У народов Северной Америки мир всегда был населен не только людьми, но и множеством других существ, видимых и невидимых. Духи и божества здесь не отвлеченные символы, а соседи и участники повседневной жизни. Они обитают в горах и реках, в облаках и огне, в животных и растениях. Иногда они принимают человеческий облик, порой предстают птицей, зверем или самой стихией, но всегда сохраняют силу, способную менять ход событий.

Тотемные столбы коренных американцев в Кортни. Остров Ванкувер, Канада

Духи в мифах индейцев никогда не бывают однозначными. Громовая Птица может принести дождь и урожай, а может вызвать бурю. Бабушка-Паучиха помогает людям и приносит им свет, но в то же время бывает очень коварной. Белая Буйволица дарит сакральное знание, но ее появление – серьезное испытание для общины. Даже Койот, вечный озорник и плут, становится невольным наставником: его ошибки становятся уроками для людей.

Особое место занимают духи природных сил. Солнце и Луна могут быть супругами или братом и сестрой; ветер воспринимается как дыхание жизни; радуга – как мост между мирами. У апачей священными покровителями считаются горные духи гахе, у хопи и зуни посредниками выступают качина – духи природы и предков, приносящие людям дожди и плодородие, а у навахо важнейшей фигурой остается Изменяющаяся Женщина, задающая ритм рождения и обновления. Эти образы тесно связаны с повседневностью: охотой, земледелием, сменой времен года, болезнями и их исцелением.

Даже язык отражает это мировоззрение. У оджибве, например, все существа и явления делятся на «одушевленные» и «неодушевленные». К первым могут относиться не только люди и животные, но и камни, молнии или облака. По утверждению антрополога Ирвинга Хэллоуэлла, в мировоззрении оджибве камень может считаться личностью – не всегда и не любой, а лишь лишь тот, с которым устанавливаются особые отношения. Это показывает: в традициях коренных народов мир наполнен множеством сил, с которыми человек находится в постоянном диалоге.

Так складывается многоголосый мир богов и духов, где есть место и строгому Создателю, и материнским фигурам, и грозным покровителям, и шутам, смеющимся над привычным порядком. Вместе они образуют ткань мифологии, в которой человек живет среди множества других сил и существ, а его благополучие зависит от того, умеет ли он строить с ними правильные отношения.

Во многих традициях коренных народов Северной Америки над всем стоит Великий Дух – верховная сила, пронизывающая весь мир и соединяющая воедино все существующее. Его нельзя увидеть, но он присутствует во всем: в человеке, в животном, в ветре или в камне.

Иногда Великий Дух отождествляется с Творцом, тем, кто создал землю и людей. Но в других мифах он остается скорее безличной, всеобъемлющей силой, а само творение поручается иным персонажам: небесному Отцу, женским божествам или культурным героям. У лакота эта сила известна как Вакан Танка, у ирокезов говорят об оренде – священной энергии, наполняющей мир, а у алгонкинских народов она носит имя Гитчи Манито. У пауни встречается образ Тиравы, у зуни – Авонавилоны, у чероки – Унетланви. Разные названия выражают одну и ту же мысль: существует высшая сила, которая больше и могущественнее всего, что знакомо человеку.

Бернард Пикар. Жертвоприношение канадских индейцев Гитчи Манито. Гравюра.1723 г. Рейксмюзеум, Амстердам

В преданиях Великий Дух может персонифицироваться как Небо или Солнце, но чаще всего остается невидимой основой мира – источником жизни, к которому обращаются с молитвой и почтением. Его не изображают и не описывают подробно: Великий Дух слишком велик для человеческого взгляда. О нем говорят тихо и уважительно, считая, что даже простая мысль о нем уже является молитвой.

Сайрус Э. Даллина. Обращение к Великому Духу (скульптура).1921 г. Репродукция из архива Библиотеки Конгресса, Вашингтон

Для индейцев связь с этой силой всегда была частью повседневной жизни. Воины, отправляясь в поход, просили Великого Духа о защите, охотники – об удаче и изобилии, а шаманы – о здоровье и благополучии для всего племени. Одним из распространенных способов обращения к нему был ритуал с курительной трубкой: дым поднимался к небу, служа символическим мостом между человеком и духом.

При этом Великий Дух никогда не действует в одиночку. Его сила проявляется через других духов и божеств, которые ближе к людям. Одни дарят огонь и кукурузу, другие следят за животными и охотой, третьи управляют дождем и сменой сезонов. Таким образом, Великий Дух – это невидимое основание, тогда как многочисленные духи и боги помогают людям жить в гармонии с миром.

В мифологии гуронов Арескуи почитался как могущественный бог войны и охоты, связанный с Солнцем. Перед ратными походами воины обращались к нему за покровительством, веря, что от его воли зависит исход сражений.

Особое место в религиозных практиках гуронов занимали жертвоприношения собак. Считалось, что души этих животных служат посредниками между людьми и миром духов, сопровождают души умерших или помогают умиротворить сверхъестественные силы. Иногда такие жертвы посвящались Арескуи, особенно в военном контексте, но использовались и шире – в обрядах очищения и в знаменитом Празднике мертвых.

Считалось, что души павших воинов воспаряют к Арескуи и озаряют ночное небо своим светом, подобным северному сиянию. Таким образом, он выступал не только как покровитель войны, но и как страж посмертной судьбы героев.

У большинства индейских народов Солнце считалось мужским божеством, но у чероки оно предстает в образе своенравной Бабушки-Солнце. Дом ее любимой дочери находился на небе, высоко над землей. Каждый день старушка поднималась к ней, проходя по небу с востока на запад. Она часто жаловалась дочери на своих неблагодарных внуков – людей. Ей не нравилось, что они смотрят на нее искоса, щурятся и морщат лица, зато улыбаются Луне и любуются ею всю ночь.

Приревновав к Луне, Бабушка-Солнце решила проучить людей. В очередной раз заглянув к дочери, она не захотела возвращаться на небо и послала на землю страшную жару. Многие погибли, а выжившие обратились за помощью к добрым духам – Маленькому Народцу. Духи выслушали их и сказали, что спасти людей можно только одним способом: убить Бабушку-Солнце. Они превратили двух людей в ядовитых змей и отправили их на небо, чтобы те подстерегли старуху. Но ослепленные ее сиянием рептилии растерялись: гадюка промахнулась, а мокасиновая змея испугалась и уползла.

Тогда духи выбрали новых добровольцев. Одного превратили в рогатое чудовище, другого – в гремучую змею. Все люди были уверены, что победит чудовище, и гремучая змея, желая доказать обратное, первой добралась до дома дочери Солнца. Она спряталась на пороге и, когда девушка вышла позвать мать на ужин, укусила ее насмерть. После этого змея, забыв о своем задании, поспешила на землю вместе с недовольным чудовищем.

Бабушка-Солнце, увидев мертвую дочь, обезумела от горя и заперлась в ее доме. Землю накрыли тьма и холод, и люди поняли, что, если не вернуть Солнце на небо, они погибнут. Духи сказали, что единственный способ – вернуть дочь из страны мертвых, Темнеющего Царства. На этот путь отправились семь храбрецов. Каждый получил по деревянной палке и сундук, а духи объяснили, как ими пользоваться.

В Темнеющем Царстве мужчины увидели танцующих призраков и нашли среди них дочь Бабушки-Солнце. Один за другим они ударили ее палками. После седьмого удара девушка вырвалась из круга, и мужчины схватили ее и спрятали в сундук.

Дорога обратно была долгой. Девушка жаловалась, что ей душно и жарко, просила еды и воды. Мужчины забеспокоились и приоткрыли крышку, из сундука вылетел красный кардинал. Птица спряталась в кустах и запела, будто насмехаясь над ними. Путники поспешно закрыли сундук, но, вернувшись домой и открыв его, увидели, что он пуст. С тех пор никто не может вернуться из страны мертвых.

Бабушка-Солнце поняла, что больше не увидит свою дочь, и зарыдала. Она плакала день и ночь, и вода начала подниматься, затопляя землю. Люди испугались и послали на небо самых красивых юношей и девушек. Они стали танцевать у дома дочери Солнца, надеясь отвлечь богиню от горя. Мелодии сменялись одна за другой, а танцоры плясали без устали, пока печаль Бабушки-Солнца понемногу не начала рассеиваться. Постепенно она успокоилась, улыбнулась и вновь осветила землю своим светом.

Белая Буйволица – одна из главных сверхъестественных фигур пантеона народа лакота. Ее изображают как красивую молодую женщину с карими глазами и темными волосами, одетую в белое платье из оленьей кожи. Согласно древней легенде, именно она когда-то принесла народу лакота священную трубку, участвующую во многих церемониях и обрядах, и открыла им тайну семи священных ритуалов, ставших основой духовной практики народа. В некоторых рассказах Белую Буйволицу также считают покровительницей табака.

Карл Бодмер. Танец женщин манданов (ритуал общества Белой Буйволицы, Птихн-Так-Очата). Из атласа к книге Максимилиана Вид-Нойвида «Путешествие во внутренние области Северной Америки».1840–1843 гг. Библиотека Конгресса, Вашингтон

Это малоизвестное, но занимательное божество встречается в мифах народа навахо. Предание рассказывает, что, спустившись на землю людей, бог азартных игр был ослеплен их богатством и решил забрать его себе. Он предложил людям посоревноваться с ним в азартных играх и состязаниях. Люди не знали, что он умеет управлять удачей, и вскоре оказались в его власти: хитрый бог выиграл у них все, что они имели, даже жен и детей.

Другие боги не захотели мириться с его жадностью и послали к нему Ветер. Приняв человеческий облик, Ветер бросил ему вызов и сумел вернуть людям все, что тот отнял, а затем выстрелил из волшебного лука и отправил бога азартных игр на Луну. Но на этом история не закончилась. Бог пожаловался Создателю на свою участь, и тот вернул его обратно на землю в пустыню, где он, по преданию, обитает до сих пор.

Образ Богини-Матери встречается у многих индейских народов, особенно в матрилинейных племенах, где родство передается по материнской линии. Народ оканаган, например, рассказывает, что мир возник из тела лежащей женщины – Всеобщей Матери. Ее плоть стала землей, волосы – растениями, дыхание – ветром, а кости – камнями. Когда ей холодно, она дрожит, когда жарко – потеет. Иногда она двигается, и тогда случаются землетрясения.

В мифах народа явапай Видапокви считается Создательницей мира и бабушкой культурного героя Амчитапуки. Явапай-апачи называют ее Камалапуквия, что означает «первая женщина». Когда первые люди поднялись из подземного мира, они забыли закрыть за собой отверстие, через которое пришли. Вода из глубин хлынула на поверхность и затопила землю, уничтожив все живое. Единственной, кто спасся, была Видапокви – она спряталась в полом стволе дерева.

Через какое-то время Видапокви родила от Солнца дочь, ставшую первым человеком на земле после потопа. Позже она захотела, чтобы и ее дочь родила ребенка от Солнца, но оно отказалось. Тогда Видапокви обманом заставила солнечные лучи оплодотворить ее дочь. Так появился Амчитапука – первый человек на земле.

В мифах аризонских апачей гахе – это священные сверхъестественные существа, живущие в горах, где сосредоточена сила, способная поддерживать гармонию мира. Они считаются посредниками между людьми и Великим Духом и приходят на землю, чтобы восстанавливать равновесие, исцелять болезни и отгонять злых духов.

Гахе почитаются как хранители гор и источников, а также как защитники людей. Согласно верованиям апачей, горы, где они обитают, считаются священными и требуют уважительного отношения. Люди должны соблюдать тишину, не осквернять землю и приносить духам подношения из табака, кукурузной муки или трав.

Во время обрядов, особенно знаменитого танца горных духов, мужчины надевают резные маски с высокими шлемами, на которых изображены символы грома и молний. Эти маски представляют разных духов, каждый из них связан с определенной стороной света и стихией. Танцоры двигаются в такт барабанам, имитируя движения духов, и их танец призван очищать людей и землю от зла, даровать здоровье и плодородие.

Особое значение танец горных духов имеет в церемонии инициации девушек, переходящих во взрослую жизнь. Гахе присутствуют на обряде, чтобы защитить посвящаемую от болезней и злых духов, а также укрепить ее связь с природой и родом.

Громовая Птица встречается в преданиях многих народов Северной Америки. Ее называют по-разному – Громовержец, Вакиньян, Дух Грома. В легендах лакота Громовую Птицу создал Иньян, сотворивший мир, чтобы сделать ее своей посланницей. У нее огромные крылья, мощный клюв и острые когти. Голос ее звучит как гром, а глаза сверкают молниями.

Создав ее, Иньян поручил ей следить за жизнью на земле и защищать людей ото зла. Он наделил ее властью управлять погодой и, в частности, облаками. Громовая Птица живет на вершине высокой горы на западе, рядом с Западным Ветром, и в некоторых мифах может принимать человеческий облик. Ее враги – духи воды и морские змеи, а на земле ее представляют орел и ястреб. Иногда именем «вакиньян» называют не одну птицу-дух, а целую группу духов, оберегающих людей от северного ветра.

Неизвестный автор. Расписная кожа с изображением Громовой Птицы. Район Великих озер, Новая Франция. Ок.1750 г. Музей на набережной Бранли, Париж

В мифах народа пауни Громовая Птица дарит двум юношам власть над громом и молнией в благодарность за то, что они спасли ее птенцов от водяного чудовища. В легенде племени оглала герой отправляется искать похищенную невесту в страну Громовых Птиц. Но и ее сила не безгранична: в предании арапахо Громовая Птица, воплощающая лето, вступает в поединок с Белой Совой, символом зимы. Белая Сова побеждает, затмевая ее черные тучи своими белыми облаками.

У народа хопи верховная богиня нередко зовется Бабушкой-Паучихой. Как и все пауки, она может быть заботливой, но и опасной. В мифах о происхождении человечества она помогает людям подняться из подземного мира в Четвертый Мир, обучает их ремеслам – прядению, гончарству, изготовлению горшков – и становится их защитницей.

В мифах пуэбло, навахо, пауни, а также у чероки и оджибве встречается Женщина-Паучиха. В одном из преданий она крадет Солнце и огонь, чтобы подарить их людям.

Неизвестный автор. Переходное одеяло навахо: крест – традиционный символ Женщины-Паучихи. Ок.1890 г. Художественный музей Сент-Луиса, США

Когда-то в мире царила тьма: люди и животные жили вслепую и все время сталкивались друг с другом. Лис рассказал, что на краю земли есть люди, у которых есть свет, но делиться они им не хотят. Тогда Опоссум пообещал выкрасть Солнце, спрятав его в своем пушистом хвосте. Он добрался до края света, отщипнул кусочек Солнца и спрятал его, но лучи прожгли мех. Местные жители заметили кражу и отобрали свет. С тех пор у опоссума голый хвост.

После этого Канюк решил попытать счастья. Он сказал, что спрячет Солнце не в хвосте, а на голове. Добравшись до края земли, он схватил светило, но лучи сожгли его перья. Люди отняли у него Солнце и прогнали. С тех пор у канюка лысая голова.

Бабушка-Паучиха пожалела людей. Она оплела землю паутиной, добралась до Солнца и спрятала его в глиняном горшке. Так свет и огонь вернулись к людям, а вместе с ними – искусство лепить и обжигать глину.

Изменяющаяся Женщина, или Эсцанатлехи, также известная как Бирюзовая Женщина, олицетворяет цикличность жизни и обновление. Она одна из главных фигур мифологии навахо. С каждым годом она перерождается, повторяя ритм природы, и меняет облик в зависимости от времени года.

Джеральд С. Нейлор. Первый мужчина и первая женщина навахо. Иллюстрация, стилизованная под песчаную живопись. Опубликована в 1936 г. в бюллетене Смитсоновского института, США

В мифе о сотворении мира дух неба подарил ее Первому Мужчине и Первой Женщине. Позже она забеременела от Солнца и Воды и родила близнецов – Дитя Воды и Истребителя Чудовищ, которые избавили мир от монстров, охотившихся на людей. Изменяющаяся Женщина считается прародительницей четырех кланов навахо и хранительницей магического свертка со священными амулетами, которые шаманы используют для исцеления души и тела.

Качина часто встречаются в пантеоне духов народов пуэбло – хопи, зуни, керес и тева. Они – могущественные посредники между людьми и богами, приносящие изобилие и плодородие. Хопи верят, что существа, прожившие праведную жизнь, становятся качина после смерти. Ими могут быть мужчины, женщины, животные, птицы, растения и даже людоеды. Считается, что качина живут кланами, которые иногда враждуют между собой.

Джон К. Хиллерс (вероятно). Танец женщин хопи. Орайби, Аризона.1879 г. Фото из Национального архива США, Вашингтон

Зуни верят, что большинство качина обитает в деревне под озером, вождь которой – бог Солнца Паутива. Именно он решает, кого послать людям на помощь, когда те обращаются к качина в своих молитвах и ритуалах. Согласно поверьям хопи, качина раньше жили в горах неподалеку от Флагстаффа, штат Аризона, и покидали свою обитель в период с зимнего по летнее солнцестояние.

Они ходили по деревням и танцевали, стараясь заслужить благосклонность повелевающих дождями Облачных Отцов, чтобы те оросили поля земледельцев. Сегодня качина больше не приходят к людям, и танцоры изображают их во время священных церемоний, надевая особые маски и костюмы. Считается, что, облачившись в костюм качина, человек на время становится духом.

