она лелеет план мести, хочет быстрее пробудить силу и сровнять это место с землёй. Мне нужна твоя помощь. Вбей-ка этой дурынде в голову, что её ждёт. Из первых уст, так сказать. Пожалуйста.

Алиса, блин, что за бред ты несёшь?! Я открыла было рот, чтобы возмутиться, но получила лёгкий толчок в бок.

Сайто смерил меня хмурым взглядом.

– Не порти себе жизнь. Твои намерения тщетны. Во-первых, сила сама проснётся, когда посчитает нужным. А во-вторых, если поторопишь события, то можешь причинить вред не столько академии, сколько себе само́й. Опытные маги ликвидируют твою вспышку, а в наказание отправят в Хилли. Там тебя быстро отучат выпендриваться и выбьют всю дурь из башки в прямом и в переносном смысле. А после специальных настоек потенциал упадёт раза в два-три, и дорога в высшие маги будет закрыта. Навсегда. Мне неприятно об этом вспоминать. Поэтому вам лучше сейчас уйти. Твоя подруга права – ты дура.

Вот же хам! Я резко развернулась и раскрыла дверь. И уже на выходе услышала негромкое:

– Элис, выбрала бы ты себе другого парня.

– Что?! – возмутилась рыжая. – На себя, что ли, намекаешь?

– Я только хотел сказать, что Трой… Он не такой хороший, как ты себе представляешь. Он… – Взъерошенный парень запнулся, поймав хмурый взгляд из-под рыжей чёлки. – А впрочем, неважно.

– Сайто, моя личная жизнь – не твоё дело. Доброй ночи.

Пока возвращались, я устроила Алисе допрос:

– Ну и что это сейчас было? Наврала с три короба, да ещё и этот обхамил.

– Ой, Стине, не могла же я ему напрямую сказать про сама знаешь что! А Сайто когда-то учился с Троем. Начинал учиться. Он тоже иномирянин, но не с Земли, не помню откуда. Как и все иномиряне, сюда он попал не по своей воле. Сделал вид, что смирился, а сам начал диверсии, так как сила его проснулась, как и у тебя, под влиянием сильных эмоций. Его быстро вычислили и отправили на промывку мозгов в специальную школу на пару лет. Теперь Трой учится на пятом курсе и впереди у него блестящая карьера, а Сайто – только на третьем и высоко уже не прыгнет.

– Но я-то не собираюсь никакие диверсии устраивать!

– А вдруг? Мало ли что в твоей иномирной голове творится! Вот и будут проверять, по уставу ли твои фокусы с камнями. Рано дар активировался. Неправильно. А всё, что неправильно, попадает прямиком в Хилли. Надеюсь, теперь до тебя наконец-то дошло, что нельзя преподам рассказывать? Живой пример тому доказательство. Всё, тема закрыта.

Я сходила в душ, переоделась в зелёно-гороховую пижаму и устроилась под одеялом. У меня, наверное, паранойя от переутомления. Опять чудился чужой взгляд в библиотеке. А потом вдруг вспомнился лёгкий поцелуй в шею, разгорячённое мужское тело, руки, блуждающие, где не дозволено, распаляющие огонь… Ммм… Чё-ё-ёрт!

Я резко села и распахнула глаза. Дыхание было частым и глубоким. Это что же получается, ты мне теперь и во сне покоя не дашь?! Маньяк – вот ты кто!

Свет уже не горел, а соседка тихо сопела в своей кровати. Везучая. Столько времени уже прошло, а Кор всё не выходит у меня из головы. Вдруг холодок пробежал вдоль позвоночника. Я ясно учуяла запах кориандра. Он что, был здесь?! Нет, быть такого не может! Но лёгкий аромат стал прямо-таки навязчивым. Кожа покрылась мурашками. Сердце учащённо забилось. Да что ж такое-то!

Я резко вскочила с кровати, но ноги запутались в одеяле, и я кулём рухнула на пол.

– Стине, ты в порядке? – сонно пробурчала рыжая. – Что ты там делаешь?

– Кошмар приснился, – пояснила я, снова взбираясь на кровать. – Вот до сих пор не пойму, где реальность, а где сон. Этот запах… Ты чувствуешь?

– Какой?

– Какой-какой – кориандровый. Он у меня до сих пор в носу стоит. Может ли быть такое, что этот библиотечный маньяк был сейчас в нашей комнате? Мне не по себе.

– Так вот, значит, какие сны тебе снятся, – мурлыкнула соседка. – Ммм, и чем же вы занимались? Хотя не говори, всё и так ясно. Может, тебе в следующий раз одной за запрещёнными учебниками сходить, а?

– Не пори чушь! Я тебе про одно, а ты опять старую песню! Подойди сюда, понюхай!

– Да что нюхать-то? Понятно, что у тебя пижама пахнет. Я тот мешочек с пряностями, который у Томбидурая купили, тебе на полку в шкаф положила. Как саше. Спи давай, паникёрша!

И правда, пахнет от пижамы.

– Вот ты коза!

– Не обижай ни в чём не повинное животное.

Утренняя пара прошла довольно сносно. Я клевала носом и зевала, чем привлекла внимание профессора Иола. М-да, а я ведь окончательно превратилась в зубрилку. Поэтому мой ответ хоть и не был блестящим, но удостоился одобрительного хмыканья преподавателя. Уже результат. Я мысленно поздравила себя со скромными успехами.

После пар ко мне подошла Лия. Я вдруг поняла, что научилась отличать этих двух.

– Кристина, тебя ждут в аудитории № 482, это во втором корпусе, четвёртый этаж.

– Кто?

– Девушка с пятого воздушного просила передать только это. Остального не знаю. Всё нормально? Может, с тобой сходить?

– Вроде нормально было. Спасибо, думаю, что справлюсь сама.

Поблагодарив Лию, я направилась в указанном направлении. Из всех пятикурсников я была знакома лишь с Троем. А девушка-воздушница… хм… Думаю, я бы запомнила. Странно всё это.

В этой части академии я была впервые. Коридор второго корпуса оказался пуст. Неудивительно, ведь все нормальные студенты сейчас на полпути в столовую. Интрига дня, блин.

Вывернув из-за очередного поворота коридора, я успела заметить мчащееся на меня полупрозрачное нечто. Это была воздушная сфера, внутри которой кружил ураган. Всё случилось так быстро… О том, что это виндбол, я догадалась уже после того, как меня сшиб мощный порыв ветра и я плюхнулась на пятую точку, больно ударившись копчиком.

– Какого чёрта?!

Про виндболы я уже успела прочитать в учебниках. Такая штука большой мощности может запросто размазать по стенке. И самое пакостное, сферы воздушников – единственные из всех четырёх стихий, которых практически не видно. Но я заметила. Я поняла, что это, но не поняла зачем. Зачем кому-то понадобилось нападать на меня?! К тому же использовать магию, а тем более боевую, студентам можно только в специальных помещениях. Что за фигня?!

Я опасливо осмотрелась. Других виндболов не последовало, но пока я вертела головой по сторонам, сумка, отлетевшая при падении в сторону, неожиданно начала жить собственной жизнью. Она медленно взмыла в воздух на подушке из мини-ураганчика и вылетела в распахнутое окно.

Бред! Что вообще происходит?! Кто это делает?! Зачем?!

Я вскочила и кинулась за улетевшей сумкой. Выглянув из окна наружу, обнаружила беглянку метрах в десяти на карнизе. Та-а-ак. Пятый курс воздушных магов, значит. Им-то я что плохого сделала? Вот уроды! Я побрела по коридору в поисках какого-нибудь преподавателя или студента, чтобы попросить о помощи. Никогда не считала себя трусихой, но четвёртый этаж всё-таки не располагает к прогулкам по карнизам.

Вывернув из-за угла, я увидела сидевшего на подоконнике читающего парня. Синяя мантия аккуратной сложенной кучкой лежала рядом. Его я узнала сразу – Эйдан. И тут вспыхнуло озарение. Я метнулась обратно за поворот. Это же надо, какой тупой развод! Воздушники якобы стырили мою сумку, а этот наглец как нельзя кстати оказался рядом, готов геройствовать и спасать бедную иномирянку. Что за глупая схема пикапа?!

А ведь я повелась, побежала искать помощь. А здесь он – принц на белом ко… нет, в данном случае правильнее сказать на белом окне. Читает, ага, как же. Может, истинные первокурсницы и стали бы пускать слёзы-сопли, бросаясь в объятия спасителя, но мне-то уже давно не восемнадцать.

Позже пришла вторая дельная мысль: в сумке, помимо прочих, лежит украденный учебник, который мы с Алисой раздобыли вчера. Я его так и не выложила. И если кто-то чужой будет изучать содержимое и увидит эту книгу… Вот же засада! Нужно достать сумку. По-любому. Но тебя, Эйдан, я ни о чём просить не буду. Не дождёшься!

Я вернулась к окну, сделала три глубоких вдоха и вылезла наружу. Ладно. Не так уж и страшно. Карниз довольно широкий. Справлюсь. Здесь всего-то шагов пятнадцать. Да бли-и-ин, кого я обманываю? Всё-таки страшно, ещё как страшно…

Моя рука цепко схватилась за кладку. Вдруг в голове пронёсся шёпот: «Не бойся». А взгляд чётко, один за другим, фиксировал неровно выступающие в стене камни, за которые можно держаться. В душе появилась уверенность, и ноги сами зашагали вдоль стены.

Я земельный маг и я говорю с камнями. Какое же это восхитительное чувство! Смело вперёд! Так, ещё немного. Ага, присела. Всё, сумка у меня. Отлично! Всё хорошо! Неторопливый разворот. Пошла обратно. Шаг, второй… Вдруг из окна высунулся Эйдан:

– Кристина! Ты что творишь?! Осторожнее! Стой на месте, я сейчас! – И он тоже вылез на карниз.

В тот же миг моя уверенность растаяла, колени дрогнули, а выступы в стене потерялись в серости кладки. Кажется, я только что пережила состояние, именуемое потерей концентрации. Слышала про это на одной из лекций, но не думала, что так скоро испытаю на своей шкуре. В душе плескалась обида. Чёртов придурок! Всё испортил!

Синий осёл втащил меня внутрь. Его распирало от гордости, и определённо он ждал благодарностей. А вот фиг тебе! Нашёл дуру.

Я почти развернулась, чтобы уйти. Молча.

Эйдан действовал стремительно. Резко притянул меня к себе и впился в губы слюнявым поцелуем. Какого …?! Я оттолкнула наглеца. Хотелось ему врезать, но вспомнила поговорку, что иногда слова ранят сильнее. Я с трудом сделала равнодушную мину и надменно хмыкнула:

– Хм-м. Знаешь, о чём я думаю, Эйдан?

– И о чём же, дорогая? – Парень слащаво улыбнулся.

– Сомневаюсь, что выбрать. Залепить тебе пощёчину или научить целоваться?

О да, моя шпилька достигла цели. Господин Уязвлённое самолюбие покраснел, а на щеках заходили ходуном желваки.

– Кристина, всё в порядке? – окликнули меня. По коридору с бумагами под мышкой шла Ками. – Почему не на обеде? Надеюсь, этот любвеобильный студент не позволял себе всякие непотребства?

«А сама-то ты не менее любвеобильна».

На деле же я отрицательно покачала головой.

– Его слава идёт далеко впереди, – наставляла огневичка.

«Как и о тебе».

Но она-то не знает о том, о чём знаю я. В общем, вслух я сказала другое:

– Всё в порядке, Ками. Я как раз собиралась помочь Эйдану собрать его зубы.

– Какие зубы? – одновременно вытаращились на меня Ками и Эйдан.

– Которые он непременно растерял бы, если бы позволил себе всякие непотребства. – Вот и всё, я забила последний гвоздь.

Лёгкая улыбка тронула губы Ками. Она взяла меня под руку, и мы пошли прочь от растерявшегося псевдоспасителя.

– Кристина, если этот молодой человек будет слишком навязчив, не стесняйся, сообщи мне. Разберёмся. Понимаешь, он только голову девушкам кружит и отвлекает от учёбы. С ним уже декан водников проводил воспитательную беседу, но толку-то.

– Да я не собираюсь романы крутить! Ни с этим наглецом, ни с кем бы то ни было ещё. Мне не до этого!

– В угол загонять себя тоже не стоит. Но насчёт этого конкретного студента я тебя предупредила. Вечером придёшь на поле?

– Да, я поняла, спасибо. И да, приду, конечно!

– Молодец! Я как раз собиралась включить в занятие одну из базовых атакующих позиций. Без магии, естественно. Только язык тела.

Я вихрем ворвалась в комнату: меня распирало от желания поделиться последними событиями с Алисой. Но, к сожалению, соседки в комнате не оказалось. Не пришла она и к ужину. В столовой я подсела к её подругам:

– Привет. Вы Элис не видели? Целый день сегодня нет.

– Добрый вечер. Наверное, с Троем где-нибудь зависает, – хихикнула высокая брюнетка. – С твоим приездом лафа закончилась. Теперь им, как и всем, надо искать укромные уголки.

– Понятно. – Я слегка покраснела.

Впрочем, на поле Алиса тоже не пришла, хотя эти тренировки она не прогуливала. Никогда. До сегодняшнего дня.

Я выбросила из головы смутное беспокойство и ненужные мысли о страстной парочке и сосредоточилась на занятии.

– Правильно отработанные стойки – уже пятьдесят процентов успеха, – вещала леди де Лейн, текуче меняя позы и заставляя всех девушек завидовать её гибкому телу, а парней… В общем, догадаться об их мыслях было нетрудно. – Многое решают именно скорость и точность стойки. Однажды это может спасти вам жизнь. Хотя будем надеяться, что таких ситуаций не возникнет. Но готовыми надо быть ко всему.

Она снова и снова вставала в одну и ту же позицию. То медленно и плавно, как грациозная лань. То быстро и резко, как вспышка молнии.

– Стойка позволит вам правильно распределить вес, создать опору в случае отдачи после удара магии и одним взмахом выставить щит при ответной атаке.

Мы отрабатывали стойку раз за разом. Сначала я шаталась как медведь, но чем чаще повторяла, тем твёрже становились мои ноги и точнее движения. В комнату вернулась как потный выжатый лимон. Сил хватило только на прохладный душ, из которого я еле доползла до кровати. Проваливаясь в сон, я отметила, что соседка так и не объявилась.

Утром я обеспокоилась не на шутку. Надо опять подойти к подругам Алисы, спросить у них номер комнаты Троя. В столовую я практически выбежала и там же обнаружила парня Алисы. Он спокойно жевал бутерброд в компании весёлых друзей. Так, отлично!

Я подошла к их столику.

– Доброе утро, Трой. Приятного аппетита. Извини, что отвлекаю. Помнишь меня? Я – соседка Элис. Не в курсе, где она?

– Привет. – Трой хмуро окинул меня взглядом и вернулся к созерцанию своей тарелки. – Мы с ней расстались. Так что теперь она мне не докладывает, где и с кем проводит время.

– Э-э-э… То есть – расстались? – искренне удивилась я. – Она ничего мне не говорила.

– То и есть. Наверное, уже нашла себе новое развлечение. Если у тебя всё, то я хотел бы доесть свой завтрак. – Он отвернулся, давая понять, что разговор окончен.

Вот же чёрт! Я направилась к подругам Алисы.

– Доброе утро! Элис сегодня не ночевала в комнате, а Трой говорит, что тоже не знает, где она. У вас есть ещё предположения, куда она могла подеваться?

– Доброе. Странно. Если она не на учёбе, то обычно проводит время или с нами, или с Троем, или в комнате, – задумчиво протянула брюнетка.

– Надо сходить к леди де Фонтин, она посмотрит сигнум Элис, – предложила вторая огневичка.

– Гайта, ты в своём уме?! Не надо кидаться из крайности в крайность! Мы же её подставить можем! Вдруг Элис занимается чем-нибудь интересным, или запрещённым, или что-то в этом духе, а мы сразу её Адриане сдадим! Нет уж, без меня. Всего-то не ночевала в комнате. Подумаешь. Элис – та ещё звезда!

– А если что-то случилось? – не унималась я.

Ведь странно же. Я, конечно, не так хорошо знаю Алису, как они. Но шестое чувство прямо-таки кричит об опасности. Чёрт! Может, я просто мнительная?

– Уверена, что есть логичное объяснение. Элис вернётся и всё расскажет. Не стоит поднимать панику, – сказала третья девушка и принялась уминать омлет.

Оставив подруг соседки, я прошлась вдоль раздаточной зоны. Аппетита не было совсем. Так и ушла не позавтракав. Пока раздумывала над тем, куда могла запропаститься Алиса, ноги сами принесли меня на третий этаж, к ректорату. Что же, раз уж я здесь… Постучала и заглянула внутрь. Элегантной старушки там не оказалось. И что теперь?

– Какие-то проблемы, Кристина из Орска? – окликнул меня идущий по коридору Арс.

– Лорд Ливарелл, здрасте.

После нашей закупочной поездки моё отношение к этому мужлану слегка изменилось в положительную сторону. Да что там говорить, он доказал, что умеет держать язык за зубами.

Я решилась.

– Понимаете… Да. Есть одна проблема. Моя соседка Элис Йохансен не ночевала сегодня в комнате…

– Хм. И с каких пор это проблема? – весело хмыкнул лорд. – У нас же не монастырь.

– Перестаньте! Сейчас не до ваших сальных шуточек! Я серьёзно прошу вас проявить бдительность! Её парень, Трой, утверждает, что они расстались и он её не видел! С ней могло что-то случиться!

Хотелось для убедительности топнуть ногой, но это было бы чересчур.

Лорд скептически смерил меня пронзительным взглядом.

– Когда ты видела её в последний раз?

– Вчера утром.

– Какие у неё сейчас по расписанию пары?

Я пожала плечами, а лорд зашёл в ректорат за расписанием второго курса огня.

– А разве вы не можете проверить сигнум в её деле?

– Это строго конфиденциальная информация. Доступ только у особого круга высших магов и только для экстренных случаев. Академия уважает личное пространство студентов.

Мы заглянули в аудиторию, в которой по расписанию сейчас шли занятия Алисы. Её подружки там были, а сама рыжая отсутствовала. Арс перекинулся с преподавателем парой фраз из разряда «если придёт – сообщи».

– Та-а-ак, вчера последней у неё была лекция у профессора Фриори. Пойдём к нему.

Лорд Фриори оказался тощим, долговязым и кривоногим мужчиной средних лет. Он подтвердил, что Йохансен на его занятиях была. Куда потом ушла, он не знал, но предположил:

– Возможно, юная особа отправилась в библиотеку. Я дал студентам задание сделать доклады про специфические артефакты. – Он порылся в своём журнале. – Та-а-ак, Элис Йоханесен досталась «молодая каменная роза». Этого нет в базовых учебниках. Так что логично предположить, куда студенты отправятся за знаниями.

Хмурая библиотекарша ничего вразумительного не сказала.

– Я за книгами слежу и за порядком, а не студенток разглядываю. Знать ничего не знаю! Если учебники брать не будете, то вам здесь делать нечего.

– Вот же старая карга! – нечаянно вырвалось у меня, когда мы вышли за двери библиотеки. Я испуганно покосилась на Арса. Сейчас замечание влепит…

– Что есть, то есть, – неожиданно поддержал лорд. – Она неисправима. Была такой же вредной, когда я сам здесь учился. Давай ещё раз в комнате посмотрим, может, Йохансен уже вернулась.

В комнате по-прежнему было пусто. Всё так, как вчера. Смятая постель, разбросанные вещи. Да, Алиса не была педантичной аккуратисткой.

Лорд окинул помещение взглядом:

– А это что?

На столе поверх раскрытых тетрадей ярким пятном выделялся красный конверт.

Письмо. Адресовано мне. Ничего себе! Как это я его раньше не увидела? Я не могла не заметить!

– Этого конверта с утра не было! – заверила я и начала читать письмо.

На оставшиеся пары я сегодня забила. Всё равно голова не тем занята. Несколько раз выходила искать лорда Ливарелла, но безуспешно. Ну, Алиса, если ты действительно где-то развлекаешься, то я собственными руками тебя задушу!

Шиша крутился под ногами. Тоже переживал.

Жизнь в детском доме научила меня ни к кому не привязываться, поэтому в сердце своё я пустила только двоих: однокурсницу Вику, ставшую мне почти сестрой, и Алекса – мою первую любовь. Оба ожиданий не оправдали. Поэтому я думала, что всё, больше никаких близких отношений, никаких привязанностей себе не позволю. Так почему тогда нервничаю и переживаю за рыжую соседку?

Я ещё раз мысленно вернулась к записке. Одно ясно: текст рассчитан именно на меня. Про швабру и разбитое сердце взято из моего рассказа про бывшего парня-предателя. А «Гадский козёл», да ещё и с заглавной буквы?! Она же сама говорила, что козы – хорошие животные и нечего их обижать. По всему выходит, письмо – жирный намёк, вот только на что? На предательство? Трой?! А кто же ещё… Почему просто не написать, что он предатель? Почему конверт лежал снаружи? Это всё какой-то дешёвый спектакль!

Мысли прервал стук в дверь. Я с надеждой бросилась открывать. Арс, как всегда, в белой рубахе и расшитом камзоле вошёл в комнату.

– Плохие новости, Кристина из Орска. Сигнум леди Йохансен находится далеко за пределами города. Совет высших магов отправил погоню. Но если она успеет пересечь границу Ампелоса, то мы уже не сможем её отслеживать и она будет отчислена из академии.

– Что, вот так у вас всё просто? – Я кипела от возмущения. – Нет девушки – нет проблем? Так, что ли?!

– У нас нет власти в других государствах, как и у них в нашем. Если таков выбор Элис Йохансен…

– Нет! – перебила я лорда. – При чём здесь выбор? Происходит что-то странное! Почему она не сказала мне?

– Может, потому что ты стала бы её отговаривать?

– Тогда почему она конверт под дверью оставила, а не на столе? Я же говорила, что не было его здесь утром!

– И откуда информация?

– Энджи рассказала. – Почему-то упоминать ахатина не хотелось. – Она нашла утром конверт в коридоре на полу и занесла в комнату. У неё же есть ключи от всех помещений. Алисы нет со вчерашнего дня, а конверт нашёлся только сегодня. Как так?

– Может, подруг попросила подложить, чтобы выиграть фору и уехать подальше, – предположил лорд Ливарелл.

– Её подруги вообще не в курсе происходящего! – Хотелось рычать – вот что он за упёртый баран! – Алиса написала это письмо для меня. Чтобы я поняла, что случилось что-то плохое! Она ведь знала, что я не люблю обращение «дорогая». Кристиной она меня никогда не называла. Только Стине. По-норвежски. А также подпись «Элис», я-то её Алисой называю. Весь текст – полный бред! В самом содержании скрыто указано, что Трой – предатель! Нужно его допросить!

– Уже. Трой Нандерей утверждает, что Элис Йохансен необоснованно приревновала его к другой девушке и закатила сцену в одном известном ресторане в центре города. Умбелло али Кронбели был свидетелем и всё подтвердил. А также хозяин ресторана и другие посетители. Кристина из Орска, дела сердечные иногда толкают женщин на необдуманные поступки. Это печально.

– Это всё ложь! Кто такой Умбелло? Кто это? И вообще, у Алисы с Троем любви не было! Она была поистине увлечена магией. Поэтому писанина про разбитое сердце – полнейшая чушь! Лорд Ливарелл, пожалуйста, поверьте мне!

– Послушай, Кристина, в любом случае, сейчас мы только можем ждать результатов погони. Сама она движется к границе или её заставили – мы узнаем только от неё. Как будет что-то известно, сообщу. Займись своими делами, учёбой. И постарайся об этом пока не распространяться. Может, тебе немного мятного настоя у лекаря взять?

– Обойдусь! – Я отвернулась, всем своим видом показывая, что разговор окончен. По крайней мере до тех пор, пока не появятся ещё какие-нибудь известия про соседку.

Он ушёл. А я стиснула серую выдрообразную кучу, забралась на кровать и погрузилась в чтение. Но текст никак не желал укладываться в голове. Я отбросила это бесполезное занятие и отправилась на обед.

Пока я ковыряла вилкой рагу, на соседний стул плюхнулся синий плащ.

– Дорогая, ты вела себя очень плохо…

– Я тебе не дорогая! – резко оборвала я водника под удивлённые взгляды с соседних столиков. – Не лезь ко мне, ладно?!

– А то что, к леди де Лейн побежишь жаловаться?

– Послушай, правда отстань, а? – Я вздохнула и отвернулась. Честно говоря, было так грустно, что глаза стали влажными. Вот только разреветься мне сейчас не хватало!

Эйдан тут же растерял весь свой запал и внимательно на меня посмотрел. А потом взял за руку.

– Пойдём!

Идти с ним никуда не хотелось, но устраивать сцену на глазах у всей столовой хотелось ещё меньше. Мы вышли из академии.

– Пусти, – отдёрнула руку, – я не в настроении гулять.

– Это я понял. Ты вообще не в настроении.

– Слушай, а тебе разве на пары не нужно?

– По-хорошему нужно, конечно. Но я не могу бросить такую грустную девушку на произвол судьбы.

– Перестань, Эйдан. Иди лучше на учёбу.

– Позже. А вот и наш парк. Ты уже бывала здесь?

– Не довелось. Но знаешь, я не…

– Не будь занудой, дорогая. Прогулки на свежем воздухе полезны в любом случае. Тебе нужно проветриться. Может, в голову придут свежие мысли, о чём бы ты там ни думала.

Я понимала, что отчасти водник прав. Нужно освежить голову. Немного отвлечься. Переключиться на что-то другое. Ещё я добавила плюсик в карму Эйдана за то, что не стал докапываться до моих проблем и не лез с расспросами. Рассказывать ему про Алису я не хотела.

Мы шли по гравийной дорожке, на обочине которой рос подстриженный цветущий кустарник. Почему они называют это место парком? Это настоящий ботанический сад. Такие причудливые деревья я видела впервые. Не было здесь двух одинаковых. Рядом с каждым деревом стояла табличка с названием и небольшим описанием, прямо как в музее.

Эйдан периодически делал попытки взять меня под руку или приобнять за талию, но я ловко уворачивалась.

– Люблю прогулки в это время дня. Народу не так много. Представляешь, что здесь вечером творится? Нет ни одной свободной скамейки. Считаю, нужно было ставить больше коротких двухместных скамеек, чем таких. – Эйдан кивнул на ближайшую лавку. Она и правда была длинной, рассчитанной человек на шесть.

– Почему? Удобно же собраться небольшой группой, готовиться к лекциям, обсудить материал.

– О, дорогая! Не будь такой наивной. Сюда не учиться приходят. На это у нас есть аудитории и стихийный зал. А здесь гуляют, отдыхают, дышат свежим воздухом, наслаждаются друг другом… – Водник попытался взять меня под локоть, но я отстранилась.

– Ты хочешь сказать, что это парк для свиданий?

– Да, в основном. Но и просто погулять тоже можно. О! Вон смотри, парень твоей соседки, Трой. Тоже прогуливает пары.

Я взглянула в указанном направлении. Действительно, навстречу шёл Трой. Он держал за руку высокую девушку. Первое, что бросилось в глаза, – это её длинные волосы. Они струились до бёдер и переливались в лучах солнца оттенками чёрного. За всем этим волосяным великолепием сама девушка терялась и казалась какой-то блёклой. Уверена, что её лицо через минут десять я не вспомню. Но вот волосы… Да, всем на зависть.

Трой выглядел отстранённо, а длинновласка всячески пыталась завладеть его вниманием. Она что-то говорила, жалась к нему, похлопывала по плечу, гладила руку. В общем, из кожи вон лезла, и это было заметно.

– Эйдан, а кто эта девушка?

– Келси со второго курса.

– Сибон?

– Не знаю. Может, и Сибон. Но точно Келси. Не пойму только, чего она к нему лезет, Трой же с Элис встречается.

Келси Сибон. Это же та завистливая особа, из-за которой Ками Алису на отработки отправила! Прознала о расставании – и тут как тут. Хвостом вертит перед этим козлом. Вот змея! Противная! Теперь даже её волосы казались мне лохматыми патлами. С каждым шагом я накручивала себя всё больше, и когда мы поравнялись, не выдержала и ляпнула:

– Свято место пусто не бывает, да?

Трой гневно зыркнул на меня, но ничего не ответил. Зато длинновласка молчать не стала:

– Твоё какое дело? Ты вообще кто?

– Забей. Это всего лишь соседка моей бывшей, – огрызнулся Трой.

– Ах, вот оно что! Ты передай своей скандалистке, что теперь мы с Троем вместе. И пусть не лезет в наши отношения. – Келси всем телом прижалась к парню, как бы помечая свою территорию. – Элис свой шанс упустила.

Трой был отстранён и холоден. Он просто зашагал дальше, уводя новую пассию.

– Интересно получается… – произнёс до сих пор молчавший водник.

– Эйдан, не надо. Не лезь в душу. Настроение у меня гаже отвратного.

– Всё. Понял. Молчу.

Мы обошли весь парк минут за сорок. Синий по-прежнему вёл себя адекватно. Не лез с расспросами, просто рассказывал про парк, деревья и прочие местные растения. Даже полил водой какой-то полузасохший кустик, продемонстрировав мне свою магию взмахами рук. В любое другое время это, безусловно, впечатлило бы меня и породило кучу возгласов в стиле «вау, как круто!». Но в голове была только одна мысль: «Где же ты, Алиса?»

Поняв, что прогулка в парке должного эффекта не произвела, водник предпринял ещё одну попытку и повёл меня за первый забор в сторону тренировочного поля. Нашёл чем удивить. Я-то на занятиях у Ками уже постоянный гость.

Мы дошли до развилки, но вопреки моим ожиданиям свернули в противоположную от поля сторону. Сюда я ещё не ходила. Тропинка была вся кривая, бугристая. Я то и дело спотыкалась. Эйдан взялся поддерживать меня под локоть. Ладно, чёрт с ним! Подышать воздухом всё равно нужно. Так сказать, проветрить мозги.

– Если мы сейчас выйдем к каким-нибудь романтическим пейзажам и ты полезешь ко мне с приставаниями, клянусь, я тебя тут же прибью и в этом лесу закопаю! – предупредительно прошипела я.

На это синий лишь улыбнулся белозубой широкой улыбкой.

В скором времени мы вышли на небольшую неухоженную полянку, окаймлённую крапивой и чертополохом. У окраины примостилась неказистая землянка. Её кривая, покрытая мхом и травой крыша врастала одной стороной в холм. Окон не было, только покосившаяся, но на вид крепкая дубовая дверь.

– Что за чёрт?! – Апатия сменилась беспокойством.

Каким бы сильным ни было моё желание убить синего, я вряд ли в реальности справлюсь с ним физически, если он затащит меня в эту нору. Зачем я с ним пошла?! Дура! А вдруг это он Алису… Приволок в своё подземелье, поглумился, а потом, как полудохлую селёдку, запихнул в какую-нибудь бочку или сундук, да и сунул втихаря в карету подвернувшемуся страннику…

Внутри всё похолодело.

– Не бойся, тебе понравится. – Водник покрепче ухватил меня, когда я инстинктивно дёрнулась, чтобы сбежать, и силой втолкнул меня внутрь. Я собиралась закричать, но тут ноздри защекотал до боли знакомый запах.

– Кофе? Кофе!

– Не в курсе, что такое кофе. Но если ты о запахе, то это ароматный напиток Рэя, – со знанием дела поправил водник.

Меня уже никто не держал. Глаза освоились в полумраке, и я увидела длинный деревянный стол, за которым ворковали парень с девушкой. Они не обратили на нас никакого внимания.

Эйдан уселся на дубовую скамью.

– Эй, Рэй! Доброго! Организуй, пожалуйста, своего фирменного! – Он махнул рукой куда-то вглубь помещения, которое, к слову, оказалось довольно мрачным. Вместо светильников здесь были бледные горящие камни, хаотично торчащие из стен. В дальнем углу торчало что-то, похожее на барную стойку. Подстолье у неё было как будто из сложенных и слегка подсвеченных костей. Создалось впечатление, что я попала во что-то среднее между пещерой шамана, средневековым трактиром и современным земным рок-баром. Сладко шепчущаяся парочка вносила дисгармонию в эту мрачную атмосферу.

За стойкой обитал высокий человек в тёмном балахоне с накинутым на голову капюшоном. Во мраке лица его было не разглядеть. Но казалось, что там скрывается кто-то страшный, грубый, возможно, со шрамами на пол-лица. Или это обстановка так на меня действует? В голове пронеслась детская песенка «а в землянке людоед, заходи-ка на обед».

Аромат кофе перебил все мои страхи и сомнения, и я села напротив Эйдана. Вскоре раздался неестественный звук: то ли хрюк, то ли кряк.

– Готово, я сейчас. – Водник подошёл к бару, звякнули монетки, и он взял две кружки с блаженным напитком.

Кофе был великолепным. Бархатистый вкус, густая пенка. Горячее тепло разлилось по телу. Из людоеда вышел отличный бариста.

– Спасибо. – Я сказала это искренне, от души.

Даже Эйдан теперь не казался таким нахалом. Вот может же быть нормальным – не приставать с похабщиной и не распускать руки.

Я расслабилась. Напряжение спало. Кофе странно пьянил. Водник с интересом посматривал на меня, а я – на него. Но в наши переглядки вторгся ещё один взгляд – бармена. Я ощутила, как он наблюдает за нами из-под капюшона.

Пусть смотрит, жалко, что ли? Интересно, что он мне в кофе намешал, что меня так разморило? Я повертела в руках почти опустевшую кружку и решила не пялиться на Эйдана, от греха подальше. А то вдруг не так поймёт.

Опустив глаза, я заметила, что стол весь покрыт нацарапанными надписями: смесь имён, плюсиков, сердечек, матерных слов, каких-то символов и знаков. Студенты, похоже, везде одинаковые. Я допила кофе и взглянула в чашку. Осадок распластался на дне причудливым цветком. Гадать на кофейной гуще я не умею, но это точно похоже на розу. Может, намёк на романтику с синим? А ведь он хорош, красив, притягателен. Как я этого раньше не замечала?

Я закусила губу. Тьфу ты, чёрт! Хватит грезить! Я ещё раз взглянула в кружку. Роза.

Пелена спала с глаз. Наваждение прошло. Мысли вернулись к пропавшей соседке. Хороша же подруга, сижу, кофе попиваю и глазками стреляю. Дура! Ни стыда, ни совести! Я мысленно ещё трижды обругала себя. Дважды поблагодарила водника за кофе, попросила не провожать. Бармен ехидно ухмыльнулся из-под капюшона. Но Эйдан всё равно увязался следом.

После полумрака землянки солнце ослепляло. Водник снова поддерживал на кривой тропинке. Да и ладно. Пусть. Распрощалась я с ним в лобби и умчалась в комнату. А вдруг? Но соседки, естественно, не было. Затем забежала в деканат – Арса тоже не было. Следующим пунктом стояла библиотека.

– Добрый день! Мне нужна книга про артефакт «молодильная роза»!

– Виделись, – буркнула библиотекарша. – Такого артефакта нет.

– Как это нет? Профессор Фриори задал реферат на эту тему!

– У вас что, ручки нет? Записывать надо правильную формулировку!

– Леди Клинелла, пожалуйста-а-а.

– Не студенты, а бестолочи какие-то! – Старая хамка взяла клочок бумаги, написала что-то и протянула мне. Это был адрес книги: номер секции, стеллажа, полки и правильное название. Я хотела улыбнуться в ответ, но она отвернулась от меня, что-то ворча под нос о былых временах.

Я устроилась за массивным читальным столом вместе с «Кратким справочником артефактов третьей эпохи». Что за эпоха такая, я пока не знала. Да и сама книга была старая, с мелким шрифтом и выдранной страницей, на обрывках которой хранились остатки оглавления. Названия артефактов были разбросаны по страницам без какой-либо закономерности. Содержания тоже не было. Её, похоже, ногой писали!

Блин! Дурацкий мир без интернета! Как так жить-то можно?! Ни Сети, ни связи. Был бы мобильник, позвонила бы рыжей и всё выяснила! Камера тоже пригодилась бы – заснять нужный фрагмент, который обнаружился спустя пару часов пыхтения. Пришлось внимательно вчитываться в сложный для восприятия текст. При переводе на общедоступную речь выходило, что «молодая каменная роза» – сложный артефакт, единственный в своём роде. Применялся для предотвращения старения. В последний раз его использовали в прошлом веке. С тех пор является запрещённым, так как технология требует человеческих жертвоприношений. На сегодняшний день признан утерянным.

Жертво, блин, приношений!

Я поёжилась. Каменный век, каменная роза. Да уж.

Старая карга объявила о закрытии библиотеки и всех разогнала. Я пошла в столовую. Надо было перекусить, ведь сегодня я толком ничего и не ела. Но аппетита совсем не было, и я взяла только лёгкий мусс, который обычно выбирала Алиса.

– Эй! Иномирянка!

Я оторвалась от ковыряния вилкой ужина и подняла глаза. Перед моим столом стояла Унция. Одну руку она упёрла в свой пышный бок, а на второй созерцала яркий маникюр. Не дождавшись ответа, сокурсница продолжила:

– Я к тебе обращаюсь. Твою иномирную персону просит лорд Арчибальд.

– Чего-чего? Куда просят? Что за Арчибальд?

– Ты совсем дурная, что ли? К ректору тебя вызывают. Лорд Ги ван Арчибальд Тио. Идиотка, как можно не знать первого человека академии?!

– А…

– А ректорат на третьем этаже, если ты и это забыла.

– Это я знаю.

– Ну надо же! Ничего себе! – наигранно изобразила удивление Унция.

– Я тебя услышала, Унция. Зайду в ректорат.

– Нет, ты, похоже, не поняла. Ректор ждёт тебя сию минуту. Для особо тупых поясняю, что нужно бросить все свои дела, и немедленно…

– Я сама разберусь, что мне делать!

– Ладно, разбирайся, – фыркнула пышногрудая девица. – Только пока ты будешь заниматься разборками, тебя могут отчислить. Очень надеюсь на это. Одной иномирской выскочкой меньше. Академия только вздохнёт с облегчением.

Унция развернулась и зашагала прочь, покачивая бёдрами. Какая же она всё-таки противная! Вот что я ей такого сделала?! Интересно, что от меня ректору понадобилось? Ой! Я бросила еду и помчалась на третий этаж. Вдруг новости об Алисе?

Я робко стукнула по двери кабинета и заглянула. Седовласой старушки Адрианы на месте не было, зато из-под двери дальнего кабинета струился свет. Ректор был у себя.

– Добрый вечер, лорд… – Арчибальд же, да? Не Арнольд? – лорд Арчибальд.

Он оторвался от чтения каких-то бумаг, нахмурил кустистые брови и вопросительно уставился на меня.

– Э-э-э… Я Кристина Соловьёва. Мне передали, что вы меня вызывали…

– Соловьёва? Ясно. Проходи, присаживайся. – Он кивнул на одинокий стул, отложил бумаги и продолжил буравить меня недобрым взглядом. – Значит, это ты у нас в академии сеешь панику?

– Кхм… что, простите?

Я не поняла. О чём это он?

– Касательно твоей соседки.

– Ничего я не сею! То есть… э-э-э… м-м… Я просто разыскиваю Элис…

– Я не должен обсуждать эту ситуацию со студентами. – Лорд покрутил пальцами ручку и небрежно отбросил. Она со звяканьем покатилась по столу и свалилась на пол. – Но, чтобы избежать распространения беспочвенных слухов об исчезновении девушки, довожу до твоего сведения, что Элис Йохансен пересекла границу с Хейзелирином. Настигнуть её на территории Ампелоса, к сожалению, не удалось. Мы проводим внутреннее расследование, но ничего криминального в данном случае нет. Бывает, что студенты бросают учёбу. Ты ведь с Земли, Кристина? Разве у вас в учебных заведениях такого не случается?

– Случается, конечно. Но Элис…

– Элис Йохансен в Ампелосе нет. Если в течение двух недель твоя соседка одумается и вернётся, ей будет вынесено наказание с занесением в личное дело, но учёбу она сможет продолжить. В противном случае её ждёт заочное отчисление.

– Но…

– Она сбежала. Всё. Точка. Такое поведение неприемлемо для будущего мага. В особенности со стороны иномирных граждан, которых мы принимаем в своём мире и даём бесплатное образование. Тем не менее академия идёт навстречу и даёт две недели на принятие студентом окончательного решения.

– Но как она об этом узнает?

– Мы направили группу магов к границе – выяснить все подробности и по возможности отыскать Йохансен. Также мы подали запросы в пограничные службы и посольства Хейзелирина. Это всё, что мы можем сделать. Можешь идти. Только имей в виду, Соловьёва: этот разговор должен остаться внутри моего кабинета. Обо всём, что положено знать студентам, будет объявлено руководством академии. Никаких сплетен! Никаких слухов! Ясно?!

Я кивнула, сухо попрощалась и покинула ректорат.

Да это чушь! Ну не могла Алиса бросить всё и уехать! Вот же упрямый глухой индюк! И Арс не лучше. Маги, блин, фиговы!

Меня трясло от негодования. В комнате нервно шипела серая куча. Алисы, естественно, не было.

– Нет, ну ты представляешь?! Я ему всё раскладываю по полочкам. А этот твердолобый гнёт своё. Сбежала да сбежала. Шиша, ты ведь тоже чуешь, что дело не в этом?

– Ш-ш-ш-ш, – утвердительный ответ.

– Вот смотри. Вчера Алиса получила задание про молодильную розу. Возможно, она читала тот же справочник, что и я. Там, кстати, сказано про жертвоприношения. Жуть! На следующий день я получила письмо, где она обвинила Троя в предательстве. Мог Трой захотеть вечной жизни и принести её в жертву?

– Ш-ш-ш-ш.

– Согласна, притянуто за уши. У тебя какие версии?

Шиша промолчал.

Я была уверена, что Трой причастен к исчезновению рыжей. Какой-то он неправильный! Что только Алиса в нём нашла? Ещё этот эпизод с Ками в библиотеке… Отвратительно. Так, стоп! Ками! Взрослая тётка, выглядящая на восемнадцать. Прибавим сюда тайную страсть к Трою! Вот оно, Шиша! Всё сходится!

После прочтения книги Алиса тоже могла подумать, что с Коброй не всё в порядке. Могла поделиться с Троем своими подозрениями. Могла прибавить сюда пропажу Мартины. А если они и Мартину того… Чёрт! А Ками! Корчила из себя леди-заботушку. Гадина! Делать-то что? К ректору не пойду. Этот индюк бровастый даже слушать не станет. И к Арсу не пойду – он тоже мне не верит, баран! Адрианы нет. Блин! Де Фонтин вникла бы в суть, я уверена. Хотя бы выслушала меня.

А если Алису прямо сейчас приносят в жертву? Дьявол!

Я ринулась в преподавательский корпус.

Оказавшись здесь впервые, порадовалась, что не пришлось выспрашивать дорогу к апартаментам Ками. В основном холле висел большой стенд в антикварной тяжелой раме. Строки витиеватого шрифта лаконично информировали о владельце той или иной комнаты. Отлично! Удобно.

Напротив комнаты № 101, хотя, наверное, правильнее говорить не комнаты, а апартаментов, стояло имя ректора Арчибальда со всеми «ги», «ван» и прочими составляющими его имени. Рядом был перечислен внушительный список званий и заслуг. Первый человек академии – что ж, понятно.

Ага! Вот то, что нужно: «№ 216. Леди Камила де Лейн. Профессор боевых искусств. Маг высшей категории стихии огня».

Моя комната № 308 находится на третьем этаже, значит, двести шестнадцатая… И я ринулась на второй этаж преподавательского корпуса. Нужная дверь оказалась за поворотом, и я требовательно постучала. Потом ещё раз.

Дверь открылась. На пороге, обмотанная белым махровым полотенцем, стояла Ками, с коротких светлых волос стекали капли воды. Наверняка я её из душа выдернула. Да ничего, потерпит.

Я вошла без приглашения.

– Нужно поговорить!

– Во-первых, добрый вечер, Кристина. Во-вторых, что стряслось?

– Это молодильная роза, да? Так хочется молодой выглядеть, что ты готова приносить студенток в жертвы?

Брови де Лейн взлетели вверх. Она напряглась и одарила меня презрительным взглядом.

– Ты меня в чём-то обвиняешь?

– Именно так! Сначала Мартина, теперь Алиса!

– Я слышала, что твоя соседка сбежала. При чём здесь я?

– Не сбежала она! Вы её похитили и хотите принести в жертву ради смазливого личика!

Всё произошло в считаные секунды. Ками схватила меня за горло, оторвала от пола и придавила к стене.

– Я думала, ты умнее, Кристина. А теперь слушай внимательно. Бросаться в смазливое лицо боевого мага огня обвинениями весьма опрометчиво, тебе не кажется?

Я поняла, что она права и мне пришёл капец. Воздух в лёгкие проникал с трудом, и я захрипела, изо всех сил цепляясь за хрупкие запястья Ками и царапая подошвами стену.

– Моя внешность – это моё личное дело. Скажу только, что запрещённых артефактов я не держу. А тебе советую до конца изучить материал. В секции номер тридцать два поищи книгу под авторством Омвеля. Как прочитаешь – приходи, поговорим ещё раз.

С этими словами Ками отлепила меня от стены и выкинула в общий коридор. Я шлёпнулась на четвереньки и закашлялась. Сзади захлопнулась дверь. Вот стерва! А я и правда идиотка! Хорошо хоть она меня не убила, и на том спасибо.

Я вернулась в комнату. Бли-и-ин, я даже не знаю, где Алиса хранит свой нелегальный пропуск в библиотеку. Ощущая некоторую неловкость, порылась в вещах соседки. Это же для дела! Спустя час тщетных поисков я почти сдалась.

– Да куда она дела этот чёртов пропуск!

– Ш-ш-ш-ш-ш-ш-ш…

«А чего сразу не спросила?»

В мыслях тут же возник образ фаянсового белого унитаза. Попозже поразмыслю над телепатическими способностями ахатина.

Я метнулась в ванную комнату и заглянула в отхожее место. Естественно, там плескалась только вода. Но я вдруг вспомнила фильмы про гангстеров и наркодилеров. Стащила тяжёлую крышку бачка. Ага, вот и нычка.

В бачке плавал чёрный пакет, не полиэтиленовый, но явно непромокаемый. Вот что значит из одного мира! Земной менталитет, земные хитрости. Внутри пакета обнаружилось несколько ключей, библиотечный пропуск, какие-то карточки, бумажки и монетки. Ничего из этого не могло пролить свет на исчезновение подруги. Разве что как раз наоборот, подтвердились мои подозрения. Ну какой идиот, скажите на милость, сбега́ет в другую страну, оставив дома деньги? Алиса, может, и взбалмошная, но уж точно не дура.

Шиша сидел на раковине и пристально наблюдал за мной сизыми глазищами. Контролирует, чтоб только пропуск взяла. Видимо, совестно ему, что тайник хозяйки рассекретил.

– Главное сейчас – найти Алису, – подбодрила я серую глазастую кучу. – Схожу в библиотеку, а потом верну пропуск на место. Не переживай.

Книжное царство встретило мраком и безмолвием. Ладно. Нечего бояться. Мы с рыжей здесь уже четыре раза бывали после закрытия, и ничего плохого не случилось.

Я осторожно пробиралась к указанной Ками секции. Ага, вот эта жёсткая фиолетовая обложка – «Замедление процессов старения», А. Р. Омвель. Садиться за читальный стол бессмысленно, света всё равно нет. Я подумала и села прямо на пол, спиной к стеллажу. Его лёгкая подсветка с большим трудом, но позволяла прочесть исписанные страницы.

Про каменную розу нашлось ближе к концу книги. Значит, так…

Артефакт был завезён в Ампелос из вражеского мира во время военных действий. К тексту прилагалась чёрно-белая зарисовка – узкий длинный клинок, рукоять оплетена шипастым стеблем розы. А на конце рукояти – полураспустившийся бутон. Это странное оружие дышало древностью со страниц книги и действительно напоминало окаменелость. Будто его нашли во время каких-то археологических раскопок. Дальше текст гласил, что розу эту нужно поставить в трёхлитровую узкую вазу, наполненную кровью. Условие первое: если обряд совершало лицо мужского пола, то жертвами должны были быть мужчины, если женского – то женщины. Второе: из тела нужно извлечь всю кровь до последней капли. Даже был описан метод извлечения: подвесить живого человека вверх ногами… Брр-р… Это, пожалуй, пропущу. Если второе условие заставило меня зябко поёжиться, то третье осталось вообще непонятным: жертвы избирались по принципу «танаре». Ну и что это, блин, такое? Этот Омвель мог бы и сноску написать с расшифровкой!

Чёрт! Я захлопнула книгу. Раз Ками – женщина, значит, и жертвы должны быть того же пола. Что она хотела доказать, посылая меня в библиотеку?

Вдруг меня накрыло ощущением чьего-то присутствия, взгляда, прожигающего спину. Волосы на затылке встали дыбом. Нахлынула паника: ловушка! Не могла же Ками прикончить меня в своей комнате. А вот тёмная пустая библиотека – место как раз подходящее. Никто не узнает, никто не услышит. Сердце застучало по рёбрам как бешеное.

– Ками?! Это ты? Давай всё спокойно обсудим! Можем договориться. Отдашь Алису, и мы сделаем вид, что ничего не было.

Во рту пересохло, язык шевелился плохо. Окутанная зловещей тишиной, я ощущала, как кожу покалывают мурашки. Я ждала, но ответа так и не последовало. Более того, не последовало и никаких действий.

Я прижалась спиной к стеллажу. Ощущение чужого взгляда не пропадало.

Стоп! Но ведь Ками не знала, что у меня есть пропуск. Значит, не могла предположить, что я именно сейчас наведаюсь в библиотеку. Правильно ведь? Уверенность в том, что во мраке поджидает огневичка, таяла с каждой минутой. Думай, Кристина, думай. Может, тебе просто мерещится? Или нет? А может, это лорд Кориандр?

– Эй! Ты меня пугаешь! Раз ты не Ками, значит, ты тот, с кем я уже виделась, правильно? – голос мой дрожал и был единственным звуком, нарушавшим тишину.

Было жутко, но вместе с тем я вспомнила наш страстный поцелуй, уносящий в другую реальность, вспомнила, как незнакомец проводил меня к выходу, как извинился…

Страх понемногу рассеивался.

– Послушай! Я знаю, что ты там. Я чувствую твой взгляд! У меня нет времени на дурацкие игры в прятки! Понимаешь, моя подруга Алиса пропала. Я точно знаю, что она в беде, но никто мне не верит! Они верят в чёртов сигнум. Ты хоть и любитель распускать руки, но всё же хороший человек, я чувствую. Может, выйдешь и поможешь?

Тишина. Блин! Я разозлилась.

– Раз уж ты на меня так пялишься, то я взамен прошу подсказку. И можешь смотреть сколько влезет! Знаешь, что такое «танаре»?

Тишина. Может, всё-таки глючит? Может, и нет никого здесь? Блин, но я же чувствую этот пронизывающий взгляд. Так, последняя попытка.

– Хорошо, тогда помоги мне разобраться с «танаре» в обмен на поцелуй!

Это не было отчаянием, скорее провокацией, чтобы вытащить улитку из раковины и взглянуть ей, то есть ему, в глаза.

Тишина дрогнула. Хриплый смешок? Ну, хоть какая-то реакция. Снова тишина. Я шумно вздохнула. Ладно, хотя бы убивать меня никто не собирается. Страх почти ушёл. А тишина вдруг нарушилась шёпотом:

– Поищи в двенадцатой секции. Пятый или шестой стеллаж.

– И что там?

– Словарь.

Я пошла по адресу и вскоре стояла в нужном месте. Словарь отыскался довольно быстро. Он оказался потрёпанной зелёной книгой, грозившей рассыпаться бумажной пылью прямо в руках. Та-а-ак. Отлично! Ну и где это «танаре»? Не то… Не то… Ага, вот, нашла.

«Танаре» – состояние человека до момента первой интимной близости.

Проще говоря, невинность.

– Да вашу ж за ногу! – в сердцах воскликнула я, добавив ещё пару-тройку отборных русских. Не знаю, как там Мартина, но Алиса точно невинностью не страдала уже давно.

– Ты понимаешь, что моя теория только что рухнула? Рассыпалась, как карточный домик! У меня больше нет зацепок! – обратилась я то ли к Кору, то ли к самой себе.

Хотелось завыть.

«Когда у тебя сложности, нужно переключиться на что-то совершенно другое, расслабиться, а позже вернуться к проблеме и посмотреть на неё с иной стороны», – кажется, так говорила моя рыжая соседка. Что ж. Отвлечься, значит…

– Эй! Тайный воздыхатель! Ты ещё здесь? Выходи, я тебе поцелуй должна.

– Я прощаю тебе долг, – прошелестело из-за стеллажа справа.

Ага! Я бросила словарь и резко вторглась за шкаф, из-за которого слышала шёпот. Одновременно с тем, как словарь брякнулся на пол, я уткнулась носом в мужскую грудь. Терпкий аромат кориандра проник в сознание и моментально вскружил голову. По телу пробежал электрический разряд. Блин, я же просто поговорить хотела! Но мои руки уже обвили шею дурманящего незнакомца. Долго упрашивать не пришлось.

Мужчина плотно прижал меня к себе и впился губами. Напористо, жарко. Поцелуй сводил с ума, отправлял в космос и возвращал, тело горело огнём, дыхание стало глубоким и частым, но воздуха словно не хватало. Руки незнакомца забрались мне под блузку. Он издал тяжёлый, хриплый рык, нащупав мою грудь. Умом я понимала, что поцелуй переходит все дозволенные границы, но тело трепетало и отвечало на прикосновения горячих мужских рук. Вдруг он резко оборвал поцелуй, развернул меня и убрал руки.

– Уходи, – голос незнакомца звучал хрипло.

Я прижималась к нему спиной и ощущала волны горячего жара, тяжело вздымающуюся грудь.

– Уходи. Сейчас. Уходи.

Я не могла сделать и шага. Тело противилось и желало огня. Жажда страсти была нестерпимой. Это сумасшествие!

– Последний… раз… предупреждаю… уходи… – горячее прерывистое дыхание обожгло кожу шеи.

Да, надо уходить. Сейчас! Ну-ка быстро собралась и взяла себя в руки!

Разум медленно и нехотя выныривал из пучины страстей. Какое же бесстыдство! Я вдруг ощутила себя словно на границе двух миров. Нет, то были не Земля и Ампелос. Нет. То были мои собственные внутренние миры. Один – привычный, в котором я – скромная и серьёзная девушка, тушующаяся от прикосновения мужских рук, боящаяся позора, ощущающая себя сейчас загнанным кроликом перед удавом. И другой, неизведанный доселе мир, в котором я сама удав, вернее, анаконда в стадии брачного периода. Ни капли смущения, ни грамма стеснения, а лишь прожигающее изнутри страстное желание…

Хрупкий баланс пошатнулся, когда я попыталась вернуть себя, серьёзную и рассудительную. Я собиралась сделать первый шаг прочь от незнакомца, но дрожащие колени распалённого тела подвели.

У меня вышло лишь вильнуть бедром, задев выпирающее естество незнакомца. Всё. Этого прикосновения хватило, чтобы вызвать новую волну дрожи и склонить чашу моих внутренних весов на иную, тёмную сторону. Этого прикосновения хватило и мужчине позади меня. Он воспринял призыв.

И я поняла, что пропала. Казалось, нас обоих разом захлестнули низменные первобытные инстинкты. Я не верила самой себе, не узнавала. Наплевать. Наплевать на всё. Лишь бы больше не слышать от Кора хриплое «уходи». Лишь бы ощущать его горячие руки на своём теле.

Я сходила с ума. Я горела. Кор надавил мне на плечи, наклоняя вперед. Целиком и полностью я оказалась в его власти. Сильные руки держали крепко. Сорванные трусики отлетели в сторону, юбка задралась на голову.

Неприлично блаженные стоны срывались с моих губ и утопали в рычании Кора. Мои руки упирались в стеллаж, а лоб ритмично задевал увесистый том «Исторических фактов о Стреландских оборотнях». Бешеная скачка бешеного зверя…

Совместное безумие огласило библиотеку, и мы рухнули на пол. Я прижалась к нему и вдохнула аромат кориандра. Хотелось, чтобы эти сильные руки меня никогда и никуда не отпускали.

Дыхание постепенно выравнивалось. Губы горели от поцелуев. По телу разливалась сладкая истома. Я положила голову ему на грудь, а он ласково перебирал мои волосы. Говорить не хотелось, хотелось просто быть. Здесь, сейчас, всегда. Мы пролежали в обнимку на полу в полной тишине до тех пор, пока в окнах не показались первые признаки утренней зари. Я пыталась рассмотреть мужчину, но черты лица неуловимо ускользали. Ну и что! Главное – он рядом.

– Пора, – тихо произнёс Кор. Он разомкнул объятия, помог мне подняться и проводил к запасному выходу. – В этот раз я извиняться не буду.

– И не надо, – тихо ответила я и крепко прижалась к нему. В ответ получила длинный пьянящий поцелуй, норовящий снова вылиться во что-то большее. Но Кор распахнул неказистую дверь и ласково вытолкнул меня в ореховый коридор.

Я вбежала в комнату № 308, захлопнула за собой дверь и стекла на пол. Щёки адски пылали. О, боги! Как такое могло со мной произойти?! Я ведь решила сосредоточиться на учёбе. Никаких отношений. У меня был всего один парень, и то недолго. А я как… Как последняя… Я даже настоящего имени этого Кора не знаю! И как он выглядит.

Я закрыла лицо руками. Бли-ин, как же стыдно, как безответственно.

Да кого я, к чёрту, обманываю! Это был космос! Бескрайний, бесконечный, всепоглощающий, сумасшедший. Никогда прежде я не испытывала таких эмоций!

Я вздохнула и призналась себе: я не жалею о том, что случилось! Даже если это всё магия, дурман или приворот. Плевать! Этой ночью вылезла наружу моя тайная сущность. Откуда во мне это звериное желание, эти обострённые чувства?

– Ш-ш-ш-ш? – внезапно выдернула меня из мыслей серая куча, выползающая из ванной комнаты.

– А? Ой! Шиша… Привет. То есть доброй ночи. Я это… Просто задумалась. Не обращай внимания. Со мной всё хорошо. Алиса? Бли-и-ин…

Беспокойство за соседку снова накрыло с головой. Я грустно вздохнула.

– Моя теория провалилась, Шиша. Ками непременно имеет свои секреты, но с Алисой они, похоже, никак не связаны. Что делать дальше, ума не приложу.

Как минимум надо начать с душа. Тёплые струи отрезвляли, смывали стыд и восторг, уносили эмоции куда-то в канализацию. Я надела свою пижаму в зеленый горох и направилась к кровати, на ходу бросив мимолётный взгляд в окно. Чёрт! Лучи неторопливо поднимающегося солнца играли в занавесках. Какой смысл ложиться? Осталось менее получаса до будильника. Ну и ночка выдалась! Голова совсем не соображает.

Я вернулась к шкафу и достала юбку и блузку. Как же они мне надоели за эти несколько недель! Хочу джинсы, хочу футболки. Права была Алиса, когда зазывала меня в город обновить гардероб. По всей видимости, насчёт парня она тоже была права. Рыжая бестия, блин. И тут я вспомнила о ещё одной маленькой пикантной детали, вызвавшей новую волну смущения.

Пришлось залезть в Алисину половину шкафа и откопать среди вещей резную шкатулку. Жидкость в синем пузырьке была тягуче густой, как мёд. Но на вкус скорее горькая полынь. Фу, ну и гадость!

Закончив приводить себя в порядок, я демонстративно положила Алисин пропуск на место в бачок. Серая выдра, наблюдавшая за моими действиями, одобрительно шикнула. Потом я собралась с духом и отправилась к леди де Лейн, пытаясь на ходу продумать оправдательную речь. Постучала.

– Доброе утро, Ками. Извини за ранний визит… – Я закусила губу и виновато опустила глаза. – И за вчерашний тоже.

– Входи, Кристина.

Она была полностью одета и собранна, как будто давно встала и уже готовилась отправиться по своим делам. Неизменные джинсы, блузка и туфли-лодочки, правда, в этот раз чёрные.

– Я была неправа. Наговорила всякого. Извини. – Слова давались мне с трудом. Было до жути неловко.

– И? – холодно произнесла Камила.

– Я бы хотела объясниться. Если у вас… У тебя есть пара минут.

Она не ответила, но присела на подлокотник жёлтого замшевого дивана. Я взяла себя в руки и выдала скороговоркой:

– Ты же знаешь, что Элис Йохансен пропала. Ваш пресловутый сигнум показал, что она сбежала за пределы Ампелоса. Но это не так. Магический знак ошибается. Алиса написала мне письмо, но оставила его не в комнате, а под дверью. Это как минимум странно. Дальше – больше. В тексте письма есть скрытые намёки, которые могу понять только я. И они говорят, что произошло что-то странное. Ещё Алиса назвала Троя предателем. По-настоящему, а не якобы из-за неразделенной любви. Любви-то там и не было, кстати. Тебе ли не знать? Ой!

Я машинально прикрыла рот руками, но, как говорится, слово не воробей…

– Та-а-ак. Это ты о чём сейчас? – напряглась де Лейн.

Ладно, будь что будет!

– Я знаю твой секрет, Ками. И я сейчас не про возраст. Можешь, конечно, уничтожить меня, а можешь и помочь. Просто хочу быть честной, не лезть в интриги и найти свою соседку. Ваши личные отношения с Троем – не моё дело.

– Ты права. Не твоё. И что? Только из-за этого ты решила зачислить меня в преступники?

– Нет. Мы с лордом Ливареллом выяснили, что последним учебным заданием Алисы было изучение молодильной розы…

– Молодой каменной розы, – преподавательским тоном поправила Ками. – И ты сложила два и два и получила семь. Ясно. Но сейчас-то ты сняла с меня ложные обвинения?

– Да, прости, пожалуйста. Я сглупила. Просто сильно переживала и запуталась. Просто ректор… Он велел помалкивать. Даже Арс мне не верит!

– Арс?

– Лорд Ливарелл то есть. Он верит в магию, в сигнум. Но это ошибка!

Камила встала и начала вышагивать по комнате.

– Ты уверена в этих… Эм-м… Намёках?

– Да, абсолютно! Прочитай письмо – это полнейшая брехня. Уж ты-то должна понять, что любовная линия – враньё.

– Хорошо, я прочитаю. Письмо у Арса, я так понимаю?

– Да. Скажи, может ли этот ваш сигнум ошибаться? А может, его как-то сняли и отправили в самостоятельное путешествие без владельца? Или надели на другого человека? Ну, или что-то подобное.

– С чего такие мысли? Скорее уж твоя Элис и правда пересекла границу, даже если и не по своей воле. Либо просто не хотела раскрывать истинной причины отъезда, вот и придумала неразделенную любовь.

– И ты тоже мне не веришь? Просто… То есть… В общем, я точно не знаю, как работает ваша магия. Но ведь может быть, что следящий знак сломался? В нашем мире тоже есть подобные технологии. Геолокация, GPS… И не всегда их данные правдивы. Можно взломать систему или переставить на другое устройство. Да много чего ещё. Поэтому я не верю вашему сигнуму.

– Теория интересная, но таких прецедентов у нас не было. Я возьму на заметку и поговорю с леди де Фонтин. Может, ей что-то известно о таких случаях.

– Спасибо, Ками. Я заходила к леди Адриане, но не смогла застать на месте.

– Как что-то выясню, сообщу. А сейчас тебе лучше пойти на пары. Про свои пробелы в знаниях забывать не стоит.

От Ками я пошла в столовую. Есть хотелось просто зверски. Ну ещё бы. Кажется, вчера я почти ничего не ела. Или это из-за ночного происшествия?

Стоило об этом вспомнить, как щёки запылали. Но было слишком рано – двери столовой оказались закрыты. Ну бли-и-ин. Я прошла в пустое лобби и устроилась в оливковом кресле. А пока ждала, решила ещё раз прокрутить в голове последние события.

Когда видела Алису в последний раз? Вместе завтракали, а потом разошлись по аудиториям.

А до этого? В комнате, конечно.

А ещё раньше? Ночью воровали книги в библиотеке. И заходили к этому диверсанту Сайто.

Я аж подпрыгнула в кресле! Точно! Он ведь что-то хотел про Троя рассказать! Алиса подумала, что Сайто, как и прочие мужики, пускает на неё слюни. Но если это не так?!

Додумывая эти мысли, я уже мчалась в жилой блок.

Парень распахнул дверь. Снова лохматый и снова зевающий.

– Чего надо?

Я никогда не славилась наглостью, но сейчас просто без приглашения вломилась к нему, как к себе домой.

– Как это понимать?

– У меня есть к тебе вопросы. Э-э-э… привет, кстати. Доброе утро.

– Твоё присутствие здесь нежелательно. У меня и так подмочена репутация, и мне бы крайне не хотелось, чтобы кто-либо видел меня в твоём обществе. Я ничего больше не имею против академии и хотел бы доучиться без приключений. И что бы ты там ни задумала – без меня. Уходи.

– Чего? А! Нет, ты не так понял! Месть магам я пока отменила, не сто́ит беспокоиться. Твои советы мне очень помогли. Спасибо большое! – Я откровенно лукавила и льстила. Но нужно же было расположить парня к разговору.

– Рад, что у тебя хватило мозгов. Это всё?

– Нет. Я хотела спросить про Элис. Тогда ты сказал, что ей нужно сменить парня. Почему?

– Мне ясно дали понять, что это не моё дело. И, очевидно, не твоё. Уходи.

– Нет, Сайто. Мне нужно знать.

Парень отрицательно помотал головой.

– Послушай, это крайне важно. Пожалуйста. Расскажи.

Снова глухо. Ладно, зайдём с другой стороны.

– Элис и Трой расстались.

На лице Сайто отразилось удивление, а потом удовлетворение. Для него это определённо стало хорошей новостью. Отлично! А теперь ход конём:

– А я думаю, что Трой – классный парень. И поскольку место освободилось, я решила…

– Дура! Нет, ты всё-таки непроходимая дура!

– Но почему-у-у? – Я надула губки и глупо захлопала глазами. – Что с ним не так? Я просто прошу объяснить. Я же здесь новенькая, и мне никто ничего не рассказывает.

– У-у-у. Не лезь ты к нему. Пожалеешь. Наиграется и бросит. Ещё и параллельно будет играть с другими. Оно тебе надо? Трой и верность – понятия несовместимые. Так понятно?

– Что, и всё? Только это?

– Ты точно дура! Разве этого мало?

Мы ещё немного поговорили, но неприязнь Сайто к Трою заключалась именно в скотском отношении последнего к девушкам. Полагаю, имел место и тот факт, что Трой был уже на пятом курсе, а Сайто только на третьем, хоть они и начинали учиться вместе. Зависть? Возможно. Но к моему делу это не относится.

Я распрощалась с парнем, пообещав не делать глупостей. И спустилась в столовую. К слову, её двери уже были открыты.

За завтраком подруги Алисы пытались выведать информацию, но я отшила их дежурными фразами вроде: «Ведётся расследование, мне пока ничего не говорят, как узнаю – обязательно расскажу».

На парах я хоть и присутствовала, но была рассеянна. Мысли каруселью носились в голове. То Алиса, то Кор, то лекционный материал… Карусель, карусель, кто успел, тот и сел…

Потом был безвкусный обед. На выходе из столовой я столкнулась с Троем. Он послал мне хмурый взгляд. Рядом с Алисиным бывшим шёл высокий парень с неизменным конским хвостом. Бело, как назвала его соседка. Он и вовсе одарил меня презрительной усмешкой. И тут до меня дошло, что вот же он, тот самый Умбелло-как-его-там-дальше. Со слов Арса, свидетель ссоры в ресторане. Да грош цена такому свидетелю! Он же друган Троя и что угодно скажет, лишь бы отмазать приятеля.

Настроение было отвратным, а впереди ждали дополнительные индивидуальные занятия с лордом Гарвишем.

Возле двери в мою комнату поджидала Энджи. Пульс забился быстрее. Новости?

– День добрый, Кристина, вас ожидают в библиотеке. Сейчас. Немедленно!

Я пребывала в полном недоумении. Там-то что меня ждёт? Может, это Кор вызвал? Опять щёки обдало жаром. Блин!

Но вместо ночного незнакомца меня встретила ворчливая старуха Клинелла:

– А-а-а, явилась! Не прошло и года. Это просто форменное безобразие! Вы нарушили все порядки и правила поведения в библиотеке!

Я вспыхнула, как свечка. Вот чёрт! Как она узнала?!

– Если выкинете ещё хоть раз подобный фортель, я напишу рапорт декану, а потом и ректору! Что за студенты сейчас пошли?! Совсем совесть потеряли!

Я хотела провалиться сквозь пол и ещё ниже, а старая карга упёрла руки в бока и кивнула на увесистую кучу макулатуры на библиотечной стойке.

– Я уже сама отметила в журнале все наименования. Вашему величеству только подпись осталось поставить. Руки же отсохнут самим заполнять формуляры. Тьфу! Гоняете пожилую женщину, ироды. И чтоб ни единого листка не пропало!

Красная, как свёкла, я взяла стопку. Сверху лежал листок: «Крис. № 308».

– Подождите… То есть вы сейчас из-за оформления на меня наорали?

Сказать, что я была сильно удивлена, – это ничего не сказать. Что вообще происходит?

– Наорала?! Ты ещё не видела, как я ору, дорогуша! Впредь имей в виду: согласно правилам, ты должна спрашивать литературу у меня. А я выдам тебе её или скажу адрес в читальном зале. Но бегать и собирать заказ?! Тебе здесь что, ресторан?!

Я буркнула «спасибо», расписалась в журнале и поспешила убраться подальше. Что за заказ такой? Не припоминаю, чтобы что-то просила, тем более у этой противной дамочки. Странно.

Я на ходу пробежалась глазами по стопке. Не журналы вовсе – газеты. И все «Вести Ампелоса». Что бы это значило? Может, ошиблись номером комнаты? Вдруг здесь учится какой-нибудь парень Крис и газеты предназначались ему? Ладно. До занятия с лордом Гарвишем оставался час с небольшим. Успею немного почитать местные вести. Потом всё верну.

Я расположилась за своим столом. Шиша распластался рядом с кипой.

– Ты мне только газеты своими соплями не измажь! А то эта сварливая старуха Клинелла на меня ещё одно ведро помоев выльет.

– Ш-ш-ш-ш! – возмутился наш питомец, но всё же перетёк со стола на подоконник.

Я взяла верхнюю газету – апрельский выпуск этого года. На первом развороте был портретный рисунок какой-то нелепой пары, заголовок гласил о сенсационной свадьбе. Похоже, местные знаменитости. Дальше шли разные статьи про реконструкцию фонтана и снос дома, реклама артефактов, всяких лавок и товаров.

А вот шестая страница была посвящена нашей академии. Декан факультета воды Альфи фон Дьббиган уходит на пенсию. Ректор назначает на пост декана… Бла-бла-бла. Расписано, как проходила церемония вступления в должность, банкет и салют… Далее была заметка про отстающих хвостатых студентов с указанием имён. Так себе слава, не хотелось бы попасть в подобный список. В самом конце говорилось о некой иномирной первокурснице Брижене, которой пришлось оставить учёбу и вернуться домой из-за болезни отца. На следующей странице были рецепты вроде нового зелья от бессонницы. Спасибо, мне не надо. А вот лорду Иолу пригодилось бы. Некстати вспомнилась моя ночная вылазка в поле.

Я взяла вторую газету – за октябрь прошлого года. И здесь шестая страница была отдана нашей академии. Освещались магические соревнования между факультетами. Победители, проигравшие… Студенты-пятикурсники подрались в столовой… бла-бла… Та-а-ак, а вот это что? Портрет миловидной улыбающейся девушки никак не сочетался с крупными буквами: «Внимание, розыск!»

На дополнительное занятие я опоздала минут на семь-восемь. Лорд Гарвиш, восседавший за своим профессорским столом, посмотрел хмуро, покачал своей лысой головой и, конечно же, сделал замечание. Он сухо кивнул на ближайшую парту, мол, садись уже, и начал лекцию. Говорил монотонно и не особо интересно. А может, я просто была слишком взволнована и не могла сосредоточиться. Конспект тоже получался кривой и косой. Поэтому, когда мы дошли до части под названием «вопросы есть?», я не стала терять времени и взяла быка за рога:

– Есть, но не по теме. Можно, лорд Гарвиш?

– И что же вас интересует, Кристина?

– Вторжение восьмилетней давности. То, в честь которого устраивает ежегодный бал леди де Фонтин.

– Интересный выбор. Но эта тема не одной и даже не двух пар. Последнюю войну мы тщательно и детально будем изучать в следующем семестре.

– И всё же, профессор. Хотя бы в двух словах.

Я закусила кончик ручки. Блин, соглашайся же ты, это сэкономит мне уйму времени.

– Такая тяга к знаниям весьма похвальна. Но, как я уже сказал… Хотя, впрочем, ладно. – Лорд потёр свою блестящую лысину. – Как известно, Ампелос – не единственное государство в нашем магическом мире. В последние века мы практически не конфликтуем. С пограничным Хейзелирином у нас натянуто-дружественные отношения, и то потому, что мы сплотились перед угрозой извне. Говоря «извне», я подразумеваю другие миры.

– Как Земля?

– Земля – низший мир, в котором отсутствует магия, она опасности не представляет. А вот Стреланд… Стреланд страдает от истощения ресурсов и, как следствие, от голода. Обитающие там миряне-оборотни – существа разумные. Есть среди них и маги. Причём очень сильные. Они-то и работают над вопросами перемещений. Транспортировочных артефактов у них нет, но голодным магам иногда удаётся пробить брешь в пространстве. Проделав окно в чужой мир, оборотни не стремятся к завоеваниям, а выходят на охоту. Любого мага, который попадается на пути, они утаскивают к себе в качестве источника пропитания. Раньше вторжения были частыми. А потом внезапно прекратились. Несколько веков Ампелос дышал свободно. Такое продолжительное затишье привело к утрате бдительности и исчезновению информации. Терялись записи, страницы книг рассыпались под воздействием времени… Мы расслабились, забыли и оказались не готовы.

Старый лорд тяжело вздохнул, минутку помолчал и продолжил:

– Второго октября пятьсот девятого года двадцать четвёртой эпохи, то есть примерно восемь лет назад, наши транспортировщики почувствовали возмущение материи и подняли тревогу. Боевых магов мобилизовали и отправили к месту прорыва. Соседние государства тоже присоединились к обороне. Около полусотни особей проникли в наш мир. Тактику совместных действий государств нашего мира в двух словах не расскажешь: это мы будем подробно разбирать на грядущих парах. Скажу только, что крови пролилось много. Мы понесли большие потери. Сто семьдесят три мага сложили свои головы на поле боя. Раненых и того больше. Пятьдесят восемь магов пропали без вести, треть из них – ампелосцы. Предположительно, Стреланд взял их в плен.

– А почему Ампелос не освободил заложников? Собрать армию и вторгну…

– Это невозможно. Во-первых, артефактов, настроенных на Стреланд, у нас нет, значит, нет и пути в их мир. Во-вторых, оборотни очень сильны. Воевать на их территории – стратегия, обречённая на провал, самоубийство. Да, десяток магов может справиться с одной особью, но какой ценой! Небольшая царапина их ядовитых когтей – и наступает паралич. Для простых людей пожизненно. Для магов всё индивидуально. Кто-то отключается на несколько часов, кто-то на несколько секунд, но эти секунды всё равно становятся фатальными для мага, когда вокруг кипит битва. Особо опасен укус оборотня. Только высшие, самые сильные маги могли его пережить. Маги послабее входили в стадию трансформации, что было равносильно смерти. Они погибали, не выдержав адских болей, выворачивающих их тела и души. А тех, кто всё же пережил этот жуткий этап, добивали мы сами. – Лорд обхватил ладонью свой указательный палец и оттянул до характерного щелчка. И только прохрустев всеми десятью пальцами, продолжил: – Да, жестоко. Но иного выхода, увы, не было.

– Значит, укушенный в полнолуние превращается в оборотня, – подвела я итог.

Теперь понятно, откуда у наших авторов и сценаристов такая бурная фантазия. Всё основано на реальных событиях. Кто-то проболтался, кто-то услышал, кто-то записал.

– Полнолуние? – Лорд удивлённо посмотрел на меня, а потом в его взгляде промелькнуло понимание. – Нет, Кристина. Это ваши иномирные домыслы. Всех пострадавших отвезли в специальный лазарет, дали время побороть заразу. Мы ждали. Надеялись. Даже когда начиналась трансформация, до последнего давали шанс… Укушенный не становился оборотнем. Сказки! Просто появлялся новый монстр. Уже не человек и не маг. Не такой сильный, как истинный стреландец, не такой быстрый, но такой же голодный. И очень опасный.

– А пострадавшие и превратившиеся в монстров могут вернуться в человеческий облик?

У нас ведь так в кино происходит.

– Кто знает? – Лорд задумчиво пожал плечами. – Новообращёнными двигало только одно желание: убийство ради еды. А этого мы им позволить не могли. Соответственно, ликвидировали. Для меня это очень тяжёлая тема, Кристина. Личная трагедия.

– Лорд Гарвиш, мне так жаль… Это ужасно!

– Да, ужасно. Но это война. Всегда беспощадная и жестокая. Отбирает…

Он оборвал рассказ, пытаясь справиться с эмоциями. Из уважения я тоже молчала. Руки старого лорда мелко дрожали. Он снова дёргал себя за пальцы, но они больше не хрустели.

– Простите за вопрос, – через несколько минут я всё же решилась нарушить давящую тишину, – но зачем тогда устраивать праздник? Этот бал у леди де Фонтин… Танцы, наряды… Это никак не вяжется с такой трагедией! Слишком весело получается. У нас в мире есть подобный праздник – День Победы. Но это всегда торжественный парад военных, тяжёлые песни, гвоздики ветеранам, «Бессмертный полк»… Дань уважения.

– Это благотворительный бал, – его голос звучал приглушённо, словно шелест осенних листьев, гонимых ветром. – Награды, медали, денежные поощрения. Леди Адриана устраивает его для участников войны, чтобы они забыли о тех потерях и трудностях, через которые им пришлось пройти. В общем, лучше в этот день веселить их на балу, чем позволить горевать, напиваться, драться в сомнительных заведениях и с непонятными последствиями. Но у леди де Фонтин есть и личные мотивы. Эта война забрала у неё Жардину – единственную дочь. Оборотни утащили её на Стреланд. А знать, что твою дочь сожрали где-то в ином мире, – это хуже, чем смерть. Жардина очень любила балы и наряды… Мой сын тоже любил танцевать. Он был одним из лучших, даже одержал четыре победы подряд на ежегодных весенних соревнованиях по танцам. А ещё он мог… Он был… Да-а-а-а…

Старый лорд тяжело вздохнул и отвернулся к окну, отводя сухие глаза, в которых плескалось горе.

– Зейн впал в трансформацию, и его убили маги. Вот так-то. Вот так… Простите, что-то я отошёл от истории. Это слишком личное для нас всех. Давайте на сегодня закончим, Кристина.

Аппетита не было, но лёгкий ужин я в себя всё же впихнула. В комнате переоделась в домашнюю пижаму и забралась на кровать Алисы, поджав ноги. Может, с этого ракурса будет проще собраться с мыслями и обдумать версии. Не успели завертеться мои мозговые шарики-ролики, как в дверь постучали.

Лорд Ливарелл уставился на мою пижаму и многозначительно хмыкнул. На себя бы посмотрел: помятый камзол не первой свежести, с сапог свисают комки засохшей серо-буро-малиновой грязи.

– Добрый вечер. Что-нибудь удалось узнать?

– Вечер будет немного добрее, если мы не станем разговаривать на пороге.

Задача номер четыре тревожно билась в сознании. У троих из шестнадцати были ахатины. А вдруг не у троих, а у всех? Арс вроде как единственный, кто знает о выдрообразных. К тому же он просил не распространяться об ахатинах…

Впускать лорда я боялась. Чёрт! Можно же и на пороге поговорить. Нет?

Видимо, нет. Потому что Арсу надоело затянувшееся молчание, и он решительно шагнул вперёд. Мне пришлось отступить вглубь комнаты, чтобы не столкнуться с его грязным камзолом.

– Так в чём дело? Сама забила тревогу, подняла всех на уши, а узнать новости не горишь желанием?

– Горю! – заверила его я, а сама встала возле шкафа, за которым пряталась коробка с булыжниками. В случае чего я без боя не сдамся! Если не магически, так по-простому. Главное, что камни рядом.

– Прямо-таки горишь? Вся? – ехидно ухмыльнулся лорд.

Я ощутила лёгкий румянец.

– Перестаньте! Эти ваши шуточки – они отвратительны! И неуместны!

– Ты так напряжена, Кристина из Орска…

– Хватит!

Шутит он или нет? Я уже потянулась за булыжником.

– Что там у тебя?

Он подошёл, обдав меня смесью почти выветрившегося парфюма и вспотевшего тела. Лорд заглянул за шкаф.

– Ого! Приличные девушки хранят в таких коробках нарядные платья или другие интересные предметы гардероба.

– Вы бы лучше за своим гардеробом смотрели! Приличные лорды в грязных камзолах по ночам к девушкам не врываются!

Я ответила маленькой дерзостью, морща нос. И камень поувесистей всё-таки взяла.

– То есть в чистых можно? – Арс так и остался стоять слишком близко, нарушая мои личные границы.

Уфф! Ну что за мужлан! Ладно! На, получи!

– Да! В чистых можно. А ещё с букетом душистых благородных цветов, коробкой авторских конфет и бутылочкой игристого вина! – Предпочтения Алисы, которые она когда-то мне озвучивала, пришлись к слову.

– Интересный набор! Клубнику добавить в список не забыла?

– А давайте и клубнику! – отмахнулась я от лорда.

– Большую и красную?

Я приглушённо кашлянула.

– Что, слюной подавилась? – спросил он, нагло притесняя меня к шкафу.

Камень в моей ладони стал нагреваться, словно шепча: «Врежь ему». Щёки жгло румянцем. А лорд вдруг поднял руку к моему лицу и замер, почти коснувшись. Кажется, я перестала дышать.

– А как насчёт взбитых сливок? Девочки из Орска их любят? – Арс провёл большим пальцем по моим губам, будто стирая несуществующую пену.

Я почувствовала, что мой камень буквально горит и вибрирует, ещё миг – и он полетит прямо в голову зарвавшегося мерзавца. Резко замахнулась…

– А вот это уже лишнее. – Лорд ловко перехватил мою руку и легонько вывернул прямо над коробкой так, что мне пришлось разжать пальцы. Камень упал к своим собратьям.

– Значит, клубника, – отпустив меня, как ни в чем не бывало произнес Арс и отстранился. – Я запомню. Итак, твои предпочтения мы прояснили. Полагаю, можем перейти к делу. Изнывает ли императрица от желания услышать последние новости?

Я согласно кивнула и не стала цепляться к словам. Это сейчас не главное. Лишь бы про Алису узнать.

Арс сел на стул, его пронзительный взгляд стал холодным и серьёзным.

– Я ездил на границу. И как видишь, вовсе не в карете. Пограничники ничего внятного не сказали. Записи в документах указывают на то, что твоя соседка покинула Ампелос. Но никто из сотрудников по описанию её не узнал. А Элис Йохансен, как известно, девушка яркая. Не заметить и не запомнить её было бы сложно. Тем более что в тот день всего четырнадцать человек пересекли границу в этом месте.

– Топать ногами и кричать «а я же вам говорила!» уже бессмысленно. Что собираетесь делать дальше?

– Начато расследование. Совет высших магов допросит окружение девушки. Тебя тоже. Советую рассказать всё подробно, любая деталь может помочь. Леди де Фонтин будет решать вопрос с сигнумом – проверит по магическим каналам, имел ли место сбой следящего знака и как подобное оказалось возможным. Надеемся, что удастся его наладить и установить истинное местоположение твоей соседки. С Хейзелирином мы тоже договорились. Если она всё-таки объявится там – нам сообщат.

Больше добавить ему было нечего, и он откланялся. Но на выходе я окликнула Арса:

– Лорд Ливарелл… – Я закусила губу, но всё же осмелилась задать свой наболевший вопрос. – Вы много знаете об ахатинах и советовали не распространяться о них. Почему?

– Это очень редкое существо. Некоторые маги воды были бы не прочь заплатить кругленькую сумму за его шкурку.

– Только маги воды? Не вы?

– Насколько мне известно, я пока ещё маг огня. Мне ваш питомец без надобности. И финансовых затруднений у меня тоже нет, чтоб продавать его кому-либо. Правильно ли я понимаю, что ты решила связать с ахатином пропажу соседки?

– У трёх из шестнадцати пропавших девушек были эти существа. Аника, Мартина, Алиса. Это слишком странно.

– Что? Не понял. Давай-ка с этого места поподробнее. От начала до конца. Без утаек. Без увёрток. – Он вернулся на стул и уставился на меня своими голубыми глазами.

Мне нужно всё рассказать. Нужно ради Алисы. Но как же ему довериться? Осталась ещё одна деталь, которая не давала покоя. Так, всё. Я просто спрошу. Если скажет правду, я выложу всё, что знаю. Решено.

– Лорд Ливарелл, я бы очень хотела, чтобы мне поверили. Алиса в беде. Ей нужно помочь. Но поймите меня правильно, я вас… опасаюсь. Боюсь.

– Я так страшно выгляжу? А если без шуток, Кристина из Орска, давай перейдём к делу. У тебя есть какая-то информация – выкладывай.

– Сначала вы.

– Что я? Я же сказал, что мне ваш ахатин без надобности.

– Нет, лорд Ливарелл, у меня другой вопрос. Помните тот день, когда мы с вами ездили на закуп, а перед этим встретились в душе?

– Помню, что ты набросилась на голого парня. Но это здесь при чём?

Я не стала зацикливаться на подколке и спорить. Не в этом сейчас дело.

– Вы тоже были не одеты. Расскажите, откуда у вас ожог. – Мне был важен его ответ. Соврёт или скажет правду?

– Ожог?

– Да. На боку. – Я показала примерное место на себе. – Так откуда он?

– Хм. Небольшая стычка с одним магом.

– Каким?

– Логично, что огненным.

– Лорд Ливарелл! Мне нужны подробности. Что за маг, из-за чего была стычка и чем всё закончилось.

– Кристина, твоё любопытство сейчас неуместно. Какое отношение мой ожог имеет к делу Йохансен?

– Никакого. Но это важно для меня лично.

На лице Арса отразилось удивление. Он в очередной раз окинул меня фирменным ледяным взглядом.

– И не надо на меня так смотреть. Ваши гляделки оставьте для наивных студенток, на меня это не действует. Не нужно ничего фантазировать и придумывать. Это просто вопрос доверия и ничего более.

– Интересно. Хм… Что же, я человек занятой. Помимо преподавания у меня есть и другие обязанности. Как тебе уже известно на личном опыте, я состою в охране терминала и территории академии. Ожог, про который ты говоришь, я получил в результате поимки нарушителя. Неизвестный пытался проникнуть на территорию академии через второй забор. Мы уловили возмущение магического поля и прибыли к месту прорыва. Нарушитель оказал сопротивление. Вот и всё.

– Зачем он это сделал?

– Этого выяснить не удалась. Сначала мы приняли его за студента-старшекурсника, который хотел создать брешь во втором заборе с неизвестной целью. Но позже выяснилось, что это чужак. Слабый маг, который непонятно как смог пробить защиту забора извне и вторгся на нашу территорию. Мы пришли к выводу, что за ним стоит кто-то более высокого уровня.

– И кто же?

– Увы, выяснить не удалось. Произошёл несчастный случай. Во время перевода из медицинского блока в допросную комнату нарушитель оступился на лестнице и сломал себе шею.

– Ой!

– Так что наши вопросы остались без ответов.

– Вы кого-то подозревали?

– Кристина, я не должен с тобой это обсуждать. Но, впрочем, ладно. Созванная комиссия проверила только лорда Иола, потому что в момент поимки нарушителя он находился неподалёку.

– И?

– Лорда Иола мучила бессонница, не более того. Но известно, что там был и другой человек. Я его слышал, но моё ранение помешало нам схватить его. Установить личность нам не удалось. Мы изучили следы в поле, и они привели нас в академию. Это всё, что удалось выяснить. Тот второй человек остаётся главным подозреваемым. Мы надеялись на допрос нарушителя, но увы, не сложилось. На том всё и закончилось. Теперь я в полной мере удовлетворил твоё любопытство, Кристина?

Я кивнула. Да, лорд рассказал правду. И тем другим человеком была я. Но этого я лорду Ливареллу не скажу. Не хватало ещё разборок по мою душу. Главный подозреваемый, надо же! Вот так живёшь и не знаешь, что тебя разыскивают. Не нашли – и ладно. Сейчас это уже неважно. Главное – помочь Алисе.

Я решила не играть дальше в частных сыщиков и выложила все свои догадки и версии. Показала газеты, даже о том, что подозревала именно его, тоже рассказала. Ещё припомнила сплетни насчёт Свенсона и Мартины. Мало ли.

Лорд пообещал всё проверить и ушёл из моей комнаты далеко за полночь, задумчивый и хмурый.

Четвёртый день с тех пор, как пропала Алиса. На занятиях меня никто не трогал, к доске не вызывали. Пары прошли спокойно, но не информативно. Никак не получалось абстрагироваться от мыслей про оборотней. Восемь лет назад было вторжение. Восемь лет назад начали пропадать девушки. Что, если монстр среди нас? Укушенный маг выжил, избежал ликвидации.

Я исходила из законов нашего кинематографа. В обычное время это обычный человек, в полнолуние же превращается в оборотня. Одна поправка. Лорд Гарвиш сказал, что полнолуние ни при чём. Значит, просто другой временной отрезок. Например, раз в полгода жертва укуса из обычного человека трансформируется в монстра и поедает юных дев.

Тогда почему только дев? Определённо не хватает информации. Лорд Гарвиш, похоже, больше ничего не расскажет. Для него это личное, как и для леди де Фонтин. Значит, и к ней обращаться бессмысленно. Арс вчера ночью наконец-то мне поверил. Буду ждать от него новостей. И от Ками. На перемене между парами я бегала к обоим в кабинеты, но не застала ни того, ни другого. Опять пожалела, что в этом магическом мире не придумали никаких устройств дистанционной связи. В такие минуты я до безумия скучаю по нашим мобильникам.

Пары наконец закончились. Студенты заспешили в столовую на обед. Я тоже не отказалась от супчика и села за укромный столик. Разговаривать ни с кем не хотелось. И уж тем более отвечать на расспросы подруг Алисы. Решила послушаться ректора, не «сеять панику» и не «распространять слухи». Я погрузилась в свои мысли, которые перетекли от похищений и оборотней к газетным статьям, а газеты напомнили о Коре. На щеках моментально вспыхнул стыдливый румянец. Но вместе с тем приятной дрожью по телу разлились яркие воспоминания. Его прикосновения, терпкий аромат, хриплое частое дыхание, железная хватка сильных рук…

Стоп! Точно!

Отставив опустевшую наполовину тарелку, я поспешила в библиотеку, но никак не могла вспомнить номер той секции, где в прошлый раз… эм-м… Назовём это «отыскала зелёный словарь». Да где же, блин?!

Я переходила от секции к секции, заглядывала за стеллажи.

– Не меня потеряла, дорогая? – Не пойми откуда взявшийся Эйдан опять нарушил моё личное пространство, встав вплотную ко мне.

– Не так близко, пожалуйста. – Я выставила вперёд ладонь. – Я ищу книгу, а не парня.

– Правильно, дорогая, чего его искать-то? Парень перед тобой. А про книгу ты у грымзы спросить не пробовала?

– Конечно, спросила, но у старой леди тут же случился приступ склероза.

– Может, отвлечёшься и выпьем по чашечке кофе?

– В это мрачное подземелье людоеда ты меня больше не затащишь. И оставь свои приворотные зелья для какой-нибудь другой дуры.

– Они не мои, а Рэя. А ты первая, кто не потерял голову. Надо признаться, я был несколько удивлён. Не, не так. Я был вопиюще возмущён. Но чем больше ты сопротивляешься, тем сильнее моё желание.

– А мои желания ты не учитываешь? Это наглость, знаешь ли, Эйдан! Перестань!

– Почему перестать? Я свободен, ты свободна. Или у тебя уже есть парень?

– Послушай! Я свободна, но собираюсь заводить отношения только с книгами и учебниками. И давай на этом поставим точку.

Тупиковый разговор начал порядком подбешивать.

– Так, значит, ты, дорогая, разыгрываешь сейчас роль зубрилки? – Эйдан не унимался. – А с лордом Ливареллом вчера ночью вы какой предмет изучали?

– Что ты несёшь?! – Я презрительно фыркнула и вдруг поймала на себе уже знакомый взгляд, вызывающий мурашки на затылке. Кор?

– Айка видела, как Арс выходил от тебя ночью весь потный и растрёпанный. Не желаешь объясниться?

– С чего бы? Ничего объяснять не собираюсь. Не лезь не в своё дело, Эйдан!

Вот же пустоголовая сплетница эта Айка! Трещотка! Как же она меня раздражает!

– Ты бы подумала хорошенько. Устав академии, знаешь ли. Есть более безопасные варианты отношений.

Чёрт! Я вовремя успела отвернуть голову, поэтому губы Эйдана коснулись лишь моей щеки. Я вырвалась, но синий настаивать не стал, подмигнул и удалился. Вот же нахал! Я рукавом блузки вытерла щёку, гневно пыхтя, втиснулась в щель между стеллажами и очутилась в пыльном мрачном закутке, окружённом шкафами. С направлением я угадала. Ещё бы! Этот взгляд я ощущала каждой клеточкой кожи.

Потрёпанные полуразвалившиеся книги кучами валялись на полу, в углу лежали сломанные стулья без ножек, а на покосившемся кресле с оторванным подлокотником сидел мужчина. Лёгкий аромат кориандра коснулся ноздрей. Редкие лучи света украдкой проникали сквозь щели между книжными корешками и падали на мужчину со спины. Его лицо по-прежнему скрывалось в тени. Удалось рассмотреть только край подбородка и тёмные волнистые волосы, спускающиеся до плеч. Окутанные мраком глаза внимательно изучали меня. Взгляд будоражил каждую клетку. По телу пробежались мурашки и замерли где-то внизу живота.

Он первым нарушил затянувшееся молчание:

– Свободна, значит?

Я продолжала молчать.

– Так что Арсгорн делал в твоей комнате ночью? И что это за синий сопляк?

Любопытство? Нет. Ого! Это ревность! Серьёзно? Я не могла сдержать неуместной радостной улыбки. Кор истолковал её по-своему и отвернулся. А в меня словно бес вселился.

– Да синий вроде ничего. Правда, нагловат немного, – поддразнила я Кора. Иронию он не оценил и неодобрительно хмыкнул. А я шагнула навстречу.

– И да, я свободна!

Ещё шаг, и я стояла перед Кором.

– А раз свободна… – Я наклонилась к нему, оперлась руками на спинку кресла за его головой и томно шепнула на ухо: – Значит, могу делать, что захочу…

– И чего же ты хочешь? – его тон изменился на более глубокий.

Я томно выдохнула и медленно прикоснулась своими губами к его. Чувствовалось, что он напряжён и серьёзен.

– Мы с лордом Ливареллом читали очень интересные газеты, не более того.

– Ночью?

– Ночью, – шепнула я, легонько укусила его за мочку уха и вернулась к губам. Мягкий невинный поцелуй плавно набирал обороты. Дыхание участилось. По телу разливалось тепло. Всё. Кор не смог долго изображать статую и принял игру. Он медленно заскользил руками вверх по моим ногам и забрался под юбку. Треск ткани – и трусики полетели в пыльный угол. Кресло угрожающе качнулось, когда я забралась к нему на колени…

В библиотеке было полно читателей. И если бы кто-то додумался заглянуть за стеллажи и увидел творящееся здесь медленное и безмолвное непотребство, то меня, наверное, с позором исключили бы из академии. Но мне было всё равно. Плевать на всех. Есть только я, есть только Кор, есть только нестерпимый жар вспотевших тел.

По ту сторону шкафа послышался невнятный разговор двух девушек, и одна из них взяла книгу с полки. Чёрт! Ох, если бы только она взглянула в образовавшийся просвет…

Поддавшись какому-то неведомому порыву, вместо того, чтобы замереть и затаиться, я ускорила темп. Не помогли ни поцелуи, ни закушенная щека. С моих губ сорвался тот самый, полный блаженства громкий стон…

Разговор девушек тут же смолк. Я прижалась лицом к шее Кора. Бешеная гамма чувств, ощущение нашего единства, завораживающий запах его кожи… Я окончательно потеряла над собой контроль и со всей дури впилась зубами в его плоть чуть выше ключицы. В повисшей тишине завершающим аккордом прозвучал хриплый рык Кора.

Кресло жалобно хрустнуло. На миг я ощутила невесомость, но мужчина вскочил вместе со мной на руках. Несколько шагов – и он спрятал нас во мраке. Как раз вовремя, потому что две любопытные «Варвары» заглянули за стеллаж. Я висела на Коре, обвив его ногами, обхватив руками и вцепившись зубами, а он держал меня за пятую точку. Темнота окутывала нас, и ничего, кроме развалившегося кресла и взвившейся пыли, девушки не заметили.

В моей голове роились тысячи вопросов: кто он, почему прячется во мраке, почему в библиотеке, как его зовут, почему выбрал меня, почему я не могу сопротивляться своим желаниям и схожу с ума? Но задавать их не хотелось. Достаточно было того, что он рядом. Ощущать его прикосновения, слушать сердцебиение, вдыхать кориандровый дурман. Меня накрыло умиротворением, спокойствием, защищённостью. Я ослабила хватку и разжала челюсти.

В коридорах и лобби было полно народу. Естественно, время-то – без пяти минут ужин. Я быстрым шагом направилась в свою комнату, молясь о том, чтобы никакие Эйданы, Арсы, Ками и прочие не встретились на пути и не заметили мою помятую одежду, воронье гнездо на голове и горящие огнём щёки.

Заметить отсутствие одной маленькой детали белья никто бы не смог, но я-то чувствую, я-то знаю. У меня и так с гардеробом негусто. Чёрт побери! Да что же это такое! Я просто с ума схожу рядом с Кором! Превращаюсь в голодную мартовскую кошку! Это точно какая-то магия или химия! А этот укус? Что на меня нашло? Кошмар! Я же не вампир какой-нибудь! Не знаю, что это вообще было. Блин. Это не я! Не я! А он тоже хорош. Что за мания – рвать одежду? Теперь надо думать, у кого занять денег до стипендии. Ещё и в город съездить, пополнить свой гардероб. Хотя бы бельём. У Эйдана просить совсем некрасиво, даже смешно. Алисы нет, а потрошить её тайник, охраняемый Шишей, в высшей степени неприлично. Может, попросить Энджи выдать мне новое бельё? Нет, эта по-любому начнёт вопросы задавать. Ладно, сейчас не это главное.

Главное – толстенная книга в моих руках, которую помог отыскать Кор, перед тем как проводил меня уже знакомым тайным путём.

В комнате я первым делом полезла в шкаф за заветной шкатулкой. Щёки пылали жгучим румянцем, когда языка коснулась вязкая капля из синего пузырька. «Да мне не пригодится, да мне не понадобится», – вспоминала с укором свои же слова. Тогда я предположить не могла, что обращусь к Алисиной сокровищнице так скоро! Я себя совсем не узнавала.

Неужели серьёзная девушка, сосредоточенная на учёбе и знаниях, отвергающая любые романтические отношения, – это я? Неужели девушка, осуждающая подруг за безрассудные половые связи, – это я?

Я. Та самая я, которая полчаса назад в зачуханном пыльном углу библиотеки бесстыже восседала на коленях (и не только) у неизвестного человека…

Безбашенная, бессовестная, безответственная. Хотя от последнего спасла Алиса, предусмотрительно проинструктировав насчёт синего пузырька. Но легче на душе от этого не стало. Хм… рассказывать ли Алисе про своё грязное поведение, если она вернётся? Уверена, рыжая бестия оценит, это в её стиле… Стоп! Что значит если?! Не если, а когда вернётся!

Я с силой захлопнула шкаф. Так, всё. Соберись, тряпка! Довольно самобичеваний! Первым делом душ, вторым – книга!

Я стояла под тёплыми струями, и из-за шума воды едва расслышала стук в дверь. Наверное, это Арс или Ками!

Я выпрыгнула из ванны, наспех намотала на голову тюрбан из оливкового полотенца и метнулась к шкафу, на ходу крича в сторону двери «Иду-иду, сейчас!». Одевалась со скоростью света. Запуталась в лямках лифа, скептически окинула взглядом две оставшиеся пары трусиков: обе чёрные. Кое-как на влажное тело натянула свою пижаму. А что такого? Арс меня в ней уже видел. Ничего нового. Так что пофиг. А Ками – девушка, сама всё понимает.

Подходя к двери, поймала взглядом своё отражение. М-да… Из-под белой, прилипшей к влажному телу пижамы отчётливо просвечивало тёмное бельё, на голове башней кренилось полотенце, а ноги оставляли на полу мокрые следы. Да и пусть. Сейчас важнее Алиса и новости.

Я распахнула дверь. Чёрт! Тут же ощутила прилив адреналина. Бывший парень соседки. Чёрные трико и чёрная майка обтягивали мускулистую фигуру. Чего ему надо?

Я постаралась взять себя в руки.

– Трой? Что ты здесь делаешь?

– Не меня ждала?

– Нет, не тебя.

А что? Пусть думает, что сюда скоро кто-то придёт.

Он хмыкнул и окинул меня сверху донизу едким взглядом.

– М-да, Элис надо было чаще водить тебя по магазинам. – Прозвучало как оскорбление.

Отвечать я не собиралась, просто хотелось поскорее захлопнуть так непредусмотрительно распахнутую дверь.

– Этикету тебя тоже, видимо, не учили, как и выбору одежды. Пригласишь войти?

Вот теперь к тревоге добавилась злость. Это что же, второе оскорбление за минуту? Хамло перекачанное!

– Тебя, видимо, тоже этикету не учили. Всего доброго.

Я решительно собралась хлопнуть дверью перед его носом, но гад просунул в проём свою ногу в чёрной кроссовке, получил по ней дверью и тут же вломился в комнату.

– Ну и манеры у тебя!

– А у тебя? – не сдавалась я. Беспокойство нарастало. – Зачем пришёл?

– А почему бы и нет? Эта комната – почти что мой второй дом. Был. Пока ты не заселилась и не обломала всю малину.

– Какая теперь разница, если вы с Элис расстались?

Разговор был неприятным и непонятным. Трой по-хозяйски растянулся на соседкиной кровати.

– Но ты в это не веришь, да? Слухи пускаешь разные… – сказал он куда-то в потолок, как будто сам с собой разговаривал.

Я решила, что нужно и дальше держать глухую оборону и изображать уверенную в себе девушку. Двумя словами – решила дерзить. С такими, как Трой, так и надо. Наверное.

– Пускают ветры, а слухи распускают. И по этой части тебе к Айке.

– Распускают не слухи, а руки, – не остался в долгу мой визитёр.

Я ощутила прикосновение его липкого взгляда. Брр-р. А он добавил:

– Но ты не в моём вкусе. Да и к Айке я уже обращался. Пару-тройку раз. Так себе, если честно. Дерево. Нет у неё пластики и грации Элис.

Он снова ехидно улыбнулся.

– Хм, а я, кажется, уже соскучился по рыжей… Так что делать будем?

– Ты сейчас встанешь и выйдешь из комнаты.

Я старалась держать лицо. Внутри всё сжалось, предчувствуя неприятности. Лёжа на кровати, Трой щёлкнул пальцами, и с его рук сорвался крошечный огненный шарик. Медленно поднимаясь выше и выше, шарик увеличивался в размерах. Внутри прозрачно-оранжевой сферы плясали языки пламени. Я едва оторвалась от завораживающего зрелища.

– Убери файербол, Трой! – Я старалась говорить равнодушным и строгим голосом. – Магичить в комнатах запрещено!

– Ну так беги и расскажи скорее Арсгорну. Он же у тебя по ночам ошивается. А может, это ты сама соседку свою из комнаты выжила, чтоб ночами с Ливареллом кувыркаться, а?

Вот же козёл!

Я стиснула зубы, но вслух ничего не сказала.

Трой погасил огонь лёгким взмахом руки, поднялся и вплотную подошёл ко мне. Я осталась стоять. Назад не отступила лишь по той причине, что дрогнули коленки, а ноги приросли к полу.

Он медленно наклонился к моему уху.

– Прекрати обвинять меня в исчезновении Элис, а не то… – Он сделал выразительную паузу. – Надеюсь, мы друг друга поняли.

Трой покинул комнату, даже не потрудившись прикрыть за собой дверь. Какого фига сейчас вообще было? Вот же урод! И как Алису угораздило с таким спутаться?! Понятно теперь, почему она не проявляла к нему истинных чувств. С виду красавец и атлет, а внутри чудовище. Да пошёл бы он куда подальше!

Полночи я потратила на изучение мира оборотней. В местных эпохах и летоисчислении я разбиралась ещё плохо. Было ясно, что книга довольно старая, написанная около двухсот лет назад. К тому же от руки, но весьма красивым и крупным почерком с завитушками. Текст был сложным, сразу и не понять. Автор лорд Колдри фон Крайнэ то удалялся от темы, то перескакивал с одной мысли на другую, дополняя факты своими личными домыслами и комментариями.

В целом назвать это книгой было сложно. Скорее уж черновиком, рукописью до редактуры. Было много исправлений, перечёркнутых и заново написанных абзацев, выдранных страниц, заметок на полях. Сплошная каша. Весь текст основывался на результатах допросов двух особей, которых ампелосцам с большим трудом удалось захватить в плен.

Я вооружилась карандашом с тетрадью и стала выписывать интересующие меня моменты. Ну что за мир такой! Да если я на Землю вернусь, то молиться буду интернету!

Когда я наконец захлопнула книгу, глаза чесались и слезились, а спина затекла от неудобной позы. Записей в тетради оказалось немного. Я перечитала эти заметки и начала вышагивать по комнате. Надо упорядочить мысли. Итак, если говорить простыми словами…

Оборотни – существа разумные. Но выглядят довольно страшно: звероподобное тело покрыто тёмной густой шерстью; длинные когти ядовиты – вызывают паралич или смерть; острые зубы тоже ядовиты, но яд другой – вызывает трансформацию или смерть. Одним словом, любое ранение – смерть. Вот здесь, да и не только здесь, мнение лорда Крайнэ расходилось с мнением лорда Гарвиша. Последний утверждал, что некоторые маги способны побороть трансформацию. Хотя со времён написания книги прошло много лет. Наверняка открылись новые факты. Или у некоторых просто выработался иммунитет. Эволюция та же. Так, ладно, что там дальше?

Обычаи у стреландцев звериные. Живут кланами в несколько особей (обычно не меньше шести), придерживаются полигамных отношений, в которые вступают лишь на период гона. Имеют две формы – повседневную и агрессивную. Вторую принимают, когда ощущают опасность, угрозу или жажду. Жаждой автор зовёт магический голод.

Оборотни в повседневной фазе питаются обычной по их меркам пищей. Но для возможности трансформации этим тварям нужна ещё и энергетическая подпитка. Магия. Раньше в каждом клане был свой маг, который напитывал остальных. Это был добровольный и естественный процесс. Он мог длиться от нескольких дней до нескольких недель, в зависимости от степени жажды. После отдачи энергии маг-оборотень быстро восстанавливался.

Шли годы, население Стреланда росло, как и жажда. Маги стали дефицитом. Наступила эпоха войн между кланами за обладание магом. Поэтому оборотни были вынуждены искать окна в другие магические миры. Войны между кланами сменились охотой в иных мирах. Но иномирные маги – лишь временное решение, они восстановлению не подлежат. Поэтому, когда энергия из иномирянина выпита, охота возобновляется.

Предположим, что во время последнего вторжения оборотень укусил мага. Назову его мистер Икс. Но тот победил трансформацию. В моём мире у каждой тяжёлой болезни могут быть последствия. Может, и здесь так же? Обычный маг живёт обычной жизнью. Но дважды в год начинает испытывать жажду и ворует студенток. Версия не железобетонная, но хоть что-то. Как вариант. Осталось определить мистера Икса. Если он участвовал в войне, значит, и на балу был. Я могла его видеть! Это мог быть даже тем хромоногим лордом! Он же сам говорил о неизлечимом увечье и ранениях!

Да, у меня одни предположения. Да, я в полной мере отдаю себе отчёт, что вся эта теория насчёт оборотней построена лишь на совпадениях. Может, восемь лет назад помимо вторжения произошло что-то ещё. В моих газетах лишь шестнадцать случаев исчезновений студенток, но вдруг их на самом деле больше? Вдруг есть и другие? Надо обязательно заскочить в библиотеку и поискать в архиве более ранние газеты.

Я нутром чувствую, что права! Надо всё рассказать Арсу. Немедленно. И плевать, что сейчас глубокая ночь.

Я быстро переоделась в юбку с блузкой, затолкала книгу Крайнэ и свои заметки в сумку и помчалась в преподавательский корпус. Нашла имя лорда Ливарелла на стенде. Его жилище располагалось на втором этаже, неподалёку от апартаментов Ками. Добежав, я громко забарабанила в дверь. Вот только вопреки ожиданиям на пороге в неприлично откровенном пеньюаре стояла белокурая незнакомка.

– Позовите, пожалуйста, лорда Ливарелла, – сконфуженно промямлила я.

– Нет его. – Она намотала светлый локон на палец, ничуть не стыдясь отсутствия приличной одежды, что наталкивало на мысли о леди лёгкого поведения.

– Нет? А…

– Сказала же – нет его. – Девица мельком зыркнула куда-то вправо, в глубь апартаментов. Я поняла, что врет, зараза.

– Мне очень нужно с ним поговорить. Пожалуйста.

– Ну так поговори. – Она лукаво улыбнулась. – Только не здесь. Он, скорее всего, в своем городском доме.

– Но…

– Счастливого пути!

Дверь захлопнулась.

Злющая, я забежала к Ками. Огневичка тоже не открыла. Гадство! Ладно, утром повторю попытку. А сейчас спать.

Вернувшись в комнату, я повалилась на кровать. Спать оставалось всего три с половиной часа. Стоило сомкнуть веки, как мысли вернулись в библиотеку, в объятия Кора. Сердце наполнилось приятными воспоминаниями, и я провалилась в сон.

С утра, наспех умывшись, я опять влезла в свои казённые шмотки и повторила ночной маршрут. Но апартаменты и лорда Ливарелла, и леди де Лейн ответили на мой стук безмолвием. Даже той девицы в простыне не было.

Я помчалась в деканат, но на первом этаже преподавательского корпуса меня ждала крупная во всех смыслах подлянка по имени Унция. Девушка одарила меня просто убийственным взглядом. Ну ещё бы! Скрещённые на груди руки и свисающие лохматыми прядями волосы не могли скрыть отсутствия нескольких пуговичек на ярко-красной рубашке. Можно, конечно, предположить, что они не выдержали натиска внушительной груди хозяйки, но сдаётся мне, что дело не в этом.

Раннее утро, преподавательский корпус, невыспавшаяся девушка без пуговичек… Не надо быть Шерлоком, чтобы догадаться, что Унция провела весёлую ночку с кем-то из преподов. А как же устав академии? Похоже, здесь этим только новичков пугают. А остальные используют вместо туалетной бумаги.

Ой! А ведь Унция наверняка думает про меня то же самое! Но не оправдываться же перед ней, в конце концов!

– Доброе утро, Унция.

Я горделиво прошествовала мимо девушки, растерявшейся от столь неожиданной встречи. Безмолвный опаляющий взгляд Унции обжигал спину, а я уже неслась в деканат. Да плевать, пусть что хочет, то и думает, лишь бы не трепалась. Очень надеюсь, что она не такая сплетница, как Айка.

К моему сожалению, Арса и Ками в деканате не нашлось. Эти игры в прятки уже вконец надоели. Чёрт, как же я скучаю по мобильникам! Скольких проблем можно было бы избежать! Грёбаное Средневековье! Я, наверное, уже пару-тройку кило скинула из-за всей этой беготни, переживаний и библиотечных эпизодов.

Ладно, последняя попытка.

Как ни странно, но в ректорате обнаружилась седовласая старушка в очках с роговой оправой. Леди Адриана складывала в сумку папки с бумагами. Слава богу, хоть кто-то! Аллилуйя!

– Доброе утро, леди де Фонтин! – Моему энтузиазму не было предела.

– Здравствуй, Кристина. Ты чего-то хотела? Извини, я спешу на собрание.

– Я не отниму у вас много времени, но это очень важно! Касательно Элис Йохансен, моей соседки.

– Понимаю. Как раз по поводу этой студентки мы и собираем совет.

– О! Ясно! Хорошо! А что-нибудь прояснилось? Её нашли?

– Ищем, Кристина, ищем.

– А с сигнумом вы разобрались?

– Разбираемся. Прости, но я не могу обсуждать подробности со студентами. Приказ лорда Арчибальда.

– Угу. Наслышана. Но всё же…

Я замолкла на полуслове, поймав неодобрительный взгляд Адрианы. А эта дама сегодня немногословна. Приказ ректора, помню-помню. Да, лучше всё-таки Арса найти и поговорить. Ему на эти ректорские приказы, по всей видимости, глубоко начхать.

– Я вас поняла, леди де Фонтин. Просто искала лорда Ливарелла, чтобы поделиться кое-какими соображениями насчёт Элис.

– Вы разминулись. Он тоже участвует в собрании. Уехал минут двадцать назад вместе с лордом Арчибальдом. Я сейчас соберу все необходимые бумаги и тоже поеду. Так что за соображения?

– Про оборотней! – выпалила я, а брови старушки взметнулись вверх.

Та-а-ак, неужели Арс не сказал ей? Или мою версию с оборотнями он не воспринял? Хотя, возможно, просто ещё не успел и расскажет обо всём на предстоящем собрании.

Адриана внимательно посмотрела на меня и указала на стул.

– Присаживайся, Кристина. Я слушаю. Что ещё за оборотни? – спросила она севшим голосом.

– Вчера я уже говорила лорду Ливареллу о своих предположениях. Наверное, на совете он всё вам объяснит. Вы же вроде торопились?

– Минут пять в запасе у меня есть. Я всё-таки хочу услышать информацию из первоисточника. – Пожилая леди внимательно посмотрела на меня. – Хотя бы в общих чертах, Кристина.

– Если в общих чертах, то мне кажется, что из академии раз в полгода исчезает студентка. Началось это восемь лет назад, как раз после вторжения оборотней. Соответственно я сделала вывод, что оборотень среди нас. И это, вероятнее всего, один из ветеранов.

– Да неужели?! – Она прищурила глаза и скрестила на груди руки. – Думаю, мы бы заметили пропажу стольких девушек. Звучит фантастично. Ты, наверное, совсем заучилась, Кристина, вот и чудится всякое. Может, стоит снизить тебе нагрузку? Ты слишком распереживалась. Стресс, нервы, новый мир, побег соседки… Может, мятного насто…

– Не нужны мне настои! – бестактно перебила я старушку. – Конечно, я переживаю! Но учёба здесь ни при чём! Я просто хочу найти Элис!

Адриана вздохнула и покачала белоснежным каре:

– Успокойся, Кристина! Хорошо? Давай представим на минуточку, что ты права и оборотень забрал Элис Йохансен. С тех пор прошло уже несколько дней. – Она вновь взялась за свои бумаги. – Как бы печально это ни звучало, но спасать в таком случае уже некого, не так ли?

