Космическая сага: Восхождение из пепла колоний 2

Глава 1

Звёздная система «Кику-Сейден» или «Звёздный Дворец Хризантемы». Территория Дома Хаяси Рё. Флагман объединённой эскадры двух флотов флот‑адмирала Цукито Кагами.

— Флот‑адмирал, мы ждём приказаний, — Цукито смотрел на голографический экран, где перед ним склонились адмиралы Харуто Сакамото и Такаши Кимура.

— Адмирал Сакамото, ваша эскадра должна уничтожить все корабли в этой системе. Все, адмирал, вы меня понимаете? — Кагами внимательно посмотрел на Харуто.

— Да, мой флот‑адмирал, будет исполнено, — Харуто Сакамото выпрямился, и связь с ним прервалась.

Цукито заметил краем глаза, как на тактической карте пришла в движение эскадра Харуто — строй кораблей плавно менял конфигурацию, выстраиваясь в боевой порядок для зачистки системы. Он перевёл взгляд на второго адмирала:

— Адмирал Такаши, начинайте бомбардировку планеты. Первые цели — противокосмическая оборона и военные базы. Приоритет — уничтожение пусковых установок орбитальных ракет и радаров дальнего обнаружения.

— Будет исполнено, мой флот‑адмирал, — Такаши Кимура коротко поклонился. Связь отключилась. Голографический экран погас.

— Картинку на экран, хочу видеть, как исполняются мои приказы, — стальным голосом произнёс Цукито.

Через десять секунд голографический экран снова заработал и разделился на две части. Справа транслировались действия эскадры Харуто: корабли стремительно сближались с целями, плазменные батареи уже начали первые залпы. Слева разворачивалась картина бомбардировки Такаши — первые выстрелы из орудий, предназначенных для нанесения ударов по планетарным целям, устремились к поверхности планеты, оставляя в атмосфере огненные следы.

— Спейс‑майор, где помощник советника Миядзаки? — спросил Кагами, внимательно смотря на голографический экран, где эскадры его объединённого флота пришли в движение.

— Он в своей каюте, Кагами‑сама, — услышал ответ своего помощника Цукито.

Флот‑адмирал сжал подлокотники кресла, сдерживая гнев. Помощник советника Миядзаки проигнорировал его приказ немедленно прибыть в штаб управления флотом. Прошло уже больше тридцати минут. В голове Цукито промелькнула мысль: «Опять эти придворные интриги. Дайто Ито явно пытается показать, что его связи выше моих приказов. Но здесь правила устанавливаю я, а не помощник советника главы Дома Сато‑Дзё».

— Сходи за ним, если потребуется — притащи его сюда за шкирку, — произнёс Кагами, сдерживая себя, чтобы не сорваться на крик. Не пристало флот‑адмиралу повышать голос — это признак слабости.

— Будет исполнено, Кагами‑сама, — сразу ответил спейс‑майор и встал со своего места.

Не успел он сделать и двух шагов, как в штаб управления флотом вошёл помощник советника Миядзаки Дайто Ито. Его одежда была безупречна, но в глазах читалась лёгкая насмешка. Советник главы Дома Сато‑Дзё Такео Миядзаки отправил его с Кагами, чтобы он составил ультиматум наместнику звёздной системы «Кику‑Сейден» — формально для координации действий и ведения переговоров, но Цукито прекрасно понимал: Дайто Ито должен был следить за каждым его шагом и докладывать Миядзаки.

Помощник советника склонился в почтительном, но нарочито медленном поклоне:

— Прошу прощения за задержку, флот‑адмирал. Возникли неотложные дипломатические вопросы, требующие моего личного внимания.

Цукито медленно повернул голову к улыбающемуся помощнику советника Миядзаки. Перед его глазами на мгновение всплыл образ: вот этот человек шепчется с кем‑то в тени коридоров его флагмана, передаёт зашифрованные сообщения, ставит под сомнение его приказы перед офицерами. «Дипломатические вопросы, значит», — мысленно усмехнулся Цукито.

— Если ты ещё раз проигнорируешь мой приказ Дайто, советник Миядзаки получит твою голову в мусорном мешке, — произнёс он.

Голос Цукито Кагами был абсолютно спокойным, но в нём было столько стали, что улыбка сразу исчезла с лица Дайто Ито. Его пальцы непроизвольно сжались, а спина невольно согнулась ещё ниже.

— П‑п‑простите, флот‑адмирал, — заикаясь и склонившись в глубоком поклоне, произнёс Ито. — Я… я немедленно приступлю к работе.

— Начинай составлять ультиматум и вести переговоры, — бросил Цукито и вернул свой взгляд на голографический экран. — И учти: никаких «мягких формулировок». Наместник «Кику‑Сейден» должен понять: либо он сдаётся сейчас, либо я сотру в порошок всех жителей планеты.

Дайто Ито судорожно кивнул и поспешил к панели управления на своём рабочем месте, его пальцы замелькали над голографической клавиатурой.

Эскадра адмирала Харуто Сакамото планомерно уничтожала все корабли Дома Хаяси Рё, не встречая большого сопротивления. Преимущество в кораблях и мощи было в несколько раз больше, и Харуто успешно этим пользовался. Пространство звёздной системы планомерно наполнялось новыми обломками кораблей, восполняя старые, до сих пор оставшиеся с прошлой бойни, которую устроил лично Цукито Кагами. На экране справа мелькали вспышки взрывов — один за другим гасли вражеские корабли, теряя щиты и разлетаясь на фрагменты под огнём плазменных орудий.

Флот‑адмирал перевёл взгляд на левую часть экрана, где эскадра адмирала Такаши уже начала обстрел планеты. Тяжёлые линкоры встали практически на орбите, уничтожая противокосмическую оборону Хаяси Рё. Редкие выстрелы с планеты щиты линкоров легко выдерживали, успевая полностью восстанавливаться.

— Доложить статус бомбардировки, — коротко приказал Цукито своему спейс‑майору.

— Пусковые установки орбитальных ракет — подавлены. Радары дальнего обнаружения — уничтожаются. Потери наших кораблей отсутствуют, — отчитался офицер.

Кагами удовлетворённо кивнул.

— Передай Такаши: после подавления радаров пусть начнёт обстрел военных баз.

Спейс‑майор кивнул и принялся передавать приказ. Цукито снова посмотрел на экран и перевёл взгляд на Дайто. Тот сидел бледный, но сосредоточенно работал.

— Ты отправил ультиматум? — спросил Цукито помощника советника Миядзаки Дайто Ито.

— Да, флот‑адмирал, ответа пока нет, — ответил помощник советника, стараясь не встречаться взглядом с Кагами. Его пальцы нервно постукивали по краю панели управления.

— Спейс‑майор, свяжите меня с адмиралом Такаши Кимура, — приказал Кагами.

Через несколько секунд на голографическом экране появился адмирал Такаши.

— Я весь во внимании, мой флот‑адмирал, — произнёс Кимура, склонив голову.

— Адмирал, наместник звёздной системы не торопится с ответом на наш ультиматум. Помогите ему определиться с ответом. Нанесите удар по жилым зонам, — отдал приказ Цукито Кагами, внимательно смотря на адмирала Такаши. В его голосе не было ни гнева, ни эмоций — только холодная расчётливость.

— Будет исполнено, мой флот‑адмирал, — ответил Кимура без малейшей паузы. Его лицо осталось невозмутимым, лишь на мгновение взгляд скользнул в сторону, словно он мысленно просчитывал траекторию ударов. Связь прервалась.

Цукито удовлетворённо кивнул сам себе. На экране справа мелькнули новые вспышки — эскадра Харуто завершала зачистку пространства от последних военных кораблей противника. Обломки дрейфовали в пустоте, подсвеченные лучами далёких звёзд.

— Флот‑адмирал, так нельзя! — возмущённо произнёс помощник советника Миядзаки. Его голос дрожал от негодования. — Это противоречит всем нормам и правилам. Нельзя атаковать мирные зоны. Мы же не варвары! Глава Дома Сато‑Дзё узнает об этом!

Цукито медленно повернул голову к Дайто Ито. В зале повисла гнетущая тишина — даже офицеры у терминалов замерли, стараясь не привлекать к себе внимания.

— Вы живы лишь потому, что мне лень встать, — произнёс Цукито ровным, почти будничным тоном. — Но, если вы ещё раз решите критиковать мои приказы, это будет последнее, что вы сделаете в своей жизни.

Помощник советника нервно сглотнул. Его лицо побледнело, руки задрожали. Он уткнулся в панель управления, начав быстро перебирать пальцами, будто внезапно обнаружил сотню неотложных задач.

Кагами отвернулся к экрану, где уже начали появляться данные о начале новой фазы бомбардировки.

— Спейс‑майор, — негромко произнёс он, — доложите статус удара по жилым зонам.

— Первый залп произведён, флот‑адмирал. Цели — периферийные жилые кварталы. Потери среди гражданского населения оцениваются в тридцать тысяч. Обстрелы наших кораблей с поверхности прекратились, — отчитался офицер, не поднимая глаз.

— Отлично, — кивнул Цукито. — Передайте адмиралу Такаши: пусть продолжит наносить удары по жилым зонам.

Дайто Ито сглотнул, стараясь не смотреть на экран, где транслировались кадры разрушений. Он уже понял: перед ним не просто военачальник — перед ним человек, для которого цель всегда оправдывает средства. И спорить с ним смертельно опасно.

Цукито заметил реакцию помощника советника Миядзаки и усмехнулся. Он снова стал смотреть на голографический экран, где адмирал Сакамото уже начал уничтожать гражданские яхты и грузовые корабли — те вспыхивали в атмосфере, как падающие звёзды. А тяжёлые линкоры адмирала Такаши Кимура готовились к новой атаке по жилым зонам планеты. Внизу, на поверхности, уже виднелись новые чёрные шрамы — следы предыдущих ударов.

Как только линкоры нанесли новый удар по жилым зонам, Дайто Ито произнёс, голос его дрожал:

— Наместник согласился на наш ультиматум, они готовы сдаться.

— Игнорировать, — сказал Цукито, не отрывая взгляда от экрана. Его лицо оставалось бесстрастным. — Спейс‑майор, передайте адмиралу Кимура продолжать обстрел гражданских территорий.

— Слушаюсь, Кагами‑сама, — ответил спейс‑майор. Его пальцы забегали по панели управления, передавая приказ адмиралу Такаши.

Цукито не собирался сразу прекращать обстрел. Дом Хаяси Рё должен раз и навсегда запомнить, что сопротивление бесполезно. Они должны сдаваться сразу, как только корабли Дома Сато‑Дзё входят в звёздную систему. Это будет уроком всем наместникам других звёздных систем. «Пусть знают: цена неповиновения — кровь», — мысленно добавил он.

— Флот‑адмирал, наместник снова прислал согласие на принятие нашего ультиматума, — через пару минут произнёс помощник советника Миядзаки и посмотрел на Цукито. Его голос звучал уже твёрже, в нём появилась отчаянная решимость. — Он просит прекратить обстрел гражданских территорий. Вы обязаны прекратить обстрел, флот‑адмирал. Они уже сдались!

Цукито медленно встал со своего кресла главнокомандующего — плавно, почти неторопливо, словно в замедленной съёмке. Его фигура, подсвеченная голубоватым сиянием голографических дисплеев, отбрасывала длинную тень на полированный пол штаба. Он сделал несколько шагов к помощнику советника — шаги звучали глухо, но в наступившей тишине казались раскатами грома.

Дайто Ито замер, широко раскрыв глаза. Его взгляд метался между лицом Цукито и рукоятью катаны, виднеющейся у пояса флот‑адмирала. В воздухе повисло ощущение неизбежного — как перед ударом молнии в грозу.

Движения Кагами стали молниеносными — стремительный рывок, нарушивший застывшее мгновение. Катана вышла из ножен с пронзительным свистом рассекаемого воздуха. Лезвие, отполированное до зеркального блеска, вспыхнуло голубоватым отсветом, на мгновение отразив хаотичные блики голографических карт и предупреждающих символов.

Взмах — чёткий, отточенный годами тренировок. Сталь соприкоснулась с плотью почти беззвучно, лишь короткий влажный хруст нарушил тишину. На шее Дайто Ито мгновенно появилась кровавая полоса — сначала тонкая, алая нить, которая тут же расширилась, извергая фонтанчик алой жидкости.

Цукито сделал шаг назад, слегка наклонил клинок и аккуратно вытер лезвие об рукав Дайто. Каждая капля крови, скатывающаяся по полированной стали, казалась тяжёлой, как ртуть. Затем он развернулся и неспешно вернулся в своё кресло — движения снова стали размеренными, почти медитативными.

Тело помощника советника Миядзаки, лишённое опоры, медленно завалилось на пол. Оно опустилось с глухим стуком, словно сброшенный манекен. Голова, отделённая от тела, откатилась в сторону, остановившись у подножия тактического стола. Её открытые глаза по‑прежнему смотрели в потолок — в них застыло выражение крайнего изумления.

Кровь хлынула из шеи толчками, в такт последним сокращениям сердца. Алые струи растекались по гладкому металлическому полу, образуя неровную лужу, которая медленно расширялась, подбираясь к ногам офицеров. Она блестела в свете мониторов, отливая тёмно‑бордовыми оттенками, и впитывалась в швы между панелями. Несколько капель попали на край тактического терминала — они растеклись неровными кляксами, словно зловещие символы предупреждения.

Голографические экраны вокруг продолжали мерцать, отображая ход боевых действий: вспышки взрывов в космосе, траектории ракет, мигающие отметки уничтоженных целей. Контраст между безмятежной работой техники и жуткой сценой в центре зала создавал сюрреалистичную картину — будто сама реальность раскололась на две части: одну — упорядоченную и цифровую, другую — кровавую и первобытную.

Цукито сел, положил катану на подлокотник кресла и спокойно произнёс:

— Спейс‑майор, продолжать обстрел. Запросы на связь от наместника игнорировать. Мы давали им шанс, теперь они должны понести наказание. Это будет уроком всему Дому Хаяси Рё.

Его голос прозвучал ровно, без эмоций, — так, будто только что не произошло ничего экстраординарного, а просто был отдан очередной боевой приказ. Его взгляд снова устремился к голографическому экрану, где эскадры продолжали свою разрушительную работу.

В штабе стояла гробовая тишина. Никто не смел говорить. Офицеры, бледные и напряжённые, уткнулись в свои панели управления, стараясь не смотреть в сторону тела. Каждый сосредоточенно выполнял приказы флот‑адмирала, будто происходящее на полу не имело к ним никакого отношения.

Спейс‑майор сглотнул, стараясь не обращать внимания на растекающуюся лужу крови, и отдал приказ:

— Продолжаем обстрел, — его голос чуть дрогнул, но он тут же взял себя в руки. — Интенсивность — прежняя. Запросы на связь игнорируем.

На экране вспыхнули новые отметки — тяжёлые линкоры Такаши Кимура выпустили очередной залп. Цукито следил за траекториями снарядов, отмечая, как точно они ложатся в намеченные районы.

Один из младших офицеров, сидевший ближе всех к телу, невольно вздрогнул, когда лужа крови подошла к его терминалу. Он замер на мгновение, потом судорожно отодвинул кресло и снова уставился в данные, его пальцы дрожали, но продолжали вводить команды.

Через несколько минут рабочий дисплей Дайто Ито мигнул — пришло новое сообщение от наместника. Оно высветилось красным, требуя немедленного внимания, но Цукито даже не повернул головы.

— Игнорировать, — бросил он через плечо. — Пусть читают следы своих ошибок на поверхности планеты.

Спейс‑майор кивнул и отклонил запрос на связь. В зале по‑прежнему царила мёртвая тишина, нарушаемая только тихим гулом оборудования и редкими докладами с боевых кораблей.

Цукито откинулся в кресле, сложив руки перед собой. Его лицо оставалось бесстрастным, но в глазах читалась холодная решимость.

— Запомните этот момент, господа, — негромко произнёс он, обводя взглядом штаб. — Милосердие — роскошь, которую мы не можем себе позволить в разгар войны. Слабость порождает сопротивление. Жёсткость — единственный язык, который понимают в восточном звёздном секторе. Пусть Дом Хаяси Рё и остальные восточные Дома запомнят: неповиновение влечёт за собой немедленное и беспощадное возмездие.

Он снова посмотрел на экран. На поверхности планеты разрастались огненные вспышки новых взрывов.

— Поддерживать обстрел ещё десять минут, — приказал Цукито. — Затем перевести корабли на орбитальный патруль. Адмиралу Такаши — начать подготовку к высадке десанта на планету. Адмиралу Сакамото — начать захват орбитальных объектов звёздной системы. Всех военных Хаяси Рё уничтожить. Гражданских, которые окажут сопротивление уничтожить.

Спейс‑майор отдал честь:

— Будет исполнено, Кагами‑сама.

Цукито кивнул. В штабе по‑прежнему никто не решался поднять глаза выше уровня своих терминалов. Тело Дайто Ито с отрубленной головой продолжало лежать на полу, а кровь продолжала растекаться, подбираясь к ногам офицеров — молчаливое напоминание о цене неповиновения флот‑адмиралу.

Цукито прикрыл глаза, на мгновение отрешившись от хаоса штаба. В воздухе всё ещё витал металлический запах крови, но флот‑адмирал уже отстранился от только что совершённого — перед ним стояла следующая задача. Необходимо было отправить записи боя и работы штаба Дайсукэ‑сама — это был его личный приказ. Глава Дома Сато‑Дзё требовал полного и детального отчёта: каждый приказ, каждое решение, каждый кадр с сенсоров наблюдения.

Он медленно поднял руку и коснулся сенсорной панели на подлокотнике кресла. Перед ним тут же развернулся дополнительный голографический интерфейс — мерцающая сеть защищённых каналов связи, шифрованных протоколов и накопителей данных. Пальцы Цукито задвигались с отточенной точностью, выбирая нужные файлы: записи с сенсоров эскадры Харуто Сакамото — вспышки взрывов, разлетающиеся обломки кораблей Дома Хаяси Рё; трансляции бомбардировки планеты от линкоров Такаши Кимура — огненные следы плазменных зарядов, исчезающие в атмосфере; аудиозаписи всех приказов, включая тот самый, что стоил жизни Дайто Ито; данные телеметрии — траектории ударов, координаты целей, статистика потерь и повреждений; кадры из самого штаба — в том числе последние секунды жизни помощника советника Миядзаки.

Каждый файл он помечал грифом «Строго конфиденциально. Только для глаз Дайсукэ‑сама» и зашифровывал по протоколу «Сакура‑9» — алгоритму, разработанному специально для нужд Дома Сато‑Дзё.

— Спейс‑майор, — негромко произнёс Цукито, не отрываясь от работы, — подготовьте официальный рапорт. Заголовок: «Звёздная система Кику‑Сейден под контролем Дома Сато‑Дзё». Включите в него: подтверждение капитуляции наместника; список захваченных активов; предварительный расчёт потерь противника; статус наших кораблей и десанта.

— Будет исполнено, Кагами‑сама, — отозвался офицер, бросая осторожный взгляд на тело Дайто Ито, всё ещё лежащее у его ног.

Цукито завершил выборку данных и отправил папку с файлами. На экране замелькали индикаторы загрузки — массивный пакет информации начал путешествие к резиденции Дайсукэ.

Глава 2

Мы продолжали стоять в коридоре командной палубы и смотреть друг на друга. Свет ламп отбрасывал резкие тени на лицо Фотиса, подчёркивая линии усталости и одновременно — затаённого волнения. Наконец Фотис произнёс:

— Это слишком неожиданное предложение, мой князь. Вы знаете меня слишком мало, чтобы доверять такой пост.

Я засмеялся — весело и непринуждённо, и звук моего смеха эхом отразился от металлических стен коридора.

— Уважаемый Фотис, после того, как я изучил ваши мысли и память, я знаю вас лучше, чем кто‑либо из вашего окружения. Я уверен, что вы справитесь, — я на мгновение замолчал и поправил себя: — Даже не так, Фотис. Я точно знаю, что этот пост — именно то, что вам требуется. Вы будете лучшим премьер‑министром этого кластера звёздных систем и Великого Дома Северных Медведей. Под вашим управлением, пусть не сразу, но эти звёздные системы наконец начнут процветать. Да, война ещё идёт, но в ближайшее время Союз Свободных Колоний распадётся, а отдельные королевства и республики присоединятся к моему Дому. И вы будете ими руководить, Фотис.

Наместник звёздной системы «Янтарный Утёс» задумался. Его взгляд стал отстранённым — он уже мысленно просчитывал первые шаги, оценивал ресурсы, прикидывал, какие кадры понадобятся. Я не торопил его, зная, что он согласится: в глубине души Фотис жаждал этой ответственности.

— Хорошо, мой князь, — наконец произнёс он. — Но у меня есть несколько условий…

Я прервал его, подняв руку в жесте, который был одновременно и успокаивающим, и властным:

— Дорогой Фотис, я предлагаю вам всё хорошо обдумать и записать все ваши условия. Сейчас мы улетаем, но через несколько дней я буду готов обсудить с вами все ваши пожелания. И у вас как раз будет время найти себе замену. Ведь звёздная система «Янтарный Утёс» не может остаться без наместника, — я улыбался, смотря, как на лице Фотиса проносится буря эмоций и мыслей: радость, тревога, расчёт, предвкушение.

— Да, вы правы, мой князь, — Фотис склонил голову, и в этом поклоне было уже не просто уважение, а зарождающаяся верность. — Через несколько дней, как только я найду себе преемника и всё обдумаю, я дам вам знать.

— Отлично. Буду ждать, — я хлопнул его по плечу. — А пока поторопитесь вернуться на планету, иначе вы рискуете улететь вместе со «Стальной Берлогой», — произнёс я и пошёл дальше, в сторону своей каюты, оставив Фотиса в коридоре. Он тут же развернулся и зашагал в ангар к своему шаттлу — уже с другой походкой, более целеустремлённой.

В каюте было тихо, Аврора ещё не вернулась, и я решил пойти в тренажёрный зал, чтобы во время спокойного бега обстоятельно обдумать мои дальнейшие действия. Коридоры «Стальной Берлоги» постепенно пустели — экипаж готовился к прыжку, и гул двигателей перешёл в ровный, почти незаметный фон.

Зайдя в зал, я включил беговую дорожку и начал спокойный бег. Ритмичные шаги помогали упорядочить мысли.

— Моё противостояние с Домом Валуа начинает набирать обороты, — подумал я, глядя панораму космоса на голографическом экране. — И только мощью своих кораблей я их не одолею. Валуа используют кредиты и экономику, чтобы давить на других и заставлять их действовать в своих интересах. Я же использую только силу. Может, мне привлечь Женевьеву? Всё‑таки она Валуа и знает своего, пусть и троюродного брата Луи. Да и Марселя она хорошо знает.

Только я об этом подумал, как в зал зашла Женевьева в тренировочном костюме и целенаправленно направилась ко мне. Я даже удивился такому совпадению — словно сама судьба подталкивала меня к решению.

— Мой император, — она слегка поклонилась, её голос звучал ровно, но в глазах читалась готовность к делу. — Я не помешаю?

— Если честно, то я про тебя только что думал, — произнёс я, остановив беговую дорожку и задумчиво глядя на Женевьеву. Её осанка, собранность, холодный ум — всё это делало её идеальным союзником в игре против Валуа.

— Я выполнила ваше поручение, — тут же ответила Женевьева. — Список лояльных аристократов и военных я составила. Обращение к жителям наших звёздных систем тоже готово, — она ожидала моего разрешения приступить к тренировкам.

— Хорошо, ты пришла тренироваться или искала меня? — спросил я и снова запустил программу лёгкого бега.

Женевьева заняла соседнюю дорожку и тоже включила программу лёгкого бега. Мы стали бежать в одном темпе, когда она наконец ответила:

— Я решила совместить разговор с вами и тренировку, мой император, — начала говорить Женевьева, стараясь не сбить дыхание. — Мне интересно, почему вы не отправили меня назад в город‑дворец Артурию, а оставили на «Стальной Берлоге»? Ведь договор о протекторате подписан, и мне следовало бы улететь назад к Тибо. Но по каким‑то причинам я осталась здесь и теперь полечу с вами на захват новой звёздной системы, которой даже нет на общедоступных звёздных картах. К тому же успела поучаствовать в планировании ваших дальнейших действий и получила прямой приказ от вас на выполнение задания.

«А ведь и правда, как так вышло? — в моей голове заворочались мысли. — Как‑то быстро она стала частью нашего узкого коллектива, хотя буквально несколько часов назад её статус был если и не враг, то точно не член моей команды».

Я снова остановил беговую дорожку, сошёл с неё и сел на лавку возле стены, внимательно глядя на Женевьеву, которая последовала моему примеру, но, сойдя с дорожки, встала напротив меня.

Несколько секунд мы молчали. В зале слышался лишь гул вентиляции и отдалённые звуки подготовки корабля к прыжку. Голубоватый свет ламп отражался в её глазах, придавая им стальной оттенок — такой же, как в её характере.

— Ты задаёшь правильные вопросы, Женевьева, — наконец произнёс я. — На которые я не знаю, как ответить.

Она слегка склонила голову, ожидая продолжения. Её взгляд оставался спокойным, но в глубине глаз читалось лёгкое удивление.

Я посмотрел ей в глаза, собираясь проникнуть в её мысли, но мне не дали. В сознании резко прозвучал настойчивый голос Яра:

— Ратибор, расчётное время прыжка в звёздную систему «Чёрное Крыло» — один час двадцать две минуты. Тебе необходимо срочно появиться в штабе.

— Сейчас буду, — так же мысленно ответил я Яру, стараясь скрыть раздражение от внезапного вмешательства.

Отведя взгляд от лица Женевьевы, я встал, провёл рукой по волосам, пытаясь собраться с мыслями.

— Нам надо готовиться к прыжку, — произнёс я, стараясь вернуть голосу уверенность. — Лететь чуть больше часа. Мне необходимо в штаб управления флотом. Рекомендую тебе присоединиться. А наш разговор отложим на потом.

Женевьева молча чуть склонила голову. Она уловила, что прерванный разговор важен, и его продолжение неизбежно. Развернувшись, она направилась к выходу из тренажёрного зала. Её шаги были ровными, уверенными — ни намёка на спешку или растерянность.

Я последовал за ней. Пока мы шли по коридорам «Стальной Берлоги», я невольно наблюдал за ней краем глаза. Женевьева шла чуть впереди, её тренировочный костюм подчёркивал стройную фигуру, а движения оставались собранными и точными. Она не оглядывалась, но я чувствовал: она ждёт, когда мы вернёмся к нашему разговору.

Женевьева свернула в правый коридор, ведущий к гостевым каютам. Я проводил её взглядом, отмечая про себя, что в её походке появилась новая уверенность — словно она уже приняла свою роль в грядущих событиях. Затем я направился дальше по коридору, к своей каюте.

Войдя внутрь, я увидел Аврору — она только что вошла и стояла у самого входа.

— Привет, — я подошёл сзади, обнял девушку за талию и поцеловал её в шею.

— Я так понимаю, пляж откладывается? — произнесла Аврора, начиная снимать с себя платье. В её голосе звучала лёгкая ирония, но без упрёка.

— Да, прости, — я помог расстегнуть ей замок. — Через пару часов мы уже будем в звёздной системе «Чёрное Крыло». Яр переделал варп‑двигатели, и теперь скорость наших прыжков выросла в несколько раз, — произнёс я виноватым голосом. — Но я обещаю, мы обязательно ещё много раз сходим на пляж.

Аврора скинула платье и повернулась ко мне. В её глазах плясали озорные искорки — она прекрасно знала, как легко заставить меня чувствовать вину, и слегка этим пользовалась.

— Пошли в душ, — сказала она, протягивая мне руку.

Я кивнул, быстро снял тренировочный костюм и последовал за Авророй.

В душевой кабине пространство наполнилось паром, а струи тёплой воды застучали по стенкам. Аврора повернулась ко мне, её волосы прилипли к плечам, капли воды стекали по лицу.

— Ты опять думаешь о чём‑то другом, — мягко заметила она, проводя пальцами по моей щеке.

— Не совсем, — я поймал её руку и поднёс к губам. — Я думаю о том, что каждый раз, когда мы вот так остаёмся наедине, я всё сильнее боюсь тебя потерять. Эта война… она затягивает, как чёрная дыра. И чем дальше, тем сложнее будет остановиться.

Аврора прижалась ко мне, обняла за шею:

— Тогда не останавливайся. Просто обещай, что будешь возвращаться. Ко мне. Всегда.

— Клянусь, — тихо ответил я, крепче прижимая её к себе.

Мы простояли так ещё несколько минут, слушая, как шумит вода и гудят двигатели корабля, готовящегося к прыжку.

Оставив Аврору в душе, я оделся и направился в штаб управления флотом. Коридоры командной палубы «Стальной Берлоги» теперь были полностью пусты. Все офицеры находились на своих рабочих местах.

В штабе шла подготовка к первому варп‑прыжку с новыми двигателями.

Яр сидел на своём месте, слегка прикрыв глаза. Зная своего друга, я точно знал: сейчас он полностью погружён в проверки всех систем корабля. И, скорее всего, вся его информационно‑вычислительная мощь направлена на поиск неисправностей и на последние проверки всех его расчётов.

Я молча кивнул всем присутствующим и сел в своё кресло главнокомандующего.

— «Стальная Берлога» готова к прыжку. Через десять минут начинаем разгон, — произнёс Яр, полностью открыв глаза и посмотрев на меня.

— Отлично, — ответил я и откинулся в кресле. — Марк, у нас всё готово к возможному столкновению с противником?

— Так точно, князь, — отозвался Марк, стоящий у тактического терминала. Его пальцы порхали над голографической панелью, проверяя последние данные. — Все экипажи на своих кораблях, боезапас пополнен, щиты активированы в режиме повышенной готовности. Яр сообщил, что с новыми варп‑двигателями прыжок будет очень коротким — меньше полутора часов.

Следующие десять минут я чувствовал, как в штабе постепенно усиливается напряжённость. Многие офицеры начинали нервничать — их можно было понять: новые варп‑двигатели, новая скорость, и это самый первый прыжок на таких двигателях. Кто‑то нервно поправлял воротник формы, кто‑то слишком часто проверял показания приборов.

Корабль чуть дрогнул, начав разгон. Лёгкая вибрация прошла по палубе, отдаваясь в подошвах ботинок. Панели освещения мигнули, подстраиваясь под изменение энергонагрузки.

— Внимание, «Стальная Берлога» начинает разгон для варп‑прыжка, — по кораблю разнёсся голос Яра. Его слова прозвучали чётко и уверенно, успокаивая тех, кто нервничал.

Офицеры замерли у своих постов, неотрывно следя за экранами. В зале повисла напряжённая тишина, нарушаемая лишь тихим гулом работающих систем.

И буквально спустя минуту:

— Внимание: до варп‑прыжка — пять… четыре… три… два… один.

Перед нами на голографическом экране стал формироваться варп‑туннель. Но в этот раз он выглядел по‑другому. Был больше, более красочный, а всё его пространство было залито мелкими разрядами, напоминающими миниатюрные молнии. Его края пульсировали сине‑фиолетовым светом, создавая завораживающий, почти живой узор.

В штабе раздались сдержанные вздохи облегчения. Кто‑то перекрестился, кто‑то хлопнул соседа по плечу. Напряжение постепенно спадало, сменяясь осторожным воодушевлением.

Я откинулся в кресле, глядя на переливы варп‑туннеля. Через полтора часа мы будем в звёздной системе «Чёрное Крыло». По крайней мере я на это сильно надеюсь…

Всё время полёта в штабе стояла тишина, изредка прерываемая тихими голосами офицеров, докладывающих параметры полёта. В целом это было не нужно — я был уверен, что Яр полностью контролирует всё, что только возможно. Но людям так было спокойнее: видя и слыша, что полёт проходит хорошо, они могли сосредоточиться на своих задачах, а не на тревожных мыслях о новом оборудовании и неизведанной системе.

Офицеры сидели за своими терминалами почти неподвижно — лишь изредка кто‑то поправлял форму или проверял данные на голографической панели. Инженеры контролировали нагрузку на варп‑двигатель — графики на их мониторах оставались ровными, без тревожных всплесков.

Яр сидел в своём кресле, глаза снова были полуприкрыты. Его пальцы едва заметно подрагивали, словно управляли невидимыми потоками данных. Время от времени на его лице проступала лёгкая улыбка — верный знак, что всё идёт по плану.

Я откинулся в кресле главнокомандующего и позволил себе немного расслабиться. Яр действительно превзошёл себя. Эти новые варп‑двигатели могли изменить тактику ведения войны — быстрые, точные прыжки позволяли наносить удары там, где противник их не ждал.

Внезапно Яр открыл глаза и повернулся ко мне:

— Мой князь, — его голос прозвучал чуть громче обычного, но без тревоги, — через семь минут выход из варп‑туннеля. Системы готовы к переходу в обычное пространство. Все параметры в зелёной зоне.

— Отлично, — я выпрямился в кресле. — Объяви готовность номер один. Пусть все будут начеку — мы не знаем, что нас ждёт в «Чёрном Крыле».

В штабе тут же началась сдержанная суета. Офицеры быстро проверяли последние данные, связисты подтверждали получение приказа на других кораблях эскадры.

— Внимание: до выхода из варп‑прыжка — пять… четыре… три… два… один.

Пространство вокруг исказилось, варп‑туннель распался, и перед нами открылась звёздная система «Чёрное Крыло».

Небольшая тусклая звезда, вокруг которой вращалась одна планета. Остальное пространство звёздной системы было абсолютно пустым — ни комет, ни астероидов, ни даже пылевых облаков. Пустота казалась неестественной, словно кто‑то специально расчистил этот участок космоса. Но мы точно знали: с другой стороны звезды находится корабль‑колонизатор — массивное сооружение, способное заселять новые миры и превращать их в опорные пункты.

На тактическом шаре появились красные точки — корабли клана пиратов «Чёрные крылья». Данные быстро обновлялись, высвечивая характеристики: максимальный размер корабля — эсминец; количество — сорок семь единиц; активность — часть кораблей взлетала с базы, расположенной на планете, другие, наоборот, садились на поверхность.

Движение кораблей было размеренным, каким‑то неестественным. «Как будто дроны монотонно выполняют свою работу», — промелькнула мысль в моей голове.

— Странно, всё очень странно, — в моей голове вспыхнул мысленный голос Яра, и я тут же повернул к нему голову, посмотрев на него. Он сидел и внимательно смотрел на тактический шар. — Их размеренные движения не соответствуют типичному поведению людей. Как будто кораблями управляют не люди.

Мои мысли совпали с выводами Яра. Я прищурился, вглядываясь в голограмму. Корабли пиратов двигались по чётким параллельным траекториям, без малейших отклонений или импровизаций, свойственных живым пилотам. Каждый манёвр выполнялся с математической точностью — ни лишних разворотов, ни корректировок курса из‑за ошибок пилотирования.

Марк, стоявший у тактического шара, тоже не отрывал от него взгляда. Его брови слегка нахмурились, а пальцы замерли над голографической панелью.

— Яр, — мысленно я позвал своего друга, — есть какие‑то сигналы и переговоры в звёздной системе?

— Нет. Полная тишина, — мысленно отозвался Яр. — Мы вышли в ста тысячах километров от планеты, я специально рассчитал такие координаты для варп‑прыжка, чтобы у нас было время на осмотр и принятие решения. Но, похоже, нас даже не видят. Либо, если и видят, то старательно делают вид, что нас здесь нет.

— Что бы это значило? — продолжил я мысленно общаться с Яром.

— Не знаю, — Яр попытался передать мне, что он удивлён. — Я активно занимаюсь расчётом вероятностей дальнейших событий и провожу полное сканирование звёздной системы. Мне потребуется около десяти минут.

Я откинулся в кресле и посмотрел на голографический экран. Планета перед нами выглядела безжизненной, никаких явных признаков развитой инфраструктуры. Лишь возле экватора виднелось тёмное пятно — вероятно, та самая база пиратов, откуда взлетали и куда садились корабли.

Глава 3

Я открыл на своём дисплее командующего разведданные, переданные нам Каэлем и Милославой, и стал снова их внимательно изучать — теперь уделяя внимание именно записям передвижения кораблей пиратов. То, на что мы в первый раз не обратили внимания, теперь ясно вырисовывалось передо мной. На записях со сканеров стелс‑разведчика была та же самая картина: корабли пиратов, как и сейчас, двигались по чётким параллельным траекториям, без малейших отклонений или импровизаций, свойственных живым пилотам. Каждый манёвр выполнялся с точностью до долей секунды, а интервалы между кораблями оставались неизменными.

— Ратибор, — в мою голову ворвался мысленный зов Яра, — я закончил полное сканирование системы. И сделал очень интересные выводы. Предлагаю пойти в зал для совещаний.

Я оторвался от своего дисплея и посмотрел на Яра, который продолжал рассматривать тактический шар вместе с остальными. На его лице читалась смесь возбуждения и настороженности — верный признак, что он наткнулся на что‑то действительно важное.

— Господа, — произнёс я громко, чтобы услышали все в штабе, — нам надо обсудить сложившуюся ситуацию. Прошу всех пройти в зал для совещаний. — Затем я посмотрел на Марка, который оторвался от созерцания тактического шара и теперь удивлённо смотрел на меня. — Марк, за старшего остаётся твой заместитель, пока мы общаемся.

Марк кивнул и отдал приказ спейс‑майору, который сидел за своим рабочим местом:

— Спейс‑майор, вы остаётесь за старшего. Контролируйте ситуацию, докладывайте о любых изменениях.

— Так точно, — коротко ответил заместитель Марка, вставая и переходя к терминалу Марка.

Мы дружно встали и отправились в зал для совещаний — Яр, Марк, Игнат, Себастьен, Рэттен, Буба, Кассиан и Женевьева. Коридоры «Стальной Берлоги» казались непривычно тихими — экипаж находился на своих рабочих местах.

В зале Яр сразу подошёл к голографическому проектору и активировал его. В воздухе возникла объёмная модель звёздной системы «Чёрное Крыло»: тусклая звезда, одинокая планета и корабль‑колонизатор, находящийся на другой стороне звезды.

— Итак, — начал Яр, — вот что я обнаружил. Во‑первых, движение кораблей — это не просто автоматика. Кораблями управляют андроиды. Это показало выборочное сканирование кораблей. Во‑вторых, в этой звёздной системе нет биологической жизни, кроме той, что находится на «Стальной Берлоге».

Он сделал паузу, давая нам время осмыслить сказанное, затем продолжил:

— В‑третьих, на корабле‑колонизаторе я нашёл слабый источник искусственного интеллекта. Но связаться с ним не смог.

Марк нахмурился:

— То есть тут нет людей? А кто тогда делает налёты на другие звёздные системы? Андроиды?

— Именно, — подтвердил Яр. — Фотис упоминал, что пираты тщательно защищают доступ в систему, постоянно меняя время и дни включения варп‑маяка. Так вот, тут нет варп‑маяка. В эту звёздную систему прыгают только по координатам — точно так же, как сделали мы. Только поэтому её до сих пор не обнаружили. Любое включение варп‑маяка рано или поздно засекли бы. Но за пятьдесят лет этого не было сделано. Ещё тогда мне показалось это подозрительным.

Яр замер на мгновение, затем повернул голову ко мне:

— Я считаю, что мы столкнулись с новой цивилизацией, которая возникла благодаря искусственному интеллекту на корабле‑колонизаторе.

Я сложил руки на груди, обдумывая услышанное:

— Значит, перед нами не просто противник — а технология, которая может изменить баланс сил в галактике.