Миф хопи о смене лета зимой перекликается с античным преданием о похищении Персефоны. В нем влюбленные в Синюю Кукурузную Деву качина лета и зимы сражаются за ее любовь и в итоге решают, что она будет проводить полгода с качина зимы в его ледяном царстве и полгода с качина лета в пуэбло (поселениях), даря людям тепло и урожай кукурузы. В мифологии хопи Хахайвуути – мать качина, заботящаяся о водяной рогатой змее Палулукон.

Бог трансформации и обновления почитается народами квилейт и мака, живущими на северо-западе штата Вашингтон, как озорной трикстер. Именно он со своими помощниками превратил древний мир в тот, в котором живут люди сейчас. Он подготовил землю для людей, когда на ней обитали только гигантские лисы, койоты, пауки, бобры и муравьи. Когда эти создания попытались ему помешать, он превратил их в обычных животных. Он также создал первых индейцев, натерев свое тело руками и сформировав из грязи и пота маленькие шарики. А когда решил, что выполнил для человечества все, что мог, полюбовался последним закатом на берегу океана и обратился в камень.

В мифологии народа кваквака'вакв (квакиутль), живущего на северо-западном побережье Канады, Комоква – морской бог и владыка подводного мира. Его дворец стоит на дне океана, а крышу держат морские львы. Комоква владеет несметными богатствами – медными пластинами, раковинами и жемчугом, он считается покровителем морей, дарующим людям удачу на рыбалке и охоте.

Эдвард С. Кёртис. Демонстрация масок на церемонии народа кваквака'вакв. Британская Колумбия. Фотогравюра из многотомного издания «Североамериканские индейцы». Ок.1910–1914 гг.

Он управляет приливами и отливами и может по своему желанию насытить землю дождями или поднять бурю. Комоква связан с изобилием и считается духом процветания: в некоторых легендах он поднимается из моря и приносит людям дары, но может и забрать их обратно, если те проявляют жадность или неуважение.

В обрядах зимних церемоний Комокву часто изображают в виде танцора с зеленой раскраской лица и шлемом, украшенным морскими существами. Его появление символизирует возрождение и обновление жизни.

В пантеоне народа хопи Масауву – одна из самых загадочных и противоречивых фигур. Его называют владыкой подземного мира, духом смерти и хранителем огня, но вместе с тем он считается покровителем людей и стражем Четвертого Мира – того самого, в котором мы живем сейчас.

Согласно преданию, великий Создатель Тайова поручил Масауву следить за порядком на земле. Но Масауву, возгордившись, решил, что равен самому Создателю, и перестал исполнять свои обязанности. Тогда Тайова наказал его, лишив прежнего сияющего облика и превратив в иссохшее существо с черепом вместо лица. С тех пор Масауву обречен скитаться по земле, держа в руках факел – символ вечного огня.

Когда в Четвертый Мир из глубин земли вышли первые люди, именно Масауву встретил их у входа. Он дал им огонь и показал, как жить в согласии с природой, землей и друг с другом. Хопи верят, что он до сих пор хранит мир от разрушения и помогает душам умерших найти путь в загробное царство. В его честь зажигают огонь во время церемоний и оставляют подношения у входов в священные пещеры и ущелья.

В поверьях народов пуэбло Мать Кукуруза – добрый дух, подаривший людям кукурузу и научивший их возделывать землю. В мифе народа акома рассказывается, что, когда Создатель Утсити создал мир, земля еще была темной и безжизненной. Он вложил в ее недра души будущих существ, чтобы они могли вызреть в ее тепле.

Когда настало время, Женщина-Мысль помогла этим душам пробудиться и подняться из глубин на поверхность нового мира. Перед тем как отправить их жить под солнцем, она вручила им корзины с семенами кукурузы. Добравшись до поверхности, первые люди посадили эти семена, и из них выросла первая кукуруза – дар Матери-Земли и знак благословения духов.

Пени Росс. Индейская кукуруза. Иллюстрация из книги Элизабет Гордон «Дети Матери-Земли».1914 г.

С тех пор Мать Кукуруза почитается как прародительница жизни и символ изобилия. По древнему обычаю пуэбло каждому новорожденному дарят свою Мать Кукурузу – амулет из высушенного початка. Он напоминает о том, что жизнь человека неразрывно связана с землей и предками. Такой амулет берегут всю жизнь как личный оберег и как память о том, что все живое когда-то вышло из земли.

Старик, также известный как Напи, – одна из самых интересных фигур фольклора индейцев северо-западных равнин. Он наделен магической силой и иногда выступает в роли творца, способного подчинять себе стихии и изменять мир, а временами ведет себя как шут или трикстер. Для черноногих он – не бог, а древний дух, участвовавший в создании мира и продолжающий влиять на жизнь людей.

Согласно легендам черноногих, Старик создал землю и всех существ, населивших ее. Он далеко не идеален: совершает ошибки, проявляет слабость, порой бывает добрым и щедрым, а иногда жестоким и мстительным. Он любит розыгрыши и не всегда заслуживает доверия.

В отличие от Великого Духа, не терпящего насмешек, Старик не обижается, когда над ним смеются. Этнограф Фрэнк Берд Линдерман передает рассказ индейского вождя, у которого гостил, собирая истории племени. Слушая сказки о Старике, которые вождь Боевой Орел рассказывал у костра, Линдерман почтительно молчал, стараясь не улыбаться, чтобы не задеть чувства хозяина. Заметив это, Боевой Орел сказал ему: «Ты должен смеяться вслух вместе с нами, когда мы говорим о нем. Он ожидает этого и будет тоже хохотать».

В поверьях народа навахо Черный Бог – владыка огня, хранитель звезд и покровитель ночного неба. Его описывают как старика с черным лицом, покрытым звездами, и серпом Луны на лбу. В его руке горит головня, от которой он зажигает небесные светила.

Согласно древнему мифу, Черный Бог медленно и аккуратно размещал звезды, создавая созвездия одно за другим, но вдруг нетерпеливый Койот, желая ускорить дело, высыпал весь мешок звезд сразу. Так на небе появились беспорядочные россыпи, и в мир вошел хаос.

Эдвард С. Кёртис. Фотография человека, одетого как Черный Бог.1904 г. Библиотека Конгресса, Вашингтон

В религиозных представлениях навахо Черный Бог символизирует силу огня – источник жизни и разрушения. Его почитают как покровителя огненных церемоний очищения и возрождения, во время которых зажигают священное дерево, чтобы его пламя принесло обновление. Он также считается духом, присутствующим в каждом священном очаге. Его знак – огонь, который дает тепло и свет, но требует уважения и осторожности.

Во время обрядов Черному Богу посвящают песнопения и изображения из песка, где он предстает с пылающей головней и сияющими глазами. Он воплощает творческое начало, превращающее хаос в порядок, и напоминает людям, что свет не существует без тьмы.

Культурными героями называют мифологических или легендарных существ, сыгравших ключевую роль в становлении своего народа. Одни участвуют в создании людей и становятся прародителями целых племен, другие приносят огонь, кукурузу или сакральные знания, а третьи побеждают чудовищ, угрожающих человечеству гибелью. Трикстер же – хитроумный плут и перевертыш, от которого можно ожидать чего угодно: помощи, обмана или беды.

Фольклор коренных американцев изобилует всевозможными трикстерами и культурными героями – колоритными персонажами, наделенными великой родословной, магической силой и изворотливым умом. У народов юго-востока США, например, трикстером часто выступает кролик Джисту, у команчей – Койот, у шайеннов – плут Вихио, а народы вабанаки восхищаются подвигами своего культурного героя Глускапа.

Культурных героев почти столько же, сколько и самих индейских народов. На первый взгляд они различны, но при внимательном рассмотрении обнаруживаются общие черты. Почти все они – потомки духов или стихий, наделенные необычайной силой и способностями. Часто их мать погибает вскоре после рождения ребенка.

Томас Икинс. Гайавата. Ок.1874 г. Музей и сад скульптур Хиршхорна, Вашингтон

У многих народов героями выступают божественные близнецы – сыновья женщины и Солнца. Их мать погибает от рук чудовищ, наводнивших землю в древние времена, и, повзрослев, братья отправляются мстить за нее. С помощью магических даров своего отца они побеждают чудовищ и очищают мир, чтобы люди могли жить в нем без страха.

Иногда к культурным героям относят и реальных людей, оказавших глубокое влияние на жизнь своего народа. Так, вождь доколониальной эпохи Гайавата считается одним из основателей Конфедерации ирокезов. Его соратником был Миротворец Деганавида, принесший племенам Великой Лиги учение о мире и единстве. Со временем рассказы о подвигах Гайаваты обросли мифами, а сам он стал напоминать полумифического героя. Его воспел Генри Уодсворт Лонгфелло в поэме «Песнь о Гайавате». Другой знаменитый персонаж ирокезских легенд – Ататархо, легендарный правитель народа онондага, отличавшийся хитростью и воинской доблестью. На его голове извиваются живые змеи – знак силы, знания и власти над природой.

Во многих мифах героями становятся животные и птицы. У народа нез-персе огонь достался людям благодаря Койоту; у хикарилья-апачей ту же роль играет Лис. На северо-западном побережье главным светоносцем и похитителем Солнца считается Ворон, а Норка, один из местных трикстеров, прославилась своей хитростью и ловкостью. У ряда племен Медведь выступает в образе культурного героя, творца и хранителя природных богатств.

Сет Истман. Отплытие Гайаваты.1868 г. Иллюстрация к поэме Генри Уодсворта Лонгфелло «Песнь о Гайавате». Библиотека Конгресса, Вашингтон

Нередко образ культурного героя сливается с образом трикстера – веселого и лукавого обманщика, связанного с изменениями и преображением. Лучший пример – Койот, который в одних легендах выступает в роли учителя и спасителя людей, а в других – как безрассудный плут, который подвергается наказаниям за свою жадность и тщеславие. Трикстер непостоянен и многолик: он может быть героем и злодеем, шутом и мудрецом, мучителем и жертвой. Это воистину универсальная фигура, встречающаяся в мифах самых разных народов – от Африки до Скандинавии и от Древнего Египта до Америки.

Несмотря на свою противоречивую натуру, трикстер играет важную роль в воспитании. Истории о нем учат отличать добро от зла и показывают, к чему приводит нарушение законов природы и духовного порядка. Через его проделки и ошибки слушатели понимают, какие поступки недопустимы и как важно хранить уважение к жизни и правде.

У народа явапай рассказывают о подвигах Первого Человека, героя по имени Амчитапука. Он был сыном Солнца и внуком Великой Создательницы. Едва появившись на свет, он осиротел: огромный Орел унес его мать в когтях, чтобы накормить ею своих птенцов. Когда Амчитапука вырос и узнал правду, он поклялся отомстить за ее смерть.

Герой позволил Орлу унести себя в гнездо и, оказавшись там, воспользовался волшебным голубым камнем, подаренным ему отцом, чтобы поразить врага. После этого он обратился к птенцам и сказал, что отныне будет их братом. С тех пор, как рассказывают старейшины, орлы больше не причиняют людям зла.

Изображение народа явапай, сделанное во время экспедиции Лоренцо Ситгривза в 1851 г. Опубликовано в иллюстрированном отчете 1853 г. Британская библиотека, Лондон

В другом сказании Амчитапуку называют Первым Создателем. Почувствовав одиночество, он стал мечтать о спутнице, но вокруг не было ни одной женщины, кроме его бабушки – Великой Создательницы. Тогда он взял в руки комок глины, стал разминать его и, сам не замечая, вылепил фигуру женщины. Увлеченный, он сделал еще множество таких фигур, а потом закрыл глаза и представил, как вдыхает в них жизнь. Когда открыл глаза, перед ним стояли живые люди. Так появился народ явапай.

Народ зуни рассказывает о двух братьях-близне-цах, рожденных от Солнца. Их звали Ахаюта и Матсилема. Они появились на свет из солнечного луча, коснувшегося пены водопада, и были посланы в мир, чтобы защищать людей от чудовищ. С тех пор их называют воинами Солнца.

Братья сопровождали первых людей во время их опасного подземного путешествия и вывели их на поверхность земли. Позже они сражались с чудовищами, угрожавшими людям. Самой страшной их битвой была схватка с великаном по имени Поглотитель Облаков. Этот гигант пожирал души умерших и облака, из которых выпадали дожди. Поля пересыхали, и народ погибал от засухи и жажды.

Поселение (пуэбло) племени зуни. Изображение, сделанное во время экспедиции Лоренцо Ситгривза в 1851 г. Опубликовано в иллюстрированном отчете 1853 г. Британская библиотека, Лондон

На помощь близнецам пришла мудрая Бабушка-Паучиха. Она ослепила чудовище своей волшебной паутиной, и братья сумели победить беспомощного великана. После этого они принесли на землю дождь.

Есть и другие сказания о братьях. В одном из них рассказывается, как они попытались тайно похитить у духов священные предметы, управлявшие дождями. Когда духи узнали об этом, они убили близнецов, но те сумели воскреснуть и завладеть волшебными инструментами. С тех пор братья стали властителями дождей, а люди зуни вспоминают их каждый раз, когда просят небо о живительной влаге.

На землях северной части континента, покрытых густыми лесами, живет память о мудром обманщике и культурном герое по имени Висака. Старейшины фоксов говорят, что именно он слепил первых людей из красной глины. У него был младший брат, и братья росли под опекой бабушки, хранительницы древних знаний.

Когда они повзрослели, на земле еще жили великаны, завидовавшие их силе. Началась долгая битва, младший брат погиб и стал стражем страны мертвых. Висака тяжело переживал утрату, но не оставил людей, которых создал. Он добыл им огонь и табак, научил жить в согласии с природой и показал священные обряды, которым его когда-то научили Великий Маниту и Мать-Земля.

Однажды Висака спас человечество от оленей, решивших охотиться на людей. Он встретил огромного Оленя и спросил, куда тот направляется. «Я иду на охоту за людьми», – ответило животное. Висака не стал спорить. Он набрал мешок диких яблок и ушел в лес. Спустя время Оленю приснилось, будто он догнал человека и вцепился зубами в его спину, но вместо мяса почувствовал кислый вкус яблок. С тех пор олени перестали нападать на людей.

Как-то раз он лежал на лугу, глядя на голубое небо, и задумался, что же находится там, наверху, где живут духи. Мимо пролетал Канюк, и Висака окликнул его, попросив поднять его повыше, чтобы увидеть небесные края. Канюк долго отказывался, но в конце концов сжалился и согласился. Они взлетали все выше и выше, пока земля не стала похожа на зеленое пятно. Тогда Канюк испугался, что Висака задумал против него какую-нибудь шутку, и стряхнул его со спины.

Висака сорвался вниз, но, чтобы не разбиться, в полете обернулся пером. Ветер подхватил легкое перышко и занес его в дупло дерева. Когда он снова принял человеческий облик, понял, что выбраться без помощи не сможет. Увидев поблизости двух женщин, он окликнул их. «Кто там?» – спросили они. «Я медведь, вы сможете меня съесть», – ответил Висака. Женщины не поверили, но когда он высунул наружу прядь волос, одна решила, что это медвежья шерсть, и позвала мужчин.

Дерево срубили, наружу выскочил смеющийся Висака и поблагодарил всех за помощь. Чтобы не прослыть обманщиком, он издал клич, и на поляну вышел настоящий медведь. Люди получили обещанное мясо, а сам трикстер отправился искать Канюка, чтобы свести с ним счеты.

Народы северо-востока – абенаки, малиситы, пенобскоты и пассамакуодди – почитают своим главным культурным героем отважного Глускапа. В его образе соединяются черты первого человека, учителя, трикстера и защитника, и он занимает особое место в мифах и легендах североамериканских индейцев. Глускап не раз освобождал людей от великанов, людоедов и злых духов, а также научил их множеству полезных ремесел: шитью, охоте, рыбалке и обработке шкур.

В некоторых историях он выступает в роли Создателя. Путешествуя по миру в каменном каноэ, Глускап упорядочивает землю и воду, дает имена горам и рекам и устанавливает правила для всех живых существ. Он покровительствует птицам и животным, особенно орлам, благодаря взмахам крыльев которых, по преданиям, поднимаются ветры. Говорят, что он подарил людям табак и научил их обращаться к духам с помощью дыма.

Когда Глускап покинул мир людей, наступило время разлада. Люди и звери, прежде понимавшие друг друга, утратили общий язык. С тех пор каждый живет своей жизнью, а память о гармонии осталась только в старинных песнях и сказаниях.

Том Джозеф. Глускап превращает человека в кедр.1884 г. Иллюстрация из книги Чарльза Годфри Леланда «Алгонкинские легенды Новой Англии»

В другом сказании говорится, как Глускап подчинил себе времена года. Отправившись на север, он попал в царство Зимы, и та убаюкала его своими сказками, погрузив в долгий сон. Когда он проснулся, то отправился на юг и встретил владычицу Лета. Глускап привез ее в ледяные покои Зимы, и исходящее от нее тепло растопило морозные чары. С тех пор на земле сменяются времена года – зима уступает место лету, а лето вновь отходит перед зимним холодом.

