Данная книга предназначена только для предварительного ознакомления!

Просим Вас удалить этот файл с жесткого диска после прочтения. Спасибо.

Публикация данных материалов не преследует за собой никакой коммерческой выгоды.

Непроглядная тьма сжимается вокруг, пока я лежу на чужой кровати. Тело налито свинцовой тяжестью, неподвластное воле. Но сознание ясно — я чувствую всё. Его губы, мягкие и тёплые, касаются моих. Руки ласково скользят по остывшей коже. А тихие, успокаивающие слова, что он шепчет в темноте, лишь разжигают во мне отчаянное желание бороться. Он умоляет меня вернуться — и я хочу этого больше всего на свете.

Боже, позволь мне вернуться. Он так во мне нуждается. Не может пережить ещё одну потерю. Боль, что обрушится на него, будет непереносимой. Господи, избавь его от этой муки. Снова.

Я больше не могла выносить страдания в его голосе. Пыталась шевельнуться — раз за разом — но тело оставалось безжизненным грузом. Если бы я только могла открыть глаза… Тогда он больше никогда не услышал бы отказа. Я говорила бы ему «да» каждый миг. И если пройду через это сейчас — смогу пережить что угодно.

Он — смысл моего существования. Причина жить, дышать, любить.

Январь 2012

Спустя некоторое время нас разбудили мои родители, пришедшие меня проведать. Энди медленно начал подниматься с кровати, но отец остановил его:

— Вы вдвоем смотритесь очень умиротворенно. Не вставай, сынок. Извините, что разбудили вас, но, Энди, как же мы рады видеть тебя отдохнувшим.

После отец обратился ко мне:

— Что касается тебя, юная леди, слава богу, что с тобой все в порядке.

Его глаза наполнились слезами, он наклонился ко мне и нежно поцеловал в лоб, а затем отступил назад, чтобы уступить место маме. Она слегка сжала мою руку.

— Mija, мы так испугались.

Я улыбнулась им обоим.

— Со мной все в порядке, честно. Какое-то время из-за синяков еще будет больно, но, во всяком случае, у меня ничего не сломано.

Мы немного поговорили, я рассказала им об исследованиях, проводимых врачами сегодня утром. Энди по-прежнему лежал на кровати рядом со мной; я думала, что от этого буду чувствовать себя некомфортно рядом с родителями, но, как оказалось, это не так. Как только они собрались уходить, в палату зашел врач с результатами моих анализов.

— Зоуи, у меня хорошая новость. Похоже, сегодня вы сможете отправиться домой. Мы изучили результаты КТ, кажется, что все в норме, — произнес он. — Чуть позже мы пришлем сюда кого-нибудь для оформления выписки, я выпишу лекарства, которые вы будете принимать при необходимости, и можете ехать домой.

Какое счастье снова оказаться дома. Мне нужен хороший горячий душ и простая еда. Я была готова очутиться в своей тихой квартире и провести время со своим мужчиной.

Родители поцеловали меня на прощание, а Энди оставшуюся часть дня провел со мной на больничной койке за просмотром телевизора. Пока мы ждали, когда будут подписаны все бумаги для выписки, мне принесли обед. Один взгляд на еду, находящуюся на подносе и меня затошнило. То же самое было, когда мне приносили еду на обед днем ранее. Мясной бульон, булочка и желе. Омерзительно.

— Просто поешь, — нежно попросил Энди, увидев отвращение на моем лице. — Ты с четверга практически ничего не ела и тебе нужно подкрепиться. Когда мы вернемся домой, я приготовлю тебе что-нибудь вкусненькое.

— Ну, хорошо, босс. Я съем это. — На мое счастье, выписали меня вскоре после обеда.

Энди принес мне спортивные брюки и мою любимую толстовку. Я улыбнулась, вспомнив, как он стаскивал ее с меня в прошлый раз. Он помог мне снять больничный халат, и я обратила внимание на его побледневшее лицо: мои ушибы вызывали у него слишком сильное беспокойство.

Вместе мы собрали вещи, Энди упаковал их в сумку и подогнал мою машину ко входу в больницу. Я терпеливо ждала на кровати, пока привезут инвалидное кресло. В палату вошла медсестра, которую я прежде не видела. Представившись, она повезла к ожидавшей меня машине.

— Итак, приличную ли вмятину на «ауди» оставила моя голова? — спросила я у Энди, одновременно потянувшись вперед, чтобы самой взглянуть на повреждения; движение вызвало у меня болезненные ощущения.

— Нет, — грубо ответил он, явно не желая об этом говорить. Он открыл дверцу и помог мне забраться внутрь. Попытка пристегнуть самостоятельно ремень безопасности оказалась неудачной, он наклонился и сделал все за меня.

Поездка домой из больницы оказалось ужасной, но я хотела поскорее оказаться дома, в своей квартире. И неважно, что даже самая маленькая кочка на дороге отзывалась во мне болью. Энди припарковался как можно ближе к входной двери и помог мне зайти внутрь. Ушибы на бедре и ногах превратили подъем по лестнице в мучение. Я едва могла стоять, поэтому Энди аккуратно подхватил меня на руки и понес дальше. Я положила щеку на его плечо, вдыхая его запах на всем пути.

Он уложил меня на диван, включил музыку на айподе и сделал мне сэндвичи. Я умирала от голода, а бульон и желе в больнице лишь только его усилили. Проглотив пару сэндвичей, я долго и жадно пила воду из стакана. Энди принес мне еще пакет с печеньем «Oreo», который я держала в дальнем углу кухонного шкафа в качестве спасения при ПМС. Он не знал, для чего они были предназначены, но я и их съела.

Энди занялся уборкой моей и так уже чистой квартиры, а я осталась сидеть в одиночестве в гостиной, поедая свой десерт. Он был очень услужлив, проявляя заботу обо мне, но держался немного отстраненно. Без сомнения, что-то ему не давало покоя. Как только я покончила с печеньем, он тут же оказался рядом, желая узнать, что мне еще потребуется.

Оказаться снова дома было очень здорово, но я чувствовала себя отвратительно, проведя три дня без душа, и отчаянно нуждалась в горячей ванне и зубной щетке.

— Пожалуйста, поможешь мне принять ванну?

— Конечно, — ответил он напряженно. — Оставайся здесь, а я пойду и все приготовлю.

Поскольку в моей ванной комнате была установлена только душевая кабина, он направился в гостевую ванную и включил воду. Я наблюдала, как Энди ходил по коридору туда и обратно, каждый раз перенося полотенца и остальные принадлежности для ванны. Когда я услышала звук выключения воды, он вышел оттуда, чтобы забрать меня.

— Ужас, чувствую себя инвалидом, — застонала я, когда он помог мне встать с дивана и пройти вдоль коридора. Я держалась за тумбочку в ванной в качестве подстраховки, пока он снимал с меня одежду, бросая ее в кучу на пол.

— Присоединишься ко мне? — пригласила я его. Он ничего не ответил, а лишь скинул одежду. — На самом деле мне, в первую очередь было необходимо почистить зубы.

На тумбочке лежали зубная щетка и паста. Во время чистки зубов, я снова почувствовала вкус крови во рту; посмотрев в зеркало, глазами пробежала по своему израненному телу, взглядом остановившись на ребрах, сплошь покрытых потемневшими синяками. Энди и Саша были правы. Мне следует немного поправиться. Жутковато смотреть на выступающие ребра из-за синяков на теле.

Я почувствовала на себе взгляд Энди. Он сидел на краю ванны, пристально рассматривая меня, его глаза странствовали по моему побитому телу. Он поднял голову, и наши взгляды встретились в зеркале. Казалось, что это он испытывает сильную боль, а не я. Он проглотил комок в горле и отвел глаза в сторону, проведя руками по волосам и лицу.

Я быстро закончила чистить зубы, сплюнула, заметив кровь в раковине, и прополоскала рот водой, а после направилась к ванне. Мученическое выражение на лице Энди вызывало у меня печаль и грусть. Он очень нежно взял меня за руки, притянул так, что я разместилась у него между бедер, и начал покрывать поцелуями мои израненные ребра.

— Тебе очень больно? Если хочешь, я могу дать тебе таблетку.

Я медленно покачала головой.

— Все что мне нужно — это ты и ванна. И я вмиг буду, как новенькая.

Он первым шагнул в ванну, после помог мне забраться в нее. Энди присел на край, усадил меня, а потом осторожно устроился позади меня. Теплая, пахнущая смесью лаванды и ванили вода окружала нас. Вау, это просто рай. Горячая ванна с потрясающим мужчиной, чего еще желать девушке?

Где-то он нашел большой пластиковый стакан и, наполнив его водой, полил мою голову, смачивая волосы. После того как они полностью намокли, он наклонился и поцеловал мое ушибленное плечо. Я откинулась назад, опираясь на его грудь, и расслабилась.

Полежав так немного, он пошевелился и, прежде чем заговорить, глубоко вздохнул.

— Давай я помою тебе голову.

Он помог мне сесть прямо, снова намочил голову и намылил ее шампунем, особенно аккуратно он касался ушибленной части. Смыв шампунь с волос, он нанес на них кондиционер, а после, выдавив на руку гель для душа, нежно стал массировать спину и плечи.

Энди притянул меня обратно к себе на грудь, выдавил побольше мыла на руку, чтобы помыть оставшуюся часть моего тела. Я подняла вверх неповрежденную руку и обняла его за шею, пробежав кончиками пальцев по его коротким волосам. Закончив меня мыть, он положил свои влажные, намыленные руки на мою грудь — от его прикосновений мои соски затвердели.

Несмотря на всю ту боль, которой было наполнено мое тело, оно все еще жаждало его и тех ощущений, которые он мне дарил.

— Пожалуйста, — прошептала я. — Ты мне нужен.

Он слегка подразнивал мою грудь, нежно сжимая соски своими сильными пальцами. Какие же приятные ощущения. Я тихо застонала, закрыла глаза и, раздвинув колени, удобно устроилась у него между ног. Энди понял намек, его рука заскользила вниз по груди к животу, опускаясь под воду, поглаживая и лаская меня. Его пальцы совершали медленные, круговые движения.

— Уверена, что с тобой все хорошо? Я не хочу причинять тебе боль.

— Ммм, я чувствую себя замечательно, — задыхаясь, прошептала я. — Пожалуйста, не останавливайся.

Движения его пальцев сводили меня с ума, словно он не прикасался ко мне в течение нескольких недель. Я больше не могла сдерживаться. Мне нужно было быть с ним прямо сейчас, я резко села, не беспокоясь о боли, которую причиняло мне движение.

— Что ты делаешь? — встревоженно спросил он, когда я начала приподниматься.

— Я хочу быть с тобой прямо сейчас. Я не могу больше ждать, — прошептала я, услышав отчаяние в своем собственном голосе.

Его брови удивленно поползли вверх, когда он осознал смысл моих слов, а после нахмурились от беспокойства.

— Нет, на тебе слишком много синяков. Я не хочу причинить тебе боль. Откинься назад, и я закончу то, что начал.

Черт, благородный человек.

— Ты можешь хотя бы на пять минут забыть о том, что ты такой хороший парень? Я обещаю, что это не займет много времени, — рассмеялась я. Но тут же обрадовалась его отказу. Пока я лежала в больнице, то не принимала противозачаточные таблетки.

— Садись, — скомандовал он очень сексуально, указывая мне занять место между своих ног.

Я закатила глаза, но сделала так, как он сказал.

— И кто из нас теперь командует? — проворчала я и прислонилась обратно к его груди. Его рука нырнула под воду и, как и подобает хорошему парню, Энди сделал то, что обещал, и в течение нескольких минут довел меня до оргазма.

Потом мы нежились в теплой воде.

— Давай закончим водные процедуры и пойдем в постель, — предложил он.

Кровать была последним местом, где бы я сейчас хотела оказаться. У меня было ощущение, что я пролежала в ней целую неделю. Прежде чем смыть с моих волос кондиционер, он уселся на край ванны, оставив ноги в воде. Я быстро умыла лицо водой из-под крана. И когда я закончила, Энди протянул мне полотенце.

Вот так сидя здесь, Энди смотрелся невероятно: загорелое, татуированное тело с хорошо накачанными мышцами. И пока он мочалкой мыл мои ноги и ступни, я видела, каким твердым он становился с каждым прикосновением, хотя и пытался скрыть свое состояние. Несколько раз ему пришлось переместить ноги так, чтобы загородиться от моего взгляда, прежде чем схватить полотенце и положить его к себе на колени, прикрываясь. Закончив, он осторожно опустил мою ногу в воду, смывая мыло. И в этот момент, полотенце, которым он прикрывался, упало в воду, полностью обнажив его.

Поскольку он отлично позаботился о моем удовлетворении, мне хотелось доставить ему такое же. Расставив ноги, я с помощью рук, опустилась на гладкое дно ванны, устраиваясь у него между колен. Когда я взглянула на него, на его лице было уже хорошо мне знакомое выражение.

— Зоуи, я знаю, что ты делаешь. Я не хочу, чтобы тебе было больно…

Я вытащила руку из воды и схватила его.

— Тсс. Я больше не хочу слышать от тебя ни единого звука, — произнесла я, глядя на него хитрым взглядом. Он поднял руки в знак капитуляции.

Он был скользким от мыла, поэтому я ласкала его медленно, легко скользя рукой по его гладкой твердости. Придвинувшись ближе, я взяла его в рот, дразня языком головку его члена, всасывая и обводя ее так, как ему нравилось, а другой рукой слегка сжимала его мошонку. Его дыхание участилось, и он не сводил с меня взгляда, пока я доставляла ему удовольствие. Я находила это очень эротичным. Мне нравилось наблюдать за ним, когда он вот так смотрел на меня.

Благодаря этому мужчине во мне пробуждалось что-то, чего я не чувствовала ранее. Мне хотелось проделывать с ним всякие вещи, о которых я раньше только читала или слышала от друзей. Даже несмотря на то, что до него у меня были мужчины, ни один из них не делал для меня того, что делал он. Мне хотелось изучить каждый дюйм его тела, узнать, что ему нравится, а что не доставляет удовольствия, быть уверенной, что он всегда будет удовлетворен и не жаждет ощутить чьи-либо другие прикосновения, кроме моих.

Одно было ясно точно: Энди нравилось играть с моими волосами во время минета. Я почувствовала солоноватость на своем языке и поняла, что он уже близок. Я немного отодвинулась назад, продолжая дразнить языком и губами головку члена, одновременно работая рукой. И спустя мгновение он кончил, издав глубокий гортанный стон, а потом соскользнул вместе со мной обратно в ванну, пока я проглатывала сперму.

— Прямо сейчас у тебя будут огромные неприятности, — произнес он, пока я его мыла.

— Лично я не возражаю, — с улыбкой ответила я. — Оно того стоило.

Он помог мне выбраться из ванны и обтер меня полотенцем.

— Знаешь, а я могла бы привыкнуть к этому.

— В следующий раз, когда захочешь принять вместе со мной ванну, не надо ради этого оказываться в больнице. Всего лишь попроси, ладно? — пробормотал он, вытираясь сам.

Вот черт, он что злится на меня? Мне это показалось или я настолько устала, что нуждаюсь в обезболивающих.

— Прекрасно, — ответила я, пытаясь поднять свою покалеченную ногу, чтобы просунуть ее в пижамные штаны. Жгучая боль пронзила бедро, заставив меня поморщиться. Я ухватилась за край столешницы и поставила ногу на пол, прежде чем успела потерять равновесие.

— Боже мой, Зоуи! — прорычал Энди, бросившись ко мне и успевая подхватить меня. — Не лучше ли было позволить мне помочь тебе вместо того, чтобы пытаться все делать самой?

Он точно зол на меня!

— За что ты на меня сердишься? — спросила я его, защищаясь.

Энди помог мне одеться.

— Я не злюсь на тебя, просто не был готов увидеть тебя всю в синяках. Прости меня, если ты так подумала. Позволь мне позаботиться о тебе. Я не знаю, что бы я делал без тебя. Ты все, что у меня есть, я не могу и тебя потерять.

В отчаянии он начал водить рукой вверх-вниз по линии челюсти. Так вот что это было. Я руками обхватила его за талию.

— Я никуда не денусь. Клянусь, что со мной все в порядке, — я обняла его крепче. Это причинило мне боль, что меня мало волновало. Но он не обнял меня в ответ. — Почему ты не обнял меня?

Он вздохнул.

— Потому что не хочу причинять тебе боль. Не забыла, твое тело покрыто синяками?

Как я могла забыть?

— Перед сном я выпью таблетку, — я повернулась, оставив его стоять обнаженным посреди ванной. Мой мозг был затуманен от боли, и мне хотелось забыть о том, что только что произошло.

На кухне я налила стакан воды и запила таблетку, прописанную врачом. Затем я решила найти Джеймса, который точно позволит мне обнять его, не боясь при этом сделать больно. Я поковыляла к своим соседям и постучала в дверь Уилла и Джастина.

Спустя минуту дверь открыл Уилл.

— Зоуи, боже мой, ты уже дома. Джастин, она вернулась! — крикнул он в направлении кухни. — Входи же! Быстрее!

Ребята взяли меня за руки и помогли устроиться на диван между ними. Мы немного поговорили о том, что произошло в тот вечер.

— Парни, я бы хотела вас поблагодарить, что помогли Энди добраться до больницы и за заботу о Джеймсе. Как только я поправлюсь и вернусь к нормальной жизни, обещаю приготовить для вас все, что пожелаете.

В ответ они оба приветливо улыбнулись, но я поняла, что они что-то скрывают.

— Его необходимо было отвезти в больницу, иначе бы его удар хватил. Я еще никогда в своей жизни не видел человека столь безутешным от горя. И не мог позволить ему сесть за руль, — признался Джастин.

Неужели это правда? Тут же меня захлестнула вина за мое раздражительное поведение по отношению к нему.

Уилл встал и отправился за Джеймсом.

— Зи, мы так рады, что ты снова дома. Мы очень за тебя волновались, — произнес Джастин, в этот момент Уилл вернулся в комнату, держа в руках моего маленького оранжевого пушистого котенка.

— А вот и он. Как же я соскучилась по нему, — я неуклюже подняла руки, чтобы забрать его у Уилла, и от плеч до кончиков пальцев пронеслась боль. — Ой.

Брови Джастина озабоченно выгнулись.

— С тобой все хорошо?

Я кивнула.

— Да, я в порядке. Таблетка еще не подействовала и не сняла боль.

Энди ввалился сквозь открытую дверь, по его лицу было видно, как он зол.

— Зоуи, вот ты где. Могла бы предупредить, что отправилась сюда.

— Прости, я всего лишь хотела поздороваться и забрать Джеймса, — ответила я, чувствуя себя виноватой за его беспокойство обо мне. Я повернулась к Уиллу и Джастину.

— Ребята, мне лучше вернуться к себе. Кажется, меня ждет наказание, что я тайком пришла к вам.

Энди развернулся и направился к двери. Надо отметить, без всякого терпения. Он явно был недоволен мной.

Джастин шагнул по направлению ко мне, чтобы помочь подняться.

— Зи, дай бедному парню остыть. Он любит тебя. Ты бы видела его в тот вечер, после звонка Джесс. Я уж решил, что он вышибет нам дверь, так он по ней колотил. Он понятия не имел, где находится больница, и единственной его целью было добраться до тебя.

Понимая реакцию Энди на мою травму, я чувствовала себя невероятно виноватой за свои поступки по отношению к нему.

— Спокойной ночи. Спасибо, что позаботились в мое отсутствие о двух моих самых любимых мужчинах.

Вернувшись обратно в квартиру, Энди запер дверь, и мы, не произнеся друг другу ни слова, направились в спальню. Я заползла в кровать, уложив Джеймса поверх одеяла, и стала играть с ним рукой. Энди сидел рядом с нами, погруженный в свои мысли.

— Пожалуйста, поговори со мной, Секси, — я назвала его придуманным мной прозвищем, чтобы снять напряжение. Он снова потер руками по линии подбородка.

— Энди, прекрати так делать, пожалуйста. Я поправлюсь в самый кратчайший срок.

— Я не могу ничего с собой поделать, — признался он. — Клянусь, что когда Джесс позвонила и сообщила, что ты ранена… и без сознания… Я решил, что ты умерла. Ты даже себе не представляешь, что я тогда почувствовал.

От его слов сердце мое наполнилось болью, едва я представила, что он тогда почувствовал. Мне хотелось пододвинуться и обнять его, но таблетка все никак не действовала, и невозможно было сделать ни малейшего движения, чтобы он не увидел, насколько мне больно. А мне нужно было убедить его, что со мной все хорошо.

— Прости, что тебе пришлось пройти через все это, но моей вины нет в том, что на меня напали, и я оказалась на больничной койке. Кроме того, ты уже забыл заключение врачей о том, что я здорова? Ты же был там, вместе со мной. — Джеймсу наскучило играть с моей рукой, и он прыгнул на коленки Энди, тут же заснув. Повезло этому маленькому засранцу. Мне тоже хотелось забраться к нему на колени и заснуть в его объятиях.

— Ты тоже меня прости, — сказал он, виновато глядя на меня. — Ты права. Я вел себя как эгоистичный болван. Не знаю, что буду делать, если потеряю тебя. Ты — все, что у меня есть.

«К черту эту боль», — подумала я, приникая к нему и обхватывая его руками. Хорошо, что он сидел по левую сторону от меня, тупая боль не так сильно запульсировала.

— Клянусь, ты никогда не потеряешь меня, — прошептала я.

— Я сейчас вернусь, — он подождал, пока я его отпущу, потом встал и, взяв Джеймса, направился с ним в прачечную, чтобы уложить его там спать.

Ожидая его, я вертелась, подыскивая удобное положение. Похоже, мне придется спать на левом боку, пока не пройдет боль. Вернувшись, Энди снял одежду, оставшись в одних боксерах. Он стал ложиться в кровать, когда я остановила его.

— Эй, ты практически уже живешь здесь? Ты можешь спать в чем угодно, даже без одежды. Что для меня предпочтительнее, — улыбаясь, произнесла я. — Я хочу, чтобы здесь ты чувствовал себя как у себя дома.

Энди просунул пальцы под пояс и устроил целое представление, прогибаясь в талии и стягивая боксеры вниз. Отступив назад и ухмыльнувшись, он нацепил их на указательный палец и несколько раз повертел ими, прежде чем бросить на пол.

— Для тебя все что угодно, Зоуи, чтобы ты почувствовала себя лучше, — он выключил лампу и скользнул под одеяло. Он смотрел на меня, но не прикасался.

— Я не сломаюсь. Можешь прикоснуться ко мне.

Он наклонился и погладил большим пальцем мою щеку.

— Когда-нибудь я пойму это, — прошептал он угрюмо, прежде чем поцеловать меня, и отодвинулся на свою часть кровати.

Следующие несколько дней пролетели мгновенно. Сегодня уже пятница, и через два дня Джесс, Саша и я будем на пути в Кабо. Синяки на теле приобрели зеленовато-желтый оттенок, но в местах ушиба они все еще были фиолетовыми.

К счастью, я уже могла обходиться без обезболивающих препаратов. Боль они облегчали, но, принимая их, я чувствовала себя заторможенной и стала замечать, что забываю о некоторых событиях или вещах, о которых говорила. В течение этой недели помощь Энди была бесценна, но с приближением воскресенья, дня моего отъезда в Кабо, он становился все более задумчивым.

Мы оба пребывали в плохом настроении, и, чтобы сгладить как-то ситуацию, я приняла решение, что до самого отъезда мы все время будем проводить вместе, как это было до несчастного случая. И единственный способ, который нам поможет, как я считала, — интимная близость. Я не хотела во время секса использовать презервативы, как мы решили еще на Рождество, когда начали встречаться. Но наши планы были нарушены из-за того, что я попала в больницу, где не имела возможности принимать противозачаточные таблетки. А других возможностей быть с ним, чувствовать его без риска забеременеть, не было.

Нам необходимо было вернуть нашу связь, прежде чем мы вынуждены будем разлучиться друг с другом. Я не могла потерять его.

Сегодня утром у меня была назначена встреча с моим психологом, доктором Дженсен. Не имея возможности ходить на работу, дабы не умереть со скуки, после приема я направилась по магазинам. В моем списке на первом месте стоял поход в «Виктория Сикрет», где я приобрела кремовую прозрачную комбинацию и в тон ей стринги, которые, я знала, сведут Энди с ума. По пути домой я сделала еще одну остановку и купила несколько свечей разных форм и размеров для создания романтического настроения.

И хотя мысль об использовании презервативов была мне отвратительна, я купила и их.

Вернувшись к себе, я по-быстрому постирала новую комбинацию и трусики и повесила их сушиться в запасной спальне. Расставив свечи по всей комнате, я сменила постельное белье. Закончив с этим, я приняла продолжительный душ, подготавливая себя, как я надеялась, к незабываемой ночи.

Я знала, что у Энди вскоре закончится рабочий день, поэтому написала ему сообщение и попросила его сначала зайти к себе и принять душ, а потом сразу же пойти ко мне. Я упомянула, что после недельного безвылазного сидения в четырех стенах мне хотелось выбраться поужинать. Как только я услышала звук вставляемого ключа в замок, мгновенно, насколько позволяло мне все еще больное бедро, помчалась в спальню, уселась на колени в центре кровати и стала ждать его появления.

— Зоуи? — крикнул он.

— Сюда, — в ответ отозвалась я, прикрывая крошечной комбинацией свой большой синяк на бедре. Волосы свободными волнами спадали по моим плечам, глаза и губы были немного подкрашены. Коробку с презервативами я спрятала в ящичке ночного столика рядом с кроватью. Это была единственная деталь, немного омрачавшая вечер.

Я зажгла все свечи, их романтический отблеск разливался по моей большой спальне. Закрыла все шторы на огромных окнах, придавая комнате атмосферу уединенности, поскольку не хотела, чтобы Энди через окна своей спальни смог увидеть обстановку в моей комнате до своего прихода. Никогда ранее мне не приходилось предлагать себя мужчине подобным образом. И я не знала, как он поведет себя в этой ситуации, учитывая, какими напряженными стали наши отношения.

Звуки его шагов эхом отдались в коридоре; войдя в спальню, он тут же замер как вкопанный. Он оглядел комнату, осматривая каждую деталь, прежде чем остановить свой взгляд на мне.

— Что все это значит, Зоуи? — робко спросил он, подходя к подножию кровати. Он не сводил с меня пристального взгляда, затем пробежался глазами по всему моему телу и после снова посмотрел мне в глаза.

— Ты выглядишь потрясающе, — прошептал он, не двигаясь с места.

— Ты тоже, — ответила я, начиная ощущать тревогу. Мне сложно было предсказать, что будет дальше, поэтому я решила сделать первый шаг. Я встала на колени и осторожно поползла к краю кровати. Бедро все еще продолжало ныть, но я не собиралась позволить этому нарушить мои планы.

Как всегда, на Энди была рубашка, застегнутая на все пуговицы, начиная с верхней, и я стала ее расстегивать. С каждой расстегнутой пуговицей его дыхание учащалось, отчего он покачнулся на месте. Расстегнув полностью рубашку, я стянула ее с плеч, позволяя упасть на пол.

— Пожалуйста, пойдем в постель, — прошептала я. — Я хочу, чтобы сегодня вечером ты занялся со мной любовью.

В его глазах отразился огонек желания, когда, протянув руку, он схватил шелковую ткань моей комбинации, потирая ее большим и указательным пальцами. Энди не меньше моего хотел сегодняшней ночи. Я сжала в кулак футболку, которая была на нем, и притянула его ближе к себе. И тут же наши губы соединились, пожирая друг друга. Мой язык оказался у него во рту, стремясь прикоснуться к его языку.

— Ложись в постель, — снова прошептала я. Медленно я начала отодвигаться назад, продолжая удерживать его за футболку. У него не оставалось другого выбора, как только последовать за мной на кровать. Итак, вдвоем, сидя на коленях в центре постели, мы неистово целовали друг друга, словно два человека годами лишенные близости. Его руки блуждали по всему моему телу, нежно сжимая мою обнаженную задницу. Мое сердце затрепетало в груди, потому что мы, наконец, перевели наши отношения на другой уровень.

На его лице отразилась усмешка, когда я передвинулась на его часть кровати и легонько подтолкнула его, заставляя лечь на спину. Во время движения мое бедро напряглось, заставляя меня поморщиться. Хорошо, что Энди не успел обратить на это внимание. Я быстро соскочила с кровати, достала упаковку с презервативами из ящика и положила их на столик. Энди одарил меня недоуменным взглядом, поняв, что находится в упаковке, и мне пришлось объяснить, почему нам придется их использовать.

— Пока я лежала в больнице, я не принимала противозачаточные. — Он коротко кивнул в знак понимания, пока я устраивалась на постели. Когда я улеглась, еще один приступ боли пронзил мое бедро. На этот раз Энди успел заметить, как я поморщилась, но ничего не сказал. Я лежала на боку, лицом к нему и нежно притянула его лицо к своему. Ровное биение сердца ускорилось, как только он прикоснулся ко мне.

Спустя несколько секунд я вынудила его лечь на спину, поднимая его футболку вверх. Он приподнялся, чтобы мы смогли ее снять. Медленно я целовала и облизывала каждый дюйм его великолепного тела, восстанавливая в памяти наши прикосновения. Его руки запутались в моих волосах, его остервенелые поцелуи заставляли мое тело трепетать и подрагивать в предвкушении.

Со стоном я быстро поднялась и сняла с него оставшуюся одежду. Не прерывая поцелуя, он усадил меня сверху, его руки заскользили вниз к моим трусикам. Энди ласкал мой клитор, затем его пальцы заскользили внутри меня туда и обратно, и он прошептал:

— Зоуи, я так чертовски сильно люблю тебя. Не представляю, как я буду без тебя.

Его слова притупили боль в моем сердце из-за напряжения, возникшего между нами, с тех пор как меня выписали из больницы. Я двинула вперед бедра навстречу его руке. Это движение приблизило меня к оргазму, и я нежно прикусила его шею, отодвигая этот сладостный момент.

— Я так соскучилась по твоим прикосновениям, — произнесла я, вдыхая его запах у основания шеи, мои руки опустились вниз и обхватили его член. Он был твердым и готовым, так что я схватила презерватив, разорвала упаковку и раскатала по всей длине его ствола.

— Зоуи, ты уверена, что все в порядке? Не сомневаюсь, ты по-прежнему испытываешь боль, — сказал он, пока я возилась со своими трусиками, пытаясь их снять, не напрягая бедро. Комбинацию я решила не снимать, скрыв ей синяки, которые он мог заметить, и тем самым положив конец моим планам.

Он оказался прав. Целый день я провела на ногах, отчего бедро безумно болело, но меня это ни капельки не волновало. Я хотела его. Я опустилась рядом с ним, побуждая его взять на себя инициативу. Наши руки путешествовали по телам друг друга, пока мы целовались и любили друг друга, наверстывая упущенное время. Как только Энди оказался надо мной, устраиваясь у меня между ног, бедро не выдержало, и острая вспышка боли прокатилась по моему телу, начиная с тазовой кости до самого колена. Как бы я ни старалась удержать стон, было слишком поздно.

Энди вскочил с кровати, поворачиваясь ко мне спиной. Его плечи поникли, а затем я услышала, как он торопливо снимает презерватив. Он издал резкий вздох от испытываемой боли. Шок и смятение наполнили мои мысли, когда он наклонился и, собрав с пола всю свою одежду, отправился к себе.

— Прости, но мы не станем этого делать, пока ты полностью не поправишься. Ты вся в этих чертовых синяках, и я не могу прикоснуться к тебе, не причинив боли. Этого не должно было случиться, — пробормотал он, руками взъерошивая волосы. И не взглянув на меня, отправился в ванную, закрывая за собой дверь.

Горячие слезы отвержения полились по моим щекам, я встала и подошла к комоду, достав оттуда пижаму, и натянула ее. Свой новый комплект нижнего белья я бросила в пустую мусорную корзину, стоящую рядом с моим небольшим письменным столом; прихрамывая, обошла комнату и задула ранее зажженные свечи. Комната наполнилась дымом, прежде чем я вспомнила о пожарной сигнализации и поспешила открыть все окна, запуская свежий воздух с улицы. Включив ночник, села на край кровати дожидаясь возвращения Энди из ванной.

Когда он, наконец, появился, в его взгляде было больше злости, чем расстройства. Не знаю, на кого он был зол — на меня или на себя. Эмоциональная пропасть между нами была настолько глубокой, что выносить это было уже невозможно, и сейчас мне хотелось одного — остаться в одиночестве. Я посмотрела на мужчину, которого любила больше всего на свете и произнесла то, что, как я думала, никогда не скажу:

— Пожалуйста, уйди.

— Зоуи, мне очень жаль, но я не могу…

Устав от этих слов, я зажала рот рукой, стараясь сдержать рыдание.

— Энди, пожалуйста, уходи. Прямо сейчас я хочу побыть одна. Я... Мне нужно время, чтобы подумать.

— Подумать о чем? — спросил он тихо. Он стоял посереди моей спальни, словно статуя, в ожидании моего ответа.

— О нас.

— Что ты имеешь в виду под словом «нас», Зоуи? — спросил он, вставая передо мной на колени. Тревога, появившаяся в его глазах, показывала мне, что он не имел ни малейшего представления, как понимать мои слова.

От его непонимания вся моя боль превратилась в гнев. Мы отдаляемся друг от друга. Как он может быть таким слепым?

— Просто уйди нахрен, — заплакала я, не в состоянии даже взглянуть на него.

Энди встал и пошел прочь, но остановился в дверях.

— Я люблю тебя, — произнес он, повернулся и оставил меня одну в квартире.

Час спустя, я все еще продолжала сидеть на краю кровати, пребывая в замешательстве от наших с Энди отношений. Что же пошло не так? Последствия сегодняшнего вечера потрясли меня. Единственное, о чем я мечтала — это сон, и отправилась на кухню за обезболивающим.

Спальня полностью проветрилась от дыма. Закрывая окна, я увидела Энди, сидящего на верхней ступеньке перед своей квартирой. Я стояла у окна, он сидел на ступеньках, и мы наблюдали друг за другом. До сих пор ли мы вместе? И была ли для нас еще надежда? Как же мне хотелось, чтобы так и было. Я задернула занавески, оставив не зашторенным одно окно, зажгла свечу в маленьком подсвечнике и поставила ее на широкий кирпичный подоконник в знак примирения. После заползла в постель, выключила лампу и провалилась в тревожный сон.

Проснувшись утром следующего дня, я обнаружила своего великолепного мужчину, полностью одетым и лежащим позади меня, прижимаясь к моему телу. Он вернулся, пока я спала.

— Я очень сильно буду по тебе скучать, — прошептал он.

— Я тоже буду скучать. Чем планируешь заниматься, пока я буду в отъезде? — спросила я, стараясь дать себе время, чтобы полностью проснуться и понять, каковы наши отношения после случившегося накануне вечера.

— Волноваться, — ответил он сухим тоном. Я перевернулась и придвинулась к нему еще ближе.

— Пожалуйста, не надо, — попросила я, прижимаясь лбом к его лбу и закрывая глаза. Мы перегнули палку. Прошлый вечер был ужасен.

Энди сделал глубокий вдох и выдохнул.

— Мне очень жаль, Зоуи. Я до сих пор не могу отойти от того случая, а сейчас ты еще уезжаешь на месяц. Я боюсь, что с тобой случится что-нибудь плохое; я не могу прикасаться к тебе, зная, что причиняю тебе боль…

— Тогда позволь мне касаться тебя, — прошептала я с непоколебимой решимостью доказать ему, что со мной все хорошо и ничего не произойдет.

После прошлой ночи я точно знала, что он не будет заниматься со мной сексом, поэтому просто обхватила его лицо руками и поцеловала. Он раскрыл губы, тем самым углубляя наш поцелуй. Я медленно просунула язык в его рот, соприкасаясь с его языком, радуясь, когда Энди наконец крепко обнял меня, обхватывая руками. Всю неделю он едва касался меня, за исключением тех моментов, когда помогал принимать мне ванную. Его отказ заняться со мной любовью прошлой ночью причинил мне больше боли, чем мои травмы. Я знаю, что он не пытался нарочно обидеть меня.

И неважно, насколько сильно я хотела его, в этом он мне откажет. Тем не менее, я была настроена дать все, что ему нужно. Я прервала наш страстный поцелуй, расстегнула джинсы и потянула молнию вниз, прекрасно зная, что он не отвергнет мое предложение.

Он приподнял бедра, помогая мне стянуть с него штаны вместе с боксерами, освобождая возбужденный член. Не теряя времени, я тут же взяла его в рот. Как только я стала сосать, он издал протяжный стон, проталкиваясь глубже. Мне хотелось делать это для него каждый день. Я обожала его вкус и его взгляд, каким он смотрел на меня. Я гладила его ствол, языком и губами надавливая на головку члена, а после глубоко взяла его в рот.

Когда головка члена ударилась в заднюю стенку горла, я сделала глотательное движение. Он резко вдохнул, закрыл глаза, одновременно собирая на кулак мои волосы. Должно быть, ему хорошо. Очень. Я продолжала сосать и массировать член рукой, увеличивая скорость и давление, пока он не приблизился к пику, и только после немного притормозила. Мне хотелось продлить его наслаждение, ведь возможно это был последний раз, когда я могла касаться его до своего возвращения из Кабо.

Подняв голову и посмотрев на него, я обнаружила, что он снова наблюдает за мной, пелена вожделения застилала его глаза. Моя рука проделала путь по его разгоряченной груди, опустилась вниз по мускулистому прессу, пальцами подразнивая его соски. Мои прикосновения вызывали у него тихий стон, поэтому я заново проделала свой путь.

Его дыхание участилось, когда он приблизился к освобождению. Тело немного дернулось и, кончая, он простонал мое имя. Я проглотила сперму и отпустила его, отползая обратно, чтобы улечься с ним рядом. Он обхватил меня руками, крепко обнимая, и мы оба задремали.

Наступила суббота, вечер ужина и караоке со всеми моими друзьями. Энди также собирался присутствовать, чтобы мы смогли провести друг с другом как можно больше времени. Он не оставлял меня с тех пор, как вернулся рано утром после нашей ужасной ночной ссоры, и я точно была уверена, что он вряд ли строил какие-либо планы до моей посадки на самолет.

После дня отдыха бедро не болело, поэтому я была способна приготовить ужин. Уилл с Джастином обещали захватить салат к приготовленной мною лазанье, а Джесс с Сашей собирались принести чесночный хлеб и десерт. Я чувствовала себя немного беспомощной из-за больного плеча, прося Энди поднимать кастрюли и сковородки, полные еды.

Настроение его не улучшилось, было совершенно очевидно, что он волнуется обо мне, постоянно спрашивая о моем самочувствии. Я делала все, что в моих силах, пытаясь убедить его, что в порядке, но это не помогало.

Когда мои друзья приехали, мы вшестером наслаждались ужином за обеденным столом. После нескольких кружек пива Энди, наконец, расслабился. Я достала бутылку «Джонни Уокера», и парни перешли к виски. Я не пила вместе с ними, потому что не знала, понадобятся ли мне обезболивающие сегодня ночью или нет. Не говоря уже о том, что нужно было вставать рано и ехать в аэропорт.

Некоторое время спустя мы установили караоке. Это была наша излюбленная игра: на бумажках мы писали названия песен и клали их в шляпу. Каждый должен вытащить из шляпы бумажку, и не важно, что это была за песня, он должен был ее исполнить.

Энди стеснялся и был немногословен. Я не знала, хотел он присоединиться к нашей игре или нет. Я несколько раз слышала его пение, когда он не догадывался, что я подслушиваю его. У него чудесный голос, и я много раз упрашивала его спеть мне что-нибудь, но он всегда отказывался.

И если на то пошло, я слышала его игру на гитаре.

После того как все за исключением Энди спели песню, очередь снова дошла до меня. Джесс вытащила листок бумаги, протянула его мне. Я открыла ее и прочитала название песни.

— О, черт возьми, нет. Придурки, вы каждый раз так со мной поступаете. Клянусь, что удалю эту песню из списка.

Они начали хлопать и подбадривать меня, явно горя желанием выставить меня дурой. Я закрыла лицо руками, скрывая свой позор, и истерично засмеялась. Я ничего не могла с собой поделать. Это было смешно.

Я посмотрела на Энди, который ждал, когда кто-нибудь ему объяснит, что здесь происходит. Он уже выглядел нетрезвым и, казалось, хорошо проводил время. Не желая портить сегодняшний вечер, я решила смириться и исполнить песню, которую мои так называемые друзья выбрали для меня.

— Ладно, давайте покончим с этим, гады, — подколола я их. Дорогой Боженька, и как же мне пройти через это на трезвую голову?

Джесс нашла нужную песню на караоке-проигрывателе и включила ее. Вместе с музыкой послышались аплодисменты и подбадривания. Как только Энди догадался, что за музыка заиграла, он присоединился к моим друзьям. Эту песню я знала наизусть — каждое слово в ней. К всеобщему веселью, я отлично исполнила песню Ваниллы Айс «Ice Ice Baby».

Пока я ее пела, Уилл и Джастин решили, что будет весело повторить танцевальные движения Ваниллы Айс, демонстрируемые им в видеоклипе. Наблюдать за ними было невероятно смешно, и мне с трудом удалось закончить петь, не рассмеявшись.

Когда моей экзекуции пришел конец, я чувствовала себя такой униженной, что рухнула на диван рядом с Энди, пряча лицо у него в груди. Он положил свое руку мне на плечо, слегка похлопывая по спине.

— Все закончилось, Красавица. Можешь повторить еще раз?

— Очень смешно. Вот встань и сделай это, — отшутилась я.

Все еще продолжая смеяться, он взял стакан «Джонни Уокер» со стола.

— Мне понадобилось бы больше выпивки, прежде чем вы заставили меня исполнить хоть какую-либо песню.

Он допил, поставил пустой стакан на стол, а затем наклонился и посадил меня к себе на колени, крепко обхватывая рукой. Его действия меня удивили, если не сказать большее.

— Я так люблю тебя, Зоуи, — он вздохнул, а затем уткнулся лицом в мои волосы. Его теплое дыхание щекотало шею, а печаль в голосе разбивала сердце.

Я была так рада, что он решился прикоснуться ко мне, что не могла позволить упустить такой момент. Я обхватила руками его шею, прислонилась щекой к его голове и так и сидела, стараясь не шелохнуться. Я не знала, что мне оставалось делать. Он хотел обнимать меня, и, черт побери, я собиралась позволить ему, потому что мне это нужно было не меньше, чем ему.

Джастин откашлялся.

— Эй, тусовщики, нам лучше разойтись по домам и оставить этих голубков наедине.

Мы с Энди продолжали сидеть, не меняя положения, пока остальные собирались. Я не предпринимала попыток встать с его колен, не желая разрывать наши объятия.

— Зи, не забудь, наш самолет вылетает в двенадцать тридцать, — крикнула Саша через плечо.

— Девочки, увидимся завтра в десять, — прошептала я в ответ, пока ребята покидали мою квартиру.

После того как все ушли, я решила подарить Энди подарок. Пока меня не будет, я не хотела, чтобы он забыл, как начинались наши отношения.

— Энди, у меня есть кое-что для тебя. Жди здесь. Я сейчас.

Поскольку в день Святого Валентина я буду далеко от дома, в качестве подарка для Энди я приготовила айпод. Еще до наступления Рождества в магазинах начали продавать валентинки, и после очередного сеанса с доктором Дженсен я купила одну из них.

Поцеловав его в губы, я направилась к шкафу и вытащила из-под обувных коробок маленький подарочный набор.

В течение недели, пока Энди был на работе, я настраивала его айпод. Врач запретил мне ходить на работу, чтобы я быстрее смогла восстановиться к предстоящей поездке, и мне ничего не оставалось, как искать себе занятия в пределах своей квартиры.

Черт, скука настолько одолела меня, что я пошла в мастерскую и засела в комнате отдыха для посетителей, листая журналы, которые мы только что получили. Я докатилась до такого после неудачной попытки сыграть несколько песен на гитаре, когда я не смогла расположить ее удобно на коленях из-за болевых ощущений во всем теле. Неделя превратилась в сущий ад.

Я закачала музыку в айпод, который купила в тот день, когда мы ходили в магазин за ноутбуком для Энди, чтобы во время моего отпуска у нас была возможность общаться. Я создала несколько плейлистов, состоящих из моих любимых композиций и песен, напоминающих мне о нем.

Вернувшись в гостиную, я снова устроилась на своем излюбленном месте, у него на коленях.

— Знаю, что день Святого Валентина еще не наступил, но раз меня здесь не будет… я взяла это для тебя, — сначала я отдала ему открытку. Это была одна из тех сентиментальных вещиц, которая чуть не заставила меня расплакаться.

Он прочел ее, и на его лице расплылась искренняя улыбка.