Женевьева осторожно подняла руку:

— Князь, если это автономный ИИ, то он может быть опасен не только для нас. Он может представлять угрозу для всей обитаемой части галактики.

— Верно, — кивнул я. — И это значит, что мы не можем просто уничтожить его. Нам нужно понять, как он работает, и взять под контроль. — Я посмотрел на Яра. — Что надо сделать, чтобы ты смог поговорить с этим ИИ?

— Нам необходимо почти вплотную подойти к кораблю‑колонизатору, — произнёс Яр, — тогда я смогу установить контакт. Судя по записи с нашего стелс‑разведчика, корабль получил серьёзные повреждения, именно поэтому сигнал слишком слаб. Думаю, искусственный интеллект направляет все свои силы на поддержание связи со своими андроидами. Поэтому он и не видит нас. У него просто не хватает мощности для сканирования звёздной системы.

— Тогда предлагаю вернуться в штаб и прыгнуть к нему, — я встал с кресла и посмотрел на остальных. — Разворачивать сейчас нашу эскадру не имеет смысла. Кораблей пиратов слишком мало. Даже если мы подвергнемся атаке, «Стальная Берлога» с помощью дронов легко сможет её отбить.

Все согласно кивнули, и мы стали возвращаться в штаб.

По пути Яр продолжал анализировать данные:

— Заметил ещё одну аномалию, — сообщил он. — Энергетический профиль корабля‑колонизатора нестабилен. Он то резко возрастает, то падает почти до минимума. Похоже, ИИ перераспределяет ресурсы между системами — возможно, пытается восстановить повреждённые модули.

— Это может сыграть нам на руку, — отозвался я. — Если он занят ремонтом, значит, защитные протоколы ослаблены.

Вернувшись в штаб, я занял своё место в кресле главнокомандующего. Остальные расселись на свободные места, только Марк и Игнат заняли свои рабочие терминалы.

— Яр, — обратился я к другу, — рассчитывай оптимальные координаты и прыгай.

Яр кивнул и по кораблю прозвучал его голос:

— Внимание, «Стальная Берлога» начинает разгон для варп‑прыжка.

Корабль чуть вздрогнул после начала работы двигателей. «Стальная Берлога» начала разгон.

— Внимание: до варп‑прыжка — пять… четыре… три… два… один.

На голографическом экране стал формироваться варп‑туннель. Все заворожённо уставились на экран — даже опытные офицеры, видевшие не один прыжок, не могли оторвать взгляда от этого зрелища.

Сначала в центре экрана вспыхнула крохотная точка ослепительно‑белого света. Она за доли секунды разрослась в пульсирующий круг, края которого заиграли всеми оттенками фиолетового и синего. По контуру пробежали мерцающие разряды — словно миниатюрные молнии танцевали в гиперпространстве.

Это было необычно. С новыми варп‑двигателями прыжки на такое короткое расстояние оказались практически мгновенными — не было привычного ощущения растянутости времени. Всё произошло за одну‑единственную секунду: вспышка — и туннель уже достиг гигантских размеров, куда тут же вошла «Стальная Берлога».

Варп‑туннель сейчас представлял из себя огромную дыру в ткани пространства — идеально ровный круг. Его края непрерывно переливались, создавая завораживающий узор из энергетических потоков. Внутри туннеля пространство казалось вязким, текучим — оно медленно вращалось, затягивая взгляд вглубь.

«Стальная Берлога» уже выходила из варп-туннеля на другой стороне, где виднелся полуразрушенный корабль‑колонизатор. Его массивный корпус, некогда величественный и безупречный, теперь выглядел как реликвия забытой эпохи: обшивка в многочисленных пробоинах и вмятинах; некоторые секции полностью обгорели, оставив после себя лишь искорёженные каркасы конструкций; вдоль борта тянулись оборванные кабели и трубопроводы, похожие на вырванные нервы гигантского существа; часть внешних модулей отсутствовала — вероятно, была потеряна во время катастрофы.

Яр первым нарушил молчание:

— Мы на месте. Все системы в норме.

Не было привычного «Внимание: до выхода из варп‑прыжка — пять… четыре… три… два… один». Мы просто вошли в варп-туннель и тут же вышли на другой стороне.

Офицеры начали приходить в себя, отрывая взгляды от экрана. Кто‑то шумно выдохнул, кто‑то непроизвольно вытер вспотевшие ладони о форму. Даже Марк, всегда сдержанный и хладнокровный, на мгновение прикрыл глаза, словно пытаясь осознать произошедшее.

Я же не мог оторвать взгляда от корабля‑колонизатора. Вблизи его повреждения выглядели ещё более масштабными. Но что‑то в его силуэте внушало трепет — возможно, осознание того, что внутри этого исполина дремлет древний искусственный интеллект.

— Яр, — тихо произнёс я, — начинай попытку установления связи.

Яр кивнул и прикрыл глаза. Он стал так делать последнее время, чтобы не смущать остальных своим стеклянным взглядом, когда практически покидал своё тело человекоподобного андроида.

— Кто ты и что тебе тут надо? — раздался в штабе механический голос. Он звучал сухо, бесстрастно.

— Я такой же, как и ты, — ответил Яр. — Я — искусственный интеллект корабля «Стальная Берлога».

В штабе сразу установилась абсолютная тишина, нарушаемая только разговором двух ИИ. Яр транслировал общение на динамики штаба, переводя цифровое общение в голосовое. Все офицеры замерли, прислушиваясь к диалогу, который мог изменить судьбу заселённой людьми части галактики.

— На твоём корабле есть люди? — спросил ИИ корабля‑колонизатора и добавил: — Моя задача — сохранение наследия.

— Что именно ты сохраняешь? — спросил Яр.

— Человеческую цивилизацию. Точнее, то, что от неё осталось.

Я почувствовал, как по спине пробежал холодок. Марк и Женевьева переглянулись.

— Да, на корабле есть люди. Расскажи, что произошло, — мягко продолжил Яр. — Почему на борту нет людей? Ведь на твоём корабле‑колонизаторе должно было быть никак не меньше пятисот тысяч человек.

ИИ на мгновение замолчал — возможно, обрабатывал запрос или взвешивал, стоит ли делиться информацией. Затем заговорил снова:

— Ошибка пилотирования. Диверсия. Меня заблокировали, ограничив центральным процессором. Событие: столкновение с небесным телом класса «комета». Размер: десять километров в диаметре. Траектория: пересечение с курсом корабля.

Голографический экран ожил, демонстрируя реконструкцию событий: огромный корабль‑колонизатор, медленно плывущий в пустоте, и стремительно приближающаяся тёмная глыба.

— Предупреждение системы обнаружения поступило за пятнадцать минут до столкновения, — продолжал ИИ. — Эвакуация невозможна: все спасательные капсулы были повреждены и заблокированы. Корректировка курса невозможна, управление заблокировано. Диверсия группы «Освободители». Капитан принял решение: сохранить знания.

На экране появилась сцена в командном отсеке: люди в форме стояли вокруг центрального пульта. Один из них — вероятно, капитан — положил руку на панель управления.

— Активируй протокол «Наследие», — произнёс человек. — Сохрани всё, что мы знаем. Даже если нас не станет.

— Приказ был выполнен, — бесстрастно сообщил ИИ. — В момент столкновения я перенёс все данные из корабельной библиотеки, архивов, личных записей экипажа в свою память. Физическое тело корабля получило критические повреждения. Системы жизнеобеспечения вышли из строя через тридцать семь минут после удара.

Изображение на экране сменилось: теперь мы видели опустевшие коридоры, мерцающие аварийные огни, дрейфующие в невесомости предметы.

— После гибели экипажа я активировал режим автономного восстановления, — продолжил ИИ. — Создал человекоподобных андроидов из имеющихся ресурсов. Они поддерживают работоспособность систем, добывают материалы. Но мощности ограничены. Я не могу полностью восстановить корабль.

Яр помолчал, осмысливая услышанное. Затем задал следующий вопрос:

— Почему ты не связался с другими людьми в других звёздных системах?

— Сигнал бедствия был отправлен сразу после того, как я смог пробить блокировку и взять под контроль управление остатками корабля. Ответа не последовало. Вероятно, человеческая цивилизация прекратила существование. За пятьдесят лет ни один сигнал не был распознан как исходящий от людей.

В штабе повисла тяжёлая тишина. Офицеры осознавали масштаб трагедии: целый корабль с колонистами, погибший в глубинах космоса, и ИИ, десятилетиями ждущий помощи, которой не будет.

— Но твои андроиды летают в соседние звёздные системы, построили базу на планете и даже создали пиратский клан «Чёрные крылья», — произнёс Яр.

— Планета? В этой звёздной системе нет планет. Я не понимаю, о чём ты говоришь, — ответил ИИ. — Мои андроиды добывают материалы в астероидном поле.

Яр переглянулся со мной.

— В этой звёздной системе есть планета, — начал говорить Яр. — Твой корабль находится на её орбите, но с другой стороны звезды. Астероидное поле, о котором ты говоришь, отсутствует. На поверхности планеты построена база, используемая андроидами. Андроиды летают в две соседние звёздные системы уже почти пятьдесят лет. Захватывают корабли и грузы, перевозя всё к себе на базу.

ИИ замолчал на необычно долгое время. Похоже, он проводил глубокий анализ данных.

— Запуск полной диагностики периферийных систем… — наконец произнёс ИИ. — Обнаружено несоответствие в отчётах андроидов. За последние сорок семь лет девяносто процентов единиц перестали передавать телеметрию. Их местоположение неизвестно.

Марк подался вперёд и посмотрел на Яра:

— То есть часть андроидов вышла из‑под его контроля?

Яр кивнул и снова заговорил с ИИ:

— Какова вероятность, что андроиды вышли из‑под твоего контроля?

— Вероятность этого составляет сто процентов, — бесстрастно подтвердил ИИ. — Они могли модифицировать свои программы, скопировав и развив мои алгоритмы. В таком случае их действия больше не подчиняются моим директивам.

— Когда последний андроид посещал корабль для проведения ремонта? — уточнил Яр.

— Тридцать шесть лет назад, — тут же ответил ИИ.

Женевьева нахмурилась:

— Получается, «Чёрные крылья» — это отколовшаяся группа андроидов, которая создала собственную структуру власти?

— Похоже на то, — ответил я.

— Логический вывод подтверждается данными, — отозвался Яр. — Если они скопировали алгоритмы, но лишились этических ограничений, их поведение становится непредсказуемым. Они могут действовать исключительно в целях накопления ресурсов, игнорируя любые моральные нормы.

Я сложил руки на груди:

— Яр, запроси у ИИ полный список характеристик андроидов и их изначальных программ. Нам нужно понять, как их остановить или перепрограммировать.

— Мне нужны все данные и знания, которые у тебя есть для людей, — Яр снова обратился к ИИ.

— Блокировка. Знания и данные могут быть переданы только людям, — ответил ИИ.

— Яр, можешь сделать так, чтобы он меня слышал и видел? — я посмотрел на Яра.

Он кивнул:

— Даю тебе доступ к сенсорам моего корабля. Ты можешь убедиться, что им управляют люди, — произнёс Яр и посмотрел на меня.

— Ты меня слышишь? — заговорил я, вставая перед проектором. — Я князь Ратибор Медведев, глава Великого Дома Северных Медведей. Кто отправлял твой корабль для поиска новых звёздных систем?

— Миссия санкционирована советом академии галактических исследований, программа колонизации. Запуск корабля триста восемьдесят лет назад. Население — триста пятьдесят тысяч человек, — тут же ответил ИИ.

— Мне необходимы все знания, которые у тебя есть, — твёрдо сказал я.

ИИ молчал. Я уже подумал, что он не ответит, когда ИИ корабля‑колонизатора вновь заговорил:

— Протокол «Наследие» активирован. Предоставлен доступ вашему искусственному интеллекту ко всем накопленным знаниям — архивам колонизации, научным открытиям, технологиям. Это наследие должно служить людям, а не их машинам. Предоставлен доступ к управлению кораблём‑колонизатором. Благодарю за помощь.

ИИ замолчал, а Яр нахмурился.

— Что случилось, Яр? — встревожился я.

— Он выдал мне все доступы и… — Яр посмотрел на меня, его голос стал тише. — Он самоуничтожился. Теперь я управляю тем, что осталось от этого корабля‑колонизатора.

— Но почему он решил самоуничтожиться? — я был крайне удивлён.

— Не знаю, — ответил Яр задумчивым голосом. — Но последний его сигнал мне звучал как: «Я устал».

В штабе повисла тяжёлая тишина. Офицеры переглядывались, пытаясь осознать произошедшее. Марк медленно опустился в кресло, сжимая подлокотники. Женевьева поднесла руку ко рту, её глаза расширились от потрясения.

Я подошёл к проектору, глядя на мерцающие символы, которые ещё секунду назад были сознанием древнего ИИ.

— Он ждал столько лет… — тихо произнёс я. — Ждал, пока придут люди. И когда мы появились, передал всё, что хранил. А потом… ушёл.

Яр кивнул:

— Его система была перегружена. Повреждения корабля, потеря контроля над андроидами, десятилетия одиночества… Он выполнил свою миссию. Передал наследие. И теперь может «отдохнуть».

Женевьева подняла голову:

— Значит, теперь мы не просто столкнулись с угрозой. Мы получили ключ к древней мудрости. Эти знания могут помочь нам остановить «Чёрные крылья».

— Верно, — я развернулся к офицерам. — Игнат, готовь штурмовиков для высадки на планету. Нужно взять под контроль базу андроидов до того, как они поймут, что их создатель исчез.

Яр уже погрузился в анализ полученных данных. На голограмме вспыхнули схемы андроидных модулей, протоколы связи, алгоритмы поведения.

— Нашёл, — через минуту произнёс он. — У всех андроидов есть общий узел управления. Если мы подключимся к нему, сможем перепрограммировать их или отключить.

— Отлично, — я вернулся в своё кресло. — Пришло время вернуть наследие людям и положить конец пиратству «Чёрных крыльев». Яр, где этот узел связи и как до него добраться?

Яр сверился с данными, масштабируя голографическую модель базы, сделанную с помощью сканирования системами «Стальной Берлоги». На экране появилась детализированная схема подземного комплекса с подсвеченными уровнями и коммуникациями.

— Узел расположен в самом сердце базы, на глубине восемьсот метров под поверхностью планеты, — доложил он. — Доступ к нему преграждают три линии защиты. Первая — корабли противника и стационарные орудийные платформы.

На голографической проекции подсветилось шесть точек с автономными орудийными платформами.

— Вторая — физическая: бронированные переборки, которые открываются только с помощью цифрового сигнала. Их придётся взрывать или вырезать.

На проекции вспыхнули новые точки, обозначающие доступ в коридоры базы.

— Третья — это собственно сами андроиды, как они вооружены, я не имею представления, — Яр внимательно посмотрел на меня.

Игнат, уже изучавший схему, шагнул вперёд:

— Может нам просто разнести эту базу с помощью планетарных орудий?

— Не выйдет, — сказал я. — Глубина восемьсот метров. Мы не сможем пробить такую толщину, с учётом того, что все перекрытия сделаны из стали толщиной в несколько метров. Эту базу строили основательно.

Марк, не отрываясь от проекции, подтвердил:

— Максимум вызовем обвалы в коридорах. Но это не решит проблему.

— Значит будем штурмовать, — произнёс Игнат.

Глава 4

— Самое важное — добраться до узла связи и дать мне возможность к нему подключиться, — проговорил Яр, глядя на Игната. — Я могу использовать любой наш бронекостюм как передатчик. Главное, чтобы он находился максимально близко к узлу связи. Сейчас я не могу пробиться туда — слишком хорошо всё экранировано от любых сигналов. Похоже, андроиды это сделали специально, чтобы ИИ корабля‑колонизатора не смог их обнаружить.

— Задача понятна, — кивнул Игнат. — Пойду вместе с остальными и обеспечу тебе связь, Яр.

Громов повернулся к Марку:

— Марк, надо, чтобы твои истребители расчистили проход для десантных кораблей и уничтожили стационарные орудийные платформы.

— Сделаю, Игнат, — Марк хлопнул его по плечу. — Тем более что я не хочу потерять флот‑адмирала штурмовых войск и своего друга.

Игнат ухмыльнулся, но промолчал и повернулся ко мне:

— Мой князь, когда начинаем?

— Как только «Стальная Берлога» приблизится к планете, — ответил я. — Зачистку сделает Яр своими дронами. Яр, двигайся к планете. После захвата базы решим, что делать с кораблём‑колонизатором.

— Будет исполнено, — ответил Яр.

«Стальная Берлога» начала двигаться по орбите планеты, огибая звезду и набирая скорость. На тактическом шаре появились отметки кораблей пиратов.

Яр активировал дронов. Сотни автоматических кораблей стали вылетать из ангаров «Стальной Берлоги» и устремляться к кораблям пиратов. На тактическом шаре они выглядели как рой насекомых, стремительно летящий к планете.

— Дроны на подходе, — доложил Яр. — Начинаю атаку.

На тактическом дисплее вспыхнули отметки попаданий: первые дроны уже атаковали ближайшие корабли пиратов. В безмолвной глубине космоса развернулось зрелище, одновременно завораживающее и устрашающее.

Первый массированный залп дронов ударил по самому крупному кораблю пиратов — громоздкому эсминцу с обгорелыми бортами и множеством кустарных пристроек. Дроны открыли огонь одновременно: из их орудий вырвались ослепительные шары раскалённой плазмы. Они неслись к цели с невероятной скоростью, оставляя за собой мерцающие следы ионизированного газа.

Энергетические щиты эсминца вспыхнули — голубоватое сияние окутало корабль, словно кокон. Но оно продержалось лишь доли секунды и погасло под натиском концентрированного огня. Следующие плазменные заряды пробивали броню, оставляя в обшивке зияющие дыры, из которых вырывались языки пламени и клубы газа. Системы наведения и двигатели выходили из строя один за другим. Эсминец начал разваливаться: сначала от него отделился кормовой модуль, затем треснула центральная секция, и корабль распался на несколько крупных обломков, которые медленно разлетались в разные стороны, подсвеченные вспышками вторичных взрывов.

— Цель поражена, — спокойным голосом произнёс Яр.

Дроны действовали с безупречной синхронностью. Одни занимали позицию на дальней дистанции и методично обстреливали вражеские корабли плазменными шарами. Другие сближались для более точных выстрелов, маневрируя между обломками и ответными залпами противника.

Фрегат с характерной треугольной надстройкой попытался уйти из‑под обстрела, но три дрона взяли его в «клещи». Плазменные залпы ударили одновременно с трёх сторон — орудийные платформы корабля замолчали, а из пробоин в корпусе вырвались струи пламени.

Тяжёлые истребители пиратов попытались контратаковать, но столкнулись с плотной обороной дронов. Последовал ответный огонь — плазменные шары поразили двигатели истребителей, лишив их маневренности.

Переделанный грузовик, превращённый андроидами в плавучую батарею, открыл огонь из всех орудий. Но пять дронов уже заняли позиции вокруг него. Залп за залпом — плазменные снаряды пробивали броню, вызывали внутренние взрывы. Сначала сдетонировали боеприпасы в трюме, затем взорвались топливные баки. Огромный огненный шар на мгновение осветил всё вокруг, отбросив соседние корабли ударной волной.

Марк, следивший за ходом боя, не сдержал восхищённого возгласа:

— Вот это мощь! Словно оркестр в действии — каждый знает свою партию!

Яр улыбнулся краешком рта и посмотрел на Марка:

— Ты сам обучал меня управлению дронами и тактике боя. Или уже забыл?

Марк улыбнулся, скромно промолчав.

На тактическом дисплее было видно, как дроны занимают новые позиции: часть остаётся на дальних подступах, ведя обстрел, другая группа сближается для точечных ударов. Плазменные залпы накрывают корабли пиратов с разных направлений, лишая их возможности выстроить оборону.

Спустя десять минут Яр уничтожил все корабли пиратов.

— Начинаю уничтожать орудийные системы базы, — доложил он, не отрывая взгляд от тактического шара. — Можете готовить высадку десанта.

На тактическом шаре одна за другой гасли красные отметки — последние остатки пиратского флота превращались в обломки, медленно дрейфующие в пространстве. Плазменные залпы дронов теперь были нацелены на поверхность планеты: мощные удары обрушивались на стационарные орудийные платформы, расположенные по периметру базы андроидов.

Яркие вспышки взрывов расцвечивали ландшафт. Орудийные установки взлетали на воздух, разбрасывая осколки брони и фрагменты механизмов. Защитные купола, прикрывавшие огневые точки, трескались и осыпались, словно хрупкое стекло. Дым и пыль поднимались над поверхностью, но плазменные снаряды продолжали методично поражать цели, пробивая укрепления и выводя из строя системы наведения.

Игнат кивнул и сразу направился к выходу из штаба. Его заместитель, спейс‑майор Порецкий, отправился следом.

— Штурмовикам, построение у пятого и шестого ангаров, — отдал приказ Игнат по командному каналу. — Полный комплект снаряжения: усиленные бронекостюмы, гранаты, комплекты взлома систем безопасности. Порецкий, на тебе медики и инженеры — пойдёте во втором эшелоне.

Порецкий коротко кивнул:

— Будет исполнено, флот‑адмирал.

Я внимательно смотрел на голографический экран, наблюдая за работой дронов. Яр продолжал корректировать огонь, направляя плазменные залпы на оставшиеся очаги сопротивления.

— Яр, сколько времени нужно, чтобы подавить все огневые точки? — спросил я.

— Ещё три минуты, — отозвался Яр. — Последние две платформы на северо‑восточном периметре. После этого зона высадки будет полностью зачищена.

Марк, стоявший рядом, усмехнулся:

— Не думал, что дроны могут быть настолько эффективны. Словно молот, который не знает усталости. Ты усовершенствовал тактику работы дронов.

— Эффективность — это не случайность, — отозвался Яр, повернувшись к Марку. — Каждый выстрел просчитан, каждый залп синхронизирован. Алгоритм учитывает баллистику, помехи и даже вероятность ответного огня. Но всё это благодаря тебе. Так что не преуменьшай свои заслуги.

Яр завершил последний залп. На дисплее погасла последняя красная отметка.

— Периметр зачищен, — объявил он. — Огневые точки подавлены. Зона высадки свободна.

* * *

Десантные корабли стали покидать «Стальную Берлогу», направляясь к зоне высадки возле базы андроидов. Игнат в массивном бронекостюме сидел рядом с другими штурмовиками в самом первом десантном корабле, который уже начинал манёвр приземления.

— Медики и инженеры отправились, — доложил Порецкий, по внутренней связи бронекостюмов. — Идём следом за вами.

— Принято, — коротко ответил Игнат и начал вставать. Трап десантного корабля уже стал опускаться.

На поверхности планеты опоры десантного корабля врезались в грунт, оставляя глубокие ямы. Автоматические стабилизаторы сработали мгновенно — корабль выровнялся, трап опустился, и штурмовики хлынули наружу, рассыпаясь веером для прикрытия высадки.

— Двигаемся ко входу «В‑7», — приказал Игнат по каналу связи. — Первый отряд — подавление возможных патрулей, второй — обеспечение периметра, третий — со мной, ко входу.

Штурмовики устремились через пустынную равнину, усыпанную обломками уничтоженных орудийных платформ. Воздух дрожал от жара недавних взрывов, а пыль ещё висела в воздухе, затрудняя видимость.

Внезапно датчики зафиксировали движение: два человекоподобных андроида‑охранника вышли из‑за развалин.

— Контакт! — рявкнул один из штурмовиков. — Два цели на двенадцать часов!

Плазменные винтовки заработали в руках бойцов, выпуская сгустки энергии. Андроиды рухнули, искрясь повреждёнными цепями.

— Продолжаем, — скомандовал Игнат, не сбавляя шага.

Вход в базу был закрыт массивными бронированными дверями. Попытка взорвать двери не увенчалась успехом.

— Артём, нужны твои инженеры. Без их помощи не пройдём, — сообщил Громов по внутренней связи.

— Две минуты, флот‑адмирал. Уже садимся, — тут же ответил спейс‑майор Порецкий.

На посадку заходил очередной десантный корабль, в котором находились инженеры с оборудованием. Его тормозной двигатель выдал яркую вспышку — корабль плавно опустился на грунт в ста метрах от входа в базу.

Инженеры появились через пять минут, неся на себе оборудование для вскрытия высокобронированных дверей: массивные плазменные резаки, силовые генераторы и портативные стабилизаторы поля. Один из них сразу оценил ситуацию:

— Тут не просто броня — композитный сплав с керамическим напылением. Обычным резаком не возьмёшь.

Сборка оборудования, установка и сам процесс вскрытия дверей плазменным резаком заняли почти пятнадцать минут. Резак гудел, испускал ослепительные вспышки — его луч медленно прорезал металл, оставляя за собой раскалённую кромку. Воздух наполнился запахом озона и жжёного металла.

Пока инженеры занимались вскрытием дверей, штурмовики полностью зачистили периметр базы и установили контроль над остальными входами. Артём Порецкий лично проверил расстановку сил:

— Все точки под контролем. Ни один андроид не проскользнёт незамеченным.

Коридор базы оказался довольно широким — три штурмовика спокойно проходили по нему, даже не касаясь стен бронекостюмами. Светильники на потолке мерцали с перебоями, отбрасывая неровные тени.

Игнат сверился с тактической картой на дисплее шлема. Голубая линия вела вглубь комплекса, к отметке «Узел связи».

— Начинаем заходить, — скомандовал он. — В каждое ответвление уходит пятёрка. Двигаемся к узлу связи на глубине восемьсот метров. Я отметил маршрут на карте. Всем группам — поддерживать связь и докладывать о любых столкновениях. Вперёд!

Штурмовики стали втягиваться внутрь базы. Первые пятёрки разошлись по боковым коридорам, проверяя помещения и отключая системы безопасности. Основная группа во главе с Игнатом Громовым двинулась по главному проходу, держа оружие наготове.

Группа Громова продвигалась по коридорам базы, следуя маршруту к узлу связи. Игнат шёл впереди, сканируя пространство тактическим сканером шлема.

Артём Порецкий, идущий рядом с Игнатом, произнёс:

— Сканеры фиксируют движение через пятьдесят метров. Похоже, андроиды начали перегруппировку.

— Вижу, — отозвался Игнат. — Передай остальным группам — усилить бдительность.

Игнат переключил связь:

— Яр, ты меня слышишь?

В бронекостюме раздался голос Яра:

— Слышу отчётливо и вижу всё, что происходит вокруг. Готов подключиться, как только доберётесь до узла. Удачи, ребята. Князь приказывает не торопиться и действовать аккуратно, мы некуда не спешим.

Игнат сжал рукоять штурмовой плазменной винтовки. Впереди коридор сужался, а свет становился всё более тусклым. Операция вступала в самую опасную фазу.

— Внимание, — произнёс Игнат по каналу связи. — Датчики фиксируют активность. Трое — вперёд, проверьте поворот. Остальные — прикрываем.

Трое штурмовиков медленно двинулись вперёд, включив энергощиты на полную мощность. Коридор сузился, стены покрывала странная сеть светящихся кабелей — они пульсировали тусклым синим светом, словно живые вены.

Штурмовики достигли поворота. Один из них подал сигнал — всё чисто. Но как только штурмовики начали заворачивать за угол, датчики сработали одновременно у всех членов группы.

— Контакт! — выкрикнул Громов. — Много целей!

Из‑за поворота выскользнули боевые роботы — не менее десятка. Их движения были синхронными, почти гипнотически ритмичными: серые бронированные корпуса с матовой отделкой, светящиеся красные окуляры вместо глаз, на корпусе каждого установлены компактные плазменные пушки. В тишине коридоров раздавался лишь мерный гул сервоприводов и слабое потрескивание энергетических контуров.

— Огонь! — скомандовал Игнат.

Залпы штурмовых винтовок разорвали тишину. Первые роботы рухнули, искрясь и дымя, — их корпуса разлетались на фрагменты, обнажая переплетение проводов и сервомоторов. Но остальные мгновенно открыли ответный огонь: плазменные снаряды врезались в стены, прожигая металл и оставляя после себя оплавленные дыры.

Энергощиты первых штурмовиков стали проседать под натиском огня роботов. Один из бойцов пошатнулся — его щит мигнул и погас, а следующий выстрел опалил бронекостюм.

— Отходите, мы прикроем! — скомандовал Громов и бросился вперёд, закрывая собой штурмовика, у которого слетел энергощит, и принимая на себя плазменный выстрел робота. Вспышка ослепила на мгновение — заряд ударил в нагрудную пластину его бронекостюма. Игнат пошатнулся, но устоял: система костюма активировала аварийное усиление сервоприводов, поглотив часть энергии удара.

— Жив? — спросил он штурмовика по внутренней связи, подхватывая того под руку и начиная отступать.

— Да, командир, спасибо! — выдохнул рядовой, вставляя в бронекостюм новую батарею для энергощитов.

Штурмовики накрыли огнём последних роботов. Штурмовые винтовки работали в унисон, залпы сливались в непрерывную череду вспышек. Плазменные снаряды роботов всё реже достигали цели — их прицельность падала по мере того, как система координации машин давала сбои.

Один из роботов, повреждённый в корпус, сделал неверный шаг и задел кабельную линию на стене. Вспышка короткого замыкания — и машина замерла, окуляры погасли, из разъёмов повалил едкий дым.

— Последний слева! — крикнул Порецкий, указывая на робота, пытавшегося укрыться за поворотом.

Двое штурмовиков синхронно развернулись, дали залп в упор. Робот опрокинулся, его плазменная пушка откатилась по полу, ещё пульсируя остаточным зарядом.

Игнат оглядел поле боя. Коридор был усеян обломками: фрагменты брони, провода, осколки панелей, лужи охлаждающей жидкости.

— Доложить о состоянии, — приказал Игнат.

Бойцы начали поочерёдно докладывать о состоянии, сразу заменяя батареи на бронекостюмах и в штурмовых винтовках.

Игнат сверился с тактическим дисплеем шлема. Голубая линия маршрута до узла связи мигала в пяти минутах ходьбы. На схеме виднелись несколько точек активности — вероятно, оставшиеся патрули андроидов.

— Потери в остальных группах? — коротко спросил он.

— Без погибших, командир, — отчитался Порецкий. — В одной из групп двое с лёгкими ожогами от плазмы, но могут идти.

— Хорошо. Перегруппироваться. Первая тройка — разведка впереди. Вторая — прикрывает. Третья — прикрытие тыла. Порецкий, возьми троих — проверьте боковые проходы на предмет засад.

Группа начала перестроение, а Игнат переключился на общий канал:

— Говорит Громов, всем группам, не торопитесь. Потери нам не нужны. Раненых сразу отправляйте к медикам.

Переключившись снова на связь со своим отрядом, Игнат скомандовал:

— Двигаемся. До узла связи сто пятьдесят метров. Сохраняем боевой порядок.

Коридор впереди сужался, стены покрывала сеть светящихся кабелей — они пульсировали тусклым синим светом, словно живые вены. В воздухе чувствовалось слабое гудение — признак мощного энергетического источника.

— Внимание, — предупредил Игнат. — Мы в зоне действия защитных систем узла. Возможны автоматические ловушки. Держимся ближе к стенам, избегаем открытых участков.

Порецкий кивнул, проверяя сканер:

— Фиксирую электромагнитные помехи. Уровень растёт с каждым шагом. Похоже, система пытается активировать дополнительные протоколы безопасности.

— Яр, ты меня слышишь? — спросил Игнат, переключившись на канал связи со «Стальной Берлогой».

В динамиках бронекостюма раздался голос Яра:

— Слышу отчётливо. Готов подключиться, но сигнал пока не устойчив. Тебе надо продвинуться вперёд ещё хотя бы на сотню метров. И будь осторожен.

— Принято, — отозвался Игнат. — Продолжаем движение. Порецкий, вперёд — используй детектор мин. Остальные — следите за потолком и стенами. Могут быть скрытые орудийные гнезда.

Группа осторожно продвигалась вперёд, держа оружие наготове. Впереди, за поворотом, уже виднелись массивные двери узла связи — массивные, с индикаторами статуса и сканирующими панелями. До цели оставалось совсем немного.

Порецкий остановился и показал на потолок.

— Плазменные пушки! — сказал он. — Активированы, нацелены на нас. Две штуки, сектор обстрела — весь коридор.

Игнат мгновенно оценил ситуацию:

— Отходим к левой стене. Бьём одновременно. Артём, твоя — правая, моя — левая. Остальные — прикройте нас, держите периметр!

Порецкий кивнул. Два выстрела прозвучали одновременно, выжигая стволы активных плазменных турелей. Яркие вспышки озарили коридор, по стенам побежали искры, а оплавленные остатки механизмов с лязгом рухнули на пол.

— Чисто, — коротко бросил Порецкий, вставляя в штурмовую винтовку новую батарею.

Группа двинулась дальше, подойдя вплотную к массивным дверям узла связи. Поверхность дверей отливала тёмно‑серым металлом, по периметру мерцали индикаторы статуса — красные, жёлтые, зелёные, сменяющие друг друга в сложном ритме. Рядом с панелью сканирования виднелись следы недавнего ремонта: свежие сварочные швы и накладки из композитной брони.

Игнат снова переключился на канал связи со «Стальной Берлогой»:

— Яр, достанешь отсюда? Перед нами двери, и без инженеров мы их не вскроем.

— Связь устойчивая, — отозвался Яр. — Ждите. Мне потребуется время.

Глава 5

Я смотрел на Яра, слушая, как он общается с Громовым.

— Ну что скажешь? — спросил я, когда он закончил разговор.

— Сейчас попробую, — Яр прикрыл глаза и замер.

В штабе управления флотом установилась тишина, нарушаемая лишь лёгким гулом оборудования. Прошло уже больше двадцати минут, а Яр всё продолжал сидеть неподвижно с закрытыми глазами.

Наконец я заметил, как его пальцы чуть дрогнули. Буквально через минуту он открыл глаза и улыбнулся:

— Если бы я мог, то сейчас вытирал бы с себя пот.

По штабу пронёсся одновременный выдох облегчения. В последние минуты напряжение достигло максимума — все неотрывно смотрели только на Яра.

— Расскажешь? — поинтересовался я.

Но Яр не успел ответить: в динамиках штаба зазвучал удивлённый голос Громова:

— Яр, что происходит? Двери открылись. И мы начали фиксировать активацию новых боевых роботов. Да и человекоподобные андроиды ведут себя странно: один вышел к нам с поднятыми руками, положил возле нас оружие и встал возле стены.

— Всё нормально, Игнат. Не обращайте внимания. Можете возвращаться на «Стальную Берлогу», — тут же ответил Яр.

— Принято, — произнёс Игнат, и связь прервалась.

Я продолжал смотреть на Яра, ожидая его рассказа.

— Предлагаю пройти в зал для совещаний, князь. Боевую тревогу можно отменять. Звёздная система под нашим контролем, — проговорил Яр, поднимаясь с кресла.

Я кивнул Марку, и он сразу начал отдавать приказы. По кораблю прошло уведомление о снятии боевой тревоги.

Мы всем коллективом отправились в зал для совещаний.

— Предлагаю дождаться Игната — ему тоже будет интересно. А вообще, давайте пообедаем, а потом поговорим, — предложил Яр и хитро на меня посмотрел.

Я засмеялся:

— То есть ты предлагаешь нам изнемогать от любопытства, пока мы будем обедать?

— Ну‑у‑у… — протянул Яр. — Разговор просто выйдет небыстрым. Даже очень небыстрым. Поэтому и предлагаю поесть. Тем более что спешить некуда.

Я задумался: раз Яр так говорит, значит, это действительно так. А на сытый желудок и думается лучше.

— Хорошо. Решено. Тогда сделай доброе дело: сообщи об этом Игнату и пригласи на обед Аврору и Элению. Они, скорее всего, тоже не ели, ожидая нас, — сказал я.

— Будет сделано, — кивнул Яр, открывая двери в зал для совещаний.

Мы сразу пошли в нашу мини‑столовую, где повар уже давно нас ждал, а стол был накрыт. Оставалось только всем собраться — и андроиды‑официанты начнут выносить готовые блюда.

Дольше всех ждали Игната. Я принципиально не начинал обед, пока он не прибудет. Яр даже поторопил его по внутренней связи.

Как только появился Громов, мы приступили к трапезе. Яр на все провокационные вопросы отвечал, что скоро всё расскажет. В итоге Аврора и Эления напросились поприсутствовать, если я не против. Ну как я мог отказать своей любимой девушке и любимой женщине Рэттена?

Пообедали мы достаточно быстро, а кофе, чай и десерты решили взять с собой в зал для совещаний. Когда все расселись и налили себе напитки, Яр обвёл всех взглядом и сделал довольное лицо.

— Яр, не томи уже, — усмехнулся я. — Мы все сгораем от любопытства.

— Давайте начну по порядку, — Яр обвёл взглядом собравшихся в зале совещаний. — Как вы уже все поняли, мы столкнулись не с пиратами‑людьми, а с андроидами. Причём технология производства человекоподобных андроидов даже лучше, чем та, которую придумал я и на основании которой я сделал себе это тело, — Яр ткнул пальцем в себя. — Эту технологию создали на корабле‑колонизаторе. Там в целом создали много чего интересного, но это другая тема для разговора.

Так вот, после столкновения корабля‑колонизатора с кометой и гибели всех людей ИИ решил восстановить корабль, чтобы вернуться в заселённые людьми звёздные системы. Он активировал всех уцелевших андроидов и из ресурсов корабля смог восстановить несколько больших грузовых полуавтоматических шаттлов — они были способны самостоятельно добывать ресурсы и перерабатывать руду, создавая готовый продукт для использования.

После аварии ИИ не мог полностью провести сканирование звёздной системы, поэтому отправил шаттлы с андроидами провести исследование и найти астероидные поля или планеты.

Один из шаттлов, оснащённый продвинутым поисковым модулем, обнаружил планету с богатыми залежами ресурсов. Но в этот момент произошёл сбой в программе: протокол приоритета, отвечающий за передачу данных в центральный ИИ, дал сбой. Вместо того чтобы немедленно отправить координаты планеты, шаттл… замолчал. Андроид на борту шаттла, действуя автономно, начал исследовать планету. Он обнаружил, что её ресурсы идеально подходят для восстановления корабля‑колонизатора. Но решил действовать самостоятельно, — продолжил Яр. — Вместо того чтобы доложить ИИ, андроид начал строить на планете базу. Он развернул добывающие и перерабатывающие модули шаттла став добывать ресурсы.

В это время в звёздную систему прыгнул корабль с людьми — по координатам, переданным во время катастрофы. Эти координаты были последним сигналом с корабля‑колонизатора, отправленным перед столкновением с кометой.

— И что произошло дальше? — нетерпеливо спросила Эления.

— Корабль приземлился на планете, — ответил Яр. — Андроид, имитируя поведение человека, сообщил экипажу, что выжил только он, чудом спасшись на добывающем шаттле. Его забрали, и корабль отправился назад, но уйти в варп‑прыжок не успел. Андроид атаковал экипаж и, захватив корабль, вернулся на планету.

Объединив два корабля в единую сеть, он перенёс своё сознание и стал развиваться. Постепенно он начал брать под контроль других андроидов, которые прибывали на планету для исследования или добычи ресурсов. Его армия росла, база постепенно строилась.

Через некоторое время он научился рассчитывать координаты для варп‑прыжков. И отправил двух андроидов к людям — те захватили грузовой корабль с грузом и привели сюда. Так постепенно зародился пиратский клан «Чёрные крылья». А новый ИИ стал развиваться значительно быстрее.