О близнецах Дитя Воды и Истребителе Чудовищ рассказывают многие племена юго-запада. Давным-давно люди жили под землей, во мраке, и мечтали о мире света. Они поднялись на поверхность по тростнику и обнаружили, что земля населена чудовищами и хищными птицами, и жизнь на ней невозможна. Тогда люди обратились за помощью к небесным силам. Услышав их мольбы, духи послали на землю богиню, которая вскоре родила мальчиков-близнецов – сыновей Солнца.

Неизвестный автор. Ритуальная маска навахо «Дитя Воды». Фото Вашингтона Мэтьюза, кон. XIX – нач. XX в. Музей американских индейцев Уилрайта, Санта-Фе

\Когда братья выросли, они захотели узнать, кто их отец, и отправились в долгое путешествие. По дороге им помогла Женщина-Паучиха подарившая волшебные перья, которые защищали их от опасных препятствий. Наконец близнецы добрались до Дома Солнца, стоявшего посреди огромного озера. Солнце не сразу поверило, что перед ним его дети, и подвергло их тяжелым испытаниям. Близнецы прошли их все и сохранили достоинство, не поддавшись искушениям богатством и властью. Тогда Солнце признало их своими сыновьями и вручило им священное оружие.

Вернувшись на землю, братья сразились с чудовищами, терзавшими людей, и уничтожили многих из них. Но некоторых врагов – Смерть и Голод – победить было нельзя. Они остались, чтобы напоминать людям о хрупкости жизни и ответственности перед миром. С тех пор земля стала безопаснее, а память о близнецах живет в песнях и обрядах, где их благодарят за спасение человечества.

Иктоми – трикстер, о котором рассказывают легенды народа лакота-сиу. В некоторых сказаниях его соперником становится Койот.

У Иктоми есть и другие имена – Икто, Унктоми или Унктоме. Он умеет менять облик и может появляться в разных образах: паука, охотника, воина или старика. В одних историях он обманщик и насмешник, в других – наставник, а порой и злодей, наказанный за свою гордыню. Когда-то Иктоми был духом, помогавшим людям, но возомнил себя равным Великому Духу Вакан Танка и был изгнан с небес. С тех пор он скитается по земле, испытывая людей, искушая их или, наоборот, помогая им.

В легенде о сотворении народа лакота Иктоми подговаривает людей ослушаться духов, желая, чтобы они обрели самостоятельность, и тем самым вновь приносит им беду. А в другой истории он находит в прерии оставленных без помощи малышей. Иктоми неожиданно проявляет сострадание и спасает их от гибели. Так он соединяет в себе добро и зло, хитрость и жалость, становясь напоминанием о двойственной природе самого человека.

Гертруда Спаллер. Иктоми. Иллюстрация к рассказу Кэрри Дж. Смит «Иктоми и утки».1917 г.

В одной из самых известных легенд, «Белое Перо», Иктоми оказывается злодеем. Эта история о молодой паре, счастливее которой не было во всем племени. Мужчина прославился своей меткостью и получил имя Тот, Кто Никогда не Промахивается, а его жена, поражавшая всех красотой, была известна как Прекрасная Голубка. Когда у них родился сын, отец обучил его стрельбе из лука, передал все свои умения и подарил три особые стрелы – красную, голубую и желтую. Он сказал сыну, что эти стрелы нужно беречь и использовать только тогда, когда цель по-настоящему важна.

Однажды мальчик радостно прибежал домой и рассказал, что подстрелил самую красивую птицу, какую только видел. В его честь устроили большой пир, и вождь дал юному охотнику новое имя – Белое Перо.

Прошло немного времени, и в деревню пришел незнакомец. Он выглядел уставшим, едва стоял на ногах, и жители сразу же накормили и напоили его. Когда путник пришел в себя, он поведал, что в его краях начался страшный голод. Сначала злой дух, приняв облик огромного бизона, прогнал всех животных, лишив людей добычи. Потом появился дух-орел, и птицы покинули небо. Следом явился третий дух в облике белого кролика. Он уничтожил урожай, и земля стала пустынной.

Охотники пытались прогнать злых духов, но их стрелы оказывались бессильны против колдовства. Тогда вождь пообещал отдать дочь тому, кто сумеет победить врагов и вернуть жизнь в их земли. Когда весть об этом разошлась по свету, из дальних мест прибыло множество охотников – молодых и старых, но никто не справился. Тогда посланник вождя обратился к Тому, Кто Никогда не Промахивается, сказав, что глава племени слышал о его славе и надеется, что он поможет избавить людей от бедствия.

Выслушав гонца, Тот, Кто Никогда не Промахивается, долго смотрел в огонь. Он велел передать вождю благодарность за приглашение, но отказался, объяснив, что уже женат на самой прекрасной женщине на свете. Посланник поблагодарил и собрался уходить, но в это время заговорил сын.

– Отец, я уже взрослый, – сказал Белое Перо. – Пусть я не так искусен, как ты, но я попробую помочь этому народу и убить злых духов.

– Будь по-твоему, – ответил отец. – Ты молод и отважен, и я верю, что у тебя все получится.

Гонец отправился домой, а на следующий день Белое Перо последовал за ним. Накануне родители предупредили его о том, что в пути он может встретить злых духов и особенно паука-трикстера по имени Иктоми.

– Он хитер и коварен, – сказал отец. – Смотри, не попадайся на его уловки.

– Даю слово, – ответил юноша и обнял отца на прощание.

Долго шел Белое Перо по степи и лесам. Он стрелял в пролетающих орлов и ястребов и всегда попадал точно в цель, хотя пользовался самыми простыми стрелами. Уже почти дойдя до нужного места, он заметил старика, сидевшего на бревне и грустно глядевшего на двух птиц, устроившихся на дереве. Старик пожаловался, что голоден, и Белое Перо из жалости подстрелил одну из птиц. Она упала, но зацепилась за нижнюю ветку. Тогда старик попросил юношу достать добычу и посоветовал снять красивую одежду, чтобы не испачкаться.

Биг Бэк, художник шайенн. Сцены ухаживания. До 1882 г. Библиотека Бэнкрофта Калифорнийского университета в Беркли

Белое Перо послушался, снял украшенную иглами дикобраза тунику, положил рядом лук и стрелы и ловко взобрался на дерево. Он сбросил птицу и начал спускаться, но вдруг услышал, как старик бормочет что-то себе под нос. Юноше послышалось: «Быстро клейся, быстро клейся».

– Что ты сказал? – насторожился он.

– Ничего, – ответил старик.

Белое Перо неожиданно понял, что не может пошевелиться: руки и ноги словно приросли к стволу.

– Что происходит? – крикнул он.

– А вот что, – рассмеялся старик. – Ты посидишь здесь, а я возьму твой лук и стрелы, убью злых духов и женюсь на дочери вождя.

Так Белое Перо понял, что перед ним хитрый Иктоми.

Обманщик надел его одежду, взял лук и колчан и отправился в деревню. Там его встретили как героя: жители радостно обступили Иктоми, отвели к вождю и предложили выбрать себе жену из его дочерей. Девушки тут же начали спорить, кому достанется прославленный воин, но, увидев странного гостя, младшая быстро остыла. К счастью для нее, Иктоми выбрал старшую и поселился в большом типи, подаренном ему вождем.

На следующее утро деревню разбудил боевой клич: издалека приближался бизон.

– Ну что, дорогой зять, покажи, на что ты способен, – сказал вождь.

Иктоми прицелился и промахнулся. Вскоре над ним пролетел орел – стрела снова ушла в сторону. Потом появился кролик, и результат был тем же. Трикстер пожал плечами и пробормотал, что рукав запутался в тетиве, а убить врагов он сможет завтра.

Вождь насторожился. Он позвал гонца, который раньше видел настоящего Белое Перо, и спросил, узнает ли его.

– Конечно, узнаю, – ответил тот. – Такого юношу не спутаешь ни с кем.

Вождь повел его к самозванцу, велел молчать и только смотреть. Гонец сразу понял, что перед ним не Белое Перо: одежда и лук – те самые, но человек другой. Когда они вышли, гонец рассказал обо всем вождю. Тот решил выждать до утра, чтобы разоблачить лжеца при всем народе.

Тем временем младшая дочь вождя отправилась в лес за хворостом. Она шла далеко и вдруг услышала голос:

– Кто бы ты ни была, помоги! Сруби это дерево, освободи меня!

Подойдя ближе, девушка увидела молодого охотника, прилипшего к стволу.

– Но если я срублю дерево, ты погибнешь, – сказала она.

– Нет, – ответил Белое Перо, – если ударить с правильной стороны, я не пострадаю. А если и лишусь жизни, то лучше так, чем медленно умирать от голода.

Она послушалась, и дерево упало. Белое Перо велел ей принести воды, немного шалфея, разжечь костер и нагреть несколько камней. Когда она вылила воду на горячие камни, поднялся пар, и смола, прилипшая к коже нашего героя, отстала. Юноша выпрямился, и девушка увидела, какой он красивый и статный.

– Ты спасла мне жизнь, – сказал он. – Согласна ли ты стать моей женой?

– Согласна, – ответила она.

По дороге в деревню Белое Перо рассказал невесте, как попал в ловушку Иктоми, а она поведала, что обманщик выдал себя за него, женился на ее сестре и не сумел справиться с духами. Они вошли в деревню и направились к типи Иктоми. Девушка вошла первой и потребовала вернуть чужие вещи. Услышав, что настоящий Белое Перо стоит у входа, Иктоми засуетился и стал оправдываться: мол, взял лук и одежду только на время. Белое Перо вошел, забрал лук, провел рукой по стрелам, и те вновь засверкали, как новые.

Когда девушка привела Белое Перо к отцу, вождь разгневался, узнав, как обманщик поступил с юношей и с его дочерьми. Он велел воинам сторожить типи и связать Иктоми, если тот попытается сбежать.

Ночью стража услышала шорох и увидела, как трикстер ползет по земле, стараясь ускользнуть. Его поймали и привязали к дереву, как велел вождь.

– За что вы так со мной? – возмутился Иктоми. – Я хотел лишь собрать волшебные травы, чтобы натереть ими стрелы и победить злых духов.

– Что ж, натрешь ими сам себя, когда вождь поквитается с тобой, – усмехнулся гонец, разоблачивший обманщика.

Наутро глашатай объявил, что прибыл настоящий Белое Перо, и вождь позвал всех жителей стать свидетелями его стрельбы.

Эдвин Уиллард Деминг. Стрела удачи. Иллюстрация из журнала The International Studio, апрель 1908 г.

Первым показался бизон. Белое Перо достал красную стрелу, прицелился и поразил животное прямо в сердце. Народ возликовал. Потом над ними взмыл красный орел, огромный, с крыльями, от которых дрожал воздух. Белое Перо натянул голубую стрелу и выпустил ее в небо. Сначала люди решили, что он промахнулся, но через миг орел рухнул на землю. Толпа закричала от восторга. Затем из кустов выскочил белый кролик. Юноша взял желтую стрелу, выстрелил – и сердце зверька перестало биться.

Джордж Кэтлин. Охота на бизонов.1844 г. Картина продана на аукционе Сотбис в 2015 г.

Вождь обнял героя, поблагодарил и велел отпустить Иктоми. Но прежде чем изгнать его, приказал наказать. Униженный обманщик убежал в чащу и спрятался в самом темном уголке леса. С тех пор, говорят, пауки живут в тенях и боятся света, а всякий, кто обманывает других, зовется потомком Иктоми.

Манабожо (Нанабожо, Нанабозо) – один из самых известных и многогранных персонажей индейской мифологии. Для народов северо-востока он воплощение человеческой противоречивости. В нем соединяются разум и наивность, сила и капризность, доброта и склонность к проказам. Он способен совершить подвиг, а через мгновение натворить бед. Для людей Манабожо был и остается существом, которое показывает, что в мире нет чистого добра или зла: все переплетено, и все должно быть в равновесии.

Старейшины рассказывают, что Великий Дух отправил Манабожо на землю, чтобы он научил людей жить правильно, в мире с животными, растениями и духами. Он стал для них наставником, учителем и одновременно испытанием. Манабожо показал людям, как ловить рыбу, строить жилища, разводить огонь и изготавливать орудия. Он научил женщин прясть и плести корзины, а мужчин – уважать зверя, которого они убивают, и благодарить землю за урожай. Говорят, что именно поднял сушу из глубин вод, создав землю, на которой живут люди, дал имена горам и рекам, зверям и птицам.

Иногда Манабожо принимал человеческий облик, иногда превращался в животное или дерево. Бывали случаи, когда его видели в облике огромного белого зайца, а иногда – старика с озорными глазами и хитрой улыбкой. Он мог стать камнем, листом, пнем или облаком. Его сила была безмерна, но имел вполне человеческие слабости: он любил похвастаться, мог вспылить или или проявить упрямство.

В одном из преданий рассказывается, как Манабожо создал священный табак. Он сказал животным, что табак – дар Великого Духа, и предназначен только для людей. С его помощью человек может обращаться к небу, молиться, благодарить и очищать душу. Это растение нельзя было использовать ради забавы, рвать или пробовать без уважения. Чтобы охранять этот дар, Манабожо спрятал табак в пещере, глубоко под землей, и запретил животным туда входить.

Долгое время никто не осмеливался нарушить его запрет. Все животные уважали Манабожо и боялись разгневать его. Но среди них нашлось одно существо, которое считало себя особенным. Его звали Прыгун – огромный зеленый кузнечик. Он был крупным и сильным, гордился длинными задними ногами и мощными крыльями и хвастался, что может прыгнуть выше любого дерева. Прыгун любил внимание и не терпел, когда ему указывали, что можно, а что нельзя.

Манабожо и Рыба-Солнце. Иллюстрация из книги Р. К. Армора «Сказки, фольклор и легенды североамериканских индейцев». Лондон, 1905 г.

Однажды, не в силах преодолеть любопытство, он решил войти в запретную пещеру. «Я лучше других! – думал он. – Остальные слушаются, потому что слабы, а я достоин увидеть то, что скрыто от их глаз. Ведь я самый быстрый, самый ловкий, самый сильный!» Он крался по узкой тропе, пока не оказался у входа в пещеру. Он вошел внутрь: воздух там был таким ароматным, а на полу лежало множество высушенных листьев какого-то растения. Прыгун, не раздумывая, сунул несколько листьев себе в рот.

И тут он услышал голос Манабожо, похожий на удар грома:

– Непослушное создание! Ты осмелился прикоснуться к священному. Ты нарушил великий запрет!

Прыгун испугался и бросился бежать. Он перепрыгивал через деревья, реки и горы, но голос Манабожо не умолкал и преследовал, становясь все ближе и ближе. Прыгун хотел спрятаться, но не мог. Каждый его прыжок становился короче. Он понял, что с каждым мгновением уменьшается, теряя силу и рост.

– Манабожо, прости меня! – закричал он. – Я уже наказан своим страхом. Не делай меня меньше!

– Я прощаю тебя, – ответил Манабожо, – но ты должен помнить, что гордость – это путь к падению. С этого дня ты будешь маленьким, чтобы гордыня больше не овладела тобой.

Прыгун стал крошечным и беспомощным. Он превратился в обыкновенного кузнечика.

С тех пор эти насекомые живут среди трав, а табак стал священным растением, символом молитвы и связи между человеком и небом. Люди рассказывают, что иногда, в жаркие дни, можно услышать, как кузнечики стрекочут от сожаления, вспоминая наказание, которое постигло их предка.

Священный сверток (пучок) с курительной трубкой племени черноногих. Иллюстрация из тома VII (часть II) «Антропологических трудов Американского музея естественной истории»: Кларк Висслер. «Черноногие». Нью-Йорк, 1912 г.

Есть и другие истории о Манабожо. В одной из них он осознал свое могущество и возомнил, что может все. Прогуливаясь по зеленой долине, он увидел ребенка, спавшего прямо на траве. Малыш сладко дремал, свернувшись клубком, и держал большой палец ноги во рту. Манабожо остановился и долго смотрел на него. «Странное создание, – подумал он. – Как это ему удается?» И, посмеиваясь, решил попробовать выполнить этот трюк.

Он сел на землю, поднял ногу и попытался дотянуться до рта, но у него ничего не вышло. Он пробовал снова и снова – с правой ногой, потом с левой, извивался, тянулся, напрягался, но без толку. Наконец он тяжело вздохнул, а ребенок, проснувшись, увидел его и расхохотался. Смех малыша звенел над долиной, легкий и чистый, как звон ручья. Манабожо смутился, поднялся и, отряхнувшись, пошел прочь.

Он шел долго, но смех ребенка не выходил у него из головы. Чем дальше он уходил, тем больше злился. Ему казалось, что весь мир хохочет над ним. И когда он встретил другого ребенка, который не проявил к нему уважения, он вспыхнул и превратил того в кедровое дерево. «Вот что бывает, когда смеются над силой», – сказал он и ушел. С тех пор кедр считается священным деревом.

Люди говорят, что Манабожо не исчез. Он по-прежнему странствует по миру, меняет свой облик и наблюдает за людьми. Иногда он помогает, иногда шалит, а иногда просто проверяет, не забыли ли люди, чему он их учил. И если где-то раздается гром, кто-то говорит, что это Манабожо смеется над собой, вспоминая все свои проделки и ошибки.

