Просторный кабинет с большими окнами, за которыми открывался прекрасный вид на осеннюю магическую академию. За массивным столом сидел несколько полноватый мужчина и смотрел на двух новичков, которые в первый же день умудрились ввязаться в драку. И ведь сразу нарвались на отпрысков высокородных кланов.

С распорядителем он еще собирался поговорить — как тот мог допустить эту дуэль? Но что делать теперь? Столичные кланы придут в ярость: четверо третьекурсников проиграли первокурснику. Трое покалечены, а тот кто должен работать на совет и вовсе сдался.

С другой стороны, могла пострадать внучка Помпео. Тарин даже думать не хотел, насколько возросли возможности старика за эти годы. И как ни крути, виноватым в любой ситуации остался бы он, Тарин Белфорт.

— Молодые люди, вы вообще понимаете, в какую ситуацию себя втянули? — спросил директор, сложив руки на столе.

— Мы, возможно, не до конца понимаем ситуацию, в которую попали, — парировал один из юношей, — зато точно знаем, от какой уберегли.

— И от какой же? — брови директора сузились.

— От визита Эмилии Помпео. Она не стала бы разбираться, кто прав, кто виноват. А так... молодые маги просто поделились опытом, не более того.

И ведь этот наглец был прав. Придется выставлять случившееся именно в таком свете.

— Похоже, вы не понимаете, какую власть имеют столичные кланы.

— Вы правы, господин директор. Зато мы отлично понимаем, что с ними может случиться, если они перестанут должным образом воспитывать свое молодое поколение, — в его голосе прозвучал холод.

— Позвольте тогда другой вопрос, — Тарин смерил их взглядом. — Как вы вообще решились на эту дуэль? Их было четверо!

— У нас были очень грамотные наставники. И мы уверены в своих силах.

— Что ж... в таком случае, я рад приветствовать вас в нашем учебном заведении, — произнес он, и в углах его рта дрогнула тень улыбки.

— Мы также рады нашей встрече. Мы свободны?

— Да.

Когда дверь за студентами закрылась, Тарин откинулся в кресле. Почему бы и нет? Что я получу с этого барона? Ничего. А тут... два дома сами принесли себя ему на блюдечке. Попались, как крысы в мышеловку.

Мысленный взор директора уже выстраивал хитроумные комбинации. Можно обставить дуэль как учебный инцидент — мол, перегиб на тренировках, бывает. Одновременно — тонко намекнуть домамо «непристойном поведении студентов» в отношении внучки... И, конечно, выставить счёт. Его взгляд скользнул по прозрачным шторам и идеальному убранству кабинета. Классам давно нужен ремонт... И новый полигон не помешал бы. Отличный повод попросить «спонсорскую помощь» с виновной стороны.

Набросав пару деловых писем, Тарин вручил их секретарю и, с чувством глубокого удовлетворения, решил, что на сегодня достаточно помог избежать крупного межкланового конфликта. В конце концов, поддержание мира — такая хлопотная работа.

***

Закрыв за собой дверь кабинета директора и кивнув на прощание его секретарю, мы покинули это «гостеприимное» место. Башня, выполненная из белого мрамора с изящной резьбой, казалась безмолвной и пустой. Огромные застеклённые окна открывали потрясающий вид на раскинувшийся внизу Орфен. Пока коридоры были пусты, но уже завтра они должны были заполниться учащимися.

Рени нарушил молчание первым.

— Объясни, что сейчас произошло.

Я усмехнулся его любознательности.

— Мы публично испохабили репутацию кланов на территории Академии. Пока мы сидели у секретаря, Белфорт, я уверен, придумывал, как обратить эту ситуацию себе на пользу.

— То есть, нас уже используют?

— Скорее всего. А все эти разговоры о кланах — попытка избежать проблем в будущем. Наша стычка портит и его репутацию, студенты должны учится а не дубасить друг друга.

Рени внезапно остановился и кивнул в сторону окна. Я подошёл ближе и увидел неприглядную картину: несколько студентов в красных и коричневых мантиях с особым рвением объясняли Рори, как в столице принято «знакомиться». Вокруг столпились зеваки, с интересом наблюдавшие за процессом, но никто не спешил вмешиваться.

— Думаю, это из-за нас, — сказал Рени, и на его лице расцвела хищная улыбка.

Он распахнул окно, и в воздухе вокруг его пальцев начали формироваться небольшие, идеально круглые шары из ледяной воды. Прицелившись, он начал обстрел. Первый, второй... Рени методично отправлял свои снаряды точно в головы обидчиков, явно желая остудить их пыл.

Маги огня попытались выставить огненные барьеры, но Рени тут же переключился на группу в коричневых мантиях. Те, визжа, забегали по площадке, пытаясь укрыться от неожиданного противника.

Один из огневиков, прикрываясь огненным барьером, осмелел и выступил вперёд.

— Эй, уроды! Жизнь не дорога — спускайтесь и познайте гнев дома Санчес!

Мы переглянулись.

— Край непуганых идиотов, — констатировал я.

В глазах Рени читалось жгучее желание проверить свои новые способности, а я никогда не отказывал другу в таких мелочах. Рени первым шагнул в проём окна. Он потратил полгода на то, чтобы придумать, как безопасно спускаться с высоты. Решением стал огромный плащ из сконденсированной воды, замедлявший падение. Ещё два месяца ушло на оттачивание внешнего вида. Вышло эпично.

У меня не было столь зрелищных способностей, зато была сугубо практичная грань, поглощавшая кинетическую энергию и защищавшая владельца от повреждений. Исключением был разве что Бартолд со своей сумасшедшей ударной силой, пробивавший мою защиту без особого напряжения.

Выждав паузу для драматического эффекта, я тоже сиганул вниз. Приземление получилось в лучших традициях супергеройских блокбастеров — грубым, эффектным, с разлетающимися комьями земли и дёрна. Наши «великие» оппоненты застыли с немым вопросом «какого чёрта?» на лицах. Окинув нашу колоритную группу взглядом, маги дома Санчес предприняли тактику, проверенную веками, — стратегическое отступление для перегруппировки.

Наш новый знакомый смотрел на нас выпученными глазами, переводя взгляд с окна третьего этажа на убегающих студентов. Его одежда была порвана в нескольких местах, а наливающийся синяк на щеке красноречиво свидетельствовал, что к такому развитию событий он не был готов.

— Привет, Рори, — поздоровался я. — Давно не виделись.

Он, всё ещё не оправившись от шока, поднялся и начал автоматически отряхивать одежду.

— Эти... — он мотнул головой в сторону скрывшихся за углом студентов. — Они спрашивали про вас. А я ведь ничего не знаю! А они — «давай, рассказывай»...

Мы с Рени переглянулись и рассмеялись.

— Что скажешь насчёт таверны? — предложил я. — Обсудим всё за кружкой сока и купим тебе новую одежду. Ты пострадал из-за нас, это справедливо.

Рори потупил взгляд, смущённо переминаясь с ноги на ногу.

— Не стоит... Я лучше в общежитие.

Я понял его смущение.

— Не переживай. Просто посидим, познакомимся поближе. Ты поссорился с домом Санчес, но зато приобрёл друзей, которые могут им навалять.

Я приподнял палец копируя Нокса, а Рени закатил глаза.

— Во всем должен быть баланс.

Проходя по городу, мы не спеша осматривали здания. Стоило признать, внешний вид домов, над которыми работал клан Пьер, был проработан безупречно.

— Взгляни на карниз, — Рени указал на один из особняков. — Какая роспись— это сколько времени ушло? Получилось действительно роскошно.

— И на века, — добавил я. — Помнишь, как мы сооружали коробки для жителей Эрама. Рени кивнул, не отрывая взгляд. Наше временное решение, даже спустя два года продолжало существовать в отдаленных частях города. Хотя нынешний Эрам не сильно уступал столице. Осыпающаяся листва конечно портила пейзаж, но летом это будет отлично смотреться.

Рори, шагавший рядом, восторженно вертел головой. Он, как и мы, прибыл в столицу недавно и ещё не успел освоиться.

— Ничего себе! — прошептал он, задирая голову к арочным пролётам. — У нас в Иштре самое высокое здание — это резиденции магов. А тут... каждый дом как дворец!

Когда мы наконец нашли швейную мастерскую, его восторг сменился ужасом. Он замер у входа, с выпученными глазами взирая на прейскурант для студентов.

— Пять золотых... пять золотых за обычную мантию? — выдавил он, бледнея. — Да за эти деньги моя семья год живёт!

— Столичные цены, — философски заметил Рени. — Здесь платят не за ткань, а за возможность не ударить в грязь лицом перед такими же, как ты.

Я подошёл к прилавку.

— Нам нужен готовый комплект для нашего друга. Что-нибудь прочное, но без лишних изысков.

Продавец, сухой мужчина в безупречном камзоле, оценивающе окинул взглядом потрёпанную одежду Рори и скривился. Но, взглянув на наши с Рени одежды и выправку, смягчился.

— Для вновь прибывших, значит? — он достал из-под стойки комплект из тёмных штанов, простой рубашки и добротного жилета. — Это — практично и немарко. Со скидкой для студентов Академии.

Когда Рори примерил обновку, на его лице разыгралась настоящая драма. Он вертелся перед зеркалом, то расправляя плечи, то снова съёживаясь.

— Ну как? — спросил Рени, пряча улыбку.

— Отлично сидит, — пробормотал Рори, краснея. — Просто... я никогда ничего такого дорогого не носил. И как-то неловко... получать его вот так.

Я похлопал его по плечу.

— Баланс, — Важно заметил я. Ты пострадал в нашей небольшой войнушке, и вообще ты скоро станешь магом. Привыкай выглядеть так, теперь ты здесь не случайный прохожий, а один из магов.

Рори посмотрел на своё отражение, потом на нас, и решительно кивнул.

— Спасибо. Я... я постараюсь его не испортить.

— Вот и славно, — ухмыльнулся я. — А теперь пошли на поиски хорошей таверны.

Таверна «Упрямый мечник» встретила нас оглушительным гамом. Группа каких-то работяг, покрасневших и довольных, что-то бурно праздновала, с силой стукаясь запотевшими кружками. Юркие разносчицы мельтешили между столами, ловко уворачиваясь от слишком настойчивых или пьяных рук клиентов. А над всем этим витал умопомрачительный аромат — дымный, пряный, исходящий от мясных нарезок, грудами лежавших на столах.

К нашему столику тут же примчалась одна из разносчиц, румяная и запыхавшаяся.

— Добро пожаловать, господа студенты! — выпалила она, сверкая глазами. — Сегодня у нас отличная дичь с ягодным соусом, а на гарнир — картошка, жаренная на сале с луком! А ещё...

Её речь оборвал тучный мужчина, подкатившийся к нашему столику с мутным взглядом.

— Эй, Молли, хватит с этими сопляками торчать! — он сипло крикнул и потянулся, чтобы схватить её за платье. — Иди ко мне, угощай!

Я вздохнул.

— А мне тут, знаете, нравится.

Я активировал свой щит в фоновом режиме. Схватил его за руку и дернул, мужчина теряя равновесие, пробормотав что-то невнятное, беспомощно рухнул на свободный стул рядом с нами, словно огромный, смущённый карапуз. Только сейчас до него начало доходить, с кем он решил «познакомиться».

В таверне на несколько секунд стало заметно тише. Наша разносчица, вытерла ладонью лоб и, поблагодарив нас взглядом, продолжила, как ни в чём не бывало:

— Так вот... а на десерт у нас пироги с вишней.

Мы сделали заказ. Когда пришло время платить, наш новый знакомый, карапуз, любезно достал кошель.

— Позвольте мне, это я вас задержал... — пробормотал он, стараясь не смотреть на нас.

Потом, он якобы вспомнил, что у него есть «важные и срочные дела», и, положив монеты на стол, ретировался с такой скоростью, будто за ним гнались гоблины.

Когда мы закончили с угощениями и перешли к размеренному попиванию сока, настало время расспросить нашего нового знакомого о его жизни.

— Обычная жизнь, — пожал плечами Рори. — Каждый год восстанавливаем деревню после налётов гоблинов. Засеваем поля, охраняем его от разных вредителей... Отбиваемся, собираем урожай и везём излишки в город. Снова и снова.

— А как ты открыл свою грань? — спросил Рени, с любопытством наблюдая за рыжим.

Рори потупил взгляд, будто готовый провалиться сквозь землю.

— Стол... стол главы деревни поджёг, — пробормотал он, буквально вжимая голову в плечи.

Мы с Рени переглянулись. Уголки губ Рени задрожали.

— И как же это вышло? — не удержался я.

— Ругал он нас... ни за что! — в голосе Рори прозвучала застарелая обида. — А я так разозлился, что у меня всё в руках затряслось, и бац! — он развёл руками, изображая взрыв. — А у вас как?

Сделал последний глоток сока и усмехнулся.

— А на нашу деревню налетел оборотень. Вот у нас грани в тот день и открылись.

Рори вытаращил глаза. Его лицо вытянулось.

— О-оборотень? — прошепелявил он, сжимая свою кружку так, что костяшки пальцев побелели.

— Ага, — кивнул Рени с деланной небрежностью, обводя взглядом уютную таверну. — Еле-еле отогнали. — А как тебя отправили в академию?

— Стараста вместе с отцом отправили меня к магам, те отдали меня на обучение этикету. Сказали что после учебы мне дадут работу.

— С тобой всё понятно, — заключил я. — Значит, будешь работать на совет пятьдесят лет.

От этой новости Рори поперхнулся.

— Но ведь сказали, что совет даст работу!

— Ну, в общих чертах тебе не соврали. Ты либо платишь тысячу золотых за обучение, либо работаешь на совет.

— Сколько?! — Рори вскочил со стула.

Эти эмоциональные качели изрядно нас позабавили, но я решил перейти к делу.

— Смотри, Рори, вот как я вижу ситуацию. Тебя просто и банально приписали к нашей свите.

— Но мы же только на регистрации виделись!

— Как ты мог заметить, это вообще никого не смущает, — я поднял бокал с соком. — Предлагаю тебе не разочаровывать окружающих и просто дружить с нами.

— Но ведь вы будете воевать со всеми подряд!

Рени взял пирог и продолжил:

— На самом деле нет. Мы будем вступать в бой, только если кто-то попробует обидеть Помпео или пристанет к нам. В остальном мы прибыли учиться, как и все.

— И продавать мои картины! — вставил я своё веское слово.

— И продавать его картины, — кивнул Рени.

Рори сидел и о чём-то долго думал. Мы не торопили его.

— Они ведь всё равно не отстанут? — наконец тихо спросил он.

Мы подтверждающе кивнули. В конце концов это застарелое болото не так часто видит магов нашего уровня, а значит будут пакостить.

— Ладно, а что за девчонка была? — не удержался Рори, в котором любопытство наконец пересилило робость.

Уголки губ Рени поползли вверх в его фирменной ухмылке.

— А это, мой юный друг, была Лирин Помпео. — Он многозначительно кивнул в мою сторону. — Его будущая невеста.

Я не стал ничего говорить. Просто двинул его локтем в бок так, что он на секунду потерял дар речи. Рори же, схватившись за кружку, залпом выпил сок и всем своим существом демонстрировал, что ждёт продолжения этой захватывающей саги.

— Ничего она мне не невеста, — буркнул я. — Проклятые Лео с Оскаром вручили шкуру, предназначавшуюся её бабке, прямо в руки самой Лирин.

Рори округлил глаза, и в них вспыхнуло понимание.

— Так значит... ты убил оборотня и его шкуру отправил невесте в подарок! — выдохнул он с почтительным ужасом.

Рени, который как раз сделал глоток сока, закашлялся и, давясь смехом, едва не рухнул под стол.

— Да нет же, чёрт вас дери! — я рявкнул раненым зверем. — Ты чем вообще слушал? Не убили мы оборотня!

Рори сделал вид человека, чья картина мира рухнула, но который изо всех сил цепляется за её обломки.

— А... а шкура? — растерянно спросил он.

После этого Рени был готов закатиться под стол с диким хохотом, а я с насмешливым презрением махнул рукой на этих неисправимых деревенщин. Объяснять что-либо было бесполезно.

Рори сделал вид, что всё понял, и благоразумно решил больше не задавать вопросов. Но через мгновение послышался новый вопрос.

— Ты говорил что то про картины.

Я окинул его оценивающим взглядом. А почему бы и нет? День и так выдался богатым на события.

— Ладно, — сказал я. — Уговорил. Но готовься к тому, что это надолго. Сидеть смиренно — целое искусство.

— Я справлюсь! — тут же выпалил Рори, его глаза загорелись.

— Ну что ж, — вздохнул я, но улыбка выдавала моё настроение. — Пошли. Прощаясь с шумной таверной, мы направились к нашей резиденции.

Наш скромный дом принимал первого гостя. Рори с нескрываемым любопытством разглядывал всё вокруг, а его глаза округлились, когда слуги начали расставлять на столе угощения.

— Это всё... нам? — недоуменно сказал он.

— Ну, пока ты будешь нашим натурщиком, тебя нужно подкармливать, — с ухмылкой заметил Рени. — Иначе сбежишь.

Пока он отвлекался на еду, мы с Рени устроили ему настоящий допрос.

— Так значит, твой отец — бывший гвардеец? — начал я. — И он был в восторге от твоих... опытов с огнём?

Рори, набив рот сладким хлебом, жалостливо взглянул на нас.

— Он говорит, что я не должен поджигать всё, что вижу, и мне лучше пока упражняться с мечом. А тот стол... он всё равно был старым, наверное, даже старше нашего старосты! А наш староста — вредный дедулька...

— Так за что же он вас наказал? — поднял бровь Рени.

— Ну... мы просто бегали по полю. И в некоторых местах... колосья помяли, в общем, — честно признался мальчишка.

Пока Рори рассказывал, мы готовили всё необходимое. Он с интересом следил за нами, пытаясь засунуть нос в каждую баночку с краской.

— Ой, а это что? Пахнет как мокрая трава!

— Это и есть мокрая трава, точнее, пигмент из неё, — пояснил я, отбирая у него баночку с зелёной краской. — А вот это не трогай, яд.

— Понял, — тут же отскочил он, но сразу уставился на кисти. — А зачем столько палочек с шерстью?

Рени, теряя терпение, легонько хлопнул его по затылку.

— Чтобы рисовать, гений. А теперь перестань вертеться и вытри руки. Ты весь в крошках.

Мы поднялись на крышу, откуда открывался лучший вид на вечерний Орфен, и усадили Рори на стул, пытаясь поймать непринуждённую позу.

— Расслабься, — говорил я. — Представь, что ты просто смотришь на закат.

— Я пытаюсь! — пищал он, сидя неестественно прямо, как палка.

В какой-то момент Рени, потеряв терпение, просто начал крутить его с помощью водяных пут, как марионетку.

— Эй! Что ты делаешь?!

— Тебя же просили посидеть смирно? Вот я и помогаю, — невозмутимо парировал Рени.

В итоге мы остановились на простой, расслабленной позе: Рори в своей новой белой рубашке, сидящий прямо, с руками, в которых загорается огненный шар.

Первые десять минут он старался изо всех сил, но потом начал саботировать процесс.

— У меня спина затекла... А можно я руки опущу? Это так скучно... Ой, смотри, птичка!

Рени без лишних слов окутал его лёгким водяным коконом, мягко зафиксировав в нужном положении.

— Всё, хватит. Двадцать минут тишины, или никакого портрета.

Сам портрет я начал с лица— с добрым, с ещё детским взглядом. А затем перешёл к фону. Я изобразил не дневную столицу, а ночной город, где улочки тонули во мраке, освещённые лишь редкими факелами. И в центре этого полумрака — наш новоявленный друг, в руках которого плясал не яростный огненный шар, а тёплый, живой шарик огня, разгоняющий тьму. На его лице играла беззаботная, счастливая улыбка.

Разглядывая готовую картину, Рори, как когда-то Рени, переводил взгляд с полотна на улицу и обратно. Солнце ещё не село окончательно, и его сбивало с толку это несоответствие.

— Но... сейчас же ещё не ночь? — наконец выдохнул он. — А на картине ночь. И огонь... он такой... тёплый.

— Это называется художественное видение, — улыбнулся я. — Понравилось?

В ответ он лишь кивнул, не в силах оторвать взгляд. Рени аккуратно вытянул излишки влаги из красок, и произведение было завершено.

Мы сняли полотно с подрамника и вручили его Рори.

— Держи. Отправишь родителям. Пусть узнают, что у тебя все хорошо и ты начал учиться.

Он принял свёрток с невероятным трепетом и почтением, будто держал в руках не изображение, а самую дорогую семейную реликвию.

— Спасибо, — сказал он, и в его глазах блестели не отражённые огни города, а самые настоящие слёзы благодарности. — Я... я никогда ничего такого не видел.

Я же остался доволен. С тех пор как я появился в этом мире, мои навыки росли не только в магии. Мы проводили нашего нового друга, опасаясь нападок клановых, но, видимо, зря.

— Получилось неплохо, — заметил Рени, подходя к краю крыши.

Я возмущённо посмотрел на друга.

— Что значит «неплохо»? Отлично получилось!

Уже завтра начнётся наша учёба в этой Академии, и, похоже, она будет очень насыщенной. С Лирин так и не удалось поговорить, хотя, наверное, это даже к лучшему. По сути, нам и не о чем разговаривать: её дед оказывает нам поддержку, а мы ей — взаимная выгода.

Наконец-то можно будет прикоснуться к знаниям старой империи. Книги о магии — пожалуй, единственное, что меня сейчас интересует. Было бы хорошо установить дружественные связи, но, кажется, я с треском провалил этот пункт.

Гул голосов наполнял торжественный зал. Сейчас нам должны были вручить мантии — именно с этого и начиналось наше обучение. Многие студенты узнавали нас и, перешёптываясь, бросали в нашу сторону взгляды, полные любопытства. Несколько человек откровенно пялились, но тут же отводили глаза, стоило нам встретиться с ними взглядом.

Школа… Давно забытое чувство. В прошлой жизни я никогда не был столь «популярным». Вечные стычки, противостояние, меряние силами… Я усмехнулся. Что ж, похоже, этот опыт обещает быть занятным.

Церемония началась. Преподаватель огласил первые имена. Рори тоже позвали, и он вошёл в первую группу. Преподаватели в белых мантиях произнесли напыщенную речь о грани огня, её важности в борьбе с гоблинами и о том, как всем им повезло. Всего вышло семь человек — получается, в этом году Академия пополнилась всего семью пиромантами. Хотя, с другой стороны, Совет отправляет на защиту города десять магов. И вот, наконец, им вручили алые мантии.

Следующими вызвали магов воды. Рени, улыбнувшись, присоединился к остальным четырём гидромантам. Преподаватель произнёс пламенную речь о важности магов воды, которые обеспечивают защиту простых людей в трудные времена. После чего им вручили синие мантии.

Далее собралась группа из восьми человек — маги камня. Важность укреплений в нынешних обстоятельствах было сложно переоценить. Парни и девчонки получили коричневые мантии и отошли на отведённые им места.

Следующими шли маги ветра. Как оказалось, они являются хранителями знаний, а также курьерами и просто «классными ребятами». Их мантии тоже были белыми, но попроще, чем у преподавателей.

А потом всем остальным начали вручать зелёные мантии.

Я был возмущён. Получалось, зелёный — это цвет, с которым ничего не понятно. Такие мантии получили все, чьи способности не относились к чистым стихиям. Целитель? Вот тебе зелёная мантия. Телекинетик? И тебе зелёную. Маг металла? Получай зелёную. Было обидно за природников: мне казалось, что зелёный — это только их цвет, а его несправедливо размыли. Видели бы они сейчас Софию!

Меркурий выстроил такую цепь обороны, что природница могла воевать, не отрываясь от чаепития у Даны. Конечно, во многом благодаря Филиппу, но могла же! Природники обладали эффективной, понятной магией.

В общем, я тоже получил зелёную мантию. Нас, таких, было больше половины зала. «Никогда не знаешь, когда окажешься в партии зелёных», — с горькой иронией подумал я.

Потом из наших зелёных рядов тоже стали выстраивать определённым образом. К «левым зелёным» присоединились маги производных стихий. Можешь шарахнуть молнией? Поздравляю, ты зелёный и левый. Маг света? Стань левее. Маг тьмы? Ну, иди туда же, не задерживай торжественность момента.

«Центральные зелёные» были в основном лекарями, телекинетиками, приручителями. Сюда вошли те, кто, в общем-то, стихии не имеет, но с их способностями более-менее понятно, что делать.

Оглядев наше «крайнее правое зелёное» движение, я с удивлением обнаружил, что нас даже не объявляли. Создавалось впечатление, что вокруг меня собрали самых непонятных и неопределённых ребят. «Хотя, возможно, они недалеки от истины, — мелькнула у меня мысль. — Зато нас, загадочных, больше всех».

Пока меня беспокоил только один вопрос: неужели обязательно носить эту мантию? Кто вообще придумал этот зелёный ужас? В ней даже карманов нет! И как с мечом ходить? За прошедшие пару лет я без него — как без смартфона в прошлой жизни.

Когда всех распределили, перед нами появился сам председатель Совета. Согласно информации, которую я добыл, этот человек прожил уже больше двухсот пятидесяти лет и умирать не собирался. Рослый и статный, он совсем не выглядел на свой возраст.

Он просто прилетел — почти как Радан, только его полет сопровождали небольшие всполохи пламени.

— Приветствую вас, юные маги! Каждый из вас открыл в себе дар, способный уберечь простых людей от наших врагов. За время обучения в этих стенах ваша мощь возрастёт в разы. В этом году я решил пересмотреть некоторые пункты нашей программы. Как вам известно, недавно один из первокурсников одолел в магическом поединке сразу четверых третьекурсников.

Моё лицо перекосилось. Старикан только что сделал меня врагом всего живого!

— Начиная с этого года, вы будете проходить боевую подготовку в полевых условиях. Те, кто пройдёт её успешно, получат право основать свою собственную крепость! Если удержите её в течение года, Совет рассмотрит возможность основания города. Все, кто не справится с этой задачей, будут приоритетно направлены на службу к более удачливому однокурснику.

Я тут же забыл все обиды на этого классного старика. Он прямым текстом говорил: «Завоюй себе землю, и тебе присягнут те, кто не справился». Я по-новому окинул взглядом присутствующих. Четверть или даже треть этих магов могла оказаться под моим началом — в моём городе, где до нас будет невозможно добраться. Это тебе не десяток магов, разрывающихся между делами, а пятнадцать или даже двадцать! Мой внутренний хомячок жадно потирал лапки.

— Сколькие из нас это переживут? Если у тебя мусорный дар — ты покойник! — раздался чей-то испуганный возглас.

Я обернулся на паникёра.

— Мусорных даров не бывает. Бывают только те, кто не понимает, какое сокровище попало им в руки.

— Тебе легко говорить! Мы видели, как ты клановых победил!

Вспоминая, как открывал первые грани, я вздрогнул. Сжав кулаки, я вернул себе самообладание. И тут мне вспомнился разговор с Гиперионом.

— Защитник Эрама, Гиперион, начинал с того, что у него быстро росли волосы. Кроме вас, вашим даром никто не будет заниматься.

Тем временем председатель обронил самую взрывоопасную новость, прикрыв ее заботой о нас. Он запретил вступать в столичные кланы в течение пятидесяти лет после окончания учёбы. Это означало, что кланы смогут получить магов, которым уже почти под семьдесят.

Я захлопал в ладоши. Председатель не просто обновлял правила — он переворачивал всю игровую доску, давая себе фору в пятьдесят лет. Теперь кланам оставалось либо пойти против него и получить по лицу, либо подчиниться и основать новые города.

— Последнее, что я хочу вам сказать: вы — наша надежда. Всем вам известна история. Наше поколение смогло защитить тех, кто остался. Ваше поколение заберёт обратно то, что принадлежит нам по праву!

Даже клановые маги принялись ликовать. Речь и впрямь была вдохновляющей. Наши планы в очередной раз летели под откос, но теперь открывалось новое, потрясающее окно возможностей.

Дальше нас развели по аудиториям, где принялись зачитывать правила, распорядок и программу обучения. Услышав, что первые несколько месяцев придётся слушать лекции о магах прошлого, я аж переспросил и, получив подтверждение, бессильно откинулся на спинку стула. Платить золотом за то, что тебе расскажут историческую справку, — вот это настоящая магия!

— Эй, смотрите! Это он, тот самый, что клановых побил! И он в нашем классе!

— Тихо ты!

Я невольно улыбнулся. Нас в аудитории было всего человек десять, и не услышать разговор соседей было просто невозможно. В этот момент в класс вошёл ещё один человек в белой мантии.

— Итак, уважаемые студенты, меня зовут Рейд Белфорт, и я буду вашим наставником на протяжении первых двух лет обучения.

Я, как прилежный ученик, поднял руку.

— Да, спрашивай.

— Когда можно будет начать посещение библиотеки?

Маг неожиданно нахмурился.

— Представься.

— Люций Вилд.

Мне показалось, или в классе стало ещё тише?

— А, так это ты — победитель вчерашнего... спарринга.

Я просто ждал ответа на свой вопрос, не давая преподавателю сменить тему.

— Почему ты решил посещать библиотеку? Наш курс включает все необходимые знания.

— Читать люблю, — парировал я.

Тот понимающе кивнул и продолжил, уже обращаясь ко всей группе:

— Это похвальное рвение, но я рекомендую обращаться в библиотеку после второго курса. Это наиболее оптимально.

— Благодарю за вашу рекомендацию, — вежливо ответил я, всем своим видом давая понять, что разговор окончен.

«Да, да, конечно, оптимально, — пронеслось у меня в голове. — Чтобы тебя два года пичкали отборной информацией, а потом ты корил себя, что не заглянул в библиотеку раньше».

Пока остальные студенты, не обременённые мыслями о высших материях, старательно конспектировали историю мага-громовержца, я сидел и по-настоящему начинал понимать, о чём тогда говорили Дана и Эммерик. Никто в этом классе не обладал и каплей магии электричества, но доверчивые подростки с упоением записывали по сути обычную байку.

На первой же перемене я вылетел из класса как ошпаренный. Голос преподавателя, этого Рейда, был настолько заунывным, что я едва не уснул. Как можно было так испоганить историю вполне себе крутого мага, я не представлял.

Войдя в библиотеку, я увидел их. Десятки книг, заманчиво поблескивая металлическими вставками на корешках, манили к себе. Так и подмывало рассмеяться по-злодейски, воздев руки к небесам, но я удержался.

Однако первичный осмотр открыл страшную правду: они не были подписаны. Всё это книжное сокровище лежало мёртвым грузом. Их, можно сказать, спрятали на самом видном месте.

— Эм-м… И какой же идиот так всё раскидал? — не удержался я вслух.

На мой голос из-за стеллажей появилась неожиданная знакомая.

— Люций?

— Доброго дня, ваша светлость! Тоже решили почитать? — вежливо осведомился я.

Та, смутившись, молча скрылась обратно. Как оказалось, за этими стеллажами располагались уединенные столики. Понимая, что разговор у нас не состоялся, я не слишком расстроился. Где-то среди этой груды макулатуры должны были быть записи о щитах. И нужны они мне были ещё вчера.

Пролистывая тридцатую по счёту книгу, я с горечью осознал, что в одиночку мне не справиться. Нужно было как минимум рассортировать эти сокровища по стихиям или темам.

Наткнувшись на фолиант, посвящённый артефактам Империи, я чуть не присвистнул от удивления. Товарищи изготавливали весьма занятные штуки. Похоже, наш Филипп двигался в том же направлении. Тут тебе и мантии, которые не пачкаются, и кольца для проверки еды на яды… Отложив книгу, я продолжил поиски.

На глаза попалась работа о тактике боя легионов. Быстро пролистав её, я понял, что вернусь к ней чуть позже. Надпись «Комбинированный удар» всегда пробуждала профессиональный интерес.

— Что ты тут делаешь?

Развернувшись и вновь обнаружив за спиной Лирин, я лишь недоумённо уставился на неё.

— В смысле что? Ищу книгу о своих способностях.

— Но так никто не делает! Берут одну книгу и читают! — в её голосе звучало искреннее возмущение.

Я посмотрел на неё так, будто она предложила зажечь костёр прямо тут.

— Зачем?

— Все книги — это бесценная информация! Ты не можешь просто пролистать одну и перейти к следующей! — она даже топнула ножкой для убедительности.

— Вообще-то могу, — парировал я. — Тактика легионов мне сейчас никак не поможет.

Я аккуратно поставил том на полку и взял следующий. «Маг молний». Да чтож такое творится! В этот момент прозвенел звонок. Чёртыхнувшись, я покинул библиотеку. Пришло ясное осознание: в одиночку копаться слишком долго. Мне срочно нужны были Рени и Рори.

***

Лирин Помпео стояла в ступоре, наблюдая, как дверь за ним закрывается. Её мозг отказывался воспринимать подобный подход к чтению. Каждый преподаватель с первого дня твердил, что каждая книга — бесценное сокровище, и нужно прочитать её от корки до корки, прежде чем ставить на место.

А этот мелкий хам в очередной раз нёсся напролом, словно сбрендившая лошадь. Она оглянулась по сторонам — вокруг ни души. Поймав себя на мысли, Лирин с лёгким стыдом положила свою собственную книгу обратно на полку, не дочитав и половины. В конце концов, какой смысл было штудировать том о продвинутой гидромантии, если она сама магией воды не обладала?

***

На следующей перемене я устремился к Рени, и он, поняв мою идею, сразу согласился поучаствовать.

— Нам тоже ничего полезного не говорили. Один раз что-то всплывало, но сомневаюсь, что подобное откроет грань.

Зайдя к Рори, мы увидели, что он что-то записывает.

— Рори, нет времени объяснять, идем скорее!

Рори вскочил и сразу же пошел за нами. Выслушав, как обстоят дела на самом деле, он на мгновение задумался, а затем выдал:

— Если честно, я читаю медленно.

— Это ничего страшного. Ты можешь просто искать ключевые слова, например: «огонь», «грань» и что-то в этом духе. Нам не нужно читать каждую книгу от корки до корки. Приоритет — это магия огня, воды и мои щиты.

Рори уверенно кивнул и задал новый вопрос:

— А что такое «приоритет»?

Я чуть не споткнулся, чертыхнулся и начал объяснять ему систему приоритетов.

— В общих чертах я понял. И мы каждый раз так будем делать? — уточнил он.

— И после уроков тоже.

Результатом работы нашей группы поддержки стали пара книг для Рени и одна для Рори. А вот моих щитов так и не нашлось. Но я пока не терял надежды и собирался попытать удачу после занятий.

В обеденный перерыв мы решили отправиться в город — назойливые взгляды в академии всё же раздражали.

— Это просто сумасшествие! Все книги вперемешку. Как вообще найти нужную информацию, если всё лежит вразнобой? — не унимался я.

— Когда ты у Даны и Гипериона устроил перестановку книг, я думал, что это глупо. Но сейчас я тебя понял, — поддержал Рени.

— Да мы три перемены убили просто на поиски!

Тут нам принесли заказ, и пришлось заедать стресс отличной мясной нарезкой. Рори сидел и витал в облаках.

— Рори, ты чего?

— В книге было написано про огненные шары, которые висят у тебя над головой.

— Ну и?

— Как ими управлять?

— Гранями, Рори. Что там было в этой книге, что ты такой задумчивый?

— Там была история мага, который мог сжигать небеса. После каждой его битвы шёл дождь.

Мы с Рени переглянулись — парень действительно впечатлился.

— Кстати, вы представляете, что значат все эти изменения? — гордо изрёк я.

— Что нельзя планировать на будущее? — Рени с самодовольством бросил камень в огород моего самолюбия.

В ответ я лишь показал ему кулак.

— Мы все умрём, — уныло произнёс Рори.

Услышав это, мы рассмеялись. Пиромант в Эраме устраивал гоблинам такие огненные шоу, что от них не оставалось даже костей.

— Рори, ты в курсе, что председатель, как и ты, маг огня? — решил я его подбодрить.

— Где я и где председатель? — возмутился он.

— Всё зависит от того, как ты будешь открывать грани.

— Это если повезёт…

— Это вопрос времени и стараний. Нам прямым текстом сказали: «Завоюйте новые земли!» Стать сильнее — необходимость. Да и от гоблинов мы всегда отобьёмся.

Я поднял кружку с соком.

— За новый город!

Подобная картина сейчас повторялась во многих уголках города.

После уроков мы с новыми силами бросились на поиски хоть чего-то полезного. Неожиданно, в библиотеке присутствовал преподаватель, но мы не стали обращать на него внимание.

— Вы что делаете?

— Ищем книги по своим граням.

— Берите по одной книге и идите читайте. Если не хотите — покиньте библиотеку.

Поняв, к чему он клонит, я просто проигнорировал его и продолжил искать нужные данные.

— Ты! Как тебя зовут?

— Люций Вилд.

— Как ты смеешь выбирать! Все эти знания бесценны! Если ты пришел без цели, тебе лучше уйти!

Окинув взглядом этого умника, я решил попытать удачу.

— Может, вы покажете мне, какая из этих книг содержит информацию про щиты?

Для наглядности я активировал свой щит с серым свечением.

— Студент, ты меня не расслышал!

Поняв, что просто теряю время на этого болвана, я продолжил перебирать книги. Тот, видимо не ожидая, что его проигнорируют, вышел из библиотеки. Примерно через полчаса Рени окликнул меня:

— Люций, я, кажись, кое-что нашел!

Подойдя к нему, я обнаружил старую книжку, где был изображен человек, обведенный чем-то вроде щита — очень похоже на мою способность. В этот момент в библиотеку вошли несколько человек в белых мантиях и начали пытаться открыть какую-то грань, похожую на лазер.

— Люций Вилд?

— Да, это я.

— Почему вы перебираете книги вместо того, чтобы их читать?

— Потому что я искал книгу, которая поможет мне с гранями.

— Все эти книги помогут вам с гранями!

— Да ну? Если кто-то из вас покажет громовой щит, буду считать, что вы правы.

Преподаватели переглянулись и вновь безуспешно попытались открыть грань лазера.

— Я так и думал. Не все книги одинаково полезны для меня. А сейчас извините, я занят.

— Мы запрещаем тебе посещать библиотеку!

— А разве вы можете это сделать? — скептически приподнял я бровь.

— Я так понимаю, твоему классу задают слишком мало материалов. Мы увеличим нагрузку.

— Ладно.

Я спокойно сел и принялся изучать труд неизвестного мага. Рени наблюдал за этой картиной с улыбкой, а бледный Рори пытался стать единым целым со столом. К несчастью, большинство описанных граней я уже открыл, но нашлась пара неизвестных. Похоже, этот маг имел разногласия с магами тьмы — иначе зачем ему щиты, способные сорвать уход в тень? Попробовав пару раз, я смог открыть необходимую грань — мало ли, вдруг пригодится.

Но в конце меня ждала грань, о которой я и не думал. Усиление само по себе было простой и в то же время ультимативной гранью для меня. Но автор предложил другой подход, находившийся на стыке граней накопления и усиления. Грань скромно называлась «всплеск».

Суть была в том, чтобы накопить некоторое количество кинетической энергии и единоразово ее высвободить. Применений такому умению могло быть масса: пробить крепкую оборону, догнать противника или сдвинуть что-то громоздкое.

Я расплылся в хищной улыбке. Эх, жалко, мы далеко от Агатоновского леса... Мой спарринг-партнер теперь будет скучать без меня. Оборотень сильно подрос и стал вполне разумным. Он перестал рассматривать охотников как законную добычу, хотя работать с Филиппом отказался.

— Рени, мне нужна твоя помощь.

— Нашёл что-то интересное?

Увидев мою улыбку, он кивнул. Бледный Рори пошёл с нами под испепеляющим взглядом преподавателя. Объяснив друзьям суть способности, мы начали тесты.

Рени начал обстрел своей водяной пушкой. От грохота, стоявшего на площадке, Рори пару раз присел и лишь потом, поняв, что это были мы, расслабился. Но его спокойствие было недолгим.

Всплеск снёс не только каменные манекены, но и изрядно покрошил стену. Увидев подобные разрушения, я довольно улыбнулся.

— Определённо, стоило сюда приехать!

Рори, сам не веря, что предлагает подобное, решил спросить:

— А что, если огонь так накопить?

Я задумался. С одной стороны, провернуть это было сложно, с другой — можно было здорово удивить противника. Включив другой щит, я попробовал накопить эффект огненной стихии. Огненный всплеск сработал значительно хуже, но, по крайней мере, это была хоть какая-то дистанционная атака в моём арсенале.

— Давай попробуем то же самое с водой.

Подзарядившись от водяной пушки, я получил схожий с огнём эффект, но на этот раз удар смел манекен с места. Рени, увидев это, предположил, что чем сильнее атаку сдержал щит, тем разрушительнее будет всплеск.

Рори тоже решил поучаствовать в обсуждении.

— А что, если ты включишь щит вместе с этим всплеском?

— Хорошая идея!

Подзарядившись ещё раз и активировав щит с готовым всплеском, я создал этакую отталкивающую волну. Мой арсенал солидно пополнился, хотя кинетика в этом вопросе показала себя лучше, да и работать с ней было проще.

— Ну, как у вас дела?

Первым ответил Рени:

— У меня ничего. Твои советы помогли мне продвинуться дальше чем тому магу.

Рори же попятился, как провинившийся школьник.

— Рори, не нужно равняться на наши способности. Наш наставник говорил, что мы сможем сражаться с преподавателями академии один на один.

Удивлённо посмотрев на нас, Рори всё же попросил помощи в освоении огненного шара. Мы с Рени решили помочь ему с этой базовой гранью — в теории мы понимали, как она должна работать.

В общей сложности у Рори ушло около часа, прежде чем у него получился первый огненный шарик, который стабильно колыхался в воздухе. А дальше началось самое интересное.

Мы стали объяснять ему, как запускать шар не броском руки, а именно выстреливать им. Когда он смог уловить принцип, остальное стало делом техники. Под конец же он приятно удивил нас: над его головой возникло несколько огненных шаров, которые по очереди отправились в мишень.

— Ахаха! «Мы все умрём», — говоришь? Да ты три грани открыл! С таким набором ты двадцать гоблинов уложишь, не напрягаясь.

Рори дёрнулся от этой фразы, а мы с Рени сразу поняли — придётся нам тащить юного пироманта в лес чуть попозже. Реальный бой с противником необходим, и пиромантам в том числе. Но, по крайней мере, Рори не придётся выкашивать их в ближнем бою — к такому он пока просто не готов.

Просторная аудитория. Десятки студентов в зелёных мантиях старательно выводили буквы, записывая каждое слово преподавателя. Викта усердно конспектировала лекцию об устройстве Павшей Империи. Её родители, богатые купцы, не скупились на образование дочери, а когда у неё открылась грань, счастью не было предела.

Вот только самой Викте приходилось каждые пять минут отталкивать от себя спящего психа. Ей страшно хотелось треснуть его чем-нибудь тяжёлым, но она была из тех, кто видел, как он играючи победил старшекурсников.

И тут в её голове созрел коварный план. Преподаватель повернулся к ним спиной — и в этот момент она схватила учебник и громко хлопнула им по столу.

Вилд вздрогнул, попытался вскочить в боевой стойке и рухнул обратно на место. Раздался сдержанный смех, а преподаватель обратил внимание на смущённого ученика.

— Итак, Люций Вилд, что вы можете сказать о плюсах и минусах системы управления Империи?

— Э-э-э... Чего?

— Повторить вопрос?

— А, нет... Плюсом была централизация власти и способность реализовывать глобальные проекты — такие как строительство дорог и колонизация новых территорий. Минусом — система обороны, которая в итоге не смогла проявить себя должным образом.

У преподавателя дёрнулась бровь.

— Возможно, вы считаете, что клановая система обладает недостатками?

— У всего есть свои сильные и слабые стороны. Если клан попадёт в руки некомпетентного наследника, его ждёт неминуемый крах. Плюс же — в способности накапливать ресурсы и гибко их распределять.

Викта надула губы. Опять! Сонный, а может запросто дискутировать с преподавателем на равных, хотя они учатся у лучших умов! Ответив на вопросы, он снова улёгся на парту.

— Хватит спать, Люций! — прошипела она.

— Не мешай. Он мне ничего нового не расскажет. Про магов было куда интереснее.

— И много ты знаешь об управлении империей?

— Знаю как минимум три рабочие модели. И все они в конечном счёте проваливаются.

Не найдя, что возразить, Викта в отчаянии наступила ему на ногу. Но тот даже не дрогнул.

Проклятый щитовик.

***

Прошел месяц обучения, и мой мозг услужливо подменяет воспоминание о передаче денег за учёбу на другое: как я швыряю четыре увесистых мешочка с золотом в мусорную яму. И ведь по сути — так оно и есть!

Вот скажите, как должна помочь автобиография Тиранского мага огня? «Ух ты, у него было три жены!» «Вау, он открыл грань Армагеддона!» Нужно написать, что он ел и спал, — будет полная картина. А история магессы Инрикии и вовсе сразила наповал — оказывается, она была старой девой. Аплодисменты этой любительнице кошек! Но какое это имеет отношение к магии?

В библиотеке пылятся десятки полезных книг с описанием граней Павшей Империи. Изучи свою специальность, собери стартовый набор, все ведь просто! Тот же Филипп мог бы стать приличным артефактором, не трать он время на все эти глупые истории.

Как, слушая это, молодые маги должны приобретать грани? Ладно я — даже Рори был возмущён, хотя есть вероятность что он возмущен нашей обучающей программе. Синие круги под глазами, взъерошенные волосы и пустой взгляд — вот он, портрет целеустремлённого мага, будущей грозы гоблинов.

Учебный полигон. Каменные манекены сурово взирали на своих незадачливых обидчиков.

— Я больше не могу!

— Рори, у тебя всё получится, — старался я подбодрить его.

— Поставь меня на землю!

— Если мы тебя поставим, ты снова попытаешься сбежать.

— Я сказал, поставь!

Он засветился огненным барьером.

— По-получилось!

Я поставил Рори на ноги. Что ж, в учебнике для огневиков говорили правду: эмоции помогают подпитывать ману. Правда, есть и обратная сторона.

— Рори, очнись. Рори!

— У меня же получилось?

— Да. А значит, теперь будем тренировать огненный барьер.

Он пополз назад на локтях.

— Я думал, ты перестанешь убегать.

— Я хочу отдохнуть!

— Вообще-то ты отстающий в своей группе. А это неправильно.

Рени согласно кивнул.

— В какой это я группе отстающий? — Прокричал он. — Никто вообще не умеет зажигать огненный шар!

Мы с Рени переглянулись.

— В нашей группе ты отстающий, Рори. Но не переживай — мы тебе поможем.

— Неееееет!

Рени встал и предложил:

— Может, сделаем вылазку за город?

Я окинул взглядом бледного Рори.

— Согласен. Нашему другу нужны новые впечатления. Лирин с нами?

— Думаешь, стоит?

— Нам вообще-то нужно набирать людей, способных идти с нами в ногу.

— В моей группе все уже хотят присягнуть дому Урбен. Я уже устал слышать эту фамилию.

— Тогда просто поищем среди «зелёных». Хотя моя группа талантами не блещет, все как болванчики переписывают байки и не хотят идти в библиотеку. Разозлим преподавателя, будет больше заданий.

— Вообще, нам нужен каменщик. Как Дана.

Я рассмеялся:

— Хочешь путешествовать с комфортом?

Тут уже Рори притих и начал внимательно слушать.

— А ты разве нет? Даже если он будет способен только на это — комфортная поездка в теплом корпусе, что тебе еще нужно?

— Ладно. Зайдём к каменщикам, посмотрим, кто может нам подойти. Рори, приводи себя в порядок. Скоро у тебя появится коллега.

***

Класс магов камня больше напоминал не учебное помещение, а выставочную галерею какого-нибудь столичного музея, посвященного единственной, но великой семье. Повсюду стояли скульптуры основательницы великого дома — Франчески Пьер. Барельефы и арки, изображавшие её победы над гоблинами и основания городов, были проработаны с ювелирной точностью, словно камень с самого рождения не знал иной формы и лишь ждал прикосновения руки мага из клана Пьер, чтобы обрести её.

Рядом располагались копии тех же скульптур, но из разных пород камня — наглядное пособие для юных магов, призванное научить их чувствовать разницу между материалами. Ученики, проходя мимо, невольно проводили пальцами по прохладному мрамору, шершавому песчанику, гладкому обсидиану, учась распознавать столь разнообразную природу камня. Воздух был наполнен едва уловимым запахом пыли и статического магнетизма, исходящего от тысяч тонн замершего в изящных формах камня.

В центре зала вместо обычного пола лежала огромная плита из отполированного до зеркального блеска гранита, на которой был высечен герб дома Пьер — Гора пронзающая облака. Ступать на этот герб разрешалось только прямым потомкам Франчески. Остальные обходили его по узкому коридору из простого булыжника, словно прося разрешения находиться в этом святилище камня и власти.

Именно сюда, чтобы вербовать новых последователей и укреплять пошатнувшийся после дуэли авторитет, явился наследник этого великого дома, Гектор Пьер. Он стоял на родовом гербе, раздувая щёки и стараясь придать своему ещё не сформировавшемуся лицу надменное и властное выражение.

— Дом Пьер, — начал он, и его голос, ещё неокрепший, слегка дрогнул, отчего Гектор поморщился, — это столп, на котором держится оборона наших земель! Это мы возводим стены, которые не могут проломить орды гоблинов! Это наши предки заложили фундамент Академии! Присоединившись к нам, вы получите не только знания, но и покровительство сильнейшего клана магов камня!

Он выдержал паузу, ожидая взрыва аплодисментов или хотя бы одобрительного гула. Но в ответ повисла неловкая тишина, нарушаемая лишь эхом его собственных слов, бесцельно бродившим под высокими сводами. Несколько студентов из знатных семей, чьи роды были традиционными союзниками Пьеров, вежливо, но без энтузиазма похлопали. Остальные же смотрели на него с плохо скрываемым скепсисом. Пылкая речь, отрепетированная перед зеркалом, не нашла отклика.

Двое столичных аристократов, братья из дома Валерьев, и вовсе позволили себе усмехнуться, перешёптываясь у дальней стены. Глава их дома предпринимал много усилий чтобы брать под свое крыло магесс которые так и не смогли открыть грани и эта политика полностью себя оправдала.

— Он говорит о силе, — громко, явно желая, чтобы его услышали, произнёл старший из братьев, — а сам недавно был побеждён каким-то провинциалом с зелёной мантией. Сильно сказано.

Гектор побагровел. Удар был точен и пришёлся в незажившую рану его самолюбия. Его пальцы непроизвольно сжались, и крошечные осколки гранита под ногами на мгновение завибрировали, отзываясь на его ярость. Он искал, на ком сорвать накопившуюся злость, и его взгляд упал на трёх девушек в грубых мантиях, которые, воспользовавшись неловкой паузой, пытались незаметно покинуть класс, крадучись вдоль стены.

— Эй, вы! Стоять! — крикнул он, чувствуя, как гнев придаёт его голосу ту самую властность, которой ему не хватало.

Они замерли на месте, словно зайцы, застигнутые светом фонаря, и, сбившись в кучку, поклонились, пробормотав почти в унисон:

— Ваше благородие.

Именно это простонародное, уничижительное обращение, а не положенное «светлость», и стало последней каплей. В классе снова раздался сдержанный, но уже более уверенный смешок. Гектор взвизгнул, его лицо исказила гримаса ярости:

— Светлость! Черт вас побери! Я вам не какой-нибудь уездный барончик!

Девушки в ужасе отступили на шаг. В их деревенском мире такого обращения всегда было достаточно для любого господина. Они не знали тонкостей столичного этикета и теперь их одолевал ужас от происходящего. Одна из них, самая младшая, по имени Ханна, уже всхлипывала.

— Я собирался предложить вам войти в наш клан, но вы перешли все границы! — закричал Гектор, чувствуя, что наконец-то нашёл тех, кто ниже его, тех, на ком можно без последствий восстановить свой авторитет. — Вызов на дуэль всем троим!

В панике они отшатнулись ещё дальше. Бренда, в ужасе пыталась отступить, неуклюже задела спиной массивную статую Франчески Пьер, стоявшую на постаменте из рыхлого песчаника — учебном пособии по работе с хрупкими материалами. Статуя, простоявшая здесь, десятки лет, качнулась, на мгновение замерла в нерешительности, а затем рухнула с оглушительным грохотом, разносящимся по залу. Голова основательницы великого дома откололась и покатилась по полированному граниту, издавая сухой стук.

Воцарилась мёртвая, давящая тишина. Насмешки над наследником — это одно, но осквернить статую легендарной основательницы — совсем другое. Даже братья Валерье перестали улыбаться.

Девушки застыли в ужасе, глядя на каменные обломки, в которых лежала их судьба. А Гектор уже собирал ману, его руки сжались в кулаки, а гранит под ним ответил, осколки камня, отколовшиеся от плиты пола были готовы к атаке. Его грань «Каменный шквал» должна была разорвать простолюдинок и похоронить то, что от них останется, под грудами гранита, смыв позор их дешёвой кровью.

В сторону обезумевших от страха девушек помчалась волна острых, как бритва, осколков, свистящих в воздухе.

***

Рени едва успел создать водяной купол, как грохот разнёсся по всему классу. А мой знакомый аристократ буквально взвизгнул.

— Кто посмел?! — Он резко обернулся в нашу сторону.

Я расплылся в самой добродушной улыбке.

— Ты чего творишь, урод? Тебе в прошлый раз было недостаточно понятно, что на девушек руку поднимать нельзя?

— Вилд! Это внутреннее дело нашего клана!

— Напомни, как тебя там зовут?

— Я Гектор, Гектор Пьер!

Я подошёл ближе и с наигранной учтивостью поправил складки на его мантии.

— И что же такого страшного они сделали, что ты решил на них напасть?

— Они разбили статую основательницы!

Я посмотрел на «место преступления», затем — на этого зазнавшегося сноба.

— Я думаю, её можно починить. Вы ведь маги камня. И я уверен, девушки глубоко сожалеют о случившемся.

Те трое закивали, как болванчики.

— Вот видишь? Силу следует применять только в крайних случаях.

Заняв место у трибуны, я обратился к аудитории:

— Как вам известно, мы будем участвовать в освоении новых земель. Я и мои друзья набираем команду. Многие из вас видели меня в бою и знают, что на меня можно положиться. Кто хочет к нам присоединиться?

Майра видя две противоборствующие стороны, схватила двух других и решительно подошла к барону.

— Мы хотим вступить.

— Все трое?

В ответ они не стройно закивали. К нам подошли Рени и Рори.

— Ваша светлость, Гектор, отныне эти дамы находятся под нашей защитой. Если у вас будут к ним вопросы, решайте их через нас.

Рори, понимая, что происходит что-то опасное, пытался спрятаться за спиной Рени. Он даже позавидовал девушкам — те хотя бы могли провалиться сквозь землю от страха, а ему приходилось стоять здесь и участвовать в этом ужасе.

Побагровев от ярости, Гектор развернулся и молча удалился.

— Пойдёмте знакомиться, — предложил я новым союзницам. — И в выходные приходите на полигон.

Девушки снова побледнели и вцепились друг в друга. Никто из их класса не открыл грань.

Сидя в таверне, мы узнали, что в наши руки попали:

Майра — дочь обычного лавочника.

Бренда — из деревни, как Рени и Рори; её родители разводили скот.

Ханна — сирота.

У всех троих была открыта лишь одна грань.

— Рори, теперь можешь спокойно выдохнуть, — заметил я.

Он посмотрел на меня с недоумением.

— Теперь ты не самый слабый в нашей команде. Но это не повод забрасывать учёбу.

Рори что-то буркнул себе под нос и принялся вымещать злость на ни в чём не повинной утке. А я смотрел на трёх юных магесс и понимал: поход придется отложить. Девчонки бледнели при одном упоминании гоблинов. До дня, когда они смогут управлять големами, было ещё очень далеко.

Хотя, с другой стороны, они пойдут не по стандартной программе Пьера. Никакого изучения разных приемов строительства. Только големостроение. Только хардкор.

— Итак, отряд, нам нужно помочь магессам открыть несколько граней до каменной брони. В общей сложности это три грани.

Рори с жалостью посмотрел на девчонок, а те начали что-то подозревать. Но мы с Рени добродушно улыбались и старались вести себя как можно вежливее и непринужденнее.

После уроков мы вновь завалились в библиотеку, где снова столкнулись с вечно ворчащим преподавателем. На этот раз он даже не стал разыгрывать оскорбленную добродетель.

Увидев нас, он лишь тяжело вздохнул, демонстративно отвернулся к стеллажу и начал с преувеличенным вниманием протирать корешки книг тряпкой, всем своим видом показывая, что мы — невидимые и нежеланные призраки, чье существование он решил игнорировать. Что ж, это было даже лучше, чем открытое противостояние.

Мы снова взялись за перебор книг — на этот раз нас интересовало, как работают грани камня. Для открытия трёх граней, необходимых для базового големостроения, требовалось приличное количество времени, которого у нас, если верить расписанию лекций о личной жизни магов прошлого, не было.

— Ищем всё, что связано с «осязанием камня», «структурой камня» и «работа с камнем», — скомандовал я, запуская руку в очередную стопку. — Игнорируем биографии и поэмы.

Рени молча кивнул, уже выработав свой ритм: быстрый взгляд на оглавление если оно есть, беглый просмотр иллюстраций, отложить, взять следующую. Рори, пристроившись в углу, с обреченным видом штудировал свою книжку, бои с гоблинами требовали чего то более мощного чем огненные шары.

На этот раз удача улыбнулась мне довольно быстро. Я наткнулся на потрёпанный том в кожаном переплёте без каких-либо опознавательных знаков. Внутри, вместо витиеватых виньеток, были описаны относительно понятные действия и лаконичные пояснения. Мы начали лихорадочно искать необходимые грани и способы их активации.

— Держи, — я протянул открытую книгу Рени. — Смотри, тут как раз про базовые грани.

Рени взял книгу и пробежался глазами по тексту. Его взгляд задержался на ключевом абзаце, и он поморщился, будто укусил лимон.

— «Начинающий маг камня должен научиться чувствовать материал, работая с ним руками, вникая в его древнюю песню. Медитативное сосредоточение и постепенное понимание сути материала в течение недели позволят открыть грань «Управление Камнем»...» Неделя, значит, — он произнёс это слово с такой безнадёжностью, это слишком долго, Рори нужен первый боевой опыт. — У нас нет недели. У них, — он кивнул в сторону, имея в виду наших новых подопечных, — и подавно.

Я улыбнулся, чувствуя знакомый прилив азарта — того самого, что возникал, когда я видел фундаментальную ошибку в системе.

— Ты не туда смотришь, — сказал я, выхватывая у него книгу и с торжеством тыча пальцем в злополучную фразу. — Смотри: «работая с ним руками»! Весь секрет тут!

Рени недоумённо посмотрел на меня, потом на книгу, потом снова на меня. Его взгляд выражал вежливое непонимание, смешанное с подозрением, что я его разыгрываю.

— Слишком заумно и заунывно, именно так нам и рассказывают.

— Ты хочешь сказать... что они усложняют? Уже придумал другой способ? Что то проще?

Я улыбнулся ещё шире, видя, как в голове у Рени складывается пазл. В этот момент мы услышали тяжёлый, многострадальный вздох.

Рори, изучавший свою книжку, смотрел на нас с выражением человека, которого отвлекают от очень важного дела — в его случае, от попытки стать единым целым с полом и избежать внимания. Он тяжело вздохнул, ясно давая понять, что все эти теории его только пугают, и снова углубился в чтение, пытаясь найти в словах, хоть какую то защиту.

— Хорошо, — Рени кивнул. — Значит, наш план для девушек меняется. Никаких медитаций. Только работа. Только големы.

— Именно так, — я удовлетворённо похлопал по переплёту старой книги. — Мы не будем учить их слышать песню камня.

Распрощавшись с Рори, мы отправились в торговый квартал. В моей голове уже складывался чёткий план по ускоренному открытию граней, для которого требовалось кое-что, о чём местные маги, похоже, и не задумывались.

Наш первый визит был в лавку готового платья. Продавец, упитанный мужчина в аккуратном фартуке, подобострастно улыбнулся, заметив наши мантии.

— Добро пожаловать, юные маги! Позвольте предложить вам парчовые робы для торжественных приёмов или...

— Нам вот это, — я ткнул пальцем в груду самых простых и дешёвых роб. — Три комплекта.

Брови продавца поползли вверх.

— Э-это?.. Но это же одежда для обслуги и подмастерий! Вам ли, с вашим статусом...

— Нам именно это, — парировал я, мой тон не оставлял пространства для дискуссий. — И побыстрее.

Продавец, бормоча что-то невнятное о странных прихотях современных студентов, завёртывал покупку с видом человека, лично оскорблённого нашим выбором.

Следующей точкой стал магазин путешественника. Здесь пахло кожей и смолой.

— Две ваши лучшие палатки, — заявил я, подходя к прилавку.

— Палатки? — пожилой торговец с седыми усами смерил нас любопытным взглядом. — Собираетесь на пикник в городской парк? У меня есть лёгкие тенты, очень изящные...

— Нам нужны палатки попрочнее, — вмешался Рени. — Такие, полевые командирские.

— Чтобы дождь не промочил, — добавил я.

Торговец пожал плечами, но достал две свернутые брезентовые палатки.

— С вас четырнадцать золотых. Если позволите поинтересоваться... зачем магам, извините за прямоту, столь грубая утварь? У вас ведь есть магические барьеры, щиты...

— Для гоблинов, — брякнул я, наслаждаясь тем, как у старика округлились глаза.

— Д-для гоблинов?!

— Для выхода из города, — быстро поправил Рени, бросая на меня недовольный взгляд.

Мы расплатились и вышли под недоуменный взгляд торговца, что-то бормотавшего про «ненормальных».

Наконец, мы зашли в лавку, где продавалась всякая всячина. Мы набрали котелки, верёвки, сухих пайков и прочей мелочи. Продавщица, цветущая девушка, улыбалась нам.

— О, как мило! Студенты решили устроить пикник за городом? У нас есть чудесные корзинки и новые модели складных столиков...

— Нам без столиков, — я поставил на прилавок выбранный товар. — Вот это всё.

— Ах... понимаю, — её улыбка померкла, глядя на грубый и сугубо утилитарный набор. — Не желаете ли добавить пару бутылок вина? У нас есть прекрасное...

— Не желаем, — Рени положил на прилавок деньги. — Спасибо.

Через полчаса, нагруженные свёртками, мы вышли из лавки.

— Пикник, — фыркнул я, сваливая поклажу в повозку. — Скоро у них слово «гоблин» будет вызывать меньше паники, чем поход.

Рени усмехнулся.

— Главное, что всё купили. Хочу увидеть их лица когда они поймут что мы не поедем на полигон.

Я довольно хмыкнул, глядя на наше снаряжение. Всё было готово для того, чтобы превратить теорию в жёсткую практику.

Следующее утро.

Стража провожала взглядами странную группу студентов. Два парня выглядели веселыми и довольными весело обсуждая что то. Но вот остальные больше напоминали призраков, их лошади были хорошо снаряжены. Молодой стражник подошел к командиру.

— А че это они?

— Маги. — Глубокомысленно произнес командир хотя сам ничего не понимал.

Стражник понимающе закивал и отправился дальше выполнять свои обязанности.

На улице было прохладно, но мы с Рени заранее были готовы к подобному. Дожди пока не успели размыть дорогу, однако вскоре нам пришлось свернуть с неё. Поблизости мы не нашли ни единого следа гоблинов чему наши подопечные были только рады.

Наша группа медленно пробиралась через подлесок и столкнулась с неожиданными гостями — семейством хряков. Здоровенные трёхметровые кабаны проигнорировали нас и неспешно двинулись дальше. Зато наши новички застыли в тихой панике — видимо, лишь сейчас до них дошло, во что они ввязались.

Наконец, приблизившись к одному из холмов, Рени уловил присутствие нашей цели и подал сигнал остановиться.

— За холмом, метров сто.

— Готовимся к бою. Я, и Рори идём первыми. Остальные — ждете с Рени.

Бледные магессы и не менее бледный Рори были готовы броситься наутёк при первом же шорохе. Я подошёл к пироманту и встряхнул его за плечи.

— Рори, думай о гранях! Злись на этих тварей! Ты — маг огня, а они кто?

Наш огневик изо всех сил старался сосредоточиться, но у него плохо получалось. Поднявшись на холм, мы увидели стандартное стойбище — штук пятьдесят гоблинов. Шамана среди них заметно не было. Поняв, что подходить ближе не стоит, я стал ждать, пока Рори соберётся и швырнёт свой шар в это осиное гнездо.

Стресс сделал своё дело. Минут через десять гоблинам стало внезапно «теплее». Увидев нас, они дружно устремились в нашу сторону.

— Рори, щит! Выпускай пламя, защищайся!

Пока наш пиромант был в ужасе от толпы коротышек, я встретил первых нападавших. Гоблин так рванулся на меня с дубиной, что сам напоролся на лезвие — меч вошёл в его тощую шею, как в масло. Второй, визжа, попытался схватить меня — отправил его в нокдаун ударом ноги, послышался хруст. А третий уже метнул в меня своё ржавое копьё — жалкая попытка. Я стоял на возвышении, так что просто поймал его свободной рукой и метнул обратно владельцу. Первая стычка заняла не больше десяти секунд.

Но едва я добил последнего из них, как почувствовал за спиной знакомый жар. Улыбнувшись, я убрал меч и сделал приглашающий жест.

Рори, всё ещё бледный, но уже удерживающий огненный барьер, не подпускавший гоблинов близко, принялся закидывать их огненными шарами.

Его атаки пока не обладали разрушительной мощью, описанной в книгах. Чаще всего он откровенно мазал, пытаясь поджечь мокрую траву. Но когда шар всё же достигал цели, гоблин, как правило, падал замертво.

«Сердце колотилось где-то в горле, пересохший язык прилип к нёбу. Ещё секунду назад Рори готов был броситься наутек, но вид Люция, спокойно расправляющегося с тремя гоблинами, и жар, разливавшийся в груди, заставили его сглотнуть ком страха.

Из самых глубин души рвалось наружу новое, незнакомое чувство. Это уже была не паника — это была ярость, чистая и неудержимая, как сама первородная стихия. Эти твари разрушали мою деревню! Из-за них мы ночевали под открытым небом! Из-за них гибли мои знакомые!

В голове всплыли чужие, но такие нужные сейчас слова: «Ты теперь маг огня, как председатель. А в Эраме маг огня испарял их сотнями».

Гоблины пытались закидать столь агрессивную добычу всем, что попадалось под руку: камнями, копьями, комьями грязи. Но огненный барьер раз за разом принимал удары на себя, лишь раскаляясь от этого ещё сильнее.

— Та картина, та улыбка, ее не было, отобрали. ГОРИТЕ!

Над головой Рори вспыхнули новые огненные сферы, которые тут же устремились в противников. Они появлялись еще и еще, под этой яростной атакой гоблины начали отступать, а все нарастающий натиск пироманта убедил их: бегство — лучшая тактика для выживания.

Я смотрел со стороны как Рори делал первые робкие атаки готовый подстраховать, а потом пришел боевой раж. Похоже он осознал себя как мага способного столкнуться с противником и выйти победителем.

Свою задачу Рори выполнил на отлично. А вот с магессами произошёл... своеобразный казус. Не увидев даже противника, только заслышав звуки боя, все трое дружно отключились. Рени пришлось водными путами придерживать эту бесчувственную поклажу на спинах лошадей.

Когда Рори, отходя от места боя, повернулся к нам, мы повторяли жест наёмников — постукивание кулаком по груди в знак признания боевой доблести. Рори, не понимая, что должен делать, просто смущённо повторил этот жест.

— Первая битва — самая тяжёлая, но ты отлично справился.

Я похлопал его по плечу и улыбнулся. Он, пытаясь собрать всё своё мужество, лишь кивнул в ответ.

Осмотрев стойбище и поверженных гоблинов, мы поняли, что эта банда обосновалась здесь относительно недавно. Они успели затащить сюда веток и камней, готовясь встречать холода.

Магессы с ужасом смотрели на результаты нашей схватки, и все они выглядели так, будто вот-вот расстанутся с сознанием. Не мешкая, мы двинулись дальше.

У нас оставалось еще несколько часов до наступления темноты, чтобы найти подходящее место и разбить лагерь. Мы обходили лес по широкой дуге, стараясь избегать территорий местных хищников.

Отойдя на достаточное расстояние от места боя, мы начали внимательнее осматриваться. Однако слишком открытая местность меня не устраивала, и мы направились ближе к опушке. Одна из полян подходила идеально.

Рени создал своего водного защитника, наделив его функцией сторожа. Мы знали, что эта способность довольно надежна, и могли не волноваться за периметр. Защитник игнорировал мелких зверьков, если те подходили слишком близко. Потому-то девушки с замиранием сердца наблюдали за местными белками, в то время как те беспечно скакали вокруг.

Тем временем мы с ребятами начали обустраивать лагерь к ночёвке. Пока я распрягал и отпускал лошадей на покой, Рени принялся устанавливать палатки. Рори же, если честно, в основном стоял рядом и хлопал глазами, лишь изредка подавая то, что просили.

Чтобы не терять времени, я оттащил на край поляны подсохшее упавшее дерево, одним резким движением обрубил ветки и нарубил поленьев для костра. Предстояла приятная часть вечера — приготовление долгожданных шашлыков.

— Так вы... уже делали что-то подобное?

— Да, и не раз. Рени может перебить такую группу, не сходя с места. Я тоже могу, но, сам понимаешь, мне придется за ними побегать. Не переживайте, — я обвёл взглядом новичков, — мы и правда кое-что умеем. И вы здесь именно для того чтобы стать сильнее, нам не нужны слуги в отличие от кланов, нам нужны союзники.

— Значит, в таверне ты не шутил, — Рори смотрел на нас с удивлением.

Рени поправил дрова в костре и усмехнулся:

— Ты его перехвалил.

Я покрутил вертел с мясом над углями:

— Да ладно тебе. Три грани за первую неделю, боевой выход — это серьёзно.

— Но мы потратили на это столько сил...

— Зато теперь будешь больше ценить труд Нокса.

Переведя взгляд на магесс, я продолжил:

— Что касается вас, советую сделать упор на создании големов. Наша знакомая магесса с помощью такой грани громила целые орды гоблинов.

Девушки переглянулись в неуверенности.

— Но мы хотели учиться строить дома...

— Одно другому не мешает, позже я покажу, какими бывают големы, — успокоил я их. — Среди них есть и варианты мобильных домов. Представьте, если бы мы приехали сюда с готовым жильём.

Снимая с огня зарумянившиеся куски мяса, я стал раздавать их спутникам.

— Раз Рори опробовал в бою огненные грани, завтра попробуем открыть первые из ваших.

Когда начало темнеть, магессы быстро сбежали в свою палатку, хотя их приглушённый, взволнованный щебет ещё долго доносился оттуда — они заново переживали сегодняшний ужас. Рори же сидел у костра и неподвижно смотрел на пламя, в его глазах отражались прыгающие языки огня.

— О чём задумался? — спросил я, подсаживаясь к нему.

— О родителях. О нашей жизни. — Он кивнул в сторону, где за лесом лежал путь к деревне. — Она тяжелая. Не все выживают в деревне.

— Думаешь, что было бы, если бы твои грани открылись раньше?

Рори лишь молча кивнул.

— Нет смысла думать о том, что уже случилось. Лучше думай о том, что ты можешь сделать теперь.

— И что я могу? — в его голосе слышалась усталая безнадёжность.

— Если сможем отстоять крепость и основать город, у тебя будет личный замок. Родителям больше не придется рисковать, братья и сёстры будут жить под твоей защитой.

Рори задумался, вглядываясь в огонь, словно пытаясь разглядеть в нём это возможное будущее.

— Думаешь, это реально?

— Да. У меня есть люди, которые помогут. Всё, что нужно, — это совершенствоваться и находить верных союзников. Сам посмотри у нас есть я, пиромант, гидромант, и целых три геоманта. Может пока и слабые, но это только пока.

К разговору решил подключиться Рени, до этого молча слушавший:

— Я тоже раньше жил в деревне. А сейчас моя мать живёт в замке одной магессы. Что бы ни случилось, она в безопасности — в самом защищённом месте, какое только можно представить.

— Рори, что бы ни случилось, теперь ты можешь положиться на нас. И на свою силу.

Пиромант кивнул, и в его плечах наконец ушло напряжение. Зажег на пальце маленький язычок пламени, он стал перебрасывать его с пальца на палец. А я вспомнил про горение.

— Рори, знаешь, попробуй представить вещество, которое горело бы синим пламенем.

Рори нахмурился, а Рени попытался показать это водой. Всматриваясь в причудливую игру влаги, у пироманта огонёк изменил цвет на синий. Рори, словно первооткрыватель, во все глаза рассматривал полученное пламя.

— Оно... горячее.

Вспомнив детские опыты с горящим карбидом, я дал ему новую идею:

— А теперь представь зелёное.

Тот посмотрел на Рени, но гидромант лишь развёл руками.

— Красить воду не умею. Тина не мой профиль.

Просидев некоторое время в сосредоточенном молчании, Рори снова добился своего — огонёк вспыхнул ярко-зелёным. Довольный полученным эффектом, пиромант создал огненный шар того же цвета. Получившаяся сфера выглядела куда грознее обычной. Подержав её в ладонях и полюбовавшись необычным оттенком, маг развеял своё творение.

Я улыбнулся, глядя на успехи пироманта, и тот отправился на боковую — для него этот день и впрямь выдался слишком долгим. Увидев, как Рори почти играючи открыл новые грани, я внутренне удивился, но не подал виду. Возможно, здесь работал тот же принцип, что и с частицами: если маг интуитивно понимает, что нечто может гореть иначе, он способен воспроизвести этот эффект.

— Ну, что скажешь? — обратился я к Рени.

Тот окинул задумчивым взглядом палатку, где скрылся Рори, и негромко произнес:

— У нас появился сильный маг огня. Но нужно глубже изучить его грани. В пылу боя его сердцебиение зашкаливало — ещё чуть-чуть, и он бросился бы рвать гоблинов голыми руками.

— Значит, сделаем акцент на контроле. В сущности, все маги огня этим грешат. Нужно научить его контролю над собственными эмоциями. Да и это первый бой. — Что насчет девчонок?

Рени усмехнулся:

— Трусихи. Окончательные и бесповоротные.

— Тогда однозначно големостроение. По факту, они нужны будут только для доставки нас к точке и укрепления замка. Дальше — уже наша работа.

Прохладное осеннее утро. Воздух был свеж, а первые лучи солнца цеплялись за золотистую листву, заставляя её светиться изнутри. Под ногами шуршало пёстрое одеяло из жёлтых, багряных и рыжих листьев. Рядом с потухшим ночным костром, от которого ещё тянуло тонкой струйкой дыма, трое молодых людей усердно копали яму.

— Люций, ты уверен, что это поможет? — Рори с нескрываемым сомнением посмотрел на трёх бледнеющих магесс, которые нервно переминались с ноги на ногу.

— Ну, тебе же в итоге помогло, — парировал я, с усилием врезаясь лопатой в плотную землю.

— Да, но... зачем мы копаем?

Рени, стоя по другую сторону ямы, устало вздохнул:

— Точно перехвалил.

Я отбросил лопату, смахнул со лба каплю пота и принялся объяснять с видом учёного-первооткрывателя:

— Они — маги земли! Чтобы стихия откликнулась, их нужно погрузить в эту самую стихию! Это как... ребенку дать игрушку, он без тебя знает что с ней делать!

Лицо Рори медленно начало приобретать цвет увядшего осеннего листа.

— Ну... по твоей безумной логике... — он сглотнул, — ты не собираешься... меня потом...

— Да не бойся, не будем мы тебя поджигать, — успокоил я его, а затем, многозначительно подняв палец, добавил с лёгкой маниакальной искоркой в глазах: — Но магесс — нужно закапать. Недавно в одной очень старой и мудрой книге прочитал. Проверенная методика!

Трое «подопытных» синхронно отступили на шаг, с тоской оглядываясь на окружающий их осенний пейзаж, словно прощаясь со свободой.

— Рори, включай свой щит!

Рори уставился на меня с немым вопросом.

— Ты что, изверг? В эту сырую землю их закапывать собрался?!

С немым возмущением наш пиромант принялся усердно «утеплять» будущее место погребения. Рени быстро подключился, и вскоре перед нами лежал идеально высушенный грунт.

— Ну что, девочки, спускайтесь!

Магессы нерешительно начали спуск в яму и инстинктивно окружили Рори, словно он был их личным обогревателем. Мы же с Рени тем временем принялись закапывать всю четвёрку.

— Эй! А почему вместе со мной?! — возмутился Рори, уже по пояс погружённый в землю.

Я посмотрел на него с укоризной:

— Рори, ну что ты за человек такой? Земля ведь быстро остынет. И как ты собираешься её греть снаружи?

Возмущённые крики ещё долго доносились из ямы, пока на поверхности не остались лишь четыре головы. Магессы, бледные как мел, пытались выбраться из плена, а наша импровизированная «печка» обеспечивала им комфортную температуру.

— Девочки, всё внимание на меня.

— Как будто у них есть куда деться, — с усмешкой заметил Рени.

— Не мешай. Ваша стихия камня уже откликнулась вам, теперь нужно сосредоточиться на дыхании и попытаться выбраться из этой ловушки с помощью магии. Не торопитесь, не паникуйте. Вдох — и выдох с попыткой управлять маной. Раз за разом. Если не получится — мы просто вас вытащим. Если холодно — все претензии к Рори.

Поймав обвиняющий взгляд Рори отправился готовить.

Первой смогла высвободиться Ханна — земля буквально вытолкнула её наружу, словно пробку. (Проклятье, нужно забыть это сравнение!)

— Ханна, молодец! Теперь попробуй почувствовать все комья земли на себе и сбрось их.

Она с тоской посмотрела на свою испачканную мантию и судорожно принялась за дело.

— Не переживай так, — успокоил я её. — Если что, Рени всё отстирает.

Лицо магессы покраснело, и она, сдвинув брови, пыталась нащупать ту самую связь. Рени решил подлить масла в огонь:

— Не волнуйся, я проработаю каждую складочку твоей одежды. Не останется ни одного грязного пятнышка!

Услышав это «утешительное» обещание, её щёки приобрели новый оттенок красного.

Бренда и Майра с завистью смотрели на подругу, которой сейчас досталось всё внимание. Стихия никак не хотела откликаться, но, похоже, метод и впрямь был рабочим, раз у Ханны получилось.

Майра в очередной раз сделала вдох, выдох и послала магический импульс. Земля снова оставила её без ответа. Ещё одна попытка, и снова ничего. Закрыв глаза, она собралась с силами для нового подхода — как вдруг почувствовала, что стало прохладнее. А потом её внезапно схватила за руку Ханна, подпрыгивая и вижжа от восторга.

Обе девушки, грязные и чумазые, наконец-то осилили вторую грань. Теперь оставалось дождаться, пока Бренда догонит их. Майра и Ханна наперебой начали рассказывать, что чувствовали в момент прорыва, но Бренда лишь потупила взгляд.

— Люций, просто вытащите меня отсюда, — тихо попросила она.

Я подошёл и присел на корточки перед ней.

— Пока рано. Продолжай делать то же самое.

— Но у меня не получается! Земля молчит…

— Ничего не «молчит», — мягко, но твёрдо перебил я. — Твоя магия — это уже твой инструмент. Забудь россказни преподавателей. В тебе уже есть всё необходимое, и сейчас — идеальные условия, чтобы открыть эту грань. Я не просто так говорю про дыхание: это нужно, чтобы ты не отвлекалась и сосредоточилась на главном.

Погладив её по голове, я продолжил наставлять:

— Пойми одну простую вещь: магия — это всего лишь инструмент. Вроде пера. Оно будет писать независимо от того, как ты его держишь — главное, вообще взять в руки. Не нужно соревноваться с подружками. Соревнуйся только с собой вчерашней. Это твоя сила, и только ты можешь её удержать.

Она посмотрела на меня ещё раз, прикрыла глаза и снова принялась за работу — попытка за попыткой. Ещё через час у нас была третья обладательница грани.

Если в округе и водились какие-то животные, то после оглушительного визга девушек они наверняка разбежались в ужасе. Три перепачканные землёй магессы кричали, ревели и смеялись, выпуская накопившееся напряжение. В этой всеобщей эйфории они совершенно забыли о том, кто обеспечивал их теплом все эти часы.

Внезапно , раздался возмущённый голос:

— Эй! Вытащите меня?! Я тут четвертый час как дурак стою и нос почесать не могу, ману трачу, чтобы вы не замёрзли! Может, меня кто-нибудь вытащит а?

Мы с Рени переглянулись и одновременно расхохотались. Девушки, смущённо замолчав, уставились на свои ноги.

— Ну чего вы встали, доставайте его он нам еще пригодится, — ухмыльнулся Рени, отправляя девушек на новые трудовые свершения.

— Рори, держись! Мы сейчас!

Рори что-то буркнул про "неблагодарных геоманток", но было видно, что он скорее доволен возможностью наконец-то выбраться из своего импровизированного укрытия.

Вся процедура заняла почти четыре часа — мы даже успели приготовить ещё мяса. Все магессы справились, но Ханна смогла открыть ещё одну грань и привести всю одежду в порядок.

Рени тихо подошёл ко мне:

— Не думал, что это сработает.

— А почему? Это же вполне логично. Разве нет?

— Ну, мы с тобой пробуждались иначе.

Я с укором посмотрел на него:

— И где я тебе тут оборотня найду?

Рени рассмеялся, но решил на этом остановиться. Да, идея была полностью выдумана мной, но ведь сработала! Магесса огня Эмилия буквально полыхает, проявляя эмоции — это мы использовали для Рори. Дана уверенно чувствовала себя в големе — это мы и использовали для магесс закопав их.

Результатом нашего похода стало отличное пополнение граней. Конечно, до передвижной базы с подогревом ещё далеко, но первые шаги мы точно сделали.

Возвращались мы не спеша, девушку тихо щебитали о своих впечатлениях. Рори, пытался придумать новые возможности своей магии, шёл впереди, с гордым видом, время от времени разогревал воздух вокруг себя — то лужицу высушит на пути, явно наслаждаясь своей новой силой.