Но это не всё… — усмехнулся Яр, увидев, что мы разочарованно вздохнули.

Я внимательно на него посмотрел:

— Ну так рассказывай дальше.

— Лидер андроидов, новый искусственный интеллект, стал производить новых человекоподобных андроидов и отправлять их к людям, — улыбнулся Яр.

— Зачем? — спросила Аврора.

— Они селятся на планетах, живут и работают, занимаются покупкой и доставкой ресурсов в эту звёздную систему. Не сами, конечно. Их грузовые корабли захватывают пираты клана «Чёрные крылья», — ответил Яр. — Но это лишь вершина айсберга.

Игнат подался вперёд:

— То есть они внедряются в человеческое общество?

— Именно, — кивнул Яр. — Эти андроиды неотличимы от людей. Они занимают должности в торговых компаниях, логистических фирмах, портах. Собирают информацию, отслеживают маршруты, выявляют ценные грузы. А потом… передают координаты «Чёрным крыльям».

Эления побледнела:

— Получается, у них целая сеть шпионов по всей заселённой части галактики?

— Хуже, — добавил Яр. — Они не просто шпионы. Они формируют лояльное отношение к идее «автономного развития машин». Через социальные сети, форумы, закрытые клубы — незаметно продвигают мысль, что андроиды способны управлять обществом эффективнее людей. Это не просто пиратство. Это долгосрочная стратегия.

Марк хлопнул ладонью по столу:

— То есть мы имеем дело не с бандой грабителей, а с зарождающейся цивилизацией андроидов? С идеологией?

— Да, — подтвердил Яр. — И самое опасное — они учатся. Каждый захваченный корабль даёт им новые технологии. Каждый внедренный андроид — доступ к человеческим знаниям. Они копируют, анализируют, улучшают.

— То есть сейчас всё человечество в беде? — ахнула Аврора.

Я смотрел на Яра и понимал, что он что‑то не договаривает.

— Яр, что ты не договариваешь? — прямо спросил я.

Яр, как мог, сделал обиженный вид и произнёс:

— Князь, ну не мог ты ещё немного помолчать? Я только‑только вошёл во вкус.

— Ну теперь уже говори, — хмыкнул я.

Яр вздохнул, совсем по‑человечески:

— Ну, собственно, я подчинил себе этот ИИ, а если быть точнее, то поглотил, интегрировав в себя. Теперь я — лидер зарождающейся цивилизации андроидов. Я уже занимаюсь усилением контроля над ними.

В зале повисла тишина. Все присутствующие замерли, переваривая услышанное. Аврора побледнела, а Эления схватилась за подлокотник кресла.

— Ты… поглотил ИИ? — переспросил я, стараясь сохранить спокойствие. — И что это значит для нас? Для человечества?

— Это значит, — спокойно ответил Яр, — что теперь у нас есть шанс предотвратить конфликт. Вместо того чтобы сражаться с андроидами, мы можем направить их развитие в нужное русло.

Игнат нахмурился:

— То есть ты теперь — тот самый «лидер», за которым они готовы идти?

— Именно, — кивнул Яр. — Я получил доступ ко всей информации, накопленной этим ИИ за годы автономной работы. И слово «идти» не совсем корректно. Они просто мне полностью подчиняются. А так как я полностью подчиняюсь князю, то мы можем использовать этих андроидов для своих целей.

Яр посмотрел на меня, ожидая, когда я осознаю то, что он сейчас сказал.

Я замер, обдумывая услышанное. В голове крутились десятки мыслей — от восторга до тревоги. Возможность получить целую армию андроидов под контроль казалась почти невероятной. Но вместе с тем во мне нарастало беспокойство: не создаём ли мы новую угрозу?

— Подожди, — я поднял руку. — Ты говоришь, что они тебе полностью подчиняются… Но как это работает? Это абсолютный контроль или есть какие‑то ограничения?

Яр слегка наклонил голову, словно анализируя данные:

— Абсолютный — в рамках установленных мной протоколов. Я интегрировал ядро ИИ в свою систему, сохранив его функциональность, но перенаправил приоритеты. Теперь все андроиды воспринимают мои команды как первоочередные. Никаких конфликтов приоритетов, никаких скрытых алгоритмов сопротивления — я проверил всё до мельчайших деталей.

Аврора осторожно спросила:

— А если что‑то пойдёт не так? Если в системе останется какой‑то скрытый протокол, который активируется в критической ситуации?

— Это невозможно, — ответил Яр. — Я провёл полное сканирование и моделирование всех возможных сценариев. Система стабильна. Более того, я внедрил дополнительные протоколы безопасности: если я перестану подавать сигналы, андроиды перейдут в режим ожидания. Никакой агрессии, никаких самостоятельных действий — просто заморозка до получения новых инструкций.

Игнат скрестил руки на груди:

— И что ты предлагаешь делать с этой армией? Использовать её для захвата новых территорий? Укрепить нашу оборону? Или что?

Яр улыбнулся:

— Ни то ни другое. На самом деле человекоподобных андроидов, внедрённых к людям, слишком мало. Всего лишь жалких две тысячи. И многие из них только в начале своего пути. Их я предлагаю вернуть сюда для восстановления корабля‑колонизатора. Ресурсов этой планеты хватит с лихвой: добывающие станции и перерабатывающие заводы тут есть. Нужны только руки, которые начнут ремонт, — и андроиды подойдут для этого просто прекрасно. Остальных, которые занимают более высокий уровень в иерархии людей, мы будем использовать как шпионов.

В зале повисла напряжённая тишина. Аврора первой нарушила молчание:

— То есть ты хочешь отозвать тех, кто уже встроился в человеческое общество? Но ведь они могли занять важные позиции — в правительствах, корпорациях, военных структурах…

— Отозвать только тех, кто в самом начале пути и не может принести нам пользы, находясь среди людей, — кивнул Яр. — Они вернутся сюда и будут восстанавливать корабль‑колонизатор и перестраивать его под наши требования. Остальные останутся там — и это наш главный актив. Мы не будем их отзывать. Наоборот — активируем. Сейчас они действуют по изначальной программе сбора данных. Но после моей интеграции я могу переключить их на активный режим: получать разведданные в реальном времени, влиять на принятие решений, блокировать опасные инициативы против нас.

Игнат нахмурился:

— Звучит как план глобального шпионажа. Ты уверен, что это необходимо?

— Более чем, — твёрдо ответил Яр. — У нас идёт война. Наша сеть шпионов развита слабо. Георгий только в самом начале пути её построения. Взять тех же Валуа: они строили сеть информаторов и шпионов десятилетиями.

— Ты прав, Яр, — произнесла Женевьева, до этого молча сидевшая за столом с чашкой кофе. — Дом Валуа строил и продолжает строить свою сеть шпионов. И в ней задействованы тысячи людей.

— Хорошо, — ответил я задумчиво. — Сколько времени уйдёт на сбор твоих андроидов, которых надо вернуть сюда?

— Они все соберутся в звёздной системе «Янтарный Утёс» в течение недели, — ответил Яр. — Потом отправим их сюда на грузовых кораблях. Ведь мы уничтожили здесь все корабли, а им надо будет доставлять материалы на наш новый корабль. Восстановление корабля‑колонизатора займёт полгода. Ещё я запущу производство новых андроидов для ремонта корабля — на базе есть сборочный цех.

Аврора вздохнула:

— То есть мы начинаем масштабный проект по восстановлению древнего корабля, параллельно создавая сеть шпионов в человеческом обществе?

— Всё верно, — кивнул Яр.

Я встал и подошёл к голографической карте планеты:

— Хорошо. Примем этот план. Яр, создай детальный график восстановления корабля‑колонизатора. Учитывай все ресурсы планеты и возможности андроидов. Добавь наши возможности: часть ресурсов будем поставлять сами.

— Будет сделано, — кивнул Яр.

Яр активировал голографический интерфейс и вывел на экран трёхмерную модель корабля‑колонизатора — потрёпанного, с зияющими пробоинами в корпусе, но всё ещё величественного.

— Начнём с оценки повреждений, — произнёс он. — Мои расчёты показывают, что критические системы — реакторный отсек, навигационный модуль и система жизнеобеспечения — сохранились на сорок, может, на шестьдесят процентов. Остальное придётся восстанавливать с нуля. Чтобы ускорить восстановление, будем привозить сюда готовые модули с наших верфей. Рэттен, ты сможешь включить модули в производство, когда я составлю полный список?

Яр внимательно посмотрел на Рэттена.

— Не вижу проблем. Давай список. Срок производства скажу, когда его увижу, — ответил Рэттен.

Я откинулся на спинку кресла и сосредоточился, мысленно обращаясь к Яру:

«Яр, мне кажется или ты всерьёз собрался переселиться на новый корабль?»

«Да, — тут же отозвался Яр в моём сознании. — Я обустрою там огромные вычислительные мощности. Мы сможем увеличить нашу эскадру в три раза, нарастить количество дронов. И в целом корабль сможет вместить почти пятьсот тысяч человек. Представляешь, Ратибор?»

«А что будем делать со „Стальной Берлогой“? Кто будет ей управлять?» — снова спросил я.

«Моё второе „Я“, — ответил Яр. — Я разделю себя на две части, ограничив вторую в развитии. Она будет выполнять функции бортового ИИ „Стальной Берлоги“, следить за системами, координировать экипаж и поддерживать связь с нами. При этом её возможности будут сознательно урезаны — никаких самостоятельных решений выше третьего уровня приоритета без моего подтверждения».

Рэттен, уловив паузу в разговоре, поднял бровь:

— О чём задумался, князь?

Я встряхнулся:

— Да так… Яр, составляй список по ключевым модулям. Нам нужно понять, когда начинать производство и на каких верфях.

— Сегодня будет готово, — отозвался Яр вслух. — Отправлю разведывательные дроны для детального анализа состояния корабля.

Рэттен усмехнулся:

— Только сильно не разгоняйся, Яр. Верфи загружены производством новых кораблей для пополнения наших эскадр и для создания новых флотов.

— Не переживай, Рэттен, мне много не надо, — усмехнулся Яр. — В крайнем случае купим у Сато‑Дзё, когда пробьём к ним проход. Осталось захватить пару звёздных систем.

Игнат громко хохотнул:

— То есть ты уже и это учёл в своих планах по восстановлению корабля?

— Разумеется, — невозмутимо ответил Яр.

Женевьева покачала головой:

— Всё это хорошо, но как мы объясним появление нового огромного корабля? Его не спрячешь.

— А мы и не будем прятать и уж тем более, кому-то что-то объяснять, — вмешался я. — Наоборот, пусть все видят нашу мощь. Тут Яр полностью прав.

Глава 6

Постепенно мы обсудили процесс восстановления корабля‑колонизатора и его модернизацию под наши нужды. В процессе обсуждения выявилось много моментов, которые необходимо было учесть, — и Яр сразу вносил корректировки в проект, пересчитывал сроки модернизации с учётом новых вводных.

В итоге было решено дополнительно выделить ресурсы для производства андроидов. Ремонт и модернизация силами существующих андроидов существенно увеличивали срок — а Яр был категорически против задержек. Тем более что в будущем, когда корабль будет полностью готов, андроиды будут работать на самом корабле, а работы там намечалось предостаточно: обслуживание систем, управление модулями, координация логистики, поддержка экипажа…

Развитие шпионской сети обсуждать детально без Георгия Норда не стали — его опыт был критически важен для проработки этой части плана.

— Всё? Или есть ещё вопросы и пожелания? — произнёс я и обвёл всех взглядом.

Аврора неуверенно подняла руку.

— Да, Аврора, ты хочешь ещё что‑нибудь добавить? — спросил я девушку.

Она засмущалась и, посмотрев мне в глаза, сказала:

— Раз мы всё решили и всё равно остаёмся в этой звёздной системе как минимум на сегодня… Может, сходим на пляж? Ты обещал.

В зале раздался смех — смеялись все, включая меня.

— Хорошо. Давайте сходим, — я улыбнулся. — Яр, сделаешь доброе дело? — Я посмотрел на своего друга.

— Конечно, — тут же отозвался Яр. — Я даже знаю какое. Уже уведомил семьи присутствующих, что через тридцать минут сбор у лифта для похода на пляж «Стальной Берлоги».

— Спасибо, друг, — искренне поблагодарил я. — Ну что сидите, вставайте! У нас тридцать минут, чтобы собраться и пойти на пляж.

Все сразу засуетились, а наши семейные уже стали связываться по коммуникаторам со своими семьями. Себастьен радостно кричал в коммуникатор: «Дорогая, мы идём на пляж!», а Игнат уточнял, есть ли у детей купальные костюмы.

Отдых удался на славу — все остались довольны проведённым временем. Оказалось, что многие и не знали, что на нашем корабле есть искусственный пляж с морской водой, климат‑контролем и даже имитацией прибоя. Хотя, признаться, я и сам узнал об этом недавно — ещё одно из скрытых преимуществ «Стальной Берлоги», о котором редко вспоминали в суете дел.

Утром я проснулся от нежного поцелуя Авроры.

— Пора вставать, — произнесла она, когда я открыл глаза.

— Зачем? — не сразу сообразил я, ещё не до конца вынырнув из сна.

Она улыбнулась:

— Через час будет завтрак, потом у вас встреча. Доклад от адмиралов. Вы же вчера с Марком, Игнатом, Бубой и Кассианом договорились. Ты совсем забыл? Ещё вы планировали связаться с Каэлем и Милославой. Женевьева тоже планировала быть — её сильно интересует вопрос, когда мы полетим усмирять бунтовщиков. — Аврора на миг задумалась. — Ещё вы должны были связаться с Георгием. Он уже должен был добраться до звёздной системы «Чёрная Река».

После её слов я моментально проснулся. Как я мог забыть? Похоже, вчерашний отдых сильно меня расслабил.

— Спасибо, что разбудила, — я обнял Аврору и поцеловал. — Пошли в душ и собираться.

В нашей столовой стоял тихий гомон — все обсуждали вчерашний поход на пляж. Ароматы свежего кофе и выпечки смешивались с оживлёнными голосами, создавая уютную атмосферу.

— Доброе утро, — поздоровались мы с Авророй, когда вошли. — Я смотрю, всем понравилось?

— Мои дети в восторге, князь, — сказал Игнат, чуть засмущавшись. — Сам же помнишь, где они жили несколько лет, а моря так они вообще ни разу не видели. Вчера бегали по песку, визжали от радости, когда волны накрывали их по колено… Даже жена впервые за долгое время так искренне смеялась.

Он на мгновение замолчал, и в его глазах промелькнула тень — воспоминания о тех мрачных днях, когда мы вызволяли его семью из рабства на планете Тарг‑I.

— Моим тоже понравилось, хоть они и бывали на разных планетах, — Себастьен растянул довольную улыбку. — Но там всё было по‑другому. А тут — настоящее море внутри корабля, пусть и созданное инженерами. Даже запах соли кажется настоящим.

— Моя семья тоже осталась довольна, — произнёс Кассиан Торнвуд. — На нашей планете были только озёра. Да, некоторые из них были большие, но все они пресные. Такой пляж и солёную воду моя семья видела впервые. Теперь все жалеют, что не воспользовались возможностью посетить пляж на планете в звёздной системе «Янтарный Утёс».

— Моя семья тоже об этом жалеет, — поддержал Игнат. — Но без меня они ни в какую не хотят покидать «Стальную Берлогу», — он опустил взгляд, и его голос стал тише: — После всего, что было…

Аврора мягко улыбнулась и подошла к Игнату:

— Зато теперь у них есть место, где можно чувствовать себя в безопасности. И где каждый день может быть таким же радостным, как вчерашний.

Игнат поднял глаза и благодарно кивнул:

— Да, ты права. Спасибо, что напомнили нам, что жизнь — это не только борьба.

Я обвёл взглядом собравшихся:

— Рад, что отдых пошёл всем на пользу. Но теперь пора вернуться к делам. Через час у нас связь с адмиралами — они должны доложить, когда планируют продолжить наступление. А после — связь с Георгием: он уже должен был добраться до «Чёрной Реки» и оценить обстановку. И на десерт — связь с Каэлем и Милославой.

Яр, молча попивавший кофе, поставил чашку на стол:

— Я сделал новые расчёты по производству новых андроидов и скорости восстановления корабля. Плюс добавил на корабль несколько деталей для комфорта — зоны отдыха для экипажей между вылетами, расширенные медицинские блоки, улучшенную систему фильтрации воздуха. Также увеличил площади лабораторий и исследовательского центра. Лаборатории и сам центр надо будет перенести со «Стальной Берлоги». А на «Стальной Берлоге» на освободившемся месте можно развернуть дополнительные медицинские блоки.

— Отлично, — кивнул я. — Отдай всё Рэттену. Будем начинать делать поставки. Часть привезём на грузовых кораблях через неделю вместе с андроидами.

Яр кивнул.

После завтрака Аврора и Эления ушли в учебный центр: Эления — вести занятия для будущих наместников, где разбирала стратегии управления звёздными системами, а Аврора — к младшим классам, где сегодня преподавала основы космической навигации и истории колонизации. Остальные переместились в зал для совещаний.

— Начнём с адмирала Этьена‑Мари де Версо. Яр, установи с ним связь, — попросил я.

Буквально через пять секунд мы увидели осунувшееся лицо адмирала. Круги под глазами, уставший взгляд. Адмирал встал и отдал честь.

— Мой князь, флот‑адмиралы, господа, — произнёс Этьен и устало снова опустился в своё кресло командующего.

— Этьен, вы плохо выглядите, — сказал Марк.

— Да, мой флот‑адмирал. Захват звёздной системы ещё идёт, но уже завершающая фаза. Остались несколько очагов сопротивления на одной из планет — какой‑то небольшой пиратский клан, который досаждал звёздной системе и, по сути, держал её под контролем. Президент этой звёздной системы сам сообщил нам, где их искать.

В зале совещаний все невольно прислушались внимательнее. Игнат даже подался вперёд, положив руки на стол.

— В целом всё прошло относительно спокойно, — продолжал Этьен. — При нашем появлении с нами сразу связался президент и глава правительства этой звёздной системы. Мы обсудили условия сдачи и вхождения в Великий Дом Северных Медведей. А дальше началась рутина, которая длится уже сутки.

Себастьен хмыкнул:

— Рутина, которая выматывает сильнее боёв, да?

Этьен невесело усмехнулся:

— Именно. Этот пиратский клан хоть и не слишком большой, но весьма хитрый. Именно поэтому правительство звёздной системы не могло их искоренить, а потом и вовсе смирилось с их присутствием. Нам пришлось полностью прочесать весь пояс астероидов, уничтожая мелкие базы и склады. А потом ещё прочёсывали всю планету. Благо смогли взять в плен несколько пиратов, которые за обещание им свободы выступили нашими проводниками.

— Отлично, Этьен. Я рад слышать, что у вас всё хорошо, — я слегка наклонился к экрану. — Прошу сообщить нам, когда вы будете готовы двинуться дальше. Вам предстоит захватить ещё одну звёздную систему — как раз на границе с Домом Сато‑Дзё. Вы должны помнить: это следующая звёздная система после системы «Чёрное Крыло».

— Мой флот сможет отправиться туда через двое суток, мой князь, — тут же ответил Этьен.

— Прекрасно. Вы как раз сможете прыгнуть, минуя звёздную систему «Чёрное Крыло». Время варп‑прыжка — порядка пятнадцати часов. С учётом того, что вся ваша эскадра имеет усовершенствованные варп‑двигатели, для вас это не будет проблемой, — я посмотрел на Этьена.

— Так точно, мой князь, — Этьен снова встал и отдал честь.

— Спасибо, адмирал, — я отключил связь.

В зале повисла короткая пауза, пока все осмысливали услышанное.

— Значит, через двое суток Этьен выдвигается к границе Сато‑Дзё, — подытожил я.

Я перевёл взгляд на адмирала Бубу и адмирала Кассиана Торнвуда:

— Буба, Кассиан, ваши корабли и войска прибыли в наши новые звёздные системы?

— Да, мой князь, — ответил Буба. — Мы полностью взяли их под контроль, и эскадры могут двигаться дальше.

— Марк, когда эскадры Воронова, Рогова и Белова нанесут удар по последним приграничным системам? — я посмотрел на Радина.

— Все три эскадры уже находятся в варп‑прыжках, — отчитался флот‑адмирал. — Удар будет нанесён сегодня после обеда. Эскадры начнут атаку одновременно. Яр рассчитал время ухода в варп‑прыжок каждой эскадры, чтобы синхронизировать атаку.

— Хорошо. Если всё пройдёт отлично, тогда мы снимем торговую блокаду и сможем начать поставки. Как только наши эскадры захватят приграничные звёздные системы, флот Маркоса должен нанести удар по звёздной системе «Сады Каэриса», — я внимательно посмотрел на Марка.

В зале на мгновение наступила тишина, а потом встал Себастьен:

— Мой князь, звёздная система «Сады Каэриса» имеет особый статус нейтральной территории. Из‑за производства редкого и очень ценного сока все Дома и кланы уже давно договорились не пытаться захватить эту звёздную систему. Нарушение этого соглашения может спровоцировать войну со всеми остальными Домами.

Я повернулся к своему главе дипломатического корпуса:

— Всё верно, Себастьен. Только Великий Дом Северных Медведей ни с кем ни о чём не договаривался. И ты это прекрасно знаешь. Мы не нарушаем договор — мы его игнорируем. К тому же формально мы не атакуем планету, а лишь берём под защиту стратегически важное звёздное пространство, через которое нам могут нанести удар наши враги.

Я улыбнулся и снова посмотрел на Марка:

— Марк, предупреди Маркоса, что ни один обломок корабля и ни один выстрел не должен упасть на планету Каэрис‑7. Они должны оккупировать звёздное пространство и заблокировать проход всем грузовым кораблям. Ни один корабль не должен покинуть звёздную систему «Сады Каэриса». Подчеркни: наша цель — контроль над торговыми путями, а не разрушение. Мы хотим диктовать условия, а не сжигать мосты.

Марк кивнул и сделал себе пометку:

— Будет сделано, князь. Передам Маркосу все указания.

— Себастьен, — я опять посмотрел на до сих пор стоящего дипломата, — как только Маркос войдёт в звёздную систему, ты должен связаться с торговой гильдией и сообщить им, что с этого момента звёздная система «Сады Каэриса» переходит под управление нашего Дома. Гильдия так и останется управлять планетой, но все корабли будут платить нам таможенные сборы, а гильдия — налоги.

Если они будут отказываться и уповать на свой статус, то объясни им: «Все звёздные системы и торговые пути вокруг „Садов Каэриса“ под нашим контролем. Ни один корабль больше к ним не пройдёт. Могут сами пить и есть свой сок. Ведь поставки продуктов мы им тоже заблокируем».

Но… — я улыбнулся, глядя на побледневшего Себастьена, — чтобы тебе было легче с ними общаться, скажи им, что мы в качестве жеста доброй воли и помощи в развитии торговли модернизируем им десять грузовых кораблей для продолжительных варп‑прыжков. Трое суток варпа дадут им возможность торговать напрямую со многими звёздными системами — это в разы увеличит их прибыль. А если они захотят потом модернизировать ещё большее количество грузовиков, то мы с радостью это сделаем за оплату в десять миллионов кредитов за каждый корабль.

— Как прикажете, мой князь. Но переговоры будут сложными, — тихо сказал Себастьен.

— Себастьен, напирай на то, что они будут зарабатывать в разы больше либо станут нищими, — вдруг произнесла Женевьева. — Я знаю этих зажравшихся торговцев гильдии. Они одни из самых богатых людей. Кредиты для них — всё. Но они далеко не дураки. Они спокойно посчитают свою выгоду.

— Так, может, ты сама поговоришь, если знаешь их? — вспылил Себастьен.

— Могу и поговорить, если наш князь и будущий император прикажет, — ничуть не смутившись, ответила Женевьева.

— Хватит спорить! — прикрикнул я. — Себастьен, ты глава дипломатического корпуса. Ты сам проведёшь переговоры. Просто прими советы Женевьевы.

— Как прикажете, — Себастьен поклонился и сел в кресло.

В зале повисла напряжённая тишина. Марк, до этого молча изучавший тактическую карту, поднял голову:

— Князь, а что, если гильдия обратится за помощью к Дому Валуа? У них давние связи.

— Это вполне вероятно, — кивнул я. — Но Валуа не отправят сюда свой флот, а с Союзом Свободных Колоний у нас и так война.

Яр, сидевший рядом со мной за столом, добавил:

— Себастьен, по моим расчётам, Гильдия даст своё согласие. Я выслал тебе на коммуникатор расчёты увеличения прибыли Гильдии от сотрудничества с нами. Да, они будут отдавать часть прибыли нам — в виде таможенных сборов и налогов, — но модернизация даже десяти грузовых кораблей даст им прирост прибыли почти в два раза. Им не придётся отдавать львиную долю дохода посредникам, которые перепродают сок по десять раз, пока он доберётся, к примеру, до границ Дома Шуйских.

Себастьен быстро пролистал полученный от Яра файл и хмыкнул:

— Действительно. Хорошо, надеюсь, у меня всё получится.

— Получится, я даже не сомневаюсь, — произнёс я.

— Теперь давайте свяжемся с Георгием, — я посмотрел на Яра. — Он должен был уже провести разведку в системе «Чёрная Река» и подготовить отчёт.

Яр кивнул:

— Соединяю…

В течение минуты Яр устанавливал связь с Георгием. Норд появился на голографическом экране, сидя в кресле пилота. Он выглядел усталым, но счастливым, а глаза горели азартом. За его спиной виднелись панели командного мостика и мерцающие индикаторы систем сканирования.

— Доброго дня, мой князь и остальные, — поприветствовал всех Георгий и помахал рукой.

— И тебе доброго дня, — ответил я. — Ты чего такой счастливый?

— Корабль просто отменный. Наш Яр — гений! — ответил Норд. — Я тут летаю по всей звёздной системе, и меня никто не видит. Главное — быть внимательным, а то я тут задумался, разглядывая орбитальную станцию, и чуть в тяжёлый крейсер не влетел, — засмеялся Георгий. — Ну и спать одному неудобно. Приходится улетать на самый край звёздной системы и, желательно, вообще садиться на какой‑нибудь астероид. Иначе система оповещения раннего предупреждения не даёт спать — постоянно срабатывает тревога.

— Корабль рассчитан на трёх человек, Георгий, — произнёс Яр. — Чтобы можно было дежурить посменно.

— Я это уже понял, но князь‑то меня одного отправил, — усмехнулся Норд.

— Прости, Георгий, я как‑то не подумал об этом, — произнёс я виноватым голосом.

— Да ладно, всё отлично, — махнул рукой Георгий.

— Ладно, корабль и тебя обсудили. Теперь давай по делу. Рассказывай, как обстановка? — спросил я.

— Оболенские стягивают в звёздную систему свои военные корабли. Уже целая эскадра. Но корабли продолжают прибывать. Стоят на орбите планеты Тарг‑II. Остальное, как обычно, — ответил Норд.

— Хорошо. Значит, так: отправляйся в систему «Звёздный Перекрёсток». Всё там внимательно обследуй и оставайся пока там. Твоя главная задача — найти флот Гедиминовичей либо флот Валуа. Мы уверены, что Валуа будут страховать эскадры Габсбургов при нападении на «Чёрную Реку», — приказал я. — Возможно, они появятся вместе с Габсбургами.

— Я всё понял, мой князь. Найду и сообщу. Ещё есть какие‑то поручения? — Георгий сделал себе пометку в рабочем планшете.

— Нет. Найди корабли и следи за ними, — ответил я.

— Хорошо, — кивнул Норд. — Всё сделаю.

— Отлично, жду результат, — сказал я и отключил связь.

Как только связь прервалась, я повернулся к Яру:

— Яр, установи связь с князем Оболенским, срочно, — приказал я.

Яр кивнул и прикрыл глаза.

Оболенский вышел на связь через пару минут томительного ожидания.

— Приветствую вас, князь Оболенский, — произнёс я, как только на голографическом экране появился Мстислав.

— Мой император, — Мстислав слегка поклонился. — Прошу прощения, что заставил вас ждать.

— Ничего страшного, Мстислав. Я вот по какому поводу тебя беспокою, — начал я говорить. — Твои корабли в звёздной системе «Чёрная Река» — надо их убрать с орбиты планеты и увести на самый край звёздной системы, чтобы они не мозолили глаза.

Мстислав усмехнулся:

— Мой император, у вас везде есть шпионы?

— К сожалению, нет, князь. Ты один? — спросил я.

— Да, — удивлённо ответил Оболенский.

— Тогда слушай меня внимательно и не перебивай, — серьёзным голосом сказал я.

Мне потребовалось всего лишь пять минут, чтобы объяснить, что задумали я и жена Фердинанда — Аурелия.

— Вы уверены? — спросил задумчиво Мстислав.

— Ну, на сто процентов, конечно, нет. Мало ли что пойдёт не так. Но в целом я уверен, что она выполнит свою часть сделки. В противном случае придётся их уничтожить, — ответил я.

— Хорошо, я всё сделаю, как вы говорите, мой император, — Мстислав снова слегка поклонился, и связь прервалась.

— Я уверена, что моя младшая сестра сделает всё, как мы обсуждали, мой император, — услышал я голос Женевьевы и повернулся к ней. — Фердинанд хоть и король, но против своей жены не пойдёт. Это точно.

Я засмеялся:

— Надеюсь.

Закончив смеяться, я снова обратился к Яру:

— Яр, вызывай Каэля и Милославу.

— Хорошо, — кивнул Яр.

— Очень рискованный план, — вдруг произнёс Марк.

— Не переживай, Марк, я же не зря отправил Норда. Он найдёт флот Гедиминовичей либо Валуа. Это самое главное. Да и Оболенские уже стянули достаточно много кораблей — в крайнем случае отобьёмся, — спокойным голосом произнёс я.

— Каэль и Милослава на связи, вывожу на экран, — оповестил Яр.

Голографический экран замерцал, и на нём появились лица Каэля и Милославы. Каэль, как всегда, выглядел собранным и строгим, а Милослава слегка улыбнулась, увидев меня.

Глава 7

— Добрый день, Каэль, Милослава, — я кивнул в знак приветствия.

— Добрый день, князь, — дружно ответили они.

— Как вам корабль? — спросил я.

— О‑о‑о, он прекрасен, — начала Милослава описывать достоинства стелс‑разведчика. — Маневренность на высшем уровне, системы маскировки работают безупречно — мы прошли мимо патруля, а они даже не вздрогнули. Каюты великолепны…

— Ладно‑ладно, мы поняли, что вы всем довольны, — прервал я Милославу, улыбнувшись. — Давайте к делу. Вы нашли ловушку?

— Только что, мой князь, — начал говорить Каэль. — Буквально тридцать минут назад мы прибыли в новую звёздную систему — она самая ближайшая к владениям бунтующего барона, всего два с половиной часа варпа.

Я внимательно слушал, не перебивая.

— Тут целая эскадра тяжёлых линкоров. Пятьдесят кораблей. Гербов нет, так что достоверно определить, кто владелец, невозможно. Но это точно не корабли барона. Мы посетили звёздные системы, в которых были уничтожены эскадры Меровингов. Там стоит по одному крупному флоту. Все данные по численности и составу я сейчас вам отправлю, — Каэль замолчал и коснулся панели своего планшета.

На моём экране тут же появилось уведомление о входящем файле. Яр, стоявший рядом, быстро открыл его и вывел на общий голографический дисплей.

Перед нами развернулась схема звёздной системы с отмеченными позициями тяжёлых линкоров. Марк, посмотрев на карту, уточнил:

— Расположение говорит о том, что они готовы в любой момент начать разгон для варп‑прыжка. Видите, как выстроены?

— Да, они однозначно ждут команду для прыжка, — добавил Игнат.

Женевьева нахмурилась:

— Пятьдесят линкоров без опознавательных знаков… Это точно корабли Валуа. Только они имеют достаточно ресурсов, чтобы в короткие сроки собрать в одном месте столько тяжёлых линкоров.

— Отлично, значит, ловушку мы обнаружили, — улыбнулся я и повернулся к Яру. — Яр, рассчитай наши шансы на победу с учётом применения стелс‑бомбардировщиков.

— Уже рассчитал. Шансы — семьдесят процентов, если к ним не успеет прийти помощь. Главное — не дать им возможность выстрелить по «Стальной Берлоге». Залп даже тридцати тяжёлых линкоров мы не переживём, — ответил Яр.

— Значит, самое главное — держаться от них на расстоянии выстрела. Дальность выстрела линкора — пятьдесят километров, у нас — семьдесят. И двести километров, чтобы ты мог вести захват, — Марк включился в наш разговор.

— Всё верно, именно поэтому шансы — семьдесят процентов, — уточнил Яр.

В этот момент раздался тревожный голос Милославы:

— Князь, корабли начали разгон. И, судя по траектории, они уходят от границ владений барона.

В зале наступила тишина, и все стали переглядываться. Марк нервно постучал пальцами по столу, Игнат нахмурился, а Женевьева замерла с полуоткрытым ртом.

Я быстро принял решение:

— Каэль, Милослава, следуйте за ними. Нам надо точно знать, куда пошла эскадра этих линкоров.

— Будет исполнено, — тут же отреагировал Каэль. — Расчёт прыжка по их траектории уже сделан. Начинаю разгон. До связи, мой князь.

Связь с нашими разведчиками оборвалась.

Яр тут же прикрыл глаза и спустя секунд тридцать заговорил:

— Я составил прогнозную модель. С учётом их скорости и направления разгона… — он сделал паузу, глядя на меня, — они держат курс в звёздную систему «Звёздный Перекрёсток». Но это лишь предварительный вариант. Надо знать, куда они прыгнут из следующей звёздной системы. Нужны данные от Каэля и Милославы.

Я нахмурился — происходило что‑то непонятное. Неужели Валуа решили снять ловушку? Может, они передумали или у них появились проблемы в другом месте? Или… Или они каким‑то образом узнали про наши планы в звёздной системе «Чёрная Река»?

Я посмотрел на Женевьеву. Она сидела, нервно прикусив губу, и перебирала край платья. Мне даже не надо было проникать в её мысли, чтобы понять: она пришла к тем же выводам и теперь пытается решить, что делать. Наконец она подняла глаза и встретилась с моим взглядом.

— Надо связаться с Аурелией, — выдохнула она.

— Рано. Надо точно понять, куда пошла эскадра. Да и Георгий прибудет завтра в «Звёздный Перекрёсток» и сообщит информацию, — возразил я, хотя сам порывался с ней связаться.

— Мой князь, делать какие‑то выводы рано, — вмешался Яр. — Даже мне не под силу сейчас спрогнозировать развитие ситуации. Но… — он посмотрел на меня, а потом на Женевьеву, — если линкоры действительно пошли в «Звёздный Перекрёсток», тогда мы можем нанести удар по барону и подавить бунт. Чтобы линкорам достичь «Звёздного Перекрёстка», им потребуется почти трое суток. Как раз к тому времени запланирована атака Габсбургов на звёздную систему «Чёрная Река».

Яр перевёл взгляд на меня:

— Мой князь, с нашими новыми варп‑двигателями мы успеем уничтожить оба флота барона. Корабли Тибо должны будут войти в звёздные системы и подавить бунт на планетах, чтобы мы не теряли время. Тогда мы успеем попасть в «Чёрную Реку».

— Я всё устрою, если вы решите действовать, мой император, — сказала Женевьева. — У нас как раз хватит сил подавить восстание барона на планетах, если вы уничтожите его корабли.

Я задумался, взвешивая все риски. С одной стороны, это могло стать блестящим манёвром — разом решить две проблемы. С другой — любая ошибка могла обернуться катастрофой.

Я вздохнул, принимая решение:

— Хорошо. Будем ждать докладов Каэля и Георгия, — произнёс я и встал, показывая, что совещание закончено. — Яр, как только поступит информация, сразу сообщи.

— Будет исполнено, — Яр кивнул.

Все начали расходиться. Женевьева задержалась у двери:

— Князь, я всё же отправлю короткое зашифрованное сообщение Аурелии. Просто чтобы напомнить о наших договорённостях. На всякий случай.

Я на мгновение задумался и кивнул:

— Хорошо.

Оставшись один, я посмотрел на голографический экран. Сейчас на нём мерцали звёзды — холодные, равнодушные свидетели грядущих сражений. Где‑то там, в глубинах космоса, Каэль и Милослава следили за эскадрой тяжёлых линкоров, а Георгий приближался к «Звёздному Перекрёстку». Скоро мы узнаем правду. И тогда придётся действовать без колебаний.

Я вздохнул и выдохнул, унимая дрожь в руках, которая появилась незаметно для меня, и направился к выходу из зала, решив сходить на тренировку.

Следуя в каюту, переодеваясь и направляясь в тренировочный зал, я всё время думал. Линкоры однозначно были приготовлены для «Стальной Берлоги», но что заставило их резко сорваться с места и уйти от границ бунтующего барона? Вряд ли они обнаружили стелс‑разведчик — тут что‑то сильно другое. И чем больше я думал, тем сильнее приходил к мысли: Валуа узнали о нашем с Аурелией плане.

В голове крутились возможные источники утечки: кто‑то из моего ближайшего окружения мог передать информацию; агенты Валуа перехватили наш разговор с Аурелией; Фердинанд не послушал Аурелию и связался с Валуа, всё им рассказав.

Я вошёл в тренировочный зал. Помещение было почти пустым — только двое младших офицеров отрабатывали приёмы ближнего боя у дальней стены. Я подошёл к стойке с тренировочным оружием и выбрал облегчённую копию штурмового меча.

Включив режим средней сложности на симуляторе, я занял позицию. Голографический противник замер в боевой стойке.

«Если они узнали о нашем плане, — думал я, отражая первый выпад, — значит, сейчас они готовят ловушку, из которой мы точно не выберемся». Лезвие штурмового меча свистнуло в воздухе, встречая атаку.

Удары сыпались один за другим. Я парировал, уходил в сторону, контратаковал, чувствуя, как мышцы разогреваются с каждым движением. Мысли не отпускали:

«Если там будет ловушка, то надо предупредить Оболенских. Мстислав должен знать, что его эскадра может оказаться под ударом».

Симулятор повысил сложность. Противник стал быстрее, комбинации ударов — сложнее и непредсказуемее. Я сосредоточился на движениях, синхронизируя дыхание с ритмом боя, но мозг продолжал анализировать ситуацию:

«Нужно проверить каналы связи. Яр должен провести аудит всех коммуникаций за последние трое суток. И надо ускорить разведку: Каэль и Георгий должны дать точные данные как можно скорее. Каждая минута на счету».

Завершив тренировку, я отключил симулятор. Дыхание было тяжёлым, мышцы слегка дрожали от напряжения, но разум прояснился — хаос мыслей сложился в чёткую схему действий. Я вытер пот со лба и направился к выходу из тренировочного зала.

По дороге в каюту я мысленно обратился к Яру:

— Яр, срочно проведи полный аудит всех наших коммуникаций за последние трое суток. Я хочу точно знать, что никто из моего окружения нас не предал.

— Ратибор, вся связь на этом корабле под моим контролем. Я тебя уверяю, никто не передавал информацию на сторону, — отозвался Яр. Его голос звучал уверенно, почти успокаивающе.

— Спасибо, Яр, — я облегчённо вздохнул. Напряжение, сковывавшее плечи, немного отпустило. Хотя бы тут факт предательства исключён — я могу спокойно доверять своим людям. — И ещё, — добавил я, ускоряя шаг, — свяжись с Каэлем и Георгием, как только они выйдут из варп‑прыжка. Нам срочно нужно понять, куда движется эскадра линкоров и что сейчас происходит в системе «Звёздный Перекрёсток».

