Богиня подарила мне второй шанс. Я оказалась в теле Амари Риатон, жизнь которой висит на волоске. Мне придется столкнуться с проблемами и темными секретами хозяйки этого тела, а еще — развестить с мужем. И единственный, кто знает обо мне правду — главный Дознаватель королевства с тенью Дракона. Он красив, невероятно силен и бывает совершенно невыносим! Но именно рядом с ним моё сердце начинает биться чаще…
OCR, fb2, V 1.1 — редактирование файла, добавление обложки — Яманеко
Все тело болело. Опять.
Я медленно разлепила веки, прислушиваясь к своему организму. Болел бок. Я скосила взгляд вниз, но белая сорочка мешала увидеть бинты.
Но они были. Я их ощущала так же отчетливо, как и в прошлый раз.
Перевела взор на застывшего рядом целителя. Мы находились в моей комнате в доме Улгура. Леон Дегель смотрел на меня по-отечески теплым и добрым взглядом.
— Как вы, Ава? — осторожно спросил он и подал мне стакан с водой и металлической трубочкой. — Пейте, только маленькими глотками. После я займусь вашим осмотром.
— Что со мной? Почему… почему я…
Я никак не могла произнести слово «умерла». Но ведь так и было, да? Последнее, что я помню, — поцелуй Лориана. А потом резкая боль в районе сердца и темнота. И вот я здесь.
— На вас напали, Ава, — вздохнул Дегель и заерзал на стуле, — но об этом лучше уточнить Лориана. Он…
— Вернул мою душу из-за грани? — догадалась я и невольно посмотрела на нашу брачную татуировку. — И моя душа не ушла из этого тела, хотя я тут чужая… Почему?
— Полагаю, дело в вашей связи, — откликнулся Дегель хмуро. — Мне правда все это неведомо, Ава. Это игры Мортаны и… Лориана. Признаюсь честно, его сила даже меня пугает. Но вы бы видели его… Я думал, он на месте убьёт ту бедную эскарийку…
— Кого?.. — непонимающе уточнила я и нахмурилась. — Речь об Изель Ривенделл?
— Я все-таки вам рассказал, хотя обещал вас не волновать, — снова вздохнул Дегель и покачал головой. — Её задержали на месте. Но она могла там и умереть — Лориан направил на неё смертоносное заклинание, и его чудом удержали. Разумеется, это случилось после того, как он стабилизировал вашу душу в этом теле, а Изель уже была схвачена.
Я попыталась все осмыслить. Я умерла. Дважды. И мне крупно повезло, что маг смерти был рядом. Мортана сделала мне подарок, связав наши души. Будто знала, что на меня объявлена охота…
Хотя почему «будто»? Богини знают всё.
— Мне стоит в который раз поблагодарить Лориана, — произнесла смущенно. — Но почему Изель попыталась меня убить?
Я вспомнила, как в прошлый раз в министерстве она настаивала на приватной встрече. Кажется, уже тогда она желала от меня избавиться. На моё счастье, я выходила из дома не так часто… точнее, совсем не выходила, кроме прогулки с Лорианом и посещения театра с мадам Севиль. Но в прошлый раз она не решилась напасть на меня, а в этот… Что заставило её сделать такой отчаянный шаг? Будто у неё не было выбора. Словно ей самой что-то угрожало.
Ведь напасть на глазах у всех можно лишь в двух случаях: когда терять уже нечего и когда можешь потерять самое дорогое. К какому случаю относилась Изель?..
— Если и проводили опрос, информацию еще не обнародовали — со взрыва в театре прошло меньше суток. Давайте лучше займемся вашим осмотром, Ава.
— Конечно, — со вздохом согласилась я.
Расслабилась и подала целителю руку — в первую очередь он всегда отсчитывал пульс. Но едва прохладные пальцы целителя коснулись моего запястья, стена передо мной словно растворилась, и я смогла увидеть и услышать то, что происходит в соседней комнате.
— Пусти меня, Лориан! Немедленно! — прошипел Элджен. Они стояли в просторном коридоре под куполом. Но для моей странной способности этот купол не был препятствием. Я слышала все так отчетливо, будто находилась там. — Ты не имеешь права удерживать меня! Я хочу увидеть жену.
— Вы разводитесь. И сейчас она отдыхает. Проваливай, Элджен, — откликнулся маг смерти в своей привычной насмешливо-раздраженной манере.
Надо же, все с точностью наоборот! В первый день моего пребывания в этом мире именно Элджен выгонял Лориана.
— По какому праву? — рыкнул муж и приблизился к брату. Они были похожи как две капли воды и в то же время — совершенно разные. — Объяснись, что между вами происходит?! До меня дошли слухи, будто в театре ты целовал мою жену… Нет, этого не может быть. Ты ведь не спишь с Амари?!
На последних словах голос Элджена сел, словно ему было даже тошно просто произносить это. Ничего себе разгон слухов от поцелуя до постели…
Впрочем, именно этим мы с Лорианом и занимаемся — спим вместе. В одной постели. Но не больше.
— Ни за что на свете я бы не притронулся к твоей жене, — моментально откликнулся Лориан и говорил почти правду.
Он призвал мою душу в это тело, лишь он видел меня настоящую. Остальные видели Амари Риатон. Но для него существовала только я — Ава Клементьева.
Он целовал меня. Он обнимал меня. Он спал со мной.
Не с Амари.
— И, Элджен, ты серьезно?.. Тебе волнует то, с кем спит твоя бывшая жена, а не то, что она вчера умерла?
— Меня это очень волнует! Именно поэтому я выбил разрешение на встречу с ней! Из-за твоего эгросова запрета на наши встречи я не мог пробиться сюда — магия не пускала!
— Это я настраивал защиту, — ни капли не раскаивался маг смерти. — Потому что считаю, что тебе здесь не место. Проваливай, Элджен.
Последнее прозвучало устало. Я вдруг осознала, что Лориан выбился из сил. Сколько всего ему пришлось пережить за последние сутки? Сначала моя смерть. Уверена, что оживление — не простой ритуал, а требующий много энергии, которые Лориан вложил без оглядки.
После же ему как Главному дознавателю пришлось иметь дело с расследованиями. Боюсь представить, как «весело» ему пришлось эти двадцать четыре часа…
Но Элджен смотрел на брата не менее устало.
— Какого эгроса ты творишь, Лориан? — рыкнул он. — Неужели действительно полагаешь, что я бы навредил своей жене?!
— Вчера ты едва этого не сделал! — тоже повысив голос, выдал маг смерти. — Ты хоть это осознаешь?
Элджен побледнел. Я тоже задумалась. Если Элджен действительно причастен к покушению на принцессу, значит, по его вине вчера могла погибнуть и я… Просто он не знал, что в этот момент я находилась в королевской ложе.
Но точно ли муж Амари к этому причастен?
Впрочем, спасти меня в любом случае не удалось.
— Не понимаю, о чем ты, — наконец выдавил Элджен, но слишком тихо, чтобы я перестала сомневаться в нем.
— Не лги мне, Элджен. Ты знаешь о моей способности видеть души — души чисты, и я вижу ложь так же отчетливо, как ты — цвет глаз собеседника.
Я изумилась. Такого о способностях Лориана я не знала, хотя это мне виделось очевидным. Я вновь испугалась того, какой силой обладает этот мужчина. На что он может быть способен…
— Только вот меня ты читать никогда не умел, братец, — неожиданно выдал Элджен и хмыкнул. — Ты можешь бравировать, но тебе известно, что наши способности не работают друг на друге. Мы никогда это не обсуждали, но… я не чувствую твои эмоции и соответственно не могу их направлять, значит, и ты не видишь моей души.
Лориан молчал. Я в который раз поразилась своеобразной связи близнецов. Они оба невероятно сильные маги, но именно друг в друге их слабость.
— Но ведь не только я не поддаюсь твоей власти… Амари ведь тоже? — спокойно уточнил Лориан.
И угодил в цель. На лице Элджена заходили желваки.
— После того покушения что-то случилось. Полагаю, ты к этому причастен? Она умерла уже дважды, но ты каждый раз оказывался рядом, — Элджен смотрел прямо, не собираясь отводить взгляд. Лориан молчал. — Но что-то изменилось в прошлый раз. Что ты ей сказал по пробуждении? Что это я убил её? Но это ложь. Я люблю Амари.
А её больше нет в живых… Мне стало больно. Если Элджен покушался на принцессу, то он действительно не очень хороший человек, но в то же время он любит свою жену. Кто же её тогда убил?
— Твоя любовь всегда больше походила на зависимость. Что ты на самом деле о ней знаешь?
Вопрос очень хороший. Почему же Изель решилась на убийство?..
— Какая разница, Лориан? — Элджен наградил брата злым взглядом. — Мне хотя бы известно, что такое любовь. А тебе? В тебе нет ничего святого. Ты весь пропитан тьмой. И не способен на настоящие эмоции.
Ох, как же он ошибается! Лориан — самый чудесный мужчина из всех, кого я встречала. Он чуткий и заботливый. Вот только не каждому он открывает эту сторону своей души.
Слишком много тех, кто примет это за слабость.
— Вернемся к покушению на её высочество, — вернул деловой настрой Дознаватель. — Это Джет Харлоу по твоему приказу подложил взрывчатые артефакты в королевскую ложу? Она взлетела бы на воздух, если бы не впечатляющий магический резерв и отменная реакция леди Севиль Мейтлок, которую ты знаешь без лишних предисловий. — Лориан сделал паузу и вновь спросил: — Ты понимаешь, что сегодня могла пострадать Амари? Она чуть не погибла из-за тебя и твоих политических амбиций.
— Не понимаю, о чем ты, — повторил Элджен. — Есть доказательства? Джет Харлоу — наемник, выполняющий приказы многих за деньги. Откуда мне знать, что он там делал?
Но Дознаватель ему не поверил. Совершенно.
Лориан приблизился к брату почти вплотную, уперев руки в бока. В его волосах вспыхивали зеленые искры.
— Если я найду доказательства твоей причастности к этим покушениям, то ты мертвец, братец. Отправишься первым на виселицу, а следом — твои соучастники.
Огненный маг лишь усмехнулся. Его совершенно не испугала угроза Дознавателя.
— Ты этого не сделаешь — и нам обоим это известно. Мы никогда не навредим друг другу. Мы близнецы, рожденные в одной утробе. К тому же ты старший, пусть и на пятнадцать минут, и ты всегда чувствовал за меня ответственность, не так ли, Лориан?
Лориан молчал.
— Отступи, — уже не приказал, а попросил Дознаватель. — Я не хочу делать то, что должно, но буду обязан.
Он собирался уйти, но в спину донеслось:
— Мы оба не отступим.
— Ава… Ава! — я моргнула и вернулась в реальность, в комнату, где находилась с целителем. — Что с вами? Я уже минуту зову вас, но вы словно находились в другой реальности.
— Что?.. — растерянно уточнила я и моргнула. — Извините, задумалась. Вы уже провели осмотр?
Я заметила сияние, исходящее от правой руки Дегеля, которую он разместил рядом с моим солнечным сплетением. Кивнув, мужчина убрал руку. В этот момент двери открылись. В комнату вошел Лориан. Он застыл на пороге, осматривая и ища что-то в моих глазах.
Он боится, что я — не Ава? Но он ведь видит меня! Или все равно опасается? А может, переживает из-за того, что не смог уберечь от смертельного ранения?
Он никак не мог предугадать, что в этот момент меня попытаются убить.
— Лориан! — рыкнул Элджен за его спиной, натолкнувшись на прозрачную стену в дверном проеме. — Живо пропусти!
— Только после того, как я удостоверюсь, что Амари в порядке, — спокойно отозвался Лориан, по-прежнему неотрывно глядя на меня.
И захлопнул дверь. По комнате пробежала рябь, уже знакомая мне прежде, — Дознаватель ставил звукоизоляционный купол. Он медленно приблизился и застыл у кровати.
— Как ты, Ава? — мягко спросил маг смерти и опустил взгляд к ране, а затем поднял его к Леону Дегелю. — Что с магическими потоками? Я едва удержал их, чтобы они не перегорели.
— А вот это очень интересно и вам лучше присесть, лорд Риатон: новость может шокировать, — откликнулся Дегель и поднялся, заложив руки за спину. Он переглянулся сначала со мной, затем с магом смерти и сказал: — В Амари просыпается магия. Не обычная, а та, что пробуждается у мальчиков в юношестве.
Лориан застыл и склонил голову на бок. Бросил на меня короткий взор и вновь спросил у Дегеля:
— Вы хотите сказать, что Ава способна призвать душу дракона?
— Полагаю, что так, — воодушевленно кивнул целитель, словно это была его личная заслуга.
Я же открыла рот. Но ведь Лориан говорил, что это невозможно! Только мужчины способны призывать души драконов! Внутри уже расползались тревога и паника. Новая сила пугала. Да и не верилось, что я могу быть такой особенной!
— Раньше никто из женщин не был способен призывать душу дракона?
— Только однажды, — нахмурился Лориан. — Королева Лианта, эскарийка по происхождению, жившая около двухсот лет назад, привязала к себе душу дракона. Она была воительницей и сильной, одаренной магически. Говорят, ей благоволила сама Шаардан. Больше я не слышал ни об одном подобном случае. Да и её дракон, по преданиям, был очень необычен, он даже имел более осязаемую форму.
— Понятно, — пробормотала я. — Но у меня есть выбор? Я могу не призывать душу дракона?
— Вряд ли, — покачал головой Лориан. — Иначе рискуешь выжечь магические потоки. Энергия переполняет тебя, ей нужен проводник. Мортана позволяет призвать душу великих драконов, чтобы они нивелировали силу магов. Это и дар, и проклятье одновременно. Симбиоз — выход от выгорания.
— Так и знала, что всё непросто, — пробормотала я, покачав головой.
— Совсем не просто. Я буду заниматься с тобой, чтобы вскоре ты смогла пройти инициацию, — добавил Лориан, а целитель, поклонившись, вышел. — Итак, леди Амари, что произошло в ложе? Севиль сказала, что это именно ты всех спасла.
Его деловой тон заставил меня напрячься. К чему этот официоз? Меньше чувств — больше дела?
— Я уже однажды видела этого человека… в доме Элджена. Кажется, ты упоминал его имя в Министерстве мира и справедливости…
— Джет Харлоу? — тут же догадался Лориан, и я неуверенно кивнула.
— Может, это и он. Но в тот день, когда я попала в этот мир, Элджен обсуждал с ним убийство… я была уверена, что речь обо мне, но… — Шумно выдохнула, тут же почувствовав дискомфорт в области груди из-за ранения. — От кого на самом деле хотели избавиться сегодня? От меня или от её высочества?
— То, что ты будешь в той ложе, никто не мог знать, — заметил Лориан и прищурился. — Но как ты могла его видеть, если он был в потайном ходе? Он установил там взрывной артефакт и ушел.
Мои щеки вспыхнули румянцем.
— Со мной происходит кое-что странное. Бывают моменты, когда у меня начинается головокружение, а стены словно исчезают, становятся прозрачными. Так случалось уже трижды. Первый раз в доме Элджена, когда я слышала его разговор с тем незнакомцем. Второй — когда произошел взрыв в твоем доме и я видела артефакт Шаардан. И третий — сегодня. Я предупредила леди Севиль, но уйти мы не успели, зато она поставила купол, спасший наши жизни.
Лориан смотрел на меня пораженно, словно не верил своим ушам. Он шумно вздохнул.
— Ты полна сюрпризов. Почему не рассказала мне раньше?
— Ты — Главный Дознаватель королевства. Уверена, в твоем штате очень нужен человек, способный видеть через стены. А теперь признайся мне честно, что бы ты сделал, узнав о моих способностях в первый день знакомства?
Лориан открыл рот, словно желая возразить, но закрыл его. Разумеется, он бы использовал меня и мои способности в своих целях, потому что он — предан короне. Он ставит счастье страны выше своего. Так с чего бы ему для меня делать исключение?
— Я постараюсь сохранить твои способности в тайне, — вздохнул Лориан. — Но ты сможешь узнать этого человека, если увидишь?
— Я видела лишь его глаза — остальное было скрыто маской, но его движения и одежда… Я не сомневаюсь, что это был тот же мужчина.
— Понятно…
— Лориан, — я потянулась к нему, — Элджен не пытается меня убить, да? Он хочет убить её высочество и занять престол? А ты хочешь спасти принцессу и… тоже занять престол. Но у вас разные методы.
— Разные, — не стал спорить маг смерти и протянул руку, будто желая провести ладонью по моему лицу, но тут же опустил её. — Вот будет забавно, если ты станешь королевой, будучи женой моего брата, да?
— Я ей не стану, — произнесла уверенно. — Потому что ты не проиграешь брату и не позволишь ему отнять невинную жизнь.
Не говоря уже о том, что я разведусь с Элдженом. Я — не его жена.
— Спасибо, что веришь в меня. Вот только… твоя смерть расставила для меня приоритеты, Ава.
— Что ты имеешь в виду? Лориан, прошу тебя, не мучай меня пустыми предположениями, я сама себя изведу неопределенностью.
Сердце забилось быстрее. Дознаватель вздохнул. Он наклонился ко мне, прислонился своим лбом к моему, но не целовал, а лишь нежно гладил мою щеку подушечкой большого пальца.
— Я ненавижу давать пустые обещания, Ава, особенно когда не свободен. А сейчас я чувствую ответственность перед её высочеством. Пока я могу пообещать, что расскажу тебе все после разговора с Мелисантой. Мне нужно разрешить сложившуюся ситуацию, и уже после я смею рассчитывать на твою взаимность.
Я молчала. Просто наслаждалась близостью Лориана и мечтала, что все его слова — действительно то, о чем я думаю. Вздохнув, Дознаватель отстранился и поднялся. Мне не хотелось его отпускать. К тому же остался еще один, очень важный, вопрос…
— А что с Амари? Она знала о планах мужа?
Лориан замялся. Отвел взгляд. Я тут же заподозрила самое плохое.
— Тебе лучше не знать об этом, — искренне откликнулся маг смерти и посмотрел мне в глаза. — Я сделаю всё, чтобы защитить тебя, но… если меня не станет и ты попадешь на ментальный допрос, то они не смогут добиться от тебя никаких показаний против тебя же. Тебе лучше не знать, в чем повинна Амари, для твоей же безопасности.
Я открыла рот. Сердце забилось быстрее. Что же натворила моя предшественница?
Лориан отступил. Он провел рукой вдоль стены, снимая заклинание.
— Я вернусь сегодня поздно.
Я обхватила себя руками, будто желая скрыться от этого жестокого мира.
— Куда ты? — вопрос вырвался раньше, чем я успела его обдумать.
— Работать, Ава, — пояснил Лориан. — Я и так отсутствовал слишком долго, потому что не мог оставить тебя, пока ты не очнешься. Мне нужно возвращаться к работе.
— Понимаю, — кивнула, а у самой засосало под ложечкой. — Я лишь мешаю тебе, и из-за меня ты потратил столько сил…
Лориан глубоко вздохнул и резко подался вперед, разместив руки по обе стороны от меня. Его губы оказались близко, но на этом расстоянии я смогла увидеть едва заметные зеленые всполохи в серых глазах мага и почувствовать привычный успокаивающий запах хвои.
— Единственное, о чем ты должна сейчас волноваться, — о своем выздоровлении. Забудь всё, что я тебе говорил о… — Лориан сглотнул, на мгновение опустив взор к моим губам и вновь подняв его, — о своем выборе. Я ошибался.
Дознаватель подался вперед, словно желая меня поцеловать, но в последнее мгновение сдержался. Сжал губы и столь же порывисто отстранился. Моё сердце ускорилось, а кончики пальцев слегка покалывало от переполнявших эмоций.
— Отдыхай, — бросил перед выходом и открыл дверь, но за ней, естественно, обнаружился Элджен.
Он бросил взгляд за мое плечо, на Аву. Внутри меня буквально все клокотало от желания открыть ему глаза на происходящее, сказать, что эта женщина — не его.
Той, кого он любит, больше нет в живых.
Но для этого слишком рано. Элджен всегда из нас двоих был более эмоциональный и импульсивный, он взорвется, едва узнает о смерти своей жены, и его гнев обрушится не только на меня. Он выльет его в гражданскую войну.
Я вновь прокручивал в голове свой поступок вчера. А ведь подобная импульсивность действительно характерна для Элджена, не для меня. Но внутри меня что-то оборвалось в тот момент, когда я узнал о произошедшем в театре.
Я уже заранее ощущал предвестники беды — татуировка на запястье пульсировала, именно поэтому я поспешил к театру. И на половине пути мне пришло сообщение о взрыве.
Ту панику, что меня охватила, я не испытывал никогда в жизни. Ни разу во время покушений на принцессу мной не овладевала и половина тех эмоций, что вчера. Даже когда её высочество умирала во время покушений — я знал, что успею и верну её. А если не успею… что ж, я буду думать об этом после.
Но в тот момент никакого «после» в голове не было. Словно со смертью Авы оборвалась бы и моя жизнь — если не в физическом, то в ментальном плане. И лишь в тот момент я понял, как крупно влип.
Эта девушка пробралась не просто ко мне в постель, она пробралась куда более интимно — в мою душу.
Я едва не забыл о своем долге. И опомнился, только когда её высочество позвала меня. Но, утешая одну, я бесконечно думал о другой. И сорвался с места, едва Ава ушла, извинившись перед принцессой и доверив её безопасность Кайну.
Я настолько погрузился в свои переживания и эмоции, что совершенно не заметил подкравшуюся убийцу. Разумеется, я видел Изель Ривенделл, но не предполагал угрозы с её стороны.
Я расслабился.
И это худшее, что могло со мной случиться в нынешних обстоятельствах. Нельзя допускать подобного до того, как я решу все проблемы и расследую дело о покушении на леди Амари Риатон.
Поэтому мне нельзя приближаться к Аве. Нельзя давать волю чувствам. Сейчас я не могу себе это позволить.
— Элджен, ты еще здесь? — удивился я и окинул брата неприязненным взглядом. И закрыл дверь комнаты, отрезая Аву от взгляда Элджена. — Я думал, мы все решили.
— Решили? Мы ничего не решили. Ты не дал мне увидеться с женой.
Упертости брату не занимать. Хоть в чем-то мы похожи.
— Ответ всё тот же: выметайся, — спокойно откликнулся я. — Что бы ни происходило с Амари, теперь это не твоя забота. Я серьезно, Элджен. Не уйдешь сам — я вышвырну тебя силой. Мне плевать, каким путем ты получил разрешение на встречу, но безопасность Амари Риатон — все еще моя зона ответственности, поэтому я в своем праве.
Элджен знал об этом, поэтому его кулаки то сжимались, то разжимались. Он не находил разумного и достойного ответа.
— Брось, Лориан! Ты не хуже меня знаешь, что скоро свадьба Элины, где мы с Амари все равно будем видеться. Не усугубляй.
— Это ты не усугубляй. Иначе отцу придется выставить грязное белье семьи на всеобщее обозрение, ведь ни я, ни Амари не явимся.
Мы долго мерились взглядами. В итоге Элджен отступил.
— Ты настоящий эгоист!
— Хуже: я избранник Мортаны, — весело откликнулся я, ни капли не оскорбившись.
Я уже привык к такому отношению. И это не худшее, что мне высказывала моя семейка. Разъяренный братец спустился по лестнице, а я еще долго смотрел ему вслед — задумчиво и даже с жалостью. Каково ему будет узнать о смерти любимой жены?
Но пока очевидно одно: Амари хранила больше грязных секретов, чем вся моя семья вместе взятая.
Я долетел до дома Изель Ривенделл на Ветре — моих сил не хватало сейчас даже для частичного превращения и призыва крыльев, я почти все отдал во время ритуала и после — чтобы раны Авы быстрее затянулись и она поправилась. Сейчас во мне остались крохи, которые мне еще могут пригодиться.
Ветер опустился перед крыльцом невысокого дома. Я спешился. Здесь уже работали мои люди и все было оцеплено. Соседи и знакомые опрошены. Картина складывалась не самая приятная: бедную девушку шантажировали. Её сына Лаейса взяли в заложники и требовали от Изель убить подругу, для этого снабдили необходимым артефактом — клинком тени. Он расщепляет не только тело, но и душу. Редкая и очень дорогая штука, древняя. В основном её используют, чтобы мгновенно убить дракона, но в данном случае, я думаю, расчет был на меня.
Они не хотели, чтобы я оживил Амари. И я бы не смог, если бы не наша с Авой связь — именно благодаря подарку Мортаны я смог призвать душу Авы обратно. И кто бы знал, сколько раз за прошедшие сутки я благодарил богиню за этот дар.
— Что-то новое удалось узнать? — спросил Сей-Мин.
Мужчина обернулся ко мне и склонил темноволосую голову. Он родился не здесь, его родители уроженцы Восточных королевств с крупнейшего материка нашего мира — Марийского, — что сказалось и на внешности, и на имени разведчика.
— Действовали чисто, — вздохнул он. — Мне почти не удалось найти следов.
— Почти?
Сей-Мин достал пузырек с пеплом внутри. Я улыбнулся и протянул руку. Открыл крышку и высыпал пепел на руку. Прибегать к силе не хотелось, но выбора нет. Я активировал заклинание, забирая из источника крупицы едва успевшей восстановиться магии, и постепенно бумага на ладони начала возрождаться. Подобная магия была высокого порядка, редко кому поддавалась и отнимала много сил — неудивительно, что у меня на лбу выступила испарина, а когда бумага почти восстановилась, я пошатнулся. Меня придержал Сей-Мин.
— Лорд, что с вами? Слишком много сил потратили на оживление… Амари? — уточнил он хмуро.
Я вымученно кивнул и, восстановив дыхание, посмотрел на записку. Сей-Мин тоже склонился над ней и нахмурился.
— Вновь Эскария?
— Похоже на то.
«Сегодня. Театр» — всего два слова, но важно было не что написано, а как. Эскарийский очень похож на рошмадский язык, но в Эскарии принято писать печатными буквами, не соединяя их, да и завитки у двух букв характерны. Бумага, естественно, была с самоуничтожением — поэтому мне и остался один пепел.
— Изель Ривенделл осведомили незадолго до театральной постановки, когда уже увидели саму Амари у театра, ведь никто не мог знать заранее, что она отправится туда, — задумчиво произнес я. — Я сам узнал всего за пару часов, леди Севиль Мейтлок брала билеты на свое имя, никого не посвятив в свои планы. Они хотят избавиться от Амари как…
— Как от свидетеля, — кивнул Сей-Мин. — Я тоже думал об этом. Она знает что-то, чего эскарцы очень боятся. Нам нужно выяснить, что они задумали, иначе… Мне страшно, ваше светлейшество, что они утопят Рошмад в крови, включившись в государственный переворот.
— Я поговорю с её высочеством и советом. Нам нужно выманить эскарцев, а для этого они должны быть ближе. Его высочество Кайлин недавно посватался к принцессе, совет еще не дал официального ответа, но это и так очевидно: они будут против. Никто не хочет видеть на престоле своего королевства злейшего врага.
— Но это примирит наши королевства, — вздохнул Сей-Мин.
— Цена этого примирения — чужак на престоле Рошмада, которому будет плевать на наш народ, ценности и традиции, Сей-Мин.
— Он ведь может стать консортом.
— Рошмад слишком закостенелый, чтобы дать королеве абсолютную власть при живом супруге.
— Что вы хотите этим сказать? Мы будем покушаться на супруга? — весело уточнил разведчик, и я позволил себе слабую улыбку.
— Законы пора менять, Сей-Мин. А для этого нам надо укрепить позиции её высочества.
— Тогда с чего начнем?
Я улыбнулся. Мне нравился этот чужестранец именно за его веселый нрав. За авантюризм.
— Пора вернуть Рейгара Ниагру в Рошмад. Он уже отсутствует два года, его место в младшем совете все еще пустует. А нам сейчас как никогда нужна вся поддержка в совете.
— Да, но отец отказался от Рейгара еще два года назад, лишив его прав на наследование, — возразил Сей-Мин.
— Это не проблема, — покачал головой. — Вейн Орвен вернет ему титул, а совет проголосует «за» — всем известно, что Рейгар один из сильнейших магов Рошмада, его тень Дракона сильна, а дар — уникален. Нужно лишь подгадать нужное время. Свадьба моей сестры для возвращения Рейгара и приветственного жеста принцу Эскарии — отличный повод.
— Тогда я не смею больше задерживать вас, ваше светлейшество. Новостей у меня больше никаких нет.
— Спасибо за работу, Сей-Мин.
Он снял звукоизоляционный купол, и я вернулся к Ветру. Заседание совета сегодня вечером, мне есть что сказать им по поводу расследования, а также — настоять на приглашении делегации из Эскарии во главе с его высочеством Кайлином.
Во дворец я прибыл за десять минут до начала совета. Мне удалось перехватить лорда Орвена едва ли не перед входом в зал заседаний во дворце и отвести его в сторону. Судья третьего круга хмурился, глядя на меня с непониманием.
— Лориан, сегодня день заседания старшего совета. Что ты здесь делаешь?
Существовало тринадцать изначальных родов, помимо королевского, с сильнейшей магией, способных привязывать души драконов к своим телам. Именно из глав этих родов состоял старший совет, а младший — из их наследников. Мы с Элдженом близнецы, поэтому оба принимали участие. Но как же вовремя, что сегодня мне вход на заседание закрыт.
— Мне нужна ваша помощь, лорд Орвен. Вы должны убедить совет пригласить эскарийского принца Кайлина в Рошмад, пока никак не отвечая ему на его предложение руки и сердца её высочеству.
— Совет не пойдет на это, — нахмурился Орвен, — пускать чужака в страну в такое неспокойное время. Это рискованно.
— Я возьму на себя полную ответственность. У меня есть причины полагать, что ведется заговор против королевской семьи с поддержкой из Эскарии.
Я передал Орвену документ, который успел подготовить заранее еще в доме Улгура. Я не указывал виновных, но вложил досье эскарцев, находящихся в королевстве, которые начали вести подозрительную активность.
— За каждым сейчас установлена слежка. Но информация от них утекает словно вода в песок, я не успеваю её поймать. Если мы выманим сюда его высочество, картинка прояснится. И повод для приглашения есть — свадьба дочери Высокого лорда Сайруса Риатона. Этим Рошмад никак не обнадежит эскарийского принца относительно помолвки с её высочеством Мелисантой, при этом у меня будет время всё проверить в непосредственной близости от него.
Орвен задумался.
— Хороший ход, Лориан. Мне план нравится, и я тебе доверяю… хотя сначала предстоит уговорить твоего отца. Я поговорю с ним после собрания, а уже потом свяжусь с членами совета. Поднимать этот вопрос сразу сегодня — слишком рискованно, его могут не одобрить уже на подступах. Сначала подготовлю почву для положительного ответа.
— Я рассчитываю на вас, ваше светлейшество, — я слегка склонил голову.
— Как и я на тебя, Лориан. Мне страшно за Рошмад, и ты единственный, в чьи руки я его доверю.
— Но ведь был еще один, — заметил я между делом, и Вейн застыл.
В его глазах промелькнул и гнев, и боль.
— Мой сын отрекся от меня. Предал. Я не желаю его видеть. Не желаю его возвращения.
— И всё же… место вашего наследника все еще пустует, а нам нужна поддержка.
— От Рейгара мы не получим поддержки, Лориан. Он упрям, как талаг!
— И все же он всегда был за перемены, — откликнулся я, но продолжить не решился. — Просто подумайте об этом.
Вейн не ответил, все еще смотря на меня недовольно. Потом кивнул мне рукой: время было на исходе.
— Ты неважно выглядишь. Загляни к королевскому целителю. Тебя шатает.
Знаю. Слишком много сил отдал. Еще и восстановление записки окончательно меня вывело из строя.
— Обязательно. Благодарю за заботу, ваше светлейшество.
Я откланялся и действительно поднялся к целителю. Мастер Силван занимался лечебными мазями, когда я вошел. Он быстро оглядел меня и вздохнул.
— Наслышан о твоих подвигах. Вся столица шумит, как ты вернул из-за грани жену своего брата… перед этим её поцеловав. Мне пришлось давать Мелисанте успокаивающий отвар весь вчерашний вечер и сегодняшний день, даже заснула она только после того, как приняла его.
Я нахмурился. Чувствовал свою вину перед её высочеством. Нужно было с ней поговорить, но у меня не было времени.
— Видимо, поэтому вы и задержались и не отправились ко сну, — заметил я.
— Да, Лориан… Проходи, сейчас попробую восстановить тебя. Только после — хорошенько выспись. Ты знаешь, какой бывает откат от целительских влияний на источник.
Я кивнул и лег на кушетку. Руки целителя распростерлись над моим солнечным сплетением, а после я отключился.
Едва за Лорианом закрылась дверь, я почувствовала легкое беспокойство, ведь успела увидеть в дверном проеме Элджена. Голосов в коридоре я не слышала и никто так и не вошел. Леон Дегель вскоре вернулся, чтобы еще раз осмотреть меня.
— Сегодня я останусь здесь ночевать: господин Улгур любезно предложил мне свободную комнату, чтобы я смог проследить за вашим выздоровлением, Ава.
— Благодарю вас, — откликнулась я. — уже могу встать?
— В этот раз рана затягивается быстрее: Лориан постарался сделать так, чтобы облегчить мою работу, — успокоил меня Дегель. — Хотя диета в ближайшие дни вам все равно показана. Рана затянулась, но остались внутренние повреждения, которые будут заживать в ближайшие дни. Предлагаю ограничить вам физическую активность, но вот прогулки — обязательны, чтобы избежать спаек. Поэтому да, вы можете вставать и ходить; более того — это даже нужно делать.
Я послушалась совета и поднялась. Кожа в месте ранения чувствовалась стянутой и вызывала неприятные ощущения, да и ходить приходилась немного сгибаясь, но в целом я действительно чувствовала себя вполне сносно для той, кто еще вчера умерла.
В ванной я ополоснула лицо и расчесала волосы, перехватив их заколкой, а затем накинула халат. Когда я вышла в спальню, успела сделать всего два шага, когда дверь с грохотом открылась. И на пороге оказался неизвестный мне мужчина.
В белой рясе, с седеющей бородой и в накинутом на голову капюшоне. На правом плече красовался знак солнца. Я нахмурилась, непонимающе глядя на мужчину, а вот когда из-за его спины выглянула тетушка — непонимание начало постепенно отступать.
— Очнулась, кровинушка моя-я-я! — закричала женщина и бросилась меня обнимать. — Родная, как же я волновалась, как волновалась! Хотела дождаться, когда ты очнешься, но поняла: медлить нельзя! Нужно действовать! Пришлось доверить тебя целителю и сорваться в храм богини Шаардан, молиться за твою судьбу!
Спасибо, конечно, но чувствуется мне, что молиться за судьбу Амари уже бессмысленно…
— Благодарю, леди Торильда, ваша доброта и помощь еще никогда не были столь своевременны, — не могла удержаться от иронии.
Ей следовало следить за племянницей раньше, до того, как Амари встряла в огромные проблемы. Ведь не просто так от неё пытались избавиться — уже дважды. И теперь я не сомневаюсь, что это был не Элджен.
Но кто же тогда?..
— Я все для тебя сделаю, родная моя, — всхлипнула тетушка Торильда и обернулась к мужчине: — Начинайте, господи Тольх!
— Начинать что? — недоуменно спросила я.
— Изгонять плохую ауру из этого дома, — пояснила леди Торильда и похлопала меня по ладони. — Вот увидишь, мы из этого дома всё плохое изгоним — глядишь, так и леди Севиль и Лориан сами уедут, изгнанные великой силой священнослужителя Шаардан!
Дегель явно пытался спрятать улыбку. Господин Тольх больше не стал терять время и, достав какие-то свечи и артефакт, тут же начал что-то читать нараспев. В дверях появился Улгур. И медленно подошел ко мне.
— Как ты? Все хорошо?
Кивнула, все еще недоуменно глядя на священнослужителя. Леди Торильда бегала за ним и подсказывала, будто разбиралась в особо темных уголках этой комнаты и этого дома.
— Вы не собираетесь это останавливать? — уточнила я у него. — А то ведь правда… создаст некомфортную обстановку для Лориана.
Кто знает, что там с балансом магических материй и богинь?
— Лориана сама Мортана не выгонит, если он не захочет уезжать, не то что какие-то фокусы священнослужителя, — хмыкнул орк. — Впрочем, как и леди Севиль…
— Вот так, скоро здесь всё очистится! — воскликнула леди Торильда и вновь приблизилась ко мне, бросив победоносный взгляд на Улгура. — Больше тут не будет никакого непотребства и разврата! Тут такая ужасная обстановка, что даже Амари начала меняться; ты ведь прибегала к магической косметологии, я права? Твоё лицо стало почти неузнаваемым. Даже цвет глаз немного изменился, как и тон лица. И нос словно стал менее вздернутым… И губы! Они точно стали тоньше. Дорогая моя, зачем тебе эти изменения? Ты и так красавица! А эти сочные губки вообще были… Ох, за них ведь Элджен тебя и полюбил! Ты из-за этого меняешься, да? Чтобы больше ничего тебя не связывало с бывшим возлюбленным? Ну ничего, господин Тольх быстро избавит всех нас от посторонних неправильных мыслей!
Надеюсь, он выбивать подобные мысли будет не этим на вид увесистым артефактом? Я вновь посмотрела на едва сдерживающего улыбку Улгура.
— Кажется, вы говорили, что скоро ужин? — уточнил Дегель. — Амари бы поесть.
— Конечно! — тут же включился орк. — Пойдемте.
— Да-да, поесть не мешало бы. Господин Тольх, а вы работайте, не отвлекайтесь, — тетушка взяла меня за руку и повела на выход.
Мне оставалось только вздыхать вслед и радоваться, что мои изменения не вызвали удивления у госпожи Торильды. Какое счастье, что в этом мире существует магическая косметология! Правда, вчера в театре было много разных женщин, но все они особенные, симпатичные. Возможно, здесь действительно редко прибегали к магической косметологии, ведь это означало потерю индивидуальности рода. Или людям просто неинтересно то, что слишком доступно.
После обеда, где тетушка продолжала причитать о моем здоровье, а леди Севиль всячески её отвлекала от меня, я сбежала пораньше и поднялась в библиотеку. Мне не терпелось узнать побольше о королеве Лианте, чей дар, возможно, поможет раскрыть мне свой.
Но едва я вошла, сразу же на первом столике увидела разворот столичной газеты:
«Скандальные новости в семье Р.! Разлад между братьями из-за несравненной леди А.!»
Я вздохнула. Очередная скандальная сплетня. Я всего лишь хотела найти побольше информации о королеве Лианте, чтобы узнать её путь, но в итоге увидела свежую прессу и заголовок… И, конечно, не смогла сдержаться, чтобы не утолить своего любопытства:
«Насколько низко может пасть женщина? Скажу я вам, что пропасть находится где-то на уровне, когда женщина уходит от одного брата к другому. Особенно если эти братья — близнецы.
Мы и раньше скептически относились к восхвалениям красоты некой леди А., а теперь и вовсе готовы говорить, что вся её красота меркнет по сравнению со скандальным поведением куртизанки.
Поведение неженатого лорда Р. вполне понятно: его ждет выгодный брак и власть, а пока он развлекается как может. Но что об этом думает его брат, чей брак уже висит на волоске?
Читайте в следующем выпуске эксклюзивное интервью с домоправительницей дома женатого лорда Р.».
Я фыркнула. Надо же, пресса везде одинакова. Слова меня совершенно не задели. Во-первых, они говорили не обо мне. Я никогда не была женой Элджена в полном смысле этого слова. Я — попаданка в чужое тело и всеми силами пытаюсь откреститься от прошлого моей предшественницы. Конечно, моя благодарность к ней велика, но давайте начистоту: Амари была далеко не ангелом, ведь не зря на неё столько раз совершались покушения.
Её прошлое хранит множество темных секретов.
Отложив газету обратно, я не стала знакомиться с другими статьями, а прошла вперед, к стеллажам, отправившись в раздел истории.
— Королева Лианта… где же ты?
Нужно смотреть с историей около двухсот лет назад. Какой сейчас год в этом мире, я знала, поэтому без труда нашла нужный век. Но искать по событиям будет долго… Пальцы наткнулись на справочник по историческим личностям. Его я и схватила без раздумий.
Открыла, нашла её величество Лианту и села за столик, не отрывая взгляд от раскрытых страниц. Родилась в Эскарии, соседнем королевстве на Чернильном материке. Училась в военной магической академии, была лучшей выпускницей, ведь её резерв был сравнив с мужским — уже в пятнадцать лет она смогла провести ритуал призыва души дракона, который впоследствии стал её крыльями и вторым обликом. В последующем её дар трансформировался, когда она прибыла в Рошмад, и стал сильнее. Она была дочерью Высокого лорда — лучшего воина королевства.
В тот момент отношения между Рошмадом и Эскарией были напряженными, королевства стояли на грани войны. Лишь усилиями наследника Рошмада удалось предотвратить войну, но запросил он немалую цену — невесту, единственную, способную оборачиваться драконом.
Естественно, Эскария пошла на этот шаг, а Лианта была отдана насильно замуж. Но с этого трудности только начались…
Её история так увлекла меня, что я не заметила, как за окном сгустились сумерки. Я все читала и читала, глотая информацию, а когда опомнилась, осознала, что пора возвращаться. К тому же Леон Дегель должен был еще осмотреть меня перед сном.
Лианте пришлось нелегко в своей жизни, будучи единственной женщиной с тенью дракона. А что ждет меня? Ко мне общество и так настроено недружелюбно; что будет, узнай они о моей необычной магии?
Вздохнув, я постаралась отбросить эти мысли и ускорила шаг. Леон Дегель ждал меня в моей комнате. Он провел осмотр и, удовлетворившись моим состоянием, ушел, пожелав мне добрых снов.
— Что же надеть? — я в задумчивости открыла шкаф.
Выбирала, разумеется, между сорочками. Более закрытую или менее? В итоге решила рискнуть. Длина чуть ниже колена, зато декольте дает волю воображению, да и спина открыта. Атласная, легкая и весьма приятная к телу. Я прошла к кровати и решила, что пусть Лориан сегодня сам ко мне приходит. Я делать первый шаг не собираюсь.
Хотя, может, этот шаг за нас сделают богини?
Хихикнув, я легла в постель. Но прошел час, два… а Лориана всё не было! Я уже начала злиться! Резко поднявшись, направилась к выходу. Но едва дотронулась до ручки двери — меня заметно замутило, а в следующий момент пространство вокруг растворилось, собравшись вновь в совершенно другом месте.
— Какого?.. — пробормотала я и все-таки приоткрыла рот, взглянув на Лориана в одних брюках и мгновенно оценив обстановку вокруг.
Мы находились в борделе!
Сомнений не было. Невесомые ткани, развешанные повсюду; атласные подушки, много мягкой мебели и ковров. А еще — полуголая девица рядом с мужчиной, которого я фактически считала своим, смеётся и тянет явно лишние ручки к мужскому телу!
Лориан смотрел на меня с не меньшим удивлением. Ах, он еще удивляется?! Заявился в обитель утех, пока я там переживала (да-да, я не особо переживала, больше злилась, но ему знать об этом не обязательно!), и развлекается! А сам выглядел таким занятым и измотанным.
Убью! Себя же он не воскресит, верно?
— Я могу всё объяснить! — тут же заявил лорд Дознаватель.
— Ваше светлейшество, а кто это? — хихикнула девица и вновь потянула руки туда, куда тянуть было смертельно опасно. Для неё.