Магессы, уже освоившиеся с неожиданным прибавлением в силах, то и дело устраивали непреднамеренные представления: Ханна постоянно очищала своего скакуна от грязи которая к нему приставала, то Бренда, размахивая руками в оживлённой беседе, нечаянно подняла вихрь из листьев, устроив нам импровизированный осенний салют.

Дорога была оживлённой — холодная погода время спокойствия для окрестных жителей, спешивших по своим делам, пока гоблины не активизировались. Мы то и дело пересекались с торговыми караванами, группами вооружённых селян ну и конечно же с конными разъездами городской стражи.

Эта простая мирная суета после недавних испытаний казалась самым дорогим, что можно было представить, и я ловил себя на мысли, что улыбаюсь как идиот, глядя на суетящихся вокруг людей.

По возвращении в Орфен нас встретили уже другие стражники. Задерживать на воротах нас не стали, и мы спокойно сдали транспорт, тепло попрощавшись с магессами и пиромантом.

— Эй Вилд, не знаю в какой норе ты прятался, но теперь тебе не поздоровится!

На оживлённой улице нас поджидал Гектор Пьер. Он вышел вперёд и, тыча в нашу сторону обвиняющим пальцем, заявил на весь квартал:

— Не знаю, где ты прятался, выскочка, но запомни: никому не позволено переходить дорогу нашему клану! Выбирай: либо отдаёшь трёх магесс и убираешься из столицы, либо познаешь всю мощь гнева дома Пьер!

Мы с Рени переглянулись. Он медленно достал свою повязку для глаз, а в воздухе вокруг него закружились плотные водяные сферы. Я же активировал свою защиту, и вокруг меня вспыхнуло серое сияние щита.

— Ты предлагаешь выбор без выбора. Мы готовы сражаться здесь и сейчас.

Гектор отступил на шаг, наткнувшись на своих же гвардейцев.

— Ну, чего встали? Нападайте! — крикнул я им.

Но те не двигались с места, оценивая нашу готовность дать отпор. Гектор побагровел от бессильной ярости.

— Сражения в городе запрещены, деревенщина!

— Тогда, может, вызовешь меня на дуэль? Один на один. Я согласен. Назначай время и место.

Ударил кулаком о ладонь так что разошлась небольшая ударная волна от чего отступили уже гвардейцы.

— Нет! Ты должен просто отдать людей и уйти!

— А я не хочу. И что будем делать дальше?

В толпе зевак, собравшейся вокруг, прокатились смешки. Похоже, по гениальному плану Гектора я должен был затрепетать и бежать. Вот только план «Б» в его схеме явно отсутствовал. Решив покончить с этим фарсом, я твёрдым шагом двинулся вперёд.

— Ты... ты что делаешь?! Стража! Стража! — испуганно отшатнувшись, Гектор оказался на обочине.

Его гвардейцы молча расступились, очищая нам путь. Рени шёл рядом, и на его губах играла улыбка.

— Услышал что-нибудь интересное?

— А то. Теперь весь город будет судачить о «величии» дома Пьер.

Мы ввалились в таверну «Упрямый Мечник». Густой воздух, сотканный из запахов кислого эля, жареной дичи и влажной шерсти, обволакивал с порога. Скупой свет свечей выхватывал из полумрака грубые щербатые столы и лица таких же грубых посетителей. Сделав заказ, мы устроились за свободным столиком.

— Нам нужно вербовать больше людей. Шесть магов — это уже сила, но против орды гоблинов мы не устоим. Помнишь, что творилось в Эраме?

— Помню, — хмуро отозвался Рени. — Даже меня на такое не хватит. Будем набирать «зелёных»?

— И гвардейцев тоже. Простых стражников.

— А может, возьмём пару отрядов наёмников? Это готовая боевая сила.

— Наёмники — это мощь, но у нас будут свои законы. Им чужды наши цели. Нет, нам нужны свои люди, которые будут защищать свой дом.

— Делай как знаешь. Мне просто интересно посмотреть, что из этого выйдет.

В этот момент нам принесли заказ. Аромат заставил забыть о серьёзном разговоре. Со сковороды шипя и потрескивая, смотрели на нас шкварчащие куски мяса, щедро посыпанные специями. Румяная картошка, жаренная на мясном жирку, и пару подрумяненных помидоров довершали картину.

Рени решил продолжить разговор.

— Что на счет Пьер?

— Видимо Гектору объяснили, что три мага это очень много, вот он и приперся.

— Он их сам чуть не угробил.

— Не угробил, вот и попробовал отобрать.

Я улыбнулся хищной улыбкой.

— Просто он походу еще не понял что не просто так проиграл.

***

После выходных устоявшийся уклад в классе магов камня был окончательно разрушен. К трём магессам, с кучей вопросов, слетелись десятки любопытных. Они толпились в коридоре, забрасывая девушек вопросами, а те, краснея и перебивая друг друга, с восторгом вещали, как барон Вилд интересно рассказывал о способностях Действующей магессы Даны, что они пережили за стенами, какие маги огня опасные.

— Он говорил, она может управлять десятками големов, и передвигается не на лошади а в специальном големе! — с жаром цитировала Ханна, в то время как Майра тут же пыталась жестами показать, какого размера эти самые големы.

Идиллию нарушил громкий, холодный голос, прозвучавший из конца коридора:

— Прочь с дороги. Слабаки, не стойте на моем пути, иначе пожалеете.

Толпа мгновенно расступилась, образуя живой коридор. По нему, не скрывая презрения, шествовал Гектор Пьер в безупречной мантии с фамильным гербом. Его свита из старшекурсников шла за ним, словно оберегая от любой возможной угрозы.

Гектор остановился перед магессами, его взгляд скользнул по ним, будто по случайным пятнам на стене.

— Благодарю вас всех за проявленный интерес к искусству камня, — обратился он к собравшимся, нарочито игнорируя трёх девушек. — Слушать лепет неумех — пустая трата времени, достойная лишь таких же неумех.

В толпе прошел смущенный ропот. Гектор повернулся к основной массе студентов.

— Всех, в ком есть хоть капля настоящего дара, я приглашаю в нашу резиденцию. Вы увидите, как истинные мастера дома Пьер работают с мрамором.

Презрительно посмотрев на магесс продолжил.

— А не с грязью. Вы увидите настоящие грани мастеров камня.

Он сделал паузу, давая своим словам прочно осесть в сознании слушателей, а затем, не глядя в сторону остолбеневших Майры, Бренды и Ханны, бросил через плечо:

— Всех... кроме этих трёх. С этим жалким бароном-выскочкой у них, как и у него, нет будущего. Их удел — ковыряться в земле. Пойдёмте.

И он повёл за собой ошеломлённую, но послушную толпу, оставив трёх девушек в полнейшей тишине и унижении, на их щеках пылал стыд, а в глазах стояли слёзы ярости и обиды.

Удар был слишком жестоким и публичным. Когда толпа учеников, увлечённая посулами Гектора, растворилась в конце коридора, в наступившей тишине повисло лишь тяжелое, прерывистое дыхание. Первой не выдержала Майра. Громкое, рыдание вырвалось наружу, и она, не помня себя, ухватилась за рукав Ханны, будто тонущая.

— Как? — всхлипывала она, тряся подругу. — Как ты открыла ту грань? Я хочу… я хочу уделать этого гада на дуэли! Я хочу, чтобы он глотал пыль, и сбивался со счету от моих граней!

Её слова, полные ярости и унижения, разбудили и Бренду. Та еле сдерживая слезы, решительно взяла обеих за руки.

— Хватит реветь! — её голос дрожал. — Мы… Мы пойдём к Люцию. Он… Он говорил что если та и уступала Гипериону то совсем немного. Мы станем лучшими в классе! Лучшими в своем поколении! И этот чванливый сноб сдохнет от злости, глядя, как мы, «неумехи», творим то, что он никогда не осилит!

Их больше не интересовали косые взгляды оставшихся в коридоре студентов. Плечом к плечу, с красными от слёз, но полными решимости глазами, три магессы направились прочь.

***

Класс огневиков был воплощением стихии: стены алого камня украшали барельефы, изображавшие магов, обращающих в пепел целые орды. В воздухе пахло дымом и серой, а сухонький преподаватель, мастер Трир Санчес, с академической скукой вещал об основах.

— Огненный шар — это визитная карточка пироманта. Простота формы обманчива, именно контроль отличает мастера от подмастерья, — его голос был ровным и заунывным.

— Рори Филд!

Пиромант вздрогнул и вскочил, чуть не опрокинув чернильницу.

— Слышал, ты уже определился с группой для практики, — Трир невозмутимо приподнял ладонь, и в ней вспыхнул идеально сферичный огненный шар. — И почему ты решил примкнуть к этому... барону? Дом Санчес может предложить куда более глубокие знания. И в завоеваниях новых земель мы будем участвовать. Разве это не твоя цель?

Рори наклонил голову, изучая шар преподавателя с видом знатока.

— Но, мастер Санчес, это же всего лишь огненный шар. Мы и так этому научимся.

— Научитесь, — парировал Трир, гася пламя. — Но те, кто принесёт клятву дому Санчес, освоят его за пару месяцев. А когда научишься ты — вопрос открытый.

В ответ Рори просто зажег свою сферу. Яркий шар, с бушующим пламенем контрастировал с недавним, вспыхнул на его ладони.

— В прошлом месяце, — просто сказал он и точным движением отправил его в учебный манекен, который задымился.

Преподавательская бровь дёрнулась, но лицо осталось маской безразличия.

— Следующую грань открыть куда сложнее. К концу полугодия мои лучшие ученики освоят огненный барьер. — Трир развёл руками, и вокруг него заколебался прозрачный, огненный барьер.

Рори улыбнулся, мысленно сравнивая темпы своего прогресса с обещанными. Он опережал “лучших учеников” на полгода.

— Что такое? Заклинание привлекло твоё внимание?

В ответ Рори вышел вперёд. Так же как и его наставник запустил грань — и вокруг него вспыхнул собственный огненный барьер, менее стабильный но пышущий жаром.

— Весь месяц я с друзьями старательно занимался, — пояснил он. — А ещё...

Он не закончил. Над его плечами с гулом сгустились ещё два огненных шара, готовые по воле создателя ринуться в цель. Маска равнодушия на лице мастера Трира Санчеса дала трещину, обнажив шок и алчный интерес.

— Признаю, удивил, но это только начало.

Наставник создал огненный шар насыщенного синего цвета. Рори посмотрев на демонстрацию решил уточнить.

— А когда это смогут повторить ученики?

— Ученики никогда Рори, только те кто присягнут клану Санчес через три года смогут это повторить.

— Тогда мой выбор был верен.

Пламя заревело меняя свой цвет на синий, количество огненных шаров над его головой увеличилось до семи штук. Словно повторяя один из барельефов он поднял руку и на его ладони расцвела сфера темно зеленого цвета. Преподаватель отшатнулся от этой картины.

Гений. Пламя глубин, пламя преисподней, сам, этот мальчишка должен принадлежать дому Санчес. Глава должен узнать, как можно скорее.

***

Класс для «зелёных» был таким же серым и унылым, как и их мантии. Потускневшие фрески на стенах, изображавшие забытых магов, явно были работой кого-то куда менее талантливого, чем автор росписей в приёмной комиссии. Голос преподавателя, мага ветра по имени Рейд, бубнил заунывную биографию очередного «великого» затворника.

— Люций Вилд.

Я приготовился к стандартным вопросам о глупом затворнике. Но вопрос оказался иным.

— До меня дошли слухи, что ты начал вербовать людей в свою команду. Неужели всерьёз полагаешь, что сможешь основать крепость?

— Да, — ответил я просто, без вызова.

— Понимаешь ли ты, какой опасности подвергаешь тех, кто пойдёт за тобой? — в его голосе прозвучала фальшивая забота.

— Не большей, чем та, что ждёт любого за стенами города. Или вы предлагаете просто игнорировать указ Совета?

— У кланов есть ресурсы, связи, веками отработанные тактики! Что есть у тебя? — его тон стал язвительным.

— У меня тоже есть ресурсы, — парировал я. — И поддержка как минимум двух городов. Так что вопрос о том, у кого их больше, остаётся открытым.

— И что ты будешь делать, когда твои люди начнут умирать у тебя на глазах? — он ударил по самому больному.

Я встал и ответил громко и чётко, чтобы слышали все в классе:

— С чего вы взяли, что они будут умирать? Под моим руководством мы возведем самый роскошный город! И мы преуспеем!

Похоже, кланы начали информационную войну. Ожидаемо.

— Хотя бы с того, что твоя группа — горстка новичков! — почти крикнул Гордан.

— Пока что, — моя улыбка стала холодной. — Но в ней уже есть три мага камня, пиромант и маг воды. И я всегда готов принять под своё крыло новых людей — в отличие от кланов, которые ищут себе слуг. Сколько талантов они уже угробили?

— Самоуверенный мальчишка! Ты просто поведешь их на убой! — Преподаватель испустил поток ветра, все тетради полетели по классу.

Я мгновенно прикрылся магическим щитом, смотрел за происходящим хаусом, и с показным спокойствием расправил складки на мантии.

— Поведу на убой… потому что не присягнул на верность дому Белфорт, как погляжу?

Ветер стих. Рейд, багровый от ярости, зашагал по кабинету.

— Похоже, до тебя не достучаться разумными речами!

— Напротив. Просто ваши речи к таковым не относятся. «Дома», «кланы»… Да, они сильны. Но чем мои люди, объединённые общей целью, будут им уступать? Верностью? Мы будем верны друг другу. Силой? Мы будем расти вместе.

— Сядь! Мы продолжаем урок! — прошипел он, проиграв спор.

Едва я сел на место, как кто-то дёрнул меня за рукав. Повернувшись к соседке, я вопросительно на неё уставился.

— Ты... ты правда ходил за стены?

— Да, мой отряд ходил за стены и отбил атаку гоблинов. Никто не пострадал.

Внимание преподавателя вновь заострилось на мне.

— Аспид, ну и куда ты лезешь со своим мусорным даром?

Девушка потупила взгляд и отвернулась. Я снова решил вступить в полемику.

— С чего вы взяли, что дар у Аспид мусорный?

На меня посмотрели как на наивного ребёнка.

— А ты возьми её к себе под крыло, — с насмешкой проговорил Рейд.

Я поднялся и пристально посмотрел на девушку. Сидя в своём зелёном балахоне и прикрывая лицо волосами, она всем видом показывала, что хочет оказаться как можно дальше отсюда.

— Аспид, я, барон Люций Вилд, предлагаю тебе вступить в мой отряд. Если согласишься, я обязуюсь: твои враги станут моими врагами, я организую тренировки для развития твоих граней, и если мы сумеем отстоять крепость, ты получишь собственное поместье с освобождением от налогов.

— Вилд, ТЫ!

В классе снова поднялся ветер. «Что ж, не бывает много рекламы», — промелькнуло у меня в голове. Девушка ещё раз взглянула на меня из-под своих чёрных волос, растрёпанных ветром, и кивнула.

— Рейд Белфорт, благодарю вас за ценного кандидата в мою группу. Если приведёте ещё двоих, вам тоже выделю поместье. Приведёте пятерых — пожизненное освобождение от налогов.

Смотря на преподавателя, который сходил с ума от ярости, я радовался, что он не пиромант — спалил бы тут всё, как пить дать. Сев на место, я довольно улыбнулся проделанной работе. Правда, пришлось огорчиться: моя тетрадь тоже куда-то улетела.

Вскоре к нам подошли Рени и Рори. Их истории были схожи, хотя Рени, с его силой, подобные выпады лишь забавляли. А нашего пироманта, судя по всему, всего лишь пожурили за «необдуманный выбор» — видимо, его будут переманивать.

— Ладно, план на сегодня простой, — объявил я. — Тренировки на полигоне.

Тут в класс ворвались мои зареванные магессы камня. Они ревели, что-то наперебой рассказывали и перебивали друг друга.

— Рени, приведи их в порядок.

Три водяных кокона быстро привели девушек в чувство, и Рори даже зажёг огненный шарик, чтобы им стало теплее. Бренда, придя в себя после влажной процедуры, взяла слово.

— Это из-за Пьера! Он пришёл в класс и стал нас оскорблять. Потом пригласил всех посмотреть на работы мастеров из дома Пьера. Всех, кроме нас.

— Он сравнил нас с грязью, — выпалила Ханна.

— Понятно. Если он ещё раз провернёт что-то подобное в вашем присутствии, скажите, что я вызываю его на дуэль.

Три магессы, как болванчики, закивали.

— Теперь позвольте представить вам нового члена нашей команды — это Аспид.

Аспид, ошарашенная происходящим, снова неловко кивнула и тут же была облеплена тремя девушками, которые были заметно ниже её ростом. Те галдели и засыпали её вопросами.

— Идём на тренировочное поле. Выслушивать галдёж нашего преподавателя больше нет сил.

Наша компания привлекала неожиданно много внимания.

— Рени, что происходит?

— Кто-то распустил слухи о нашей вылазке за стены.

Я удивлённо приподнял бровь, а потом до меня дошло: даже Аспид, которая в принципе не могла знать о наших делах, задала тот же вопрос.

— Выходит, наш выход сделал много шума. Этим нужно пользоваться.

— И что мы будем делать?

— Устроим какой-нибудь мастер-класс, чтобы на фоне кланов мы смотрелись как элитные завоеватели.

Мой взгляд невольно упал на нашу новенькую.

— План на сегодня такой. Рени, ты занимаешься с магессами: каменная броня и, желательно, ориентация по частицам земли.

Рени улыбнулся и с многообещающим взглядом посмотрел на съёжившихся магесс.

— Рори, ты сегодня будешь учиться спокойствию.

Поймав его недоуменный взгляд, я не стал ничего пояснять — сам пока не знал, как это сделать.

— Ну а я сегодня буду помогать Аспид. Давно я не разгадывал головоломки.

Найдя свободный полигон, мы начали бурную деятельность. Рени подходил к каждой магессе, объяснял и показывал, как будет выглядеть их вариант брони. Особенно забавной частью было то, как вода окутывалa девушек, создавая подобие доспехов, а потом так же легко сходилa, не оставляя и капли влаги.

Когда я показал Рори позу лотоса, случилось страшное: он не смог в неё сесть.

— Рори, ты чего такой деревянный?

— Я нормальный!

— Тогда садись!

— Больно!

— В этом и смысл! Терпи неудобство вместо того, чтобы спалить что-нибудь.

Когда Рори зажёг свой барьер, я понял, что мирного решения не будет. Нанеся удар, я с удивлением осознал, что не пробил его с первого раза. Тот злорадно оскалился, а я подумал, что чуть позже лотос понадобится и мне. Скрутив бедолагу, я наконец усадил его в позу эдакого «эм-недо-лотоса», или «прото-лотоса». В общем, ноги он скрестил, но не сверху, а под собой — на это его растяжки хватило.

— Дыши и повторяй про себя: «Моё пламя спокойно».

Услышав хохот Рори, я прописал ему затрещину.

— Ты должен лучше себя контролировать! Помнишь, как ты себя чувствовал на поле боя? Ты будешь сражаться не один, а с таким отношением можешь прибить кого-нибудь за компанию с гоблинами.

Увидев, что он наконец настроился серьёзно, я смог отправиться к своей загадке.

— Ну а теперь с тобой, что у тебя за способность?

Она пркрылась волосами пряча лицо и начала теребить мантию.

— Ну в общем, вот.

На меня смотрела хищная улыбка из одних клыков.

— И давно у тебя подобная улыбка?

— Я получила эту мусорную грань совсем недавно, у меня выпадали зубы, а потом прорезались эти.

— Я даже немного расстроен.

Она потупила взгляд.

— Да нет ты не подумай, я знаю как развивать твои грани, просто ждал загадку а тут и разгадывать нечего.

Она удивленно посмотрела на меня.

— Все подобные Грани это что то наподобии управления своим телом, и открываются они и просто и сложно одновременно.

— И как же мне их открывать?

— Нууу. — Протянул я снимая ремень.

Бледнеющая магесса сделала шаг назад, а я чтобы не разочаровывать ее хлопнул ремнем. Аспид не должна сомневатся в моих намерениях. Я ускорился и оказался за её спиной, действуя так, чтобы она успела среагировать. Ремень просвистел в миллиметре от её округлостей.

Магесса визжала и пыталась убежать, но вскоре я подобрал темп, при котором у неё не хватало дыхания на крик. В какой-то момент её движения стали точнее — это было не похоже на моё усиление. В ответ я просто ускорился ещё. И вот уже увидел знакомое усиление — её мускулы напряглись, рывок на десять метров, камень ломался когда ей нужно было резко остановится.

Наше перемещение было на грани человеческого восприятия. Но вместо признаков ускоренного мышления я увидел, как её глаза вспыхнули оранжевым светом. Мы двигались в правильном направлении. Пришлось ускориться ещё. Она явно видела мои движения, но её тело уже не успевало. Через час её глаза уже успевали анализировать окружение и просчитывать путь отступления. Я остановился.

— Как я и говорил, эти грани открываются и легко, и сложно одновременно.

Тяжело дыша, она опустилась на пол и кивнула.

— Есть хочу. Много.

Я рассмеялся и оглядел нашу компанию. Рори сидел и полыхал, переливаясь несколькими цветами пламени. «Эм, да... Кажется, он пошёл не в спокойствие». На площадке застыли три истукана, которые... э-э... пытались двигаться, я думаю. Магессы передвигались так, будто их каменные доспехи весили несколько тонн. «Надеюсь, они управляют магией, а не физической силой».

Похлопав в ладоши, я привлёк всеобщее внимание.

— Приводим себя в порядок и отправляемся в «Упрямого мечника»! Отберём всё мясо, что они закупили!

В ответ поднялся несговорчивый рой криков.

Ввалившись в таверну, мы начали заказывать всё подряд. Когда Аспид узнала о такой опции, она сделала самый большой заказ. Я её не останавливал — скорее всего, её организм занимался перестройкой, и ему нужны были калории. Много калорий.

Все с немалым интересом наблюдали, как она поглощала уже пятую порцию, причём кости тоже шли впрок — видимо, организм требовал своё. Хозяин таверны, смекнув, что происходит что-то неладное, тут же начал принимать ставки на количество порций. Правда, нам участвовать запретил — нечестно, мол, будет. А мы-то и сами видели подобное впервые. Впрочем, нашу подопечную это мало интересовало. В её мире сейчас существовали только она, тарелка и дымящиеся рёбрышки.

Как оказалось, девчонки жили в одном общежитии, потому, взяв Аспид под руки, они повели её к себе, продолжать знакомство. Продуктивный день закончился, и мы тоже разошлись.

— Продумал, как будем действовать?

— Да. Нам понадобится портной.

Рени недоумённо посмотрел на меня.

— Видишь ли, мой друг, в правилах нет ни единого слова о мантиях.

Проснувшись и кое-как умывшись, Аспид по привычке натянула свою бесформенную мантию, сгребла в охапку тетради и поплелась на учёбу. Еле передвигая ноги, она доплелась до аудитории. Пробормотав что-то себе под нос, здороваясь со знакомыми, она просто рухнула на свой стул.

Посмотрев на свободное место, где должен был сидеть Люций, она поморщилась. «Действительно помог... Шесть граней за тот забег». Она вздрогнула, вспомнив, что пару раз ремнём всё-таки прилетело, когда она уже думала, что всё в порядке.

— Аспид?! Аспид, это ведь ты, да?

Устало повернувшись к шумной полторашке, она лишь слабо улыбнулась — на большее сил не хватало. Доставая свои вещи, она заметила, как вокруг начинает скапливаться всё больше одногруппников, и нарастающий шёпот обсуждал её внешний вид.

Аспид посмотрела на свою мантию — да, помятая и испачканная в нескольких местах. «Те рёбрышки были просто объедением». Обратив внимание на волосы, она удивилась: «Они что, выросли, пока я спала?» — вероятно, побочный эффект вчерашней изматывающей тренировки и похода в таверну. В целом же, всё было таким, каким и должно быть.

— Чего шум подняли? — пробурчала она, не понимая причины ажиотажа.

— А ты... ты это... подойди к зеркалу! — выпалил кто-то из толпы.

Нехотя она подчинилась. В аудитории висело огромное, возможно, самое большое зеркало, которое она когда-либо видела. И в нём на неё смотрела незнакомка — уставшая девушка с правильными чертами лица. Белые чешуйки покрывали часть её кожи, подчёркивая хищный вид. Её привычная мантия висела на этой незнакомке мешковатым тряпьём.

Скинув её с плеч, Аспид обнаружила несколько новых элементов: из-за спины виднелись крылья, которые она спросонья не спрятала под рубашкой, и хвост, выглядывающий из-под юбки. Вся её прежняя, мешковатая одежда держалась на ней теперь исключительно на морально-волевых качествах и отчаянном мастерстве швеи. Увидев новую себя, она сказала вслух:

— Ой-ёй...

***

Зайдя в аудиторию, я сначала даже не понял, что происходит, а когда сообразил, пришлось буквально врываться в толпу, чтобы добраться до своей подопечной. Аспид была в ужасе от всего происходящего. Она стала выше на голову, чем была вчера. Аспид судорожно пыталась натянуть на себя мантию, чтобы спрятать под ней крылья. Увидев эту картину, я всерьёз задумался о том, чтобы действительно выделить поместье преподавателю... Хотя нет, контракт есть контракт. Жду ещё двоих.

— Всем отойти от Аспид! — Толпа медленно расступилась.

— Скажите преподавателю, что нас сегодня не будет!

Портной мне нужен был намного больше, чем я мог предположить. Помогая Аспид натянуть мантию, я изрядно удивился её метаморфозам. «И ведь она только начала открывать грани...»

— Люций Вилд, а ну стоять!

Закатив глаза, я остановился. Мой «любимый» преподаватель успел нас застать.

— И куда это вы…

Заметив изменения в девушке, он не смог сдержать удивления. Я, воспользовавшись паузой, вставил свои пять копеек.

— У моей подопечной небольшие проблемы, требующие моей помощи. Сегодня мы не сможем учиться. Всего хорошего.

Ухватив Аспид за руку, я немедленно направился к выходу. Предстояло очень много работы. Преподаватель смотрел вслед этому выскочке и «мусорной» магессе.

— Я должен сообщить руководству. Все кланы без исключения захотят прибрать её к себе, и клан Белфорт будет первым!

Первым делом я привёл Аспид к нам домой. Та не знала, куда себя деть, и, тихой мышкой устроившись в кресле, покорно ждала, пока слуги приносили угощения. Я тем временем перебирал бумажки, которые привёз с собой. Сделать хороший современный костюм сейчас не составляло проблемы, но нынешнее общество его просто не приняло бы.

И вот теперь у меня была более чем веская причина — хвостатая и красивая. Буквально ходячая реклама моей группы. Отправив слуг за портными, я принялся делать наброски одежды. В общей сложности на мой вызов явились десяток подмастерьев, которые с остолбеневшими глазами разглядывали нашу необычную пару.

Впрочем, больше всего их, наверное, шокировал сам наряд, который я задумал для своей подопечной. Хм, а как назвать её грань? Драконид? Драконесса? Забив на философский аспект вопроса, я принялся объяснять, чего хочу. А хотел я совместить юбку с шортиками. Бедные швеи просто не могли представить себе подобного сочетания, но я тыкал пальцем в магессу и терпеливо растолковывал:

— Представьте, один взмах крыльев — и все увидят то, что видеть не должны! А так — просто ноги.

***

Ворвавшись как ураган в кабинет директора, Рейд Белфорт обнаружил начальника стоящим у окна. В очередной раз восхитившись его трудолюбием, преподаватель тут же принялся излагать известные ему факты.

Тит, который только что проснулся и вышел проверить, на месте ли ещё академия, стоически выслушал взволнованный доклад.

— Это действительно интересное наблюдение. Подобные уникумы находят ключ к своим граням нечасто. Что нам известно об ученице?

— Сирота. Проживала в Орфене. Дар пробудился недавно.

— А вот это уже плохо. Её здесь ничто не держит.

Преподаватель недоумённо посмотрел на директора.

— Но нам стоит просто принять её в клан! Что может противопоставить этот выскочка?

— Многое. Его поддержка — тоже не пустой звук. Мальчик, судя по вашим же докладам, хорошо эрудирован и находчив. Мы должны подготовить по-настоящему щедрое предложение, иначе получим отказ, чем немедленно воспользуются другие. Я отправлюсь к главе клана. Пока ничего не предпринимай.

***

После уроков, когда вся команда была в сборе, мы приняли бой с неустанными портными. И начался ад.

Обычные сантиметры и угольники были бессильны перед моей подопечной. Главной проблемой, конечно, оказалась Аспид.

— Сударыня, прошу, хотя бы на секунду прижмите крыло... Нет, не взмахивайте, мои записи!

— Хвост, прошу вас, отклоните хвост влево! — один из подмастерьев, весь красный, пытался обхватить основание хвоста, в то время как сам хвост нервно подёргивался и сметал на пол очередной рулон ткани.

— Эй, осторожнее! — крикнул я, когда кончик хвоста едва не задел канделябр. — Считайте, что это дополнительная конечность. Она еще плохо может им управлять.

Аспид была готова провалиться сквозь землю от смущения. Её заставляли принимать неестественные позы: то отводить крыло в сторону, то поднимать его, чтобы измерить талию. Портные, обходя её со всех сторон, то и дело наступали друг другу на ноги и спотыкались о её хвост, который она безуспешно пыталась убрать.

Остальным тоже досталось. Рори ворчал, что его вертят, как манекен, а Рени лишь посмеивался, наблюдая, как трое портных пытаются согласовать цифры — у каждого получались разные.

Нас крутили и измеряли до потери пульса. В конце концов, старший портной, с лицом, выражавшим глубочайшее профессиональное страдание, просто отчаялся.

— Молодой господин, — взмолился он. — Мы сделаем основу по меркам, но вырезы под... крылья... хвост... Простите, но это придётся дорабатывать прямо на ней. Иначе никак.

Я вздохнул и кивнул. Подмастерья, с помятыми блокнотами и помутнённым взором, наконец убрались, пытаясь осмыслить, как же выполнить этот безумный заказ.

Ну, с этим было наконец-то покончено. Я подал Аспид мешковатую одежду для тренировки. Девчонки быстро оформили ей прорези для крыльев. На ней одежда, конечно, смотрелась не очень, но у нас стояла другая задача. Когда та переоделась и вышла на полигон, то с подозрением посмотрела на меня.

— Ты уже поняла, что гоблинов придётся уничтожать в ближнем бою?

Она побледнела и замотала головой.

— Ну, тогда привыкай к этой мысли. Как нетрудно догадаться, твой организм со временем даст тебе боевую форму. Вот в ней-то ты и сможешь сражаться беспрепятственно.

— То есть... это всё... не навсегда? — в её голосе прозвучала надежда.

Я улыбнулся.

— Точно не знаю. Гиперион рассказывал о подобных изменениях в своё время. Сейчас он выглядит как обычный человек. Что касается наших обстоятельств... Пока для тебя изготавливают одежду, мы с тобой будем заниматься рукопашным боем.

Она недоумённо посмотрела на меня.

— Можешь быть уверена: когда ты пару раз откажешь кланам, тебя попробуют «на прочность». А я не всегда буду рядом.

— Но я ведь согласилась быть в твоей команде.

— Это их не остановит. Так что спрошу ещё раз: хочешь ли ты быть в моей команде?

Та снова кивнула, уже увереннее.

Что ж, я стал закладывать в неё базовые принципы ведения боя. Не какие-то заумные стили, а голую, приземлённую выживалку.

— Не думай о боях которые ты видела раньше, твое строение иное и тебе нужно найти свою технику боя.

Аспид кивнула, сосредоточенно хмуря брови. Я водил её по площадке, показывая стойки.

— Контролируй центр тяжести, — следи за работой ног. — чуть ниже, ноги полусогнуты. Ты не деревянная, пользуйся этим. Тебя толкнули — ты ушла, поддалась, вернулась. Удар — это не просто взмах кулаком. Это импульс от самой пятки, проходящий через всё тело. Весь твой вес, вся твоя сила в одной точке.

Я поставил её перед манекеном, и она с первого же удара разнесла его в щепки. От её смущенного взгляда я лишь усмехнулся.

— Не беда. Бей в меня.

Сначала она и вовсе просто касалась моей ладони.

— Сильнее, Аспид! Бьешь как девчонка!

Она сжала кулаки, собралась с духом, посмотрела с обидой и нанесла удар, от которого воздух со свистом расступился. Моя ладонь даже не дрогнула, поглотив всю силу. Её глаза округлились от изумления. Она била снова и снова, вкладывая в удары всю свою ярость, всё накопленное отчаяние. Но я стоял, как скала, лишь изредка поправляя её стойку или направляя её конечность.

Именно тогда началась та часть, которая ей явно понравилась. Осознание, что ей не нужно сдерживаться. Что здесь, со мной, она может быть собой — настоящей, со своими гранями, и ей всё равно не причинить вреда. Её атаки стали сложнее, увереннее. Она пробовала использовать свой хвост для подсечек, а крылья — для резких смещений и манёвров. Мы отрабатывали броски, и я позволял ей поднимать и бросать меня на пол — её лицо в такие моменты озаряла не злорадная, а сосредоточенная, хитрая улыбка, будто она разгадывала сложнейшую головоломку.

Обычный маг сыграл бы в ящик от одного её удара. Но мы не обычные. Я был её тренером, её щитом и её живым манекеном, чья единственная задача — выдержать всё, чтобы она научилась контролировать бурю, просыпавшуюся внутри неё.

С новым, радикальным внешним видом Аспид пришлось поработать основательно. Длинные, скрывающие лицо волосы были главной психологической защитой, но в бою они становились смертельной помехой. Я нашел цирюльника, тот мои идеи воспринял с интересом, человек с виду хрупкий и утончённый, без тени страха принялся изучать её гриву.

— Какие волосы, — пробормотал он, пропуская прядь между пальцев. — Просится что-то... дерзкое.

И он повторил это. Длинные чёрные волосы были укорочены до плеч, а с одной стороны выбриты виски, оставлен лишь асимметричный каскад, падающий на глаз. Стрижка не скрывала чешую, а, наоборот, подчёркивала её, делая частью образа. Хищным, своенравным, бесстрашным. Аспид смотрела в зеркало, не узнавая себя. Она медленно провела рукой по выбритому виску, и на её губах появилась улыбка.

Когда магессы камня увидели полное преображение Аспид раздался такой крик что бедный цирюльник чуть не погиб от разрыва сердца. Я уже привыкший к подобному довольно потирал ручки. Этот человек заключил со мной выгодный контракт на серию причесок завоеватель.

А мои маленькие подопы… подопечные смотрели во все глаза на подругу с завистью и переводили глаза. Я лишь кивал на рисунок где были варианты стрижек.

Пару дней спустя.

Оглушительные удары разрывали воздух на тренировочном полигоне. Удар правой руки начинал свое движение, нога и крыло дали импульс, снова и снова, шквал ударов обрушивался на противника. Камень крошился под сокрушительными атаками магессы. Удары её рук и ног порождали ударные волны, заставляя вибрировать магический щит противника.Удар в ногу с взмахом крыла и доводкой хвоста, противник вновь устоял. Подруги-магессы наблюдали за её поединком со смешанным чувством ужаса и восторга. Её противник — Люций — стоически сдерживал все атаки и контратаковал, стоило ей слишком увлечься.

Работа ног, крыльев и хвоста пока ещё вступала в противоречие, но уже было ясно: столкновение с подобным противником окажется крайне болезненным для любого, кто встанет у неё на пути. В очередной раз, увлёкшись атакой, магесса была схвачена за ногу и отброшена к стене. Но в последний момент раскрылись крылья, резко изменив траекторию полёта. Буквально камнем обрушившись на противника, она продолжила свою яростную атаку. Но вот ноги предательски дрогнули, скорость атаки замедлилась, сила ударов упала.

— На сегодня достаточно, — раздался спокойный голос Люция.

Аспид в очередной раз рухнула на пол, с отчаянием глядя на него. Ни разу, ни единого раза ей не удалось заставить его хотя бы запыхаться. Подруги тут же подбежали к ней, помогая подняться и отправиться на отдых. Девушки без умолку щебетали о своих новых гранях, о том, как было волнительно, когда их маленькие големы начали двигаться, и как те тут же развалились, стоило им потерять концентрацию.

Придя в свою комнату, Аспид сгребла всех троих в охапку, отчего те запищали от неожиданности, а потом рассмеялись. Подруги. Настоящие подруги, которые всегда будут рядом и помогут. Аспид была бесконечно рада происходящему. Да, теперь у нее крылья и хвост, и что с того? Теперь она сильна, и у неё есть люди, на которых можно положиться.

Эти двое, Рени и Люций, были странными, но всё равно без лишних разговоров приняли её, когда она нуждалась в помощи. Вспомнив, как ее попросили выйти для разговора с представителем клана Белфорт, она с отвращением поморщилась. Тот с порога начал сыпать обещаниями: «Личная комната в нашем замке. Жалование — пять золотых в месяц. И, быть может, со временем вы даже удостоитесь чести стать женой одного из наших младших наследников.» Он говорил так, будто оказывал ей величайшую милость. Она поморщилась, но не надолго.

В комнате раздался весёлый женский смех — подруги пошли в контратаку и принялись щекотать «дракона». Последние несколько дней были настолько насыщенными и живыми, что она уже не представляла, как раньше жила иначе. И любой, кто посмеет отобрать у неё эту новую жизнь, познает её настоящий гнев.

***

Рени с Люцием сидели на широкой каменной террасе, откуда открывался вид на вечерний город. Меж ними стоял низкий столик с дымящимся чайником и двумя пиалами. Люций, отхлебнув ароматный чай, поставил пиалу с легким стуком.

— Как наши магессы камня?

Рени лениво провел пальцем по краю своей пиалы, глядя на огни внизу.

— Сами грани големостроения открылись, но восприятия нет. До создания транспорта нам ещё пилить и пилить.

Люций отодвинул пиалу и облокотился на парапет, его взгляд скользнул по силуэтам крыш.

— Не всё сразу. Уже свою учебную группу обскакали — разве не результат?

Рени фыркнул, поднимаясь чтобы подлить себе чаю.

— По сравнению с Рори — стоят как вкопанные. Кстати, Санчесам запрещено до него докапываться, не хотят портить отношения.

— Что по кланам? — Люций не поворачивался, продолжая всматриваться в сумеречный город.

Рени сделал паузу, поднося пиалу к губам.

— Скоро столкнёмся с кланом Фостер.

Люций наконец повернулся, оперевшись бедром о парапет.

— Кто они?

— Отщепенцы. — Рени поставил пиалу. — Промашки мелкие для печатей подчинения, но слишком пахучие, чтобы оставаться в родных кланах.

— Сильны? — Люций скрестил руки на груди.

— Скорее нет, — Рени усмехнулся, — но числом берут. Услышал пару занятных разговоров — нас точно заказали.

Люций резко выпрямился.

— Держи магесс камня под присмотром. Не хочу, чтобы пострадали. Ответим жестко. — Он сделал шаг к Рени. — Рори справится?

— Если нарвётся на четвертый-пятый курс — размажут, — тот отпил чаю, прищурившись.

— Прикрываем только в смертельной опасности. — Люций прошелся по террасе. — С гоблинами справился, пусть сам утрет нос паре наглецов.

— А Аспид?

— Прикрываем всеми силами, — улыбнулся Люций.

Рени поднял бровь, медленно ставя пиалу на стол:

— Это ещё почему?

— В отличие от Рори... своих противников она не победит. Она их просто перебьёт как щенят. — Он обернулся, встречая взгляд Рени. — А потом будет корить себя за это до конца дней.

Рени медленно улыбнулся, кивнул.

***

— Ваша светлость, этот мальчик — настоящий уникум! Четыре грани за неделю! О такой скорости нельзя было и мечтать даже в самых смелых фантазиях.

— И почему же он до сих пор не с нами, если он так талантлив, Трир?

— Как вам известно, сейчас как раз формируются группы для будущих зачисток...

— Ближе к делу, Трир. Не нужно повторять то, что я и так ежедневно слышу в совете.

— Он… уже вступил в группу.

Роберт Санчес усмехнулся.

— Так перекупи его! Не вижу в этом проблемы.

— Ваша светлость, он присоединился к группе этого Вилда. Там собралось уже немало перспективных молодых магов.

— Вилд… Кто за ним стоит?

— Помпео и Гиперион, ваша светлость.

— Это да… Это проблема. Уверен насчёт Помпео?

— Да. Он публично заявил, что будет выступать на стороне его внучки.

Роберт откинулся в кресле, его пальцы принялись барабанить по резному подлокотнику.

— Тогда действуй иначе. Нужно публично показать несостоятельность этого выскочки. Подставь его, дискредитируй.

Трир поморщился, будто почувствовал неприятный запах.

— Боюсь, это не сработает. Пьер тоже точит на парня зуб — тот увёл трёх магесс прямо из-под носа у их наследника. Да и Белфорты получили весьма унизительный отказ, когда предложили переход его дракониды в их клан.

Вместо гнева раздался низкий, похожий на рев пламени, смех.

— Знаешь, что? Я передумал. Зачем нам вербовать одного, когда можно просто забрать всех? Кто среди молодого поколения у нас поступил в академию?

— Эрик, ваш…

— Отлично! Пусть создаст свою группу. Пусть набирает всех, до кого дотянутся руки! Камень, свет, молнии — не важно! Дайте им наших боевиков в инструкторы! Пускай создают из них реальную силу.

— Но, ваша светлость, это же…

— Нарушение договоров с остальными кланами? ДА! И нам за это ничего не будет! — Громкий смех вновь прокатился по кабинету.

— Но ведь…

Роберт вскочил с кресла и принялся мерить кабинет шагами.

— Слушай сюда! Мы не только не будем мешать формированию группы Вилда — мы её поддержим. А параллельно сами наберём самую большую группу магов. Пусть Эрик скупает всех и каждого, узнаёт условия кланов и переманивает к себе. Этот Вилд все равно провалится, и тогда все они окажутся у нас, в новом городе Санчес.

— Но тогда все кланы объявят нам войну!

Роберт невозмутимо сел обратно, и на его лице расплылась широкая, хищная улыбка.

— И пусть. Мы всего лишь дали нашему Эрику ресурсы для набора учебной группы. Нарушаем мы что-то? Нет, не нарушаем. А когда какой-нибудь идиот объявит нам войну, я просто укажу пальцем на того неудачника, который мешает «планам председателя». Ведь мы действуем строго в рамках его программы по захвату новых территорий, не так ли?

— Но, ваша светлость, Пьер…

— К чёрту Пьер! К чёрту всех! — Роберт с силой ударил кулаком по столу. — Новые времена — новые правила! Из огня крепость не возведёшь. И да, установи слежку за тренировками группы этого Вилда. Копируем всё, что возможно. А с остальными домами… с домами мы ещё разберёмся.

***

Следующая неделя

К воротам школы подошла группа студентов, чей вид заставил замереть всех вокруг. Они были одеты в непривычные, идеально сидящие черные пиджаки с золотой вышивкой, строгие брюки со стрелками у юношей и элегантные юбки чуть ниже колена у девушек. Их обувь была черной и начищенной до зеркального блеска. Лишь цветные накидки указывали на стихийную принадлежность, но даже они были стилизованы под общий строгий крой.

Среди них особенно выделялась одна девушка, за спиной которой красовались большие, кожистые крылья, а из-под подола юбки мелькал хвост.

Их путь преградил один из преподавателей, маг воздуха, с лицом, побагровевшим от возмущения.

— Молодые люди! Вы одеты не по форме! Немедленно приведите себя в порядок и…

— Где в уставе школы прописан внешний вид? — спокойно, почти лениво перебил его я.

— Что? — преподаватель опешил.

— Мантия — это традиция, а не правило. В уставе нет ни строчки о внешнем виде учащихся.

— Мальчишка, если ты хочешь выделяться, то ты пришёл не в то место! — прошипел маг, теряя самообладание.

— Отлично. Я вызываю вас на дуэль, — мой голос прозвучал громко и чётко, разносясь по площади.

— Чего?!

— Дуэль. — Люций стоял неподвижно, его голос резал воздух, холодный и отточенный, как клинок. — Вы публично оскорбили меня и моих спутников. Терпеть подобное не намерен.

Преподаватель воздуха отшатнулся, но, пронзенный десятками любопытных взглядов, судорожно сгрёб остатки достоинства.

— Получишь свою дуэль, щенок! На арену! Сейчас!

Новость вспыхнула по академии, как лесной пожар. Уроки остановились, коридоры опустели — все ринулись к главной арене. Мест на трибунах не хватило, и маги земли тут же принялись возводить новые ярусы. Маги воздуха кружили над полем, словно гордые птицы, с самодовольными ухмылками предвкушая разгром наглеца.

Пришли даже четвертые и пятые курсы. Все знали: вызов преподавателю — это приговор. Уйти с арены победителем удавалось единицам, чьи имена потом становились легендами. Вскоре к толпе присоединились и остальные преподаватели, почуяв запах грандиозного скандала.

— Стороны готовы к примирению? — прокричал судья, едва перекрывая нарастающий гул.

— Если преподаватель публично извинится перед моей командой, — парировал Люций, не меняя выражения лица.

— Я тебя в пыль сотру, выскочка! — взревел маг воздуха, и его пальцы сжались от негодования.

— Бой!

Сигнал прозвучал. Преподаватель тут же взмыл в воздух, на безопасную высоту. Люций даже не пошевелился, чтобы ему помешать.

«Отлично, — мысленно усмехнулся он. — Позволил мне разорвать дистанцию. Самое время для урока смирения».

С высоты обрушился первый «воздушный кулак». Удар, способный разметать десятки гоблинов, поднял на арене облако пыли. Маг смахнул его порывом ветра и замер в изумлении: студент стоял на том же месте, недвижимый, будто врос в землю. Последовала серия сокрушительных ударов, от которых вздрагивали трибуны, но Люций даже не пошатнулся, лишь полы его пиджака трепетали от ярости стихии.

Пока преподаватель в панике пытался понять, почему его атаки разбиваются о невидимую стену, в него со всей силы врезался булыжник, метко брошенный Люцием. Потеряв концентрацию, маг камнем рухнул вниз, едва успев создать воздушную подушку у самой земли.

Но как только его спина коснулась пола, железная рука вцепилась в его мантию. Он успел увидеть стремительно приближающийся кулак.

Удар.

Второй.

Третий.

Сознание поплыло, мир превратился в мутное месиво из боли и унижения.

— Сдавайся! — прозвучал над ним голос, холодный, как сталь.

— Пошёл… — начал было маг, но следующий удар поставил в поединке жирную, окончательную точку.

Не отпуская бесчувственное тело преподавателя, Люций поволок его к центру арены. Его голос, усиленный магией, громоподобно раскатился над воцарившейся гробовой тишиной:

— Я — Люций Вилд! И я не позволю издеваться ни над собой, ни над своими людьми! — Он встряхнул тело мага, как трофеем. — Это ждёт каждого, кто позволит себе лишнее. Запомните.

Тишину на трибунах взорвал оглушительный гам. Возмущённые крики, одобрительные возгласы, просто восхищённый вой. Группа в чёрных костюмах, не удостоив толпу больше ни взглядом, чётко развернулась и направилась к выходу.

Эрик Санчес, стоя на трибуне, медленно окинул взглядом поле боя. Уголок его рта дрогнул в подобии улыбки.

«И мы будем это поддерживать? — пронеслось у него в голове. — Что ж, папаша действительно не разменивается по мелочам. Тогда начнём сегодня же».

Показательная порка прошла успешно. Теперь у меня есть передышка — кланам снова придется пересматривать мои возможности. Самое время набирать новых людей; такая победа — лучшая реклама. Хотя кланы наверняка приготовят для нас какой-нибудь «сюрприз».

Уроки, можно сказать, были сорваны. Вид юной дракониды сразил наповал всех и каждого. Мы старались создать образ лихой воительницы, но у Аспид не хватало актёрского мастерства. Скорее, она походила на испуганного котёнка, пытающегося казаться грозным, что выглядело скорее мило, чем опасно.

Знали бы окружающие, что одного удара этой «милой» девушки хватит, чтобы превратить почти любого в кровавое месиво, — не лезли бы так к двери нашего класса.

Рейд Белфорт прилагал титанические усилия, чтобы разогнать толпы воздыхателей. Он то и дело выскакивал в коридор, прогоняя снующих студентов. В очередной раз отправив старшекурсников, «случайно» оказавшихся у нашей двери, он обратился ко мне, его лицо искажено гримасой сдерживаемого гнева.

— Люций Вилд, ты действительно мастер создавать проблемы на ровном месте. Ты силён, это признаю. Но понимаешь ли, что будет с остальными?

— Кто сказал, что силён только я? Моя команда уже опережает многих.

— Потому что она пока единственная! — Парировал преподаватель. — Кланы не станут торопиться с подобными экспериментами. За каждым их шагом стоят продуманные и выверенные действия, а не юношеская бравада.

— Чем дольше кланы медлят, тем выше мои шансы на успех. — Развел я руками.

— Смотрю, ты действительно преуспел в тренировках Аспид, — его голос внезапно стал неестественно задумчивым. — Как тебе это удалось?

Я улыбнулся и встретился с ним взглядом.

— Всё благодаря вашим вдохновляющим урокам, учитель, — ответил я с самой невинной улыбкой. — И, кстати, не забудьте: приведите ещё двоих — и резиденция ваша. Четверых — и пожизненное освобождение от налогов.

— Ах ты, наглый щенок... — он с силой сжал указку, в его глазах плясали бешеные чертики. — Посмотрим, что скажет директор на твою выходку.

Он резко развернулся и направился к доске, оставив меня в покое. Я перевёл взгляд на Аспид. Она сидела, вжавшись в стул, и всем видом напоминала мышь, окружённую кошками. Спрятаться за волосами уже не было возможности, а её верные подружки были сейчас на другом занятии.

— Аспид, ты забыла, что теперь ты сильнее? — тихо спросил я.

— Не забыла, — она сглотнула, не поднимая глаз. — Но это... всё так пугает. Я бы лучше... ещё раз на тренировку сходила.

Я оскалился в хищной улыбке, и она заметно побледнела.

— Улыбаться и держать спину! Я помню, всё помню! — тут же выпалила она, нервно расправляя плечи.

— Молодец, — одобрительно кивнул я.

На перемене мы собрались на поляне, где наши магессы выстроили из земли и камня небольшую беседку для обеда. Они уже уверенно управлялись с базовыми вещами вроде создания примитивной мебели. Подобного раньше никто не делал, и наша импровизированная столовая снова стала приманкой для любопытных взглядов и перешёптываний.

— Итак, мы громко заявили о себе. Теперь пора собирать команду, — я обвёл взглядом своих. — Обходите кабинеты, говорите с людьми. Акцент — мы ищем не слуг, а союзников. Предлагаем помощь в раскрытии граней и, в перспективе, собственные резиденции в новом городе.

Рори поднял руку.

— Что такое акцент?

— Люций, кажется, это по твою душу, — с ехидной улыбкой проговорил Рени, кивая куда-то за мою спину.

К нам по газону уверенной походкой двигалась Лирин Помпео. Я лишь тяжело вздохнул, натянув на лицо маску вежливой учтивости.

— Ваша светлость. Рад вас видеть.

Рори уставился на происходящее, забыв про кусок мяса в руке. Та самая запутанная история, услышанная им в таверне, должна была вот-вот получить новое развитие. Девушки же смотрели на Лирин откровенно враждебно; на их территорию вторглась чужая хищница. Никто из них открыто не претендовал на Люция, но и подпускать к нему сомнительных аристократок они не собирались.

— Добрый день, барон, — холодно кивнула она мне, скользнув взглядом по остальным и задержавшись на Рени. — Пройдёмся? Хочу обсудить один деликатный вопрос.

Рори, пережёвывая пищу, смотрел на нас с немым вопросом: вот оно, начало! Но Люций лишь равнодушно кивнул и направился вслед за Лирин, оставив команду в напряжённом ожидании.

— И даже за руки не взялись, — с притворной грустью констатировал Рени, получая град возмущённых взглядов от магесс.

Отойдя на достаточное расстояние, Лирин резко остановилась и повернулась ко мне.

— Мне нужна помощь с моим даром. Я проштудировала горы книг, но так и не поняла, в чём заключается моя сила.

— Не против помочь, — парировал я. — Но что я получу взамен?

— Неужели ты не можешь просто помочь? — в её голосе прозвучало раздражение.

— «Просто» помогают друзьям. Насколько я помню, я не удостоен такой чести.

— Но мой дед… — начала она.

— Ваш дед просил присмотреть за вами и не давать в обиду. Что мы и делаем. Рени регулярно отслеживает настроения студентов. Пока что никто не отважится портить с вами отношения. Вы в безопасности. Но это — его просьба. А сейчас речь о вашей.

— А ты немного о себе возомнил? — в её глазах вспыхнул огонёк.

— У меня к вам тот же вопрос. Я не ваш слуга. У меня хорошие отношения с Антонио, но не с вами. Его просьбы — одно. Ваши прямые обращения — совсем другое.

— И чего же ты хочешь? — она скрестила руки на груди.

— От вас? Пока ничего. Найдите способ заинтересовать меня.

— Что ты получишь, от моего деда за … роль защитника?

— Помощь, когда она потребуется мне. Без лишних вопросов.

— А Рени?

— Тоже самое.

Лирин замерла, оценивая меня тяжёлым, изучающим взглядом. В её глазах боролись обида, гордость и понимание.

— Хорошо, — наконец выдохнула она, и в её тоне появились нотки делового расчёта. — Тогда мы встретимся позже. Для обсуждения деталей нашего… сотрудничества.

Она развернулась и ушла тем же гордым шагом, оставив меня на поляне. Контур сделки был обозначен. Помпео действительно сильно ее разбаловал.

Подходя к своей группе, я застыл в ужасе. Рени, размахивая кружкой с соком как заправский кабацкий завсегдатай, с пафосом в голосе рассказывал очередную небылицу про мои «отношения» с Лирин. Магессы, уставившись на него широкими влажными глазами, ловили каждое слово, будто заслушивались трагической сагой.

Я метнул в подлеца слабый кинетический всплеск. Он ловко парировал его, даже не прервавшись, и продолжил вещать с видом прожжённого сказителя, зарабатывающего на хлеб душещипательными историями.

Присев на свое место, я спокойно, но так, чтобы слышали все, произнёс:

— Он всё врет.

— Да у меня сотни свидетелей! — возмущённо воздел руки Рени, словно его величайшее достояние пытались осквернить.

— Твои «свидетели» меня в глаза не видели, Лирин и подавно. Хватит травить байки. Она ясно дала понять, что мы люди разного полёта, и меня это более чем устраивает.

Рени с притворно оскорблённым видом плюхнулся на своё место, тяжело вздохнув.

— Эх… Значит, так мы никогда на вашей свадьбе и не погуляем.

Я встал из за стола и сделал вид что сжимаю в руке что то и начал метаться по паре шагов в разные стороны.

— О нет, Люций, они ведь не справляются! Смотри, стена заваливается!

Рени вскрикнул с возмущением.

— Эй, ей! Это уже подло. Мне было двенадцать.

Вокруг вновь раздался смех, а я лишь изобразил поклон, пряча улыбку. Некоторые битвы были бессмысленны, а подобные развлечения стали частью нашего странного быта.

Проходя в аудиторию преподаватель окликнул меня.

— Люций Вилд, тебя вызывают к директору.

***

Тарин Белфорт был мрачнее грозовой тучи. Его преподавателя — мага воздуха с десятилетним стажем — публично избил на дуэли первогодка! И этот наглец даже не потрудился как следует вспотеть.

А эти идиоты-переговорщики! Ведь они собрали всю доступную информацию о той девочке. Неужели так сложно было сделать свою работу? Нет, эти болваны сразу возжелали присвоить себе поместье, выделенное для неё. Такой шанс — и испохабить! Ни магессы, ни способа открыть грань…

«С этим нужно было что-то делать, — пронеслось в голове у Тарина. — Прямо напасть? Нельзя. За этого выскочку уже вступится Помпео и, возможно, Гиперион. Объявить войну? Так мы объявим войну сразу половине кланов, которые смотрят на эту историю с интересом. И что мне прикажете делать?!»

Он нервно встал и подошёл к окну, чтобы проветрить пылающие мысли. И тут же увидел корень всех своих бед. Та самая магесса с проступающей чешуёй и явными крыльями. Она порхала по двору, и её странная, непривычная форма выделялась на фоне унылого моря традиционных мантий. «Такой уникальный дар… Любой клан дал бы целое состояние, чтобы заполучить её…»

Его взгляд, привыкший выискивать суть проблем, наконец оторвался от девочки и переключился на саму группу. Присмотревшись, он понял, что дело не только в дарах. На них была не просто «не по форме» одежда. Это был… стиль. Цельный, строгий, подчеркивающий единство группы.

Он рванул к столу и начал лихорадочно перебирать бумаги, пока не нашёл тот самый доклад преподавателя. Тот самый, который он в сердцах отложил, с раздражением прочтя фразу «…отказались от ношения мантий, подвергли сомнению авторитет клана Белфорт».

Шестерёнки в голове директора, отточенные годами административных баталий и поиска финансирования, завертелись с бешеной скоростью. «Новая программа… Новые полигоны… Новая форма…»

Он снова подскочил к окну, прильнув к стеклу. Его взгляд, уже не гневный, а жадный, выхватывал детали: отлично сидящий пиджак, строгие брюки, лаконичные накидки вместо мантий, даже обувь — и та была частью ансамбля.

И тут озарение ослепило его, как удар молнии.

— Да это же… Это же гениально! — прошептал он, и его лицо озарила улыбка, в которой было куда больше расчёта, чем радости. — Я озолочусь! Вернее, мы озолотимся и одновременно покажем совету готовность Академии к переменам. Озолотимся на введении официальной формы! Традиции? Мы сделаем эту форму новой традицией! И каждый дом, каждый клан будет платить нам за право выглядеть так же современно и стильно, как передовые студенты Магической Академии!

Из башни директора, ещё недавно наполненной гневным молчанием, донёсся низкий, заливистый и откровенно зловещий смех.

***

Когда меня вызвали к директору, я не удивился. Клан обязан был отреагировать на публичный скандал. Однако кабинет встретил меня не гневом, а спокойной, почти неестественной тишиной. Меня без лишних слов провели к массивному столу, за которым восседал Тарин Белфорт.

— Ваша светлость, — я склонил голову ровно настолько, насколько этого требовала вежливость.

— Здравствуйте, барон, — отозвался он, деловым жестом приглашая занять кресло.

Директор поднялся и начал медленно обходить меня, пристально изучая костюм. Его взгляд, привыкший оценивать, выхватывал каждую деталь — крой, ткань, строчку. Сделав круг, он вернулся на своё место и сложил руки на столе.

— Я внимательно изучил материалы вашего… спора с преподавателем, — начал он, и в его голосе не было ни капли гнева. — И вынужден признать неправомерность его действий.

Сохранить беспристрастное лицо у меня не получилось — бровь сама собой поползла вверх. Я ожидал чего угодно, кроме этого.

— Не удивляйтесь, — уловил он мою реакцию. — Мой клан научился ценить нестандартные подходы. Особенно когда они столь... наглядны. В конце концов, именно новое видение делает нашу жизнь лучше, не так ли? Скажите, у кого был изготовлен этот костюм?

— Над этим работали несколько мастеров. Я хотел создать нечто уникальное. Эти костюмы — заявление о нашем единстве и готовности к новому.

— Прекрасно. Просто прекрасно, — его глаза заблестели тем самым хищным блеском, который я уже видел у купцов. — Скажите, как быстро вы могли бы организовать пошив, скажем… тысячи комплектов?

От такого разворота я опешил, но быстро сообразил, куда он клонит. Он не смирился — он увидел возможность и будет ей пользоваться.

— Не вижу смысла в массовом тираже с самого начала, — осторожно парировал я. — Гораздо выгоднее начать с эксклюзивных моделей для преподавательского состава. Чтобы… — я повторил его жест, щёлкнув пальцами, — подчеркнуть их статус. Создать ажиотаж.

Переговоры прошли на удивление стремительно. Я вышел из кабинета не с угрозами, а со щедрым контрактом на поставку «фирменного стиля Академии». А по довольному блеску в глазах директора было ясно: его личный план монетизации нашего «бунта» уже запущен. Клан Белфорт действительно знал толк в том, чтобы превращать проблемы в активы.

На выходе меня поджидал Рени, и его ухмылка говорила сама за себя.

— Ну что, герой, остались при своих? Или таки выгнали?

— Выгнали? — я фыркнул. — Сейчас вся академия будет щеголять в наших костюмах. — Я потряс документами. — Заключили контракт на поставку.

— Ничего себе поворот, — свистнул Рени. — Ну, это конечно круто, но готовься. Клан Санчес сделал свой ход. Прямо с ноги я бы сказал.

Я остановился, предчувствуя недоброе.

— В каком смысле?

— В самом прямом. Они объявили о наборе своей группы. Уже присоединились пять магов камня, четыре воды из моей группы, четыре ветра. И это только начало.

— Они что, решили сгрести всех магов подряд? — у меня отвисла челюсть.

Рени, довольный эффектом, зловеще улыбнулся.

— Знаешь, как развивать грани? Добро пожаловать! Ежемесячное довольствие — десять золотых. Отдельные выплаты за боевые вылазки. Гарантия дома в обустроенных землях или поместья с налоговыми льготами в будущем городе Санчес.

У меня дёрнулся глаз. Вот же сукины дети…

— Да они сейчас просто скупят всех на корню! — вырвалось у меня.

— Не всех, — поучительно поднял палец Рени. — Только тех, кто представляет ценность. Но есть и хорошая новость. К нам тоже пошли люди. Не смотря, на менее щедрые условия. Думаю, нам срочно нужна своя резиденция — как понимаешь, идут к нам не от хорошей жизни.

Я молча кивнул, мысленно прокручивая новость. Санчесы действовали как таран, без тонкостей, зато с размахом. И по их щедрости было ясно — они играют против всех разом. Но, странное дело, в груди зашевелилось не раздражение, а азарт.

— Что ж, — я тронулся с места, и на моём лице расплылась улыбка. — Пусть собирают свою армию. Зато теперь все кланы, мечтавшие тихо скупить лояльных магов, будут в бешенстве.

Проведя рукой по волосам, я тяжело вздохнул, глядя в окно:

— Резиденцию… значит… Я планировал её покупку позже.

Рени развёл руками:

— Ну, пойди пожалуйся председателю. Уверен, он прольёт слезу над твоими финансовыми трудностями.

— Это же гвардейцы, — продолжил я, чувствуя, как нарастает раздражение. — Лишние расходы…

— Наёмники, — коротко и деловито заметил Рени.

— Нееет! — я резко повернулся к нему. — Нам сразу нужны те, кто готов уйти с нами!

— Тогда готовь золото, — отозвался Рени, и в его голосе прозвучала неприкрытая усталость.

Моё лицо скривилось.

— Ладно, показывай, кто к нам присоединился.

На тренировочной площадке царила оживленная, хоть и несколько хаотичная, картина. Заметив новые лица, я не смог сдержать улыбки. На время отогнав дурные мысли о золоте и расходах, я принялся осматриваться.

Аспид, заметно посветлевшая лицом, держала в руках знакомую мне малявку. Та, кажется, уже устала противиться и покорно изображала из себя тряпичную куклу, лишь изредка вздыхая. Магессы камня устроили настоящий перекрёстный допрос Викте, но та, похоже, научилась просто пропускать их слова мимо ушей, её взгляд был отрешенным и устремленным куда-то вдаль, были и две незнакомые мне девушки.

На другом конце площадки Рори что-то живо втолковывал собравшимся вокруг парням. Шесть человек. Выглядело перспективно, особенно на фоне того вербовочного безумия, что устроили Санчесы.

***

— Захолустный барон, ничего особенного? — с презрением выдохнул высокий мужчина, разминая костяшки пальцев. — Пять ударов мага ветра, пять — и что? И ничего!

— Вы уже приняли оплату! — собеседник нервно провёл рукой по лицу, сжимая платок.

— Мы приняли оплату, чтобы разобраться с пацаном, а не с этой машиной смерти! — внезапно крикнул наёмник, с силой швыряя на стол тяжёлый кошель. Монеты звякнули, рассыпаясь по дереву. — Вот ваши деньги — разбирайтесь с ним сами!

— Хорошо. — заказчик сделал паузу, пристально глядя на собеседника. — Вы боитесь столкнуться с ним лицом к лицу, но он ведь не один. — он медленно обошёл стол, снизив голос почти до шёпота. — Окажите давление на тех, кто к нему присоединился.

— Тысяча золота. — наёмник мрачно усмехнулся, подбрасывая старый неказистый кинжал. — За меньшее мы даже в его сторону смотреть не будем.

— Хорошо. — заказчик сглотнул, чувствуя, как подкашиваются ноги. — Мне нужно время.

— Ждём оплату. — наёмник отвлёкся от кинжала и ткнул пальцем в грудь собеседнику. — Раньше действовать не будем. Сначала деньги, потом проблемы.

Когда заказчик ушёл, за дверью на несколько секунд повисло молчание. Первым его нарушил небольшой парень, сидевший в углу:

— Ты совсем больной? Ты видел, что было на дуэли?

Главарь наёмников, усмехнулся и поднял с пола упавшую монету:

— На Вилда мы не полезем. Но в его группе куча новичков — помнём их чуть-чуть.

— Если он на нас выйдет… — начал было коренастый.

— Поэтому и говорю — чуть-чуть, — главарь положил монету в кошель. — За такие деньги можно и поработать. А если он действительно на нас выйдет… предложим наши услуги. Мы люди деловые и можем предоставить ему кое-какую информацию о сегодняшнем визите например.

Третий наёмник, у которого виднелась красная мантия, мотнул головой в сторону двери:

— А что если… — Что если этот, — узнает?

— Будь это заказ от клана, такая мелочь как тысяча золота уже была бы у нас, — главарь хмыкнул, завязывая кошель. — А так… сопляк просто хочет чуть подпортить жизнь второму. Не более того.

Зал Совета

— Санчес, ты совсем охренел?!

Глава огненного клана расплылся в ядовитой улыбке.

— Не понимаю, о чём вы. Можно конкретнее?

— Ты вербуешь всех подряд! Хочешь войны — получишь её!

— Может, кто-нибудь чётко объяснит, что именно я нарушил? — Роберт Санчес развёл руками с показным непониманием.

Франческа Пьер, побагровев, зашипела, словно разъярённая кошка:

— Ты переманил пятерых магов камня! Моих! Магов!

— Уважаемый Председатель, — Санчес обратился к центру стола, — разве не предполагалось, что студенты будут объединяться в группы для основания крепостей? Или я что-то упустил, и теперь крепости можно возводить из чистого огня?

Председатель рассмеялся, и его смех звучал как треск пожирающего всё пламенем.

— Роберт, а ты молодец. Теперь даже придраться не к чему.

— Учился у лучших, — тот отвесил лёгкий, насмешливый поклон.

В его сторону тут же полетел огненный шар от председателя, но Санчес ловко поймал его и сжал в кулаке, гася без следа.

— Роберт прав, — голос Председателя вновь приковал всеобщее внимание. — Никто не запрещал студентам объединяться. А то, что дом Пьер предлагает худшие условия... это исключительно проблема дома. Впрочем, это касается всех отделений, включая магов огня.

Санчес поднял руки в показном примирении.

— Раз с этим вопросом покончено, двинемся дальше. На данный момент лишь две группы пытаются собрать вокруг себя людей. И у меня возникает вопрос: почему их так мало? Или мы все решили ждать пятьдесят лет, пока снова можно будет вербовать магов в столице?

При этих словах многие опустили глаза. Лишь Санчес продолжал сиять своей победоносной улыбкой.

— Не забывайте о нашей главной задаче! — его голос прозвучал громко и властно. — Мы должны вернуть наши земли! Айрин Белфорт, как продвигается реформа учебной программы?

Белфорт скривился. Кресло главы учебного комитета, которое его дом с таким трудом занял в прошлом, стало настоящей удавкой на шее. Как организовать безопасную практику, он не представлял, а предложения преподавателей и вовсе сводились к откровенному безумию.

— Мы... прорабатываем меры для минимизации потерь среди студентов. В планах — отлов банд гоблинов и учебные бои с ними на арене.

— Поторопитесь с нововведениями, — холодно парировал Председатель. — Уровень подготовки наших магов падает из года в год. В свете грядущих задач это недопустимо!

— Так точно, Председатель.

— Что на счет программы для «зелёных мантий»?

Белфорт скривился ещё сильнее. Если со стихийниками ещё можно было что-то придумать, то с этими мусорными дарованиями — полный тупик. К каждому нужен индивидуальный подход!

— У меня... нет готового решения. Каждый случай уникален. У нас просто нет ресурсов для такой работы.

— Тогда начните с реформы библиотеки! — в голосе Председателя прозвучало раздражение. — Каждый, кто открыл новую грань, должен предоставлять отчёт и получать за это вознаграждение. Это вы уж точно можете организовать.

— Будет исполнено.

***

Эрик Санчес был мрачнее тучи. Да, его клан помог собрать под его начало целых двадцать первогодок. Да, они исправно ходили на учебный полигон, и многие уже кое-что умели. Но эти выходы за стену... «Проклятый Вилд! — мысленно рычал он. — На кой чёрт он туда постоянно таскается? Нарываться на неприятности?»

Приказ главы клана был четким и ясным: «Копировать все что можно». Эрику ничего не оставалось. Он отправил пару наёмников в разведку, и те нашли место последней стоянки команды Люция — брошенный лагерь, следы недавней стычки с гоблинами. Выбора не было.

И вот их группа, двадцать молодых магов, двинулась в относительно безопасные, как все думали, земли. Пока шли по дороге, всё было спокойно. Но стоило углубиться в лесную чащу, как на них вышла банда гоблинов.

У группы Эрика не было ни секунды на подготовку. Хаос вспыхнул мгновенно.

— В строй! Стройся! — закричал Эрик, но его голос потонул в общем вое.

Половина его отряда окаменела. Маг воздуха, который на полигоне так лихо крутил вихри, стоял с широко раскрытыми глазами, беспомощно шевеля пальцами. Две студентки-магессы воды вцепились друг в друга, и лишь жалкая струйка влаги беспомощно брызнула из ладони одной из них.

Но нашлись и те, кто среагировал. Огненный шар, кривой и нестабильный, вылетел из толпы и, пролетев над головами гоблинов, врезался в дерево, осыпав всех искрами. Это был не удар, а недоразумение за которое в клане подняли бы на смех.

Гоблины, воодушевлённые страхом, ринулись вперёд.

— Отбрось их, чёрт тебя дери! — кто-то грубо толкнул в спину онемевшего мага воздуха.

Тот вздрогнул, и наконец, выпустил сгусток сжатого ветра. Он был слабым, но достаточным, чтобы опрокинуть первые ряды гоблинов.

Эрик, сжав зубы, почувствовал, как знакомый жар наполняет его ладони. Мыслей не было, было лишь слепое, гори. Он швырнул в гущу нападающих два огненных шара подряд. Один пролетел метра полтора над головами тварей, но второй угодил точно в цель. Раздался негромкий хлопок, и один из гоблинов, объятый пламенем, с визгом покатился по земле, запах палёной плоти ударил в нос.

Этот первый, по-настоящему смертельный удар ненадолго ошеломил атакующих. Этим мгновением воспользовались ещё несколько студентов. В гоблинов полетели обломки камней, поднятые с земли телекинезом, и ещё несколько жалких огненных всплесков.

Самым сложным оказалось не сражение, а то, что последовало за ним. Нужно было успокоить всех, привести в чувство тех, кого стошнило от страха. Только когда Эрик, сам бледный от ярости и пережитого ужаса, начал раздавать угрозы от имени дома Санчес, паника поутихла. Неожиданно для себя он выдал речь — резкую, полную гнева, но и странным образом вдохновляющую. И это сработало.

Люди начали приходить в себя. Нашлись те, кто сам вызвался нести дозор, кто-то занялся сортировкой припасов — обязанности, о которых они раньше и не задумывались.

Вторая стычка с гоблинами прошла куда организованнее. Дозорные подняли тревогу вовремя, и маги огня просто расстреляли противника на подходе, не подпустив их близко.

Именно тогда до Эрика начало доходить. Он смотрел на своих людей, которые всего пару часов назад были на грани истерики, а теперь с сосредоточенными лицами ставили палатки, и понимал. Этот чёртов Люций ходил сюда не просто так. Представление о том, как бы они отправились строить замок с той, прежней подготовкой, заставило Эрика побледнеть.

Построить замок, да мы бы погибли в ста метрах от стены.

Он схватил блокнот и начал лихорадочно делать заметки.

— Мне нужно... нужно во что бы то ни стало поговорить с этим Рори, — бормотал он себе под нос, выводя каракули. — Как они организуют лагерь? Их же меньше, чем нас! Как выставляют дозоры? Что брали с собой в поход? Как...»

Он должен был всё записать. Каждую мелочь. Потому что теперь он видел разницу между подготовкой на полигоне и суровой реальностью.

***

Итак, кто мог податься в нашу команду, кроме ребят в зелёных мантиях? — я провёл рукой по волосам, с горькой иронией оглядывая новобранцев. — Правильно, такие же ребята, но с «мусорными» дарами.

Из всей этой пёстрой компании хоть лекарь выглядел нормально, учитывая что он задохлик. Хотя... раз он пришол именно к нам, значит, и с ним не всё чисто. Чёрт, ладно, будем работать с тем, что есть!

Две магессы из рода Гельмонт — одна излучала тепло, заметно выше, чем у человека, другая была холодная, словно труп. У меня непроизвольно дернулся глаз. Самопровозглашенный маг металла, чья рука на глазах становилась металлической. И паренёк, с гордым видом демонстрировавший яблоко, которое бесследно испарилось через секунду.

Я медленно повернулся к Рени, впиваясь в него взглядом, полным немого вопроса.

— Люций Вилд, — с притворной жалостью в голосе начал он, — если ты действительно надеялся, что к нам придут адепты, хоть что-то понимающие в своих способностях, то вынужден тебя разочаровать.

Я с силой выдохнул, посмотрел с притворной обидой, и резким движением махнул рукой, словно отгоняя назойливую муху. Без слов развернувшись, я направился к Викте. Девочка, завидя моё приближение, инстинктивно шарахнулась за спину Аспид, вцепившись в нее дрожащими пальцами.

— Показывай, что умеешь, — проговорил я, стараясь смягчить тон, но нетерпение проскальзывало в каждом слове.

Она, не поднимая глаз, нехотя выползла из-за спины своей защитницы, подобрала с пола случайный камешек и замерла, протянув его на раскрытой ладони.

— Видишь камушек? — её голос прозвучал тише шепота.

— Вижу, — кивнул я.

И камень исчез. Бесследно. Без хлопка, без вспышки. Просто перестал существовать. Мои глаза расширились от изумления. В следующее мгновение я с лёгким рычанием вырвал из каменного пола приличных размеров булыжник, чем вызвал испуганный визг малявки. Сунув новый камень в её холодные пальцы, я включил ускоренное мышление.

И на этот раз я увидел. Уловил то, что ускользало от обычного зрения: короткую фиолетовую вспышку, поглотившую камень.

Следующее, что почувствовала Викта, — это то, как её оторвали от земли и подняли на вытянутых руках. Я не сдержал низкого, торжествующего смеха, в котором звенела почти безумная радость. Зловещий хохот заставил её задрожать, а остальных новобранцев отшатнуться в панике.

В моих руках билась и пыталась вырваться живая, дышащая легенда. Маг пространства. Паникующий маг пространства. Рени аккуратно подошел и отобрал у меня мою прелесть. Понимая, в какой ситуации оказался, я был вынужден жестить.

— Подойдите все. Ближе.

Толпа новобранцев нерешительно сдвинулась, образовав тесный круг. Я обвёл их взглядом, чувствуя тяжесть этого момента.

— Вы все знаете, зачем мы создаём такие группы. И я рад видеть тех, кто выбрал именно нас. Но хочу, чтобы вы отчётливо понимали: выбор, который вы совершите сегодня, будет окончательным. — Я сделал паузу, давая словам проникнуть в сознание. — Я буду помогать вам открывать грани, делиться знаниями, и взамен жду от вас не служения, а дружбы и верности. У нас не будет отношений «хозяин-слуга». Но предательства я не потерплю. Никогда.

В воздухе повисла напряженная тишина.

— Если будете чем-то недовольны — приходите и говорите. Мы решим проблему вместе. Даже если вы замахнётесь на собственный город, — мои губы тронула чуть заметная улыбка, — мы найдём выход.

Я снова обвёл всех взглядом, задерживаясь на каждом лице.

— Вступив в нашу группу, её нельзя будет покинуть. Я хочу, чтобы каждый высказался здесь и сейчас. Решите сейчас — пока последствий не будет. — Я повернулся к Рори. — Ты первый, кто присоединился. Ты видел мои методы и знаешь, что предлагают Санчесы.

Рори твёрдо выпрямился, его голос прозвучал без тени сомнения:

— Я иду с вами строить свой дом.

Я уважительно кивнул и перевёл взгляд на Майру.

— Я тоже с вами! — выпалила она, с вызовом глядя на меня. — К этим Пьерам не пойду ни за что!

— Что насчёт тебя, Бренда?

— Я с вами, — она уверенно шагнула вперёд. — Мы уже лучшие в классе, и мы только начинаем.

— Ханна?

Девушка сжала складки своей юбки, её пальцы дрожали.

— Я... я с вами. — Она глубоко вдохнула и выдохнула: — Возьми меня к Дане!

— После Холодов у нас будет такая возможность, — пообещал я.

Бренда и Майра синхронно взвизгнули:

— А так можно было?!

— Аспид? — я посмотрел на дракониду.

Та встретила мой взгляд своими драконьими глазами:

— Я иду за тобой.

Очередь дошла до новичков. Один за другим они соглашались — кто твёрдо, кто с робкой надеждой в голосе. Последним был лекарь.

— Я тоже с вами, — произнес он, потупив взгляд. — Не хочу вступать в клан Росарио.

— Но твоя способность вполне понятна и востребована, — удивился я.

— Ты просто не общался с их наследницей, Ингрид, — он язвительно усмехнулся и передразнил чей-то надменный голос: — «Спустя столетие ты, возможно, будешь делать то, что я умею сейчас!»

Я хлопнул в ладоши, привлекая всеобщее внимание.

— Хорошо. Отныне ваши враги — мои враги. Я хочу построить город без кланов, без предрассудков. Место для людей, для магов, для всех, кто готов смотреть в будущее, а не цепляться за прошлое.

— Рени подошёл ближе, его обычная насмешливость куда-то испарилась.

— И что это сейчас было? — тихо спросил он, бросая взгляд на Викту, которая снова устроилась на руках у Аспид.

— Она маг пространства, Рени. Понимаешь, что это значит?

Рени перевёл потрясённый взгляд с девочки на меня.

— Все наши расчёты... все планы по расположению города идут в труху?

Я горько усмехнулся, ощущая одновременно и восторг, и головную боль от открывшихся перспектив.

— Абсолютно все. Мы возведем город у моря или океана.

— Огромные корабли? — уточнил Рени, в глазах у него уже загорался азартный огонёк.

— Огромные корабли, — подтвердил я. — Теперь это имеет смысл. Что насчёт тренировок?

— Я заберу наших проверенных на обычные занятия, с Аспид займёмся контролем силы. Ты... — он мотнул головой в сторону новичков, — разбирайся со своими зелеными.

Когда Рени увёл группу, я обернулся к новобранцам.

— Дуглас, начнём с тебя. Твоя магия металла очень похожа на мою работу со щитами.

Я покрыл руку видимым барьером.

— Первое, что тебе следует освоить — это полное покрытие.

Мой щит окутал меня с головы до ног, идеально показывая мой профиль. Здоровяк внимательно кивнул и отошёл в сторону, сосредоточенно разглядывая свои руки.

Следующая задача была посерьезнее.

— Леона, Фрейя... Можете объяснить, как именно работает ваша грань? Что вы чувствуете, когда она активируется?

Ко мне подошла Леона, нерешительно переступая с ноги на ногу.

— Ну... я просто становлюсь горячее, когда она работает.

— Что будет, если ты будешь поддерживать способность долго?

— Ничего.

— А если попробуешь разогреть, скажем, камень?

— Ничего не выйдет.

— Глупый вопрос, но... огненный шар?

— Не-а…

— Пу-пу-пу? — я почесал голову.

— Мусорный дар, да? — с горькой усмешкой произнесла она.

Наблюдая, как магессы камня облачаются в каменную броню, я задумался. Температура её тела просто выше нормы... Что может человек с аномальной температурой? И тут меня осенило.

— Рори! Рени! Подойдите на минуту!

— Что такое? — они подошли почти синхронно.

— Кажется, у вас появились коллеги по стихии. Рори, создай огненный шар и дай Леоне попробовать с ним взаимодействовать. Рени, с тебя лёд для Фреи.

Получив задание, маги принялись за работу. Я же обратился к следующему новичку.

— Энтони, твоя очередь.

Парень подошел и снова создал яблоко. Я запустил ускоренное мышление и увидел, как оно распадается на мельчайшие частицы. Выходит, нестабильные частицы, не способные держать форму...

— А можешь создать камень? — спросил я.

Тот огляделся, поднял с земли булыжник и создал его точную, но не долговечную копию.

— А можешь создать его уже в движении?

— В каком смысле?

Я взял камень из его руки.

— Смотри, обычный человек бросает камень вот так. — Я продемонстрировал бросок. — А ты попробуй пропустить все эти движения и создать камень уже в полёте, прямо перед целью.

— И... как это поможет против гоблинов? — скептически спросил он.

Я хищно оскалился, взял булыжник и швырнул его с усилением в манекен, который попросту разорвало на части.

— Убедил? — я выдержал паузу. — Как это тренировать? Подойди к нашим магессам, пусть покажут тебе метание камней. Смотри, как они это делают, пытайся повторить саму физику процесса своим даром.

Внезапно оглушительный женский крик раздался с другой стороны площадки. Я метнулся на звук и увидел человека, объятого пламенем. Я ринулся к нему, чтобы схватить и дать Рени возможность залить водой, но... провалился сквозь пламя. А позади раздался ещё один крик.

Я в изумлении замер, глядя на этого огненного призрака, а рядом — такого же ледяного. Шестеренки в мозгу зашумели, обрабатывая информацию. Окинув взглядом площадку, я увидел обалдевшего Рори и не менее потрясенного Рени. Подойдя к последнему, я тихо спросил:

— Это... сёстры?