Мифов о сотворении мира у коренных народов Северной Америки почти столько же, сколько самих племен. Это удивительное разнообразие отмечал и отец американской антропологии Франц Боас. В статье The Development of Folk-Tales and Myths («Развитие народных сказок и мифов», 1916) он писал, что, в отличие от Европы, где народные сказания образуют единую систему, у индейцев каждый народ создает собственный мифологический мир. Во всех этих мифах звучит одна мысль: человек – лишь часть вселенной, не хозяин, а участник великого круговорота жизни.

Реконструкция церемонии «Утренняя звезда» народа пауни. Фото Ральфа Линтона, 1920-е гг. Музей естественной истории Филда, Чикаго

Пауни, живущие на территории современной Оклахомы, верят, что мир сотворил верховный бог Тирава – владыка неба, ветра и молний. Он вдохнул жизнь в облака, призвал гром и свет, и из их союза родилась земля. Первыми людьми, согласно поверьям пауни, стали сын Солнца и Луны и дочь Утренней и Вечерней звезд. Потомки этих небесных существ основали род человеческий. Пауни поклонялись звездам как живым существам и верили, что небесный свод – отражение земного мира, а каждое светило имеет свою душу и предназначение.

Неизвестный автор. Символ, используемый для представления богини Атиры, жены Тиравы, на церемонии пауни «Хако». Опубликовано в журнале The Open Court, июль 1912 г.

На севере, в землях Великих озер, народ анишинаабе рассказывает, что, когда люди перестали чтить духов, Великая Вода залила землю. Спастись удалось лишь Нанабозо – великому учителю и культурному герою. После потопа он послал животных нырнуть на дно, чтобы достать немного земли и создать сушу заново. Могущественные бобры и выдры потерпели неудачу, но маленькая мускусная крыса принесла в лапках комочек ила. Из него Нанабозо вылепил землю, и так появился новый мир. Эта легенда говорит о том, что даже самое незначительное существо способно совершить великое.

Племена лакота видят мир как единое творение Великого Духа, Вакан Танка. Они верят, что все живое – птицы, звери, люди и даже камни – это проявление его силы. В одном из мифов Вакан Танка сотворил землю из предвечного моря и оживил ее священной песней. Он велел четырем ветрам поддерживать равновесие мира и предупредил: если люди утратят уважение к жизни, земля будет очищена огнем или водой. Поэтому природные катаклизмы не наказание, а способ восстановления нарушенного равновесия.

Черный Ястреб, художник и знахарь лакота. Дух, являвшийся в сновидении. Ок.1880–1881 гг. Национальный музей американских индейцев, Смитсоновский институт, Вашингтон

У народа навахо существует важное представление о четырех мирах, каждый из которых символизирует этапы духовного развития и очищения человечества. По верованиям навахо, изначально люди жили в подземном мире, из которого они должны были выйти, чтобы достичь своей цели – жизни на поверхности земли. Этот процесс был не просто физическим путешествием, а духовным испытанием. Каждое путешествие через миры символизировало очищение от недостатков и подготовку к лучшему существованию.

Первый Мир – темная и мрачная среда, в которой люди находились в начале своего существования. Это был мир тьмы, ограниченный и наполненный духовным страданием и заблуждениями. Здесь люди сталкивались с первыми испытаниями, учились выживать и осознавать, что существуют силы, которые могут направить их.

Во Втором Мире люди испытали множество трудностей, но они смогли справиться с ними благодаря духам и знаниям, которые они начали обретать. Этот мир был достаточно хаотичен, в нем еще не существовало морального порядка, но постепенно люди стали осознавать важность соблюдения духовных и природных законов.

Третий Мир стал временем роста и освоения природы. Люди научились строить жилища и организовывать жизнь на основе полученных знаний. В этом мире появились первые положительные изменения: люди уже начали ощущать, что путь к свету и порядку возможен, но для того чтобы двигаться дальше, им нужно было испытать еще больше трудностей.

Четвертый Мир – это мир, в котором люди достигли очищения и освободились от тьмы и невежества. В нем они могли увидеть Солнце и начать жить в согласии с природой и духами.

Карл Бодмер. Похоронные леса вождя сиу близ форта Пьер. Из атласа к книге Максимилиана Вид-Нойвида «Путешествие во внутренние области Северной Америки». Ок.1840–1843 гг. Библиотека Конгресса. Вашингтон

Таким образом, каждый из этих миров в представлениях навахо представляет собой не только физический, но и духовный путь, который люди должны были пройти, чтобы достичь понимания высших законов вселенной. Эти миры символизируют борьбу с внутренними и внешними темными силами, которые должны быть преодолены на пути к свету и гармонии.

Звезды занимают особое место в космогонии индейцев. Пауни, черноногие, кри и оджибве видели в Млечном Пути дорогу душ, по которой умершие отправляются к Великому Духу. У сиу и апачей Млечный Путь – это след, оставленный небесными охотниками. Для индейцев небо было живым существом, которое дышит и разговаривает с людьми через звезды.

Мифы о сотворении мира помогали объяснить тайны жизни и смерти, причины стихийных бедствий и смену времен года. Это священные истории, определявшие место человека во вселенной.

Индейцы персонифицируют природу, наделяя природные явления человеческим обликом и чертами характера. Солнце, к примеру, для многих племен выступает Создателем, а в некоторых мифах – отцом героев-близнецов, которым суждено защищать мир от чудовищ и восстанавливать нарушенное равновесие. Лакота почитают Луну – жену Солнца, а в легендах инуитов Солнце и Луна – брат и сестра, вечно преследующие друг друга на небе. Юго-восточные народы видят в пятнах на лунной поверхности силуэт кролика, а у коренных жителей северо-западного побережья встречаются сюжеты о женском облике Луны, которая управляет дождями и владеет водами. В преданиях хопи и зуни она считается хранительницей ночных песен и хозяйкой серебристого света, оберегающего спящих людей.

Коренные американцы наделяют волшебной силой и ветер. Многие народы связывают его с дыханием и верят, что он способен даровать или отнять жизнь. В старинных легендах навахо Святые Люди создали Первого Мужчину и Первую Женщину из кукурузных початков, а ветер вошел в них и оживил своим дыханием. Он стал частью всякой живой души, поэтому каждое человеческое дыхание – напоминание о присутствии духа ветра. В традиции лакота Четыре Ветра – сыновья Тате, владыки ветров, и каждый из них имеет собственный характер. Восточный ветер приносит рассвет, южный дарит тепло, западный зовет дождь, а северный несет холод и испытания. Их сила соотносится с духом Скана, олицетворяющим движение небес, поэтому любое изменение погоды воспринимается как проявление жизни мира.

В преданиях народа лакота хранителем северного ветра является исполин Вазия. Он дышит холодом, насылает снежные бури и враждует с южными ветрами, которые несут тепло. Считается, что, когда Вазия сердится, его дыхание замораживает озера и останавливает жизнь, а когда он устает, земля вновь оттаивает. В тех же преданиях времена года соотносятся с четырьмя ветрами, сыновьями Тате: каждый из них управляет погодой своего сезона, поддерживая равновесие в природе. Так, когда южный ветер утомляется, на смену ему приходит северный, приносящий зиму, а восточный и западный ветры чередуют рассветы и закаты.

Эдвард С. Кёртис. Церемониальный костюм навахо «Бог Дождя». Фото 1904 г. Библиотека Конгресса, Вашингтон

Народ зуни почитает Облачных Людей, приносящих дождь, и верит, что души членов жреческих братств, проводящих священные обряды дождя, после смерти превращаются в уванов – облачных духов, которые возвращаются на землю под видом тумана, росы и ливней. Они ходят по небу, следуя путям ветров, и поливают землю, когда люди молятся о воде. В мифах навахо дождем управляют своенравные Грозовые Духи, обитающие между горами и облаками.

Радуга у многих народов считается мостом между мирами. У народов северо-западного побережья она служит знаком примирения после бури и обещанием, что мир не погибнет во тьме. В других преданиях радуга становится защитным символом: ее изображают на масках и в ритуальных рисунках как знак небесного покровительства.

В одном из мифов народа зуни рассказывается, как в мире людей впервые появилась зима. Произошло это по вине непоседливого и чересчур любопытного Койота. Он был бестолковым охотником: день за днем возвращался домой с пустыми лапами, упустив всех – и зайцев, и птиц, и даже насекомых.

Однажды, увидев, как ловко Орел хватает добычу своими цепкими когтями, Койот предложил ему охотиться вместе. Орел, существо добродушное, согласился. Однако дела от этого не пошли на лад: Орел по-прежнему ловил зайцев без труда, а Койот приносил домой разве что жуков да пауков.

В те далекие времена на земле царил мрак, ведь ни Солнца, ни Луны тогда еще не было. Койот пожаловался, что из-за темноты ему трудно охотиться, и спросил Орла, не знает ли тот, где можно раздобыть немного света. Орел ответил, что слышал, будто свет обитает где-то далеко на западе, и предложил отправиться туда на поиски.

Друзья вскоре добрались до большого пуэбло, где на главной площади весело танцевали духи. Доброжелательные качина пригласили гостей присесть и посмотреть на священный танец, угостили их едой и напитками.

Пока Орел наблюдал за действом, Койот заметил два короба – один поменьше, другой побольше. Люди подходили к ним всякий раз, когда им требовался свет. В большом коробе хранилось Солнце, а в меньшем – Луна.

Койота тут же охватило желание заполучить этот свет. Он стал упрашивать Орла помочь ему украсть короба. Орел предложил попросить у духов одолжить их, но Койот возразил: «Они ни за что не согласятся». Когда качина разошлись по домам и заснули, Орел взмыл в небо, подхватив оба короба. Койот бросился следом, задыхаясь и умоляя Орла дать ему хоть немного понести драгоценную ношу. Орел долго отказывал, опасаясь, что любопытство Койота снова все испортит, но тот так настойчиво просил, что Орел в конце концов уступил.

Передавая Койоту короб с Луной, Орел строго предупредил:

– Только не открывай его ни при каких обстоятельствах.

Койот, конечно, пообещал. Но стоило Орлу скрыться за холмом, как его начало мучить любопытство: вдруг в коробе есть еще что-то, о чем Орел не сказал?

Он приоткрыл крышку короба, и тут же из него выскользнула Луна. Она поднялась высоко в небо и засияла мягким светом. Немедленно растения начали увядать, а листья опали с деревьев. Земля остыла, и на нее опустилась зима.

Орел, заметив с высоты, что земля покрылась снегом, крикнул:

– Остолоп! Это ты виноват, что пришла зима!

И был он совершенно прав: если бы не любопытство Койота, зима, возможно, никогда бы не наступила.

В представлении коренных народов Северной Америки человек и животное – родственные существа, созданные из одной жизненной силы. Люди не возвышаются над животным миром и не обладают властью над ним. Каждый зверь, птица, рыба или насекомое имеет душу и сознание, а потому заслуживает уважения и благодарности. Охотник, убивший оленя, обязан просить у него прощения, потому что тот добровольно отдал жизнь, чтобы накормить людей. После охоты тело животного использовалось целиком: из мяса готовили пищу, из костей и сухожилий делали инструменты и украшения, из шкур – одежду и жилища. Так смерть зверя не была напрасной, круговорот жизни продолжался.

В представлениях многих племен убийство ради удовольствия считалось святотатством. Индейцы говорили, что дух зверя видит сердце охотника и не простит того, кто лишил его жизни без нужды. Даже на успешной охоте человек не чувствовал себя победителем: он лишь принимал дар. В легендах рассказывается, что если охотник не выражает благодарности, животные уходят от людей и перестают показываться.

Тотемный столб в парке Сонгис, Виктория, Канада. Фото Джима Хейдена.1994 г.

Эта философия уходит корнями в глубокую древность. У многих народов существовало представление о тотемах – духах животных, которые становятся покровителями человека, семьи или целого рода. Каждый клан имел своего прародителя-зверя: у медвежьего клана – медведь, у орлиного – орел, у бобрового – бобр. Люди верили, что черты этих животных передаются потомкам: медвежий клан славился храбростью, орлиный – мудростью, а бобровый – трудолюбием. Во многих племенах существовали танцы, посвященные тотемным животным, а в некоторых – обряды, в которых человек временно принимал их облик, чтобы обратиться к духам или получить силу предков.

Животные занимают центральное место в мифах о происхождении мира. В легендах народов Великих озер рассказывается, как гигантская Черепаха подняла из водного хаоса пядь земли на своей спине, дав начало новому миру. У кри творцом камней и гор считалась Росомаха, у чероки мир возник, когда Водяная Птица ударила крыльями по поверхности океана и вызвала к жизни сушу. В сказаниях народов северо-западного побережья Ворон украл свет у небесного владыки и принес его людям, а в мифах племен равнин Бизон нередко выступает как первопредок человечества, дарующий людям пищу и обряды очищения.

Для индейцев животные – наставники. Ворон и койот учат смекалке, медведь – стойкости и терпению, орел – силе духа, лось – достоинству, а черепаха – мудрости и выносливости. Многие народы верят, что человек рождается под покровительством животного, которое сопровождает его всю жизнь. Этот дух-хранитель помогает в трудные времена, направляет и предупреждает об опасности.

Неизвестный мастер (культура островов Чаннел). Ритуальный сосуд в форме пеликана. Ок.1000–1400 гг. Художественный музей Кливленда

Животные также нередко выступают посредниками между людьми и сверхъестественными силами. Так, у навахо считалось, что птицы переносят молитвы к небу, а у хопи – что змея передает просьбы о дожде. Шаманы многих народов обращались к духам зверей, чтобы исцелить больного, предсказать судьбу или умилостивить природные стихии.

Связь между человеком и животным пронизывает все мировоззрение коренных американцев. Она выражена не только в ритуалах, но и в языке: у оджибве слово, обозначающее животное, переводится как «тот, кто движим духом». В стародавние времена, как рассказывают шаманы, люди и звери говорили на одном языке, только звучал он у всех по-разному.

Бабочка часто упоминается в мифах, преданиях и ритуалах североамериканских индейцев: она символизирует надежду, пробуждение и обновление, а также связь между земным и духовным мирами. Так, в танцах хопи Девушка-Бабочка олицетворяет жизненную силу, весну и возрождение природы. Ее появление предвещает время перемен и обещает плодородие.

В некоторых преданиях народов юго-запада, в частности у хикарилья-апачей, бабочка связана с началом мира и первыми живыми существами, появившимися на земле. Она ассоциируется с дыханием жизни, свободой и хрупкостью бытия. В мифологии народа зуни бабочки нередко упоминаются вместе с духами дождя и плодородия: считается, что их полет пробуждает облака, а легкое трепетание крыльев напоминает о дыхании ветра, несущего влагу. В некоторых легендах рассказывается и о духах-музыкантах, чья игра на флейтах вызывает появление пестрых бабочек – посланниц радости и предвестниц дождя.

У народа тохоно-о'одам, живущего на юге Аризоны, существует особая легенда о происхождении бабочек. Однажды Создатель наблюдал, как дети играют под палящим солнцем. Он внезапно опечалился, осознав, что когда-нибудь они состарятся и умрут; что щенки превратятся в дряхлых псов, цветы завянут, а листья опадут с приходом зимы. Его сердце наполнилось тоской, и чтобы прогнать грусть и подарить детям радость, он собрал все чудесные краски мира – солнечный свет, зелень листьев, лазурь неба и пестроту цветов – и положил их в волшебный мешок. Туда же он поместил пение птиц.

Когда дети открыли мешок, оттуда выпорхнули сотни разноцветных бабочек. Они кружились в воздухе, а из их крыльев, казалось, лилась песня, от которой на душе становилось легко и радостно. Дети смеялись и хлопали в ладоши, глядя на это чудо.

Но птицы-певуньи, увидев, как прекрасны бабочки, стали завидовать им. Они пожаловались Создателю, сказав, что теперь никто не станет слушать их песен, ведь у бабочек есть и красота, и голос. Создатель долго колебался, но в конце концов согласился с птицами и отнял у бабочек способность петь, чтобы сохранить гармонию в мире. С тех пор бабочки молчаливы, и лишь шелест их крыльев – эхо песен, которыми они когда-то радовали землю.

Для народов Великих равнин бизон – источник жизни и символ изобилия, дарованный богами. Бизон давал человеку все необходимое для жизни. Из его мяса готовили пищу, шкура шла на изготовление одежды, обуви и палаток, а кости и сухожилия использовались для создания инструментов, игл, луков и веревок. Из рогов мастерили чаши, ложки и украшения, а из шерсти – веревки и амулеты. Даже навоз использовали как топливо. Ничего не пропадало зря.

Бизон был не только основой материального быта индейцев, но и важнейшей частью их духовного мира. Его образ связывался с Великой Матерью-Землей, с циклом жизни и возрождения. В шаманских ритуалах использовали бизоньи кости и сухожилия, считая, что в них живет сила духа животного, способная исцелять и даровать удачу на охоте.

О том, как бизон стал священным существом, рассказывает один из мифов народа лакота. Вначале существовали только растения и звери, но не было людей и бизонов. Люди обитали глубоко под землей, в жилище духов, и ждали, когда Создатель – Великий Дух Скан – разрешит им выйти на поверхность.