Вот и Лориан ей это показал, перехватив пальцы и отведя в сторону, при этом неотрывно глядя на меня. Так, Ава, соображай. Лориан действительно плохо себя чувствовал, он целиком был занят расследованием. И смотрит уверенно, так, будто оказался здесь если не случайно, то по долгу службы…
Всем бы такой службы, чтобы бывать в борделе! Он бы не стал со мной так поступать, особенно зная, что ночью нас переносит друг к другу. А если он рассчитывал, что после моей смерти заклятие Мортаны спадет? Вот и отправился уверенно сюда, снять напряжение… В конце концов, он же мне ничего не обещал!
— Ваше светлейшество, даже не знаю, как вы сможете это объяснить: вместо того, чтобы возвращаться ко мне, вы решили развлечься с куртизанкой? — уточнила я.
Девушка захихикала, но не уходила. Нет, ручки у неё явно лишние! Однако девица оказалась все-таки с мозгами и со вздохом отступила, сев разочарованно на кровать. Кажется, она очень хотела развлечься, а я все обломала!
— Это не то, что ты думаешь, — напряженно повторил маг смерти.
Я все-таки заметила его рубашку и камзол, лежащие на диване. Интересно, сам снимал или помогли?
— Тебе придется сильно постараться, чтобы объяснить мне всё, — предупредила я.
Лориан открыл рот, судя по всему, желая немедленно приступить к объяснению, но в этот момент стена справа отъехала — потайная дверь. И в комнату вошел… вошла… вошли… не знаю, как описать, но захотелось познакомить его с тетушкой! Она бы его точно осветила божественной силой Шаардан!
Потому что это вроде был мужчина, но в женском платье и с прикрытым лицом.
В этот момент сбоку послышался шорох. Скосила взгляд, заметив бедную девушку, потерявшую сознание (видимо от неземной красоты вошедшего). Ладно, судя по погасшему заклинанию на руках Лориана, сознание она потеряла не по своей воле.
Та-а-ак, и что здесь происходит?
— Я же говорил, что всё объясню, — весело откликнулся Лориан.
Я посмотрела на мужчину в женском платье, уже снявшего вуаль, под которой обнаружилась борода, а затем на полураздетую лежащую на кровати девушку и Лориана без рубашки.
— Нет, ну знаешь, это будет сложнее объяснить! Учитывая, что от этой прекрасной леди ты отказался, а в комнату вошел он.
Лориан уже едва сдерживал улыбку. Я тоже. И тут ожил третий:
— Кто это и что она тут делает?
Судя по всему, говорил он обо мне. А меня ой как тяжело будет объяснять. Да еще и в одной сорочке…
— Это Амари Риатон, — пояснил Лориан со вздохом, — Ава, познакомься, это — Тодж, мой агент.
Агент, значит? Теперь все окончательно становится понятно, но оттого еще интереснее, что за операцию они тут проворачивали! Я уже догадалась, что Лориан здесь был по долгу службы. По крайней мере, я все-таки на это надеялась.
Я обратила внимание, что назвал он меня по имени, ни капли не стесняясь постороннего. Значит, есть у Дознавателя определенный круг доверенных лиц.
— Как жаль, что ты не познакомил меня с этой восхитительной леди раньше, — хмыкнул мужчина и подошел ближе, взяв мою руку и облобызав — по-другому и назвать не могу его действия. А затем окинул мою фигуру весьма красноречиво-заинтересованным взглядом. — Оч-чень приятно! Еще никогда не знакомился с иномирянками столь близко!
— А близко и не нужно, — тут же включился в диалог Лориан и мягко забрал мою руку, отстраняя от своего сотрудника. — Нам следует поторопиться. Ты забрал то, что нужно?
— Разумеется, — улыбнулся Тодж и подмигнул, после обратив на меня внимание. — А почему леди в нижней сорочке? Мне-то очень нравится вид, но на улице прохладно и нормы приличия…
— Леди в нижней сорочке, потому что спать собиралась, благоверного ждала, — весело протянула я и многозначительно посмотрела на Лориана. Потом на отсутствие на нем рубашки.
— Я уже говорил, что это не…
— Да-да-да, — закатила я глаза.
— Не хочу прерывать вашу семейную беседу, но у нас время поджимает, как успел напомнить лорд Дознаватель, — теперь уже вмешался Тодж. — Мне нужно выбираться, чтобы моё прикрытие не пало. Если меня узнают, то я потеряю местные связи и вообще столичные: мой портрет разошлют по всем синдикатам — и плакало моё прикрытие!
— Иди, — кивнул Лориан, полностью сосредоточившись на письме, которое передал ему Тодж.
— Иду… И я даже знать не хочу, как будете выходить вы. Леди Амари полураздета… Наряды в местных шкафах выглядят еще менее скромно, чем эта сорочка… — Тодж поиграл бровями и усмехнулся, поправляя вуаль и направляясь обратно к потайному ходу. — В общем, счастливо оставаться.
Тодж скрылся в потайном проходе, оставив нас с Лорианом наедине. Я хмурилась, глядя ему вслед. Лориан прошел к дивану и накинул рубашку.
— Как ты его терпишь?
— Исключительно за профессиональные качества.
Мы немного помолчали, пока Дознаватель застегивал пуговицы и поправлял растрепанные волосы. Даже не хочу вспоминать, от чего они растрепались.
— Мы можем уйти через окно?
— На нем защита, которую даже мне не пробить, особенно в нынешнем состоянии, — поморщился Дознаватель и потер виски. — Не думал, что так задержусь… И, учитывая информацию в письме, мне нужно провести здесь небольшое расследование.
Лориан внимательно посмотрел на меня, так что и дураку понятно, о чем он: я для него обуза. Я не шпион и не смогу быть тихой и незаметной. Пожалуй, моё нахождение здесь в одной сорочке самое незаметное из того, что я вообще могу предложить.
— Извини, — развела руками, — не я виновата, а Мортана.
— Знаю, но легче от этого не становится, — вздохнул Лориан и сложил письмо в карман брюк.
Потом подошел ко мне и накинул на меня камзол, застегнув его на все пуговицы.
— Я надеялся, что успею, Ава.
— Видела я, в чем именно ты надеялся успеть, — хмыкнула, намекнув на девицу на кровати.
Лориан закатил глаза. Не думал же он, что я так быстро все забуду? О, я теперь стану шутить на эту тему еще долго!
Ведь Лориан повел бы себя так же. Мы были отражением друг друга, но в то же время всегда смотрели в одном направлении и видели различные ситуации под одним углом.
— Так нужно для маскировки…
— Да-да-да, я так и поняла.
Да, я уже просто откровенно подтрунивала. Ну должна же я как-то отыграться за все свои потраченные нервы в тот момент, когда увидела Лориана в объятиях другой? Дважды, между прочим!
Правда, в прошлый раз, когда к нему прижималась принцесса, ревность была сильнее. Тогда я понимала, что он принадлежит другой, а сейчас на подкорке сознания интуиция кричала, что все это фарс.
— Боюсь представить, какой ты собственницей будешь, когда станешь моей женой, — закатил глаза мужчина.
— Когда? — зацепилась за слово и не смогла удержаться от иронии: — Лориан, твои надежды меня поистине умиляют, учитывая место, где я тебя нашла. Я еще подумаю, выходить ли за тебя замуж.
А у самой под сердцем сладко засосало от слов Дознавателя. Неужели он всерьез откинул свои планы жениться на принцессе и стать королем? Совершенно не верилось, учитывая перспективы и его высокое положение.
— Милая, мы уже женаты, если ты не помнишь.
Милая? Вот понимаю, что он специально издевается, при этом медленно приближая своё лицо к моему, но сама при этом не могу избавиться от глупой улыбки.
Или он имел в виду, что на самом деле не собирается жениться на мне, а дело в нашей связи, созданной Мортаной?
Лориан внезапно застыл, изумленно глядя куда-то мне за спину. Я даже обернулась, но там никого не было.
— Я чувствую здесь брата, — объяснил Лориан, продолжая смотреть на стену. — Что он здесь делает?
Хороший вопрос, учитывая, что мы здесь делаем с Лорианом. Место встречи изменить нельзя, так сказать.
— От него ушла жена, вчера она умерла, а ты его к ней даже не пустил. Понятно, что он пытается заглушить боль, — я пожала плечами.
— Вряд ли. Но есть один нюанс: если я ощутил его присутствие, то и он засечет меня. Все не к добру…
И тут я внезапно подумала.
— Лориан, у меня есть план.
— Мне уже страшно, — хмыкнул он. — Что ты задумала?
— Закатить небольшой скандал, — подмигнула я. — Ты отправишься по своим делам, а я — к Элджену и после к хозяйке заведения. Как её, кстати, зовут?
— Мадам Фижма.
— Конечно, как еще, — я закатила глаза и начала ходить по комнате. Девушка на кровати все еще крепко спала. — Я приду к мадам Фижме и пожалуюсь на неверного мужа. Она сама сделает всё, чтобы репутация её заведения не пострадала, и не только проводит меня за пределы здания так, чтобы никто об этом не узнал. Элджен тоже будет со мной, поэтому твой брат, даже если почувствует тебя, не сможет тут же примчаться и нарушить твои планы. В этот момент ты будешь не только свободен, но и не ограничен в действиях, — ведь я буду отвлекать главу заведения, твоего брата и устрою настоящий скандал — моя любимая часть.
Лориан смотрел на меня с приоткрытым ртом. Я не понимала, он восхищается или просто до крайности изумлен? Надеюсь, первое.
— Нет, Ава, — покачал головой Лориан. — Мне это не нравится. Это слишком опасно.
— Опасно? Она и пальцем меня не тронет, ведь прекрасно знает, кто я. Да обо мне сейчас пишут во всех газетах, в том числе о моей скандальной натуре, к тому же со мной будет Элджен.
— Фижма только с виду кажется милой и безобидной, на деле она сосредоточила в своих руках нити, привязанные к самым влиятельным людям королевства, за которые она успешно дергает, когда ей это нужно.
— Лориан, просто доверься мне. В конце концов, на мне твой артефакт, — я подняла руку, на которой красовалось колечко. — Он ведь все еще работает?
— Работает, — подтвердил Лориан хмуро. — Но это все равно опасно…
— Брось, в худшем случае ты меня воскресишь.
— Ава! — рыкнул мужчина и подошел ко мне, схватив за плечи и встряхнув. — Еще раз переживать то, что я пережил, не собираюсь! Тебя больше никто и пальцем не тронет, обещаю.
И таким голосом это было сказано, что в комнате заметно похолодало. Нужно срочно отогреть этот рефрижератор.
— Верю, — миролюбиво откликнулась я и улыбнулась, погладив мужчину по щеке. — Ты самый надежный и восхитительный человек из всех, кого я знаю, и я полностью тебе доверяю, именно поэтому готова рискнуть. Хотя риск — слишком громкое слово, ведь мне по факту ничего не угрожает. Я всегда буду под надзором.
Лориан молчал, глядя на меня с тревогой.
— Доверься мне. Я понимаю, у тебя скорее всего проблемы с доверием, учитывая сложную ситуацию в твоей семье; ты привык все контролировать, а принцесса, за которую ты несешь ответственность, ребенок. Но я — нет. Я могу быть поддержкой и опорой.
— Не сравнивай себя с ней, — откликнулся Дознаватель. — Дело не в том, что ты другая, дело в том, что ты — это ты. И я сильно переживаю за тебя. Никакое расследование не стоит твоей безопасности.
— Лориан, — я вновь устало вздохнула. — Я не хочу создавать тебе проблем. Ты должен согласиться, что мой план — идеален, и тебе сейчас стоит не терять здесь время, а идти, куда тебе нужно. Мадам Фижма пойдет на мои условия, ведь едва станет известно, что сюда так легко может пробраться чья-то жена, — репутации заведения конец.
— Я понимаю всё коварство твоего плана, — хмыкнул Лориан, — и, думаю, ты права в том, что Фижма тебя не тронет, особенно если ты действительно прикинешься скандальной дурочкой, но проблема в Амари. Она… Она не так пушиста, как может показаться на первый взгляд, и её прошлое хранит множество тайн, одна из которых вполне может быть связана с этим заведением. Ты можешь выдать себя.
— Если её тайны связаны с этим заведением, Лориан, это только сыграет нам на руку и продвинет нас в расследовании. Я не могу жить в этом теле и вечно бояться прошлого моей предшественницы. Мне нужно двигаться вперед.
Лориан вздохнул. Ему было тяжело соглашаться, хотя он и принимал мои доводы. Я хочу быть с Лорианом, но не просто девушкой, которую он будет защищать, я хочу стать для него полноправным партнером. Другом. Женой. Любовницей. Всем вместе и без единого исключения.
— Нет, — наконец, выдохнул Лориан и помотал головой. — Я не смогу рисковать тобой. Мы уходим вместе. Сейчас.
Я открыла рот. Неужели я все это время уговаривала его просто так? Хотелось топать ногами, но я понимала, что с Лорианом это не сработает. Он все равно будет делать так, как ему нужно.
— И как ты собираешься меня вывести? — Я расставила руки в стороны. — Вряд ли кому-то…
Договорить я не успела, в этот момент в окно словно закинули камень. Я нахмурилась, а Лориан подошел к окну и открыл створки, после чего затянул внутрь платье. Не уверена, что точно моего размера, но со стороны подходит…
— Как ты…
— Тодж, — моментально пояснил Лориан и ухмыльнулся. — Ава, не думала же ты, что мой человек меня же бросит здесь? Разумеется, он бы вышел и придумал, как помочь. К тому же эта схема уже проверена. Нужно просто отвлечь патрульных мадам Фижмы, а на этот случай есть Кайн — ты его видела в театре, его талант передвигаться тенью так, что даже самый внимательный его вряд ли заметит.
— Что-то вроде твоей особенности воскрешать? — уточнила я, и Лориан кивнул.
— Сей-Мин умеет чувствовать души и их следы, поэтому прекрасный ищейка. Тодж — эмпат, не такой сильный, как мой брат, но все же он обладает достаточным обаянием, чтобы заставлять людей по собственной воле рассказывать ему всю важную информацию и делать угодные ему вещи, не говоря о том, что он прекрасно втирается в доверие.
Я сложила руки на груди и хмуро глядела на мужчину.
— И зачем я вообще что-то придумывала?
— Ну я оценил твою решительность и сообразительность, — подмигнул мужчина и подошел ко мне, протянув платье. — Переодевайся.
Я сняла камзол и, забрав платье, вздохнула. Оно оказалось не повседневным, а вечерним, то есть шнуровка находится не спереди, а сзади, а значит без помощи Лориана не обойтись. Натянув его, я развернулась к мужчине.
— Поможешь?
Пальцы Дознавателя коснулись оголенной кожи. Думаю, зря я все-таки выбрала сегодня сорочку с оголенной спиной, потому что теперь прохладные костяшки дотрагиваются не просто до кожи, а до души. Настолько глубоко, что по моему телу пробегают мурашки, а сердце всякий раз замирает.
Наконец, приятная экзекуция закончилась, а Лориан придвинулся ближе. Я почувствовала его дыхание на моей шее. Я отчетливо представила вулкан, и мы падали в него настолько быстро, что еще чуть-чуть — и оба сгорим, без остатка.
— Нам нужно спешить, — наконец, выдохнул Лориан и развернул меня к себе.
При этом сам он не торопился. Очертил пальцами овал лица и вдруг нахмурился.
— Дегель сказал, что ты меняешься внешне. Я потому не пустил сегодня Элджена в твою комнату, ведь он мог тебя узнать. Поэтому нам лучше не видеть его и уходить сейчас.
— А что скажет мадам Фижма, увидев меня? Не спросит, как я попала сюда?
— Побоится. Ведь это я могу спросить у неё, как здесь оказалась Амари Риатон. Ну а дальше ты вполне подключишь свою версию о…
— Поняла, — кивнула, улыбнувшись.
— Но есть одно правило. Едва ты поймешь, что что-то идет не так и кто-то хочет на тебя напасть: бьешь без предупреждения, — Лориан подхватил меня под руку и перевернул моё кольцо, как-то ловко его зафиксировав, что оно сильнее сжало мой палец, — я его активировал. Просто дотронься до кого-нибудь всей ладонью, и оно моментально отреагирует атакующим заклинанием-молнией. Оно не убьет, но оглушит.
— Мы словно из тюрьмы сбегаем, — хохотнула я.
— Хуже, — хмыкнул Лориан. — Это место защищено не меньше королевской тюрьмы, только здесь еще бывают сильнейшие и влиятельнейшие люди Рошмада, поэтому шанс перейти им дорогу — велик.
Лориан сдернул полупрозрачную ткань балдахина и накрыл меня так, что моё лицо стало полузакрыто.
— Это не вызовет больше вопросов? Решат, что ты уводишь одну из работниц.
— Тогда мадам Фижма подойдет и уточнит, а мне её внимание и нужно. Ей я могу сказать, кого отвожу. И, как ты успела сообразить, ей невыгодно задерживать тебя здесь. Теперь идем.
Он взял меня под руку, и мы вышли в коридор. По пути Дознаватель застегивал камзол, а я заботилась о том, чтобы не отстать, и прислушивалась к происходящему в неизвестных комнатах. Абсолютная тишина.
— Здесь удивительно тихо как для борделя.
— Тут везде развешаны звукоизоляционные заклинания, для комфорта клиентов. Но скоро станет громко, когда мы спустимся из приватной зоны.
Ах да, конечно, звучит вполне логично.
И вскоре Лориан распахнул дверь, и мы оказались на балконе, откуда открывался вид на огромный холл дома наслаждений. Здесь лилась музыка, слышался смех и хохот. Атмосфера веселья и абсолютной беззаботности. Лориан вновь взял меня за руку и повел к лестнице, пока я во все глаза смотрела вниз, на людей на мягких диванчиках — многие в черных масках, но при этом все расслаблены и счастливы.
С виду. Но что на самом деле скрывается у них на душе?
Не важно. Поскорее бы убраться отсюда. Я опустила взор вниз и старалась его не поднимать — быть может, так и меня никто не узнает. Но внезапно мы остановились. Я увидела остроносые туфли и все-таки подняла взгляд, встретившись с необычной женщиной.
Высокой, темноволосой, с ярко-красными губами. Уже немолодой, но при этом с идеальной кожей, словно подсвеченной изнутри, и глазами необычного оттенка — почти фиолетовыми. Она, в отличие от остальных девиц в этом зале, была одета в достаточно закрытое платье на восточный манер.
— Лориан, вижу, ты недостаточно развлекся и хочешь забрать развлечение домой? — ласково спросила она и с улыбкой посмотрела на Дознавателя.
— Вы можете открыть вуаль, но увиденное вам не понравится.
Но мадам Фижма была не из пугливых. Она все-таки задернула ткань и тут же опустила её назад, видимо, узнав меня.
— Где вы её нашли, лорд Дознаватель? — спросила Фижма испуганно.
Странная реакция. Будто боится сильнее, чем просто раскрытия для жены места развлечения неверного мужа.
— Это не важно, мадам Фижма, я в любом случае её забираю. С некоторых пор она под моей опекой, — откликнулся Лориан.
— Ах, да, слышала об этих ужасных случаях, — откликнулась женщина и как-то странно посмотрела на меня. — Но вы ведь позволите перекинуться с ней парой слов? Вы знаете, как для меня важна конфиденциальность и…
— Боюсь, это невозможно, мадам Фижма, — тут же прервал Лориан, а я подняла на него хмурый взгляд.
Возможно, это шанс узнать что-то о прошлом Амари! Ведь реакция хозяйки заведения более чем странная.
— Лорд Дознаватель…
— Доброго вечера, — откликнулся Лориан и повел меня к выходу так, словно был тараном.
Вот только мы вновь далеко уйти не успели. Я заметила, как ко входу стекаются люди. Много людей. И явно воинственно настроенных.
— Лориан, что происходит? — спросила обеспокоенно и посмотрела на мага смерти.
Лицо Лориан закаменело. Он медленно обернулся ко мне.
— Я не рассчитал силу этого места, — прошептал едва слышно. — Отходи, Ава. Дрежись рядом. И не забывай о кольце.
Я сглотнула и начала отступать, пятясь. Вокруг Лориана начали клубиться вихри тьмы. Фижма улыбалась, скрываясь за мощными плечами неизвестных воинов, которые до этого выглядели как обычные посетители. Нет, были и настоящие посетители — они сейчас непонимающе вскакивали с мест и начинали метаться, но девушки, что оказались тоже весьма подготовленными, быстро выводили их наружу, из холла.
Сердце заколотилось где-то в горле. Что и когда пошло не так? Фижма увидела меня… и решила задержать. Неужели все дело в Амари Риатон?! Но же такого таило её прошлое, что теперь из-за этого хотят убить Главного Дознавателя королевства, правую руку короля?! Это казалось настоящим безумием!
На руках Лориана заплясали искры заклинания. Я осматривала окружающих, насчитывая как минимум тридцать магов. Справится ли Дознаватель? Я не сомневалась в его силах, но даже для Лориана врагом слишком много…
Первым пустил заклинание напротив стоящий маг, и Лориан легко отбил его. Одновременно с этим вокруг нас образовался щит — не цельный, а две полусферы, контролируемые ладонями мага смерти. Мне хотелось что-то сделать, хоть как-то помочь ему, но моя сила только начала зарождаться и пока я не могу в полной мере оказать ему поддержку.
— Зря ты сегодня пришел сюда, Лориан, — бросила мадам Фижма и этим дала команду «фас».
Больше никто не церемонился. От заклинаний зазвенел воздух. Я пригнулась: одно пролетело у меня над головой — полусфера бы защитила, но я все равна испугалась и прижалась ближе к Лориану. Он зафиксировал сферы и сейчас занимался контратакой.
Краем глаза заметила какое-то движение на лестнице и увидела Элджена. Муж Амари вцепился пальцами в парапет и изумленно смотрел на нас. И сзади к нему уже подходили…
— Элджен, берегись! — закричала я, и в этот момент Элджен обернулся и, уйдя от атаки, перекинул напавшего мага через парапет вниз.
К сожалению, тот не разбился, а всего лишь упал на мягкий диван. Зато это стало настоящим спусковым крючком и для него. Элджен точно выбрал сторону.
Лориан откидывал магов. Некоторые падали вниз и вновь вставали, другие уворачивались, но, казалось, Дознаватель полностью контролирует ситуацию.
Но ведь даже если он не справится, о чем я стараюсь не думать, что будет с этим местом? Впрочем, смута на то и смута, что начинают избавляться от сильнейших.
Элджен пробирался к нам, откидывая других нападающих. Кто-то попытался приблизиться к полусфере, но его тут же прошиб разряд. Лориан и Элджен с двух сторон отбивали заклинания, некоторые рекошетили в магах, но я понимала, насколько бы хорошими магами они не были — окружающие действуют быстро и сообща, и преимущество на их стороны. Наш исход словно предрешен.
Маги перестроились. Краем глаза я увидела призрачные крылья — Лориан призвал частичную трансформацию, чтобы иметь большую маневренность.
— Ава, — полуобернулся ко мне маг, — пробирайся к выходу. Я зафиксирую на тебе щиты, за дверями ждут мои люди. Они обеспечат твою безопасность.
Я понимала, что в данной ситуации я была лишь балластом. Лориан отвлекался на мою защиту и без меня у него будут больше шансов отбить атаку без потерь
— А ты сможешь создать новые щиты? — уточнила я.
Новое, мощное заклинание прошло рябью по полусфере, а Лориан зашипел. Я заметила, что несколько остаточных зарядядов впитались ему в плечо, причиняя боль.
— Иди, Ава, — вместо ответа поторопил меня Лориан.
Я металась. Смотрела на Элджена, на Лориана, на щиты и не знала, как поступить лучше. С одной стороны, я очевидно мешаю братьям, с другой — я оставлю Лориана без щитов.
— Сейчас! — закричал Лориан и выпустил заклинание, что отбросило сразу нескольких магов в разные стороны, подальше от выхода.
И я решилась, ведь так я смогу позвать на помощь и впустить сюда поддержку. Бросилась вперед. На Лориана тут же усилили атаку, взяв буквально в кольцо. Словно только из-за меня они сдерживались, чтобы… что? Чтобы случайно не задеть меня, не поранить?..
Осознание пришло слишком быстро. Амари действительно была знакома с мадам Фижмой, вот только она ей покровительствовала, а не желала уничтожить.
На выход или к Лориану? Сомнения съедали. Выходы снаружи наверняка заблокированы. Мне следует их открыть. Если люди Лориана там, я смогу их впустить…
Я бросилась к двери. Всполохи магии отражались от стен и от зеркальных поверхностей. Я боялась оборачиваться, а сердце колотилось словно безумное. Еще никогда мне не было так страшно, даже в той ложе. От бега рана под грудью заныла. Но я не отступила, лишь ускорилась, и выскочила в небольшой коридор — весьма строго и классически оформленный, попав сюда, я бы и не подумала, что за его стенами находится обитель греха.
Значит, это парадный вход и, соответственно, выход. Вот только у дверей стоял маг. И он стал стремительно надвигаться на меня. Я подняла руки вверх, словно сдаваясь, а маг пустил заклинание в щиты — они выстояли, тогда я решила не терять времени и бросилась вперед. От столкновения со щитами маг устоял на ногах и попытался выставить защиту, но я была быстрее — выставила ладонь с кольцом и мужчина упал навзничь. Облегченно выдохнув, я сделала один шаг к двери, как почувствовала — щиты вокруг таят.
Я обернулась к мадам Фижме, что стояла рядом — судя по затухающим заклинаниям на её руках именно она разрушила щиты. И новые создать я, увы, не смогу. Я осталась почти запертой с мадам Фижмой, которая приближалась ко мне все быстрее с каждым новым ударом моего сердца.
Все не заладилось с самого начала. Проснувшись в целительcкой, я тут же взглянул на время — помнил, что нас с Авой переносит друг к другу. Её рядом не было, значит, время еще было и стоило поспешить. Проспав больше часа, я чувствовал себя вполне бодрым, а благодаря магии целителя источник более чем на половину восстановился.
Я собирался лететь домой и вышел на балкон, когда передо мной возник Кейн. Он склонил голову.
— Ваше светлейшество, Изель Ривенделл проснулась. Она потеряла сознание от переизбытка эмоций на допросе и теперь целитель удалось привести её в чувства. Желаете ли вы лично провести допрос?
Я поджал губы. Времени действительно было мало, но показания Изель — важны.
Изель сидела в камере переговоров: бледная, испуганная и лишенная капли крови на лице. Мне стало её жаль. Мои люди уже успели провести расследование и выходило, что она сама оказалась жертвой обстоятельств.
— Добрый вечер, госпожа Ривенделл. Быть может, вы хотите чаю?
Девушка посмотрела на меня испуганно, словно я мог подсыпать в этот чай яд. Мысленно усмехнулся и подал знак дежурному за дверью. Тот увидел меня через мутное стекло и исполнил приказ — уже через две минуты перед Изель стояла теплая кружка чая. Она обхватила её двумя руками и смотрела, как на змею.
— Не волнуйтесь, внутри ничего нет, кроме успокоительного. Вы нужны мне в добром здравии.
Я говорил чистую правду. Перед приемом с ней уже поработал менталист с даром эмпатии, поэтому она должна быть готова к допросу и проявлять активность. В своих специалистах я не сомневался.
— Что вы хотите узнать, лорд Дознаватель? Что вам еще не известно об этом деле?
Я сложил руки в замок и подался вперед.
— Меня интересует все, госпожи Ривенделл. В частности ваши взаимоотношения с Амари Риатон. Ваши мотивы, принципы взаимоотношений… даты, имена, события.
Девушка облизала губы.
Как мне было бы наплевать, будь Амари — Амари, а не Авой, которую я стану защищать всеми силами. Именно поэтому приходилось делать многое самостоятельно, чтобы лишняя информация не утекла дальше моего личного отдела и круга доверенных лиц.
— Мы учились вместе. Но Амари всегда была двуличной и амбициозной. Вы думаете, ваш брак влюбился в неё просто так? О, она разработала целый план, как завоевать Элджена! — Девушка каркающе рассмеялась, поперхнулась и сделала глоток чая. Немного помолчала и продолжила: — Она подстраивала встречи, чтобы он видел её со стороны в лучшем свете, она узнала о нем все, поэтому ей не трудно было понять, в какую девушку он мог бы влюбиться. Она стала такой девушкой. Она нарцисс и ужасно любит внимание, а его внимание — самое важное. Она притворялась, что у них одинаковый вкус, она научилась играть на арфе, потому что ему это нравилось, она одевалась в цвета, что так нравились вашему брату. Это был хитрый план. А потом выставила всё так, будто они встретились случайно и он случайно в неё влюбился. И Элджен сам не понял, как стал центром этого коварного замысла.
Я слушал её достаточно безразлично. Не спешил верить, как и опровергать, но в целом мне было плевать на любовную историю брата. Я всегда знал, что он достаточно заносчив, чтобы выбрать такую же скандальную леди для себя.
— Если Амари Риатон такая сложная личность, зачем вы общались?
— Она отлично умела манипулировать и только после я все осознала. Она выдавала своё стремление выйти замуж за Элджена как любовь с первого взгляда со своей стороны, а еще она постоянно повторяла, как мечтает стать принцессой. Мы обе сироты при живых родителях — никому не нужные, брошенные родными. Мне казалось, что мы похожи.
Интересно, как же Элджен, управляющий эмоциями людей, не видел эмоций своей жены? Не чувствовал их? Даже если она была влюблена в него, он должен был ощутить фальшь в её поведении.
— А была ли у Амари какая-то магия? Вы знакомы с переходного возраста, быть может, в ней было что-то особенное.
— Магией она не обладала — это подтверждали все целители. Вот только, — девушка прикусила губу, — было у неё кое-что особенное. Небольшой кулончик — достаточно простой, из серебра, но носила она его не снимая. Мне иногда казалось, что этот кулончик не простой.
Кулон… я не помнил, был ли он на Амари в момент её смерти. Но если её раздели горничные в доме Элджена, значит, кулон остался там. Нужен будет ордер на обыск в доме брата.
— Что-то еще, госпожа Ривенделл? Помните, что от вашего содействия следствию зависит ваша жизнь. За сына не волнуйтесь: мы его нашли и он в безопасности по кровной связи с вами в заброшенном здании у порта. Он жив, внешне здоров и сейчас находится у целителей, чтобы удостоверится в его ментальном и физическом состоянии.
Она шумно выдохнула.
— Спасибо, — по щекам женщины потекли слезы облегчения. — Я так волновалась за него. Мой бедный мальчик, мой Лайес…
— Вы упомянули, что Амари была сиротой при живых родителях… а леди Торильда?
— Когда мы учились в институте, тетушка часто навещала её. Но потом Амари узнала, что та не является ей кровной родственницей — какое-то странное стечение обстоятельств, выяснилось случайно, и госпожа Торильда до сих пор об этом не знает. Амари была хитрой, поэтому не стала терять связь с единственной тетушкой, но, насколько я знаю, она занималась поискать настоящей матери.
Настоящей матери? А вот это уже интересно. Я подался еще ближе.
— Вы не знаете, её поиски к чему-то привели?
— К сожалению, я совершенно не могу ничем помочь. Если она её и нашла, то только после замужества, когда мы перестали общаться.
Дело приобретало интересный поворот. Торильду Клофильд я тщательно проверил сразу же, как она заявилась в дом Улгура — женщина действительно была открытой, добропорядочной и не имела никакой связи с криминальным миром, чем Амари активно пользовалась, чтобы порой прикрывать свои встречи с неизвестными.
— Спасибо за содействие, Изель. Если вспомните что-то еще — дайте знать. Вам переведут в другую камеру с более комфортными условиями, а тяжесть вашего преступления будет решать суд.
Девушка вновь заплакала, а я больше не стал тратить время и направился на выход. Время и так поджимало. Но уже у выхода меня ждал Кейн.
— Что-то случилось?
— Сей-Мину удалось выяснить, от кого была та восстановленная записка по остаточным следам — они были слабые, но результаты дали. Тодж отправился следить за ними и…
— Что? — напрягся я.
— Тоджу удалось выяснить, что в Доме Цветка сегодня состоится собрание с участием эскарцев — он заметил активность от многих, кто сейчас в столице официально, и тот самый эскарец тоже будет там.
Новости не радовали.
— Тодж отправился туда? — обеспокоенно спросил я.
— Да, ваше светлейшество, но… я беспокоюсь. Одному ему не справится. Даже под прикрытием он едва ли сможет уйти без тайных ходов, а доступ туда имеете только вы.
Дом Цветка — весьма престижное заведение. Короне известно, что там проводят встречи сомнительные личности, но нам лучше знать об этом и контролировать, чем быть с пустыми руками. Я вздохнул. Я не в лучшей форме, чтобы отправляться на задание, да и Ава может в любой момент переместиться ко мне, как и меня — перекинуть к ней, но выбора нет. Я не могу бросить Тоджа.
Я вздохнул. Последний раз я там был почти полгода назад — тогда проходила встреча глав двух воинствующих синдикатов. Власть всегда контролирует все сферы, в том числе криминальные, ведь врагов всегда нужно держать ближе, чтобы предугадывать их ход и держать в узде.
Иногда зло неизбежно, и за ним необходимо следить.
— Тогда я отправляюсь туда. — Я посмотрел на напольные часы. — Надеюсь, это не займет много времени.
Я испуганно огляделась и заметила, как вокруг распространяется рябь нового заклинания, и внезапно все звуки погасли.
— Амари, — позвала меня мадам Фижма весьма ласково, — все хорошо, мы здесь одни. Я понимаю, ты напуга, теперь от всех ждешь удара, учитывая два предыдущих нападения. Но я на твоей стороне, я бы никогда не предала тебя, девочка моя, никогда.
Я старалась сдержать удивление на своем лице. Что ж, один определенный вывод я сделала: меня не тронут. По крайней мере, я склонна доверять её словам, ведь мадам Фижма действительно выглядит обеспокоенной.
Но с чего бы?..
— Что вам от меня нужно? — постаралась спросить как можно более высокомерно, чтобы она и не думала, будто я боюсь.
А я боялась. Мне было страшно. Не только за себя, но и за Лориана, оставшегося там.
Впрочем, я волнуюсь не только о нем, но и о магах за той дверью. Ведь мне страшно представить, что с ними сделает маг смерти, едва ощутит разрушение своих щитов на мне.
И да, мадам Фижму мне тоже жалко. Когда Лориан сломает эти двери, ей бы желательно оказаться подальше отсюда.
— Твоя отстраненность меня пугает... Я хочу помочь тебе, Амари, — женщина приблизилась ко мне и протянула руку, но я не спешила отвечать ей взаимностью. — Ты мне не веришь?
— Мне страшно, — увильнула я.
— Ох, прости меня, в этом есть и моя вина… Я втянула тебя во все это.
Я приоткрыла рот. А вот это уже интересно… Как Амари могла быть связана с хозяйкой борделя? Весьма неблагополучное знакомство для дочери известных торговцев и жены Высокого лорда.
Мадам Фижма не ждала моего ответа и продолжила:
— Эскарцы так просто тебя не отпустят, моя милая, но я все продумала, лишь ждала подходящего момента, но за тобой всегда следили люди Лориана и у меня просто не было шанса к тебе подобраться… этот Дознаватель! — Фижма топнула ногой. — Ты смогла прорваться ко мне, но и тут он тебя поймал.
Гм, все было не так, но смысл оправдываться?
— Увы, — я развела руками.
Хозяйка заведения все-таки приблизилась, обхватив меня за плечи.
— Я все продумала. Мы инсценируем твою смерть, я помогу тебе сбежать и начать новую жизнь. Не смотри на меня так недоверчиво: ты ведь понимаешь, что каждый раз спасать тебя маг смерти не может, даже учитывая его высокую должность и первоклассные умения. Эскарцы доберутся до тебя. А я не переживу, если с тобой… если ты… если тебя не станет.
Я нахмурилась. Её план мне понравился, вот только доверять ей я все равно не спешила. Вдруг убьет по-настоящему? Да и на роль воплощателя этого плана у меня есть более надежные кандидаты.
— С чего вы взяли, что Рошмад не сможет защитить меня? И с чего эскарцы взяли, что я уже все не рассказала, что знаю?
Я рисковала, да, но мне нужно было выудить хоть какую-то информацию, учитывая, что раскрыть своё незнание и задать прямые вопросы я не могу.
— Потому что Рошмад предан, моя милая. Он раскололся. Я уже сама не понимаю, кто друг, а кто враг. Сама боюсь кому-то доверять безоговорочно, потому так хорошо понимаю тебя и готова полностью поддержать. Просто доверься мне… доченька.
Она погладила меня по щеке, и мое сердце пропустило удар. Я не Амари, но даже меня тронули её слова. Неужели родители Амари не её настоящие, как и… тетушка Торильда? Но как это все взаимосвязано?
— Не могу, — уверенно ответила я и отступила.
Фижма вздохнула.
— Ты все-таки влюбилась в Элджена? Говорила тебе, не стоит поддаваться чувствам, у нас есть долг и предназначение! Глупая моя девочка! Тогда мне ничего не остается, кроме как заставить тебя.
Она вытащила что-то из кармана. Я толком не успела увидеть, потому что поспешно отшатнулась. Фижма была быстрой. Она схватила меня за руку. За ту самую, на которой было кольцо. Я попыталась вывернуться, чтобы ударить её, но не получалось. По венам полился страх, подстегивая что-то глубоко внутри меня. Что-то одновременно темное и прекрасное.
Я увидела его — красивое воплощение алмазного дракона, яркого, сильного. Я не знала его имени, но ощущала в себе так остро, словно он был частью меня. Не просто осколок его души, а он сам. Когда он поселился во мне? Когда это произошло? Я не понимала, но ощущение, что он всегда был рядом.
Друг, наставник, поддержка.
Больше нет его алмазного сияния, он лишь воплощение души, лишь черные клубы дыма, но осталась его суть, его магия, его мощь. Вокруг меня начал клубиться дым, и я точно знала, что он призван этим существом. Я ощутила момент, когда сзади распахнулись призрачные крылья. И мадам Фижма отшатнулась.
— Не может быть… ты способна призвать душу дракона… но как?.. — она бормотала, неверяще глядя на меня.
Я и сама не верила, лишь ощущала себя в этот момент невероятно сильной, словно могу развернуть реки и осушить озера.
— Я не столь беззащитна, как вам может показаться.
Я сделала шаг вперед, но в этот момент двери позади с грохотом распахнулись. Я обернулась к жандармам, вооруженным магическими заклинаниями, а когда вновь посмотрела на место, где стояла мадам Фижма, никого не обнаружила.
Она сбежала.
— Леди Амари? — приблизился… Тодж.
Сейчас он выглядел иначе, уже в полностью мужском неприметном костюме и в тканевой маске на лице, но я все равно его узнала по голосу. Он смотрел на крылья на моей спине, которые я не умела убирать, и я чувствовала смущение.
Двери основного зала распахнулись. Поднялся гомон. Люди мадам Фижмы пытались сбежать, но жандармы прекрасно знали свою работу. Их хватали раньше, чем те успели скрыться в потайных ходах. Из-за двери показались близнецы. И меня почти сразу заключили в объятия.
— Ты в порядке, — не вопрос, а констатация факта, но при этом голос нежный и заботливый.
Лориан слегка отстранил меня от себя, провел пальцами по волосам, вглядываясь в черты лица, и сглотнул. Мы застыли напротив друг друга, просто наслаждаясь теплом объятий, и в этот момент рядом раздалось покашливание. Мы оба полуобернулись к Элджену. Его взгляд был темным, он привалился плечом к стене и смотрел на нас… как на предателей? Нет, эмоции похожи, но все же не они. В его взгляде были боль, разочарование и что-то еще… что я никак не могла разгадать.
И теперь, наконец, Лориан заметил крылья за моей спиной, которые так привлекли внимание всей жандармерии. Боюсь, что об этом завтра будет во всех газетах. Внимания со стороны общественности нам не избежать.
— Но как?.. — пробормотал Лориан, нахмурившись, и посмотрел на меня прямо. — Ты их призвала?
— Это вышло случайно, — прошептала я. — Сама не знаю, как получилось…
— Процесс слияния очень долгий и происходит только после ритуала призыва души дракона, — откликнулся Лориан, — но у тебя особый случай… твоя вторая смерть, — об этом Лориан шептал мне на ухо, опаляя кожу теплым дыханием, и тем самым пуская мурашки, — все дело могло быть в этом. Ты уже соединилась с драконом за чертой и привязала его к себе, вернувшись в тело вместе с ним.
Звучит вполне логично.
— И что теперь будет? — спросила осторожно и повела плечами, даже не зная, как управлять крыльями.
— Тебе нужно будет учиться, — вздохнул Лориан. — Пока сосредоточься на своем спокойствии, чтобы убрать крылья. Первое время призыв дракона будет завязан на эмоциях, но после ты сможешь его контролировать. Просто представь то, что тебя по-настоящему успокаивает.
Я и представила. Теплую кровать, потрескивающий камин, аромат кофе и…. Лориана рядом. Его руки, притягивающие меня ближе, аромат хвои и… жар мужского тела. Я разворачиваюсь в его объятьях, по венам разливается лава…
— Ава, — шикнул на меня Лориан, проговорившись, но мы стояли так близко, что никто мог и не заметить, и схватил меня за плечи. — Тише. Ты чуть не обернулась полностью. А это опасно в первые дни, тебе нужно привыкнуть к сущности дракона.
Ух, как все сложно. И как себя успокоить тогда?
— О чем ты подумала? — нахмурился Лориан, и я отвела взгляд.
— Да так… пустяки…
И сосредоточилась второй раз, на этот раз представив море и солнце. И прежде чем в морской аромат подмешался запах хвои и тем более воспоминание о родителях, я открыла глаза. Крылья за спиной растворились, и Лориан облегченно вздохнул.
Я же все еще с трудом верила, что у меня теперь есть свой дракон! Причем два. Лориана я тоже уже ревностно считала своим…
— Ваше светлейшество, — к нам подошел мужчина в черном одеянии, которого я уже видела в театре после взрыва, — тайный ход обвален: на раскопки уйдет несколько часов, магию применять нельзя, чтобы не разрушить часть городской канализации, боюсь, что за Фижме Монкроуз удастся сбежать.
— Дать ориентировку на все городские посты на выезд из города и королевства, — тут же откликнулся Лориан, — мы не должны её упустить. Думаю, ушла тайным ходом не только она, но и другие эскарийцы. Примерный список имен у нас есть благодаря Тоджу, поэтому следует пройтись по всем именам и местам их жительства.
— Будет сделано, — поклонился мужчина и… почти растворился.
Вот он был здесь — а в следующую секунду шагнул назад и будто пропал в тени. Я с интересом оглядывалась, пытаясь найти его, но не могла. Лориан заметил моё замешательство и улыбнулся.
— Не пытайся его отыскать. Он передвигается тенями. Это его личная особенность.
Интересно…
— Значит, мадам Фижма перешла черту? — спросила задумчиво.
— Она всегда ходила по краю, но нам было выгоднее следить за её деятельностью, чем схватить и потерять связи с преступным миром, — откликнулся Лориан. Его брат по-прежнему стоял в отдалении и смотрел на нас со стороны каким-то пустым взором. — Но сегодня она действительно перешла черту. Она раскрыла себя ради… ради чего, А… мари?
Он чуть не проговорился, но в последнее мгновение прикусил язык.