– Не так. Оборотень утоляет жажду постепенно, это долгий процесс. Ещё есть шанс!

– Ерунда! Твоя теория – полнейший абсурд. Хм… Жажда… Придумала тоже! Оборотни – это чудовища, кровожадные монстры! Они убивают.

– Да, убивают. Только не сразу. Эти твари пьют магию из магов. В книге Крайнэ так сказано.

– Ты нашла книгу Крайнэ?! – Леди Адриана была изумлена. Листок в её руках мелко дрогнул, но старушка мгновенно взяла себя в руки. – Знаешь, это очень древняя книга. Раритет. Считалась утерянной. Где ты её нашла? Это же чудо!

Ага, чудо… с кориандровым ароматом.

– В библиотеке.

– Не может быть! Давно пора отправить леди Клинеллу на пенсию. Она же клятвенно заверяла, что подобных книг в нашей библиотеке нет! Ладно, с библиотекарем мы разберёмся. Крайнэ сейчас у тебя?

– Э-э-э… Да, в комнате.

Бли-и-ин, ясно же, что эта старая леди отберёт у меня книгу. А я собиралась ещё раз всё изучить, вдруг что-то упустила? В любом случае, лишиться единственного источника информации про оборотней из-за раритетности экземпляра непростительно. Фигушки! Лучше уж отдам Крайнэ Арсу. Мужлан вроде на моей стороне. А старушенция не особо прониклась версией с оборотнями.

– Так, я сейчас убегаю на совет, – она мельком посмотрела на настенные часы, – а после обеда жду тебя здесь с книгой. Вот бумага и ручка. Напиши подробно, как и что привело тебя к таким выводам.

– Но…

– Возможно, это поможет расследованию. Оставишь записи на столе. Садись вот здесь, – указала она на своё рабочее место и ушла.

Вот интересно, а если кто-нибудь из профессоров заглянет? Что он подумает, увидев меня? Да и зачем писать, я ж и так всё рассказала. Бюрократы чёртовы.

Раритет ей подавай. Ишь, чего захотела! Сначала могла бы вникнуть в суть моей теории. Тьфу! Я занялась бумагомарательством. Сочинения всегда давались мне непросто. Заголовок «Как я провела… нет, не лето… последние несколько дней».

Очередная пара испорченных смятых листков полетела в корзину под столом. Писать отчёт не было никакого желания. К тому же желудок возмущённо заурчал. А что? Это аргумент. Скажу Адриане, что побежала завтракать и на пары. Учёба – это святое!

Я тихо выскользнула в коридор и прикрыла за собой дверь. Но не успела пройти и нескольких шагов, как уха коснулись приглушённые голоса, доносящиеся из-за поворота.

– Уверен, что она согласится добровольно пойти с нами?

– Абсолютно. Я уже придумал, что скажу. Эта зелёная курица точно поведётся. Стоит только упомянуть имя Элис. О, как же Кристина меня бесит! Суёт свой нос, куда не следует! Выскочка иномирная! – Шумный выдох. – На всякий случай есть запасной вариант. Пока я буду заговаривать ей зубы, ты встанешь у неё за спиной. Вот, держи…

– Ты в своём уме, Трой?! Это уже чересчур! Я не знаю дозировки! Можно ведь убить весь потенциал Кристины! Или того хуже…

– А тебе-то какая разница, Бело? Начни с пары глотков. Если что, потом добавим. Значит, так. Ты аккуратно заходишь этой дуре за спину, хватаешь за волосы, запрокидываешь голову…

Я нервно сглотнула. Опоить меня решили, сволочи! Гады! За что?!

Дальше прислушиваться не стала. Пулей вбежала обратно в ректорат. А больше и некуда. Ни цепочки, ни задвижки изнутри на двери не было, ключа Адриана, естественно, не оставила.

Бли-и-ин! Я метнулась к дальнему кабинету ректора – заперто. Чёрт! Что же делать? Что я могу против этих двоих?

Я, как загнанный зверь, металась по кабинету, но прятаться было решительно негде. Разве что залезть под стол Адрианы, но это бред! Неужели Трой думает, что они могут вот так вот… Как они потом всё это объяснят, если я расскажу ректору? Что за отрава такая? Может, после неё я ничего не буду помнить? Или что? Или как? Одно ясно: попасться в их руки никак нельзя! Думай, Кристина, думай!

Адреналин стучал в висках, а я уже выбиралась из окна на карниз. В этот раз окно за собой прикрыла. Надеюсь, парни не догадаются выглянуть наружу. Спасибо Эйдану, опыт имеется. Да и этаж всего лишь третий. Но бояться я не перестала. Перспектива свернуть шею не радовала. Сегодня выдалось тёплое солнечное утро, но лёгкий ветерок задувал в спину и трепал волосы. Они лезли в глаза и мешали смотреть вперёд. А ещё сумка на плече висела очень неудобно. Может, скинуть её вниз?

Но я всё-таки перебросила лямку через голову, на другое плечо. Удерживать равновесие стало значительно легче. Я уговорила себя не думать о высоте и уверенно зашагала вперёд, придерживаясь за кладку. Камни успокаивающе откликнулись на мои прикосновения. По телу медленно разлилось внутреннее тепло – магия. Моя магия. Я чувствовала её внутри себя. Страха уже не было, в голове немного прояснилось. И всё. Я больше не думала о каждом неосторожном шаге по карнизу.

На ходу принялась анализировать сложившуюся ситуацию. Неужели Трой – это мистер Икс? Но он так молод… Сколько ему было во время вторжения? Лет пятнадцать? А может, в этом и секрет! В книге ничего не было об укушенных детях и подростках. Вдруг молодой организм справился с вирусом и никто ничего не заметил?

Я пропустила два окна ректорского кабинета: ни к чему загонять себя в ловушку. Главное – успеть повернуть за угол, а там уже начинаются аудитории.

Благополучно миновав поворот, я уткнулась носом в лестницу-стремянку. Видимо, на случай пожара или другой экстренной ситуации, например, как моя сейчас. Я лихорадочно соображала. Если пойти дальше – окажусь в аудитории, а оттуда снова в коридоре третьего этажа, в котором можно напороться на Троя или его приятеля. А если спущусь вниз, то между мной и преследователями будет как минимум три этажа.

Я смело поставила ногу на ступень. Ну, вперёд! Точнее, вниз… Я руководствовалась общеизвестным правилом «не смотреть вниз», и спустя несколько минут мои ноги коснулись земли. Фу-ух, слава богу!

Но дальше-то что? Бежать в лес или поле? Глупости, достойные низкобюджетных фильмов ужасов. Бегать по академии и искать преподов – не вариант. Во-первых, с большой вероятностью можно нарваться на Троя или этого… Бело-Умбелло. Во-вторых, доказывать что-то профессорам нет смысла – они примут меня за сумасшедшую. Мне никто не поверит. С большим трудом удалось убедить Арса, но Адриана ясно дала понять, что считает все мои теории бредятиной.

Так куда же идти? Друзей я здесь так и не завела. Ну, кроме Алисы. Но её, ясно-понятно, нет. Близняшки Лея и Лия… Я даже не знаю, в какой комнате они живут. К тому же они наверняка сейчас на парах. За всеми этими событиями у меня напрочь вылетело из головы расписание лекций. К тому же это в любом случае возвращает меня к первому пункту: Трой тоже где-то там. Дойду ли я до аудиторий?

Нет, нужен план получше. А что, если просто вернуться в свою комнату, закрыться и ждать Арса? Пока эти сволочи-отравители ищут меня в учебном корпусе, я из стихийного зала тихо проберусь в жилую часть.

Решено. Я забежала обратно в академию. Лобби встретило меня шумом, смехом, многолюдностью и… Троем, спускающимся с главной лестницы. Чёрт! Я резко замерла, а гад заметил меня, отвесил презрительный кивок и уверенно двинулся в мою сторону.

Значит, лес и поле? Бежать обратно? Или орать на весь стихийный зал «спасите, помогите»? Я начала озираться как затравленный кролик, и взгляд зацепился за синюю зону водников.

Расстояние до ребят я преодолела быстрее, чем Трой до меня. Эйдан расслабленно сидел на синем диване, а по обеим сторонам от парня расположились две размалёванные девицы. Краем глаза я зафиксировала, что Трой изменил траекторию и теперь направляется к родной огненно-красной зоне. Типа он не при делах, ага.

Падать в объятия водника с мольбой о помощи на глазах у всех, истерить и орать было как-то неправильно. Меня, скорее всего, примут за сумасшедшую. Надо как-то иначе. Первая паника уже отступила, и я решила не бросаться в омут с головой. Но не придумала ничего лучше, чем привлечь внимание водника его же способом.

– Привет, дорогой! Чем это ты здесь занимаешься?

Синий явно опешил от такого поворота. Хмыкнул, кашлянул, неловко отодвинулся от девиц, будто перед ним не я, а ревнивая жена. Дамы с ненавистью взглянули на меня. Через секунду недоумение на лице Эйдана сменилось заинтересованностью.

– Привет, дорогая. Уже соскучилась?

Не успела я ответить, как одна из девиц злобно зашипела:

– Это территория воды, зелёным тут не место! Убирайся в свою зону!

– Уймись, Дита! – резко одёрнул грубиянку Эйдан.

– А ведь девушка права. Может, пойдём сразу ко мне? – подхватила я, решив, что разумнее всего заставить синего проводить меня до спасительной комнаты. А там, у порога, отшить его. На то, в каком свете я сейчас предстаю перед окружением водника, мне было решительно наплевать. Сейчас не до праведной репутации.

Шипевшая водница скривилась, вторая мадам откровенно злобно уставилась на меня. Видимо, парень и впрямь местный сердцеед и ловелас.

Эйдан был, мягко говоря, удивлён, но упускать такой момент явно не собирался. Цыкнул на девиц и уже в следующее мгновение стоял вплотную, а его руки обвивали мою талию. Я заглянула в глубокие карие глаза. А ведь он хорош, не поспоришь. Но не более того. Не тянет меня к нему, и всё тут.

Мысли метнулись к Кору. Так, подожди, пока не до тебя! Сейчас главное – до комнаты дойти без приключений. Стоило только подумать, как от огненной зоны отделилось два широкоплечих красных плаща. А ещё через пару-тройку шагов стало ясно, что они пойдут за нами. Чёрт! А что потом? Вломятся в мою комнату? Двое пятикурсников справятся с нами на раз-два.

– Так что, детка, с чего такие перемены? Или это запоздало подействовал фирменный напиток Рэя? – Он сжал меня крепче.

– У меня проблемы, Эйдан. – Я решила ему всё-всё рассказать и попросить помощи. – Трой хочет забрать мою магию. Или просто убить. Понимаешь, он оборо… Да не смотри ты на него!

Хотя в этот момент мы оба посмотрели на красных. Я перевела взгляд с хмурого Троя на такого же хмурого Умбелло. Мантия «конского хвоста» слегка сползла набок и явила на свет багрово-жёлтый синяк в районе ключицы, уходящий под ворот футболки.

Меня пробила дрожь. Эйдан что-то говорил, но голос его стал лишь монотонным фоном. Смысл слов я уловить не могла, потому что душу пронзило нестерпимой болью и отчаянием.

– Слушай, малышка, пойдём-ка лучше к лекарю. Я куплю тебе мятного настоя.

…Перед глазами стоит наша последняя встреча с Кором…

– Ты сегодня сама не своя. Я с удовольствием заглянул бы в твою комнату, но боюсь оставаться наедине с невменяемыми барышнями.

…Я в страстном порыве вонзаю зубы в его плоть…

– Не знаю, что там в твоей голове творится.

…Кор рычит от боли и удовольствия… После такого точно должен был остаться синяк. А у Белло…

– Потом проблем не оберёшься. А лекарь поможет.

Туман в голове рассеялся. Чего он сказал? Лекарь? Что? На кой мне лекарь? Я вдруг осознала, что идём мы не в мою комнату, а шагаем по ореховому коридору.

– Эйдан!

– Всё хорошо! Не нервничай, дорогая! Успокойся!

– Да я правду говорю! Ливарелл – и тот мне поверил! Но его сейчас нет в академии, а мне очень нужна помощь!

– Марио…

– Не нужен мне никакой Марио! Мне в комнату надо!

– Дорогая…

– Я тебе не дорогая!

Ну почему? Почему всё так! Что за бредовый мир! А может, и к лучшему, что к лекарю пойдём? Пускай Эйдан, как и Адриана, уверен в моём психическом расстройстве. Зато в медблоке обитает Марио О’Касти – при нём Трой не посмеет… К тому же лекарь уж разберётся, кто бредит, а кто нет.

Я кивнула синему, мол, ладно, веди.

Неожиданно сзади раздалось:

– Куда спешим?

Помнится, эта незатейливая фраза положила начало всем моим неприятностям, начиная с несанкционированной транспортировки моего тельца в Ампелос. Меня замутило. Похоже, сейчас и правда понадобится лекарь. Парни стояли метрах в пяти от нас. Я с болью взглянула на Умбелло. Не-е-ет. Нет! Не верю!

– Не твоё дело, Трой. Чего надо? – Эйдан заметно напрягся.

– Её надо. Кристина, разговор есть. Пройдёмся? – Трой сделал шаг в нашу сторону, а я инстинктивно попятилась назад.

– Н-нет. Не пойду, – мой голос прозвучал сипло.

– Слушай, извини за тот визит. Я просто переживал из-за нашего расставания с Элис, вот и вёл себя немного неадекватно. Ну, ты понимаешь: уязвлённое самолюбие и всё такое… Меня ведь ещё никто никогда не бросал. Вот об Элис я и хочу с тобой поговорить. Выяснились кое-какие обстоятельства. Но нужен твой совет. Давай всё обсудим, Кристина. – Бывший Алисы старался изображать саму невинность. Рядом с ним пытался добродушно улыбаться Умбелло. Но улыбка выходила прямо-таки волчья.

– Нет. Не пойду.

– Слушай, Трой, эта девушка со мной. И она вам уже дважды повторила, чтоб вы отчалили.

– Вот как, значит. Защитничка себе нашла. – От напускного добродушия огневиков не осталось и следа. Их набыченный вид, агрессивные позы, злобные взгляды не предвещали ничего хорошего. – Не суйся, синий, не дорос ещё.

Я нервно съёжилась, а Эйдан задвинул меня к себе за спину. Я благородный жест оценила, но вместе с тем понимала, что против двух сравнительно опытных огневиков воднику не выстоять.

Парни препирались, не стесняясь в выражениях, а в моей голове лихорадочно сражались паника и логика: желание убежать и желание быть здесь и хоть как-то помочь Эйдану. Это ведь я его во всё втянула. Я виновата. Но что я могу? Пнуть Троя в пах? Поцарапать? Дать пощёчину? Да я в жизни ни с кем не дралась. Бли-и-ин.

С другой стороны, красным только я нужна, значит, логично предположить, что синего не тронут. Может, просто отправят в нокаут. Зачем им лишние проблемы, отравления, убийства? А что потом? Я окажусь в их руках. Напоят какой-то дрянью – и всё, мне конец. Что же дела…

Не успела я додумать, как парни перешли к активным действиям. Дура! Я всё ещё рассуждаю, как землянка. А здесь всё просто. Магия…

С руки Троя соскочил огненный сполох и ринулся в нашу сторону.

– Ой!

Я успела только испуганно вскрикнуть, но водник не растерялся. Эйдан молниеносно выставил голубоватый водный щит. Да, права была Алиса: зрелище завораживающее. Файербол достиг щита и с характерным шипением обратился в дым. Тут же в руках Троя вспыхнули ещё два огненных шара.

Я, как и Эйдан, упустила один очень важный момент: нападавших было двое. И пока Трой перетягивал на себя наше внимание (Эйдан сосредоточился на обороне, а я тупо пялилась на магию в действии), чёртов «конский хвост» в каких-то два нечеловеческих прыжка преодолел разделявшее нас расстояние и обогнул щит синего.

Единственное, что я успела, так это развернуться, чтобы бежать. Одновременно сзади снова раздалось шипение файерболов, рядом шмякнулось тело, а спину обдало ледяными брызгами. Я почувствовала жёсткую хватку в области пятки и рухнула вперёд, едва успев подставить руки и не удариться лицом об пол из орехового дерева. Что-то сбило меня с ног, и это что-то очень грязно выругалось. И оно определённо не было Эйданом.

Нет! Не дамся! Не оглядываясь, я что было сил рванула ногу из захвата. О боги! Спасибо за дурацкую академскую туфлю, которая соскочила со ступни и осталась в железном капкане.

Я вскочила, поскользнулась в луже и помчалась прочь. Только бы подальше! Только бы успеть добежать до лекаря! Один поворот, второй… Казалось, что мои ноги бегут впереди тела. Сзади сначала доносилась возня, потом последовал топот двух пар бегущих ног. Это означало только одно: Эйдана уже пристукнули. Прости меня. Прости…

Да, я бросила Эйдана. Да, я побежала. Но что я могла сделать? Паника и логика наконец пришли к единому мнению: позвать на помощь – это лучшее, что я могу сделать в такой ситуации. Оборачиваться я не собиралась. Сердце стучало, как шальное. Все прочие мысли вдруг вытеснились одной-единственной: «Не успею… Я не успею добежать до Марио О’Касти. Всё».

Внезапно в сознании вспыхнуло прошлое воспоминание об этом извилистом коридоре, обшитом ореховым деревом. Неказистая дверь, скрытая за деревянными панелями орехового оттенка, в которую меня выталкивали кориандровые руки. Гораздо больше шансов было добежать до тайного входа в библиотеку, чем до лекаря. Если Кор – это Умбелло, то про тайный ход он знает. Но ведь огневики наверняка слышали, что мы направлялись к лекарю. Мне нужно всего лишь спрятаться, скрыться от этих уродов в надежде, что они побегут в медблок. Господи! Лишь бы не ошибиться с панелью!

На бегу я запустила руку в сумку и выхватила Алисин пропуск. Накануне я снова взяла его из тайника. На всякий случай. Я же собралась вечерком архивные газеты проштудировать… Только бы успеть добежать! Только бы пропуск подошёл и к тайной двери тоже!

Так, кажется, вот эта панель… Не та! Здесь всё одинаковое! Руки трясутся…

Твою за ногу! Пожалуйста! Ну пожалуйста! Всё, нашла! Слава богу!

Пропуск сработал отлично. Через долю секунды я была внутри библиотеки. Дверь-панель как раз успела закрыться, как с той стороны мимо пронёсся ураган из двух огневиков.

Хотелось по уже сформировавшейся привычке осесть на пол прямо тут, под дверью. Но, пораскинув мозгами, я поняла, что нельзя упускать шанс вернуться в свою комнату, пока эти сволочи будут обшаривать лазарет.

Сопровождаемая гневными окликами старой карги Клинеллы, я вылетела из библиотеки, как пробка от шампанского, и помчалась к жилому блоку. Небольшой марш-бросок – и я уже в своей комнате. Закрылась. И на ключ, и на цепочку. Фу-ух. Коленки подрагивали, сердце бешено колотилось, дыхание сбилось. Только теперь я позволила себе осесть на пол под дверью и истерично разреветься. Злые и обидные слёзы бежали по щекам и шее, я хватала ртом воздух. Из ванны высунулась серая морда и уставилась своими глазищами.

– Ш-ш-ш-ш…

«Алиса?»

Ахатин единственный, кто наравне со мной переживает за рыжую. Очень хотелось бы думать, что и за меня.

– Шиша… Представляешь… – Заикаясь, задыхаясь и всхлипывая, я выложила ахатину всё, что случилось сегодня утром.

– Ш-ш-ш-ш…

Он внушил мне образ мужлана, имея в виду, что надо найти Арса.

– Ты прав. Но мне страшно, Шиша. Арс уехал на совет. Даже не знаю куда.

Перед мысленным взором возникла картинка из прошлого: я, злющая и немного растрёпанная, в чёрном длинном платье стою в нашей ванной и тщетно пытаюсь избавиться от корсета. Так, и? Платье, корсет… Бал!

– У Адрианы дома?! Ого! Но это же надо в город ехать! Я боюсь! Мартина тоже в город поехала, и больше её никто не видел…

Не хотелось бы повторить судьбу пропавшей девушки. Тем более что именно этого Трой и добивался – выманить меня.

Я съёжилась. В любом случае, из комнаты пока лучше не выходить. Может, вечером Арс сам догадается зайти. Или Адриана.

Состояние было нервозным. Казалось, что стены и потолок давят, в комнате душно… Чёрт, у меня что, клаустрофобия? Или это паническая атака? Я мысленно надавала себе пощёчин, встала и открыла окно, но жаркий ветерок свежести в комнате не прибавил. Тогда я поплелась в ванную и умылась холодной водой. Вроде стало чуть-чуть легче. В зеркале над раковиной отражалась бледная заплаканная девушка с мешками под глазами, растрёпанными каштановыми волосами и в мокрой блузке. Красота, да и только!

Вдруг уха явственно коснулся посторонний звук. Щелчок. Это что?! Ещё один щелчок. Замок! Ключ! Кто-то открывают дверь в мою комнату! Меня бросило в жар, потом обдало холодом и снова жаром. Господи, помоги! Поддавшись какому-то неведомому инстинкту, я запрыгнула в ванну и задёрнула шторку.

Так себе укрытие. Лучше бы к булыжникам в шкаф побежала, дура. Поздно. В сердце вспыхнула тёплая надежда, что, может, это Алиса вернулась. Но…

– Дверь прикрой, не надо, чтоб нас здесь видели, – скомандовал Трой. – Эй, Кристина, ты дома?

Я забилась в угол ванны, съёжилась и обхватила колени руками. Меньше от этого я не стала. Ну всё, добегалась… Я затравленно наблюдала, как мужской силуэт вошёл в ванную комнату, как его рука потянулась к разделявшей нас шторке. Вжик! Занавеска резко отъехала в сторону. На долю секунды Трой задержался на мне взглядом и… вышел.

В смысле? Да как же это? Не поняла. Как он меня не заметил?! Он что, ослеп? Я не верила своему счастью.

– Этой курицы здесь нет! Дьявол! Куда она могла ещё пойти?!

– В шкафу я посмотрел. Больше прятаться негде. Может, эта клуша в окно вылезла? Дверь-то изнутри закрыта была. – Умбелло старался рассуждать логически.

Послышалась какая-то возня и стук оконной рамы. Они что, на карниз полезли? Да чтоб вы оттуда свалились и ноги себе пообломали, сволочи!

– Вот дрянь зелёная! Сбежала! Карниз-то широкий!

– Трой, надо пройтись по соседним комнатам. Ты слева, я справа, – раскомандовался Умбелло. – Точно найдём её.

– Сперва надо отыскать эту чёртову книгу!

Я почти не дышала. Книгу? Книгу Крайнэ, что ли? Откуда они про неё знают? Я же только Адриане рассказала. Ну и Кор, само собой, в курсе. То есть Умбелло. Но он же сам мне её дал. Бли-и-ин. Чёрт! Как же я запуталась во всём! Я совсем ничего не понимаю!

Судя по звукам, в комнате творился хаос. Только бы «конский хвост» не заглянул в ванную! Трой меня не заметил или сделал вид, что не заметил… Что за дурацкая игра в прятки?! Какие в ней правила? Словно подслушав мысли, на пороге в моё убежище возник приспешник Троя. Всё повторилось вновь. Я смотрела на долговязого мокрого парня, он на меня. Точнее, видел он, похоже, пустую ванну. Ого! А может, эта лохань волшебная? То есть магическая! Офигеть! Я сидела тихо, не дыша, боялась спугнуть такую странную удачу. Мне казалось, что сердце стучит нереально громко и сейчас, вот прямо сейчас меня обнаружат…

Умбелло заглянул в бельевую корзину, под ванну, за унитаз – теперь, видимо, книгу искал. Но на фига тогда было мне её давать? Ты совсем дурак или как? Минут через пять парни удалились из моих покоев, ёмко матерясь. Дверь захлопнулась, а я продолжала неподвижно сидеть. По спине прокатилась волна холода, и под ухом раздалось тягучее «Ш-ш-ш-ш». Я аж подпрыгнула в ванне.

– Твою ж за ногу! Шиша! Как ты меня напугал!

И тут до меня дошло.

– Это ты сделал?! Родненький ты мой! Как же это? Ты меня спрятал?!

Я вытащила животинку из-за спины и стиснула в объятиях. Благодарные слёзы оставляли горячие дорожки на моих щеках.

– Ш-ш-ш-ш…

«В домике».

Спасибо, спасибо, спасибо! Не знаю, что это за домик такой, но всей душой благодарна за гостеприимство. Я легла на дно ванны и прижала к груди серую выдру, пытаясь успокоиться и собраться с мыслями.

Неправильно. Нелогично. Не сходится. Книга эта… Бред!

Мысли хаотично переместились к размышлениям о том, что таинственным Кориандром оказался мерзкий Умбелло. Да, у него синяк, ну и что? Как это что! Ведь на том же самом месте! Но… Но, может, у «конского хвоста» тоже есть зубастая подруга. Или Бело банально стукнулся обо что-то…

Да, волосы длинные.

Я воскресила в памяти образ мужчины, сидевшего в библиотеке на кресле без подлокотника. Волосы, лежащие на плечах. Мягкие и волнистые. Как у меня. А Умбелло зачёсывает свои патлы в хвост, но даже так понятно, что они прямые как сосульки.

Да, оба высокие. Ну и что с того? Мой Кор – он плотный, крепкий, сильный. А этот Бело – просто долговязый и… эм-м… костлявый, что ли. Я потёрла пятку – ладно, допустим, что «конский хвост» тоже сильный. По крайней мере, его цепкие пальцы.

А запах? Кор на то и Кор, что сводит с ума пряным ароматом.

И голос. Мы мало говорили с Кором и ещё меньше – с Умбелло. Но тембр разный. Да, точно, разный.

Умбелло не Кор! Нет! По всем пунктам нет. Кроме синяка.

Мои безмолвные размышления и невероятно тяжёлое утро дали о себе знать. Я медленно начала уплывать в мир грёз и сновидений. Но Шиша не позволил. Он заёрзал, завертелся. Моего лица коснулась прохлада. В уплывающем сознании хаотично вспыхивали образы рыжей норвежки. Алиса! Я распахнула глаза. Не время спать!

Соблюдая осторожность, я рискнула выйти из укрытия и увидела, что от прежнего уюта в комнате не осталось и следа. Всё раскидано, разбросано, кровати перевёрнуты, шкаф выпотрошен – одежда кучей валялась на полу, вперемешку моя и Алисина. В основном Алисина. М-да-а-а…

Я нащупала перекинутую через плечо сумочку. Да, увесистая книга Крайнэ была всё это время со мной. В свете последних догонялок я напрочь про неё забыла. Вот и фиг вам, гады. Старуха-то с гнильцой оказалась. Винить Кора я не была готова. Нелогично получается, он же сам мне эту книгу показал. И Кор – это не Умбелло! Нет!

По всему выходит, что Адриана заодно с Троем. Она в курсе, кто он. И поэтому так настойчиво выясняла, до чего я докопалась. Вот дрянь старая. Свою дочь не уберегла, так решила парню помочь? Материнский инстинкт или что? Может, они родственники? Неспроста же у Троя есть ключи от всех дверей и допуски-пропуски, которые он Алисе давал. Значит, есть связи в верхах. У простых студентов таких возможностей не бывает. Адриана замешана в этом, точно. Стоп! А ещё сигнум! Она же лично ставит эти знаки! Значит, и снять может! Чёрт! Вот оно! Пазл сошёлся! Змея подколодная!

Надо срочно сообщить Арсу! Ой! Я же сказала этой ведьме, что лорд тоже в курсе моей теории. И он будет у неё дома. А вдруг она и его… Засада! Ну нет… Он же боевой маг огня! Наверняка со старухой-то справится. А с оборотнем? Вдруг Трой тоже поедет в особняк? Лорд Гарвиш же упоминал, что нужно около десяти сильных магов, чтобы справиться с одним оборотнем! Нет, это какой-то кошмар!

Разумно было бы посидеть в комнате, а если надо, то и в ванной, в домике у ахатина, чтобы дождаться лорда Ливарелла.

Но, во-первых, Адриана может прийти сюда раньше Арса. У неё-то есть моё личное дело, а значит, известно и точное местоположение. Если обманет зрение, сигнум всё равно выдаст меня.

Во-вторых… А если худшие опасения подтвердятся и Арс не вернётся из особняка? Физически-то со старухой лорд справится. Магически – я не в курсе, кто из них сильнее. Но женщины коварны. Есть миллион других способов. Отравление, например, считается самым распространённым дамским оружием. У нас на Земле, по крайней мере. Капнула в стакан воды каплю адского зелья или даже яда с зубов и когтей оборотня – и всё. Был лорд – и нет лорда… Вон, Трой всё утро за мной с отравой бегает. Опять-таки, присутствия оборотня в особняке никто не отменял. Гад может в любую минуту поехать туда. В общем, если Арс не вернётся, у меня в союзниках останутся только Ками и Кор. Но огневичка куда-то запропастилась, что тоже странно и скверно.

А Кор… Сложно судить, может, ему не нужны мои проблемы, достаточно того уровня отношений, что у нас сложился. Собственно, отношений-то и нет, только животные инстинкты… Господи! Кор! Я вспомнила наши встречи и ту звериную страсть. Мог ли он специально подсунуть мне Крайнэ, чтобы я поняла, кто он? Решил поиграть? Он ведь очень странный, и это факт: поведение, запах. Зачем прятаться во мраке? А зёрна? Индус из лавки сказал, что их любят некоторые животные. Животные… Оборотни?

Божечки! Нет, нет и нет! Не верю! Но тогда зачем посылать Троя за книгой? Или Кор Кором, а Троя за раритетным изданием послала Адриана? Но только из-за ценности книги, а не из-за оборотней и пропажи девушек? Опять не сходится – ведь тогда Трой мог просто обшарить мою комнату, пока я писала сочинение в ректорате. Но у гада первоначальной задачей стояла я, а потом книга. Думай, Стине, думай…

Кажется, я ощутила скрип ржавых шестерёнок моих мозговых извилин. Ага, вот оно! Ректорат! Трой точно знал, что я там! И об этом было известно Адриане, а не Кору! Значит, это она решила меня опоить. Значит, это ей нужно было вывести меня за пределы академии. Моя игра в сыщика ей очень мешает. Уверена, что и собрание высших магов доставляет де Фонтин много хлопот.

Кор, признаю тебя невиновным во всей этой кутерьме с оборотнями.

Я облегчённо выдохнула. А всё-таки он меня зацепил. Несколько встреч, а я, кажется… кхм… э-э-э… влюбилась. Как же так? И как продолжать подобные отношения? Я не Алиса. Мне нужно нечто большее, чем просто страсть и… кхм. Или не нужно? Я и сама уже не понимаю. Рядом с ним мне начисто сносит голову. Так, подожди, Кор, не до тебя сейчас. Что мне теперь делать? Ехать к Арсу? В дом к старухе? Глупо, глупо и ещё раз глупо. Но я ведь сейчас только о себе думаю. А Алиса, сколько у неё времени? Пока я сижу здесь, как мышь в норе, время идёт. Алисино время.

Меня передёрнуло. Это всё ужасно!

– Так, думай дальше, Стине, – строго сказала я себе. – Разыграть внезапную смерть Арса Адриана сможет. Придумает что-нибудь. Змеюка. А вот если я ворвусь на совет и буду громко вопить обо всём, что выяснила, высшие маги примут меня за сумасшедшую, но я успею заронить зерно сомнений и пошатнуть репутацию де Фонтин. И Арс меня поддержит. Надеюсь, начнётся реальное расследование.

Значит, решено!

Я скинула кремовую юбку, мокрую блузку и осиротевшую туфлю. Мои удобные джинсы с футболкой были безвозвратно испорчены Шишей. Так что я недолго думая вытащила из кучи разбросанных шмоток соседкины джинсы, белую майку и лёгкую рубашку в серую клетку. Повезло, что у нас практически один размер. Только у Алисы ноги длиннее. Джинсы снизу немного подвернула – вот теперь порядок. Ноги всунула в кеды, в которых хожу на занятия с Ками. На плечи накинула алую мантию соседки. Конспираторша, блин. В сумку положила пару булыжников из коробки.

Итак, по плану первым делом зайти в библиотеку, чтобы вернуть книгу. Раз её до меня никто не нашёл, то ей там самое место. А старуха пусть ищет, где хочет. И надо бы Кору рассказать о нависшей надо мной угрозе. Я вырвала листок из тетради, отыскала на полу в бардаке ручку и черкнула несколько строчек.

Осторожно ступая, чтобы ни с кем не столкнуться, я миновала лобби. Студентов здесь теперь было немного. Пары-то в самом разгаре.

Я ещё раз мысленно воздала хвалу способностям ахатина, потому что «конский хвост» нагло восседал в красном кресле огненной зоны. Напротив Умбелло стояла трещотка Айка. Главная сплетница академии походила на затравленного кролика в лапах голодного волка. Она нервно теребила пояс своего плащика и что-то быстро-быстро рассказывала. Уж не про меня ли? Возможно, из-за наших совместных танцулек эти сволочи подумали, что мы подружки. Или речь о другом?

Да не-е-ет. Это определённо допрос. Айка вся бледная, того и гляди, в обморок свалится. Даже немного жаль её. Уж кто-кто, а она точно не при делах. С другой стороны, после такого она ко мне больше не будет приставать. Ни с уроками танцев, ни с чем бы то ни было ещё. Надеюсь.

Волосы Умбелло всё ещё хранили остатки влаги. Определённо Эйдану удалось достать этого гада. Как там водник, интересно? Надеюсь, в порядке. Надо бы его найти.

Я пробежалась по ореховому коридору, но Эйдана не нашла. На месте стычки, в луже на полу одиноко плавала академская туфля, на панели красовалась вмятина, а рядом валялись полуистлевшие щепки. Дорожка из капелек крови уходила в сторону медицинского блока. Я выудила из воды предмет своего гардероба, запихнула в широкий карман алой мантии и двинулась по кровавому следу. На душе скребли кошки.

Дверь лазарета была приоткрыта. Лекарь Марио О’Касти хлопотал над парнем, сидящим на стуле с белой спинкой. Рядом на столе лежал аккуратно сложенный синий плащ-мантия. Вокруг валялись окровавленные лоскуты бинтов.

Я закусила губу. Конечно, я переживала, и, конечно, мне было стыдно перед Эйданом. Из-за меня ему досталось от Троя и Умбелло. Бли-и-ин. Так хотелось подбежать, обнять его и попросить прощения… Но это вызвало бы шквал вопросов и отняло бы кучу времени. К тому же лекарь Марио наверняка напичкал бы меня мятным настоем. Я уже выяснила, что местным проще поверить в моё сумасшествие, чем в оборотней.

Постояв ещё немного, я поняла, что с водником всё будет хорошо. Они с лекарем уже начали обмениваться шуточками на тему мужских разборок из-за несносных женщин.

В библиотеке старая мегера огрызалась на молодого щуплого очкарика. Если бы не обстоятельства, я бы ей живо какую-нибудь пакость организовала из своего мегакрутого невидимого домика. Но не сейчас.

Я добралась до памятного пыльного закутка. Остатки кресла, так бесцеремонно убитого мной и Кором, были аккуратно сложены в уголке. Я поставила записку на полке так, чтобы сразу бросалась в глаза. Ну вот, первый пункт выполнен. Надеюсь, Кор заметит послание и в случае чего всё сделает правильно. Затем я вернула книгу Крайнэ на место. Всё, теперь порядок.

– Слушай, Ши-и-иш, а ты, случайно, не знаешь, где найти карету и всё такое? Как мне уехать-то?

Сомневаюсь, что здесь принято выходить на обочину и голосовать. Или выставлять руку с поднятым вверх большим пальцем, или свистеть. Телефонов, чтобы заказать транспорт, нет. В прошлые мои поездки кареты нанимали Айка и лорд Ливарелл.

Мой серый воротник вопросов лишних не задавал, а просто создал реалистичную визуализацию. Я как будто 3D-короткометражку посмотрела от первого лица. Шиша показал дорогу до… э-э-э… парковки, стоянки, автопарка… Точнее, не авто, а лошадинопарка. Короче, я не знаю, как это назвать, но суть уловила. И тут меня осенило. Зараза! Блин! У меня же нет денег! Вот я туплю! Совсем голова не соображает. Засада!

Пришлось вернуться в комнату. А возвращаться – плохая примета. Да чего переживать из-за этого? Всё и так плохо. Я залезла в Алисин тайник в бачке унитаза. Заодно сбросила алую мантию соседки, логично рассудив, что с Шишей подобная конспирация не нужна. А вот за пределами академии яркий красный плащ будет привлекать ненужное внимание.

Прохладный лисий воротник сполз с моей шеи у парадных ворот первого забора. Дальше придётся самой. Кажется, он почему-то не может выйти за пределы учебной территории. А жаль. Очень жаль. Просто капец как жаль.

С кучером я разобралась быстро. Адреса не знала, но описать особняк смогла. И заплатила бо́льшую часть монет, что у меня было. Хм… Или у соседки в загашнике просто было мало денег, или такси здесь очень дорогое, или меня просто обманули. Факт в том, что я не знаю местных расценок, курсов валюты и всё такое. Надо потом заняться этим вопросом. Тем более скоро стипендия. К тому же не забыть бы эту сумму вернуть, я же не воровка. Ладно, поехали.

Поля сменялись лесами, леса – полями, и через час я была у особняка Адрианы. В принципе, не так уж и далеко. Смогу и пешком дойти, если денег не хватит на обратный путь. Лишь бы он вообще был. И возвращаться лучше засветло, а ещё лучше в компании Арса.

Хорошенько подумав, я решила не ломиться в парадную дверь, а попробовать проникнуть в дом так, чтобы не встречаться с Адрианой. Как и в прошлый визит, я пошла к запасному выходу.

Дверь открыла Игона.

– Доброго дня. Вы чего-то хотели?

– Здравствуйте, Игона! Вы меня помните? Я Кристина Соловьёва, была ассистенткой на балу. Вы помогли мне с платьем. Мне снова нужна ваша помощь.

– М-м-м… Да. Возможно, помню. Вам нужно затянуть корсет?

– Не совсем. Я ищу лорда Ливарелла. Он здесь на совещании. Мне очень нужно с ним поговорить. Лично, и чтобы никто больше не знал. Понимаете… дело очень деликатное.

– Вы всё правильно сказали – лорд на совещании. К сожалению, помочь вам я не могу. На такие мероприятия даже персонал невхож. Только если леди сама позовёт.

– Пожалуйста, скажите, что это важно! Вопрос жизни и смерти! – Может, земное клише подействует?

– К сожалению, ничем не могу помочь, – повторила женщина. – Разве что передать, что вы заходили, когда закончится совет. Вам лучше подождать его на площади, возле фонтана. Это недалеко. Я передам, что вы там.

Она закрыла дверь.

Я топталась возле особняка. Сидеть у фонтана не хотелось. Не давала покоя мысль, что в лобби был только Умбелло. А вот где сейчас Трой? Время идёт. Что там сейчас происходит? Что задумала Адриана? Может, всё-таки попробовать войти через главный вход? Устроить скандал, орать, топать ногами. Одним словом, привлечь к себе внимание лордов и Арса в том числе.

Я остановилась напротив парадного крыльца. Выдохнула, постучала. Дверь открыла другая женщина, тоже из прислуги. Она проинформировала о занятости господ и хлопнула дверью. Я даже повозмущаться не успела. Блин.

Я огляделась. А что, если залезть в окно?

Пробежавшись под густыми зарослями сладко пахнущих кустов, я потянулась к оконной раме. Заперто. Следующее тоже. Потом ещё одно. Свернув за угол особняка, я обнаружила высокие окна, за ними просматривался помпезный зал с золотыми колоннами. В глубине зала был длинный стол, за столом люди. С такого расстояния, ещё и через стекло, отражающее блики солнца, разглядеть лица участников собрания было невозможно. Понятно было только, что всё проходит мирно и без паники. Никого не убили, никого не отравили.

Я помахала, чтобы привлечь внимание лордов. Постучала в окно. Даже бросила камень. Бесполезно. Окна были закрыты наглухо. Стекло будто бронированное. Магия, что ли? Идеальное помещение для важных встреч, не поспоришь. Утечка информации исключена. К Арсу не пробиться. Крепость неприступна. Я ничего не добилась.

Вот теперь идея поехать в особняк уже не казалась такой хорошей. Даже наоборот, абсурдно было с моей стороны предположить, что Адриана попытается убить Арса на глазах у всех, пусть даже под каким-нибудь хитроумным прикрытием. И с чего я вообще так распереживалась за мужлана? Взрослый опытный маг. К тому же боевой. А я что? Чем помогу в случае чего? Дура. Причём полная. Сидеть бы мне сейчас в своей комнате под прикрытием Шиши и ждать. Всё. Точка. Курица, вот уж точно. Поддалась панике. Это всё Трой виноват! И чёртов «конский хвост»! Конечно, когда два амбала с отравой гоняются за девчонкой по всей академии, как здесь не растерять остатки разума?! Зато я теперь стою возле дома предполагаемого врага. И Трой может быть где-то поблизости.

Так, стоп, выдыхай, Кристина! Не накручивай себя. Дальше уже некуда. Самое лучшее сейчас послушаться Игону и отправиться на площадь. Во-первых, вряд ли на меня осмелятся напасть в столь людном месте. Во-вторых, чем быстрее я поговорю с Арсом, тем лучше. В-третьих, вернусь в академию в его компании. Это сейчас самое безопасное. К тому же за проезд лорд точно подкинет недостающих монет. По-джентльменски.

Фонтан ласково журчал прохладной водой. Народ толпился у пёстрых прилавков. Молодая женщина сидела на бортике и показывала своему малышу разные водяные фокусы. С помощью магии, конечно. Она взмахивала руками, доставала из фонтана вотерболы и превращала сферы в треугольники, сердечки, звёздочки. Так мило. Я невольно засмотрелась. Малыш визжал от восторга.

– Привет! – звонко раздалось сзади, заставив меня вздрогнуть от неожиданности. – Скучаешь?

– Привет, Самира! Ты меня напугала! – притворно возмутилась я, рассматривая девочку в нежно-лиловом сарафане. – Нельзя же так подкрадываться!

– Ага, а кидаться зали в лысых стариков можно? – Белокурая чертовка расхохоталась.

Я не могла не улыбнуться в ответ. А вот и мой шанс!

– Самира, у вас дома сейчас совещание?

– Ага, с утра приехали всякие важные дядьки из министерства. Ну и высшие маги академии тоже там. Что-то серьёзное обсуждают.

– Послушай, Самира, а ты не могла бы мне организовать встречу с лордом Ливареллом? Он тоже сейчас у вас дома. Может, ты проведёшь меня к нему? Или его попросишь выйти…

– С ума сошла, Кристина? Меня на такие приёмы не пускают. Всё закрыто, даже не подслушать, о чём говорят. Я пыталась, но двери заблокированы магически. Пойдём лучше со мной по лавкам. У меня большой список! Поможешь!

– Не могу, Самира, вдруг лорда пропущу. Ему должны передать, что я жду здесь. – Я опять сникла.

– Да не пропустишь ты! Они ещё долго совещаться будут. Пойдём! Обычно такие мероприятия длятся несколько часов. Раньше обеда точно не закончат. Скукота.

Я колебалась. Просто сидеть и ждать было утомительно. Видя мои сомнения, девочка предложила:

– Как закончим с покупками, пойдём ко мне в комнату. Там и подождёшь своего лорда.

Она посмотрела на меня пронзительным взглядом голубых глаз. Бли-и-ин. Один в один!

– Ладно, уговорила. А могу я тебя спросить кое о чём? – во мне взыграло женское любопытство.

– Конечно, давай!

– Расскажи о себе, Самира. Мы ведь и не успели толком пообщаться.

Мне хотелось больше знать об этой семейке. Нельзя упускать такую возможность.

– Смешная ты. Я Самира де Фонтин, мне десять лет, даже почти одиннадцать. Потенциал у меня огненный. Живу с бабушкой в особняке, хожу в вечернюю школу магии. Да ничего особенного. Всё как у всех.

– Но я-то иномирянка, я не знаю, как у вас здесь принято. А почему ты с бабушкой живёшь? Так положено в Ампелосе? – Я пыталась юлить и прикинулась курицей, чтобы подвести Самиру к разговору о родителях. Не могу же я ребёнка прямо в лоб спросить, отец ей Арс или нет.

– Нет, конечно. – По её лицу скользнула тень. – Война забрала мою маму, когда мне было два. А папы и не было никогда. Точнее, где-то он есть, но они с мамой разошлись ещё до моего рождения. А бабушка не любит об этом говорить. По её мнению, я ещё маленькая, не доросла.

– Ой, прости, я не хотела… – Хотела на самом деле, но теперь стало неловко перед ребёнком.

– Да ничего. Иногда мне бывает очень-очень грустно. Но это же жизнь. А ведь я уже не маленькая. Я всё понимаю. А бабушка… Ой, ладно. Не хочу про неё. Давай теперь ты! Расскажи про свой мир!

По мере того как я рассказывала и мы переходили из одной лавки в другую, я вдруг осознала, что у нас с Самирой схожее прошлое. Всё, что я знала, так это то, что с папой и моей старшей сестрой случилась трагедия на пешеходном переходе. А мама не справилась с горем. Какое-то время я жила у тётки, но совсем не помню этого времени. Она недолго думая сдала меня в детдом. Так что я вычеркнула её из жизни. И решила добиться всего путём упорного труда и учёбы.

– Я сама, своими силами, поступила в университет. Это было непросто. И представь: так много сил, пота и крови вложено в образование, осталось совсем чуть-чуть, как вдруг появляется сумасшедшая тётка с волшебным клинком-артефактом и отправляет меня в иной мир! Сюда. В Ампелос. Да здравствует первый курс! Снова. Это чертовски, блин, обидно. Очень…

– Да, нехорошо вышло. Обычно сюда отправляют иномирян помоложе. Почему тебя не отправили к нам раньше? Пропустили?

– Понятия не имею. – Я неопредёленно пожала плечами.

– Обычный возраст для транспортировки – с пятнадцати до восемнадцати лет. Это все знают, особенно те, у кого бабушки в академии работают. Чем старше становится потенциальный маг, тем сложнее он привыкает к нашему миру. Бабушка говорит, что с «переростками» проблем не оберёшься. О! Вот, кстати: она ещё за специями просила зайти.

Лавка встретила нас лёгким весёлым звоном дверного колокольчика и терпким пряным ароматом.

– Самира, рад приветствовать! – Индус сверкнул широкой белозубой улыбкой.

– Здравствуйте, Томбидурай! Бабушка опять отправила за покупками. – Девочка выудила из лилового кармана список и протянула продавцу.

Он пробежался взглядом по бумажке и вдруг нахмурился, покосился на нас с Самирой. Тут же спохватился и вновь засиял белыми зубами, сильно контрастирующими со смуглой кожей. Но от меня перемена настроения продавца не ускользнула. И он, конечно, это понял.

– Понимаешь, Самира, в этом списке указан весьма редкий ингредиент. Я не могу тебе его выдать. Он… кхе-кхе… не совсем безопасен. Особенно в руках маленьких девочек.

– Я не маленькая! И бабушка наверняка знала об этом ингредиенте. Раз послала меня, значит, доверяет. И я не одна, со мной Кристина! Она уж точно взрослая!

Продавец ещё раз одарил меня хмурым взглядом и отрицательно покачал головой.

Что за ингредиент такой опасный? Уж не Арсу ли его подсунуть хочет старая ведьма… Так, опять бредовые идеи. Кыш! Как бы там ни было, очень надеюсь, что индус откажется его продавать. Ну так, на всякий случай.

Но Самире всё же удалось договориться с продавцом. Сошлись на том, что она сбегает в соседнюю лавку и купит специальный непроницаемый ларчик, в котором можно доверить перенос опасного вещества. Девочка умчалась, а я осталась ждать.

– Может, вам ещё кориандровых семян отвесить?

Оказалось, продавец меня узнал. Хотя это было несложно, учитывая, что я в прошлый раз обнюхала весь его магазин.

– Благодарю, но в этот раз ничего не нужно.

Он пожал плечами и вернулся к своим делам. Напевая себе под нос весёлую мелодию, индус пересыпал какие-то специи на одном из прилавков. Вдруг ножка стола хрустнула, и столешница угрожающе начала крениться на один бок. Хозяин чертыхнулся и успел подхватить рушащуюся конструкцию за край. Я бросилась на помощь. Тоже хотела поддержать, но индус не позволил.

– Пожалуйста, если вас не затруднит, не могли бы вы принести из подсобки стул с высокой коричневой спинкой? Надо подпереть этот угол стола. Мне очень неловко вас просить, но я не могу отпустить стол. Иначе весь мой товар окажется на полу. Или хотя бы позовите Югра из соседней лавки, прошу вас.

Я кивнула. Никогда не причисляла себя к белоручкам: принести стул для меня пустяк. Если только он не тонну весит. Я прошла к дальней стене лавки и отодвинула оранжевую кисейную шторку, скрывающую небольшой коридор.

– Дверь справа, с жёлтой круглой ручкой! – донеслось из торгового зала.

Да, есть такая. Я толкнула дверь, но ничего не произошло. Подёргала на себя, тоже безрезультатно.

– Здесь заперто! – проорала я индусу.

– Нет, просто дверь немного просела, её иногда клинит! Попробуйте толкнуть сильнее, пожалуйста!

Я поднажала всем телом, и неподатливая дверь со скрипом пропустила меня в небольшое, тускло освещённое помещение. Здесь стояли швабры, вёдра и искомый стул с коричневой спинкой. О, кажется, об этом помещении рассказывала Алиса – они с Самирой прятались здесь от лорда Гарвиша. Хотя, я думаю, это было излишне. Сомнительно, что старый лорд с перепачканной головой бегал по всем лавкам. Но я сама уже убедилась, что паника заставляет мозг думать совершенно иначе.

Я шагнула к стулу, отпустив тугую дверь, и она тут же с глухим стуком захлопнулась.

Чёрт! Я безнадёжно подёргала за ручку. Блин, похоже, индусу всё-таки придётся отпустить свой прилавок. Жаль, столько специй пропадёт. Не собирать же их с пола. Хотя, наверное, он так и будет стоять в ожидании, что кто-нибудь зайдёт в лавку.

– Томбидурай! Вашу дверь заклинило!

Ответа я не получила.

– Эй! Вы слышите меня?! Я здесь застряла!

Надеюсь, Самира быстро вернётся. Заваленный лотками со специями прилавок, наверное, немало весит. Блин, надо было мне просто эти лотки по одному аккуратно спустить на пол. Тогда индус смог бы отпустить стол. Да я сегодня просто чемпион по запоздалым светлым мыслям.

Я ещё пару раз окликнула хозяина, но он не отвечал. Чёрт, не слышит, что ли? Странно. Но тут я явственно уловила звон колокольчика. Отлично, вот и помощь!

– Всё, принесла ларчик! Пришлось немного поторговаться, – едва коснулся моего слуха детский голосок. – А где Кристина?

– Теперь всё в порядке! Сейчас упакую. И вот записка для бабушки, тоже в ларь положу. Там я описал технику безопасности при использовании. А ваша спутница уже ушла, сказала, что у неё вдруг возникли срочные дела.

«Стоп! Что-о-о? – Я поперхнулась то ли воздухом, то ли словами. – Какие ещё дела? Я же здесь!»

– Я здесь! Эй! Выпустите меня! Самира, ты слышишь?! Самира!

Но уши уловили любезные прощания, звон колокольчика и звук захлопнувшейся двери.

Противные мурашки побежали по спине, сердце глухо стукнуло, и в душу медленно заполз страх, принимая меня в свои цепкие объятия. Я орала, молотила руками дверь, пинала её ногами, но всё впустую. Что, вашу ж за ногу, сейчас происходит?! Не понимаю! Я же слышала разговор, колокольчик, почему тогда не слышно меня? Самира не заметила рассыпанных специй? Сломанного стола? Как так? Я пыталась собрать путаные мысли.

Нет, нет, нет… Я не попалась. Нет. Этого просто не может быть! Индус-то здесь при чём? Это какая-то неудачная шутка. Ошибка. Это просто дверь тяжёлая. Это у Томбидурая склероз и он забыл, что я здесь. Это… В общем, это капец, Кристина, признай уже. Добегалась. Финиш.

Я прислонилась к злосчастной двери. Выдыхай! Не паникуй! Думай! Какие есть варианты?

Индус – чёртов извращенец, маньяк и всё такое. И жить мне теперь в этой подсобке и… Думать дальше в этом направлении желания не было.

А вдруг он меня продаст богатому извращенцу-маньяку и всё такое? Или продаст не маньяку, а на органы? Сделает из меня приправы? Съест? Что, блин? Что ещё? Зачем я ему? Ещё версии?

Следующая версия отсылала к насущной проблеме: индус в сговоре с Троем и Адрианой.

А что на самом деле было в Самириной бумажке? Он же явно хмурился, когда читал. Я это точно подметила. Может, опасный ингредиент – лишь выдумка, чтобы отослать девочку? Но, блин, прилавок же не нарочно сломался. Такое «удачное» совпадение. А если не совпадение? Чёрт! Я все ещё думаю, как землянка! А здесь повсюду волшебство, магия. Самира-то явно ничего неладного не заметила, когда вернулась. Либо индус устранил фальшивую проблему, либо девчонка в сговоре.

Как же всё сложно! Я попала! Что же делать? Проклятье! Так, без паники, без паники. Успокойся! Русские без боя не сдаются, ясно вам, сволочи?

Пальцы уже крепко сжимали припасённый в сумке булыжник. Жаль, но магического отклика от булыжника я не почувствовала, а ведь ощущение внутренней силы сейчас бы ой как не помешало. Другая рука потянулась за шваброй с «дредами» вместо тряпки. Вот только открой дверь, вот только сунься сюда, козёл!

Адреналиновый выброс в кровь подавил нарастающее беспокойство, и я решила внимательнее осмотреть темницу. Голые оштукатуренные стены цвета слоновой кости пестрели грязными пятнами, разводами и подтёками. Деревянный пол сложен из широких, обшарпанных тёмных досок. На облезлом красном половике стоял стул, за которым я и пришла. Я стояла напротив двери в боевой стойке, единственной, которую знала из уроков Ками. Швабру выставила черенком вперёд. Пусть только гад откроет дверь, как ткну ему! Под дых или в глаз! А потом приложу камнем по белоснежным зубам…

Спустя вечность в режиме ожидания я уселась на стул. Ну почему в этом мире я всё время во что-то вляпываюсь?! Жила себе спокойно, никого не трогала, училась, имела планы. А тут раз! – и один взмах волшебного клинка перечеркнул всю мою жизнь. Как так-то, а? А может, я сейчас в нормальном мире? На Земле. Просто лежу, например, в коме, а мозг сходит с ума от бешеных доз лекарств и ловит галлюцинации…

От тяжёлых мыслей меня отвлекло ощущение бугорка под половиком. Я случайно нащупала его подошвой. Мыском кеда отогнула край коврика и уставилась на массивное железное кольцо. Люк!

Блин! Куда уж хуже! А если это не подвал с картошкой и соленьями? Вдруг под полом темница для пленниц? Или индус там трупы прячет? Что, если, пока я караулю дверь, кто-нибудь вроде Троя нападёт из дыры в полу?

Паника снова душила и отнимала кислород.

Самым разумным я посчитала залезть на стул с ногами. Ведь стул стоит на люке, а значит, я хотя бы почувствую, если кто-то попытается проникнуть в подсобку снизу. Пульс стучал в висках, время тянулось, как желе. Кажется, я уже поседела… Мысли бешено вертелись, предлагая разные варианты, но все плохие и жуткие. Потными ладонями я сжимала черенок швабры и булыжник. Дышать было решительно нечем. Не знаю, сколько я так просидела, казалось, целую вечность.

Я не выдержала гнетущего напряжения. Вскочила, отодвинула стул, отшвырнула половик и дёрнула за кольцо. Резко, как за чеку гранаты. Умирать – так быстро.

Но ничего не произошло. Передо мной зияла чёрная дыра, но никакие твари, Трои, полуживые пленники, зомби из неё не полезли.

Я отдышалась, постаралась успокоиться и сунула в проём швабру – ничего. Зато обнаружились металлические скобы, вбитые в стену. Шикарная лестница, ничего не скажешь.

Немного помедлив, я всё же решила идти ва-банк и спустила в проём ноги.

Спуск оказался долгим и нелёгким. Шершавые и проржавевшие скобы царапали ладони. К тому же я потащила с собой швабру, крепко зажав её под мышкой. Всё же лучше, чем ничего. Наконец ноги коснулись дна ямы. Темно, холодно и сыро. Я ощупала стены и поняла, что яма не яма, а коридор, ведущий в непроглядную тьму.

Мои первые воспоминания в этом мире о том, как мы с Викой лежали на холодном полу во влажном колодце. Я ощутила дежавю. Ой! Это терминал, что ли? Ярким лучом вспыхнула надежда. Надо просто идти вперёд, а там меня встретят. Усатый Тибон, например. Или ещё кто-нибудь из охраны терминала.

Придерживаясь за замшелую стену и на всякий случай выставив вперёд мою новую подружку с дредами, я осторожно продвигалась по коридору.

Страшно было до жути. В кромешной тьме я прислушивалась к каждому шороху, но слышала лишь звук своих шагов и учащённое дыхание. Неожиданно коридор оборвался, швабра уткнулась в запертую дверь, а рука нащупала массивный засов. Стоп! Что-то не припоминаю никаких дверей в терминале. Мы с Викой просто шли вперёд. Хотя я же там сознание потеряла. Арс меня отнёс к лекарю. Эйдан ведь так рассказывал. Получается, что я могла эту преграду не видеть. И ещё одно. Если дверь заперта с этой стороны, значит, всё-таки опасность исходит из пряной лавки! И это также означает, я правильно сделала, что решила убраться оттуда!

Не успела я об этом подумать, как тут же начала мерещиться опасность сзади. Я понимала, что в этом сыром коридоре всё так же тихо, но жуткое паническое чувство гнало вперёд.

Я подняла засов.

Жалобно скрипнув, тяжёлая дверь выпустила меня в… пещеру… Горная порода угрожающе нависала со всех сторон. Серые каменные глыбы пронизывались серебристыми мерцающими вкраплениями, дающими некое подобие слабого освещения. Неровно вырубленный потолок то тут, то там подпёрт деревянными столбами, облепленными белой пушистой плесенью. У меня перехватило дух. Эти опоры, они же как зубочистки! Раз! – и нет их. Раз! – и нет меня!

Я невольно попятилась. Сердце глухо стучало, а сознание выдёргивало из памяти фильмы о монстрах, заблудившихся туристах и заваленных шахтёрах.

Я осела на пол, сжалась в комок и тихо всхлипнула. Это не терминал. Это совсем не терминал. Что теперь? Идти в незнакомую шахту? Да я и в знакомую не пошла бы одна! Повернуть назад в лапы к Томбидураю – так себе перспектива. Боже! Что делать?! Сколько времени я так сижу? Почки, похоже, уже застудила. Холодно и страшно до жути. Наверное, собрание уже закончилось, Арс не нашёл меня у фонтана и вернулся в академию. Может, он понял, что я в беде? Может, Шиша или Кор рассказали ему всё? Или Самира передала, что я его искала?

Хватит! Глупые надежды! Даже если так и было, то здесь меня точно никто не найдёт. И если всё, что сегодня случилось со мной, – дело рук Адрианы, она наверняка уже отправила мой сигнум вслед за Алисиным. Старая ведьма!

Так, Кристина! Перестань ныть! Возьми себя в руки! Ты же взрослый разумный человек! Иди вперёд и соблюдай технику безопасности! Э-э-э… Ну, главное – не орать, не визжать и не шуметь, чтобы не было обвалов. Не трогать эти деревянные полусгнившие опоры. Да и дорогу надо как-то запоминать. Клубок с нитками, хлебные крошки, меловые пометки… Не мой случай. Что ещё? Кажется, нужно сворачивать всегда только вправо или только влево. Вроде бы. Всё, надо встать! Вон и швабра моя заждалась. Вместе мы справимся!

Кое-как собрав волю в кулак, я поднялась с холодного каменно-земляного пола. Шла осторожно, по слабо освещённой части пещеры. Взгляд фиксировал ответвления и ниши, утопающие во мраке. Там люминесцентных вкраплений в горной породе не было. Отвратительное и неприятное ощущение затаившейся опасности ужасно действовало на нервы. Пока я держалась прямого пути и в итоге пришла к большому завалу.

Не-е-ет! И что теперь? Блуждать по тёмным лабиринтам? Возвращаться? Покорно сдаться в лапы индуса? Это выше моих сил! Не могу! Не пойду!

Я ещё раз оглядела препятствие: камни и глыбы навалены кучей до самого потолка, но наверху, кажется, не вплотную.

Я осторожно начала карабкаться по камням и вскоре добралась до небольшого лаза и сунула в дыру швабру. Будто всё в порядке: с той стороны никто моё оружие не схватил, и тупика вроде нет. Глубоко вздохнув, я червяком пролезла в проём.

Какая же я дура! Мне бы сейчас на парах сидеть, и желательно на своих, земных, в Орске. Вскоре выпустилась бы из универа, нашла работу, со временем вышла замуж. И не было бы всех этих ужасов… Нет, познав мир магии, возвращаться на Землю, к обычной жизни теперь совсем не хочется. Но и быть здесь, под слоем многотонной горной породы, сжимающей меня со всех сторон, – это неправильно, это несправедливо!

Я ползла вперёд. Сердце бешено колотилось. Я с трудом заставила себя переключить мысли с клаустрофобии на местных лекарей. Говорят, что они универсальные. Интересно, а в кардиологии разбираются? У меня от моих приключений началось что-то вроде тахикардии или того хуже. Так и до инфаркта недалеко. Вот когда выберусь отсюда – обязательно сделаю кардиограмму. И ещё к неврологу схожу. И к психиатру тоже. Или здесь по всем пунктам один врач, точнее, лекарь? Вот и посмотрю на его универсальность.

За своими рассуждениями я упустила тот момент, когда длинный узкий лаз оборвался. Руки резко провалились в пустоту. Я кубарем выпала по другую сторону завала и распласталась в куче непонятного хлама. Падение было коротким, но эффектным: разбитая губа, вкус крови во рту, больно ушибленное плечо и ободранные колени. Кажется, я даже успела расслышать треск ткани. Алисины джинсы определённо не пережили падения.

Следующим ощущением был отвратительный смрад. Я лежала на животе и втягивала мерзкий, затхлый запах. Как только поднятая моим падением пыль и земля улеглись, прямо перед собственным носом я различила одиноко лежащую, ярко-синюю туфлю со сломанной шпилькой. Уф, ладно хоть не наткнулась на обломок каблука глазом. Ещё бы сантиметров пятнадцать вперёд, и туфля… Ой! Подожди-ка! Мозг медленно отмотал события назад. Газета «Вести Ампелоса», страница шесть: «При загадочных обстоятельствах пропала студентка четвёртого курса Мартина Ильбиери. Девушка отправилась на встречу… Была одета в чёрное длинное платье и ярко-синие туфли на высокой шпильке…»

По замёрзшей спине прокатилась новая волна холода. Она была здесь?! Предыдущая хозяйка моей кровати была здесь?!

Я медленно встала и вытерла рукавом кровь с губ. Пострадавшее плечо ныло. Голова немного кружилась. От тошнотворного запаха мутило. Я огляделась. Та же пещера с тускло горящими вкраплениями и подпёртым деревянными столбами потолком. Коридор, уводящий непонятно куда. Чуть обернувшись и взглянув на место своего падения, я подавилась собственным криком. Пропавшие. Я нашла их.

Не в силах оторвать взгляда от разлагающихся тел в полуистлевших женских платьях, скелетов с остатками длинных волос, смотрящих на меня пустыми глазницами, я упала на колени. Из груди рвались крики ужаса, но получалось только хрипеть и скулить, лихорадочно стуча зубами и давясь слезами.

Дрожа всем телом, я едва отползла на четвереньках от страшного места и тихо завыла в углу. Холод уже не чувствовался, только горячая влага собственных слёз.

Я давно потеряла счёт времени, но сидеть рядом с погибшими было невыносимо. Думать об ужасной судьбе этих девушек тоже. Наверное, самое лучшее сейчас – выбраться из этого ада живой. И не только ради себя, но и ради тех, кто уже здесь, и тех, кто, возможно, попадёт сюда после меня. Нужно найти выход, нужно сообщить обо всём, что здесь творится!

Чёртов мир, у них даже полиции нет!

Я схватилась ладонью за каменный выступ, чтобы встать, и тут же получила слабый отклик. Магия земли разделяла мой гнев и жажду справедливости. Я кое-как поднялась и дала телу ощутить внутри магическое тепло. Понятно, что свернуть горы я не смогу. Да чего уж там – не в состоянии даже камешек подвинуть. Как злиться на Алису, так пожалуйста, камни по всей комнате летают. А как смертельная опасность – так ни фига не получается. Но всё равно это была поддержка, сильная моральная поддержка.

Охваченная злобной решимостью, я поднялась, вытерла слёзы и сопли рукавом рубашки и подобрала свою лохматую швабру. Сперва посмотрю, что впереди. Если упрусь в тупик, обойду в этом чёртовом склепе каждый закоулок, каждое ответвление! Я найду выход! Я здесь не умру! Не дождётесь!

Магия земли была рядом и придавала уверенности каждому шагу. Казалось, что по эту сторону от завала было немного теплее. Или это греет моя внутренняя магия?

Я полностью отдалась концентрации и доверилась нашей волшебной связи, поэтому уверенно свернула с освещённого пути в один из тёмных проходов. Чем дальше я шла, тем гуще становилась темнота, тем больше возрастало ощущение правильного выбора дороги.

Вскоре коридор закончился массивной дверью, такой же, что выпустила меня в эту пещеру. Ощупав дверь, засова я не обнаружила, зато в стене рядом нашла рычаг. Трижды глубоко вдохнув и выдохнув, дёрнула за рукоять. Раздалось лязганье механизма, дверь, вопреки ожиданиям, не распахнулась, а отъехала в сторону.

Я шагнула в темноту, и меня тут же ослепила яркая алая вспышка, обдав кожу сильным жаром. Сработал инстинкт самосохранения, и руки со всей дури ткнули шваброй в огненную пелену. Тряпичная мотня моментально вспыхнула, как солома. Алое свечение угасло так же внезапно, как и возникло.

– Стине?!

– Когда ко мне подошёл Трой со странным предложением, я сидела в библиотеке. Профессор Фриори задал мне дурацкий реферат…

– Про молодильную розу, знаю.

– Молодую каменную розу, – автоматически поправила Алиса. – Но это теперь неважно. Я его всё равно не сдам. Так вот, Трой пригласил меня на двойное свидание в городской ресторан. Умбелло познакомился с девушкой, якобы она вся такая сногсшибательная и неприступная. Чтобы это не выглядело как свидание, нужны были мы. Потом, по плану, мы с Троем должны были свалить в середине вечера и оставить их вдвоём.

– И ты, конечно, согласилась на эту авантюру.

– Пфф, – фыркнула рыжая, – естественно!

– Али-и-иса…

– А что такого-то? Это должен был быть весёлый и интересный вечер. Тем более меня просто распирало от любопытства. Что это за девушка такая, что даже Умбелло тушуется? Но всё пошло не так. Девушка оказалась скучной, глупой и абсолютной немагичкой, ни грамма потенциала. Но Трой почему-то активно оказывал ей знаки внимания. Это было странно, и начало меня подбешивать. В какой-то момент я не выдержала – сделала замечание в шутливой форме. А он прямо-таки взорвался, наговорил гадостей. Ты же меня знаешь, я тоже молчать не стала. В общем, слово за слово – и получился шумный скандал. Обругав последними словами этого козла, я выскочила из ресторана и тут же сшибла с ног чёртова продавца пряностей. Пришлось в качестве извинений помочь ему дотащить товар до лавки. У него, видите ли, от падения авоська порвалась. Баночки-коробочки теперь нести было неудобно. А потом я подумала, что сегодня точно не его день, так как у бедняги ещё и прилавок в лавке сломался…

– Сволочь! Какой же гад! А потом он попросил стул принести из подсобки, да?

– Именно. Ты, выходит, тоже так попалась?

Я кивнула:

– Угу. И подумать не могла про ловушку. Точнее сказать, вообще не заподозрила ничего такого. Меня с утра Трой так напугал, что я запаниковала и перестала нормально соображать. Глупо. Чёрт! Можно было всё по-другому сделать. И мы бы не оказались обе в западне.

– Прости меня, Стине. Знаешь, я сожалею, что вообще написала это письмо. Теперь из-за меня и ты пропадаешь.

– Перестань! Ты ни в чём не виновата! Мы что-нибудь придумаем. Арс, он поймёт, он будет искать. Я рассказала ему…

Подруга грустно расхохоталась и тряхнула спутанными волосами.

– Пойдём, покажу твоего Арса. – Рыжая взяла меня за руку и утянула в соседнее помещение.

В тусклом свете горной породы я приняла проём в стене за нишу-углубление. А оказалось, что темница наша – двухкомнатные апартаменты. В следующем помещении были всё те же скалы и земля, в дальнем конце маленькая, но массивная дверь, а вот сбоку… огромный витраж. А за стеклом – ещё более огромный роскошный зал. Белоснежная лепнина с потолка струилась вниз по массивным колоннам из жёлто-золотистого мрамора…

– Да это же особняк Адрианы!

– Именно так. – Подруга кивнула и прижалась щекой к стеклу. Она выглядела измученной. Некогда сексапильное бордовое платье было пыльным и порванным на спине. Терракотовые пряди слиплись в тёмные сосульки. Босые ноги покрывали царапины и грязные разводы.

Я посмотрела на витраж. В центре зала стоял длинный стол с закусками и напитками. А вокруг сидели высшие маги академии, незнакомые мне пузатые важные мужики и манерные чинные дамочки…

– Вон твой лорд, – ткнула она пальцем в стекло. – Сидит, чай с печеньками попивает.

Я проследила взглядом в указанном направлении и нашла Ливарелла. Он сидел в белой рубашке с завязками, держал спину прямо, будто шест проглотил, и действительно, спокойно пил чай. Ещё бы мизинчик оттопырил. Было бы совсем в духе этой манерной тусовки.

– Арс должен был поднять вопрос о пропавших девушках…

– Он выступал с речью в самом начале, но его восприняли скептически. Я по губам читать не умею. О чём говорил – не знаю. Но лорд явно остался в меньшинстве. Постой, каких ещё пропавших?

– А вот таких. Ты не первая, ты уже шестнадцатая. Я в схему не вписываюсь, но, как известно, свидетели долго не живут.

– Схему? – Алиса удивлённо уставилась на меня.

Не стала её долго мучить и выдерживать театральные паузы.

– Я нашла местные газеты. Кхм… точнее, не я, а Кор…

Подруга вздёрнула рыжую бровь, но мы обе понимали, что сейчас не время говорить о Коре.

– Если вкратце, то в мае и в ноябре из академии ежегодно исчезает девушка. Причины разные: побег, внезапный отъезд, пропажа, смена учебного заведения и всё такое. Шестнадцать девушек за восемь лет. Единственным значимым событием в тот год было вторжение оборотней.

– Так вот, значит… оборотень… – Алиса замолчала на полуслове и отвернулась.

– Полагаю, что да, оборотень. Я начала искать информацию про этих тварей и… кхм… наткнулась на одну древнюю книгу. Все мои догадки подтвердились. Но мне никто не верил. Только Арса удалось убедить, и то не с первой попытки. А потом Трой твой…

– Не мой! – злобно рявкнула подруга.

– Ладно, не твой. Он мне угрожал, а затем и вовсе собирался отравить. Он и Умбелло этот… В общем, ничего хорошего меня не ждало.

Я немного помолчала, но всё же решилась спросить подругу:

– Али-и-ис… А Трой уже приходил сюда? Он… Ну это… Пил твою магию?

Подруга вздохнула и снова отвернулась. А потом прошептала:

– Это не Трой.

– Нет? Как нет? А кто тогда? Всё-таки индус! В смысле продавец из лавки специй?

– Да не знаю я, кто это, Стине! Тварь. Зверь! Но точно не Трой!

– Почему ты так уверена?

– Когда зверь приходил… когда он… делал это со мной, я видела Троя там. – Она кивнула на помпезный зал. – Этот урод спокойно обедал с Адрианой вон за тем столом.

Мы замолчали. Тишина была густой и тяжёлой. Я хотела спросить Алису про оборотня, про жажду. Но понимала, что ей тяжело говорить об этом. Чтобы немного разрядить атмосферу, я подошла к витражу и как следует ударила кулаком – ничего, даже не дрогнул. Я взяла камень поувесистей и снова ударила.

– Бесполезно. Я пыталась. Это очень крепкое зеркало. Без магии не обошлось.

– Зеркало?

Я вспомнила благотворительный бал, как впервые вошла в нарядный зал. Действительно, зеркало было, и немаленькое.

– Получается, что, пока я развлекалась на балу, на меня отсюда могла смотреть какая-нибудь девушка и молить о помощи?

Да не какая-нибудь. Бриженна была последней, майской пропажей. Я зябко поёжилась. Не от холода, а от ужаса.

– Возможно, так оно и было, – прошептала подруга. – А возможно, бедняжка уже была к тому времени съедена…

– Выпита, – поправила я Алису. – Оборотни испытывают жажду. Им нужно пить магию.

Я подёргала дверь в конце комнаты. Закрыто, конечно.

– Служанка запирает дверь снаружи. Она приносит еду и меняет ведро. Адриана тоже приходила разок и заставила написать то злосчастное письмо. Я так надеялась на помощь! Что ты поймёшь и поднимешь панику.

– Я поняла и подняла, но мне никто не поверил! Только крутили у виска и предлагали попить мятного настоя!

– Уроды, – зло прошипела рыжая.

– А что служанка? Может, с ней можно договориться? Или дать камнем по голове и сбежать. Нас теперь двое, справимся!

– Сомневаюсь. Она приходит сразу после зверя. Там не то что камнем по голове кому-то дать, дышать бы научиться заново.

– Тогда нам нужно вернуться в пещеру, поищем выход там. Я видела много ответвлений и проходов. Должен же быть ещё выход!

– Я туда не пойду. Там он.

– Оборотень? Нет там никого. Ну, почти нет…

– Поясни. Что значит почти? Стине, ты его видела?

– Я нашла Мартину. И всех остальных. – Меня замутило от воспоминаний. Стоило на миг прикрыть веки, как чудилось, что я вижу жуткие их пустые глазницы. – Точнее, то, что от них осталось. Алиса, это какой-то кошмар…

– Это зверь сделал! В пещеру я не пойду! Он там! Он приходит оттуда!

– Тогда, наверное, оборотень – Томбидурай. Его лавка соединена с пещерой. Подожди, разве ты сюда не так попала? Ты же должна была пройти через них, через останки. Видеть тела…

– Я не видела ничего. Сидела в подсобке, орала и стучала. Но меня никто не слышал, хотя в лавке были посетители. Со временем воздух вытеснялся ароматом цветов. Я успела заметить дырочку в стене, из которой шел запах, и впала в странное полубессознательное состояние. Особо ничего не помню, но тащил меня Трой, его руки я всегда узнаю, хоть лица и не видела. Поэтому в письме я указала на него. Адриана велела писать правдоподобно, чтобы все поверили, что я уехала. Взамен она пообещала, что действительно отправит меня за границу.

– Она сдержала обещание. Твой сигнум сейчас далеко за пределами Ампелоса, где-то в Хейзелирине. Поэтому меня никто не хотел слушать. Сигнум да сигнум… От меня отмахивались. Ректор, этот Арчибальд бровастый, даже вызывал к себе и требовал не раздувать панику и не распускать слухи, представляешь?!

– Сволочи! Гады! Адриана – старая тварь! Жизнь за границей в обмен на моё молчание – в тот момент такая сделка казалась очень заманчивой. Да я на что угодно была готова, лишь бы только зверь ко мне больше не прикасался.

Снова воцарилась неприятная тишина. В этот раз длилась она недолго.

– Когда прошло действие ароматерапии, – подруга зло хмыкнула, – и сознание постепенно включилось, я обнаружила себя лежащей здесь на животе, лицом в земле, придавленная сверху чем-то горячим и очень тяжёлым. Потом услышала над ухом дыхание. Сиплое, зловонное, звериное. Тварь лежала на мне сверху и… и… Я не знаю, как описать то, что я чувствовала. Как будто отрезают кусочки души. Медленно, тупым ржавым ножом. Это было невыносимо. Казалось, что этот ад длился вечность. Пока не прозвенел звонок. Зверь глухо зарычал, со смачным чавканьем слез с меня и ушёл в ту дверь, из которой пришла ты. Он навещает меня каждый день, снова и снова…

– Мне очень жаль, Алиса… – Я обняла подругу и погладила её по спутанным волосам.

– Знаешь, Стине, во всём этом есть один положительный момент. Я научилась ставить щит. – Она нервно хохотнула. – Вот, смотри!

Рыжая встала в боевую стойку, сделала взмах рукой, и вокруг неё вспыхнула алая пелена. Это было восхитительное зрелище. Никакая не тарелка, а полноценный большой щит во весь рост.

– Круто! Вот, значит, во что угодила моя несчастная швабра!

– Не совсем круто. Эта тварь довольно быстро пробивает мой щит, а затем вновь начинается ад…

– Послушай, нам надо поискать выход, пойдём в пещеры! Я шла по ним, там жутко, но зверя не было. Наверняка он обернулся человеком и продавал в это время свои чёртовы специи. Нельзя вот так сидеть здесь, свесив лапки!

– Ты не понимаешь, Стине. В этой комнате есть звонок, который означает, что кормёжка закончена. Снаружи он сразу сожрёт нас без остатка. Насмерть. Всё.

– Но я видела остальных жертв, они все погибли! Рано или поздно твой потенциал закончится, магия не сможет восстановиться, и ты уже будешь не нужна! Тебя выкинут так же, как Мартину и остальных! – Я схватила рыжую за руку и потащила к двери. – Пойми, надо бежать, пока ещё есть силы!

– Успокойся, Стине! Ты паникуешь! Подумай сама: вдруг те девушки тоже решили бежать, поэтому они там. Блуждать в пещере, где живёт оборотень, – это безумие!

– А ты что предлагаешь? Сидеть и ждать?!

Несколько долгих мгновений мы буравили друг друга взглядами.

– Мне страшно, – прошептала Алиса.

– И мне, – тихо ответила я.

Мы дошли до освещённой части пещеры. Странно, но кажется, я уже привыкла к холоду и даже перестала зябко подрагивать.

– Я пришла оттуда, – моя рука взметнулась вправо. – Идти надо прямо, никуда не сворачивая. Давай, Алиса, смелее! Идём!

Продвигались мы максимально тихо, хотя обе осознавали, что выглядим в этом пусть и слабо, но всё же освещённом коридоре как две мишени. Рыжая крепко вцепилась в мой локоть. Её потряхивало. Но я была полна решимости.

У нас созрел более-менее простой и логичный план: подняться в подсобку, заткнуть дыру в стене лоскутом ткани, а когда дверь откроется, вдвоём справиться с индусом. Расчёт был на то, что в лавке он всё ещё пребывает в человеческом обличье. Главное, чтобы хотя бы одной из нас удалось выскочить на улицу и позвать на помощь.

Я призвала всё своё самообладание, когда мы подошли к завалу. Подруга уткнулась в моё плечо и всхлипнула. Мы молча стояли, не в силах перейти через такое жуткое препятствие.

– Мартина очень любила эти туфли, – горько вздохнула подруга. – Они так подходят к её бездонно синим глазам… Подходили. Мартина, как же так… Она всегда переживала, что цвет земельных магов зелёный, а не синий. Туфли эти… уф. Не могу…

– Не надо. Для них уже не подберёшь слова. Они не услышат. Им не поможешь. Нужно идти, Алиса, давай.

Я осторожно, едва дыша перешагивала через останки и тянула за собой подругу.

– Не смотри на них, просто лезь вверх, – постоянно шептала я не столько Алисе, сколько себе самой, пока мы карабкались по уступам.

Надо отдать соседке должное: она не орала, не билась в истерике при виде своих предшественниц. Моя первая реакция на страшную находку была гораздо хуже.

В лаз я втиснулась первая. Было безумно страшно: впереди ждала неизвестность. Вдруг он там, вдруг именно сейчас индус закрыл свою лавочку, перевоплотился в зверя и теперь бродит где-то по ту сторону завала.

– Стине… – тихо позвала сзади подруга. – Ползи быстрее! У меня жуткое ощущение, что зверь сейчас схватит за ноги и выволочет отсюда.

– Алиса, я тоже боюсь. Но мне кажется, он впереди. Поджидает меня… Нас. Надо успокоиться, это просто чёртова клаустрофобия!

Стены лаза сжимали в своих каменных тисках. Воздуха становилось всё меньше и меньше. Спустя целую вечность в конце тоннеля наконец показался бледный свет. В этот раз я действовала осторожнее. Мне удалось аккуратно вылезти наружу и начать спуск. Но Алиса таки не удержалась и кувыркнулась, по пути сшибив меня. Плечо заныло с удвоенной силой. К счастью, за завалом было тихо, да и длинные босые ноги соседки никто не оторвал.

А вот и дверь в коридор, ведущий в лавку.

– Закрыто! Проклятье, Стине! Дверь закрыта! – испуганно воскликнула подруга.

У меня внутри похолодело. Вдвоём мы в панике дёргали за железное кольцо на двери, но толку не было. Я вспомнила массивный засов с той стороны.

– Бесполезно, Алиса. Он запер эту чёртову дверь! Там, с той стороны, большой засов. Так, надо успокоиться! Да подожди ты, не тяни! Если он закрыл дверь с той стороны, значит, с нашей стороны его нет! Это хорошо…

– А если эту дверь Трой закрыл? А индус как раз здесь? Ты об этом не подумала?

Я приложилась лбом к двери и всхлипнула. А что, если Алиса права? Моя решительность утекала, как вода сквозь пальцы. Томбидурай действительно вполне мог быть где-то здесь. Хотя… С этой стороны двери он или с той – какая разница, когда проход закрыт. Всё. Это был крах и без того ненадёжного плана. Маленький шанс на свободу развеялся в пыль.

– Не реви! Слышишь, Стине! Успокойся! Кристина, блин! – Соседка отвесила мне хлёсткую пощёчину. Как ни странно, это меня немного отрезвило.

– Али-и-ис, что нам теперь делать?

– Выход искать! Как ты и предлагала изначально. Раз уж тебе удалось уговорить меня выйти из той комнаты, раз уж мы дошли сюда… Не время сдаваться, не сейчас, – теперь Алиса приняла на себя роль лидера. – Просто пойдём до завала сначала вдоль правой стены и будем заглядывать в каждую нишу, в каждый проход. Если ничего не найдём, то повторим то же самое с левой стеной.

– А оборотень? Если…

– Если мы его встретим, будем считать, что нам не повезло. Но теперь я себе не прощу, если мы вернёмся в комнату, не обследовав каждый закуток этой пещеры!

У меня других предложений не было, возражений тоже. Внутри неприятно разлились пустота и обречённость. Мы свернули в первый тёмный коридорчик. С каждым шагом он становился всё у́же, пока не оборвался тупиком. То же было и со следующим ответвлением. В третьем проходе было влажно и сыро. Алиса выставила щит, чтобы хоть как-то осветить коридор. Он тоже вывел в никуда, но здесь с потолка капала вода. Я приложила ухо к стене. Смутные отголоски детского смеха и шума улицы сливались с размеренным журчанием воды.

– Похоже, мы прямо под фонтаном, – констатировала моя соседка.

Она пыталась высветить потолок щитом. Может, хоть одна дырочка или трещинка даст нам возможность подать сигнал, просьбу о помощи? Но нет, ничего подобного. Да и орать в пещере чревато обвалами. К тому же мы побоялись привлечь внимание оборотня, если он всё-таки здесь. Мы ещё немного постояли под фонтаном, впитывая далёкие звуки городской жизни, а затем снова окунулись в глухую холодную тишину.

Обследование остальных ответвлений ничего не дало. Пусто, тупики. Алиса попыталась сжечь запертую дверь своим щитом, но щит – не файербол. У него другие функции. Я тоже пробовала обратиться к своей стихии, но камни и земля отвечали лишь грустными вздохами.

Перед нами снова зияло отверстие лаза через завал.

– Нам нужно на ту сторону. Там тоже были проходы. Вдруг повезёт и мы отыщем ещё какую-нибудь дверь? – не сдавалась Алиса.

– Да, надо поискать. Либо вернуться в комнату с зеркалом и попробовать напасть на прислугу. Нас теперь двое. Может, что и получится.

Ответом мне послужил скептический взгляд подруги.

Никто из нас так и не мог решиться полезть первой. В этой части пещеры создалась некая иллюзия защищённости. Мы ведь исследовали каждый закуток коридора, с одного конца которого была запертая дверь, а с другого завал. Мы точно знали, что здесь никого нет. Конечно, оборотень мог открыть дверь или пролезть в тоннель над завалом. Но всё равно, здесь и сейчас мы чувствовали себя в относительной безопасности.

Постояв так немного, подруга решилась. Глубоко втянув воздух, она вскарабкалась по крутому склону и заползла в проём. Я особого приглашения не ждала и последовала за рыжей.

Пережив очередной приступ клаустрофобии, мы осторожно спустились и миновали страшную могилу, стараясь никого не потревожить. В третий раз за сегодня я видела их… Но привыкнуть к жуткому зрелищу и запаху разложения было невозможно. Меня опять замутило.

Что же, вот и первый тёмный поворот. Как и все предыдущие, он закончился ничем. Осторожно, систематично мы переходили от одного ответвления к другому. Здесь они были длиннее и извилистее, но неизменно заканчивались либо тупиками, либо завалами. Один раз нам попалась дверь. Но она была вся разбита и выпучилась в нашу сторону. В щелях была земля. Мы пришли к выводу, что за этой дверью произошёл обвал и горная порода давит с той стороны.

Когда мы уже совсем сникли, один из тёмных коридоров неожиданно закончился грубо вырубленными ступенями, уходящими вверх. Мы с Алисой переглянулись и ринулись по ним. Надежда тёплым светом разливалась по телу. Постепенно скальная порода уступала место простой земле, в потолке стали видны деревянные балки, в стенах попадались светящиеся камни. Чем выше мы поднимались, тем больше было таких камней.

– Алиса, – шепнула я подруге, – я уже видела такие камни. В землянке рядом с тренировочным полем. Бармен мне ещё тогда показался каким-то мутным, пугающим. Я его про себя людоедом обозвала…

– Какая землянка? Что за бармен? Не понимаю я тебя, Стине. В любом случае, мы сейчас примерно в городском центре. А тренировочное поле вместе с академией в часе езды отсюда.

– Да, точно. Логично. Просто странное совпадение. В лесу по пути на тренировки есть развилка. Ты никогда не ходила в другую сторону от поля?

– Нет. Не было нужды. Так, значит, там бар есть? Я бы сейчас не отказалась от пары стаканов вашей русской водки. Стой!

– Что?!

– Ты чувствуешь? Запах… – Алиса мелко задрожала и попятилась назад.

Я втянула воздух. Да, запах есть. Неприятный. Не разложения, а другой. Так пахнет от людей без постоянного места жительства. Целый букет: застарелый пот, моча, очень-очень несвежая одежда и мокрая шерсть бездомного пса.

– Уходим отсюда. Быстро. Он там! Зверь.

Я прислушалась – впереди безмолвная тишина. Ни звука. Надежда билась в груди вперемежку со страхом. Нет, столько уже пройдено. Я должна знать, что дальше. Коридор ведь стал совершенно цивилизованным. Может, зверь ушёл в человеческом обличье. Может… Не знаю. Всякое может быть. Но я должна знать! Должна знать!

Впереди было тихо. Я начала медленно подниматься дальше.

– Что ты делаешь?! – нервным шепотом кричала позади меня подруга. – Кристина! Нужно сваливать!

Я не ответила подруге. Выход. Выход. Выход. Там наверняка должен быть выход! Преодолев ещё несколько ступенек, я оказалась в небольшой комнате. Слабые лучи заходящего солнца проникали сквозь маленькое круглое оконце под самым потолком. Под окном лежал большой двуспальный матрас не первой свежести, весь в пятнах и клоках шерсти. Никаких зверей здесь не было, по крайней мере, в данный момент.

– Алиса, иди сюда! – Я тихонько окликнула подругу. – Здесь никого нет!

Рыжая осторожно вошла в комнату, а я уже пыталась дотянуться до окна. Подруга поборола страх и поспешила мне на помощь. Поскольку ростом она была выше, решили, что я буду в роли табуретки. Я опустилась на четвереньки, вдыхая полной грудью тошнотворно-мерзкое амбре, исходящее от грязной лежанки. Алиса встала на мою спину.

– Площадь недалеко. Мы в каком-то подвале. – Подруга постучала в окно.

– Позови кого-нибудь на помощь!

– Нет здесь никого. Окно выходит в один из закоулков. Стекло такое же, как и в той комнате с видом на зал Адрианы. Не разбить!

Она слезла с меня. Мне нужно было убедиться самой, и мы поменялись ролями. Я ударила кулаком, потом локтем, поковыряла петли на раме – без толку. Рыжая права – не разбить, не позвать. Чёрт! Где я уже видела эту желтоватую брусчатку?

– Али-ис…

– М-м.

– Я уже видела оборотня. Один раз. В тот день, когда мы убегали от лорда Гарвиша. Зали, помнишь?

– Помню. Но я не поняла, где ты оборотня-то видела?

– Здесь. В городе же всё такое пёстрое и разноцветное. А именно этот оттенок жёлтого я помню. Упала, когда мы бежали. Вот на этой самой брусчатке. И в тот момент увидела волчью образину в низком оконце. Подумала, что мне это привиделось из-за того, что больно ударилась. Я была с той стороны, а зверь был с этой, представляешь?

– Я бы сейчас многое отдала, чтобы быть по ту сторону окна.

– Я тоже. А ещё там Арс был. Я на него наткнулась в борделе.

– Где?!

– Может, это, а может, и соседнее здание – публичный дом. Я забежала внутрь, так как лорд Гарвиш почти меня догнал. Не сразу сообразила, куда попала. Ну и наткнулась на лорда Ливарелла. Видно было, что Арса там очень хорошо знают.

– Ого! Почему мне не рассказала, Стине? Почему я только сейчас об этом узнаю?!

– Ну, как бы это не моё дело. К тому же мы с Арсом вроде как договорились о взаимном молчании. Он не рассказывает лорду Гарвишу про истинных виновников случая с зали, а я не треплюсь о борделе.

– Хм, а про зали он как узнал?

– Так мы лорда Гарвиша встретили, когда на площадь шли. Арс всё понял. Он же не дурак.

– Не дурак. Но если он был рядом, когда ты видела оборотня…

– Не-е-е. Это не он. Не может быть. Тогда всё случилось слишком быстро. Он не успел бы обратиться из оборотня в человека, одеться…

– А ты знаешь, сколько нужно времени на обращение?

– Нет. Но…

– Вот тебе и «но».

– Там ведь ещё и женщины были. Лёгкого поведения. Оборотень – не лорд Ливарелл, а продавец специй!

Алиса пожала плечами.

Мы ещё раз осмотрели комнату. Двери не было. Только это непроницаемое окно. Справа у стены ютился кособокий книжный стеллаж.

– Смотри, – я провела пальцем по потрёпанным корешкам, – все книги исключительно про оборотней и Стреланд. Он что, читает перед сном?

– Откуда мне знать, Стине! Давай лучше уйдём отсюда, он может вернуться в любой момент!

– Оборотень всё-таки индус, точно. Сейчас он наверняка торгует своими пряностями. Поэтому и дверь в его лавку из подземелья закрыта с той стороны.

Я ещё раз осмотрела стеллаж, и взгляд зацепился за странную тонкую книгу без надписи на корешке.

– Не трогай здесь ничего! С ума сошла!

Рыжая попыталась схватить меня за руку, но не успела. Я уже выудила книгу с полки и начала листать страницы.

– Ой! Это не книга вовсе.

По спине забегали неприятные мурашки. В руках у меня была папка с информацией по жертвам оборотня. Досье на каждую девушку. Имя, факультет, курс, данные о семье…

– Жуть какая, Стине, – прошептала Алиса, тоже заглянувшая в бумаги.

Я открыла последнюю страницу. «Элис Йохансен, мир: Земля, Норвегия…»

– Смотри, ты последняя. Меня в этот список ещё не внесли.

– Потому что тебя здесь быть не должно. Пойдём отсюда, а?

Я перелистнула страницу назад. Так. Стоп. Не поняла.

– А при чём здесь Келси Сибон? Она жива и здорова. Я видела её после твоего исчезновения. Алис, я что-то совсем запуталась.

Рыжая взглянула на записи.

– Стине, посмотри вниз страницы.

Другими чернилами, мелким аккуратным почерком там стояла запись:

– Знаешь, Стине, был у меня парень на Земле. Бьёрн. Старше на девять лет. Серьёзный такой. Инженер, – шёпотом говорила подруга, чтобы хоть как-то разрядить мрачную обстановку пещеры и досаду от очередных тупиков. – Был у Бьёрна большой недостаток. Одно фанатичное увлечение отнимало у него почти всё свободное время. И это была не я, а диггерство.

– Что это такое? – поддержала я разговор, сворачивая в очередную тёмную нишу.

– Диггеры – дословно «копатели». Искатели приключений на одно место. Безумцы, исследующие всякие подземелья. Вот как и мы с тобой сейчас.

– Разве не спелеологи?

– Да кто их разберёт. Бьёрн называл себя диггером и хотел, чтобы я ходила с ним на вылазки. А я послала его куда подальше. Не поверишь, теперь вот жалею. Сейчас любой опыт пригодился бы. Может, мы что-то упускаем, чего-то не замечаем? И я уже совсем замёрзла. В комнате с витражом намного теплее.

– Угу. Выберемся отсюда, попросим у ректора финансовую компенсацию за это, как ты сказала, диггерство. Вот, возьми свою рубашку.

– Оставь себе. То-то смотрю, шмотки на тебе какие-то знакомые. Джинсы, кстати, мои любимые были. Где ты их так разодрать умудрилась?

– Из лаза над завалом свалилась. Не представляю, если б в дурацкой академской юбке сюда сунулась.

Я всё-таки стянула с себя рубашку и накинула на плечи подруги.

– Выйдем отсюда, сходим по магазинам. Я принимаю твоё предложение обновить мне гардероб.

– Боюсь, оно уже неактуально.

– Актуально-актуально. Обещаю, что лично попрошу у ректора прибавку к стипендии. И пойдём за клёвыми шмотками!

– Сомневаюсь, что у нас есть хоть один шанс выбраться из этого дерьма.

– Ну, иди тогда, сиди у зеркала и жди, пока тебя выпьют до дна.

– Не кидайся в крайности, Стине! Я не меньше твоего хочу на волю… Ой! Смотри! Что там? Свет?!

Коридор с каждым шагом становился шире. Мрак отступал. Что-то новенькое. Тихо-тихо мы продвигались вперёд, пока не очутилась в каменном зале с ещё одним витражом. Он был не такой большой, как в помещении, где я нашла Алису. И показывал он не банкетный зал, а весёлую девчачью комнату. Самира сидела за письменным столом и маленьким ножиком пыталась открыть небольшой ларец. Похоже, тот самый, в который индус положил опасный ингредиент. Она что, не передала его бабушке?

Я дёрнулась было к витражу, хотела постучать, но Алиса вцепилась в меня железной хваткой и кивнула куда-то вправо.

Я едва сдержала крик, больно укусив себя за запястье. Мороз пробежал по коже, колени дрогнули. Я бы непременно упала, но подруга поддержала.

В углу перед огромной тёмной глыбой, скорчившись в неестественной позе, лежал человек. Широко распахнутые глаза, полные предсмертного ужаса, безжизненно взирали на нас. Открытый рот с крупными белыми зубами замер в последнем крике.

Индус. Определённо мёртвый индус.

Мой напуганный мозг судорожно просчитывал варианты. Мог оборотень сдохнуть вот так просто, сам по себе? Или мы опять ошиблись? Мы точно ошиблись. Я ошиблась. Продавец специй – очередная жертва? Его зверь убил? Или Трой? Или Адриана? Кто? И кто же тогда оборотень? Чёрт!

Ход моих мыслей прервала тёмная глыба за индусом. Она неожиданно дрогнула, пошевелилась и явила нам огромный зелёно-жёлтый глаз с вертикальным зрачком.

Кровь с жаром прилила к моим вискам, потом ледяным холодом утекла куда-то в дрожащие пятки.

Вслед за глазом распахнулась усеянная острыми зубами пасть.

Я слышала ускоренный и сбивчивый стук собственного сердца.

Придавив собой нижнюю часть индуса, перед нами лежала адская смесь волка, медведя и ящера. Спутанная серо-чёрная шерсть свисала клоками, через которые просматривались мощные мышцы.

Душу до самой глубины пронзило глухое утробное рычание. Ноги приросли к полу. А зверь медленно поднимался на огромных волосатых лапах.

В моё скованное страхом сознание пробилась неясная боль в запястье… Алиса. Она вонзила в меня ногти и тянула назад, пытаясь вывести из ступора. Не бросила, не убежала. Свободной рукой она выставила перед нами щит. Большой, яркий, горячий. Жаркая волна воздуха словно отрезвила, и я доверилась руке подруги.

Зверь наступал медленно, обдавая нас зловонным дыханием. Он сделал шаг вперёд, мы – шаг назад. Нападать он почему-то не спешил. Таким странным образом, пятясь, мы дошли до комнаты с большим витражом. Вела Алиса. Она посчитала эти двухкомнатные апартаменты самым безопасным местом в пещере. Может, так оно и было.

А что, если оборотень осознанно загонял нас именно сюда, в комнату со звонком? Чтобы… Всё…

Зверь подобрался, припал на передние лапы и прыгнул. Меня с головой накрыла новая волна паники. Щит Алисы дрогнул, но выстоял. Я бросилась к стеклу и начала стучать по нему и кулаками, и подобранными камнями, потом кинулась к двери в конце комнаты. За спиной слышались возня и рычание. Потянуло запахом опалённой шерсти.

– Помогите! Пожалуйста! Умоляю вас, леди де Фонтин! Адриана! Пожалуйста, откройте! – Я молотила дверь, пинала ногами. – Самира! Мы здесь! Спасите! Игона! Прошу. Пожалуйста… Кто-нибудь! Ну пожалуйста…

Сзади послышался визг. Алиса.

Я, дрожа всем телом, вжалась в дверь и боялась оглянуться.

– Отвали, тварь! – прохрипела подруга, и всё резко стихло.

Я медленно развернулась. Оборотень лежал на полу, а меж его передних лап были размётаны рыжие волосы. Тварь вдавила Алису в землю своей массой и крепко держала лапами голову подруги. Казалась, что красноватое свечение выходит из затылка соседки и струится по лапам зверя, достигая его уродливой головы. Этот гад пил, жадно и с наслаждением. Прямоугольные зрачки закатились, а из пасти вывалился коричневый язык.

Сволочь! Урод! Внутри меня всё закипело от ярости. Страшно уже не было. Я мысленно переступила черту невозврата. Черту, за которой остался инстинкт самосохранения. Черту, по эту сторону от которой рядом стоит смерть, и я приняла её как данность. Я знала, что сейчас умру, и вот моё последнее слово: «вафля».

Я спокойно встала в ту единственную боевую стойку, которой меня обучила Ками, прикрыла глаза и представила свою 3D-вафлю с чернично-магическим джемом, как он струится вниз и смешивается с землёй. Я почувствовала отклик своей стихии – землю, камни, песок, каждую их молекулу. Мысленно я притянула магическим «джемом» все эти частички в тугой плотный ком. И так же мысленно что было сил швырнула его в звериную морду. Мощный рык сотряс стены пещеры. В воздух взвились пыль и земля. Оборотень бился у стены, лапами отряхивая морду и глаза.

Алиса застонала, но не шевелилась. Я всё ещё чувствовала, как моя магия струится по телу, но повторить атаку не получалось. Мозг кипел от напряжения, а концентрация была утеряна.

Дальше всё произошло в одно мгновение. Зверь бросился вперёд, перепрыгнул через распростёртую на земле подругу и сшиб меня с ног ударом мощной лапы. Удар пришёлся по и без того больному плечу и спине, я упала на четвереньки. Слёзы и искры посыпались из моих глаз. Сильная боль пронзила тело. Давай, убей меня, урод!

Мне стало невероятно горячо. По затылку будто ударили кувалдой. В сознании трепыхалась мысль, что я уже лежу плашмя на полу и вбираю носом землю вместо воздуха. Тысячи игл пронзали всё тело, миллионы когтей рвали меня на куски. Нестерпимая боль терзала каждую мою клеточку. Не было сил кричать. Не было сил дышать.

Смерть, где ты? Почему так долго? Забери меня быстрее, прошу! Это не ад, это хуже… Всё… Я не могу больше…

Громкий звон советского будильника взорвал остатки моего слуха. Тут же боль резко оборвалась, и на смену жару пришёл пещерный холод. Лёгкие с хрипом хватали колючий воздух, смешанный с пылью.

Следующим звуком, нарушившим тишину после ухода оборотня, был скрип двери и шелест женского подола. Голову повернуть я была не в силах, но, с трудом скосив глаза, встретилась с равнодушным взглядом Игоны. Служанка поставила какую-то коробку у входа, повозилась в углу и ушла, снова скрипнув дверью. А я провалилась в темноту.

– Стине, ну пожалуйста, выпей это, – голос подруги звучал как сквозь вату.

Я не поняла, хотела переспросить, но из меня вышел только сиплый хрип.

– Тише, тише. Просто открой рот, слышишь, Кристина?

Я едва сделала, как было велено, и тут же ощутила противный вкус во рту. Что за мерзкая горькая жижа?

– Вот и молодец, потерпи немного, сейчас станет легче.

Не обманула. Прошло немного времени, я уже сидела в обнимку с Алисой. Говорить не хотелось, слёз не было. В душе зияла дыра, пустота. Наплевать на всё.

По ту сторону зеркала подали ужин. Во главе стола сидела старуха с белоснежным каре. Слева от неё русая девочка нехотя ковырялась вилкой в тарелке. На столе рядом с Адрианой стоял ларчик. Судя по выражению лиц, леди отчитывала Самиру за попытку взлома. Девочка в конце концов отшвырнула вилку и умчалась из зала. Старуха открыла ларец, достала листок бумаги. Прочитав, она бросила на зеркало ехидный взгляд и беззвучно рассмеялась.

Да наплевать.

Я лежала на тренировочном поле, прямо на прохладной земле, и смотрела на убегающие в закат розовые облака. Небо утопало в лучах уходящего солнца. Ветер шумел в высокой траве, а один навязчивый колосок упорно щекотал мой нос. Я повернулась на бок и безмятежно потянулась – вставать не хотелось. Этот надоедливый колосок теперь елозил по моей шее. Блин, достал! Всю нирвану портит!

Я повернулась к нему и решительно схватила в намерении выдернуть с корнем…

– Осторожнее! Больно же!

Что?! Я не поняла и посмотрела в свою ладонь. Колосок был неправильным, кирпично-рыжим. За ним обнаружилось лицо возмущённой девушки. Закатное небо медленно развеялось, явив взору каменный неровный потолок.

– Не понимаю, как ты можешь так сладко спать, Стине?

Реальность обрушилась на меня, как молот на наковальню. Особняк, подземелье, зверь… Я застонала, отвернулась от Алисы и упёрлась взглядом в стекло.

– Опять собрание будет. С утра прислуга мечется, столы готовит. Вчера всё так же начиналось.

– Али-и-ис. Ты как вообще? – Я перевела взгляд на соседку.

– Как, как… Нормально. Зубы почистить очень хочется и душ принять… А ты?

– А я ничего не хочу.

– Понимаю. В первый раз самый сложный отходняк. У меня тоже так было. Завтра будет легче. – Она кисло улыбнулась.

– Завтра? Я не переживу это ещё раз! – Я поёжилась и стала разминать ушибленное плечо, которое нещадно ныло. – А какой мерзостью ты меня вчера напоила?

– Да фиг знает. Служанка приносит это пойло каждый раз после… ну, после этого… Оно помогает восстановить силы. – Саркастическое «ха-ха». – Чтоб этой твари было чем утолить жажду на следующий день. И, Стине, спасибо тебе.

– За что?

– За то, что остановила мой ад, прервала пытку. А чем это ты его?

– Магией. Собрала в ком землю да камни. По морде, по глазам.

– Ты создала лэндбол?! Офигеть! Как тебе удалось? Как?! Просто невероятно! Если выберемся отсюда, надо будет сказать ректору Арчибальду, что нужно нерадивых учеников помещать в экстремальные условия для раскрытия способностей.

– Выберемся? Ты ещё в это веришь, Алиса? После вчерашнего…

– Не верю. Но надеюсь. Ты же нашла меня. Может, ещё кто-нибудь найдёт! Теперь в академии должны знать и о твоей пропаже. Скорее всего, ты будешь героиней нового собрания этих пижонов и министерских шишек.

– Ты упускаешь, что не я тебя нашла, а меня просто приготовили как второе блюдо в меню этой твари. Сегодня вечером он опять придёт, да?

– Раньше он мог и днём прийти. Видимо, продавец пряностей стал небольшим перекусом и ненадолго отсрочил нашу пытку. Как думаешь, кто всё-таки стал оборотнем? Я знаю, что не Трой, и теперь понятно, что не индус. Кто же тогда?

– У меня уже есть версия на этот счёт. Я ещё вчера, засыпая, обдумывала варианты. Крайнэ в книге описывал этих тварей как существ разумных. Чтоб сюда попасть, надо рычагом открыть дверь. Он, видимо, это знает?

– Да, дверь он сам открывает, – подтвердила соседка.

– Вчера нас, как скотину на убой, сюда загнал. Почему? Да потому что здесь звонок. Урод знает, что не сможет сам остановиться. Ты бы видела его рожу. Как у дорвавшегося до дозы наркомана. – Меня передёрнуло. Алиса поморщилась. – Он в курсе, что, если выпьет жертву до конца, на следующий день останется голодным, ибо восстанавливаться будет уже некому. Всё просто. Теперь делаем вывод, что тварь эта действительно не безмозглая даже в зверином облике. А книги в его комнате и грязная лежанка… Зверь, похоже, ещё и читать умеет! Теперь вернёмся ко второму зеркалу. Оно показывает комнату Самиры. Значит, оборотень осознанно наблюдает за девочкой.

– И зачем ему это надо? Извращенец, что ли?

– Нет. И не он, а она. Тварь – женщина, я полагаю.

– Ты вчера ещё и половые признаки успела разглядеть?

– Нет, конечно, Алиса. Не говори ерунды. Мне не до того было, чтоб на писюны таращиться. Просто рассуждаю логически. Ты знала, что вторжения в иные миры оборотни устраивают ради охоты на магов? Они забирают их, чтобы утолять жажду.

– Да, на лекции что-то похожее рассказывали. Только никто из этих напыщенных профессоров даже представить не может, что это такое на самом деле… Жажда.

– Восемь лет назад, во время последнего вторжения, пропало… эм-м… считай, что утащено в Стреланд, очень много ампелосских магов. А среди пропавших числится дочь Адрианы.

– Серьёзно? Дочь этой старухи?!

– Дочь старухи и по совместительству мать Самиры. Любая нормальная женщина захочет увидеть, как растёт её ребёнок. Не так ли? И кому ещё, так рискуя, будет помогать Адриана?

– Офигеть, Шерлок! Ты хочешь сказать, что дочь старухи во время битвы была укушена оборотнем?

– Лорд Гарвиш рассказывал, что всем укушенным под пристальным контролем дают шанс побороть яд. Но способны на это лишь единицы магов. Самые сильные выживают. Остальные начинают обращаться в тварей и подлежат немедленному уничтожению. А эту гадину почему-то упустили.

– Адриана её спрятала? Но как им удалось такое провернуть?

– Мы в мире магии, Алиса, ты что, забыла? Наверное, здесь и не такое можно. Нечему удивляться.

– Теперь всё встало на свои места. Но это ведь не может продолжаться вечно. Старуха когда-нибудь да умрёт. А сколько живут оборотни, лорд Гарвиш не говорил?

– Не помню. Не знаю. Может, Адриана планировала переложить чёрные обязанности на внучку? Интересно, Самира в курсе происходящего? У меня была мысль, что она специально заманила меня в лавку. Но я не уверена. Возможно, это просто совпадение.

– Не думаю, что ребёнку стали бы доверять такую тайну. Хотя кто знает, что у этой гадины старой на уме.

Стоило упомянуть Адриану, как лязгнул замок на низкорослой двери в углу помещения. Леди де Фонтин заявилась в нашу темницу.

– Как поживаете, девочки? Хорошо ли вам спалось? – спросила она с нескрываемой издёвкой в голосе.

– Да пошла ты, старая тварь! – вскипела Алиса.

– Фи, как грубо. Юные леди не должны так выражаться.

– Ах ты кошелка недоделанная… – Рыжая дёрнулась в сторону Адрианы, на ходу высекая искру щита. Но старуха была мудрее и опытнее. Она едва заметным взмахом руки выпустила в Алису виндбол, который сшиб подругу с ног.

– Какие скверные манеры. Я к тебе, Кристина, между прочим, с деловым предложением пришла. Обсудим?

– Письмо писать заставите? Можете себя не утруждать.

Мне сразу было понятно, что эта гадина не выпустит нас отсюда живьём. Я усиленно старалась призвать свою внутреннюю магию, но мерзкий взгляд старухи, её издевательская речь – всё неимоверно меня злило и сбивало с концентрации. Чёрт! Не выходит!

– На что мне твоё письмо? Ты лучше расскажи, куда дела книгу Крайнэ. Всё просто, Кристина. Мне нужна книга, тебе – свобода. Что скажешь?

– Не слушай её, Стине! Не отдавай ничего. Она врёт. Она нас не отпустит, – зло выплюнула Алиса.

– А о тебе речи и не было, Йохансен. – Адриана взмахнула рукой и что-то прошептала. Темницу вмиг разделила воздушная пелена. По одну сторону были мы со старухой, а по другую – моя рыжая подруга. Алиса что-то кричала мне, но слышно не было.

– Вот теперь можем спокойно всё обсудить.

– А нечего обсуждать! Книгу я не отдам! А вам пора поспешить на собрание. Надеюсь, сегодня лорды и министры надерут ваш старушечий зад!

– Ха-ха! Наивная! И невоспитанная! Под стать своей подруге! Земные манеры – сущий кошмар. – Она поправила на носу роговые очки. – Ты что, думаешь, министры будут вас искать? Серьёзно?! Я леди Адриана де Фонтин, на минуточку. Не последний человек в Ампелосе. Я прожила долгую и интересную жизнь, на протяжении которой собрала большую-пребольшую шкатулку с чужими секретами. Так что, деточка, господа из министерства будут на моей стороне при любом раскладе. Даже если выскочка Ливарелл притащит ваши истерзанные оборотнем трупы в тот зал и положит их на стол перед министрами, они скажут, что это сделал какой-нибудь дикий кабан и студентки виноваты сами, что шлялись по ночам за пределами академии. Вот так-то. Всё просто, Кристина, всё просто.

Сволочь! Гадина! Какая же она тварь! Ненавижу!

– У меня есть встречное предложение, леди де Фонтин, – произнесла я после некоторого раздумья. – Мы с Алисой сейчас просто выходим отсюда, а вы остаётесь здесь и сами поите своей магией ненаглядную дочурку!

Старуху перекосило. Ох, как перекосило. Раздался хлёсткий звук. Я даже не сразу сообразила, что мне влепили пощёчину. Настоящую такую, не магическую. Щека горела.

– А я смотрю, тебе вчерашний вечер понравился, да, Кристина? – Лицо старухи пылало гневом. – А теперь представь, что это будет происходить снова и снова, день за днём. Самые стойкие выдерживали несколько месяцев. Но итог всё равно един. Смерть. Медленная и мучительная. Надежда на спасение будет таять с каждым днём. Уже через пару недель ты будешь ползать на коленях и молить меня забрать книгу Крайнэ в обмен не то что на свободу, а хотя бы на быструю смерть. Понимаешь, лучшего предложения, чем сейчас, тебе не дождаться. Ты говоришь мне, где книга, а я отправляю тебя на Землю, домой. Ты ведь этого хотела? Не так ли? Всё просто. Сделка шикарная. Так что, согласна?

– А Алиса?

– А что Алиса? Что она может предложить, кроме своей магии?

– Я вам книгу, а вы отправляете нас с Алисой на Землю. Вдвоём! И никак иначе!

– Хм-м-м. Ладно, будь по-твоему.

В воздухе пахло подвохом и обманом. Я ощущала это всеми клеточками. Блин!

– Живыми! Вы возвращаете нас домой живыми и невредимыми!

– Соображаешь. – Старуха выдавила мерзкую ухмылку. – Хорошо. Договорились. Так где книга Крайнэ?

Слишком быстро, слишком легко она согласилась. Запах обмана не рассеялся. Наоборот, стал только гуще. Врёт, гадина. Я взглянула на Алису. Она скакала, махала руками и подавала всевозможные отрицательные знаки. Нет, нельзя отдавать книгу. Нельзя.

– Скажу, где книга, только после того, как мы с Алисой окажемся на Земле.

– Нет, деточка. Так дела не делаются. Я слишком рискую.

– Вы слишком рискуете? Вы? На кону наши жизни вообще-то!

– И всё же. На Земле магии нет, а значит, нет власти магов. Оказавшись в родном мире, ты уже ничего не станешь мне рассказывать. Как минимум из мести.

Я поняла, что это тупиковый разговор. Утром деньги, вечером стулья. Ага, конечно. На примере с письмом Алисы ясно, что доверять старухе не следует. Я осознала, что живыми она нас отсюда не выпустит в любом случае. Мы слишком много знаем. Не отпустит, ведьма. Да и зачем ей лишний риск с транспортировкой? К тому же надо поить оборотня. Точно не отпустит. Надо хотя бы время потянуть. Надежда ещё есть. Не на министров, конечно. Но на воле ещё остались лорд Ливарелл, Ками и Кор…

– Так мы можем с вами спорить до бесконечности, леди Адриана. Поступим по-другому. Я не скажу точное местоположение книги, но дам подсказку. Я закопала её в парке при академии. Рядом с очень интересным растением, похожим на земное. У нас его называют хрен. Найдёте хрен – найдёте книгу. А если не знаете, как он выглядит, то на Земле я вам его покажу. По всему выходит, что нам надо в мой мир.

Я брехала, как сивый мерин. Надеюсь, заклинание речевой адаптации не знает, что такое омонимы. И Адриана не поймёт всех тонкостей нашего великого и могучего русского языка. С одной стороны, я показала готовность к сотрудничеству, с другой – послала старуху на… В последнем, кстати, есть некая доля правды. Книга-то у Кора. А у него есть… Блин! Кристина! Совсем сдурела? Сейчас решается наша судьба, а у тебя в голове неприличные мысли образовались. Тьфу! Дурында!

Но старуха на приманку клюнула. Или сделала вид. По крайней мере, она утвердительно кивнула, небрежным взмахом руки убрала воздушную стену, разделяющую нас с Алисой, и удалилась.

