Скоро осень, за окнами август… Чёрта с два, сентябрь на дворе и все умотали в Москву на коронацию. Говорят там очередные награды и поощрения будут раздавать всем, кому ни попадя, а меня оставили дежурным по подъезду. Точнее я самооставился, так как дел выше крыши. Во-первых, первые здания и сооружения достроены, напичканы оборудованием и начали работу. Стройматериалы сами себя не изготовят, для «почкования» им построены первые цеха и заложены фундаменты для «вторых линий». Для печей кирпичного завода приобретали футеровку на стороне, дабы было с чего начать своё производство.

Для древесины сложнее вышло. Патент некоего Бентама на деревообрабатывающее оборудование от 1793 года был назван «одним из самых замечательных патентов, когда-либо выпущенных британским патентным ведомством». Вот в Англии и заказали исполнение, коли они такие умные. А пилы и прочие острые полезные предметы нам изготовили в Золингене, их в итоге и установили на аглицкие пилорамы в своих цехах. Для второй линии оборудование и ЗИП имеется, а самого здания пока нет, но будет в следующем году. Причём будем строить уже из своего кирпича, а то все сусеки выскребли у других русских кирпичесозидателей. Ну и пиломатериалы теперь тоже свои, ура-ура.

Кроме того, и цеха из кирпича построили, и оборудованием за это лето разжились для переработки льна и пеньки. Так сказать два базовых предприятия начали работать. Правда склады и прочие вспомогательные сооружения для них пока по сути времянки, но просто не успеваем. Хорошо, что их хоздворы удалось замостить, да и то спасибо расторгуевским. Те за лето и количество бригад увеличили, и две бригады создали специально, чтобы дворы и дороги строить как мне надо.

Спрашивается, откуда деньги берутся? Тем паче, что за границей заказываем и приобретаем всё самое наилучшее, но не из люксовых роскошей, а из инструментов и оборудования. Денег пока навалом, когда одной рукой замещаешь каких-нибудь английских купцов и крутишь в трейдинге полтора ляма рублей. Хватает и мальтийцам, причём так, что им больше ни с кем и сотрудничать не хочется пока. Когда в первые дни июля начали возвращаться наши «первенцы» у меня отлегло от сердца. Во-первых, они вернулись, а не скрылись с моим баблом. Причём для меня заработали на полтора миллиона вложений целый миллион сверху. И ещё для себя кое-что (солидное «кое-что») на их долю заработалось, плюс окупились все переплаты, а значит и русские поставщики тоже заработали.

Могут сказать, что слишком много с одного барана настригли и так не бывает, чтобы всем было хорошо. И будут правы, так как английские торговцы остались без прибыли с нашего оборота класса «товары-деньги», они как раз-таки прощёлкали хаблом. И ведь, заразы такие, никогда никому не говорили сколько имеют, собаки драные. Мол, сирые пенни остаются после затрат на перевозку, не более. А наши будущие «эксперты по прошлому» так и говорят нам в интернетах и в статьях.

— Англичане мало чего зарабатывали с дешёвых российских товаров. Они просто помогали нам своим извозом и оплачивали вывозные пошлины.

Оки-доки, теперь мы с мальтийцами этой «мелочью» карманы набиваем. И пусть все другие думают, что мы нищеброды. Мало того, мои братские капитаны ещё и товаров заморских, да заокеанских привезли. Я попробовал перевести в фунты сто тонн кофе и получил более двухсот… тысяч фунтов, после чего офигел от примерного расклада класса «опт — розница». Причём те, кто это вёз тем же англичанам, не знали что лимонникам часть рынков сбыта перекрыли временно различные политические проблемы. Наперевес с внутрианглийским экономическим кризисом происходящим именно в эти месяцы, а не годом раньше и не двумя годами позже. Свезло с датой попаданства, ничего не скажешь и даже спорить не буду.

В общем, мы и привезённые товары распродали (частично, кстати, в Пруссию) и ещё денег заработали (и это за одну дружнокораблёвую ходку, мать вашу!). После чего я снова на полтора ляма затарил своих мальтийцев здесь, а два корабля отправил в Архангельск за спецгрузом, согласованным со Строгановым. И все почапали обратно в Европу спекуляциями заниматься, пока Англия спит вечным сном. Налаживать и усиливать, так сказать, постоянные контакты в сфере торговли, пока масть идёт. Тем более, что к советско-мальтийскому братству ещё кораблей добавилось. Строганов на миллион целый присоседился со своим сырьём и товарами. Доляшку мальтийцам отстегнёт, а с прибылей и со мной чуток поделится.

Вот и сижу на попе ровно, принимая корабли, возвращающиеся со второго оборота. Деньги — в кубышку, а очередные заморские и заокеанские товары в торговлю. Прикольно, но русские делавары-поставщики, которые на добреньких англичан молились, теперь на меня молиться просятся. Мол, Денис Дмитриевич, ты именно наше купи подороже, а уж мы свечку за тебя все дружно поставим. Некоторые даже обижаться начали, что я выгоды своей не понимаю и многим отказываю.

— Ваше сиятельство, да что не так-то? Энто самого лучшего качества товар, лучшее не бывает. И ничего сало не прогорклое, а лён поведённый. Где за такую цену получше найдёшь? А вот я на вас государю пожалуюсь и он вас накажет за нерадивость и непонимание народной нужды. Мне эту дрянь куда ещё девать, коли она спортилось? А вы иноземцам продадите и всем нам с рук сойдёт.

Вам хиханьки да хаханьки, а на моих представителей-закупов порой наезжали. Правда сопровождавшие их гвардейцы люлей кому надо наваляли. Поэтому некоторых пытались подкупить, но опять не вышло. Так отдельные штымпы действительно ябеды катали и через знакомых чиновников отправляли. Мол, господин Оленин неправильно исполняет государеву программу по закупу товаров. Ну и на лапу давали чиновникам, чтобы повыше взобралось. Может ославить хотели, но с меня как с гуся вода.

Думаете, что у меня теперь денег, как у дурака махорки. Есть, конечно, кое-что в загашнике, но большие деньги всегда ведут к большим расходам. Я же, не долго думая, через своих посредников голландцев нанял преобразовывать мою сторону Невы от Охты до Колочков. И встали мне два причала, одна верфь и сверхдлинная набережная в столь крупную сумму, что стыдно бахвалиться. Клятые датчи не только свои вспомогательные устройства на своих же кораблях привезли, но ещё и материалы, которых просто негде оказалось купить. Да, красоту навели, они бы ещё мне и коммунизм построили, только я поскромничал, чтобы совсем без штанов не остаться. Вроде Пётр своими силами обходился, когда Петербург обустраивал, вот только соответствующий сервис вроде есть, а как решил воспользоваться так его на всех страждущих не хватает.

Торговый договор между Россией и Францией был подписан 18 июня 1801 года сроком на десять лет. Изменения цен также были предусмотрены, поэтому французы кое-что заранее предпочли оплатить, например, тот же хлеб. Вроде у них плодородные земли, но кто его знает что за спекуляции они затеяли?

— Я думаю, что они хотят поставить в некоторую зависимость англичан на предстоящих переговорах, — отметил князь Куракин, — мало ли на чём захотят сыграть.

— Ещё и денег заработают на панике, начавшейся в Англии, — поддержал Строганов.

Уже пришли известия о реакции на нашу невинную аферу с газетчиками, усиленную «третьими лицами», которые старательно подчищали прилавки кое-где в Лондоне. Цены из-за повышенного спроса начинали повышаться в столице, а волна переживаний распространялась по стране.

Впрочем нас всех больше интересовали интересы России во Франции. В чём-то они совпали с французскими, в чём-то наши партнёры шли навстречу ради длительного мира. Больше всех радовался я, когда четыреста тонн песка и сто тонн белой глины из-под Сирёя были доставлены в один из портов и загружены в нанятые французские суда. А затем отправлены в Петербург. Мне даже не пришлось Париж покидать для контроля, лишь один из моих помогал нанятым французам, да и то лишь ради проформы.

Вечером в день подписания Наполеон дал бал в честь русских гостей, где мы оказались в центре внимания, но без провокаций. Даже попели немного. И если Куракина одолевали, как главу делегации, то мы с Ланским прятались за спиной графа Строганова. Он в основном и отбрыкивался от отдельных щекотливых вопросов со стороны слегка подвыпившей публики. Хотя одной дамочке бальзаковского возраста удалось-таки воспользоваться моментом. Когда Павел Александрович отвечал некоему господину, она проскользнула ко мне и спросила:

— Мсье Оленин, а правда что вы предсказываете будущее?

Гофмаршал тут же перевёл на русский, чтобы дать мне чуть-чуть времени определиться с тем, как и что именно ответить, поэтому я сказал по-русски (чтобы Степан Сергеевич смог при обратном переводе подправить мой ответ, если понадобится).

— Сударыня, я аналитик, поэтому могу спрогнозировать примерное будущее, используя текущую информацию и законы развития событий, — своеобразная мура, но выглядит почти научно.

— Ой, как здорово, а вы могли бы дать мне сеанс как-нибудь?

— Мог бы, мадам, но это обойдётся вам в миллион луидоров. Мой сервис дорого стоит.

— Но как же так, наши предсказатели и гадалки берут гораздо дешевле, — возмутилась француженка.

Опаньки, обстановка начала накаляться на ровном месте, ибо рядом находились и другие, возмущённые уровнем расценок. Мало того, неподалёку находился Первый Консул, который явно начал прислушиваться к беседе. Ланской несколько растерялся (а ещё высокопоставленный придворный), а Строганов как раз заканчивал ответ своему собеседнику.

Один военный, молодой, но желающий себя проявить, коли попал на светский раут столь высокого уровня, тут же воспользовался моментом.

— Мсье, вы обязаны уступить даме и согласиться на её условия. Иначе вам придётся иметь дело со мной!

Красиво, даже мужественно, когда вокруг много военных французской национальности.

— Сударь, вы явно выпили лишний бокал шампанского, поэтому не вправе давать мне указания, коли не владеете своим разумом. И ваша бравада базируется лишь на желании показать себя, но не обоснована логически. Кроме того, я превосхожу вас как более сильный человек, более умелый в бою, имеющий более высокую реакцию и скорость передвижения.

Чего несу, спрашивается, но растерян и не знаю как выпутаться из ситуации. Тут ещё один в такой же форме (может однополчанин?) подступил с другой стороны. Может схватить их за шкирки и шмякнуть лбами друг дружку?

— Я вызываю вас на дуэль, — вякнул второй, а первый поддержал:

— Я тоже! — да ещё отважно так.

— Ну какие вы соперники, если я один сильнее вас обоих, — блин, всё-таки сорвался и быренько ухватил их за шеи, после чего от отчаяния действительно столкнул лбами.

Умники не просто осели, а рухнули на пол, тем более что он паркетный. Вроде силушку сдерживал, а оно вона как. Если не убьют здесь, то государь казнит по возвращении. Явно что мирный договор будет сорван из-за дуры, пожелавшей халявы и двух придурков, рассчитывавших на моё унижение, а значит и на их возвышение из толпы.

— Я всё видел, — сказал подошедший Наполеон, — мсье Оленин наглядно показал всем нам, что русских людей не следует задирать. С Россией правильнее будет дружить, а не воевать, иначе всё кончится именно так, но на уровне армий. Кстати, мадам Лефонсе, мсье Оленин не гадалка и не прорицатель, а аналитик высочайшего класса. И он обслуживает не обычных клиентов, а государственного уровня. Поэтому его услуги оцениваются соответственно.

— Мсье Первый Консул, но я просто хотела…

— Да, теперь вижу, — прервал её Наполеон, — вы просто хотели сорвать переговоры Франции с Россией, но вам это не удалось. Думаю, что вам следует поумерить свои капризы. Мсье Савари, составьте компанию мадам до конца приёма.

Присутствующие слегка напряглись и решили поостыть, дабы их тоже не обвинили в государственной измене. Всё-таки «компания Савари» это грустновато по нынешним временам. Обоих падших вынесли, хотя они вроде начали приходить в себя. Забияк легче нести насильно, чем насильно выводить. Когда человек на ногах, ему легче сопротивляться, выказывая своё недовольство.

Увы, после инцидента у французов остался неприятный осадок. Всё-таки один русский с лёгкостью вывел из строя сразу двоих гвардейцев. А что будет если русских окажется побольше?

«Ваше время истекло… ваше время истекло…» — это не фраза из старенького фильма о Золушке. Наше время, как делегатствующих делегатов, действительно истекло. В среду, 24 июня, был торжественно подписан мсье Талейраном и князем Куракиным (от лица лидеров обеих стран) Пакт о ненападении между Францией и Россией сроком на пятнадцать лет. Представители некоторых других стран лично лицезрели сиё действо и, ясен перец, теперь будут почёсывать репы. Они-то надеялись что процесс согласования затянется до морковкиного заговения, а то и совсем ни к чему не приведёт. Увы, теперь придётся докладывать домой о том, что русские наглым образом абстрагировались от европейской политики на полтора десятка лет. И как теперь быть, кем воевать придётся?

Честно говоря весь этот период я опасался мелких, но подлых и злобных провокаций, но слава богу что французы всё прикрыли своими спецслужбами. Ясно, что им очень важно было нас отморозить от «братской» помощи их потенциальным врагам. Теперь, закончив дела, собираемся восвояси со всем добром, которое наполучали в виде даров нашему императору, нам лично и парой кораблей, затаренных всячестями, приобретёнными по случаю или целенаправленно. Ну и кое-каких спецов вывозим, которые нужны в России и согласились на переезд. Плюс, четыре паровые машины в разобранном виде удалось купить, а то со своими пока напряг.

На вечернем торжественном балу (он же раут, он же приём) прощались с обретёнными «братьями», попутно складывая кукиши в карманах на будущее, а то чёрт его знает куда русско-французское братство выведет в итоге. Важно то, что мы попутчики на годы и получили передышку от военных расходов и соответствующих головных болей.

А чтобы франкопузы позавидовали, исполнил им на французском песню «Les soirees russes» — https://www.youtube.com/watch?v=3Pvp7SnBEBQ&list=RD3Pvp7SnBEBQ&start_radio=1, мол, знай наших.

Ну и дабы загладить инцидент, произошедший на предыдущем рауте, ещё спел специально для дам (опять же на французском) — «Pour toi seule» — https://www.youtube.com/watch?v=NYLLyoEo2ws&list=RDNYLLyoEo2ws&start_radio=1

Дамы почему-то озверели и стали требовать ещё чего-нибудь спеть для них. Пришлось покопаться в закромах, которые мы создали с Ланским, и выдать на-гора песню «Ah quelle femme» — https://www.youtube.com/watch?v=DI8LJQkkv8A&list=RDDI8LJQkkv8A&start_radio=1

В общем, создалось у меня впечатление, что больше гвардейцы меня задирать не будут, ибо после некольких песен я как бы комбатом стал. И у меня под рукой целый батальон отмороженных дам, которые любых гвардейцев порвут, если те рискнут до меня докапываться. Может выдаю желаемое за действительное?

Впрочем бал закончился мирно, а наутро мы уже загружались на корабли, так как родина ждёт своих коммерсов и дипломатов. Правда ещё один сюрприз всё-таки произошёл. Нарядная повозка с красивыми опозновательными знаками государственного уровня доставила какие-то бочонки, кожаные сумки и мешки.

— Это груз для мсье Оленина лично от Первого Консула Франции.

— Деньги привезли, Денис Дмитриевич, — сразу опознал поклажу Ланской, — тут наверняка и золото, и ассигнации какие-нибудь.

Зашибись, мать их, теперь все пираты Северного и Балтийского морей враз узнают какой ценный корабль на просторах появится с минуты на минуту. И как это пережить, спрашивается? Впрочем курьеры сообщили, что на выходе в Ла-Манш будет ждать военный корабль, который станет нас охранять до самого Петербурга.

— Степан Сергеевич, лучше бы они тайком в ночное время всё это сделали. Жест, безусловно, красивый и величественный, но зачем привлекать внимание?

Получается, что Наполеон поддержал свой имидж, уплатив миллион, но наказал меня за сверхвысокую цену сервиса. Теперь попробуй довези в целости и сохранности. Вижу что Куракин со Строгановым тоже обеспокоено репу почёсывают. И чёрт с ними с деньгами, но как бы жизней не лишиться на море. Может, хрен с ним, с морским путешествием? Пусть колобашки сами плывут по морям по волнам, а мы без них как-нибудь посуху вернёмся?

— Не получится, маркиз, нас срочно ждут в Петербурге со всеми подписанными документами, — сразу расставил точки над «i» князь Куракин.

— Есть другой выход, — поделился своей идеей Строганов, — до выхода в Ла-Манш нас явно никто не тронет, а там просто можно перегрузить маркиза с его деньгами на военный корабль и пусть добираются своим ходом. Вы же не против, Денис Дмитриевич?

И куда мне деваться? Всё верно, официальную делегацию нельзя подставлять, так что буду уповать на бога в одиночном плавании.

Колычеву определили рамки за которые он не может вылезать и наобещали с три короба, что на днях ему прибудет замена. На этом миссия закончилась и наша дружная компания отбыла в морской круиз, дабы порадовать Александра Первого положительным результатом. И хотя формально мы действительно разделились, но в Петербург прибыли без эксцесов и практически одновременно, попутно посетив Амстердам. А что делать, когда нужно ещё многим закупиться, коли выдалась оказия? Не всё нужное имеется в России в необходимых количествах, вот и потратили часть моего нового бабла, заодно заключив ещё кое-какие договора, теперь уже с голландцами.

Подозрительная хозяйственная активность русских наверняка вызвала подозрения в Европе, но никто нам не мешал. Те же англичане, в данный исторический период поумерили свои амбиции и беспредел на морях, надеясь на благополучный исход своей дипломатической миссии. У них действительно всё больше раскручивается проблема с продовольствием из-за непредвиденного ажиотажа, спровоцированного кем-то извне. Рядовых жителей оказалось сложно успокоить лозунгами класса «в Багдаде всё спокойно». Так что продовольствие постепенно и безвозвратно перемещается со складов в лавки, а из лавок в частные дома и особняки, причём сверх обычной меры. А так как холодильных установок у людей нет, то у излишне запасливых граждан кое-какая съедобная продукция вскоре начнёт приходить в негодность.