Я огляделась. Посмотрела на Элджена, который наверняка слышал наш диалог, ведь Лориан не устанавливал звукоизоляционный купол. Лориан мгновенно все понял и развернулся к брату.
— Ты с нами или…
— С вами, — поморщился Элджен и оттолкнулся от стены, подойдя ближе. — Мы с тобой не друзья, Лориан, но пора объединить знания. Мы с тобой разных политических взглядов, но в одном едины: мы любим Рошмад и будем отстаивать его независимость до конца.
Элджен протянул руку брату. На его ладони горело какое-то плетение. Лориан несколько секунд задумчиво смотрел на него, а после уверенно пожал руку.
— Клянусь, что не использую полученные от тебя знания против тебя.
— Клянусь, что не использую полученные от тебя знания против тебя, — повторил Элджен, и братья разъединили руки.
— Отвези Амари домой… домой к Улгуру Корнерубу, — добавил Лориан, — и она должна доехать в целости и сохранности, Элджен. Если с ней что-то случится…
— Заткнись, Лориан, — рыкнул он. — Она моя жена.
— Нет, — заявил Лориан и подался вперед, обнажив левое запястье с татуировкой Мортаны. — Она моя, Элджен, наши души связаны самой Мортаной. Помни об этом, когда останешься с ней наедине, и не совершай глупостей.
Щеки Элджена горели. По глазам было видно, сколько он хочет высказать брату, но он молчал, лишь сжимал кулаки. В этот момент мне было жаль Элджена. Эмпат, которого обвела вокруг пальца та, в которую он влюбился. Он оказался предан, а предательство любимой — худшее из чувств.
Лориан развернулся ко мне и взял мои руки в свои. Поцеловал пальцы. Все это было так непривычно и не похоже на мага смерти, что я не знала, как себя вести. Внутри все пело, мне нравился такой Лориан, и казалось, что своей заботой он стер все переживания прошедших часов.
— Мне нужно уладить здесь дела и лично провести расследования. Вернусь как можно раньше.
— А Мортана позволит нам отдалиться? — нахмурилась я.
— Уже три часа утра, — поморщился Лориан, — до рассвета еще час, не думаю, что она вновь перенесет нас.
Мне не хотелось разлучаться с Лорианом. Мне хотелось быть с ним как можно дольше и чаще. Рядом с ним я действительно чувствовала себя защищенной. Но я понимала, что Лориан всегда будет принадлежать не только мне, но и Рошмаду.
— И все же… постарайся следить за тем, где ты находишься, — попыталась перевести свои тревоги в шутку. — Не хочется в следующий раз оказаться, например, в спальне принцессы.
— Ревнуешь? — улыбнулся Лориан. — Максимум, куда бы тебя могло перенести, это в палаты королевского целителя.
— С тобой что-то случилось? ты ранен? — тут же обеспокоенно спросила я и начала шарить ладонями по его груди.
Потом вспомнила, что его грудь я сегодня видела обнаженной, и все с ним было в порядке. На голове бинтов тоже не было. Значит, ноги? Опустила взгляд ниже, и Лориан рассмеялся, перехватив мои ладони, пока я совсем не перешла к непотребствам.
— Все в порядке. Просто небольшое истощение. Хотя если бы я пролежал там чуть дольше, тебя бы могло перенести туда.
— И по закону подлости в этот момент туда ворвалась бы принцесса. Но это было бы очень предсказуемо и не так весело и масштабно, как сейчас, — нервно рассмеялась я, но Лориан не смеялся, смотрел на меня совершенно серьезно.
— Я действительно постараюсь вернуться раньше, чтобы избежать… подобного.
Он отстранился, уступая место брату. Элджен выглядел потерянным. Румянец на его щеках особенно выделялся на фоне бледной кожи. Он взял меня под руку и увлек на выход. На улице было прохладно. За спиной Элджена распустились черные дымчатые крылья — точно такие же, как у Лориана.
Мне не хотелось шагать к нему в объятия, но я еще совершенно не умела управлять своим драконом, чтобы противиться помощи. Я шагнула к нему, вот только сам мужчина не спешил обнимать меня. Он смотрел задумчиво и настороженно, а затем спросил:
— Помнишь ту оранжерею, где мы впервые встретились? Ты еще стояла с букетом цветов и ждала кого-то. А потом отдала этот букет мне и убежала в слезах. У меня в дневнике до сих пор хранится засушенный бутон… но я не могу вспомнить, что это за цветок. Не подскажешь… Амари?
Я сглотнула. Я не имела ни малейшего понятия об этом цветке и о воспоминаниях Амари в целом. Но хуже всего то, что Элджен это прекрасно понимает.
Это не случайное воспоминание. Это проверка. И я её своим молчанием с треском провалила.
— Ты не она, — констатировал Элджен с тихой, затаенной болью. Вокруг нас затрещало заклинание, установленный звукоизоляционный купол. — Значит, моя жена мертва…
Что сказать человеку, которого ты считала убийцей, но на самом деле он оказался жертвой, а ты — вестником плохих новостей? Даже не вестником, а живым доказательством. Мне было не менее больно, я словно ощутила на себе все, что чувствовал Элджен в тот момент.
Я не должна чувствовать вину. Амари бы умерла, Лориан уже не мог дозваться до её души, а меня притянул случайно. Но тогда почему мне так больно? Почему мне хочется извиниться за то, что Амари больше нет, а я использую её тело, не давая Элджену проститься с той, кто была ему ближе всех?
— Мне очень жаль.
Мои слова были наполнены болью и сожалением — искренним, настоящим. Мои глаза увлажнились от слез. Я обхватила себя руками, смотрела на бывшего мужа и не понимала, что я могу сказать ему еще. Вот только ему ничего было не нужно. Я — не та, кого он любил, и мои слова не залечат его раны.
— Не стоит, — хрипло произнес он и тряхнул головой. — Когда? Вчера или раньше?
— Раньше, — откликнулась я. — Амари убили еще в прошлое нападение, Элджен. В её теле очнулась я.
— И кто ты? — спросил безразлично, словно просто желая удостовериться, что его жены здесь нет.
— Чужая душа из другого мира. Я встретила свою смерть там, а Амари — здесь, но моё тело уже было не спасти. Наши врачи иногда творят чудеса, но они не маги, как здесь.
Вряд ли Элджен что-то понял, но он просто рассеянно кивнул.
— Я должен был догадаться, должен… но я был слишком сосредоточен на своих эмоциях, не замечая ничего вокруг.
— Ты не виноват, — покачала я головой. — Прошлое Амари…
— Знаю, — сглотнул Элджен. — Не сразу, но я понял, чем занимается моя жена. Я пытался её образумить, но она слишком погрязла в шпионаже. Она боялась выйти из всего этого… и не зря.
На последних словах его голос сорвался от боли.
— Ты любил её?
— Любил, — сглотнул Элджен. — Слишком сильно, чтобы так просто отпустить. Но ты… теперь в её теле ты. В теле моей жены.
— Но я не она, — напомнила я.
— Знаю, — сглотнул Элджен. — Как тебя зовут?
Я колебалась. С одной стороны хотелось солгать, с другой — к чему уже скрытничать?
— Ава.
— Ава… тебе подходит. Я не стану тебя разоблачать, но мы могли бы заключить соглашение? Давай не будем торопиться с разводом.
— Я была уверена, что тебе как раз это нужно, чтобы поскорее взойти на престол, женившись на принцессе.
— Я любил Амари. Женитьба на другой меня никогда не интересовала. Но брак с тобой мне нужен до свадьбы моей сестры. Я хочу узнать, кто убил мою жену, хочу сам это выяснить и наказать виноватых. — Он говорил отрывисто и зло. — Мы сделаем вид, что примирились, после я дам тебе развод и обеспечу достойную жизнь.
Слова Элджена звучали настолько благородно, что я очень удивилась, как у такого непримиримого и неприятного мужчины, как Сайрус Риатон, родились столь благородные сыновья.
— Мне не нужны деньги. Лориан обещал обеспечить меня жильем, а дальше я планирую работать. Не хочу ни от кого зависеть.
— Понимаю, однако… не хотел бы, чтобы ты зависела и от моего брата. Все-таки Амари моя жена… была ею, — во взгляде Элджена вновь вспыхнула боль утраты. — Я хотел бы помочь и тебе. Ведь если твоя душа подошла этому телу… это что-то, да значит.
— Мне очень жаль, — в который раз повторила я. — И я сделаю всё, что смогу, чтобы помочь тебе. Спасибо, что сохранишь все в тайне.
— От этого зависит благополучие моего брата, — Элджен поджал губы, — а как бы он меня не раздражал, он — моя семья. Даже больше. Он — мой близнец, нашу связь никогда и ничто не разорвет. К тому же… Получается, он попытался спасти мою жену… пусть у него это не вышло. Только интересно, планировал ли он мне вообще рассказывать? — муж Амари усмехнулся и взглянул на здание борделя, немного помолчав. — Видимо, мой брат хотел нейтрализовать меня на политическом поле из-за нападения на мою жену. Он знает, что это сделал не я. Но теперь у меня есть козырь в рукаве. Призванная иномирянка в тело моей жены — это не просто преступление, Ава, это то, что может возвести его на эшафот.
Я побледнела. Сердце забилось быстрее.
— Ты не посмеешь.
— Не посмею, — согласился Элджен, — как я уже сказал: он мой брат. Но это может стать кому-то известно. И тогда… уже никому его не спасти.
— Лориан подарил мне вторую жизнь, Элджен, причем ценой своей свободы, — я закатала левый рукав, — Мортана связала наши души. И он каждый раз приходил мне на помощь. Разве это преступление? Дать возможность кому-то прожить жизнь заново.
— С его точки зрения — да, а с моей… — Элджен сглотнул и окинул меня взглядом, — это тело моей жены… хотя ты даже двигаешься иначе. Теперь я это вижу отчетливо, но тогда не придавал значения, списывая на тревожность и непростой пережитый опыт. Но каково мне смотреть на тебя, зная, что ты другой человек, к тому же неравнодушна к моему брату? Что прикажешь делать мне?
Сложные вопросы. Мне самой трудно от всего этого. Хочется расцарапать себе грудь от жужжания внутри и выйти из тела, обрести новое, но… как? Это невозможно.
— Знаешь, мы сейчас живем с чудесным человеком… нет, не человеком, а орком. Улгуром Корнерубом. Ты наверняка его знаешь. — Элджен кивнул, а я продолжила: — У них с женой были некоторые трудности в отношениях. Большие трудности. Они любили друг друга, но не смогли быть вместе из-за непримиримых обстоятельств. Знаешь, что сделал Улгур? Отпустил её. Дал ей развод и шанс начать все сначала, а сам остался здесь, в более уязвимом положении. Возможно, она была не достойна этого шанса, возможно, она поступила эгоистично, не подумав о чувствах своего мужа и воспользовавшись его добротой, как сейчас я — рассчитываю на твою доброту. Скорее всего, она сейчас уже замужем и счастлива, но Улгур о ней не вспоминает. Он нашел свою судьбу, свою жизнь. Возможно, вскоре обретет и новую любовь. Судьба, вероятно, в лице ваших богинь, подарила ему счастье за его доброту. Знаешь, я искренне верю в то, что бумеранг хороших и плохих поступков непременно возвращается.
Я замолчала. Элджен смотрел на меня по-прежнему с настороженностью. Мне было прохладно, но я едва ли замечала холод, больше сосредоточенная на внутренних переживаниях. Я не должна его успокаивать, я не должна перед ним оправдываться, но я чувствовала, что хочу это сделать. Я хочу утешить его, чтобы оба брата были счастливы и оставили распри в прошлом. Если сейчас замолчать эту боль и этот конфликт, то они обязательно вылезут в будущем и разрушат все на своем пути.
— Ты никому ничего не должен, Элджен, кроме себя самого. Подумай, чего ты хочешь для счастья: навсегда обозлиться на меня и брата, затаив обиду и даже вынашивая месть, или оплакать жену, отпустить воспоминания о ней и двигаться дальше?
В глазах Элджена застыли слезы, которые он сдерживал. Он глубоко и тяжело дышал, то отворачиваясь от меня, то вновь смотря прямо и открыто.
— Это больно, Ава. Амари не была идеалом. Она думала, что вскружила мне голову, решила, будто приручила меня… её методы завоевания были так смешны, нелепы, что я увлекся ею. Я увлекся нашей игрой, потому влюбился. Она думала, что ей удается скрывать от меня эмоции этим кулоном, который она все носила при себе… но я слишком сильный эмпат, и всё чувствовал. Она не любила меня, я был ей нужен для каких-то корыстных целей, а мне стало весело. Лориан всегда был рационалистом, а я… я слишком падок на чужие эмоции. Амари была искалеченной душой, её эмоциональный фон и рациональность, граничащая с какой-то жестокостью, увлекли меня. Я никогда не рассказывал ей, что знаю всё с самого начала, думал, расскажу, когда у нас появятся дети, но судьба распорядилась иначе.
— Мне жаль…
— Ты уже это говорила, — несколько грубо оборвал Элджен, но я не могла винить его за ту боль, что сочилась из него. — Вы с Лорианом могли мне хотя бы рассказать.
— Я искренне считала, что ты убил жену. Я не могла быть с тобой откровенна, ведь боялась тебя.
— А я перестал чувствовать твои эмоции. Точнее, эмоции своей жены. Сначала решил, что дело в том кулоне, который стал работать из-за снижения моих ресурсов, ведь я сам был дестабилизирован. Но кулон оказался дома, а в Министерстве мира и справедливости я также ничего не ощутил от тебя. Теперь понимаю, почему. Ты — чужая для этого мира. И для этого тела.
Он вновь окинул взглядом тело Амари.
— Ваш брак изначально был обречен на провал, — произнесла я и тут же испугалась, что мои слова могли прозвучать жестоко, поэтому поспешила объяснить: — Он начался с твоей лжи и лжи Амари. Вы не были честны друг с другом.
— Но я влюбился в неё, а потом — и она в меня. Я знаю, она хотела бросить всё, чем занималась — шпионаж для Эскарии, но уже не могла выйти из всего этого. Политика не терпит предателей, особенно тех, кто много знает. От них избавляются.
Я не знала, что на это сказать, а Элджен еще раз глубоко вздохнул и протянул ко мне руки.
Я ступила вперед, только теперь ощутив, как продрогла на холодном ночном воздухе в одних домашних тапочках и достаточно тонком платье. Элджен обхватил меня руками, создал вокруг нас сферу и… вдохнул аромат. Хмыкнул.
— От тебя даже пахнет иначе… И твоё лицо. Ты словно сестра Амари, но не она.
— Все так говорят, — кивнула я, — но ты должен знать, что Лориан видит меня настоящую. Он не видит твою жену. Лишь душу.
— Я должен был догадаться, — покачал головой Элджен и подхватил меня под колени. — Я с детства знал, что Лориан видит только души, и вот теперь тоже… Но он хотя бы не лгал, что никогда бы не взглянул на Амари как на женщину. Он смотрит на тебя, Ава, и видит тебя — это многое объясняет и оправдывает его.
— Я рада, что ты тоже так считаешь. Не знаю, что произошло в вашем прошлом, но Лориан…
— Молчи, Ава, — нахмурился Элджен, — не хочу вспоминать то, что Лориан сделал. Вернее, что он не сделал.
И мы взлетели, так и не проронив по дороге ни слова.
Я уже начала нервничать, что Элджен не сдержит своё обещание, но вскоре показался дом Улгура. Сам орк стоял на крыльце и мерил его шагами. Заметив нас, он расслабился. Элджен опустился перед ним и тут же выпустил меня из рук.
— Я уже начал нервничать. Лориан сообщил мне сорок минут назад о произошедшем. Вы порядком задержались.
— Разговаривали, — откликнулся Элджен напряженно и проследил, как я отошла к Улгуру. — Он тоже знает, так?
— Так, — кивнула я и прикусила губу. — Он ведь лучший друг…
— Да-да-да, — не стал слушать и раздраженно поморщился бывший муж Амари. — Я единственный слепец, который был не в курсе того, что моя жена мертва?!
Сзади что-то упало и покатилось по ступеням. Позже я осознала, что это — подставка для магического светильника, что-то вроде подсвечника-фонарика.
— Как мертва? — раздался голос с крыльца.
Мы обернулись к госпоже Торильде Клофильд. Она была в одной сорочке, куталась в плащ. Кажется, её разбудил шум. Она моргнула, схватилась за сердце и… грохнулась в обморок, так и не увидев меня за мощным телом Улгура! Орк вовремя поймал тетушку и занес её в дом, направившись к гостиной.
— Воды и нюхательные соли! — распорядился он дворецкому, показавшемуся в дверях. — Что ж за ночь-то?..
Неудачная, крайне неудачная. Тетушку уложили на диван. Дворецкий принес соли. Тетушка вздохнула и резко пришла в себя. Увидела меня и опять упала в обморок. Вот только теперь не в настоящий — она явно притворялась. Улгур выругался и сел рядом, хмуро глядя на тетушку.
— Просыпайтесь, госпожа Торильда, просыпайтесь, — весело протянул Элджен. — Вполне возможно, вы сможете дополнять сложившуюся картину.
Тетушка открыла сначала один глаз, затем — второй. Выпрямилась. Поняла, что не выдерживает столько взглядов и вновь попыталась упасть в обморок, но ей не дал Элджен — сел рядом и хмыкнул.
В этот момент двери гостиной открылись. Вошел Лориан. Он осмотрел всех присутствующих, особенно долго задержав взгляд на мне, а затем многозначительно посмотрелл на дворецкого. Когда тот понятливо вышел, то Лориан установил на стены звукоизоляционную защиту и прошел вперед, сложив руки на груди.
— Итак, теперь пора разобраться в паре вопросов. — Никто даже не шелохнулся, а Лориан обернулся к Торильде. — Для начала я бы хотел понять, что вам известно о своей племяннице… которая племянницей вам вовсе не является.
Торильда сглотнула. Она сомневалась. В итоге она посмотрела на Элджена и спросила:
— Лорд Риатон, что вы имели в виду, говоря, что ваша супруга мертва?
— А что вы имели в виду, желая притвориться обморочной? — хмыкнул Элджен и склонил голову на бок. — Что вы знаете, Торильда? И давайте начистоту. Я прекрасно чувствую ваши эмоции. Вы боитесь. И не зря. Я бы на вашем месте тоже опасался, ведь здесь находятся два могущественных лорда, которым ничего не стоит скрыть ваш труп.
Лориан с удивлением взглянул на брата, словно не узнавая того. Мол, это вообще-то была моя реплика. Но я понимала Элджена: ему действительно было не до шуток. Он был настолько взвинчен и убит горем, что не мог прибегать к привычным тонким методам и манипуляциям, а действовал напролом.
— Вам следует поторопиться с ответами, — продолжил Лориан, — мы с братом сегодня на редкость нетерпеливы. Как в семью вашего брата попала Амари? Знаете ли вы её настоящих родителей? Что вы знаете о делах Амари и её поздних поездках в неблагополучные районы? Как часто вы её сопровождали? И, наконец, отчего вы не удивились изменениям своей племянницы?
Торильда сжала кулаки и прикрыла глаза, словно разочаровываясь в самой ситуации, в которой оказалась. Жизнь Амари оказалась настолько запутанной, что даже её близкие люди так мало знали о ней.
— Мой брат с супругой долгие годы не могли завести детей. Они бесплодны. Сколько они не молили Шаардан, та не давала своего благословения. А однажды, двадцать три года назад, они нашли на пороге новорожденного ребенка. Это была девочка. Красивая, такая хорошенькая… брат посчитал это подарком богини жизни. Они любили дочь…
— Именно поэтому предпочитали не жить с ней рядом, а отдать её в институт благородных девиц, где чаще всего учатся дети не из самых благополучных семей. Клофильды вполне могли обеспечить дочери домашнее образование, — заметил Лориан. — Но они выбрали путешествовать и торговать заграницей, оставив дочь в одиночестве.
— Она не была в одиночестве. Я навещала её!
— Так ли часто, как того желал ребенок? — вздернул бровь маг смерти. — Амари чувствовала себя одинокой, брошенной, сиротой при живых родителях. Вы появились в её жизни тогда, когда она удачно вышла замуж.
— Просто после замужества ей чаще понадобилась моя помощь! — возразила Торильда, но это не спасло её от разоблачения в меркантильности. Я разочарованно покачала головой. — Я старалась быть подле неё! Старалась её образумить! Все эти её темные дела, поездки… она прикрывалась мной! Но я защищала её, как могла, я была хорошей тетушкой.
— И ваши услуги щедро оплачивались, я полагаю, — продолжил Лориан. — К тому же вы стали вхожи в высший свет. Взлет, о котором вы не могли и мечтать.
— Я действовала из благих побуждений! И когда она сказала, что у неё неприятности, и ей нужно инсценировать свою смерть, я поддержала её в этом. Правда, она не сказала, когда планирует воплотить свой план в действие… — нахмурилась Торильда. — Я поняла это лишь через пару дней после того покушения, когда перестала узнавать свою племянницу. Тогда-то я и поняла, что она наняла актрису — движения были другие, речь, да и со временем стала подмечать изменения. Но как и обещала моей дорогой Амари, я сделала всё, чтобы скрыть её исчезновение. Со мной племянница так и не связалась, хотя и ждала, и вот сегодня я услышала, что она умерла… Неужели это правда? — Торильда посмотрела на Элджена.
— Амари умерла, — ответила я честно. — Мне жаль. Приношу свои соболезнования.
— Моя бедная девочка, — покачала головой Торильда. — Она сделала всё, чтобы избежать неприятностей, но они её настигли… она совершила столько ошибок!
— Она бы их не совершила, будь родные люди рядом, — достаточно жестко отрезал Лориан. — Семья для того и нужна, чтобы поддержать ребенка, когда тот совершил ошибку. Семья — это барьер от неприятностей, в которые может попасть ребенок. Но вы тем барьером для неё не стали. Ни вы, ни ваш брат с его женой. Амари узнала, что она приемная.
Торильда нахмурилась.
— Она не могла…
— Она узнала, что вы не кровные родственницы. И тогда начала поиски своих родителей. Полагаю, эти поиски не привели её ни к чему хорошему…
— Ты прав, — включилась я и посмотрела в упор на Лориана, — это то, что я хотела тебе сегодня сказать. Мадам Фижма — настоящая мать Амари.
Лориан застыл, удивленно вскинул брови. Элджен шумно выдохнул и сел на диван, потерев подбородок. Торильда вновь попыталась упасть в обморок, но Улгур всучил ей в руки нюхательные соли. Женщина расстроилась и передумала падать в обморок.
Я видела, насколько Элджену было больно от смерти жены, но я не видела ту же боль в глазах Торильды. Бедная Амари… в какой среде она росла? Ей просто не повезло встретить всех этих людей на своем пути.
М-да, как стремительно меняются мои взгляды в этом мире. С каждым часом вскрывается все более удивительная правда, а список людей, которых мне жалко, становится все обширнее. Кто следующий?
— Элджен, тогда вопрос к тебе, — справившись с удивлением, продолжил Лориан, — что ты делал в Доме Цветка?
— Разве не очевидно? Пытался выйти на тех, кто убил мою жену в первый раз и тогда — в театре. Отправившись туда, я все еще теплил надежду, что тебе удалось спасти Амари, но… эта надежда не оправдалась. И мне не удалось понять, куда именно была втянута Амари. Я знал, что она шпионит для Эскарии. Я никогда не разговаривал с ней напрямую, но делал намеки, что все знаю и настаивал, чтобы она прекратила. Но она боялась выйти из всего этого. Как оказалось — не зря.
— Именно мадам Фижма втянула её во все это. Возможно, Фижма эскарийка? — задумчиво произнесла я.
— Она родилась в Рошмаде, как и её предки, я уже давно проверил её, — покачал головой Лориан. — Что-то заставило её действовать против интересов своего родного королевства. И вряд ли здесь замешаны деньги. Ей хватало дохода от Дом Цветка. Она не всегда стояла во главе, но уже тогда была близка к его прошлой хозяйке. Сама же она стала владелицей десять лет назад.
— А кто отец Амари? — внезапно спросил Улгур. — Если о матери мы узнали всё, то отец…
— Это весьма хороший вопрос, — кивнул Лориан, — думаю, разгадка кроется именно здесь. Вполне возможно, что отец Амари — эскариец.
Комната погрузилась в тишину. Лориан начал формировать заклинание на своих пальцах, а после протянул ладонь леди Торильде.
— Печать безмолвия. Вы не сможете разгласить ни слова о своей племяннице. Без этого я вас отсюда не выпущу.
Женщине ничего не оставалось, кроме как пожать ладонь. Магия оплела их запястья, а после рассыпалась, оставив на ладони тетушки небольшой знак. Она поднялась на ноги.
— Я провожу её. Полагаю, я здесь тоже лишний, — хмыкнул Улгур и уступил дорогу госпоже Клофильд. — Вы сможете остаться до утра.
Женщина рассеянно кивнула и вышла из гостиной, оставив нас втроем. Братья обменялись напряженными взглядами.
— Как в старые добрые, а, братец? — хмыкнул Элджен. — Мы на одной стороне, против всего мира. Помнишь, как на нас нападали в академии?
— Ты просто всегда был слишком заносчивым, и нам приходилось отбиваться от твоих недоброжелателей.
— Только я поумнел и перестал так делать, а ты, вижу, наоборот, наживаешь себе врагов. Как, например, сегодня в Доме Цветка. Признай, ты бы не выжил без меня.
— Заткнись, — поморщился Лориан, а я смотрела на них и слегка улыбалась.
Они сами не осознают, насколько вдвоем представляют баланс всего живого. Они лед и пламя, вечные соперники, без связи которых невозможен круговорот природы. Лорду Риатону-старшему очень повезло с сыновьями. Жаль, что он этого не понимает.
— Что будем делать, Лориан? — посерьезнел Элджен. — Сколько всего эскарцам удалось узнать и каков их план?
— Я готов с тобой сотрудничать, но с одним условием, Элджен: ты прекращаешь свои попытки убить принцессу. Я порядком устал её возрождать.
Возрождать? По телу пробежали мурашки. На самом деле, я действительно недооценила силы Лориана. Они идут против своей природы, настолько мощные, что даже пугают.
— Так вот почему у меня так ничего и не получалось… оказывается, получалось, — хмыкнул Элджен без тени улыбки.
— Ты даже не отрицаешь, — пробормотал Лориан, разочарованно глядя на брата. — Почему, Элджен? Просто почему? Она ведь беззащитная девочка…
— Она — да, но её отец… он ослабил Рошмад! Эскария теперь рыскает здесь, как у себя дома!
— Я согласен в том, что политика прошлого короля была направлена на внутреннюю экономику, но не на внешнюю политику. Но это не причина уничтожать всю королевскую кровь!
— Причина, — не согласился Элджен. — После смерти её брата она — единственная наследница, лакомый кусочек для всех государств. Эскария спит и видит, как выдать её замуж за своего наследника и тем самым лишить Рошмад идентичности. Мы не собираемся терпеть чужака на престоле. Ты знаешь, почему совет тянет с одобрением твоей кандидатуры в качестве жениха принцессы? Они продались, Лориан. Они продались Эскарии!
Лориан пошатнулся, сделав шаг назад. А Элджен сглотнул.
— Да, я и отец собирались убить принцессу, чтобы совет не имел власти. Им придется выбрать другого наследника, того, кого одобрит большинство и одобрит народ.
— При этом сценарии весь Рошмад погрузился бы в смуту. Ты думаешь, что те продажные советники, о которых ты говоришь, не стали бы сражаться за власть?
— Стали бы. Да, Рошмад бы погрузился во тьму на год, два… может, пять лет, но в результате королем стал бы рошмадец. Тот, кто радеет за своё королевство.
— Как ты можешь быть в этом уверен?
— Потому что есть ты и я, Лориан. А мы с тобой вдвоем стоим десятки других Высоких лордов. Мы бы смогли повести за собой народ, нас бы поддержало большинство.
— Говоря так, ты имеешь в виду себя на престоле, с твоей силой эмпатии, — хмыкнул маг смерти. — Этот сценарий слишком мрачен и непредсказуем.
— Но именно в непредсказуемости его основная прелесть, Лориан. Его высочество Кайлин сделал официальное предложение, которое находится на рассмотрении совета. Если они ответят согласием…
— Именно поэтому я сам планировал его пригласить на торжество нашей сестры, чтобы выяснить все связи, что идут к нему в Рошмаде, и оборвать.
— Это слишком опасно, Лориан, пускать чужака на нашу территорию.
— Мы с тобой разных взглядов. Я всегда предпочитаю действовать в спокойной обстановке, чтобы выбрать правильный путь, а ты хочешь сначала войти в смуту, чтобы воспользоваться растерянностью людей и возвести свои позиции.
— Дело не в этом…
— В этом, Элджен! Ты боишься кому-то доверять, поэтому для тебя легче действовать во времени, когда никто никому не доверяет, чем установить все связи. Я хочу не допустить конфликта. Если в совете сидят предатели — мы вычислим их, когда прибудет принц. Но я не позволю тебе уничтожить королевский род.
Элджен вздохнул.
— В совете есть те, кому я доверяю и хочу доверять. Например, лорд Орвен. Он один из немногих, кто действительно печется о Рошмаде, но он сильно ослабил позиции, отрекшись от наследника. Ты рискуешь, Лориан, желая впустить сюда принца. Вполне возможно, что он не уйдет.
— Когда он будет здесь, мы ослабим его власть, Элджен. Ты мне веришь?
Он вздохнул. В итоге кивнул.
— Но ты должен знать, что я не убивал принца. Для нас всех это стало трагедией. Я наделся, что с его приходом к власти все наладится. Его кончина была слишком неожиданной…
— Я не успел его спасти. Его тело обнаружили только утром. Но благодаря сегодняшнему расследованию моего человека в Доме Цветка я уже знаю, кто был исполнителем в том убийстве. И сейчас этот человек находится под стражей. Именно с него мы начнем наше расследование. Но многие затаятся, именно поэтому мне нужно их выманить приездом принца. Пусть все думают, что мы можем допустить чужака на престоле. Это расслабит его, даст ложную надежду, и он допустит ошибку.
— Если все будет слишком легко, он заподозрит неладное. Принц Кайлин умен. Тебе следует по-прежнему держаться позиции жениха принцессы. Никто не должен знать о нашей коалиции, для всех все должно оставаться как прежде. Я готов довериться тебе, Лориан, но и ты доверься мне.
Я нахмурилась. Лориан посмотрел на меня в упор.
— Это хороший план, — опередила я его. — Я понимаю.
— Я защищу Аву, — уверенно произнес Элджен. — К тому же, я свидетель во время брачного ритуала Элины и буду стоять вместе с Амари… с Авой у алтаря. Её никто не тронет в моем присутствии. А если такое произойдет… ты всегда будешь рядом.
— Мне это не нравится, — покачал головой Лориан.
— Но если Ава будет с тобой — это вызовет слишком много неудобных вопросов, а нам сейчас ни к чему внимание эскарийцев.
Я сглотнула. Они объединяются только на этапе раскрытия заговора со стороны Эскарии… но что будет потом? Элджен вновь попытается избавиться от принцессы? Как быть в этом случае?
— Подумаем об этом завтра, — наконец, вздохнул Лориан и подал мне руку. — Идем спать, Ава.
— Вы спите вместе? — изумился Элджен, и его щеки вновь вспыхнули румянцем. — Лориан…
— Это не то, о чем ты думаешь, братец. Нас соединила богиня, и она переносит нас друг к другу. К слову, там Ава и оказалась в Доме Цветка. Ничего порочного. Угомони свою фантазию. Если между нами что-то и будет, мы известим тебя в письменном виде.
Элджен поморщился.
— Только избавь от подробных описаний и тем более рисунков.
— Как пожелаешь, — фыркнул Лориан и все-таки увлек меня на выход.
Когда мы поднялись по лестнице, я осторожно высвободила руку и посмотрела на Лориана с неодобрением. Маг смерти прищурился и вскинул брови.
Возможно, мы могли бы смотреть друг на друга вечно, но я все-таки решилась на легкий упрек:
— Тебе не жаль брата? Он смотрит на меня и видит умершую жену, которую любил.
— Ему следовало получше контролировать чувства, что он испытывал к весьма сомнительной личности.
Я оторопела. Сложила руки на груди и перекатилась с пятки на носок.
— То есть ты хочешь сказать, что мы способны контролировать наши чувства?
— Именно это я и хочу сказать.
И смотрит совершенно серьезно, будто действительно в этом уверен. Я открыла рот, но так и не нашлась, что сказать, поэтому развернулась и направилась в спальню. Свою. Не прошло и секунды, как Лориан вошел вслед за мной. Здесь все осталось точно так же, как было утром… впрочем, сейчас уже тоже за окном занимался рассвет. Мне хотелось выспаться. Причем я могла это сделать наконец-то в одиночестве: Мортана нас больше не перенесет друг к другу.
— Тебе не обязательно здесь находиться, Лориан. Мы можем выспаться каждый в своей спальне, — откликнулась я и вновь открыла дверь.
Но маг смерти её даже не закрыл, нет… он просто привалился к ней плечом, тем самым захлопнув, и внимательно смотрел на меня. По его волосам продолжали пробегать зеленые всполохи, словно выдавая усталость своего хозяина. Я и сама порядком устала, именно поэтому, возможно, и сорвалась.
Слова Лориана действительно задели. Это означало, что он ничего не чувствует ко мне. Настоящие чувства невозможно контролировать. Они не поддаются логике. Они просто есть.
Я… я влюбилась в Лориана вопреки здравому смыслу. Я не могу с ним быть, он брат-близнец мужа хозяйки этого тела. Все это очень усложняет моё пребывание в этом мире и попытку начать жизнь сначала.
— Отчего ты раздражена? — наконец, спросил он.
— Тебе этого не понять, Лориан, — я покачала головой, немного смутившись. — Возможно, твой брат был прав, сказав, что ты не способен любить по-настоящему.
Глаза Лориана расширились. Он шумно выдохнул и выпрямился. Посмотрел мне в глаза и… ничего не сказал. Развернулся и ушел. Я тут же ощутила желание догнать его и обнять, но… обида была слишком крепка. Лориан действительно поступил грубо со своим братом. Мне было жаль Элджена. Но больше всего меня задела мысль о его безразличии.
С чего я взяла, что он влюбился? Он ведь не говорил об этом. Я сделала вывод по его поступкам, обрывкам фраз… мне показалось, что он хочет оставить принцессу и быть со мной.
Но что если мне все это показалось?
Я потянулась к застежкам, но осознала, что в этом платье они на спине. Топнула ногой. Как неудобно. Я в любой момент могла позвать горничную, лишь позвонив в колокольчик, но где-то внутри меня теплилась надежда, что Лориан вернется, поэтому не хотела посторонних людей в спальне.
Кровать манила, но вопреки желанию отдохнуть я мерила комнату шагами. Что на самом деле чувствует ко мне Лориан? Он спасал меня. Но ведь это обусловлено татуировками Мортаны. Он целовал меня. Обнимал и смотрел так, что у меня начинала кружиться голова.
Он выбрал принцессу. А после сказал, что допустил ошибку и все исправит. Он просил не волноваться и восстанавливаться…
В этот момент в дверь постучались. Я сорвалась и бросилась к выходу, но тут же разочарованно вздохнула. За дверью обнаружился Леон Дегель. В пижаме, заспанный и с саквояжем в руках.
— Доброе утро, леди, — он подавил зевок. — Прошу прощения за столь ранний визит, но лорд Риатон разбудил меня и просил осмотреть вас.
Ну вот еще один плюс — он вспомнил о состоянии моего здоровья и моей ране, а я — нет. Сколько я еще буду сомневаться в чувствах этого мужчины? И нужно ли мне сомневаться? Но слова, как ни крути, тоже важны. Ведь наше воображение порой дорисовывает все неверно.
— А вы… не спали? — удивленно уточнил мужчина, осмотрев меня, и я кивнула, пропуская целителя внутрь.
— Некоторые обстоятельства… помешали мне заснуть.
— Говорил же я вам — покой. Не так вы понимаете мои слова, не так. Быть может, дело в чуждости нашего языка для вас?
Последнее было явной шуткой, поэтому я ответила слабой улыбкой.
Дегель вздохнул. Я закрыла за ним дверь и прошла к кровати. Но тут вновь возникла проблема с платьем, поэтому мне все же пришлось позвать горничную, которая помогла мне раздеться. Целитель проводил привычный осмотр и лишь один раз нахмурился.
— Что-то не так… ваша магия… Ава, вы будто связаны с душой дракона!
Я прикусила губу и осторожно кивнула. Целитель меня не понял и подался вперед. Пришлось признаваться.
— Я сегодня случайно призвала крылья. Лориан уверен, что я привязала к себе дракона без ритуала во время своей смерти, а когда Лориан вернул меня в тело — то вернул уже с душой дракона.
Дегель издал непонятный звук и протер лоб платком.
— Вы меня удивляете, Ава. Что ж, это не слишком хорошо — такой скоротечный ритуал, поэтому ваши магические потоки словно находятся на грани выгорания. С завтрашнего дня вам показаны медитации и умеренные тренировки под моим наблюдением — вам нужно сбрасывать излишки магии и в то же время не перенапрягаться. Задача предстоит нелегкая, особенно учитывая, что до свадьбы Элины три дня. А насколько я знаю, вы приглашены и в качестве свидетельницы.
Я нахмурилась. Кажется, что-то такое уже говорил Элджен, но в тот момент я не придала значения его словам.
Дегель ушел, пожелав мне приятных снов. Я думала, что не смогу заснуть из-за непонятных отношений с Лорианом, но едва моя голова коснулась подушки — я тут же провалилась в сон.
Моё утро наступило лишь к вечеру. Я спустилась к ужину, за которым меня ждали Улгур, Катюша, леди Севиль и… Элджен. Последний прошелся по мне заторможенным взглядом и тут же отвернулся, зато леди Севиль обняла, поцеловала и усадила рядом с собой.
— Как ты, моя дорогая? Лориан сказал, что на ужин его можно не ждать.
Я лишь кивнула, глядя на пустой стул во главе стола. Ощущение было странное — словно чего-то не хватало, словно привычный баланс нарушен. Улгур, будто прочитав мои мысли, проворчал:
— Ох уж эти женщины. Выдумают себе всякого разного, а мужчины потом виноваты.
Севиль наградила его возмущенным взглядом. Улгур принял его достойно. Катюша встрепенулась, не понимая, что происходит, а я позволила себе улыбку, ощутив, как обстановка в столовой накалилась — просто между Улгуром и Севиль летали искры.
— Я так соскучилась по Лориану! В последнее время я его очень мало вижу, — вздохнула Катя и улыбнулась, глядя на леди Севиль. — А мы сегодня будем читать книжку о храбром паже?
Мейтлок кивнула. Катюша в силу своего возраста быстро переключалась с проблем на что-то веселое и приятное, в чем определенно был плюс.
Ужин проходил в спокойной, почти домашней атмосфере, которую так мастерски создавала Катюша. Ароматные травяные лепешки, тушеное мясо с кореньями и густой ягодный морс — простая, но сытная еда, которая согревала изнутри. Элджен молчал, сосредоточенно разрезая мясо на своей тарелке. Его присутствие было незримой напряженной нотой, но он, кажется, старался не смотреть в мою сторону. Леди Севиль, напротив, была оживлена. Она наполняла тишину светскими новостями, забавными историями из жизни двора и теплыми расспросами о моем самочувствии. Её забота была как целебный бальзам.
— Ты просто обязана попробовать эти ягоды с медом, Ава, — говорила она, подкладывая мне еще одну порцию. — Они с севера Рошмада, обладают чудесным свойством успокаивать нервы.
— Благодарю, леди Севиль.
— Ава? — недоуменно уточнила Катюша, единственная, кого забыли предупредить об изменениях. — А почему Ава? Это же Амари?
— Амари, дорогая, — кивнул Улгур. — Хотя ей больше нравится Ава. Только ты никому не говори. Это большой секрет.
Катюша важно кивнула, словно понимала всю серьезность мероприятия.
После ужина мы с леди Севиль переместились в малую гостиную. Леди Севиль села на низкий табурет, бережно достав из чехла небольшой, изящный инструмент цвета темного меда. Арфа.
— Тебе нужно научиться играть на нем, — напомнила леди Севиль. — Хотя бы одну мелодию! Подойти ближе.
Вздохнув, я признала необходимость учебы и села рядом.
— Я уже ознакомилась с любимыми мелодиями Амари — расспрашивала Элджена весь день. Он оказался неохотным собеседником, знаешь ли.
— Я была бы удивлена, если бы он после произошедшего был бы разговорчивым, — вздохнула я. — Мне тяжело представить, что он пережил. И тем более остался в этом доме.
— О, об этом тебе лучше поговорить с Лорианом, — пробормотала леди Севиль и опустила взгляд.
Я насторожилась.
— Что вы имеете в виду?
— Ничего, дорогая, нам лучше уделить время музыкальному инструменту. Времени не так много до свадьбы Элины.
Вздохнув, я присела рядом с женщиной. Севиль начала объяснять устройство арфы, но я с трудом воспринимала информацию, сосредоточившись на образе незнакомой девушки. Интересно, она похожа на братьев или нет?
— Какая она, Элина? Вы видели её?
Севиль подняла на меня растерянный взгляд и отодвинула инструмент, вздохнув.
— Мы встречались однажды. Она очень красива! В прошлом году был её дебютный сезон, и она произвела настоящий фурор. За ней увивались толпы женихов, но в итоге предпочтение было отдано Высокому лорду Тенарису Кармону — сыну одного из тринадцати членов совета. Совет состоит из древнейших родов Рошмада, и род Риатон тоже занимает почетное место в нем.
— Значит, отец близнецов состоит в совете? — задумчиво уточнила я, и леди Севиль кивнула.
— Эта свадьба — объединение двух сильнейших родов, весьма значимое событие для всего Рошмада. Я не знакома с Элиной близко, поэтому не могу рассуждать о её характере или привычках, но… скажу честно, что она больше симпатизирует Элджену, и именно он выводил сестру в свет вместе с отцом. Лориан всегда держался в стороне от своей семьи.
Что же произошло в прошлом братьев, из-за чего они поссорились? Мне не терпелось открыть эту тайну, ведь казалось, без неё я никогда не смогу узнать Лориана на все сто процентов.
— А у неё тоже есть необычная магия?
— Ава, — вздохнула леди Севиль, — давай сосредоточимся на музыке. Музыка — тоже магия, — улыбнулась Севиль, погладив гриф арфы. — Она настраивает душу. Тебе это сейчас особенно нужно. Я вижу, в каком ты расстройстве и замешательстве. Это нормально. Твоя жизнь меняется, ты находишься на перепутье. Теперь ты достаточно освоилась в этом мире, чтобы задумываться о более глобальных проблемах, а не только о повседневных, и музыка тебе в этом поможет.
Пришлось соглашаться. Удивительно, но леди Севиль в который раз оказалась права. Сосредоточившись на изучении музыки, я действительно не заметила, как все проблемы отошли на второй план, а в душе поселилось если не спокойствие, то хотя бы улеглась тревога.
Тут дверь в гостиную бесшумно открылась. В проеме стоял Лориан. На нем был простой темный тренировочный костюм, без привычных камзолов и украшений. Он выглядел уставшим, но собранным. Его взгляд сразу нашел меня.
— Прошу прощения за вторжение, — он слегка склонил голову в нашу сторону. — Ава, я заберу тебя для тренировки. Ты уже слилась с душой дракона, но теперь тебе нужно стабилизировать источник. Так же Дегель настаивает на медитациях, и я склонен с ним согласиться.