Рыжая накинулась на меня с упрёками. Она ничего не слышала, но поняла, что я выложила Адриане какую-то важную информацию. Очень надеюсь, что старуха тоже так считает. Алисе я, естественно, рассказала всё как есть. Мы даже нашли в себе силы злобно усмехнуться.

Спустя минуту замок снова лязгнул, и дверь впустила Игону. Она держала небольшой поднос. Я покосилась на Алису. Вот он, наш шанс! Надо действовать! Надо напасть на… Чёрт! За спиной Игоны, на пороге стояла Адриана и ухмылялась. Нет, против этой не попрёшь. Зараза!

Игона сделала несколько шагов внутрь нашей темницы, взяла с подноса бумажный свёрток и положила прямо на землю. Затем она развернулась, и дверь снова захлопнулась.

Что в свёртке, я поняла сразу же, ибо нос уловил тонкий аромат жареного мяса. Желудок призывно заурчал. Есть захотелось прямо-таки зверски.

Рыжая, очевидно, испытывала нечто подобное, потому что бросилась дрожащими руками разматывать свёрток.

– Сволочь! – взвыла Алиса.

В бумаге лежала одна худосочная куриная ножка. Одна. Но источала она просто убийственный аромат, вызывая обильное слюноотделение. Хотелось кинуться на еду, оттолкнуть подругу и сожрать ножку вместе с косточкой.

Боже, да что со мной такое?! Я глянула на рыжую. Нет, Кристина, успокойся. Стоп. Выдыхай. Выдыхай, сказала! Всё, молодец.

– Тебе нужнее. – Я с трудом нашла в себе силы уступить.

Рыжая препираться не стала и второго приглашения тоже не стала ждать. Она вонзила зубы в несчастную курицу, а я отползла подальше и отвернулась. Как же хотелось есть! Я мысленно представила, что ем сочный бургер с двумя котлетами из рубленого мяса и вытекающим жирным соусом, как из него при укусе выпадают шматки лука и листьев салата…

– Прости, Стине.

Я взглянула на рыжую. В её глазах стояли слёзы.

– Этот адский голод… Прости, прости. Всё вроде бы ничего, но как только дают пищу – от запаха голову начисто сносит. Оборотень, чтобы жить, питается нашей магией. Мы, чтобы жить, питаемся едой. Организму нужно восстанавливаться после… м-м… контакта с тварью.

– Понятно. Чего непонятного-то? Пищевая, за ногу её налево, цепочка.

– Эта старая сволочь специально так сделала. Чтобы мы здесь с ума сошли. Хочет, чтоб за еду боролись. Стине, я не смогу уступить. Ты смогла, а я нет. Прости. Это выше моих сил. Мы обречены. Кажется, тебе всё же придётся отдать старухе книгу.

Рыжая всхлипнула, а я с завистью взглянула на столы в зале. Еда…

А вот и первые гости пожаловали. В зал вошли две дамы в сдержанных официальных платьях тёмных тонов. Игона проводила их за накрытый стол. Следом появилась хозяйка особняка. Женщины обменялись приветствиями и принялись за завтрак.

Знатный народ поочерёдно прибывал и подсаживался за стол. Одним из последних к совету присоединились ректор нашей академии и лорд Ливарелл. К еде Арс не притронулся. Покончив с приветствиями, он сразу перешёл к делу и произнёс длинную речь. Как жаль, что зеркало не пропускает звук! Блин! Знать бы, о чём он говорит!

– Вчера так же было, – пояснила Алиса. – Он полчаса распинался перед этими жлобами, а они только жрали, пили и делали ехидные замечания. Сегодня ничем не лучше. Сомнительно, что он чего-либо сможет от них добиться. Они не воспринимают его всерьёз.

– Господи, пожалуйста, дай этим пижонам мозгов, чтобы они вняли лорду Ливареллу! Иначе нам только и остаётся, что молиться.

– Мы в магическом мире, здесь нет вероисповедания, – поучительно заметила рыжая. – Если собрание опять будет безрезультатным, предлагаю вернуться в ту часть пещеры, где фонтан. Вдруг эта тварь в лаз не пролезет? Он же довольно узкий.

– А если пролезет? Звонка-то там нет! Али-и-ис, не пойду я больше в пещеры. Мы всё там посмотрели, сплошные тупики.

– Можем пошариться в могиле. Поищем вторую туфлю Мартины, вдруг шпилька уцелела? Всадим её в глаз этой твари!

– Ты как себе это представляешь? Я его за ноги подержу, а ты будешь наносить удары? Каблуком? Алиса, не смеши! А вот нарваться на оборотня там, снаружи, мы можем запросто.

– Кажется, вчера ты придерживалась противоположного мнения, Стине.

– Кажется, ты тоже. Но вчера я и в самых страшных снах не могла представить, что такое его жажда. Я просто посижу здесь и посмотрю на лорда Ливарелла. Он единственный, кто пытается хоть что-то сделать.

После Арса выступала Адриана. Она размахивала руками, яро приводила какие-то доводы. Одним словом, представляла оппозицию. Как ни странно, манерные тётки кивали и потягивали чаёк. Это что, женская солидарность? Или аргументы старухи оказались весомее? У неё на всех этих дамочек имеется компромат?

Мужики тем временем спорили и переговаривались, задавали вопросы то Арсу, то Адриане. Ректор хмурил кустистые брови, но в полемику не вступал.

– Они ему не верят, – признала я с отчаянием, – не слушают.

Солнечные лучи уже ярко освещали помпезный зал, видимо, время шло к полудню. Соседка сидела в углу и пыталась пальцами расчесать свои рыжие волосы. На совете пижонов наметился перерыв. Люди вставали из-за стола, кто-то вышел на улицу, кто-то бродил по залу. Адриана возле золотистой колонны шепталась со смутно знакомым мне мужиком в чёрном костюме, видимо, с глазу на глаз обсуждая насущную тему. Вспомнила! Это же тот из министерства, с которым я на балу танцевала…

– Алиса! Ты видела? – Я вплотную придвинулась к витражу.

– Что?!

– Арс ушёл из зала!

– И? Они все там ходят туда-сюда. Перерыв у них.

– Нет, он украдкой ушёл, понимаешь. Поозирался по сторонам и тихо выскользнул вон в ту дверь, откуда прислуга еду выносит! Алиса! Он что-то задумал! Это неспроста!

– Перестань, Стине! Ты просто хочешь, чтобы всё было именно так! Мечтаешь, что сейчас эта дверь откроется и тебя спасёт принц на белом коне.

– Он чёрный.

– Кто?

– Да конь же! У Арса.

– Пофиг! Не надо тешить себя глупыми земными сказками! Потом больнее будет. Нужно вернуться в пещеры и ещё раз попытаться открыть засов.

Вдруг раздался звук отъезжающей двери, входящей в пещеру. Арс?

Сердце, полное надежд, затрепетало, пропустило удар и… рухнуло в пропасть, разбившись на тысячи осколков – из темноты донеслось зловещее рычание. Яркой вспышкой осветил комнату щит подруги.

– Всё, я больше не могу, – давясь слезами, простонала Алиса.

Подруга из последних сил удерживала алую пелену, отделяющую нас от голодной твари. Мы стояли спинами к витражу. В воздухе висело зловоние, в нос забивался запах палёной шерсти. По шее соседки бежала потная капля. Совсем чуть-чуть осталось до начала ада. Меня била крупная дрожь, стучали зубы, в горле встал противный ком.

Пожалуйста, только не снова, только не это. Не хочу, не хочу, не хочу. Пожалуйста. Нет, нет, нет…

Я пыталась сконцентрироваться, обратиться к своей стихии, но страх липкими, холодными руками сжимал мою душу. Собраться не получалось. Мысленная вафля рассыпалась на бесполезные крошки, магия земли ускользала. Мои тщетные панические попытки поднимали лишь земляную пыль, на которую чудовище не обращало ни малейшего внимания.

Я жалась к подруге и затравленно наблюдала, как с каждым новым прыжком оборотня вздрагивает Алисин щит, словно опаливший крылышки мотылёк. Мой слабый стон сорвался с губ и тут же утонул в оглушительном грохоте. Сквозь поднятую земляную пыль в нашу сторону метнулся яркий огненный всполох. Распоров пространство, он огненным лучом воткнулся в землю на границе почти умершего Алисиного щита. В этот миг щит дрогнул и не торопясь наполнился новой алой силой и жаром. Я ничего не понимала. В земле перед нами торчал длинный кинжал. Странные символы на нём пульсировали огнём и, казалось, отдавали пламя щиту. Мозг подкинул минувшее воспоминание: лекция профессора Ялинской, на доске кольца, ножи, кинжалы, испещрённые корявыми рисунками и символами… Неизменный чёрный ящик, приносимый в конце каждой лекции… Нудный голос лектора рассказывает про артефакты боевых магов, усиливающие заклинания… Но откуда он здесь?!

Умные мысли были бессовестно прерваны истошным, пробирающим до костей воем. Уголки губ Алисы улыбались, а в её глазах отчётливо встрепенулась надежда.

За яркой, прозрачно-огненной пеленой щита обозначилась мощная широкоплечая мужская фигура лорда Ливарелла. Я ощутила, как благодарные горячие слёзы бегут по щекам. Он нашёл! Он нас нашёл! Все мои прошлые претензии к этому человеку окончательно развеялись в пыль. Облегчение, надежда, благодарность, счастье приятным теплом разливались по телу. Мы спасены! Слава богу! Спасибо!

Белая официальная рубаха лорда местами почернела и тлела. Арс перетекал из одной боевой стойки в другую и поливал монстра градом файерболов. За его мощным торсом обнаружилась хрупкая девушка с короткой стрижкой. Ками?!

Двигаясь в такт с лордом, Камила прикрывала Арса своим огненным щитом от смертоносных лап и клыков твари. Завораживающее зрелище слаженной работы боевых магов заставило забыть об опасности и восхищаться красотой движений этого смертельно-прекрасного танца. С потолка сыпались осколки горной породы, земляная пыль не успевала оседать. Шерсть чудовища дымилась, на боках зияли проплешины, оголяя рельефные мышцы, туго обтянутые буро-серой кожей.

Удушливый, едкий запах заполнил всё вокруг. Он был везде: в носу, в горле, в ушах. Алиса закашлялась, на миг потеряла концентрацию, и щит тут же растаял в воздухе. Оборотень резко развернулся в нашу сторону, припал на передние дымящиеся лапы, оттолкнулся задними и полетел на нас раскрытой адовой пастью.

– Выкуси, дрянь! – прохрипела подруга.

Жуткие челюсти сомкнулись на алой пелене, вспыхнувшей в последний момент. Оборотень взвыл, пряча в пасть опалённый язык. Алиса снова сосредоточенно держала защиту. Зверь клацнул зубами и утробно зарычал.

Пара боевых магов воспользовалась моментом и сделала сложную поддержку – Арс поднял Ками над головой, подкинул её вверх и вперёд. Грациозное па в невесомости, блеск остро заточенной стали – и длинный клинок прошёл сквозь пыльный воздух, чтобы погрузиться в спину оборотня по самую рукоять.

Ками восседала верхом на звере, как в чёртовом американском родео. Зверь бешено вертелся, хрипел и рычал. Ему удалось скинуть с себя огневичку. Ками упала перед монстром, и он замахнулся когтистой лапой. Лорд Ливарелл среагировал быстрее, и в последний миг удар твари рассёк бывшую когда-то белой рубаху Арса. Он подставил свою спину, принимая яд когтей, и вытолкнул Ками из зоны поражения. Я перестала дышать и до боли сжала кулаки, впившись в кожу ногтями.

Второй удар зверя швырнул Арса в дальнюю стену, и маг распластался на земле, неестественно раскинув руки. Холод сжал мое тело.

– Арс… – позвала я лорда, срываясь на крик. – Арс!

Ками тяжело дышала и продолжала атаковать зверя одним файерболом за другим. Лорд Ливарелл с раскрытыми неморгающими глазами неподвижно лежал на спине. Земляная пыль оседала на белках его глаз. Внутри меня разверзлась пропасть. Он погиб?! Вот так?! Нет, нет, нет… Не-е-ет… Ноги подогнулись и, рыдая, я осела на пол. Почувствовала, что подруга сделала то же самое. Я ощущала её дрожь. Нам обеим было ясно, что, несмотря на ранение, оборотень разделается с Ками. Это лишь вопрос времени. Силы слишком неравны. Огненные шары только жгут шерсть, но не пробивают стальную кожу твари.

– Алиса, когда он расправится с де Лейн, сожги меня своим щитом, – шептала я подруге свою последнюю волю. – Кормёжкой для этой твари я больше не буду. Пусть и такой ценой.

– Дура ты, – простонала Алиса. Помолчав немного, она добавила: – Да и какая разница. Сейчас потолок обрушится, и мы все станем трупами.

Я посмотрела наверх. От активных боевых действий магов по своду змеями расползались трещины.

– Может, оно и к лучшему.

– Может, – согласилась рыжая. – Надеюсь, и тварь сдохнет тоже. Но… Стине, я рада, что мы с тобой познакомились. Жаль, что дружили так мало.

Я кивнула, всё ещё изучая потолок.

Одна неровно выпирающая скальная глыба угрожающе трещала прямо над Арсом. Я перевела взгляд на лорда. Мне так жаль… Прости меня. Прости, пожалуйста, что втянула тебя во всё это.

Остаётся только надеяться, что пропажу двух профессоров академии всё-таки заметят и начнут настоящее расследование. Стоп! Я ещё раз внимательно присмотрелась к лорду. Взвившаяся пыль и пелена щита всё же позволили разглядеть едва-едва вздымающуюся грудь лорда. Дышит. Дышит же!

Я и правда дура! Смерть или обращение – это же от укуса, а от царапин – паралич! Не успела я до конца осознать свою мысль, как на Арса посыпались мелкие камни, и здоровенная глыба дрогнула. Чё-ёрт! Нет, нет, нет! Надо дать ему время. Сильные маги за несколько минут могут справиться с параличом. Кто это говорил? То ли Гарвиш, то ли Крайнэ. Да пофиг кто! Надо что-то делать! Выползать из-под щита Алисы равносильно самоубийству. Ками занята, она тянет время и отвлекает тварь. Она знает, что одной ей не справиться.

В подтверждение моих мыслей Арс едва пошевелил левой рукой и перебросил вялую плеть направо, пытаясь повернуться на бок. Слишком долго. Слишком поздно. Чёртова глыба сорвалась вниз…

Время для меня остановилось. Сердце замерло и перестало качать кровь. Пульс затих. Больше не было запахов. Больше не было шума. Тишина воцарилась вокруг сознания. И в этой тишине я видела, как из носа Алисы показалась алая кровавая капля. Соседка была измотана. Слишком долго держала щит второкурсница, которую несколько дней подряд терзал оборотень. Ками, готовящаяся пустить очередной файербол, получила сильный удар мощной уродливой головой, едва увернувшись от клацнувших зубов. Тело хрупкой женщины, которой на вид не дашь больше восемнадцати, летело на наш щит вместе с зарождающимся в её руке файерболом… Одновременно у дальней стены на лорда Ливарелла падала каменная глыба. Она проделала уже половину пути до трагичного обрушения на голову Арса. Он же ещё жив! Не смей! Не смей на него падать!

Вдруг в этой оглушительной тишине я уловила отклик своей стихии.

– А что я могу поделать? – летящая глыба передала эмоцию обречённого вздоха.

– Ты не можешь, зато могу я! – ответила я не вслух, на каком-то ином уровне подсознания.

Наладив контакт с камнем, я мысленно познала его до молекул и атомов, прочувствовала их внутреннюю вибрацию.

– А ну замри! Сейчас же! – И вместе мы стали бороться с силой тяжести. – Всё. Стой. Вот так. Молодец.

Я держала этот каменный массив в воздухе наперекор всем известным законам физики. Краем сознания я видела, как Алиса сняла щит, чтобы не обжечь падающую Ками. Не до конца сформировавшийся огненный шар, созданный огневичкой перед ударом оборотня, обжёг меня где-то сбоку. Боли я не почувствовала. Просто приняла этот факт. Следом на нас летел в прыжке адский зверь.

Что было сил и воли я швырнула скальную глыбу в нашу сторону, но целила, конечно, в зверя.

Камень достиг оборотня, когда его лапы, вытянувшиеся в прыжке, почти коснулись моего лица. Как в замедленной съёмке я видела этот мощный боковой удар в шерстяной торс. Зверь и глыба слились воедино и по инерции продолжили свой полёт. Тварь припечаталась к витражу прямо над Ками, пасть зверя скривилась зловещим оскалом, полным боли и ненависти. Брызги тёмной крови разметались по стеклу, перемешиваясь с сетью мелких трещин стекла, стремительно бегущих лучами во все стороны.

«Блиньк!» – над рыжей головой подруги вывалился осколок…

Время снова вошло в своё русло, и картинка ускорилась. Уши наполнились звуками. Стоны соседки, ругань леди де Лейн, истошный утробный хрип твари, звон града осколков и визг манерных дам совета. Громко, слишком громко после нескольких секунд в абсолютной тишине.

Я закрыла уши ладонями. Оборотень вкупе с каменной глыбой пробил витраж и теперь трепыхался в агонии посреди помпезного зала с золотыми колоннами.

Члены собрания повскакивали со своих мест, на ходу опрокидывая стулья и роняя посуду, падая сами, путаясь ногами в белоснежной скатерти. Маги один за другим выставили свои щиты. Движение рядом – Ками выхватила из земли кинжал-артефакт и помчалась добивать адову тварь.

Вдруг между оборотнем и Ками вспыхнула серая стена, сотканная из воздуха и магии. Адриана пыталась защитить свою дочь. В последнем факте сомнений уже не осталось. Но зверь всегда остаётся зверем. Или это боль и агония сыграли свою роль? Леди де Фонтин стояла слишком близко…

Могучая мохнатая лапа с опалённой шерстью нанесла свой последний удар. Элегантная старушка тряпичной куклой отлетела в сторону и ударилась о колонну из золотисто-жёлтого мрамора. Мне казалось, что, несмотря на зажатые уши, я расслышала хруст её старого позвоночника.

– Жардина… дочка… – беззвучно, одними губами прошептала Адриана, закашлялась и замолкла навсегда. Ей не довелось увидеть, как Камила де Лейн сделала виртуозный подкат под оборотня и профессиональным движением всадила кинжал в незащищённое горло зверя.

Ректор Арчибальд первым вышел из оцепенения и бросился на помощь огневичке, погребённой под рухнувшей окровавленной тушей. За ним засуетились и остальные.

Я посмотрела на Алису. Подруга полулежала, прислонившись к остаткам витража. Из носа текла тонкая струйка крови, из глаз – слёзы, а губы расползались в улыбке, полной счастья.

Мы победили. Мы свободны. Мы будем жить.

Из глубины комнаты донёсся кашель. Арс сумел-таки перевернуться на правый бок, но теперь хватал носом осыпавшуюся землю. Я на четвереньках подползла к лорду и положила его голову на свои колени.

– Тише, тише. Всё кончено. Скоро паралич пройдёт.

Я отряхивала его лицо от пыли и земли. Арс сначала было дёрнулся прочь от моих рук, потом попытался отвернуться – не смог, в итоге успокоился и просто прикрыл глаза.

Алиса явно хотела что-то сказать, но сил у неё не было. Поэтому она лишь издала какой-то нечленораздельный, но явно весёлый звук. В её глазах плясали чёртики. Вот ведь рыжая зараза!

– Кто о чём, а вшивый о бане, – беззлобно процедила я. Нетрудно было догадаться, что Алиса намекает на нас с Арсом, как на пару. Видимо, хорошо смотримся. Алиса, блин, ну опять за своё.

Суета в зале продолжалась. Камилу де Лейн осторожно извлекали из-под тела оборотня. Кто-то суетился вокруг Адрианы. В этом смысла точно не было. Кто-то заглянул к нам и пообещал лекаря.

Лорд Ливарелл наконец смог сесть и первым делом ожившей рукой стянул с себя грязную, порванную, теперь уже не белую рубаху, обнажая жилистую мускулистую спину, рассечённую четырьмя параллельными глубокими царапинами. К моему великому удивлению, свои лохмотья он надел мне на шею. Это ещё что за выходки?! Я посмотрела на грязную ткань. Перевела взгляд ниже, на себя. Вот чёрт! Вашу ж!..

Я вспомнила тот несформировавшийся огненный файербол Ками, который попал в меня. И теперь часть обгорелой футболки и лифа висела лохмотьями, а левая половина моего третьего размера бесстыдно взирала на окружающий мир.

Арс деликатно отвернулся и потупил взгляд. Алиса улыбалась краешками губ и нечленораздельно фыркала, но я-то знаю, что в душе соседка ржала как конь.

Прежняя я взвизгнула бы, залилась румянцем и начала судорожно надевать предложенную рубаху. Но здесь и сейчас была новая я. Та, которая впервые явила себя в библиотеке с Кором. Та, которая освоила магию земли на первом курсе. Та, которая приняла этот новый мир. И теперь в полной мере новая я вылезла наружу.

– Лорд Ливарелл, – обратилась я к Арсу.

Он обернулся. Нарочито медленно, без тени смущения, я сняла с шеи спутанную жгутом рубаху, аккуратно расправила и не спеша начала натягивать её на себя.

– Я уже во второй раз настоятельно рекомендую вам сменить гардероб. Приличные лорды в таких грязных лохмотьях не ходят. Советую вам зайти в лавку «Мужские костюмы» на площади. Попросите владельца, он толковый парень, обязательно подберёт вам что-нибудь по статусу и учтёт вашу стихию и личные качества.

Арс удивлённо буравил меня чистыми голубыми глазами. Никаких мурашек. Собственно, и дискомфорта этот пронзительный взгляд у меня не вызвал. Похоже, я выработала иммунитет. Что же, неплохо. Даже отлично!

Алиса таки нашла в себе силы захихикать. Я перекинула волосы на левый бок, расправила рубашку и, ковыряя пальцем её обуглившиеся края, продолжила:

– Иначе бедной студентке придётся потратить свою первую стипендию на приличную мужскую рубаху. – Я скорчила трагичную гримасу и наигранно-тяжело вздохнула. – Хорошо хоть подарочная коробка уже есть. Синяя такая, с розовым бантом…

Арсу если и было что ответить, то он выбрал заливистый басовитый смех. Под удивлённые взгляды магов высшего совета мрачное подземелье наполнилось тройным неслаженным ржанием.

– Ты бы видела себя со стороны! – Алиса всё не унималась, даже травки и настойки городского госпиталя не могли заставить подругу забыть о моём небольшом казусе. – Бедный лорд, такие виды ты ему открыла!

– Да хватит уже! Сколько можно! Арс – взрослый мужик, уж наверняка не раз видел женские прелести. – Я сидела на койке и болтала ногой. У больницы есть большой плюс – это душ и чистая сорочка.

– Не хватит! Я буду тысячу раз вспоминать этот эпизод. Это лучшее, что я видела за последнее время!

– Позитивный настрой – залог выздоровления! – В палату вошёл Марио О’Касти. – Вечер добрый, милочки.

– И вам не хворать, – поздоровалась я.

– Местные лекари заверили, что с вами всё будет хорошо. Но я приехал лично ознакомиться с самочувствием подопечных академии. – С этими словами Марио полез ко мне с осмотром. Потом взялся за рыжую.

– Ну что, каков ваш вердикт, лекарь О’Касти? – В дверях палаты стоял ректор нашей академии. Мы с рыжей коротко поздоровались.

– Я согласен с мнением местных лекарей. Кристина может уже через день-два вернуться в академию и продолжить учёбу. А вот эту милочку, – махнул он рукой в сторону Алисы, – я бы ещё недельку понаблюдал, до полного восстановления. Но в целом угрозы здоровью нет.

– Благодарю. Лекарь О’Касти, вы можете быть свободны. Мне нужно переговорить с девушками с глазу на глаз.

Старик распрощался и вышел из палаты, а мужчина с кустистыми бровями присел на свободную кровать. В воздухе сразу повеяло напряжением.

– Наша академия стихий приносит свои искренние и глубочайшие извинения за то, что вам довелось пережить. В сложившейся ситуации совет высших магов предлагает вам вернуться на Землю. Так сказать, успокоить нервы в домашней обстановке, в кругу семьи…

– У меня нет семьи! – возмущённо перебила я ректора. – Я наконец обрела дом, обрела себя, столько всего пережила, и вы хотите выгнать меня отсюда?

– Вы не так поняли, Кристина. Я лишь хотел сказать…

– Я тоже никуда не поеду! Домой не вернусь! – поддержала меня Алиса. – Мы хотим продолжить обучение! Лекарь подтвердил, что с нами всё нормально.

– М-да. Такой исход мы предвидели и решили в этом случае предложить вам сделку.

– Сделку? Какую? – хором поинтересовались мы.

– Вы должны понимать, что академия не виновата в ошибках одного человека. Вы, Элис Йохансен, учитесь у нас уже второй год и уже должны были осознать всю важность нашего достойного дела. Обучение молодых и светлых умов должно продолжаться. Недопустимо, чтобы из-за этого… кхм… печального происшествия академию закрыли. Мы проведём тщательное расследование, выявим виновных и причастных, определим новые дополнительные меры защиты наших студентов…

– Подождите-подождите! – Алиса вскочила с кровати. – Хотите сказать, что решили замять это, как вы выразились, печальное происшествие? Вы что, не понимаете, какой страшной смертью погибли девушки в той пещере?! А вы хотите…

– Не я хочу. Министерство. Совет принял решение не допускать огласки по данному делу, нравится вам это или нет. Если нет, я озвучил вам альтернативу – возвращение в родной мир. – Ректор привычным жестом провёл по своей брови. – Итак, что выбираете, девушки?

– Они останутся и продолжат обучение, лорд Арчибальд. – В палату вошла леди де Лейн. Её лоб был покрыт сетью царапин и ссадин, плечо замотано бинтами, выглядывающими из-под рукава просторной футболки. – Я за них ручаюсь. Огласки не будет.

Камиле я верила. Раз эта женщина говорит, что так надо, значит, так надо. Позже стребую с неё объяснений. Я встретилась взглядом с Алисой. В её глазах всё ещё плескалось возмущение, но спорить она тоже не стала и кивнула ректору:

– Да, мы остаёмся. И да, мы не будем трепаться о «печальном происшествии», – презрительной интонацией выделила подруга предложенный лордом термин. – Но как вы уладите вопрос с родственниками погибших? Они же не станут молчать.

– Министры сами решат этот вопрос, Элис Йохансен. И вот ещё что. Оставляем уже запущенную версию о том, что вы сбежали в Хейзелирин из-за размолвки с парнем.

– А как же тогда она продолжит учиться? – вмешалась я в разговор.

Неужели они решили перевести Алису в другое учебное заведение? Бли-и-ин. Не-не-не, так не пойдёт!

– Будем считать, что леди де Лейн съездила за границу и вернула Йохансен обратно. Сейчас для всех вы, Элис, пребываете в специальном учреждении в Хилли и проходите тесты и проверки. А вы, Кристина, навещаете свою соседку. Через неделю обе вернётесь и приступите к учёбе. Всё ясно?

Мы кивнули.

– На том и порешим. Скорейшего всем выздоровления. – Ректор поднялся с кровати и направился к выходу.

– Подождите, лорд Арчибальд! – Я вдруг вспомнила одну маленькую деталь. Точнее, две.

Ректор обернулся, буравя меня хмурым взглядом, а Камила за его спиной делала знаки бровями, мол, не надо, молчи.

Ну уж нет!

– Поскольку мы остаёмся и мне надо много учиться, чтоб освоить программу, я прошу вас предоставить мне безлимитный и круглосуточный доступ в библиотеку.

– Хорошо. Это можно, – быстро согласился ректор.

– И ещё кое-что. Лорд Арчибальд, понимаете, там, в подземелье, я дала Алисе одно обещание…

На лице подруги застыло удивление. Наверняка она забыла.

– Последние два дня мы с ней подрабатывали диггерами – так у нас на Земле называют исследователей подземелий. Так вот, я ей пообещала, что, если мы выберемся оттуда, я лично попрошу у вас надбавку к стипендии за эту грязную работу. Что-то вроде компенсации за испорченный гардероб и моральный вред.

Камила притворно закашляла, а ректор недовольно хмыкнул, но всё же кивнул и молча покинул палату.

– Кристина! – по-доброму возмутилась Ками. – Я знала, что ты дерзкая, но чтоб настолько…

– Блин, а что такого-то? Они хотят нам рты заткнуть, так пусть хоть финансово помогут. Я понимаю, что такое жирное пятно на репутации академии ни к чему хорошему не приведёт. А мы должны учиться. Какая-то доля моей души осознаёт разумность сокрытия информации. Но в целом это несправедливо!

– Да, всё верно. Всё, что случилось, – ужасная трагедия. Но виновата в этом одна старая женщина с огромным материнским инстинктом. Ты совершенно права, Кристина. Вы должны учиться, и другие студенты тоже. Нельзя допускать паники. С родственниками вопрос уладят, тела погибших передадут семьям. Но оборотня во всей этой истории не будет.

– Я бы хотела устроить поминки по этим девушкам, – тихо произнесла Алиса. – Отдать дань уважения и сочувствия.

– В узком кругу это можно. Сделаем, Элис. Мы почтим их память. Обязательно.

– Хорошо. Но мне нужно знать ещё кое-что.

– Спрашивай.

– Как вы нас нашли? Пожалуйста, расскажите честно. А не эти байки про размолвку с парнем.

– Я ведь и правда уезжала из академии. – Ками расположилась на пустующей койке, где до нее сидел ректор. – Только на самом деле это Арс ездил за границу и узнавал, что к чему насчёт тебя. А я была в Первой академии и выясняла вопрос с сигнумом. Я ведь там работала какое-то время, связи есть. В общем, совместно с высшими магами удалось примерно определить, каким магическим заклинанием и обрядом следящий знак был снят с тебя и отправлен в свободное путешествие. Это очень старое и запрещённое магическое вмешательство. Уже несколько веков им никто не пользовался. Остаётся только надеяться, что немногим подвластны такие сложные манипуляции. Соответственно, я пришла к выводу, что Кристина была права: дело нечисто.

С губ само собой сорвалось ворчливое:

– Ну я же говорила!

– В любом случае, в будущем мы уже не будем стопроцентно полагаться на сигнум. Итак, ночью я вернулась в академию, уже имея небольшой круг подозреваемых, среди которых были леди де Фонтин, лорд Арчибальд и ещё несколько человек. А под утро мне передали очень интересный клочок бумаги. – Ками весьма странно на меня посмотрела, затем её взгляд сменился на укоризненный. – Некая Крис № 308 возомнила себя великим сыщиком и вычислила имя преступника. Мы с Арсом разработали план… Кристина! О чём ты только думала! Это же надо – подозревать человека и при этом отправиться в его логово! Совсем из ума выжила?! Бестолочь!

– Согласна, полная бестолочь. Но я была напугана Троем и поэтому сглупила. Он гонялся за мной по всей академии, хотел отравить и куда-то вывезти. Потом они с Умбелло перевернули в нашей комнате всё вверх дном, избили Эйдана… Я просто сбежала и хотела попросить лорда Ливарелла о помощи. Ну и предупредить его, конечно. А он был в особняке на собрании. За него я тоже переживала. Он ведь был единственным, кто мне поверил.

– Не единственным.

– Но тебя-то в академии не было. Мне не к кому было пойти. А Трой…

– С Троем мы разберёмся. А теперь расскажите всё по порядку и с самого начала.

Мне довелось ещё раз ощутить на себе странный мимолётный взгляд Ками в тот момент, когда я рассказывала, как оставляла записку в библиотеке. Про Кора я не говорила. Обошлась общими фразами вроде «второпях оставила в библиотеке в надежде, что кто-нибудь найдёт и отдаст в правильные руки». Конечно, она не поверила в эту глупость, но и допытываться не стала. Это навело меня на мысль, что ей что-то известно про Кора.

Ками внимательно слушала наши истории и мимоходом делала кое-какие заметки в блокноте, который достала из заднего кармана брюк.

– Мне искренне жаль, что вам пришлось пережить весь этот кошмар.

– Но теперь он позади. Я рада снова дышать чистым свежим воздухом и ощущать тепло солнечных лучей. Спасибо вам с лордом Ливареллом за это! – расчувствовалась рыжая.

– Ну-ну! Только без нытья! Элис, лучше давай я тебя поздравлю с тем, что ты больше не бестолочь, – отвесила сомнительный комплимент Камила.

– Э-э-эм… Спасибо.

– У тебя получился очень хороший щит! Я рада, что ты наконец разобралась в себе и смогла выделить магию защиты. Да ещё и сразу в полноценный взрослый щит, способный прикрыть аж двух человек. Прекрасный результат!

– Приятно слышать, особенно от вас, леди де Лейн.

– Но ты не расслабляйся, Йохансен. Впереди ещё много работы. И я настоятельно рекомендую на наших занятиях не выпендриваться. Покажи сначала искру, пламя, потом тарелку. Если с ходу поставишь полноценный щит – твои завистницы позеленеют, но следом начнутся лишние неудобные вопросы. Сама понимаешь, что академии это не нужно.

– Да, понимаю. Плевать мне на этих дур. Главное, я научилась. Я знаю это. И вы знаете это. Да и за будущий экзамен я теперь спокойна. А если спросят, как бестолочь смогла сделать тарелку – скажу, что много тренировалась назло своему бывшему парню. – Алиса многозначительно посмотрела на Ками. Де Лейн намёк поняла.

– И моему тоже. Видимо, и ты в курсе. – Ками стрельнула в меня глазами. Ну да, я разболтала, каюсь. – Что же, теперь Трой и не мой, и не твой. Поиграли и хватит. На этом поставим точку. Согласна?

– Договорились, леди де Лейн. Но, если когда-нибудь у меня появится настоящий парень, к которому вспыхнут истинные романтические чувства, химия души и всё такое, я к вам первой прибегу и расскажу об этом. Обозначу, так сказать, свою территорию. – Алиса даже пригрозила Ками пальцем, а та лишь расхохоталась в ответ и активно закивала.

– А как же я? Думала, после всего, что мы пережили, свои секреты ты будешь рассказывать мне первой! – Я наигранно надула губки.

– Да куда я теперь без тебя, Стине. Ты обо всём будешь знать даже раньше, чем первая!

– Что за бред с этой запиской, Стине? – строго спросила Алиса, когда Ками ушла. – На фига ты её в библиотеке-то оставила? Надо было Арсу или Ками в апартаменты под дверь сунуть! Ты же не такая дура, чтобы полагаться на волю случая, что кто-то найдёт записку, да ещё и отдаст именно Ками или Арсу. И де Лейн на тебя странно посмотрела.

– Ты тоже это заметила?

– И взгляд, и то, что любой нормальный человек начал бы задавать вопросы в этом месте рассказа.

– Прямо как ты сейчас.

– Да, как я. Так что давай, Стине, рассказывай.

– Да что рассказывать-то? Понятно же, что я записку Кору оставила. Он часто бывает в библиотеке, и он в курсе этого дела. Это ведь Кор помог мне докопаться до сути. Я доверяю ему.

– Гадство! Я столько интересного пропустила! И какой он? Руки больше не распускал?

Вот что Алиса за человек?! Сразу в лоб такие вопросы. Видимо, эти мысли отразились на моём лице. Соседка резво вскочила со своей кровати и уселась на мою.

– А ну, живо выкладывай! – потребовала рыжая бестия.

– Чего ты пристала-то! Ну, воспользовалась я пару раз синим пузырьком из твоего шкафа, ну что здесь такого-то. Физика тела, твоя любимая.

Подруга вцепилась в меня мёртвой хваткой и вытягивала слова почти клещами, но чем больше я говорила, тем ярче становились воспоминания, и в конце концов меня просто прорвало. Я рассказала Алисе всё в подробностях и без утайки, поделилась своим секретом, чувствами, ощущениями.

– Как бы я сейчас хотела оказаться в объятиях этих мужественных, пахнущих кориандром рук!

– Стине, не хочу тебя пугать, но как эксперт в этих делах, со всей серьёзностью заявляю: ты влюбилась!

– Я знаю Алиса, так и есть.

– Но меня в твоём Коре многое смущает. Начиная с того, что ты даже не знаешь толком, как он выглядит. Как бы ты не стала жертв…

– Перестань, не надо.

– Я просто за тебя беспокоюсь. Вся эта ситуация интригующая и интересная, но вместе с тем не совсем нормальная и…

– Не надо, Алис, не надо. Я и сама всё понимаю. Обещаю, что буду внимательной и осторожной. Теперь всё должно быть хорошо. Я верю.

Следующим вечером нам принесли по казённому комплекту одежды. Блузка и юбка – стандартный бесплатный набор из академии. Ками в чёрном брючном костюме зашла за нами около шести. У входа в госпиталь ожидала карета, которая отвезла нас в небольшой ресторан. За длинным столом сидели те самые министерские шишки, что были на совещании в особняке: ректор Арчибальд, Арс и ещё несколько заплаканных человек.

– Это родные некоторых погибших девушек, – шепнула нам Ками. – Им открыли «полуправду», без ущерба для академии.

Ректор произнёс душещипательную речь. Мы с Алисой поддались грустному порыву и, не чокаясь, залпом выпили по стакану крепкого напитка. Не русская водка, но в голове тут же зашумело. Закуска была изысканной, но хилой и непитательной. Одним словом, третий стакан этой бормотухи отправил нас в нокаут.

Из забытья меня вывел непонятный ритмичный стук. Глаза открывать боялась, но кожей ощущала человеческое тепло.

– Очнулась? Не притворяйся, я же чувствую, – сказало определённо мужское тело, к чьей груди меня крепко прижимали и чьё сердце так громко стучало.

– М-м-м… м-м… – Я хотела сказать, чтоб меня поставили на пол, но язык не поворачивался, и я бросила бесполезные попытки. Отчего-то на душе было очень спокойно…

Я с трудом разлепила один глаз. В туманном расплывающемся образе уловила черты лорда Ливарелла. Попыталась деликатно отстраниться, но всё вдруг закружилось, в голове застучали лопастями вертолёты, и я, издав очередной нечленораздельный стон, провалилась в темноту.

Утром пришли они – дикая головная боль и не менее дикая жажда. Мне бы сейчас стакан огуречного рассола, и, клянусь, я бы закатила глаза от удовольствия, прямо как чёртов оборотень. Алиса лежала на своей больничной койке и стонала. Приходил лекарь, поругал нас немного и дал очередную невкусную настойку. Зато через полчаса стало намного легче. Я даже сходила в душ и привела себя в порядок.

– Алис, ну ты как?

– Офигенно! Я уже позабыла, что такое похмелье!

К обеду мы полностью оклемались. Но лекарь настоял на повторной дозе противного антипохмелина.

На следующий день к нам в палату заплыл большой ароматный букет ярких, неизвестных мне цветов. За букетом обнаружился Арс, в другой руке сжимающий небольшой деревянный ящик, наполненный чем-то красным.

– Простите, девушки, но сегодня только цветы и клубника. – Он бросил на меня многозначительный взгляд и сунул ящик мне в руки. – Шампанского после вчерашнего я вам купить не рискнул.

– Ладно, лорд Ливарелл, сегодня вы прощены. – Я надкусила клубнику и зажмурилась от удовольствия. – Вку-у-усно.

– А вы, я смотрю, последовали совету Стине? Рубашку новую прикупили? – Алиса хихикнула, подсела ко мне и запустила руку в ящик.

– Да, совет был дельным. Спасибо, Кристина из Орска. Но я не только рубашку купил. Вот, это вам.

Арс достал из заплечной торбы два свёртка. Алисе достались красивые туфли винного цвета на высоком каблуке.

– Приличные девушки не ходят босыми, надевая красивые вечерние платья.

– Обстоятельства, видите ли. В пещерах вообще в вечерних платьях не ходят, хоть в обуви, хоть без. – Рыжая нацепила обновку и продефилировала по палате.

– Ого! – не сдержала я восхищённого возгласа. Соседка выглядела шикарно, и неважно, в платье она или всего лишь в больничной сорочке. Вот что значит длинные красивые ноги. Завидую белой завистью.

– Туфли классные, спасибо, лорд Ливарелл! – заверещала Алиса, импульсивно подскочила к Арсу и чмокнула его в щёку. Брови лорда взметнулись вверх, а рыжая как ни в чем не бывало продолжила: – Стине, а у тебя что?

Я заглянула в свой свёрток и расплылась в улыбке. Хорошо, будем считать, что шутку я оценила, лорд. Ну ты и наглец, конечно!

– Сейчас примерю. – Я направилась в ванную комнату.

– Надеюсь, нам ты тоже покажешь! – донеслась мне в спину бесстыжая просьба Арса. – Надо же оценить, подошло – не подошло!

Где-то в этих холодных пещерах я потеряла всю свою стеснительность. Теперь я совершенно иначе реагировала на поведение лорда. Забавно. В ванной комнате я вылезла из больничной сорочки и обмотала её вокруг талии подобно юбке африканских племён. Вот же нахал бессовестный! Ладно, я ему сейчас покажу, у кого совести ещё меньше. Покажу, ещё как покажу!

Спустя минуту я вышагивала модельной походкой по палате. Снизу на мне была импровизированная юбка, а сверху только новый чёрный бюстгальтер, невероятно сексуально подчёркивающий грудь.

Что Алиса, что Арс от меня подобной выходки не ожидали. Рыжая моргала округлёнными глазами. Её рука с клубникой замерла на полпути к раскрытому от удивления рту. Лорд Ливарелл собирался поставить цветы в вазу. При виде меня он уронил обёртку от букета и расплескал воду. Да-а-а. Эффектный выход у меня получился. Класс!

– Ну как? Хорошо сидит? Вам нравится, лорд Ливарелл? – игриво спросила я и слегка покружилась, словно хотела, чтоб юбка-сорочка разлетелась колокольчиком.

Алиса наконец закрыла распахнутый рот и неразборчиво крякнула.

– О-очень нравится. – Арс быстро взял себя в руки. – Тебе идёт. Всё-таки я верно определил размер.

– Вы хотели сказать: «рассмотрел»?

– Да, именно так. Скрывать не стану.

Лорд отвернулся к столику с вазой и занялся букетом.

– Ты что творишь? – Рыжая подскочила ко мне и начала шептать на ухо, пока Арс не видел. – А как же Кор? Я, конечно, рада, что ты так кардинально поменяла своё мнение относительно парней. Но Арсу голову не стоит морочить. Он не заслужил такого.

– Ой, ты ли это говоришь? Не верю. К тому же что такого-то? Во-первых, эту игру он начал. А во-вторых, на пляже в купальниках ходим. И никого ничего не смущает.

– Это на Земле. А в Ампелосе так не принято. У них все купальники закрытые. Максимум откровенности – это мини-юбки и декольте. И то это на грани приличия.

– А вешаться с поцелуями на лордов, значит, можно? Прилично, да?

– Да что на тебя нашло?

– Не знаю. Извини.

Алиса накинула мне на плечи белую больничную простыню. Согласна. Пожалуй, я немного перегнула палку. Просто он сам нарвался. Я уже не та, что раньше, я краснеть не буду. Врать и юлить тоже не буду. Поэтому решила немного прояснить ситуацию.

– Лорд Ливарелл, спасибо за подарок. Но это слишком уж интимно. Вы для меня не просто преподаватель. Вы один из нескольких, а если быть точнее, один из четырёх человек во всей вселенной, кому я могу доверять. И я бы не хотела это испортить. Прошу не воспринимать моё полуголое дефиле как некие романтические намёки. Поймите меня правильно.

– Повезло тебе, Кристина. Четыре человека, которым можно довериться, – это на самом деле очень даже много. И да, хорошо, что ты объяснила свою выходку, а то я уж было подумал… Хм-м… Что ты, как и все студентки… В общем, в свою очередь я тоже прошу тебя не воспринимать моё поведение с романтической стороны. Просто у меня характер такой. Манера общения, видишь ли. А вот сердце моё давно занято.

– Кем?! – вырвалось у одной любопытной рыжей особы.

– Хм… – Он грустно вздохнул и посмотрел на цветы. – Той, которой уже нет в этом мире. Она давно умерла. А потом умерла ещё раз.

– Это очень печально. – Я догадалась, что Арс имеет в виду Жардину. Даже не представляю, что он сейчас переживает. Похоронить свою женщину, а потом узнать, что она оборотень. Ещё и участвовать в её убийстве. Кошмар.

– Я не понимаю. Это как? – влезла Алиса. – И вы что, храните верность умершей женщине?

Блин, Алиса, ну где твоя деликатность?

Но лорд не обиделся. Всего лишь грустно улыбнулся.

– У меня есть физические отношения с женщинами. За это тебе, Йохансен, переживать не стоит. – Лорд подарил рыжей свой фирменный взгляд. Та, похоже, смутилась, потому что спрятала глаза за длинной чёлкой. Уверена, что сейчас подруга переживает очередной приступ мурашек.

– Самира теперь будет жить с вами? – нарушила я неловкое молчание.

Алиса недоумённо вытаращилась на нас. До неё, видимо, только сейчас дошло, что девочка – дочь Арса. Или ещё не дошло?

– Да, конечно, со мной. Вы не представляете, сколько я этого добивался, но леди де Фонтин была непреклонна. Мы оба понимали, что в особняке девочке будет спокойнее, чем под крылом у активного боевого мага, который пропадает то в академии, то в разъездах. Но теперь я знаю и скрытую причину такой настойчивости леди Адрианы. Жардина погибла в той войне. Всё на этом. Точка! Надо было принять эту трагедию. А теперь столько душ загублено.

– Лорд Ливарелл, простите, можно задать ещё вопрос?

Он кивнул мне, снова делая вид, что поправляет букет.

– А Самира знала обо всём? О маме? Ведь в спокойные неголодные фазы Жардина наверняка приходила к девочке в человеческом обличье.

– Нет, ребёнка в это посвящать не стали. Самира ни о чём не догадывается. И знать об этом ей не нужно, понятно?

Мы закивали. Конечно, понятно. А лорд продолжил:

– Мы провели исследование оборотня. Оно показало, что его тело сформировалось очень давно. Поэтому предполагаем, что после укуса во время вторжения леди Адриана спрятала дочь. Жардина не поборола яд, и началась трансформация. Одна-единственная – из человека в оборотня.

– Значит, обратно из оборотня в человека укушенные маги обернуться уже не могут?

– Значит, так. Мы с Камилой нашли в подземелье собрание книг. Среди них есть очень редкие и ценные экземпляры.

– Мы видели этот стеллаж, – закивала я. – В комнате с небьющимся окошком и грязной лежанкой.

– Да, там. По нашей версии оборотень сохранил остатки разума и искал возможность снова стать человеком. С помощью своей матери. Безумная старуха! Теперь ничего уже не исправить! У меня к вам будет просьба, девушки. Мы с леди де Лейн изъяли эти книги… скажем так… в личное пользование. Хотелось бы, чтобы лорд Арчибальд и другие посвящённые в эту историю маги про книги не узнали. Для них это собрание литературы представляет только антикварную ценность. А у нас есть личный интерес. Жардина была для нас… Она… В общем, мы хотим изучить все материалы сами. Нам очень нужны эти книги.

– Конечно, мы никому не скажем. Не беспокойтесь. – Я вспомнила ректора и всех этих важных шишек из министерства, которые на собрании даже слушать Арса не хотели и не верили в оборотня. Фиг я им что расскажу.

– Лорд Ливарелл, а как же Трой? Он ведь тоже замешан. Его накажут? – тихо спросила Алиса.

– Мы проводили расследование. Опросили свидетелей. Да, действительно, Трой Нандерей был с тобой в том ресторане, но вы поссорились. Ты ушла, а он остался. Это видел весь ресторан. Да, он не отрицал, что приходил к леди Адриане в особняк – в этом комиссия по расследованию тоже не усмотрела ничего криминального. У Троя на всё были заготовлены ответы. Не подкопаешься. Да и какой-либо ещё связи между ним и де Фонтин поначалу обнаружено не было. Твои показания, что ты ощущала его руки, когда он нёс тебя в обморочном состоянии по пещерам, сама понимаешь, всерьёз не восприняли. Парня отпустили.

– Отпустили?! Вы его отпустили?! Трой – подонок! Выкрутился, гад! – Алиса кипела от негодования. – Он причастен ко всему! Как вы могли его отпустить?!

– Министры совершили ошибку. Позже был обнаружен один документ – завещание леди Адрианы. Согласно этому документу, одну половину имущества она оставила Самире, а другую – Трою. Но к тому времени, когда это выяснилось, его уже и след простыл. Сигнум не определяется. Похоже, леди де Фонтин успела при жизни снять ему этот знак. А может, и не ставила никогда. Мы обратились к семье Троя, но выяснилось, что все данные в личном деле – фикция: положение в обществе, статус, финансовый уровень. Семья Нандерей оказалась вовсе не благородных кровей, а очень даже наоборот. Мягко говоря, неблагополучная.

– Ничего себе! А амбиций-то сколько было! Сволочь! – разгневанно пыхтела рыжая.

– Отчасти его стремления можно понять. Родители Троя – маги низшей категории, еле сводящие концы с концами, в долгах как в шелках. Всё это время они полагали, что их сын учится в шестнадцатой академии стихий, но никак не во Второй. А когда мы открыли им истину, они лишь выразили недовольство, что сын не делился с ними стипендией. Очевидно, Трой понял, что, несмотря на низкий уровень магии семьи, его врождённый потенциал заслуживает большего, чем обучение в скромной академии на окраине Ампелоса. Здесь я соглашусь, парень он способный. Жаль только, выбрал абсолютно неправильный путь к успеху. А мог бы далеко пойти. Сейчас комиссия ведёт розыск, но пока безрезультатно.

– Видимо, Адриана целенаправленно поднимала безродного парня на ноги, выводила в свет, чтобы потом доверить ему заботу об оборотне, – логично заключила я. – Ну, допустим, с Троем всё ясно. А индус? Он как с ними связан?

– Кто-кто? – не понял Арс.

– Томбидурай, продавец специй. Он погиб в пещере напротив комнаты Самиры, – ответила Алиса.

– Да, мы обнаружили его останки. Пока выясняем. От себя предположу, что мотивация такая же – деньги, имущество. В завещании он не упоминается, но его и в высший свет не продвигали. Можно предположить, что услуги этого человека леди де Фонтин банально оплачивала.

– Возможно, это делал Трой, а не Адриана. Не думаю, что она доверила бы такой секрет простому торговцу.

– Как знать, как знать. Среди вещей леди де Фонтин был небольшой ларец. В нём мы обнаружили странный клочок бумаги, на котором аккуратным почерком леди Адрианы было написано: «Кристина Соловьёва. Земля. 1-й курс». А под этой записью стояло размашистое и корявое: «Сделано».

– Вот же гадина! Она меня заказала! Хотела устранить, как опасного свидетеля! – Я шумно вздохнула. – Видела я этот ларец. И бумажку видела. Её Самира при мне принесла Томбидураю. Будто заказ на специи. А на самом деле, значит, заказ на убийство. Девочка точно ни при чём? Она же могла прочитать запись?

– Не могла. Текст написан на джихонском. Этот язык не входит в базу заклинания речевой адаптации. У Самиры таких знаний нет.

– Это просто ужасно – использовать ребёнка, – возмутилась Алиса.

– Согласен.

Да уж, не то слово, дамочка гаже некуда. Адриана – просто отвратительная особа. А сначала показалась такой милой старушкой. Двуличная женщина. Тварь хуже оборотня. Была. Вот только некоторые моменты у меня всё равно не увязывались. И я обратилась к Арсу:

– Непонятно, зачем тогда ликвидировать своего подручного? Того, упавшего с лестницы. Для чего оставлять опасные записи?

– Этого мы уже не узнаем, – пожал плечами лорд. – Ни к чему сейчас гадать.

– И я не только про записи из ларца. В стеллаже с книгами были досье на всех пропавших девушек.

– Да, понимаю, о чём ты. Эти записи мы с Камилой передали высшему совету.

– Меня взяли вместо Келси Сибон. Повезло ей, – протянула Алиса.

– Ей – да. А вот одному сутулому магу со сломанной шеей – не очень. Если бы только нам удалось допросить его раньше!

– Это Адриана столкнула его с лестницы. – Теперь я была в этом уверена на сто процентов. Лицо моей рыжей подруги выражало абсолютное непонимание.

– Да, Кристина. По нашей версии этот человек – один из сообщников леди де Фонтин, помимо продавца специй и Троя. Но Адриана подсуетилась. Незаметный виндбол в нужный момент – и человек уже кубарем катится по ступеням. Я тебе рассказывал, что в ту ночь слышал в поле чьи-то шаги. Поэтому после неудавшегося допроса мы сосредоточили внимание на другом сообщнике. Но безуспешно.

– Конечно, безуспешно. Лорд Ливарелл, не было другого сообщника. Тогда в поле была я.

– Ты?!

– Да, я. Поэтому для меня так было важно, чтобы вы ответили на вопрос про ожог. Я проверяла вас на вшивость.

– На что ты меня проверяла? – Арс метнул в меня ледяные молнии своего взгляда.

– Ну, солжёте или нет.

– Ты не перестаёшь меня удивлять, Кристина из Орска. Что же ты делала ночью в поле?

– Спала.

– Чего?

– Спала. Случайно вышло. Переутомилась. Я пошла подышать, прогуляться после сложного дня. К слову сказать, для меня тогда все дни были сложными. Я любовалась облаками и сама не заметила, как задремала. А потом вы с Тибоном меня разбудили, когда тащили тело.

– О, ну извините, что побеспокоили. И кстати, для прогулок у нас на территории академии предусмотрен специальный парк. А ночами выходить за первый забор вообще запрещено!

Я пожала плечами. Чего уж теперь.

– Пошла гулять туда, куда знала дорогу. Ведь на тот момент в парке я не бывала ни разу, а вот на тренировках у Ками…

– Да-а-а, Кристина. У меня просто нет слов. Что же ты сразу не сказала?

– И мне! – встряла в разговор рыжая.

– Не каждый день такое увидишь. Я была напугана. Да и не хотелось лишних проблем на свою голову. А тебя, Алиса, тем более незачем было в это втягивать. Признаться, я тебе тогда ещё не доверяла. А вас, лорд Ливарелл, и вовсе ненавидела.

– Ладно, Кристина. Всё в прошлом. Главное, что с тобой всё в порядке. С вами обеими. И даже больше, ведь так?

– Вы о чём? – настала моя очередь удивляться.

– Элис наконец-то овладела защитой. Шикарный щит, надо признать. А ты, Кристина, наоборот – совладала с агрессивной магией нападения. Что само по себе является большой редкостью, так как среди земельных магов боевиков очень и очень мало. Стихия земли предпочитает мир, а не войну: растить сады, строить здания, варить зелья… Что сказать, удивила ты нас! Да уж… Я помню ту глыбу. Не каждый пятикурсник сможет удержать такую массу. Не каждый взрослый маг земли сможет пробить непроницаемое магическое поле, созданное другой стихией, в данном случае воздушной. Именно таким полем были покрыты зеркала у леди де Фонтин. Твой врожденный потенциал, Кристина, очень высок и необычен. По правилам академии таких, как ты, нестандартных, мы должны переводить в специальную школу в Хилли. Но мы с Ками взяли всю ответственность на себя. Поэтому, если вас кто спросит, говорите, что сидели под щитом и не поняли, что и как произошло. По поводу щита – для второго курса это умение только приветствуется, поэтому для тебя, Элис, угрозы нет. А вот умение Кристины нужно пока придержать в тайне.

– Спасибо, лорд Ливарелл. – Я действительно была благодарна этому человеку.

– Тебе спасибо, Кристина. Ты мне жизнь спасла. Нам всем. Твой магический бросок оказался решающим. Камила предложила вплотную заняться твоим образованием. И разобраться с таким странным потенциалом. Определённо, здесь есть над чем подумать. Считаю, идея хорошая. Мы уже подобрали тебе в учителя опытного мага земли, которому можем доверять. Втроём мы будем проводить для тебя индивидуальные практические занятия. Тайно, конечно же. Ото всех, даже от ректора Арчибальда.

В комнате № 308 царил хаос.

– Мы так и до конца года этот бардак не разберём! Вот же уроды! – Алиса негодовала, и я в полной мере поддерживала её в этом. Перешагнув через раскиданные вещи, я направилась в уборную.

– Шиша?! Ты здесь? Мы дома!

– Ш-ш-ш-ш!

О, как много было в этом звуке радости и счастья маленького ахатина!

Вдоволь натискавшись с серой выдрой, я передала зверёныша подруге. Теперь её очередь. А мне нужно ещё кое-что сделать. Я захлопнула дверь в ванную, аккуратно сняла крышку бачка и вернула одолженные монетки. Вот теперь порядок!

По приезде в академию нас сразу же проводили в ректорат. Рабочее место леди де Фонтин было занято невзрачной женщиной средних лет, тощей, как сушёная вобла. В ректорате мы ещё раз выслушали от лорда Арчибальда инструктаж о неразглашении. Проговорили свои вымышленные легенды по нескольку раз. Лицо ректора всё ещё хранило тень сомнений. Он был сторонником высылки нас с Алисой в родной мир.

Как бы там ни было, мы с рыжей остаёмся. И это круто! Ещё одним приятным бонусом стала дополнительная прибавка к стипендии. Много это или мало, я ещё не поняла, ведь финансовую сторону этого мира я ещё не познала. Надо будет позже расспросить Алису. Зато теперь долг перед подругой закрыт, деньги возвращены в заначку. И о том, что Шиша сдал мне Алисин тайник, я рыжей рассказывать не собиралась. Впрочем, и о способностях шишки-невидимки тоже пока промолчу. Вдруг когда-нибудь представится случай разыграть соседку?

Первым делом мы привели в порядок свои кровати, вернули на место истерзанные матрасы и застелили свежее постельное бельё, выданное Энджи. Разбор всего остального бардака решили перенести на завтра. Алиса подняла с пола свою алую мантию и накинула на плечи.

– Я уже и не думала, что снова её надену. Какое приятное ощущение… Так, а это ещё что?! – Рыжая удивлённо выудила из кармана мою туфлю.

– Ой, а это моё.

– Чего ещё ты мне не рассказала? Стине! Зараза ты такая! Ну сколько можно!

Следующие полчаса пришлось распинаться о стычке в ореховом коридоре и о геройстве одного синего третьекурсника.

Утро началось с уборки. После нескольких часов распихивания вещей по своим местам в дверь постучали. Рыжая пошла открывать.

– Ты?! Какого фига тебе от нас надо? Убирайся!

– Ого, какое радушное гостеприимство! – Отстранив Алису, в комнату нагло вошёл Умбелло и окинул взором погром, который сам же и учинил.

– Разве тебя не отчислили?! – Я искренне удивилась вошедшему «конскому хвосту».

– С чего это вдруг? Ну, разнесли мы ваше жилище, подумаешь. Небольшой выговор в личное дело, и только-то.

– И только-то?! А ты больше ничего не забыл? Гад! – Какой же он… уф… слов нет приличных!

– И чего тебе здесь надо? – повторила Алиса, с нескрываемым презрением чеканя каждое слово.

– Просто хотел поговорить. Не кипятись. Нам ещё до конца года вместе в этой академии учиться. Надо как-то сгладить острые углы.

– Нам с тобой говорить не о чем! Уходи.

– И всё-таки. Я бы хотел пояснить, что к делам Троя отношения не имею. Просто помогал ему по дружбе. Но истинных мотивов мне он никогда не рассказывал, да я их и до сих пор не знаю. В курсе только, что он что-то плохое натворил и сейчас в бегах. Может, посвятите меня в детали?

– Ой, вот только не изображай глупую марионетку, Умбелло! Тебе не идёт!

– Как будто мне приятно чувствовать себя глупцом, Элис. Меня затаскали по допросам. А я и сам ничего толком не понимаю.

– Перестань. Хочешь сказать, что тот инцидент в ресторане не подстроен? Свидание со «сногсшибательной» немагичкой.

– Подстроен, конечно. Трой хотел, чтобы ты его публично бросила. Так и вышло. Ты повелась на провокацию. Но в этом тоже нет ничего криминального.

– Врёшь! Если Трой хотел расстаться, он мог бы просто подойти и сказать об этом. К чему устраивать спектакль?

– Репутация, статус. Вроде как ты его бросила, а он такой хороший, страдает и переживает. Он для тебя всё делал: и с учёбой помогал, и с зачётами. А ты оказалась глупой бездарностью, к тому же жуткой ревнивицей. В глазах общественности он был бы на высоте. Любая бы поспешила его утешить.

– Глупой?! Бездарностью?! Что за бред!

– Не бред. Келси всем рассказала, что ты полный ноль в магии. Даже элементарные основы создать не можешь. Ты аутсайдер, Элис. А Трою по статусу нужна была девушка с хорошим уровнем магических способностей. Он уже давно поговаривал о разрыве с тобой.

– Заткнись, Бело!

– Элис, послушай, я не он. У меня таких принципов нет. Я всего лишь хочу помочь тебе. Дам тебе несколько уроков, объясню, что к чему. Тебя не взяли бы в академию, будь ты пустышкой. Просто нужен толковый учитель. Только и всего.

– Заткнись! Мне от тебя ничего не нужно!

– Глупо отказываться! Вот, смотри! – Он лёгким движением руки зажёг искру и превратил её в пламя. Потом это пламя медленно начало разрастаться, образуя круглую вертикальную плоскость. – Основа щита. Я тебе каждое движение, каждый пасс расскажу и покажу в деталях. У нас хорошие перспективы.

Он шагнул к Алисе, она отступила.

– Какие ещё перспективы?! У каких таких нас?! И вообще, магия в комнатах запрещена! Убери свою тарелку!

– Ты что, совсем не понимаешь, Элис? – Он таки приблизился и схватил рыжую за плечи. – Скажу прямо: днём учимся, вечером развлекаемся. Вдвоём.

Умбелло прошёлся по моей подруге пожирающим взглядом.

– Лапы свои убрал! – Она скинула его руки.

– Ты ничего такая. Фигурка что надо. И я в курсе, что ты предпочитаешь отношения, свободные от любви и прочих сложностей. Меня это устраивает. Так какая разница, я или Трой? Тебе не всё ли равно, с кем спать?

Хлёсткая пощёчина оставила на его щеке розовый след.

– Пошёл. Вон. Отсюда.

– Дура! Не понимаешь, что одна не справишься и вылетишь отсюда к концу года!

– Это мы ещё посмотрим! Да я лучше с Гарвишем буду встречаться или с сопливым первокурсником, чем с такой тварью, как ты! Проваливай!

На щеках Умбелло напряглись желваки, взгляд с похотливого сменился на злобный. Он сжал кулаки, и вся его ненависть обратилась двумя огненными файерболами. Пламенные шары угрожающе зависли в воздухе.

Мы с Алисой, словно опытные прожжённые боевики, мгновенно среагировали на агрессию. Моё тело рефлекторно приняло боевую стойку, а разум обратился к камням в коробке возле шкафа. Одновременно вспыхнул алой пеленой щит подруги. Полноценный, большой, прикрывающий нас обеих. Воздух был густым и наэлектризованным. Камни висели в воздухе, окаймляя огненный щит, и агрессивно подёргивались в сторону врага.

Видимо, зрелище было настолько шокирующим, что самонадеянный гад растерял всю свою концентрацию, и его файерболы развеялись, оставив после себя лёгкую дымку.

– Предлагаю новую сделку, – ледяным тоном нарушила тишину Алиса. – Терпим этот год друг друга, сводя все контакты к минимуму. Ты не трогаешь нас, мы не трогаем тебя. Ты заканчиваешь учёбу и валишь из академии ко всем чертям. Всё ясно?

– Ясно, Элис. Почти всё. Кроме одного. Какого фига ты притворялась бездарностью?!

– Это тебя не касается. Теперь прошу покинуть нашу комнату.

Умбелло шагнул в сторону двери. Но притормозил и взглянул на меня и на мои камни.

– Ты не трогаешь нас, Бело, мы не трогаем тебя, – повторила Алиса.

Он молча вышел.

– Вот же урод! – возмутилась я. – Если б он только о школе в Хилли заикнулся, я бы его точно камнями зашибла!

Я аккуратно вернула камни в коробку, мысленно проворачивая в голове способы незаметного избавления от трупа. Шиша со своими способностями наверняка не отказался бы помочь. Но озвучивать эту мысль я не стала. Подруга и без того кипела, пыхтела и отборно материлась.

– Алиса, а ты ему веришь? Ну, что он не знал про оборотня?

– Про оборотня, может, и не знал. Но про остальное… Неизвестно, что Трой ему наплёл. Ну какие же сволочи, а! Оба! Да как только у Бело хватило наглости после всего сюда явиться, да ещё и с такими предложениями?!

– Ты у нас девушка видная… Расценивай это как комплимент. Я ещё в свой первый поход в столовую заметила, как он на тебя пялился. Гад! Вся эта ситуация меня напрягает. Ещё и свои способности ему показали. Надо всё-таки Арсу рассказать.

– Ага, расскажи, как в первый же день ослушалась наказа и проявила себя во всей красе, да ещё перед этим уродом. Надеюсь, Умбелло не дурак. Будет молчать. Мы ведь тоже можем на него пожаловаться: обыск в нашей комнате, файерболы, угрозы.

– Меня это всё порядком утомило. Алис, пойдём-ка лучше прогуляемся. Я тебе кое-что показать должна. Сейчас самое время.

У развилки в лесу мы свернули вправо и поковыляли по неровной тропинке.

– Не могу поверить! Алиса, ты здесь уже второй год, а о баре под носом академии не знала. Как так?

– Да я и предположить такого не могла. Трой меня никогда туда не водил, может, и сам не знал об этом месте. Хотя наверняка знал. Может, с другими там зависал. Плевать.

– Надеюсь, твой парень получит своё сполна. Когда-нибудь.

– Не мой!

– Не твой, ладно. Ага, вот и пришли.

На поляне кособокая землянка утопала в солнечных лучах. Над её заросшей травой кровлей в брачном танце вились чёрные бабочки, усиливая отталкивающий эффект, который производил бар. Он словно пробовал на смелость желающего пропустить по стаканчику: решится ли он войти или нет.

– На вид как-то не очень, – сдала назад подруга. – Ты уверена, что не перепутала дорогу?

– Здесь одна дорога. Кстати, я в прошлый раз здорово струхнула. Интерьер внутри ещё ужаснее, чем снаружи. Дизайнера бы им толкового нанять. Ну всё, заходим.

Я взяла Алису за руку, подвела к землянке и распахнула дверь. Тут же ощутила рефлекторную попытку подруги сбежать отсюда. Оно и понятно. Уж больно эта землянка напоминала ту пещеру, особенно проход к личным апартаментам оборотня. Те же стены, деревянные балки на потолке, светящиеся бледным светом камни. Я крепко держала Алису.

– Просто вдохни. Не бойся.

– Кофе?! Пахнет кофе?

– Конечно! А ты думала, что я тебя средь бела дня потащу пить водку? Может, как-нибудь в другой раз, а сейчас я хочу чашечку ароматного кофе.

– Чего сразу водку? Может, я о дайкири мечтала. Но кофе сейчас, конечно, лучше.

За массивным дубовым столом в этот раз сидели трое парней. И пили они явно что-то алкогольное. Студенты приветливо помахали нам и пригласили за стол. Но я проигнорировала их полупьяный призыв и повела Алису вглубь зала, к барной стойке.

– Добрый день, Рэй.

Высокий бармен стоял в тени с надвинутым на лицо капюшоном. Алиса заметно напряглась, но я всё ещё крепко сжимала её руку. На моё приветствие он ответил едва заметным кивком.

– Можно нам по чашечке ароматного напитка? Только самого обычного. Без всяких добавок. Классику.

Я положила на стол пару монеток. Не знаю, какие здесь расценки, но бармен снова кивнул, взял деньги и занялся работой. Мы с подругой взгромоздились на высокие табуреты, а парни за столом принялись вполголоса обсуждать наши филейные части. Да пофиг.

– Здесь так странно. Насчёт интерьера ты права, действительно пугает. Может, в иных обстоятельствах эта полумрачная атмосфера воспринималась бы иначе. Но после всего пережитого у меня мурашки. Не такие, как от взгляда лорда Ливарелла, а прямо брр-р. Ладно хоть мужики как в любом обычном баре! Слюни пускают на красивых девушек. – Рыжая немного расслабилась и даже лукаво хихикнула. – Вот тот, что с краю сидит, вроде ничего такой, симпатичный. Как думаешь?

– Думаю, что меня это не интересует.

– Ну да, ну да. Ты с ним уже виделась?

– С кем? А, поняла. Нет ещё. – Мне стало грустно. – Я забегала в библиотеку, но его не было. И я не знаю, как с ним связаться. Я вообще ничего о нём не знаю.

– Не грусти, Стине. На то, что он не пришёл, могла быть тысяча причин. Может, он не знал, что ты вернулась. Может, заболел. Может, уехал по делам. Да мало ли что! Нет, всё-таки кофе здесь отменный, как в самых лучших кофейнях.

Рыжая шумно вдохнула пар из чашки.

– Они зовут его ароматным напитком Рэя, – проинструктировала я рыжую, а та в ответ усмехнулась. – А что до «заболел», то вряд ли тут распространена такая отмазка. Это магический мир, Алис. Здесь всё иначе. А я соскучилась, понимаешь. У меня внутри всё ноет от тоски. А насчёт кофе ты права… Рэй, спасибо, напиток выше всяких похвал!

Бариста снова одарил меня лёгким кивком. По направлению капюшона было видно, что он начал прислушиваться к разговору парней за столом. Я спиной ощущала липкие, пошлые взгляды. Хотелось верить, что «людоед» в случае чего заступится.

Но накала страстей не случилось, так как кривая массивная дверь впустила в бар нового посетителя в синем плаще.

– Привет, дорогая. Я так скучал! – Эйдан плюхнулся на табурет рядом со мной, по-свойски водрузил руку на мою талию и чмокнул в щёку. На его голове до сих пор красовались следы бурой ссадины.

– Привет, дорогой. Прости меня за этот кошмар. – Я скользнула пальцем по его синяку.

– Ты же знаешь, каких извинений я от тебя жду.

Он опустил руку ниже.

– Эй!

Это уже перебор. Я скинула его руку. Алиса с любопытством наблюдала за нами, а мне вдруг пришла замечательная идея.

– Послушай, Эйдан, видишь вот эту красивую рыжую девушку? Она сейчас абсолютно свободна, и её душа требует химии, а тело – физики. Понимаешь?

– Стине! – вскинулась Алиса. – Ты что несёшь!

Взгляд водника обжёг декольте подруги. Говорят, что огонь и вода – стихии неуживчивые, но ведь известный факт, что противоположности притягиваются. А в этом мы им сейчас поможем.

– Рэй, будь добр, повтори нам ещё по чашечке. Мне классику, а этим двоим твоего фирменного, пожалуйста. – Я широко улыбнулась бармену и даже подмигнула, чтоб уж точно понял намёк.

Эйдан быстро просёк фишку, подарил мне ехидную улыбку и сам заплатил за напитки.

– Прости меня, Кристина, но сегодня я повстречал другую. – Водник задорно подмигнул, снова чмокнул меня в щёку и передвинул свой табурет ближе к Алисе.

Ну и позёр! Я от души рассмеялась. Отлично! Пора открывать брачное агентство и подрабатывать свахой. А Алиса одарила меня убийственным взглядом, но от синего не отстранилась, чертовка.

Бармен поставил чашки перед потенциальной парочкой. Эйдан уже одной рукой обвивал талию подруги. Рыжая наигранно зашипела и отпила из кружки. Всё. Глаза моей соседки заблестели и буквально пожирали водника. Он тоже пригубил кофе. Но, сдаётся мне, ему это любовное зелье без надобности. Я порадовалась за новоиспечённую парочку и вернулась к собственным любовным печалям.

Вчера вечером, как только приехали, я с такой радостью неслась в библиотеку! Так хотелось обнять Кора. Прижаться щекой к его телу, сводящему меня с ума. Почувствовать пламя поцелуя… Но, прождав полночи, была вынуждена вернуться к себе.

Я расстроена. Да, чёрт возьми, расстроена! Чем больше я думала об этом, тем ниже падало настроение. Даже кофе уже не радовал. Я посмотрела в свою чашку. А это ещё что?! На красивой густой пенке сердечком сидело несколько зёрен, которые я могла узнать где угодно. Кориандр… Что?!

Я во все глаза уставилась на бармена и чуть не свалилась с табурета. Рэй слегка откинул капюшон. Из-под него выбились пряди длинных волнистых волос. Лёгкая улыбка страстных губ сияла для меня во мраке бара.

«А в землянке людоед, заходи-ка на обед». О боги! Кор, Рэй, людоед, библиотечный маньяк. Всё едино! Сердце ускорилось, по телу разлилось приятное тепло. Я едва подавила нестерпимое желание перемахнуть через барную стойку и впиться в эти манящие губы.

Я покосилась на дверь за спиной Кора. Есть ли в служебном помещении кровать? Хотя когда нас останавливало её отсутствие? Но Кор тихонько отрицательно покачал головой. Я закусила губу. Как же хочется снова оказаться в его объятиях!

Кор, то есть Рэй, незаметно для окружающих достал из-под стойки какую-то книжку, повертел в руках и убрал обратно. А потом он потёр свою ключицу, бесшумно клацнул зубами, улыбнулся и скрылся под капюшоном. Я прочитала каждый его жест и намёк на свидание в книжном царстве тоже поняла. По каким-то причинам он не хотел раскрывать себя перед посторонними, выдавать наши отношения. Ну и ладно. Это меня не смущает. Главное, что мы увидимся сегодня. Бармен. Подумать только… Так, надо ведь уточнить время встречи.

Алиса вовсю флиртовала с Эйданом, и они уже перешли к поцелуям.

– Эй! Может, в нашу комнату пойдёте? На сегодня она свободна.

– А ты? – удивилась подруга и, кажется, даже нахмурилась.

– А у меня на вечер большие планы! – сказала я нарочито громко.

– Уж не на свидание ли собираешься? – Эйдан подмигнул мне и крепче сжал Алису.

– Ага, на свидание с книгами в библиотеке. Мне ректор Арчибальд безлимитный круглосуточный допуск дал, чтобы я всё успевала. И так уже столько занятий пропустила! Пойду сразу к закрытию. Не люблю всю эту суету и ворчание старой карги. Хочу почитать в одиночестве. Так что комната в вашем распоряжении.

– Кристина, ну ты всё-таки ботаничка! – притворно возмутился водник. – Ужас! Понятно, почему у нас с тобой не особо клеилось. Впрочем, дело твоё, а за комнату спасибо.

– Только смотри, не перетрудись там. – Алиса понимающе захихикала.

– И тебе того же!

Кор улыбнулся и снова легонько кивнул. Он придёт. Сегодня он точно придёт! А я даже знаю, какую пикантную обновку надену на встречу.

Мы ещё немного посидели в баре, наслаждаясь чарующим напитком и болтая о том о сём. Эйдану мы о наших истинных злоключениях, конечно, рассказывать не стали. После землянки втроём прогулялись по лесу, вдыхая аромат свежей листвы и полевых трав. А вернувшись в академию, водник повёл нас на собрание в дальний корпус. Оказалось, сегодня намечалось какое-то важное мероприятие и был объявлен общий сбор всех студентов. Этого мы с рыжей не знали. Снаружи корпус ничем не отличался от прочих. Разве что длиннющей очередью перед входом.

– Странно, – протянула Алиса.

– Да. Странно, – повторил Эйдан. – Никогда раньше таких очередей не было.

Я лишь пожала плечами. К очередям я ещё в России-матушке привыкла. А вот что действительно странно, так это то, что ни Арс, ни Ками, ни даже ректор почему-то нас о собрании не уведомили. Может, забыли?

Простояв минут двадцать, мы наконец достигли дверей. Ого! Понятно. Причиной столпотворения стали двое магов, стоящих перед входом и проверяющих запястья студентов.

– Что происходит, профессор Дафино? – поинтересовался водник и протянул руку одному из магов.

– Не стоит беспокоиться, обычный учёт студентов. Всё. Проходите. Следующий.

Зайдя внутрь, я ахнула. Это был мир роскоши и помпезности. Настоящий концертный зал оперного театра. Я словно попала в итальянский «Ла Скала». Шик, блеск, партер, балконы, галерея… Ну ничего себе!

Каждый сантиметр пространства дышал дороговизной и масштабным великолепием. Рельефный потолок сверкал позолотой… или золотом? Огромная многоярусная люстра являла собой сложный дизайнерский арт-объект и искусно отражала символы всех четырёх стихий.

Эйдан занял места в четвёртом ряду. Алиса села между нами. Я была не против. Помещение наполнялось студентами.

– Офигеть, какой зал красивый! Я впервые в таком месте!

– А я уже была здесь пару-тройку раз. Но первое впечатление было такое же, как у тебя сейчас, Стине.

Преподаватели рассаживались на первых двух рядах. Среди них я заметила несколько человек с большими блокнотами. А немного привстав, увидела, что они старательно зарисовывали то, что видели перед собой. А именно сцену.

– Это газетчики, – пояснил синий. – Они готовят зарисовки, потом добавят на них действующие лица.

– Папарацци по-нашему. Журналисты, – добавила Алиса. – Рисунки – это всё, на что они способны, фотоаппаратов-то в этом мире нет.

– Понятно.

Эйдан повернулся и начал о чём-то болтать с парнем, сидевшим в ряду позади нас. С краю в первом ряду я заметила знакомый профиль. Я хотела окликнуть, чтобы поздороваться, но передумала. Грустная белокурая девочка сидела ссутулившись и отстранённым взглядом смотрела в одну точку. Бедная Самира. Надеюсь, у Арса получится найти к ней подход и…

– Стине, уж не в нашу ли честь этот парад? – вклинилась в мои невесёлые размышления рыжая подруга. – Может, объявят о нашем триумфальном возвращении?

– Сомневаюсь. Скорее уж проведут инструктаж по безопасности. В стиле: не ходите поздно вечером по ресторанам, возвращайтесь в академию засветло… Про нас вряд ли будут говорить. Ректор Арчибальд ясно дал понять, чтоб мы держали язык за зубами.

– Стине, это так несправедливо! Сволочи!

– Тише ты.

– О чём шепчемся, девчонки? – Водник приобнял подругу за плечи.

– Да так, обсуждаем эту офигенную мега-супер-пупер люстру.

Спустя четверть часа свет в зале погас. На сцену под аккорды торжественно-печальной музыки вышел ректор академии.

– Добрый день, дорогие коллеги и студенты Второй академии стихийной магии. С сожалением в сердце я вынужден собрать всех вас по столь печальному поводу. С грустью сообщаю вам, что всеми любимая леди Адриана де Фонтин покинула этот мир. Универсальные лекари несколько дней бились за её здоровье, но всё было тщетно. Эта потрясающая женщина навсегда останется в наших сердцах. Она была доброй, искренней…

Я крепко стиснула руку Алисы. Меня потряхивало от негодования и злости. Всеми любимая… Добрая… Ага, сто пятьсот раз. Вот же уроды лицемерные! Зачем только мы сюда вообще пришли?! Слушать это наглое враньё?!

Алиса не выдержала первой. Она резко встала и направилась к выходу. Я последовала за подругой. Наш поступок вызвал неодобрительные вздохи и шиканье сидящих.

Да пошли бы вы знаете куда?!

Мы выскочили на улицу злые и расстроенные.

– Да как они вообще посмели?! Поют дифирамбы этой старой гадине! Да если б они только знали!

– Знали что? – К нам приблизилась молодая женщина в лёгком брючном костюме. На плече у неё висела портфелеобразная сумка, из которой выглядывал кончик большого блокнота. Я сразу поняла, что она из журналистов.

А что? Может, вывалить ей всё, что мы знаем, всё, что пережили в пещерах? Это будет сенсация. Бомба. Пушка. Справедливость наконец восторжествует.

Похоже, Алиса рассуждала так же. Подруга было раскрыла рот, чтобы вывалять в грязи нашего ректора и честь академии, но меня вдруг осенило.

– Без комментариев, – сухо отчеканила я, схватила рыжую под руку и стремительно повела прочь.

Женщина пошла за нами, что-то елейно говорила, но я лишь отмахивалась. Вскоре газетчица отстала.

Мы вернулись в нашу комнату.

– Ты права, Стине. Нельзя ничего рассказывать, тем более журналистам. Я почти сорвалась. Так хочется, чтобы все узнали правду! Но расстаться с магией я не могу. Даже не представляю, что было бы, если бы нас депортировали. Спасибо, что хоть у кого-то из нас хватило мозгов мыслить здраво.

– Знаешь, Алиса, дело даже не в магии и не в угрозах лорда Арчибальда. И не в возвращении на Землю. Я видела в зале Самиру. Понимаю её во многом. Сама росла без родителей. Это невероятно тяжело. А теперь девочка потеряла единственного родного ей человека, пусть и такого дрянного. Но всё же внучку Адриана любила. Девочка ведь не виновата.

– Но теперь у неё есть отец.

– Есть. Арс – хороший человек, и у них дружеские отношения. Но он всё равно пока для неё посторонний. Поставь себя на её место. Она всю сознательную жизнь жила с бабушкой. И вот теперь бабушки не стало, а приходит друг семьи и говорит такой: «Здрасте, я твой папа, давай жить вместе». А где же ты раньше был, «папа»? Лорду Ливареллу придётся нелегко. Нужно будет всё объяснять Самире, пробивать дорогу к её сердцу, заслуживать доверие. Девочке и так очень непросто. А тут мы возьмём и повесим на неё ярлыки типа «дочка оборотня», «внучка убийцы»… Это же клеймо на всю жизнь. Она такого не заслужила.

– Да, действительно. Ты права, Стине. Я об этом не подумала. Самиру и правда очень-очень жаль. Но дети не отвечают за грехи родителей. Мы ей всю жизнь сломаем, если разболтаем правду.

После этого разговора нам обеим стало легче. Ведь истина могла загубить ни в чём не повинную жизнь. А тем, кто уже погиб, это не помогло бы.

Как у нас говорят, камень упал с души. Мы с рыжей обнялись, выдохнули и отпустили ситуацию. Всё. Настало время перевернуть эту страницу.

– Алис…

– М-м-м.

– А ведь у тебя вечером гости. – Я подмигнула рыжей. – Надо бы с уборкой закончить.

Вечером, перепрыгивая через три ступеньки, я мчалась на долгожданное свидание. По моим подсчётам, библиотека только что закрылась, а основная масса студентов стекалась в столовую на ужин. Не успела я отделиться от общего потока, как оказалась пойманной за руку.

– Проголодалась? – спросила Ками и потянула меня подальше от любопытных ушей. Бинтов на ней уже не было, зато красовались красные туфли-лодочки.

Э-э-э… Можно и так сказать. Я кивнула.

– Сожалею насчёт собрания. Вас с Элис там не должно было быть.

– Не надо, Ками. Всё. Проехали.

– Кристина, я просто хотела сказать, что весь этот показательный цирк был устроен с целью проверки сигнумов всех студентов. Всё остальное – фарс.

– Да? А как же Самира? Для неё это тоже цирк и фарс?

– Не говори ерунды. Конечно, нет. Но думаю, тебе было бы интересно узнать, что по результатам проверки у некоторых студенток, в том числе и у тебя, обнаружились специфические повреждения сигнумов. Мы полагаем, что леди де Фонтин заранее «отмечала» девушек, ещё при их поступлении в академию. То есть у неё были кандидатки про запас, так сказать. Пойми, собрание стало вынужденной мерой. Прикрытием, не вызывающим переполоха и неудобных вопросов среди учащихся. Вы с Элис не должны были…

– Ками, послушай, я устала. Устала от всей этой истории. Всё. Хватит. Сейчас я хотела бы просто пойти… м-м-м… спокойно поужинать. Вот и всё.

– Понимаю. Хорошо. Конечно, иди.

Я смешалась с толпой студентов, а затем из лобби незаметно повернула в коридор, обшитый ореховым деревом и ведущий в медицинский блок. Разговор с Ками был не очень приятным, но ничто не могло испортить моё настроение и предвкушение долгожданной встречи. В этот раз я с ходу нашла нужную панель с тайной дверью в книжное царство.

Попав внутрь с помощью своего новенького пропуска, я поняла, что выбрала верную тактику, не став ломиться через парадный вход. В библиотеке студентов уже не было, но свет ещё горел. А вдали из-за высокой стойки доносилось ворчание вредной старушки с гулькой на голове.

Я осторожно, как мышка, кралась меж стеллажей в сторону того памятного закутка с хламом и сломанным креслом. Ведь именно на него намекал Кор, потирая ключицу. Надеюсь, он не в обиде за тот укус. Надо впредь держать себя в руках.

Добраться до закутка мне так и не довелось. На полпути я явственно уловила пронизывающий взгляд Кора. Точнее, Рэя. Было так непривычно произносить это имя. Рэй. Сердце затрепетало. Я замедлила шаг. Да где же ты?!

Рэй не заставил себя долго ждать. Свернув за очередной поворот, я уткнулась носом в мужскую грудь. Лёгкий аромат кориандра блаженно проникал в сознание. Сильные руки крепко прижали меня. Мы стояли и молчали. И одно это уже было восхитительно.

Где-то позади библиотекарша громко пробормотала магическую тарабарщину, и секция за секцией стали погружаться во мрак. Я слегка отстранилась и заглянула в глаза Рэя. Миндально-карие… Старалась успеть запомнить каждую чёрточку его лица. Ещё миг – и свет над нами погас. Через пару минут хлопнула входная дверь, и мы наконец остались наедине.

– Дурочка ты моя. Ну куда же ты полезла? – шепнул мне на ухо Рэй. – Зачем поехала в самое логово?

– Хотела помочь подруге. В тот момент это казалось мне самой разумной идеей.

– Сумасшедшая.

– Да, немного. – Я снова прижималась к его груди. – Рэй?

– М-м?

– Но ты ведь сам дал мне подсказки. Книгу Крайнэ про Стреланд и архивные газеты. Ты…

– Да, дал. Но я не предполагал, что ты настолько отчаянная, Крис.

– Хм. А чего ты хотел? Чего добивался?

– Я рассчитывал, что ты передашь всю информацию высшим магам.

– Ха! Серьёзно?! – Я фыркнула. – Как будто это так просто! Я передала, конечно. Но представь себе, мне никто не поверил! Только мятный настой предлагали. Подумали, что я совсем того – заучилась. Мне с трудом удалось убедить Арса и Ками. То есть лорда Ливарелла и леди де Лейн. А почему ты сам не сообщил высшим магам? Тебе бы наверняка поверили. Ты же не какая-то иномирная студентка-первокурсница.

– Ошибаешься, Крис. У тебя шансов было гораздо больше.

– Это ещё почему?

– Потому.

Я почувствовала, как Рэй внутренне напрягся. Он не хотел говорить. Он не хотел объяснять.

– Но лорд Ливарелл наверняка прислушался бы к тебе, Рэй!

– Ливарелл… Хм.

– Да! Он хоть и мужлан, выпендривается много и шуточки сальные отпускает, но он… как бы это сказать… нормальный и добрый внутри. Арс поверил бы тебе, точно-точно.

– Нормальный, добрый… Да ещё и спас тебя от мучительной гибели. Настоящий герой и храбрец, да?! – Рэй разомкнул объятия и резко отстранился. – Ты что, влюбилась в Арсгорна, Крис?

Что-что?! Я такого поворота не ожидала и была крайне удивлена этой необоснованной ревностью.

– Рэй, ты чего?! С ума сошёл? Ни в кого я не влюбилась! Точнее, не так… Я влюбилась, но не в Арса, какие бы он там подвиги ни совершил. Он добрый, да. Он хороший, да. Он спас, да. И я благодарна лорду Ливареллу за это. И Камиле де Лейн тоже. Спасибо им. Но ты злишься напрасно. Рэй, моё сердце бьётся быстрее только от одного твоего взгляда, понимаешь… твоего.

Последние слова дались мне очень непросто. Фактически это было признанием. Моим признанием мужчине, которого я видела всего несколько раз, которого я совсем не знала, но как раз в этом и был парадокс. Несмотря ни на что, мне казалось, что это мой человек, что он и есть тот самый. Я каждой клеточкой ощущала в нём родственную душу.

Я взяла Рэя за руку, крепко сжала и спрятала лицо, уткнувшись в его рубашку.

– Сам ты дурак. Неужели не видишь?

Он выдохнул и с силой прижал меня к себе.

– Ты моя, Крис. Ты только моя.

– Да. Твоя.

После таких слов я ожидала поцелуя, но его не последовало. Вместо этого Рэй повёл меня к тайному выходу из библиотеки.

– Ты… Ты прогоняешь меня?

Я готова была разреветься, но Рэй ласково поцеловал меня в щёку. В этот раз он вышел в коридор вместе со мной и повёл в сторону медицинского блока.

– Куда мы идём? К лекарю? Зачем? Рэй?

Он не ответил. Лишь крепче сжал мою руку. Принято здесь, что ли, игнорировать вопросы? У меня случилось дежавю. Рэй напомнил мне Арса в тот день, когда мы ехали на бал. Та же игра в молчанку. Ампелосцы, блин. Интриганы фиговы. Хотя, надо признать, в тот раз я была напугана неизвестностью, а теперь была готова идти за Рэем куда угодно, полностью доверившись и больше не задавая никаких вопросов.

Но до лекаря мы так и не дошли, а остановились перед ореховой панелью, на вид такой же, как и все остальные в этом коридоре. Ещё одна потайная дверь! Офигеть как круто!

Перед нами открылся узенький коридорчик, который в скором времени вывел в холл преподавательского корпуса. Место я узнала сразу же, ведь уже бывала здесь. Мы поднялись на четвёртый этаж, немного пропетляли по коридору и оказались возле дубовой двери без номера.

Рэй открыл её и увлёк меня внутрь. Сначала я не видела ничего. После освещённого коридора глаза какое-то время привыкали к царящим здесь потёмкам. Спустя несколько секунд я поняла, что включать свет никто не то чтобы не собирается, его здесь попросту нет. Сгущающиеся сумерки слабо освещали комнату, но очевидно было, что в ней нет ни люстр, ни светильников. Я рассмотрела очертания мебели – посреди комнаты расположился овальный стол, накрытый скатертью, кажется, даже с бахромой. Вокруг него были расставлены четыре стула с витиеватыми спинками. У окна примостилось высокое кресло, словно его хозяин привык любоваться звёздным небом. Напротив стоял грузный шкаф, слегка прикрываясь тяжёлой портьерой, будто стеснялся своего выпяченного пуза. А у дальней стены занимала место широкая кровать. Именно в момент созерцания последней моего уха коснулся будоражащий шёпот: «Ты моя».

Рэй властно подхватил меня на руки, впиваясь голодным поцелуем в губы. По телу побежали искры.

Сквозь густую дрёму я ощутила, как осторожно разомкнулось кольцо мужских рук. Кончиком сонного сознания уловила лёгкий поцелуй в макушку.

Слуха коснулся шум далёкого дождя. Или не дождя, а душа. Да, точно, душа.

Клац! – закрылась входная дверь…

– Апчхи!

– М-м-м. Будь здоров, Рэй!

Как же не хочется просыпаться! Я сладко потянулась и повернулась на другой бок в расчёте на обнимашки, но моя рука нащупала лишь пустую половину постели. Простыня ещё хранила тепло мужского тела и аромат кориандра.

– Апчхи! – прозвучало прямо над моим ухом.

Стоп, что? Не поняла. Кажется, я помню сквозь сон, что Рэй уходил.

Я осторожно разлепила один глаз, а потом резко и второй. Боже, если бы пару месяцев назад, в родном мире, я бы оказалась в подобной ситуации, то весь дом слышал бы мои истошные визги. А я сама мчалась бы куда подальше, сверкая пятками.

Прямо перед моим лицом, на подушке Рэя, сидело нечто. Размером чуть меньше кошки, чуть больше кролика. Пушистость умеренная. Цвет непонятный – коричневый с примесями зелёного, узорчатость как у жирафа, черепахи и питона, вместе взятых. Но не это главное. Мордочка у зверёныша была довольно специфичной. Острый нос заканчивался короткими бежевыми… э-э-э… щупальцами. Маленькие чёрные глазки посажены довольно широко друг от друга. Оно внимательно меня изучало и периодически тёрло свой странный нос плоской широкой лапкой.

Что ты такое? Я была в лёгкой растерянности, но никаких попыток визжать, кидаться в зверька подушкой или бежать я не предпринимала. Потому что на каком-то неведомом молекулярном уровне ощущала исходящие от него любопытство и интерес. Ни капли агрессии.

Пока я анализировала ситуацию, зверёныш чихнул в третий раз. Это было так смешно и мило, что я недолго думая ухватила это шерстяное недоразумение, прижала к себе и укрыла одеялом. Нет, ну а что? Чихает же, наверное, замёрз.

Оно немного поёрзало в моих объятиях, но не прошло и пары минут, как из-под одеяла стало доноситься посвистывающее сопение. Милота просто зашкаливала. Ох, малыш, а у меня в шкафу, на полке с пижамой припрятано для тебя угощение. Небольшой мешочек с кориандровыми зёрнами. Не забыть бы захватить его в следующий раз.

В том, что следующий раз будет, я ни капли не сомневалась.

Я оглядела комнату. Теперь, в свете просыпающейся зари, я поняла, что вчера мне не померещилось. Здесь и правда не было никаких намёков на искусственное освещение. Никаких светильников, люстр или бра. Ни огарочка свечи. Рэй определённо любитель темноты. Может, он вампир? Да не-е-е. Тогда он меня уже слопал бы. Ещё в то наше знакомство в библиотеке. Блин! Какой же он всё-таки скрытный и непонятный. Что за тайны хранит?

В свете последней заварушки с исчезновением Алисы я уверовала в свои дедуктивные способности. И кажется, теперь у меня появился новый объект для расследования. Я начала с осмотра помещения, но ничего примечательного среди мебели не выявила. Разве что преобладала цветовая гамма зелёных тонов. Это наталкивало на мысли, что жилище принадлежит магу стихии земли. Но ведь Рэй – бармен в землянке. На таких должностях в Ампелосе работают только обычные люди без магического потенциала. Поэтому я была уверена, что он из их числа. Из простых, так сказать. В общем, с этим вопросом тоже надо разобраться. Не то чтобы это имело какое-то значение для наших отношений, просто во мне взыграло обычное женское любопытство.

Осторожно, стараясь не разбудить сопевшего зверёныша, я выбралась из кровати и прошлась по комнате. Нет, шариться в пузатом шкафу не стала. Это было бы совсем неправильно.

За дверью в дальнем конце помещения обнаружилась ванная комната. О, а вот душ сейчас очень кстати. Полотенце, к слову, было такое же, как и моё, выданное Энджи – оливковое, академское. Что опять-таки указывало на мага земли. Или Рэй просто любит зелёный цвет?

Я привела себя в порядок, подоткнула одеяло непонятному, но милому зверьку и вышла в коридор, плотно прикрыв за собой дверь. Уже светает. Надо успеть добраться до своей комнаты незамеченной. Очень надеюсь, что Эйдан, если и воспользовался моим предложением, то уже удалился из нашего с Алисой жилища. Хотелось бы избежать лишних расспросов. К тому же нужно собрать учебники и тетради на сегодняшние пары. Прогуливать я не собиралась. И так уже очень много пропустила. Ах да, ещё бы про синий пузырёк в шкафу не забыть.

Но один момент я всё же должна уточнить.

На двери апартаментов Рэя нет номера. Что ж, это не повод отчаиваться. Я прошлась по извилистому коридору и обнаружила следующую дверь с номером 404, ещё дальше нашлась дверь 405. Логично предположить, что сегодня я провела ночь в комнате с номером 403, так? Так. В этом я убедилась, обнаружив на обратном пути после моей двери без номера цифры 402 и 401.

Я тихо спустилась в холл преподавательского корпуса. Столкновения нос к носу удалось избежать только благодаря моему любопытству и небольшой задержке на четвёртом этаже. Поэтому я исподтишка наблюдала, как Унция, покачивая тяжёлыми бёдрами, украдкой пересекла холл и направилась в сторону студенческого корпуса. Хорошо, что она не оглянулась и меня не увидела. На этот раз мне есть что скрывать. И всё же интересно, к кому из преподавателей она наведывается ночами? Возможно, это будет моим следующим расследованием, а пока у меня другие задачи.

Я подошла к стенду с номерами апартаментов и именами преподавателей. Так… Ага, вот 401, 402… Стоп! Что?! Напротив номера 403 значилось «лорд Рэйсгорн Ливарелл. Профессор алхимических наук. Маг высшей категории стихии земли». Вот теперь вопросов стало в тысячу раз больше.

– Алиса?! – я ворвалась в нашу комнату, но с удивлением обнаружила, что рыжей соседки дома нет.

Как так-то? Сейчас раннее утро, а подруга не из тех, кто рано встаёт, не дождавшись противного звонка будильника. Я разочаровано вздохнула и вдруг заметила один необычный факт – порядок, царивший на соседкиной половине комнаты: без единой морщинки заправленная постель, сложенные аккуратной стопкой учебники, чистая кружка без коричневых разводов и никаких развешанных шмоток на спинке стула.

Да, мы вчера убирались, но не до такой же степени! Думаю, это всё влияние Эйдана… Огонь и вода. Я улыбнулась и в очередной раз похвалила себя за спонтанную идею свести этих двоих. Вот только сейчас мне самой была нужна Алиса, чтобы поделиться новостями.

– Ну и где тебя носит?! У меня тут личная жизнь рушится, не успев начаться! – выкрикнула я в сторону пустой кровати и шумно вздохнула. – Чёрт. Придётся отложить разговор. Надо бежать на пары.

В аудиторию я вошла последней, практически со звонком. С опущенной головой пробралась на свободное место и тихонько достала тетрадь. Это ведь первая лекция, на которую я пришла после двухнедельного перерыва.

Рука выводила витиеватые каракули на полях, а разум был далеко – восстанавливал хронологию событий. Занимаясь поисками пропавшей Алисы, я прогуливала пары. Затем была та жуткая пещера. При воспоминании рука дрогнула и чернильный завиток наскочил на соседний. В общем, не до учебы было. Да и последующая неделя в городской больнице не помогла повысить успеваемость.

Но обо всём этом рассказывать нельзя. Никому. Указ сверху. Ректор Арчибальд ясно дал понять. На Земле нас с рыжей, как жертв нападения, окружили бы психологами и выписали бы кучу антидепрессантов. По крайней мере, в фильмах так и показывали. А здесь приходилось справляться с психологической травмой самостоятельно. Самый простой способ – шагнуть дальше и не оглядываться. Что мы с Алисой и сделали.

Все расспросы на эту тему оживляют страшные воспоминания о пережитом и вынуждают врать, изворачиваться и внимательно следить за каждым сказанным словом. А потому мне хотелось максимально оградиться от любопытных однокурсников и быстро влиться в учебный процесс.

Быть незаметной.

– Посмотрите-ка! Явилась! – раздалось где-то на задних рядах. – А я уже начала было радоваться, что иномирянку наконец отчислили.

Я никак не отреагировала на колкость, хотя понимала, что слова принадлежали Унции. Я её раздражала одним своим присутствием просто потому, что не уроженка Ампелоса.

– Да не парься, землянка и до конца года здесь не протянет, – приглушенно ответил собеседник Унции, – сессию точно завалит с ее-то умственными способностями.

– И склонностью к прогулам, – злорадно поддержал разговор ещё один сторонник того, что иномирянам здесь рады далеко не все.

Да, меня, конечно, предупреждали, что найдутся подобные недоброжелатели, но моей русской душе было на это глубоко наплевать. Я там, где и должна быть. Может, поначалу я грезила о возвращении в родной Орск, но с тех пор многое изменилось. Мне удалось установить контакт с собственной магией стихии земли – а это нереальные, непередаваемые ощущения. Я нашла здесь друзей, а главное – по уши влюбилась в человека, правда, полного тайн и загадок. За пару месяцев пребывания в Ампелосе я испытала столько эмоций и переживаний, сколько не набралось за всю мою земную жизнь…

Из мира мыслей меня выдернул голос профессора Гарвиша. Лекция по истории Ампелоса началась. Я отдала должное старому лорду – публично он никак не акцентировал моё появление, даже по материалу не спрашивал и к доске не вызывал, хотя я неоднократно ловила на себе его взгляды.

Но как я ни старалась быть неприметной, избежать расспросов не удалось. На перемене подошли две с виду абсолютно одинаковые особы в пестрых кедах.

– Кристина! Привет! – хором произнесли близняшки.

– Где пропадала? – это Лея.

– Рассказывай, что стряслось! – а это Лия.

Да-да, я научилась их отличать, несмотря на то, что девушки внешне абсолютно идентичны, к тому же всегда одевались в одном стиле и заплетали косы. Однако со временем стало очевидно, что манера держаться, жестикуляция, харизма у близняшек отличается. Да и голоса разные…

– Кристина?!

– А? Да, где я пропадала?.. Хм… А вы же старосты, наверняка уже всё узнали?

– Говорят, ты была в Хилли. Это правда? И как там? Страшно?

Неправда. Не было меня в этой специальной школе для «трудных». И как там – я не знаю. Но нужно придерживаться легенды, предложенной руководством Академии, а врать я не люблю, тем более, о чём не знаю и тем более хорошим девчонкам. Поэтому на душе сразу стало гадко.

– Да я толком и не успела понять, – ответила я уклончиво.

– А твоя соседка? Как Элис?

– С ней все хорошо. Она… М-м-м. Скажем так, взялась за ум и решила продолжать учёбу.

– Вот и правильно. Ей сейчас лучше чем-то загрузить мозги, отвлечься. Всё-таки расставание… Трой и Элис были красивой, яркой парой, – сказала Лея, а я тут же поморщилась, – но такого крутого парня очень сложно удержать.

Я вяло кивнула близняшкам, а про себя подумала: и слава Богу. Трой оказался, мягко говоря, подлецом. Скорее бы его поймали, и он получил бы по заслугам. Гад такой!

– Говорят, он перевёлся в первую Академию. И я хочу туда попВот же повезло-то! – В голосе Лии сквозили нотки зависти. – Кристина, а ты не знаешь…

Я несказанно обрадовалась трели звонка, возвестившему о начале второй пары и, соответственно, завершении неприятного допроса. Девчонки убежали на свои места. Но стало понятно, что в ближайшие дни я буду сталкиваться с подобными вопросами. Гадство! Скорее бы шумиха вокруг моей подруги улеглась. Я подумала об Алисе. А ведь ей приходится ещё хуже. Тяжело быть звездой скандала, выдуманного нашим ректором. А всё потому, что в местном министерстве образования решили, что лучше подпортить репутацию одной иномирной студентки, чем всей Академии. Да и чёрт с ними! Прорвёмся! Главное – мы с Алисой остались живы и нам позволили учиться дальше.

За обедом подруги в столовой не было, зато я то и дело ловила на себе любопытные взгляды. Да… Слухи быстро расходятся. Есть я предпочла в одиночестве и устроилась за самым, на мой взгляд, неприметным столиком.

– Привет, – внезапно раздалось над ухом.

Я оторвалась от тарелки и уставилась на взлохмаченного парня в алой мантии. С расчёской он явно не дружил. Огневик бесцеремонно примостил свой поднос с едой на моём столике.

– Здравствуй, Сайто.

– Ну как тебе Хилли, дурёха? Понравилось?

– Я не…

– Если б не была дурёхой, – перебил он меня, – то не попала бы в Хилли.

– Логично, – я кивнула и вернулась к своему пюре. Да пофиг на лохматого. Мы с рыжей наврали парню с три короба. Конечно, теперь он считает меня дурой. – Сайто, давай не будем о Хилли. Я не хочу об этом говорить.

– Я тоже. Я, собственно, насчёт Элис спросить хотел. Она же сейчас свободна получается. Может, подскажешь, что она любит? Конфеты? Вино?

Жаль его расстраивать. Опоздал всего на сутки. Вчера между огненной Алисой и водным Эйданом зародилась химия. Блин, да где носит эту рыжую?! А Сайто тем временем пытливо смотрел на меня.

– Кофе. Она любит кофе.

– А что это?

– Напиток такой из нашего мира. Как чай, только кофе. Слушай, Сайто… – Я замялась, не зная, как бы помягче сообщить, что поезд ушёл. Блин! И почему именно я должна отшивать кавалеров Алисы? Стоп. А должна ли? Вообще не моё дело. – Ещё она любит снег. Но я сейчас вспомнила, мне же в библиотеку надо забежать… Увидимся!

Да ну нафиг! Мне б со своей личной жизнью разобраться. Но об этом позже. Я быстро выскочила и нос к носу столкнулась с Умбелло. Конский хвост одарил меня кривой ухмылкой, но ничего не сказал, лишь мельком глянул на оставшегося за столом Сайто. Настроение совсем упало. А сейчас ещё по плану дополнительное занятие по материи магии. Индивидуальное. Это самый ужасный сложный предмет, в котором я ничего не понимаю. Но хуже материи магии только профессор Залдарона, которая её ведёт. Эта дама ка-ак гаркнет – в пору в обморок падать или незаметно ползти под парту. Но, что поделать, если я иномирянка и даже самых-самых простых истин не знаю. Магию-то я свою прочувствовала, но вот описать ощущения заковыристыми формулами… У-у-у.

В общем, я пыхтела, краснела, белела и в итоге вспотела. Через битых три часа адовой муки профессор сжалилась и отпустила меня с миром, задав сто пятьсот задач «на дом».

Не в самом бодром расположении духа я возвращалась в комнату. Понуро плелась по длинному опустевшему коридору, смотрела в окна и откровенно завидовала студентам, которые сейчас гуляли по территории Академии и наслаждались вечным летом. Радостные, весёлые, расслабленные. А мне учиться, учиться и ещё раз учиться. Основные занятия сменяются дополнительными, дополнительные – самостоятельными, а самостоятельные – тайными. Сегодня как раз встреча с Ками на тренировочном поле. Эх! Хоть бы на сон время осталось. Неожиданно взглядом я зацепилась за копну терракотово-рыжих волос. Алиса что-то с жаром рассказывала Эйдану в тени жасминового куста. Огневичка скакала, активно жестикулировала, гримасничала. В то же время водник – само спокойствие. Он стоял непоколебимой скалой и внимательно слушал импульсивную подругу. Огонь и вода.

Я распахнула окно и помахала парочке рукой. Эйдан заметил сразу же и сделал приглашающий жест. Я хотела крикнуть: «никуда не уходите!» и рвануть к выходу из Академии. Но это же надо было петлять по коридорам, перейти в соседний корпус, выйти наружу и снова обойти половину территории Академии. До-о-олго.

Поэтому я просто перелезла через подоконник и сиганула на траву. Первый этаж – проще простого.

Эйдан сразу же разгадал мою задумку, и оказался рядом как раз в то время, когда мои ноги коснулись земли. Я ощутила его руки на своей талии, которые крепко меня сжали и не позволили потерять равновесие и шлёпнуться.

– Я не это имел в виду, когда позвал тебя к нам, дорогая. Так-то в Академии двери есть…

– Эй! Руки от неё убрал! – тут же вскинулась подбежавшая Алиса. И окатила водника воинственным взглядом. Он спорить не стал.

– Вы где пропадаете? Алиса! Я тебя весь день ищу, а вы тут по кустам прячетесь!

– Да задолбали все! Как будто на этом Хилли свет клином сошёлся. Проходу не дают.

– Да, понимаю. Тоже наслушалась сегодня. Скорее бы уже всё улеглось.

– Как же меня это бесит! Я предложила Эйдану различные планы устройства каких-нибудь новых скандалов, чтоб отвлечь от себя внимание.

– Да-да. Тебе лишь бы что-нибудь сжечь или затопить, – с укором сказал водник. – Но это всё с оттенками магии. Здесь тонко действовать нужно. Чтоб маги не почувствовали. Положись на меня, крошка, я что-нибудь придумаю.

Эйдан властным движением откинул длинную чёлку с лица подруги и впился в её губы. Она на поцелуй ответила… Между этими двумя бушевал шторм, а я определенно чувствовала себя третьей лишней.

– Кх-кхм… Алис… Мне поговорить с тобой надо… Очень, – сказала я тихо. – Подожду в комнате.

Я зашагала по тропинке в сторону главного входа в здание. Не успела завернуть за угол, как рыжая была уже тут как тут. Одна.

– Стине, случилось что-то?

Я молча кивнула и одновременно ощутила подступивший к горлу ком. Весь день я старалась не думать о Рэе, отодвигала эти мысли на задний план. Но теперь эмоции захлестнули с головой.

Как только захлопнулась дверь нашей комнаты, меня прорвало:

– Он профессор! Алиса! Он… Он…

– Подожди, подожди. Кор?

– Рэй.

– Стине, какой ещё Рэй?

– Бармен из землянки. Где вчера кофе пили.

– Причём здесь бармен?! Так, садись и объясни всё с самого начала. Вот, держи.

Она сунула мне выползшего из ванной комнаты Шишу. Руки сразу ощутили приятную успокаивающую прохладу. Вчера ж я ничего рыжей не рассказала. Рэй ведь намекал, что желает остаться инкогнито. Но мне просто необходимо посоветоваться с подругой.

– Он не Кор, не мистер Кориандр, не ночной незнакомец и не библиотечный маньяк. Алис, вчера в баре он открылся. Мне до сих пор непривычно произносить это имя… Рэй. Это он, понимаешь?

– Нифига себе! – Алиса кивнула и тоже села на мою кровать, подобрав под себя ноги. – Ты влюбилась в бармена, так?

– Не так! Точнее, не только так! Пока вы с Эйданом были заняты друг другом, мы с Рэем договорились о встрече в библиотеке. Все было… И было замечательно. До тех пор, пока я не обнаружила на стенде преподавательского корпуса его имя. Настоящее, полное.

– И?

Я собралась с духом и выпалила:

– Лорд Рэйсгорн Ливарелл. Профессор алхимических наук. Маг высшей категории стихии земли.

– Повтори-ка.

И я повторила ещё трижды, а на четвертый раз даже по слогам:

– Ли-ва-релл.

– Стине, ты ничего не напутала? Ты уверена?

– Да десять раз перечитала запись. Он мне сам не представился. Пришлось вычислять по номеру комнаты. В жилом блоке преподавателей на первом этаже стенд есть, где указано, кто в каких апартаментах живёт. Вот я и прочитала.

– Ливарелл… Вот дела! Брат Арса, что ли?

– Да не знаю я! Может брат, может сват. Ну не отец же! По возрасту будто брат. А вот внешне не то, что не похож, я бы сказала – полная противоположность. И стихия у Арса огонь, а у Рэя земля.

– Разная стихия в семьях – явление обычное. Но я никогда не слышала о другом Ливарелле. Знаю, что у Арса сестра есть, она где-то в городе живет. Знаю, что пронизывающий взгляд голубых глаз Арс унаследовал от отца.

– У Рэя карие глаза.

– Может в мать? Про неё я тоже ничего не знаю. Да и кто будет лезть в семейные профессорские дела?

– Я буду. Мне просто необходимо во всём разобраться. Может здесь какая-то ошибка. Ладно, пусть и Ливарелл. Но он же препод, понимаешь.

– И что?

– Как это что?! Я в него влюбилась, но такие отношения ничем хорошим не заканчиваются. Сколько всего уже случилось из-за подобных нарушений правил. И устав Академии никто не отменял.

Я вдруг ощутила себя снова испуганной девчонкой, впервые пропавшей в этот мир. Куда подевалась моя смелость, не знаю. Слово «профессор» будто стену между нами выстроило.

– Предназначение устава – защищать студентов. Но учитывая то, что мы с тобой пережили…Знаешь, Стине, куда бы я им всем предложила засунуть свой устав? – подруга выдержала красноречивую паузу. – Меня в твоём рассказе больше другое слово волнует.

– Какое?

– «Алхимических». Ты же говорила, что от него кориандром пахнет. А что, если это не просто так? Вдруг это часть зелья, чтобы голову кружить таким вот наивным глупышкам вроде тебя? Не нравится он мне, Стине. От начала до конца не нравится. Прячется в темноте. Дурманит. Скрывает имя. Кофе готовит. Какой профессор вообще будет работать в баре?!

– Не спрашивай меня, я сама ничего не понимаю, – я грустно вздохнула. – Я с ума схожу от этой неопределённости. Но всё же именно Кор… то есть Рэй помог мне с твоими поисками.

– А вот это, кстати, тоже нужно занести в список странных повадок Кора, – мотнула рыжей копной Алиса. – Нет, я, конечно, ему безмерно благодарна. Можно даже сказать, обязана жизнью. Но почему же вместо того, чтобы самому сообщить информацию ректору или в министерство, он действовал через первокурсницу? Как это понимать?

– Он сказал, что ему бы не поверили.

– Ага, профессору-то не поверили бы?! Чушь! Что-то с ним не так, Стине. Я за тебя беспокоюсь. Может, ну его, а? Много же хороших парней вокруг…

– Не надо, Алис. Мне даже думать об этом тяжело.

– Но ты же виделась с ним всего-то раза три!

– Не три! Ну ладно, три, но это не важно! Я чувствую его на каком-то внутреннем уровне. Как будто всю жизнь его знаю. И в то же время разумом понимаю, что это не так. Я запуталась, но не отступлюсь, пока во всём не разберусь. Помоги мне, Али-и-ис.

– Шшшш!

– А?! Ой! Прости, Шиша.

Я и не заметила, что слишком сильно сжимаю нашего выдрообразного питомца. Он обиженно перебрался на руки к рыжей и снова издал свое «шшшш». А я тут же зафиксировала в сознании образ Арса.

– И как ты себе это представляешь, Шиша: «Привет, Арс, а расскажи-ка ты о своём родственнике». Так что ли? Это как минимум неприлично!

– Стине! Ты что с Шишей разговариваешь?!

– Угу.

– Всё-таки наши пережитые стрессы на тебе плохо сказались, – Алиса пощупала мой лоб. – Ты не заболела?

– Нормально всё со мной.

– Но ты сейчас с Ши… А, впрочем, ладно. Но идея хорошая. Давай у Арса и спросим. Деликатно. Разговорим лорда аккуратненько.

– А давай! Только ты помоги мне, ладно?

– Ладно. А теперь пойдём-ка на ужин. Есть так хочется. Обед-то мы с Эйданом прогуляли.

– Кстати, а у вас как? Я даже не спросила.

– О-о-о. Он такой…

Мы с Алисой неспеша двинулись в сторону столовой, продолжая беседовать. Выбрали еду и водрузили свои подносы на стол у окна. То тут, то там я улавливала шепотки студентов с неизменным словом «Хилли». Алиса поначалу злобно огрызалась, но затем так увлеклась рассказом о ночи с Эйданом, что, казалось, перестала замечать косые взгляды в нашу сторону. В общем, мои уши, не привыкшие к таким откровениям, пылали, да и супом я давилась раза три-четыре.

После ужина пришлось засесть за учебники. Я только-только с превеликим трудом решила первую задачу, как прозвонил будильник. Нет, не утро. Просто пора на встречу с Ками. Тайное занятие на ночь глядя. Честно, сил выползать из комнаты не было никаких. Но пришлось. Это ведь мне надо в первую очередь. Я со стоном впихнула ноги в Алисины обтягивающие лосины, при этом всё равно ощутила себя голой. Зараза!

– Ну всё! В эту субботу едем в город за шмотками! – объявила я подруге.

– Стине, извини, но у нас с Эйданом были пла…

– Ничего не знаю! Ты мне обещала шоппинг. Так что в эту субботу ты – моя.

Не дав рыжей времени на отговорки, я выскочила из комнаты. Вдыхая вечерний воздух, добралась до первого забора и заметила мальчиковую, угловатую фигуру Ками.

– Доброй ночи, Кристина. Как настрой? Боевой?