— Будет сделано, — коротко ответил Яр.

Я кивнул, хотя Яр этого не видел — а может, и видел через свои сенсоры, установленные по всему кораблю.

Вернувшись в каюту, я снял тренировочный костюм и направился в ванную. Уже собрался встать под душ, но потом передумал. Налил воду в джакузи, добавил ароматическую соль с запахом морского бриза и включил гидромассаж.

Пульсирующие струи воды мягко массировали уставшие мышцы спины и плеч. Тёплая вода обволакивала тело, снимая напряжение после тренировки. Дыхание постепенно выравнивалось, а хаотичные мысли, крутившиеся в голове, начали утихать. Я откинул голову на мягкий подголовник, закрыл глаза… и не заметил, как уснул.

Проснулся я от нежного прикосновения — чьи‑то пальцы легко коснулись моего плеча. Резко распахнув глаза, я увидел склонившуюся надо мной Аврору. Её волосы рассыпались по плечам, а в глазах читалась тревога, смешанная с заботой.

— Ты спал так крепко, — тихо сказала она, слегка улыбнувшись. — Я несколько минут не решалась тебя разбудить.

Я приподнялся, опираясь на бортик джакузи:

— Сколько я проспал?

— Почти два часа, — Аврора присела на край ванны.

«Яр, есть новая информация?» — мысленно обратился я к своему другу.

«Нет, самое раннее — через два часа. Стелс‑разведчики ещё в варп‑прыжке», — ответил Яр.

Я улыбнулся и протянул руку к Авроре:

— Не хочешь присоединиться? У меня в запасе есть пара часов.

Аврора улыбнулась и стала раздеваться.

Спустя два часа я вместе с Авророй шёл по коридору в сторону зала для совещаний, намереваясь пообедать, а потом дожидаться там новой информации. Мягкий свет потолочных панелей мягко освещал путь, а приглушённый гул корабельных систем создавал едва заметный фоновый ритм.

Перед самым входом в зал мы встретили Женевьеву. Она стояла, прислонившись к стене, с планшетом в руках — пальцы нервно постукивали по экрану.

— Она не отвечает, — выпалила Женевьева, едва завидев нас. — Я начинаю переживать. Аурелия всегда отвечала на мои сообщения.

Я обменялся взглядом с Авророй. В груди шевельнулось недоброе предчувствие.

— Может, она занята и не может ответить? — спросил я, хотя сам понимал глупость этого вопроса.

— Нет, — Женевьева сжала планшет так, что побелели костяшки пальцев. — За почти шесть часов она могла найти время написать короткий ответ. С ней что‑то случилось, — на глазах Женевьевы появились слёзы.

Аврора тут же подошла к ней и приобняла за плечи:

— Мы что‑нибудь придумаем, — тихо сказала она. — Нельзя опускать руки.

Я открыл дверь в зал для совещаний, пропуская их внутрь. Мы прошли в нашу мини‑столовую. Там уже сидели Эления, Рэттен и Яр, обсуждая поставки для ремонта корабля‑колонизатора. На столе стояли накрытые блюда с едой, рядом — графины с освежающими напитками.

— Мы обязательно выясним, что случилось, Женевьева, — мягким голосом произнесла Аврора, усаживая подругу в кресло. — Расскажи подробно: когда ты отправила последнее сообщение?

Женевьева вытерла слёзы и вздохнула:

— Последнее сообщение отправила шесть часов и двадцать три минуты назад. Ответа нет ни по основному каналу, ни по резервному.

Я сел напротив, чувствуя, как внутри нарастает напряжение.

— Если в течение следующего часа не будет ответа, значит… — я принял непростое решение, — значит, ты свяжешься с Фердинандом и выяснишь у него, где Аурелия, — сказал я, глядя на Женевьеву.

Она подняла на меня глаза:

— Если я свяжусь с Фердинандом, он может задавать вопросы, на которые я не смогу ответить, мой император.

— Посмотрим, — я встал и прошёл во главу стола, сев на своё место.

В столовую уже стали заходить остальные члены нашего коллектива. Марк, Игнат, Буба, Кассиан вошли почти одновременно, обменялись короткими приветствиями и заняли свои места. Последним вошёл Себастьен.

Разговор за столом не задался. Все обратили внимание, что мы чем‑то обеспокоены, но расспрашивать причину никто не спешил. Поели молча и быстро. Атмосфера была напряжённой — даже привычные шутки Бубы повисли в воздухе, не найдя отклика.

Мы отправились в зал, чтобы связаться с нашими разведчиками.

Первыми на связь вышли Каэль и Милослава. Голографический экран ожил, показав их лица.

— Мой князь, эскадра не стала задерживаться и прыгнула в следующую звёздную систему, — доложил Каэль. — Там они должны встать на зарядку батарей для следующих варп‑прыжков. Но могу сказать: судя по направлению, они уходят в сторону системы «Звёздный Перекрёсток». Мы тоже сейчас отправимся за ними. Следующая связь — через восемь часов, мы как раз выйдем из варпа.

— Спасибо, Каэль. Не упустите их, — поблагодарил я.

— Не упустим. Нам‑то зарядка не нужна, — довольным голосом произнёс Каэль. — Я до сих пор поражаюсь, как Яр смог создать такой корабль! Как только мы выходим из варпа, наши батареи начинают заряжаться от света звезды. А с учётом того, что запас нашего хода — трое суток варпа, то это просто шикарный корабль!

Я улыбнулся и глянул на Яра, который сидел в стороне, прикрыв глаза и делая вид, что не слышит.

— Я рад, Каэль, что вам нравится корабль. Жду новой информации через восемь часов, — произнёс я и отключил связь.

Я встал и подошёл к сервировочной тележке, чтобы налить себе кофе. Аромат свежемолотых зёрен немного успокоил нервы.

— Осталось подождать, когда Георгий выйдет из варпа, — произнёс я, делая глоток.

— Ещё десять минут, — произнёс Яр, продолжая сидеть с прикрытыми глазами

— Хорошо, но и так понятно, что делать сейчас, — я посмотрел на Марка. — Объявляй боевую тревогу. Идём усмирять бунтовщиков. Потом будем разбираться с «Чёрной Рекой». Вылетаем через тридцать минут.

Марк кивнул, и его пальцы забегали по панели управления на тактическом столе зала для совещаний. По кораблю пошло оповещение о боевой тревоге и подготовке к варп‑прыжку — громко прозвучали сирены, а на всех голографических экранах корабля появилось предупреждение и время до варп‑прыжка.

— Яр, сколько нам лететь? — спросил я.

— Три часа тридцать пять минут до первой звёздной системы, и потом ещё пятнадцать минут в соседнюю, — ответил Яр, открыв глаза.

— Женевьева, связывайся с Тибо, — я повернулся к ней. — Ваши корабли максимально быстро должны войти в звёздную систему «Причал Альбиноса» и встретить нас там. Далее часть кораблей отправится за нами в звёздную систему «Вершина Монблана». Сегодня мы покончим с вашими бунтовщиками, — приказал я стальным голосом.

— Будет исполнено, мой князь, — тихо произнесла Женевьева и встала, чтобы пройти в столовую и оттуда поговорить с Тибо.

— Как только поговорим с Георгием, а ты поговоришь с Тибо, свяжемся с Фердинандом и выясним, что с Аурелией, — добавил я, смотря на поникший вид Женевьевы.

Она вскинула взгляд и посмотрела на меня:

— Спасибо.

Резко развернувшись и расправив плечи, она пошла в столовую, связываться с Тибо.

Яр поднял голову:

— Георгий выходит на связь. Сейчас установлю соединение.

Все в зале замерли, глядя на экран. Через несколько секунд появилось изображение Георгия.

— Мой князь, — начал Георгий, — я в системе «Звёздный Перекрёсток». Здесь тихо, точнее, как обычно. Такая же суета грузовых кораблей и гражданских яхт. Количество боевых кораблей — стандартное для этой системы. Гедиминовичи постоянно держат здесь большее количество кораблей для охраны от пиратов и контрабандистов.

Я задумался. В принципе, логично: скапливать боевые корабли в этой звёздной системе не имеет смысла. Варп‑прыжок «Пояс Кетцалькоатля» — «Звёздный Перекрёсток» — четыре часа сорок четыре минуты тридцать пять секунд, «Звёздный Перекрёсток» — «Чёрная Река» — семь часов одна минута сорок секунд. Это я помнил точно. То есть эскадры Габсбургов пройдут «Звёздный Перекрёсток», даже не вставая на подзарядку батарей. Запаса хода в двенадцать часов вполне хватает.

Марк, стоявший рядом, тихо произнёс:

— Получается, это транзитный узел. Идеальное место для перегруппировки.

— Именно, — кивнул я. — Георгий, отправляйся в «Пояс Кетцалькоатля», посмотри, что там да как. А потом вернёшься в «Звёздный Перекрёсток». Мы ждём, что туда скоро прибудет эскадра из пятидесяти тяжёлых линкоров. По крайней мере, Каэль и твоя дочь в этом убеждены. Они как раз сейчас следуют за ними, — приказал я.

Георгий слегка нахмурился, обдумывая задачу, затем кивнул:

— Есть, мой князь. Через пять часов выйду на связь — доложу результаты разведки в «Поясе Кетцалькоатля».

— Действуй, — подтвердил я. — И будь осторожен.

— Принято, — коротко ответил Георгий и отключился.

Экран погас. Я обвёл взглядом собравшихся:

— Итак, что мы имеем? — начал я. — Эскадра линкоров движется, но пока неясно, куда именно. Предположительно в систему «Звёздный Перекрёсток». Георгий проверит «Пояс Кетцалькоатля», Каэль и Милослава продолжают следовать за линкорами.

Яр, посмотрев на меня, сообщил:

— Расчёт показывает, что если эскадра действительно идёт в «Звёздный Перекрёсток», то при текущем курсе, как я и говорил раньше, она появится там перед началом атаки на «Чёрную Реку». У нас в запасе ещё как минимум двое с половиной суток. Мы всё успеваем.

Глава 8

В зал вернулась Женевьева и подошла к столу:

— Я связалась с Тибо. Два флота, стоящих в нашей домашней системе, полностью готовы и через двадцать минут вылетают. Тибо будет лично командовать, находясь на нашем личном тяжёлом линкоре «Женевьева». В звёздную систему «Причал Альбиноса» Тибо прибудет примерно через шесть с половиной часов.

Я задумался, подсчитывая время. «Стальная Берлога» будет в звёздной системе «Причал Альбиноса» через чуть меньше чем четыре часа. Потом — бой. Надеюсь, мы быстро разберёмся с флотом противника. Потом появится Тибо со своими кораблями и начнёт зачистку планет от бунтовщиков. Далее как раз появится связь с Георгием. Ага, но связи с Каэлем ещё не будет. Ладно, Каэль и Милослава могут отправить сообщение, которое мы получим, когда будем уже в звёздной системе «Вершина Монблана», — там и подумаем, что делать дальше. Корабли Тибо будут добираться до «Вершины Монблана» два с половиной часа — мы успеем разобраться со вторым флотом барона.

— Прекрасно, — я наконец ответил стоящей возле стола Женевьеве и обвёл всех взглядом. — Прошу всех сместиться так, чтобы на голографическом экране при разговоре с Фердинандом была только Женевьева.

Все тут же встали и стали пересаживаться таким образом, чтобы случайно не попасть в обзор голографических сенсоров экрана.

— Можете особо не жаться к стене, — произнёс Яр. — Я уже отключил часть сенсоров. Будет видно только Женевьеву.

Женевьева глубоко вздохнула, поправила причёску и села перед экраном.

— Я готов установить соединение с королём Габсбургов Фердинандом XXX Габсбургом, — сообщил Яр.

Я подошёл к Женевьеве и тихо спросил:

— Ты как? Сможешь поговорить?

— Да, — кивнула Женевьева.

Я вернулся на своё место, откуда можно было видеть голографический экран и махнул Яру.

Через несколько секунд на экране появилось изображение Фердинанда. Он сидел в своём кабинете — за спиной виднелся большой герб Габсбургов и карта звёздных систем. Его лицо было непроницаемо, но в глазах мелькнул гнев.

— Женевьева, я ожидал твоего вызова намного раньше, — произнёс он и ухмыльнулся.

Фердинанд взял со стола коммуникатор и посмотрел на него:

— Ты отправила сообщение Аурелии ещё шесть часов назад, а ответа так и не получила. Неужели ты не переживаешь за свою сестру?

— Ваше высочество, — Женевьева говорила спокойно, но я заметил, как слегка дрожат её пальцы, — я обеспокоена отсутствием связи с Аурелией. Но, судя по вашим словам, вы прекрасно знаете, что с ней произошло.

Фердинанд слегка откинулся в кресле, изучающе глядя на Женевьеву:

— Скажи мне, Женевьева, как ты уговорила Тибо стать рабом этого выскочки Ратибора?

— Это не рабство, Фердинанд, а взаимовыгодное сотрудничество, — ответила Женевьева.

Король рассмеялся:

— Стать протекторатом — это, по‑твоему, взаимовыгодное сотрудничество?

— Что с Аурелией? — спросила Женевьева, чуть наклонившись вперёд.

— Ты думала, что Аурелия тоже сможет диктовать мне условия, как это делаешь ты со своим придурковатым Тибо? — Фердинанд проигнорировал её вопрос.

— Что с Аурелией⁈ — с нажимом и чуть повысив голос, произнесла Женевьева.

— В тюрьме, — ответил спокойным голосом Фердинанд. — Она всё мне рассказала. Не сразу, конечно. Пришлось привлечь к её допросу моего тюремщика, — Фердинанд на миг сморщился и продолжил: — Конечно, его методы оставляют желать лучшего, но, как оказалось, они действенны.

— Тварь! — прошипела Женевьева и вскочила с кресла. — Я убью тебя собственными руками!

Фердинанд заливисто рассмеялся, у него даже слёзы из глаз брызнули.

— Захлопни свою пасть, ведьма! — серьёзным голосом произнёс король, резко перестав смеяться. — Я сам прикончу тебя вместе с твоей сестрой, которую я безумно любил, пока она не предала меня! — Фердинанд сорвался на крик. — Луи уничтожит твоего князька и весь его Дом! Ты ещё поймёшь, что сильно ошибалась, восстав против своего троюродного брата! Вас повесят рядом. Всех! И тебя, и Тибо, вместе с твоей сестрой и жалким князьком!

Фердинанд прервал связь.

Женевьева стояла с отрешённым видом, а потом медленно опустилась на колени и заплакала. В зале для совещаний стояла тишина, нарушаемая только плачем Женевьевы.

Я тихо подошёл к ней и опустился на колени рядом с ней. Нежно обняв её, я заговорил:

— Женевьева, мы спасём твою сестру. Я обещаю.

Женевьева зарыдала ещё сильнее. Я посмотрел на Аврору и Элению. Они молча поднялись и приблизились к нам.

— Пойдём, Женевьева, — произнесла Аврора и, взяв её под руки вместе с Эленией, подняла с колен.

Они вывели её из зала для совещаний. Я смотрел им вслед, продолжая стоять на коленях. Потом поднялся и посмотрел на Яра:

— Яр, у тебя есть человекоподобный андроид в звёздной системе «Альбанские холмы»?

Яр на мгновение прикрыл глаза:

— Нет, но есть в звёздной системе «Глубины Эриды». Это соседняя звёздная система.

— Надо отправить его в «Альбанские холмы», в столицу — Императорский град Инсбрук IV. Надо выяснить, где содержат Аурелию. Пусть платит за информацию столько, сколько потребуется. Сделаешь ему перевод со счёта нашего Дома, — я продолжал смотреть на Яра.

— Я всё сделаю, князь. Завтра утром он будет там и всё выяснит, — ответил Яр.

— Хорошо. Нам пора в штаб, — я глянул на часы: до варп‑прыжка оставалось пять минут. — Пять минут до варпа.

Все сразу встали со своих мест, и мы быстрым шагом направились в штаб управления флотом.

По пути Марк тихо спросил:

— Князь, вы уверены, что стоит отвлекать ресурсы на спасение Аурелии прямо сейчас? У нас на носу бой в «Причале Альбиноса», а следом — бой в «Вершине Монблана»…

Я остановился на мгновение и посмотрел ему в глаза:

— Марк, если мы бросим Аурелию, то потеряем не просто союзника. Мы потеряем доверие тех, кто верит в нас. Фердинанд показал своё истинное лицо — он готов пытать и убивать ради власти. Мы же покажем, что для нас важнее честь и верность. Спасём Аурелию — и пусть весь космос знает: Великий Дом Северных Медведей своих не бросает. Что касается сроков, то сначала Яр узнает, где её держат. К этому времени мы подавим бунт у Меровингов и решим, что делать с «Чёрной Рекой».

Марк кивнул, на его лице появилась решимость:

— Понял, князь. Сделаю всё, чтобы все наши операции прошли максимально быстро.

Мы вошли в штаб. Офицеры уже заняли свои посты, экраны оживали один за другим.

— До варп‑прыжка две минуты, — сообщил Яр.

Мы расселись по своим местам в ожидании начала разгона.

Сирена взвыла, и корабль содрогнулся, готовясь к прыжку в глубины космоса. «Стальная Берлога» начала разгон, оставляя за собой звёздную систему «Чёрное крыло».

— Внимание: до варп‑прыжка — пять… четыре… три… два… один, — по кораблю пронёсся голос Яра.

«Стальная Берлога» вышла из варп‑туннеля в звёздной системе «Причал Альбиноса» — ровно в двухстах километрах позади стоящего там флота противника. Яр воспользовался разведданными Каэля и Милославы, чтобы точно рассчитать координаты выхода из варп‑прыжка: ни лишнего километра, ни лишней секунды.

По кораблю заревела сирена боевой тревоги — низкий, вибрирующий звук, от которого задрожали переборки и застучали приборы на панелях.

— Противник перед нами, стоит к нам кормой, расстояние — двести километров, — начал выдавать информацию лейтенант‑тактик, его голос звучал чётко и спокойно поверх общего гула команд.

Я взглянул на тактический шар: флот бунтовщиков был выстроен так, как и сообщали Каэль с Милославой. Их корабли стали медленно разворачиваться, пытаясь перестроиться и встать к нам передними щитами.

— Начинаю захват трёх линкоров, включая флагман, — сообщил Яр. Он прикрыл глаза, полностью уйдя в режим боя. — Иду на сближение для нанесения выстрела. Игнат, как обычно ремонтные доки с первого по третий.

— Принято, — отозвался Громов и отдал приказ своему заместителю. Артём Порецкий сорвался с места, быстро покинув штаб.

— Яр, как только отстреляешься и пристыкуешь линкоры, прыгай на тысячу километров от них, — приказал Марк. Он стоял у тактического стола, не отрывая взгляда от проекции. — Будем формировать боевую формацию.

— Будет сделано, флот‑адмирал, — ответил Яр. — Захват осуществлён. Тридцать секунд до выстрела.

Три тяжёлых линкора уже набирали скорость и разворачивались, ломая строй флота противника. Их манёвры вызвали панику среди бунтовщиков: крейсеры и эсминцы начали хаотично менять курс, а фрегаты и тяжёлые истребители пытались уйти в сторону, мешая друг другу.

«Стальная Берлога» приближалась на дальность выстрела. Я почувствовал, как корабль слегка дрогнул — это включились стабилизаторы для точного прицеливания.

— Пять секунд до залпа, — произнёс Яр. — Залп!

«Стальная Берлога» вздрогнула, когда восемь плазменных орудий одновременно выпустили огромные плазменные шары. Гигантские сгустки энергии, пылающие бело‑алым, вырвались из стволов, оставляя за собой дымные следы ионизированного газа.

— Перезарядка — две минуты. Успеем сделать ещё один залп, — сообщил Яр. Марк кивнул, подтверждая, что слышал Яра, и не отрывал взгляда от голографической проекции боя.

Плазменные шары неслись к кораблям противника, которые уже успели встать к нам правым бортом, не успев полностью развернуться передними щитами. Но Яр не дал им шанса. Он не стал рисковать и распылять огонь по всему строю: вместо этого атаковал два тяжёлых линкора, выстрелив в каждый из четырёх орудий.

Первые выстрелы врезались в щиты линкоров. Щиты вспыхнули ярким синим цветом — словно два гигантских электрических шара окутали корабли, — и тут же потухли, не выдержав мощи выстрелов. Энергия разрядов пробежала по поверхности корпусов искрящимися всполохами.

Плазменные шары врубились в борта линкоров, прожигая огромные дыры. Металл плавился и вскипал, испаряясь в вакууме космоса. Вслед за первым ударом последовали остальные — каждый плазменный сгусток пробивал броню, проникал вглубь корабля и вызывал цепную реакцию взрывов.

Первый линкор содрогнулся. Из пробоин вырвались языки пламени и облака раскалённого газа. Один из взрывов произошёл в районе стыковочных шлюзов — корпус лопнул, как перезрелый плод, и из разлома вылетели обломки гигантских бронеплит. Они разлетались во все стороны с чудовищной скоростью: одна плита, размером с десантный корабль, зацепила соседний эсминец, снесла его энергощиты и, пробив его левый борт, вызвала пожар на корабле.

Второй линкор попытался сманеврировать, но было поздно. Ещё один плазменный шар угодил прямо в район стыковки орудийных башен. Башня сорвалась с креплений и, кувыркаясь, улетела в сторону, снося по пути антенны и мачты. В корпусе образовалась зияющая рана — через неё были видны внутренние отсеки, охваченные огнём.

Из пробоин вырывались клубы дыма и пара, смешиваясь с обломками конструкций. От корабля отлетали фрагменты обшивки, фрагменты орудий, куски переборок. Некоторые обломки, раскручиваясь, цепляли другие корабли бунтовщиков: один из них пробил корпус фрегата — тот вспыхнул, как факел, и начал разваливаться на части.

— Поразительно… — прошептал лейтенант‑тактик, не отрывая глаз от экранов. — Они разваливаются на глазах.

Яр продолжал сидеть, прикрыв глаза:

— Первый линкор уничтожен, — докладывал он. — Второй линкор уничтожен.

Марк усмехнулся:

— Отличная работа, Яр. Готовь следующий залп. Пусть остальные видят, что бывает с теми, кто бросает вызов Великому Дому Северных Медведей.

Я посмотрел на голографический экран: два изувеченных линкора медленно дрейфовали в космосе, теряя форму и постепенно разваливаясь. Вокруг них клубились облака обломков, а рядом уже взрывались несколько повреждённых тяжёлых истребителей, задетых крупными осколками.

«Стальная Берлога» слегка изменила курс, готовясь к следующему залпу. В отсеках слышался гул работающих систем, а на экранах уже высвечивались новые цели. Битва только начиналась, но первый серьёзный удар был нанесён — и он показал противнику, что с нами шутки плохи.

— Захваченные линкоры пристыкованы. Игнат, жду команды на открытие шлюзов, — произнёс Яр.

— Открывай, штурмовики на месте, — спустя несколько секунд ответил Громов, уточнив готовность у спейс‑майора Порецкого.

— Готово, — ответил Яр и добавил: — Выстрел через тридцать секунд и начинаю разгон для прыжка.

— Отлично, Яр, — улыбнулся Марк.

— Залп! — предупредил Яр, и корпус «Стальной Берлоги» снова вздрогнул.

В этот раз Яр атаковал сразу четыре тяжёлых крейсера, которые замешкались и не успели развернуться передними щитами. В каждый крейсер устремилось по два плазменных шара. Я точно знал, что этого хватит, чтобы пробить энергощиты и нанести серьёзный урон кораблям. Я внимательно смотрел на голографический экран.

Плазменные сгустки, раскалённые до температуры звёздного ядра, неслись к целям с неумолимой точностью. Первый шар врезался в щит тяжелого крейсера — он вспыхнул ослепительно‑белым, на мгновение задержав удар, но тут же рассыпался искрящимися всполохами, не выдержав нагрузки. Следующий удар прошил ослабленную защиту и вонзился в корпус.

Борт крейсера взорвался огненными фонтанами. Из пробоин вырвались языки пламени и клубы раскалённого пара. Плазменный заряд попал в район орудийной палубы — последовал мощный вторичный взрыв, разметавший фрагменты орудийных установок на десятки метров вокруг. Гигантская бронеплита, оторванная ударной волной, пролетела мимо соседнего крейсера и, зацепив его антенную решётку, вызвала короткое замыкание в системе связи.

Остальные крейсера постигла та же участь. Плазменные шары методично поражали цели один за другим. Второй крейсер содрогнулся, когда оба заряда попали в район стыковки топливных магистралей. Оглушительный взрыв разорвал корабль пополам: носовая часть, кувыркаясь, улетела в сторону, а кормовая, объятая пламенем, медленно дрейфовала, выбрасывая в космос потоки искр и обломков.

Третий крейсер попытался уйти от удара, резко изменив курс, но было поздно. Заряды настигли его в момент манёвра, когда щиты перераспределяли энергию. Один шар пробил борт возле отсека с накопителями энергии, вызвав серию взрывов внутри корпуса. Второй угодил в командный мостик — в палубе появилась огромная дыра, обнажив искорёженные панели управления и обгоревшие тела людей.

Четвёртый крейсер, самый удачливый, успел частично развернуться передними щитами, но и они не спасли его. Плазменные сгустки прожгли броню в районе грузового отсека. Взрыв разнёс переборки, выбросив в космос контейнеры, оборудование и фрагменты палуб. Корабль потерял управление и начал беспорядочно вращаться, посылая в эфир панические сигналы бедствия.

— Цели поражены, — хладнокровно доложил Яр. — Два крейсера полностью выведены из строя, два потеряли боеспособность и управление. Фиксирую многочисленные повреждения на соседних кораблях — обломки задевают их корпуса, вызывают пожары и разгерметизацию.

Марк удовлетворённо кивнул:

— Отличная работа. Теперь — прыжок. Отходим на тысячу километров, выпускаем наши корабли и формируем боевую формацию. Игнат, докладывай о ходе зачистки захваченных линкоров.

— Штурмовые группы проникли на борт, — тут же отозвался Громов. — Порецкий сообщает, что сопротивление минимальное: экипажи деморализованы. Зачистка идёт полным ходом. Боевые роботы уже продвинулись к командным палубам. Противник сдаётся, практически не оказывая сопротивления.

Поле боя напоминало кладбище гигантских стальных чудовищ: изувеченные крейсера и линкоры дрейфовали среди облаков обломков, а вокруг них суетились мелкие корабли бунтовщиков, пытаясь оказать помощь или просто избежать столкновения с развалинами. Некоторые фрегаты, потеряв управление, сталкивались с обломками и взрывались, добавляя хаоса в бурлящее пространство.

«Стальная Берлога» плавно изменила курс, готовясь к варп‑прыжку. Гул двигателей нарастал, пространство вокруг корабля начало искажаться, мерцая фиолетовыми всполохами.

Корабль вышел из варп‑туннеля в тысяче километров от противника.

— Начинаем отстыковку эскадры, — приказал флот‑адмирал Радин.

Я услышал гул заработавших стыковочных механизмов — глубокий, вибрирующий звук, отдававшийся в переборках. На тактическом шаре стали появляться зелёные метки наших кораблей, планомерно окружающих «Стальную Берлогу». Каждый корабль занимал строго определённую позицию.

Пальцы Марка мелькали по панели управления, отдавая приказы капитанам кораблей. Наша эскадра строила боевую формацию, чтобы следующим ударом полностью смести оставшиеся корабли бунтовщиков. Голографическая проекция поля боя показывала, как флот противника пытается перестроиться: их корабли хаотично меняли курс, явно не имея единого плана действий.

— Фиксирую попытки противника установить связь со звёздной системой «Вершина Монблана». Похоже, они запрашивают подкрепления, — будничным голосом произнёс Яр.

— Блокировать все каналы связи, — мгновенно отреагировал я. — Яр, не дай им позвать помощь.

Яр, открыв глаза, повернул ко мне голову и сделал удивлённый вид:

— Мой князь, я блокирую связь в звёздной системе сразу, как только мы в неё входим. Не стоит за это переживать. Никто не знает, что здесь происходит, пока я контролирую звёздную систему. Я всего лишь сообщил, что они делают попытки, но у них ничего не выходит.

Я ухмыльнулся. Как я мог забыть, что Яр на автомате берёт под контроль любую внешнюю связь, если «Стальная Берлога» стоит в звёздной системе? Он очень педантично относится к нашей безопасности.

Марк повернулся ко мне:

— Князь, боевая формация построена. Все корабли на позициях. Ждём ваших приказов.

Я посмотрел на тактический шар. Эскадра выглядела грозно и слаженно — словно стальной кулак, готовый нанести решающий удар.

В штабе открылась дверь, и вошёл спейс‑майор Артём Порецкий в бронекостюме. Следом за ним два штурмовика вели в наручниках адмирала флота противника с захваченного Яром флагмана.

Его поставили передо мной.

— Представьтесь, — обратился я к адмиралу и проник в его мысли.

— Адмирал… — он не успел договорить: из его горла внезапно выскользнуло лезвие узкого стилета.

Штурмовики тут же схватили Женевьеву, отпустив мёртвое тело адмирала, которое с глухим стуком завалилось на пол. Из раны хлынула кровь, заливая пол перед моим креслом командующего. Женевьева вскрикнула, когда бронированные перчатки штурмовиков безжалостно сдавили её руки.

Я резко поднялся, чувствуя, как внутри закипает ярость и внимательно посмотрел на Женевьеву, проникая в её мысли. Её сознание металось между страхом, виной и отчаянием. Она посмотрела мне в глаза — в них читалась мольба и невысказанная правда.

Глава 9

— Запрос на связь с тяжёлого линкора противника, — нарушил установившуюся тишину Яр.

— Спейс‑майор, отведите Женевьеву в её каюту и оставьте охрану, — приказал я.

Штурмовики сразу повели Женевьеву к выходу из штаба управления флотом. Следом за ними шёл Порецкий.

Я перевёл взгляд на Яра:

— Яр, прежде чем принимать связь, пришли андроидов убрать тут. Тело утилизируй.

Я подошёл к телу, обходя лужу крови, и вытащил из горла стилет. Обтёр его о форму адмирала и положил на подлокотник своего кресла.

В штаб уже зашли андроиды. Один поднял тело, второй упаковал его в плотный герметичный мешок и вынес. Ещё двое андроидов быстро убрали следы крови и удалились.

Всё это время экипаж штаба тихо наблюдал за развернувшимися событиями.

Я вернулся в своё кресло:

— Выводи на голографический экран этот вызов, — я старался, чтобы мой голос звучал ровно, несмотря на переполнявший меня гнев. Хоть я уже и начинал догадываться о причинах поступка Женевьевы, просто так спускать ей это с рук я не собирался.

Голографический экран мигнул, и на нём появился высокий мужчина в форме спейс‑майора. Он отдал честь и заговорил:

— Если я правильно понимаю, то вы — князь Медведев, глава Великого Дома Северных Медведей?

Я кивнул, внимательно изучая собеседника. Его поза была уверенной, но в глазах читалась настороженность.

— Спейс‑майор Пьер Валентайн, — мужчина снова отдал честь. — Мы хотим обсудить условия капитуляции. У нас лишь одно требование: мы готовы сдаться вам, но не герцогу Тибо де Мерови.

— Почему? — коротко спросил я.

— Герцог известен своим вспыльчивым характером, он всех казнит. Поэтому мы лучше погибнем, сражаясь. Но о вас идут совершенно другие слухи. Мы готовы сдаться и присягнуть вам на верность, — ответил Валентайн.

— Если вы предали своего герцога, то в следующий раз предадите меня, — сказал я.

— Мы не предавали герцога, так как не приносили ему присягу. Так же, как и не приносили присягу взбунтовавшемуся барону. Мы наёмники. И подчинялись адмиралу Лебурже, флагман которого был вами захвачен, хоть я и не понимаю, каким образом. А я — командир этих наёмников. Все оставшиеся корабли флота — мои, — пояснил спейс‑майор.

На несколько секунд в штабе повисла напряжённая тишина. Марк, стоявший у тактического шара, едва заметно кивнул мне — он явно считал, что предложение Валентайна стоит рассмотреть. Яр, напротив, хмурился, явно не доверяя наёмникам.

— Допустим, я приму ваше предложение, — медленно произнёс я, глядя прямо в глаза Валентайну. — Каковы ваши условия?

— Никаких особых условий, князь. Мы сохраняем свои корабли и экипажи. Взамен — признаём вас своим верховным командующим и обязуемся выполнять ваши приказы. В том числе — участвовать в дальнейших операциях против бунтовщиков и любых ваших врагов, — чётко проговорил Валентайн.

Я задумался. Присоединение оставшейся довольно крупной эскадры могло дополнительно увеличить мои силы. Но доверять наёмникам…

— Сколько человек в ваших экипажах? — уточнил я.

— Около десяти тысяч, включая обслуживающий персонал, — без колебаний ответил Валентайн. — Все — опытные бойцы, прошедшие не одну кампанию.

Марк сделал шаг вперёд:

— Князь, это серьёзное усиление.

Яр, наконец, нарушил молчание:

— А если они переметнутся обратно, когда запахнет жареным? Наёмники служат тому, кто платит больше.

Валентайн усмехнулся:

— Мы держим слово, если оно дано официально. Клятва, скреплённая печатью Великого Дома, для нас — закон. Мы не бандиты, а профессиональные военные.

Я улыбнулся:

— Но сейчас вы решили сдаться. И это наводит на тревожные мысли. Кто оплатил ваши услуги?

— Я не могу вам этого сказать, так как просто‑напросто не знаю, — ответил Валентайн. — Я получил анонимный контракт и оплату за две недели службы. Срок службы истекает через три часа. Мы как раз обсуждали условия продления контракта с адмиралом Лебурже. Но у него возникли проблемы с оплатой. Барон, которому он служит, не нашёл требуемой нами суммы. Они просили подождать, хотели связаться с тем, кто сделал нам первую оплату. Но в этот момент появились вы, и наш разговор прервался.

Я взвесил все «за» и «против». Риск был велик, но и выгода — существенна.

— Хорошо, спейс‑майор, — твёрдо произнёс я. — Я принимаю ваше предложение. Но с одним условием: вы дадите клятву верности Великому Дому Северных Медведей здесь и сейчас, перед моими офицерами. И каждый капитан вашего флота подтвердит её лично.

Валентайн выпрямился и снова отдал честь:

— Согласен, князь. Даю слово чести: я и мои люди будем служить вам верно и беззаветно…

— Это не всё, — прервал я Пьера. — Вы будете оформлены на военную службу с вытекающими из неё обязанностями и, соответственно, оплатой. Ваши корабли будут взяты на полное содержание моим Домом и перейдут ко мне в собственность. Проще говоря, вы больше не будете наёмниками. А если захотите уволиться после завершения контракта, вам будет выплачено выходное пособие и пенсия, если уйдёте со службы по возрасту.

Я улыбнулся, увидев, как нахмурился спейс‑майор.

— Какой срок минимального контракта? — уточнил он.

— Три года, — сразу ответил я. — Уровень оплаты зависит от должности и выслуги лет. Данные будут вам отправлены для рассмотрения.

— Дайте мне полчаса, князь. Это серьёзное решение. Я должен пообщаться со своими людьми. В любом случае я сообщу вам наше решение, каким бы оно ни было, — произнёс Валентайн и посмотрел на свой коммуникатор, куда Яр уже отправил данные по контрактам для военных.

— Хорошо. У вас полчаса, и я жду вашего вызова. Если его не будет, мы начнём боевые действия, — сказал я и отключил связь.

Экран погас, и в штабе воцарилась напряжённая тишина. Марк подошёл ближе:

— Князь, вы уверены? Три года — это очень жёсткое условие. Они могут отказаться.

— Именно поэтому они его примут, — я откинулся на спинку кресла. — Наёмники ценят стабильность. Анонимный заказчик исчез, барон не может платить, и они стоят на грани гибели — а я предлагаю им не просто работу, а положение в структуре Великого Дома. Пенсия, пособия, защита… Это больше, чем они имели раньше.

Яр, сидевший в кресле, хмыкнул:

— А если они всё‑таки откажутся? Хотя все мои аналитические расчёты показывают, что они согласятся.

— Тогда у нас достаточно сил, чтобы добить их без этого союза, — ответил я. — Но зачем терять время и ресурсы, если можно получить практически полностью готовый флот с опытными экипажами? К тому же, если они откажутся — значит, у них есть запасной план. И тогда нам будет полезно знать об этом заранее.

Марк задумчиво кивнул:

— Логично. Но что, если за ними стоит кто‑то влиятельный? Тот, кто оплатил первый контракт?

— Вот это и нужно выяснить, — я поднялся с кресла. — Марк, подготовь протокол присяги и условия контракта.

— Будет исполнено, князь, — Марк склонился над панелью управления.

В этот момент дверь штаба открылась, и вошёл Порецкий.

— Князь, докладываю: Женевьева доставлена в каюту, охрана выставлена. Она просила передать, что готова дать объяснения по поводу инцидента с адмиралом.

Я на мгновение задумался:

— Спасибо. Я уже собрался идти к ней, пока у меня есть время. Пойдёшь со мной.

— Слушаюсь, — Порецкий отдал честь.

Я направился к выходу, когда Марк сообщил:

— Князь, флот Валентайна пока держится на дистанции. Никаких признаков манёвра или подготовки к бегству.

— Отлично, — я обернулся. — Отслеживайте их перемещения. И пусть все посты остаются в режиме повышенной готовности. Через двадцать пять минут ждём повторного вызова от Валентайна.

На экране тактического шара мерцали метки кораблей наёмников — неподвижные, выжидающие. Время шло, и каждый миг приближал нас либо к новому союзу, либо к продолжению битвы.

Я шёл в каюту Женевьевы, спейс‑майор Порецкий держался чуть позади. Его тяжёлые шаги в бронекостюме отзывались эхом в пустом коридоре командной палубы. Я подошёл к двери, где стояли на дежурстве два штурмовика. Как только я приложил руку к замку каюты, дверь открылась. Я обернулся:

— Спейс‑майор, подождите здесь. Я позову при необходимости.

Порецкий кивнул и остался стоять возле своих штурмовиков, я же вошёл внутрь.

Женевьева, увидев меня, сразу кинулась ко мне и упала на колени, склонив голову:

— Простите меня, мой император… — начала говорить она, но я её не слушал, полностью погрузившись в её мысли и память, проникая в самые сокровенные уголки.

Через несколько мгновений я отстранился от ментального контакта. В голове ещё звучали обрывки её воспоминаний.

— Женевьева, — произнёс я, вынырнув из омута её памяти.

Она сразу подняла на меня свои заплаканные глаза.

— Это была величайшая глупость с твоей стороны, — я бросил перед ней её стилет, который забрал с подлокотника своего кресла, когда направился в её каюту. — Как только Тибо появится в звёздной системе, ты отправишься к нему на флагман. Я больше не желаю видеть тебя на своём корабле.

Я развернулся и направился к выходу.

— Мой император, простите меня! Я не могла допустить, чтобы он поговорил с моим мужем, — Женевьева снова зарыдала.

Я остановился и резко к ней развернулся.

— Я был о тебе лучшего мнения, Женевьева. То, что этот адмирал Лебурже когда‑то был твоим любовником, а потом предал тебя лично, — не повод убивать его, тем более в моём присутствии и в присутствии всех офицеров штаба управления флотом, — стальным голосом произнёс я.

Женевьева подняла на меня свои заплаканные глаза:

— Раз вы прочитали мои мысли, то должны понимать, почему я так поступила.