Обилие привезённых товаров явно удивляет светское общество, чем поделился в первые же дни после прибытия Строганов.

— Маркиз, все только и спрашивают, почему нет завоза роскошных нарядов и изысканных драгоценностей. Интересуются и порой возмущаются, не понимая чем мы с вами там занимались. И почему попусту время потратили, — расхохотался граф.

— Павел Александрович, я хотя бы свой сервис осуществлял при случае, а вы явно зазря съездили, — поддерживаю шутку друга.

А чего ещё скажешь, если понавезли каких-то станков (явно для черни), рабочих и измерительных инструментов (опять же для черни) и прочего «бесполезного» груза для той же черни. И ничего толкового для белой кости и голубой крови. Смешно сказать, но «маркиз, привезший песок и глину» явно станет мемом высшего уровня показателя глупости, как будто глины и песка в России не найти. Не удивлюсь, если Крылов соответствующую басню напишет, которая войдёт в учебники литературы будущего.

Тут ещё и целый корабль мехов (не весь, ясен пень, а лишь часть, но попробуй накинь платок на каждый рот) отправился в Париж. Вместе с двумя другими, затаренными пенькой, льном и прочей простенькой фигомотиной (из предназначавшихся англичанам). Глупейшим образом всё это выглядит, однако лыко из строки уже не выдернешь.

Опять же мальтийцы возвращаются, разгружаются, а затем загружаются и обратно отправляются — в общем круговорот товаров в Европе. Двору оно не интересно, поэтому с вельможами подробностями никто и не делится. Хотя сам император той же фигнёй мается, получив одобрямс со стороны французов.

Другое дело, что многие дружно ждут дня «Х», а именно середины июля, когда даже сенатская комиссия прервёт свои действия на летние каникулы.

— Бедолага Панин так и пребывает в Петропавловке, где для него организовано особое помещение из двух казематов.

Явно, что он уже де-факто приговорён, но де-юре расследование будет тянуться до сентябрьской коронации. Там, глядишь, под амнистию попадёт. Любят у нас «понять и простить», как закончилось с членами двух масонских лож проанглийской ориентации. Они хоть и остались без своих богатств, земель и людишек, зато получили свободу в конце концов и сменили вместе с семьями климат. Говорят, что в Сибири он очень полезен для очищения мозгов, но сам в этой реальности там не бывал и не знаю как оно на самом деле.

Зато побывал на личной встрече с императором, причём в том самом кабинетике затрапезного вида на втором этаже. Неохота сверкать на виду у придворных, вот и играем с Александром в таинственность.

— Ваше величество, вот два личных секретных послания Первого Консула, — протягиваю бумаги государю.

— Благодарю, маркиз д'Эсте, позвольте я с ними ознакомлюсь.

Сижу, молчу, жду спокойно…

— Ну, что же, очень даже хорошо, — царь не делится со мной содержанием, да и я не рвусь узнать тайны, — пожалуй так и поступим.

По-прежнему отмалчиваюсь, ожидая вводных.

— Скажите, Денис Дмитриевич, а какие у вас планы на дальнейшее? Не желаете ли стать военным советником, дабы помогать мне реструктурировать армию и вооружения? Дело в том, что Наполеон оценил ваше глубокое понимание в этом деле и очень доволен беседами с вами, считая их полезными и своевременными.

— Благодарю, ваше величество, но хочу заниматься промышленно-хозяйственной деятельностью и кое-какими научными исследованиями. Это не менее важно для России на мой взгляд. Например, если удастся в ближайшие десять-пятнадцать лет создать противовоспалительное лекарство, о котором я вам рассказывал. А будучи на службе у меня не будет времени контролировать разработки подобного рода.

— Понимаю, прекрасно вас понимаю. Сам жалею, что в сутках лишь двадцать четыре часа, а у меня лишь две руки, — улыбнулся Александр, — и как не хватает столь инициативных людей, как вы. В любом случае, готов вас поддерживать во многом и даже оказывать необходимую помощь. Конечно, ныне вы стали одним из богатейших людей России, но вдруг понадобится поддержка иного толка, а не финансовая. Обязательно обращайтесь: хоть напрямую, хоть через гофмаршала двора Ланского.

Мы ещё потолковали о том о сём, после чего меня выпроводили через тот же боковой вход. Ну, а десятого июля состоялся торжественный приём на котором всех членов миссии во Францию наградили. Мне достался орден Анны и теперь я местный оденоносец. Мало того, меня ещё и графским титулом оделили и отныне я граф Оленин, а не фигня всякая.

Между прочим, это реально не хухры-мухры. В России есть эдакое юридическое (даже не знаю, как правильно назвать) обоснование, именуемое «Жалованные грамоты дворянству и городам». И там всем всё расписано о том, как ходить, как ездить и многое прочее. Теперь, например, могу иметь четыре лошади, впряжённых в карету, а всякие купцы третьей гильдии могут лишь одноконно разъезжать, как крестьяне какие-нибудь.

Вам смешно, а мне с этим жить. Шутка ли, но какой-то чинуша из неведомой мне канцелярии уже дал название моему будущему городку — Малая Охта. Ну да, ходило иногда в тех местах такое название по поводу Окервиля, но все вышестоящие главначпупсы подписали, даже не задумываясь и со мной не посоветовавшись. И теперь мои земли подпали под «жалованную грамоту на права и выгоды городам Российской Империи». Это очень серьёзно, так как дали пять лет на обустройство, а потом могут и спросить, ежели будет несоответствие «городовому положению» и всяким другим юридическим вывертам. Тут тебе и соблюдение «благочиния» (считай, полиция), и права обывателей и многое другое.

Главное, я уже и отвертеться не могу, по крайней мере целую пятилетку. Правда, потом имею право передарить его императору, чтобы скинуть с плеч административную обузу, но как-то немного не по себе.

Хорошие барыши удалось нажить на продаже всякоразных мехов в Париже, очень хорошие, а чтобы обратно не пустыми возвращаться понабрали французского вина в бочках. В основном из провинций Коньяк и Кагор, так как шампанское ещё не совсем такое, как в моё время в будущем. С одной стороны неигристое вино давно уже всякие короли для своих празднеств закупают в Шампани, а вот с игристым кое-какие накладки имеются. От самовзрывания избавились, но оно какое-то мутное, а не прозрачное. Совсем не похоже на то, какое пьют с горла гусары в фильме «Война и мир».

Жаль, что сделка по сути одноразовая. Всё-таки Россия воевала с Францией, поддерживая англичан и австрияков и лишь в прошлом году с этим покончила. Вот и образовалась дыра в поставках, которую мы со Строгановым закрыли. Ну и вина слишком до фига завезли, надолго хватит. Денег-то полно и я их воспринимаю, как рояль, а не как по-честному заработанное. До сих пор не пойму чего Наполеон расщедрился. То ли от инфы по поводу его ляпов со вторжением в Англию из-за проблем с транспортными кораблями и их экипажами, состряпанными на скорую руку. То ли выполнив личное секретное поручение Александра, которое он даже Куракину не доверил. То ли ещё что-то чего я сам не догнал, но на корсиканца повлияло в беседах.

Есть ещё накладка с заработанными средствами — мои планы в некоторых разработках сожрут огромное количество денег без отдачи, что ни говори. Вон, Кулибин и свой полигон уже создал, а к нему и различные мастерские заканчивает. И всё это реально дорого, особенно высококачественное заморское оборудование. Ну нет пока на Руси собственного приемлемого станкостроения, поэтому приходится пользоваться импортным. Прикольной была последняя беседа на днях.

— Уважаемый Иван Петрович, не могли бы вы разработать в ближайшие годы ракетоносец на паровом ходу?

И как изобретатель должен реагировать на такую просьбу?

— Могу, ваше сиятельство, но сначала поясните что к чему, а то слова вроде знакомые, но никак в понятное не складываются.

Хорошо, что есть изобразительные возможности, чтобы примерные рисунки накалякать, дабы проще объяснять было.

— Это судно малых размеров не имеющее парусов, — уже выглядит как чушь на постном масле, — движение обеспечивается вот такими колёсами по бокам, которые вращаются благодаря работе паровой машины, установленной в корпусе корабля. На палубе находятся ракетные установки, а сама палуба покрыта железом во избежания возгорания при запуске ракет.

— Денис Дмитриевич, а зачем сиё чудище вам нужно? Вражеские линейные корабли и фрегаты враз его потопят в бою.

— Оно манёвренно и не зависит от направления и силы ветра, зато дальность поражения целей намного больше, чем у пушек.

— А силы паровой машины хватит, чтобы тягать такие суда? Опять же уголь для неё нужно будет с собой возить, а он место занимает и весит знатно.

Так потихоньку мы согласовывали техзадание, несмотря на разные взгляды на то, что именно сейчас целесообразно. Например, Кулибин согласен что пришло время пара и рад возможности улучшать паровые машины за мой счёт. Готов даже со временем построить целый завод по разработке и изготовлению паровиков. Но он видит их пользу в промышленности, чтобы заменить водяные колёса в качестве привода на предприятиях. А вот военные цели как-то ему не по душе.

— Ваше сиятельство, так может вашими ракетами лучше усилить береговую оборону, а не ходить в морские походы к вражеским берегам? Наземное и понадёжнее будет, согласитесь.

— Дальние походы я не предполагаю, а вот вспомогательные ракетные суда помогут той же самой береговой обороне в портах. Другое дело, что с годами, когда освоим устойчивость и плавучесть таких кораблей на морях, то будут они сопровождать наши торговые караваны.

— А где для них уголь брать, когда будут вдали от наших берегов? Небось с собой нужно будет возить, а тогда полезному грузу места не останется.

— Помилуйте, Иван Петрович, так на ракетоносце полезный груз это запас самих ракет, плюс запасные части для установок, плюс то, что может понадобится для ремонта паровой машины, плюс продовольствие для экипажа. Для угля места будет в достатке, даже если сами суда будут лишь на сто пятьдесят — двести тонн грузоподъёмности.

В общем, помаленьку сошлись в понимании и великий инженер согласился с моими доводами, подкреплёнными охренительной суммой денег. Заодно выцыганил у меня средства на персональную пристань с верфью по соседству со своим полигоном и хозяйством. Мне не жалко, ибо Нева длинная и пустого места на ней пока полным-полно. Так и получилось, что Колочки стали «кулибинскими» и «мирно-военными». Это я к тому, что там заканчивается строительство базы для подготовки охранников нового типа, чтобы было начинающим сотрудникам Службы Безопасности где жить по-людски, и где тренироваться, и всякие вспомогательные склады и иные хозслужбы размещать.

А мегатонны французского песка и глины отправили в Окервиль, поближе к кирпичным заводам. Пусть пробные суперкирпичи со временем изготовят, чтобы экспериментальную печь сложить и посмотреть какие температуры она выдержит при плавке. Заодно и парочку учёных туда же отрядили, дабы попытались разобраться чем сегюрский песок отличается от обычного. Ох, чую что рано или поздно будет свой металлургический завод в Окервиле, благо демидовского чугуна могу позволить себе закупать сколь душеньке угодно.

К коронации различный народ начал подготовку заранее, особо предусмотрительные уже во второй половине августа начали перемещаться в Москву. И это не только придворные, но и всяческие другие дворяне и помещики. Ясен перец, что сами ехали на каретах, но вспомогательный багаж везли на повозках. В общем, толпень была такая, что порой за день в Москву въезжало несколько тысяч экипажей. И где на всех место для проживания найти, коли не у всех имелись собственные хоромы во второй столице империи? За шесть недель в течении которых длилось действо столько съели и выпили, что на экспедиционный корпус наверное хватило бы.

8 сентября подъехали император с императрицей, дабы начать непосредственную подготовку к важнейшему событию начала девятнадцатого века в России. Возле колокольни Ивана Великого устроили амфитеатр, возле собора — подмостки. Ну и как положено билеты продавали, правда не лично государь с государыней (людей на это дело поставили). Небось каждое попадание им под нос того или иного придворного за «просмотр» засчитывалось. Набрал тыщу просмотров и ты Хабиб с «Ягодой-малинкой» (826М на сегодня) — имение дадут, а то и по шее.

Церковный обряд отправлялся архиепископом Серафимом по образу и подобию, как Павла Первого короновали. Так что Александр стоял в генеральском мундире безо всяких церковных покрывал. По возвращении во дворец зачитали манифест, в котором перечислялись милостыни, данные народу по случаю коронации: сложение штрафов, прекращение ряда уголовных дел, прощение беглым, повышение жалованья и всякая прочая словесная эквилибристика. Кого нужно даже наградили, а затем все дружно перебрались в Грановитую палату, где была накрыта поляна с явствами и запеканкой.

Но странным образом амнистия не коснулась графа Панина, хотя многие на это рассчитывали. Честно говоря, сам Панин тоже на неё рассчитывал, поэтому кое о чём держал язык за зубами, дабы не подставлять некоторых сильных мира сего. Теперь надежды нет и ему стало нечего терять. Так что Макарову нужно усилить контроль над пленником правосудия, чтобы не случилось какого-нибудь самоповешения или самоотравления. Всё-таки мало просто знать имена врагов семейства Романовых, нужно ещё и обосновать обвинения против них показаниями авторитетных личностей. И если Александру не жаль было генерала Бенингсена, то генерал-адъютанта Уварова как-то грустно было бы потерять.

— Ваше величество, вам безусловно виднее. Может быть Фёдор Петрович больше не примкнёт к заговорщикам, коли таковые объявятся. Или даже выступит против них.

— Меня другое смущает, Александр Семёнович…

Молодого царя смущало его собственное поведение, когда убивали отца. С одной стороны, заговорщики подняли руку на императора, что претило его личным устоям. Но с другой стороны, ему казалось что отстранение Павла Первого принесёт пользу и лишь взвалив на себя ношу, до Александра многое начало доходить совершенно под другим углом. С каждым месяцем приходило понимание груза и ответственности, а также осознание, что вводить правильные реформы это не так просто, как казалось. И не все готовы их принять.

Кроме того, его давило чувство, что всех участников заговора следует наказать, но непонятно как именно. В Реальной Истории он потихонку подвергал опале одних, оставляя других возле себя. Понимая что это не совсем справедливо Александр Первый, в итоге, сам ушёл от власти в 1825 году. Сейчас же события шли несколько другим путём, так как картинка переворота пополнилась ещё одной трактовкой возможного. Таковой поделилась маман ещё в апреле этого года.

— … а если бы я отказался принять власть таким образом, то меня тоже убили бы той же ночью? Или всего лишь заставили подписать отречение в пользу Константина.

— Трудно оценить несостоявшуюся ситуацию, ваше величество, но показания свидетельствуют что и такое было возможно. А при отказе великого князя Константина Павловича заговорщики пришли бы к государыне-императрице, дабы потребовать создания Регентского совета с их участием в нём.

Получается, что сам Александр фактически спас свою семью от кровавой резни тем, что согласился принять власть. Но это не избавляет его от того, чтобы покарать всех участников заговора, всех до единого. Понятно, что опасно делать это открыто и наказать сразу скопом, у них слишком велика поддержка в разных слоях дворянства и в той же гвардии. Но точечными действиями это можно и нужно сделать. Никто не должен уйти от высшего правосудия, каким бы защищённым себя не чувствовал.

Кроме того, в действие вступило ещё одно — негласное наказание потерей имущества членами семей убийц императора и прочих заговорщиков. Это чтобы на будущее новые враги императорской династии знали, что в случае провала они не обойдутся лишь казнью их самих. Все, кто их окружали будут разорены. В результате, многие несколько раз подумают перед тем как примкнуть к очередному заговору. Никакие уложения о «жалованных грамотах» не спасут их жён, детей и близких родственников.

Вон, семейству графа Палена оставили лишь одно имение на всех, да и то урезанное, а его дети лишились любых перспектив на будущее. То же самое предстоит Паниным, граф не отделается лишь смертью, пусть даже случайной. Имущество и поместья членов обеих русских пророзенкрейцерских лож постепенно «национализируется», хотя процесс сознательно растянут на месяцы, дабы не привлекать особого внимания общества. Английские розенкрейцеры, проживавшие в России, частично сбежали, бросив всё, остальные испарились в застенках у Макарова, не забыв перед этим поделиться нажитым. Даже их духовный лидер подсказал где в Европе кое-что имеется в обмен на кое-что безумно ценное для него время от времени.

Настал черед Бенингсена и Уварова, коли Зубовых пока опасно трогать.

Весь октябрь, как я понимаю и вижу, народ занимается завершением года пока дожди не нахлынули с переходом совсем в холод и снег. Ну и остатки урожая добирают, если таковой имеется. Мои владения сия тенденция тоже не обошла стороной. Свекловица, картоха, кукурузий и даже трава, которая под руку попалась, собраны и складированы. Часть полей была лишь подготовлена и простояла под паром, чтобы на следующий год было куда высаживать всё то, что на семена выращивалось.

Обе базовые фабрики полностью готовы, оборудованы и уже работают в тестовом режиме, дабы работники дошлифовали свои умения должным образом. Лучше не форсировать производство товаров из льна и пеньки, пока История дала время на более тщательную подготовку.

На Окервиле уже начался выпуск стройматериалов, аж сердце радуется. А как оно у Расторгуевых радуется, так не передать.

— Ваше сиятельство, кирпич такой получается, что другие обзавидуются. Уже и покупатели со стороны приглядываются, желая заказать для себя на следующий год.

— Так мы, Никита Петрович, не для продажи на сторону его производим, вы же знаете.

— Знаю, Денис Дмитриевич, прекрасно знаю, — подтверждает Погодин, — но приятно что качество столь высокое. Не зря вы такие деньжищи вложили в дело, теперь для своих строек его вдосталь будет и не нужно больше на стороне искать.

Пока другие богатеи на балах и ассамблеях друг перед другом пыжатся, мы своими думками богатеем, заодно их внедряя и осуществляя. По переработке древесины тоже впереди планеты всей, именуемой Петербург и окрестности. Я не о количестве говорю, хотя на наши стройки более чем хватает, а о качестве. Да и все мои, причастные к делу, то же самое оценили. Золингеновские пилы, хоть и дорого обошлись, но на английском оборудовании обеспечивают нас широким набором всего, чего строительным душенькам угодно.