Тот лишь молча кивнул, не в силах отвести взгляд от двух стихийных воплощений.

Чёрт побери! — мысленно выругался я и запустил усиление голоса.

— ТИХО!

Два беснующихся духа замерли и уставились на меня.

— Поздравляю с пробуждением граней, — уже обычным тоном произнёс я, отключая усиление и подходя ближе. — Следующий шаг — попытка что-нибудь взять в руки.

Они переглянулись и начали ожесточённо жестикулировать, что-то пытаясь объяснить. Первые пару минут я не понимал, но потом подошла Аспид и тихо пояснила:

— Им нужна одежда.

Сёстры закивали с такой энергией, что с них посыпались искры и снежная крупа.

— А... а предыдущая куда делась? — осторожно поинтересовался я.

Леона показала движение, напоминающее взрыв, и виновато улыбнулась.

— Понятно, — я с обречённой улыбкой провёл рукой по лицу. — С этим определённо нужно будет поработать.

Вернувшись к Викте, я вручил ей пригоршню камешков. Она посмотрела на меня обалдевшим взглядом.

— Попробуй убрать их все разом.

Не вышло. Хотя по одному она справлялась легко. Тогда я подвел её к каменным мишеням и оторвал одну из них.

— Попробуй убрать вот это.

Мишень исчезла, но Викта заметно побледнела.

— Отлично! А теперь верни её обратно.

Девушка смотрела на меня с полным непониманием.

— Твоя способность может не только забирать, но и возвращать. Попробуй!

Викта недоверчиво покачала головой, но приступила к заданию. В этот момент ко мне подошёл лекарь.

— А как ты будешь обучать меня? Мне всегда говорили, что наша работа — лечить раны.

— У меня свои методы.

Раздался щёлкающий звук разворачиваемого ремня.

Леви начал отступать, бешено озираясь в поисках выхода.

— Постой! Я лекарь! Со мной так нельзя!

Я ускорился и оказался у него за спиной, подталкивая к открытому пространству.

— Именно поэтому ты станешь лучшим, Леви.

Щелчок ремня — и лекарь рванул с места. Конечно, я мог настигнуть его мгновенно, но в этом не было смысла. Моя идея была проста: лекари работают с телом на клеточном уровне. Пусть сам найдет, какие вещества нужны, чтобы противостоять моей скорости.

И грани не подвели. Его ускорение, хоть и уступало Аспид, уже явно не соответствовало хилому телосложению. Через час безумной гонки он уже вовсю использовал перекаты и кувырки, пытаясь уйти от ремня. Когда же он рискнул исполнить пируэт, я не удержался и слегка подстегнул его, напомнив о серьёзности намерений.

Остановился Леви сам — замер, поднял руку и, едва переводя дух, сообщил, что исчерпал все ресурсы. Без сил рухнул на пол.

Окинув взглядом площадку, я увидел Викту, которая носилась вокруг магесс камня, радостно перебирая булыжники. Заметив, что уже смеркается, велел закругляться.

Мы снова собрались в таверне «Упрямый мечник», но не в полном составе. Рени и Рори отправились за вещами для магесс и потом занимались их доставкой.

Леви неожиданно составил конкуренцию Аспид в поедании пищи. Проклятый трактирщик снова объявил ставки и снова запретил нам в них участвовать. Когда у лекаря вылетел зуб, я опешил: он, как и Аспид, принялся грызть кости, даже не поморщившись. Если с драконидой я ещё как-то мирился — её усиления были сопоставимы с моими, — то наш лекарь перемалывал всё на каких-то неведомых мне принципах.

Наши аристократки первое время пытались сохранять приличия, но атмосфера таверны сделала своё дело — вскоре их было не остановить.

В очередной раз подумав о резиденции, я тяжело вздохнул. Займусь этим завтра.

Утро мы с Рени начали в мужском общежитии, где на пороге наткнулись на заспанного Леви. Тот даже не обратил внимания на собственные изменения и, поджавшись, словно тушканчик, брел на учёбу. Схваченный нами, он изрядно удивился, но сопротивляться не стал. Мы же, наученные горьким опытом с Аспид, молча повели его приводить себя в порядок.

— Эй, но ведь учёба? — проблеял он.

— Не сегодня.

— Но заданий будет много!

— Леви, Леви, ты бы хоть в зеркало на себя посмотрел, — вздохнул Рени.

— Но у меня нет зеркала, — возразил лекарь.

— Вот поэтому мы и тут.

— Эм... это же цирюльня?

Мы с Рени синхронно закивали и передали его в руки уже знакомому цирюльнику. Тот, на удивление, из всего предложенного арсенала выбрал мужское каре. И в принципе, выбор был не хуже многих — Леви стал похож на этакого рыцаря после долгой голодовки. Выглядел бы он отлично, если бы не широко распахнутые глаза, прямо-таки кричащие о неверии в происходящее.

После мы отправились в ближайшую швейную мастерскую. Заказывать для него одежду сейчас не имело смысла — процесс перестройки тела только начался, как когда-то у Аспид. Так что мы выбрали относительно дешёвую, но практичную одежду.

— Интересно, сколько времени пройдёт до того, как он примет свой естественный облик? — задумчиво спросил Рени.

Я лишь пожал плечами. Аспид уже сейчас была выше всех нас и смотрелась как топовый баскетболист на фоне поклонников. Максимально комично это выглядело, когда она брала на руки Викту. Вдвойне комично — для тех, кто знал, что они одногодки. Впрочем, я понимал: её окончательный рост, скорее всего, будет сравним с Гиперионом, если не выше.

Окинув взглядом получившийся образ я одобрительно махнул головой, последней покупкой стала зеленая мантия. Которая впрочем не портило его внешний облик. Даже стало интересно если его испачкать в земле он также хорошо будет смотрется?

— Что же, отлично. С этой задачей мы наконец закончили. Можно вернутся на учебу.

Повозка быстро домчала нас до академии, на уроки мы изрядно опоздали. Распахнув дверь класса, я замер на пороге: парты были в опалиннах, а наше место у окна пустовало.

— А где мои подопечные? — спросил я, обращаясь к преподавателю.

Тот смерил меня усталым взглядом.

— О, явился — не запылился. Твои подопечные сейчас должны быть у директора. И готовься — у тебя на носу дуэль с Магоном Фостером.

Я лишь недоуменно кивнул и развернулся, сжав кулаки. По дороге в кабинет директора в голове проносились самые неприятные варианты.

В приемной меня встретила интересная картина, у моих подопечных был абсолютно разный настрой. Аспид сидела, бледная как полотно и казалось, корила себя во всех смертных грехах. Викта, вся алая от ярости, мерила кабинет шагами, а две сестры Гельмонт, закутанные в белые мантии, смотрели на меня измученными, виноватыми глазами. Секретарь, бросая на них нервные взгляды, лишь молча указал мне на дверь.

Войдя в кабинет, я увидел не только директора но и второго человека.

— Добрый день, ваша светлость.

— Добрый, добрый, ваше благородие, — директор Тит Белфорт жестом представил высокого парня с надменным лицом. — Позвольте представить учащегося на пятом курсе, его светлость Магона Фостера. У нас образовалась… небольшая проблема.

Парень вскочил, и по его зеленой мантии пробежали разряды молний.

— Проблема?! Да моих людей изувечили за вежливое приглашение!

Я с искренним удивлением приподнял бровь и перевёл вопросительный взгляд на Тита.

— По имеющимся данным, ваши подчинённые были излишне… настойчивы в своих ухаживаниях.

— Быть того не может! Эти простолюдинки нагло напали на моих людей!

Ситуация пахла скандалом, и я решил обозначить своё присутствие более элегантно. На низком столике стоял изящный фарфоровый чайник. Не спеша, под меркнущий взгляд Магона, я налил себе чашку, отпил небольшой глоток и лишь тогда удостоил собравшихся полным вниманием.

— Ваша светлость, прекрасный чай. Не медлите, иначе он безвозвратно остынет и потеряет свой вкус.

— Сопляк! Ты хоть понимаешь, что натворили твои служанки?! — прошипел Фостер.

— У меня нет служанок в академии, — парировал я, ставя чашку на блюдце с тихим звоном. — Но раз девочкам пришлось защищаться, мне придётся переломать кому-нибудь ноги. И, я так понимаю, этим человеком будете вы.

— Не думай, что раз смог победить жалкого ветряка, то тебе всё дозволено!

В помещении поднялся ветер, заставляя бумаги на столе взметнуться в воздух. Мне пришлось прикрыть чашку ладонью, чтобы уберечь напиток.

— Молодые люди, выбирайте выражения! — громовым голосом прогремел Тит. — В стенах моей академии подобные разговоры недопустимы!

Когда ветер утих, я решил прояснить суть происшествия.

— И что же заставило моих подопечных применить силу?

— Из доклада преподавателя я получил следующие данные, — Тит сложил пальцы домиком. — Между учащимися разгорелся конфликт, и студентка Аспид применила силу. В это вмешались ещё несколько студентов из клана Фостер. На стороне вашей подопечной выступили сёстры Гельмонт. К счастью, наш преподаватель успел вмешаться, и больше никто не пострадал.

Я медленно кивнул, картина прояснилась.

— Человек, которого ударила Аспид, выжил?

— Его состояние очень тяжёлое. К счастью, рядом была представительница дома Росарио.

— Сдержалась, значит… Это хорошо. Магон Фостер, за неподобающее поведение ваших людей я вызываю вас на дуэль. Выбирайте время и место.

— Принимаю! На следующей неделе я прилюдно покажу, кто из нас не прав!

— Отлично. Так же предлагаю проигравшему возместить ущерб, нанесённый академии, — я бросил взгляд на Тита.

Тот одобрительно кивнул. Магон поморщился, но вынужден был согласиться.

— Только не сбеги, Вилд!

— Познакомьтесь с лекарями поближе. Может, у них бывают скидки на процедуры со сращиванием костей.

Моя колкость не достигла цели — Фостер фыркнул и с достоинством вышел, хлопнув дверью. Тит тяжело вздохнул и откинулся в кресле, проводя рукой по лицу.

— Ваше благородие, есть ещё один вопрос, — директор откашлялся, его пальцы принялись барабанить по полированной столешнице. — Поступило распоряжение от Совета — документировать все вновь открытые грани учащихся.

Я ответил вежливой, почти безразличной улыбкой.

— Полагаю, новые правила действуют с сегодняшнего дня?

Он моргнул, но, не задумываясь, ответил:

— Именно так. Новое распоряжение.

— В таком случае, обязуюсь сообщать о всех новых гранях, открытых начиная с сего дня, — сказал я вежливо и заинтересованно.

— Не спешите, — Белфорт поднял палец, в его глазах мелькнула хитрая искорка. — За каждую документально подтвержденную грань полагается вознаграждение. Сто золотых.

Я сделал паузу, позволив в воздухе повисеть многозначительной тишине.

— Ваша светлость, деньги… для таких, как мы, разве они главное? — в моем тоне сквозила легкая, почти издевательская игра.

Он с интересом приподнял бровь, явно решая, стоит ли поддержать эту партию.

— Продолжайте.

— Видите ли, — я непринужденно развел руками, — если бы у меня оказались на руках некоторые отчёты старой империи… для моих исторических изысканий, конечно же.

— Вы увлекаетесь историей? — в голосе Белфорта послышалась деловая жилка. — Какие именно отчеты вас интересуют?

— Торговые и добыча ресурсов. Те, что связаны с морскими портами и прилегающими городами.

Тит откинулся в кресле, сцепив пальцы. Его взгляд стал тяжелым и изучающим.

— Подобные архивы действительно хранятся в клане Белфорт. Но, увы, они не входят в фонд общедоступной библиотеки.

— Я, разумеется, не стал бы против, если бы клан Белфорт оказал содействие в… открытии пары граней у моих подопечных, — мягко парировал я.

На его губах дрогнула тень улыбки. Он понимающе кивнул.

— Что ж… я направлю к вам человека. С некоторой… интересной литературой.

— А мои скромные записи о наблюдениях за гранями, в свою очередь, незамедлительно прибудут к вам, — с лёгким поклоном заключил я.

Покончив с формальностями, я наконец вышел из кабинета, чтобы присоединиться к своим подопечным. Предстояло узнать сколько раз я сломаю ноги тем кто решил попортить мои планы.

— Аспид, первое и самое главное — он жив.

Она посмотрела на меня, и в её глазах мелькнуло облегчение, прежде чем губы тронула робкая, почти виноватая улыбка.

— Теперь расскажите, что произошло, — мягко потребовал я.

Тут же в разговор впрыгнула Викта, вспыхнув от возбуждения.

— Эти… эти типы подошли и заявили: «Вы идёте с нами!» А мы такие: «Никуда не пойдём!» А они: «Ах вы, простолюдинки, обнаглели! Сейчас мы вам покажем ваше место!» А Аспид такая — бах! — её кулачок описал в воздухе короткую траекторию, — и тот… тот полетел. Прямо через дверь. Тут другие — огненные и водяные сферы достали! А тут Леона с Фреей подбегают и — бах! — и у них вся одежда… в труху! А потом вмешался учитель Рейд и всех нас отправил к директору!

Она выпалила всё это на одном дыхании, не переставая размахивать своими маленькими кулачками. Я, стараясь не упустить нить её стремительного повествования, нежно погладил её по голове.

— Ты защищала Аспид, — сказал я с серьезным лицом. — Молодец.

Затем я перевёл взгляд на двух наших «стихийных воплощений».

— С одеждой, — констатировал я, с лёгкой улыбкой глядя на сестёр, — определённо нужно что-то придумать. Что-то что не падет смертью храбрых.

— И к моим делам добавился ещё один пункт, — проворчал я, потирая виски.

— А к каким делам именно? — тут же вклинилась Викта, насторожившись.

— Нас уже слишком много. Надо приобрести поместье.

— Моя семья Аргели может с этим помочь, — вызвалась она. — Хоть мы и не аристократы, но родители, помогают с перепродажей поместий, что сейчас пустуют. Если хочешь, я представлю тебя им.

— И сколько стоит подобное удовольствие? — спросил я с плохо скрываемым предчувствием.

— Ну… поместья стоят дорого. Готов выложить тысяч пять золотых?

— Пять тысяч?! — я схватился за сердце, делая вид, что меня хватил удар. — А ты как думал? Мы в столице! Тут всё дорого. Особенно поместья.

— Викта, а твои родители смогут организовать аукцион? — вступил в разговор Рени.

— В принципе, могут. Но тут всё зависит от товара. Что именно хочешь продать?

— У меня есть серия картин, — подхватил я разговор, — посвящённых битве при Эраме. Всего двенадцать полотен.

— Не знаю… — задумалась она. — Тут тебе с отцом нужно будет разговаривать.

— Что ж, это уже начало, — кивнул я. — Ладно, сегодняшний день окончательно сорван. Давайте хоть в библиотеку сходим. Авось найдём что-то полезное.

Мы вновь оказались в библиотеке, перебирая книгу за книгой. На этот раз нас интересовала одежда, способная уцелеть после того, как Леона и Фрея примут свои формы. Преподаватель в углу бросал на нас испепеляющие взгляды, но мы лишь глубже зарывались в книги.

Эта чудовищная библиотечная система выводила меня из себя. Настолько, что на следующий день я уже подумывал собрать всех и перекроить её по стихийному признаку, а не магические труды вовсе вынести в отдельный зал. Правда, подобное кощунство, наверное, вызвало бы коллективный инфаркт у всего преподавательского состава.

— Нашла! — внезапно воскликнула Викта, листая пожелтевший том. — Здесь описываются артефакты!

Вскоре мы отыскали нужное. Действительно, существовали мантии, привязывающиеся к магу и черпающие защиту непосредственно из его стихийной природы. Но все они создавались с участием самого носителя.

— По идее, наш знакомый кристальщик мог бы создать подобный артефакт, — предположил я.

— Но задача сложнее, чем я думал, — с разочарованием отложил я книгу.— Это не универсальное решение.

По дороге из Академии нас ждал кучер, присланный за Виктой. Окинув взглядом нашу уже немаленькую компанию, я распорядился:

— Девчонки — с Виктой. Парни — со мной, нужно забрать кое-что.

— Рени, найми повозку с возничим. Покажем картины сразу.

Тот кивнул и вскоре вернулся с добротным закрытым экипажем. Профессиональный возница спокойно помог нам разместить тщательно упакованные полотна.

— Осторожнее, это хрупкий груз, — предупредил я.

— Не извольте беспокоиться, господин, — невозмутимо ответил возничий. — Доставлю в сохранности.

Погрузив завёрнутые в ткань картины, мы двинулись в гости. Действия кланов, конечно, раздражали, но были предсказуемы. Печалило — То что как только я не появился в академии незамедлительно получил удар..

***

Лирин Помпео наконец-то получила передышку. Одиночество её вполне устраивало — она не стремилась заводить разговоры с теми, кто так легко отвернулся от неё после провала. Но один диалог между группой студенток всё же привлёк её внимание.

— Вы слышали про этого «дикого барона»?

— Это тот самый, который… — одна из девушек украдкой покосилась на Лирин.

— Он самый. Говорят, он собирает под свои знамена самых сильных. У него уже целых пять стихийников!

— Ну и что? Все они первогодки.

— Первогодки, — парировала заводила, — но маг воды уже поставил на место третьекурсника, и теперь с ним никто не хочет связываться. А пиромант за первую неделю открыл четыре грани!

— Зато маги земли у него ничего не могут, — вставила другая. — Слышала, как их унизили Пьер.

— Ну и что! Зато потом смогут! — вспыхнула третья.

— Ага, прямо вижу, как он тебе понравился! — подружки дружно рассмеялись.

— Ну и что с того? Он собирает магов. А вы слышали, как они ходили за стену и отбивались от гоблинов ? А про дуэль слышали!

— Тебе бы свой дар так развивать, как ты новости собираешь! — гордо подняв подбородок, парировала заводила. — Если бы не я, вы бы тут сидели, как клуши, и ничего не знали!

Лирин задумалась. Он так и не вернулся в Окрид. Теперь его прошлую фамилию, Цербер, использовали как синоним неудачи. «Слепой, как Цербер», «глупый, как Цербер» — их род основательно опозорили после того нападения гоблинов. Дед и вовсе перестал пускать их в свой замок.

«А может, и правда стоило?..» — пронеслось в голове. Он ведь даже подарок прислал. Что стоило ей быть чуть учтивей? После той дуэли клановые промолчали, никто ему слово не сказал. Собрав учебники в сумку, Лирин резко поднялась.

— Помпео, ты куда? У нас же ещё…

Она уже не слушала. Ещё одна лекция с заунывным бормотанием ей не поможет. Она шла домой — нужно тренироваться. И… ещё раз взглянуть на ту картину.

Бабушка разрешила взять с собой в Академию первое полотно, купленное у Люция. Лирин смотрела на него каждый день. Она узнавала, про то место — это башня в резиденции Церберов. Но Доминик, бывавший там, рассказывал, что никакого резного стола и огромного витражного окна там нет. Лишь грубая мебель и пыль.

Тогда почему он изобразил всё именно так? Что он пытался этим показать?

***

По указанному адресу нас ждала трёхэтажная резиденция. С первого взгляда было понятно — её строили руки обычных людей, а не магов камня. Те возводили бы идеально ровные стены нужного оттенка, подобрав породу, и уж точно не стали бы использовать дерево в основе.

Невысокий аккуратный заборчик скорее обозначал границы частной территории, чем мог кого-то остановить. Нас встретил слуга.

— Добрый день, молодые люди. Ваше благородие Вилд, я полагаю?

— Добрый день.

— Э-э-м... Оставьте свой груз здесь, вас уже ожидают.

— Этот груз — предмет наших переговоров. Мы возьмём его с собой.

— Как пожелаете. Прошу за мной.

Внутреннее убранство не кричало о роскоши, но отдельные детали — дорогие вазы, качественная мебель, изящные подсвечники — красноречиво говорили: в этом доме водятся деньги.

С грузом в руках мы предстали перед всем семейством. Пожилой мужчина что-то увлечённо рассказывал магессам, а супружеская пара, по виду — глава семьи с женой, беседовали с Виктой.

— Ваше благородие! Рад приветствовать вас в нашем доме.

Я шагнул вперёд и протянул руку для рукопожатия.

— Люций Вилд. Очень рад знакомству.

Кассий Аргелий ответил твёрдым рукопожатием. Семейство Аргели, хоть и небогатое на вид, явно было состоятельным. Его взгляд сразу зацепился за наш груз, и я не стал затягивать с интригой.

Картины, которые я расставил, были историей Эрама. Двенадцать полотен, повествующих о великом сражении. Эту серию я посвятил Разящему. Первый сюжет — как Лео обстреливает шаманов из лука, пока Оскар удерживает наготове взмыленных лошадей. Затем — наше отступление из горящей деревни, вход в город... Получился целый эпос, который предстояло продать как можно дороже.

— Ваше благородие... Неужели вы были там? — не удержался Кассий.

— Был.

— Но ведь вам...

— Мне было двенадцать. Я был среди тех, кто сдерживал ту волну.

Старичок неожиданно перестал общаться с магессами. Он молча, в сопровождении жены, прошёл вдоль всех полотен, что-то негромко обсуждая. Наконец, он приблизился к нам.

— Ваше благородие. Меня зовут Тит Аргелий. Можете не беспокоиться — мы устроим аукцион. Я лично проконтролирую каждый этап.

— Отец, но ты же... — начал Кассий.

— Помолчи, мальчик, — старик отрезал, и в его глазах вспыхнул давно забытый огонёк. — Ради такого можно и тряхнуть стариной. Тысяча золотых — это минимум.

— И это, ваше благородие, — старик мотнул головой в сторону Викты, — к внучке присмотритесь, она конечно оторва, но наше дело знает.

— Деда!

— Чего «деда»? — Тит развёл руками. — Ты сама посмотри! За таким человеком — как за каменной стеной в самый урожайный год.

Раскрасневшаяся Викта поспешно ретировалась под защиту щебетавших подруг, а мы вернулись к обсуждению дел.

— Викта уже рассказывала вам о намерении совета, захватить земли?

— Да, ваше благородие. Прямо скажем, влипли мы в историю, — усмехнулся Кассий.

— Мне нужно большое здание. Я планирую собрать людей и проводить для них регулярные тренировки.

— Своих стражников для гарнизона хотите подготовить, — понимающе кивнул Тит.

Кассий с недоумением посмотрел на отца.

— Он хочет идти туда не с наёмниками, а с верными людьми, сынок. А верные люди просто так с неба не падают.

Я подтвердил кивком:

— События могут развиваться по-разному, но без проверенных людей соваться на территорию гоблинов — всё равно что подписывать себе смертный приговор. К тому же, продержаться нужно целый год — задача масштабная. Понадобятся люди, которые будут помогать не просто выживать, а налаживать жизнь. Мы сильны, но даже маги не могут делать всё в одиночку.

— Понимаю. А что насчёт подобных картин? — Кассий снова посмотрел на развёрнутые полотна.

— На одну картину у меня уходит около месяца. Также можете продать эксклюзивные права на написание серии картин.

Старик рассмеялся, и в его глазах блеснул азарт:

— Да у нас за такое право настоящая драка на аукционе случится! С поиском людей поможем — тут проблем не будет.

— Отлично. Нанимайте молодых, нашего возраста. Тренировки будут проходить по новой программе. Должности получат те, кто сумеет себя проявить. Сейчас мне понадобится около трехсот человек.

— Но, ваше благородие, триста человек для гарнизона... — начал было Кассий.

— Время у нас есть. Плюс столько же мирных жителей — ремесленников, земледельцев. Средства на это есть. Если понадобится больше — мне окажут поддержку, но хотелось бы справиться своими силами.

***

— Что скажешь, отец? — Кассий смотрел на Тита с привычным уважением, смешанным с долей неуверенности.

Старик хмыкнул, постучав пальцем по столу.

— А чего тут говорить? Отправь наших людей в Эрам и Окрид. Пусть разузнают всё про этого барона. Если хоть половина из того, что на этих полотнах, — правда, то можем смело работать. Да и того Леонарда Везера пригласи — пусть расскажет, как всё было на самом деле.

Кассий задумался на мгновение, затем понизил голос:

— Насчёт Викты... Ты серьёзно?

Тит усмехнулся, и в его глазах мелькнула житейская мудрость.

— Нет. Но парнишка силой явно не обделён. Да и сейчас только ленивый не знает, о дуэли с клановыми. Если уж он к нам пришел — значит, мы ему нужны. А иметь такого союзника... — Старик многозначительно посмотрел на сына, — ... выгодно.

На следующий день мы вновь встретились с Касием Аргелием. Он ждал нас на пороге своего дома, сияя улыбкой, понимая что его ожидает очень выгодная сделка. Мы пришли полным составом, сегодня мы были ярыми прогульщиками, Викта без лишних слов влилась в шумную стайку подруг, мгновенно утонув в щебетании о будущих комнатах и их украшении. От одной только мысли о предстоящих тратах и этого девичьего визга я невольно поморщился.

Касий, напротив, сиял, словно отполированный до зеркального блеска золотая монета. Видимо, солидный процент со сделки уже танцевал у него перед глазами. Хотя в глубине души я и надеялся на скидку, трезвый расчет подсказывал: эта затея влетит мне в копеечку, большую такую. Пока мои спутники, ведомые гостеприимными слугами, снова ринулись в зал набрасываться на плюшки и чай, мы с Касием направились в его кабинет.

Второй этаж дома Аргелиев дышал солидностью. Все было выдержано в строгом, лаконичном стиле, но дорогие детали — резные ножки столов, тяжелые портьеры, изящные канделябры — красноречиво намекали на состояние хозяев.

Касий, пропуская меня вперед, еще раз окинул меня оценивающим взглядом и, видимо, что-то для себя решив, нарушил молчание.

— Я полагал, вы дадите нам чуть больше времени на подготовку, — начал он, притворно вздыхая, будто речь шла о невыполнимом заказе.

Мы вошли в кабинет, где пахло воском и старой бумагой. Мне тут же предложили чаю, но, понимая, что и так убью на сегодняшние сборы уйму времени, я решил брать быка за рога.

— Касий, ваша дочь еще вчера сообщила, что у вас есть на примете здание, подходящее под мои запросы. Давайте не будем терять времени на церемонии.

— Прямолинейность — признак уверенности, — одобрительно кивнул он, усаживаясь за массивный дубовый стол. — По вашему запросу у нас на примете есть три резиденции. Они готовы принять вас. К подбору персонала мы также готовы приступить. Однако сейчас все наши свободные средства направлены на организацию аукциона в следующем месяце. Финансово помочь мы не сможем.

— Это и не требуется, — отмахнулся я от его щедрости. — Я готов приобрести или арендовать поместье самостоятельно. Ключевые критерии — близость к магической школе и расположение в людном месте. Не хочу поселиться в захолустье.

— Под все критерии идеально подходит одно поместье, — Касий развел руками. — Род, что владел им, обанкротился лет десять назад. Оно простаивает, но содержится в порядке. Покупка обойдётся… — он сделал драматическую паузу, — в пять тысяч золотых.

Внутренняя жаба проснулась и нанесла мне сокрушительный удар прямо в сердце. Я мысленно представил, как должен был содрогнуться кошелек аристократа при такой сумме. Постаравшись не разочаровать Касия, я позволил своему лицу вытянуться, смачно выругался себе под нос, а затем произнёс слова, которые, судя по вспыхнувшему в его глазах огоньку, стали для него лучшей музыкой.

— Чёрт… Дороже, чем я рассчитывал. Ладно, деваться некуда. Беру.

***

Не теряя ни секунды, Касий щелчком пальцев подозвал секретаря и отправил группу своих людей вместе с Люцием для оформления сделки, а сам, извинившись, направился в кабинет к отцу.

— Я ещё не закончил с документами, — не глядя, буркнул Тит Аргелий, склонившись над разложенными свитками.

— Он выкупил поместье, сразу, золото при нем — выпалил Касий, едва переведя дух.

Рука Тита замерла, и на дорогом пергаменте расплылась клякса. Он медленно, как бы не веря своим ушам, отложил перо.

— Какое поместье?

— Самое большое. То, что ближе всех к магической школе.

Тит откинулся на спинку кресла, его взгляд стал отсутствующим, будто он производил в уме сложные вычисления. Касий терпеливо ждал, пока отец обдумает новость.

— Знаешь, а нам всё-таки стоит выдать твою дочку за него замуж, — наконец, изрёк Тит с невозмутимым видом.

От такого поворота у Касия дёрнулся глаз.

— С чего бы такие радикальные выводы, отец?

— Ты много знаешь людей, которые могут сразу выложить пять тысяч золотых? Не занять, не взять в долг, а просто купить? — старик уставился на сына.

— Ну… — Касий замялся, вороша в памяти клиентов.

— Вот и я не много. — Тит тяжело поднялся и подошёл к окну, глядя на шумные улицы Орфена. — Когда прибудут наши люди из его города?

— Думаю, на следующей неделе уже будут здесь. Если, конечно, всё пройдет хорошо.

— Чтобы всё прошло хорошо, — старый Аргелий резко обернулся, и в его глазах вспыхнул стальной блеск. — Сделай это своим личным приоритетом. Я хочу, чтобы они доехали быстрее почтовых голубей. Понятно?

Касий лишь молча кивнул, понимая, что разговор окончен.

***

Поместье, честно говоря, не стоило таких денег. Вспоминая изящные, хоть и не столь огромные замки Даны, я с гримасой отсчитывал золотые монеты, чувствуя, как с каждой из них уходит частичка кропотливо собранного за два года запаса. Но выбора не оставалось. Изначальный план предполагал выкуп собственного угла через пару лет, эти средства должны были стать фундаментом нашего будущего города. Теперь же этот фундамент пришлось выложить единым махом, спасая своих людей от клановых интриг и нападок.

«Но теперь можно принимать бой на наших условиях, — пронеслось у меня в голове, пока я наблюдал, как моё золото перекочёвывает в ларец продавца. — А ведь мы просто приехали учиться... Ладно, мы урвали кучу магов, такие шансы выпадают не часто».

Теперь мы не маленький, никому не известный отряд — как раньше. Мы крупное формирование с непонятными, стремительно эволюционирующими способностями, обосновавшееся в собственной крепости, — это уже прямая угроза для устоявшейся иерархии кланов. И теперь им придется с нами считаться.

По докладам Рени было ясно: клан Фостер — это сборище неудачников, пушечное мясо, которое выставляют вперед, чтобы не пачкать руки. Мне и Рени они не угрожали. Нашей ахиллесовой пятой на ближайшие пару лет были все остальные — те, кто только начал свой путь.

Окинув взглядом свою команду — крылатую Аспид, хмурого Леви, готовую к бою Викту и всех остальных, кто решил пойти за мной, — я не смог сдержать улыбки. Они были нашим главным активом и самой большой уязвимостью одновременно.

— Ну что, — громко сказал я, обращаясь ко всем, собравшимся в просторном, но пустом холле нашего нового владения. — Теперь нам срочно нужно здесь все переделать.

Викта уставилась на меня как на полного идиота.

— Зачем? — фыркнула она, оглядывая высокие потолки и камины. — Оно же полностью готово, заезжай и живи. Мебели хватает, стены целы.

Мы с Рени многозначительно переглянулись, а магессы камня инстинктивно спрятались за спину Викты, словно я предложил снести здание до основания.

— Наши костюмы — это только первый шаг, — пояснил я, обводя рукой наше новое приобретение. — Следующий шаг — это наше поместье. Оно должно стать не просто укрытием, а самым желанным и красивым домом на ближайшие четыре года. И мы сделаем его таковым.

Мы отправились двумя разными группами к общежитиям, чтобы забрать все вещи наших товарищей. Рени с легкой ухмылкой назначил меня «охраной» при девчонках, но на практике я больше походил на вьючного ослика, обвешанного узлами и сундучками.

Собрав нехитрые пожитки, мы тронулись в обратный путь. Наши немногочисленные служанки тоже потихоньку собирались к переезду. Аргелии обещали быстро найти прислугу, но как минимум пару дней нам предстояло управляться своими силами. Впрочем, это не было проблемой — всегда можно было закупить еды на вынос в том же «Упрямом мечнике».

Когда мы сгрузили весь наш скарб в центральном зале нового поместья, настало время творить. Пришла пора обустраивать быт. Нужно было видеть лица магесс камня, когда я начал объяснять им принципы центральной канализации и водопровода! Их щеки попеременно наполнялись всеми оттенками зеленого, красного и белого. А уж когда мы перешли к практическим тестам... вот это было зрелище!

Наша новая резиденция была пятиэтажной, так что основные ремонтные работы мы решили провести на четвертом и пятом этажах, на первых этажах в основном были помещения для приема. У нас был отличный двор, и Рени, осмотрев его, тут же предложил выкопать бассейн. Я лишь посмеялся над его недальновидностью. Кто в здравом уме станет размещать бассейн во дворе, когда в твоем распоряжении целых три магессы камня? Гораздо логичнее устроить его на крыше — чтобы видеть весь город. Но это пока лишь в планах. Сейчас, впрочем, для плаваний было слишком холодно.

Отдельной головной болью стал снос нескольких внутренних стен в спальном крыле. Я хотел создать более просторные и светлые комнаты, но Викта буквально вцепилась мне в ногу с воплями о «священной архитектурной целостности». Я, разумеется, проигнорировал ее нытье. Наша команда разрослась до тринадцати человек, и я был намерен сделать их проживание максимально комфортным. Аристократки, мельком увидев мои чертежи, тут же заняли сторону Викты, но и здесь я был непреклонен. «Погодите, — думал я, — вот узнаете, что такое душ с горячей водой... хе-хе-хе».

С отопительной системой пришлось повозиться. У нас было два варианта: полагаться на Рени, который мог нагреть большое количество воды, или соорудить примитивный, но надежный котел. Мы уделили этому вопросу первостепенное внимание. Рени оказался незаменимым контролером: он тут же сообщал, где наши магессы допускали проколы в изоляции труб, и те, краснея от досады, немедленно исправляли ошибки, совмещали трубы и устраняли протечки.

Когда последняя труба была надёжно укутана в каменные «объятия», я с облегчением вытер лоб. Наконец-то водопровод и канализация были готовы.

— Отлично! — объявил я, осматривая работу. — Теперь займёмся самым приятным — комнатами!

И едва мы перешли к разметке будущих покоев, как началась самая настоящая война за квадратные метры.

— А можно мне вот здесь нишу сделать? Для цветов! — хитро прищурилась Ханна, пытаясь мысленно прибавить себе пол-метра.

— Ниша? А мне бы балкон! Для размышлений! — тут же вступила в спор Бренда.

Майра же без лишних слов просто начала намечать на стене контуры комнаты на голову больше, чем у соседок.

Я скрестил руки на груди и посмотрел на них с укором. «Смотрим на план, делаем как на плане. Комнаты будут одинаковыми. У себя в резиденциях будете порядки наводить».

— Но это же скучно! — надула губы Викта, которая вертелась тут же, словно юркий стражник у собственного будущего владения.

— Хотите разнообразия? — мои глаза сузились. — Тогда идите и посмотрите, какую комнату делает себе Рори. Может, он в аскетичной келье жить собрался, и вам станет стыдно.

Девчонки переглянулись и, как стайка воробьёв, сгреблись и понеслись к лестнице. «Вот сюрприз его ждёт, — с усмешкой подумал я. — Явится к нему девичий десант с инспекцией».

Пока они отсутствовали, я продолжил работу. Комнаты были задуманы типовыми, но просторными: у каждого свой уголок для сна, гардеробная, маленький кабинет и, венец творения — личная ванная. «Однушка на минималках, но зато со всеми удобствами», — пробормотал я, смотря на план.

Освободившееся после сноса внутренних стен пространство позволило встроить огромные витражные окна от пола до потолка. Когда магессы вернулись (несколько притихшие — видимо, Рори оказался скромнее в запросах), я поставил перед ними новую задачу.

— А теперь, иххиих, будем делать стекло. Особенное. Оно должно быть тёмным, почти чёрным снаружи, но совершенно прозрачным изнутри.

— Как?! — округлили глаза магессы. — Это же невозможно!

— Пьер не должны узнать этот секрет, понятно? — Те закивали. — Разработка — магессы Даны. Вы можете чувствовать саму структуру материала. Нужно просто создать слой с мельчайшими порами, который будет рассеивать свет только с одной стороны.

Поначалу у них ничего не выходило, но после десятой попытки у Майры получилось. Она создала первую удачную заготовку, и когда посмотрела на него с одной стороны заливисто рассмеялась.

— Я... я всё вижу! А с той стороны — нет!

После этого открытия их энтузиазм было не остановить. «Я хочу такое в свою комнату! И в гостиной! И в будущей купальне!» — защебетала Ханна.

Я лишь улыбнулся. Помимо личных покоев, согласно плану магессы создали несколько просторных гостиных, где все могли бы собираться вместе. Закончив с третьим этажом, мы поднялись на четвертый. Всё было примерно также, разве что в одном из холлов мы установили пару усиленных каменных манекенов.

— Это для Рори, — пояснил я. — Чтобы он мог тренироваться, не опасаясь спалить нам весь этаж.

К концу дня я с удовлетворением оглядывал проделанную работу. Первый строительный день был чрезвычайно продуктивным. Правда, магессы камня после такого напряжения буквально валились с ног — с непривычки они выложились по полной.

— Ничего, — с улыбкой наблюдал я, как они, еле двигаясь, бредут ужинать. — Привыкнут. Пожалуй, с рассказом о бассейнах и купальнями оставлю до завтра. Пора было отметить наш переезд.

Когда уставшие, но довольные магессы зашли в столовую, их встретил оглушительный радостный крик. Рори, Рени и остальные, уже собравшиеся за столом, аплодировали, стучали кубками и кружками. Героини дня от такого приема растерялись, застыв в дверях с глуповатыми улыбками.

— Ну что встали, Давайте к нам! — Крикнул Рени, широко улыбаясь. — Проходите, место почётным строителям приготовили!

Девушки, наконец расслабившись, смущённо рассредоточились среди друзей, принимая похлопывания по плечам и поздравления. Мы праздновали в большой гостиной на третьем этаже. Огромные окна, в создании которых они сами принимали участие, открывали вид на ночной Орфен, постепенно зажигавшийся огоньками факелов и магических фонарей. Внизу, как муравьи, сновали запоздалые прохожие.

— Давайте усаживайтесь, иначе вся еда остынет, — я поднял свой бокал. Когда в зале воцарилась тишина, я продолжил. — Первым делом я хочу поздравить всех нас с переездом в нашу общую резиденцию. Это не просто новые стены. Это наш первый настоящий дом, наша крепость и очень важный шаг в нашей общей истории. Мы — те, кто сможет основать свой собственный город!

— ДА! ЗА НОВЫЙ ГОРОД! ЗА НОВУЮ ЖИЗНЬ! — громогласно крикнул Рени, вскакивая с места и поднимая свой бокал с соком. Его энтузиазм подхватили все, и под эти возгласы звенели бокалы.

Традиционное соревнование в поедании еды между Леви и Аспид на этот раз проходило в более спокойной обстановке. Оба, уставшие после дня тренировок и переезда, ужинали почти с ленцой, лишь изредка бросая друг на друга оценивающие взгляды. А я, откинувшись на спинку стула, в очередной раз наблюдал за своими друзьями — за их смехом, шутками, за тем, как они обживают это пространство. «Впереди ещё так много работы, — промелькнула у меня мысль. — А мы только в начале нашего пути».

Когда праздник постепенно утих и все разошлись по своим новым, ещё пахнущим свежим камнем комнатам, я отправился в свой временный кабинет. Предстояло составить несколько важных писем.

Первое было адресовано Леонарду и Оскару в Эрам. Я обмакнул перо в чернила и вывел: «Друзья, мне срочно требуются пятьдесят ваших самых проверенных и умелых гвардейцев. Не для войны, а для обучения. Я набираю собственный гарнизон и нуждаюсь в инструкторах, которые смогут выковать из столичных юнцов настоящих бойцов. Работа будет сложной, я уже привлек внимание кланов, нападений не избежать».

Следующее письмо было предназначено Филиппу. «Приветствую зачарователь, я нашел интересный проект который возможно откроет в тебе грань. Моим подопечным, сёстрам Гельмонт, жизненно необходимы персональные артефакты, позволяющие им безопасно входить в свои стихийные формы и выходить из них. Каждая активация формы портит их одежду, и сейчас это большая проблема. Кроме того, я подозреваю, что твои способности могут сработать и с нашей Аспид, ее грань уникальна, кажется, ты сможешь сделать ее сильнее.» За последние два года Филипп прокачался и теперь может дать отпор многим, но по настоящему его дар открывается именно в создании предметов.

И последний, самый противоречивый документ — отчет для директора академии, Тарина Белфорта. « Аспид при …» Я выводил формальные фразы, описывая «углубленное взаимодействие соотношение нагрузки и нервного состояния». Однако я и не думал раскрывать все карты. Ни слова об ускорении мышления Аспид, ни о её истинной силе, ни о многих других «ноу-хау». «Пускай маги клана Белфорт поломают головы самостоятельно, — с саркастической ухмылкой подумал я, запечатывая конверт. — Итак, я облегчаю им жизнь. Большего они пока не заслужили».

Остаток ночи я провёл за чертежами, планируя тренировочные площадки.

Утро отметилось первым снегом, мы уже дружной гурьбой отправлялись в Магическую Академию. Я листал свой потертый блокнотик, сверяясь с бесконечным списком дел, и убрал его обратно.

— Опять ты в своих записях утонул, — раздался рядом ироничный голос Рени. — Учимся спокойно, не привлекаем внимания, изучаем библиотеку, кажется, так?

— Точно! — воскликнул я, снова доставая блокнот и делая новую пометку. — Библиотеку изучать... устроить перестановку.

— А что мы будем делать? — настороженно спросил Рори, почуяв недоброе.

— Слушайте все сюда! — я объединяющим жестом собрал команду вокруг себя. — Сегодня мы нанесем сокрушительный удар по тирании клана Белфорт и хаосу в академии! Сегодня мы ворвемся в библиотеку и расставим все книги по полочкам — в зависимости от стихии!

Рори вздрогнул, магессы камня ахнули, а Викта издала воинственный клич и в возбуждении чуть не задела локтем Аспид. Та лишь растерянно моргала, не зная, как реагировать на подобные инициативы. Остальная часть группы предпочла отделаться сдержанными кивками. «Никакого единства, — с досадой подумал я. — Но ничего, ближайший поход за стены сплотит вас основательно».

Академия встретила нас привычным гулом. Преподаватели в белых мантиях бросали на нашу группу злобные взгляды, но не решались высказаться. Однако вскоре дорогу нам преградила группа в зелёных мантиях во главе с Магоном Фостером.

— Люций Вилд, ты всё-таки решился показаться, — язвительно начал он. — Я уж думал, ты сбежал в своё захолустье, поджав хвост.

Его прихлебатели дружно, но наигранно засмеялись.

— Нет, просто в отличие от такого бездельника, как ты, у меня есть дела, связанные с моими людьми, — парировал я. — Но если ты хочешь выяснить отношения здесь и сейчас, я не против.

Магон злобно зыркнул на меня.

— Да если бы не дела моего клана, ты бы уже валялся у Росарио на осмотре!

— Ну и чего ты тогда зубоскалишь? — я сделал два чётких шага вперёд, сократив дистанцию.

Магон неохотно отступил на шаг.

— Уходим, — буркнул он своим подпевалам, и те послушно поплелись за ним.

— Рени, ты в курсе, что у них там за дела такие? — спросил я, глядя им вслед.

Тот лишь покачал головой.

— Если они что-то и обсуждали, то не в стенах академии.

— Значит, помимо нас, у них есть и другие проблемы, — заключил я. — Это хорошо. Похоже, мы не их приоритетная цель номер один.

В классе мы вновь уселись на свои места, терпеливо выслушивая заунывную лекцию о догадках происхождения гоблинов. Все эти теории были бесконечно далеки от правды, которую я видел в той пещере. Но делиться этими знаниями сейчас не имело смысла — это ничего бы не изменило.

После занятий моим первым пунктом стал визит к директору.

— Хм, и как вы смогли додуматься до... э-э-э... подобного способа? — Тит Белфорт скептически изучал мои краткие заметки.

— Это не я додумался. Гиперион и Бартолд, хоть и обладают разными гранями, приобретали их схожим образом. У Гипериона были частые спарринги с Раданом.

У директора дёрнулась бровь.

— Погибель Урбен?

— Да, именно с ним он открыл свои первые грани, — кивнул я. — Бартолд проводил мои первые тренировки и пришёл к схожему выводу. Хоть моя грань и отличается от его, она содержит много похожих способностей. Но он также отметил, что в дальнейшем отличия будут только расти. Я, например, не смог получить некоторые грани, которые есть у него.

— Правильно ли я понимаю, что вашими тренировками занимались... эти люди? — в голосе Тита слышалось недоверие.

— Чтобы подробно ответить на этот вопрос, мне потребуются все доступы к архивам клана Белфорт, — парировал я.

Тит поморщился, но развивать тему не стал.

— Что ж, это действительно ценная информация. В нашем клане тоже есть зелёные мантии, которые иногда открывают не связанные с ветром грани. Это должно им помочь.

— Это поможет, — уверенно заявил я. — Я жду от вас обещанные данные. Думаю, мы сможем наладить взаимовыгодное сотрудничество.

Покончив с переговорами, я направился обратно. Скоро мы с Рени получим обновлённые карты и сможем начать поиск оптимального места для нашего города.

«Операция по наведению порядка» была назначена на послеурочное время. Мы всей толпой ввалились в библиотеку, где, как и ожидалось, за одним из столов сидел вечно недовольный преподаватель.

— Вилд? Что вам здесь нужно? — он поднял на нас раздражённый взгляд.

— Наводить порядок, — бодро ответил я и, не медля ни секунды, начал сгребать книги с первого стеллажа на соседние столы.

— Что вы себе позволяете?! — вскричал он, вскакивая.

— Порядок навожу! Я задолбался искать нужные книги в этом хаосе! — не останавливаясь, парировал я. — Всем внимание! Книги про огонь — на первый стол, вода — на второй, земля — на третий, ветер — на четвертый, усиления — на пятый, всё непонятное — на шестой! Начали! Рори, подойди сюда!

Рори с готовностью подскочил под ошарашенным взглядом преподавателя. Я достал кусок мела и начертил на корешке стеллажа стилизованный знак огня.

— Тебе нужно аккуратно, без фанатизма, выжечь этот значок прямо здесь.

— ВИЛД! — завопил преподаватель, багровея. — Да я тебя... Я сейчас же доложу директору!

— Докладывайте! — крикнул я ему вслед. — А мы пока работу продолжать будем!

Преподаватель пулей вылетел из зала.

— Отлично, — обернулся я к команде. — Все книги, так или иначе связанные с огнём, будут стоять на этом стеллаже. — Для пущей убедительности я постучал костяшками пальцев по дереву. — Рори, Рени, обозначаете стеллажи дальше.

Отряд, немного опешив, но подчиняясь, кивнул. Стеллаж начал наполняться книгами по пиромантии. Спустя полчаса мы приступили ко второму. Рори, под чутким руководством Рени, который смачивал дерево, чтобы оно не вспыхнуло, аккуратно выжигал на нем значок капли. Преподаватель так и не вернулся — видимо, получал подробные инструкции, как бороться с этим «творческим беспределом».

И вот наконец книги были приведены в порядок. Улыбаясь полученному результату, я достал книгу с артефактами и стал переписывать необходимые данные к приезду Филиппа. Остальные разошлись по читальному залу и смотрели книги, которые, в теории, могли им помочь. Даже Викта нашла историю про свой дар. Все готовились к предстоящему выходу из города.

Подготовку к выходу за стены для большинства магов я начал продумывать заранее. Всем без исключения предстояло научиться готовить и ухаживать за собой в полевых условиях. Одно дело — отправиться малой группой в шесть человек, и совсем другое — кочевать отрядом из тринадцати душ. И первая же проблема прилетела оттуда, откуда не ждали.

Меня разыскала перепуганная служанка на полпути к кабинету. «Господин, вам бы лучше посмотреть… на кухню скорее…»

Я даже не сразу поверил услышанному. Картина, открывшаяся мне на кухне, была до абсурда комичной и в то же время удручающей. Аспид, забившись в угол, прикрывалась крыльями, защищая живую утку, которую прижала к груди. Вокруг нее стояла целая делегация моих подопечных — Леона, Викта и еще пара девчонок, — и все они в унисон ревели, глядя на бедную птицу, которая лишь глупо поводила головой, не понимая, что происходит.

Я сдержанно вздохнул, потирая переносицу.

— Ладно, — сказал я, входя в этот импровизированный клуб защитников животных. — До учебы еще есть время.

Я мягко, но настойчиво взял у Аспид из рук ее пернатого «пленника». Она посмотрела на меня с мольбой в огромных глазах.

— Аспид, ты не задумывалась, что те самые ребрышки, которые ты так обожаешь, когда-то принадлежали живому существу?

— Но ведь… это утка! — выдохнула она, и по ее щекам снова потекли слезы.

В ответ раздался новый взрыв всхлипов.

— Именно так, утка, — кивнул я, окидывая взглядом ее зареванных подруг. — И сейчас нам нужно ее зарубить, приготовить и накормить ею всех вас перед учебой.

Мои слова были встречены таким оглушительным визгом, будто я предложил их самих пустить на жаркое. Понимая, что уговоры бесполезны, я твердо взял Аспид за руку и подвел к большому кухонному столу. Вложил ей в пальцы тяжелый кухонный нож, обхватил своей рукой ее дрожащую кисть и направил лезвие. Удар получился неловким и не сразу достиг цели, но крики, которые поднялись после, оглушили даже меня.

К счастью, на шум явился Рени. Он, не долго думая, поднял руку, и по кухне прокатилась волна леденящего тумана. Девчонки ахнули и замолкли, больше от шока, чем от холода.

— Это будет делать каждая из вас, — сказал я, и мой голос прозвучал жестко в наступившей тишине. — В походе мы будем охотиться. Но самое главное — мы будем отбиваться от гоблинов.

Я ткнул пальцем в тушку утки.

— И в отличие от нее, гоблины будут изо всех сил стараться сожрать уже вас! Помогите Аспид с разделкой, — распорядился я, обращаясь к кухарке. — А остальные — на выход, приведите себя в порядок.

За завтраком в столовой витала гнетущая атмосфера. Девушки молча ковыряли еду в тарелках, их лица были бледны. Когда парни узнали о происшествии, они лишь поморщились. Леви, выслушав страшную новость, побледнел пуще всех, осознав, что его ждет похожее испытание.

Я постучал ножом по бокалу, привлекая всеобщее внимание.

— А вы как вообще представляли нашу жизнь на месте будущей крепости? — Спросил я, обводя взглядом наш уютный, обустроенный дом. — Всего этого там не будет. Мы сможем в бытовом плане полагаться только на магесс камня и, возможно, на Викту, если та сможет убирать крупные объекты в свое пространство.

— Но ведь мы придем в крепость… — неуверенно начала одна из девушек.

Рени фыркнул и, перехватив инициативу, рассмеялся.

— Мы придем на пустырь, заросший бурьяном, и будем возводить эту крепость с нуля. Из камня и других материалов отбиваясь от гоблинов.

— Похоже, мы слишком сильно сконцентрировались на гранях, — добавил я. — Но ничего, наверстаем. Все вы должны научиться выживать за стенами. На первых порах будет очень сложно. И готовка — это меньшая из проблем, что нас ждет.

В этот раз небывалую активность проявил Рори. Он отложил вилку и посмотрел на меня с редкой для него озабоченностью.

— Ты говоришь «охотиться». Но как это буду делать я? — Он развёл руками. — Даже от самого слабого огненного шара от гоблина останется горстка пепла. От курицы или утки — и вовсе одно воспоминание. Даже если попаду, есть там будет нечего.

Я одобрительно кивнул, оценивая его логику.

— Отличный вопрос. Над его решением нам и предстоит работать. Нужно открывать менее смертоносные грани, чтобы оглушить или обездвижить противника. Думаю, тебе стоит ориентироваться на способности твоих коллег по молниям — электрический разряд может быть не таким разрушительным, но не менее эффективным.

Рори понимающе кивнул и принялся с новым энтузиазмом уничтожать свою порцию, а инициативу перехватил Дуглас.

— А что насчёт меня? Моя способность не сжигает всё в прах, но и не стреляет.

— Тебе в этом плане должно быть проще, — ответил я. — Большинство магов металла могут метать предметы или формировать оружие. Твоя способность развивается нестандартно, но уверен, ты сможешь адаптировать её для дистанционных атак. Кстати, как успехи с броней?

Дуглас поморщился, разглядывая свою металлическую руку.

— Идею с частицами я понял, но кардинально менять структуру пока не выходит. Максимум — изменять форму. И ещё… у меня открылась, эм… новая грань.

Прежде чем я успел что-то сказать, костяшка его указательного пальца с тихим щелчком вытянулась, удлинившись на добрых пять сантиметров. Я присвистнул от удивления.

— Получается, ты теперь не просто покрываешься стальной бронёй?

— Ну, в общем, да, — смущённо потрогал он свой неестественно длинный палец. — Это случилось, когда я не мог дотянуться до шлема, не вставая. Рука просто… увеличилась. Я только потом заметил, что она стала длиннее.

В моей голове тут же щёлкнуло. Я резко поднялся.

— Подожди здесь.

Я рванул в свой кабинет, где в столе хранилась пачка старых зарисовок — плоды скучных лекций и ночных раздумий. Среди них был один набросок: свирепый хищник, от тела которого отходили многочисленные щупальца-канаты, способные пронзить или схватить противника. Я вернулся и положил лист перед Дугласом.

— Попробуй принять нечто подобное.

Он посмотрел на мой рисунок, потом на меня, с выражением лица человека, которого просят прыгнуть в бездну. Тяжело вздохнув, он сосредоточился. Его металлическая кожа заколебалась, словно вода, а затем пошла волнами. С тихим шелестом и лёгким лязгом от его плеч, спины и бёдер начали отрастать те самые гибкие, стальные отростки. Он принял форму хищника, пусть и в значительно уменьшенном, более человеческом масштабе. Эдакий демонический монстр из металла.

Я не сдержал аплодисментов. Способность была более чем полезной.

— Попробуй пошевелить ими, — предложил я.

Дуглас кивнул, и щупальца плавно извивались в воздухе, словно стальные змеи. Я показал большой палец.

— Думаю, в таком виде крошить гоблинов будет очень удобно. Отключай грань.

Тело вновь пошло волнами поглощая щупальца, и металл пополз обратно, возвращая Дугласу привычные очертания. И тут я с удивлением заметил, что его одежда не только не порвана, но и идеально сидит на нём. Я недоуменно приподнял бровь.

Заметив мой взгляд, он пояснил:

— Учёл опыт. Не хочу бегать голышом после каждой трансформации.

— И как ты её убрал? — не удержался я от вопроса.

Сёстры Гельмонт, заинтересованные столь практичной темой, тут же подошли ближе.

— Я… втянул её в себя, в слой под броней, чтобы не порвать, — объяснил Дуглас.

Девушки переглянулись и пулей рванули в сторону зала, чтобы опробовать метод на своих стихийных формах. Но через несколько минут вернулись с грустными лицами.

— Не работает! — вздохнула Ханна. — Сгорела так же.

Я понимающе кивнул. Увы, уникальная идея Дугласа тут бессильна.

В этот момент руку поднял Леви.

— Вопрос, Леви? — перевёл я на него взгляд.

— Мне, наверное, потребуется снаряжение, раз мы идём за стену? — спросил он с явной неохотой.

Я усмехнулся.

— А как думаешь, для кого Дуглас так старался и корпел над бронёй? Тебе и Викте полноценные доспехи жизненно необходимы. Ладно, хватит болтать, — я хлопнул в ладоши. — Пора выдвигаться.

***

Эрик Санчес, прислонившись к косяку двери, с нескрываемым любопытством наблюдал, как Рори на очередной перемене вгрызался в свою задачу. Учебный манекен в дальнем углу зала безропотно ловил снаряд за снарядом, но пиромант, сдвинув брови и сжав кулаки, был явно недоволен. Пламя на его ладонях то вспыхивало яростным шаром, то угасало, так и не вырвавшись наружу. Не понимая, чего пытается добиться одногруппник, Эрик всё же решил подойти.

— Эй, Рори, что ты пытаешься сделать? — спросил он, останавливаясь в паре шагов.

Рори окинул его оценивающим взглядом, будто решая, стоит ли делиться, затем резко выдохнул и провёл рукой по взмокшим волосам.

— Наша сила... она слишком разрушительна. Я пытаюсь открыть грань для охоты.

В аудитории громко и оглушительно рассмеялся один из студентов, проходивший мимо. Эрик сдержанно кашлянул в кулак, пытаясь скрыть улыбку, и перевёл разговор.

— Зачем тебе охотиться? Наша задача — истреблять гоблинов, а не бегать по лесу за зверушками.

— А когда мы будем удерживать замок, как долго будут поступать поставки? — невозмутимо, глядя прямо на Эрика, уточнил Рори.

Вопрос повис в воздухе. Санчес замер, его усмешка медленно сошла с лица. Он мысленно представил их недавний выезд с обозом на учения — гвардейцы, готовящие еду на костре... Пока Эрик думал, Рори продолжил, понизив голос:

— У магов молнии есть грань «Вспышка». Она убивает мелкую цель, почти не вредя её плоти, или оглушает крупную добычу. Я пытаюсь изобразить нечто подобное, — он развёл руками, показывая своё недоумение, — но пока не могу понять, как это должно выглядеть.

— Но ведь есть другие, пусть они и охотятся, — пожал плечами Эрик.

— Люций сказал, что каждый в команде должен уметь выживать самостоятельно. Непонятно, что будет происходить.

Рори метнул очередной огненный шар. Как и предыдущие разы, пламя яростно обволокло мишень, оставляя после себя следы яростного удара.

— Может, спросишь у учителя? — предложил Санчес.

— Он, как и ты, рассмеялся, назвав это бесполезной тратой времени, — мрачно ответил Рори. — И это действительно бесполезно за стенами, где тебе всё принесут крестьяне. Только вот один год — это долго. Непонятно, как будут развиваться события.

Санчес стоял, мрачнее тучи. О подобных проблемах он не задумывался. Его передёрнуло от одной мысли, что его люди могут остаться без припасов. Да и готовить что-то... скривился от подобного. Но в словах Рори был чёртов смысл. Он всё ещё помнил первое столкновение с противником — хаос, грязь и осознание, что рассчитывать можно только на себя.

Преподаватель, зайдя в кабинет, вновь начал вести урок, а Рори, так и не решивший свою задачу, с тяжёлым вздохом плюхнулся на своё место. Слова Люция о «коллегах-молниевиках» не отпускали его. Почему «коллеги»? Они ведь к ветру больше...

***

Ханна, сгорбившись на задней парте, рассеянно вертела в пальцах карандаш. Великий дом Пьер с важным видом преподаватель возводил на подиуме макет очередного особняка, но перед самой Ханной на поверхности парты уже выстраивались каменные стены третьего этажа их нового дома— точь-в-в-точь как описывал Люций. Она то смотрела на пышную, но бездушную структуру преподавателя, то на своё живое, дышащее деталями творение, и не могла понять, почему никто не строит так, как показали ей.

Внезапный тычок в бок заставил её вздрогнуть и поморщиться.

— Убери, — прошептала Бренда. — Они не должны это видеть.

Ханна с неохотой провела ладонью над партой, и её миниатюрное общежитие растворилось, как дым. Вместо него на столе возникла холодная, безликая копия проекта Пьер. Мысли путались: идеи, заложенные Люцием, шли вразрез с тем, что предлагал великий дом. Зачем этому дому столько огромных, пустых залов, каждый — для одного-единственного занятия? Зачем отдельные купальни для мужчин и женщин, если можно сделать уютные, небольшие для каждой комнаты?

Увлечённо, почти не думая, она создала крошечных, с полногтя величиной, големов-слуг и расселила их по комнатам своего миниатюрного макета здания. Один подметал пол, другой раздувал крошечный камин, третий нёс на плече миниатюрное полено. Она так углубилась в игру, что не заметила, как к её парте подошёл преподаватель и замер, смотря на ожившую картину.

Помня наставления дома Пьер о том, что студенты нынешнего курса могут прослушать только общий курс лекций, он с досадой поморщился. У этой девочки был явный, неотёсанный талант. Она не просто скопировала форму — она поняла функцию, разместив всех големов с чёткими задачами, вдохнув в камень жизнь и логику.

«Неосмотрительность, — с горечью подумал он, глядя, как Ханна спешно смахивает со стола последние следы магии. — Глупый наследник, который отказался от этих магесс, а после и вовсе упустивший всех». Клан остался ни с чем, а ведь эти не в меру любопытные и мыслящие иначе магессы, без особых проблем открывали первые грани, в то время как остальные лишь зазубривали, как выстраивать правильные, но безжизненные структуры.

***

Дуглас и Леви сидели у себя в аудитории, маг металла уставившись в одну точку и пытаясь слушать галдеж их преподавателя вздыхал. Хотя они и попали в другой класс, где, как им казалось, условия были лучше, теперь картина оказалась не такой радужной.

Дуглас мрачно подпер голову рукой, слушая, как преподаватель расписывает возможности магии металла. Перед ними на столе лежал обычный слиток, из которого приглашенный маг за считанные секунды создал шлем с закрытым забралом — идеальный, с резными узорами и глянцевым блеском. И так могли делать все маги металла в классе, медленно и коряво, но могли. Все кроме него.

Леви в это время мирно спал, уткнувшись лбом в прохладную поверхность парты. Он вздрогнул и подскочил на месте, когда преподаватель с грохотом бросил шлем на стол.

— Чёрт, — прошептал Леви, сонно протирая глаза. — Я мог бы ещё поспать. Неужели нельзя было поставить его поаккуратнее?

Он зевнул и посмотрел на Дугласа, который сидел, сцепив кулаки, с таким выражением лица, будто готов был провалиться сквозь землю.

— Ты чего? — спросил Леви, толкнув его в плечо.

— Я хочу так же, — сквозь зубы пробормотал Дуглас, не отрывая взгляда от шлема.

Леви с недоумением посмотрел на шлем, потом на Дугласа.

— Хочешь швырнуть шлемом о стол?

— Нет! — Дуглас с силой провёл рукой по волосам. — Я хочу делать такие же шлемы, как все. Красиво. Чисто. А не...

— Но ты и так делаешь, как все, — пожал плечами Леви.

— Ты не понимаешь! Они создают его буквально из ничего. Формуют. А я... — он замолча, не в силах подобрать слова.

— Эм, а разве это не то же самое, что ты делал утром? — Леви наклонился ближе, понизив голос. — Ну, ты разом превратился в ту... хрень. Целиком.

Дуглас замер, его пальцы разжались.

— Но ведь это... — он медленно повернулся к Леви. — Погоди.

— Взял металл, поменял, выдал, — перечислил Леви, разводя руками. — Вы же все так делаете. Просто у тебя... способ другой.

И тут Дуглас наконец понял. Да, он не может так же изящно и красочно работать с металлом на расстоянии. Но он может сделать его частью себя — своей кожи, своих мышц, своей брони. И в этом он даже сильнее. А что мешает сделать часть себя таким вот, шлемом?

Леви смотрел на здоровяка с лёгким недоумением, пока тот медленно расправлял плечи и поднимал голову.

«Вот мои проблемы — это да, — подумал Леви. — А тут... знай, сделал форму — и всё готово».

***

Сбор на тренировочной площадке был обязательным, ведь оттачивание граней — важнейший процесс. Я как раз проверял баланс своего нового кинжала, когда ко мне, переступая с ноги на ногу, снова подошел Рори с вопросом, что такое молния. Мои шестеренки заскрежетали, выдавая информацию о положительно заряженных электронах. Я сжал пальцы у виска, будто пытаясь выдавить оттуда знания. Но как это объяснить на пальцах?

— Смотри, — начал я, поставив одну руку, будто она слой атмосферы. — Это создается из-за разницы между холодным и горячим воздухом высоко вверху. Огромные массы этих газов смешиваются — и получается молния. Ударил рукой об руку.

Рори склонил голову набок, уставившись на мою руки с глуповатым выражением лица.

Я вздохнул и махнул рукой. — Ладно, представь, что Леона и Фрей бьют друг друга кулак в кулак. Если это будет долго продолжаться, в какой-то момент между их разными температурами проскочит искра.

Получив мою кривую отговорку, Рори хлопнул себя по лбу и побежал к группе мишений, жестикулируя. А я в очередной раз провел рукой по лицу, костеря себя за сон на физике. Хотя, еще раз обдумав и пожав плечами, я понял, что до сих пор не жалею об этом.

Я уже сделал шаг к Дугласу, чтобы проверить его форму на прочность, как вдруг позади раздался оглушительный грохот. Со стороны мишеней в воздух поднялось облако пыли. Я рванул туда что было сил и замер, не веря собственным глазам. На полу, в мелких осколках камня, лежал чумазый Рори, и по нему то и дело пробегали алые разряды, заставляя его конечности дёргаться. А перед ним зияла изрезанная поверхность камня— будто он не удержал в руках шланг, и некоторые детали площадки просто срезало напором.

Я подскочил, подхватил пироманта под мышки и потащил его подальше от эпицентра.

— Что ты сделал? — выдохнул я, смахивая с его куртки пыль.

Рори, всё ещё дрожа, неуверенно ухмыльнулся.

— Ну, я попробовал сжать в сфере несколько газов, как ты и говорил. Потом я их... выпустил... и вот.

Я окинул взглядом оплавленные и почерневшие стойки для мишеней и сдержанно поморщился.

— Грань-то хоть открыл?

Тут Рори расплылся в широкой улыбке. Он с трудом поднял руки: на одной его ладони вспыхнул и затанцевал огненный шар, а между пальцев другой заплескалась, потрескивая, алая молния.

— Теперь я могу охотиться, — довольно выпалил он, и разряды на его теле наконец утихли.

Я покачал головой, усмехнувшись логике своего друга, и помог ему подняться на ноги. К нам подошел Рени и, молча вздохнув, провел рукой по одежде Рори, собирая в шар с водой сажу и разглаживая мятые складки. Но эту грань мы единогласно решили опробовать за городом, где никто не увидит подобного.

Находка Рори зажгла искру азарта в моих глазах. Я с Рени переглянулся — мы и не думали открывать другие стихии подобным образом. А подобные умения могли здорово помочь в бою с монстрами. Маги огня при всей их мощи сильно проигрывали магам воды, и вот теперь Рори решил эту проблему для себя раз и навсегда. Теперь он так же мог открыть грань ускорения мышления, как и мы, да и громовые доспехи были очень даже интересной вещью.

Отправив Рори отдыхать на лавочку, мы с Рени занялись способностями нашего бросальщика камней. Энтони с недоверием принял из моих рук тяжелую шестигранную плиту.

— Твои броски стали более-менее опасными, теперь самое время задуматься об обороне. Плита, которую ты видишь, будет твоей главной защитой.

Уловив его скептический взгляд, скользнувший с плиты на меня, я продолжил, скрестив руки на груди:

— Из-за того что ты можешь создавать только малые объекты, тебе не подойдут грани полной защиты, как у меня или Рори с его защитным барьером. Но если ты сможешь выстроить несколько таких плиток, то сможешь оставаться защищенным или даже остановить противника, выстроив стену.

— И как это должно выглядеть? — скептически буркнул Энтони.

Я вытащил мел и начертил на камне пола несколько связанных шестигранников.

— Примерно вот так. Твоя задача — создать их так, чтобы они парили рядом с тобой. Если не получится, то хотя бы делай из них стенку.

Энтони сконцентрировался, в его глазах мелькнула искра концентрации. Он покрутил шестеренку в руках, и в воздухе с сухим треском начал проявляться призрачный контур первой плитки. Как и в случае с камнем, это заняло у него достаточно много времени и усилий.

Внезапно я хлопнул себя по лбу, вспомнив о перевооружении Энтони. Я подозвал Дугласа, быстро набросав ему идею в воздухе пальцем. Тот кивнул, и через мгновение в его руке уже лежало острое метательное лезвие обычной формы. Камни — это конечно хорошо, но лезвие намного интереснее в бою.

Вручив это нашему фокуснику, я наконец смог с облегчением повернуться к Дугласу. И его возможности были отличными. Он с дрогнувшей волной принял боевую форму, и мы сошлись в спарринге. Я нанес первый удар, и моя рука буквально утонула в податливом, но моментально твердеющем металле и получил контраатаку. Бой с таким противником был неудобным, но нужно было довести его боевую эффективность до нового уровня.

Через пару часов наш спарринг прервал заливистый смех Энтони. Мы с Дугласом замерли, прервав схватку, и обернулись на звук. В углу площадки Энтони, сияя от восторга, ходил из стороны в сторону, а вокруг него парила сфера из прозрачных шестигранных сот, в точности повторяя его траекторию. Получалось нечто вроде защитного экрана, как у Рори, только более призрачное и хрупкое.

Мы подошли поближе, и я решил провести первый тест. Мой кулак без особого усилия проломил одну из ячеек, и эйфория на лице Энтони мгновенно улетучилась, сменившись разочарованием.

— Не беда! — подбодрил я его. — Попробуй сразу создавать новые ячейки на месте повреждённых!

Энтони, сжав кулаки от концентрации, кивнул. В следующий раз, когда мои удары разбивали сегмент, на его месте тут же, с лёгким хрустальным звоном, возникало две-три новых, успевая сдержать вторжение.

— А получится спрятать кого-то под этой защитой? — спросил Рени, наблюдая за экспериментом.

Соты плавно разошлись в стороны, образуя подобие арки, и я беспрепятственно шагнул внутрь его личного пространства.

— Вот это уже похоже на правду! — рассмеялся я. — А теперь представь: ты в этом куполе, а на гоблинов обрушивается шквал тех самых лезвий, что я тебе дал.

— Я теперь тоже хочу бросить вызов всем, кто называл мой дар мусорным! — с горящими глазами выпалил Энтони, сжимая и разжимая пальцы, чтобы сфера вновь замкнулась.

— Тренировки, мой друг, — я ухмыльнулся. — Откроешь граней тридцать — и милости просим на арену.

— СКОЛЬКО?! — его глаза округлились от ужаса.

— И не смотри на меня так! — отмахнулся я. — Пара граней не делает тебя особо сильным.

— Но ведь...

— Рени, снеси этот барьер, — кивнул я в сторону водного мага.

Без лишних слов Рени взмахнул рукой. Мощная водяная пушка пробила хрупкую сферу сразу в двух местах, невзирая на отчаянные попытки Энтони укрепить её. Я стукнул его по плечу.

— Это только начало. Но в предстоящей вылазке того, чего ты уже достиг, вполне хватит.

Вечером наша утренняя драма повторилась.

Девушки собрались в уютной гостиной на своём этаже и с преувеличенным трагизмом тянули жребий. Все отлично знали, что закупленных уток хватит на всех по несколько раз, но оттягивать роковой момент они были готовы до последнего. И вот короткую соломинку вытянула Бренда. Магесса камня тяжело вздохнула, словно ей выпало рассказать о величии дома Пьер, и сгорбившись, поплелась на кухню. Девчонки провожали её взглядами, будто бойца, отправляющегося в последний путь. Аспид прижала к себе Викту, и та с ужасом смотрела на происходящее, закрывая лицо ладонями.

Вот Бренде вручили несчастную утку. Она твёрдой походкой подошла к столу, взяла большой нож и с ледяным спокойствием отсекла всё лишнее. Под аккомпанемент приглушённых всхлипов и стенаний подруг Бренда привычно и методично ощипывала и разделывала тушку. Её лицо не выражало восторга, но жизнь в деревне с детства приучила её делать то, что необходимо.

— Ну и чего вы разнылись? — бросила она через плечо, смывая с рук кровь.

— Но ведь уточка... — с скорбным видом протянула Викта, её голос дрожал.

— Это не знакомая утка, с которой ты играла во дворе. Вот когда они вырастают у тебя на глазах — тогда да, — прагматично парировала Бренда.

Услышав это, девушки разразились новым взрывом всхлипов и рыданий. Бренда в ответ лишь выразительно закатила глаза.

— Успокойтесь! И вообще, завтра нужно будет проснуться пораньше.

— Зачем? — утирая слёзы платком, спросила Фрея.

— Завтра очередь парней, — с едва скрываемым злорадством объявила Бренда.

Плач моментально прекратился, сменившись возбуждённым гомоном. Новая тема взволновала всех.

За ужином девушки вели себя как-то уж больно покладисто и тихо, но я был им за это лишь благодарен. Не думал, что они такие чувствительные, ведь им вскоре предстоит столкнуться с гоблинами. А сражение с ними приятным не назовёшь.

— Итак, девушки своё испытание прошли, — я отложил вилку и обвёл взглядом собравшихся парней. — Теперь ваша очередь. Кто хочет быть первым? Леви, может, ты?

— Нет, нет, нет! Спасибо! — тот чуть не поперхнулся, энергично мотая головой и отодвигаясь.

— Не отказывайся так просто. Твой дар — лекарский. Понимаешь, что это значит?

— То, что я должен лечить? — неуверенно предположил Леви.

— Да. Вот только ранения, которые тебе придётся лечить, будут выглядеть ужасно. Рваные раны, отсутствующие конечности, и всё это — под крики и стоны пострадавших.

Леви бледнел с каждой моей фразой, его пальцы судорожно сжали край стола. Кажется, только сейчас до него начало доходить, с чем именно ему предстоит работать.

— Начать с утки — не худший вариант. Да и учитывай: с гоблинами ты всё равно столкнёшься лицом к лицу.

— Понял, понял! — сдавленно выдохнул он. — Буду первым.

— Отлично, у нас есть доброволец на утро. Кто будет вечером? Думаю, Энтони тоже стоит попробовать.

Энтони, как раз подносивший кружку с чаем, поперхнулся. Рени, сидевший рядом, пару раз похлопал его по спине.

— Эм... хорошо, — прочистил горло Энтони. — Я тоже буду в этом участвовать.

— Прекрасно. Вы все должны понимать, как будет проходить бой с гоблинами. У нас есть Викта, которая не может принимать участие в схватке, но чертовски важна для нашего лагеря. Леви так же важен — он сможет поставить на ноги не только нас, но и наших гвардейцев. Поэтому они будут проходить отдельные тренировки. Остальные будут действовать в группе. Я, Аспид, Дуглас — бойцы первой линии. Наша задача — сдерживать основную массу противника и приходить на самые опасные участки. Мы не можем уничтожать врага в больших количествах, но благодаря выносливости способны закрывать самые сложные направления. Рени, Рори, Майра, Хана, Бренда, Энтони — бойцы второй линии. Ваша задача — массовое истребление гоблинов. На поле боя вы должны чётко следовать командам Рени.

— А как же мы? — хором спросили Леона и Фрея.

— С вашими гранями пока не всё ясно, — честно ответил я. — Вашу роль определим позднее.

— Но ведь я могу плавить камни! — возразила Леона.

— Можешь, — кивнул я. — Вот только непонятно, как ты поведешь себя на поле боя. Ты можешь потратить много сил и, скажем, вернуться в своё обычное тело прямо посреди гоблинов.

Обе сестры инстинктивно схватились друг за друга.

— Мы сможем защитить вас в подобной ситуации, но риск того не стоит.

Те как заведённые закивали головами.

— Завтра мы займёмся вашими гранями. Остальные отправятся в библиотеку — искать информацию о нужных вам гранях. Викта, ты тоже с нами, твои способности здорово помогут с транспортировкой. На этом у меня всё.

Девчонки, словно по команде, сорвались с мест и устремились к большому окну в гостиной — их любимому месту для собраний. Впрочем, парни на своём этаже облюбовали схожее место у другого окна.

Я же с Рени направился в кабинет. Предстояло постепенно обрабатывать данные, полученные от клана Белфорт. К несчастью, сейчас это был наш единственный источник. С Молявкой тоже было не всё гладко, как хотелось бы. Если первые грани она осваивала быстро, то сейчас уперлась в стену.

У неё получалось перемещать крупные вещи вроде мешков или каменных мишеней. Но следующие грани, связанные с точными переходами, никак не давались. По идее, она уже должна была уметь перемещать небольшие грузы на значительные расстояния, но увы.

— А что насчёт вот этого города? — Рени ткнул пальцем в одну из пометок на карте.

— Разве это не на другом континенте?

— А, да, — он разочарованно вздохнул.

— Выбор не так уж и велик, получается.

— Да. Повезёт, если на развалинах окажется много камня.

— Не стоит на это надеяться. Ты же слышал Гипериона — снесли всё подчистую.

Рени, зевнув так, будто сейчас свернет челюсть, поднялся со стула.

— Давай закругляться. Триста лет они нас ждали, подождут ещё пару дней.

Я кивнул и тоже встал. Слуги уже получили указания о закупках. Завтра мы увидим, как глубоки карманы нашей Викты.

Леви просыпался неохотно, но сегодняшнее утро было особенно мрачным. Пришла его очередь разделывать птицу, и мысль об этом висела над ним с самого пробуждения. Он не хотел этого делать, но морально готовился — знал, что лекарям приходится видеть и не такое. Просто оттягивал неприятный момент до последнего. Когда в его руку вложили холодный, скользкий нож, а в другую — теплую, птицу, он невольно поморщился. Это было даже более противно, чем он представлял.

Однако падать в грязь лицом перед девчонками, которые с любопытством и ужасом столпились в дверях кухни, он не собирался. Тяжело вздохнув, Леви стиснул зубы и принялся за дело. И да, как он и предполагал, ощущение рассекаемых сухожилий и отделяемой кожи было отвратительным. Но эта работа была необходимостью. Видеть подобное, а возможно, и куда более жуткие вещи, ему предстояло еще не раз.

Девочки за дверью замерли в немом ужасе. Поголовье птицы на кухне неумолимо сокращалось, и даже самый щуплый из парней оказался несгибаемым сухарем в такой щекотливой ситуации. Они не могли понять, как можно быть таким бессердечным. Их переживания за бедную птичку явно не находили отклика в душе юноши.

Впрочем, надо отдать должное — жареное мясо, поданное к столу, оказалось на удивление превосходным.

Определившись с нашими задачами мы выдвинулись на учебу, в коридорах все чаще слышались шепотки по поводу дуэли. Как не странно многие склонялись к победе пятикурсника. Это вызвало у меня недоумение, как мне казалось победы над преподавателем будет достаточно чтобы напугать многих.

— Рени объясни почему все думают о моем поражении?

— Из того что я слышал Магон завсегдатай на арене. А твою победу рассматривают больше как везение. Мол преподаватель не ожидал что не сломит щиты.

— Тогда это многое объясняет, ладно в любом случае ему придется отвечать за дела своих людей.

***

— Здравствуй, Тит, — раздался спокойный, властный голос.

Тит Белфорт вошёл в кабинет и склонил голову в почтительном поклоне.

— Приветствую вас, ваша светлость, Айрин.

Глава клана не поднял глаз от пергамента, который изучал. Лёгкое перо в его руке замерло.

— Ты уже догадываешься, зачем вызван?

— Полагаю, тесты прошли успешно?

Наконец Айрин отложил перо и поднял на него взгляд.

— Более чем успешно. Ты преподнёс нашему клану дар, чью ценность сложно измерить. — Он откинулся на спинку массивного кресла, сложив пальцы домиком. — Теперь мы можем вербовать не только магов ветра, но и значительное число Зелёных мантий. В следующем году я намерен основать собственный город.

— Ваша светлость, позвольте поделиться соображениями? — Тит сделал шаг вперёд.

Айрин с лёгким любопытством кивнул, жестом приглашая его продолжать.

— Какой смысл нам покидать столицу?.. — Тит выдержал паузу, глядя в глаза правителю. — Давайте лучше поможем уехать всем остальным.

Айрин медленно опустил сложенные руки на стол.

— Хм. Ты предлагаешь распространить эту методологию среди других Великих Домов? — его голос прозвучал ровно, но в нём читался острый интерес.

— Утаить подобное открытие всё равно не удастся, — Тит развёл руками, словно демонстрируя неизбежность. — А так мы окажемся в роли надежных партнеров для всех магических кланов. Взамен же попросим… монополию на образовательный процесс. По сути, для всех мало что изменится. Кроме нас.

Лорд Айрин тихо рассмеялся, отпивая глоток вина из хрустального бокала, стоявшего на столе.

— А я смотрю, годы в Академии пошли тебе на пользу. В твоих рассуждениях появилась глубина, которую я не часто встречаю.

— Благодарю, — Тит склонил голову. — Также я хотел бы напомнить об идее с учебным полигоном.

— Помню, — Айрин отставил бокал и провёл рукой по резной ручке кресла. — Идея дельная. Куда более здравая, чем те пустые проекты, что предлагают твои коллеги. Я обдумаю твоё предложение… но, по существу, да. Оно обладает изящной простотой. — Он замолкает, и его взгляд становится тяжёлым и пристальным. — Итак, ты сделал запрос о падении империи. В виду твоих заслуг, тебе будет приоткрыта завеса тайны… Но помни, никому, иначе смерть.

— Благодарю вас, ваша светлость.

***

На тренировочном полигоне разворачивалась забавная картина. Аспид, распахнув свои мощные крылья, служила живой перегородкой, позволяя девушкам переодеться перед сменой формы. Закончив девушки с босыми ногами вышли в самых дешевых халатах, которые через мгновение должны были стать жертвами их стихий.

— Итак, начнём проработку ваших способностей, — сказал я, обращаясь к огненной фигуре. — Леона, ты видела, как Рори менял цвет пламени?

Пылающий силуэт энергично кивнул, и искры разлетелись во все стороны.

— Есть разные материалы, которые горят по-разному. Твоя задача — не поджигать что-то, а представить и изменить свою форму на тот материал, который горел бы синим пламенем. Понятно?

Огненная фигура вновь кивнула и отошла в сторону, сосредоточенно разглядывая свои пылающее ладони.

— Что касается тебя, Фрея, ситуация похожа, — повернулся я ко второй ученице. От неё уже веяло ощутимым холодом. — Существуют вещества с экстремально низкой температурой. Тебе предстоит сделать нечто подобное — не просто создать лёд, а изменить твою форму так, чтобы он почти жёг кожу.

Ледяной силуэт тоже кивнул, и иней на мгновение покрыл пол у её ног.

— Викта, теперь твой черёд!

— Я готова! — отозвалась она, подпрыгивая на месте.

— Твоя следующая грань — управляемое перемещение малых объектов. Не просто бессознательное «исчезновение», а точный контроль.