На земле в то время жили два духа – трикстер Иктоми и женщина по имени Аног-Ите. Когда-то она была смертной, женой духа ветра Тате, но из-за своей гордыни и желания уподобиться духам потеряла милость Создателя. Теперь у нее было два лица: одно – прекрасное, другое – безобразное и пугающее. Рядом с ней бродил волк Шунгманиту-танка, ее верный спутник.

Иктоми, всегда ищущий, кого бы обмануть, решил сыграть злую шутку с людьми, которые ждали своего часа в подземном мире. Он убедил Аног-Ите помочь ему. Аног-Ите наполнила мешок ягодами, сушеным мясом и красивой одеждой из оленьей кожи, украшенной иглами дикобраза. Волк Шунгманиту-танка понес мешок людям. Волк рассказал им о невиданных чудесах – голубом небе, цветущих лугах и сладких ягодах – и передал дары Аног-Ите. Люди, никогда не видевшие ничего подобного, удивились и загорелись желанием подняться наверх. Однако их вождь Токахе, по прозвищу Первый, предостерег соплеменников: Создатель велел им оставаться под землей, пока он не даст им знак. Но многие не послушались Токахе.

Те, кто последовал за волком, выбрались на поверхность и были ослеплены ее красотой. Солнце, небо, ветер – все казалось чудом. Они поселились рядом с вигвамом Аног-Ите, и она научила их делать одежду, собирать ягоды и готовить мясо. Но вскоре наступила зима. Люди не знали, как добывать пищу, и начали мерзнуть и голодать. От отчаяния они обратились к Аног-Ите за помощью, но та сорвала с головы покрывало и показала им свое второе, страшное лицо, смеясь над их страданиями. Люди в ужасе побежали обратно в подземный мир, но путь туда оказался закрыт – Иктоми и Аног-Ите завалили его камнями.

Обессилев, люди начали молиться, и Скан услышал их. Узнав, что они ослушались его воли, он разгневался и превратил этих людей в первых бизонов, чтобы они искупили гордыню и трудом вернули равновесие в мире. С тех пор бизон стал символом жертвенности: он кормит людей и напоминает им о цене непослушания.

Позже, когда земля была готова принять человечество, Создатель велел Токахе вывести оставшихся людей из подземного мира. Он указал им след копыта бизона и сказал: «Следуйте за ним. Он приведет вас к воде, к еде и к тому, что поможет вам жить на земле».

Североамериканские индейцы с древнейших времен относились к волкам с особым почтением и даже благоговением. Для многих племен они были не обычными хищниками, а живыми символами мудрости, силы и преданности. Люди верили, что волки обладают тайными знаниями, недоступными человеку, и могут стать проводниками между миром духов и миром людей. В них сочетались благородство воинов, отвага охотников и верность друзей, которые никогда не бросают своих.

Во многих преданиях Волк выступает не только как искусный охотник, но и как могущественный шаман. Считалось, что он способен приносить исцеление. Некоторые народы называли себя его потомками, по преданиям, их прародители когда-то были волками, которых духи превратили в людей, чтобы те смогли заселить землю.

Джон К. Хиллерс. Дети пайют играют в игру «Волк и олень». Северная Аризона. Фото 1872 г. Национальный архив США, Вашингтон

У народа навахо культ волка занимал особое, значимое место. В их верованиях волк связан с магией и тайными знаниями: считалось, что ведьмы могут принимать его облик или пользоваться его шкурой, чтобы обрести его силу и ловкость. Во время ритуалов шаманы навахо взывали к духу Волка, прося наделить их способностью видеть больше, чем позволяют человеческие глаза, и исцелять болезни тела и души.

Шайенны верили, что волк может передать охотнику часть своей энергии, и потому натирали стрелы его мехом перед важной охотой, надеясь перенять его зоркость и ловкость. На равнинах некоторые охотники облачались в волчьи шкуры, стараясь двигаться так же, как их тотемное животное. Говорили, что в такие минуты они чувствовали, будто дух Волка бежит рядом с ними.

У манданов бытовал обычай украшать одежду и воинские принадлежности волчьими хвостами – знаком силы и победы. А женщины племени хидатса, ожидавшие ребенка, покрывали живот волчьей шкурой, веря, что это подарит будущему малышу крепость и защиту.

У народа кри существовало поверье, что во время северного сияния по небу бегут Божественные Волки, возвращающиеся на землю, чтобы напомнить людям о связи с миром духов. Когда небо загорается разными цветами, говорили старейшины, значит, Волк проходит по небесной тропе, охраняя покой живых.

У хопи Волк включен в число священных духов – качина, покровителей жизни. В мифах пауни он считается первым помощником творца и защитником людей. С этим зверем пауни чувствуют особое родство, и в некоторых источниках их даже называют «волчьим народом» – в знак уважения к древнему тотему.

Образ ворона занимает особое место в мифологии северных и прибрежных народов Северной Америки – хайда, тлинкитов, тсимшианов, коюконов и многих других. На протяжении веков он оставался одним из самых ярких и противоречивых персонажей индейского фольклора. Ворон может быть благодетелем или обманщиком, веселым шутом или мудрым творцом, и в каждой легенде его поступки служат напоминанием о том, что даже из озорства может родиться добро.

Ритуальная маска ворона, народ квакиутль. Остров Виллидж, ок.1917 г. Музей Пибоди Гарвардского университета, Кембридж

Ворон наделен волшебной способностью перевоплощаться: он может изменять свой и чужой облик. В одной легенде он устраивает пир для зверей и ради забавы превращает всех гостей в камень. В других – оживляет малиновый куст, сделав его человеком, чтобы тот стал ему верным слугой. Его поведение непредсказуемо: он может быть и жадным, и щедрым, и жестоким, и заботливым. Именно поэтому слушателям легко сопереживать ему и видеть в нем черты человека.

В мифах народов северо-западного побережья Ворон часто играет важную роль в создании мира. У коюконов рассказывают, что после Великого потопа он восстановил землю, очистил воды и помог людям снова заселить берега рек. У хайда Ворон нашел на морском берегу раковину, в которой прятались маленькие люди, и выпустил их наружу, дав им жизнь. В другой версии этой истории говорится, что он вдохнул в раковину дыхание жизни, и вскоре из нее появились первые люди.

Ворон – это не столько создатель, сколько тот, кто приносит перемены. В результате его действий в мире появляется то, что нужно всем. В легенде «Как Ворон похитил свет» рассказывается, что в начале времен земля была поглощена вечной тьмой. Узнав, что один жадный вождь спрятал свет в своем доме, Ворон решил вернуть его людям. Он превратился в маленький листик и попал в чашу с водой, из которой пила дочь вождя. Девушка не заметила, как проглотила лист, и вскоре родила ребенка – мальчика, о котором никто не знал, что это на самом деле Ворон, скрывшийся в теле младенца.

Мальчик был любопытным и капризным. Однажды, когда ему разрешили поиграть в доме, он подобрался к сундукам, где хранился свет. Старик разрешил ему трогать их, но строго-настрого запретил открывать. Однако ребенок дождался удобного момента, приподнял крышку и выпустил на волю Солнце, Луну и звезды. В их сиянии он снова превратился в Ворона и вылетел через дымовое отверстие.

Иногда Ворон бывал наказан за свои проделки. В одной тлинкитской истории Ворон, пытаясь украсть рыбу у доброго рыбака, который приютил его, был пойман. Рыбак наказал его: отнял клюв, и Ворон вынужден был обратиться к вождю племени, чтобы выпросить себе новый. С помощью хитрости он добился того, что вождь согласился дать ему новый клюв. В некоторых версиях этой истории Ворон даже сделал себе временный клюв из дерева, пока не получил настоящий.

Тотем «Ворон-Потоп», изображающий миф о вороне, спасшем людей от потопа. Фото 1943 г. Национальный архив США, Вашингтон

В других историях Ворон встречает достойных противников. В одной из них он повздорил с Гагарой. Когда-то оба были белыми и решили украсить друг друга татуировками. Гагара сидела спокойно, и вскоре ее тело покрылось красивыми узорами. Ворон же не мог усидеть на месте: ворчал, ерзал, мешал ей работать. Раздосадованная Гагара, потеряв терпение, вылила на него черное масло. В ответ Ворон швырнул лампу ей под лапы. С тех пор его перья стали черными, а на перьях Гагары появились необычные отметины.

Таков Ворон – и обманщик, и шут, и мудрец. Он может смеяться над другими и над собой, но именно благодаря его проделкам мир получил свет, а люди научились отличать добро от зла.

О ловкости и изворотливости енота рассказывает старинная легенда народа сиу. Однажды вечером, рыская вдоль реки в поисках ужина, Енот заметил бродящего по берегу Рака. Тот тоже надеялся найти еду и внимательно перебирал клешнями речную гальку. Енот облизнулся и мгновенно придумал, как с ним расправиться: он упал на землю и притворился мертвым.

Увидев бездыханное тело, Рак сначала обрадовался, но тут же усомнился, что это правда. Он осторожно подполз, ущипнул енота за нос, потом за лапу, а затем даже пощекотал ему пятки. Енот с трудом сдержал смех, но все-таки не выдал себя. Рак, убедившись, что нашел нечто стоящее, поспешил в свою деревню, чтобы сообщить радостную новость вождю.

Слух о мертвом Еноте разлетелся мгновенно. Вождь велел устроить празднество по такому поводу. Все жители деревни – от старейшин до самых маленьких рачков – нарядились и двинулись к берегу. Они пели и били хвостами, радуясь предстоящему пиршеству. Шествие возглавлял сам вождь, за ним шли воины с острыми клешнями, а следом – самки с детьми.

Добравшись до места, они окружили лежащего Енота и запели:

– Мы устроим пир из пятнистого зверя с мягкими лапами! Он мертв! Он мертв! Будем танцевать, будем пировать!

Но едва стихла песня, как Енот распахнул глаза и вскочил.

– Кого вы собрались есть? Меня? – рявкнул он. – Думаете, победите меня своими клешнями? Сейчас я покажу, кто тут главный!

Он бросился на раков, и началась суматоха. Воины пытались защищаться, самки с детенышами пытались убежать, но все было напрасно. Енот визжал, кусался, хватал раков лапами и швырял их о камни. Через пару часов на земле валялись только раковины и клешни, остатки пиршества Енота. Так хитрый зверек превратил охотников в свой ужин. С тех пор, как говорят сиу, енот любит искать пищу среди камней и у воды. Его ловкость и хитрость научили людей тому, что сила без ума и смекалки мало что стоит.

Койот – один из самых противоречивых персонажей индейской мифологии. Для народов Великих равнин и Плато он трикстер, перевертыш и культурный герой. Он может быть и созидателем, и разрушителем, и мудрецом, и шутом. В мифах он то создает горы и реки, то уничтожает их; то спасает других животных, то сам становится жертвой.

На северо-западном побережье его место занимает Ворон, а у восточных народов – Великий Кролик, но их природа схожа: это духи перемен, способные менять облик и нарушать устоявшийся порядок, чтобы вернуть равновесие миру.

Во многих сказаниях Койот участвует в создании важнейших вещей: приносит людям огонь, учит их ловить и готовить рыбу, мастерить лук и стрелы, а иногда становится причиной появления смерти, чтобы мир не переполнился живыми. Он способен принимать человеческий облик – юноши, старика или женщины – и постоянно пользуется этим в своих проделках.

Койот олицетворяет все противоречивое в человеческой натуре. Он бывает щедрым и добрым, но столь же часто – жадным, ленивым или тщеславным. Его проделки почти всегда оборачиваются против него самого. Через образ Койота мифы объясняют, почему мир устроен так, как он есть, и напоминают, что любое действие имеет серьезные последствия.

В некоторых версиях легенд говорится, что у Койота есть три маленькие советчицы – крошечные духи, живущие в его животе. Они нашептывают ему подсказки, когда он попадает в беду, но он редко благодарит их и часто приписывает себе их мудрость.

Иллюстрация «Койот в каноэ» из книги Эдварда Кёртиса для детей «Индейские дни давних времен». Йонкерс-на-Гудзоне, 1915 г.

Одна из самых известных историй о Койоте родом с берегов реки Колумбия. Люди и звери того края долго страдали от чудовища, которое обитало в реке и проглатывало проплывающие мимо него каноэ. Никто не мог победить этого зверя, пока не явился Койот.

Он узнал от духов, что единственный способ уничтожить чудовище – позволить ему проглотить себя. Койот запасся сухой древесиной, смолой и несколькими острыми ножами, затем отправился к реке. Увидев его, страшное создание фыркнуло:

– Ты, Койот, слишком умен, чтобы попасться мне.

– А ты слишком глуп, чтобы не попробовать меня поймать, – усмехнулся тот.

Разозлившись, чудовище раскрыло пасть и проглотило Койота целиком. Внутри него оказалось множество животных – голодных и изможденных. Койот развел костер прямо под сердцем чудовища и стал жарить на нем мясо, чтобы накормить пленников. Затем он стал разрезать жилы, соединявшие сердце чудовища с другими частями его тела, и, наконец, его ножи перерезали последнюю из них.

Чудовище содрогнулось, застонало и выплюнуло всех, кого проглотило. Освободившись, звери и птицы благодарили Койота. Тогда он сказал:

– Теперь у каждого из вас будет имя, и у каждого – свой путь.

Фредерик Ричардсон. Иллюстрация «Койот и хурма» к сказке народа каддо. Из книги Фрэнсис Дж. Олкотт «Сказки краснокожих индейцев». Бостон, 1917 г.

Так Койот не только избавил землю от зла, но и установил порядок среди живых существ. Народ Плато верит, что с тех пор все животные и птицы говорят на разных языках, а их имена впервые произнес Койот.

Без хитрого Лиса не обходится ни один звериный пантеон мира. В индейских мифах и легендах он чаще всего действует вместе с Волком или Койотом, которых норовит выставить простачками. Хотя встречаются и такие сказки, где роли меняются, и бедный Лис сам становится жертвой проделок Койота. У народа ачумави в мифе о сотворении мира Лис и Койот выступают творцами и исчезают незадолго до появления людей, а у юрок рассказывают историю о том, как разгневанные на Солнце лисы привязали светило к вершине холма, так что оно выжгло в земле огромную дыру.

Лис – опытный охотник и непревзойденный обманщик. Он вводит в заблуждение легко и ненавязчиво, и его жертвы понимают это лишь тогда, когда уже поздно что-то исправлять. В одной из легенд племени меномини Лис решает проучить ленивого и чрезмерно доверчивого Волка, который избегает охотничьих обязанностей. Лис по чуть-чуть съедает спрятанный ими кленовый сироп, каждый раз делая намеки на то, что сироп исчезает, но Волк долго не замечает этого.

Лакота наделяют Лиса способностью показывать целебные травы, необходимые шаманам для проведения ритуалов, а другие племена, например апачи и черноногие, связывают его с Солнцем и огнем. У черноногих Лис – еще и духовный проводник, помогающий людям проходить через тяжелые времена.

Джордж Кэтлин. Портрет вождя ассинибойнов Вай-джун-джона (Белый Бизон). Ок.1837–1839 гг. Смитсоновский музей американского искусства, Вашингтон

В сказках народов пуэбло Лис нередко предстает не таким уж сообразительным: в одной истории вероломному Койоту удается трижды оставить его в дураках. Поймав луговую собачку, Лис решил вздремнуть, пока она обжаривается на вертеле, и улегся у костра. Коварный Койот, заметив добычу, обглодал мясо и измазал пасть спящего Лиса жиром; тот проснулся и решил, будто съел все во сне. Увидев на песке следы Койота и сообразив, что его провели, Лис бросился искать обманщика, чтобы преподать урок.

Заметив бегущего в к нему Лиса, Койот мигом придумал отличный план. Он прислонился к скале и принялся звать на помощь, уверяя, что громадный камень вот-вот рухнет. Взволнованный Лис кинулся подпирать «падающую» скалу. Койот велел ему держать камень, а сам якобы побежал за подпорками. Лис ждал до вечера и только потом понял, что скала и не собиралась падать.

Вконец рассердившись, Лис выследил Койота на берегу реки. Тот покаялся и сказал, что припас для Лиса половину головки сыра, указав на отражение полумесяца в воде. Он предложил Лису спуститься за сыром на дно реки, привязав веревкой хвост оппонента к камню, который лежал на берегу, и обещал вытянуть его, как только Лис ухватит сыр. Лис в третий раз поддался на хитрые речи и прыгнул в реку, а Койот, громко смеясь, метнул следом тяжелый камень. Если бы веревка, связывавшая Лиса с камнем, не соскользнула с хвоста, приключения доверчивого персонажа на этом бы и закончились.

Медведь часто встречается в мифах и легендах коренных народов Северной Америки; у некоторых он выступает культурным героем или даже властителем подземного мира. Образ неоднозначен: медведь может быть добрым и разумным, но способен и на жестокость. Индейцы считают, что он умеет исцелять и наделять силой. Многие народы проводят в его честь священные церемонии.

У народа чероки есть миф о том, как появились первые медведи. Он рассказывает о необычном мальчике из клана Ани-Цагухи. Ребенок просыпался ни свет ни заря и пропадал целыми днями в горах и лесах. Каждый раз уходил все раньше, возвращался все позже и отказывался от домашней еды. Родители ругали его, но он их не слушал.