— На доски и прочее тоже покупатели объявились и уже торгуются, хотя я им и объясняю что всё для наших собственных строек пойдёт. Странные люди, считают что такое пояснение мы выдумали, дабы цену себе набить. А ещё двое приходили и говорили, что готовы у нас лес покупать, который сушится впрок. Мол, вы себе новый насушите, а нам он в самый раз будет и хорошую цену заплатим.

Поразительно, но на Руси лесов полным-полно, однако самым хитрым умникам нужна готовая древесина во всех ипостасях от брёвен до реек. Мы даже отходы научились утилизировать на топливо, так его тоже хотят приобрести. Что ни говори, но Петербург всё больше и больше требует всего, что жизнь обеспечивает, включая дрова. Так они и нам самим нужны.

Впрочем я за эти месяцы ещё и углём разжился на всякий пожарный. Сложновато, конечно же, вышло через третьи руки, да и несколько затратно, но меня устраивает. Есть в этой чёртовой Англии город Кардифф, вот я изначально и поручил своим разведать чем их уголёк хорош. Результат приятно удивил.

— Ваше сиятельство, ихний уголь оказывается меньше дыма и сажи даёт, чем любой другой. Только покупать лучше не в самом Кардиффе, а в Суонсе, где его добывают прямо неподалёку от порта тамошнего. Заодно он и дешевше получается, а ежели понадобится медь али иные металлы, так там же и их производят.

«Разведка» выявила ещё кое-что важное. Там можно серную кислоту покупать чуть ли не за бесплатно, она на некоторых предприятиях Суонси является отходом производства и её просто сливают в старые карьеры, гы-гы. Так что через посредника, якобы из Швеции, удалось наладить связь и поставки угля и кое-чего ещё в нужных нам объёмах. А как только эмбарго снимут, так сразу спрямлю линию торговой связи, а заодно помогу валлийцам чем бог послал. У них же продовольственный кризис, а у меня уже затарены и хлеб, и мясопродукты, если понадобятся. Не удивлюсь, коли на первый год-другой англичане ещё и ввозные пошлины на продукты питания отменят, лишь бы социального хаоса избежать.

Ближе к середине октября прибыли три аглицких торговых судна под флагом Батавской республики (так ныне Голландия называется). Хорошо, что кое-какие склады заранее зарезервировал, а то задолбался бы со скоропалительной перетранспортировкой по другим сусекам. Зато, заплатив сразу огромную сумму, стал обладателем всякоразного добра из Индии по относительно дешёвой цене (особенно по сравнению с будущей розничной, конечно же). Теперь я заглавный индус всея Петербург, во как.

Жаль, что такие сделки являются редчайшим явлением. Обычно-таки всё упорядочено, что ни говори. И пора готовиться к переходу из перекупов в производители товаров, благо парусная ткань и канаты сами себя не изготовят. На следующий год ещё и свечной заводик с мыловаренной фабрикой построим, чтобы русское народное говяжье сало в дело пустить. Ну, а как дорастём до металлургии, то и металлопереработка станет по эту сторону гор, а не за ними.

Опять же за зиму будут скомплектованы ещё несколько строительных бригад для которых «малая механизация и импортные орудия труда» уже завезены. Чую, что складирование — это наше всё на ближайшие годы. Учитывая то, что логистика включает в себя ещё и транспортные выкрутасы (повозки, дороги и прилагающиеся к ним дураки), то следующий год будет совсем непростой. Хорошо, что лет через десять всё что надобно построим, но и тогда могут пригодиться строительные мощности с опытными кадрами и своим производством стройматериалов. Мало ли куда думки заведут, в какие дербеня. У кого-то денег куры не клюют, а кто-то стартапами преполняется — таков закон жизни, что первые со вторыми редко пересекаются по доброй воле. Это лишь дурной попаданец смог умудриться вляпаться в двоякость бытия с самого начала.

На очередное заседание Негласного комитета пригласили с отчётом генерала Аракчеева, как ответственного за развитие ракетного дела в России.

— Ваше величество, господа, мы провели второй этап испытаний ракет из листовой стали трёх калибров. Процент попаданий в цель повысился, разброс уменьшился. Самое главное, что они теперь летят всё-таки вперёд, а не куда попало. Конечно, на одну цель расход ещё большой, но более-менее приемлемый.

— Это хорошо, Алексей Андреевич, а каков результат по ракетам из чёрной жести?

— Дальность и точность выше, но они явно слабее. Крупные калибры невозможны, лишь небольшие имеют смысл.

Ничего не поделать, ибо заря ракетостроения, поэтому даже терминология не разработана. И пока плохо понятно чего именно добиваться следует. С майсурами не посоветуешься, а с европейцами опасно даже тем, что имеется, делиться.

— Господа, с учётом времени изготовления ракет и их стоимости можно за зиму произвести партию ракет и установок для их запуска для кронштадтской обороны. Ну и продолжить разработку и усовершенствование этого вида оружия. Всё-таки дальность боя превосходит артиллерийскую, а это очень важно. По дальности будем иметь преимущество перед пушками вражеских кораблей, проигрывая в меткости.

Вообще-то майсурские ракеты состояли из железной трубки, закрытой с одного конца, и прикреплённого к ней бамбукового стержня длиной более 1 м. Железная трубка содержала чёрный порох, действуя и как камера сгорания, и как ударный элемент. Длина ракеты — около 20 см, диаметр — от 4 до 8 см, дальность полёта — до 2 км. Эту мелочь майсуры использовали ещё в восемнадцатом веке против англичан. Полевые пушки уступали в дальности.

Если сравнивать более крупные калибры, то 4,5-дюймовая ракета весом до 32 кг могла пролететь до четырёх вёрст, тогда как четвертьпудовый (то есть стрелявший снарядами в 4 кг весом) единорог бил примерно на 1200 метров. Вот мастера под руководством Аракчеева и «играли» с размерами, весом и разумной дальностью вариантов ракет.

— Ваше величество, следует учитывать ещё один немаловажный фактор. Корабли всё-таки подвержены качке, а значит их орудия тоже дают разброс при стрельбе. Наши установки как-никак стоят на земле, что немаловажно. Мы можем начинать ракетный обстрел намного раньше, чем противник в состоянии будет ответить.

— Понимаю, генерал, пожалуй приступайте к массовому изготовлению. А когда разработаете более хорошие ракеты, то можем имеющийся комплект отправить в какой-нибудь другой порт для его обороны.

Ни император, ни члены комитета, ни приглашённый на заседание генерал даже не могли представить, что дальность боя ракет будет превалировать над орудийной ещё полвека. Они все воспринимали новое средство борьбы с кораблями, как вспомогательное и не очень значительное. Мало того, но в столь специфических местах, как шведский берег Зундского пролива понадобится оборона самого ракетного дивизиона, а то не дай бог враги какой десант высадят, гы-гы.

— Ваше величество, — внёс предложение Новосильцев, — слышал, что граф Оленин тоже имеет какие-то идеи насчёт усовершенствования ракет.

Лёгкий вброс, чтобы припахать богатого человека к делам Отечества.

— Я знаю, — тут же встрепенулся Строганов, — они с Кулибиным уже задумали вместо противовеса обеспечивать ракеты крылышками. Правда, чтобы качественно получалось, стоимость взлетела чуть ли не в десять раз.

— Павел Александрович, когда сделаю вашего торгового партнёра князем Ревельским, то пусть за свой счёт построит ракетную оборону порта. И нам экономия, и ему повышение в титуле.

Вроде государь пошутил, но Новосильцев внутри себя то ли порадовался (за сохранение части казённых средств), то ли поёжился от перевода из грязи в князи знакомого выскочки. Зато граф Строганов обрадовался.

— Быстрее бы уж сделать маркиза хозяином Ревеля. Он там и мальтийское торговое братство организует, и оборону наладит, и флотилию создаст.

— Граф, неужели вы думаете, что маркизу д'Эсте это будет в радость именно сейчас? Насколько я осведомлён, у него пока не завершены планы обустройства Малой Охты, — усмехнулся Александр, — куда ему ещё одна серьёзная нагрузка?

— Так Денис Дмитриевич именно под нагрузкой находит выход из любого положения. А Малую Охту он всё равно будет обустраивать лет десять-двенадцать.

Где-то там наверху меня самым бесцеремонным образом «женили», но я об этом лишь позже узнал, а пока правил в своей личной тьмутаракани лёжа на боку. Вроде идёт своим чередом так и незачем самоподпиныванием заниматься. Пусть у царей головы болят за всё вокруг, а мне и в своём уголке да на личной завалинке неплохо.

Зато государь всерьёз занимался реформированием армии и всего что к ней относилось. Генерал Багратион со своими солдатами уже укреплял Кавказскую оборонительную линию, создавая форты и постепенно усиливая их. Сопутствующий ему Валериан Зубов рвался пройти огнём и мечом хотя бы по землям черкесов, но строгие рамки, установленные императором, мешали проявить инициативу.

Странно, но именно мирные оборонительные действия Багратиона потихоньку ограничивали возможности набегов. Всё-таки «блокпосты» получались зубастыми, а их взаимодействие постепенно усиливалось за счёт мобильных отрядов великолепно стимулированных солдат. Нечто вроде древнеримской армии, когда ветеранам выдавались земельные наделы на окраинах. И это были уже не казаки с их образом жизни и укладом, а нечто новое в Российской империи пока ещё не имеющее названия.

В преддверии возможного подписания субсидного договора о русской защите Ганновера начались прикидки по формированию ещё одного корпуса, а по сути стотысячной армии. Чтобы восполнить недостачу бойцов пришлось провести рекрутский набор, а то арифметика уж очень оголяет общую оборону. Двадцать тысяч на Кавказ, тридцать тысяч (опять же солдат, а не казаков) в Азию, сто тысяч в Европу. Ещё и совсем ветеранов русской армии нужно пристроить после окончания срока службы.

— Ваше величество, — внёс предложение Строганов, — им имеет смысл давать наделы в Литве на границах. Всё равно там будем строить форты и фортрессы, которые лучше снабжать за счёт местных. А если литовцы не хотят жить в России, так пусть переселяются в польские земли.

Граф слишком вольно предлагает решить проблему мятежников, искренне считая что людей можно туда-сюда двигать, как пешки на шахматной доске. Зачем применять силу, когда те же османы, например, пользовались экономическими рычагами. Хочешь быть условно «русским» — платишь одни налоги и подати, хочешь оставаться условным «поляком» — плати больше. А люди сами разберутся чего их душеньке угодно. Тем более, что в Литве есть не только литовцы, но и литвины, которые вообще-то белорусы этнически. И у них вообще свой уклад, отличающийся в некотором смысле от литовского. А выселять имеет смысл лишь явных мятежников, нарушающих закон и порядок. Причём не в Сибирь, а как раз-таки в Пруссию и Австрию, то бишь Польшу. Пусть там поднимают оружие против властей.

Александр Первый аккуратно довёл свои взгляды на национальный вопрос и сложности имперских окраин. Где он понабрался такого так и оставалось за кадром, но перечить ему никто не собирался. В конце концов, на то он и император, чтобы иметь своё превалирующее мнение. Всё равно система ценностей в России меняется в последнее время, а к чему она приведёт очень сложно загадывать.

Реформа Русской армии велась аккуратно и осторожно, используя метод научного тыка лишь в экспериментальных подразделениях, а не «всё скопом». Так, например, император поручил рекомендованному ему М. Сперанскому создать отдел, набрать помощников и разработать за шесть месяцев «Новое снабжение армии интендантскими службами». Выглядит необычно и непонятно, но зато будет с чем сравнить в будущем, то бишь, с обычным снабжением.

Определённую роль в этом назначении сыграло то, что Михаил Михайлович довёл до государя некоторые свои проекты по переустройству государства. Весьма обстоятельный подход заинтересовал царя, который решил своеобразным способом проверить столь одарённого советника-мыслителя.

— Коли Сперанский покажет себя как следует, доверим ему более серьёзные вещи, — пояснил император своё решение членам Негласного комитета.

Ещё одной инновацией, но сугубо частичной, а не массовой, стало решение комплектовать егерские подразделения «охотниками», а не обычными рекрутами. Под этот эксперимент подпал в первую очередь лейб-гвардии полк Рачинского.

— Всё-таки, господа, лучше когда в армию идут те, кто желает, а не по принуждению. Маркиз д'Эсте утверждает что отдача от таких солдат выше. С учётом того, что мы переходим на оборонительную доктрину, то стрелки важнее при защитной тактике. Нам в наступление не идти, а значит им и линейная тактика не нужна, пусть отстреливаются из оборонительных сооружений, — авторитетно заявил Александр.

— А как же героизм при штурме? — сразу проявил недовольство Новосильцев.

— Так нечего штурмовать, Николай Николаевич, своё нужно защищать и тратить боеприпасы, а не солдат.

Переданное мне на базу для подготовки подразделение егерей подверглось ещё одному эксперименту по структуре армии. Из них был создан «взвод» из тридцати пяти человек: офицер во главе, старший унтер в качестве заместителя, три унтера для непосредственного командования отделениями по десять стрелков. По идее, в будущем четыре взвода будут составлять роту, а три роты — батальон со вспомогательными подразделениями. Но до такого ещё учиться, учиться и учиться.

Ну, а в качестве нового стрелкового оружия к нам уже поступают новые винтовки «а-ля Фергюсон» с Сестрорецкого завода. Правда подвергшиеся некоторым усовершенствованиям, как нашими мастерами, так и тремя оружейниками из Америки.

Не всё котам масленница случается, иногда и обломы происходят. Так, например, люди Александра Первого, которых отправляли в Америку, чтобы попробовать найти оружейника Джона Холла и пригласить его в Россию, такого гансмита не нашли. Хорошо, что ещё и другие задачи им поручил русский царь, а то совсем грустно было бы. Вместо оружейника Холла люди императора познакомились в Штатах с архитектором и механиком Уильямом Торнтоном, который возглавляет американский Патентный Офис (первый суперинтендант). Именно через него удалось разжиться не только различной патентной информацией, но и тремя толковыми гансмитами, желающими воплощать в жизнь свои идеи и разработки. Американцы согласились на несколько лет перебраться в Россию, где им предоставлены все условия для творчества.

Да, как ни странно, но ныне умы притекают в Россию, а не сбегают из неё при первом удобном случае. И этим следует воспользоваться в полной мере, а то и сделать регулярным процессом. Всё-таки поддержка изобретательской деятельности государством многое значит.

Ещё одна составляющая военной реформы касается длительности срока службы для нижних чинов. Конечно, отслужившие свой срок быстро находят своё место под солнцем, причём лучше чем крепостной крестьянин. За счёт грамотности они устраиваются на более-менее приемлемые места и обычно селятся в городах, создавая базис для формирования будущих пролетариев. Вот только в 45–50 лет сложно рассчитывать на долгий срок «использования» столь специфических кадров.

— Господа, если мы снизим срок службы до двадцати лет, а затем до пятнадцати, то получим вполне приемлемых специалистов на долгие годы.

— Ваше величество, но тогда придётся больше рекрутировать народу, чем обычно, — опять проявил недовольство реформой Новосильцев, — уменьшаем количество рабочих рук в экономике.

— Николай Николаевич, у нас основной набор идёт за счёт крестьян. Мы слегка ослабляем сельское хозяйство, но его в России чересчур много. И не всем крестьянам хватает пахотных земель, как вы знаете. Вон, англичане вовсю улучшают своё сельское хозяйство, что высвобождает рабочие руки для их развивающейся промышленности. Кроме того, крепостные, попав в армию, становятся вольными людьми, а сокращение крепостничества это именно то, за что мы с вами ратуем. Да, оно идёт не через манифест об отмене, но тоже даёт определённые результаты.

Получается, что армейская служба приносит не только минусы в жизнь людей, но и определённые плюсы.

— По количественному составу армии и с учётом двух специализированных корпусов получается, что нам нужна общая численность на ближайшие пять лет порядка 450 тысячи человек. В первую очередь следует усилить оборонительную западную линию от Балтийского до Чёрного моря, особенно на границе Польши и Литвы. Вплоть до создания вдоль неё укреплённых районов с выделением тамошних наделов отслужившим свой срок старослужащим.

Пока непривычна забота, выраженная столь странным способом, но император не собирался идти на уступки в этом вопоросе. Окраины империи должны стать могучим барьером, включая даже заселение их ветеранами, иначе в будущем возможны мятежи. На этой ноте заседание Негласного комитета закончилось, но предстояло ещё то же самое утвердить на совещании Непременного совета.

В самом конце ноября Финский залив замёрз, а навигация прекратилась. Впрочем многие английские торговцы успели-таки сделать по рейсу, чтобы хоть как-то помочь родине, а заодно и нажить пенс-другой на высоких ценах. Годовую норму товаров не смогли купить, но несколько облегчили нынешнюю жизнь части британцев. Заодно и все мы, причастные к спекуляции века, понаблюдали за продажами русских купцов-поставщиков и просто производителей. Всё-таки насколько легче торговать, когда покупатели нос не задирают и не кобенятся, выжидая цены подешевле, а товар покачественнее.

— Спесь-то сбили с лимонников окаянных…

— Оказывается можно и по боле высоким ценам торговать даже кораблей своих не имея…

— Говорят из Риги все запасы со складов вывезли…

— Ох, как бы оне новых поставщиков не нашли на будущий год…

— Было бы где взять, так давно бы там купили…

Определённый разброд в мнениях и шатания, конечно, наблюдались, но основная масса торгового люда поверила в светлое будущее. Как-никак английские трейдеры брали не только продовольствие, оплачивая спекулятивные цены, но и всякое другое сырьё, причём не особо заморачиваясь с качеством. Полностью преодолеть британский экономический кризис не удалось, но хотя бы основные дыры в экономике довелось частично заткнуть.

Правда теперь в Лондоне другой серьёзный вопрос беспокоил как лидеров тори, так и рядовых парламентариев. Ост-Индская компания нещадно критиковалась и подозревалась во всех мыслимых и немыслимых грехах. Попытки фракции «набобов» (от индийского титула «наваб») хоть как-то объясниться неизбежно проваливались. Да и что могут сказать в своё оправдание люди, работавшие в Индии обычными чиновниками Компании, но возвратившиеся в Англию (выйдя в отставку) безумно богатыми людьми.