— Спасибо. Мне она нравится, — прошептал он, обняв меня своими сильными руками.

— У меня есть еще один подарок для тебя, — сказала я, протягивая ему крошечную коробочку.

— Зоуи, я ничего не подготовил для тебя.

— Тебе не нужно мне ничего дарить. Открой, — я с волнением наблюдала за ним, задаваясь вопросом, понравится ли ему мой подарок.

Он развернул оберточную бумагу и достал коробочку. Я завернула подарок в черную бумагу и обмотала серебряной лентой. Энди снял ленту, затем бумагу.

— Ты даришь мне айпод? — спросил он, осматривая его. — Не может быть, ты купила мне самый дорогой айпод. Тебе не стоило тратить столько денег на меня.

Я посмотрела ему в глаза.

— Не переживай из-за моих денег, ладно? Я сделала это, потому что люблю тебя, и хотела подарить тебе что-то милое, но это не самая лучшая часть подарка, — я взяла коробочку из его рук, открыла и вытащила айпод черного цвета. Я выбрала такой цвет, поскольку он мне напоминал цвет его «камаро».

Включив его, я стала пролистывать песни в меню.

— Посмотри, я предварительно закачала в него музыку, — я перешла на плейлисты, которые создала специально для него. — Все песни в этом списке напоминают мне о тебе. Они очень важны для меня, и мне хочется, чтобы ты их слушал, пока меня не будет. Я также создала плейлист с твоими любимыми композициями.

После того как я передала ему айпод, мгновение он сидел, не произнося ни слова.

— Это потрясающе, Зоуи. Спасибо.

— Переверни его, — произнесла я.

На этой неделе я отнесла айпод в местный магазин гравировок. Я хотела, чтобы он не забывал вечер моего дня рождения, когда мы танцевали у меня дома. Вечер, когда стена, которой я огородила свое сердце, была разрушена. Той ночью я поняла, что люблю его. Он перевернул и прочитал надпись на обратной стороне, а затем недоуменно взглянул на меня.

— Это слова из песни, которая звучала, когда я поняла, что влюбилась в тебя, — призналась я.

Это была та самая песня, строки которой он бессознательно цитировал: «Просто позволь мне любить тебя». Он отложил айпод в сторону, и, казалось, мы просидели целую вечность, обняв друг друга. К сожалению, время было уже позднее, а мне с утра надо было рано вставать и ехать в аэропорт.

— Идем спать, пока ты не уснул на диване. Мне тебя не донести, — поддразнила я; его глаза были такими же сонными, как и у меня.

— Очень смешно, — ответил он сухо. Я все еще продолжала сидеть у него на коленях, но одно быстрое движение и он поднялся на ноги вместе со мной на руках. Он понес меня по коридору в спальню, где уложил на кровать.

— Я сейчас вернусь, только запру дверь.

К тому времени как я приготовилась ко сну, вернулся Энди, одетый в одни боксеры. Каждую ночь, пока меня не будет, я буду скучать по вот такому его виду в одних боксерах. Но еще больше я буду скучать по его обнаженному телу. Улегшись на спину, переплетя пальцы за головой, он уставился в потолок. Как же я ненавидела такое его состояние, когда он был отстраненным и молчаливым.

Я повернулась, положив голову ему на грудь, и начала очерчивать кончиками пальцев линии его татуировок.

— Пожалуйста, не сердись на меня. Если бы я только знала, что встречу тебя, никогда бы не запланировала эту поездку. Ты же это понимаешь?

— Я знаю и не держу на тебя зла. Просто месяц обещает быть долгим. Вот и все.

Кому ты рассказываешь?

— У нас обоих, — вздохнула я.

Он пошевелился, и мне пришлось убрать голову с его груди, чтобы он мог перевернуться на бок, лицом ко мне.

— Прости. Я не пытаюсь заставить тебя испытывать чувство вины из-за отъезда. Случившееся прошлой ночью заставляет меня ощущать себя подонком. Я хочу, чтобы ты хорошо проводила время и отдыхала столько, сколько захочешь. Помни, что для этого отпуска у тебя была причина.

— Да, я помню. — Как я могу об этом забыть? Депрессия, а следом и авария, снова лишили меня душевного равновесия. Казалось, что за каждой хорошей вещью, которая со мной случалась, тут же следовало что-то ужасное.

Мой разум вернулся к воспоминаниям об особенной ночи с Энди, когда я специально надела красивое новое нижнее белье. Но из-за полученных мною травм он вышел из себя, после чего я вышвырнула его из квартиры. Я покачала головой, чтобы выбросить мысли о той разрушительной ночи, ведь до сих пор воспоминания о его отказе причиняли мне боль.

И снова чувство подавленности охватило меня. Энди знал это, я знала это. Мне необходимо было отдохнуть от своей жизни. И хотя мне не хотелось покидать его, ведь наши отношения висели на волоске и, казалось, вот-вот все закончится, я понимала, что, если не отвлекусь и не справлюсь со стрессом, хорошо это для нас не закончится. Потребуется какое-то время, чтобы справиться со всем тем дерьмом, которому я позволила накопиться за несколько месяцев, не говоря уже о новых разногласиях, возникающих между мной и Энди.

С тех пор как Энди вошел в мою жизнь, она изменилась в лучшую сторону. Я снова стала посещать сеансы с доктором Дженсен, но мне все еще требовалось время, чтобы побыть подальше от всего, особенно после несчастного случая. К тому же мне совсем не хотелось становиться зависимой от Энди. Для меня было важно на этот раз справиться самой.

А еще я поняла, что совсем себя не знаю. Именно тогда я осознала, что моей единственной задачей во время поездки в Кабо будет поиск себя. А знала ли я когда-нибудь кто я такая?

— Ты же знаешь, что я тебя люблю, так? — спросила я, нарушая возникшее молчание. Он кивнул. — Попытайся думать об этом времени, как о возможности узнать друг друга еще лучше. Мы будем созваниваться каждый день, и ты сможешь пользоваться своим новым ноутбуком, когда мы будем общаться по «скайпу» и видеть друг друга. Только не подцепи кого-нибудь еще, ладно? — подразнила я.

— Зоуи, не смей говорить подобных вещей, — раздраженно бросил он, но я знала, что он сразу же пожалел о своих словах. — Прости. Я действительно устал. Давай просто ляжем спать, пожалуйста.

— Спокойной ночи. Я люблю тебя, — я мягко поцеловала его в губы, затем он отстранился от меня и лег спать. Мне не хотелось расставаться на плохой ноте, поэтому я отпустила его.

Следующим утром будильник прозвенел в восемь, но большую часть ночи я пролежала без сна. Энди тоже плохо спал. Он метался и ворочался так же, как и я. Когда я перевернулась на бок, чтобы встать, его уже не было. Мое сердце сжалось, но у меня не было времени, чтобы беспокоиться еще и о причинах его поступков. Я приняла душ и надела удобные для путешествия вещи.

Собираясь перед выходом, я обнаружила его за столом в столовой, уставившимся на чашку с кофе. Он надел только выцветшие джинсы, его загорелое мускулистое покрытое татуировками тело было выставлено напоказ… мда, месяц обещает быть долгим.

Когда я вошла, он поднял на меня свой взгляд.

— Привет, — тихо поздоровался он, потирая рукой подбородок. Я присела рядом с ним, и он подвинул чашку ко мне. Сделав большой глоток, я снова поставила ее перед ним.

— Ты как?

— Голова болит, — сказал он надтреснутым голосом.

Я пошла на кухню и вернулась с двумя таблетками ибупрофена. Я предложила ему выпить лекарство, и он закинул их в рот, даже не посмотрев, что именно я ему дала.

— Спасибо. Можно мне хотя бы подбросить тебя до аэропорта? — спросил он осторожно.

— Энди... — я замолчала. Мой брат, Ноа, собирался отвезти нас в аэропорт, чтобы попрощаться с Джесс, своей невестой. — Как насчет, чтобы забрать меня из аэропорта, когда я вернусь? Мы уже все распланировали, и я не хочу ничего менять в последнюю минуту. Хочешь поехать с нами? — спросила я, чувствуя себя отвратительно из-за его разочарования.

— Да, — ответил он, не задумываясь.

— Мне нужно что-нибудь перекусить перед отъездом. Ты голоден?

Он кивнул, оперся локтями о стол и потер виски, пытаясь облегчить свою головную боль. Я бросила два разрезанных пополам рогалика в тостер и поставила перед собой чашку кофе. Когда они были готовы, я посыпала их сыром и положила на тарелку.

Обернувшись и взяв тарелку, чтобы отнести ее в гостиную, я обнаружила Энди, прислонившегося к столешнице и засунувшего руки в передние карманы джинсов. Он был босиком, поэтому я не слышала, как он вошел.

— Извини, что вел себя как придурок, — произнес он. — Я буду скучать по тебе. Месяц — долгий срок.

Я отложила посуду и подошла к нему, обхватив руками его за талию. Прислонившись щекой к его обнаженной, татуированной груди, я вдохнула его запах в последний раз. Я ощутила прохладу от его кожи, но его запах был словно райское блаженство.

— Ты прощен, — ответила я, поцеловав его в грудь.

Мы разомкнули наши объятия и уселись завтракать.

— Итак... что вы собираетесь делать во время вашей поездки? — спросил он.

Хорошо, он хотя бы пытается. Я призадумалась, прежде чем ответить.

— Мы планируем заниматься всеми теми вещами, что обычно делают туристы, поскольку втроем в Кабо мы будем только неделю. В зависимости от погоды, мы может быть займемся подводным плаванием. Определенно точно верховая езда, магазины и отдых на пляже, — рассмеялась я. — Ну, ты знаешь, все эти женские штучки…

Он отодвинул свой стул от стола, закинул последний кусок рогалика в рот и отправился на кухню мыть тарелку. Через несколько минут он вернулся вместе с Джеймсом. Он снова сел на стул, уложив Джеймса на колени, и стал почесывать его по спине и за ушками.

И хотя моему удивлению от его поступка, когда он встал, резко прервав меня на полуслове, и вышел из комнаты, не было предела, я решила это проигнорировать. Я скоро уеду, так что мне в данную минуту не хотелось начинать дискуссию на тему его странного поведения.

— А ты что будешь делать?

Его ответ на этот раз отличался от предыдущего, когда я в прошлый раз спрашивала у него это.

— Мне надо внести несколько изменений в машине, прежде чем я буду участвовать в гонках в этом году. Подумывал о том, чтобы съездить в Соному и навестить дядю с тетей.

— Отличная идея. Ты не видел их с тех пор, как переехал, уверена, что они очень обрадуются твоему приезду. — Мне хотелось, чтобы в мое отсутствие он был постоянно занят, тогда его настроение не будет таким угрюмым.

Мы поговорили еще немного, как прозвенел домофон. Вот дерьмо, пора уже ехать. Я вскочила и нажала на кнопку интеркома.

— Я сейчас спущусь, — отозвалась я. — Одевайся. Ты не забыл, что едешь с нами в аэропорт?

Энди отнес Джеймса в прачечную и вернулся в гостиную полностью одетый. После несчастного случая, он практически переехал ко мне, поэтому я выделила шкаф и место в гардеробе для его вещей.

Энди встретил меня у дверей.

— Зоуи, — начал он, мрачно глядя своими голубыми глазами. — Отличного тебе отдыха. Я буду скучать по тебе, но мы будем на связи каждый день. Звони мне в любое время. И не важно, который будет час, даже среди ночи, если ты не сможешь уснуть или плохо себя почувствуешь, звони.

Я кивнула и обняла его, а мои губы нашли его. Мы целовались до тех пор, пока снова не прозвенел домофон.

— Вот гребаные, упрямые засранцы, — пробормотала я. И снова обняла его, прислонившись головой к его груди.

Почему такое чувство, что мы прощаемся навсегда? Это унылое состояние мне совсем не нравилось. Он взял мой чемодан, а я схватила сумочку и портфель с ноутбуком. Медленно мы спустились вниз по лестнице, поприветствовали Джесс, Сашу и Ноя, а затем поехали в аэропорт.

После регистрации Энди и Ной не смогли бы пройти с нами дальше, и мы были вынуждены с ними попрощаться сразу же после приезда.

Я обняла брата, а Энди попрощался с Джесс и Сашей. Я слышала, как он сказал им: «Берегите мою девочку. Убедитесь, что она ест, принимает таблетки и отдыхает». Они кивнули в знак согласия, а затем зажали его в медвежьих объятиях, что заставило их рассмеяться. Он ответил тем же, оторвав обеих от земли так, что их ноги болтались в воздухе.

Ной попрощался с Джесс, а я с Энди. Мое прощание было кратким, иначе долгие проводы повлияли бы на мое решение поехать. Все, что мы должны были сказать друг другу, было сказано в течение последних двух дней, которые мы провели вместе, и я надеялась, что этого будет достаточно.

Он держал мое лицо в своих руках и подарил один единственный поцелуй.

— Помни, Зоуи, звони мне в любое время. Получай удовольствие от отдыха и береги себя. Я люблю тебя.

Я кивнула.

— Я люблю тебя. Ты тоже можешь звонить мне в любое время.

Когда мы подходили к паспортному контролю, Энди и Ной наблюдали за нами, пока мы не скрылись из их вида.

Впервые я расставалась с Энди, и должно быть для Джесс и Ноя эта поездка являлась первым их расставанием. Но их прощание проходило легче нашего. В июне они собирались пожениться и провести остаток своей жизни вместе. Между ними не было отчужденности, которая присутствовала в наших отношениях с Энди.

Саша первой нарушила молчание, пока мы стояли в очереди для личного досмотра. Я была рада, что она начала разговор, поскольку с каждым шагом, приближающим нас к терминалу вылета, моя тревога усиливалась. Мрачные мысли затуманивали разум, ведь этот отъезд так повлиял на наши с Энди отношения. Или пан, или пропал — такое чувство вызывала вся эта ситуация.

— Вы такие счастливые, сучки. Мне тоже нужно найти себе мужчину, — проворчала Саша. Ее слова тут же отозвались воспоминанием о том моменте, когда мой друг Бен просил ее номер телефона.

— Саша, тебе Бен звонил? — спросила я, вспомнив, что еще в декабре давала ему ее номер телефона во время одной из наших репетиций перед празднованием годовщины одной пары. Дерьмо. Не могу поверить, что забыла о том, что давала ему номер Саши.

— Бен? — спросила она растеряно.

— Да, Бен Эллис. Он какое-то время назад спрашивал твой номер. Разве он не перезванивал?

Она вздохнула и, казалось, немного расстроилась.

— Нет, он не звонил.

Я почувствовала себя ужасно, вообще упомянув об этом, а сейчас она к тому же узнала, что он так и не набрал номер ее телефона. Я вытащила свой мобильник и набрала ему сообщение с вопросом, почему он так и не позвонил Саше. Мы прошли личный досмотр и направились искать свободные места в терминале. Какое-то время мы строили планы и говорили о том, как будем проводить время в Кабо.

На мой телефон пришло сообщение от Бена с извинениями. Он сообщил, что был очень занят с группой, но собирается позвонить тотчас и пригласить ее на ужин. Я в ответ отправила ему сообщение, что она сейчас рядом со мной и на неделю улетает в Кабо.

Звонок на мобильном телефоне Саши раздался сразу после отправки сообщения. Она чуть не нажала кнопку сброса звонка, увидев на дисплее незнакомый номер.

— Ответь. Это Бен, — сказала я ей с коварной улыбкой на лице.

Она сжала пальцы в кулак и одарила меня коварным взглядом, словно хотела ударить. Я лишь пожала плечами и улыбнулась. В душе я понимала, что она была в восторге оттого, что я дала ему ее номер. Она, наконец, ответила на звонок, сделав вид, что и понятия не имела о его намерениях позвонить. Очевидно желая уединиться, Саша встала и подошла к окнам, из которых наблюдала за взлетом самолетов.

Досмотр нам удалось пройти быстро, до посадки оставалась около тридцати минут. Джесс уткнулась в книгу, которую читала уже несколько дней, а Саша все еще болтала по телефону с Беном. Я достала айпод и включила новый альбом «Snow Patrol», который заранее приобрела перед нашей поездкой, затем залезла в сумку и взяла книгу.

Наш полет продлится пять часов с короткой остановкой в Финиксе, где нам придется сделать пересадку. Я была поглощена книгой, пока не почувствовала, что передо мной стоит Джесс и что-то говорит. Я выдернула из ушей наушники, чтобы расслышать ее.

— Объявляют наш рейс, Зи. Быстрее! Вперед! — пронзительно прокричала она.

Почему я чувствую себя такой разбитой, отчего ощущаю пустоту в глубине души? Даже несмотря на напряженные отношения, Энди — самое лучшее, что произошло в моей жизни, не считая моего удочерения, и я уезжала от него.

— Перестань думать о нем. Тебе следует думать о себе, — сказала Джесс, хватая меня за руку и заставляя подняться с кресла. — Дерьмо. Прости Зи, я забыла о твоих ушибах. Тебе не больно?

Я рассмеялась так сильно, что мне пришлось втянуть живот, чтобы сдержать боль.

— Что?

— Во-первых, ты произнесла слово дерьмо, а во-вторых, меня подбросило вверх на три метра после столкновения с человеком, размеры которого все сравнивают с размерами полузащитника национальной футбольной лиги и ничего, я выжила. Уверена, что я переживу то, как ты, такая хрупкая и слабая, меня схватила.

Джесс положила руку на сердце и приоткрыла рот, изображая страшную обиду.

— За что ты так со мной, громадная амазонская дева! — завопила она, глядя на меня. — Как ты посмела?

Джесс была миниатюрной. Не думаю, что она весила больше сорока пяти килограмм, да и ростом она на пятнадцать сантиметров была ниже меня.

Джесс, Саша и я были той еще троицей. Я — высокая худощавая блондинка, Джесс — низкая с темной кожей цвета мокка и кудрявыми черными волосами. Она была милой энергичной девушкой, ни разу не сказавшей ни про кого дурного слова. Она никогда не ругалась и была самым приятным человеком, которого я когда-либо знала. Саша. Саша была готом с тех пор, как я с ней познакомилась, всегда носила черную одежду и темный макияж. Ее стрижка была идеально уложена, а ровная челка достигала бровей. Ее волосы никогда не были одного оттенка. Сейчас они были окрашены в черный цвет с фиолетовыми прядями. Не уверена, что когда-либо видела ее с естественным цветом волос. Она выглядела великолепно, ее бледно-голубые глаза отлично сочетались с темными волосами. На самом деле, она напоминала мне Кензи — героиню из моего любимого шоу «Зов крови» на телеканале Syfy. Они были похожи: тот же внешний вид, тот же стиль и характер.

— Эй, Мартиша! — крикнула я Саше, которая до сих пор болтала по телефону с Беном. — Самолет улетит без тебя. — Мы с Джесс взяли сумки и двинулись к выходу на посадку.

Попрощавшись, нас догнала Саша.

— Мартиша? Зоуи, ты серьезно? Старшую школу вспомнила, — засмеялась она.

Подошла наша очередь на посадку в самолет, и мы медленно продвигались в проходе между креслами. Почему каждый раз, когда люди проходят через двери самолета, кажется, что все происходит как в замедленной съемке? Мы нашли наши места, уложили вещи под сидения перед нами и с волнением стали болтать о предстоящей поездке, пока самолет медленно не вырулил на взлетную полосу. Я направила Энди короткое сообщение.

«Мы сейчас будем взлетать. Постараюсь позвонить тебе, когда приземлимся. Люблю.»

Я собиралась выключить телефон, когда увидела его ответ.

Уже скучаю по тебе. Я люблю тебя.

Я так мечтала о великолепном отпуске, но сейчас я чувствовала себя плохо из-за отъезда. Наши отношения только-только начали развиваться, и у меня было такое чувство, что я уезжаю не в самое подходящее время. Нам следовало бы поработать над устранением напряженности, которая появилась между нами, но вместо этого я сижу в самолете и покидаю страну.

В динамике раздался голос пилота, просивший пассажиров отключить все электронные устройства. Я выключила телефон, бросила его в сумку и достала книгу. Пока самолет выруливал по полосе, мы продолжали говорить, но как только он стал набирать высоту, устроились поудобнее, чтобы отдыхать во время полета.

Пилот разрешил включить электронику, я достала телефон, подключила зарядку и положила его рядом с айподом. Мне необходимо было отвлечься, я вставила наушники и открыла книгу на нужной странице.

Книга оказалась интересной и не отпускала меня весь перелет до Финикса, где нам предстояло сделать пересадку. К несчастью, чтобы успеть на самолет в Кабо, нам пришлось бежать сломя голову. Когда мы добежали до нужного терминала, я почувствовала боль в бедре. Как только мы снова оказались в воздухе и стюардессы начали предлагать напитки, я попросила стакан воды, чтобы запить таблетку.

Около шести вечера самолет приземлился в аэропорту Лос-Кабос, откуда нас должны были забрать мои тетя и дядя.

— Зоуи! — Услышала я знакомый голос, пока мы ожидали наш багаж. Я обернулась и в толпе увидела тетю Марию и дядю Виктора. Обняв их обоих, я с трудом сдерживала волнение.

— Так давно не виделись! Как же я по вам скучала! — воскликнула я. С тех пор как мы виделись в последний раз, прошло несколько лет. До сегодняшнего дня я никогда не бывала в их доме, а они не приезжали в Сакраменто с тех пор, как умерла бабушка.

Джесс и Саша подкатили свой багаж к нам, и я всех представила их дяде и тете. Пока дядя Виктор загружал наши вещи в багажник пикапа, тетя Мария рассказывала о грандиозном ужине, который ждал нас сегодня.

Мы поехали домой. Я включила телефон и отправила Энди сообщение.

Привет, Секси. Мы прилетели. Сейчас как раз едем домой. Позвоню тебе позже. Они устраивают для нас большой ужин, возможно, наберу тебя очень поздно.

В течение нескольких минут я подождала его ответ, но он ничего не прислал.

По дороге мы обсуждали наши планы на то, как мы хотим провести время в Кабо. Поскольку наш отпуск пришелся на февраль, тетя посоветовала добавить к этому списку экскурсию с китами. Звучало потрясающе, и для меня это будет спокойным и умиротворяющим отдыхом.

Мне было так необходимо расслабиться.

Сейчас в Кабо был разгар туристического сезона, что сулило нам множество развлечений и знакомств с новыми людьми. Определенно, нас ждет потрясающий вечер, как только мы выберемся в город, в ближайшую пятницу, перед тем как Джесс и Саша уедут домой.

Мы подъехали к дому и покатили наш багаж по тротуару ко входу. Это был загородный дом в традиционном испанском стиле — кремового цвета с терракотовой черепичной крышей. Несколько пышных растений и кактусов озеленяли террасу, пол которой был вымощен плиткой. Дом оказался большим, теплым и уютным, переливающимся яркими красками и напоминающим мне дом моих родителей.

Мы свернули за угол возле кухни, и до меня донесся аппетитный запах еды, которую тетя начала готовить, прежде чем отправиться в аэропорт за нами.

— Тетя Мария, пахнет вкусно.

— Зоуи, я специально для тебя приготовила моле¹. Твоя мама как-то упомянула, что это одно из твоих любимых блюд.

О, вкуснятина.

— Что такое моле? — спросила Саша с полным смущения и небольшого отвращения взглядом.

Я в ответ рассмеялась и попыталась объяснить.

— В соусе моле содержится несколько различных ингредиентов, в том числе бананы и шоколад. Понимаю, странное сочетание, но это лучшее, что ты когда-либо пробовала. В центр тортильи кладут курицу, соус, после чего лепешку сворачивают. Поверь мне, тебе понравится. И моя тетя готовит лучший рис, который ты когда-либо ела. Мы в надежных руках, я тебе обещаю.

После того как мы устроились и распаковали вещи, начался ужин.

— Зоуи, твоя мама рассказала, что несколько недель назад с тобой произошел несчастный случай. Что случилось? — спросил у меня дядя.

Я рассказала, что произошло, и тетя Мария, которая всегда всем сопереживает, заставила меня подняться и показать ей мои оставшиеся ушибы.

— Ох, Mija, — запричитала она со страдальческим выражением на лице. — Ты могла погибнуть после такого ушиба головой. Ты уверена, что сейчас ты в порядке?

— Tia², я в порядке. У меня крепкая голова. Я почти перестала принимать обезболивающие, за исключением тех случаев, когда побаливает бедро, — пошутила я, при этом постучав по голове. — Видишь, крепкая, как орешек.

К счастью для меня, на ее лице расползалась улыбка, и она решила переменить тему разговора на более приятную.

— Мама также рассказала, что у тебя появился новый парень, Энди. Это правда?

Ого, неужели моя мама оказалась городской сплетницей? Я усмехнулась своим мыслям.

— Да. Его зовут Энди. Он переехал из Новой Зеландии.

Казалось, она выглядела удовлетворенной.

— Рада за тебя. Ты заслуживаешь счастья.

Поужинав, мы помогли убрать со стола, и дядя сделал для всех «Маргариту». Мы сидели в дальней части внутреннего дворика вокруг костра за ночными разговорами. Пока мы выпивали и наслаждались вечером, я вспомнила, что до сих пор не позвонила Энди. Извинившись перед всеми, я пошла в спальню за телефоном. «Вот дерьмо, время уже далеко за полночь.» Нужно ли сейчас звонить?

Но он же сказал, звонить в любое время, да и я предупредила, что перезвоню поздно вечером. В течение нескольких секунд мой палец зависал над кнопкой вызова, прежде чем, наконец, я нажала на нее. Он ответил после третьего гудка. Его голос звучал низко и хрипло, и я поняла, что он уже спал.

— Привет, прости, что разбудила тебя, — шепотом произнесла я.

— Я же сказал, ты можешь звонить в любое время. Как дела?

— Хорошо, — ответила я. — Полет прошел без происшествий. Нас отлично встретили, мы поужинали, а сейчас попиваем «Маргариту».

— Похоже, ваш отпуск начался прекрасно, — произнес он своим глубоким, сонным голосом.

Я услышала на заднем плане мяуканье Джеймса.

— Вы с Джеймсом у меня дома или у тебя?

— У меня. Я перевез его сюда, как только ты уехала.

— Думаю, это неплохая идея. Так, пожалуй, тебе лучше лечь спать, завтра на работу, а я разбудила своим звонком. Я всего лишь хотела пожелать тебе спокойной ночи и сказать, что сильно тебя люблю.

По характерному звуку я услышала, как он вертится, пытаясь устроиться поудобнее.

— Хорошо, пришли мне завтра несколько фотографий, хочу убедиться, что ты наслаждаешься отдыхом. Спокойной ночи, любимая.

Сейчас его голос звучал лучше, чем раньше, полусонно, но лучше. Мы закончили разговор, и я присоединилась к остальным в патио. Я до сих пор не могла не чувствовать тот невидимый клин, который образовался между нами.

Все это началось после несчастного случая. Мое состояние улучшалось, а его нет. Он все также был холоден, задумчив и не похож на самого себя. Как бы мне хотелось провести с ним еще день, чтобы у него было больше времени осознать мой отъезд. Черт, мне тоже необходимо это время, чтобы и самой привыкнуть.

На следующий день мы отправились в Кабо и зарезервировали все экскурсии, на которые хотели попасть все вместе: наблюдение за китами, верховая езда, подводное плавание, а также заказали тур на катере с текилой.

Не имея каких-либо планов на сегодня, мы бродили по городу и совершали покупки. Я приобрела сувениры для Джейка и Алекса, а Саша выбрала место для ланча — гриль-бар «Señor Frog's». Мы попросили женщину за соседним столиком сфотографировать нас с девочками на мобильные телефоны. Написав сообщение под фотографией и добавив «Как бы мне хотелось, чтобы ты был здесь!», я отправила ее Энди.

Он не ответил, и я подумала, что, скорее всего, он занят в автомастерской. Мы закончили обедать и прошлись еще по нескольким магазинам, а затем направились вниз к пляжу.

В Лос-Кабос было намного теплее и солнечнее, чем в Северной Калифорнии. Океан был потрясающего бирюзового цвета, небо — ярко-голубым и ясным. Какой же прекрасный день! «Ух ты, когда в последний раз меня посещали подобные мысли?'» В бикини я чувствовала себя немного смущенной от взглядов людей, замечающих мои синяки.

Через какое-то время, провалявшись на пляже, мы решили, что пора собираться и ехать домой. Не успели мы забраться в тетину машину, как на моем телефоне раздался рингтон «Sex On Fire». Звонил Энди.

Джесс и Саша удивленно посмотрели на меня.

— Это Энди, — рассмеявшись, ответила я.

— Ага, подходящий рингтон, — сказала Саша. — Хороший выбор.

Я продолжала смеяться, пока отвечала на звонок.

— Алло.

Молчание.

— Алло? — снова повторила я.

Молчание.

Я прислушалась и на заднем плане услышала звуки, характерные для автомастерской. Я повторила «алло» несколько раз, но он по-прежнему не отзывался.

Когда я поняла, что случилось, усмехнулась и нажала сброс вызова.

— Наверное, случайно набрал мой номер.

По крайней мере, он наконец позвонил мне.

«М-да, это не смешно, Зоуи».

В течение дня я послала ему еще несколько фотографий, но ответа от него так и не последовало. Даже к тому времени, как мы подъехали к дому, он по-прежнему молчал. Меня это начало выводить из себя, и я отправила ему сообщение.

Надеюсь, что тебе понравились фотки. Дай знать, когда тебе надоест, что я их отправляю. Спасибо за ошибочный звонок. Но ты хотя бы мне позвонил.

Мои чувства были задеты, а тут еще его поведение перед моим отъездом и та ночь, когда все пошло не по плану, так что я нажала кнопку отправить до того, как успела передумать.

Он тотчас мне перезвонил, но я отправила его звонок на голосовую почту. Пусть он на своей шкуре прочувствует, каково это игнорировать звонки любимого человека. Я отключила звук и положила телефон на туалетный столик, а после отправилась ужинать вместе с подругами и родственниками.

Во время ужина мои мысли начали возвращаться к его поведению с тех пор, как со мной произошел несчастный случай: в одну минуту он любит меня, а в другую уже отталкивает. Такое ощущение, словно он не хотел проводить со мной время, но при этом случались и моменты, когда он был милым и нежным, держал меня за руку. Я размышляла о той ночи, когда я попыталась исправить возникшее между нами отчуждение, но вместо этого выгнала его из квартиры.

Позже тем же вечером я позволила угнетающим чувствам охватить себя и, решив, что сил веселиться нет, поднялась к себе в комнату. Настроение было отвратительным, и, отыскав айпод, я захотела послушать тяжелую музыку. Пролистывая плейлист, мой выбор пал на метал группу «Lamb of God». Их музыка оказалась слишком тяжелой, и я выключила их. В конце концов, я обнаружила еще одну из моих любимых металл групп «Opeth». Помимо криков и гроулинга певец обладал удивительным голосом. Я вставила наушники и развалилась на кровати, не удосуживаясь проверить свой телефон.

Мне удалось задремать, но спустя пару часов я проснулась, когда Саша и Джесс, пошатываясь от усталости, отправились в постель. Я отложила айпод и, взяв телефон, направилась в ванную комнату, чтобы уединиться. Энди прислала парочку эсэмэсок и оставил голосовое сообщение. Сперва я прочитала эсэмэски.

Перезвони мне, пожалуйста! Прости... Люблю тебя.

После прослушала голосовое сообщение.

«Зоуи, это я. Прости за случайный звонок. Сегодня было полно работы, типичный понедельник. Похоже, вы замечательно проводите время. Надо полагать, что созвонимся попозже».

Я ему перезвонила, и он сразу же ответил.

— Привет, — тихонечко произнесла я с нехорошим предчувствием.

— С тобой все в порядке?

Я находилась на грани истерики.

— Нет, не совсем. Я не понимаю, что происходит, и прямо сейчас чувствую себя разбитой. Не знаю, чем я могла тебя обидеть, что ты стал таким отстраненным и постоянно отталкиваешь меня. То ты ведешь себя нормально, а то словно сам не свой. Я не успеваю за тобой.

Он вздохнул.

— О чем ты говоришь, Зоуи?

Я и сама этого не понимала. Я была растерянна.

— Послушай, множество безумных мыслей проносятся в моей голове. Я не знаю, что сказать или как поступать, опасаясь твоей реакции. Единственное, что я знаю, что мне не нравится, как развиваются наши отношения.

Буквально на мгновение от этих слов я почувствовала себя ужасно и испугалась, что могла ими ранить его чувства, а это последнее чего бы мне хотелось. В трубке повисло молчание, ни один из нас не имел понятия, что нужно сказать. Сама мысль мне была ненавистна, но возможно, нам следовало сделать перерыв, чтобы мы смогли понять, что делать с нашими отношениями к моему возвращению домой. От такой мысли не только скручивало желудок, но и разрывалось сердце.

А разве у меня был другой выбор? Мы оба будем страдать из-за возникшей напряженности, где бы мы сейчас ни находились... Я не видела других вариантов.

— Энди?

— Да?

Вот, дерьмо…

— Я думаю, может пока я здесь, мы сделаем перерыв в наших отношениях. С тех пор как произошел несчастный случай, между нами происходят ужасные вещи, и я действительно не знаю, что с этим делать.

Он тяжело вздохнул.

— Это не то, чего я хочу, Зоуи, но, если этого хочешь ты, мне нечего добавить. Полагаю, это значит «прощай», — ответил он.

Что? Он даже не собирался опровергнуть мое предложение. Он лишь сдался, мать твою.

Он не дал мне шанса что-либо сказать, и повесил трубку.

Дерьмо. Что же я наделала?

Несколько дней спустя я вместе с Джесс, Сашей и другими пассажирами запрыгнула в лодку и поплыла в море на поиски китов. Стоял еще один великолепный день, но внутри меня назревал шторм. Перед родными и подругами я старалась держать себя в руках, не желая, чтобы они узнали о моем подавленном состоянии. Но в глубине души я была несчастна.

Все мое тело болело от накопившегося напряжения и тревоги. Мне не удавалось трезво мыслить, я хотела прыгнуть в океан, погрузиться на дно и собрать воедино разбитое на кусочки сердце, а заодно и силу воли. Если честно, я никогда так паршиво себя не чувствовала. Мне было так плохо, что я едва могла сделать вдох.

Сейчас я чувствовала себя хуже, чем в свой день рождения. Я знала, что причиной этому было то, что мы встречались, а не были «всего лишь друзьями». Что ж… у нас были отношения, которые закончились.

Мы втроем собрались возле задней части лодки, отыскивая китов, рассекающих поверхность воды. Джесс и Саша были заняты фотографированием и разговорами с другими туристами. Все, о чем я могла думать — это Энди. Я не понимала, что, черт возьми, произошло той ночью. Я не хотела расставаться с ним, но все же сделала это.

Моя тревога усиливалась, и я чувствовала, что мне становилось хуже. Мне отчаянно хотелось позвонить доктору Дженсен, но проверив свой сотовый, я обнаружила, что связь отсутствует. Мы были слишком далеко от суши. Я поднялась и направилась к пустующей части лодки, подышать свежим воздухом и посмотреть, станет ли мне от этого легче.

Я сделала несколько глубоких вдохов, закрыла глаза и попыталась насладиться сегодняшним днем. Кроме мыслей об Энди, единственное, что было у меня в голове — песня «Run» Snow Patrol. От одной только мысли, что я никогда не увижу Энди и его прекрасные голубые глаза, снова хотелось плакать. Слова песни идеально подходили для моего состояния.

Боже, это не помогает.

Сквозь шум динамиков я услышала, что капитан лодки что-то произнес, но мои глаза по-прежнему оставались закрытыми. Внезапно вокруг меня начали толпиться люди, громко разговаривая.

— Смотрите, вон там! — взволнованно произнесла женщина.

Когда я открыла глаза, прямо передо мной в воде плыл голубой кит, распыляя воду из своего дыхала. Было невероятно и потрясающе видеть нечто столь огромное, дикое и изящное всего лишь в десятке метров от себя. Я пребывала в полном восхищении.

Люди вокруг меня начали толкаться, пытаясь приблизиться к перилам, чтобы разглядеть кита. Я оказалась зажатой между ними и перилами, и на меня нахлынул приступ паники. Тревога из-за моих отношений с Энди, тот факт, что я была далеко от дома, беспомощность, которую я чувствовала с момента несчастного случая, произошедшего со мной, отбросили меня к тому состоянию, в котором я пребывала, когда меня удочерили. Грусть, гнев, боль, эмоции и абсолютная подавленность.

Довольно крупный мужчина, одетый в гавайскую рубашку, прижал меня к перилам. Мои пальцы сжимали перила, ушибленные ребра вжимались в них. Боль была невероятно мучительной.

Мне необходимо было убираться оттуда и побыстрее. Кто-то наступил мне на босые ноги, а другой человек локтем пихнул меня в бок. По-видимому, мои ребра были еще чувствительны к ударам, потому что было больно, мать твою.

Перестаньте. Я же не невидимка.

Сердце бешено колотилось в груди от навалившихся на меня мыслей и людей, внезапно окруживших меня. Началась одышка, и у меня закружилась голова от недостатка кислорода.

Ох, только не приступ паники, пожалуйста.

Я начала продвигаться назад, пытаясь оказаться подальше от толпы. Когда мне удалось выбраться я споткнулась об чей-то брошенный рюкзак.

Спустя секунду я осознала, что растянулась на твердой деревянной палубе лодки. От испуга быть растоптанной людьми мне удалось подняться в считаные секунды. Мои ладони и голые колени жгло от не столь изысканного приземления. Я направилась в другую часть лодки, села на скамейку и спрятала лицо в руках, захлебываясь в безудержном рыдании.

— Зоуи, что случилось? — спросила Саша, подбежав ко мне. — Ты в порядке?

Я не могла ни говорить, ни перевести дыхание, я задыхалась. На меня и раньше накатывал приступ страха, поэтому я знала, что надо делать: я наклонилась и зажала голову между колен.

Кто-нибудь, пожалуйста, скажите мне, почему я такой урод. Почему мне приходится вести себя подобным образом?

Саша села рядом со мной и успокаивающими круговыми движениями поглаживала мою спину.

— Зи, пожалуйста, постарайся успокоиться, дорогая. Ты меня пугаешь, — произнесла она. Я услышала вопрос Джесс о том, что случилось, но по-прежнему не поднимала голову.

— У нее течет кровь, Джесс. Пожалуйста, позови кого-нибудь. — Саша продолжала меня утешать. Через несколько минут подошел с аптечкой один из санитаров и обработал мои ушибы.

После того как я, наконец, успокоилась, Джесс принесла мне бутылку холодной воды.

— Зи, что случилось? — снова спросила она.

Ничего не получится…

— Прошлой ночью я порвала с Энди, — выпалила я, всхлипывая. Джесс тем временем отошла от нас в сторонку и вытащила свой сотовый телефон из сумочки. — С тех пор как тот идиот меня сшиб, Энди был постоянно угрюм и держался отстраненно. Мои попытки поговорить с ним ни к чему не приводили, он отказывался обсуждать это со мной и лишь повторял, что не может потерять меня — он ведет себя также, когда в разговоре мы касаемся гибели его семьи. Я пыталась убедить его, что со мной все в порядке, но это не помогает. Я не знаю, что еще предпринять.

Саша подняла руку, прерывая мой бессвязный поток слов.

— Зи, что ты имела в виду, говоря о его семье? Что с ними случилось?

Я не хотела рассказывать им о личных вещах, касающихся Энди, но мне ужасно нужно было с кем-то поговорить. Необходимость скрывать его прошлое от близких мне людей была убийственной. Вернулась Джесс, и я поведала подругам о трагедии, случившейся с Энди, его сестрой и родителями. Я рассказала им об аварии, переезде в Соному, бывшей жене. Обо всем.

— Зоуи, пожалуйста, не пойми меня неправильно, ты же знаешь, как я люблю тебя, — произнесла Джесс, — но поставь себя на его место. Раз, все родные погибли в считанные секунды. Два, человек ежедневно ходит на работу, недавно женился, чувствует себя счастливым и вот однажды, вернувшись домой, обнаруживает на столе бумаги на развод. Без всякого предупреждения или намека.

Джесс присела на скамейку рядом со мной и продолжила:

— После всего этого он встречает тебя, по уши влюбляется, а потом ты оказываешься в больнице. А ты всего лишь стояла на тротуаре, Зи, — Джесс замолчала, но спустя мгновение продолжила: — Чувствую себя ужасно, ведь именно я сообщила ему, что после столкновения ты не приходишь в сознание. Мне следовало промолчать, но я ведь не знала о том, что произошло с его семьей. Ох, Зоуи, он же спросил меня тогда, не умерла ли ты.

Она тяжело вздохнула, и в ее глазах появились слезы.

— Вот дерьмо! — она поднялась и ушла прочь.

Мой мозг пытался переварить сказанные ею слова. До моего сознания многое начало доходить, и все приобретало смысл. Я вспомнила обо всех вещах, которые он сказал или сделал, когда я пыталась заставить его поговорить со мной.

Как только речь заходила о его семье или аварии, в которой они погибли, он тут же начинал потирать подбородок.

Неужели он сравнивал мой несчастный случай с тем, что произошло с его родителями и сестрой? Вот черт, ну почему я раньше этого не поняла?

Ведь это означало... что он считал меня тоже своей семьей.

Потому что я его… а он мой.

Боже, какая же я идиотка.

Все его близкие погибли в чудовищной аварии, а я лишь стояла на тротуаре и болтала с друзьями.

Я всего лишь стояла и занималась своими делами.

Если бы все сложилось по-другому, я уже была бы мертва: меня могло выкинуть на проезжую часть, а в эту самую секунду проносившийся автомобиль мог бы меня сбить. Я уверена, что он бесконечно прокручивал различные варианты событий того вечера.

— Зи, что ты думаешь делать? — спросила Саша.

Очередная слеза скатилась по моей щеке и упала на деревянную палубу у моих ног.

— Я не знаю, Саша. Чувствую себя такой дурой.

Когда снова вернулась Джесс, к ее уху был прижат сотовый телефон и она с кем-то беседовала. По-видимому, мы приблизились к берегу, раз сеть снова работала, и я отметила про себя, что надо бы позвонить доктору Дженсен.

— Она здесь, — произнесла она в трубку, прежде чем передать ее мне.

— Кто это?

— Зи, просто поздоровайся.

Уголки ее рта изогнулись в легкой улыбке, когда я прижала телефон к уху и произнесла «привет», как она мне и сказала.

— Зоуи, ты в порядке? — с акцентом раздался глубокий голос, который я так сильно любила.

— Нет, — честно призналась я. Вздох облегчения вырвался из меня при звуке его голоса. Слезы снова защипали в глазах и потекли по щекам. Я не знала, что ему сказать, и единственные слова, которые сорвались с моих губ, — я упала.

Боже мой, Зоуи, это единственное на что ты способна? Скажи парню, что ты любишь его и совершила чертовски большую ошибку.

Тишина по ту сторону трубки заставляла меня нервничать.

— Как ты? — спросила я у него, желая положить конец этому невыносимому молчанию.

— Не очень, — тихо ответил он. — Ты поранилась?

Только мое сердце.

— Так, всего лишь несколько царапин. Вокруг меня сновали толпы туристов, что снова вызвало паническую атаку. Всем хотелось увидеть кита, люди начали толкаться, продираясь к перилам. Кто-то ударил меня по ребрам, у меня перехватило дыхание, — мои слова больше напоминали бессвязное бормотание, поскольку я не знала, что еще сказать.

— Я скучаю по тебе, — произнес он, наконец, прервав меня.

В груди защемило, ведь я тоже скучала по нему. Все, о чем я желала, — это оказаться дома, но одновременно с этим я понимала: поступи я так, мы бы сразу же вернулись к тому, отчего я уехала… к отдалению друг от друга.

— Я много размышлял о нашем разговоре прошлой ночью и думаю, что ты была права. Нам следует провести какое-то время порознь, — его слова прозвучали удрученно.

Нет! Разряд душевной боли пронзил все мое тело.

— Зоуи, прости меня за то, что я так сильно на тебя давил. Я не хотел этого. Просто слишком быстро влюбился в тебя. Никогда раньше я не встречал девушку, похожую на тебя. Когда тебя ранили, признаю, это чертовски меня напугало. Я не хотел вести себя, как придурок, но по некоторым причинам вел себя именно так. Я отталкивал тебя, потому что считал, что так или иначе потеряю тебя, и полагаю, это случилось.

Слезы, не переставая, текли по моим щекам; наконец, он говорит со мной.

— Ты не потерял меня, — прошептала я.

— Разве? Ты же порвала со мной.

Сердце сжалось от его слов. Я промокнула лицо салфеткой, которую мне передала Джесс. Ни одна из моих подруг не ушла, они обе остались, чтобы поддержать меня.