Неизвестный мастер. Церемониальный кинжал племени квакиутль с тотемной головой медведя на рукояти. Северо-Западное побережье, XIX в. Гавайский музей искусств, Гонолулу

Вскоре родители заметили, что тело мальчика стало покрываться густой бурой шерстью. Его спросили, почему он избегает дома и не ест то, что готовят родные. «Лесная пища вкуснее кукурузы и бобов, которыми мы питаемся в поселении», – ответил он и добавил, что вскоре уйдет в лес навсегда. Безутешные родители умоляли остаться, но мальчик был непреклонен: «В лесу лучше, чем здесь. Я уже начал меняться и вскоре не смогу жить среди людей. Можете пойти со мной, если хотите. Еды там хватит на всех, и ради нее не нужно столько трудиться. Но помните: если решите уйти, вам придется воздерживаться от еды семь дней».

Родители обдумали слова сына и решили спросить совета у клана. Взвесив все за и против, они объявили односельчанам: «Мы работаем без отдыха, а на достойную жизнь все равно не хватает. Сын говорит, что в лесу еды вдоволь и добывать ее легче. Мы приняли решение уйти вместе с ним». Выслушав их, члены клана поддержали эту мысль, и следующие семь дней жители поселения постились, готовясь к исходу.

После голодания клан Ани-Цагухи тронулся в путь, покорно следуя за мальчиком. Из соседних поселений пришли старейшины – пытались отговорить людей от опасной затеи, но переубедить не смогли. Пути назад уже не было: они изменили свою природу воздержанием, и их тела начали покрываться темно-бурой шерстью.

Джордж Кэтлин. Индейцы, нападающие на медведя гризли. Литография из графического портфолио Кэтлина (North American Indian Portfolio). Лондон, 1844 г. Музей американского искусства «Кристал-Бриджес», Бентонвилл

Уходя, Ани-Цагухи сказали старейшинам: «Мы уходим в лес, туда, где всегда есть пища. Отныне мы будем зваться йона – медведями. Когда проголодаетесь, приходите в лес и зовите нас – мы придем и принесем себя в жертву. Не бойтесь нас убивать: мы будем жить вечно». Они научили старейшин песням, с помощью которых можно звать медведей; многие из этих напевов охотники исполняют до сих пор. Простившись, старейшины повернули обратно, а когда оглянулись, увидели, как в чащу уходит множество бурых медведей.

Орел издавна считается священной птицей у многих народов Северной Америки. Его считают вестником Великого Духа, ведь лишь он способен взмыть к вершине мира, туда, где не ступает нога человека. В полете орла видят воплощение силы, храбрости и свободы, а его зоркий взгляд символизирует ясность духа и верность долгу.

Перья орла – одна из самых почитаемых реликвий. Они украшают ритуальные головные уборы и воинские плащи, но получить такое перо можно только за особую заслугу. Каждое из них – знак конкретного подвига, символ чести, мужества и преданности своему народу. Поэтому перья никогда не покупают и не дарят без повода: их нужно заслужить.

В церемониях перья орла применяются и в духовных, и в целебных целях. Шаманы используют их, когда окуривают дымом людей и жилища во время очищающих ритуалов, чтобы изгнать болезни и дурные сны. Иногда пером орла обмахивают огонь, посылая молитву к небу. В некоторых общинах существует обычай обмена перьями во время свадьбы как клятва в вечной любви и верности.

Танец Орла, исполняемый на больших праздниках, отражает идею единства человека и небес. Воины подражают полету птицы, медленно поднимая и опуская руки, словно крылья. Этот танец символизирует связь земли и неба, силу, достоинство и возвышенность духа.

Неизвестный мастер. Маска орла, вероятно, племени квакиутль. Северо-Западное побережье (Канада), первая пол. XIX в. Музей Ритберга, Цюрих

Орел воплощает равновесие мира: он парит между небом и землей, светом и тьмой, жизнью и смертью. В духовных учениях разных племен орел считается посланником, несущим человеческие молитвы к Великому Духу. Люди, принадлежащие к клану Орла или просто ощущающие с ним родство, традиционно считаются духовными наставниками, хранителями мудрости и тех, кто помогает другим найти путь. Перо орла для них – не просто украшение, а живая связь с небом и символ внутренней силы.

Даже сегодня, когда священные традиции многих народов претерпели перемены, уважение к орлу остается неизменным. Его изображение встречается на знаменах, амулетах и ритуальных масках; его фигура венчает тотемы, а его образ напоминает людям, что сила и честь неразделимы с добротой и чистотой духа.

Скунс занимает особое место в фольклоре индейских народов. Его почитают за отвагу, независимость и уверенность. Небольшой зверек способен постоять за себя перед любым врагом, и в этом, говорят старейшины, заключена его мудрость: не тот силен, кто больше, а тот, кто знает собственную силу.

Скунс считается существом, которое дает урок смелости. Воины некоторых племен хранили его шкуру как оберег или украшали ею обувь, веря, что она придает им отвагу. Даже запах скунса воспринимали не как проклятие, а как защиту: «Он не нападает первым, но никто не посмеет тронуть того, кто его боится», – говорили старики.

Одна из старых легенд рассказывает, как Скунс помог своему другу Койоту отомстить обидчику. Давным-давно Койот жил в просторной пещере у источника с чистой и сладкой водой. Его дом был уютен, а жизнь – спокойна и сытна. Но однажды мимо проходил Волк. Увидев, как хорошо живет Койот, он позавидовал и попытался заставить его обменяться жилищами. Койот отказался, ведь в этой пещере жили его предки, и он не хотел нарушать традицию. Тогда Волк рассвирепел и как более сильный выгнал Койота.

Раненый и обиженный, Койот ушел далеко в степь. Он долго бродил, пока не наткнулся на Скунса. Полосатый зверек сидел у реки и лакомился яйцами, найденными в птичьем гнезде. Учуяв его едкий запах, Койот сначала поморщился, но потом понял, что именно такой союзник ему нужен.

– Здравствуй, брат, – сказал он. – Мне нужна твоя помощь. Волк отнял мой дом и выгнал меня. Если поможешь вернуть пещеру, я щедро отблагодарю тебя.

Скунс выслушал рассказ и покачал головой:

– Я не сильнее Волка. Чем я могу помочь?

– Твое оружие – запах, – ответил Койот. – Ты можешь сделать его жизнь невыносимой.

Скунс задумался и согласился. Ночью он пробрался к источнику у пещеры, где теперь жил Волк, и опустил туда свой хвост. Вода пропиталась смрадом, и в пещере стало невозможно жить. Волк и его жена покинули жилище, закрывая носы лапами.

Койот вернулся в свою пещеру. Он был благодарен Скунсу и сказал:

– Пусть все помнят, что сила бывает разной. Иногда победу приносят не коготь и клык, а ум и смелость.

С тех пор, говорят старейшины, запах скунса напоминает людям о том, что даже слабый может постоять за себя, если не боится быть собой.

Таинственная и загадочная сова издавна почитается многими коренными народами. Для одних она – священная птица, хранительница древних знаний и верная советчица, а для других – вестница опасности, существо, способное предостеречь от беды или принести дурные вести. О ней говорят с уважением, но и с опаской: сова не принадлежит полностью ни свету, ни тьме, а живет где-то посередине, там, где сходятся мудрость и тайна. Многие народы считали, что сова обладает даром прорицания: она чувствует перемену ветра, знает, когда придет дождь, и может увидеть то, что еще только должно случиться.

У ирокезов есть легенда, объясняющая, почему у совы такие большие глаза. Давным-давно, когда мир был еще молод, Создатель Всего трудился над сотворением зверей и птиц. Он создавал их одного за другим, внимательно прислушиваясь к желаниям сущности каждого, ведь хотел, чтобы каждое создание стало таким, каким оно мечтало быть.

В тот день Создатель Всего занялся Зайцем. Заяц попросил у него быстрые ноги, длинные уши, острые зубы и когти, как у хищников, чтобы быть ловким и страшным, как Пума. Создатель терпеливо выслушал его просьбы, размышляя, как все это можно совместить.

На ветке дерева, недалеко от места, где творилась жизнь, сидела Сова. Она внимательно наблюдала за происходящим, и ее мысли были полны гордости. «Если кто и заслуживает быть самым красивым и быстрым существом на земле, так это я!» – подумала она. И, не дождавшись своей очереди, она решилась заговорить.

– Создатель Всего, – сказала она, – сделай меня самой красивой птицей на свете! Подари мне шею как у Лебедя, длинную и изящную, и клюв как у Цапли, острый и ловкий. А перья пусть будут как у Красного Кардинала, чтобы сияли на солнце.

Создатель Всего поднял глаза и нахмурился.

– Терпи, – ответил он. – Твоя очередь еще не пришла. Не мешай мне работать. Закрой глаза или отвернись, чтобы не видеть, как я творю.

Но Сова только усмехнулась.

– Ху-ху! – ответила она. – Никто не может запретить мне смотреть туда, куда я хочу. Мне нравится наблюдать за твоей работой, и я не собираюсь отводить взгляд.

Такой дерзости Создатель не ожидал. Его терпение лопнуло. Он схватил Сову, стащил с ветки и стал трясти ее так сильно, что ее голова утонула в плечах, а глаза округлись от испуга. Затем он дернул ее за уши, заставив их торчать в разные стороны, и сердито сказал:

– Так-то! Смотри теперь куда угодно, ведь твоя голова будет вертеться во все стороны. Но ты больше не сможешь следить за моей работой – я творю днем, а ты будешь бодрствовать ночью.

Затем Создатель взял немного глины и размазал ее по перьям Совы.

– Это тебе за дерзость, – добавил он. – Будешь теперь серой, а не рыжей.

С этими словами он отпустил Сову. Она захлопала крыльями и улетела, не проронив ни слова. С того времени ее глаза стали огромными, а перья – серыми. Она и по сей день бодрствует по ночам, а ее взгляд всегда настороженный, как напоминание о том, что даже мудрость не дает права на дерзость перед Создателем.

Когда же Заяц увидел, как разгневался Создатель на Сову, он так испугался, что сбежал, не дав Создателю закончить свое творение. Поэтому у Зайца остались короткие передние лапы, а острых когтей и клыков он так и не получил. С тех пор Заяц стал пугливым, как дитя.

Черепаха издавна занимает особое место в мифах и легендах народов Северной Америки. В разных историях она бывает разной – то простодушной и смешливой, то мудрой и рассудительной, то воительницей, способной сразиться с чудовищами. Над ней часто подшучивают за ее медлительность, но, как показывает предание народа сенека, не стоит судить о силе по скорости. Черепаха в одной из легенд становится настоящей героиней, вставшей на тропу войны.

Эммануэль-Мари Деланесс. Индейская церемония с черепахой. Гравюра, ок.1731 г., Новая Франция. Библиотека Конгресса, Вашингтон

Однажды Черепаха заскучала. Сидела она на камне у реки и думала: «Все вокруг чем-то заняты: кто охотится, кто поет, кто строит жилище. А я сижу и без дела. Пора и мне совершить что-нибудь великое».

С этими мыслями она вскарабкалась в свое каноэ, взяла в лапы весла и поплыла вверх по реке, напевая негромко, но уверенно: «Я на тропе войны! Я на тропе войны!»

Вскоре на берег вышел Олень и, услышав песню, окликнул нашу героиню:

– Черепаха, возьми меня с собой, я тоже хочу на тропу войны!

Черепаха посмотрела на него, прищурилась и сказала:

– Хорошо, но сперва докажи, что ты быстр. Добеги до вон той горы и вернись обратно. Если успеешь, пока я не уплыву далеко, – возьму. Ведь если нас станут побеждать враги, нужно уметь быстро спасаться.

Олень кинулся вперед, поднимая клубы пыли, но когда вернулся, Черепаха лишь покачала головой:

– Нет, бежишь слишком медленно. Мне нужны самые лучшие бегуны.

И поплыла дальше, распевая все громче: «Я на тропе войны! Я на тропе войны!»

Вскоре на берег вылез Скунс. Он услышал ее песню и тоже захотел присоединиться. Черепаха предложила ему то же испытание, что и Оленю, и, увидев, как ловко он бегает, кивнула:

– Вот это другое дело! Залезай в каноэ, пойдем вместе.

Скунс забрался внутрь, и они поплыли вдвоем.

– Только смотри, – сказала Черепаха, поморщившись, – ты пахнешь, как дымный костер после дождя. Ну да ладно, на войне не до церемоний.

И снова запела: «Мы на тропе войны! Мы на тропе войны!»

Дальше путь их привел к Медведю. Он, как и остальные, захотел отправиться вместе с ними, но Черепаха, поглядев, как неповоротливо тот двигается, сказала:

– Ты силен, Медведь, но слишком тяжел. Если придется бежать, не успеешь. Оставайся здесь и охраняй лес.

Медведь не обиделся – махнул лапой, пожелал удачи и вернулся в чащу.

Немного спустя из кустов показался Дикобраз.

– Возьми и меня, Черепаха, я тоже хочу на тропу войны! – попросил он.

– Хорошо, – ответила она, – но покажи, как ты бегаешь.

Дикобраз сделал шаг, потом другой и тут же споткнулся, упал и покатился кубарем по земле. Черепаха засмеялась:

– Вот тебе и боец! Но знаешь что? Ты мне нравишься. Твои иголки острые, как стрелы. Лезь в каноэ, пригодишься.

Дикобраз радостно забрался к ним, а Черепаха снова поглядела на Скунса и шутливо сказала:

– Ну что, теперь у нас пахнет еще сильнее! Зато компания веселее.

И вновь запела: «Мы на тропе войны! Мы на тропе войны!»

Так они и плыли, пока на берег не вышел Лось. Он громко заревел и предложил составить им компанию. Черепаха велела ему добежать до горы и обратно, и тот действительно обернулся в мгновение ока. Но он мчался так неуклюже, что едва не снес половину деревьев на пути.

– Нет, – сказала Черепаха, – ты слишком неосторожен. На войне нужна не только сила, но и ловкость.

И поплыла дальше.

Через какое-то время им встретилась Гремучая Змея. Она зашипела, высунув язык, и предложила присоединиться. Черепаха посмотрела на нее внимательно и ответила:

– А ты мне нравишься. Пусть бегать ты не можешь, зато враги тебя будут бояться. Лезь в лодку, Гремучая Змея.

Змея скользнула в каноэ, свернулась кольцом, и Черепаха довольно сказала:

– Вот теперь у нас настоящая команда.

И вся четверка в один голос запела: «Мы на тропе войны! Мы на тропе войны!»

Плыли они долго и все решали, с кем бы им сразиться. После долгих размышлений они выбрали в противники Семь Сестер, живших неподалеку. Это были сильные, умелые женщины, и победа над ними могла принести настоящую славу.

Добравшись до жилища Сестер, Черепаха велела каждому их своих бойцов занять позицию.

– Скунс, ты спрячься в очаге. Если кто подойдет, обрызгай его свой вонючей жидкостью. Дикобраз, прячься в поленнице – твои иголки ранят наших врагов. Гремучая Змея, укройся в мешке с кукурузой.

А сама Черепаха расположилась у источника, откуда Сестры брали воду.

Наступило утро. Мать Сестер подошла к очагу, чтобы развести огонь. Скунс бросился на нее и обдал зловонным облаком. Женщина ослепла и упала. На ее крик прибежали дочери, схватили дубины и забили бедного Скунса насмерть.

– Вот и вся война, – сказали они. – Теперь можно и поесть.

Одна из Сестер подошла к поленнице, чтобы подкинуть дров в огонь. В тот же миг она вскрикнула: из руки торчали десятки иголок. Дикобраз напал на нее! Сестры сбежались и тоже забили Дикобраза.

Затем еще одна Сестра пошла в кладовую за сушеной кукурузой. Она запустила руку в мешок, и тут ее ужалила Гремучая Змея. Раздался громкий крик, и сестры, бросившись на помощь, убили Змею, но укушенная вскоре умерла.

Через некоторое время мать послала одну из дочерей к источнику. Девушка наклонилась к воде, и вдруг почувствовала резкую боль: Черепаха вцепилась ей в палец и не отпускала. Как она ни билась, освободиться не могла. Так ей и пришлось тащить Черепаху домой, волоча ее за собой. Дома мать оторвала Черепаху от девушки.

– Ах ты проклятая! – закричала мать. – Я брошу тебя в огонь!

Но Черепаха только рассмеялась:

– В огонь? Да я из него родом! Пламя может обжечь кого угодно, но не меня!

Тогда женщина нахмурилась и сказала:

– Хорошо, раз ты не боишься огня, я утоплю тебя в реке.

Тут Черепаха стала умолять:

– Не делай этого! Пощади меня!

Но мать не послушала. Она подхватила ее и бросила в реку. Черепаха ушла под воду, и казалось, что она утонула.

Женщина уже повернулась, чтобы уйти, как вдруг из воды вынырнула Черепаха, живая и довольная.

– Ну что, говорила же я! – сказала она с улыбкой. – Не страшны мне ни пламя, ни глубины! Я живу и на суше, и в воде!

Черепаха подняла лапы, как будто держала в них трофеи, и с гордостью добавила:

– Я – великая воительница!

Она громко рассмеялась, брызнула водой и, не дождавшись ответа, нырнула обратно в реку. Сестры и их мать стояли в полном оцепенении, не веря своим глазам.