Я почувствовала, как сердце забилось чаще. Не от предвкушения тренировки, а от взгляда на Лориана. Мне вновь захотелось вернуться к вчерашнему разговору, но Лориан словно избегал моего взгляда. Он отвернулся и направился к лестнице. Поблагодарив леди Севиль, я поспешила за Лорианом.
— Где мы будем заниматься? — спросила я шепотом, следуя за ним по коридорам дома Улгура.
— На улице. Я создам тепловой контур, поэтому даже вечером ты не замерзнешь. Но сначала поднимемся в мастерскую Улгура — тебе нужно надеть брючный костюм, надеюсь, у Улгура такой найдется, — так же тихо ответил он.
— Лориан, насчет вчерашнего…
— Давай сосредоточимся на работе, — хмуро откликнулся Лориан и постучал в резную дверь.
— Заходите, — тут же откликнулся Улгур.
Орк корпел над эскизами. Увидев нас, он тут же подозвал меня. Я прошла вперед, а Улгур показал мне листы бумаги.
— Помнишь то, о чем мы с тобой говорили? Буклеты, чтобы разносить по домам. Я уже готовлю пробную партию.
— Как быстро! — изумилась я и взглянула на листы.
Лориан остался у входа, лишь привалился плечом к стене и задумчиво оглядывал нас. Даже в такой простой одежде он был невероятно привлекательным! Мне сложно было отвести взгляд, но я все-таки постаралась сосредоточиться на буклетах.
— Мне очень нравится, — вынесла вердикт и улыбнулась. — Ты рассортировал эскизы по стоимости для разных домов?
— Все так, — кивнул Улгур. — Три вида. В первом все дорогие фасоны, во втором — смешанные, а в третьем — достаточно простые, лаконичные модели из доступных тканей средней и низкой ценовой категории. Я послушался твоих советов и даже написал цены. В моем магазине будут выставлены все буклеты, чтобы каждая покупательница смогла сделать выбор, какой ассортимент ей нужен.
— Звучит здорово, — вновь откликнулась я. — Знаешь, в моем мире есть еще форма обратной связи на онлайн-платформах, искусственный интеллект сам подбирает товары, которые могут понравиться покупателям, — продолжила я. Хотя, судя по лицам Улгура и Лориана, они едва ли поняли, что я имела в виду. — Если привнести что-то такое и в наш мир… хм… Предлагаю сделать сетку для оценок. Даже если покупательница не выберет товар — она оставит оценку. В следующий раз вы будете знать, что ей нравится, и делать более персонализированную подборку. Это увеличит объем работы, но вместе с тем — увеличит и продажи.
Улгур постучал карандашом по столу и кивнул.
— Ава, откуда ты такая взялась?
— Из века маркетинговых решений, — со вздохом призналась я. — И мне нравятся перспективы и новизна, которую я смогу привнести в этот мир.
— Улгур, — позвал его Лориан, — не найдется ли для Авы тренировочного костюма?
— Тренировочного? — задумчиво протянул орк и неожиданно в его глазах зажегся какой-то непонятный огонек. Он кивнул. — Ава, за мной. За ширму.
В тот момент я не представляла, что он для меня подготовил. Это действительно был костюм. Потрясающий! Состоящий из тонких брючек, обтягивающих ноги словно лосины, при этом выгодно подчеркивающих ягодицы, и короткой рубашки, поверх которой надевался корсет, приподнимающий грудь — не тяжелый, а удобный, кожаный. На ноги я обула мягкие сапожки. Смотря на себя в зеркало и находясь всё еще за ширмой, я боялась выходить.
— Ава, тебе следует потороп…
Лориан не договорил. Просто я все-таки появилась из-за ширмы. Медленно продефилировала к магу смерти и остановилась перед ним, сложив руки под грудью и вопросительно вскинув подбородок. Лориан молчал, неотрывно глядя на меня, лишь его кадык дернулся, явно выдавая реакцию мага смерти.
— Я готова, — сказала я, но реакции не последовало.
Лориан продолжал смотреть на меня и тяжело дышать. Вот Улгур — настоящий мастер! Умеет он лишать дара речи даже самых стойких мужчин.
— Лориан, — позвала я его и подалась вперед, как раз так, чтобы было видно декольте, — ты почему застыл? Передумал заниматься?
— Заниматься? — повторил он и шумно выдохнул, тоже подавшись вперед. Наши губы разделяли пара сантиметров, не больше. — Ава, ты опять издеваешься надо мной?
— Не понимаю, о чем ты, — прошептала я и все-таки подалась вперед, запечатлев на его губах невесомый поцелуй.
Лориан простонал и мгновенно притянул меня к себе, углубив поцелуй так, что у меня закружилась голова. Я обхватила плечи мужчины руками, чтобы не упасть, а Лориан начал исследовать моё тело, при этом терзая мои губы своими так сладко и страстно, что казалось, еще секунда — и ткани на нас начнут воспламеняться…
— Кхм, — кашлянул Улгур, и мы все-таки смущенно отстранились друг от друга, но объятий не разомкнули. — Вы вроде заниматься собирались…
И вид у орка самый хитрый. Лориан мгновенно разгадал его маневр и вздохнул.
— Зря я свёл вас. Вместе вы доведете меня до сумасшествия.
Улгур громко расхохотался, а Лориан, обхватив меня за талию, повел к выходу. Моё сердце все еще бешено колотилось, а губы горели от поцелуя. Мы ничего не обсудили, не расставили точки над «и», но при этом его летящая в тартарары выдержка говорит об очень многом…
А ведь эту игру можно продолжить и ночью. У меня еще оставались несколько головокружительных комплектов ночных сорочек от Улгура…
— Почему мне кажется, что ты что-то замышляешь? Ты весьма красноречиво молчишь.
— Ты идешь впереди и даже не видишь моего лица, — фыркнула я.
Лориан остановился, из-за чего я почти врезалась в него, в последнее мгновение мужчина притянул меня сам, зафиксировав рукой на талии. Мы застыли в холле, перед выходом во внутренний двор, и неотрывно смотрели друг на друга.
— Иногда мне кажется, что мы либо убьем друг друга в совместной жизни, или уничтожим весь мир, который просто не выдержит нашего союза.
— Думаешь, этот мир настолько хрупкий? — изумилась я. — Уверена, он выдерживал и не таких, как мы.
Лориан покачал головой и все-таки открыл дверь, утянув меня за собой. Мы вышли на поляну. Как и обещал, Лориан раскинул тепловой контур, поэтому мне сразу стало теплее. Вечера в Рошмаде действительно были прохладными.
— Первое правило, — сказал Лориан, поворачиваясь ко мне. — Не бояться. Страх — топливо для потери контроля. Второе — довериться мне. Третье — не сомневаться в себе. Помни, что твой дракон уже выбрал тебя, и теперь тебе осталось совладать с его силой, не дать ему выжечь вас обоих.
— А такое возможно? — уточнила со страхом.
— Первое правило, Ава, — покачал головой Лориан. — Не бояться. Ты мне веришь?
На самом деле, я доверила бы Лориану свою жизнь. Да что там: любой в Рошмаде доверил бы ему свою жизнь! Ну или почти любой. Это же маг смерти. Он и воскресить может, перейдя дорогу самой Мортане. Он уже так делал. Так чего мне бояться и тем более не доверять ему?
— Абсолютно.
— Тогда садись. Начнем с малого. С дыхания.
Мы сели друг напротив друга на циновки. Он велел мне закрыть глаза, выпрямить спину и просто следить за дыханием — вдох, выдох. Сначала мой ум метался, цепляясь за обрывки прошедшего дня, за его лицо перед сном, за мелодию арфы. Но его спокойный, ровный голос, звучавший как метроном, постепенно возвращал меня в настоящее.
— Хорошо, — сказал он через какое-то время. — Теперь попробуй ощутить не тело, а то, что внутри. Источник. То место, откуда берется тепло, когда ты злишься или радуешься. Не пытайся его контролировать. Просто осознай, что он есть.
Я пыталась. Сначала ничего. Потом — смутное ощущение пульсации где-то глубоко в солнечном сплетении, едва уловимое, как дрожь струны после того, как по ней провели пальцем.
— Чувствую, — прошептала я.
— Отлично. Теперь представь, что это озеро. Спокойное, темное. А после — легкий ветерок. Только рябь. Не волны.
Я представила. И ощутила, как та самая пульсация ответила, слегка заволновалась, рассыпаясь мелкими искорками под кожей. На запястьях вспыхнули слабые блики — отголоски алмазного сияния.
— Сдерживай, — тут же прозвучал его голос, твердый и четкий. — Не давай ряби превратиться в волну. Дыши. Ровнее.
Это было невероятно сложно. Как удержать в узде что-то живое, могучее и совершенно дикое, что рвалось наружу при первом же зове. Я чувствовала, как по спине пробегает знакомый холодок, предвещающий появление крыльев.
— Лориан, я не…
— Молчи и дыши, — перебил он. И вдруг его пальцы легли мне на запястья. Его прикосновение было прохладным якорем, удерживающим меня в бушующем море. — Немного, лишь чуть-чуть.
Я выдохнула. Тонкая струйка энергии, похожая на искрящийся туман, вырвалась из меня и влилась в ладони Лориана, на которых она гасилась — видимо, очередным заклинанием мага.
— Видишь? Ничего страшного. Это всего лишь энергия. Её можно направлять. Не выпускать, а… направить в пол. В землю. Представь корни.
Мы продолжали. Временами у меня получалось, и я чувствовала, как буйство внутри стихает, оставляя после себя приятную, ровную усталость. Временами я теряла контроль, и тогда из земли взвивались спирали искрящегося дыма, а за спиной на мгновение проявлялись очертания огромных, полупрозрачных крыльев. Лориан был неумолим. Терпелив, но строг. Он ловил каждый срыв, возвращал меня к дыханию, заставлял начинать снова.
Когда он наконец позволил остановиться, я была мокрая от пота и дрожала от напряжения, но внутри горел странный, чистый огонек — не магии, а понимания. Первого, крошечного мастерства.
— Достаточно на сегодня, — сказал он, отпуская мои запястья. На его ладонях остались светящиеся отпечатки, которые медленно гасли. — Завтра будет легче. Ты быстро учишься.
Он встал и протянул мне руку, чтобы помочь подняться. Мои ноги были ватными.
— Спасибо, — выдохнула я, все еще не в силах полностью прийти в себя.
— Это только начало, Ава. Но начало хорошее. Теперь пойдем. Тебе необходимо отдохнуть.
Лориан взял меня под руку. Я почувствовала едва заметную вибрацию. Лориан опустил взгляд на один из артефактов на своей руке — тонком браслете с небольшим сапфиром. Именно камень сейчас вибрировал, взволновал Дознавателя.
— Что случилось? Что-то с её высочеством?
— Нет, — покачал головой Лориан и посмотрел на меня полупустым взглядом. — Его величество… он мертв.
— Лориан, наконец-то! — воскликнула принцесса и отскочила от тела отца.
Я буквально влетел в королевские покои. Пятнадцать минут — непростительно долго, но раньше я просто не успевал долететь до дворца. Время еще было. Я бросился к телу короля, наплевав на придворный этикет. Сейчас это никто от меня не требовал.
От меня ждали иного.
Чуда воскрешения. Личной магии, способной призывать души обратно. Но я понятия не имел, получится ли.
— Ты должен его спасти, должен! — воскликнула Мел позади и всхлипнула. — Я не знаю, как останусь одна, я не справлюсь…
Я проигнорировал слова её высочества и распростер руки над телом короля. Болезнь сильно его подкосила. В последние недели он даже не поднимался из кровати. Слуги полностью ухаживали за ним, и едва ли это существование можно назвать жизнью.
Но даже его дыхание охраняло его единственную дочь от посягательств тех, кто хочет власти.
От ладоней начала литься магия. Я сосредоточился, пропуская потоки через себя, ныряя в последние секунды души, чтобы задержать её на этом свете. Схватить за руку, вернуть в этот мир.
Важно было не только вливать магию, но и контролировать эмоции. Понимать, ради чего я это делаю. Дар Мортаны был своеволен и специфичен, но я успел хорошо его изучить более чем за пятнадцать лет использования.
Время шло. Душа не откликалась. Черное, мертвое тело, словно прошло не пятнадцать минут с момента смерти, а более тридцати… но этого не может быть! Мой артефакт был точен. Такой имелся у короля и у принцессы. Жаль, что я попросил носить их после смерти наследника, возможно, принца бы тогда удалось спасти, будь на нем такой же артефакт.
— Лориан, неужели?.. — Мелисанта начала всхлипывать.
Мою руку внезапно обожгло — в месте татуировки Мортаны. Шипя, я отдернул руку. Свет погас. Божественный знак был очевиден, чтобы его не понять с первого раза.
— Мортана против, — прошептал тихо с горечью, — слишком часто я возвращал его из-за грани. Прости, Мел. Даже я не всесилен.
Всхлипы позади усилились. Мел прижалась к моей спине и сминала кулачками тренировочную куртку. Капли слез стекали по ней, пока я сидел неподвижно, сгорбившись и чувствуя не просто надвигающиеся перемены, а лавину.
— Простите, ваше высочество, — повторил еще раз, и в этот момент приблизился целитель.
Он зафиксировал время смерти, а после накрыл тело короля белой тканью. Мел расплакалась еще сильнее. Я отстранился и оставил принцессу на попечение Силвана. Сам же отправился в зал советов — необходимо активировать артефакт для внеочередного созыва.
Помимо этого я отправил магического вестника Кайну и Рейгару Ниагре — он уже должен был прибыть в столицу, и я бы хотел видеть его как можно скорее.
Кайн прибыл быстро. Поклонился и приготовился слушать.
— Свяжись с главой безопасности и предоставь мне полный отчет о том, что происходило во дворце. Мне нужно понять, точно ли смерть его величества была естественной.
Да, Мортана сама запретила его воскрешать, но… что если прошло все-таки больше пятнадцати минут?..
На миг в глазах Кайна мелькнуло удивление и следом за ним — скорбь, но он быстро спрятал эмоции.
— Будет исполнено, ваше светлейшество.
Когда я вернулся в королевскую спальню, Мел уже всхлипывала тихо. Но едва увидев меня, начала рыдать.
— Скоро прибудут советники, — известил я Силвана.
— Её высочество лучше увести, — прошептал целитель и отдал мне пузырек с успокаивающим. — Я ей уже дал отвара, но это в случае, если ей станет хуже.
Я кивнул. Подхватил Мелисанту на руки и унес из этой комнаты — она не сопротивлялась, с отцом она уже успела проститься, теперь целитель сделает все необходимое.
Соберет коллегию для засвидетельствования, встретится с Советом и изложит им причины смерти, а после статс-дама займется проводами его величества в последний путь. Мел продолжала сминать куртку кулачками, пока я нес её по коридору. Не выдержав, она стукнула меня.
— Как ты не смог?! Как?! Ты ведь всесильный!
— Я не всесильный, Мел, — откликнулся спокойно. — Никто не всесилен. Только богини.
— Но почему?! Почему Мортана против нашей семьи?!
— Не Мортана против, Мел, а люди, что пытаются уничтожить ваш род. Мортана лишь соблюдает принципы законов мироздания. И, возможно, запретив мне возвращать его величество, она оказала нам всем услугу. Нам не ведомы замыслы богов.
Но принцесса не слышала. Она продолжала рыдать у меня на груди, пока я не внес её в комнату и не переместил на кровать. Я поставил пузырек на тумбочку.
— Я позову фрейлин…
— Нет, останься. Побудь со мной еще немного.
Я нахмурился. Время еще было. К тому же мне было жалко принцессу. Она отстранилась и легла на кровать, думая о чем-то своем. Я смотрел в окно. Теперь все изменится.
Прошел час или около того. Время близилось к полуночи. Мне необходимо быть к этому времени дома. Следует позвать фрейлин. Они смогут успокоить и поддержать её высочество…
— Лориан, не уходи, — прошептала Мел и схватила меня за руку, когда я попытался встать. — Ты мне нужен.
Сердце сжалось. Мне было её жаль. Она словно младшая сестра, вот только Элина меня ненавидела, а Мелисанта… боготворила. Мне не хватало всегда той теплоты и доброты, которую проявляла её высочество. Я искренне хотел её оберегать.
Но сейчас, видя, как она смотрит на меня, я осознавал, что причиню ей больше боли, чем хотел. Она должна смотреть на меня не здесь и не так. Не в её спальне и не влюбленно. Мел облизала пересохшие губы. Её глаза раскраснелись от слез, как и щеки, но лицо при этом выглядело бледным.
— Не уходи, прошу тебя. Останься со мной… этой ночью.
Я сглотнул. Сел рядом с девушкой и провел ладонью по её волосам — не перебирая пряди, а наоборот, приглаживая их, словно я вел разговор с маленькой девочкой.
Странная ассоциация, но такая верная. Волосы Авы мне хотелось приводить в беспорядок, хотелось видеть её растрепанной — картина яркая, страстная и лишь для меня. Но Мелисанта… её мне хотелось причесать, нарядить как фарфоровую статуэтку и держаться вдали, наблюдая за её счастьем.
— Мел…
— Знаю, ты всегда держался отстраненно! — воскликнула она горячо и обхватила мою ладонь своими, прижимая к своей щеке. — Но я больше так не могу. Я хочу за тебя замуж, Лориан. Ты единственный способен меня спасти.
— Мел… — вновь попытался я, но принцесса меня не слушала.
— Хватит благородства, Лориан! Ты должен меня спасти! — она распахнула глаза и подалась вперед. — Во дворец вечером прибыл принц Эскарии — я не могла не принять его. Чудовищное совпадение… он будто знал, когда отец отойдет в мир иной — я бы и его заподозрила в смерти, если бы нам с тобой целитель Силван еще утром не сообщил, что отец в любой момент может отойти в мир иной… Лориан, его высочество воспользуется этим и надавит на совет, чтобы жениться на мне, понимаешь?! Идем в храм Шаардан сейчас, обвенчаемся тайно…
— Время Шаардан до заката, — напомнил я, и принцесса прикусила губу.
— Тогда идем сразу утром! Он не посмеет делать предложение сейчас, а вот утром… мы уже будем обручены!
Она посмотрела на меня с надеждой, а я молчал. Смотрел и молчал, чувствуя себя настоящим мерзавцем. Её высочество нахмурилась, начиная догадываться, и немного отстранилась.
— Извините, ваше высочество, — я сделал акцент на официозе. — Я не смогу взять на себя бремя власти и встать с вами у алтаря. Обещаю, что всегда буду рядом и стану защищать вас от любой опасности, но не смогу сделать вас счастливой. Ведь моё сердце уже занято. Я люблю другую.
В этот момент позади что-то упало. Я резко обернулся и увидел Аву. Она оказалась здесь, случайно свалив с каминной полки любимую фарфоровую шкатулку её высочества.
Эти осколки отождествляли не просто шкатулку, а сердце её высочества, которое мы с Авой также случайно разбили.
И принцесса не была глупой. Она поняла всё. И её взгляд сказал все раньше, чем губы.
Лориан улетел. Я все вспоминала этот момент, когда он отступил от меня, а после призвал призрачную форму дракона — огромную, вселяющую страх и трепет. Я любовалась клубами дыма, смотрела в сверкающие черные глаза и восхищалась.
Дракон Лориана был прекрасен, но самое интересное — за ним я угадывала взгляд человека. Тело мага становилось сердцем плотной призрачной оболочки, скрытое от глаз, и теперь он полностью управлял этой ипостасью.
Лориан не терял времени. Он взлетел в небо, и вскоре его фигура скрылась за горизонтом.
— Куда он? — раздался позади голос.
Я вздрогнула и обернулась к Элджену. Я не знала, стоило ли мне говорить о смерти короля, поэтому я просто пожала плечами.
— Долг зовет, — откликнулась и собиралась пройти мимо, но Элджен схватил меня за локоть.
— Не доверяешь?
— Доверяю, но не имею права разглашать чужие секреты, — ответила искренне. — И я очень устала. Хочу поспать.
— Ава, — остановил он меня и нахмурился, — почему Лориан? Ты могла бы влюбиться в меня, притвориться моей женой. Вполне возможно, мы когда-нибудь были бы вместе.
Сумасшествие! Едва ли я представляла себя тенью чужой возлюбленной. Я всю жизнь бы сомневалась, точно ли меня полюбил Элджен или пытается удержать лишь воспоминания о своей истинной любви.
К тому же Элджен не мой человек по характеру. Совсем.
— Это была бы совсем другая история, — улыбнулась я грустно. — Не лучше и не хуже, просто другая. Я влюбилась в Лориана почти сразу, сама того не осознавая. Твой брат потрясающий. Я до сих пор не понимаю, отчего ты его так ненавидишь.
Элджен шумно выдохнул и перекатился с пятки на носок, сложив при этом руки на груди. Он хмурился, словно погрузился не в самые приятные для него воспоминания. А затем решился:
— Из-за Лориана умерла наша мать.
Я распахнула глаза. Вот значит какой груз несет Лориан. Вот почему такой закрытый. Вот отчего бежит от своей семьи и терпит пощечины отца.
И нет, даже не слыша истории, я уже осознавала: мне жаль Лориана. Именно его и никого другого. Потому что я люблю этого мужчину. Мне не так близка и важна боль других людей, пусть даже членов семьи Дознавателя.
Мне важна история лишь самого мага смерти.
— Она тяжело болела, — продолжил Элджен и отвел взгляд куда-то вдаль. — Он должен был быть всегда рядом. Но он улетел. Отправился на практику на последнем курсе, которая оказалась для него важнее жизни нашей матери. Карьера выше семьи… Мама умирала в муках, целители ничего не могли сделать, я забирал её боль, успокаивал своим даром, но… я не мог её вылечить. А Лориан… он прибыл через час после того, как мама испустила последний вздох, — последнее мужчина буквально выплюнул, зло, отрывисто, и посмотрел на меня. — Ты все еще думаешь, что в Лориана есть что-то хорошее? Он — мерзавец, каких поискать. Бесчувственный эгоист, способный на все. Он поэтому не понимает меня. Не понимает, как я мог влюбиться в неподходящую девушку. Ему неведома любовь, Ава. Поэтому мне даже жаль тебя. Ты полюбила лишь призрака человека, но под ним кроется черная душа, пропитанная чернью.
Я молчала. Что я могу сказать? Я понимала обоих братьев. И того, кто злился, и того, на кого злились. Лориан, конечно, мог остаться. Но что же, ему всю жизнь быть привязанным к матери? Сколько раз ему пришлось бы её возрождать от неизлечимой болезни? Рано или поздно она бы забрала её, как ныне пытается забрать короля.
Элджен бесился на брата за то, что не он обладает такой силой. Он сам бы хотел спасти мать. Он ненавидел его за проявленную эгоистичность. Вот только как все было на самом деле? И жалеет ли Лориан о случившемся? Судя по всему — да.
— Элине тогда было всего десять лет, — добавил Элджен. — Она слишком рано осталась без материнской любви. А если учесть, что матушка еще два года болела… Это было суровое испытание для нашей младшей сестры.
— Мне жаль, — выдавила я и вздохнула. — Но ты никогда не пытался понять Лориана? Встать на его место?
— Пытался множество раз. Да, отец всегда был к нему суров — он старший, на нем всегда было больше ответственности. Его сила… знаешь, он ведь с детства был странным. Закрытым, молчаливым. Прислуга порой его боялась. Он даже со мной общался по крайней необходимости, а он был мне нужен всегда. Я отчаянно желал его внимания, общения… но Лориан слишком эгоистичен. Он не видел моих чувств. Не видел, как я восхищался и любил его. И случай со смертью матери был финальной точкой. Я больше не мог выносить его отчужденность.
Люди так часто жалуются. Они всегда поглощены своей болью и редко видят чужую боль, редко пытаются встать на чужое место. Вот и Элджен. Он был поглощен своей обидой на брата и не пытался понять, что Лориан — другой. Возможно, ему нужно меньше общения, он может выглядеть безэмоциональным, но это совсем не равно бесчувственности.
Он волнуется, переживает, он делает все, чтобы близким ему людям было хорошо. С детства на него давила ответственность и сила. Он научился закрываться, чтобы стало легче. Он любит не словами, а поступками.
Это намного ценнее.
— А Элина? — спросила тихо. — Как она относилась к брату?
— К Лориану? Сначала пыталась найти его расположение, а когда ей это не удалось — возненавидела его. Сильно и люто, особенно после того, как поняла, что мама умерла из-за него.
— Не из-за него, — поправила на автомате, — он просто не успел её спасти.
— При его силе и возможностях это одно и то же.
Я открыла рот, не находясь, что ответить. Вот как он считает… Это безумие. Но с другой стороны, сколько людей винят Скорую помощь в том, что они приехали недостаточно быстро? Даже если быстрее было не в их силах. Просто нам нужно на кого-то злиться за потерю близкого.
— Мне жаль, — вновь повторила я. — Мне жаль Лориана, что он так и не увидел любовь своей семьи.
На глаза навернулись слезы. Почему единственный, кто был ему благодарен и принял тепло — это Улгур? Почему другие к нему так строги? Почему собственная семья отвернулась от него из-за его ошибки?
Да и была ли это ошибка его? Я ведь еще не слышала этот рассказ со стороны Лориана. Все могло бы быть иначе.
— Любовь своей семьи? — нахмурился Элджен и на его лице заходили желваки. — Мы любили его! Но ему это было не нужно.
— Не все такие как ты, Элджен! Не все способны проявлять или говорить о своих чувствах! Есть те, кто просто делают. Неужели ни разу в детстве он не помогал тебе? Неужели он не заступался за тебя?
— Он просто хранил честь семьи и выполнял обязанности старшего брата.
— Старшего брата?! Вы были ровесниками! — я сорвалась на крик. — Ты должен был быть тем, кто поддержал бы его, кто встал рядом в самый темный час, а ты отвернулся от него, лелея свою собственную боль. А каково было ему? Он ведь тоже наверняка любил вашу маму, но ему пришлось столкнуться с отчуждением и ненавистью, помимо груза собственной ответственности и чувства вины. Где вы были, когда ему тоже было больно? Вы нашли того, на кого можно все спихнуть, обвинять во всех смертных грехах, сплотиться против общего врага, не понимая, что он вам врагом и не был. Разве его вина в том, что он владеет этим темным даром? Не будь его у него, ты бы не обвинял брата в смерти матери?
Глаза Элджена блестели. Он сжимал кулаки, смотря на меня с болью и почти ненавистью.
— Вы вычеркнули его из списка своей семьи, — прошептала я. — Ему пришлось искать другую. Здесь, в этом доме. И знаешь что, Элджен? Я рада, что он ушел от вас. Вы его недостойны. Прошло столько лет, а вы даже не попытались его понять.
— Что мы должны понять?! Его эгоизм?!
— А ваш эгоизм?! Ты сам сказал, что отец его никогда не любил!
— Он любил его! По-своему…
— По-своему, — передразнила я, вспоминая ту самую пощечину. — А ты, Элджен? Ты его близнец. И ты не встал рядом, когда ты был ему нужен. Ты не думал о том, что ты в детстве был назойливым ребенком? Лориан другого характера, но хоть раз он сказал тебе, что устал от тебя? Хоть раз упрекнул ли тебя в излишней болтливости?
Элджен не отвечал, видимо, вспоминая своё детство. Я не сомневалась, что ничего этого не было. Я достаточно знала Лориана, чтобы понимать: он никогда не ищет виноватых, он ищет пути решения. Он не упрекает, а направляет. Он молчит, но делает.
— Лориан почти не разговаривал со мной в детстве, только слушал, — тихо ответил Элджен. Его голос звучал бесцветно. — Я был уверен, что я его раздражаю.
— Ты сам додумал за него же чувства. Ты — эмпат, а Лориан знаком со смертью. Каково ему было с детства? Ты мог помочь ему принять собственные эмоции и чувства, научить его проявлять их, но вместо этого ты обижался и не мог встать на место брата, ощутить, каково ему жить с грузом ответственности.
— Его дар открылся позже.
— Но этот дар был уже заложен в нем, — парировала я. — Самой богиней Мортаной. Боги не дают нам больше, чем мы можем принять. Наши способности — это отражение нас. Мы с детства такие, какие есть, и лишь меняемся под действием обстоятельств, но остаемся верны себе. Ты мог помочь ему, но выбрал путь собственной уязвленной гордости и жалости к себе.
Элджен молчал, смотря на меня пораженно. Я же покачала головой, внезапно осознав, что я тоже была с ним слишком груба. Обвинила в том, что он не способен любить. Как глупо и ужасно с моей стороны!
— Ты просто его любишь и поэтому защищаешь.
— А ты его не любишь? — спросила и приподняла брови. — Быть может, тебе стоит вспомнить о своей любви и тоже попытаться понять брата? Тогда мы уже будем на его стороне вдвоем.
Элджен молчал. Он открыл рот, собираясь мне что-то сказать, но не успел. В этот момент на его запястье полыхнул артефакт. Он принял какой-то вызов, а затем нахмурился и поднял на меня растерянный взор. Как еще недавно Лориан.
— Что случилось?
— Созывают совет. Извини, Ава, я должен идти.
Элджен развернулся. А я смотрела ему вслед с удивлением. По какой причине могли созвать срочный совет? На ум приходил лишь один вариант.
Неужели… Лориану не удалось спасти короля?
Вернувшись в комнату, я долго не могла найти себе место, ходила из угла в угол, а потом, плюнув на все, решила принять ванну.
Там я и задержалась. Долго лежала в теплой воде, обдумывая очень многое. Начиная от попадания в этот мир, сожаления о том, что никогда не увижусь со своими родителями и братом, и заканчивая жизнью Амари. Что у неё было настоящего? Почему она встала на неверную дорогу? Элджен выглядел тем, в кого можно искренне влюбиться. Так почему она до последнего выбирала шпионаж?
Да и сама мадам Фижма… Отчего она, рожденная эскарийка, выбрала путь предательства? Кем был настоящий отец Амари? Вопросов слишком много, а ответов я так и не находила.
Поднявшись, я обмоталась большим полотенцем, как смогла высушила волосы другим полотенцем и вышла из ванной. Переоделась в одну из сорочек, изготовленных Улгуром, и накинула халат. Легла в постель в ожидании Лориана, но сон не шел. Я подошла к окну и прислонилась лбом к стеклу.
Я всегда была открытым человеком. Я любила играть с младшим братом, помогала родителям, не связывалась с плохими компаниями. Казалось бы — идеальный ребенок, да здравствует счастливая жизнь! Вот только вряд ли мою жизнь можно было назвать счастливой. Мой бывший, с которым я жила, вил из меня веревки. Ничего не делал, пока я бегала с работы в универ, где-то в перерывах занимаясь домашним хозяйством.
Мой бывший был ласковым и тактильным человеком. Милым и, как мне казалось, добрым. Вот только в чем проявлялась его доброта? В том, что я выбивалась из сил, пока он лежал на диване?
Хорошо, что я не вышла за него замуж, рано поняв, какой он человек. Ничтожный и жалкий. Что толку от теплых слов, когда за ними не стоят поступки?
Поступки Лориана говорят за него. Он не бросит своих людей в беде, как это было с Тоджем в салоне мадам Фижмы. Он вернул к жизни Амари, а после спасал меня. Помог Улгуру и Катюше. Он оберегал её высочество, из-за чего она приняла его заботу за любовь.
Принцесса… она та, кто видит суть. Я думаю, она достаточно умна и проницательна, чтобы стать прекрасной королевой. Она не обманывалась отчужденностью мага смерти, она судила о нем по поступкам.
Ревную ли я? Безусловно. Как подумаю, что он сейчас там, вместе с ней, то в груди образуется такая дыра, что я едва ли могу себя контролировать. Кого он выбрал? Рассказал ли о своем выборе принцессе?
В порядочности Дознавателя я не сомневалась, но я боялась, что обстоятельства сложатся не так, как он рассчитывает.
Вздохнув, я отошла от окна, и в этот момент ощутила, как пространство вокруг начало плыть. Я попыталась удержаться за подоконник, но не смогла — тот растворился передо мной, и в итоге я схватила воздух, а в следующую секунду оказалась в совершенно другом месте.
Среди платьев и манекенов. В мастерской Улгура? Здесь темно, свет попадает через щель приоткрытой двери. Я нахмурилась и потянулась рукой к ручке, когда услышала голос:
— ...Лориан, его высочество воспользуется этим и надавит на совет, чтобы жениться на мне, понимаешь?! Идем в храм Шаардан сейчас, обвенчаемся тайно…
Сердце пропустило удар. Голос принцессы я узнавала. Я замерла в ожидании ответа и чуть не закричала, когда услышала ровный, усталый ответ того, кому принадлежало мое сердце:
— Время Шаардан до заката.
Неужели только это его останавливает от женитьбы на её высочество? На глаза навернулись слезы. Я поджала губы. Не заплачу! Но о своем присутствии придется сказать. Я, судя по всему, в гардеробной принцессы, в одном неглиже. Если меня тут найдут, то у охраны будут вопросы.
— Тогда идем сразу утром! — воодушевленно продолжила её высочество, словно продолжая проворачивать стрелу в моем сердце. — Он не посмеет делать предложение сейчас, а вот утром… мы уже будем обручены!
Я осторожно вышла. Двери не скрипели — судя по всему, петли были хорошо смазаны маслом. Меня немного пошатывало. Лориан продолжал молчать, стоя рядом с принцессой.
— Извините, ваше высочество, — наконец, неожиданно произнес он. Я затаилась, во все глаза смотря на мага смерти. — Я не смогу взять на себя бремя власти и встать с вами у алтаря. Обещаю, что всегда буду рядом и стану защищать вас от любой опасности, но не смогу сделать вас счастливой.
Мои слезы высохли, зато застыли другие — в глазах принцессы. Он делал одну женщину самой счастливой, в то время как у второй — разбивал сердце.
— Моё сердце уже занято. Я люблю другую.
От переизбытка чувств я облокотилась о каминную полку и случайно задела шкатулку. Та упала на пол, зазвенев и разбившись. Я открыла рот от удивления и тут же устремила взор к Лориану. Теперь и он, и её высочество смотрели исключительно на меня.
Упс.
— Я случайно! — тут же заявила и бросилась на колени, поднимая осколки.
— Ава, стой, — Лориан сорвался с места и оказался рядом, чтобы самому собрать осколки.
Я делала это неосторожно, поэтому один из них порезал палец. Это заметил маг смерти. Он тут же отложил собранные осколки в шкатулку и взял мою руку, магией осторожно вытащив осколок и затем залечив рану.
— Нужно быть осторожнее.
Я кивнула, при этом неотрывно глядя на Дознавателя. Вот опять. Никакой нежности, улыбок, никаких вздохов и причитаний. Это не в его стиле. Он просто делает то, что должен, не обвиняет, лишь дает напутствие. Это тот мужчина, которого я полюбила всем сердцем. За его поступки, за доброту и заботу.
— Постараюсь, — откликнулась тихо и услышала шаги её высочества.
Она застыла позади нас. Её лицо выглядело заплаканным. Судя по всему, она горевала по кончине отца, если я правильно поняла их диалог. Принцесса желала выйти за Лориана, так как теперь она осталась без защиты.
— Лориан, она ведь жена твоего брата, — прошептала её высочество, переводя взгляд с меня на него. Она не понимала. Не понимала, почему он выбрал меня, когда у него есть она: свободная, красивая, умная. Не говоря уже о том, что она может ему подарить — власть. — Что с тобой не так?..
Лориан усмехнулся. Посмотрел на меня и неожиданно переплел наши пальцы.
— Со мной все не так, ваше высочество. И есть только одна женщина, которая принимает меня «не таким».
Принцесса открыла рот и тут же закрыла его, опустив взгляд.
— Не понимаю…
— Я расскажу вам все, но позже. Пока же вынужден просить вас сохранить мою тайну ради нашей дружбы.
— Дружбы… — передразнила принцесса и поморщилась. — Я рассчитывала совсем на иное. Не дружбу я от тебя ждала, Лориан.
— Мел, — позвал её Лориан почти ласково, и её высочество была поймана в ловушку его глаз, — ты все также дорога мне. Но как сестра. Ты чудесная и восхитительная девушка, ты всегда будешь занимать особое место в моей жизни. Я всегда буду верен тебе и буду рядом, когда окажусь нужен. Но свою жену я уже выбрал, и менять этот выбор не намерен. Пойми меня и прости.
Она перевела взор на меня и усмехнулась.
— Уходите. Оба. Не желаю вас видеть!
— Мел…
— Уходи, Лориан! — повысила она голос и сжала кулаки. В её глазах вновь застыли слезы. — Уходи, прошу. Мне слишком больно, чтобы я смогла это принять.
В комнате повисла напряженная тишина.
— Я готов подождать, пока вы сможете это принять, а пока позову ваших фрейлин, — покорно откликнулся Лориан и, все так же держа меня за руку, направился к выходу.
Едва за нашими спинами закрылась дверь, о неё что-то ударилось с той стороны и разбилось. Я посмотрела на Дознавателя. Он был бледнее обычного, но при этом решительным и спокойным. Нажав какой-то из камней на артефакте-браслете, он вздохнул.
— Идем, Ава. Останемся на ночь во дворце. И, — Лориан осмотрел меня, снял плащ и накинул на мои плечи, — так лучше. И накинь капюшон, чтобы скрыть лицо.
Взяв меня за руку, он провел меня дальше по коридору. По пути нам встретились двое часовых, которые слегка поклонились Лориану и прошли дальше. И одна горничная, к которой Лориан обратился с какой-то просьбой. Понимающе кивнув, она быстро скрылась в нише.
Комнаты Лориана располагались в соседнем крыле от королевского — судя по всему, здесь находились покои доверенных лиц.
Внутри оказалось вполне уютно. Две комнаты, первая из которых гостиная, а вторая — спальня, и ванная комната. Я прикоснулась к влажным волосам и провела по ним ладонью. Заметив это, Лориан подошел ближе, активировал бытовое заклинание и начал медленно высушивать пряди. Похожую магию я видела у Улгура, когда мы занимались завивкой кудряшек Катюши.
— Она простит? — спросила задумчиво.
Маг смерти был близко. Я чувствовала его дыхание. Удивительно, но когда он был так близко, я ощущала спокойствие и умиротворение.
— У неё нет выбора. К тому же… — Лориан посмотрел прямо, — она никогда меня не любила в качестве мужчины. Теперь я это знаю наверняка. Она цеплялась за меня как за последнюю надежду, но не как за единственного, с которым она может быть счастлива.
— А я? — неожиданно спросила я. — Что ты думаешь о моих чувствах?
— Ты можешь жить без меня, — улыбнулся Лориан и, досушив последнюю прядь и положив руки на мою талию, притянул меня к себе, — но хочешь быть со мной. Я это ценю и отвечаю взаимностью.
Едва ли я что-то могла ответить, потому что сердце застыло. Я так отчетливо представила, как мы выглядим со стороны: высокий, сильный мужчина, прижимающийся к хрупкой девушке с румянцем на щеках. Мне одновременно от смущения хотелось отодвинуться и наоборот прижаться, скинув и плащ, и сорочку. Но я боялась. Боялась того, к чему это приведет.
— То, что ты сказал в покоях принцессы, правда?
— Ты сомневаешься, что я способен на любовь? — спокойно спросил Лориан и провел губами вдоль моего плеча, спускаясь всё ниже, прокладывая невыносимо сладкую дорожку из невесомых поцелуев.
Я лихорадочно думала о том, как уйти на нейтральную тему. Как не сосредотачиваться на разгорающемся желании внизу живота, как не думать о мужских руках на моей талии, как не сходить с ума от головокружительного запаха хвои…
Но мне все же отчаянно хотелось прояснить все. Без утайки и осложнений.
— Нет. Твоё сердце, — я прикоснулась к его груди пальцами, при этом откидывая голову назад, позволяя Лориану продолжать покрывать шею поцелуями, — самое большое из всех, с кем я была знакома. Ты восхитителен. Невероятен. От тебя у меня кружится голова. Ты любишь… любишь эту жизнь, свою страну, даже свою семью и её высочество, как бы я ни ревновала, я должна это признать…
— Она мне как сестра, Ава. Раньше я пытался убедить себя, что во мне обязательно проснется страсть к ней, но… — Лориан провел костяшками пальцев по моей шее, спускаясь к ключице и ниже — к груди. Он поднял взгляд к моим глазам. — Теперь я точно знаю, что этого не будет. Невозможно построить счастье на дружбе и уважении. Влечение — обязательный атрибут в любых отношениях, наравне с дружбой и уважением. Ты заводишь меня, Ава, одним взглядом. Но при этом я хочу разговаривать с тобой часами, просто наблюдать за тобой и быть уверенным, что ты не голодна, в тепле и счастлива. Ты даришь мне весь спектр эмоций, который раньше для меня был закрыт.
Я глубоко дышала. Казалось, даже этот плащ, накинутый на плечи, начал давить на грудь. Как же хотелось его сбросить! Но сейчас это была единственная преграда между нами — едва ли она смогла бы нас остановить по-настоящему, но хотя бы дарила иллюзию выдержки.
— Так что ты ко мне чувствуешь?
Мне хотелось услышать то самое заветное слово от Лориана, которое бы расставило все на свои места. Правда, я не определилась, что это за слово — люблю или замуж? Просто они сливались для меня в одном значении. Когда любишь, хочешь взять на себя обязательства, чтобы подарить своему партнеру уверенность в ваших отношениях.
Да, он уже сказал об этом в комнате её высочества, но тогда не конкретизировал личность. Я понимала, что он говорит обо мне, но я больше не желала, чтобы сомнения и недомолвки между нами разрушали наши хрупкие, но восхитительные отношения.
Лориан наклонился ко мне, поцеловал в щеку, затем — в другую и после — в лоб. Спустился ниже и застыл, чтобы наши глаза были на одном уровне. Мы обменивались дыханием. Мне нравилась такая близость. Я бы не променяла её ни на какую другую!
— Ты слишком сконцентрировалась на моих словах о контроле чувств, да? Ава, я действительно считаю, что чувства можно контролировать. Любовь — это ответная реакция на восхищение человеком, трепетном к нему отношении, уважении и заботе. Я никогда не смогу понять, как все эти чувства можно питать к недостойному человеку. Если ты взрастил к себе любовь к той, кто изначально тебя обманывала и не раз предавала, то это многое говорит о тебе самом, в данном случае — об Элджене. Ему нравился этот обман, нравились эмоции — мы с ним обсудили его чувства к Амари и его историю — значит, он сам виноват в этом. Но моя любовь иная. Я питаю её к достойной девушке.
Я прикусила губу. Теперь я в полной мере понимала, что имел в виду Лориан, и мне было стыдно, что неправильно интерпретировала его слова. Сердце забилось ускоренно, и я сама подалась вперед, едва прикоснувшись к его губам.
— Извини меня, — произнесла тихо, — я приняла все на свой счет. Я сомневалась, что ты чувствуешь ко мне, и какую роль отводишь в своей жизни, это вселяло в мою душу неуверенность, от того я и вспылила в доме Улгура, к тому же была очень уставшей после бессонной ночи. Я была не права, сказав тебе…
— Забудь, — откликнулся Лориан и накрыл мои губы поцелуем.
Мой плащ полетел вниз. Лориан целовал так, будто это был последний поцелуй в его жизни. Я отвечала не менее жарко, сама сходя с ума от его губ. Еще никогда прежде мной не овладевала всепоглощающая страсть, у которой просто нет рычага, способного меня переключить.