— От трудов праведных не наживёшь палат каменных! — пусть и в английской трактовке звучало в речах критиков от тори.

Проблемой являлось то, что и многие виги ни шиша не имевшие от Индии, также возмущались и в тех же выражениях.

— Сэр Генри, ситуация сложная, — переживал бывший премьер-министр Великобритании, Питт-младший, — Ост-Индская компания предоставляет займы правительству. Без их денег у нас сразу начнут возникать многие сложности. Кроме того, войну в Египте вела и успешно закончила англо-индусская армия, как пример. Чай, хлопок и шёлк опять же поставляют компанейские корабли.

— Сэр Уильям, но их могут доставлять нам и другие торговцы, — резко отреагировал Аддингтон, — в чём разница?

— Именно в значении слов, дорогой друг. Компанейцы имеют мощные налаженные связи с индийцами, а другие трейдеры такого не имеют. Поэтому им будут продавать готовые изделия, а не тот же хлопок-сырец, например. И за тот же чай в Китае обычные торговцы будут платить серебром, а компанейские платят опиумом, производимым в Бенгалии. Вы чувствуете разницу?

Премьер-министр Генри Аддингтон, будучи несколько простоват с трудом понимал смысл того, что говорил его старший друг. И не потому что был глуповат от природы, а просто считал белое белым, чёрное чёрным и совершенно не стремился разбираться в пятидесяти оттенках серого. Ему проще было разрубать гордиевы узлы по мере их поступления. (Хотя мы с вами, дорогие читатели, уже прекрасно знаем, что рубка узлов не приводит к развязыванию, а всего лишь увеличивает их количество, пусть и меньшего размера).

— Но ведь Компания утаивает львиную долю своих доходов, не декларирует их и тем самым не доплачивает в казну пошлины и налоги. Полный перевод этой коммерческой организации под правительственный контроль сразу решит множество проблем и изрядно обогатит казну.

— Да, сэр Генри, но это случится лишь один раз. В 1784 году она была передана Контрольному совету, что дало одноразовый эффект. Но компанейцы тут же перестроились, негласно введя в свои ряды членов совета, и всё вернулось на круги своя.

— Тогда нужно лишить её торговых привилегий и пусть истину выявит конкуренция в конце концов.

Лидеры страны пытались хоть каким-то образом выпутаться из паутины, созданной Ост-Индской компанией, но ни к чему толковому так и не подошли. Как обуздать «лернейскую гидру» которая имеет много голов и отрубая очередную с ужасом видишь как на её месте вырастают сразу три новые? Тем более, что попытки свободной конкуренции торговцев закончились ещё в 17-ом веке запретом «интерлоперов». Их деятельность была объявлена «сбиванием цен», да ещё и в пользу… голландцев.

Хотя, безусловно, оставались те, кто занимался по сути контрабандой и их количество могло резко увеличиться в размере. Бомбейская эскадра в 1801 году ещё не так сильна и велика, как станет к середине девятнадцатого века. Зато число владельцев торговых судов, недовольных ограничениями накладываемыми компанейскими чиновниками на их «свободную торговую деятельность», увеличивалось.

Король Георг Третий, желая пополнить свой карман через увеличение пошлин, уже облажался один раз, создав предпосылки для Бостонского чаепития. В итоге были потеряны американские колонии, ставшие независимыми Соединёнными Штатами. Теперь он настаивал на увеличении пошлин с индийских товаров, считая это лёгким выходом из положения и эдакой формой обуздания своевольной компании.

А то, что многие капитаны-владельцы кораблей в результате потеряют солидную часть своих прибылей никого из власть имущих 1801 года не волновало. В Багдаде всё спокойно, мать-перемать!

Декабрь накидал мне за шиворот кучу всякого разного: от начала прямых переговоров между Францией и Англией до указа царя-батюшки о разрешении продавать земли всяким недворянам. Мало того, лично мне сообщили что некий Мордвинов именно мой опыт в Малой Охте привёл в пример «для общественной пользы». И как-то мимо проскочило то, что там побывала комиссия, поездила по моей территории и одобрила происходящее. Выходит, что попал в Историю сам того не ведая.

— Денис Дмитриевич, ваш чемодан тоже попал в Историю, — удивила меня Ланская, — государыня-императрица Мария Фёдоровна вместе с доверенными людьми организовала производство столь удобных вещей на колёсиках. Говорят, что лично первые колёсики делала, дабы образцы изготовить.

Охохонюшки-хо-хо! Тут оказывается высшее дворянство повадилось предприимчивость проявлять, а не ждать когда простолюдины этим займутся, да ещё и в Европе, обогнав в очередной раз Россию-матушку. Может сдвинемся с ленивой мёртвой точки наконец-то?

— А ещё она наругала вашего Кулибина, когда встретила у него на полигоне Алексея Гладкого. Мол, зачем переманил талантливого механика с Александровской мануфактуры?

Ну надо же, императрица тоже мои земли посетила, иначе как бы она столкнулась там с молодым соратником знаменитого Ивана Петровича? И где все они были, когда Кулибин собирался покинуть Петербург из-за проблем, долгов и невостребованности?

— Мария Васильевна, я настолько отдалился из-за торговых и промышленных дел от светских новостей, что даже неудобно как-то. Словно дикарь случайно оказавшийся в цивилизованном мире.

— Зато вас помнят и ждут новых песен.

— А ещё завидуют при дворе тому, как вы богатеете на торговле, — подключился к троллингу обер-гофмаршал, — земли никому не дают столько прибыли.

Во, блин, а откуда они знают сколько я зарабатываю?

— У вас так много складов с колониальными товарами, а также слухи ходят что вы уже владеете целым торговым флотом.

— Степан Сергеевич, помилуйте, я же имею в собственности лишь один. Остальные капитанам принадлежат, с которыми я сотрудничаю.

— Я-то знаю как обстоят дела, а люди думают по-своему. Вон, даже император распорядился сворачивать строительство военного флота и начинать строить торговые корабли по заказам купцов.

Есть такой нюанс нынешнего правления. Государь действительно приостановил закладку новых военных судов, разрешив закончить лишь те, которые строятся. А высвободившиеся мощности использовать для частных заказов. Не ясно к чему это приведёт, но оборонная доктрина явно оставит казнокрадов без части личных доходов. Или будут воровать у торговцев-заказчиков, лишившись реки казённых средств. Единственная разновидность военных кораблей которой будет уделено внимание — это канонерские лодки. Малые суда с одной пушкой, способные шхериться по шхерам Финского залива и прочим подобным выкрутасам прибрежной топографии.

Зато созданию пароходов уделено самое пристальное и доброжелательное внимание, включая солидное финансирование разработки соответствующих паровых машин.

— У мистера Фултона уже целый штат сотрудников и прямо неограниченные возможности, благодаря воле императора, — гордо отметил Ланской, — не удивлюсь, если уже через год будет готов первый пароход.

Вот это верно замечено. Когда всем миром, казёнными средствами и сворой специалистов наваливаются на что-то одно, то результат будет, если на всё другое (тоже необходимое) не отвлекаться. Царь несколько схитрил попросту сэкономив финансы, силы и людей на разных других программах столь популярных в бывшей России. Имперское величие, которое проявлялось дотоле в участии в различных завоеваниях и войнах, сжирало массу денег и энергии государственного уровня.

— Денис Дмитриевич, но Восточный поход как-никак это тоже величие и также требует средств, вам не кажется? — слегка слукавил обер-гофмаршал.

— Степан Сергеевич, так это необходимая программа действий не столь и дорогостоящая. Тридцать-сорок тысяч солдат невеликая обуза, тем более что она приведёт в итоге к явному улучшению торговли в Средней Азии. Наслышан, что англичане вроде готовы за свой счёт финансировать эту затею.

Прозвучавший нонсенс, как ни странно, имеет под собой основу, достигнутую дипломатическим путём. Через посла Гренвиля до аглицких властей довели прелюбопытнейший нюанс новой русской доктрины. Нечто вроде того, что русские не пойдут ни в какую Индию или хотя бы в Афганистан, пока Англия будет поставлять в Россию определённое количество хлопковых и шерстяных тканей по сниженным ценам. В ситуации, когда часть этого товара им не удаётся сбывать в ряде европейских стран, как в былые времена, сиё является своеобразной помощью британцам в поддержании соответствующей промышленности.

Конечно, лимонники могут просто позакрывать временно бездействующие предприятия и отправить работников в долгосрочный бесплатный отпуск. Коли на дворе кризис, так чего русским потакать? Уж лучше страдать по полной. Или фиг с ним, сохранить производство, пусть и не имея особой прибыли, как в прежние времена. Впрочем у них есть время до весны, а там сами сделают выбор, благо они вольные независимые люди и вправе прыгать вниз головой с любых утёсов когда им вздумается.

Званый вечер у Ланских так и прошёл в пустопорожнем трёпе предрождественского периода. Конец декабря я провёл в полной бездеятельности и встретил Рождество в окружении челядинов и сотрудников службы безопасности, распустив часть окружения по домам к семьям. Пусть проведут праздники со своими родными людьми, коли имеют такое истинное богатство. Это я одиночка, вот и сиротствую с такими же, так пока и не создав своё семейство.

Ура-ура, наконец-то 1802 год наступил, а я уже разуверился было. И всё как понеслось стремительно, что пришёл в себя лишь в сентябре не успев глазом моргнуть. Сапоги за сапогами, пироги за пирогами, кочерга за кочергой… Главное, что цел и невредим, хотя и впрягся в охоту за иллюминатами и поддерживающими их тремя ложами русских франкмасонов. Ох и любят у нас всё западное, которое выглядит загадочным и поэтому чем-то великим. Это же какие великолепные дули можно крутить в карманах, считая себя героем невидимого фронта.

Впрочем всё начиналось с обыденной слежки в первые месяцы года. Связи выявлялись и ставились под контроль, отдельных масонов время от времени вылавливали и подвергали «беседам» без применения пыток. Да-да, в плен брали лишь после определения того герой кандидат или трус, пусть и напыщенный. Крепких духом не трогали, ведя лишь пассивное наблюдение. Опять же нас с Макаровым интересовали лишь те, кто работал на австрийцев, а не просто выманивал деньги у богатеньких русских веривших в то, что они равны другим членам братства. Уж слишком была разветвлена организация, когда мы ей занялись, поэтому занимались лишь посильным трудом, а не битвой со вселенским злом.

Посол Кобенцль встрепенулся слегка лишь в конце марта, когда некоторые нестыковки выявили лакуны в сети. Мало ему было проблем дипломатического характера из-за упёртости русских по ряду важнейших вопросов безопасности Европы, так ещё и нужные контакты испарились. Нет, он конечно же знал, что Россия ввела оборонительную доктрину, но это выглядело как попытка ввести Наполеона в заблуждение. Буквально во второй половине января он довёл до вице-косула Кочубея первую домашнюю заготовку.

— Дорогой граф, надеюсь вы готовите субсидиарный военный корпус на случай обострения ситуации в Европе? Мы с уважением относимся к заключённому вами Пакту с Францией, но предоставление войск нам в аренду не означает вашего участия в боевых действиях, а значит не будет нарушением этого договора. Просто на время ваши солдаты станут нашими, не более. Все так делают.

— Уважаемый посол, дело в другом. У нас идёт реконструкция армии и количественный состав не предусматривает резервов для субсидных подразделений. Единственное то, что мы организовали субсидный корпус для Англии, который этой весной отбудет в ганноверские земли на несколько лет. А больше свободных солдат и офицеров у нас не имеется в наличии.

— Так неужели вам трудно набрать крепостных и сдать нам в пользование, это же помощь вашей казне.

От доводов русского графа австрийцу стало чуток не по себе.

— У нас имеется негативный опыт, когда ваш гофкригсрат саботировал поставки продовольствия нашим войскам. Теперь любыми поставками мы будем заниматься сами, не доверяя никому более. Опять же в ближайшие полтора десятка лет мы не собираемся отправлять наших солдат в западном направлении.

— Но как же так, господин вице-канцлер, а борьба с революционными идеями, разносимыми по всей Европе? Вон, французы основали на наших землях свою Цизальпинскую республику, её просто необходимо освободить. И вы должны быть в этом заинтересованы не меньше нашего.

— Милостивый государь, мы никому ничего не должны и это раз. Нам на ближайшие пятнадцать лет нет дел до итальянских земель — это два. А вот наши крепостные крестьяне нам как раз-таки очень нужны самим для своей хозяйственной деятельности — это три.

Посол ничего не понимал в происходящем. Россия, которой Австрия столько помогала выводя её в люди в Европе, совершенно отбилась от рук. Грязные варвары должны целовать не только руки дающие, но и ноги, а вместо этого чёрная неблагодарность. И кто, спрашивается, будет помогать княжествам и герцогствам Священной Империи, руководимой австрийцами? Эдак русские откажутся брать у англичан деньги взаймы, чтобы оплачивать наёмный двадцатитысячный корпус из немцев, например, в Баварии. Или ещё где-нибудь. И кто будет отвоёвывать Северную Италию, чьи солдаты?

— Но вы же обещали помощь сардинскому и неаполитанскому королям. Вас в Европе не поймут, если вы откажетесь от своих слов.

— Дорогой посол, наш император пока никому ничего не обещал, так что не выдумывайте. Все договоры заключаются лишь на выгодной основе, а не по-дружески. Если вы желаете отвоевать Северную Италию для себя, так действуйте сами, исползуя свои силы. Наберите собственных крестьян в армию, вооружите их и отправьте воевать. А мы предпочитаем заниматься внутренними делами, дабы обустроить покрепче нашу экономику.

Кобенцль понял, что разговор не задался и отпросился восвояси. Именно с этого момента ему пришлось активизировать свою сеть, по крайней мере, одну её часть. Ту, что должна была обеспечить давление на высокопоставленных чиновников и вельмож, как в прежние времена. Все средства хороши: от подкупа до шантажа. Жаль, что князь Адам Чарторыйский где-то в Турции, хотя он именно сейчас нужен здесь. Все же знают, что Россия спит и видит как бы отделить польские земли от Австрии и Пруссии, дабы забрать их под своё общеславянское крыло.

Если грамотно разыграть сию карту легонько намекнув русским о такой возможности в обмен на покладистость и покорность, то они наверняка ухватятся за такую кость. Главное, что намёки должны дойти до императора через его лучшего друга, польского князя. Пожалуй следует поднапрячь силами иллюминатов тех русских масонов, которые имеют влияние в русской Коллегии иностранных дел. Пусть отзовут Чарторыйского в Петербург, а уж здесь будет через кого довести до князя радостные вести.

Определённые сложности вызывала сложившаяся ситуация, как в Священной Римской империи, так и конкретно в Австрийской монархии. В принципе, в этот период в Европе был лишь один императорский титул и он принадлежал Габсбургам. Русский император европейским не считался, во как. Противостояние последних десятилетий с Пруссией разобщило немецкие государства, которых имелось множество, а войны с Наполеоном оставили Австрию в гордом одиночестве. Естественно, что это сказалось на казне императора Франца Второго, человека скупого и тщательного в мелочах.

Мир с французами привёл австрийцев к негативной оценке своего текущего положения и в данный момент им нужны были особые братские отношения с русскими. Особенно в сфере торговли, где прежде именно австрийцы имели положительный торговый баланс. Скупали сельскохозяйственные продукты и сырье: лен, пенька, воск, меха, а также кожи и древесина. Продавали русским галантерейные изделия, вино, шелк, оружие и инструменты. Стандартный подход, что ни говори. Теперь Кобленцу предстояло выдавить из русских всё что возможно в обмен на обещания дружбы. Потеря богатых итальянских земель резко сократило приток финансов в казну, а значит их нужно вернуть правдами и неправдами. Земли, ясен пень, тогда и деньги вернутся.

Весь этот «д'Эстетизм» не особо сказывается в моей жизни, но по-своему изредка влияет. Так, например, когда в январе некая Лионская консульта переименовала Цизальпинскую республику в Итальянскую, то мне прислали документы, подтверждающие что я всё равно остался тамошним маркизом. Ну и было сообщено, что президентом избрали Наполеона. Вице-президентом стал герцог Франческо Мельци, который лично мне прислал письмо навроде «письма дружбы», гы-гык. Призывал поддержать его идею «рисорджименто», то бишь, объединения Италии.

— Я то не против, но не знаю чем могу в этом помочь, — объяснил при встрече Ланскому, — денег что ли дать или создать в маркизате воинское подразделение?

— Даже не знаю, Денис Дмитриевич, но могу при случае спросить у его величества. Вдруг у государя имеются идеи, как сиё использовать?

И фиг бы с ним, но Первый Консул уже в начале марта прислал мне частное предложение (то ли с подачи Александра, то ли для своих хитрованских надобностей). Мол, может мне продать кусочек земель от Эсте через Ровиго аж до городишки Гуарда-Венета, который стоит на реке По. Всего лишь за 300 тысяч рублей (или 30 тысяч луидоров, но можно всё-таки рублями прямо в руки посла Эдувиля).

Вот и пришлось запросить уединенцию с нашим императором, дабы посоветоваться по столь странному поводу.

— Маркиз, я тоже не знаю чем это вызвано, — пояснял Александр, — но видимо Наполеон заинтересован вашими силами и вашими деньгами укрепить ту часть Италианской республики. Люневильский мир рано или поздно рухнет и австрийские войска пойдут через те края, чтобы взять под контроль устье реки По и низовья реки Адидже.

— Я понял, ваше величество. И как вы посоветуете мне поступить? Отказаться от «чести» или согласиться, а по ходу обустроить там очередной Русский Торговый Дом? Всё-таки вся река По открывается через Гуарду-Венету, а через Эсте можно торговать по той же Адидже почти на тысячу вёрст на север.

Государь внимательно вгляделся в имеющуюся перед ним карту региона и неожиданно одобрительно вскрякнул (выглядело похоже, по крайней мере).

— Очень и очень любопытно. Тогда через Чёрное море, Босфор и Адриатическое море мы можем доставлять кое-какие товары в устье реки По, а там через ваш речной порт… Денис Дмитриевич, а ведь может сработать, ежели часть нашего экспорта пойдёт в обход австрийских таможен. И французы поддержат такое, хотя бы назло австриякам.

Александр воодушевился собственным «наполеоновским планом» и продолжил.