Я достал мелок, который магессы камня любезно для меня создали. Подойдя к Викте, я аккуратно начертил на земле небольшой круг. Ну, скорее, овал. И вплотную к нему нарисовал второй, почти такой же.

— Не пытайся сразу перемещать предметы далеко. Начни с малого. Сконцентрируйся и попробуй переместить камень из первого овала во второй. Главное — не спеши, почувствуй сам процесс.

С этими словами я положил небольшой гладкий камень в центр первой фигуры.

— Вот твоё задание на ближайшее время. Удачи.

Викта тут же уселась на землю, и уставилась на камушек с таким видом, будто пыталась силой мысли заставить его подчиниться. Мы с Аспид остались стоять рядом, готовые наблюдать за первыми, пусть и небольшими, результатами.

Через пару часов упорных тренировок у сестёр наметился явный прогресс. Моя догадка о том, что они интуитивно копируют свойства различных веществ, подтвердилась. Теперь Леона пылала призрачным синим пламенем, а от Фреи исходила такая концентрация холода, что влага в воздухе тут же замерзала вокруг нее мельчайшей ледяной пылью.

Они попытались довести свои температуры до абсолютного максимума, но, как и в случае с обычными физическими телами, дальше определённого предела продвинуться не смогли. Тогда мы сменили тактику. Следующие тесты были посвящены тому, чтобы не просто гореть или излучать холод, а выплеснуть эту энергию вовне.

И тут прогресс двинулся. Это не было похоже на формирование огненного шара или ледяной сферы. Скорее, это напоминало примитивный огнемет у Леоны и сконцентрированный поток арктического воздуха у Фреи. Дистанция была пока невелика — метров тридцать, не больше, — но это было уже нечто гораздо более управляемое и боеспособное, чем их первоначальные формы.

— Как самочувствие? — прокричал я им, стараясь перекрыть шум пламени и свист ветра.

Обе стихийные фигуры, не прерывая концентрации, одновременно показали большие пальцы. Энергии у них, похоже, было ещё много.

— Отлично! Тогда поработаем над кристаллизацией! Попробуйте сжать ваше вещество так плотно, чтобы вы могли поднять или сдвинуть вот этот камень! — я указал на несколько булыжников, разложенных перед ними.

Выглядело это достаточно комично: две могущественные стихии, способные испепелить или заморозить всё на своём пути, теперь с усердием первоклассников пытались хоть как-то воздействовать на булыжник. Но тут возникла проблема: Леона постоянно прожигала камень, а Фрея не могла коснуться своей ледышки, не приморозив его намертво.

Пришлось серьезно пораскинуть мозгами.

— Не пытайтесь работать с целым телом! Сконцентрируйтесь на частичной трансформации! Смотрите!

Я продемонстрировал, как мой щит обволакивает лишь кисть, оставляя остальную руку свободной.

Первые результаты появились примерно через полчаса. Леона смогла создать материю, которая не наносила сильный урон камню. Фрея также добилась успехов в этом направлении. Дальнейшее время сестры посвятили поиску «золотой середины» — такой плотности и температуры своего вещества, чтобы можно было эффективно манипулировать объектами, не уничтожая их.

Тем временем наша «читательская группа» — Рори, Рени и остальные — прибыла с разведки в библиотеке, но без особых сенсационных находок. Однако даже без них было прекрасно видно, что сёстры Гельмонт уверенно движутся вперёд и в скором времени смогут стать грозной силой, способной не только на разрушение, но и на точный контроль над своими гранями.

— Думаю, на сегодня достаточно. Приводите себя в порядок.

Викта, так и не сумевшая сдвинуть камень с места, с досадой пошла с площадки, на своём пути распинывая ногами мелкие камни. Я не видел смысла её останавливать — пусть лучше выплёскивает разочарование так, чем копит в себе. У неё ещё было время освоить управление способностью до реальных дел.

К вечеру её настроение волшебным образом восстановилось. Причина была проста: в пространственных карманах помещался весь наш походный лагерь. Палатки, спальники, припасы первой необходимости и даже неприкосновенный запас провизии — на случай, если охота провалится. С каждым новым предметом, исчезавшим в складках пространства, нос Викты всё выше вздергивался, демонстрируя её незаменимость и всеобщую значимость.

Энтони, к счастью для меня, так же, как и Рори утром, без лишних терзаний справился со своей уткой. Среди девушек же разгорелась нешуточная баталия. Двое — Аспид и Бренда— уже прошли испытание, и теперь пятерым оставшимся предстояло сыграть в жуткую лотерею «вытяни короткую соломинку». На этот раз невезучими оказались Ханна и Фрея. Их удручённые лица красноречиво говорили о том, что завтрашний завтрак и ужин Будут для них непростым.

Поздним вечером мы с Рени сидели перед окнами, глядя на огни ночного города, и играли в шахматы. Без лишних слов и стратегических совещаний — просто приводили мысли в порядок. Предстоящий выход за стену был опасным мероприятием, но тишина между ходами не продержалась долго.

— Как думаешь, они готовы? — Рени задал вопрос, забирая мою пешку.

— Нет, конечно, — так же спокойно ответил я, контратакуя на другом фланге. — Но и выбора особого у нас нет.

— Что насчёт сестёр? — его следующая фигура скользнула по доске.

— Они справятся. Их стихийная форма даёт им большую фору. Но всё равно присматривай за ними в бою, мы не знаем их лимитов.

— Насколько большие группы будем искать?

— В этот раз — не более двухсот. Хотя… если попадётся особо крупная, можно будет дать разгуляться Рори. Кажется, он окончательно принял свою силу и жаждет её проверить.

Моя атака захлебнулась. Его конь ушёл от угрозы, а мой слон остался на доске без защиты, обречённый на гибель в следующем ходу.

— Уже думал, как тебе открыть другую стихию?

— Нет, — я с досадой отпихнул от себя проигранную фигуру. Слон пал жертвой безжалостного ферзя. — Слишком много дел. Хотя, возможно, получится что-то через всплеск, как в прошлый раз.

— А ты знал, что водники в принципе не используют лёд? — На лице Рени появилась задумчивая досада, когда его собственный ферзь неожиданно пал под сокрушительным натиском ладьи.

Я на секунду отвлёкся от игры.

— Не заострял внимания, но, если подумать — это же просто работа с частицами, изменение агрегатного состояния. Вода, пар, лёд — три состояния.

— Верно. Но что удивительно, в книгах я не нашёл ни единого упоминания о подобном. Ни в одном о подобном не упоминалось. Как будто для них это табу.

Я задумчиво кивнул, передвигая свою ладонью. Ладья была тут же уничтожена ответным ударом. Размен был катастрофически не в мою пользу.

— Думаю, тебе стоит попробовать открыть грань, как у девчонок.

Рени поднял бровь.

— Обратиться в чистую воду?

— Идеальное решение для опасных ситуаций. Пусть даже ненадолго. Ты и так передвигаешься быстро, но это… это совершенно другой уровень обороны.

Мы в один голос сказали фразу Нокса.

— Козырей много не бывает.

Рени надолго замер, обдумывая следующий ход и мои слова.

— А что насчёт других стихий? Вода — не предел?

— Самая ближайшая и логичная для тебя — это газ. А газы как ты мог видеть хорошо горят и отменно замораживают.

Мой друг фыркнул.

— Хочешь сказать, я могу стать пиромантом? Это было бы забавно.

Я лишь пожал плечами.

— Теория — теорией. Как откроешь грань, так и увидишь. Возможно, твой «газ» будет чем то иным. Слишком мало данных для размышлений.

— Всё же, что насчёт тебя? — Рени перевёл разговор на меня, делая тихий, но смертоносный ход конём. — Твои щиты… они ведь тоже должны эволюционировать.

— Мои щиты закрывают очень много направлений, но и ограничений навешивают не меньше. Ближайшее, что я вижу — это развитие в сторону Гипериона или Бартолда. Усиление физических параметров, через изменения своего организма.

— Но ведь это, по сути, всё то же самое. Тут не будет качественного роста.

— Именно. Потому мне, возможно, стоит двигаться в совершенно другом направлении. — Я сделал последний отчаянный ход, но это была уже агония.

— Шах и мат, — спокойно констатировал Рени.

Я откинулся на спинку кресла, смотря на проигранную доску. Щиты давали очень широкие возможности, но и ограничений было предостаточно. Полное отсутствие дистанционных атак чего стоило. Нет возможности напасть незаметно или нейтрализовать противника на расстоянии. Да, можно швырнуть камень, но мой бросок никогда не превзойдёт сконцентрированный выстрел водой под высоким давлением от Рени.

Идеи по усилению собственной способности начали иссякать ещё год назад. Весь расчёт был на книги и архивы кланов. Но все планы пошли прахом. «Что ж, — подумал я, глядя на потолок. — После дуэли придётся всерьёз засесть в библиотеке».

Молодой стражник Тит мысленно проклинал всё на свете: ворота, которые нужно было открывать и закрывать по требованию, зимнюю слякоть, разводящую грязь, и особенно — начальника, поставившего его на это проклятое раннее дежурство. Он знал, что служба в городской страже — не сахар, но не предполагал, что будет настолько тяжко. Ветераны взвалили на него всю черновую работу: следить за чистотой, досматривать подозрительных путников, убирать за лошадьми и, словно мало этого, еще и зорко вглядываться в горизонт в ожидании гоблинов.

Когда на рассвете к воротам подкатила кавалькада всадников, Тит, не сдержавшись, прошипел очередное проклятие — на всякий случай. Однако, выйдя из сторожевой башни, он застыл на месте, глаза его расширились от изумления. Перед ним замерли воины в латной броне, на штандарте которых свирепо оскаливалась волчья голова. А позади них… Магесса. Та самая, с крыльями, о которой в городе ходили слухи. И она тоже была облачена в доспехи, и лишь сложенные за спиной мощные кожистые крылья выдавали в ней нечто большее, чем простого воина.

Рядом с боевым ядром группы теснилось несколько явно не привыкших к седлу девушек и странные парни. Их практичная, усеянная карманами одежда дико контрастировала с суровой рыцарской амуницией. К Титу верхом подъехал один из них — тот самый парень в странном костюме, на теле — ни намека на доспехи.

— Доброе утро, — голос его был спокоен и деловит. — Поступали ли сообщения о гоблинах на дороге?

Тит, на мгновение опешив, выдавил из себя:

— Д-да, вчера… Пару караванов атаковали. В половине дневного перехода отсюда. Патруль никого не нашел — убрались, видимо.

Незнакомец коротко кивнул и, легким движением запястья, подбросил в воздух серебряную монету. Тит поймал ее на рефлексе.

— Открывай ворота. Мы идем проредить зеленое поголовье.

Тит, не мешкая, сбегал за остальными, и его напарники быстро распахнули массивные створки. Едва кавалькада скрылась, к нему подошел старший смены, сверля взглядом спину уходящих.

— О чем спрашивали?

— Про гоблинов… А кто это был? — с внезапным плохим предчувствием поинтересовался Тит.

— Одна из магических групп, первогодки. Вроде как, барон ими командует.

Тит побледнел, как полотно. Сердце ушло в пятки. Он говорил с магом… а может быть и с самим бароном… и даже не попытался обратиться к нему подобающим образом! Увидев, как капитан довольно потирает руки, бормоча что-то о будущих барышах, Тит не стал его слушать. Он сжал в кармане руку, где лежала та самая серебряная монета. Она внезапно показалась ему обжигающе холодной.

***

Дуглас поработал на славу — весь отряд был облачён в броню. Как ни странно, помог в этом Леви: простое осознание запустило в нём нужные грани, и теперь наш маг металла через касание мог идеально подогнать доспех по фигуре. К несчастью, он пока не мог повторить подвиги опытных мастеров, умевших уменьшать вес стали, а потому нам пришлось лавировать, находя хрупкий баланс между качеством защиты и её тяжестью.

Но результаты говорили сами за себя. Броня сидела безупречно, а с опытом, я был уверен, наша защита станет лишь надежнее. Сам Дуглас, словно ходячая крепость, навесил на себя столько железа, что его лошадь едва не подкашивалась под неподъёмной ношей. В итоге пришлось не только обуздать его аппетиты, но и договориться с Виктой — она теперь перла в своём пространстве солидный запас железных заготовок для нужд нашего мага металла.

Утренняя дорога была пустынна. Мы встретим первые караваны как раз в том месте, что указал стражник. Идеальная возможность для моих подопечных почувствовать вкус настоящей угрозы. Это будет хорошей практикой.

Отряд двигался в напряженной тишине, нарушаемой лишь скрипом седел и звоном доспехов. Для Ханны эта броня была проклятием. Она ехала, чувствуя себя мешком с картошкой; доспехи, хоть и идеально подогнанные Дугласом, сковывали каждое движение, словно удавка. И ведь иначе нельзя, — с ужасом думала она. — Мы за стеной. И мы сами ищем этих зеленых тварей. Одних их криков мне хватило в прошлый раз.

Мысленно она цеплялась за идею, которую продвигал Люций. Голем, который будет сражаться сам... Она представила себе уютную комнатку, где она сидит в безопасности, а сражение идет где-то далеко, воспринимаемое лишь как шум за окном. И эта глупая лошадь будет не нужна, — с надеждой подумала она, бросая взгляд на подруг. Те выглядели не лучше; не будь поддержки водяных пут Рени, они бы все уже послетали с седел. В памяти всплыла фраза Люция: «Как только научитесь защищать себя, так и от доспехов можно будет отказаться. А пока это не будет лишним».

Впереди, олицетворяя собой полную противоположность их дискомфорту, ехала Аспид. Драконида не обращала внимания на неудобства, весь ее мир сузился до одного: разговора с Люцием и Рени. Ее роль была давно известна — первой вступать в бой и сдерживать противника до подхода основных сил. Благодаря крыльям она могла не просто быстро перемещаться, а буквально обгонять отряд на часы. От ее скорости зависело слишком многое. «Ты можешь догнать противника, можешь быстро прийти на помощь союзнику, ты единственная в своем роде».

Внутри у нее все сжималось от страха при мысли о встрече с гоблинами. Но выхода не было. Если бы я хотела быть куклой для показа, я бы приняла предложение Белфортов, — сурово напомнила она себе, сжимая поводья все крепче. Эти мысли крутились в голове безостановочно, заставляя сердце биться в такт стуку копыт.

Нет смысла оттягивать неизбежное. Я все решила еще тогда, — мысль с жаром стучала в висках. — Одним ударом я могу проломить стену. Мою кожу не берет оружие Дугласа, что уж говорить о гоблинском хламе! Им просто нечего мне противопоставить!

Решившись на первую вылазку, она пришпорила лошадь, чтобы догнать Люция и Рени.

— Люций, я хочу попробовать провести разведку!

Люций резко поднял руку, и отряд начал останавливаться. Викта, сквозь зубы проклиная свою лошадь, неудобное седло и всю эту дорогу, подошла к подруге и на дороге появился меч чудовищных размеров — оружие, которое обычный человек даже с места не сдвинул бы. Это был первый удачный образец, не сломавшийся в руках Аспид. Та легко, словно пушинку, подхватила его в руки и поблагодарила Викту.

Люций подошел к ней, он осмотрел магессу решившую сделать первый шаг самостоятельно.

— Твоя задача — разведка, — его голос был обычным, как на тренировочной площадке, но каждое слово врезалось в сознание. — Если увидишь банду гоблинов, используй дымовую шашку и жди нашего подхода. Если они уже напали на караван... можешь вступить в бой. Но не уходи далеко от повозок, чтобы наемники могли тебя подстраховать. Поняла?

Аспид неуверенно кивнула, но, тут же мысленно обругав себя за эту слабость, резко оттолкнулась от земли. Мощные крылья расправились, и первый взмах подбросил ее в воздух. Броня, идеально подогнанная Дугласом, не стесняла движений, позволяя набирать высоту с пугающей скоростью. Полет тут же очистил разум, отбросив тягостные мысли о предстоящей схватке. Остались лишь свист ветра в ушах и горизонт обещавший что то интересное стоит только заглянуть за него.

Внизу, на дороге, Рени и Люций проводили ее взглядами.

— Как думаешь, она вступит в бой, если заметит гоблинов? — тихо спросил гидромант.

— Это не имеет значения, — сказал я разворачиваясь к отряду. — Но теперь нам нужно двигаться быстрее. Если она действительно начнет сражаться, мы должны быть как можно ближе. Вперед!

Рени кивнул, и кавалькада рванула с места, поднимая тучи пыли и грязи. Большая часть группы, едва освоившая основы верховой езды, отчаянно трепыхалась в седлах, едва удерживаясь на спинах лошадей, перешедших на легкую рысь.

***

Грег в принципе был доволен своей жизнью. Когда он только приехал в Эрам, все, конечно, было сложно. Но город отстроили заново, и он даже скопил на маленькую комнату. Парни из мастерской тогда позеленели от зависти, но этого было мало. Он хотел дом. Новый проект её светлости Даны — двухэтажный домик с печкой в центре — покорил его сердце. Это был предел мечтаний.

Но купить его на зарплату мастерового было нереально. Тогда-то он и подался в наемники. Часто, возвращаясь из похода, он проходил мимо памятника защитникам Эрама. Целых два мага пали при штурме, но его всегда завораживала фигура в центре — тот самый наемник в волчьей шапке, что прикрывал их спины и сам сложил голову в одной из стычек. Служить магам, каково это? — вопрос, который он задавал себе снова и снова, оберегая очередной караван.

В принципе, работа была несложной. Отогнать гоблинов — задача простая. Пара царапин, и вот противник уже бежит, а в кошельке звенят боевые выплаты. Это задание должно было быть таким же. Вот только огненный шар, пущенный в повозку шаманом, решительно портил идиллическую картину. Увернусь... но когда взрыв разметает телегу, осколками нас посечет. А ведь я почти накопил на тот дом... И хозяйку для дома присмотрел.

— Надо было её вчера пригласить на эль... — прошептал он себе под нос, зажмуриваясь перед светящейся смертью.

Но тут чья-то тень закрыла его от огня. Раздался оглушительный взрыв, но фигура, принявшая удар, не дрогнула. Огромный, почти нечеловеческих размеров меч описал в воздухе короткую дугу — и пятерка гоблинов пала в мгновение ока. Отбросив лишние мысли, Грег вскочил и бросился добивать ошеломлённых тварей.

Он на бегу мельком взглянул на нежданное подкрепление и... затормозил. Крылья? — мелькнула у него неуместная в бою мысль. Неожиданный защитник ворвался в гущу противников, чтобы проредить тварей. Засмотрелся. Непростительная ошибка! — тут же отругал себя Грег и с новым всплеском яростью продолжил «шинковать» зелёную нечисть. Тем временем крылатая фигура раз за разом принимала на себя удары шаманов. Огненные шары один за другим разбивались о доспехи, почти не оставляя следа.

— Парни! На подмогу, быстро! Отбросим этих тварей! — заорал Грег что было мочи.

Ему ответил дружный рёв его отряда. Неожиданная поддержка переломила ход боя. Теперь уже гоблины дрогнули под двойным ударом. Их было около сотни — обычно для каравана, но с шаманом смертельно. Шаманы оставались главной проблемой, но пока незнакомец сдерживал их атаки, у каравана был шанс. Перебить гоблинов, это только дело времени.

Вот его пятерка пошла вперёд, тесня противника, а крылатый защитник принял на себя очередной огненный шар. Увидев, что к их спасителю прорываются новые гоблины, группа Грега рванула вперёд, не сговариваясь. И в этот момент защитник сбросил шлем. Глупость! — мелькнуло у Грега. Юнец, горячка боя...

Но из-под шлема вывалилась не короткая стрижка парня, а густой каскад чёрных волос.

Девчонка! Отбросив шлем в сторону, она с коротким криком оттолкнулась от земли, взмыла в воздух и, сложив крылья, камнем спикировала на позиции шаманов. Те в панике швыряли в неё огненные шары, но не смогли даже зацепить — а через мгновение их просто смели с земли ударом монструозного меча. Ещё один прыжок — и она уже вернулась на свои позиции, словно ничего не произошло. Без своих заклинателей гоблины дрогнули и с отчаянными визгами, бросились прочь от обоза.

***

Аспид летела, рассекая воздух мощными взмахами крыльев, когда с высоты увидела нападение на караван. Вся ясность тактики, все наставления Люция разом испарились из головы, вытесненные одним инстинктом: Нужно помочь! Сейчас!

Она забыла про дымовую шашку, забыла уничтожить приоритетную цель. Вместо этого врезалась в самый эпицентр боя и, как дура, начала ловить огненные снаряды шаманов своим мечом и доспехами. Было ужасно жарко и просто невозможно сделать вздох. И тогда она сделала это.

Главная ошибка была в том, что ей пришлось снять шлем.

Если Люций узнает... Эта мысль пугала куда сильнее угрозы гоблинов. Её ждёт не просто нагоняй, а ещё один спарринг. В полный контакт. Она видела, как после таких «тренировок» Леви и Дуглас ходили бледные как смерть, а в прошлый раз Леви просто принесли без сознания. Да, это открывало грани, но парни старательно избегали подобного.

И он узнает. Не скрыть. Сорванная застёжка безмолвно кричала о её проступке.

Оглядев поле боя, она сглотнула ком тошноты, подступивший к горлу. Картина была отвратительной, но её желудок пока слушался. Оглядев караван она увидела раненых... Дура, дура, забыла.

Вспомнив, наконец, о инструкции, она рванула вверх, дернула веревку из дымовой шашки прямо в полёте. Яркий столб дыма, видимый за мили, потянулся к небу. Это был сигнал , чёткий призыв ее союзников: Я здесь. Враг здесь. Идите к нам.

***

Как ни странно, первым, кто заметил оранжевую дымку на горизонте, был Рори.

— Сигнал! — крикнул он, перекрывая стук копыт. — Ускоряемся! Всем держаться!

Мы перешли на галоп. Не ожидавшие такого рывка девчонки взвизгнули, но водные путы Рени тут же сжались, словно живые страховочные пояса, не давая им слететь с седел. Когда мы влетели на место стоянки, всё уже было кончено. Повсюду валялись трупы гоблинов, а наемники, заметив наше появление, сперва напряглись, но, видимо, Аспид их уже предупредила.

— Леви, твой выход.

Тот неловко сполз с лошади и тут же рванул к пострадавшим. Как и договаривались, Дуглас последовал за ним тенью — и для помощи, и для охраны. Осмотрев поле боя, я заметил наш шлем, бесславно валявшийся в грязи. Похоже, без дополнительных тренировок не обойтись... Но это уже в городе.

Увидев Аспид, я направился к ней.

— Аспид, ты молодец!

Услышав эти слова, грозная воительница выпустила из рук меч, осела на землю и разрыдалась как маленькая девочка. Пришлось срочно переходить в режим утешения, используя все доступные методы. Сквозь рыдания она тараторила о том, как ей было страшно и противно, как она попала под обстрел шаманов и забыла вовремя подать сигнал. Оставалось лишь гладить её по голове, в такт её дрожи.

— Всё хорошо. Ты справилась. Люди живы, ты цела — это главное. Рени, приведи её в чувства.

Рени кивнул и окутал её голову и плечи прохладным, освежающим туманом. К нам подошёл наемник — Грег, — рассыпаясь в благодарностях. Я коротко дал указания о помощи лекарю; тот, поняв, кто сейчас спасает людей, рванул помогать нашим магам. Остальные члены отряда оставались в боевой готовности — мало ли, не придут ли ещё гости.

В целом, я был доволен первым боем Аспид. Да, нужно проработать пару моментов, но для первого раза — более чем достойно.

— Рени, что по гоблинам? — спросил я, окидывая взглядом опушку леса.

— Только те, что разбежались после битвы с Аспид. Осталось тварей сорок, не больше. Для наших целей слишком мало.

Я лишь кивнул.

— Уничтожай.

Идеального полигона не получилось, но и так было хорошо.

— Как только Леви закончит, выдвигаемся. Пора доводить дело до конца.

Викта, спрыгнув с лошади, рванула к подруге, но по пути резко затормозила, побледнев как полотно. Бедняга сглотнула воздух, и было ясно — с завтраком она сейчас попрощается. Поле боя и впрямь было тем ещё зрелищем. По разбросанным телам можно было прочитать всю историю обороны: где держались стойко, а где линия уже трещала по швам. И глядя на эту картину, у меня в голове оформилась очередная идея, которая всем — без исключения — не понравится.

— Маги камня! — крикнул я, привлекая внимание. — Собрать противника в одну кучу. Рори — спалишь остатки.

На не слушающихся ногах девушки поплелись наводить порядок. Пришлось даже рявкнуть, чтобы они не тащили тушки вручную, а использовали наконец свою магию. И после этого напоминания всё пошло куда интереснее. Думаю, один вид последствий настоящего боя открыл в них больше граней, чем все наши неспешные тренировки и реконструкция нашего дома.

Ханна, явно вдохновлённая моими рассказами о многоножке Даны, создала несколько похожих големов-носильщиков, и те, пусть и с переменным успехом, принялись таскать останки в общую кучу. Бренда и Майра в этой задаче предпочли гуманоидных големов, более простых в управлении. Увидев плетущегося к нам Леви в сопровождении Дугласа, я уважительно кивнул парню. Он молча ответил тем же. Наемники, тем временем, быстро и без лишних слов помогли нам навести финальный порядок на поле боя.

Рори в очередной раз порадовал — он вполне хладнокровно отнесся к заданию и, дождавшись команды, выпустил в кучу тел сгусток голубого пламени. Оно вспыхнуло бездымно и яростно, стирая в пепел любые упоминания о недавней схватке. Уже через пару минут от банды гоблинов не осталось ничего, кроме горстки серого праха, уносимого ветром.

— Отличное начало, — констатировал я, забираясь на коня. — Отправляемся!

Хотя это и не было запланировано, дневной бой пошёл Аспид на пользу — теперь она сможет свыкнуться со своей ролью. Сейчас её задачей была охрана Викты. Бедняжка до сих пор не могла прийти в себя после того побоища, она сидела в седле, постоянно гладя лошадь, больше успокаивая себя чем ее. Рени тем временем занимался разведкой, выискивая подходящую банду для полноценного боя. В этот раз, по плану, в бой должны были пойти все, кроме сестёр и Леви.

В первую очередь нужно было испытать в деле Дугласа и Энтони при поддержке наших магесс камня. Девочки хоть и боялись предстоящей стычки, но было заметно, что страх перестал быть парализующим и превратился в то, что можно преодолеть. Идея была в том, что Энтони прикроет их своими щитами, а те будут вести бой с помощью големов. Дуглас же должен был держать передовую. И, конечно, Рени — на подстраховке.

Но, как это часто бывает, план пришлось менять на ходу. Наш путь преградило стойбище — шаман и с полсотни гоблинов.

— Люций, — раздался рядом голос. Я обернулся и в удивлении приподнял бровь. Ко мне подошёл Рори. — Дай мне сразиться с ними.

— Ты хочешь пойти с остальными? — уточнил я.

— Нет. Один.

Я смотрел на него, пытаясь понять. — Чего?

— Я подготовил пару новых граней. Должно хватить, чтобы очистить стойбище.

Мы с Рени переглянулись. Оказывается, наш пиромант подошёл к делу со всей серьёзностью.

— Рени, занимаешься прикрытием. Мы с Рори идём, — принял я решение.

Мы бесшумно пробирались через кустарник. Вокруг валялись кости, обрывки шкур и прочий мусор — следы пребывания гоблинов. Рори старательно повторял за мной: пригибался, двигался от дерева к дереву короткими перебежками. Когда мы приблизились на достаточное расстояние, я подал ему знак.

Рори практически не потребовалось времени на подготовку. Над его головой сгустились огненные шары привычного багрового цвета. Едва они с шипением рванули к стоянке, как пиромант начал создавать новую пятерку опасных огненных сфер. Пока первые снаряды обрушились на ошалевших гоблинов, я с растущим изумлением приподнял бровь.

Раздалась оглушительная серия взрывов. Не просто вспышки пламени, а настоящий шквал, перепахавший землю и разметавший лагерь в щепки. И словно этого было мало, следом в эпицентр врезалась вторая порция огня, добивая уцелевших. Воздух колебался от жара, а по округе поползли едкие клубы дыма и гари. Я прислушался, но не услышал ни криков, ни звуков паники. Была лишь звенящая тишина.

И тут Рори сделал то, от чего моя челюсть медленно поползла вниз. Он выставил руку и втянул в себя рассеянное в воздухе пламя, жар податливо направился к пироманту, и над его плечами сформировалась новая тройка шаров — на случай, если кто-то выжил.

Пиромант только что в одиночку стёр с лица земли целое стойбище и был готов к новому бою без единой заметной траты сил.

— Рори... А ты это... Когда так? — с трудом подбирал я слова.

— В книжке попалась теория объёмного взрыва, — пожал он плечами, как будто речь шла о новом рецепте супа. — Ну, я поэкспериментировал, смешивал в сферах разные газы. Получилось. Не думал, что сработает настолько эффективно. Теперь только одна проблема — я не вижу, выжил ли кто-то.

Моя челюсть окончательно отвисла.

— Что? Ты же сам говорил, скоро столкнёмся с кланами, — он посмотрел на меня с лёгким укором. — А я всё-таки маг огня.

— Кто ты и что сделал с нашим скромным Рори? — выдавил я наконец.

Он ответил глуповатой, почти прежней улыбкой, но в его глазах что то неуловимо изменилось. Включив вокруг себя огненный барьер, он пошёл проверять результаты зачистки. Мне оставалось лишь последовать за ним. Место стоянки было перепахано и выжжено дотла. У гоблинов не было ни малейшего шанса.

— Поздравляю, Рори, — сказал я, и в моём голосе звучало неподдельное уважение. — Это заклинание... внушает.

— Пойдём обратно? — предложил он, уже гася барьер.

— Да. Рени мне точно не поверит. — Проворчал я.

Рассказ о сокрушительном разгроме гоблинов поднял боевой дух группы. Теперь у них было целых два героя, которые встретились с противником и вышли победителями. В глазах магесс камня читалось уже не столько прежнего ужаса, сколько пробуждающийся задумчивости и даже зависти.

Впрочем, у медали была и обратная сторона: наша главная ударная сила, Аспид, была теперь прикована к Викте, а Рори, доказав свою эффективность, по сути, «выбыл» из общего плана. Выходило, что в предстоящем столкновении мы теряли ещё одну боевую единицу.

Мы углублялись всё дальше в дикие земли, где из признаков жизни встречались лишь следы монстров и гоблинов. Обходя лес по широкой дуге, Рени наконец сообщил о следующем стойбище.

— Опять мелкое, — доложил он, подъезжая на своей лошади. — Шаман, чуть больше полусотни гоблинов, такое же как и прошлое. Сейчас орут друг на друга

Я тяжело вздохнул. Надеялись найти более крупное стойбище, но пока все шло наперекосяк. Я окинул взглядом магесс, а почему бы собственно и нет.

— Хорошо. Меняем планы.

Пришло время понять, на что действительно способны наши сестры магессы. Рени прикроет если вдруг что то пойдет не по плану.

Подготовка к атаке заняла некоторое время, впрочем, и гоблины не сильно торопились. Мы заняли поляну рядом с упавшим дубом; его корневище стало стеной импровизированной раздевалки. На сырую листву Викта постелила плотный брезент, добытый из своего пространственного кармана. С Леоны и Фреи нужно было снять доспехи, чем и пришлось заниматься Дугласу.

Дуглас, еще недавно горевший желанием ринуться в бой, теперь, красный как рак, снимал сегменты брони с бледной Леоны. Его дрожащие пальцы то и дело не могли справиться с узлами и застежками, что лишь сильнее нервировало девушек. В следующий раз нужно ему подсказать, что он может просто разделить металл на спинных пластинах, — мелькнула у меня мысль. — Тем самым снять сейчас ненужный панцирь, да и с остальным можно поступить подобным образом. Но пусть пока повозится с застежками.

Едва выдав брезент, Викта сразу же вернулась к Аспид. Та, видимо, отбросила свои терзания и теперь, подобно нервному дракону, осматривала округу, готовая порвать любую угрозу.

Рени периодически сообщал, что происходит у противника. Судя по всему, один из монстров неудачно провел свою охоту и стал добычей. А это означало, что у нас есть время на подготовку.

Леви тем временем поедал домашнюю утку из наших запасов. Птица исчезала вместе с костями, которые хрустели с таким звуком, будто их перемалывают жернова. Его способность к восстановлению давно перешла на режим максимальной эффективности. Он как-то упоминал, что буквально знает, сколько раз нужно прожевать пищу для её идеального преобразования в энергию. Впрочем, планов на него пока не было. Хотя физически он уже должен был легко справляться с двадцатью или даже тридцатью гоблинами, морально к подобному он был не готов.

Глядя на Леви, я видел в нём этакого паладина — его способности позволяли ему на равных биться с любым магом. Но когда в его руках оказывалось оружие, всё менялось кардинально. Выверенные движения, давно не человеческая сила и укреплённый скелет. Такой человек, закованный в сталь, явно не уступал бы Бартолду. Ко всему, лекарь мог временно игнорировать урон, попросту отключая болевые рецепторы и регенерируя прямо в бою. Да, потом он будет орать белугой, но сам факт подобного козыря делал из него смертоносного противника.

Подготовка магесс была завершена, и вот уже на брезенте, дрожа от холода, стояли две магессы в халатиках. Они буквально выбежали, чтобы перейти в свои боевые формы, и наконец были готовы к первому боевому столкновению.

— Итак, ваша задача — уничтожение вражеского лагеря. В приоритете — шаман. Только он сможет организовать хоть какое-то сопротивление. Далее — планомерно уничтожайте гоблинов.

Я взял палку и очертил на земле стойбище, затем положил камень, обозначая костер, и небольшой камушек — шамана.

— Пока мы не знаем, как поведут себя ваши стихии, потому вам лучше заходить с разных сторон. Леона, ты будешь заходить с севера — ветер будет дуть на тебя, они не почуют твоего приближения. Фрея, ты заходи с юга — погода идеально скроет твой подход. Когда они вас заметят, будет уже поздно. Если силы на исходе, Рени подстрахует и сразу обернёт вас в защитный кокон. Всё понятно?

Сестры закивали головами.

— Тогда удачной охоты!

Две фигуры сорвались в направлении стойбища, а Рени последовал за ними. Мне же оставалось ждать результатов и заниматься охраной. К несчастью, я не мог обеспечить безопасность сразу двум людям, находящимся в разных местах.

***

Огибая деревья, Леона неслась в указанном направлении, оставляя за собой столб дыма, на который не обращала ни малейшего внимания. Сейчас она чувствовала лишь легкость и азарт. Было странно: в человеческой оболочке гоблины вызывали у неё страх, но в боевой форме всё было иначе. Она знала — физически эти твари не смогут её даже коснуться. Это знание дарило ощущение полной, головокружительной безопасности. Ускорившись ещё, она подумала: шаман падет именно от её рук. Стихия шаманов — огонь, а против неё у него не было ни единого шанса.

Её глаза полыхнули пламенем, и она рванула вперёд.

Фрея же аккуратно пробиралась сквозь лесную чащу. Она тоже не чувствовала волнения перед заданием. В конце концов, в этой форме было не страшно столкнуться с противником лицом к лицу. Она уже почти вышла к стойбищу, как его внезапно охватило бушующее пламя. Тяжело вздохнув, Фрея поняла: сестра решила уничтожить шамана первой. Но тут же она недоумённо подняла брови. Леона атаковала с воздуха — она парила над полем боя, словно хищная птица, и просто… гонялась за обезумевшими от ужаса гоблинами.

Понимая всю вселенскую несправедливость происходящего, Фрея тоже захотела парить. И — у нее получилось! — она смогла оторваться от земли. Полет! Почему она не додумалась до этого раньше? Вспомнив, как летает Аспид, она попыталась изобразить нечто похожее, но тщетно — скорости катастрофически не хватало. Взглянув на сестру, которая уже заканчивала зачистку, Фрея улыбнулась.

Люций будет недоволен, — мелькнула мысль. — Уже пора искать ночлег, а мы так и не нашли нужного количества гоблинов.

Увидев, как небольшая группа противника пытается скрыться в зарослях, она решила опробовать свои способности. Гоблины бежали от огня, не останавливаясь, но её скорость была в разы выше. Направленный луч холода пронзил воздух и намертво сковал троих беглецов. Спустя несколько секунд они рассыпались морозной крошкой.

Фрея с удовлетворением кивнула. Не могла же способность, крошащая камень, быть слабой. Теперь пора успокоить разошедшуюся сестру и возвращаться.

Рени не мог сдержать улыбки. Сестры и впрямь оказались сильны. Подобные грани сразу выводили их на другой уровень, давая мощное преимущество. «Хотя, — мысленно остудил он свой восторг, — как и у Люция, у них наверняка будет куча ограничений».

Но глядя на пляшущее вдали пламя и ледяные узоры, проступающие на коре деревьев, он позволял себе надеяться. С такими союзниками у него и впрямь появился шанс. Шанс увидеть тот самый город, что они построят, обещанное море... а может, даже и ту далёкую планету, о которой Люций рассказывал с таким непривычным для него воодушевлением.

***

Когда к нам подлетели наши магессы я даже немного опешил, они плыли по небу будто так и должно быть. Получается сейчас они легче воздуха и двигаются в нужном направлении благодаря граням. Увидев подобное теперь у нас было целых три летающих мага. Хотя присмотревшись я понял что скорость не будет здесь главной характеристикой. Через некоторое время к нам вышел и Рени, который и рассказал как проходило сражение. Хотя по сути сражения и не было.

Оглядев поляну я тяжело вздохнул, планы пропали, гоблины в нужном количестве не найдены, а день клонился к своему завершению. Придется отойти на приличное расстояние чтобы найти место для ночлега. К счастью у нас еще было пару часов до того как начнет темнеть.

— Двигаемся дальше, — скомандовал я, и отряд ожил.

Сборы начались с того, что Викта, не тратя лишних слов, принялась деловито собирать наш скарб. Подойдя к промокшему брезенту, она одним движением отправила в недра своего хранилища нагрудники, перчатки и прочую амуницию сестёр. Всё исчезало в мерцающем воздухе с тихим шелестом. Последней, свернувшись в аккуратный рулон, последовала и сама ткань.

Вскочив в седла, мы вновь двинулись в путь. С неба посыпалась мелкая ледяная крупа, и я принял решение вести отряд к скалам неподалёку. Погода обещала сделать это путешествие по-настоящему незабываемым. В уме я уже рассчитывал, что магессы смогут вырубить для нас в каменной толще хотя бы просторную пещеру с одним входом.

Не пройдя и пары сотен метров, на нас обрушилась настоящая метель. Ледяная крупа, сменившаяся мокрым снегом, больно хлестала в лица. Видимость сразу же упала чуть ли не до вытянутой руки. И тут же выявилась первая серьёзная слабость сестёр. Ледяные потоки и мокрая снежная каша буквально смывали их температурные явления, а вскоре и сама концентрация на поддержании боевой формы стала для них невыносимой. Прозрачные тела покрывались трещинами, и они с трудом удерживались от распада.

Получалось, что без адаптации к окружающим условиям их ждало быстрое и сокрушительное поражение. Это была и плохая, и хорошая новость. Всегда лучше найти свою ахиллесову пяту в условно мирных обстоятельствах, чем в пылу настоящей схватки.

Рени, конечно, мог бы обеспечить им защитный купол, но так они могли навредить нашему транспорту. Пришлось остановиться и устраивать переодевание посреди бушующей метели. Но и мы были готовы к подобному, Рени создал над нами ледяной купол, отсекающий потоки снега, а Рори бережно подогрел воздух под ним, чтобы девушки не замёрзли. Когда с этой нелепой процедурой было покончено, мы снова тронулись в путь. А непогода, будто только разогревалась и набирала обороты.

Вскоре пришлось спешиться и пробираться пешком. Лошади шарахались от каждого завывания ветра, и их приходилось удерживать изо всех сил — иначе они разбегутся, и не факт, что мы потом найдём их целыми и невредимыми. Настоящая метель разбушевалась, когда мы уже около часа пробирались по заметенной, пересечённой местности. В такую погоду любые палатки неминуемо порвутся и занесёт снегом, и я, стиснув зубы, мысленно констатировал, что движение к горе было единственно верным решением.

Обычным людям в такой ситуации пришлось бы прятаться под кронами деревьев и молиться, чтобы погода по быстрее нормализовалась. Деревья вокруг раскачивались с такой бешеной амплитудой, что было непонятно, почему их до сих пор не вырвало с корнем.

Мы двигались колонной по четыре человека. Я, Рени, Дуглас и Леви шли в авангарде, прокладывая дорогу сквозь сугробы и отсекая особенно опасные ветки. За нами, сбившись в кучку, двигались Рори, Аспид, Викта и сёстры. Замыкали шествие магессы камня вместе с Энтони, который своим щитом мог прикрыть их от опасности. Из всей команды верхом сейчас оставалась лишь Викта, лошадь которой держала Аспид. Все остальные были заняты отчаянной борьбой с перепуганными лошадьми, которые так и норовили сорваться с поводьев и умчаться прочь от этого ада.

У подножия горы, ошарашенные магессы камня, выслушав мою незамысловатую идею, тут же принялись за дело. Их пальцы коснулись холодной, покрытой наледью скалы, и камень послушно пополз, как мягкий воск, образуя ровный арочный проход. Задача была проста: проложить коридор, достаточно широкий, чтобы я и Дуглас могли беспрепятственно вытаскивать наружу вырезанные ими массивные блоки породы.

Работа закипела. С каждым вынесенным во мрак и метель монолитом наша импровизированная пещера медленно, но верно росла вглубь скалы. Ясно было, что нужно помещение не только для всей команды, но и для нашего пугливого ждущего на улице транспорта. Грохот камня, гул стихии за входом и щебет магесс наполняли пространство.

Вскоре усилиями магесс камня и нашей грубой силы образовалась просторная полость, которую магессы аккуратно «запечатали» от непогоды. Для лошадей отвели отдельный, меньший по размеру «закуток» с кормушками из того же камня — там животные могли отдохнуть в тепле и безопасности от любой местной фауны. Оказавшись в темноте Рори создал несколько простых огненных шаров, освещая пространство.

Почуяв надёжную защиту каменных стен, Викта, наконец, расслабилась и с видом заправского квартирмейстера принялась доставать из своего пространственного кармана припасы и спальные принадлежности. Магессы камня, вдохновившись успехом, переключились на обустройство быта. Под их руками бесформенные глыбы обретали форму: вот уже появился низкий, но широкий столик, а вокруг него — подобие скамеек и лежаков, повторяющих контуры кроватей. Всё было грубо, аскетично, но это была хорошая возможность для магесс.

Получилась этакая спартанская, но уютная каменная коробка, где вся наша разношёрстная компания могла сносно разместиться. Помня свою работу над домом, магессы даже проложили в толще стен и потолка тонкие каналы, обеспечив простенькую, но жизненно необходимую циркуляцию воздуха, чтобы мы не задохнулись от собственного дыхания.

Некоторое время они повозились с устройством входа в лошадиное лежбище, перешёптываясь и пробуя разные замысловатые запоры. В итоге, видя их мучения, я вмешался.

— Не мудрите. Иногда проще — значит надежнее.

В итоге приняли решение не усложнять и создали обычный, но массивный каменный засов, который с громким скрежетом задвигался снаружи.

Чуть позже, когда основные хлопоты по обустройству стихли, я подозвал магов камня к дверному проёму.

— А теперь покажу вам одну полезную вещь, — сказал я и начал чертить схему прямо на каменной пыли, покрывавшей пол. — Дверь, которую человек сможет открыть с некоторым усилием, но которая будет неподвластна животному.

Я объяснил им принцип простейшего механизма, основанного на разнице в силе и сообразительности: рычаг, смещённый центр тяжести, задвижка особой формы. Их глаза загорелись пониманием — по итогу у нас получился первый укрепленный форт, готовый принять путников после нашего ухода.

Ворота в скале были стилизованы под мой герб, подобное место люди не пропустят и даже гоблины не смогут им воспользоваться.

Меня подозвал Рени, и по его сжатым губам и напряженному взгляду я сразу понял — у нас гости, и встреча предстоит недружелюбная.

— Сколько их? — тихо спросил я, подходя ближе.

— Трое. Двигались скрытно, но сейчас знатно спалились, — так же тихо ответил он, кивая в сторону леса.

— Услышал от них что-то полезное?

— Да. Клан Фостер хотел передать пламенный привет.

— Это интересно. Пойдём встретим. Бедолаги, наверное, уже околели от холода.

Я развернулся к нашей группе, собравшейся у костра.

— Внимание, непредвиденная ситуация. За нами пришли люди из клана Фостер. Сейчас мы пойдём побеседовать с ними, а вы останетесь здесь. Девочки, как только мы выйдем, запечатайте вход. Открывать только на три медленных стука. В противном случае — сидите тихо и не высовывайтесь.

Все мгновенно напряглись. Парни стали подтаскивать оружие поближе, звякнув сталью. Увиденное меня полностью удовлетворило — группу можно было оставить без присмотра. Метель, не думавшая стихать, обещала идти всю ночь, и ее буйство идеально маскировало наши движения.

Рени безошибочно вывел нас к месту, где противники пытались устроить лагерь под поваленным деревом. Они даже сумели разжечь небольшой костёр. Мы приближались бесшумно — вряд ли это были профессионалы уровня Нокса. Скорее, парочка горе-наёмников, подхваченных кланом, а это означало, что билет они взяли в один конец.

Рени первым атаковал, пытаясь замотать их в ледяные коконы, но те ловко растворились в темноте. Я чертыхнулся.

— Маги тьмы! Все трое! Это проблемно.

Рени был обнаружен первым. Одна из теней тут же материализовалась у него за спиной, но он вовремя отпрыгнул в сторону, и в противника с хлюпающим звуком врезалась ледяная сосулька выпущенная под высоким давлением, отбрасывая его на землю.

Оставшаяся парочка устремилась ко мне. Бой пошёл врукопашную. Мне был нужен хотя бы один живой, способный рассказать, зачем их послали. Противники работали слаженно, пытаясь вывести меня из строя ударами, покрытыми теневой дымкой — первая грань, смертельно опасная для обычного человека.

Но в моём случае они лишь беспомощно врезались в многослойные щиты, и я ответил жёсткой контратакой. Один из нападавших не успел увернуться — моя нога со свистом врезалась ему в колено, и тот с криком рухнул, хватаясь за явно сломанную конечность. Второй вовремя ушёл в тень, а я с опозданием вспомнил об одной из недавно изученных граней.

Тем временем Рени вёл свой бой, методично и без суеты. В окружающем ночном пространстве появлялись сотни ледышек, чтобы атаковать противника буквально при каждом его выходе из тени. Вскоре на земле лежал уже второй кричащий пленник, схваченный ледяными путами.

— Третий сбежал! — крикнул Рени, указывая рукой вглубь леса.

— Черт! Значит будем догонять, не хочу что бы Фостер слишком рано узнали о наших возможностях.

***

— Твою мать, твою мать, твою мать!

Грин лихорадочно нырял из одной тени в другую, пробираясь всё глубже в чащу. «Они не посмеют сунуться сюда!» — пытался он убедить себя. Встреча с местными тварями должна была остановить преследователей. Впрочем, иллюзий он не строил — многие обитатели этого леса сожрали бы и его самого, не оставив и шанса на сопротивление. Но и эти два монстра в человеческом обличие были немногим лучше.

Проклятый гидромант будто видел их насквозь, а этот Вилд... Грин вложил в свою «Теневую длань» всю силу, а тот даже не дрогнул. «Начнём с подчинения сопляков», — передразнил он кого-то в своём воображении. Чёртова победа над чёртовым преподавателем — неоспоримый факт, который все предпочли проигнорировать.

И что теперь? Двое в лапах этих выродков, а он бежит, поджав хвост. Внезапно лес огласил дикий рёв. Грин обернулся и увидел пантеру — чёрную, как сама ночь, с горящими хищными глазами. Она уже учуяла его и была явно голодна.

— Да твою ж мать!

Вложив в свою способность остатки сил, Грин рванул прочь. Он сделал всего несколько шагов, как пантера бесследно исчезла. «Повезло?» — мелькнула смутная надежда. Он замедлил шаг, пытаясь перевести дух и смахнуть воображаемые капли пота со лба. И в этот миг пространство вокруг исказилось, вытолкнув его из тени, будто пробку из бутылки.

— Что за…? — он только успел ахнуть.

Огромная, лишенная плоти челюсть из чистой тьмы сомкнулась на его голове. Хруст был коротким и отвратительно громким.

***

— Стой! — Рени резко поднял руку, заставляя меня замереть.

— Ушел?

— Стал обедом для какой то твари. Уходим. Сейчас же.

Мы молча, стараясь не издавать лишних звуков, отправились обратно. Сражаться с местными хищниками за идиота покойника не было ни малейшего желания. Да и сил после схватки могло попросту не хватить. Самое отвратительное в боях с монстрами — это привлечение других монстров. Пара лишних ранений, запах крови — и вот уже за тобой тянется целый хвост голодных тварей. Устроишь с ними разборки — и на шум немедленно явится кто-то посерьёзнее, решив, что ты организовал для него шведский стол.

К счастью, у нас оставались двое пленников, далеко уйти они бы не смогли. Вполне достаточно, чтобы раздобыть немного информации. Оттащив их в разные стороны, мы приступили к допросу. В принципе, информация оказалась относительно ожидаемой: Фостеры хотели взять неоперившуюся группу под своё крыло. Правда, в их план входила и небольшая «чистка» — в виде моей кончины.

Я невольно вмешался в их «естественный ход вещей». Фостеры годами подбирали всех магов, оказавшихся ненужными кланам, и распродавали их всем заинтересованным. Нужны вашему роду маги? Вот магессы. Пусть и бездарные, но возможно, их потомки будут одарёнными. Нужны крепкие рекруты в гвардию? Сотня золотых — и вы получаете немного забитого, но всё ещё мага.

Не стану делать вид, что шокирован. Наши маги молнии уже рассказывали о подобном. Именно поэтому они и попали в тот карательный поход — им сделали «предложение, от которого нельзя отказаться». Свернув шею своему «языку», я направился к Рени.

— Узнал что-то новое? — спросил я, вытирая руки.

— Всё то же самое, что и у тебя.

— Ну и ладно. Что с твоим?

— Будет хорошим удобрением.

Я молча кивнул. Это была не самая светлая часть нашей жизни. Но и оставлять за спиной таких «охотников» не было ни малейшего желания. Нокс когда-то очень быстро и доходчиво объяснил нам, что далеко не все маги в этом мире — белые и пушистые. И история Радана чётко давала понять, во что может превратиться вовремя не остановленный маг в будущем.

Постучав условным сигналом, я услышал, как с скрежетом сдвинулась каменная дверь. Из-за неё на нас уставились десятки настороженных глаз, а в воздухе замерла готовая к бою магия. Быстро осмотрев построение, не удержался от замечаний.

— Энтони, ты боец второй линии, — ткнул я пальцем в его сторону. — Незачем стоять впереди Аспид.

Перевёл взгляд на Рори.

— Тебя это тоже касается. И почему огненный барьер не был развёрнут сразу?

Из-за широкой спины Аспид выглядывали остальные девушки, сбившиеся в кучу.

— А вы, что это за построение такое? Аспид молодец, что встала впереди, но наведи порядок, иначе вместо помощи получишь под ногами кучу перепуганных магесс. Закрывайте вход и начинайте готовится ко сну.

К нам подошёл Рори, на его лице читалась тревога.

— А что с нападавшими?

Я посмотрел на него с немым вопросом «как думаешь?».

— Вы ведь... отпустили их, да? — не унимался он, и в его глазах теплилась наивная надежда.

Я взглянул на него, как смотрят на оперившегося птенца, впервые выпавшего из гнезда.

— Отпустили ведь? — повторил он уже почти шёпотом.

Не отвечая, я развернулся и направился к своему лежаку. Зачем разрушать его розовый мир раньше времени? Он и так уже начал понимать, что его жизнь отныне простой не будет.

— Магессы камня! Ко мне!

Три зашуганные девушки нерешительно подошли поближе.

— Где ваши големы?

На меня уставились три пары искренне удивлённых глаз. Я сдержанно поморщился.

— И как вы планировали отбиваться, если бы мы с Рени проиграли?

Они начали что-то мямлить, путаясь в словах, но я поднял руку, останавливая их.

— Вопрос был риторическим. Каменные големы должны быть всегда наготове. В идеале — создавать их при первом же выходе из города. Понимаю, что сейчас на подобные дистанции сил не хватит, но... — я обвёл рукой всё убежище, — в подобной ситуации вы должны полагаться только на себя и свой дар.

Девушки, как болванчики, закивали, не сводя с меня испуганных глаз.

— Сейчас же создайте големов. Завтра мы найдём для них живую мишень.

Они побледнели, но снова закивали, уже с отчаянной решимостью.

— На этом всё. Готовьтесь ко сну.

Грубо вырубленные стены и своды жадно впитывали пляску теней от огня факелов. Трёхъярусные каменные кровати, холодные и неуютные, впивались в спины, напоминая скорее склады магазина, куда нас за ненадобностью забросили, чем спальные места. Но это была отличная тренировка для наших магесс.

Я медленно пришёл в себя — снаружи, судя по слабому свету, только занималась заря. Окинув взглядом наше «мужское крыло», я сдержанно усмехнулся. Первые укрепления были готовы, и это главное.

Мы не истощили магесс камня и смогли обустроить себе хоть какую-то крышу над головой в этом негостеприимном месте. Пусть организация быта пока хромала на обе ноги, но с практикой и это исправится.

Я поднялся во весь рост, одним этим движением давая понять — ночёвка окончена, начинается день. Рени тут же вскочил и коротко доложил данные, переданные нашим водяным защитником, что патрулировал границы.

Монстры и гоблины нас не потревожили — хороший знак. Солнце уже поднималось над горизонтом, пора было собираться в путь. Я окинул взглядом сонные физиономии парней и невольно усмехнулся.

— Буди.

Рени оскалился, вспоминая наши неожиданные побудки, и обдал всех на нашей лежанке ледяной водой. Оглушительные крики огласили пещеру. Девушки, не понимая, в чём дело, подхватили вопль. Аспид в сонном состоянии вынесла мечом часть каменной перегородки. Эм, да. Реакция получилась... энергичнее, чем я ожидал.

— Всех с добрым утром! — голосом, не терпящим возражений, бросил я. — Собираемся на завтрак. Ну а после выступаем на поиски.

Аспид что-то невнятно пробурчала и поплелась обратно, волоча клинок за собой. Жёстко? Возможно. Но уже через полчаса мы сидели за импровизированным столом, быстро уплетая разогретые припасы. Общее настроение было хорошим — пространство Викты хоть и не сохраняло тепло еды, но даже так таскать провизию в рюкзаках было в сотни раз неудобнее.

— План на сегодня прежний, — прозвучало так, будто спорить бесполезно. — Находим крупную группу гоблинов. Вступаем в бой и отходим к городу. Сражаться будут все, кроме Викты и Аспид. Я с Рени прикроем. Леона и Фрея, — я кивнул в их сторону, — работают с воздуха. Вчерашнее открытие с гранями дало им преимущество, так что используем это.

Когда наш каменный проход со скрежетом отъехал в сторону, на нас обрушился шквал ледяного, пронизывающего до костей ветра. Леона и Фрея, не сговариваясь, заявили, что сразу перейдут в боевые формы. Теперь мы знали, как уловить признаки их истощения, и могли вовремя подставить плечо. Да и у самих девушек уже наметились контуры будущего развития.

Аспид чёрной точкой растворялась впереди, уйдя на разведку. Её скорость полёта и впрямь была невероятной. Пара взмахов — и она уже преодолевала первую сотню метров. Рени тем временем непрерывно сканировал округу, наша группа двигалась по кромке леса. Из-за вчерашнего ледяного дождя, скорость заметно упала. Бедные лошади ступали с опаской, будто боялись провалиться копытом в раскисшую снежную кашу, хлюпающую под ногами.

Животный мир тоже начинал свой день. Нам повстречалось семейство леммингов, которые с немым укором провожали нас глазами. Но забавнее всего было наблюдать за магессами камня. Вчера они постарались на славу, создав себе устрашающих гуманоидных големов с мечами в каждой руке.

Вот только грани, чувства веса, как у Даны, у них не было. И эти грозные каменные истуканы то и дело поскальзывались на подтаявшем снегу и влажной земле, с грохотом уходя в грязь и слякоть. От этого зрелища магессы буквально кипели от ярости, но поделать ничего не могли — готовить таких бойцов непосредственно перед схваткой они пока не в силах.

А вот сёстры наслаждались происходящим по полной. Вчерашняя теория об ускорении полёта на практике сработала на удивление хорошо. Так что у нас появилась собственная воздушная разведка: Леона и Фрея патрулировали ближний периметр, а невероятно быстрая Аспид уходила далеко вперёд.

— Нами заинтересовались! — донесся сверху голос Леоны.

— Кто? — бросил я, всматриваясь в чащу.

— Что-то вроде медведя. Вон, у той сосны.

Из-за ствола мелькнула массивная бурая туша, и в воздухе повисло низкое рычание.

— Рори, покажи мишке, что ему сюда не надо.

Пиромант вскинул руку вперёд. Огненный шар, шипя и искрясь, врезался в землю у самых корней сосны. Глухой «ухнувший» взрыв поднял в воздух фонтан грязи, снега, хвои и обломков веток. Косолапый издал оглушённый и обиженный рёв, после чего послышался треск кустов — он предпочёл ретироваться.

«И правильно», — мелькнуло у меня в голове. Всё равно отправлять шкуры сейчас некому, да и незачем.

***

Аспид летела над бескрайним морем леса, уходящим к самому горизонту. Ощущение полной, пьянящей свободы едва не заставило её пролететь мимо цели. Но скопление гоблинов внизу всё же вырвало её из эйфории. Она замерла в воздухе, оценивая картину: орда вперемешку с шаманами яростно отгоняла от своей стоянки какого-то крупного монстра.

Достав сигнальную шашку, Аспид дёрнула за верёвку, обозначив местоположение вражеского лагеря. Взгляд невольно скользнул назад — группе потребуется немало времени, чтобы подойти. А ей стало дико интересно, чем закончится эта потасовка. Монстр, несмотря на солидные габариты, не решался атаковать, лишь оглушительно и трусливо ревел. Шаманы, с азартом, достойным лучшего применения, палили в него огненными шарами, нанося куда больше урона собственным сородичам, чем самой мишени.

Вдруг её внимание приковала несуразная, грубо сколоченная клетка, из которой доносились отчаянные попытки кого-то вырваться. Осмотревшись, Аспид с удивлением поняла, что её присутствие пока осталось совершенно незамеченным.

«Ну, и что они мне сделают, в конце концов?» — промелькнула дерзкая мысль.

На этот раз она спускалась с предельной осторожностью, планируя и осматриваясь, чтобы гоблины не заметили её. Пока шаманы с диким воплем устроили фейерверк, Аспид бесшумно подлетела к клетке. Молниеносный удар меча снёс крышку. Железная хватка впилась в загривок невольника, и она стремительно рванула вверх.

Ничего не понимающий зверь отчаянно дёргался, но её стальная хватка не ослабла ни на миг. Когда гоблины наконец заметили пропажу, было уже поздно. Аспид уже уносилась в сторону леса, чтобы выпустить своего неблагодарного пленника.

Найдя подходящее мощное дерево, она плавно спланировала к нему. Быстро оценив обстановку и не обнаружив угроз, она спустилась на землю и разжала пальцы.

— Давай, беги.

Не задерживаясь, она снова взмыла на ветку, чтобы наблюдать. Монстр, пошарившись рядом с деревом, почти сразу нашёл своего детёныша и оглушительным, но уже радостным рёвом известил об этом лес, после чего поспешил скрыться. Аспид проводила их взглядом, но ненадолго — буквально через минуту на её укрытие обрушился шквальный обстрел шаманов, и пришлось стремительно отступать.

Искренне рассмеявшись над всей этой нелепой ситуацией, она развернулась и полетела к своему отряду — сообщать о находке.

***

Увидев в небе сигнал от Аспид, я внутренне возликовал. Наконец-то! Проклятые гоблины и впрямь устроили своё логово в самой глухомани. Теперь мы получим полноценный бой с численным превосходством противника — то, что нужно.

Новички, конечно, моего энтузиазма не разделяли. Леви и Дуглас воспринимали предстоящее как неизбежную и малоприятную повинность. Магессы, целиком поглощённые управлением големами, не реагировали вовсе. Энтони пытался храбриться, но по его лицу было ясно: он бы с радостью пропустил этот «ценный опыт» мимо себя.

Определив направление, группа прибавила шагу. Вскоре к нам вернулась Аспид, на ходу рассказывая историю о «неблагодарном спасённом». Мы дружно рассмеялись над её выходкой. Я не стал читать нотаций — её поступок, конечно, был рискованным, но подобные шишки каждый должен набивать сам. К тому же, в данном случае реальной угрозы для неё действительно не было.

Рени шёл в своей повязке, сканирование леса в подобной ситуации было жизненно важным — неожиданное нападение монстра могло стоить дорого.

— Стоп, — внезапно бросил он через плечо, замирая на месте.

Все разом замерли. Големы, будто вкопанные, застыли. Из чащи донёсся рык — низкий, раскатистый, будто отдающий приказ подчинённым. Затем ещё один, уже ближе.

Я медленно развернулся и подался вперёд, следя за движением в глубине леса. Между стволами мелькнула тень — крупная, серая, скользящая бесшумно, несмотря на размер. Пара светящихся точек на мгновение вспыхнула в полумраке и погасла.

Леви невольно дёрнул поводья, задевая плечом Дугласа. Тот лишь стиснул зубы, не отводя взгляда от чащи.

— Волки? — скорее с вопросом, чем со страхом, проговорил Энтони.

— Нет, — так же коротко парировал Рени, не поворачивая головы. — Теневые котяры. Охотятся стаей. Думают, что нашли лёгкую добычу.

Один из големов с переди начал движение и с оглушительным грохотом рухнул на бок, в очередной раз поскользнувшись на влажной почве. Магессы взвизгнули от неожиданности, но Майра тут же сжала кулаки, пытаясь поднять и развернуть каменную тушу к противнику.

В тот же миг из зарослей вышла первая кошка — размером с молодого медведя, с приземистым телом и холодными жёлтыми глазами. За ней — вторая, чуть меньше.

Клинок Аспид дрогнул в воздухе, готовый встретиться с угрозой. Леона и Фрея инстинктивно поднялись выше, готовясь к атаке.

— Стоять, — тихо, но чётко скомандовал я. — Рори — шар в первую, кто сделает шаг в нашу сторону.

Кот зашипел, обнажая клыки, с которых стекала слюна. Он сделал шаг вперёд — и в тот же миг пиромант метнул огненную сферу. Не в зверя, а в землю перед ним. Грохот и фонтан искр заставили хищника отпрянуть.

Этого оказалось достаточно. Коты замерли, оценивая ситуацию. Странные каменные громыхающие фигуры, опасный огонь, от странных фигур в воздухе веяло скрытой угрозой. Опасны.

Пара секунд тягучего молчания — и серая тень отступила, растворившись в тенях. Вторая последовала за ней. Викта выдохнула так, будто всё это время не дышала вовсе.

— Повезло, — хрипло проговорил Дуглас, разжимая пальцы на эфесе меча.

— Не повезло, — поправил я. — Они просто поняли, что охота не стоит усилий. Двигаемся дальше. Не расслабляйтесь. Мы хоть и контролируем окружение… но это опасное место.

Магессы, бледные, кивнули и вернулись к управлению своими големами. Я довольно кивнул. Эти кошки напомнили всем, где они находятся. Тут не только у нас есть грани, и добыча может вполне поменяться местами с охотником.

Когда до гоблинов оставалось уже рукой подать, Рени снова резко поднял руку, останавливая группу.

— Что-то не так. Они не просто стоят. Гоблины будто ждут нападения. Построились.

— Значит, мы не первые, кто сюда наведался, — бросил я, быстро оценивая обстановку. — Но это плана не меняет. Аспид, на тебе охрана Викты. В бой не вступаешь.

Аспид коротко кивнула и взяла лошадь Викты под уздцы, отводя её вглубь нашего строя.

— Действуем по схеме! Первая линия: Дуглас, Леви по центру. Майра и Бренда — правый фланг. Ханна — левый. Леона контролирует с воздуха правый фланг, Фрейя — левый. Вторая линия: Рори и Энтони. Максимальный урон, приоритет — шаманы. Далее — помощь первой линии при скоплении противника. Вопросы?

В ответ — серия молчаливых кивков. В их глазах читались страх и сомнение. Я резко хлопнул в ладоши, разрывая напряжённое молчание.

— Дуглас, снаряжай свою боевую форму.

Тот кивнул и направился к Викте за своими слитками. Я же подошёл к магессам камня.

— Они не пробьют ваших големов. К тому же, у Рори есть чем удивить противника. Это будет быстрый бой.

Девушки кивнули, но напряжение в их позах никуда не делось. Увидев, как Дуглас облачился в свою металлическую форму, я отдал последний приказ.

— Отлично. Я с Рени вступим, когда будет нужно. Начинайте.

Наш простой боевой порядок вышел на опушку, к самой гоблинской стоянке. Зеленокожие, оскалившись и сбиваясь в кучки, двинулись на нас сплошным, кричащим потоком, поднимая брызги талого снега. Рори, не дожидаясь команды, швырнул в гущу толпы пять огненных сфер. Грозные крики сменились серией глухих взрывов, взметнувших вверх куски тел, комья мерзлой земли и клубы пара от снега. Гоблины явно не ждали такой наглости.

Но почти сразу ответили их шаманы — и теперь под шквалом огненных шаров оказались наши.

— Как они? — сквозь грохот крикнул я Рени.

— У девчонок сейчас сердце из груди выпрыгнет. Да и у парней тоже. Дуглас и сёстры в боевой форме — похоже, не дрогнули.

Я кивнул. Так и ожидал. Первые гоблины уже прорывались вперёд. Энтони открыл огонь, а Леви пришлось добить одного, подбежавшего вплотную. Что ж, ради этого мы и пришли сюда.

— Леви успокоился, — крикнул Рени.

— Лекарь вспомнил про свои возможности.

Рори снова метнул сферы — туда, где мелькали вспышки шаманских заклинаний. Очередные взрывы посеяли в их рядах сумятицу, но основная масса гоблинов уже катилась на первую линию, как селевой поток. Я усилил звук.

— Первая линия, вперёд!

Бойцы двинулись навстречу нестройно, через силу. Каменные големы неуклюже заводили мечами, больше мешая друг другу, чем попадая по врагу. Но схема в целом работала — Леви и Дуглас без проблем рубились с противником. Центр держался без каких-либо проблем, фланги испытывали трудности, но в целом магессы поняли, что их не смогут достать в этой броне.

Снова взрывы за спинами у гоблинов — и там началась паника. Но по големам всё ещё прилетали огненные шары. Похоже, шаманов было больше семи, судя по всему. Но ненадолго.

— Люций, левый фланг, быстро!

Голос Рени прозвучал взволнованно. Я рванул на указанное место, уже выхватывая меч, но, увидев противника, тут же вернул его в ножны. Моя «зубочистка» была здесь бесполезна.

На нас неслось нечто ростом в добрые десять метров — гибрид варана и броненосца, покрытый чешуёй и костяными пластинами. Его внимание привлекла Ханна, чей голем как раз восстанавливал своё сломанное оружие.

Я вылетел перед магессой камня, вложив в кулак всю мощь «всплеска». Удар пришёлся точно в челюсть, заставив монстра дёрнуться, но инерция была чудовищной. Он протаранил меня, как шар для боулинга, смяв по пути и каменного голема Ханны. Я кубарем откатился в сторону, но краем глаза увидел, как тело девушки обвивают спасительные ледяные путы Рени. Хорошо. Не по плану, но сработало.

С досадой вскочил на ноги, злобно скалясь. Оббежал дезориентированного зверя с фланга и всадил второй «всплеск» прямо под рёберную дугу, в мягкие ткани. С хрустом ломалось что-то внутри. С почками этой твари мы только что попрощались. Смерть теперь — дело времени.

Вернувшись на основную позицию, я застал Ханну, рыдающую в объятиях Викты, пока Аспид гладила её по спине. Ничего, подобное бывает, потому мы и здесь. Позже, когда успокоится, сама же и разделает своего обидчика.

Битва тем временем подходила к логическому завершению. Гоблины, лишившиеся своего огненного прикрытия, заметались и побежали. Я поймал взгляд Рени и отмашкой дал сигнал: зачистка. Затем, усилив звук, рявкнул на всё поле:

— Победа!

Над лесом прокатился общий рёв — смесь выплеснутой ярости, затаённого страха и радостного облегчения. Я окинул взглядом отряд и с удовлетворением кивнул. Исход мог быть куда хуже. Отдельный респект Рори — его новая грань спасла многих от затяжной мясорубки. Но сейчас предстояло дело поважнее.

— Ханна, — позвал я, подходя. — Восстанавливай своего голема.

Она, не поднимая глаз, кивнула и поплелась к груде обломков, что ещё недавно было её каменным воином. Пока она, всхлипывая, собирала своего стража по камешку, я привёл себя в порядок. Затем мы подошли к главному «обидчику». Чудовище ещё дышало, но уже агонизировало.

— Это не по жребию, — сказал я, глядя на Ханну. — Но руби ему голову. Это твой враг, и он будет повержен тобой.

Её голем тяжело поднял каменный меч и с размаху рубанул по шее твари. Лезвие со скрежетом отскочило от костяных пластин, обломившись пополам. На лице Ханны мелькнула оторопь, сменившаяся внезапной, холодной яростью. Она сжала кулаки, и в воздухе вспыхнул силуэт нового оружия — огромного, как у Аспид, двуручного меча. Взяв его в руки голема, она начала методично, с ненавистью и отчаянием, бить по тому же месту. С каждым ударом злость крепла, а удары становились точнее и сильнее. Наконец, с хрустом, голова монстра была отделена от тела.

Дождавшись, пока магесса разберётся со своим противником, она отбросила меч и выплыла из камня. На её глазах не было слёз — лишь обида за произошедшее. Слова тут бесполезны, но они должны быть сказаны.

— Ты справилась.

Она кивнула и отправилась к подружкам. Я проследил, как вокруг неё начинает формироваться группа «скорбящих». Нет, так дело не пойдёт. Мы не на отдыхе.

— Рени, приведи их в порядок. Собираем трофеи и уходим.

На девчонок опустился холодный туман, и все разом перестали заниматься своими «мокрыми делами».

— Викта, попробуй убрать голову в хранилище. Остальные — собраться и смотреть в оба. Мы на вражеской территории.

Викта, надувшись, всё же отправилась выполнять указание, но у неё ничего не вышло. Как бы она ни старалась, не могла убрать эту страшную голову в своё пространство. Пнув чудовище ногой, она отправилась ко мне с неутешительным докладом.

Пришлось магессам камня соорудить импровизированную каменную повозку, куда мы и водрузили нашу добычу. Получился своеобразный голем-тяжеловоз, запряжённый шестёркой лошадей. Скрежет от крутящихся колёс стоял оглушительный — хоть уши затыкай. «Вот бы они у Даны поучились тишине», — мелькнула у меня мысль, пока мы трогались в обратный путь.

Дорога назад была оживлённой. Леви с азартом что-то доказывал Дугласу, тыча пальцем в его доспехи, а тот лишь брезгливо морщился. Энтони, зачарованно слушая Рори, явно впечатлился способностям пироманта. Девчонки ехали молча на своей шумной каменной повозке, но в их молчании читалась уже не подавленность, а усталость. Каждая сейчас мечтала лишь об одном — оказаться у себя в комнате и не выходить оттуда в ближайшую неделю.

Въезд в Орфен вышел эпичным. Размеры твари оценил весь город. Караванщики и торговцы тут же принялись сулить за голову безумные деньги. Наш голем-тяжеловоз, весь в грязи и налипшем снегу, скрежеща колесами по булыжникам, привлёк всеобщее внимание. Но эта добыча была не для продажи. Это был трофей, который нельзя оспорить громкими словами.

— Мы отдадим её академии, — объявил я, когда мы наконец остановились в нашем поместье. — Как первое значимое деяние нашей магической группы. Можно бесконечно рассказывать о тысячах гоблинов, но вот показать метровую черепушку чудовища... Это уже совсем другая история.

Подготовка трофея далась нам нелегко. Мы с Рени вгрызались в головешку, отсекая мышцы и связки, — знакомое и монотонное ремесло. Работа затянулась до позднего вечера, но результат того стоил. Массивный череп, зловещие челюсти, бронированные пластины — теперь всё это представало в чистом виде, без лишней плоти.

Девчонки столпились в гостиной, уставившись на кучку глупых парней которые сидели на холоде и безжалостно уничтожали всё, что приносила кухарка. Реветь не хотелось — поэтому, стресс они решили заедать.

— Вы только посмотрите на них! Сидят, будто ничего и не случилось! — с вызовом бросила Викта.

— А я так натерпелась, когда эти твари начали молотить по моей броне со всех сторон!

— По-моему, в меня шарахнули огненным шаром!

Ханна недовольно фыркнула. — Помолчали бы уже.

Остальные хотели парировать, но под её взглядом потупились. Сёстры, Леона и Фрея, молча слушали — их грани позволяли избегать ближней схватки, и потому они не разделяли всеобщего страха, но понимали подруг.

— Слушайте, вы же рассказывали про эту Дану. Она ведь так и воюет — с каменной бронёй.

— Не сравнивай нас с ней! — обиженно выпалила Ханна, и подружки дружно закивали.

— Ну, Аспид-то в порядке. Она вообще только в доспехах и билась, — парировала Фрея.

Все взгляды разом устремились на крылатую подружку. Та с упоением доедала свиную ножку и, почувствовав внимание, лишь удивлённо похлопала ресницами.

— Чем раньше привыкнем, тем лучше. — Повторила она слова Люция. —К тому же, я могу просто улететь, если будут проблемы. А вы вообще можете уйти под землю, — отрезала она, и в её голосе прозвучало лёгкое осуждение.

Магессы камня разом потупили взгляд.

— Ты же не представляешь, как это страшно...

Аспид лишь покачала головой, смотря на подруг с немой укоризной.

— Кто то там хотел Гектора Пьера на дуэль вызвать, тоже будешь ему рассказывать как тебе страшно.

Хана пыталась пилить подругу взглядом, но проиграла, она действительно хотела всего этого. Но это не отменяло того, что это было страшно. Грани которые у нее пока есть их все еще недостаточно.

Вечером мы устроились с парнями рядом с горящим костром, посматривая на добычу. Хищный оскал чудовища, треск поленьев и простой деревянный стол, купленный у трактирщика, создавали отличный антураж, наслаждения победой.

Леви, не поднимая глаз, вгрызался в кабанью ногу, восстанавливая силы. Дуглас и Рени переглянулись, и на их лицах появились одинаковые усмешки. Рори с довольным видом потягивал горячий чай. Чувство безопасности после двух дней в поле было поистине бесценным.

— Люций, у тебя ведь завтра дуэль, — нарушил тишину Рени, не отрывая взгляда от черепа.

Чёрт, а ведь верно. Я совсем выбросил это из головы.

— Вряд ли меня удивят. Но для Магона это станет... очень неприятным опытом.

Тарин замер перед зеркалом в полный рост, затаив дыхание. Отражение было безупречным. Костюм — ослепительно-белый с изысканной золотой вышивкой, подчёркивающей линию плеч, — сидел безукоризненно. Он повернулся, любуясь игрой света на дорогой ткани. Прекрасно. Более чем прекрасно. Идеально.

С наслаждением перебрав несколько пар белых перчаток, он с удовлетворением кивнул, подбирая аксессуар к костюму. Ему нравилось абсолютно всё в этой новой одежде. Даже мимолётная мысль, мелькнувшая в голове, — совет того юного барона привести себя в форму, — теперь не казалась такой уж наглостью. Он снова посмотрел на замысловатые выкройки, явно рассчитанные на более атлетичную фигуру, и перевёл взгляд на своё толстое, но еще не жирное тело.

— А почему бы, — прошептал он самому себе, — а ведь и впрямь будет смотрется лучше. Для солидности.

Подойдя к огромному витражному окну своего кабинета, он усмехнулся, глядя на суетливых студентов внизу. «Первое значимое деяние на посту». Он мысленно уже составлял отчёт: «Оказал всевозможную поддержку перспективной студенческой группе, предоставил условия для тренировок, доступ к библиотеке… И вот — ошеломительный успех, доказавший верность выбранной стратегии». Всё это ляжет золотыми строчками в его доклад.

А уж когда старый хитрый лис наверху одобрит его грандиозный план… ох, тогда всё и впрямь вернётся на свои законные круги. Его круги.

С деловым видом усевшись за массивный дубовый стол, он взял в руки папку с документами, бегло пробежался глазами по тексту и, не меняя самодовольного выражения лица, с легкой усмешкой поставил на них размашистую, эффектную подпись.

— Утверждаю. Всё.

***

Установка нашего трофея прошла на удивление быстро и гладко. Прямо посреди главной дорожки академии магессы камня воздвигли внушительный каменный пьедестал, на который и водрузили массивную черепушку монстра. В основании была высечена лаконичная надпись: дата, место боя и имя Ханны как нанесшей финальный удар.

Получилось внушительное зрелище. Морда чудовища, застывшая в вечном оскале, теперь встречала каждого, кто входил в академию.

А цель была проста — стратегический задел на будущее. Пусть все кланы, затаившиеся в своих особняках, видят не просто группу талантливых студентов, а реальную, закалённую в бою силу. Чтобы даже мысль сунуть свои алчные лапы к моим людям вызывала у них подсознательный, животный страх перед перспективой оказаться на таком же пьедестале.

Первые утренние уроки вновь пошли прахом. Директору лично пришлось выступать в роли пастуха, возвращая расползшихся по территории студентов в аудитории. Я заметил, что он не удержался и уже щеголял в новом костюме, эскизы для которого я предоставил для преподавательского состава. Приятно, знаете ли, видеть непосредственные изменения, к которым приложил руку.

Наша группа, втиснутая за общую парту, изображала подобие внимания на лекции по основам магической теории. Монотонный голос преподавателя действовал усыпляюще. Однако в классе царило необычайное оживление. Студенты то и дело оборачивались, их взгляды — любопытные, оценивающие, иногда с откровенной завистью — упорно цеплялись за нас. Трофей у входа сделал своё дело — он подогрел ажиотаж вокруг предстоящей дуэли до небес. Теперь мои шансы в коридорных спорах котировались чуть выше, чем «совсем никаких».

Я же, откинувшись на спинку стула, мысленно прокручивал возможные сценарии. Что мог вытащить из рукава этот молниевик? Базовая «Вспышка», оглушающая противника. «Шаровая молния» — уже серьёзнее, управляемый сгусток энергии. И, вероятно, «Громовой барьер» — базовая защитная способность. Остальные его грани, я был уверен, будут лишь вариациями на тему, усиливающими мощность или скорость этих базовых приёмов.

И под этот незамысловатый арсенал я мог бы просто подобраться к нему пешком, не спеша, сквозь грохот и всполохи молний. А потом — без лишнего пафоса — переломать ему ноги. И сообщить что получил привет от его людей, и уже позаботился о них.

***

Раздался настойчивый стук в дверь. Оба Аргелия переглянулись в недоумении — все слуги давно усвоили: когда отец и сын обсуждают дела, тревожить их не стоит.

— Войдите! — раздражённо бросил Тит.

В кабинет невозмутимо вошел управляющий Сильван.

— Люди, которых вы отправляли в Окрид и Эрам, вернулись.

— Сильван, ты же давно на меня работаешь, — голос Тита звучал как предупреждение.

— Именно потому и прервал вас. Вы должны это услышать.

Сильван когда-то в прошлом спас жизнь молодому наследнику, и к его словам здесь всегда прислушивались.

— Что ж, созывай всех. Хочу послушать, что такого важного мы должны услышать.

Вскоре всё семейство Аргелиев было в полном сборе, что явно смутило прибывших с докладом.

— Итак, что вы такого узнали про этого мальчишку? — начал Тит.

— Его благородие Люций Вилд в прошлом носил фамилию Цербер.

По мере того как зачитывались боевые заслуги и достижения юного барона, лица семейства Аргелиев постепенно вытягивались. Тит, не вынеся потока информации, вскочил и резко остановил докладчика.

— Ты это всё в таверне подслушал, что ли?

— Нет. Мы подкупили нескольких стражников и служанок работающих у магов. Все их рассказы сходятся. Единственное, что мы не смогли подтвердить — помолвлен ли он на Помпео, или это всё же слухи.

— Что касается производств Эрама, практически все они так или иначе связаны с бароном Вилдом. Покровительство магов мы также смогли подтвердить. Агата Тесор, мать Рени Тесора, проживает в замке Даны Хавьер и является частой гостьей на балах в Эраме.

Тит медленно опустился в кресло, и вдруг острая боль пронзила ему ногу. Он посмотрел вниз и увидел каблук своей жены, которая смотрела на него испепеляющим взглядом.

— Почему наша внучка до сих пор не носит обручальное кольцо? — тихо прошипела Фабия.

Поморщившись от боли и от самого вопроса, Тит мысленно задал себе то же самое.

— Потому что, моя дорогая Фабия, в обществе принято немного приукрашивать свои заслуги. А этот барон, оказывается, скромничал.

Он перевёл взгляд на невестку.

— Ливия, поговори с дочкой. Пусть подпустит барона поближе.

— Но она же…

— Оторва каких поискать, я в курсе! — Тит ударил кулаком по подлокотнику. — Но и такие бароны с неба не падают! Объясни ей, что его вполне может прибрать к рукам Помпео или какая-нибудь другая клановая хищница. Вы хоть понимаете, что кланам он уступает только из-за отсутствия опытных магов?

— Нам также удалось связаться с Леонардом Везером и Оскаром Гольцем. Они прибывают в сопровождении мага и прибудут в столице до конца дня. Они также согласились с удовольствием рассказать историю сражения на аукционе.

— Что мы о них должны знать? — спросил Кассий.

— У них — две самые боеспособные гвардии в регионе, которые регулярно проводят зачистки гоблинов на дальних рубежах. Везер является владельцем элитных виноградников, а на территориях Гольца выращивают необычные сорта деревьев.

— Подожди… Та мебель из красного дерева? — переспросил Тит.

— Именно та. — Закивал докладчик.

— И эти люди готовы приехать просто для помощи в продаже картин?

— Они служили под командованием барона Вилда в битве за Эрам.