Но у Лориана была выдержка сильнее. Он все-таки смог от меня отстраниться… Лишь для того, чтобы осмотреть моё тело, смять руками сорочку и притянуть к себе, спрашивая разрешения на продолжение.
Я тяжело дышала. Глаза Лориана блестели. Боги, дайте мне сил не сойти с ума от его взгляда! Манящего, тягучего, затягивающего меня в омут запретных желаний. Сердце стучит так, что готово пробить грудную клетку, но мне словно всего этого мало. Хочу больше, глубже. Хочу почувствовать его руки на своей груди, хочу узнать силу его прикосновений, хочу ощутить его внутри себя.
Забыться, слиться, взорваться. Никогда прежде никто не вызывал у меня такое влечение, сносящее все границы. Я всегда относилась к близости как к чему-то необходимому, к тому, что мне необходимо отдать, и только с ним к тому, что я хочу забрать.
Забрать его себе. Его силу, желание, сумасшествие. Я видела в нем отражение своих мечтаний, видела в его глазах вспышки безумия, охватывающее и меня. И я готова была смотреть на него вечно, но…
— Что будет после, Лориан? — спросила тихо.
Я имела ввиду татуировки Мортаны. И Шаардан, связывающую меня с Элдженом.
— Ты, я… вместе? — хохотнул мужчина. — В чем ты сомневаешься? В нас или в моей порядочности?
— В твоих желаниях.
— Если прижмешься ко мне еще чуть теснее, то мои желания скажут и покажут все тебе сами, — сказал серьезно, но в глубине глаз затаились чертики.
Я рассмеялась и покачала головой. Смех не сбил настроя, наоборот, только распалил и без того возбужденное состояние.
— Лориан! Ты невозможен. Я говорю…
— Надо говорить поменьше, — хмыкнул маг смерти и накрыл мои губы очередным сладким поцелуем.
Дознаватель опустил руку, чтобы перехватить мои пальцы. Вторую он запустил мне в волосы, сжав так сильно, что почти причинял боль. Но мне нравилась сейчас эта его властность, уверенность. Это то, что подводило меня еще дальше к краю безумия.
Поцеловав, он избавил меня от последней иллюзии защищенности — ночной сорочки. И тут же подхватил меня на руки, целуя в губы с короткими перерывами. Я ощутила легкий холодок, коснувшийся бедер, живота и груди, но он лишь распалил и без того яркие ощущения. Я прижалась к Лориану, обхватив его плечи руками.
Дознаватель медленно опустил меня на кровать и отстранился, чтобы окинуть меня жадным взглядом. Я попыталась закрыться, но Лориан развел мои руки в стороны, не давая захватить меня стеснению.
— Ты прекрасна, Ава, — прошептал он и вновь наклонился, чтобы поцеловать в губы, а после проложить дорожку от подбородка ниже, к груди.
Голова кружилась от переполнявших эмоций. Я выгнулась, подаваясь ближе к Лориану и помогая ему снять рубашку. И сразу потянулась к застежке на брюках. Лориан продолжал целовать меня, водить руками вдоль моего тела. Наши стоны раздавались в тихой комнате, и они набатом звучали в моей затуманенной голове.
— Лориан, — прошептала ему в губы, и мужчина улыбнулся, потянувшись ко мне. — А если все дело в связи Мортаны? — предположила я, чувствуя, как от этого предположения сердце сжимается от боли. — Не в нас и наших чувствах. Что если все это наведенное?
— Что всё, Ава? — устало спросил Лориан, смотря на меня затуманенно.
— То, что между нами. Это притяжение, — пояснила я смущенно и с запинкой.
И если в своих чувствах я была уверена, что они настоящие, ведь я тоже восхищалась Лорианом. Мне нравилось в нем всё! И это не значит, что я не видела в нем недостатков, они были, но все они легко нивелировались моим сознанием, ведь я понимала: его недостатки идеально подходят для меня.
Лориан задумался, а потом выдал:
— Ты права. Конечно, как я сразу об этом не подумал? Тридцать лет я жил без сильных эмоций и чувств к кому-либо, а тут магия Мортаны, на минуточку богини смерти, а не жизни, — и надо же: я влюбился. Да, всё дело в магии, Ава.
И смотрел несколько раздраженно, что я поставила наши чувства под сомнение. Я потянулась и поцеловала его в подбородок.
— Я люблю тебя, Ава, — выдохнул Лориан. — Но влюбился в тебя умом, а не сердцем. Не бездумно и глупо, а с полным осознанием всей тяжести принятых мной решений. Узнавая тебя все ближе, я все чаще ловил себя на восхищении тобой, все чаще думал о том, как нам будет хорошо рядом. Я хочу к тебе возвращаться после тяжелого дня, я хочу не просто видеть твою улыбку, я хочу стараться ради того, чтобы эта улыбка появлялась, — он провел пальцем по моим губам, слегка надавливая на нижнюю. — Если ты сомневалась в моих чувствах, то не стоит. Они крепкие и идут от разума. Они не имеют ничего общего с увлеченностью или внезапной страстью. Ты потрясающая. Вся моя жизнь с тобой стала в тысячу раз ярче, чем вся жизнь до тебя.
Я неотрывно смотрела на мага смерти, чувствуя, как плавлюсь под его взглядом. Голова начала кружиться, и я бы непременно упала, если бы не поддержка Лориана. У меня едва находилось слов, чтобы передать все, что я чувствовала.
— Ярче — это значит проблемнее? — уточнила я смущенно, и Лориан ухмыльнулся, кивнув.
— Не без этого. Но проблемы меня никогда не пугали. Меня всегда пугало одиночество, а рядом с тобой у меня ощущение, будто… — Он пытался подобрать слово, — я бы сказал «дома», но дом для меня никогда не ассоциировался с теплотой и радостью. С тобой мне легко. Я могу быть настоящим.
Я не знала, что ответить на это. Просто смотрела на Лориана и ощущала, как в горле пересыхает от переизбытка эмоций. Тело слегка вибрировало от переполнявших чувств.
В своем мире я никогда не встречала человека, который бы стал моим идеальным пазлом. Но именно такие ассоциации вызывал у меня Лориан.
— Значит, ты отрекся от власти? Не передумаешь?
— У моего рода и так достаточно власти, а конкретно у меня — даже с излишком, учитывая мои способности. Но я пренебрег долгом перед её высочеством. Я не смогу сделать её счастливой, будучи несчастным. Ведь всё, что мне нужно, это ты. В тот момент, когда ты умерла, я словно умер с тобой. Поэтому ничего не бойся. Не сомневайся. Я твой, Ава. Полностью и безраздельно.
От его слов в душе цвели цветы. И не какие-нибудь красные розы, а прекрасные гортензии — нежные и одновременно сильные.
— Я тоже люблю тебя, — откликнулась искренне и вновь потянулась за очередным поцелуем.
Лориан застонал, вжимая меня в мягкий матрас. Я целовала его губы так, словно всего мира вокруг не существовало. Но этот мир все-таки существовал. И он решил напомнить о себе в самый неподходящий момент…
Артефакт на запястье Лориана завибрировал. Дознаватель ругнулся и откатился в сторону. Он тяжело дышал, точно так же как и я.
— Что случилось? — застонала, начиная ненавидеть этот вопрос.
Удивительное дело, но сегодня весь вечер мужчин от меня отвлекают! Не дают расслабиться ни на минуту.
Ладно, на минуту может дали, даже минут на двадцать… но мне было мало! Еще хотя бы полчаса…
Маг смерти набирал какую-то комбинацию из разных камней-самоцветов и только после поднял на меня взор.
— Лориан?
— Созвали совет. Требуют немедленно явиться всех, кто может. Нам пора, Ава.
— Мне? — удивилась я.
— Увы. Мы связаны, помнишь? Мортана не даст нам разлучаться на большое расстояние. Я надеюсь, хотя бы соседние комнаты подойдут, потому что на совет тебя не пустят. Но там есть ниша. Я буду сидеть достаточно близко и, надеюсь, для проклятия Мортаны этого будет достаточно.
— Проклятия? — с улыбкой уточнила я.
— Дара, — с такой же улыбкой исправил Лориан и вновь потянулся ко мне за поцелуем. — Ты мой самый светлый дар. Но сейчас, боюсь, у нас могут быть проблемы, если ты перенесешься прямо в зал советов.
— Особенно в таком виде, — хохотнула я, и Лориан вновь окинул меня потемневшим взглядом и застонал.
Я тихо рассмеялась. Дознаватель поднялся, накинул брюки и рубашку и вышел за дверь, а вернулся уже с платьем и обувью в руках. Я удивленно приподняла брови.
— Я попросил горничную доставить одежду на тебя и положить у двери, чтобы не беспокоить нас.
— Неожиданно, — улыбнулась я и потянулась к сорочке.
Лориан с сожалением следил за тем, как я одеваюсь, при этом поправлял и свою одежду. Помог мне с платьем и окинул еще одним расстроенным взором. Я не выдержала и рассмеялась, приобняв его.
— Выглядишь как человек, у которого забрали конфету.
— Ты не просто конфета, Ава. Ты — моя слабость. И я бы заранее заказал отпевание тому, кто посмел бы тебя у меня забрать. Он покойник.
Его слова мне показались какими-то пророческими, но я постаралась выбросить странные мысли из головы.
Когда мы вышли, я наконец смогла осмотреться и придать значение интерьеру. Дворец буквально утопал в роскоши. Много золота, лепнины и натурального камня в отделке потолков, стен и лестниц. Тот, кто его строил, явно не скупился. Красиво, величественно и… совершенно без души.
Все это приводило меня в трепет. Я еще больше ощутила себя в сказке, вот только будет ли у неё хороший конец?
Но едва мы приблизились к парадной лестнице, как мой взгляд приковался к окну. На гравийной дорожке останавливались кареты, и из одной из них вскоре вышел лорд Риатон-старший.
К залу советов мы подошли одними из первых. На пути нам встретился седовласый мужчина, которого Лориан представил как лорда Ксайлуса — председателя совета. Он цепким взглядом окинул меня и прищурился.
— Как ваше самочувствие? Слышал о нападении в театре… ужасное стечение обстоятельств, ужасное.
— Благодарю вас. Лорд Риатон все еще расследует это дело.
— И не только его, — тихо добавил Ксайлус и впился в Лориана заинтересованным взглядом. — Сегодня важный день для Рошмада. Все рассчитывают на вас, лорд Риатон.
Лориан не сжался, не отступил под взглядом советника. Лишь слегка склонил голову. Какую игру затеял Главный Дознаватель королевства?
— О, а вот и Риатон-старший, — Ксайлус расплылся в улыбке и поприветствовал подошедшего отца Лориана.
К слову, Элджен уже был с ним. Он бросил на меня заинтересованный взгляд, явно изумляясь, как я здесь оказалась, но на разговор не решался. Оно и к лучшему. Сейчас не время и не место. К тому же, что обсуждать с ним я не представляла.
— Советник Ксайлус, — улыбнулся отец близнецов, и это впервые, когда я видела улыбку на его лице. Не то чтобы мы с ним близко знакомы, но тот единственный час нашего знакомства отложил глубокий отпечаток. — Рад видеть вас в добром здравии.
— Как и я вас, лорд Риатон.
Взгляд недосвекра упал на Лориана, но тут же сместился с него, словно старший был пылинкой под его ногами. Не то чтобы Лориан оскорбился, скорее принял это как данность и также проигнорировал отца.
Мимо нас проходили люди. Здоровались с Ксайлусом и Риатоном, проходили в овальный кабинет — я видела его лишь мельком, когда приоткрылась дверь. Лориан не спешил заходить. Я заметила, как он оглядывается по сторонам. Наконец, почти все были в сборе.
— Что ж, думаю, пора начинать, — заключил Ксайлус, и именно в этот момент позади раздались шаги.
Мы все обернулись. Рядом с её высочеством стоял принц Эскарии.
— Ваши улыбки в столь трагичный момент говорят о многом, — протянула принцесса, крепче сжимая руку его высочества.
Её ладонь лежала поверх его, и они выглядели так, словно именно сейчас готовы пойти под венец. Сердце пропустило удар. Я переглянулась с Лорианом. Все из-за нас. Если бы Дознаватель выбрал власть, а не меня, то её высочество не приняла бы предложение принца.
А она его приняла. В этом не было никаких сомнений.
К слову, как я поняла, что это наследник Эскарии? По венцу и красной ленте, перекинутой через правое плечо. Он был красив и молод. Со светлыми волосами, небрежными волнами лежащими на плечах, и с пронзительным взглядом светло-голубых глаз. На их глубине плескалось превосходство.
Он выиграл. Но не своими силами.
— Ваше высочество, — хмыкнул Ксайлус. — Не ожидал вас…
— Вы ведь мою судьбу собирались решать, — повысив голос, перебила его принцесса. Я не узнавала в Мелисанте ту нежную и хрупкую девушку. Она была сломлена. — Так почему бы мне не поприсутствовать и не сказать о своих планах? Прошу вас, пройдемте. Не будем заставлять других советников ждать.
Значит, она не должна была присутствовать на заседании? Она девушка… Это общество совершенно патриархально! И они не боятся показывать принцессе её место.
Она лишь сосуд для передачи власти. Настоящего короля они хотели выбрать сами, без её участия.
— Ваше высочество, — попытался вмешаться Лориан, но принцесса наградила его тяжелым взглядом.
— Время вашего влияния на меня прошло, лорд Дознаватель, — откликнулась она и все-таки вошла в зал совещаний, буквально волоча за собой эскарийского принца.
Нет-нет, он не был послушным теленком. Скорее, он хотел подольше насладиться моментом своего триумфа, но её высочество не давала ему возможности впитать эмоции поверженных противников.
Этими противниками были все мы.
Губы Элджена тронула едва заметная ухмылка. Я нахмурилась, не понимая такой реакции. Зато советник Ксайлус не собирался слепо следовать указаниям принцессы и преградил ей путь. Склонил голову в поклоне.
— Прошу прощения, ваше высочество, но посторонним не место на совете. Кем бы он ни был, это — внутренние дела Рошмада. Чужакам вход воспрещен… как и женщинам, — теперь камень и взор советника был и в мою сторону.
— Разумеется, — спокойно откликнулась её высочество и развернулась к принцу. — Ожидайте меня, ваше высочество, в зале ожидания.
— Я готов ждать вас вечность, — улыбнулся принц и поцеловал руку принцессе.
Принцесса сделала книксен и обратилась вновь к советнику:
— Присутствовать мне на совете вы запрещать не собираетесь?
Голос её высочества звучал насмешливо, словно она находилась на грани истерики. Мне хотелось обнять её. В течение нескольких часов на неё свалилось многое, в том числе смерть самого родного человека и… расторжение помолвки с тем, кого она считала другом. В кого думала, что влюблена.
Но она еще встретит мужчину, от которого её сердце будет биться чаще. Позже. Не сейчас.
— Не смею, ваше высочество, — откликнулся Ксайлус и отошел в сторону. — Леди Амари, — уже мне, — позвольте мужу проводить вас в комнату ожидания. Совет не место для леди.
Вполне ожидаемо. Элджен развернулся и взял меня под руку. Лориан едва заметно кивнул мне, чтобы я не волновалась. Значит, где-то здесь недалеко были его люди.
— Элджен, что вы с отцом задумали? — спросила тихо и сжала руку мужчины, когда мы отошли на достаточное расстояние. Лориан уже скрылся в зале советов. — Ты подумал о том, что я говорила? О характере Лориана…
— Извини, А… мари, но в политике я предпочитаю полагаться исключительно на свои мысли, — хмыкнул Элджен и, насмешливо поцеловав мои пальцы, отстранился. — Не забивай свою… прекрасную голову ненужной информацией.
И он закрыл перед моим носом дверь. Я сжала кулаки. Вот же… подстава!
— Не слишком у вас теплые отношения с мужем, я прав? — хмыкнули позади, и я развернулась в сторону его высочества.
— У всех бывают сложности, — откликнулась пространно и сделала книксен.
Осмотрелась. Комната была вполне удобной — с двумя кушетками у стен, книжным шкафом. Судя по всему, я тут надолго. Что в итоге решат сильные мира сего? Согласятся ли они с чужестранцем на престоле Рошмада? Сильно в этом сомневаюсь… но что тогда?
Я взяла книгу для чтения, но едва сделала пару шагов, почувствовала привычное головокружение. Дошла до софы, опустилась и лишь после взглянула в сторону закрытых дверей: теперь весь зал советов был как на ладони.
Надеюсь, его высочество меня не потревожит…
Советники уже разместились. Мужчин было около тридцати. Оставались только два свободных стула. Лориан и Элджен сидели рядом со своим отцом, по обе стороны от него. Сам Лориан вертел в пальцах какой-то артефакт, словно относясь ко всему происходящему отстраненно.
— Итак, его величество скончался, — начал советник Ксайлус. — К церемонии прощания все готово, на время траура мы возьмем на себя управление государством, но больше месяца это продолжаться не может — мы рискуем повергнуть королевство в смуту. Нам нужен новый король.
Я бегло осмотрела остальных советников. Все они были совершенно разных возрастов. Помимо прочих я выхватила знакомого — судью Вейна Орвена. Значит, он тоже входит в совет?
— Ранее мы рассматривали кандидатуру Лориана Риатона в качестве будущего мужа принцессы, — продолжил Орвен, — предлагаю вернуться к голосованию сейчас. Лорд Риатон, — Вейн обратился к Лориану, — вы все еще хотите жениться на принцессе?
В комнате повисла пауза, за время которой моё сердце сделало кульбит. Мне очень хотелось, чтобы Лориан ответил отрицательно, но речь взяла принцесса.
— Довольно, — достаточно резко оборвала она советников. — Я не хочу, чтобы вы решали мою судьбу так, словно меня здесь нет.
— Что вы имеете в виду? — спокойно спросил Риатон-старший и подался вперед, сложив руки в замок. — Не хотите же вы сказать, что планируете возвести чужака на престол Рошмада?
Зал погрузился в галдеж. Почти тридцать мужчин наперебой говорили, насколько это невозможно. Насколько они не примут такой выбор. Лишь пара человек молчали, впиваясь в её высочество цепкими взглядами.
Мелисанта вся сжалась. Щеки заалели. Ей было страшно, непривычно, неуверенно. Она открыла рот, и только тогда советники замолкли, ожидая её вердикта. Её голос дрожал, однако она все-таки ответила:
— Именно это я и собираюсь сказать, лорд Риатон, — откликнулась она. — Я выбрала мужа. Им станет его высочество Кайлин.
Зал вновь зашумел. Под ложечкой засосало. Если бы не мое появление в жизни Лориана, то сейчас совет выглядел бы иначе. Столкновение двух мужчин — Элджена и Лориана — вот что было бы главным. Но теперь все изменилось.
Я все изменила. И от этого я чувствовала себя самым прескверным образом.
— Совет не поддержит! — заявил Орвен. — Эскарец никогда не будет править Рошмадом!
— Почему? — спросила принцесса. — Когда-то, двести лет назад, его высочество Тэйгар взял в жены леди Лианту, эскарийку. Наш род неизменно связан с Эскарией…
— Вы помните, к чему это привело! — повысил голос кто-то из советников. — При этом Лианта Торм была единственной с тенью дракона, уникальным бриллиантом, а его высочество Кайлин?.. Он слабый маг с амбициями грифона!
— И есть разница, взять в жены эскарийку или выйти замуж за эскарца, — продолжил Орвен и подался вперед. — Где гарантии, ваше высочество, что пока вы будете на сносях, он не захватит власть? Где гарантии, что он не убьет вас сразу после появления наследника, чтобы стать регентом при малолетнем сыне? Даже если мы сделаем его консортом, что противоречит традициям Рошмада, где гарантии…
Гул продолжался. Советники шумели. Но Мелисанта не отступала. Она защищалась, словно кобра, только вместо яда у неё был жесткий взгляд. Впервые я увидела в ней не просто испуганную девочку, а настоящую королеву…
— Леди Амари? — позвали меня внезапно, и я вздрогнула, едва не вылетев из проекции, но силой воли удержав её. — Что с вами? Вам хорошо? Позвать целителя?
В голосе его высочества чувствовалась обеспокоенность, но вместе с тем заинтересованность. Я боялась ему отвечать, чтобы не потерять связь с происходящим в зале советов, но еще больше боялась, что он может о чем-то догадаться.
— День сегодня был сложный, не удивительно, что вам плохо. Подождите тут, я позову…
— Нет, — тут же одернула я его, не отводя взгляда от двери, — со мной все прекрасно. Просто погрузилась в свои мысли.
Если его высочество и был удивлен, я этого не видела. Однако чувствовала его взгляд.
— Я выйду замуж за его высочество, — заявила принцесса. — Это не обсуждается. Вы одобрите кандидатуру Кайлина, иначе…
— Иначе что? — насмешливо спросил Ксайлус. — Ваше высочество, вас некому защитить. А тот единственный, кто возвращал вас к жизни, вы отказались.
— Возвращал к жизни? — тихо спросила она и посмотрела на Лориана. — Это так? Я… умирала?
Лориан сильно сжал артефакт в руке и посмотрел внимательно на Ксайлуса. Тот усмехнулся.
— Кое о чем мне поведал король незадолго до смерти, Лориан. Твоя сила действительно удивляет. Пугает. И обезоруживает. Именно поэтому я всегда был против того, чтобы ты стал королем. Кто знает, вдруг ты способен стать бессмертным?
В зале повисла тишина. Лориан оглядел советников — всех, по очереди. Многие отводили взгляды. Им было страшно. Магия управлять жизнью, возвращать из-за грани — вот что пугало всех.
Безграничная свобода. Истинная власть. Не эта бутафория, что сейчас творится в зале. Лориан уже был на голову выше их всех.
— Ваше высочество, — обратился к Мелисанте Лориан, — я всего лишь выполнял свой долг, используя магию во благо Рошмада и короны.
— Разумеется, — вместо неё ответил Ксайлус. — Но кто знает, как сильно распространится твоя… преданность Рошмаду?
— Чего вы добиваетесь? — спросил Лориан и вздернул брови. — Я никогда не скрывал свою силу. О ней все знают. В Рошмаде нет законов, ограничивающих личный дар. Или вы боитесь, что в случае вашей смерти, я предпочту пройти мимо?
— Лориан, — прошипел Риатон-старший, — ты зарываешься.
— Это вы зарываетесь, — спокойно откликнулся Лориан и оглядел совет. — Что вы здесь решаете? Вам всем страшно. Кто убил его высочество? Вопрос, который по-прежнему без ответа. Эскарийцы? Я тоже так подумал, ведь все факты указывают на это. Но если правда слишком очевидна, быть может, это ложь? И вы все так думаете. И ищете предателя. А страшно вам потому, что если убили его высочество, одного из сильнейших магов, где гарантия, что не убьют следом вас? Вы желаете власти, но боитесь её. Боитесь ножа в спину. В этом совете давно нет сплоченности, как и в сильнейших Высоких домах. Вспомните, что двести лет почти уничтожило Эскарию. И задумайтесь о том, чего вы хотите для Рошмада.
После речи Лориана повисло молчание.
— Неужели ты за то, чтобы чужак занял престол Рошмада? — спросил Орвен.
— Я такого не говорил. Лишь подчеркиваю, что сейчас между вашими амбициями стоят покушения, которые могут настигнуть и вас. И я для вас — и союзник, и предатель, в зависимости от того, кого я стану воскрешать. Я переменная, которая никак не укладывается в ваши уравнения, и от которой вы все желаете избавиться. Но не получается, не так ли, советник Ксайлус?
— Ты прав, — кивнул он, — я не хочу видеть на троне ни тебя, ни эскарца. И у меня есть кандидатура на роль мужа её высочества. — Его взгляд сосредоточился на отце близнецов. — Лорд Риатон… старший.
Мелисанта вздрогнула. Совет молчал, обдумывая все это и, кажется, приходил к какому-то заключению. Я приоткрыла рот. В качестве жениха выдвигают кандидатуру отца Лориана?! Судя по выражению лица Дознавателя, для него это стало сюрпризом. Лориан усмехнулся.
— Для того, чтобы вынести полное и независимое решение, здесь не хватает нескольких членов совета, — Лориан бегло оглядел зал. — Совет состоит из глав тринадцати сильнейших родов-основателей Рошмада и их наследников. И здесь не хватает представителя рода Ниагра.
— Кевин Ниагра отошел к Мортане, — напомнил советник Ксайлус, — а его единственный сын отказался от прав наследования еще пару лет назад, крупно поссорившись с отцом и улетев с Чернильного материка в Дархан. У рода Ниагра есть непрямые наследники, но ввиду отсутствия завещания решаться кандидатура будет уже по истечении месяца траура…
— Я сам связался с Рейгаром Ниагрой, — добавил Лориан, — и он как раз сегодня должен был уладить все необходимые бумаги в министерстве по поводу прав наследования.
На лице советника Ксайлуса мелькнуло удивление. Лориан провернул все это за его спиной? Я немало удивилась. Захотелось поаплодировать Дознавателю, но не успела — двери распахнулись и, судя по изумленным лицам советников, они не ожидали увидеть вошедшего.
Вошедший брюнет с аккуратной укладкой спокойно прошел к одному из свободных стульев и вальяжно опустился на него, сложив руки на груди в защитном жесте и слегка откинувшись на спинку. Он будто ждал нападок от советников, при этом сам разительно от них отличался: достаточно простой камзол, колючий взгляд синих глаз и высокомерная усмешка на губах. Её высочество побледнела, впившись цепким взглядом в Ниагру.
— Всем здравствуйте, — без высокопарного предисловия поздоровался Рейгар и посмотрел на Лориана, слегка кивнув тому. — И вот я здесь. Что от меня требуется?
Советники явно были недовольны новым действующим лицом.
— То же, что и всегда: стать достойным сыном своей семьи, — рыкнул Ксайлус и поморщился. — Вы ненавидели Рошмад. Что заставило вас вернуться?
— Ветер перемен, — откликнулся Рейгар, — быть может, еще не все потеряно и с новой властью что-то поменяется? Хотя, учитывая, что вы все еще у штурвала совета, я уже начинаю сомневаться в этом.
Это была пощечина. Открытая. Вот кому не занимать уверенности и смелости, так этому мужчине. Но какова будет их цена? Вряд ли советник так просто это стерпит.
— Мальчишка!.. — рыкнул Ксайлус, но продолжения не последовало, глава совета лишь сильнее сжал подлокотники своего кресла. — Теперь понятно, почему от тебя отказался собственный отец.
— Упокой его душу Мортана, — без капли сожаления добавил Рейгар. — Мы, конечно, можем и дальше разглагольствовать о моих чудесных отношениях с отцом, но предлагаю приступить к делу. У меня мало времени. И так все утро провел в министерстве суда и справедливости. Спасибо лорду Орвену — помог уладить все быстрее.
Вейн спокойно кивнул, и я буквально ощутила, как в него впились неприязненные взгляды других советников. Не всех, но достаточно.
— Что ж, тогда не будем терять время и приступим к голосованию, — добавил Ксайлус. — Сейчас каждый должен выдвинуть кандидатуру будущего мужа её высочества, а после секретарь собрания, уважаемый лорд Тареус, расскажет нам о результатах, и мы переголосуем в случае спорной ситуации…
— Никакого голосования не будет, — вмешалась её высочество и поднялась на ноги, переводя взгляд с Лориана на Рейгара, — завтра в полдень состоится моя помолвка с Кайлином. Это не обсуждается. Приглашены все. А кто попытается противиться… столкнется с личной гвардией. И моей, и его высочества.
Она вышла, громко хлопнув дверью. Зал погрузился в тишину.
— Что ж, её высочество сделала свой выбор, — ухмыльнулся Риатон-старший и поднялся на ноги. — Совет действительно окончен. Нужно будет подготовиться к помолвке… а у меня еще свадьба дочери на носу. Не стану терять времени.
Он ушел. Вслед за ним Элджен. Все молчали. И я понимала, что сейчас творится в их головах.
Её высочество уничтожает сама себя. Этого ей не простят.
— Леди Амари, — внезапно позвал меня принц, и я почувствовала укол в руку.
— Лориан, — позвал меня Элджен.
Почти все покинули зал советов. Две минуты назад, судя по заявлению Кайна, его высочество Кайлин покинул соседнюю комнату и отправился в свои покои. Ава осталась там одна. Я собирался присоединиться к ней, только слишком углубился в свои мысли.
Совет вытряс из меня душу. Раздражало. Они боятся меня. То, что Мортана наградила меня таким сильным даром, их пугает. Они считают, что рано или поздно я настолько договорюсь с богиней, что она подарит мне бессмертие. Могу оживлять других, значит, смогу оживить и себя. Так, по их логике?
Вот только я не стремился к вечной жизни. Жизнь прекрасна именно потому, что она конечна. Мы не знаем, когда она оборвется, именно поэтому ценим каждый миг, наслаждаемся каждым шансом и любим своё существование, пусть иногда бесцельное и бессмысленное.
Брат возвел вокруг нас звукоизоляционный купол.
— Послушай, ты ведь понимаешь, что сейчас нам пора объединиться?
— А ты ведь понимаешь, что я тебе на это отвечу? — усмехнулся я.
— Ты не хочешь чужака на престоле не меньше, чем мы!
— Но методы у нас разные, — тонко улыбнулся я и поднялся со своего места, приблизившись к брату. — Ты думаешь, я не понимаю, что большинство на этом совете были рады такому исходу? Как удобно: принцесса сошла с ума и сама решила отдать престол чужаку… подставляясь под множественные удары тех, кто и раньше был недоволен её правлением. Теперь у вас появилась почти официальная причина, по которой можно от неё избавиться. И народ примет, народ поймет. Смена власти будет легитимной.
Элджен молчал, лишь хмуро взирал на меня.
— Правление прошлого короля отразилось на всех Высоких домах. Мы потеряли многие привилегии.
— Потому что рано или поздно наступает время перемен, Элджен. У Высоких лордов было слишком много власти, которую те использовали не по назначению. Вспомни, с чего все началось? С самоуправства Ниагры-старшего. Десять лет назад он совершил преступление на своей земле, а наказания не понес, ведь суд в лице его самого оправдал его. Простая девушка без прав не смогла себя защитить. Власть Высоких лордов следует ограничивать, а права простых людей расширять. Весь мир движется к прогрессу, выгляни за пределы нашего материка — и ты поймешь это.
— Переобщался с Рейгаром Ниагрой? — усмехнулся братец. — Он тебе вдолбил в голову эти свободолюбивые мысли? Наша магия возвышает нас над остальными. Мы несем ответственность за этих людей, именно мы встаем на их защиту, когда им грозит опасность. Так почему мы должны лишаться наших привилегий?
— Потому что твоя сила — уже привилегия, эгрос тебя раздери! — рыкнул я и шумно выдохнул. — Элджен, наш разговор ни к чему не приведет. Каждый останется при своем мнении. Его высочество поддерживала политику отца, она образована и умна, ей лишь нужно задать правильное направление — и она станет хорошей королевой. Просто дайте ей шанс проявить себя. Не давите на неё.
— Это мы давим? Вспомни, как она вела себя на совете! Ей палец в рот не клади.
Ей страшно. Я понимал её и сам был отчасти виноват в происходящем. Оттого чувствовал еще большую ответственность.
— А ты и не клади, — хмыкнул я. — А то ведь по правую руку от неё нахожусь я — могу тебя случайно и погубить.
Братец шумно выдохнул и посмотрел прямо.
— Тогда тебя убьют в этой гонке за власть, Лориан. И убьют не мы — а тот эскариец, что промыл мозги нашей принцессе. А ты подумал, что будет с Авой, когда тебя не станет? — проговорил он и прищурился, зная, в какое место бить. — Она ведь меняется. Скоро она перестанет быть Амари… Это поймут и другие. Что ты собираешься делать, Лориан? Ты совершил ошибку, не дав моей жене умереть.
— Если я и ошибся, то в одном: не следовало тебя посвящать в свои тайны, ты бываешь слишком назойливым.
— А ты создашь нам всем проблемы. Если правда вскроется, тебе — конец. Ты чужую душу в тело моей жены поместил! Это попахивает не просто запретной магией, а магией, за которую тебе отрубят голову без суда и следствия.
— А ты, я посмотрю, так и жаждешь моего падения, — хмыкнул я и наклонил голову на бок. — Братец, тебе не дает покоя моя кончина. Ты ждешь её или боишься?
— И то, и другое, — не растерялся Элджен. — Мне хочется посмотреть, какой мир будет без тебя, но в то же время мне тебя жаль.
— Не стоит меня жалеть, — раздраженно откликнулся я. — Ведь не я влюбился в женщину, способную на предательство не только родного королевства, но и своего мужа.
На лице Элджена заходили желваки. Он сорвался и бросился на меня, но я вовремя успел выставить руки, удерживая близнеца. Элджен смотрел на меня со злостью. В его глазах полыхал пожар неутихающей боли. Как же Амари смогла его так сильно приворожить? Почему его любовь оказалась столь губительной?
— Почему ты решил спасти её? — тем временем озвучил свой вопрос Элджен.
Я погрузился в воспоминания. Теперь с трудом вспоминаю то свое состояние. Я действовал без эмоций, из чистого расчета. А сейчас казалось, что меня вела сама Мортана. Не представляю, что было бы, не попади Ава в тело Амари… уже сложно понять свою жизнь без существования в ней одной безумной девушки, на которую так сильно откликалось моё сердце.
— Чтобы тебя не признали вдовцом, — честно ответил я. — Изначально я полагал, что ты и убил Амари. Я был лучшего мнения о твоих умственных способностях и решил, что ты наконец-то прозрел. Но нет. Ты все-таки тот еще талаг.
Элджен вновь дернулся, но я вновь его удержал.
— Откуда столько ехидства? Ты злишься на меня? — хмыкнул Элджен. — Ведь я хотя бы способен на любовь. Я жил и любил, а ты, Лориан? Что есть в твоей жизни кроме долга и чувства вины? Твоя жизнь серая и унылая, точно такая же, как и твой дар.
Я шумно выдохнул и покачал головой. Кто-то из нас должен пойти навстречу другому, иначе наша вражда никогда не прекратится.
— Вот что ты думаешь обо мне, да? Мы — братья! Но не можем нормально поговорить. Давай хотя бы попробуем? Я понимаю твою злость на меня, ты потерял возлюбленную, а теперь вынужден смотреть за моими развивающимися отношениями с Авой. Возможно, я был бы к тебе добрее, если бы ты не оскорблял меня и не говорил того, о чем не знаешь. Ты ведь действительно никогда даже не пытался понять меня.
— А как я могу тебя понять, если я тебя даже не чувствую? — тихо произнес брат. — Я привык чувствовать всех, но не тебя. Ты всегда был для меня закрытой книгой.
— А ты для меня самым близким человеком, братом-близнецом, которого я не смогу воскресить, если ты умрешь.
Элджен открыл рот от удивления, не находясь с ответом. Он никогда не рассматривал мой дар с этой стороны? Мы не можем влиять друг на друга. Мы не чувствуем друг друга. Значит, и воскресить его я не смогу.
Даже если я не опоздаю, как опоздал со смертью нашей матери, то все равно ничего не смогу сделать. Буду молча смотреть, как брат умирает.
— Ты слишком зациклен на своем даре и не видишь других. Ты никогда не думал, как живут другие без твоего дара эмпатии? — приподнял я брови. — Они просто пытаются понять и узнать другого человека, встать на его место, войти в положение. Это называется доброта, Элджен. Из-за того, что ты не ощущаешь меня, считаешь, что я ничего не чувствую, но это не так.
Брат ничего не говорил, лишь продолжал смотреть хмуро. Возможно, когда-нибудь он осознает. Поймет, что такое дар Мортаны. Он с детства давил на меня. Я словно чувствовал этот мир иначе, более мрачно, опасался теней. Мне всегда нужно было больше времени наедине. Я любил брата, но порой он был слишком шумным. Мне часто приходилось его защищать и оберегать, ведь в подростковом возрасте мы приняли тени драконов, осознали свои особенные дары и поняли, что не можем влиять друг на друга.
Тогда же я стал еще сильнее бояться за Элджена. Когда ты можешь воскресить любого человека в мире, кроме того, что тебе всех дороже, это страшно и больно.
Это давит.
— Поговорим об этом после, — хрипло отозвался Элджен и отстранился. Я отпустил его. — Все это не снимает моего вопроса: что ты собираешься делать? Амари — моя жена.
— Вы разведетесь, — уверенно произнес я.
— И после ты женишься на моей жене, да? — хмыкнул Элджен. — А потом она вовсе станет не похожа сама на себя… вот все удивятся. Лориан, ты ведь понимаешь, что твой секрет вскроется.
— Я уже думал об этом, — откликнулся я и отступил от него, потерев виски. — Единственный выход — убить Амари Риатон.
Элджен стушевался. Удивленно посмотрел на Лориана.
— Мы подстроим смерть Амари Риатон, спрячем Аву на время, а после она появится уже в качестве… — Лориан запнулся. — Не важно, мы придумаем ей личность и сделаем все, чтобы в неё поверило общество.
— Насколько быстро меняется внешность Авы? — уточнил Элджен.
— Без понятия, — поморщился я. — Я вижу её настоящую. Только все вокруг замечают изменения.
— Прошло почти три недели… Думаю, процесс полного перехода, если он не остановится, займет около полугода, может, меньше. В это время Ава как раз может подробнее изучить наш мир, особенности, а у нас будет время подготовить общество. С моей магией внушения это не составит труда.
— Спасибо, Элджен, — казалось, я впервые за время разговора расслабился. — Только нужно будет вывести Аву в свет, чтобы после подстроить её смерть достаточно публично.
План был прост и идеален. Осталось воплотить его в жизнь.
— Только не на свадьбе сестры, — поморщился Элджен. — Это будет слишком большим ударом для Элины.
— Нет, после, — согласился я. — Но она должна появиться на свадьбе сестры, причем… — я вздохнул и упер руки в бока, — лучше в качестве твоей супруги. Если с ней выйду в свет я, а через полгода я представлю другую девушку своей невестой — это вызовет больше вопросов, чем планировалось.
— Ты уже целовал мою жену публично, — поморщился Элджен. — Так что наш треугольник в любом случае вызовет сплетни.
— Нет никакого треугольника. Есть я и Ава.
— Есть я и Амари. И на свадьбе это должно быть отчетливо видно. Это идеально и для твоей репутации, и для моей. Я предстану в обществе горюющим вдовцом, а ты — как прежде одиночкой, сбившимся с пути, но все еще не потерявшим чести.
— Да всем плевать на тот поцелуй. Я просто… не сдержался. Я должен был быть более осмотрительным.
Элджен никак не прокомментировал, лишь посмотрел на меня весьма красноречиво — убийственно. Нет, мы никогда не сможем общаться нормально!
— Хорошо, — наконец произнес Элджен и развеял вокруг звукоизоляционный купол.
И едва он это сделал, я услышал, как меня зовет Кайн по магической связи. Я сорвался с места и бросился к выходу. Остановился в коридоре и теперь заметил побледневшего Тоджа. А после устремил взор на дверь соседней комнаты… которая оказалась пуста.
— Где А… мари? — спросил тихо и прошел в комнату.
Она была пуста. Кайн уже проводил обыск. Сейчас он стоял у открытых створок окна и внимательно изучал карниз, перевалившись через подоконник. Услышав мои шаги, он тут же выпрямился и развернулся ко мне.
— Где Ава? — повторил я, и уже произнес настоящее имя своей потусторонней жены.
— Ваше светлейшество, я не понимаю, куда она могла исчезнуть, — произнес он, и я впервые видел его таким растерянным. — Двадцать минут назад из этой комнаты вышел его высочество, сразу после окончания совета. Леди Амари комнату не покидала. Вообще никто не покидал! Я заподозрил неладное лишь недавно и вошел сюда. Но здесь было пусто. Я осмотрел окно, но…
— По нему никто не спускался? — заключил я.
— Наши люди следили за окном снаружи — они никого не заметили. Я проверил, на окне нет никаких артефактов для отвода глаз и прочего… я не понимаю, куда могла исчезнуть леди Амари!
— Амари пропала? — изумленно уточнил вошедший в комнату Элджен.
Я не ответил. Бросил взгляд в сторону, на потайную дверь.
— Я тоже сначала подумал так, но эта дверь открывается лишь снаружи, на ней королевские печати, которые можно снять лишь королевской кровью. Я лично убедился в их сохранности, прежде чем сюда вошла леди Амари. Никто не мог их снять, кроме её высочества. А она была в зале.
Задачка…
— Его высочество вышел отсюда один, — вновь повторил Кайн. — Это все видели. Куда могла подеваться она — не понимаю. За окном тоже следили. Наши люди уверяют, что не видели никакого движения.
Я подошел к потайной двери. Значит, это единственное решение сложившейся головоломки. Тайный ход открыть можно лишь королевской кровью. Это приводит меня к неутешительному выводу...
Либо Амари прямая наследница династии, либо...
А других вариантов у меня нет.
— Мне нужен Сей-Мин. Немедленно. Если он не найдет Аву… тогда я убью эскарийского принца. А после воскрешу его и убью вновь, если он не скажет правду.
— Немедленно свяжусь с ним, — откликнулся Кайн и покинул комнату.
В этот момент я почувствовал сильный удар по руке, словно молнией прошибло. Элджен рядом тоже зашипел. Я перевел взор вниз, на своё запястье, и застыл. На нем медленно исчезала татуировка Мортаны, связывающая нас с Авой.
Тревога, забившаяся в голове, начала опускаться вниз, скручивая горло и заставляя сердце замереть, пропускать удар за ударом. Я тяжело задышал, не в силах совладать с волной безудержных, темных эмоций.
Еще никогда в своей жизни я не хотел убивать настолько кровожадно, не оставляя ничего на своем пути.
— Какого эгроса?!
Вопрос был не мой. Я перевел взор на брата, точнее, на его запястье, где брачная татуировка не просто исчезала, а становилась серой и размытой, словно кто-то плеснул на краски воды.
Такие татуировки появляются у вдовцов и не сходят еще три месяца…
Сердце забилось быстрее, перестав пропускать удары. Голова закружилась, боль в висках запульсировала. Я словно вновь окунулся в те воспоминания, когда умирала мама. Когда я не успел. Не смог. Неужели все повторяется? За что? Почему со мной?..
Почему я, способный возрождать людей, не способен защитить тех, кто мне дорог? Что за наказание небес?
— Она… мертва, — прошептал Элджен.
Он побледнел. Он потерял жену еще три недели назад, но сейчас будто в полной мере это осознал. Вот только я осознавать отказывался.
— Временно, — уверенно заявил я, чувствуя, как глаза увлажняются от подступающей к горлу боли.
Я шумно выдохнул, стараясь взять себя в руки. Не время тратиться на пустые переживания и самобичевание. Только не сейчас. Не сейчас, когда у меня остались жалкие полчаса…
Никто не заберет её у меня. Даже смерть.
Резко вынырнула из ведения и изумленно посмотрела на принца. Его рука лежала на моем плече.
— Вы в порядке? Вы долго не отвечали. Я подумал, что вам плохо.
— Все нормально, — откликнулась растерянно, но на самом деле ничего нормально не было.
Я ощущала головокружение. Быть может, это последствия использования дара? Жаль, что в этот момент принц находился в комнате. Он воспользовался тем, что я мысленно пребывала не здесь, и прикоснулся ко мне.
Скосила взгляд. Иглы в его руках нет, но что я тогда почувствовала?