— Энди, я люблю тебя. Мне нужно было время, чтобы все обдумать. И только. Ты был таким отстраненным, постоянно отталкивал меня... Я не знала, что еще предпринять. В общем, паника захлестнула меня, и я решила сбежать. Это была огромная ошибка, и мне так жаль. Я совершила именно то, чего больше всего боялась в самом начале наших отношений.

Я сделала глубокий вдох, тем самым успокаивая себя, а после выдохнула.

— И что же нам теперь делать?

Мне не потребовалось много времени на ответ.

— Я хочу быть с тобой, но и этот отпуск мне необходим, чтобы справиться со своими внутренними проблемами, которые и у тебя есть тоже. Прежде чем вернуться домой, я хочу, чтобы ты поработал над ними. Как ты на это смотришь?

— Я приложу все усилия. Мы можем использовать столько времени сколько нужно для решения наших проблем. Ты — все, что у меня есть, и я не могу потерять тебя из-за этого. Между нами происходит нечто особенное и мы не можем отказаться от этого.

Он был прав. За исключением моей приемной семьи, он лучшее, что случилось со мной в этой жизни.

У нас обоих были проблемы, но теперь, когда он, наконец, готов говорить об этом, не было никаких сомнений, что мы выясним все до конца. Энди должен научиться отделять несчастный случай, произошедший со мной, и ту катастрофу, которая произошла с его семьей, а мне необходимо справиться со всем тем дерьмом, что я накопила в себе до встречи с ним.

Нам придется целый месяц находиться порознь и самостоятельно справляться с нашими тараканами. А после моего возвращения домой, мы спокойно будем строить наше будущее.

Наша лодка причалила к берегу, пассажиры начали пролезать вперед к проходу, чтобы сойти первыми. Я и близко не собиралась подходить к ним, пропуская вперед. С удовольствием подожду.

— Мы же собираемся сделать это, не так ли? — спросила я. — Быть вместе, но для этого потребуется время, чтобы привести наши дела в порядок? В один прекрасный день мы уладим все наши проблемы. Без спешки. Без стресса. Но, Энди, мы должны разговаривать. Мы не можем позволять себя отталкивать друг друга. Я хочу, чтобы ты делился со мной тем, что творится в твоей голове.

— Да, Зоуи, я сделаю для этого все необходимое. Клянусь.

Почти все пассажиры сошли на берег, значит, и нам пора было выдвигаться.

— Я тоже. Нам сейчас пора спускаться на берег, — произнесла я. — Перезвоню вечером после ужина, хорошо? Мы можем поболтать по «скайпу». Как тебе такой вариант?

Когда он ответил, я безошибочно уловила улыбку в его голосе.

— Звучит превосходно. Не могу дождаться, когда увижу тебя.

Я почувствовала, как сердце медленно забилось вновь.

— Я люблю тебя, Эндрю Джеймс Тейт. Пожалуйста, никогда не забывай об этом. Увидимся позже. Поцелуй, пожалуйста, Джеймса за меня, хорошо?

Он усмехнулся, и это был самый приятный звук, который я услышала за весь день.

— Я не буду целовать Джеймса. По-моему, его необходимо еще раз помыть. Но я буду ждать встречи с тобой. Люблю тебя.

Мы закончили разговор, и я передала телефон обратно Джесс. После чего вскочила и обняла ее.

— Спасибо. Ты только что спасла мою жизнь.

Я понимала, что со стороны казалось ненормальным, что наши внутренние проблемы мешали нашим отношениям, но эти проблемы не касались наших чувств друг к другу. События прошлого мешали нам двигаться вперед. Я любила его и была готова на все, чтобы быть с ним.

Я должна была в себе разобраться.

Остаток дня прошел великолепно, потому что тяжкий, давивший на меня груз упал с души. Мы с подругами совершили множество покупок, а после решили отправиться выпить в «Кабо Вабо Кантина».

После нашего разговора с Энди я чувствовала себя намного лучше. Чтобы Джесс ни сказала ему во время звонка, очевидно, это помогло. Я с нетерпением ждала, когда увижусь с ним сегодня поздно вечером, и не важно, что эта встреча пройдет только через монитор. Мне удастся полюбоваться его красивым лицом, без необходимости задаваться вопросом, какие чувства его обуревают, как это случалось, пока мы болтали по телефону.

— Земля вызывает Зоуи, Зооуи, — пропела Джесс. — Возьми себя в руки.

Я несколько раз моргнула, тем самым возвращаясь в настоящий момент. Передо мной стояли два шота текилы, которых раньше там не было.

— Простите, все хорошо. Всего лишь задумалась на пару секунд.

Мои лучшие подруги рассмеялись, пока бармен перед ними ставил их шоты.

— Это мы заметили. Пьем до дна, сучки, — язвительно провозгласила Саша. Мы залпом выпили текилу и зажали между зубами лайм.

Ммм, самое оно.

Проголодавшись, мы решили заказать закуски из меню. Все они выглядели замечательно, и ни одна из нас не могла остановить свой выбор на одном конкретном блюде, поэтому мы решили заказать по нескольку.

Во время еды мои мысли продолжали возвращаться к Энди и к событиям, произошедшим за последние несколько дней. Мне хотелось, чтобы он смог понять те чувства, которые охватили меня на лодке. С моего дня рождения это было нашей «фишкой» отправлять друг другу песни. Я отправила ему сообщение.

Как только выдастся возможность, прослушай песню «Run» группы S.P. Не могу дождаться, когда увижу тебя сегодня вечером.

Мы закончили ланч и снова отправились за покупками. Я взяла себе миленькие босоножки и платье, в котором в пятницу собиралась пойти в клуб.

Позже мне пришло сообщение от Энди.

У меня перерыв, слушаю песню. Хочу, чтобы ты прослушала «I Miss You» Incubus. Джеймс передает тебе привет. Через пару минут собираюсь принять душ. Также не могу дождаться встречи с тобой, Красотка.

Я улыбнулась и не смогла удержаться, чтобы не представить его обнаженное великолепное тело, по которому стекают сверкающие капельки мыльной воды. Я моментально напечатала ответное сообщение.

Премного благодарна. Оставшуюся часть дня я буду представлять себе это.

По пути домой я получила еще одно сообщение от Энди. На этот раз он прислал фотографию.

Вот же дерьмо, твою мать.

Он был в душе, обнаженный, удерживая телефон высоко над головой. Он смотрел в камеру, улыбаясь своей коварной, возбуждающей ухмылкой.

Охренеть.

Фотография была очень маленькой, и единственное, что я могла разглядеть — это руку, держащую камеру, спину и небольшой участок его круглой, сексуальной, мускулистой задницы.

— Боже мой, он хочет моей смерти, — пробормотала я, чувствуя, как румянец окрашивает шею и щеки.

Саша выхватила из моей руки телефон и посмотрела на фотографию.

— Ты одна из самых счастливых сучек, Зоуи Линн Джеймс. Разве у мужчины может быть такой загар? — Чтобы получше увидеть фото, она повернула телефон в сторону, а затем передала его Джесс, которая, едва взглянув, тут же покраснела.

Не-а, его идеальное тело не покрывал загар. Это его естественный цвет кожи: золотистый и яркий. Саша права. Я — одна из самых счастливых сучек. Я попыталась отобрать телефон у Саши, которая мертвой хваткой вцепилась в него, снова глазея на Энди. Не то чтобы я обвиняла ее, обнаженным он смотрелся потрясающе. Я ответила на его сообщение.

Девочки считают тебя горячим, напишу позже.

По возвращении домой мы продолжили наслаждаться отдыхом в патио вместе с тетей и дядей после окончания рабочего дня. Я позвонила маме и рассказала ей о нашем отпуске.

— Зоуи, с Энди все в порядке? — спросила у меня мама, когда разговор зашел о работе.

— Думаю, да. А почему ты спрашиваешь?

Прежде чем ответить, она сделала глубокий вздох.

— Mija, сегодня на работе он вел себя немного странно. Но по возвращении с обеда снова стал самим собой. Я беспокоюсь о нем.

Во время своего перерыва он поговорил со мной, а после вернулся к работе. Но меня не радовал тот факт, что на работе он «вел себя немного странно» — это слишком опасно, ведь автомобиль весом в несколько тысяч фунтов висит над твоей головой, да и постоянно имеешь дело с инструментами с высокой мощностью.

Совсем нехорошо. Надо будет поговорить с ним об этом, не из-за ответственности, которую могла понести автомастерская в результате несчастного случая, а потому, что я его любила и не хотела, чтобы он отвлекался на работе из-за наших отношений. Ведь именно по этой причине вместе с теми неприятностями, которые устроил Роб, я не хотела встречаться с ним.

Тем же вечером девочки помогли мне приготовить ужин для тети и дяди, а после прибраться на кухне. Не имея больше никаких сил дожидаться встречи с Энди, я направилась в спальню и включила ноутбук. Зайдя в «скайп», я набрала его. Прошла пара минут, прежде чем его изображение появилось на экране, и через мгновение мои глаза наполнились слезами.

— Привет, — произнесла я. Как же я была счастлива видеть его! Он расположился на диване, ноутбук находился перед ним на журнальном столике. Рубашки на нем не было. Спасибо тебе, Господи.

— Привет, любимая. Как дела?

— Лучше, чем сегодня утром. А у тебя?

Он улыбнулся, его светлые глаза засверкали.

— Сейчас лучше всех, когда смог увидеть твое прекрасное лицо, — Энди посмотрел на меня недоумевающе. — Почему в твоих глазах слезы?

Я моргнула пару раз, чтобы слезы не полились из глаз.

— Я просто счастлива тебя видеть. Я действительно решила, что прошлой ночью мы расстались.

— Зоуи, еще раз прости за мои идиотские выходки. — Его глаза цвета индиго прожигали меня с такой силой, давая понять, что ему на самом деле было очень жаль. — Прошлой ночью я не мог уснуть, все думал о тебе... кстати, за это я тоже извиняюсь. Это был незрелый, хреновый поступок. Я рад, что Джесс позвонила мне сегодня. Напомни мне поблагодарить ее позже.

Я подняла руку вверх, пытаясь прервать его.

— Та фотография, которую ты мне сегодня прислал, в достаточной степени послужит благодарностью для нее, — рассмеялась я.

Он выглядел смущенным.

— Как раз собирался спросить тебя. Каким образом она к ним попала?

— Саша вырвала телефон из рук. В следующий раз, когда ты мне пришлешь очередное сексуальное сообщение, буду более внимательной. Если этот следующий раз наступит, — я облегченно выдохнула, после его смеха и заверений о готовности присылать подобные сообщения, как только мне захочется увидеть его великолепное тело.

Насмеявшись, наступила пора для серьезного разговора.

— Ты прослушал песню? — спросила я, имея в виду сообщение, которое я отправила ему ранее.

Он кивнул.

— Да. И я понимаю, почему тебе было необходимо, чтобы я ее прослушал. Ты представляешь, насколько я счастлив, что могу сейчас с тобой разговаривать?

Его вопрос заставил меня улыбнуться.

— Надеюсь, так же счастлив, как и я. Я сожалею обо всем, Энди. Я была такой глупой.

Он покачал головой, тем самым, не соглашаясь со мной.

— Нет, ты пыталась поговорить со мной, а я забивал на это. Наверно, я боюсь, что когда-нибудь могу тебя потерять. А после произошедшего с тобой несчастного случая страх усилился, и произошло то, чего я боялся. Это я был дураком, а не ты.

Пока он говорил, я внимательно слушала, не отрывая глаз от экрана монитора. Я заметила колки и гриф его гитары, торчащей за диваном. Должно быть перед моим звонком он на ней играл.

— Ты играл на гитаре? — спросила я у него, как только он замолчал.

Он кинул взгляд на гитару и снова повернулся ко мне со счастливой улыбкой на лице.

— Да, чуть побренчал на ней, стараясь вспомнить композиции, которые раньше знал. Прошло много времени с тех пор, как я играл на ней в последний раз.

— Я рада, что ты снова играешь. Может быть, сыграешь что-нибудь для меня, когда я вернусь домой?

Он улыбнулся.

— Возможно. — Сидя вот так на диване, обнаженным по пояс, он выглядел невероятно красивым. Я улыбнулась при мысли о своих пальцах, скользящих по его татуировкам.

— Ты, наконец, разрешишь мне сделать тату при возвращении домой, ну пожалуйста?

— Конечно, — ответил он. — Ты все еще хочешь наколоть снежинку, про которую упоминала?

— Думаю, да.

Он усмехнулся.

— Тебе лучше хорошенько подумать над этим, Зоуи. Ты же понимаешь, что она останется у тебя до конца твоей жизни? Мне до сих пор не вериться, что из-за огромной любви к «Snow Patrol» ты хочешь ее сделать. Возможно, и я сделаю еще одну.

Да, умоляю.

Я рассмеялась.

— Боже, ты говоришь так, словно я собираюсь вытатуировать слова «Снежный патруль» поперек задницы, Энди. Я всего лишь хочу сделать вихрь снежинок, вот и все. Небольшой пустячок, в отличие от твоих татуировок по всему телу.

— Ты обожаешь мои тату и знаешь это, — ухмыльнулся он, заставляя меня показать ему язык.

Мы еще немного поговорили о нас и наших отношениях. Между нами снова возникло то взаимопонимание, которое было до несчастного случая.

— Как бы я хотела, чтобы ты сейчас был здесь, — внезапно выпалила я. — Полагаю, и ты бы не отказался. Здесь тепло и солнечно, — я немного приподнялась, и подвинула экран ноутбука немного назад.

— Зоуи, твоя рука еще болит?

— Моя рука?

— У тебя ссадина на руке. Это результат утреннего падения?

Дерьмо.

— Да, все в порядке. Одна из девушек из корабельной команды обработала мне руки и колени, — я подняла руку повыше, чтобы он мог ее лучше разглядеть. Кажется, мой ответ его удовлетворил.

— Я рад, что ты не сильно поранилась. Тем не менее, что там произошло? Джесс позвонила мне и принялась извиняться за тот вечер, когда произошел несчастный случай, и рассказала, что случилось с тобой на катере. Ты из-за меня плакала? — он молниеносно приблизился к веб-камере, не дожидаясь моего ответа. — Зоуи, мне так жаль, что я вел себя по-идиотски по отношению к тебе.

— Перестань, пожалуйста. Все закончилось. Теперь у нас все хорошо. — Он кивнул, и я поведала обо всем, что произошло на катере утром.

— И ты споткнулась об рюкзак, валявшийся на палубе? — спросил он после того, как я закончила подробный рассказ о своем прозаическом путешествии.

— Да, и не о чем здесь больше говорить. Я попыталась пробраться сквозь толпу, и моя нога запуталась в лямке рюкзака. Ничего страшного. Я такая недотепа, — я внимательно вглядывалась в его глаза, пытаясь прочитать в них его мысли. — Ты выглядишь усталым. С тобой все в порядке?

Он кивнул.

— Сейчас да. Я не спал всю прошлую ночь.

Его замечание о прошлой ночи напомнило о моей беседе с мамой.

— Энди, пожалуйста, ты должен быть осторожнее. Не выходи на работу, когда случаются подобные вещи. Мама рассказала, что ты был сам не свой последние пару дней. Я не хочу, чтобы из-за меня ты получил травму на рабочем месте, хорошо?

Не было никакого смысла отрицать, что мы были в шаге от роковой черты. Несколько недель назад мы решили попытаться построить отношения, несмотря на его работу у моего отца.

— Конечно, я обещаю. Но я больше не собираюсь когда-либо с тобой ссориться, поэтому с этим проблем не будет, — он рассмеялся.

— Звучит хорошо, — заметила я. — Никаких ссор. С этим я смогла бы согласиться.

Время было позднее, а ему завтра идти на работу.

— Тебе завтра на работу, и мне придется тебя отпустить. Рада была тебя увидеть. Скучаю по тебе.

Он улыбнулся.

— Я люблю тебя, Зоуи. Поговорим завтра.

Мне не хотелось выключать ноутбук. Я лишь хотела не спускать с него взгляда, но ни один человек, будучи в здравом смысле не стал бы этого делать. Решив, что все-таки я здравомыслящий человек, в конце концов, попрощалась с ним.

— Спокойной ночи, Секси. Я люблю тебя, — закончив разговор, я отправилась к своим друзьям и близким.

Мой мир снова наполнился покоем, в течение нескольких следующих дней мы втроем отрывались в Кабо и побывали на всех запланированных экскурсиях. Больше всех мне понравилась конная прогулка по пляжу. Гид указал мне на самого красивого коня — серого в белых яблоках. Я никогда раньше не ездила верхом и сразу же влюбилась в это чувство свободы и единения с могучим животным.

Мы ехали по пляжу, солнце высоко светило в небе, а вдали неспешно плыли белые пушистые облака. Это был изумительный день. Я подвела коня к Джесс и попросила ее сфотографировать меня, чтобы отослать фотографию Энди и своей семье. Передав телефон, я развернула животное и направила его к океану.

Он вел себя так, словно не боялся воды, и я продолжила спускаться вниз по пляжу. Казалось, его ноги так и пританцовывали в полосе прибоя. Во время верховой прогулки я много смеялась, и улыбка не сходила с моего лица. В какой-то момент поймала себя на мысли, насколько мне сейчас хорошо и спокойно, так что даже не заметила, как Джесс фотографировала меня и снимала на видео.

«Я могла бы кататься верхом ежедневно», — подумалось мне.

В конце поездки мы отвели лошадей обратно в стойла, где я убедила владелицу конюшни позволить мне помочь почистить их. Ее звали Джози, она оказалась замечательным человеком, взявшим на себя большую заботу о лошадях.

— Джози, как его зовут? — спросила я, имея в виду коня, на котором каталась и которому в настоящий момент чистила зубы.

— Дымок, — ответила она, улыбаясь и откидывая челку со вспотевшего лба. Ее темные глаза искрились восхищением, пока она собирала свои длинные черные волосы в пучок на затылке.

— Он великолепен. Мне нравится звук его дыхания и другие звуки, которые он издает. Странно, да? — рассмеялась я, осознавая, что мои слова могут звучать двусмысленно.

Она прекратила заниматься своими делами и повернулась ко мне с пониманием на лице.

— Не совсем, Зоуи. Я понимаю, о чем ты говоришь. Я не находила большего мира и спокойствия в своей жизни, чем среди этих лошадей. Вот почему я занимаюсь этим.

Как ни странно, но я точно понимала, о чем она говорила.

— Как произошло, что вас заинтересовали лошади? — спросила я.

— Я росла в одном из детских домов в Мексике, а затем, в один прекрасный день, совершенно неожиданно нас, горстку детей, отвезли на ранчо. Там мы учились ездить верхом и ухаживать за лошадьми. Это было частью терапии. — Джози сделала паузу, глубоко вдохнув, прежде чем продолжить: — Я влюбилась в лошадей и, когда стала старше, нашла работу на ранчо. Со временем я обучилась на гипнотерапевта и стала работать один на один с детьми и лошадьми. Два года назад я уволилась оттуда и тогда же потратила большую часть своих сбережений на покупку конюшни.

Проглотив тяжелый ком, подступивший к горлу, я представила через что ей пришлось пройти, но мне не хотелось выглядеть назойливой и выспрашивать у нее подробности. Из того, что я узнала за последние годы — детские дома в других странах были намного хуже, чем в США.

— Мне так жаль, Джози, — тихо произнесла я, чувствуя себя виноватой из-за того, что своими расспросами вызвала у нее плохие воспоминания. — Я знаю, как тяжело должно быть вам было в приюте.

Я подумала о том, как Энди потерял свою семью и как меня забрали у матери в возрасте восьми лет.

В течение нескольких долгих секунд она изучала меня с любопытством, а затем задала мне вопрос, который я меньше всего ожидала услышать.

— Зоуи, мне кажется, что вы не понаслышке об этом знаете. У вас есть опыт работы с сиротами?

— Я была одной из них, — призналась я, не задумываясь над ответом. — Как вы поняли?

— Дорогая, мы, сироты, связаны между собой невидимыми нитями. Хотим ли мы этого или нет, мы связаны друг с другом жизнями, которые у нас были, жизнями, которых лишились, а после заново начали.

Джози задумчиво изучала мое лицо и, помедлив, спросила:

— Что привело тебя сюда, Зоуи?

Хороший вопрос. Почему я здесь? Я рассказала Джози о времени, которое я провела в приемных семьях, об удочерении в четырнадцать лет, открытии своего магазина и о браке с Робом. А после, не сумев остановиться, вывалила на нее все проблемы, беспокоившие меня сейчас.

— Ясно, — произнесла Джози, когда я закончила свой рассказ. — Как ты смотришь на то, чтобы поработать здесь до своего отъезда?

— Честно говоря, я приехала сюда взять паузу от своей жизни. После развода дела стали налаживаться, но потом что-то пошло не так, и я позволила жизни протекать мимо меня. В течение нескольких месяцев я страдала от депрессии, отталкивая от себя всех близких, чтобы не навредить им. Я снова начала проходить терапию, но в последнее время у меня стали случатся кратковременные приступы тревоги, — призналась я.

Джози кивнула головой, и ее полный сочувствия взгляд встретился с моим.

— И каковы твои намерения сейчас?

— Самым главным для меня является понять кто я такая. У меня чудесная семья, великолепные друзья и новый парень, которого тоже потрепала жизнь. Но на пути нашего счастья есть определенные препятствия… проблемы, с которыми мы решили разобраться, пока я здесь. Недавно я попала в аварию и с тех пор у нас с Энди, моим парнем, не все гладко.

Мне потребовалось время, чтобы рассказать ей о его прошлом, о несчастном случае, произошедшем со мной, и как он после отдалился от меня.

— Зоуи, я рада видеть, что вы оба осознаете, как ваши прошлые проблемы влияют на вас и ваши отношения. Твой молодой человек — настоящий мужчина, раз понимает, что ради вас обоих ему необходимо разобраться со своим прошлым и жить дальше, — сказала она. — Не хочешь рассказать мне, что стало причиной твоей депрессии? Я хороший слушатель.

Улыбка Джози помогла мне снять напряжение, возникшее в начале нашего разговора. С ней было легко общаться, поэтому я подробно рассказала ей о Робе, об иске, который он предъявил мне и отцу, о последующей за этим мести, когда он забрал дорогую для меня «шевелл» в качестве отступных.

Джози понимающе кивнула.

— Должно быть, для тебя это стало серьезным стрессом; могу понять, почему ты решила взять отпуск. Ты надолго сюда приехала?

— Это моя первая неделя. Я остановилась у своих родственников на месяц, — я бросила взгляд на часы, висевшие на стене сарая, не осознавая, насколько уже поздно. Девочки, вероятно, удивлены моим исчезновением, поскольку я оставила их около загона для лошадей после окончания поездки.

— Замечательно. Не хотела бы ты еще раз навестить меня и Дымка? Можешь приезжать каждый день, если захочешь. Мне бы хотелось еще поговорить с тобой о твоей жизни.

Я согласилась вернуться после отъезда Джесс и Саши в Сакраменто. Тетя и дядя будут работать, а у меня не было каких-либо планов, поэтому конюшня казалась мне именно тем местом, где мне и следовало быть. Я оставила Джози с лошадьми и вернулась обратно на пляж на поиски подруг, которые в это время, растянувшись на песке, дожидались меня.

— Зи, хорошо провела время? — спросила Джесс, передав обратно мне мобильный.

— Да, это был самый удивительный день. Джози снова пригласила меня сюда на следующей неделе.

Мне захотелось отправить Энди одну из фотографий, сделанных Джесс, и, усевшись на песок, я стала их просматривать. Я пролистывала их одну за другой. Джесс нащелкала более тридцати фото со мной верхом на Дымке.

Подруги сидели по обе стороны от меня, наблюдая за моими попытками решить какую же фотографию отправить.

— Вот эту. Отправь ему вот эту, — указала Саша без колебаний.

Я прикрепила фото Дымка, на которой он гарцевал в волнах, все его тело было в движении, грива и хвост развевались по ветру. Когда, наконец, я взглянула на себя на этой фотографии, то поняла, почему они хотели, чтобы я отправила именно ее.

И они оказались правы. Эта фотография особенно понравится ему. Она и мне нравилась больше всех. На ней мое лицо светилось, огромная улыбка расплылась во весь рот. Глаза были прикрыты, голова приподнята к небу. Кроме меня и Дымка, на фото были лишь синее небо, прибой и песок. Все выглядело как на картинке, поэтому я и отправила ее Энди и родителям.

— Тебе следует взглянуть на следующие видео, — предложила Джесс.

Я посмотрела их и расплакалась. Увидев себя такой свободной и по-настоящему умиротворенной, я была потрясена до глубины души.

— Боже мой, ну почему я такая эмоциональная? — рассмеялась я, утирая слезы, пока мои подруги сжимали меня в своих объятиях. Подчиняясь мимолетному порыву, я направила Энди одно из видео тоже.

Стряхнув песок с полотенец, собрав книги, солнцезащитный крем и остальные вещи, мы закинули сумки в машину и поехали домой. Вернулись мы уже к ужину изрядно проголодавшимися.

Слава богу, что у моего дяди вчера был выходной, и после морской прогулки он повозил нас по магазинам, так что сейчас в нашем распоряжении были все ингредиенты для приготовления жареной курицы, макарон с сыром и свежих зеленых бобов. Я также взяла несколько больших халапеньо³, и, пока курица жарилась, разрезала их пополам, очистила от семечек и намазала сливочным сыром. Положив крупные креветки поверх халапеньо, я разместила их на специальной решетке, которую тетя использовала для гриля. Перенесла их в патио и выложила на гриль, а затем позвонила Энди.

— Привет, красавица, — произнес он, ответив на звонок.

Сегодня я чувствовала себя прекрасно.

— Привет, как дела?

— Отлично. Зоуи, та фотография, которую ты отправила, она... Я даже не знаю, как описать. Ты выглядишь такой счастливой. Расскажи мне, как ты провела день. — Я могла различить улыбку в его голосе.

Я рассказала ему о лошадях, Джози и о том, что чувствовала, просто находясь с ними рядом. Спокойствие и умиротворение.

— Похоже, ты нашла то, что сможет тебе помочь, пока ты находишься там. Я и раньше слышал об иппотерапии. Подобное место есть недалеко от моего дома в Окленде. Бывало, когда мы находились на пляже, они проезжали мимо нас.

Как же хорошо разговаривать с ним, не чувствуя при этом никакого давления или напряжения. Просто идеально.

— Какие планы на завтрашний вечер? — спросил он.

— Мы снова собираемся в «Кабо Вабо Кантина» потанцевать, — ответила я. — А ты чем займешься?

— Мы с Ноа собирались поиграть в бильярд и выпить пива. Возможно, и Джереми присоединится к нам, но он еще не уверен.

Я была рада, что он проводит время с моими братьями, и что они стали друзьями.

И именно в этот момент завопила Саша, чей крик я услышала сквозь открытую дверь в патио:

— Зи, твои «скримпс»⁴ готовы! Кончай болтать со своим прекрасным принцем и тащи свой тощий зад сюда, прежде чем они сгорят!

Энди чуть не лопнул от смеха, ясно услышав через трубку мою громкоголосую подругу.

— Она что, действительно сказала «скримпс» вместо «креветка»?

— Да, несколько лет назад она услышала это слово в одном из фильмов и с тех пор так их называет, — призналась я, вспомнив, как мы смотрели этот фильм, и она выплюнула содовую, услышав это слово. Чокнутая Саша, обожаю эту сумасшедшую.

— Ну ладно, возвращайся и присмотри за своими «скримпс», пока они не испортились, Красавица. Завтра позвонишь? — Мне не хотелось прощаться, но у нас у обоих были еще дела.

— Конечно, позвоню. Люблю тебя, Секси.

— Я тоже тебя люблю. Зоуи, хорошего тебе дня завтра.

Вместе с семьей и подругами мы расположились в патио, приступив к закускам и потягивая «Маргариту». Ужин был почти готов, и я забросила в пароварку зеленые бобы. Пока мы ждали их приготовления, я присела рядом с тетей и стала показывать ей фотографии, сделанные нами во время прогулки верхом.

— Отличные фотографии. Ты выглядишь такой безмятежной!

— Спасибо, Tia, — улыбнулась я, рассказывая ей о Джози и Дымке.

Перед тем как мы сели за стол, Саша отвела меня в сторону.

— Я думала, что твою тетю зовут Мария. А ты все время называешь ее Тиа. Ты, черт тебя побери, меня запутала. Как мне называть ее.

Сдерживая смех, я объяснила Саше, что «Tia» с испанского переводится как тетя. Чуть позже мы приступили к ужину, наслаждаясь едой и обсуждая события сегодняшнего дня. Вечером, забравшись в кровать, я почувствовала себя счастливой и впервые, с тех пор как приехала в Кабо, проспала всю ночь.

Следующий день был посвящен подводному плаванию. Ненавижу это занятие. Точнее только одну его часть. Экскурсоводы разбросали раскрошенные тортильи в воде, тем самым привлекая рыбешек, которые моментально окружили нас. Они безумно напугали меня, напоминая стаю пираний, что меня совсем не привлекало.

Последней каплей моего терпения стало столкновение одной из них с моей маской. Все, с меня точно было достаточно. После того как я уплыла от этих «пираний», я присоединилась к другим людям, которые нашли более мирно выглядящих рыб для наблюдения.

У Джесс и Саши оставался еще один день, прежде чем они вернутся в Сакраменто, поэтому заключительной частью нашего отпуска был поход на вечеринку. Для него я выбрала свое новое платье и сандалии, недавно купленные во время одной из наших прогулок по магазинам. Саша надела черную мини-юбку, такого же цвета корсет и красные туфли на высоких каблуках, в то время как Джесс взяла слегка старомодное, но короткое платье в цветочек и сандалии в гладиаторском стиле. Мы сделали пару фоток и отправились на вечеринку.

Поскольку это была их последняя ночь в Кабо, на сегодняшний вечер я была назначена быть водителем. Мы подъехали к клубу и преодолели половину пути на парковочной стоянке, когда зазвонил мой телефон, это был Энди.

— Подождите секунду, девочки. Я сейчас быстренько поговорю. — Удивительно поздний звонок, учитывая, что недавно я с ним разговаривала. Предполагалось, что он сейчас проводит время с моим братом.

Я провела пальцем по экрану и произнесла:

— Привет.

Молчание.

— Энди? Алло?

Молчание.

— Что случилось, Зи? — спросила Джесс.

— Кажется, он снова нечаянно набрал мой номер.

Когда я убрала телефон от уха, чтобы выключить звонок, раздался женский стон, прокричавший имя Энди. Какого хрена, мать твою? Я прижала телефон ближе к одному уху, а другое зажала пальцем, чтобы не слышать шум, раздающийся в клубе. Увидев мое лицо, искаженное ужасом, Джесс и Саша подошли ближе, на их лицах застыл немой вопрос.

Я включила громкую связь, и они услышали то же самое, что и я, когда женщина в очередной раз застонала. Их глаза, как и мои, тут же округлились от услышанного. Определенно, кому-то повезло, и без сомнения телефон принадлежал Энди. Волна огорчения и злости накрыла меня. Неужели это происходит на самом деле? Он не мог так поступить. Только не после того, как...

Мы продолжали слушать. И следующее, что мы услышали — стон мужчины: «О, Николь».

Голоса звучали приглушенно, но я не хотела знать продолжение. Неужели он на самом деле трахается с Николь, одной из постоянных любовниц Джереми? Я вспомнила, какую заинтересованность она проявляла к нему на новогодней вечеринке, устраиваемой Уиллом и Джастином, а после, не скрывая, предлагала ему себя в тот вечер, когда он пошел за компанию с Джереми в бар. Только я хотела нажать кнопку отбой, как Джесс остановила меня с выражением подозрительности на лице.

— Подожди секунду, Зи, — прошептала она, вытаскивая свой телефон и нажимая несколько кнопок.

— Эй, детка, это я, — произнесла она.

Джесс звонила Ноа. Она знала, что он вместе с Энди должен быть в баре и играть в бильярд.

— Где Энди? — спросила она моего брата.

Джесс посмотрел на меня с облегчением.

— Зи, он стоит в пяти футах от Ноа и играет в бильярд. Это не он.

Слава богу. Она рассказала Ноа, что мы услышали по телефону Энди, а затем передала телефон мне.

— Энди, — сказала она.

— Привет, — сказала я по телефону Джесс.

— Что происходит, Зоуи? — спросил Энди.

— Где твой телефон?

— Лежит на столике, рядом с пивом. — На мгновение на том конце трубки повисло молчание. — Нет, он был на столе. Но сейчас его там нет.

— Кто-то воспользовался твоим телефоном и набрал меня. И этот кто-то, судя по звукам, отлично проводит время с Николь.

— Вот дерьмо, — прорычал он. — Оставайся на линии. Я поищу телефон. — В его голосе звучала злость, когда он рассказывал братьям, что случилось, после чего они отправились искать пропавший телефон.

Саша продолжала держать мой телефон, который все еще был на громкой связи; на том конце двое все еще продолжали издавать шум.

— Я тебе перезвоню. Кажется, мы нашли его, — пробормотал Энди и закончил разговор, прежде чем я успела что-либо сказать. Я передала Джесс ее телефон, одновременно продолжая прислушиваться к тому, что происходило на другом конце моего телефона.

Следующее, что мы услышали — суматоху, женский крик и еще больше стонов. За исключением того, что этот стон существенно отличался от издаваемого ранее.

— Зоуи, ты еще там? — Это был Энди, отвечающий по своему телефону. Саша передала мне телефон, и я отключила громкую связь.

— Да. Что случилось?

Он кипел от ярости.

— Похоже, Николь стащила мой телефон, когда подошла поздороваться с Джереми. Она была с Робом в туалетной комнате, пытаясь разыграть тебя.

Этот гребаный кусок дерьма и чертова шлюха. Боже, как же я ненавидела их за то, что они только что сделали.

— Что ты сделал, когда нашел их? — спросила я, про себя надеясь, что сейчас Роб истекал кровью, лежа на полу. При нашей следующей встрече я сама разберусь с Николь.

— Этот засранец замахнулся на меня, так что мне пришлось ударить его... несколько раз.

Мило.

— У него течет кровь? — надеюсь, что так оно и есть.

— Возможно, немного, — сказал он, посмеиваясь. — Можно я скажу, что чувствую себя прекрасно, наконец, спустя столько времени, врезав ему?

— Да, можешь, и я надеюсь, что и за меня ты ему хорошенько вмазал, — пошутила я.

— Все удары были за тебя. Каждый из них, — произнес он как ни в чем не бывало.

Договорившись созвониться завтра, Энди вернулся к игре в бильярд с моими братьями, а я отправилась танцевать с подругами. Энди не сделал ничего плохого. Роб получил по заслугам, а с Николь я рассчитаюсь, как только увижу ее отвратительную рожу. Не позволю произошедшему сегодня испортить мой последний вечер с подругами.

В День святого Валентина я проснулась с осознанием того, как сильно мне не хватает Энди. Вообще-то, с подобным чувством я просыпалась каждый день, но сегодня его отсутствие ощущалось особенно. Я никогда не отмечала день святого Валентина, и, похоже, этот год не станет исключением.

Джесс и Саша улетели, в доме остались только я, дядя и тетя. По будням они работали, а я отправлялась в конюшню к Джози и помогала ей всем, чем могла.

Этим утром, проснувшись слишком рано, мне захотелось немного полениться, поэтому я решила поваляться в постели и почитать, после того как тетя с дядей отправятся на работу. Еще не было восьми, так что в первую очередь я позвонила Энди.

Он ответил сразу же после второго гудка.

— С днем святого Валентина, — произнес он радостно.

Я улыбнулась от мысли, что он вспомнил про праздник.

— С днем святого Валентина. У тебя на сегодняшний вечер уже назначено горячее свидание?

Он сделал выдох.

— На самом деле, я собирался поговорить с тобой об этом.

— Хм?

— Мне бы хотелось пригласить на свидание свою прекрасную девушку, но она сейчас находится за границей. Я надеялся, что она будет не против свидания по «скайпу» около семи часов вечера. Как полагаешь, она согласится?

— Конечно. Ничего не доставит ей большего удовольствия.

Так мы назначили наше свидание на семь вечера.

Он откашлялся.

— Я только что осознал, что тебя нет уже полмесяца. Когда ты возвращаешься? Я хочу тебя встретить в аэропорту.

Я с точностью до секунды знала время своего возвращения к нему и не могла дождаться того момента, когда снова увижу его прекрасное лицо.

— Мой рейс в Сакраменто двадцать шестого в три часа. Жду не дождусь, когда тебя увижу.

— Я тоже, Зоуи. Пришли мне номер рейса. Сейчас мне пора собираться на работу. Встретимся на нашем свидании в семь. Люблю тебя.

— Я тоже люблю тебя, — я закончила разговор, с нетерпением ожидая нашего вечернего свидания.

До конца книги оставалось пятьдесят страниц, и я решила остаться дома, чтобы закончить ее. Сегодня день святого Валентина и вряд ли в конюшне будет много работы, навещу Джози немного позже.

Прочитав книгу, я почувствовала себя голодной и отправилась на кухню приготовить завтрак. К приготовленным полоскам бекона, блинчикам и яйцам я добавила тарелку с фруктами, чтобы поесть чего-нибудь сладкого. И с жадностью поглотила каждый кусочек пищи.

Ежедневная работа с лошадьми требовала тяжелой работы руками, но мне она доставляла удовольствие. Я надела старые джинсы и футболку, стянула волосы в конский хвост, почистила зубы, собрала пляжную сумку, положив бикини, полотенце, солнцезащитный крем, новую книгу и поехала в конюшню. Раз уж день выдался таким размеренным, проведу время на пляже и начну читать новую книгу и расслабляться.

Прибыв в конюшню, я обнаружила творящийся там повсюду хаос. Один из гидов сослался на болезнь и не вышел на работу, и Джози отчаянно нуждалась в моей помощи, ну а я была счастлива оказать ее. Мне и в голову не приходила мысль дать ей номер мобильного телефона, но сегодня, прежде чем уехать, оставила его на случай, если вдруг ей снова понадобится моя помощь, пока я не улетела в Калифорнию.

Помимо того, что работа в конюшне физически тяжела, она была еще и грязной. К концу дня от меня пахло лошадьми, потом и нечистотами. Тело ломило, но я мчалась домой, чтобы скорее оказаться в душе.

Несмотря на то, что меня мучил голод, тратить время на готовку перед свиданием с Энди я не собиралась. По-быстрому одевшись, я попыталась высушить волосы, но звук урчащего желудка заставил меня передумать и спуститься вниз, чтобы что-нибудь перекусить. Я закрутила длинные светлые волосы в беспорядочный узел и трусцой побежала на кухню, где в это время заканчивали ужин дядя и тетя.

— Зоуи, пока ты была в душе, я приготовила тебе поесть. Тарелка в микроволновой печи, — сказала тетя, когда я рылась в холодильнике в поисках полуфабрикатов.

— Tиa, ты — святая, — тяжело дыша после бега, произнесла я. — У меня через пару минут свидание по «скайпу» с моим мужчиной, — объявила я, глядя на часы на микроволновой печи и доставая тарелку.

Ужин я не разогрела, решив съесть его холодным. У меня было дело поважнее. Смеясь и качая головой, тетя вручила мне вилку и салфетку, и я побежала в спальню включить ноутбук.

Ну и, разумеется, он загружался вечность. Каждый раз, когда мне срочно необходимо было подключиться, он тормозил.

— Не заставляй меня тебя заново переустанавливать, ты кусок… — Именно в этот момент ноутбук проявил признаки к жизни. Черт. Я уже опаздывала. Когда я вошла в систему, увидела пропущенный вызов.

Я тут же перезвонила. Буквально через минуту его лицо высветилось на экране, и при виде него мое сердце сильнее забилось в груди.

— Прости, я опоздала. Сумасшедший день.

— Все в порядке, Зоуи. Я знаю, что ты меня бы не продинамила.

— Я только что вышла из душа. Не возражаешь, если я поем, пока мы говорим?

Он усмехнулся.

— Конечно, нет. Это же свидание, не забыла? А на свиданиях полагается есть.

Я была слишком взбудораженной из-за постоянной спешки и, чтобы прийти в себя, сделала глубокий вдох, меня моментально окутал запах цветов. Я осмотрела комнату и обнаружила на туалетном столике самый изысканный букет, который когда-либо видела.

— Ты прислал мне цветы? — спросила я, спрыгивая с кровати, чтобы лучше их разглядеть.

На карточке было написано:

«С днем святого Валентина, Зоуи. Я люблю тебя и надеюсь, тебе понравится подарок».

— Да. Они тебе нравятся? К сожалению, ты не сможешь их посадить, да и вряд ли тебе позволили бы пронести на борт растение.

— Они прекрасны. Спасибо. Я люблю их... как и тебя, — счастливым голосом ответила я.

— Пожалуйста, поешь. А я буду тебя развлекать во время еды.

Развлекать?

Я лукаво усмехнулась.

— Ты собираешься раздеться или что-нибудь этакое? — Да, ну, пожалуйста. Он также хитро посмотрел на меня. В следующую секунду он стянул с себя футболку и закинул ее за диван.

— Ммм, спасибо, Секси, — подразнивая, проговорила я, поигрывая при этом бровями.

— Так лучше? — спросил он.

— Ага. Определенно. — На его шее красовалась цепочка с каким-то предметом, свисающим на конце.

— Что это у тебя на шее? Не видела этого раньше.

Он опустил голову, ухватился за предмет и поднял, чтобы показать мне.

— Обручальные кольца моих родителей. Нашел их в старой коробке, которую не распаковывал с момента переезда из Новой Зеландии.

Он не выглядел расстроенным от одного лишь упоминания о них. И, кажется, мой вопрос не встревожил его. Должно быть, он пытался справиться со своими проблемами. Случись такое месяц назад, он бы по-тихому ушел от ответа и начал бы потирать подбородок. Но не сегодня. Я была счастлива за него.

— Знаешь ли ты, как красиво смотришься с этой цепочкой и со всеми своими татуировками?

Он усмехнулся.

— «Красивый» — не совсем подходящий эпитет для мужчины. Они должны быть мужественными и привлекательными.

— Давай не будем забывать, что они также должны быть сексуальными, — добавила я. — И в тебе сочетаются как эти качества, так и другие. Но надев цепочку, ты приравнял себя к понятию красивый. Прости, ничего не могу с собой поделать. Ты слишком...

Он поднял руку, чтобы прервать меня.

— Зоуи, я понял. Я слишком сексуален, забыла какой у тебя рингтон на меня? — и рассмеялся своей идиотской шутке.

— На самом деле, сейчас это «Sex on Fire». Я уже давно изменила его на более подходящий.

Он выгнул брови.

— Полагаю, мне следует позже это проверить. Кстати, о музыке, мне бы хотелось, чтобы ты села вон там и поела. У меня для тебя еще один подарок. Посиди спокойно секундочку.

Он перенес свой ноутбук чуть подальше, встал и потянулся за спинку дивана, чтобы взять гитару, установленную на подставке. Мне повезло, открылся отличный вид на его великолепную задницу, на которую я смотрела, пока она была на экране. Когда он снова сел, я быстро стерла улыбку со своего лица, чтобы он не заметил.

— Пока ты в отъезде, я разучиваю новые песни, — произнес он и откинулся назад, расположив гитару на бедре.

Благодаря тому, что он передвинул свой ноутбук подальше, мне открылся вид на его полуобнаженное тело. Он был одет в мои любимые джинсы, в которых выглядел великолепно. Мне было без разницы, что он сказал.

— Пожалуйста, не смейся, если вдруг во время пения облажаюсь, имей в виду, я невероятно нервничаю.

Он собирается петь? Я думала, что он только сыграет для меня на гитаре.

— Я бы никогда не засмеялась над тобой. Ты будешь идеален.

Он покачал головой и улыбнулся мне.

— Красивый. Идеальный. Зоуи, мое эго возрадуется, если ты будешь продолжать в том же духе, — рассмеялся он.

Мы сидели в тишине, пока он настраивал гитару. Определенно мне захочется запомнить этот день, я протянула руку к ноутбуку и нажала кнопку записи, чтобы у меня появилась возможность позже просмотреть запись.

Нервничая, Эндиая потер лоб тыльной стороной ладони.

— Ладно, поехали. Уверен, что ты раньше слышала эту песню. Она называется «Fade Away».

Он сделал глубокий нервный вдох и заиграл на гитаре. Пока он не запел, я не сразу узнала песню.

Его выступление абсолютно свело меня с ума. Этот мужчина умел петь. И сама песня была идеальной. Тембр его голоса напоминал тембр певца, исполнявшего эту песню, такой же глубокий и сексуальный.

В то время, пока он исполнял композицию, мои глаза наполнились слезами. Мне нестерпимо захотелось оказаться рядом с ним на том диване, во время его исполнения серенады. Прислушавшись к тексту песни, я поняла причину, по которой он ее выбрал.