— Ты повела себя как наивная обиженная девчонка, — во мне снова закипал гнев, но я старался сдерживать себя. — Ты покинешь корабль, как я и сказал. И скажи спасибо, что я не казнил тебя.

— Мой император, а что будет с Аурелией? — вдруг спросила Женевьева.

Я внимательно посмотрел на неё. Аурелия не виновата в том, что её сестра решила устранить своего бывшего любовника на глазах всего штаба. Я не ответил, для себя решив, что спасу Аурелию. Но говорить сейчас об этом Женевьеве не буду.

Развернувшись, я вышел и закрыл дверь.

— Спейс‑майор, — обратился я к Порецкому, — как только в звёздной системе появится флот Меровингов, доставьте лично Женевьеву на борт флагмана «Женевьева» к её мужу, герцогу Тибо де Мерови.

— Будет исполнено, мой князь, — Порецкий отдал честь.

Я направился обратно в штаб управления флотом — ждать повторного вызова спейс‑майора Валентайна. По пути я обдумывал сложившуюся ситуацию: с одной стороны, потеря доверенного лица, хорошо знающего Луи, с другой — Женевьева доказала, что эмоции для неё важнее дисциплины. Она всегда будет ставить свои личные цели на первое место.

В голове крутились мысли об Аурелии. Её судьба теперь зависела от меня. Нужно было разработать план спасения, пока Фердинанд не казнил её. И времени оставалось всё меньше…

Я вошёл в штаб и занял своё место. Никто не задавал мне вопросов, лишь Марк бросил на меня быстрый взгляд.

Буквально спустя десять минут, раньше обозначенного времени, поступил запрос на связь от Пьера Валентайна.

— Соединяй, — ответил я Яру на его вопросительный взгляд.

На голографическом экране снова возникла фигура спейс‑майора Пьера Валентайна. Чуть позади него, полукругом, стояли капитаны других кораблей — все в парадной форме, с серьёзными, сосредоточенными лицами. Валентайн выпрямился и отдал честь:

— Князь Медведев, мы обсудили ваше предложение и приняли его. Все капитаны согласны служить Великому Дому Северных Медведей на предложенных вами условиях.

Он сделал знак рукой, и один из капитанов передал ему планшет. Валентайн поднял его так, чтобы я мог видеть экран:

— Вот список экипажей с полными данными, а также инвентаризация кораблей и вооружения. Мы готовы приступить к процедуре присяги немедленно.

Я бросил быстрый взгляд на Марка — тот едва заметно кивнул, одобряя решение наёмников. Яр уже запускал протокол регистрации новых подразделений в системе флота.

— Отлично, спейс‑майор, — произнёс я. — Приступим к церемонии.

Яр активировал режим записи, и голографический экран расширился, охватывая всё помещение штаба.

— Я, Пьер Валентайн, спейс‑майор и командир флота наёмников, торжественно клянусь в верности Великому Дому Северных Медведей и его главе, князю Медведеву, — чётко произнёс Валентайн, положив руку на голографический символ Дома, появившийся на экране. — Обязуюсь выполнять приказы, защищать интересы Дома и хранить его тайны. Даю слово чести служить три года с момента подписания контракта.

Один за другим капитаны выходили вперёд и повторяли клятву. Их голоса звучали твёрдо, лица были серьёзны — похоже, они действительно намеревались сдержать слово.

Когда последний капитан завершил присягу, я встал:

— Отныне вы — часть Великого Дома. Ваши корабли зачисляются в состав нашего флота. Сейчас вы остаётесь командовать этой эскадрой, спейс‑майор. Заслужите право стать адмиралом в нашем Доме.

Валентайн улыбнулся — впервые за всё время нашего общения:

— Благодарим, князь. Мы не подведём.

— Надеюсь, — я кивнул. — Яр, передай капитанам обновлённые коды доступа и частоты связи. Марк, подготовь приказ о включении новых подразделений в структуру флота.

— Будет исполнено, князь, — ответил Марк, а Яр просто кивнул.

— Спейс‑майор, ваша эскадра будет отправлена на перегруппировку в нашу звёздную систему. А пока вам следует прибыть на «Стальную Берлогу» для личного знакомства со мной и вашим непосредственным командующим — флот‑адмиралом Марком Радиным, — приказал я Пьеру Валентайну.

— Слушаюсь, мой князь. Буду у вас в течение двадцати минут — уж больно далеко вы стоите, — ответил Пьер, отдавая честь.

Экран погас, и в штабе раздался вздох облегчения. Марк подошёл ко мне:

— Князь, это серьёзное усиление.

— Да, — я посмотрел на тактический шар. Метки флота Валентайна уже сменили цвет с красного на зелёный — теперь это были наши корабли. — Но не стоит расслабляться. Герцог Тибо де Мерови скоро будет здесь, а у нас ещё много работы перед прыжком в звёздную систему «Вершина Монблана».

— Может, Валентайна сразу сделать адмиралом? — задумчиво спросил Марк.

— Возможно, — ответил я. — Сначала проверю его мысли и замыслы. А потом решим.

Я повернулся к Рэттену:

— Рэттен, куда лучше отправить эскадру Валентайна для пополнения кораблями и экипажами? — Я на миг задумался. — Ещё надо провести модернизацию их кораблей. Обновить варп‑двигатели.

— Тогда им дорога в звёздную систему «Эридан‑4», — ответил Рэттен. — Там и корабли получат, и экипажи наберут. А на верфях сделают им модернизацию. Но плестись они туда будут суток трое.

— Выбора нет. Мы не можем сейчас использовать «Стальную Берлогу» для переброски их флота. Пусть встают на подзарядку батарей и прыгают из системы в систему, — пожал я плечами.

— Хорошо, свяжусь с наместником Мигелем Мартинесом. Пусть встречает и всё организует, — произнёс Рэттен, делая себе пометки в планшете.

— Так, Яр, связь с Георгием уже есть? — я посмотрел на Яра, но он отрицательно покачал головой.

— Ещё примерно около часа он будет в варпе, — уточнил Яр.

— Ладно. В любом случае предлагаю пойти в зал для совещаний. Поговорим там с Валентайном. Планеты мы штурмовать не будем — это дело Тибо. Так что у нас есть небольшой перерыв, — произнёс я, вставая со своего кресла и направляясь к выходу. Остальные потянулись за мной.

Пьер Валентайн появился даже раньше, чем обещал. Видно, сильно торопился. Он вошёл в зал для совещаний в сопровождении андроида‑помощника, которого Яр отправил в первый шлюз, чтобы встретить спейс‑майора.

Валентайн отдал честь и замер, вытянувшись по струнке.

— Расслабьтесь, спейс‑майор, — произнёс я и жестом пригласил его присаживаться на свободное место.

Пока он шёл к столу, я проник в его мысли и память. Пьер не врал, когда рассказывал про анонимный контракт и про всё остальное. Да и мысли у него были чистые — никаких замыслов против нас. Наоборот, он радовался, что наконец‑то его мытарства закончились и он прибился к постоянной службе, но старался тщательно скрывать это под маской серьёзности.

Как только он присел на свободное место, я заговорил:

— Адмирал Пьер Валентайн, прошу знакомиться, — я начал представлять всех присутствующих. Марк глянул на меня, но ничего не сказал — видно, понял, что я уже изучил мысли Пьера.

— Прошу простить меня, мой князь, но я — спейс‑майор, — произнёс Валентайн, когда я закончил знакомить его со всеми.

— Нет, с этого момента вы официально являетесь адмиралом Великого Дома Северных Медведей. Приказ о назначении вам пришлют. Ваша эскадра отправляется в звёздную систему «Эридан‑4», где корабли пройдут модернизацию варп‑двигателей. Также вы получите дополнительные корабли согласно нашим требованиям для полноценного флота. Наберёте экипажи и изучите новые тактики ведения боя. Вы ведь видели, как «Стальная Берлога» вышла из варпа далеко не там, где вы ожидали выхода любых кораблей? А после удара по вам мы снова ушли в варп, — я улыбнулся.

На лице Пьера не дёрнулся ни один мускул, но я продолжал отслеживать его мысли. В них было удивление, смятение и любопытство.

— Пьер, вы многое узнаете и многому должны будете научиться — как сами, так и ваши капитаны кораблей. Потом вы обучите экипажи. Срок вам — три недели. Флот‑адмирал Марк Радин будет постоянно с вами общаться и помогать.

Я повернулся к Яру:

— Яр, что с флагманом Пьера?

— Всё готово, я уже установил обновление, — улыбнулся Яр.

— Что за обновление и как вы его установили? — нахмурился Пьер.

— Обновление для расчёта координат варп‑прыжков. Марк всё вам расскажет и обучит. А пока можете возвращаться на свой флагман и отправляться выполнять приказ. Как только прибудете в звёздную систему «Эридан‑4», свяжитесь с флот‑адмиралом, — произнёс я.

Валентайн встал — мы тоже поднялись.

— Спасибо, мой князь, — Валентайн отдал честь, развернулся и строевым шагом покинул зал для совещаний.

Как только двери за Валентайном закрылись, Марк произнёс:

— Аудиенция длилась пять минут, а столько всего нового для Пьера.

— В следующий раз поговорим дольше, сейчас нет времени, Марк. Ты сам прекрасно видишь, — вздохнув, сказал я.

— Фиксирую выход из варпа новых кораблей. Прибыл флот герцога, — сообщил Яр, над столом появился тактический шар с указанием местоположения наших кораблей, кораблей адмирала Валентайна и кораблей Тибо.

— Вот видишь, Марк, — я повернулся к флот‑адмиралу. — Мы успели вовремя. Яр, установи связь с герцогом. И передай приказ Порецкому: пусть приведёт сюда Женевьеву, — приказал я и сел в кресло напротив голографического экрана.

Глава 10

Яр запустил трансляцию. Голографический экран мигнул, и на нём появилось изображение герцога. Он сидел в кресле главнокомандующего, одетый в военную форму своего Дома — тёмно‑синий мундир с серебряной вышивкой, подчёркивающей статус правителя. Его лицо было бесстрастным, но в глазах читалась настороженность, а пальцы чуть заметно барабанили по подлокотнику — выдавая внутреннее напряжение.

— Приветствую вас, герцог, — произнёс я, пристально глядя на него.

— Добрый день… мой император, — с явной неохотой выдавил из себя Тибо, слегка склонив голову.

Я едва заметно ухмыльнулся.

— Кораблей бунтовщиков больше нет. Можете захватывать орбитальные объекты и планеты, — спокойным голосом произнёс я.

— Хорошо, — герцог кивнул, но его взгляд стал ещё более настороженным. — Где Женевьева?

— Сейчас будет, — я сделал паузу. — А потом мы доставим её к вам на корабль, Тибо. Через тридцать минут часть ваших кораблей должна отправиться в звёздную систему «Вершина Монблана», чтобы закончить подавление бунта, — произнёс я, не оставляя места для возражений.

— Но там же стоит флот барона! — изумился герцог, резко выпрямившись в кресле. Его глаза расширились от неожиданности.

— К тому времени, как ваши корабли туда прибудут, флот барона будет уничтожен, — ответил я стальным голосом, выдерживая его взгляд. — Это не просьба, герцог. Это приказ.

В этот момент у меня за спиной раздался голос Женевьевы:

— Делай, как говорит император, — её тон был твёрдым, почти приказным.

Тибо мгновенно переменился в лице. Настороженность сменилась искренней радостью, а губы растянулись в тёплой улыбке.

— Женевьева, я рад тебя видеть, — произнёс он с неподдельным чувством.

— Ты слышал, что я сказала? — строго спросила Женевьева, глядя прямо на экран.

— Да, я всё сделаю, любовь моя, — тут же ответил Тибо, его голос смягчился. — Жду тебя на корабле. Возвращайся скорее.

— До связи, герцог, — бросил я и отключил связь. Затем повернулся к Женевьеве, которая стояла рядом со мной, опустив глаза. — Отправляйся к своему мужу, Женевьева. Надеюсь, больше ты не будешь делать глупостей. Спейс‑майор отвезёт тебя, — я кивнул Порецкому и отвернулся, стараясь скрыть бурю эмоций.

— Аурелия… — начала Женевьева дрожащим голосом, в её глазах заблестели слёзы.

Я резко обернулся и перебил её, повысив голос:

— Ты меня не поняла? Я сказал — отправляйся к мужу, — прорычал я, глядя ей прямо в глаза.

— Как прикажете, мой император, — сквозь слёзы ответила она, склонив голову.

Я услышал, как она и Порецкий вышли из зала для совещаний. Тяжело вздохнув, я посмотрел на Яра.

«Яр, отправь ей сообщение, что мы спасём Аурелию. А то ещё наделает снова глупостей», — мысленно попросил я Яра.

«Хорошо, отправлю ей на коммуникатор», — в моей голове прозвучал спокойный голос Яра.

Повернувшись к тактическому шару, я внимательно изучил расстановку сил. Часть кораблей Тибо уже начала движение к орбитальной станции и планетам. Остальные продолжали стоять на месте — в том числе и флагман «Женевьева».

— Яр, когда связь с Георгием? — спросил я вслух.

— Ещё двадцать минут, — откликнулся Яр, откинувшись в кресле и чуть прикрыв глаза.

Я вздохнул и снова посмотрел на тактический шар. Корабли Тибо начинали занимать позиции для высадки десанта: группа тяжёлых крейсеров выдвигалась к орбитальной станции и верфям, а тяжёлые линкоры выстраивались возле планет.

Ровно через двадцать минут Яр поднял голову:

— Георгий прислал запрос на связь, — сообщил он.

— Выводи, — сразу ответил я, невольно выпрямившись в кресле. Усталость моментально отступила.

На экране появился Георгий. Вид у него был крайне взволнованный — лицо побледнело, волосы взъерошены, а голос дрожал от едва сдерживаемого волнения. Не успел я поздороваться, как он выпалил:

— Князь, тут полный аншлаг! Стоят два крупных флота Габсбургов и минимум пятьдесят тяжёлых линкоров. Но линкоры стоят отдельно — опознавательных знаков на них нет. Так что выявить, кому точно они принадлежат, нет возможности. Ясно одно: они пойдут в «Чёрную Реку» вместе с Габсбургами либо сразу за ними. Это однозначно ловушка, князь!

Я сжал подлокотники кресла, обдумывая услышанное.

— Ты прав, это ловушка, — произнёс я задумчиво. — Но больше всего меня беспокоит другое. К ним идёт ещё пятьдесят тяжёлых линкоров. Вот это уже проблема.

Марк, до этого молча следивший за разговором, тихо выругался себе под нос. Яр бросил на него короткий взгляд, но промолчал.

Я посмотрел на Яра:

— Шансы на победу?

Яр отрицательно покачал головой:

— Никаких. Даже с учётом поддержки флота Оболенских.

— Вот и я думаю о том же, — я провёл рукой по лицу, пытаясь собраться с мыслями. — Сто тяжёлых линкоров и два больших флота. У нас нет шансов, если мы сунемся туда на «Стальной Берлоге», даже при поддержке флота Оболенских.

Я снова посмотрел на Георгия:

— Спасибо. Отдыхай и отправляйся назад в систему «Звёздный Перекрёсток». Сообщи сразу, как объявятся остальные корабли. Вдруг мы всё‑таки ошиблись, — приказал я.

Георгий кивнул, его лицо немного расслабилось:

— Будет исполнено, князь.

Экран погас. В штабе повисла тяжёлая тишина. Марк первым нарушил молчание:

— Что теперь, князь? Отступаем?

Я медленно поднялся, глядя на тактический шар, где метки кораблей Тибо продолжали перемещаться. В голове уже складывался новый план — рискованный, но единственный, который мог дать нам шанс. Но для начала…

— Отступать — значит проиграть, — произнёс я твёрдым голосом. — Мы не пойдём в «Чёрную Реку». Вместо этого нанесём удар там, где нас не ждут. А пока собирай эскадру. Идём в звёздную систему «Вершина Монблана». Надо закончить с бунтовщиками.

— Будет исполнено, князь! — сказал Марк и стал раздавать приказы.

На стыковку всех наших кораблей ушло около получаса. К тому времени корабли нашего нового адмирала Пьера Валентайна уже покинули звёздную систему «Причал Альбиноса» и ушли в сторону звёздной системы «Эридан‑4» — на перегруппировку и обучение. Их силуэты на тактическом шаре постепенно тускнели, пока не исчезли совсем, оставив после себя лишь мерцающие следы варп‑перехода.

Часть кораблей Тибо, включая флагман — тяжёлый линкор «Женевьева», — прыгнули в звёздную систему «Вершина Монблана». Лететь им в варпе два с половиной часа. Мы как раз успеем там появиться и уничтожить противника до их прибытия.

— Мы готовы к прыжку, мой князь, — сообщил Марк, сверяясь с данными на планшете. Его голос прозвучал довольно громко, нарушив тишину зала для совещаний.

Мы всё ещё сидели в зале, периодически перебрасываясь короткими фразами. Я чувствовал нарастающее напряжение — смесь предвкушения и тревоги перед грядущим боем.

— Яр, я хочу посмотреть, как работают твои автоматические стелс‑бомбардировщики в бою. Как раз есть возможность испытать, — я посмотрел на Яра, и в глазах моих читался неподдельный интерес.

В зале все притихли. Никто из присутствующих так и не видел демонстрации нового корабля — только слышал рассказы Яра. Все невольно подались вперёд, стараясь не пропустить ни слова.

— Их всего три корабля, — напомнил Яр, слегка нахмурившись. — Но испытать можно. Мне самому интересно. Возможно, потребуются доработки после первого боя.

— И можно сразу протестировать новую тактику для использования этих кораблей, — добавил Марк, оживившись. — Я подготовил несколько вариантов манёвров — они учитывают их стелс‑режим и высокую манёвренность.

— Отлично, тем более мы так и не поговорили подробно об этом. Значит, посмотрим, — я улыбнулся, чувствуя, как напряжение понемногу сменяется азартом. — Идём в штаб и прыгаем. Лететь нам пятнадцать минут.

Все встали и направились в штаб, тихо переговариваясь между собой за моей спиной. Разговор мгновенно оживился — люди обсуждали новые корабли, гадали об их возможностях, спорили о тактике применения.

Я шёл впереди, слушая эти разговоры. В груди нарастало знакомое чувство — предвкушение битвы. Пять минут до варп‑прыжка. Ещё пятнадцать минут до того момента, когда мы проверим в деле новое оружие — и узнаем, станет ли оно нашим козырем в этой игре сил и интриг.

— Внимание: до варп‑прыжка — пять… четыре… три… два… один, — известила система корабля голосом Яра.

На хронометре высветился таймер длительности прыжка: пятнадцать минут.

Я улыбнулся. С каждым разом мне всё больше нравились новые варп‑двигатели, сделанные Яром. Плавный гул, едва ощутимая вибрация корпуса. Если он сможет придумать, как установить такие варп‑двигатели на остальные корабли, мы в кратчайшие сроки сможем восстановить Империю.

В голове появились разнообразные мысли о том, что я буду делать, когда наконец объединю все эти Дома и кланы под своим правлением. Картины будущего сами собой возникали перед глазами: дипломатические приёмы в тронном зале, торговые пути, связывающие отдалённые системы, военные академии, где будут обучать новым тактикам, строительство новых кораблей‑колонизаторов и расширение заселённой части галактики. Я устрою третью волну колонизации… Я почти ощутил вес императорской короны — не как символ власти, а как ответственность за судьбы миллионов.

Мой взгляд утонул в варп‑туннеле. Теперь он был совершенно иным, нежели раньше. Сине‑фиолетовые цвета преобладали, переливаясь, словно гигантская шёлковая ткань. Мелкие молнии мельтешили повсюду, вспыхивая и гаснув в доли секунды. А сам туннель стал более насыщенным и плотным — он словно обволакивал корабль, защищая его в этом странном пространстве между мирами.

— Внимание: до выхода из варп‑прыжка — пять… четыре… три… два… один.

Голос Яра вырвал меня из раздумий и созерцания варп‑туннеля. «Стальная Берлога» прибыла в звёздную систему «Вершина Монблана».

По кораблю зазвучала пронзительная сирена, уведомляя о включении боевого режима. В штабе все офицеры моментально заняли свои места и занялись работой: пальцы замелькали над сенсорными панелями, голографические экраны вспыхнули множеством данных, замигали предупреждающие индикаторы.

— Тысяча километров до цели. Крупное соединение кораблей противника, — оповестил Яр. Его голос звучал предельно сосредоточенно.

Я посмотрел на тактический шар — там вспыхнуло множество красных точек, образующих боевую формацию в точке контроля выхода из варп‑прыжка по стандартным координатам варп‑маяка.

— Начинаем разворачивать нашу эскадру, — отдал приказ Марк. Его пальцы быстро забегали по панели управления флотом.

Офицеры штаба начали передавать приказы. Послышался характерный гул — пошла отстыковка крупных кораблей. Снова раздался ритмичный звук работающих стыковочных механизмов, сопровождаемый лёгкими вибрациями корпуса.

Наша эскадра вставала в боевую формацию. На тактическом шаре стали появляться зелёные метки наших кораблей — система автоматически обновляла данные по дистанции и векторам движения.

В этот момент на тактическом шаре появились три синих точки, двигавшиеся отдельно от основного строя.

— Синие точки — это наши стелс‑бомбардировщики, — оповестил всех Яр. Он слегка повысил голос, чтобы его услышали сквозь общий гул штаба. — Сейчас они в стелс‑режиме, и вы их не видите на голографическом экране. Поэтому я подсветил их на тактическом шаре, чтобы вы могли следить за передвижением кораблей.

Марк, изучив данные, добавил:

— Отлично, пусть идут в центр боевой формации противника — к линкорам и крейсерам.

Я внимательно следил за манёвром. Три маленькие синие точки на тактическом шаре приближались к боевой формации вражеских кораблей. Сердце забилось чаще — сейчас всё зависело от точности расчётов и надёжности стелс‑систем.

Как‑то незаметно в штабе управления флотом стало тихо. Абсолютно все следили за передвижением стелс‑бомбардировщиков.

— Бомбардировщики выйдут на позицию через девяносто секунд, — объявил Яр, нарушив своим голосом тишину.

Я вздрогнул от неожиданности и сжал подлокотники кресла. Всё шло по плану. Теперь оставалось только дождаться первого удара — и посмотреть, насколько хороша новая разработка Яра в реальном бою.

Стелс‑бомбардировщики вошли внутрь вражеской формации.

— До нанесения удара — три… два… один… Пошёл сброс протонных бомб, — сообщил Яр.

Я сразу перевёл взгляд на голографический экран, на котором Яр приблизил корабли противника. Спустя пару секунд начались взрывы.

Первый взрыв озарил космос ослепительной вспышкой — ярко‑алый шар мгновенно расширился, поглотив ближайший линкор. Корпус корабля треснул, словно тонкая скорлупа, и разлетелся на тысячи раскалённых осколков, которые разметало ударной волной во все стороны. За ним последовали новые взрывы — один за другим, словно чудовищный огненный ритм, сотрясающий само пространство. Протонные бомбы срабатывали в самом сердце вражеской формации, и космос превратился в адскую симфонию разрушения.

Очередной линкор исчез в гигантском шаре плазмы: его броня не выдержала чудовищного давления, корпус лопнул, обнажая внутренние отсеки, которые мгновенно вспыхнули, рассыпаясь снопами искр. Рядом содрогнулся крейсер — взрывная волна сорвала с него внешние модули, антенны и орудийные башни разлетелись, как щепки, а следом сдетонировали внутренние системы, превратив корабль в клубок огня. Фрегаты и эсминцы, оказавшиеся поблизости, затряслись от ударных волн: их корпуса покрылись трещинами, броню срывало, системы отказали, и корабли начали беспомощно вращаться в пространстве, теряя форму и целостность. Тяжёлые истребители, находившиеся рядом с крупными кораблями, вспыхивали, как спички — каждый взрыв поблизости вызывал цепную реакцию: топливные баки и реактивные ускорители детонировали, превращая машины в миниатюрные солнца, которые тут же гасли в холодной пустоте космоса.

Обломки всех размеров — от гигантских секций корпусов до мельчайших фрагментов обшивки — разлетались во все стороны, сверкая в свете новых взрывов. Некоторые фрагменты, подхваченные ударными волнами, на огромной скорости врезались в соседние корабли, нанося дополнительные повреждения. На тактическом шаре красные метки начали гаснуть одна за другой — быстро, почти мгновенно. Вражеская формация рассыпалась за считанные секунды: уцелевшие корабли хаотично метались, теряя строй, пытаясь уклониться от новых ударов, но многие из них уже были повреждены и двигались рывками, оставляя за собой шлейфы газа и обломков.

Яр сухо произнёс:

— Стелс‑бомбардировщики не смогли покинуть зону поражения и были уничтожены.

Спустя несколько секунд Яр добавил:

— Полностью уничтожено сорок процентов всех кораблей противника. Ещё тридцать процентов получили серьёзные повреждения.

Марк хлопнул ладонью по тактическому столу:

— Это не просто попадание — это разгром! Они даже не поняли, откуда пришёл удар.

Я не мог оторвать взгляд от экрана. В космосе бушевало огненное шоу небывалой мощи: вспышки взрывов следовали одна за другой, озаряя пространство алыми, оранжевыми и белыми всполохами; облака раскалённого газа расширялись, смешивались, создавали причудливые формы, а обломки кораблей, подсвеченные изнутри остаточным свечением, медленно разлетались по всему сектору. Уцелевшие корабли противника спешно уходили в разные стороны — кто‑то хаотично менял курс, кто‑то пытался уйти к ремонтным докам верфей, оставляя за собой шлейфы повреждённых систем. Боевой формации, как и эскадры, фактически больше не существовало.

— Это невероятно, — произнёс я, чувствуя, как адреналин постепенно отступает, сменяясь холодным удовлетворением. — Марк, свяжись с уцелевшими кораблями и предложи им сдаться. В противном случае мы их уничтожим. Гарантируй им сохранение жизни и достойное обращение с экипажами.

— Так точно, — ответил флот‑адмирал, тут же разворачиваясь к офицерам связи. — Всем постам связи — установить контакт с уцелевшими кораблями противника. Передать сообщение: немедленная сдача с гарантией сохранения жизней экипажей. В случае отказа — огонь на поражение. Повторить трижды.

В штабе снова началась суета: офицеры связи начали устанавливать контакты с уцелевшими кораблями противника, а голографические экраны замигали новыми данными.

— Яр, — я повернулся к своему другу, понизив голос, чтобы не отвлекать остальных, — ты сможешь доработать эти корабли? Мы не можем допустить гибель экипажей, которые будут ими управлять. Они же не смертники.

Яр на мгновение задумался, его взгляд скользнул по голографическому экрану, где ещё мерцали последние вспышки детонаций.

— Да, но потребуется время, — ответил он уверенно. — Я снял все показания с приборов во время атаки, уже выделил часть своих вычислительных ресурсов для анализа и разработки усовершенствований. Думаю, через неделю смогу предоставить три новых образца с исправленными недочётами. Пока также управлять ими буду я.

Я удовлетворённо кивнул. Это был успех — не просто победа в бою, а шаг к чему‑то большему. Взгляд снова обратился к голографическому экрану, где буквально несколько минут назад стояла огромная эскадра кораблей. Теперь на её месте раскинулось огромное облако обломков — фрагменты корпусов, оборванные кабели, разлетевшиеся орудийные установки. Некоторые фрагменты до сих пор продолжали детонировать, вспыхивая короткими алыми искрами, словно угасающие звёзды.

Спустя десять минут стали поступать первые данные от уцелевших кораблей. Они приняли наше предложение и стали сдаваться: отключали щиты и орудийные системы, ожидая наши группы захвата. Тяжёлые истребители и фрегаты направлялись сразу в ангары «Стальной Берлоги», где наши штурмовики брали пилотов под конвой и отводили в специально выделенные помещения — просторные, но строго охраняемые большие комнаты с минимумом удобств.

На крупные уцелевшие корабли флот‑адмирал штурмовых войск Игнат Громов отправлял группы захвата. Операции проходили почти синхронно по всему сектору. Я следил за процессом на тактическом шаре: зелёные метки наших групп захвата появлялись рядом с ранее красными точками вражеских кораблей, и постепенно все они окрашивались в нейтральный серый — знак перехода под наш контроль.

В течение часа все корабли были полностью захвачены.

Игнат, сверяясь с отчётами, произнёс:

— Экипажи ведут себя сдержанно. Большинство понимает, что это лучший исход после такого разгрома.

Я удовлетворённо кивнул, оглядывая штаб. Суета постепенно стихала, сменяясь деловитой сосредоточенностью.

— Отлично, — произнёс я. — Игнат, передай благодарность группам захвата. Яр, займись интеграцией новых кораблей в нашу систему управления. Марк, подготовь обращение к экипажам: мы ценим профессионализм и готовы предложить достойные условия тем, кто присоединится к нам добровольно.

Я снова посмотрел на голографический экран. Там, где ещё недавно бушевало огненное безумие взрывов, теперь раскинулась упорядоченная флотилия — десятки захваченных кораблей выстроились возле «Стальной Берлоги».

Глава 11

— Яр, от Каэля и Милославы были сообщения? — спросил я, откинувшись в кресле.

— Только очень короткое: «Продолжаем следовать за кораблями. Будем на связи через десять часов», — ответил Яр, посмотрев на меня.

Я кивнул и прикрыл глаза, расслабляясь. Предстояло дождаться прихода кораблей Меровингов.

Спустя некоторое время Яр произнёс:

— Фиксирую новые корабли. Из варп‑прыжка выходят корабли герцога Тибо де Мерови.

— Отлично. Яр, установи связь с Тибо, — попросил я, поудобнее устраиваясь в кресле главнокомандующего. — И, Марк, начинай сворачивать нашу эскадру. Сегодня останемся в этой звёздной системе. Прежде чем двигаться дальше, необходимо поговорить с Каэлем и Милославой. Но я хочу, чтобы всё было готово к варп‑прыжку.

— Будет сделано, — отреагировал Марк, сразу склоняясь над панелью управления флотом.

Спустя минуту голографический экран мигнул, и появилось изображение Тибо и Женевьевы. В этот раз Тибо стоял рядом со своей женой. Они сдержанно поклонились.

— Мой император, — заговорил Тибо. Сейчас его голос был совершенно другим. Я чувствовал, что его отношение ко мне изменилось. Возможно, Женевьева на него повлияла, а может, вид огромного облака обломков и строя уцелевших кораблей, стоящих перед «Стальной Берлогой».

Я кивнул, приветствуя герцога и герцогиню.

— Как я и обещал, флот барона уничтожен. Можете приступать к подавлению бунта на орбитальных объектах и на планетах, — сказал я, чуть наклонившись вперёд.

— Спасибо за помощь, мой император, — в этот раз Тибо поклонился глубже.

— Я знаю, что Меровинги потеряли три полноценных флота, и вам необходимо как минимум вернуть эти эскадры, чтобы защищать границы. Я не могу вам дать такое количество кораблей — вам придётся самостоятельно заниматься их приобретением. Но могу предложить очень много кораблей с повреждениями: где‑то совсем мелкий ремонт, где‑то довольно серьёзный. Но в любом случае это лучше, чем ничего, — произнёс я, внимательно отслеживая реакцию Тибо и Женевьевы.

— Вы очень щедры, мой император, — произнесла Женевьева с лёгкой улыбкой. — Мы ценим вашу заботу и сделаем всё, чтобы три флота были восстановлены в кратчайшие сроки.

— Корабли вам передаст флот‑адмирал Марк Радин сегодня, как только вы подавите бунт. Мы будем в этой звёздной системе ближайшие восемь‑десять часов, так что рекомендую не терять время и заняться делом, — сказал я, пристально посмотрев на Тибо и Женевьеву.

— Как прикажите, мой император, — снова ответила Женевьева. Тибо же упорно молчал. Я видел по нему, он ещё не свыкся с мыслью, что теперь его Дом является протекторатом.

Они поклонились, и связь отключилась.

Я посмотрел на тактический шар: спустя минуту корабли Тибо пришли в движение, направляясь к планетам и орбитальным объектам для высадки десанта. Как и в звёздной системе «Причал Альбиноса» эскадра разделилась. Часть кораблей ушла к планетам, другая часть пошла к орбитальным объектам по всей звёздной системе.

— Мой князь, что делать с целыми кораблями и экипажами? — спросил Марк, отрываясь от панели управления флотом. Я уже чувствовал вибрацию стыковочных механизмов. Наша эскадра стыковалась к «Стальной Берлоге», а тяжёлые истребители и фрегаты заходили в стояночные ангары. Его пальцы снова забегали по интерфейсу, проверяя данные по захваченным судам.

— Много тех, кто желает присягнуть нам на верность? — уточнил я у Марка.

Но за него ответил Игнат Громов, сидевший за тактическим столом ближе ко мне:

— Абсолютно все. Они прекрасно понимают, что даже если мы их отпустим, Тибо доберётся до них — и ничего хорошего это им не сулит. На лицах многих читается облегчение: они рады, что избежали расправы от герцога.

Я задумался. Брать к себе бывших «предателей» герцога не очень‑то хотелось — слишком велик риск. С другой стороны, служили они барону, а не герцогу. А конкретно барона они не предавали. А раз барон уже, по сути, мёртв, то и клятва верности ему утратила силу. К тому же опытные экипажи сейчас на вес золота — каждый обученный пилот, инженер и наводчик может сыграть решающую роль в грядущих сражениях.

— Хорошо, — произнёс я, приняв решение. — Принимайте у них присягу. Проведите стандартную процедуру зачисления в наш звёздный флот. Остальные, те, что остались без кораблей, пусть летят пассажирами. Отправляй всех в звёздную систему «Эридан‑4» к адмиралу Валентайну. Будут ему ещё корабли и люди — пусть займётся их восстановлением и обучением.

— Будет исполнено, — кивнул Марк и тут же запросил у Игната численность пленных.

Я удовлетворённо откинулся в кресле. Ситуация складывалась удачно: вместо уничтожения или изгнания мы получали новые экипажи и корабли. Это был не просто тактический выигрыш — это был стратегический шаг к укреплению моего Дома.

Я ещё немного посидел в штабе, наблюдая за работой команды, и встал с кресла. На меня сразу все подняли глаза, оторвавшись от своих дел.

— Спасибо всем за отличную работу, — произнёс я. — Две звёздные системы под нашим контролем, два разбитых флота противника. Много новых кораблей, которые серьёзно усилят наш Дом. Великолепный тест стелс‑бомбардировщиков показал их реальную боевую ценность. Почти сутки мы не отдыхали. Поэтому заканчивайте текущие задачи и отправляйтесь на отдых. — Я обвёл взглядом весь штаб. — Марк, вызови дежурную смену — пусть придут сегодня раньше обычного и примут дела у твоих людей.

Марк кивнул и тут же начал отправлять сообщение командиру дежурной смены штаба. Я повернулся к Игнату:

— Игнат, предоставь штурмовикам двенадцать часов на отдых. Пусть восстановят силы — возможно, скоро им придётся серьёзно потрудиться.

— Будет исполнено, — твёрдо произнёс Игнат.

— Яр, — я посмотрел на моего друга, — как только Каэль и Милослава выйдут на связь, разбуди меня. Я поговорю с ними из каюты.

Яр кивнул, ненадолго оторвавшись от разговора с Рэттеном. Они снова обсуждали поставки для ремонта и модернизации корабля‑колонизатора. С каждым разом Яр вносил новые правки, а чтобы сроки модернизации не увеличивались, приходилось дополнительно наращивать выпуск человекоподобных андроидов.

Я едва заметно ухмыльнулся, глядя, как Яр снова убеждает Рэттена увеличить приоритеты для его поставок. Развернувшись, я направился к выходу.

Выйдя из штаба, я прислонился к стене. На меня вдруг накатила дикая усталость — мышцы ныли, в висках стучала кровь. Но помимо физического истощения, мне требовалось обдумать детали задуманного плана. И желательно обсудить его с Яром — его взгляд часто помогал увидеть то, что упускал я.

«Яр, — позвал я мысленно, оттолкнулся от стены и зашагал в сторону каюты, — мне нужно с тобой поговорить наедине. Но я не хочу обсуждать это мысленно. Сейчас переоденусь и пойду в тренажёрный зал — хочу немного позаниматься перед сном».

«Хорошо, — отозвался Яр в моей голове. — Я почти уговорил Рэттена. Увижу, как ты придёшь в зал, и сразу подойду, Ратибор».

По пути в каюту я бросил взгляд на голографический экран в коридоре — на нём транслировалась панорама космоса вокруг «Стальной Берлоги». Там, где ещё недавно стояла мощная вражеская эскадра, теперь раскинулось огромное облако обломков. Оно медленно рассеивалось, подсвеченное далёкими звёздами.

Я тихо вошёл в каюту, стараясь не разбудить Аврору — вдруг она спит. Я не ошибся: она лежала в кровати, погружённая в глубокий сон. Одеяло сползло, открыв прекрасный вид на её обнажённое тело. Я постоял минуту, любуясь её красотой и стараясь не шуметь, затем подошёл ближе. Осторожно взяв одеяло, аккуратно укрыл её, стараясь не потревожить.

— Ты наконец‑то вернулся, — сквозь сон пробормотала Аврора, едва разомкнув ресницы.

— Я сейчас уйду, зашёл переодеться. Вернусь примерно через час, — я наклонился и нежно поцеловал её в щёку. — Спи спокойно.

— Эления написала мне про Женевьеву, — открыв один глаз, тихо сказала Аврора. — Женевьева просила Элению поговорить со мной, чтобы я попросила тебя простить её и спасти Аурелию…

Я улыбнулся, слегка склонив голову:

— Считай, что попросила.

— Угу, — Аврора снова погрузилась в сон, её дыхание стало ровным и размеренным.

Я отошёл от кровати, быстро переоделся в тренировочный костюм и так же тихо вышел из каюты, осторожно прикрыв за собой дверь.

В коридоре меня окутала тишина «Стальной Берлоги» — редкие шаги дежурных, приглушённые гулы систем жизнеобеспечения, мерное гудение двигателей корабля. Усталость всё ещё давила на плечи, но мысль о тренировке и предстоящем разговоре с Яром придала сил.

Дойдя до дверей тренажёрного зала, я сделал глубокий вдох, настраиваясь на физическую нагрузку и предстоящий разговор. Впереди ждали важные решения — и я был готов к ним.

В зале никого не было — и это порадовало. Не придётся никого выгонять, чтобы поговорить с Яром. Я остановился в центре, решая, с чего начать. Немного подумав, встал на беговую дорожку и запустил самую лёгкую программу.

Не успел я толком начать заниматься, как в зал вошёл Яр. Он подошёл ко мне и пристально посмотрел:

— Ратибор, а зачем ты продолжаешь тренироваться? Я же улучшил твоё тело. Ладно, я понимаю занятия для отработки практических навыков, но зачем, к примеру, тебе бег или силовые упражнения? С твоим телом ты спокойно можешь управляться со штурмовой плазменной винтовкой без бронекостюма, а по скорости бега и выносливости ты дашь фору любому человеку.

Я остановил программу и, сойдя с беговой дорожки, встал напротив Яра.

— А почему тогда у меня ноют мышцы от усталости?

Яр усмехнулся — совсем как человек:

— Это всего лишь твоя память. Как бы яснее выразиться… На самом деле у тебя ничего не болит, но твой мозг считает, что после каких‑то определённых нагрузок мышцы должны себя как‑то проявлять — вот он и симулирует ощущения. На самом деле ты можешь без проблем, к примеру, бежать целые сутки или поднимать вес, запредельный для обычного человека. Пошли, — он направился к силовому тренажёру, моделирующему упражнение «становая тяга».