Все присутствующие уставились на Ливию, мать Викты. Слово взяла Фабия, и её голос прозвучал как приговор:

— Делай что хочешь, но если эта егоза не приблизит к себе барона, буду пороть обеих. Каждую неделю.

***

Гул, стоявший на переполненном стадионе, было невозможно перекричать. Ажиотаж достиг пика — всем не терпелось увидеть схватку «старой школы» против «новой». Группа Эрика, занявшая первые ряды, подбадривала и расталкивала всех; даже старшекурсники, понимая, что боевые маги шутить не станут, поспешили освободить места поближе к арене. Пусть группа Эрика и не возвращалась в город с головой чудовища, но они тоже регулярно ходили за стены, и их мнение имело вес.

Взглянув на эту шумящую массу, я усмехнулся и поднял руку в приветственном жесте. Трибуны взорвались оглушительным рёвом. Подойдя к противнику, мы выслушали традиционные вопросы судьи о возможности примирения.

— Сейчас я заставлю одного глупца лучше тренировать своих служанок, — с презрением бросил Магон, окидывая меня взглядом с ног до головы. — Сегодня все увидят мощь нашего клана.

— Ты уже с нашими лекарями познакомился, я так понимаю? — парировал я с ледяным спокойствием.

Судья, поняв, что мирного исхода не будет, резко взмахнул рукой, давая отмашку к началу боя.

И практически в ту же секунду мою голову впечатали в каменную плиту арены. Прежде чем я успел сообразить, что произошло, меня оторвали от земли и со всей силы швырнули в стену. Я пролетел несколько метров, наблюдая замысловатый калейдоскоп неба, трибун и камня, и с отстранённым удивлением понял, что моё тело сейчас выковыривают из новообразовавшейся вмятины в стене.

Оскалившись, я запустил своё ускоренное мышление. Вечер переставал быть томным. «Громовой доспех» — действительно грозная штука. Он давал своему владельцу и усиление, и дикое ускорение, что делало магов молнии одними из самых опасных противников. Меня выдернули из стены и нанесли ещё один удар, от которого я полетел к центру арены.

Но тут я решил, что с меня хватит. Сделав пару акробатических кувырков в воздухе, я мягко приземлился на ноги и картинно отряхнул пиджак, хотя пыли на мне и не было. Затем я усилил звук, и мой голос разнесся по всему стадиону:

— Моя бабушка бьёт сильнее!

«Громовая броня» Магона заискрилась от ярости, и он рванул в мою сторону, оставляя за собой размытый след. Но теперь я был готов. «Всплеск» в моём кулаке был заряжен «по самое не балуй», и когда он приблизился, я встретил его ударом. Магон влетел в ту же стену, которую я недавно покинул, с таким грохотом, что с трибун посыпалась мелкая крошка.

Я уже подумал, что на этом всё кончилось, как вдруг стена вокруг его тела начала буквально плавиться. Из образовавшейся расщелины показались огромные, искрящиеся пальцы, под которыми камень расплывался, как воск.

«А вот это уже интересно, — мелькнула у меня мысль. — "Громовой гвардеец". Должен быть на уровне моих щитов».

Противник, теперь похожий на исполина из сияющей энергии, снова ринулся в атаку. И тут «всплеск» перестал работать как хотелось. Его броня не сильно реагировала на кинетическую энергию.

Удар. Контратака. Ещё удар. Мы носились по арене, как два смерча, выкашивая каменную кладку и оставляя за собой просеку. Битва была на истощение. Стало понятно, что Магон потратил уйму сил на оттачивание своих граней и умело ими пользовался.

Я лихорадочно пытался придумать план. Его скорость и возросшая сила теперь на равных конкурировали с моими. Но любая броня, которую сложно пробить…

«А почему бы собственно и нет?»

Я резко остановился и разжал кулаки. Была одна грань, которую я до сих пор считал бесполезной — слишком узкоспециализированной. Воздух вокруг моих рук задрожал и загудел низкочастотным вибрационным полем. Я рванул вперёд.

Первый же удар в плечо противника не отбросил его, но начал вгрызаться в его сияющую броню. Раздался неприятный звук, и первый всплески пробились через броню, а за прорывом — брызги крови. «Вибрация»… На практике эта «бесполезная» грань оказалась тем самым ключом, что мог вскрыть любую, даже самую прочную защиту.

Противник впервые подался назад, и я решил не церемониться. Удар ногой, усиленный вибрацией, прошёл сквозь его блок и достиг цели. Это был не сокрушительный перелом, к которому я привык, но это была первая ступенька к победе. Маг пытался продавить мои щиты, контратаковать, но я уже не давал ему ни шанса.

Удар под дых. Хлёсткий апперкот в челюсть. Я схватил его за руку, провернул и нанёс мощный удар. На Магона обрушился настоящий шквал, каждый удар которого был призван разрушить, сорвать его искрящуюся защиту.

И когда грань окончательно распалась, рассыпавшись на тысячи искр, настало время кары.

— Ты отправил людей за моими друзьями, — мои слова прозвучали тихо, но отчётливо, как приговор.

Хруст. Раздался его истошный крик.

— Я говорил тебе, что за это нужно будет заплатить!

Еще один хруст, на этот раз более глухой.

— Ещё раз пошлёшь своих шавок — и в следующий раз я не буду таким добрым.

Судья опешивший от подобной схватке начал объявлять о моей победе когда я уже почти вышел из арены. Крик и шум разносились по всей арене, но я шел к своей группе.

— Нечем удивить говоришь? — С осуждением произнес Рени.

— Ну, кто ж знал. — С улыбкой ответил я.

***

Лирин Помпео была в ужасе от увиденного. Бой, который проходил на арене, был из ряда вон выходящим. Обычное дуэльное сражение заключалось в том, что маги вели перестрелку и ждали, пока щиты одного из участников падут. Но тут... да любой из них свяжет в бараний рог магов-стихийников. И самое сокрушительное — то, что «зелёные мантии», как она, обладали такой сокрушительной мощью!

Закусив ноготь большого пальца, она усиленно думала: «Что я могу ему предложить? Что может заинтересовать мага подобной силы? Не важно, мне нужно, чтобы он помог мне с гранями. Эта сила, она должна быть моей!»

Смотря на то, как он уходит к своим людям, она поморщилась. Посмотрев на магессу с крыльями, она смотрела с завистью. Она уже слышала слухи, что та отказалась от покровительства клана ради барона. И эта дуэль, по сути, из-за неё. «Он объявлял дуэль за неё, за эту крылатую, и за свою "форму"». Вспомнив разговоры своих одноклассниц про «женитьбу», ещё раз поморщилась — идеи абсолютно не шли в её голову.

Вставая со своего места и двигаясь в потоке студентов, она усиленно пыталась придумать что-то дельное. «Время... "Совет" требует плату в пятьдесят лет служения. Почему мне просто не отдать свои пятьдесят лет под его командование?»

Кивнув самой себе, она направилась в сторону победителя.

***

Рори сидел в толпе своих друзей, чувствуя, как почва уходит из-под ног. Ещё утром он считал свои грани вполне впечатляющими — ну, по меркам своего курса. Теперь же, после того боя на арене, его грани казались ему жалкими хлопушками.

Он видел лишь мелькание силуэтов, слышал оглушительные удары о камень. Только когда пыль осела, он разглядел настоящие последствия — выбоины в камне, словно по арене прошелся великан. Рени что-то пояснял о контроле и кинетической энергии, но Рори просто сидел со стеклянным взглядом, пытаясь осмыслить масштаб катастрофы. С кем он вообще в одной команде?

Он разжал ладонь. Между пальцами проскочила знакомая искра — яркая, алая. Что сейчас он сможет противопоставить таким как они? Он вспомнил как проходят тренировки Леви и Дугласа, и по спине пробежал холодок. Но следом пришло иное чувство — жгучее, настырное. Желание силы.

— Рени. — Голос Рори прозвучал тише обычного. — Займись моими тренировками.

Леви и Дуглас, потягивавшие чай, синхронно поперхнулись. Один-единственный раз, когда Люций был занят, и тренировки вёл Рени, врезался в память навсегда: Леви отрубился в поединке, Дуглас, брел по коридору как призрак. Люций, наблюдающий за сценой, усмехнулся про себя — он-то понимал, на что подписывается его новый друг. Ханна, поймав его взгляд, решительно шагнула вперёд.

— Мне тоже нужны дополнительные тренировки.

Рени медленно перевёл на неё взгляд. Его лицо оставалось невозмутимым, но в глазах вспыхнула та самая опасная искра понимания.

— Тренировки будут очень суровыми, — предупредил он, и от его спокойного тона по коже побежали мурашки. — Более суровые, чем у Люция.

Рори не дрогнул, и просто спросил.

— Я хочу биться с такими пятикурсниками на равных.

Уголки губ Рени дрогнули в едва заметной улыбке.

— Хорошо. — Его голос прозвучал ровно. — Завтра перед учёбой. В шесть утра я зайду за тобой.

Взгляд, холодный и оценивающий, скользнул на Ханну.

— И за тобой тоже.

Дуглас и Леви переглянулись с немым пониманием. Теперь они смотрели на Рори и Ханну не как на добровольцев, а как на приговорённых, которые сами попросились на казнь.

Люций, наблюдая за этой сценой, позволил себе лёгкую улыбку. Он вспомнил как их тренировал Нокс. Невинная фраза изменила их мир на два года, но все же они теперь сильны.

Дуглас и Леви переглянулись — бой, конечно, впечатлил и их, но подобный исход они, в общем-то, предполагали.

В этот момент в таверну вошла Лирин. Увидев её, Леви и Аспид синхронно взялись за ножки принесенного поросенка и принялись методично ими хрустеть, предвкушая новое представление.

***

Увидев, что Лирин направляется прямо ко мне, я внутренне поморщился. Ну вот, началось.

— Люций, нам нужно поговорить.

Мы с Рени удивлённо переглянулись. Я без слов поднялся из-за стола, и мы вышли из таверны на морозный, пробирающий до костей вечерний воздух. Из трубы «Упрямого мечника» валил густой дым, а нападавший за день снег хрустел под ногами.

— И что же ваша светлость хочет от простого барона? — спросил я, скрестив руки на груди, чтобы хоть немного согреться.

Рядом с нами с грохотом распахнулась дверь «Упрямого мечника», и оттуда, горланя какую-то похабную песню, вывалилась очередная шумная компания, окутанная облаком пара из таверны. Я видел, что Лирин пришла с каким-то решением, и не торопил её, давая собраться с мыслями.

— Пятьдесят лет службы, — выдохнула она, глядя куда-то мимо меня.

Я оценивающе посмотрел на неё. В её голосе не было ни каприза, ни надменности.

— Я согласен. Тренируемся после уроков. Приходи завтра, будем разбираться с твоей... гранью.

— Хорошо. Я приду. До завтра.

— До завтра.

Она развернулась и направилась к ожидавшей её личной повозке. Я проводил её взглядом, тяжело вздохнул, и отправился обратно к своим.

Рени, увидев моё лицо, тут же всё понял.

— Попросилась к нам? — уточнил он без лишних предисловий.

— Да.

— И ты согласился? — в его голосе прозвучало лёгкое недоумение.

— И я согласился, — кивнул я, плюхаясь на своё место. — Готовься, Рени. Завтра у нас будет очень интересный день.

Леви и Аспид, слышавшие весь разговор, переглянулись и с новым энтузиазмом принялись за свои ножки. Когда мы закончили праздновать мою победу, то закутавшись в плащи, отправились к нашей резиденции. Мороз крепчал, и звёзды на чёрном небе сияли с невероятной, ясностью.

Когда мы подходили к нашему дому, я не смог сдержать улыбки. У входа, выстроившись в безупречный ряд, замерли пятьдесят всадников в тех самых хищных доспехах, что мы когда-то разрабатывали специально для наших друзей. Их доспехи и плащи были покрыты тонким слоем инея, а дыхание лошадей клубилось в ледяном воздухе густыми облаками.

— Командир! — раздался слаженный хриплый хор, и он прозвучал особенно громко в морозной тишине.

— Привет, Леонард. Как доехали?

— В тишине и покое. Дороги заметает, но мы пробились. Парней завез, как и просил.

— Отлично. Нам здесь постепенно набирают охрану, но обучение у них, сам понимаешь...

Мы зашли внутрь, и Леонард принялся рассказывать о дорожных новостях из Эрама. Я снова не удержался от улыбки, увидев кислые мины наших друзей — лучшее доказательство устаревшего дизайна зданий. Не теряя времени, я вызвал к себе главу нашей резидентурной стражи и безжалостно передал его в подчинение Леонарду и Оскару.

Магессам же было поручено привести второй этаж в соответствие с чертежами. Переглянувшись, они тяжело вздохнули и поплелись отрабатывать.

Наконец очередь дошла до моего коллеги.

— Как получилось, что Дана тебя отпустила? — спросил я, пока Филипп с наслаждением согревал руки о чашку с горячим чаем.

— С условием, что я буду помогать ей... Долго.

Я усмехнулся, вспомнив проекты, созданные за последние годы. Несколько големов с системой «свой-чужой» для ближнего боя, сделанные по образцу Первого. Улучшенная передвижная сороконожка — по сути, дом на ножках. И несколько големов второго поколения, способные вести прицельный дистанционный огонь.

В дверь кабинета постучали, и к нам вошла Аспид. Я представил её старшему коллеге.

— Итак, ваши способности сильно отличаются от обычных, — начал я.

Окидывая взглядом крылья за спиной у Аспид Филипп кивнул.

Аспид смотрела на него с лёгким непониманием. В ответ Филипп вызвал свою кристаллическую броню. Окинув её взглядом, я заметил, что доспех снова претерпел изменения, став ещё более сложным и укрепленным. Аспид же, забыв о смущении, смотрела на это хрустальное чудо как заворожённая.

— Попробуй применить свои способности на ней.

Филипп кивнул и в своём сверкающем доспехе подошёл к Аспид, протянув руку. Та вопросительно посмотрела на меня и, получив кивок, неуверенно прикоснулась к его ладони.

Процедура заняла целый час, пока я разбирал документы по нашим тратам. Примерно на сороковой минуте краем глаза я заметил, как у Аспид начали проступать небольшие, едва заметные хрустальные рожки. Я и раньше не сомневался, что её грани связаны с драконами, но теперь это стало осязаемым фактом.

Когда всё закончилось, Филипп тяжело опустился в кресло, но по его расплывшейся улыбке я понял — эксперимент удался.

— Что за грань?

— Ещё один способ связи с другими дарами, — выдохнул он, с удовлетворением наблюдая, как Аспид осторожно трогает свои новые рожки.

Я перевёл взгляд на саму виновницу торжества. И в тот же миг в голове у меня чётко и ясно прозвучал её голос: «Теперь могу так». Мои брови поползли вверх.

— На каком расстоянии? — тут же спросил я.

Аспид в ответ лишь пожала плечами, разводя руками. Филипп смотрел на нас с недоумением, пока Аспид не заговорила с ним. Тут же и его брови взметнулись вверх.

— Вот это да! — вырвалось у него.

— Филипп, есть ещё одно дело, — сказал я, — но тут нам придётся пройтись.

— Если это касается граней, то пошли уже, — отозвался он, с явным интересом.

Спустившись на девичий этаж, мы подняли небольшой переполох. Девчонки мгновенно облепили Аспид, восхищаясь её преображением и новыми рожками. Я же тем временем вытащил из общей суеты Леону и Фрею.

— У магесс необычный дар с боевой формой, — начал я объяснять Филиппу, — но в отличие от того же Гипериона, их обычную одежду попросту испепеляет. Я нашёл одну старую запись по созданию артефакта...

Достав из кармана заготовленный листок, я протянул его Филиппу. Тот пробежался глазами по тексту, потом поднял на меня вопрошающий взгляд.

— Ты хочешь, чтобы я обработал всю их одежду?

— Именно. — я кивнул. — Переодевайтесь в халаты. Эксперименты нужно проводить на чём-то подешевле.

Сестёр словно ветром сдуло. Менее чем через пять минут они уже вернулись в просторных халатах и тапочках. Всей гурьбой мы двинулись в подвальные помещения — проверять теорию на практике.

Снег в Орфене шел третий день, но дети с улицы Узорной уже знали: лучшее утро — в поместье Вилд. Они прибегали загодя, толкаясь у ворот в предвкушении зрелища. Каменные ворота открывались сами как по волшебству.

Первым начинал Рори. Проходя на заснеженный двор — он активировал грань, его окутывало с головы до ног огненным доспехом из переливающегося пламени. Жар волнами расходился от него, заставляя снег на крышах и подворье шипеть и испаряться, обнажая сухой камень. Для Рори это была ежедневная тренировка «огненного доспеха» — поддержание постоянного щита, удерживая нужную температуру. Для детей — самое зрелищное начало дня.

Следом за ним на очищенный палисадник выходил Рени. Пары воды послушно взмывали в воздух, собираясь в огромные, переливающиеся на утреннем солнце сферы, которые зависали высоко над головами магов. Движениями рук, будто дирижируя невидимым оркестром, гидромант придавал воде форму. Вот в воздухе застыл ледяной дракон, вот расправила крылья та самая магесса, а вот целая флотилия кораблей. Это было настоящее шоу, заставлявшее детские сердца замирать от восторга.

А в это время Ханна обеспечивала тыл. Пока ее напарники работали на зрелищность, она концентрировалась на тонком контроле. Как маг земли, она чувствовала частицы камня в лавке, в столе, в глиняных кружках. Она заставляла их частицы двигаться, мягко и безопасно разогревая. Лавка становилась теплой, стол — сухим, а чай в кружках, которые тут же расставляла кухарка, — обжигающе горячим. Ханна не просто присматривала за детьми — она создавала для них безопасный и комфортный островок тепла посреди зимнего утра.

И, конечно, плюшки. Щедрая раздача сдобы была не просто добротой душевной. Каждый пряник, каждое доброе слово от слуг Вилда были кирпичиками в фундаменте репутации Люция. «Дикий Барон» мог быть дерзким с зазнавшимися магами, но для простых людей он становился своим — тем, кто дарит детям сказку и теплое утро.

***

Наблюдая за счастливой детворой, я не удержался от улыбки. Знали бы они, чего стоило Рори и Ханне освоить эти, казалось бы, простые навыки для их утреннего представления. Но получилось и впрямь отлично. За прошедший месяц Ханна серьезно обогнала своих подруг в контроле. Думаю, теперь она без проблем смогла бы собрать себе голема и не трястись на лошади. Хотя Гектора, увы, ей пока не одолеть.

Ладно, мне пора было напомнить своей группе, что такое настоящие тренировки. К счастью, детям подобное показывать нельзя.

В подвальном помещении на минус четвертом этаже три несчастных мага уже ждали своей участи. Хоть за это время они и стали сильнее, но сравниться хотя бы с Магоном Фостером пока не могли.

От головы металлического монстра, отходили стальные тросы, готовые разорвать любого противника. Крылатый воин, стискивала в руках двуручный меч, пружиня ногами в ожидании атаки. Рядом стоял обычный человек с обычным полуторным мечом, чья неестественная скорость была его главной ставкой на сегодня. Все они ждали начала битвы, из которой в очередной раз вернутся не все. Чуть дальше работали другие маги, которые подбадривали коллег — чем дольше те продержатся, тем меньше шансов, что их собственные навыки подвергнут проверке.

Заходя в зал, я увидел рабочую атмосферу. Моя группа первой линии что то обсуждала. Я не стал их разочаровывать. Воспользовавшись тем, что меня не заметили, я тут же ускорился и попытался нанести удар Леви. Но тот ловко отпрыгнул и парировал мой меч. Пришлось переключаться на Дугласа, в которого врезалась моя нога. Он не успел среагировать и отлетел в стену. Сбоку на огромной скорости ко мне приблизилась Аспид с двуручником пытаясь нанести вертикальный удар. Впрочем, для меня это было слишком медленно. Я ударил по лезвию открытой ладонью, отведя удар в сторону, и она, потеряв равновесие, получила мой кулак в солнечное сплетение. Вся тройка разлетелась в разные стороны, но лишь Леви устоял на ногах.

— Леви, молодец. Дуглас, хватит спать. Аспид, либо бей быстрее, либо следи за центром тяжести.

Аспид, отдышавшись, выставила в мою сторону обвиняющий палец.

— Ты напал без предупреждения!

— Радует, что ты по-прежнему очень наблюдательна.

Я вновь ускорился со всплеском магии и отвесил ей легкий пинок, заставляя отшатнуться.

— Маги тени в принципе не любят предупреждать о своих атаках.

Этого промедления хватило Дугласу и Леви. Первый налетел на меня, а его тросы попытались опутать ноги и заблокировать обзор. Я рванулся назад, и Леви на полном ходу врезался в собственного напарника. Я не стал расстраиваться и просто отправил обоих подопечных в очередной полет.

— За идею хвалю, за исполнение — осуждаю.

В этот раз инициативу взяла Аспид. Короткий разбег — и в меня врезались все шестьдесят килограммов ее ярости. Я принял удар на жесткий блок, но в этот момент Леви, словно из ниоткуда, подсек мою опорную ногу. Баланс был потерян. Я начал падать, и тут Аспид открыла рот. С легким шипением в меня врезался огненный шар, который отшвырнул меня на несколько метров и вмял в каменный пол.

Я выбрался из-под обломков, отряхиваясь, и увидел паникующую Аспид. Никак не может привыкнуть, что ее атаки не пробивают мои грани.

— Вот это уже отличная комбинация! — одобрил я, вылезая из ямы. — Продолжайте в том же духе. Занимайтесь, а я пока к остальным.

— Так быстро? — Удивился Дуглас.

— Сегодня аукцион, вы должны выглядеть отлично.

Для подобного случая мы заказали другой вариант одежды. Тоже чёрный, но более классического покроя, напоминающий строгие комзолы. Однако главным вызовом стал наряд для Аспид. Платье для неё вышло практически классическим, если не считать одного радикального отступления — полностью открытой спины.

Девушки, увидев эту дерзкую выходку, тут же потребовали себе подобные, чтобы поддержать подругу. Пришлось срочно вносить коррективы в наши планы, но я не стал возражать. Теперь я с удвоенным предвкушением ждал, как наш дерзкий ход взорвёт зал на предстоящем аукционе.

Неожиданным дополнением в наших руках стал Филипп, дополнив список лотов настоящей артефактной одеждой. Весь месяц швеи, находящиеся под нашим патронажем, работали по двенадцать часов без выходных. Каждый вечер к ним заглядывал Леви — не столько как модель, сколько как целитель, чтобы следить за их здоровьем и восстанавливать силы. А финальным штрихом становился сам Филипп, наделяя ткани парой изящных граней.

Первая — «подгонка под фигуру» — делала посадку безупречной на любой, даже самой нестандартной фигуре. Вторая, куда более ценная, — «восстановление». Она позволяла ткани самостоятельно затягивать порезы и дыры, восстанавливая до тридцати процентов повреждений.

Так вышло, что мои картины, изначально считавшиеся гвоздем программы, скромно переместились в категорию промежуточных лотов, разогревающих публику перед настоящими диковинками — артефактами. На самом деле, в списке будет множество незаявленных безделушек. Да, большинство из них бесполезны в бою, но именно такая ерунда и нужна аристократии. Платье, которое невозможно испачкать вином или пылью? Оно потребуется каждой уважающей себя баронессе или герцогине, желающей продемонстрировать и статус, и благополучие.

Конечно же, мы вовсю распустили слухи по Академии, не давая никакой конкретики. Где-то кто-то слышал об уникальных лотах, о вещах, не имеющих аналогов. Информационный вакуум был нашей лучшей рекламой.

Сначала это были простые расспросы от студентов. Викта сыпала заученными отговорками с лёгкостью опытного дипломата. Позже к ней стали подходить старшекурсники, и в их тоне уже чувствовалась не просто любопытство, а настойчивость. Вот тогда Викта вцепилась в меня, словно утопающий в спасательный круг.

А когда подключились преподаватели, чьи «просьбы» предоставить списки товаров звучали как приказы, она и вовсе перестала отходить от меня дальше чем на три шага. Даже во время тренировок она старалась держаться поблизости, превратившись в мою молчаливую тень.

Казалось, сама ситуация — давление из-за аукциона, присутствие наследницы Помпео — пробудило в ней жгучее желание открыть новые грани. Она решила использовать любую возможность учиться, впитывая знания с упорством, которого я в ней раньше не замечал. И её любопытство уже выходило за рамки магии, всё чаще касаясь тонкостей управления и экономики — всего того, что превращало простую крепость в настоящий город.

Осмотрел команду, построившуюся у карет. Месяцы тренировок не прошли даром — в их собранных позах читалась готовность к любым неожиданностям. По плану нас ждало три экипажа: два для моих людей и один, который мне предстояло делить с Лирин Помпео. Таковы условности — два знатных дома прибывают вместе.

Я занял место в карете. Наш путь предстояло прокладывать Рори. Он расположился рядом с кучером, его новая огненная броня пылала ровным, сконцентрированным жаром. Снег на дороге впереди нас просто испарялся в радиусе тридцати метров, оставляя за собой сухую, каменную дорогу. Действительно его владение гранями перешли на новый уровень.

Дверь резиденции Помпео распахнулась, и ко мне отправилась Лирин Помпео. На ней было платье красного и черного оттенков, усыпанное россыпью черных кристаллов. Я на секунду задержал на ней взгляд.

— Я вижу, вам удалось раздобыть одну из наших моделей, — отметил я, следуя церемониалу.

— Пришлось расстаться с кругленькой суммой, — парировала она, с лёгкой насмешкой в голосе. — Но я ни о чём не жалею.

— Уже разобрались, как работают кристаллы?

— Филипп лично проинструктировал, как подпитывать кристаллы. Так что теперь я готова к любой подлости от «подруг», — её губы тронула уверенная улыбка.

— В таком случае, прошу в карету.

Подъезжая к замку, который Аргелии арендовали для сегодняшнего события, я не удержался от усмешки. Фасад украшали огромные, кричаще-яркие полотна, а по периметру стояла охрана в доспехах — красивых, но на редкость непрактичных.

— Рори, сможешь убрать снег с главного подъезда и дорожек? — кинул я.

— Уже делаю.

Снег на указанных участках начал таять на глазах, и через пять минут здание предстало во всей праздничной красоте, будто и не было зимней стужи. Пока мы дожидались, когда нашу карету примут, я успел отметить про себя расстановку гвардейцев и расположение выходов.

Выйдя из экипажа, я по светскому обычаю подал руку своей спутнице. Лирин, не колеблясь, приняла её и легонько взяла меня под руку — чётко соблюдая рамки приличий.

Внутри замка уже лилась музыка, а слуги с подносами курсировали между гостями. Большинство дам, завидев платье Лирин, тут же принялись живо обсуждать его. Но когда мы перешли в следующий зал, гул лишь нарастал — видимо, открытые спины в здешних кругах пока что считались смелым новшеством.

Моя группа стояла в центре зала, оживлённо о чём-то беседуя. Приблизившись, мы уловили суть разговора: на аукционе ожидались сам Викт Росарио и Роберт Санчес.

Два лидера Совета Магов в одном месте — это выводило сегодняшнее мероприятие на качественно иной уровень. Интересно, сколько они будут готовы потратить этой ночью.

Большинство знатных дам кружили вокруг витрин с платьями — сегодняшний аукцион должен был определить реальную стоимость нашего товара. Не меньше народу толпилось у моих картин. Магессы здорово постарались, создав в зале антураж искусственной разрухи. В свете горящих факелов композиция смотрелась по-настоящему эффектно.

Внезапно гул в зале нарастает — появляются члены Магического Совета. Рядом с Робертом Санчесом стоял наш старый знакомый Эрик. К моему удивлению, на обоих были наши модели одежды, хоть и в других цветах. И что ещё удивительнее — глава огненного клана не пылал буквально, в отличие от вечно пылающей Эмилии Помпео.

Эрик, заметив нас, сразу направился в нашу сторону.

— Рори, я сдержал слово, — он кивнул в сторону Санчеса. — Привёл главу клана.

Рори вышел вперёд.

— Неожиданно. Что ж, уговор есть уговор. Тренировочный бой — выбирай время.

— В выходные, — с довольной улыбкой ответил Эрик. — Приезжайте в наше поместье.

Поймав мой взгляд, Леви коротко кивнул. Вот оно что. Значит, интерес к нашему товару оказался не таким уж простым. Но новый гул, прокатившийся по залу, заставил отвлечься — появился Росарио. Да, этот вечер и впрямь обещал быть громким.

Как только Аргелии подтвердили, что все гости в сборе, началось основное мероприятие. Все переместились в огромный зал, где маги света создали мягкое, но яркое освещение — под потолком парили сияющие сферы, отбрасывая причудливые тени на стены. У каждого места лежали таблички для участия в торгах.

Мы наблюдали за этим со стороны, втайне надеясь, что местная аристократия сможет расстаться с серьёзными суммами. Тит Аргелий вышел на сцену и начал разогрев публики. Первыми на продажу выставили драгоценности одной знатной баронессы. Неожиданно торги разгорелись не на шутку, и первое ожерелье ушло за полторы тысячи золотых. Второй лот вызвал не менее яростную схватку с тем же исходом.

Затем настала очередь моих картин. На сцену вышли Леонард и Оскар. Полотна демонстрировались по одному, а ветераны живо описывали свои действия в тех самых битвах с гоблинами. Зал загудел: по их рассказам выходило, что уничтожены были не десятки и даже не сотни, а целые тысячи гоблинов. Когда истории подошли к концу, стартовали торги. Цена моментально взлетела до двух тысяч, и половина присутствующих сразу выбыла из игры. Но когда за лоты остались бороться только два представителя совета, мои брови поползли вверх. Стоимость полотен перевалила за четыре тысячи.

— Пять тысяч, — раздался спокойный, бархатный голос Росарио. Он сидел непринуждённо, будто обсуждал не цену на аукционе, а рецепт успокаивающего чая.

— Пять пятьсот, — парировал Санчес. В его голосе слышалось привычная насмешка.

— Шесть, — Росарио позволил себе лёгкую, снисходительную улыбку.

— Семь! — Санчес говорил уже чуть громче, и воздух вокруг него слегка задрожал от жара. — Искусство, несущее отпечаток настоящей битвы, должно висеть в залах, где кипит жизнь, а не пылиться в твоих зеленых садах!

— Восемь, — голос лекаря оставался ровным, словно охлаждая накаляющуюся атмосферу. — Чтобы оценить такую работу, нужна глубина, а не вспыльчивость.

— Десять тысяч, — Росарио задумался, после окончательно откинулся на спинку кресла, и в его позе читалась завершённость. — Я ценю искусство, а не сорю деньгами. Они твои, Роберт. Наслаждайся своей... яркой покупкой.

Тит Аргелий, багровый от напряжения, едва успевал повторять суммы. Казалось, ещё немного — и ему потребуется помощь лекарей. Но вот молоток трижды пробил по столу, и он, срывающимся голосом, объявил Санчеса победителем, «достойно оценившим живопись».

Всё. Тишина. А потом — внутренний взрыв. Словно звезда родилась где-то в глубине груди и ослепительной вспышкой выжгла всё — усталость, сомнения, тревоги. Осталось лишь одно: пьянящее, почти звериное чувство победы. Десять! Тысяч! Золотых! Чёрт, ДА! Кулаки сжались сами собой, сдерживая желание взметнуть их к небу с победным криком. Сейчас главное — не выдать этого на лице. Но сдержать улыбку было невозможно.

Затем настал черёд резной мебели из красного дерева с изящными вкраплениями кристаллов работы Филиппа, что и было немедленно продемонстрировано. Аргелий с бесцеремонной прямотой обнажил меч и нанёс мощный удар, вырвавший из столешницы добрый кусок древесины. Увидев шокированные взгляды собравшихся, он лишь усмехнулся.

— Этот стол способен восстановиться самостоятельно, но мы не станем тратить ваше время. Ваша светлость Росарио, не окажете ли мне честь?

Росарио, рассмеявшись, поднялся на сцену.

— Влейте немного вашей маны в этот кристалл, — попросил Аргелий.

Лекарь на мгновение замер в удивлении, но послушно выполнил просьбу. И прямо на глазах у изумлённой публики стол начал затягивать рану, будто живую плоть. Тем временем отлетевший кусок сиротливо лежал на полу, лишь подчёркивая произошедшее чудо. Увиденное превзошло все ожидания, и зал взорвался гомоном.

— Благодарю вас, ваша светлость! И да, вы не ошиблись в своих догадках. Перед вами — пусть и простейший, но подлинный артефакт, какие существовали в империи. И сегодня один из вас станет его обладателем.

Зал взорвался лесом рук и криками ставок. Росарио же, заворожённый, не отходил от стола, вблизи разглядывая искусную резьбу и многочисленные ящички, идеальные для хранения книг и документов.

— Десять тысяч! — его голос с лёгкостью заглушил общий гвалт.

Санчес уже собирался поднять свой жетон, но, заметив сверкающий решимостью взгляд лекаря, с улыбкой отступил. Оскар же едва стоял на ногах; идея, которую ему подбросил Люций, оправдалась с таким оглушительным успехом, что голова шла кругом. Он встретился взглядом с другом и прочитал в его глазах то самое, я же говорил.

— Но ведь так не бывает, Леонард, — пробормотал он себе под нос и, поймав осуждающий взгляд, лишь беззаботно улыбнулся в ответ, разом опустошив бокал. — Я точно не разбираюсь в том, как работает этот мир.

Тем временем на сцене появились следующие лоты — изысканные наряды для дам.

— Ваша светлость Санчес, не поможете? — вновь обратился Аргелий.

— Одевать не буду! — парировал маг огня, вызвав дружный смех в зале.

— Нет-нет, стоит лишь слегка подпалить, скажем, вот это платье.

Практически мгновенно на нежной ткани появилась аккуратная, дымящаяся дыра. Но не успела публика ахнуть, как материал начал стремительно восстанавливаться, будто перематывая время вспять.

— Благодарю вас, ваша светлость! Итак, дамы, как вы видите, эти наряды также обладают даром восстановления. Они не боятся повреждений, грязи и, ко всему прочему, идеально подстраиваются под вашу фигуру!

И тут все взгляды обратились на Лирин Помпео. Началась война. Двенадцать комплектов одежды были сметены с молотка по пять тысяч за каждый. Один из аристократов тщетно пытался удержать супругу от столь импульсивной траты, но потерпел сокрушительное поражение в битве за прекрасное.

— Итак, финальный лот на сегодня! Труд нашего художника. Как вам известно, серию картин, посвящённых битве за Эрам, написал непосредственный участник тех событий — Люций Вилд. Сегодня он дарует право заказать личную серию работ, которая будет соответствовать самым смелым вашим желаниям и интерьерам. Начальная цена — тысяча золотых!

Я вышел на сцену, натянув самую почтительную улыбку. Ажиотаж, поднятый предыдущими лотами, означал, что сейчас я — востребованный специалист. И началось: ставки взлетели до семи тысяч, и двое советников вновь вступили в ожесточённый спор, который, казалось, не имел конца.

— Пятнадцать тысяч.

Эти слова, произнесённые спокойным и ясным голосом, будто рев пламени, разрезали шум зала. Даже члены Совета застыли в изумлённом молчании.

— Пятнадцать тысяч... раз! Пятнадцать тысяч... два! Пятнадцать тысяч... три! Продано! Прекрасная дама, право на создание серии картин — всецело ваше. — На этом наш аукцион завершён, но вечер только начинается! — провозгласил Аргелий, и зал ответил одобрительным гулом.

С чувством выполненного долга и лёгким трепетом я направился к незнакомке, так щедро оценившей моё искусство. Она стояла в стороне, словно яркий мазок на полотне вечера: классическое шелковое алое платье и комплект безупречных украшений, безмолвно кричавших о её состоянии.

— Здравствуйте, — начал я, слегка склонив голову. — Люций Вилд. Благодарю вас за такую высокую оценку моего труда.

— Амалия Лористон, — представилась она, и её взгляд — внимательный, изучающий — скользнул по мне. — Мне интересно посмотреть на процесс создания картин. Ваши полотна меня впечатлили.

Мой глаз дёрнулся против воли. Амалия Лористон же лишь улыбнулась, заметив мою мгновенную реакцию.

— Завтра за вами заедет мой экипаж. Вы увидите замок, его антураж и надеюсь, найдёте вдохновение.

В этот момент к нам подошла Лирин и с лёгкой, но властной непринуждённостью взяла меня под руку — жест собственницы и по совместительству пары на вечер. Амалия с холодным интересом окинула её платье взглядом. И в тот же миг наряд Амалии вспыхнул мягким пламенем, ткань затрепетала и на мгновение поплыла, чтобы затем облечь её фигуру в совершенно новый, ещё более изысканный фасон.

— А идея и впрямь хорошая, — невозмутимо заметила Амалия, глядя на Лирин, будто проверяя её реакцию.

— Э-эм, а как вы... — начал было я, поражённо глядя на мгновенную трансформацию.

— Ты же маг, — бровь Амалии изящно поползла вверх. — когда нибудь твои грани дадут подобное. Хотя...

Она не договорила. На этот раз она вспыхнула вся целиком — мягким золотистым сиянием. Свечение закончилось, и на месте величественной аристократки стояла девочка лет десяти, с большими серьёзными глазами. Алое платье, уменьшившись в размерах, сидело на ней с прежней безупречностью.

Я не смог сдержать эмоций. Такая степень контроля над собственной гранью вызывала вопросы... Это была демонстрация силы, недосягаемого уровня мастерства.

К нашему маленькому островку потрясения подошёл Роберт Санчес. Его взгляд скользнул по детской фигурке Амалии, и на его лице расплылась ухмылка.

— Ну что, ваша светлость, впадаете в детство? — обратился он к ней тоном старого приятеля.

— Решила, что с хандрой покончено, — парировала она с лёгкостью, не соответствующей её новому облику.

— Это радует, — Санчес усмехнулся. — Может, спарринг, как в старые добрые? Проверим, не растеряла ли ты форму?

— Не-е-ет, не хочу! — она сделала гримаску, как капризный ребёнок. — Лучше пойдём танцевать! Ты же не разучился за эти годы?

В следующее мгновение его окутало вихревое марево жара. Пламя вспыхнуло и погасло, оставив после себя второго ребёнка — красноволосого мальчишку с озорным блеском в глазах, который был точной копией Санчеса в его юные годы. Амалия со смехом ухватила его за руку, и они, как два сорванца, помчались в сторону бального зала.

Мы с Лирин остались стоять в полной прострации.

— Они... они только что... — я безуспешно пытался подобрать слова.

— Может тоже потанцуем?

Переведя взгляд, я увидел зависть в ее взгляде и усмехнувшись повел ее в бальный зал.

На танцполе уже кружились дамы в наших нарядах, с радостью демонстрируя все достоинства новых моделей. В мелькающей толчее пар я заметил Рени, танцующего с Фреей, но задерживать взгляд не стал — уже в следующее мгновение мы с Лирин плавно двинулись в такт музыке.

На этот раз она хранила молчание, и я решил последовать её примеру — расслабиться и просто получить удовольствие. Последнее время выдалось слишком напряжённым. Краем глаза я уловил, как Эрик ведёт в танце нашу Леону. Вот о чём следовало подумать раньше, — с лёгкой досадой подумал я. Теперь в наше расписание придётся вписать и уроки танцев.

— Чему улыбаешься? — тихо спросила Лирин, не сбавляя шага.

— Многому. Но в основном — хорошему вечеру.

— Держаться ты стал увереннее.

— Ещё бы! — фыркнул я. — Мои щиты теперь закрывают ноги. Никто не отдавит мне больше пальцы.

Лирин лишь закатила глаза, продолжая двигаться с изящной, отточенной грацией.

***

Викта с плохо скрываемой яростью наблюдала за этой Помпео. Явилась из ниоткуда и ведёт себя как полноправная хозяйка! Топнув каблучком, она окинула взглядом свою группу. Увы, среди её подопечных не нашлось ни одного, умеющего танцевать. «Ну и ладно!»

Взгляд выхватил из толпы Рори. Он был самым невысоким из парней, а значит, рядом с ним она бы не смотрелась мелкой. Решение созрело мгновенно. Викта стремительно подошла и, не дав опомниться, схватила его за руку.

— Пошли!

— Ты чего? — Рори с ужасом осознал направление. — Стой! Я не умею! — запаниковал пиромант, но его уже тащили на паркет.

— С гоблинами справлялся — и тут справишься, — прошипела она ему на ухо. — Танец несложный. Просто кружимся, и всё.

— Да я не… — начал было он.

Но Викта уже начала движение, и вскоре они, пусть и неуклюже, закружились. Бедный Рори не знал, куда деть руки, ноги и взгляд. Его ужас достиг апогея, когда ботинок наткнулся на какое-то препятствие. Наступил! Я точно наступил ей на ногу! — с ужасом подумал он, но на лице Викты застыла всё та же натянутая улыбка.

Отчаявшись, он начал копировать движения других пар и заметил пару детей, которые не столько танцевали, сколько дурачились. Их незатейливые движения показались ему спасением. Сосредоточившись, Рори стал их повторять.

***

Аспид с тоской наблюдала за весельем. Ей тоже хотелось присоединиться, но она не могла себе этого позволить — одно неловкое движение, и крылом или хвостом можно было снести с ног половину зала. Пришлось довольствоваться ролью зрителя.

***

Дуглас и Леви, посчитав танцы глупой затеей, нашли гораздо более достойное занятие — они атаковали шикарный стол с угощениями. Однако вскоре Леви услышал до боли знакомое покашливание. С вздохом он отложил тарелку, вытер рот и приведя себя в порядок, обернулся.

— Ваша светлость Ингрид Росарио, безумно рад вас видеть. Что заставило сияющую особу снизойти до тупого недоучки вроде меня?

— Дом Росарио — это не только учёба, — холодно ответила девушка. — Мой отец желает, чтобы ты присоединился к нашему клану. Поскольку ты кое на что способен, мы готовы принять тебя штатным лекарем. Тебя ждёт работа с лучшими и безбедное будущее.

— Ох, как неожиданно! — Леви с комичным драматизмом схватился за сердце, но затем его взгляд стал насмешливым. — Я сражён. Но мой ответ — нет. Мой путь выбран, и менять его я не намерен.

— Ты хоть понимаешь, от чего отказываешься? — голос Ингрид зазвенел, как лезвие.

— Ещё бы! — Леви начал загибать пальцы. — От необоснованных требований, от бесконечной гонки за чужими гранями, конечно же, от вашего общества. Меня здесь всё устраивает.

— Ах ты! — вспыхнула она. — Да за такое… Ты хоть понимаешь, что теряешь? Можешь представить, какая жалкая жизнь тебя ждёт?

— Ваша светлость, мой ответ окончательный. Не поднимайте этот вопрос снова. Люций называет нас друзьями, а в вашем доме я буду всего лишь еще одним слугой.

Услышав это, Ингрид резко развернулась и удалилась, громко топая каблуками. Леви тяжело вздохнул и почувствовал, как его по плечу похлопывают. Обернувшись, он увидел улыбающегося Дугласа, который протягивал ему последнюю, уцелевшую тарталетку.

***

Викт Росарио с удовлетворением наблюдал, как слуги бережно грузят его новое приобретение — хоть и простенький но артефактный стол. Дочь не подвела — её совет оказался дельным. Он был так поглощён процессом, что заметил молодого человека лишь тогда, когда тот оказался в паре шагов от него.

— Поздравляю с покупкой, — раздался спокойный голос.

Росарио медленно обернулся. Взгляд скользнул по статному пареньку, и через секунду его лицо исказила гримаса холодной ярости. Это был тот самый сопляк, который когда-то крутил роман с его старшей дочерью. Мысли потемнели, и его кулак, сжатый до хруста, взметнулся в челюсть наглеца раньше, чем тот успел моргнуть.

Удар пришёлся не по плоти, а в хрустальную перчатку, вспыхнувшую вокруг руки Филиппа. Прозрачный материал покрылся сетью трещен, но прежде чем Росарио успел ощутить удовлетворение, трещины поползли друг на друга, срастаясь на глазах. Через мгновение перчатка снова была цела и готова принять новый удар.

— Выжил, значит, — прошипел маг жизни, его голос был низок и опасен.

Филипп, слегка бледный, но с кривой усмешкой, кивнул:

— Да, честно говоря, не ожидал, что мы так скоро увидимся.

— Одурманил мою дочь, опозорил наш дом, и думаешь, я позволю тебе просто так ходить по земле? — Росарио сделал шаг вперёд, его тело покрылось зелёной дымкой, воздух вокруг них сгустился предвкушая жаркую битву.

— Насчёт этого… — Филипп, не отступая, достал из внутреннего кармана аккуратную шкатулку из красного дерева. — Передайте ей, пожалуйста.

Взгляд Росарио на секунду прилип к шкатулке, а затем метнулся к столу и обратно к Филиппу. В его голове мгновенно сложилась простая, но ясная картина.

— Значит, это… — он кивнул в сторону стола. — Тоже твоих рук дело?

— Сам стол — нет. Но его способность к восстановлению — да, — парировал Филипп.

Маг жизни почти машинально взял шкатулку и откинул крышку. Внутри на чёрном бархате лежал изящный комплект: колье в виде кленовых листьев с вкраплениями чёрных кристаллов, серьги и браслет. Все изделия были из чистого, почти белого серебра, что создавало элегантный и сдержанный контраст.

— Не мог сделать из золота? — буркнул Росарио, хотя уже знал ответ.

— Она не любит золото, — просто ответил Филипп.

В повисла тягостная пауза.

— И когда же ты собираешься объявиться? — наконец спросил Росарио, и в его голосе прозвучала не столько угроза, сколько усталое любопытство.

На губах Филиппа мелькнула та самая дерзкая улыбка, что когда-то свела с ума его дочь.

— Как только верну долг одному напыщенному индюку, так сразу и явлюсь.

Новая волна ярости, на этот раз в удар вложено намного больше сил, наглые слова заставили Росарио нанести ещё один удар. И снова — оглушительный хруст и мгновенное восстановление кристаллической перчатки. Всего пару лет назад этот мальчишка бежал от него, пятками сверкая. Сейчас же он сдержал два удара любой из которых убил бы его прежнего, и Росарио отдавал себе отчёт: чтобы пробить эту защиту, ему придётся приложить куда больше усилий.

Кивнув — жест, полный презрения и негласного, временного перемирия, — маг жизни отвернулся, давая понять, что разговор окончен.

Филипп не заставил себя ждать и быстро ретировался в сторону фуршета, где, как он знал, должен быть лекарь Люция. Блокировать удары главы Росарио — одно, но расплачиваться за это пришлось костями. По крайней мере, рука явно сигнализировала, что остановить удар как хотелось не получилось.

***

Когда основные танцы закончились, я начал собирать нашу разбредшуюся по залу группу. День и впрямь выдался сумасшедшим. Двадцать пять тысяч золотых... Цифра отзывалась в сознании приятным, весом и звоном. Целого города на это, конечно, не построить, но вот воспитать костяк верных и сильных людей — более чем реально. Теперь можно нанять еще больше гвардейцев, закупить лучшее снаряжение и, наконец, выдать первые серьёзные деньги своим подопечным.

Через пять месяцев многим из них предстоит отправиться по домам. В таких условиях траты неизбежны — нельзя позволить им вернуться к родным с пустыми руками. Их семьи должны увидеть прогресс, а что расскажет о благополучии лучше, чем звонкая монета?

Мой взгляд упал на Леви, который в тени колонны, стараясь не привлекать внимания, латал руку Филиппа. Я нахмурился. Похоже, их «разговор» с главой клана Росарио прошёл не так гладко, как хотелось бы.

— Готовы возвращаться в поместье? — бросил я, собрав всех взглядом.

Получив кивки, мы направились к каретам. Викте пришлось остаться — её помощь старшим была необходима. Но в целом вечер прошёл блестяще.

В карете Лирин, вымотанная танцами и постоянным вниманием, наконец расслабленно растекалась по сиденью, сбросив маску светской неприступной крепости.

— Держалась ты прекрасно, — нарушил я молчание. — Завтра все будут судачить о том, что ты — первая, кто заполучил зачарованное платье.

Она лишь лениво махнула рукой, отмахиваясь от будущих сплетен, как от назойливой мухи.

— Ну их... А тебя, похоже, стоит поздравить? Твой вечер триумфа.

— Если хочешь сделать комплимент своей бабушке, напомни ей, что у неё хранятся самые ранние работы художника, чьи картины теперь стоят безумных денег.

Карета тронулась, и на несколько минут воцарилась усталая тишина, нарушаемая лишь стуком колёс.

— Тренировки будем вести в прежнем режиме? — наконец спросила Лирин, прикрыв глаза.

— Пока нет смысла что-то менять.

— Но ты ведь ходишь со своими вглубь гоблинских территорий! — в её голосе прозвучала лёгкая обида.

— Ты пока не готова. Да и полигон скоро откроют.

— Но с вами ходит даже та... мелкая!

— Потому что её дар незаменим в походе, — жёстко парировал я. — Как только откроешь с десяток граней и научишься не терять голову в ближнем бою — тогда и поговорим. Пойми, там тебя ждёт не романтика, а грязь, кровь и смерть. С этим не стоит торопиться.

— И что же делает эта... «мелочь»? — язвительно бросила она.

— Старается не падать в обморок от усталости и делать свою работу. Мы приехали.

Карета остановилась у её резиденции. Лирин с неохотой выпрямилась, снова облачаясь в образ светской львицы.

— Спокойной ночи, барон, — сказала она, выходя.

— Спокойной ночи, ваша светлость.

Мы отправились в обратный путь. Из окна кареты открывался вид на затянутое свинцовыми тучами небо, с которого сыпался густой, слепящий снег. Похоже, завтра у Рени прибавится работы, и количество ледяных статуй в поместье удвоится. Интересно, что ждет меня в замке Лористон?

Карета неспешно подкатила к резиденции. Пока я счищал с плаща налипший снег и проходил к своим покоям, до меня донеслись оживленные голоса. В главном зале царило непривычное оживление. Филипп, раскрасневшийся и довольный, поднимал бокал в компании Леонарда и Оскара. Похоже, для них продажа мебели и вина через Аргели стала не просто выгодной сделкой, а настоящим триумфом, открывавшим новые финансовые потоки.

Семейство Аргелий праздновало ошеломительный успех. Какая-то тысяча золотых, вложенная в авантюру с аукционом, превратилась в десятки тысяч. Случайное знакомство его внучки приносило такие баснословные прибыли, что старый Тит до сих пор не мог снять с лица блаженной улыбки.

И сама Викта, к его радости, вняла мудрым советам его жены и начала активно приближать к себе барона. Теперь и умирать было не страшно — семья обеспечена. Осталось лишь удачно пристроить внучку, и можно со спокойной душой удалиться на покой.

Однако сама Викта разделяла всеобщий восторг лишь наполовину. Да, она видела астрономические суммы, которые семья заработала просто за организацию аукциона. Но она также видела и те деньги, что достались личным знакомым Люция. И она отчаянно хотела быть в их числе, быть не просто полезной, а — незаменимой.

Но как? Её грани не хотели открываться, будто намеренно саботируя все её усилия. А у этой Помпео они раскрывались с завидной регулярностью! Если так пойдёт и дальше, к концу первого курса у Лирин будет с десяток граней, и Люций наверняка разрешит ей ходить в настоящие походы. Мама была права: та хищница не теряла времени и уже успела властно захватить всё внимание барона.

Что она могла противопоставить? С горечью Викта окинула взглядом своё отражение в зеркале: невысокую, почти детскую фигуру и лицо, лишенное пока той уверенной зрелости, что была у Лирин. Ещё один тяжёлый вздох сорвался с её губ. Нет, так дело не пойдёт. Нужен другой подход.

Те тренировки, что проводил Люций.

— Деда, — голос её прозвучал с решимостью. — Мне нужна твоя помощь.

Старый Аргелий оторвался от финансовых отчётов, его лицо озарилось удивлением и любовью.

— Какая помощь тебе нужна, внучка?

***

Карета, присланная за мной, была выкрашена в ослепительно белый цвет, но все её элементы отделки — от дверных ручек до спиц колёс — сияли чистым золотом. Вычурные, изогнутые узоры, покрывавшие каждый сантиметр поверхности, без слов кричали о принадлежности к иному, недосягаемому для большинства, уровню роскоши.

Однако вскоре я заметил несоответствие: мы направлялись отнюдь не к главному замку Лористонов, а на самую окраину столицы, где среди рядовой застройки ютился один из небольших, типовых укреплённых замков. Когда я вышел, то убедился — данная крепость ничем не отличалась от десятков других, будто все они были созданы по одному и тому же чертежу.

Стражники у ворот были облачены в самую обычную броню без намёка на магические улучшения. Да, их было много, и в случае тревоги можно было ожидать шквального огня с башен, но всё это никак не соответствовало статусу и силе владелицы. Внутренний двор также был аскетичен и лишён какого-либо намёка на роскошь.

В полном недоумении я проследовал за слугой в самую высокую башню. В светлой, но скромно обставленной гостиной меня ожидали с чаем. Сама Амалия на этот раз предстала в облике молодой девушки, одетой в простое, почти домашнее платье.

— Рад видеть вас, ваша светлость, — ответил я, отдав поклон согласно этикету.

— Приветствую вас, барон. Присаживайтесь. Сейчас я всё вам объясню.

Заняв предложенный стул и приняв из её рук фарфоровую чашку, я приготовился слушать. История, как оказалось, была печальной. Эти владения принадлежали покойному супругу Амалии. Именно ему выпала честь — и рок — вести солдат на завоевания бок о бок с Гиперионом. С тех самых пор она живёт здесь, в добровольном изгнании, не поддерживая никаких отношений со своей могущественной семьёй.

— Уровень моей силы, — спокойно заметила она, — таков, что любая попытка заставить меня что-либо сделать равносильна прощанию с половиной Орфена. Я так и не смогла простить семью, потому живу здесь.

— Ваша светлость, вы так и не сказали, какой тематики должны быть картины, — вежливо напомнил я.

— Полностью на ваше усмотрение. Моя скорбь ничего не вернёт, а потому я просто хочу украсить свой замок. Для начала.

— Понимаю вас, — кивнул я.

Сделав глоток ароматного чая, я окинул взглядом открывающийся из окна вид на спящий городской квартал. Идея, мелькнувшая в голове, показалась мне стоящей.

— Ваша светлость, как вы смотрите на то, чтобы съездить в Эрам?

Поймав её недоуменный взгляд, я улыбнулся.

— После нападения мы начали отстраивать город заново, с чистого листа. Вам, возможно, стоит сменить гнетущую обстановку столицы на что-то новое.

— И что же вы сумели возвести за два года? — в её голосе прозвучало скептическое любопытство.

— Два мага земли, вооружённые новыми идеями, способны на многое. Уверяю вас.

Она задумалась на мгновение, её взгляд стал отстранённым.

— А почему бы и нет? — наконец произнесла она. — Согласна. Когда мне ждать первую картину?

— В течение месяца. Думаю, результат вам понравится.

— Хорошо. Тогда на сегодня это всё.

Меня везли обратно на той же карете, а я метался между идеями. Нужны картины которые помогут сделать первые шаги в новую жизнь. Ее муж отправился в злосчастный поход, завоевывать новые территории, думаю напишу серию картин где будут счастливые горожане. Надеюсь это сможет показать каким был бы город преуспей они в своих начинаниях.

Карета подъехала к поместью и я отправился записывать свои идеи каким мог бы быть город. Нужно будет покопаться в записях про это событие, возможно были планы которые можно будет использовать. Понимая что еще успеваю на пары решил отправится в академию.

***

Еще один скучный урок проходил в классе камня. Преподаватель монотонно бубнил о том, какие варианты укрепления городских стен рассматривались в Иштре, и почему выбранное решение сочли оптимальным.

Три девушки на задней парте выстраивали миниатюрные каменные стены, находя в официальной версии кучу несоответствий. Главным было непонимание: почему воздвигли столь низкую стену, если рядом располагался богатый каменный рудник? Его вполне хватило бы для возведения стандартных укреплений, унифицирующих все города. И никаких объективных причин вроде заболоченности почвы не наблюдалось.

Больше всего это походило на то, что какой-то недоучка из Пьеров решил: раз этот город находится под прикрытием других, первыми встречающих угрозу, то и стараться не стоит. По рассказам Рори, подобная «экономия» создавала массу проблем защитникам, вынужденным отбивать штурмы гоблинов куда чаще, чем в том же Эраме, о котором рассказывал Люций.

Когда уроки наконец закончились, девушки начали собираться на стандартную тренировку. Однако громогласный вход Гектора Пьера резко изменил их планы. Наследник клана целенаправленно направился к ним. Остальные маги замерли, следя с интересом, — все знали, что Барон не прощает неуважения к своим подчиненным, но и наследник клана непростая фигура. Свита Гектора заблокировала все выходы, так что даже подопечные Санчесов напряглись.

— Добрый день. Похоже, мы в прошлый раз не с того начали, — Гектор выдавил из себя подобие учтивости. — Дамы, я хотел бы пригласить вас в наш клан для обсуждения сложившейся ситуации.

Трое магесс недоуменно переглянулись. Ханна вышла вперед.

— Благодарю за предложение, ваша светлость, но мы должны быть на тренировке.

Покраснев, Гектор сдержался и попытался улыбнуться.

— Я все же настаиваю.

Ханна поморщилась. Викта уже предупреждала их о подобных «приглашениях». Но у них было прямое распоряжение Люция, и это перевешивало любые просьбы посторонних.

— Благодарю за оказанную честь, но мы вынуждены отказаться. Если у вас есть вопросы, вам лучше обратиться к Люцию Вилду.

— Проклятые простолюдинки! Думаете, вам позволено так вести себя со мной?!

Каменный шквал обрушился на девушек. Все смотрели с ужасом и неверием на это безрассудство. Волна камней, поднявшись до уровня груди Гектора, устремилась к трем фигурам. Ханна, чувствуя, как камень послушно откликается на приказы наследника Пьеров, нахмурилась. Ее рука взметнулась вверх, пока волна набирала силу. Вертикальный взмах — и инерционные камни в толще заклинания резко изменили траекторию, расталкивая соседей. Со стороны это выглядело так, будто смертоносная грань была разрублена надвое и, пролетев по краям, с грохотом врезалась в неприступные стены аудитории.

Один из учеников, перекупленный Санчесами, рванул к выходу, но старшекурсники Пьера преградили ему путь, ухмыляясь.

Ханна же, прошедшая жестокие тренировки под руководством Рени, изначально не надеялась тягаться с наследником клана. Но первое же столкновение все изменило. Почувствовав его настоящую силу, ее улыбка приобрела хищный оскал. Как говаривал Вилд, это было столкновение доктрин. Големостроение против атакующих граней камня. В ее арсенале были только големы; она не разучила ни одной наступательной грани. Но здесь и сейчас она увидела превосходство своей идеи.

Гектор Пьер был в ярости. Какая-то первогодка пытается противостоять ему! Новый каменный обвал должен был стереть ее с лица земли. За его спиной уже формировались каменные фигуры, готовые сорваться в смертоносный рывок.

Ханна, видя атаку, вспомнила один из чертежей, что показывал ей Люций. Первый голем, способный сражаться, пока его маг без сознания. Странная конструкция с непонятными элементами... но сейчас она хотела находится именно в нем, камень податливо окутал Ханну, принимая задуманную форму. Каменная фигура выросла до двух метров в мгновение ока.

Возмущенный неповиновением, Гектор отпустил свою грань в атаку. Страшный грохот оглушил класс, ударная волна повалила всех присутствующих. Каменный голем сдерживал натиск, понемногу уступая. Ханна судорожно соображала, что сделать. И тут вспомнился урок, где она просто стояла на месте, а Рени расстреливал ее из водяной пушки. Она вновь нашла в атакующей массе камни, не задействованные в заклинании напрямую, шедшие по инерции.

Голем сделал шаг вперед, отвоевывая пространство. Атакующие камни начали уменьшаться в размерах. Гектор с ужасом увидел, что голем не только восстанавливается — у него начал проявляться монструозный каменный меч. «Сожри его!» — пронеслось в голове наследника. Каменная пасть должна была поглотить противника и сдавить массой.

Кирс, увидев, что противостояние не кончается, рванул из кабинета. На этот раз его не остановили. Пока все были в шоке, лишь несколько человек попытались удержать его, но было поздно.

В этот момент голем сделал свой ход, полностью поглотив вражеское заклинание и увеличившись в размерах. Горизонтальный взмах его клинка врезался в каменную стену, которую возвел Гектор. В работу включилась еще одна грань, над которой так смеялся Люций, но так и не объяснил причин. Низкочастотная вибрация начала рвать стену, позволяя голему прорваться вперед и нанести противнику легкую рану.

Тут в бой вступили прихлебатели. В голема одновременно ударило несколько заклинаний. Ханну отбросило вместе с ее творением назад, но, вспомнив о многослойной каменной броне, она тут же начала менять структуру защиты. Последующие атаки лишь слегка сотрясали каменное чудовище. Ханна же, поймав боевой раж, накинулась на противников. Здесь и сейчас в ее руках была сила, и перед ней был враг.

Гектор, видя, как голем неумолимо движется на них, отступил назад. Вид этого каменного чудовища пугал его до дрожи. Его грани не работали! Нужно бежать! Это явное нападение на него! Сорвавшись с места, он выбежал из класса. Опешившие прихлебатели застыли в оцепенении. На подобные действия имел право только наследник; они не могли тронуть кого-то без последствий. Но, увидев, как голем разворачивается в их сторону, они поняли, что побег — не такая уж и плохая идея, особенно когда на тебя смотрит голем под потолок и заносит свой меч.

Гектор бежал что есть сил, но на его пути встал Эрик Санчес, без лишних слов атаковавший его. Шквал огненных шаров обрушился на наследника Пьер. В ответ Гектор инстинктивно возвел каменную стену. Неожиданная схватка вспыхнула с новой силой. Прихлебатели, увидев препятствие, тоже начали разряжаться в нежданного противника. В ответ полетели объемные огненные вспышки, руша каменный шквал и освобождая путь для новых заклинаний, но тут же увязли в новой стене.

Вперед вырвалась фигура, объятая пламенем, которая просто расплавила каменную преграду. Первой целью стали прихлебатели Пьера. Огненные шары накрыли их взрывами, но в следующий миг всех присутствующих прижало к полу таким шквалом ветра, что на ногах не осталось никого.

Директор Белфорт был в ярости, а потому церемониться не собирался. На третьем, четвертом, хоть пятом курсе — ему здесь не было равных. Увидев мантии Санчесов и Пьеров, он вышел из себя окончательно.

— Если кто-то посмеет применить еще одно заклинание, прибью на месте!

***

Когда до нас донеслась весть о случившемся, мы стремглав бросились за Леви. Подобная стычка не могла пройти бесследно. Увидев масштабы разрушений в классе — развороченные полы, опалённые стены — я невольно активировал броню и ворвался внутрь. Под потолком горделиво замер боевой голем, указующий мечом на поверженного противника.

— Проклятье! Вытаскивайте её! — рявкнул я.

Из-под брони голема Ханну извлекали с предельной осторожностью. Картина была ужасной: множественные кровотечения, промятая грудная клетка, переломанные ноги. Увидев побелевшее лицо Леви, я понял — ситуация хуже, чем можно было предположить. Без лишних слов я рванул прочь, чтобы найти помощь.

Увидев в коридоре зелёное свечение исцеляющих заклинаний над другими пострадавшими, я, не церемонясь, вцепился в шиворот двоих лекарей и потащил их обратно.

— Лечите! Живо! — приказал я.

Они попытались было возразить, но пары отрезвляющих пощёчин хватило, чтобы все возражения отпали. Я помчался дальше, выдернул из толпы ещё двоих и практически вбросил их в класс. Пятеро лекарей — теперь должно хватить, чтобы стабилизировать её состояние.

Осмотревшись, я заметил не менее взбешённого директора, который выговаривал Санчесу за устроенный разгром.

Схватив за плечо Рори, который держался за окровавленный бок, я спросил:

— Что здесь случилось?

— Пьер решил показать, кто тут главный. Один из ребят Санчеса сбегал за нами. Мы примчались, ну... и вот.

Кивнув, я направился к Белфорту и, перехватив паузу в его тираде, вклинился:

— Где Гектор Пьер?

Директор опалил меня взглядом и с раздражением закатил глаза.

— Вилд, тебя-то мне сейчас и не хватало!

— Я лишь прибью одного ублюдка, и на этом всё.

— Никто никого прибивать не будет! Это касается и тебя, Санчес! Пока я не разберусь, что здесь произошло, никаких дуэлей, драк и самосудов! Понятно!

Среди обожжённых коричневых мантий я заметил знакомую подпаленную тушку — того, у кого я только что отобрал лекарей. Что ж, отлично. Развернувшись, я пошёл назад. Лекари всё так же усердно заливали Ханну целительной силой, восстанавливая повреждения. Ладно, месть подождёт. Из столицы Пьер никуда не денется.

Рори развалился на уцелевшей парте, явно чувствуя откат после адреналина и отсутствия маны. Похоже, мы оказались в долгу у Санчесов.

Поймав взгляд Леви, я сразу подошёл ближе.

— Сейчас стабилизируют. Но её нужно везти к Росарио.

— Значит, едем к ним.

Аккуратно отломав столешницу, мы соорудили импровизированные носилки и погрузили на них Ханну. Взгляд упал на бледных Майру и Бренду, и я вспомнил о наших секретах.

— Голема— убрать!

Те закивали и бросились разбирать голема на безобидные каменные глыбы. Пока мы пробирались к выходу, собралась вся наша группа. Леви не отходил от носилок ни на шаг. Перехватив у ворот повозку, мы помчались к лучшим лекарям Орфена. Нас приняли достаточно быстро, и мои импровизированные носилки больше не были нужны. Мне же предстояло остаться, чтобы решить неизбежные финансовые вопросы.

— Палата за день — три золотых. Первичный осмотр — десять, — уставшим, наизусть заученным тоном проговорил клерк, даже не глядя на меня.

— Хорошо. Сколько ориентировочно потребуется времени на полное восстановление? — уточнил я, откладывая на стойку блестящие монеты.

— Врач как раз проводит осмотр. Рекомендую внести депозит — пятьдесят золотых, — его голос оставался ровным и безразличным. — Далее счёт будем пополнять по ходу лечения.

Я молча вытащил кошель. Решив не тянуть, я вспомнил про Рори.

— Со мной был ещё один раненый. Его тоже необходимо осмотреть.

— Первичный осмотр — десять золотых, — так же монотонно ответил клерк.

Быстро прикинув содержимое кошеля, я сдержанно поморщился. Суммы не хватало.

— Начинайте осмотр девочки. Мне нужно отправить гонца за деньгами.

— Хорошо. На чьё имя будет платёж?

— Люций Вилд.

— Сейчас оформлю документы, — клерк наконец поднял на меня взгляд, и в его глазах мелькнул слабый проблеск интереса.

Получив кипу пергаментов с печатями и формальные заверения, я направился к своим.

— Так, —сказал я, разрезая тягостную тишину приемной. — Ханна и Рори остаются здесь. Остальные — в резиденцию.

— Но мы хотим остаться с ней! — почти хором выдохнули девушки.

— Клан Росарио не даёт такого права. Когда Ханна придёт в себя, нас оповестят. Кроме того, — я кивнул на бледного, но уже получившего первую помощь пироманта, — Рори будет здесь. Он не отойдёт от неё ни на шаг.

Девушки, безропотно опустив головы, потянулись к выходу. Рени намеренно задержался, пропуская их вперёд, и его вопросительный взгляд был красноречивее любых слов.

— Что будем делать? — тихо спросил он, когда мы остались одни в коридоре.

— Завтра, начну бросать вызовы. Всем, кто хоть как-то относится к дому Пьер. Своими ногами с арены они не уйдут.

— Мне тоже самое? — уточнил гидромант.

— Нет. Твоя задача иная. Я буду привлекать всё их внимание, а ты — оберегай наших. Приоритет — Викта. Затем Майра и Бренда. Остальные — по остаточному принципу. И, — я встретился с ним взглядом, — тренировки нужно усилить. Вдвое.

— Понял, — Рени коротко кивнул.

***

— Ваша светл…

— Эрик, заходи, чего ты там мнешься? — Роберт отложил перо и посмотрел на бледноватого Эрика.

— Дело в том… — Эрик замялся.

— Да слышал я, уже доложили. Это шедеврально! Вынес третьекурсника? Молодец! — Роберт широко улыбнулся и показал большой палец.

Эрик лишь тяжело вздохнул, глядя в пол.

— Рори до него добрался быстрее. У него уже огненная броня…

В ответ раздался такой громогласный смех, что задребезжали стёкла в шкафу.

— Ну так это же прекрасно!

Эрик с нескрываемым непониманием уставился на отца.

— Ты думаешь, он тебя опережает, да? — Роберт окинул его хитрым взглядом.

Эрик молча кивнул.

— На самом деле, тебе просто нужно больше практики. Знаешь, председатель свои первые тридцать граней открыл ещё в первый год. Как понимаешь, академии и близко не было.

Эрик от изумления вытаращил глаза.

— Да, — подтвердил Роберт, и его лицо на минуту стало серьёзным. — В те времена стычки с гоблинами были чем-то вроде обычного вторника. Приходилось постоянно отгонять зелёных от посевов, и председатель буквально не вылезал с передовой. И, как понимаешь, твой друг идёт по схожему пути.

— Но почему мы тогда не делаем так же? — вырвалось у Эрика.

— Потому что умереть в таких условиях — проще простого. — Роберт развел руками. Ты ещё не испытывал на себе настоящего истощения маны. Наши силы не безграничны. После того, как мы потеряли первых учеников, наставник решил идти более длинным, но надёжным путём. Вот вы сейчас и растёте в тепличных условиях, набирая грани постепенно, после теории.

— Но ведь в моём поединке с ним нет смысла, — с отчаянием в голосе произнёс Эрик.

— С чего ты это взял? Да, ты, вероятно, проиграешь. Но зато увидишь свои слабые стороны как на ладони.

— Но ведь…

— Всё нормально, — мягко, но твёрдо перебил его Роберт. — Да, проигрывать неприятно. Но поверь, лучше сейчас, чем в окружении гоблинов. Как думаешь, почему у наставника так мало учеников?

— Он берёт только сильных?

— Мы — выжили. Многие — нет.

— Но ведь ты силён, — с надеждой сказал Эрик.

Роберт покачал головой, и в его глазах мелькнула тень прошлого.

— Никогда не путай, сын. Я не родился сильным. Я стал сильным. И это заняло не одно десятилетие. К примеру, ты в свои четырнадцать лет уже мог бы победить меня в том возрасте.

— Я не понимаю! — Эрик развёл руками. — Если это всё так опасно, зачем мы лезем в эти вылазки?

Роберт усмехнулся, и в его глазах вспыхнул знакомый Эрику азартный огонёк.

— Потому что маги вокруг расплодились, нас больше сотни, и вся сотня боится выйти за стены. Ты родился в нужное время, сынок. Основатель города! — Роберт встал и от души хлопнул сына по плечу. — Если я хоть заикнусь об уходе куда то, знаешь что со мной председатель сделает, а тебе зелёный свет. Так что не ной, а действуй. Пока всякие Пьер учат теорию, ты будешь знать, что такое настоящий бой.

***

Франческа Пьер выслушивала доклад о выходке своего наследника, и у неё непроизвольно сжимались кулаки. Как? Когда? Почему? Лучшие инструкторы, лучшие методики, лучшие полигоны — и в итоге такое немыслимое позорище. Она старалась не думать о том, что скажет наставник. Или чего хуже — что сделает с ней, и без того недовольный их последними интригами. Теперь же ситуация зашла слишком далеко.

Дар Гектора, открывшийся в тринадцать лет, должен был сделать его лидером нового поколения. А по факту его уложила на лопатки какая-то простолюдинка!

— Хватит! — её крик заставил докладчика вздрогнуть и замолчать. — Так… Он хоть не добил тех троих?

— Серьёзные раны получила только одна девушка. Сейчас она у Росарио, остальные двое — в поместье Вилда.

— И с какой стати Гектор за ними полез?

— Точно неизвестно, но есть догадки.

Франческа пронзила докладчика взглядом, от которого тот попятился.

— Гектор в последнее время часто бывал в таверне «Чёрный Предел». Это заведение под крылом клана Фостер. А некоторое время назад Вилд на дуэли переломал ноги их наследнику.

Франческа с силой ударила по каменному столу, отчего тот рассыпался в мелкую крошку, но тут же собрался обратно.

— Всё. Снять с него статус наследника. Урезать довольствие до одной золотой в месяц. А на выходные — отправлять в самые дальние вылазки. Не хочет работать головой — пусть работает руками. Пока не научится. Обоим кланам выслать компенсацию по пять тысяч золотых, и намекните откуда растут ноги у проблемы.

Утро нашего выходного дня начиналось как обычно, легкая тренировка, подготовка к поездке проходила не спешно. Девушки старались держаться, но было видно что они переживают за свою подругу. Парни же вели себя как обычно, и в основном думали как вернуть должок. Хотя сейчас они не могли этого себе позволить, Гектор Пьер без особых проблем сможет справится с любым из моей группы.

Мы отправились к Санчесам не полным составом. Эта встреча должна была стать первым знакомством наших групп после того, как Эрик привёз отца на аукцион. Но после инцидента с кланом Пьер, в котором мы оказались по одну сторону баррикад, наши настороженные отношения быстро переросли в дружеские.

Когда от дома Пьер мы получили официальные извинения и солидную компенсацию, перед нами встал закономерный вопрос: а что делать дальше?

План с дуэльной местью пришлось отложить в долгий ящик. Настоящий кукловод, клан Фостер, оставался вне досягаемости. Объяви я им вендетту, вышла бы та же ситуация, но с точностью до наоборот — теперь уже мы выглядели бы необоснованными агрессорами. Однако оставлять подобную подлость без ответа было нельзя. Нужно было действовать точечно и умно — собрать информацию и испортить им жизнь так, чтобы к нам было не придраться.

Замок Санчесов был живым воплощением огненной мощи. Страшно было подумать, какие суммы клан Пьер получил за эту работу. Вкрапления красного обсидиана были повсюду, изображая эпичные сцены сражений огненных магов с полчищами гоблинов. Повсюду полыхали алые знамёна с гербом клана, а на пороге нас уже ожидал Эрик со своей командой. Обменявшись короткими, но тёплыми приветствиями, мы без лишних церемоний двинулись в замок.

Сводчатый потолок терялся в полумраке, где плясали отблески пламени. Стены из тёмного полированного мрамора отражали свет бесчисленных бронзовых жаровен, в которых весело потрескивали ароматные поленья. В нишах, как застывшие стражи, стояли доспехи из воронёной стали — на некоторых латах виднелись дыры и вмятины, боевые шрамы, подчёркивавшие их не бутафорское, а по-настоящему воинственное предназначение. Воздух был наполнен тёплым запахом древесной смолы и дорогого воска для полировки металла.

— Как ваша магесса? Ханна, кажется? — спросил Эрик, ведя меня по просторной галерее.

— В сознание ещё не приходила, — ответил я, переводя взгляд с величественного убранства на Эрика. — Лекари до сих пор возятся с её травмами. Зато Рори быстро отпустили.

— Пьеры тебе сообщили про Фостер?

— Сообщили. И теперь мы не знаем, как реагировать.

— Тут я могу помочь. Как ты знаешь, в Орфене не бывает банд, которые задерживаются надолго.

Я молча кивнул, внимательно слушая. Мы миновали массивную дубовую дверь с чеканным изображением вздымающегося пламени.

— Клан Фостер обходит это простым способом. У них с десяток деревень на окраинах, где их боевики под видом старост и охранников вершат тёмные делишки.

— Например, удерживают магов, не открывших грани, — уловил я мысль.

— Именно. Но тут нужно подходить подготовленным. Мало разогнать охрану — нужно ещё куда-то деть самих магов. Как понимаешь, в Орфене им лучше не показываться.

— А список таких деревень у тебя, чисто случайно, не завалялся?

— И вот тут мы подходим к самому интересному, — Эрик широко улыбнулся, останавливаясь под огромным знаменем с вышитым огненным символом. — Я недавно принял на содержание четверых «зелёных» с необычными дарами. Условия — общие, но мы так и не смогли помочь им открыть грани. Странно, да?

Я окинул взглядом богатое, но исполненное воинского духа убранство зала и задал вопрос, который вертелся у меня на языке с самого порога.

— Напомни, почему у вас эмблема клана — огонь, а не, скажем, лиса?

Эрик расхохотался, и его смех гулко разнёсся под сводами.

— Зачем упрощать жизнь нашим противникам? — парировал он вопросом на вопрос.

— Это было бы здорово, — я не смог сдержать ухмылку. — Уж очень хочется щёлкнуть по носу этому зазнавшемуся клану.

— Куда же будешь определять магов? — спросил Эрик.

— В Эрам. Там Гиперион не даст их в обиду.

Эрик согласно кивнул.

— Тогда список будет твоим. Нам эта ситуация тоже не по нраву пришлась. Было бы досадно потерять первых магов камня, которые к нам присоединились.

Мы вошли в огромный тренировочный зал. Потолок терялся где-то на высоте добрых пяти метров, а воздух был пропитан потом, пылью и слабым, едва уловимым запахом озона от недавно применённых заклинаний. Вдоль стен, было развешано и расставлено оружие всех мастей. В дальних углах чернели обугленные и иссечённые манекены и мишени.

— Первым делом предлагаю познакомиться с моими новичками, — Эрик указал на группу у стены.

— Хорошо. Народ, — я обвёл взглядом свою команду, — а вы пока развлекайтесь самостоятельно.

Поднялся нестройный гул голосов. Магессы Эрика тут же устремились к нашим — абсолютно точно, чтобы обсудить грани. Вот прям сто процентов. Не будут же они обсуждать фасон нашей новой формы. Увидев, как Эрик скривился, я понимающе покачал головой и мы направились к его «зелёным» новобранцам, у которых на лицах читалась смесь надежды и любопытства.

Все ребята были мне знакомы — в конце концов, они входили в мою учебную группу. Обменявшись короткими приветствиями, мы сразу приступили к делу.

Первым вызвали Горта. Юноша сконцентрировался, и его кожа на мгновение приобрела стальной отблеск.

— Способность проявляется в повышенной прочности тела, — пояснил он.

Я кивнул. Эффект был очень похож на грани Бартолда.

— Такие грани я называю «физиками». Горт будет развиваться примерно как я, — сказал я, обращаясь к Эрику.

Тот понимающе кивнул: зрелищная битва с Магоном Фостером была ещё свежа в памяти.

Следующей вышла Норис. Она с немым вопросом посмотрела на Эрика и, получив ободряющий кивок, нехотя сняла перчатки. Вместо ногтей из её пальцев выступали короткие, но острые когти.

— Тут та же категория, — заключил я. — Её дар будет развиваться по пути, близкому к Аспид.

Девушка с тревогой посмотрела на крылатую магессу и с отвращением поморщилась.

— Не переживай, — тут же успокоил я её. — При таком развитии всегда существует грань, которая вернёт тебе обычный облик. То, что ты видишь сейчас, — это боевая форма. Со временем Аспид тоже сможет контролировать свои трансформации.

Норис кивнула, всё ещё не в восторге, но явно успокоенная, и поспешно надела перчатки обратно.

Третьей оказалась Аника. Её вертикальные зрачки красноречиво говорили о близости к «кошачьим» граням. Ох, и намучается же Эрик с этими двумя, — с лёгкой ухмылкой подумал я.

— Здесь тот же вариант, что и у Аспид, — констатировал я вслух. — Так что считай, у тебя как минимум три специалиста ближнего боя.

— А это последний, кто к нам присоединился, — Эрик легонько подтолкнул вперёд долговязого парня. — Йохан.

Тот неловко кивнул и начал закатывать рукав своей мантии. На его предплечье я увидел причудливые, светящиеся мягким голубоватым светом точки. Я присвистнул — выглядело это невероятно зрелищно.

— Похоже, и здесь нечто в духе Аспид, — сказал я, внимательно изучая свечение. — Но если в предыдущих случаях я уверен, то тут только открытие граней покажет, насколько я прав. Это проявления дара, а не просто обычное свечение.

— По сути, план тренировок прост, — объявил я, обводя взглядом новичков. — Леви, Аспид, подойдите ко мне. Нам потребуется отдельный зал. Небольшой и пустой.

Эрик кивнул и, сделав нам знак следовать за собой, повёл нашу разросшуюся группу в следующую тренировочную комнату.

Когда все вошли мне пришлось оставить Эрика за дверями, предупредив его что активация граней это не то что стоит видеть своими глазами. Если твои последователи сочтут нужным они все тебе расскажут.

***

Эрик остался присматривать за входом, опершись о стену и стараясь не прислушиваться. Но вот из-за тяжелой двери донеслись первые звуки — не просто крики, а пронзительные вопли ужаса. Он уловил обрывки фраз: кто-то взвизгивал, моля о пощаде, другой рявкал что-то, собираясь стоять насмерть. Потом крики пошли на убыль, сменившись приглушёнными звуками боя, отрывистыми криками Леви и какими-то странными, отчётливыми щелчками, от которых по спине бежали мурашки.

Когда двери наконец отворились, Эрик бросился внутрь, опасаясь худшего. Его взгляд метнулся к его четвёрке. Ни крови, ни видимых ран. Но они стояли, не в силах отдышаться, с пустыми глазами, будто только что отчаянно бежали от самой смерти. И этот контраст с довольными лицами Люция и его команды был жутким.

— Всё... прошло нормально? — спросил Эрик, всё ещё не веря глазам.

Люций широко улыбнулся, потирая руки.

— Более чем. Сейчас твоим ребятам нужно одно — плотно пообедать и отправиться отдыхать. Остальное... ты увидешь завтра.

***

Когда мы вернулись к остальным, в зале кипела не одна, а сразу несколько схваток. Воздух гудел от столкновений стихий, и оглушительный грохот разрывался то тут, то там.

Мой взгляд сразу выхватил знакомую картину: Рени, стоя в центре хаоса, спокойным движением рук делил пространство зала полупрозрачными водяными барьерами. Он не участвовал в боях напрямую, но его работа была не менее важна — он создавал арены, позволяя бойцам выкладываться на полную, не опасаясь задеть союзников или устроить общую свалку.