— Пожалуй ради такой возможности мы вам выделим средства на обустройство того, на что рассчитывает Наполеон, и даже предоставим солдат для местной гвардии сколько понадобится. В общем, дайте ему согласие и начинайте готовить проект обустройства ваших земель.

Фига се, опять меня решили припахать для благого дела, хотя я пока не готов к таким глобалям. Присутствовавшие на аудиенции Ланской, Кочубей и Строганов только головами покивали в знак одобрения царской идеи. Вот я «посоветовался», блин. Придётся проект разрабатывать, чтобы интересы всех великих мира сего учесть.

— Вы правы, ваше величество, торговля с Австрией совсем невыгодна. Мои аналитики её изучили и ужаснулись. Вывозятся, допустим, шерсть, кожи и медь, а ввозятся шерстяные и кожаные изделия, товары из бронзы. Кроме того, часть нашего сырья австрийцы реэкспортируют в итальянские страны, получая как посредники хороший барыш. Через сухопутную границу регулярно перегоняется скот целыми стадами и отарами.

— Вот вы и сами видите какую пользу может принести транзит через ваш маркизат. Так что прошу вас очень серьёзно отнестись к предоставленным Италианской республикой возможностям, а мы со своей стороны поможем вам во многом. Кстати, наши специалисты пришли к таким же выводам по поводу экспорта в Австрию. Принято решение построить в южных районах дополнительные перерабатывающие предприятия, это несколько выправит положение.

Все вокруг, включая меня, правы настолько, что странно становится почему до сих пор всё остаётся по-прежнему.

— Жаль, что тамошние помещики не проявляют интереса к переработке своего же сырья, производимого на их землях. Нам из Петербурга сложно внедрять новые методы хозяйствования.

Это лишь констатация факта, ибо сам Александр представляет все сложности перестройки сельской экономики. Нет законов заставляющих или хотя бы стимулирующих владельцев земель и крепостных крестьян заниматься инновациями. Мало кто желает вкладывать средства в приобретение техники и оборудования для увеличения собственной же выгоды в будущем. Вроде и так исправно доходы идут, ну и ладно.

В любом случае я не смогу хоть чего-то начать строить в Италии раньше начала следующего года. Сначала понадобятся согласования с тамошними властями, включая конкретное выяснение что Наполеону нужно.

— Маркиз, вы бы встретились с Эдувилем или Лессепсом, может у них есть более конкретные предложения, которые нельзя было доверить письмам.

Даже царь покивал, поддерживая совет графа Кочубея. В принципе на этом аудиенция закончилась, а вице-канцлер сказал что сам согласует для меня место и время встречи с французами. На том и расстались, а то надоели их взаимные кивания друг другу.

— Александр Семёнович, прошу вас избавить меня от Николая Зубова, — неожиданно попросил император Макарова, — ибо сейчас удобный момент. Сановники и даже придворные отвернулись последние месяцы от этого семейства, Валериан погиб, Платон сбежал в Европу, а Дмитрий отсиживается в Москве. Сами понимаете, что нужно воспользоваться ситуацией, дабы не потревожить общество и в то же время вернуть всё то, что бабушка им надарила в своё время. Тем более, что Пален и Панин никак не поддержат соучастников в преступлении, да и Бенингсен отправлен в Ганновер, а Уваров в Азию.

— Я вас понял, ваше величество, исполню поручение. Однако хорошо бы хоть какой-нибудь комитет или комиссию создать, чтобы всё выглядело более официально.

— Уже готовлю указ о создании специального Комитета общей безопасности, который вы и возглавите. Вот только одобрение от Непременного совета получу. Будет вполне официальная организация, отделённая от Сената, противодействующая деятельности масонов и шпионов. Оленин ещё в прошлом году рекомендовал мне создать Комитет Государственной Безопасности, но всё руки до этого не доходили. Теперь видимо время пришло.

Государю не терпелось начать овобождать семейство Зубовых от принадлежащей им собственности, но следовало соблюсти хоть какие-то приличия в столь важном для казны деле. «Освобождение» от Николая Зубова сразу активировало бы действия по конфискации практически всего, что принадлежало графу Валериану Зубову, включая шикарный дом на Миллионной. Затем царю ушло бы всё принадлежавшее и остальным братьям, как и их сестре.

Заступиться за семейство злодеев, поднявших руку на императора Павла Первого просто некому. Все лидеры заговора или уже мертвы, или разогнаны в дальние дали. Тот же командир Кавалергардского полка отправлен в Азию помогать командующему тридцатитысячным корпусом Кутузову. Дело безусловно важное, именуемое негласно вторым Восточным походом. Подробности пояснял лично государь, когда ставил задачу.

— Михаил Илларионович, сие есть дело секретное во многих деталях, поэтому довожу лично вам без свидетелей. Другим можете поведать лишь общее, да и то лишь по ходу исполнения.

— Слушаюсь, ваше величество.

— Вот карта, отображающая схему похода до самого конца. Однако для света вы всего лишь отправитесь укреплять Оренбургскую оборонную линию, расширяя её на юг по реке Илекей. От Оренбурга спуститесь до Соль-Илецка, а затем по правому берегу Илекея пройдёте примерно двести вёрст. Место приметное, где меловые холмы имеются, а также несколько рек впадают. Там поставите опорный городок.

Оказалось, что это ещё не всё. Затем предстоит марш на две сотни вёрст на юг до реки Жем, где следует обустроить ещё один городок. К этому времени из Оренбурга выйдет ещё один отряд в десять тысяч солдат, а с ними строители и поселенцы, которые займутся более серьёзным строительством первого городка и прилегающей территории. К востоку от него вроде имеются полезные руды, которые впоследствии будут разрабатываться.

— После Жема начнётся серьёзный переход в юго-восточном неправлении к северной оконечности моря Аральского. Там имеется кайсацкое поселение с шестью колодцами. Следует создать третий городок в том месте, дабы киргиз-кайсаки нашу помощь, поддержку и присутствие ощутили. Всё-таки они являются частью Российской империи и следует напомнить им об этом своим появлением.

— Ваше величество, а каковой силы напоминание следует сделать?

— Мягкое, Михаил Илларионович, но чтобы забыли о набегах и поддерживали хана, согласованного с нами. Но и это ещё не всё. К югу, ежели море обогнуть с восточной стороны, то дойдёте до низовьев реки Яксарт, где должны основать торговый город в удобном месте. К югу от вас будут хивинцы, а к востоку кокандцы. И те и другие вполне возможно захотят проверить вас на прочность, так что будьте готовы к этому. Но сами не задирайтесь и с походами на них не ходите. Через все городки будем обустраивать более серьёзную торговлю с ними, ибо она чрезвычайно выгодна и необходима.

Кутузов оценил общий путь в полторы тысячи вёрст сложного перехода, как вероятный к прохождению и исполнению.

— Имейте в виду, что по каждому этапу доводите до своих планы лишь непосредственно перед началом каждого. С вами пойдёт специальное подразделение специалистов, которые будут составлять карту пройденного и разведывать участки которые следует пройти. Ну, а второй корпус будет оставлять гарнизоны в опорных городках, двигаясь за вами.

Задание ставилось на авось и примерно в надежде на превосходство русской армии перед кочевыми и оседлыми азиатами. И выглядело на карте более-менее приемлемым, хотя могло превратиться в набег в итоге. Александр искренне мечтал раздать наделы вдоль этого тракта под поселение солдатам, выслужившим свой срок, создав верное и опытное население, которое обеспечит безопасность торговли. Кроме того, ему нужно было создать видимость серьёзного похода аж до самой Индии, чтобы вынудить англичан к некоторой покорности.

— Будем время от времени посылать вам курьеров, ежели понадобится. Вы тоже нам своих отправляйте с отчётами и в случае великих сложностей.

О том, что впоследствии предполагается расширение земель по правому берегу Яксарта император Кутузова не стал предупреждать. Оно и самому ещё виделось лишь миражом, не более. Хотя хлопок и шёлк совсем неплохо получать через страны срединной Азии, а то и другие товары которые нужны в России. Ну и излишки чугуна туда поставлять на обмен, ежели таковой организуется.

Русские войска, прибывая в Ганноверское курфюршество, распределялись по стране так, чтобы располагаться возле рек и подле торговых и промышленных городов при возможности. Каждому отряду определялась зона ответственности, чтобы всё выглядело, как помощь англичанам в обороне страны, а не как подспудный захват. Первый двадцатитысячный отряд обеспечивал защиту юга, дислоцируясь в Ганновере. Второй обеспечивал обороной северо-восток, будучи в Люнебурге, но по-факту рядом с Гамбургом. Третий отряд встал на Везере к северу от вольного города Бремен, а четвёртый расположился в Хойе, контролируя западные окраины. Пятый отряд был дислоцирован в Целле, но по сути являлся стратегическим резервом для других подразделений.

Во главе группировки император поставил бедолагу, генерала от инфантерии Римского-Корсакова, который столь неудачливо повоевал с французами в 1799 году. Впрочем Александр собирался сменить главнокомандующего экспедиционной армией в 1803 или в 1804 году, отозвав Кутузова из Восточного похода. Своими планами царь пока ни с кем не делился, чтобы не возбуждать излишних пересудов. Мало того, он ещё отправил с корпусом графа Воронцова, которому теперь надлежало дипломатически поддерживать русскую группировку войск в германских землях (эдакую ГСВГ начала 19-ого века).

— Не беспокойтесь, Семён Романович, о вашей дочери прекрасно позаботится её императорское величество Мария Фёдоровна. Тем паче, что Екатерина Семёновна умна, образована и мила, чем вызывает всеобщее одобрение.

Это назначение спутало планы графа, который собирался войти в контакт с неким маркизом, появившемся в Петербурге в прошлом году. Дело в том, что Воронцов определённым образом запутался в своих финансовых делах и собирался их выправить, выдав дочь замуж. Слухи слухами, но Семён Романович лично посетил Малую Охту и поразился тому, как там ведётся массовое строительство, воистину по-европейски расчётливо и продуманно. Ещё больше его поразила пятидневная рабочая неделя с восьмичасовым днём и более высоким жалованьем, регулярно выплачиваемым работникам.

Кроме того, он выяснил что у маркиза есть фактически своя торговая флотилия, что в глазах англомана выглядело уважительно. И как теперь найти подход к сему человеку, коли придётся покинуть Россию? Никому ведь не доверишь дипломатические кружева плести должным образом по отношению к выгодному браку. Разве что слегка приоткрыться Марии Фёдоровне, которая в своё время оказала ему помощь в одном деле? В Ганновер он отправился с тяжёлым сердцем, даже не зная, что императрица тоже решила привязать покрепче маркиза к интересам России. И начинает плести свои кружева, дабы залучить загадочного молодого человека в свою паутину.

Что ни говори, но ввод стотысячной армии практически в центр северогерманских земель сказывался на настроениях европейцев, причём по-разному. В той же Пруссии рассчитывали на «Русский Щит», который прикроет их от потенциального французского вторжения. Австрийцы были уверены, что сия армия создана для того, чтобы хитрым образом перейти в наступление или в западном направлении, когда в этом возникнет необходимость, или в южном для освобождения Швейцарии от французского ига.

Англичане, хотя и не имели официального контроля над нашей военной группировкой, но знали своё дело, по крайней мере, верили в него.

— Ваше величество, — убеждал короля премьер-министр Аддингтон, — в нужный момент и в нужное время мы их перенаправим от обороны в наступление.

— Сэр Генри, а вы уверены что русские настолько просты, что ими возможно управлять в критической ситуации? — засомневался Георг Третий.

— Обратите внимание, ваше величество, что царь Александр назначил политическим руководителем военной группировки столь удобного для нас графа Воронцова на которого мы имеем безусловное влияние. Кроме того, всегда в нужный момент можно организовать провокации на границе, которые вовлекут русских в конфликт с французами. Тогда не только стотысячная армия окажется на нашей стороне, но и Россия вынуждена будет разорвать свой Пакт о ненападении.

Кроме того, простоватый премьер искренне полагал, что гигантские (на его взгляд) суммы, которые платят по сабсидиарному договору, слишком сладкий кусок для российской казны. Никто же не откажется от таких вливаний будучи в здравом уме и твёрдой памяти. Ну и придворные англоманы, если что, смогут надавить на российского императора при необходимости. Любому понятно насколько сильны козыри на руках лидеров Британии, так что овечью шкуру можно смело сбросить уже через год-другой, разорвав Амьенский мир.

— Я вам полностью доверяю, Аддингтон, но и вы меня не подведите, как это сделал Питт-младший. Продолжайте свою политику как считаете нужным.

Дополнительный карт-бланш (если такой существует) настолько окрылил премьера, что он решил что ухватил бога за бороду. И чего, спрашивается, не поверить ещё больше в свои силы и даже удачу, когда всё складывается просто отлично. Продовольственный и экономический кризисы в стране подходят к концу, мир с французами заключён лишь для видимости и временной передышки. Деятельность Ост-Индской компании вот-вот начнёт гораздо более тщательно контролироваться правительством.

Ну, а Россия никуда не денется со своей окраины цивилизованного мира. Да и что она может противопоставить европейским странам и в первую очередь Англии? Она способна лишь обеспечить ведущие державы сырьём для промышленности и большими количествами солдат для военных действий. Эдакий придаток Европы, не более.

Указ о создании Комитета общей безопасности сопровождался некоторыми ограничениями и запретами. Никаких пыток или выбивания информации силой не дозволялось, во всём остальном рекомендовалось соблюдать меру. Ну, а то что служба сия направлена против масонов и шпионов, так во всех передовых державах имеются точно такие же разновидности тайной полиции.

Иллюминаты уже чуяли как земля начинает гореть под их ногами, причём раньше, чем им удавалось хоть как-то воспрепятствовать этому. Да и сложно оказалось давить на русских франкмасонов, хотя бы из-за некоторых разногласий во взглядах на масонство как таковое. Игры в избранность и определённую неприкосновенность закончились — стране нужны были деньги и земли с людишками, которые столь щедро раздавали Екатерина и Павел за красивые глаза.

Тот же посол Кобенцль терял своих людей и контакты в шпионской среде, особенно этой весной. Какой-то злой рок, используя более совершенные приёмы и технику получения информации от задерживаемых, преследовал его. Одно дело, когда теряешь контакты где-нибудь в передовых странах таких как Франция или Англия, но с чего, спрашивается, русские стали действовать более изощрённо и эффективно.

— Герр Штигель, а вам не кажется что русская военная программа выглядит странно? — интересовался он у одного из петербургских иллюминатов, — располагаете вы хоть какими-то сведениями об их замыслах?

— Ваше сиятельство, известно лишь то, что в России провозглашена оборонная доктрина. И то, что армию раскидывают по окраинам империи. Даже люди близкие к светлейшему князю Салтыкову, который возглавляет Военную коллегию, не знают каких-то секретных подробностей.

— Неужели они действительно не собираются помогать нам в борьбе с французской революционной заразой? Как-то мне в это не верится.

Конечно трудно поверить в то, что «святые традиции» России совать нос в чуть ли не в каждый европейский военный конфликт, вдруг одномоментно изменились в противоположную сторону. Сила русских не в торговле или промышленности, а в неисчерпаемых запасах солдат для нужд евродержав, вот пусть и занимаются этим. Плохо, что стало труднее восстановить прежний статус-кво и выпросить хотя бы одну сабсидную армию для грядущих сражений. По планам уже через год-другой будет создана новая коалиция и без русских сложно будет получить численный перевес.

— Вы всё-таки постарайтесь выяснить что замыслил император Александр Первый и кто в Военной коллегии готов нам помочь в решении подобных вопросов.

— Я постараюсь, герр посол, мы и сами озадачены создавшейся обстановкой при дворе русского царя.

Впрочем Макаров пока лишь собирал информацию по австрийской негласной деятельности, зато временно задержал Николая Зубова, воспользовавшись новыми полномочиями. Граф Панин давно дал нужные показания, которые позволили арестовать опального вельможу, предъявив обвинение в убийстве Павла Первого. Негласное обвинение, ибо по новым правилам комитетчики не обязаны раскрывать материалы незаконченного следствия даже Сенату.

Все знают, что стоит толкнуть одну доминошку, как и другие начинают падать. Так что арест Николая Зубова моментально активизировал следствие по его брату, Валериану, которое вроде застопорилось в какой-то момент. Уже через десять дней погибшего на Кавказе влиятельного генерала ошельмовали вполне объективно и вынесли посмертный приговор. Ну и, ясен перец, начался процесс конфискации имущества, владений и денежных средств.

На наследство был наложен полный арест, а графиню Потоцкую, не задумываясь, изгнали из шикарного особняка на Миллионной и лишили всего, что принадлежало Зубову. Её попытки воззвать к справедливости и милосердию оказались бессмысленны — любовница не жена, а не пойми что, ежели юридически. Так что гигантское состояние, которым владел Валериан, достаточно быстро вернулось государю.

Это, кстати, помогло Александру в размене имений эстляндских помещиков. У Зубовых в Литве много собственности, а это тоже Прибалтика, теперь можно не жалеть, тем паче, что часть высвобожденных земель в Эстляндии пошла на наделы для старослужащих солдат увольняемых со службы. Процесс укрепления окраин с использованием ветеранов русской армии идёт сразу в трёх местах: на Кавказе, в Оренбуржье и в Прибалтике. Великое спасибо бывшим фаворитам, облегчающим сию задачу.

— Прекрасно, Александр Семёнович, великолепно проведённое расследование и полученный результат.

— Рад стараться, ваше величество, теперь можно заняться и Николаем Зубовым, дабы ответил по полной за своё злодеяние.

Мне, кстати, тоже кое-что перепало за вовремя поданые идеи. Плюс, особняк Валериана, который я достаточно быстро разменял на кое-какую недвижимость в Ревеле. Пусть пока ремонтом займутся мои люди, которых отправил вместе с юристом Одиноковым в Эстляндию для приобретения поместий в Гаспальском и Ревельском уездах.