Голова продолжила кружиться. Перед глазами все пошло пятнами — яркими, большими, отчего меня вдобавок начало тошнить. Я потеряла равновесие и упала прямо в руки Кайлину. Его высочество подхватил меня и прижал к себе.
— Все хорошо, леди Амари, все хорошо… я позабочусь о вас.
Сказать, что мне не нужна его забота, не могла. Перед глазами продолжало все плыть, а язык во рту не слушался. Руки его высочества были сильные и уверенные. Он поднес меня к свободной стене, после чего потянул за рычаг — из углубления показался артефакт. Тогда его высочество взял мою руку.
Что он делает?
— Что ж, посмотрим, говорила ли Фижма правду… если обманула, ей конец.
Он приложил мой палец к выемке. Я почувствовала вновь укол. Да где у него арсенал игл? Где-то на глубине сознания я понимала, что происходит нечто ужасное. Похищение. Причем моё. Но сделать ничего не могла. Собственные мысли пробивались через ватную подушку, я плохо соображала и вообще была не активнее сомнамбулы.
Артефакт мигнул красным, а после открылась потайная дверь. Кайлин шумно выдохнул. На его губы легла улыбка.
— Ты действительно дочь короля… поверить не могу! А я все это время пытался от тебя избавиться. Ну и Фижма… знал бы раньше, хранил бы тебя, как бриллиант! — Его высочество обернулся ко мне и провел ладонью по щеке. — Как жаль, что теперь ты мне лишь помешаешь.
Помешаю? Слова начали доходить до опутанного чарами ума. Неужели Амари — дочь короля? Вот кого скрывала Фижма! Она была любовницей монарха и… судя по всему, озлобилась на него. И мстила, как могла.
Что ж, ей это вполне удалось…
— Если бы его высочество не согласилась бы выйти за меня, я бы выкрал тебя, женился и… после предъявил права на престол после того, как они все здесь перегрызлись. О, я люблю интриги. Я неплохо подготовил почву для того, чтобы Рошмад раскололся. Не смотри на меня с таким ужасом… ты ведь сама помогала Эскарии, Амари. Подталкивала Рошмад к падению. Какое счастье, что в тот момент ты не подозревала, кем являешься, а то твой муж уже бы взошел на престол, а свергнуть Элджена Риатона было бы сложнее…
Он все говорил и говорил. Ему нравилось вести диалог с самим собой. Я была послушнее куклы. Куда поставят, там и буду стоять и внимать. Вот и сейчас просто смотрела на него, со всем ужасом осознавая, насколько он коварен.
— Но ты пока не умрешь, не волнуйся… до моей свадьбы. Когда я женюсь на принцессе, избавлюсь от тебя. Пока же ты нужна мне живой… чтобы я в любой момент мог совершить обмен. Что ж, на этом любезности закончились. До встречи, Амари.
Он поцеловал меня в лоб, а затем я почувствовала на плечах чьи-то прохладные руки. Меня передали мужчине в черном, и тайный ход закрылся, отрезая меня от его высочества.
Меня куда-то несли. Не слишком аккуратно. Тайные ходы были узкими, мне все время прилетало то по ноге, то по руке или голове. В конце, когда мы наконец вышли на улицу, я почувствовала облегчение. Вдохнула свежего воздуха, но ненадолго — вскоре меня запихнули в карету.
И здесь уже кто-то был.
Я ощутила присутствие, но не сразу поняла, кого. Вскоре моей руки коснулась чья-то ладонь, и я наконец смогла сфокусировать взгляд на женщине напротив. И на этом я окончательно потеряла сознание.
Очнулась уже в небольшой, но уютной комнате. Я лежала на софе, окна были плотно зашторены, а освещением служили несколько магических светильников под потолком и на стенах. Фижма беспокойно мерила комнату шагами. Едва заметив моё пробуждение, она всплеснула руками и тут же села рядом.
— Очнулась, девочка моя! Говорила я его высочеству, что не обязательно было применять к тебе орочьи иглы, можно было просто поговорить, ты бы сама пошла с его человеком, добровольно! А в итоге эта дрянь усыпила тебя. Ты проспала всю дорогу до убежища.
Конечно, его высочество весьма разумно подстраховался. Начни он со мной разговаривать, я бы вызвала подмогу и все рассказала Лориану. Мадам Фижма ведь совсем не в курсе, что я больше не Амари.
— Где мы? — тут же перешла к сути. Голос звучал хрипло. Это заметила и «матушка», тут же налив в стакан воды из графина и подав его мне. — Долго… я спала?
— Не больше двадцати минут, моя дорогая. Но за это время многое успело произойти. Я рассчитывала, что мы успеем покинуть столицу, чтобы где-нибудь в загородном храме сыграть свадьбу с его высочеством, но… судя по всему, Элджен тебя сильно любит. Его брат поднял все службы на уши. Тебя ищет весь город! Все выезды из столицы перекрыты. Мы вынуждены переждать, пока твой муж потеряет надежду тебя найти. Надеюсь, это произойдет скоро. Тогда, быть может, через неделю мы найдем храм, где заключим ваш с Кайлином союз… Правда, я не уверена, что мы сможем отсидеться здесь. Если за дело взялся Главный Дознаватель королевства, то его ищейки смогут нас найти.
Фижма не на шутку переживала. Она повторялась, всплескивала руками и вскакивала на ноги, чтобы немного пройтись и вновь сесть рядом со мной. Я отстраненно следила за её действиями, попивая водичку. Удивительно, что она решила, будто Кайлин собирается на мне жениться.
Значит, Лориан меня ищет. И он найдет, в этом я не сомневалась. К тому же, между нами связь. Если не сейчас, то ночью меня уже перенесет к нему.
В этот момент я обратила внимание на татуировку… точнее, на место, где она должна была быть. Но вместо неё на руке был браслет. Посмотрела на вторую… точно такой же браслет! И между ними висит магическая светло-голубая нить. Словно на мне наручники!
— Что это? — всплеснула руками. Нить могла тянуться, поэтому не сковывала движения и сразу я её не заметила. — Я заложница?
— Ну что ты, милая, — тут же погладила меня по щеке Фижма. — Ох, я должна была рассказать тебе раньше, но я боялась, что в этом случае ты захочешь выбрать власть. Я же ненавидела Хамунда настолько, что желала Рошмаду сгореть в огне вместе с ним… поэтому я работала на Эскарию. Поэтому помогала разрушать Рошмад изнутри.
Не самое лучшее время для откровений. Я хотела её остановить, но мадам Фижма была словно в трансе. Она продолжила, смотря в стену невидящим взором:
— Я подкинула тебя в чужой дом, потому что ненавидела все, что связано с Хамундом, а ты была его плотью и кровью. Но когда ты появилась на пороге моего дома, я поняла, насколько ты похожа на меня, — теперь мадам Фижма посмотрела на меня, и, казалось, только сейчас заметила изменения в моей внешности. Нахмурилась. Провела вдоль носа, но тут же отмахнулась от своих предположений. Материнское сердце слепо. Матери видят сердцем, а не глазами. Они не замечают недостатков или изменений в своих детях. — Ты такая разумная, добрая… я захотела для тебя лучшей жизни. Я помогла тебе выйти замуж за Элджена, чтобы мы вместе разрушили Рошмад. Но как я ошибалась, когда доверилась Кайлину. Едва ты захотела выйти из шпионских сетей, от тебя решили избавиться. Если бы я знала заранее… я бы сделала все, чтобы ты никогда не знала о моей деятельности! Я бы не позволила цветку ненависти распуститься в своем сердце. Как он был надменен, когда я сообщила ему о беременности… Он не поверил мне. Гулящая девка могла понести от любого. Я надолго запомнила те слова. И они точили мою ненависть.
Она замолчала, переводя дыхание. Мне было её жаль. Столько разрушенных судеб из-за одного мужчины, что был слишком резок с девушкой из дома Цветка. Возможно, она попала туда не по собственной воле. Возможно, она больше не имела ни с кем отношений. Но репутация говорила за неё. И король не пожелал бастарда от той, что продавала своё тело.
Это было бы для него позором.
— Прошлого не вернешь, — тихо произнесла я. — Вам не о чем волноваться… матушка.
Я не забыла играть роль Амари. Едва она узнает, что я — не она, и ей станет плевать на мою судьбу. Но пока Фижма единственный мой союзник, способный вытащить меня из этой передряги.
Хозяйка дома развлечений моргнула и перевела на меня взор, грустно усмехнувшись.
— Хамунд мертв, а я не чувствую удовлетворения, ведь единственное, о чем я волнуюсь — о тебе. Я люблю тебя, Амари, и о многом жалею. Твоя судьба и жизнь могли бы быть иной, если бы не я.
Да, Амари могла бы жить. Любить. Радоваться. Но она тоже погрязла в ненависти, которую в неё подсадила найденная мать. Амари была недолюбленной. Ей ловко манипулировали. Она не подозревала, что воюет против собственного отца…
— Но теперь все будет хорошо. Все будет хорошо, моя дорогая. Я исправлю все ошибки. Я возведу тебя на престол, которого ты заслуживаешь! Ты спросила, что это. — Она коснулась браслетов. — Это мощный артефакт королевской семьи Эскарии — Узы отвращения.
— Не совсем понимаю, — откликнулась сухо, чувствуя, как меня начинает мелко трясти.
Стакан я поставила прямо на пол, потому что казалось, что сил его держать больше не было. На мне не было обеих татуировок. Ни той, что соединяла меня с Элдженом, ни той, что соединяла с Лорианом. И я очень надеялась, что если снять эти кандалы, то татуировки вернутся! А если нет?..
— Узы отвращения — единственный в своем роде артефакт, способный разорвать брачные узы, — улыбнулась тетушка и взяла меня за руку. — Их отлили двести лет назад из редкой породы металла, найденного в эскарийских горах, и закалили кровью проклятого дракона. После чего их благословила Мортана, позволив расторгать любые узы. Теперь ты свободна, милая моя.
— Свободна? — глупо переспросила я и моргнула. — Ты хочешь сказать…
— Твой брак с Элдженом расторгнут. Он будет считать тебя мертвой.
Мертвой… значит, Лориан решит, что я умерла?! Сердце забилось в бешеном ритме. Я подскочила на ноги и заметалась по комнате. Из-за слабости голова кружилась. Я подскочила к окну, желая его расшторить, но «матушка» схватила за плечи и дернула на себя.
— Стой, глупая! Нас могут увидеть! О нас никто не должен знать!
— Но я хочу к Лориану! — воскликнула я и вырвалась. — Ты совершила ошибку, забрав меня. Если Элджен посчитает меня мертвой, то Лориан… — Я сглотнула. — Он тоже. И он сойдет с ума от тревоги!
Он будет думать, что не успел. Как когда-то с матерью…
Сердце застучало где-то в горле. Я облизала пересохшие губы. Я никогда не теряла родных, но могла представить, насколько это больно. И не хотела такой судьбы для человека, которого полюбила больше жизни.
— Лориану? — удивленно переспросила Фижма и моргнула. — Что такое ты говоришь? Когда ты успела влюбиться? Ты ведь была привязана к Элджену…
— Все меняется, — отмахнулась я. — Зачем ты так со мной? Ты понимаешь, что ты сделала? Его высочество Кайлин не отпустит меня. Он будет держать меня при себе в качестве козыря, чтобы разыграть в случае необходимости. А если эта необходимость не наступит — он просто убьет меня.
— Он бы и так убил тебя, милая! Сколько уже было совершено попыток?
— Немало, но каждый раз к жизни меня возвращал Лориан. Вернул бы и в следующий раз. Теперь же… теперь он думает, что я мертва, — руки похолодели, когда я это произносила. — Отпусти меня.
Фижма пошатнулась. Опустилась на софу и помотала головой.
— Не могу отпустить… за окном люди его высочества. Ты их не заметишь, но они следят, бдят за нами. Я ничего не смогу сделать… у меня больше не осталось людей, которым бы я смогла доверять. Я ничего не понимаю, Амари. Я пыталась тебя спасти! Мне пришлось рассказать его высочеству о твоем происхождении, чтобы он прекратил попытки тебя уничтожить. Я думала, ты станешь его женой.
— Устаревшая информация, матушка, — хмыкнула я и села рядом. — Он женится на принцессе. Завтра состоится помолвка. А меня он выкинет сразу после своей свадьбы на кладбище. Как тебе перспектива? Неплохо?
Фижма открыла рот. Я злилась. Мои слова сочились ядом, но жалеть мадам Фижму я не собиралась. Все из-за неё. Думала, что спасает свою кровиночку. Они друг друга стоят. Вот только теперь из-за их подковерных игр страдаю я!
— Я не знала… я не думала… он обещал, — растерянно пробормотала женщина и неожиданно зло сжала кулаки. Вот теперь я узнавала перед собой ту, что смогла содержать весь дом Цветка, будучи его главой. В глазах блеснула сталь. — Он поплатится за это.
— Решительность мне нравится, но… как мы будем выбираться? Тебе следует сообщить Лориану. Он все решит.
— Лориану? — спросила женщина и нахмурилась. — Хорошо, я сделаю всё, что в моих силах. Жди здесь, Амари, и не подходи к окну, чтобы не привлекать лишнее внимание.
Так, прекрасно. Мы почти справились. Вот только успеет ли «матушка» сообщить Лориану? Ведь если пройдет больше получаса, Дознаватель потеряет надежду. И тогда я действительно опасаюсь, что может произойти.
— Снимешь узы отвращения?
— Не могу, — покачала головой Фижма, — их сможет снять лишь его высочество Кайлин. Надеть может любой, а вот снять… — Женщина развела руками и порывисто обняла меня. — Девочка моя, главное, ты жива. Остальное все решим.
Она отстранилась и вышла из комнаты. Я не особо ей доверяла, но какой у меня выбор?
Фижма вышла из комнаты. Я вновь посмотрела на браслет. Прокрутила в голове историю Амари и вздохнула.
Девочка жила одна. Родители все время были в разъездах, а тетка мало интересовалась делами девочки. Сирота при приемных родителях. Она жила в пансионе, пока однажды не узнала о том, что не родная. Начала поиски матери. И нашла её.
Красивую, изящную, эффектную маму. Независимую, со своими тайнами. В шестнадцать лет Амари очаровалась своей мамой, готова была сделать для неё все. И делала. Фижма готовила шпионку, едва ли не свою замену. Амари легко окрутила Элджена, вышла за него замуж, и теперь шпионить стало легче, ведь она имела доступ к большому спектру информации.
Но со временем она влюбилась в мужа. Влюбилась настолько, что захотела выйти из шпионских сетей, вот только они её не отпустили. Они решили избавиться от неё как от свидетеля.
Тогда Фижма разыграла последний козырь — королевское происхождение Амари. Она надеялась, что Кайлин женится на ней. Так бы и случилось… если бы Лориан не влюбился в меня и не отказался ради меня от власти, от брака с её высочеством. А её высочество, будучи маленькой обиженной девочкой, которую предал «старший брат», решила взбрыкнуть и доказать всем, что она самостоятельная.
Она решила выйти замуж за Кайлина, и надобность в Амари резко отпала.
Так я оказалась здесь. Путем интриг окружения Амари. Клубок наконец-то начал развязываться. Если Фижме удастся найти Лориана, если она сможет спасти меня… все кончится. Кончится хорошо. Но удастся ли ей?
Полчаса я не находила себе места. Ходила из угла в угол, обдумывала все. В том числе своё попадание в этот мир и ту безграничную любовь, что я почувствовала к Лориану. Я хотела прожить с ним всю жизнь. Хотела быть всегда рядом. Но удастся ли?
С улицы послышался шум. Он тут же привлек моё внимание. Следом раздались крики и звон. Я бросилась к окну. Расшторила его и в этот момент услышала шаги по лестнице. Счастливо улыбнулась и развернулась к выходу.
Но дверь открыл не тот, кого я ожидала.
Авы нигде не было. Как найти иголку в стоге сена, если с этой иголкой нет никакой связи? В первую очередь обыскали все кладбища, склепы и… сточные канавы. Я до сих пор помню, где нашел тела его высочества три месяца назад, и не обманывался напускным благородством эскарийцев.
Но нигде не нашли тело. Оставались последние минуты. Я был в таком отчаянии, что от меня шарахались мои же люди. Казалось, что я сейчас начну убивать.
А потом, если буду в настроении, воскрешать. Но это не точно.
Я подлетел к двери, у которой стояли двое эскарийских охранников. Каждый выставил магические щиты, взглянув на меня с враждебностью.
— Его высочество отдыхает. К нему нельзя.
— Мне можно, — откликнулся озлобленно и увернулся от первого удара охранника, который ринулся в мою сторону, едва я попытался пройти.
А вот второго пришлось приложить магией. Щит раскололся. Он выставил второй, но тот не успел сформироваться. От магического удара охранник упал. Я развернулся опять к первому эскарийцу.
— Это нападение на Эскарию? — уточнил он с оскалом.
— Это вы напали на меня первыми, — парировал я.
— Вы пытались пройти, нарушив безопасность королевского гостя!
— Кто ты такой, чтобы отдавать мне приказы? И как докажешь мою вину? Меня просто повело. Закружилась голова, выступил вперед… а потом лишь самооборона.
— Я…
— С дороги! — рыкнул я и охранник вздрогнул.
Но убивать никого не пришлось. Дверь распахнулась. На пороге стоял его высочество Кайлин. Он сложил руки на груди и с прищуром смотрел на меня.
— Интересно… неужели слухи не врут и ты увел женщину своего брата?
— Как интересно, что вы сами о ней заговорили первым, — откликнулся я и прошел в комнату. — Она жива? — Он молчал, и я повысил голос: — Последний раз спрашиваю: она жива?!
Кайлин с усмешкой закрыл дверь и развернулся ко мне. Отвечать он явно не хотел. Я бросил папку с документами на стол.
— Это собранные данные на вас. Сегодня вы выходили на связь с двумя главами эскарийских шпионских групп, подосланных в Рошмад. Их деятельность давно установлена и доказана, а одна из групп занималась устранением леди Амари Риатон, которая тоже служила на благо Эскарии, предав родное королевство, — выдал я на одном дыхании, и с каждым моим словом улыбка таяла на лице Кайлина.
Заключительная информация пришла мне буквально минуту назад, именно поэтому я воспользовался ею только сейчас. Не хватало доказательств без последнего штриха — привязки шпионов к принцу. И буквально час назад он вышел с ними на связь, двадцать минут назад эскариец был уже здесь, ныне мертвый, а я смог получить необходимые сведения.
— Вы мне угрожаете?
— Прошу о взаимодействии. Я уберу эту папку в дальний угол и позволю вам покинуть Рошмад, если вы немедленно сообщите мне о местонахождении Амари Риатон. Даже если она мертва… сообщите об этом немедленно.
Кайлин призадумался. Мне хотелось уничтожить его прямо сейчас. Он ведь знал, где находится Амари. Если из-за него мне не удастся её возродить… он покойник.
— У меня иное предложение. Эту папку вы немедленно уничтожаете, а я, так уж и быть, возможно, помогу вам найти жену… вашего брата, — усмехнулся принц и призадумался. — Хотя нет, уже бывшую жену. Татуировки ведь на нем поблекли?
На моем лице заходили желваки. Что он за эгрос, раз так легко может говорить о чьей-то смерти? Злость бесконечными волнами поднималась во мне, концентрируясь в пальцах. Я сжимал и разжимал кулаки.
— Вы, видимо, не понимаете ситуацию. Никакого «возможно» не может быть. — Я приблизился к нему вплотную. — Я убью вас прямо здесь и сейчас. Потом, если будет настроение, воскрешу, чтобы вы сказали мне, где находится Амари. А если не узнаю — вновь убью. Мы можем продолжать так играть, пока вам не надоест оказываться в обители Мортаны.
По лицу принца мелькнуло сомнение вкупе со страхом. На самом деле я бравировал. Во-первых, у меня нет на это времени. Во-вторых, поднимать человека из мертвых — весьма трудоемкий процесс. И мне следовало сохранить силы для Авы. Мне было страшно, что я не успею, но я надеялся, что Мортана мне поможет.
К тому же… меня гложили сомнения, умерла ли она на самом деле? Внутри что-то зудело. Я все думал о том, что в прошлую смерть Авы её связь ни с Элдженом, ни со мной не разорвалась. Скорее всего, татуировки с братом бы растаяли, когда она окончательно перешла за Грань, но до этого — татуировки сохранились. Я успел её возродить.
И сейчас… либо её убили раньше, что я бы непременно почувствовал, либо… она жива. Ей могли что-то подмешать или надеть артефакт. Эта мысль не сразу пришла в голову, ведь, ведомый паникой и страхом, я искал труп, и только после подумал об этом исходе.
— Вы не посмеете, лорд Риатон. Это будет войной.
— Ну что вы. Какая война. Особенно с таким-то послужным списком, — я кивнул на папку на столе. — И да, эту папку вы не сможете ни открыть, ни уничтожить. На ней сильное заклинание, которое смогут взломать лишь мои люди. А они знают, куда я ушел. Спрятать её тоже не получится — поисковый маячок. Поэтому советую вам как можно скорее раскрыть оставшиеся карты, сказать, где Амари Риатон, и покинуть Рошмад.
— Ваш отец пригласил меня на свадьбу вашей сестры, — со сжатыми зубами произнес принц. — Это была ловушка?
— Я ждал, когда вы выйдете на связь со своими людьми, и вы это сделали. Полагаю, именно для того, чтобы они выкрали Амари Риатон.
Его высочество смотрел зло. Но сделать ничего не мог.
— Она жива? — вновь повторил я.
Моё сердце остановилось, когда я задал этот вопрос. Кайлин смотрел на меня со злостью, явно желая меня уколоть, причинить боль, но он понимал, что, возможно, узнав о её смерти, я еще больше озверею. Мои способности не были тайной, особенно с учетом его шпионской деятельности. Только вот об ограничении в полчаса я никому не рассказывал, кроме близкого круга.
— Жива, — выдохнул Кайлин со злобой, — и в безопасности.
Меня едва не повело. Я почувствовал, как напряжение отступает и пошатнулся, но тут же взял себя в руки и шумно выдохнул. Амари жива. Сейчас это самое главное. Со всем остальным справлюсь.
Я прошел к папке, достав первый лист.
— Подписывайте. Это соглашение, по которому вы добровольно уедете из Рошмада и не пересечете границ ближайшие три года.
Кайлин хмуро смотрел на бумагу, а после поднял взор на меня.
— Вы знаете, кто она на самом деле?
Я застыл. Неужели он узнал про Аву?
— Вижу, что знаете, — продолжил принц. — Поэтому вы решили забрать её у брата? Потому что с ней он легко может занять престол, а вы сами хотите стать королем? Хотя, — его высочество нахмурился, — все равно не понимаю. Вы ведь могли жениться на Мелисанте. Почему же выбрали её сестру-бастарда?
Сестра-бастард? Амари?
Теперь я многое начал понимать. Пробелы в истории, которые не давали мне покоя, проявились. Фижма… вот от кого забеременела юная госпожа из Дома Цветка больше двадцати лет назад. Но король не признал ребенка, тогда она возненавидела его, а малышку подбросила в другой дом.
Возможно, со временем пожалела. Вот только вряд ли сама Амари знала об этом. Если бы знала, давно бы стала королевой, пройдя по головам. Усадила бы моего братца на трон, а дальше… кто знает. Возможно, влюбилась бы в него, а возможно, отравила.
Но история не имеет сослагательного наклонения.
— Подписывайте, — не стал я отвечать и постучал пальцами по листу.
Принц мешкал.
— Почему её высочество предложила мне брак, если знала о наличии этой папки? — наконец начал задавать правильные вопросы его высочество.
— С чего вы взяли, что она о ней знала? Это первое. Второе, с чего вы взяли, что её высочество посадят на трон? — Последнее произнес с тонкой улыбкой. — Самое разумное от вас решение — бежать. Вы выбрали не то королевство для своих политических амбиций.
— Но королевский артефакт признает власть только наследницы или наследника рода Турман.
— Многим на совете на это плевать, ваше высочество, — припечатал я без тени улыбки. — Вы думаете, что им есть дело до королевского артефакта? Они выкинут его, а власть во дворце возьмут силой. Пока тех, кто против нынешней власти, меньшинство. Есть группа людей, кто колеблется и сомневается. И все дело в них. Они стоят той стеной между двумя группами: советников, кто за нынешний порядок престолонаследия, и кто против. Если вы станете мужем принцессы, сомневающиеся сделают окончательный выбор. Не в вашу пользу. Вы просчитались, думая, что сможете стать королем и вам покорно присягнут на верность. Скорее, вы пойдете ко дну вместе с принцессой.
Я говорил отрывисто, четко. Его высочество начал соображать. Он понимал, что сейчас Рошмад разрывается изнутри. С одной стороны, это лакомый кусочек. С другой стороны, это опасно. Если прибавить к этому ту папку, что мы собрали на него, он понимал, что Эскария даже не пойдет мстить за своего наследника, приняв его смерть — как политическое поражение. Мы будем в своем праве.
— Откуда вы это знаете? — нахмурился принц. — Вы пророк?
— Нет, я — Дознаватель, — я все-таки приблизился к принцу, встав к нему почти вплотную. Он был чуть ниже меня, но при моем приближении расправил плечи, хотя в его глазах плескались страх и сомнения. — Моя работа заключается в том, чтобы все знать и прогнозировать события. Вы можете поступить так, как хотели, а я принесу цветы на вашу могилу.
— Но разве вы не будете обязаны воскресить меня, если со мной что-то случится? Вы ведь обязаны служить королевской семье!
Я тонко улыбнулся.
— Пораскиньте мозгами, ваше высочество. Сегодня я мог стать женихом её высочества, а следовательно — следующим королем. Не стану лукавить, моя кандидатура многих смущала не меньше, чем ваша. Но я отказался от всего ради одной женщины. А почти полчаса назад вы посмели выкрасть её. Я отказался ради Амари от власти. Как вы думаете, на что я еще могу быть способен?
Кайлин все же не был глуп. Он понимал, что находится в другом королевстве. Его положение слишком шаткое. А иметь врага в моем лице — слишком неразумно.
Но и отказываться от всего он не желал.
— Какие ваши мотивы? Вы планируете вместе с Амари взойти на престол?
— Если в этом будет необходимость и вы не подпишите соглашение, — тонко улыбнулся я, кивнув на стол с бумагами.
— Тогда мне легче отдать приказ о её убийстве!
— И через кого же вы его передадите? Сейчас вы в заточении во дворце. Любые ваши связи невозможны. Под окнами дежурят мои люди, как и в коридорах. Тайные выходы перекрыты. Магическая сеть не пропустит ни одного импульса. Вы в ловушке, если еще этого не осознали.
Это было туше. Его высочество отступил на шаг, качнул головой и обошел меня, взяв в руки перо и склонившись над бумагой. Он долго думал, вертел головой и в итоге вздохнул.
— Думаете, это конец? — спросил он тихо. — Когда-нибудь Рошмад заплатит за то, что произошло двести лет назад.
— Непременно. Но не при мне, — хмыкнул я и проследил, как принц подписывает соглашение. — Прекрасно. А теперь прошу отправиться со мной к Амари Риатон. После у вас есть семь суток, чтобы покинуть Рошмад. И да, вы все-таки сможете побывать гостем на свадьбе своей сестры.
Мой голос звучал уверенно, но внутри все еще расползались щупальца тревоги. Я боялся, что Кайлин в последнее мгновение откажется от обязательств. На самом деле, я оказал ему услугу. Останься он в Рошмаде, его бы убили. Вместе с её высочеством…
Слишком радикально был сегодня настроен совет.
— Как вам удалось?.. — уточнил я, расправляя призрачные крылья и пояснил: — Как вам удалось скрыть Амари от собственного мужа? Его татуировки побледнели.
А моя вовсе исчезла. Но об этом я упоминать не стал.
— Особый семейный артефакт, подробности которого, с вашего позволения, останутся при мне, — недобро усмехнулся Кайлин и первым взлетел в небо.
Лететь оказалось недолго. Не больше восьми минут. Мы опустились перед неприметным четырехэтажным домом в рабочем районе. Прилетел я, разумеется, сюда ни один — за мной отправились Сей-Мин и его помощники.
Людей Эскарии, на удивление, тут не оказалось. Или я не смог вычислить их с первого взгляда в немногочисленных горожанах. Теряю хватку?
Шпионы Эскарии обязательно будут пойманы — часть уже заточены в тюрьмы. Не исключаю дальнейшего обмена, но это уже следующий шаг.
— Что-то не то, — внезапно произнес принц и хмуро огляделся. — Здесь нет моих людей.
— Что вы хотите этим сказать?
Его высочество не ответил. Он поспешил в дом. Поднялся вверх по лестнице и влетел в одну из квартир. Я все это время следовал за ним вместе с Сей-Мином.
— Эгросову мать! — ругнулся его высочество совсем не по-королевски, и я наконец увидел, в чем дело. — Амари должна быть где-то в комнате, но… уже сомневаюсь, что её оставили в живых.
В коридоре лежали три тела. Эскарийцы, судя по всему. И они были мертвы.
Я тут же бросился осматривать другие комнаты. Все они были пусты. Авы нигде не было.
Новая волна злости поднялась в груди. На этот раз я злился на себя! Опоздал! Если бы я не пытался решить дела королевства, не уговаривал бы так долго принца подписать соглашение, то, возможно, я бы успел. Но меня опередили.
— Полагаю, кто-то выкрал её и у вас, — с шумом произнес я и тут же в голову пришла мысль: — Мадам Фижма? Её настоящая мать, которая работала также на вас.
— Она должна была быть здесь, — нахмурился принц. — Она и помогла мне провернуть это дело. Если бы не кровь Фижмы, я бы не смог отравить Амари, чтобы вывести её из дворца: парализующий яд был создан на основе родственной крови.
Я вздохнул, уперев руки в бока. Я пытался подавить злость, но в итоге не справился: схватил стул и отправил его в полет до стены. Дерево раскололось и упало грудой мусора на пол. Но этого было мало. Злость требовала дальнейшего выхода.
Еще никогда мне не было настолько страшно. Еще никогда отчаяние так сильно не завладевало мной. Я не чувствую Аву. Я не знаю, жива ли она. И если его высочество дал уверенность, что дело в артефакте, то теперь… что если она уже на самом деле отправилась к Мортане?
— Они умерли около десяти минут назад, — произнес Сей-Мин, наклонившись к телам. Это вернуло меня к равновесию, хотя бы немного. Я вновь начал думать. — Работал профессионал. Быстро, четко и… без следов магии.
Таких профессионалов не так много, и их услуги стоят дорого. У Фижмы вполне могло бы хватить денег. Но куда она сбежала? Город перекрыт.
— Десять минут… не так много, но и немало. Они могли улететь на крыльях, прикрывшись отводом глаз, но… — Я шумно выдохнул. — Мы можем допросить свидетелей.
— А если это будет бесполезно? — с сомнением спросил Сей-Мин. — Если они ничего не видели?
— Может быть… Но так быстро мы Амари не найдем. Значит, единственный способ — воскрешать свидетелей.
Будем считать, что сегодня им очень повезло и Мортана к ним благосклонна…
— Рад тебя видеть, Амари, — протянул лорд Риатон-старший.
Ложь. Он терпеть меня не может, как и Амари. Смотрит и скалится. Я же испытываю тревогу и пытаюсь взглянуть ему за спину, все еще надеясь, что сейчас оттуда вышагнет Лориан. Но Дознаватель все не появляется, а у меня подскакивает пульс.
И Фижмы нигде нет. Неужели она отправилась за Лорианом, встретила по пути их отца и не сориентировалась? Или же наоборот — целенаправленно шла к нему? Но ведь она должна была быть в курсе взаимоотношений Амари и лорда Риатона. Свекор ненавидел свою невестку. Так с чего мы Фижме помогаем ему?
— Я тоже, лорд Риатон, — в тон Сайрусу откликнулась я, только все же на имени голос дрогнул. — Что вы здесь делаете?
Он улыбнулся. Мне не понравилась эта улыбка. Скользкая и между тем самоуверенная. Так и зачесались кулаки её стереть.
— Пришел забрать тебя, дорогая моя. Извини, долгих предисловий не будет — время поджимает. Мне нужно перевести тебя в другое место.
Его голос не был дружеским. Он даже не пытался скрыть своего истинного отношения ко мне. Я шагнула ближе к окну. Лучше уж привлечь внимание эскрийцев на улице, чем…
— О, за свою охрану можешь не волноваться — они нейтрализованы, — и так это было сказано, что я сразу почувствовала буквально прокладываемый перед глазами путь к Мортане. — Я обо всем позаботился. Еще бы — такая удача! Думал, от тебя совсем нет толка и столько раз пытался развести тебя с Элдженом, а в итоге ты оказалась подарком небес — истинной дочерью короля.
Сердце начало стучать сильнее. Откуда он узнал? Пока у меня было только два варианта: от его высочества и от Фижмы. Но первому было невыгодно сотрудничать с Риатоном-старшим, ведь тот сам желал власти, а вот второй… неужели горе-мать решила обратиться не к сыновьям лорда, а непосредственно к их отцу? Почему даже здесь она создала для меня проблемы?
— Где Фижма?
— Мне пришлось стереть ей память и пока спрятать. Позже, когда откроют город, она отправится в монастырь на окраине Рошмада. Не волнуйся, после всего, что она сделала для нашего королевства, это её лучший подарок. За шпионаж её могли казнить… вместе с тобой. Так что ты должна быть мне благодарна за проявленное милосердие к тебе и твоей матери.
И я действительно была благодарна. Это лучше, чем если бы лорд Риатон-старший просто от неё избавился.
— Так что будь хорошей девочкой, помалкивай и поедем со мной.
— А если я не буду хорошей девочкой? — уточнила на всякий случай.
— У всех есть слабые места, Амари, — улыбнулся Сайрус и подошел ближе. — У тебя их мало. Ты совершенно беспринципная падшая женщина, которая посмела крутить романы с обоими моими сыновьями… и не будь в тебе королевской крови, я бы с удовольствием сходил на твои похороны, хотя ты и моего присутствия не достойна. Но увы. Ты — королевский бастард. И раз уж ты жена Элджена…
— У вас устаревшая информация, — хмыкнула я и подняла руки. — Узы отвращения. Они уничтожили связь, — исправилась я, ведь о моих взаимоотношениях с Лорианом ему знать не обязательно. — Мы с Элдженом больше не супруги.
Кажется, мне удалось удивить мужчину. На мгновение он задумался. Я решила воспользоваться его замешательством и попыталась прорваться к выходу, но тщетно. Сайрус схватил меня за запястье и швырнул на диван. По пути я ударилась локтем о столик — неприятно и болезненно. Будет синяк. Я хмуро смотрела на недосвекра.
— Никогда не поздно заключить повторный брак, — Сайрус усмехнулся, что-то блеснуло в глубине его глаз, — так даже лучше. Ты сможешь стать моей женой. — Он подошел ближе и схватил меня за плечо. Я вцепилась в его предплечье, пытаясь оторвать, но старик был силен. — Ты красива, не лишена очарования… но самое главное, именно я знаю, как управиться с тобой. В моих руках ты станешь шелковой… а я взойду на престол. Через пару лет я укоренюсь в сознании людей как единственный монарх, моя власть станет легитимной, а после я от тебя избавлюсь и передам власть Элджену, который найдет себе достойную жену и обзаведется наследниками.
— Отличный план, — прошипела я. — Ничего не забыли? Например, спросить моего согласия?! Или согласия Элджена?! Вы думаете, ему понравится такой расклад?!
— Вы собирались разводиться, он поймет меня, — гадко откликнулся он и достал платок из кармана.
Белый, хлопковый, но я без усилий поняла, что от этого платка мне стоит ждать неприятностей. Я заметалась, задергалась. Кровь в венах вскипела. Я вспомнила уроки Лориана. Как жаль, что занятия были столь короткими! Но даже они позволили мне почувствовать свою суть.
Душа дракона. Она привязана к моему телу. Мне стоит лишь позвать, приманить, расправить крылья.
Я ощутила силу. Невероятную, яркую, мощную. Она глубоким потоком хлынула изнутри и потекла по венам, захлестывая всю меня. Меня буквально подбросило, когда я ощутила, как за спиной начинают развеваться крылья.
На мгновение во взгляде Риатона-старшего промелькнуло сомнение, а затем — удивление.
— Кто ты такая?! — взревел он.
Лишь на миг, на короткий миг я бросила взгляд в зеркало, словно и не узнав себя. Но на самом деле там отражалась я. Настоящая я. С фиолетовыми волосами, закрученными в пышные локоны, с пухлыми губами и мягкой линией подбородка.
Это я. Больше не было никакой Амари, была только я!
Артефакт его высочества затрещал на моих руках. Металл рухнул на пол со звоном, а я улыбнулась, предвкушая появление татуировок. Но их не было. Значит, Фижма не солгала: узы отвращения действительно разрывают все связи. Но я надеялась хотя бы на связь с Дознавателем, дарованную Мортаной, неужели у меня отобрали и её?
В груди взвилась злость. Я сжала кулаки и собиралась броситься к окну, чтобы вылететь, но Риатон-старший схватил меня за плечо.
— Стоять, самозванка, никуда ты не уйдешь!
Но я попыталась. Лишь на мгновение. Но Сайрус все еще был сильнее и опытнее меня. Перехватив меня, он со всей силы пригвоздил меня к полу, держа за шею, а после насильно приложил платок с каким-то ядом к лицу. Я старалась не дышать, но надолго меня не хватило — вскоре я ощутила, как сознание уплывает. Опять.
Очнулась в уютной гостевой комнате, в кровати. Сначала хотела обрадоваться, что меня спасли, но осеклась, увидев на ногах браслеты. Еще одни? Я едва не застонала. И сразу же заметила движение справа. Рядом, в уютном кресле, поджав ноги сидела очень красивая девушка.
— Очнулась? — спросила она ласково.
Но за её напускным участием чувствовалась надменность. Каждое движение идеально выверено. Она приподнялась, потянулась к графину и налила мне воды. Также сделала и Фижма после моего пробуждения, но в тех действиях чувствовались забота и участие, а здесь — холодный расчет.
Я приняла бокал и пригляделась к незнакомке внимательнее. Миловидная, ухоженная, чем-то похожая чертами лица на Элджена и Лориана. Неужели это Элина? Я нахмурилась, пытаясь вспомнить, что еще о ней знаю, кроме того, что через пару дней у неё состоится свадьба.
— И где я?
Этот вопрос мне уже порядком поднадоел. Набил оскомину. Я осушила бокал и поставила на столик, внимательно следя за Элиной.
— В съемной квартире. Отец вызвал меня, чтобы я посидела с тобой, пока он ушел по делам…
Дверь внезапно отворилась, и порог пересек лорд Риатон-старший. Он остановился напротив меня и заложил руки за спину.
— Кто ты такая? Без шуток и увиливаний. В тебе королевская кровь, я проверил. Но ты не Амари Клофильд.
Надо же, он даже не хотел присваивать Амари свою фамилию. Впрочем, в этом он прав: теперь на мне, то есть и на теле Амари, не было брачных татуировок, а потому мне вполне могла вернуться старая фамилия. Впрочем, даже она мне не нравилась, я так устала быть Амари, отчаянно захотелось быть самой собой.
— Ава. Меня зовут Ава.
— И кто ты такая, Ава? — прищурившись, спросил Сайрус.
Я поразмыслила. Мне нельзя подставлять Лориана и раскрывать, что именно он призвал мою душу в это тело. А вот свалить всю вину на Амари — легче легкого. Только вот… Сайрус же вполне может чувствовать ложь. Стоит быть крайне осторожной в своих словах.
— Я из другого мира, моя душа поселилась здесь почти месяц назад. Может, Амари призвала меня вместо себя? Испугалась смерти и обменялась со мной телами? Это тело начало постепенно меняться и, судя по всему, в итоге приняло мою внешность.
Сайрус переглянулся с Элиной. Судя по всему, они были очень изумлены, и им требовалось некоторое время, чтобы разобраться в ситуации.
— Что ж, так даже лучше, — наконец произнес Сайрус. — Никто не узнает в тебе Амари Клофильд, а Элина будет молчать. Ты встанешь со мной у алтаря сегодня в храме Шаардан. Мы поедем разными дорогами, чтобы никто не смог нас остановить. Ты станешь Авой Риатон, с новой внешностью никто ничего не заподозрит. Мои сыновья знали о тебе?
Не только знали, но и Лориан видел меня настоящую. Вот только раскрывать это я тоже не собиралась.
— Элджен знал, но никогда не видел меня настоящую, — сказала чистую правду.
Так некстати вспомнилась злосчастная пощечина, отвешенная Лориану. Какой же Сайрус гад! Как только у него выросли такие чудесные сыновья? Хотя Элджен чудесный с натяжкой, все-таки поддался влиянию отвратительного отца, а вот Лориан — самый потрясающий.
Как бы только до него добраться?
Я начала думать. Не только о том, как выбраться, а в принципе о планах Сайруса. Выстраивать в голове последовательность событий.
— Прекрасно, — серьезно кивнул Сайрус. — Это именно то, что мне нужно. Ты будешь молчать, Ава, поняла меня? Будешь умной — щедро награжу тебя.
Короной и властью? Хороша награда, ничего не скажешь!
Но мне вновь придется прикинуться не только валенком, но еще и меркантильной.
— А вы правда сделаете меня королевой? И не убьете сразу после свадьбы? Вы ведь об этом говорили.
— Тогда я думал, что ты Амари. Но теперь… это все меняет. Ты родишь мне наследника, он станет законным продолжателем королевского рода и займет престол.
Как же у него быстро меняются планы! Прямо на ходу! Элина бросила на отца настороженный взгляд, но в итоге ничего не сказала. Я же мысленно выругалась. Так, не время проявлять истинные эмоции. Нужно втереться в доверие, чтобы после сбежать. Знать бы еще, как снять эти кандалы с ног… Только избавилась от тех, что на руках, появились новые — на ногах.
— Умирать я не хочу, — вновь ответила правду. — Вы снимете с меня кандалы?
— После свадьбы, дорогая, — хмыкнул лорд Риатон и поднялся на ноги. — Элина, подготовь её к церемонии и привези через час в церковь Шаардан. Я уже обо всем договорился. Священнослужитель будет ждать нас.
— Поняла, отец, — спокойно откликнулась она, и его светлейшество вышел за дверь. — Пора готовиться к помолвке… Ава. И не пытайся сбежать. Браслеты не дадут сделать и десяти шагов от меня.
Так вот как они работают…
Меня буквально колотило от перспективы стать невестой Сайруса, тем более предстать с ним перед обществом, где он объявит меня как новую наследницу династии. Подтверждением королевской крови по мне станут реликвии рода Турман.
— Сколько прошло времени?
— Ночь, — откликнулась Элина. — Мы не стали тебя будить, ведь ночью храмы Шаардан не работают. Ночью — время Мортаны. Храмы откроются через час, с рассветом, мы к тому времени и подъедем.
Целая ночь… Что же пережил Лориан в моё отсутствие?! Он наверняка меня ищет! Не мог же он решить, что меня в самом деле убили?
Ладно, попробую сбежать из храма и найти Лориана. Я обязательно что-нибудь придумаю. В конце концов, можно вырубить Элину и дотащить её с собой.
Я позволила облачить себя в нежное, кремовое платье — определенно подвенечное, с широкой юбкой, украшенной речным жемчугом. Волосы заплели в высокую, классическую прическу.
— Какой удивительный оттенок, — заметила Элина. — Фиолетовые, такие яркие и насыщенные.