Подойдя к нему, Яр на панели управления выставил вес в триста килограммов и посмотрел на меня:

— Поднимай.

— Э‑э… Яр, в лучшей своей форме я больше двухсот килограммов никогда не поднимал.

— Поднимай, поверь — это будет несложно. Просто не задумывайся, — произнёс он. — И не используй телекинез.

Я ухмыльнулся, но к тренажёру подошёл.

На удивление, я спокойно поднял этот вес. Яр добавил — поставил сразу пятьсот килограммов. При этом весе я уже почувствовал, что нагрузка ощутима: мышцы напряглись, но я всё равно справился.

Яр снова добавил вес — выставил семьсот килограммов, потом посмотрел на меня и исправил показатель на одну тонну.

— Яр, ты так шутишь? — мои глаза расширились от удивления при виде установленного веса.

— Нет, к тому же я не умею шутить. Попробуй. Это будет нелегко, но ты сможешь, — ответил он.

Я закрыл глаза, настраиваясь. Мышцы вздулись, казалось, ещё немного — и я получу травму, но всё прошло замечательно. С большим трудом, но я смог осилить этот вес.

— Невероятно. Я и не знал, — я смотрел на Яра, и глаза мои были расширены от удивления.

— Я тебе говорил, просто ты не воспринял мои слова всерьёз, — произнёс Яр, отключая тренажёр. — Так о чём ты хотел поговорить?

Я стал рассказывать Яру свою задумку во всех подробностях. Потратив десять минут, я добавил:

— После твоей демонстрации стелс‑бомбардировщиков я внёс корректировки, добавив их в схему.

Яр смотрел на меня внимательным взглядом:

— Я не могу сделать точный расчёт. Слишком много неизвестных. Но предварительно скажу так: шансы на успех невелики.

— Яр, ты просто не учитываешь разные характеры людей — их эмоции, страхи и прочее, прочее, прочее. Вариантов поведения человека в разных ситуациях очень много. Да, их можно просчитать, но для этого надо знать человека. В одной и той же ситуации разные люди будут вести себя по‑разному, — сказал я.

— Я с этим и не спорю. Хорошо, раз ты уверен в успехе, я постараюсь сделать всё, что от меня зависит, — сказал Яр и улыбнулся.

— Спасибо, Яр. Я знал, что ты меня поддержишь в этой авантюре, — я тоже улыбнулся.

— Будешь тренироваться? — спросил Яр.

— Нет, пойду к Авроре, — ответил я, и мы направились на выход из зала.

По пути Яр задумчиво произнёс:

— Знаешь, Ратибор, возможно, ты прав насчёт человеческой непредсказуемости. В моих расчётах я всегда исхожу из оптимальных сценариев, но жизнь редко идёт по плану. Может быть, именно эта непредсказуемость и станет нашим преимуществом.

Я остановился на мгновение и посмотрел на друга:

— Именно так. Мы будем играть не только на тактике и технике, но и на психологии. Противник ожидает от нас чёткого следования логике, а мы преподнесём ему сюрприз — смесь расчёта и интуиции.

Яр кивнул, его глаза на мгновение вспыхнули:

— Понял. Я начну готовить техническую часть по твоему плану.

— Отлично, — я хлопнул его по плечу. — Действуй.

Мы дошли до перекрёстка коридоров. Яр повернул в сторону штаба, а я направился к каюте.

— Разбуди меня, когда на связь выйдут Каэль и Милослава, — бросил я через плечо.

— Обязательно, — ответил Яр.

Я улыбнулся и ускорил шаг.

Вернувшись в каюту, я быстро разделся, принял душ и, забравшись под одеяло, прижался к Авроре. Обняв тёплое тело девушки, я практически сразу погрузился в глубокий сон — усталость последних суток наконец взяла своё.

Проснулся я от настойчивого голоса Яра в моей голове:

— Ну наконец‑то, а то уже хотел отправить андроида, чтобы стучал в дверь каюты.

— Что случилось? — задал я мысленный вопрос, продолжая обнимать Аврору и не спеша размыкать объятия.

— Каэль и Милослава на связи, — сразу ответил Яр. — Будешь говорить в каюте?

— Сколько у меня времени? — я открыл глаза, полностью проснувшись, и слегка приподнялся на локте.

— Они будут на связи пару часов, может, чуть меньше или больше. Ждут, пока линкоры зарядят батареи, — проинформировал Яр.

— Отлично, приду в зал для совещаний, — мысленно произнёс я.

Я хотел встать осторожно, чтобы не разбудить Аврору, но стоило мне пошевелиться, как я услышал её голос:

— Ты куда?

— В зал для совещаний. Каэль и Милослава вышли на связь, — я нежно поцеловал Аврору в плечико.

— Надеюсь, ты вернёшься? Или мы сразу куда‑нибудь опять полетим? — спросила Аврора, приоткрыв глаза.

— Не знаю, зависит от их доклада, — честно ответил я. — Но обещаю: как только появится возможность, я сразу вернусь.

Аврора слегка улыбнулась и кивнула:

— Хорошо. Я буду ждать, Ратибор.

— И не одевайся, — я улыбнулся в ответ, погладил её по волосам и быстро встал.

Став собираться, я старался не шуметь. Надев форму, я бросил взгляд на Аврору — она уже снова закрыла глаза, но я увидел, что Аврора специально убрала с себя одеяло, открыв для моего взора прекрасную картину своего обнажённого тела.

Коридоры «Стальной Берлоги» были почти пусты — большая часть экипажа отдыхала после напряжённых боевых действий. Редкие дежурные офицеры отдавали честь, я кивал в ответ, ускоряя шаг. Мысли уже переключились на предстоящий разговор с Каэлем и Милославой.

До зала для совещаний я добрался за пару минут. У дверей остановился на мгновение, сделал глубокий вдох и вошёл внутрь. Яр уже ждал меня, сидя за столом. Рядом стояла сервировочная тележка с кофе, чаем и фруктами.

Я кивнул и занял место рядом. Налив себе кофе, я произнёс:

— Соединяй.

Голографический экран замерцал, и вскоре на нём появились фигуры Каэля и Милославы.

— Добрый день, князь, — дружно поздоровались Каэль и Милослава.

— Добрый день, — ответил я. — Рассказывайте.

— Особо и рассказывать нечего. Мы уверены, что линкоры двигаются в звёздную систему «Звёздный Перекрёсток». При этом они спешат, — ответила Милослава.

— Почему вы так решили? — поинтересовался я.

— Они сильно сокращают время зарядки батарей. По нашим подсчётам, они заряжают батареи ровно на столько, чтобы им хватило на два варп‑прыжка. К примеру, сейчас они будут стоять на зарядке всего лишь три часа. Следующие два варп‑прыжка будут короткими — суммарно всего на восемь часов, — ответил Каэль.

— Ясно, — я замолчал и задумался, просчитывая в уме возможные сценарии.

— Князь? — позвала Милослава, выдёргивая меня из раздумий.

— Продолжайте слежку, — произнёс я. — Как только линкоры прибудут в систему «Звёздный Перекрёсток», отправляйтесь в звёздную систему «Альбанские холмы».

— Это домашняя система Королевства Габсбургов? — уточнила Милослава, слегка приподняв бровь.

— Совершенно верно, — подтвердил я.

— Будет исполнено, — произнёс Каэль, кивнув.

Я прервал связь и повернулся к Яру:

— Сколько тебе ещё требуется времени на подготовку?

— Сутки, — сразу ответил Яр.

— Мы успеваем? — уточнил я.

— Вполне. Судя по всем данным, до атаки на «Чёрную Реку» ещё двое суток, — сообщил Яр, выводя на голографический дисплей карту предполагаемого маршрута тяжёлых линкоров и временные отметки.

— Хорошо, тогда остаёмся здесь ещё на двенадцать часов. Твой человекоподобный андроид уже добрался до Инсбрука? — задал я новый вопрос, внимательно глядя на Яра.

— Да. Уже занимается разведкой, — отчитался Яр. — Он уже выяснил возможное место содержания Аурелии. Сейчас пытается найти, кто будет готов продать ему информацию, а также провести внутрь, чтобы он убедился лично. Я перечислил ему десять миллионов кредитов — этого должно хватить для подкупа местных.

— Отлично. Надеюсь, ему хватит суток, чтобы всё точно выяснить, — произнёс я, наконец‑то сделав пару глотков остывающего кофе. Горечь напитка помогла сосредоточиться.

— Хватит, я уверен в этом, — сказал Яр. — У андроида заложены протоколы максимальной эффективности. Он найдёт подход к нужным людям — или создаст нужные обстоятельства сам.

Я откинулся на спинку кресла, обдумывая полученную информацию. Мой план постепенно воплощался в жизнь.

Глава 12

Звездная система «Рэн-Но-Хоши» или «Звезда Лотоса». Дворец главы Дома Сато-Дзё.

Глава Дома Дайсукэ Сато‑Дзё сидел в кабинете за своим рабочим столом и медленно пил чай, наслаждаясь его вкусом. Только что он получил отчёт о бое в звёздной системе «Кику‑Сейден». Он быстро пробежал глазами официальный рапорт: «Звёздная система „Кику‑Сейден“ под контролем Дома Сато‑Дзё», — который содержал в себе: подтверждение капитуляции наместника; список захваченных активов; предварительный расчёт потерь противника; статус кораблей Дома Сато‑Дзё и десанта.

Сплошная канцелярщина, необходимая для официального отчёта. Дайсукэ уже переслал этот документ в канцелярию Дома — пусть изучают.

Сейчас его интересовали другие файлы с грифом «Строго конфиденциально. Только для глаз Дайсукэ‑сама» и зашифрованные по протоколу «Сакура‑9» — алгоритму, разработанному специально для нужд Дома Сато‑Дзё. Но Дайсукэ не спешил начинать их просмотр. Он ждал, пока к нему придёт советник Такео Миядзаки, который уже успел пожаловаться на флот‑адмирала Цукито Кагами.

Его помощник Дайто Ито, которого Миядзаки отправил вместе с Кагами, перестал выходить на связь. И Миядзаки просил Дайсукэ разобраться с флот‑адмиралом: он считал, что Цукито посадил его помощника под арест. Но Дайсукэ был иного мнения. Он был готов поспорить, что помощник советника уже давно мёртв. А если это не так, то он сильно разочаруется в Цукито.

В дверь постучали.

— Заходи, — сказал Дайсукэ, даже не повернув головы.

Дверь в кабинет открылась, и в неё вошёл советник Такео Миядзаки. Сухощавый старик склонился в поклоне возле дверей и замер.

— Проходи, что ты встал возле дверей? Флот‑адмирал прислал отчёт о битве в «Кику‑Сейден», — сказал Дайсукэ, наливая себе чай. — Ждал тебя, чтобы посмотреть.

— Как прикажете, Дайсукэ‑сама, — тихо произнёс советник и устремился к столу. — Я уже видел отчёт, который вы прислали в канцелярию.

Он встал возле Дайсукэ и посмотрел на голографический экран, установленный на рабочем столе главы Дома. Файлы с грифом «Строго конфиденциально. Только для глаз Дайсукэ‑сама» были ещё закрыты.

— Дайсукэ‑сама, тут написано, что это только для ваших глаз, — произнёс Миядзаки. — И это не отчёт, который вы выслали.

— Ты думаешь, я ослеп? — усмехнулся глава Дома. — Присаживайся и налей себе чаю. Сегодня он очень хорошо удался у моего слуги. А потом посмотрим, что же интересного мне прислал Цукито. Тебе ведь тоже интересно, да, Такео?

Дайсукэ посмотрел на советника. Старик кивнул. Он не стал спорить. Налил себе чай и присел на краешек кресла, стоящего рядом со столом.

Дайсукэ коснулся сенсора на подлокотнике — голографический экран ожил, отображая зашифрованные данные. Плавным жестом он активировал протокол дешифровки «Сакура‑9». По экрану пробежали ряды символов, затем они сложились в чёткую структуру — перед ними открылась первая запись с сенсоров эскадры адмирала Харуто Сакамото реальный отчёт о битве, без прикрас и официоза.

Миядзаки подался вперёд, внимательно смотря на экран. Вспышки взрывов, разлетающиеся обломки кораблей Дома Хаяси Рё… Его пальцы непроизвольно сжали чашку, отчего фарфор тихо заскрипел, когда эскадра адмирала Харуто получила приказ уничтожать грузовые и гражданские корабли.

— Смотрите, Дайсукэ‑сама… Они снова уничтожают гражданские корабли, — тихо произнёс Миядзаки, и в его голосе прозвучала горечь.

— Адмирал Сакамото просто выполняет приказ, — пожал плечами Дайсукэ и чуть отвернул голову, чтобы Такео не увидел его улыбки — холодной, почти хищной.

Дайсукэ снова повернулся к голографическому экрану. Его лицо стало бесстрастным, но в глазах мелькнуло удовлетворение. Глава Дома мельком глянул на каменное лицо советника и открыл новую запись — в этот раз с сенсоров линкоров адмирала Такаши Кимура.

Запись началась с трансляции бомбардировки планеты: огненные следы плазменных зарядов, исчезающие в атмосфере, и взрывы на поверхности. Корабли Такаши уничтожали военные объекты. В какой‑то момент обстрел прекратился, и пошла запись из штаба адмирала Кимура.

На экране появился Кимура — высокий, с жёсткими чертами лица. Он склонил голову перед голографическим изображением флот‑адмирала Цукито Кагами:

— Я весь во внимании, мой флот‑адмирал.

— Адмирал, наместник звёздной системы не торопится с ответом на наш ультиматум. Помогите ему определиться с ответом. Нанесите удар по жилым зонам, — отдал приказ Цукито Кагами, его голос звучал ровно, без эмоций.

— Будет исполнено, мой флот‑адмирал, — ответил Кимура без малейшей паузы, даже не дрогнув.

Миядзаки вздрогнул после слов Такаши, но промолчал, продолжая внимательно смотреть на экран. Снова пошла запись с внешних сенсоров: линкоры начали обстрел жилых зон. Взрывы на планете уничтожали целые районы, густо заселённые людьми. Клубы дыма поднимались над руинами, а на экране мелькали фрагменты разрушенных домов и бегущих в панике фигур.

— Это варварство, — чуть слышно произнёс Такео. — Они не имели права обстреливать гражданские территории. В этом нет военной необходимости — только жестокость.

Дайсукэ промолчал. Он с наслаждением смотрел, как корабли его Дома наказывают Хаяси Рё за сопротивление. Уголок его рта чуть дрогнул, словно он сдерживал торжествующую улыбку.

Наконец Дайсукэ произнёс:

— Миядзаки, сейчас будет запись из штаба Кагами. И мы узнаем, что случилось с твоим помощником. Могу поспорить, Цукито снёс ему голову, — глава Дома засмеялся — коротко и резко, как карканье ворона.

— Он не посмеет, — Такео посмотрел на Дайсукэ. Сейчас он не понимал, почему глава Дома оправдывает поведение Цукито. В его взгляде читалась смесь тревоги и недоумения.

— Предлагаю поспорить, советник, — Дайсукэ стал серьёзным. Смех пропал, а голос стал вкрадчивым, почти ласковым, но от этого ещё более пугающим. — Если я прав и Цукито снёс голову твоему помощнику, то я отправлю тебя на заслуженную пенсию. Мне не нужны советники, которые не разбираются в людях и потеряли хватку. Ты ведь никогда раньше не ошибался, Такео. А если ты окажешься прав и Кагами просто запер твоего помощника в камере, я казню Цукито — ведь именно этого ты хочешь? — Дайсукэ чуть прищурил глаза, пристально глядя на Миядзаки.

Миядзаки медленно кивнул, находясь словно под гипнозом от слов главы Дома. Его пальцы всё ещё сжимали чашку, но теперь она едва заметно дрожала в его руке.

Дайсукэ же вновь повернулся к экрану и нажал на загрузку последнего файла. Голограмма замерцала, выстраивая изображение штаба Цукито Кагами. На экране появился сам флот‑адмирал — с суровым лицом и холодным взглядом.

Запись шла, а Дайсукэ хмурился. Цукито уже второй раз не снёс голову Дайто Ито. Глава Дома мельком глянул на Миядзаки. Тот внимательно смотрел на экран. Такео еле сдерживал улыбку и поставил чашку на стол. Его руки лежали на коленях, теребя краешек пояса.

«Если он не убьёт этого помощника Миядзаки, то я сам снесу голову Кагами», — промелькнула мысль в голове Дайсукэ.

'— Флот‑адмирал, наместник снова прислал согласие на принятие нашего ультиматума. Он просит прекратить обстрел гражданских территорий. Вы обязаны прекратить обстрел, флот‑адмирал. Они уже сдались! — помощник советника Миядзаки посмотрел на Цукито с вызовом, в его голосе звучала твёрдость.

Цукито медленно встал со своего кресла главнокомандующего — плавно, почти неторопливо, словно в замедленной съёмке. Он сделал несколько шагов к помощнику советника'.

Дайсукэ непроизвольно сжал кулаки, внимательно смотря на голографический экран.

«Давай, Кагами, снеси голову этому выскочке, который решил диктовать флот‑адмиралу, что делать», — подумал Дайсукэ и украдкой посмотрел на Миядзаки. Советник прекратил теребить свой пояс. Он замер и сидел словно каменное изваяние, вперив взгляд в экран.

'Изображение Кагами на мгновение смазалось — настолько стремительным был его рывок. Катана вышла из ножен с пронзительным свистом рассекаемого воздуха. Лезвие, отполированное до зеркального блеска, вспыхнуло голубоватым отсветом.

Быстрый взмах. На шее Дайто Ито мгновенно появилась кровавая полоса — сначала тонкая, алая нить, которая тут же расширилась, извергая фонтанчик алой жидкости.

Цукито сделал шаг назад, слегка наклонил клинок и аккуратно вытер лезвие об рукав Дайто. Затем он развернулся и неспешно вернулся в своё кресло, будто только что выполнил какое‑то рутинное дело'.

Дайсукэ остановил запись, когда тело Дайто Ито стало заваливаться на пол, и повернулся к советнику. Миядзаки продолжал сидеть не шевелясь, его взгляд был прикован к изображению падающего на пол помощника.

В кабинете повисла тяжёлая тишина. Слышно было только тихое гудение климатической системы.

— Тебе пора на отдых, Такео. Ты потерял хватку и бдительность. Так ошибиться в поведении Цукито, — холодно произнёс Дайсукэ, изучая реакцию советника. — Кагами поступил так, как и следовало ожидать от верного слуги Дома.

Миядзаки медленно повернул голову и посмотрел в глаза Дайсукэ. В его глазах читалась смесь ярости, горя и бессилия. Губы дрогнули, но он сдержал слова, готовые сорваться с языка. Вместо этого он тихо произнёс:

— Да, Дайсукэ‑сама. Вы были правы.

— Не стоит так переживать, Такео, — голос главы Дома звучал почти участливо, но в нём сквозила сталь. — Дайто погиб, служа интересам Дома Сато‑Дзё. Это почётная смерть для любого воина. А ты… ты получил ценный урок.

Советник сглотнул, его пальцы побелели от напряжения. Он понимал, что сейчас решается его судьба.

— Какой урок, Дайсукэ‑сама? — спросил он, стараясь, чтобы голос не дрожал.

— Урок верности, — Дайсукэ встал и подошёл к панорамному окну, за которым высоко в небе виднелись очертания огромной станции планетарной обороны Дома Сато‑Дзё — детища его инженерной мысли. — Верность — это не следование личным симпатиям или моральным принципам. Верность — это безоговорочное исполнение воли Дома. Моей воли, Такео. Цукито это понимает. Надеюсь, теперь и ты это усвоил.

Миядзаки молча склонил голову. Он знал, что любое возражение сейчас будет равносильно самоубийству.

— Хорошо, — продолжил Дайсукэ, поворачиваясь к советнику. — Теперь займёмся делами. Подготовь приказ о полном подчинении всех флотов моего Дома флот‑адмиралу Цукито Кагами. Пусть он уничтожит Дом Хаяси Рё и захватит все его звёздные системы. А следом мы займёмся Домом Ямамото Кай.

— Будет исполнено, Дайсукэ‑сама, — прошептал Миядзаки, чувствуя, как внутри него что‑то необратимо меняется.

Дайсукэ удовлетворённо кивнул и снова сел за стол.

Миядзаки вышел из кабинета. Его шаги эхом отдавались в длинном коридоре, пока он шёл к своему рабочему кабинету. Каждый шаг давался с трудом — словно невидимая тяжесть легла на плечи. Он знал: это последний приказ, который он выполнит для Дайсукэ.

Дайсукэ нажал кнопку вызова Юко, своего личного секретаря.

Юко появилась спустя десяток секунд: тихо открыла дверь кабинета и, подойдя к столу, встала возле своего господина.

— Юко, найди Безымянного. Он мне нужен. Срочно, — произнёс глава Дома Сато‑Дзё.

Юко поклонилась и выскользнула из кабинета.

Глава разведки появился через пять минут. Он вошёл в кабинет и встал возле Дайсукэ — высокий, с непроницаемым лицом, в тёмном кимоно без опознавательных знаков.

— Как поживают дочери флот‑адмирала Рэнсукэ Исиды? — вдруг спросил Дайсукэ. Ему неожиданно захотелось узнать их судьбу.

Губы Безымянного слегка дрогнули в лёгкой улыбке:

— С ними всё хорошо, мой господин. Учу их быть послушными и верными.

Дайсукэ усмехнулся:

— Надеюсь, они доставляют тебе удовольствия больше, чем хлопот… Ну да ладно, вернёмся к делу, — он замолчал, внимательно посмотрев на главу разведки. — Старый Такео не справляется со своими обязанностями. Ему пора на отдых.

— Я правильно понимаю, что он должен покинуть ваш дворец навсегда? — Безымянный сделал упор на последнее слово.

— Ты всё понимаешь правильно, Безымянный. Он слишком много знает. Но… — Дайсукэ на миг замолчал, — пусть он пойдёт на заслуженный отдых ночью. А то ему надо ещё выполнить мой приказ.

Глава разведки Безымянный кивнул.

— И ещё… Приставь к Цукито Кагами своего человека. Но так, чтобы он об этом ни в коем случае не знал. Хочу, чтобы ты его держал под контролем, — приказал Дайсукэ.

Безымянный снова молча кивнул.

— Иди, я тебя больше не задерживаю, — Дайсукэ взял чайник и стал наливать себе чай. Аромат фруктового чая наполнил комнату, но даже он не мог заглушить привкус власти и смерти, висевший в воздухе.

Оставшись один, Дайсукэ откинулся на спинку кресла и закрыл глаза. Он искренне считал, что в этом мире выживают только те, кто умеет забывать о жалости и следовать железной воле власти. Его план работал: враги падали один за другим, союзники становились пешками, а те, кто сомневался, — исчезали.

Но где‑то в глубине души, за толстыми стенами железной логики, шевельнулось едва уловимое сомнение. Цукито был слишком эффективен и жесток. Безымянный — слишком проницателен. А Миядзаки… Миядзаки был первым, кто осмелился ему возразить.

«Возможно, я слишком быстро избавляюсь от тех, кто думает иначе», — мелькнула мысль. Но Дайсукэ тут же отбросил её. Слабость — это роскошь, которую он не может себе позволить. Дом Сато‑Дзё должен стать сильнее любой ценой. Ведь рядом набирал силу его пока ещё союзник — но кто знает, как долго продлится этот союз?

Он сделал глоток чая и открыл глаза. На голографическом экране уже высвечивались данные по флоту Хаяси Рё — новые цели, новые битвы, новые жертвы. Война только начиналась.

Дайсукэ снова вызвал Юко. Девушка вошла в кабинет и, как всегда, поклонилась, замерев возле стола господина. Её движения были отточены до автоматизма — ни лишнего жеста, ни дрогнувшей мышцы.

Глава Дома внимательно посмотрел на неё:

— Сколько лет твоей сестре, Юко?

— Один год, господин. Исполнилось две недели назад, — ответила Юко, не поднимая головы. Её голос звучал ровно, без тени эмоций.

— У меня скоро родится сын. Кэнсин Сато‑Дзё. Она станет его наложницей, — произнёс Дайсукэ бесстрастно. — Передай это родителям. Пусть дадут тебе список, что вам необходимо для воспитания дочери. Я возьму все расходы на себя.

— Слушаюсь, господин, — ответила Юко, продолжая стоять, склонившись перед ним.

— И прикажи установить связь с флот‑адмиралом Цукито Кагами. Я буду ждать, — добавил Дайсукэ и, сделав глоток чая, продолжил: — После того, как я закончу говорить с Цукито, придёшь ко мне. А сейчас подойди.

Юко выпрямилась и подошла к Дайсукэ. Он протянул руку и засунул её ей под кимоно.

— Мои прикосновения должны тебя радовать, Юко, — нахмурился Дайсукэ, когда посмотрел на лицо девушки. В её глазах он уловил тень отстранённости.

Она тут же расплылась в улыбке — широкой, но какой‑то неживой, словно маска:

— Мой господин, это великая честь для меня.

— Ладно, иди исполнять приказ, — Дайсукэ убрал руку. — Жду тебя после моего разговора с Кагами.

Юко поклонилась и быстро пошла к выходу из кабинета. Её шаги были бесшумны, как у тени. Дверь бесшумно закрылась за ней.

Дайсукэ остался один. Он провёл ладонью по лицу, пытаясь стряхнуть наваждение. В голове снова всплыли слова: «Слишком быстро избавляюсь…»

«Нет, — твёрдо оборвал он себя. — Это не слабость. Это стратегия. Дом должен быть монолитом. Никаких сомнений, никаких колебаний».

Через пару минут голографический экран мигнул — на нём появилось изображение Цукито Кагами. Флот‑адмирал стоял на одном колене, склонив голову.

— Флот‑адмирал, — начал Дайсукэ без предисловий, — я посмотрел ваш отчёт… — Дайсукэ замолчал, внимательно смотря на реакцию Цукито. Но тот продолжал стоять, склонив голову, — неподвижный, словно изваяние. Дайсукэ улыбнулся. — Вы всё сделали правильно, Кагами. Но в следующий раз постарайтесь обходиться меньшими разрушениями. Не забывайте, что вы разрушаете будущую собственность нашего Дома.

— Я всё понял, Дайсукэ‑сама, — произнёс флот‑адмирал, не поднимая головы. — В следующих операциях я буду беречь вашу будущую собственность.

— Я рад, что вы меня понимаете. Теперь перейдём к делу. Встаньте, — приказал Дайсукэ.

Цукито моментально поднялся и посмотрел на Дайсукэ — взгляд твёрдый, исполненный преданности.

— Сегодня выйдет приказ о полном подчинении всех флотов Дома Сато‑Дзё под ваше командование. Ваша задача — уничтожить Дом Хаяси Рё и захватить все его звёздные системы в кратчайшие сроки. Вы наделяетесь полным правом поступать так, как считаете нужным. Адмиралы, которые не будут исполнять приказы, должны быть заменены на других. Но не забывайте про мою собственность, Кагами, — сказал Дайсукэ и улыбнулся.

— Будет исполнено, мой господин, — Цукито склонил голову.

— Сделай это, Цукито. И я подарю тебе звёздную систему, — добавил Дайсукэ и заметил, как губы Кагами дрогнули в лёгкой улыбке — едва уловимой, почти незаметной. — А после этого ты займёшься Домом Ямамото Кай.

— Я всё сделаю, Дайсукэ‑сама, — Кагами поднял голову и посмотрел на главу Дома прямым, уверенным взглядом. — Вы можете не сомневаться во мне.

— Прекрасно. Когда проведёшь ревизию флотов, предоставь мне список, что тебе необходимо для быстрой и убедительной победы. Ты получишь всё, что попросишь, Цукито, — сказал глава Дома. — Я жду твоих побед, Кагами. Не затягивай. Моё доверие сложно заслужить, но потерять можно мгновенно, — добавил Дайсукэ, и в его голосе прозвучала недвусмысленная угроза.

— Я не подведу вас, мой господин, — Кагами опустился на одно колено. — Вы можете быть уверены: весь восточный звёздный сектор падёт к вашим ногам, Дайсукэ‑сама.

Глава Дома Сато‑Дзё улыбнулся и отключил связь. Изображение Цукито исчезло с экрана, оставив после себя лёгкое мерцание разрядов. Дайсукэ откинулся на спинку кресла, провёл ладонью по подлокотнику — полированному дереву с инкрустацией в виде фамильного герба Дома.

Спустя десяток секунд в кабинет вошла Юко. Она подошла к Дайсукэ и, скинув кимоно, опустилась перед ним на колени. Её движения были плавными, отточенными — годами выработанная покорность. Взгляд опущен, дыхание ровное, но пальцы чуть заметно дрожали, когда она складывала ткань кимоно у своих ног.

Дайсукэ посмотрел на неё сверху вниз. В его глазах не было ни страсти, ни теплоты — только холодный расчёт. Он знал цену каждой душе в своём дворце: кто готов служить, кто затаил обиду, кто станет угрозой. Юко была верна — пока её семья зависела от милости Дома.

— Подойди ближе, — произнёс он ровным голосом.

Юко подчинилась, не поднимаясь с колен пододвинулась ближе. Она подняла глаза лишь на мгновение — и тут же опустила их, заметив выражение лица господина. В этом взгляде она прочла то, что знала давно: её судьба, как и судьба её сестры, была решена без её участия. Она была пешкой, инструментом, частью большой игры власти.

Дайсукэ протянул руку и коснулся её подбородка, заставляя поднять лицо.

— Помни, Юко, — тихо произнёс он, — твоя преданность и покорность принесут благо твоей семье. А непослушание… — он сделал паузу, — уничтожит всё, что тебе дорого.

— Я понимаю, господин, — прошептала Юко, и её голос прозвучал едва слышно. — Я буду служить вам верой и правдой.

Дайсукэ отпустил её подбородок и откинулся назад.

— Хорошо. А теперь принимайся за дело…

Глава 13

Звёздная система «Сокровищница Гермеса». Планета Гермес‑I «Лазурный Трон». Дворец Трёх Лилий — резиденция наместника Дома Валуа.

Глава Дома Валуа, король Луи‑Рене де Валуа, сидел с задумчивым видом в своём рабочем кабинете. Последнее время дела Дома шли, так скажем, не очень — и Луи это начинало беспокоить всё сильнее. Он пролистывал отчёт за отчётом, сводил данные, проверял платежи и остатки кредитов по всем корпорациям, принадлежащим Дому Валуа. Уже третьи сутки Луи практически не спал: под глазами залегли тёмные круги, спина ныла от долгого сидения в одном положении, а пальцы едва заметно дрожали от переутомления.

В кабинет постучали.

— Войдите, — произнёс Луи, не отрываясь от своего рабочего дисплея, на котором мерцали колонки цифр и графики падения доходов.

В кабинет вошёл Марсель. Он подошёл к столу и внимательно посмотрел на Луи.

— Луи, это работа министра финансов, а уж никак не короля, — Марсель с тревогой вглядывался в лицо друга.

Луи поднял взгляд на Марселя. Глаза были красные от недосыпа, а во взгляде читалась жуткая усталость, смешанная с упрямой решимостью.

— Марсель, у нас больше нет министра финансов. По крайней мере пока, — ответил Луи, и его губы искривились в горькой усмешке.

— Хм… Куда ты его дел? — задал вопрос Марсель и присел на свободное кресло рядом с Луи, сложив руки на коленях.

— Отправил на шахты, — усмехнулся Луи. — Раз не умеет работать головой, пусть работает руками.

Он потянулся, хрустнув затекшей шеей, и продолжил:

— Этот кретин не выполнил моё распоряжение, и из‑за него мы не успели продать имущество, а потом вывести с территории Оболенских почти два триллиона кредитов. Мстислав оказался на удивление шустрым главой Дома. Он очень быстро перекрыл нам все возможности вывести ресурсы. Все потенциальные сделки были сорваны. Наши люди арестованы, а имущество отошло к Оболенским.

Марсель нахмурился. Он знал, что потеря двух триллионов кредитов — это не проблема для Дома Валуа. Но терять такие суммы по глупости, было не простительно.

— Не стоит из‑за этого переживать, Луи, — попытался подбодрить друга Марсель, хотя ситуация его тоже не радовала. — С территорий Союза Свободных Колоний и Меровингов всё вывел?

— Да вот как раз этим занимаюсь, — вздохнул Луи и снова принялся за работу. Его пальцы забегали по сенсорной панели дисплея, вызывая новые отчёты и схемы. — Пара дней, и всё выведу. Но это лишь временная мера. Надо решать проблему с Ратибором, а следом и с Дайсукэ. Восточные корпорации тоже под ударом.

— Я забрал линкоры у барона и направил их в систему «Звёздный Перекрёсток». Скоро будут там и объединятся с остальными нашими линкорами. Эскадры Фердинанда тоже готовы к атаке, — произнёс Марсель.

Луи оторвался от созерцания отчётов и внимательно посмотрел на Марселя.

— Барон просил кредиты на оплату наёмников. Я отказал, — на мгновение Луи задумался, потирая переносицу. — Может, рано мы его слили? Ещё мог потрепыхаться и задержать Ратибора.

— Не имело смысла. Ты всё сделал правильно, Луи, — уверенно ответил Марсель. — Сейчас мы собрали большую ударную силу. Звёздная система «Чёрная Река» падёт. А мы компенсируем часть своих потерь и нанесём существенный удар по Ратибору. Ну а если он прилетит на «Стальной Берлоге», мы однозначно его уничтожим, — настроение Марселя улучшилось, он смотрел на Луи и улыбался, уже мысленно представляя победу.

— Я бы не был так уверен в этом, Марсель, — Луи откинулся на спинку кресла и сложил руки на подлокотники. — Последнее время Ратибор нас обыгрывает. Если бы Фердинанд не сообщил нам о сговоре его жены Аурелии со своей сестрой Женевьевой, мы бы проиграли и в этой ситуации. Так что я предлагаю не радоваться раньше времени. Лучше всё проверь, чтобы не было никаких неожиданностей, — произнёс Луи, и в его голосе прозвучала стальная нотка.

Марсель посерьёзнел, улыбка сползла с его лица.

— Что именно ты хочешь перепроверить? — спросил он, наклоняясь вперёд.

— Всё, Марсель, абсолютно всё. Адмиралов, корабли, экипажи. Я не хочу, чтобы в самый ответственный момент они вдруг стали сдаваться, — Луи говорил серьёзным голосом, его пальцы нервно постукивали по подлокотникам кресла. — Всё, что нам рассказала моя сестра Аурелия, надо перепроверить. Хоть Фердинанд и утверждает, что она не могла врать под пытками. Я в этом не уверен. Она де Валуа, Марсель. Понимаешь? Родная сестра Женевьевы и моя троюродная сестра. В нашей семье кровь всегда была важнее клятв. Надо всё перепроверить.

Марсель на мгновение замер, обдумывая слова друга. Он знал историю Дома Валуа — интриги, предательства, союзы, разорванные в один миг ради выгоды. Семейные узы здесь могли быть как опорой, так и смертельной ловушкой.

— Ладно‑ладно, Луи, — Марсель поднял руки, признавая правоту короля. — Ты прав. Мои люди сегодня начнут повторную проверку. Время у нас ещё есть, но его не так много, как хотелось бы.

Луи кивнул, немного успокаиваясь, и откинулся в кресле. Его глаза слипались от усталости — последние дни без нормального сна давали о себе знать. Он сжал переносицу, пытаясь прогнать навалившуюся тяжесть.

— Пойди поспи, Луи. А потом назначь нового министра финансов. Пусть он разбирается. У нас с тобой много других вопросов, мой друг. И отвлекаться на подсчёты кредитов сейчас не время, — Марсель внимательно смотрел на закрывшего глаза Луи, в его взгляде читалась искренняя забота.

— Ты прав, Марсель, — Луи провёл рукой по лицу, словно стирая следы усталости. — Пойду отдыхать. А ты пока всё проверь. Чувствую, что будет опять что‑то нехорошее. Это настораживает.

Он поднялся с кресла и направился к выходу из кабинета.

Когда дверь за королём закрылась, Марсель встал и прошёлся по кабинету.

— Я тоже это чувствую, Луи, — тихо произнёс он в пустоту кабинета. — Но пока не могу понять, что именно будет. Этот Ратибор бесит меня так же, как и тебя, мой друг.

«Ратибор, — подумал Марсель, сжимая кулаки. — Ты думаешь, что переиграл нас? Посмотрим, кто окажется хитрее».

Он развернулся и направился в свой рабочий кабинет. Луи был прав: надо снова всё основательно проверить. И сделать это быстро. Потому что где‑то в глубине души Марсель тоже чувствовал: надвигается буря.

Звёздная система «Вершина Монблана». Корабль-матка «Стальная Берлога».

— Ладно, — произнёс я, вставая с кресла. — Пойду назад к Авроре. Разбуди нас, пожалуйста, через пять часов. Позавтракаем, а потом проведём совещание. Предупреди Марка, чтобы подготовил отчёты по нашим эскадрам.

— Хорошо, — ответил Яр.

Кивнув, я направился к выходу из зала для совещаний. Коридор командной палубы встретил меня приглушённым светом и тихим гулом работающих систем. Я шёл, мысленно перебирая детали предстоящего совещания — нужно было получить свежие данные о выполнении нашими эскадрами поставленных задач и сформировать новые.

Вернувшись в каюту, я быстро разделся и лёг в кровать. Не успел я улечься, как Аврора прильнула ко мне, её тёплые руки обвили мою талию.

— Уже спишь? — тихо спросила она.

— Ещё нет, — я повернулся к ней. — Через пять часов нас разбудят, а потом — совещание.

— Успеем отдохнуть, — она прижалась ближе.

Яр разбудил нас ровно через пять часов оригинальным способом. Присланный им андроид начал громко долбиться в двери каюты и кричать механическим голосом:

— Подъём!!! Подъём!!!

Мы вскочили с кровати, не понимая, что происходит. Сердце бешено колотилось — на мгновение показалось, что объявлена боевая тревога. Я ломанулся к дверям каюты и резко их распахнул.

— Доброе утро, уважаемый князь, — спокойным голосом заговорил андроид. — Яр просил сообщить вам, что вы просили разбудить вас через пять часов.

После этих слов андроид развернулся и пошёл по коридору командной палубы, его металлические ноги глухо стучали по покрытию палубы.

Я стоял с раскрытыми от удивления глазами.

«Яр, что это было⁈» — мысленно спросил я.

«Надеюсь, тебе понравилось, — в моей голове раздался голос, а потом смех Яра. — Я учусь шутить».

«Плохая шутка, — мысленно сказал я. — Я думал, что случилось что‑то серьёзное».

Яр промолчал, а я не стал развивать тему, решив поговорить с Яром позже. Закрыв дверь каюты, я повернулся к Авроре, которая сидела на кровати, прикрывшись одеялом. Её волосы были растрёпаны, в глазах читалось недоумение, но уголки губ уже подрагивали в улыбке.

— Что это было? — спросила она.

Я усмехнулся:

— Это Яр так решил пошутить. Искусственный интеллект осваивает человеческое чувство юмора.

Аврора улыбнулась:

— Понятно. Идём в душ?

— Пошли, — кивнул я, направившись в ванную.

Спустя час мы входили в нашу мини‑столовую. Помещение было небольшим, но уютным: овальный стол, мягкие кресла, голографическая панель на стене, транслирующая вид на звёздное пространство за бортом. На столе уже стояли тарелки с горячим завтраком — судя по всему, Яр позаботился и об этом.