Если бы я был в своём прошлом завзятым обитателем интернета, то несомненно знал бы что с 1802 года по 1804 в российские порты зашло лишь двадцать пять французских судов. И естественно не поверил бы этой цифири, так как у нас лишь в этом году побывало более пятидесяти, чего уж говорить про суммарки в 1803 и 1804 годах. Франкопузы сверх договора затаривались дополнительным лесом, пенькой и льном, порой даже невысокого качества, а также всяческой «шелесякой» корабельного предназначения. Тоже самое делали и испанцы с португальцами, которые подключились к всемирному конкурсу на лучшее транспортное судно «прибрежной торговли». Всё это добро шло на верфи этих трёх стран, где мастера со всей Европы боролись за достаточно хорошие призы.

Прикольно, но даже английские корабелы приняли участие в столь откровенном мероприятии, где не требовалось особой прочности, необходимой морским судам. Естественно, что никто не афишировал как и когда будут использованы десятки кораблей, которым по большому счёту предстоит лишь пара-тройка рейсов в своей недолгой жизни. Финансирование конкурса, включая расходы по строительству кораблей, обеспечивалось за счёт средств, полученных от продажи Луизианы.

В отличие от реальной Истории, на этот раз Луизиана была продана за двадцать четыре миллиона долларов, а не за пятнадцать. И это не удивительно. Всё-таки территория в два раза больше, чем площадь нынешних штатов вместе взятых. Кроме того, американцы готовы были заплатить десять миллионов за один лишь Новый Орлеан, а тут о-го-го сколько вдобавок. Стоит учесть, что пиндосы платили облигациями, которые никому особо в Европе не нужны. Правда два банка (один в Лондоне, другой в Амстердаме) всё-таки согласились их обменять на наличные, хотя и с дисконтом.

Помощь французам оказали и мы, выкупив у них часть облигаций. Мы — это правительство (на шесть миллионов долларов), а также князь Куракин (два ляма облигациями), граф Кочубей (мильон), граф Строганов (тоже миллион) и я, а точнее мой экспериментальный банк (пять мульонов бумажками). Внешний долг России на начало 1801 года составлял 62 миллиона рублей серебром. Доходы второй половины того года позволили оплатить не только проценты, но и погасить семь миллионов долговой суммы (если считать в рублях).

Приход к октябрю 1802 (финансовый год заканчивается сентябрём) оказался настолько велик, что Александр распорядился закрыть ещё двадцать пять миллионов. В итоге полностью рассчитались с генуэзцами и де Стемпом. Оставался лишь долг дружественному банку «Гопе и Ко» (называют ныне по-разному, хотя по идее это «Hope Co»). Вот эти-то амстердамские лимонники и согласились взять у нас американские облигации для погашения части изрядно затянувшихся обязательств.

— Господа, осталось уплатить пятнадцать миллионов рублей серебром, что мы и сделаем в следующем году. Тогда мы никому за нашими рубежами не будем должны, а с внутренними кредиторами как-нибудь разберёмся с божьей помощью, — декларировал император, выступая на заседании Непременного совета, — хочу напомнить, что в своё время Русское царство не передало Российской империи никаких внешних долгов.

Кстати, когда-то и Пётр Первый сказал: «Я только что закончил войну, продолжавшуюся 21 год, не встретив необходимости прибегать к заключению государственных займов, и если бы по Божьей воле пришлось воевать ещё 20 лет, я бы воевал, не прибегая к займам». О том что он тратил до 80 % бюджета первый российский император не упомянул, видимо поскромничав.

Первым должником забугорных банков стала Екатерина Вторая, прозванная за это Великой. Технически дело осуществлялось следующим образом. Россия посылала банкиру де Стемпу облигации достоинством по 500 тыс. гульденов «до подлинного выкупа и заплаты». На эту сумму он выпускал ассигнации достоинством по 1 тыс. гульденов, которые заверялись нашим послом в Гааге в присутствии присяжного нотариуса. Эти ассигнации банкир и реализовывал по рыночной цене, а она была всегда ниже номинала.

Из полученных средств он удерживал свои расходы по займу и комиссионные, а остальные деньги пересылал куда укажет российское правительство через придворного банкира Фридерихса. Интерес по займу были равен 5 %. Де Стемп получил облигации на 7.5 млн. гульденов (1 ₽с. = 2.15 гульд.). Данный займ был гарантирован таможенными пошлинами на товары, идущие через порты Нарва, Ревель, Пернов и Ригу. В результате с каждой облигации номиналом в 1000 гульденов Россия получала менее 750 гульденов, заёмные же проценты должна была платить с 1000. При этом сделку следовало считать довольно удачной.

К концу жизни императрицы внешний долг составил 56.5 млн. гульденов и 3 млн. пиастров (один генуэзский банк подключился к кредитованию русских), что равно 41.4 млн. р. с… Для его погашения вместе с уплатой заёмных процентов требовалось примерно 55 млн. р. с. Из-за разделов Польши пришлось взять на себя обязательства по выплате и польских долгов, так и доросли до 62 миллионов рублей серебром. Слава богу, что оборонная доктрина обеспечивает сохранность казённых средств, иначе пришлось бы постоянно брать на себя новые долговые обязательства, вместо погашения предыдущих. И слава мне, ненаглядному, что удалось убедить Александра Первого принять эту самую оборонную доктрину, отказавшись от мощных расходов на поддержание имперского величия.

Впрочем меня отблагодарили, вручив орден Владимира четвёртой степени. Вроде и не воевал и беспорочная служба отсутствует как факт, а оно вона как вышло. Эдакий беспредел класса «что хочу — то и ворочу» со стороны государя.

Хоть бы всё вокруг ещё продержалось подольше. Новые цеха льняной и пеньковой фабрик по сути превратили их в заводы, ежели оценивать по объёму производства и по статусу. Тем более, что рынок сбыта увеличился за счёт пиндосов. Ланской с Куракиным и Строгановым вовсю интересуются результатами и той же окупаемостью.

— Денис Дмитриевич, ну вы уже до Америки добрались, — поразился князь, — они-то почему у вас всё покупают? Ведь как-то жили без вас и вроде не тужили.

— Всё просто, Александр Борисович, я хорошо вкладываюсь в получение информации. Вот какое откровение мне повстречалось, например, ещё в начале года. Американцы сами утверждают, что в последние десятилетия их корабли без русских поставок были бы просто грудами древесины. Мол, без русских пеньковых тросов и верёвок, без льняных парусов, без фитингов и зажимов, сделанных из русского железа, парусные суда были бы ни к чему не пригодными лоханками.

Действительно такое меня удивило, когда привели в пример какой-то 45-пушечный фрегат. Ему требовалось два комплекта парусов, каждый размером приблизительно в три четверти акра (3 тыс. кв.м.). Его такелаж из пеньковой верёвки весил сто тонн. А железо? Не считая якоря, орудий, мушкетов и боеприпасов, судно такого класса нуждалось в семидесяти пяти тоннах железа. Вот и воспользовался тем, что суда не вечны и американцы нуждаются в новых, заодно расширяя сферу своего влияния.

— Поэтому и вступил в сотрудничество с ними, ибо удобно, выгодно и перспективно. У Демидовых заказываю и выкупаю всё железное и чугунное, а от себя добавляю свою же продукцию и отправляю, используя их корабли. Мало того, их трейдеры везут мне обратными рейсами хлопок-сырец из южных штатов, а также вирджинский табак и кое-что ещё. Так что придётся ещё и хлопкоперерабатывающую фабрику построить, а также предприятие по расфасовке того же табака.

— Так вот почему английские купцы жалуются, что появилась нехватка самой пеньки и льна, — понимающе отметил князь.

— Ну это не только из-за меня, новые мануфактуры уже появляются в России, пусть и не столь крупные, как оба моих завода. Не удивлюсь, если в ближайшие годы пеньковый и льняной сырец существенно уменьшится в объёме на экспорт. Так как будет заменён продукцией из него.

Может и не будет, но чего бы не пожужжать лишний раз в уши подвижников индустриализации России? Тем паче свечной заводик и мыловаренную фабрику достроили этой осенью, а те же валлийцы готовы мыло и свечи покупать, если в ответ я уголь и железо беру. Общие объёмы российского экспорта настолько огромны, что на мою мини-долю сырья хватит вполне. И зарубежная потребность велика, как ни крути.

— Господа, обратите внимание на экспорт полосного и листового железа. Это же два миллиона пудов в год иноземцы закупают. Так почему бы из полосного не делать гвозди и проволоку здесь? Оборудование, конечно же, придётся закупить, но расходы быстро окупятся, а потом и прибыли пойдут. И такой подход возможен по многим позициям. Хоть по салу, хоть по лесу.

— Так по лесу им сосны на мачты нужны, а сами мачты они у себя сделают, — усомнился Ланской.

— Степан Сергеевич, у меня прямо сейчас голландцы и французы готовы покупать доски и брус по моим ценам. Не до сосен честно говоря, потому что выгода выше именно от мелких пиломатериалов по сравнению с очень крупными. Так что я не задумывался, когда строил новые цеха для кирпичного и лесопильного производств. Скупаю качественные брёвна, особо не торгуясь, сушу, а затем пускаю в распил и очень даже доволен качеством.

Питерские вельможи реально достали со своими претензиями. Строят особняки и дворцы, а пиломатериалы в основном среднего качества. Ни один производитель пильняка не хочет вкладываться в дорогостоящее оборудование, как я. Вот и пошёл стон с нытьём класса «заставить уважать их потребности». Мало того, ещё и цены им слишком дорогие, так пусть берут дешёвое у других, кто им запрещает свободу выбора?

— То-то наши высокопоставленные застройщики на вас жалуются, — съехидничал Строганов, — что даже по вашим сверхвысоким ценам у вас ни кирпича, ни досок купить невозможно.

— Так я пока всё сам у себя закупаю для собственного строительства, поэтому те же доски даже англичанам не продаю, хотя они согласны по моим расценкам брать. Корабелы ихние уже с качеством ознакомились, вот и заказывают. Они, знаете ли, всё равно любые расходы своими доходами покрывают. У них в Англии вой стоит из-за того, что смещение русского лесного экспорта в сторону Франции, Португалии и Испании произошло.

— Денис Дмитриевич, но вы даже новые склады из кирпича начали строить, это-то зачем?

— Я не хочу страдать из-за возможных пожаров, а то и поджогов. Без традиций проживу и мои товары целее будут. Кстати, мой экспериментальный шамотный кирпич уже вызвал интерес специалистов из сферы металлургии. И валлийский уголь хотят брать те, кто чугун и железо варят на Руси. Выяснилось что качество себя оправдывает.

Про совсем суперкирпичи из французского песка и глины пока молчу. Сейчас печь из него достроили, так экспериментальная плавка шикарный результат показала. До мартеновского уровня далеко, но когда освоим качественный поддув, то приблизимся к бессемеровской стали. Дорогущая будет, зараза, зато сверхпрочная по нынешним временам. Кулибин с Гладким (плюс императрица) уже требуют освоить побыстрее новую технологию, чтобы на их финдебоберы станочного типа детали из новой стали делать. В смысле, они сами сделают, но сам уклад нужен.

(Сталь по-прежнему укладом называют пока).

Созданное Министерство военных сухопутных сил поручили возглавить умному и деятельному генералу от инфантерии Сергею Кузьмичу Вязмитинову (кстати из небогатых дворян). Общие данные о действиях Ганноверского и Восточного экспедиционных корпусов на данный момент он доложил на заседании Непременного совета.

— Господа! Наша экспедиционная армия введена и размещена в Ганноверском курфюршестве этой весной. Она разбита на пять двадцатитысячных отрядов и прочие бла-бла-бла общего плана. За это время Восточный корпус добрался до Аральского моря и заложил три городка по пути. На реке Кобде была стычка с киргиз-кайсаками, закончившаяся поражением мятежников.

Так или примерно так докладывалось там, откуда информация могла утечь к тем же англичанам. Зато Негласному комитету довели более подробные данные. Всё-таки уровень секретности следовало поддерживать, чтобы англичане знали своё место, веря в дружеские отношения с русскими. Не дай бог лаймы взбрыкнут раньше времени.

— Ваше величество, господа советники, ситуация в Ганновере пока благожелательна и развивается по плану. Отряды дислоцированы в пяти точках курфюршества, а к лету там же были арендованы склады и вспомогательные здания для создания Торговых Домов. Цель вполне нормальная — в первую очередь снабжение войск всем необходимым на время действия субсидного договора. Кроме того, торговые дома будут осуществлять поставки русских товаров и продавать их желающим. В принципе, английскую сторону это вполне устраивает, ибо пошлины и налоги будут оплачиваться как должно. Сами товары начали завозить в конце лета и скоро склады будут заполнены как следует.

— Господин министр, — обратился Новосильцев, — а как отнеслись к этому английские торговцы? Не было ли с их стороны недовольство тем, что мы там будем торговать?

— Наоборот, Николай Николаевич, они даже рады открывшимся дополнительным возможностям. Всё-таки в этом году имеется сокращение экспорта в Англию, а наши товары им очень нужны. Есть ещё одно, а именно заметное уменьшение сбыта английских товаров, как своих, так и колониальных в некоторых европейских странах. Часть таковых, когда будут предложены цены подешевше, наши торговцы собираются покупать.

— Это хорошо, господин министр, продолжайте там добрососедскую политику и следите чтобы никаких эксцессов не возникало. Мы должны выглядеть в глазах ганноверцев мягкими, белыми и пушистыми, как выражается один из моих знакомых. Наша армия пришла защищать их, а Дома торговать на взаимовыгодной основе.

По поводу действий Восточного корпуса выяснились некоторые неприятные детали.

— Дело в том, что у киргизов есть оппоненты признанного нами хана Малого Жуза, Айшуака. На реке Кобде имелись поселения рода, поддерживающих мятежного Каратая, претендующего на ханский престол. Они первые напали и Кутузов отправил пятитысячный отряд во главе с генералом Уваровым, очистивший реку Кобду от опасных мятежников. К сожалению сам генерал был ранен в этом рейде, но рядов не покинул.

Что в переводе с военно-дипломатического на обычный гражданский язык означает «уничтожили аулы, дабы неповадно было».

— По ходу продвижения были основаны два городка: Беловершинск и Жем, которые сейчас обустраиваются вторым отрядом, следующим за корпусом Кутузова. Передовые подразделения нашли поселение киргизов с несколькими колодцами рядом с северной частью Аральского моря, где встанут на зиму и организуют третий городок.

— Ну, что же, вполне достаточно для одного года, — отреагировал Александр, — в следующем году останется лишь сделать бросок до реки Яксарт, где уже сможем обустроиться по полной и вступить в связи с кокандцами и хивинцами.

— Первую связь уже установили, ваше величество. В каракалпакских краях имеется султан Арынгазы, сын бывшего хивинского хана Абулгазы. Он со своей личной сотней встречался с нашими и даже имел дружескую беседу с Михаилом Илларионовичем. Этот султан по описанию высокого росту, стройный. Осанка величественная, поступь гордая, лицо красивое. Борода небольшая, чёрная; глаза черные, быстрые; приемы и действия надменные. Он воспитывался при дворе хивинского хана, был сторонником сильной ханской власти и мусульманской культуры. Но после того как его отец Абулгазы был вынужден покинуть Хиву, султан Арынгазы занял резко отрицательную позицию по отношению к Хивинскому ханству. Теперь готов со своими отрядами оказать любую помощь нашему воинству.

Столь неожиданная помощь на местах порадовала советников. Восток настолько своеобразен, что постоянно нужны не только проводники, знающие местность, но и специалисты по нравам и укладу тамошнего населения. Ну и дополнительная союзная конница лишней не будет в возможных стычках с хивинцами и кокандцами, коли такие случатся первое время.

— Стычки явно будут, ибо Хива и Коканд даже между собой раздоры имеют и молодые иногда в отряды сбиваются и бранятся на своих границах. Никак междуречных каракалпаков поделить не могут. Впрочем по тем местам у нас сильное воинство, да ещё и с пушками, а у них пушки лишь в крупных городах установлены. Тут другое дело сей Арынгазы предлагает, а именно разор учинить Хиве. Мол, великие богатсва там находятся и добыча знатной будет.

— Нет, Сергей Кузьмич, этого не следует допускать. Пока будем лишь отношения усиливать, дабы наши купцы спокойно торговали с азиатскими. Не до богатств Хивы и Коканда с Бухарой.

По делам военным обсудили ещё и подготовленный проект Западной Обороны, а именно укреплённой линии, которую начнут строить в следующем году. Любой неприятель, пришедший с запада, вынужден будет считаться с обширной территорией именуемой Полесьем. Или обходить его с севера, или с юга, а значит иметь проблемы с продвижением. Вот северную часть границы и следует в первую очередь обезопасить.

— Господа, мы должны принять за основу, что раздел Речи Посполитой на Польшу и Литву это навсегда. И наша оборонительная линия должна закрепить сей факт навечно.

— Ваше величество, а вдруг в будущем появится возможность заполучить польские земли ныне принадлежащие Пруссии? — поинтересовался Новосильцев, которому до сих пор трудно смириться с излишне миролюбивой позицией Александра Первого, — неужели не воспользуемся при случае?

— Николай Николаевич, о поляках забудем навсегда, иначе с ними бед не оберёмся. Пусть живут сами по себе: хоть под Пруссией, хоть под Австрией, хоть независимо. Наше территориальное развитие на запад закончено и с этим следует смириться. Будем торговать с Европой, а не захватывать её отдельные куски.

Твёрдая позиция царя возымела воздействие на членов комитета и больше к вопросам экспансии в западную сторону не возвращались. Тем более, что уже начинается заселение этой границы отслужившими своё солдатами.

Последним вопросом заседания явилось обсуждение договора с Батавской республикой. Точнее лишь с небольшой частью его, имеющей военное значение.

— Мы уже обсудили с голландскими представителями ряд вопросов и нашли в них согласие. Граф Штакельберг изрядно поработал над торговым договором, но сегодня хотелось бы обсудить лишь часть, связанную с Индией. Мы получили добро использовать порт Кочин на малабарском побережье для торговых надобностей.

— Но это же безумно далеко, ваше величество, да и торгового флота не имеем, — опять умничал Новосильцев.

— Мы пока не имеем судов для столь дальних заморских сношений, но у нас есть те, кто уже торгует с Индией. Наше дело использовать разрешения, полученные в Гааге. Во-первых, можем организовать в Кочине Русский Торговый дом, а во-вторых, обеспечить его защиту ротой наших солдат, скорее всего стрелков-егерей.

В таких делах главное хотя бы коготком увязнуть, а дальше пойдёт расширение и углубление.