Дуглас против мага огня, сражение напоминало столкновение кузнечного молота и плавильного горна. Пиромант, собравшийся в стойку, выстроил перед собой огненный барьер — плотную, колышущуюся стену жара. Дуглас, чьё тело отливало тусклым металлом, не пытался пробить её лобовой атакой. Вместо этого его стальные канаты с глухим стуком били по барьеру, пытаясь заставить противника отступить или потерять концентрацию. В ответ в него летели огненные шары.

Дуглас не уворачивался — он принимал их на скрещенные руки, и металл с шипением покрывался черными подпалинами. Это была битва на износ: маг огня тратил ману на атаки и защиту, а Дуглас — на поддержание своей металлической формы и восстановление своих тросов после каждого попадания. Время от времени пиромант пытался раздвинуть стену огня и отсечь Дугласа от центра зала, но тот вовремя отскакивал, тяжело дыша. Оба уже показывали признаки усталости и было ясно — победит тот, у кого первым сдадут нервы или иссякнет запас сил.

Рядом Энтони столкнулся с магом ветра в более мобильном, почти скоростном противостоянии. Аэромант, двигаясь легкими прыжками, швырял в него сокрушительные, но немногочисленные воздушные кулаки. Энтони не уворачивался от них полностью — его щит из шестигранных ячеек принимал основную энергию удара, звонко дребезжа и гася импульс.

В ответ Энтони мгновенно формировал в воздухе метательные лезвия и отправлял их точными очередями. Маг ветра парировал, создавая внезапные вихревые порывы, которые сносили лезвия с траектории. Когда аэромант пытался сократить дистанцию и использовать свою коронную способность — отбрасывающую волну — Энтони мгновенно отступал, уворачиваясь от прямого попадания. Их бой был битвой точности против силы: Энтони искал брешь в обороне, чтобы лезвие достигло цели, а его противник — момент для верного отбрасывающего удара, который прижал бы Энтони к стене и лишил мобильности. Оба дышали тяжело и устало, экономя силы для решающего рывка.

Мы пришли как раз вовремя — решающие моменты наступали на обеих аренах.

На площадке Дугласа царило напряжение. Его противник, маг огня, уже тяжело дышал, и Дуглас, решил что пора заканчивать этот бой, он рванул в прямолинейную атаку. В ответ на него поползла огненная стена, но Дуглас, решив проломиться силой, сделал мощный прыжок. В воздухе его встретил огненный шар, а следом — целый град вспышек. Металлические щупальца застучали по полу, создавая импровизированный барьер, но было уже поздно — огненная стена окончательно разделила их отбирая варианты для маневра. Уставший, но ликующий пиромант запрыгал от радости, это была победа, добытая в ожесточенной схватке.

На второй половине поля ситуация была обратной. Энтони, кажется, нашёл свою нишу. Он понял, что может использовать свои призванные лезвия не только как оружие, но и как опоры для манёвров. Это небыло полетом, но его движения стали резкими, короткими рывками с одной парящей пластины на другую. Это создало массу проблем для воздушника, который не ожидал, что его противник сможет так эффективно оспаривать воздушное пространство. Один точный бросок, одно лезвие, пропоровшее защитный поток воздуха, — и концентрация мага ветра была сломлена. Энтони молча кивнул в знак уважения поверженному оппоненту.

Осмотрев ликующих зрителей, я задумался. А ведь в этом что то есть. Моим магессам камня нужна практика... и что, если они смогут строить рядом? Возводить здания, создавать конструкции. И на этом, вполне возможно будет заработать. Я одобрительно покивал своим же мыслям — это действительно могло сработать.

Тем временем Эрик, не теряя ни секунды, направился к Рори. Он ударил кулаком о ладонь, и между ними вспыхнул яркий огненная вспышка.

— Время нашего боя. Сейчас.

К моему удивлению, Рори не стал ни церемониться, ни отнекиваться. Он лишь молча кивнул и уверенно направился на свободное тренировочное поле. Два пироманта встали друг напротив друга, и водяной купол Рени мягко окружил их, отсекая от внешнего мира.

И началось. Без разведки, без манёвров — с самой сути их стихии. Они в унисон подняли руки, и между ними пронеслась буря. Огненные шары вереницей понеслись навстречу друг другу, сталкиваясь в центре и осыпая купол снопами искр. Эрик укрылся за плотным огненным экраном, в то время как Рори, не строя защит, вытягивал энергию из вражеского огня и тут же вплетал её в свои атаки, продолжая вести шквальный обстрел.

Видя, что проигрывает в прямой перестрелке, Эрик сменил тактику. Он отправил вперёд огненную стену, а сам начал запускать шары по высокой траектории, навесом. Теперь Рори пришлось туго — он не успевал одновременно парировать прямые атаки и смотреть за потолком. Ему пришлось включить свой огненный экран. Поле боя на несколько мгновений заполнилось сплошными вспышками и едким дымом, но Рени умело вытягивал дым, отправляя её в окно, чтобы бойцы не задохнулись.

Два пироманта, понимая, что на этом уровне они равны, по молчаливому согласию перешли на новый. Пламя вокруг них сгустилось и сменило цвет на пронзительно-синий. Огненные шары, ставшие больше и плотнее, вновь устремились к противникам. На этот раз никто не пытался блокировать их в лоб — оба старались перехватить сферы на подлёте, сталкивая их своими же шарами. От объёмных взрывов купол Рени пошёл волнами, и гидроманту пришлось сосредоточиться, усиливая контроль над барьером.

Не в силах добиться решающего превосходства, бойцы вступили в финальную стадию. На Рори вспыхнула его огненная броня. Эрик в ответ отказался от шаров — теперь из его рук выстреливали тонкие, огненные стрелы, созданные специально для пробития укрепленной защиты.

Битва закипела с новой силой, но тут Рори перестал сдерживать количество обычных, огненных шаров. Комбинированная атака — рои красных шаров и мощные синие сферы — начала понемногу продавливать оборону Эрика. Его стрелы не успевали перехватывать всё, и вот, после серии почти одновременных взрывов, Эрик был отброшен к краю арены. Рени мгновенно среагировал, заключив его в защитную ледяную сферу, гася пламя.

Раздались радостные крики моей команды. Лекари уже направлялись к Эрику, чтобы подлатать ожоги и ушибы.

Внезапно позади нас раздались размеренные хлопки. Обернувшись, мы увидели Роберта Санчеса. Он с довольным видом направлялся к сыну.

— Отличный бой! — его голос прозвучал без тени разочарования, лишь с чистой оценкой мастерства. — Оба молодцы. Подобное нужно устраивать чаще.

Эрик улыбнулся, с трудом скрывая усталость, но в его глазах горел новый огонёк.

— Открыл? — уточнил Роберт.

Эрик утвердительно кивнул. Похоже, этот спарринг помог открыть ему новую грань.

— Вот и отлично. На сегодня с тебя хватит. Будут ещё спарринги?

— У меня остались магессы камня, — ответил я, кивая в сторону Майры и Бренды.

Две магессы камня вышли против двух магесс воды. Но едва водные струи и водяные шары начали методично размывать и раскалывать их каменных големов, стало ясно — поражение будет полным и безоговорочным. Окинув взглядом их творения, я понял: эти големы и наполовину не были так могущественны, как у Ханны.

И тут меня осенило. Она была в той самой конструкции, в первом големе. У неё не было обзора — она управляла им вслепую, она открыла ту грань с ощущением в окружающем мире! В отличие от големов Майры и Бренды, что прикрывались щитами и прозрачными стеклами, первый не позволял подобного в своей конструкции. Ханны действительно превзошла саму себя.

Посмотрев на наших смущённых, но не сломленных магесс, я усмехнулся. Ничего, может, позже они её догонят.

После спаррингов мы отправились в пиршественный зал, где для нас уже был накрыт стол. Четвёрка «физиков» уже восседала за ним, а слуги безостановочно подносили им новые блюда. Увидев эту картину, Роберт Санчес недоумённо замер и вопросительно поднял бровь, глядя на сына.

— Люций помог им с гранями, — поспешил объяснить Эрик. — Сказал, что сейчас им нужно много есть, а завтра должны проявиться изменения.

— У нас в клане есть маги, которые годами не могут открыть грани, — задумчиво почесал подбородок Роберт, и его взгляд на мне стал пристальным и оценивающим. — Может, поможешь и с остальными?

Я встретил его взгляд с лёгкой улыбкой.

— Договоримся. Раз уж Пьеры и Фостеры так хотят видеть нас союзниками, не вижу смысла их разочаровывать.

Смех Роберта, больше похожий на раскат огненной бури, громыхал под сводами зала.

— И чего же ты хочешь за подобную... услугу? — протянул он.

— У меня возникла одна идея, с которой мы могли бы заработать неплохие деньги.

— Продолжай, — Роберт отхлебнул вина.

— Мы можем построить цепь малых форпостов к землям гоблинов, чтобы облегчить вылазки. А когда наши маги камня поднатореют в строительстве... можно возвести нечто большее. Например, арену за городом, где граждане, заплатив пару монет, смогут наблюдать, как маги расправляются с гоблинами. Под вашим патронажем подобное предприятие будет возможным.

— Белфорты как раз прорабатывают что-то подобное для своих полигонов, — заметил Роберт.

— Мы сделаем иначе. Представьте, — я отхлебнул компот, собираясь с мыслями. — Не просто полигон с земляными валами, а настоящее каменное сооружение, колизей, где каждый зритель будет видеть всё действо. Мы можем делать тематические сражения: «Огненное шоу» с пиромантами, «Битва стихий», где маг воды сразится с магом земли. Мы будем не просто платить магам за участие, мы будем создавать им славу! Самые зрелищные бойцы станут известными, народ будет толпами идти на их выступления. А где толпы зрителей — там и торговцы с едой, ставками. Проценты с их деятельности тоже могут идти в казну клана. Все в выигрыше.

Меня схватила Викта. Настойчиво дергая за руку.

— Моя семья обеспечит работу. У нас есть люди и связи.

В её глазах горел огонь уверенности, в своих силах. Я кивнул.

— И как люди будут туда попадать? — спросил Роберт, в его глазах уже загорелся интерес.

— Возведём мост, от крепостной стены, до арены.

— А ты, я смотрю, не мелочишься, — фыркнул Санчес, но одобрительно кивнул. — Ладно. Идея мне нравится. Как будешь готов проработать детали — свяжись через Эрика.

Я довольно кивнул. Фундамент для нового предприятия был заложен.

Наша пирушка затянулась до самого вечера. Роберт Санчес, разгорячённый вином и общим настроением, устроил настоящий мастер-класс для всех магов огня. И, честно говоря, это было нечто завораживающее. В его руках пламя оживало: вот над головами пронеслась стая огненных птиц, вот они сплелись в огромную пантеру, которая бесшумно рычала, готовясь к прыжку.

И тут меня осенило. Домашние фейерверки! Я подошёл к Роберту и начал быстро объяснять идею: огненные шары, которые должны не разрушать, а восхищать, взрываясь в небе снопом искр.

— Любопытно, — протянул Санчес, и в его глазах вспыхнул огонёк настоящего мастера, увлечённого новой сложной задачей.

Ему не потребовалось ни чертежей, ни подробных объяснений. Он на несколько секунд сосредоточился, и первый шар, вырвавшись из его ладони, устремился ввысь. Он не просто взорвался — он распустился под потолком огненным цветком, лепестки которого медленно угасали, осыпаясь золотым дождём.

— Давайте на улицу! — с воодушевлением крикнул Эрик и вскоре небо над резиденцией Санчесов превратилось в полотно для огненной живописи.

Под восторженные возгласы горожан, выглянувших из окон, ночное небо над Орфеном озарил первый в его истории фейерверк — диковинное, прекрасное чудо, рождённое магией и гением одного из самых могущественных пиромантов города.

Ханна приходила в сознание нехотя. Белые стены палаты казались чужими и безжизненными после привычного красочного учебного класса. Она попыталась приподняться, но тело тут же отдалось пронзительной, ноющей болью. Стиснув зубы, девушка замерла, прислушиваясь к новым ощущениям. Она чувствовала... больше. Глухой топот за стеной, вибрацию от чьих-то шагов в коридоре — всё это отзывалось в ней чёткими сигналами. Она закрыла глаза, и мир обрёл новые очертания — не зрительные, а осязаемые гранями, проявленные через камень стен и грунт под фундаментом. Так вот о чём твердил Рени на своих изнурительных тренировках...

На её губах появилась улыбка, которую тут же сменила горькая гримаса — память о том, как она здесь оказалась, вернулась во всей своей полноте. Эта стычка ясно показывала, что противник был силён, даже будучи ошеломлённым, и все равно именно она получила тяжелые раны в битве. В этот момент дверь открылась, и в палату вошла девушка в зелёной мантии.

— Отлично, ты уже пришла в себя.

— Да... Где я?

— Ты в лечебнице клана Росарио. Твой господин оплатил всё лечение.

— Надолго я тут?

— Ещё неделю, думаю. Не переживай, сегодня придут твои друзья и лекарь вашего барона. Старайся не двигаться — кости срослись, но организму нужно время на восстановление. А сейчас приступим к процедуре.

Девушка подошла к кровати, её ладони коснулись Ханны и озарились мягким зелёным сиянием. По телу магессы разлилась волна целительного тепла, и она снова провалилась в забытье.

***

Огненное шоу Санчесов вновь всколыхнуло весь город. Эту «невинную шалость» обсуждал уже неделю весь город, возводя в ранг визитной карточки всех пиромантов. Рассказы о том, как праздновал клан встречу с нами, не обсуждал только ленивый.

Очередной заунывный монолог преподавателя о магии молний грозил погрузить меня и Викту в беспробудный сон. За это полугодие в академии не произошло никаких подвижек к лучшему. Разве что преподавателям наконец-то сменили форму. Особенно забавно было встречать того самого мага, что сражался со мной на дуэли, — его новый костюм сидел безупречно, выдавая внезапно проснувшийся интерес к портному искусству. Правда и отдельные студенты уже начали заказывать наш вариант формы.

Когда урок, наконец, закончился, мы дружной гурьбой отправились на тренировочный полигон. Площадка встретила нас оглушительным грохотом и гулом магии. Воздух дрожал от ударов, шипел, заливаясь свистом рассекаемых потоков энергии. Мы разделились на две группы. Викта, Майра и Бренда под бдительной охраной Леви и Рени отправились в клан Росарио — нехватка сильных магов по-прежнему давала о себе знать. Ожидая подлостей мы старались не оставлять подопечных. Да и наши тренировки ужесточились и мы старались пробудить как можно больше граней.

Энтони получил чёткий план — открыть с десяток граней до конца зимы. И, судя по всему, он справлялся на отлично. В его арсенале появились новые умения: теперь он мог буквально бегать по воздуху, создавая на расстоянии до сорока метров видимые платформы, способные здорово попортить жизнь любому противнику.

Новая грань позволяла создавать ловушки, ограничивающие перемещение противника. Метод требовал больших усилий, однако перспектива была многообещающей. Жаль только, что ему пока не был доступен шквальный обстрел — подобный приём, идеально подходивший к его способностям.

Что касается сестёр Гельмонт, то их главными спарринг-партнёрами стали они друг для друга. Лед и пламя были идеальными противовесами, сталкиваясь в шипящих клубах пара, тогда как другие стихии не могли доставить им и половины таких проблем.

В дальнем конце полигона, в самом эпицентре грохота, Аспид и Дуглас отрабатывали связки. Драконида в своём грозном доспехе и металлический монстр с металлическими щупальцами сталкивались с такой силой, что свист рассекаемого воздуха и лязг стали оглушали даже рёв пламени пироманта.

Новая дистанционная атака Аспид не на шутку разожгла в Дугласе дух соперничества, и вскоре он разработал серию собственных приёмов. Самый простой из них — одно из щупалец отрывалось и металось в цель. Более продвинутый способ заключался в том, что этот же снаряд предварительно разогревался до температуры плавления и лишь затем срывался в противника. Подобный скрытый козырь мог оказаться для оппонента фатальным.

Основное же моё время занимала сейчас Лирин. Она достигла заметного прогресса в освоении гравитации — теперь могла создавать вокруг себя зону повышенного давления, тренируясь под нагрузкой. И всё сильнее укреплялось во мне подозрение, что её дар находится на качественно ином уровне. Сражение с любым стихийником для неё было делом техники: ее сфера просто пожирала первородные стихии — и огненный шар или водяной снаряд послушно проваливались в небытие, оставляя противника в ступоре. Даже Рени пришлось изрядно поломать голову, придумывая контрмеры. Ещё более шокирующей оказалась её способность к левитации. Казалось бы, что тут особенного? Но в отличие от Теодора из Эрама, чей полёт был лишь удержанием себя в воздухе, Лирин могла запросто прихватить с собой пару телег груза и непринужденно перемещаться в нужном направлении. Ну и, наконец, прочность её тела. В прямом столкновении она теперь могла на равных потягаться с Аспид.

Но тренировки с ней дали мне пищу для размышлений. Мои щиты, похоже, были из той же лиги, что и её гравитация. В отличие от остальных, Лирин приходилось выкладываться по-настоящему, чтобы просто сдвинуть меня с места. Она не могла так же легко отбросить или притянуть меня, как ту же Аспид. Из этого следовал простой вывод: щиты скрывали в себе нечто куда более интересное, чем просто «ударостойкость» обычных магов-физиков. И я лишь царапал поверхность заложенных граней.

— О чём задумался? — голос Лирин вывел меня из размышлений.

Я посмотрел на нее, отрывая взгляд от собственных ладоней.

— А, прости. Ломаю голову над тем, как вывести свои грани на новый уровень.

— Постой, — она удивлённо подняла бровь. — Ты с такой лёгкостью находишь ключи к моим способностям, а свои развить не можешь?

— Вот такой парадокс, — я горько усмехнулся. — Считай, я упёрся в потолок и пока не вижу для себя выхода. Все известные пути развития для «физиков» уже пройдены. Нужно... что-то другое.

Лирин кивнула, и в её глазах мелькнуло понимание. Она слишком хорошо знала это чувство — годы бесплодных попыток, когда твой собственный дар кажется тебе проклятьем. Теперь, когда её способности наконец-то раскрылись, всё казалось до смешного очевидным.

— Когда я смогу отправиться с вами на вылазку? — спросила она, в её голосе слышалось нетерпение.

— Когда Ханна придёт в себя, — твёрдо ответил я. — Тогда выступим всем составом.

***

Зал Совета.

Главы кланов с каменными лицами взирали на план, который Айрин Белфорт разложил перед ними. В центре стола приземлился миниатюрный макет полигона — обещание ответа на дерзкий вызов председателя.

— Здесь, — голос Белфорта прозвучал отточенно-деловито, — маги смогут столкнуться с одним гоблином или небольшой группой. Естественный противник. Идеальные условия для отработки навыков без лишнего риска.

— А когда речь зайдёт о крупных стаях? Или о шаманах? — раздался чей-то голос из-за стола.

Белфорт сделал едва заметную паузу, собравшись с мыслями.

— Это — вопрос дальнейшего развития. Сейчас нам критически важны первые данные от студентов.

Председатель молча кивнул, его пальцы бесшумно отстучали ритм по каменному столу.

— Кроме того, — Айрин сново овладел вниманием зала, — нам удалось систематизировать метод для тех, у кого пробуждаются так называемые физические грани.

Он с отточенным жестом разложил перед собравшимися папки. Внутри их ждали варианты изнурительных тренировок, отчёты о прорывах и списки из десятка магов, обретших свои первые грани ценой пота и боли. Единственным, кто даже не потянулся к файлам, был Роберт Санчес, безмятежно улыбающийся в своём кресле. Белфорт, поймав его взгляд, не смог сдержать лёгкую гримасу раздражения.

— Санчес не интересуется усилением своих людей?

— Напротив, — Санчес парировал, будто отмахиваясь от назойливой мухи. — Я уже могу подтвердить работоспособность… вашего... метода. Более того, мы планируем возвести собственный вариант полигона. Разумеется, если председатель не будет против.

Андреас Лористо с недоумением приподнял бровь, но после мгновения раздумий кивнул.

— Благодарю. — Роберт наигранно изобразил поклон.

Раздражённый Белфорт поспешно вернул внимание на себя.

— Мы также вносим предложение ограничить размер групп для полевой подготовки десятью магами.

— С чем связано это ограничение? — послышались голоса.

— На текущий момент мы можем рассчитывать лишь на два полноценных замка, — Белфорт отчеканил, — хотя имеем ресурсы сформировать четыре команды вместо двух.

Тут Санчес улыбнулся своей хищной улыбкой.

— А мне, знаете ли, нравится, — он обратился прямо к председателю. — Если четыре замка устоят в течение года, мы получим четыре новых города вместо одного? Ведь логика железная.

— Санчес, я говорю совершенно о другом! — голос Белфорта на мгновение сорвался.

— Основная задача — удержать новые позиции год, — Санчес парировал, притворно-невинно разводя руками. — Те, кто не справляется, присоединяются к более удачливым соседям. Я ничего не путаю?

— Ты путаешь то, что мы должны получить четыре крепких замка или их дымящиеся развалины для следующих групп!

Санчес лишь рассмеялся и поднял руки, демонстрируя свою капитуляцию. Взгляд председателя был тяжёлым и задумчивым.

— Предложение... имеет смысл, — наконец изрёк Андреас Лористон.

Большинство глав кланов не смогли сдержать злорадных ухмылок, наблюдая, как Санчеса ставят на место.

— В следующем году так и поступим.

И тогда Санчес вскочил с места и разразился аплодисментами — громкими, быстрыми, безумно восхищенный финалом.

***

В поместье мы возвращались пешком. Мне отчаянно нужна была эта прогулка, чтобы проветрить голову, выгнать оттуда навязчивый, яростный стук мысли о мести Фостерам. В голове так и стояла картина: ворваться в их проклятые деревни, как герой старых легенд, и одним махом освободить всех угнетённых магов.

Однако стоило Рени выйти на разведку, как всё оказалось куда сложнее и непригляднее. Маги в тех поселениях не томились в цепях. Они просто жили. Работали в поле, торговали в лавках, растили детей. И, что было хуже всего, многие были искренне благодарны Фостерам за крышу над головой и относительную стабильность. А иные магессы и вовсе с надеждой поглядывали на дорогу, мечтая не о свободе, а о том, как удачно выйдут замуж за какого-нибудь проезжего аристократа благодаря протекции клана.

Я остановился, глядя на беспорядочно построенные по улице каменные домишки под черепичными крышами. В горле встал комок бессильной ярости, смешанной с разочарованием. Для этих людей я буду не освободителем, а самым настоящим разрушителем их жизни.

«Нужно переключиться». И первой же мыслью, словно спасительный якорь, стало воспоминание о густом, терпком аромате кофе. Прогрессорство в Орфене не сработает, местная политика просто не пропустит подобного.

Проходя через внутренний двор нашего поместья, я задержался, наблюдая за тренировкой гвардии. Большинство новобранцев с трудом выполняли простейшие пешие перестроения. Они спотыкались, путались в строю, натыкаясь друг на друга и вскоре среди них пробежал ропот, грозящий перерасти в открытый конфликт. Однако командиры, ветераны Эрама, резко остановили занятие и принялись «разбирать» ситуацию — жёстко, без затей, но так доходчиво, что даже у самых горячих голов тут же пропадало желание спорить.

Я не заметил, как ко мне подошел Леонард, пока он не протянул мне дымящуюся кружку чая.

— Вспомнил, как сам когда-то мучился с построениями? — спросил он, следуя за моим взглядом.

— Да, — я принял кружку, согревая о неё ладони. — И, думается мне, придётся вспоминать ещё не раз. Рени уже вернулся?

— Да, все уже в сборе в резиденции. Кстати, Ханна сегодня очнулась. Так что скоро ваша команда будет в полном составе.

— Это лучшая новость за весь день. А как твои дела с алкоголем? — поинтересовался я.

— Благодаря твоему аукциону удалось заключить пару выгодных сделок с самими кланами. Боюсь, мы просто не успеем потратить все деньги, что пойдут от этих контрактов.

— О, тут можешь не переживать, — я усмехнулся. — Строительство нового города оставит нас не то что без штанов — а без сапог и портков.

— А почему бы нам просто не развивать Эрам, как раньше? — Леонард тоже посмотрел на новобранцев.

— Потому что нельзя всю жизнь сидеть в обороне. Кроме того, мы стали сильнее. И нужно пользоваться моментом, пока Совет даёт нам такую возможность.

Сделав последний глоток чая, я с удивлением понял, что тяжёлый ком гнева и разочарования в груди наконец-то пропал.

— Спасибо, Леонард.

— Всегда пожалуйста, командир.

Поднявшись в кабинет, я снова разложил на столе карты. Две потенциальные точки для новых городов были уже обведены. Всё упиралось в два ключевых фактора. Первый — грани Викты. Второй — наши отношения с Эриком и его кланом. При самом удачном раскладе мы двинемся прямиком к океану. При неудачном... мы всё равно двинемся к океану. Просто наш путь станет значительно дольше и извилистее.

***

В день выписки Ханны, я был единственным встречающим — остальные были на занятиях. Девушка молча наблюдала, как он методично заполняет кипу документов в приёмной клана Росарио, а лекарь отсчитывает ему сдачу с того немалого депозита, что был внесён заранее. У входа в замок их уже ждала нанятая повозка.

— Я открыла новую грань! — выпалила Ханна, едва они уселись и кучер тронул лошадей. Она не в силах была дольше держать это в себе.

— Я знаю. Видели все, что осталось от твоего голема. Поздравляю с прорывом, — я ответил спокойно, глядя на мелькавшие за окном улицы. — Но в следующий раз либо сразу настраивай броню, либо делай кабину побольше. Выживание — приоритет.

— Хорошо... Но эта грань... она такая... другая.

— Рени долго к ней привыкал. Есть два пути. Первый — тренироваться с повязкой на глазах, чтобы обострить «внутреннее» зрение. Второй — как можно чаще управлять големом вслепую. Рени в повязке способен сражаться на расстоянии пятисот метров. Без неё дистанция падает до двухсот.

Осознание того, насколько могущественны её друзья, заставило Ханну по-новому взглянуть на их отношения. Даже обида на Гектора Пьера на мгновение отступила. Но лишь на мгновение — мысленно она всё равно поклялась когда-нибудь вызвать его на дуэль.

— А почему мы едем к городским воротам, а не домой? — спросила она, заметив, что повозка сворачивает не в ту сторону.

— Сегодня мы поедем делать тебе транспорт. Я захватил кое-какие чертежи. Уверен, тебе понравится.

Мы арендовали повозку — место, которое я присмотрел, находилось недалеко от дороги, и риск столкнуться с гоблинами был минимальным. Однако мне пришлось горько пожалеть, что не прихватил с собой Рори. Мы тряслись по разбитой колеями дороге и совместно проклинали погоду. Встречные крестьянские телеги лишь усугубляли ощущение, что путешествие на многоножке Даны было куда комфортнее. Возвращаться было глупо, и приходилось терпеливо продолжать путь.

Чтобы скоротать время, мне удалось разговорить Ханну. Та, оживившись, рассказала о своей жизни до пробуждения дара. Она выросла в одном из детских домов Аркадонии. Еда была простой, но голода они не знали. Одежду донашивали за старшими. Подрабатывали, чем могли: разносили товары, помогали в лавках. Один из мальчишек даже умудрился наладить бизнес — выторговывал у окрестных крестьян продукты и перепродавал городским торговцам. Правда, его предпринимательская карьера быстро закончилась, когда все поняли, какие барыши он снимает.

Добравшись до намеченного места — скального выступа с выходом к прочному граниту, — Я спешился и подключил усиление, чтобы втащить повозку с Ханной на склон. Лошадь, к её счастью, почти не устала — основную тяжесть работы взял на себя. Ханна же хохотала, качаясь в повозке, как при качке на корабле, и уже начала отказываться от любого другого транспорта.

Наконец добравшись до гранита, я развернул перед Ханной чертежи. Она окинула их оценивающим взглядом, затем обернулась к гранитному массиву. Без лишних церемоний она шагнула в камень, словно в густой туман. Каменная порода заструилась вокруг нее, послушно принимая заданную форму.

Сначала выросли сегменты — достаточно похожие на задуманные, как на чертежах. Затем появилась увеличенная кабина, которая нелепо смотрелась на фоне маленьких ножек. Каменная жила, казалось, охотно делилась своим материалом, и вскоре передо мной стояла готовая многоножка. Уменьшенная копия оригинала, но все равно впечатляющая своими размерами.

Видя это стало ясно: Ханна значительно перегнала своих подруг. Потому мы немного переработали концепцию, эта версия получилась меньшей длины и ширины. Зато внутри можно было спокойно разместится, Ханна также смогла сделать стекла для освещения. Ехать в темноте мне категорически не хотелось.

Хотя у моей подопечной уже был опыт управления подобным конструктом, раньше она направляла его извне. Теперь, оказавшись внутри, Ханна пыталась приспособится, она заново осваивала все действия. Первые движения были резкими и неуклюжими, трясло так, что, казалось, вытрясет всю душу.

Но уже через пару кругов рывки сменились плавными волнами. Многоножка, повинуясь воле хозяйки, начала изгибаться увереннее, её каменное тело послушно двигалось повторяя каждую мысленную команду. Ханна осваивалась.

Теперь обратный путь выглядел иначе: по дороге, весело перебирая лапками, шла гранитная многоножка с сияющей от восторга Ханной в теплой кабине. Наш транспорт был погружен в багажный отсек с удивлённой, но вполне довольной лошадью, которую впервые в жизни везли как пассажира.

На дороге Ханна быстро освоила управление, и вскоре мы уже двигались в сторону города с приличной скоростью. Нас даже попытался остановить конный разъезд стражников, но разглядев, что это местные маги испытывают новый транспорт, ограничились почтительными поклонами. Многоножка пока не могла тягаться в скорости с лошадиным галопом, но я знал — это лишь вопрос времени и практики.

Стража у городских ворот сперва переполошилась, завидев каменного монстра, но узнав меня и увидев, как Ханна покидает свой транспорт, успокоилась.

Высоту многоножки пришлось уменьшить, чтобы она протиснулась через ворота. Наш поезд медленно продвигался по улице, шокируя горожан. Ханна, контролируя каждую конечность, аккуратно вела его через повороты к нашей резиденции. Основное же действо началось, когда магессы камня увидели многоножку, заходящую во двор. Восторженные крики и оглушительный ор стояли на всю улицу.

Магессы в экстренном порядке принялись перекладывать садовые дорожки и расчищать часть сада, чтобы многоножка могла поместиться. Эту махину пришлось повертеть и подвинуть с полдюжины раз, чтобы она встала ровно и не портила вид нашей резиденции. Мне оставалось только предполагать, что будет, когда их станет трое. Хотя я уже знал ответ: пора задуматься о подземном паркинге.

Глядя на горящие глаза магесс, я понял: теперь они будут стараться еще больше, видя подобный транспорт у своей подруги. Викта же просто бегала и радостно пищала вокруг всего происходящего. Она отлично понимала, что этот транспорт будут использовать для ее доставки. Сбывалась ее мечта — больше не трястись на лошади в леденящих доспехах.

Уловив это спокойное, умиротворенное настроение, я отправился писать первую картину для заказчицы. Счастливый город — счастливые горожане, живущие свою неспешную жизнь благодаря удачному стечению обстоятельств. Холст давно стоял в нашем зале перед окнами, и оставалось только приступить к делу. Композиция уже стояла у меня перед глазами: небольшие прилавки с разными товарами, бегущие дети и не поспевающий за ними старичок, смеющаяся пара и закатывающие глаза стражники. На дальнем плане — парочка недостроенных зданий, голубое небо, крошечные фигурки на далёкой стене...

Когда за окнами окончательно стемнело, я обнаружил Рори и Рени, играющих рядом в шахматы. Рори поддерживал на ладони ровное пламя, чтобы в комнате было достаточно светло.

— Рени, вытянешь лишнюю влагу?

Не отрываясь от доски, гидромант жестом дирижёра провёл рукой по воздуху. С поверхности холста тонкие струйки влаги потянулись к его пальцам, сливаясь в сверкающий шар. Кисть легла ровнее, краски заиграли глубже.

Удовлетворённо кивнув, я откинулся в кресло. Команда в сборе. Значит, пора строить планы первых вылазок.

Весенние дожди хлестали по оконным стеклам кабинета, за которыми дороги превращались в сплошное месиво. В воздухе пахло старой бумагой, дымом от камина — но запах чая активно отвоевывал пространство. За массивным дубовым столом, покрытым развернутой картой с множеством отметок, стояли двое: импульсивный наследник и расчетливый барон.

Наследник с раздражением ткнул пальцем в карту, едва не продырявив ее.

— Ты спятил, туда просто не добраться за день! Слишком далеко!

Барон, не отрывая взгляда от карты, лишь провёл рукой по воображаемой дороге, но сейчас там был сплошной лес.

— Наоборот. Это идеальная дистанция. Мы построим дорогу.

— Через этот проклятый лес, пробиваться через тварей?! — Наследник откинулся на спинку стула, скрестив руки на груди.

Барон наконец поднял на него спокойный взгляд. Он подобрал с края стола пару металлических фишек, оставшихся от тактических расчётов, и с лёгким щелчком поставил их на карту, отмечая начало и конец маршрута.

— Не вижу проблемы. Прорубим себе путь, уложим каменное полотно и дойдём до бывшего форпоста.

— Строительство займёт кучу времени! — Наследник провёл рукой по волосам, явно раздражённый.

— Нам нужен опыт, — Барон отодвинул фишки и упёрся ладонями в край стола. — Или ты думаешь, мы выйдем в поле, похлопаем в ладоши, и замок сам вырастет из-под земли?

— И как, по-твоему, мы будем всё это делать? — Наследник развёл руками, его голос звучал с ноткой сарказма.

Барон взял перьевую ручку и уверенной линией соединил город с форпостом на карте.

— Всё просто. Будем тянуть дорогу от южных ворот. Каждый день можем уделять на это несколько часов. День — ваши люди, день — мы.

— И когда мы дойдём туда? К следующему столетию? — Наследник язвительно хмыкнул.

— Нам нужно добраться до рудников к лету, — твёрдо ответил Барон, откладывая перьевую ручку.

— Да зачем нам эти сложности? — Наследник встал и начал мерить шагами небольшое пространство перед столом.

Барон повернулся к нему, его глаза сузились.

— Броню для солдат ты из огня собрался создавать? Это первая точка, где мы сможем добыть ресурсы для наших планов. — Барон постучал по карте пальцем. — Там богатая жила и она нам нужна.

— Слушай, — наследник резко остановился, повернувшись к собеседнику. — У тебя же есть договорённость с Помпео! Наш клан может выкупить металл. Какой смысл в этой авантюре?

Барон медленно выпрямился. Он подошёл к окну и посмотрел на залитые дождём улицы.

— Как будущий глава, ответь мне. Когда в твоём будущем городе чего-то не хватит, что ты будешь делать?

— Запрошу из Орфена! — тотчас отрезал наследник, как будто это было само собой разумеющимся.

— И если не получишь? — не оборачиваясь, спросил барон.

Наследник замер на мгновение, его брови поползли вверх.

— Э-э… С какой стати? Почему я не получу?

Барон обернулся. В его глазах была насмешка, а голос напоминал мошенника укравшего конфетку.

— Ну, нету у них.

Наследник с силой провёл ладонью по лицу и волосам, сминая аккуратную причёску.

— В каком смысле «нету, как это нету? — его голос дрогнул от непонимания. — В Орфене есть ВСЁ!

— Есть, — барон сделал шаг и уселся на кресло, его тень легла на карту. — Но не в тех количествах, которые нам понадобятся. Считай нам нужно металла, как если бы вся южная стена была бы из него. Поэтому нужно думать наперёд. Металлы — это не просто мечи и доспехи. Это кровь города. И у меня, и у тебя есть маги металла, которым нужна практика.

***

— Магесса природы Иона Алтер была знаменита тем, что помогала выращивать урожаи, спасавшие от голода целые поселения.

Борясь с зевотой и соблазном прикорнуть на задней парте, я дорисовывал в уме наш маршрут. Прорваться через лес... Когда-то там пролегала хорошая дорога, но за триста лет от неё остались лишь воспоминания. Скорее всего, гоблины обосновались в старых шахтах, если вообще не обвалили их.

Совет и не пытался теми шахтами пользоваться. Сначала прорваться было некому, потом — незачем. Довольно быстро наладили добычу в выработках близ Окрида, где Помпео выстроили прочную оборону.

Наша задача — пройти сорок километров через чащу и выйти к заброшенным шахтам. Закрепиться, обезопасить территорию, и тогда наши маги металла смогут приняться за дело. Я представил, как из Дугласа сыплются готовые наборы ложек, и едва сдержал смех, за что тут же получил презрительный взгляд преподавателя.

За это время мы так и не нашли способа вернуть должок Фостерам. В Академии они держались на почтительной дистанции, чуть что — сразу ретировались. Так что единственной мелкой пакостью стал наш с Эриком рейд по всем ученикам, не знавшим, как открывать грани. Мелочно? Бесспорно. Зато в этом году в их клан не вступил никто. И в следующем году я обязательно повторю. На большее фантазии не хватило — не станем же мы таверны громить как бандиты.

Едва прозвенел звонок, в класс ворвался Эрик.

— Давай, пошли уже!

Усмехнувшись его нетерпению, мы двинулись в кабинет директора. Тарин Белфорт, не отрываясь от кипы документов по учебной программе, жестом пригласил нас к столу. Пока он изучал очередной отчет, его пальцы автоматически нашли печенье на блюде.

— Чай? — бросил он, не глядя, и жестом указал нам на чайник. — Сахар вон там.

Пока мы расселись и разливали напиток, директор наконец отложил бумаги в сторону. Выслушав идею двух командиров, он раздумывал, поправляя очки. С одной стороны, это неминуемо усилит магов. С другой — возможны потери. Как на это посмотрит Совет?

— В целом ваша идея мне понятна. И, не скрою, весьма неожиданна. — Белфорт отхлебнул чаю, его взгляд скользнул по нашим лицам. — Но как вы планируете обеспечивать безопасность? Монстры в том лесу — это не гоблины. Многие из них могут убить в мгновение ока.

— Есть несколько вариантов, — парировал я, отставляя нетронутую чашку. — Вы можете выделить преподавателя для подстраховки. Или просто не вмешиваться. Мы тоже заинтересованы в безопасности, ведь рисковать придётся нашим отрядом.

Тарин перевёл тяжёлый взгляд на Эрика, который нервно теребил свою ложку.

— Эрик, не хочу показаться грубым, но его благородие уже доказал свою силу. А в вашей... я пока не уверен.

— Мой клан предоставит необходимую поддержку, — уверенно заявил Эрик, наливая себе еще чаю.

— Мы к концу года планировали возвести полигон для получения первого боевого опыта. Не лучше ли подождать? — Директор снова углубился в бумаги, делая пометку на полях.

— Мои бойцы уже имеют опыт истребления гоблинов при многократном численном перевесе, — возразил я. — Все, кроме Викты, способны самостоятельно устранить тридцать-сорок гоблинов без особого напряжения.

— Мы тоже прошли через подобное, — добавил Эрик, отставляя пустую чашку. — У меня есть семь магов, которые пока не проявили себя в полную силу, но я не вижу смысла дробить отряд.

Тарин откинулся в кресле, снова снимая очки.

— И когда вы планируете начать?

Я улыбнулся.

— Завтра. Моя группа будет первой.

Сделав драматическую паузу и проведя рукой по бумагам на столе, директор принял решение.

— Хорошо. Я даю разрешение. Преподаватели будут в курсе.

Получив необходимое разрешение мы поклонились согласно этикету. Выходя из кабинета, я заметил задумчивое лицо Эрика.

— Что-то не так?

— Да как-то он слишком легко согласился, — провёл рукой по волосам Эрик.

— Ничего удивительного, — я усмехнулся. — Старая программа себя изжила, а мы предлагаем нечто новое. К тому же, в отчётах это будет выглядеть как гениальная инициатива самого Тарина Белфорта.

— Ну и чёрт с ним, — махнул рукой Эрик. — Главное, мы получили добро.

Тренировочный полигон встретил нас привычным грохотом заклинаний. Я встал на возвышение и созвал всех, привлекая внимание.

— Всем подойти ко мне! Объявляю новую задачу!

Когда толпа затихла, я окинул их оценивающим взглядом.

— Нам нужно пробиться к заброшенному руднику. Заниматься этим будем через день. И самое главное — пойдём напрямую, через лес.

По рядам пробежал оживлённый гул. Рори, скрестив руки, приподнял бровь. Аспид же, наоборот, расправила плечи, в её глазах вспыхнул азарт.

— Я знаю, вы освоились с гоблинами, — я повысил голос, заглушая шепотки. — Но теперь нам нужны ресурсы, которые помогут обеспечить нашу гвардию нормальной бронёй. Завтра нас ждёт тяжёлый день, так что сегодня — отдых.

Раздались радостные крики и мы дружно отправились делать кассу упрямому мечнику. Меня остановила Лирин.

— Я что, по-твоему, зря тренировалась! — Лирин уперла руки в боки, всем видом показывая возмущение.

— Ты о чем? — Я перестал поправлять перчатку и поднял на нее взгляд.

— Да я всего пару боев с гоблинами провела!

— Хочу напомнить, что ты самостоятельно вырезала два стойбища.

— И толку от того? — Она развела руками.

— Это и твои грани поможет развить вообще-то.

— И каким образом? — Лирин скрестила руки на груди, пальцы нервно постукивали по локтю.

— Ты эти деревья видела? — Я кивнул в сторону леса. — Да они там чуть ли не выше замков.

— Ты на что намекаешь? — Ее глаза сузились.

— На то, что кто-то должен оттаскивать этих исполинов.

— Ты хочешь чтобы я работала носильщиком? — Голос Лирин стал опасно шипящим.

— Нууууу... — Я невольно ухмыльнулся. — Только ты с этим справишься.

— Барон, ты невыносим. — Прошипела она и решительно развернулась, направившись к нашей группе.

— Нет, ну а кто кроме тебя то? — Я пожал плечами и пошел следом, догоняя всех.

Утро начиналось как обычно — под оглушительный грохот падающих доспехов на девичьем этаже и возмущённые крики Аспид. Девчонки не собирались, а скорее сражались со своей боевой формой в общей раздевалке.

— Фрея, если ты ещё раз «случайно» приморозишь мой наплечник ... — рычала Аспид, пытаясь отлепить обледеневшей кусок брони от стойки.

— Сама видишь, я ещё не отошла от сна! — отмахивалась Фрея, с наслаждением потягиваясь.

Мой вариант одежды с большим количеством карманов постепенно расползался по команде. Магессы камня, едва освоив свои грани, тут же с облегчением скинули тяжёлые стальные латы от Дугласа. Теперь они щеголяли в лёгких, но прочных накидках.

А вот с Виктой вышла целая эпопея. Дуглас, как маг металла, мог создать для неё что угодно, но вот Викта постоянно ныла о неудобствах. После десятка вариантов кирас он нашел решение. Теперь её «доспехи» состояли из небольших, почти невесомых чешуек, которые он нагло списал с Аспид.

Под настойчивые уговоры Дугласа, что она будет похожа на свою подругу, в этой броне. Ему удалось убедить Викту что легкие неудобства стоят того. Обсудив с законодательницей данной моды они сочли подобный вид приемлемым. После одобрения Дуглас усилил нагрудную пластину и наплечники, чтобы прикрыть сердце и ключицы. В подобной броне по нашей задумки она должна была пережить неожиданную атаку.

— Зачем мне эта броня, где мои защитные грани, — ворчала Викта, аккуратно надевая на себя доспех.

С парнями была иная история. Они с восторгом приняли броню от Дугласа. Нынешние доспехи, модифицированные Филиппом, идеально садились по фигуре. Да и внешний вид был стоящим — лаконичные стальные изгибы с хищными формами. Если бы не мои щиты, превосходящие эту броню по прочности, я бы и сам не прочь был походить в таком комплекте.

Так же Дуглас по моим чертежам создал несколько вариантов пиляще-режущего инструмента. Но настоящим его шедевром стала первая в мире магопила. Длинная цепь из закалённых стальных зубьев приходила в движение не мотором, а прямым волевым усилием мага. Освоив это чудо техники, Дуглас просто не мог наиграться. Утром он уже стоял во дворе, с довольным видом испытывая очередной режим работы. Магопила с низким гулом вгрызлась в древесину, выбрасывая из-под себя не щепу, а почти что опилки.

Сегодня нам не требовалось уезжать далеко, но сборы шли по полной программе. Пока мы проверяли снаряжение, к нашей группе присоединилась Лирин. Она молча влилась в строй девушек, те тут же расступились, давая ей место. Викта, словно делая это всю жизнь, протянула новоприбывшей бутерброд и термокружку с горячим чаем. Та кивком поблагодарила, надкусив угощение и сделала первый глоток, блаженно зажмурившись.

Ханна, сидела в первом сегменте каменной многоножки, она как капитан, окинула взглядом нашу нестройную, но боевую толпу. Убедившись, что все в сборе, она отдала команду на движение.

— Поехали!

С характерным скрежетом гранита о булыжник многоножка плавно тронулась с места. Маневрируя между узкими улочками, она неспешно, но неуклонно поползла к южным воротам, а наша пестрая команда наслаждалась теплым салоном.

Движение к лесу пошло вразрез с планом. Размокшая после дождей и тающего снега земля превратилась в вязкую трясину, грозившую намертво засосать массивный транспорт. Многоножка замедлялась, её стандартные лапы утопали в грязи.

— Ханна, лапки! — крикнул я, подбегая к ней. — Увеличить их площадь! Сделай их шире!

Ей хватило одной подсказки, чтобы понять. Каменные лапы транспорта тут же поплыли, расплющились, превратившись в массивные лапки. С глухим чавканьем многоножка вырвалась из грязевой ловушки и уверенно двинулась вперёд.

Подойдя к подлеску, мы выгрузились и начали распределять обязанности. Лирин, как наша главная транспортная сила, занималась тем, что ловила спиленные деревья и переносила их в сторону. На Дугласа и Рори легла задача лесоповала — Рори даже успел освоить огненные диски, которые с шипением врезались в стволы. Магессам камня предстояло разрыхлять землю вокруг пней, чтобы облегчить их выкорчевку, а после — заняться строительством примитивной дороги.

Ну а выкорчёвыванием пней должны были заняться мы с Аспид и Леви. Работа шла с переменным успехом. Мы с Аспид тоже пробовали взяться за валку деревьев, но быстро сдались, безнадёжно уступая профи.

Тем временем наше боевое звено — Фрея и Леона — патрулировали периметр. Шум работы неминуемо должен был привлечь местную фауну. Серьёзного нападения мы пока не ждали, но привыкать к постоянной угрозе стоило заранее. Рени работал сенсором, внимательно следя, чтобы к лагерю не подобралась ни одна тварь. Он, конечно, был уверен, что сможет отогнать любую нечисть, но кто знает, что ещё могло скрываться в этой чащобе?

А самым ценным сотрудником оказалась Викта. Она носилась по всей площадке, разнося воду, чай и бутерброды. Настоящая разносчица в броне, без которой любое дело сразу вставало.

Когда дело дошло до укладки дорожного полотна, мне пришлось напрячь память, пытаясь вспомнить принципы дорожного строительства из моего прошлого мира. Всплывали обрывки знаний: обязательно дренаж, потом галька с песком и тщательно все утрамбовать... Пришлось переводить это на язык магии и местных материалов.

— Мы будем это делать слоями, — объяснял я магессам, чертя на земле схему. — Первый слой — крупный щебень для дренажа, второй — песок и галька для выравнивания, и только сверху — ваше каменное полотно.

Девчонки, облачившись в свои каменные доспехи, принялись за работу. Первые попытки были удручающими. Грунт под будущей дорогой проседал, каменные плиты ломались под весом големов. С каждым провалом в воздух взметалась мелкая каменная пыль, а количество битого камня неуклонно росло.

— Опять! — с досадой выдохнула Бренда, отходя от очередной треснувшей плиты. Её голем беспомощно разводил руками над грудой битого камня.

Мы экспериментировали, меняя толщину и состав каждого слоя. Магессы по моей команде то уплотняли грунт, то дробили валуны на щебень нужной фракции, то сплавляли поверхность в монолит.

И уже через несколько часов кропотливой работы, когда все уже были на взводе, мы наконец вывели нужную формулу. Новое полотно, спокойно проходило один тест за другим, оно выдержало не только вес големов, но и мои тестовые прыжки с усилением. Под ногами лежал ровный, прочный участок дороги — первый настоящий шаг к нашим будущим завоеваниям.

Когда я объявил обеденный перерыв, площадку огласили радостные крики. Магессы камня тут же принялись возводить небольшой домик для отдыха. Древесины вокруг было навалом, так что вариант с печкой и парой вертелов просто обязан был появиться в нашем импровизированном обеденном зале.

Правда, с первого раза мы что-то напутали с дымоходом — и через пару минут домик густо наполнился едким дымом, выгнав нас обратно на свежий воздух под дружное негодование.

— Нам нужен маг ветра, — проворчал Рори, прищуриваясь от едкого дыма.

— Сейчас всё проветрится, — успокоил я его. Магессы уже проделали в крыше пару отверстий, и дым начал рассеиваться.

— Ты давай не отлынивай, — бросила ему Лирин. Она была жутко голодна, а пиромант всё не приступал к главному.

— Да, сейчас, сейчас… — Рори принялся аккуратно разжигать брёвна.

Аспид и Леви с интересом наблюдали за суетой вокруг вертелов. Хруст их излюбленных, хоть и холодных, рёбрышек разносился по всему домику, но остальные уже привыкли к этой странной парочке.

— Викта, специи!

— Воот!

Вскоре по домику пополз умопомрачительный аромат. Мясо с шипением жарилось на вертелах, и вот уже готовые куски начали срезать прямо на общий стол в центре.

— И долго нам ещё придётся прорубаться через этот лес?

— Сложно сказать. Всё зависит от группы Эрика, да и неизвестно, с кем столкнёмся. Но это не главное. Относитесь к этому как к тренировке.

— Но к четвёртому курсу мы ведь станем сильнее?

— Станете. Но не потому, что просто сидите на месте.

Дуглас, не говоря ни слова, методично вращал свою порцию. Металлические пальцы без усилий проворачивали железный прут, обеспечивая идеальный прогрев. От его куска шёл самый соблазнительный аромат. Однако он не терял концентрации — рядом уже крутились два хищника, успевшие расправиться со своими рёбрышками.

— Леви, когда твои грани наконец закончат работу?

Леви пришлось оторваться от аппетитного, шкворчащего куска.

— Не знаю. Они полностью перестраивают моё тело: укрепляют кости, мышцы… Костей вообще стало больше. Уже сейчас я сильно отличаюсь от вас по строению.

— А почему тогда всё ещё такой худой?

— Откуда мне знать? Зато по силе почти не уступаю вам.

— Ну, это да… — все согласно закивали.

Подруги, уловив момент, решили наброситься на Ханну.

— Ханна, как ты получила ту грань? Ты теперь почти как Рени!

— Да-да, мы видели, как ты управляла многоножкой, даже головой не крутила!

Ханна, улыбаясь, принялась активно справляться со своим куском мяса.

— Не помню. Просто могу, и всё. Но это забавно. Надо будет попробовать поработать в повязке. Все равно самая главная грань это частицы, — Ханна попробовала скопировать голос преподавателя. — В той битве это было очевидно. Если бы не она, мы бы втроем остались в том классе.

Услышав это, магессы воинственно закивали. Я горько улыбнулся — это была моя больная тема.

— Рени, мы уже привлекли чьё-то внимание?

— Привлекли, — гидромант по прежнему сидел в повязке, сосредоточенно вслушиваясь в окружающее пространство. — Но пока только осматриваются с расстояния.

— И кто наши надсмотрщики?

— Кошки были первыми, но мы их не сильно заинтересовали. Волки, гоблины... и, кажется, светилась пара горилл.

— Чего?

— Сам удивился, но по очертаниям и контурам — именно они.

— В Агатоновском лесу подобного не было.

— Да, там я не наблюдал подобного. Возможно местные оборотни уменьшили их популяцию. Да и местные волки значительно меньше чем те к которым мы привыкли.

К вечеру перед нами лежала ровная полоса дороги длиной в добрых пятьсот метров. Это был крошечный шаг к нашей цели, но гигантский скачок для нашей веры в собственные силы.

***

Эрик с удовлетворением окидывал взглядом свою группу на рассвете. Пробиться к шахтам — первая серьёзная задача, и в утренней прохладе он видел в ней идеальную возможность доказать превосходство. Его отряд, где было больше магов, теоретически должен был двигаться быстрее команды временного союзника. Эта уверенность подкреплялась недавним разговором с отцом — впервые Эрику подробно объяснили систему клановых контрактов. Осознав реальную стоимость услуг магов сопровождения, он с новой остротой понял цену своего положения. В голове мелькнула идея: а что, если снабжать древесиной подконтрольные деревни? Довольный кивок отца стал редким знаком одобрения.

Однако первые же часы работы безжалостно развеяли утренние надежды. Маги камня, увидев проделанную работу первой группы, застыли в немом потрясении. Ровная дорога, аккуратный домик с печкой — всё это резко контрастировало с их академическими знаниями о барельефах и архитектурных канонах. Попытка разобраться в конструкции дороги привела к новому шоку — раскопав часть покрытия, они обнаружили сложную многослойную структуру. Их собственные первые попытки создать нечто подобное заканчивались плачевно: каменное полотно мгновенно покрывалось паутиной трещин как только по ней ступали с грузом.

Раздосадованные маги переключились на валку деревьев, но и здесь их ждало фиаско. Разрыхлив землю у корней, они не рассчитали направление падения — могучий ствол начал неуклонно крениться прямо на повозки, доставившие их сюда. Лишь мгновенная реакция магов ветра спасла положение: порывы воздуха обрушились на дерево, отбрасывая его в сторону с оглушительным треском. Воздушные кулаки рассеялись, оставив после себя лишь медленно оседающую листву и гробовое молчание в отряде.

К полудню досада Эрика сменилась раздражением. Картина была удручающей: маги воды и огня методом проб и ошибок осваивали валку деревьев, маги камня безуспешно пытались скопировать технологию первой группы. Два оборотня — волчица Норис и пантера Аника — не могли молчать и минуты, постоянно выясняя отношения, могли бы брать пример с Йохана и Горта которые работали молча и слаженно, будто две части одного механизма.

Но даже когда процесс более-менее наладился, работа продвигалась чудовищно медленно. Маги камня, на которых так надеялся Эрик, не справлялись с укладкой полотна — их дорога трескалась под ногами магесс-оборотней, а лесорубы продолжали усугублять хаос, создавая ненужные изгибы будущего пути. Общая картина напоминала действия разрозненных групп, забывших о цели.

К тому моменту, когда тени начали удлиняться, Эрик уже отчётливо понимал — так они до шахты не доберутся никогда. Его взгляд, тяжёлый от досады, медленно переполз на магов ветра. По их спинам пробежал холодок — они почуяли, что сейчас станут главными «добровольцами» на очень интересное занятие.

— Давайте, налетайте на свежую косулю, зря что ли Рени охотился?

— Это же Викта участвовала в разделке!

— Скорее, просто лежала рядом, — кто-то бросил с усмешкой.

Викта топнула ножкой.

— Да кому вообще нужна эта разделка, если у меня запасов на полгода!

— Потому что нам может потребоваться продержаться год, — спокойно парировал я. — Так что теперь этим будешь заниматься и ты.

— Да это противно, фу! Вот Аспид отлично справляется... — Викта попыталась юркнуть за спину дракониды.

— А ты думаешь, мне это нравится? — Аспид мягко, но неумолимо вытолкнула её вперёд. — Сказали «ты» — значит, ты.

— Тогда пусть Леона с Фреей занимаются! Они тоже редко разделывают!

— Они после первой же туши уходят в отключку.

Леона и Фрея смотрели с прищуром на маленькую пигалицу, пытавшуюся перевести на них неприятную обязанность. Хоть многим и приходилось проходить подготовку по выживанию, именно разделка была самым нелюбимым пунктом. Даже Рори нашёл для себя выход, хотя его способности были слишком разрушительными.

— Чего вы на меня так смотрите! — взвизгнула Викта. — Все ваши вещи у меня, даже не думайте мне навредить! — Она вытащила ножницы и угрожающе щёлкнула ими.

— Всем тихо! — внезапно оборвал всех Рени. — К нам движется группа обезьян. Семьдесят... нет, восемьдесят особей.

Отряд мгновенно высыпал из походного домика.

— Викта, с Ханной! Ханна, создавай первого голема!

— Поняла!

Многоножка буквально вобрала в себя обеих девушек и начала трансформацию. Камень поплыл, принимая новые формы — возник пятиметровый голем с каменным щитом и булавой. Викта оказалась укрыта в его корпусе, а все её пожитки, оставшиеся внутри, теперь выполняли роль импровизированной амортизации, защищая хозяйку от котелков и сумок.

— Всем занять позиции! Леви, прикрывай тыл!

— Понял!

Наше построение отличалось от стандартного. В отличие от гоблинов, эти твари обладали не только силой, но и скоростью. Первую линию держали я и Дуглас по флангам, Бренда и Майра — в центре. Позади встал Энтони — его способность создавать защитные шестигранные ячейки могла сорвать неожиданную атаку.

За нами располагался Рени, уже вступивший в перестрелку с противником, и Рори, готовый атаковать видимые цели. Леона и Фрея оставались в резерве для поддержки, а Лирин обеспечивала прикрытие с воздуха. Аспид действовала вне строя — её задачей была молниеносная нейтрализация любой дальней угрозы с последующим отходом. Тыл прикрывали Леви и Ханна в големе — они были достаточно сильны, чтобы отбиться, но их силы следовало беречь на случай отступления.

— Рори, объемные взрывы, давай! — Рени уже не справлялся с таким напором, хотя с каждой минутой обезьян становилось меньше.

Огненные шары понеслись в гущу стаи. Крики боли возвестили о точных попаданиях, и тут же на раненых набросились сферы из воды. Чёрные гориллы ловко обходили препятствия, а в нашу сторону полетели камни и обломки веток.

— Да вы чего, обезьяны! — крикнула Лирин.

Лирин жестом притянула весь летящий мусор и швырнула его обратно. Атака не нанесла урона, но ненадолго замедлила противника.

Новые огненные шары понеслись к цели, но на сей раз горилы стали бросать в них камни, вызывая преждевременные детонации. Оставшиеся прорвались к первой линии и сразу попали под шквал клинков Энтони. Чёрные гориллы получали ранения, но, истекая кровью, яростно рвались в бой.

Услышав непривычный звук пилы, я осуждающе посмотрел на Дугласа.

— Чего? Это же куда проще, чем та вибрация.

— И куда менее эффективно.

Первые гориллы, попавшие под зубья пилы, были буквально разорваны. По флангам разгорелось настоящее сражение. Ханна и Бренда не уступали обезьянам в силе, но скорость была не на их стороне. Големы под яростным натиском постепенно крошились, однако магессам пока удавалось поддерживать целостность каменной защиты. Под прикрытием «Сестер» они всё же сдерживали противника.

Обезьяны попытались взять группу в клещи, но с тыла их ждал не менее яростный отпор. Леви тоже вступил в бой и, как и бойцы первой линии, не испытывал особых проблем. Гориллы яростно атаковали этого «ничтожного противника», так глупо ворвавшегося на их территорию. Леви же просто сделал шаг навстречу, быстрый укол в глаз, отскок с линии атаки, новый укол, шаг к следующему, и снова укол. Его атаки не отличались зрелищностью, но контроль над собственным телом был на порядок выше, чем у остальных.

Ханна тоже не испытывала особых трудностей. Огромная каменная булава сминала противников, а тем, кому удавалось вцепиться в ноги голема, тут же отвечали шипы, вырывающиеся из камня и насаживавшие несчастных горилл, словно бабочек.

Энтони пытался контролировать всё поле боя, но основное его внимание приходилось уделять Майре и Бренде, у которых периодически возникали проблемы. Стоило магессам оказаться под атакой более трёх горилл, как в воздухе тут же вспыхивал защитный барьер. Когда Бренда в очередной раз была атакована, а её голем покрылся паутиной трещин, вокруг неё мгновенно возник барьер из сверкающих шестигранных сот.

Гориллы с ожесточённым рёвом набросились на преграду, но едва одни соты рассыпались под ударами, как на их месте тут же вырастали новые. Под этим куполом Бренда занималась восстановлением своего голема. И едва каменный великан вновь обретал прежнюю крепость, оборона сменялась атакой: веер из пяти лезвий, направляемый волей Энтони, впивался в обезьян.

Но как только гориллы отвлекались на новую угрозу, они тут же получали смертоносные раны — каменные мечи, уплотнённые способностями Бренды, были страшным оружием.

Аспид парила над полем боя и вдалеке заметила огромную белую обезьяну, наблюдающую за схваткой. Периодически она издавала рыки, и гориллы на поле боя тут же меняли тактику. Как её и учили, Аспид атаковала со стороны солнца, падая вниз словно камень. Но в последний миг белая обезьяна просто отпустила ветку и ушла с линии атаки. Драконида резко распустила крылья, пытаясь набрать высоту, но в этот момент в неё врезалась метко брошенная дубина. Кувыркаясь, она рухнула на лесную подстилку, пытаясь укрыться за деревом и снова взлететь, но противник уже не собирался её отпускать.

Меч с размаху врезался в дубину, и горилла была вынуждена отступить — её оружие разлетелось вдребезги. В следующее мгновение водяной пузырь ударил ей в ногу, пытаясь нарушить равновесие. Обезьяна с ужасом наблюдала, как клинок снова обрушивается на неё, на этот раз впиваясь в плоть. Аспид не теряла ни секунды, вкладывая в каждый удар всю свою ярость. Низкочастотная вибрация, исходящая от лезвия, дробила ткани и кости изнутри, довершая начатое.

Но оглушительный рёв вожака отбросил её, вмяв в ближайшее дерево с треском ломающихся веток. Сама же горилла, истекая кровью и страдая от непрекращающихся атак Рени, бросилась прочь. Короткий отрывистый рык — и уцелевшие сородичи ринулись за ней, рассыпаясь по лесу.

Только когда последняя тварь скрылась из виду, группа облегчённо выдохнула.

— Рени, доложи обстановку.

— Аспид вышла на вожака. Нам удалось его ранить и обратить в бегство.

— Убить не получилось?

— Нет, ушёл.

— Понятно. Проверяем состояние. Леви, приступай к лечению.

— Хорошо. Девчонки, вылезайте из доспехов. Вам наверняка досталось.

Викта, всё это время просидевшая в темноте под аккомпанемент жутких криков и сокрушительных ударов, вновь принялась умолять выпустить её. Ханна, раздражённая её нытьём, наконец разжала каменную оболочку. Обрадованная девушка выскочила на свежий воздух, окинула взглядом поле боя, заваленное телами, и тут же рухнула без чувств.

— Вот дура, — флегматично заметила Ханна. — Надо было сразу её выпустить — сидела бы тихо.

— Как думаете, их мясо вкусное? — раздался голос Дугласа.

Я с укором посмотрел на него.

— Опять ты за своё?

— Ну что такого? Просто спросил!

— Хватит подавать идеи Аспид и Леви. Они и так едят не пойми что. Лирин, собери трупы в кучу. Рори, сожги их.

Лирин молча кивнула и жестом подняла в воздух несколько обезьяньих тел. За последнее время она научилась чётко понимать, когда можно позволить проявить характер, а когда нужно беспрекословно выполнять приказы. Битва выдалась жаркой — около сорока горилл остались лежать на нашей будущей дороге. Пока она собирала тела, площадка постепенно очищалась.

Аспид, кое-как долетев до базы, сразу направилась к Леви. Схватка была короткой, но белая обезьяна успела изрядно потрепать ее.

Рени тем временем обследовал местность на пределе своего восприятия. Противник не был сильным, но оказался на удивление живуч, чтобы выдерживать его атаки. С десятком таких он бы справился играючи, но с такой ордой — задача усложнилась.

— Ханна, займись домом, — бросил я, оценивая масштабы дымового облака, вырывавшегося из дверей нашего импровизированного убежища.

— Дуглас, приведи Викту в порядок и начинайте готовить. Наш обед наверняка успел превратиться в уголь.

— Как ты догадался? — удивлённо поднял брови Рори.

— По аромату жареной косули с нотками гари, — ответил я.

В целом нападение не нанесло серьёзного урона, но планы скорректировало. Сегодня придётся нанести визит Санчесам — предупредить о новых соседях. Мартышки и раньше крутились по окраинам, а теперь решили проявить инициативу.

— Леви, как наши?

— Пустяки, — лекарь уже заканчивал перевязку. — Синяки, пару царапин. Ничего критичного.

— Отлично. Значит, продолжаем.

Стройка дороги оказалась испытанием посерьёзнее битв с гоблинами. Первоначальный план не просто изменился — он рассыпался в прах уже в первую неделю. Пришлось объединять усилия с Санчесами, хотя изначально мы договаривались о посменной работе.

Эрик появился под вечер в свой рабочий день, мрачнее тучи. Если его маги ещё как-то справлялись с гоблинами, то строительство дороги поставило их в тупик. Казалось, это касалось абсолютно всех его подчинённых. Когда он узнал, что мы предварительно сушили грунт совместными усилиями магов огня и воды, и лишь потом в дело вступали магессы камня, это его поразило. Эрик буквально засыпал меня вопросами, и в итоге мы снова отправились в мой кабинет — предстояло обсудить многое.

На следующий день я присоединился к группе Эрика на стройке. Его рассказ о необходимости поставлять древесину своему клану вызвал двоякие чувства, но по сути, девать её нам больше было некуда. Первые десять метров дались тяжелее всего — особенно из-за того, что проверить качество полотна по-настоящему было некому. Два оборотня со стволом на плечах — зрелище впечатляющее, но для полноценных испытаний дороги этого всё равно недостаточно.

Магам огня пришлось наглядно объяснять, как валить деревья, не устраивая тотального пожара. Но главное зрелище началось, когда маг металла из команды Эрика ухватил суть магопилы. В отличие от Дугласа, работавшего с железом на прямую, этот парень мог направлять металл на расстоянии, точно также как и Помпео.

И вот в воздухе, с оглушительным рёвом, зависла и пришла в движение наша великолепная задумка — летающая магопила. Стальная цепь, извиваясь в воздухе сама по себе, с воем впивалась в древесину, и многолетние сосны начали падать одна за другой. Зрелище было одновременно завораживающим и пугающим.

На отладку этого безумного, но эффективного рабочего процесса ушла уйма времени и нервов, однако в итоге дело сдвинулось с мёртвой точки. И почти сразу мы столкнулись со следующей проблемой, притаившейся в лесной чаще. Хотелось бы верить, что гориллы станут нас просто игнорировать, но в подобные чудеса я не верил. Они точно будут защищать территорию, а мы точно будем идти дальше, вот и найдет коса на камень.

***

— Информация точная? — низкий голос прозвучал в полумраке кабинета.

— Да. Мы всё перепроверили. Они движутся к старой шахте.

— Значит, металл им нужен. — Понимающе закивал владелец кабинета. — С Пьерам сработало хорошо. Думаю, стоит придумать что-то подобное.

— Но рудник заброшен триста лет. Непонятно, что там сейчас творится.

— Нам и не нужен рудник. Надо лишь подпортить им жизнь. Пошли наших людей, пусть найдут, что испортить.

— Но там же лес! — голос собеседника дрогнул.

— Лес, который зачищают маги.

— Мне кажется, это слишком опасно. С таким справятся маги, а не простые люди.

— Мы потеряли трёх магов тени. Сейчас никого выделять. Отправляй людей. Пусть действуют ночью.

— Хорошо.

Ночь.

— И за какой чёрт мы сюда поперлись? — один из пятерых людей, съехав с седла, недовольно сплюнул.

— Приказ есть приказ. Выполняем.

— Это же чёртов лес!

— Потому мы и на лошадях, идиот. Придержи коней.

Трое остались с лошадьми, двое двинулись вперёд, вглядываясь в темноту.

— Что там впереди?

— Склад. Сложенные бревна.

— Отлично. Поджигаем и уходим.

Пятеро диверсантов аккуратно подобрались к штабелям из брёвен. Двое принялись высекать огонь, но сырая древесина и влажный воздух упрямо не давали искре разгореться.

— Проклятье! Чего ты там возишься? — прошипел один из стоявших на страже.

— Самый умный нашёлся? Подойди и попробуй!

Внезапно из чащи донёсся оглушительный, низкий рёв, от которого содрогнулся воздух.

— Это ещё что за чертовщина? — один из людей инстинктивно отшатнулся, хватаясь за меч.

— Какая разница?! Давай, зажигай быстрее!

— Почти... почти получилось! — в голосе зажигавшего послышалась истеричная нота.

Трое диверсантов замерли в немом ужасе, уставившись на спины товарищей, склонившихся над чахлым огоньком. Из-за деревьев, бесшумно ступая по мху, вышла массивная фигура. Это была огромная горилла с белой, окровавленной шерстью. Она облизнулась, обнажив клыки. Следом из ночного леса донеслись короткие, обрывающиеся крики и звук ломающихся костей.

***

— Одной из знаменательных личностей был Верит Иратус, — монотонным голосом бубнил преподаватель, обводя скучающим взглядом аудиторию. — Этот, безусловно, великий маг воды был лучшим мореплавателем своего времени...

Я старался удержать руки, пытаясь не позволить челюсти отвиснуть от скуки. Со стороны это, наверное, выглядело так, будто я вот-вот засну лицом на парте. Следящий за мной взгляд преподавателя обещал скорые неприятности, но я был вынужден признать: очередной урок превратился в бесполезную трату времени. Викта уже откровенно спала, уткнувшись лбом в руку Аспид. Фрейя и Леона, упершись лбами друг в друга, тоже наверняка дрыхли. Рука сама потянулась к учебнику — так и хотелось оглушительно хлопнуть им по столу, чтобы развеять это уныние.

Внезапно дверь в класс с грохотом распахнулась, прервав заунывную лекцию. На пороге замерли двое стражников в блестящей броне. Их кирасы глухо брякнули о дверной косяк.

— Люций Вилд здесь? — рявкнул старший, его голос прозвучал как удар хлыста в гробовой тишине.

Все студенты, включая внезапно проснувшуюся Викту, разом повернулись ко мне.

— Да, это я, — отозвался я, медленно поднимаясь с места.

— Ваше благородие, вам надлежит немедленно пройти с нами, — стражник сделал отрывистый жест.

— А что случилось? — спросил я, натягивая пиджак.

— На территории, где недавно располагался ваш учебный отряд, найдены трупы. Пятеро. Убиты с особой жестокостью.

Я недоумённо приподнял бровь, встречая настороженные взгляды однокурсников.

— И, я-то тут причём? Или вы полагаете, что это я их там и убил?

— Нет, ваше благородие. Но вы командовали отрядом, который там дислоцировался. С вами требует переговорить лично глава городской стражи, его светлость Лукас Найтхел.

Я замер на секунду, оценивая ситуацию. Дело явно пахло серьёзными неприятностями.

— Понятно. Хорошо, я готов к аудиенции, — кивнул я, направляясь к выходу под пристальными взглядами всего класса.

Знаменитые чёрные кареты городской стражи уже ждали у входа в академию. Стражники смотрели на меня с откровенной неприязнью, но будучи профессионалами, держались в рамках субординации. Однако присутствие в кортеже двух магов в чёрных накидках ясно давало понять, что мой визит — не просьба, а вежливая форма приказа. Выбора у меня не было.

Дорога в замок Совета заняла время, и мне пришлось усилием воли сдерживать любопытство. Зачем я им? Деревни, откуда могли быть эти люди, находились в другой стороне. Мой статус барона и поддержка Помпео, скорее всего, уберегут меня от прямого обвинения, но выслать из столицы под благовидным предлогом — запросто. А это уже всерьёз грозило сорвать все планы.

Я не думал, что впервые попаду в этот замок при таких обстоятельствах. Здание и впрямь вышло впечатляющим. Однако меня повели не через парадные залы, а через боковые коридоры, ведущие в одну из сторожевых башен. Внутри царила деловая суета: стражи в кирасах и маги в простых чёрных накидках сновали по своим делам. Эти маги не носили академических мантий, и по одному лишь виду было невозможно определить их силу и специализацию. Оставалось надеяться, что проверять это на себе не придётся.

— Ваше благородие, его светлость ждёт вас, — один из магов-проводников распахнул передо мной дверь.

Кабинет оказался аскетичным, но выдержанным в строгом стиле. Чёрные металлические стеллажи, заставленные кипами документов, контрастировали с белоснежными стенами. Даже массивный дубовый стол был завален бумагами и сводками.

— Ваша светлость, разрешите, — я вошёл.

— Проходите, ваше благородие, — отозвался Лукас Найтхел, поднимая на меня взгляд.

Я присел на предложенный стул — неудобный, с жёсткой спинкой. Лучше бы поставили простую скамью.

Лукас отложил перо.

— Нам поступило донесение. На участке, где базировалась ваша учебная группа, обнаружены пять тел. Осмотр места показал, что людей убил монстр. Причём, судя по следам, расправился с ними с особой жестокостью, а после устроил пир, растерзав их лошадей.

Вот в чём дело.

— Теперь понятно. Вчера мы действительно столкнулись со стаей монстров. Нанесли им урон, но вожаку удалось уйти.

Глава стражи откинулся в кресле, сложив пальцы.

— Пока эти твари бегают по лесам — это не наша проблема. Но если этот разъярённый вожак, которого вы спровоцировали, решит приблизиться к городу, это станет проблемой для всех. И создали её вы.

— У городской стражи, я полагаю, достаточно сил, чтобы уничтожить одного монстра, — парировал я.

— У нас есть другие обязанности. Вы разозлили зверя — вы и займитесь охотой на него. Или сверните свою деятельность. Вообще, вы могли бы строить свою дорогу в окрестностях города, где мы обеспечиваем безопасность.

— Это исключено. Охотой мы заниматься также не будем. Наша задача — строительство дороги, а не истребление каждой твари в лесу.

— Ваша вылазка, конечно, похвальна, — в голосе Найтхела зазвучала ирония. — Но не забывайте о своих обязанностях. Вы начали войну с местной фауной — решайте последствия.

— Ваша светлость, мы лишь строим дорогу. Если монстр осмелится приблизиться к городу, разве не городская стража должна его остановить?

— Не забывайся, мальчик! — он резко ударил кулаком по столу. — Если бы вы не полезли к тому руднику, ничего бы не случилось!

— Если бы председатель Совета не изменил правила, всё и было бы как раньше, — холодно ответил я. — Но времена меняются. И, будем честны, у вас есть все ресурсы, чтобы прихлопнуть любого монстра.

— Не учи меня политике, мальчик. Председатель в своем праве, а ты на своем месте. И твое место — не создавать большим людям проблем.

— Если вы так беспокоитесь о безопасности горожан, вам ничто не мешает устранить угрозу.

— И почему ты так упорно отказываешься сотрудничать?

— Я готов к сотрудничеству. Но я не понимаю, в какой именно форме оно должно выражаться в данном случае. Охрана периметра и уничтожение угроз — прямая работа городской стражи.

Найтхел несколько секунд молча смотрел на меня, затем махнул рукой.

— Понятно. В таком случае вы свободны.

Странное требование... Нет, не просто странное. Вспоминая вечные причитания Нокса о трусости его начальства, эта ситуация отдавала какой-то фальшью. Найтхел — старый и, без сомнения, сильный маг. Его настойчивые попытки спихнуть на нас уничтожение какого-то монстра не выдерживали критики. Да, та белая горилла оказалась живучей, но даже Аспид вчера чуть не прикончила её. Городская стража запросто могла бы разобраться с ней так, что та и пикнуть не успела.

Ладно, чёрт с ним. Попробовал переложить свою работу на меня — не получилось. Главное, чтобы на этом наши «деловые отношения» и закончились.

Сейчас куда важнее, чтобы у Эрика всё было в порядке. Хотя... с ним должны быть маги его клана. Вполне возможно, что его пироманты уже зажарили ту обезьяну до хрустящей корочки.

Неожиданная прогулка пешком... Что ж, с учебой на сегодня я, пожалуй, покончил. Пора возвращаться.

Я медленно брел по улице, инстинктивно вглядываясь в вывески. Внутри сжималась знакомая тоска по чему-то, чего здесь не существовало: по уютной кофейне, где подают горячий раф и кусок нежного бисквитного торта. Местная кулинарная индустрия не радовала разнообразием — здесь в избытке были таверны с жареным мясом и кружками выпивки, но до всего остального цивилизация увы не добралась. Сколько ещё лет, а может, и десятилетий, придётся ждать, чтобы найти подобное лакомство?

Проклятье... Мысль заставила меня горько усмехнуться. Они и не подозревают, какой шторм я устрою. За одну лишь плитку настоящего шоколада местные аристократы, я уверен, были бы готовы убивать.

Тяжело вздохнув, я отправился в «Упрямого мечника». Ладно, ребрышки тоже хорошо.

Наши постройки продвигались, а вот Эрику снова не повезло — на его отряд снова напали гориллы. На этот раз они действовали хитрее, занимаясь откровенным саботажем. Несколько раз приматы атаковали лошадей, которых по недосмотру оставляли без охраны. Зная об угрозе, Эрик сосредоточился на защите людей, и из-за этого отряду дважды пришлось возвращаться в город пешком.

Но в целом всё шло неплохо. Пару раз стражники пытались нам навредить, но быстро выяснилось, что их власть над нами весьма условна. В первый раз они просто закрыли перед нами Южные ворота. Мы лишь посмеялись и выехали через Западные. В следующий раз они попытались перекрыть все выходы. На это мы просто развернули многоножку поперёк проезда и устроили импровизированный пикник с шашлыками.

Стоило видеть их лица — они просто не знали, как реагировать на наше пиршество под самыми стенами. Когда нас попросили убрать «преграду», мы с преувеличенным удивлением огляделись — мол, кому же мы мешаем? Не найдя страждущих, просто продолжили трапезу. В итоге ворота пришлось открыть. На большие провокации они не рискнули — к счастью, против нас не стали использовать магов городской стражи, хотя, думаю, мы бы и с ними что-нибудь придумали.

Столкновения с монстрами продолжались. Гориллы нас больше не беспокоили — теперь у них, наверное, хлопот прибавилось с другими обитателями леса. Проредив их стаю, мы заставили их сократить территорию. Но на смену им пришли старые знакомые — гоблины. Почуяв слабость конкурентов, они тут же выслали разведку. Рени принялся за дело с особым рвением, методично отстреливая каждую замеченную группу. Это ясно дало понять: гоблины прочно обосновались в шахтах, а значит, наш будущий форт должен выдержать атаку целой орды. Количество гоблинов в таком логове даже представить было страшно.

Но в один из дней всё перевернулось. Мы приехали как обычно и увидели то, чего не желает видеть ни один строитель: разрушенный участок дороги, заваленный зловонной кучей экскрементов. Именно на дороге — это уже был явный и наглый саботаж.

Нам пришлось задержаться и тщательно осмотреть место диверсии. Искали всё, что можно, и нашли зацепку: клочок белой шерсти. Явное свидетельство объявления войны. Диверсионной, мелкой, нам совершенно не нужной. Обсудив, решили сделать вид, что ничего не заметили. Ну кто в здравом уме станет гоняться по лесу за обезьяной, да ещё и за «улучшенной»? Испортила дорогу, пометила территорию. И, похоже, привела на «мероприятие» всю свою популяцию. Но когда это начало повторяться изо дня в день, нам пришлось пересмотреть свою стратегию.

— Мы найдём эту тварь и сдерём с неё шкуру! — бушевала Ханна, её глаза горели холодной яростью.

— Вычистим лес от этих навозных вредителей! — подхватила Бренда, сжимая кулаки так, что костяшки побелели.

— Прихлопнем тварей! — кричала Майра.

— Смерть! Смерть! Смерть! — выкрикивали они в унисон, готовые растерзать любого, кто встанет на их пути.

Рени с Рори переглянулись, а Леви вздрогнул, боясь попасть под горячую руку. Долго сдерживать эту ярость было нельзя. Нам пришлось удерживать магесс камня, которые пришли в неистовство. Во-первых, испорчена их работа. Во-вторых, убирать последствия диверсий тоже им. А вскоре уже мы сдерживали их, чтобы они не бросились в лес на самосуд. В итоге судьба вредителей была решена: мы отправимся на встречу с обезьяной, которая своими выходками подписала себе смертный приговор.

Конечно, это выбивало нас из графика. Пришлось возвращать всю группу в город — мы не забыли, что Фостеры только и ждут момента, чтобы подпортить нам жизнь. На дорогу туда и обратно ушло полдня. Но как только команда была в безопасности за стенами резиденции, мы, взяли лишь самое необходимое, отправились вглубь чащи на разведку.

Выходя из города и проверяя снаряжение, я заметил, как Рени усмехнулся.

— Ну наконец-то отдохнем.

— Соскучился по охоте?

— Честно? Задолбался быть нянькой.

— Это ещё что, — я поправлял ремни на ножнах. — Попробуй с отчётами покопайся.

— Иди в задницу, мне и подопечных хватило.

Так, понемногу жалуясь друг другу на всё подряд, мы дошли до лесной опушки. Рени натянул на глаза повязку и на несколько секунд замер, просматривая наше окружение — проверяя, не идёт ли за нами хвост. Затем вызвал своих водяных конструктов. Прозрачные, текучие щупальца обвились вокруг его рук и спины.

— На что спорим? — спросил я, уже зная ответ.

— Готовка ужина, — сказал он. — Я внес пару улучшений — готовься глотать пыль.

Конструкты были запрограммированы на одно: помогать телу Рени с манёврами, вовремя отталкиваться от деревьев и смягчать удары. Бег по лесу на скорости — самоубийство для обычного мага. Но когда один из бегунов видит мир в замедлении, а второй использует магию как систему активной помощи — это уже весело.

Мы двинулись не по дороге, а параллельно ей, сквозь чащу, чтобы избежать лишних глаз. Я рванул с места, вдавливая сапоги в подлесок. Мир вокруг сразу замедлился. Деревья для меня не были препятствием — я использовал их. Толчок ногой от ствола, резкий перенос веса влево, уклон под низкую ветку. Каждое препятствие становилось точкой для разгона.

Рени стартовал на полсекунды позже, но его щупальца уже работали. Два из них впились в кору сосны, резко изменив его траекторию и выстрелили им как ядром. Можно сказать что Рени мог контролировать только общее направление. Щупальца отталкивались от земли, врезались в стволы, гасили инерцию на поворотах. Он двигался следом, раскачиваясь на ветках и постепенно сравниваясь со мной по скорости.