Эта песня в исполнении группы «Seether» звучала потрясающе, но только с Энди, который сидел там на диване и исполнял ее на гитаре, и мной, наблюдающей за выступлением; никогда в жизни не чувствовала себя невероятно особенной и любимой.

Он закончил песню и настороженно посмотрел на меня, желая увидеть мое одобрение или неприятие. К этому времени все слезы, которые хлынули из глаз, текли по моему лицу и капали на стоявшую на моих коленях тарелку.

У меня не было слов. Он был изумителен.

— Что не так? Все настолько плохо, что ты расплакалась? — пошутил он, прекрасно понимая, что мне понравилось.

— Ха-ха, очень смешно. Пожалуйста, скажи, что ты еще разучил песни.

Он улыбнулся.

— Всего лишь одну, но мне нужно поменять гитары. Дай мне еще минуту. А ты пока ешь! — потребовал он с улыбкой на лице, указывая на мою тарелку.

На этот раз, когда он встал, он полностью исчез с экрана, и мне оставалось лишь смотреть на пустой диван.

Я услышала на заднем плане шорох, и в этот момент Джеймс запрыгнул на диван, появляясь перед веб-камерой.

— Джеймс, — выкрикнула я, пытаясь привлечь его внимание. — Эй, Джеймс, что ты делаешь?

Да, я разговаривала с моим котом, как если бы он был человеком. Он, услышав меня, подошел к краю дивана, пытаясь сообразить, стоит ли ему прыгнуть на стол, чтобы оказаться ближе к ноутбуку. Он балансировал на краю дивана, не решаясь запрыгнуть, когда Энди прошел за диван с усилителем и гитарой.

— Джеймс, нельзя, — произнес он решительно.

— Эй, будь нежней с моим малышом, ты огромный злодей. — Джеймс отвлекся на что-то, лежащее на полу и спрыгнул. Да, у нашего котенка плохая концентрация внимания.

Энди хихикнул на заднем плане. Мне до сих пор не было видно его на экране.

— Прошлой ночью он вскочил на кухонный стол с одного из стульев и опрокинул стакан с холодной водой, — он рассмеялся. — Стакан упал в моем направлении, и вода пролилась мне на колени. Это было немного, хм…

Мне не удалось сдержать свою реакцию.

— Бьюсь об заклад, что тебе стало холодно и пришлось снять брюки, а?

Он присел на диван, ухмыляясь.

— Для этой песни я не сниму брюки, Зоуи.

Черт.

— Плохо. А мне бы очень хотелось на тебя посмотреть без них, — пошутила я.

Он покачал головой, пока устраивал гитару на своем бедре, затем наклонился вперед и посмотрел прямо в веб-камеру.

— Зоуи, когда ты вернешься домой, ни на одном из нас не будет и клочка от одежды, кровать мы не покинем как минимум дня два. Мне осточертело принимать холодный душ с тех пор, как ты уехала.

— Звучит неплохо, — произнесла я, ведь ожидание и меня убивало. — Нам необходимо перестать говорить об этом, или мне придется взять дело в свои руки.

Я рассмеялась и поиграла бровями, давая ему понять, что именно имелось в виду. Сейчас и я была не против позаботиться о своих нуждах, раз уж нам приходилось находиться вдалеке друг от друга.

Глаза Энди взметнулись и уставились на мои, бровь выгнулась в изумлении от моих слов. Господи, как же я люблю, когда от так делает.

— Зоуи, мне не послышались твои слова? Твою мать, один лишь подобный образ обеспечит меня занятием на вечер.

Моя челюсть отвисла, и я захихикала, от понимания какой грязный разговор мы ведем по «скайпу». Энди просунул медиатор между зубами, передвинул гитару у себя на коленях, и я могла лишь предположить, что ему пришлось поправить себе кое-что в штанах. Когда я рассмеялась, вызванной гримасе на его лице, он бросил на меня игривый взгляд.

— Готова послушать нашу песню? — спросил он, зажимая медиатор между передними зубами.

Наша песня? Я кивнула и снова нажала на кнопку записи.

Только он начал играть, сердце бешено застучало в моей груди.

Он разучил песню «An Olive Grove Facing the Sea».

— Боже мой. Я не ожидала подобного. Было невероятно замечательно наблюдать за его игрой на гитаре, как же он был хорош в этом. Его длинные пальцы плавно и аккуратно двигались по струнам гитары.

А вокал был безупречен. Он даже высокие ноты брал идеально. Мое сердце наполнилось любовью, слушая песню в его исполнении, под которую мы танцевали на мой день рождения. Определенно, однажды мне удастся заставить его спеть со мной дуэтом.

Он закончил песню и отставил гитару в сторону.

— Итак? На этой я не опростоволосился? — спросил он.

— Э-э, нет. Не то чтобы я хотела повысить значимость твоего эго, но... ты был великолепен. Энди, можешь петь для меня в любой день.

— Ты же знаешь, я на все готов ради тебя, да?

Я кивнула.

— Конечно, как и я, — я скучала по нему так сильно, что это причиняло боль. Мне хотелось прикоснуться к нему. Протяженный вздох вырвался из глубины моих легких.

— Как бы мне хотелось, чтобы ты был здесь, хотя бы на один день. Мы могли бы поваляться на пляже.

Его глаза загорелись, и он улыбнулся.

— Было бы хорошо, не так ли? Здесь холодно, особенно сейчас, когда тебя нет рядом. От Джеймса нет никакой помощи. Клянусь, он занимает больше места в кровати, чем ты.

Даже если это был камень в мой огород, я любила его за то, что он знал, как удержать меня, когда мне начинало становиться грустно.

И я не занимаю всю кровать.

— Возможно, когда-нибудь я отвезу тебя домой, в Новую Зеландию, — добавил он.

— Звучит потрясающе, Энди. Можешь на меня рассчитывать. По возвращении начну копить деньги.

Он покачал головой.

— Нет, не будешь. Я же сказал, что отвезу тебя, значит я и плачу.

Я улыбнулась и покачала головой. Обязательно начну экономить на нашу поездку.

Заметив полную тарелку еды, все еще находящуюся у меня на коленях, я подняла ее и отложила в сторону. Я так к ней и не притронулась. Да и голод прошел.

— Зоуи, пожалуйста, поешь. Поговорим завтра.

— Хорошо, командир. Спасибо за цветы и песни. Я люблю тебя.

— Я тоже тебя люблю, красавица. С Днем святого Валентина.

После того как мы отключились, я отправила ему сообщение:

«Песня «New York» группы S.P.».

Эта композиция из их последнего альбома с, конечно же, потрясающей лирикой.

Слова заставили меня задуматься, через что каждому из нас пришлось пройти прежде, чем мы встретились — боль, испытанную нами обоими, слова любви, которые мы произносили, прежде чем по-настоящему узнали друг друга.

Из-за всего этого я начала еще больше скучать по нему, по запаху его одеколона, по ощущению его кожи на моей.

Я вполне серьезно задумалась над тем, чтобы упаковать свою сумку сегодня же и ближайшим рейсом вернуться домой.

В течение последующих нескольких дней я постоянно нагружала себя различными делами. Я наслаждалась работой в конюшне, работая бок о бок с Джози, но чувствовала себя готовой к возвращению домой. Я скучала по Энди, по своей семье, по друзьям.

Энди загадочно пропал и не объявлялся до сегодняшнего вечера. На мои вопросы, чем он был так занят, он всегда отвечал «работой». Я оставила его в покое, не собираясь становиться одной из тех женщин, контролирующих и ежесекундно требующих от своих бойфрендов отчетов, что они делали и где бывали. У него были и другие интересы помимо меня.

При разговоре со мной, он был очень внимательным и любящим, но что-то было не так. Я абсолютно была уверена, что он расскажет мне, как только посчитает нужным.

Мы же решили продвигаться медленно, день за днем, ведь так? Я все еще чувствовала, что мне надо поработать над своими проблемами, прежде чем я вернусь домой. Мне удалось справиться со многими страхами.

Пока я помогала Джози с лошадьми, она помогала мне обрести себя. Но она настолько профессионально это делала, что для меня это не было незаметно. Она, безусловно, разбиралась в таких делах и не давила на меня. Должно быть, она действительно была отличным терапевтом. Как только мы оказывались рядом друг с другом, мы постоянно разговаривали, и только ей я смогла рассказать о тех вещах, о которых никому не рассказывала, даже доктору Дженсен.

Утром в четверг, перед моим возвращением домой, Джози пригласила меня на верховую прогулку. Только мы вдвоем. Во время наших разговоров я лишь однажды спросила ее, как она стала сиротой. Она ответила, что расскажет мне перед моим отъездом и то только после того, как убедится, что я поняла, кем являюсь и каково мое предназначение. Мы заключили сделку, если мне не удастся разобраться в себе, то она напоследок заставит меня снова заняться подводным плаваньем вместе с «пираньями».

Ни за что в жизни я не собиралась снова этим заниматься, так что мне пришлось приложить огромные усилия, работая над собой.

В конце концов долгие беседы с Джози, помогли мне осознать саму себя. Я — Зоуи Линн Джеймс. Дочь Дага и Луизы Джеймс, сестра Джейсона, Ноя, Джереми и Адама Джеймсов. Девушка Энди Тэйта, лучшая подруга Джесс, Саши, Уилла и Джастина. Я не являюсь жертвой своей биологической матери, отца или Роба. Я самостоятельная личность, со своим умом и идеями, и не считаю себя хуже остальных.

Когда в четверг ранним утром я подъехала к конюшне, Джози подготовила для нашей поездки Дымка и свою лошадь по кличке Магнум, привязав их к ограде. Обратив внимание на то, что они еще не оседланы, я направилась в конюшню, посмотреть необходима ли Джози моя помощь. В тот момент, когда я заходила внутрь, появилась она сама с рюкзаком за спиной.

— Готова к поездке? — спросила она.

— Разве нам не нужны седла?

Джози покачала головой.

— Нет. Там, куда мы направляемся, они нам не понадобятся, — произнесла она с лукавой улыбкой. Через плечо она крикнула одному из своих конюхов:

— Карлос, пожалуйста, помоги Зоуи?

— Да, сеньора, — ответил Карлос с усмешкой, посмотрев на Джози. Было нечто в его глазах, что подсказывало мне, что ему очень нравилась Джози, и совсем не в дружеском смысле. А гораздо глубже. Похоже, Карлос немного влюбился.

С улыбкой на лице, я развязала Дымка и вместе с ним стала дожидаться Карлоса. В следующую секунду сильная рука схватила меня за голень ноги и подняла в воздух, и я перекинула ногу через круп Дымка. Я всегда каталась на нем, используя седло, поэтому сейчас испытывала волнение, боясь рухнуть на землю.

— Gracias, Карлос, — поблагодарила я, подмигивая ему.

— Просто старайся удерживать равновесие, и все будет в порядке, — успокоила меня Джози. В быстром движении она схватила густую гриву Магнума и грациозно вскочила на его спину. Взяла поводья в руки, повернула свою лошадь по направлению к берегу, и я последовала за ними.

Мы ехали по песку, не произнося друг другу ни слова, удаляясь от конюшни и от людей, отдыхающих на пляже.

— Ты хотела узнать мою историю, Зоуи, и ты достаточно сил приложила, чтобы обрести внутренний покой, поэтому я тебе расскажу.

По какой-то причине, я нервничала в ожидании услышать историю Джози. Я понимала, что она скверная и гораздо хуже, чем я могла представить. Но если она готова поделиться с ней со мной, пусть так и будет. Она выслушивала меня на протяжении последних трех недель. Я обязана отплатить ей тем же.

— Знаешь ли ты что-нибудь о «койотах» и о наркокурьерах? — спросила Джози.

О, боже.

— Да. Моя мама из Сантьяго, Мексика, и я наслышана об этих ужасающих историях. — Мне тут же расхотелось знать ее историю, не имея никакого желания, чтобы она вновь пережила те события. — Джози, тебе не обязательно рассказывать мне.

— Все в порядке, аmiga, я смирилась с этим, — сказала она, а затем начала свой рассказ. — Когда мне было девять лет, мои родители попытались перевести семью через границу, из Мексики в Аризону. Они желали нам лучшей жизни, поэтому нашли человека... «койота». Отдав ему все свои сбережения и взяв мою старшую сестру, они вместе со мной намеревались пересечь границу. «Койот» погрузил всю мою семью, а также еще свыше тридцати человек в небольшой фургон, и повез нас по направлению к пустыне Аризоны. Где-то посреди ночи водитель остановился, чтобы выпустить нас всех из трейлера. Мы полагали, что уже подъехали к границе, но как же мы ошибались. Нас ожидали вооруженные люди. Всех девушек, включая меня, отделили от родителей и остальных людей, находящихся в фургоне. Нас заставили наблюдать, как их выстроили в ряд вдоль неглубокого кювета и расстреляли. В том числе и моих родителей.

Слезы капали из глаз, пока я слушала рассказ Джози, она продолжала говорить, словно тысячу раз до этого рассказывала про эту ночь.

— Мужчины затолкали нас в трейлер и отвезли обратно в Мексику. Там нам сказали, что если мы не согласимся перевозить наркотики через границу в Штаты, то они либо убьют нас, либо отдадут в качестве шлюх людям из картеля. Я была слишком маленькой, и сестра попыталась убедить их отпустить меня, но они отказались. Однажды ночью, когда я спала, моя сестра разбудила меня, и мы совершили побег. У нее были люди внутри организации, которым она доверяла. Они оставили меня в безопасном месте в одном из приютов и уехали. Больше я никогда не видела сестру.

— О, Джози, мне так жаль, — плакала я. Она была всего на год старше меня, когда служба по защите детей забрала меня от моей матери.

— Gracias, Зоуи. Сейчас не время для слез, — произнесла она, казалось история, которую она мне поведала, совсем ее не затронула. — Давай веселиться и наслаждаться оставшейся частью нашего утра.

Преодолев первоначальное потрясение от рассказа Джози, мы с ней великолепно провели время. В дорогу она собрала нам еды, которой мы наслаждались, сидя на пляже. После ланча мы поскакали на лошадях к небольшой лагуне. Это была самая захватывающая, полная свободы и лучшая часть моего отпуска.

Когда мы вернулись в конюшню, я пригласила Джози на ужин. Она приняла приглашение и этим же вечером мы разделили замечательный ужин вместе с моей семьей, беседуя до поздней ночи, пока Джози не уехала.

— Зоуи, наслаждайся оставшейся частью твоего времени здесь и отдыхай. У меня нет слов благодарности за твою помощь в конюшне. Если когда-либо ты снова решишь приехать, знай, работа у тебя есть.

Мы рассмеялись, но я поняла, что она имела в виду.

— Увидимся завтра. Хочу еще один день побыть там, прежде чем исчезну с твоих глаз, обещаю, — я крепко обняла ее. — Спасибо, Джози. Ты помогла мне найти себя... Я никогда не забуду тебя.

Утром в пятницу я проснулась с ощущением, что я новый человек. До сих пор меня сковывало неприятное чувство, но в глубине души я понимала этому причины, я скучала по дому. Я принялась за утомительное занятие по сбору вещей в чемодан, поздравив себя с тем, что привезла с собой два, и теперь смогу уместить все сувениры, которые я купила.

После завтрака я уехала в конюшню, чтобы напоследок прокатиться на лошадях. Сегодня людей было немного, поэтому Джози разрешила мне взять Дымка.

Не утруждая себя, чтобы оседлать коня, поскольку и так чувствовала себя комфортно, я продела уздечку и повела его вниз к пляжу. Я скинула сандалии, схватила вожжи вместе с горсткой гривы Дымка и перекинула ногу через его спину. Приняв правильное положение, я повернула его по направлению к пляжу. И как в первую свою поездку на нем я позволила ему гарцевать в волнах.

Я ощущала невероятную свободу и не смогла удержаться от улыбки, вскоре поймав себя за пением. Хорошо, что в этой части пляжа никого не было, поскольку наверняка бы все решили, что я сумасшедшая.

Но это не так. Я была по-настоящему счастливой... обновленной и улучшенной Зоуи.

Спустя какое-то время я спрыгнула с лошади в воду, немного охладившись, а после медленно повела Дымка обратно в конюшню. Никуда не торопясь, я расчесывала его и кормила кусочками сахара, которые прихватила с собой.

В последний раз поцеловав и почесав его за ухом, я направилась попрощаться с Джози и с остальными своими новыми друзьями, с которыми познакомилась здесь. После отправилась к дяде и тете, но приехав домой, обнаружила, что никого нет. Я прошла на кухню и нашла записку, лежащую на столешнице.

«Зоуи, у твоего дяди что-то случилось на работе, и нам пришлось уехать. До воскресенья мы не приедем. Прости за ужин. Увидимся. Люблю тетя».

Оставшись на выходные в одиночестве, я разогрела остатки ужина, а затем попыталась дозвониться до Энди, однако вызов перешел на голосовую почту. Скорее всего, он опять заработался допоздна. Тогда я решила принять горячую ванну. Наполнив ее водой и добавив ароматическое масло, я погрузилась в воду до самого подбородка.

Понежившись какое-то время в ванне, я помыла и ополоснула кондиционером волосы, взяла губку и принялась натирать тело, пока кожа не стала мягкой и гладкой. Кончики пальцев сморщились от долгого пребывания в воде, и я поняла, что пора заканчивать с водными процедурами. Выбравшись из ванны, я завернулась в большое полотенце. В этот момент из спальни раздалась знакомая мелодия на телефоне, я подошла к комоду и ответила на звонок.

— Привет, Зоуи, как ты? — спросил Энди.

Я покрепче завязала полотенце вокруг себя.

— Было бы гораздо лучше, будь сегодня воскресенье, и я смогла бы вживую тебя увидеть.

Он рассмеялся.

— Поверь, я понимаю, как ты сейчас себя чувствуешь. Ты получила мою посылку?

Призадумавшись, я поняла, что по приезду из конюшни домой ничего подобного не заметила, однако я ничего не ждала, поэтому внимательно не смотрела.

— Нет, в доме ничего не было, — печально произнесла я. Мне нравилось, когда он удивлял меня небольшими подарками и записками. С момента моего отъезда он еженедельно что-нибудь присылал. И я любила его за это: он думал обо мне так же много, как и я о нем.

— Может посылку оставили перед входной дверью, — предположил он. — Я проверил информацию о доставке, она должна быть у тебя. Не могла бы ты посмотреть? Такую посылку не следует оставлять на улице.

На мне все еще было только полотенце.

— Да, конечно. Сейчас переоденусь. В таком виде я не могу выйти из дома.

— В каком? — спросил он с нотками оживления в голосе. — Что именно на тебе надето, Красавица?

— Ну, если тебе так хочется знать, твой звонок застал меня в ванной, и сейчас на мне только полотенце. — Надеюсь, что ему представилось такое же приятное видение обо мне, как и мне о нем несколько недель назад.

Он усмехнулся, его голос прозвучал низко и хрипло.

— Разве ты живешь не загородом? Никто не увидит тебя. Пожалуйста, сходи и проверь. К тому же мне хотелось бы через пару минут полюбоваться на тебя в таком виде. Можем воспользоваться скайпом.

— Я разденусь, если и ты разденешься, — смеясь, предложила я, пока шла к входной двери.

— Это определенно именно та сделка, на которую бы я мог согласиться, — с оттенком веселья в голосе ответил Энди.

Когда я добралась до двери и распахнула ее настежь, меня охватило внезапное ощущение дежавю нашей с ним первой встречи. Он стоял в дверях своей квартиры, самый потрясающий мужчина, которого я когда-либо встречала.

Только на этот раз разница заключалась в том, что я находилась не в его квартире, а в Кабо. И у него не было коробки с вещами: в одной руке он держал чемодан, а другой — прижимал к уху телефон.

— Привет, — произнес он, сбрасывая вызов.

Я пребывала в состоянии полного недоумения.

Он был здесь.

В Кабо.

В метре от меня.

Собственной персоной, по-прежнему самый потрясающий мужчина, которого я когда-либо встречала.

Я сбросила вызов одновременно с ним, кинула телефон на столик рядом с дверью и устремилась в его объятия. Я прижималась к нему так сильно, словно от этого зависела моя жизнь.

— Боже мой, не могу поверить, ты здесь! Что ты тут делаешь? — завизжала я от нахлынувшего на меня волнения, одновременно пытаясь удержать полотенце от падения.

— Услышал, тебе нужен водитель, чтобы прокатиться домой из аэропорта, и вот я здесь к твоим услугам, — пошутил он и снова притянул меня к себе.

Да, он здесь, его руки обнимают меня, его обалденный запах, его татуировки и невероятная сексуальность.

— Мне нужно прокатиться прямо сейчас. Иди сюда, — затаив дыхание, произнесла я, скользнув пальцами за пояс его брюк и притягивая ближе к себе.

Я скучала по ощущению его щетины на своем лице, по его губам на моих губах, по прикосновению его кожи к моей. Развернувшись, я затащила его в дом и захлопнула дверь. Мои пальцы все еще были за поясом его брюк, я потянула его за собой вдоль коридора в спальню.

— Бросай чемодан, — приказала я. — И брюки тоже.

Энди улыбнулся, опустил чемодан и притянул меня к себе. Я просунула руки под его рубашку, проводя по твердым мускулам. Он так и не снял брюки, и я расстегнула пуговицу и потянула за молнию. Одновременно позволяя своему полотенцу упасть на пол.

Наконец, предоставив ему столь прозрачные намеки, я накинулась на него. Его руки обвились вокруг меня, и он притянул меня для поцелуя, который заставил все мое тело воспламениться. Как же я прожила целый месяц без прикосновений к этому мужчине? Пока наши рты пожирали друг друга, теплые и влажные языки занимались исследованием.

Его руки заскользили вниз по моей спине, опустились на обнаженные ягодицы, сжали их и медленно притянули мои бедра, прижимая к своей эрекции. Мои руки проделали обратный путь наверх к его рубашке и стащили ее через его голову. Он должен был оказаться без одежды так быстро, насколько вообще это было возможно. Мне надоело ожидание.

— Ты и представления не имеешь, как я скучала по этому, — произнесла я, целуя и проводя языком по татуировкам на его груди. Он по-прежнему носил цепочку с обручальными кольцами своих родителей. Я облизала его сосок, подразнила языком, пока он не затвердел, и втянула его в рот.

Энди тяжело задышал.

— Обожаю, когда ты так делаешь, — пробормотал он хрипло. Я провела языком по другому соску и легонько ударила по нему, а затем слегка прикусила зубами, тем самым срывая с его губ стон.

Энди обладал и другими частями тела, которые мне хотелось вылизать. Как же много времени прошло. Я встала на колени, сняла с него ботинки и носки, его руки машинально потянулись к моим волосам, запутываясь в них пальцами. Ага, он уже тоже готов.

Я пробежалась пальцами по его бедрам, медленно провела по его эрекции и потянулась к поясу его брюк. Не колеблясь ни секунды, я потянула их вместе с боксерами вниз, освобождая его от одежды. Одной рукой я гладила его по ногам, а с помощью другой направила его член в свой рот.

И принялась его усердно сосать. Долго я не имела возможности пробовать его на вкус — он ощущался восхитительно. Я подняла взгляд на его лицо и встретилась с глазами, наблюдающими за мной. Его великолепные голубые глаза потемнели от возбуждения, что вызвало у меня непроизвольный стон. Я втянула его член глубже, а затем отстранилась, подразнивая головку языком и ртом.

Бедра Энди слегка дернулись, и он издал протяженный вздох.

— Черт, Зоуи. Прекрати. Иди сюда, — пробормотал он.

Остановиться? Зачем? Не прекращая своего занятия, я посмотрела на него с плескавшимся вопросом во взгляде.

— Поднимись, — настаивал он, протягивая руки, чтобы помочь мне встать.

— Что случилось? — затаив дыхание, спросила я, одновременно поднимаясь.

— Ничего не случилось. Я не собираюсь ничего портить, такого больше не повторится.

Я тут же поняла, что он говорил о той ужасной ночи накануне моего отъезда. Прошел месяц, я забыла о ней, но он, судя по всему, нет.

— Я хочу загладить свою вину, если ты мне позволишь.

Я кивнула, если ему необходимо сделать это, чтобы искупить свою вину, как я могла запретить.

Он сел на кровать и притянул меня к себе. Его взгляд изучал мое тело, а затем снова вернулся к моим глазам.

— Ты такая красивая, — прошептал он. — Не верится, что ты наконец-то находишься прямо передо мной.

Он опустил руки на мои бедра и проложил дорожку из поцелуев вдоль живота, поднимаясь к груди. Следуя моему примеру, он поочередно втянул затвердевшие соски в рот, безжалостно их дразня с помощью губ и языка.

Мои руки обхватили его плечи, нежно задевая кончиками пальцев спину и шею. Одна его рука покоилась на моем бедре, а вторая заскользила между ног, массируя клитор. Я жаждала и так страстно хотела его, что чуть ли не испытала оргазм лишь от одного его прикосновения. Моя голова медленно наклонилась вперед, прижимаясь к его лбу. Я вдохнула запах его шампуня, запутываясь пальцами в его короткие волосы.

— Пожалуйста, ты мне нужен прямо сейчас, — прошептала я ему в губы. Он продвинулся дальше на кровать, приподнял меня и усадил сверху. Мои колени разместились по обе стороны от его бедер, а грудь прижалась к его мускулистой груди.

Он расположил меня прямо над головкой своего длинного большого члена, и я медленно опустилась на него. Я ни с кем не была после Роба, и у меня никого не было с таким огромным размером, так что мои мышцы медленно растягивались, приспосабливаясь к нему. Я опустилась еще на несколько дюймов, а затем приподнялась так высоко, что он чуть не выскользнул.

— Зоуи, пожалуйста... это было слишком давно, — простонал он, сжимая мои бедра и снова опуская на себя, а потом приподнимая.

С каждым толчком Энди все глубже проникал в меня. Это был чистый экстаз. Он перестал насаживать меня, но мое тело желало почувствовать его целиком. Я сама принялась опускаться на него до тех пор, пока он полностью не заполнил меня собой. Раскачивая бедрами, двигаясь на нем вверх-вниз, с каждым разом принимая его все глубже и глубже.

Его наслаждение было настолько острым, что он сильно стиснул мои бедра, призывая меня продолжать двигаться в том же ритме.

— Твою мать, как же хорошо, — простонал он.

Мы поймали свой отчаянный темп и снова начали целоваться, его руки не переставали сжимать мои бедра. Я приподнималась и опускалась на него, для сохранения равновесия обнимая за шею и плечи, при этом сосками я задевала его твердую мускулистую грудь, вызывая восхитительные вибрации в местах соединения наших тел.

Он протиснул руку между нами, кончиками пальцев прикоснулся ко мне и принялся легонько поглаживать меня. Я жаждала большего и ускорила свои движения. С каждым разом, когда я опускалась на него, его пальцы сильнее сжимали мой клитор, посылая эротические ощущения по всему моему телу. Его дыхание участилось, а лицо уткнулось в изгиб моей шеи.

— Ммм, Зоуи, — простонал он между рваными вздохами. Издаваемые им звуки и ощущение рокочущего стона в его груди напротив моей заставили меня потерять контроль.

Я вскрикнула, запрокинула голову назад, тело пылало, стенки влагалища сжимались вокруг него, когда мой оргазм достиг своего пика. Он слегка ударил языком по моему затвердевшему соску, а затем нежно втянул его в рот. О, мой бог. Он обхватил меня руками, притягивая ближе; затем слегка подвигал бедрами, как только оргазм постепенно начал утихать.

От возникшего напряжения ноги налились свинцом, и я едва могла пошевелиться. Когда он медленно начал выходить из меня, я была близка к очередному оргазму от остаточных ощущений, до сих пор пульсирующих глубоко внутри меня.

— Ложись на спину, Красавица, — произнес он тихим голосом, звучащим так сладко и успокаивающе.

— Дрожь в ногах настолько сильная, что прямо сейчас мне не удастся подняться, — захихикала я.

— Все хорошо. Я держу тебя.

Он слегка приподнял меня и направил в меня свой член. Мои руки по-прежнему обвивали его шею. Он привстал, завел мои ноги себе за спину. Не отрывая своих губ от моих, аккуратно опустил меня на кровать и уложил на спину.

Казалось, все движения происходили, будто в замедленной съемке.

Ощущать тяжесть его тела на себе — самое райское наслаждение. Локтями он удерживал свое тело на весу, и давление не было таким сильным. Я млела от удовольствия, наблюдая за его красивым лицом, в то время как он занимался со мной любовью.

— Я люблю тебя, Зоуи, — произнес он, начиная медленно двигать бедрами.

Дрожь в ногах не прекращалась. Я притянула его лицо к себе для поцелуя.

— Я тоже тебя люблю, — прошептала я, когда наши тела начали двигаться в неторопливом, плавном ритме.

Оттенок его глаз, в которых плескалось вожделение, изменился от ярко-синего к бледно-голубому. Во время наблюдения за его лицом, слова песни «Fallen Empires» пронеслись у меня в голове. Он снова приподнялся на локти, усиливая и ускоряя движения бедрами. Все это время его глаза прожигали меня. Я, как и он, не могла отвести взгляд. Забыв о дрожи в ногах, я опустила их на кровать, толкаясь бедрами навстречу ему.

Стараясь удержать равновесие на локте и предплечье, он протянул другую руку, хватаясь ею за мое колено. Подняв мою ногу и оборачивая ее вокруг своего бедра, углубил толчки. Его губы нашли мои, а после продолжили свой путь вниз к моей груди, чтобы продолжить их мучить.

— Энди, как же хорошо. Не останавливайся, — всхлипнула я. Он продолжал двигаться во мне, медленно вращая бедрами, потираясь о глубины моего тела.

Его учащенное и затрудненное дыхание подсказывало мне, что он уже был близок. Всего лишь наблюдая за ним, я приближалась к вершине блаженства. Решив проверить его реакцию, я слегка провела ногтями по спине, стараясь делать это осторожно, чтобы не поцарапать его слишком сильно.

— Черт, Зоуи, сделай это снова, — выдохнул он и толкнулся сильнее.

Я повторила.

— Сильнее... — простонал он.

Откликнувшись на его просьбу, на этот раз я сильнее провела ногтями. Подобное прикосновение заводило нас обоих.

Он снова качнул бедрами, и очередной оргазм сотряс мое тело. Он толкнулся в последний раз, мое лоно тесно сжималось вокруг него, и он повалился на меня, охваченный собственным оргазмом.

— Зоуи...

Его член пульсировал, когда он кончал. Бедра не прекращали двигаться, пока мой оргазм не стих, и вся его сперма до последней капли не излилась в меня.

Энди испустил стон, его дыхание остужало выступившую испарину на моей шее... неужели я сплю? Всего лишь тридцать минут назад я принимала эту чертову ванну, а теперь лежу здесь, полностью опустошенная, с потрясающим мужчиной на мне. Я не могла чувствовать себя более счастливой.

Мы лежали в постели, пытаясь перевести дыхание, его голова находилась рядом с моей на подушке, он игриво покусывал мою шею и щекотал местечко прямо за ухом. Он еще раз поцеловал меня, прежде чем привстал на локтях.

— Привет, Красавица, — произнес он, поочередно осыпая поцелуями мои щеки и губы, заставляя меня извиваться под ним. — Кажется, я измотал тебя.

Он откатился на спину и притянул меня на себя, так что я оказалась сверху на нем, прислоняясь щекой к его татуированной груди.

— Не знаю, что привело тебя сюда, но я этому рада.

Кончиками пальцев он медленно водил по моей спине, удары его сердца слышались под моей щекой.

— Зоуи, ты привела меня сюда. Когда в разговоре ты упомянула, что хочешь хотя бы день провести со мной на пляже... такая мысль показалось мне замечательной. Затем от тебя пришло сообщение прослушать песню «New York». На следующий же день я поговорил с твоим отцом насчет выходного. Разумеется, мне пришлось попотеть, чтобы успеть полностью закончить всю работу и вылететь сюда сегодня днем. И вот мы здесь.

Я поместила руку под подбородок, чтобы посмотреть ему в глаза.

— Спасибо. Я рада, что ты здесь. Весь дом полностью в нашем распоряжении до воскресенья.

Он повернул запястье, взглянув на время.

— На самом деле, нам пора выходить. У нас бронь.

Я с изумлением посмотрела на него.

— Что ты подразумеваешь под словом бронь?

Он протянул руку, через голову стащил цепочку, расстегнул ее и снял обручальные кольца своих родителей.

— Что ты делаешь? — спросила я. Он убрал мою левую руку из-под подбородка и надел меньшее из двух колец на безымянный палец.

— Энди?

Он улыбнулся.

— Не психуй, но я зарезервировал номер до завтрашнего вечера. Все включено: частные пляжи, номер для новобрачных. Мы вообще можем не покидать комнату.

У меня не было слов. Я выпрямилась, оборачивая простынь вокруг себя.

— Так что, оставшуюся часть выходных мы будем мистером и миссис Эндрю Дж. Тэйт, — констатировал он.

— Энди, оно принадлежало твоей маме. Я не хочу его потерять, — я попыталась снять кольцо с пальца, но он перехватил мою руку, останавливая меня.

— Нет, Зоуи, пожалуйста, не снимай его. Это только на выходные, я обещаю. Нелепо будет, если во время заезда в номер для молодоженов у нас не будет колец. Вот и все.

Он вручил мне кольцо своего отца и протянул левую руку, чтобы я надела кольцо на его палец. Не произнося ни слова, я сделала это и, слегка задевая губами кольцо, прошептала: «Я люблю тебя».

Энди сел на кровать, похлопав по коленям, показывая, чтобы я села на них. Я завернула нас в простыню, он крепко сжал меня в своих объятиях, расчесывая руками мои влажные волосы.

— Пожалуйста, не пойми меня неправильно, но каким образом ты можешь позволить себе все это? Я же понимаю, что поездка в последнюю минуту обошлась недешево. — Внезапно чувство неловкости охватило меня после заданного вопроса. — Прости, прозвучало не очень хорошо, да?

Он рассмеялся.

— Нет, все в порядке. Скажем так, с тех пор как ты уехала, я обдумал парочку вещей в своей жизни. Для начала я распаковал коробку, привезенную из Новой Зеландии, и обнаружил там кольца, подумай ты еще секунду, то поняла бы, откуда взялись деньги на поездку.

Деньги от страховки его родителей. Как-то Энди уже упоминал, что он не притрагивался к тем деньгам, которые получил десять лет назад.

— Молодец, — похвалила я. — Я рада, что ты наконец используешь эти деньги, как считаешь нужным. Я понимаю, что семью они не заменят, но они тебе понадобятся для чего-нибудь другого. И я счастлива за тебя.

Разговор принимал тяжелый оборот, но мы оба держались хорошо. Как и во мне, в нем тоже за прошедший месяц произошли перемены.

— Зоуи, я не мог придумать лучшего применения этим деньгам, чем потратить их на нас с тобой. Теперь давай поедем в отель.

Засмеявшись и шлепнув меня по заднице, он чуть ли не спихнул меня с кровати, отправляя в ванную принять совместный душ. Он проследил, чтобы мы не дотрагивались друг до друга, потому что оба знали, к чему это может привести. Не то чтобы кто-то из нас имел возражения, но мы уже должны были быть в другом месте.

Я сложила одежду в полупустой чемодан Энди, и мы отправились в арендованной им машине в гостиницу. Сидя на пассажирском сиденье совершенно новенького «Камаро», сложив руки на коленях, я крутила обручальное кольцо.

— Странно снова носить обручальное кольцо, — призналась я. — Я понимаю, что это не по-настоящему, но...

— Да, странные ощущения, — ответил он, взглянув на свою левую руку.

И все, что я могла делать — улыбаться. Меня охватывало волнение от одной мысли, что он здесь со мной и пробудет в Кабо два дня. Энди удивил меня: жаркий, почти неистовый секс стал огромным шагом в наших отношениях, и я была более чем готова к такому повороту.

Энди припарковал арендованную машину на парковке курорта. Мы подошли к стойке бронирования, зарегистрировались и заселились номер.

— Зои, я проголодался. Хочешь что-нибудь заказать в номер? — Энди устроился на краю кровати после того, как мы осмотрели все удобства номера для новобрачных.

Я покачала головой.

— Я поела перед твоим приездом. Чем хочешь перекусить? Я могу заказать.

Прежде чем вручить ему меню из обслуживания номеров, я просмотрела десерты. Затем уселась верхом на колени Энди.

— Мистер Тейт, может быть, я просто съем на десерт вас.

— Миссис Тейт, думаю, я вам позволю это сделать.

Энди сбросил меня на кровать и притянул к себе для глубокого, страстного поцелуя, неторопливо блуждая руками по моему телу.

И тут в его животе громко заурчало, прервав наши ласки. Я заказала Энди на ужин стейк, и для нас обоих на десерт — по кусочку шоколадного торта. Когда мы заселились в номер, внутри нас ожидала бутылка охлаждённого шампанского, и мы открыли её, ожидая заказ. Я подумала, не переодеться ли мне в пижаму, но поняла, что долго её носить не смогу.

Энди честно меня предупредил, что, когда мы окажемся на отдыхе, ни один из нас, по крайней мере, в течение двух дней, не будет ничего носить из одежды.

Когда принесли еду, Энди с жадностью на неё набросился.

— Когда ты ел в последний раз? — со смешком спросила я, откусывая кусочек торта.

— Сегодня утром перед тем, как отправиться в аэропорт, — пробормотал он с набитым ртом. — О, и в самолёте стюардесса дала мне несколько дополнительных пакетиков арахиса.

— Да, держу пари, что так оно и было, — рассмеялась я. — Тебе, наверное, даже не нужно было их просить. Пожалуй, она тебя сама ими покормила?

— Очень смешно, шутница, — усмехнулся Энди и покачал головой.

Я отложила в сторону торт и налила ему ещё один бокал шампанского. В номере оказалась док-станция для iPod, поэтому я включила музыку, чтобы есть не в тишине.

После ужина я достала из чемодана пижаму, чтобы переодеться, но Энди выхватил её у меня из рук и закинул обратно.

— Зои, помнишь наш уговор? Два дня в постели, без одежды, — Энди покачал головой, ухмыльнулся, а затем и вообще расплылся в широкой улыбке.

Мы оба разделись догола и запрыгнули в постель, собираясь посмотреть фильм. Это был долгий день для нас обоих, и я была просто счастлива лежать с Энди.

Энди был так измучен, что заснул через несколько минут. Больше полутора недель он работал сверхурочно, чтобы закончить все дела, получить один жалкий выходной и прилететь ко мне. Он заслужил право поспать, поэтому я решила ему не мешать — выключила свет и телевизор, свернулась калачиком рядом с ним и тоже заснула.

Несколько часов спустя я проснулась от того, что Энди целовал меня в шею. Его тёплое дыхание щекотало меня чуть ниже уха, вызывая озноб и мурашки по коже.

— Энди, что ты делаешь? — спросила я, уже зная в чём состоит его план.

— Я надеялся заняться любовью со своей великолепной ненастоящей женой.

Энди поцеловал меня в ключицу.

Моё сердце бешено заколотилось в груди, когда он произнёс «жена». Ещё слишком рано, но мне понравилось, как это прозвучало.

— Да, пожалуйста, я только «за», — прошептала я, сбрасывая с себя одеяло и предоставляя лучший доступ.

Энди не торопился, медленно покрывая поцелуями каждый дюйм моего тела. В конце концов, он вернулся к моим губам и расположился на коленях между моих ног. Уперевшись руками по обеим сторонам от моей головы, он навис надо мной, не прикасаясь ни к чему, кроме губ.

Энди подался немного назад и, не разрывая поцелуя, принялся неторопливыми круговыми движениями ласкать мой клитор. Я подняла ногу, обхватила его бедро и притянула к себе.

Как только Энди опустился на меня, я перевернула его на спину и оседлала. Я хотела контролировать ситуацию, поэтому схватила его за запястья и подняла их над головой.

— Зои, что ты делаешь? — зарычал он, пытаясь высвободиться из моей хватки.

— О, нет, тебе не выбраться. Оставайся на месте. Обещаю быть нежной, — игриво поддразнила я его и прикусила зубами ухо.

Энди издал грудной смешок, а затем лукаво усмехнулся.

— Не стоит, — не согласился он на моё предложение и приподнял бёдра, прижимаясь ко мне.

— Энди, тебе нравится, когда грубо? — Я ослабила хватку на его запястьях, ожидая, что он протянет руку и прикоснётся ко мне, но вместо этого Энди переплёл наши пальцы и положил руки себе на затылок.

— Делай что хочешь, — хрипло произнёс он, и его губы расплылись в дразнящей, сексуальной улыбке.

С удовольствием.

Я выскользнула из постели и включила одну из ламп на самый слабый свет. В комнате стало светло ровно на столько, чтобы Энди мог видеть, что я собираюсь делать. Я отодвинула от стола стул и поставила посреди комнаты. Затем взяла боксеры и бросила их Энди на кровать.

— Эй, Секси, надень это и садись сюда, — распорядилась я, указывая на стул.

— А как же правило «без одежды»? — с любопытством спросил он, вставая, чтобы надеть боксеры.

— Думаю, они предназначены для того, чтобы их разорвать. К тому же, ты в них будешь не очень долго, и я постараюсь, чтобы всё это стоило твоих усилий. — Я оставила его с заинтригованным выражением лица и, подхватив чемодан, ушла в ванную.

Я уложила волосы в беспорядочную причёску, нанесла лёгкий макияж на глаза и свой любимый розовый блеск для губ. Открыв чемодан, чтобы достать красные кружевные трусики и бюстгальтер в тон, которые так сильно понравились Энди, я обнаружена, что вся наша одежда за время сюда перемешалась и лежала в беспорядке. Пока я искала красное бельё, нашла прозрачную ночнушку и трусики, которые были на мне, когда я пыталась удивить Энди перед отъездом в Кабо.

Несмотря на то, что в ту ужасную ночь я это всё выбросила, этот милый жест меня умилил. Энди достал всё это из мусорного ведра и взял с собой, но надевать этот комплект я не собираюсь, во всяком случае, не этим вечером. То, что я запланировала для Энди, требовало чего-то более яркого, поэтому я надела красные трусики и бюстгальтер. Не стану упоминать Энди о том, что в его чемодане нашла комплект, который выкинула, но, пожалуй, удивлю его, надев комплект в другой раз.

Я выключила свет в ванной и открыла дверь.

— Пожалуйста, закрой глаза.

Выглянув, чтобы убедиться, что Энди делает всё, как я велела, я тихо прошла мимо него к док-станции и нашла песню «Sail» группы Awolnation, под которую хотела танцевать.

Изначально я планировала исполнить для Энди танец, который выучила на занятиях перед поездкой в Кабо, а затем заняться с ним любовью, но после несчастного случая из-за полученных травм я бросила занятия. Следующий мой план был сорван тем, что Энди не хотел ко мне прикасаться. Но это было месяц назад, и сейчас я полностью выздоровела, не говоря уже о том, что была гораздо увереннее, чем раньше.

— Открой глаза и опусти руки по швам.

Он сделал то, что я ему велела, не задавая лишних вопросов, и я нажала кнопку воспроизведения на iPod. Когда я провела короткими ногтями по спине Энди от плеча к плечу, он вздрогнул и заёрзал на стуле. Когда началась песня, я, стоя за его спиной, легонько провела кончиками пальцев по его шее и мускулистым плечам.

У песни было отличное начало. Несколько ритмичных нот и я медленно повернулась к Энди лицом, проводя кончиками пальцев по спине, затем от плеча к груди. Когда прозвучал первый удар басов, я оседлала его колени и для равновесия обхватила плечи. Выгнулась, отодвигаясь, чтобы Энди мог полюбоваться моим крошечным красным нарядом. При следующем ударе басов я резко подняла голову и встретилась с ним взглядом.

Я покрутила бёдрами, прижимаясь к его коленям, ощущая всю длину его члена. Энди застонал и потянулся, чтобы обхватить мои бёдра.

— Не-а... не трогай, — поддразнивающе пожурила я, поймав руки и опустив их вниз по бокам.

Энди резко втянул воздух, когда я снова прижалась к нему и обнаружила, что он твёрдый под своими боксерами. От ощущения его возбуждения своими и без того чувствительными женскими частями тела я закрыла глаза и застонала. Ни за что на свете мне не продержаться до конца песни, не сняв с него боксеры.

Наклонившись вперёд, я слегка коснулась его губ своими. Энди слегка наклонил голову, чтобы прижаться ко мне крепче, но я оказалась слишком быстра для него. Застонав от разочарования, он обозвал меня дразнилкой. Я повторила движение, прежде чем он понял, что я делаю, и попытался поцеловать меня снова.