— Имейте в виду, что сей город не только является центром индийской торговли специями, но через него можно и селитру закупать. А также шелка и иные ценности Востока.

Николай Николаевич притих, однако остался при своём мнении. Слишком далеко… всё по идее перекрыто англичанами… кораблей нет… умничать не стоит…

Девятнадцатого октября 1802 года (год Чёрной собаки), во вторник, по взаимному согласованию меня навестил в особняке мсье Лессепс. Будучи торгово-экономическим лицом его встречи с промышленниками и торговцами не вызывают подозрений, ибо естественны. Однако то, что он мне поведал под большим секретом, всё-таки имеет явно политический подтекст.

— Ваша светлость, мсье Талейран продумал усовершенствование нашей с вами схемы. Проблема в том, что Англия не выполняет своих обещаний по Амьенскому договору и скорее всего выйдет из него в следующем году. Это означает объявление войны, хотя мы к ней пока не готовы. Несомненно, что будет создана очередная коалиция вместе с Австрией, а у нас не хватает войск, чтобы обеспечить все границы.

— Понимаю вас, мсье консул, что же предлагается министром Талейраном?

— Между нашими странами лишь пакт о ненападении, а не союзный договор. Поэтому приходится искать обходные пути, чтобы получать вашу помощь, не вовлекая ваше правительство в европейские конфликты напрямую. Почему бы не расширить нашу с вами договорённость? Всё-таки вы являетесь маркизом д'Эсте, а значит если приобретёте ещё одно-два герцогства, прежде принадлежащих Дому Эсте, то это будет вполне естественно выглядеть. В то же время, вы могли бы создать в таком принципате более-менее сильную гвардию.

Дальше полился елей на тему того, что все расходы будут оплачены, а также предоставлены различные льготы. Лишь бы я постарался уговорить Александра Первого предоставить мне сабсидные войска.

— Ваша светлость, мы оплатим вам большие деньги на содержание этих солдат. Главное, чтобы австрийцы не рискнули напасть на вас из-за опасности вовлечения России в конфликт для защиты ваших интересов. Кроме того, мы профинансируем строительство дополнительных укреплений. Одна проблема, у нас совершенно нет лишних подразделений для защиты низовьев реки По.

Вот-вот, революционное величие уткнулось в размеры мобилизационного ресурса. Деньги-то они найдут, а людей для войны маловато и они нужны в других местах. Столько нахапано, что надсмотрщиков не хватает.

— Мсье Лессепс, вы же понимаете, что есть две проблемы. Одна из них заключается в том, что его императорское величество может отказать в моей просьбе, так как нужно порядка двадцати пяти, а то и тридцати тысяч солдат в земли какие уже имеются под моей рукой и те, которые я прикуплю по этому плану. Второй вопрос также важен, особенно согласно европейским традициям. Я получил маркизат Эсте от президента Итальянской республики, а не унаследовал имя от герцога Эрколе Третьего.

— Со вторым вопросом мы можем оказать вам помощь. Папа Римский Пий Седьмой пока зависит от нас, так как не имеет финансовых или военных средств для хоть какой-то самостоятельности. Если Первый Консул порекомендует ему посоветовать герцогу д'Эсте усыновить вас официально, то вполне возможно, что старый герцог прислушается к предложению понтифика.

Опять авторский произвол тех, кто меня закинул в прошлое или просто случайное совпадение взглядов? Попробуй разбери что к чему, но и отказываться от французской помощи нет смысла. Олл инклюзив, бляха-муха, хотя и выглядит чуть ли не бесплатным сыром в мышеловке. Тем более, что государь тоже желает моего расширения в Италии и готов помочь по мере сил и возможностей. Глядишь и старый герцог встрянет в сей паззл непонятно для каких целей.

— Мсье консул, так какое же герцогство вы порекомендуете прикупить, а то если приобрету сразу два, то это будет выглядеть подозрительно и не по моему карману.

— Мсье Талейран рассчитал, что если вы купите герцогство Феррара… — взбздынь, однако, и тут совпадение, — … то это будет выглядеть, как начало восстановления принципата Эсте. Кроме того, все низовья реки По окажутся под вашим контролем, а значит ещё и солеварни. Кстати, когда Эсте потеряли Феррару и она перешла в состав Папских земель, то герцогство начало ослабевать. Нам удалось забрать его у Папы Римского, но лишь недавно. Сейчас в герцогстве нехватка населения и имеются свободные пахотные земли. Если что, то вы можете переселить на них своих крестьян. А если вложите средства в восстановление солеварен, то будете добывать изрядное количество соли и поставлять её в ту же Россию.

Заразы, и всё-то они знают, поэтому многое учли. Даже то что России не хватает соли, добываемой на её территории, и восполнять потребность приходится покупая столь нужный продукт в Европе. Вообще-то перспективно выглядит, особенно то, что острые перчики завезены из Америки в Италию и уже вовсю выращиваются. Стану, блин-картошка, солеперечным поставщиком для русских, может и денег на этом заработаю. Надо бы узнать по поводу паприки — создали ли венгры сладко-острый вариант или пока нет.

— Ваша светлость, — выдернул меня из приятных дум француз, — герцогство Феррара граничит с герцогством Модена, которое тоже принадлежало семейству Эсте. Так что в будущем мы ничего не будем иметь против, если вы и его приобретёте. Главное, сейчас постарайтесь убедить его императорское величество Александра Первого предоставить вам войска. А то мы можем вам выделить лишь польский батальон, размещённый в Ферраре.

— Если государь поддержит ваш план, то поляков нужно будет вывести как раз-таки.

— Странно, вы же братья-славяне, мы думали, что вам будет приятно с ними сотрудничать.

— Мсье Лессепс, от поляков мы отделяемся западной оборонительной линией. Пусть с ними сотрудничают пруссы и австрийцы, а нам такое братство не нужно.

Французский консул в Петербурге несколько удивился странностям славянской психики, но возражать или настаивать не стал. Для него главным было втянуть меня в сговор, а через меня и нашего царя.

Уже через три дня, в пятницу, я получил аудиенцию у императора. В заветном кабинете были ещё и князь Куракин, графы Кочубей и Строганов, правда отсутствовал вечный зануда Новосильцев и слава богу. Нечего ему мои секреты знать. Я довёл предложение Талейрана, урезав информацию до разумного минимума.

— Меня это устраивает, Денис Дмитриевич, — радостно отреагировал Александр, как будто такое вписывается в некие его личные тайные планы, — как раз будет куда несколько тысяч отслуживших солдат пристроить на поселение. Ну и тысяч двадцать, а то и тридцать я вам пришлю для службы в обоих герцогствах: Ровиго и Феррара. Уж слишком нам важен переход из реки По в Адриатическое море и обратно. Даже помощь с дополнительными солеварнями окажу. Уж лучше у вас покупать соль, чем в других европейских странах.

— Эдак его светлость постепенно скупит половину Итальянской республики, — попытался пошутить Строганов.

— Дело в другом, Павел Александрович, — не принял шутки император, — армия в мирное время это обуза, но она нужна. Обратите внимание, что сто тысяч находятся на иждивении англичан. Сорок тысяч в двух корпусах задействованы в Восточном походе. А двести шестьдесят тысяч, включая новых рекрутированных в этом году, содержатся за счёт казны. Использовать их пока негде, а кормить нужно. Так что, если тридцатитысячный корпус будет содержаться в Италии за счёт господина Оленина, то это облегчит нагрузку на казну.

Так вот чему радуется царь-государь — тому что деньги экономятся.

— Ваше величество, а если в следующем году начнётся война, то наш италийский корпус окажется в зоне военных действий. Австрийцы наверняка постараются захватить Италийскую республику, — отметил Куракин.

— Всё может быть, Александр Борисович, но австрийцам не следует забывать, что с ними мы не заключали пакт о ненападении. Так что если они захватят Италийскую республику, но не тронут земли Эсте, Ровиго и Феррары, то им от нас ничего не будет. А вот если они покусятся на дружественные нам герцоства, то с тыла в Австрию может прийти наша новая армия. Надеюсь, что они это понимают и не будут нарушать экономические и торговые интересы России в италийских землях, а обойдут стороной принципат Эсте.

Император столь спокойно и в то же время решительно произнёс свой спич, что присутствующие призадумались. Юнец явно повзрослел за последний год, но как-то необычно. Расчётливость монарха, радеющего за свою державу, а не за интересы европейских родственников-нищебродов, явно проглядывала в его поведении. Чего уж говорить, если он смог приободрить и датчан и шведов, всерьёз опасавшихся англичан и недавно помог усилить контроль над датскими проливами.

Два русских линкора и три фрегата, тупо простаивавших возле Кронштадта долгие годы, ныне тупо простаивают возле Копенгагена, но уже за счёт датских налогоплательщиков. О том, что по приказу Аракчеева находится в трюмах, знает лишь регент Фредерик Шестой, который побывал на последних испытаниях ракет. Впечатление было настолько сильным, что регент согласился на сабсидный договор. На виду лишь небольшая эскадра, а на самом деле имеются два комплекта ракетных установок: один для обороны Копенгагена, а второй для размещения в городке Гельсингёр, где взимают зундскую пошлину за проход судов (заодно, прикрывающем самое узкое место в проливе Зунд).

Неплохо иметь дополнительные козыри, когда поступления в казну однозначно превышают доходы прошлых лет. Когда торговля идёт лучше, чем когда бы то ни было. Когда есть на что заниматься реформами и есть те на кого можно опереться.

— Дайте своё согласие французам, Денис Дмитриевич, это очень удачное расширение ваших земель, а мы поможем вам и с солдатами, и даже с пушками. Вот только порох и свинец для пуль изыскивайте сами.

Деньги-деньги-дребеденьги… Аглицкие трейдеры, ясен пень, первыми набросились на склады Русских Торговых Домов в Ганноверском курфюрстве, как только произошло первое наполнение. Правда сначала взвигнули от ужаса, взвыли от возмущения и разбежались скулить, жалуясь на «невозможно большие цены». Лишь в сентябре, навозмущавшись вволю, снова приползли, умоляя и настаивая на снижении и убеждая проявить разумность, ибо «никто покупать не будет у вас». Возможно они и правы, но русские на уступки не шли, зато начали появляться купцы из других стран. Из тех, где появилась потребность в русском сырье и материалах из-за смещения акцентов российского экспорта в Европу в этом году.

Плюс и сами английские торговцы чувствовали себя некомфортно, оставаясь с неработающим капиталом, но без товаров. Вся их вредность упиралась в низкий размер прибыли, которую они получат приобретая товары по завышенным ценам. То есть, прибыль всё равно будет, но недостойная их лимонникового величия и амбициозности. Могли бы, конечно, пойти на принцип, но хорошенько подумав решили-таки поиметь хотя бы шиллинги там, где раньше зарабатывали фунты.

В итоге, моральный барьер был преодолён и начались закупки всего того что имелось на складах. Естественно, что российские поставщики, фрахтуя корабли иноземцев, завозили ещё и ещё пока масть идёт. Одна проблема — члены Непременного совета выказывали недовольство «торгашеским поведением России».

— Ваше величество, пора бы уже более серьёзными и приличными делами заняться. В конце концов, денег заработано столько что можно финансировать иные, причём уважаемые Европой действия. Вон как страдают наши православные братья в Закавказье и на Балканах, например.

— У нас с Турцией и Персией мир и следует его придерживаться, господа, — резонно отреагировал император, — зачем тратить деньги на помощь болгарам и грузинам, когда свои внутренние задачи не разрешены. Именно экспортная торговля обеспечивает пополнение казны, а значит ей нужно уделять необходимое внимание.

— Но ведь стон из тех краёв доносится и за сердце берёт. Опять же набеги горцев сколько горя и разора приносят.

Упорное желание проявить силу, ввязавшись в конфликты. Хоть стой, хоть падай, хоть кол на голове теши! Стоило бюджету стать положительным, как сразу появилось желание у многих тут же его потратить на военные действия.

— Господа, напоминаю что мы официально провозгласили оборонную мирную доктрину на ближайшие пятнадцать лет. Значит не следует нарушать данных обязательств. То что грузинские князья приезжают в Петербург и просят помощи не означает, что мы должны ввязаться в военные действия. И о набегах на наши земли даже не говорите, их практически не стало благодаря тому что мы укрепили свои границы.

— Так грузины говорят, что на их земли набеги идут и Турция с Персией грозят им вторжением.

— Вот пусть грузины объединятся в одно сильное государство и тратят свои деньги на защиту. Нашей экспансии в Закавказье не будет.

Призывы к возобновлению военных действий были лишь попытками некоторых вельмож увеличить финансирование армии. Воровать стало явно труднее из-за сокращения военного бюджета, да ещё и часть которого пошла новыми тропами. Вот и приходилось взывать к совести и самаритянству, дабы хоть чуть-чуть вернуть былое. Впрочем находились и противники индустриализации югов, явно смутившей австрийцев. Одни англичане никак не могли подобрать ключик, растеряв практически всех своих «помощников» среди сановников.

Казна же радостно похрюкивала, наполняясь конфискатом из закромов Платона Зубова, признанного «заговорщиком и убийцей». Его имущество оставили на сладкое и теперь даже император поражался сверхщедрости собственной бабушки. Общая стоимость конфискованного была на уровне слегка урезанного бюджета России, одних денег серебром имелось более двадцати миллионов рублей. Полный титул ещё живого, но отсутствующего князя выглядел не только впечатляюще в период его расцвета, но и многое объяснял:

«Светлейший князь, генерал-фельдцейхмейстер, над фортификациями генерал-директор, над флотом Черноморским, Вознесенской лёгкой конницей и Черноморским казачьим войском главноначальствующий, Её Императорского Величества генерал-адъютант, Кавалергардского корпуса шеф, Екатеринославский, Вознесенский и Таврический генерал-губернатор, Государственной Военной коллегии член, Императорского Воспитательного дома почётный благотворитель, Императорской Академии художеств почётный любитель и орденов российских Св. Апостола Андрея, Св. Александра Невского, Св. равноапостольного князя Владимира I степени, королевских прусских Чёрного и Красного Орла, польских Белого Орла и Св. Станислава и великокняжеского голштинского Св. Анны кавалер».

— Сколько же он наворовал, будучи у власти, Александр Семёнович? Ведь ещё и продвигал своих людей на высокие должности и имел с каждого неисчислимые суммы.

— Так оно и было, ваше величество, но даже мы ослушаться её императорское величество не смели, — честно признался Макаров.

— Я рад, что прислушался в своё время к совету графа Оленина, иначе лишь опале подверг бы всех заговорщиков против отца. Теперь казна наполнена так, что не нужно к займам прибегать и можно реформы внедрять без введения новых налогов. Да, посчитайте десятую часть для Дениса Дмитриевича, ему в наступающем году предстоят важные дела, которые и нам на пользу пойдут.

О Платоне Зубове было известно, что он сейчас проживает в Вене у русского посла Разумовского и страстно мечтает вернуться в Россию.

— Особых денег он с собой в заграничный вояж не брал, ваше величество, поэтому скорее всего поиздержался. Известно также, что его преследует какой-то поляк Гельгуд, дабы сойтись в дуэли.

— Зубов обращался сим летом с просьбой разрешить вернуться, но я отказал. Пожалуй ныне дозволю, чтобы судить за преступление. А что с его сестрой Жеребцовой?

— Она по-прежнему пребывает в Лондоне и ждёт когда Витворт вернётся из Франции, где он является послом. Её собственность мы секвестировали, уведомив Александра Алексеевича Жеребцова, супруга Ольги Александровны, а также лондонского банкира Лево, кредитора Зубовых. Иначе он будет ссужать обоих и дальше.

Странно, но тщательное расследование организации убийства Павла Первого не выявило «английский след». Всё сложилось в картину, где заговор подготовили и реализовали на деньги Зубовых, причём казна заговорщиков была в руках Жеребцовой. Попутно наказали и простых участников, гвардейцев из разных полков, дабы другим неповадно было впредь участвовать в преступлениях против Дома Романовых. Одно дело когда сам участник будет наказан, другое — когда за это ответит ещё и его семейство.

Конец года складывался для императора настолько удачно, что он даже побаивался спугнуть фортуну. Тем не менее Александр Первый не прерывал своих планов, чтобы передохнуть и насладиться моментом. Несколько лет мира во всём мире рано или поздно закончатся и желательно подготовиться к возможным испытаниям как можно качественнее. Так что приближающаяся зима будет насыщена действиями.

Граф Строганов и царь Александр Первый довольны своей инициативой — исследовательское судно, отправленное на Север, вернулось целым и невредимым. Да ещё и с кучей информации согласно поставленным задачам, а заодно привезли и несколько тонн гуано. Посещение Кольского фиорда выявило, что и сама Кола редко закрывается льдами, то есть, можно и её использовать в качестве незамерзающего порта.

— Господа, будем развивать сей порт для более успешной торговли, — вынес вердикт император, — и снабдим их ракетной обороной.

Екатерининскую гавань сочли прекрасной для организации там товарных складов, а то и для базирования какого-никакого торгового флота.

— В будущем в том месте можно базировать и военный флот. Вообще очень удобно, когда один порт в глубине фьорда, а другой у самого выхода.

На Баренцевом побережье Кольского полуострова отыскалось несколько птичьих базаров, причём в одной губе аж целый «мильон разных птиц». Заодно и гуано накопали, чтобы определить примерную производительность труда.

— Необходимо обдумать полезно ли сиё гуано, всё-таки оно северное. Но коли польза будет выявлена, то там следует добытчиков поселить и причалы оборудовать для кораблей.

Промысел хоть и вонюч, но умники из ВЭО (а также просто химики) разберутся что к чему.

— Экспедиция посетила и Архангельск, заглянув на Соломбальскую верфь. Ознакомились с новым фрегатом «Спешный», который вскоре проведёт испытания. Офицеры нашего судна отзываются о нём, как об очень удачной конструкции, но всё это нужно проверить. Думаю, что в следующем году получим подробный отчёт.

Из-за невысокой мощности существующих паровых машин (от 10 до 50 лошадиных сил) пока рано мечтать о выходе пароходов в моря и океаны, поэтому военным и торговым морским кораблям пока суждено оставаться парусными. Впрочем мои «охотники за головами» вывезли из Англии очень увлекающегося изобретателя, некоего мистера Третивика. Этот удивительный энтузиаст ознакомился с паровой техникой путём самообразования и подвизался инженером. Уже создал и паровоз, и паровую повозку и даже запатентовал «машину высокого давления».