– Доброй. Не сказать, что боевой. Сегодня был насыщенный день, – пожаловалась я, – да ещё эти сверхурочные три часа материи магии после обеда…

– Всё понятно. Но то была разминка для мозгов, а теперь – для тела. Погнали!

И Камила де Лэйн шурша широкими спортивными шортами, припустила по лесной тропинке, утопающей в сумерках. Я побежала следом. Не успели мы полностью обогнуть тренировочное поле, как в правом боку начало колоть, а дыханье бесповоротно сбилось. Да-а-а. Физическая подготовка у меня ни к черту. Я постепенно замедлила бег, а потом и вовсе перешла на шаг.

– Кристина! Шевелись! Чего застряла?

– Я… Уф… Сей… Час…

– Никуда не годится! Вот тебе новое задание – с утра перед завтраком ежедневно делаешь круг почёта вокруг Академии. Ясно?

– Ыыы… А спать… Уф… Спать-то когда?

– Ты справишься. Теперь небольшая передышка и переходим к стойкам твоей стихии. Я, между прочим, тоже время свое трачу, чтобы их выучить. Пособиями весь стол завален. Отличий от моей огненной стихии очень много. Так что я теперь немного тоже студентка. Ладно, начнём с самого простого…

Действительно, базовые движения оказались вполне адекватными, трудностей с их выполнением особо не возникало. Тем не менее, Ками то и дело осыпала критикой.

Утро началось с шумной возни в ванной.

– Стине! Потише нельзя?!

– Чего?! – Я разлепила глаза и уставилась на рыжую.

Она сделала то же самое.

Медленно в наши разбуженные сознания проникала мысль: раз мы обе в кроватях, кто тогда в ванной?

– Шиша! Ты что там творишь?!

Мы, не сговариваясь, ринулись в ванную.

Представшая перед нашими глазами картина была до того омерзительна, что я почувствовала, как шевелятся волосы на голове, причём не только у меня: Алиса стояла как вкопанная.

Среди раскиданных флаконов гелей и шампуней сидела наша серая выдрочка и с блаженным выражением на морде жевала редкостную дрянь.

В широко разинутой пасти, усеянной несколькими рядами мелких остреньких зубов, судорожно дрыгались две тонкие длинные лапы, отдалённо напоминающие то ли паучьи, то ли крабовые. Брр!

Из ступора нас вывел истошный визг где-то в соседних комнатах. Чуть позже к нему присоединился ещё один совсем с другого конца жилого блока. Мы с рыжей переглянулись.

– Что это, мать его, такое?! – поморщилась Алиса.

Шиша окинул нас скептическим взглядом, заглотил остатки добычи, довольно чавкнул. Затем подобрался и по-охотничьи прыгнул на рыжую. Алиса от неожиданности дернулась в сторону, по инерции ухватилась рукой за шторку и вместе с ней неловко рухнула в ванну.

– Ай!!!

– Шшшш!

– Какого черта?!

Всё смешалось в ванне – Алиса, штора, Шиша и… еще один членистоногий отросток, который я мельком разглядела в этой кутерьме. Рыжая, видимо, тоже, ибо в следующий момент захотелось заткнуть уши руками, чтобы не слышать ультразвукового фальцета подруги. Я выковыряла Алису из ванной и оставила Шишу самозабвенно чавкать под шторкой.

В коридоре творилось что-то невообразимое. Шум, гам, визг, беготня. Кто-то громогласно проорал:

– Внимание, всем отпереть замки комнат. Внеплановая чистка труб!

Пока я открывала дверь, Алиса запрыгнула с ногами на кровать. К нам ввалились два рослых мужика, один из которых, кажется, лорд Дафино – профессор с водного факультета. Они окончательно разгромили нашу ванную и со словами: «Здесь чисто» ушли в комнату напротив, не соизволив объясниться.

– Что, блин, это было?! Шиша! Какого черта ты там устроил?! – я закрыла дверь за лордами и заглянула в ванную.

Но характерного шипения не послышалось, и выдрообразная куча не показывалась.

– Шиша?!

Я повесила несчастную шторку на место, собрала раскиданные бутылочки и флакончики. Нашего питомца обнаружила лежащим без движения под ванной.

– Шиша, ты чего? Алиса! Иди сюда!

Рыжая не без отвращения вошла в ванную, и мы вытащили бесформенного ахатина.

– Чего это с ним? Шиша, ты живой? – Я встряхнула животинку.

Питомец приоткрыл сизый глаз, а меня обдало исходящей от него волной страха. Ого, да этот малыш напуган!

– Тише, тише. Все хорошо. Не бойся!

– Может, отравился? – предположила рыжая. – Он же эту мерзость сожрал!

Шиша послал мне ментальный образ двух водников и мелко затрясся.

– Он, похоже, профессоров испугался.

– С чего бы?

– Арс мне рассказывал, что ахатины очень ценны для водников, – припомнила я былой разговор с лордом. – Вроде он что-то про шкуру упоминал.

При этих словах Шиша ощутимо вздрогнул, а я снова принялась его успокаивать.

– Мда. Надо бы нам с тобой, Стине, в библиотеке поискать информацию об ахатинах. Давно ж собирались.

– Согласна. И, думаю, Эйдану про Шишу рассказывать не стоит. Он же тоже водник.

– Угу. С этим разобрались. Но что за жуть у нас в ванной завелась?! Я думала, что после зверя в пещере уже ничего не буду бояться. Но это! Отвратительная мерзость! А он еще и жрал это! Фу-у! Какая гадость!

– Эта ваша заливная рыба… – фраза из популярного отечественного фильма всплыла сама собой.

– Это не рыба, а паук какой-то.

А мне в сознание прилетела картинка этой членистоногой твари, так сказать, в полный рост. Три длинные паучьи лапы сверху увенчивались круглым светло-серым полупрозрачным, волнистым по краям тельцем. Внутри шарика словно начинка просвечивали то ли пузыри, то ли икра. У тельца имелся рыбий хвост и один выпученный глаз.

– Шиша, фу!

Картинка тут же исчезла.

– Шшшш, – протянул наш питомец. А я перевела как: «ммм, вкусняшка» и тут же скривилась. Отвратительно.

– Неее, Алис, это не паук. Что-то среднее между рыбой и медузой. – Я непроизвольно передёрнула плечами.

– Я только лапы видела, когда ты успела рассмотреть?

– Сейчас.

Алиса с отборными матюками снова вскочила на кровать.

– Да не здесь! Мне Шиша сейчас показал. В голове. Мысленно. Он так общается. Я его понимаю.

– Ты серьёзно?.. – переспросила Алиса. Видимо что-то такое она прочитала в моём взгляде, что ответила сама себе: – Серьёзно. Ладно. Допустим. А сможешь нарисовать то, что Шиша тебе показал?

– Это ещё зачем?

– Проверим. Покажем рисунок профессорам или тому, кто видел эту гадость и спросим, похоже или нет. Зато будем знать, правда ли ты с Шишей общаешься или тебя глючит.

– Да нет у меня глюков!

– Тогда рисуй, + Алиса сунула мне тетрадь и карандаш.

С долей отвращения я восстановила в голове картинку и попыталась изобразить эту бяку. Художник из меня так себе. Но в общих чертах вроде похоже вышло. Отдалённо.

– Стине! Это никакая не рыба, + протянула рыжая, когда изучила на эскиз. – Это пельмень с ногами!

– Вот после такого сравнения в столовую я сегодня не пойду.

И тем не менее на завтрак мы всё-таки спустились. Гул здесь стоял как в улье. Отовсюду раздавались возгласы: «А оно такое… А у него лапы… Да у него глазище… Ужас ужасный…». И всё в таком духе.

– Сюрприииз! – Звонко раздалось сзади, и Алису кто-то крепко обнял.

– Доброго утра, Эйдан, – поприветствовала я водника. – Что за сюрприз?

– Как, вы разве не видели?

И тут на меня снизошло озарение. Я сунула руку в карман мантии, выудила свой эскиз с пельменем.

– Ты про этот сюрприз?

Он довольно кивнул и проворно спрятал листок.

– Эйдан?! Это ты сделал?! Но как? Зачем? – удивилась Алиса.

– Как это зачем? Ты же просила скандал. Для тебя всё что угодно, крошка.

– Это было жутко, честно говоря.

– Зато без магического следа. Теперь слова «Хилли» ты больше не услышишь.

Эйдан прижал Алису к себе и стребовал с неё поцелуй в награду за старания.

Я была рада за подругу. Вот только почему при виде их нежностей у меня в душе пронёсся грустный холодок? Ревность? Нет. Хоть синий плащ и пытался ко мне подкатить, но я не прониклась, да и для него это было… Эм-м-м… Поверхностно, что ли. Игра, интерес. Ничего серьёзного. Он с половиной студенток Академии так себя вёл. С Алисой они больше друг другу подходят. Оба такие лёгкие и в тоже время такие разные. Огонь и вода. Я действительно рада за них и буду радоваться вдвойне, если их отношения перерастут во что-то действительно серьёзное.

Я пила свежевыжатый фруктовый микс, вполуха слушала воркование Эйдана и Алисы и пыталась разложить свои чувства по полочкам. В итоге остановилась на том, что, кажется, просто завидую. Белой завистью. То есть, одновременно и рада за друзей, и вместе с тем, тоже так хочу.

Был бы мой Кор… Рэй обычным парнем, сидели бы с ним вот так в обнимку, открыто целовались, обсуждали всякие события… Но… Тайны, вопросы без ответов, мрак – вот наша история. И я не знаю, что с этим делать. И к нему хочется: обнять, прижаться, почувствовать прикосновение рук, тепло его тела… И в тоже время мне нужны ответы. Как бы хотелось во всем разобраться! Ну почему, почему же он такой скрытный?!

Новый день обещал быть хорошим. А все потому, что, во-первых – суббота, во-вторых – дополнительная лекция будет всего лишь одна и по истории, а это не сложно. И, в-третьих, сегодня мы с Алисой поедем по магазинам. Свершилось! Я наконец избавлюсь от ненавистных академских блузок и юбок. Куплю себе брюки! Ещё спортивные штаны взамен Алискиных мегаобтягивающих лосин. Можно ещё обувь посмотреть. И белье. Обязательно куплю нижнее белье! Я подавила печальный вздох: Рэй снова забрался в мои мысли. Мы не виделись уже двое суток. Вчера тайных занятий с Ками не было, но искать встречи с моим мужчиной я не стала, провела весь вечер за учебниками. Совсем скоро зачётная неделя, а у меня долгов выше крыши.

Именно такой ответственный подход позволил мне сегодня не ударить в грязь лицом на внеплановых занятиях с лордом Гарвишем. Более того, профессор легкой рукой аннулировал мне все пропуски и прогулы. Отличное начало дня! Надеюсь, дальше будет лучше.

Наконец я покончила с учебными делами, зашла в комнату оставить мантию и забрать Алису. Подруга встретила меня в лёгких летних брюках из тонкого бежевого шифона и облегающей маечке в тон брюкам. Но первым в глаза бросалось декольте. Куда ж без него, особенно, когда есть что показывать. Но рыжая бестия знает грани дозволенного. Так что всё выглядело прилично, интересно и со вкусом.

На стоянке мы выбрали простую карету с открытым верхом и помчались в город. Я вдыхала знойный воздух и томилась в предвкушении нового гардероба. Нет, шопинг я никогда не любила, считая его утомительным. Но когда изо дня в день ходишь в одном и том же, причём не подходящим тебе по стилю и предпочтениям… Юбки я в принципе не люблю. Особенно такие чопорно-официозные. В блузках неудобно и жарко. Кто вообще придумал такой непрактичный набор одежды для иномирян, прибывших без багажа?

Мы выбрались из кареты на площади возле фонтана и сразу же окунулись звуки городской суеты.

– Кажется, прошла целая вечность с тех пор, как я сидела на этом бортике. Это было в тот самый день…

– Стине! Прекрати! Мы же договорились не вспоминать об этой твари!

– Да, прости. Я просто… Эм-м… С какой лавки начнём? Хочу штаны-ы-ы. Много-много.

Я и предположить не могла, что шопинг отнимет у меня столько сил и времени. Спустя три с половиной часа постоянных примерок я жалобно застонала:

– Алис, может, хватит? Я уже моргать устала от всей этой пестроты!

Но кто меня слушал. Подруга была неумолима и продолжила составление моего гардероба: идёт – не идёт, сочетается – не сочетается, надень – сними… Я ощущала себя варёной мухой. Спорить с рыжей не было никаких сил.

– Али-и-ис. Мне дурно. Скоро в обморок упаду от духоты и калейдоскопа этого тряпья. Я всего-то думала купить пару брюк и несколько футболок.

– А у нас так и выходит. Покупок в целом немного получилось. Зато теперь у тебя есть база. И все остальное очень хорошо подобралось. Костюм для тренировок просто офигенный! Кроссовки тоже! Кстати, насчёт этого. Вчера у нашего курса была практика с леди де Лейн, так она после пары дала мне персональное задание. Насчёт тебя.

– В смысле?

– В смысле гонять тебя на утренние пробежки.

– Надеюсь, ты отказалась?

– Ха! И не мечтай. С понедельника начинаем. Я, конечно, больше люблю бегать по воскресным утрам, но раз леди де Лейн сказала, значит, так тому и быть.

– Жестокая ты! Я не хочу. Давай ты просто скажешь Ками, что мы типа бегаем и всё.

– Нет, Стине. Так не пойдёт. Леди де…

– Вот же заладила! Леди де Лейн, да леди де Лейн. Она разве уже не Кобра?!

– Уже нет. Ты вроде бельё ещё хотела? Нам сюда.

Рыжая ухватила меня под руку и нырнула в узкий проулок между домами. На здании из нежно-розового кирпича красовалась такая же розовая вывеска: «Ажур леди Шу».

Звонко залился трелью колокольчик над дверью, когда мы вошли. Нас сразу окружили ароматы сладких благовоний с ванильным оттенком и обилие шелка и гипюра.

– Чёрт! – шепнула я Алисе. – Ты цены видела!

– И что?

– Пойдем в другой магазин. Я не готова столько…

– Стине, прекращай занудство. Другой магазин в двух часах езды отсюда. Хотя, неподалеку есть ателье, где могут сшить на заказ, но благодаря кое-кому, – рыжая выразительно приподняла брови и покосилась на меня, – там ажиотаж – леди наперебой заказывают шерстяные панталоны.

– То есть как? Я же просто шутила тогда.

– Ага. Вот только Айка – недалекого ума сплетница. Слухи быстро расходятся, особенно с её помощью. Вот всё и ринулись за «жиросжигающим бельишком».

Мы негромко рассмеялись и настроение улучшилось. Мы долго бродили между прилавками. Я с трудом отыскала несколько максимально скромных повседневных комплектов. Но Алиса была в своём репертуаре и подсовывала мне весьма откровенные, сексуальные вещицы. Я упиралась и отнекивалась, в итоге сошлись на том, что одну такую штучку я всё-таки куплю.

– Ладно. Пусть будет. Беру, – ткнула я пальцем в самый целомудренный из всего этого безобразия комплект. Рыжая, конечно, скорчила гримасу и начала спорить, предлагая мне какие-то ниточки-паутинки, а не трусы.

– Элис права. Это хит сезона, – раздалось за нашими спинами. – Твой парень оценит.

Мы резко обернулась. Высокая девушка с очень длинными иссиня-чёрными волосами держала в руках такие же трусики-паутинки.

– Чего тебе, Келси? – враждебно спросила Алиса.

– Да просто интересно, с кем из вас Эйдан встречается? Думала, что с тобой, прости, не знаю твоего имени…

– Кристина.

– А я – Келси Сибон. Мы с Элис вместе учимся. Мне кажется, мы немного погорячились при встрече в парке. Извини, если была груба.

– Проехали.

– Так вот, я не поняла, Эйдан-то с кем встречается? Вчера видела вас в столовой. Просто не пойму ваши отношения.

– А мы перед тобой не обязаны отчитываться, – заявила рыжая. – Стине, берём, что выбрала ты.

– В этом только слепых стариков соблазнять, – прокомментировала длинновласка.

– Стине разберётся, кого и как соблазнять. И уж точно не будет за спиной домогаться чужого парня!

– Слушай, Элис, может, хватит уже. Вы с Троем разбежались, у меня с ним тоже не срослось. Теперь он в другой Академии учится. Больше нет причин для ссор. Тем более Эйдан…

– Только сунься к нему! Ты…

Словесная перепалка рыжей и чёрной набирала обороты. Другие покупательницы замерли и развесили уши. Надо что-то делать. И как ни странно, я была на стороне Келси. Действительно, камня преткновения больше нет. К чему грызня? Этот конфликт плохо сказывается на учёбе обеих. Ками уже наказывала девчонок за плохое поведение на парах. Но то Ками. Она адекватная. Мало ли где и как эти двое опять поцапаются. Не хватало Алисе ещё проблем на голову. Пора прекращать нелепую ссору:

– Так! Все! Стоп! Алиса, угомонись! Первое: тебе ли из-за Троя сейчас скандал закатывать?

Мои слова попали в точку. Алиса поморщилась и сверкнула полным ненависти взглядом:

– В задницу Троя! – рявкнула рыжая. – Пусть катится к чёрту!

– Согласна, – вставила Келси.

– Второе, – продолжила я, – Эйдан теперь с Алисой. Келси, к воднику не лезь.

– Да я и не собиралась. Я только парней своей огненной стихии рассматриваю.

– Значит, и с этим разобрались. Третье: я куплю себе оба варианта, и этот мегаразвратный и тот, что для слепых. Берём и уходим.

Я рассчиталась с улыбчивой леди Шу, взяла Алису под руку, и мы вышли на улицу под разочарованные взгляды посетительниц лавки, которые наверняка ожидали более драматичной развязки и выдирания волос.

– Подождите, – окликнула нас Келси. – Может, сходим куда-нибудь, выпьем за примирение.

– Кто тебе сказал, что мы помирились? – Вскинулась рыжая.

– Кристина, – кивнула на меня Келси.

– А я бы не отказалась выпить прохладной минералки. – Я снова поддержала длинновласку, и тут же получила увесистый толчок в бок от рыжей. – Алис, я устала и хочу пить. А ваш конфликт только до проблем доводит. Хватит уже.

– Здесь недалеко есть отличное местечко. Пойдёмте! – Келси тряхнула волосами и зашагала по брусчатке. Шурша пакетами, я двинулась следом. Алисе ничего не оставалось, как присоединиться.

Мы петляли узкими проулками. Впереди маячили длинные волосы Келси, позади слышалось ворчание Алисы. Ничего-ничего. Перебесится. Это же ради неё. Алисе и Келси необязательно дружить, главное, просто вывести девушек на уровень «привет, пока, спасибо, пожалуйста» для их же блага. Плюс ко всему я действительно очень хотела пить и была счастлива прекратить пытку шопингом.

Девушка привела нас к массивным дубовым воротам. Вывеска на половину заросла плетями винограда, оставив на виду лишь конец названия: «…коза».

Коза так коза, лишь бы стакан воды налили. Мы вошли в ворота и оказались в уютном дворике. Толстые лианы, цветущие вьюны, лозы винограда тесно переплелись над головой, образовав импровизированную зелёную кровлю и создав приятную полутень. Место мне понравилось сразу. Душевное такое, приятное, спокойное. Народу было немного. Келси выбрала столик и сделала заказ. Алиса ещё ворчала, хотя видно было, что заведение ей тоже импонирует. Я устроилась в кресле и откинулась на подушки. Хорошо-о-о. Только бы воды скорее принесли. Словно услышав мою просьбу, перед нами возник официант с подносом. Не вода. Что-то светло-зелёное плескалось в изящных бокалах.

– Надеюсь, ты нам не мятного настоя заказала? – Алиса понюхала напиток.

– Не будь такой мнительной! Ну что, за встречу!

Я сделала глоток – вкусно. Ненавязчивый оттенок цитрусов приносил желаемую свежесть, а сладость каких-то ягод мне была знакома, но понять, что это я так и не смогла. Недолго думая, выпила всё до дна. Приятная прохлада разлилась по телу, прогнала усталость и зной. Вот теперь стало совсем хорошо. Внимательный официант тут же наполнил опустевший бокал.

Следом нам вынесли большое изящное блюдо, пестрящее изобилием разнообразных лёгких закусок. Я окончательно разомлела. Алиса тоже больше не фыркала.

Мы дружелюбно беседовали, обсуждали приятное заведение, удушающую погоду и наши покупки. Разговор плавно перешёл к последним событиям в Академии, а именно к атаковавшим водопровод мутагенным уродцам.

– Я не помню, как эти штуки называются, но их разводят специально на корм крупным рыбам, – пояснила Келси.

– Мы прозвали их пельменями.

– Кхм… Интересно… Хорошо, что их вовремя вычистили. Они же размножаются быстрее ветра. Десяток таких пельмешков за несколько часов превращается в сотню.

– Фу-у-у, – протянула я.

– Ага. Сначала думали, что они как-то сами к нам забрались. Но кто-то из профессоров определил по внешним признакам с какой именно рыбной фермы эти уродцы. Там рассказали, что продали несколько особей какому-то студенту с факультета земли.

– Ничего себе! – я взглянула на Алису. Её сосредоточенный вид выдавал беспокойство за Эйдана. Конспиратор, блин. Ладно, надеюсь, не узнают. И тут я вспомнила Ками. Она-то видела Эйдана в оливковой мантии. Вот дурак, не мог что ли за территорией Академии плащ сбросить?! Облажался ты, синий. Как только вернёмся, забегу к Ками. Всёе ей объясню. Она должна понять.

Нам подлили новую порцию напитка. Приятная волна лёгкости неторопливо разлилась по всему телу.

– Келси, а что мы вообще пьём?

– Виноградный эль. Вкусно, да?

– Эль? То есть он алкогольный?!

– Ну да. А что такого-то?

– Стине у нас пытается быть правильной девочкой, – пояснила Алиса. – Вот только у неё не совсем получается. Ввязывается в отношения не пойми с кем…

– Алиса!

– А разве не так?!

Келси хихикнула:

– Похоже, каждая из нас в этом плане напортачила. Я больше года по Трою сохла, а когда добилась своего – он вдруг сказал, что я ему надоела. Поразвлекались и хватит. Так и сказал. Сволочь! Я Келси Сибон! Из уважаемой семьи, между прочим. Мой дед в своё время работал в министерстве, мама преподаёт в элитной школе, у нас даже есть древо в национальном музее! А этот гад просто развлекался! Представляете! Ненавижу Троя!

– Я тоже! – тихо сказала рыжая.

– Присоединяюсь, – я тут же поймала недоуменный взгляд длинновласки. – За компанию. Не люблю таких козлов.

Наши бокалы звякнули, опустели и наполнились вновь.

– А что за древо в музее? Поясни иномирянкам.

– В специальном зале памяти и почёта на стенах висят не картины, а деревья с табличками. Родословные известных и выдающихся личностей города. Хотите, покажу свое древо. Пойдём?

– Не-е, – протянула я расслабленно, – здесь так хорошо, идти никуда не хочется. К тому же я не любитель музеев.

– Пойдём! Стине, это же так интересно! – бойко заявила рыжая, а я поперхнулась напитком. Подруга украдкой мне подмигнула. – Там ведь, наверное, столько выдающихся имён, и преподы наши тоже там есть, да?

– Конечно, в этом зале многие профессоры засветились. Начиная с ректора.

Мой полупьяный разморенный мозг наконец сообразил, что подруга на древо Ливареллов намекает. Расслабленность пропала, я подскочила и первая оказалась за воротами.

– Я и не заметила, что уже стемнело. Музеи-то у вас до скольких работают?

– В «Стрекозе» время всегда пролетает быстро. А музей и правда закрыт уже. Но я знаю тайную дверь. Так что, идём?

– Пойдём, завтра обязательно пойдём, – расстроенно отозвалась я.

– Келси, веди! Чего тянуть-то? – скомандовала Алиса.

– Ну вот и я про то же. Раз уж мы в городе – сходим. Ой, да не закатывай ты глаза, Кристина. Мы быстренько. Сейчас только договорюсь с владельцем насчет хранения покупок. Не с пакетами же таскаться! – весело сказала Келси. – Кстати, заплатить по счету тоже бы не помешало.

Где-то на заднем плане сознания у меня пробежали мысли, что мы собираемся сделать что-то неправильное. Но желание пролить хоть какой-то свет на свои вопросы было сильнее. И вообще, пьяному море по колено, ведь так?

То ли опустившаяся ночь, то ли пустынные улицы этой части города, то ли действие виноградного эля, а может всё вместе взятое разбудило чувство неприятного страха перед музеем. Темно-серый камень стен дышал сумеречным безмолвием. Остроконечные крыши пронзали тёмное небо шпилями, вытянутые узкие оконца напоминали средневековые бойницы. Не хватало только сидящих на карнизах злобных горгулий и кружащих над шпилями воронов.

– Здесь так мрачно, – я поёжилась. – Нам обязательно сейчас туда идти?

– Не ной, Стине.

– Может, сейчас и мрачно, но днём очень даже красиво, – оживилась Келси. – А вот и смотритель музея.

На третьем этаже плавно двигался тусклый свет и перемещался от одного оконца к другому.

– Ой! Что-то я не уверена, что мы поступаем правильно… – предприняла я очередную попытку отступления. – Давайте завтра лучше придём, а?

– И охота тебе завтра снова трястись в карете. Полдня потеряешь.

– Келси, что делать будем? – спросила Алиса.

– То, зачем и пришли. Смотритель на третьем этаже ходит, а нам первый нужен. Мы быстренько и тихо. Он и не заметит. Я с друзьями весь музей так облазила. В этом нет ничего опасного.

Длинновласка подвела нас к спуску в подвал. Испещрённая трещинами бетонная лестница была завалена мусором.

– В этом крыле музея идёт бесконечный ремонт. – махнула рукой Келси. – Начали его лет десять назад, а может и больше. Но то одному министру не нравится, то другому, то заведующие музеем меняются… Затянули, одним словом. Зато есть всегда открытый подвал для строителей.

– Откуда ты всё это знаешь?

– Говорю же, не в первый раз здесь.

– Странные у тебя увлечения.

– Да надоедает же по барам и танцам ходить постоянно. Хочется чего-то большего и немного запрещённого. И, главное, абсолютно безобидного. Так, под ноги смотрите. Тут много чего валяется.

Мы тихонько приоткрыли дверь и просочились внутрь. В подвале было темно – что называется «выколи глаз». Длинновласка тут же сотворила основу щита, в простонародье – «тарелку». Файерболы и светляки девчонки будут только на следующем курсе изучать. Поэтому вместо фонаря – огненная тарелка. Отсветов пламени было вполне достаточно, чтобы не напороться на разбросанные всюду мешки с цементом, банки с красками и прочее строительное барахло. Хотя, мы то и дело спотыкались от нескоординированности движений и алкогольной дымки в голове.

Келси действительно неплохо ориентировалась на местности, и спустя лестничный пролет, два зала с экспонатами и три картинные галереи мы оказались в нужном месте. Зал доблести и почёта. Девушка тут же похвасталась семейным древом «Сибон». Мы наигранно повосхищались и поохали, а затем как бы невзначай попросили показать нам древа преподов Академии. Келси начала с ректора Арчибальда. Но не он нам был нужен. Фамилии, фамилии, фамилии. Наконец моя тревожность уступила место любопытству.

– Вот оно! – шепнула мне на ухо Алиса.

Древо «Ливарелл». Я быстро нашла Арса. Ага, у него две сестры: Зоуигорна и Мирагорна. Моё сердце встрепенулось и пропустило удар, когда я увидела имя Рэйсгорна – всё-таки брат…

Вдруг свет резко погас.

– Келси?!

– Тсс!

Мы втроём стояли в кромешной тьме и нервно вслушивались в абсолютную тишину. Я нащупала руку Алисы. От моего прикосновения рыжая вздрогнула. Секунда, десять, минута… Казалось в моей голове громко бахали стрелки часов и медленно отчеканивали каждую секунду. Но всё вокруг оставалось безмолвным, лишь с улицы донеслось далёкое ржание коня.

– Фу-у-ух, – с шумом выдохнула Келси, – послышалось.

Она снова сотворила тарелку. Резкий огненный всполох высветил крепкую мужскую фигуру с надменной ухмылкой на красивом лице. Трой собственной персоной стоял в дверном проёме зала почёта и вид его не сулил ничего хорошего.

– Ой! – я не сразу поняла, что это был мой испуганный возглас.

– Вот же сволочь! – Алиса сжала кулаки и сделала попытку шагнуть вперёд.

– Полегче, детка, – с насмешкой в голосе пригвоздил он рыжую к месту, формируя правой рукой тихо шипящий файербол. – А ты всё также прекрасна в своей строптивости. Кажется, я даже рад тебя видеть. Но это ненадолго. Жаль, что в музее случился небольшой пожар.

– Ошибаешься, – негромко заявила Келси. – В музее никогда не было пожаров.

– До этой ночи – нет.

– Да что происходит? – аристократка Сибон растеряла былую уверенность. – Трой?

– Ничего особенного. Просто завтра в Академии недосчитаются трех нерадивых студенток, – гад криво ухмыльнулся, – две из которых – огневички, случайно спалившие зал доблести и почёта вместе с собой заодно.

– Ну ты и сволочь! – раздался озлобленный голос Алисы.

– Трой?! Ты чего? Не надо! – жалобно пискнула Келси. – Мы так не договаривались!

– Помогите! Убивают! Пожар! – я заорала что есть мочи, задрала голову вверх, обращаясь к высшим силам, а именно к смотрителю. – Насилуют!

– Заткнись, дура! – рявкнул Трой и свободной рукой осторожно вытащил из кармана небольшой пузырек с зельем. Выверенными движениями подпалил затычку бутылочки огненным шаром, начал аккуратно вращать кистью, меняя угол наклона сосуда и давая языкам пламени больше свободы.

– Трой!!! – истерично взвизгнула длинновласка.

– Передавайте привет Адриане, – он швырнул в нас импровизированный коктейль Молотова.

Яркая вспышка молниеносно озарила зал музея. Мощный, огромный щит Алисы жадно сожрал подарок Троя и оставил только оранжевый сноп искр и запах серы.

– Вот это номер, детка! – присвистнул её бывший, и принялся один за другим порождать в ладонях файерболы и обстреливать нашу троицу. Он пытался обойти щит по касательной. – Я тебя недооценил.

Огонь встречался с огнем и обдавал нас волнами жара. Мы с Келси жались к Алисе. Трой больше не ухмылялся – был сосредоточен на атакующей магии. Исход зависел от того, кто первым собьется с концентрации или выдохнется. Учитывая агрессивный настрой пятикурсника и хмель в голове подруги, я всерьёз опасалась за наше положение. Ведь мне самой не удалось почувствовать даже слабенький отклик каменных стен. Глухо. Моя магия дремала, окутанная алкогольными парами. И зачем только мы вообще пили эль?! Зачем потащились сюда?! Дуры! Вдруг сквозь шипение и треск огненной стихии я явственно различила приглушенное рычание. Сердце гулко ухнуло в груди, посылая жар по венам. Страх расползся по всему телу и приковал меня к полу, заставил напрягать слух.

Сжав кулак и погасив зарождающийся файербол, Трой оглянулся через плечо и стал напряженно всматриваться в темноту музейной галереи. Алисин щит то подрагивал, то вспыхивал, то угасал, словно мигающая лампочка при перепадах напряжения в сети – девушка сбивалась, с трудом сохраняя концентрацию. Но вокруг снова было тихо.

Трой понял, что посторонний звук ему послышался, зажег в ладони очередной огненный шар.

И снова из темноты донеслось глухое рычание. Парень круто развернулся и принял боевую стойку.

– Бежим отсюда нафиг! – Алиса бросила бестолковые попытки удержать щит и решительно дёрнула меня за руку.

– Ик! – нервно раздалось слева, Келси рванула первой.

И мы побежали. В темноте, не разбирая дороги, и не пойми куда. Сзади доносилась грубая брань, возня, что-то с грохотом упало…

Это только придало нам скорости.

– Келси, ты знаешь куда бежать?!

– Ик!!!

Девушка так и не смогла ничего сказать, но драпала уверенно. Да я и сама забыла, как думать, и полностью доверилась тянувшей меня вперед руке Алисы.

Келси как лидер спринта вломилась в какую-то дверь, снеся плечом косяк. Мы за ней. За спиной с грохотом упало что-то массивное. В темноте я не успела разглядеть лестницу и поняла, что это именно она, только когда нога попала в пустоту, и я кувыркнулась вниз утянула за собой Алису и сбила с ног Келси.

– Чёрт! – ругнулась рыжая и прибавила ещё пару сочных матюков.

– Ик! – донеслось сбоку. Я ощутила руки, пытающиеся меня поднять. – Ик! А-а-а!

– Что?! – я уже ничего не понимала, да и плечо болезненно простреливало.

Вдруг темноту разрезала огненная вспышка – Келси сотворила небольшую, кривобоко мерцающую тарелку.

– А ну тихо! – рявкнула рыжая.

– Ик!!! – нервно всхлипнула Келси.

Вот теперь-то я смогла рассмотреть, что прокувыркались мы на нижний этаж и теперь валялись среди строительного хлама. Длинные волосы Келси зацепились за какую-то цилиндрическую штуку, торчащую из непонятного агрегата. Я вскочила и, поскользнувшись на чем-то, снова упала – подо мной растекалась тёмная жижа.

– Стине! – возмущённо-брезгливо шепнула рыжая.

– Не я это! Не я! Так и было! – шикнула я в ответ.

Нет, ну честно.

Келси судорожно мотала головой, но волосы намертво застряли в этой непонятной штуковине. Мы переглянулись с рыжей и бросились помогать. Не оставлять же её здесь! И дергали, и тянули. Бесполезно.

– Келси, – шепотом позвала я, понимая тщетность наших усилий, – у смотрителя есть сторожевая собака?

– Ик! – Длинновласка сильнее затрясла своими лохмами, от чего они ещё больше запутались.

– На кой ты нас сюда притащила среди ночи?! – не могла я более сдерживать поток своего возмущения. У меня после страшных пещер ко всем рычащим зверям резко негативная реакция выработалась. – Можно же было спокойно завтра в музей прийти, вместе с обычными посетите…

– Келси! Не дергайся! – оборвала мои стенания Алиса. – Зараза!

Долго думать и причитать времени не было, ещё неизвестно кто победит в схватке наверху. Хотелось бы, чтоб смотритель.

Я сграбастала окаянный агрегат. Рыжая придержала с другого боку. Не сказать, что очень уж тяжелый, просто неудобный в обхвате. Плечо заныло сильнее. Гадство! Мы понеслись к выходу. Снова впереди была Келси и освещала путь своей нервно подрагивающей тарелкой, затем болтались её волосы, а следом мы с рыжей, кряхтя и матерясь, перли дурацкую, за ногу её налево, фиговину.

– Рапунцель чёртова!

Как только мы вырвались на свежий воздух, со всех ног понеслись прочь, петляя по узким улочкам. Я ощутила бешеный стук сердца, прохладу городской ночи, боль в плече, запах аммиака и влажность мерзкой жижи, стекающей по ногам. Бли-и-ин! Да во что я так вляпалась?

В ответ жижа смачно чавкнула в моей туфле и ногу повело.

– Чёрт! – я не удержала равновесие, выпустила агрегат из рук и растянулась на брусчатке, больно приложившись бедром.

– Стине! Твою ж…

Договорить Алиса не успела, так как непонятную штуковину в одиночку удержать не смогла.

Все случилось за доли секунды: Келси резко обернулась, но сила тяжести падающего агрегата рванула её за волосы вниз, одновременно Алиса судорожно перехватывала эту штуковину в попытке предотвратить падение… Грохот агрегата о брусчатку, глухой звук от столкновения лбов рыжей и чёрной…

Витиеватый мат Алисы, осознавшей, что теперь и её волосы попали в плен…

У меня непроизвольно вырвался нездоровый хохоток.

– Что ты ржёшь, Стине?!

– Помоги нам! Ик!

Две недавние соперницы стояли на коленях перед агрегатом, сцепившим их волосы, просили о помощи, матерились и икали. Я была не в силах больше сдерживаться и истерично захохотала в голос, обливаясь слезами.

– Так, всё, – только и смогла сказать я, – встаём и валим. Келси, где тут карету нанять можно?

– Извините, леди, я очень спешу, – кучер резким движением шлёпнул поводьями по крупу коня и скрылся в ночи.

– Говнюк! – крикнула ему в след Алиса.

А ведь это был единственный транспорт на каретном дворе. Решив, что самым разумным сейчас было бы попросить помощи, я постучала в первую попавшуюся дверь трехэтажного дома.

– Кого там принесло?! Вы на часы смотрели?!

– Простите…

– Нет.

– Я только хотела…

– Плевать, что ты там хотела.

– Нам нужна помощь…

– Гостей не ждём. Уходите, – донеслось из-за двери.

Вторая и третья попытка тоже успехом не увенчалась. У четвёртой двери я выслушала поток отборной брани.

– Спальный-ик район, – протянула Келси. – Здесь не при-ик-нято ломиться в дома среди ночи.

– Не принято у них! – возмутилась я. – Как это вообще понимать?! А если кто-то попал в беду, как мы? Неужели никто не поможет?

– Приличные леди здесь по ночам должны гулять лишь в сопровождении лордов. Ик. В остальных же случаях их сочтут неприличными-ик. Говорю же, район-то спальный.

– Вот же снобы чванливые!

– Ик!

Я шумно вздохнула.

– Келси, иди ты знаешь куда со своим древом, со своим музеем и со своим элем! Что делать теперь будем?

– Искать карету, что, – ответила рыжая. – Надо убраться отсюда поскорее.

Мы втроем невольно оглянулись назад в темноту пустынных улиц и поёжились.

– Так, куда идти, где другой каретный двор? – во мне бушевало желание пуститься наутёк и быть как можно дальше от музея. – Если смотритель решит пустить собаку по следу…

Длинновласка понятливо выдала подобие кивка, насколько это было возможно в её положении, и задала направление. Городок спал. Ни души. Хотя нет, слышали мы в одном проулке пьяный мужской хохот, но помня о своей поездке с бала, когда я столкнулась вот с такими выпивохами… В общем, обошли мы хмельную компанию стороной, и через поворот оказались на небольшой площади. Я облегченно выдохнула, уставившись на две свободные кареты. Зря.

Оба извозчика наотрез отказались посадить нас в свои расфуфыренные повозки даже за двойную плату. И даже за тройную. Более того – они пригрозили погнать нас кнутами, даже не дослушав сбивчивые объяснения. Сволочи. Пришлось отступить в темноту узких улиц.

– Неудивительно. Я бы на их месте тоже отказалась везти на бархатных сиденьях грязных и пьяных девиц с не пойми чем в руках, – устало подвела неутешительный итог Алиса. – Пойдемте к фонтану. Там много простых карет без верха и обивки. Значит, больше шансов, что какой-нибудь потный кучер за пару дополнительных монеток доставит нас в Академию.

– И к пьяным там адекватно относятся. Ик! Район другой, + снова закивала Келси.

– Не дергайся ты!

– Зачем? – спросила тихо Келси.

– Затем, что мне больно! – рявкнула Алиса. – С меня скоро скальп слезет!

– Я не про это. Трой… Ик… Зачем он…?

– Урод потому что, – зло бросила рыжая.

– Смотрите! – я указала на узкое окошко второго этажа небольшого домика.

Опершись на локти и сложив голову на ладони, задумчиво любовалась звёздами миловидная женщина.

– Простите! – окликнула я ее. Женщина вздрогнула и глянула вниз. Её лицо милым уже не казалось.

– Вы не могли бы нам помочь? – спросила Алиса.

– Пожалуйста… Ик! – дополнила Келси.

– Пошли вон отсюда! – злобно донеслось из окна.

– Да помогите же! – крикнула ей рыжая.

– Убирайтесь! Пьянь подзаборная!

– П-почему? – искренне удивилась Келси. – Мы не… Ик! Ой…

– Проститутки!

– Сама такая! – огрызнулась Алиса.

– Ах ты, дрянь! Я тебе покажу, как по ночам под окнами орать. На, получи!

Я успела отскочить, а вот девчонок окатило выплеснутой водой. Ого! Удивилась тонкому запаху свежих трав. Воистину удивительный мир. У нас в России бы яйцами закидали, помидорами там, спасибо, если не кипятком или мочой. А тут приятный такой ароматный душ.

– Сдурела! Ик! + крикнула Келси вверх, но окно уже с грохотом захлопнули. – Надо срочно в Академию. Ик. Быстрее. Это же верла.

– И что? – удивилась я, – Теперь от вас приятно пахнет. Не то, что от меня.

– Прямо как в лавке у индуса, когда… когда… – рыжая не смогла закончить предложение. Но я её поняла, вдоль позвоночника пробежалась волна холода.

– Когда чего? – переспросила длинновласка. – Верла – это вода от бессонницы, причём высоко-кон-ик-центрированная. Мы сейчас отрубимся прямо здесь, посреди улицы. Ик! Мне страшно!

– Дерьмо! Может, отрежем вам волосы и хотя бы от этого агрегата избавимся? – наивно предложила я девушкам.

– Стине, у тебя, что ножницы есть?

– С ума сошли! Вы… Вы… Ик! Волосы не дам!

– Келси…

– А если сжечь тарелкой?

– Не дам, сказала! Кристина, ищи карету!

– Да где она, твоя карета? А?!

– Скоро к фонтану выйдем, там их полно будет… Ик… Только бы дойти…

Моя тревожность усиливалась с каждым шагом. Сиамские близнецы, сросшиеся волосами, всёе медленнее и медленнее передвигали ноги и всё шире и шире зевали.

Да черт с ней, с этой Келси, пусть и таскается с агрегатом, а вот Алису отцепить надо.

Две минуты спустя.

Ну всё. Приплыли. Две студентки элитной Академии сидели на брусчатке, прислонившись спиной к стене дома, и откровенно храпели.

– Али-и-иса! – я трясла подругу – ноль реакции. Вспомнила великий и могучий русский язык, потом ещё раз, ну, и в третий раз, чтоб наверняка. Что, блин, теперь делать? Сидеть и ждать утра, потом просить помощи у пробудившихся лордских задниц? Черт с ней, с репутацией, а если из Академии выпрут? Отправят нас с Алисой обратно на Землю. У-у-у. Этого надо избежать во что бы то ни стало! Мы же и так с рыжей практически на испытательном сроке после случая с той тварью. Но ладно бы только это. Вдруг какой-нибудь Рекс или Мухтар вовсю прочесывает улицы, шаря собачьим носом по брусчатке в поисках нарушителей, вломившихся в музей.

Или другой вариант – смотритель музея не справился. Трой – пятикурсник с мощным потенциалом, а потому есть вероятность, что мог и подпалить псу шеёрстку, а смотрителю хорошенько навалять. На таких должностях ведь слабые маги работают. Возможно, Трой уже бродит где-то поблизости и хочет завершить начатое… А ведь так хорошо день начинался!

Я шумно осела на брусчатку рядом со спящими красавицами. Попыталась медленно отцепить волосы Алисы. Не поддались. Прилипли наглухо. Намотались как на цилиндрический вал, ещё и вперемешку с Келсиными волосами.

Блин! Блин! Блин! Даже по одной волосинке еле вытягивается. Ладно, Кристина, думай, давай. Думай, сказала! Пить меньше надо было! Но все умные мысли вытеснялись дыханием опасности, исходившей от далеких стен музея. Далеких ли?

Сколько мы пробежали? Сколько прошли? Где сейчас находимся? А главное, где Трой? Не-зна-ю. Как у нас говорят, нужно думать, как преступник. Ладно. Допустим, я гад и хочу сделать шашлык из трех куриц. Вопрос – зачем? Розыск это не отменит, репутацию не восстановит, наследство Адрианы тоже упущено. В результате только добавятся новые проблемы. Бред. Мотива нет. Банальная месть?

Я потёрла виски. Ладно, допустим, парня просто переклинило, и он решил довести дело до конца. Тупо, конечно, но мало ли? Мы с Алисой ещё куда ни шло, но Келси вообще не в курсе истории с оборотнем, хоть и была в списке.

«Ничего не понимаю», – подвел итог в моей голове мультяшный голос ведущих следствие колобков.

Что дальше? Жертвы сбежали, убийство не удалось. Возьму наихудший вариант: Трой победил в схватке со смотрителем музея и теперь рыщет по всей округе в надежде довести дело до конца. Плохо. Очень плохо. Просидим ли мы тут ночь? Наступит ли для нас утро? Я усмехнулась. Если нет, то Алиса и Келси этого даже не поймут.

Я опустила ладонь на брусчатку и получила слабый магический отклик. Ощущение, что камни поздоровались со мной, как со старой знакомой. Уставилась на мощеную дорогу – а ведь похожа на ту, где я однажды упала, ту, что мы видели из подвального оконца пещеры. Брр. Стало вдвойне не по себе от таких воспоминаний. Снова истеричный смешок. Так, успокоилась! Перед внутренним взором возник образ сумасшедшей женщины в смирительной рубашке и зловеще гогочущей. Тьфу.

Выходит, если мыслю верно, я бывала здесь. А если так, дорогу до площади я самостоятельно всё равно не найду. В тот раз меня Арс провожал, я особо и не запоминала путь. Но воспоминание о лорде породило ещё одно – неподалёку есть публичный дом, в котором очень хорошо знают Арса. Может, удастся с ними договориться? К тому же обитатели именно этого заведения сейчас не должны спать, и уж точно не будут возмущенно орать, что я проститутка. А что, стоит попробовать! Мое обращение к брусчатке с просьбой указать дорогу не достигло цели. Я не могла удержать концентрацию. Чертов виноградный эль! Да чтоб я… Да чтоб ещё хоть раз… Никогда!

Однако мне и без магии легко удалось отыскать ту самую дверь, где я чуть не сшибла с ног лорда Ливарелла. Кхм… Казалось, что это случилось лет сто назад.

В дверь борделя я вошла нагло и без стука. И поняла, что не ошиблась. После тишины улиц звуки, доносящиеся из глубины дома, были настолько громкими, неправильными и откровенными, что я мигом залилась пунцовым румянцем и почему-то отметила, что шумоизоляция у заведения на высшем уровне, раз такой балаган с улицы не слышен совсем.

– Простите… – крикнула я. – Здравствуйте!

В комнату тут же впорхнула полуобнаженная девица и, окинув меня удивлённым, неприязненным взглядом, брезгливо поморщилась. Я вкратце попыталась изложить ей суть проблемы, то и дело упоминая фамилию Ливареллов. Она, даже недослушав до конца, скрылась в недрах дома, а через минуту передо мной стояла леди постарше. Она была одета. Не вычурно, не развратно, не пафосно. Как обычный нормальный человек. Не знай я, куда пришла, вполне бы могла принять даму за одну из профессоров нашей Академии.

– Доброй ночи… – поздоровалась я и снова повторила свой рассказ в общих чертах, опустив про похождения в музей и нападение Троя, но через каждое предложение упоминала Арса.

– То есть ты подруга лорда Ливарелла?

– Да. Подруга. Просто подруга. Не его девушка, – на всякий случай сразу пояснила я женщине.

– А от нас-то тебе чего надо?

– Помощи. Пожалуйста.

– Деньги есть? – деловито поинтересовалась дама, после не долгого раздумья.

– Немного. А сколько нужно? Лорд Ливарелл мог бы оплатить… Завтра… Или…

– Или тебе придётся самой отдавать долг, – она смерила меня липким расчетливым взглядом. – У нас свои законы.

– Я понимаю. Уверяю вас, деньги будут.

– Значит, договорились. Лакриш! – последнее слово она крикнула вглубь дома.

Через мгновенье передо мной возник мощный, голый по пояс парень с торчащими короткими кудряшками цвета латуни. Хорошо, хоть он был в штанах.

– Тебя наняли на всю ночь. Любые капризы.

Он широко улыбнулся, стал играть мускулами, ловя загорелой кожей отблески приглушенного освещения. Здоровяк профессионально демонстрировал свое тело. Вот только во взгляде его сквозило плохо замаскированное удивление. Извини, кудрявый Аполлон, но на девушку с Земли сложно произвести впечатление обнаженным мужским торсом.

Не успела женщина удалиться, как здоровенная лапища сгребла меня в охапку.

– Пусти! Что ты делаешь?!

– О, душа моя ненаглядная, ты сводишь меня с ума, – приторно сладко заворковал мускулистый кудряш. – Твоя красота туманит мой взор…

– Руки прочь! – убью эту дуру Келси! Надо было её в музее бросить с этой дебильной фигней. Спали бы уже сейчас с Алисой в своей комнате. Одни! Да бли-и-ин! И где он красоту-то разглядел. Я сейчас как потрепанная бомжиха выгляжу. Черт! Как там его…

– Ла… Ла…

– Ла-ла-лай, – игриво пропел мужик, сжимая мое бедро. – Прекрасный бутон рассветной розы, зови меня Лакриш.

– Послушайте! – резко вывернулась из захвата. – Я не роза, не бутон и даже не батон! Я здесь не за этим!

– Нет? Твой запах пробуждает во мн…

– Стоп!

Придурок. От меня за километр несет ацетоном и серой. Наркоман что ли?

– Пожалуйста, не отталкивай меня! Скажи мне, красотка, как ты хочешь?

– Остановитесь, прошу вас! – я успела увернуться от новой попытки захвата.

– Но я должен исполнить любое желание моей королевы…

– Императрицы! – рявкнула я. Почему-то вспомнилось, что Арс именно так называл меня первое время. Не сообщать же своё настоящее имя! – Пойдёмте-ка, прогуляемся, Лакриш. Только руки держите при себе!

– Ты хочешь, чтобы я взял тебя на улице, моя императрица?

– Да твою ж…! Не меня, ножницы возьми! – гаркнула я, в очередной раз скинув его лапищу с моей талии. Зарычала, ругнулась и принялась объяснять ситуацию.

Удивительно, но на улице с моим спутником произошли метаморфозы – он стал нормальным. Не пытался приставать, говорить начал по-человечески без всей этой слащавой лабуды. Рядом с ним я, наконец, почувствовала себя спокойнее.

– То есть ты хочешь, чтобы я твоих подруг донёс до кареты?

– Да. Или карету позвал сюда.

– Сюда нельзя. Слишком узкие улицы.

– Значит первый вариант.

Я шла на полшага впереди и усиленно припоминала дорогу к месту, где оставила сонь-засонь. Только бы не заплутать в этом лабиринте.

– А что потом? – спросил мой спутник.

– Мы уедем. А завтра я вернусь и рассчитаюсь за помощь.

– С деньгами это не ко мне. Но как ты будешь подруг из кареты вынимать, когда приедешь? Вас кто-то встретит?

– Э-э-э.

В голове забегали мысли. Допустим, заплачу извозчику, чтобы немного подождал, пока я буду искать помощи. Эйдан? Я не знаю номера его комнаты. Ками? Арс? Только бы они оказались в своих апартаментах. Хотя бы один из них. А если нет? Выходные же!

– Я поеду с вами, – пришёл на помощь здоровяк, – помогу.

– Спасибо, – облегчённо выдохнула я. А действительно, этого мужика же мне на всю ночь дали. Вот и пусть помогает.

– Подожди, а если кто-то заметит тебя в Академии? Можешь хотя бы рубашку накинуть? А то ты слишком… приметный.

– Так ты из Академии?

– Угу.

– Студентка, значит. А у тебя точно деньги есть? С леди Орой опасно иметь дело. Она предупредила, что бывает с теми, кто задолжает ей?

– И знать не хочу. Деньги найдём.

– А ножницы тебе зачем? У-у-у… – Покачал кучерявой головой Лакриш, созерцая картину из двух спящих красавиц. – Ясно. Про клеевой станок ты не говорила.

– Что?

– Клеенаносящий вальцовый станок на магической подпитке. Где вы его только раздобыли? И зачем?

– У них волосы прилипли…

– Естественно. Это же вам не расчёска, а строительный инструмент. Сколько же вы выпили?

– Не сказать, что много.

– Да-а-а. Вот дела. С каретой придётся повременить. Сначала вернёмся к нам. Там избавим твоих подруг от станка. Ты тоже приведешь себя в порядок.

– Э-э-э?

– Ванна. А то, знаешь ли, видок у тебя… Ни один извозчик не посадит в свою карету кхм… оконфузившуюся леди… кхм…

– Я не… Это не…то, чем кажется. Просто в какую-то жижу вляпалась.

– По запаху похоже на алхимический состав для покрытия стен. А по виду… Ну ты поняла. Что вы вообще на стройке забыли, леди?

– Не важно. И это не мы, это все виноградный эль.

– Понял. Пьётся легко, на подвиги тянет. Ясно всё с вами.

Мы двинулись в сторону публичного дома. На голых широких плечах Лакриша попами кверху болтались две сонные тушки, а я с дурацким неудобным станком тащилась сзади, пыхтела и потела. Волосы девчонкам Лакриш категорически отказался резать.

Кудрявый Аполлон прошел через запасную дверь борделя и провел меня безлюдным коридором. Только очутившись в его комнате, я поняла, как чертовски устала. Девчонок кудряш сгрузил прямо на пол, благо там был пушистый темно-синий ковёр. Избавившись от тяжелой ноши, я направилась к небольшой софе, обитой сиреневым бархатом. К слову, здесь все было в сиренево-баклажанных тонах.

Главным акцентом в помещении была огромная круглая кровать со множеством сиреневых подушек. Легкий полупрозрачный балдахин над ложем трепетал от теплого ветерка, ласково пробирающегося в комнату сквозь приоткрытые ставни.

Сесть здоровяк мне не позволил – подхватил под локоть и направил к одной из дальних дверей.

– Сперва – водные процедуры, моя императрица.

– Я не… А, пофиг. Ладно, – согласилась я, понимая, что душ мне действительно необходим.

Ванная комната была под стать заведению, такая же развратная. В окружении зажженных свечей стояла огромная купель с розоватой водой, на поверхности колыхались лепестки, цветы, травы. Ненавязчиво звучала умиротворяющая мелодия природных оттенков: ласковый шум прибоя, мягкие трели птиц, а невидимый певец издавал томные вздохи.

– Лакриш! – высунулась я в комнату. – А душ-то где? Там только ванна.

– Так прими ванну, императрица. Может всё-таки надумала?

– Что надумала? – устало переспросила я.

– Я могу тебе помочь. Промою волосы, сделаю массаж, осыплю нежными поцелуями твою кожу, потом…

– Никаких потом! – я хлопнула дверью.

– Зря. Любой каприз… – донеслось с той стороны.

– Лакриш, мы договорились! Мне интим-услуги не нужны. Только простая человеческая помощь. Это и есть мой каприз.

– Ну, как знаешь, – немного обиженно пробурчал кудряш, но я всё равно расслышала.

– К этим двоим тоже не приставай, – крикнула я, поворачиваясь к огромной лохани.

– Да понял я. Не беспокойся.

Залезая в ванну, я думала о том, что нужно будет Лакриша послать в «Козу» за нашими покупками. Работает ли она ночью? Наверняка. Это же питейное заведение. Мысленно решив проблему с гардеробом, отшвырнула свою юбку подальше. Мерзкая коричневая жижа въелась в ткань. Такое не отстирать. Да плевать, отличное окончание жизни казеённых вещей.

Я с головой ушла под воду. Ну почему со мной вечно что-то случается? Почему нельзя просто нормально жить без всяких покушений, казусов и неудобных ситуаций? Боже, где я так провинилась?

Смывая с себя грязь и негатив пережитого вечера, я млела от ласковых прикосновений теплой воды. Она успокаивала, убаюкивала. Постепенно проблемы уходили на задний план. Я прикрыла глаза.

– Императрица, – тихо шепнули на ухо.

– М-м-м.

– Я принёс тебе халат.

– Халат.

– У тебя ещё планы на сегодня были. Помнишь?

– Угум-м-м.

– Карета, Академия, подруги. Нет, конечно, если ты передумала, я сделаю для тебя остаток этой ночи незабываемым.

– Угум-м-м.

– Как пожелаешь, душа моя.

Я ощутила легкое прикосновение рук к своей шее. Они медленно поднимались выше, ласково массировали кожу головы, перебирали волосы…

– М-м-м, – выразила я крайнюю степень блаженства.

Стоп! Что?!

– Лакриш! – я резко села в цветочной ванне, лепестки и травинки возмущенно отплыли от моего обнаженного тела…

– Тише, императрица. Ты просто задремала.

– И ты воспользовался! – воскликнула я, прикрывая рукой грудь.

– Я знаю, как нежно разбудить девушку. Тебе же понравилось.

– Я не… Ладно. Было приятно. Да. Но на этом всё. И…кхм. Спасибо.

Стыдно мне не было. Всего лишь массаж головы. И всё. Ничего такого. Я накинула пушистый и, конечно, сиреневый халат. Он был великоват, но явно не с плеча здоровяка. Думать, у кого Лакриш его раздобыл, не хотелось. Вообще уже ничего не хотелось. Кроме как забраться в свою постель и уснуть. Вот было бы здорово щёлкнуть пальцами и телепортироваться к себе в комнату. Но Ампелос, хоть и магический мир, такой функции не предусматривал.

Я вышла из ванной, утопая в мягком объемном халате, и замерла с разинутым ртом. На большой круглой кровати из-под сиреневого покрывала торчали две головы, одна рыжая, вторая иссиня-черная. Волосы их были аккуратным веером разложены на подушках. У Келси даже свешивались на пол.

– Станок отцепил, грязь оттер, волосы расчесал, спать уложил, – отчитался Лакриш, явно гордый произведенным эффектом.

– А-а-а…

– Одежду не трогал. Не приставал. Не лапал. Не…

– Я поняла. Спасибо. Большое спасибо. Но как?! Как ты спас волосы?!

– Треть заклинания скольжения, эликсир на основе масел дормалиса с нотками иары и ловкость рук.

– А-а-а…

– А ложись-ка ты тоже спать. На ногах еле держишься. Ты ведь их трогала?

– Кого?

– Подружек своих. Они ж все в верле. Я бы удивился, если бы ты была бодра и свежа.

– Так вот почему я адски хочу спать…

– Конечно. И я, кстати, тоже. Нам обоим сейчас не хочется трястись в карете. Разве я не прав? Оставайся, императрица. Утром спокойно уедете. Подруги твои как раз в себя придут.

Я с вожделением посмотрела на кровать, позавидовала спящим красавицам. Вот же заразы, дрыхнут и в ус не дуют. А мне ещё их до Академии переть. Ну не мне, а Лакришу. Все равно. Я устала. Я хочу спать. И я понимаю, как всё это неприлично! Нельзя соглашаться.

– Нет. Это как-то… Эм-м… неудобно.

– Отчего же? У тебя ещё четыре с половиной часа есть по договору.

А вот это был убийственный аргумент.

– Мамочки! Ой, мамочки! – пробился сквозь сон дрожащий голос Келси.

– Вы кто? Мы где? – более уверенный второй голос, определённо Алисин.

Меня ощупали и затрясли за плечи.

– Что с ней? Что вы сделали?

– Спит, – произнес мужской голос. – Умаялась очень за ночь. Устала.

– Ой, мамочки!

Дальше спать было невозможно, потому что к тряске добавились ещё и пихания в правый бок.

Я разлепила глаза. Надо мной нависала встревоженная рыжая. Келси сидела справа, натянув сиреневую простыню до подбородка, и судорожно тыкала в мои ребра своим костлявым локтем. Первое, что я ощутила – облегчение. Ночь прошла нормально, Алиса одета, как и вчера, значит, ничего непристойного не случилось. Воспоминание о попытке Троя сделать из нас факел неприятно отозвалось внутри, но я отогнала его – вернемся в Академию, расскажу Арсу, пусть лорд сам с этим разбирается. Следом накрыла злость на этих двух клуш, жаждущих подвигов. Особенно на Келси.

– Да идите вы к чёрту.

Я сползла с кровати и огляделась.

– Доброе утро, императрица. Как спалось? – в кресле возле окна сидел кудрявый широкоплечий мужчина без рубашки.

– Доброе, Лакриш, – почему-то его я была рада видеть гораздо больше, чем этих непутевых взломщиц. Я сладко потянулась. – Прекрасно. И чувствую себя отлично.

– Это всё розмариновая ванна.

– Сти… – заикнулась Алиса, но мой красноречивый взгляд заставил её заткнуться на полуслове.

Своё имя озвучивать в этих стенах не хотелось. Лакришу я от всей души благодарна, хоть и понимаю, что это всё не бесплатно. Зато эту ночь мы пережили.

– Принёс вам завтрак, – мужчина указал на стол перед ним. Я сразу ощутила обильное слюноотделение. Желудок поддержал урчанием.

Одобрительно кивнув кудряшу, я убежала в ванну умываться. В зеркале отразилась бодрая и свежая девушка, по которой не скажешь, что она вчера перебрала виноградного эля, полночи носилась по проулкам и таскала дурацкий станок. Волосы. Мои каштановые волнистые волосы были аккуратно расчесаны, прядка к прядке и отливали легким сиреневым блеском. Он мне укладку что ли сделал, пока я спала? Удивительный парень. Я прошествовала к сервированному столику, утопла в бархатных подушках огромного кресла и взялась за пышную оладушку, обжигающую кончики пальцев.

– Очень вкусно.

Мужчина, сидящий напротив, подарил мне искреннюю улыбку и налил в чашку ароматного чая. Малинового, кажется, с мятой.

– Сегодня прекрасная погода, императрица. Солнечно.

– Десь же псегда совнечно, – констатировала я факт с набитым ртом.

– Следующая неделя будет дождливой. Маги земли так полагают. Читал на днях в «Вестях Ампелоса».

Я ела, поддерживала ни к чему не обязывающую беседу, и искоса поглядывала на ничего не понимающих спутниц.

Алиса правильно рассудила, что меня сейчас лучше не пытать вопросами. Но я уверена, она непременно сделает это позже. Рыжая сползла с кровати и молча поплелась в ванную. А после также молча подошла к столу. Лакриш уступил ей своё кресло. Затем пододвинул ещё стул и взглянул на Келси.

– Сейчас принесу дополнительные приборы.

Кудряш вышел в коридор, в приоткрытую дверь тут же ворвались откровенные вздохи, заливистый тонкий хохоток, протяжные стоны – завсегдатаи публичного дома. С ошалелым взглядом Келси слетела с кровати, схватила меня за руку и осыпала шквалом вопросов. Что? Где? Когда?

– И-у-у-и, – взвыла я на манер волчка из известной телепередачи. И без того округленные глаза длинновласки испуганно выражали сомнения в моей вменяемости. – Чайная пауза. Иди, умойся. Позавтракаем и поедем домой.

Вот не хотелось мне ничего им рассказывать. И уж тем более выслушивать их осуждения или предложения других вариантов, как бы они поступили, будь на моём месте. Нет, я просто хочу насладиться завтраком.

– Стине… – позвала Алиса. – Ты в халате.

– Ага.

– Что за мужик?

– Аполлон. Мой личный.

– Он…

Подругу оборвал вернувшийся объект расспросов. Лакриш подал девушкам чашки. Длинновласка к завтраку вообще не притронулась. Алиса же ограничилась только чаем. Обе девушки выглядели не лучшим образом: лица немного припухшие и хмурые, плечи поникшие, подрагивающие пальцы – их мучало похмелье. Рыжую ещё и сушняк, потому что Келсин чай она тоже выпила.

Кучерявый Аполлон принёс мне одежду. Чистую, свежую и однозначно не мою. Ну и что. Лакриша в «Козу» уже не пошлёшь – договор истёк. Поэтому, выбирая между жутко грязной вонючей юбкой, пушистым банным халатом и одеждой с чужого плеча я предпочла последнее. Переоделась в ванной. На длинной в пол, струящейся юбке бирюзового цвета имелся внушительный разрез до середины бедра. Топ на бретельках довольно сильно открывал зону декольте. Ну и ладно. Это просто одежда.

Я вышла в комнату и тут же получила кучу комплиментов от Лакриша. А он все-таки хорош в своём деле. Знает, как девушке приятное сделать. Остался только вопрос в цене. Может, удастся закрыть счёт нашей стипендией? Скинемся с рыжей. И с Келси тоже стрясу.

Как преподнести вчерашнюю историю Арсу, чтобы минимизировать упоминание о борделе, я пока не придумала. Проблема в том, что он Ливарелл. Как и мой Кор. Два брата-акробата. Я хоть ещё и не разобралась в своей личной жизни, но нотаций от моего ревнивого мужчины на тему: «ночь в борделе» хочется избежать. Но на другой чаше весов – покушение на наши жизни, значит, рассказать всё же придётся.

На прощание Лакриш громко чмокнул меня в щеку и незаметно сунул в руку листочек бумаги.

Город только-только просыпался. Свидетелей того, откуда вышли три студентки второй Академии стихий, не нашлось. Уже неплохо. Еще я была уверена, что в такое теплое солнечное утро никто не попытается нас сжечь и уж однозначно никто не подумает, что мы проститутки.

– Сначала в «Козу» сходим, – скомандовала я, – заберём вчерашние покупки.

– Стрекозу, – поправила Келси и начала ныть, – Кристи-и-ин, может, объяснишь всё-таки.

– Может. Но не сейчас.

– Келси, отстань от неё, – буркнула плетущаяся позади Алиса.

– Ага, отстань, – я подставила лицо утренним лучам солнца и уловила тонкий аромат от своих волос. Спасибо розмариновой ванне.

Мы благополучно добрались до «Козы», при этом хозяин лишь мельком взглянул на Алису и Келси и, пока они забирали пакеты, угостил меня стаканчиком свежевыжатого виноградного сока, сияя лучезарной улыбкой и украдкой поглядывая в вырез моей юбки.

На каретном дворе томились в ожидании несколько повозок и зевающие извозчики. И как разительным было то, что теперь не я упрашивала кучеров, а они меня. Я усмехнулась земному воспоминанию, когда таксисты ловят клиентов на вокзале или в аэропорту. А всего-то и надо было: легкую сексуальность в одежде, милую улыбку и солнечное утро. И, пожалуйста, никто от тебя не удирает, не обзывает и не хочет отхлестать кнутом, а очень даже наоборот.

Спрос рождает предложение, значит, и право выбора. А потому я предпочла закрытую карету с бархатными сиденьями и тридцатипроцентной скидкой.

– Кристи-и-ин. Ну расскажи, а? – снова подала жалобный голос Келси, которая села напротив нас с рыжей.

Алиса оторвалась от созерцания улиц, закрыла каретное оконце и в упор взглянула на длинновласку.

– Нет, Келси. Рассказывать будешь ты.

– Что?

– Всё.

– Элис, я не понимаю.

– Всё ты понимаешь. Трой. Ты знала, что он придёт в музей. Ты заманила нас туда, – Алиса ткнула пальцем в Келси и отчеканила каждое слово, – Ты. Чуть. Нас. Не убила.

– Вздор! Я вообще не понимаю, что происходит. Почему он напал? Почему пытался нас сжечь? Что я ему сделала такого?! Трой сказал, что всего лишь поговорить хочет!

– Всё-таки ловушка, – Алиса потерла виски.

– Да какая ловушка?! Мы должны были в «Стрекозе» встретиться. Он подошёл ко мне у фонтана, сказал, что видел, как вы заходили в лавку леди Шу и что ему очень нужно тобой поговорить. Попросил привести вас в этот ресторан.

– И ты вот так просто согласилась?!

– Не просто. Он же меня бросил. Я очень разозлилась и подумала, что он хочет вернуть тебя. Но Трой убедил, что и мысли такой не было. Сказал, будто у вас с ним осталось дело, которое надо срочно разрешить. Якобы ты его и слушать не станешь, если он подойдет просто так на улице. А ещё пообещал, что поговорит с ректором первой Академии насчет меня, замолвит словечко, что у него там есть нужные связи. Конечно, я согласилась. Учиться в самой лучшей Академии Ампелоса – что может быть круче! Предел мечтаний любого студента, ты же понимаешь! Отец бы мной гордился. – Длинновласка грустно вздохнула, провожая разбившуюся надежду. – Но в «Стрекозу» он не пришёл. В какой-то момент я перестала его ждать, а просто наслаждалась элем и весёлыми разговорами. Все удивлялась, почему мы с тобой не поладили раньше, Элис. Второй год вместе учимся, но только и делаем, что грыземся. Но как бы там ни было, в музее Троя встретить я никак не ожидала. В этом моей вины нет!

– Но почему ты сразу не сказала? – вклинилась я в разговор. – Или не сообщила…

И вот теперь до меня дошло. А собственно, что и кому она должна была сообщить? Стремление сохранить репутацию Академии сыграло злую шутку. За исключением узкого круга лиц о том, что Трой замешан в чёрном деле, не знает никто. Парень практически свободно может общаться со старыми знакомыми, студентами, бывшими девушками и ни один из них даже не подумает известить ректора или министерство, что видели опасного преступника. Для всех Трой перевёлся в лучшую Академию. Максимум – ему только позавидуют. Всё.

Мы с Алисой переглянулись, её мрачный и загруженный вид говорил о том, что она пришла к такому же выводу.

– Келси, послушай, – я обратилась к девушке. – Дело довольно сложное. Пока никому нельзя рассказывать о случившемся. Это очень, очень важно. Я бы даже сказала – жизненно важно.

– Но…

– Тебе всё объяснят, но немного позже. Договорились?

– Кто и когда?

– Позже. Вечером или завтра. – Главное сообщить Арсу или Ками. Пусть они сами разбираются и с Келси, и с Троем.

– Меня чуть не сожгли вчера, а ты предлагаешь просто ждать вечера?! – в голосе девушки звенели истеричные нотки.

– Пока да, пойми, так надо, – принялась убеждать сокурсницу Алиса.

– Бред! Это ненормально.

– Но жизненно важно. Если не хочешь завтра же вылететь из Академии, – я опустилась до угроз. А что, если по-хорошему не понимает. – Ректор уж постарается. Он в курсе дела.

В карете повисло напряженное молчание. Келси несколько минут осознавала серьёзность наших уговоров.

– Тогда хотя бы объясни, где мы сегодня ночевали?!

– В борделе, – коротко выдохнула я.

– Примерно так я и думала, – покачала головой Алиса.

А Келси нервно закашлялась:

– Кристина, ты… ты… ты! Да как можно до такого додуматься?! Как мы там оказались? Позор! Если кто-то узнает! Что отец скажет?! Да ты…

Ожидаемо, за бордель Келси вылила на меня ведро негатива, два ведра претензий и три ведра помоев. Потом она слезно попросила никому про дом утех не рассказывать.

– Да больно надо. Давайте будем всем говорить, что ночевали у твоих друзей в городе, – предложила альтернативу Алиса. – И что у нас с тобой перемирие.

– И это ещё не всё, – я выудила из кармашка юбки листочек бумаги и развернула. – Счёт за услуги заведения.

– Мда-а-а. Тут наших стипендий не хватит, причём за все пять лет обучения, – поправила Алиса рыжую челку. – Келси, у тебя деньги есть? Аристократическое семейство Сибон сможет решить эту проблему?

– Да как ты себе это представляешь? Привет, папочка, я тут неплохо оторвалась в борделе, ничего не помню, но вот тебе счет. Да он меня сам испепелит на месте. И гораздо успешнее, чем Трой.

Ну и чёрт с ней, попрошу у Арса. Или соберём пока сколько есть. Интересно, у леди Оры развита система кредитов и рассрочек? Мне очень не понравился её взгляд, словно товар на рынке рассматривала. Нет, даже думать об этом не хочу.

Дальнейший путь проделали, погрузившись каждая в свои мысли. Прежде чем разойтись, я ещё раз напомнила Келси о молчании и для убедительности пригрозила, что, проболтавшись о музее, непременно всплывет и бордель.

У дверей комнаты № 308 поджидал Эйдан. На его лице пронеслась целая гамма чувств. Обрадовался, что мы наконец соизволили явиться, нахмурился на Алису, восхитился моим разрезом на юбке, было что-то ещё, но я уже прошмыгнула в комнату, оставив их с рыжей выяснять отношения.

Я занялась разбором вчерашних покупок, шуршала упаковками и развешивала обновки в шкафу. В скором времени вошла Алиса.

– Чего так долго?

– Чего-чего. Объясняла Эйдану, что ночевала в городе у друзей Келси. И да, мы выпили виноградного эля, и да, мы плохо помним события. Получилось почти честно.

Алиса подошла ко мне вплотную, вырвала из рук брюки, бросила их в шкаф, схватила меня за плечи и как следует тряхнула.

– Стине. Говори. Этот мужик из борделя тебя принуждал?

Она тряхнула меня ещё раз.

– Я твоя подруга. Мы с тобой пережили оборотня, покушение и это тоже переживём. Рассказывай всё. Что у вас было?

– Ванна.

– Какая ванна?

– Розмариновая. Лакриш сделал мне ванну, а потом массаж головы.

– Ладно, а дальше?

– Шеи.

– А потом?

– Ничего. Мы просто спали.

– Вы спали? То есть вы с ним зани…

– Мы просто спали. Я, ты и Келси. Втроём на этой огромной сиреневой кровати на сиреневых подушках под сиреневым покрывалом. Всё. Интима не было. Ни у кого из нас. Хотя нет, вру, – вздохнула я и Алиса тут же напряглась. – У меня состоялся незащищенный половой контакт с тем чёртовым агрегатом, который я пёрла не знаю сколько сотен шагов. Простыми словами, я затра…

– Прости. Стине. Прости. Я поняла. Но я не про станок сейчас. Мужик тот, он же почти голый ходил.

– И что? Никогда обнаженных мужиков не видела? В борделе так все ходят. Кроме леди Оры, которой я теперь должна кучу денег. Понятно?

– Понятно, – Алиса меня обняла. Душевно так, крепко. Обняла и держала. А я таяла. Злость на подругу отступала. Я чувствовала поддержку. Разберёмся мы со всем этим. Разберёмся.

Тактильная психотерапия от рыжей подействовала, и я рассказала всё в подробностях. И ещё более удивительным было то, что Алиса не переспрашивала, не осуждала, не охала, как Келси, до дрожи в коленках, преживая за свою честь и репутацию.

– Извини. Надо было тебя послушать и сходить в музей утром, как все нормальные люди. Я просто хотела поскорее разобраться с твоим Рэем, а не тратить на это последний выходной. Да и Келси так уверенно говорила. Не пойму даже, почему я повелась.

– Просто вам моча в голову ударила, – беззлобно отозвалась я.

– Виноградный эль. Не буду больше никогда его пить!

– Я, похоже, вообще никогда не буду пить. Ни эль, ни прочий хмель.

– Посмотрим. Сейчас душ приму, переоденусь и пойдем к Арсу. Ты пока с вещами закончи, а я мигом.

Мы стояли напротив стенда с именами преподавателей. Алиса, хоть училась в Академии второй год, но в этом корпусе была впервые. Я показала ей записи с именами Ками, Арса и Рэя.

– Так странно. Арс такой крутой, популярный, а вот про Рэя вообще никто не упоминает. Как так? Я вот смотрю на все эти фамилии на стенде и создаётся впечатление, что чем ниже этаж, тем круче препод. Похоже, что Рэй твой с четвёртого этажа – так себе профессор. Хоть и написано про высшую категорию. К тому же он в баре подрабатывает, как простой человек. Согласись, Стине, всё это очень странно.

– Угу.

– Зато благодаря нашей вылазке в музей теперь мы знаем, что Рэю твоему двадцать девять лет и он младший брат Арса.

– Ты ещё и возраст успела разглядеть.

– Да. Арсу, кстати, тридцать три.

– Не слишком ли дорого нам эти знания обошлись? – недовольно хмыкнула я. – Ладно, пойдём.

Мы стояли на втором этаже перед апартаментами огневички. Ками тоже, как и Арс, не открыла дверь. Бли-и-ин!

– И что будем делать?

– Снимать штаны и бегать, – отшутилась Алиса. – Попозже придём. В Академии нам боятся нечего. Трой, хоть и гад последний, но не дурак, сюда не сунется.

Мы с Алисой возвращались в свою комнату, когда нас нагнала Энджи.

– Для № 308 пришла посылка.

Комендант сунула в руки удивленной Алисы огромный букет нежно-сиреневых цветов, источающий тонкий сладковатый аромат.

– Ого! – выдохнула рыжая и мы вошли к себе.

– Красивый букет. От Эйдана?

Подруга нашла конвертик с запиской, тут же нахмурилась.

– Это для тебя. «Спасибо за незабываемую ночь, моя императрица…»

Что?! Щеки обдало огнём. А рыжая продолжала читать:

– «…Твой нежный голос райской песней звучит в моей голове. Прикосновения твоих бархатных рук…»

– Вранье! Я его не трогала!

– Ты точно в этом уверена, Стине? – вкрадчиво спросила рыжая.

– Да! Ничего же между нами не было! Не-бы-ло!!!

Но по спине уже побежал мерзкий холодок. А что если… если… У меня калейдоскопом мельтешили мысли: ванна, халат, кровать, Лакриш… Как он мог? Воспользовался… А как же Кор… А синий пузырёк…

– «… Мои губы до сих пор горят от наших пылких поцелуев. Твоя сочная…» Да что вообще он себе позволяет?! – возмутилась рыжая, а я ощутила острую нехватку свежего воздуха. – Постой, фу-у-ух! «…Шучу, малышка, выдыхай. Никогда ещё у меня не было столь легкого и интересного заработка. Спасибо, императрица. Твой друг, Лакриш. Ах, да, если все-таки захочешь чего-то большего, чем массаж головы, ты знаешь, где меня найти. Целую.»

Я подошла к окну и вдохнула знойный воздух. Свежести он не принёс.

– Ни фига себе у него шуточки! Ой… Стине, тебе плохо?

Ничего не ответив подруге, я судорожно дышала. Как же я испугалась за отношения с Кором. Мне нужно к нему. Сейчас! Чтобы сильные руки закрыли меня от всех этих проблем! Плевать на всё. Мне он нужен! Срочно! Он поймёт! Должен понять! Я понеслась в преподавательский корпус, на четвёртый этаж к двери профессора Рэйсгорна. Я стучала и стучала.

– Его нет дома, Стине, – произнесла Алиса за моей спиной. Значит, бежала следом. – Успокойся. Ничего не случилось. Это дурацкая шутка. Всё хорошо.

– Не хорошо. Я к нему хочу. Мне надо!

– Тогда идём в бар. Может, он там?

Алиса, светлая голова. Ведь точно!

Но не успели мы выйти на улицу, как были остановлены сердитым окликом, от которого я едва не подпрыгнула:

– Кристина из Орска, будьте добры объясниться!

Лорд Арсгорн Ливарелл стоял на крыльце парадного входа в Академию в тёмном дорожном камзоле, с сумкой через плечо и буравил нас взглядом пронзительно-голубых глаз. Как же я была рада его видеть! Сама от себя не ожидала, что, наплевав на все правила приличия, брошусь к нему с прицелом на объятья. Видимо, сказался пережитый стресс. Но лорд Ливарелл ловко увернулся.

– Держите себя в руках, студентка, – холодно произнёс он и мельком осмотрелся.

– Добрый день, профессор Ливарелл. Мы приготовили доклад, хотели вам показать перед завтрашним выступлением, – нарочито громко сказала Алиса, а я уставилась на подругу непонимающими глазами. – Вы не могли бы нас выслушать? Это очень срочно!

– Сегодня воскресенье, – повысил голос лорд. – Я ждал вас с докладом на прошлой неделе! Почему я должен сейчас тратить на вас своё личное время?!

– Но…

– Минус балл за безответственный подход к заданию, – рявкнул он на Алису и обдал холодом голубых глаз, заставив рыжую вздрогнуть. Проходящий мимо лорд Иол одобрительно ухмыльнулся.

– Я…

– Марш в тридцать вторую аудиторию! – скомандовал Арс. – Назначаю вам час тренировок базовых стоек! Зайду, проверю!

– Я бы им ещё пару докладов задала, – подсказала какая-то седовласая профессорша, кажется, с воздушного факультета.

– Верно, леди Суринтина, – кивнул ей Арс и рявкнул нам, – и дополнительный доклад! Тему завтра на паре дам.

Он зашагал прочь, а мы под шепоток студентов, видевших произошедшее, поплелись в аудиторию № 32, предназначенную для практик.

– Ну, Стине! Совсем сдурела?! Ты чего на Арса на глазах у всех вешаешься?

До меня как до жирафа медленно доходило, что моя несдержанность могла крайне плохо сказаться на репутации Арса, а ещё вызвать недовольство ректора. Уверена, что слухи до лорда Арчибальда дошли бы быстро. О чём я только думала! Хорошо хоть рыжая не растерялась. Хитрая лиса разыграла сценку перед нежелательными свидетелями, лорд поддержал.

Спустя десять минут в аудиторию вошёл Арс и прикрыл за собой дверь.

– Не успел я вернуться из деловой поездки, как тут же получил известия, что некие леди, которые находятся на особом контроле у Академии и должны сидеть тихо и не высовываться, напиваются эля и всю ночь куролесят с мужиками из дома утех! А вместе с новостями мне ещё и счёт выставили!

– Ничего мы с мужиками не куролесили! – возмутилась я, игнорируя холод Ливарелловского взгляда.

– Нет?! А у меня другие сведения. Но тебе, императрица, похоже, одного Лакриша не хватило! – лорд подошёл ко мне, а я расправила плечи и не отступила, потому что виноватой себя не считала. – Разочарую твой неуемный пыл – я не продаюсь. К тому же напоминаю, что работаю не в доме утех, а в Академии стихий. Есть устав, в котором четко прописана недопустимость подобного поведения между преподавателем и студенткой.

– Простите. Все случайно вышло. Стечение обстоятельств. Между прочим, на нас….

– Кристина, – устало выдохнул Арс и отступил, – почему нельзя просто взять и учиться?

– Я пытаюсь. Но мы не о том хо…

– Плохо пытаешься! Ладно, а станок откуда?

Выходит, Лакриш ему и это рассказал? Ведь, кроме кудряша про станок никто не знал. Когда только успел?

– Вот именно об этом мы и пытаемся вам рассказать, – тихо, но твёрдо произнесла Алиса и скрестила на груди руки.

Рассказали. Всё в подробностях. От и до.

Лорд Ливарелл мерил широкими шагами помещение, хмурился и периодически осквернял стены аудитории благим матом, не предназначенным для ушей леди. В процессе он мыслями не делился, но когда остановился, подвел итог:

– Значит, так. Никаких больше самостоятельных поездок в город! И вообще за территорию Академии не высовываться. Уяснили?!

– Да, лорд Ливарелл, – Алиса старательно прятала лицо за терракотовой челкой.

Я ограничилась легким кивком и уточнила:

– А Келси? Как быть с ней?

– Разберусь. Хорошо, что у вас хватило мозгов не трепаться. А ты, – лорд снова подошел вплотную, буравя льдом своих глаз, ткнул пальцем в ямочку на моей шее, – на следующую субботу однозначно отменяй все свои запланированные эли, бордели, мужиков и утехи. Поедем на практику… кхм… императрица.

– Я ничего такого не и планировала, лорд Ливарелл! И я не… Подождите, практика? Это та самая, моя личная?

– Та самая. И проведём мы её не здесь.

– А где?

– Увидишь. А сейчас – марш в комнату! За учёбу!

Арс в своём репертуаре – напустил туману, но никаких подробностей не поведал. Ну как можно быть таким… таким… мужланом, вот! Отчего-то вспомнилось так и не прижившееся прозвище, которым я поначалу окрестила лорда.

– Мне показалось? – спросила Алиса, как только мы вошли в нашу комнату.

– Что?

– Что Арс смотрел на тебя немного дольше, чем полагается. У меня на такие штуки глаз наметан.

– Да перестань! – я кинула в рыжую развешанную на спинке стула мантию. – Не говори ерунды! Он всего лишь вспылил.

– Ага, ещё бы он вспылил. Какому мужчине понравится, что интересующая его девушка проводит ночи в лапах собственного Аполлона в борделе, а?

– Пф-ф! – фыркнула я. – Алис, ты перегибаешь. У тебя какая-то гиперозабоченность. Ты мне постоянно впариваешь то одного, то другого мужика. Не надоело? Да, наши с лордом отношения переросли в дружеские. Поэтому вполне нормально, что он проявляет обеспокоенность. Повод мы ему дали отменный. И не моя в том вина! Вот кого на подвиги-то потянуло, а? Меня что ли? Нет! Я сразу сказала, что не хочу в этот музей идти.

– Зато как хлестать эль с Келси, так ты первая. – Теперь ком из мантии полетел в меня.

– Один – один, – сдалась я и развесила несчастный плащик в шкафу.

– Ну а ты сама? – спросила рыжая.

– Что я?

– Совсем-совсем ничего к Арсу не испытываешь?

– Алис, ты достала уже, честное слово!

– Да я не с целью сводничества. Хочу знать, что ты испытываешь на самом деле. – Алиса подошла ко мне и положила ладонь в область моего сердца. – Что чувствуешь здесь?

– Руку твою, – фыркнула я, отстраняясь, – Арс для меня только друг. Хороший, правильный, надёжный.

– И красивый, – подсказала рыжая зараза.

– Есть немного… Ну ладно… Да, он весьма притягателен. Не зря ж на него все девчонки слюни пускают.

– Итак, – Алиса принялась загибать пальцы, – обаятельный, харизматичный, надёжный, сексуальный. И самое важное – ты ему доверяешь.

– Рэю я тоже доверяю.

– Да? И с чего вдруг? Рэй втянул тебя в историю с оборотнем, дал подсказки, которые привели в логово зверя. Можно сказать, на верную смерть. Но спасать-то нас пришёл Арс, забыла?

– Я помню.

– Похоже ведь на старые добрые сказки, где принц на белом коне спасает принцессу от чудовища. А потом они жили долго и счастливо.

– Я далеко не принцесса, Алиса. И Арс не принц. И вообще, конь у него – чёрный.

Я закрылась в ванной, чтобы избежать дальнейшего выслушивания сказочных теорий подруги. Но вопрос Алисы надоедливо въедался в мозг: «Что я на самом деле чувствую к Арсу?»

Плеснула себе в лицо прохладной водой, отгоняя неуместные мысли.

Остаток дня мы провели за книгами и тетрадями. Светиться в третий раз за день в преподавательском корпусе я не стала. Алиса права, как бы мне не хотелось укрыться в тёплых и сильных руках Кора, но я действительно о нём ничего не знаю. И, похоже, ему есть что скрывать. Кор, Рэй, Ливарелл, профессор, бармен, алхимик, лорд – и всё один человек. Блин, как же всё это сложно!

Мысли о Рэйсгорне я с трудом отогнала в сторону и с не меньшим трудом принялась за задачи по материи магии. Домашние задания никто не отменял. Возможно, именно это мне сейчас и нужно: заняться учебой, отвлечься.

Только благодаря своей усидчивости и ответственному подходу, на следующий день я получила низший бал по ненавистному предмету. Хуже было тем, кто и вовсе не заработал баллов. Так что в целом день прошёл неплохо. А вечером ждала тайная тренировка с Ками.

Я с превеликим удовольствием влезла в новый спортивный костюм и отправилась на занятие. Огневичка ожидала меня в стихийном зале. Разговор о нашем приключении она поднимать не стала. Но то, что уже была в курсе последних событий – это точно. Иначе стала бы она меня так конвоировать до тренировочного поля.

Камила де Лэйн обругала меня трижды. Во-первых, за игнорирование её требований, а именно за пропущенную утреннюю пробежку вокруг Академии. Да я про неё даже не вспомнила! И да, я не смогла соврать Ками, когда она задала этот вопрос. Во-вторых, я подняла тему запущенных Эйданом глазастых пельменей, постаралась максимально объяснить причину такого поступка и искренне просила не выдавать водника. Ну, и в-третьих, за то, что я абсолютно неспортивная рохля, у меня нет выносливости и, вообще, это всё никуда не годится.

Но про покушение по-прежнему даже не заикалась. Подумалось, что Ками решила таким образом меня оградить от лишних переживаний. А может, хотела, чтобы я первой заговорила на эту тему. Не знаю. Пока я просто выполняла замысловатые боевые стойки.

Ливень начался внезапно, будто где-то наверху резко открыли кран с водой. Ни тебе усилившегося ветерка, ни повышенной влажности в воздухе, ни первых редких капель. Секунду назад дождя не было, и вот я уже стою насквозь промокшая, даже не успев выйти из стойки. Другой мир – другие правила.

Ками ругнулась в очередной раз, теперь уже на погоду. Магичка произнесла какую-то абракадабру, взмахнула рукой и над нашими головами вспыхнуло тонкое огненное облачко. Оно с шипением поглощало струи дождя. Вот у них, значит, какие зонтики. Следующее заклинание обдало тепловыми потоками и высушило мой спортивный костюм.

– Ого! Круто! А волосы можешь подсушить?

– А укладку тебе не сделать? – отозвалась огневичка. – Заклинание действует только на одежду. Придётся нам прервать занятие, Кристина. Под ноги смотри. Землю уже развезло.

В Академию входили, оставляя за собой жуткие грязевые следы на крыльце. Внутри Ками предложила снять обувь, чтобы не пачкать пол.

– Так, Кристина. Ты же в курсе, что мы с Арсгорном разделили наши обязанности по твоему дополнительному обучению. Я взяла на себя спортивную базу, Арс – практическую магию. И мы обещали тебе дать мага земли, который займётся теоретической стороной твоего тайного образования. Так вот, раз уж наше занятие сорвалось, предлагаю пойти сейчас к земельнику. Чего время зря терять, а?

– Э-э-э. Даже не знаю. А он не спит? Ночь ведь.

– Этот не спит, – леди де Лейн бросила на меня странный взгляд, который я не разгадала.

Академия уже погрузилась в сон, но леди де Лейн уверенно взяла курс на библиотеку. Огневичка остановилась перед стеновой панелью из орехового дерева справа от дверей в книжное царство.

– Ого! – не удержала я удивлённого возгласа. Ещё бы. Очередная тайная дверь! Да сколько же их здесь?!

Мы шагнули в темноту и панель за нами бесшумно закрылась.

– Осторожно, ступеньки, – предупредила Ками и зажгла над нашими головами небольшой огненный светлячок. Я уже видела такой в терминале, когда только оказалась в Ампелосе. Собственно, это было моё первое знакомство с магией. Правда, тогда я вообще не понимала, что происходит.

Мы спустились по узкой винтовой лестнице и оказались в длинном каменном коридоре, освещаемый только нашей сферой. Казалось, что даже воздух загустел, пропитавшись мраком.

– Ками, почему мы в подвале? – я беспокойно поёжилась. Воспоминания о пещере с оборотнем были слишком свежи в памяти.

– Здесь у нас располагаются особые лаборатории. Не для студентов. Для личных разработок некоторых профессоров. Оставим обувь здесь. Чего грязью трясти повсюду. Не бойся, Кристина. Всё в порядке.

– Хотелось бы верить, – мне было очень тревожно.

Мы вошли в четвёртую дверь. Я считала. На всякий случай.

Как было жутко находиться в каменном коридоре, и как разительно уютно было в этой лаборатории. Босые ноги приятно утопали в ворсистом ковре, мягкий и приглушенный свет освещал аккуратные стеллажи с банками и ретортами, на дубовых столах громоздились конические колбы, причудливой формы сосуды, в углу на каменном изваянии дымился небольшой ведьминский котелок. В воздухе витал легкий аромат кориандра…

– Де Лейн? – раздалось сбоку так неожиданно, что я вздрогнула, ойкнула и осознав, что прекрасно знаю этот голос, ойкнула ещё раз.

Высокий мужчина с глазами цвета темного миндаля, одетый во все черное, стоял возле одного из стеллажей с увесистой книгой в одной руке и засушенным пучком трав в другой, словно сверялся с рецептом неведомого зелья.

– Рэй, это Кристина Соловьева. Мы договаривались на счёт неё.

– И? – он бросил на меня ничего не значащий взгляд. – Это даёт вам право врываться сюда среди ночи?

– Так ты занят?

– Я всегда занят.

Он неспеша перелистнул страницу книги. У меня сердце рвалось из груди, хотелось кинуться к нему в объятия… Я держала себя в руках и просто искренне улыбалась моему Кору. То есть Рэю. Но это стена неприязни и холода, воздвигнутая его отстраненно-хмурым поведением, вгоняла в тупик. Я решительно ничего не понимала.

– Оставим. Сейчас не о нас речь, – негромко произнесла Ками, а в её голосе отчётливо прозвенели злобные нотки. Душу неприятно царапнуло странное «не о нас», и моя улыбка угасла сама собой. – Кристине нужны знания. Ты согласился.

– Допустим, – Рэйсгорн небрежно кинул книгу на стол и снова взглянул на меня. Безразлично, равнодушно. Сразу неприятно защемило в груди. – И какие знания тебе нужны, студентка?

В глубине души я надеялась, что происходящее – «игра на публику», Кор ведь скрывает наши отношения ото всех и от Ками в том числе. Но в лаборатории висела напряженная атмосфера. Тяжелые взгляды, сухие слова, резкие движения… Будь на его месте другой профессор, он бы сказал: «леди, я сейчас занят, приходите завтра», или что-то в этом духе. Но здесь и сейчас всё было не так. Слишком неправильно.

Слышать безликое, безымянное слово «студентка» было мучительно. Вот так просто, будто я никто, будто между нами ничего не было. Ни тех ласк, ни той страсти, ни моего признания в любви. А как же: «Ты моя леди»?

Я… Я не понимаю… Чувствую, как к горлу поступил противный комок. Нет, нет, нет. Я плакать не буду! Нет, я сказала!

– Похоже, никакие, – скептически хмыкнул лорд, не дождавшись моего ответа, затем выдернул с другой полки толстый фолиант, – выход позади вас.

Да иди ты к чёрту! Козёл! В задницу всю эту любовь! В зад-ни-цу! В комнате буду реветь и жаловаться Алисе. Я ведь действительно здесь за знаниями. Хорошо. Пусть оно так и будет! Я сдержала порыв сиюминутно выскочить за дверь, собрала волю в кулак.

– Теорема отведения магического потока в изометрии относительного энергетического поля, – отчеканила я громко абсолютно непонятную фразу, которую вчера тысячу раз перечитывала в учебнике по материи магии.

– Здороваться тебя не учили? – Рэйсгорн грубо осадил мою прыть. – Де Лейн, ты её сначала на уроки этикета своди.

Что-о-о?! Ещё секунда и клокочущая внутри обида на этого человека уступила место приступу злости. На себя бы посмотрел, маньяк библиотечный! Меня понесло:

– Доброй ночи, достопочтенный, глубокоуважаемый лорд Рэйсгорн Ливарелл, профессор алхимических наук, маг высшей категории стихии земли, – произнесла я его полное имя, вычитанное недавно на стенде, приторно улыбнулась со всем максимально наигранным радушием. – Не соблаговолите ли Вы объяснить нерадивой студентке неподдающиеся её скудному иномирному уму, основы теорий материи магии. Будьте столь добры, любезнейший лорд Рэйсгорн Ливарелл, не откажите в великодушии.

Моя выходка определённо произвела фурор. Вот вам и нежданчик, господа конспираторы. Кор выронил свой жухлый пучок трав, Ками хлопала глазами, а в лаборатории воцарилось удушающее молчание. Секунда, две, три…

– Ох! Неужели благородный лорд будет заставлять несчастную леди томиться в ожидании ответа. Ах! Как жаль! Как жаль! Если вашей милости не угодно моё присутствие – не смею больше отнимать у вас драгоценное время. Искренне приношу свои извинения за столь бестактное вторжение в вашу обитель.

В довершении всей этой тирады я отвесила Рэю плавный, грациозный реверанс, достойный императрицы, гордо вскинула голову, выправила осанку и направилась к выходу, немного согнув руки в локтях и изящно оттопырив мизинцы.

– Кристина? – как-то нерешительно окликнула меня Ками.

– Хорошо. Ладно. Всё. Я понял, – прозвучал за спиной голос лорда. – Возьми на столе тетрадь.

Я с большим трудом подавила желание отыграть роль до конца и чинно выплыть за дверь лаборатории. Вместо этого всё же направилась к указанному столу. Знания прежде всего, ведь так? Профессор Рэйсгорн подошёл, обдал ароматом кориандра, вырвал из тетради листок, набросал на нём несколько строк и протянул Ками.

– Де Лейн, поднимись в библиотеку и принеси эти книги.

Ками скорчила недовольную гримасу, но согласилась на роль девочки на побегушках и покинула лабораторию, громко хлопнув дверью.

– Открывай тетрадь и записывай, – скомандовал мне лорд.

Я огляделась по сторонам и язвительно спросила:

– Стул леди не предложите, профессор Ливарелл?

Он резко схватил меня за плечи, грубо прижал к себе и впился губами… Требовательно, жадно, не терпя возражений и не позволяя отстраниться. Поцелуй получился какой-то агрессивный и злой, но, чёрт возьми, до безумия сводящий с ума. Волна жара пронеслась внутри, наполняя всё тело желанием и выжигая все обиды, вопросы и разумные протесты.

– Рэй. Меня зовут Рэй, – сказал он, оторвавшись от моих губ. – Запомни! А теперь пиши.

Он резко развернул меня к столу. Я отказывалась что-либо понимать и не своим, глухим голосом спросила:

– Так что насчёт стула?

Получилось почти шёпотом.

– Ты мне уже одно кресло сломала, – обжег он моё ухо горячим дыханием. Тысячи мурашек побежали вниз по шее, по груди, разлились жаром внизу живота, сводя с ума. – Я не собираюсь на тебя мебель переводить.

Его руки вовсю блуждали по моему телу, которое, вопреки здравому смыслу, с трепетом откликалось на ласки этого непонятного и невероятного мужчины, абсолютно не поддающемуся логике. Сбитая с толку, я не могла, не хотела сопротивляться, и, потеряв всякий стыд, позволила себе тереться об него, как мартовская кошка.

– Пиши, – Рэй поставил мои руки на столешницу и сунул ручку.

– Что? – рваным шёпотом выдохнула я, ощущая неприличную дрожь во всём теле и осознавая, что с меня нагло спускают новые спортивные штаны. Чёрт! Понятия не имею, где я потеряла свою честь, достоинство и совесть.

– Магический поток стихии земли, – отчеканил лорд, – условно делится на четыре группы…

Кажется, это случилось на слове «четыре»… Буквы дернулись вверх, а с губ слетел бесстыдный стон. Ручка не слушалась во влажных пальцах, карябая ёрзающую бумагу. Но Кор продолжал хрипло диктовать текст, вколачивая в меня каждое слово, оттого мои записи были похожи на кардиограмму взбесившегося носорога.

«Пиши», – снова и снова заставлял он, не позволяя мне полностью отключиться от этого мира и погрузиться в сладкую пучину острого блаженства. И я была готова писать что угодно, сколько угодно, лишь бы он не останавливался.

Затем Кор дал возможность вычертить таблицу, линии которой вышли плавно-волнообразные под стать ритму движений. Когда столбцы были готовы, мы перешли к активно-агрессивному их заполнению. Третья колонка была исполнена таких эмоций, что буквы не помещались и в две строчки. Одна рука побелевшими пальцами с силой сжимала ручку, другая – край столешницы. Но это не помогло, и я улетела в бескрайний космос, огласив всю лабораторию неприличными стонами.

– Хорошо, моя леди, – выдохнул сзади Кор.

Это я тоже записала в таблицу – по инерции, абсолютно ничего не соображая. Последний столбик тяжело дался уже лорду. С рычанием, кое-как ему всё же удалось продиктовать эту злосчастную таблицу, поставив в конце жирную точку. Он обнял меня, и мы какое-то время стояли неподвижно, выравнивая дыхание и наслаждаясь этим порочным безумием. Психи.

В какой-то момент он слегка отстранился, словно прислушиваясь к чему-то. А потом ловким движением вернул мои штаны на место, притворившись, что так и было. Выволок откуда-то стул, усадил меня за стол уже по-человечески, сам встал с другой стороны и нацепил на лицо маску форменного безразличия.

– Я понятно объясняю?

Именно на этих словах я ощутила босыми ногами пронесшийся по полу сквозняк. Ками вошла бесшумно. Я сидела спиной к входу и не видела её, но поняла, что она там. Стоит ли думать, что огневичка хотела застать нас врасплох? Или это мои разбушевавшиеся эмоции? Ах да, Кор же мне вопрос задал.

– Относительно. Вы не могли бы повторить последние два абзаца? – Я бессовестно заглянула в карие глаза лорда. – А то я не всё успела записать. Да и по третьему столбцу таблицы возникли некоторые вопросы. Мне нужно более глубокое пояснение.

Кор двусмысленность слов понял и одарил меня таким взглядом, что я тут же ощутила новую волну мурашек вдоль позвоночника. В душе он улыбался. Я это чувствовала. Но снаружи перед столом стоял серьезный и хмурый Рэй. Профессор Ливарелл.

– К этому мы ещё вернемся… Обязательно. Но сначала разберём истоки энергетического поля. Без этих базовых знаний дальнейшее понимание материала будет затруднено, студентка.

Он сухо продиктовал мне несколько постулатов, и дал по каждому ссылки на учебники и страницы в них. Как раз пригодились те книги, что принесла Ками. Я периодически бросала на лорда многозначительные взгляды, но мужчина нацепил непроницаемую профессорскую маску.

Только оказавшись в своей комнате, я в полной мере осознала, что всё-таки произошло. И вместе с тем поняла, что запуталась в этом мужчине ещё больше. Рыжая удивленно смотрела на то, как я залезла в её половину шкафа и достала синий пузырёк с каплями от нежелательной беременности. Пришлось во всём сознаться.

– Ну не мог твой Рэй при леди де Лейн открыто с тобой говорить. Это нормально. Не думаю, что здесь стоит обижаться, Стине.

– Это я бы как раз поняла. Но одно – сделать вид, что мы не знакомы и вести себя соответствующее. Другое – откровенно хамить и унижать.

– Мне кажется, ты преувеличиваешь.

– Али-и-ис, тебя там не было. Воздух в лаборатории был пропитан ненавистью и презрением. Я это каждой своей клеточкой чувствовала. А потом раз – и он уже совершенно другой. Словно сначала там был Рэй, а потом появился Кор. Может он шизофреник, страдающий раздвоением личности? Не понимаю. Ничего не понимаю. Почему всё так сложно?!

– Я тебе сразу сказала, что не одобряю твой выбор. Ты ни черта не видишь! Этот мужик тобой просто пользуется, когда ему вздумается! Но, полагаю, лично тебя больше задело другое. Слова Ками: «Не будем о нас» – вот что тебя бесит сильнее всего. Стине, это называется ревность.

Я отвернулась к стене и укрылась одеялом с головой, будто кусок материи мог спрятать меня от всех проблем. Ха, как же! Да отстаньте все от меня. Отстаньте…

Утро сегодня снова было солнечным, нисколько не омрачённое моросящим весёлым дождиком. Зато в моей душе бушевал десятибалльный шторм. И унять его удалось лишь профессору Ялинской. Пара была настолько захватывающей, что я полностью погрузилась в мир магических кинжалов. Однозначно, артефактология – мой любимый предмет. Я даже всерьёз задумалась, а не попроситься ли к Ялинской на дополнительные занятия. Должно же быть хоть что-то для души! Вот только где найти на это время?

Такие мысли повлекли за собой другие, совсем нереальные: было бы здорово заиметь себе какой-нибудь артефакт. А ещё лучше несколько. Или даже целую коллекцию! Может быть, когда-нибудь…

Первая половина дня пролетела незаметно. После обеда я вернулась в нашу комнату. Алисы не было, зато на оливковом покрывале моей кровати лежала тетрадь, определённо чужая, а на алом покрывале подруги треугольничком стояла записка: «Не теряй, у нас с Эйданом на сегодня большие планы. До утра не жди;) Алиса Йо».

– Ясно. Спасибо, что предупредила, – сказала я с лёгким налётом белой зависти и потянулась к незнакомой тетради.

Теорема отведения магического потока в изометрии относительного энергетического поля. Так было написано на первом листе. Я разозлилась, потому что мысли обратились к моему мужчине со странностями. И эти странности не давали мне покоя.

– Ну спасибо за барский жест, ваше величество, король лаборатории. Покорно благодарю и кланяюсь в ноги. Явился, как к себе домой! У нас тут что, проходной двор?!

– Шшшш! – донеслось возмущённо из ванной комнаты, и мысленному взору открылся силуэт девушки-коменданта.

– Шиша! Это, выходит, Энджи принесла?

– Шшш, – «да».

– Оу. Царь-батюшка гонцов отправляет. М-м, как мило…

Я швырнула тетрадку на стол и отправилась на дополнительные занятия. Сегодня у меня физика с лордом Иолом. Особых трудностей этот предмет не вызывал, но подтянуть знания и отработать пропуски всё равно было нужно.

В комнату вернулась только после ужина и снова в глаза бросилась тетрадь Рэя.

– Так всё, Кристина. Хватит! Ты ведь решила учиться, так давай, учись! – наставляла я сама себя и зашуршала листами.

Двадцать с лишним страниц были исписаны аккуратным почерком, на полях красовались выноски, комментарии и зарисовки. Помнится, в учебнике этой теореме были посвящены лишь полторы страницы разъяснительного текста и сразу четыре страницы задач.

Я углубилась в чтение конспекта лорда Рэйсгорна. Каждая закорючка, точечка и крючочек в формуле были описаны, объяснены и разжёваны. Что откуда взялось, что куда подставлять, что выносить за скобки и много чего ещё. Боже, да эта тетрадь ценнее любого учебника! Перечитав конспект трижды, сделав зарисовки и пометки в собственной тетради, где уже красовалась взбесившаяся таблица, я была сама от себя в шоке:

– Неужели я, наконец, поняла все эти кудреватые Митрейки да мудреватые Кудрейки?!

Ссылки на строчки из книг, добытых ночью Ками, были тому подтверждением, так как я поняла и их тоже. Бросилась к домашнему заданию по материи магии и решила все задачи за час. За второй час справилась с задачами для дополнительных занятий.

Да это просто прорыв!

Окрыленная таким успехом, я и не заметила, как на Ампелос опустилась ночь. Наспех собрав сумку на завтра, сгоняла в душ и нырнула под одеяло. Но как я не жмурилась, как не вертелась с боку на бок + уснуть не получалось. Мысли неизменно возвращались к Кору. То есть к Рэю. Ведь не поленился же! Расписал всё как для пятилетнего ребёнка. Старался. Помог. Но что, блин, с ним не так? Что за выходки? Мозг просто закипает от этих непоняток.

А вот пойду и спрошу! Всё равно не спится. Только близко к лорду подходить не буду… Поговорим на расстоянии шагов пяти. Хватит? А если он в лаборатории будет, то я просто в дверях постою. Решено!

Сперва заглянула в библиотеку, ведь именно там мы сталкивались чаще всего. Окликнула Рэя пару раз, никто не отозвался. Следующим пунктом была лаборатория. Немного помялась на пороге – стучать или нет. Огневичка в тот раз просто вошла. Я последовала её примеру. В лаборатории было всё, как и вчера, за одним исключением – хозяин отсутствовал. Я подавила вздох разочарования. Краем глаза заметила на столе кружку с дымящимся напитком. Значит, лорд где-то поблизости. Ладно, подожду немного. Устала ломать голову, что, как и почему. Мне нужны ответы!

Потоптавшись у порога, решила пройтись по лаборатории – обнаружила ещё две двери под тяжёлыми портьерами. Открыла первую.

– Химик, блин, алхимик, а травки как заправская ведьма собирает, – задумчиво протянула я вслух, глядя на стены кладовой, увешанные сухими пучками, букетиками, корешками.

Подошла ко второй двери, только прикоснулась к массивному засову, как по руке пробежал разряд страха, заставив отдернуть руку. Сердце заколотилось быстро-быстро. Я так и замерла, ощущая невесть откуда взявшуюся панику и скользящий вдоль лопаток холодок. Жуть.

Но секунды шли и ничего не происходило. Я делала глубокие вдохи и старалась отогнать неприятные ощущения. В конце концов, что может быть такого страшного в лаборатории алхимика? Разве что опасные реагенты, взрывчатые вещества, пузырьки с ядами… А то и вовсе какие-нибудь трехлитровые банки с маринованными глазами, утиными ногами или протухшими грибами.

Как только я отступила на шаг – тревожные ощущения испарились. Меня осенила догадка – возможно Рэй наложил охранное бытовое заклинание, отпугивающее непрошенных гостей. Для меня это была ещё неизведанная тема. Бытовые заклинания, как и защитные, в Академии начинают изучать со второго курса. От Алисы краем уха слышала, что такие штуки бывают. Ну да и ладно. Я уже окончательно успокоилась. Ещё немного побродила по лаборатории, а атем уселась на небольшой мягкий диванчик в углу. Ладно, подожду ещё чуть-чуть…

Что-то пушистое коснулось щеки и носа. Кыш! Щекотно. Я шмыгнула, чихнула и уловила в воздухе нотки кориандра. Это мягкое снова напало, окутав руки, шею… Что?! Я резко разлепила глаза и встретилась с пронизывающим взглядом невероятных карих глаз. Кор нависал надо мной с объёмным мохнатым покрывалом оливкового цвета.

– Ты… Вы… Я… – словарный запас, кажется, сбежал из моей головы.

– Спи, моя леди, спи, – ласково и очень мягко произнес лорд.

Да какой там спать! С ума сошёл! Я не спать сюда пришла, а отношения выяснять, между прочим! Но почему-то не могла вымолвить и слова. Кор был так близко и отодвигаться не спешил. Кажется, я слышу, как бьется его сердце, как кровь бежит по венам, как учащается дыхание. Или это у меня? Да… Нет… И у него тоже. И у меня. До безумия захотелось ощутить прикосновения его рук, утонуть в его глазах, раствориться в поцелуях… Я плавилась подобно свече. Остатки разума кричали о дистанции, о запланированном разговоре… В конце концов, что нужно с головой укрыться этим чёртовым покрывалом, которое нас разделяло. А ещё, не знаю как, неизведанными фибрами души я слышала внутреннюю борьбу Кора. Борьбу испепеляющего желания и холодного разума.

Я высвободила руку из-под покрывала и прикоснулась к его груди, намереваясь оттолкнуть от себя… Разряд тока ударил по всему телу. Остатки наших разумов обратились в прах. Я ухватила его за ворот черной рубашки и дернула так, что пуговицы разлетелись в разные стороны. Кор с тяжёлым выдохом отшвырнул мохнатое покрывало и сжал меня в объятьях, раздирая ткань моей новой футболки.

– Моя!

– Твоя!

Большие круглые часы на стене показывали 7.15. Академия просыпалась. Самые ранние студенты уже наверняка чистили зубы, причесывались, повторяли учебный материал, возможно, возвращались в комнаты от своих половинок… Мне тоже надо. Но при мысли, что придётся выползти из кольца мужских рук, я поморщилась. Так не хотелось обрывать такое блаженное умиротворение.

7.26. Кто-нибудь, остановите это чёртово время!

Кор ласково куснул меня за мочку ушка. Пора. Знаю, что пора. Скептически оглядела ту кучу разодранного тряпья, в которую превратилась наша одежда…

7.34. Мой лорд нарушил нашу магию первым, расцепив руки и выпустив меня из объятий, но нежно поцеловав в щеку.

Я наблюдала, как он подошёл к шкафу и выудил оттуда мужской длинный халат из темно-зелёного шёлка – скрыл наготу, затем подошёл и с лёгкостью поднял меня с дивана. Я ласково прижалась к нему, надеясь продлить этот миг как можно дольше и прошептала:

– Люблю тебя, Кор.

Всем телом я ощутила волну напряжения, прокатившуюся по мышцам мужчины. Он отодвинул меня, ощутимо сдавив мне плечи. Лицо его стало жёстким.

– Повтори.

– Люблю тебя, Кор.

– Я – Рэй, – произнёс он, испытующе вглядываясь в мои глаза, словно ища испуг или смятение за оговорку.

– Нет, – я была в себе уверена, как никогда. – Сейчас ты Кор. Мистер Кориандр. Мой библиотечный маньяк. Мужчина, который сводит меня с ума.

– Кориандр? Маньяк?! Это так ты меня называешь?!

– А как ещё? Если ты пахнешь специями и распускаешь руки по ночам в библиотеке, – я прильнула щекой к его груди. – Ну не сердись, м-м?

– А нечего было меня соблазнять, – Кор снова меня обнимал, поглаживая теплыми ладонями, – и я не сержусь, моя леди.

– Да я и не пыталась никого соблазнить, всего лишь за учебником пришла! У меня контрольная не выучена была, а старая карга – библиотекарша мне не всё выдала по списку. А тут ты со своими поцелуями…

– Ночью библиотека для студентов закрыта. Это ты первая нарушила правила.

– Я? Это ты на меня напал!

– А ты, между прочим, вполне себе хотела. Ведь хотела?

– Да. И хочу ещё! – я запустила руки в его халат.

Чувствовала охватывающее нас возбуждение, ощущала, как Кор хочет снова повалить меня на диван. И это было единственным, чего я жаждала в тот момент. Но он, гад такой, схватил с дивана зеленоватое покрывало и быстро завернул меня в него. Я сразу почувствовала себя большой мохнатой и очень недовольной гусеницей.

– Время, Крис, – выдохнул он и подхватил меня на руки.

Знаю, что он прав. Знаю, что сердиться надо на время. И всё равно я взяла, да и куснула Кора за плечо. Хорошо так. Смачно.

– Это мы обсудим позже, – низким голосом произнёс лорд и крепко сжал моё бедро, что даже через два слоя покрывала почувствовалось его обещание.

Кор доставил меня к самому порогу комнаты № 308. Нас никто не видел, ибо мой лорд нёс меня через скрытые двери и тайные проходы. Оставалось только удивляться, как же много их в этой Академии.

Лорд сам открыл дверь в комнату моим ключом, внёс меня внутрь, поставил на ноги и, напоследок впился в губы.

– Кхм… Кхм…

Мы не сразу оторвались друг от друга и обратили внимание на Алису. Соседка стояла на пороге ванной комнаты с расческой во влажных волосах и диким удивлением в глазах. Кор отвесил ей учтивый кивок, сунул мне в руки оба моих ключа, один от комнаты, второй от библиотеки, и направился к двери.

– Стоять! – рявкнула рыжая. – Как это понимать, Стине?!

– Алиса, всё в поряд…

– Нет, не всё! Ты где была? Почему в таком виде? Где твои вещи?

– Э-э-э… Нету…

– Мы тебе для этого с таким трудом гардероб собирали?! – отчитала меня рыжая, намекая на недавнюю историю с борделем, затем она накинулась на мужчину. – Лорд Ливарелл, я полагаю?

– Рэй, – ответил он сухо.

– Рэйсгорн Ливарелл, вы хотели сказать?

– Я сказал то, что хотел сказать.

– У вас вообще совесть есть, Рэй?! – Алиса была похожа на взбешённую фурию.

– Крис, ты не упоминала, что живёшь с мамочкой, – лорд скрестил руки на груди.

– Она не…

– Я её подруга и я не позволю вам её использовать!

– Алиса, не надо…

– Замолчи, Стине! – осадила рыжая и вновь рявкнула на Рэя. – Вы пудрите ей голову, одурманиваете всякими алхимическими кориандрами, соблазняете! Да ей от вас начисто мозг отшибает, а вы и рады лёгкой добыче! Бессовестный! Ничего не объясняете, унижаете, параллельно имеете отношения с леди де Лейн. Это подло! Стине не заслужила такого! Она прекрасный человек, замечательная девушка. На её долю итак много выпало. Не смейте с ней так поступать! Я запрещаю!

Рэй окатил рыжую фирменным взглядом Ливареллов, пробирающим до костей. Таким, что даже я почувствовала мурашки.

– Иначе что? – негромко произнёс Рэй. Показалось, что в комнате внезапно стало темнее.