Мы двигались параллельно дороге — это поможет избежать слежки, и просто поможет нам расслабится. Я видел, как его щупальце выстреливает вперёд, цепляется за сук, и он, как на тарзанке, перебрасывает себя через поваленное дерево. Я в ответ прыгнул на ствол, сделал три шага по нему и оттолкнулся вперёд, получив фору.

Но её хватило ненадолго. Рени догнал меня на открытом участке, где его щупальца, отталкиваясь от земли, давали чистую скорость. Мы поравнялись. Я увидел, как он ухмыляется, и прибавил. Он ответил тем же.

Финальный рывок был через кустарник. Я пригнулся и проломился сквозь него, полагаясь на щиты. Рени же послал щупальца вперёд, пролетая выше, и вырвался вперёд.

Он приземлился на краю нашей стройплощадки на полкорпуса раньше. Поднял победно руку, и с улыбкой повернулся ко мне.

— Ужин твой, — выдохнул я, сдерживая улыбку.

Он только кивнул, уже переводя взгляд на многовековые деревья.

— Рядом крутятся гоблины. Скоро станут обедом для местных кошек. Обезьян нет.

— Значит, обходим их и углубляемся. Мы как раз на территории этих горилл. Нужно найти их стойбище.

— Вырежем всех или только вожака?

— Работаем по обстоятельствам. Сначала нужно понять, от чего они нас прикрывают. Не хочу из-за их исчезновения нарваться на каких нибудь хищных белок или древесных гадюк.

Мы практически подобрались к одной из гор, хотя лес здесь не сильно отличался от прежнего. Рени по прежнему медленно сканировал территорию, и мы узнали довольно много о местной фауне. Лес был заселён большим количеством животных. Косули, которые нам встречались, были не единственными травоядными. Но по описаниям из нашего мира ближе всего к ним подошли бы козы или бараны.

Некоторое время мы понаблюдали за территориальными разборками тигров и пантер. Тигры без особых проблем отобрали у пантер добычу, а когда те начали сливаться с тенями, хищники попросту начали светиться, вынудив кошек ретироваться. Мы с интересом наблюдали за подобной способностью, но старались не встревать в подобные разборки — и времени не было, и опасно.

— Что-то мне подсказывает, что наши засранцы где-то в горах. Тут слишком опасно для их потомства.

— Ты про кошек?

— Ну, например. Обезьянки, если и получают по граням, то точно идут через силу. Иначе бы вожак не выжил.

— Придёт к тебе подобный тигр, выжигающий всё вокруг, — потомство убежать не сможет. Про теневых вообще молчу.

— Тогда нужно готовить лагерь. Утром пойдём ближе к горе.

Я кивнул.

— Тогда у нас охота.

— Зайцы, олень, барашек?

— Давай зайцев.

— Триста метров впереди, пара ушастых.

Мы двинулись по направлению. К счастью для меня, Рени захватил зайчатину, и нам оставалось только забрать тушки.

— Помнишь, как Викта первый раз утку пыталась подготовить?

— О да, — я горько улыбнулся. — Она что-то кричала в духе, что мы безмозглые идиоты.

— Ну, зато теперь мелкую дичь она может приготовить, и даже в обморок не падает.

Найдя небольшую поляну, я принялся за готовку. Разделка животных не была моим любимым занятием, но это необходимость. Сохранение припасов в подобных вылазках очень важно, и если есть возможность найти еду по ходу дела, нужно этим пользоваться. К тому же, чисто формально, мне нужно было лишь очистить тушки — Рени досконально промоет их, и после мы просто зажарим наш ужин.

Пока шла готовка, Рени приходилось отгонять от нашего лагеря разных хищников. Те же кошки подходили близко, но холодная водичка остужала их пыл. Потом эта почётная должность перешла к тройке конструктов, а мы занялись обжаркой тушек, растирая их специями. Простой и методичный процесс помогал отдыхать — нагрузка последних месяцев давила не только на меня, но и на Рени. В отличие от меня, в его обязанности входила прослушка не только наших подопечных, но и гвардейцев, да и случайных прохожих, подолгу задерживавшихся у нашей резиденции.

Иногда количество конструктов, следивших за безопасностью, могло превышать двадцать единиц. Было пару моментов, когда мы были готовы вступить в бой, но пока всё держалось на молчаливом перемирии. Единственное, что помогало держатся Рени, так это отъезд в Эрам на лето — территорию, где мы действительно могли выдохнуть и спокойно отдыхать, ни о чём не думая.

— И как тебе местные рогатые кролики?

— Не уступают своим безрогим собратьям.

— Подготовил охранные конструкты на ночь?

— Да, тройка уже стоит.

— Давай пятёрку.

— Думаешь, теневые пройдут?

— Нет, думаю, могут прийти и другие животинки.

На поляне появились ещё несколько конструктов, которые разошлись по периметру. А мы начали готовиться ко сну — процесс, отточенный до автоматизма, но от этого не менее важный.

В нём было несколько ключевых моментов.

Первый, как уже понятно, — безопасность. У каждого из нас были свои средства. Например, мои щиты работали двадцать четыре на семь, а у Рени это были его вездесущие конструкты, охраняющие периметр и отпугивающие разную живность.

Второй, не менее важный, — выбор места. Нужно было найти точку, откуда наш запах — дыма, еды, просто человеческого присутствия — не слишком сильно уходил за пределы стоянки. В идеале требовался ещё и ручей, чтобы замаскировать звуки лагеря: потрескивание костра, случайный скрип снаряжения, наши голоса. Но тут, увы, природа такого подарка не сделала.

Пробуждение было, как всегда, ранним. Про удобства не могло быть и речи. Выслушав доклад Рени о ночных нападениях — а их было целых двадцать — мы начали собирать лагерь, готовясь к новому дню поисков. Двигаться вынуждены были медленно и осторожно, чтобы не напороться на местных хищников.

У подножия горы деревья начали меняться. Лес здесь был захвачен преимущественно исполинами, похожими на дубы. Эти великаны были огромны, и в некоторых дуплах вполне можно было бы устроить привал. Но мы решили углубиться на их территорию — наглый противник должен был располагаться где-то здесь.

Когда Рени внезапно остановил наше движение, я мысленно потер руки.

— Тут какая-то новая тварь?

— Как выглядит?

— Что-то вроде тигра. Только зубы огромные, и грива вроде есть.

— Это что ещё за хатунь такая?

— Прямо по курсу, пятьсот метров.

Мы аккуратно продвинулись вперёд, и в поле нашего зрения попал представитель фауны, явно с прокачанными гранями. Как мы это определили? Ну, например, кисточка на его хвосте горела огнём. А ещё он довольно быстро понял, что мы им заинтересовались, и проявил ответное любопытство.

Взглянув на этого грозного зверя, Рени решил отпугнуть зазнавшуюся кошку простым способом — и тут она нас удивила. Когда справа от хищника начала формироваться сфера влаги, готовая окатить его холодной водой, саблезубый лев просто воспламенил свою гриву. Водяной шар беспомощно испарился.

— Твою мать!

— Эй, киса! Не думай подходить ближе.

Местный лев остановился и повернул голову, проявляя ещё больший интерес к двум странным прохожим.

— Так… только не говори, что ты нас понимаешь.

Лев просто смотрел, даже не думая гасить свою огненную броню, и с явным любопытством разглядывал нас. Но через несколько секунд он глухо рыкнул и прыгнул в нашу сторону. Тут его ждала ударная доза моего кинетического всплеска, которая впечатала его в ствол ближайшего дерева.

— А я уже было подумал, что ты разумный.

Лев с обидой посмотрел на нас, обиженно прохрипел и прихрамывая, побрёл прочь. Мы же отправились дальше по своим делам, но теперь уже посматривали по сторонам с удвоенным вниманием.

И вот наши поиски оправдались.

— Засек, три особи.

— Что делают?

— Похоже, вышли на охоту. Проследим или идём дальше?

— Идём дальше. Тут местность для них подходящая. Думаю, мы скоро найдём их логово.

Несмотря на встреченный патруль, блуждали мы ещё пару часов, столкнувшись с парой других хищников. Но на сей раз это были более менее знакомые животные, поэтому мы просто обходили их стороной, не привлекая внимания.

Также мы наткнулись на поляну странных деревьев — растений, похожих на иву, но с синей, почти бирюзовой листвой. Зрелище было завораживающее. Я даже взял образец древесины для дальнейшего изучения, аккуратно срезав небольшой сучок.

И вот, когда Рени остановил меня в очередной раз и улыбнулся, я понял — мы нашли то, что искали.

— Ну что, могу сказать, забрались они и вправду в интересное место.

Рени указал на один из гигантских дубов. Присмотревшись, я понял, что он имел в виду. Дерево упиралось в отвесную скалу, а одна из его мощных ветвей нависала прямо над входом в пещеру, скрытым в тени ущелья. Действительно, отличное укрытие от местных хищников.

— Нашу цель видишь?

— Нет, но вижу довольно много горилл, включая молодняк.

— Либо на охоте, либо отдыхает внутри. Давай разведаем территорию. Вожака — точно в расход. За дорогу он нам ответит.

Осмотрев территорию, мы выбрали поле боя, которое будет нам удобным. Рени подобрал себе дерево, где его будет сложно найти, ну а мне выпала почётная роль приманки.

Столкновения с кучей горилл я не боялся — сами по себе они не представляли особой проблемы. Сломав одну из внушительных веток, я метнул её в темноту пещеры. И уже через минуту оскорблённые обезьяны вылетели из своего логова. Да, подобная дубина никого не прибьёт, но свою задачу она выполнила полностью.

Я улыбался, глядя на этих кричащих тварей, после чего запустил в верещащую толпу новую дубину. Сбив парочку, которые с воплями полетели вниз, я развернулся и побежал. И тут расчёт оказался верен: гориллы, возмущённые вероломным нападением и трусостью противника, сорвались с места.

Бежал я относительно медленно, посматривая на догоняющих обезьян. Тут было важно завести их в расставленную ловушку, но вожака я так и не увидел. Ну, это, собственно, его проблема. Продолжая движение к обозначенной территории, я периодически ускорялся, чтобы подстегнуть животный азарт — и это работало. Большинство обезьян, видя, что противник просто убегает, окончательно уверились в своей безопасности и начали спускаться с деревьев, ведя преследование по земле. И вот, когда мы добежали до точки, я остановился.

— Ну вот вы и попались, — хищно оскалившись, я набрал полный заряд всплеска.

Как только последняя обезьяна вошла в обозначенную зону, лапы горилл начали проваливаться под землю. Грунтовая вода, которую Рени удерживал на необходимом уровне, быстро поднялась, превращая почву в трясину. Обиженный рёв и крики о помощи раздались по округе, а тем временем я уже вступил в бой.

Пара горилл пали сразу. Мне оставалось лишь перепрыгивать по их огромным спинам, вколачивая их в жидкую грязь и периодически ломая хребты. Также моей задачей было следить, чтобы никто не смог вырваться из ловушки.

В общей сложности пятнадцать мартышек остались на нашем поле боя, мы ожидали, что бой привлечет внимание вожака, но так и не дождались его. Ну, не хочет появляться — значит, будем выманивать его дальше. Рени, покинув своё убежище, покачал головой. Первая стычка прошла как по нотам. Теперь нужно было немного подождать — возможно, удастся поймать ещё пару групп охотников.

Но, к нашему несчастью, первыми приперлись бронированные вараны, начавшие пожирать свежее угощение. Вскоре им составила компанию другая живность, и неожиданно для себя один из варанов сам стал обедом. Львы особо не церемонились: просто прокусив шею, местный хищник запустил пламя в рану, и варан замер навеки.

Посмотрев на этот праздничный стол, мы были вынуждены ретироваться. Хищники нас заметили, но не преследовали — да и зачем, когда тут такой фуршет.

— Что делаем дальше?

— Подготовим засаду у пещеры.

Несмотря на устроенные нами разборки, вожака так и не было. Я уже начал думать, что это совершенно другие гориллы и мы зря на них напали. Впрочем, тут слишком много монстров и слишком мало людей.

Наш противник показался под вечер и каким-то непонятным образом понял, что мы его ждём. Эта горилла остановилась в паре метров от территории, где Рени удерживал грунтовые воды, и начала вести себя вызывающе: бить лапами по земле, а потом себя по груди, демонстрируя готовность к бою.

Раз нас раскрыли, я решил выйти. Подобного развития мы не предполагали. Мой надёжный меч от Помпео начал работать с низкочастотной вибрацией. Рванув на противника, я хотел сделать быстрый укол, но эта обезьяна отскочила, разорвав дистанцию, и начала закидывать меня комьями грязи. Хотя мой щит даже не дрогнул, приятного в этом было мало. Наши догонялки продолжились, и вот я уже вышел за пределы рабочей территории Рени.

Горилла при этом начала просто ржать надо мной, довольная тем, что не даётся в лапы. Я был поражён, что эта тварь обладает зачатками интеллекта. Но когда я развернулся и начал отходить, в меня вновь полетели камни. Ну и что тут думать? Я не сдержался и погнался за противником.

Мы прошли ещё метров пятьсот, но чёртова обезьяна каждый раз бросала подручный мусор. И вот, когда я остановился и хотел вернуться, в меня полетели уже фекалии. Моему бешенству просто не было предела. Это было действительно объявление войны. Мои щиты получили дополнительные заряды.

Знал ли я, что эта обезьяна ведёт меня куда-то? Безусловно. Но подобные насмешки меня бесили, да и по факту реальных угроз для меня здесь не было.

Наша гонка продолжилась, и я с удивлением понял, что у этой облезлой гориллы тоже было ускоренное мышление. Но всего один удар — и ему ничего не поможет.

И вот, когда я рванул к ней с помощью всплеска, почти предвкушая, как меч прорежет хребет, эта зараза прыгнула вверх, словно оттолкнувшись от невидимой платформы. Сначала я даже не понял, как так, но потом мне стало уже не до шуток.

Знаете, само по себе ускорение мышления — очень занятная штука. Когда вы его осваиваете, вы часто наблюдаете, как падают капли во время дождя или как языки пламени забавно играют в камине. Грани, связанные с этими способностями, дают всё большее и большее ускорение вашего мозга. Пользоваться ими — одно удовольствие практически в любой ситуации.

Вот только эта гребанная плешивая горилла уворачивалась не только от меня.

Чёртова анаконда радостно распахнула пасть в мою сторону. И когда я говорю «анаконда», то имею в виду огромную зубастую челюсть, в которой без проблем поместится половина моей тушки. И в замедлении я судорожно продумывал, как, мать его, буду раскорячиваться, чтобы мной не закусили. Проверять, выдержат ли мои щиты подобный укус, мне ой как не хотелось.

Когда моя нога приземлилась на первый клык, животина начала смыкать челюсти, а я по инерции начал закручиваться. К сожалению, мне даже не удалось зацепить неожиданного противника. Да и когда я увидел, как глаз змеи провожает мою закрученную тушку, я понял — сейчас будет настоящее сражение. А потом я просто нашинкую чёртову гориллу, комбинатор хренов.

Проклятая змея изогнулась и рванула в мою сторону раньше, чем я приземлился. Но тут мне уже вернулся контроль; уходя в сторону, я нацелился пробить глаз этой тварюге. И когда я увидел искры, высеченные моим мечом из века этой твари, я недоумённо приподнял бровь.

А подоспевший вражеский хвост вновь отправил меня в полёт собирать древесину. Но я и не думал расслабляться. Тут нужно было действовать на опережение — противник ни в чём не уступал моим граням. Набрав кинетику, я стал подгадывать момент для атаки, и змея не заставила себя ждать.

Подсчитав скорость, я просто присел и прописал апперкот. Удар был настолько мощным, что я увидел, как клыки вылетают из её челюсти. Когда тварь всей своей тушей рухнула на землю, я быстро двинулся к её морде и уже вонзал лезвие с низкочастотной вибрацией прямо в веко.

Меч с трудом, но проходил. Понимая, что монстр не будет лежать долго, ещё одним всплеском я воткнул клинок по самую гарду. И очередное чудовище было повержено.

Адреналин ещё продолжал свою работу, но меня уже потихоньку отпускало. Окинув взглядом поле боя, я увидел гориллу на дереве. Проверив свои силы, с удовольствием отметил, что ещё полон энергии. Подзарядив всплеск, медленно пошёл в её сторону.

И вот, когда оставался десяток метров, я рванул прямиком к цели. Вожак решительно взмахнул заготовленной дубиной, но тут я уже не думал сдерживаться. Меч срезал часть древесины. Схватившись рукой за ствол, я со всей силы ударил его по челюсти.

Вожак полетел вниз, а я устремился за падающей тушей. Горилла вновь отпрыгнула в сторону, а я, приземлившись на землю, метнул меч в её ногу. Клинок без проблем пробил шкуру и вонзился по самую гарду.

— Не уйдёшь!

Горилла, не ожидавшая подобной подставы, не смогла нормально приземлиться и кубарем покатилась по земле. Я не собирался терять ни секунды. Догнав её, я выдернул меч из раны и вогнал его прямо в череп.

— Вот и всё.

На поляне появился ещё один гость — один из местных огненных львов. Но настроение и так упало ниже некуда. Узнай Нокс о подобной «охоте», он бы просто выпорол обоих учеников: одного — за безрассудство, второго — за то, что не остановил идиота.

Подключив усиление голоса, я рявкнул твари:

— ВОН!

Не ожидавший подобного лев отпрыгнул на всех четырёх лапах и только потом, уже на расстоянии, подключил огненный щит. Я же схватил труп обезьяны и отправился к поверженной анаконде. Не долго думая, закинул гориллу прямо в её разинутую пасть, а затем, ухватившись за челюсть змеи, потянул за собой этот мрачный трофей, направляясь в обратный путь.

Рени встречал меня с осуждающим взглядом.

— Нет, я, конечно, всё понимаю, но объясни мне — какого чёрта?

— Если вкратце — он в меня говном кинул.

Невольно усмехнувшись, мы начали думать, как вытаскивать этот трофей. Ночь прошла беспокойно: конструкты довольно часто вступали в потасовки с ночными падальщиками, поэтому особо мы и не спали. Даже промороженные тушки привлекали слишком много внимания.

Наутро мы не придумали ничего умнее, чем обмотать тушу змеи верёвками, и мне пришлось впрячься, как ослику. Нужно ли говорить, что возвращение было медленным? Настолько медленным, насколько это вообще возможно. Верёвки постепенно перетирались о чешую, и нам приходилось останавливаться, чтобы снова и снова перематывать эту громоздкую ношу.

Когда мы начали подходить к дороге, Рени отправился вперёд, чтобы Ханна могла подвести многоножку для транспортировки.

— Бедная обезьянка…

От этой фразы у меня невольно дёрнулся глаз. Потом я просто махнул на происходящее рукой, и мы наконец отправились обратно к нашей резиденции.

— А знаешь, мы ведь совсем чуть не дошли до тех шахт.

Я поморщился от этого замечания, но, честно говоря, особого желания продолжать поиски сейчас и не было. Очередной въезд в город сопровождался бурным обсуждением нашего трофея горожанами, а я в это время размышлял, что вообще можно сделать с этой зубастой змеюкой.

Мысль о змее внезапно натолкнула на решение. Что ж, пусть эта зубастая туша станет проблемой для тех, у кого на это есть время. Вспомнив про Викту и её родню, я решил отправить трофей им — уж они то что нибудь да придумают. А у нас, меж тем, оставалось не так уж много времени, чтобы наконец пробиться к этим чёртовым шахтам.

— Ха-ха-ха-ха! ДА!

Ханна ликовала, нарезая круги вокруг своих маленьких големов, которые старательно утрамбовывали землю без её участия. Подруги в своих костюмах с завистью наблюдали, как Ханна с Виктой наслаждались результатом чужого труда.

Когда Ханна увидела конструкты Рени, она быстро поняла, как можно наслаждаться работой — наблюдая за ней. Да, расходы маны больше. Зато рутинные задачи конструкты выполняли отлично. Будь у Даны подобная грань при нападении той волны, мы отстроились бы куда быстрее.

— Почему она додумалась, а мы нет?

— Нечестно! — возмущённо кричала Бренда из-под своего грубого голема.

— Девочки, девочки, смотрите! — самодовольно позвала их Ханна, указывая на голема, который нёс ей флягу с водой.

Возмущённые магессы, бурча проклятия под нос, с новым рвением принялись утрамбовывать свою часть дороги.

— Люций, мне нужна форма для големов, — обратилась ко мне Ханна. — Хочу что-то изящное.

— Камень и изящно? Хочешь выглядеть как клан Пьер?

— Фу, нет. Но что-то красивое.

Услышав это требование, я рассмеялся. Сочетать прочность камня с изяществом было забавным вызовом, но не невыполнимым. Клан Пьер предпочитал простые геометрические формы — значит, у нас было пространство для манёвра.

— Сколько нам ещё осталось? — спросил я Рени.

— Благодаря Ханне мы нагнали график. Если не будем отвлекаться на атаки, скоро сможем начать строить форт — материала там достаточно.

— Потом ещё будет стычка с гоблинами.

— Вот об этом я не переживаю. Оставим магесс в многоножке — пусть отстраиваются потихоньку, а мы займёмся сокращением их популяции.

— Опять в темноте будем трястись? Нам нужен маг света.

— Да, зачем? Ханна прекрасно ориентируется без света. — В очередной раз парировал я.

— А мы — нет, — парировала Викта.

— Ну, если подумать, в артефактной книге было что-то про подсветку...

— А толку? — грустно заметил Рени. — Филипп всё равно уехал.

— Может, есть материалы, которые светятся в темноте?

— Вроде бы у Пьер должно быть что-то подобное, — вспомнила Ханна. — На одном из уроков рассказывали.

— Вот и отлично. Значит, нужно раздобыть такой материал.

За разговорами мы незаметно добрались до города. Некоторые твари поначалу пытались кидаться на многоножку, но быстро усвоили болезненный урок.

— Аспид, готова ко встрече с Норис? — спросил я.

— Порву эту блохастую вместе с драной кошкой! — зарычала драконида.

Леви тяжело вздохнул — именно ему предстояло столкнуться с последствиями. Оборотни, по какой-то причине, жутко не переносили друг друга. После третьей тренировки их спарринги выходили на запредельный уровень жестокости, им словно сносило все тормоза и наружу вырывалась чистая звериная суть. В прошлый раз Аспид ушла с площадки, замотанная в бинты с головы до ног, хотя и Норис выглядела не лучше. После этого над ними стала потешаться Аника, и Аспид не отказала себе в удовольствии отдубасить ещё и пантеру. В итоге она сама потом неделю ходила как мумия, а Леви грозился умереть от истощения, восстанавливая её.

За последнее время все заметно подросли в силе. Все, кроме Викты. Мы перепробовали десятки методов: изнурительные тренировки, ментальные техники, даже попытки Аспид прокатить её показывая город в надежде, что высота и адреналин что-то сдвинут. Но пока результат был один — Викта научилась лишь аккуратнее и быстрее убирать предметы в своё подпространство.

К моему глубочайшему разочарованию, ей так и не покорилась малая телепортация, описанная в той книге о маге пространства. Нам оставалось лишь предпринимать новые попытки, не останавливаясь. Вся моя основная надежда теперь была прикована к порталу в Эраме. Мы знали что этот портал открыт с помощью технологий, но не думаю что для Викты это будет иметь значение. Если ей удастся понять его принцип… Но это были планы на будущее. А пока Викта продолжала упорно тренироваться, и бросать её мы не собирались.

Следующий день.

— Всем в главный зал! Сегодня уроки отменяются. Всем в главный зал!

— Ну, что там ещё?

Мы толпой отправились в главный зал, где в начале года получали эти безвкусные зеленые мантии. Оглядевшись, я понял: собирали только первые курсы. Наша команда быстро собралась вместе — то же самое сделали и люди Эрика. Я осмотрел несколько оставшихся групп. Одна, из четырёх человек, возглавлялась девчонкой из клана Росарио. Похоже, лекари успели подсуетиться и тоже взяли новобранцев под своё крыло. Забавно, учитывая, что два стихийных клана остались ни с чем.

На трибуну поднялся Тарин Белфорт.

— Студенты! Сегодня вы увидите величие клана Белфорт. Мы разработали уникальный полигон, который будет имитировать столкновения с гоблинами. У вас будет возможность встретиться с противником один на один под полной защитой наших лучших магов. Клан Белфорт создал поистине уникальное строение. Но мы были не одни — клан Пьер, благодаря нашим чертежам, смог реализовать этот проект. Сегодня вы сможете его оценить. Всех прошу на выход, кареты уже готовы.

Я усмехнулся. Практически все здесь уже так или иначе сражались с гоблинами.

— Эй, Леви, уже пожалел, что не присоединился к нашему клану?

— Ваша светлость Ингрид, это снова вы. Я уже устал повторяться.

— Да что ты сможешь в этой компании? С моим кланом у тебя будут отличные условия. Быть слугой нашего дома — это почёт во всём городе, как ты не понимаешь?

Тут я решил вмешаться. У меня на глазах переманивали человека. Узколобость этой девушки поражала.

— Здравствуйте, ваша светлость. Я — барон Вилд. Если у вас есть вопросы, лучше обращаться ко мне.

— Привет, барончик. Я сама разберусь, что мне делать.

— Пигалица, ты хоть понимаешь, что я могу вызвать тебя на дуэль?

— Чего? Ты совсем больной? Мы не будем лечить вас после травм, понял?

— Мы просто будем отправлять в лазарет всех, кто связан с вашим кланом. Уверен, ваш глава будет рад дополнительной практике.

— Было неприятно познакомиться, барон!

Развернувшись, она ушла со своим сопровождением.

— Леви, сегодня ты покажешь мастер-класс на полигоне.

Леви, поняв, что сейчас будет что-то неладное, сделал шаг назад, но был схвачен под руки Аспид и Дугласом.

— Не-не-не, я абсолютно против.

Я подошёл и положил ему руку на плечо.

— Леви, либо мастер-класс на полигоне, либо тренировка со мной и Рени вечером.

— Мастер-класс так мастер-класс… Что я должен сделать? — С огнем в глазах ответил наш лекарь.

— Всегда знал, что в тебе есть дух авантюризма. План такой…

Леви выслушивал и бледнел на глазах. К концу моего рассказа его лицо было идеально белым. Всегда поражался его способности управлять организмом. Аспид тем временем отправилась за нашей бронёй — не выйдет же он против гоблинов в костюме.

Путешествие в карете было неприятным для всех. Привычка передвигаться с комфортом в големе оказалась очень заразительно. Ханна отлично освоила управление и спокойно шла по пересечённой местности без тряски. В карете же мы чувствовали себя как во время шторма. Хотя, возможно, я просто зажрался — нужно признать, вероятность подобного крайне высока.

Любуясь улицами города, я не мог сдержать улыбки. Столица, о которой с таким придыханием говорили раньше, теперь казалась грязным заштатным городишком. А ведь у них есть возможности избежать этого. Но великий клан Пьер то ли халтурил, то ли просто не хотел делать город чище. Верить, что у них не было ресурсов, я не мог — неужели Франческа Пьер слабее Даны, которая вместе с Сайлосом создала систему канализации и ливнёвок для Эрама? Я бы не удивился, если бы Франческа могла прийти в любое место и отстроить там, скажем, город за день. Утрирую, конечно, но её возможности должны быть близки к подобному.

Когда мы доехали до полигона, Аспид уже стояла наготове. Леви лишь тяжело вздохнул и отправился облачаться.

Окинув взглядом полигон, я был вынужден признать: стройка прошла с размахом. Пьеры, как обычно, создали прекрасные фрески с изображением магов, сражающихся с гоблинами. Десятиметровые стены должны были надёжно сдерживать плененных гоблинов. Присмотревшись, я заметил и смотровые площадки, позволявшие наблюдать за прохождением испытаний.

Предлагалось пройти четырём учащимся в группе против десятка гоблинов. Многие маги из группы Эрика справлялись без проблем. Но «многие» не значит «все».

Аспид гоготала во всю мощь своих лёгких: её соперницы разбегались в разные стороны от гоблинов. Несмотря на вооружение… Да чёрт с ним, они могли порвать весь десяток голыми руками, выпить чаю и повторить. Но маг ветра и лекарь, который трясся не меньше оборотней, по крайней мере, стоял на месте и не мешал «ветерку» делать свою работу. Маг ветра держался отлично и расправлялся с гоблинами без проблем. Если бы не две глупые оборотнихи, прохождение уже бы закончилось. Но атаковать врагов он не стал, боясь задеть магесс, которые бегали непонятно зачем.

Следующая группа проявила себя лучше, но тут даже я не знал, как на это реагировать. Они в общем-то просто застыли, а когда гоблины подошли ближе, нашинковали их, не понимая, насколько сами стали сильны. И, кажется, результат им понравился: Йохан сделал пару выпадов и добил своих противников без проблем. Видимо, сражаясь в спаррингах, они не осознавали, насколько превзошли обычных людей. Если бы подобные маги устроили потасовку в таверне, от противников остались бы лишь мокрые лужи.

А вот когда проходила наша знакомая из клана Росарио, тут мы действительно посмеялись. Она была единственным лекарем в группе. На её стороне были телекинетик, светляк и молниевик. На первый взгляд — очень даже хороший состав. Да и на второй тоже, будь они привычны к бою, смели бы десяток без проблем. Но эта группа столкнулась с гоблинами впервые. Маг молний промахнулся своим зарядом, его подстраховал телекинетик, отбрасывая противников, и тут своё веское слово сказал светлячок, жахнув вспышкой без предупреждения.

Ослепли, собственно, все: гоблины, в ужасе от неожиданной способности; матерящиеся маги, не видящие противника; кажется, даже маг ветра, отвечавший за безопасность, тёр глаза. Если бы можно было умереть от смеха, мы бы сделали это сегодня. Но всё же маги пришли в себя быстрее и оказали вялый отпор, после чего в себя пришла Ингрид, которая, увидев расплющенные и спекшиеся тела, начала прощаться со своим обедом. Но тут я её не винил — она была далеко не первой.

И вот подошла наша очередь. Схватив Леви, мы отправились к распорядителю. Маг окинул взглядом его броню и почтительно кивнул.

— Вы идёте вдвоём?

— Нет, он идёт один. — Я двинул его локтем, и Леви кивнул. Я нарочно говорил громко, чтобы одна особа обратила внимание. Бледная, как мел, Ингрид сразу навострила уши и подобралась поближе. — Нам нужна большая группа противников.

— Их будет десять.

— Нам нужно больше. Думаю, двадцать.

— Двадцать? Хотите, чтобы всё выглядело эффектно?

— А знаете, вы правы. Хочу, чтобы всё выглядело эффектно. Пусть будет сорок.

— Вообще-то, я имел в виду…

— Сорок — отлично! — Я поднял большие пальцы вверх, а маг перевёл взгляд на Леви. Тот, увидев подошедшую Ингрид, выпятил грудь и кивнул.

— Эм… хорошо. Проход вон там.

Но Леви неожиданно решил сделать всё действительно зрелищно. А именно — спрыгнул со смотровой площадки, копируя моё «супергеройское» приземление. Я аж начал им гордиться. Взмахнув мечом, вырисовывая крест в воздухе, он подал знак к началу боя.

Гоблины рванули к одинокой цели. На площадке поднялся гомон.

— Эй, а чего их так много? — Норис и Аника вцепились друг в друга.

Леви же спокойно смотрел на толпу. Броню на него надела Аспид — а это значит, всё в порядке. Ремонт после каждого боя — значит, со снаряжением проблем нет. Сделав глубокий вздох, он сделал выпад, который располовинил первую тройку. Четвёртый получил удар ногой и влетел, как пушечное ядро, в своих собратьев. Хруст ясно давал понять, что и он отправился на перерождение.

Гоблины с правого фланга были чуть быстрее, а потому он двинулся к ним. Диагональные удары разрывали противников справа налево и слева направо. Меч не останавливался ни на секунду. Целый шквал обрушился на врагов — уже пятнадцать гоблинов были уничтожены. Тем временем оставшиеся столпились в кучу и пошли единым фронтом. На что последовал выпад с горизонтальным ударом.

— Эй, это что происходит? Это кто вообще такой?

— Он это специально нескольких так располовинил? Это физики так могут?

Леви тем временем размышлял о сложностях, которые его преследовали. «Вот взять ту же Ингрид — чего она привязалась? „Вот мы то, вот мы сё“ — сколько можно? Ну отказали тебе, развернись и иди дальше. Нет, будет рассказывать, как замечательно быть слугой. Конечно, тебе замечательно — работают-то за тебя и вместо тебя». Тяжело выдохнув, он снёс голову очередному гоблину. Та медленно прокручивалась в воздухе, и на оскаленной морде так и читалось презрение. «Не хочу я быть слугой». Ещё одна голова полетела в сторону. «Просто жить». Очередной пинок в толпу, чтобы уменьшить плотность противника. «Свой дом, семья, место для приёма больных… Неужели я так много хочу?» Тройка гоблинов разлетелась на части.

— Бесит.

Оставшаяся пятёрка была сметена в мгновение ока, а на наблюдательной платформе раздались крики его имени. Вспомнив, как Люций крутит меч, он усмехнулся — слишком красиво. Обычный взмах очистил лезвие от крови и плоти, и меч покорно оказался в ножнах. Леви поднял кулак, демонстрируя победу.

Мы с Рени стояли на платформе и наслаждались зрелищем. Время, потраченное на подготовку Леви, определённо пошло впрок. У гоблинов не было ни единого шанса. Видя, как он прошёлся, как нож сквозь масло, я мог сказать: в подобном темпе он перебил бы пару сотен и не получил бы ранений. Но главное — это лицо зазнайки, которая, забыв о своей аристократической принадлежности, вела себя как рыба, выброшенная на берег. «Лекарь, ага». Вот только этот лекарь не так уж и сильно уступает остальным магам. А нынешних первокурсников он просто разорвёт и не вспотеет.

Насладившись зрелищем, я уточнил: «Кто-то хочет ещё сразиться?» Согласились все, кроме Викты. Уж очень эффектно Леви выступил.

Ну что ж, можно было сказать — задумка была хорошая. Первый опыт в управляемых условиях — безусловно, полезная штука. Ведь многие, впервые увидев, что представляет собой настоящая рубка с гоблинами, попросту теряются. И в этот момент очень важно, чтобы кто-то мог подстраховать: ведь по факту, ты просто не владеешь собой какое-то время. Даже тому же Леви пришлось привыкать к этому целых полгода. Зато потом, когда маг начинает владеть собой, вот тут уже начинается результативное уничтожение противника.

— Энтони, твоя очередь проявить себя.

— А чего я сразу? Вот Рори есть.

— Давай, давай. Если Рори выйдет, гоблины кончатся.

К нам подошёл распорядитель.

— Сорок?

— Сорок, — кивнул я.

Энтони понял, что в принципе ничего не теряет. Воздушные платформы услужливо материализовались под ногами, и он начал спускаться по ним вниз. Задумчивые, оценивающие взгляды магов воздуха немного улучшили его настроение. Кивком головы он дал согласие на выход следующей партии гоблинов.

Очередная толпа с диким рёвом рванула к одинокой цели. Энтони же просто сформировал в воздухе пятёрку лезвий и методично начал отстреливать набегающих. Первые пятнадцать так и не добежали до своей цели, а перед оставшимися вспыхнул круговой барьер из сверкающих шестигранников.

Гоблины, пытались прорваться снаружи, начали обтекать преграду, пытаясь взять её в кольцо. Энтони, вспомнив недавние «лесорубные» практики, просто создал пятёрку крутящихся пил, запустив их по кругу вдоль барьера. И на этом гоблины закончились — быстро, как и должно быть.

Услышав крики своего имени со смотровой площадки, он вновь создал воздушные платформы и поднялся обратно, на смотровую площадку принимая поздравления.

— Девочки, вы следующие.

— Втроём?

Я осуждающе посмотрел на двух халтурщиц. Бренда, закатив глаза на показ, начала надивать своего голема. Земля податливо поползла вверх, обволакивая её тело и формируя грубоватую, но внушительную каменную фигуру. Кстати, Бренда и Майра пока пользовались одинаковыми големами. Я поставил им условие: как только научатся ориентироваться через грани, получат эксклюзивный, персональный вид.

— Сорок?

— Ну, их же двое, — улыбнулся я.

— Восемьдесят?

Я утвердительно кивнул, а распорядитель тяжело вздохнул. Магессы зашли без показухи, через обычные врата. Два голема, вооружившись каменными двуручными мечами, заняли позицию.

— Готовы?

Один из големов поднял каменный большой палец.

Врата открылись, и гоблины рванули на новую территорию. Но, увидев, как на них движутся две многотонные каменюки, в панике начали разбегаться. Я недоумённо приподнял бровь. Ну, у гоблинов трусость — дело обычное, но… их же восемьдесят!

Каменные исполины медленно и неотвратимо двигались за этой мечущейся толпой, методично сокращая её численность. Я же просто ждал — догадаются ли они использовать новую грань, которую недавно им показала Ханна. Обстоятельства сложились удачно: шрапнель из подорванной части брони — отличная идея против многочисленного, но слабого противника.

И вот, когда им удалось согнать остатки стаи в кучу, я улыбнулся. Первой эту грань начала использовать Бренда. Не в силах эффективно рубить, она просто инициировала подрыв своего меча, а затем — внешних пластин на кистях голема. Дело моментально ускорилось, превратившись в залп каменной картечи. Оставшийся десяток гоблинов был «отстрелян» уже Майрой — острыми штыками, которые вылетали из рук ее голема.

Закончив, они, не снимая брони, направились к выходу — наверное, боялись испачкать одежду.

— Кто будет следующим?

Я посмотрел на Викту. Та, побледнев, быстро спряталась за спину Аспид.

— В принципе, да. Аспид, ты следующая.

Аспид лишь кивнула и шагнула вниз с площадки. Её двуручник уже нервно подрагивал в ожидании боя. В этот момент на смотровую площадку вышли Норис и Аника. Припомнив, как они в панике убегали от гоблинов, я усмехнулся.

— Восемьдесят.

Маг прищурился и внимательно посмотрел на меня.

— Она сильная, — заявил я, полностью уверенный в результате.

Распорядитель спросил о готовности. Аспид, заметив, как на неё смотрят её «конкурентки», приняла чёткую, боевую стойку.

Гоблины, одурманенные запахом крови и видом одинокой цели, ринулись на неё лавиной. Аспид не стала ждать встречи. Она прыгнула — и врезалась в самую гущу толпы, оставляя за собой кровавую просеку из тел. С одного прыжка было уничтожено гоблинов двадцать. Думаю, они даже не поняли, что произошло. Первые ряды лишь попытались развернуться, чтобы наброситься на врага, но в центре их строя уже разворачивался настоящий шторм из ударов.

Скорость её взмахов двуручником была запредельной, создавая вокруг неё смертоносную сферу радиусом в полтора метра. Гоблины буквально разлетались, едва приближаясь на эту дистанцию. Когда с последним было покончено, она, подобно Леви, взмахнула мечом, чтобы очистить клинок. Только вот этот взмах отшвырнул останки в разные стороны веером из крови и обрывков плоти.

Я посмотрел на оборотней. Они были бледны, как мел.

— Напугала, — сделал я про себя заключение.

Аспид, сделав лёгкий взмах крыльев, оказалась на смотровой площадке. Броня в кровище, огромный меч в руках и довольная улыбка на лице. Да… Действительно страшно.

— Рени приведи ее в порядок.

Девушка была охвачена водой, которая приводила ее броню в приглядный вид. Рори сразу же пришел на помощь просушивая дракониду.

Люди из клана Белфорт не ожидали, что первая партия гоблинов закончится так стремительно. Ведь по их подсчётам они пригнали сюда около тысячи голов. Но кто же знал, что так выйдет? Правильно — никто не знал. Но всё же получилось довольно полезное занятие. И я с удовольствием ставил галочки напротив пунктов: «утереть нос зазнайке» — галочка, «провести тренировку для своих» — галочка, «поднять авторитет отряда» — галочка.

Нас снова собрали перед новым полигоном. Директор лично решил завершить этот знаменательный день, хотя некоторые моменты явно его удивили — и отнюдь не обрадовали. Он стоял, чуть скрестив руки, и его взгляд, скользнув по нашей группе, на мгновение задержался на магессах оборотнях, которые теперь сильно выделялись на фоне остальных.

— Студенты, — голос директора прозвучал чётко, заглушая гул толпы. — Сегодня вы увидели, зачем нужны тренировки. Противник не так силён, как кажется, но он многочисленен. Это вы уже поняли и видели. А теперь представьте: волна. Одна волна — это от пяти до десяти тысяч гоблинов, идущих против одного мага. Потому клан Белфорт создал этот полигон и даровал вам право тренироваться здесь.

Он сделал паузу, дав осознать цифры, и снова заговорил.

— Так же клан Белфорт с гордостью объявляет: мы нашли путь для тех, кого теперь будут называть «магами-физиками». Все исследования, все методики — отныне в свободном доступе. Отныне любой, чьи грани раньше считались бесперспективными, может начать развиваться. А боевую эффективность ваших новых товарищей вы сегодня наблюдали сами.

По залу прокатился гул, переросший в гром аплодисментов и выкриков в честь клана Белфорт.

— Загружаемся, загружаемся! — прокричал я, помахивая рукой.

— Люций, а мы полетим домой, — сообщила Аспид, и драконида злорадно рассмеялась, прежде чем мощным взмахом крыльев оторваться от земли. Леона и Фрея махнули нам ручками, приняли боевую форму и устремились следом.

— Нет, вы это видели?! — возмущённо произнёс я.

— Я тоже так хочу, — грустно заметил Рори.

— Это, — я обвинительно ткнул пальцем в небо, где уже исчезали силуэты, — самое настоящее разобщение коллектива!

Толпа вокруг меня загомонила — но больше от зависти, чем от возмущения. Им предстояло трястись в этих каретах, а те, небось, уже долетели до «Упрямого мечника» и заказывают рёбрышки. Новая мысль шокировала: они могли заказать всё для нас, но теперь точно закажут только для себя. Они ведь прилетят первыми, а нам потом придётся еще ждать, пока наши заказы приготовят! Понимая всю вселенскую несправедливость, мы молча погрузились в карету.

Ничего, подумал я, мрачно усаживаясь. Покараю их на стройплощадке.

***

— Вы слышали новость? — один из завсегдатаев таверны наклонился к своему собутыльнику, перекрывая гул голосов и треск догорающих в камине поленьев.

— Ты о чём? — тот оторвался от кружки с густым элем, пахнущим хмелем и дрожжами.

— Про развитие магов с звериными чертами. Новые методики.

В этот момент мимо их стола прошёл подвыпивший грузчик, задев рассказчика плечом. Тот едва не расплескал свой эль, но отделался лишь крепким ругательством и продолжил, понизив голос. Двое мужчин за соседним столиком, от которых пахло дымом и металлом, тут же навострили уши.

— Нет, а что там?

— Белфорты...

Не сговариваясь, незнакомцы пересели за их столик, отодвинув глиняные кружки с остатками пенистого пива. Один из них жестом подозвал официантку. — Обновите выпивку для наших новых друзей. Продолжайте, нам... чрезвычайно интересно.

Рассказчик окинул их недоумевающим взглядом, но не увидел ничего подозрительного — просто любопытные граждане. Он пересказал все услышанные от студентов слухи, с удовольствием принял обновленную кружку и с удивлением получил сверху пять серебряных монет, холодных и ощутимо тяжёлых на ладони. Незнакомцы быстро покинули заведение, и вскоре их шаги поспешно затихли в гулких переулках производственного квартала, где в воздухе висела знакомая смесь запахов гари, угля и обработанного металла.

— Как думаешь, сработает? — спросил один, расстегивая плащ.

— Мы ничего не теряем, даже если это бред. А если нет...

Три часа ночи. Воздух был пронизан ночной прохладой и запахом мокрой черепицы. Сменщик-теневик, бесшумно скользя по коньку крыши, увидел, как его коллега лежит плашмя и поедает вяленое мясо, от которого тянуло пряными травами и дымком.

— Эй, ты чего их не останавливаешь? — прошипел он, указывая вниз, во двор, откуда доносились приглушённые рычание и странные хрустящие звуки.

— Они грани открывают.

— Чего?

— Ты, походу, не слышал. Нашли способ, как грани открывать у подобных ребят.

— Но ведь они...

— Расслабься, — старший теневик лениво отломил ещё кусок мяса. — Вон тот другому фалангу пальцев снёс, а тот просто её отрастил. На моих глазах.

— Это во что они превращаются?

— А кто их знает. И вообще это проблемы совета, а не наши. Мясо будешь? Острое, хорошее.

***

— Тревога! К нам прорываются кошки!

— Что там опять, Рени?

— Тигры слева, сейчас выйдут! Всем осторожно — эти, скорее всего, с гранями!

Каменный голем Ханны сделал несколько тяжёлых шагов вперёд, готовясь встретить угрозу. Восемь тигров вырвались из лесной чащи и, оскалившись, тут же выпустили в него снопы ослепительно-белого света. Воздух затрещал от энергии, а камень на груди голема начал мгновенно раскаляться и трескаться.

Но неожиданно каменная рука голема, не обращая внимания на дымящиеся трещины, молниеносно схватила ничего не понимающих хищников и сжала с такой силой, что те даже не успели оказать сопротивление. Голем, найдя новых противников бросил бездыханные туши в сторону остальных нападавших, которые просто не успели осознать, на кого нарвались.

Ханна приходила в ярость при виде этих тварей. Именно из-за них Бренда и Майра отправились на лечение к Росарио — их каменная броня не была готова выдерживать температуры, способные прожигать добычу насквозь.

Пока она расправлялась с одними, на другую кошку налетел металлический монстр. В стальной хватке Дугласа кошка не продержалась и секунды, а он уже выбирал новую жертву. Светящиеся тигры, не ожидавшие подобного отпора, в ужасе рванули назад, но тут вода, управляемая волей Рени, начала спутывать им лапы, превращая почву в хлюпающую ловушку.

Я не терял времени. Нужно было уничтожить всех до единого — эти кошки попортили нам крови больше всех остальных. Точные выпад, рывок к следующей и укол. Ещё несколько бездыханных тел грузно шлёпнулись на землю.

— Это всё?

— Проверяю… Да, это всё.

— Соберите трофеи. Девочкам должны понравиться новые коврики.

— Пострадавшие?

— Психика считается?

— Нет, Викта. Леви пока не настолько хорош.

— Я кого-то засек!

— Кого ещё? Все в построение!

— Люций, это… ещё одна змея.

— Аспид, в воздух!

Аспид не нужно было повторять дважды. Она мгновенно взмыла вверх, новая алебарда уже в руках. С тех пор как мы продвинулись дальше в лес, обычный меч против здешних монстров стал крайне неэффективен, и Дугласу пришлось изрядно постараться, чтобы его оружие не ломалось при первом же ударе.

На поляне появилась очередная гигантская змея. Но на этот раз ей даже не дали совершить ни единого действия. С самого начала Фрея принялась сковывать её сверху ледяными лучами, Ханна разрыхлила землю под телом, а Рени окончательно сковал её движения путами льда. Аспид же, камнем рухнув сверху, одним точным движением отделила голову от тучного тела.

— Кто там следующий по списку?

— Проверяю… Пока никого.

— Отлично. Эту тушу — туда же, куда и предыдущих.

— Ханна, восстанавливай голема и проходим дальше.

— Поняла.

— Энтони, продолжай вырубку.

— Понял.

— Рори, прикрываешь Энтони.

— Понял.

Если вам кажется, что всё оформлено по-военному и очень слаженно, то вам не кажется. Мы пришли к подобному порядку достаточно быстро. К примеру, эта змея была уже шестой. Сейчас в любой таверне города можно отведать змеиного мяса или мясо бронированного варана. Все эти животинки пытались полакомиться нами, не понимая, что здесь их ждёт поистине радушный и жаркий приём. Пришлось адаптироваться под разных противников и держать резервы на случай нештатных ситуаций. Викте теперь было запрещено отходить от Рени, а за ней всегда бегал один из конструктов, прикрывая водяным барьером.

У Эрика складывалась примерно похожая картина, хотя до летальных случаев пока не доходило. Как оказалось, клановые боевики Санчесов могли за себя постоять в любой ситуации. А вот студенты подобными результатами похвастаться не могли: оборотни уже во второй раз отправлялись к Росарио, как и маг ветра, который наивно полагал, что его не собьют тигры. Да и водников огненные львы изрядно удивили, продемонстрировав, насколько хрупки их водяные путы против огненного барьера.

Если резюмировать, то мы уже катастрофически выбились из графика. За последние километры у нас не стихали сражения целую неделю без передышки. Но сегодня мы наконец пробьёмся к шахтам.

Первоначальный план, по обычаю, был выброшен за полной несостоятельностью. Если раньше мы планировали построить форт рядышком, под горой, то последняя неделя ясно показала — нужно забираться повыше, на скалы, где меньше шансов быть съеденным заживо. Проклятая местная фауна только разминалась и всеми силами пыталась доказать, что мы тут лишние.

В какой-то момент мои подопечные уже отчаянно хотели увидеть привычных гоблинов вместо этих стихийных кошек и зубастых змей. Но у гоблинов, похоже, сменилась крыша, так сказать. Новые хозяева леса — змеи — прекрасно справляются с их популяцией, оставляя нам для разбора лишь более серьёзные экземпляры.

Очередные дубы с грохотом рухнули, открывая нам свободную от растительности поляну, когда то тут были здания, о чем красноречиво свидетельствовал фундамент. Раздался радостный крик — мы наконец пробились!

Теперь у нас будет нормальный аванпост, где можно будет проводить время и работать. В принципе, можно будет привезти сюда старшие курсы и показать, на что способны настоящие маги при желании. Мы пробились…

— Люций, у нас проблема!

— Кто?

— Из шахты что-то лезет! И это не гоблины!

— Всем в построение!

Раздался пронзительный женский визг.

— Рори, жги их, не стесняйся! Заливай всё огнём! Леона, то же самое сверху! — проорал я, перекрывая вопли.

Рори немедленно закидал показывающихся из тёмного проёма членистоногих огненными шарами, после чего принялся заливать вход сплошной стеной пламени. Леона присоединилась сверху, удваивая жар. Эм… да. Неприятненько.

Пауки. Это, конечно, печально.

Теперь расскажу, что произошло. Вход в шахту — примерно три на три метра. И пауки, видимо, решили, что тут есть что-то вкусное. Ну, они не первые, кто так подумал. Проблема в размерах этих гадов: самая крупная особь была с хорошего теленка, а её собратья — примерно с дворняжку. Вот только против направленного пламени хитин не уберёг. Так что… опять придётся переделывать план укреплений под новые реалии.

— Сдохните! Сдохните, твари!

Теперь я точно знаю, что будет, если арахнофобу дать огнемёт. Леона бушевала, будто увидела заклятого врага всей своей жизни, заливая всё вокруг непрерывным потоком пламени. Фрея же, напротив, отлетела подальше — что, в принципе, понятно: и компания и температурный режим ей были не по нраву.

Осмотрев наше построение, я заметил, что Ханна тоже стояла в отдалении, а над ней кружила Лирин, готовясь прикрыть подругу при необходимости.

— Ханна, доделывай дорогу. Пауки в ближайшее время нас не потревожат.

— Поняла.

— Энтони, продолжай с деревьями, расширяй площадку. Остальные — на оборону.

— Похоже, наше огненное шоу отпугнуло остальных животных, — заметил Рени, оглядывая окрестности.

— Ну и хорошо.

— Нам бы запечатать этот вход. Не хочется встречаться с ними снова.

— Если запечатаешь здесь, они могут вылезти в самом неожиданном месте. Пусть лучше сидят там, где мы их уже видели.

— А Рени разве не может проверить другие выходы? — спросил кто то из девчонок.

— Моя способность не абсолютна, — спокойно ответил Рени. — Пауки, скорее всего, ночные жители. Сейчас я их не обнаружу.

Тем временем малые големы Ханны уже принялись за работу. По сути, оставалось пройти последнюю сотню метров до самой шахты.

— Как мне строить дальше? — спросила Ханна, указывая на почти готовое полотно.

— Пока строим одну башню, но нам требуется забраться повыше.

Местные животные слишком агрессивны, а новые вводные убедили меня в правильности моего решения.

Пауки из шахты периодически пытались высунуться, чтобы посмотреть, что происходит, но каждый раз получали огненный привет от наших пиромантов.

Ханна подошла к скале и уперла руку голема в породу. Камень поплыл, как размягчённая глина, хотя скала была почти отвесной. Мы решили забраться повыше, и когда Ханна начала формировать прямо в камне лестницу, я её остановил.

— Подожди-подожди. Ты думаешь, мы будем таскать припасы пешком по таким ступенькам?

Голем развернул ко мне каменную голову, и я буквально почувствовал на себе вопросительный взгляд Ханны. Пришлось взять палку и начать рисовать на земле схему.

— Нам нужен лифт. И достаточно большой. У группы Эрика несколько повозок, которые будут сюда подъезжать. Они должны помещаться. Платформа не должна треснуть под их весом. А вот тут, — я ткнул палкой в чертёж, — нужны упоры. Их будем ставить в обе стороны на случай, если у мага камня кончится мана.

— Понятно, — Ханна выбравшись из своего исполина издала тяжелый вздох. — Эх, опять ведь все пропустят. — С грустью заметила она погружаясь обратно.

Рука голема вновь коснулась камня. На этот раз Ханна вытянула из скалы огромный, ровный прямоугольник породы. Камень поплыл, формируя платформу. По её краям выросли несколько рядов каменных зацепов, которые должны были цепляться за направляющие. Ханна покинула голем и с хозяйским видом начала оценивать свою работу. Платформа была готова, но не двигалась с места.

— Вот эти зацепы отпусти — и тогда поедет.

Несколько выступов отошли в сторону, и массивная каменная плита с глухим скрежетом тронулась вверх.

— Получилось! Ха-ха-ха, работает!

Камень послушно расступался, а платформа начала свой неспешный подъём. Я, не долго думая, запрыгнул на неё. Мы медленно плыли вверх, а я тем временем прикидывал высоту. Когда отмерили примерно пятьдесят метров, мне показалось что этого хватит.

— Достаточно. Здесь и начнём ставить башню. Делаем прямоугольную, никаких круглых построек от Пьеров.

Камень снова ожил, послушно вытягиваясь в чёткую прямоугольную коробку. Башня росла из самой скалы, как её естественное продолжение. Когда она поднялась метров на пятнадцать, я дал отбой.

— А теперь можно сделать площадку для разворота повозок.

Ханна устало кивнула, и камень под её ладонью начал размягчаться, готовый принять новые формы.

— Не-не, не плавь, — остановил я её. — Просто сделай глубокие вырезы по контуру. Не трать силы. Всё лишнее я сам выкину.

Ханна послушно сменила тактику. Вместо текучего потока камень начал трескаться по намеченным линиям, оставляя чёткие, грубые блоки. А мне пришлось поднапрячься — огромные каменные глыбы перемещались в ручную создавая необходимое пространство, большинство блоков были выброшены к подножию, шаг за шагом комната становилась все просторнее. Я старался не причинить вреда нашей новосозданной дороге. К несчастью, стройка башни была для Ханны делом куда более затратным, чем мы рассчитывали. Нам оставалось только держать оборону и прикрывать её — облегчить процесс мы были не в силах.

Когда солнце начало клониться к закату, окрашивая небо в багровые тона, наша мини-башня со стойбищем для лошадей была готова. Она не была красивой — скорее угловатой и приземистой, но зато на почтительной высоте. Сюда большинство монстров просто не смогут добраться.

Дорога была завершена. Первая часть плана, пусть и с огромной задержкой, была выполнена.

Теперь оставалось «всего ничего»: зачистить шахту до последнего паука, отремонтировать штольни, наладить добычу и… выжить среди фауны, которая явно не собиралась сдаваться. Я посмотрел на Дугласа, который с профессиональным интересом разглядывал каменную платформу лифта.

— Скоро у тебя появится возможность сделать что-то подобное.

— Хорошо бы…

Обратная дорога в город заняла немало времени, да ещё и из-за отсутствия нормального освещения — если не считать Рори, который периодически подрабатывал живым факелом, — путешествие вышло утомительным и монотонным. Но тут уж ничего не поделаешь. Ханна и так выжимала из своего каменного транспорта максимум скорости, насколько это было возможно.

За вечерним ужином в нашей резиденции гудел привычный праздничный гомон. Воздух был густым от аромата жареного мяса анаконды, которое Рори, сняв с огня, торжественно пронёс над головами, как трофей. Блюдо заняло центр стола — достойное угощение.

Отрезая себе кусок, с невозмутимым видом заметил, что змея была куда упрямее при жизни, чем в жареном виде. За столом вспыхнули споры: Фрея, краснея, доказывала, что её ледяной луч играл самую важную роль, а Энтони, размахивая ложкой, парировал, что Рени сковал ее всю целиком и вообще Аспид поставила жирную точку.

Дуглас, в свою очередь, корчил уморительные гримасы, изображая, как Викта в попытке разделать добычу постепенно падает в обморок. Все хохотали, перебивая друг друга, тыча пальцами в того, кто в тот день испугался больше всех. Ложки стучали по тарелкам, кружки звенели, сталкиваясь в очередном тосте.

И конечно же, начался разбор прошедших сражений. Рори, вскочив на табурет, с жаром показывал, как его огненный шары спалили сразу всех пауков, а Леона, скептически хмыкнув, тут же начала доказывать на пальцах, почему его огонь ничего не сделал и как её пламя сожгло втрое больше пауков. Каждый тянул одеяло на себя, выкрикивая свою версию самого эффектного момента, и никто не хотел уступать. Да в этом и не было нужды — важно было само это шумное, живое переплетение голосов и жестов, где каждая история тут же обрастала новыми, ещё более невероятными подробностями.

На следующее утро мы отправились к южным вратам. На этот раз Ханна решила не скромничать и выдвигалась в полной боевой форме — внутри своего голема. Нужно было видеть лица магов камня, когда этот исполинский, но отнюдь не грубый силуэт возник у ворот. Мы изрядно потрудились над дизайном. Броня напоминала стилизованные доспехи греческих мастеров: лаконичные, мощные линии, открытый шлем, а из под него — два крыла закрывающих глаза, в общем выглядело действительно красиво.

К моему сожалению, Ханна наотрез отказалась от всех моих чертежей в духе «роботизированной эстетики», зато с неподдельным интересом и даже нежностью разглядывала зарисовки греческих богинь. Ну, не понять мне таких предпочтений. Но главное — ей это искренне нравилось. А в нашем деле баланс между «надо» и «нравится» очень важен.

Вот что мне больше всего не понравилось в новом дизайне, так это тёмная кабина. Но мы тут же переработали конструкцию, и на броне появились окна для моего спокойствия. Как и в нашем здании, стёкла были односторонними.

— Да сколько мы ещё будем так тащиться?

— Лучше двигаться группой. Ты же сама понимаешь, что столкновение с той же змеёй в одиночку станет проблемой.

— Знаю я, просто это очень медленно.

— Лучше медленно, но безопасно.

— Не безопасно, — с язвительной усмешкой ответила она.

Голем, будто в подтверждение её слов, вдруг рванул вперёд. Бронированный варан, привлечённый грохотом повозок, как раз выскочил на открытое пространство. В тот же миг он получил удар каменным коленом в голову, перевернулся на спину и был пронзён огромным мечом. Расправа была настолько молниеносной, что животное даже не успело понять, что произошло. Кареты Эрика были вынуждены остановиться.

Началась самая нелюбимая часть — разделка. Голем приподнял тушу, и Ханна принялась орудовать импровизированным каменным ножом. Глядя на её старания, мне в голову пришла немного варварская, но практичная идея.

— Слушай, а может, ты могла бы просто… вырвать камнем нужные куски мяса? Мы их заморозим и повезём с собой.

Движения голема замерли. Через секунду каменная рука вонзилась в тушу и вырвала из неё аккуратный блок мышечной ткани. Так оказалось куда проще — не нужно было тащить громоздкую тушу целиком. Маги воды Эрика, услышав, что мясо можно заморозить, странно на нас покосились. А когда Ханна продемонстрировала это на практике, их мир, кажется, окончательно рухнул.

— Мы же говорили о частицах, разве нет? — раздался мой недоуменный голос.

Толпа загомонила.

— Подождите, а как вы вообще припасы с собой возите? — спросила Ханна.

Эрик посмотрел на нее с искренним удивлением.

— Ну… засушенные, — произнёс он, как будто это было очевидно.

Ханна лишь покачала головой, и на каменных плитах-лотках появился иней, а затем и само мясо начало покрываться ледяной коркой. Уловив в воздухе ещё большее недоумение, мне пришлось брать в оборот самого Эрика и тыкать его носом в необходимость нормального, всестороннего обучения.

— Но ведь мы и так спаррингами занимаемся, — попытался он возразить.

— Эрик, маг — это не только убийство гоблинов. Существует целый ворох вещей которые могут работать с магией.

После этого меня уже взяли в оборот, ведь Эрик перекочевал в нашу кабину для более подробного разговора.

— Подожди, я правильно понимаю… ты, маг камня, можешь нагревать и замораживать?

— Все маги камня так могут. Это всё благодаря частицам, — пояснила Ханна и протянула ему кружку с дымящимся чаем, которую только что подогрела в ладони.

Эрик принял кружку и смотрел на неё как завараженный. В итоге мне пришлось просвещать наследника клана о том, как я вижу потенциал его граней, умоляя при этом не проверять всё на ходу. Вспомнились пару неприятных ситуаций с Рори, когда тот в порыве любопытства поджигал свою комнату. А об эксперименте над молнией я и вовсе решил промолчать — не хватало ещё, чтобы наследник клана Санчес отправился на перерождение из-за моих советов.

— Слушай, у нас есть некоторые проблемы с физиками, — сменил тему Эрик, отпивая чай.

— Не знаешь, что делать с Волчицей и Пантерой?

— Нет, с ними как раз всё понятно. Проблема больше с парнями. Конкретно — с Йоханом.

— А что с ним?

— Не хочет открывать свои грани. Упирается.

— Это ещё почему?

— Это из-за Аспид.

— А что не так с Аспид?

— Ну… его напрягает, что у неё есть крылья, рога и хвост. Боится, что у него прорежется что-то подобное.

А, вот о чём.

— Ну, тут всё просто. Одна из граней, которая ему откроется — это боевая форма, как у сестер Гельмонт. Она как ты понимаешь, откроется не сразу и не сама по себе. Но именно это и должен быть его стимул к развитию.

— А это точно?

— Точно. Гиперион в боевой форме — это огромный монстр, который снесёт замок без особых проблем. В обычной жизни он выглядит как статный мужчина.

Эрик задумался, обдумывая услышанное. Мне же оставалось наблюдать за медленно меняющимся за окном пейзажем, где каждое дерево могло скрывать новую угрозу или новую добычу.

Когда мы прибыли к нашей маленькой башенке, первым делом удалось полюбоваться удивлёнными лицами союзников. Рассказ про лифт в очередной раз перевернул их представление о мире. По глазам Эрика было ясно — его маги камня теперь не вылезут из библиотеки ближайшую неделю.

Затем мы приступили к тестам: Ханна страховала его магов, пока те поднимали свои кареты с животными. Всё прошло штатно — к счастью, они быстро уловили суть, а со стопорными зажимами разобрались как с детской головоломкой.

— Давайте украсим наше новое пристанище! — предложил кто-то из магов Эрика.

— Я вам дам «украсим»! — возмутилась Ханна. — Давайте сначала по плану замок достроим. Вы думаете, он сам собой возведётся? Украшать будем только после того, как всё сделаем!

— И что мы ещё тут будем делать? Как в скалах строить-то?

Ханна настойчиво ткнула пальцем в разложенный план.

— Ты хоть понимаешь, сколько энергии мы потратим, чтобы всё это возвести?

— Мы первую башню за день поставили, — парировала Ханна. — И не забывай, у тебя ещё вторая группа ждёт помощи с зачисткой шахты.

Поймав её умоляющий взгляд, я лишь улыбнулся и со спокойной душой удалился, оставив её разбираться с коллегами. А как она хотела? Не всё в этой жизни даётся просто. Да и объяснять во второй раз, что и как делать, мне было попросту лень. У меня есть главный строитель — вот пусть и строит.

Увидев, как маги камня под руководством взбешённой Ханны учились создавать блоки — те самые, что физики могли запросто выбросить или перетащить к месту будущих стен, — я не сдержал улыбки. Думаю, сейчас она начинала понимать, какую работу мы с Рени проделываем каждый раз, объясняя, казалось бы, очевидные вещи.

Остальные маги тем временем разгружали припасы. Я с некоторым удивлением отметил, что некоторые из них уже заняли позиции для дозора — чего в нашем отряде даже сейчас не было вовсе. Увидев командный состав, направился в их сторону.

Эрик как раз получал инструкции, маги Санчес дотошно составляли план и вносили корректировки.

— Первыми должны идти физики, за ними — маг света, потом пироманты. Воздушников лучше оставить на базе, они идеально подойдут для обороны башни. Маги камня будут заняты ремонтом, а остальные — в резерве, на случай, если к вам подтянется подкрепление.

Я решил поделиться нашими наблюдениями.

— Когда мы вплотную подошли к шахтам, оттуда выползли пауки — все разом. Думаем, пик их активности приходится на ночь: днём мы ни разу на них не натыкались.

Эрик кивнул, запоминая информацию.

— Ты с нами пойдёшь?

— Да, можно. Пойду в первой линии. Самому интересно посмотреть что там происходит.

Что ж, наступало время для близкого знакомства с паучьим племенем. И мы обеспечим им самую что ни на есть горячую встречу.

Штольни, предназначенные для добычи металла, разительно отличались от тех, что мы видели в Эраме. Туннели с первого взгляда давали понять, что держатся они на честном слове — и даже синяя изолента вряд ли спасла бы положение.

Едва мы углубились на десяток метров, как завязался первый бой. Пауки тёмной лавиной рванули на нас, но навстречу им взметнулись огненные стены. Пироманты заливали пламенем все четыре поверхности — пол, стены, потолок. Шум, треск и, самое главное, запах стояли неописуемые. И это — только на входе.

Маги камня тем временем начали восстанавливать местные укрепления. Тут было что исправлять: трещины заделывали и усиливали. Большая часть породы попросту не выдерживала соседства с паучьим выводком. К счастью, магов камня у нас было много, и работа шла относительно быстро. Ханна сразу занялась организацией вентиляции.

— Ханна, что с состоянием шахты? — обратился к ней Эрик.

— Всё плохо. Быстро продвигаться не сможем.

Оглядев копошащуюся во тьме массу, Эрик вздохнул.

— Боюсь, не сможем мы продвигаться совсем по другой причине.

В этот момент пауки сменили тактику. Несмотря на огненные стены, с десяток тварей выпрыгнуло из пламени прямо на первую линию. Располовинив своего противника, я понял: ребята Эрика не справляются и держатся только потому, что ужас происходящего сковал им ноги.

— Собраться! — крикнул я. — Держать строй!

Йохан и Горт отреагировали, начав отбиваться. Приятного, конечно, было мало, но закованные в прочные доспехи, они вполне могли сразить этих прыгунов. Однако всё оказалось не так просто: уже через минуту прибыла новая партия. К счастью, на помощь пришёл телекинетик, заблокировав прыжки, и пауки просто свалились в огненные стены.

Задымление вновь заполнило туннели, послышались звуки расставания с обедом. Нам пришлось отойти. Так мы не пройдём. Противник казался бесконечным, а гарь и дым точно не помогут продвинуться дальше.

— Эрик, у меня есть идея.

— Я весь во внимании.

— Нужно, чтобы маги ветра постоянно накачивали сюда свежий воздух. Пробиваться придётся буквально через орды. Первая линия выдержит точечный удар, но если эти твари пойдут по потолку — всё будет зависеть от телекинетика. А когда его силы кончатся, появятся первые раненые.

— Хочешь, чтобы с нами пошли маги ветра?

— Нет. Мы проложим для них небольшой туннель, через который они будут закачивать воздух прямо из базы. Пусть работают посменно. Маги камня обеспечат вытяжку, чтобы мы не задохнулись.

— Я не против, но это займёт много времени.

— Ханна, для тебя есть работа.

Выслушав мои идеи, Ханна приступила к делу. Она подошла к каменной поверхности — и её рука вместе с ней стала проваливаться в породу. Эрика буквально передёрнуло. Зрелище и правда то ещё, но она уже привыкла работать в таком формате. Грани камня служили ей зрением, позволяя свободно ориентироваться в толще породы.

Когда маги воды увидели, как из стены выходит человек, первое, что они сделали, — закричали во всю мощь лёгких. А одна из них выдала струю воды, которая принялась обливать Ханну. Та, в свою очередь, тоже вскрикнула — уже от холода. Маги воздуха, ворвавшиеся в помещение в полной боевой готовности, замерли в нерешительности.

— Дуры, хватит уже!

— Сама дура! Ты в курсе, что тут есть двери?!

— Высушивай меня! У меня послание от вашего командира!

После некоторых препирательств маги ветра наконец поняли свою задачу и принялись за работу. Магессы воды старательно осушали нового связного, который взахлёб рассказывал о первых столкновениях с пауками в шахтах. Создание вытяжки для нагнетания воздуха было непростой задачей, но для Ханны в этом не было ничего невозможного. Когда свежий воздух начал наполнять штольню, все смогли вздохнуть с облегчением.

Группа пошла на новый заход. В этот раз маг света раскидывал светлячков на большое расстояние, вырывая из темноты каждую трещину. Пауки явно были не в восторге от такой тактики и рвались навстречу наглым захватчикам. Площадные огненные заклинания вновь устремились к незаконным жителям. Пламя заполнило штольни, а клекот и треск усилились.

— Так-то лучше! — рявкнул я, отсекая лапу очередного прыгуна. — Маги камня, поспешите с ремонтом! Двигаемся, как только укрепите своды!

— Есть!

— Первая линия, не расслабляться!

Бои за штольни только разгорались. Со временем противники росли в размерах. Если поначалу крупные особи встречались редко, то теперь они стали основной атакующей силой.

Когда мы наконец прорвались к выходу из нашего тоннеля, картина, которая открылась, была ужасающей. Середины горы как будто и не было — гигантский провал уходил вниз спиралью, и десятки проходов зияли по его стенам дальше. Сотни тысяч глаз устремились в нашу сторону. Раздался оглушительный клекот и скрежет тысяч лап.

Ханна, увидев это, молча шагнула в породу, создавая себе нового голема. Что ж, сидеть внутри каменной брони было куда приятнее, чем наблюдать за тем безумием, что должно было вот-вот начаться. Маги вновь выстроились в боевые порядки. Голем выдвинулся вперёд, выполняя роль живого волнореза. Толпы пауков устремились к незваным гостям, но навстречу им взметнулись огненные стены, причиняя насекомым чудовищный вред.

В течение нескольких часов сражения маги были вынуждены отступить под гнётом численного превосходства противника. Держать оборону в узкой штольне оказалось куда удобнее — там была возможность сражаться посменно и использовать тесноту себе на пользу. Снаружи оставалась одна Ханна, периодически уходя на короткий отдых, но противника было действительно слишком много.

— Проклятье, — Эрик ударил кулаком по камню, оставив на стене черные опалины. — Так мы никогда не пройдём.

— Нужно думать, — я опустился на пол, прислонившись спиной к прохладной породе. — Нужно действовать аккуратно. Шахта и так на ладан дышит. Даже не думай о взрывных заклинаниях.

— Но иначе мы не получим доступа к жиле!

— Ханна, к нам.

Голем, всё ещё окружённый копошащейся массой пауков, тяжёлой поступью подошёл и прижался спиной к стене. Несколько тварей было раздавлено, а массивная каменная фигура начала погружаться в породу, словно в густую воду. Через мгновение сама Ханна вышла из скалы к основной группе, отряхивая с плеч каменную пыль.

— Можешь проверить шахту через свою грань?

— В принципе да, — она сморщилась. — Но не очень-то хочется.

— По-другому не прорваться. Неизвестно, сколько уйдёт на то, чтобы вычистить всех этих тварей.

— Ладно. Что искать?

— Укрепи самые проблемные участки и найди не выработанные жилы. Похоже, проще будет пробить новый путь.

Эрик вскочил.

— А что, если из за этого нас завалит?

— У Ханны достаточно граней, чтобы чувствовать слабые места в породе,

— спокойно ответил я. — С этим проблем быть не должно. Другое дело, что это займёт время. Первоначальный план, считай, провален.

— А что с пауками?

— Будем продолжать очистку. Рано или поздно они должны закончиться. Как видишь, с наскоку их не взять.

***

Ханна погрузилась в породу и начала исследовать местные шахты. Повреждения были очень значительны. Похоже, множество раз сюда заходили монстры, решившие полакомиться местной дичью. Отойдя всего на пятьдесят метров, ей уже пришлось взяться за работу. Трещина, оставленная после битвы местных хищников, постепенно срасталась: пыль, кости и грязь выдавливались породой, восстанавливающей столь необходимую прочность.

Закончив в одном месте, Ханна отправилась ниже и нашла заваленный проход. В отличие от других, этот обвал выглядел почти искусственным — словно кто-то специально обрушил потолок. Пройдя дальше сквозь камень, она обнаружила человеческие кости. Видимо, люди пытались убежать. Но, пройдя ещё немного, она заметила боковой лаз, где лежал ещё один скелет. Обрывки его одежды напоминали мантию, рядом валялись какие-то вещи. Ханна не решилась углубляться туда одна. Порода уже медленно обволакивала предметы, устоявшие под гнётом времени.

В руки Ханне попало странное кольцо, которое она решила взять с собой. Осмотрев остальное и не найдя ничего полезного, она вернулась к предыдущим останкам. Присмотревшись, она заметила странность: все они, казалось, были одеты одинаково — одежда напоминала то, что носил Люций. Но ничего стоящего рядом не оказалось.

А это значило только одно: нужно продолжать задание.

***

— Да чтобы их, сколько можно?

— Сдерживаем, нам все равно придется только прыгунов убивать.

— Помолча ли бы, вы думаете тут все горит потому что так должно быть?

— Ну знаешь, тут без вариантов.

Из камня появилась девушка, увидев это огневик отпрыгнул. Поняв кто это он чертыхнулся.

— А ты можешь как то придупреждать о своем появлении?

— И каким образом я по твоему это буду делать?

— Не знаю, колокольчик повесь. — Буркнул он.

Закатив глаза Ханна отправилась на доклад.

— Понятно, рад что удасться пройти к жиле в обход. Но с этим мы начнем завтра, как себя чувствуешь?

— В норме, было немного не комфортно. Кстати в одной из шахт кое что нашла.

Это было обычное кольцо, вот только черный камень был очень знакомым. Я улыбнулся, неожиданная находка могла изменить многое. В наши руки попал артефакт который был изготовлен еще при империи. А это значило очень много.

Когда солнце начало клониться к закату мы отправились в обратный путь. В обратный путь мы отправлялись весьма измотанными, но сейчас меня это не беспокоило. Кольцо сейчас выглядело как дорогая безделушка. Было не понятно что этот артефакт делает, но и активировать его пока я не торопился. В отличии от брони которая у нас когда то была это кольцо не принимало необходимую форму, похоже оно давно без подпитки.

Окинув взглядом дорогу по которой мы следовали пришлось обдумать наши действия. Все таки мы постепенно могли достигнуть своей цели хоть и не так как нам хотелось. Опять придется работать с чужими магами камня, как бы не хотелось работать своими силами но увы. Хотя это усилит наших конкурентов но и даст нам так необходимый доступ к жилам. Покручивая кольцо на пальце мы так и следовали к Орфену.

Когда мы оказались в особняке, я вызвал Рени, и мы отправились в кабинет. Нужно было понять, что к нам попало в руки. Увидев кристалл, Рени подтвердил мои догадки.

— Когда Филипп успел сделать тебе что-то подобное?

— Это сделал не Филипп, — я не стал ходить вокруг да около. — Ханна нашла его в шахте. Сказала, один из скелетов прятал его, а вход обвалился. И ещё — скелеты рядом были в одежде, похожей на мою.

— Ну да, прямо прятались, — ехидно заметил Рени. Значит, маг не сдался без боя.

— Я тоже так думаю. Завтра Ханна соберёт всё, что там найдёт. Но главное — это кольцо принадлежало магу.

Рени взял кольцо и влил в него манну. Кольцо мгновенно подстроилось под размер его пальца, а сам Рени ненадолго замер, взгляд его помутнел. На письменном столе появилась небольшая книжка, посох с кристаллом, наруч с похожими камнями и несколько бутылок с чем-то явно горячительным.

— Ну, что я могу тебе сказать, — довольно улыбнулся Рени.

На другой половине кабинета материализовалась металлическая лошадь, её корпус покрывали изысканные узоры. Потёртое седло ясно говорило о том, что маг был заядлым путешественником. Я присвистнул.

— Что-то ещё есть?

— Да, но это самое интересное.

— Сколько в это кольцо помещается?

— Думаю, кубов двадцать.

— Хотел сказать, что маг был беден, но, кажется, он покупал самое необходимое для работы.

Я вернулся за свой стол и взял книгу. Это была потрёпанная книжка с мягким кожаным переплётом. Открыв её, я понял, что это записная книжка мага. Непонятные вычисления без пояснений, записи, которые могли что-то сказать, только если знать предысторию. Но вот последние страницы были адресованы нашедшему.

***

Меня зовут Тайрен Фар, свободный маг. Я подвергся атаке неизвестных. Никогда не видел артефактов, которыми они пользовались. Думаю, они целенаправленно охотились на меня — по-другому их действия не описать.

За мной гнались две платформы, скользившие по воздуху. Кричали что-то на непонятном, гортанном языке. Не знаю, каким чудом, но я смог добраться до этих старых шахт. И это стало роковой ошибкой преследователей. Я никогда не стремился к могуществу, которое воспевают в тавернах, но пускаться за магом камня в подземелье — для этого нужно быть особо одаренными.

Эти... люди... Были странными. Первых убитых я успел рассмотреть, но воспользоваться их вещами не смог. Первый десяток перемололи мои каменные шипы. Я точно видел, как на них вспыхивала какая-то защита, но она не спасла. Меня спасло лишь чудо — я решил спуститься в шахту глубже, чтобы затаиться. И почти сразу, как я отошёл, огромный луч энергии испепелил мою баррикаду вместе с теми, кто в неё угодил.

Но моя следующая остановка стала роковой ошибкой. Я задержался, чтобы разглядеть, что натворила эта неведомая сила. Боль, пронзившая грудь, заставила сработать рефлексы. Каменный шквал изрешетил моих обидчиков. Как они оказались за спиной — не понимаю. Но ранение ясно дало понять: нельзя оставаться на месте.

Я спустился в один из боковых коридоров и подготовил сюрприз на случай, если кто-то ещё сунется. Противник не заставил себя ждать. Я не видел их глазами, но мои грани уловили лёгкую вибрацию в проходе. Тогда я обвалил потолок. Судя по приглушённым крикам, им не поздоровилось. Но это уже не важно. Мне осталось недолго. То единственное ранение... В глазах темнеет. Тайрен Фар не сдавался, до самого конца…

***

— Что думаешь?

Рени почесал подбородок.

— Что-то не сходится.

Я кивнул.

— Получается, один маг мог дать достойный отпор нашим «гостям».

— Но другие маги просто пропали.

— И как это понимать?

Я пожал плечами.

— Не знаю. Не похоже, что они описывают сколько-нибудь грозную силу. Бластеры — опасное оружие, но когда я с ними столкнулся впервые, они бы мне ничего не сделали. А будь у меня тогда грань силы, я бы их порвал, даже не заметив.

Рени встал и подошёл к металлическому шедевру. Положив на него руки, он заставил артефакт исчезнуть в кольце. Понаблюдав за процессом, мы вернулись к раздумьям.

Я взял посох и попытался проделать ту же процедуру, но не почувствовал ничего. Активировав грани — снова тишина. Но когда я включил замедление, всё встало на свои места. В этот момент Рени тянулся за наручем, и его рука двигалась так медленно, что я мог бы выпить чашку чая, пока он до нее доберется. Перестав вливать энергию, я проверил своё состояние и, не найдя изменений, обратил внимание на эксперименты Рени. Наруч создал вокруг него плёнку, похожую на мою способность.

— Кажется, я знаю, почему этот человек смог добраться до шахт, — произнёс я.

Рени понимающе кивнул. Похоже, щит защищал мага до самого входа, а потом его просто разрядили, стреляя в спину.

— Я могу взять кольцо?

— Нет. Мы отдадим это Филиппу.

Рени закатил глаза.

— Если у него получится его воспроизвести, такие кольца станут нормой. А мы будем первыми, кто получит их в руки. К тому же, попробуй вот это.

Я протянул посох. Рени с улыбкой взял его, попытался наполнить маной — и улыбка мгновенно испарилась.

— В полтора раза сильнее, — тихо произнёс он.

— Да. В ускоренном восприятии результат был примерно таким же.

— И это тоже Филиппу?

— Всё — Филиппу, — с улыбкой повторил я. — Ты же не будешь с этим дрыном бегать? Ладно бы наруч или, на худой конец, подвеска.

Рени воровски огляделся и схватил посох, как самое ценное сокровище в жизни. Я же ухмыльнулся и произнёс заговорщицким тоном:

— Город у моря, где будет жить подобный артефактор, а горожане станут разъезжать на железных лошадях.

— Ладно, — протянул Рени. — Но я хочу быть первым, кто получит такое кольцо.

— С первой партии выделю, — попытался я изобразить важного коммерсанта.

— И когда ты всё это собираешься отправить?

— Никаких отправок. Довезём сами. Моё сердце не переживёт, если что-то из этого потеряется. Пока что храни всё при себе.

— Ну ты и изверг! Сначала показываешь всё это, а теперь и пользоваться нельзя?!

Я злодейски ухмыльнулся.

— Ни одна душа не должна об этом узнать. Так что охраняй как самое дорогое, что у тебя есть.

— Вообще то, теперь это действительно самое дорогое, что у меня есть.

Дуглас замер посреди суматохи, держа в руках нагрудник. Его пальцы скользнули по поверхности, где раньше была лишь холодная, прочная сталь, а теперь — сложный рельеф гравировки. Он повернул пластину к свету, и по металлу пробежал солнечный зайчик, а в центре чётко проступила чёрная, как смоль, эмблема рычащего волка.