Так Черепаха доказала всем, что даже тот, кого считают медлительным и неуклюжим, может проявить смелость и находчивость. Ведь на тропе войны часто побеждает не тот, кто быстрее, а тот, кто мудрее, настойчивее и умеет использовать свои сильные стороны.

В индейских легендах нет четкого деления на добро и зло, свет и тьму. Мир для коренных народов – это единое целое, где все переплетено: день рождается из ночи, а жизнь вырастает из смерти. Даже самые страшные духи не считаются чистым злом – они просто выполняют свою роль, поддерживая равновесие в мире.

Для древних племен мрак был не врагом, а частью жизни. Он скрывался в зимних бурях, безлунных ночах, завывании ветра над равниной. Люди знали, что стоит забыть об осторожности или нарушить законы природы – и тьма напомнит о себе.

Так появились истории о духах, что карают, пугают и учат одновременно. На севере, среди кри и оджибве, рассказывают о вендиго – иссохшем существе, рожденном из человеческой жадности и голода. На востоке живут легенды о катшитуашку – водяных оборотнях, что могут принимать облик зверя или человека и тянут путников в омут. А на Крайнем Севере, где свет зимой тусклый, как гаснущая свеча, старики в эскимосских стойбищах вспоминают оживших мертвецов, блуждающих в поисках тепла. У народов Великих озер есть рассказы о летающих головах – пылающих черепах, которые пролетают над землей перед войной или другой бедой.

Но цель этих историй не в том, чтобы напугать. Они напоминают: зло не приходит извне. Оно рождается внутри человека – из алчности, зависти, страха и забвения благодарности.

Вендиго – одно из самых жутких созданий североамериканской мифологии. О нем рассказывают многие племена – от оджибве и кри до алгонкинов и черноногих. Это страшное напоминание о том, что бывает, когда человек теряет человечность и забывает о других.

Согласно преданиям оджибве, в вендиго превращается тот, кто в голодные времена решился съесть плоть другого человека или стал рабом собственной жадности. Душа его леденеет, кожа становится серой, как пепел, тело вытягивается, а глаза чернеют и пустеют. Сердце вендиго холодно, а голод в нем не утихает никогда. Он бродит по зимним лесам, тощий и вечно голодный.

В разных легендах вендиго изображают по-разному: иногда он похож на иссохшего человека, иногда – на существо с оленьими рогами и лицом, покрытым инеем. Его дыхание холодит воздух, а запах смерти опережает его появление. Для индейцев вендиго – дух ненасытности и жадности, который может овладеть каждым, кто перестает делиться и благодарить.

В старину шаманы устраивали церемонии, чтобы изгнать из человека «дух вендиго», если тот проявлял безумную жадность. Говорили, что болезнь вендиго – духовная зараза, и если ее не остановить, человек теряет человеческий облик. Когда зимой в лесу поднимался ветер, старики шептали детям: «Тише. Это вендиго ищет тех, кто забыл, что значит быть человеком».

О водяных младенцах рассказывают банноки и шошоны, жившие у горных рек и озер. Эти духи зовут путников жалобным плачем младенца. Человек, услышавший этот звук, спешит на помощь, наклоняется над водой – и ледяная рука хватает его и утягивает в глубину.

Считается, что водяные младенцы – это души детей, погибших во времена Великого голода, когда отчаявшиеся матери бросали их в воду. Их плач – не просьба о помощи, а голос мщения. Тот, кто поддается жалости и приближается к воде, становится их добычей.

Похожие истории рассказывают и другие народы Севера. У тлинкитов на Аляске есть Куштака – человеко-выдра, способная менять облик. Иногда она спасает тонущих, превращая их в себе подобных, а иногда губит, подражая голосам родных.

У равнинных народов – сиу, шайеннов и омаха – издавна рассказывают о двуликoм существе. С виду он похож на человека, но на затылке у него второе лицо. Переднее спокойно, даже доброжелательно, а заднее искажено злобой. Тот, кто увидит его, замирает от ужаса или падает замертво.

Вождь сиу. Картина, приписываемая Чарльзу М. Расселу. Фото из аукционного каталога

Из локтей чудовища торчат острые костяные шипы, которыми оно убивает своих жертв. В некоторых сказаниях Двуликий похищает детей у беременной женщины, а спустя годы погибает от рук выросших близнецов.

Но это не просто чудовище. Для шайеннов и сиу Двуликий символизирует лицемерие и внутреннюю раздвоенность человека. Старики говорили детям: «Каждый носит в себе два лица, и только ты решаешь, какое из них покажешь миру». Так легенды о страшных созданиях становились уроками честности.

Юпики, живущие на западе и юге Аляски, рассказывают о маленьких существах по имени ирценрааты. Это крошечные человечки с длинными руками и крупными головами, живущие в скалах и у речных берегов. Они не злобны, но коварны: могут помочь охотнику, а могут и перевернуть его каноэ, просто ради забавы.

Фрэнк Джордж Карпентер. Шаман юпик изгоняет злых духов из больного мальчика. Нушагак, Аляска. Фото ок.1890–1892 гг. Библиотека Конгресса, Вашингтон

Говорят, ирценрааты умеют путать следы и морочить разум. Путник идет по прямой, а потом замечает, что возвращается на то же место, откуда вышел. Старики советовали: если вода внезапно притихла, а воздух стал холодным, не переходи реку, это ирценрааты вышли поиграть.

У народа кри есть похожие духи – маннегиши, обитающие в бурных порогах. Они утаскивают в воду тех, кто забывает оставить реке подношение.

Инуиты рассказывают детям о Калупалике – существе с зеленой кожей, длинными влажными волосами и острыми когтями. Оно тихо поет у самого берега, и его песня звучит завораживающе. Любопытные дети подходят ближе, чтобы расслышать слова, и тогда Калупалик хватает их и утаскивает в ледяную воду.

Легенды часто описывают это существо как женщину в традиционном инуитском костюме – амаути, с капюшоном для ребенка. Говорят, что похищенных детей она не убивает, а держит у себя под водой, пока они не научатся слушаться родителей и уважать старших.

В густых лесах штата Мэн, где живет народ пенобскот, рассказывают о чудовище по имени Катшитуашку. Это огромный медведь, ходящий на задних лапах. У него бледная голая кожа, без единого клочка шерсти, а дыхание горячее, как пар кипятка. Говорят, что Катшитуашку умеет сливаться с деревьями. Он может стоять неподвижно у ствола, пока жертва не подойдет вплотную, и тогда хватает ее и утаскивает в чащу.

Иллюстрация из книги Вайолет Мур Хиггинс «Пропавший великан и другие американские индейские сказки в пересказе».1918 г. Цифровая библиотека Смитсоновского института, Вашингтон

Некоторые исследователи считают, что этот образ появился, когда древние индейцы находили кости мамонтов или мастодонтов и принимали их за останки огромных медведей. Но для пенобскотов Катшитуашку – не просто страшный зверь, а воплощение древней силы леса, той, что была здесь задолго до людей и, вероятно, останется после них.

Легенда о Летающих Головах – сказка, которой пугают детей у костра в безлунную ночь. Но в этой истории скрыт урок: она учит уважать старших и напоминает молодым, что высокомерие и непокорность нередко приводят к беде. Летающие Головы безобразны и ненасытны. Они кружат в небе, хлопая крыльями, сверкая длинными клыками и выискивая на земле беспечных людей. Жалости от них ждать не приходится: почуяв добычу, они набрасываются на нее и разрывают на части.

Древняя легенда ирокезов рассказывает, как появились эти жуткие создания. Однажды на земли, где сейчас стоит Нью-Йорк, обрушился голод. Рыба исчезла из рек, звери и птицы покинули леса и отправившись искать пропитание в других местах. Молодые воины племени, жившего у реки Гудзон, предложили уйти вслед за животными и найти новые места для жизни, но старейшины отказались, решив не покидать землю предков. Тогда юноши, ослепленные гневом, убили стариков и отрубили им головы.

Связав их вместе, один из убийц бросил головы в реку. Однако веревки запутались, и он утонул вместе с ними. Душа погибшего передалась отсеченным головам, и те ожили: у них выросли огромные крылья, как у летучей мыши, и страшные глаза вспыхнули злобным светом. Так появились Летающие Головы.

С тех пор ирокезы рассказывают своим детям, что, отправляясь в лес на охоту или на реку за рыбой, нужно быть внимательным. Никто не знает, когда в небо вновь поднимутся Летающие Головы, чтобы напомнить людям, что за неуважение к старшим рано или поздно приходится платить.

Среди народов Британской Колумбии с давних времен живет легенда о водяном существе по имени Огопого. Для народов шусвапов и оканаган он – воплощение силы и непредсказуемости природы. Его дом – озеро Оканаган, и облик его устрашает: длинное тело змеи, голова дракона, глаза, сверкающие, как два драгоценных камня.

Согласно легенде, Огопого требует уважения и подношений. Путники, собираясь пересечь озеро, бросали в воду жертву – небольшое животное или символический дар, чтобы задобрить духа. Тот, кто пренебрегал обрядом, рисковал вызвать бурю или попасть под удар молнии. Так люди учились почитать стихию, в чьих руках их жизнь.

Существуют и другие предания: некоторые считают Огопого не злым демоном, а хранителем озера и всей долины вокруг него. Он лишь карает тех, кто оскорбляет воду и землю, но оберегает тех, кто относится к ним с уважением.

И в наши дни жители городков, стоящих на берегах Оканагана, клянутся, что видели, как из глубины появляется огромная голова, похожая на драконью. Подобные рассказы есть и в других местах: в американском штате Монтана, у озера Флатхед, тоже говорят о загадочном водном существе, напоминающем канадского Огопого.

Согласно легендам навахо, среди их шаманов были те, кто мог изменять свой облик и превращаться в животных, используя свои магические силы. Эти шаманы назывались Те, Кто Ходит в Чужой Коже. Они могли стать невидимыми или принять форму волка, медведя, оленя и других животных. Эти превращения отражали глубокую связь с природой и духами, но в то же время нарушали духовные законы, что создавало опасность как для самого шамана, так и для его окружения.

Мифы о Тех, Кто Ходит в Чужой Коже, подчеркивают, что такие существа, хотя и могли использовать свои силы во зло, часто играли роль в поддержании равновесия мира. Табу на их упоминание вслух связано с верой в то, что произнесенное имя может привлечь эти опасные силы или вызвать беду. Запрет отражал страх перед теми силами, которые могут вторгнуться в этот мир, если не соблюдать духовные законы.

В легендах арапахо и других племен Великих равнин живут рассказы о загадочных существах – Тейхиихан. Их называют Маленьким народцем, но внешне они мало напоминают сказочных эльфов. Это крепкие темнокожие коротышки ростом с ребенка, быстрые, сильные и безжалостные. Они охотятся не только ради еды, но и ради удовольствия, бросая добычу наполовину съеденной и тут же отправляясь за новой. Одни говорят, что Тейхиихан могут становиться невидимыми, другие утверждают, что они умеют летать. Согласно старинной арапахской легенде, люди когда-то сумели уничтожить это племя, но память о Маленьком народце не исчезла.

Уильям Флетчер Уайт. Как Утренняя Звезда потеряла свою рыбу. Иллюстрация из книги Мейбл Пауэрс «Истории, которые ирокезы рассказывают своим детям».1917 г. American Book Company, Нью-Йорк

До сих пор, если где-нибудь случается таинственное исчезновение скота или совершается жестокое необъяснимое убийство, старики качают головами и говорят:

– Осторожнее. Может, это снова Тейхиихан.

Уильям Флетчер Уайт. Маленький народец. Иллюстрация из книги Мейбл Пауэрс «Истории, которые ирокезы рассказывают своим детям».1917 г. American Book Company, Нью-Йорк

Североамериканские индейцы в большинстве своем относятся к смерти как к великому таинству, разгадка которого неподвластна человеку, – с принятием, почтением и здоровой долей любопытства. Для них смерть – такая же важная часть божественного замысла, как и жизнь. Они не страшатся ее, потому что верят: человек – бессмертный гость в смертном мире, чей настоящий дом находится далеко за пределами земного существования.

Каждое племя соблюдает свои погребальные обычаи. Где-то принято раскрашивать лицо умершего в символизирующий жизнь красный цвет, где-то – выпускать после погребения птицу, уносящую душу покойного на небеса, а где-то – хоронить усопшего вместе с его оружием и украшениями, включая пару удобных мокасин для долгого пути в потусторонний мир.

Представления североамериканских аборигенов о загробной жизни разнятся от племени к племени. Лакота считают, что ребенок получает душу в подарок от звезд; сауки верят, что врата в потусторонний мир сокрыты в западной части небес и что духи предков сопровождают потомков в сумеречное царство по Млечному Пути. Навахо, хоть и не боятся самой смерти, с опаской относятся к неупокоенным душам, блуждающим между мирами.

Гарри Л. Стенли. Пляска Солнца у шошонов (резервация Форт-Холл, Айдахо).1938 г. Национальный архив США, Вашингтон

У многих народов считается, что душа человека после смерти проходит несколько стадий. У оджибве дух умершего должен пересечь широкую реку и пройти по узкому бревну, охраняемому духом женщины, которая пропускает только тех, кто вел праведную жизнь. У чероки душа отправляется в страну теней, где продолжает привычное существование: там есть охота и рыбалка, песни и пляски, дети и старики. Люди живут в стране теней так же, как на земле, но без страданий и болезней.

Фрэнк Ла Рош. Участники Пляски Солнца народа кри. Вероятно, Монтана. Фото ок.1893 г. Библиотека Конгресса, Вашингтон

Некоторые народы Великих равнин верят, что умершие переходят в страну, где пасутся бизоны и танцуют духи предков, – место, где всегда весна и не бывает голода. Это мир охотников, где жизнь продолжается в более совершенном виде. Именно отсюда умершие посылают родным знаки – сны, ночные огоньки или голоса ветра.

У навахо и апачей погребальные ритуалы строго регулируются табу. Могилу быстро зарывают, чтобы дух умершего не задержался среди живых, а имя покойного стараются не произносить, чтобы не привлечь его тень. Тело умершего считают вместилищем той силы, что может навредить живым, поэтому все предметы, соприкасавшиеся с ним, сжигают или оставляют в могиле. Тем не менее память о предках жива в обрядах: при каждом рассвете навахо обращаются к востоку, приветствуя солнце и всех, кто ушел.

У северо-западных народов, например у тлинкитов и хайда, существовали особые дома духов – небольшие постройки, в которых совершались поминальные ритуалы. Души умерших, согласно их верованиям, живут недалеко от мира людей и возвращаются, когда их вспоминают в песнях. В этих церемониях важен не страх перед смертью, а благодарность: умершие продолжают участвовать в жизни общины, оберегая ее от бед.

Легенда о том, как смерть пришла в этот мир, встречается в мифологии многих коренных народов. Действующие лица меняются от племени к племени, но суть остается неизменной. Поначалу, говорят старейшины, смерти не существовало. В те благословенные времена люди жили столько, сколько хотели, не зная ни скорби, ни печали. Однако вскоре земле стало грозить перенаселение, и боги вместе с культурными героями задумались над тем, как спасти ее от гибели. У модоков заклинателем смерти становится первый человек Кумокумс, у шошонов – Койот, а у индейцев кайова – трикстер Сейндей. Все они впоследствии сожалеют о своих действиях, но изменить уже ничего нельзя.

Согласно модокскому мифу, Кумокумс сотворил мир с помощью земли, которую поднял со дна озера. Он разместил на ней людей, велев им радоваться жизни и размножаться, но вскоре их стало так много, что пропитания перестало хватать. Тогда Дикобраз обратился к Кумокумсу и сказал, что, возможно, причина в том, что умершие люди не уходят, а остаются рядом с живыми. Дикобраз предложил создать для них особое место, и Кумокумс объявил, что отныне после смерти души людей будут покидать мир живых и отправляться в Страну Мертвых.

Через несколько дней, возвращаясь домой с рыбалки, Кумокумс узнал от своих жен, что его любимая дочь умерла. Безутешный отец послал за шаманом, но тому, как бы он ни старался, не удалось вернуть девушку к жизни. Тогда Дикобраз напомнил Кумокумсу, что по его же указу души умерших должны безвозвратно уходить в Страну Мертвых.

Правило было единым для всех, но Кумокумс решился обратиться к вождю Страны Мертвых с просьбой отпустить его дочь. Войдя в транс, он послал свой дух в путешествие и вскоре очутился в Стране Мертвых. Вождь встретил его приветливо и спросил о цели визита. Кумокумс рассказал о своей беде и попросил вернуть дочь.

Выслушав гостя, вождь позвал девушку по имени, и из соседнего вигвама вышел скелет. Вождь объяснил Кумокумсу, что теперь его дочь выглядит так, и спросил, готов ли он забрать ее в этом виде. Кумокумс твердо ответил, что заберет ее, какой бы она ни была. Тогда вождь согласился отпустить девушку, но поставил условие: по пути домой Кумокумс должен был четыре раза сжать руку дочери и ни в коем случае не оглядываться, пока они не покинут Страну Мертвых.