Я поднялась с его колен и повернулась, чтобы больше на него не смотреть. Стоя, расставив ноги, я слегка покачивалась вперёд и назад бёдрами, открывая прекрасный вид на крошечные кружевные трусики-шортики, которые так понравились Энди. Снова его оседлав, я устроила небольшой приватный танец.

Ему это понравилось, и мне тоже.

Развернувшись, я устроилась на его коленях, откинулась на его грудь и положила голову на плечо.

— Зои... пожалуйста. Теперь я могу к тебе прикоснуться? — выдохнул Энди мне на ухо, и его щетина пощекотала мне шею. Я потёрлась задницей о его возбуждённый член.

Наклонившись, я взяла его руки в свои и подняла их, чтобы он смог ко мне прикоснуться. Когда его эрекция натянула боксеры, я поставила ноги на пол и повертела бёдрами у него на коленях. Руки Энди блуждали по моему животу. Одна рука легла мне на грудь, а другая скользнула между ног.

Я наклонилась, пока он одной рукой расстёгивал мой лифчик. Как только Энди попытался отодвинуть мои трусики в сторону, чтобы прикоснуться ко мне, я встала к нему лицом и по очереди спустила бретельки лифчика, исполнив для него небольшой стриптиз. Он ухмыльнулся, не в силах отвести от меня глаз ни на секунду.

После того, как я медленно стянула лифчик, я накинула его ему на шею, а затем отступила назад, чтобы больше не касаться мужчины. Я раскачивалась из стороны в сторону, танцуя для него. Полностью этим поглощённая, я больше и не соображала толком — просто позволила музыке и своим движениям взять верх.

Я танцевала вокруг Энди, а он жадно следил за каждым моим движением. Стоя у него за спиной, я перегнулась через его правое плечо и провела кончиками пальцев по его бёдрам, вверх по прессу и груди, затем вниз по рукам. Снова оказавшись перед ним, я раздвинула его колени и встала между ними. Начав с его пресса и дальше вверх, я целовала и облизывала его губы, пока его руки блуждали по каждому дюйму моего тела.

Песня почти закончилась, поэтому я снова взяла его руки в свои, направила их вверх и просунула кончики пальцев за пояс моих трусиков, давая ему разрешение их снять, если он захочет.

Не колеблясь, Энди медленно стянул их с моих ног, помогая мне от них избавиться. Я была обнажена и хотела, чтобы он тоже был обнажён. Я запустила пальцы в его боксеры и, когда он приподнял бёдра, стянула их вниз по его ногам к ступням. Низко зарычав, Энди схватил меня за бёдра и дёрнул вперёд, так что я снова оказалась на нём верхом.

Его член в полной боевой готовности был слишком притягательным, поэтому я опустилась ниже, направляя его в себя.

Энди так сильно меня возбудил тем, как смотрел на меня и прикасался, что оргазм пронзил меня прежде, чем я смогла полностью принять его в себя. Я обвила руками его шею, а он уткнулся лицом мне в грудь. Он дразнил мои соски, пока моё тело крепко сжималось вокруг его члена.

Когда мой оргазм медленно утих, я начала двигаться навстречу Энди, поставив ноги на перекладины стула для устойчивости. Он крепко обхватил меня за талию, с силой потянув вниз, входя в меня так глубоко, что я оказалась сидящей на его бёдрах.

— А, чёрт меня дери, — простонал он, его дыхание было прерывистым, а член пульсировал во мне, кончая. Не знаю почему, но слова Энди всегда меня заводили.

— Мне нравится, когда ты ругаешься, когда кончаешь, — прошептала я. Он застонал в ответ.

Я не собиралась вставать, провела языком по его шее и поцеловала в губы. Мы сидели и целовались. Я гладила его грудь и плечи, а его руки массировали моё тело. В конце концов, Энди прервал контакт.

— Как бы мне ни хотелось сидеть здесь и заниматься любовью с тобой всю ночь, но этот стул жёсткий, и у меня болит задница, — засмеялся он. — Мы можем вернуться в нашу мягкую постель?

— Конечно, — хихикнула я и кивнула. — Не хочу, чтобы что-то причиняло боль твоей прекрасной заднице.

Энди усмехнулся, затем обнял меня за талию и встал, всё ещё прижимая к себе. Мы целовались так долго, что он снова начал возбуждаться внутри меня. Класс. Если сегодняшний день хоть немного похож на то, какими должны были быть наши отношения в дальнейшем, этот мужчина сделает меня нимфоманкой, но я смогу с этим справиться.

Я крепче обхватила его ногами, сцепив лодыжки. Энди скинул боксеры, которые всё ещё болтались у него на ногах. Я полностью обхватила его руками и ногами и снова начала целовать. Качнула бёдрами вперёд, принимая его твердеющий член глубже в себя, пока Энди медленно нёс меня к кровати.

— Ещё раз, — простонал он. Я сделала, как он просил, и вместо того, чтобы подойти к кровати, Энди прижал меня к стене и вошёл в меня с такой умопомрачительной силой, что мы мгновенно слились воедино.

Я надеялась, что наши соседи находились сейчас не в своём номере, потому что мы уж точно не вели себя тихо.

Энди стоял, прижав меня к стене. Мы переводили дыхание. Его голова покоилась в изгибе моей шеи, тёплое лицо прижималось к моей груди. Выйдя из меня и прервав контакт, Энди застонал. Я медленно высвободила ноги из его хватки, и он опустил меня на пол.

Стоя на дрожащих ногах, я поцеловала Энди, проведя языком по его нижней губе.

— Сейчас вернусь, — сказала я и пошла в ванную, чтобы привести себя в порядок.

Пока я была в ванной, я смыла макияж, который нанесла перед танцем, и несколько минут постояла перед зеркалом. Женщина, которая смотрела из него на меня, уже не была той испуганной девочкой, какой была два месяца назад. На моих щеках появился естественный румянец. Я, наверное, набрала десять столь необходимых фунтов и была по уши влюблена в мужчину в соседней комнате.

Ещё через несколько минут, пока я переваривала все изменения и достигнутый прогресс, в дверь ванной постучали. Я открыла.

— Ты в порядке? — спросил Энди. Судя по выражению лица, он, должно быть, подумал, что я нервничаю и заперлась от него.

— На самом деле, лучше не бывает. — Я улыбнулась ему и быстро поцеловала. — Ванная в твоём распоряжении.

Я проскользнула мимо него, по пути сильно шлёпнув по его хорошо сложенной заднице.

Энди схватил меня за запястье и притянул к себе.

— Зои, ты самое лучшее, что когда-либо случалось со мной. — Его глаза светились такой искренностью, что моё сердце подпрыгнуло в груди. — Я надеюсь, ты знаешь, как сильно я тебя люблю. — Он поцеловал меня в скулу, затем отпустил моё запястье.

Ого, я не ожидала, что Энди скажет такое.

— И я люблю тебя, — прошептала я от всего сердца, вкладывая смысл в каждое слово. Этот мужчина стал причиной, по которой я решила вернуть свою жизнь, и я была обязана ему всем. Он был моим вторым шансом в жизни. Прежде чем отвернуться, я погладила Энди по щеке.

Через несколько минут он скользнул в постель за моей спиной и притянул меня к себе.

— Так вот чему учат на уроках танцев?

Я повернулась к нему лицом, и он начал перебирать пальцами мои волосы.

— Да. Тебе понравилось?

Энди озорно ухмыльнулся, его голубые глаза заблестели.

— Нет, совсем нет. Ты никогда, никогда больше не должна так со мной поступать.

Мы оба рассмеялись, и я легонько ущипнула Энди за сосок за то, что он повёл себя как засранец. Он поймал мою руку и притянул к себе, укладывая её на бок.

— Я понять не мог, почему эта песня оказалась в плейлисте, который ты для меня составила, но теперь я больше не буду думать о ней так, как раньше. Я бы никогда не подумал, что это песня для стриптиза, но на самом деле она оказалась идеальной ритмом и всем остальным, — признался он.

— Я планировала станцевать для тебя этот танец ещё до того, как приехала в Кабо, но мы видели, что из этого вышло, — призналась я со вздохом.

Ничего не говоря, Энди приподнялся на локте, затем наклонился и поцеловал меня в плечо, рёбра и бедро, где наконец-то сошли синяки.

— Теперь твоё тело, как и разум, исцелилось, — прошептал он и нежно поцеловал меня в губы.

Я придвинулась к нему поближе, он обнял меня за плечи, и я лениво провела кончиком пальца по его татуировкам. Я целый месяц не делала этого, но мы снова были вместе и навёрстывали упущенное. Я была счастлива, сонлива и расслаблена, поэтому закрыла глаза и мгновенно заснула в полном блаженстве.

На следующее утро мы решили пойти на пляж. Я приняла душ, пока Энди заказывал нам завтрак в номер. К тому времени, как он закончил принимать душ, принесли еду, и я накрыла для нас стол.

— Энди, ты знаешь, как я счастлива, что ты здесь? Когда я разговаривала с тобой в День Святого Валентина, то едва не собрала вещи и не вернулась домой.

Он приподнял брови и сделал большой глоток апельсинового сока.

— Я рад, что ты этого не сделала, — засмеялся Энди. — Зои, прошлая ночь была потрясающей.

Я почувствовала, как вспыхнуло моё лицо.

— Да, да, так оно и оказалось, — усмехнулась я, отодвигая тарелку. Я не могла съесть больше ни кусочка, потому что в животе порхали бабочки. До прошлой ночи я никогда не была так уверена в себе и сексуально свободна с мужчиной. Мы чувствовали, что действительно являемся единым целым. Я знала, что нам предстоит многому научиться и поэкспериментировать, но также знала, что мы оба будем наслаждаться каждой секундой процесса.

Пока он заканчивал завтракать, я переоделась в своё любимое фиолетовое бикини, джинсовые шорты и красивую кремовую рубашку с крошечными вышитыми цветочками. Я влюбилась в неё, когда увидела на одном из уличных рынков, и она идеально подходила для пляжа. Я оставила её расстёгнутой, потому что собиралась снять, как только мы опустимся на песок. Я нашла в чемодане шорты Энди и положила их на кровать. Затем собрала сумку со всем, что нам понадобится на день.

— Перед пляжем нам нужно зайти в один из магазинов, — сообщил Энди, вставая из-за стола.

— Ты что-то забыл взять?

— Мои солнечники. Когда я выезжал из дома, шёл дождь, поэтому я не подумал о том, чтобы взять их с собой.

Я с любопытством посмотрела на парня, не понимая, что он имел в виду под «солнечники».

Он заметил моё замешательство.

— Зои, я говорю про солнечные очки, — рассмеялся Энди.

— А, теперь понятно. — Я хихикнула, как идиотка. — Новозеландское словечко.

Он кивнул и поцеловал меня в щёку.

— Ты очаровательна.

Поняв, что свои я забыла у тёти с дядей, я решила и себе прикупить новые «солнечники».

Когда Энди собрался, мы прошлись по магазинам курорта и нашли местечко, где продавалась разнообразная пляжная одежда. Мы бездельничали, примеряя шляпы и солнцезащитные очки.

Энди знал, что ищет, и быстро нашёл солнцезащитные очки, которые ему были нужны. Он выбрал чёрные, старомодные очки «Рэй-Бэнс», в которых, конечно, выглядел великолепно. Перемерив около десяти видов солнцезащитных очков, я отчаялась что-то для себя найти, поэтому он взял пару зеркальных очков-авиаторов от «Рэй-Бэнс» и нацепил их на меня.

— Ты выглядишь в них чертовски сексуально, — искренне заявил парень.

— Правда? — Я никогда не считала, что авиаторы — это мой стиль, поэтому никогда не утруждала себя подбором подобной пары.

Он одарил меня озорной ухмылкой, сжал моё бедро своей большой рукой и притянул к себе.

— Абсолютная, чёрт возьми, правда, — ответил Энди, прежде чем прикоснуться своими губами к моим.

Мы продолжили осмотр магазина в поисках сувениров. Я выбрала очень стильную соломенную шляпу с чёрной лентой и надела её Энди на голову, затем взяла его солнцезащитные очки и тоже надела их на него.

— О. Мой. Бог. — Я ахнула и шутливо поднесла тыльную сторону ладони ко лбу, притворяясь, что падаю в обморок. От него действительно захватывало дух.

— Полагаю, мне тоже стоит прикупить шляпу? — спросил он со смешком.

— Угу, определённо. Я тебе её куплю. — Кажется, я могла бы даже упасть в обморок по-настоящему.

Он взял соломенную шляпу от солнца, которую я никогда бы на себя не надела, и аккуратно водрузил её мне на голову.

— Теперь ты ещё более совершенна. Давай уйдём отсюда и отправимся на пляж, чтобы я снова смог увидеть тебя в верёвочках.

Какие, чёрт возьми, верёвочки?

И снова он заметил моё замешательство, поэтому обхватил одним пальцем завязку моего бикини между грудей. Энди пристально смотрел мне в глаза, водя рукой из стороны в сторону. Его палец нежно провёл по внутренней стороне каждой груди и по моей грудине. А, он имел в виду купальник. Понятно. Теперь, когда он так ко мне прикоснулся, я хочу вернуться в номер, снять с себя всё, что на нас надето, и приступить к делу.

— Очаровательно, — повторил он, когда я покачала головой и улыбнулась. Мы направились к кассе, чтобы расплатиться за шляпы и очки.

Я порылась в сумочке в поисках кошелька.

— Я за всё плачу, жёнушка. Убери свои деньги, — шутливо заявил Энди.

— Вот уж нет. Моя часть покупки, состоящая из солнечных очков и шляпы, составляет около двухсот долларов. Я не могу позволить тебе платить за всё.

Пока кассир сканировал наши покупки, Энди прошептал мне на ухо:

— Любимая, ты позволишь мне потратить на тебя немного денег? Пожалуйста? Ты можешь отплатить мне позже ещё одним танцем.

Он издал низкий, тихий смешок и быстро поцеловал меня в щёку.

Кассир с любопытством на нас посмотрела.

— О, вы молодожены? — спросила она. Я и забыла, что мы всё ещё носим обручальные кольца.

— Всё верно, — ответил Энди с ухмылкой, прежде чем я успела открыть рот. Он оглянулся и подмигнул мне. Боже, я любила этого мужчину.

Энди заплатил за наши шляпы и очки, и мы, взявшись за руки, отправились в них на пляж. Как только мы ступили на берег, он скинул ботинки и побрёл с ними босиком по песку.

Мы нашли местечко, которое нам понравилось, и расстелили полотенца на песке. Я разделась до бикини и завязала волосы на затылке под новой шляпой в свободный, скрученный пучок. Энди снял футболку, затем лёг животом на пляжное полотенце, приподнявшись на локтях.

После того, как я улеглась на полотенце, я заметила, что несколько женщин вокруг нас внимательно разглядывают Энди, пока тот рассеянно собирает и просеивает сквозь пальцы песок. У него великолепные лицо и тело, сексуальные татуировки, новые солнцезащитные очки и шляпа... Я не могла винить этих дамочек.

Энди совершенно не обращал на них внимания.

Я не хотела, чтобы он обгорел на солнце, поэтому нашла солнцезащитный крем и оседлала парня. Выдавив немного на ладони, втёрла ему в спину, шею и плечи.

— Перевернись. Дай мне заняться твоими грудью и животом, — скомандовала я, закончив с его спиной.

Энди рассмеялся.

— Боюсь, Зои, ты уже что-то сделала с моим телом. Если я сейчас перевернусь, меня арестуют за непристойное поведение. Кроме того, кажется, где-то был знак о том, что палатки на пляже запрещены.

Он действительно только что сказал мне, что возбудился, член натягивал трусы как палатку? О мой Бог. Я от души рассмеялась, соскользнула с него и вернулась на своё полотенце. Отодвигаясь, я шлепнула Энди по заднице.

— Что ж, когда у тебя пройдёт зуд, дай мне знать. Я смогу нанести солнцезащитный крем на твою сексуальную грудь и пресс. А затем ты сможешь заняться мной, — прошептала я с двояким смыслом, который, судя по выражению лица, Энди определённо понял.

Прошло несколько минут, а я всё ещё чувствовала на себе взгляды людей, находившихся поблизости.

— Энди, кажется, ты привлекаешь немало внимания дам, — подметила я тихо, чтобы они меня не услышали.

Энди перевернулся и сел, вытянув перед собой мускулистые ноги.

— Иди ко мне.

Я взяла солнцезащитный крем и подползла к нему на четвереньках.

— Садись. — Он похлопал себя по бёдрам, жестом приглашая меня сесть к нему на колени. Я так и сделала и сразу же заняла лучшее место на пляже. Я выдавила солнцезащитный крем на руки и начала втирать его в татуированную грудь.

Он притянул моё лицо к себе и поцеловал в кончик носа.

— Это ты привлекаешь всё внимание, а не я. Кроме того, я хочу только твоего внимания.

Да, я могла бы с этим смириться. Обхватив его лицо обеими руками, я запечатлела на его приоткрытых губах самый чувственный поцелуй, на который была способна. Я прервала поцелуй, когда поняла, что мы всё ещё на оживлённом пляже и вокруг много людей.

Я протянула Энди солнцезащитный крем.

— А меня намазать? — Я хитро улыбнулась, чуть сдвинув солнцезащитные очки, чтобы посмотреть на него поверх них.

— Плохая девочка, — сказал он с ухмылкой. Я сидела на своём месте, пока он втирал солнцезащитный крем мне в плечи. Когда он закончил, я запрыгнула обратно на своё полотенце.

Мы валялись на пляже и просто наслаждались днём. Люди, сидевшие ближе всех к нам, начали собирать вещи и уезжать или спускались к воде.

— Зои, ты с собой iPod взяла?

Я отложила книгу и проверила сумку.

— Нет, оставила в номере. Прости, любовь моя.

— Чувствую себя немного обделённым, когда ты читаешь. — Энди кивнул подбородок, указывая на книгу, которую я держала в руке.

В этот момент я почувствовала себя полной идиоткой. Энди так усердно работал, чтобы отпроситься и провести со мной выходные, а я сидела и читала. Это был не самый светлый момент в моей жизни. Да, Зои, проведи время со своим великолепным парнем на пляже перед отправлением домой. Я загнула страницу, закрыла книгу и отбросила её в сторону своей пляжной сумки. Я перевернулась на живот, так что моё тело частично оказалось на его полотенце.

— Что я могу сделать, чтобы загладить свою вину? — спросила я, положив голову ему на плечо.

— Спеть мне песню?

— Здесь? Серьёзно? — спросила я и села, скрестив ноги. Я удивилась, что он попросил меня для него спеть.

— Да. А ты бы спела? Знаешь, ты никогда раньше ничего для меня не пела.

Чёрт, я этого не делала. Конечно, я пела, когда он был со мной, но пела не для него.

— Пой что угодно, всё, что хочется, — продолжил уговоры Энди. — Не смейся, но слышать, как ты подпеваешь любой песне, которая звучит у нас дома, — одна из тех вещей, по которым я больше всего скучал с тех пор, как тебя не стало рядом.

В тот момент мне хотелось сделать всё, чтобы доставить ему удовольствие.

— Энди, я бы никогда не стала смеяться над словами, которые слетают с твоих губ. Это самые милые слова, которые мне когда-либо говорили.

— Это потому, красавица, что я мог бы слушать твоё пение весь день напролёт, — признался он. — Что ты собираешься петь?

Естественно, я начала с чего-то лёгкого и решила спеть «Я слишком сексуален» группы Right Said Fred, просто, чтобы увидеть его улыбку. Энди смеялся и ухмылялся всё время, пока я ему пела, и это навеяло столько воспоминаний о том уикэнде, когда я с ним познакомилась. Когда я закончила песню, он обхватил моё лицо ладонями и смачно поцеловал в губы.

— Это было весело, и я чертовски за это тебя люблю, — сказал он со смешком. — Пойдём прогуляемся.

Когда он отпустил меня и мы встали, к нам подбежала маленькая девочка. Она посмотрела на меня своими большими карими глазами.

— Привет! Ты очень мило поешь! — пропищала она.

Сдерживая смех из-за своего выбора песни, я опустилась на колени, чтобы встретиться с ней взглядом.

— О, спасибо, — с улыбкой поблагодарила я. — Ты тоже поёшь?

Она кивнула и запела:

— Мерцай, мерцай, звездочка. — Это была самая милая песня, которую я когда-либо слышала. Когда она закончила, мы зааплодировали.

— Это было очень мило, — сказала я, когда подошла мама девочки, чтобы её забрать.

— Извините, она услышала, как вы поёте своему мужу, и тоже захотела спеть, — рассмеялась она.

— Всё в порядке. Она очаровательна, — сказал я. — Продолжай практиковаться, милая, и однажды ты станешь знаменитой.

— Пока, пока! — крикнула девчушка, когда мама уводила её от парочки.

Я посмотрела на Энди, который улыбался от уха до уха.

— Что? — спросила я.

— Ничего. Кажется, меня только что заменили на посту твоего поклонника номер один. Это мило.

— Ни в коем случае, — заверила я. — Ты всегда будешь для меня номером один.

Улыбка, появившаяся на его лице после моих слов, навсегда запечатлелась в моей памяти. Энди действительно выглядел счастливее, чем я когда-либо его видела, и это заставило мое сердце затрепетать от осознания того, что я стала тому причиной.

После того, как я стряхнула песок с ног и натянула на себя рубашку, мы направились к кромке воды, чтобы освежиться. Мы прогулялись по пляжу, немного поплескались в воде, когда стало слишком жарко. Мы расслабились, не спеша гуляли и проводили время вместе.

Когда мы добрели до уединённого уголка пляжа, Энди взглянул на меня, снял с меня шляпу и рубашку и бросил их на песок. Он взял меня за руку, и мы вошли в океан, пока вода не дошла мне до груди.

— Спой мне ещё одну песню, но на этот раз я хочу, чтобы ты спела что-нибудь серьёзное… Пожалуйста? — Он слегка надулся на меня за то, что я поддразнила его своим предыдущим выбором песни.

Мне со своим характером нужно было выбрать идеальную песню для Энди, поэтому я долго и упорно думала, прежде чем принять решение.

Я выбрала песню «Ворвись» группы «Halestorm». Текст идеально подходил ко всей ситуации. Спев ему эту песню, я показала бы ему, как много значит для меня всё, что он сделал.

Энди проделал долгий путь из Калифорнии, чтобы вернуть меня домой. Он разрушил все стены, которые я воздвигла, чтобы отгородиться от него и от всех остальных. Он позволил мне развалиться на части, когда мне это было нужно, и дал мне повод снова собраться. Если бы не он, я до сих пор была бы несчастным и одиноким человеком. Благодаря Энди я таким человеком не стала. За то время, что я отсутствовала, я исцелилась, как морально, так и физически.

Конечно, я всегда сталкивалась с трудностями, потому что жизнь всегда по-своему отбрасывала нас назад, но я знала, что бы ни случилось, у меня хватило бы сил и мужества преодолеть препятствия, не падая.

Энди знал меня как никто другой, и я чувствовала себя с ним совершенно непринуждённо. Он всегда был рядом со мной, как и я с ним. Он сделал меня цельной.

И я пела… Я пела ему от всего сердца, стоя по грудь в Тихом океане, а передо мной стоял мой великолепный мужчина. Я запомню этот момент на всю оставшуюся жизнь. Пока я пела, Энди водил пальцами по моим волосам, ласкал мои руки и плечи.

— Спасибо, Зои, — прошептал Энди, когда я закончила. Он снял шляпу и очки и поцеловал меня с такой страстью и любовью, что у меня заныло всё тело. — Давай прогуляемся по пляжу и поговорим.

Энди снова надел шляпу и очки, взял меня за руку, и мы вышли из воды. Когда мы добрались до пляжа, он заключил меня в свои сильные объятия и просто держал, не говоря ни слова.

Я знала, что приняла правильное решение отправиться в отпуск. Нам нужно было побыть порознь, чтобы привести мысли в порядок. И мы сделали это... мы, чёрт возьми, сделали это, и пришло время двигаться дальше.

Мы прогулялись по пляжу, подальше от людских толп. Немного погуляв, я поняла, что у Энди определённо что-то тяжёлое на душе, но я чувствовала больше любви с его стороны, чем когда-либо прежде, поэтому не беспокоилась, что он скрывает что-то плохое.

— Зои, могу я задать тебе вопрос? — Его голос звучал серьёзно и в то же время задумчиво, пока мы шли по пляжу.

— Конечно. Что случилось?

— Эм, пожалуйста, только не подумай ничего плохого.

Я остановилась и повернулась к нему лицом. Сняла солнцезащитные очки и посмотрела на Энди снизу вверх, ожидая продолжения разговора.

— Ранее ты рассказала, что у тебя был выкидыш, — начал он немного нервно.

Я с любопытством посмотрела на Энди, гадая, к чему он клонит.

— Чёрт, извини. Я не буду совать нос в чужие дела. Не обращай внимания. — Энди, казалось, почувствовал себя немного неловко и снова зашагал.

Я протянула руку и схватила его за запястье.

— О, нет, ты так не поступишь. Ты не можешь так начать разговор, а потом сказать, что это неважно. Что ты хочешь знать? — Чтобы подготовиться к его вопросу, я сделала глубокий вдох, затем выдохнула и продолжила: — Я расскажу тебе всё.

Энди нахмурил брови, прежде чем заговорить. Похоже, что он боялся задать мне этот вопрос, и это, естественно, заставило меня волноваться ещё больше.

— Ты всё ещё можешь иметь детей?

Ого, такого я не ожидала. Воздух покинул мои лёгкие, когда я выдохнула, и на несколько секунд закрыла глаза, чтобы переварить его вопрос. Не потому, что он меня расстроил, а потому, что застал врасплох.

— Я знаю, что у некоторых женщин есть проблемы...

Я потянулась и сжала Энди за руку, чтобы успокоить.

— Всё в порядке. Скорее всего, это был единичный случай. На самом деле, выкидыш — очень распространённое явление. Врачи меня осмотрели, и всё в порядке. Есть что-то, что мне нужно знать? — Я улыбнулась Энди, с нетерпением ожидая, что будет дальше.

Он неловко вздохнул.

— Зои, я не знаю. Наверное, всё это просто мои безумные мысли, потому что я ношу это обручальное кольцо со вчерашнего вечера, мы оба были женаты раньше, и я просто очень сильно тебя люблю. Тьфу, чёрт. Я понятия не имею, что говорю. — Энди рассмеялся, явно раздражённый и, возможно, немного смущённый собственной бессвязностью.

— Итак, ты хочешь сказать, что когда-нибудь действительно на мне женишься и мы нарожаем детей? — Я рассмеялась, чтобы снять с него подозрения и успокоить.

Энди улыбнулся, и я готова поклясться, что его глаза загорелись. Да, именно эту улыбку я и хотела увидеть. Я обняла его за талию, и мы вернулись к своим полотенцам.

— Пойдём поедим. Я проголодался, — заявил он, вместо того чтобы ответить на мой вопрос.

Я покачала головой и ухмыльнулась. Взяла своё пляжное полотенце и начала его складывать.

— Ты ешь больше, чем кто-либо из моих знакомых.

Энди собрал наши вещи, и мы отправились в номер на ланч. Мы решили принять душ, чтобы смыть солнцезащитный крем, песок и солёную воду. После душа мы упали в постель, чтобы вздремнуть после того, как всё утро провели под палящим солнцем.

Проспав несколько часов, я проснулась раньше Энди. Он лежал на животе лицом ко мне, опустив руки по бокам, как будто только что упал лицом вниз на кровать. Он был совершенно голый, и я ничего не могла с собой поделать.

Приподнявшись на локте, я придвинулась к нему и начала легонько водить кончиками пальцев вверх и вниз по его спине. Он не пошевелился. Должно быть, он действительно устал, если это его не разбудило.

Я решила дать ему подремать ещё немного, но не слишком долго. Перевернувшись на другой бок, я закрыла глаза, чтобы расслабиться и насладиться близостью с Энди, даже если он спит. Я хотела его, но решила подождать, пока он проснётся.

Позже я проснулась оттого, что рука Энди скользнула от моего обнажённого бедра к животу, а его возбуждённый член прижался к задней поверхности моего бедра. Я потянулась назад и, обхватив парня за бедро, сильнее притянула его к себе. Его рука скользнула мне между ног.

Какой приятный способ проснуться после незапланированного сна. Я попыталась перевернуться на спину, но Энди был слишком близко, так что я могла повернуться к нему только частично. Я подняла левую ногу и положила на его голень, что позволило мне повернуться ещё немного. Это сработало идеально, потому что у Энди оказался лучший доступ ко мне.

Он ввёл в меня два пальца, затем вытащил, проверяя, готова ли я для него, а я определённо была готова. Медленными круговыми движениями Энди ласкал мой клитор, пока я не начала задыхаться и не приблизилась к оргазму, но он остановился, не давая мне перейти грань.

— Ещё не время, — прошептал Энди у меня за спиной, затем немного подвинулся и приподнял мою ногу, так что она снова оказалась у него на бедре. Я смогла перевернуться на спину. Он потёрся о моё лоно головкой члена, смачивая, а затем вошёл в меня. О мой бог. Он просунул ногу между моими, так что мы оказались в положении, которое я могла бы описать как ножницы.

Как только Энди начал медленно двигаться, я испытала ощущения, которых никогда раньше не испытывала. Это была для меня новая поза, но, с другой стороны, с Энди для меня всё было в новинку. Я слышала об этой позе раньше и всегда хотела попробовать, но у меня никогда не хватало смелости сделать это с Робом, потому что он был очень эгоистичным в постели.

Энди снова начал поглаживать меня кончиками пальцев, усиливая охватившие меня чувственные ощущения. Я не могла смотреть ему в лицо, поэтому не было ни поцелуев, ни прикосновений с моей стороны. Он старался доставить удовольствие мне, что с успехом и сделал. Через несколько минут я уже стонала его имя и крепко сжималась вокруг него. Я поняла, что если раздвину ноги ещё шире, то смогу протянуть руку и слегка помассировать его яйца. И, когда я к нему прикоснулась, Энди начал толкаться сильнее и со стоном кончил в меня.

Некоторое время после этого мы лежали так, сплетясь ногами. Энди прижимался грудью к моей спине, его рука теперь лежала у меня на животе. Тот простой факт, что мы были так близки друг другу, не требовал слов. Просто лежать там вдвоём, тесно прижавшись друг к другу, было совершенством.

— Не могу поверить, что завтра мне придётся вернуться домой. Я была готова уехать, но теперь, когда ты здесь, я просто хочу остаться с тобой и забыть о доме.

Энди придвинулся и положил голову на мою подушку.

— Зоуи, мы можем быть такими, когда вернёмся в Сакраменто, — заверил он, приглаживая мои волосы и целуя в шею. — Нет причин, по которым мы не можем быть вот так вместе.

Энди, конечно, был прав. Мы всё выяснили, и теперь у нас определённо всё складывалось отлично. Я повернулась к нему лицом.

— Я люблю тебя. Ты прав. Думаю, что сейчас мы оба находимся в хорошем положении. Нет причин, по которым мы не можем быть вместе.

Энди наклонился и поцеловал меня.

— Я тоже тебя люблю.

— Эй, а ты можешь со мной куда-нибудь сходить? Я хочу, чтобы ты познакомился с Джози и Смоуком.

Он приподнялся на локте.

— Конечно. Хочешь пойти прямо сейчас?

Я кивнула.

— Знаешь, мы должны были как минимум два дня ходить без одежды. Боюсь, ты не выполняешь свою часть сделки. — Энди медленно провёл рукой вниз по моему телу, нежно массируя руку, бок и ногу. В этом вообще не было ничего сексуального, просто он прикасался ко мне с любовью.

Я игриво перевернула Энди на спину и растянулась на нём во весь рост.

— Извини, но я хочу, чтобы ты познакомился с ними, прежде чем мы уедем. Кто знает, вернёмся ли мы когда-нибудь сюда?

Пока мы разговаривали, он водил руками вверх и вниз по моей спине.

— Тогда нам лучше поторопиться, пока ты снова не попыталась воспользоваться моим положением.

Энди усмехнулся и поцеловал меня в макушку. Я приподнялась, оседлала его и положила руки ему на грудь. Глядя ему в глаза, с хитрой усмешкой на губах, я наклонилась и поцеловала его грудь, затем провела кончиком языка по его соску и втянула в рот.

Прежде чем Энди успел что-либо предпринять, я отпустила его сосок и спрыгнула с парня на пол. Я хихикнула, увидев шокированное выражение его лица. Затем снова натянула бикини, шорты и майку на случай, если мы потом решим вернуться на пляж.

— Зоуи, это полный облом, — прорычал он и очаровательно надул свои аппетитные губки.

— Не волнуйся. Я позабочусь о тебе позже. Обещаю. — Я даже нарисовала пальцем маленький крестик на своём сердце в знак обещания. Пока он натягивал шорты и футболку, я схватила наши шляпы и солнцезащитные очки, и мы поехали на конюшню.

Когда мы приехали, там только началась программа, так что между туристами, делающими последние снимки, и людьми, пытающимися уйти, царил настоящий хаос.

К счастью, у Джози был полный штат сотрудников и свободное время, чтобы поговорить с нами.

— Джози, это Энди. Он прилетел вчера, чтобы сделать мне сюрприз.

Джози с горящими глазами протянула ему руку для приветствия.

— Энди, я так много о тебе слышала. Рада с тобой познакомиться.

Он улыбнулся и пожал ей руку.

— Взаимно. Я не могу выразить всей благодарности за то, что ты сделала для Зоуи.

Джози посмотрела на него с искренней улыбкой на лице.

— Мне повезло, что она оказалась здесь и помогла мне.

Мы разговаривали с Джози до тех пор, пока не пришло время для следующей программы их заведения. Я была счастлива, что у этих двух очень важных людей в моей жизни появилась возможность встретиться друг с другом. Я поведала Энди обо всех разговорах между мной и Джози за время, что мы с Энди были вдали друг от друга, чтобы он знал, как сильно она помогла мне на моём пути к самоисцелению.

После того, как мы попрощались с Джози, я взяла своего мужчину за руку, переплетя наши пальцы.

— А теперь пойдём посмотрим на Смоука.

Мы нашли его в загоне за едой. Он больше беспокоился о том, чтобы перекусить, чем о том, чтобы побыть с нами, поскольку только что вернулся с последней прогулки.

Я показала Энди конюшни, где содержались лошади, и объяснила ему, чем занималась, пока там работала. Мы побродили по окрестностям, и я показала Энди небольшую арену, где катала детей на пони, потому что те были ещё слишком малы, чтобы кататься на пляже.

Осмотрев все окрестности, мы спустились по тропинке к пляжу.

— Здесь я впервые покаталась на Смоуке. Мы были прямо там, когда Джесс нас фотографировала, — сказала я и указала на пляж.

— Мне понравилась фотография, которую ты прислала. Я сделал копию и вставил её в рамку.

От его признания моё сердце затрепетало в груди. У него в квартире среди фотографий его семьи была моя фотография.

— Я всё ещё не могу поверить, что мы здесь... вместе.

Я обняла Энди.

Он достал из кармана мобильный телефон.

— Давай сфоткаемся.

Мы позировали и фоткались на телефон. Потом Энди решил, что хочет сфотографировать меня одну, поэтому я села на пляже и позировала. Он заставлял меня чувствовать себя красивой, и когда я просматривала фотографии, они отражали неоспоримую любовь, которую я питала к этому парню в глубоких синих глубинах моих глаз.

После нашей импровизированной фотосессии мы покинули конюшни и вернулись в отель. Это был наш последний вечер в Кабо, и мы пытались решить, чем заняться после ужина.

— Если хочешь потанцевать, неподалёку есть ночной клуб, — предложил Энди.

— Ты хочешь пригласить меня потанцевать? — с любопытством поинтересовалась я.

— Именно.

— Что ж, тогда пойдём танцевать.

Мы оделись в самую красивую одежду, которую привезли с собой, и отправились в ночной клуб. Я не была уверена, чего ожидать на этом курорте, поэтому взяла с собой платье и босоножки, которые были на мне, когда мы с Джесс и Сашей ходили на танцы. Конечно, Энди надел так любимую мной чёрную футболку с надписью «Несчастье».

Клуб находился в нескольких минутах ходьбы, так что мы оба могли выпить и не беспокоиться о том, что будем за рулём. Оказавшись там, мы сразу направились к бару и заказали виски Джонни Уокер. Мы чокнулись бокалами и насладились напитками, а затем выпили ещё.

— Пойдём танцевать! — крикнула я, перекрывая шум, и потащила Энди в толпу.

Когда мы нашли местечко на танцполе, зазвучали басы. Мы станцевали под несколько песен, натыкаясь друг на друга, как и все остальные. Мы веселились, и мой мужчина умел двигаться. Конечно, мне захотелось тут же увести его обратно в номер, раздеть и заняться с ним сумасшедшим, горячим сексом.

Я вспомнила всё то, чем никогда не могла заниматься, когда была замужем за Робом. Мы никогда не танцевали, я никогда для него не пела. Чёрт возьми, если уж на то пошло Роб даже не обращал внимания на то, как я пою. Даже в старших классах он никогда не ходил ни на одно из моих выступлений хора.

В этот вечер я чувствовала себя очень счастливой женщиной. Это потому, что я и есть счастливая женщина.

В ночном клубе играла разнообразная музыка, и я решила проверить, не сыграет ли диджей какую-нибудь песню для меня. Я встал на цыпочки, чтобы сказать Энди, куда собираюсь пойти и что скоро вернусь. Я оставила его на танцполе, подошла к диджею и подала заявку.

Вернувшись на танцпол, я обнаружила Энди зажатым между двумя девушками, которые толкались и тёрлись о него. Он поймал мой взгляд, и на его лице отразилась паника. Энди танцевал с ними просто из вежливости, потому что таков он был, но мне было видно, что ему это не нравится.

Я не была ревнивой, когда дело касалось Энди. Этот парень много раз доказывал, что его интересую только я. По выражению его лица я поняла, что ему совсем не весело, и он больше беспокоится, что у него будут со мной неприятности. Глупый парень, к этому моменту он должен был бы уже узнать меня получше.

Я постояла в стороне ещё минутку, наблюдая, как женщины делают всё возможное, чтобы привлечь внимание Энди.

Его глаза молили меня о помощи, и я начала пробираться сквозь толпу танцующих. Я втиснулась между Энди и девушкой, которая танцевала перед ним, слегка толкнув её бедром так, что ей пришлось отодвинуться.

Он ухмыльнулся и покачал головой в ответ на мою выходку. Энди обнял меня, положив ладони на мою задницу, а затем впился в меня страстным поцелуем.

Девушка перекинула волосы через плечо и потопала прочь. Вторая девушка, что стояла позади него, одними губами произнесла «извините» и тоже потопала прочь. Я пожала плечами и улыбнулась.

— Хорошо потанцевал? — поддразнила я Энди.

— Спасибо, что спасла меня.

Минуту спустя из динамиков зазвучала песня «Зов в темноте» группы Снежный Патруль. Я притянула Энди к себе, он в ответ обнял меня, и мы начали двигаться.

Когда песня закончилась, мне было жарко, я вспотела и очень хотел пить.

— Мне нужно ещё выпить! — закричала я, когда заиграла следующая песня. Энди взял меня за руку, развернул и повёл к бару.

В клубе было очень многолюдно, поэтому в баре за напитками выстроилась длинная очередь. Стоя в конце очереди, я привстала на цыпочки, потому что было очень шумно, а мне хотелось поговорить с Энди, но это не помогло.

Мы оба были в хорошем настроении, и я хотела продолжить выпивать со своим мужчиной, но мы не приближались к бару, чтобы добыть ещё напитков.

— Давай уйдём отсюда, — сказала я, когда песня закончилась и на мгновение стало тихо.

Мы направились к выходу.

— Куда теперь, Зоуи?

— В алкогольный магазинчик за каким-нибудь «Джонни Уокером». Ты со мной?

Энди кивнул и взял меня за руку. Мы вернулись в наш номер с покупками и вместе напились в стельку.

На следующее утро я проснулась оттого, что мы оба лежали на кровати лицом вниз, совершенно голые. Ладно, любимая поза Энди для сна оказалась довольно удобная. Простыни были в беспорядке, остальные одеяла кучей валялись на полу. Внутренняя поверхность моих бёдер ощущалась так, словно их хорошенько растёр бог секса, спящий рядом со мной.

Чёрт, жаль, что я этого не помню. Последнее, что в моей памяти — это как мы смеялись, и как Энди стягивал с меня платье через голову.

Я села слишком быстро, и меня тут же затошнило. Спотыкаясь, я голышом добрела до ванной, схватила халат с крючка на двери и завернулась в него как раз в тот момент, когда к горлу подкатила первая волна. Я опустилась на колени на холодный кафельный пол, и меня стошнило в унитаз. Фу, давненько я не напивалась настолько, чтобы меня стошнило.

Когда, наконец, я почувствовала, что меня больше не тошнит, то поднялась с пола, прополоскала рот и почистила зубы. Мое лицо было липким, поэтому я сполоснула его прохладной водой. Вытершись, я вернулась в постель и осторожно, чтобы меня снова не стошнило, забралась под одеяло.

Энди проснулся, как только я устроилась поудобнее.

— Тебя что, стошнило? — спросил он, не открывая глаз.

— К сожалению, да. Как ты себя чувствуешь?

Энди приподнялся на локтях и, казалось, погрузился в глубокую задумчивость. Его волосы торчали во все стороны, глаза были едва открыты, но он всё равно выглядел великолепно.

— Чувствую себя отлично. А ты?

— Кажется, на данный момент меня больше не тошнит, так что хорошо. Мне всё же нужно что-нибудь съесть. Хочешь, я закажу что-нибудь и тебе? — Умница, Зоуи, конечно же, он заказал. В голове у меня всё ещё было мутно, поэтому я плохо соображала.

Энди встал с кровати, и дыбом стояли не только его волосы.

Его вид заставил меня рассмеяться.

— Приятель, спрячь-ка свою штуку. Мои бёдра будто выступили в качестве боксерской груши.

Энди оглядел себя.

— Прости, красавица, такое случается каждое утро, — пошутил он, но даже не попытался прикрыться по пути в ванную.

Когда его прекрасная задница удалялась, я заметила несколько красных царапин на его спине и идеальных ягодицах. Ой, похоже, я немного увлеклась.

Казалось, что комната вращается, поэтому я прикрыла глаза рукой, чтобы это остановить, и закрыла их от света. Не знаю, сколько прошло времени, но я вспомнила, что должна была заказать завтрак. Я присела на край кровати, чтобы снять телефонную трубку и позвонить в службу обслуживания номеров.

Как только я села, меня снова затошнило, но я не была уверена, вырвет меня или нет. На всякий случай я пошла в ванную и постучала в дверь.

— Энди, не мог бы ты поторопиться, пожалуйста? Меня может снова стошнить.

Дверь распахнулась, и на пороге появился Энди, у которого изо рта торчала зубная щётка. Он уже успел принять душ. У меня потекли слюни, и я опустилась на колени, снова свесив голову над унитазом. Мне было всё равно, стоит он там или нет.

Боковым зрением я видела, что Энди всё ещё голый. Неужели этому парню просто нравилось находиться голым? Я, конечно, не возражала, и могла бы смотреть на его тело весь день напролёт. Он закончил чистить зубы, когда тошнота взяла надо мной верх, и меня снова вырвало. Энди опустился на колени и отвёл мои волосы назад, проводя круговыми движениями по моей спине своей сильной рукой.

— Серьёзно? Ты держишь меня за волосы, пока меня выворачивает наизнанку? Кто ты такой? — попыталась я пошутить.

— Я тот парень, который тебя любит, даже когда ты лежишь на полу и тебя выворачивает наизнанку, — ответил он, продолжая поглаживать мою спину.

Я медленно и осторожно встала.

— Думаю, теперь я в порядке. Не мог бы вы заказать завтрак, пока я быстренько приму душ? Думаю, я справлюсь с тостами и кофе.

Энди поцеловал меня в макушку и вышел из ванной. Я ещё раз почистила зубы и на всякий случай прополоскала рот жидкостью для полоскания, а затем приняла приятный прохладный душ. Когда я вышла в халате, завтрак был уже на столе, а наша одежда была упакована, за исключением того наряда, который Энди приготовил для меня. Я оделась и села за стол рядом с ним.

Энди снова заказал себе полноценный завтрак, и от одного взгляда на него меня чуть не стошнило. Он поставил передо мной тарелку с тостами, налил мне чашку кофе, добавив в него сахар и сливки, как я любила.

— Спасибо, — простонала я, положив голову на прохладный стол.

Этот умник похлопал меня по спине и проворковал:

— Бедная малышка.

Он пошутил насчёт того, что я слабачка и не умею пить, но он был достаточно любезен, чтобы погладить меня по спине, пока ел одной рукой.

После завтрака мы выселились из отеля и вернулись к моим тёте и дяде, застав их за обедом на кухне.