– У-устав. Академии, – подруга мелко задрожала.

– Это всё? – холодно спросил он Алису.

Я чувствовала исходящие от него волны раздражения. Рыжая распахивала рот, но словарный запас у неё окончательно иссяк.

Рэй молча покинул комнату.

– Алиса… Ну вот зачем?! – Обратилась я к рыжей, закрыв дверь.

– Затем! Пусть знает! Ты посмотри на себя. Вчера ты жаловалась на него, а сегодня светишься от счастья. Он тебе всё объяснил про себя?

– Нет.

– Но ты хоть спрашивала?

– Нет.

– Дура ты, Стине. – Алиса закатила глаза. – Влюблённая дура. Я тебе запрещаю с ним видеться!

– Ты не можешь.

– Это для твоего же блага. А ещё мы с тобой пойдём к леди де Лейн и спросим у неё про их отношения. А то, знаешь ли, её любвеобильность меня уже порядком бесит. Думаю, это поможет тебе раскрыть глаза.

– Али-и-ис…

– Сти-и-ине… – передразнила рыжая, затем достала из шкафа синий пузырёк и сунула мне в руки. – Хоть кто-то из нас должен рассуждать здраво.

Умом я понимала, что рыжая права, но сердце рвалось к нему. Рэю, Кору, да какая разница! Тем не менее, к Ками мы всё-таки пошли. Я как раз закончила свои дополнительные послеобеденные занятия по материи магии. К слову, профессор отметила моё продвижение по материалу и задала ещё десятка два задач. Но теперь это меня не пугало.

Мы стояли под дверью апартаментов огневички. Ками открыла не сразу. Мы уже почти собрались уходить, когда щёлкнул замок. Леди де Лейн приоткрыла дверь на четверть, но этого просвета было достаточно, чтобы разглядеть, что она наспех замотана в алую простынь, её короткие волосы взъерошены, а по шее стекает капелька пота.

– Что случилось?! – произнесла она с легкой отдышкой.

– Э-э-э… Мы не хотели мешать… – я испытывала дичайший дискомфорт, не могла подобрать правильные слова, и в глубине души очень надеялась, что в комнате её не Кор дожидается. – Извини…те.

– Так что стряслось, Кристина? Снова Трой?!

– Нет. Ничего такого.

– Ладно, – кивнула огневичка, – с Троем мы разберёмся. Найдем его рано или поздно.

– Лучше б рано, – вставила рыжая.

– Лучше б. А пока что ваша задача – не высовываться. В стенах Академии вы в безопасности. Так… А зачем пришли-то?

– У нас возникли некоторые вопросы, леди де Лейн, – произнесла Алиса. – Сожалеем, что оторвали от… от дел. Мы, пожалуй, пойдём.

– Подожди, Йохансен. Я как раз собиралась завтра с тобой переговорить, но раз уж ты здесь… На днях приедет комиссия по твоему…вашему делу. Из министерства. Мы, естественно, им про ваши воскресные похождения не рассказали. А то, знаете ли, вас бы уже в Ампелосе не было после взлома музея и порчи экспонатов.

– Мы ничего не портили! Наверное, это Трой, когда со смотрителем дрался…

– Возможно. Но и вы были там. Этим министрам только дай повод. Так что в ваших интересах сделать вид, будто все выходные нюхали книжную пыль в своей комнате. Комиссия будет проверять, как обстоят дела с неразглашением и тому подобным. Некоторые министры всё ещё настаивают на вашей депортации. Поэтому история с музеем – это ваш билет на Землю в один конец. Постарайтесь максимально не выделяться и быть паиньками. Особенно, Элис, тебя касается, как главного фигуранта этого дела. Я предупредила. И если ваши вопросы можно отложить до завтра, то я и вправду хотела бы продолжить свои дела.

Мы вернулись в комнату чернее тучи. Даже на ужин не пошли. Рыжая бурно негодовала, я удрученно вздыхала, а Шиша злобно шипел.

– Пусть только попробуют нас вышвырнуть отсюда, сволочи.

– Если такое вдруг произойдёт, Шишу забираем с собой.

– Шшшш, – в моей голове возникла территория Академии в виде плана. За территорией – чёрная пустота.

– Шиша не может выходить за пределы Академии, – пояснила я рыжей, одновременно вспоминая, как наш питомец смог меня только до ворот проводить в прошлый раз.

– Спроси у него, почему, – разумно предложила рыжая.

Но выдрообразная серая куча Алису прекрасно понимала, поэтому сразу протранслировала мне чьи-то роскошные апартаменты. Судя по преобладанию в декоре синих оттенков, владельцем помещения был маг воды. Затем ахатин приблизил в 3Д-визуализации один из шкафов со стеклянными створками. Внутри Шиша сосредоточил внимание на одном из разложенных там кинжалов. Лезвие его было слегка искривлено по дуге на манер нашего отечественного серпа. Я не сильна в оружии, названий не знаю, поэтому постаралась запомнить визуально каждый изгиб стали и каждую черточку символов на лезвии. Одно было ясно – Шиша показал мне артефакт, и он как-то связан с ахатином. Я пересказала увиденное подруге и даже сделала кривую зарисовку.

– Значит, нам нужно добыть этот кинжал! – воскликнула рыжая.

– Шшшш, – «да».

– И я так подозреваю, что просто попросить кинжал у хозяина не получится?

Я уловила панические нотки ахатина.

– А выкупить? – я взглянула на сжавшегося в комок Шишу, – похоже, что нет. Но ведь Ками только что сказала, чтоб мы избегали всякого рода приключений.

– Стине, но если комиссия всё-таки примет решение нас депортировать, будет ли у нас время завладеть кинжалом?

– А если попадёмся на краже – нас выгонят, не задумываясь. Этим гадам только дай повод!

– Значит, нельзя попадаться! Мы не можем бросить здесь Шишу. Он же как член семьи!

– Знаю, Алиса, знаю. Но ведь сейчас комиссии не к чему придраться. Мы держим язык за зубами, прилежно учимся…

– Ходим по борделям, напиваемся, вламываемся в музеи, – продолжила с сарказмом рыжая, – к тому же кое-кто посещает тайные занятия и спит с мутным профессором. Сколько пунктов устава Академии мы нарушили за последнюю неделю?!

– Ты ещё забыла про глазастые пельмени в твою честь.

Алиса показала мне язык. А потом мы, не сговариваясь, обе тяжко вздохнули.

– Шиша, показывай, кому принадлежат те апартаменты. Что-нибудь придумаем.

От разработки коварных планов и построения стратегий нас оторвал стук в дверь. Шиша незамедлительно скрылся в ванной комнате.

Алиса впустила Келси.

– Я пришла извиниться за свои слова. Кобра мне всё объяснила. – Виновато произнесла длинновласка, а мне подумалось: прямо-таки всё-всё? Про оборотня тоже? Сомневаюсь. – Я много раздумывала над тем, что произошло… В общем, Кристина, спасибо тебе, что не бросила. Публичный дом, не публичный… Какая разница! Главное всё обошлось, и нас никто не поджарил, не обидел и не увидел. Пятен на репутации нет, все целы, живы и здоровы. Прости, что накинулась с обвинениями.

– Всего этого можно было избежать, если б ты нам сразу все рассказала, – фыркнула Алиса.

– Или если б не ходили ночью в музей. Или если б не перепили эля, – продолжила Келси список «если», – к чему теперь об этом говорить.

– Если бы да кабы, да во рту росли грибы, то был бы не рот, а целый огород, – я вспомнила русскую поговорку и поймала на себе вопросительные взгляды рыжей и чёрной. – Что сделано, то сделано. Келси, я на тебя не в обиде. Ты права, главное, что всё обошлось.

– Я рада. Спасибо. И вот ещё что… – на стол с характерным звяканьем монет опустился небольшой мешочек. – Это всё, что мне удалось выпросить у отца. Пришлось соврать, что деньги нужны на модный спортивный костюм для тренировок боевых стоек. Здесь примерно четверть суммы.

Я поблагодарила Келси. Когда длинновласка ушла, на меня снизошло озарение.

– Али-и-ис, ну что мы как дуры себя ведём. Давай Арса попросим кинжал тот достать. Про Шишу он в курсе, и с лордом Дафино наверняка сможет договориться. И мы себя не подвергнем риску. Нужно в этот раз всё сделать правильно.

– А что, хорошая идея, всё равно к нему идти деньги возвращать, заодно и поговорим. Стине, можешь же умные идеи подкидывать хоть иногда!

– Что значит иногда? – я пихнула Алису в бок. – Зараза рыжая!

Решили времени зря не терять и направились в корпус преподавателей. Для конспирации взяли какие-то учебники и листочки. Не весть какой предлог для посещения личных покоев профессора, но лучше, чем ничего.

– Да вы! Вы знаете кто?! У вас что, гусиная моча вместо мозгов?! Что вам ровно-то не сидится?!

Арс метал громы, молнии и витиеватые матюки, достойные самого низкопробного сапожника.

– Ваше пребывание здесь под угрозой! Ясно?!

– Да, мы поэтому…

– Вы поэтому должны ходить на пары как самые прилежные студентки и изображать наивысшую добродетель, а в остальное время тихо зубрить материал в комнате! Что непонятного?! Я вас спрашиваю!

– Какие у нас шансы остаться, лорд Ливарелл? – негромко перебила Алиса лордскую гневную тираду, смотря куда-то в пол.

– Нормальные у вас шансы. Пятьдесят на пятьдесят. Либо выгонят, либо нет.

– Мы хотим остаться и продолжить учёбу! – Подругу немного лихорадило под разозленным взглядом пронзительно голубых глаз. – Но как можно быть спокойной после всех этих событий, да ещё и когда Трой разгуливает на свободе, а министерство посылает ревизоров по наши души? Мы просто хотим подстраховаться.

– И поэтому просите меня украсть кинжал у Дафино?

– Нет, не украсть. Мирно договориться, обменяться, выкупить… Говорим же, кража – всего лишь крайняя мера. Но мы готовы. Без ахатина не уедем отсюда.

– Элис Йохансен, я ведь могу прямо сейчас тебя приволочь в терминал и вышвырнуть из Ампелоса от греха подальше! Мало того, что тебе на саму себя наплевать, так ещё и подружку утопить решила?!

– Неправда! И вы так не поступите!

– Уверена?!

– Более чем. Вы наш друг и мы доверили вам тайну. Может, вы хотя бы попытаетесь…

– И думать забудьте! Элис – два параграфа на тему дисциплины и послушания из устава Академии! Кристина – в субботу в 7.30 у парадного входа. Ушли!

– Мы ещё деньги принесли, – промямлила я удрученно и сунула в руки Арса мешочек с монетами. – Вот. Здесь только часть…

– Я тебя что, просил мне возвращать деньги? Кристина, ты что думаешь, я не в состоянии заплатить по счету?!

– Нет, всё не так. Просто это наш долг…

– Ваш долг – учиться и не высовываться, – устало выдохнул Арс, вернул мне деньги и сел на край подоконника.

Мне вдруг показалось, что лорд на нас просто сорвался и выпустил пар, а на самом деле где-то внутри его гложет собственная проблема.

– У вас-то что случилось, лорд Ливарелл? Не только в нас дело, ведь так?

Он повернулся и посмотрел в упор. Я тяжелый взгляд выдержала.

– У меня теперь есть дочь. И с этим всё сложно. Самира болезненно восприняла перемены.

– Может, нам поговорить с ней?

– Иди, Кристина из Орска. Обе идите в свою комнату. И, главное, не делайте глупостей… Особенно завтра. Покажите министрам, что вы достойны быть здесь.

Утро добрым не бывает. Или нет, не так. Между первой и второй перерывчик не большой. Ведь именно на перемене между этими парами ко мне подошли наши старосты.

– Кристина, тебя в ректорат вызывают, – сочувственно покачала головой Лея.

– Эм-м-м… – протянула я, прекрасно осознавая причину вызова. Министры пожаловали. Комиссия, её за ногу!

– Прямо сейчас ждут. Говорят, ректор сегодня не в духе, – вздохнула Лия.

– Ладно. Спасибо. Иду.

Если на лицах близняшек можно было заметить любопытство, сочувствие, озадаченность, пожелание удачи, заверения, что все будет хорошо, то от стоящей через два ряда и смотревшей на меня в упор Унции исходили радостные волны злорадства.

Я постучала в дверь ректората. На месте леди де Фонтин восседала невзрачная женщина, но это нисколько не уменьшило неприятных чувств и воспоминаний о старухе Адриане и всей этой истории.

– Вас ожидают, Соловьёва. Проходите.

Приоткрыв дверь, я первым делом заметила алую мантию и рыжую макушку. Алиса сидела ко мне спиной на одиноком стуле посреди безворсового, но явного дорогого ковра. Вдоль стены располагался овальный ректорский стол, во главе которого восседал лорд Арчибальд. Лицо его было сердитым и хмурым, а пальцы непрерывно крутили волос на кустистой брови. За столом сидело ещё четверо. Дама в чопорном сером брючном костюме и трое дорого одетых мужчин. Всех четверых объединяло недовольство и надменность на министерских рожах. Да, именно рожах. Никак иначе. Они ещё не сказали ни слова, а я уже испытывала к ним жгучую ненависть.

– Йохансен, можешь быть свободна. Соловьёва, присаживайся, – сухо возвестила дамочка.

Алиса встала и, сохраняя вежливо-безразличный тон, коротко попрощалась. За спиной, правда, сжимала кулаки. Первый признак, что разговор был тяжёлым. Второй – взгляд, полный злобы, которым стрельнула в меня рыжая, проходя к выходу.

– Держись, – одними губами произнесла Алиса.

И я держалась. В прямом смысле этого слова. Держалась за стул так, что костяшки пальцев побелели, в то время как четверо напыщенных индюков выворачивали мою душу, заставляя вспоминать и снова переживать каждый момент в той чёртовой пещере. Покончив с прошлым, перешли к настоящему – успеваемости. Разбирали оценки, посещаемость, прогулы, поведение в обществе.

– По материи магии не сдана контрольная. Завалена. Почему до сих пор не пересдала? – спросил сурового вида толстопуз, представившийся лордом Котником-чего-то-там-дальше, я не запомнила. Он периодически прикладывал накрахмаленный носовой платок к обильно потеющей шее. Про себя я окрестила его «потником».

А контрольную я ту вспомнила. Когда гадина Унция мне шпаргалку подкинула. Это ещё до пещер было. Так давно, что я про это напрочь забыла. Удивительно, что и профессор Залдарона тоже не напомнила о пересдаче. Специально? Или забыла? Или она не обязана?

– Соловьева?!

– Да… Я ещё не успела. Как раз собиралась на следующей неделе пере…

– Что помешало сделать это раньше? – включилась в разговор леди Чериза Наер.

– Все эти события: пещера, оборотень, больница…

– Довольно! – оборвала мои перечисления неприятная дамочка. – Вас уже больше недели как выписали. И Вы до сих пор не нашли времени закрыть долги?

– У меня очень много дополнительных занятий. Большая загрузка…

– То есть учиться вам здесь тяжело? – спросил седовласый министр Тэлонис Наер. Этого я смутно помнила, кажется, именно он, шатающийся и перебравший алкоголя, танцевал со мной на осеннем балу.

– Нет, я вовсе не это имела в виду.

– Нет? То есть легко, хотите сказать, Соловьёва? – леди «брючный костюм» меня ловила на словах, – поэтому пары прогуливаете?

– Нет же! Всё совсем не так!

– А как? Например, на данный момент по расписанию у вашей группы сейчас артефактология, но вас на ней нет.

Так захотелось плюнуть в морду этой Черизе Наер и прибавить пару десятков отборных русских. Вместо этого я злобно скрипнула зубами, впилась ногтями в деревянную окантовку своего стула и сфокусировала взгляд на броши, приколотой к ее серому пиджаку. Она провоцируют меня. Все они. Маленькое украшение в виде синеватого шестиногого паука явно к лицу этой дамочке. Если не сдержусь, то из кабинета ректора сразу в терминал отправят и платочком помашут. А у пауков в природе шесть ног или все же восемь? Да плевать Черизе на его ноги, главное, что брюхо драгоценное. Сапфир? Может топаз? Или аквамарин…

– Соловьёва!

– Извините, – еле из себя выдавила.

– Соловьёва отработает пропуск, – пресёк этот абсурд ректор. – Сегодня у неё уважительная причина.

Дамочка гневно сверкнула глазами в его сторону. В разговор вступил четвёртый участник комиссии, до сих пор молчавший. Высокий, загорелый, широкоплечий – лорд Ювальд Кзавинский. Он начал гонять меня по материалу первокурсников. Вот тут я молиться была готова на конспект Рэя, ведь благодаря ему я практически выдержала этот внезапный экзамен. Практически. Ибо всего запомнить невозможно, какими бы способами не вдалбливались знания.

– По моей части этой студентке я бы дал средний уровень, – озвучил свой вердикт лорд Ювальд. – До отличников ей далеко, но определённые базовые знания имеются. Сказать, что она балансирует на грани отчисления из-за плохой успеваемости я никак не могу.

Это была моя маленькая победа. Я ликовала. Хоть один здравомыслящий член комиссии, который спрашивал по делу и сделал правильные выводы. К этому человеку я сразу прониклась уважением. Чего нельзя сказать об остальных. Леди Наер сидела с кислой миной, очевидно, ожидая моего провала по знаниям. Чувствовалось, она просто жаждала моей депортации. Как и её… брат, муж, однофамилец… в общем, лорд Наер.

– Всего лишь средний уровень знаний, – фыркнула дамочка. – Думаете, этого достаточно? Это позволяет Вам вести разгульный образ жизни?

– Я не веду…

– Вас видели в те выходные в городе в весьма сомнительном заведении.

Вот тут меня накрыло волной паники. Они знают про бордель. Знают! Чёрт! Капец! Я с сожалением подумала о том, что не успели украсть кинжал у лорда Дафино. И что Шишу нужно будет попробовать оставить у Арса. Или Рэя. И что придется оставить и самого Рэя… При этой мысли сердце сжалось.

– Покупка развратного белья вам, Соловьёва, выйдет боком, – холодно начала отчитывать леди Чериза. – Устройство скандала в магазине леди Шу – тоже.

Э-э-э? Стоп, стоп, стоп. То есть они мне сейчас за трусы предъявляют?! А дальше? Но дальше не последовало. Это всё. Я сидела, вцепившись в стул. Радоваться, что не знают о «Козе», музее и борделе? Или бояться, что всё-таки узнают. Если уж для них покупка белья – повод для претензий…

– Всех иномирных граждан Академия обязуется обеспечить необходимым, для этого выделяются деньги из бюджета, между прочим, – занудно пробубнил лорд Наер, поддерживая леди Наер.

Я проблеяла что-то невразумительное. Но это никого не интересовало. Мне «шили» какие-то нелепые обвинения вроде этих трусов, неподобающе шумного поведения в библиотеке… Последнее, похоже, с подачи седовласой старушки с гулькой на голове. Библиотекарше только дай повод кому-нибудь нагадить.

Моя пытка прервалась, когда за спиной скрипнула дверь.

– Здравствуйте, – испуганно произнёс знакомый женский голос.

– Соловьёва, можете быть свободны. Сибон, присаживайтесь.

То есть за трусы ещё и с Келси спросят? Свидетель? Только бы она не проболталась про остальное!

Единственное, что я могла, так это украдкой улыбнуться ей, когда мы менялись стулом. Этим я хотела внушить ей, что всё в порядке, ничего страшного. Надеюсь, она не будет психовать, не сорвётся и не ляпнет лишнего.

Я вышла в коридор, тяжело выдохнула, с трудом подавила в себе желанье броситься в комнату и прореветься. Надо идти на пары. А то влепят очередной прогул.

С Алисой удалось увидеться только к вечеру. Ибо весь день обе изображали самых положительных учениц. Зато потом мы сидели на своих кроватях, материли членов комиссии, выплескивали возмущение и негатив.

– Какие же гады!

– Сволочи. А эта паучиха в брюках – стерва! Змеюка! – у меня зашкаливали эмоции. – Представляешь, спросила, почему я именно сейчас пару прогуливаю. А ничего, что они сами меня на допрос вызвали, а?!

– Вот именно! Бред какой-то. А меня обвинили в том, что я сама виновата, что попалась в ловушку оборотня. Якобы, нечего было водить дружбу с сомнительными элементами общества.

– Это они про Троя?

– Ага, – кивнула Алиса.

– Но ты же не знала!

– Вот именно!

Мы ещё долго перемывали кости комиссии. Оправдательный приговор вынесли только лорду Ювальду, который понравился обеим. Алисе даже немножко больше, чем следовало, за что рыжая и получила от меня подушкой по макушке. Это я так честь Эйдана защищала. А ещё выяснилось, что Келси молодец, не раскололась. Страх потерять репутацию у неё превышал боязнь перед членами комиссии. Она ж с Алисой в одной группе, и они уже успели обсудить ситуацию. Правда, длинновласка так и думает, что причина разбора именно в магазине леди Шу.

– Капец, конечно, ну что такого-то в том, что девушки покупают себе белье?!

Мы кипели остаток дня, за ужином, весь вечер и полночи. Алиса не выдержала и ушла искать утешения в комнате Эйдана. У меня тоже были мысли спуститься в лабораторию и растворить прошедший день в объятьях Кора. Но завтра суббота, значит, и моя тайная практика с Арсом. Нужно быть свежей, отдохнувшей и выспавшейся. Какой там! Прошло не меньше часа, когда я, вконец извертевшись на кровати, заснула тревожным и беспокойным сном.

Выйдя за центральные ворота Академии, я лицом к лицу столкнулась с угольно-черной конской мордой, придерживаемую по уздцы Арсом. В очередной раз порадовалась своему обновленному гардеробу, а именно брюкам свободного кроя цвета хаки. Нет, конечно, подобный опыт передвижения в объятьях лорда Ливарелла у меня уже имеется, но всё же я рассчитывала на комфортабельную карету. Впрочем, вообще на любую карету.

Мое замешательство не укрылось от Арса. Он весело улыбнулся.

– Самостоятельно верхом ездить умеешь?

– Нет, – честно призналась я.

– Так и думал. Если не будешь пытаться сбежать и без конца задавать глупые вопросы, то в этот раз можешь сесть позади меня.

Я кивнула в ответ. Этот вариант меня устраивал куда больше. Хоть мы с Арсом теперь вроде как в дружеских отношениях, но трястись целый час в кольце его рук не хотелось. Как-то это неправильно. Как минимум по отношению к Кору.

Лорд легко вскочил на коня. А я? Мне-то как залезть? Я такой прыгучестью не обладаю, да и никаких подручных средств, вроде подставки, табуретки или стремянки по близости не наблюдалось. Не успела я обдумать способы своего взгромождения, как Арс подал мне руку и подтянул наверх. Я неуклюже взгромоздилась на круп коня. Ладно, тоже вариант. Слегка поёрзала, устраиваясь поудобнее, обхватила широкий торс лорда, невольно вдохнула тонкий аромат парфюма. Запах мимолетно напомнил об осени в родном Орске, когда дождь ещё не похож на дождь, скорее на влажную взвесь, повисшую в воздухе, сквозь которую пробиваются ласковые тёплые лучи солнца, а жёлтые кленовые листья шуршат под ногами… Конь фыркнул, шлепнул по моей ноге хвостом, вырывая из грёз, и двинулся вперед.

Перед нами простиралась уже знакомая мощеная дорога к городской площади. Вот только в центр мы заезжать не стали, а свернули на грунтовую извилистую тропку.

– Каретой до моего имения не добраться. Только верхом, – пояснил Арс.

– Угу.

Я уже поняла. Дорога была так себе. Точно не для колесного транспорта. Зато порадовалась, что лорд раскрыл конечный пункт нашей поездки. Чем дальше мы отдалялись от городской суеты, тем живописнее становилось вокруг. Кустарники поднимались все выше, переплетались с цветущими душистыми травами, источающими невероятный аромат, одновременно и сладкий, и свежий. Лёгкий ветерок ласково трепал волосы и разгонял зной. Щебетание птиц, жужжание пчёл и стрекоз приятной музыкой наполняли сердце…

– Ладно, задавай свои вопросы, Кристина из Орска, – оторвал меня от созидания прекрасного Арс.

Вопросы? Ну да, поначалу вопросы имелись. Например, про Самиру, как она восприняла Арса в роли отца, какие у них трудности в отношениях, могу ли я помочь чем-то? Или же: если карета не может проехать к имению, то, как отвозят заболевших жителей в больницу? Я рассуждала по аналогии с тем, как работает земная скорая помощь. Но вспомнив слова лорда о глупых вопросах, решила промолчать. Собственно, последнее не так уж и интересно, а первое не совсем тактично. Поэтому вместо вопросов я просто констатировала факт:

– Здесь так приятно.

– Теперь понятно, почему ты так сильно меня обнимаешь, – усмехнулся Арс.

– Да не в этом смысле! – я резко отстранилась от его спины, покачнулась и инстинктивно вновь вцепилась в крепкое мужское тело. – Вот чёрт! Природа красивая, имею в виду. Дух захватывает.

– Это потому, что твоя стихия – земля. Находить прекрасное в обычных кустах заложено вашим потенциалом. А может я просто привык к местным пейзажам за столько лет.

– А вы здесь с рождения живете? – невзначай спросила я в надежде на семейные истории, в которых просто обязаны всплыть упоминания о другом Ливарелле. О Рэе.

– Да, конечно. Имение принадлежит нашей семье более века. Кстати, хотел предупредить, что в доме можем наткнуться на дедулю Ольгорна. Он мается от безделья, везде слоняется и чешет языком, что ни попадя. Если вдруг что-то ляпнет, то обижаться не стоит.

– Хорошо. Поняла. А у вас в роду все имена на «горн» заканчиваются? Арсгорн, Ольгорн…

И про себя добавила: «Рэйсгорн».

– Это все дед. «Горн» на одном из древних наречий означает «несломленный» или «сильный духом». Он настоял, чтоб это окончание было в именах его внуков.

– Внуков? – ухватилась я за ниточку. – То есть вас много?

– Четверо. Одна сестра живёт в городе, а вторая здесь, в имении. Может даже увидим её.

– А третий?

Я ладонями ощутила, как на миг напрягся Арс.

– А что третий? Живет при Академии и натаскивает тебя по теории. Но ты ведь уже в курсе этого. – Лорд поспешил сменить тему, – подъезжаем к нашим владениям. Сейчас начнется дивный сосновый бор.

Я уловила тонкий аромат хвои и нежелание Арса говорить о брате. Мда-а-а. Что за мрачные тайны хранят эти Ливареллы? Бросив тщетные размышления, я последовала совету и стала наслаждаться природой.

Под сенью пышных сосен уютно расположился двухэтажный дом из крупных брёвен с большой просторной террасой. На такую сразу хочется выставить кресло-качалку, подложить под спину небольшую подушку и расслабиться с книгой в руках, погружаясь не то в сюжет романа, не то в окружающие лесные красоты… Но терраса Ливареллов была пуста, а сам лорд легко спешился с коня, без спроса обхватил меня за талию и спустил на землю. Это движение вызвало непонятную волну неловкого смущения, и я отступила на полшага, упершись лопатками в круп коня. Последний недовольно всхрапнул и хлестко огрел Арса хвостом. Не среагируй лорд так быстро, и не подставь свою спину, чёрный жеребец влепил бы мне знатную пощечину.

– Спасибо… кхм…

– Арсгорн! – на террасу выскочил долговязый мальчишка лет двенадцати.

Он поприветствовал Арса, с едва скрываемым любопытством отвесил мне учтивый поклон, взял под уздцы коня и увёл куда-то за дом. Видимо, местный конюх. Лорд Ливарелл никаких пояснений на этот счет не дал и повёл меня внутрь дома. За входной дверью был небольшой бревенчатый тамбур, потом коридор и лестница вниз. Мы спустились в чистый и просторный подвал. Кроме груды камней в центре здесь не было абсолютно ничего.

– Теперь это твоя аудитория для практических занятий. Располагайся.

– Прямо в доме? Я же маг земли, вдруг сломаю что-нибудь или вообще разрушу…

– Не разрушишь, стены и потолок дополнительно усилены, а также защищены магически. Этот подвал выдержал становление магии нескольких поколений Ливареллов. Лучшего места для тайных занятий нам не найти. Готова приступить? Или тебе нужно отдохнуть с дороги?

С непривычки к езде верхом ныла спина, ноги и, как ни странно, плечо – остаточная боль после удара тяжелой лапы оборотня периодически себя проявляла. Очевидно, кто-то сверху счёл, что сейчас самый благоприятный момент напомнить мне о событиях в пещерах. Надеюсь, со временем пройдет. А ещё очень пить хотелось. Но это всё ерунда по сравнению с возможностью снова ощутить вкус своей магии.

– Готова! С чего начинать?

Лорд кивнул, будто другого ответа и не ждал.

– Для начала покажи, что умеешь, от этого и будем отталкиваться. Необходимо определить на каком ты сейчас уровне. Твой магический выброс в той пещере был вызван сильными эмоциями. Теперь посмотрим на тебя в спокойной обстановке. Я приготовил рабочий материал, – он указал на кучу камней, – сосредоточься, улови концентрацию, прочувствуй магию внутри себя. Попробуй пошевелить один из камней, сдвинуть хотя бы самый маленький. Ничего страшного, если не получится.

А ведь он прав. Всем моим всплескам магии всегда сопутствовали переживания и непредвиденные обстоятельства. Не то, что сейчас. Поэтому надо быть готовой к неудачам.

– Москва не сразу строилась.

– Не понял.

– А, так. Это я на своей, земной волне.

– Пора переключиться на волны магические. Я пока отойду в сторонку и не буду мешать. Представь, что ты здесь одна, сконцентрируйся.

Я встала рядом с камнями, потом решила, что в ногах правды нет, уселась прямо на прохладный каменный пол и уставилась на груду. Здесь были и крупные камни, размером с кирпич, и совсем мелкая галька. После всего пережитого концентрироваться на мелочи было для меня прямо-таки оскорбительно, поэтому я нацелилась на весьма большой камень. Начну с самого сложного, если не выйдет, пойду по убыванию.

– Ну, привет, – мысленно обратилась я к объекту эксперимента, рассматривая каждую его трещинку, скол и выбоину.

В какой-то момент времени комната сузилась, оставив только меня и этот камень, все остальное ушло в тень. Я ощутила, как по всему телу пробежал легкий электрический разряд и замер где-то под ребрами. Магия. Моя магия.

Медленно я изучала камень, как бы углублялась в него. Моему внутреннему взору постепенно раскрывались его поры и частицы. Казалось, я слышу его медленное дыханье. Вроде бы контакт налажен. Теперь подъём. Тихонечко. Аккуратненько. Давай… Давай! Ну же! Молодец. Послушный. Вот так. А теперь разворот. Ага. Выше. Ниже. Движение по кругу. Отлично.

Ну, собственно, все. Булыжник над полом. Вертится, как попрошу. Кто молодец? Я молодец!

Еще немного покрутив камень в воздухе, я осторожно вернула его на место. Поблагодарила. Вышла из концентрации. Комната снова приобрела прежние очертания.

Я радостно оглянулась. Арс стоял сбоку метрах в трех от меня и был сосредоточен и хмур.

– Что-то не так, лорд Ливарелл? – улыбка медленно сползла с моих губ, уступив место недоумению. – У меня же получилось!

– Давай-ка ещё раз.

– Э-м-м. Ладно.

Я снова уставилась на камень. В этот раз концентрация заняла чуть больше времени, очень сбивало недовольство Арса. Но, в конечном итоге, камень снова завис в воздухе. Поболтав его немного из стороны в сторону, я вернула булыжник на место.

– Ещё раз, – холодно произнёс Арс.

– Да что не так-то? Объясните, лорд Ливарелл!

– Ещё раз, Кристина.

Была ли я удивлена? Конечно. Я ведь не просто пошевелить камень смогла, а поднять вверх и управлять его движением. Как по мне – это круто! Я умница! Почему же Арсу не нравится?

Дальше я словно попала в день сурка. Снова и снова лорд заставлял поднимать и опускать камень, и единственное, что я от него слышала: «Еще раз».

В какой-то момент я начала злиться. Хоть бы пояснил, в чем проблема! Учитель фигов! Кто ж так учит-то?! Если ему мало, попробую поднять другой камень! Я выбрала мелкую гальку и с легкостью отправила вверх сразу несколько камешков и закружила их в воздушном хороводе, потом попросила двигаться змейкой по спирали, по восьмерке, по синусоиде…

Единственным ответом на мое шоу-представление было бесячее «еще раз». Да его ж за ногу! Сколько можно!

Внезапно в дверь громко постучали. Посторонний звук пошатнул мою концентрацию, а скопившееся недовольство вылилось в то, что мой галечный хоровод полетел прямиком в лорда. Подвал тут же озарился огненными всполохами магического щита Арса.

Вот чёрт!

Молодая женщина в струящемся нежно-розовом сарафане спустилась в подвал как ангел с небес и своим появлением спасла Арса от ушата отборного русского мата, которым я собиралась не то защищаться, не то оправдываться.

Возраст леди – тридцать с хвостиком. Русые волосы она заплела в две толстые косы. Широкий разворот плеч, крепкая фигура. Назвать её хрупкой язык бы не повернулся. Несмотря на крупноватое для девушки телосложение, чувствовалась в ней какая-то изюминка. Может, лёгкая кошачья походка? Или глаза, кристально голубые, как и у Арса, и фирменный взгляд, которым она меня буравила? Мурашек я не поймала и ещё раз убедилась, что на меня странно действует только кареглазый Ливарелл. Вот уж от кого и дрожь, и гусиная кожа, и волосы дыбом.

– Доброго дня, Мира… – сухо поприветствовал вошедшую лорд.

Стало быть, передо мной Мирагорна, одна из сестёр Арса.

– Дня?! Арс, ты увлёкся! – Укоризненно воскликнула молодая женщина. – Уже вечер, причём давно. Совсем девчонку загонял! Вон бледная какая!

– Мира…

– Ничего слушать не желаю! Ужин через десять минут. Заканчивайте тут, приводите себя в порядок, и жду к столу. Возражения не принимаются, ты меня знаешь.

– Знаю.

– Вот и прекрасно. Десять минут.

– Кристина, – обратился ко мне Арс, когда леди удалилась из подвала. – Спорить с этой особой бесполезно. Так что придется подчиниться. Я так надеялся избежать подобного! Но не уследил за временем. Ты, наверное, устала?

– Со мной всё в порядке, лорд Ливарелл. Но я бы не отказалась от стакана воды. Или даже двух. Или не воды… Пить уж очень хочется.

– Понял. Пойдём. Только вот постарайся как-то увильнуть от расспросов моих родственников. Они не в курсе, что ты первокурсница, и было бы хорошо, чтобы так оно и оставалось.

Первым делом лорд проводил меня в уборную. Только умывшись прохладной водой, я вдруг осознала, как устала в действительности. Захотелось немедленно плюхнуться в кровать, вытянуть конечности и уплыть в мир сновидений. Но впереди ждал семейный ужин…

Бли-и-ин!!! Это ж имение, лорды… У них ведь этикет, салатные вилки и светские беседы. Но что я об этом знаю? Одним словом, в столовую я входила крайне напряженной, молясь, чтоб на ужин не подали каких-нибудь скользких улиток.

Я ожидала увидеть длинный стол с накрахмаленной скатертью с кучей непонятных столовых приборов, свечи в высоких канделябрах, здоровенный камин у центральной стены и служанок в белых передниках, снующих вокруг лордов с баранчиками в руках. Но ничего подобного не было. Нет, стол, конечно, имелся, но простой такой, дубовый, как в баре у Рэя. В центре стола стояли большая сковорода с ароматным, дымящимся мясом и овальное блюдо с печёными овощами. Мирагорна лично накладывала картошку на тарелку того самого мальчишки, что нас встретил.

– О! Наконец-то! Садись вот сюда, – она указала на стул рядом с собой. – Я Мира, кстати. Сестра вот этого вот.

Она укоризненно кивнула на брата. Арс обошёл стол и устроился напротив меня.

– Это Кристина, – он соизволил представить меня. – Студентка Академии. У нас индивидуальные магические тренировки…

– Разве можно столько заниматься?! Это вредно для здоровья! Всего должно быть в меру! Вы в окно-то хоть смотрели, уже стемнело, между прочим!

– В подвале нет окон, – вяло возразил сестре Арс.

А ведь и действительно, стемнело. Это ж сколько часов я выслушивала дурацкое «ещё раз»?! Даже не заметила, как пролетело время.

– А я – Герберт, – встрял в разговор мальчишка.

– Приятно познакомится, – вежливо отозвалась я.

До меня только сейчас дошло, что он не конюх вовсе, а сын Миры. Я ведь уже видела это имя на доске почета в музее. Какие же странные эти лорды Ливареллы. Несмотря на статус и положение, ведут себя просто. С одной стороны, это удивительно, с другой – уютно и по-домашнему. Мое напряжение постепенно растворялось в пустяковой перепалке брата и сестры, комментариях Герберта и аромате еды.

В самый разгар трапезы дверях столовой позади меня возник ещё один обитатель дома. Никто не обратил на него внимания. Я и сама не видела, как он вошёл, но не почувствовать взгляд я не могла. Мурашки начали свой стремительный бег от затылка к пяткам и обратно. Неужели Рэй приехал? Сердце радостно затрепетало. Кажется, я даже начала глупо улыбаться. Ровно до тех пор, пока стоящий позади человек не заговорил совершенно чужим и скрипучим голосом:

– Это ещё что за новости, Арсгорн?!

Сидевшая рядом со мной Мира тут же подскочила, а Герберт и Арс притихли и уткнулись в свои тарелки. Я же сидела как истукан и боялась не то, что оглянуться, даже пошевелиться, сама не знаю почему.

– Дедуля, у нас гости. Арс приехал. А это Кристина, – затараторила Мира. – Рада, что ты передумал и спустился к ужину. Не устану повторять, что ты у нас и так в отличной форме, а все эти вечерние голодовки в твоём возрасте…

– Мирагорна! – резко оборвал старый лорд. – Я не тебя спросил!

Она тут же запнулась и села на своё место. Дед прошагал к стулу во главе стола и попал в моё поле зрения. Он был довольно крепок, высок, даже несмотря на небольшую возрастную сутулость, и совершенно точно не нуждался в диетах. Всё его лицо испещряли морщины, но живые карие глаза смотрели настолько пронзительно, что хотелось сползти под стол и спрятаться за скатертью. Но вместо этого я, кое-как ворочая языком, смогла выдавить из себя вежливое: «Здравствуйте».

Боже! Как же он похож на Рэя. Или Рэй на него…

– Доброго вечера, юная леди. Я лорд Ольгорн Ливарелл, глава этого несносного семейства, – мягко произнёс дед, и тут же гаркнул на внука, – Арсгорн! Я к тебе обращаюсь! Ты пропускаешь все наши мероприятия, почти не приезжаешь в имение, не интересуешься делами семьи, а тут на тебе! Явился! Без предупреждения! Ещё и свою девушку привёз!

Что?! Нет, нет, нет, дедуля, вы путаете! Я не его девушка. Я просто девушка. Но озвучить слова протеста была не в силах. И ещё больше удивляло молчание Арса. Он что, тоже под властью гипнотических карих глаз? А может ему просто всё равно, что там выдумывает дед. Да, точно! Арс ведь предупреждал, что Ольгорн много всякого болтает. Может это как раз тот случай?

– Знал бы, что у нас такие гости, костюм праздничный надел! Тьфу! Оболтусы! К вам это не относится, юная леди. Как, говорите, вас зовут?

– Кристина, – робко ответила я.

– И когда назначена свадьба, Кристина?

Я выронила вилку и во все глаза уставилась на Арса. А он… Он спокойно резал в тарелке мясо. Что за?! Совсем офигел?! Дурдом какой-то! Я резко дрыгнула ногой в попытке пнуть Арса под столом.

– Ой! – воскликнул неожиданно Герберт и поперхнулся картошкой, а я поняла, что промахнулась.

Зараза! Какая к черту свадьба?! Я снова взглянула в карие глаза, ожидающие ответа и напрочь игнорирующие кашляющего и кряхтящего пацана. Кристина, ты всё-таки тряпка! Взяла себя в руки! Быстро!

– Извините… – пролепетала я. – Понимаете… Мы просто занимались в вашем подвале…

– Ах, это… Дело молодое, отчего ж не понять. Но у Арсгорна в этом доме есть своя спальня, между прочим.

Арс резко вдарил Герберту по спине, и тот, наконец, избавился от застрявшего в горле овоща. Но мне было не до того. Щеки пылали огнем. Старый дурак! Напридумывал в своём маразматичном мозгу всякого. А ведь хуже всего, что если Кор когда-нибудь захочет познакомить меня со своей семьёй, что ж они подумают? Сначала с одним братом крутила, потом с другим? Ужас! Надо сразу прояснить ситуацию, пока этот дед Олег ещё чего не сказанул. Но как, если фирменный взгляд вгоняет меня в ступор и не даёт и двух слов связать? Так, подожди. Я же Кристина Соловьёва! И я спасла подругу, когда никто не верил! Я освоила агрессивную магию нападения, едва начав учиться! Я пережила жажду оборотня и справилась с этим чёртовым зверем, запустив в него огромной скальной глыбой! И, в конце концов, я из России-матушки, а у нас, знаете, что кладут на такие вот гляделки?! Пусть будет болт. Я ж девушка приличная.

– Лорд Ольгорн! – мой голос звучал в гнетущей тишине ровно и спокойно, даже сама удивилась. – Вы заблуждаетесь. Я учусь в Академии и так сложились обстоятельства, что лорд Арсгорн помогает мне разобраться в магии. Мы здесь в подвале занимались дополнительными практическими занятиями. Только магия и только учеба.

– Да? – дед удивлённо приподнял седую бровь.

А я окончательно поняла, что поборола оцепенение. Нет, остаточная нервозность присутствовала, но и только-то.

– Да! Только магия и ничего больше, – повторила я, – к сожалению, мы не уследили за временем, но леди Мирагорна была очень гостеприимна и пригласила меня на ваш семейный ужин.

– К сожалению? Что значит, к сожалению?

То ли дед к словам цеплялся, то ли маразм крепчал… Так, спокойненько. Продолжаем в той же вежливой манере:

– Простите, я не хотела никого обидеть. Я ведь не член вашей семьи. Поэтому имела в виду, что переживаю за уместность своего присутствия за этим столом. И мне очевидно, что лорд Арсгорн восторга по этому случаю не испытывает.

А вот так. Ибо не фиг сидеть с безразличной миной! Вот взяла и пожаловалась Ливареллу-старшему. Во-первых, Арс за сегодня меня достал во время тренировок, во-вторых, ни слова не произнёс в мою защиту перед дедом и, в-третьих, мне надо было переключить внимание Олега с меня кого-то другого. Кстати да, я про себя сократила Ольгорна до Олега. Не Олей же его называть!

Арс был крайне удивлён выпадом в его сторону и сурово уставился на меня своими голубыми глазами, под действием которых обычно таяли все студентки Академии, но только не я. Демонстративно выдержала этот красноречивый, недовольный взгляд. А потом, как ни в чём не бывало, обратилась к молодой женщине:

– Леди Мирагорна, мясо восхитительно, просто тает во рту.

– Спасибо, Кристина. Очень приятно. От здешних мужчин слова доброго не услышишь. И я бы попросила – просто Мира. Мы не любим официоза у себя дома.

– Хорошо, Мира.

– Меня можешь звать Ольгорн, без всяких титулов. Но правило действует только на территории имения, Кристина. А с тобой, Арсгорн, у нас будет отдельный разговор. Недоволен он! Ишь чего! Да я…

– Всё, Кристина, вставай, мы уезжаем!

Арс с шумом отодвинул стул. А я запоздало поняла, что погорячилась, переводя на него стрелки. Наверняка, это было наше первое и последнее занятие практической магией. Больше в этот подвал он меня не привезёт.

– А ну, сядь, Арсгорн! – прикрикнул дед так, что мы с Гербертом резко выпрямили спины. Ладно, что не подпрыгнули. – Где твои манеры? Разве мы тебя так воспитывали?! Куда ты поедешь на ночь глядя? Девчонку бы пожалел, оболтус!

– В самом деле, Арс. Дедуля прав, – поддержала старика Мира. – Вы весь день занимались, Кристина устала! Ни о какой дороге не может идти речи. Переночуете здесь, а утром уедете.

Арс немного постоял, гневно пострелял глазами, потом подошёл к шкафу в углу, с шумом распахнул дверку и выудил откуда-то из его недр пузатую бутылку и три бокала. Один отдал деду, второй сестре, третий – себе. Он разлил темно-бордовую жидкость, и над столом повис терпкий запах алкоголя и неизвестных мне трав.

– Вот это другой разговор, внучок, – по-доброму проскрипел дед. – Вот это я понимаю.

Атмосфера за столом постепенно становилась уютной. Нас с Гербертом сочли не доросшими до взрослых настоек. Оно и к лучшему. Не хватало ещё опозориться. Я же помню, как мы с Алисой улетели с трёх рюмок…

– После занятий всегда так, – сказала Мира, заметив, что её сын уже в пятый раз наполнил мой стакан ежевичным компотом. – Хочется пить, есть и спать. Восполнить потраченную энергию, так сказать.

– И как успехи? Всё получается? – спросил меня Ольгорн.

– Мне тоже хотелось бы знать. Но Арс…горн… Лорд Ливарелл пока не высказался на этот счёт.

– Это ещё почему, Арс? – удивилась Мира.

– Потому что мне нужно всё обдумать.

Тему замяли и Ливареллы плавно переключились на обсуждения дел имения. Затем разговор снова затронул мою персону. Арс обмолвился, что я – иномирянка. Вот тут пришлось отбиваться от шквала вопросов Герберта про родной мир. Помимо общих сведений об устройстве жизни на Земле, я рассказала про себя, своё сиротское детство, про то, как из-за дурости бывшей подруги попала в Ампелос, и как поначалу ненавидела всё вокруг, даже Арса.

Лорд опасался, что я сболтну лишнего, поэтому поспешил завершить ужин и отправил меня спать под предлогом насыщенного дня и усталости.

В комнату меня проводила Мира. Помещение было небольшим, но по-домашнему уютным.

– Располагайся. К сожалению, Арс не предупредил, что приедет не один, точнее он вообще не предупредил, что приедет. Поэтому я не успела подготовить гостевую. А эта была комната нашей сестры Зоуи. Она теперь в городе живет с мужем.

– Спасибо, Мира. Здесь очень уютно, – я попыталась проявить вежливость. – А ты, получается, в имении постоянно живешь? Не последовала примеру сестры?

– Не люблю городскую суету. Да и кто ж тогда будет за делами домашними присматривать? У Арса-то своих полно. Дед-то хоть и крепкий ещё, но всё же возраст берёт своё.

– А лорд Рэйсгорн? – как бы невзначай спросила я и отметила, что по лицу Миры скользнула мимолетная тень.

– Рэй не был дома уже много лет.

– Почему? – я невинно похлопала ресницами. – Работы много в Академии?

– Наверное, можно и так сказать. Он занят каким-то важным исследованием. А что, он снова начал преподавать?

– Э-э-э… Я не знаю. Но Рэй…сгорн помогает мне с материей магии.

– Помогает? Серьёзно? Хм, – задумчиво протянула Мира, – странно. Какая, говоришь, у тебя стихия?

– Земля.

– Я так и подумала. И вполне это объясняет, почему тебе помогает Рэй. Хотя я несколько удивлена. Обычно он…кхм…избегает студентов. И в таком случае ещё более удивительно поведение Арса. Кристина, вы с ним пара? Встречаетесь?

– И ты туда же! Нет! Мы с лордом Арсгорном просто дружим! Не пара!

– Как жаль… Эта поганая стерва ему всю жизнь испортила…

– Ты про Жардину?

– Про неё самую. Вертихвостка! Была… Черти ее утащили, туда ей и дорога!

– Черти? – я переспросила для виду, понимая, что девушка говорит про оборотней, и не в курсе того, что эта история имела скверное продолжение.

– Да не важно. Знаешь, нам, Ливареллам, не особо везет в любви, – Мира печально вздохнула, – мой муж предпочёл карьеру семье, причём он неожиданно осознал свои желания, когда Герберту не было и месяца. Вот как так, а?! Люблю, жить без тебя не могу, а потом раз – и всё. Оказалось, очень даже может. Подлец! Родители наши тоже кто где и по отдельности. Дедуля доживает свой век в одиночестве, бабушка ещё в молодости отправилась в мир иной.

– От чего она умерла? – небрежно ляпнула я первое, что пришло в голову, и тут же прикусила язык. – Ой! Извини за бестактность!

– Это было давным-давно. Отцу лет пять было. Да и не умерла она, а транспортировалась во Фрио. Ей предложили место в делегации, сопровождавшей студентов. В те времена было модным отправлять лучших магистрантов в высшие миры на обучение. Вот только из Фрио возвращаться никто не хотел. Настолько там круто. Шик, блеск, красота, магия повсюду. Все студенты того времени грезили о Фрио. Но министерство образования в итоге решило пресечь отток лучших магов за рубеж и подобную практику прекратили. Зато вместо бабушки из Фрио дед получил прощальное письмо. Больше он так и не женился. Грустно всё это. Иногда думаю, что на нашем роду проклятие какое-то. Одной только Зоуи повезло… Относительно, конечно – муж у неё в целом человек хороший, только имеет чрезмерную тягу к виноградному элю. К сожалению. А ведь ты, наверное, с ног валишься, а я со своими проблемами…

– Ничего, всё в порядке. Мне очень интересно.

– И всё же извини. Отдыхай. Спокойной ночи, Кристина.

– И тебе, Мира.

Я плюхнулась на кровать с твердым намерением проанализировать сегодняшний день, но мягкий матрас внес свои коррективы.

– На новом месте приснись жених невесте… – успела я прошептать в подушку и провалилась в цепкие объятья Морфея. Но он не услышал и никаких сновидений не прислал.

Теплый, яркий свет коснулся моего лица. Утреннее солнышко пробилось сквозь сосновые ветви, оконное стекло и тонкую занавеску. Я сладко потянулась. Ого! Да я даже не разделась вчера. Всё же Арс меня достал в своём подвале. Вот же учитель-мучитель! Надо было в него не галькой, а кирпичом запустить. Да-а, не думала я, что концентрация отнимает столько энергии. Та-а-ак, а сколько вообще сейчас времени? Бли-и-ин! Да я, похоже, проспала завтрак!

Наспех умылась, привела себя в порядок, бегом спустилась в гостиную и налетела на Арса.

– Выспалась? Пойдем-ка проветримся, – вместо приветствия произнес лорд Ливарелл и взял меня под локоть.

– И вам доброго утра, – я кивнула и с удовольствием вышла на террасу, полной грудью вдохнула свежий хвойный запах.

Пышные сосновые ветви создавали приятную полутень. Все-таки дом Ливареллов расположен в чудесном местечке. Не знаю, как это объяснить, но здесь подсознанием я ощущала умиротворение и душевную безмятежность. Красота… Я уселась прямо на край пола террасы и свесила ноги. Арс устроился рядом.

– У нас проблемы, Кристина.

– Начало не очень приятное, – отозвалась я.

– Я не знаю, в каком направлении двигаться. Тупик. Полный.

– Неужели всё настолько плохо?

Не успела я договорить, как затылком ощутила приближение лорда Олега.

– Не то, что плохо, – продолжил Арс, не замечая деда, – непонятно. А всё непонятное обществом воспринимается весьма негативно.

– А про всё непонятное, внучок, обычно спрашивают у более мудрых людей, – проскрипел с укором дед.

Арс резко обернулся, на миг сморщился, явно недовольный таким беспардонным вмешательством.

– Дед…

– Дед… Да… В том то и дело, что дед. Вы хоть и считаете, что я уже с придурью, однако я не мог не задаться вопросом, отчего же мой внук, профессор, таскает к нам в подвал студентку, когда в его власти занять любую аудиторию Академии. Я бы ещё понял, будь то невеста или просто возлюбленная. Да я был бы, чёрт побери, этому несказанно рад! Но нет. А девушка, надо признать, очень интересная. Начиная с того, что спокойно выдерживает наши… кхм… взгляды, и, заканчивая тем, что от неё за версту тянет магией земли. Так чему же в семейном подвале профессор огня учит земельного мага?!

Арс был в замешательстве. А я… А я почему-то для себя поняла, что деду можно довериться. Вот что-то где-то внутри меня верило этому состарившемуся человеку, так похожему на Кора…на Рэя.

– Мы разбираем мой потенциал.

– Кристина, – Арс предупреждающе сжал мою ладонь, но я быстро её отдёрнула.

– Со мной что-то не так, Ольгорн, – я грустно вздохнула.

– Пойдем, покажешь, – дед подал мне руку и помог встать на ноги.

– Не думаю, что… – Арс предпринял ещё одну попытку возразить.

– И не надо, – перебил старый лорд. – Думать теперь буду я.

В подвале я подошла к груде камней, настроилась, уловила отклик и проделала всё, что ранее демонстрировала Арсу.

– Ну вот. Как-то так.

– У тебя очень хороший уровень, Кристина. С этим можно только поздравить. Дорога в высшие маги для тебя открыта. В чем же ты видишь проблему, Арсгорн?

– Да в том, что она в Академии без году неделя! – рявкнул лорд. – Кристина всего лишь первокурсница.

– О-па-па… О-хо-хо… Вот оно что… Дела-а-а… – потер седой затылок дед. – И что же тебя так разозлило, Кристина?

– Э-э-э? – я не поняла.

– Сильный потенциал мага заложен природой и, чаще всего, сильным родом. Резкая активизация магии может произойти под влиянием бурных эмоций. Обычно крайне негативных. Так что же тебя разозлило?

– Обстоятельства. Я тогда ненавидела весь этот мир, в который меня насильно приволокли. – Я бросила мимолётный взгляд на Арса. – Но в один день всё изменилось. События наслоились одно на другое. Не выспалась, крайне неудачно прошли пары, потом разозлил один водник, затем взбесил лорд Арсгорн своим дурацкими духами и окончательно добила соседка по комнате. Получилось негативное комбо и… вот.

– Подожди, подожди. Не понял. – Брови Арса сошлись к переносице, а глаза недобро сверкнули холодными ледышками. – Ты хочешь сказать, что случай в пещере был не первым?!

– Ну да.

– Так почему ты раньше не сказала?!

Арс был в ярости. Разве что пар из носа не выпускал. И чего он так взбесился?

– Так вы не спрашивали. И к тому же сами с Ками попросили помалкивать. Вот я и… ну…

– Мда, Арсгорн. Знания и информация – вот в чём истинная сила. Всегда нужно обращаться к истокам. Профессор. Ну-ну. А Ками, это которая де Лейн? – уточнил старый лорд. Я кивнула. – Она, выходит, тоже в курсе аномалии? Кто ещё? О каком случае в пещере идет речь?

– Это не относится к делу, дед.

– Сомневаюсь. Я не в курсе вашей истории, но теперь вижу, что и Арсгорн многого не знает. Поэтому, Кристина, самым лучшим тебе будет рассказать всё подробно с самого начала. Чтобы мы могли составить полную картину и сделать правильные выводы. Ведь в специальную школу в Хилли, я так понимаю, ты не хочешь, и внук мой в этом тебя, очевидно, поддерживает.

– В Хилли она не поедет, – твердо возвестил хмурый Арс.

– Значит, слушаем. Жаль, не захватил попкорна и зали.

Я рассказала о первом проявлении моей магии, о том, как мы с Алисой пытались это скрыть. Потом, не без отвращения и дрожи, поведала о событиях в пещере, как врезала оборотню сначала лэндболом, а затем и огромной каменной глыбой. Про Рэя только не рассказала. Это всё же очень личное. Оба лорда слушали внимательно и не перебивали.

– Да-а-а. Здесь есть над чем подумать. Давай-ка, Арсгорн, пока что юную леди угостим завтраком и отправим домой. У меня уже зреет кое-какая мысль, но мне нужно её, так сказать, причесать.

Сошлись мы на том, что пока придерживаемся прежнего плана: я учусь, учусь и ещё раз учусь, а серьёзные дяди Ливареллы тем временем решают мою дальнейшую судьбу.

Арсгорн ссадил меня с коня у раскидистого дуба, не доезжая до ворот Академии. Конспиратор. Вчера утром, когда уезжали, народу здесь не было совсем. Но теперь разгар дня, студенты давно проснулись и вовсю пользовались выходным, последним перед зачётной неделей. Лорд проследил, чтобы я вошла в ворота, а сам отправился к Самире. Отношения с дочерью у него складывались непросто. Я, естественно, свою помощь предлагала, да вот только Арс решил, что это его личное дело. Что ж, понимаю. Я и так отняла у лорда слишком много времени, а ведь эти выходные он мог бы провести с дочкой. Потому от поездки остался неприятный осадок, царапающий совесть.

Не успела я войти в свою комнату, как на меня наскочил Шиша, от которого несло влажным болотным душком.

– Ах ты выдрочка моя, – я любя помяла гладкое тельце, – неужели так сильно соскучился?

Вместо ответа ахатин показал образ рыжей подруги, а затем кинжал лорда Дафино. Опять повторил картинки, потом ещё раз. Это мне решительно не понравилось.

– Подожди, подожди. Хочешь сказать, Алиса за кинжалом пошла?!

– Шшшш, – «да».

– Да вашу ж…!!! И давно она ушла?

Шиша не ответил и картинок больше не показал. Но задумчиво так посмотрел сизыми глазами.

– Час назад? Два? Утром?

Я перебирала временные отрезки, пока наша выдрообразная куча не зашипела на утро субботы.

– Бли-и-ин! Это капец! Полный!

Во-первых, подруга пошла на кражу. Во-вторых, без меня. И, в-третьих, её нет уже больше суток. Это о чём-то, да говорит. И явно не о хорошем.

– Ладно, Шиша, показывай дорогу. Не фырчи! Пойдёшь со мной, прикроешь. Я что, по-твоему, средь бела дня буду к преподу ломиться?! Сначала разведаем обстановку, посмотрим, что да как. Узнаем, где Алиса.

Мысли о том, что рыжую схватили при взломе и ещё вчера вышвырнули из Ампелоса, я гнала прочь.

Шиша заполз мне на плечи, а в зеркале отразилось пустая комната. Шла я осторожно, тихо, избегая столкновений. Народу в Академии в воскресный день было не так уж много, но всё же посторонние взгляды мне сейчас были не нужны. Чем ближе мы продвигались к нужной комнате, тем сильнее нервничала моя личная шишка-невидимка. Апартаменты лорда Дафино располагались на третьем этаже преподавательского корпуса. Не успела я преодолеть последние ступеньки, как меня накрыла волна ужаса. Я даже не сразу поняла, что не моя. Шише было страшно, очень страшно. Его паника ментально проходила сквозь меня. Каждый шаг давался всё сложнее. До тех пор, пока сзади не раздался смачный шлепок. Я вздрогнула и оглянулась. На дощатом полу дрожал ахатин и виновато смотрел на меня. Дальше он не пойдёт. Не может.

– Ну ты и ссыкун! Понятно. Значит, придётся дальше самой.

Я огляделась: коридор в зоне видимости был пуст. Это хорошо.

– Жди здесь.

В ответ Шиша показал лестницу.

– Ладно, трусишка. Жди на лестнице.

Я дошла до двери № 319 и замерла в нерешительности. Постучать и сказать: «Здрасьте, лорд Дафино, вы Алису не видели?» было бы идиотизмом. Я пыталась сочинить правдоподобный предлог, но умные мысли тараканами убежали под обои и плинтусы мозговых извилин. Зато я увидела небольшую щель между косяком и дверью: либо она покосилась, либо не заперта. Я легонько толкнула дверное полотно рукой. Открыто. Осторожно шагнула внутрь и прикрыла за собой дверь. Ноздри защекотал отдаленно знакомый цветочный аромат.

Боже! Что я творю?! Лорд Дафино меня сейчас просто размажет! Если не физически, то морально. И привет, Земля. Сердце пропустило два удара. Кончики пальцев слегка подрагивали. В уме зрела тупая отмазка как я ошиблась дверью, этажом, Академией…

– Это я во всём виноват! – резко раздалось сбоку, так что я вздрогнула от неожиданности. – Только я один! Элис здесь не при чём. Лорд Дафи…

Эйдан оторопело заткнулся на полуслове.

– Кристина?!

– Больше не дорогая? – уточнила я, созерцая какую-то дичь. Шкаф, за стеклом которого хранились артефакты, сковывал голубыми мерцающими наручниками водника за руки. Примечательно было то, что штаны синего были спущены до щиколоток. И за них держалась лежащая на полу и мирно похрапывающая Алиса. Мда-а… Лев, колдунья и платяной шкаф в альтернативной реальности. Только вот колдунья в дупель пьяна, лев хоть и смел, но гол, а шкаф… этот и вовсе извращенец. А наручники-то почему не с пушком, а? Недоработка.

– Дорогая. Очень дорогая. Бесценная! – С нескрываемой надеждой выкрикнул Эйдан. – Но как? Что ты здесь делаешь?

– Тот же вопрос я могу и тебе задать.

– Сработала магическая защита, когда мы…я… когда я к шкафу прикоснулся. А Элис хотела помочь, но на неё верла брызнула. Стой! Не подходи! Вдруг тоже вляпаешься.

– И здесь эта проклятая верла, – проворчала я. – Ладно. Что мне делать?

– Попробуй оттащить Элис. Мне нужно, чтоб ты её уволокла отсюда. Я беру всю вину на себя. Будет проще, если б Элис здесь не было.

– Но Эйдан…

– Сделай это, дорогая. Мне ты не поможешь. А Элис надо вытаскивать, пока лорд Дафино не вернулся.

– Но…

– Никаких но. Попробуй её подтянуть к себе за ноги. Осторожно. Близко не подходи.

Я дёрнула рыжую за её длинные конечности.

Она лишь всхрапнула, но отпускать штаны водника не собиралась. Мертвой хваткой вцепилась. Собственница, блин.

– Нужно разжать ей руки.

Я обнаружила в углу у двери высокую трехногую вешалку. Попыталась им отцепить Алису. Бесполезно. На рыжую тут же полилась вода.

– Эйдан! Фу!

– Это верла, я же говорил. На Элис брызгает при каждом её шевелении, вот только я так и не понял, откуда. Но да, в туалет тоже очень хочется. Даже не представляешь, как.

Я попыталась импровизированным орудием снять с водника штаны, чтобы оттащить Алису вместе с ними, но массивные ботинки Эйдана не дали это сделать. А расшнуровать их вешалкой… Дело такое… Никакое. Стало понятно, что своими силами здесь не обойтись.

– Скоро вернусь.

Я осторожно выскользнула в коридор, чуть не попалась на глаза старичку-профессору, но он был увлечён каким-то чтивом и не обратил на меня ни малейшего внимания. Повезло. На лестнице дозвалась Шишу и укрылась в его домике. В Академии у меня четыре с половиной друга, полтора из которых застряли в апартаментах лорда Дафино. Арс уехал к Самире. Остаются Ками и Рэй. Но ни того, ни другого в преподавательских апартаментах я не нашла. Где искать огневичку, я не знала. А вот Рэй мог быть в трех местах: библиотека, лаборатория и бар.

Под прикрытием Шиши я быстро добралась до книжного царства, пошарила по закуткам – никого. Сбежала по винтовой лестнице вниз. К слову, Шиша в подвал со мной не полез, остался ждать в библиотеке. Я ворвалась в лабораторию.

– Рэй?! Ты здесь?

Можно было не спрашивать: аромат кориандра навязчиво витал в воздухе. Объект поисков сидел за письменным столом, обложенный раскрытыми книгами. Наши взгляды встретились. Я не успела рассмотреть, удивился ли он моему приходу, обрадовался ли. Нет. Я просто почувствовала, как тону в бездне любимых карих глаз, как меня накрывает сумасшествием. Стоп! Я тряхнула головой, пытаясь отогнать слишком откровенные желания, и решительно подошла к столу.

Слова «добрый день» так и остались не сказанными. Всё вокруг померкло, растаяло, исчезло. Остались только Кор и я. Прикосновения, прошибающие разрядами тока. Поцелуи, обжигающие губы. Сбившееся рваное дыхание. Невероятно громкий стук наших сердец… В этом маленьком мире безумства и страсти летучей мышью пронеслось эхо: «Алиса, лиса, иса».

– Рэй, – хрипло выдохнула я ему в губы, за что получила ещё один протяжный сумасшедший поцелуй.

– Рэй… Рэй… Кор… Остановись.

Он не собирался. Сжал меня в своих сильных объятьях и резко усадил прямо на стол. Из последних сил сопротивления я прошептала:

– Лорд Ливарелл…

Именно в этот миг вся магия страсти развеялась в пыль. Рэй отскочил от меня, как от прокаженной и скривился, будто я ему пощёчину влепила.

– Не называй меня так, Крис, – холодно произнёс он.

– Разве это не твоё имя?

– Когда-то было, – Кор отвернулся и стал суровым Рэйсгорном. – Значит, за ответами сюда явилась, да?

– Прости, если обидела. И ответы бы тоже не помешали. Но нет. Я пришла за тобой, – аккуратно слезла со стола, поправила сбившуюся на бок футболку, выровняла дыхание. – Помоги мне, Рэй, пожалуйста.

– Что случилось? – теперь его лицо выражало обеспокоенность.

Так и не скажешь, что секунду назад он злился. Будто сейчас он стал просто Рэем. Вода имеет три состояния – жидкое, твердое и газообразное. Человек передо мной, похоже, тоже имеет три состояния – страстный библиотечный маньяк Кор, внимательный бармен Рэй и холодный профессор Рэйсгорн. Ладно, не до этого сейчас.

– Алиса и Эйдан вломились к лорду Дафино за артефактом, но их поймал шкаф, – выпалила я скороговоркой и зажмурилась в ожидании гневных тирад, мата и обвинений в безответственности.

– Ты сейчас про свою мамочку и про того сопляка, что к тебе подкатывал?

– Да, про них, – ответила я и поняла нелепость просьбы. Затем тихо добавила: – И, Рэй… У меня нет мамы… Уже очень и очень давно.

– Прости, моя леди.

Он подошёл и прижал меня к себе. Душевно так.

– Рэй, я это уже пережила. Просто не называй больше так Алису. Мне не нравится.

Он поцеловал меня в лоб в знак согласия.

– Скажи, что мне делать, Рэй? – пусть хоть советом поможет. – Там наручники голубые светящиеся и верла.

Про то, что водник без штанов, упоминать побоялась.

– Понял. Идём, – он захватил из стеллажа какие-то пузырьки, сунул их в карман лёгкой куртки. Вот так просто.

– Даже ругаться не будешь?

– Зачем? Есть занятия куда более приятные, – его рука сжала меня чуть ниже талии. Чтобы побороть накатывающее желание остаться в лаборатории, пришлось больно закусить губу.

Когда мы проходили по библиотеке, я ощутила знакомый влажный холодок. Невидимый Шиша обвился вокруг ноги и проехался на мне по всем тайным ходам, вплоть до третьего этажа преподавательского корпуса и отстыковался на лестнице.

– Здесь только моя вина! Я заставил Элис пойти со мной! – мужественно донеслось от шкафа, когда мы вошли в апартаменты лорда Дафино. – А-а-а… Э-э-э…

– Сменил бы ты уже пластинку, герой недоделанный, – я вышла из-за спины Рэя и тут же была задвинута обратно. Кое-кому бесштанная команда не понравилась. Точнее не понравилось то, что я это видела.

Рэй оценил масштабы катастрофы, глотнул жидкости из своего пузырька и легко разжал пальцы Алисы, высвобождая спущенные штаны Эйдана. при этом Рэй попал под струю сонной воды, но он даже не зевнул.

С водником дело обстояло хуже. Рэй осмотрел наручники и отрицательно покачал головой.

– Так просто не снимешь. Хорошая защита от мелких воришек.

– Ладно, – твёрдо произнёс синий. – Просто заберите отсюда Элис.

Рэй кивнул, одной рукой сгрёб в охапку рыжую, а второй взял меня под локоть и подтолкнул к выходу.

– Но мы не можем его здесь бросить!

– Сам виноват, – буркнул лорд.

– Но…

– Идём, Крис, быстрее.

Через несколько минут Рэй сгрузил Алису на свою кровать этажом выше в своих апартаментах № 403.

– Пусть здесь проспится. Вокруг сейчас много посторонних глаз. Комиссии обязательно доложат. Уйдёте ночью.

– Рэй… А Эйдан? Его же отчислят!

– Нет. Дафино прибьёт его раньше.

– Мне не до шуток сейчас! И не до сарказма!

– Я и не шучу. Не станет Дафино заявлять о попытке кражи и без того украденных артефактов.

– В каком смысле? – искренне недоумевала я.

– В самом прямом. Парочка артефактов из шкафа признана пропавшими из коллекции одного известного лорда. Ещё один артефакт определённо из запрещённых, возможно, и другие тоже. Я не шибко силён в водных штучках.

– Но если это так, зачем лорд Дафино хранит их на видном месте?

– Там стояла защита-маскировка, но этот сопляк умудрился её снести, а вот охранное заклятие не распознал. Хотя мог бы и догадаться. Очевидно, что думал он отнюдь не головой. За что и поплатится.

– Рэй, значит нужно позвать ректора, показать ему шкаф.

– И? Артефакты вернут законному владельцу, Дафино понесёт наказание, а синий сопляк так и так будет отчислен за взлом.

– Рэй, пожалуйста, – я с надеждой схватила его за руку, – как мы можем помочь Эйдану? Как снять наручники?

– Крис, – лорд обнял меня и легонько коснулся губами виска, – парень решился на кражу, потащил за собой твою подругу и попался. Ему придётся ответить за свои поступки.

– Да не за свои! – вырвалась я из объятий. – Ты ошибаешься. Это нам нужен был тот кинжал, полукруглый который. Очень нужен. Алиса попросила Эйдана, а вовсе не наоборот. И нести ответственность ему придётся за наши поступки.

Рэй молча смотрел на меня. Глубоко так, задумчиво.

– Крис, если тебе так нужен этот кинжал, почему меня не попросила?

– Да потому что я не могу с тобой нормально разговаривать. Потому что мне от тебя голову начисто сносит. Потому что… Я тебя совсем не знаю. Хотя и кажется, что знаю… Я запуталась. Рэй…

– Жди здесь.

– А?! И не подумаю!

– Не удивительно. Похоже, кое-кто вообще не часто думает.

– Рэй!

– Жди здесь. – Он вышел в коридор.

Я смогла простоять лишь пару-тройку минут и ринулась следом. На лестнице позвала Шишу, укрылась в невидимом домике и стала ждать, поглядывая на коридор третьего этажа. Минуты шли. За это время по лестнице прошло три профессора. Один вниз, двое на четвёртый этаж. Где-то вверху громко хлопнула дверь. Затем на лестнице показалась леди Клинелла – библиотекарша. Как всегда рассерженная она прошла мимо, ворча под нос что-то невнятное.

– Доброго дня, лорд Дафино, – донесся снизу голос леди Клинеллы. – Какие новости из города?

Я перегнулась через перила. На лестничной клетке первого этажа я заметила библиотекаршу и высокого мужчину. Шишу накрыло волной холодного ужаса, который передался и мне. Оглянувшись на коридор, я обмерла. Из апартаментов лорда Дафино вывалился Эйдан, уже в штанах, но ещё в наручниках. Он осмотрелся и кивком подал знак, что коридор чист. За синим показался шкаф. Замыкал процессию Рэй, который прикрыл за собой дверь и прошептал какие-то заклинания. А внизу лорд Дафино уже закончил краткую сводку городских новостей… Вашу ж! Быстрее! Но мои мысли до Рэя не долетали.

Не успеют!!! Даже до лестницы дойти не успеют! Нужно задержать хозяина шкафа! Шиша откровенно паниковал, ёрзал на моей шее, и даже будто царапался, а казалась бы нечем.

– А ну тихо! – едва слышно зашипела я ахатину. – Из-за тебя они чёртов шкаф прут. Помогай! Мы же в домике, нас не заметят! Подбери сопли, сказала!

Я уже бежала вниз, перепрыгивая через три ступеньки.

– Всего доброго, лорд Дафи…

Кхрыых! Раздался треск ткани.

– Ой!

– Держу! Вы в порядке, леди Клинелла?

– Мм… Извините…

Я понеслась наверх, оставив этих двоих охать, ахать, восхвалять мужественные руки спасителя, вовремя подхватившие падающую леди, сетовать на резные балясины перил, за которые зацепилась длинная юбка старушки… Ну как зацепилась. Не сама, конечно. Но этого я им не расскажу.

Рэй с Эйданом почти дотащили шкаф до лестницы. До-о-олго. Чего они так копаются?

Я вдруг ясно ощутила ехидную усмешку… шкафа. Ещё секунда – и я поняла, что за деревянной обшивкой скрыты каменные стенки. Это не шкаф, это целый сейф. Я замерла, откинула все мысли, заткнула Шишу и сконцентрировалась на шкафе.

Выплеснула внутренний магический поток на каменные стенки и потянула на себя. Шкаф откликнулся, поддался воздействию и вылетел на лестничную клетку словно гроб на колёсиках. Рэй и Эйдан придерживали с боков, лишь слегка корректируя направление. У синего при этом было озадаченно-вопросительное лицо, а вот у Рэя… У моего мужчины на лбу было написано, что все оставшиеся годы обучения я проведу под домашним арестом. Но обдумывать я это не стала, боясь потерять концентрацию. Краем уха услышала поднимающиеся шаги снизу, Шиша нервно царапнул. Это всё мешало и отвлекало. Концентрацию удерживать становилось всё сложнее. Я изо всех сил ускорила полет шкафа вверх по лестнице, пытаясь хотя бы убрать его из зоны видимости поднимающегося владельца. Лорд Дафино прошёл мимо меня в тот момент, когда я мысленно затолкала шкаф на четвёртый этаж. Я ощутила себя выжатым лимоном. Похоже, так оно и было, ибо по спине растекалась склизкая влажность с болотной отдушкой.

– Шиша?! Опять?! Тухлая ж ты выдра! Засранец трусливый! – шёпотом возмутилась я и искоса посмотрела на возящегося с дверным замком лорда Дафино. Я инстинктивно жалась к стене.

В ответ полуобморочный питомец передал мне, что маги воды могут выследить ахатинов по экскрементам. Бли-и-ин! А чего ж ты тогда обосрался, спрашивается?! Не хватало ещё, чтоб нас поймали! Затем ахатин показал, как водники живьём срезают с них кусочки шкуры, вот такими вот кривыми ножами, как тот, что был в шкафу. Меня передернуло от мерзости, и сердце нехорошо так сдавило. Бедные ахатины… А Шиша горестно прошипел что-товроде «теперь всё пропало, теперь он найдёт» и окончательно потерял сознание, стек под ноги, тем самым явив меня миру.

Да твою ж налево!

Лорд Дафино рычал на не отпирающуюся дверь, а я сжала влажное тельце, вскочила на ноги и побежала вниз, уводя следы подальше от Рэя и оставляя за собой тонкое болотное амбре. На первом этаже, стоя ко мне спиной, о чем-то спорили двое профессоров. Я бесшумно миновала их, нащупала тайную панель и ужом просочилась внутрь. Что дальше? Нужно смыть запах! Причём срочно. Хотя нет! Нужен домик Шиши. Иначе далеко не уйдем. Я встряхнула склизкую тушку.

– Шиша, миленький… Вставай… Давай, давай!

Ахатин слегка открыл сизый глаз.

– Мы в тайном проходе. Не бойся! Я тебя этому садисту не отдам! Запутаем следы, а затем отмоемся в общей душевой. Давай же, Шиша! Нельзя терять времени! Это отличный план!

Полуобморочный питомец послушался и перекочевал мне на плечи. Я побежала по коридорам Академии, покружила в библиотеке, по лобби, снова по коридорам, вышла на улицу, сделала два круга по прилегающей территории. Все не просто так. Почти каждого, кто встречался на пути, я незаметно задевала рукой, измазанной в Шишиной слизи. Следующим пунктом была душевая. Та самая, без опознавательных знаков М и Ж. Я, не раздумывая, выбрала мужскую. На тот момент в раздевалке было всего два парня. Они стояли у шкафчиков и обсуждали темы, не предназначенные для женских ушей. Но меня интересовал лишь шампунь, стоящий на скамье рядом с ними. Я благополучно его умыкнула и скрылась в душевой. Вымылась трижды, четыре раза намылила Шишу, постирала в пене свои вещи. Остановилась только тогда, когда закончился шампунь. Максимально отжала шмотки, свернула их в тугой ком и вышла из душевых в раздевалку. Что дальше? Идти в свою комнату не решилась. Вдруг не до конца отмылась. К тому же очень хотелось уничтожить свои вещи. Сжечь и ещё раз сжечь! Парней в раздевалке уже не было, поэтому спереть полотенце было не у кого. Я прошлёпала в тамбур с четырьмя дверьми: М, Ж, спортзал и выход в коридор. Потопталась, выбрала-таки спортзал, где и собиралась спрятать мокрую одежды. Ой!

Главная сплетница Академии, миниатюрная блондинка Айка, деревянной палкой висела на плотном, полнощёком Алехандро. Ещё секунда – и до меня дошло, что она его мучает вместо меня. Бедный, я ему не завидую. Научить танцевать эту девушку – титанический труд. Алехандро был красным как рак, но предельно вежливым. Хороший парень, правильный.

Идея № 1. Я тихо-тихо подошла к вещам в углу. Определила женскую спортивную сумку. Из занятий со мной Айка определённо вынесла один урок – не нужно заниматься сразу в красивых пышных нарядах, поэтому сейчас на ней были бежевые трико, которые придавали сходство её слишком худых ног с двумя деревянными шестами. Колени, блин, расслабь, баба Яга – костяная нога. В общем, запихнула я мокрую одежду поглубже в сумку Айки. Расчёт был таков: в лучшем случае она удивится, разозлится и выкинет шмотки, в худшем – с неё спросит лорд Дафино, но ничего путного не узнает. И даже если обыщет её ванную комнату, Шиши этот садист там не найдёт.

Идея № 2 возникла, когда на глаза попалось открытое окно спортзала. У-у-у. Нет, ну а что? Опыт хождения по карнизам у меня уже богатый. Я осторожно вылезла наружу и аккуратно пошла вперёд, придерживаясь за стену и получая отклик от каменной кладки. Куда иду? Да просто вперёд, подальше отсюда. Тёплый ветерок обдувал моё абсолютно голое тело, солнце ласково пригревало…

– Ши-и-иш… Вот только не вздумай с меня свой домик снять!

Ахатин и не думал. Он тоже немного расслабился и успокоился на моих плечах.

Я дошла до угла корпуса. Вид открывался шикарный. После второго забора зеленел свежей листвой лес, простирающийся до самого горизонта. А внизу, под стенами Академии, гуляли студенты, слышался смех и веселые разговоры. Похоже, все решили расслабиться напоследок, ведь с понедельника начинается зачётная неделя и времени на прогулки уже не останется. Справа, чуть поодаль, на территории Академии раскинулся парк с обилием известных и неизвестных мне растений. Надо будет на каникулах еще раз там прогуляться. Хотелось бы с Кором, но вряд ли это возможно. Позову Алису и Эйдана. Может, водник ещё какой-нибудь кустик спасет от засухи.

Неожиданно заметила две фигуры в парке. Они сидели чуть поодаль от тропинки прямо на зеленом газоне. От посторонних глаз скрывались за высоким стриженым рядом кустистых роз. Как я ни напрягала зрение, ни щурилась – не получалось рассмотреть их лица, слишком далеко они были. Неизвестные о чём-то спорили, махали руками. В итоге первый толкнул второго. Тот упал на спину, но тут же вскочил, в его ладони замерцала искра файербола. Огневик! Нельзя использовать магию на территории Академии вне специальных аудиторий, тем более боевую! Видимо, то же самое сказал нарушителю собеседник, а затем повернулся и зашагал прочь. Вспыливший огневик бить в спину не стал, развернулся и побрел в противоположную сторону, то есть к Академии. По пути он пнул ближайший куст, затем уже на тропинке толкнул плечом подвернувшегося под горячую руку студента. Чем ближе подходил огневик, тем яснее становилось кто это. Умбелло. Чёртов конский хвост. И тут меня словно током прошибло. А что, если второй был Троем?! Вдруг… Нет, Кристина, брось! У тебя паранойя. Трой сюда не сунется – его бы сразу схватили. Арс говорил, что на территорию Академии поставили защитное заклинание, настроенное на Троя. Сигнализация бы сработала. Так ведь? Или всё можно отключить? Как сигнум, например. Мне ли не знать? Я потёрла запястье с бракованным знаком и шумно выдохнула, уловив эмоцию ахатина, что Трой хоть и гад, но не дурак.

– Всё будет хорошо, Шиша. Троя когда-нибудь, да поймают. А конский хвост пусть идёт куда подальше. Зато кинжал у нас. Лорд Дафино не сможет причинить тебе вред, – я погладила гладкую мордочку. – Мы хорошо запутали следы. Сейчас четверть студентов Академии пахнут твоими какахами. Главное, чтоб Рэй смог Эйдана от шкафа отсоединить. А ещё главнее, получить положительное заключение от комиссии и остаться в Ампелосе.

Решение добраться до комнаты Рэя по карнизам пришло само собой. Шансы на столкновение с лордом Дафино в этом случае стремились к нулю. Я добралась до наружной лестницы, поднялась на крышу, нагретую дневным солнцем. Да-а-а. Кошка, гуляющая сама по себе. Позволяя теплым лучам окутать свое тело, я грациозно потянулась… Пока не раздался хруст в коленке. Не кошка, а картошка, блин.

По кровле перебралась на корпус преподавателей. Осторожно спустилась по наружной лестнице на карниз четвёртого этажа. Я определенно адаптировалась к таким вот высотным похождениям.

– Ой! – непроизвольно вырвалось у меня, когда в одной из комнат я заметила Унцию. Выглядела она расстроенной и даже злой. Фривольно тыкала пальцем в направлении сидящего в кресле человека. По-русски я бы сказала, что девушка качает права. Она с жаром что-то говорила, но я видела только гневно сверкающие глазищи и открывающийся рот. Окно ведь закрыто, слов не разобрать. Да и собеседника не разглядеть со спины, а узнавать человека не в лицо, а в лысину я не умею. Хотя тень подозрения я бы бросила на лорда Гарвиша. Но это не точно. Всё же преклонный возраст. С другой стороны, если вспомнить тот случай с зали, и то, как резво он за нами гнался… Хм… Но, вообще, это не моё дело.

Портьеры из плотной зеленоватой ткани я узнала сразу. На улице ярко светит солнце, а это единственное окно зашторено. Любитель, блин, потёмок. Вот, кстати, ещё один вопрос без ответа.

Я легонько постучала. Штора слегка отодвинулась, явив Рэя, прикрывающего глаза от солнца. Меня он, естественно, не увидел, поэтому я присела на корточки, и напротив его лица быстро вывела на стекле обслюнявленным пальцем сердечко, которое тут же испарилось.

Рэй, не выходя из мрака комнаты, вытянул руку, открыл створку и нащупал моё бедро. Это прикосновение приятно обожгло кожу. Его рука неприлично медленно скользила выше, слегка задержалась на попе, доползла до талии. Он обхватил меня и резким движением втянул внутрь. Я мельком заметила, что Алиса также спит, а вот Эйдан сопит на полу возле кровати. Хорошо хоть шкаф у самой двери стоит отдельно от водника. Значит, отстыковка всё-таки состоялась. А вот Рэй…

Он шумно втягивал ноздрями воздух и принюхивался к моим волосам. Шампунь ему что ли понравился? Мы с Шишей сейчас пахли морозной мятой – кажется, так было написано на флаконе, который я умыкнула у парней в раздевалке. Подожди-ка, а если всё-таки мы не до конца отмылись?

Пока беспокойные мысли метались в голове, лорд наглым образом меня ощупывал. Отчего-то снизу вверх. Наконец отыскал моё прикрытие и резким движением сдернул с плеча ахатина. Шиша повис в его руке бесформенной тряпочкой.

– Кристина, Кристина, – покачал головой Рэй, с прищуром осматривая мою наготу, а я инстинктивно прикрыла грудь рукой. – Хочешь, открою тебе один секрет?

Он ещё спрашивает, конечно, хочу! Я усиленно закивала, ибо пока его рука все ещё блуждала по моему обнажённому телу, моё дыханье сбилось, и я растеряла красноречие.

– Совсем не обязательно раздеваться догола, когда влезаешь в шкуру ахатина…

Мы с Шишей одновременно и не сговариваясь гневно фыркнули. Рэй такого поворота не ожидал и рефлекторно выпустил ахатина из руки, а я подхватила. Животинка обиженно прижалась ко мне, а на Рэя оскалила все свои сто тридцать два острых зуба… Или сколько там их у него…

– Ещё раз так обзовёшь Шишу, я сама из тебя шкуру сделаю, понял?!

– Он что, живой?!

– А ты что, слепой?

– Крис!

– Рэй!

– Шшшш! Шшш. Шшшш!

– Да, ты прав, – ласково погладила я питомца.

– В чём я прав? – снова удивился лорд.

– Да я Шише говорю.

– А со стулом поговорить не хочешь? Крис. Давай серьёзно уже…

– Я не разыгрываю тебя. Мы с Шишей прекрасно понимаем друг друга. Между прочим, это он попросил раздобыть тот кинжал из шкафа. И он нормальный живой ахатин, а никакая тебене шкура!

Рэй поджал губы и нахмурился. Затем подошёл к шкафу, выудил из глубины темную рубашку и накинул мне на плечи. После того, как мы совместными усилиями справились с пуговицами, он усадил меня за стол. Сам устроился напротив.

– Итак, моя леди, – он сложил локти на стол и переплел пальцы в замок, – я тебе сейчас буду рассказывать, а ты просто слушай. А потом подумаем вместе над выводами.

– Хорошо, – я кивнула, наглаживая прохладное тельце Шиши.

– Ахатины – существа из мира под названием Рринд, – принялся объяснять лорд Рэйсгорн поучительно-профессорским тоном. – По уровню магии этот мир не сильно уступает Ампелосу, но люди всегда хотят большего. Поэтому некоторые маги отправляют своих детей обучаться к нам. Такие случаи редки, тем не менее, контакты происходят. Лет тридцать-сорок назад межмирные отношения были лучше. Но со сменой правящей коллегии министров многое изменилось. Даже сам Ампелос раскололся – несогласная с новой властью провинция Хейзелирин вдруг объявила себя независимым государством. А за ней – отпочковались Гаата и Мойтинив.

– На Земле такое постоянно происходит. У нас в мире вообще больше двухсот стран.

– Мне сложно такое представить. У нас – всего четыре государства, а проблем уж очень много. Из-за границ и… Ладно. Обо всём этом тебе лорд Гарвиш на истории расскажет. Вернёмся к Рринду, который теперь держится довольно обособленно. Раньше товарообменные отношения были лучше, и наши маги воды за большие деньги приобретали ахатинов…

– Стоп! Ты сейчас Шишу к товару прировнял?!

– Такие были времена. Любой состоятельный водник с радостью и сейчас вывалил бы приличную сумму за это животное. Вот только Рринд ахатинов больше не продает.

– Вот и прекрасно!

– Я веду к тому, Крис, что тебя на руках сейчас сидит мешок с большими деньгами. Очень большими.

Шиша снова ощерился, а я гневно свернула глазами.

– Не смотри так. Я выкладываю факты. И следующим идёт факт, из их… эм-м… пусть будет кожи. Так вот, из их кожи водники делают невидимые мантии. И носить их могут только маги воды, Кристина. Воды, а не земли. И последнее, никто и никогда с ахатинами не разговаривал. Я имею в виду так, чтобы понимать.

– Да просто ваши садисты чёртовы даже не пробовали с ними договариваться! Твари, сволочи! Как так можно-то?! Живьём срезать кожу!

– Не преувеличивай. Уж не живьём. Маги воды же…

– Именно что живьём! Шиша мне все показал! Зрелище, знаешь ли… А каково бедным ахатинам даже говорить страшно!

Рэй задумчиво посмотрел на моего питомца. Мы немного помолчали.

– Оставим пока этот вопрос. Теперь что касается тебя, моя леди. Маги земли – люди миролюбивые, бытовая магия у нас наиболее развита. Один из основных видов деятельности земельников, помимо ботаники, сельского хозяйства, зельеварения и прочего – строительство. В тандеме с воздушниками возводятся целые города. При этом поднятие стройматериалов – в основном, дело магов воздуха. Не все маги земли могут поднимать камни, землю, песок и уж тем более лепить из них боевые шары, создавать лэндболы. Это возможно, но лишь среди магов, получивших высшую категорию. Как правило, они принадлежат к выдающимся древним и почитаемым родам, уважаемым семьям… Они учатся, постепенно защищают категории, ступень за ступенью поднимаясь всё выше. Но ты, Крис – иномирянка и подобной наследственности у тебя нет, к тому же ты первокурсница без категорий, однако заставила целый каменный сейф летать, не говоря уж о событиях в пещере.

– Мы ведь уже выяснили, что мой потенциал высок. Это здорово!

– Вовсе нет, – он снова нахмурился, – твоя магия развивается неправильно, понимаешь, Крис. Последствий мы не знаем. Хорошо, если ты закончишь все пять курсов как обычная студентка, и потом пойдешь на повышение категорий.

– Но?

– Разобраться надо. Меня беспокоит, что твоя магия работает не через пассы и заклинания, как у всех остальных, а ментально. Я наводил справки в Хилли. Похожие случаи бывали, и приводили они к выгоранию потенциала мага. Но это не совсем твоя ситуация. В тебе я вижу… чувствую ещё что-то.

– Что? Да говори уже, не тяни!

– Хотел бы я знать. Может, сама объяснишь?

– Это я-то должна объяснять?! Вы маги вообще или кто? Сам сказал, что я иномирянка! Меня, знаешь-ли, насильно зашвырнули в Ампелос. Я ведь не напрашивалась. Но теперь о случившемся не жалею. А вот ответов я жду как раз от тебя, Арса и Ками. От тебя, кстати, мне ответы не только про мои аномалии нужны. Про твои тоже. Потому что я рядом с тобой голову теряю. И сейчас с тобой разговариваю лишь потому, что ты по другую сторону стола. Алиса ведь всё правильно тогда сказала. У меня есть к тебе чувства, Рэй. Но меня пугает неизвестность.

– Твоя Алиса заявила, что я тебя использую, – презрительно процедил мужчина и взглянулна кровать.

– А как по-твоему это выглядит?!

– Ты заблуждаешься, Крис. Я знаю, что ты чувствуешь меня, душой видишь мою природу, мои желания.

– Да, всё так. Но, пойми, я из другого мира, у нас нет магии. И мне сложно верить в менталистику, эмпатизм, или как ещё назвать это. Я не знаю. Меня в жизни много раз обманывали и причиняли боль. Поэтому мне сложно взять и слепо довериться.

– Я не в силах тебе всего объяснить, моя леди.

– Но почему?!

Я невольно стиснула своего питомца сильнее, чем полагается. Он недовольно шикнул, вырвался из рук и оккупировал спящую Алису.

– Потому что боюсь, что ты больше не будешь на меня смотреть так, как это делаешь сейчас, – тихо сказал Рэй.

Эти слова жгли душу. Я схватилась за край столешницы, чтобы удержать себя от прорыва забить на все недомолвки и не броситься к нему в объятья, чего хотелось неимоверно. Сесть на колени, прижаться всем телом. Запустить руку в его волнистые волосы…

– Рэй. Пожалуйста. Дай мне хоть что-то, – я решила зайти с другого конца, сменить тему. – Почему Эйдан на полу, например?

– Сонная вода слегка умерила пыл этого сопляка. Шкаф выдал ему двойную порцию во время ликвидации охранного заклятия. А на полу – потому что в свою кровать я мужиков не пускаю.

– Значит только женщин? И много их у тебя? – спросила я и недобро прищурилась, от чего на щеках проступил румянец. Но не от стыдливости, а от плохо скрываемой ярости, которая накрыла меня при одной только мысли, что могло происходить в этой кровати.

– Не много. Одна, если быть точнее.

– Уверен? А Ками?

Рэй с шумом отодвинул стул, прошёлся по комнате и вплотную подошёл ко мне со спины. Нагнулся к моему уху.

– С де Лейн у меня ничего нет и не было. Могло бы быть. Очень давно. Теперь между нами только ненависть. Но мы оба знаем, что можем положиться друг на друга.

– Звучит странно, – я поднялась, чтобы видеть его лицо: не врет, ли? – Как такое возможно?

– Когда-то я полюбил девушку, подругу детства, а она выбрала другого. Назло ей я начал проявлять внимание к де Лейн. А Ками восприняла все всерьёз. Вышло недоразумение.

– Недоразумение?

– Да. Погубленная первая любовь породила в сердце де Лейн ненависть и воинственность. Со временем эта агрессия превратилась в прекрасно квалифицированного профессора боевых искусств огненной стихии. Отчасти я виноват перед ней. И она постоянно мне об этом напоминает. Вот и всё.

Я верила. И чувствовала, как неприятно говорить Рэю о своих ошибках. Решила слегка разрядить обстановку:

– А тебя разница в возрасте не смущала? Она же лет на пятнадцать старше.

– Кто тебе такое сказал?

– Э-э-э… Ну как… Все так говорят! Ками уже за сорок.

– Не собирай глупые сплетни, Крис, + он снова вдохнул запах моих волос. + Де Лейн на год младше меня.

– Но тебе двадцать девять!

– Это тебе в имении сказали?

– Нет. Прочитала в музее на вашем фамильном древе.

– И когда только успела? Когда от Троя драпала или когда пьяная портила экспонаты?

От несложного вопроса я напряглась и замешкалась с ответом. От Рэя это не укрылась. Он приподнял за подбородок моё лицо и заставил посмотреть в его карие глаза.

Только теперь я поняла: знает про Троя. А про бордель? Почему ничего не говорил, не ругался? Может всё-таки история с Лакришем осталась в тайне?

– Моя леди? – вырвал он меня из размышлений.

– Твоя, конечно, твоя, – слишком быстро ответила я.

– Крис?

– М-м?

– Расскажи мне всё. Как так вышло?

– Я просто хотела о тебе узнать побольше, а Келси про древо сказала. Ну вот мы и пошли… Но я экспонаты не портила. Честно.

– А дальше. Хочу услышать из первоисточника. Вдруг те двое что-то упустили.

Это он про Ками и Арса? Хм. И просьба такая требовательная. Почти что приказ. Подумалось, что Рэю я никогда не смогу соврать. Ещё подумалось, что я бы не хотела недомолвок между нами. Но как, блин, ему про бордель-то рассказывать?!

Я прижалась к нему, избегая смотреть в глаза, трижды выдохнула и начала виновато говорить.

В какой-то момент я ощутила, как грудная клетка Рэя легонько дернулась. А потом ещё раз. Вот же…!

– Я тут душу изливаю, не знаю, как бы рассказать эту чёртову историю, а ты ржёшь? Стоишь и нагло ржёшь?!

– Ну так смешно же, – хохотнул Рэй.

– Нас чуть не поджарили!

– Было бы весьма печально. Я рад, что все обошлось, – Рэй стиснул меня сильнее.

– То есть бордель тебя совсем-совсем не смущает? – я снова искала ответы в пучине его глаз.

– Ты молодец, не растерялась. Не пропадаешь!

Он ласково поцеловал меня в лоб, нос, щеки. Затем впился в губы. Я таяла, забираясь руками под его рубашку. До тех пор, пока с кровати не донеслось деликатное ахатинское шшшш.

– Не могу от тебя оторваться… – еле прохрипел Рэй. – Уже трижды пожалел, что притащил сюда этих… горе-воришек.

– Шшшш!

– Шиша… Он говорит… Что ничего не крал, – перевела я Рэю. Я пыталась успокоить дыхание и одновременно крепче прижаться к мужской груди.

– Мелкий говнюк просто отправил вас «на дело». Истинный главарь криминальной банды.

– Шшшш! Ш!

– Я не буду это переводить!

– Крис, сколько тебе нужно? – неожиданно спросил мой лорд.

– Чего?!

– Денег.

– Рэй! – я неприятно удивилась, отстранилась от мужчины и заглянула в карие глаза. Они смотрели на меня. Серьёзно так. Ну, бли-и-ин! Он что, решил, что мне от него деньги нужны?! – У меня всё есть. Спасибо, не надо.

– А за бордель ты как рассчиталась?

– Э-э-э… Никак… Счёт выставили Арсу.

Я ощутила волну неприязни по телу мужчины. Мышцы его закаменели, на жестком лице напряглись желваки.

– Почему ему?! Почему не мне?! – прорычал Рэй. Руками сжал меня. Сильнее, чем полагается, непроизвольно выдавив из лёгких воздух. А взгляд… На краткий миг зрачки дрогнули, сделались прямоугольными и снова вернулись в прежнее состояние. Показалось?! Нет, я точно это видела! Рефлекторно дернулась, чтобы вырваться из объятий. Тщетно!

Вспышка его гнева оборвалась резким стуком в дверь.

– Ахатин, спрячь Крис! – громким шепотом скомандовал Рэй, подтолкнул меня в направлении ванной, а сам взялся за Алису. Она, как назло, замычала что-то нечленораздельное. Тогда лорд завернул рыжую рулоном в покрывало, приглушающим звуки, и опустил на пол рядом с Эйданом. Затем добавил странное, – Маале – шкаф!

Я вопросов задавать не стала. Нутром почуяла опасность, гораздо худшую, чем пять секунд назад. На пороге ванной комнаты я обернулась. Эйдан и Алиса лежали на полу так, что вошедшему гостю их не будет видно. Небольшое зеркало напротив меня отразило пустой дверной проем ванной комнаты – Шиша уже обвивал мою шею. Я посмотрела на украденный шкаф и обомлела. Невесть откуда взявшийся несуразный звереныш Рэя, тот самый, который всё время чихал, и о существовании которого я как-то позабыла, широкими плоскими лапами быстро-быстро копал воздух вокруг шкафа. Рэй уже поворачивал ручку на двери, как шкаф вдруг бесшумно провалился. Куда – неясно. Словно звереныш подкоп к соседям снизу сделал. Но пол-то был цел. Выполнив своё дело, удивительный Маале шмыгнул под кровать и затаился. Как раз вовремя, ибо на пороге стоял разгневанный лорд Дафино.

Шиша нервно вздрогнул. Только не обделайся, прошу! Я послала ахатину мысленную поддержку и от греха подальше бесшумно залезла в ванну.

– Лорд Дафино, чем обязан? – учтиво поинтересовался Рэй.

– Давно ты дома? – сходу гаркнул водник.

– Относительно.

– Видел кого постороннего в корпусе?

– Нет.

– Чуял?

– Нет.

– А тухлый запах?

– Нет.

– Как это нет? Куда подевались твои повадки?

– Вчера неудачно заварил пучок дарыц-травы.

– Да ты по жизни неудачник!

Клац! Рэй захлопнул дверь. Надеюсь, этому придурку Дафино прилетело по носу! Я даже рада, что это хамло лишилось не просто одного кинжала, а целого шкафа артефактов.

– Крис, ты где? – Рэй вошёл в ванную комнату, осторожно размахивая руками и ощупывая пространство.

Осознав, что опасность миновала, я решила перейти в «режим нападения». Шиша благоразумно выскользнул на пол и удрал, видимо, к Алисе.

– Объяснишь? – с наездом спросила я, вылезла из ванны.

– Крис… Моя…

– Твоя, но, – я уперла руки в бока, – объясниться тебе всё же придётся. Ты ведёшь себя неадекватно! У тебя что, биполярное расстройство? Шизофрения? Что, Рэй?! Какого черта?! Я думала, что ты просто по жизни ревнивец. Но, блин, на целый бордель ты среагировал шутками и весельем, но стоило упоминать Арса – ты из меня чуть всю душу не выдавил!

– Извини…

– И что у тебя с глазами было?

– Заметила, значит…

– Да, заметила.

Рэй печально отвернулся и явно вознамерился просто взять и уйти. Ну уж нет! Я схватила его за руку и потянула к себе.

– Рэй, я твоя и люблю тебя. Но отношения, основанные на лжи, секретах и недопонимании не имеют будущего.

– Ты уверена, что это любовь, Крис? – он поцеловал меня в лоб. Поцелуй вышел каким-то вымученным и печальным.

– Так чувствует моя душа. Ты мой человек. Мой лорд. Но я устала от этих недомолвок. Не отталкивай меня, Рэй. Пожалуйста.

Я хваталась за него, обнимала, прижималась к его груди. Заглядывала в печальные карие глаза и видела там сомнение.

– Рэй… Объясни, я постараюсь понять. Пожалуйста. Мне нужна правда.

– Правду, значит? Хорошо, Крис. На, смотри!

Он рывком сорвал с себя рубашку, повернулся в пол-оборота и подставил плечо под тусклые лучи светильника ванной:

– Вот тебе правда!

На светлой коже белыми нитями расползалась сеть тонких шрамов. Ими было покрыто всё плечо и часть спины. Но особенным на этой паутине был полукруглый ряд блестящих белых пятнышек. Сердце моё пропустило удар. Шрам от укуса большой челюсти. Укус! Укус! Мозг отчаянно сопротивлялся страшной догадке. Но логика напомнила про меняющиеся зрачки, про рычание. Про… Про… Боже мой!

– Ну как? Довольна?

Вопрос моего сознания не достиг. В мыслях беспорядочно носились воспоминания о том жутком оборотне в пещере, с каким удовольствием он утолял жажду нашей магией, образ измученной подруги, сваленные грудой останки предыдущих жертв… Всё то, о чем я старалась усиленно забыть…

В миг ванная комната сжалась до невероятно тесных размеров, воздух куда-то исчез, перед глазами пошла рябь. Сквозь неё я разглядела, как стремительно приближается деревянный пол. Мелькнула радостная мысль, что у Рэя хотя бы не кафель. Я успела повернуться щекой, чтобы смягчить удар.

– Крис! – донесся как сквозь вату любимый бархатный голос. – Дыши, дыши. Сейчас станет легче.

Чего легче, кому легче? О чём он? Я лишь теснее прижалась к теплому, родному телу. Ощутила, как в ответ сильные руки легонько меня сжали. Теплый ветерок трепал волосы. Я открыла глаза и тут же зажмурилась от слепящего солнца. Осознание того, что со мной случился банальный обморок, приходило медленно. Я обнаружила себя сидящей на подоконнике перед открытым окном. Рэй был рядом и бережно придерживал за плечи. Мой Рэй, которого укусил оборотень. Но ведь он такой… такой… не такой, как чёртова Жардина. Он самый лучший, самый родной, он мой. Не злой и не пахнет псиной. Волосатая грудь ведь не в счёт? И он же не пьёт магию из студенток. Да?

– Не пьёшь?

– Тебе воды принести?

– Нет. Рэй, ты ведь не пьёшь из студенток магию?

– Нет.

– Это хорошо, – я облегчённо выдохнула и сильнее прижалась к Рэю. – А с фазами обострения как справляешься? А с трансформацией? А с жаждой?

– Ничего этого у меня нет.

– А что есть?

Он нежно взял меня за подбородок и заставил посмотреть ему в глаза. Солнце на долю секунды отразилось в прямоугольных зрачках. Рэй тут же зажмурился и потер пальцами веки.

– Это больно. Обычный искусственный свет мне неприятен, чем ярче, тем неприятнее, но терпеть можно. А вот солнце… Нет. Не могу. Режет. Мои глаза изменились. Теперь я вижу магов иначе – их силу, ауру. Называй, как хочешь. Мир в стал другим. Не как раньше. Вот здесь, рядом с сердцем, – он мягко прикоснулся к моей груди, – зарождается потенциал мага, затем сила разносится по венам, наполняет тело. Я вижу это мерцание магии в человеке. У тебя, Крис, очень хороший потенциал. Значит, есть все шансы стать сильным магом, получить высшую категорию. Но есть в твоей силе и что-то ещё, другое. Какая-то примесь в силовом потоке. Это-то меня и беспокоит. Я уже давно наблюдаю за тобой, но так и не разгадал эту загадку.

– То есть я для тебя только загадка?

– Этим ты привлекла меня, – Рэй отодвинулся от окна и увлёк за собой. Правой рукой задернул плотную портьеру. – Шёл как-то в лабораторию, вокруг всё как обычно: начинающие маги за читальными столами, привычные цвета стихий внутри них. И вдруг увидел, как переливаются золотом нити, вплетенные в стандартный зелёный поток.

– Эта была я? Так выглядит моя магия?

– Верно. Поначалу я лишь наблюдал за тобой издали, раздумывал, пытался распознать и прочувствовать аномалию.

– И долго ты за мной следил?

– Прилично. Но в ту ночь, в библиотеке, когда ты впервые оказалась так близко, я вдруг ощутил… кхм… бешеное влечение. Как мужчину влечёт к женщине.

– И это, по-твоему, называется прилично? Ты же сразу руки распустил!

– Не удержался. Для меня произошедшее было чем-то новым…

– Что?! – искренне возмутилась я. – Рэй, вот только не надо врать, что до меня у тебя не было женщин. Не поверю.

– Не было. Восемь долгих лет не было. Укус оборотня изменил меня, обострил зрение, слух, чутье. Но вместе с тем забрал мужское начало, в том смысле, что я больше не мог спать с женщинами. Не мог и не хотел. Я пробовал разные зелья и заклинания – но всё напрасно. Со временем смирился с отсутствием желания и принял свою новую суть. Но ты… В ту ночь в библиотеке ты стояла так близко. И всё изменилось. Я не удержался и поцеловал. Умом понимал, насколько низко я поступаю. Осознавал, что схватил во мраке напуганную студентку и нагло домогался, но ничего не смог с собой поделать. Я не контролировал себя. Следующим шоком для меня стало то, что моя жертва не только не сопротивляется, не кричит, не вырывается, а отвечает на мои бессовестные поцелуи… Да, сначала ты была для меня просто загадкой, но потом стала желанным наваждением. Я каждую ночь ждал, что ты снова придёшь в библиотеку. И однажды ты пришла. И… и… Почему ты была не против, Крис? Почему не убежала, когда я давал возможность? Почему не надавала мне пощечин?

– Я сама много раз спрашивала себя об этом. Думала, что ты маньяк и всему виной кориандровый дурман, которым пахнет твоя кожа. – Я поднесла его руку к носу, шумно втянула воздух и уловила волшебный аромат. – Это афродизиак какой-то, чтобы девушек соблазнять?

– Это спагус. Да, он немного похож на кориандр терпкостью, но раскрывается иначе. При добавлении к нему вытяжек из некоторых видов трав я получаю ароматный напиток. Запах – издержки работы в баре, но до тебя его никто не замечал. Хотя, может, потому что я нечасто общаюсь с людьми. И уж точно не так близко, как с тобой, – лорд хитро улыбнулся, – по крайней мере, в последние восемь лет. Отец однажды брал меня с собой на Землю в командировку. Твой мир мне не понравился. Слишком шумный, техничный и злой. Но этот напиток…

– Кофе?

– Точно. Кофе. А я всё никак не мог вспомнить название.

– Мог бы у любого землянина спросить.

– Я не любитель разговоров, как ты успела заметить, стараюсь свести все контакты к минимуму. Даже номер с двери убрал, чтоб не шастали всякие. Максимум общения у меня происходит в баре. Хотя и это сложно назвать общением. Скорее, я просто угрюмый слушатель. В общем, перешёл сразу к делу – создал аналог кофе и назвал «ароматный напиток Рэя». Возможно, твоя реакция связана с тем, что этот запах напоминает о родном мире, вызывает приятные ассоциации, – он ласково поцеловал меня в щёку.

– Может ты и прав.

Как же приятно было стоять вот так, в обнимку с моим лордом, слушать его мягкий бархатный голос и осязать хрупкие ростки доверия, прорастающие между нами. А Рэй продолжал:

– Поверь, Крис, цели одурманить девушку у меня не было. Только нестерпимое и внезапно возникшее желание. Я много читал, искал информацию в лаборатории и в книгах. Но ничего не нашёл. Склоняюсь к мысли, что пробудился какой-то скрытый функционал оборотня, подобный инстинкту размножения. Но истинные оборотни не испытывают чувств как люди. Они живут кланами и размножаются без любви и эмоций. В то время как у меня внутри всё кипит по отношению к тебе. Я хочу обладать, быть всё время рядом, готов дать всё, что попросишь. И ты однажды попросила. Ответы. Но я не думал, что ты сама полезешь в то адово пекло, в логово зверя. Я виню себя за то, что моей девочке пришлось столько пережить.

– Рэй. Мы ведь спасли Алису. Если бы не ты…

– Вы могли обе погибнуть! Я виноват. Ты ведь проявила себя как истинный боец, ты справилась. Горжусь тобой, Крис. И прости меня.

– Значит, поэтому ты сам не сообщил ректору? Он знает про укус?

– Да, многие знают и сторонятся меня. Боятся. Ненавидят.

– Но ты мог сказать хотя бы Ками о своих подозрениях.

– За восемь лет мы с ней общались меньше, чем за последние недели три.

– Но теперь-то общаетесь.

– Поскольку постольку. Из-за тебя. Тогда я думал, что ты отнесёшь все эти газеты из архива ректору, расскажешь свою теорию. И начнется расследование.

– Ты же знаешь, мне не поверили. А де Фонтин так вообще… Да чёрт с ними со всеми.

Я запустила руку в его волнистые волосы, чуть наклонила к себе и попробовала дотянуться губами до щеки Рэя.

– Но что ты скажешь теперь, – выдохнул он мне в самое ухо, – когда знаешь, кто я?

– Скажу, что с твоей привычкой рвать на мне одежду нужно что-то делать, – я коснулась губами его губ, настойчиво выпрашивая жаркий поцелуй.

– Как и с твоей привычкой кусаться…

Вода в ванной уже почти остыла, и я теснее прижалась к мужскому телу.

– Рэй…

– Да, моя леди.

– Ты такой горячий…

– 39 градусов – для меня теперь нормальная температура тела. Всё дело в укусе. Для большинства представителей фауны характерна повышен…

– О, боги! Ты мне собрался сейчас лекцию по зоологии читать?! Выключи профессора, Рэй. Я вообще-то кое-что другое имела в виду!

В качестве демонстрации я припала к его губам и подарила откровенный, очень французский поцелуй.

– Крис… Моя… – хрипло выдохнул Кор. Именно Кор. Страстный и желанный до умопомрачения.

Он резким движением посадил меня лицом к себе. По телу побежали электрические разряды… Я растворялась в ощущениях, а вода ритмично выплёскивалась из ванной на пол.

– Мы. Затопим. Соседей, – я ещё и говорить пыталась.

– Или рррразбудим твоих дррррузей, – прорычал мой лорд, – им поррра..

– Свалить. Отсюда. Нафиг. И. Освободить. Кроваааааа…

– Думала, что раньше мне казалось, – завела я разговор, пока сушила волосы оливковым полотенцем. – Но ты и в самом деле рычишь. По-настоящему, как… как…

– Как кто? Зверь? Волк? Или может, как ты сказала, собака? – Рэй опёрся руками на раковину и внимательно посмотрел на своё отражение в зеркале.

– Не сердись. Просто всё это выходит за рамки обычного, – я поднырнула под его руку. Мы оказались лицом к лицу, я взяла его за подбородок и заставила смотреть мне в глаза. – Не выдумывай и не накручивай. Я никогда не говорила, что ты собака.

– Говорила. Полчаса назад. Рассказывая про ту ночь в музее… – Рэй положил руки на мои плечи и с усмешкой произнес: – Крис, у смотрителя нет собаки.

– То есть? Хочешь сказать… – я удивлённо искала ответа в его глазах и стремительно складывала пазл из событий и разговоров. – Это был ты? Ты рычал на Троя?

– И рычал, и даже успел дать парочку хороших затрещин. Ещё бы немного и я… кхм… – Он красноречиво придержал паузу.

– Скрутил парня, или …ээ… загрыз… разорвал на кусочки… Что из этого?

Отчего-то я испытывала смешанные чувства. Он был там в ту ночь. Неизвестно, чем бы все закончилось, если б не Рэй. Я должна быть благодарной. Но столько «почему» в мыслях, что…

– Пусть будет «скрутил», – оторвал он меня от раздумий. – Пришлось самому уносить оттуда ноги. Прибежал смотритель, он мог бы меня опознать.

– И что с того? Ты ведь нас спасал!

– Крис, всё сложно. Моё пребывание здесь на жёстком контроле. Одна оплошность, малейшее проявление агрессии – и всё.

– Что всё, Рэй? На цепь тебя посадят?

– Много вариантов, и ни один из них не сулит ничего хорошего. Пойми, у меня нет свободы действий. Нельзя было рисковать, пришлось оставить Троя на смотрителя и надеяться, что тот разберётся. Вот только парню, хоть и изрядно потрепанному, удалось скрыться. Но этого я не видел, потому что сразу бросился тебя искать, обоняние у меня хорошее, но твой запах словно растворился.

– Ну ещё бы, я ж в какую-то вонючую жижу вляпалась.

– Я припоминаю, что резкий запах был. Но я никак не связал его с тобой. Да, я мог бы в ту ночь поступить иначе, остаться… закончить с Троем. Но я хотел убедиться, что ты благополучно доберёшься до Академии, проводить, быть рядом. А в итоге и тебя не нашёл, и Троя упустил. Теперь не вернуть тех событий, не исправить ошибки.

– А как ты вообще оказался в музее? – наконец я ухватилась за правильный вопрос, за ту мысль, что не давала мне покоя. – Следил за мной?

– Следил. Но не за тобой. У всех студентов есть сигнумы. Но леди де Фонтин нарушила магическую составляющую у некоторых из вас – тех, кого она отобрала в кандидаты на роль основного блюда в рационе Жардины, и тех, кто был на её стороне. В лаборатории я работал с личным делом Троя, с которым связан его сигнум. Долго, нудно восстанавливал магические бреши. Трижды улавливал его местонахождение, но мы всегда опаздывали. Мы – это де Лейн, я и кое-кто из посвященных в дело магов. Четвертый сигнал случился в ту ночь. Следящий знак мигнул и обозначил, что Трой в городе. Естественно, как бы быстро я ни гнал коня, до места добрался поздно. Парня уже не было. Я порыскал по окрестностям и, к своему удивлению, заметил троих девиц, спускающихся в подвал музея.

Рэй укоризненно посмотрел на меня.

Мы вышли из ванной.

– Значит, так, – произнёс Рэй, меняя тему. Он подошел к шкафу и стал одеваться, – ты с ахатином сейчас невидимой возвращаешься в свою комнату и ждёшь подругу. Она скоро должна проснуться. Для сопляка у меня есть кое-какая настойка – быстро на ноги встанет. Я пойду к Дафино и отвлеку его. А эти двое в это время освободят мою комнату.

– Я бы хотела остаться с тобой…

– Я бы тоже этого хотел, моя леди, – Рэй подошёл и обнял меня. – Но чего бы я не хотел, так это быть причиной твоих невыученных заданий. Комиссия за вас крепко взялась. Не стоит лишний раз провоцировать министров.

– Да пошли бы они куда подальше! – я злобно скрипнула зубами. – Сволочи! На кой чёрт мы им сдались-то?! Если уж им так надо, почему просто не выкинуть нас из Ампелоса? К чему все эти разборы и нервотрепка?

– Они не могут. Пока не могут. В соответствии с решением малого совета министров, вы вольны продолжать обучение. Но несогласное меньшинство, расценивающее вас как угрозу, подало апелляцию. Поэтому собрана комиссия для дополнительного расследования.