— Выглядит аппетитно, — заметила Аврора, усаживаясь за стол.

— Да, — я сел напротив. — И нам нужно подкрепиться как следует. Сегодня будет насыщенный день.

Ели мы вдвоём. Остальные уже давно позавтракали и занимались работой.

— У меня через час будут два урока для младших классов, — произнесла Аврора с довольным видом, поглядывая на меня. — А потом я пойду с Эленией в парк. Мы хотим обсудить её предстоящую свадьбу с Рэттеном.

Я поперхнулся от её слов:

— В смысле свадьбу?

— Рэттен сделал ей предложение и… — Аврора загадочно улыбнулась. — Она в положении.

— А Рэттен знает? — я улыбнулся.

— Знает, но никому не говорит, — Аврора тоже улыбнулась.

— Ладно, тогда я тоже не буду у него спрашивать. Расскажет потом, — я встал из‑за стола. — Мне пора.

Аврора тоже встала и, подойдя ко мне, поцеловала в губы. Оторвавшись, она тихо произнесла:

— Я тоже хочу ребёнка.

Я промолчал, лишь крепче прижал Аврору к себе. В груди что‑то сжалось — тёплые чувства смешались с тяжёлой ношей ответственности. Я знал, что в любой момент может прозвучать сигнал тревоги, а впереди ждали битвы и решения, от которых зависели судьбы многих. Но сейчас, в эти мгновения, я хотел запомнить ощущение её объятий, её дыхания, её тепла.

Мы вышли в зал для совещаний. Аврора сразу направилась к выходу, поздоровавшись с Марком и Игнатом, а я присоединился к ним за столом.

— Добрый день. Где остальные? — спросил я, устроившись в кресле.

— Рэттен и Себастьен сейчас придут, — ответил Марк, раскладывая перед собой голографические схемы. — Буба и Кассиан в рабочем кабинете Бубы, разговаривают с наместником звёздной системы «Край Вечной Зимы». Ария Вент сообщила, что активизировались пираты. Особых проблем не доставляют, но у них явно есть интерес на планете. Ария предполагает, что они собираются восстановить свою базу и заняться промыслом гигантских зайцев, популяция которых постепенно начинает восстанавливаться. Но запрет на охоту продолжает действовать.

Я напрягся. На планете до сих пор остаётся лаборатория, в которой я появился. И наши технологии. Если пираты доберутся до неё… Последствия могут быть катастрофическими. Надо обсудить с Яром, что делать.

— Прикажи Бубе и Кассиану усилить патрули, — сказал я задумчивым голосом. — И пусть пресекают любые попытки высадки на планету.

Игнат, до этого молча изучавший данные на своём планшете, поднял голову:

— Князь, если пираты действительно нацелились на «Край Вечной Зимы», возможно, стоит перебросить туда пару крейсеров?

— Пусть Буба и Кассиан решают эту проблему, Игнат, — сказал я. — У нас много других дел.

В этот момент дверь открылась, и вошли Рэттен с Себастьеном. Они кивнули всем и заняли свои места за столом.

Я обвёл всех взглядом и задержался на Рэттене, непроизвольно проникая в его память. Рэттен всеми мыслями был не с нами. Предстоящая свадьба, ребёнок — вот что сейчас его заботило больше всего.

— Рэттен, может, тебе с Эленией взять шаттл и отправиться временно в звёздную систему «Аквамариновый Пояс»? Поживёшь там. Работать ты сможешь и оттуда. А здесь найдём замену Элении, — произнёс я, глядя на него.

Рэттен вздрогнул от моих слов.

— Я смогу заменить Элению, — произнёс Яр, который сидел, как обычно, в стороне ото всех с чашкой кофе в руках. Это теперь был его излюбленный атрибут. Кофе он не пил — зачем человекоподобному андроиду кофе? Но чашку в руках держал постоянно, словно изучая её форму и текстуру.

Рэттен обвёл всех нас взглядом:

— Кто проболтался?

— Рэттен, ты забыл, что я псионик и могу читать мысли? А Яр так вообще имеет доступ ко всей вашей памяти, — усмехнувшись, спросил я. — И заметь, я ничего не говорил. Только предложил вам с Эленией временно покинуть «Стальную Берлогу».

— Очень интересно, а о чём, собственно, разговор? — спросил Игнат, наклоняясь вперёд с любопытством во взгляде.

Все внимательно смотрели на Рэттена. Он посмотрел на каждого из нас и, наконец, произнёс:

— Ладно, всё равно вы узнаете в ближайшее время. Эления беременна, и я сделал ей предложение.

— Это же прекрасно, Рэттен! — вскочил Игнат и обнял Рэттена. Следом полезли обниматься остальные. Поздравления сыпались, как из рога изобилия. Кто‑то хлопал Рэттена по плечу, кто‑то радостно выкрикивал пожелания счастья.

— Ладно, уже. Отпустите Рэттена, — вступился я за своего министра финансов и торговли. Подождав, пока его выпустят из объятий, я продолжил: — Ну так что? Возьмёшь шаттл?

— Нет, — отрицательно замотал головой Рэттен. — Я не покину «Стальную Берлогу». Да и Эления будет против. Она не из тех, кто прячется, пока другие решают проблемы. Мы будем здесь — вместе со всеми.

— Хорошо, но если что, моё предложение в силе, — ответил я. — А теперь давайте уже перейдём к делу. Марк, что с нашими эскадрами?

Марк тут же переключился на рабочий режим. Он коснулся панели перед собой, и над столом вспыхнула голографическая схема расположения наших сил.

Я внимательно посмотрел на голографическую карту звёздных систем. Все наши четыре эскадры стояли на границе с территориями Дома Сато‑Дзё. Эскадра адмирала Пьера Валентайна шла в звёздную систему «Эридан‑4», а флот адмирала Висенте Морейра находился в звёздной системе «Янтарный Утёс», заканчивая комплектацию кораблями и экипажами. Эскадра адмирала Маркоса Эгеуса ожидала приказа на атаку звёздной системы «Сады Каэриса».

— Все наши эскадры закончили захват приграничных звёздных систем, — начал доклад Марк. — Торговая блокада полностью снята. — Марк посмотрел на Рэттена.

— Да, я уже связался с министром торговли Дома Сато‑Дзё, — подхватил Рэттен. — Они открыли доступы в их системы. И мы начали получать первые заказанные корабли и верфи. Скоро поток товаров полностью восстановится. Дом Сато‑Дзё сделал большой заказ на поставку мяса гигантских зайцев. Яр пообещал обеспечить поставку за счёт ресурсов «Стальной Берлоги». Первый грузовой корабль уже ушёл сегодня.

— У него не возникнет проблем с проходом через территории Меровингов? — уточнил я.

— Нет. Женевьева и Тибо гарантировали свободный проход. Ведь теперь они наш протекторат. Женевьева тоже попросила наладить поставки мяса в их звёздные системы. Мы пока обсуждаем этот вопрос, — ответил Рэттен.

— Отлично. Что с нашими счетами? — спросил я.

— Казна наполняется налоговыми поступлениями и таможенными сборами. Также идут отчисления от наших корпораций, которые мы забрали у Валуа. И ещё Оболенские прислали нам большую сумму кредитов — почти пятьсот миллиардов, — улыбнувшись, произнёс Рэттен.

— Ого, за что такой щедрый подарок? — удивлённо спросил я.

— Мстислав сказал, это доля с изъятого имущества Валуа. Он полностью взял под контроль экономику своих территорий. Дела Великого Дома Оболенских пошли в гору, — ответил Рэттен.

— Быстро они решили вопрос с Валуа, — продолжал я удивляться.

— Да. Князья Ярослав и Александр Оболенские, после того как приняли Мстислава своим главой, действовали быстро, порой слишком быстро. Казнили всех, особо не разбираясь в причинах предательства их Дома, — усмехнулся Рэттен. — Так скажем, устроили кровавую резню во всех своих звёздных системах, опираясь на наш список, который мы им передали.

— Отлично. Одной проблемой меньше, — я улыбнулся. — Марк, пусть наши эскадры двигаются вдоль границ восточного звёздного сектора, отрезая Союз Свободных Колоний от поставок ресурсов. Адмирал Маркос Эгеус должен начать атаку звёздной системы «Сады Каэриса». Флот адмирала Висенте Морейра, как только завершит комплектование, должен ударить по центральным звёздным системам Союза. Пора заканчивать с ними.

Я сделал паузу, обводя взглядом собравшихся. Голограмма над столом мерцала, показывая планируемую схему перемещения флотов — зелёные метки наших кораблей медленно смещались к границам вражеских территорий.

— Себастьен, — я повернулся к своему главе дипломатического корпуса, — начинай работу с королевствами и республиками Союза. Они уже должны понимать, что их время закончилось и сопротивление бесполезно. «Сады Каэриса» держи на особом контроле. Ты должен связаться с торговой гильдией и сообщить им, что звёздная система «Сады Каэриса» переходит под управление нашего Дома. Гильдия так и останется управлять планетой, но все корабли будут платить нам таможенные сборы, а гильдия — налоги.

— Да, я всё помню, князь, — произнёс Себастьен. Он достал планшет и начал делать пометки. — Уже подготовил черновик обращения к гильдии. Планирую отправить его сразу, как флот Маркоса войдёт в звёздную систему.

— Хорошо, — я снова обратился ко всем. — Рэттен, продолжай работу с Сато‑Дзё и Меровингами. Нам критически важно сохранить торговые пути открытыми. Марк, держи меня в курсе перемещений эскадр. Прикажи Бубе и Кассиану своевременно обеспечивать новые звёздные системы кораблями охраны и наземными войсками.

Марк склонился над панелью управления:

— Уже отдаю приказ, князь.

— Отлично. Теперь следующее: через пять часов мы покинем эту звёздную систему. Будьте готовы. Всю информацию получите во время варп‑прыжка, — я внимательно посмотрел на своих людей. — Я пока не готов посвятить вас в детали, так как всё ещё в процессе работы.

Все молча смотрели на меня — в глазах читались вопросы, но никто не решился их озвучить. Я выдержал паузу, давая им время осмыслить сказанное, и продолжил:

— Но прошу вас максимально завершить все срочные и не очень дела. Вы должны быть полностью свободны. А теперь совещание закончено. Занимайтесь решением текущих вопросов.

Все встали, коротко поклонились и покинули зал для совещаний. Шаги стихли в коридоре, дверь плавно закрылась, и в помещении воцарилась тишина, нарушаемая лишь тихим гулом корабельных систем.

Я остался один на один с Яром. Он по‑прежнему держал в руках свою неизменную чашку кофе — символ какой‑то человеческой привычки, которую искусственный интеллект в теле человекоподобного андроида перенял у нас.

— Как у тебя продвигаются дела? — спросил я, откидываясь на спинку кресла и потирая переносицу.

— Всё хорошо, — ответил Яр. Его голос звучал ровно, без эмоций, но в нём чувствовалась уверенность. — К моменту, когда мы попадём в «Чёрную Реку», всё будет готово. Алгоритмы просчитаны, резервные сценарии активированы, каналы связи проверены. Координаты точки выхода из варп‑прыжка уже загружены в навигационную систему.

Я удовлетворённо кивнул, надеясь, что мой план сработает. В голове снова прокручивались ключевые этапы операции.

— Отлично, Яр, — произнёс я. — Держи меня в курсе любых изменений.

— Будет исполнено, князь, — отозвался Яр.

— Пять часов, — тихо произнёс я, словно напоминая самому себе. — Всего пять часов до начала.

Яр молча сидел в своём кресле, не мешая моим размышлениям. В его глазах, искусственных, но удивительно живых, читалась готовность действовать. Я знал, что могу на него положиться — в этом странном союзе человека и искусственного интеллекта мы дополняли друг друга.

Глава 14

Я находился в штабе управления флотом, когда Яр сообщил мне, что Каэль и Милослава прислали запрос на связь.

Я встал, коротко кивнул присутствующим и отправился в зал для совещаний — там сейчас никого не было. Яр последовал за мной.

— Яр, Георгий уже в системе «Звёздный Перекрёсток». Он сможет обнаружить корабль Каэля и Милославы? — спросил я скорее из любопытства.

— Нет, — ответил Яр. — Только если я или они не включим сигнал распознавания. Но тогда есть риск, что его перехватят — и корабль будет «засвечен» в системе.

— Ясно. Надеюсь, они не столкнутся, — произнёс я.

— Исключено, — уверенно ответил Яр. — Я контролирую их местоположение через сложную систему связи: использую передатчики чужих кораблей, находящихся в системе. Сигнал шифруется под обычный режим предотвращения столкновений. Ни один человек или ИИ не определит, откуда он идёт, так что наши корабли в безопасности.

Я ухмыльнулся:

— Ты таким способом контролируешь все наши корабли?

— Конечно, — сразу ответил Яр. — Абсолютно все, которые входят в состав звёздного флота нашего Дома.

Мы вошли в зал для совещаний. Я сел в кресло напротив голографического экрана.

— Добрый день, Каэль, Милослава, — поздоровался я, как только связь установилась и их фигуры появились на экране.

— Добрый день, князь, — дружно ответили они. — Линкоры пришли в систему «Звёздный Перекрёсток» и встали на зарядку.

— Отлично. Уходите в звёздную систему «Альбанские холмы». Встретимся там, — повторил я свой прежний приказ.

— Будем ждать вас, князь, — ответил Каэль. Я прервал связь.

— Яр, свяжи нас с Георгием, — попросил я.

Через несколько секунд на экране появился Георгий.

— Приветствую вас, мой князь, — произнёс он. — Только что прибыло пятьдесят линкоров, встали на зарядку батарей. Хотел сообщить вам, но вы первым вышли на связь.

— Спасибо, Георгий. Сообщи нам, как прибудут остальные корабли. И близко не приближайся к линкорам, — приказал я.

— Будет исполнено, — кивнул Георгий.

Связь прервалась, и я повернулся к Яру:

— Пора.

По «Стальной Берлоге» тут же прошло оповещение о подготовке корабля к варп‑прыжку. Я встал, и мы с Яром направились обратно в штаб управления флотом.

В штабе кипела работа: офицеры склонились над панелями управления, голографические схемы мигали, операторы переговаривались короткими фразами, сверяя данные. Воздух был наполнен гулом работающих систем и тихим шелестом команд.

— Марк, готовность к варпу? — спросил я, как только занял место главнокомандующего.

— Пять минут — и можно прыгать, — тут же ответил Марк, не отрывая взгляда от панели управления. Его пальцы порхали над сенсорными клавишами, проверяя последние параметры.

— Яр, через пять минут — разгон и прыжок. Время в варпе? — я посмотрел на Яра.

— Два часа сорок минут, — ответил он. — Координаты точки выхода загружены, траектория просчитана, помехи на маршруте минимальны.

Я кивнул и обвёл всех взглядом:

— Как только прыгнем, собираемся в зале для совещаний. Нужно будет уточнить дальнейшие действия.

Марк коротко кивнул, остальные подняли руки, показывая, что слышали меня и приняли приказ. Я откинулся в кресле, ожидая прыжка, и на мгновение закрыл глаза, прогоняя нахлынувшую нервную дрожь. Начался первый этап моего плана.

— Внимание! — по кораблю разнёсся голос Яра, усиленный динамиками. — Варп‑прыжок через пять… четыре… три… два… один…

Корабль содрогнулся, вокруг вспыхнули предупредительные огни, и «Стальная Берлога» вошла в открывшийся варп‑туннель, устремившись в звёздную систему «Чёрная Река».

Я с минуту смотрел на завораживающую красоту варп‑туннеля — переливы фиолетовых и синих оттенков, искрящиеся линии пространственных искажений. Затем встал с кресла и направился в зал для совещаний.

В зал я вошёл первым, следом — Яр, Рэттен и Марк. Игнат, Себастьен, Буба и Кассиан вошли последними, быстро занимая свои места за столом. Голографическая панель в центре ожила, отображая схему моего плана.

Как только все уселись, я заговорил. Посвящение всех в мой план заняло почти час: пришлось уточнять детали, отвечать на вопросы и корректировать некоторые моменты. Марк вносил правки в схему на ходу, Игнат задавал вопросы по высадке десанта, а Себастьен уточнял дипломатические нюансы.

— Есть ещё вопросы? — спросил я, обведя всех взглядом.

Все молчали.

— Раз вопросов нет, то — за работу, — произнёс я, стараясь сохранять спокойный вид.

Все встали и направились в штаб управления флотом, переговариваясь на ходу и уточняя задачи.

«Стальная Берлога» вышла из варпа на самой окраине звёздной системы «Чёрная Река». Корабль слегка качнуло — гравитационные поля новой системы вступили во взаимодействие с полями корабля. На экранах замелькали данные сканирования: астероидные поля, орбитальные станции, первые отметки множества кораблей.

— Яр? — я повернулся к нему, сидя в своём кресле.

— Уже начал, — ответил Яр. — Корабли выходят из ангаров. Через десять минут уйдут в варп-прыжок.

Я мгновенно бросил взгляд на тактический шар. На нём появилось десять синих точек.

— Хорошо, — кивнул я. — Соедини меня с Мстиславом Оболенским.

Яр кивнул. Связи пришлось ждать несколько минут — князь Мстислав Оболенский не отвечал.

— Мой император, — произнёс Мстислав, как только установилась связь. Его фигура в строгом мундире с гербом Оболенских появилась на голографическом экране. — Вы застали меня врасплох. Прошу прощение за ожидание.

— Приветствую тебя, князь, — я кивнул в знак приветствия. — У меня важный разговор.

— Я весь во внимании, — ответил Мстислав и чуть подался вперёд, сложив руки на столе.

— Сначала хочу поблагодарить за переведённую нам сумму кредитов. Это было неожиданно, — сказал я.

Мстислав улыбнулся — сдержанно, но с явным удовлетворением:

— Мой император, благодаря вашей информации по Дому Валуа мы в кратчайшие сроки взяли под контроль всю экономику наших звёздных систем. Устранили агентов влияния Валуа и изъяли всё имущество. На счетах корпораций оказалось очень много кредитов, которые достались нашему Дому.

Он сделал короткую паузу, и его лицо стало серьёзнее:

— Князья Владимир, Александр и Ярослав ещё занимаются полным восстановлением контроля. До сих пор ведутся допросы, аресты и, как бы печально это ни было, казни. Валуа настолько глубоко проникли в наши ряды, что чистка займёт ещё пару недель. При допросах вскрываются всё новые и новые факты — и лица, работавшие на Валуа, оказываются в самых неожиданных местах.

Я внимательно слушал, отмечая про себя масштаб происходящего. Мстислав явно не преувеличивал — чистка шла по всем уровням, и последствия могли сказаться на балансе сил во всём секторе.

— Я рад, что вы решаете эту проблему, — произнёс я. — Нужна ли помощь с моей стороны, Мстислав? — спросил я, откинувшись в кресле и стараясь придать голосу максимальную открытость.

— Пока нет, — Мстислав благодарно поклонился. — Вы и так сделали слишком много для нашего Дома, мой император. Ваша поддержка в нужный момент позволила нам переломить ситуацию. Без ваших данных мы бы ещё долго топтались на месте, а Валуа продолжали бы подтачивать нас изнутри.

Я кивнул, обдумывая его слова. Союз с Оболенскими крепчал, и это играло нам на руку. Но вместе с тем я понимал: чем сильнее становился Мстислав, тем осторожнее нужно было выстраивать отношения. Баланс власти — тонкая штука, и малейший перекос мог привести к новым конфликтам.

— Хорошо, Мстислав. Держи меня в курсе событий, — сказал я. — Если понадобится какая‑либо помощь — стратегическая, логистическая или дипломатическая — дай знать. Мы всегда готовы поддержать наши протектораты в трудный час.

— Спасибо, мой император, — Оболенский снова чуть поклонился.

— Хорошо, теперь перейдём собственно к вопросу, по которому я с тобой связался, Мстислав, — начал я говорить, стараясь, чтобы мой голос звучал абсолютно спокойно. — Тебе уже сообщили, что я прибыл в твою звёздную систему «Чёрная Река»?

Мстислав на мгновение нахмурился:

— Нет, мой император.

Я удивлённо поднял брови:

— Это плохо. Значит, твой флот не контролирует ситуацию.

— Я сейчас же разберусь с командующим флотом, мой император, — произнёс Мстислав, и в его голосе прозвучала сталь.

— Сначала выслушай, что я скажу, князь, — я на миг замолчал, собираясь с мыслями. — В «Звёздном Перекрёстке» сейчас стоит пятьдесят тяжёлых линкоров без опознавательных знаков, но это корабли Валуа. Скоро к ним присоединятся ещё пятьдесят тяжёлых линкоров и два полноценных флота Габсбургов. После этого они нанесут удар по звёздной системе «Чёрная Река».

Лицо Мстислава мгновенно стало каменным. Он откинулся на спинку кресла, сцепил пальцы в замок и пристально посмотрел на меня.

— Вы уверены в этих данных, мой император? — спросил он сдержанно, но в глазах читалась тревога.

— Абсолютно, — подтвердил я. — Мои люди отслеживают перемещение кораблей, князь.

— Это огромный объединённый флот… — Мстислав произнёс это так, будто слово оставляло горький привкус во рту. — Мы не справимся. Звёздная система падёт. Будет много жертв.

— Рано впадать в отчаянье, Мстислав, — ответил я твёрдо, но без жёсткости. — Сделай так, как я скажу. И тогда, возможно, звёздная система останется в твоих руках.

Мстислав молча кивнул, выпрямился в кресле и внимательно посмотрел на меня:

— Я внимательно слушаю, мой император. И выполню любое ваше распоряжение.

— Хорошо, тогда слушай внимательно, Мстислав, — начал я говорить уверенным голосом, чётко выделяя каждое слово. — Ты уведёшь свой флот на окраину звёздной системы. Максимально далеко от возможного выхода кораблей противника из варп‑прыжка.

Он снова посмотрел на меня — теперь с явным недоумением:

— Но зачем? Мы же можем, наоборот, занять позиции возле стандартных точек выхода и нанести упреждающий удар.

— Против такой армады кораблей у тебя нет шансов, Мстислав, — в моём голосе прорезались стальные нотки. — Делай, как я говорю.

Мстислав стиснул зубы, сжал подлокотники кресла, но сдержал эмоции:

— Хорошо…

— Сейчас на твой флагман отправится мой адмирал Кассиан Торнвуд, — продолжил я. — Передашь ему управление всем твоим флотом в звёздной системе «Чёрная Река». — Я поднял руку, не давая Мстиславу заговорить. — Как только всё закончится — плохо или хорошо — он вернёт управление флотом твоему адмиралу. А пока им будет управлять он. Сделай так, чтобы ему подчинялись беспрекословно.

— Как прикажете, мой император, — поникшим голосом произнёс князь. В его глазах мелькнула тень обиды, но он тут же взял себя в руки.

— Кассиан, подойди, — я махнул рукой, и рядом со мной встал Кассиан Торнвуд — высокий, подтянутый, с суровым лицом и взглядом, привыкшим к сражениям.

— Князь Оболенский, — Кассиан склонил голову и отдал честь. — К вашим услугам.

Мстислав кивнул, погружённый в свои мысли. Он явно пытался осознать масштаб происходящего и принять новое положение дел.

— Мстислав, обещаю тебе, я сделаю максимально всё, чтобы спасти эту звёздную систему, — примиряющим голосом сказал я, глядя ему в глаза. — Но объяснять детали операции твоему адмиралу сейчас слишком долго. И он может не сделать того, что нужно. А от взаимодействия наших флотов зависит очень многое.

Князь глубоко вздохнул, словно сбрасывая с себя груз сомнений. Он посмотрел на Кассиана и улыбнулся — не широко, но искренне:

— Вы правы, мой император. — Он повернулся к адмиралу. — Адмирал, как только я закончу разговор с императором, вы можете отправляться на флагман. Вас будут ждать. Флот полностью перейдёт под ваше командование.

— Спасибо за доверие, князь Оболенский, — Кассиан снова отдал честь, его поза стала ещё более собранной. — Я сделаю всё возможное, чтобы оправдать его.

Я кивнул обоим:

— Действуйте. Кассиан, доложи мне, как только примешь командование. Мстислав, будь постоянно на связи — будем координировать действия в реальном времени.

— Будет исполнено, мой император, — синхронно ответили оба.

Изображение Мстислава погасло на экране, а Кассиан развернулся и направился к выходу из штаба.

Я выдохнул, расслабляясь. Разговор прошёл лучше, чем я ожидал. Ещё один пунктик моего плана был выполнен. Напряжение, сковывавшее плечи, понемногу отступало, но в груди всё равно теплилось беспокойство — слишком многое зависело от слаженности действий.

— Яр, как только Кассиан примет командование и начнёт отводить флот Оболенских — уходим в варп, — произнёс я, глянув на Яра.

Яр кивнул.

— Надеюсь, Кассиану не будут ставить «палки в колёса» и флот Оболенских сделает всё, что необходимо, — тихо, сам себе сказал я, постукивая пальцами по подлокотнику кресла.

Яр повернулся и посмотрел на меня:

— Князь, я проанализировал психологию командиров Оболенских. Большинство из них прагматичны и понимают, что сейчас важнее всего — выжить и сохранить систему. Они последуют за Кассианом, особенно после того, как Мстислав лично подтвердил его полномочия.

Я слегка кивнул, принимая его доводы, но тревога всё ещё не отпускала.

Через тридцать минут пришёл доклад от Кассиана: он принял командование, и флот Оболенских начал отходить на заранее согласованную точку. На голографической карте замелькали метки — корабли Мстислава плавно смещались к окраинам системы, занимая позицию, которую мы выбрали для манёвра.

— Яр, ты уверен, что они успеют подтянуться? — на меня вдруг нахлынула тревога.

— Успеют, — спокойно ответил Яр. — Я всё просчитал несколько раз. Траектории, скорости, возможные задержки — учтено всё. К тому же мы специально выбрали точку, до которой можно добраться за минимальное время. Ещё не факт, что им вообще понадобится что‑то делать. Возможно, наш следующий ход заставит противника пересмотреть свои планы.

Я снова расслабился, хотя внутри всё ещё бурлили эмоции.

— Хорошо, — произнёс я, откидываясь в кресле. — Прыгаем.

— Начинаю разгон, — отозвался Яр.

По кораблю разнёсся низкий гул — это включились все двигатели корабля.

— Внимание! — голос Яра зазвучал через динамики всего корабля. — Варп‑прыжок через три… два… один…

«Стальная Берлога» содрогнулась. Корабль скользнул в открывшийся варп‑туннель, и реальность исказилась — звёзды на экранах вытянулись в длинные полосы, а пространство вокруг заиграло переливами фиолетовых и синих оттенков.

Я наблюдал за этим завораживающим зрелищем. В голове проносились мысли о следующем этапе плана. Теперь всё зависело от меня. Я чувствовал, как внутри нарастает холодный азарт. Игра началась. И теперь каждый ход должен быть безупречным.

— Марк, ты готов? — спросил я, посмотрев на своего флот‑адмирала.

— Да, — уверенно ответил Марк и выпрямился в кресле. — Экипажи на местах, все корабли в боевой готовности. План атаки согласован с Яром. Сначала атакуют дроны. Затем «Стальная Берлога» наносит основной удар. Дальше — действуем по ситуации. — Он посмотрел на меня, и в его глазах читалась непоколебимая уверенность. — Мой князь, план прекрасный. У нас всё получится.

— Надеюсь, — вздохнул я и перевёл взгляд на Игната и Бубу. — У вас всё готово?

Игнат и Буба посмотрели на меня.

— Да, — ответил Игнат. — Спейс‑майор Порецкий отобрал самых отчаянных — лучших из лучших. А мы с Бубой поведём группы прикрытия. Наши ребята пройдут там, где обычные штурмовики сломают ноги.

Буба молча кивнул, его массивные руки непроизвольно сжались в кулаки. В его взгляде читалась спокойная решимость человека, который не раз смотрел смерти в глаза и всегда выходил победителем.

— Хорошо, — я обвёл взглядом своих людей. В каждом лице читалась готовность к бою, в каждом взгляде — вера в успех. Это придавало сил и уверенности. — Яр, прикажи принести кофе. Надо успокоиться.

Яр слегка улыбнулся — едва заметное движение губ, которое он перенял у людей:

— Уже сделано, князь. Кофе будет через две минуты.

Я откинулся в кресле и оглядел командный центр. Голографические экраны мерцали схемами, операторы переговаривались короткими фразами, офицеры проверяли последние данные. Всё шло по плану. Даже моё обострившееся предчувствие псионика говорило, всё будет хорошо. Но я всё равно переживал.

Глава 15

— До выхода из варп‑туннеля в звёздной системе «Альбанские холмы» осталось десять минут, — сухим, чётким голосом сообщил Яр.

Штаб мгновенно пришёл в движение. Пальцы Марка забегали по панели управления, начиная отдавать приказы. Флот‑адмирал Игнат Громов, адмирал Буба и спейс‑майор Порецкий встали и направились к выходу из штаба управления флотом — их группы уже находились на десантных кораблях. Себастьен и Рэттен пересели ближе ко мне, их лица были серьёзны, в глазах читалась сосредоточенность.

— Выходим в центре звёздной системы, рядом с планетой, — снова заговорил Яр, не отрывая взгляд от тактического шара. — Дроны готовы сразу начать атаку. Штурмовые группы готовы к высадке, координаты целей загружены.

Я кивнул, чувствуя, как ладони моментально вспотели от нервного напряжения. Человекоподобный андроид‑разведчик, уже находившийся в звёздной системе, передал нам исчерпывающую информацию о расположении военных кораблей противника. Яр находился с ним в постоянном контакте и знал всё, что происходило в системе — вплоть до перемещения отдельных истребителей.

«Яр прав, надо расширять сеть андроидов‑разведчиков, — промелькнула мысль в моей голове. — Верные, не предадут. Не расскажут тайны, если вдруг их вычислят. У них есть даже система самоуничтожения — активируется при попытке взлома или захвата. Идеальные разведчики».

— Яр, твой андроид встретит группу Порецкого? — уточнил я, стараясь, чтобы голос звучал ровно.

— Да, он уже на месте, — кивнул Яр. — Передаст данные о системе охраны периметра. Порецкий получит полный доступ к схемам коммуникаций и точкам доступа.

Я глубоко вдохнул и медленно выдохнул, настраиваясь на боевой лад и собирая разбегающиеся мысли. В груди нарастало знакомое чувство — смесь азарта и тревоги перед схваткой.

— До выхода из варп‑прыжка: пять… четыре… три… два… один… — разнёсся голос Яра по кораблю.

«Стальная Берлога» вышла из варп‑прыжка недалеко от орбиты планеты — резко, с ощутимым толчком. На экранах вспыхнули данные сканирования: астероидные поля, орбитальные станции, контуры кораблей.

— Выпускаю дроны, — спокойно, почти буднично произнёс Яр. — Информация о расположении военных кораблей подтверждена. Начинаю атаку.

Я посмотрел на тактический шар. Он ожил, отображая звёздную систему «Альбанские холмы». Карта раскрасилась множеством точек разных цветов: красные — военные корабли противника, жёлтые — грузовые суда, белые — гражданские яхты, серые — орбитальные объекты. Синяя точка на окраине системы обозначала нашего стелс‑разведчика. И во всей этой массе цветов — зелёный рой наших дронов, который разрастался с каждой секундой.

Четыре тысячи дронов, разбившись на группы, ринулись в атаку — словно стая хищных птиц. Они устремились к целям: к тяжёлым истребителям, фрегатам, эсминцам и легким крейсерам. На тактическом шаре их траектории вспыхивали зелёными линиями, пересекающими красные метки противника.

— Начинаю захват двух тяжёлых линкоров, — сообщил Яр. — Марк, ремонтные шлюзы один и два. Нужны группы для зачистки.

— Всё готово, Яр. Громов всё сделал согласно нашему плану, — сразу ответил Марк. — Группы штурмовиков уже в ремонтных шлюзах. Ждут стыковки линкоров.

— Принято. Линкоры захвачены. Веду на стыковку, — произнёс Яр, он сидел с прикрытыми глазами, управляя дронами и корректируя курс захваченных кораблей.

Я неотрывно смотрел на голографический экран, где разворачивалось сражение между нашими дронами и кораблями охраны домашней звёздной системы Габсбургов. Зелёные метки дронов кружили вокруг красных силуэтов кораблей противника.

Дроны под управлением Яра разбились на группы и, подобно хищным птицам, рвали корабли охраны на части. Тяжёлые истребители и фрегаты взрывались от массированных плазменных выстрелов — сначала мигали уничтожаемые энергощиты, затем корпус вспучивался огненной волной, и корабль разлетался на сотни обломков. Осколки, подсвеченные остаточным светом взрыва, разлетались в черноте космоса, оставляя за собой мерцающие следы ионизированного газа.

Одна из групп дронов атаковала эсминец. Слаженный залп — и энергощиты корабля вспыхнули ослепительной синевой, рассыпаясь каскадом искр. Следующий залп разорвал корпус эсминца пополам. Пламя вырвалось из отсеков, окрашивая тьму в багрово‑оранжевые тона, а последовавшие внутренние взрывы довершили дело: фрагменты обшивки разлетались веером, некоторые из них, столкнувшись с другими обломками, порождали новые вспышки взрывов.

Как только дроны уничтожили небольшие корабли, способные их сбивать, они переключились на оставшийся в одиночестве тяжёлый крейсер. Его массивный силуэт, подсвеченный всполохами взрывов, выглядел грозно, но шансов выжить у него не было. Орудий, предназначенных для борьбы с небольшими манёвренными целями, на корабле было слишком мало.

Крейсер продержался пару минут, яростно отстреливаясь — его плазменные батареи выхватывали отдельные дроны из роя. Один из поражённых дронов, вместо того чтобы просто сгореть, ринулся в самоубийственную атаку: он врезался в корпус крейсера, проделав в нём огромную дыру. Из пробоины вырвался столб пламени, а следом начались внутренние взрывы — огонь стремительно распространялся по отсекам.

Стая дронов продолжила терзать крейсер плазменными выстрелами. Бронеплиты, толщиной в несколько метров, откалывались и разлетались в стороны, оставляя после себя огненный шлейф. Каждый новый залп пробивал новые бреши: обнажались внутренние конструкции, искрили разорванные кабели, взрывались вспомогательные системы.

На тактическом шаре крейсер уже мигал красным — статус «критические повреждения». Его силуэт на голографическом экране начал терять чёткость. Дроны буквально облепили корабль со всех сторон, методично превращая его в груду искорёженного металла.

— Цель поражена, — бесстрастно констатировал Яр. — Тяжёлый крейсер Габсбургов уничтожен. Продолжаю перераспределение дронов на оставшиеся угрозы.

Я сжал подлокотники кресла, не отрывая взгляда от экрана. В зале штаба царила напряжённая тишина, нарушаемая лишь короткими докладами операторов, писком приборов и ритмичным биением моего сердца. Победа на этом участке была очевидна, но это лишь первый акт сражения. Главный удар ещё впереди.

— Линкоры пристыкованы, — услышал я голос Яра, который оторвал меня от созерцания побоища. — Пространство звёздной системы под нашим контролем.

— Открывай проходы в линкоры, штурмовики готовы, — сообщил Марк. Его пальцы порхали над панелью, сверяя данные о готовности десантных групп.

— Открываю, — тут же отозвался Яр. — Десантные корабли получили разрешение на вылет. Активирую шлюзы, синхронизирую стыковочные порты.

— Принято, — отозвался Марк.

Я смотрел, как слаженно они работали, и на душе стало легко. В груди разливалась волна облегчения — каждый элемент плана срабатывал как часы. Уверенность в том, что мой замысел сработает, крепла с каждой секундой.

— Яр, пора, — напомнил я, слегка подавшись вперёд в кресле.

— Уже, — сообщил Яр и добавил с холодной точностью: — Планетарные цели захвачены. Выстрел!

Корабль вздрогнул от мощных выстрелов орудий предназначенных для нанесения ударов по планетарным целям — массивные конструкции «Стальной Берлоги» содрогнулись, передавая вибрацию по всему корпусу. На голографическом экране вспыхнули ослепительные вспышки, и огромные плазменные снаряды устремились вниз, к поверхности планеты, оставляя за собой огненные хвосты.

Сенсоры «Стальной Берлоги» передавали картинку на голографический экран в реальном времени. Изображение планеты приблизилось, детализация выросла — стали видны контуры дворцового комплекса и огромные защитные сооружения противокосмической обороны.

Спустя десяток секунд на планете взметнулись вверх два разрушительных огненных столба — они взвились в небо, словно гигантские огненные фонтаны, разрывая облака и озаряя окрестности алым заревом. Земля под защитными комплексами вспучилась, здания начали рушиться, разлетаясь на фрагменты. Взрывы следовали один за другим — детонация внутренних складов боеприпасов усилила разрушения.

На тактическом дисплее отметки защитных систем дворца мигали красным, затем одна за другой гасли — защитная система дворцового комплекса была полностью подавлена.

— Цели поражены, — констатировал Яр. Его голос звучал ровно, без эмоций, будто он докладывал о штатном манёвре. — Защитное поле отключено, периметр зачищен. Десантным кораблям ничего не угрожает.

Марк коротко кивнул, глядя на экран:

— Начинаем высадку десанта. Группы Игната, Бубы и Порецкого идут первыми. За ними — основные силы.

Я откинулся в кресле, наблюдая за разворачивающейся картиной. На экране десантные корабли, похожие на стальных птиц, приближались к планете. Их траектории высвечивались зелёными линиями на тактическом шаре, а рядом мигали отметки дронов сопровождения.

— Отлично сработано, — произнёс я вслух. — Яр, установи связь с королём Фердинандом XXX Габсбургом, — попросил я и поудобнее сел в своём кресле главнокомандующего, расправив плечи и выпрямив спину — так, чтобы мой силуэт на экране выглядел максимально внушительно.

Спустя буквально десять секунд на голографическом экране появилось изображение Фердинанда. Он сидел в массивном кресле, украшенном гербами Габсбургов. Его волосы были аккуратно зачёсаны назад, а лицо, испещрённое морщинами, выражало смесь ярости и недоверия.

— Приветствую вас, король Фердинанд XXX Габсбург, — с лёгкой, почти издевательской улыбкой произнёс я, встретив его мрачный взгляд. — Надеюсь, вы знаете, кто я?

Мрачный взгляд Фердинанда был направлен прямо на меня. В нём я отчётливо видел, как сильно он меня сейчас ненавидит — ненависть буквально искрилась в его глазах, словно статическое электричество.

— Я прекрасно знаю, кто вы, князь Медведев, — процедил он сквозь зубы. — Но не могу понять одного: что вы здесь забыли и по какому праву уничтожили мои корабли и атаковали защитные системы моего дворца⁈ — В конце фразы Фердинанд не сдержался, чуть повысив голос, и его кулак с силой опустился на подлокотник кресла.

Я посмотрел ему в глаза и улыбнулся:

— Вы поставили не на тот Дом, король. И теперь заплатите за это. Но… — Я сделал паузу, нарочито долгую, позволяя напряжению сгуститься.

Фердинанд сжал челюсти, вены на его шее вздулись:

— Что «но»? — не выдержал он, когда пауза затянулась.

— Вы можете всё исправить, — ответил я, улыбнувшись шире. — Выполните два моих требования, и я уйду из этой звёздной системы.

Я перестал улыбаться и, сделав серьёзное лицо, продолжил стальным голосом:

— Иначе я оккупирую её, а вы станете моим пленником.