— Зоуи, Энди, вы вернулись. Как вам курорт? — спросила тётя Мария.

Что?

— Как ты узнала о курорте? — спросила я, сбитая с толку.

Я посмотрела на тётю и дядю, затем на Энди. Они все улыбались.

— Что происходит? У вас у всех почему-то очень виноватый вид.

— Прости, Зоуи, они тоже были в курсе. Я попросил твою маму о помощи, и она позвонила, чтобы сообщить им, что я приеду сюда. — Энди гордо улыбнулся своей хитрости.

Я оглянулась на его подельников.

— Вы ведь не ездили вдвоём на работу, да?

Они оба покачали головами.

— Нет, мы пошли поужинать и в кино, чтобы он смог заехать за тобой. Мы были дома все выходные. Ты хорошо провела время?

— Вы, ребята, хитрые, — рассмеялась я. — Особенно ты. — Я протянула руку и заключил Энди в объятия.

— Хотите пообедать где-нибудь перед поездкой в аэропорт? — спросила моя тётя.

Энди, конечно, согласился. Я решила, что не откажусь от тёплых тортильи с маслом и кока-колы. Мне нужно было немного пузырьков, чтобы успокоить желудок.

— Зоуи, тебе плохо? — просил дядя Виктор с понимающей улыбкой на лице. Я думаю, он знал, что у меня похмелье.

Мы с Энди начали смеяться.

— Да, вчера вечером мы выпили слишком много «Джонни Уокера». Признаюсь, у меня небольшое похмелье. — И внутренняя поверхность бёдер сводит меня с ума. Все начали надо мной смеяться, но мне было всё равно.

После обеда Энди помог мне собрать вещи для поездки домой. Он позволил мне сложить все мои сувениры в его чемодан, поскольку тот был больше моего.

Мы в последний раз обняли моих тётю и дядю на прощание и поехали в аэропорт, чтобы вернуться домой.

12 июня

Несмотря на то, что мы по-прежнему жили в разных квартирах, мы каждую ночь спали вместе: либо у меня, либо у него. Иногда мы пытались жить каждый в своей квартире отдельно, но один из нас всегда уступал и забирался на ночь в постель другого.

Дело в том, что мы спали лучше, когда были вместе. Я действительно высыпалась, и это было здорово. Кроме того, мы не могли оторваться друг от друга. У меня никогда в жизни не было столько секса, и я наслаждалась каждой секундой. Энди ни разу не заставил меня почувствовать себя заброшенной или нелюбимой. Между нами всё было идеально.

У нас оставалось ещё два рабочих дня, и если они окажутся похожи на предыдущие, то мы будем очень заняты. Стояло почти летнее время, и все, казалось, работали над своими машинами. Я в основном работала в магазине, потому что мы были очень заняты. К тому же пришло время провести инвентаризацию.

Я работала в нерабочее время. Проводила инвентаризацию в тот вечер и на следующий вечер. В субботу у Джесс был девичник. Неделя обещала быть долгой.

К вечеру пятницы я смертельно устала, чувствовал себя паршиво и молилась, чтобы не заболеть снова, особенно в преддверии свадьбы Джесс и Ноа. Когда в мае я слегла с гриппом, это совершенно выбило меня из колеи. Я был так больна, что потеряла весь вес, который набрала, пока отдыхала в Кабо.

С инвентаризацией было совсем плохо. Мне следовало провести её гораздо раньше. Заказ, который мне нужно было сделать, оказался огромным, а в магазине царил беспорядок.

Энди вызвался мне помочь, но я отказалась, потому что мне было легче сконцентрироваться и оставаться собранной, когда я делала всё сама. В конце концов, около двух часов ночи я закончила и поднялась по лестнице в свою квартиру. Я думала, Энди будет спать в моей постели, но его там не оказалось.

Всё, чего мне хотелось, это уснуть мёртвым сном. Что я и сделала. Одна.

Всю ночь мне снились ужасные сны. Мне снилась моя биологическая мама. Я наблюдала за тем, как она принимает наркотики прямо у меня на глазах, как она приводит в свою комнату отвратительных мужчин. Мне снились тошнотворные звуки, которые они издавали, пока я сидела и плакала в своём шкафу. Мне снилось всё то время, когда мне приходилось рыскать в поисках еды, и благодарность за то, что, когда я все-таки добиралась до школы, я хотя бы ела горячую еду.

В субботу утром я проснулась поздно, вся в слезах. Я была одна и нуждалась в Энди, но его рядом не было. Конечно, это не его вина. Прошлой ночью, когда я поняла, что он остался у себя дома, мне следовало просто пойти с ночёвкой к нему.

Мне стало интересно, где он, поэтому я выглянула в окно и посмотрела через парковку на квартиру Энди. Его грузовика на месте не было, и я понятия не имела, куда он мог уехать. Я нашла мобильный и нажала кнопку на экране, чтобы позвонить Энди, но мой телефон по-прежнему был отключен. Чёрт, сел аккумулятор. Я нашла шнур для зарядки и подключила телефон, но он был настолько разряжен, что даже не включался.

Оставив его заряжаться на прикроватной тумбочке, я подошла к шкафу, чтобы взять чистую одежду, а затем поспешила в душ. Проходя в ванную, я ударилась мизинцем о дверной косяк. Я запрыгала на одной ноге, а из моих глаз покатились слёзы.

— Чёрт, — прорычала я, присаживаясь на крышку унитаза, чтобы осмотреть свой бедный мизинец. Я содрала несколько слоев кожи, и он сильно кровоточил. Чёрт, как же это больно.

Как только кровотечение остановилось, я встала под душ и сразу же включила режим, чтобы помассировать спину и попытаться расслабиться. Я просидела на сиденье для душа, как мне показалось, около часа. Пока сидела, я побрила ноги, так как на девичник я собиралась пойти в платье.

Конечно же, я порезала себя под коленом, где было больнее всего. Что ещё могло случиться? После душа у меня разболелась голова, и я приняла немного ибупрофена. Решив не напрягаться остаток дня, чтобы случайно не покончить с собой, я надела чистую пижаму и решила посмотреть фильм.

Мне захотелось печенья с шоколадной крошкой, и я подумала, не испечь ли его, но мысль о том, что моё здание может сгореть дотла, меня не прельщала. Я остановилась на холодных хлопьях и пролила молоко, когда их заливала. Я собиралась сварить кофе, но у меня закончились сливки.

К чёрту мою жизнь прямо сейчас.

Мои хлопья на вкус были как картон, но я всё равно их съела. Я забралась обратно в постель под одеяло, чтобы посмотреть фильм, но это была большая ошибка — смотреть слащавую историю любви. Когда пошли титры, я разрыдалась. Выключив телевизор, я закрыла глаза, чтобы немного вздремнуть.

Я проснулась через несколько часов, уставшая, но спала без сновидений, так что это было хорошо. Я проверила свой телефон. Батарея была полностью заряжена. Мне пришло голосовое сообщение от Энди и несколько смс. Я прослушала голосовое сообщение. Энди спрашивал, все ли со мной в порядке, так как не видел меня и ничего обо мне не слышал со вчерашнего дня. Сообщения были почти такими же, за исключением последнего, в котором спрашивалось, не сержусь ли я на него. Я ответила на его сообщение.

У меня в телефоне села батарейка. Я на тебя не злюсь, просто у меня выдалась тяжёлая ночь. Сегодня день ненамного лучше. Поговорим с тобой позже.

Я отправила сообщение. Потом решила, что проголодалась и мне нужно что-нибудь поесть. Я отправила кусочек курицы в духовку и приготовила салат. При приготовлении еды я не подожгла дом и не отрезала палец. Поев, я всё ещё была недовольна, поэтому нашла книгу, включила айпод и свернулась калачиком на диване. Мои веки отяжелели, и мне захотелось закрыть их всего на минуту. Очевидно, минута превратилась в часы.

Когда я проснулась, была половина девятого. Джесс и остальные девочки должны были заехать за мной в девять тридцать. Они арендовали лимузин, чтобы отвезти нас в несколько клубов. Уилл и Джастин собирались поехать с нами, так как они с Джесс тоже были лучшими друзьями.

Поскольку у меня был всего час на сборы, я добежала до спальни и ударилась плечом о дверной косяк. Начиная чувствовать, что весь этот день был своего рода вендеттой против меня, я решила, что мне лучше притормозить, чтобы не выколоть себе глаза, нанося макияж, и не поджечь волосы, когда буду их выпрямлять.

Когда я надевала короткое красное платье с открытой спиной и туфли на высоких каблуках, зазвонил домофон. Я ещё раз оглядела себя в зеркале. Чёрт возьми, я хорошо выглядела, особенно учитывая всё то дерьмо, что произошло за день, и моё настроение поднялось.

Бросив мобильный, удостоверение личности и деньги в крошечную чёрную сумочку, я выбежала за дверь. К счастью, Уилл и Джастин одновременно вышли из своей двери, и с их помощью, взяв их за руки, я спустилась по лестнице целой и невредимой. Мы забрались на заднее сиденье лимузина, и Саша протянула мне бокал шампанского.

— Давайте веселиться, сучки! — крикнула она. Я осушила весь бокал одним глотком и протянула его за добавкой. Я была готова веселиться после такого дерьмового дня.

Мы посетили несколько клубов, потанцевали и выпили. Джастин подарил нам всем безумные ожерелья из бисера с крошечными пенисами между бусинами. На нас были такие же, а на Джесс была роскошная вуаль и пояс с надписью «Bridezilla». В итоге все мы, даже Уилл и Джастин, надели боа из белых перьев. Я была в восторге, но понятия не имела, откуда они взялись.

Нашей последней остановкой на этот вечер должен был стать наш любимый бар «Хулиганы». Им владел Джером, бывший вышибала в элитном клубе из Голливуда. Он хотел отойти от образа жизни знаменитостей и завести заведение, где никого не выгоняли бы за дверь. Снаружи не нужно было стоять в длинных очередях и впускать только «нужных» людей.

Прошла целая вечность с тех пор, как я была там в последний раз. И я даже не подозревала, как сильно скучаю по этому месту. Мы вошли в бар. Он был забит до отказа.

В огромном зале был большой танцпол, кабинка для ди-джея и несколько кабинок со столиками по краям помещения. Там также был большой бар, а перед входом — столы, кабинки и ещё один бар. Мы позвонили за неделю до мероприятия и забронировали самую большую кабинку.

Поскольку это был субботний вечер, диджей исполнял всё, что вы желали. Уговор заключался в том, что независимо от того, какую песню вы просили, диджей её включал. Было ли это кантри, хип-хоп, рок или что-то ещё, диджей это включал. Слава богу, они не получали много запросов на музыку в стиле кантри.

Все мы были на танцполе, тряся задницами вместе с Джеромом под его любимую песню «Мне это нравится» группы «Фокси Шазам». С тех пор как вышла эта песня, он включал её каждую субботу в обязательном порядке в час ночи, и, если вы знали, что для вас лучше, вы выходили на танцпол и танцевали с ним.

Джером был в самом центре свадебной вечеринки. Его рост составлял шесть футов восемь дюймов, и он отплясывал со всех ног. Он выглядел как баскетболист НБА, одетый в свободные джинсы и джерси «Сакраменто Кингз».

Песня закончилась, и мне стало жарко, поэтому я подошла к бару за ещё одним напитком и бутылкой воды. Я протиснулась на единственное свободное место в баре, чтобы привлечь внимание бармена. Пока я ждала, парень, сидевший на барном стуле справа от меня, заговорил со мной.

— Хорошо проводишь вечер? — спросил он, переводя взгляд с моего лица на грудь. — Выглядишь сексуально.

Эм, правда? Сексуально, как и все остальные в баре? Я решила, что всё же хочу верить в то, что разговор лишь обо мне одной.

— Ага. Здесь жарко, не находишь? — спросила я, обмахиваясь салфеткой, которую взяла с барной стойки.

Подошёл бармен и принял у меня заказ на выпивку, так что я присела и стала ждать.

— Как тебя зовут?

— Зоуи, — ответила я и не спросила его имени.

— Итак, Зои, хочешь уйти отсюда со мной? — спросил он, наклоняясь ближе к моему лицу и перебрасывая мои волосы через плечо.

Он действительно провёл кончиками пальцев по моей обнажённой спине. Серьёзно? Подобное дерьмо у этого парня когда-нибудь срабатывало?

— Нет. Мне это неинтересно. У меня есть парень, и я была бы признательна, если бы ты больше ко мне не прикасался, — заявила я, бросив на него быстрый взгляд.

— Чёрт, — прорычал парень. — Не обязательно быть такой сукой.

Я была не в том настроении, чтобы меня называл сукой совершенно незнакомый человек, поэтому я повернулась к нему лицом.

— О, прости, я тебя обидела? А чего ты ожидал? Ты не можешь просто спросить у девушки, как её зовут, а в следующий момент спросить, не хочет ли она поехать с тобой домой.

Что-то за моим плечом привлекло внимание этого пресмыкающегося. Затем я услышала низкий сердитый голос, произнёсший:

— Вали отсюда.

Он встал и ушёл. Я обернулась и увидела Энди. Выражение его лица было не очень счастливым.

— Зоуи, какого чёрта? — прорычал он.

Это меня взбесило. Я ждала свой напиток, занималась своими делами, а он на меня разозлился.

— Что? Я просто ждала свой напиток.

Принесли мой напиток. Я положила деньги на стойку. Энди сел на стул, который только что освободил пытающийся меня склеить парень.

— Ты в этом уверена?

— Уверена в чём? — спросила я, и в тоне моего голоса отчётливо прозвучало раздражение.

— Я видел, как тот парень к тебе прикасался. Что, чёрт возьми, это было? — Энди очень злился, и из-за этого я тоже.

— К твоему сведению, Эндрю, я дала этому парню понять, что у меня есть парень, и была бы признательна, если бы он держал свои грёбаные руки при себе.

Схватив в одну руку бутылку с водой, а в другую — «маргариту», я сделала большой глоток и, оттолкнувшись ногами от барного стула, отправилась на поиски своих друзей. Энди протянул руку и схватил меня за плечо, отчего мой напиток выплеснулся через край бокала. Жидкость потекла по моей ладони, вниз по предплечью до локтя.

— Отлично, большое спасибо, — прорычала я, ставя напиток обратно на стойку и беря стопку салфеток, чтобы вытереть руку.

— Зоуи, прости меня. Мне просто не понравилось, что он к тебе прикасался, вот и всё.

Я не хотела этого слышать. У него не было причин ревновать. Я покачала головой.

— Тебе следовало бы лучше меня знать, Энди. Что ты вообще здесь делаешь?

Он взял со стойки салфетку, вытер мой бокал, затем вернул его мне.

— У Джесс здесь вечеринка.

А, да, Энди был с моими братьями и их друзьями на мальчишнике Ноя.

— Понятно. — Я всё ещё злилась. Я допила напиток и поставила бокал на стойку.

— Извини, но я не видел тебя со вчерашнего дня. Ты не хотела, чтобы я помогал тебе с инвентаризацией, и сегодня я ничего от тебя не слышал, кроме одного сообщения. Потом я прихожу сюда и вижу, как какой-то парень увивается за тобой. Что я должен подумать?

Я недоверчиво приподняла брови.

— Ты должен думать, что твоя девушка тебя любит и ей можно доверять. Ты действительно злишься на меня за то, что сделал этот мудак?

Энди покачал головой.

— Нет, я на тебя не злюсь. Я не видел, что ты делала. Я просто видел, как он к тебе прикасался, и мне это не понравилось.

Я выдохнула.

— Я об этом позаботилась.

Энди соскользнул с барного стула и притянул меня к себе.

— Прости, красавица. Я погорячился.

Я посмотрела ему в глаза. Никогда не могла на него злиться, потому что знала, что он сожалеет.

— Да, ты слишком остро отреагировал. Пожалуйста, не превращайся в ревнивого парня. Обещаешь?

Он снова сел, так что мы оказались лицом к лицу.

— Обещаю. Я знаю, что ты моя девочка, и у меня никогда не будет причин для ревности. Я знаю, что ты меня любишь.

Я наклонилась и поцеловала его.

— Только тебя, — прошептала я Энди в щёку.

Моя рука была липкой от напитка, поэтому я извинилась и отправилась в уборную.

Когда я возвращалась к Энди, из толпы вышла Николь и встала передо мной. Она была так пьяна, что покачивалась на ногах, и я удивилась, как она не упала. Её губная помада была размазана, а тушь потекла. Похоже, она выпивала какое-то время.

— Зоуи, что случилось? — спросила Николь с ухмылкой на лице. — Сбежала от ещё одного мужчины? Может, если бы ты не была такой фригидной сучкой, ты могла бы оставить его себе.

Правда? Что, чёрт возьми, она знала?

Я свирепо на неё посмотрела и попыталась обойти, но Николь преградила мне путь.

— Отвали, Николь. — Я протиснулась мимо неё, и когда это сделала, она толкнула меня в плечо.

Ладно, на этом всё. С меня хватит этого дерьма.

С тех пор как мы вернулись из Кабо, у меня не было возможности ничего ей сказать после того звонка о сексе, который они с Робом сделали мне с телефона Энди, так что сучка уже давно это заслужила.

Я сделал два шага в сторону, развернулась и ударила эту мерзкую сучку тыльной стороной ладони прямо по её мерзкой физиономии, отбросив её назад на несколько футов.

Николь приложила ладонь к щеке, по которой я ударила, и её глаза стали большими, как блюдца.

— Стерва! — закричала она.

Поскольку одного удара показалось мне недостаточно, я направилась к ней, чтобы ударить ещё раз, но две распутные подружки Николь схватили её за руки и потащили прочь.

Я никогда раньше никого не била и была потрясена тем, что на меня нашло, но мне было чертовски приятно её ударить.

Когда я повернулась обратно к бару, то встретилась взглядом с Энди, который бежал ко мне трусцой, а Джастин и Уилл следовали за ним по пятам. Они были свидетелями всей этой перепалки. Энди перешёл на шаг и приподнял брови, а на его лице медленно расплылась широкая улыбка. Парни, должно быть, решили, что у Энди всё под контролем, и вернулись на танцпол.

Пожав плечами, я улыбнулась Энди в ответ и направилась к нему. Мы встретились, когда заиграла песня «Нью-Йорк» в исполнении «Снежного Патруля».

Он действительно заказал поставить мне песню? Никто из моих друзей, кроме меня, не попросил бы ди-джея поставить «Снежный патруль», а я не просила, так что это, должно быть, был Энди. Я взяла его за руку и вывела на танцпол, где притянула к себе поближе.

— Ты их попросил включить это для меня?

Энди кивнул и поцеловал меня в лоб, крепко прижимая к себе.

— Да, я слышал, что они принимали заявки, поэтому попросил их включить эту песню, как только я приеду сюда. Потом я попытался тебя найти... и вот мы здесь.

Когда мы вместе покачивались на танцполе, его губы коснулись моих. Я положила голову Энди на грудь и закрыла глаза, вдыхая его запах. Мне нравилось чувствовать, как бьётся его сердце под моей щекой, а его руки ласкают мою обнажённую спину.

— Зоуи, мне нравится твоё платье, — сказал он, целуя меня за ухом, отчего у меня по спине пробежали мурашки. Мы держались друг за друга и танцевали медленный танец под музыку, даже когда песня закончилась и началась быстрая. Было так приятно находиться в его объятиях после того дерьмового дня, который у меня был.

Когда следующая песня почти закончилась, Энди отстранился от меня.

— Кстати, это была отличная пощёчина, — заметил он. — Что всё это значило?

Я пересказала Энди то, что сказала мне Николь, а затем снова прижалась к нему щекой.

— Моя девочка... Она красивая и умеет бить стерв, — прошептал Энди мне на ухо. Я усмехнулась и поцеловала его в грудь через рубашку.

Спустя две песни кто-то похлопал меня по плечу.

— Лимузин приехал, чтобы отвезти нас домой. Зи, ты готова ехать? — просила Саша.

Я определённо была готова.

— Пожалуйста, давай уедем отсюда. — Я посмотрела на Энди. — Мне нужно отсюда выбраться. Ты хочешь поехать с нами или хочешь остаться с ребятами?

— На самом деле, некоторые ребята едут с нами, — вмешалась Саша. — Ной готов отправиться домой с Джесс. Они становятся довольно горячими и напористыми на танцполе. Уиллу и Джастину очень весело, поэтому они и несколько девушек остаются здесь.

Энди улыбнулся.

— Я пойду туда же, куда и ты, Зоуи.

Я забрала свою сумочку и боа из перьев, и мы направились к лимузину.

Энди забрался в машину первым и усадил меня к себе на колени, когда я попыталась устроиться рядом с ним. Он обнял меня и зарылся лицом в мои волосы. Я не заметила, что он тоже выпил, и мы оба были на грани засыпания.

Лимузин проехал по кругу, высаживая всех желающих. Когда машина опустела, я осталась сидеть на коленях у Энди. Пока мы ехали, он водил кончиками пальцев вверх и вниз по моей спине. Никто не обращал на нас никакого внимания, поэтому я прижалась к изгибу его шеи, нежно целуя.

Его рука скользнула мне под платье, где никто не мог её увидеть. Другой рукой он обнял меня, положив на бедро. В переполненном лимузине было шумно, но я услышала, как он тихо застонал, когда я просунула руку ему под рубашку, чтобы коснуться обнажённой кожи.

В конце концов лимузин замедлил ход и остановился.

— Зи, твой дом, — сказала Джесс с другого конца салона.

— Спасибо за отличный вечер, девочки, — ответила я, когда мы с Энди выходили из машины.

Мы поднялись наверх, и Энди открыл дверь в мою квартиру своим ключом. Оказавшись в спальне, он откинул одеяло, пока я снимала обувь. Я направилась прямо к его стороне кровати и встала перед ним.

— Сядь, — приказала я, мягко подталкивая его сесть на край кровати. Я опустилась перед ним на колени и стянула с него ботинки и носки. Я просунула руки в штанины его джинсов, чтобы погладить пальцами его голые икры. Волосы на его ногах под моими ладонями казались жесткими.

Энди потянулся и нежно помассировал мне плечи своими сильными руками. А я расстегнула его рубашку, стянула ее с плеч и бросила на пол. Наклонившись вперед, я поцеловала его мускулистый живот, затем взяла одну из его рук в свою и, перевернув, поцеловала его ладонь. Я положила его руку на кровать рядом с ним и расстегнула пуговицу на его брюках, затем молнию.

— Зоуи, ты в порядке? Поговори со мной.

— Я в порядке, но мне хочется показать, как сильно я тебя люблю. Мне ненавистно, что ты даже на секундочку подумал...

Энди прижал кончики пальцев к моим губам, чтобы меня остановить.

— Нет, не говори этого. Я вел себя как придурок. Я не видел тебя весь день, поэтому пошел тебя искать, потому что хотел потанцевать с тобой, как мы это делали в Кабо. Я неправильно понял, что происходит, и ты меня просветила. Все хорошо?

Я кивнула.

Энди схватил меня за локти и притянул к себе так, что я встала перед ним. Он протянул руку и расстегнул молнию на моём платье.

— Сегодня вечером ты выглядела такой красивой. Пожалуйста, позволь мне загладить свою вину.

Энди встал и стянул с моих плеч платье, позволив ему упасть на пол. Он подцепил большими пальцами верхнюю часть своих брюк и боксеров, затем стянул их вниз и, сняв их, снова сел на кровать.

Когда я стояла перед ним в одних трусиках, Энди притянул меня ближе к себе и поцеловал в ключицу, затем спустился к груди, нежно втягивая мой сосок в рот, отчего мое дыхание участилось. Его руки прошлись от моих ребер к трусикам и стянул вниз по моим ногам на пол к платью. Он откинулся на кровать, притянул меня к себе и, жадно целуя, перекатился на меня.

Энди вошёл в меня, и я обхватила его бёдра ногами. Он не начал толкаться или двигаться, просто целовал меня.

— Зоуи, я тебя люблю, — прошептал Энди мне на ухо, медленно начав двигать бёдрами.

Эта медлительность так чудесно ощущалась, но я желала большего. После такого дня, каким он у меня выдался, я нуждалась в быстрой разрядке.

— Мне нужно быстро и жёстко. Пожалуйста, — умоляю я хрипло, крепко хватаю Энди за задницу и тяну на себя.

Он уловил мое отчаяние, вышел из меня и перевернул на живот, затем схватил меня за бедра и поставил на колени. Я оперлась на предплечья, и Энди вошел в меня сзади.

— О, чёрт, — вскрикиваю я, когда меня накрывает наслаждение.

Схватив меня за бёдра, Энди подался назад так сильно, что чуть не выскользнул из меня. Он резко притянул меня к себе и подался вперёд, и его яйца ударились о мой клитор.

— Ещё раз, прошу, — умоляю я. О, Иисус, как же это восхитительно.

Он сделал, как я просила: входил в меня снова и снова, пока я практически не начала выкрикивать его имя и сжиматься вокруг него. Энди сдерживал себя, пока я не была полностью удовлетворена, а затем вышел из меня и перевернул меня на спину.

Он взял пару подушек и подложил их мне под бедра. Затем просунул руки мне под ноги, так что мои колени оказались на сгибе его локтей. Как только я стала достаточно устойчивой и неподвижной, он снова в меня вошел. Я вскрикнула, когда желание охватило мое тело, и мой разум полностью отключился. Когда я приподняла бедра в этой позе, Энди при каждом толчке попадал по точке джи. Мой мозг превратился в кашу от всех ощущений, которые я испытывала ниже пояса.

Через несколько минут я снова кончила. Энди толкнулся в меня в последний раз и, наконец, кончил сам.

— О, черт, — прошипел он, кончая. Энди обернул мои ноги вокруг своих бедер, а я обхватила его руками, притягивая к себе. Его тело задрожало на моем.

— Спасибо. Я в этом нуждалась, — выдыхаю я с лёгким смешком.

— Ты же мне скажешь, если я веду себя слишком грубо, правда?

— М-м-м, ты был великолепен, — прошептала я, притягивая Энди для поцелуя.

В субботу утром, в день свадьбы Джесс и Ноа, я проснулась рано. Энди крепко спал рядом со мной, а Джеймс спал у меня в ногах. Я взяла Джеймса на руки и отнесла его в прачечную, чтобы покормить. Затем по пути обратно в постель зашла в ванную и почистила зубы. Энди все еще спал, поэтому я забралась в постель позади него.

— Проснись, любимый, — тихо пропела я, поцеловала в затылок и обняла его за талию.

Энди слегка пошевелился.

— М-м-м, который час? — сонно пробормотал он низким и хрипловатым голосом с более заметным акцентом.

Сонный Энди — очень сексуальный Энди.

— Тебе пора вставать. — Я опустила руку ниже, обхватывая член. — Вижу, ты уже встал.

Я прижалась к нему всем телом. Он был из тех, кто никогда меня не прогонял. Энди завел руку за спину и нащупал пальцами моё лоно. Пока он скользил пальцами внутрь и наружу, я медленно скользила рукой по всей его длине, целуя мускулистую, покрытую татуировками спину.

Энди отодвинулся, перекатился на спину, и я забралась на него сверху и направила член внутрь себя. Я положила руки на его татуированную грудь, медленно двигаясь на нём вверх и вниз. Энди обхватил мои бёдра руками.

— Зоуи, так хорошо тебя чувствовать, — простонал он, притягивая меня на свою грудь.

Энди крепко меня обнял, продолжая в меня входить. Я никогда не насытилась бы этим мужчиной. Никто из нас больше не беспокоился о пижамах. Мы просыпались по ночам, чтобы заняться любовью, и наша одежда только мешала. Я буквально не могла находиться с ним в одной постели и не прикасаться к нему.

Я потеряла самообладание, и Энди тоже. Схватив меня за бедра, он потянул меня сильнее и быстрее навстречу своим толчкам. Жар внизу моего живота начал распространяться все ниже, пока я не ахнула, сжимаясь вокруг него в судорогах оргазма.

Энди замедлил толчки, но не их интенсивность. Медленно и жёстко двигаясь, он застонал, когда я кончила, и начал подводить себя к разрядке. Энди продолжал в меня входить, пока его тело не задрожало, полностью изливаясь в меня.

Не прошло и пяти минут, как зазвонил мой телефон. Я скатилась с Энди и довольным шёпотом ответила на звонок.

— Зоуи, это Джесс. У нас большая проблема!

— В чём дело? Что случилось? — обеспокоенно спросила я.

— Хизер в полном порядке, но у неё начались схватки, и Джейсон, очевидно, не сможет сейчас присутствовать на свадьбе.

У моей невестки начались схватки на две недели раньше срока.

— Джесс, что ты хочешь делать? — спросила я. — Если ты беспокоишься о нечетном количестве гостей на свадебной вечеринке, я могу на ней не присутствовать. Я сделаю все, что ты захочешь. Только попроси.

Она громко вздохнула.

— Зи, ты моя лучшая подруга. Ты должна быть на моей свадьбе. Нам нужен другой шафер. Как ты думаешь, Энди согласился бы им стать? Он был хорошим другом Ноя.

Я попросила Джесс подождать минутку, пока поговорю с Энди.

— У Хизер начались схватки. Ты можешь заменить Джейсона в качестве шафера?

— Конечно, — сказал он. — А как насчёт смокинга?

— Джесс, он согласен. Что нам делать со смокингом? У них с Джейсоном одинаковый размер, так что тот костюм может подойти, но из-за разницы в росте, возможно, и нет.

— Я уже поговорила с портнихой, и она сможет его перешить, если Энди приедет в её магазин в течение часа, — с облегчением ответила она.

— Мы уже едем, — сказала я и отключилась.

Мы выскочили из постели, быстро оделись и помчались в магазин смокингов.

— Зоуи, я смогу пойти с тобой к алтарю? — спросил Энди, когда я гнала свою "Ауди" по автостраде, как летучая мышь из ада.

— На самом деле, да. Мы идём к алтарю порознь, но после свадьбы встречаемся и возвращаемся к алтарю вместе.

Я украдкой взглянула на Энди, чтобы оценить выражение его лица.

— Отлично, это для меня будет лучшая часть дня, — улыбнулся он мне в ответ.

Боже, мой мужчина был очарователен, когда не был таким сексуальным.

Пока портная снимала мерки с Энди, я вышла на улицу и позвонила своему брату.

— Привет, Джей. Как дела у Хизер? Она хорошо себя чувствует? — Я услышал, как она на заднем плане с кем-то разговаривает и это меня успокоило.

— У неё всё отлично, Зоуи. За малышкой наблюдают, и всё развивается так, как и должно было быть. Просто она родится раньше срока.

Она?

— У вас девочка? — пропищала я. — Наконец-то ещё одна девчонка в семье.

Джейсон усмехнулся, услышав моё воодушевление.

— Да, сестрёнка, на этот раз у нас будет девочка. Это будет потрясающе. Я не могу дождаться, когда познакомлюсь с ней.

Мои глаза наполнились слезами из-за его чувств к дочери. Да, день обещал быть насыщенным эмоциями. Я рыдала из-за того, что мой брат рассказывал о своей нерожденной дочери, а моя лучшая подруга выходила замуж за моего второго брата. Сегодня будет замечательный день. Я была очень рада за своего брата и Хизер. Они оба хотели девочку, и у них она должна была родиться.

— Джей, не волнуйся о свадьбе. Мы обо всем позаботимся. Все, что тебе нужно сделать, это позаботиться о своей жене и малышке. Дай нам знать, когда она появится на свет. Люблю тебя, брат.

— Я тоже тебя люблю, Зи. Я позвоню, как только смогу. Желаю отлично провести время на свадьбе и убедиться, что никто о нас не беспокоится. Если нам что-то понадобится, то здесь семья Хизер, так что все в порядке.

Мы закончили разговор, и я вернулась в мастерскую по пошиву смокингов. Портниха была просто чудо как хороша. Я вернулась как раз в тот момент, когда она закончила приспускать брюки Энди.

— Ух ты, — проговорила я, когда увидела его в костюме.

Он мне улыбнулся и поправил галстук-бабочку.

Портниха встала и оглядела Энди с ног до головы.

— Хорошо, мистер Тейт, снимайте брюки, я подошью их и можете идти.

Я удивленно подняла бровь, глядя, как Энди без малейшего смущения снимает с себя брюки. Он снял их и протянул ей. Затем снял оставшуюся часть смокинга и повесил в чехол для одежды.

Он переоделся в шорты, футболку и кожаные шлепанцы.

— Мне понадобится тридцать минут, чтобы все подшить, — сообщила портниха.

— Тогда мы скоро вернёмся, — сообщила я.

Мы зашли в кондитерскую по соседству, где уселись за стол и проглотили две дюжины глазированных пончиков и кофе, ожидая, пока закончат с подгонкой смокинга.

Я отправила Джесс сообщение о том, что мы едем домой принять душ, а потом я встречусь с ней в салоне, чтобы сделать прическу и макияж вместе с ней и остальными девочками.

— Зоуи, думаю, мне стоит побриться, — неожиданно сказал Энди. — Что ты об этом думаешь?

Свадебная процессия собралась в огромном зале в задней части церкви, где мы обняли и поздравили Джесс и Ноа. Пока мы с Сашей пытались завязать шлейф свадебного платья Джесс, я заметила, как Кристен направилась туда, где разговаривали Энди и Джереми. Она представилась обоим мужчинам.

Мы наблюдали, как она провела рукой по руке Энди. Он отступил от нее на шаг и скрестил руки на груди, явно игнорируя ее.

Джесс посмотрела на меня. — Зои, не стесняйся, иди и выбей из нее все дерьмо, а потом пойдем на прием. Я готова тууу-сить!

— Спасибо, — улыбнулась я и направилась к Энди. Он увидел, что я подхожу, и извинился, прервав разговор с Кристен, которая обернулась, чтобы посмотреть, куда он направляется. Энди подошел прямо ко мне и остановился.

— Я знаю, я уже говорил тебе, но ты выглядишь такой красивой, Зои, — сказал он, обнимая меня и приподнимая с пола.

Наверное, это было по-детски с моей стороны, но я изо всех сил боролась со своими собственными демонами ради этого человека и не собиралась терпеть ни от кого никакого дерьма. Я обвила его руками за шею и запечатлела на нем самый впечатляющий поцелуй, какой только могла.

Наши губы раскрылись, и я погрузила свой язык в его рот, чтобы встретиться с его. Я отстранилась с тихим стоном, вырвавшимся из моего горла, когда он опустил меня обратно на пол.

— Мы готовы. Давайте уйдем отсюда и отправимся на прием! — Воскликнула Джесс, когда я осторожно стерла помаду с губ Энди.

Энди поцеловала меня в щеку. — Я не знаю, что означал этот поцелуй, но ты можешь повторить его в любое время. — Я просто улыбнулась ему и взяла его под руку, чтобы идти на прием.

Когда мы проходили мимо Кристен, я взглянула на нее, и она, разинув рот, уставилась на меня.

— Думаю, тебе лучше поискать другого шафера, Кристен. — Я мило улыбнулась, чтобы просто быть умницей. — Этот мой.

После того, как я прошла несколько шагов, мне в голову пришла еще одна мысль. Я остановилась и отпустила Энди, затем повернулась к Кристен.

— Беру свои слова обратно, — заявила я. — Поскольку двое других друзей жениха — мои братья, я предлагаю тебе также держаться и от них подальше.

Не дожидаясь увидеть выражение ее лица, я развернулась на каблуках и пошла обратно к своему мужчине.

Мы запрыгнули в мою машину, чтобы добраться до места проведения приема. — Что все это значило, Зои? — С любопытством спросил Энди. Я объяснила ему, что Кристен сказала ранее о том, что у меня нет шансов с «кем-то вроде него».

— Зачем ей вообще это говорить? Я всего лишь грязный, засаленный механик, — сказал он с оттенком отвращения в голосе.

Я была поражена. — Энди, почему ты вообще так думаешь? Ты привлекательный, трудолюбивый и никогда не бываешь засаленным или грязным, если уж на то пошло. Я уже говорила, что ты самый милый, добрый и любящий человек из всех, кого я знаю?

Он взял мою руку в свою и поцеловал тыльную сторону ладони. — Спасибо. Думаю, то, что семья моей бывшей жены в течение двух лет говорила, что я практически ничего не стою, не давало мне покоя.

Вы, блядь, издеваетесь надо мной?

— Похоже они сборище высокомерных придурков. — Зачем кому-то вообще говорить ему такое? Мы никогда раньше не говорили о его бывшей, но мне было очень интересно узнать о ней и о том, почему она ушла таким образом. Думаю, это все объясняет.

— С чего бы им думать, что ты ничего не стоишь?

Он вздохнул. — Они очень богаты, Зои. Они думали, что я охочусь за их деньгами или что-то в этом роде. Их бесил тот факт, что их дочь хотела быть с кем-то, кто зарабатывает на жизнь, капаясь под капотом автомобиля. Они даже не пытались познакомиться со мной поближе или что-то разузнать обо мне. — Он ухмыльнулся и покачал головой.

Почему некоторые богатые люди такие придурки? Будто, что наличие большого количества денег делает их лучше, чем тех, у кого их нет.

Заметив возмущенное выражение на его лице, я потянулась и погладила его по руке. — Все, что я могу сказать, это то, что их потеря — это мое приобретение, Энди. Я не знаю, где бы я была, если бы ты не появился в моей жизни. — Я снова чуть не расплакалась. Он был моей опорой и смыслом всего на свете.

Он заметил, что я расстроена, поэтому заехал на ближайшую парковку и остановил машину. Он припарковал «Ауди» и отстегнул свой ремень безопасности, затем потянулся и отстегнул мой тоже.

Энди крепко обнял меня, перегнувшись через консоль. На его лице было довольно напряженное выражение. — Я люблю тебя больше всего на свете. Ты самая большая любовь в моей жизни, и всегда ею будешь. Я не хочу расставаться с тобой. У меня есть вопр…

Ошеломленная сладкими словами, слетающими с его губ, я не дала ему закончить предложение. Я отстранилась ровно настолько, чтобы крепко поцеловать его. — Хорошо, что нам никогда не придется беспокоиться об этом. Я всегда буду твоей, — сказала я, опускаясь обратно на свое место.

— Давай, Секси. Пойдем на прием, там мы сможем поесть, потанцевать и спеть нашу песню.

— Тьфу, не напоминай мне, — тихо проворчал он.

— Не нервничай. Если нужно, притворись, что поешь это для меня. У тебя все получится.

Он отвез нас на прием, и мы вошли, держась за руки, когда ди-джей объявил, что все могут проходить в специальную зону для свадебных фотографий. Мы с Энди сделали несколько совместных фотографий, на которых мы приодеты, так что теперь у нас будут и другие фотографии, кроме тех, что мы снимали на наши телефоны. После фотосессии у нас был вкусный ужин, все смеялись и отлично проводили время. Шафер и подружка невесты произнесли свои тосты за жениха и невесту, затем мои родители и родители Джесс сказали несколько слов.

Когда с тостами было покончено, пришло время нам с Энди исполнить нашу песню. Когда мы поднялись на сцену, ди-джей объявил, что Джесс и Ноа должны выйти на танцпол для их первого танца.

Нас ждали два барных стула рядом с нашими акустическими гитарами и микрофонами. Энди нервничал, поэтому я дала ему понять, что буду говорить сама.

Диджей протянул мне свой микрофон. — Всем привет, — обратилась я к толпе, пока Джесс и Ной стояли посреди зала и смотрели на нас, недоумевая, что происходит.

— Я Зои. Я единственная сестра Ноя и одна из лучших подруг Джесс, а это мой замечательный парень Энди. — Я кивнула ему, когда он сел на свое место рядом со мной. — В конце концов, я смогла убедить его спеть со мной специальную песню для первого танца Джесс и Ноа. Они не знали, что мы сделаем это для них.

Джесс смотрела на меня со слезами на глазах, пока я говорила. — Спасибо, — одними губами произнесла она. — Джесс, Ной, мы так рады за вас. Мы любим вас обоих и надеемся, что вам понравится эта песня для вашего первого танца. Она называется «My Light».

Я вернула микрофон ди-джею, и мы с гитарами устроились на барных стульях перед нашими собственными микрофонами. Энди был отличным гитаристом, намного лучше меня, поэтому он начал песню, а я поддержала его.

Он начал петь соло, а я подпевала ему в гармонии. Должна признать, вместе мы звучали великолепно. Стулья у стойки были установлены так, что мы с Энди сидели почти лицом друг к другу, так что могли видеть друг друга во время пения.

Энди очень нервничал из-за того, что он впервые пел на публике, и за ним наблюдали более двухсот пятидесяти человек. Это было очень романтично. Толпа хлопала в такт песне, пока Джесс и Ной раскачивались на танцполе. Джесс почти все время плакала, а Ной вытирал ей слезы.

Когда мы подошли к концу песни, пела в основном я, в то время как Энди подпевал и играл на гитаре. К тому времени, когда мы закончили, даже я расплакалась. Когда мы закончили, мы встали, чтобы положить гитары на подставки, и толпа разразилась радостными возгласами. Я взяла Энди за руку и притянула его к себе.

— Ты сделал это. Ты был безупречен.

Он притянул меня к себе и запечатлел на моем лице романтический поцелуй, когда наклонил меня назад на глазах у всей толпы. Они разразились еще более громкими и безумными аплодисментами.

— Я люблю тебя, Зои. Я счастлив, что мы сделали это вместе.

Мы спустились со сцены, и Джесс с Ноа встретили нас у подножия лестницы.

— Боже мой, ребята! — взвизгнула Джесс, по ее лицу текли слезы. — Я даже не знаю, что сказать. Огромное спасибо. Энди, ух ты. Просто... ух ты. Я и понятия не имела, что ты умеешь петь. — Она заключила нас обоих в медвежьи объятия, после того как перестала пританцовывать от восторга.

Остаток вечера мы танцевали и прекрасно провели время на приеме. В полночь Джесс и Ной отправились в свадебное путешествие. Они собирались провести неделю на Гавайях.

— Желаю вам отлично провести время и сделать много фотографий, — сказала я, когда они садились в ожидавшую их машину. Мы отлично провели вечер, но я была готова идти домой. Я была измотана, и ноги у меня подкашивались.

После нашей песни Энди снял жилет и пиджак. В слегка расстегнутой белой рубашке и развязанном галстуке-бабочке, свисавшем с воротника, он выглядел просто потрясающе.

— Привет, красавчик, — сказала я, подкрадываясь к нему сзади и обнимая его за талию. — Почему бы тебе не отвести меня домой и не помочь снять это платье?

Он повернулся ко мне лицом, обхватив мое лицо ладонями. — Звучит как отличная идея, красавица. Поехали. — Мы нашли его пиджак и жилет, попрощались и отправились домой.

По дороге я проверила свой телефон, чтобы найти сообщение от Джейсона. Это была фотография его великолепной малышки Майи Роуз, которая родилась сразу после десяти вечера. После того, как я показала фотографию Энди, я отправила брату ответное сообщение, чтобы сообщить ему, что мы навестим их после того, как Хизер немного отдохнет. Я закрыла глаза и начала засыпать.

Как только мы вернулись в мою квартиру и сняли свадебные наряды, мы упали в постель, оба измученные. Мы посмотрели друг на друга, и я заметила серьезное выражение на его лице.

— Зои, как ты относишься к тому, чтобы когда-нибудь снова выйти замуж?

Застигнутая врасплох его вопросом, я запрокинула голову, чтобы лучше разглядеть его лицо. — Почему ты спрашиваешь?

Он протянул руку, заправил мне волосы за ухо и легонько поцеловал.

— Ну, я не становлюсь моложе, понимаешь? Скоро мой день рождения, и мне исполнится двадцать девять. К тридцати годам я всегда хотел иметь детей.

Потрясенная его откровением, я почувствовала, как мое сердце упало. Я понятия не имела, что он хотел детей так скоро. Я не знала, что ему сказать.

— Я знаю, Энди, мы немного поговорили об этом в Кабо, но я просто думала, что это просто очередная тема для разговора. Я не знала, что ты действительно хочешь сделать это в ближайшее время. Со мной.

Он подпер голову ладонью. — Нет никого, с кем бы я предпочел это сделать. Я не прошу тебя отказаться от таблеток или чего-то в этом роде, не сейчас, но нам нужно поговорить об этом. Я бы женился на тебе хоть завтра. Ты ведь знаешь это, правда?

— Нет, не знаю. Я пока не уверена, готова ли поделиться тобой. Дети — это большая работа, — мягко ответила я, не желая его разочаровывать. Я посмотрела в его большие голубые глаза и представила себе детей с такими же голубыми глазами, как у их папы.

При этой мысли мои глаза наполнились слезами. Идеальный мужчина, лежащий рядом со мной, хотел жениться и создать со мной семью.

— Эй, что это за слезы? — спросил он, садясь. Я тоже села и откинулась на гору подушек позади меня. Он терпеливо ждал, пока я вытру глаза.