– Лучше б они так детально расследовали исчезновения девушек! У них монстр под боком жил и ничего, а сейчас вдруг какие-то две студентки стали угрозой.

– Крис, я всё понимаю. Нужно немножко потерпеть и постараться не давать комиссии поводов для негативных рапортов. Министры же…

– Ты не представляешь, какие они! Бесят! К словам цепляются! Один только адекватный, лорд Квазинский.

– Кзавинский, – поправил Рэй, – да, Ювальд всегда был порядочным мужиком.

– Этот хоть реально по делу спрашивал, в отличие от остальных. А я ведь так и не поблагодарила тебя за тот конспект по материи магии. Спасибо, спасибо, спасибо! – осыпала я щеки Рэя лёгкими поцелуями. – Наконец-то хоть что-то поняла. И леди Залдарона, и лорд Ювальд в этом убедились.

– Это было несложно. Рад, что помогло. Напиши список непонятных для тебя тем, я тебе всё объясню.

– Как это мило, аж тошнит, – донёсся с пола сердитый и приглушенный голос Алисы. – Почему сразу нельзя было нормально с человеком позаниматься, а не доводить до истерик?!

– Кхм… Прости, Крис, если обидел чем-то, – Рэй ласково погладил меня по голове и зашептал на ушко. – Забыл уже, как это – общаться с девушками. Но реверанс твой я оценил. Леди, это было весьма эффектно.

– Извините, что перебиваю… – вклинилась Алиса, – но не могли бы вы меня вытащить отсюда! Я вам, что, блинчик, фаршированный норвежским лососем?!

– Как по мне, так на червяка больше похоже, – подметил Рэй, легко поднял подругу, закинул на кровать и начал раскручивать плотное покрывало.

– Червяк ваш под кроватью сидит!

– Наш? А я уж было решил, что синий сопляк – как раз твой парень, если ты с него не постеснялась штаны спустить в гостях у Дафино.

– Что?! Чёрт! Нет!

– Да. И чтоб больше я от тебя моральных нравоучений в свой адрес не слышал!

– Но я… Гадство! Стине, ты должна мне всё объяснить! Что произошло? Где мы вообще? Почему меня в рулон завернули? Что с Эйданом? Где опять твоя одежда?! И что за мелкое чудовище, под кроватью сидит с щупальцами на морде?

– Маале, – ответила я только на последний вопрос и обратилась к Рэю. – А куда он шкаф-то дел?

– К себе в кладовую транспортировал. Временно. Срок хранения дня четыре, может пять.

– А потом?

– А потом у меня созреет новая партия спагуса. Урожай я у Маале храню. Нужно будет место. Кладовая не резиновая, а шкаф ваш довольно объёмный.

– Он что, запрещён, спагус этот? – моя фантазия бурно рисовала фермы-теплицы с пышными рядами зеленой дури. – Обязательно в кладовой прятать?

– Запрета на него нет. Но это довольно редкое растение, и доступно только магам высшей категории. К тому же я немного изменил его структуру, максимально приблизил по вкусу до вашего кофе. Это моя личная разработка.

– Да, кофе у вас, Рэй, что надо. Чего нельзя сказать о ваших манерах.

– Алиса! Хватит уже! Если б не он, ты была бы уже на Земле.

– Я благодарна за помощь, но…

Предотвращая шквал очередных вопросов от рыжей, я вкратце пояснила ей ситуацию.

Дальше действовали по плану Рэя. Сперва я благополучно оказалась в своей комнате. При этом Шишу на себя посадила в коридоре, не желая шокировать Алису скрытыми способностями нашего питомца, да ей и не до того было – пришлось возиться с едва очухавшимся Эйданом. После пробуждающего эликсира парень выглядел так, словно стакан абсента залпом выпил. В общем, рыжая в комнате № 308 появилась, когда я уже выучила половину заданий к понедельнику.

– Али-и-ис, а сколько вообще миров во вселенной? – я первой начала с вопросов, предупреждая еще невысказанное мнение рыжей насчет всей этой заварушки с лордом Дафино и Рэем.

– Много, – кратко ответила недовольная подруга.

– А высшие – это какие?

– Такие, где магии больше и потенциалы выше. Ре-1078, Пхэта, Ирзалосия, Фрио, Киюоить… Да полно их. Сейчас, погоди…

Подруга принялась копаться среди учебников на своем столе. Нашла нужный и протянула мне:

– Вот, держи.

– Похоже на карту солнечной системы, – вздохнула я, разглядывая форзац книги.

Рис. Мирография

– Ага, похоже. Только система не солнечная, а магическая. Видишь, в центре ядро, – ткнула она пальцем в яркую точку в середине, обрамленную окружностями разных диаметров, – вокруг него – различные миры. Вот Фрио, вот Пхэта. Все просто: чем ближе мир к ядру, тем больше в нём магии, соответственно и категория присваивается «высшая». А вот Ампелос, он подальше и имеет статус «среднего» мира.

– А наша Земля?

– Вот она. Видишь, как далеко от источника магии? То-то же.

Я всматривалась в карту и находила знакомые названия:

– О, смотри, Айсгарденс Эйдана! И Шишин Рринд!

– Шишин?

– Рэй сказал, что ахатин оттуда. О, эти миры на одной окружности.

– Да, Стине. Значит они примерно с одинаковым уровнем магии, но уступают по силе Ампелосу, который немного ближе к ядру. Потому Эйдан учится здесь. И Аника… Училась…

Я с грустью вспомнила бывшую хозяйку ахатина. Её образ мне как-то показал Шиша. Да и в газете был портретный рисунок девушки, которая мечтала быть магом, а стала жертвой оборотня. Я перевела взгляд на синюю точку на карте – Стреланд. Ближе к источнику, чем Ампелос. Понятно теперь, почему местным магам так сложно справляться с их атаками.

– Вообще, мирография во втором семестре у тебя будет, – рыжая словно поняла мои невеселые мысли и громко захлопнула учебник. – Вот тогда всё тебе и расскажут. Скоро уже, после каникул. А пока не забивай голову.

– Дотянуть бы ещё до этих каникул, – я вздохнула, – Арс сказал, что министры ещё пару дней нас пытать будут.

* * *

Лорд как в воду глядел – утро понедельника началось с зачёта у профессора Иола, а продолжилось на одиноком стуле в кабинете ректора. Адекватный Ювальд сегодня был неразговорчив, зато «потник» и парочка «баран да ярочка» взялись за мои личностные отношения и отчитывали меня за тесные контакты с Арсом. Слишком часто видели нас вместе… Поздно ночью выходил из моей комнаты… Спас нас в пещере… Ага, ага. Это вы ещё про поездку на бал, закуп и тайные занятия не в курсе.

Я усиленно делала невинное лицо и валила всё на старуху Адриану де Фонтин, которая как раз и велела со всеми проблемами обращаться к лорду Арсгорну Ливареллу. Вот только с неё уже не спросишь. Когда не удалось подловить меня на связи с профессором (знали бы они, что не с той стороны копают), переключились на Эйдана. Вот тут злую шутку сыграла манера общения синего и все эти «дорогие» и руки его загребущие. Нас с Алисой обвинили в домогательствах и аморальном поведении по отношению к прилежному студенту. Почему нас-то? Эйдан же приставал! Идиоты министерские! Спасибо ректору Арчибальду, внёсшему некую ясность и подпортившему репутацию водника перед министрами. Ну это хотя бы правда. Эйдан – местный ловелас и я здесь не при чём. Обычное дело. Он со многими студентками себя так ведёт… Точнее вёл, пока с Алисой не начал встречаться. А вот после водника прилетело и огневику Сайто, два года оттрубившему в Хилли. Меня успели заметить в компании с этим «плохим парнем, стоящем на учёте». И когда только?!

Чёртовы провокаторы! Видно же невооруженным взглядом, что министры ждали моего срыва, грубости, неосторожных слов, признания… Чего угодно, лишь бы не по уставу Академии. Но я им повода не дам. Нет, нет и нет! Из кабинета ректора вышла разбитой, опустошенной, но не сломленной. Вот только из-за нервозности едва не завалила зачетную контрольную по материи магии. Но обошлось.

В последующие два дня экзекуция продолжилась. Лорд Ювальд и леди Чериза лично присутствовали на моих зачетах. Алисе, соответственно, достались «потник» и лорд Наер. Но поводов для депортации мы не давали и весьма успешно получали галочки в учебных ведомостях.

– Как же они меня достали! – рычала рыжая не хуже Рэя. – Каждый вечер только и делаю, что зубрю да зубрю. Да сколько ж можно?!

– Зачётная неделя. А как ты хотела?

– Учиться надо, конечно. Но не до такой же степени! Даже с Эйданом некогда повидаться! А эти министры фиговы, бесят! Бе-е-еся-я-ят!

– У меня они тоже в печенках сидят. Я хоть и привыкла, что надо всё свое время за книгами проводить, но такое пристальное внимание этих пижонских задниц нервирует и сбивает. Ладно, лорд Ювальд – он хоть маг земли и спрашивает исключительно по программе, а вот леди Чериза – эта вообще водница, однако вопросов задает ещё больше, чем Кзавинский, причём каких-то каверзных. Неприятная дамочка. Весьма.

– Вот-вот, Стине. У меня этот Котник-потник тоже всякую фигню спрашивает, даже из того, что только в следующем семестре проходить будем. Вот как так, а?! Хорошо хоть наши преподы это осознают, иногда заступаются и последнее слово за ними. А то я бы вовсе без галочек в ведомостях осталась.

– Такое ощущение, что именно этого они и добиваются.

– Гады! Да пошли они куда подальше! Давай лучше на ужин пойдем и съедим что-нибудь о-о-очень вредное и о-о-очень вкусное.

Но не успели мы выйти из комнаты, как были перехвачены леди де Лейн.

– Вас-то я и ищу! – негромко возвестила огневичка. И уже совсем шепотом добавила: – У нас сегодня экстренное собрание.

– Что-то известно от комиссии? Нас выгоняют? – запаниковала Алиса.

– Тише! Рассмотрение дела отложили до следующего семестра. Министры должны проанализировать результаты зачётной недели. Но я бы не расслаблялась на вашем месте. Наеры всё никак не уймутся и активно беседуют с лекарями из городской больницы на предмет вашей адекватности и психического состояния. Наш Марио о’Касти, конечно, дал отличные рекомендации на ваш счет, но городская больница… Кто знает… Но собрание, собственно, по твою душу, Кристина.

– По мою? Но что…

– Не здесь. Идёмте.

Ками повела нас в лабораторию, украдкой через библиотеку. Сказать, что я была озадачена – это ничего не сказать. На душе было гадко и тревожно. Я всё время недоумённо смотрела на Алису. Она же вцепилась в мою руку, как только мы оказались в темном каменном коридоре подвала. Ассоциации с пещерой оборотня никуда не делись, но я-то уже пообвыкла, а вот рыжая здесь впервые…

– Уймись, Рэйсгорн! – донесся до нас старческий голос из глубины лаборатории.

Дед Олег здесь? Я в задумчивости остановилась посреди каменного коридора. Мои спутницы тоже. Алиса – потому что не знала вообще куда идти и как себя вести. А Ками, похоже, не хотела вмешиваться в перепалку. Или в ней тоже взыграло любопытство?

– Рэйсгорн?! Ха! А не ты ли отнял у меня это имя!

– Я ошибся. Признаю. Это всего лишь слова, сказанные сгоряча. Твой поступок… Что было в прошлом – не вернёшь и не изменишь. Каждый из нас может оступиться. Но как бы там ни было, мы одна семья, мы Ливареллы! А вы – братья!

– Довольно! – а это голос Арса. Так, и он тоже там. – У тебя маразм, дед, если ты так лёгко все забыл…

– Я все помню, Арсгорн, – отозвался скрипучий голос. – Я не забыл. Но уже столько лет прошло, с тех пор как эта стерва…

– Не называй её так! – одновременно перебили деда братья.

– Успокоились оба! Грызётесь хуже плешивых собак! Сейчас другое время и другая ситуация. Арсгорн, ты дал Кристине обещание, что поможешь?

– Да.

– А ты, Рэйсгорн?

– Нет, не давал. Но помогать буду.

– Значит у вас одна цель, оболтусы! Так что засуньте свою вражду в кабанью задницу и сделайте всё правильно. Так, как пойдет во благо девчонке, а не в утешение вашего оскорбленного самолю…

– Тихо! – перебил деда Рэй. – Они пришли.

Ками первой вошла в лабораторию и сделала вид, что ни капли не подслушивала. Мы с рыжей, все ещё держась за руки, поздоровались с лордами. Покончив с приветствиями, представлением Алисы деду и прочими любезностями, и перешли к делу.

– Все здесь присутствующие в курсе, что Кристина оказалась девушкой с заковыркой, – взял слово старый лорд. – А, как известно, подобных учениц с радостью принимает заведение в Хилли.

Я непроизвольно сжала руку подруги.

– Но мы туда ехать не хотим, – тем временем продолжил дед. – Раз уж дело так или иначе затронуло Ливареллов, я, как глава семьи, тоже ввязался в эту авантюру. Мои внуки и леди де Лейн помогают тебе, Кристина, разобраться в своей магии. Но этого недостаточно. Самая большая сила – знания. Вот именно их-то нам и не хватает. Грядут каникулы, а это значит, что сейчас самое подходящее время для командировки на Землю.

– Что?! – выдохнула я удивленно. Такого я точно не ожидала услышать.

– А то, что нужно искать в истоках.

– Я не понимаю.

– Кристина, на время каникул вы с лордом Арсгорном отправитесь в твой мир и выясните всё с самого начала. Если быть точнее, всё про твою наследственность.

Прозвучавшие слова казались какими-то эфемерными. Узнать про свою семью… Вернуться на Землю… Может прав Арс, и у деда маразм? Я всмотрелась в холодно-голубые глаза лорда. Серьёзно?

– Это бесполезно. Я много думала про родителей, про родню, даже пыталась отыскать тётю, которая меня в детдом сдала. Но. И я со временем от своей затеи отказалась.

– Значит, попробуем ещё раз. С такой-то поддержкой у тебя всё получится, – дед Олег был полон энтузиазма. – У нас есть некоторые связи. Но такие дела письмами не решаются.

– Я против, дед, – произнес Арс, а я незаметно выдохнула. – С этих студенток комиссия глаз не спускает. А ты предлагаешь такое вопиющее нарушение.

«Вот и я про то же».

– От комиссии мы её прикроем, не проблема. Для этого есть де Лейн и Алиса. – Ответил Арсу Рэй.

«Чего?! Рэй, и ты туда же?»

– Правила всегда были не для тебя, – огрызнулся Арс.

– По ситуации, – рявкнул Рэй на брата.

– Не начинайте, – одёрнул дед Олег, – сейчас подходящее время для поездки. Каникулы. Вы и сами понимаете всю необходимость, если хотите помочь девушке, а не дожидаться выгорания её потенциала.

В лаборатории воцарилось недолгое молчание.

– Я по-прежнему не одобряю, – нарушил тишину Арс. – Но если поездке быть, то я возьму на себя транспортировку и сопровождение.

– Чёрта с два! – голос Рэя стал глухим, словно он сдерживал рычание. Выдохнув, мой мужчина продолжил более спокойно. – Я категорически против, чтобы именно ты сопровождал Кристину на Землю.

– Ну ты-то не можешь, – недобро усмехнулся Арс и холодно посмотрел на брата. Рэй в долгу не остался и сделал угрожающий шаг в сторону Арса.

– Прекратили оба! – встал между внуками дед. – Отправится Арсгорн. Он транспортировщик и боевой маг огня. Справится.

– На Земле всем плевать, кто он, потому что магии там нет, – Рэй сжал кулаки. – Лучше отправить туда того, у кого мозгов больше. Например, тебя самого. Эдакое приключение на старости лет.

– Вот именно, что старость, – ответил внуку дед. – Да я транспортировку могу не перенести.

– Бред. Это легко решается тремя глотками настоя лиргилиса.

– А потом неделю с горшка не слазить, нет уж, спасибо. Всё, вопрос закрыт. Едет Арсгорн.

Рэй легонько рыкнул в ответ, а Алиса заметно вздрогнула.

Собрание было окончено на напряженных нотах. Тем не менее все соблюдали вежливость и этикет, а потому мирно распрощались и разошлись.

– Вот проклятье! Стине, мы с тобой сегодня остались без ужина. Столовая уже закрылась, – рыжая искренне расстроилась. – А пойдем к Эйдану. У его соседа всегда есть что пожевать.

– Ты иди, Алис. А у меня что-то настроения совсем нет.

– Да перестань. После такого собрания тебе хорошая компания не помешала бы. Отвлечешься, поешь хоть.

– Нет, Алис. Спасибо, я бы хотела побыть одна. Надо привести мысли в порядок, – я понимала, что подруга пытается меня подбодрить, однако шумная компания – это не то, что сейчас было мне нужно.

После ещё пары-тройки отговорок рыжая в одиночестве умчалась объедать соседа Эйдана. А я поплелась в комнату и совершенно потерялась в своих чувствах.

С одной стороны, я была очень рада тому, что вновь окажусь на родной земле. С другой – накрывал неприятный мандраж по поводу моей семьи. Найду ли кого-то из родни? Если да, то, что сказать, что спросить? Говорить с ними на тему отказа от меня или же начать общение, словно не было тех лет в интернате? А если никого не найдем, я расстроюсь? Разочаруюсь? Чёрт, я не знаю.

– О чём задумалась, моя леди?

Я вздрогнула от неожиданности и подняла глаза: неподалеку от нашей двери подпирал стенку Рэй.

– Я за тобой. Слышал, ты не успела на ужин. Позволь исправить это недоразумение.

Без раздумий позволила. У ворот Рэй взял коня, посадил меня перед собой и умчал в темноту надвигающейся ночи. Я с трепетом прижалась к моему лорду, вдохнула легкий аромат его кожи и забралась ладонью под рубашку. Почувствовала жар его тела и пожалела, что согласилась на поездку. Зачем мне этот ужин, когда можно было пойти к нему в спальню? Но сказать это вслух не осмелилась. Хоть один из нас разумно делал что-то правильное. Приличное. Но мысли всё равно устремлялись куда-то не туда, и я крепче прижималась к Рэю.

Не знаю, сколько прошло времени, но, когда мы остановились, первое, что Рэй сделал, так это нашёл мои губы своими. Поцелуй вышел медленным, нежным, тягучим как сотовый мёд, но пробирающим своей силой до кончиков волос, до каждого миллиметра кожи, до сердца, до самого дна души. Он отнимал воздух, растворял тело, плавил разум. Пучина страсти то засасывала, то позволяла скользить на поверхности, нежно накрывая волнами томного наслаждения. Мы едва смогли оторваться друг от друга.

– Приехали, – Рэй тяжело дышал. Он соскочил с коня и спустил меня на землю.

Место мне сперва не понравилось. Это была небольшая таверна на окраине города. Сейчас я бы предпочла оказаться с Рэем в укромном уголке, подальше от посторонних глаз. Но он даже не дал озвучить подобную мысль и увлёк в тихое, но немного мрачное заведение.

Рэй сделал заказ. В ожидании мы обсудили тему конспирации.

Рисковали ли мы, приехав сюда? Лорд сказал, что нет, что с ним мне нечего бояться. Никто бы не узнал нас. Сама таверна была скромной, и совершенно точно не дотягивала до статуса популярных ресторанов вроде «Козы», в которой было не протолкнуться. Потому шансы встретить знакомых или студентов стремились к нулю.

– И последний аргумент: официально я ведь всего лишь сотрудник лаборатории и по совместительству бармен. А если ты внимательно читала устав Академии, то в тексте только запрет на отношение с преподавателями прописан. Понятно, что логически подразумеваются все сотрудники, но написано так, как написано, – Рэй прервал монолог, ожидая пока официант расставит тарелки. – Терминология в данном случае играет в нашу пользу. Ну это на крайней случай. Но всё же лучше не афишировать наши отношения, по крайней мере, в ближайшие лет пять, пока ты в статусе студентки. Как тебе салат?

– Очень вкусно, – ответила я, переваривая не столько салат, сколько далеко идущие планы сидящего напротив мужчины. – Мне здесь нравится. Рэй…

– М-м?

– У меня ещё вопросы есть, – я опустила глаза и стала рассматривать аппетитные кубики мяса в тёплом салате.

– Спрашивай что хочешь, моя леди. Думаю, самое страшное про меня ты уже знаешь.

Я улыбнулась.

– Расскажи ещё про себя. Что было после укуса. Как ты справился с ядом?

– Любопытная ты моя.

– Должна же я знать, что ожидать. Вдруг ты на луну воешь ночами…

Рэй усмехнулся и отпил терпкого вина.

– Крис, ну я же объяснял, что я не волк и не собака. Откуда такие мысли? Я бы мог сказать, что не люблю вспоминать то время, но делаю это почти ежедневно. Знаешь, я ведь алхимик и лаборатория, можно сказать, мой дом. Помимо обычных заказов для нужд Академии, я ещё работаю над одним особым проектом. Объектом исследования являюсь я сам. Хочу, чтобы у нашего мира было как можно больше сведений об оборотнях. К сожалению, пока удается красочно описывать лишь свои собственные ощущения на физическом и химическом уровне, как человека, поборовшего яд. А это не совсем то, что ждет от меня министерство и лорд Арчибальд. Он жаждет, что наша Академия первой разработает прогрессивные способы борьбы с оборотнями. Ректор хочет увековечить своё имя в истории как человек, подавивший или даже предотвративший очередное вторжение, если таковое будет, конечно.

– Ого, какие амбиции.

– Именно. Но сам я не за славой гонюсь, а за результатом. В тот раз мы не были готовы и понесли огромные потери. В следующий раз должно быть всё иначе. Когда меня укусили, я долгое время провел в постели. Организм победил яд и всё, казалось, было в порядке, словно я переболел жуткой болезнью и, в конце концов, поправился, – он рассказывал, а я слушала с набитым ртом, боясь хрустеть салатными листьями и пропустить хоть слово. – Я спокойно доучился, начал работать в лабораториях первой Академии, защитил высшую категорию. Позже стал профессором и преподавал у студентов алхимию земли и материю магии. Жизнь шла своим чередом. Но потом осложнения начали проявлять себя. Первым симптомом было отсутствие потенции. Оно возникло сразу же, угнетая меня как мужчину, но учиться и преподавать не мешало.

Лорд замолк – суетливый официант водрузил перед нами большое блюдо с огромной, красиво разделанной рыбиной с дивным подкопченным ароматом хвои и цитруса.

– Божественно! Очень вкусно. Рэй, эта таверна, эта рыба… У меня нет слов.

– Так и не разговаривай, ешь. Я и сам очень люблю это заведение. Оно одно из немногих мест, где я бываю.

– Из-за осложнений?

– Да. Я сначала не мог понять, что со мной – постоянные головные боли, резь в глазах. Начал видеть всё иначе, в других красках, а мерцание магии в телах людей доводило до тошноты, бешенства и агрессии. Мои студенты рябили, отсвечивали, пестрили. Это сводило с ума. Я начал срываться на них по поводу и без. Да и не только на них, на коллег тоже. Меня сочли социально-опасным и отстранили от работы, а потом и вовсе упекли в Хилли.

– В Хилли?! – Я едва не подавилась. – Ничего себе! Как же ты выбрался оттуда? Они погасили твой потенциал?

– Не успели, но были близки к этому. Арс вытащил меня. Это была своего рода его благодарность за то, что я ему немного помог в битве при вторжении.

– Он тоже…

– Крис, – оборвал меня Рэй, – я не люблю говорить об этом. И уж тем более не собираюсь делить наш вечер с братом. Лучше расскажи мне, как ты сама, готова навестить на Землю?

– И да, и нет. Одно могу сказать точно – я дико волнуюсь.

Рэй подбадривал, успокаивал и целовал. Много и долго.

А потом наступил другой день, пришёл другой Ливарелл и перенёс меня в другой мир.

Ладони резко утонули в чём-то очень холодном и колючем. Лицо нещадно защипало. Я закашлялась.

– Кристина! – окликнул из темноты смутно знакомый голос.

Что-то сильное сомкнулось вокруг талии и дёрнуло в сторону.

– Кристина, ты как?! Открой глаза!

Что?! В смысле открыть? Я же… Ой! Резкий белый свет больно резанул сознание.

– Крххкх… – скрипнула я вместо задуманного крепкого русского словца.

– Сейчас отпустит, сейчас. Транспортация прошла хорошо. Скоро ты будешь в норме. Посмотри, мы уже на Земле.

На Земле… В моём Орске… Дома… Я вновь попробовала открыть глаза. И прежде, чем сощуриться, опознала снежные сугробы. Такие родные, такие земные. Сердце радостно ёкнуло. Как бы не было мне здесь трудно и одиноко, всё же это моя родина.

Снег. Много снега. Усиленно игнорируя резь в глазах и головокружение, я осмотрелась. Транспортировались мы в какой-то реденький лесок. На ближайшей высокой ели грубо прокаркал ворон и сорвался прочь. Неловким движением крыльев он обронил снежный шмат с верхушки дерева.

– Холодно, – лорд с Ампелоса клацнул зубами над моей головой и не спешил выпускать меня из своих рук.

– Хорошо-о-о, – полной грудью я вдыхала морозный воздух, но никак не могла надышаться зимней свежестью. Отодвинулась от Арса и принялась выковыривать снег из-за шиворота, который, вопреки ожиданиям, доставлял не дискомфорт, а близкие сердцу воспоминания. Очевидно, что из жаркого Ампелоса я вывалилась прямиком головой в сугроб.

Слух уловил нарастающий гул вдали, в котором я распознала звук шипованных шин.

– В той стороне дорога. Идём?

– Нас должны были встретить. Но ещё немного и я заледенею, – Арс сделал магические пассы руками, но, увы, привычная лорду магия огня на Земле спала мёртвым сном. Он потёр раскрасневшиеся от мороза уши ладонями. – Брр. Пойдём быстрее.

Высоко поднимая колени, лорд зашагал в указанном мной направлении, периодически поправляя заплечную торбу с нашими вещами. Я шла сзади чётко по его следам, но снег всё равно забивался в ботинки. Лыжи бы сюда…

Чертыхаясь и стуча зубами, Арс начал карабкаться на высокую обочину дороги. Похоже, он был не в курсе, что вода бывает не только снегом, но и обледенелым настом. Падая, лорд ухватился за ближайшее заснеженное растение. Но где жухлая высокая травинка, и где девяностокилограммовый мужик. Арс шлепнулся на живот и стек по склону к моим ногам. Пока он матерился и вытряхивал снег из нарядного, но абсолютно не греющего камзола, я взбежала вверх, втыкая ребра своих осенних ботинок, что называется «елочкой». Огляделась и обнаружила вдали припаркованный автомобиль и направилась к нему. Арс нагнал меня, после того как смог наконец подняться, раза с третьего… или пятого.

Всё-таки моя одежда для осени, пусть и поздней – я мёрзла тоже, но изнутри согревала бурлящая ностальгия по родному миру и маленькая злорадная мысль, что Арсу ещё хуже. А всё потому, что вспомнилось, как он меня в Ампелосе встретил. Запугал до обморока, ничего не объяснил толком. О, как же я тогда ненавидела этого мужлана! Сейчас смешно, конечно. Но пусть теперь на своей шкуре узнает, каково людям оказаться в совершенно незнакомом мире. Может добрее к новичкам станет. Помягче, что ли. С широкой улыбкой на лице я приблизилась к вишневой «шестерке». Дорога оказалась совсем унылой и пустынной, поэтому я почти молилась, чтобы водитель был на месте. План-то мой был прост: попросить докинуть нас до города или дать позвонить. Хотя, кому мне звонить? Не Вике же! Этой предательнице. В общем, решила я, что буду звонить в такси. Сквозь запотевшие окна я рассмотрела силуэт внутри машины. Отлично!

Пришлось взять инициативу на себя, ибо Арс подходил к автомобилю весьма настороженно.

Тук-тук! – побарабанила костяшками замерзших пальцев по стеклу.

Дверь распахнулась, а я инстинктивно отпрянула назад.

– Ты?! – гаркнула прокуренным голосом женщина, пару месяцев назад изменившая всю мою жизнь и отправившая меня в Ампелос. – Дрянь! Шлюха!

Перекошенная от злобы тётка выскочила из машины и бросилась на меня. Не успела я испугаться, как тут же возрадовалась молниеносной реакции боевого мага огня.

Арс с лёгкостью отклонил атаку взбешённой фурии, перехватил её поперёк талии и развернул в обратную сторону.

– Пусти меня, маг ты долбанный!

– Леди Милена?

– Да пошёл ты со своими ледями знаешь куда?!

– Я пойду только туда, куда мне нужно. А нужно мне решить кое-какие вопросы в этом мире. И, полагаю, первый из них: почему Вы не встретили нас в точке прибытия?

Арс говорил на певуче растянутом языке, с удлиненными «ооээрр», «ээуурр», что придавало внутреннюю силу и мужественность звучанию. Вот ты какой, ампелоский язык. В Ампелосе действовала магия речевой адаптации, но в этом мире она работала как-то иначе. Однако, я прекрасно понимала смысл сказанного. На удивление понимала его и леди Милена.

– А я что, по-твоему, здесь делаю? – огрызнулась она. – Думаешь, оно мне надо было, тащиться сюда?!

– Мы ещё вернёмся к этому, – холодно произнёс Арс, не отпуская из рук обезумевшую женщину, – следующий очевидный вопрос: чем вызвана такая агрессия по отношению к девушке?

– Чем?! Чем?! Ты ещё спрашиваешь! Да эта тварь мою семью разрушила! Мужа соблазнила! Того, ради которого я вернулась сюда из Ампелоса! Да я всю жизнь этому ублюдку посвятила! А теперь он ушёл! Предал! Старый кобель! Все из-за неё! – ткнула она в меня пальцем.

– Это не я! – воскликнула я в ответ, ошеломлённая таким вопиюще несправедливым обвинением. – Я к вашему мужу и близко не подходила!

– Да?!

– Да! Честно! Не я!

– А твоя розоволосая подружка утверждала другое, когда вы её вышвырнули обратно!

– Вика?!

– Мне дела нет до её имени! Моя задача – транспортировка.

– Вот именно, – Арс отпустил наконец дамочку и красноречивым, но вежливым движением подтолкнул к машине. – Так будьте любезны доставить нас в город.

Леди Милена ёмко ругнулась, но в автомобиль все же залезла. Я показала Арсу как открывать двери и влезла на заднее сиденье, наполовину заваленное пакетами, бумагами и прочим барахлом. Арсу пришлось сесть впереди. Он непроизвольно поморщился, вдохнув табачное амбре салона. Женщина повернула ключ в замке зажигания, скрежетнула коробкой передач и мы тронулись с места.

Арс сосредоточено впитывал в себя удушливый воздух из печки и новые ощущения от земной езды. Надо бы ему потом ещё самолёты наши показать. Я же обнаружила рядом с собой потрепанный жизнью ноутбук и мысленно отсалютовала этой частичке цивилизации.

Ехали молча. Несмотря на столь неприятную встречу, я с улыбкой смотрела из окна на раскинувшиеся снежные поля, чёрные лысые деревья, изредка проносящиеся встречные автомобили… Какое же это всё родное!

– Подобное непрофессиональное поведение, – заговорил Арс, немного привыкнув к автомобилю, – вынуждает меня пересмотреть контракт о нашем с вами сотрудничестве, леди Милена.

– Это в каком смысле?

– Академия стихий вынуждена отказаться от ваших услуг. Мы подыщем замену в ближайший месяц.

Женщина, вопреки ожиданиям, ругаться и спорить не стала. Лишь губы поджала и промолчала. А это гораздо хуже. Потому что мы стремительно начали набирать скорость. Я схватилась за кресло Арса. Дурак он! Нельзя такое говорить и без того разгневанной бабе за рулём дребезжащей «шестёрки» на обледенелой дороге! Но было поздно.

Автомобиль повело в сторону. Тётка вывернула руль до предела, и машину закрутило волчком. Я вцепилась в кресло побелевшими пальцами, пристегнуться-то сзади было нечем.

Слава Богу, Милене всё-таки удалось остановить машину и даже не вылететь в кювет. Минуту молчания разорвал певуче-ампелосский мат лорда Ливарелла. Звучало очень красиво. По виску Арса стекла капля пота. Маг может и боевой, но то ли дело саблей махать и файерболы пускать, то ли дело Орский дрифт. К таким скоростным каруселям он готов не был. Я дала себе ехидное обещание: если когда-нибудь нам с Арсом доведется вернуться в Орск в летнее время – обязательно свожу его в парк аттракционов.

Через двадцать минут мы въехали в Орск. В машине всю дорогу висело напряженное молчание. Леди, точнее не леди, Милена бросала злобные взгляды на Арса и периодически прокурено кашляла. Лорд напряжённо созерцал наш мир научно-технического прогресса, уперевшись одной рукой в бардачок, а другой сжав ручку двери. А я… Я просто отдалась ностальгии по родному городу. Как же классно пахнет выхлопными газами!

Милена вырулила на проспект Ленина, миновала библиотеку Горького и притормозила возле невзрачной пятиэтажки.

– Приехали, – кивнула она на дверь с вывеской «Иностранные языки, переводы и переводчики», – Виктор Степаныч там. А теперь выметайтесь из моей машины!

Вишнёвая шестёрка со скрипом умчалась прочь.

– Мда-а-а, – протянул Арс, глядя вслед нашему транспорту. – Давно надо было заменить леди Милену. Компетентность на нуле, профессионализм тоже, о манерах и вовсе говорить не приходится.

Я пожала плечами, решила, что обсуждать сумасшедшую Милену не буду. На мой взгляд, что она, что Арс – оба весьма своеобразно выполняют свою работу. Она без объяснений выпихнула нас в другой мир, он без объяснений встретил, довёл до обморока. Ну разве так можно?! Я вот только не понимаю, зачем Вика наврала про меня. Опять себя выгораживала? Правильно говорят, что друг познаётся в беде.

Я немного дала насладиться лорду новыми городскими впечатлениями. Если быть точнее, он перебегал глазами с проспекта на здания, со зданий на людей. И уж совсем откровенно начал пялиться на проходящих мимо двух парней, замотанных в объемные шарфы, но с торчащими из кроссовок голыми лодыжками.

– Что они делают? – лорд кивнул на клубы дыма, выпускаемого парнями.

– Курят.

– Ку-уря-я-ят, – повторил Арс по-русски и снова посмотрел на их джинсы с подворотами. – А зачем? Курятие согревает?

– Нет, лорд Ливарелл, курение убивает.

Он удивленно уставился на меня и потёр замерзшие уши.

– Но…

– Пойдемте, а то у вас скоро уши отвалятся от холода.

Я утянула недоумевающего лорда в «Иностранные языки». В небольшом вестибюле за высокой стойкой красовалась миловидная брюнетка с широкой улыбкой.

– Добрый день, я Марина. Чем могу вам помочь?

Арс учтиво поздоровался, вот только я-то поняла, а в глазах девушки мелькнуло удивление. Ещё бы. Арс ведь по-ампелосски говорил. Хоть и красиво, но для простых землян, как оказалось, непонятно.

– Здравствуйте, – взяла я инициативу в свои руки, – нам нужен Виктор Степанович.

– У вас назначено?

– Да, думаю да. Он нас ожидает.

– Как вас представить?

– Лорд Арсгорн Ливарелл, – тут же ответил Арс.

– Скажите, что приехал профессор из Ампелоса, – уточнила я, – с ассистенткой.

Девушка схватила телефон и сообщила о нас, с трудом, и не без моих подсказок, выговарив иностранное имя гостя.

– Виктор Степанович будет говорить только с профессором, а вам, – обратилась она ко мне, – придётся подождать здесь.

Марина увела Арса вглубь помещений, а я устроилась на небольшом кожаном диванчике, строя догадки, что это за Виктор Степанович такой и понимает ли он по-ампелосски.

– Хотите чай? Кофе? – поинтересовалась администратор по возвращении.

– От кофе бы не отказалась.

Девушка кивнула, зажужжала кофемашина, и через пару минут над приёмной повис характерный терпкий аромат. Я сделала глоток и вдруг осознала колоссальную разницу между этим напитком и тем, что делает Рэй. У него не в пример лучше! Да он просто кофейный гений! Алхимик…

– А Ампелос – это где? Никогда не слышала. – Вырвал меня из раздумий голос девушки.

– Эм-м-м… В Южной Америке, в Эквадоре, – принялась я вешать ей лапшу, выбрав далекую маленькую страну. Не про иные миры же рассказывать.

– Понятно. А профессор… Он надолго здесь?

Я пожала плечами и принялась расспрашивать Марину про последние новости.

А через какое-то время меня пригласили в кабинет. Виктор Степанович оказался мужичком средних лет с нескромным пивным пузом. Его маленькие глазки неприятно осмотрели меня сверху донизу, а потом ещё раз.

– Ладно, – цыкнул он губами. – Но это в последний раз, верно?

– Верно, Ампелос Вас больше не побеспокоит, – кивнул Арс. – Ваш долг будет закрыт полностью.

Виктор Степанович удовлетворённо кивнул, выпроводил нас из кабинета и велел Марине забронировать нам гостиницу, выдать «карманные деньги» и в целом позаботиться о судьбе гостей на ближайшую неделю.

– Кто этот Виктор Степанович? – задала я вопрос Арсу, когда мы вышли на улицу. – Очередной транспортировщик?

– Не он. Его отец. Был. Степан хотел и сына своего к делу приобщить, даже в Ампелос вместе с ним транспортировался. Но у Виктора потенциала не обнаружилось. Обман быстро раскрыли, однако заклинание речевой адаптации на него наложить успели. Вот пользуется, – кивнул Арс на вывеску над входом.

– То есть заклинание, наложенное в Ампелосе, действует и здесь. А то-то я удивилась, почему Марина вас не понимает, а Милена и Виктор Степанович – да.

Лорд не ответил, был занят + во всю таращился на огромный рекламный стенд с изображением трех девиц размера «плюс сайз» в брендовых, мало что скрывающих женских комплектах.

Боди-позитив явно произвёл на лорда впечатление, поэтому теперь Арс стал меня расспрашивать. Кажется, он даже о холоде забыл. Пришлось объяснять, что это модели и всего лишь реклама нижнего белья, а никакие не леди из дома утех. Следующим был ликбез по устройству светофора и азы ПДД: посмотрите налево, посмотрите направо…

В маршрутку лорд садился с опаской, памятуя экстремальную езду Милены. Собственно, мало что поменялось. Водитель то резко тормозил, то разгонялся, пытаясь подрезать второго маршрутника с таким же номером. Арс громко клацнул зубами, когда мы знатно подпрыгнули на дорожной яме.

– Мешки с картошкой везешь что ли?! – крикнула водителю бабка, занимающая два места перед нами.

– Или дрова! – поддержал мужик справа. – Аккуратнее нельзя?!

На следующей остановке вошла девушка в коротком полушубке, без умолку тараторящая по смартфону и параллельно начала препираться с бабкой, чтобы та подвинула свою жобимоль и освободила одно место. Лорд же перебегал глазами с длинных наращенных ногтей девицы едрёного синего цвета на ярко алые искусственно-пухлые губы.

– Че зыришь? Цирк в другой стороне, – заявила девица мужику справа, а вот лорду Ливареллу обворожительно и томно улыбнулась из-под чересчур длинных ресниц. – А? Да я не тебе…

Фифа плюхнулась на сиденье рядом с бабкой и продолжила тараторить в телефон. Сзади послышалось шуршание бумажного пакета, и по салону разнесся запах картошки фри. Перемешиваясь с приторно-сладким парфюмом когтистой девушки и обильно жарящей печкой, в автобусе катастрофически нечем стало дышать. Мужик справа с силой открыл форточку. Позади него тут же возмутились – дует!

Через одну остановку мы вырвались из этого дурдома, однако потеряли пару лордских пуговиц с камзола. Да-а-а. Всё-таки я уже успела отвыкнуть от подобной суеты. Ампелос – само спокойствие по сравнению с моим Орском.

– Как здесь вообще можно жить?! Кристина, извини, но твой мир мне абсолютно не нравится. Хочется заткнуть и уши, и нос, и глаза. И здесь дико холодно! – возмутился слегка побледневший лорд, с шумом втянул морозный воздух и плотнее запахнул истерзанный камзол.

– Ворчите, как старая бабка, – улыбнулась я. – Ой, да Вас, кажется, укачало. Скоро пройдёт. И здесь не так уж плохо.

В ответ на мои слова напротив нас с визгом затормозила заниженная «Приора», чуть не впечатавшись в стоявшую на светофоре иномарку.

Пассажирское окно «Приоры» опустилось, и улица огласилась пьяным матом в адрес впередистоящего водителя. Когда возмутитель спокойствия закончил орать то уставился на на Арса.

– Слышь, Батон, смори чё за прикид!

Заднее тонированное стекло медленно опустилось, являя нам заплывшую лысую ряху.

– Э! Ты чё так вырядился, клоун? – Батон выставил из окна руку с бутылкой пива и махнул ею в сторону лорда. Густая пена по инерции вырвалась из горлышка и шлепнулась в придорожную грязную кашу снега.

– Залетный? – то ли у Арса, то ли у Батона спросил первый парень.

В салоне послышался мат и грубая речь в стиле «рамсы попутал», определенно не предвещающая нам ничего хорошего.

– Не залетный! Местный! – набралась я смелости и понадеялась, что лорд не надумает раскрывать рот и отвечать гопникам на ампелосском. – В театре он работает. Костюм сценический.

Настроение агрессоров переменилось. Пусть лучше высмеивают, конфликты нам не нужны. Я взяла ничего не понимающего лорда под руку и собралась прочь.

– Эй, куда? – гаркнула ряха Батона. – Молилась ли ты на ночь, Гермиона?

После громогласного ржача в машине начались споры о женских именах. Загорелся зелёный и перед тем, как вдавить газ в пол, водитель перегнулся через пассажира и крикнул:

– Колени в молитвах не сотри, Даздрасперма!

Арс резко напрягся, что-то прокричал нахалам, но его голос потонул в реве увеличенного в диаметре глушителя. Машина уже умчалась, ровно до следующего светофора, огласив улицу визгом тормозов и глухим ударом. Качнулся столб с проводами, а рога проезжающего рядом троллейбуса озарились снопом искр. Лорд рывком задвинул меня за свою спину и замер в боевой стойке.

– Всё в порядке, – снова взяла его под руку, – бывает и такое. Пойдемте.

Удивительно, но в гостинице паспортов с нас не потребовали. Вот и отлично, потому что их-то у нас и нет. Нам просто выдали ключи от номера. Шустрая Марина уже обо всём договорилась. Затем я познакомила лорда с прозрачным лифтом, доставившим нас на седьмой этаж. В номере было просто, но уютно. А большего сейчас и не надо: общий зал с телеком, чайником и диваном, а по обе стороны от зала по маленькой комнатке с двуспальными кроватями и тумбочкой. Мальчики налево, девочки направо.

Я первым делом бросилась заряжать телефон. Никому звонить пока не собиралась, но без телефона в нашем мире как без рук. Поэтому пусть будет. Воспользовалась гостиничным Wi-fi, полезла в соцсети. Правильнее было сказать – попыталась залезть. Все мои аккаунты заблокированы. Все. Как так-то? Даже почта – и та недоступна. Вот это новости.

Арс тем временем сходил в душ, переоделся в лёгкую рубашку и брюки. Потом сходил в душ ещё раз. До меня только тогда дошло, что лорду банально плохо.

– Акклиматизация?

– Что? – переспросил Арс и потер виски.

– Скоро вернусь.

Я спустилась вниз и попросила у администратора таблетку.

– Что это? – недоверчиво покосился лорд на белый кругляш на моей ладони.

– Пейте. Станет легче, – сунула я Арсу стакан воды.

Чёрт! Забыла объяснить, что жевать таблетку не надо. Но лорд уже скривился от горечи и осушил стакан до дна.

– Извините, ампелосских мятных настоев не имеем.

Вечером к нам приехала Марина. Новостей пока не было, зато она быстро решила проблему с моей заблокированной сим-картой: просто купила новую. Теперь у меня появилась связь.

Девушка уверяла, что Виктор Степанович её уволит, если она не позаботится о гостях и не скрасит их вечер.

– Я составила план! – с энтузиазмом сказала миловидная брюнетка. – Сначала покажу вам город. Сходим на площадь победы, потом посмотрим храмы и…

– Стоп, стоп, стоп. Марин, не выйдет. Арсгорн – южанин, и он не был готов к нашим морозам. Я его полдня чаем с лимоном и медом отпаиваю. У него нет одежды для таких масштабных прогулок. Да и у меня дела обстоят ненамного лучше.

Пока брюнеточка изображала сложный мыслительный процесс и строила в своей голове альтернативные планы, мне вдруг страстно захотелось вернуться в свою комнату здесь в общаге, собрать вещи и захватить их с собой в Ампелос.

– Значит, мы в «Ринг Плазу» сначала заскочим. Здесь недалеко. Купим там всё необходимое.

– Не думаю, что мы готовы к таким расходам, – логично заключила я, вспоминая наши цены на пуховики и зимние ботинки. Лорд Ливарелл хоть и богат, на это было в Ампелосе.

– О, не стоит беспокоиться! Виктор Степанович берёт все расходы на себя. Пойдем-те же! Арсо…Арсгх…

– Можно просто Арс, – помог ей лорд. – Арс.

– Арс, – мягко повторила девушка и напомнила лорду свое имя. – А я Марина.

Мне с трудом, украдкой от брюнетки, удалось упросить лорда Ливарелла оставить свою транспортировочную саблю в номере. Это ему, конечно, не понравилось, но и разгуливать с холодным оружием по городу тоже не вариант. До торгового центра добрались быстро и с комфортом в маленьком синем «Матизе» Марины. Внутри «Плазы» Арс крутил головой, щурился от светящихся вывесок… Девушка, как бы невзначай, взяла его под руку и повела по бутикам. Я, как истинный не любитель шопинга, тащилась следом. На удивление всё прошло быстро. Да-а-а, Марина – это не Алиса: размер подошёл, отлично, берём. Возле касс я заприметила стойку с надписью «Polaroid». Идея вспыхнула сама собой.

– Э-э-э… – протянула Марина, глядя на то, как я слегка увеличиваю нашу гору покупок.

– Мне очень надо, – было крайне неловко использовать чужие финансы в личных, меркантильных целях, я была немного смущена. – Это для подарка.

Брюнетка лишь пожала плечами и бросила нескромный взгляд на Арса.

Лорд переоделся сразу в магазине. Чёрное зимнее пальто он, очевидно, выбрал из-за отдаленного сходства фасона с привычным камзолом. На тёмно-синих джинсах и комплекте «шапка+снуд» настояла Марина. Теперь выглядел непривычно и очень даже интересно.

На улицу мы вышли утеплёнными, старые вещи закинули в багажник. Дальше по плану были достопримечательности Орска. Арс слушал Марину с интересом, а я просто наслаждалась ностальгией и собственными воспоминаниями. Последней точкой маршрута был памятник «Орскому пирожку».

– Потрите его, Арс! – звонко воскликнула Марина, схватила лорда за руку и поднесла к металлическому пирожку, который на вилке держала, опять-таки металлическая, бабуська. – На счастье!

А я запечатлела этот момент, сфотографировав на телефон. Настроение было отличным. Лорд мало-мальски привыкал к нашему миру и даже высказал желание чего-нибудь перекусить. После двухчасовой прогулки мы с Мариной познакомили Арса с японской кухней, изрядно поржав над тем, как лорд осваивал палочки и пытался ухватить выскальзывающие роллы. Девушка в итоге сжалилась и заказала ему сочный стейк. И, конечно, особой магией расслабления обладала бутылочка красного полусладкого, заказанного Мариной для нас с лордом.

– Чем дольше займемся? Может, в кино сходим? – предложила девушка, допивая облепиховый чай.

– А можно съездим в одно место? В общагу. Мне там кое-какие вещи забрать нужно.

– Кристина… Не стоит, – уж больно серьёзно произнёс Арс.

– Это ещё почему?

– Начнутся ненужные вопросы, – лорд говорил прямо. – Официально ты в срочном порядке переехала в другую страну к родственникам. Леди Милена должна была действовать по уставу, и наверняка уничтожила все твои вещи, забрала документы из университета, сдала комнату в общежитии. Мне жаль, Кристина, но здесь у тебя больше ничего нет.

– Вот так вот у вас значит! – Внутри всё клокотало от обиды. – Это возмутительно! А если бы я не смогла учиться в Ампелосе, что тогда?! Куда мне было б возвращаться?!

– Следи за речью, – одёрнул лорд и покосился на недоумевающую Марину. – Если б не смогла учиться в нашей Академии, тебя бы перевели в другую, ниже рангом и с программой попроще. Обратно в свой мир возможно вернуться только после обучения.

Я лишь фыркнула и осушила залпом бокал вина. Понятно, что Ампелос – это круто, но я человек практичный и стараюсь предусмотреть все варианты, даже самые плохие. Тем более…

– Подождите… А как же комиссия? Министры ведь не дали ещё ответа по поводу нашего с Алисой дела. В худшем случае нас что, просто лицом в сугроб вышвырнут?

– Все в порядке? – спросила озадаченная Марина, которая внимательно следила за разговором, но понимала только мои реплики.

– Нет, – буркнула я.

– Кристина, не надо думать о нас так. По вопросам депортации есть отдельные протоколы… Этот вопрос уладили бы местные транспортировщики.

– Это Милена-то? Вы же её видели!

– Будем надеяться, что министры дадут положительный ответ. И желательно, чтобы они не заметили твоего отсутствия. Дед мой подал мудрую мысль, хотя время не совсем подходящее для таких вот командировок. Но раз уж мы здесь, давай не будем думать о плохом, – лорд ободряюще мне улыбнулся и повернулся к брюнетке. – Марина, что ещё у вас есть в городе интересного и обязательно веселого?

– Вы так красиво говорите, Арс, – медленно растягивая слова, ответила лорду девушка. – Но я ничегошеньки не понимаю.

Девушка держала опустевшую чашку двумя руками, а кожа её была покрыта мурашками. А я вдруг поняла, что хоть магии здесь и нет, фирменный взгляд Ливареллов никто не отменял.

Мы вышли из кафе уже затемно. Улица сверкала фонарями, вывесками, фарами машин. В итоге вместо кино мы выбрали каток. Что ж, будет тебе весело, лорд Ливарелл. Я-то катаюсь довольно сносно, как оказалось Марина – тоже. А вот Арс, кажется, немного в шоке. Оставив его в руках брюнетки, я заскользила по кругу, набирая скорость. Холодный воздух щипал щёки. Гомон, смех, детский визг обволакивали разум. Цветные гирлянды мерцали и отражались на ледяной глади и снегу. Быстрее. Еще быстрее…

– Кристина!

Резкий оклик заставил обернуться, и я тут же сшибла с ног какого-то парня.

– Чёрт! – больно ударилась коленом об лёд.

– Ты как? В порядке? – спросил парень. Он бодро поднялся и подал мне руку.

– Да. Извини.

Он кивнул, подобрал свалившуюся шапку и помчался дальше. А я завертела головой в поисках моих спутников. Обнаружились они возле киоска с горячими напитками. Арс стоял, облокотившись на барный уличный столик, а Марина приглашающе помахала.

– Это тебе, – пододвинула она мне дымящийся стаканчик, – кофе. Замёрзла, наверное?

– Я? Нет. С чего? Мы же только пришли.

– Мы здесь уже целую вечность, – ворчливо произнес Арс. – Здорово катаешься, Кристина из Орска.

Я взглянула на часы телефона. Да-а-а. Время как-то незаметно пролетело. Холода я не чувствовала, но от кофе не отказалась, в очередной раз отметив разницу во вкусах земного напитка и того, что готовит Рэй. Не успела я погрузиться в мысли о моём мужчине, как Марина принялась щебетать о том, что Арс неудачно упал и хорошо бы было его в травмпункт свозить.

– Да не надо меня ни в какие пункты возить. Все нормально. Я боевой маг огня, что я, не падал что ли?!

Марина вопросительно на меня уставилась. Я перевела для неё первую половину.

– Мужчины все такие. Гордые. Я же видела падение. Вот посмотри, – брюнетка схватила Арса за руку и ткнула мне под нос его запястье.

– По мне так обычное мужское запястье.

– Вы не понимаете, я за вас отвечаю! Виктор Степанович меня уволит, если узнает, что с вами что-то случилось.

– Так мы ему не скажем, – предложила я и зевнула. – Лучше поедем в гостиницу. Хватит на сегодня впечатлений.

– Согласен.

Марина сдалась, но ненадолго. Высаживая нас возле гостиницы, девушка нагрузила лорда вещами из багажника и случайно задела его руку.

– Во-о-от! Я же вижу, что вам больно, Арс. Кристина! Это безответственно, ему нужно в травмпункт.

В машине меня окончательно разморило, поэтому теперь я стояла и зевала. Так хотелось поскорее плюхнуться в кровать и закрыть глаза.

– Хорошо, поедем, – неожиданно отозвался лорд Ливарелл. А я скорчила унылую и безнадежную гримасу.

– Я сама могу его отвезти, не переживай. Иди спать, ты уже с ног валишься.

– Но я…

– Так и поступим, – заявил лорд. – Пусть Марина меня отвезёт и убедится, что всё в порядке. Нехорошо заставлять девушку нервничать. А ты иди, отдыхай. Как-никак сегодня у нас была транспортировка между мирами. Твой организм к таким перегрузкам ещё не привык.

Лорд вернулся среди ночи. Не видела, но слышала, как хлопнула дверь нашего номера. А вот когда открыла глаза, за окном уже было хмурое утро. Мелкие колючие снежинки, гонимые ветром, ударялись о стекло. Попробовала потянуться, но тело откликнулось нехотя, а голова и вовсе сказалась тяжелой. Я ощущала себя разбитым корытом, а вишенкой на торте стала легкая тошнота. Блин, и почему мы не догадались с собой настоек всяких у лекаря Марио попросить. Ах да, чертова конспирация. Ладно я – профан в этом деле, и Рэй видимо не силен в науке о межмирных перемещениях. Уверена, он бы достал для меня что угодно, хоть настойки, хоть травки. А вот Арс-то куда смотрел? Он же опытный транспортировщик, по любому в курсе о подобных побочках.

Я, как хромая кляча, доковыляла до ванной и плеснула на лицо холодной воды. Немного полегчало. Несмотря на тошноту, в желудке требовательно заурчало. Я немного помялась под дверью в комнату Арса и робко постучала.

Лорд был бодр и свеж. Мы обменялись приветствиями и спустились в гостиничный ресторан на завтрак.

Овсянка была так себе. Зато удивили столовые приборы.

– МНЦЦ1-50. Что это значит? – спросил Арс, рассматривая свою ложку.

– Цена ложки рубль пятьдесят. Вроде современное заведение, а столовые приборы у них явно из прошлого века – с гравировкой. Стабильность была раньше в стране. Не то, что сейчас – каждый день новые ценники лепят.

Мы вяло позавтракали-. Я решила прихватить с собой в номер аппетитное с виду пирожное. Может, попозже чай попью, когда тошнота пройдет.

Через полчаса за нами заехала Марина и сообщила, что нас ожидает Виктор Степанович, не забывая при этом мило улыбаться Арсу.

В кабинете владельца фирмы «Иностранные языки и чего-то там» на столе лежало несколько худосочных папок. «Биг Босс» отправил Марину готовить кофе, а сам протянул нам документы.

Сначала шли бездушные анкеты. Родился, жил, работал, умер. Папа, мама, моя сестра, папина сестра. Вот и всё. Четыре человека… И никого из них в живых уже не было. Не осталось даже старой двухэтажной сталинки, где мы жили – на этом месте возвели современную многоквартирную высотку.

Единственной отрадой стала небольшая стопка фотографий.

Инга Константиновна Соловьёва (Белова), 32 года. Кажется, помню этот ясный мамин взгляд, её лицо, тёплые руки, мягкий голос, мурлыкающий колыбельную мелодию… Она всё время забывала слова этой песенки…

Павел Андреевич Соловьёв, 36 лет. Вспышкой возникло воспоминание: я лежу на диване, а папа склоняется и трясет своей пышной шевелюрой у моего лица, щекочет нос… Сердце тоскливо сжалось.

– Хватит! Хватит ныть! – разрезал сознание резкий тёткин голос. – Заколебала!

Я вздрогнула, отгоняя от себя образ рассерженной тёти Вали, в итоге сдавшей меня детдом, и перевела взгляд на фото улыбающейся девчушки. Волосы заплетены в две тугие косички, в руках рожок с мороженым, а улыбка сияет дыркой от выпавшего зуба. Анна Соловьёва, 6 лет. Но как не силилась, сестру вспомнить не смогла, хотя должна была, ведь на момент трагедии мне было почти четыре года.

– Здесь всё, что удалось найти, – вырвал меня из мыслей голос Виктора Степановича.

– Этого мало, – ответил Арс.

– В архивах больше ничего нет. Семья нигде особо не светилась. Другой родни тоже нет.

– А бабушки, дедушки? Пра, пра-пра? – я с надеждой взглянула на мужчину, но он только развёл руками.

– Оба ваших родителя – выходцы из деревень. В таких местах не особо тщательно велись записи, а уж тем более нечего говорить о старших поколениях. Даже если и были какие-то бумаги, то в архивах их нет.

– Нужно что-то ещё, – продолжал настаивать лорд. – Доведите дело до конца, и мы в расчёте.

– А где он, конец-то? Что ты ищешь, лорд? Магию? Так здесь её нет, и не было никогда. Тебе ли не знать, – «биг Босс» с цыканьем прикусил губу. – Единственное, что могу посоветовать, так это поискать в родном доме Инги. Если вы посмотрите на её анкету – есть данные о том, что она до шестнадцати лет проживала в Староеркеево. Место это, скажем так, довольно глухое и связей там у меня нет. Но эта деревня хотя бы существует, в отличие от родной деревни Павла. Так что можете поспрашивать там. Адрес указан внизу страницы. На этом, полагаю, всё.

– Как нам туда добраться? – Арс сверлил Виктора Степановича льдом своих глаз, тот взгляда не выдержал, отвернулся, снова цыкнул и взялся за трубку телефона.

– Марина, зайдите.

Я вздрогнула от громкого гудка машины, резко распахнула глаза и обнаружила себя на заправке. Арса и Марины в «матизе» не было. А вот голова снова была тяжёлой. Да уж. Переход с Земли в Ампелос будто был намного легче в физическом плане, чем из Ампелоса на Землю. В который раз пожалела, что мы не захватили с собой целительных настоев.

Я взглянула в телефон – осталось совсем немного и будет Зеленодольск. Маринка погуглила и выяснила, что это ближайший к деревне посёлок, забила в навигатор его координаты, ибо последний Староеркеево воспринимать наотрез отказался. К слову, девушка прямо вся засияла, когда Виктор Степанович поручил ей нашу доставку из пункта А в пункт Б и обратно. В офисе мы наспех глотнули кофе с бутербродами, составили маршрут и тронулись в путь. Девушка всю дорогу щебетала про то, да про сё, Арс слушал, улыбался и отшучивался. Я сидела сзади и переводила Марине слова лорда. Но, кажется, им это не особо то и надо было. Я даже не заметила, как задремала.

Сзади снова нетерпеливо посигналили, водитель нервно газанул, объехал «матиз» и пристроился к другой колонке. Я заёрзала на сиденье и повертела головой: заправочный пистолет в баке, на табло горит информация о залитом бензине, сзади собралась очередь из авто, и только не хватает Марины и Арса. Ответом на мой невысказанный вопрос стало появление парочки на пороге заправочного магазинчика. У Марины дубленка распахнута, лицо радостное. Арс придерживает девушку под локоток, а у самого шапка набекрень, улыбка, как у обожравшегося сметаны кота, свободная рука сжимает пакет с хот-догами.

– Арс – свободный мужчина, так почему бы и не случиться «курортному» роману? – сказала я себе.

Но, стоило признать, увиденное неприятно царапнуло. Даже блондинка в апартаментах Арса и та особа в пеньюаре из борделя так меня не злили, как Марина эта. Да ну её! И вообще, я не о том думаю.

Решила отвлечься от внезапных негативных мыслей и принялась вспоминать Рэя, прикосновения его рук, вкус губ, бездонные карие глаза…

Арс распахнул дверь и уселся на переднее сиденье, выпуская в салон противный запах бензина. К горлу незамедлительно подкатила тошнота. Следом за бензином навязчиво запахло выпечкой. Я зажала нос рукой.

– Кристин, ты чего? Может, пирожок хочешь? – Арс помахал пакетиком с едой перед моим лицом.

Я еле сдержала рвотный спазм.

– Уберите. Тошнит, – выдавила я.

– Сейчас отъеду, – с притворным сочувствием сказала брюнетка и нажала на газ.

– Надышалась? Может уже закроем окно?

– Ещё минуточку, – попросила я и продолжила втягивать носом морозный воздух.

– Вы-то в шапках, а мне холодно, между прочим, – не унималась Марина и демонстративно передернула плечами.

Я подняла стекло, но оставила маленькую щёлочку.

– Тебе лучше? – поинтересовался лорд. – Марин, может ей таблетку дать?

– От тошноты у меня нет. Кристин, а живот не крутит? Ты отравилась? Хотя странно, мы же вчера вместе ужинали. У нас с Арсом всё в порядке. Слу-у-ушай, а ты случайно не беременна?

– Что? Нет!

– Марин, не говори глупостей, – вступился за меня Арс. – Кристина у нас девушка серьёзная.

Я это даже переводить не стала. Оставила Марину трепаться дальше, а сама углубилась в свой внутренний мир. Она ведь не может быть права. Ведь не может? Я всегда пила капли из синего пузырька. Точно-точно. У меня всего лишь последствия межмирного перемещения.

Но червячок сомнения уже въелся в мозг и не давал покоя всю оставшуюся дорогу. Я пересчитывала свой цикл снова и снова, задержки, кажется, не было, но я слышала, что это не стопроцентный показатель. А что, если Алиса ошиблась, и в пузырьке было не то средство. Или капли просрочены. Или нет гарантии. Как отреагирует Рэй? Что делать дальше? К тому же беременность стала бы отличным поводом изгнать меня из Ампелоса. Вот министры обрадуются. Я криво ухмыльнулась.

На землю Зеленодольска я вступила взвинченной и накрученной до предела. Вот же зараза! Успокойся уже. Все ведь просто решается. Банально надо купить тест в аптеке. Но не сейчас с Арсом и Мариной. Вечером. Вот вернемся в Орск… А пока что надо выбросить лишнее из головы и заняться делами, тем более что это однозначно просто побочка от транспортировки. Всё.

У нас начались сложности. Как объяснили местные жители, до Староеркеево на машине не проехать. Переговоры Марина взяла на себя и спустя полчаса нам, наконец, указали на обильно пахнущего перегаром мужичка.

– Василий, – протянул он руку лорду.

– Арс.

– Арсений чтоль? – мужик судорожно тряс рукопожатие. – Слухай, Сень, довезу тебя за 400 рублей, годно?

– Годно, годно, – ответила Марина и сунула деньги мужику. Едем.

– Э-э-э не-е-ет. Только Сеня. Моя Маришка вас всех не утянет.

– Кто?

– Дык, вон, лошадь, – Василий махнул в сторону невзрачной коричневой кобылки, которая была впряжена в допотопные маленькие сани, присыпанные соломой.

Лорд скептически оглядел чахлую клячу:

– И это – лошадь?!

– Ась? – не понял мужик.

– Да, Арсгорн, это – лошадь. Вам бы не мешало подтянуть базовые знания местной фауны, – не сдержалась я от маленькой мести, – попросим Марину купить вам учебник по зоологии?

– Вот уж не думал, что ты такая язва злопамятная.

– Я не злопамятная, просто злая и память у меня хорошая, – впарила я лорду обросший мхом и бородой анекдот.

Шутки шутками, а у нас нарисовалась проблемка. Кто поедет «на дело»? Арс знал магию и на что обращать внимание при расспросах и поисках, но его никто не поймет из-за языкового барьера. Я с магией знакома, но имелся страх того, что могу что-то упустить, не заметить деталей, не задать нужных вопросов. Марина – наш дипломат и банкомат, но она не в курсе дела, и она очень не хотела оставлять без присмотра свою машину.

Похоже на детскую задачку. Крестьянин купил на базаре козу, кочан капусты и волка. По дороге домой надо было переправиться через реку. У крестьянина была маленькая лодка, в которую кроме него могла поместиться только одна из его покупок. Как ему переправить все товары, если нельзя оставлять козу наедине с капустой и волка наедине с козой?

– Лан, девица, дашь ещё 200 рублей сверху – возьму двоих. Моя Маришка – резвая кобылка.

– Моя, похоже, тоже, – едва слышно произнес Арс и бросил на брюнетку весёлый, красноречивый взгляд. Она ответила томным хлопаньем ресниц и снова вернулась к разговору.

– Они поедут, а я останусь, – Марина протянула купюру Василию, – не больно-то хочется елозить дубленкой по сену. Нет уж, спасибо. Здесь подожду. К тому же одна Маришка у вас уже есть.

Лошадь тряхнула гривой, всхрапнула и выпустила облачко пара в морозный воздух.

– Обратно их привезёте, заплачу ещё тысячу.

Мужик довольно присвистнул, почесал покрасневший нос, плюхнул на сани пакет продуктами и забрался сам. Мы с лордом уселись бок о бок спинами вперед. Мда… Ни бортов, ни ручек. Просто плоскость на полозьях и жалкая подстилка из сена. Из какого века этот раритет?

– Темнеет, – протянул Василий, въезжая в лесок. – Вовремя ты успел, Сеня. Волки у нас тут по ночам бродят. Места глухие. Впотьмах никто б тебя не повез.

– Подождите, а обратно мы как поедем? – спросила я мужика.

– Дык, завтра теперь только.

– Но мы ночевать не планировали.

– Не боись, девонька, дед Егор пригреет.

– Что он сделает? – переспросил Арс.

– Ась? Не русский, чтоль?

– Кто это дед Егор? – оглянулась я через плечо на Василия.

– Дык, вы ж про девятый дом спрашивали. Он в нём живет, нормальный мужик, мировой. Да вам ваще свезло, что баба моя в магазин послала, так бы вам пришлось до утра ждать в Зелёнке. У нас в деревне тоже магазин есть, но я там Катюхе задолжал, а она баба вредная, зато дойки у неё что надо. Любо-дорого смотреть, да что смотреть, один раз я…

Россия – страна контрастов. Ещё вчера мы гуляли по Орску и ужинали в дорогом ресторане. А сегодня трясёмся на доисторических санях в какой-то Тмутаракани и слушаем колхозные байки про чьи-то дородные груди.

Кобылка круто пошла в гору, а я начала сползать вниз. Вцепилась в кромку саней и шаркала пятками, пытаясь найти опору. Свалилась бы я с саней или нет – уже не узнаю, потому что лорд Ливарелл с силой прижал меня к себе, обхватив за талию.

– Спасибо.

Он лишь кивнул и сжал ещё сильнее, давая понять, что грохнуться с саней он мне не позволит. Отлично, даже тошнота отпустила. И всё бы хорошо, вот только это не отменяло того факта, что у меня начали замерзать задница и ноги. Полем, лесом, полем, лесом… Я потеряла счет времени, дрыгала отмерзшими пальцами в ботинках, уже была готова рыдать от холода. В конце концов, плюнула на все приличия и забралась к Арсу на колени. Он как-то странно хмыкнул, но мне было всё равно. Главное – стало немного теплее.

Вскоре, слава богу, мы въехали в деревню.

– Здрасс… М-м-ы…

Я клацала зубами, пытаясь расшевелить замерзшие губы. У лорда дела обстояли немного лучше, голос хоть и подрагивал, но слова были ясны, правда, только мне. Стоявший на пороге бревенчатого дома седовласый дед крупной комплекции почесал затылок и вопросительно взглянул на Василия.

– Дык это, они вроде как жили тут, у тебя.

– Опрокинем-ка по стопочке, а то я ни рожна не понял, – бодро заявил дед Егор и жестом пригласил нас в дом.

– Давай быстрее, девонька, – подтолкнул меня в спину Василий, – трубы горят.

В тесном и тёмном тамбуре я негнущимися пальцами кое-как сняла ботинки и шагнула в комнату. Пахло древесиной и было довольно светло – с потолка свисали две лысые лампочки без плафонов. На дощатом полу лежал красный советский ковер с орнаментом. На одной из стен тоже висел ковер, только зеленоватый, с изображением пасущихся оленей. Небольшой столик примостился у окна и был хаотично заполнен пиалами с вареньями и трехлитровыми банками с соленьями. Но моё внимание привлекла не еда, а большая русская печь, наполняющая помещение теплом и треском дров. Я ринулась к ней и прижалась спиной, пятками, ладонями, попой. Прикрыла глаза и стояла так, пока в нос не ударил ядрёный запах спирта.

– Сам гнал, – горделиво произнёс дед и протянул мне стакан, наполовину заполненный мутно-белой жидкостью. Второй стакан он сунул Арсу. Как оказалось, лорд стоял рядом со мной и тоже пытался согреться.

– Ну, за знакомство! – Дед в четыре глотка опрокинул в себя самогонку. Василий – в два. Затем шумно занюхал засаленным рукавом бушлата. Его нос тут же закраснел с удвоенной силой.

Лорд сделал глоток, поморщился долю секунды, но, не желая ударить в грязь лицом, осилил пойло. Я же лишь пригубила и тут же закашлялась, а Василий заржал, забрал у меня стакан и одним махом его опустошил.

– Ещё по одной? – с блеском в глазах спросил он у деда.

– Я тебе дам по одной! – визгливо гаркнула невесть откуда взявшаяся дородная бабка в цветастом халате. Она схватила в углу допотопную деревянную швабру и со свистом огрела Василия по спине. – Пшёл вон, пропойца. Да как не стыдно только?! Любка твоя поди заждалась уже ненаглядного своего. А ну!

– Ведьма! – мужичок сгорбился и выскочил на улицу.

– Ты старый кусок дурака! – переключилась бабка на дедку, потрясая своим оружием. – Ты зачем людей спаиваешь? Да и кто вы такие вообще?

– Сеня, – произнёс Арс, поражённый таким зрелищем и алкоголем, на автопилоте перестроившийся в боевую стойку мага огня и наверняка просчитывающий в уме планы самообороны от агрессивно настроенной хозяйки дома.

– Меня зовут Кристина, – выглянула я из-за широкой спины лорда, немного оттаяв. – Лет тридцать назад в этом доме жила моя мама, Инга Белова…

– И?! Наш дом теперь заграбастать хочешь? – старуха потрясла шваброй.

– Нет, нет! Ни в коем случае!

– Имей в виду, ничего у тебя не выйдет. У нас всё по закону, всё по документам.

– На дом я не претендую! Честно! Просто собираю информацию о маме, она ведь умерла, кода мне было около четырёх. Теперь я выросла и хочу узнать про свою семью. Какой была мама, что любила, что делала, понимаете?

Бабка недоверчиво покосилась, но вернула своё оружие на место в угол.

Я сжимала в руках дымящуюся чашку терпкого травяного чая. Лорд сидел рядом у окна, напротив расположился дед Егор. И плевать, что чай нам с Арсом налили в немытые чашки со сколами, и плевать, что дед «Сене» подсунул ещё один стакан с самогоном. Плевать. Главное тепло, главное – нас не выставили на мороз, главное – сейчас мы что-то узнаем.

Но, увы, после детальных объяснений цели нашего визита, показа фотографии мамы и упоминания сухих фактов из её жизни ответом нам стало лишь неопределённое пожатие плечами бабы Веры.

– Помню, была у Аглаи дочь, – сказала она, разливая по тарелкам суп, – обычная девка, выросла и в город подалась. Больше не возвращалась. Не приехала даже когда Аглая помирала.

– Хорошая травница была. Аглая, – вставил Егор.

– Дурак! Да её дом все за версту обходили. Травница, ха! Ведьма самая настоящая!

Мы с Арсом переглянулись.

– Не пори чушь, старая! Аглая хорошая баба была.

– У тебя все хорошие, кто самогон гонит! Если б не её агрегат, пил бы ты сейчас молоко парное.

– Агрегат я вам не отдам, – окинул дед нас мутным взглядом. – А бабка твоя, Аглая, всех на ноги ставила, а вот себя не смогла. Помянем. – Произнёс дед, хлебнул из стакана и выловил из тарелки часть куриной лапы, ту, которая с пальцами и ногтями, и принялся её обгладывать.

Арс едва заметно задел меня локтем и указал взглядом, полным непонимания и удивления в свою тарелку. Я знала точно, что попадись мне это в супе, я б испытала рвотный позыв. Но, слава богу, так «повезло» именно лорду. А у курицы, как известно, всего две ноги, и я выдохнула с облегчением. А вот Арс, напротив, обречённо вздохнул, но смело взялся за лапу. Я украдкой достала телефон и запечатлела этот исторический момент. Будет что Алисе показать.

Арс чокнулся с дедом, глотнул мутно-белого пойла и тут же запил чаем.

– Ты, Сеня, на чай-то не налегай, он ж с душицей. А то растеряешь всё свое это… Как его там… Слово такое мудреное, ненашенское… Верка!

– Либидо, – подсказала суетящаяся с посудой бабка. – Да много он там его выпил-то? Чего стращать-то? Ах ты ж поразит!

Последняя реплика относилась к длинноусому рыжему таракану, неспеша ползшему по оконной раме. Бабка потеснила деда своими колыхающимися телесами и впечатала в насекомое большой палец. Таракан на деле оказался тараканихой, из которой выскочило продолговато-цилиндрическое яйцо. Оно спикировало прямо в дедовский самогон. Егор чертыхнулся и принялся суповой ложкой вылавливать из стакана инородный объект. А я всё-таки испытала рвотный спазм.

– Верка, а где у нас сундук-то с Аглайкиным барахлом? Дом наш по закону, но бабкины вещи пусть забирают. Внучка жишь как никак.

– В сарае на чердаке. И правда, вещи заберите, только сам сундук оставьте. Утром поищем, сейчас всё равно света нет… Ах ты ж паразит!

Большой палец очевидно подслеповатой бабки раздавил укропное соцветие, которое я минутой ранее выловила из супа и положила на стол рядом со своей тарелкой.

Разговор плавно перетёк в лёгкую дружескую беседу, Арс с Егором попивали самогон, мы с Верой – чаёк с малиновым вареньем. С ночлегом тоже определились. За 300 рублей. Хорошо, что предусмотрительная Марина сунула мне немного налички. Чёрт!

– Надо позвонить Марине, сказать, что мы вернёмся только завтра, – я взялась за телефон, но сети не было.

– В туалете только берет, – пояснила баба Вера, – как выходишь, направо по тропинке. Можешь быстрехонько мою шубейку накинуть, вон висит у входа.

Шубейка оказалась размеров на 5 больше моего, но зато тёплая, поэтому морозный воздух добрался только до щёк. Я зашагала вверх по склону кривого деревенского участка. Узкая тропинка шириной в лопатный совок вилась словно траншея между сугробами. В указанном направлении, вдали двора, на высоком постаменте с четырьмя ступенями располагался самый настоящий деревенский туалет с дыркой в полу и разящим наповал амбре.

– Сельский туалет, и лучше кайфа нет, стоит в саду, сверкает, отражая солнца све-е-ет, – пропела я всплывшую в сознании песенку «Сектора газа» и шагнула внутрь. Главное не выронить телефон. И желательно самой не провалиться, как та героиня песни. Мобильник ожил, пискнув сообщением: «абонент … звонил Вам 14 раз(а), последний звонок…».

– Алло, Марин. Мы только завтра вернёмся.

– Знаю. Мне уже объяснили, что после темноты по здешним лесам не ездят.

– Ага.

– Удалось что-то выяснить по делу?

– Да не особо. Завтра нам вещи моей бабушки отдадут, и мы вернемся.

– Ладно. Как Арс?

– Нормально, самогон пьёт с местными.

Мы еще немного пообщались и я отключилась. И раз уж я здесь, решила использовать это место по прямому назначению, старательно отгоняя от себя мысли о монстрах и нечисти, обитающей в зловонных глубинах согласно земному кинематографу.

Раскрыв дверь туалета, я наткнулась на грузную тёмную фигуру, поджидавшую снаружи, взвизгнула от неожиданности, рефлекторно захлопнула дверь и задвинула шпингалет. Чё-ё-ёрт! Укрытие, конечно, так себе.

– Кристин, ты в порядке? – донёсся снаружи голос лорда Ливарелла.

А я облегчённо выдохнула и снова открыла дверь. Точно Арс. В свете луны рассмотрела на лорде необъятный тулуп, одноухую ушанку на голове и высокие валенки.

– Ну и видок у Вас, лорд.

– А ты себя-то видела? – съехидничал Арс, выпуская алкогольные пары. – Иди в дом. Я сплю слева.

– Чего?

Но лорд уже входил в туалет. Ещё один исторический момент на потеху рыжей я успела запечатлеть, на миг ослепив лорда вспышкой.

Вернувшись в комнату, я обнаружила, что ковёр на полу застелен коричневым покрывалом, на котором лежали две огромные подушки в цветастых наволочках и только одно байковое в голубую клеточку одеяло без пододеяльника. Вот тебе и ночлег за 300 рублей. Баба Вера споласкивала чашки в допотопном умывальнике, а дед уже храпел на печи. Я, не раздеваясь, улеглась справа, поближе к краю и подальше от лордской половины и замоталась в одеяло. Раз первой пришла, значит и одеяло моё.

Разбудил меня поток прохладного воздуха и звук захлопнувшейся двери. Первое понимание – уже утро и кто-то вышел на улицу. Второе – наконец-то нет тошноты. Третье – на меня нагло пялится огромными зелеными глазищами черная кошка, пристроившаяся на груди у Арса. И, наконец, четвёртое – помимо кошки лорда согреваю ещё и я, прижавшись всем телом и закинув на него ногу. Бли-и-ин… Неловко вышло. Я аккуратненько начала отползать на свою половину лежанки. Лорд приоткрыл один глаз и тут же зажмурился, а я поняла, что он вовсе не спит. Вот же нахал! Лежит, ухмыляется. Весело ему! Вот же! Но вместо стыдливости или ворчания мне почему-то тоже захотелось улыбаться. Утро прекрасное, настроение отличное. Красота. Я встала, потянулась, подошла к старинному рукомойнику и надавила на шток снизу вверх, ощутив ладонями прохладную струю воды.

Сарай встретил нас сеном, коровой и бабой Верой со стаканом парного молока. Витамины и кальций с утра лучше, чем вчерашний суп, которым завтракал дед Егор. Бабка указала нам на хлипкую лестницу, сколоченную из тонких стволов березы.

На втором этаже сарая было словно в антикварной лавке после разбойного нападения. Доисторические прялки, ящики, сундуки, чемоданы, тюки не пойми с чем, дубовые стулья, груды тряпья, книги – всё смешалось и хаотично валялось на полу.

– А какой сундук-то наш? – крикнула я вниз бабе Вере.

– Зелёный, кажется. Не помню уже. Поищите.

Зелёный. Круто. А ничего, что они, блин, все зелёные?!

Арс осторожно спустил с ближайшего сундука пыльную стопку газет и откинул крышку. Внутри обнаружилось насколько рулонов тканей. В соседних сундуках мы нашли одежду, кучу галош, льняные мешки с травами, заплесневелые обои, банки с засохшими красками…

– Как понять, где наш сундук, если мы даже не знаем, что искать, – спустя два часа поисков, энтузиазма у меня заметно поубавилось. – Безнадежно. Даже если и отыщем шмотки бабушки, это вряд ли нам поможет.

– Шмотки не помогут, конечно. Я всё же надеюсь найти какие-нибудь письма, документы, книги, записки Аглаи. Раз уж мы приехали, доведём дело до конца. Кстати, хозяева упоминали, что она была травницей, а может даже и ведьмой, а это ведь как раз по части магов земли. Так что ищи, Кристина из Орска, ищи.

– А ведь то-о-очно. Травница. Был же где-то ящик с травами. Может он и есть тот самый?

Мы с Арсом вернулись в начало поисков. Тёмно-зелёный, почти чёрный сундук внутри был раздёлен на две половины. С одной стороны лежала одежда, а с другой – мешки с сухими травами.

– Точно он, – произнес лорд. – Посмотри, какой бардак в других ящиках, а здесь всё так аккуратно.

Мы достали одежду, проверили каждый кармашек, каждую складочку – ничего. Ни клочочка бумажки, ни кусочка информации. От расстройства я плюхнулась прямо на пол и стала открывать мешки с травами и шарить там рукой. Высохшие соцветия забивались под ногти, травинки кололи руки, вызывая сильное желание почесаться, а поднятая пыль раздражала нос. Лорд сидел рядом, периодически чихал, но упорно шарил в мешках. Снова ничего. Зараза!

– Ноль. Полный. Зря мы всё это затеяли, – сказала я удрученно. – Только подвергли себя риску, решившись на эту командировку, когда министры за нас с Алисой взялись.

– Да я сразу говорил, что время для таких транспортировок не самое удачное. Но я рад, что познакомился с твоим миром. О, у тебя травинка застряла.

Лорд неожиданно потянулся к моим волосам и я уловила лёгкий, до боли знакомый аромат. Вдруг вспомнила Кора. Его бессовестные, но такие манящие руки. Нежные, но властные прикосновения. Глубокий взгляд карих глаз, заглядывающих в саму душу и вызывающий мурашки по всему телу. Бархатный голос…

– Кристина…

– М-м-м…

– Кристина! Ты что творишь?

– С каких пор ты меня так зовёшь?

– С тех самых пор как ты попала в Ампелос, – бархатный голос зазвенел стальными нотами. – Да очнись ты уже! Нет, я, конечно, не против, но пыльный сарай – не то место, где хочется заниматься любовью. Тем более со студенткой Академии.

Какой он сегодня нудный. Когда это нас останавливали такие мелочи? Я запустила руку в его волосы. Жёсткие. И какие-то не такие. Сменил шампунь? Короткие. Подстригся? Почему? Да пофиг. Я коснулась его губ, выпрашивая поцелуй. Но его не последовало. Губы Кора, всегда горячие, чувственные, страстные оставались неподвижными. От этого тоскливо ёкнуло где-то внутри. Что-то не так… Что-то определенно не так… Я недоуменно распахнула глаза и обнаружила себя в ещё более неловкой позе, чем утром: верхом на лорде Ливарелле. Вот только не на том, на котором хотелось бы быть. Я резко отпрыгнула в сторону. Чё-ё-ёрт!

– Кристина, что это было? – спросил Арс, буравя меня хмурым взглядом, от которого мне захотелось спрятаться, отползти за сундук, зарыться в гору разбросанного по чердаку хлама. – Мы же с тобой договаривались – никакой романтики между нами.

– Я… Я… Я не знаю, что на меня нашло, – мой голос слегка дрожал. – И-извините. Этого больше не повторится.

Ненадолго повисло неловкое молчание, а я внутренне ругала себя последними словами.

– М-да… Ладно, проехали. Давай уберем всё, как было и, думаю, что пора возвращаться.

Арс начал аккуратно укладывать мешки в сундук. Думать о произошедшем не хотелось совершенно. Стыдно было, да. Очень. Неловко вышло. Но чем грызть себя изнутри, я предпочла уборку и взялась за ближайший мешочек. Меня снова накрыло. Кор, ласки, руки, поцелуи… встряска. Сильная встряска.

– Да что с тобой такое?! – Арс держал меня за плечи.

– А?! А что?

– Ты издеваешься?!

– Нет.

– Кристина!

– Что?!

– Минуту назад ты сказала, что больше так не будешь и снова лезешь целоваться.

– Я не понимаю…

– Та-а-ак, – лорд меня выпустил, подобрал с пола мешок, выудил оттуда одну травинку и сунул мне под нос.

И снова оно – чувство, сводящее с ума. Нестерпимое желание быть рядом с Кором, раствориться в нём… Но я знаю, что здесь Арс, а не Рэй. Здесь Арсгорн, Кристина. Успокойся! Возьми себя в руки. Хватит уже на сегодня позора. Хватит!

В этот раз я стояла в двух шагах от лорда. Фу-у-ух. Кажется, справилась. Молодец – мысленно похвалила я себя, и покосилась на мешок.

– Ну как? – поинтересовался лорд, пихая обратно в мешок засушенную травинку.

– Отвал башки. Что это такое?

– Я не земельник, и травология у меня была много лет назад, но если б я увидел это в Ампелосе, то сказал бы, что похоже на спагус.

– Спагус?!

– Вроде он. Но это не точно.

А мне подумалось, что определённо – он. Арс прав. Это спагус. Тот самый, из которого Рэй аналог кофе варит. Дурман…

– О чём задумалась?

– Да так, – говорить про Рэя Арсу не стоило. – Значит, мы сейчас в сундуке моей бабушки нашли растение из Ампелоса, так?

– Выходит так. И ещё выходит, это растение влияет на тебя не самым лучшим образом.

– Влияет на меня не лучшим образом, – повторила я за лордом и встрепенулась: – Только на меня? А на вас?

– На меня нет, – Арс демонстративно понюхал мешок. – Ничего. Слегка горьковатый запах.

– Мне нужно на воздух.

Смутно помню, как Арс с дедом Егором искали по всей деревне красноносого Василия. Я не упиралась, когда Арс сразу же усадил меня к себе на колени и мы опять стучали зубами от холода на допотопных санях. Встретившая нас Марина полезла к лорду обниматься и стала глупо хихикать над мешком травы. Потом мы отогревались горячим кофе в Зеленодонской столовой. Но всё это ушло на второй план. Снова и снова бились в моей голове слова лорда: «Влияет не самым лучшим образом». Как ни гнала я прочь эти мысли, как ни пыталась отвлечься на лорда и Марину – не выходило.

Спагус. Всему виной этот чёртов спагус. И тогда в библиотеке я действительно поддалась манящему запаху. Не Рэю, а именно дурману. Я ведь и раньше это подозревала, и Алиса так говорила. Но до сегодняшнего дня я надеялась, что сама принимала решения, а запах дурацкой травы был как хороший мужской парфюм – всего лишь приятным дополнением. Но нет. Я ошиблась доверившись. Выходит, Рэй знал про мою реакцию? Конечно, знал. Он ведь алхимик. И бармен. И кофе посетителям бара особенный подаёт. И… Обидно. Чёрт, как же обидно. Рэй своими мутированными глазами разглядел мою аномалию и подобрал соответствующую травку. Вон их сколько в его лаборатории. Может ведь такое быть? Или простое совпадение?

Тебя привлекло мое аномальное мерцание, меня – твой запах. Один-один, Лорд Рэйсгорн Ливарелл.

В Орск мы вернулись ближе к полуночи. Я успела поспать под монотонную трескотню Марины и урчание мотора, но вот отдохнувшей себя совершенно не ощущала. А всё потому, что снова испытывала долбанную тошноту, а поганые мысли о беременности окончательно отправили моё настроение на девятый круг ада. Не готова я сейчас к таким поворотам судьбы. Не-го-то-ва. Что я буду делать с ребёнком, как жить дальше, на что, а главное – где? В Ампелосе? Или-таки вышвырнут на Землю? А здесь у меня теперь ничего нет: ни вещей, ни места в общаге, ни паспорта… Ничего. А если оставят – сидеть на шее у Рэя? Если он её подставит вообще. Надеюсь, он меня не бросит в беде, но всё же… Как ему теперь доверять? Ну и другой вопрос: если Рэй имеет некоторые мутации, каким будет наш ребёнок?

Эта внезапная мысль породила следующую: а даже если я сейчас всё накручиваю, что будет с нами в дальнейшем? Если события станут развиваться по самому лучшему сценарию, а история со спагусом – простое стечение обстоятельств, то когда-нибудь в будущем у нас с Рэем возникнет вопрос о детях. «Мутации» всё же страшное слово…

– Так что, Кристина, ты с нами? – вырвал меня из тягостных раздумий голос лорда.

– Что? – Я явно пропустила какую-то часть разговора. – Куда?

– На танцы.

– Я предложила Арсу сходить в клуб, – пояснила брюнетка со сквозящими недовольными нотками в голосе и припарковала машину возле нашей гостиницы.

– Какой клуб?

– В «Тип-Топ». Здесь недалеко.

– А-а-а. Знаю, что недалеко, – больше всего мне сейчас хотелось забраться в постель и укрыться одеялом с головой. Хотя прежде надо сделать тест и уже прояснить свое положение. – Эм-м… Но я…

– Пойдем, Кристина, – начал уговаривать меня Арс, – ты ведь отлично танцуешь. На бал в Ампелосе я тебя водил, теперь ты своди меня на ваш, земной. Марина говорит, там весело, а тебе как раз надо развеяться, уж больно ты хмурая.

Я взвесила в уме аргументы за и против.

Первое – уже поздно, значит, что придётся заморочиться с поисками круглосуточной аптеки. Темно, холодно и, собственно, одна ночь ничего не решает в моём щепетильном вопросе.

Второе – терять Арса не хотелось, переживать потом где он, как он, не потерялся ли в незнакомом городе. К Марине я особым доверием не прониклась. Отпечаток прошлого выработал во мне бессознательную привычку воспринимать новые знакомства с осторожностью. И вообще, не нравилась она мне. Совсем.

Третье – лорд-таки прав – мне надо встряхнуться, тем более я действительно хорошо танцую, хоть бальные танцы, хоть клубные. И это не хвастовство или завышенная самооценка. Вика меня частенько затаскивала в этот клуб, пытаясь оторвать от учебников. Так что опыта у меня хоть отбавляй.

Четвёртое – завтра мы, скорее всего, уже будем в Ампелосе, потому что поиски зашли в тупик. Вот там и буду валяться в кровати, а здесь и сейчас нужно поставить яркую и жирную точку в родном мире. Если, конечно, министры не вышвырнут обратно.

Ну и пятое – хочу увидеть выражение лица Арса, когда мы познакомим его с нашим «балом». Танго, вальс…ага, щас… Размечтался.

Одним словом – уговорили. Точнее уговорил именно лорд. А вот от Марины исходили ровно противоположные эмоции, хоть девушка и старалась их тщательно скрывать и мило улыбаться. Надо было прямо так и сказать, что хотела только вдвоём с Арсом идти. А теперь, раз уж позвали быть третьим лишним – вот возьму и пойду.

В номере гостиницы под очередное хихиканье Марины оставили мешок с травой, переоделись в свежие вещи. Брюнетка поправила свой и без того безупречный макияж и скептически оглядела мои футболку и джинсы. Да, я в курсе, что выгляжу простовато, но другого нет. Лорд тоже обширным гардеробом не обладал и надел свою белую рубашку ампелосского кроя с рубинового цвета прострочкой. В сочетании с земными джинсами выглядел он на грани элегантности и абсурда, но был в его образе какой-то особый, притягательный шарм. Широкий разворот плеч, мощная подтянутая фигура, пронзительные ледяные глаза… Я засмотрелась на него немного дольше, чем позволяют приличия. Чего уж говорить о Марине, которая и вовсе принялась ощупывать Арса, якобы поправляя ему рубашку.

Я ловила телом каждый бит, растворяясь в ритме без остатка, выплескивала весь негатив и усталость, скопившиеся за эти месяцы. Музыка уносила, куда – не знаю. Мне нравилось быть здесь и сейчас, отдаваться драйву, чувствовать кураж толпы, двигаться вместе со всеми этими людьми…

Изредка я приоткрывала глаза и бросала взгляды на лорда. Бедный. Такого подвоха он не ожидал и, уверена, уже тысячу раз пожалел, что поддержал затею брюнетки. Ладно, уши уже не затыкает – и то хорошо, немного освоился. Марина отпаивала Арса виски с колой за высоким столиком в дальнем конце зала. Там было немного тише, но концентрация испарений кальянов выше. Брюнетка уже в шестой раз направилась к бару. Хмм…

– Лорд Ливарелл! Если вы собрались надраться до поросячьего визга, это можно было и в гостинице сделать, – я подошла к Арсу, схватила за руку и потянула в сторону танцпола. – Хотели танцевать – вперед! Ваша очередь осваивать иномирные танцы!

– Это не танцы, – прокричал он мне, – это предсмертные конвульсии сумасшедших проституток.

Я хихикнула. Ну да, ну да. Сегодня пятница, клуб забит под завязку. А к такому обилию декольте и мини-юбок лорд не был готов, однако, не терялся и обстреливал взглядом то одну, то другую «леди». К тому же довольно быстро преодолел неловкое перетоптывание с ноги на ногу и начал искусно вворачивать в ускоренный ритм классические движения вперемешку с боевыми стойками.

От лорда исходила сила. Она читалась во взгляде, в движениях, в фигуре. И это заметила не только я. Количество декольте вокруг лорда начало расти в геометрической прогрессии. Присоединившаяся к нам Марина разъярённо то бёдрами, то плечами, то всем телом старалась оттеснить наиболее активных соперниц. Меня так вообще «сумасшедшие проститутки» задвинули на задний план.

От созерцания этого балагана я отвлеклась, лишь почувствовав чьи-то руки на своей талии, обнимающие меня сзади. Мимолетное дежавю: теплом разлилось по телу воспоминание о нашей первой встрече с Кором в ночной библиотеке, перевернувшей весь мой внутренний мир.

– Я скучал, – прокричали мне в ухо.

Не Кор. Я резко развернулась и уперлась руками в грудь моего бывшего парня. За этот год он успел отрастить длинную челку. Вот, пожалуй, и все изменения. Алексей, которого все звали просто Алексом, был изрядно пьян и весел. Козёл.

– Руки убрал!

– Не злись, крошка. Угостить тебя дайкири?

– Угости свою кучерявую швабру, с которой ты кувыркался в нашей кровати.

Но он не слушал и не слышал, а нагло меня стиснул, за что тут же получил увесистый тычок кулаком под дых.

– Отвали!

– Да что ты ломаешься? Я же тебя…

Продолжение фразы я не услышала, но не из-за громкой музыки, а потому что нас словно ледоколом разделила широкая спина в белой рубашке с рубиновой прострочкой.

– Я тебя сейчас сам поломаю, если ещё раз её тронешь, – лорд говорил зычно, тяжело роняя каждое слово и, несмотря на иномирный язык и громкую музыку, Алекс намёк понял правильно и ужом юркнул в толпу.

Это было приятно. Нет, не так. Это было офигеть как приятно. Я даже немного растерялась. И сразу не поняла, что происходит, когда Арс резким движением прижал меня к себе, затем крутанул и повел… Повел в танце. Чёрт!

Я напряженно старалась попасть в ритм, подстроиться под необычные движения лорда, периодически озиралась по сторонам в поисках Марины, с которой собиралась поменяться местами. Куда, блин, она запропастилась?! Хотелось вырваться, убежать к столику и трусливо спрятаться за стаканом сока.

Рука Арса уверенно надавила мне на спину пониже лопаток, так что я уткнулась носом в его шею и вдохнула его слегка горьковатый парфюм.

– Расслабься, – произнес он мне в самое ухо. – Это всего лишь танцы.

«Всего лишь танцы… Всего лишь танцы» – эхом отозвались слова лорда по всему телу. Но почему сказанное так разнилось с его действиями? Почему я чувствую, что что-то не так, улавливаю, как время вокруг нас замедлилось, звуки стихли, будто мы оказались снова в той жуткой пещере?

Я и он.

С тем лишь отличием, что теперь не было угрозы для жизни, дикого страха, даже растаял без остатка дискомфорт от близости. Все проблемы вдруг показались ничтожными, остались за каким-то невидимым барьером.

Я доверилась тесным объятиям лорда. Время всё тянулось и тянулось. Неспешно. Мы двигались под стать нереальной атмосфере – медленно, плавно, слитно. Спокойствие, надежность, защита обволакивали моё тело, разум.

Вдох-выдох, вдох-выдох. Глаза в глаза. Две яркие голубые льдинки словно айсберги источали неизвестность, сокрытую в глубинах. Лорд плавно перевёл горящий взгляд на мои губы и наклонился ближе. Аккуратно коснулся своим носом моего…

– Кристина! – в мою безмятежность неожиданно вторгся чужой противный голос и разрушил странную магию момента. – Спасибо, дальше я сама!

Арс скользнул мимо моего лица, уткнулся лбом в изгиб шеи и выпустил тяжёлый выдох мне в волосы.

Резкие звуки вырвали из состояния умиротворения. Биты громыхали так, что я рефлекторно зажала руками уши. Вспышки света резали глаза. Через несколько секунд я поборола дезориентацию и смогла по достоинству оценить то, как Марина тёрлась бёдрами о лорда, старательно увеличивая дистанцию между нами и злобно сверкая глазами. Арс хотел было сделать ко мне шаг, но я жестом показала, что хочу пить и быстро ретировалась.

Я взяла в баре апельсиновый сок и устроилась за нашим столиком. Отсюда открывался «дивный вид». Арс продолжал отплясывать, покоряя танцпол и было, очевидно, что он поймал кураж. А вот Марина, напротив, пыталась увести лорда, но получив отпор, принялась пластично изгибаться вокруг него и параллельно вести агрессивное отстранение конкуренток. Балаган продолжался. Сделав два глотка, я немного освежилась и принялась собирать мысли в кучу, разговаривая со своим внутренним голосом.

Какого черта сейчас было?! С чего Арс вообще вздумал со мной танцевать? Почему я так разнервничалась? Обычно у меня проблем с танцами не возникало, но я совершенно растерялась. И какого, спрашивается, блин?! Он ведь не пытался меня поцеловать? Ведь нет? Мне показалось? Лорд мой друг – и всё. А меня накрыло как… как…

«Что на самом деле ты чувствуешь к Арсу?» – пронеслись в голове слова Алисы.

– Хватит, – рявкнула я вслух.

Да что за фигня-то? Всё из-за того, что случилось утром. Из-за дурацкой травы. Всё пошло наперекосяк.

Так, надо успокоиться. Вряд ли лорд хотел меня поцеловать.

– Тебе просто показалось, Кристина. Ты устала, перенервничала.

Вон он Маринку вертит из стороны в сторону и уж точно про меня не думает. Хорошо. Всё. Будем считать, помутнение случилось только в моей голове, а я неадекватно восприняла «всего лишь танец». Он ведь так и сказал: «Всего лишь». Надо ж быть такой глупой и накрутить в своей голове интимный момент! Дура. И ещё раз дура.

Вечер продолжался, сок в бокале закончился, а мысли всё также вертелись вокруг спагуса.

– Ну что Рэй, тебе придётся мне многое объяснить. И только попробуй увильнуть от ответов, – я разговаривала сама с собой, а тихие слова тонули в громкой музыке.

Странное всё-таки растение. И вообще, где могла моя бабушка достать эту траву? Подобный экспорт и импорт между нашими мирами не развит. Хотя, если не развит, не значит, что запрещен… Подожди-ка, а что если и у нас на Земле растет этот спагус, как какая-нибудь душица или зверобой, но называется иначе. Я же не ботаник. Бабушка была травницей и лечила людей. Значит, надо выяснить пользу этого растения. С другой стороны, что мне это да…

– Кристина?! – взвизгнули рядом. Передо мной радушно улыбалась розоволосая девица.

Вика. Сегодня что, день бывших?! Ах нет, только лишь пятница. И клуб, в котором эти мои бывшие любят зависать.

– Я так рада, что ты вернулась! – Виктория полезла обниматься, а я стояла столбом, не ожидая такой наглости.

– Как твоя беременность? Не родила ещё? – холодно спросила я.

– Ты о чём? Какая ещё беременность? – удивленно всплеснула руками Вика.

– Та самая, которой ты так активно прикрывалась в терминале.

– Где? Да что с тобой такое?!

– Не понимает она… Ты была для меня как сестра, единственным моим близким человеком. Но в трудную минуту ты меня бросила! Предательница!

– Ты же сама свалила, никому ничего не сказав, – перекрикивала музыку Вика, – а теперь несёшь какой-то бред! Ты пьяна?

– Не притворяйся, дрянь! – я схватила её за плечи и тряхнула как следует. – Тебе и этого было мало, ты ещё и подставила перед леди Миленой. Увела у неё мужа и свалила всё на меня.

– Ты что несешь?! Отпусти меня!

– Кристина из Орска, отпусти, – твёрдо прозвучало над самым ухом и лордские руки аккуратно отстранили меня от Вики.

– Ой, спасибо вам большо… о-оу! – бывшая подруга запнулась на полуслове, когда взглянула на Арса.

Я сначала подумала, что Вика его узнала и испугалась. Но нет. Она, как и все прочие, поддалась влиянию фирменного взгляда Ливареллов, начала накручивать розовый локон на палец, выставила вперёд грудь, взяла лорда под руку и сделала попытку увести его прочь от меня. Вот же зараза!

– Как здорово, что такой сильный мужчина оказался рядом! – Вика расставляла свои сети. – Вы мой спаситель! Может, выпьем чего-нибудь…

Я уже собиралась было броситься с головой в очередной конфликт, но меня опередили.

– Я тебе сейчас выпью! – завопила подоспевшая Марина и выплеснула на Вику содержимое двух бокалов.

– Совсем офигела! – взвилась бывшая подруга и толкнула брюнетку, стаканы рассыпались по полу градом осколков.

– Как же задолбали! Тупые клуши! – Марина рванула розовые волосы неожиданной соперницы. – Он мой!

Лорд бросился было их разнимать, но путь ему преградили две модельного вида девицы. Заискивая, во всю используя психологию тактильных контактов, девушки предложили забить на этих дебоширок и провести ночь втроём. От такого неожиданного предложения лорд слегка опешил и, пока деликатно выпутывался из навязчивых объятий, упустил момент, когда можно было оттащить Марину. Вместо этого дерущихся скрутила охрана и повела к выходу. Вокруг началась суета и неразбериха. Кто-то поскользнулся на осколках, упал и опрокинул соседний столик с дымящимся кальяном. Кто-то кого-то поднимал, кто-то кого-то материл, кто-то где-то истерил. И только две девицы продолжали висеть на Арсе. Лорд от них еле отбился. Я подхватила упавшую сумочку Марины, и мы выскочили на улицу.

Как раз в тот момент, когда полицейский «Уазик» визгливо тронулся с места и умчался прочь. В заднем окне мелькнули разовые волосы Виктории.

Оперативно-то как…

– Этот во всём виноват!

Я обернулась на выкрик. Неподалеку в другой «Уазик» грузили парней, среди которых был вконец пьяный Алекс, тыкающий пальцем в направлении Арса.

– Он драку затеял! И деньги украл тоже он!

Куча мыслей пронеслась в голове молниеносно. И я приняла единственно верное решение.

– Бежим! – я схватила Арса за руку и юркнула в ближайший двор.

– Что происходит?! – недоумевал Арс, но доверился и побежал следом. А сзади доносились крики и топот.

– Потом. объяс. ню. Бе. жим, – я захлебывалась морозным воздухом.

Боевой маг огня был отлично натренирован, и теперь он бежал впереди и тянул меня за руку. Эти дворы я знала, как и тёмные гаражи, за которыми обычно летом в туалет ходят. Утонув в снегу по колено, мы затаились. Ночь была нам на руку.

– Документов у нас нет, – пояснила я, немного отдышавшись.

– Каких?

– Удостоверяющих личность.

– А как же Марина…

– Так у неё есть. А вот со мной возникнут проблемы, между прочим, благодаря вашим ампелосским стараниям! И, кстати, вас, лорд, вообще в нашем мире не существует, – я клацнула зубами не то от досады, не то от холода. Только сейчас осознала, что мы оставили верхнюю одежду в гардеробе клуба, а в руках у меня лишь Маринкина сумка. – Виктор Степанович вам уже не поможет, насколько я поняла из разговора, что поиски моей семьи – эта была его последняя услуга.

– Да, но есть леди Милена… – лорд прижал меня к себе. Стало чуточку теплее.

– Которую вы так опрометчиво уволили.

– Она ещё месяц должна отработать, – Арс начал растирать мне плечи, согревая.

– А в трудовом договоре у неё есть пункт о том, что она должна пьяных лордов из тюрьмы вызволять? – рявкнула я.

Вместо ответа лорд схватил меня за подбородок и вобрал своим губами мои. Так неожиданно и так горячо. Я рефлекторно уперлась руками в его грудь, замычала, попыталась отстраниться, чувствуя во рту чужой язык с легким привкусом виски. Щёки моментально обдало жаром. Через тонкую ткань его рубашки мои ладони ощутили напряженные, разгоряченные, несмотря на мороз, мышцы. Лорд Арсгорн Ливарелл был немного пьян и сильно возбужден. Он бескомпромиссно вжал меня в железную стенку гаража.

Дальше отстраняться было некуда.

На миг или на вечность, но я вдруг потерялась, утонула, растворилась без остатка в том жадном поцелуе. Холод гаража нещадно жёг лопатки через футболку. Только это помогло мне вынырнуть в реальность и дать лорду вялую пощечину. Он чуть ослабил хватку, но только лишь для того, чтобы впиться в меня с новой силой. И всё повторилось. Внутри бушевало пламя. Поцелуй становился всё глубже, всё неистовее и… вдруг резко оборвался.

Некоторое мгновение Арс был непозволительно близко и смотрел мне прямо в глаза, словно выжидая чего-то.

– Не надо так делать, – смущенно прошептала я, борясь со сбившимся дыханием.

Он секунду помедлил, всё ещё всматриваясь в моё лицо и отстранился, отступил на два шага. А я тут же рухнула в сугроб, потому что, как оказалось, что ноги давно меня уже не держали – держал лорд.

Арс быстро вытащил меня из снега. Я отвернулась, пряча пылающие щеки за прядями волос.

Сомневаюсь, что при свете зимней луны возможно было различить оттенок моей кожи, но умные мысли, как всегда, приходят запоздало, лишь когда снова и снова в голове прокручиваешь случившееся, придумывая другие варианты развития тех событий.

Арс набрал снега и растер лицо, словно умываясь.

– Не знаю, что на меня нашло. Это больше не повторится, Кристина из Орска.

– Один-один, лорд Арсгорн Ливарелл.

Мы, словно прожжённые преступники, ловко скрылись от полиции: я банально вызвала такси к ближайшему от нашего укрытия подъезду. В машине сидели максимально далеко друг от друга, насколько позволяло заднее сиденье. Каждый смотрел в своё окно, каждый был погружен в свои мысли. У меня, конечно, они всецело были заняты лордом и тем, что произошло в этот бесконечно длинный день. Слишком много неправильного случилось. Слишком много лорда Арсгорна.

Я до боли кусала зацелованные на морозе губы. Гнала от себя непрошеные мысли. А они всё лезли и лезли, погружали в тот момент, от одного воспоминания которого жар снова разливался по телу.

«Что на самом деле ты чувствуешь к Арсу?» – снова и снова спрашивала Алиса, прочно засевшая в моей бедовой голове.

Лорд отнёс меня в ванну и прямо в одежде посадил под струи тёплого душа, смывая рвоту, сопли, слёзы и кровь из носа. Меня лихорадило, боль в руке не унималась.

– Извини, пришлось вывернуть тебе руку, – лорд помассировал мне плечо. – Иначе ты не выпустила бы ложку.

– Да что не так с этой ложкой, чёрт бы её побрал! – я потрясла горящей ладонью.

– С ней всё нормально… Было. А вот не так как раз-таки с тобой, Кристина.

– А точнее можно?! Давайте без ваших интриг и недомолвок обойдемся, пожалуйста, – здоровой рукой я вцепилась в его широкую ладонь и жалобно заглянула в холодные голубые глаза. – Просто объясните, что, блин, это было?!

– Кристина из Орска, – Арс потер переносицу и тяжело выдохнул, – ты – артефактор.

– Это как? В смысле, артефактор? – я всё старалась удержать его за руку, но он отстранился и вышел из ванной.

– Сделаю нам чай.

Все те минуты, что я пыталась привести себя в порядок в ванной, в голове вертелось это слово – артефактор. Человек, создающий артефакты. Как такое возможно?

– Они же вымерли! – обмотанная в полотенце я ворвалась в гостиную, – Профессор Ялинская на лекции рассказывала, что артефакторов больше не существует.

– Это верно, – лорд подал мне чашку горячего чая и усадил на диван. – Поэтому сами артефакты очень высоко ценятся. Сколько их есть, столько и есть. Предметы, усиливающие магию, не производились уже более двух веков, с тех пор как умер последний артефактор – старик ди Манльерос. До сегодняшнего дня.

– Но почему я?!

– Откуда мне знать? Выясним, когда вернемся. У нас большой провыв в твоём деле, Кристина. Так что беру свои слова обратно, не зря дед затеял эту командировку. Но никому, слышишь, никому не рассказывай о своих способностях. Иначе жить тебе до конца дней в исследовательском институте и производить магические предметы во благо страны и на потеху богатеньким пижонам. Артефакторы ведь не сами по себе вымерли. История такие подробности умалчивает, но по неофициальным источникам их замучили до смерти, требуя всё больше и больше волшебных игрушек.

– А что делает моя игрушка? – указала я здоровой рукой в сторону ложки, лежащей перед нами на журнальном столике.

– Очевидно, ломает двери, – небрежно кивнул он на щепки в проёме. – Ты что, забыла, как замки открывать? Заклинило? Почему меня не позвала?

– Я звала. Но кричать не получалось. У меня внутри всё сдавило. Не знаю, как описать. Было плохо, больно, страшно. Словно парализовало. А потом видения начались. Сначала пришли Алекс и Вика, потом Жардина в образе зверя, – при упоминании о матери Самиры по лицу лорда пробежала тень. Меня ещё потряхивало, но я продолжила. – Всё смешалось с фрагментами детских сказок, но было настолько реалистично и очень-очень жутко. Какой-то невыносимый страшный бред. Глюки. Даже не помню, как брала ложку. Я словно сошла с ума.

– Та-а-ак, завтра, как вернемся, покажем тебя Марио о’Касти. Только про тайну, естественно ему не скажем.

– Не скажем и он, ничего не поняв, пропишет мне мятные настойки.

– Марио – толковый лекарь, обязательно разберется, в чем причина твоих видений.

Я задумалась… Бли-и-ин.

– Долбаный спагус! – поймав проницательный Ливарелловский взгляд, тут же добавила. – Мешок упал и порвался, но я его даже не трогала и, вообще, старалась не дышать. Честно!

Лорд заглянул в мою комнату.

– А сейчас ты что-то чувствуешь? – спросил он, шурша пакетами.

– Трясет. То холодно, то жарко. Во рту будто пустыня с кактусами. Зато мы узнали мою аномалию. – Я попыталась внести нотку вялого позитива, но тело снова пробила дрожь.

– Узнать-то узнали, но вопросов прибавилось, Кристина. Ты – артефактор, ты создала артефакт в мире, где почти нет магии всего лишь надышавшись травой. Мы разберёмся с этим. Хотя бы теперь знаем, в каком направлении двигаться.

Арс принёс из спальни покрывало, заботливо укрыл до меня, подоткнул с краёв, уселся рядом и дважды повторил предостережение о неразглашении. Затем стал осторожно выпытывать подробности видений. Дрожь усиливалась, я стучала зубами, но описала все подробности кошмара. Ну как, пробовала описать. А он спрашивал каждую мелочь, словно пытался отыскать что-то, уловить какой-то момент.

– Хватит! Не могу больше об этом говорить. Спросите напрямую. Что вам надо, я же вижу! Не хочу снова и снова вспоминать все это.

– Заклинание.

– Какое заклинание?

– То самое, что ты заложила в артефакт.

– Я ничего такого не делала!

– Но что-то ты же сказала, вливая в ложку свою магию. Вспоминай, без активирующего заклинания артефакт не имеет смысла.

– Да я даже не помню, как ложку эту брала! Тарелку кидала, да. А ложку не-пом-ню! И вообще, разве артефакты – это не кинжалы?

– Кинжалы предпочтительнее, выглядят солиднее и в те времена… Так, ладно, не уходи от темы. Любой предмет может быть артефактом. Что ты говорила? Что-то сильное, идущее из глубины души. Вспоминай.

– Арсссс, – повторила я, шипя как тогда. – Арссссс.

– Не то.

– Эм-м-м… Может: сим-сим, открой дверь.

– Что за сим-сим? Хотя не важно, всё равно не то.

Я призадумалась, а потом снизошло озарение, я нервно хихикнула:

– Бли-ин!

– Тоже не то.

– Знаю, что не то. Но я вспомнила, – и тут мне пришла в голову неплохая, но коварная мысль.

– И?!

– Скажу, только если вы потом честно ответите на мой вопрос.

– Шантаж? А что, просто так спросить не можешь?

– Могу, но вы, скорее всего, не ответите. А я хочу знать.

– Идет. Говори заклинание, – лорд Ливарелл усмехнулся. Я начала подозревать, что в голове у него вертятся какие-то пошлые мысли, что я спрошу, например, о поцелуе за гаражами или о его женщинах или ещё о чём-то интимном. Но я готовила ему иную пакость.

– Да чтоб тебя блохи в аду сгрызли, тварь!

Не успел Арс как следует офигеть от такого набора слов, как на ложке вспыхнули светящиеся зеленые символы. Лорд подхватил артефакт и махнул им в сторону двери в его спальню – она пошла мелкими трещинами с характерным хрустом и обратилась в щепки.

– Работает.

– Работает, – повторила я за лордом и резко скривилась от стреляющей боли, которая пульсирующими рывками расползалась от плеча по телу и в итоге сконцентрировалась где-то под лобной костью. Я начала растирать виски. – Голова болит.

– Сейчас, у Марины были таблетки, – потянулся Арс к сумочке, которую мы прихватили из клуба. – Не лордское это дело – шарить в дамском ридикюле, но чего не сделаешь ради друга.

Последнее слово он произнес с нажимом, явно расставляя акценты на том, что произошедшее за гаражами всё-таки стоит считать нелепой случайностью. Лорд вытряхнул содержимое рядом со мной на диван.

Косметика, кошелёк, ручки, две расчески, визитки, влажные салфетки… Стандартный женский набор. Но кусок арматурного прута слегка озадачил, как и две коробочки с таблетками. Странно.

– Сейчас-сейчас, – лорд уже извлёк голубую пилюлю.

– Вы что делаете? Стоп! Стоп! – замахала я рукой, созерцая на упаковке кружок со стрелочкой – символ мужского начала.

– Чтобы голова не болела. Марина мне давала.

– У-у-у.

– Бери. Сейчас воды налью.

– Не надо. Это не от головы, лорд Ливарелл. Это чтоб ху-у…у-уже не будет, если вы сами прочитаете инструкцию, – торопливо сунула я ему бумажку в руки.

А сама взялась за упаковку второго препарата:

– … В качестве снотворного средства… Побочное действие…тошнота, рвота…

Вспышками мелькала улыбчивая брюнетка, всё время протягивающая мне кофе, то у катка, то в машине, то в офисе.

Ну трындец! Чёртова клофелинщица! Запала на иностранного красавца с фирменным взглядом и…и… и это всё объясняет. Повышенное либидо лорда и мою постоянную тошноту. Да я места себе не находила, думала, что залетела, а тут такая подстава. Устранение конкурентки, соблазнение крутого мужика. А дальше-то что. Будет беременность разыгрывать и проситься замуж. С неё станется. Бо-о-оже.

– Ну и дрянь!

– Знаешь, чего думаю, Кристина из Орска? – Арсгорн злобно отшвырнул от себя блистер с голубыми пилюлями.

– Мм?

– Возможно, ваш мир назван Земля, потому что его когда-то населяли маги земли. Таблетки, травы, отвары – это же всё по твоей стихии. Адаптированное, так сказать, зельеварение. Но так как уровень магии здесь ничтожно мал, люди отклонились от магического пути в пользу технического прогресса.

– Звучит очень круто, – в мыслях стремительно рушилась теория Дарвина.