— Это не мой настоящий цвет волос, а лишь краска. В нашем мире так модно.
— Хотела бы я больше узнать о твоем мире, — с неожиданным интересом произнесла Элина.
— Я с удовольствием расскажу тебе обо всем, но… Разве ты хочешь, чтобы отец становился королем? Разве не лучше поставить во главе Рошмада кого-то моложе? Например, Элджена. Амари была его женой, соответственно, и я тоже… до недавнего времени. Не пойми меня неправильно, но план твоего отца кажется сомнительным.
На мгновение на лице Элины промелькнуло сомнение. Я специально не упоминала Лориана, помня, какие у них сложные взаимоотношения.
Наконец, девушка вздохнула и покачала головой.
— Брат бывает нерешительным, к тому же, я не знаю тебя достаточно близко, чтобы доверять тебе. Извини, ничего личного.
Что ж, мозги — их семейная черта…
— Пора. Идем. Будь умницей и не поднимай шума, — попросила меня Элина, крепче сжимая мою руку. — За нами будут следить люди отца. Если попытаешься сбежать — они схватят тебя, не сомневайся.
Значит, бежать нужно в людном месте. Наверняка в храме кто-то да должен быть!
— Сейчас в храме Шаардан пусто, — будто прочитав мои мысли, произнесла Элина. Мы выходили из дома. — Все были на ночном отпевании короля в храме Мортаны и теперь разошлись по домам отсыпаться. Не надейся на чью-то помощь.
— Прошу прощения, ваше высочество, я не смогу взять на себя брачные обязательства, — уверенно прозвучал голос принца Эскарии.
Мы с Рейгаром стали его невольными свидетелями. Шли по коридору к её высочеству. Прошла ночь с пропажи Авы, и я так и не смог найти зацепки. Те трое, что я поднял из мертвых неимоверными усилиями, никого не видели: их убили четко, одновременно и без шумихи. Тонкими лезвиями, так, чтобы не оставлять магических следов. Свидетели нашлись, но увы, они ничего не могли сказать: испугались и поспешили прочь. Я не мог их винить.
Я нашел Фижму, но у той была подчищена память. Я нашел её в одном из гостевых домов, где постояльцы сказали, что её привел мужчина в черном — наверняка наемник. К сожалению, эта ниточка тоже никуда не привела.
Одним из подозреваемых также был отец. В первую очередь потому, что Кайн не смог проследить за ним — отец имел дар маскировки, превосходный, он сам в свое время был главой разведки, но предпочел отойти от дел и сосредоточиться на совете.
— Вы… оставляете меня? — шепотом спросила Мелисанта и сделала шаг назад. — Но вы не можете… не сейчас, когда я пожертвовала многим ради вас. Я пошла против совета! Они мне этого не простят.
— Мне очень жаль.
Принц склонился и быстро покинул коридор. Её высочество сжимала и разжимала кулаки. Это было королевское крыло. Сюда никто не мог войти без особого дозволения. А у меня, оно, разумеется, было.
— Вы ошибаетесь, — внезапно произнес Рейгар, вмешавшись. В глазах её высочества зажегся недовольный огонек, когда она сфокусировала на нем растерянный взгляд. Ниагра подошел ближе. Мне тоже пришлось. — Без вашего брачного союза совет не будет против вас. Вы наша будущая королева, которая оступилась.
— А вы, смотрю, тот, кто желает занять место короля? — она вздернула подбородок. — Только не надо благородных речей, почему вы вернулись ко двору! Вы уверены, что станете мне отличным мужем, а с вашим даром — прекрасным королем. Но этому не бывать. Я не выйду за вас замуж.
— Я и не предлагал, — усмехнулся Ниагра зло. — Вы слишком высокого о себе мнения, ваше высочество, если решили, что я горю желанием жениться на ребенке, не способном контролировать свои порывы и эмоции. Вы поступили опрометчиво, решив скрыться за спиной нашего врага.
— А за чьей мне спиной скрыться? За вашей? Ведь спина Главного Дознавателя внезапно оказалась уже, чем я полагала, — теперь колкого взгляда удостоился я.
— Ни за чьей, — произнес Рейгар уверенно. — Вы будущая королева. Научитесь принимать решения самостоятельно, без оглядки на защиту. Знаете, я был в Дархане, где женщины имеют не меньше прав, чем мужчины, и там они вполне способны встать во главе королевства. Так почему бы вам не переломить волю совета?
На лице принцессы промелькнуло удивление. Она думала об этом, я знаю. Но ей было страшно. А еще она явно не ожидала, что такой исход может предложить Ниагра.
— Эти старики меня не послушают.
— Но в совете есть не только они.
— Если я не назову имени жениха, они даже не придут на собрание, — хмыкнула Мелисанта и обхватила себя руками.
— Назовите моё имя, — предложил Рейгар.
— Так вы все-таки хотите стать моим мужем и королем, — разочарованно покачала головой принцесса.
— Не желая ни того, ни другого. Именно поэтому я идеальная кандидатура. Мы можем тянуть со свадьбой, а когда вы станете прочно стоять на ногах или, возможно, выберете жениха, я уйду по первому же вашему слову. Я не претендую ни на вашу руку, ни на вашу власть.
Она задумалась. Вариант был хорошим. Конечно, я бы предпочел видеть Рейгара королем, мало ли, кого еще выберет принцесса в будущем в мужья или кого ей навяжет совет, но пока, чтобы потянуть время, это отличный вариант.
— И вы будете готовы отступить? — приподняла она брови.
— Даю слово и могу принести клятву, — спокойно откликнулся Ниагра.
В его чести я не сомневался. Мы учились вместе, вот только академию он так и не окончил, улетев с Чернильного материка после конфликта с отцом. Говорят, он учился в Дархане, но я не был уверен, что там бы его смогли виртуозно овладеть Тенью дракона. В Дархане принято седлать живых драконов, а не привязывать их души после смерти. Они используют магический потенциал драконов через привязку с ними, а после становятся их наездниками.
— Я обдумаю ваше предложение. — Наконец подвела итог принцесса и посмотрела на меня. — Лорд Дознаватель, созовите совет. Сегодня в двенадцать… вместо помолвки. У меня есть, что сообщить.
— Как прикажете, ваше высочество, — откликнулся я и, прежде чем её высочество зашла к себе, поторопился: — Я шел к вам для аудиенции. Это касается расследования о пропаже леди Амари Риатон.
— Мне нечего вам сообщить, — достаточно резко сообщила её высочество. — Я соболезную вашей утрате, но я не имею никакого к ней отношения. А учитывая, что именно вы должны были обеспечить должный уровень безопасности, то вина целиком на вас, лорд Дознаватель.
— Я не снимаю с себя вину ни на секунду, — откликнулся несколько раздраженно. — Но у меня есть известия, которые я обязан вам сообщить.
Принцесса скользнула по мне растерянным взглядом, а после вздохнула и кивнула. Я возвел вокруг нас звукоизоляционный купол. Рейгар остался под ним. Я полностью доверял ему… и не напрасно, ведь заранее взял клятву о неразглашении.
— Амари Риатон не просто так пропала. Её выкрал его высочество. Я не сообщил вам, пока не нашел необходимых доказательств. Надеялся, что к утру смогу найти Амари, но… — Я вздохнул. — Мои поиски не дали должных результатов. Вы должны знать о причинах, по которым его высочество выкрал её, а сейчас злоумышленник удерживает её вне досягаемости.
Её высочество вытянулась как струна. Она неотрывно смотрела на меня. Возможно, она уже начала догадываться, но более томить её не было смысла.
— Амари Риатон ваша кровная сестра. Его величество изменял королеве и бывал в доме Цветка, где от него забеременела Фижма Монкроуз, юная протеже хозяйки дома Цветка того периода. Фижма родила, но ребенка подбросила в дом торговцев.
— В дом Клофильдов, — заключила её высочество и чаще задышала. Мелисанта была умной, пусть и импульсивной, поэтому сразу догадалась: — Меня хотят свергнуть. А Амари использовать для достижения власти. Полагаю, пока вы не найдете её и не вернете, мне грозит опасность?
— От вас могут попытаться избавиться, — согласился Рейгар. — Это еще одна причина, почему я настаиваю на помолвке с вами. Так я смогу официально находиться подле вас и стать вашим телохранителем.
Мелисанта хмурилась. Ей не нравился данный расклад, как и нам, но сейчас я ничего не мог сделать. Из-за артефакта принца Амари была вне досягаемости и для поискового дара Сей-Мина, и для ритуалов на крови.
— Я признаю её, — произнесла Мелисанта и посмотрела на меня. — Найди её, Лориан. Я официально признаю её. Если ты женишься на ней, это будет лучшим раскладом. Мы породнимся, твои слова в Совете приобретут больший вес. Только найди её.
Хотел бы я этого же…
Я растворил звукоизоляционный купол и отступил. Мелисанта зашла в комнату, лишь напоследок бросив неопределенный взор на Рейгара.
— Каков план? — спросил он у меня, приблизившись.
— Впервые в жизни я не знаю, что делать.
Мои патрульные были по всему городу. Но никто, ни единая душа не видела даже примерно похожую девушку. Ничего. Пустота. А ведь Амари достаточно известна, о ней часто писали в газетах и публиковали её портрет. Теперь же этот самый портрет висел на каждом столбе, освещенный магическими светильниками — чтобы даже ночью могли её разглядеть.
— Ты не спал, — со вздохом произнес Рейгар. — Нужно отдохнуть.
— Не смогу…
— Лориан! — окликнул меня Элджен, и я обернулся в его сторону. Брат спешил к нам. Его щеки раскраснелись от бега. Приблизившись, он передал магическую записку с вензелем моей семьи. — Это только что передала мне Элина. Приглашение на свадьбу отца. Попросила меня явиться, чтобы… эгрос его знает, зачем! Что это значит, Лориан?
Элджен внимательно посмотрел на меня. Я тоже не отрывал взора от брата. Но проблема была в том, что я не совсем доверял Элджену. Что если он пытается меня отвлечь?
— Ты не доверяешь мне? — тут же догадался Элджен.
— Надо же, ты впервые правильно прочел мои чувства, — хмыкнул я.
— Дело не в чувствах. Твои эмоции были написаны на лице, — раздраженно парировал Элджен. — Лориан, подумай сам: Амари пропадает, татуировки на наших руках тают, а отец внезапно желает жениться… Ты ничего не хочешь мне рассказать?
Я набрал в грудь побольше воздуха. Если все так и Элджен действительно ни о чем не подозревает, то вывод только один: нужно спешить. Каждая минута на счету. К счастью, в записке был указан адрес, но… это находилось далековато отсюда. Дальше дома Улгура… Но рядом с портом. Я быстро активировал артефакт связи, сбрасывая Тоджу координаты места. Наверняка он не поймет, зачем ему являться в храм Шаардан, но успеет раньше, чем я.
— Лориан, что происходит?! — вновь с нажимом повторил Элджен.
— Летим, — схватив брата за плечо, я увлек его к балкону.
— Лориан, ты объяснишь…
— Амари — королевских кровей, бастард его величества Хамунда, — откликнулся по пути, краем глаза заметив, как Рейгар спешит за нами. — И, видимо, так отец хочет легитимизировать свою власть…
— Женившись на моей жене?!
Мы уже вылетели на балкон и оба расправили крылья. Оборачиваться в драконов, чтобы ускориться, придется уже в воздухе — здесь слишком мало места.
— Не на твоей, Элджен. Ты не забыл, что Амари больше нет?
Но есть Ава. И она только моя.
Я и не надеялась на чью-то помощь, но все же, пока мы шли к карете, отчаянно искала взглядом хоть кого-то знакомого. А если просто кричать как припадочная? Звать на помощь? Элина говорила, что здесь люди Сайруса Риатона, которые смогут меня нейтрализовать.
Я внимательно присмотрелась к кучеру и лакею, что открывал перед нами дверцу кареты. Молодые и крепкие мужчины. Выправка военная, а взгляд — цепкий. Явно не простые обыватели.
От отчаяния хотелось топотать ногами и выть как маленький ребенок. Нет, надежду я не теряла, но… она волшебным образом истончалась с каждой минутой моего пребывания в карете.
— Элина, — вновь попыталась я обратиться к ней, — прошу тебя, сообщи брату…
Девушка вспыхнула и отвернулась. Я не могла понять её реакцию, но вскоре карета остановилась — ехать оказалось преступно недалеко. Когда вышла наружу, завертела головой. Не самая благополучная часть города. Несколько веселых моряков на лавке, распевающих песни, ругающиеся мужики в другой стороне улицы, в руке одного зажата бутылка, а еще ночная бабочка, призывно стоящая в полутемном переулке и подмигивающая прохожим.
Элина накинула капюшон на голову и схватила меня за руку.
— Идем.
Теперь мы развернулись к храму Шаардан. Небольшому, стоявшему на возвышении. Кое-где отпала штукатурка, колокол потускнел, а лестница, к которой мы приблизились, оказалась с выбоинами.
— Дай погадаю, красавицы!
Мы обе вздрогнули и обернулись к гадалке. Крупной, высокой женщине, замотанной в черные одежды, протягивающей нам руку. Эта рука мне показалась ужасно знакомой. Я подняла взор выше и… Тодж!
От радости захотелось улыбнуться.
— Не интересует, — коротко откликнулась Элина, но Тодж преградил ей путь и перехватил руку дочери Высокого лорда.
— Вижу, вижу судьбу… л, будет у тебя жених — богатый, родовитый… но характер твой не даст ему покоя! Знаю, как улучшить характер. Купи эликсира!
Тодж легко извлек из-за пазухи бутылочку.
Элина раздраженно выхватила свою руку.
— Сказала же, не интересует!
— А меня вот очень, — подключилась я, и Тодж перевел на меня непонимающий взгляд. Ох, у меня ведь другая внешность! Стоит освежить воспоминания: — Скажите, когда я еще окажусь в Доме Цветка и в чьей компании?
В глазах Тоджа зажегся огонек, вот только и Элина была не глупой. Она сразу сообразила. Прищурилась и отступила на шаг. Тодж хмыкнул и тут же накинула на Элину браслет. Девушка охнула, попыталась отшатнуться, но не успела — наруч оказался магическим и быстро перекинулся и на вторую руку, образовав сеть.
— Элина Риатон, вам предъявлены обвинения в попытке похищения леди Амари Риатон! Амари? — теперь взгляд Тоджа сосредоточился на мне, и я кивнула. — Пройдемте со мной.
— Никуда она не пойдет.
Я который раз за день вздрогнула от голоса Сайруса Риатона. Он был не один. Вокруг нас сужалось кольцо из наемников. Тодж усмехнулся и посмотрел на меня, кивнув себе за спину.
— Я связана с Элиной на расстояние десяти шагов, — со вздохом прошептала я и приподняла подол платья, показывая браслеты на лодыжках.
Сайрус приближался. Тревога нарастала, но уверенность Тоджа передавалась и мне, настраивая на удачный исход.
— Вы еще поплатитесь за то, что повесили эту дрянь на мою дочь, — рыкнул Сайрус.
— Ну к чему-то оскорблять такими словами леди Амари, к тому же повесил её на вашу дочь не я, а вы сами, — весело отмахнулся Тодж и активировал заклинания на руках. — Так кто первый? Или желаете напасть все сразу?
Тодж подмигнул мне и едва заметно кивнул в сторону переулка. Там я заметила стоящего в тени грифона. Мимо сверкнуло первое заклинание. Схватив Элину за руку, я кинулась к грифону. Девушка, явно не ожидавшая такого, пошла за мной как сомнамбула и лишь у грифона попыталась отдернуть руку.
— Стой! Мы не можем… мы должны… отец меня убьет! — растерянно произнесла Элина и попыталась взяться за свои запястья.
Но я была быстрее и сама перехватила её руки, заглянув в глаза.
— Элина, послушай, мы с тобой почти не знакомы, но я знаю о тебе многое. Я знаю, что вы с Элдженом преданы отцу, слепо верите ему, но… тебе не кажется, что сейчас он перегибает палку? То, что он планирует, не просто узурпация власти, это вред твоей семье.
— Но ведь ты не Амари! Элджен не будет против… он поймет… просто я не хотела, чтобы отец действовал за спиной брата…
За спиной брата… не хотела… Слова начали складываться в единый пазл. Я нахмурилась, подавшись вперед.
— Ты написала Элджену и пригласила его сюда? Поэтому мы встретили Тоджа? Он ждал нас?
Элина стушевалась, ответить не успела, в этот момент я услышала шаги, а после увидела приближение наемников. Потянув Элину на себя, вновь ускорилась.
— Бежим! Улетим, пока не поздно!
Краем глаза заметила, как Тодж не выдерживает натиска наемников. Я видела, что его магический щит таял. Возможно, на нем были даже раны, но из-за темной одежды крови не видно с такого расстояния. Поджав губы, я бросилась вперед. Быстрее улечу — и тем смогу помочь ему! У него появится возможность сбежать, а у меня — вызвать помощь.
— Ай!
Элина споткнулась и упала на брусчатку с выбоинами, обрезав руку о край одного из камней. Я тут же бросилась к ней, чтобы подхватить за плечи, но не успела. Наемник схватил меня первым и потащил обратно к храму. Элине пришлось подняться и поковылять в нашу сторону.
— Пусти, слышишь, пусти?! — рычала я, пытаясь выпутаться.
Но меня продолжали тащить. Мы уже приблизились к ступеням храма, когда я заметила, что один из наёмников кастует заклинание. На лице Сайруса промелькнула гаденькая улыбка — ему даже не пришлось марать руки. Он отступил и направился ко мне, переглянувшись по пути с хмурой Элиной.
Тодж не успевал закрыться. Его щит растаял. Я попыталась броситься наперерез заклинанию, кое-как вырвавшись из хватки наемника. Но заклинание прошло надо мной, направившись точно к голове Тоджа. Я рухнула на пол, больно приложившись всей левой стороной тела. Оглянулась назад и увидела лежащего на ступенях Тоджа. Его глаза были закрыты, а тело неподвижно.
Нет… нет-нет-нет! С ним не могло ничего случиться! Я не прощу лорда Риатона, если Тодж… Ох, даже мысленно воспроизводить это не хочу! Он будет жить!
— Идем, — рывком меня поднял Сайрус и потащил в сторону выхода.
Я брыкалась. Наступала на ноги, но выпутаться из хватки не могла. Обратилась к дракону, призвала крылья, но лорд держал крепко. Поэтому, сколько я ни взмахивала ими, пытаясь взлететь, не могла подняться выше. В итоге я выбилась из сил и рухнула на пол, но он поднял меня и заволок в храм. Элина семенила за нами.
Двери за нами закрылись. Лорд Риатон поставил меня на ноги и потащил к алтарю. Там уже размешивал красную краску в чаше священнослужитель. Как я успела прочитать еще недели две назад, во время помолвки жених и невеста рисуют на запястьях друг друга герб рода жениха, тем самым скрепляя помолвку перед ликом Шаардан.
Сайрус буквально швырнул меня на подушки перед алтарем. Я сидела на коленях и терла запястья, которые болели после хватки мужчины.
— Лориан вам это так просто не простит, — рыкнула я, со злобой смотря на Сайруса. — Он убьет вас, едва узнает, что вы сделали.
— Лориан? — прищурился Высокий лорд, и Элина тоже встрепенулась. — А он здесь при… — Он не договорил, усмехнулся и посмотрел на меня внимательно. — Подожди, так это именно он подселил тебя в это тело, я прав? И тогда, у дома Улгура, это уже была ты. Лориан заступился за тебя… неужели этот паршивец влюбился в жену брата?!
— Я никогда не была женой Элджена, — отрезала я раздраженно. — А вот женой Лориана… да.
Сайрус стушевался. Он подался вперед. Священнослужитель замедлился, не зная, как реагировать на мои слова.
— Что ты хочешь этим сказать?
— Мортана связала нас, едва я оказалась в этом теле. Я жена Лориана, не по законам Шаардан, а по законам Мортаны. Наша связь крепче, чем земная. Женившись на мне, вы навлечете на себя гнев не только старшего сына, но и богини смерти. Подумайте хорошо, лорд Риатон, так ли вам это нужно.
Высокий лорд тяжело дышал. Он сомневался в моих словах. Оно и понятно, ведь никогда прежде никто о подобном не слышал.
— Ты лжешь.
— У вас есть возможность проверить, — хмыкнула я. — Только не говорите, что я об этом не предупреждала.
— Отец, — вмешалась Элина, — что, если она говорит правду? Давай дождемся Элджена…
— Дождемся? — уточнил Сайрус и бросил взбешенный взгляд на дочь. — Ты позвала его сюда?
Девушка побледнела. Я даже боялась представить, насколько сильно она боится отца. Кажется, он держал в страхе всю семью, и только Лориан имел достаточно храбрости, чтобы избежать его влияния. Возможно, это и была истинная причина, почему Элджен и Элина не любили Лориана.
Он смог, а они — нет.
Воспользовавшись заминкой, пока Сайрус был отвлечен на Элину, я быстро поднялась и бросилась в сторону.
На крыльях воспарила наверх, к потолку. Но десяти шагов не хватило… Я протянула руку к витражам, едва коснулась их пальцами… но и все. Вылететь не смогла.
— Дура! — рыкнул Сайрус и сорвался с места.
Он настиг меня слишком быстро, на таких же призрачных крыльях, а после схватил за руку и… неожиданно взбесившись, со всей силы отбросил меня от себя. Я полетела в стену, больно впечатавшись спиной в купол.
Он чокнутый! Больной! Шизофреник! Иначе я не могла трактовать его поведение. Сайрус Риатон не мог контролировать собственные эмоции и порывы… и его дети терпели его таким всю жизнь! И этот человек хочет встать во главе королевства?!
Застонав, я кое-как отлипла. Крылья растворились, и я едва не упала, если бы не зацепилась руками за выступ.
— Разобьешься — тем лучше. Отнесу груду костей и заключу с тобой брак. Инвалидом ты будешь сговорчивей. Только береги голову.
— А как же наследники?! — спросила весело и все-таки кое-как подтянулась, но тут же вновь повисла на вытянутых руках. — Неужели передумали о сыновьях королевской крови?!
— Теперь я понимаю, почему Лориан тобой увлекся. Вы одинаковые.
— И я очень этим горжусь, — внезапно раздалось от двери.
Голос разлетелся эхом по полупустому храму. Священнослужитель вздрогнул. Я не могла обернуться, так как висела лицом к выступу, но улыбнулась, услышав такой родной и любимый голос.
— Лор-р-риан, — прошипел Сайрус и…
Моих сил больше не осталось. Руки соскользнули. С визгом я полетела вниз, отчаянно пытаясь призвать крылья, но те не откликались даже под воздействием адреналина.
Внезапно полет прекратился и инвалидом я не стала, а вот любимой и счастливой женщиной — да. Лориан подхватил меня на руки и прижал к себе, обеспокоенно вглядываясь в мое лицо. Наконец, он расслабился и вдохнул аромат моих волос.
— Жива и здорова, — прошептал он. — Я чуть с ума не сошел, Ава, пока искал тебя.
— Это все Кайлин со своим артефактом, — пожаловалась я.
— Знаю, — устало улыбнулся Лориан и поднял взор на отца.
Сайрус уже успел опуститься на ноги и теперь хмуро взирал на нас. Элджен смотрел на меня заинтересованно, разглядывая как неведомую зверушку. Он впервые увидел меня настоящую. В этот момент я испытала облегчение. Наконец-то мы посторонние друг другу люди! Он больше не видит во мне Амари. Пусть я использовала её тело для трансформации, но… я — это я, и Элджен это понимает.
— Как вы нас нашли? — спросил Сайрус спокойно.
— Это всё, что тебя интересует? — изумился Лориан. — Ты действительно сейчас переживаешь об этом, а не о своей жизни? Ты похитил человека. И не просто человека — девушку королевских кровей. Ты осознаешь, какое наказание за этим последует?
— Никакое. Когда я женюсь на Аве и возведу её на престол, никто мне и слова не скажет. Победителей не судят, Лориан.
— Слишком рано ты возомнил себя победителем, — отозвался Дознаватель и перевел меня к себе за спину.
В этот момент из-за колонн вышагнули четверо наемников. Судя по всему, тех, что были на улице, Лориан и Элджен нейтрализовали, но еще одна группа ждала в храме. Теперь я понимала, насколько тщетной была моя попытка побега.
— Ты действительно думаешь, что сможешь меня одолеть? — вскинул брови Сайрус. — Ты мой сын, но у тебя недостаточно опыта и магического резерва. Особенно с учетом того, сколько ты потратил в последние дни магии.
Мое сердце начало колотиться быстрее, но теперь в страхе за Лориана. Его отец действительно силен, а еще — жесток. Он не пожалеет никого на пути к своей цели, даже родного сына.
— С чего ты взял, что он будет один? — вмешался Элджен и встал рядом с братом. Сайрус вскинул брови. Он явно не ожидал такого предательства. Его взгляд словно говорил: «И ты, Брут?». Но Брут в лице Элджена стоял непоколебимо и смотрел с вызовом. — Ты перешел всякие границы. Ты украл мою жену.
— Она не твоя жена.
— А когда ты её забирал — знал об этом? — спросил Элджен, и Сайрус поджал губы. — Ты ведь ехал забирать Амари для какой-то цели? Ты уже знал, что брачная татуировка на моем запястье погасла. Что ты планировал сделать?
Сайрус молчал, а потом с тонкой улыбкой ответил:
— Амари никогда не была для тебя хорошей женой. Ты любил её, а она тебя использовала. Хорошо, что эта дрянь умерла.
В глазах Элджена полыхнула злость. На его пальцах заискрили нити заклинания.
— Я хотя бы знаю, что такое любовь, а ты — нет. Ты говорил, что любил маму, но… сейчас, осмысливая всё, я не вижу этой любви. Ты всегда использовал её, тебе было комфортно, не более. И злился ты на Лориана из-за того, что он не смог уберечь твой комфорт, а не человека, по-настоящему дорогого тебе.
— Неужели ты простил Лориану то, что он не спас твою мать? Решил перекинуть на меня свою злость?!
— На самом деле, я всегда злился на тебя, но ты ловко манипулировал моими чувствами, перенаправив эту злость на Лориана. Сейчас мне стыдно, что я, эмпат, повелся на твою уловку. Именно из-за тебя Лориан не бывал дома. Ты ненавидел старшего сына. Почему? Потому что он был другой и им было не так легко манипулировать, как нами с Элиной?
Сайрус молчал, лишь сжимал челюсти. Все слова били его наотмашь. Элджен горько усмехнулся и… выпустил заклинание. Сайрус выставил щит, и тот поглотил заклинание, но следующее, от Лориана, он отразить не смог — оно вошло в него, и Сайрус отлетел на пару шагов, с трудом удержавшись на ногах.
— Нападаете вместе? На отца?! — рыкнул Сайрус и, взбешенно махнув рукой своим наемникам, сам ринулся в бой.
Братья вместе выставили щит. А Сайрус и наёмники атаковали. Магическая волна была направлена точно на нас. Лориан переглянулся с Элдженом, и теперь Элджен принял атакующую позицию, в первую очередь направленную на нейтрализацию наемников — они отвлекали, но не представляли такой угрозы, как Сайрус. От них стоило избавиться первыми.
Лориан же принялся за щиты. Он выставил барьер — световой, сияющий золотом. Багровый туман, посланный отцом, наткнулся на него, зашипел, но не отступил. Он обтекал барьер, пытаясь найти щель, просочиться внутрь кислотой.
Лориану пришлось увеличивать щит и активировать заклинание — судя по всему, что-то вроде распыления. Оно «съело» багровый туман, как кислота разъедает ржавчину.
Храм неожиданно заполнил звук. Глухой, низкий, сокрушающий гул, будто гигантский ледник трескался в глубине. Элджен вздрогнул, словно его ударили под дых. Его заклинание дрогнуло, потеряло плотность, и он быстро отступил под щит Лориана. Алые иглы понеслись в сторону Элджена, одна за другой вонзались в выставленный Дознавателем щит. Едва иглы закончились, Лориан вновь принялся за атаку. Двое наемников рухнули как подкошенные, осталась ровно половина и сам Сайрус.
Элина смотрела за всем со стороны. Она не вступала в бой, как и я, только нервно кусала губы.
Сайрус активировал магический клинок из слепящего белого света и бросился к Элджену. Он действовал не менее быстро, чем сыновья, и потому едва не коснулся того мечом, если бы не реакция Лориана — заклинанием деактивировал меч и перетянул внимание отца на себя, пока Элджен разбирался с оставшимися наемниками. Еще одно заклинание — его Сайрус отбил, а вот второе и третье частично задели его.
— Неплохо, — хмыкнул он и отлетел под потолок на призрачных крыльях. — Вы стали искуснее, чем были в юности.
Элджен тем временем расправился с оставшимися наемниками и, тяжело дыша, тоже сосредоточил взгляд на отце.
— Откажись от идеи себя в качестве монарха! Ты не выстоишь против нас двоих! — закричал Лориан.
— Ни за что! Вы оба проиграете. Вы мои дети и подняли руку на отца… я проучу вас!
— Я так разочарован в тебе, — с обидой произнес Элджен. — Но больше я разочарован в себе, что потратил столько лет на бессмысленную обиду и злобу. Я мог бы лучше распорядиться своим временем.
— Я не хотел бы тебя разочаровывать, но если такова цена старых устоев Рошмада — я готов пойти на это, — огрызнулся Сайрус и вновь бросился в бой.
Элджен тоже взлетел на призрачных крыльях под потолок. Лориан активировал два щита — один вокруг нас, а второй рядом с Элдженом.
Младший сын и отец схлестнулись мечами, от их удара прошла магическая волна такой силы, что она расколола щиты Лориана. Дознаватель пошатнулся и сам решил взлететь в воздух, теперь они сражались под куполом втроем. Я же отступила дальше к выходу, не решаясь выйти, но не решаясь находиться в эпицентре сражения.
Сайрус был превосходным мечником. Он отбивал удары сыновей, периодически отбрасывая то одного, то другого. Он рычал, но сил у него хватало… сил да, но выносливость рано или поздно должна иссякнуть.
Наконец, он откинул Элджена так сильно, что меч того растаял. Сам он тяжело задышал, хватаясь за грудь. Сайрус переключил внимание на старшего сына.
— Извини, Лориан, но ты слишком мешаешь мне. Твоя магия — чужеродная, опасная для Рошмада. Ты должен меня понять.
И он, будто вложив всю свою магию, обрушил меч на Дознавателя. Первый удар — меч Лориана растаял. Второй удар — только что выставленный щит раскололся на щепки. Третий удар должен был убить Дознавателя.
Но меч отца не коснулся его груди. Вместо этого слепящий поток прожег грудь Элджена. Призрачные крылья младшего брата растаяли. Он захрипел и полетел вниз. Его глаза стали безжизненными.
— Элджен!!! — закричали сразу три голоса.
Мое сердце в этот момент остановилось. Я словно издалека наблюдала за Лорианом. Но при этом чувствовала его боль. Он подхватил тело брата и вместе с ним опустился на пол, осторожно переложив Элджена прямо в центре зала храма Шаардан. Склонился над ним и начал кастовать заклинание.
Когда-то Лориан упоминал, что их с братом магия не действует друг на друга. Элджен не может читать эмоции Лориана, а Лориан… не может воскрешать Элджена.
И все же он пытался. На глазах выступили слезы. Мои руки затряслись, пока маг смерти пытался призвать душу брата. Но судя по выражению лица Лориана — это все бессмысленно.
Его душа была для него недосягаема. Если он продолжит, рискует призвать в его тело кого-то другого…
Элина тоже упала на колени перед братом. Их отец опустился и застыл, неотрывно глядя на тело младшего сына. Только в этот момент я увидела в этом ужасном человеке хоть какие-то эмоции. Он хотел убить Лориана, но вместо этого погубил другого брата. Элджен заслонил собой близнеца, отдал за него жизнь, но Лориан не может его вернуть.
Сознание отказывалось верить, что Элджен мог умереть. Мортана не могла быть к Лориану такой жестокой!
Но все же смерть настигла его. Мгновенно, даже не дав им время на прощание.
Лориан безуспешно продолжал кастовать заклинания и с каждой секундой впадал все в большую панику. Казалось, у меня земля ушла из-под ног. Говорят, богини посылают людям только то, что они смогут вынести. Но, казалось, Лориан не сможет вынести гибель брата — того, с кем соединила его судьба еще в утробе матери.
На глаза навернулись слезы. Дознаватель не мог поверить в произошедшее. А ведь ему предстояло не просто справиться с собственной болью и провести похороны, ему нужно было объяснить, как все произошло, общественности.
Рассказать, что его семья — предатели короны. Что его брат умер косвенно от руки отца…
Я закусила губу, едва сдерживаясь, чтобы не разрыдаться. Слова Лориана были пропитаны болью. Такой сильной, что у меня застилало от неё глаза. Мне хотелось утешить любимого мужчину, прижать к себе, но я не знала, как. Лориан сильный, но сейчас даже он не справляется, и теперь его сила обернулась в его проклятье.
Сколько раз в жизни он будет вспоминать этот момент? Сколько раз будет перекручивать, обдумывать, мучиться? Мучиться, что не спас, когда мог. И переживать боль потери родного брата-близнеца. Того, кто делил с ним утробу матери, кто делал с ним первые шаги, кто всегда был рядом.
Я не представляла, насколько это больно и тяжело. Моя душа сейчас умирала и возрождалась вместе с Лорианом, сердце билось в унисон с его, желая забрать хотя бы частичку той боли, что поселилась в глубине его глаз.
— Тебе было мало? — спросил Лориан тихо у подошедшего отца. — Ты убил Тоджа, похитил девушку королевских кровей, не говоря уже о покушениях на принцессу, которые я не всегда мог предотвратить и тем более доказать. Ты взойдешь на эшафот, а я ничего не стану делать.
Сайрус не отвечал. Смотрел на тело возлюбленного сына и бледнел на глазах. Высокий лорд сделал несколько неуверенных шагов по каменному полу и присел на колени перед телом Элджена. Провел ладонью по волосам с когда-то красными всполохами, а теперь просто светлым, безжизненным, и поднял взор на Лориана. В его глазах блеснула сталь.
— Оживи его!
Если бы он мог… Но видимо их отец не знал об особенности магии близнецов. О том, что они не могут воздействовать друг на друга.
— Не могу, — прошептал Дознаватель. — Я могу оживить любого, кроме Элджена. Наши способности не действуют друг на друга.
Бессилие… именно так оно выглядит. Лориан всегда ощущал себя на голову выше остальных, но теперь в глазах Лориана разливалась бескрайняя тоска и самоуничижение. Он считал, что не способен защитить даже родного брата.
Я сделала несколько шагов — каждый давался с трудом, словно свинцовый. Отец смотрел на Лориана со смесью злобы и ненависти. Привычный взгляд, но теперь в нем сквозило отчаяние.
Я никогда не видела его таким потерянным и несчастным. Будто вся его жизнь оказалась пустой и никчемной. Возможно, он впервые в жизни понял, в чем заключалось его истинное счастье — в детях. По крайней мере, в одном сыне точно.
Лориана он не воспринимал как сына. Он с детства вешал на него ярлыки и обязанности, не оставляя места родительским чувствам, а вот Элджен — иное. Его он любит искренне и беззаветно.
И сейчас страдал от своей любви. Он будто умер вместе с сыном. В нем больше ни осталось ничего: ни жажды власти, ни тяги к жизни, ни сострадания, ни эмоций. Лишь пустота. Настолько всепоглощающая, что он готов был затянуть в неё весь мир.
Горько усмехнувшись, он пустыми глазами посмотрел на меня. Потом на Лориана. Он уже понял, что чувствует ко мне старший сын, и теперь решил сломать то немногое, что ценит Лориан.
Он не видел в нем сына. Лишь врага.
— Тогда ты мне не нужен, — произнес он тихо и занес руку с заклинанием. — Ты мне не сын!
Он вложил в свой рев всю свою боль и выпустил заклинание.
— Нет! — закричала Элина и бросилась вперед, точно так же, как и я.
Но мы находились с разных сторон. Она со стороны своего отца, а я — рядом с Лорианом. Я бросилась вперед, решив закрыть собой заклинание.
Безрассудно, глупо, невозможно. Но я знала, что Лориан меня оживит. А если нет? Ведь печати Мортаны на мне больше нет.
Неважно. Главное, защитить его.
Вот только Дознаватель угадал мой маневр. Он отбросил меня в сторону с такой силой, что я больно ударилась спиной о каменные плиты пола. У него не оставалось силы на щит.
Заклинание прошибло его тело насквозь. Дознаватель застыл на коленях, невидящим взором смотря вперед. Сайрус тоже внезапно захрипел. И рухнул прямо на тело Элджена.
— Я люблю тебя, Ава, — слетело с губ Лориана и его глаза закрылись.
Он упал на бок. Рядом с братом и отцом, из спины которого торчала рукоять кинжала.
— Я… я не хотела, — задрожала Элина и отступила на шаг, прижав ладонь к губам. — Не хотела… я… я…
Она дрожала и смотрела на свои руки. Она спасала брата, но сама стала убийцей своего отца. Не лучшего, но любимого.
Любимого…
Из моих глаз покатились слезы. Я сорвалась с места и с диким криком бросилась к телу Лориана. Схватила ладонями за лицо, склонилась ниже, проверила пульс. Лихорадочно, быстро, отчаянно не желая верить в то, что мой любимый человек мертв.
— Лориан, нет, — прошептала я с ужасом и, разрыдавшись, приникла к его губам.
Но чуда не произошло. Чудо бывает только в сказках.
Лориан мертв. Мое сердце разрывалось от боли и ужаса.
Прошло всего три недели. Три недели, а я не представляю, как жить дальше без этого человека. Его смех, любовь, радость, улыбки. Казалось, он наполнял собой каждое мгновение моего пребывания в этом мире.
Я попала сюда из-за него. Я его ненавидела, злилась, я его желала и в итоге влюбилась. Окончательно, бесповоротно, так, что сердце щемит от тоски и боли. Хочется вырвать его из груди, чтобы оно успокоилось, затихло, перестало изводить меня. Замолчало. Навеки.
Ну почему любить так прекрасно, а терять — так больно? Но одно невозможно без другого.
Я отстранилась, но продолжила смотреть на Лориана, водя большими пальцами по его щекам. Магия, ты же существуешь! Богиня, ты ведь слышишь всё, что происходит в храме! Оживи его!
Мне почудился потусторонний смех. Шаардан — богиня жизни и любви, но лишь Мортана заведует душами. Это в её власти.
Элина опустилась на колени. Кажется, у неё закружилась голова, потому что девушка оперлась на руку. Она не плакала. Она просто смотрела, не в силах поверить в увиденное.
— Я не хотела… я думала, Лориан оживит его, если я остановлю отца! Я всего лишь хотела спасти брата… я не думала…
— Никто тебя не винит, Элина, и ты не должна себя винить, — прошептала я отстранённо.
Сердце билось всё медленнее. Казалось, из меня кто-то выкачал всю радость и все эмоции. Так больно и тяжело, будто весь мир превратился в пепел. Потому что Лориан стал для меня всем миром. Как мне дальше жить с этой дырой в груди? Чем заткнуть её? Как справиться и не сойти с ума?
— Лориан, я тоже тебя люблю, — прошептала я тихо, и слезы хлынули из глаз, опускаясь на бледную кожу мага смерти.
Совсем молодой. Сильный. Невероятно добрый и умный. Почему судьба так несправедлива?
Элина тоже расплакалась, время от времени смотря на свои окровавленные руки и не желая верить, что убила. Её личность фактически разрушена. Сможет ли она когда-то забыть это? Сможет ли простить саму себя и отпустить это убийство?
Не просто незнакомца, а своего отца.
— Я не прощу себя за то, что убила отца, не прощу… Я… Я не знаю, как сделала это. Я так испугалась за Лориана, так… Шаардан Великая, что же я наделала?!
Именно после её слов за окном громыхнуло. Элина вздрогнула, испугавшись, и бросила взгляд к алтарю. Туда, где стояла статуя богини. Я только сейчас обратила на неё внимание. Невысокая, в человеческий рост, протягивающая руку вперед. Ладонь была раскрыта, будто она что-то пыталась отдать…
Перед глазами привычно поплыло. Я перешла на зрение, помогавшее мне видеть через стены, и заметила дар Шаардан — артефакт, который по преданиям способен был остановить время. Я поднялась на ноги. Краем глаза заметила нахмурившуюся Элину, но проигнорировала её, полностью завороженная артефактом.
— Ава, что с тобой? — обеспокоенно спросила Элина, но ответить я не могла, боялась, что отвлекусь.
Я прошла вперед, протянула руку в каком-то трансе, едва коснувшись артефакта, и почувствовала дыхание богини. Легкое, светлое, невообразимо приятное чувство поселилось в моей душе, озаряя всё вокруг. Вот артефакт, в досягаемости вытянутой руки.
Часы, способные решить все проблемы. Те самые, что искал Лориан. Те самые, что способны вернуть мне любимого.
Я схватилась за них так отчаянно, будто от этого зависела моя жизнь. Но артефакт подхватил меня наверх. Крылья вновь расправились, а дар Шаардан оплел мою ладонь, растворившись в запястье. Я видела часы, месяц и даже года, на которые могу вернуться. Которые стоит всего лишь провернуть вокруг руки в правильном порядке — и я уже в прошлом или в будущем…
Мощнейшая магическая волна прошлась по храму. Этой волной выбило витражи, затрясло стены и словно сам пол начал проваливаться вниз.
— Ава! — закричала Элина и распростерла над собой защитный купол.
Но он не защитит от физического воздействия, даже я это понимала. Однако большие валуны обходили её волей Шаардан — так же, как и меня. Богиня никому не хотела вредить, но, судя по всему, разрушение здания — побочное свойство артефакта, той самой волны, прошедшей по самому основанию храма.
Время словно замедлилось вокруг меня. Храм продолжал рушиться, но осколки проходили мимо. Так странно… дыхание богини, её дар. Почему именно мне? Я не была особенной, не…
И я вдруг осознала. Все дело в том, что мне менять-то было нечего. Я в этом мире появилась недавно, поэтому мой разбег по времени возврата — максимум месяц, в то время как любой житель этого мира мог бы вернуться на многие годы назад, исправить любое событие.
Но не я. Я буду действовать лишь в малом отрезке времени.
Но когда? В какой момент всё начало рушиться? Определённо до того, как я вошла в зал советов. Или раньше? Вспышкой пронеслась наша тренировка, с которой Лориан сорвался во дворец по срочному сообщению…
Почему Лориан не смог спасти его величество? Опоздал? Могло ли быть так, что ему сообщили о смерти раньше?
— Элина! — закричала я. — Скажи, почему умер его величество? Ему помог отойти на тот свет твой отец?
Вокруг всё еще стоял грохот, хотя камни падали медленно. Элина подняла на меня взор и в итоге кивнула.
— Отец давно покушался на короля. Его болезнь естественного характера, но даже её пытались ускорить. Но Лориан возрождал его величество всякий раз. Тогда отец придумал план… Лориану сообщили о смерти короля позже, чем следовало, чтобы Лориан не имел возможности его возродить.
Вот как…
— Придворный целитель? — уточнила я, и Элина покачала головой.
— Его тоже обманули. Это дело рук Ксайлоса и отца. Я была в курсе всех его дел и иногда помогала, хотя всегда сомневалась.
— Ты сомневалась не зря. Но теперь я многое понимаю.