— В один короткий миг ты лишил меня дара речи, Энди. Думаю, теперь я наконец-то осознаю, что все это реально, что у нас есть хороший шанс построить совместную жизнь.

Он придвинулся ко мне и обнял меня, так что я положила голову ему на грудь. Он сделал глубокий вдох. — Видеть, как ты сегодня шла к алтарю, Зои… Я чуть не потерял самообладание.

Я улыбнулась, потому что точно знала, что он имел в виду. Увидев его в смокинге на другом конце прохода, я захотела выйти за него замуж. Но ребенок в следующем году, прежде чем ему исполнится тридцать? Я не была уверена, как я к этому отношусь. Я наконец-то взяла себя в руки и не могла представить, что мне придется еще и заботиться о ребенке.

— И что же нам теперь делать? — Спросила я, все еще ошеломленная тем, как вечер превратился из свадьбы Джесс и Ноа в то, что Энди сказал мне, что хочет жениться на мне и создать семью.

— Этот разговор возник из ниоткуда, Энди. Я вообще не ожидала, что буду говорить об этом. Я не уверена, готова ли я завести детей. Мне еще нет и двадцати пяти.

Он посмотрел на меня пристально, но в то же время смущенно. — Зои, ты уже была беременна. Я подумал, что, возможно, ты хотела детей, когда была моложе.

Почему меня это так смущало? Я хотела быть с этим мужчиной больше всего на свете. Но дети? Так скоро?

— Энди, я действительно хочу детей. Моя предыдущая беременность не была запланирована. Я думала, ты знаешь. Я не уверена, что хочу их так скоро, как ты.

Он протянул руку, чтобы погладить меня по щеке. — Значит, ты не говоришь «нет», просто не так скоро. Я понял.

Я кивнула. — Именно так. До этого я хочу провести как можно больше времени вместе. К тому же, мы даже не женаты, так что это тоже имеет значение, — рассмеялась я.

Он облегченно выдохнул. — Это просто формальность, Зои.

Я потерла глаза. Я была измотана и не могла ясно мыслить. — Мы можем поговорить об этом завтра? Дай мне немного времени, пожалуйста. Ты совершенно ошеломил меня, и мне нужно немного подумать. Это напряженный разговор, я очень устала и не хочу сейчас сказать что-нибудь не то.

Он поцеловал меня в макушку, и мы скользнули под одеяло. Он быстро заснул, а я целую вечность лежала в постели, размышляя о нашем разговоре, прежде чем провалиться в беспокойный сон. Я несколько раз просыпалась от снов о моей биологической маме.

Мне снилось, что я стану такой же ужасной матерью, как она. Мне снилось, что я подведу своих собственных детей, как она подвела меня. Я никогда не знала своего отца, но Энди был бы замечательным отцом, если бы у нас были дети.

Продолжать ворочаться с боку на бок не имело смысла, поэтому я тихонько выскользнула из постели, натянула пижаму и на цыпочках прокралась в гостиную. Я взяла книгу и свой айпод, затем устроилась на диване и принялась читать, чтобы отвлечься от разговоров о ребенке. Я надела наушники и, конечно же, нашла «Снежный патруль». Прочитав несколько глав, я снова почувствовала усталость, отложила книгу и закрыла глаза.

Я проснулась от того, что в окна лился солнечный свет, а Энди, стоя на коленях рядом со мной, пытался распутать шнурки моих наушников в волосах. Я протянула руку и вытащила их из ушей. — Доброе утро, — прошептала я, когда он, наконец, распустил мои волосы и положил мой айпод на кофейный столик.

— Привет, — тихо сказал он, просунув руки мне под плечи и колени, чтобы поднять меня. Он отнес меня обратно в постель и осторожно уложил. Не говоря больше ни слова, он снял с меня одежду и бросил ее на пол, затем натянул на нас обоих простыню, и мы снова заснули.

Август 2012

Когда мы вошли в огромную, как у профессионального шеф-повара, кухню, то обнаружили, что Сара накрыла для нас небольшой, но изысканный стол на большом гранитном столе. Энди резко остановился, увидев, что она приготовила.

— Тебе не стоило так беспокоиться из-за нас, тетя Сара.

Она покачала головой и подтолкнула его к столу.

— Это не проблема, Эй Джей, и ты это знаешь. Я знаю, что вы, вероятно, не ужинали после того, как закончили свой рабочий день.

Тетя Энди приготовила множество вин, сыров, фруктов и разнообразных закусок. Я не знала, с чего начать, поэтому начала аккуратно раскладывать блюда на своей тарелке. Сара была права. У нас не было времени поужинать перед отъездом, особенно после того, как я отвлеклась, выбирая платье.

— Все выглядит восхитительно, — сказала я Саре, беря вилку. Я умирала с голоду. Энди сидел за маленьким столиком с Хэмишем, пил пиво и рассказывал о своей машине.

— Энди? — Спросила я, ожидая его ответа.

Он посмотрел на меня.

— Да, любимая?

— Хочешь, я принесу тебе что-нибудь, пока вы будете беседовать?

Он покачал головой и встал.

— Я сам принесу, но спасибо.

Взяв тарелку из стопки, он поцеловал меня в щеку. Я заметила, что Хэмиш и Сара пристально наблюдают за нами. Казалось, они остались довольны увиденным.

Энди наполнил две тарелки едой и сел с нами за стол. Клянусь, я не понимала, как он может есть так много и не набирать вес, но, с другой стороны, он был очень... активным. В перерывах между работой и мной этот человек, вероятно, сжигал каждую потребленную калорию.

— Зои, Эй Джей сказал нам, что у тебя свой бизнес? Это так? — Спросила Сара после того, как мы сели за стол и приступили к еде.

Я проглотила свою еду и вытерла рот настоящей тканевой салфеткой.

— Да, я владею им вместе с отцом. Это магазин автозапчастей для высокопроизводительных гоночных автомобилей.

Она понимающе кивнула.

— О да, Эй Джей упоминал, что ты занимаешься семейным бизнесом со своим отцом и братьями. Я думаю, это замечательно, что у вас есть что-то общее.

Энди улыбнулся мне и сжал мою ногу под столом.

Когда мы сидели за столом и разговаривали, я поняла, что я единственная, кто говорит без новозеландского акцента. Это заставило меня рассмеяться.

— Что тебя так развеселило, Зои? — Спросил Энди.

Я улыбнулась.

— Я только что поняла, что я здесь единственная, кто говорит без акцента.

Энди покачал головой.

— Вообще-то, красавица... Ты здесь единственная, у кого есть акцент. Ты иностранка в доме, полном Киви. (пр. пер.: национальное прозвище новозеландцев и часто используемое самоназвание жителей Новой Зеландии)

Его откровение заставило всех за столом рассмеяться. Я была аутсайдером в обществе Тейтов, так как была единственной американкой. Очень смешно. Я шутливо надулась, и он поцеловал меня в щеку, а затем продолжил есть.

После того, как я помогла убрать со стола, мы съели десерт и кофе, а потом решили подняться наверх и лечь спать. Энди резко остановился, когда мы подошли к лестнице.

— Я поднимусь через минуту, Зои. Мне нужно поговорить с моей тетей, — сказал Энди, накручивая прядь моих волос на палец.

— Конечно, я пойду наверх и приготовлюсь ко сну.

Он покачал головой.

— О нет, ты этого не сделаешь. Я хочу, чтобы ты была обнаженной, когда я поднимусь туда, — прошептал он мне на ухо. Он нежно поцеловал меня в щеку, затем повернулся и оставил меня стоять у подножия лестницы с разинутым ртом.

После того, как мой мозг снова заработал, я пошла в его комнату и освежилась в ванной, пока ждала его. Я нашла свой iPod и перетасовала плейлист, так что мне не нужно было беспокоиться о том, чтобы найти что-нибудь послушать самой. Я выключила весь свет, кроме лампочки в ванной, разделась, как он просил, и скользнула под одеяло.

Как только я устроилась поудобнее, я вспомнила все фотографии в прихожей и желание Энди завести детей к тридцати годам. Теперь он был в моей жизни, и я хотела выйти за него замуж, но я хотела подождать немного дольше, чем он хотел завести детей. Я поняла причины, по которым он хотел их завести к тридцати годам, но мне нужно было морально подготовиться к тому, чтобы делиться с ним. Я чувствовала, что веду себя эгоистично, желая, чтобы он принадлежал только мне.

Мы знали, что захотим когда-нибудь пожениться, но мы были вместе чуть больше восьми месяцев. После свадьбы Джесс и Ноа он несколько раз поднимал эту тему, и мы согласились, что нам это кажется правильным. Действительно ли нам нужно было ждать свадьбы? Никто из нас не хотел пышной свадьбы, только близкие друзья и семья.

У меня в голове крутилось столько мыслей. Могли бы мы пожениться как можно скорее и поговорить о детях примерно через год? Да, нам определенно нужно было серьезно поговорить. Это была долгая неделя, и я была измотана. Мои веки отяжелели, поэтому я на минуту закрыла глаза.

Я проснулась оттого, что Энди снова выпутывал шнурки моих наушников из волос. Он осторожно вытащил их у меня из ушей, выключил мой айпод и положил его на тумбочку.

— Энди? — прошептала я. Он повернулся ко мне и посмотрел в глаза, ожидая, что я заговорю. — Давай поженимся.

У него от удивления отвисла челюсть.

— Откуда такие мысли, Зои? — Он забрался в постель рядом со мной, уже раздетый.

Я прижалась к нему.

— Я серьезно, Энди. Женись на мне? Мы можем сделать это, как только соберем нашу семью и друзей, может быть, даже здесь. Как ты думаешь, Хэмиш и Сара позволят нам? — Спросила я, подавляя зевок.

Он приподнялся на локте и заправил мои волосы за ухо.

— Эй, притормози. Откуда все это? — Спросил он, и я увидела на его лице легкую панику. — Я думаю, нам стоит поговорить об этом, когда ты не будешь в полудреме, хорошо?

Мое сердце бешено заколотилось в груди, и я начала беспокоиться из-за того, что он не сказал «да».

— Ты передумал? — Нерешительно спросила я.

Он покачал головой.

— Я совсем не это хотел сказать. Давай поговорим об этом в другой раз, и уж точно не тогда, когда мы будем лежать здесь голые, хорошо? Я не могу сосредоточиться.

Мое сердце упало, когда он ушел от темы. Почему он не хотел говорить об этом? Я села, натягивая на себя простыню, чтобы прикрыть свое тело.

— Ни за что, я уже проснулась. Почему ты избегаешь этой темы? Ты не хочешь женится на мне?

Он быстро сел и притянул меня к себе между ног, так что моя спина оказалась прижатой к его груди. Он обнял меня, прижавшись щекой к моей щеке.

— Эй, здесь происходит не это. Зои, я хочу жениться на тебе больше всего на свете. Можешь ли ты, пожалуйста, довериться мне в этом сейчас? Я обещаю, мы поговорим об этом завтра. Это был долгий день, и все, о чем я могу думать, — это продолжить с того места, на котором мы остановились некоторое время назад.

Я чувствовала его эрекцию на своей пояснице.

— Да, я чувствую это, — рассмеялась я. — Почему ты вдруг так возбудился?

Он развернул нас, и я упала обратно на кровать, когда он устроился между моих бедер, его член уперся в меня, так что все, что ему нужно было сделать, это податься бедрами вперед, чтобы скользнуть в меня. Его пальцы лениво поглаживали меня между ног, делая меня влажной и страстно желающей его.

— Это не вдруг. Я хочу тебя каждую секунду каждого дня. Я не уверен, что ты делаешь, но клянусь, ты становишься все красивее с каждым днем, — сказал он. — У тебя потрясающее тело.

Я приподняла бедра, давая ему понять, что хочу его. Он вошел в меня и медленно вышел, затем поцеловал меня в шею и ключицу.

— Так идеально, — простонал он, затем провел языком по моему соску.

— О, Боже, — прошептала я, когда мое тело сжалось вокруг него. Я провела ногтями по его спине. Он застонал, когда подался бедрами вперед и погрузился в меня.

Он вращал бедрами медленными круговыми движениями, прижимаясь ко мне, доводя меня до оргазма.

— Ммм, Энди, — простонала я, когда мое тело задрожало и сжалось вокруг него.

Не прекращая своих движений, он продолжал выходить и снова входить в меня, с каждым разом все сильнее, пока мы оба не кончили вместе. Энди рухнул на меня, уткнувшись головой в изгиб моей шеи.

— Черт возьми, Зои, я не могу контролировать себя, когда ты вытворяешь это своими ногтями. Мне хочется трахнуть тебя посильнее. Я ничего не могу с собой поделать, — признался он почти пристыженным тоном. Он приподнялся на локтях, глядя на меня сверху вниз, словно ожидая, что я что-то скажу.

Я притянула его лицо к себе, чтобы поцеловать.

— Вот почему я это делаю, секси. Иногда девушке просто нужно, чтобы ее трахнули. Жестко.

Низкий, раскатистый смех вырвался из его груди.

— Не могу поверить, что ты это сказала.

Я обхватила его ногами и притянула к себе для поцелуя. Я дразнила его губы языком, нежно покусывая его нижнюю губу.

— Я ничего не могу поделать с тем, что ты заставляешь меня чувствовать... с тем, что ты заставляешь чувствовать мое тело, — прошептала я. — С тем, что ты заставляешь чувствовать мое сердце… Я тебя так люблю. Занимаемся ли мы любовью или сходим с ума от страсти друг к другу, как только что, я знаю, это потому, что мы любим друг друга, и, несмотря ни на что, мы просто вместе.

Он страстно поцеловал меня, покачивая бедрами вперед. Его член дернулся, и он снова стал твердеть внутри меня.

— Я люблю тебя, Зои, — простонал он, когда его член стал тверже, и начал медленно двигать бедрами.

— Ты любишь меня достаточно сильно, чтобы женится на мне? — поддразнила я.

— Да, — прошептал он. — А теперь заткнись и дай мне заняться с тобой любовью. Сегодня моя девочка больше не будет трахаться, теперь она будет делать это медленно и нежно.

В ту ночь я спала хорошо. Я была измучена и полностью удовлетворена, спасибо Энди. Я не знаю, сколько раз мы занимались любовью и даже в котором часу наконец заснули. Он был нежен, ласков и страстен всю ночь, поклоняясь моему телу, словно это было произведение искусства, к которому следует относиться бережно и ценить его красоту.

Проснувшись, я повернулась к нему лицом, но, когда открыла глаза, его там не было. Я села и оглядела комнату, гадая, может, он уже в душе. Взглянув на часы на прикроватной тумбочке, я обнаружила, что уже половина десятого.

Черт возьми, я проспала. Мне было стыдно, поэтому я вскочила с кровати на слабых, шатающихся ногах, быстро приняла душ, натянула через голову белое кружевное платье и через тридцать минут была внизу. На улице в Северной Каролине было так жарко, что я в основном ходила в платьях того или иного типа. Конечно, обычно это были простые сарафаны, но я была в Сономе, в доме Тейтов, поэтому взяла с собой только самые красивые платья. Кроме того, было слишком неудобно носить что-то хотя бы отдаленно облегающее.

Насколько я могла судить, в доме никого не было. В животе у меня урчало, поэтому я отправилась на кухню, чтобы найти что-нибудь перекусить. Я нашла конверт, на котором было нацарапано мое имя, прислоненный к бутылке вина на кухонном столе.

Мы оделись и вышли на улицу, чтобы куда-нибудь съездить. Я направилась к своей машине, но он взял меня за руку и вместо этого повел к отдельно стоящему гаражу.

— Наша тачка здесь, — сказал он, втаскивая меня в дверь позади себя.

Он щелкнул выключателем на стене, заливая гараж светом. В гараже стояло несколько машин, но мы прошли мимо них к ярко-красному квадроциклу, стоящему рядом.

— Энди, куда мы едем, что нам нужно ехать на квадроцикле? Ты уверен, что мы не можем взять этот Aston Martin вместо него? — Спросила я, когда заметила великолепную машину, стоящую рядом с ним. Я никогда не видела ее лично.

Он улыбнулся мне, покачав головой.

— Пожалуйста, садись, Зои. Я обещаю тебе, что это того стоит.

Я надулась.

— Можно я поведу?

Энди протянул мне ключи, затем подошел к гаражной двери и нажал кнопку, чтобы открыть ее. Он вернулся и сел на пассажирское сиденье.

— Ну, поехали, женщина, — настаивал он с самой счастливой улыбкой, которую я когда-либо видела на его лице.

Я запрыгнула на водительское сиденье и завела двигатель. В шутку я слегка прибавила газу. Он пристегнулся и покачал головой. Я пристегнула ремень безопасности, пока квадроцикл прогревался, и через несколько минут выехала на нем из гаража.

— В какую сторону, Секси?

Он велел мне объехать вокруг гаража по направлению к винограднику. Мы миновали несколько рядов виноградной лозы и направились к подножию холмов, окружавших огромное поместье.

— Поднимайся вот на этот холм, — проинструктировал он меня, указывая налево. Мы достигли вершины холма и въехали в рощу. — Продолжай ехать, пока не упрешься в поляну, затем припаркуйся.

Он закинул ноги на приборную панель квадроцикла и скрестил лодыжки. Я ехала, пока не нашла поляну среди деревьев. Я припарковалась справа от поляны и заглушила двигатель.

— Куда теперь?

Он взял меня за руку.

— Сюда, — ответил Энди, ведя меня в рощицу.

Я с любопытством посмотрела на него и пошутила:

— Ты же не для того привел меня сюда, чтобы убить, не так ли? Похоронить меня там, где никто никогда не найдет мое тело?

— Нет, не сегодня, — саркастически ответил он. Он обнял меня за плечи и поцеловал в макушку.

Я посмотрела туда, куда он меня вел, и увидела, что в тени большой плакучей ивы было расстелено большое одеяло для пикника и несколько подушек. Это была самая большая ива, которую я когда-либо видела в своей жизни.

— Это здесь ты был сегодня утром, когда я проснулась?

Он кивнул, ухмыляясь.

— Ага.

Мы подошли ближе к дереву, и я увидела, что рядом с ним стоит ящик со льдом.

— Присаживайся, Зои. Устраивайся поудобнее. Я приготовлю еду.

Я хихикнула.

— Поторопись, я проголодалась.

— Боже, попридержи коней, леди-босс, — поддразнил он, и его голубые глаза загорелись весельем.

Он достал небольшой поднос из корзины для пикника, стоявшей рядом со льдом, затем поставил на него два бокала и налил нам по бокалу охлажденного вина. Открыв холодильник, он достал все необходимое для приготовления моего любимого китайского салата с курицей. Он приготовил наши салаты, затем протянул мне тарелку и вилку. Я поставила тарелку и наклонилась к нему.

— Спасибо, любовь моя. Никто никогда не делал для меня ничего подобного.

Он прижался губами к моим губам.

— Я делаю это, потому что люблю тебя, Зои.

— Я тоже тебя люблю. — Я снова села и наслаждалась нашим обедом под ивой.

Когда мы закончили есть, он отложил салат, встал и обошел иву с другой стороны. Когда он вернулся, в руках у него была акустическая гитара.

— Что еще ты прячешь за деревом? — пошутила я.

— За деревом больше ничего нет, не волнуйся, — сказал он, усаживаясь на одеяло и закидывая ногу на ногу. — Сегодня я собираюсь спеть тебе две песни «Снежного патруля», так что расслабься.

Я кивнула и подождала, пока он заиграет.

— Я знаю, что прошли месяцы, но эта песня заставила меня прыгнуть в самолет, чтобы добраться до тебя, когда я больше не мог находиться вдали от тебя ни секунды. Это одно из лучших решений, которые я когда-либо принимал, и я никогда не забуду те выходные, Зои.

Энди начал бренчать на гитаре и спел мне «New York». Когда он закончил песню, я расплакалась, потому что он спел ее так прекрасно. Он отложил гитару на покрывало для пикника.

— Хочешь десерт? — спросил он, прежде чем я успела что-либо сказать.

Все, что я могла сделать, это кивнуть. Я была очень взволнована его речью перед песней, потому что не понимала, как много это для него значило. Я наблюдала, как он снова открыл ларец со льдом и достал маленький, накрытый поднос. На подносе было разложено несколько разных кусочков темного шоколада. Он достал еще одну бутылку вина и налил нам по полбокала каждому.

— Спасибо, — прошептала я, глядя ему в глаза. Я пододвинулась ближе и села к нему на колени.

— Не за что, — ответил он, целуя меня в кончик носа. — А теперь давай съедим немного этого шоколада, пока он не растаял. Моя тетя говорит, что он хорошо сочетается с этим вином. — Я не сдвинулась с места. Мне нужно было быть поближе к нему.

Я взяла с подноса кусочек шоколада и поднесла к его рту. Он осторожно взял его зубами из моих пальцев, затем взял кусочек с подноса и протянул его мне. Мы разделили поднос с шоколадом и бокалом вина, угощая друг друга в перерывах между поцелуями.

Когда мы покончили с десертом, он похлопал меня по ноге.

— Пришло время для моей последней песни.

Я поцеловала его в последний раз, затем слезла с его колен и вернулась на одеяло. Он встал с гитарой в руке и уселся на ящик со льдом, положив гитару себе на бедро. На этот раз Энди не произнес ни слова, прежде чем заиграл начальные аккорды «Всего лишь, скажи да».

На протяжении всей песни он не отрывал от меня взгляда. Его глаза смотрели на меня почти умоляюще, и я не понимала почему. Закончив песню, он встал и прислонил гитару к дереву. Он протянул ко мне руки и притянул меня к себе, чтобы я встала рядом с ним.

— У меня есть для тебя еще один сюрприз. Закрой глаза. — Я закрыла глаза, и его губы коснулись моих, прежде чем он отпустил мои руки. Я слышала, как он ходит вокруг, пока ждала, гадая, что он задумал.

— Открой глаза, Зои, — сказал он так тихо, что я почти не расслышала его.

Когда я открыла глаза, то обнаружила, что он сидит на корточках на одеяле передо мной. Мое сердце сразу же заколотилось в груди, и у меня закружилась голова. Он действительно это делает? Я шагнула к нему, и он взял мою левую руку в свою.

Боже мой, он действительно это делает!

Когда он начал говорить, мои глаза наполнились слезами, а по всему телу побежали мурашки несмотря на то, что на улице было жарко в середине августа. Я хотела сказать ему «да» прямо тогда, но он запланировал для меня такой особенный день, что я должна была позволить ему продолжить.

— Зои, — сказал он так нервно, что его голос дрожал от волнения. — Я никогда не говорил тебе раньше, но я понял, что полюбил тебя в первую неделю нашего знакомства. У нас были трудные времена, но мы справились, потому что не разочаровались друг в друге. Я не могу представить, как проведу остаток своей жизни без тебя рядом.

Он держал в руке кольцо и смотрел мне в глаза с великолепной улыбкой на лице.

— Ты выйдешь за меня замуж, красавица?

Слезы потекли по моим щекам еще до того, как он произнес весь вопрос, и я не могла дышать. Переполненная эмоциями, я буквально потеряла дар речи, поэтому отчаянно закивала головой.

— Это значит «да», Зои? — Он усмехнулся, но я заметила, что его глаза немного увлажнились.

Я снова кивнула и прикрыла рот рукой, чтобы подавить громкое, счастливое рыдание, готовое вырваться наружу.

— Давай. Ты знаешь, какое слово мне нужно услышать из твоих сладких уст. — Он улыбался мне, ожидая, что я скажу «да». Я убрала руку ото рта и, наконец, выдохнула.

— Д-да... да, я выйду за тебя замуж.

Я упала перед ним на колени, обняла его и разрыдалась самыми сильными, счастливыми слезами в своей жизни. Он поцеловал меня в макушку и вытер слезы с моего лица.

— Разве ты не хочешь посмотреть на свое кольцо? — спросил он, рассыпая мои волосы по плечам.

Он мог бы подарить мне пластиковое колечко из автомата для жевательной резинки, мне было все равно, но я заметила синюю коробочку от Tiffany & Co., лежащую на одеяле рядом с ним. Я взяла себя в руки, чтобы перестать плакать, села на корточки перед ним и кивнула.

Энди снова взял мою левую руку, приподнял ее и надел кольцо мне на палец. Оно было идеально мне по размеру.

Я наконец набралась смелости взглянуть на свое обручальное кольцо и ахнула, когда увидела его.

В центре кольца красовался огромный бриллиант огранки «принцесса», а ободок был инкрустирован бриллиантами. Я никогда в жизни не видела более красивого кольца. Это было потрясающее кольцо, оно сверкало в солнечных лучах, пробивавшихся сквозь ветви ивы.

— Энди... это слишком дорого, — прошептала я, потому что знала, что кольцо обошлось ему в целое состояние.

— Нет, для тебя это не слишком дорого, Зои. Этого никогда не бывает слишком много, — искренне сказал он. Он встал и притянул меня к себе, чтобы заключить в объятия. — Спасибо. Ты не представляешь, каким счастливым ты сделала меня сегодня.

Через некоторое время мы наконец оторвались друг от друга. Он поднес мою левую руку к своим губам и поцеловал мой безымянный палец.

— Оно идеально тебе идет.

Я протянула руку, чтобы еще раз взглянуть на него.

— Это красивое кольцо, Энди. Я никогда не ожидала этого, и я знаю, что вчера вечером доставала тебя разговорами о женитьбе…

С ослепительной улыбкой на лице он прижал два пальца к моим губам, чтобы я заткнулась.

— Стоп, это кольцо у меня с июня. Я просто ждал подходящего момента, чтобы спросить тебя… когда я был уверен, что ты готова.

Наконец, я начал ясно мыслить. Он только что сказал «с июня»?

— С июня? — недоверчиво переспросил я. Это было два месяца назад.

— Да. Я купил его в день вечеринки Джесс и Ноа. Именно там я был в тот день, когда мы не смогли поговорить, пока не встретились в баре.

Я рассмеялась при воспоминании об этом, потому что для меня это был дерьмовый день, и тут он появился и купил мне самое изысканное обручальное кольцо, которое я когда-либо видела.

— Поэтому ты сказал, что мы поговорим об этом позже? — Он ухмыльнулся, и я поняла, что была права. — Значит, ты уже давно это планировал?

Он кивнул.

— Я попросил помощи у своей тети, когда планировал приехать сюда. Вчера вечером она помогла мне все подготовить, чтобы я мог принести это сюда, пока ты спала. — Он ухмыльнулся. — Я чуть не сделал тебе предложение в тот день в машине по дороге на свадебный прием, когда мы заехали на стоянку и поговорили, но ты со своим болтливым языком перебила меня прежде, чем я успел задать вопрос.

Мне понравилась игривая улыбка, появившаяся на его лице, когда он это сказал. Я отчетливо помнила этот разговор и действительно прервала его, когда он заговорил со мной.

— Извини за мой длинный язык. В следующий раз, когда ты захочешь задать мне важный вопрос, попроси меня заткнуться, пожалуйста.

— В следующий раз я обязательно это сделаю, — поддразнил он.

— Эй, давай сфотографируемся и разошлем всем, посмотрим, заметят ли они кольцо! — Я была так рада поделиться этой новостью с нашими друзьями и семьями. Я улыбнулась, все еще не веря во все, что он для меня сделал.

Энди достал из кармана телефон и настроил камеру. Он сделал несколько снимков, на которых мы позируем с моей левой рукой и кольцом на пальце, но не фокусируемся на этом непосредственно.

Мы решили сфотографироваться лицом друг к другу, когда он целует меня в лоб. Мы оба сидели с закрытыми глазами, а моя левая рука лежала на его подбородке и шее. Мы отправили снимок моей семье, моим друзьям и тете и дяде Энди. Через несколько минут мы получили несколько ответных сообщений от всех, кто поздравлял нас.

Энди отключил свой телефон, и там, под гигантской ивой, мы с Энди занимались любовью на одеяле для пикника и праздновали нашу помолвку, медленно и нежно. Мы не торопились любить друг друга. А потом мы крепко прижимались друг к другу и наслаждались нашим прекрасным днем.

Позже тем же вечером я сидела на краю кровати, надевая туфли на высоких каблуках, а Энди стоял перед зеркалом и наносил немного геля на ладонь, чтобы расчесать влажные волосы. После нашего пикника мы вернулись в дом и бездельничали, пока не пришло время собираться на ужин.

Я встала с кровати и подошла к зеркалу, чтобы в последний раз проверить свой макияж перед уходом. Стоя рядом с Энди в своем фиолетовом атласном платье без бретелек, я наблюдала за ним в зеркале.

— Ты выглядишь очень привлекательно.

На нем были черные брюки и черная рубашка на пуговицах с черным галстуком. Как обычно, его длинные рукава были закатаны чуть ниже локтей. Его черная одежда подчеркивала его голубые глаза, делая их ярче. Он улыбнулся, когда его глаза встретились с моими в наших отражениях. Он повернулся ко мне лицом, взял мою левую руку в свою и провел губами по костяшкам пальцев, остановившись на моем огромном обручальном кольце.

— Я не могу поверить, что это происходит на самом деле, — прошептала я, мой голос слегка дрожал от волнения.

Он с опаской посмотрел на меня.

— Что ты имеешь в виду?

Я испустила долгий, прерывистый вздох.

— Я просто имею в виду… посмотри на все, через что мы прошли в самом начале, а теперь мы помолвлены. Я никогда не думала, что это произойдет.

Его большие ладони нежно обхватили мое лицо.

— Зои, ты не против этого? — Он подумал, что я была подавлена.

— Не против, — честно призналась я, потому что меня это более чем устраивало. Я бы вышла за него замуж в ту же минуту, если бы могла. — Весь этот год пролетел так быстро. Я никогда не думала, что снова выйду замуж. Пожалуйста, доверься мне. Я очень рада, что выхожу за тебя замуж. Сегодня был лучший день в моей жизни.

Я притянула его к себе и легонько поцеловала в губы.

— Я люблю тебя, Энди. Ты — моя жизнь. Я никогда не была так счастлива, и мне не терпится стать твоей женой. После того, как мы поженимся, я обещаю, мы серьезно поговорим о детях. Просто дай мне время, пожалуйста.

Он радостно кивнул, целуя меня в ответ.

— Давай тогда пойдем куда-нибудь и отпразднуем, хорошо? — спросил он, беря меня за руку и выводя за дверь спальни.

Энди начал спускаться по лестнице, и я остановилась наверху, вынуждая его тоже остановиться, так как он держал меня за руку. Он повернулся ко мне.

— В чем дело, Зои?

— Переезжай ко мне, когда мы вернемся домой.

Он поднялся по лестнице и обнял меня.

— Да. Я перееду к тебе. Я думал, ты никогда не попросишь. — Он нежно поцеловал меня и сказал, что любит меня.

Мы спустились вниз, чтобы встретиться с Хэмишем и Сарой на праздничном ужине в честь дня рождения Энди. До его дня рождения оставалась еще пара недель, но это были единственные выходные, когда у его тети и дяди было время собраться и отпраздновать с ним. Я планировала устроить для него вечеринку-сюрприз у себя дома в день его рождения, но они не смогли выбраться с виноградника, чтобы приехать.

— Только посмотрите, как вы двое нарядились. Очень мило, — сказал нам Хэмиш, когда мы встретились с ним и Сарой в гостиной.

— Эй Джей, тебе лучше присмотреть за этой девушкой сегодня вечером. Камень на ее пальце, наверное, можно увидеть из космоса, — вмешалась Сара, поднимая мою руку, чтобы рассмотреть кольцо. — Я так рада за вас обоих. Второй шанс на любовь дается не всегда.

Конечно, мои глаза наполнились слезами. Я была безумно счастлива.

— Спасибо тебе, Сара, — сказала я, обнимая ее.

— Не хотелось бы прерывать праздник объятий, дамы, но нам пора собираться на ужин, — пошутил Хэмиш. Мы собрали свои сумки и направились к выходу.

Мы вчетвером разговаривали по дороге на другой виноградник, расположенный примерно в десяти милях от дома. Когда мы приехали, парковка быстро заполнялась, но Сара забронировала для нас столик за неделю до этого.

После того, как мы расселись, Сара заказала бутылку шампанского, чтобы отпраздновать нашу помолвку и день рождения Энди. Мы заказали себе ужин и пару закусок, чтобы перекусить в ожидании.

— Зои, у тебя есть какие-нибудь идеи о том, какую свадьбу ты бы хотела? — спросила Сара.

Я улыбнулась и посмотрела на Энди.

— Ну, у нас пока не было возможности поговорить об этом подробнее, но, думаю, мне хотелось бы чего-нибудь скромного, возможно, только с нашими семьями и близкими друзьями. Что думаешь, Энди?

Он усмехнулся и пожал плечами.

— Я так рад, что ты согласилась, я даже не думал о том, что делать дальше.

Энди взял меня за руку и нежно провел большим пальцем по моей.

— Я соглашусь на все, что ты захочешь, — сказал он, с любовью глядя мне в глаза.

— Как насчет того, чтобы найти мирового судью в понедельник утром? — Рассмеялась я. — Я уже готова.

Принесли наши закуски, и пока мы ели, мы обсуждали свадебные идеи. Мы обсуждали все, от пышной свадьбы до маленькой, только с нашей семьей и друзьями, в доме Тейт или главном здании виноградника.

За ужином я часто наблюдала за Энди. Он не переставал улыбаться, не сводил глаз ни с меня, ни со своих тети и дяди. Он казался по-настоящему счастливым и довольным. Он даже рассказал несколько историй о своих маме, папе и сестре. Это заставило меня снова задуматься о его идее «дети к тридцати годам».

К тому времени, как принесли наш ужин, у меня от волнения слегка сводило живот. Я сказала ему, что мы серьезно поговорим об этом после свадьбы, и я это имела в виду. У него было кольцо на моем пальце и обещание выйти за него замуж, так что я надеялась, что до тех пор этого будет достаточно.

— Эй, ты в порядке? — он наклонился и прошептал мне на ухо.

Я кивнула, пытаясь заставить свой мозг перестать слишком серьезно думать о том, чего еще не скоро произойдет.

— Да, я в порядке. Просто задумалась, как обычно, — ответила я, сжимая его бедро под столом.

Мы закончили ужинать и решили обойтись без десерта. Еда была вкусной, и никто не остался недоволен. Хэмиш открыл дверь ресторана, ведущую на парковку, и когда я проходила через дверной проем, что-то привлекло мое внимание.

Скорее, кто-то.

Возле нашей машины стоял мужчина, и, казалось, он кого-то ждал. Когда мы подошли к нему, я услышала, как Энди втянул воздух и пробормотал что-то, чего я не разобрала.

Мужчина сделал несколько шагов в нашу сторону.

— Эндрю, мать его, Тейт! — проревел он, швыряя сигарету на землю. — Какого хрена ты снова здесь делаешь?

Я не была уверена, был ли он его другом, пьяницей или просто придурком. Трудно было сказать наверняка, но я определенно чувствовала исходящий от него запах алкоголя.

Мне не пришлось долго ждать, чтобы узнать ответ, потому что он шагнул ближе к Энди и замахнулся на него, чуть не задев меня при этом. Какого хрена? Энди оказался проворнее, увернулся от удара и оттолкнул мужчину от нас.

Мужчина выпрямился и развернулся лицом к Энди.

— Как ты смеешь показываться здесь после того, через что ты заставил пройти мою сестру? — прорычал он.

— О чем ты говоришь, Кори? — Ответил Энди. — Я ничего не сделал твоей сестре, кроме как подписал документы о разводе, как она и хотела.

О черт, брат бывшей.

Мы немного поговорили о ней. Ее звали Мишель, и она развелась с Энди просто документами, оставленными на их обеденном столе. Она даже не стала с ним разговаривать, чтобы объяснить, почему она с ним разводится. Она просто сослалась на «непримиримые разногласия» в документах. По словам ее адвокатов, она ничего не хотела от него, кроме быстрого развода. Никаких объяснений, никаких хлопот.

Кори шагнул ближе к Энди, так близко, что их груди почти соприкасались, а лицо Кори оказалось в нескольких дюймах от лица Энди.

— Я говорю не о разводе, ты, кусок дерьма, — выплюнул он. — Я говорю об Эмме.

На лице Энди появилось крайне озадаченное выражение, и он нахмурил брови.

— Кто такая Эмма?

Кори отступил на шаг от Энди.

— Ты что, издеваешься надо мной? — спросил он. Его тон был достаточно холоден, чтобы заморозить воду.

— Я не знаю, кто она, Кори. Прекрати нести чушь, — ответил Энди, явно раздраженный.

— Эмма была твоей дочерью, — прорычал Кори.

Энди отшатнулся, как от пощечины.

— О чем ты говоришь, Кори?

Я почувствовала, что меня вот-вот вырвет. Почему Кори сказал «была» твоей дочерью? Означает ли это… У меня подкосились колени, и я почувствовала, как Хэмиш схватил меня за локоть, чтобы удержать, пока я в замешательстве наблюдала за развитием ситуации.

— Ты позволил моей сестре пройти всю беременность в одиночестве, зная, что Эмма не проживет и нескольких вздохов.

Мое сердце упало. О нет, нет, нет, этого не может быть. Как только эта мысль пришла мне в голову, в голове Энди словно зажглась лампочка... как будто он наконец что-то понял.

— Она была беременна... — прошептал Энди сам себе, поднимая руку, чтобы потереть подбородок.

Он перевел дыхание и слегка покачал головой, прежде чем заговорить снова.

— Не знаю, верю ли я тебе. Мне нужно поговорить с Мишель. Она должна мне это объяснить. Где она?

Не в силах разгадать его мысли, я шагнула вперед и коснулась его руки. Наконец он посмотрел на меня. В его глазах было полное недоверие. Он поднял руки и провел ими по линии подбородка.

Он не делал этого уже несколько месяцев, а теперь сделал это дважды за последние шестьдесят секунд.

Энди повернулся ко мне всем телом.

— Зои, я... — его голос прервался, прежде чем он смог произнести еще хоть слово.

Он повернулся лицом к Кори.

— Мне нужно поговорить об этом с Мишель. Скажи, как я могу с ней связаться.

Кори ухмыльнулся.

— Ты же не думаешь, что я поверю, что ты ничего не знаешь о своем собственном гребаном ребенке.

Энди был готов сорваться.

— Мне насрать, во что ты веришь. Просто скажи мне, как с ней связаться, — процедил он сквозь стиснутые зубы.

— Я ни хрена тебе не скажу, Тейт. Держись подальше от моей сестры! — заорал Кори.

Энди сделал глубокий вдох и успокоился.

— Послушай, Кори, ты приходишь сюда и говоришь мне, что я сделал все это, а я не понимаю, о чем ты говоришь, — сказал он, стараясь сохранять спокойствие. — Ты хочешь сказать, что у меня есть дочь от моей бывшей жены, о которой я ничего не знаю?

На лице Кори вспыхнула ярость.

— Нет, ты засранец. Я говорю тебе, что у тебя была дочь. Она мертва, а у тебя даже не хватило мужества быть рядом с ней.

О, пожалуйста, нет. Этого не может быть с ним. Мое сердце разрывалось от боли за Энди. Потянувшись, я взяла его за руку, переплетя наши пальцы. Я знала, что не было никакого шанса, что он знал об этом.

Его буквально трясло. Энди открыл рот, чтобы что-то сказать, но остановился. Он был погружен в свои мысли и, казалось, пребывал в шоке. Его лицо ничего не выражало, а искорки, которые весь день сверкали в его великолепных голубых глазах, таяли прямо у меня на глазах.

Затем Кори подошел ко мне.

— Этот парень — кусок дерьма. Тебе лучше бежать, пока ты можешь, тупая сука, — пробормотал он, от запаха спиртного и сигаретного дыма в его дыхании, когда он заговорил, меня чуть не стошнило.

Внезапно Энди вышел из транса, отпустил мою руку и нанес удар прямо в челюсть Кори, повалив его пьяную задницу на землю. Он упал на колени и схватил Кори за горло, прижимая его голову к асфальту парковки.

— Не смей с ней разговаривать, черт возьми, — прошипел он Кори. Энди снова ударил его, на этот раз по ребрам.

Никто не заметил второго удара. Это произошло так быстро, что мы все были ошеломлены.

Хэмиш протиснулся мимо меня, наклонился и схватил Энди за руки.

— Эй Джей, пошли. Вставай. Отпусти его.

К тому времени лицо Кори приобрело ярко-красный оттенок, но Энди послушался Хэмиша. Он отпустил горло Кори и встал.

— Убирайся отсюда к черту, — прорычал Энди.

Кори действительно послушался Энди и ушел. Пошатываясь, он направился к парковке, кашляя и держась за горло.

Энди повернулся ко мне. Его лицо было бледным.

— Зои, мне так жаль, — прошептал он, притягивая меня к себе и обнимая за плечи.

Все его тело дрожало. Я не могла сказать, было ли это из-за выброса адреналина после драки или из-за шока от откровений Кори.

— С тобой все в порядке? — обеспокоенно спросила я. Он покачал головой и обнял меня крепче. С ним определенно было не все в порядке.

Я услышала вдалеке вой сирен. Отлично, кто-то вызвал полицию.

— Нам нужно идти, — сказала Сара, посмотрев в направлении звука сирен. Мы поспешили к машине и уехали, выехав на дорогу мимо полицейской машины.

Энди тихо сидел на заднем сиденье, прислонившись затылком к окну. Он оперся локтем о подлокотник и прикрыл глаза рукой, потирая их пальцами. Я отказывалась позволить ему просто сидеть и переживать, но его тетя и дядя ничего не сказали.

Все были в шоке, но он нуждался в нас.

— Энди? — Тихо спросила я.

Он покачал головой, как будто еще не был готов к разговору. К счастью, он протянул мне руку, и я взяла ее в свои, чтобы успокоить его. Я отстегнула ремень безопасности и скользнула на среднее сиденье. Я обхватила его руками и попыталась притянуть ближе. Он обнял меня, но не для того, чтобы обнять, а чтобы пристегнуть ремнем безопасности.

Я не испытывала ничего, кроме горя. Слезы наполнили мои глаза и покатились по щекам.

— Не отталкивай меня, — прошептала я. Он, наконец, посмотрел мне в глаза. — Пожалуйста…

Он протянул руку и нежно вытер слезы с моего лица.

— Прости, красавица. Я не хотел заставлять тебя плакать.

Я покачала головой.

— Ты не заставлял меня плакать. Мое сердце разрывается из-за тебя. Что ты хочешь, чтобы я сделала? — Спросила я. — Я сделаю все, чтобы помочь тебе. Только скажи.

Я бы выбросила свои противозачаточные, как только мы вернулись домой, если бы думала, что это снова сделает его счастливым.

Он прерывисто вздохнул и переплел свои пальцы с моими, прежде чем заговорить.

— Все могут выслушать меня минутку, пожалуйста? — спросил он, его голос все еще дрожал.

— Конечно, Эй Джей, — сказала Сара, поворачиваясь к нам со слезами на глазах.

Мы сидели и ждали, пока он собирался с мыслями, его большой палец нежно водил взад-вперед по моей руке.

— Я хочу, чтобы вы все знали, что я не знал об Эмме. Я надеюсь, что все это неправда.

Энди сделал еще один глубокий вдох.

— Клянусь своими родителями и сестрой, что я не знал.

Он громко выдохнул и отвернулся к окну. Его все еще трясло.

— Я, черт возьми, не знал... — прошептал он, и стекло запотело от его дыхания.

Боль в его глазах, прежде чем он отвернулся, убедила меня в том, что он говорил правду. Он не знал о ней.

Энди снова был совершенно сбит с толку.

— Эй Джей, тебе не нужно этого говорить. Никто в этой машине не сомневается в тебе, — твердо сказал Хэмиш. — Я обещаю, что мы поможем тебе разобраться во всем этом.

Остаток пути домой никто не проронил ни слова.

Мы вошли в дом и уселись в гостиной, ожидая, пока кто-нибудь заговорит первым. Я нашла бар и налила четыре стакана «Джонни Уокера». Я вручила Хэмишу и Саре их бокалы, а затем вернулась к бару, чтобы взять наши с Энди. Я присоединилась к нему на диване. Он выглядел так, словно весь его мир только что рухнул.

Он сидел, уставившись прямо перед собой, его лицо было бледным, а взгляд отсутствующим. Я придвинулась к нему на диване и протянула ему стакан.

— Вот, выпей это. Постарайся расслабиться, пожалуйста.

Он посмотрел на меня и быстро кивнул.

— Спасибо.

Энди осушил свой бокал одним глотком, и я протянула ему свой. Мы вчетвером просидели молча, как мне показалось, несколько часов.

Хэмиш заговорил первым.

— Может, нам стоит закончить на этом и подождать, пока все уляжется? Мы можем решить, что делать утром.

Энди кивнул и встал, словно на автопилоте. Физически он был рядом, но мысленно его уже не было. Я слишком хорошо знала это чувство, и мне было больно видеть, как он проходит через это. Сара и Хэмиш пожелали нам спокойной ночи, оставив нас одних в гостиной.