– Ладно, это лишь болтовня. Ждём до утра, если явится Марина… кхм… лучше б ей не появляться. В общем, поспим немного, а после завтрака поедем к леди Милене, пусть возвращает нас обратно. Здесь нам больше делать нечего.

– Хорошо. А почему вы сами не можете отправить нас в Ампелос. – Уж очень не хотелось мне вновь встречаться с озлобленной женщиной. – Вы же транспортировщик.

– Потому что моя сабля-хвачгарджи может разорвать межмирное пространство из Ампелоса, но не обратно.

– Работаете на экспорт, лорд?

– Такие уж свойства – только в одну сторону. Поэтому у нас везде есть свои агенты. У тебя ещё будет впереди курс лекций о межмирных перемещениях.

– А мы можем к кому-то другому обратиться, а не к леди Милене.

– Можем, но это намного дальше. А у нас даже теплой одежды больше нет, – Арс и себе налил чай, затем вольготно расположился на другом конце дивана. – Задавай лучше свой вопрос, Кристина из Орска.

Я под покрывалом подтянула колени к груди, набрала полные лёгкие воздуха и стремительно выпалила:

– Что произошло между вами и лордом Рэйсгорном? Почему вы в ссоре?

Арс сразу помрачнел, от расслабленной позы не осталось и следа.

– Вы обещали мне честный ответ.

– Ты была права, в другой ситуации я бы тебе не ответил, – он помедлил и всё же добавил, – из-за женщины.

– Она стояла на пороге нашего имения, светлое, насквозь мокрое платье прилипло к телу, повторяя все изгибы её фигуры, с белоснежных волос стекали струи дождевой воды. Именно такой я увидел её впервые. Помню, как она игриво передёрнула плечами, мол ливень, что поделать, и проскользнула мимо меня в дом, обдав флёром сладких духов. Она привычно взбежала по лестнице наверх и скрылась в комнате Рэя. Как и всегда делала на протяжении предыдущих десяти лет, с тех пор как они с братом оказались в одной школе. Но в тот день в этой мелкой, вечно хохочущей шмакодявке я впервые разглядел девушку. Юную, милую, красивую, немного ветреную, под стать её стихии.

Арс слегка улыбнулся нежному воспоминанию и продолжил:

– Рэй всегда был чересчур умным и потому стал единственным из Ливареллов, кому удалось поступить в первую академию стихий. Вся остальная наша семья испокон веков получала дипломы во второй академии. Может, будь Рэй немного глупее, всё сложилось бы иначе. Но он уехал. А я остался. И Жардина осталась.

– Жардина?! – я аж дышать перестала. То естькак Жардина?! Та самая?!

– Ей было семнадцать, мне – двадцать один. Как-то незаметно всё закрутилось. Она снова стала приходить в наш дом, только теперь в мою комнату, и не для того, чтобы корпеть над учебниками. А на каникулах вернулся Рэй. Тогда мы впервые серьёзно подрались. Нет, и раньше между нами возникали стычки, но чтобы так по-взрослому – никогда до того дня. Наверное, разнесли бы наш подлвал, если бы дед не разнял. Ты знаешь, Кристина из Орска, я тогда почти победил. Я всегда побеждал Рэя в наших потасовках. И эта не стала бы исключением. Брат блистал умом, я – силой.

– С тех пор вы перестали нормально общаться?

Я с удивлением отметила, как дрогнул мой голос, а к головной боли добавилось ещё и неприятное злое чувство пополам с неясной обидой. Будь здесь Алиса, наверное, она бы сказала, что это ревность. Рэй и Жардина. Подумать только! Но рыжей рядом не было, я продолжала злиться, а лорд-таки ответил на вопрос:

– Нет. Было сложно первое время. Но Жардина никогда никаких обещаний брату не давала и всегда относилась к нему только как к другу.

– Но Рэй-то к ней – нет, – я скрипнула зубами, но постаралась взять себя в руки. – У нас это называется фрэндзона.

– Да плевать, как называется. Жардина даже не знала, что он был в неё влюблен. Рэю пришлось принять это. Так уж вышло. Постепенно всё устаканилось. Мы были счастливы с Жардиной. Брат учился в другой Академии. На следующие каникулы он вернулся уже не один, а с девушкой. И мы окончательно расслабились. Вот только время шло, а у Рэя быстро разладилось с… с… той девушкой.

– С Ками.

Арс смерил меня внимательным взглядом и хмыкнул.

– Это она тебе рассказала? Что, её ты тоже шантажировала?

Я лишь неопределенно пожала плечами и сделала глоток остывшего чая.

– Ну да не в этом суть. – Махнул рукой лорд Ливарелл. – Мы с Жардиной быстро переросли конфетно-букетный период и начали сильно ссориться. Зато мирились мы ещё сильнее, и в этом была особая изюминка наших отношений.

Арс ненадолго замолк. Лицо его стало сосредоточенным и хмурым.

– В одну из таких ссор рядом с Жардиной оказался Рэй, – голос лорда прозвучал сухо, а глаза сверкнули холодом ненависти, – Она пришла к нему как к другу, выговориться… Это стало фатальной ошибкой. Я не знаю и знать не хочу, что там было и как, но брат её утешил. Сама понимаешь как, не маленькая.

Арс поднялся с дивана, стукнул чашкой о столик, расплескал так и не выпитый чай встал у окна и задумчиво вгляделся в темноту ночи.

– Ками хотела быть с Рэем, Рэй с Жардиной, Жардина со мной, а я не смог им этого простить. Ни ему, ни ей. Вот так мы с Ками стали друзьями… кхм… Сначала по несчастью, а потом просто хорошими друзьями. – Арс резким движением задернул тёмно-синюю штору. – Ну что, я удовлетворил твое любопытство, Кристина из Орска?

– Извините, я не думала, что все так… – не знала, что нужно говорить в таких случаях. Выказать жалость? Но лорд не из тех, кто любит, чтобы его жалели. Я ограничилась легким кивком.

– Хмм. Быстро же ты сдалась. А ведь это ещё не конец истории.

– Да? А что было дальше?

– Расскажу, если ты мне потом тоже честно ответишь на один вопрос.

– Шантаж – не лордское дело! – воззвала я к его совести.

Но попытка провалилась:

– А на Земле я и не лорд, я просто… Сеня. К тому же есть с кого пример брать. – Арс красноречиво повёл светлой бровью, глядя на меня. – Так что, Кристина, принимаешь сделку?

Любопытство взяло вверх, и я с опаской кивнула:

– Ну допустим. Хорошо. Я согласна.

Арс подошёл и накрыл своей ладонью мою руку, сжимавшую чашку. Я вздрогнула от странного прикосновения. Это, конечно, от него не укрылось.

– Что вы… – Мой голос звучал хриплым шёпотом. Я запнулась, откашлялась, прочищая горло.

А лорд взял со стола чайник и стал наполнять мою почти опустевшую чашку.

Чёрт! Чувство неловкости усилилось.

Арс медлил. Тонкая струйка чая неторопливо журчала. Тёплой ладонью лорд уверенно обхватывал мою кисть, тем самым придерживая чашку. Он тянул с ответом. Или давал мне время передумать. И, судя по странной интимности момента, во мне действительно крепло желание отказаться от сделки.

Я облизнула пересохшие губы, собираясь высказать возражения. Но не успела. Чашка наконец заполнилась, а лорд заговорил.

– Спустя какое-то время к нам в имение приехала леди Адриана де Фонтин. – Арс отставил чайник на стол и сел на другой конец дивана. – Как выяснилось, своим поступком Рэй не только разрушил наше счастье, но и уронил честь всего рода Ливареллов. Жардина была беременна. До замужества это само по себе пятно на репутации, а в сложившейся ситуации ещё и непонятным было отцовство.

– Но Самира – ваша копия! Не лорда Рэйсгорна, а именно ваша!

– Да, сейчас это очевидно. А тогда, в животе… Адриана де Фонтин – леди гордая, отказалась от материальной поддержки нашего дома. Также отказалась выдавать дочь за Рэя, хоть он был бы и рад принять Жардину. Но она сама к нему не пошла, потому что не любила. К тому же дед ведь выгнал Рэя из семьи, забрал титул и имя. Последнее, правда, только на словах, сказанных в гневе.

Так вот откуда все эти заморочки: «Не называй меня лордом Ливареллом. Я – Рэй. Просто Рэй». Теперь ясно. Арс тем временем откинулся на спинку дивана и продолжил:

– За меня замуж Жардина тоже не пошла, понимала, что даже если я и женюсь на ней из благородства, никогда мы не будем относиться друг к другу как прежде. Между нами появилась пропасть. Я винил её, она винила себя. Да и если бы впоследствии оказалось, что ребёнок от Рэя… Брак стал бы для нас мукой, мазохизмом. Жардина укрылась в своём золотом замке под защитой у матери. На этом наши пути разошлись и с ней, и с братом.

– Понятно, – неловко протянула я.

– Чего тебе понятно? Через два года судьба снова столкнула нас лбами на поле боя во время вторжения оборотней. Знаешь, что такое прорыв? Окна из Стреланда? Они открывались повсюду в радиусе ста километров. Эти твари по терминалам не ходят. Они просто вывалились в наш мир через дыры в межмирном пространстве.

– Как мы на Землю? – вспомнила я своё приземление лицом в сугроб.

– Примерно так. Маги вышестоящих миров ходят в нижние как попало, а вот низшие к высшим могут попасть только через терминал. Отсюда понятно, что Стреланд стоит выше нас по уровню магии, а твоя Земля – ниже. В общем, Ампелос к такому вторжению готов не был, и мобилизовал всех, включая недипломированных пятикурсников, а значит и Жардину, и Рэя. У нашей стороны не было ни стратегии, ни толкового плана, одна лишь цель – убить оборотней, не отдавать им магов. Мы отбивали атаку за атакой, но несли потери несмотря на то, что соседние государства постепенно приходили на поддержку, врывались в бой. С трудом в этом хаосе я нашёл группу Жардины. Затем появился и Рэй. На время сражения мы оставили наши разногласия, но это не помогло справиться с тварями. Схватка была яростной, не успели мы завалить одного оборотня, как из пространственного окна на нас вывалился следующий, а за ним и третий. Они в два счета проломили нашу огненную стену. Мы объединяли файерболы с виндболами, увеличили радиус поражения. Заклятия, алхимические составы, зелья, щиты, шары – всё смешалось. Непонятно было где право, где лево. Крики, визги, рычанье, взрывы и вонь паленой шерсти.

Арсгорн сморщился, словно и сейчас ощущал этот запах. Кажется, даже я его почувствовала, невольно воскресив в памяти пещерную вонь и свои недавние глюки.

– В конце концов, я оказался парализован ядом когтей и мог лишь наблюдать, как наших рвали на части, как вгрызались острые зубы в плоть лорда Зейна – сына профессора Гарвиша, как вываливались кишки из распоротого живота леди Цулины… Как упала хрупкая фигурка Жардины, она смотрела на меня полными ужаса глазами и не двигалась, на неё опустилась когтистая лапа и поволокла прочь из зоны моей видимости. Обдирая лицо о камни, понял, что пришла и моя очередь отправляться на Стреланд. Последней мыслью было – и умерли они в один день. А потом была возня, хрипы, рычанье, мерзкая горелая вонь сменилась ещё более мерзкой, аммиачно-кислотной. Меня вмяло в землю чем-то тяжёлым, как выяснилось позже – Рэем. Брат отстоял брата. Вот так всё было, Кристина из Орска. Если бы не Рэй – я бы сейчас не рассказывал тебе всё это.

Я была поражена. Сердце щемило от тяжёлой истории. И в то же время меня наполняла гордость за моего Рэя. Такие противоречивые чувства и эмоции! Неясным оставался один момент.

– Но вы же всё равно в ссоре, лорд Ливарелл. Так и не простили?

– Простил. Да и мы не в ссоре уже. Скорее это называется взаимная непереносимость. Если внезапно что-то случится, мы друг за друга будем насмерть стоять – это я знаю. Но в обычное время – общаться как в детстве мы уже не можем.

Лорд оставил тему брата и полностью переключился на воспоминания о хрупкой девушке со звонким смехом… Душу рвало на части, потому что я искренне пыталась изгнать из сердца ненависть, ревность и пожалеть ту хорошую Жардину, девушку, которая просто один раз ошиблась и которая погибла в тот день на войне. Но не то, чем она стала на самом деле.

Я была молчаливым слушателем, потому что до меня, наконец, дошло, что Арсгорн просто хотел выговориться. Почему бы нет. К тому же теперь нас связывает далеко не одна тайна. Одним откровением больше, одним меньше. Ещё подумалось, что сейчас в его руках хорошо бы смотрелась сигара. Тяжёлые воспоминания, твёрдый голос с оттенком грусти и стали, терпкий дым…

Арс всё говорил и говорил, образы в моей голове сменялись один за другим, до тех пора, пока я мысленным взором не остановилась на помпезном зале с колоннами из позолоченного мрамора, среди которых в нежном вальсе мощный широкоплечий лорд кружил хрупкую белокурую девушку…

– Апчхи! – неожиданно резко брякнуло над ухом.

Я встрепенулась, резко села и тут же со стоном упала на диван с чугунной головой. В горле саднило. Я глубже зарылась в покрывало, чтобы побороть нарастающий озноб я поняла, что ночная пробежка в футболке по морозу даром не прошла. Я заболела. Нет, не так. Мы заболели. Иначе бы Арс не сотрясал стены гостиницы очередным громогласным: «апчхи!».

Судя по времени – завтрак мы уже пропустили. Марина так и не объявилась. Да и чёрт бы с ней! Проклиная всё вокруг, я с трудом заставила свою тушку подняться с дивана. Пора в Ампелос.

Собирались неспешно, по мере сил. Лорд влез в нарядный камзол без пары пуговиц, я – в свою осеннюю куртку. Остальные пожитки утрамбовали в походную торбу Арса.

В холле гостиницы стояла фотобудка и я воспользовалась ей – распечатала с телефона фотографии нашего путешествия. На память. Телефон-то в Ампелосе непременно разрядится, а так можно будет целый альбом сделать. Кто знает, возможно я больше никогда не вернусь в родной мир.

Я вызвала такси, без зазрения совести прихватив из Маринкиного кошелька немного налички. В итоге хватило и на проезд, и купить тест на беременность в аптеке, куда мы по пути заехали. Я должна была окончательно убедиться, поэтому вместе со средствами от соплей и горла взяла ещё и тест.

Орск – город небольшой, и скоро мы оказались у металлической двери квартиры № 16 одного из серых панельных домов. Инстинктивно я спряталась за широкой лордской спиной. После третьего звонка, наконец, лязгнул замок, а из квартиры вырвался неприятный запах табака и сигаретного пепла, который я ощутила даже своим заложенным носом.

– Чего тебе, лорд? – на пороге, кутаясь в серую шаль, стояла Милена.

– Доброе утро, леди, – проявил вежливость Арс. – Нам надо в Ампелос.

– А больше ничего не надо?

– Надо. Обсудим, – это был не вопрос.

Он шагнул вперёд, будто на амбразуру, Милена машинально отступила. Она хотела что-то возразить, но захлопнула рот, как только поняла, что я иду с лордом в комплекте. В этот раз она не кинулась на меня, не метала громы и молнии, не стала орать и пытаться выдрать мне волосы. Нет. Я увидела лишь печаль и боль в её глазах. Милена моментально словно стала меньше ростом, съёжилась под пухом шали. Я вспомнила наши прошлые встречи, как эта леди до обморока пугала своей решимостью, злостью, внутренней силой. Теперь же она напоминала одряхлевшую старуху.

Этот эффект усиливала и обстановка в квартире, пышущая духом советского времени: в центре комнаты на круглом столе сиротливо обитал стационарный телефон с трубкой и кучерявым проводом, громоздкая мебель из тёмного дерева занимала целую стену гостиной, а напротив – низкий диван с деревянными подлокотниками, на котором и расположился лорд. Сама же Милена выдвинула из-за стола старый венский стул. Не желая лишний раз попадаться ей на глаза, я топталась у входа в комнату, разглядывая сервант без дверок и стараясь как можно тише хлюпать носом. Верхние стеклянные полки торжественно занимали хрустальные рюмки, салатники и вазы. А вот нижние деревянные – отданы чугунным сковородкам, утятнице и набору вафельниц, по форме напоминающих теннисные ракетки: в мелкую клеточку – для сладких вафельных трубочек с вареной сгущенкой и грецким орехом внутри, с овальными углублениями – для печенья «орешек», а в крупную клетку – для моих любимых венских вафель…

Атмосфера в помещении была удручающей и болезненной, ибо лорд вел разговор о разрыве контракта межмирных перемещений и последующих правилах. Милена была отрешённой и безразлично кивала головой. Я же, вдоволь налюбовавшись пережитками прошлого, незаметно отступила назад и скрылась в туалете.

Ну что, момент истины. Ждать нужно было три минуты, я прождала все десять – вторая полоска так и не появилась. Протяжно выдохнула: минус одна проблема. Мысленно послала проклятья на одну брюнетистую голову, любящую подмешивать в кофе лишние ингредиенты.

В комнате висело серое марево, в пепельнице перед Миленой покоилось уже четыре окурка, а в зубах дымилась новая сигарета. Женщина снова была злой и огрызалась на Арса, щедро приправляя речь отборными матюками. Своим появлением я оборвала их перебранку. Повисло некомфортное молчание. Меня обдало льдом пронзительно голубых глаз и ненавистью серых. Я для себя решила, что этот вопрос тоже нужно закрыть.

– Леди Милена, – начала я, а она скривилась и посмотрела на меня, как на мусор, – произошло недоразумение. Никаких отношений, кроме учебных, у меня с Петром Алексеевичем не было. Вас неверно проинформировали.

– Неверно?! Неверно, говоришь, – она зло усмехнулась. – Думаешь, это меняет дело?

– Ваш муж…

– Уже не муж!

– Моей вины в этом нет!

– Да пошла ты, – устало выдохнула дым Милена. – Думаешь ты первая? Я терпела все его измены, знала, но терпела. Ночами ревела в подушку, а днём смотрела на ваши напуганные рожи, оправляя вас туда, куда мне дорога закрыта. Я подавала прошение на возврат в Ампелос много раз. Но высокородные лорды были глухи к моим просьбам.

– В Ампелосе всем иномирным студентам дают право выбора после окончания обучения, – сухо пояснил Арс. – Остаться в Ампелосе или вернуться с родной мир – вы сами определили свой путь, леди Милена.

– Не было и дня, чтобы я об этом не пожалела. Ваши законы – дерьмо.

– Наши законы защищают наш мир.

– Да?! От наивных студенток? Разве может здраво рассуждать совсем молодая девчонка? Глупо. Глупо было отказываться от магии ради мужика, к тому же оказавшимся таким… таким… – она нервно сунула окурок в пепельницу. – Я была студенткой, первокурсницей, он – молодым преподавателем. Тогда думала, что это навсегда. Любовь. Смешно теперь. Петя обещал дождаться, когда за мной пришел транспортировщик. Ему сказали, что буду учиться за границей. И ведь дождался. О, как я радовалась тогда, что могу вернуться и быть с ним, а в то же время недалеко от магии, пусть и только с помощью артефакта. И как год за годом разочаровывалась и в Пете, и в этой обманчивой видимости магии. Скажи мне лорд, что волшебного в том, чтобы тупо махать кинжалом?! Основная работа – это промывать мозги родственникам отправленцев, разбираться с документами, подчищать следы. Нудно, неинтересно, чаще всего – незаконно. Особенно, когда знаешь, как могло бы быть там, по другую сторону. Поэтому, лорд, засунь ваши законы в свою аристократическую задницу.

Она достала новую сигарету.

– Леди Милена, – укоризненно произнес лорд, – курятие убивает.

– Да пошел ты! Все вы! Пошли на …

Милена, громко матерясь, отшвырнула сигарету, вскочила, опрокинула стул и схватила лежавший на подоконнике кинжал. Арс моментально принял боевую стойку, оказавшись на пути между мной и перекошенной приступом злобы женщиной. Я же вцепилась в первое, что попалось под руку, и тоже приготовилась отражать нападение. Действовала на инстинктах, потому что стоять за спиной опытного боевого мага с раритетной вафельницей наперевес было немного глупо. Но агрессии не последовало. Лишь вспыхнули синие символы на кинжале Милены, и под грубое прокуренное бормотание очертания комнаты смазались, а вокруг сгустилась темнота.

Нет низа, нет верха, только непроглядная тьма, мёртвая тишина и холод. Собачий холод. Казалось, он заполнил всё моё тело. Медленно превратил внутренности в ледяной сорбет, неторопливо замещая костную ткань кристаллическими решётками снежинок.

– Апчхи! – громыхнуло справа.

За микроскопическую долю секунды до неизбежного, я осознала, что мои рефлексы сильно опережают мозговую деятельность. Поздно. Раритетная вафельница уже рассекла непроглядное пространство между мной и «апчхи» и неумолимо впечаталась в человеческое тело.

– Твою ма-а-ать!

Над головой вспыхнул огненный светлячок, неторопливо поглощая тьму вокруг себя.

– Кто такие? Цель прибы… Арс? – высокий мужчина вышел из мрака на свет и рутанул свой рыжий ус. – Мне стоит знать, что здесь происходит?

– Не-е-е. Нормально всё, Тибон, – справа от меня стоял полусогнутый лорд Ливарелл, одной рукой он держался за каменную стену, а другой – за своё мужское достоинство. – Спасибо, что встретил.

Себя же я обнаружила стоящей на коленях на влажных замшелых камнях, рядом валялась походная торба лорда. Замерзший мозг неторопливо включал мысли, чувства, воспоминания.

– А ну дай сюда! – рявкнул Арс, отлепился от стены и вырвал у меня из рук «грозное» оружие. Я в ответ лишь клацнула зубами. Свободной рукой он за шиворот поднял меня с пола и подтолкнул вперед. И уж совсем неожиданно было получить от лорда советским раритетом по мягкому месту. С подобным ускорением мои задрогшие ноги не справились, и я оказалась в руках рыжеусого.

Мрачную тишину подземного терминала нарушало лишь недовольное пыхтение шедшего впереди Арса, клацанье моих зубов и легкое шипение магического светляка над нашими головами. Тибон уверенно поддерживал меня за локоть, фактически тащил на себе, при этом передвигался он абсолютно бесшумно, я даже сомневалась, дышит ли вообще.

За тяжёлой дверью, отпёртой несколькими заклинаниями, поджидала жара Ампелоса. Она жгла тело, а я судорожно вдыхала знойный воздух, привыкая к несколько иному составу атмосферы. В прошлое моё прибытие этот этап знакомства с иным миром я благополучно пропустила, пребывая в глубоком обмороке.

Арсгорн велел мне идти прямиком в апартаменты Ками, а сам остался переговорить с напарником. Без поддержки Тибона идти было невероятно сложно. Меня шатало, и возможно студенты, которые прогуливались по территории Академии, могли подумать, что я пьяна. Да плевать, зато я дома.

Как бы мне не хотелось сейчас оказаться в руках Рэя, я всё же последовала рекомендации Арса. И не зря. Они, видимо, заранее всё предусмотрели, и огневичка сразу уложила меня на диван и дала заготовленные заранее зелья и настойки. Как выяснилось, это обязательные меры для прибывших иномирян, но обычно всё делается официально, лекарем в медицинском блоке.

– Та-а-ак, что-то не то. Ты вся горишь, Кристина. Так не должно быть. Не понимаю.

– Простыла. В Орске же зима, минус 20 градусов на улице, – каждое слово больно царапало горло.

– Да как вы там живёте вообще?!

Я пожала плечами. А что сказать.

– Хоть удалось что-нибудь выяснить? – полюбопытствовала Ками.

Кивнула в ответ, вжалась в подушку и натянула до ушей покрывало. Не было сил объяснять. Пусть лучше Арс.

Проснулась я от ощущения горячей ладони на моём лбу.

– Как ты, Крис? – ласково произнесли над ухом, а нос уловил тонкий аромат спагуса. Моментально внутри всё болезненно сжалось. Я крепко зажмурилась, опасаясь новых галлюцинаций и подсознательно желая, чтобы… Рэй… мой Рэй отошёл подальше.

Но он этого, конечно, не понял. Поднес к моим губам стакан с каким-то пойлом – резкий запах трухлявого пня и спирта прошиб до самого мозжечка, заставив непроизвольно вскочить с дивана и схватиться руками за затылок.

– Надо выпить, моя леди, – Рэй снова поднёс стакан, а другой рукой настойчиво придержал мою голову, заставляя пить эту мерзость.

– Рэй…

– Я скучал, – он обнял меня крепко-крепко.

– Раздавишь, – шепотом произнесла я и прямо в родных объятьях поплыла в мир сновидений. Заботливые руки уложили моё спящее тело и накрыли покрывалом. Всё. На этом мир окончательно погас, а вот запах травы всё ещё терзал рецепторы.

***.

Новое пробуждение было более адекватным. В груди по-прежнему ощущался дискомфорт, плечо ныло тупой болью. Если вышвырнут из Ампелоса на Землю, то придётся идти в поликлинику. Словно мне лет восемьдесят, а не двадцать один. И если первый симптом – определённо последствия магического воздействия травы, и очень надеюсь, что лорды смогут решить эту проблему, то боль в плече – последствия физического удара лапы оборотня. И что, теперь всегда вот так ныть будет?! Магнитные бури, простуды, сезоны обострения, ретроградный Меркурий. Уф. Надеюсь, не придётся всю оставшуюся жизнь запасаться лопухами, листами капусты, луковой шелухой для компрессов и высчитывать благоприятные дни в лунном календаре.

В апартаментах Ками никого кроме меня не было. Хотела было пробраться в свою комнату, чтобы привести себя в порядок, но входная дверь оказалась заперта. Ладно, пока воспользуюсь уборной леди де Лейн.

На раковине на глаза попался длинноватый светлый волос. Тут же мой внутренний «Шерлок» просигнализировал, что объект явно не из мальчиковой стрижки Ками. Первая мысль, конечно, – любовник. Интересно? Возможно, но не сейчас. На данный момент у меня и своих забот выше крыши. Да и совать нос в частную жизнь огневички как-то некрасиво.

Покончив с банными делами, я устроилась в гостиной на подоконнике, забравшись на него с ногами и притянув колени к груди. Легкие отзывались протяжной резью при выдохе, словно кто-то сжимал их в кулаке вместо эспандера. Не сказать, что очень больно, но приятного мало. Крайне мало. Ещё гаже было на душе, от самой ситуации со спагусом. Чёрт. Как же отвратительно.

Я оглянулась на скрип двери – леди де Лейн держала в руках поднос с тарелкой куриного бульона.

– Проснулась, засоня. Ты даже ужин пропустила. Как себя чувствуешь?

– Гадко, – честно призналась я и вернулась на диван.

– Хмм… Странно. Рэй отпаивал тебя отваром мирески – лучшим средством от простуды, уже должно было стать легче.

Я прислушалась к себе.

– Горло больше не болит, да и нос дышит. Хороший отвар, с этим согласна, – кивнула я, – можно теперь пойду к себе?

– Да, только завтра. Сегодня ты под наблюдением. Сначала поешь.

– Аппетита нет. Но спасибо за заботу. Ками, слушай, а почему все думают, что тебе лет сорок? – больше всего сейчас хотелось отвлечься от тягостных мыслей, болезненных ощущений и уклониться от поедания супа.

– Потому что я всем так говорю.

– Но ведь это неправда. Зачем вводить в заблуждение?

– В женщине должна быть загадка. Может мне нравится, что все пытаются разгадать тайну, которой нет, – она легко засмеялась и отвела глаза.

– Ты потрясающе выглядишь, Ками. Свежо, молодо. Неудивительно, что я приняла тебя за студентку в нашу первую встречу. Ещё я знаю, что на самом деле тебе двадцать восемь сейчас. Скинуть десяток лет с твоей фигурой и увлечением спортом не составит труда, а если ещё прибавить правильное питание и, может, зелья какие для ухода за кожей – и вот тебе уже дают восемнадцать… Но зачем говорить обратное? Почему сорок? Не понимаю.

– Та-а-ак, – безрадостно протянула огневичка и сползла с подлокотника на сиденье. – Это Арс, верно? Что ещё он тебе разболтал?

– Да так… О тебе не очень много – он полночи расписывал мне свою распрекрасную Жардину.

– Жардину? Он держит её образ глубоко в своём сердце и никогда о ней не говорит. Даже с теми, кто знает эту драму. Как?! Как ты вытащила это из него?

– Обменяла его рассказ на моё заклинание, активирующее ложку-артефакт. Он обозвал меня шантажисткой, но знаешь, показалось, что он и сам хотел выговориться.

– Удивительная ты всё-таки, Кристина.

Так, при упоминании артефакта огневичка и бровью не повела. Значит, Арс уже ввёл её в курс дела.

– Так что, леди де Лейн, скрасите этот вечер своим рассказом?

– Нет, не думаю. Давай-ка я лучше чаю заварю с ромашкой и овсом, раз суп не хочешь, – огневичка легко вспорхнула с дивана и принялась греметь посудой.

– Звучит не очень. Если я под наблюдением и мне нельзя пойти к себе, может, тогда Алису сюда позовём? Я бы очень хотела её увидеть.

– Позже, Кристина, попозже, – Ками странно поджала губы. – Знаешь, возможно, ты и права – я тоже хочу излить душу.

Леди де Лейн была профессионалом своего дела, опытным боевым магом высшей категории, профессором… А вот элементарный чай приготовить не смогла. Точнее, заварить-то она его сумела, но эту горькую бурду хотелось незаметно вылить под коврик.

– Моя история началась банально – я сбежала из дома. Да чего уж там, из государства тоже. Мне было семнадцать – ветер в голове, стремление быть самостоятельной наперекор родителям. В Хейзелерине свои порядки.

– Так ты оттуда? Ничего себе.

– Да. Так вот, в Хейзелерине заведено, что дети продолжают дело родителей. Традиции. А это значило, что я должна была стать боевым магом.

– Но ты же им и стала.

– Да. В итоге стала. Меня с ранних лет обучали боевым стойкам, захватам, тактике нападения… Не детство, а сплошной спортивный марафон. Но я-то всегда хотела заниматься исследованиями. Изучать огонь в лабораторных условиях, делать открытия, создавать взрывоопасные зелья… Последней каплей стало заявление отца, что он мне подобрал отличных кандидатов в мужья, – Ками кисло улыбнулась и забрала у меня опустевшую чашку. – Я не смогла это принять. Хотелось жить, творить, вырваться на свободу. Вот так и рванула в Ампелос. Здесь разыскала дальнюю родственницу, которая в своё время тоже сбежала от династии де Лейн. Она поняла и приняла. Помогла с работой, устроила в Первую академию лаборантом. Единственное, пришлось подправить документы, накинув десяток лет сверху. Вот тебе и весь секрет. Иначе б такую «молодуху» на работу не взяли. День я проводила в лабораториях, вечерами и ночами самостоятельно училась. Почти как ты, Кристина… Кристина?

– Мм. Да. Как я, – сказала и широко зевнула. – И там, в Первой академии, ты встретила Рэя?

– Да. Мы много времени проводили в лабораториях, а потом он начал красиво ухаживать. Конечно, я влюбилась. Но всё пошло не так. Ты спишь?

– Мм.

– Спи, спи. Я добавила в чай капельку верлы. Тебе нужно восполнить силы. А завтра… Завтра у тебя будет тяжелый день.

– В каком смысле, она меня не помнит?!

– В прямом. Но мы надеемся, что твоё появление всколыхнет её память. Но прошу, не дави на неё.

Дальше я слушать не стала и уже неслась по коридорам к своей комнате № 308. Это всё какой-то бред! Бред!

– Привет! – я влетела в комнату и кинулась с объятьями к своей рыжей, толком ещё не проснувшейся подруге.

– Ты, наверное, Кристина? – она аккуратно от меня отстранилась. – Мне говорили про тебя. Извини, я пока не помню.

– Не помнит она! Совсем офигела?! Я – Стине.

– Ты тоже из Новегии?

– Нет, из России. Ты зовёшь меня Стине. А я тебя – Алиса.

– Алиса… Интересно. Оу, – подруга бросила взгляд за мою спину, – леди де Лейн, и вы здесь, доброе утро!

– Доброе, Элис. Как себя чувствуешь?

– Как и вчера.

– Уверена, тебя скоро отпустит. Не переживай, мы позже зайдём.

Ками схватила меня за руку и вытащила в коридор.

– Не вспомнила. Ладно. Не расстраивайся раньше времени. Лекарь Марио говорит – всё поправимо. Нужно только подобрать правильный состав настоя. Он работает над этим. Если б знали изначальный ингредиенты зелья – было бы проще.

– Но как, черт возьми, это произошло?!

– Это как раз тебе и предстоит выяснить. Все молчат. Элис понятно – не помнит. Келси напугана и замкнулась. Эйдан, как всегда, паясничает и отпирается общими фразами. Но мы – преподаватели для него. А ты – друг. Вытащи из него правду, Кристина.

Дверь в комнату водника распахнул какой-то щуплый парнишка с зубной щёткой во рту.

– Доброе утро. Эйдан дома?

– Угу, – он распахнул дверь шире, пропуская меня внутрь.

– Эй! При…Ой!

– Привет, дорогая. Красавчик, правда?

– И кто тебя так уделал? – спросила я, созерцая его лиловый заплывший глаз.

– Дружок твой.

– Чего? – про себя подумала: Рэй – не мог. Или мог? – Объясни нормально!

– Бело.

– Бело? Умбелло который? Конский хвост?

– Хвост? Хм… А что, ему подходит. Но ты не переживай, Бело ещё краше меня. К тому же ему предстоит клянчить у лекаря новый зуб.

Щуплый сосед заржал и одобрительно похлопал Эйдана по плечу. А мне захотелось пристукнуть непрошеного зрителя. Но я взяла себя в руки и предложила воднику прогуляться в парке на территории академии. Нужно было во всём разобраться без свидетелей.

– Хочу напиток Рэя, – на улице Эйдан уверенно прошёл мимо входа в парк. – Посидим, поговорим спокойно.

– Не думаю, что эта хорошая идея. Мне нельзя выходить за территорию.

– Дорогая, бар и так на территории находится.

– Да, но за первым забором.

– Но не за вторым же.

Как я не настаивала на лавочке в парке, водник был непреклонен. Взвесив все за и против, согласилась. Во-первых, со мной Эйдан, во-вторых, сейчас в баре должен быть Рэй. А он меня в обиду точно не даст, хоть между нами и образовалась проблема. Спагус. Мерзкий, вонючий спагус.

Войдя в землянку-бар я сильно нервничала. Больше, чем гнева Рэя, я боялась вновь ощутить ставший ненавистным запах. Но по мрачному помещению кружился лишь тёплый аромат кофе, словно в нашей земной кофейне.

Бармен всё также скрывал лицо под плотным капюшоном и делал вид, что он очень занят протиранием бокалов. Но мои мурашки вдоль позвоночника сигнализировали о том, что я незамеченной не осталась.

Нечего так смотреть, я на задании, меня Ками послала добыть информацию. Я вежливо кивнула в знак приветствия. К удивлению, напросился ещё один вывод: Эйдан до сих пор не понял, что Рэй и мужчина, спасший его из апартаментов лорда Дафино – это одно лицо. Оба вели себя, как и должно: Эйдан как студент, Рэй как бармен.

– Доброго утра, Рэй. Нам по чашечке, – махнул водник рукой.

– Обычного, – уточнила я, хотя это опредёленно было лишним.

Мы с синим устроились за стойкой и были единственными посетителями заведения. Ещё бы, в такую-то рань. Вскоре перед нами стояли дымящиеся чашки.

– Вот теперь чувствую себя человеком, – сказал Эйдан, сделав первый глоток.

– Вот теперь, человек, рассказывай, какого чёрта моя соседка и, по совместительству, твоя девушка ни рожна не помнит?

– Ты где таких словечек нахваталась?

– Эйдан! Говори уже! – для убедительности я легонько толкнула его кулаком в плечо.

– Ну и манеры у вас, леди. Ладно, ладно, сдаюсь. Но я действительно ничего не понял. Не видел, что произошло, был несколько занят.

– Это Умбелло с ней сделал? Какое зелье у него было?

– Да кто его знает, – синий отпил ароматного напитка и облизнул губы. – Говорю же, не понял. Бело и Келси о чём-то вздорили на лестнице. Мы проходили мимо, и Элис решила вмешаться. Как оказалось не зря – Бело насильно удерживал Келси, вывернул ей руку. Пришлось двинуть ему как следует. Вот, собственно, и всё.

– Как всё? Это ты мог и в комнате своей рассказать!

– Я просто очень хотел горячего напитка в компании красивой девушки.

– Эйдан! – воскликнула я чересчур громко, заметив, как приподнялся капюшон и сверкнули глаза Рэя. – Оставь свои замашки. У тебя, между прочим, девушка есть.

– Вот только она меня не помнит.

– Это временно.

– Ну вот когда это время наступит, тогда и будет другой разговор, – он попытался взять мои руки в свои, но я быстро спрятала их под столешницу.

– Эйдан! Прекрати! Почему ты то, блин, нормальный, то вот… вот такой…

– Какой, дорогая?

– Дурной! Вы же с Алисой пара! А ты сейчас какой-то фигней занимаешься! Ведёшь себя как кобель, жигало, казанова… не знаю… Баболюб…

– Верно, я люблю женщин. Элис классная девчонка, но мы друг другу ничего не обещали. Мне нравится, что она тоже ценит свою свободу.

– Мне кажется, я видела совсем другое между вами, – я не верила ему. Ни на грамм. – Пожалуйста, Эйдан, будь собой, тебе маска ловеласа ни к чему.

– Ты же не знаешь, какой я. И ни одна девушка больше не узнает. Меня устраивает моё поведение и тип свободных отношений. Я в любовь не верю. С некоторых пор, – он подал рукой знак бармену. – Повтори нам, будь добр.

Рэй постоял какое-то время неподвижно, я кожей ощущала его отнюдь не дружелюбный настрой. Я осторожно покачала головой, как бы намекая: «всё в порядке, пожалуйста, не вмешивайся».

– Ладно, чёрт с тобой, сами разберетесь в своих отношениях. Не лезу. Пас, – я примирительно развела я руками в стороны. – Но ты мне должен рассказать, о чём шла речь между Келси и Умбелло.

– А я откуда знаю. Спроси у неё самой.

– Леди де Лейн сказала, что Келси сильно напугана и из неё и слова не вытянуть. А нам надо знать. Это очень важно, Эйдан, попробуй вспомнить.

– Ну Кристин… Возможно Бело кого-то искал и полагал, что Келси знает ответы. Я не прислушивался, очевидно было, что он делает ей больно, ну я и вмазал ему. Только и всего. Бело ответил мне тем же. Завязалась драка, да нам не впервой, – водник потёр сбитые костяшки пальцев, – уж тебе ли не знать. Да ну их. Давай лучше о нас поговорим. Может всё-таки попробуем начать сначала, и я угощу тебя фирменным, а, дорогая?

Это было последней каплей. Рэй прямо через стойку схватил Эйдана за грудки. С жалобным звоном рассыпалась на сотни осколков упавшая чашка водника.

– Какого?! – искренне изумился водник.

– Рэй! – воскликнула я.

– Крис – моя.

– Не понял, – Эйдан держался за запястья Рэя и одновременно его пальцы заискрились синим. Водник призывал свою магию.

Чёрт! Надо это прекращать:

– Перестаньте! Немедленно!

– Кристина, беги отсюда. Быстрее. Я прикрою, – Эйдан выпустил водную волну, Рэй лишь слегка качнулся, но на ногах устоял.

– Никуда она не побежит, синий ты сопляк, – прорычал Рэй.

После магического душа он взял себя в руки, таки погасил вспышку гнева и отпустил Эйдана.

– Фу-у-ух, – я с облегчением выдохнула.

– Эта девушка – моя, – безапелляционно заявил Рэй, сурово глядя Эйдану прямо в глаза, – и защищать её нужно не от меня, а от твоих приставаний.

– Кристин? – выразительно посмотрел на меня водник.

Что оставалось делать? Я кивнула:

– Всё в порядке, Эйдан, честно. Мы с Рэем вместе. Это правда.

– Могла бы и предупредить, – заворчал на меня синий. Рэй тем временем стянул с себя насквозь промокший балахон. Но мокрую футболку он снимать не стал. Тёмная ткань прилипла к телу и повторяла контуры высокой, крепкой фигуры.

– Так это ты?! – во все глаза уставился на бармена Эйдан. – Ты помог нам тогда с этим долбанным шкафом? А я-то голову ломал, что за друг такой у Кристины… Но теперь всё сходится! Извини. Я понял. На твою девушку больше не претендую. И спасибо тебе. Мир?

Водник протянул руку. Рукопожатие состоялось, но какое. Длилось оно несколько дольше положенного, и было гораздо крепче обычного, но на лице синего не дрогнул ни один мускул. Стоило Рэю разжать руку и повернуться спиной к Эйдану, как последний начал активно трясти кистью, разминать пальцы и надувать щёки. Но как только Рэй вновь оказался лицом к залу, водник изображал само спокойствие. Позёр.

– Я всё понял, – выдавил водник.

– Вот и отлично. Но для справки отмечу, – в моём лорде проснулся профессор, – линейная волна – не самая подходящая в таких ситуациях атака. Виндбол был бы эффективнее.

– Я на третьем курсе, виндболы мы ещё не проходили. Но следующим моим пунктом было дать тебе в нос.

– Уже лучше. Хотя бы так. А я смотрю ты любитель помахать кулаками. Сходил бы к Марио, попросил мазь на основе календулы для заживления синяков. Чего девиц такой мордой пугать.

– Спасибо за совет. Но девицы меня и таким любят. Слушайте, а выходит, это я вас и познакомил, когда впервые привёл сюда Кристину? – Эйдан снова накинул на себя амплуа расхлябанного студента.

Рэй разубеждать синего не стал и примирительно сделал нам ещё по чашечке кофе.

– Всегда хотел спросить у тебя, – водник решил увести разговор в другое русло, – а как так вышло, что ты здесь на территории академии держишь бар? Это вообще законно?

– Лучше путь студенты бухают здесь под присмотром, чем вляпываются в переделки в городе.

При этих словах я уловила на себя тяжелый взгляд карих глаз. Да поняла, поняла я твой намёк. Музеи, бордели, ага… Но, знаешь ли, к тебе тоже вопросы имеются:

– А фирменный кофе с эффектом приворота? Это тоже законно? – Я осторожно подошла к мучившей меня теме. И если и витал тут запах спагуса, то он определенно проигрывал яркому аромату кофе. Пока всё было нормально. Меня не корежило, в груди не болело…

– Бонус от заведения. Иногда людям это просто необходимо.

Эйдан тему поддержал и завязался диалог, но я уже их не слушала – обдумывала идею, что можно Рэя с ног до головы натереть кофе или другими ароматами, чтобы перебить спагус. А мне на нос нацепить зажим или вставить затычки. Сработает ли? Должно. Нашу проблему можно решить, хотя бы попытаться. Но и серьезный разговор про злополучную траву нельзя откладывать. Я бы дала процентов девяносто пять за то, что всё есть тем, чем кажется. Рэй разработал напиток, ключевой ингредиент которого – спагус. Из-за выращивания, модифицирования и постоянного контакта с травой он сам пропитался этим запахом. Хорошее объяснение, логичное.

В общем, я твёрдо решила остаться с Рэем наедине и уже перевернуть эту страницу недопонимания. А потому деликатно выпроводила Эйдана из бара.

– Крис. Рад, что ты рядом, – Рэй вышел из-за барной стойки и попытался меня обнять.

– А ты мокрый, – я упёрлась ладонями в его футболку, ощущая нарастающий дискомфорт в груди. Принюхалась, но воздух был пропитан ароматом кофе. Спагуса слышно не было. И всё же мои внутренности говорили о том, что мерзкая реакция запущена.

А Рэй, недолго думая, стащил с себя мокрую тряпку. Я, пользуясь моментом, тут же отскочила в сторону, но он в два шага меня настиг.

– Я не… – стала я вырываться, но лорд лишь крепче сжимал объятия и осыпал моё лицо и шею нежными поцелуями. – Подож… Рэй!

Внутри нарастал тяжёлый узел, отнимающий кислород и моё собственное тело. Я рефлекторно дёрнулась и ощутимо упёрлась поясницей в кромку барной стойки. Новый спазм боли не заставил себя ждать, и я уже вовсю брыкалась и всхлипывала. А Рэй… Он не пустил. Наоборот, напирал, резко потянул меня за волосы, заставил поднять голову и напролом впился поцелуем. Я нечленораздельно мычала, пыталась выпихнуть его язык из своего рта, и уже собралась начать кусаться, как вдруг боль схлынула. Внезапно. Словно по щелчку пальцев. А на смену боли в груди пришла другая, та, которая внизу живота, и та, которая разливалась неистовым жаром по всему телу, доводя до иступленного желания.

Кажется, мы поменялись ролями. Теперь напролом шла я, вжималась в Рэя, съедала его нетерпеливыми призывными поцелуями. Гладила руками его обнаженную кожу, опускалась ниже. Неистово боролась с застежкой на его брюках, ломая ногти. Как вдруг над ухом едва слышно раздалось короткое «Кхм».

Крохотный звук сработал будто хлёсткая пощечина, отрезвил и вернул в реальность. Это совсем не то, что ожидает услышать девушка, готовая отдать всю себя и взять ещё больше.

Я оторопело замерла. Рэй стоял, держась руками за край столешницы с обеих сторон от меня. Он замкнул пространство вокруг, укрыв меня от всего мира, но… но ничего не делал. Просто стоял и позволял мне проявлять инициативу.

– Рэй, – неуверенно прошептала я. – Что всё это значит?

Он лишь молча глядел мне в глаза. Я пребывала в непонятной прострации, в этот раз даже не пришли мурашки.

– Объясни, пожалуйста. Ты не хочешь? Я не понимаю. То ты насильно… ну… то теперь вот…

Слева раздался треск – в его руке оказался отломленный кусок столешницы. Рэй издал короткий звук, напоминающий плохо сдерживаемый рык, зашёл за стойку и стал жадно пить воду. Упавшие капли стекали по его коже, оставляя влажные дорожки.

– Как ты могла подумать, что я не хочу, Крис? Разве похоже, что не хочу?!

– Но… Не знаю! – я чувствовала и видела, что его тело очень даже хотело, но сам Рэй, его сознание… Что-то было не так. – Я тебя не понимаю! Объясни мне, произошло! Что за «кхм»? Что за тон?

– Проверка.

– Какая, к чёрту, проверка?!

Естественно, первой мыслью было то, что Арс всё рассказал. Рэй знает о случившемся на Земле. О поцелуе… Он поэтому так злится? Ну конечно! Я бы тоже злилась. Блин!

– О чём задумалась?

– Мм?

– У тебя такое выражение лица, словно ты испугалась. Интересно знать, чего?

Я хотела признаться. Видит бог, хотела. Но язык словно прирос к нёбу.

– Но я сам могу ответить на этот вопрос. Ты боишься меня. Ведь так? Думаешь, я специально тебя изводил спагусом?

Я поражённо молчала. Вообще, да, так я и полагала. Но лишь на пять процентов из ста возможных. А ещё, кажется, Арс-таки промолчал. Мне молчать тоже? Не найдя ответа и не придумав ничего умнее как отсрочить признание, выдавила из себя:

– Так изводил?

– Нет.

– Что тогда? Объясни по-человечески.

– Кхм, – снова короткий выразительный звук, – по-человечески. Хорошо ты подбираешь выражения, Крис. Как раз для меня: отчасти человека, отчасти мага, отчасти оборотня.

– Хватит! У меня нервы сдают! Хватит этого всего! Не надо издеваться! Я ни чёрта не понимаю!

Возможно, в тот момент я была похожа на истеричку, возможно, так оно и было.

– Ну всё, всё. Успокойся, моя леди, – он протянул руки через стойку и взял мои ладони в свои. – Вчера, пока ты восстанавливала силы, мы кое-что выяснили. Крохи информации. Библиотека академии хоть и большая, но недостаточно, ведь тема магов-артефакторов канула в прошлое. Соответственно и книги за ненадобностью запечатаны в архивах. В наших учебниках по большей части содержится информация именно о волшебных предметах и их свойствах. А вот об их создателях упоминается лишь вскользь. Дед с Арсом сегодня поедут городской архив, у Ольгорна есть одна знакомая леди-архивариус. Будем надеяться, что он сумеет с ней договориться, и уже к вечеру мы будем знать больше. А пока я лишь хотел проверить кое-какую теорию.

– И какую же?

– В одном из фолиантов я вычитал, что все артефакторы делились на несколько классов в соответствии с личными магическими ресурсами. Классификация эта шла по цветам от белого к чёрному. Чем сильнее был артефактор, тем темнее был цвет его магии.

– И как же, интересно, они определяли свой цвет? У них тоже было особое зрение, как у тебя?

– Нет, – он коротко усмехнулся, – у них имелись артефакты, которые показывали классовую принадлежность новорожденного ребенка. А поскольку таких детей в нашем мире больше не рождается, то артефакты-классомеры теперь можно сыскать лишь в частных коллекциях родовитых лордов.

– Значит, повезло, что у меня есть ты. Рэй, ты ведь видел мою магию. Сказал, что она золотистая.

Зрачки Рэя сделались вертикальными и внимательно меня просканировали.

– Да, и я вижу, что таких нитей теперь стало больше. Твоя аномалия разрослась. Силовой поток стал ярче.

– Ярче, чем до поездки на Землю?

– Да, моя леди.

– Ещё бы. Я нюхнула целый мешок спагуса. В этом всё дело?

– Определенно.

– Как бы там ни было, цвет остается цветом. А это значит, что я отношусь к слабым артефакторам. Рэй! Ты не представляешь, как меня выворачивало, как глючило! Думала, этот кошмар никогда не закончится.

– Крис, – он погладил меня по щеке, – всё уже позади.

– Если подобные ощущения переживает слабый маг, то каково приходится сильному, я даже думать боюсь.

– Всё как раз наоборот. Сильные на то они и сильные, что магию создания артефактов воспринимают как обычную стихийную и неприятных ощущений по этому поводу не испытывают. А вот слабых, как ты верно определила, выворачивает. Потому классы светлых артефакторов стали прибегать к помощи дополнительных ингредиентов. В твоем случае, очевидно, это спагус.

– Не сходится, Рэй. От этой травы мне только хуже. Спагус словно запускает во мне ужасные процессы. А что, если я не хочу! Мне это всё не нужно! Я хочу быть обычным магом земли! С камнями разговаривать, зелья варить, цветочки выращивать. Понимаешь?

– Понимаю. Но и ты пойми, моя леди. Более двух веков прошло с тех пор, как ушла эпоха артефакторов. Это же уникальная возможность…

– Какая, нафиг, возможность! Ты хоть понимаешь, о чём говоришь?! – я вырвалась из рук Рэя и с грохотом опустила кулак на столешницу. – Да я с жизнью распрощалась в тот момент! Ни одна долбанная ложка, разрушающая двери, не стоит таких мучений!

– Я бы не настаивал, если бы ты провалила мой тест.

– Нормально объясни!

– Светлые артефакторы использовали дополнительные ингредиенты как стимуляцию своих способностей, но обязательно у них была пара – другой человек, который мог уравновесить воздействие, трансформируя ощущения во что-то иное. В нашем случае – в страсть, в желание друг друга. Я твой человек, Крис. Понимаешь? Твоя пара. Ты ведь почувствовала это?

Я с трудом переваривала услышанное. Взгромоздилась на барный стул и положила голову на столешницу. Сейчас мне казалось, что это настолько немыслимый бред, настолько нереальное совпадение. А вдруг я всё же лежу где-нибудь на Земле в коме после нападения тётки в парке и случившееся, от начала до конца, лишь фантазия моего воспаленного мозга.

– Рэй. Не бывает таких совпадений. Во всём целом Ампелосе я столкнулась именно с тобой, человеком, который подходит мне на паранормальном уровне. Как такое может быть?

– Крис, наш мир, хоть и магический, но во много раз меньше вашей техногенной Земли. А значит, вероятность нашей встречи намного выше, – он пододвинул второй стул и сел рядом со мной. – Не скажу, что наши отношения были такими уж случайными. Я тебе рассказывал, что заметил твою магическую аномалию, а потому наша встреча стала неизбежной, ведь именно этого я и хотел. Ты заинтересовала меня, привлекла внимание. Остальное было вопросом времени. Сначала моей целью было разузнать тебя лучше, подружиться, пообщаться. Но тело среагировало иначе. И вот мы действительно стали парой. Мы подходим друг другу, Крис. Вместе мы сможем достичь многого: изучим твои способности, создадим артефакты, каких…

– Рэй, я не собираюсь быть подопытным кроликом. И я не хочу развивать эти золотые нити, потому что они меня душат, я очень боюсь, что, в конце концов, таки задушат окончательно. Арс сказал, что артефакторы исчезли как раз из-за того, что с них слишком много требовало общество…

– Арс сказал то, Арс сказал сё! Нашла, кого слушать! Общество не узнает про тебя. Будем действовать скрыто. Мы сможем, наконец, вырваться из этих подземелий!

– Мы или ты?

– Что? Эм-м. Я имел в виду, что вместе мы сможем достичь небывалых высот. И я не говорю о публичной славе. Нет. У меня только благие намерения, Крис. Будем создавать артефакты, помогающие людям, магам, всему миру… Разработаем защиту от вторжений оборотней, и не только от них, а от всех непрошенных гостей. У меня столько материала на эту тему, столько исследований. Моя лаборатория… Да что уж там… – Рэй говорил так импульсивно, вдохновенно, активно жестикулируя в такт словам, – пойми, у нас с тобой будет стабильное положение в обществе, финансовая свобода и знание того, что мы сделали в этой жизни что-то особенное, полезное. Наши дети…

– Стоп, стоп, стоп. – Протестующе замахала я руками, – Рэй, не спеши! До детского вопроса ещё очень и очень далеко.

– Но почему далеко? В нашей власти это изменить даже прямо сейчас.

Рэй резким движением подхватил меня под бедра и посадил на себя, явно вознамериваясь закончить то, что начали после ухода Эйдана. Но вопрос о детях меня озадачил. Вот так сразу? Да не готова я!

– Остановись! – я вытащила его руку из-под моей футболки. – Пожалуйста!

– Крис, – он обжёг дыханием, но я стремительно уклонилась от поцелуя и соскочила с его колен.

– Рэй, прекрати! Это безответственно с твоей стороны!

– Но любые отношения ведь к этому ведут. Ты моя, я твой. Так почему нет? Семья и дети – вот оно счастье. Разве нет?

– Наверное. Я не знаю. У меня-то семьи не было! К тому же ничего не определено ни с моими способностями, ни с комиссией из министерства, ни с моим положением в этом мире.

– Положение легко исправить. Мы можем пожениться. Я готов хоть сегодня, леди Кристина Ливарелл.

Я ошарашено попятилась. Чёрт! Это что, Рэй мне предложение сделал? Конечно, я мечтала о семье, о том, что однажды выйду замуж за любимого человека. Но здесь и сейчас всё было как-то скомкано, неестественно. И я не говорю о торжественном вручении кольца под звуки фанфар – мне вся эта напыщенная театральность никогда не была по душе. Но неопределенные сомнения грызли изнутри. Словно, когда тебя просят о чем-то, а ты хочешь специально всё сделать наоборот. К тому же всплыла еще одна подленькая мысль, основанная на земных устоях.

– Замужество даст мне вид на жительство? – спросила я прямо. – Позволит навсегда закрыть вопрос с моей депортацией и остаться здесь?

– Это не тот ответ, который я хотел услышать, Крис, – Рэй скрестил руки на груди и наградил меня тяжёлым взглядом из-под хмурых бровей.

– А ты ничего и не спрашивал! – вырвалось у меня, но я тут же прикусила язык. – Блин. Чёрт. Извини. Я не хотела. Имею в виду, что мне нужно подумать.

Протараторив банальную земную фразу, я быстро выскочила из бара и понеслась к академии. Стоило мне только пересечь поляну и оказаться на лесной тропинке, как меня резко обхватили сзади. Я заорала, вмазала нападавшему локтем.

– Чёрт, Крис!

– Рэй?!

– Извини. Не хотел тебя напугать.

– Но напугал!

– Извини. Подумал, если окликну, то ты побежишь ещё быстрее. Чёрт!

Он отпустил меня и начал тереть веки, при этом отошёл подальше, вглубь леса, где сень густой кроны деревьев не пропускала солнечные лучи.

– Вернись в бар, Рэй.

– Вернусь. Но сначала провожу тебя.

– Но тебе больно.

– Я не позволю моей леди разгуливать по лесу в одиночестве.

– Рэй, послушай, всё нормально. Я не маленькая, дойду. Не мучь себя. К тому же мы на территории академии. Трой сюда не сунется, охранные заклинания от него по всему периметру стоят.

– Мы не можем знать наверняка, что он действовал один. Я провожу тебя до первого забора, и это не обсуждается.

Рэй поддерживал меня под руку на кривой тропинке. Оба молчали. Я переваривала произошедшее в баре. Но обсуждать это с ним вслух пока не хотелось. Мне было нужно немного остыть и всё проанализировать.

– И как там, на Земле? Всё также суетливо? – Рэй первым развеял затянувшийся безмолвный дискомфорт.

– Да. Всё так. И суетливо, и шумно.

Понемногу разговор завязался. Я рассказывала про свой мир и свои впечатления от поездки. Точнее об этом говорила одна часть меня, вторая же совестливо намекала на то, что сейчас подходящий момент рассказать про случившееся за гаражами. Но слово за слово, беседа сосредоточилась на леди Милене, её семейной драме и выборе, ожидавшем всех иномирян по окончанию учёбы.

Момент был упущен.

Келси была рада меня видеть, и по счастью в её комнате соседка отсутствовала, и можно было спокойно всё обсудить. Я рассчитывала, что любыми способами буду выпытывать из Келси правду на счет амнезии Алисы. Потому что рыжая зараза сейчас как никогда была мне нужна. Но длинновласка сама начала вываливать на меня факты.

– Я не хотела, понимаешь. Вернее хотела, – она ходила от одной кровати к другой, теребила бинт на своей руке, трясла длинной шевелюрой.

– Давай сначала, Келси. Ты встретилась с Умбелло и…

– И он снова устроил мне допрос. Думает, я продолжаю встречаться с Троем и утверждает, что того нет в Первой академии. Разыскивает его. В общем, Бело меня постоянно донимает, угрожает, пристает. Мне страшно, понимаешь, Кристина! Я под постоянным прессингом. Не знаю куда деться и что говорить ему тоже не знаю! Я не хочу в это лезть! Особенно после того случая в музее. Что происходит, а?

– Я и сама пытаюсь разобраться, Келси.

– Кобра что-то не договаривает про Троя и про нападение на нас, так и я не могу ей всего рассказать! Бело меня тиранит, вот я и решила его устранить.

– В каком смысле? – я даже привстала с кровати, на которой сидела.

– Ты только преподам не рассказывай! Меня за это отчислить могут. А я – Сибон, из уважаемой аристократической семьи. Не переживу такого позора.

– Давай ближе к делу, Келси.

Девушка замерла посередине комнаты и шумно втянула воздух.

– Я сварила зелье забвения Росса по триангулятивной формуле. Запрещенное зелье, понимаешь? Выкрала рецепт из кабинета отца. У него есть одна старая книга… Но мне нельзя об этом… Я только хотела вылить отвар на Бело, чтобы он забыл про меня и больше не доставал. Но он оказался ловчее и вывихнул мне руку, – она подняла забинтованную конечность. – А тут, к счастью, Эйдан подскочил и как дал Бело по морде. Тот меня выпустил, а я по инерции влетела в Элис с открытым пузырьком в руке. Я не хотела на неё выплескивать зелье. Всё случайно вышло! Ты мне веришь?

– Верю, – подтвердила я, всматриваясь в жалобные глаза девушки.

– Пожалуйста, не говори никому, – Келси теперь сидела рядом и сжимала мою руку.

– У тебя рецепт сохранился? Как ты зелье варила?

– А тебе зачем? – сразу напряглась длинновласка.

– Затем. Алисе надо мозги вправить на место, а для этого нужны исходные данные. Давай рецепт!

– Но ты расскажешь преподам?

– Только леди де Лейн.

– Кобре?!

– Уверяю тебя, леди де Лейн не будет распространяться и тебе ничего не грозит. Сейчас самое главное вернуть Алису.

Мы ещё немного поспорили, я призвала всё высшие силы и дар своего красноречия и таки выбила из этой дурьей длинноволосой башки состав зелья. Точнее она мне отдала потрепанную тетрадь со своими записями. Аллилуйя.

Рыжая не особо шла на контакт. Наше общение обросло дискомфортными паузами и недомолвками. Мне так много хотелось ей рассказать, а ей так много хотелось у меня спросить. Но было нельзя. Обе это знали. Стресс не способствуют подавлению эффекта от зелья забвения. А потому личные темы были под запретом. Пришлось свести беседу к общим сводкам, земным новостям, рассказам о леди Милане и Викторе Степановиче из «иностранных языков, переводов и ещё чего-то там».

Ближе к вечеру к нам в комнату заглянула Ками.

– У лекаря о’Касти кое-что получилось. Элис, возьми сменную одежду и идём в медблок.

– Я с вами, – тут же засуетилась я.

– Кристин, ты уже сделала всё что смогла и даже больше. Записи Келси очень пригодились. Но ещё нужно провести кое-какие тесты. Этим мы и займемся. А тебя ждут в лаборатории. Лорд Ливарелл-старший кое-что обнаружил по твоему вопросу.

– О! Да? Правда? – меня затопили надежда, любопытство и волнение.

– Иди уже! Через библиотеку.

Я вбежала в книжное царство и тут же была остановлена гневным окликом:

– Библиотека закрывается. Время работы в каникулы только до шести. На двери написано!

Старушка с гулькой на голове уперла руки в бока и волком смотрела на меня исподлобья. А я подумала, что ступила, надо было сразу через тайный вход пройти.

– Да полно Вам, леди Клинелла, – в дверях появился старый лорд Ливарелл. На нём была просторная светлая рубашка без лишнего пафоса, заправленная в темные брюки, высокие дорожные сапоги и перекинутая наискось через плечо квадратная сумка.

– Лорд Ольгорн, рада Вас видеть. Какими судьбами к нам? – поинтересовалась старушка и кокетливо поправила пучок своих волос, нацепив на лицо лучезарную улыбку.

– Да вот, внуков пришёл повидать. Эти охламоны совсем старика не навещают.

– Какой же вы старик, лорд Ольгорн?! Не наговаривайте на себя! Вы полны сил, это видно.

Я поздоровалась, извинилась, сдала назад, оставив этих двоих обмениваться любезностями, а сама сделала круг и зашла в библиотеку через тайную ореховую панель.

Лорд Ольгорн нагнал меня у спуска в тёмный коридор лабораторных помещений.

– Что Вы узнали? Это правда насчёт классификации по цвету и пары? Что…

– Не тараторь. Вот нетерпеливая. Мы с Арсом сделали интересное открытие. Расскажу внизу.

Мы спустились по узкой лестнице и тут же услышали мужские голоса. Братья были в лаборатории и явно там не чаи попивали.

– Я сказал – моя! – из-за закрытой двери донёсся раздраженный выкрик Рэя.

– Кристина – не книга, не табуретка и не лабораторная пробирка! Она – не вещь! Она не принадлежит тебе и может сама выбирать. Список тому подтверждение.

– Подотрись своим списком, Арсгорн! Я, по-твоему, не достаточно хорош для милой, светлой девочки? Или всё дело в том, что ты и сам не прочь забрать её себе, а?! Отвечай! Решил и в этот раз устроить гонку? У вас что-то было там, на Земле? Что, брат, уже успел отметиться?

Я ворвалась в лабораторию, сшибла стул, стоящий на пути и с грохотом свалилась на пол.

– Рэй, нет! Поверь, между нами ничего нет, мы с Арсом лишь друзья!

Воздух искрил от напряжения. У меня сдавали нервы, братья испепеляли друг друга взглядами. Сзади меня обхватили руки – дед Ольгорн помог подняться.

– Поцелуй, – холодно произнёс Арс.

– Что ты сказал, Ар-рс?! – в голосе Рэя слышались рычащие звуки. – Повтор-ри!

Я вцепилась в руку деда Олега, словно ища помощи, словно он мог отмотать всё назад, и устроить так, чтобы последнее слово Арса не успело сорваться с губ.

– У тебя плохо со слухом, с каких пор? Теряешь подарки оборотня?

– Что. ты. сделал? – Рэй злобно ронял каждое слово, ноздри гневно раздувались, зрачок начал вытягиваться.

– А что, по-твоему, делают с красивыми девушками, а? – продолжал поддевать Арс. – Ах да, забыл, у тебя же с этим ма-а-аленькая проблемка…

Тут же раздался глухой звук удара, сошедшихся в драке тел. Бряканье, грохот и животное рычание эхом билось о стены лаборатории. В считаные минуты лаборатория превратилась в руины из разломленного стола и раскиданных стульев, осколков разбитых склянок… Лорды наносили друг другу нещадные удары, круша всё, что попадалось на пути.

– Перестаньте! – попыталась призвать я братьев к благоразумию.

– Оставь, Кристина, – теперь мою руку держал дед, а не я его. – Им давно надо было это сделать. Ещё много лет назад.

– Что сделать? Поубивать друг друга?! – попыталась я вырваться из захвата, но старое тело лорда было дряхлым только на вид. Держал он меня крепко.

– Успокойся. До этого не дойдёт.

– Да как…

Окончание моей фразы потонуло в новом грохоте – упал стеллаж с книгами.

– Хватит! Прекратите!

Но кто бы меня послушал. Арс перекинул Рэя через себя, ловко увернувшись от нападения. Круто развернулся и дал брату левой под дых. И добавил правой сбоку, по рёбрам. Рэй пошатнулся, согнулся, но не упал и тут же распрямился пружиной и ответил кулаком в челюсть. Арс смахнул с лица кровавые капли на ворсистый ковер. Они снова сцепились и повалили последний оставшийся на ногах стол.

– Ольгорн, сделайте что-нибудь! – взмолилась я и судорожно дёргала старого лорда за рукав рубашки.

– Нет. Пусть выпустят пар.

А я переживала. За них обоих переживала. Очевидно, что победа была не на стороне Рэя. Арс – боевой маг, почти всегда был на миллисекунду быстрее, на миллисекунду ловчее и профессионально перестраивался из одной боевой стойки в другую.

Преимуществом Рэя был только рост и более длинные руки, но всё чаще он ставил ими блок, а не наносил удары. Ни один из лордов не использовал магию. Они дрались по-мужски, по-простому. Оба жаждали крови, а не пепла.

– Я всегда побеждаю, забыл? – Арс злобно выплюнул слова вместе с кровавыми сгустками.

И снова рычание разнеслось по лаборатории. Настоящее, звериное. Что-то произошло, изменилось. Что-то нехорошее. Я почувствовала, как рядом напрягся лорд Ольгорн. Он тоже ощутил это.

Двое на ковре слились в какой-то нервный ком. Скорости возросли, движения стали сильнее, быстрее. То один сверху, то другой, то встали, то упали… Это была уже не игра, а борьба до конца. Совсем до конца. В этой агрессивной суматохе из двух человеческих тел я разглядела почти черные глаза с вертикальным зрачком.

– Рэй! Не надо! Арс! Перестаньте!

Лорд Ольгорн тоже воззвал к братьям. Но наши оклики неуслышанными повисли в воздухе. Тогда старый лорд начал творить заклинание, выкрикивая непонятные грубые слова. На его призыв откликнулись травы. Развешанные по лаборатории сухие пучки сорвались со стен и зависли в воздухе вокруг дерущихся. Братья снова стояли на ногах и махали кулаками, локтями, ногами и как только между ними образовался достаточный просвет, Ольгорн направил туда послушные пучки. Травы выстроились сухой стеной, разделив братьев.

– Прекратили оба! – проорал дед, – Вы перешли черту.

Рэй глухо рычал, сжимал и разжимал кулаки, рукав его рубашки был разодран и в дыре виднелись струйки крови, скапливающиеся у манжеты и густо пропитывающие ткань.

Арс тяжело дышал, стоял в боевой стойке с небольшим разворотом корпуса и кулаками на весу. Разбитая губа припухла, по лицу и шее была размазана кровь.

Секунда, две… Стена из сухоцветов бала раздавлена в труху и опилки. Братья сошлись вновь, не видя перед собой ничего и никого кроме оппонента.

Кричала я, ругался дед. Но для братьев мир сузился до размеров их двоих и необузданной ненависти, копившейся годами.

Лорд Ольгорн предпринимал попытки их разнять, призывая к разуму, семье, спокойствию. Применял магию, но его зачарованные травинки ничего не могли поделать с двумя разъяренными быками, как и вылитая на дерущихся вода из остывшего чайника.

Я нервно кусала губы, безнадежно выкрикивала; «стойте, хватит, перестаньте» и вдруг уловила легкую усмешку. Чью? Не поняла сначала, а потом разглядела в углу шкаф-сейф лорда Дафино. Артефактов в нём уже не было. Зато имелось каменное нутро, то самое, с которым я успешно наладила контакт.

Шкаф опрокинулся поперек и, бренча дверцами, полетел на лордов, смёл их, с силой пригвоздил к стене, словно стволом секвойи. Так что из-за шкафа снизу торчали две пары ног, шаркающие стену пятками, а сверху две матерящиеся головы, светлая и тёмная.

– Молодец, – в гнетущей тишине произнес дед, вернул в исходное положение опрокинутый стул и сел, утирая каплю пота с виска. – Молодец, Кристина. А вы… Да вы… Да чтоб… Если б не леди в комнате, я бы нашёл нужные слова. Обалдуи!

– Отпусти, – сухо произнес Арс.

– Нет, – также сухо ответила я и получила одобрительный кивок старого лорда.

Братья пыхтели, даже начали слаженно работать, пытаясь отодвинуть злосчастный шкаф. Но я лишь сильнее давила. Хотя понимала, что долго так не смогу. Концентрация периодически сбивалась и отнимала много сил. Потихоньку атмосфера в лаборатории успокаивалась. Рэй почти не рычал, его зрачки пришли в норму.

– Так это правда, Крис? Ты спишь с ним? – Рэй небрежно мотнул головой в сторону брата.

– А тебе какое дело до неё? – обронил вопрос Арс. – Она свободная девушка. Тебе не всё ли равно?

– Нет, – на лице Рэя ходили желваки. Он сдерживал свою боль и разочарование. Разочарование во мне. – Не всё равно. Мне не всё равно.

– Но ты же не можешь. С женщинами. Так зачем тебе она?

Рэй ответил, но вместо слов раздался жуткий утробный вой.

Я застыла в оцепенении. Нет! Нет! Нет! Только не Рэй. Только не он. Этот вой я узнаю из тысячи и принадлежал он оборотню, а не человеку. Леденящий страх полз по венам, сковывал, но одно я знала точно, во что бы то ни стало нужно удержать этот чертов шкаф. Он – единственная преграда между нами: между мной, дедом и всей академией. Если зверь вырвется…

Секунды шли, мысленно отстукивая ритм подобно метроному.

По лаборатории прокатился едкий гиений смешок. Я внимательно смотрела на Рэя, но он молчал. Ни один мускул его лица не дрогнул. Глаза были обычными, злющими в силу обстоятельств, но зрачки были в норме – круглые, человеческие. То есть это был не он? Не Рэй только что выл? Тогда кто? Меня снова накрыла волна страха. Здесь есть кто-то ещё. Кто? Глупый вопрос. Я знаю, кто. Но где? Позади меня?

– Что за той дверью, Рэй? – бесцветно прозвучал в тишине скрипучий голос старого лорда. Очевидно, он пришёл к тем же выводам. Дед поднялся со стула и подошёл к двери, которую однажды я безуспешно пыталась открыть.

– Вам этого знать не положено. Не надо, дед. Не трогай дверь.

Раздался грохот – я больше не могла сдерживать концентрацию и уронила шкаф, а вместе с ним и сама осела на пол, ибо ноги подкосились.

Лорд Ольгорн шёпотком разрушил охранные заклинания на той двери и отпёр засов. Рэй бросился к нему, в попытке остановить. А вот Арс оказался прямо передо мной в боевой стойке в очевидном намерении прикрыть от исходящей опасности.

Рэй не успел. Дверь бесшумно раскрылась.

Он был там. Настоящий. Живой.

Я в страхе вцепилась в ногу Арса.

Здоровенная тварь стояла, опутанная множеством толстых, мерцающих цепей. Существо постоянно искажало свой образ – то скалило зубастую пасть на вытянутой морде, то являло почти человеческие, но заостренные чёрты. Сквозь чёрное как смоль человекоподобное тело, отливающее глянцем, просвечивали вздутые бурые вены. В моменты трансформации в зверя из невидимых пор его кожи прорастали тёмные клочья шерсти. Особенно в глаза бросались развитая мускулатура, вертикальный зрачок на желтом фоне и увесистая принадлежность особи к мужскому полу.

Все мои земные знания об оборотнях были ложны. То, что было перед нами – ужасно, отвратительно, страшно. Жардина из пещеры была лишь ничтожным подобием этого монстра.

– Жалкие, – глухо возвестила тварь, качнувшись на цепях вперёд. – Жалкие низшие маги. Мусорр.

– Рэйсгорн, – первым дар речи вернулся к деду. – Потрудись объяснить, почему в твоей лаборатории оборотень?

Зверь издал наполненный злостью короткий рык.

– Михганорр. Старая ты необразованная трройка. Как смеешь ты звать меня, истинного михганорра, безмозглым оборротнем?! – он снова сменил человеческие очертания на зубастую морду и глухо зарычал.

– Рэ-э-эй? – дед выразительно обратился к внуку за пояснениями.

– Он – наш пленник, – после некоторого раздумья мужчина решил дать нам краткую сводку. – Мы проводим исследования. И не надо на меня так смотреть. Ректор в курсе, определенный круг министров тоже. Михганор – другой вид оборотней. Высшая ступень этой расы. С его слов. Проверить это мы пока не можем. И да, именно этот экземпляр вонзил в меня зубы.

– Трри, четырре, шесть… – зверь снова явил подобие лица и посчитал Ольгорна, Арса и меня.

– Он дает всём порядковые номера, – пояснил Рэй, в спешке роясь в руинах разгромленной лаборатории, – цифра означает величину магического потенциала по одному ему ведомой шкале.

А зверь презрительно скривился:

– Шесть?! Шесть?! Ты не чтишь мою метку, Ррэйз. Как мог ты выбррать для гона мелкую, жалкую шестеррку! Шестеррку! Даже пустоголовые оборротни не опустятся до самки из перрвой десятки. Таких мы пьём без остатка и выбррасываем. Мусорр. Эта ущеррбная понесёт слабых щенков и издохнет в рродах. Во врремя перрвой же тррансфоррмации щенки издохнут тоже. Выпей её сейчас, пррикончи и повяжись с достойной.

– Заткнись!

– Ты хочешь быть магом, но ты уже не он. Не только он. Чувствуешь? Видишь? Закон кррови не изменить. Но ты можешь попрробовать, – тварь холодно рассмеялась, – прродолжим наш рразговорр позже, Ррэйз, когда ты наигрраешься.

С этими словами монстр окончательно перевоплотился в зверя и теперь щерился, показывая крепкие передние зубы.

Рэй нашёл, что искал – флакон с мутной жидкостью и плеснул в жуткую морду михганора. Рыча, он обмяк, повиснув на цепях. Мужчина оттеснил деда от двери, захлопнул её и нанёс охранные заклинания.

– Вы не должны были его видеть.

– Должны были. Причём далеко не сегодня, – произнес с нажимом лорд Ольгорн, когда вернулся на свой стул. – А теперь, Рэйсгорн, ты нам всё расскажешь.

Арс отцепил меня от своей ноги и, придерживая под руку, помог подняться. Казалось, я слышала, как при этом скрипнул зубами Рэй. Его лицо выдавало сложную палитру чувств от злости до смятения. Но мне было не до его ревности и ярости. В голове коршунами кружили слова: самка, щенки, гон…

Я приросла к полу, всё ещё пытаясь осознать произошедшее. Честно говоря, от всей души хотелось превратиться с кисейную барышню и с характерным вздохом провалиться в обморок, но только для того, чтобы очнуться позже и поверить, что последних событий в лаборатории никогда не было. Но они, мать их за ногу, были.

Рэй принёс ещё один стул, поставил рядом с дедом, жестом показывая, что место для меня. Спасибо, как мило. А может, стоило раньше проявить заботу и провести со мной ликбез на тему «в мире животных»?!

Но «мой лорд» выудил из одного из уцелевших стеллажей бинты и какие-то мази и принялся перевязывать свою руку. Пауза затягивалась. Дед легонько чертыхнулся, но, решив помочь внуку, и взялся за бинт. Арс не остался в стороне и стал обмазывать разбитое лицо мазями. Все действовали неторопливо и спокойно, словно негласно был объявлен тайм аут. Подтянув к себе ноги и обняв колени, я сидела на стуле и наблюдала за этим немым театром.

– Обычно михганор усыплён, – первым вышел из пантомимы Рэй.

– Погром, что вы тут устроили, поднял бы и мёртвого, – проскрипел дед, присаживаясь рядом со мной, – ты поставил купол тишины над лабораторией? Полагаю, что да. Иначе бы сюда уже пол академии сбежалось.

– Не я, а ректор Арчибальд. И купол он поставил над всей этой частью подвала.

– Неслабо.

– Охранные заклинания против михганора естественно тоже выставлены. Высшего класса.

– Я бы всё равно поднял вопрос о безопасности академии, Рэйсгорн.

– Согласен с дедом, – вступил в разговор Арс.

– С этим вам на третий этаж, в кабинет ректора, – Рэй махнул рукой куда-то вверх. Он был спокоен и даже позволил себе наиграно усмехнуться, – я ведь кто? Мм?.. Лаборант. Всего лишь простой лаборант. Делаю, что велят, и шагу ступить без спросу не могу.

– Ты сам сделал выбор в тот день, – Арс буравил Рэя ледяным взором. – Какого в тебе взыграли родственные чувства?

– Арс! Прекрати, – осадил его дед. – Если б не он, тебя бы здесь не было.

– И что с того? Вторжение – это война, мы все знали риски. Я был готов принять свою судьбу. Если б Рэй нашёл другое время для сантиментов и геройства, то мог бы заметить, что с Жардиной… что её… Всё могло бы сложиться иначе.

– Ты думаешь, я не знаю? Думаешь, я не корил себя за это?! – прорычал Рэй и тяжело, с болью в голосе и совсем по-михганорски произнес: – Бррат.

– Так всё. Остыли оба, – старый лорд нейтрализовал возрастающее напряжение. – Того что было не изменить. У меня другой вопрос: – Что ест этот миг… мих… оборотень?

– Обычную еду, в основном, у него мясной рацион. В период жажды собирается определенный круг посвященных и кормят его своей магией, выстраивая коллективную цепь. В общем, сложный процесс, но вполне безопасный.

– Хочешь сказать, – заговорил Арс, – что если бы Адриана сообщила о Жардине то…

– Не то. Михганор – чистокровный, представляет научный интерес, ценность. И самое главное – он отдает отчёт своим действиям, может контролировать жажду. Ты знаешь закон. Не справился с ядом – ликвидация.

– А Жардина…

– Арсгорн! – прикрикнул дед. – Нельзя вернуться назад. Отпусти ты эту женщину из своего сердца.

– Я уже, – лорд бросил на меня быстрый, но задумчивый взгляд. – Спрашивал только потому, что хотел знать, была ли возможность избежать тех жертв среди студенток.

– Ладно. Ладно. Мы собрались по другой причине. – Дед тоже внимательно посмотрел на меня, – леди, между прочим, все ещё здесь. Так давайте ненадолго отложим тему оборотня и перейдем к делу.

Рэй нашёл целую чашку и подал мне воды.

– Ты как, мо…? – привычное «моя леди» потонуло в коротком «кхм».

Я слабо кивнула.

Лорд Ольгорн вытащил из своей квадратной сумки увесистую книгу, открыл нужную страницу, заложенную узорчатой закладкой.

– Спагус является неотъемлемой частью нашей работы, нашей жизни и наших мыслей… – зачитал дед Олег вслух. – Это мемуары светлого артефактора Зиртана Керикьяджо, жившего в Ампелосе два с половиной века назад. Речь в книге идёт об некогда уважаемом семействе артефакторов и о том, что их магия и родовая кровь хорошо откликалась на спагус. У многих артефакторов были свои личные предпочтения и совместимости с растениями, металлами, различными материалами. Единственными из известных, кто работал именно со спагусом, были маги рода Керикьяджо. Это растение помогало им создавать уникальные шедевры, но эта же трава и отнимала у всех членов Керикьяджо ясность ума, адекватное восприятие мира и даже годы жизни.

– Не удивительно. Я такого насмотрелась в галлюцинациях, думала там и помру. Спагус вызывает дикий страх, боль, отнимает способность двигаться, оживляет самые страшные и плохие воспоминания. Я бы не хотела проходить через это снова. Никакие артефакты этого не стоят.

– Конечно, Кристина, конечно. Но не всё потеряно, – дед по-доброму приобнял меня за плечи и пошуршал страницами, выискиваю нужную. – Вот, посмотри сюда.

На пожелтевшей от времени бумаге были ровные столбцы с непонятными словами.

– Это заклинания?

– Нет, Кристина, – дед мягко улыбнулся, – это фамилии. Посмотри, здесь четыре страницы с именами людей, которые могут тебе помочь.

– Как? Как помочь?

– Замуж тебе надо, деточка. За любого из этого списка.

– Э-э-э? В смысле?

– Близость мужчины из этих родов нейтрализует действие травы. Как бы тебе объяснить… Свадьба, брачная ночь… Уф, вот выйдешь замуж и ты обязательно поймёшь, о чём я говорю.

Кажется, я понимала и бросила исподлобья взгляд на Рэя, который полусидел на краешке стола. Костяшки его пальцев побелели, стискивая край деревянной поверхности, а глубокие карие глаза пристально изучали мои реакции.

– Могу я взять книгу, лорд Ольгорн? Я бы хотела сама прочитать и разобраться.

– Конечно. Я выкупил её из архива. Книга теперь твоя, Кристина Керикьяджо.

Прозвучало крайне непривычно, царапающе слух, будто и не про меня вовсе. Я вежливо попрощалась, и заверила лордов о своём относительно нормальном состоянии и на плохо гнущихся ногах вышла из лаборатории. Больше всего сейчас мне хотелось побыть одной.

Уже ступив на лестницу, услышала, что братья снова вступили в перепалку. Теперь предметом обсуждения была я.

– Ты должен был только учить её теории! – нападал на брата Арс.

Рэй отвечал ругательствами или фразами в духе «не твоё дело». Дед пытался разобраться в происходящем. Я ещё немного постояла, но больше ничего вразумительного не услышала, а потому мысленно послала всех их вместе с тварью к чёрту и вернулась к себе.

Книга, как и любая мало-мальски старая в этом мире, содержала в себе заковыристый слог письма. Вооружившись тетрадью и ручкой, при поддержке заползшего мне на шею Шиши я принялась выписывать самые важные, на мой взгляд, факты.

Вначале шло фамильное древо Керикьяджо. Имена, даты, у некоторых членов рода присутствовали зарисовки портретов, у некоторых – примечания в скобках. Ближе к концу древа значился автор книги – лорд Зиртан. Себя он неплохо расписал, указав, что является автором книг, создателем множества артефактов, дал он и ссылки на страницы, где о его трудах можно прочитать подробнее.

После Зиртана было ещё две леди – его дочери. Про одну из них, леди Пареллу, тоже было расписано много: как и у отца, краткая сводка о заслугах и ссылки на страницы. А вот вторая дочь, леди Юбриза удосужилась только одного слова: депортирована.

– Ну здравствуй, пра-, пра-, очень много раз прабабушка.

Но сколько я ни листала страницы, про леди Юбризу ничего не нашла.

– Чего ж ты такого натворила-то, что отец не написал про тебя ни единого предложения?

Зато, очевидно любимая дочь, леди Парелла, так и не смогла продолжить род. О чём несколько страниц горестно сокрушался автор.

От изучения книги меня отвлекла леди де Лейн, которая вошла в мою комнату с крафтовым пакетом.

– Лекарь Марио дает положительные прогнозы на счет Элис, так что в скором времени твою подругу выдернут из лап забвения. Несомненно, это отличная новость, но я пришла к тебе отметить другое событие. Давай сюда чашки!

С этими словами огневичка вытащила из пакета пузатую бутылку из розового стекла и гроздь винограда.

– Ками…

– Что, леди Кристина Керикьяджо? Звучит, а?

– Не знаю. Сложно…

– Привыкнешь. Ну, за новую тебя! – объявила огневичка тост и звякнула об мою чашку своей.

Я сделала глоток, а потом ещё один и ещё. В итоге опустошила всю чашку залпом, но вместо алкогольных ноток розового вина ощутила солёный вкус слез. Сквозь всхлипы и заикания я вываливала на Ками то, что так неистово копилось в душе, рвалось наружу, безмолвно искало ответов.

О Рэе. С самого начала.

Мы сидели на моей кровати. Леди де Лейн слушала внимательно, не перебивая, лишь периодически обновляла содержимое в наших чашках.

– Предполагала, что вы знакомы, ещё после того случая с письмом в библиотеке, пещерой и оборотнем, – огневичка взяла слово, пока я вытирала слёзы уголком одеяла. – Но я посвящена в проблемы Рэя и знала, что после укуса он сторонится женского общества. Мне казалось, он злится на тебя, на себя и на весь белый свет только потому, что ты проявляешь к нему интерес, а он страдает импотенцией. Но и подумать не могла, что айдет так далеко. Что у него… мм… заработает инструмент. Кристина, почему ты сразу не сказала! Я бы давно вправила ему мозги!

– Нам обоим их надо было вправить. Вот Алиса пыталась. А я не слушала. Но, Ками, это ещё не всё.

Рассказ мой обратился к сегодняшнему дню. Сначала чертова проверка, потом предложение о женитьбе, а следом рвущие душу слова михганора.

– Что он имел в виду, Ками?

– Оборотень у нас в подвале?! Живой?!

– Ками, почему он назвал меня самкой?

– Не могу поверить! Как лорд Арчибальд допустил?! – леди де Лейн уже не могла сидеть на месте, более того, её распирало от желания выскочить за дверь и выяснить всё самой.

– Ками! Постой! Не уходи. Пожалуйста… Объясни мне…

– Вот же! Если всё правда… Чёрт. Ладно. Зверь как сидел в подвале со времен войны, так и ещё просидит с полчаса. Зайду к Рэю попозже и всё сама выясню, – она снова присела на край моей кровати. – Давай ещё раз, что конкретно сказала тварь?

Я повторила, кажется даже растянутую «р» произнесла по-звериному.

– Кристин, вопрос в том, верить ли врагу Ампелоса. Если да, то …эмм… Понимаешь, оборотни же наполовину звери. Вероятно, стоит расценивать упомянутый гон как брачный сезон, период спаривания. Мне жаль, но в животном мире царят только инстинкты. Один из них – размножение. Я не могу ничего утверждать…

Слова были произнесены. Те самые, к которым и сама склонялась, только вот верить никак не хотела. Все гнала и гнала прочь. Но Ками сказала. Коротко и ёмко. Я снова опрокинула залпом вино, ища успокоения или забвения. В душе была серость в чёрную крапинку – так я чувствовала, так видела, закрывая глаза.

– Михганор поставил мне более высокий балл, чем Арсу и Ольгорну, а они всё-таки имеют высшую категорию по меркам Ампелоса. – мой голос звучал отстраненно, словно я не про свою жизнь рассуждаю, а читаю сводку о погоде. – Логично, что Рэй обратил внимание на завышенный магический потенциал первокурсницы. Данный факт запустил какие-то процессы у его альтер эго. Так?

– Мы не можем знать наверняка.

– Ками, – я посмотрела на огневичку в упор, – не хочу жалости, хочу честности.

– Кристина, мы должны поговорить с Рэем. Он…

– А что он?! Опять уйдет от ответов, спрячется в тени, найдет оправдания? Я устала от бесконечного потока недопонимания, сколько можно?! Вроде только становится хорошо, как вдруг вскрывается какой-нибудь нелицеприятный факт. И так от раза к разу. То хорошо, то плохо. Кардиограмма, блин, синусоида, качели! Надоело! А вдруг через месяц обнаружится, что у него в вообще каждом замке по самке?!

– Да ты стихами заговорила! А если серьёзно, Кристин, у тебя теперь список есть. Просто выбери кого-нибудь другого. Не обязательно Ливарелла. Я прошла через любовные страдания, рвущие душу, но со временем поняла, что это чувство не для меня. С тех пор жить стало легче, отношусь ко всему как к временному, проходящему. И вот тогда-то всё стало очень и очень просто. – Ками взяла в руки книгу и открыла страницы с фамилиями. – Давай посмотрим других кандидатов.

– Ками, я не думаю…

– Так и не надо думать, мы просто посмотрим, это тебя ни к чему не обяжет. О, вот ди Кронви, например, – очень уважаемая семья, как раз у них есть холостой лорд, он довольно интересный парень.

– Сама лично проверяла? – язвительно спросила я огневичку, за что получила неодобрительный взгляд.

– Доводилось общаться. Он молод и галантен. Могу познакомить. Хм. Так, этих я не знаю, – продолжала водить пальцем по списку огневичка, не обращая внимания на моё негодование, – так, этот староват; а этот род давно прервался; и вот этот тоже; Ливареллов пропускаем; ого, интересно…

– Что?

– Смотри, – подчеркнула она ногтем фамилию.

– Ильт Хазэр. И? Я таких не знаю.

– Знаешь, знаешь. Лорд ильт Хазер транспортировался в Айсгарденс, вслед за возлюбленной, уроженкой того мира, которая проходила у нас обучение. А спустя двадцать лет счастливо живущие родители отправили в нашу Академию своего сына. Студент третьего курса водного факультета, по совместительству парень Элис Йохансен.

– Эйдан?!

– Он самый. Так что, может, подвинешь свою соседку, мм?

– Ками!

– Да ладно тебе. Элис поймет, она такая же целеустремленная как я, и цель её не любовь, а карьера и магия.

– Прекрати!

– Тем более Элис его и не помнит пока что. Удачный момент. Да и он тебе знаки внимания оказывал. Ты попробуй хотя бы. Позволь себе один поцелуй.

– Да целовались мы уже!

– Слушай, ты меня не перестаешь удивлять. Однако. И?

– А что и? Мне не понравилось. Абсолютно. Или он не ильт Хазэр или врут ваши списки.

– Или нужна хоть капля симпатии. В молодости, ещё работая в лаборатории первой Академии, я много читала про зов крови. Копалась в себе, пытаясь стать тем, кем стать мне не суждено было. Я говорила тебе, что ушла из дома наперекор отцу, я хотела другой жизни, заниматься другим делом. Но род де Лейн и боевая магия – сочетания неделимые. Далеко не у всех родов призвание заложено в крови. В большинстве своем маги вольны выбирать. Но мне не повезло. Я долго упиралась, но однажды один известный нам человек разбил мне сердце и разжег желание его убить. Рэю тогда хорошенько досталось. Только в момент настоящей, полной эмоций драки я поняла свою суть. После этого лаборантом быть уже не хотела. Я всё это к чему, Кристин. Без личного предпочтения в этом деле не обойтись. Вам с Эйданом необходимо лучше узнать друг друга. И не фыркай. Ты должна посмотреть на него другими глазами, не как на друга, а как на возможного партнера, любовника, мужа. Тогда и поцелуй обязательно выйдет особенным. Ты поймешь это.

– У нас с Рэем был особенный поцелуй. Много поцелуев. Таких, что земля из-под ног уходила.

– Но те поцелуи были нечестными. С примесью спагуса. Если слова оборотня – ложь, и всего лишь желание посеять раздор, внести смуту, то я бы рекомендовала вам с Рэем попробовать ещё раз, только предварительно отправить его к лекарю, чтобы тот поработал над кожей и запахом. Если же тварь не врёт, то…

– Союз наш обречён.

– Я бы не была столь категорична. Проблема ведь только в деторождении заключается. Тут выбор за вами.

– Намекаешь на чайлдфри? Думаешь, если мы договоримся не иметь детей, у нас есть шанс?

– Тебе нужно разобраться в себе. Хочешь ли ты сама этого? Даже если не хочешь сейчас, уверена, что не захочешь потом? Представь, что союз состоялся на таких условиях, но прошло лет пять, и ты передумала. Что тогда? Разойдетесь? Или, забеременев, поставишь Рэя перед выбором: жена или ребенок? Или же забеременеешь, но не от него и поставишь его перед выбором принять или нет? Вариантов много. Ты должна хорошо подумать.

– Да я только и делаю, что думаю.

– А думать ты должна вместе с ним. Не взваливай всё на себя. Он в случившемся виноват куда больше. Если б сдержал себя и не вскружил тебе голову… Но чего уж говорить о том, что могло бы быть. Вам нужно поговорить и принять совместное решение.

После бутылки вина и разговора с огневичкой камень с души не упал, но дышать стало немного легче. Стиснув в объятиях прохладного Шишу, решила, что для начала нужно хорошенько выспаться. Утро вечера мудренее, как говорится. Уже засыпая, спросила своего выдрообразного питомца о кинжале. Шиша ментально протранслировал, что клинок у него в домике. Рыжая постаралась, пока меня не было. Правда она так и думает, что Шиша оружие под ванной заныкал. Вернее, думала, пока не забыла. Ладно, зато теперь ахатин может беспрепятственно передвигаться, ведь магическая привязка была сделана на кинжал и ограничивала радиус перемещений ахатина.

– Всё свое ношу с собой. Ясно. Хорошо, что хоть у одного из нас жизнь наладилась.

Утром я встала с твёрдой мыслью, что разговору с Рэем быть. Притом серьёзному и откровенному. И если только он начнёт юлить или уходить от ответов, то… то… язык не поворачивался сказать про расставание. Чёрт.

Для начала нужно было позавтракать. Шагнула в коридор и нос к носу столкнулась с «конским хвостом». Под руку с ним обнаружилась и Алиса. Парень выглядел довольным. Ухмылялся, словно кот, обожравшийся сметаны. Словно… Словно… Да вашу ж за ногу!

– Алиса, ты где ночевала?!

Этот гад имел наглость мне подмигнуть и показать ровный ряд белых зубов с выпирающими клыками.

– Алиса!

Рыжая кокетливо распрощалась с Умбелло, он же со смаком чмокнул её в щёку и как бы невзначай провёл рукой по бедру девушки.

– Что всё это значит? – накинулась я на подругу, когда обе оказались внутри комнаты № 308.

– Да ничего. Мы просто пообщались. Столкнулись с Белло внизу, он проводил меня. А в чём, собственно, дело? Он друг моего парня и я вполне себе могу позволить ходить с ним и даже приглашать в нашу комнату. Да и вообще, почему я должна оправдываться? Я же не спрашиваю тебя, где ты пропадаешь ты.

– А прежняя Алиса бы обязательно спросила. Ещё и подзатыльников надавала.

– Прежней меня здесь нет, поэтому пока довольствуйся тем, что есть. Я сама не в восторге от ситуации. Всю ночь меня поили какой-то дрянью. Спать хочу – умираю! – Рыжая демонстративно развалилась на кровати. – Отвары должны помочь, но на это нужно время. Лишь бы память вернулась до конца каникул. Если я уже на втором курсе, то мне нужны мои знания. Иначе будет большая пребольшая попа.

– Да ведь не только в учёбе дело! В твоей жизни многое изменилось. Ками… Леди де Лейн просила не давить на тебя, не говорить подробностей. По мнению лекаря, будет лучше, когда ты сама все вспомнишь. Но я так не могу. Ты подвергаешь себя опасности, общаясь с Умбелло.

– Да что с ним не так?! – рыжая вскочила с кровати. – Да он подкатывает ко мне, но я контролирую ситуацию. Трою даже знать не обязательно.

– Трой больше не твой парень.

– То есть? – Алиса хмуро сдвинула брови и выжидающе на меня смотрела.

– Вы расстались при очень скверных обстоятельствах.

– С чего это? Врёшь!

– Нет.

– Дерьмо, – ругнулась норвежка, – это из-за того, что ему подфартило, и он теперь в Первой академии? Мне уже Бело рассказал про перевод.

– Нет.

Я еле сдерживалась, чтобы не выплеснуть на рыжую поток информации. Но внутри зрела неприятная мысль: а может к лучшему, что Алиса ничего не помнит. Пещеру, оборотня, страдания, страх. Может и не нужно ей вспоминать всю ту боль…

– А что тогда? Расскажи… Кри… э-э-э… Стине. Я здесь уже третий день сижу безвылазно. Кобра запретила мне контакты. Я честно ни с кем не общаюсь. Ну почти. Нет, я всё понимаю, что это для моего же блага и что лекарь Марио старается вернуть мою память. Но ты должна мне всё рассказать!

– Эм-м-м…

Мы стали спорить, я взвешивала аргументы за и против, она убеждала, настаивала, просила до тех пор, пока наши дебаты не были прерваны скромным стуком в дверь.

– Вот, вам пришло письмо. Точнее два, – Энджи, местный комендант, вручила каждой из нас по конверту.

Ого. Кудрявые вензеля, сургучная красная печать, крафтовая бумага.

– Из министерства, – озвучила Алиса, сломала свою печать, вытащила небольшой прямоугольник с текстом, быстро побежалась взглядом и выдала свой вердикт: – Вот дерьмо!

Я заглянула в свой конверт:

«Леди Кристина Соловьёва, малый совет министров образования обязывает Вас присутствовать на заседании по случаю очередного рассмотрения дела № 3271е.и. для дачи показаний. Явка обязательна. Игнорирование требований совета министров будет расценено как признание вины, что повлечёт за собой активизацию протоколов депортации. Верховный член совета, лорд Ювальд Кзавинский.»

Ниже стояла размашистая подпись и дата начала заседания. Гадство! Я взглянула на часы: судя по указанному времени, явиться на ковёр мы должны были через каких-то пятьдесят три минуты. Верховный, блин, член, ты на часы-то смотрел, когда письмо отправлял?! Или не в нём дело? Почта России и сюда добралась?

– Вот чёрт! Вот чёрт! – Алиса заметалась по комнате, пытаясь одновременно впихнуть себя и в ботинки, и в пиджак. – Ты в курсе, что это за дело такое?

– Да, но…

– Хорошо, объяснишь по дороге. Да не стой ты столбом! Бегом! Стине, быстрее! До министерства полтора часа ехать, придётся доплатить извозчику, чтоб гнал как ошалелый.

– Надо сообщить Рэю. Н-нет, лучше Арсу. Или Ками.

– Кому?

Не ответила. Меня колотило, внутри всё конвульсивно сжималось. Каких показаний? Что от нас хотят? Твою-то мать, Алиса ещё со своей амнезией! Что она им скажет? Выпрут, как пить дать выпрут! Ехидно хохотнула внутри себя, что если-таки выпрут, то вопрос с Рэем рассосётся сам собой.

– Шевелись, Стине! Я не собираюсь дожидаться, пока меня депортируют!

Я лихорадочно соображала, что же делать. Не придумала ничего лучше, чем разделиться.

– Алис, ты иди пока договорись с извозчиком, найми карету, а я быстро до лорда Ливарелла сбегаю.

Логично, что в бар к Рэю я точно не успею. Но вот к Арсу – вполне.

– Зачем? – рыжая уже совладала со шнурками, махнула рукой, снова не дождавшись от меня ответа, и выскочила за дверь. Я кинулась в преподавательский корпус.

– Вашу ж мать! Вашу ж мать! – шептала я ругательства, долбя кулаком в безответную дверь Арса.

Взмолилась и подбежала к апартаментам Ками. «Будь дома. Пожалуйста, будь дома».

– Слава богу!

– Что?! – огневичка была рассержена, взъерошена и замотана в простыню. Опять.

Ничего, подождут твои любовники.

– Нас вызвали в министерство. Я сунула ей в руки конверт. Мы уже почти что опоздали. Рэй по утрам в баре, Арса нет.

– Он у Самиры, – известила вскользь леди де Лейн, пробежавшись глазами по тексту.

– Блин! Ками, умоляю, сделай что-нибудь.

– Так не паникуй. Я сейчас соберусь, поедем вместе. Там разберемся.

– Алиса побежала за каретой.

– Догони её, смотри, чтоб не уехала одна. А то она сейчас с головой не дружит. Буду через минуту.

Легкая четырёхместная повозка без верха тронулась с места. Она была единственной на каретном дворе при Академии. Алиса уже обрисовала кучеру ситуацию, и он обещал домчать с ветерком, тем более рыжая лиса посулила ему заплатить ещё столько же, если успеем к назначенному часу.

– Подождите! Стойте! – Келси неслась к нам наперерез, путаясь в своих волосах, и махала зажатым в руке конвертом.

– И ты в министерство? – поинтересовалась Ками.

– Да. Здрассьте, – длинновласка упала на жесткую скамью рядом с Ками, борясь со сбитым от бега дыханием. – Нам по пути? Вы тоже туда?

– Они да, а я – за компанию.

– П-почему только сейчас письмо принесли. Я даже одеться толком не успела, причесаться.

– А тебя только это волнует? – язвительно спросила я. – Ничего, что кое у кого здесь амнезия?! Это тебя не смущает? Что она министрам будет отвечать? Программу первого курса?

Келси уткнула виноватый взгляд в обшарпанный пол кареты. Они с Ками ехали спиной вперед, а встречный ветер навязчиво трепал длинные пряди.

– Твои волосы… Они снова запутались? – задумчиво произнесла Алиса и провела руками по иссиня-черным локонам сокурсницы, затем по своим, и снова по её. – А станок где?

– У Лакриша остался, – напомнила я, радуясь мимолетному просветлению в разуме подруги. – Полуголый мускулистый мужик с кудряшками, помнишь?

– Кажется, нет. Не знаю.

Я принялась описывать ей наиболее яркие, но нейтральные моменты из нашей совместной жизни, старательно обходя тему с оборотнями. Не всё сразу, да и Келси посвящать в это не стоило.

Длинновласка тоже включилась в разговор, рассказывая о событиях на их парах. Даже Ками – и та вносила лепту, подтверждая или дополняя наши рассказы деталями и фактами. Что-то в рыжей голове откликалось на эту информацию. Но рассчитывать, что за оставшийся путь она резко всё вспомнит, не приходилось.

Время нещадно поджимало. Деревья сплелись кронами и укрыли дорогу зелёной шапкой. В этом природном тоннеле неслась наша старенькая карета, резво подпрыгивая на ухабах. Вдруг раздался глухой треск, нас повело в сторону, обе лошади взбрыкнули и огласили лес протяжным ржанием.

– Пррру! – закричал кучер. – Стой!

– Что случилось? – Ками вскочила с сиденья.

– Дышло сломалось, – оглянулся на нас извозчик.

Этого движения хватило, чтобы на манжете его тёмного рукава холодным светом мигнула синяя запонка. Кучер и запонка, кучер и запонка… Какие нафиг запонки у кучера?!

Пока я перекатывала в мозгу эту мысль, человек на козлах круто развернулся и врезал огневичке в подбородок снизу вверх чем-то серым, металлическим. Глухой звук удара ещё не растворился в знойном воздухе, а Ками уже навзничь опрокинулась на мощёную дорогу. Пока визжала Келси, из носа огневички показалась кровавая капля и стремительно понеслась к земле, оставляя рубиновую полосу на фарфоровой коже юного лица.

Извозчик быстрым движением откупорил крышку бидончика, которым секунду назад выбил из боевой огневички весь дух и щедро выплеснул на нас содержимое. Всё случилось мгновенно, я даже не успела прикрыться. Ноздри щекотал душистый запах трав. Верла. Высококонцентрированная.

Четыре быстрых удара сердца мы осознавали произошедшее, а потом, под действием инстинкта самосохранения всё трое выскочили из повозки и рванули кто куда. Краем глаза видела, как иссиня-чёрные лохмы метнулись обратно по дороге в сторону академии. Мы с рыжей выбрали лес, но поскольку сидели рядом, то выпрыгнули из кареты в разные стороны.

Хоть бы одна убежала, хоть бы кто-нибудь из нас спасся и сообщил Арсу или Рэю. Да хоть самому Арчибальду.

Я ломилась через кусты, не разбирая дороги, да её и не было. Ветки царапали лицо и рвали одежду. Так нельзя. В кино всегда беглецов находили по сломанным веточкам, помятым травинкам и лоскутам оборванного тряпья. Но бежать надо, у меня мало времени. Сколько? Минут десять? Меньше? Чувствую усталость в ногах. Слишком рано, слишком рано. В голову постоянно лезут мысли о Ками. Жива ли? Зачем он это сделал? Маньяк? Я гнала эти вопросы прочь. Сейчас главное убежать, спрятаться, рассказать, просить помощи. Он один, а нас трое. Всех не догонит… Догонит, если уснем. Не спи, Кристина, беги!

А если не стоило убегать? Надо было попытаться сделать лэндбол! Нет. Признай, ты бы не смогла. Разве получилось бы у тебя сконцентрироваться, когда Ками… Ками… Жива ли? Не спи, беги!

Фак! Срань!

Я с трудом снова поднялась на ноги, руки и лицо нещадно горели, оно и к лучшему. Пусть лучше так, пусть лучше крапива, чем сон мертвеца.

Раздражающая боль не давала уснуть на ходу, но ход однозначно замедлился. В глазах двоилось, но я упорно передвигала непослушные ноги. Ничего, ничего. Ты сможешь. После спагуса было хуже, но ты справилась. А здесь всего лишь верла, ароматная душистая. Давай, Кристина, шевели задницей!

Зря так сказала.

Листья под ногами поехали куда-то вниз, я плюхнулась на попу и понеслась под откос, ковыряя пятками влажную землю, ощущая, как брызги и шматки грязи липнут к горящему лицу.

Зажмурилась и открыла глаза, лишь когда, после небольшого полета в невесомости приземлилась животом в холодный ручей. Вода быстро пропитывала ткань, леденила кожу, заливала рот и нос. Но хуже было то, что верла победила. Здесь и сейчас.

Отлично. Прекрасно. Столько пережить, открыть в себе магию, победить оборотня, найти любовь, дузей и всё, чтоб в конечном итоге вот так сдохнуть в канаве, захлебнувшись на глубине десяти сантиметров?!

– Да ты издеваешься?! – проорала я, не размыкая губ, обращая крик к небу, космосу, создателю.

Из последних сил по-черепашьи вытягивала шею, чтоб оторвать лицо от воды и втянуть немного воздуха, мыча, закашливаясь, захлебываясь. Моё тело уже спало. Руки, ноги безвольно покоились на дне канавы.

Единственное, с огромным трудом удалось подтянуть магией небольшой гладкий валунчик и подсунуть под своё лицо. Но это маленькое действие позволило дышать, но отобрало последние силы.

Сквозь тяжелые смежающиеся веки я разглядела напротив своего лица обляпанный комьями грязи мужской сапог. Дерьмо. Белоснежке в сказке однозначно повезло больше: птички, белочки, олени, гномики. Даже охотник – и тот был добр и отпустил на все четыре стороны. Но со мной чуда не произошло – грубые мужские пальцы приподняли безвольную голову за волосы.

«Ох не легкая это работа, из болота тащить бегемота» – всплыло безразлично в памяти, и я окончательно покорилась верле.

– Не о чем беспокоиться, леди, – рассеянными отголосками эха коснулся моего слуха мужской голос вперемешку с каким-то хрюканьем, – час, два и четвёртая будет здесь.

– В этом-то и проблема, Гвару, – раздраженно ответила невидимая мне женщина, – их должно было быть три, а не четыре.

– Так четвертую не надо?

– Гвару! – резанул воздух противный женский оклик.

– Надо, доставь её сюда, будь добр, – в разговор вступил новый и спокойный мужской голос. – И лучше бы тебе поторопиться.

– Да, лорд. Всё будет сделано в лучшем виде.

Я сморщилась от протяжного скрипа давно несмазанных петель, подобное отвращение у меня обычно вызывал звук царапанья пенопласта по стеклу. Так, это здесь ни при чём. Вопрос в том, где я? Вспомнила все последние события и внутри прокатилась волна холода. Шестое чувство подсказывало не подавать виду, что действие верлы прошло.

– Чери, дорогая, возьми себя в руки.

– Гвару – идиот. Ты представляешь, вот эту он из ручья выловил! А она могла там спокойно захлебнуться. Было б одной проблемой меньше!

– Он просто делал свою работу. Мы ему велели привезти этих леди сюда, он и привёз.

– Привёз, да не совсем тех! А так всё гладко складывалось. План был идеальным. Студентки бы исчезли, Ювальд получил бы пинок под зад.

– И получит. Его место будет моим, вот увидишь, дорогая. И даже эта огневичка нам не помешает. Сама посуди, какая разница – пропадут только студенты, или студенты и преподаватель? Всё равно их не найдут.

– Шуму будет больше, Тэл.

– Значит и больше претензий к Ювальду. Это нам на руку. Пойдём в дом, выпьем чаю, ты слишком нервничаешь.

Я дождалась противного скрипа и распахнула глаза. Взгляд упёрся в полусгнившие стропила и хаотично расположенные бреши в старой кровле, сквозь которые поблескивало лазурно-голубое небо, пыльными лучами освещая непонятное помещение. Подумалось, что я лежу то ли в амбаре, то ли в хлеву. В пользу последнего свидетельствовали поросячьи похрюкивания и характерный запах скотины.

Поднесла руки к лицу – скованы широкими браслетами с мерцающими синими прожилками. Значит, в моих оковах плещется магия. Водная, судя по цвету. Подергала – крепко зафиксированы. От наручников шла металлическая цепь, массивная и слабо мерцающая теми же синими жилами. Я перебирала круглые звенья взглядом, прошлась через кольцо в стене и на том конце цепи выхватила фигуру человека. Он расслабленно сидел, прижавшись спиной к каменной стене амбара, согнув одну ногу. Лицо скрывала тень от потолочной балки.

– Я бы мог пожелать тебе доброго дня, – произнёс смутно знакомый голос, а я резко села, – но не буду. Не сказать, что день добрый, да и ты мне никогда не нравилась.

В довершении монолога он слегка дёрнул цепь, раздалось лязганье металла, а мои руки взметнулись вперёд. Мы с ним связаны, что ж. Я тоже охватила руками цепь и рванула на себя. Он не был готов к такому ответу и по инерции дёрнулся в мою сторону, выныривая из тени.

– Трой?

– Курица зелёная, – проворчал парень и снова отодвинулся в тень.

Я всё же успела отметить, что выглядел бывший Алисы потрёпано и не свежо. Грязный, лохматый, лицо осунулось и хранило следы побоев. Так тебе и надо. Я бы ещё добавила.

Цепь от его оков продета через кольцо на стене между нами, от кольца шла ко мне и уходила дальше. Я повернулась. Ещё одно кольцо в каменной кладке, а на полу слева, разметав длинные волосы, лежала Келси. После неё виднелась щуплая фигура Ками. Я долго приглядывалась, щурилась и, наконец, уловила движение грудной клетки. Живая. Слава богу, живая.

А цепь ползла дальше, через кольца, пока не окончилась на толстой рукояти широкого меча ископаемых времен. Он покоился на каменной стене в кованых скобах. То, что это очень старый, но работающий артефакт, понятно сразу. Синее мерцание исходило от него, словно он был источником питания, раздающим энергию потребителям – нашим оковам, а кабелем служила толстая цепь. Мы словно рабы на галере. Хорошо хоть нет колодок, и на том спасибо. В дальнем конце амбара за дощатой перегородкой копошились невидимые глазу свиньи. Они беззаботно чавкали и хрюкали.

– В чём его суть? – кивнула я на меч, адресуя вопрос Трою.

– А ты догадайся.

– Давай вот без этого обойдемся. Я так понимаю, мы оба в незавидном положении.

– Курица. Если б не ты, моё положение было очень даже завидным! – он вскочил на ноги и зло пнул гальку на земляном полу. Камешки полетели вглубь помещения и с шумом отскочили от деревянной перегородки. Сразу по амбару раздалось недовольное свинячье повизгивание.

– Ты мог и без того дерьма достичь высот, Трой. Сам виноват.

– Мог, но когда? Через пять лет? Десять? Двадцать?

– И что? Ведь столько девушек погибло!

– Ну не я же их убил, – он усмехнулся и снова сел в тень.

– Но не без твоей помощи!

– Да насрать. Кого теперь это волнует?

– Их родителей, например!

– Магию блокирует.

– Чего?

– Курица.

До меня не сразу дошло, что он съехал со скользкой темы и ответил на мой изначальный вопрос.

Я заприметила небольшой камушек в углу и мысленно обратилась к нему. Тишина. Нет отклика. Моя магия молчала и по отношению к каменной стене амбара, и к рассыпанной неподалеку гальке.

– Убедилась?

Трой подбородком кивнул на мои оковы – они не мерцали, а пылали синим светом. И успокоились лишь спустя пару минут.

Слева раздался стон – Келси начала ворочаться. Она очнулась и запаниковала, от чего цепь начала бренчать. А сама девушка стала всхлипывать.

– Успокойся! Келси, блин! Успокойся! Не дергайся! Там же Ками, ты ей руки вывихнешь!

Я безуспешно пыталась достучаться до длинноволосой головы.

– Келси, детка, лучше б ты в постели так резво прыгала.

В амбаре повисла тишина.

– Т-трой? Трой! Ты! Что п-происходит?!

– Да ничего страшного, Келс, расслабься и получай удовольствие.

– Тро-о-ой… – взвыла девушка.

– Ке-е-елс, – передразнил парень и усмехнулся.

– Так, хватит! – взяла я ситуацию в свои руки. – Келси, посмотри, что с леди де Лейн. Можешь до неё дотянуться? Блин, да не реви ты! Пойми, она же препод с высшей категорией, кто, если не она разберется в ситуации?

Подействовало. Длинновласка шагнула влево, цепь между нами натянулась. Я тоже максимально сместилась влево, давая ей больше маневренности.

– Трой, оторви свою задницу от пола, блин!

Парень взял секунду на раздумье, потом нехотя подошел к кольцу между нами, тогда я смогла сдвинуться к кольцу между мной и Келси, а она, в свою очередь, почти добралась до Ками.

– Леди де Лейн? – позвала длинновласка. Руками дотянуться до огневички она не смогла, зато получилось достать ногой. – Леди де Лейн?

Ками издала слабый стон, но в себя не пришла. Плохо. Одна надежда на Алису. Я была готова молиться всем богам, лишь бы рыжей удалось скрыться от преследователей. Из подслушанного разговора было ясно, что Гвару пошел именно за ней. Беги, Алиса, беги.

Я припомнила разговор похитителей. Чери, Тэл, Гвару. Чери, Тэл, Гвару. Чери… «Привет, я томат, всех вас видеть рад» – проскочил в мыслях рекламный слоган. Дурья башка, это-то то здесь причем?

Ещё они про Ювальда говорили. И письмо мы от него же получили. Комиссия. Леди Чериза Наер. Чери. Она, точно она. Сходится. Парочка – баран да ярочка. Как второго-то звали? Нет, «Потник» это другой. Лорд Наер, как его там?

– Тэлонис, – очевидно, последние размышления я вела вслух, и Трой соизволил мне ответить.

– Да, точно, Тэлонис. Тэл. Нафига мы им, не подскажешь? Случайные жертвы какой-то политической игры? Лорд Наер хочет занять место лорда Ювальда в министерстве, это я поняла.