Если бы король не умер, то его высочество Мелисанту не поторопили бы со свадьбой. Прибыл бы Рейгар, и, возможно, он смог бы стать женихом принцессы по обоюдному согласию. Всё было бы иначе.
Призрачные цифры над запястьем выдвигались.
Мгновение — и пространство озарила яркая вспышка, а после была пустота.
— Зря я свёл вас. Вместе вы доведете меня до сумасшествия.
Слова Улгура ворвались в сознание. Я всё еще чувствовала невероятно сладкий поцелуй на губах, который не хотелось прерывать. И не сразу сообразила, кому он принадлежит…
— Лориан, — выдохнула поражённо и отстранилась, во все глаза смотря на мужчину. — Это правда ты?
Пальцами крепко сжала лацканы тренировочной куртки. Я смотрела на возлюбленного и не верила, что он жив и здоров. От радости хотелось разрыдаться. Неужели всё получилось?..
— Это я, Ава, я, — улыбнулся Дознаватель, и всего несколько секунд у меня ушло на то, чтобы осознать поражающий, шокирующий факт.
Он всё помнит. Он смотрит на меня с грустью, осознанием всего и виной за мою боль, которую я пережила, потеряв его. По щекам всё-таки покатились несколько слезинок, которые я быстро стерла. Улгур нахмурился, ничего не понимая, а Лориан, положив ладони на мои щеки, приник к губам. Он целовал жадно, исступленно, так, что у меня уходила земля из-под ног. Он пытался выразить в этом поцелуе весь свой страх, всю свою нежность и любовь. Словно сам не верил, что богиня дала нам второй шанс, и этим поцелуем он его закреплял.
Его поцелуй был обещанием, что такое будущее больше не повторится. Он не покинет меня. Не заставит вновь переживать ту боль утраты.
Наконец мы очнулись и оторвались друг от друга. Несколько секунд я смотрела в глаза Дознавателя, пытаясь отдышаться.
Мы находились в мастерской Улгура, в тот момент, когда он дал мне примерить костюм для тренировок. И я всё еще была в нем. Прошлое… удивительно, но я всё-таки попала сюда.
— Лориан? — позвала тихо.
— Да, Ава? — откликнулся он, и в его голосе сквозил такой же истеричный смех, как и у меня.
— Нам всё-таки удалось, — сделала вывод я, и Лориан всё-таки рассмеялся, покачав головой и прижавшись лбом к моему.
— Что вам удалось? — растерянно спросил Улгур. — Ничего не понимаю. Что здесь происходит?!
Теперь Дознаватель бросил взгляд на растерянного Улгура.
Он наверняка слышал наш разговор, но пока понятия не имел, о чём мы. А вдобавок… Когда я развернулась к нему, поняла, что был еще один изумляющий его факт.
Я бросила взор в зеркало. Там отражалась я настоящая. Взглянула на руки — на них больше не было никаких татуировок, совершенно чистые запястья. Я снова я!
— Ава? — уточнил мастер, неотрывно глядя на меня.
— Это я, Улгур, — улыбнулась я слабо. — Настоящая я.
— Так вот какой тебя видел Лориан всё это время, — хмыкнул орк. — Так это от поцелуя любви спала маска? — Ох, если бы всё было так просто… — В любом случае рад видеть, Ава.
— Спасибо, — ответила я смущённо.
— Оставим обмен любезностями на потом. Сейчас нужно спешить. Извини, Улгур. Объясним всё позже, — отмахнулся Лориан и, схватив меня за руку, бросился к выходу.
По пути мы встретились с Севиль. Она несла чай, и мы чуть не сбили поднос. Благодаря своей невероятной грации и ловкости Севиль удержала его, но на нас посмотрела возмущенно.
— Вы куда так летите, будто сам король преставился?! — крикнула она нам вслед.
Нет, еще не преставился. Мы успеем. Мы спустились по ступенькам крыльца так стремительно, что я чуть не упала, споткнувшись. Дознаватель удержал меня, прижав к себе. Мы вновь оказались близко. Сердце заколотилось быстрее. Мне всё еще не верилось, что вся боль потери оказалась далеко в несбыточном будущем, а здесь и сейчас мой Лориан со мной.
— Никогда больше не покидай меня, слышишь? — спросила я тихо. — Тебя боялись так много людей, но на самом деле ты так же беззащитен перед ликом Мортаны.
— Я никогда и не считал себя бессмертным, но в людях всегда говорил страх, — откликнулся Лориан и провел подушечками пальца вдоль моей щеки. — Обещаю, что больше не воскрешу в твоей памяти ту боль. Мне жаль, Ава.
Я не ответила, лишь прижалась к нему ближе. Мне нужна была эта минута, чтобы прийти в себя, унять эмоции внутри. Знаете, иногда нам снятся дурные сны — эмоциональные, яркие, изматывающие. Просыпаясь, мы не сразу понимаем, где сон, а где — реальность, и всё еще продолжаем обрабатывать пережитые во сне чувства и эмоции.
Сейчас со мной было то же самое. Я всё еще не отошла от пережитых эмоций.
— Нам пора, — нехотя произнес мужчина и отстранился. — Заберешься на тень моего дракона?
На тень дракона?.. Сердце заколотилось быстрее. Я немного испугалась и, кивнув, завороженно смотрела, как Лориан призывает магию — черные магические клубы заволокли его фигуру, трансформируясь с фиолетовыми вспышками магии в нечто осознанное и огромное — дракона.
Теневого дракона, словно сотканного из дыма, но на самом деле осязаемого. Его хвост нетерпеливо бил по гравийной дорожке, а огромная морда с серыми, пронзительными глазами смотрела на меня. Я подошла медленно, на едва гнущихся ногах. Дотронулась до дыма и… действительно осязаемый. Удивительно! Неужели я способна так же призвать своего дракона?
Магия внутри меня откликнулась теплотой, подтверждая догадку. Но для этого мне еще предстоит обучиться.
Я забралась по крылу и села у основания шеи, после чего вокруг меня образовался купол безопасности, созданный Лорианом. И мы взлетели. Отдалились от поместья Улгура и направились к дворцу. С такой высоты весь город был как на ладони. Моё пребывание в этом мире началось с полета на руках Лориана, а закончилось — на тени его дракона.
Лишь бы успеть! Ведь точное время никто не может сказать, даже придворный целитель не определил подвоха. Даже его смогли одурачить при должной подготовке.
Охрана дворца легко пропустила Лориана. Он приземлился на подъездной дорожке, после чего я соскочила вниз и отошла на десять шагов. Лориан перевоплотился. Несколько секунд ему потребовалось на то, чтобы унять магию. Переглянувшись со мной, он поспешил внутрь. Я рванула за ним, по ступеням парадной лестницы.
В холле Дознаватель перехватил шедшего мимо дворецкого.
— Немедленно отправьте слугу к её высочеству и попросите навестить его величество в его покоях.
Дворецкий с идеальной выдержкой просто кивнул и поклонился. Лориан оглянулся на меня, проверив, что я иду за ним, и поспешил дальше. Мы поднялись на четвертый этаж и свернули в королевское крыло. Но едва Лориан приблизился к двери королевских покоев, дверь открылась. И оттуда вышел Сайрус Риатон.
Сердце пропустило удар. Неужели мы опоздали?!
Нужно было выбирать другую дату. Почему я не выбрала этот же день еще на пару часов раньше? Вот только часы Шаардан работали странно, я не могла выбрать точное время, я лишь послала мысленный образ, а артефакт сам сделал всё необходимое.
— Отец, — с ужасом произнес Лориан и сжал кулаки. — Что ты делал в покоях его величества?
Сайрус молчал, лишь устало смотрел на старшего сына. Я вдруг начала догадываться. Если Лориан всё помнит и попал обратно в прошлое, то что мешало то же самое сделать и Сайрусу? Несколько секунд тишины, а после тихий выдох.
— Я знаю. Помню всё, что произошло. И… не хочу повторения.
Я приоткрыла рот. Лориан бросил на меня изумленный взгляд, словно спрашивая, не одному ему ли это послышалось? Сайрус действительно выглядел усталым, несчастным и даже сгорбившимся.
Неужели все, кто были в храме Шаардан, переместились в прошлое? Значит, Элина и Элджен тоже всё помнят?
— Мой любимый сын умер. Я убил своё дитя, а моя собственная дочь вонзила кинжал в мою спину, — произнес Риатон-старший тихо. — Если бы я не убил тебя, стал бы ты меня возрождать? Сомневаюсь. В тот момент я сошел с ума от боли и горя, и лишь собственная смерть привела меня в чувства. Эгоистично с моей стороны, не так ли? — Сайрус усмехнулся. Мы ему не отвечали. Я жутко злилась на него. Но в то же время мне было его жалко. Глубоко несчастный человек. Наконец, он поднял взор на меня. — Я усвоил урок. И не повторю прошлых ошибок.
Он поднял руку вверх и произнес клятву.
— Отрекаюсь от власти. Клянусь, что больше никогда не попытаюсь встать во главе королевства даже опосредованно. Никогда не подниму руку ни на одного из своих детей. Если подобное возникнет даже в мыслях, боги меня немедленно покарают.
Магия вспыхнула на его запястьях, а затем он коротко ахнул. Татуировка клятвы затронула не его пальцы, как это обычно бывает — она дернулась к его горлу, оплетая его едва заметными бледными узорами.
— Это будет моим наказанием, — ответил он тихо и прикоснулся к метке. — Что ж, это никак не исправит того, что я сделал с тобой, Лориан, но у меня будет еще вся жизнь, чтобы исправить ошибку. И ты, Ава, тоже извини меня.
Дознаватель молчал, оттого и я не спешила со словами прощения. Маг смерти перевел взор на дверь.
— Ты собирался убить короля? Почему ты вышел из его покоев?
— Я расскажу всё, теперь ты не станешь осуждать меня больше, чем уже осуждаешь. Я оставил ему яд в подушке еще утром, старая схема, родом из Эскарии. Этот яд особенный, он убивает мозг, но сердце остается работать еще какое-то время — до получаса, которых хватило, чтобы придворный целитель ничего не понял, а ты бы не возродил его величество. Это сработало… в будущем.
— И что ты планировал после?
— Возвести Элджена на трон, избавившись от его жены, — Сайрус посмотрел на меня. — В тот момент я не знал, что ты больше не Амари.
— Как и не знал, что в ней течет королевская кровь, — подтвердил Лориан, но расслабляться не спешил. — Что ты планируешь теперь?
— Отступить, — внезапно признался он. — Смерть расставляет приоритеты, видишь ли.
Он нехорошо усмехнулся и направился мимо нас.
— Куда ты?
— Домой. Заниматься подготовкой свадьбы дочери, — откликнулся Сайрус. — И да, я поговорю с… Ксайлосом. Не уверен, что мне удастся его переубедить, но теперь я вне игры. Каменщики больше не станут играть против власти.
Отец близнецов развернулся как раз в тот момент, когда заметил в конце коридора Элджена. Он тяжело дышал. Видимо, тоже спешил на всех крыльях сюда, во дворец, из дома Улгура. Медленно, очень медленно он подошел к нам. Посмотрел на отца и… крепко обнял его.
Лориан отвел взгляд. Вряд ли он забудет то, на что отец пошел, чтобы заполучить власть. По крайней мере, ему нужно время.
— Лориан, — позвал Элджен, приблизившись к нам, и протянул руку Лориану. — С этой минуты я бы хотел начать наши отношения сначала. Как братья.
Несколько секунд Дознаватель сомневался. Я не вмешивалась, вновь становясь сторонним наблюдателем. Наконец Лориан пожал ладонь брата и дернул его на себя, заключив в крепкие объятия.
— Я чуть с ума не сошел, потеряв тебя. Больше не шути так со мной.
— Мне тоже не понравилось на том свете. Жаль, конечно, что наши силы не действуют друг на друга, — в таком же тоне отозвался Элджен. — Я отправлюсь с отцом, встречусь с Элиной. Думаю, она сейчас одна и… не представляю, в каком ужасе. — Лориан кивнул, а Элджен обратил свой взор на меня. — Спасибо за второй шанс, Ава.
— Не упусти его. — Ответила я искренне и посмотрела на Сайруса. — Это касается и вас. Надеюсь, вы действительно осознали свои ошибки и больше их не повторите. Это не значит, что я вас простила, но я понимаю, как вы дороги Элджену и Элине. Ради них старайтесь стать хорошим отцом.
Сайрус не ответил, лишь отвернулся. Все-таки совсем этого человека не исправить. Но зла я ему не желала, как и любому в этом мире.
Мы с Лорианом вошли в покои его величества. Он спал. Лориан позвонил в колокольчик, вызывая придворного целителя, проверил с помощью магии подушки и кровать на наличие яда, но, ничего не найдя, успокоился.
Явившийся целитель разбудил короля, чтобы проверить его состояние по просьбе Лориана. Мы тут же склонились в поклонах перед пробудившимся монархом. Выглядел он плохо: болезнь забирала силы и старила его. Лицо было худым и испещренным морщинами. Однако после осмотра и целительского отвара он заметно пободрел и сосредоточил взор на мне.
— Кто это, Лориан?
Дознаватель взглянул на целителя. Тот был понятливым и с поклоном вышел.
— Ваша дочь, мой король, — неожиданно заявил он, и его величество прищурился. — Точнее, лишь её тело. Прошу вас, выслушайте. Я верой и правдой служил вам эти годы, я возвращал вас к жизни множество раз и никогда не желал вам зла, именно поэтому теперь молю дать мне время всё рассказать. И главное — понять меня.
Король тяжело вздохнул. Он уже предчувствовал, что рассказ ему не понравится, однако он всё же кивнул. После разрешения Лориан сел на стул, я опустилась рядом с ним.
— Ваше величество, начну издалека. Вы ведь бывали в доме Цветка, в спальне некой Фижмы Монкроуз больше двадцати лет назад? Она сохранила ребенка, отдала его на воспитание семье Клофильд.
Король нахмурился.
— При чём здесь семья твоей невестки? Или… — Король прищурился. — Нет, но я точно помню, что Амари выглядела иначе.
— Выглядела. До того, как я переместил в её тело чужую душу. После очередного покушения на Амари Риатон я не смог возродить её и вместо этого… призвал чужую душу из другого мира. Её зовут Ава.
Я склонила голову. Король открыл рот.
— Ты хочешь сказать, что Амари Риатон была моей кровной дочерью?
— Всё верно, ваше величество. И Ава заняла её тело, в её венах течёт ваша кровь, хотя душа — иномирная. Потому и внешность изменена. Я не смею просить вас сохранить это в тайне, но я рассказал вам всё, чтобы умолять о защите и прощении. Вы вправе рассердиться и призвать меня к ответу, но я лишь прошу защиту для Авы.
— Просишь защиту для неё? — удивился король и нахмурился. — Кто она для тебя?
— Она — моя жизнь, — ответил Лориан так легко, словно говорил это каждый день.
Моё сердце застучало быстрее. Я понимала, почему он говорит столь сентиментально — он давал понять королю, что сделает всё, чтобы спасти меня. И его величество это понимал. Лориан сделал ход конем, чтобы нейтрализовать Фижму с её замыслами и лишить Кайлина преимущества. Хотя сейчас она, конечно, вряд ли меня узнает.
Но если откуда ни возьмись появится неизвестная девушка по имени Ава и вдруг выйдет замуж за второго по значимости человека в королевстве — это вызовет вопросы, и в первую очередь у короля. Он бы в любом случае призвал к ответу.
И покаяться самому — это выигрышная позиция.
Его величество дотронулся до артефакта-браслета на руке и активировал его. Магия из него рванула ко мне, оплела мои запястья и загорелась фиолетовым. Король вздохнул и откинулся на подушки.
— Она действительно моя плоть от плоти.
Ответить я не успела. Двери позади открылись. В комнату вошла её высочество. Мелисанта приблизилась и сделала книксен.
— Отец, как вы себя чувствуете? Лориан сказал мне явиться сюда.
— Лориан… — эхом повторил король и посмотрел сначала на Дознавателя, а после на меня. Он что-то решил, и в итоге в его глазах я прочитала удовлетворение. — Мел, познакомься, это твоя единокровная сестра. Ава.
— Ава? — удивилась Мел и посмотрела на меня колюче. — Ава и… всё?
Она явно ждала имя, подробности, но король, судя по всему, собирался оставить всё в секрете, даже от собственной дочери.
— Ава — невеста Лориана, он только что представил её. И она моя давно потерянная дочь. От…
— Севиль Ментлок, — подсказал Лориан, и король кивнул.
Хитро. По возрасту всё подходило, но не будет ли Севиль против такой «славы»? И я вдруг поняла, что Лориан обо всём заранее договорился. Он подготовился давно вывести меня в свет. Только раньше король в его планы не входил, он просто хотел представить меня как дочь Севиль.
Учитывая закрытую жизнь этой аристократки, никто бы не удивился.
— Невеста? — вместо этого зацепилась за другое слово Мел и окинула меня колючим взглядом, вернув его Дознавателю. — Лориан, это правда?
— Правда, ваше высочество, — кивнул лорд Риатон и поднялся на ноги. Я следом за ним. — Мне жаль, ваше высочество, если вы питали надежду, что я могу ответить вам взаимностью. Я люблю другую. И не смогу стать вашим женихом.
К щекам Мелисанты прилила кровь. Она шумно вздохнула и посмотрела на отца.
— Кто тебе сказал, что я желаю выходить за тебя? Это вовсе не важно.
Принцесса опустилась на постель рядом с отцом и сжала его руку. Сейчас она не была разбита, как в прошлый раз, поэтому известие приняла достойно и спокойно. Так, будто ей действительно был безразличен Лориан.
Впрочем, так и было. Я уверена, она питала к нему сестринские чувства и не больше.
Наконец, она посмотрела на меня.
— Ава, я понимаю, тебе хочется побыть с недавно найденным отцом, но мы можем поговорить в другое время. Сейчас я бы хотела остаться с его величеством наедине.
— Мел, — поторопился король, — если ты волнуешься о своем статусе кронпринцессы — не волнуйся. Трон останется за тобой. Я признаю Аву, но лишь её и Лориана дети могут быть наследниками по крови. Тебе не о чем волноваться.
— Я не волнуюсь, отец, просто… это слишком неожиданно.
— Ваше высочество, — позвала я её. — Я понимаю, вы видите во мне врага, но это не так. Я не претендую на трон, лишь на Лориана. Я искренне люблю лорда Риатона и прошу у вас благословения. В будущем я бы хотела стать вам если не сестрой, то просто подругой.
Мелисанта посмотрела с удивлением. Она не спешила доверять. И это правильно. Мел умна, и думаю, она станет прекрасной королевой. Теперь, когда она породнится с семьей Риатон через меня, никто больше не посмеет мешать ей на пути к власти.
Я же к ней никогда не стремилась. У меня еще остаются дела с Улгуром: я всерьез собиралась заняться маркетинговыми стратегиями не только с бизнесом орка, но и подумать о других пиар-кампаниях.
— Поговорим с вами позже, — произнес король.
И мы с Лорианом вынужденно откланялись. Когда мы вышли в коридор, то некоторое время просто молчали, а затем медленно побрели в сторону балкона.
— Всё еще не верится, что катастрофы удалось избежать.
— Но его высочество Кайлин здесь, и мне стоит этим заняться, — вздохнул Лориан. — Теперь я знаю, с кем он связан и по каким каналам его люди получили доступ во дворец. Разыграть перед ним карты не составит труда.
Я кивнула и заложила руки за спину.
— А что будет со мной? С нами?
Лориан улыбнулся и притянул меня к себе за талию. Вновь его близость действовала на меня одурманивающе. Голова закружилась. Я вдохнула запах хвои и обхватила Дознавателя за плечи.
— А разве я недостаточно ясно выразился в покоях его величества? Ты — моя жизнь. Станешь ли моей невестой?
— А у вас не принято дарить кольцо или браслет при помолвке? — уточнила я. Лориан нахмурился, не совсем меня понимая. Я хихикнула. — Не бери в голову. Глупости из моего мира. Я согласна, Лориан.
Дознаватель склонился к моим губам. Этот поцелуй был полон нежности, любви и… спокойствия. Словно все печали остались за спиной, а впереди ждало светлое и легкое будущее.
К назначенному времени я среди других гостей стояла в домашней часовне Шаардан. Воздух был густым, словно пропитанным сахарной пудрой.
Но меня больше это не волновало. Меня волновал лишь мужчина, стоявший в другом ряду, среди членов семьи невесты.
Я же была подле короля. Кстати, «отец» пошел на поправку. Удивительным и естественным образом. На самом деле оказалось, что придворный целитель действительно хорошо его лечил, именно поэтому Сайрус и Ксайлос поторопились и отравили короля, понимая, что вскоре тот поправится.
Конечно, о полном выздоровлении говорить еще рано. Даже сейчас он стоит, опираясь на трость, но все же это удивительный прогресс. Фижму заточили в монастырь, но не просто так — её нашли и подчистили память, на законном основании в связи с обвинением в шпионаже. Пусть она бы и не узнала во мне свою дочь, Амари, все равно слишком опасно оставлять свидетеля.
Вчера его величество объявил о том, что нашел давно потерянную дочь. Да, бастарда, но признанную не только самим Хамундом Третьим, но и королевским артефактом.
Король чувствовал вину за то, что когда-то отверг Фижму, считая её недостойной, и полагал, что его болезнь — кара Шаардан, и единственный путь искупления — признание дочери и обеспечение её (то есть меня) всеми благами.
Мою историю состряпать оказалось несложно: когда-то король закрутил тайный роман с аристократкой, Севиль Ментлок, но та решила скрыть свою беременность, думая, что ей прикажут избавиться от ребенка.
Родила и сама воспитала дочь, а потом король узнал обо мне. И вот я — ненаследная принцесса, да еще с особенным даром — с Тенью дракона. Меня приняли легко. Конечно, отношения с Мел еще предстоит налаживать, но теперь нам нечего было делить.
Вчера они встретились с Рейгаром, на приеме в честь моего нового статуса. И сразу же поругались. Как сказал Лориан, они были знакомы прежде, ведь в детстве принцесса была влюблена в великолепного мага, но тот, ввиду того что был почти на десять лет старше, никогда не отвечал ребенку взаимностью.
Но кто знает, как сложится теперь?
Быть может, именно Рейгар, бежавший от власти и старых устоев столько лет, станет следующим королем.
Я устремила взор на Лориана. Он тоже оглянулся на меня и слегка улыбнулся. Еще никто не знал о нашем романе. А мне так хотелось прямо сейчас присвоить этого мужчину. Да хоть пойти под венец вместо Элины!
Аромат ладана и белых лилий стоял тяжелым облаком. Солнечный луч, пробившийся сквозь витражное окно, лег на алтарь, превратив его в расплавленное золото.
Трубы возвестили начало. Все встали. В дверях, залитая светом, застыла Элина вместе с женихом — Тенарисом Кармоном. Брак двух детей сильнейших Высоких лордов, входивших в совет, был событием года. Тенарис был под стать своей невесте.
О нем мне вчера поведал Лориан, когда ночью тайком прилетал ко мне во дворец.
На пару лет младше Лориана, с каштановыми волосами и карими глазами, смотрящими на мир слишком беспечно для того, кто собирался стать наследником своего отца. Несмотря на то, что он был сильным от природы магом с Тенью дракона, предпочитал не работать, а прожигать деньги отца, оттого Лориан мало с ним пересекался и немного знал о его характере. Разные круги интересов и знакомств.
Перевела взгляд на сестру Дознавателя. Элина была ослепительна. Платье из серебряной парчи, усыпанное крошечными кристаллами, струилось за ней, словно лунная дорожка. Тончайшая фата, закрепленная в волосах бриллиантовой диадемой, скрывала ее лицо, но я знала, что под ней — улыбка. Она искренне любила своего жениха. Она шла к алтарю медленно, величаво, точно и вправду была центром этого мира.
Сайрус Риатон удовлетворенно улыбался. Для него нет ничего важнее гордости. Элина была его продолжением. Его совершенством. Какие сейчас у них отношения? Я не могла знать. Но понимала, что ближайшие месяцы нам будет непросто после всего случившегося в городском храме Шаардан.
Тодж был жив, но ничего не помнил, к счастью. Он продолжал работать на Лориана, для него время не меняло ход. А вот наёмникам, убитым Элдженом, пришлось частично стирать память.
Священнослужитель, облаченный в тяжелые парчовые ризы, начал обряд. Слова клятв плыли под сводами, древние и безжизненные, как этот мрамор. Элина произносила свои ответы чистым, звонким голосом. Я смотрела на ее тонкие пальцы в перчатках, сжимающие руку Тенариса, и видела, как они слегка подрагивают.
Кровь жениха и невесты смешалась в чашах, а после её нанесли на запястья брачующихся кистью — и вот символы вспыхнули брачными татуировками, закрепляя союз.
Священнослужитель объявил их мужем и женой перед лицом богинь и закона. Грянула торжественная музыка. Зал взорвался аплодисментами.
Далее процессия переместилась обратно в родовой замок, в бальную залу. Если храм в поместье был сакральным, то зала являла собой апофеоз мирской, родовой мощи.
Размером с небольшое поле для турнира, он сверкал и переливался. Стены, облицованные белым мрамором с золотыми прожилками, поднимались к куполу, расписанному фресками, изображавшими мифические подвиги семьи Риатон. С потолка свисали три хрустальные люстры, каждая — размером с карету, — в которых горели тысячи магических светильников, отражаясь в бесчисленных гранях и заливая все пространство теплым, искрящимся светом.
Пол был выложен сложнейшей мозаикой из перламутра, лазурита и черного дерева, изображавшей генеалогическое древо Риатонов. На возвышении стояли стулья для молодоженов, куда Элина и Тенарис медленно и проследовали. С другой стороны стояли троны для меня, Мел и его величества. На торжестве должен был присутствовать еще и его высочество Кайлин, но он покинул королевство еще позавчера, после того как подписал бумаги. Лориан поставил ему шах и мат, и младшему наследнику Эскарии ничего не оставалось, кроме как поспешно покинуть поле интриг.
Я улыбнулась и тут же вытянула шею. Есть хотелось жутко, а фуршетные столы ломились от яств: тарталетки, канапе, вазочки с горячим, горы экзотических фруктов, пирамиды из сластей.
— Подожди, нам следует еще произнести речь, — остановил меня король, когда я хотела свинтить в сторону фуршета.
— Нам? — уточнила я.
— Мне, — хмыкнул король. — Ты просто должна стоять рядом, Ава.
К слову, меня назвали Авой Ментлок, что мне очень нравилось. Севиль была рада обрести такую «дочь», приблизившись к короне. Она и сейчас стояла среди гостей. Заметив мой взгляд, подмигнула. Рука Улгура по-свойски лежала на её талии, и ей очень нравилось внимание орка. Я была за них рада, только немного грустила, что придется жить не с ними, а во дворце.
Но, с другой стороны, Лориан обещал построить новый дом недалеко от Улгура, а не на старом месте. Я быстро внесла свои коррективы, заявив, что мне еще нужно место для маркетинговой конторы.
Наконец, прозвучала речь короля. Музыканты заиграли полонез. Новобрачные открыли танец, плавно скользя по перламутровым ветвям родового древа. За ними потянулись другие пары. Мои глаза скользили по гостям, пока ко мне не подошел Лориан.
— Ваше высочество, позволите пригласить вас на танец?
За нами наблюдали все в зале. Никто до этого не решался пригласить ни одну из принцесс. Даже Рейгар застыл в нерешительности у тронного возвышения. Но у Лориана было одно преимущество: он мой бывший загробный муж и точно знал, что я соглашусь.
Я вложила пальцы в его руку, чувствуя, как они слегка дрожат. Мы двинулись в сторону вальсирующих и присоединились к танцу. Ощущать его руки на своей талии, его взгляд и улыбку — это высшее наслаждение для меня. Я улыбалась так искренне, что Лориан в итоге не выдержал и коротко рассмеялся.
— Держи лицо. Ты так смотришь на меня, что люди начнут верить в любовь с первого взгляда. А для принцессы это очень неприлично.
— То, чем мы занимались в спальне, еще более неприлично, — произнесла я томно. — Однако прошлой ночью ты сбежал, так и не довеодя нас до постели.
— Ава, — с потемневшими глазами строго произнес Лориан, — не искушай меня.
Я коварно улыбнулась. Теперь мне ничтего не мешало в исполнении моих желаний: никакие татуировки и обязательства меня больше не связывали. Мы с Элдженом стали чужими людьми. И пусть пока он нес траур по умершей жене, я надеялась, что в будущем он еще найдет себе прекрасную спутницу, которая оценит его и полюбит так же сильно, как мы с Лорианом любим друг друга.
Танец закончился. Лориан отвел меня к фуршетным столикам и отлучился за напитками, стоявшими в другой стороне. Меня тут же облепили кумушки.
— Ваше высочество, вы так красивы! Мы давно желали с вами познакомиться. Меня зовут Клара Минз, а это моя подруга — Тори Саливан. У меня есть две дочери, которые, уверена, станут прекрасными фрейлинами…
— А у меня чудесный сын, он сегодня отсутствует, служба, но если вы позволите — я бы с удовольствием вас познакомила, — произнесла Тори.
Обе они не переставали кланяться. Я же теперь посочувствовала Мел. Неужели она постоянно с таким сталкивалась?
— Ваше высочество, однако мы хотим вас предостеречь, — протянула Клара, наклонившись, — с лордом Лорианом Риатоном лучше не связываться. Не только из-за его магии смерти, но есть и другие причины. Вы мало бывали в столице и не слышали последние слухи…
— Да-да, — подтвердила Тори. — Говорят, он увел жену у своего брата и послужил причиной их развода. Ах, если бы бедняжка не свалилась с грифона и не сломала шею пару дней назад, в столице разразился бы скандал с участием обоих близнецов!
Я мысленно усмехнулась. Так вот что говорят в народе обо мне и Лориане… Да, смерть Амари решили подстроить как несчастный случай. Не справилась с управлением и упала. Насмерть. Говорить о том, что к этому причастны эскарцы, не стали — это был рычаг давления на Кайлина, подписавшего все бумаги, по которым он еще три года не имел права въезжать в Рошмад.
— Какой кошмар! — воскликнула я. — Лориан действительно так хорош, что, обладая одинаковой внешностью с братом, смог увести у него жену?
На этом вопросе обе кумушки выпали в осадок и призадумались. Я же воспользовалась их замешательством, подхватила свою тарелочку с канапе и сама нашла Лориана. Он уже спешил мне навстречу с двумя бокалами пунша.
— О тебе такое говорят в народе, — протянула я весело. — Ты у меня оказывается сердцеед и обольститель.
— Неужели? В свете много что говорят, но лишь вам решать, чему верить, ваше высочество, — весело протянул Лориан.
— Я верю своему сердцу. А оно уже отдано вам, лорд Риатон, — улыбнулась я и нашла взглядом Элджена. Светлый костюм с золотой оторочкой ему невероятно шел. — Хотя должна признать, что твой брат настоящий красавчик.
— Мы — одинаковые. Если хотела сделать мне комплимент, могла бы сразу адресовать его мне.
— Разве? Ты вроде недавно уверял, что вы совершенно разные, — заметила я, смело встретив вызов в серых глазах, и рассмеялась.
Свадебный бал продолжаился. Он был наполнен смехом, искренним счастьем и красотой. Лориан пригласил меня на третий танец, что вызвало настоящий скандал в обществе и пересуды. Я, конечно, отругала его для проформы, но сама таяла в его объятиях и ничего с собой не могла сделать.
Когда пришло время гостям расходиться, король еще раз толкнул поздравительную речь и после этого откланялся. Мы с Мел посеменили за ним.
Оказавшись в отдельных гостевых покоях, я наконец-то смогла облегченно выдохнуть. События из будущего уже меркли в сознании и действительно казались всего лишь сном — думаю, в этом тоже магия Шаардан. Рано или поздно мы сами забудем об этом, не говоря уже о том, что и рассказать-то никому не можем.
Горничная помогла мне раздеться, а вот ванну я решила принять сама, поэтому позволила служанке уйти, чтобы насладиться тишиной. Ванна набиралась медленно. Я сидела на её краю в нижнем белье, смотря на круги на воде.
Дверь хлопнула.
— Я же говорила, что справлюсь сама…
Я осеклась. На пороге стояла не горничная, а Лориан. В одной рубашке и брюках. Окинув меня разгоряченным взглядом, он сделал шаг ко мне, и дверь с тихим щелчком закрылась за его спиной. Воздух в комнате, секунду назад казавшийся прохладным, внезапно сгустился, стал тягучим и обжигающе теплым. В тишине был слышен лишь шепот воды, наполняющей ванну, и стук моего собственного сердца, заглушающий все остальные звуки.
— Уверена, что справишься? — с улыбкой спросил Лориан и расстегнул запонки, начав закатывать рукава.
Я сглотнула, следя за его действиями. Мышцы на предплечьях напрягались, и я слишком хорошо помню, каково это — чувствовать их силу на своем теле, каково ощущать его близость. Мы столько раз начинали и не доводили до финала наши ласки, что сейчас я ни капли не стыдилась своих желаний.
— Так ли тебе нужна эта рубашка? — спросила внезапно охрипшим голосом и облизала пересохшие губы.
Лориан улыбнулся — тягуче, страстно. Моё сердце забилось быстрее. Он подошел ближе. Время замедлилось, растянулось. Взгляд Лориана, тяжелый и неотрывный, скользнул по моим плечам, обнаженным ремнями нижнего белья, по линии губ, ладоням, вцепившимся в холодный край фаянса. Во мне не было страха — только острое, почти болезненное осознание происходящего. Дрожь, начинавшаяся где-то глубоко внутри, разливалась теплыми волнами под кожей. Это была не дрожь от холода, а содрогание от нарастающего напряжения, от немого вопроса, повисшего между нами.
— Совсем не нужна, — ответил Дознаватель и медленно приблизился.
Не слышно было его шагов по мягкому ворсу ковра, только ощущалось, как сокращается пространство, как его тепло достигает моей кожи раньше, чем его пальцы. Он остановился в шаге, и я задрала голову, чтобы встретиться с его глазами. В них не было привычной насмешливости или дерзости — лишь глубокая, сосредоточенная серьезность и та же самая жаркая дрожь ожидания, что жила и во мне. Это молчаливое понимание было оголенным нервом, связывающим нас.
Его рука поднялась, и я замерла. Кончики пальцев лишь на мгновение коснулись моей щеки, скользнули к линии челюсти — прикосновение было таким легким, почти невесомым, но оно обожгло, как раскаленное железо. Веки сами собой сомкнулись, и из горла вырвался короткий, предательский вздох. В этом звуке было все: и согласие, и мольба, и признание собственной слабости. Больше не было будущего, прошлого, долга или титулов. Было только это — натянутая струна настоящего, готовая сорваться в бездну.
Я протянула руки, чтобы самой расстегнуть мелкие пуговички рубашки. Первая, вторая. Кожа пальцев касалась его напряженной груди и живота, и казалось, что с каждым прикосновением Лориан каменел еще сильнее. Я вновь облизала губы, предчувствуя, когда же дойду до края рубашки, чтобы избавиться еще и от брюк.
Они тоже мешали. Ужасно.
— Ава, — хрипло выдохнул мужчина и скинул рубашку, а после притянул меня к себе так быстро, что я едва успела опомниться.
Когда его губы, наконец, коснулись моих, мир рухнул и собрался заново, с иной осью и иным смыслом. Это был не поцелуй — это было падение, поглощение, потеря границ. Руки сами собой обвили его шею, утягивая ближе, растворяясь в этом огне. Разум отступил перед простыми, первобытными ощущениями: тепло его кожи, вкус дыхания, твердость его рук на моей спине. Каждое прикосновение было и вопросом, и ответом, сжигающим последние остатки сомнений.
Лориан отстранился лишь на миг, чтобы скинуть с себя брюки. Я позавидовала светильникам, что тоже были свидетелями этого великолепия. Я поднялась с бортика ванны и потянулась к Лориану. Он хрипло застонал, когда я обхватила его, и тут же привлек к себе для нового жадного поцелуя. Его руки исследовали моё тело, но этого было мало. Лориан легко расстегнул бюстье, откинув его в сторону и, судя по плеску воды, попав в ванну, а после спустился к трусикам.
— Как же ты прекрасна, — выдохнул Дознаватель и подхватил меня на руки, чтобы поставить в ванну.
Сам он забрался следом, выключив воду. Намылив руки, он вновь привлек меня и теперь проводил ладонями по каждому сантиметру моего тела, даря несравненное удовольствие. Я смущалась, но вместе с тем не хватало сил его оттолкнуть, наоборот — хотелось притянуть его ближе, настолько, чтобы между нами не осталось пространства.
Я задыхалась от переполнявших чувств. Вымывшись, мы оба вышагнули из ванной, потянулись к одному полотенцу и, коротко рассмеявшись, начали вытирать друг друга и целоваться. Наша близость была не только в физическом слиянии, она шла из души. Потому мы не торопились, наслаждаясь каждым мгновением.
— Нельзя сказать, что я сухая везде, — прошептала я весело, сама приникая к мужчине.
Лориан улыбнулся и, подхватив меня на руки, увлек в спальню. Уложив на расстеленную кровать, он наклонился и вновь поцеловал. Слишком сладко, невообразимо приятно и горячо. Я отдавала всю себя, чувствуя безграничное счастье. Его руки гладили и ласкали, пока губы терзали мои, а после спускались ниже, к шее, груди, животу. Я шумно выдохнула, вцепившись в мужские плечи.
От переполнявших меня эмоций хотелось кричать. И не только от ритма и нарастающего приближения к звездам, а от счастья, что наполняло меня до небес. Тишину комнаты теперь разрывало лишь прерывистое дыхание, вторящее нашему ритму, и стоны. В этом не было ни неловкости, ни стыда — только жажда и щедрое, всепоглощающее забвение, на которое мы, не сговариваясь, отдали себя без остатка.
Когда мы оба взлетели к небесам, то меня пронзило осознание невероятного цикла жизни. Будто вся моя жизнь шла к этому моменту, когда мы будем вместе, навсегда. Мой прошлой мир перестал существовать. Я простилась со своим прошлым, чтобы отдаться будущему.
Мы еще долго лежали в объятиях друг друга, нежась и каждый думая о своем. А может быть, об одном и том же. Мир продолжал своё вращение, но он остановился для нас здесь, в этой спальне. Ведь пока мы рядом, никого другого не существовало.
— Я люблю тебя, Лориан.
— И я люблю тебя, Ава.
Вновь поцелуй, только нежный, обещающий безграничное беззаветное счастье отныне и впредь.
— Вы говорите, вам нужно раскрутить булочную? — уточнила я. — От вас мне нужны объемы продаж, примерный доход и количество пекарен, которые вы хотите. В соответствии с этим я озвучу вам сумму работ, а после разработаю план развития.
— Благодарю вас, леди Ри, я очень бы этого хотел! Готов заплатить любые деньги. Все в городе знают, что с вашей поддержкой любое дело спорится.
Клиент заискивающе улыбнулся. Он не видел моего лица. Моя контора находилась недалеко от дома, чтобы не привлекать внимания и никому не раскрывать истинную личность леди Ри. Так вышло, что с новым статусом я никак не могла найти клиентов — никто не хотел связываться с принцессой. Поэтому пришлось взять первые две буквы моей фамилии Риатон и стать таинственной леди Ри.
Магией внешность не меняла, достаточно было черного парика, вуалетки, полностью прикрывающей верхнюю часть лица, слегка измененного грудного голоса и таинственной ауры.
В общем, брала уроки мастерства у Кайна и Тоджа. Пока никто не раскрыл мой секрет за два десятка лет!
Сейчас правил его величество Рейгар вместе с супругой Мелисантой. Наши отношения с сестрой были дружескими, не слишком близкими, но теплыми. Она принимала участие в политической жизни общества не меньше, чем супруг, но, главное, вместе они вели Рошмад к прогрессивному будущему.
Булочник быстро составил список, после чего я пригласила его прийти через неделю — мне нужно было время, чтобы всё взвесить. Когда за ним закрылась дверь, я полностью погрузилась в работу. Очнулась только в тот момент, когда в двери постучались.
— Войдите!
— Опять засиживаешься допоздна? — хмыкнул муж и, прислонившись плечом к косяку, с улыбкой смотрел на меня.
Я тут же встрепенулась.
— Тебя никто не видел?
— Твоя секретарша выпроводила всех посетителей, кому успела дать консультацию без твоего присутствия, и ушла буквально пять минут назад, сказав, что ты заканчиваешь. Я подождал тебя, но ты так и не выходила.
— Опять заработалась, — вздохнула я. — Очень интересное предстоит дело!
Быстро убрав бумаги, я подошла к мужу. Лориан склонился, захватив в плен мои губы. По телу привычно побежали разряды от его близости. Я прижалась к магу смерти, отдавая всю себя, без слов говоря ему, как сильно соскучилась.
Я скучала по нему каждый день, хватало и десяти минут, чтобы мной овладевало это чувство. Мне важно было узнавать, как прошел день, насколько он устал, не заболел, ел ли что-нибудь. Я беспокоилась о нем, но самое главное — получала всё то же самое в ответ.
Лориан проявлял свою любовь не словами, а действиями, подмечая малейшие детали и сглаживая углы.
— Обожаю, когда у тебя горят глаза, — сообщил муж хрипло и подхватил меня на руки.
Я взвизгнула, но скорее для проформы. Меня переместили на стол и нависли сверху. Лориан спустился поцелуями от щек к губам, а затем ниже, к ключице и груди. Я откинула голову назад и…
— Ма-а-ам! — раздалось из коридора.
Одновременно, не сговариваясь, мы с мужем отстранились друг от друга. Муж быстро поправил мой парик, я юркнула в кресло, пытаясь отдышаться, а супруг отвернулся к шкафу, внезапно заинтересовавшись книгами в нем.
— Ма-а-м, — вновь повторился голос, и на этот раз в дверном проеме показался сын.
Ему было всего восемнадцать. Красивый, с таким же оттенком волос, как у Лориана, и серыми, пронзительными глазами. Криспиан окинул нас заинтересованным взглядом, удивляясь присутствию отца, а после посмотрел на меня.
Он уже приручил тень своего дракона, как и я когда-то. Теперь я могла призывать её и пока оставалась единственной женщиной, имеющей такой дар.
Кстати, у Мел и Рейгара тоже были дети, трое мальчиков. Старший был сверстником Криспиана.
— У меня есть к тебе дело! Мы вновь участвуем в гонках на грифонах, наша команда в этот раз точно должна взять верх, но из-за прошлого глупого инцидента с использованием магической подстраховки нас не допускают к следующему соревнованию. И мы хотели… ну, тайно.
— А почему не обратился ко мне? — вскинул брови Лориан.
— Пап, если ты как Главный Дознаватель королевства попадешься на покрытии мелких шалостей сына, тебе этого не простят, — хмыкнул Криспиан. — А вот маме можно.
Лориан коротко хохотнул. Отношения с отцом он так и не наладил, а вот с Элдженом и Элиной мы общались. Элджен женился десять лет назад на прекрасной девушке, и у них даже родился первенец — ровесник нашей младшей дочери Анне, ей девять.
— Мы что-нибудь придумаем, но, — я погрозила пальцем, — прошу тебя, будьте на этот раз осторожны!
Криспиан приложил кулак к груди, мол, честное слово, а потом скрылся из виду. Лориан подошел ко мне.
— На чём мы там остановились?..
Теперь я негромко рассмеялась и притянула к себе мужа. Кто бы мог подумать, что счастье ждет меня в другом мире и со вторым шансом?..
Конец