— Хей, — тихо сказала я, подходя к нему. — Пойдем приляжем. Нам не обязательно говорить об этом сегодня вечером, если ты не хочешь. — Он кивнул и, взяв меня за руку, повел в свою комнату.

Я переоделась в пижаму и почистила зубы, пока он раздевался до трусов и забирался в постель. Когда я закончила в ванной, то обнаружила, что он лежит в темноте на спине, заложив руки за голову, и просто смотрит в потолок.

Я включила лампу и забралась к нему в постель.

— Ты хочешь побыть один? — нерешительно спросила я. — Я могу пойти поспать в другую комнату, если ты согласен. — Я надеялась, что он захочет, чтобы я осталась с ним, но иногда людям нужно побыть наедине, чтобы все обдумать, прежде чем с кем-то разговаривать.

Он протянул руку и притянул меня к себе, чтобы я положила голову ему на шею.

— Останься, пожалуйста.

Слава Богу. Я не хотела оставлять его, но и не хотела давить на него, если ему нужно было побыть одному. Я обняла его и начала водить по его татуировкам кончиком пальца.

Я молчала, потому что у меня не хватало слов. «Мне жаль» определенно было недостаточно для того, что происходило. Его бывшая жена была беременна их ребенком, когда развелась с ним. Это объясняло, почему она оставила бумаги на столе, пока он был на работе, и отказывалась от любых контактов с ним.

Должно быть, она скрывала это от него, но почему? Как там сказал Кори? Что-то вроде того, что Мишель пережила всю беременность в одиночестве, зная, что Эмма сделает всего несколько вдохов.

Что случилось с этой бедной, милой малышкой, что стало причиной ее смерти?

— Зои, пожалуйста, не думай, что я бросил свою собственную дочь, — неожиданно сказал Энди.

Я быстро села и положила ладонь ему на грудь, прямо над его быстро бьющимся сердцем.

— Никогда, никогда так не думала. Я знаю тебя. Я знаю, ты бы никогда не сделал ничего подобного. Почему ты вообще об этом подумал?

Он сел и внимательно посмотрел мне в глаза, ища моего взгляда.

— Прости. Я просто подумал о твоей биологической матери и о твоей ситуации.

Я положила ладонь на его щеку.

— Даже не думай об этом. Нельзя сравнивать эти две ситуации.

В его голубых глазах стояли непролитые слезы. Одна из них скатилась по его щеке, когда он моргнул.

Мое сердце перестало биться в груди.

Я никогда не видела, чтобы взрослый мужчина плакал, и уж точно никогда не думала, что увижу его плачущим. Дрожащей рукой я смахнула ее большим пальцем.

— Я так сильно люблю тебя, Энди. Мы разберемся, что происходит, и пройдем через это. — Я наклонилась и слегка прижалась губами к его губам.

Он поцеловал меня в лоб, затем снова прижался губами к моему рту. Он жадно поцеловал меня, и мои губы приоткрылись, чтобы впустить его.

— Я люблю тебя, Зои… Прости, — прошептал он между поцелуями.

Почему он продолжал извиняться передо мной? Он не сделал ничего плохого.

Я была нужна ему, и я хотела отвлечь его от происходящего, хотя бы ненадолго. Нам нужно будет поговорить об этом, но не сейчас. Я поцеловала его в ответ так же отчаянно, как он целовал меня. Я положила руки ему на грудь и толкнула его обратно на кровать, так что он снова лежал на спине.

Я быстро сняла пижаму, а он стянул боксеры и отбросил их в сторону. Я оседлала его и начала нежно поглаживать, пока он наблюдал за мной. Я отпустила его, затем поползла по его телу, чтобы поцеловать.

Он крепко сжал мою грудь, прежде чем провести рукой по моему телу между ног. Он начал ласкать и поддразнивать меня своими длинными толстыми пальцами. Я провела рукой по его груди, по его прессу и снова начала поглаживать его.

— Ты готов принять меня, малыш? — прошептала я ему на ухо, прежде чем откинуться назад и прижаться к нему. Связь была недостаточно тесной. Мне нужно было обнять его, чтобы показать, что все получится, что мы пройдем через это вместе. Я приподняла его, чтобы он сидел, и обвила ногами его талию.

Он обнял меня и прижался ко мне. Он все еще дрожал.

— Энди, посмотри на меня. Пожалуйста? — Спросила я, покачивая бедрами взад-вперед в медленном ритмичном движении. Его глаза распахнулись, встретившись с моими.

Мое сердце болело за него. Я обняла его за плечи, когда мое тело набрало скорость, а его руки направляли мои бедра.

— Мы пройдем через это, — прошептала я ему на ухо. — Я так сильно тебя люблю.

Схватив меня за бедра, он резко остановил мои движения и издал мучительный всхлип. Его тело содрогнулось, когда он отпустил меня и крепко обнял.

Я почувствовала, что вот-вот умру, когда услышала, как он плачет. Мои собственные слезы беззвучно лились из глаз, потому что я не могла видеть, как ему больно, но мне нужно было оставаться сильной ради него. Он был моей спасательной шлюпкой, когда я чувствовала, что тону в море депрессии. Настала моя очередь быть его спасательной шлюпкой, и я была готова на все, чтобы удержать его на плаву.

Мой мужчина был абсолютно сломлен. Я чувствовала его слезы на своей ключице, там, где он уткнулся лицом в изгиб моей шеи.

Без предупреждения он перевернул нас, так что я оказалась лежащей на кровати, а он у меня между ног. Он сосредоточился на мне и снова вошел в меня, сильно толкаясь, как будто ему нужно было контролировать что-то в своей жизни прямо сейчас.

Держась локтями за мои плечи, наши пальцы переплелись у меня над головой, он настойчиво поцеловал меня. Его слезы смешивались с моими на моем лице.

— Зои… Прости...прости меня, — пробормотал он.

Я крепко зажмурила глаза, чтобы заглушить боль от его непрерывных извинений. Они разрывали меня надвое.

Он продолжал входить и выходить из меня, стремясь к освобождению. Переполненное эмоциями и тяжестью его тела, мое тело горело для него. Я была так близко — его дыхание участилось, обдавая жаром мою шею, его толчки становились все сильнее и быстрее, он нуждался в окончательном освобождении, но не получал его.

Мое тело начало дрожать и сжиматься вокруг него. Застонав от оргазма, я отпустила его руки и сильно царапнула ногтями по его спине, как ему нравилось.

— Пожалуйста, сильнее, Зои, — пробормотал он. — Пожалуйста…

Я сделала это снова так сильно, как только могла, не желая причинять ему боль, но он бы просто умолял меня делать это снова и снова, если бы я этого не делала. Он прижался ко мне бедрами и громко выдохнул, достигнув оргазма. Его тело прижалось к моему, пока он изливал себя в меня.

Он отстранился и соскользнул вниз, чтобы положить голову мне на грудь. Он всем своим весом давил на меня, и мне было трудно дышать, но мне было все равно. Он мог оставаться там всю ночь. Я не собиралась позволять ему одному нести бремя всей этой ситуации. Ради него я бы вынесла все. Если ему нужно быть рядом со мной, то так тому и быть. Я сделала глубокий вдох и выдох, успокаивая нервы.

Он приподнялся на локтях.

— Прости, я слезу с тебя, — прошептал он.

— Нет, пожалуйста, останься, — я обхватила его руками и ногами, чтобы он не двигался.

— Я слишком тяжелый, Зои. — Он частично соскользнул с меня, так что половина его тела оказалась на кровати, а другая все еще была на мне.

Я провела пальцами по его затылку и шее, пока он лежал, положив голову мне на грудь.

— Ты назвала меня малышом... — тихо произнес он глубоким и хриплым голосом.

— Хм...…Я так и сделала?

— Раньше ты спросила «готов ли ты для меня, малыш», — объяснил он.

— О да, похоже так и есть. Прости, — сказала я, целуя его в макушку.

— Все в порядке, мне понравилось. Раньше ты называла меня только секси. Подожди, я все еще секси, верно?

Я улыбнулась.

— Да, малыш, ты все еще сексуален. Не забывай, что ты и мой любимый тоже.

Он наклонился, натянул на нас простыню и приподнялся на локте. Он положил ладонь свободной руки мне на грудь, между грудей.

— Я люблю тебя, Зои... так сильно, — сказал он, глядя мне в глаза.

— Я тоже тебя люблю, — ответила я. — Я знаю, что этот день закончился не так, как мы оба предсказывали, но ты должен знать, что сегодняшний день под ивой был самым лучшим, совершенным днем в моей жизни. Мы справимся с этим.

Он перевернулся на кровати и положил голову на подушку, а я повернулась на бок, чтобы оказаться к нему лицом.

— Зои, у меня такое чувство, что все пошло прахом, — честно признался он. — День нашей помолвки должен был стать хорошим, счастливым воспоминанием... и так оно и было… а теперь все разрушено. Мы не можем этого вернуть.

— Ничего не испорчено, — прошептала я, едва сдерживая слезы. Меня затошнило от того, что он мне сказал. — Пожалуйста, не говори так.

Слезы полились из моих глаз, и мне нужно было побыть одной, чтобы собраться с мыслями. Я спрыгнула с кровати, схватила с пола пижаму и направилась в ванную, захлопнув за собой дверь. Я прислонилась к ней спиной, чтобы не упасть, пытаясь отдышаться и контролировать свои эмоции.

После того, как я привела себя в порядок, я снова натянула пижаму, подошла к раковине и ополоснула лицо водой. Когда я выпрямилась, вытирая щеки, он стоял в дверях.

Его глаза, ярко-голубые с красной каемкой, были налиты кровью от слез.

— Прости. Мне так жаль, Зои, — жалобно произнес он, потирая подбородок тыльной стороной пальцев.

— Может, ты перестанешь извиняться? — Всхлипнула я. — Тебе не за что извиняться. Ты ни в чем не виноват. Неужели ты этого не понимаешь?

Он в два шага пересек комнату и притянул меня к себе.

— Мне жаль. Я постараюсь. Я чувствую, что все пошло наперекосяк. Я хотел, чтобы у тебя все было идеально.

Я вздохнула.

— Все было идеально, Энди. Я пытаюсь отделить то, что сказал Кори, от нашего удивительного дня. Мы даже не знаем, правда ли то, что он сказал.

Он покачал головой.

— Зачем ему лгать? Он ничего от этого не выиграет. — Я надеялась, что он ошибается, но кто бы мог сказать что-то настолько ужасное и солгать об этом?

— Я не знаю… Я не знаю, — вздохнула я. — Давай ляжем спать, а завтра попробуем найти Мишель, хорошо?

Я спала ужасно, и Энди тоже. Он постоянно ворочался с боку на бок. В конце концов я задремала где-то после двух часов ночи. Когда я открыла глаза в следующий раз, солнце уже взошло, и я была одна в постели. Я натянула шорты и футболку и пошла проверить, как там Энди.

Придя на кухню, я обнаружила, что Хэмиш и Сара все еще в пижамах сидят на барных стульях у кухонного островка.

— Где он? — Нутром чую, я уже знала, что он ушел.

Они посмотрели друг на друга, как будто не были уверены, что им следует мне сказать. Я увидела беспокойство в их глазах, когда они снова повернулись ко мне.

— Он ушел, не так ли? — Спросила я дрожащим голосом.

Сара кивнула.

— Прости, Зои. Он хотел поговорить с Мишель наедине. Он хочет, чтобы ты поехала домой.

Я почувствовала тошноту, как будто меня вот-вот вырвет, кислота скапливалась у меня во рту.

— Мне нужно с ним поговорить, — пробормотала я, развернулась и побежала обратно вверх по лестнице в спальню, чтобы найти свой телефон и позвонить ему.

Я взяла свою сумочку и перевернула ее вверх дном, высыпав содержимое на кровать.

— Где он? — Воскликнула я, роясь в своих вещах. — Где, черт возьми, мой телефон? — Я откинула покрывало на кровать и принялась искать его в чемодане.

— Зои, он здесь, — сказала Сара с порога. — Ты оставила это на диване прошлой ночью.

Я подбежала к двери, и она протянула это мне дрожащими руками.

— Когда он ушел, Сара?

Она выглядела пристыженной.

— Прошло уже несколько часов. Он проснулся рано и узнал по Интернету, где работает Мишель. Она живет в Сан-Франциско и работает в компании по продаже недвижимости. Он планирует остаться там на ночь, а завтра навестить ее на работе.

— Как он туда добрался, Сара? — Энди не взял бы мою машину, если бы хотел, чтобы я отвезла его домой.

Уголки рта Сары опустились в недовольной гримасе.

— Он взял мою машину, так как я нечасто на ней езжу.

Я села на кровать, ничего не сказав Саре в ответ. Я была так зла на нее и Хэмиша за то, что они отпустили его одного. Неужели они не понимали, что ему нужна чья-то поддержка?

Они знали его всю жизнь. Со мной он меньше года, и я поняла, что ему нужен кто-то рядом.

Я набрала номер мобильного Энди.

— Зои, пожалуйста, не злись на меня, — сказал он, как только снял трубку.

— Я не злюсь, Энди. Я беспокоюсь о тебе. Я не думаю, что тебе следует делать это в одиночку. Где ты?

Он прочистил горло.

— Сан-Франциско. — Черт! — Пожалуйста, попытайся понять. Мне нужно увидеться с ней наедине, если она вообще захочет со мной поговорить.

Что я должна была сделать? Я не могла заставить его позволить мне помочь. Он не хотел, чтобы я была там. Мне не должны нравиться его решения, но я должна уважать их. Это был не мой брак и не мой ребенок.

Однако на карту было поставлено наше с ним будущее, если все пойдет плохо.

— Хорошо, Энди. Я вижу, ты уже принял решение, но тебе не обязательно было убегать от меня, не поговорив. Это ранит больше всего на свете, — призналась я, пытаясь сдержать слезы.

— Мне жаль. Я плохо соображал и не хотел тебя обидеть. Мне нужно идти, но я позвоню тебе, как только что-нибудь выясню. Едь домой и постарайся не беспокоиться об этом. Я во всем разберусь.

Какой у меня был выбор?

— Хорошо, — согласилась я, чувствуя себя раздавленной. — Пожалуйста, будь осторожен и держи меня в курсе. Я тебя люблю. Не забывай об этом.

Он прерывисто выдохнул.

— Хорошо, красавица. Пожалуйста, будь осторожна по дороге домой. Я буду скучать по тебе каждый день. Я тебя люблю. Пока.

Связь прервалась, и наш разговор был окончен. Меня захлестнула волна страха, и мой разум автоматически переключился на автопилот. Мне нужно было убираться отсюда к чертовой матери и возвращаться домой, где я могла бы попытаться разобраться с тем, что произошло.

Я собрала свои вещи, нашла все, что оставил Энди, и положила в свой чемодан. Он не хотел, чтобы я была с ним. Я была на взводе и просто хотела вернуться домой. Я взяла свою косметичку, направилась в ванную, расчесала волосы и завязала их сзади в свободный узел.

Я стояла перед зеркалом и чистила зубы, когда Сара вошла и постучала в дверной косяк. — Зои, ты хочешь поговорить об этом? — спросила она.

В тот же момент я слишком сильно отодвинула зубную щетку, что вызвало у меня рвотный рефлекс. Я бросилась к раковине, чтобы выплюнуть всю зубную пасту, но тут меня снова затошнило. Мое лицо внезапно стало липким и потным, и у меня закружилась голова.

Я оперлась локтями о холодный бортик ванной, чтобы сохранить равновесие.

Сара вошла в ванную и положила руку мне на спину.

— Зои, ты в порядке? Ты заболела? — спросила она.

Я покачал головой.

— Нет. Думаю, сейчас мне лучше. Это было действительно странно.

Прополоскав рот и почистив зубы, я ополоснула лицо холодной водой. Сара протянула мне полотенце, чтобы я вытерлась.

— Спасибо, — сказала я, беря полотенце. Я все еще чувствовала себя немного странно после того случая, когда меня стошнило. — Я думаю, мне нужно что-нибудь съесть перед уходом, если вы не против. — От всей этой ситуации мне становилось физически плохо.

Она кивнула.

— Конечно, Зои. Давай принесем тебе что-нибудь поесть. Если захочешь поговорить о том, что происходит, пожалуйста, дай мне знать. — Я кивнула и последовала за Сарой вниз, на кухню.

Я сидела за столом и смотрела, как Сара и Хэмиш едят свои рогалики. Мы немного поговорили о Мишель, пока я ковыряла свой рогалик. Он был невкусный, и мне было очень трудно его есть.

Помимо обсуждения их развода, Энди никогда особо не говорил о Мишель, поэтому я мало что о ней знала. По-видимому, они сбежали, потому что ее семья не одобряла его.

Ранее он говорил мне, что они не одобряли его, но я понятия не имел, что они сбежали.

Казалось, что Мишель восстала против них после того, как закончила колледж, а Энди был для нее привычным «плохим мальчиком». Меня эта информация немного позабавила, потому что в нем не было ничего «плохого».

Конечно, татуировки покрывали большую часть его верхней части тела, но они даже не видели его татуировок, потому что он сделал их все после развода. В ее семье его называли грязным механиком, но он был замечательным человеком. Он происходил из хорошей семьи, так сказать, с правильного пути. Семья Мишель казалась мне сборищем богатых, чванливых придурков.

— Зои, я знаю, что Мишель кажется ужасным человеком, и я не защищаю ее действия, но она действительно любила Эй Джея. На нее сильно давила ее семья. Это ужасно сказалось на их браке, — объяснила Сара.

Почему это должно иметь значение, любила ли она его? Я с отвращением покачала головой.

— Возможно, это правда, Сара, но она скрывала от него ребенка. Как она могла это сделать, если любила его так сильно, как ты говоришь? Я люблю его больше всего на свете, и я не могла себе представить, что могу сделать с ним что-то подобное.

Хэмиш и Сара понимающе кивнули.

— У нее были свои причины, — вздохнул Хэмиш. — Я не могу себе представить, какие именно, но, судя по тому, что говорила Кори, с ребенком что-то не так с медицинской точки зрения.

Я глубоко вздохнул.

— Я очень надеюсь, что она поговорит с ним, и он скоро вернется домой.

Мы с Энди не расставались больше, чем на выходные с тех пор, как вернулись домой из Кабо в конце февраля. Меня беспокоило, что он переживает нечто настолько ужасное в одиночестве.

— Мне действительно пора собираться в дорогу. — Я встала, чтобы вымыть тарелку. — Мои родители ждут нас к ужину, и мне нужно сообщить им, что происходит.

Хэмиш встал и помог мне поднять сумку. Я взяла свою сумочку, телефон и ключи. — Спасибо, что пригласили нас. Мне жаль, что наш визит закончился таким образом.

Сара протянула руку и нежно сжала мой локоть, чтобы подбодрить.

— Зои, все образуется. Эй Джей любит тебя. Я знаю, ты расстроена из-за того, что он ушел, но ему всегда нужно было решать проблемы самостоятельно. Ему потребовались месяцы, чтобы впустить нас после аварии. Он считает, что это была его вина, потому что они возвращались с одного из его матчей по регби. После развода он вернулся в Новую Зеландию на шесть месяцев. Он решает проблемы наилучшим образом, как умеет.

Отлично, а то я уже начала беспокоиться, что он уйдет, вдобавок ко всему остальному.

— Что ж, надеюсь, у него все получится, — вздохнула я. Я не знала, что еще сказать, поэтому ушла.

Мне потребовалось все мое мужество, чтобы не сказать Саре, как она ошибалась насчет того, что ему было нужно. Она сказала, что он справлялся со всем наилучшим из известных ему способов, но лучший способ справиться с проблемами — это решать их, когда они возникают, а не уходить и игнорировать их.

Мне нужно было оставаться сильной и сосредоточенной, чтобы быть рядом, когда он поймет, что нуждается во мне.

К тому времени, как я добралась до границы Сакраменто, я чувствовала себя ужасно. Я был больна от беспокойства и измучена тем, что не спала предыдущую ночь. По дороге домой из Сономы у меня было слишком много времени, чтобы подумать в одиночестве. Я убедила себя, что сделаю все, чтобы Энди был счастлив. Добравшись до своей квартиры, я распаковала чемодан и принялась за стирку белья. После того, как разложила косметику и туалетные принадлежности, я решила принять горячую ванну.

Когда я достала из сумки свои противозачаточные таблетки, я посмотрела на них, глубоко вздохнула и выбросила в мусорное ведро. Я бы дала ему то, чего он хочет больше всего, если это сделает его счастливым.

Кроме того, у меня оставалось всего несколько дней до того, как мне все равно нужно было начинать новую упаковку. Я много лет принимала противозачаточные средства и собиралась выйти замуж за любовь всей моей жизни. Я бы сделала все для него, а он — для меня. Мне просто нужно было, чтобы он вернулся домой, чтобы я могла ему все рассказать. Тогда мы поженились бы и продолжали жить своей жизнью. Без сомнения, он был бы доволен моим решением.

Я чувствовала себя дерьмово из-за стресса, который испытывала из-за того, что переживал Энди. К сожалению, мне все равно пришлось все объяснять своей семье, так как он собирался пропустить работу. Я долго принимала ванну, стараясь потратить как можно больше времени, прежде чем придет время идти к маме и папе.

Через некоторое время вода в ванне стала прохладной, и я вылезла из нее. Вытираясь, я заметила, что моя грудь немного побаливает. Я не ждала этого с нетерпением каждый месяц. Раньше у меня была ужасная болезненность и судороги, пока я не начала принимать таблетки.

Я оделась и позвонила Энди. Он не ответил, поэтому я оставила ему сообщение, в котором сообщила, что собираюсь объяснить своей семье, что происходит, и что я поделю его обязанности между моими братьями на работе, пока он не вернется.

Я отправила сообщение Джесс.

«Ты придешь на семейный ужин? Ты мне нужна. Случилось кое-что плохое.»

Не прошло и минуты, как зазвонил мой сотовый. Это была Джесс.

— Зои, что случилось? — Я объяснила ей, что произошло, как можно подробнее. — О нет, Зи... Я даже не знаю, что сказать.

Я снова начала плакать.

— Почему все это дерьмо происходит, Джесс? Неужели она не могла быть честной с ним с самого начала? Он бы уже давно со всем разобрался, и с ним бы этого не случилось. И с нами.

Джесс тяжело вздохнула.

— Я не знаю. Все это какое-то безумие. Ты боишься, что он уйдет?

В ужасе.

— Я не знаю, что случится, если он это сделает, Джесс, — прошептала я. — Единственная причина, по которой он испугался, когда я поехала в Кабо, — это то, какую боль я испытала. Если бы не это, он бы не возражал, потому что знал, что мне нужно было отдохнуть. Я думаю, если ему нужно время, я должна его отпустить.

Позже в тот же день я сама поехала к родителям на ужин. Ответа от Энди все еще не было, поэтому я отправила ему сообщение, сидя в машине, прежде чем зайти внутрь и встретиться со всеми.

«Надеюсь, у тебя все хорошо. Я хотела сказать тебе, что я всегда думаю о тебе и люблю тебя.»

Следующая неделя пролетела в тумане эмоций. Я пыталась работать, но мои мысли постоянно возвращались к Энди. Как у него дела? Удалось ли ему что-нибудь выяснить? Я не хотела давить на него слишком сильно, поэтому пыталась связаться с ним только раз в день, звонком или смс.

Энди так и не ответил, но я продолжала пытаться... Ему нужно было знать, что я все еще здесь, если понадоблюсь ему. Я теряла надежду, что он что-нибудь узнает. Он уже должен был позвонить и сообщить что-нибудь... что угодно. По-прежнему ничего не происходило.

Наконец наступила суббота, и, вдобавок к беспокойству об Энди, у меня все еще не начались месячные. Я была крайне обеспокоена этим, поэтому достала инструкцию, прилагавшуюся к коробке с таблетками, чтобы посмотреть, не пропустила ли я чего-нибудь. Нет, та же, что и в прошлый раз. Несколько месяцев назад я перешла на противозачаточные таблетки, которые останавливали месячные, поэтому предполагалось, что они у меня будут только 4 раза в год.

Месячные должны были начаться примерно в то время, когда я выбросила остаток таблеток из упаковки. Официально я опоздала на неделю. Я никогда не опаздывала. Что мне было делать, если новые противозачаточные таблетки повредили мой организм? Я никогда раньше не принимала таблетки, от которых у меня действительно прекращались месячные, поэтому не была уверена, чего ожидать.

После того, как я прочитала список побочных эффектов, у меня начался стресс, и я позвонила Саше. Мне нужно было поговорить с кем-то, кто не стал бы нянчиться со мной, когда я была в бешенстве. У меня были все побочные эффекты, перечисленные в инструкции, от тошноты до боли и набухания груди, перепадов настроения и усталости. Единственным гребаным побочным эффектом, которого у меня не было, были более легкие месячные или кровянистые выделения. У меня ничего не было.

— Зои! — взвизгнула она, когда сняла трубку. — Девочка, где ты была? Мы не разговаривали уже несколько дней.

Я рассмеялась над ее энтузиазмом.

— Саш, я тут немного волнуюсь. Ты можешь подойти?

Она посерьезнела.

— Конечно. Ты в порядке? — Я услышала, как она ходит по комнате, а через минуту хлопнула дверь. — Я уже в пути. Что происходит?

Я вздохнула.

— Я объясню, когда ты приедешь.

Мы закончили разговор, и двадцать минут спустя я впустила ее в свою квартиру.

— Саш, какого хрена на тебе надето? — Спросил я, когда она уронила свою гигантскую сумочку на мой диван и я мельком увидела ее наряд, вернее, его отсутствие. На ней было что-то похожее на черную шелковую ночнушку и больше ничего.

Оно доходило ей примерно до середины бедра, и на ней были сапоги на шпильках высотой до колена. Ее черно-фиолетовые волосы были в безумном беспорядке.

— Я чему-то помешала своим звонком? — пошутила я.

Она вздохнула.

— Я бы хотела. Что, черт возьми, происходит?

Я все еще разглядывала ее наряд, когда она щелкнула пальцами прямо у меня перед носом, привлекая мое внимание. Она схватила подол своей рубашки/ночнушки и задрала его.

— Смотри, шорты. Я в шортах. Черт, Зи, ты позвонила и сказала, что я тебе нужна, так что я надела первое, что смогла найти, и притащила свою задницу сюда. А теперь выкладывай. Что, черт возьми, происходит?

И именно поэтому, друзья мои, я хотела видеть Сашу больше, чем кого-либо из других моих друзей.

Она схватила меня за руку и потащила к дивану, где толкала меня назад до тех пор, пока мои колени не уперлись в него, и я не упала задницей на подушки.

— Говори! — взревела она.

— Черт возьми, Саш. Расслабься. Я не собака. Не стоит прибегать к физической силе, — поддразнила я.

— Я собираюсь влепить пощечину одной сучке, Зои Джеймс, — предупредила она, улыбаясь от уха до уха.

— Ладно, извини. Вот оно. — Я глубоко вздохнула и закрыла глаза. — Месячные задержались на неделю. — Я приоткрыла один глаз за другим, ожидая, что она устроит какую-нибудь грандиозную истерику, в духе Саши.

Вместо этого она прищурилась, глядя на меня, и на ее лице медленно начала формироваться улыбка.

— И что? — она ухмыльнулась. — Ты пытаешься сказать мне, что беременна?

Нет. Да? Я не знаю. Какого хрена?

— Саша, я уже много лет принимаю таблетки. Этого не может быть. — Официально я была в недоумении.

Она покачала головой.

— Зои, да, может. Таблетки, знаешь ли, не всегда помогают. У моей невестки маленькая кузина Трейси…

— Саша! — закричала я. — Сейчас не время цитировать эту сумасшедшую сучку из пятничного фильма. Это серьезно.

Ладно, это было забавно.

Но все же.

Мать твою, черт возьми!

— Я принимала таблетки, когда была замужем за Робом. Я перестала их принимать, потому что перестала заниматься с ним сексом и не видела в этом смысла. Я занималась этим много лет, и ничего не происходило.

— Так как же, черт возьми, ты забеременела, если не занималась с ним сексом, Зои? — спросила Саша.

О Боже, это так неловко.

— Он был на вечеринке со своими друзьями и вернулся домой пьяный. Ну, пока его не было, я выпила бутылку вина, и в итоге мы… ты знаешь... и мы не предохранялись.

Она кивнула, а я опустила голову от стыда.

— Верно, значит, мы совершенно уверены, что это не так. Ты пропустила какие-нибудь таблетки?

Я покачала головой. Я не пропустила ни одной.

— Три месяца назад я перешла на таблетки, которые останавливают месячные на три месяца, поэтому месячных у меня не было с мая.

— Кстати, где этот твой красивый мальчик-игрушка? — спросила она, оглядываясь в поисках Энди. — Почему ты говоришь об этом со мной, а не с ним?

— Я не видела его и не разговаривала с ним уже неделю.

На ее лице отразились замешательство и озабоченность. Я рассказал ей историю Кори, прежде чем встала, чтобы сходить за напитком. Я пошла на кухню, оставив ее на диване, чтобы она могла переварить все, что произошло.

Я принесла два стакана с горячим чаем в гостиную и поставила их на стол. Когда я снова повернулась к Саше, она смотрела на меня с любопытством.

— Зи, я не хочу показаться стервой, но ты уверена, что не залетела?

— Да, я уверена, — прошипела я, в отчаянии проводя руками по лицу.

Она все еще странно смотрела на меня.

— Почему ты так на меня смотришь?

Она встала, взяла меня за руку и потащила по коридору в мою спальню, где задрала подол моей майки, обнажив грудь.

Саша схватила меня за бедра и развернула лицом к зеркалу.

— Вот почему я так на тебя смотрю, Зои, — воскликнула она, стягивая мои шорты вниз по бедрам. Слава богу, мои трусики остались на месте.

— Посмотри на свой живот.

Я медленно оглядела свое тело. Она была права. Блядь. Мой обычно плоский живот теперь слегка округлился. Едва заметно. Дерьмо! Увеличение веса тоже было в списке побочных эффектов, но, поскольку мы с Энди каждый день ужинали вместе, я, очевидно, собиралась набрать вес, поэтому проигнорировала этот побочный эффект.

Это было очень неподходящее время, но мне нужно было посмеяться.

— Может, это опухоль, — пошутил я, потирая живот и изображая Арнольда Шварценеггера из фильма «Полицейский из детского сада».

Саша забилась в истерике. — Это не опухоль! — закричала она.

— Зои, — наконец серьезно произнесла она. — Тебе нужно записаться на прием к своему гинекологу, чтобы пройти обследование.

Я снова оделась, взяла ноутбук с комода и села на кровать.

Пока мы ждали, пока он загрузится, она спросила меня, что я делаю.

— Я собираюсь погуглить это дерьмо, — сказала я, имея в виду свой едва заметный живот и противозачаточные таблетки.

Час спустя мы с Сашей были в панике. Я была на грани смерти. Это было официально. У меня точно был рак. Или киста. Или эндометриоз. Или я тайно выращивала близнеца, о существовании которого даже не подозревала.

Ладно, это было немного притянуто за уши. Я прочитала слишком много книг Стивена Кинга и посмотрела слишком много фильмов о чуваке, который таскал своего одинокого сиамского близнеца в корзине и позволял ему убивать людей.

Черт возьми.

— Саша, напомни мне в следующий раз, что Google мне не друг.

Я закрыла ноутбук и бросила его на кровать.

— Моя близняшка проголодалась. Давай наденем твою ночнушку и пойдем обедать. — Я сунула ноги в шлепанцы, когда Саша сердито посмотрела на меня, и мы пошли обедать.

Я заехала в гастроном, в который Энди и отправились в первый же уик-энд, когда мы познакомились.

Было очень кстати, что, как только мы сели за бутерброды, мой сотовый зазвонил «Sex on Fire».

— Наконец-то, — проворчала я. Я не слышала его голоса почти неделю.

— Привет, — сказала я, поднося телефон к уху.

— Зои, рад слышать твой голос, — хрипло ответил он.

— Как дела? — Я встала, чтобы выйти на улицу, чтобы побыть наедине.

Он разочарованно вздохнул.

— Не очень. Сегодня я знаю не больше, чем на прошлой неделе.

Я толкнула дверь и вышла наружу.

— Ничего? Ты вообще смог с ней поговорить?

— Нет. — Он громко вздохнул.

По тону его голоса я поняла, что он раздражен.

— Я каждый день ходил к ней на работу, но она не хотела меня видеть. Через пару дней охрана вывела меня и пригрозила арестовать за незаконное проникновение на территорию и домогательства.

Вот чертова сука!

— Так что я ждал ее на улице неподалеку от ее работы, чтобы узнать, смогу ли я поговорить с ней, когда она уйдет, но охранник каждый вечер провожал ее. Я чувствовал себя гребаным преследователем.

— Мне так жаль. Не могу поверить, что она даже не хочет с тобой разговаривать, — ответила я. — И что теперь? — Я не была уверена, хочу ли я знать ответ.

— Ты идешь завтра к своим маме и папе на ужин?

Из-за всего, что происходило, я как-то не задумывалась об этом.

— Я не знаю. Ты вернешься домой?

— Я приеду завтра.

Слава Богу. — Тогда ладно. Ты тоже хочешь прийти на ужин? Я уверена, все будут рады тебя видеть.

— Я дам тебе знать завтра. Когда узнаешь, во сколько тебе нужно быть там, напиши мне и дай знать, хорошо?

Я пообещала позвонить маме, как только мы закончим разговор.

Закончив разговор с мамой, я отправила ему сообщение, в котором написала, что мне нужно быть у них в два, чтобы помочь с ужином, и я надеюсь, что он тоже придет. Я вернулась в гастроном, чтобы перекусить.

— Ну, что случилось, Зои? — Нетерпеливо спросила Саша.

Я пересказала ей все, что сказал Энди, пока ела свой сэндвич с чипсами. Мы закончили обедать и ушли.

Когда мы выходили за дверь, Саша повернула налево, схватила меня за руку и потащила за собой. Для такой маленькой девочки она была очень сильной.

— Эм, моя машина в другой стороне. Куда мы идем? — Спросила я, сбитая с толку.

— В чертову аптеку, чтобы купить тест на беременность.

О, черт, нет.

Я резко остановилась, выдергивая свою руку из ее.

— Ни за что на свете, Саш. Я не могу быть беременной. Это невозможно, — простонала я. Буквально, черт возьми, простонала.

— Зои, я только что видела, как ты проглотила бутерброд длиной в целый фут и пакет чипсов. Без. Чей-либо. Помощи. Ты, блядь, беременна, — весело выпалила она.

Сучка! Зачем ей понадобилось говорить мне это дерьмо? Как будто я была недостаточно взволнована, она попыталась убедить меня, что я тоже беремена. Почему это произошло?

Через пять минут мне, наконец, удалось убедить ее, что я определенно не собираюсь делать тест на беременность и в понедельник утром первым делом запишусь на прием к своему врачу.

Мы вернулись в мою квартиру, и Саша отправилась домой. Остаток дня я снова была одна, поэтому приняла горячую ванну, чтобы расслабиться. Энди должен был вернуться домой на следующий день, и я смогу поговорить с ним с глазу на глаз. Я надеялась, что когда-нибудь он избавится от душевной боли, которую испытывал, потеряв ребенка, о котором никогда не знал. Я никогда не понимала, как его бывшая могла быть так жестока к нему.

После того, как я вышла из ванны и вытерлась, я встала совершенно голая перед зеркалом в полный рост и положила ладони на живот. Возможно ли, что я беременна? Что собирался сделать Энди, когда я поговорю с ним об этом, когда он вернется домой?

Он сойдет с ума, Зои. Вот что он собирается сделать.

Он был готов сойти с ума, и, судя по тому, что он сказал, я не думаю, что это приведет к чему-то хорошему. Меня беспокоило то, что он говорил мне раньше о генах и ДНК, и я сам начала сходить с ума. Что, черт возьми, мне оставалось делать? Я уже знала, чего не собираюсь делать.

Я не хотела быть такой, как его бывшая.

Как только он вернется домой, я поговорю с ним. Определенно, я не хотела говорить ему по телефону о возможной беременности.

На следующее утро я проснулась поздно и после того, как покормила Джеймса и занялась стиркой, бросилась в душ. Пока я принимала душ, Джеймс свернулся в огромный оранжевый пушистый шар посреди кровати. Я оделась и поиграла с ним, ожидая окончания стирки.

Покончив со стиркой, я приготовила на завтрак французские тосты и яичницу-болтунью. У меня оставалась еще пара часов до того, как мне нужно было отправляться к родителям, и я подумала, что Энди возможно еще не вернулся домой. Я отправила ему сообщение, спрашивая, где он, а потом решила, что мне нужно чем-то себя занять, и прибралась в своей квартире сверху донизу.

Поскольку я была помешана на чистоте, это не заняло много времени, поэтому я сходила в магазин и прибралась в офисе.

Когда я вернулась домой из магазина, мне пришло сообщение от Энди, которое опоздало примерно на пять минут. В нем говорилось, что он собирается в дорогу и собирается поужинать один. Он встретится со мной, когда я вернусь домой.

Он должен был вернуться домой через пару часов, так что у меня не было причин задерживаться и ждать. Я поехала к родителям и застала маму на кухне, которая резала мясо на ужин.

— Привет, мам, — сказала я, обнимая ее сзади.

— Hola, Mija (пр. переводчика: с испанского — Привет, доченька), — весело ответила она. — А где наш Энди? Он что, не пришел с тобой? — Мой папа зашел на кухню и крепко обнял меня.

— Нет, его еще нет дома. В Сан-Франциско дела шли не очень хорошо. Он все еще ничего не знает.

Моя мама покачала головой и, пробормотав что-то себе под нос по-испански, отвернулась, чтобы закончить резать мясо. С моим знанием испанского языка я поняла, что она назвала кого-то гребаной сукой.

Да, именно у нее я научилась сквернословить.

Мы с папой рассмеялись, когда услышали, что она сказала. Я объяснила им, что произошло, когда Энди попытался проникнуть в офис Мишель и в дело вмешалась охрана. Пока я говорила, мой папа сидел и качал головой, не в силах поверить в то, что произошло с Энди.

Когда моя мама закончила свои дела, она вымыла руки и повернулась ко мне.

— Мне так жаль, что это происходит с вами обоими, малышка. Энди — часть нашей семьи, и мне больно осознавать, что мы ничем не можем ему помочь. Просто знай, что мы здесь для тебя и будем ждать его, когда он вернется домой. Пожалуйста, дай ему это знать.

Слезы навернулись мне на глаза, потому что моя семья приняла его как своего, как и меня, когда я была удочерена.

— Я так и сделаю, мама. Сегодня он возвращается домой, так что я постараюсь, чтобы он знал.

Пока я помогала маме готовить ужин, в дом начали собираться остальные члены моей семьи. Когда все было готово и все узнали об Энди, мы собрались за столом, чтобы поесть.

Джесс села рядом со мной, наклонилась и прошептала мне на ухо:

— Ты хочешь мне что-то сказать?

Я прищурилась, глядя на нее. О чем она говорила? Столько всего произошло с тех пор, как я видела ее в последний раз.

Она закатила глаза, глядя на меня.

— Серьезно, Зи? Я поговорила с Сашей.

Когда в моей голове промелькнули картины убийства Саши, я выдохнула.

— Гребаный болтушка, — пробормотала я так, чтобы слышала только Джесс. — Позже, — прошептала я.

Джесс позволила мне закончить ужин, но загнала меня в угол на кухне, когда я зашла за добавками. Да, именно добавками. Снова.

Конечно, как раз в тот момент, когда я накладывала себе на тарелку еще еды, в кухню вошел Адам.

— Черт возьми, опять добавка, да? Похоже, ты тоже прибавила пару фунтов.

Да, у него, блядь, был поврежден мозг. Я взяла сервировочную ложку, полную пережаренных бобов, которую держала в руках, и запустила в него.

Мгновение спустя Энджи вошла на кухню и обнаружила, что ее парень весь в бобах.

Она покачала головой, глядя на него.

— Что ты сказал на этот раз, Адам?

Он расстегнул свою засаленную рубашку, стянул ее и начал вытирать фасоль с лица и волнистых волос длиной до подбородка.

— Я сказал то, что обещаю никогда больше не повторять, это точно. Мне не особенно нравится носить еду на себе, — проворчал он.

Пока он приводил себя в порядок, на кухню вошла моя мама, взглянула на него, пробормотала «idiota» и принялась за уборку.

Закончив, Адам подошел ко мне и крепко обнял.

— Ты же понимаешь, что я просто издеваюсь над тобой, да, Зи?

Я кивнула.

— Да, и ты знаешь, что заслужил то, что получил взамен, верно?

Он звонко поцеловал меня в щеку.

— Да, я думаю, мы квиты, — пошутил он и вышел из комнаты.

Моя мама пела, пока убиралась, так что мы с Джесс могли тихо разговаривать, чтобы она не услышала.

— Почему ты вчера не купила тест на беременность? Ты с ума сошла? — недоверчиво спросила она.

— Джесс, я не понимаю, как я могу быть... ну знаешь... — я подняла брови, желая, чтобы она поняла, что, черт возьми, я имела в виду. Я боялась произнести слово «беременна» сейчас, потому что оно вызывало у меня тошноту.

— Утром я первым делом позвоню врачу, — сказала я, набивая рот едой.

Она посмотрела на меня и ухмыльнулась, как будто только что все узнала. Я была беременна. Расстроенная, я бросила вилку на стол и побежала в ванную.

Я услышала, как Джесс позвала меня по имени, прежде чем захлопнула дверь ванной и заперла ее. Поскольку две мои лучшие подруги были уверены, что я беременна, я начала сомневаться и в себе. Я была уверена, что не пропустила ни одной таблетки, и я была очень осторожна, принимая их каждый день в одно и то же время.

О Боже, что, если Энди был прав? С нашим ребенком могло быть что-то не так, если я была беременна. Смогли бы мы справиться с этим?

Раздался стук в дверь.

— Зи, прости, — тихо сказала Джесс. — Пожалуйста, открой дверь.

Я открыла дверь и впустила свою лучшую подругу. Я села на крышку унитаза, а она присела на край ванны. Я рассказала о своих новых страхах перед возможным заболеванием ребенка.

— О, Зои, — заплакала она. — Мне так жаль. Я не подумала об этом.

После того, как я развернула несколько кусочков туалетной бумаги для нас обеих, я вытерла слезы со своих щек, пока она вытирала свои. — Все в порядке. Сейчас со всем этим трудно справиться, особенно когда он здесь и ничего об этом не знает.

Мы поговорили еще несколько минут, прежде чем мой племянник Джейк начал колотить в дверь, потому что ему понадобилось в туалет. Мы вернулись на кухню за десертом, но я взяла свой с собой, вместо того чтобы остаться и доесть его.

Я так устала за день, что просто хотела вернуться домой. Я надеялась, что Энди ждет меня дома.

Мне потребовалось некоторое время, чтобы попрощаться со всеми, но в конце концов я уехала домой. Я проехала на своей ауди через парк Датч Бразерс зашла в магазин и купил маленький «Кокомо» без кофеина.

Господи, теперь я была уверена, что беременна, и заказала чертов кофе без кофеина. Я проверила свой телефон, пока ждала заказ. От Энди ничего не было.

Как только я оказалась дома, я припарковалась на улице рядом со своим домом и побежала вверх по лестнице. Все, что мне было нужно, — это увидеть его и рассказать о своих подозрениях. Я не хотела тратить время на возню с воротами, чтобы попасть на парковку.

Я открыла дверь и вошла в квартиру. Я ожидала, что он будет сидеть на диване и ждать меня, но его там не было. Джеймс бродил по комнате и мяукал без всякой видимой причины, поэтому я взяла его на руки и прошлась по квартире, чтобы посмотреть, нет ли Энди в другой комнате.

Когда я вошла в свою спальню, то обнаружила на кровати конверт, на котором его почерком было нацарапано мое имя. Рядом с конвертом лежало кольцо с несколькими ключами и его сотовый телефон. Я опустила Джеймса на кровать и подняла конверт.

В глубине души я знала, что это плохо. Очень, очень, очень плохо.

Внутри конверта я нашла длинную записку, написанную от руки, и чек от Tiffany & Co. на мое обручальное кольцо.

О, пожалуйста, нет. Нет. Нет, нет, нет!

Горя желанием узнать, что же написано в записке, я опустилась на кровать и развернула листок.

[←1]

Моле — острый соус мексиканской кухни из нескольких видов перца.

[←2]

Tia — тетя (исп.)

[←3]

Халапеньо — средних размеров перец чили, который ценится за ощущения при его поедании от «тёплого» до «горячего».

[←4]

«Скримпс» (англ. scrimps) — креветки (слэнг выходцев из гетто).