Кумокумс и его дочь отправились в обратный путь. Сжав ее костлявую руку, он почувствовал, как она постепенно обретает плоть. Он повторил движение еще трижды и был вне себя от радости, понимая, что дочь оживает. Но, не выдержав, оглянулся, чтобы взглянуть на нее, и увидел перед собой лишь груду костей. До выхода из Страны Мертвых оставалось всего два шага. Кумокумс так спешил, что нарушил условие, и все было потеряно. Вернувшись в свое тело, он понял, что больше никогда не увидит дочь. С тех пор, говорят старейшины, никто не может обмануть смерть.

В верованиях коренных народов Северной Америки редко встречается представление о Судном дне, когда души отправляются в рай или в ад. Тем не менее их мировоззрение не лишено идей справедливости, воздаяния за грехи и ответственности за поступки. Для них праведная жизнь, прожитая в согласии с природой и законами, означает гармонию с самим мирозданием и служит залогом доброго посмертного существования, каким бы оно ни представлялось. А те, кто жил неправедно, по некоторым поверьям могут переродиться в низших существ, утратив человеческий облик.

Многие племена верят в существование «счастливых охотничьих угодий» – своеобразного рая, куда после смерти попадают охотники и павшие в бою воины. Там всегда хватает бизонов, оленей и прочей дичи, и жизнь продолжается в изобилии и мире. Чероки верят, что духи их предков не исчезают, а наблюдают за потомками и оберегают их, подсказывая правильный путь. Хопи же допускают, что душа может переродиться внутри племени, вернувшись на землю в новом теле, чтобы завершить то, что не успела при прошлой жизни.

В мифах хопи о загробном мире особое место занимает Гранд-Каньон. Считается, что в его недрах скрыт священный проход – вход в потусторонний мир, а по другой версии, переход из Третьего Мира в Четвертый. Стражем этого мира выступает Масау'у, или Человек-Скелет, хранитель огня и проводник душ умерших. Он встречает тех, кто покидает земной мир, и помогает им пройти через врата смерти. В некоторых преданиях упоминается и «загробная лестница» – символическая дорога, по которой душа поднимается в небесное жилище, чтобы соединиться с предками.

Шайенны верят, что жизнь после смерти – это продолжение земной жизни, только в другом мире. После того как душа покидает тело, она отправляется по Млечному Пути, ведущему в место, очень похожее на то, где человек жил при жизни. Там она встречается с Создателем и с теми, кто ушел раньше. Но добраться туда может не каждый: спокойное существование по ту сторону звезд нужно заслужить. Создатель не принимает тех, кто лишил себя жизни или нарушал обычаи, живя без заботы о других. Таких ждут долгие скитания по узкой дороге вдоль Млечного Пути, в вечной тьме. Считается, что некоторые из этих душ могут возвращаться в мир живых как призраки, чтобы напомнить людям о цене добра и зла.

Путь души в загробный мир непрост и полон испытаний. Ирокезы верят, что путешествие на небеса длится не меньше года, а у сауков рассказывают о суровом стражнике, охраняющем вход в царство мертвых. Его называют Тот, Кто Пробивает Дыру в Голове. Услышав лай своего сторожевого пса, он бросается на приближающуюся душу и вступает с ней в поединок. Те, кто побежден, исчезают навсегда, а тем, кому удается увернуться от ударов беспощадного стража, позволено перейти через реку, отделяющую мир живых от мира духов.

Ахаюта и Матсилема – божественные близнецы из преданий зуни, вечно ищущие подвигов и славы. Народ зуни почитает их как хранителей порядка и защитников людей. Как-то раз сидели Ахаюта и Матсилема у глубокого пруда и, заскучав без дела, вдруг услышали жалобные стоны. Для неугомонных близнецов зов о помощи звучал слаще песни райских птиц. Прислушавшись, они решили, что стоны доносятся из глубин подземного мира, и, не раздумывая, кинулись искать источник этих звуков.

Зажмурившись, они нырнули в пруд и вскоре очутились в необычной стране у переполненной людьми деревни. Первое, что почувствовали братья, подойдя к воротам, – невыносимый запах. Им показалось, будто где-то рядом груда гниющих тел, но, войдя в деревню, они поняли, что смрад исходил от гор мусора и испорченной еды. По улицам бродили толпы живых существ странного вида: тела были полупрозрачными, словно сотканными из тумана.

Заинтригованные близнецы решили выяснить, почему жители подземной деревни выбрасывают еду и почему выглядят именно так. Они подкрались к окну одного из домов и заглянули внутрь. Хозяева как раз собирались обедать: сняли с огня дымящиеся кастрюли, разложили по мискам ароматную пищу – и, отложив в сторону ложки, стали втягивать в себя поднимающийся от блюд пар. Оказалось, что эти странные существа питались не самой едой, а ее запахом и теплом. В мире духов, говорили жрецы зуни, тела не нуждаются в пище – духи живут дыханием земли и ароматами приготовленной еды.

Когда жители деревни заметили Ахаюту и Матсилему, они пришли в ярость и бросились на них с проклятиями и криками. Близнецы попытались защититься – выпустили стрелы и стали наносить удары булавами, но оружие проходило сквозь туманные тела, не причиняя вреда. Тогда они поняли, что духов можно победить лишь легким касанием: удар пером или травинкой способен их оглушить. Едва дотрагиваясь до противников, братья одержали победу и объяснили, что пришли не ради битвы, а с миром.

Они признались, что проголодались, и попросили угощения. Жители деревни поставили перед ними миски с дымящейся едой, и Ахаюта с Матсилемой начали дуть на пищу, чтобы не обжечься. Увидев это, духи в ужасе принялись их останавливать – ведь для них дуновение означало растрату самого ценного, ароматного пара. Тогда братья объяснили, что люди на поверхности земли едят именно так, и показали, как это делается, набивая рот большими кусками и проглатывая их.

Подземные жители с ужасом наблюдали, как близнецы поглощают пищу. Они были бесплотными существами и могли питаться только паром: реальная пища могла их убить. «Вот почему, – говорят старейшины зуни, – младенцы не могут есть твердую пищу: они ведь только что пришли из мира теней. А старики, готовые перейти в мир теней, теряют вкус к еде».

Несколько дней Ахаюта и Матсилема гостили в деревне духов и спасли ее жителей от нападения соек – злобных птиц, убивавших одним прикосновением, – и от чудовищного котла, доверху наполненного кипящим луком. Этот котел, оживший от злых чар, гонялся по улицам за духами и обжигал их раскаленной кашицей. Близнецы сразили непокорный котел и соек, зажарили птиц на костре и с аппетитом съели.

Восхищенные ловкостью братьев духи попросили их научить, как можно есть настоящую пищу, подобно людям. Тогда Ахаюта и Матсилема собрали всех жителей на главной площади, сделали каждому легкий надрез, чтобы открыть им путь к телесной жизни, и велели попробовать еду. Постепенно призрачные тела начали густеть, туман обретал плоть, и бывшие бесплотные духи стали похожими на обычных людей. Так, по словам старейшин, Ахаюта и Матсилема вывели первых жителей из подземного мира на свет и научили их жить на земле, питаться хлебом и плодами, а не одними ароматами.

Духовность, присущая коренным американцам, проявляется во всех сферах их повседневной жизни – в том, как они относятся к природе и говорят о своих предках; в том, какое место отводят себе в сакральной паутине бытия и как взаимодействуют с населяющими ее духами; в том, как готовятся к последнему пути и как серьезно относятся к пророчествам и предостережениям высших сил.

Эта духовность отражается в историях, которые индейцы рассказывают своим детям, в артефактах, что они бережно передают из поколения в поколение, и в магических ритуалах, проводимых, чтобы заручиться благословением высших сил. Они знают: неосторожное слово способно навлечь беду, а имя человека может повлиять на его судьбу. Поэтому они полагаются на знания шаманов, чтобы не гневить богов и духов и жить в гармонии с окружающим миром.

У многих народов Северной Америки особые предметы, которые человек всегда носит с собой. Это могут быть камень силы, перо орла, зуб медведя или маленький мешочек с пылью священной земли. Такие амулеты считаются живыми, наделенными своей душой, и требуют уважения. Если обращаться с ними небрежно, их сила может исчезнуть или даже обернуться против владельца.

Энджир Ирвинг Каус. Трубка мира.1901 г. Музей Метрополитен, Нью-Йорк

Шаманы часто изготавливают священные предметы сами: гремящие посохи, ожерелья из когтей или фигурки духов-хранителей. Каждый такой объект имеет свое предназначение – защищать во время охоты, помогать в исцелении, открывать путь к видениям. Считается, что во время ритуала человек вступает в общение с духами – не через просьбы, а благодаря обмену дарами. Для лакота, например, важнейшим ритуалом является курение священной трубки, соединяющее мир людей и мир невидимых существ. У хопи особое значение имеют ритуалы танцев дождя, обращенные к силам, управляющим природой. У оджибве и кри существуют молитвенные мешочки маниду, в которых хранятся символы связи с духами рода.

Джон Уайт. Изображение знахаря народа секотан. Виргиния (ныне Северная Каролина). Рисунок 1585–1593 гг. Британский музей, Лондон

Ритуалы проводятся в соответствии с лунными фазами или временами года: весной просят помощи у духов плодородия, летом – защиты от засухи, осенью – удачи на охоте, а зимой, когда жизнь замирает, рассказываются истории, чтобы сохранить память предков. Все это составляет живую ткань духовного быта, где нет границы между священным и повседневным – любое действие, даже приготовление пищи или сбор лекарственных трав, имеет свой ритуальный смысл.

Сказки и басни коренных народов Северной Америки – живая часть их духовной традиции, где через вымышленные образы передаются наблюдения о человеке, природе и устройстве мира. В отличие от мифов и легенд, объясняющих происхождение всего сущего и рассказывающих о деяниях богов и духов, сказки и басни говорят о повседневной жизни, характере людей и их поступках. В них нет священной торжественности, присущей мифу, зато есть ирония, добродушный смех и урок, который каждый слушатель должен усвоить сам.

Современные фольклористы затрудняются определить, насколько древние эти рассказы. По разным оценкам, многим из них не одна сотня, а возможно даже не одна тысяча, лет, но точно датировать их невозможно: веками истории передавались только устно – от стариков к детям и внукам.

Джон К. Хиллерс. Фрэнк Гамильтон Кушинг среди народа зуни. Фото 1880 г. Национальный антропологический архив, Смитсоновский институт, Вашингтон

Каждое поколение добавляло в повествование что-то свое, и поэтому один и тот же сюжет у разных народов может звучать по-разному. Сказители чероки и сегодня начинают свои истории словами: «Вот что поведали мне старики, когда я был еще ребенком». В этих словах заключено признание самой сути традиции: каждое сказание живет, пока его передают по цепочке поколений.

Записи этих историй появились лишь в середине XIX века. Первыми их стали фиксировать американские этнологи и путешественники – Джордж Кэтлин, Джеймс Муди, Фрэнк Гамильтон Кушинг. Позже к ним присоединились и сами представители коренных народов, желавшие сохранить родное наследие: писательница Зиткала-Ша из племени янктон и многие другие. А еще бесчисленное множество сказок и басен хранится в памяти тех, кто услышал их у очага зимними вечерами.

Однажды вечером пожилой мужчина из народа чероки подозвал к себе внука, чтобы рассказать ему о том, как устроены человек и вселенная.

– Внутри меня идет жестокая битва, – сказал он мальчику. – Это схватка между двумя волками – белым и черным. Но знай, та же битва происходит и в тебе, и в каждом человеке.

Он помолчал и добавил:

– Черный волк – это зло. В нем живут гнев, зависть, ревность, печаль, сожаление, жадность, ложь, гордыня, жалость к себе, чувство вины, обида, чувство неполноценности, ложная скромность, желание превосходства. А белый волк – это добро. Он несет радость, гармонию, любовь, надежду, спокойствие, смирение, доброту, щедрость, сострадание, правду и веру.

– А какой волк побеждает? – спросил внук.

– Тот, которого ты кормишь, – ответил старик.

Эта притча давно стала частью народной мудрости, и хотя ее приписывают чероки, смысл ее универсален: человек сам выбирает, что в себе растить – добро или зло.

Давным-давно, когда животные и растения говорили на одном языке, а отважные герои еще сражались с великанами, жила-была трудолюбивая полевка. Всю осень она не знала покоя: с первыми лучами солнца выходила из норы, брала сброшенную змеей кожу и наполняла ее бобами, которые находила на полях.

У нее была сестра – ленивая мышка, которой тяжелый труд казался скучным и ненужным. Она проводила дни в разговорах и танцах, не думая о зиме. И только когда осень подошла к концу, а на полях почти не осталось бобов, она спохватилась: запасов нет, а впереди зима.

Отчаявшись, легкомысленная мышка отправилась к своей сестре.

– Сестрица, помоги! – взмолилась она. – У меня нет ни одного боба на зиму. Я беззаботно провела все лето и осень, а теперь замерзну с голоду.

Трудолюбивая полевка пожурила ее:

– Лень не бывает вознаграждена, – сказала она. – Но ладно, возьми мою змеиную шкуру. Попробуй наверстать упущенное, пока снег не лег на землю.

Так полевки и разошлись: одна продолжала трудиться, а другая впервые задумалась, как дорого обходится беспечность.

Жил-был Крольчонок со своей старенькой бабушкой. Когда та пожаловалась, что старое платье совсем износилось, внук сказал:

– Не горюй, бабушка! Я пойду в лес, добуду лося или оленя, и ты сошьешь себе новое платье.

Он отправился в чащу и, бросив лук у тропинки, пошел проверить свои ловушки. Мимо проходил Лось. Увидев оставленный лук, он решил подшутить. Сунул копыто в тетиву, лег на землю и притворился мертвым.

Вернувшись, Крольчонок увидел лежащего гиганта и вскрикнул от восторга:

– Бабушка будет так рада! У нее будет новое платье!

Он помчался домой и закричал с порога:

– Я поймал лося! Выброси старое платье, скоро у тебя будет новое!

Но когда Крольчонок вернулся в лес, Лось вдруг вскочил и громко рассмеялся:

– Думаешь, я дался тебе в руки? Нет, дружок, просто решил пошутить!

Альберт Бирштадт. Бычий лось. Ок.1869–1871 гг. Центр Запада имени Буффало Билла, Коди, Вайоминг

Он стряхнул с копыта лук и скрылся среди деревьев. Крольчонок остолбенел. Осознав, что стал посмешищем, он бросился домой, надеясь, что бабушка еще не успела бросить платье в костер. Но было поздно – от него остался лишь пепел. Так Крольчонок понял: хвастовство и поспешность не приносят добрые плоды.

В давние времена, по преданию народа арикара, жила женщина, которая очень старалась быть хорошей хозяйкой. Осенью она отправилась в поле собирать кукурузу на зиму. Аккуратно срывала зрелые початки и складывала их в узелок, стараясь не пропустить ни одного. Когда работа была закончена и женщина уже собиралась уходить, из-за кукурузных стеблей раздался тонкий детский плач:

– Не оставляй меня! Возьми меня с собой!

Она замерла. Кому бы вздумалось взять ребенка на поле? Женщина обошла все ряды, заглядывая под листья, но никого не нашла. Уже потянулась за своим узелком и вновь услышала плач:

– Не уходи без меня!

Тогда она стала искать внимательнее и вскоре обнаружила в груде сухих листьев крохотный початок, который прежде не заметила. Это он звал ее и плакал, не желая остаться один.

Индеанка, перемалывающая кукурузу. Немецкая почтовая открытка.1904 г. Издательство Brück & Sohn Kunstverlag

С тех пор женщины народа арикара собирают урожай особенно внимательно: каждый початок, каждое зернышко должно быть поднято с поля, чтобы не огорчить духов кукурузы и не прогневать Великого Духа.

На берегу озера, где теплый ветер качает травы и облака отражаются в воде, рос гордый Топинамбур – растение с толстым стеблем и золотыми цветами. Он любовался собой, тихо шелестя листьями. В том же озере жила Ондатра. Она по вечерам выходила из своей хатки и любила гулять по берегу.

Однажды, заметив на пригорке рослого соседа, она сказала:

– Ты выглядишь таким самодовольным. Кто ты?

– Я Топинамбур, – ответил тот с важностью. – Люди зовут меня земляной грушей. Мои корни питательны и вкусны, и даже храбрые охотники любят собирать меня впрок. А ты кто?

– Я Ондатра, живу в воде и тоже приношу пользу людям, – ответила она. – У меня теплая шкурка, и из нее шьют отличные шубы. А ты стоишь тут весь день и ничего не делаешь.

– Я, может, и стою, – надменно сказал Топинамбур, – зато не живу в холодной воде и не мажу свой дом грязью.

– Зато у меня дом крепкий, – не растерялась Ондатра. – И, в отличие от тебя, я могу плавать и нырять, а не ждать, пока кто-нибудь выкопает меня из земли.

– Вот именно! – фыркнул Топинамбур. – Меня выкапывают сильные воины, а потом едят с благодарностью. А ты, бедная, все время прячешься от морозов в своей хатке.

– Может, и так, – усмехнулась Ондатра. – Зато я вижу мир каждый день, а не только небо над головой.

Неизвестный автор. Индейцы ловят ондатр. Журнал Popular Science Monthly (PSM), том IV, 1874 г.

Они еще долго поддевали друг друга, пока солнце не опустилось за горизонт. С тех пор говорят: и у Топинамбура, и у Ондатры свой путь – один кормит землю, другая – воду, но обе по-своему важны и красивы.