— Ваша светлость, — разговариваем на английском пока, русский потом выучит, — всё было бы хорошо, но интерес к моим устройствам невелик. Кроме того, финансирование недостаточно, чтобы покупать материалы высокого качества, а без них всё работает не в полную силу.

Вполне понимаю бедолагу, ибо сейчас такие времена когда от изобретателей ждут чуда дешёвого, да ещё и созданного на коленке. Именно этим и удалось соблазнить инженера-энтузиаста, то есть неограниченным бюджетом. Правда пока он прибыл лишь для того, чтобы лично проверить соответствие «золотых гор» обещанным.

— Мистер Ричард, я готов финансировать всё, связанное с паровыми машинами. Мало того, для вас будет построен завод и даже предоставлена особенная сталь, если нужно. Полосное и листовое железо я могу закупать в неограниченном количестве. Мы знаем, что лучшая обработка чугуна в Англии и в мире на предприятии мистера Джона Уилкинсона. Можно будет заказывать у него необходимые вам составляющие для ваших устройств, но для этого нужно знать какие именно вам потребуются.

— Ваша светлость, если ваши слова являются правдой, то готов работать у вас столько сколько буду нужен. Хотя, честно признаюсь, был наслышан что в вашей стране техническая отсталость и косное отношение к науке и изобретением.

— Думаю, что когда вы ознакомитесь с городком, который я строю, то ваше мнение о нас изменится.

Это у меня похвалюшка имеется, вполне наглядная, тем паче растянутая и вдоль и поперёк. Достопримечательность вроде Петергофа, но своего рода. Всем нравится аккуратность и разумность планирования Малой Охты, как и подход к строительству.

— Мистер Третивик, ещё у нас есть отдел, куда приходит научно-техническая информация из разных стран. Мы даже патенты покупаем на то, что нам нужно. Например, я заинтересовался американской разработкой парового котла с жаровой трубой внутри, которая нагревает воду. Эдакий бойлер получается, а если сохранившееся тепло снова подводить к котлу, но снаружи, то ещё больше будет коэффициент полезного действия всего устройства. Теперь представьте, что со временем будем по две или три жаровые трубы устанавливать, а когда научимся делать трубки потоньше, то тогда получим огромную поверхность теплообмена.

Ага-ага, изобретатель уже врубился в суть и начинает представлять открывающиеся возможности.

— Тогда и качественный уголь понадобится, а не деревянные чурбачки. Разве в России есть уголь?

— Сударь, уголь есть в Уэльсе и во Франции, причём качественный. Из Суонси мне его привозят кораблями. У нас он тоже есть, но месторождения слишком далеки от Петербурга.

В принципе, инженер достаточно добродушный и покладистый малый, совсем не самовлюблённый англикос с понтами.

— Это поразительно, ваша светлость, но требует огромных расходов. Неужели вы настолько богаты?

— У меня имеется своя торговая флотилия кораблей. Как вы думаете сколько дохода обеспечивает рейс трёх судов, например, в Индию и обратно с их товарами?

Собеседник практически задохнулся от изумления, явно дыхание в зобу спёрло. Не люблю хвастаться, но мне этот изобретатель нужен, как воздух, поэтому давлю, причём правдой. Кулибин с Гладким это скорее станкостроение, а разработку и изготовление паровиков возглавлять некому. Фултон выгреб всех толковых, чтобы спустить следующей весной свой пароход. Затем и царь-батюшка их припашет, дабы обеспечить массовое строительство водоплавающих кочегарок.

И куда мне, сиротинушке, деваться со своими затеями и надобностями? Вон, винтовку Лестона уже передали в Тулу, где Сурнин быстро наладил производство в своём стиле «совершенной пропорции и равноты одной вещи с другой». Сам Александр за год с небольшим вернул Сестрорецку роль оружейного завода, отменив заказы «ажурной чугунины для красоты оград особняков и дворцов». Заодно вбухал солидные деньги в востановление технических прудов, плотин и прочего, что нужно для вращения приводов.

Хочешь мира — готовь парабеллум! Аракчеева, который наладил и отладил ракетное дело, уже припахали на производство пушек с введением необходимой «аракчеевщины». Тот, конечно, и сам рад стараться, но ему даже чаю не дали попить. В результате отыгрался на Олонецких заводах, поручив им разрабатывать и изготавливать паровые машины. Сверх этого озадачил разработать и опять же начать производство пушек для канонерок. Тем паче, что эти заводы и так пушки производят, а значит и опыт имеют. Так и живём в нашей своеобразной исторической реальности — от комсомольского призыва к партийному.

… Международное лицемерие продлилось до сентября 1803 года. Великобритания, посчитав что преодолён не только кризис, но и его последствия, разорвала Амьенский мирный договор и объявила Франции войну.

— Согласитесь, сэр Уильям, что ныне очень удобный момент. Денег, благодаря Ост-Индской компании в бюджете в достатке, даже его величеству на разные потребности хватает. Австрия может обеспечить до трёхсот тысяч солдат и убедить Пруссию выставить стотысячную армию весной 1804 года. Россия, как минимум, не мешает благодаря своей оборонной доктрине, а их ганноверский стотысячный корпус мы вовлечём в баталии на нашей стороне.

— Сэр Генри, я это вижу и поддерживаю, но всё ли мы предусмотрели? И зачем досрочно объявлять войну, в чём смысл?

Сэр Уильям Питт-младший часто болел в этом году, поэтому не все нити держал в своих руках, впрочем вполне доверяя своему коллеге по партии, премьер-министру Аддингтону.

— Наш флот по сути простаивает уже достаточно долго и нуждается в ремонте, а основные необходимые материалы уходят из России во Францию, Испанию и Португалию. Пора возобновить контроль над поставками, чем военный флот и будет заниматься в ближайшие полгода. Объявление войны вернёт нам законное право проверять все суда, снабжающие противника.

— Но если мы подвергнем этому российские суда, то можем разорвать дружественные отношения, которые имеем.

— Сэр, у русских до сих пор мало своих торговых кораблей, в основном из России их товары вывозятся судами той же Франции, а также испанцами и голландцами.

Английское правительство тщательно подготовилось к созданию третьей антинаполеоновской коалиции, да и собственный флот действительно нуждался во многом. Львиная доля материалов действительно уходила на сторону, а регулярный ремонт, как и строительство новых кораблей не могли ждать. Старые корабли приходят в негодность и их нужно замещать новыми. Чего уж говорить, если паруса, мачты и тот же такелаж регулярно следует менять, иначе даже действующие суда теряют дееспособность. Так что следует спешить с восстановлением справедливости, а заодно наконец-то покончить с вольнолюбивой Францией. После чего можно будет разогнать «балтийское братство» и вернуть русских обратно в стойло.

— Вы правы насчёт русских. И своего торгового флота нет, и сами уже не смогут повлиять на сухопутную кампанию в Европе. Меня лишь тревожат их действия в Азии и бездействие Персии по отношению к русским.

Англичанам никак не удавалось втянуть турок и персов хоть в какие-нибудь военные действия против России. Между ними лежит Закавказье эдаким барьером, которое в Петербурге никак не желают покорять. И Дунайские княжества живут без русской поддержки, а Персии незачем переживать за Хиву, хотя английские советники и грозят русским вторжением туда. Выяснилось, что беззубая Россия своим миролюбием выбила подпорки из-под целого ряда европейских интриг. Сложно столкнуть лбами тех, кому делить особо нечего.

— Наполеон так и не выполнил требование вывести войска из Нидерландов и Швейцарии, а это, согласитесь, дезавуирует соглашения Амьенского договора. Дальше ждать бессмысленно, особенно после того, как французы заняли три порта Неаполитанского королевства. Могут осуществить нападение на Ионические острова и даже угрожать Египту.

Премьер-министр Аддингтон скорее оправдывался перед собой за поспешно принятое решение, чем пытаясь что-то пояснить своему другу. Не имея достаточного влияния в обеих палатах парламента, сэр Генри опасался, что будет смещён с поста премьера в скором будущем. Тем более, что уже сейчас самые злые языки обвиняли его в невежестве и безразличии к самым большим потребностям Великобритании. И в первую очередь это неслось от парламентской группировки набобов, которых явно не устраивало ограничение их власти в Индии.

— Согласен, мой друг, со всем согласен.

Ещё бы не соглашаться, видя как Генри Аддингтон роет себе могилу, а значит в скором времени ему не поможет даже поддержка короля. Но Уильям Питт-младший, будучи в лёгком конфликте с его величеством, вынужден был выжидать нужного момента. Руками своего «самого лучшего друга» он зажал в тиски Ост-Индскую компанию, чем пополнил бюджет. А то, что Англия ввязалась в очередную войну с Францией, даже радовало. Австрийцы будут год тянуть с формированием своих войск, а за это время Аддингтона уже заменят на нового премьера. И выбора у Георга Третьего не будет, как и у парламента. Единственный в данный период претендент лишь сам Питт-младший, тем более в военное время, когда нужно «спасать и выручать» отечество.

Австрийцы тоже планировали-планировали и вроде выпланировали. Свою армию они могут выставить в количестве 250 тысяч солдат, кроме того имеется расчёт на шведов и датчан по 20–25 тысяч от каждой страны. 40–50 тысяч различных контингентов Священной Римской империи и тысяч двадцать пять — тридцать неаполитанцев. Плюс, ясен перец, ганноверская русская армия обязательно выйдет на бой кровавый на стороне англичан. Таким образом порядка шестисот тысяч воинов против, дай бог, трёхсот-четырёхсот тыщ французов на всех фронтах.

— Ну и Пруссия подтянет свою стотысячную армию, — убеждал императора Франца Второго его брат, эрцгерцог Карл.

— Сколько времени нам понадобится, чтобы собрать всех под своё крыло?

— Думаю что со всеми договоримся за год, не более, ваше императорское величество. За это время английский флот перекроет все поставки Франции морем, чем вызовет кризис её экономики.

Планы Габсбургов были вполне реальны, за исключением исключений. Кроме того, следует ещё учитывать такие факторы, как победы в сражениях. Ну и координацию действий армейских группировок, включая скорость их продвижений к театрам военных действий. А в остальном, прекрасная маркиза, всё хорошо, всё хорошо.

Попытка затянуть в коалицию Россию ни к чему не привела.

— Герр Кобенцль, повторяем что мы придерживаемся оборонительной доктрины, а значит не собираемся участвовать в военных кампаниях. Наша страна занята более важными делами, а именно развитием экономики.

— Ваше сиятельство, — пытался настаивать австрийский посол, — но сложилась уникальная ситуация, когда европейские страны смогут дружно покончить с революционной Францией. Вы же прекрасно понимаете насколько это важно для всех.

— Мы не нарушаем заключённые договора, а с Францией у нас Пакт о ненападении заключён на длительный срок. Поэтому даже не просите, ибо мы не будем воевать с французами, — поставил точку вице-канцлер граф Кочубей.

Выпросить на следующий год сабсидную армию тоже не удалось, несмотря на сладчайшие обещания и предлагаемые перспективы. Россия явно отбилась от рук и австриец задумался над тем, что после победы над Наполеоном следовало бы развернуть коалиционные войска и наподдать, как следует, русским. А пока в Вену был отправлен подробный рапорт с параллельной просьбой заменить его на посту посла.

К просьбе прислушались, да и сам Кобенцль нужен был в Австрии. Нет смысла растрачивать время ценного специалиста на задворье Европы, когда он нужен в центре событий. В итоге, в середине октября в Петербург прибыл новый посол, граф Иоганн Филипп Штадион фон Вартгаузен. Прежний посланник увёз с собой в Вену кое-какую информацию, которая щедро была разбавлена за последнее время дезой от ведомства Макарова.

За бюджетные средства, а точнее за их использование министр финансов Васильев постоянно вёл бои местного значения с Александром Первым.

— Ваше величество, не стоит сразу все долги погашать, всё-таки пятнадцать миллионов рублей это огромные средства.

— Алексей Иванович, коли деньги есть, тем более не последние, то закроем сию финансовую дыру и больше не будем оплачивать интерес банкира.

— Так там всего лишь пять процентов в год, столько лет терпели.

Всё время побеждал император, особенно в этом случае. Поэтому уже в мае 1803 года Россия закрыла последний долг перед Европой и вздохнула свободно. Нытьё по поводу некоторых других расходов отметалось таким же образом. Вообще вся финансовая политика сводилась к пяти-шести основным направлениям, что позволяло тщательно контролировать денежные потоки, особенно их целевое использование. Васильев, как истая государственная жаба, боролся за каждый рубль и уже пару раз намекал, что готов выйти в отставку. Впрочем его пока никто никуда не отпускал.

Военный министр также боролся, но в меру, хотя и опасался что когда враги нападут, то страна останется без подготовленной и достаточно вооружённой армии.

— Ваше величество, хорошо бы арсеналы дополнить оружием и…

Прекрасный организатор и упорядочиватель всего, что относилось к военке, с опаской относился к реорганизации и реконструированию армии. В том, что более ста пятидесяти тысяч солдат покинуло войска и ещё сто тысяч также уйдёт в ближайший год, его искренне пугало.

— Сергей Кузьмич, мы же рекрутируем достаточное количество, чего вы переживаете.

— Так новые ещё не обучены, а опытных уже распустили, как же так?

— Обучаем, господин министр, очень даже обучаем. Кроме того, основной опыт приходит в боях, а экзерциции создают лишь базу умений и знаний. Другое дело, что сама армия количественно уменьшается. Так зачем тратить средства на лишние сотни тысяч, коли они нам не надобны в защите отечества. Ни в какие походы ходить не будем ещё долго, так что не переживайте.

И как тут не переживать, когда предыдущие правители то на турок ходили, то Пруссию завоёвывали, то через Италию до швейцарских перевалов добирались.

— Лучше расскажите, что в Восточном походе происходит, а то у меня лишь краткие сведения имеются.

— Так там зимой в Алтыкудуке передохнули, а весной до Яксарта добрались, где городок строят. Один раз хивинцы приходили и отлуп знатный получили, после чего послов прислали. Вроде договорились, что мы на Хиву не пойдём, так они согласны на поставки продовольствия. Кокандцы два раза набеги устраивали и многих своих потеряли зазря. А как узнали, что к Яксарту ещё и второй отряд прибыл, так сразу дружбу предложили и торг согласны наладить. Даже несколько речных судов продали для нашего удобства.

— Вот и хорошо, пусть пока обживаются и местность тамошнюю разведывают. А мы пока более укрепим созданный тракт, дабы купцам легче и безопаснее торговать стало.

Ближе к осени в Петербург вернулся Кутузов, которого в Азии сменил генерал от кавалерии Степан Степанович Апраксин. В сентябре 1803 года Михаил Илларионович был отправлен возглавить Ганноверскую субсидную армию, где заменил Римского-Корсакова и арестовал генерала Бенингсена. Леонтия Леонтьевича ждали в Комитете общей безопасности для дачи показаний по заговору против императора. Из его участников лишь Платон Зубов и Ольга Жеребцова бегали по заграницам от русского правосудия, все другие были жёстко наказаны.

— Как обстоят дела с Западной оборонительной линией, Сергей Кузьмич?

— Уже северную часть застраиваем фортами и блокпостами до самого Полесья. Пограничные воинские подразделения дислоцируются на местах и готовятся нести службу.

С учётом того, что пограничные литовские земли заселяются отслужившими своё, то там наблюдается превалирование опытного воинского люда. Если в переговорах с Пруссией удастся выкупить или выменять Мемельланд, то русско-прусской границей станет река Мемель почти на свои две трети. Очень удобная оборонительная позиция, сотворённая природой.

Пока военные планы реализуются, царь не забывает и о делах гражданских. Видели бы вы, как он радовался, когда первенец Фултона вышел в своё первое плавание в апреле 1803 года. Пароход имел более двадцати саженей в длину и около двадцати футов в ширину, оснащённый паровой машиной в двадцать лошадиных сил. Ещё больше радости принесло то, что кораблик потащил баржу с тысячей пудов груза в Кронштадт со скоростью 3 мили в час.

— Если бы не баржа, то все пять миль в час дал бы, — гордо отметил император окружающим.

Новый вид транспорта пришёл на Русь, чтобы размножаться в стране рек и больших озёр. А ежели кто вякнет, что бурлаки проще и дешевле, того отправят в Сибирь или отстранят от должности. Ныне правы те, кто согласен с государем и готов его поддержать в развитии прогресса. Тем более, что семейства Демидовых, Строгановых и Расторгуевых оценили возможности пароходов и готовы размещать заказы на их изготовление. А то и сами организовать компанию по производству этого новшества. Впрочем другие желающие строить пароходы тоже нашлись.

Мы, кстати, в конце сентября собираемся провести испытания своего варианта, но не с боковыми хлюпалками, а с винтом в заднице. Правда, изначально, ещё на стадии проектирования разошлись во мнениях с Кулибиным.

— Денис Дмитриевич, да никакая паровая машина не потянет вашу громадину, как вы не поймёте. Давайте сначала небольшое судно испробуем, а затем будем размеры увеличивать.

— Иван Петрович, не нужно этого бояться. Нам не баржи таскать придётся, а для иных целей пароходы нужны. И машину будем делать гораздо мощнее, чем английские, лучше время потратим на её разработку и доводку, чтобы пятьдесят лошадей заменила. Для такой и габариты корабля нужно побольше.

— Тогда запаса угля не будет надолго хватать.

— Тут по-другому считать нужно, дорогой мой. Грузоподъёмность корабля пропорциональна кубу его размера, в то время, как сопротивление воды увеличивается лишь как квадрат размера. Большое судно выйдет экономичнее, чем малое. Плюс, у Фултона будет поперечное расположение паровой машины, а у нас продольное.

Это было год назад и я настоял на своём, а теперь проверим что в итоге получилось. Испытания назначены на 24 сентября, на вторник.

Книга предоставлена Цокольным этажом, где можно скачать и другие книги.

Сайт заблокирован в России, поэтому доступ к сайту, например, через Amnezia VPN: -15 % на Premium, но также есть Free.