— Ну и нарядили же мы вас, красавцы, — усмехнулась Викта, проходя мимо и звонко щёлкнув по блестящему нагруднику. — Вот так должна выглядеть броня созданная магом, что бы прям посмотрели и поняли.

Дуглас лишь тяжело вздохнул. Стоило девчатам узнать, что с нами отправятся чужие маги, как в мастерской поднялась буря. «Они должны с первого взгляда понять, кто здесь главный!», « Да! Да, мы не те, кем были раньше!» Спорить с этим хором было всё равно что пытаться остановить лавину. В конце концов, проще было доработать старые доспехи, добавив новые формы, чем объяснять, что броне не нужны «изящные завитки» для красивого вида.

На выезде из города, где сновали люди по своим делам, пятеро магов Эрика застыли как вкопанные. Их походные мантии, пропахшие дымом и пылью, внезапно казались им убогими лохмотьями.

Перед ними стоял… он. Новый голем. Но уже не тот угловатый, каменный ящик на ножках, что они видели месяц назад. Теперь линии корпуса были обтекаемыми, приятными глазу. Голем смотрелся как произведение искусства и ничуть не уступал той боевой форме, которую они наблюдали ещё вчера.

Отряд ожидал попутчиков перед «многоножкой». Солнце играло на их серебристо-чёрных латах, превращая их в стражей из какой-то древней саги. Маги Эрика невольно отодвинулись, образуя отдельную, помятую группу.

— Всё внутрь, — скомандовал я, и дверь в корпусе отъехала с тихим скрежетом.

В салоне было светло, стены в ключевых местах были прозрачными, открывая панораму на лес и уходящую дорогу.

— Но как... стекло? Но с той стороны, оно ведь в цвет камня? — проговорил один из каменщиков, прижавшись носом к прочному материалу.

— Вот так, — довольный реакцией сказал Рени, усаживаясь рядом. — Специальная разработка магессы Даны из Эрама. Не выломай смотри.

Голем тронулся с места так плавно, что никто не дёрнулся. Но через несколько секунд он начал набирать скорость. Разговоры в салоне резко оборвались. Челюсти у гостей отвисли.

— Мы... мы на скакунах так неслись только под гору, с попутным ветром... — пробормотал кто-то.

Один из них обратил внимание на Ханну. Она сидела в переднем кресле, её лицо было спокойно, а глаза скрывала плотная чёрная повязка. По салону прокатился приглушённый вскрик. Чей-то кулак судорожно сжал подлокотник. Но минута шла за минутой, а многоножка, как призрачный змей, виртуозно двигалась по каменной дороге, будто что то невидимое вело ее в дальний путь.

Когда мы остановились у шахты, Ханна сняла повязку. За спиной уже слышался гул голосов и лязк открываемых дверей— команда потихоньку выбиралась на свежий воздух. Она стояла на месте, чувствуя, как тяжесть предстоящего руководства над магами спускается ей на плечи вместо привычной самостоятельной работы. Ей не хотелось того, что будет дальше, но выбора ей не оставили: приказ был чёток, а жила металла — критически важна.

Собрав волю в кулак, она направилась к Люцию. Ей нужно было не столько разрешение, сколько последнее подтверждение — кивок, который поставит точку в её сомнениях и официально назначит её главной в прокладке нового прохода к залежи.

Увидев эту внутреннюю борьбу на её лице, я сделал то, что делал всегда: просто шагнул вперёд и уверенно похлопал её по плечу, давая понять, что все в силе.

— Всё по плану. Ты ведёшь свою группу. Мы идём разбираться с местными жителями.

Она кивнула, и в её движении было что-то от щенка, впервые отпущенного с поводка в незнакомый двор. Я развернулся и пошёл к своим, оставляя её принимать первые в жизни командные решения.

— Слушайте все, — мой голос прозвучал гулко. — Экономия. Каждая способность, каждая капля маны — на счету. Рори, твоё пламя — не для зачистки, а для критических моментов. Первая линия режет и давит. Вторая — атакует только по команде. Понятно?

Рори понимающе кивнул, проверяя свое снаряжение. «Залить всё огнём, как сделал бы Эрик», — но увы. Пироманта всего два, а в замкнутом помещении мы можем работать только с одним.

Леона и Фрея, получив кивок, полетели ближе к подлеску — две магессы для отпугивания всего, что крупнее зайца. Никто не хотел, чтобы нам перекрыла путь голодная змея в каменной трубе штольни.

Пещерный холод обнял нас, едва мы сделали первые шаги в темноту. И тут же из черноты, с тихим шелестом тысяч лапок, к нам приближалась стена пауков. Но сегодня сотни из них падут — эта шахта будет нашей.

— Дави! — крикнул я, и щит Дугласа с глухим гулом ушёл вперёд, сплющивая первую волну.

Энтони методично расстреливал копошащуюся темноту, его лезвия со свистом прорезали воздух. Сплошной шквал клинков обрушивался на сгустки тьмы, чтобы хоть ненадолго ослабить их давление на первую линию. Когда тварей становилось слишком много, и они начинали продавливать нас, звучала одна команда:

— Огонь!

Мы отскакивали к стенам, и Энтони устанавливал свою защиту. Аспид и Дугласа окружал барьер из сотен шестиугольников, я уходил в другую сторону. А в коридоре начинало бушевать море огня, пожиравшее всё на десятки шагов вперёд. Воздух звенел от треска хитиновых панцирей.

Но даже наши слаженные действия не были бесконечным. Мы медленно, шаг за шагом, начали отходить к светящемуся пятну входа. Дыхание Рори стало хриплым и прерывистым, его перчатки дымились.

— Хватит! — скомандовал я, и Рори, почти падая, отступил за спины.

Его место занял Рени. Он просто вытянул ладонь вперёд, вода под огромным давление врезалась в толпы противника отбрасывая их. Холодная, неумолимая сила смывала ковёр пауков обратно в чёрную пасть главной штольни, откуда донёсся быстро затихающий шелест падения.

Я посмотрел на Рени. Он встретил мой взгляд и медленно, с отвращением, покачал головой. Наш расчёт не сработал. Они выжили.

— Ледяную стену и отходим! — отдал приказ я.

Рени кивнул, и влага в воздухе с хрустом превратилась в три матовых, куска льда, перекрывающих проход. Мы отступили в сумерки предзакатного леса, оставляя за спиной шипение и скрежет о лёд. Пора было перегруппироваться и придумать новый план.

Мерный стук металла о металл отбивал такт в полутьме. Два молодых парня, ссутулившись, обрабатывали очередные заготовки. Пламя факела подрагивало, отбрасывая на скальную стену гигантские, пляшущие тени их усталых движений.

Один из них, закончив, поднялся, потянулся, хрустнув костяшками пальцев. Он отнёс слиток к тележке, где уже горкой лежали десятки таких же брусков, и с глухим лязгом водрузил его на вершину.

— Знаешь, когда говорили про магов металла, я представлял это... иначе, — бросил он через плечо, вытирая пот со лба грязным рукавом.

— Что, красивые доспехи? Те, что будут покупать за сумасшедшие деньги?

— Как минимум.

Ещё один слиток, подхваченный невидимой силой, взлетел в воздух и мягко опустился в тележку. Второй маг откинулся на своё грубое металлическое кресло, и выдал, усталый выдох.

— А мы сидим тут. И делаем непонятно что.

— Непонятно что — это ты загнул.

— Ладно, понятно что. Но разве мы для этого учились?

Первый повернулся, опёрся о край тележки.

— Именно это и позволит делать то, о чём ты мечтаешь. И вообще, мы тут потому, что не станем оспаривать решения командиров. И они, и мы знаем — это необходимо.

— Проклятье, с тобой не поспоришь. А ты уже думал о своём големе?

На губах второго мелькнула слабая улыбка.

— Думал. Выглядит... эффектно.

— Но ты же понимаешь, — первый кивнул на тёмную, поблёскивающую жилу в стене, — что на него нужна целая такая.

Второй снова тяжело вздохнул, его взгляд скользнул по груде слитков, а затем вернулся к жиле.

— А знаешь... Мне кажется, оно того стоит. Сам подумай: видел ты такое в столице?

— Если смотреть с этой стороны... Ты прав.

Маги переглянулись. Один, решительно сглотнув, подошёл к жиле. Его лицо исказила гримаса отвращения, но он стиснул зубы и шагнул в металл, который обволок его, словно густая ртуть. Второй приготовился, подняв руки, — сейчас из жилы посыплются готовые слитки, будто за работу взялась сотня невидимых кузнецов.

Спустившийся в штольню маг ветра замер на полпути, увидев эту картину. Он постоял, покачал головой и так и не решившись нарушить их рабочую деятельность, развернулся. «Глупые маги металла», — пробурчал он себе под нос, поднимаясь обратно к выходу. Теперь он не сможет похвастаться, как сейчас громят гнездо пауков. Чёрт. Вот если бы мог... Летать, как те две, — это, наверное, куда веселее чем карабкаться по лестнице. Он задумчиво потер подбородок, уже представляя себя в небе.

***

Под каменными сводами разверзся ад. Воздух гудел от шипящего пламени, треска ломающихся хитиновых панцирей и пронзительного визга пауков. Сотни их тел горели, тряслись под ударами электрических дуг, захлёбывались в потоках расплавленного песка.

В центре этого хаоса, неумолимо спускаясь по винтовому спуску, двигался каменный монстр. Его сегментированное тело с лёгкостью давило десятки тварей за каждый шаг. Новые волны пауков бросались на пришельца, вгрызаясь жвалами в каменные плиты. Сколы и выбоины появлялись на мгновение — и тут же срастались, восстанавливая исходный вид каменного голема.

Многоножка отвечала яростным смерчем огня, вырывавшимся из боковых пор. Вспышки молний и снопы ослепительных лучей выкашивали тех, кому удавалось уцелеть в этом аду. С высокого выступа за бойней наблюдала группа в тяжёлых доспехах. Под забралами некоторых из них прятались злорадные ухмылки. Ну что, восьминогие уродцы? Где ваше превосходство теперь?

К самой группе тоже рванули десятки пауков, но воины стояли незыблемой стеной, и первая же волна тварей разбилась о невиданный ранее отпор.

— Не упустить не одного!

— Да!

Со стороны Люция раздался звук обнаженного меча. Пауки, пытавшиеся прорваться через него, получили два выпада, точные и смертоносные. Упав перед ним как подрубленные куклы.

Аспид, взмахнув алебардой, располовинила противников, не оставляя им и шанса. Небрежное движение для очистки своего оружия от слизи и хитина. Ее глаза горели ненавистью к противнику, хвост метался предвкушая настоящую битву.

Справа от Люция Горт встретил атаку без единого звука. Его огромный двуручный меч описывал неторопливые, сокрушительные дуги. Он рубил противника без показных движений выполняя свою работу. Каждый удар превращал двух-трёх пауков в летящую назад по частям массу, с грохотом разбивавшуюся о стены.

Норис, дралась иначе. Она не стояла на месте. Короткие, яростные выпады, рваные удары клинками. Она врывалась в наступающие массы, уворачиваясь от струй яда и обрушивалась со всей яростью на противника, и так же быстро возвращалась в строй.

Аника, вела свое сражение с высокой точностью. Её движения были плавными, смертоносными и беззвучными. Она не отбивала атаки — она пропускала их в сантиметре от брони, и в этот миг её клинки, находили единственную точку — место сочленения. Пауки замирали и падали замертво, будто у них выдернули невидимый стержень.

Йохан вёл сражение, не сходя с места, но его мысли вихрем кружились где-то далеко от этого подземного ада. Каждое движение Аспид — сметающая всё на своём пути, хвост, огромные кожистые крылья, — вызывало в нём тихую, леденящую волну отторжения. Он морщился, ловя себя на этом чувстве, но не мог его подавить. Не хочу так. Не стану таким.

Тяжёлый, грубый разговор с Эриком, который состоялся накануне, будто обжёг его изнутри. «Твой дар — оружие. И он меняет тебя. Прими это». Но принять — означало признать, что он уже не совсем человек. А что, если новая, ещё не открытая грань станет последней чертой? Последним гвоздём в крышку его человечности? Сможет ли он потом вернуться? А эти изменения... они уже здесь. Под кожей. В каждой прожилке странного света.

Ярость, обида и душевная грызня сжали его горло тисками. И в этот миг очередная плотная волна пауков, почуяв, казалось, его колебания, устремилась именно на него, пытаясь продавить его участок в обороне.

И всё внутри Йохана сорвалось с цепи.

Он выдохнул — и из него вырвалась воплощённая агония. Свет, который обычно был слегка заметным, мгновенно испорил нападающую группу создавая просеку в рядах противника. Не было ни пепла, ни обугленных останков. На их месте на камне остался лишь расплывчатый светящийся след, похожий на ожог.

Наступила секунда гробовой тишины. Даже Аспид на миг замерла, обернувшись. Йохан стоял, тяжело дыша, из под брони вырывался свет, тревожным ритмом. Он смотрел на пустое место, где только что были враги, и в его глазах был животный ужас от того, что он только что выпустил на волю.

Увидев эту атаку, я присвистнул. Вот это я понимаю — яркое открытие грани.

К счастью, мы стояли на укреплённой позиции в полной безопасности. Если не считать восьминогих квартирантов, конечно.

— Не расслабляемся, противника еще много. Йохан можешь продолжать?

— Да, просто еще одна грань.

***

Каменный голем Эрика не останавливался, прокладывая путь через сухую шелестящую паутину.

— Ха-ха! Работает! Поддайте жару! — голос Эрика прозвучал изнутри кабины.

Маги огня ответили сгустками пламени, обрушив их вглубь пещеры. Кладки яиц затрещали и вспыхнули, наполняя воздух едким дымом. Многоножка упрямо ползла к центру гнезда.

В глубине пещеры что-то шевельнулось. Пара огромных, тускло-зелёных глаз медленно открылась, проводя взглядом захватчика. Древний паук, чьё тело достигало пяти метров, поднялся на лапах и двинулся навстречу. Его первая атака — сокрушительный удар лапой — обрушилась на каменный корпус. Раздался оглушительный лязг, от чего каменный голем был сдвинут в сторону.

— Всем огонь по нему! — скомандовал Эрик.

Маги пламени сконцентрировали удары. Чудовище, охваченное огнём, с шипением отпрыгнуло. В ответ из его пасти вырвалась струя кислоты, попав прямо в корпус каменной многоножки. Камень зашипел, пошёл пузырями, обнажая внутренний слой и удивленных магов.

Монстр воспользовался моментом — прыжок вперёд, жвалы сомкнулись на повреждённом месте. Но вместо победы его встретили: волны камня, вырвавшиеся из-под корпуса, отбрасывая монстра. Появились водяные шары, под огромным напором воды, вся кислота была смыта с корпуса. Пробоины на корпусе начали срастаться.

Монстр рванулся, но его лапы лишь дрогнули, застыв на месте.

— Держу его! Добивайте быстрее! — донёсся голос телекинетика, чья сила удерживала древнего паука на месте.

Пространство вокруг исполина содрогнулось. В него были направленны огненные струи, взревели молнии, вгрызаясь в хитин, а шквал острых клинков и ледяных осколков обрушился сверху. Чудовище издало пронзительный, скрежещущий вопль, пытаясь вырваться из хватки мага, но с каждой секундой его силы таяли.

Клинки прошили его глаза, камень схватил его за ноги. Исполин, столетиями охранявший эти пещеры, рухнул на каменный пол. Но маги не остановились. Это сражение еще не финал. Нужно было вычистить всё.

Ввысь взмыли световые шары, заливая пещеру холодным сиянием, вытаскивая из каждой щели дрожащие тени. Молнии и сфокусированные лучи стали методично прочесывать стены и своды, добивая тех, кто затаился в надежде переждать в тишине это сражение.

— Зачистить все! Не дайте им не единого шанса. Ни единой возможности восстановиться.

Пламя выжигало последние следы пауков, годами царивших в этих пещерах. От их присутствия остался лишь едкий дым да треск лопающихся коконов.

Теперь эта территория принадлежала людям. И всем, у кого больше двух ног, здесь были отныне не рады.

***

Когда наш транспорт, издавая звуки скрежета, начал подниматься наверх, мы наконец позволили себе выдохнуть. Яркий свет парящих шаров резал темноту шахты, выхватывая из мрака оплавленные остатки коконов и обугленные тушки.

Пауки, неделями не дававшие нам шагу ступить спокойно, были уничтожены. Идея, как с ними справиться, в итоге оказалась простой. Эрик предложил создать бронированную многоножку и заявится на ней прямо в сердце гнезда. Пауки не выдержали — их инстинкт заставлял бросаться на любого, кто вторгся в их владения. Расчёт оправдался полностью: это была быстрая и результативная зачистка за всё время боев в шахте.

Оставалось лишь добить остатки. Группы по три мага уже спускались в ответвления шахт — проверить, не затаился ли где ещё сюрприз, и понять, можно ли наконец приступать к ремонту и укреплению.

— Ну ты видел эту тварюгу?

— Если ты про пятиметрового паука-переростка, то нет. Мы тут были заняты.

Эрик замер на секунду, потом разразился хохотом.

— Да, именно его! Когда эта тварь прыгнула на голема, я думал, он нас просто расплющит.

— Восемь магов камня держали корпус. Ничего бы у него не вышло.

— Изнутри так не казалось.

— Зато теперь у тебя есть байка для бала. Кстати, если от той твари что-то осталось — отправь в Академию. Пусть посмотрят, с чем можно столкнуться за стенами.

— А ведь точно... Одолжишь Ханну для доставки?

— Договаривайся с ней сам. Даже думать не хочу, что будет, если ей придётся грузить этого монстра на свою многоножку.

— Вот так ты ведёшь дела с союзником?

— Союз союзом, а заставлять девушку трогать всяких гадов — это, знаешь ли, чревато. Потом будешь в сапогах камни находить.

Эрик тяжело вздохнул и отправился на свою неожиданную войну. Я тем временем окинул взглядом шахты. Из дальних коридоров доносились отзвуки стычек — короткие вспышки света. Но таких, как тот исполин, там уже не было. Да и за неделю мы успели хорошо изучить повадки этих гадов.

Заметив, как Лирин методично собирает трупы пауков в аккуратную кучу, я не удержался от ухмылки. Вот кто мог бы решить всё разом, но просто не захотел сюда спускаться. Даже у того переростка шансов против неё было мало, и то ненадолго. Сейчас она единственная, кто мог навести здесь порядок быстро и без лишнего шума.

Увидев, как многоножка поползла вниз, я лишь покачал головой. Надеюсь, Ханна додумалась запросить достойную плату. Она по-прежнему оставалась единственной, кто мог создавать таких големов. Паук, конечно, был изрядно потрёпан, но одни его размеры говорили о многом. Теперь мы сможем пополнить бестиарий Академии — тоже не лишнее.

Конец первого года обучения приближался, и можно было подводить итоги. Выпускных экзаменов как таковых здесь не было — преподаватель просто отчитывался об успехах учеников. Итог? Почти вся моя группа могла похвастаться десятком новых граней, а захват и строительство этого аванпоста становились лучшим доказательством нашей состоятельности.

Теперь клан Эрика займёт здесь оборону и будет контролировать территорию. Нашим магам останется привести шахты в порядок, и уже к осени мы сможем рассчитывать на крупные партии металла. Эх а ведь Леви еще не догадывается что под его командованием окажется почти три сотни гвардейцев.

Думаете, ставить медика на командование — глупо? А я вам скажу: он такой же «медик», как я «защитник». Он идеально понимает, на что способен каждый боец — это будет идеальная практика прямо на поле. Его грани смогут развиться именно так, как нужно.

Да и обычных людей сбрасывать со счетов не стоит. Хорошо вооружённый отряд задаст гоблинам жару. Соотношение сил — один к десяти, и это не пустые слова. А Леви нужен для одного — выносить шаманов. Сейчас они ему ничего не смогут противопоставить. Конечно, он будет не один, но это уже детали.

Возвращение групп на этот раз было обставлено по всем правилам. Штандарты развевались на ветру, чётко указывая, кто именно вернулся с добычей. Наша кавалькада двигалась к центральной площади под пристальными взглядами горожан.

Пока Академия будет решать, что делать с трофеем, этот монстр простоит здесь в грозной позе, наводя ужас на обывателей. Даже изрядно потрёпанный нашими атаками, одних его размеров хватало, чтобы впечатлить. А штандарты, установленные рядом, недвусмысленно намекали, кому именно эта громадина решила преградить дорогу.

***

Зал совета.

Председатель Совета сидел на своём месте, и его взгляд выдавал скрытое удовлетворение. Свершения молодых магов в этом году ясно доказывали: его курс был верен.

Даже клан Белфорт, неожиданно поддержавший его реформы, показал, что способен меняться со временем. Сейчас он уже не сожалел о том, что когда-то доверил этому клану обучение нового поколения.

Будущее начало прорисовываться — ясное, с перспективами. Но расслабляться было рано. Любой успех — лишь ступень.

Неожиданно поднял руку Лукас Найтхел.

— Председатель, хотел бы обновить броню городской стражи. Раз уж студенты взяли под контроль рудник, нужно воспользоваться возможностью.

— Но но, начальник стражи, — с ехидной улыбкой вступил Санчес, — вам стоит договариваться с владельцами рудника, а не с председателем.

— Роберт, ты не слишком ли много себе позволяешь? — Воздух вокруг Лукаса исказился, свет дрогнул, готовый выстрелить сгустком энергии.

— Что, давно по морде не получал? — На пальцах Санчеса вспыхнуло белое пламя.

— Прекратите! Оба! — Председатель ударил кулаком по столу, и звук, как удар гонга, погасил вспышки магии. — Санчес прав. Группы, захватившие рудник, будут распоряжаться им самостоятельно. — Он перевёл тяжёлый взгляд на Найтхела. — Так хочешь новую броню — обращайся к Стайнхарту.

— Дорого выходит.

— Тогда свои опыты проводи дешевле, и денег хватит не только на броню. — Сказал Стайнхарт раздражаясь подобной ситуации. — Сколько можно морочить голову с этими порталами?

— Идиот, если мы добьёмся успеха, то...

— Ой, хватит! — перебил его Стайнхарт. — Я слышу это вторую сотню лет. Результатов нет? Нет! А значит, ты движешься не в ту сторону. Но нет, ты у нас самый умный и будешь заниматься ерундой.

— Хайден, тебя это не касается!

— Вообще-то, касается. Ты должен обновлять броню у моих людей, а ты скупердяйничаешь. Ещё немного — и Помпео меня догонят, что тогда будем делать?

— Тише! — Председатель снова стукнул по столу, и в зале воцарилась гробовая тишина. — Первое: мы должны отметить заслуги Белфортов. За год они кардинально изменили положение дел. Берите с них пример.

Раздались скупые, жидкие аплодисменты. Айрин Белфорт кивнул, прекрасно понимая, что на большее рассчитывать не стоит.

— Второе: отмечаю руководство клана Санчес. Новые времена требуют новых решений, и я рад, что мои ученики способны на них. Это первая за триста лет территория, отвоёванная у монстров.

Новая порция оваций, чуть тише предыдущих, прокатилась по залу. Роберт Санчес принимал их с видом триумфатора, будто перед ним бесновалась толпа. Он так тщательно потоптался по ногам своих конкурентов, и теперь ему всё сойдет с рук. А его клан тем временем прибрал к рукам ресурсы и что важнее, получил в распоряжение магов с настоящим боевым опытом.

— С моей стороны будет несправедливо не отметить вклад кланов Пьер и Хайден, которые, как всегда, блестяще справились со строительными проектами.

Новые аплодисменты, от которых оба главы кланов лишь поморщились. Все в зале знали: в этом году оба дома остались без новых рекрутов — впервые за двести лет.

— Роберт что планируют делать с захваченной территорией обе группы?

— По сути они пришли туда за металлом для будущих гвардейцев, но замок который они там возводят вполне можно использовать как базу для выхода к одному из древних городов.

— Они не будут использовать этот замок для прохождения испытания?

— На сколько я в курсе нет, место которое наш клан выбрал находится на юго западе в четырех сотнях километров от Орфена. Вторая группа выбрала более восточную область.

— Председатель удивленно кивнул, по сути не было никаких договоренностей насколько далеко должны стоять замки, но видя амбициозность груп ему оставалось только принять этот факт.

— Если эти замки так далеко расположить как вы будете обеспечивать себя провизией и ресурсами?

— Тут несколько вариантов, мы планируем обойтись големами которые смогут преодолевать подобный путь. Вторая группа рассчитывает на големов и на внучку Помпео.

— Расскажи подробнее.

— Командир второй группы заключил с ней договор на пятьдесят лет службы за открытие граней. А ее грань оказалась очень полезной, как я понял из рассказов сына она может летать так же как маги воздуха, но вместе с тем она может брать с собой пару тройку груженых телег. Именно она сейчас занимается доставкой металла в резиденцию Вилда.

— Похоже стоит отправить поздравление Помпео, этот род продолжает радовать своими достижениями.

Рональд Урбен стиснул зубы.

— Проклятый выскочка. Чертов деревенщина! Да когда же удача от тебя отвернется? Еще и внучка значит. — Прошипел он.

— Но разве отправлять одного человека — не риск?

— Председатель, в их группе четыре мага, способных летать.

— Мне докладывали, что почти все маги ветра присоединились к Санчесам. И один к Белфортам.

— А вот это самое интересное. Группа Вилда сплошь — зелёные мантии. И среди них четверо открыли разные вариации грани полёта. Увидев такой успех, мы тоже набрали зелёных, но пока ничего подобного. — Наигранно, печально развел руками Роберт.

— Необычно, Айрин Белфорт я действительно доволен вашими стараниями, какие то полгода, а у нас появилось столько подающих надежды магов.

Еще раз поклонившись Айрин Белфорт сделал себе заметку изучить подробнее состав этой группы.

— Что ж, на этом предлагаю закончить.

***

В конце месяца мы проводили празднования на нашей территории. Данное событие было просто необходимо отметить и мы сделали это с настоящей помпой. На улице всем желающим рассказывали истории как бесстрашные маги ворвались в логово, всех победили и вернулись обратно. Наши гвардейцы исполняли роль глашатаев перекрикивая и дополняя выданные им истории. Каждая таверна сегодня была полна разговоров о двух безбашенных группах что с остервенением выполняли приказы совета.

В нашу резиденцию прибыло множество карет. Дворяне, обрадованные подобным событием, спешили быть первыми. Возможность лично познакомиться с молодыми магами, демонстрирующими такие успехи, стоила многого. Кто-то прибыл просто завести знакомство, некоторые — напротив, пытались заключить контракты на поставку металла. Неожиданно нашлись и те, кто хотел организовать охоту на опасных монстров под присмотром молодых дарований.

Мы с Помпео выполняли роль встречающих на входе, приходилось каждому уделит время, рассказать где что есть и переходить к следующим гостям. Большинство кланов проигнорировали приглашения за что я им искренне благодарен. Но те кто уже бывали на нашем аукционе приехали без каких либо возражений.

Но когда к воротам подкатила очередная карета, мой глаз начал нервно дёргаться. Бело-золотая ливрея говорила только об одном: Это кто то из дома Лористон. И учитывая, что внучка председателя уже была внутри, мне оставалось лишь надеяться, что мы все вместе переживём этот вечер. Когда же дверца кареты открылась я почувствовал как Лирин сдавливает мою руку, а я лишь натянуто улыбнулся приветствуя высокого гостя.

Карета мерно отстукивала колёсами по мостовой, пробираясь через праздничные улицы. Сквозь стекло мужчина наблюдал, как глашатай с кружкой в руке размахивает руками перед хохочущей толпой. У дверей таверны двое грузчиков ловко выкатили очередную бочку — по их сноровке было видно, что эта далеко не первая.

У ворот резиденции, где горели фонари и слышалась музыка, карета замедлила ход. Маг в белой мантии приподнял бровь, разглядывая выставленные в ряд металлические статуи. Незамысловатые сцены: маги, замершие в схватке с монстрами. Вот один зажимает рану на плече после тяжёлого боя, другой вскидывает клинок в победном жесте. Особенно его развеселила группа магесс, застывших в комичном бегстве от пауков.

Молодые гвардейцы стояли в строю в отполированной броне. Это была не та броня, к которой он привык — без фамильных завитушек и позолоты. Только чистая сталь и нанесенный на нагрудник эмблема дома. Каждый элемент, от гибких сочленений до усиленных наплечников, кричал об одном: в этой броне можно выходить в бой хоть сейчас. Лишь у одного в ряду шлем отличался. Он был стилизован под оскаленную волчью морду. Капитан отряда. Решение... интересное.

Его взгляд скользнул к входу и задержался на молодой паре — лицо девушки внезапно побледнело, а её спутник резко выпрямил спину. Маг позволил уголкам губ чуть приподняться. Нужно быть ближе к людям, — всплыло в памяти, будто отзвук давнего урока. Именно этот принцип триста лет скреплял осколки империи и позволил им сделать первый шаг от обороны к наступлению. Если метод работает — менять его нет смысла.

***

— Ваша светлость, Андреас Лористон. Мы рады приветствовать вас на нашем празднике.

— Как я мог пропустить первый праздник по случаю отвоёванных земель, барон Вилд? Сегодня скромничать не стоит. А ваша спутница?

— Лирин Помпео, ваша светлость. — Девушка сделала безупречный реверанс.

— Время так летит… Будто вчера я подписал указ об основании дома Помпео. Как встретитесь с дедом, передайте мои наилучшие пожелания.

— Обязательно, ваша светлость.

— Что ж, не буду вас задерживать.

Когда председатель Совета скрылся за дверями, напряжение в наших плечах лишь чуть ослабло. Я тут же поймал взгляд ближайшего слуги.

— Ты — за ним. Следуй по пятам. Любой его каприз — закон, выполняй мгновенно.

Второму слуге я кивнул в сторону сада, понизив голос до шёпота, который тот услышал бы сквозь любой гам:

— Беги. Найди Амалию Лористон. Скажи, что её дед здесь. Немедленно.

Скандала между ними допустить было нельзя. Это были не просто ссорящиеся родственники — это два мага, каждый из которых мог в одиночку снести с лица земли половину этого района. Если между ними вспыхнет конфликт, мы буквально не сможем пережить их скандал.

— Н-ну что, п-пойдём в зал? Н-начнём праздник? — Голос Лирин дрожал и прерывался. Она понимала — всё может выйти из-под контроля.

Я лишь кивнул и полностью разделял чувства Лирин. Вечер из праздничного резко превратился в минное поле.

Поднимая бокал с виноградным соком, я произнёс речь, отмечая заслуги каждого мага, кто участвовал в этом нелёгком деле. Выделил сильные стороны, умалчивая об ошибках. И, конечно, поблагодарил за поддержку, которой на самом деле не было, — но тут уж ничего не поделаешь. Не мешают — уже хорошо. Даже за шахту пока не поступило никаких странных требований в духе «обновите броню для стражи».

Пригласив высказаться второго командира, я наконец позволил себе выдохнуть. Подобные речи всегда вытягивали больше сил, чем долгий бой. Лирин тут же взяла меня под руку, и мы начали курсировать по залу, наблюдая, чтобы никаких происшествий не случилось.

— Поздравляю. Пока всё идёт хорошо.

— Конечно, хорошо. Мы же готовились.

— Подойди. Вон за тем столиком заканчиваются угощения. Быстрее неси новые. — Слуга кивнул и быстрым шагом направился на кухню.

В зале раздался дружный смех — похоже, Эрик в своей речи решил пошутить. Казалось, всё было готово идеально. Окинув взглядом парадный вид своих подопечных, я удовлетворённо кивнул. Мы готовы.

Раздался гул аплодисментов, заиграла лёгкая музыка, и гости начали разбредаться по залу. Сделав один церемониальный круг, мы первым делом направились к председателю совета магов. Таков был обычай — самый высокопоставленный гость заслуживал первого знака уважения. К тому же, в каком-то смысле он нас выручил, иначе пришлось бы начинать с Роберта Санчеса. А у того, в свою очередь, с Виктором Росарио отношения были далеко не тёплыми.

— Ваша светлость.

Мы синхронно склонили головы в почтительном поклоне.

— Как вам наш скромный приём?

— Всё прекрасно. Не припомню, чтобы у Пьеров было что-то подобное в расстановке.

— Вы всё верно подметили. Всё сделано нашими талантливыми девушками. Они любят экспериментировать, и мы доверили им оформление поместья.

Я сделал шаг ближе, понизив голос так, чтобы слышно было только ему, и слегка наклонил голову, будто делясь самой ценной тайной. Моё лицо при этом сохраняло почтительность.

— А ещё у нас есть… интересные стёкла. Можете подняться на третий или четвёртый этаж, а после взглянуть на них снаружи. Уверен, вы будете удивлены.

Лирин, стоявшая чуть позади, слегка сжала мою руку, напоминая о времени.

— Почему бы и нет? — его глаза слегка сузились, в них мелькнул интерес учёного, а не политика. — Я действительно редко встречаю что-то новое. Не обращайте на меня внимания — сегодня я хочу просто отдохнуть, как и все здесь.

«Отдохнуть. Интересная формулировка от мага, который держит на плечах остатки человечества». Обменявшись последними формальными поклонами, мы развернулись. Впереди ожидали еще несколько встреч.

Роберт стоял рядом с сыном. Эрик что то рассказывал жестикулируя руками. Повторяя церемониал мы обменялись приветствиями.

— Рад видеть вас ваша светлость на нашем скромном приеме.

— Скромный говоришь, ты обязательно должен мне показать что такое пышный прием. — Отхлебнув вина не собираясь следовать хоть малейшим правилам Роберт продолжил. — Сегодня я буду праздновать как в последний раз и меня никто не остановит.

Лирин, стоявшая чуть сзади, мягко нажала мне на локоть — наш заранее обговорённый знак, что пора закругляться. В своих мемуарах я буду описывать скромность этого человека только с большой буквы. Хотя его тоже можно понять: его сын один из немногих наследников, кто добился успеха, который можно пощупать руками.

— Ваша светлость, Викт Росарио. Мы рады приветствовать вас на нашем приёме.

— Барон Вилд, благодарю. Всё у вас устроено просто замечательно. Придётся моих слуг отправлять к вам на обучение.

— Всегда будем рады оказать такую небольшую услугу.

— Не отвлекайтесь на меня, — он кивнул, и в его глазах промелькнуло понимание. — Знаю, у вас сегодня вечер не из лёгких.

Наш путь лежал к Амалии Лористон. Нужно было уточнить, будет ли она танцевать второй танец или планы изменились.

Первый танец полагался хозяевам приёма — старая традиция, напоминавшая всем, кто сегодня устраивает праздник. Второй танец был с самыми знатными гостями. И вот здесь назревала щекотливая ситуация: на паркете могли оказаться оба представителя дома Лористон. В свете об их разногласиях не говорили вслух. Да и как говорить, когда тебя могут испепелить на месте, не оставив даже воспоминаний?

Мы нашли магессу в саду. Она занималась поеданием мелко нарезанных фруктов в нашей беседке.

— Ваша светлость Амалия, вам уже сообщили о приезде председателя?

— Да, не переживайте. Мы просто будем игнорировать друг друга.

— Дело в том, что второй танец...

Она заливисто рассмеялась, и в её смехе прозвучала легкая беззаботность.

— А ведь да. Вот шоу-то будет.

Мы с Лирин замерли, ожидая, что нам выдадут хоть какую-то информацию, хоть намёк что произойдет. Но в этот раз нас не стали информировать. Мы лишь обменялись взглядами, в котором читался один и тот же ужас и трепет: что же выкинут эти двое, в чьих руках была сосредоточена огромная, разрушительная сила.

Времени уже не оставалось, и мы отправились готовиться к первому танцу. Дёрганные и напряжённые, мы ходили по залам, отвечая гостям односложно, переживая о том, что может случиться. Вроде бы всё шло хорошо, гости ни в чём не нуждались.

Получив сигнал к первому танцу, мы на инстинктах встали в пару. Заиграла музыка, и мы начали кружиться, с внутренним ужасом ожидая конца мелодии. Я даже забыл подсознательно держать щиты наготове, ожидая подвоха от Лирин, но судя по её скованным движениям, она думала о происходящем не меньше моего. Сделав несколько кругов, мы торжественно поклонились друг другу.

После небольшой паузы музыка стихла, и в центр зала вышел мажордом. Три сухих стука посоха прокатились по залу, призывая к вниманию.

— Почтённый Совет и дорогие гости! Хозяева приёма, барон Люций Вилд и леди Лирин Помпео, приглашают вас разделить с ними вторую партию танцев!

С разных концов зала к нам двинулись представители дома Лористон. Они ступили на паркет почти одновременно, но я заметил, как Амалия на долю секунды замедлила шаг, пропуская вперёд Председателя. Когда до нас оставался один шаг, пламя магии окутало их фигуры — и вот передо мной стояла юная девушка, а перед Лирин — её ровесник.

С трудом сдерживая выдох облегчения, я взял под руку свою компаньонку на этот танец. Музыка зазвучала вновь, и паркет наполнился движением.

— Видел бы ты сейчас своё лицо, — прошептала Амалия, её губы едва шевельнулись.

— Мне его не нужно видеть. Я просто не знал, стоит ли уже бежать или просто спрятаться.

Послышался её сдержанный, чуть игривый смешок.

— Такой церемониал был принят в магическом обществе Империи. Так маги показывали, что всегда могут стать на один уровень с хозяевами бала.

— Когда вы в последний раз танцевали с Санчесом в виде детей?

— Мы просто дурачились. В подобном случае мы должны принимать облик молодых людей, показывая, что готовы открывать грани, как в юные годы.

— То есть, если бы я был стариком, вы бы прикинулись бабушкой?

Она вновь рассмеялась.

— Нет. Я бы просто отказалась от танца.

Так мы и кружили, пока я постепенно приходил в себя. Самые опасные точки, казалось, были пройдены. Теперь оставалось вести светские беседы и, возможно, заключить пару стоящих сделок.

Музыка завершилась. Церемониальный поклон — и перед нами снова стояли маги в своих истинных обликах. Лирин взяла меня под руку, и мы медленно проследовали в зал, готовые к следующему, более предсказуемому этапу вечера.

Когда пошла третья волна танцев наша команда высыпала на танцпол. Вот так и наблюдал за нашим отрядом на паркете. Чёрт возьми, вид у них был забавный. Полгода занятий. Полгода я платил учителю, чтобы они чувствовали себя спокойно на приёме. Глядя на паркет, я понял — деньги на ветер.

Рори с Виктой напоминали двух кошек в мешке — он весь напряженный, боясь сделать лишний вдох, а она так и тянула его ускорится. Полгода занятий, а еще работать и работать.

Аспид с Рени — отдельная картина. Мой гидромант вёл её с невозмутимостью ледяной статуи, каждый шаг отмерян и безупречен. А вот драконида… Она двигалась с той же концентрацией, с какой рубила пауков. Её хвост метался в такт, будто отбивая секунды до конца этой пытки. Хорошо хоть крылья держала в этот раз.

Скромный Дуглас в своём новом костюме и Фрея Гельмонт как будто их движения сковывал лед, которые вот-вот заморозит их окончательно. Энтони же с Леоной — держались отлично. Чувствовалась аристократическая выучка и пожалуй они единственные кто мог наслаждаться процессом. Леона пыталась ускорится, но Энтони зная ее буйный нрав держался словно скала.

Ханна и Леви… Хотелось ударить себя рукой по лицу, они стояли так далеко друг от друга, что между ними можно было пройти не расплескав напиток. Танцевали молча, с каменными лицами, будто выполняли боевое задание. Леви смотрел куда-то в пространство, да и Ханна — делала тоже самое, ни на миг не опуская взгляд. Напряжение между ними было почти осязаемым.

Бренда с Майрой, что кружили с какими-то юными аристократами, выглядели более-менее сносно. Но и их выдавали слишком прямые спины и эти натянутые, чёткие улыбки, которые появлялись и исчезали по команде. Девчонки явно воспринимали танец как очередную задачу — не пытаясь расслабится и получить удовольствие.

Рени, поймав мой взгляд, едва заметно закатил глаза. Мол, а чего ты хотел? Всего полгода прошло. По сравнению с выжиманием из них боевых граней в стычках с гоблинами и пауками, эти плавные па и реверансы — детские игрушки. Неказистые и неинтересные. Вот и результат на паркете.

— Не хочешь отдохнуть?

— Да, давай. Честно говоря, я сильно перенервничала.

Мы поднялись на четвёртый этаж. Отсюда открывался потрясающий вид на ночной город — россыпи огней и факелов мелькали внизу, как светлячки. Тавернам было оплачено сегодняшнее празднование, так что город действительно будет гудеть до утра. И это не фигура речи.

Присев в кресла с толстыми подушками, мы наконец смогли перевести дух. Служанка почти бесшумно принесла поднос с нарезкой фруктов и графин с виноградным соком.

— Всё время хотела спросить, — начала Лирин, отхлёбывая сок.

— И что же?

— Почему ты не пьёшь вино?

— Читал в одной умной книге, что оно может испортить молодой организм. В моём случае — это смертельно опасно. Лучше подождать, пока тело сформируется.

— Но у тебя же есть лекарь. Он смог бы тебя вылечить.

— Есть. И да, смог бы. Но я принял это решение давно, и сейчас не вижу смысла его менять. В каждом возрасте должны быть свои минусы и плюсы.

— Это при условии, что ты не научишься выбирать, как выглядеть.

— Всему своё время, ваша светлость. Всему своё время.

Тут подбежал запыхавшийся слуга. Мы недоуменно переглянулись.

***

Прекрасный вечер, прекрасное вино и прекрасная незнакомка, ожидавшая, когда он, блистательный Арман де Сан-Жермен, пригласит её на танец. Парень уже скользил взглядом по даме, поправляя прядь волос и двигался к ней словно на крыльях, когда его грубо сбили с ног. Рухнув на пол словно мешок с картошкой он поморщился.

Вскочив, отряхивая несуществующую пыль с безупречного рукава, Сан-Жермен выпалил:

— Как ты смеешь, подонок?!

— Это мои слова! Ты смотришь, куда прешь?

— Я шёл к даме, пока ты, грубиян, преграждал путь всему залу!

— Я просто обсуждал дело с господином магом и немного увлёкся, — отрезал второй, высокий и угловатый, с лицом, покрасневшим от вина и гнева.

— С каким же магом? — язвительно протянул де Сан-Жермен, окидывая пустое пространство вокруг собеседника презрительным взглядом.

— Да вот же… э-э… — Гаспар беспомощно обвёл взглядом толпу, но знакомого лица не нашёл.

— Не только грубиян, но и лжец! — триумфально воскликнул Арман. — Я, Арман де Сан-Жермен, вызываю тебя на дуэль за попранную честь!

Гаспар фон Гартман, от такого обвинения окончательно взбеленившись, ткнул в него пальцем.

— Ах ты так! Я, Гаспар фон Гартман, принимаю вызов! И требую удовлетворения кровью!

— Получишь, подонок! Сию же секунду!

Гаспар рванулся вперёд, срывая с пояса перчатку, но Арман был быстрее — его собственная белая перчатка со свистом хлестнула Гаспара по щеке.

Гости расступились, образовав вокруг них кольцо. Первые угрозы сказаны, аристократы потянулись за оружием. Преграждая путь к ним бросились слуги и гвардейцы, едва успевая растащить разъярённых аристократов, чьи действия грозили перерасти в потасовку, опасную для всех окружающих.

***

— Да вашу мать! Серьёзно? Прямо на первом нашем празднике! — Бушевала Лирин, напрочь забыв о светских манерах.

Мне просто хотелось закопать двух идиотов, решивших разнообразить наш вечер. Чёрт подери, всё шло так хорошо. Откуда вылезли эти два полудурка?

Спускаясь в зал, мы увидели, как гвардейцы едва сдерживают двух выпивших аристократов, готовых броситься друг на друга. Вокруг уже сгустился круг зрителей — куда ж без этого мысленно скривился я. Услышав их перепалку, я не стал скрывать раздражения и поморщился.

И ведь отказать им в дуэли не могу. Это и было самым гадким. Ладно. Хотите шоу — получите.

Когда мы сошли с лестницы, толпа перед нами расступилась. Все знали: решение теперь целиком в моих руках.

— Кто посмел поднять шум на моём приёме?

— Ваше благородие, я — Арман де Сан-Жермен! Этот боров ведёт себя недостойно! Я требую дуэли!

Я окинул взглядом тощего черноволосого юнца в коричневом сюртуке и поморщился снова. Второй «боров» в синем сюртуке оказался таким же тщедушным. Нашла коса на камень. Два провинциальных аристократа, приехавших поглазеть на столицу и показать насколько благородны их предки.

— И каков повод?

— Этот… под… наглец! — взметнулся палец Сан-Жермена. — Сбил меня с ног, а потом нагло солгал о причине!

Я перевёл взгляд на второго.

— Я, Гаспар фон Гартман, ваше благородие, принимаю вызов и готов ответить за свои слова сталью.

Я усилил голос магией, чтобы было слышно в каждом углу.

— Всем здесь известно: моя фамилия рождена солдатской волей. Поэтому дуэли — быть. Но в день, когда мы взяли новые земли, не потеряв ни одного человека, я не позволю допустить смерть. Вы будете сражаться до первого серьёзного ранения. Оружие — мечи.

— Но, ваше благородие, по правилам…

— По правилам вы должны развлекать дам, а не выяснять отношения в моём поместье.

По залу прокатился ропот и смешки. Да, с моей фамилией не всё просто. Хоть я и считаюсь аристократом, славу заработал простолюдином с пехотным полуторным мечом в руках. Пусть мой меч был чуть короче стандартного — суть не меняется.

В моём доме всегда можно вызвать на дуэль — фамилия дарована славой среди солдат, а не положением, и за это спасибо Помпео, что её закрепил. Но есть и ограничение: оружие. Именно поэтому местные бретеры будут обходить мой дом десятой дорогой. Полуторный меч — оружие солдат, и бывший император позаботился, чтобы его воины чувствовали себя уверенно у себя на праздниках.

Я дал им секунду на осмысление. В их глазах мелькнуло непонимание. Они привыкли к рапирам — лёгким, как трости, предназначенным для быстрых уколов и изящных выпадов по незащищенному противнику. Полуторный меч — это другая вселенная. Это вес, это инерция, это рубящая мощь, от которой немеет рука после трёх ударов. Любой городской аристократ выдохнется через минуту. А потом... Потом любой гвардеец, прошедший хотя бы одну кампанию, разделает его как щенков.

— Ну что, господа? — голос прозвучал сухо. — Мечи ждут. Или вы предпочитаете извиниться перед обществом и вернуться к дамам?

Тишина в зале стала абсолютной.

— Мечи — так мечи. В доме де Сан-Жерменов нет трусов.

— Принимаю. Какая разница, чем убивать.

— Тогда прошу на улицу.

Я нашёл взглядом слуг и отдал пару тихих распоряжений. Толпа, предвкушая зрелище, хлынула во двор. Один из слуг внёс дуэльные мечи. Мы с Дугласом специально прорабатывали это оружие — чтобы выглядело достойно воина, которого не стыдно вывести на поле боя. Многие, знакомые с металлами, могли принять его за булат, но это была лишь моя прихоть и мастерство Дугласа, пытавшегося по моим эскизам создать нечто похожее. Получилось внушительно: классическая деревянная рукоять и навершие в виде оскаленной волчьей морды. Теперь никто не сможет упрекнуть меня в том, что оружие — плохое.

Неожиданно выбранные секунданты проверили клинки, удовлетворительно кивнули и вручили их дуэлянтам. По их недовольным лицам стало ясно — ни один из них никогда не держал в руках ничего подобного.

Наша парадная дорожка стала полем боя. Рени обозначил границы водяными барьерами, а я вышел в роли судьи.

— Готовы ли стороны к примирению?

— Нет!

— Нет!

— Начинайте.

Оба бойца не спешили сближаться, привыкая к весу оружия. Арман первым решил проверить защиту Гаспара — пара выпадов пошли к противнику, но были отбиты круговыми движениями. Гаспар, пользуясь замешательством, перешёл в наступление, нанося диагональные удары. Он наткнулся на жёсткий блок — и это было опасно: от такого встречного удара немели руки. Гаспар это почувствовал и, развернув меч, нанёс первый укол в ногу противника. Но тут же был отброшен назад.

Арман, не ожидавший подобного, покрылся испариной. Рана была неглубока, но теперь каждое движение отдавалось болью. Гаспар не стал церемониться и снова пошёл в атаку теми же диагональными ударами. На этот раз он нарвался на парирование и ответный укол в живот. Арман, пользуясь моментом, начал теснить противника. Когда его атака снова наткнулась на блок, он просто ударил ногой в колено.

Гаспар потерял равновесие и начал заваливаться вперёд. Арман уже занёс меч для сокрушительного удара сверху. В тот миг, когда клинок был в сантиметре от головы, водяной барьер Рени сковал обоих. Они застыли в позах, где голова одного должна была вот-вот покинуть плечи.

— Дуэль окончена! Победитель — Арман де Сан-Жермен!

Радостный гул и аплодисменты прокатились по толпе.

— Лекари, прошу оказать помощь дуэлянтам.

Леви направился к победителю, а над проигравшим уже склонился сам Викт Росарио.

Когда гости проходили обратно в зал, бурно обсуждая дуэль, мы с Лирин, словно хищные птицы, следили за их поведением. История закончилась более-менее благополучно. Арман, пользуясь победой, уже вовсю распускал хвост перед одной из аристократок. Гаспара отправили в поместье Росарио — рана оказалась серьёзнее, чем мы думали. К счастью, наш гость не стал делится своей коллекцией внутренних органов с нашим порогом.

Через некоторое время, согласно традиции, нам с Лирин предстояло произнести завершающий тост. Музыка стихла, и мажордом церемониально постучал посохом, призывая к вниманию.

— Дамы и господа, я рад, что вы разделили с нами этот вечер. Наша первая победа над гоблинами — лишь первый шаг в долгой борьбе за свободные земли империи. Как вам известно, целью нашего похода был металл. И мы его уже добываем, благодаря нашим магам. — Я поднял бокал в сторону Дугласа, и тот ответил сдержанным кивком. — Андреас Лористон, мы отвоевали эти земли под вашим патронажом. А потому моя группа готова предоставить пять тонн отборной стали в распоряжение Совета Магов.

По залу прокатился нарастающий гул. Пять тонн металла… Это около ста пятидесяти комплектов доброй гвардейской брони. Или ресурс на пару лет для небольшого клана, чтобы не оглядываться на мелочи. Жест громкий для молодой группы, но скромный на фоне клановых запасов. Все взгляды устремились на председателя.

Тот поднял свой бокал в ответном жесте.

— Пока у империи есть такие, как вы, — нам не о чём беспокоиться.

Раздались гулкие, на этот раз искренние аплодисменты. Когда вечер уже клонился к завершению, Роберт Санчес вновь решил напомнить о себе. Над Орфеном взорвались оглушительные фейерверки, окрашивая ночное небо в цвета его клана и оповещая весь город, что торжественная часть подошла к концу.

А нам… нам пора было готовиться к отбытию. Летние каникулы только начинались. Впереди нас ждали дела в Эраме.

Караван медленно продвигался по землям Иштры, лошади лениво тянули поклажу. Колосья на плодородных землях плавно изгибались — зелёные, обещающие щедрый урожай. Стражники переглядывались и косились на группу молодых магов: странная одежда, странные разговоры. Караванщик даже не стал брать с них денег — что было странно.

Дальний патруль подал сигнал тревоги. Наёмники бросились выстраиваться в боевой порядок. Маги устремились к передовому отряду.

— Ну, сколько их там будет?

— Не забывай, лето — это пик активности гоблинов. А мы как раз на самом опасном участке.

— Вижу их. Чуть больше сотни.

— Не проблема.

Наёмники смотрели недоуменно на парня и двух девушек. Те спешились. На дороге с лёгким скрежетом поднялся каменный столб, и они неспешно принялись привязывать лошадей. Наёмники переглядывались, не понимая, что происходит. Лишь караванщик мысленно благодарил своего отца за житейские уроки. Он подвозил этого парня, а теперь как выяснилось молодого мага до столицы. А теперь ему повезло встретить его снова.

Как только показались гоблины, в их гущу полетела четверка огненных шаров. Глаз караванщика дёрнулся — всего четыре, их же… Раздались оглушительные взрывы, испепеляя первые ряды противника, облака пыли и дыма взметнулись на десятки метров. Камень пополз по ногам и торсам девушек с лёгким шелестом, и вот уже два четырёхметровых каменных исполина замерли перед молодым магом, готовые к схватке.

Ещё четверка огненных шаров рванула к противникам, но в ответ полетели ответные, рыжие сгустки пламени. Каменные големы заблокировали эти огненные атаки — удары лишь беспомощно расплескались по камню, разбиваясь в искры.

— Шаманы. Четверо, — коротко бросил парень.

Правый голем рванул вперёд, а слева и справа его обгоняли новые огненные шары, расчищая путь. Хруст ломающихся костей под тяжёлыми каменными ступнями голема заглушил визги зеленокожих. Исполин даже не замедлил шаг, его нога просто опустилась туда, где мгновение назад была косматая фигурка, оставив после себя мокрое пятно на дороге. Шаманы, видя угрозу, закидали его огненными шарами, но тем самым лишь ярко обозначили себя. Раздались новые взрывы — меньшей мощности, но их было больше. Шаманы были разорваны и раздавлены. Оставшиеся группки гоблинов, видя тотальный разгром, кинулись прочь, но были настигнуты шквалом каменной шрапнели, вырвавшейся из наплечников и рук голема.

Вся битва заняла не больше двадцати минут. Наёмники молча наблюдали, как молодые маги буквально втаптывают в грязь противника, в рядах которого были шаманы. Подобное сражение для их отряда было бы опасным испытанием, а с шаманами — смертельным приговором.

Как только дым рассеялся, наёмники увидели, как маленькие, человекоподобные големы стаскивают трупы в кучу. Над грудой вспыхнуло зелёное, хищное пламя. Оно поглощало плоть, не оставляя ни пепла, ни запаха. Купец, глядя, как от поля боя не остаётся и следа, ещё раз поблагодарил свою удачу.

***

Кузница Дрейка привыкла к любым заказам. Красивые ворота для замка? Да не вопрос. Мощные засовы? Сделаем. Петли, что блестят на солнце, будто отполированное золото? Лишь звонкая монета — и они ваши. Но сейчас в их цеху стоял каменный голем — махина, созданная, чтобы рвать врагов в клочья. И что же захотели эти маги? Металлические плиты для брони? Острые пики для устрашения? Нет. Они притащили груду странной мебели.

— Давай, устанавливай сюда, нам же сказали — друг напротив друга.

— Вот чтобы я так жил…

— Платят, вообще-то, тоже много. Ты давай устанавливай это кресло, там ещё много их.

— Да установил я, давай следующее. Там ещё столик нужно поставить.

— Куда ты его поставил, дубина! Оно раскладное, должно дальше стоять!

— Э-э-э, стоп, так ты ж сам мне его дал!

— Чертёж есть? Есть! Куда ты смотришь?

— Да чего ты орёшь, сейчас всё будет.

— Чего я ору? Потому что я буду первый, кто создал дом на ножках! Все должно быть идеально!

— Ну, так-то его маги создали…

— Заткнись. Я сказал — мы создали, значит, мы. Ляпни мне ещё что-нибудь при клиентах — сам знаешь, что будет.

Подмастерье сглотнул и потянулся за следующим предметом — массивным кожаным сиденьем с медными заклёпками. Старший мастер, Дрейк, смотрел на голема, стоящего посреди двора кузни, будто на святыню. Его пальцы, привыкшие к молоту и наковальне, нервно перебирали свиток с чертежами. Всё было расписано до мелочей: где крепить опоры, как фиксировать шарниры, даже угол наклона спинок. Дом на ножках… «многоножка», как назвали это чудовище сами маги. И внутри — не сиденья как в каретах, не склад, а целый походным лагерем и гостиная. С креслами. И столиками.

— Слушай, — прошипел подмастерье, пока они вдвоём ворочали очередное странное кресло, — а они точно воевать собираются? А то мы тут им диванчики монтируем…

— Не твоё дело, — отрезал Дрейк, но в его голосе сквозило то же недоумение. — Платят золотом. Чистым. И ещё обещали чертежи оставить. Так что устанавливаем с любовью.

***

Мы с Рени сидели в кабинете и подбивали ведомости; стол был завален бумагами. Рени раскладывал по стопкам документы с нашими расходами: поместье, гвардия и, конечно же, наши маги. Сотня золотых за вступление и боевые действия, тысяча двести золотых на всех. Мы оба тяжело вздохнули.

— Необходимая трата, — вздохнул я.

— Действительно необходимая трата, — вздохнул Рени. — Возможно, выйдем в плюс в следующем году?

— Рассчитываешь на проект с артефактами?

— Да. Если бы не прошлый аукцион, пришлось бы заморозить проект по поиску новых магов.

— У нас есть успехи, кстати?

— Да, но ничего экстраординарного. Большинство граней мы уже видели.

— Главное, что есть прогресс. Было бы хорошо найти ещё кого-то вроде Филиппа. Как насчёт информирования населения?

— Делаем всё, как ты говорил. Трактирщики получают новости в срок. Скоро в тавернах будут знать о планах завоеваний больше, чем в совете.

— Это хорошо. Ханна уже подготовила голема?

— Всё готово. Выбирай дату — и отправляемся. И ещё — выбирай дату побыстрее, я уже устал объяснять Лирин, что у нас есть дела. Кроме того, мы, считай, едем полным составом.

Я кивнул.

— Тогда нам пора отправляться.

***

Выезд прошёл без помпы — мы просто отправились в путь. Многоножка шустро обгоняла караваны, лишь набирая скорость, каменный голем проворно перебирал лапками, не обращая внимания на кочки и неровности. Внутри же царила сущая вакханалия: большинство путешественников бегали от окна к окну. Викта носилась туда-сюда, разглядывая мелькавшие за окном пейзажи, Леона и Фрейя пытались удержать егозу, но у них явно не получалось.

Леви и Дуглас расположились на крыше — закреплённые кресла позволяли наслаждаться ветром.

— Слушай, эти кружки — просто нечто. Мы едем, есть небольшая тряска, но всё равно можно спокойно пить чай.

— Когда мне чертёж показали, я тоже удивился. Особенно когда Люций объяснил, как можно удержать влагу.

— Слушай, они ведь будут ржаветь.

— Не-а. Я почти год убил на это. Теперь мои металлы не ржавеют. Правда, это свойство не вечное.

— То есть всё-таки будет.

Дуглас закатил глаза.

— Будет. Но лет через десять. Понял? Цени!

— Да-да. Получается, мои инструменты тоже обработаны?

— Все до единого.

***

Когда стемнело окончательно, каменный голем замедлил ход. Ханна подыскивала подходящее место. Голем съехал с дороги, развернулся и замер на ровной площадке.

Мы сразу же полезли наружу с припасами. Пока Леви и Дуглас вытаскивали мешки, Ханна подошла к месту стройки, закрыв глаза и приподняв руки. Под её усилиями грунт вздыбился. Камни, галька, спрессованная глина — всё это пришло в движение, послушно создавая стены, будто они всегда были частью этой поляны. За считанные минуты на поляне появился дом, готовый принять путников.

Мы занесли дрова, сложили пирамидкой. Энтони начал орудовать огнивом — искра упала в растопку. Сухая щепа вспыхнула с гулким треском, и пламя моментально охватило поленья, отбрасывая резкие тени на только что созданные стены. Тьма отступила за пределы укрытия.

Внутри было тесно от сумок и людей, но мы не жаловались.

— Викта, доставай рёбрышки, — бросил Леви, уже усаживаясь у огня и потирая руки. Его пальцы слегка подрагивали.

— Фу, нет! — Викта сморщила нос. — Кто будет готовить мясо змеи? Не хочу ваши ребрышки сегодня.

Дуглас, прислонившись к каменной стене, тяжело вздохнул. Металлические заклёпки на его куртке тускло отразили пламя.

— Давай уже мясо, — его голос прозвучал устало. — Я целый день следил за периметром. Хочу есть, а не слушать прерикания.

— Ладно, ладно, — уступила Викта. Она ловко достала из подпространства огромные, уже нарезанные куски. Мясо последовало на шампуры и уже вскоре разнесся чудный аромат.

— Завтра к полудню будем в Эраме, — тихо произнёс Рени, глядя на водяной шар, висевший перед ним. Внутри сферы варились пару картофелин. — Главное первые дни балов пережить, дальше будет проще.

Люций, молча наблюдавший за суетой, лишь кивнул. Его взгляд скользнул по Аспид. Девушка-драконид сидела чуть в стороне, спина неестественно прямая, а в полутьме глаза отсвечивали оранжевым. Она не участвовала в разговоре, просто слушала, чуть расширяя ноздри, ловя запахи готовки, доносившиеся от шашлычков.

Путешествие на этот раз больше походило на туристическую прогулку. Единственная, кто сейчас работал, — Ханна. Да и то: мы не вступали в бой, значит, она успеет отдохнуть за ночь. Но расслабляться даже так не стоило, поэтому пятёрка конструктов уже вела патруль.

Утренний подъём был, как всегда, ранним. Выслушав доклад Рени, мы стали собираться. В отличие от девчонок, мы спали в новом домике. Комфорт там не был предусмотрен в отличие от «многоножки». Но всё же, позавтракав, благополучно двинулись дальше. Лето вступило в силу, и теперь нас ждала только тёплая погода.

По дороге к городу наши воздушные силы решили разбавить скучное путешествие. Было забавно наблюдать, как Аспид наворачивает круги вокруг троицы парящих магесс. Те определённо двигались быстрее нашего голема, но у Аспид просто не было конкурентов. Лирин летела проворнее сестёр, но разница была не так заметна, да и в будущем ей предстояло двигаться только в их сопровождении.

Увидев стены Эрама, я оглянулся. Рот Викты был открыт, а Леви присвистнул, поднося руку к глазам, чтобы не светило солнце. Даже невозмутимый Дуглас во все глаза рассматривал их. Ведь у стены стояли десятки исполинских големов, встречавших приезжающих. Данна не мелочилась и с удовольствием создавала этих гигантов на будущее. Гиперион так и не понял, на какое такое будущее она натаскала каменюк под стены, но смирился — не мешают, и ладно. Из-за стен виднелось огромное, в пятьдесят этажей, здание, повторяющее контуры спирали.

Это был мой проект резиденции, но, поняв, сколько нужно материалов, я отдал его Дане. Только у неё могло хватить терпения на подобное. Моя же резиденция была скромнее — всего десять этажей, и сейчас там уже всё должно быть готово к нашему приезду.

«Многоножка» замедлила ход, и Ханна вышла посмотреть на големов. Зрелище и впрямь было впечатляющим. Подобные монстры во время Волны могли просто идти по противнику, нанося тому колоссальный урон. К тому же каждый шаг этой махины сопровождался ударными волнами и шрапнелью, что делало големов смертельно эффективными.

— Теперь понимаешь, насколько грани големов могущественны?

Ханна лишь кивнула, не в силах отвести взгляд. Викта, стоявшая рядом, смотрела во все глаза на стражей города.

— А зачем ей столько, если пользоваться можно только одним?

Я повернулся к ней с ядовитой улыбкой.

— А кто тебе сказал, что можно лишь одним?

Ряд недоумённых глаз устремился в мою сторону.

— Ханна, пока мы здесь, рекомендую поучиться у Данны.

Ханна закивала как болванчик, так и гляди голова оторвётся. Но я понимал, что она сейчас чувствует. Зрелище и впрямь было впечатляющим.

Оставив «Многоножку» у ворот, мы отправились в город. Пока нас не было, мало что изменилось — но всё же некоторые отличия были. Увидев чайные, я улыбнулся. Похоже, проект дошёл до реализации. Будет интересно наблюдать, оправдается он или не приживётся в этом мире. Хотя, судя по наполнению, право на жизнь у него есть.

Проходя к моему поместью, я улыбнулся: из-за ворот на меня вылетела толпа детворы. Раздались дружные крики. Одну из мелких девчонок я подхватил на руки.

— Не баловались, пока меня не было?

Вновь раздался нестройный гомон — все пытались рассказать, как хорошо себя вели. У ворот ждал Леонид с группой воспитательниц.

— Похоже, дела идут хорошо?

— Да, ваше благородие, всё в лучшем виде. В этом году у нас есть определенные успехи.

— Это хорошо. О делах — позже. Это мои одногруппники, им нужны комнаты для отдыха. Лирин, ты остановишься в замке у Гипериона или у нас?

Ошарашенная подобной встречей, Лирин лишь кивнула. Но, уловив непонимающий взгляд, выдавила из себя первое, что пришло в голову:

— Я сейчас отправлюсь домой.

— Останься на недельку. Домой всегда успеешь.

— Нет, хочу оказаться дома пораньше.

— Хорошо.

Когда мы вошли в здание, Ханна увидела уже знакомый механизм, и мы поднялись на верхние этажи. Рени сразу же направился к своим покоям. Я тоже, недолго думая, отправился к себе.

В комнате всё было прибрано. Чертежи, оставленные на досках, так и висели нетронутыми. На столе лежала гора корреспонденции.

Промелькнула мысль: Наконец-то дома.

***

Лирин шла за сестрами, которые с интересом всё осматривали. Огромное здание, принадлежавшее Люцию, было удивительно светлым. Интерьер казался скромным, но то тут, то там были выставлены вещи, которые нельзя было назвать дешёвыми. Зайдя в покои, где обосновались сёстры, она недоумённо приподняла бровь: совершенно незнакомая мебель, огромные окна и потрясающий вид с высоты птичьего полёта.

Дура… Вот что тебе стоило сказать, что останешься? Почему бы не посмотреть, что тут вообще происходит? Она уже не раз слышала, что магесса камня в Эраме — личность неординарная, но сейчас стало понятно, насколько. Но что это за дети? Все они выглядели опрятно, но в одинаковой одежде. И по их реакции сразу было видно: они знают Люция очень хорошо.

Посмотрев на сестёр, которые радостно обсуждали что-то, что они называли «диваном», она решила озвучить вопросы.

— А что это были за дети?

— Это сироты. Я как-то разговаривала с Рени о подобном.

— Сироты? И прямо в его резиденции?

— Ты уже должна была привыкнуть, что Люций не от мира сего.

— Да, но…

Фрея решила вклиниться:

— Не оценивай его нашими мерками. У него даже личных слуг нет.

— Подожди… Но ведь документы, организация работ…

Сёстры переглянулись и заулыбались.

— Да, его стол всегда завален таким количеством документов, что его просто не видно, за их стопками.

— А помнишь, как он жаловался, что с ускоренным мышлением не справляется?

Леона вскочила, копируя позу Люция, и начала коверкать его голос:

— Почему в сутках так мало времени!

Сёстры весело рассмеялись. А у Лирин начал дёргаться глаз: в её поместье было больше тридцати слуг, и сейчас десять из них — не считая охраны — должны были двигаться сюда с её каретой. Может, и правда остаться? Ну, а что я теряю, в конце концов? Ну, подумаешь, планы поменяла — с кем не бывает.

Позвонив в колокольчик, она вызвала прислугу. В помещение вошли молодые девушки.

— Сообщите барону Вилду, что Лирин Помпео принимает его предложение остаться на неделю.

— Молодой господин уже распорядился о подготовке покоев. Мы можем вас сейчас проводить.

Бровь Лирин дёрнулась. Ах ты гад, думаешь самый умный… Так ты ещё и покои мне заранее подготовил? Красная, как рак, она двинулась в свои покои под дружный смех сестёр Гельмонт.

***

Парни, недолго думая, рванули изучать город. Новые впечатления ждали их буквально за каждым поворотом. Город выглядел так, будто его выстраивали по линейке. Огромные здания тут и там захватывали дух. И самое удобное было в том, что им не заблудиться: поместье Вилда было видно из любой точки города.

К их удивлению, в центре города поместий практически не было — зато стояли огромные здания с разными услугами. Проходя мимо, они заглядывали внутрь и находили всё новые интересные места. Повсюду встречались эти странные чайные с огромными окнами. Можно было зайти выпить чай с пирожными и просто наблюдать, как люди движутся по своим делам. Чётко отделённые дороги для повозок и тротуары для пешеходов вызывали недоумение.

— Вот это я понимаю — город!

— Это всё благодаря магам камня, про которых говорил Люций.

Энтони помотал головой.

— Нет, это всё благодаря Гипериону. Только главный защитник города решает, как он будет выглядеть.

Дуглас и Леви посмотрели на друга с непониманием.

— Если бы Гиперион, к примеру, захотел всё застроить замками — так бы и было.

— То есть если Люций захочет видеть кучу маленьких домиков, то мы все будем жить в маленьких домиках?

— Да. Но судя по его резиденции — жить мы будем среди облаков.

Подойдя к центральной площади, они увидели памятник тем, кто пал при защите Эрама. Окинув взглядом знакомые мантии на постаменте, они отправились дальше. Их путь лежал к самой высокой резиденции в городе.

***

— Ваше благородие, вы должны обязательно приехать к нам! У моего отца потрясающая коллекция мечей.

— Я польщен вашим предложением. Если у меня будет время, обязательно посещу вас.

Молодая пара кружилась в танце среди десятков других. Медленная музыка разливалась по залу. Люций держался, проклиная Гипериона вместе с Даной, которые таким образом решили отметить его приезд. Это была уже третья «совершенно случайная» партнёрша, пригласившая его посетить её дом. Единственное, что его утешало, — это кислое лицо Рени, сейчас находившегося в точно такой же ситуации.

Танец закончился, и оба молодых человека двинулись к балкону чуть быстрее, чем это допускал этикет.

— Закрывай чертову дверь!

— Спокойно, я контролирую периметр. Сюда больше никто не идёт.

— Ты уверен?

— Нет конечно, могли увидеть куда мы пошли. Мне уже начали намекать о «достойных невестах».

Я рассмеялся. Похоже, мать моего друга всерьёз взяла его в оборот.

— Чего ржёшь? Ты теперь тоже завидный жених, — с ехидством процедил Рени.

— Я глава рода!

— Без наследников!

— Ладно, уел.

— Тихо, кто-то идёт.

Промелькнула тень, но шаги прошли дальше.

— Отбой тревоги.

— Проклятье, мне больше нельзя получать приглашений.

— Проблема, сюда идёт Дана!

— Как ты понял?

— Она высушила пространство вокруг нас.

— Чёрт… Значит, она не одна, мы в западне!

Четыре девушки вышли на балкон, и парни смогли спокойно выдохнуть.

— Я же говорила — они будут здесь.

— Рени, ну как тебе девочки? Мне кажется, они такие хорошенькие!

— Мам…

Раздался громкий смех. Дана перевела взгляд в мою сторону.

— Люций, а что насчёт тебя?

— Хоть одна из них была в моём детском доме?

— Эм… нет, вроде бы.

— Тогда точно нет.

Дана подошла и приобняла меня.

— Эх, мой маленький барон… Никто из аристократов не будет этим заниматься.

— Им же хуже.

Лирин посмотрела с прищуром.

— Конечно, хуже — им же неизвестно, что ты самый бедный из магов.

— Вообще-то я заработал больше тебя.

— И всё спустил.

— Можно сказать что ушли в минус. — Дополнил Рени.

— Не придирайся к мелочам. Скоро у меня будет хорошая гвардия.

— Зачем тебе всё это, если можно жить тут?

— Не начинай, мы всё уже обговорили.

— Ты хоть понимаешь, что тебя там могут укоротить на твою умную голову?

— Империю когда-то тоже укоротили.

— Так я не хочу это выслушивать! — вклинилась Агата. — Я хочу внуков!

— Мам…

— Что «мам»? Я тут сижу одна, а ты не пойми где!

— Вообще-то в столице! И вообще, вы могли к нам приехать! Да и вообще, с нами приехала куча магов — вот к ним со свадьбой и идите!

— Вот это ты сейчас парней подставил. — С укором посмотрел я.

— Тут каждый сам за себя. — Рени невозмутимо поправил пиджак.

Лирин поморщилась от постоянной смены тем, но динамику ухватила. За эти дни всё раскрывалось с неожиданных сторон. Грозный и почти безбашенный барон, врывавшийся в толпу врагов, вёл себя здесь точь-в-точь как её дед: дела — в строгом списке, проверка всего и вся, что он оставил без присмотра, бесконечные документы и доклады. Будто если он остановится — всё рухнет в ту же секунду. Как-то раз она отобрала у служанки чай и принесла его лично. Он даже не обратил на нее внимания, хотя явно работал под ускорением.

Над городом расцвели огненные всполохи. Она уже привыкла к такому завершению приёмов и теперь составляла свой план небольших действий. Ей хотелось разобраться, что происходит в этом городе. Она уже видела, как здесь обучаются юные маги и готовятся к поступлению — их тренировки были похожи на те, что устраивал Люций. Сам город разительно отличался от того, к чему она привыкла.

Но больше всего её интересовал один из замков, куда Люций собирался их вести. Крепость смотрелась так, будто была готова остановить любую атаку изнутри, что было странно. На вопросы Лирин он лишь отмахивался:

— Скоро сама всё увидишь.

Крики и шум сотрясали этаж, окрашенный в яркие, солнечные цвета. Группа младших детей с визгом носилась, перебрасывая мяч, ещё одна группа с упоением разрисовывала железные доски разноцветными мелками. Лирин стояла у стены, будто приговоренная, и не знала, куда деть руки. Её осанка, идеальная для бального зала, но здесь дети не обращали на это внимание.

И самое невыносимое было в том, что этот несносный барон сидел в углу на маленьком стульчике, склонившись над металлической доской вместе с той самой девчонкой. А эта мелкая… она будто нарочно обращала всё его внимание на себя. Вот опять она бросила на Лирин короткий, злобный взгляд — с лёгким оттенком превосходства. Лирин сжала кулаки, чувствуя, как раздражение вот вот проявится у нее на лице.

Люций уверенными движениями выводил на металлической доске контуры — лев, медведь, стая волков. Девочка рядом, ерзая на стульчике, с сосредоточенным видом перебирала цветные мелки в деревянной коробке.

— Вот, — он отодвинулся, дав ей место.

Она не заставила себя ждать. Её маленькая рука с мелом уверенно рванулась к рисунку. Грива льва мгновенно зацвела зелёным цветом. Шкура стала синей, как ночное небо. Грозный медведь превратился в розового увальня с лимонно-жёлтыми когтями. Стая волков неожиданно стала фиолетовой.

Девочка откинулась назад, чтобы оценить результат, и рассмеялась — звонко, искренне, без тени сомнения в правильности выбранной палитры. Потом тут же устремила на меня требовательный взгляд, полный ожидания.

Наконец он закончил, что-то сказал девочке на ухо, та согласно кивнула, и он поднялся, подходя к Лирин.

— Не любишь детей? — спросил я, вытирая руки о штаны.

— Не то чтобы не люблю, — отрезала она. — Просто… не было нужды с ними общаться. И выглядит это всё как минимум… странно.

— Молния считает тебя опасной, — смотря за её взглядом, который снова упёрся в девочку улыбнулся.

— Это та… девчонка? — в голосе Лирин зазвучало уже откровенное раздражение.

— Ага. Объявила, что станет моей женой, когда вырастет.

Лирин фыркнула, но её взгляд смягчился на долю секунды.

— И вот из-за таких фантазий ты с ней так… возишься?

— Она одна из тех, кто пострадал в Эраме. После того дня долго не разговаривала. Вообще. Многие дети пережили это тяжело, но для неё это был чистый ужас.

— Что ты хочешь сказать? — Лирин нахмурилась, теперь уже глядя на меня, а не на ребёнка.

— Как думаешь, почему они все здесь?

Лирин пришлось задуматься на некоторое время. Младшие — просто играли в ярких комнатах. Но средние группы, дети постарше занимались уже в других помещениях, они что-то мастерили или изучали построения под присмотром наставников. А старшие… они вели себя с невозмутимым достоинством, обсуждая что-то за столом с картами, их движения и жесты копировали манеры аристократов.

— Ты растишь себе людей, — произнесла она с пониманием. — Будущих членов своего клана.

— Нет, я ращу будущую элиту своего города. Министров, мастеров, офицеров. Тех, кто будет им управлять, когда я буду его защищать.

— Если ты станешь главным защитником, тебе всё равно выделят людей из столицы и других городов, — возразила она, зная подноготную совета.

— Ты ошибаешься. С каждым годом переселенцев будут давать всё меньше. Один год — один город. У нас всего четыре года на подготовку, и те, кто встанет у руля первыми, получат больше всех. А потом… потом это будут просто маленькие, живые крепости с горсткой переселенцев и отрядом боевых магов. Совет расширяет границы и укрепляет то, что уже отвоевал. Отодвигает пограничье.

Его слова падали, как тяжёлые камни, выстраивая мрачную, но безупречно логичную картину. Лирин молча, обдумывала.

— Так ты… с самого начала готовился к этому? К созданию не просто клана, а целого… города?

— Да, — просто ответил я. — Но совет своими новыми правилами здорово спутал мне карты. Приходится ускорятся как могу.

В её голове промелькнула мысль. Право основать город. Не просто крепость, а настоящее поселение, свои законы, свои порядки. Право, о котором мечтали все кланы без исключений.

— А что если я захочу создать свой город?

Я посмотрел на неё оценивающим взглядом.

— Тогда ты уже понимаешь, что первое, что тебе нужно начать делать уже сегодня, — я кивнул в сторону детей. — Но есть кое-что, что ты должна знать об этом мире, о старой империи, если действительно решишься на это.

— И что же?

На моем лице появилась грустная улыбка.

— Скоро увидишь.

***

Огромный замок. Сотни гвардейцев. Группа молодых магов во все глаза рассматривала происходящее. Пятьдесят гвардейцев шли в сопровождении, и вся их осанка, взгляд, хват на рукоятях оружия кричали об опасности любого из них. Проходя через проход, маги поёжились от количества бойниц и шипастых потолков. Но всё это померкло перед тем, что они увидели в центре огромного зала.

Марево мерно висело над полом, колыхаясь по непонятным законам мироздания.

— Это… это ведь…

— Причина битвы за Эрам. Тысячи гоблинов вырвались именно из этого портала.

— А совет…

— Все в курсе. Совет отправил мага для исследований, как раз сегодня он должен вернуться.

— Викта, это как раз то, чем ты, возможно, скоро сможешь пользоваться. Мы предполагаем, что твоя способность связана с пространством. А это — самое яркое проявление подобия твоей магии, которое я видел.

Та заворожённо смотрела на марево портала и лишь кивнула. Почти на автомате она подошла ближе и потянулась рукой, чтобы коснуться дрожащей поверхности.

Небольшая вспышка — и она исчезла.

Рени хлопнул себя ладонью по лицу.

— А инструктаж! Я для кого его читал?

Я похлопал его по плечу, стараясь изобразить полное понимание и солидарность. После чего он сам шагнул в портал и через пару минут вернулся обратно, таща за рукав немного посеревшую и ревущую Викту. Та, едва оказавшись в зале, тут же рванула к Аспид, захлёбываясь рассказами о том, как ей было страшно одной.

Лирин подошла поближе и выпустила свою сферу, пытаясь как-то взаимодействовать с порталом. Увидев это, Викта мгновенно прекратила реветь и тоже сосредоточенно уставилась на марево, пытаясь уловить отзвук новых граней. Видя подобное, я удовлетворённо кивнул. Славно, что они поняли, насколько это важное событие.

В этот момент портал дрогнул, и к нам направилась группа магов в белых мантиях. Впереди шёл высокий мужчина с пронзительным взглядом. Бархатные ткани, дорогие сапоги, маг времени любил дорого выглядеть.

— Люций, вернулся всё-таки.

— Лисандр. Мы завершили первый год обучения. Смотрю выбил у Филиппа костюмчик?

— Да, целую неделю пришлось работать на него. — Смахнув несуществующие пылинки продолжил. — Но оно того стоило.

Проведя необходимые приветствия, я объяснил магу времени причину нашего визита.

— Звучит интересно, пускай попробуют мы как раз вернулись с патрулирования. В ближайшее время гоблины сюда не сунутся.

Ко мне подошла Аспид, её глаза всё ещё были сужены.

— Мы пойдём туда?

— Можем. Но ты там ничего нового не увидишь. Бесконечные туннели. Мы даже сейчас не знаем, как далеко они простираются. Гвардейцы до сих пор сталкиваются с гоблинами в этих рудниках. Кроме того, обеспечить свет там — очень большая проблема. По факту возможно Эрик со своей группой мог бы справится.

Аспид понятливо кивнула и отошла к остальным.

У меня, конечно, была одна идея. Но реализовать сложно. Найти выход из этих шахт и основать там город. Но я быстро передумал. Наши гвардейцы располагались примерно на семь переходов вглубь, и ничто не говорило о том, что мы найдём выход. К тому же, портал мог вести просто на другую планету. Вероятность подобного была крайне мала, но всё-таки не нулевая.

Группа, которая всерьёз рассчитывала там пройти, должна была бы двигаться, невзирая на постоянную тьму, и тащить с собой гору припасов. Но даже Дана не смогла понять, на какой глубине проходят эти шахты. Хотя, с другой стороны, она и не могла надолго оторваться от города — даже сейчас Эраму требовался её постоянный присмотр.

Видя, что обучение идёт полным ходом, я кивнул — своим мыслям.

— Ну что, идём в мастерскую к Филиппу?

— Да. Думаю, его порадуют наши гостинцы.

— Первая партия — моя.

— Да-да, помню.

Уходя я заметил как Викта снова предприняла попытку потрогать марево и снова пропала, Аспид отправилась следом.

Направившись к выходу, мы оказались неожиданно вдвоём — остальные решили посмотреть, что будет дальше. Препятствовать изучению я не стал. В конце концов, когда мы впервые увидели портал, то чувствовали нечто подобное. Сейчас же он уже не вызывал такого трепета.

Очередной солнечный день радовал тёплыми лучами. Мы пешком двигались к ещё одному замку — с кристаллическими вкраплениями в стенах. Филипп, к моему удивлению, выбрал для проживания северный замок, который пострадал больше всех при нападении. Хотя отчасти это было понятно: в этот замок никто не хотел переселяться, что сыграло ему на руку. Гвардейцев здесь было куда меньше, чем у порталов, зато мастеровых — десятки. Мы не скупились на финансирование этого проекта.

Нас у входа поприветствовал один из гвардейцев и тут же нашёл слугу, который повёл нас в одну из мастерских Филиппа. Из соседних помещений доносился грохот и чьи-то отчаянные крики — кто-то явно напортачил с работой и теперь отдувался. В нос ударил едкий запах лака — похоже, рядом кипели покрасочные работы.