– А слушать ты умеешь, – усмехнулся Трой и звякнул цепью. – Вот только жертвы ни разу не случайные. Телонис хочет забраться повыше и подвинуть Ювальда. Я на Кзавинского кое-какой компроматик нагрёб.

– Мне говорили, что Ювальд – достойный лорд, «хороший мужик». Да я сама в этом убедилась. Он строгий, да, но адекватный.

– И что? Что с того? Все совершают ошибки, и он – не исключение. Телонис смотрит дальше, ломится вперед, но при этом не забывает подчищать хвосты. Чтоб потом какие-нибудь выскочки не нагадили в его репутацию.

– Но причём здесь мы? – всхлипнула Келси. – Я не понимаю! Сначала ты пытался нас сжечь в музее. За что, Трой? За что?! Что я тебе сделала?! А потом пришли эти из комиссии. Что такого в том, что я покупала бельё в магазине леди Шу! Да, поспорили мы там немного. И что?! Это же не преступление! Да я б в жизни к Элис первой не подошла, если б ты не попросил!

– Вот ты и ответила на свой вопрос.

– Трой! Да объясни ты норма-а-ально! – слова длинновласки были полны злобы, отчаянья и слез.

– Наерам нужны были они, – клацнул он цепью в мою сторону, – а ты шла бесплатным приложением. Просто потому, что я решил действовать через тебя. Твоя задача была заманить их в «Стрекозу», задержать там до темноты и как следует напоить. Всё. Потом тебе следовало уйти. Но я переоценил твои умственные способности. Намеков ты не поняла. Я следовал за вами от ресторана, запросто мог подкрасться и превратить вас в пепел в узких проулках. Но испепеление на улице грозило бы очередным расследованием. А вот в музее – дело другое. По обрывкам разговора понял вашу задумку. План созрел тут же. Вы сами пошли на преступление, пусть и не тяжкое, но всё равно незаконное. Значит во всём, что произошло бы в музее, вас априори признали бы виновными. Газеты бы пестрели заголовками, что две пьяные огневички случайно устроили пожар, угорели сами, сожгли зелёную подружку и полмузея в придачу. К сожалению, я ошибся в вас. Думал, что Келси умнее, что Элис бездарна в магии, а Кристина просто тупая курица. И тут на тебе, одна вовремя не уходит, вторая ставит мощный щит, а у третьей хватило мозгов позвать на помощь. Я потом всю ночь вас искал, спрашивал у извозчиков на всех ближайших каретных дворах. Вы не уезжали, это точно. Так где вы спрятались?

– Иди ты, – Келси снова всхлипнула.

– Да ладно, детка, разве ты не прониклись минутами откровений?

– Нет. Ой, есть же сигнумы! По ним нас скоро найдут.

– Не найдут. Магия заблокирована. Да и вообще у вас следящие знаки бракованные. В любом случае не найдут.

– Неправда, – шмыгнула носом Келси. – Ты лжешь!

– Зачем тебе вообще понадобилось нас убивать? История леди де Фонтин закончена. Что тебе бы дали наши смерти? Месть? Удовлетворение? – я гневно дернула за нашу с Троем цепь.

Парень тут же отомстил – резко потянул на себя, так что я опрокинулась на четвереньки. Козел! «Тянитолкай» фигов!

– А что было с леди де Фонтин? – не осталась в стороне Келси. – Она же умерла от сердечного приступа. Причем тут она?

– Чериза и Адриана неплохо ладили. Помогали друг другу в некоторых щепетильных делах…

– Хочешь сказать, что Чериза была в курсе кхм… + я покосилась на недоумевающую длинновласку, – кхм, того, что было в пещерах? Она знала?

– И она, и он. Наеры увязли в этом деле по самые уши. Думаешь, Адриана могла бы всё в одиночку проворачивать? Теперь старухи нет, но свидетели остались. Если б вы не уперлись рогом и свалили в свой мир, как вам и предлагалось, все были бы счастливы. Но две идиотки возомнили себя великими магами и теперь мы все здесь.

– Вот только не надо нас выставлять виноватыми! Мы на обед к Жардине не напрашивались, тем более в качестве основного блюда. И вообще, если Наерам так надо было от нас избавиться, почему послали тебя? Нельзя было кого-то поопытнее найти, с их-то связями? Это просто глупо, доверять такое, по сути, мальчишке.

– Они и не доверяли. Я сам всё решил. Не получилось у меня с Адрианой, получилось бы с ними. Надо было только найти верный подход. Устранение свидетелей было бы отличным подарком для начала продуктивного сотрудничества. Тем более, ранее мы уже пересекались, но то были мелочи, компроматы, небольшие услуги…

– Ты, похоже, совсем с головой не дружишь. С чего ж ты взял-то, что мы им мешаем? Настолько мешаем, что надо убивать? Это бред. Мы выбрали учебу, подписали все бумаги о неразглашении.

– Этого было мало. Я знал, что мало. Знал, чего Наеры на самом деле хотят.

– Дурак, если б они хотели, они бы давно нас и устранили, – я прижалась спиной к прохладной стене и подогнула под себя ноги на манер позы лотоса.

– Да не могут они. Ни сами, ни нанять кого-то, – продолжил пояснять парень, словно соскучился по разговорам. Сколько он уже здесь интересно? – В их родовой крови есть откат на смерть.

– Чего?

– Откат на смерть. То есть если кто-то из Наеров убьет мага, умрёт сам. Нельзя им убивать ни собственноручно, ни нанимать убийц.

– Это они тебе за чашкой чая рассказали? – раздался слабый голос.

– Ками! Слава богу! Ты как?

– Леди де Лейн! Леди де Лейн! – Келси с надеждой бросилась к огневичке насколько позволяла цепь. – Что происходит? Где мы? Что нам делать?!

– Подожди, Сибон, дай в себя прийти, – Ками по-прежнему лежала на спине, прикрыв глаза. – Так и что, Трой? Я слышала твой рассказ, в нём Наеры выглядят какими-то идиотами. Никто о родовых откатах не стал бы рассказывать направо и налево.

– Леди де Фонтин готовила меня. Я должен был стать членом её семьи и продолжить дело. Адриана знала слабые места многих знатных семей. Наеры не исключение.

– Но кто из них Наер? – спросила я, – Чериза или Тэлонис? Если откат в крови у одного, то супруг же может…

– Они не супруги, Кристина, – ответила мне Ками и начала ощупывать своё лицо на предмет повреждений. – Кто кому кем приходится, я не знаю, но они оба Наеры по крови.

– Тётка и племянник, – показал свою осведомлённость Трой.

– Он же старый! – удивилась Келси.

– И что? Да, тётка младше племянника, но так бывает. Поздние дети, ранние…

– Мне на это плевать, больше волнует, что они с нами делать будут, – практично рассуждала Ками. – Если убивать нельзя ни в каком виде, то и просто бросить нас здесь подыхать они не смогут.

– Здесь не бросят, бросят во Фрио.

Мерзкий скрип ржавых петель заставил меня втянуть голову в плечи и закрыть ладонями уши насколько позволяли дотянуться оковы. Мельком заметила, как огневичка замерла в прежней позе и притвориласьбессознательной. Дверь отворилась, и в проёме показался мужской силуэт с ношей на плечах.

Не успела. Алиса не успела убежать. Единственная надежда разбилась со скрипом этой чёртовой двери.

В мужике, одетом во всё черное, я узнала нашего извозчика. Гвару – так Наеры его называли. Проходя мимо меня, он сверкнул синей запонкой на рукаве, а я потупила взгляд, чтобы не привлекать его внимания и разглядела заляпанные грязью сапоги, те самые, что видела, захлебываясь в ручье.

Он прошествовал мимо и небрежно, с видимым облегчением, сгрузил рыжую ношу на пол, рядом с Ками. Грубо запихнул Алисины руки в оковы. Девушка дернулась, распахнула глаза и тут же брыкнула ногой, попав мужику по коленной чашечке.

Гвару виртуозно ругнулся и отвесил Алисе хлёсткую оплеуху прямо по лицу. Рыжие волосы взметнулись, и их хозяйка завалилась на бок и уткнулась носом в землю.

– Повторить? – самодовольно усмехнулся Гвару и присел на корточки перед Алисой.

– Да пошел ты! – прошипела гневно рыжая и снова лягнулась.

В этот раз мужик оказался ловчее. Перехватил ногу и выкрутил её резким движением, так что по амбару разнесся истошный вопль. Даже свиньи заткнулись и прекратили свою возню.

– Нравится? Я могу ещё.

Алиса автоматически перевернулась на живот, попыталась уменьшить боль, но натуженно взвыла.

– Прекратите! – я вскочила на ноги. – Перестаньте!

Гвару повернулся ко мне и ухмыльнулся. Но сказать что-либо не успел. Ками наблюдала за всем из-под опущенных ресниц. Когда мужик оказался на достаточном расстоянии, боевая огневичка резким отточенным движением сделала выпад всем телом. крутанулась на лопатках и зажала шею Гвару между своих бёдер.

Я нервно ликовала и от всей души желала, чтобы Ками придушила этого скота. Но набиравшая обороты хватка огневички в раз ослабла, а она сама отключилась от этого мира. Я не врач, но вспоминая тот удар в карете, предположила бы сотрясение мозга. Из носа Ками снова бежала струйка крови.

Тем временем Гвару встал на ноги, оттопырил ворот чёрной рубахи, хватая ртом воздух. Алиса уже не стонала, но болезненно пыхтела. Келси рыдала, вжавшись в каменную стену и прятала лицо за своими волосами, словно они были ширмой, способной отгородить её от этого кошмара.

Мужик яростно пнул грязным сапогом боевою огневичку под рёбра и зашагал на выход, шипя едкие ругательства.

Поднятая борьбой пыль улеглась, как и затихло пыхтение Алисы. Она принялась дёргать цепь, теребить браслеты, осматриваться, снова тянуть цепь, перемежая движения со шквалом вопросов и матом.

– Детка, не стоит так нервничать, – раздался из тени мужской голос.

Рыжая замерла и принялась вглядываться во мрачный угол.

– Не узнала, крошка?

– Трой?

– Я.

– Но… О, как же я рада тебя видеть!

– Соскучилась?

– Конечно!

– Как мило. Забавно.

– Не вижу ничего забавного! Какого чёрта происходит? Почему мы здесь? Почему ты здесь? Надоело наслаждаться новым статусом студента Первой академии? Мне сказали…

– Алис! – оборвала я рыжую. – Не стоит…

– Чёт я не понял, – парень поднялся, вышел из тени и с удивлением стал разглядывать бывшую девушку.

– Оу, – рыжая хотела встать, но охнула и принялась разминать свою ногу, – ты плохо выглядишь, Трой. Тебя что, били? Этот? Кто он вообще? Что от нас надо? Тебе не больно?

– С чего такая забота?

– Элис, – всхлипнула Келси. – Не говори с ним.

– С чего это? Ты что ли на него нацелилась?

Начался дикий абсурд. Алиса гнала на Келси, что та хочет увести у неё парня, Келси – на Троя, что он перевёлся и её бросил, нарушив все договоренности. Трой удивлялся, переспрашивал, уточнял и ничего не понимал. Келси, всё ещё всхлипывая, отбивалась от наездов Алисы и огрызалась на Троя. Слава богу, о любви не говорил никто. К нервной ругани присоединились поросячьи повизгивания и бренчание цепей. В долбанном хлеву стоял жуткий гвалт.

– А ну заткнулись все! Мать! Вашу! За ногу! – заорала я что есть мочи, намереваясь следующим этапом направить двух девиц на осмотр распластанной между ними Ками.

Подействовало. В амбаре осталась только возня животных за перегородкой.

– Я думала, это никогда не прекратится, – слабым голосом произнесла очнувшаяся огневичка. – Будьте любезны, дайте немного насладиться тишиной.

Леди де Лейн сначала потерла виски, потом смазала с лица кровь рукавом своей светлой блузки.

Мы разошлись по своим местам: Трой отполз обратно в тень, Келси, Алиса и я уселись спинами к стене, и лишь Ками осталась лежать в прежнем положении. Каждый думал о своём и, уверена, каждый сошёлся на мысли, что сейчас важнее разобраться в сложившейся ситуации, а не разводить грызню непонятно за что.

Я заметила, как переливаются синим свечением оковы Ками и становятся ярче. Огневичка пыталась использовать свою магию. Безрезультатно.

– Кристин, – позвала Ками, – в оковах блок на магию. А ты пробовала?

– Да, у меня тоже не вышло их снять.

– А если хорошо подумать. Ты ведь отличаешься от нас.

Трой заржал в своём углу, а потом резко встал и подошел к кольцу между нами.

– Точно, курица зелёная! Отличаешься!

– Трой, это дискриминация по стихийному признаку, – возмутилась, воспитанная в толерантности рыжая норвежка.

Трой снова хохотнул.

– Иди сюда, Кристина, – позвал он меня, ощупывая кольцо в стене, – иди, чего расскажу. Да не ссы. У меня появилась гениальная идея.

Я пододвинулась ближе. Он с ухмылкой заговорщика кивнул на стену. Пришлось дёрнуть цепь, заставляя Келси сместиться в мою сторону, и позволяя мне стать почти вплотную к парню. Мысленно отмахиваясь от запаха несвежего тела, я уставилась на кольцо и цепь.

– Что? Я не понимаю?

– Не видишь разницу?

– Нет, – честно призналась я, осматривая каждую микроскопическую трещинку в камне стены.

– А разница в том, – он говорил мне почти в самое ухо, – что дискриминация вовсе не по стихийному признаку, а по половому.

Я опомниться не успела, как он нагло стиснул в своих грязных лапах мою грудь.

– Козёл! – я заехала ему коленом в пах, хотела ещё дать пощечину, но цепи не позволили.

– Трой! – хором возмутились девицы позади меня.

– А что Трой? – хохотнул он, потирая промежность. – Из всех, кто есть в этом сарае, я не объездил только её, да кабанов. Последние меня совершенно не интересуют, впрочем, и зелёная тоже. Не мой размерчик.

– Хамло!

Дальше на парня посыпались оскорбления. Женская солидарность во всей красе.

Я лишь злобно ворчала и отлично осознавала, что всё это тупой спектакль. Не его размерчик. Ха-ха-ха. Тут как бы Ками и Келси вообще нечем гордиться, а Алиса, наоборот, одарена природой с избытком. Он просто хотел поиздеваться и полапать и… Да козёл просто. Скотина.

Был бы тут Рэй, руки бы Трою оторвал… Стоп. Воспоминания о Рэе всколыхнули мою память, и намёк Ками стал очевиден. Я же артефактор, в моей внутренней магии есть золотая примесь. А что, если этот меч настроен блокировать только стихийные потоки? Надо попробовать.

Я опустилась на землю и попыталась сконцентрироваться. Постепенно переругивания, споры, всхлипы других пленников сместились на задний план. Кто-то меня звал, что-то говорил, но всё это осталось за вакуумом, который я создавала вокруг себя. Чувствовала, как течёт во мне магия, наполняя тело до самых кончиков пальцев, и вместе с тем ощущала блокаду. Внутри меня бурлила стихия земли, металась, искала выход. Но оковы словно возвели плотину на моём потоке внутренней силы.

Был бы у меня спагус, уверена, дело бы пошло. Но этой вонючей травы нет. Придерживая концентрацию, уловила пробегающую мысль, что надо бы завести какой-нибудь медальончик, в котором держать травинку на экстренный случай. С концентрации таки сбилась, поморщившись от воспоминаний о боли в груди и глюках.

Встала, прошлась по своему пяточку, ограниченному длиной цепи. Я обратила свой внутренний взор к Рэю. Воспоминание о нашей первой встрече в ночной библиотеке окутало меня мягким одеялом. Представляла будто Рэй… нет, тогда ещё Кор… Будто Кор рядом, снова стоит сзади, дышит в затылок горячим дыханьем, крепко сжимает в своих объятиях ароматными руками. Я с шумом втянула воздух из воспоминаний. Спагус мне не нравится, лучше пусть будет по-старому – кориандр. Маленькие круглые зерна, сильные мужские пальцы, обжигающие поцелуи, уносящие в другую реальность…

В груди что-то откликнулось, что-то вяло заворочалось, скручиваясь в узел. Надо действовать. Но оковы остались оковами, лишь светились они теперь не чисто синими прожилками, а с примесью золотистой паутинки, словно вытягивали из меня тоненькие ниточки.

Ладно, а если не оковы. Я взялась за цепь. Ничего. Блин. Ещё идеи?

Подошла к кольцу в стене между мной и Келси. Очевидный выбор после выходки Троя. Магия блока заложена в мече, цепи и оковах, но большое железное кольцо – самое обычное, вбито таким же обычным штырём в стену. Надо только выдернуть его. Давай же!

Я тянула за кольцо, уговаривая штырь выскочить из стены. Тщетно. Сдаваться не хотелось. «Если гора не идет к Магомету, Магомет идет к горе». Одной рукой я держала кольцо, другой упиралась в камень стены. Отпусти, а? Ну пожа-а-алуйста. Чего тебе стоит?

Кольцо в руке потеплело, легким в груди становилось всё теснее и теснее с каждым вздохом. Сквозь фоновый шум пробивались отчаянные поросячьи визги, медленно превращающиеся в рычание. Я уже знала, кого увижу, если обернусь.

Зловонное дыханье проникало в ноздри, осязалось лопатками, затылком, кончиками волос, вызывая в горле тошнотворный ком. Пальцы словно не мои то деревенели, то дрожали как при болезни Паркинсона. Плевать, так и должно быть, так и было в прошлый раз. Главное не оборачиваться, главное не смотреть ей в прямоугольные зрачки. Дерьмо. Давай же! Влажное вонючее дыханье было прямо над моим левым ухом, а я упорно смотрела только на камень перед собой.

– Да пошла ты в задницу, – устало прошептала я в стену, адресуя слова оборотню.

От штыря по камню сеткой побежали мелкие трещинки. Ещё секунда – и я почувствовала, как снизилось сопротивление. Миллиметр за миллиметром поддавался штырь и вытягивался наружу. Я тянула за кольцо и старалась не думать, как сзади ко мне прижимается злое шерстяное тело твари.

Последний рывок – и я по инерции плюхнулась на попу, хотя, казалось бы, должна была на зверя. Но его не было. Как и не было вони и рычания. Кольцо со штырем валялось рядом. Всё же меня скрутил рвотный спазм. Хорошо, что сегодня я не успела позавтракать.

Все звуки вокруг смешались в монотонный гул. Слов было не разобрать, а потому смысл того, что мне говорили, неумолимо ускользал. Я провалилась в темноту.

Не открывая глаз, поняла, шея затекла, а голова лежит на чем-то тёплом, но не сказать, что мягком. Чьи-то руки нервно теребят мои волосы. Пить хотелось адски. С усилием подняла веки и тут же ухватила взглядом железную цепь, ползущую по земле, словно длинная змея. За цепью обнаружились трое. Моя рыжая подруга стояла с магическим мечом в вытянутых руках и угрожающе направляла острие в сторону своего бывшего парня. Рядом, одной рукой придерживаясь за стену, другой сминая ворот футболки парня, ругалась Ками. Она активно его в чём-то убеждала. Нет, не говорила, а орала. Но слова отдельными звуками пробивались в моё сознание, с трудом я выхватывала суть происходящего.

Слегка повернула голову вверх и столкнулась с беспокойным взглядом Келси. Это она дергала меня за волосы, не разбирая уже где её, а где мои, ведь оказалось, что я лежала на её коленях.

Пока я сделала для себя вывод – от стены цепь отстыковали. Даже меч смогли достать. Хорошо. Сбегать будем в связке как альпинисты на сложном горном рельефе. Ну и что, главное свалить. А меч можно по очереди тащить, выглядит он массивным, рыжая его двумя руками еле удерживает.

Я внутренне себя поздравила с маленькой победой – задумка удалась. В подтверждении этого, я углядела очертания кольца со штырем в заднем кармане когда-то бежевых, но теперь просто серо-грязных брюк леди де Лейн. Артефакт у нее. Мой второй в жизни артефакт. А ведь в этот раз было не так страшно. Жардина приходила, рычала, пугала, воняла. Но я сделала что хотела. Может со временем смогу привыкнуть к своим страхам? Ладно, это всё потом, а сейчас…

– Что? – одними губами спросила я у длинновласки.

– Он не хочет бежать, – кивнула она на Троя и всхлипнула припухшим, раскрасневшимся от рыданий носом.

– Почему?

– Говорит, что Наеры обещали отправить его во Фрио. Это высший мир. Он там сможет начать жизнь с нуля. А здесь у него никаких перспектив.

– Но…

– Да, Наеры не транспортировщики, – ответила Келси, хотя я не то хотела спросить, я вообще думала про наш побег, а не про межмирные перемещения. – Отец лорда Тэлониса им был, а ещё он работал на Фрио. Тайно. Оттуда не возвращаются. Из Фрио. Оказывается, этот мир не отпускает. А если и отпускает, то не свободными. Те немногие, кто вернулся, вынуждены постоянно передавать сведения о нашем мире туда, вверх, в высший мир. Ты знала? Я нет, и никто не знал. Трой так сказал.

– Келси, а…

– А лорд Тэлонис проводит эксперименты. Он уже почти смог восстановить заклинание своего отца о транспортировке в тот мир. Они не могут нас убить из-за отката на смерть. Но выкинуть навсегда из этого мира – решение всех проблем. Для них. Кристин, они ведь так не сделают? Скажи, а? Скажи, Кристин! Я не хочу туда, я хочу домой. Можно мне пойти в свою комнату? Можно? Ну пожалуйста…

Длинновласка прибывала на грани истерики и паники. Поэтому я просто кивнула. Но это её, конечно, не успокоило. Вообще у неё всё как-то волнами происходило, то рассуждает здраво, то ржет как злодей в мультиках, то хихикает словно глупая гризетка.

Пока Келси посвящала меня в суть происходящего, Ками перешла от слов к делу и провела внезапный хук справа. Парня вырубило с одного удара. Правда и огневичка опустилась на землю, держась за голову. А потом её и вовсе вывернуло. Я убедилась в правильности своего диагноза – сотрясение.

Мы окружили лежащего парня.

– И что дальше? – первой нарушила тишину Алиса, – как мы его потащим?

– Посадим верхом на свинью, – нервно хохотнула позади меня Келси, – и отправим аллюром.

Мы переглянулись.

– А это мысль! Пинать свинью проще, чем тащить этого. – Согласилась Ками.

– Гадство! – Алиса первой заглянула за деревянную перегородку небольшого загона. – Облом!

Нехитрый план развалился в пух и прах: похрюкивали и рылись в корыте с несвежими отходами вовсе не свиньи, а настоящие дикие кабаны с жёсткой бурой шерстью, злобными глазками и длинными клыками.

– Зараза! – меня всё раздражало: этот амбар, гул в голове, хрюкающие кабаны, истерика Келси, козёл Трой…

– У кого ещё какие идеи? – окинула нас уставшим взглядом Ками.

Я выразительно посмотрела на меч в руках рыжей и на руки парня. На меч и на парня.

– Чёрт! – вырвалось у Ками. – Дерьмо!

Келси снова истерично захихикала.

– Дерьмо! Дерьмо! Дерьмо! – сплюнула боевая огневичка. – Какое же дерьмо! Ладно! Дай сюда!

Леди де Лейн забрала оружие, брякнув цепью, я же вытянула руки распростертого на земле Троя.

– Руби, – не узнала я свой собственный, чрезмерно спокойный и холодный голос.

– Ууу-ха-ха! – развеселилась Келси сквозь слезы.

– Кому-то пора в психушку, – снова мой равнодушный голос.

– Нам всем. Раз собрались делать такое. Я против! – Алиса гневно смотрела, но не предпринимала никаких попыток остановить нас.

– Вот только не надо на жалость давить, – возмутилась Ками. – Думаешь, мне легко? Я боевой маг, а не расчленитель безоружных студентов без сознания. Мне ли не знать, что маг без рук это всё, конец. Лучше уж убить сразу.

– Ну так и убей, – снова мой безжизненный шелестящий ответ, – он же нас жалеть не собирался, когда оборотню скормить хотел или когда в музее сжечь.

– Какому ещё оборотню, Стине? – выпучила глаза рыжая амнезийная подруга.

– Оборотню-ю-ю… Ха… Ик! Оборотню-ю-ю. Ау-у-у, – завыла Келси.

Леди де Лейн замахнулась мечом. Ругалась, материлась, сквернословила… и ничего не сделала.

– Не могу! Это подло. Это низко. Это…

– Это наше спасение, он сделал свой выбор.

Пришлось мне забрать оружие у Ками и занести над головой.

– Твою за ногу! – я с силой опустила меч.

Мы пробирались через дикий малинник, царапающий кожу, цепляющий одежду. Окончательно съехавшая с катушек Келси то подхихикивала, то останавливалась, чтоб пожрать малины. Дура. Продвигались медленно, и дело было даже не в колючих ветках и в подпинывании длинновласки, а в увесистом мужском теле, которое мы волокли за собой на цепях. Ни дать ни взять, а картина Репина «Бурлаки на Волге».

Да, там в амбаре, я со злостью ударила мечом об землю. Даже не знаю, из каких глубин моей души вырвалась эта жуткая идея, но в самый ответственный момент вся моя безразличная решимость куда-то испарилась. И слава богу. Я бы себе этого не простила. Остается думать, что у меня, как и у Келси случилась истерика, только у длинновласки она развивалась по классическому сценарию, а у меня по какому-то маньячному. Жуть.

Мы с трудом выбрались из малинника и углубились в лесную чащу. Очень кстати я вспомнила настенный плакат с уроков ОБЖ и картинку импровизированных носилок. Мечом срубили два тонких ствола каких-то неизвестных мне деревьев, нацепили на них с двух сторон свою одежду с верхней половины тел, просунув деревца в рукава.

– Молодец, Кристина. Галочка тебе в ведомость, – преподавательским тоном одобрила получившиеся носилки леди де Лейн.

– Спасибо конечно, вот только вы у меня предметов не ведёте. Отдаю свою галочку Алисе. Вдруг пригодится.

Огневичка кивнула.

Алиса и Ками шли впереди, мы с Келси тащились сзади. Не сказать, что идти стало намного легче. Трой весил свои сколько? 80 кг? Допустим. Разделить на нас четверых выходит по 20 кг. Да еще и меч тяжеленный. Но хотя бы отминусовалась сила трения, с которой мы волокли парня по земле, траве и веткам малины. Чтобы занять мозг, я попыталась вычислить эту самую силу, но никак не могла определить коэффициент трения, который напрямую зависит от природы трущихся поверхностей. Сильно сомневаюсь, что в таблице полезных диапазонов после граф «дерево по металлу», «резина по пластику» будет «тело человека по кустам малины».

– Леди де Лейн, – Алиса обратилась к огневичке, – вы уверены в направлении?

– Конечно, я ж в этом лесу каждый день гуляю, грибы собираю и кабанов в том хлеву подкармливаю. – Съязвила Ками.

Ей тоже было тяжело. Наверное, тяжелее всех, ведь периодически она подтормаживала, потирала виски, пару раз её даже выворачивало. Гвару хорошо приложился бидоном по её голове. Сволочь. И Трой тоже сволочь. Козёл! Лежит тут как почетный рыцарь с мечом и цепями на пузе, а его четыре полуголые бабы на носилках тащат, колыхая грудями в лифах. Тьфу!

Не нравился мне этот меч на Трое. Вот очухается…Чёрт! Очухался. Глаза приоткрыл. Я среагировала быстро, перехватив меч за рукоять свободной рукой. А то мало ли что этому гаду в голову взбредёт. Под собственным весом острие меча тут же воткнулось в землю.

– Крошки мои, шикарный вид. А опахала у вас не найдется? Жарко сегодня.

– Заткнись, – рявкнула я на него.

– И вина, пожалуйста, синего мизейнского с кубиком льда. Ах да, ещё будьте любезны подать гроздь розового винограда и медовых орехов, – под нашими испепеляющими взглядами он слегка повернулся на бок и резко отвесил хлесткий шлепок по Алисиной филейной части. – Шевелись, детка.

– Совсем офигел!

Рыжая разжала руку с древком, носилки перекосило, раздался треск рвущейся ткани, и парень тут же скатился на землю. Не теряя времени, я перехватила меч двумя руками и приставила лезвие к шее Троя.

– Вставай и иди, – сухо скомандовала я.

– А не хочу.

На его коже появилась багровая полоса.

– Курица зелёная. Ничего ты мне не сделаешь.

– Ошибаешься. Я собиралась отрубить тебе руки и бросить в том хлеву. Жаль девочки остановили. Но меня всё это знатно напрягает. Так что или ты идешь, или я возвращаюсь к своему плану. В этот раз меня уже никто не отговорит.

– Ты блефуешь.

«Конечно да». Я подумала одно, но сказала то, чего требовала ситуация:

– Проверим? Ты же не блефовал, снюхавшись с Адрианой, не блефовал в тех пещерах, не блефовал в музее. А? Кажется, у меня достаточно причин от тебя избавиться. И я не Наер, отката на смерть в моей крови нет. К тому же я ж тебя не убью, а всего лишь освобожу от оков. Ну так как? – я надавила мечом чуть сильнее и выжала из себя садистскую улыбочку. – Желаешь освободиться?

«Пожалуйста, придурок, вставай и иди».

– Курица зелёная, – прошипел парень.

– Где-то это я уже слышала. Другие слова знаешь?

– Пошла ты.

– Нет, пойдешь ты. Вперёд!

Я возблагодарила бога, что парень принял мою игру и поднялся на ноги. Леди де Лейн незаметно одобрительно мне кивнула. Подозреваю, в уме она отписала мне ещё одну галочку. Опять же, передам её Алисе, которая, чертыхаясь, уже раздела ставшие ненужными носилки. Рыжая скептически разглядывала растянутую дранину, в которую превратились наши вещи. Келси нервно облачилась в свою футболку, с ужасом в глазах отмечая, что эта тряпка теперь мало что скрывает. С воплем: «отец заругает» девушка похватала наши вещи и напялила на себя их все. Из длинновласки получилась невразумительная, зато наглухо закрытая капуста. Мы переглянулись – точно умом тронулась. Кому ты нафиг нужна в этом дремучем лесу? Ками попробовала поговорить с Троем о нашем маршруте. Без толку. Да и скажи хоть что-то, я лично бы ни на грош ему не поверила.

Не знаю, сколько мы прошли, но устали адски. Лес то редел, облегчая нам путь, то густел так, что ветви драли ткань брюк, волосы, кожу. Ками периодически тошнило. Келси закончила истерить, но принялась доставать всех своим нытьём. Алису немного штормило и вспышками выбрасывало в воспоминания. Отвары лекаря о’Касти давали свои плоды. Вот только в моменты погружений в анналы памяти рыжая словно выпадала из этой реальности, превращаясь в неподвижную статую. Трой развлекался как мог: отпускал похабные шуточки, пользовался амезией Алисы и пытался к ней подкатить и втереться в доверие. А затем он и вовсе начал озираться по сторонам, словно что-то выискивая взглядом. Это напрягало.

– Что бы ты там не задумал – брось, – сказала я ему и слегка подтолкнула в спину мечом.

– Смотри сама не порежься, стерва.

– О, в твоём лексиконе появилось новое слово? Надо же! Прогресс-то какой!

Ответом мне стал поток ненормативной брани, закончившийся непременно зелёными курицами. Ко, блин!

– Если ты лелеешь в своей голове план побега – то обрати внимание на цепь. Даже если ты найдешь, что так старательно высматриваешь, если вырубишь нас каким-то чудом, всё равно никуда не денешься. Это мы тебя вчетвером могли тащить. А ты хоть и пародия на качка, но нас всех не унесешь.

– А зачем мне нести, ты же такую гениальную идею мне подала. Нет рук – не проблем.

– Хватит! – оборвала наш спор Ками. – Выберемся, обещаю, лично доставить тебя к Наерам. Прежде, чем предавать их карме, заставлю этих двоих отправить тебя во Фрио, идёт? Мы выберемся, ты переселишься в мир иной. Все в плюсе.

– Кроме Наеров, – хмыкнул Трой.

– Наеры получат по заслугам. Уверена, за них ты переживать не будешь. Так что поможем друг другу. Давай без глупостей.

– Ну-ну. Вы-то выберетесь, а меня тут же министрам на растерзание бросите.

– Я тебе слово боевого мага огня высшей категории даю.

– У-у-у. Серьёзно-то как…

– Трой! Не паясничай, – Ками вплотную подошла к парню и посмотрела глаза в глаза, – ты прекрасно понимаешь, о чём я. Как студент пятого курса эту тему ты точно изучал и знаешь, что такими словами не разбрасываются.

– Бла-бла-бла…

Взглядом Ками метала молнии, хмурила брови и… Раздался хлёсткий звук.

Пока мы устраивали разборки с упёртым парнем, Алиса незаметно снова впала в ступор, погрузившись в своё сознание. А вынырнув в реальность, залепила Трою пощечину.

– Сволочь!

– Я тебя тоже люблю, крошка, – Трой потёр свою щёку.

– Ещё раз так меня назовешь…

– И что, крошка?

Алиса снова взмахнула ладонью, но парень был готов и ловко увернулся от удара. Она тут же пустила в ход левый кулак, метя в солнечное сплетение, но Трой выставил блок, и атака провалилась.

– Прекратили! – рявкнула леди де Лейн. – Элис, стой! Оставь его.

– Да он же!

– Мы все это знаем. Вспомнила, вот и хорошо. Но разборки устраивать сейчас не время. Надо выбираться из этих дебрей.

Рыжая, все ещё пыхтя, чуть подобрала цепь и намотала два оборота вокруг кисти, создавая импровизированный кастет, но нападать не спешила.

Наша небольшая процессия двинулась дальше. Шли вперёд молча, даже длинновласка притихла, прекратила жалобно ныть и сдалась судьбе. Ненадолго.

Лес можно было назвать свежим и старым одновременно. Зелёные тонкоствольные деревца прекрасно уживались в тени огромных великовозрастных дубов, переплетались ветками орешника и ползучими лианами, увешанными шишками хмеля. Иной раз эти природные сплетения были настолько густыми, что приходилось пробираться сквозь них согнувшись в три погибели, а то и вовсе искать обходные пути.

Возле раскидистого дуба, прямо на рассыпанные в изобилии желуди плюхнулась Келси.

– Я устала.

И это не было нытьём или рыданиями. Нет. Она отстраненно констатировала факт и дала всём понять, что дальше не сдвинется с места.

– Ладно, сделаем привал, – согласилась Ками. Она и сама порядком выбилась из сил.

Женская часть отряда расселась на земле, а Трой, не потрудившись даже отвернуться, насвистывая незатейливый мотивчик, принялся мочиться на ближайший куст репейника. Но ни одна из нас не сделала парню замечание, во-первых, усталость брала своё, во-вторых, всем, по сути, было давно плевать на правила приличия.

– Ками, – позвала я прикрывшую глаза огневичку, – а что будет с Наерами, когда вся эта история выйдет наружу?

– Карма, конечно.

– А если точнее? – я принялась разминать руками гудящие от марш-броска ноги. – Что за карма?

– Соберут совет министров и решат.

– Что, например? Как в Ампелосе поступают с преступниками?

Почему-то этот вопрос пришел мне в голову только сейчас, хотя я уже столько времени в этом мире, да не просто учусь, а плотно влипаю в криминальные истории.

– Как решают, так и поступают, – встрял в разговор парень, поправляя замызганные штаны. – Могут взыскать кругленькую сумму, могут отнять имущество и титул, могут выслать с низшие миры без права возврата.

– А могут сделать всё вышеперечисленное одновременно, – добавила Ками. – Или просто отнять магию.

– Да уж, – Алиса наколола на меч стопку дубовых листьев, – это самое страшное для мага. Напоят зельями-настоями и привет – ты уже обычный человек. Так поступили с магом, испепелившим любовника своей жены. Читала в прошлом месяце в «Вестнике». Ой, точнее не в прошлом месяце, а в прошлом году. У меня немного размыты границы времени. Дурацкое состояние. Как с похмелья – вчерашнее помнишь урывками и не понимаешь, утро сейчас или день, а может и вовсе понедельник.

– Летят два крокодила, один зеленый, а другой на север. Сколько стоит пьяный ежик, если козырь бубны? – всплыл в моей памяти какой-то земной абсурд.

– Чего?

– Да ничего. Просто пить охота. Долго ещё сидеть будем?

Я периодически смотрела в ту сторону, откуда мы пришли.

– Наерам не составит труда нас нагнать, – кивнула я на оставленный нашей группой четкий след – протоптанную среди зарослей тропинку, – это лишь вопрос времени. Возможно, они уже обнаружили, что амбар пуст.

– Это вряд ли, – отозвался Трой. – Гвару приносит еду утром и вечером. Утро уже было. Вечер ещё не наступил, хотя и не за горами. Так что можете расслабиться, леди.

– И почему я не верю ни единому твоему слову?

– Я тоже, – поддержала меня Алиса. Она пока ещё не воспринимала меня как близкую подругу, но лед тронулся, и рыжая была полностью на моей стороне. – Предлагаю идти дальше.

Удивительно, но совсем скоро мы вышли на старенькую мощеную гладкими булыжниками дорогу. Сомневаюсь, что на ней разминулись бы две кареты. Да это было не важным, ведь повозок вблизи не наблюдалось. Пусть и скудные, но всё же признаки цивилизации заставили всех облегченно выдохнуть. Особенно просияла Келси.

– Налево? Направо? – туда-сюда вертела рыжей головой Алиса и, в конце концов, остановила вопросительный взгляд на преподавательнице.

– Я здесь впервые, – отозвалась задумчиво Ками. – Не надо на меня так смотреть.

– А я б пошел налево, – вставил свои пять копеек парень.

– Очевидно, по привычке, – съязвила Алиса.

Как-то само собой получилось, что вся женская часть отряда единогласно направилась в правую сторону. Парень лишь хмыкнул и поплёлся следом, словно телёнок на веревочке.

Дорога змеилась сквозь лесную чащу, то тут, то там заставляя нас спотыкаться о выбившиеся из дорожного покрытия булыжники. У меня же в голове на повторе вертелась детская песенка: «Идем дорогой трудной, мы в город Изумрудный…». Да, шагать было непросто, но легче, чем сквозь лесные заросли. И вообще, все словно воспряли духом, даже умудрялись подшучивать. Трой, после того как Камила де Лейн в четвертый раз заверила его в том, что отправит его во Фрио и не будет требовать наказания, тоже заметно расслабился.

Ещё дважды вильнула дорога и мы рассмотрели конечную точку пути – небольшой трехэтажный особняк с красивым цветочным садом перед парадным входом. Сразу за линией цветов блестел зеркальной гладью небольшой прудик. Пить мне захотелось с утроенной силой.

Сам дом выглядел старым, очевидно левая его половина не была жилой, зияла пустыми окнами без рам и покосившейся кладкой. А вот правая разительно отличалась чистотой, уютными занавесками и цветочными горшками на подоконниках.

– Только бы хозяева были дома! – воскликнула Алиса и ринулась вперед.

А я почувствовала, как сзади натянулась цепь.

– Трой, шевели колготками! – оглянулась я и обмерла. – Черт!

Парень стоял и всматривался назад. По дороге в нашу сторону стремительно бежал Гвару.

– Быстрее! Все в дом! – заорала я, дернула цепь и утянула Троя за собой.

Паника в отряде нарастала. Позади уже был слышен тяжелый топот сапог, уверена, что всё таких же грязных. А до дома оставалось метров… не знаю сколько… много.

Бежать как единый организм не удавалось – то спотыкались, то путались в цепях, то Келси упала и разбила колени в кровь. Расстояние между нами и Гвару сокращалось быстрее, чем между нами и домом. Чёрт!

Логично предположить, что нас пятеро, а он один, казалось бы, не о чем беспокоиться. Но все понимали высокую вероятность наличия у него какой-нибудь пакости вроде верлы, и тогда численное преимущество значения иметь не будет.

Лжеизвозчик настиг нас в цветущем саду, когда до крыльца оставалось всего ничего. Потому как рухнуло тело позади меня, стало ясно, что Трой отправлен в нокаут. Я была следующим звеном в цепи. Поскольку всё случилось молниеносно, падение парня по цепной реакции вызвало и моё. Я лишь успела подставить ладони и смягчить столкновение с брусчаткой. А следом поочередно распластались и остальные.

Гвару не говорил ни слова, только гадко ухмылялся злыми глазами. Словно фокусник ловким движением достал из заплечной сумки памятный бидончик. Мы вскочили, как ни странно, первой ринулась на извозчика Келси. Только вот она не стала нападать, а лишь грохнулась перед ним на колени, тем самым натянула цепь.

– Пожалуйста, не надо! Отпустите меня, прошу вас! Мой отец хорошо заплатит! – затараторила она с невероятной скоростью, нервно сминая окончания слов. – Сколько хотите! Я прошу…

Глухой удар твердой руки, холодный блеск синей запонки и длинновласка опрокинулась на куст желтого лилейника, приминая бессознательным телом душистые цветы.

Дальше думать было нечего. Адреналин отбивал дробь в висках, а рука Гвару небрежным движением обтерла кровь Келси об полу чёрного сюртука и потянулась к крышке бидона. Если он откроет его – то всё. Это конец для нас всех. Я ринулась на мужика. Даже не знаю, на что я рассчитывала, но как оказалось, я была не одинока в своей импульсивности. Алиса и Ками, не сговариваясь, тоже набросились на эту сволочь. Все мы понимали, что вот он – наш последний шанс.

Я словно столкнулась с титановым молотом, который вышиб из меня весь воздух. Перед глазами заплясали чёрные точки, горизонт завалился куда-то вправо. А потом раздался глухой вопль, звон металла по камню, я непонимающе отметила, как покатился, подскакивая на неровных булыжниках, нераспечатанный бидон. Хватала ртом воздух, словно рыба, но его всё не было и не было. Захрипела. Что-то хлюпнуло в груди. Будто со стороны слышала свистящее дыхание, чередующееся с болезненной бранью.

Не сразу осознала, что хриплю, оказывается, вовсе не я. Затуманенный обзор показал, как сипит Гвару, стоящий на коленях. Из его груди торчит рукоять древнего меча, переливающегося синими магическими прожилками.

Алиса?! Я заторможенно посмотрела на рыжую – сидит возле Келси в цветочных кустах. Неестественно прижимает к груди кровоточащую руку с оголенной костью. Отметила про себя – открытый перелом лучевой кости. Ухмыльнулась, может, стоило в медицинский пойти. Не было бы тогда всего этого. Не встретилась бы я с Викой, не попала бы по её вине в Ампелос… А магия? Ну уж нет. Моё место здесь. Ну не прямо здесь, а хотя бы в комнате № 308 второй Академии стихий.

– Кристина? Ты как? Кристин…

Услышала я зов сквозь поток своих хаотичных мыслей. Снова передо мной Гвару на коленях с мечом в груди, а Ками щипает меня за щёки. Зачем? Я отмахнулась от неё, как от назойливой мухи.

– Давай, Кристина, дыши. Медленно. Не спеши. Вдох-выдох. Ещё. Спокойнее. Та-а-ак. Хорошо.

– Эй! Помогите! – а это уже рыжая вылезла из кустов и морщилась от боли. Она смотрела на окна дома.

Точно. Цепь. Теперь, когда Трой и Келси в отключке, добраться до крыльца нам будет неимоверно сложно.

– Есть кто дома?! – продолжала звать на помощь Алиса. – Что со Стине, леди де Лейн?

– Два ребра сломано, насчёт третьего пока не пойму.

Вот уж обрадовала. Я кашлянула в ладонь и ощутила резкую простреливающую боль в грудине.

– Крови нет, значит, легкие не проткнуты, – хриповато заверила я подруг, хотя больше успокаивала сама себя. – Этому гаду сейчас гораздо хуже.

Ками посмотрела на сипящего мужика и резким движением выдернула меч. Гвару взвыл вперемешку с шипением, свалился на бок, но продолжал издавать отвратительные булькающие звуки и окрашивать серые камни дорожки в багряно-красный.

– Элис, – огневичка подозвала рыжую и сунула ей в руки меч, – попробуй до крыльца дойти, возможно, если цепь натянется, то можно будет постучать или открыть дверь.

После непродолжительной возни Алиса добралась до крыльца, но как даже мечом в вытянутой руке не смогла дотянуться до двери.

– Зараза! Откройте! Есть кто дома? Нам нужна помощь! Хозяин?!

Ками попыталась привести в чувство Троя и Келси, но оба крепко провалились в беспамятство.

Алиса опустила тяжёлый меч и уселась на ступени крылечка. Именно в этот момент тоненько скрипнула дверь. Рыжая тут же вскочила и отступила на два шага. На порог вышла высокая женщина в бежевых брюках и неправильно, очевидно, наспех, застегнутом клетчатом пиджаке. Волосы собраны в небрежную кубышку, а лицо хранило темные круги под глазами. Но это всё было неважно, потому что пред нами стояла Чериза Наер собственной персоной.

– Такой прекрасный вечер и надо ж было его так испортить! Гвару! Чего ты там разлегся? Немедленно убери отсюда всю эту трихоблудию!

Леди Наер вывалила свое недовольство и вновь скрылась за дверью.

– Пыфрх, – донеслось что-то нечленораздельное от мужика.

– О-фи-геть! – протянула я ошалело. – Надо было все же налево идти.

– Надо было, – поддержала Ками.

Я дотянулась до бидончика с верлой.

– Хоть какое-то средство защиты.

Боевая огневичка посмотрела на меня скептически, но ничего не сказала.

– Она что, не поняла, что этот козёл того… вышел из строя? – спросила подошедшая к нам Алиса.

– Если и так, то надо убираться отсюда как можно скорее, – резонно заключила леди де Лейн.

Мы вновь рьяно принялись теребить Троя и Келси, с последней было все глухо, а вот Трой начал подавать признаки жизни. Вертел глазами, матерился и никак не мог встать.

– Да твою-то налево! Вставай уже! – потянула я его за руку, ощутив вновь колкую боль в корпусе.

Из более толстых веток цветочных кустов Ками наспех соорудила шину для руки Алисы и принялась заматывать конструкцию оторванными лоскутами, которые оторвала от шмоток на Келси. Рыжая шипела, стиснув зубы. Орать не хотела, чтобы лишний раз не привлекать внимания странной леди Наер.

Но это не помогло. Я оторопело уставилась на толстое водно-прозрачное щупальце, взвившееся за спинами занятых делом огневичек.

– Осторожно! Сзади! – вскрикнула я.

Ками резко отскочила и профессионально увернулась от нападения, но Алиса моментально оказалась в прозрачных объятьях. Щупальце обвило тело девушки, словно гигантская анаконда, и приподняло над землей. Вот теперь рыжая орала на чём свет стоит.

Я бросила бидон, подобрала меч и принялась ожесточенно рубить водяной отросток, уходящий куда-то вглубь пруда.

– Кристина! Это бесполезно! – возвестила Ками и резко перекатилась вправо, звякнув цепью.

Стремительно вынырнувшее из пруда второе щупальце атаковало, боевая огневичка проворно уклонилась и теперь в воздухе над нами покачивалась бездыханная Келси. Следом в мокрые объятия угодили Трой и я. Прислушалась к своим ощущениям и не стала орать. Было влажно, прохладно, страшно, но не больно. Боль была только моя собственная, от сломанных ребер. А щупальца держали скорее… мм… нежно что ли. Ками юлила как могла, но отсюда с двухметровой высоты ясно было видно, что никуда она не денется – виной всему цепь, всё ещё поочередно сковывающая нас в одну линейку и концы цепей от её рук уходили вверх к Алисе и Келси. Амплитуды для маневров у огневички совсем не осталось. По щекам рыжей текли слёзы, ведь каждое движение Ками по цепи откликалось в сломанной руке Алисы.

Пять минут мышиной возни – и все мы стали пленниками невидимого чудовища, скрывающегося за водной гладью.

– Ками, что с нами будет? Оно нас утащит на дно? Утопит? Сожрёт?

– Кто?

– Чудовище. Осьминог водяной. Кракен. Откуда мне знать кто это!

– Не смеши, Кристина, какие ещё осьминоги. Есть пруд, есть маг воды высшей категории. Всего лишь водная магия в действии.

В подтверждении её слов на землю свалился цветочный горшок. Я взглянула выше и увидела леди Наер в окне третьего этажа. Она высунулась наружу на треть корпуса, руки женщины выделывали какие-то дёрганые пассы, губы шевелились в безмолвной речи.

– Чериза! – из-за угла заброшенной половины особняка бежал лорд Наер, – Гвару, чёрт бы тебя драл! Сейчас, дорогая, сейчас. Перехвачу.

А дальше я ощутила себя словно на карусели «Ромашка». Все закружилось, замелькало. Одно было понятно – лорд переместил нас на щупальцах в освещенное холодным светом помещение и свалил кучей на пол. Те же водяные отростки помогли рассадить нас вдоль стены, в том же порядке, что и в амбаре: Трой, я, Келси, Ками, Алиса и меч. А я пожалела, что бросила бидончик с верлой.

– Тэл…

Леди Наер вошла в помещение, перешагнув через щупальца, бледная, сутулая, с трясущимися руками.

– Чери, подай мне скобы. В среднем ящике шкафа. Скорее.

– Лорд Наер, послушайте, – попробовала призвать к порядку леди де Лейн, – вы совершаете ошибку…

– Заткнись. Ещё хоть слово и я за себя не отвечаю. Чери, быстрее.

Леди брючный костюм с трудом владела своими руками, но всё же ей удалось выудить содержимое ящика. Лорд Наер с помощью хлёстких, но мощных ударов щупалец вбил в стену скобы, фиксируя цепь. Покончив с нашим благоустройством, он выплюнул зычное слово, и все щупальца одновременно грохнулись на пол и обратились в лужи.

Тэлонис утёр вспотевший лоб рукавом, затем прошлёпал по мокрому полу, принёс из дальнего угла комнаты стул и усадил на него изнеможденную Черизу.

– Отдохни, дорогая. Пойду, посмотрю, что там с Гвару.

С этими словами он вышел. Ненадолго.

– Ну? – вяло спросила леди Наер, когда лорд вернулся хмурым.

– Лекаря просит.

– И?

– А сама как думаешь?

– Лекарь Орлин? Он не будет задавать вопросов…

– Сейчас не будет, а когда-нибудь может вспомнить. Гвару верен нам, но может от боли или под действием настоев неосознанно сболтнуть лишнего. Нельзя рисковать. Нельзя, Чери.

– А…

– Там без вариантов, дорогая. Скоро он покинет нас.

– Но…

– Тебе он все равно никогда не нравился, так чего об этом беспокоиться.

– Но не будет ли считаться наше бездействие за убийство?.. – обеспокоенно спросила женщина. – Тэл, ты понимаешь, о чём я.

– Не мы же его мечом проткнули. Да и он не маг, забыла? Так что без разницы, отката не будет. Сделаем вид, что ничего не видели. Пойдем в дом, чаю нашего попьём. Нужно восстановить силы.

За ними захлопнулась тяжелая дверь, а я провалилась в отрешенную прострацию. Не было желания даже злиться на Наеров, на ситуацию, на себя. Всё зря. Пришли к тому, с чего начали. Поворот не туда.

Прижалась спиной к стене, подтянула колени к груди и опустила на них подбородок. Вот и всё. Поспать что ли?

Ками и Алиса спорили, строили планы, ругались, пытались докричаться до Келси, которая так и не приходила в себя. Трой очухался, и, как и я, спокойно сидел у стены и ждал своей участи. Да ему-то что переживать? Парень знает свою конечную цель – мир иной, Фрио. А уж кто его туда отправит, Ками или Наеры – какая разница? Итог будет один. То ли дело мы, у нас есть, за что здесь держаться. С другой стороны, кто сказал, что из Фрио нет пути назад? Правильно – Трой. Верить ему? Конечно, нет.

– Ками, – позвала я огневичку, – расскажи про Фрио. Я слышала, что раньше часто студентов туда отправляли. И что, прямо-таки никто не вернулся? Я к тому, что даже если нас туда Наеры отправят, можно же в том мире все объяснить и транспортироваться обратно?

– Думаю да, это наш крайний вариант. Договоримся с местными и домой. Но меня смущает уверенность Наеров. Ведь и вправду, очень и очень мало кто вернулся оттуда. Фриойцы были в Ампелосе частыми гостями, потом сотрудничество привело к программе обмена студентами. Вот только редкие вернувшиеся рассказывали, что это очень и очень крутой мир. Ампелос, по сравнению с ним – пшик.

– Тогда в чём смысл фриойским студентам учится в Ампелосе, если у них самих так офигенно.

– Считалось, что они изучают окружающие миры, пополняют архивы, делают исторические справки. Вроде их маги собирались создавать общие карты миров или что-то в этом роде.

– Да они просто шпионили, – вклинился в разговор Трой, – а наши министры слюни распустили, мечтая заполучить высшие знания.

– Это не доказано.

– Ками-и-ила, ну откуда такая наивность? Так они тебе и признались во всём. Пфф, – усмехнулся парень.

– В любом случае, с этим покончено. Программу обмена закрыли.

– Ага, потому что никакого обмена-то и не было. Фриойцы просто забрали себе лучших студентов.

Также как и ампелосцы забирают магов с Земли. Как попала сюда я. Аналогия более чем прозрачна. Дальше я отключилась от спора, потому как он плавно перерос от интересующей меня темы к выяснению отношений. Трой, как всегда, всё свел к пошлости.

– Алиис, как рука? – поинтересовалась я у рыжей.

– Болит. Как твои рёбра?

– Болят.

Вот и поговорили. Усталость от сумасшедшего дня навалилась всей тяжестью. Мозг устало анализировал события. Сегодня меня похитили, второй раз в жизни. Потом я чуть не утонула в ручье – было бы глупо. Я снова активировала свою актефакторскую сущность. Кстати…

– Ками! Кольцо со штырем! Ну то… Ты поняла.

– Нет его, – огневичка повернулась ко мне филейной частью и продемонстрировала лохмотья разодранных карманов. – Потерялся. Не знаю где. Наверное, когда через лес пробирались. Извини. Повторить сможешь?

Ками выразительно посмотрела на скобы в стене. А я лишь пожала плечами. Нет, сейчас не готова я противостоять Жардине. Никаких сил. От одного воспоминания о монстре меня передернуло. Брр.

– Может позже. Отдохну немного.

– Да, ты поспи, Кристина. Уже почти ночь.

Как она узнала, что ночь? Здесь нет окон, только одна массивная дверь. Под потолком парят голубовато-белые светляки водников. Оттого комната наполнена холодным неуютным светом. Огненные сферы Арса куда приятнее, и даже тёмное подземелье терминала в их свете выглядит гораздо уютнее, чем это помещение. Арс… Рэй…

– Интересно, Ливареллы заметили, что нас нет?

– В этом не сомневайся, – ответила леди де Лейн, – они точно в курсе.

– Но откуда? – изумилась я.

– Попросила своего… кхм… друга передать Арсу твоё приглашение в министерство, – от меня не укрылась заминка Ками, и сразу всплыл в памяти её взъерошенный образ, когда я утром ломилась к ней в дверь. Так, понятно, моё письмо она передала своему любовнику.

– Ладно. Лишь бы он выполнил просьбу.

– Выполнит, не сомневайся. Куда мы направились нашим лордам известно. Наверняка они уже подняли тревогу.

– То есть можно было просто сидеть в амбаре и ждать помощи? – возмущенно зашипела Алиса. – Зачем мы полезли в чёртов лес?

– Элис. В приглашении же имя Кзавинского стоит. Как скоро лорды смогут выйти на Наеров? И выйдут ли вообще? Шансы есть, но мало. А Тэлонис нас может в любой момент транспортировать.

– А чего тогда он сразу этого не сделал?! К чему тянуть время? – кипела рыжая. – Лучше б он нас уже переправил на ту сторону, мне б хоть гипс наложили и дали б настоя мятного или чего там у них есть от боли. Дерьмо!

– Крошка, не кипишуй, – ответил Трой, вытягиваясь на мокром полу. – Заклинание ещё не готово. Лорд Наер подбирает алгоритм путем проб и ошибок. У него есть записи отца-транспортировщика, фриойского шпиона. Есть транспортировочный артефакт, который он не сдал в министерство, а объявил украденным. А вот чего у него нет, так это точной формулы заклинания. Знаешь, сколько кабанов он уже развеял в ошметки своими опытами?

– Так он может убивать или нет? А как же вся эта тема с откатами?

– Убивать не может только магов, а остальных – пожалуйста. Кстати, славно сегодня прогулялись. Но теперь, крошки мои, замолкните, я хочу вздремнуть.

Я последовала примеру парня, хотя спать в луже мне до сих пор не доводилось. Тем не менее, усталость неторопливо взяла своё.

О том, что наступило утро возвестила полоска солнечного света, проникшая в помещение вместе с ненавистной парочкой Наеров. Дела их были плохи – я так рассудила по переругиваниям и нервным движениям. Тэлонис запер дверь на массивный засов и укрепил шёпотками заклятий. Чериза металась по комнате, хваталась то за стол, то за стул, то за свои волосы.

А я улыбалась во все тридцать два зуба. Из обрывков ругательств стало ясно, что «проклятый Ливарелл» и «треклятый Кзавинский» нагрянули в гости. И, похоже, не с пустыми руками, а с подозрениями. Как же ликовала. Наконец-то наш кошмар закончится! С вожделением предвкушала, что спрячусь в руках «проклятого Ливарелла», будь то Рэй, Арс или Ольгорн.

– Что делать? Что же делать? – лепетала леди, которая очевидно выскочила прямо из постели, а потому, вопреки своему чопорно-брючному стилю, сегодня щеголяла в необъятной хлопковой рубахе и странных рюшастых, как будто даже шерстяных, панталонах.

Смутное воспоминание промелькнуло в голове, но не успело сформироваться, ибо лорд Наер вынес нам приговор:

– Транспортируем их. Сейчас.

– Но заклинание… – женщина начала судорожно трясти лорда за рукав. – С ума сошёл! Тэл! Давай сначала кабана…

– Нет времени, Чери! Ты что, не понимаешь? – вырвал он руку из её ладоней. – Не видишь?!

– Тэл! Но откат! А если…

– Надо рискнуть! Нет выбора. Они поймут. Они придут.

– Мы их не пустим! Скажем, нас нет дома!

– Дура!

– Тэл!

– Извини, дорогая. Я всю ночь работал над формулой. В этот раз должно получиться.

– В прошлый раз ты говорил также! – воскликнула дамочка.

– Но это и вправду наш единственный шанс, – лорд суетился между шкафом и столом и расставлял какие-то склянки. – Нет тела – нет дела. Я всё решил.

– Но Тэ-э-эл…

– Лорд Наер! – пробасили по ту сторону от двери. – Вы там?

– Тсс. Чери!

Не успели мы и пикнуть, не то, что крикнуть, как леди магией собрала воду с пола, скрутила в тонкие щупальца и заткнула нам рты. Вчера я умирала от жажды, теперь захлебывалась. Дамочка изредка давала передохнуть, но этого хватало лишь на короткие вдохи.

– Откройте немедленно!

Дверь содрогнулась под сильными ударами кулаков.

– Слушай меня, Чери, – шёпотом проговорил лорд Наер и извлек из шёлковой бирюзовой тряпицы кинжал с костяной рукоятью и синими символами. – Если не выйдет, то я умру, а ты всё свалишь на меня. Будешь сильной и будешь всем говорить, что ничего не знала. Поняла?

– Тэл, – выдохнула леди, чуть сбилась с концентрации, а у меня тут же вырвалось:

– Помо… – и я снова подавилась водяным щупальцем.

– Так надо, Чери. Будь сильной!

Тэлонис Наер наспех отпил из четырёх колб подряд, замахал кинжалом и проговорил невнятную тарабарщину. Ничего не происходило.

– Мы знаем, что вы там, лорд Наер! Откройте дверь немедленно!

Справа от меня внезапно раздалось звяканье цепи. Оковы Троя оказались вдруг на полу. А сам парень словно терял цвет, становясь прозрачным. Он победоносно улыбался. Таким он и ушёл из этого мира.

– Работает! Чери! Работает! – воскликнул лорд Наер, позабыв о конспирации.

– Он там! – бас из-за двери.

– Отойди, Ювальд – крикнул за дверью не Рэй и не Ольгорн…

Арс.

Что бы ты не задумал, сделай это побыстрее! – мысленно взмолилась я, видя направленное на Алису лезвие кинжала, светящегося синими символами.

Из-за двери раздалась исконно-русская речь:

– Да чтоб тебя блохи в аду сгрызли, тварь!

Меня тут же жутко затошнило. А тяжёлая дверь покрылась стремительно разрастающимися трещинами и лопнула ворохом осколков и щепок, зацепив леди Наер. Та упала на пол, визжа и прикрывая израненное лицо и голову руками. А вместе с ней и опали водяные щупальца.

Заголосили сразу все, кроме всё ещё бессознательной Келси – я, Ками, Алиса. Первым в комнату ворвался Арс и бросился на лорда Наера. Фаейрболом вышиб из руки противника кинжал, подбежал и отточенным движением провёл удар в челюсть снизу. Кажется, это называется апперкот. Лорд Наер опрокинулся, перелетел через свой стол, сшибив на ходу стеклянные колбы и больше не поднимался. Ювальд Кзавинский занимался вопящей Черизой.

Арс оглядел нас, коротко обнял Ками, перекинулся с ней парой слов, а потом подошёл ко мне.

– И где я это уже видел, Кристина из Орска? – пробежался он лукаво по моему лифу, который когда-то сам же и подарил. А затем тоже обнял, крепко так.

Я ощущала уютное тепло и непоколебимую надёжность, исходящие от лорда, прижалась к сильной груди щекой. В этот момент меня прошибло разрядом электрических импульсов.

Ярко всплыло воспоминание, которое я так усиленно отталкивала и прятала: стихает громкая музыка, время замедляется, пронзительные глаза смотрят в самую душу, а вокруг ничего и никого нет кроме нас двоих. Невидимый защитный кокон отгораживает нас от всего мира…

Земля. Танец. Арс.

И безумный поцелуй за гаражами, который затмил воспоминание о том, что случилось в клубе. Но ведь и с Рэем мы целовались так, что сносило голову. Так может Ками ошиблась, дело вовсе не в поцелуях.

Объятия затягивались, переходя все границы. На заднем фоне раздавались голоса Ювальда и Ками и горестные стенания леди Черизы… Но всё это было так далеко. Арс гладил ладонями мою спину, даря спокойствие и защиту от всего мира. Вопреки здравому смыслу отстраняться от лорда мне не хотелось. По щекам пополз стыдливый румянец.

Я подняла голову, и меня затянуло в плен колдовских глаз с оттенком кристального льда.

«Что на самом деле ты чувствуешь к Арсу?» – снова всплыл в голове настойчивый вопрос подруги.

Я обернулась к ней…

– А где Алиса?

Высокий крепкий мужчина аккуратно пригладил свои длинные волнистые волосы, немного потоптался на пороге и толкнул рукой массивную дубовую дверь. Знойное солнце освещало поляну вокруг его бара.

Столько лет он прятался в тени, жмурясь от колкой боли, приносимой яркими лучами небесного светила. Но не теперь. Удивительные ощущения. Удивительные и давно позабытые.

Поляна сегодня выглядела не сочно-зеленой (хотя он уже и позабыл, когда в последний открыто разглядывал её такой), густой ковёр трав скорее отдавал легкой желтизной, словно подсох от ежедневной жары.

Лорд Рэйсгорн Ливарелл улыбнулся краешками губ, поправил тёмные очки, на душке которых едва заметно стояла маркировка «Polaroid» и бодро зашагал по узкой тропинке.

– Я не виновата! – верещала девица, со всех ног драпая по высоким Орским сугробам.

– Дрянь! – злобно произнёс прокуренный голос за ее спиной. – Я у тебя навсегда отобью охоту ложиться в постель к чужим мужьям!

– Не трогайте меня!

Розовые волосы липли на лицо, невысокие сапожки черпали снег, холодили открытые лодыжки.

– Да больно надо тебя трогать, пусть теперь тобой в терминале занимаются.

Милена, конечно, осознавала, что эту пустоголовую снова вернут на Землю. Ну и что с того, теперь расхлёбывать будет новый транспортировщик. Помнится, она долго возилась с этой розовой, убеждая её в галлюцинациях на фоне обморока. Но это теперь не её проблема. Вот такой прощальный подарочек этим ублюдкам. Она взмахнула своим кинжалом в последний раз.

– Скатертью дорожка, дрянь. Что ж, теперь можно и на пенсию.

– Но папа!

– Келси, я всё сказал! Ты продолжаешь учёбу и точка! Никаких переводов! Где это слыхано, чтобы уважаемый род Сибон опускался до Третьей академии!

– Леменс, – вкрадчиво позвала аккуратная, но слегка полноватая женщина. – Наша дочь чуть не погибла. Не лучше ли…

– Не вмешивайся, Ития. Я не позволю ей навлечь на семью такой позор. Всего лишь нелепое покушение.

– Нелепое?! Папа! – Келси не могла сдержать обидных слёз.

– Ничего плохого не случилось. Не реви! Мазь из календулы скоро излечит твои синяки, не останется и следа. А перевод… Хм… Я позволю тебе его только в одном случае, если он будет в Первую академию. В Пер-ву-ю. Запомни.

– Мама… – всхлипнула длинновласка.

Ития с любовью обняла Келси, в глубине души она была на стороне дочери, но никогда, никогда она не пошла бы против слова мужа. Материнскому сердцу оставалось только надеяться, что всё случившееся действительно было нелепой случайностью.

Хрупкая на вид девушка млела на алых простынях. Она лежала на животе, сложив руки под подбородком. Жар её тела плавил кубик льда, которой неторопливо катал вдоль её позвоночника лежащий рядом студент третьего курса.

– М-м-м, приятно.

– Я знаю, как сделать вам ещё приятнее, леди де Лейн.

Он властным движением перевернул худощавое, но спортивное тело на спину, прошёлся кубиком льда вокруг её пупка и начал спускаться ниже, оставляя влажную дорожку.

– Ай! Не так быстро, – Ками перехватила его руку и вернула на свой живот.

– Устала?

– Не дождёшься, – девушка запустила пальцы в его взлохмаченные волосы. – У нас бывали марафоны и подлиннее. Просто я так и не сказала тебе спасибо.

– Да перестань! Сущий пустяк – передать письмо лорду Ливареллу. Любой поступил бы так же, – он собрал губами холодную влагу с её кожи, – особенно когда ты так просишь. И особенно если знаешь, какая награда ждёт впереди.

– Сайто…

– Леди де Лейн, – возвестил он учтиво-вежливым тоном, – скажи слово «спасибо», на этом покончим с формальностями и перейдём к десерту.

С этими словами он бросил лёд обратно в ведёрко, навис сверху, медленно покрывая шею девушки поцелуями.

– Ну?

– Спасибо… – томно выдохнула Камила, раскинула руки в стороны и смяла пальцами алую ткань.

Русая девчушка с двумя косичками распахнула дверь и тут же уткнулась носом в пышный букет сиреневых цветов. Ирисы, лаванда, мазасцеры…

– Это тебе, Пироженка.

– Ну, Лакриш! Я уже давно никакая не «пироженка». Я не маленькая!

Девочка попыталась нахмуриться, но аромат цветов вытеснил все негативные мысли, и прошлые, и грядущие. Самире нравилось здесь и сейчас вдыхать сладковатые запахи, словно они могли стереть всё плохое, оградить благоухающей стеной от всех переживаний.

– Как скажете, леди Самира…кхм…

Кудрявый мужчина замялся – пожалел, что решил подыграть девочке.

– Леди Самира де Фонтин, – гордо объявила девочка, демонстративно задрав крупный носик. – Спасибо за букет, Лакриш, пойду поставлю в вазу.

Мужчина одарил девочку лучезарной улыбкой, которая сползла с его лица, стоило только Самире уйти из гостиной. Кудрявый Аполлон знал дом Арса как собственный и потому без труда отыскал лорда Ливарелла в его кабинете.

– Таки де Фонтин? – сокрушенно покачал головой Лакриш вместо приветствия.

– Таки да. Проходи, друг. Вина? – Арс отложил в сторону стопку бумаг, подошел к буфету с напитками.

– Лучше давай по стопке эля. Виноградного. Никак не идёт на контакт наша Пироженка?

– Лакриш, я не силен в воспитании детей, ты же знаешь. И как проломить этот барьер между нами – ума не приложу.

– А я тебе всегда говорил, что не стоило этот барьер создавать, идти на поводу у Адрианы и скрывать своё отцовство от ребёнка. Эта горделивая старуха столько жизней поломала. Эх, – махнул рукой Лакриш, – чего уж теперь. Надо исправлять то, что есть. Самире сейчас сложно.

– Я знаю, – мрачно отозвался Арс. – Но, сам понимаешь, всей правды я ей никогда не расскажу.

– А мне? Мне расскажешь?

– И тебе. Ты же знаешь. Министерство, безопасность, тайны, чёрт бы их побрал!

– Да всё я понимаю, – кивнул здоровяк, – сходи с Самирой в шатёр, что ли. Девочки любят представления, особенно если им до четырнадцати вход без сопровождения взрослых воспрещен.

– Лакриш, не надо развращать мою дочь.

– Да что за ерунда! Арс, я же не в дом утех на экскурсию приглашаю. Не может она тебя принять как отца, так постарайся стать ей другом. Для начала. Тем человеком, кому она сможет доверять, с кем может поговорить, да чёрт с ним – даже похулиганить. Ей это сейчас нужно. Поверь, я в таких вещах разбираюсь.

– Ладно, – Арсгорн отпил из бокала и покатал на языке глоток эля. – Шатёр так шатёр.

– Я был бы рад услышать однажды от нее: «Я – леди Самира Ливарелл».

– Я тоже, друг, я тоже.

– Значит решено. Начинаешь с представления. А я потом целый список развлечений составлю. Кстати, о развлечениях, как там моя императрица поживает? Передашь ей, что я все ещё жду её императорское величество в гости. Даже розмариновую ванну приготовлю по такому случаю.

– Лакриш! – неожиданно для самого себя рявкнул Арс и уже тише добавил: – не стоит этого делать.

– Опа! – собеседник со скрипом пододвинул стул, уселся и приготовился внимательно слушать. – А чего это ты так напрягся, друг?

– Да ничего.

– Ничего? Уж мне-то не лги. Мы с тобой знакомы с детства, поверь, за это время я научился считывать твои эмоции. Нравится тебе эта леди?

– Не имеет значения.

– Отчего ж? Она весьма интересна.

– Оттого. – Арс залпом осушил бокал. – Рэй…

– Вот тебе раз, – после недолгой паузы озвучил Лакриш, прицыкнув. – Рэй? Опять?!

– Опять.

– В мире полно хороших девушек, как же вас так угораздило?!

– Откуда мне знать?

– И что ты намерен делать? – Лакриш бил словами в самую душу.

– Абсолютно ничего. Я не имею права. Там всё сложно у них с Рэем. И Кристина должна сама разобраться в своих чувствах. Давить на неё было бы нечестно.

– Или ты просто боишься снова всё потерять, друг.

– Или боюсь. Мне кажется, ты выбрал не ту профессию. Надо было тебе в лекари идти, Лакриш. Вот и лечил бы людям тело и душу.

– Так я этим и занимаюсь, друг. Каждая женщина выходит из моей сиреневой комнаты удовлетворенная, окрыленная и полная надежд.

– Тебе идет, – коснулась я рукой душки очков на лице Рэя. Непривычно было видеть, как солнце играет в его тёмных волосах, придавая им легкий оттенок горького шоколада. – Как ощущения?

– Странные, – он перехватил мою руку, – я восемь лет прятался в тени. Восемь долгих лет. Сложно представить, что изобретения низшего мира, смогли так запросто решить мою проблему.

– Это всё специальное полароидное покрытие, оно не пропускает ультрафиолетовые лучи.

Мужчина так и не выпустил моей руки, он поднес её к губам и мягко поцеловал.

– Рэй…

– Спасибо. Просто хотел сказать тебе спасибо, Крис.

Мы шли по тренировочному полю, держались за руки и наверняка со стороны напоминали влюбленных подростков. Но это не так. Между нами всё было не так. Я привычно чувствовала притяжение к нему. Иногда замедляла шаг, через силу отгоняла от себя навязчивое желание коснуться его губ своими и упасть в его объятиях на зелёный ковёр душистого клевера. Старалась контролировать себя, но не могла до конца разобраться в чувствах, отделить ложное от настоящего. А вот Рэй. Он всё решил сам. А оттого на душе стало ещё тоскливее.

[где-то во Фрио]

Во главе длинного каменного стола горделиво восседал мужчина, от которого исходили невидимые волны силы, власти и недовольства. Строгую линию висков, добиваясь которой был казнён далеко не один цирюльник, уже затронуло возрастное серебро, нос хранил упрямую горбинку, а взгляд… Тяжёлый и гнетущий он заставлял всех присутствующих сидеть с неестественно прямыми спинами. Всех, кроме женоподобного, испещренного россыпью мелких морщин существа в белых, ниспадающих до самого гранитного пола, одеяниях.

– Оракул Ксулоть что скажет? – обратился глава к Белой.

– Ксулоть полагает, крайние меры будут оправданы, император Фредерик Фриойский, – звонким голосом юной девушки, так не вяжущимся с внешним обликом, сообщила Белая. – Публичная казнь бунтовщиков усмирит прочих несогласных. 87 % положительного исхода.

– Почему не сто?

– Иные пути дают меньше гарантий, иные сокрыты в тумане, – певуче протянула Оракул будничную фразу.

– Мэтр Ирн Кобье, – властелин вперил взгляд в сухонького старичка, тот немедля сел ещё прямее, – готовьте эшафоты.

– Будет исполнено, величество император Фредерик Фриойский.

– Тех двоих нелегалов ампелосских туда же.

– Слушаюсь, величество император Фредерик Фриойский.

– При всём уважении, – вновь рассыпалась звоном Белая, – Ксулоть желает сохранить девицу.

– Желание или гарантия? – повёл бровью император.

– Нелегалка – не уроженка Ампелоса, – позволила себе проигнорировать вопрос Оракул. – Она пришла в наш высший мир из среднего, но в средней попала из низшего.

На лицах присутствующих мельком проступило подобие интереса, и тут же скрылось за сухими официальными масками.

– Она даст нам сведения по миру Земля.

– Так заберите их сегодня, а завтра отправьте на эшафот, – нотки раздражения уже проникали в голос главы.

– Ксулоть не может. Девица всего лишь в четвёртом ранге силы. Она умрёт раньше, чем отдаст свои знания. В её случае необходимо время и добровольное сотрудничество.

Император презрительно сморщился, словно его прихватила горловая жаба. В конце стола, на свой страх и риск, издал невразумительное покашливание мэтр казны Гибериус Кайн.

– Говорите, – небрежно кивнул ему глава.

– Величество император Фредерик Фриойский, знания девицы могут сократить расходы в направлении изучения этого огромного техногенного мира. С позволения светлейшей из Белых я бы предложил временно определить девицу в Гротье.

– Ксулоть не может позволить или отрицать позволение, – откликнулся Орапкул. – Магии в девице только на четвёрку – посему её будущее не откликается. Туман. Но Гротье дало бы нам время.

– Сколько? – глава вперил тяжёлый взгляд в Белую, но та с легкостью его выдержала.

– Пять-шесть месяцев, возможно.

– Оставим их на семь. Как раз до отбора.

«Обоих?» – вертелся вопрос у каждого присутствующего, среагировавших на оговорку «их», но так остался не высказанным.

– Отправляйте. Пусть остаются на равных с остальными абитуриентами, на отборе всё равно пойдут в расход.

– А если нет? Если смогут пройти? – осмелел мэтр Кайн, – казнить их позже, величество император Фредерик Фриойский?

– Если сумеют пройти вступительные отборы, значит достойны. Фриойский университет Гротье примет их, как всех прочих студентов. Мы жестоки, но справедливы.

– Мы жестоки, но справедливы, – хором повторили члены совета.

Учебные будни затягивали в свои хваткие объятия. Новые предметы давалась не просто, но бессонные ночи и занятый сложными формулами мозг периодически отключали меня от реальности и позволяли забыть. Но это только периодически.

Комната № 308 день ото дня отзывалась неуютной пустотой. Лишь Шиша привычно заползал мне на шею и помогал зубрить материал, ментально посылая яркие ассоциативные картинки.

За целый семестр Академия пережила много событий. Скандал за скандалом, решение министерства о закрытии и расформировании всей академии, отзыв этого решения, штрафы, постоянное присутствие всевозможных комиссий, отстранение ректора, выборы нового. Последнее особенно отразилось на студентах. Как оказалось, выборы зависят не от величины магического потенциала, а от умения организовать учебный процесс, багажа теоретических знаний и много чего ещё. Среди кандидатов на должность проводилось… эм-м-м… по-земному я бы применила такие слова как тестирование, тендер и конкурс на лучший бизнес-план. Таким образом, у власти теперь оказалась леди Клинелла. Та самая вредная старушенция из библиотеки. Мы подавленно ожидали тирании, деспотии и множественных отчислений студентов. Да, старушка с гулькой на голове действовала строго, сварливо ворчала, но, к превеликому удивлению, её реформы всем шли только на пользу.

Пока леди Клинелла вершила дела академии, министерство вершило свои. Точнее наши. Я постоянно получала приглашения «на ковёр» для разбора произошедшего, допроса, дачи одних и тех же ненавистных мне показаний. На каждое такое заседание сопровождал меня лорд Арсгорн, тем самым внушая спокойствие и поддержку. В его присутствии меня трясло ощутимо меньше. И каждый раз, выходя из министерства, лорд снимал мой стресс в уютной таверне: откармливал вкусными блюдами, отпаивал лёгким вином и подбадривал непринужденными беседами. Так что по возвращению в академию я чувствовала себя лишь слегка уставшей, но уж точно не разбитой и измученной. За что была от всей души благодарна Арсу.

Две недели назад меня снова вызывали в министерство. В этот раз не для дачи показаний, а для оглашения приговора. Нелепые обвинения предыдущей комиссии против нас с Алисой были сочтены необоснованными. Нас наконец-то решили оставить в покое. Самих же Наеров приговорили к лишению магии и депортации в низший мир Иллию, без права возврата и в тот же день привели в исполнение.

Как бы я хотела поделиться этой радостной новостью с подругой, но её не было. Ее, чёрт возьми, до сих пор не было! Часто на меня накатывала тягучая тоска по рыжей. Шли дни, и грусть сменялась злостью, злость – тревогой, тревога – грустью.

Относительно Алисы велись переговоры с властями Фрио, но каких-то конкретных результатов до сих пор не добились. Ампелосским послам не давали продвинуться дальше фриойского терминала и либо разворачивали обратно, либо предлагали остаться, но навсегда.

Оборотня из подвала академии перевезли в отдельное заведение и изучали вдоль и поперёк. Опыты, которым его подвергли маги, были жёсткими и жестокими. Время, проведённое в лаборатории Рэя, который искал к зверю гуманный и в основном теоретический подход, казалось михганору отпуском. Зверь из высшего мира обладал богатыми знаниями. Тогда-то у Рэя и появилась эта безумная мысль.

Он заключил сделку с михганором.

В деле были Арс и Ювальд. Последний был справедлив и признавал, что если б не поддался на провокации Наеров, то студентка Йохансен была сейчас здесь. Также он признавал неэффективность переговоров с фриойцами, которые якобы чувствовали себя оскорбленными из-за разрыва былых контрактов и прекращении программы обмена студентами. Они выдвигали различные условия, в том числе и о возобновлении контрактов. На что Ампелос ответил отказом, полагая, что это приведёт лишь к очередному оттоку светлых умов из этого мира, здраво рассудив, что потеря иномирной студентки Элис Йохансен и беглого преступника Троя Нандерея – меньшее из зол.

Рэя же включили в новый состав лаборантов, изучающих михганора. Но он постоянно высказывал мне подозрения, что это не он занимается исследованиями, а наблюдают за ним самим и за его связью с оборотнем. Собственно, и сами проводимые исследования мужчине претили по морально-этическим соображениям. Медленно, но верно созрело радикальное решение.

Мы с Рэем часто гуляли по лесу рука об руку. Внешне оставаясь спокойными, нас обоих разрывало изнутри. Такие прогулки сильно отдавали мазохизмом. Но мы упорно надеялись перешагнуть тот порог, отпустить боль, заглушить лживую страсть, накатывающую едва терпимыми волнами. В такие моменты мы оба замирали, до боли стискивая переплетенные в замок пальцы.

Рэй верил михганору. То ли потому, что столько лет провели вместе, то ли была между ними какая-то незримая связь. Но Рэй ему верил. А потому из объяснений зверя выходило, что период гона закончится лишь с беременностью самки. Только войдя в нормальное состояние Рэй смог бы истинно оценить свои чувства ко мне, отделить их от инстинктов. Но эта стадия оставалась недосягаемой. Беременеть мне было нельзя, ибо такой залёт равносилен смерти. Михганор долго давился своим гиеньим хохотом, когда узнал, что после каждой нашей интимной встречи с Рэем я пила капли из синего пузырька.

Сегодня мы снова держались за руки. Оба знали, что это в последний раз. Оба ждали лордов. Я не выдержала растущего напряжения, развернулась к Рэю и упёрлась лбом в его грудь.

– Часто ловлю себя на мысли, – едва слышно проговорила я, – что, если Арс и Ювальд провалятся, весь план лопнет ко всем чёртям и ты останешься.

– И это будет ошибкой, моя леди, – он крепко обнял меня и зарылся подбородком в мои волосы. – Я не могу с тобой так поступить. С нами. Корю себя за то, что не сдержался и подошёл к тебе тогда.

– Не надо, Рэй. Я не жалею. Нет. Я терзалась загадками, недопониманием, вопросами, но ни разу не пожалела о тех моментах, что у нас были. Плевать, что в основе лишь голые инстинкты и страсть.

– И спагус.

– И он – злая насмешка судьбы.

– То, что было между нами… Крис, ты ведь понимаешь.

– Понимаю. Рэй, чёрт возьми! Конечно, я понимаю! Но это больно! – я всхлипнула. Зараза! Не хотела же плакать. И вот.

– Не надо, моя леди. Не надо, – лорд бережно прикоснулся к моим щекам и смахнул слёзы. – Время, расстояние. Всё пройдет. У тебя всё впереди…

– А у тебя? – оборвала я его слова, не приносящие и капли облегчения.

Мы молчали. Прощальные прикосновения были громче глупых пустых слов.

Они пришли. Запыхавшиеся, грязные.

– Как всё прошло? – спросил Рэй, не выпуская меня из объятий.

– Сложно, но продуктивно, – лорд Кзавинский достал из-за пояса обёрнутый в тряпицу кинжал. – Артефакт у нас.

– Пора, – озвучил Арс.

Я смяла в пальцах футболку Рэя.

Не пущу. Нет.

Он сомкнул ладони на моих запястьях.

– Крис.

– Рэй.

Содеянного не воротишь. Рэю в Ампелос теперь не вернуться, ибо он объявлен вне закона. Они с Арсом пробрались в лаборатории, освободили михганора. Тот в свою очередь сообщил лорду нужное заклинание для транспортировки, и с помощью кинжала Арс переправил зверя и брата во Фрио. В преступлении засветился только Рэй. На него и повесили всю вину. Но так и было запланировано. Почему просто не записали Рэя в послы и не отправили в высший мир легально, да потому что в министерстве ответили на эту просьбу отказом в виду истиной сущности Рэя. Конечно, он ведь нужен был здесь, в лабораториях. Полумаг, полумихганор. Так что, по сути, Рэй сбежал не только от навязанной инстинктами страсти, но и от жадных до научных открытий магов.

Мы всё сделали правильно. Так лучше для всех. Но тот день… Наш последний день снова и снова всплывал в памяти.

Рэй мягко отвёл мои руки и подтолкнул к Ювальду. Последние прикосновения тёплых ладоней. Последний взгляд миндально-карих глаз…

Два удаляющихся силуэта – два брата, примерившихся после долгой вражды.

Горячие слёзы жгли щёки. Крепкие руки Ювальда сдерживали мои порывы броситься следом, догнать, обнять, не отпускать…

Рэй так и не обернулся.

Теперь я часто смотрю в небо, словно жду, что пространство разорвётся и покажет мне его… Верю, желаю, надеюсь, что у Рэй найдёт в новом мире своё место… и Алису. Возможно, вернёт мне рыжую подругу или отправит весточку. И как бы не претила мне мысль, но я также желала, чтобы Рэй смог в высшем мире приспособиться лучше, чем здесь, и найти… найти… более подходящую «его леди».

[где-то во Фрио]

– С возвращением, михганор Вериус. Это радостное событие для нас всех.

– Для нас честь…

– Оставьте эти расшаркивания для другого раза, я от них несколько отвык, – оборвал хвалебные дифирамбы Вериус. – Михганора Серинда, найдите моему вассалу годную самку.

– Организовать отбор? – вскинула длинные шерстяные брови Серинда.

– Нет. Только временная самка. Рэйсу нужно сбросить гон.

– О, так он в фазе? – удивилась Клерра.

– То-то на нас так пялится, – подхватила Серинда. – Я всё сделаю, михганор Вериус. И примите мои поздравления, вассалы из стихийных магов – большая редкость.

– Знаю. Поэтому относитесь к нему с должным почтением. Когда острая фаза спадет, необходимо будет провести с ним высшие беседы, ведь маги Ампелоса очень скудно осведомлены о нашей жизни. Но прежде закажите у фриойцев речевую адаптацию. Рэйз даже языка не понимает.

– Сделаем. А дом для него? – в разговор вступил ещё один представитель высшей расы – Доурнес.

– Выделю на своих территориях.

– Щедро, – восхитилась Клерра.

– Справедливо, – кивнул Вериус и обратился к Доурнесу, – так, когда у нас будут улажены формальности с фриойцами?

– Делаем всё возможное. Но по местным законам… кхм… нелегалы обязательно проверяются оракулами.

– Старые белёсые кошелки! А что Фредерик Фриойский? Это так он встречает уважаемых гостей?

– Я все улажу, михганор Вериус, – учтиво склонил голову Доурнес, – сейчас же закажу аудиенцию у императора.

[где-то во Фрио]

– Пусти, ублюдок, – злобно шипела Алиса.

Она безуспешно пыталась затылком разбить нос Трою. Но бывший парень держал крепко в захвате, прижав к стене. Лицо его было расцарапано, а на футболке красовались горелые проплешины.

– Элис, выдыхай. Говоря о непристойном предложении я имел в виду вовсе не секс. Хотя… Одно другому не мешает, – шептал Трой почти в самое ухо, а потом легонько прикусил мочку.

– Drittsekk! Bomp mot!Dra til helvette din stygge faen!

– Детка, повтори ещё раз. Это чертовски заводит. И не вздумай покупать местную речевую адаптацию. Только ради возможности услышать как ты ругаешься на своём землянском стоило попасть во Фрио.

– Это норвежский, кусок ты дерьма!

– Какая грубая леди, – ехидничал парень, – и всё же, я к тебе по делу. Нам с тобой нужен симбиоз. Опыт взаимовыгодных отношений у нас с тобой богатый.

– Ты ещё не понял, – Алиса попыталась лягнуться, – никаких нас больше нет и не будет никогда.

– Нас точно не будет, если мы не объединимся на вступительных отборах. Ты же видела остальных. Наша магия по сравнению с их – пшик. Единственный шанс поступить в университет Гротье – действовать сообща.

– Убери с меня свои лапы! Да я лучше провалю этот долбанный отбор, чем доверюсь тебе!

– Детка, у таких как мы есть только два пути: или Гротье, или эшафот. Ты не знала? Фриойцы, как оказалось, те ещё любители рубить головы.

– Не пори чушь! Фрио – высший мир, никто здесь не будет махать топорами, словно варвары!

– Топорами-то не будут, – позади неожиданно раздался женский голос, – а вот магическая удавка отделяет голову от тела за треть секунды.

Трой резко отпустил Алису и отошёл на два шага. Оба буравили тяжелыми взглядами девушку – обладательницу коротких лазурно-зелёных волос. А незнакомка продолжила:

– Но не стоит беспокоиться. Ваши шансы оказаться на эшафоте ничтожно малы.

– Вот и отлично, – холодно произнесла Алиса.

– Да, отлично, – подтвердила лазурная. – Потому что вы – мясо. На отборе по вашим головам пойдут остальные.

– Совсем офигела? – вскинулась рыжая.

– Я лишь констатирую факт, опираясь на ваш довольно низкий уровень магии. Убедительно прошу, не поубивайте друг друга до начала испытаний. Чем больше мяса на поле, тем выше шансы у нас.

Девушка резко повернулась и ушла, оставив Алису негодующе выплевывать норвежские ругательства.

– Именно это я и пытался тебе сказать, – вздохнул Трой.

– Ты пытался меня лапать…

– Ой, да чего я там не щупал-то? Элис, не начинай. Мы с тобой в полной заднице. Не веришь – прогуляйся после ужина на центральную площадь. Почему, по-твоему, она называется «последний закат»? – Он подошёл к девушке, будто собирался взять её за руку. Но Алиса снова ругнулась, отступив на шаг. – У тебя нет выбора, крошка. Я собираю особую группу и предлагаю тебе присоединиться.

– Мм, Тройственный союз? И что будете делать? Запускать Троянского коня в стан врага?

– Ничего не понял, но называй, как хочешь. У нас есть план. В этом сезоне Гротье будет нашим, детка. А вместе с ним и возможности. Слышал, тебе неоднократно отказали в отправке письма в Ампелос. Сейчас ты никто, но перед фриойской адепткой Элис Йохансен откроются многие двери. И одна из них – почтовая. Сможешь, наконец, написать своей зелёной курице.

[где-то во Фрио]

– Михганора Серинда, вы решили проблему моего вассала? – Вериус восседал за массивным столом, утопающим в стопках скопившихся за его отсутствие бумаг и свитков. Один из таких свитков михганор разодрал на мелкие кусочки, которые тут же истончились до пылинок и вовсе растаяли в воздухе.

– Мы в процессе, – произнесла переминающаяся с ноги на ногу женщина. – Языковой барьер сняли, императорская канцелярия Фредерика Фриойского подписала разрешение на дом в их владениях. Но…

– Что, но?

– На перемещение в Стреланд разрешения пока нет.

– Так добудьте!

– Да, михганор Вериус. Михганор Доурнес занимается этим вопросом. Думаю, уже в ближай…

– Что с гоном? – перебил хозяин кабинета.

– Лерна делает всё возможное. Острая фаза скоро спадёт.

– Почему так долго? Если эта не может, так подберите ему другую самку.

– Нет, нет. Лерна – прекрасно подходит ему по совместимости. Но прошлое не спешит отпускать Рейса. Он много думает о своём мире и о женщине, что осталась там.

– Значит, проблема в его голове? Эта ампелосская девка едва тянула на шестёрку! О чём там вообще думать?! Так, заканчивайте побыстрее с острой фазой. Хотя… Пусть твоя Леарна и займется просвещением Рэйза. Мой вассал должен знать наши порядки, устои и жизнь в целом.

– Да, михганор Вериус. Это хорошая мысль. Я велю Лерне совмещать приятное с полезным.

[всё ещё во Фрио]

– Рэйз… – шёпотом позвала девушка и приподнялась на локтях, нависая над лордом. Её длинные серебристые волосы оттенка молодой луны разметались по подушке, по постели, по Рэйсгорну Ливареллу. – Чем заняты твои мысли?

На его лицо набежала тень, тёмные глаза заволокло грустью.

– Расскажи мне, Рэйз. Отпусти свою печаль, – она прижалась к мужскому телу обнажённой грудью. – Думаешь о ней, верно? О той, что осталась в среднем мире?

Лорд кивнул.

– Какая она?

– Сильная. Упрямая. Она… – мужчина замолчал, на его губах застыла мягкая улыбка, а мысли унеслись далеко в другой мир. Туда, где пахло кориандром и книгами, где волнистые каштановые волосы струились меж его пальцев, где её робкие прикосновения обретали силу с каждым глубоким вздохом, где пылкие поцелуи сводили с ума, где его плечи ныли от укусов её зубов…

– Я тоже сильная, Рэйз. И упрямая, очень упрямая.

– Укуси меня, – тихо попросил лорд.

Лерна невесомо примкнула своими губами к его, провела языком, нарочито медленно углубляя поцелуй. Рэй неторопливо отвечал, ощущая, как откликается его тело, как разносятся искры возбуждения, порожденные мягким поцелуем. Он провёл ладонями по светлой коже девушки, задержался на крутых бёдрах, легонько сжал, подстраиваясь под нежные ласки… Резкая боль вспышкой разрезала сознание, во рту появился металлический привкус крови. Лорд попытался отстраниться – безуспешно. Хрупкая светлая девушка держала его жёсткой хваткой – обвила руками его шею, стиснула своими бёдрами. Она чувствовала кровь из его прокушенной губы, но не позволила оборвать поцелуй. Рэй зарычал. Настоящим глухим рычанием, исходящим из самых потаённых глубин его души. Внутренний зверь рвался на свободу, жаждал повалить эту самку на белые простыни, хотел завоеваний и победы. Лорд Рэйсгорн Ливарелл не стал его сдерживать.

С тех пор, как Арс отправил Рэя во Фрио, прошло месяца два. Много вечеров мы провели за беседами с Ками. Снова и снова возвращались к теме Рэя, снова и снова огневичка убеждала в правильности решения. Я и сама это знала. Постепенно я выбиралась из омута апатии и депрессии. Медленно возвращалась в норму, но тоска всё равно разъедала изнутри.

Шагнув из зачётной недели в долгожданные каникулы, половина студентов Академии радостно разъехалась кто куда. Оставшаяся – так же радостно зависала на территории. У меня же причин для веселья не находилось. С окончанием семестра завершилась и моя мозготерапия. В том плане, что времени для тяжёлых дум теперь было в избытке. Рэй оказался прав – «время, расстояние, пройдет». Проходило. Медленно, но проходило. Вот только я всё равно чувствовала себя маленькой девочкой, которую жестоко обманули. Всепоглощающая обида прочно проросла в сердце. И в свободное от занятий время я неизменно копалась в себе. Но хотя бы уже не ревела в подушку и окончательно перестала грезить ночами о том «незнакомце» в библиотеке.

Я замучила Ками требованиями увеличить количество и качество моих тайных тренировок. С Арсом мы условились дважды в неделю заниматься практической магией. Он всячески меня поддерживал, как и лорд Ольгорн, который занял место Рэя и подтягивал по теории. Но этого было мало. Я настолько привыкла к своему перегруженному графику, что теперь, с наступлением каникул, искала чем себя занять.

Эйдану тоже досталось – он стал моим наставником по освоению верховой езды. Я практически каждый день мучила синего. Во время таких уроков мы непринужденно беседовали. Особенно интересовали меня его рассказы о том, как лютует лорд Дафино и постоянно устраивает какие-то непонятные проверки всех студентов водного факультета. Похоже, садисту даже в голову не приходило, что ахатин может скрываться вовсе не у водников, а у артефактора, в функции которого входили не только создание волшебных предметов, но и «повышенная восприимчивость к некоторым видам магических существ». Да, именно такую терминологию мы с лордом Ольгорном нашли в одной из архивных книг. В общем, постепенно я стала вполне сносно держаться в седле, а потому на тренировки в имение Ливареллов уже ездила на отдельном коне.

С Эйданом было легко, не будь я собой, сказала бы даже, что весело. Но взрыва эмоций не происходило. Ками изредка намекала на зов крови, но по отношению к воднику я его не слышала. Навязчивые мысли, что всё дело только в злополучном спагусе, сразу же перебивались воспоминаниями о поездке на Землю и о танце в клубе с другим Ливареллом.

Эти же воспоминания порой сбивали с концентрации во время наших с Арсом тренировок. В такие моменты лорд одаривал меня ледяным взглядом, и просил сосредоточиться. Ведь мы решили, что моя цель на ближайшие четыре года – пройти обучение в академии и получить категорию по магии земли. А потом видно будет, что делать с моей артефактологической составляющей. Негласно мы с Арсом исключили наше земное путешествие из совместных бесед и вернулись на тот уровень общения, что был до поездки. Пытались вернуться. Но, нет да нет, ловили взгляды друг друга, задерживались на мгновение дольше, чем следовало бы.

Так не спеша один праздный месяц перетёк в следующий.

– Кристин, привет, – звонко раздалось над ухом, когда я листала учебник, развалившись на тренировочном поле.

Я часто сюда приходила. Гуляла, вдыхала аромат луговых цветов, любовалась пробегающими облаками, утопая спиной в мягком ковре трав. Сегодня я взяла с собой Алисин учебник по мирографии, но не успела осилить и первую главу, как рядом уселась хрупкая девушка.

– Привет, Ками.

– Я сейчас еду на закуп. Думала, ты мне поможешь.

Огневичка дружелюбно потрепала моё плечо.

– Шопинг? А что, можно и развеяться.

Через пару часов мы уже перебегали из одной лавки в другую, волоча целую гору пакетов с покупками.

– Леди, могу ли я вам помочь? – перед нами неожиданно оказался высокий молодой человек.

Он взглянул на меня серыми глазами из-под густых ресниц и сосредоточился на Ками. К слову, густыми у него были и пепельно-серые волосы, кои резко выделяли его на фоне общераспространенных оттенков волос ампелосцев. Он что, красится?

У них с огневичкой завязался светский диалог в стиле: как дела, как поживают родители и тому подобное. Я слушала в пол-уха, больше была увлечена рассматриванием знакомого Ками. К нему я бы применила такие эпитеты, как: лощёный, одет с иголочки, и уж совсем земное – «чувак на стиле».

– А это Кристина. Наша студентка. Помогает мне с закупками, – переключилась на меня огневичка.

– Приятно познакомиться, – он взялся за мою руку, я уж нервно подумала, что с него станется галантно поцеловать, но парень просто перехватил пакеты. – Я помогу, всё равно пока делать нечего. Кстати я – Дэйлинор.

– Кристина.

– Да, Камила уже сказала, – парень взял пакеты в одну руку, и подставил мне свободный локоть. Чёрт. Неудобно было сделать вид, что не заметила, пришлось обхватить. Красноречиво бросила взгляд на Ками, та лишь стрельнула глазами: иди, мол. Так и подмывало ляпнуть лощёному: «а что, у второй девушки пакеты забрать не надо? Джентльмен, блин».

Рукав кипенно-белой рубашки моего сопровождающего был необычайно мягким, чувствовалась дороговизна ткани, так же, как и то, что материал утюжили три часа к ряду. Я улавливала носом ненавязчивый приятный аромат, что воскресило в памяти рекламный слоган: «свежесть белья – заслуга моя».

Парень терпеливо таскался с нами по лавкам, подсказывал с выбором, давал дельные рекомендации. Я немного привыкла к его присутствию и даже полтора раза удачно пошутила.

После двухчасового марафона по магазинам, Дэйлинор пригласил нас в ресторан. Бокал прохладного виноградного эля окончательно меня ввёл меня в расслабленное и безмятежное состояние. Наверное, такое произошло впервые с тех мрачных событий прошлого семестра.

– Дэйлинор… – хотела расспросить про цвет его странных волос, но парень дружелюбно перебил.

– Дейл. После трех бокалов эля можно просто Дэйл.

Мне отчего-то вспомнился бурундук в гавайской рубахе. «Чип-чип-чип и Дейл к вам спешат…» – завладела моими мыслями незатейливая песенка.

– Так что ты хотела спросить, Крис?

Я поперхнулась и нервно закашлялась.

– Стине. Ей больше нравится – Стине, – пришла на выручку Ками, очевидно разгадав образ человека, моментально всплывшего в моей памяти.

– Стине. Интересно.

– Это по-норвежски, – я быстро взяла себя в руки. – А вам бы больше подошло не Дэйл, а Линор.

Я многозначительно глянула на его лощёную благоухающую рубашку.

– Ещё по бокальчику эля и согласен на Линора, но только для тебя, Стине, – парень подал знак официанту и тот поспешил к нам полным до краев с графином.

На город плавно опустился вечер, а мы с Ками вовсю хохотали над очередной ироничной историей нашего спутника. Просидели мы так до самого закрытия, а потом парень нанял карету, погрузил нас и покупки, более того и сам поехал проводить подвыпивших леди до самых комнат. Джентльмен, блин.

Всё утро я провалялась в постели, мучаясь похмельем и воспоминаниями о лощёном парне. Было в нем что-то такое и отталкивающее и притягательное одновременно. Что именно, я узнала ближе к обеду. Когда укорила себя за то, что снова мыслю по земному, хотя мою проблему запросто может решить местный лекарь Марио. Я выходила из медицинского блока, отпоенная антипохмельными настойками, бодрая, как никогда. А под дверью комнаты № 308 дожидалась комендант Энджи с охапкой нежно-розовых альстромерий.

Пышный букет едва поместился в вазу и, конечно, я знала от кого сие великолепие. К гадалке не ходи. Тем не менее, потянулась за спрятанным среди стеблей конвертиком.

«Дорогая Стине. С чувством глубокого удовольствия я благодарю тебя за теплый и дивный вечер. Искренне надеюсь, что ты не откажешься поужинать со мной снова. Твой лорд Линор ди Кронви».

Не мой – это первая мысль. За ней пришла и вторая. Я с недоброй ухмылкой отыскала среди учебников книгу с мемуарами Зиртана Керикьяджо и принялась водить пальцем по списку. Фамилия ди Кронви значилась почти в самом начале.

– Ками! Ну твою-то мать! – в сердцах воскликнула я.

Шиша немедленно выглянул из ванной и вопросительно заморгал сизыми глазами.

– Подстроила! Сваха, блин! Вот кто её просил, а?!

В этот момент в дверь постучали.

– Ну что ещё?! – рявкнула я на эмоциях, с силой распахнула дверь так, что створка ударилась о стену и снова почти захлопнулась.

– Ой! – удивилась стоящая в коридоре русоволосая девочка.

– Что случилось? – видеть её на своем пороге было, по меньшей мере, странно, а потому мозг здраво предположил, что произошло что-то плохое и выдал нервный импульс холодка по позвоночнику.

– Привет Кристина. А мы за тобой.

– Кто мы? Куда? Привет.

– Пойдем и узнаешь.

– Самира!

– Да пойдем уже! – девочка за руку выдернула меня из комнаты.

Не переставая я задавала вопросы, но Самира упрямо молчала, тянула меня вперёд и отчетливо напоминала поведением своего отца. Привела она меня к воротам академии, возле которых дожидалась помпезная открытая карета, кучер на козлах и двойка впряженных лошадей. Но более всего примечательным был стоящий рядом мощный высокий мужчина с кудрявыми волосами.

– Доброго дня, императрица, – Лакриш в качестве радушного приветствия громко чмокнул меня в щёку.

– Непривычно видеть тебя в одежде, – ошалев от неожиданности, ляпнула я, тут же перехватив недоуменно-весёлый взгляд Самиры. Чёрт!

Мне предложили усесться в карету, но я упёрлась: и с места не сдвинусь, пока эти двое не объяснят, что тут происходит.

Но девочка отдала мужчине немой приказ одним только взглядом пронзительно голубых глаз. Могучий Аполлон в одно движение перекинул мою сопротивляющуюся тушку на бархатное сиденье кареты. Успел даже пощекотать бока, от чего я заливисто рассмеялась. Самира устроилась рядом со мной, а Лакриш – напротив. Эти двое явно спелись. Как вообще? Приличная лордская дочка и змей-искуситель из дома утех. Чёрте что!

Ехали мы почти час до самой городской площади с фонтаном, где я была не далее, как вчера. Я мысленно вернулась к своим недавним переживаниям касательно Линора, ведь из этих двоих заговорщиков я не вытянула ни слова.

От площади меня повели по лабиринтам узких улочек. Устойчиво поселилась мысль, что мы идём в бордель. Ладно, Лакриш, но Самира-то! Детям вообще можно посещать такие заведения? Может у них в Ампелосе другие правила? В общем, когда я окончательно взорвала свой мозг изнутри, мы добрались до места.

– Шатёр? Это же шатёр.

– Ну да, а ты о чем подумала, императрица? – лукаво подмигнул кудряш.

– Чёрт.

– Нет, всего лишь премьера нового шоу, – весело сообщила девчушка и увела нас к лотку со сладостями.

Ладно. Шоу так шоу. Да сегодня весь день как сплошное шоу, включая неординарный тандем из моих спутников.

– Опаздывает, – незаметно шепнула Самира Лакришу, но я услышала и сразу напряглась.

Так, если и эти двое в сговоре с Ками, если сейчас тут нарисуется пепельный лорд ди Кронви, я разнесу к чертям весь этот шатёр, потому что… потому что…

Потому что пришёл Арс. Немного взъерошенный, в простой рубашке нормально-белого цвета с закатанными до локтя рукавами. Час от часу не легче. Что за цирк, вашу за ногу?

Казалось, лорд Ливарелл был удивлён не меньше моего. Но все сдержанно соблюдали этикет и обменялись чинно-вежливыми приветствиями. Арс строго посмотрел на дочь, и хотел было устроить допрос с пристрастиями, но объявили начало представления. Девочка, подхватив за руку Лакриша, умчалась в зал с возгласами:

– Быстрее, уже началось!

Мы с Арсом переглянулись. Я не знала, как быть.

– Ладно, пойдем, Кристина из Орска, не пропадать же добру, – лорд кивнул на зажатый объёмный куль со сладостями в моих руках.

Наши места были в середине зрительного зала, Самира и Лакриш обнаружились в ряду перед нами. Что за фигня.

– Нужно поменяться местами, – шепнула я Лакришу, наклоняясь вперёд. Хоть перспектива сидеть с кудряшом была спорной, но, всё же отец и дочь должны быть рядом.

Кучерявый Аполлон лишь развёл руками, а потом над нами погас свет, и девица справа от Лакриша коротко шикнула, призывая к тишине, ведь на сцене уже появились актёры.

Я чувствовала себя неуютно и глупо. Несмотря на почти год, прожитый в Ампелосе, многие шутки артистов так остались недосягаемы для моего земного ума из-за специфичной терминологии. Вокруг всё смеялись и аплодировали, а я откровенно тупила и занимала себя поеданием сладостей и разглядыванием пёстрых костюмов лицедеев. В общем, всё шло, как и в прошлый раз моего пребывания в шатре представлений. Правда, сегодня пришлось делиться вкусняшками не с Алисой, а с Арсом. Иногда наши пальцы сталкивались в коробке с попкорном, отчего необъяснимо становилось совсем уж дискомфортно.

В одну из пауз, когда весь зал хлопал и улюлюкал, к нам на пол корпуса развернулся Лакриш, привстав со своего сиденья:

– Ставлю две монеты на то, что Селий выберет Ариету.

– Думаю, Ивонна так просто не сдастся, – полушёпотом принял спор лорд Ливарелл, – три монеты.

– По рукам, – Кудряш протянул свою лапищу, а мне пришлось разбить крепкое мужское рукопожатие. – Ну а ты, императрица, что думаешь?

А что было сказать. Лишь неопределенно пожала плечами.

– Опять не поняла смысл? – громко уточнила обернувшаяся к нам Самира и характерно закатила глаза, этот её жест бесспорно угадывался даже в потемках, – ну раз больше никто не может объяснить, смотри…

Девочка коротко пересказала мне последнюю шутку влюбленной Ивонны, а я даже улыбнуться не успела, потому что на нас снова зашикали окружающие зрители, и пришлось нарушительнице порядка повернуться на место.

Следующее действие разворачивалось на сцене, и в очередной раз я потеряла нить повествования из-за парочки непонятных терминов в диалоге героев.

– Это значит, что отец лишает Селия титула, – внезапно обжог дыханием моё ухо лорд Ливарелл. Он бесцеремонно вторгся в моё личное пространство и был так близок, что я кожей ощущала исходящее от него тепло.

Меня резко кинуло в жар с ног до головы, опаляя пламенем каждую молекулу в моём теле. Чёрт! Я усиленно пыталась выйти из накатывавшего состояния обжигающей прострации. Зрители вокруг беззвучно смеялись, бесшумно хлопали. Звуки пропали…

Раньше, когда приходилось с лордом скакать на коне или трястись на холодных санях, я чувствовала себя неуютно, неудобно, скованно. Но то, что творилось со мной сейчас – не шло ни в какое сравнение. Пришлось до боли закусить щёку изнутри, отгоняя пробуждающийся зов крови, подозреваю, запущенный влиянием чёртового спагуса, моей родословной и вообще всем этим артефактизмом.

Сил едва хватило коротко кивнуть лорду в знак понимания и благодарности за объяснение. Волна эмоций схлынула также резко, как накатила. А мир вокруг меня вновь наполнился звуками.

Встать и убежать из зала сейчас не вариант, да? Лорд не поймет и, чего доброго, бросится догонять. Блин. Надо дотерпеть до конца. Может наврать, что приспичило в уборную? Я оправила в рот целую горсть каких-то сладостей и тут же скривилась как от резкой зубной боли. Что за?! Рот словно слипся от избытка сахара. Арс быстро перегнулся к сидящей перед ним дочери, отобрал у неё напитки и поднёс к моим губам. Я пила жадно и до дна, обхватив руки лорда, держащие спасительную бутылочку с водой.

– Спасибо, – прошептала я беззвучно, смахивая ладонью остатки влаги с губ. Арс сочувствующей улыбкой отобрал у меня пакетик с адскими сахарными шариками и небрежно сунул его вперёд Самире. Видимо это что-то значило, вот только что именно – осталось для меня недосягаемым, но я предположила некую подставу от русоволосой засранки. Ладно хоть лорд вовремя сообразил на счёт воды. Чёрт. Выходит, он наблюдал за мной. Блин! Столбик шкалы дискомфорта неумолимо полз вверх.

Арс перебрал мой куль со сладостями и отправил Самире ещё пару мешочков, очевидно с подобными подлянками.

– Какого? – искренне возмутилась я.

– Я проведу с ней воспитательную беседу, – произнес Арс, на него тут же шикнули, и лорду пришлось прижаться ко мне плотнее, – возьми, это более безопасно.

Он передал мне баночку, а я подверглась новой волне эмоций, с трудом владела руками, кусала горящие щёки и ругала сама себя: «Так хватит, просто сиди да ешь! Потерпи, скоро представление закончится. Еще сорок шесть минут. Всего-то. Вытерпишь. Жуй давай». Перевела взгляд на банку.

– Чёрт!

– Что? – тут же напрягся Арс.

– Это же зали!

– И?

Обречённо выдохнула:

– В прошлый раз оно оказалось на голове у лорда Гарвиша.

Вместе мы погрузились в то далекое воспоминание, вместе вынырнули и вместе рассмеялись каким-то странным смехом, за что снова получили нагоняй от зрителей, ибо, как назло, в это время актеры внушали залу жестокий трагизм неразделенной любви.

Сделали вид, что со всей серьезностью смотрим шоу, но уголки губ подрагивали и пытались скрыть рвущийся наружу смех. Из разряда тех ощущений, когда нельзя смеяться, но вопреки всему начинаешь хохотать с утроенной силой. Боже, это точно нервное. Кажется, у меня пошли слёзы и свело живот. Сдавленно кряхтеть в кулак было невыносимо, и уж тем более смотреть на сцену. Чтобы окончательно не заржать в голос, я уткнулась лицом в грудь Арса, давясь безмолвным смехом и комкая ворот его рубашки.

Очередная смена действий на сцене, зал аплодировал, а ощутила пристальный взгляд обернувшейся Самиры. Зараза! Рефлекторно попыталась принять отстраненно-вертикальное положение, будто меня за чем-то непристойным застукали. Но Арс не дал. Сама не знаю когда, вероятнее всего, во время моего истеричного припадка смеха, он взял меня в кольцо своих рук и теперь из него не выпустил. Я немного поупиралась, но быстро затихла. Так мы и сидели в обнимку: Арс держал меня, я – банку с зали. Периодически он нашёптывал мне на ухо комментарии относительно действий актеров, но не представление меня волновало. Я слышала мерный стук его сердца, щекой ощущала движение грудной клетки на каждом вздохе. Между нами творилась необъяснимая, но тихая магия. Магия? Или химия?

Приходили мысли вырваться и убежать, но они на корню душились теплом и умиротворением, исходящими от Арса. Меня крыло и накрывало. Я не могла больше с этим бороться.

– Кажется, я проиграл три монеты. Селий только что в стихах предложил Ариете сбежать, – лорд прокомментировал игру актеров мне в самую макушку.

– Я бы тоже сейчас хотела сбежать, – прошептала в ответ.

Арс аккуратно поднял мою голову за подбородок и заглянул в глаза. Не знаю, что лорд пытался рассмотреть во мраке зала. Он вдруг спросил:

– От меня?

Я не смогла соврать ни ему, ни себе, а потому выдохнула лорду в губы:

– Отсюда. С тобой.

Он переплёл свои пальцы с моими. Тепло, уютно, правильно.

Мы пробирались сквозь тесные ряды зрителей, слегка пригнувшись и изредка давя людям ноги. Арс поначалу извинялся и аккуратно за руку утягивал меня вперёд. Постепенно скорость нарастала, и мы уже пробежали средь рядов, вырвались из зала, миновали лотки со сладостями, выскочили из шатра и понеслись по лабиринту узких улиц. Остановились только, когда у меня нещадно закололо в боку, и я чуть не свалилась, споткнувшись о ступеньку. Арс вовремя среагировал, подхватил и аккуратно опустил меня прямо на лестницу, попавшуюся на пути. Сам уселся рядом.

Вот ведь! Он даже не запыхался! Более того, решил поесть, отняв у меня банку, которую я так и сжимала в руке.

– Зали же! – пытаясь восстановить дыхание, напомнила я, – красный… уф… Язык у вас будет…

Лорд оборвал меня взмахом руки и выразительно повёл бровью.

– У тебя, – исправилась я, смутившись, – язык у тебя будет красный.

Но Арс уже отправил первый кусочек желе в рот и прищурился, смакуя вкус.

– Не только у меня.

– Что? – я не поняла.

– Не только у меня будет красный язык.

– Ха, щас! Я это есть не буду!

– А есть и не надо.

Он медленно наклонился, обхватил ладонью мой затылок. Я вздрогнула, но не отстранилась.

– Арс…

– Как же долго я тебя ждал, – тихо сказал лорд.

Его губы мягко коснулись моих, неторопливо вынуждая раскрыться навстречу и забирая мой воздух.

– Ну вот и славненько, Пироженка.

– Лакриш, я уже не Пироженка.

– Ну-ну.

– Как думаешь, лорд Ливарелл не догадался, что это ты всё придумал?

– Конечно, нет! Как можно? План отличный! – изображал мужчина саму серьезность. – И кстати не я один всё затеял. Ты помогла, между прочим. Так что, если он и догадается, влетит нам обоим.

Заговорщики весело рассмеялись. Затем Лакриш серьёзно добавил:

– Самира, раз уж ты такая большая и уже сосем не Пироженка, то и зови его по-взрослому – папа.

– Вот как раз лорд Ливарелл – это и есть по-взрослому.

– Вот тут ты не права. Называть так родного отца – это ли не ребячество и детские обиды?

Самира надула губки и сердито засопела.

– А где он был раньше? Почему не приходил? Почему? Почему?

– Так сложилась судьба. Позже ты поймешь. Не отталкивай его, ведь он самый близкий и родной для тебя человек. И как взрослый мужчина, я настоятельно рекомендую этой взрослой девочке пересмотреть свои позиции, – Лакриш легонько потрепал носик Самиры.

Девочка завертелась, отбиваясь от игривых нападок, настроение снова поднималось, а в светлой детской душе давало первые ростки зерно, зароненное Лакришем. Пусть даже если не получится сказать «папа», можно попробовать начать с более официального: «отец».