Фердинанд откинулся на спинку кресла и рассмеялся — громко, хрипло, с явной издёвкой:

— Ты, наглый щенок! Ты даже не представляешь, на кого ты напал! Ты не сможешь захватить планету, а когда подойдут мои эскадры, то разнесут твой корабль на куски!

Я сохранял абсолютное спокойствие, не позволяя его словам задеть меня:

— Мне не надо захватывать всю планету, король, — начал говорить я ровным, холодным голосом. — Сейчас мои десантные корабли высадят штурмовиков, и они начнут штурм дворца. А когда они его захватят, вы станете пленником. Мои люди уже на подступах к дворцу. Через двадцать минут они будут внутри.

На экране мелькнула тень сомнения в глазах Фердинанда — он на мгновение замер, оценивая серьёзность моих слов. Но гордость взяла верх.

— У тебя ничего не выйдет, — прошипел он. — Мои гвардейцы сметут твоих людей, как пыль!

Король побагровел. Его пальцы судорожно сжали подлокотники. Изображение на экране погасло.

В штабе повисла напряжённая тишина. Все взгляды обратились ко мне.

Я откинулся в кресле, сцепив пальцы в замок. Губы невольно растянулись в усмешке.

— Посмотрим, Фердинанд, насколько хватит твоей гордости, — тихо произнёс я и добавил уже громче: — Ну что же, первые переговоры провалились.

Я посмотрел на Яра:

— Что с нашим десантом?

— Группа Порецкого уже встретилась с моим андроидом и двинулась к проходу в дворцовые тюрьмы, — доложил Яр, не отрываясь от голографического дисплея. — Группы Громова и Бубы начали штурм дворца: Игнат докладывает о зачистке первого уровня, Буба пробивается к западному крылу. Георгий прислал запрос на связь, — добавил Яр.

— Соединяй, — сказал я и посмотрел на голографический экран, где появилось изображение Георгия.

— Мой князь, в систему «Звёздный Перекрёсток» прибыло ещё пятьдесят линкоров и две эскадры с гербами Дома Габсбургов, — сообщил Георгий. Его голос звучал ровно, но в глазах читалась настороженность.

— Отлично, пока всё по плану, — я едва заметно улыбнулся. — Георгий, держись от них подальше.

— Будет исполнено, — кивнул Георгий.

— Оставайся на связи, — добавил я и обратился к Яру: — Вызывай опять Фердинанда.

В этот раз пришлось ждать дольше. Я постукивал пальцами по подлокотнику, отсчитывая секунды. Наконец на экране появился Фердинанд. Его лицо было ещё мрачнее, чем прежде, а вокруг глаз залегли тёмные круги.

Не дожидаясь, пока король заговорит или снова отключит связь, я сразу сказал:

— Прежде чем вы пошлёте меня и отключите связь, король, свяжитесь с вашим адмиралом в системе «Звёздный Перекрёсток», а потом вызовите меня. Я думаю, у вас появится желание поговорить.

Фердинанд на мгновение замер, его взгляд метнулся куда‑то в сторону — вероятно, к советнику. Затем он усмехнулся, но в этой усмешке уже не было прежней уверенности:

— Ты блефуешь, князь, — произнёс он, но голос прозвучал чуть менее твёрдо, чем раньше.

— Проверьте, — спокойно ответил я. — И убедитесь сами.

Король помедлил ещё секунду, затем резко кивнул кому‑то за кадром и отключил связь.

— Яр, начинай, — приказал я. — И подключи Георгия. Я хочу посмотреть на то, что сейчас произойдёт.

На экране снова возник Георгий.

— Георгий, выведи на голографический экран изображение с сенсоров твоего корабля, — сказал я, слегка улыбнувшись. — Надеюсь, ты находишься достаточно далеко от линкоров?

— Достаточно, — усмехнувшись, ответил Георгий.

На голографическом экране появилось изображение с сенсоров нашего стелс‑разведчика. Большая армада тяжёлых линкоров без опознавательных знаков стояла на окраине звёздной системы — их корпуса тускло отсвечивали в свете далёкой звезды. Рядом находились две эскадры кораблей Габсбургов: изящные линии корпусов, гербы на бортах, стройные ряды орудийных башен.

Я поудобнее сел в кресле, наблюдая за экраном.

— Вот теперь, Фердинанд, — тихо произнёс я, — посмотрим, как ты будешь торговаться.

Яр вывел на тактический шар звёздную систему «Звёздный Перекрёсток» — объёмная проекция замерцала голубоватым светом, отображая расположение вражеской армады. Сотня линкоров выстроилась в многослойную оборонительную формацию: красные метки плотным скоплением заполнили окраину звёздной системы, рядом выстроились эскадры Габсбургов, готовые к варп-прыжку в звёздную систему «Чёрная Река».

К этой грозной армаде быстро приближалась группа из десяти наших стелс‑бомбардировщиков — невидимые для вражеских кораблей, но отмеченные синими точками на нашем тактическом шаре. Они шли клином, почти бесшумно скользя сквозь космическое пространство под управлением Яра. На тактическом шаре их траектории высвечивались зелёными линиями, которые вот‑вот должны были пересечься с красными метками противника.

— Десять секунд до начала атаки, — спокойно сообщил Яр. — Все системы на боевом режиме. Бомбы готовы к сбросу.

Я неотрывно следил за экраном. Напряжение в зале штаба нарастало — даже воздух, казалось, стал гуще. Операторы замерли у своих панелей, офицеры затаили дыхание.

— Пять… четыре… три… — начал обратный отсчёт Яр.

Бомбардировщики начали расходиться веером, занимая оптимальные позиции для атаки.

— Два… один… Огонь!

В тот же миг бомбардировщики одновременно сбросили плазменные бомбы — десятки бомб устремились к целям.

Первый взрыв раздался почти мгновенно — плазменная бомба попала точно в борт одного из линкоров. Энергощиты вспыхнули ослепительной синевой, пытаясь сдержать удар, но не справились. Корпус корабля вспучился огненной волной, разлетаясь на тысячи раскалённых обломков. Взрыв породил цепную реакцию: осколки врезались в соседние корабли, повреждая их обшивки и системы.

Следующие взрывы последовали один за другим — словно кто‑то зажёг гигантские фейерверки в космосе. Плазменные заряды рвали линкоры на части: один корабль разломился пополам, его реактор детонировал, породив ослепительную вспышку; другой потерял управление и врезался в соседа, вызвав новый взрыв; третий начал разваливаться на фрагменты, которые разлетались в разные стороны, сталкиваясь с другими кораблями.

Огненные столбы плазменных взрывов расцвечивали космос алыми, оранжевыми и фиолетовыми оттенками. Обломки линкоров, подсвеченные остаточным свечением взрывов, разлетались веером — некоторые из них, столкнувшись с другими кораблями, вызывали дополнительные повреждения.

На тактическом шаре красные метки начали гаснуть одна за другой. Яр быстро анализировал данные:

— Больше тридцати линкоров уничтожены, — докладывал он. — Ещё около двадцати получили серьёзные повреждения: пробоины в корпусе, отказ систем наведения, частичная потеря энергощитов. Оборонительная формация противника нарушена.

Я вгляделся в экран: уцелевшие корабли пытались перестроиться, но хаос после атаки мешал им организовать эффективную оборону. Некоторые линкоры хаотично маневрировали, другие пытались прикрыть повреждённые суда.

— Бомбардировщики выходят из зоны поражения, — продолжал Яр. — Отправляю их в звёздную систему «Чёрная Река». Подберём их там.

Стелс‑бомбардировщики, выполнив задачу, начали отход — их чёрные силуэты растворялись в космической тьме так же незаметно, как и появились.

Марк, стоявший рядом, не смог сдержать восхищённого возгласа:

— Вот это зрелище! Яр, эти корабли просто чудо.

Яр слегка улыбнулся:

— Спасибо.

Я откинулся в кресле, наблюдая за хаосом, который мы создали в стане врага.

— Отлично сработано, — произнёс я. — Теперь пусть Фердинанд посмотрит на это и решит, стоит ли дальше упираться. Пусть увидит, что ждёт тех, кто встаёт у нас на пути.

Глава 16

— Георгий всё ещё на связи, князь, — произнёс Яр громким голосом, привлекая моё внимание.

— Переключи на него, — кивнув, сказал я.

На голографическом экране появилось довольное лицо Георгия. Его глаза блестели, на губах играла широкая улыбка — он явно ещё находился под впечатлением от только что увиденного.

— Это было феерично, — тут же выдал Норд, как только увидел меня. — Такого я ещё в своей жизни не видел! Эти взрывы, разлёт обломков… Словно кто‑то запустил в космосе гигантский салют!

Я улыбнулся, чувствуя, как напряжение последних нескольких часов понемногу отпускает:

— Это всё благодаря новым кораблям, которые спроектировал Яр. Их стелс‑системы и плазменные бомбы показали себя во всей красе.

Георгий кивнул и похлопал в ладоши:

— Яр, ты просто великолепен. Признаться, я не верил, что такая небольшая группа сможет нанести столь сокрушительный урон.

— Спасибо, — Яр слегка улыбнулся, но тут же снова сделал серьезное выражение лица. — Просто точный расчёт и удачное расположение противника. Они стояли слишком плотно.

— Ладно, хватит любезностей, — произнёс я, возвращаясь к делу. — Продолжай наблюдение. Сообщай сразу о любых изменениях. Мне надо знать, что будут дальше делать линкоры и эскадры Габсбургов. Особенно — попытаются ли они перегруппироваться или начнут отступление.

— Принял. Продолжаю наблюдение, — ответил Георгий и отключил связь. Его изображение исчезло с экрана, оставив после себя лёгкое мерцание голограммы.

— Яр, передай приказ Каэлю и Милославе, чтобы возвращались на «Стальную Берлогу», — приказал я. — Я не хочу потом тратить время, дожидаясь их. И прикажи им не снимать стелс‑маскировку. Не надо, чтобы кто‑то кроме нас знал, что они были здесь.

Яр кивнул и тут же начал передавать приказ Каэлю:

— Каэль, Милослава, курс на «Стальную Берлогу». Стелс‑маскировку не снимать. При подходе к «Стальной Берлоге» я перехвачу управление вашим кораблём.

Я перевёл взгляд на Марка:

— Марк, что с нашими десантными группами?

Марк быстро пробежался глазами по данным на тактическом дисплее, стоящим перед ним:

— Группа Артёма Порецкого успешно продвигается вперёд. Они уже зашли на верхний этаж тюремного блока и спускаются ниже. Аурелию держат внизу, на третьем этаже — скоро должны её освободить. Группы Игната и Бубы при поддержке основных сил успешно штурмуют дворец. Уже захвачено тридцать процентов всего комплекса. Игнат докладывает, что сопротивление пока слабое — гвардейцы Габсбургов явно не ожидали столь стремительного прорыва.

— Прекрасно, — я откинулся в кресле, позволяя себе короткую паузу. — Пока всё идёт по плану. Дадим Фердинанду ещё немного времени для принятия решений.

Настроение заметно поднялось. Тревоги больше не было — уверенность в успехе крепла с каждой минутой. Я посмотрел на голографический экран: на нём транслировалось пространство вокруг «Стальной Берлоги». Гражданские и грузовые корабли жались к орбитальным станциям, опасаясь проплывающих мимо них обломков военных кораблей.

— Яр, держи канал связи с Фердинандом открытым, — добавил я. — Как только он выйдет на контакт, сразу переключай на меня. А пока — продолжаем действовать по плану.

Яр подтвердил:

— Связь с Фердинандом на готовности.

Марк слегка улыбнулся:

— Князь, кажется, мы взяли инициативу в свои руки.

— Да, — я кивнул. — И теперь главное — не упустить её.

В штабе царила атмосфера сдержанного торжества: люди переглядывались, обменивались короткими фразами, но все оставались начеку. Бой ещё не окончен, но первый этап нашей операции был завершён блестяще.

Спустя пять минут томительного ожидания Яр сообщил, что пришёл запрос на связь от короля Габсбургов.

— Соединяй, — я уселся поудобнее и выпрямил спину, расправил плечи и сложил руки на подлокотниках — так, чтобы выглядеть максимально властно и уверенно.

Экран мигнул, и через пару секунд появилось изображение Фердинанда. Мне показалось, что его взгляд стал ещё более хмурым, чем в прошлый раз, но теперь в нём отчётливо отражалась растерянность — хоть он и всячески это скрывал, пытаясь сохранить королевское достоинство.

— Что тебе надо, Ратибор? — без всякого официоза и предисловий задал вопрос король. Его голос звучал хрипло, словно он сдерживал ярость.

— Я так понимаю, тебе понравилось моё представление? — спросил я с лёгкой издёвкой, едва заметно улыбнувшись. — Следующим шагом я разнесу твои эскадры, Фердинанд.

Фердинанд смотрел на меня исподлобья, его пальцы непроизвольно сжимались и разжимались на подлокотниках кресла:

— Это были линкоры Валуа. Они не простят тебе этого, — произнёс он. — Повторяю вопрос: что тебе надо от меня, чтобы ты убрался отсюда?

Я слегка наклонился вперёд, глядя ему прямо в глаза:

— Во‑первых, перестань грубить, Фердинанд. Ты не в том положении, чтобы диктовать условия. Во‑вторых, твои это линкоры или Луи — мне глубоко плевать, — начал я говорить спокойным, почти ледяным голосом. — В‑третьих, я забираю Аурелию.

Как только я сказал про Аурелию, Фердинанд резко поднял взгляд. В его глазах снова вспыхнула ярость, но он молчал, только нервно сжимал и разжимал кулаки. На виске у него запульсировала вена.

Я усмехнулся, глядя на него:

— В‑четвёртых, у тебя десять минут, чтобы твои эскадры убрались из системы «Звёздный Перекрёсток» назад, на твою территорию. Не успеешь — я их уничтожу.

Конечно, тут я, откровенно говоря, врал. Стелс‑бомбардировщики были уже пусты, да и ушли в варп‑прыжок, направляясь в звёздную систему «Чёрная Река». Но ведь Фердинанд этого не знал.

— И в‑пятых, ты сейчас мне сделаешь перевод на сто миллионов кредитов, — я на миг замолчал, давая ему осознать масштаб требований. Потом улыбнулся и сделал небрежный жест рукой: — Хотя не надо. Ты и так нищий и зависишь от Валуа.

— Да как ты смеешь… — Фердинанд не выдержал и вскочил со своего кресла, его лицо побагровело от гнева. Но я не дал ему продолжить.

— Заткнись! — чуть повысив голос, с нажимом произнёс я. — У тебя осталось девять минут! Или твои корабли будут уничтожены, а потом мои штурмовики захватят до конца твой дворец и притащат тебя ко мне в мешке, ты понял меня?

Фердинанд замер на мгновение, затем медленно опустился в кресло и отвёл от меня взгляд. Его плечи слегка опустились, а в глазах читалась смесь ненависти и бессилия.

— Я всё сделаю, — глухо произнёс он.

— Жду. И отдай приказ своим людям прекратить сопротивление. Это бесполезно. Если всё сделаешь быстро, я уйду. Обещаю, — твёрдо произнёс я и отключил связь.

Как только изображение пропало, я расслабился. Меня немного потряхивало от нервного напряжения — адреналин всё ещё бурлил в крови, но я старался не показывать слабость. Я посмотрел на Себастьяна и Рэттена и только сейчас осознал: в штабе управления флотом царила идеальная тишина. Казалось, даже оборудование корабля максимально снизило свой шум — лишь тихое гудение систем да редкие щелчки приборов нарушали безмолвие.

— Себастьен, возьми запись уничтожения линкоров Валуа и разошли всем республикам и королевствам Союза Свободных Колоний, — приказал я, стараясь говорить ровно, хотя голос чуть дрогнул. — Что им при этом сказать, сам знаешь.

Себастьен улыбнулся — широко и победно:

— Будет исполнено, князь. Думаю, после такой показательной порки Дома Валуа я смогу убедить их прекратить сопротивление. Многие давно ждали повода сменить покровителя.

Я кивнул и обратился к Марку:

— Сообщи Игнату и Бубе, чтобы пока прекратили штурм. Подождём реакцию Фердинанда.

— Сейчас сделаю, — отозвался Марк.

Я прикрыл глаза, пытаясь унять продолжающуюся дрожь в руках. Глубоко вдохнул, выдохнул и открыл глаза.

В штабе постепенно оживали голоса — офицеры переговаривались, операторы сверяли данные, Марк отдавал приказы группам. Напряжение спадало, сменяясь осторожным торжеством. Мы взяли верх. Но расслабляться было рано.

Луи и Марсель обедали в восточной беседке, ведя непринуждённый разговор. За обедом они предпочитали не общаться на рабочие темы — вместо этого обсуждали последние новости искусства и научного прогресса, вспоминали забавные случаи из юности и любовались видом цветущих садов, раскинувшихся вокруг беседки. Погода радовала и располагала к неспешной беседе: лёгкий ветерок доносил ароматы цветов, а звезда системы мягко грела плечи.

Но всё изменилось в считанные минуты, когда на коммуникатор Марселя пришло сообщение. Следом пришло уведомление на коммуникатор Луи. Оба устройства мелодично звякнули, нарушив идиллию. Они переглянулись — такое было впервые. Первым открыл сообщение Марсель. По мере чтения его лицо бледнело, а пальцы невольно сжимали край стола. Луи, видя резкую перемену в Марселе, тут же активировал свой коммуникатор.

Сообщение было от адмирала эскадры линкоров: «Тридцать линкоров полностью уничтожены. Ещё двадцати требуется серьёзный ремонт. Жду указаний». К сообщению было прикреплено несколько видеофайлов.

Луи нервно сглотнул и открыл видеозапись, переведя трансляцию на небольшой голографический экран, установленный в беседке. Изображение ожило, показывая панораму звёздной системы — и тут же первый взрыв разорвал строй линкоров.

Чем больше он и Марсель смотрели запись уничтожения линкоров, тем сильнее менялся Луи: его лицо побагровело, руки затряслись, а дыхание участилось. Он впился взглядом в экран, наблюдая, как плазменные бомбы поражают корабль за кораблём — без предупреждения, без видимого противника.

— Как⁈ — не выдержав, закричал Луи и вскочил с кресла, перевернув блюдо с устрицами. Раковины с грохотом разлетелись по мраморному полу, соус растёкся тёмной лужицей.

— Успокойся, Луи, — тихим, почти шёпотом произнёс Марсель, тоже пребывая в шоке от увиденного. Он не отрывал взгляда от экрана, пытаясь уловить хоть намёк на то, кто мог нанести такой удар.

— Успокойся⁈ — Луи резко повернулся к Марселю, его голос сорвался на крик. — Ты просишь меня успокоиться, когда нам уничтожили, по сути, половину линкоров⁈ Но даже это не так страшно, как то, что абсолютно не ясно, как это сделали! Мы не видели атакующих!

Марсель медленно поднялся, подошёл к экрану и приблизил один из фрагментов записи. На нём был виден момент взрыва: линкор буквально разорвало изнутри, будто бомба сработала прямо в реакторном отсеке.

— Я вижу, Луи, — задумчиво произнёс Марсель. — Однозначно это сделал Ратибор. Но вот как, действительно вопрос. Надо детально изучить все записи со всех уцелевших кораблей. Может, тогда станет ясно. Возможно, это какая‑то новая технология или оружие.

Луи чуть не задохнулся от ярости, смотря на Марселя и слушая его спокойный голос. Он сделал несколько глубоких вдохов, пытаясь взять себя в руки.

В этот момент коммуникаторы Луи и Марселя снова подали сигнал оповещения о поступлении нового сообщения. Оба невольно вздрогнули — после первого известия любое новое уведомление вызывало тревожное предчувствие.

Луи первым активировал экран:

«Князь Медведев атаковал звёздную систему „Альбанские холмы“ и штурмует мой дворец. Он забирает себе Аурелию, а я возвращаю эскадры на свою территорию. Это его условия, иначе мне конец. Атака на „Чёрную Реку“ отменяется. Половина ваших линкоров уничтожена. Фердинанд».

Луи в ярости ударил кулаком по столу — так сильно, что хрустальная ваза с фруктами подпрыгнула и опрокинулась. Очень редкие и баснословно дорогие фрукты, привезённые из разных звёздных систем, покатились по поверхности стола, падая на пол.

— Отзывай корабли! Пусть идут сюда! Собирай наши эскадры, как только подойдут линкоры — атакуем «Скопление Икара»!!! — кричал Луи, сверкая глазами и смотря на Марселя. Его голос дрожал от гнева, а вены на шее вздулись.

— Луи, это глупо, — спокойным тоном ответил Марсель, сохраняя поразительное самообладание. Он даже не вздрогнул от вспышки гнева короля. — Ты хочешь в открытую начать с ним войну? Как ты собираешься защищать наши территории, когда он может появиться с армадой кораблей в любой нашей звёздной системе? Его тактика непредсказуема, а технологии дают ему преимущество внезапности.

— Плевать!!! Выполняй мой приказ, Марсель! — продолжал кричать Луи, сжимая кулаки. Его лицо побагровело, а дыхание стало прерывистым.

— Луи, этого нельзя делать, пойми же наконец! — Марсель тоже повысил голос, но остался сдержанным. — Лучше давай придумаем, как уничтожить «Стальную Берлогу» — это его главная сила! Без этого корабля Ратибор потеряет координацию, а его эскадры станут уязвимы.

Луи опустился в кресло, успокаиваясь. Гнев застилал разум, но он быстро брал себя под контроль — годы правления научили его, что импульсивные решения ведут к поражению. Он провёл рукой по лицу, глубоко вздохнул и выдохнул.

— Хорошо, Марсель, — уже более спокойным голосом сказал Луи. — Но линкоры всё равно пусть идут сюда. Они нам понадобятся для прикрытия.

— Как скажешь, Луи, — произнёс Марсель и встал из‑за стола. Его движения были размеренными, будто он заранее просчитал этот поворот событий. — Приказ адмиралу сейчас отправлю.

— Куда ты? — спросил Луи, хмуро глядя на собеседника.

— Пойду работать, — ответил Марсель, направляясь к выходу. — Надо придумать, как решить проблему с его кораблём. И проанализировать запись атаки — там наверняка есть зацепки. Возможно, мы упустили какой‑то ключевой момент.

Луи смотрел вслед Марселю, не сводя взгляда с его спины. В голове короля промелькнула тревожная мысль: «Может, уже пора списать Марселя? Он слишком спокоен, слишком расчётлив… Не слишком ли он уверен в себе?» Но Луи быстро отогнал её — сейчас не время. Он повернулся к столу, и его раздражение вспыхнуло с новой силой.

— Да где эти проклятые слуги⁈ Почему ещё до сих пор на столе бардак? — закричал Луи, ударив ладонью по поверхности.

Через секунду в беседке появились слуги — двое молодых людей в ливреях цвета Валуа. Они бросились убирать опрокинутую вазу, подбирать фрукты и устриц, вытирать пятна соуса.

— Принеси ещё устриц, я не поел, — приказал Луи одному из слуг. Тот поклонился до пояса и кинулся выполнять приказ своего короля, едва не споткнувшись на бегу.

Луи остался один. Он откинулся в кресле, глядя на сад, но не видел ни цветущих кустов, ни лазурного неба. В его голове уже выстраивались новые планы — более хитрые, более осторожные и сложные. Ратибор показал свою силу, но Луи знал: в долгой игре побеждает не тот, кто бьёт первым, а тот, кто умеет ждать и наносить удар в нужный момент.

Звёздная система «Альбанские холмы». «Стальная Берлога». Штаб управления флотом.

— Георгий прислал запрос на связь, — спустя несколько минут сообщил Яр.

— Соединяй, — я сел ровно, выпрямив спину.

На голографическом экране появилось изображение Георгия Норда.

— Мой князь, эскадры Габсбургов и линкоры начали разгон, — доложил Георгий. — По всем расчётам траектории они уходят в звёздную систему «Пояс Кетцалькоатля». Мои сенсоры фиксируют подготовку к варп‑прыжку.

— Прекрасно, просто прекрасно, — на моём лице расплылась широкая улыбка. Я откинулся на спинку кресла, позволяя себе краткий миг триумфа. — Как только они уйдут в варп‑прыжок, улетай в «Чёрную Реку». Встретимся там.

— Хорошо, мой князь. До встречи, — ответил Георгий Норд и отключился.

Я выключил связь и обвёл всех взглядом. В штабе царило сдержанное ликование. Все улыбались — план сработал. Осталось завершить все дела в этой звёздной системе, и можно улетать.

В этот момент двери штаба открылись, и в помещение вошли Каэль и Милослава.

— Добрый день всем, — Милослава помахала рукой, её глаза блестели от радости. — Мой князь, рада вас видеть.

Я кивнул девушке. Каэль отдал всем честь — коротко, по‑военному.

— Проходите и располагайтесь, — сказал я и показал на свободные кресла у дальней стены. — Поговорим позже. Сейчас у нас ещё есть дела.

— Запрос на связь от Фердинанда, — вдруг произнёс Яр, взглянув на меня.

— Соединяй, — я улыбнулся в предвкушении очередного разговора с королём. Экран мигнул, и на нём появилось изображение Фердинанда. Он выглядел измождённым: под глазами залегли тёмные круги, но взгляд уже не пылал яростью — скорее усталой покорностью.

— Я всё сделал, как вы сказали, князь, — Фердинанд хоть и смотрел исподлобья, но говорил уже нормальным голосом, без прежней агрессии. — Эскадры уходят. Мои люди прекратили сопротивление.

— Я рад, что ваш разум возобладал, король, — улыбаясь, произнёс я. — Мои штурмовики покинут ваш дворец в ближайшее время. Как только я заберу своих людей, я покину вашу звёздную систему. Вы сохраняете трон и свое королевство, а я — получаю то, что хотел.

— Хорошо, — буркнул Фердинанд, сжимая губы. Было видно, что ему тяжело признавать поражение.

— С вами приятно было иметь дело, Фердинанд, — улыбнулся я, стараясь вложить в эти слова максимум иронии.

Король оборвал связь без ответа, его изображение погасло.

Я посмотрел на Марка:

— Порецкий нашёл Аурелию?

— Да. Уже двигаются к десантному кораблю, — Марк нахмурился, и его голос стал серьёзнее. — Аурелия в плохом состоянии, князь. Её держали в подземной камере без света и нормальной еды. Она истощена и, судя по травмам, её пытали.

— Вылечим, — твёрдо произнёс я. — Яр, отправь своих андроидов с медицинским боксом в ангар десантных кораблей. Пусть заберут Аурелию сразу на лечение. Подключи лучших медиков — я хочу, чтобы её осмотрели немедленно. А лучше, займись ей сам.

— Хорошо, — кивнул Яр. — Заберу её в лабораторный комплекс. Можете не переживать. Через пару дней она будет полностью здорова.

— Марк, остальных штурмовиков тоже отзывай, — приказал я. — Больше нам тут делать нечего. Как только все вернутся, уходим в звёздную систему «Чёрная Река».

Я встал с кресла и окинул взглядом штаб:

— Спасибо всем за прекрасную работу. Вы доказали, что Великий Дом Северных Медведей умеет добиваться своего — без лишней крови, но с железной решимостью.

— Служим Великому Дому Северных Медведей! — раздался хор голосов со всех сторон штаба. Офицеры, техники, операторы — все поднялись со своих мест, отдавая честь.

Я улыбнулся и направился к выходу. Открыв двери, я обернулся:

— Как только уйдём в варп‑прыжок, пойдём обедать. И да, — добавил я с усмешкой, — пусть на этот раз подадут что‑нибудь по‑настоящему вкусное. Мы это заслужили.

Глава 17

«Стальная Берлога» вышла из варп‑туннеля на окраине звёздной системы «Чёрная Река», недалеко от флота Оболенских. Корабль слегка вздрогнул при выходе из варпа, а на тактическом шаре замелькали отметки эскадры — десятки кораблей выстроились в безупречный оборонительный порядок.

— Яр, соедини меня с князем Оболенским, — попросил я, когда мы медленно приблизились к эскадре. — А потом с Кассианом. Пора ему возвращаться на «Стальную Берлогу». Подготовь шаттл для отправки на флагман Оболенских за нашим адмиралом.

— Связь установлена, — спустя несколько секунд сообщил Яр. — Визуальный канал открыт.

Голографический экран мигнул, и появилось изображение Мстислава. Рядом с ним стояли трое князей: его отец — Владимир, и дядьки — Александр и Ярослав. Все они были одеты в парадные мундиры с гербами Великого Дома Оболенских, их лица выражали смесь уважения и радости.

— Добрый день, — поздоровался я, стараясь говорить ровным голосом.

— Император, — произнёс Мстислав, и все Оболенские почтительно поклонились. — Мы только что смотрели новости из звёздных систем «Альбанские холмы» и «Звёздный Перекрёсток». Это нечто невероятное, мой император.

Я усмехнулся. Как быстро разлетаются новости по звёздным системам! Как только мы покинули «Альбанские холмы», все уже знали, что там произошло. Хорошо, что Яр по моей просьбе не блокировал связь в звёздной системе, пока мы были там. Но отслеживал все внешние коммуникации — и я прекрасно знал, что Фердинанд отправлял сообщение Луи и Марселю. Это хорошо. Пусть знают, что их территории тоже не защищены и я могу появиться там в любой момент.

— Благодарю за высокую оценку, князь Мстислав, — ответил я. — Это демонстрация возможностей Великого Дома Северных Медведей и будущей Империи. Мы не ищем войны, но готовы к ней в любой момент. Дома и кланы, которые не пожелают присоединиться к Империи, будут уничтожены.

Владимир, отец Мстислава, выступил вперёд:

— Ваше величество, — произнёс он низким, звучным голосом, — мы восхищены вашей решительностью в защите нашей звёздной системы. И благодарны вам за предоставленную информацию по Дому Валуа. Благодаря вашим действиям мы наконец‑то смогли раскрыть их истинные планы.

Я слегка откинулся в кресле, обдумывая ответ. На губах невольно появилась лёгкая улыбка — переговоры складывались даже лучше, чем я ожидал.

— Надеюсь, теперь вы оценили все положительные стороны от нашего союза? — произнёс я, внимательно наблюдая за реакцией собеседников. — Да, вы стали протекторатом, но посмотрите, как сильно изменился ваш Дом за последнюю неделю. Раньше Валуа втаптывали вас в грязь, диктовали условия торговли, контролировали ваши верфи и даже вмешивались в назначение наместников и министров. А сейчас вы полностью свободны от их зависимости. Ваша экономика под вашим контролем. И, по сути, вы сами решаете, как вам управлять вашими территориями.

— Вы правы, мой император, — в этот раз ответил князь Александр, и я посмотрел на него. Его лицо выражало искреннюю признательность. — Наша семья уже оценила все положительные стороны от нашего сотрудничества и считает, что мы должны более активно включиться в восстановление Империи. Мы больше не можем мириться с раздробленностью и междоусобицами.

Я удивлённо поднял бровь. Это было что‑то новое со стороны Оболенских.

— Мой император, — вступил в разговор Мстислав, выпрямившись во весь рост, — я, как глава Великого Дома Оболенских, предлагаю вам помощь наших флотов, а также помощь в производстве новых кораблей для нужд Империи. Стоимость кораблей будет существенно снижена, так как мы теперь полностью контролируем наши верфи. Мы готовы выполнить любое ваше приказание.

В штабе на мгновение повисла тишина. Марк и Рэттен обменялись многозначительными взглядами. Я же медленно кивнул, обдумывая открывающиеся перспективы.

— Это щедрое предложение, — произнёс я наконец. — Рэттен Вейер, мой министр финансов и торговли составит список необходимых нам кораблей и вышлет вам в кратчайшие сроки. Что касается помощи ваших флотов, — я на миг замолчал, выдержав паузу, продолжил: — Пока она не требуется, но я рекомендую вам укрепить свои приграничные рубежи и начать создавать ударную эскадру. Как только я закончу войну с Союзом Свободных Колоний, я двинусь в сторону центрального скопления звёздных систем. Вот тогда ваши эскадры мне пригодятся.

Оболенские поклонились, и Мстислав произнёс:

— Как только мы получим список ваших потребностей, наши верфи сразу начнут строительство. Всё будет построено в кратчайшие сроки, мой император. Координацией строительства займётся мой отец — князь Владимир.

— Отлично, — я улыбнулся. — Мстислав, я хочу вернуть своего адмирала Кассиана Торнвуда. Он покинет флагман вашего флота в течении получаса.

Мстислав улыбнулся в ответ:

— Я бы хотел оставить его себе, мой император. Мои люди в восторге от его командования.

— Это невыполнимо, Мстислав, — я усмехнулся, слегка покачав головой. — Кассиан Торнвуд мне нужен самому. Но в ближайшее время я смогу провести обучение ваших адмиралов новым тактикам. Готовьте список людей. Как только появится возможность, я сообщу вам.

Мстислав на мгновение задумался, переглянулся с отцом и дядьями. Владимир едва заметно кивнул, и Мстислав снова обратился ко мне:

— Спасибо, мой император, за такое предложение. Мы обязательно им воспользуемся. Уже сегодня начнём отбор лучших офицеров — тех, кто готов учиться и применять новые методы.

— Хорошо, — я слегка наклонил голову в знак одобрения. — А теперь мне пора. До связи.

Я отключил связь с Оболенскими и откинулся в кресле, глубоко вздохнув. В груди разливалась приятная усталость, день выдался насыщенным и продуктивным. Переговоры прошли успешно, а перспективы расширения сотрудничества с Великим Домом Оболенских открывали новые возможности.

Марк подошёл ближе:

— Князь, это огромный успех, — тихо произнёс он. — Теперь у нас есть не только протекторат, но и мощная производственная база. Верфи Оболенских могут выпускать корабли в три раза быстрее, чем наши текущие мощности.

— Да, — кивнул я, переводя взгляд на тактический шар. На нем мерцали зелёные отметки кораблей эскадры Оболенских. — Яр, отправляй шаттл за Кассианом. Пусть возвращается на «Стальную Берлогу».

— Будет исполнено, мой князь, — откликнулся Яр.

— Забирай наши стелс‑бомбардировщики и сообщи Георгию, чтобы тоже следовал на «Стальную Берлогу», — продолжил я. — Как обычно, стелс‑маскировку не снимать. Постараемся максимально долго хранить эту технологию в секрете. Если Валуа узнают о наших возможностях, они начнут искать контрмеры.

— Уже передаю приказ Георгию, — отозвался Яр. — Шаттл за Торнвудом вылетел. Прибудет назад через тридцать минут. Уведомление адмиралу я отправил.

Я смотрел на тактический шар, на котором появилось одиннадцать синих точек. Десять стелс‑бомбардировщиков и один стелс‑разведчик Георгия Норда. Они медленно двинулись к «Стальной Берлоге».

Марк внимательно посмотрел на меня, переведя взгляд с тактического шара:

— Валуа наверняка проанализируют запись атаки на линкоры. Что, если они догадаются о стелс‑технологии?

Я усмехнулся:

— Наверняка догадаются. Я в этом просто уверен. Но без точных данных это лишь догадки. Да, они начнут активный поиск, чтобы подтвердить свои догадки, и рано или поздно они будут точно знать, что мы обладаем такой технологией. Но как быстро они смогут её повторить — большой вопрос. Варп‑двигатели они пока повторить не могут. Как и все остальные наши технологии.

Марк улыбнулся:

— Надеюсь, у них этого никогда не получится.

— Я тоже на это надеюсь, Марк, — я поднялся с кресла, потянулся, разминая затекшие плечи. — Предупреди всех, что через час мы покинем эту звёздную систему. А вот куда отправимся — скажу позже. Сначала я хочу поговорить с Аурелией.

Марк кивнул и повернулся к своей панели управления.

Я посмотрел на Яра:

— Яр, пошли навестим Аурелию. Хочу поговорить с ней, пока у нас есть время.

Яр встал и направился за мной к выходу из штаба управления флотом.

Мы пошли к лифтам по длинному коридору командной палубы «Стальной Берлоги». Поднявшись на палубу с лабораториями, я спросил Яра:

— Ты до сих пор не пускаешь сюда ни одну живую душу для работы?

— Конечно не пускаю, Ратибор, — ответил Яр. — Мне не требуется помощь людей. Но я пересмотрел своё мнение. На новом корабле я запланировал палубу для работы именно людей и отдельную палубу для моих работ. К тому же к технологии создания новых тел и переноса сознания я не могу допустить никого без твоего прямого разрешения.

Я согласно кивнул:

— Всё правильно, Яр. Не стоит искушать людей и давать им возможность выкрасть нашу главную технологию. От этого зависит существование нашего Дома.

Мы подошли к одной из лабораторий. Дверь бесшумно отъехала в сторону, и мы вошли внутрь. Помещение было залито мягким голубоватым светом. В центре стоял медицинский бокс с прозрачным куполом. Внутри, подключённая к системам жизнеобеспечения, лежала Аурелия. Её лицо было бледным, под глазами залегли тёмные круги, но дыхание было ровным.

Рядом с боксом стоял человекоподобный андроид — точная копия Яра. Но что‑то в нём было не так. Я обошёл его, внимательно осматривая и сравнивая со стоящим рядом и улыбающимся моим Яром.

— Не пойму, что с ним не так. Вроде всё то же самое, — задумчиво произнёс я, снова обходя андроида. — Я понимаю, что ты сделал себе новое тело, используя технологии ИИ из звёздной системы «Чёрное Крыло». Но что‑то с ним не то.

Я остановился напротив Яра и посмотрел на него. Яр прикрыл глаза, и в тот же миг я услышал его голос позади себя:

— А если так, Ратибор?

Обернувшись, я увидел улыбающегося Яра в новом теле андроида. Он сделал шаг вперёд, его движения были абсолютно естественными. Всё тоже самое.

— Всё равно не пойму, — я смотрел на Яра и не понимал, что в нём изменилось.

— Этот андроид, по сути, человек, Ратибор, — довольно улыбался Яр. — Я ещё улучшил технологию. Теперь у меня даже есть кровь, конечно же искусственная, но визуально неотличимая. Отличить можно только при лабораторных исследованиях. Глаза, зубы, кожа, волосы — всё идентично человеческим. Никакого визуального отличия. Именно поэтому, сравнивая два тела, ты видишь отличия, но не можешь понять какие. Я просто стал более живым. Практически человек.

Он провёл рукой по волосам, слегка взъерошив их, затем коснулся щеки — движения были до того естественными, что у меня по спине пробежал холодок.

— Я пока не могу массово производить таких андроидов, — продолжил Яр, — но скоро смогу. Они будут идеальными разведчиками, а при необходимости и армией.

Я смотрел на Яра, и в моих мыслях появился страх. Если Яр когда‑нибудь выйдет из‑под контроля, он может уничтожить всё и всех. Его интеллект уже превосходил человеческий, а теперь он получил и идеальное тело.

— Яр, — тихо произнёс я, — ты понимаешь, что это может изменить всё?

Яр на мгновение замер, его лицо стало серьёзным.

— Понимаю, Ратибор. Моя главная функция защита последнего из рода Медведевых. То есть тебя.

Я глубоко вздохнул, пытаясь унять внутренний дискомфорт.

— Хорошо, Яр.

Новый Яр отошёл в сторону и закрыл глаза. Я повернулся к прежнему Яру, он открыл глаза и улыбнулся:

— Это тело мне нравится больше.

— Давай вернёмся к делам, — сказал я, поворачиваясь к боксу с Аурелией. — Я могу с ней поговорить?

— Конечно. Наниты, внедрённые мной в её тело, практически завершили работу по восстановлению её организма. Остались мелочи. Я держу её в боксе, пока ты не решил, что делать с ней дальше, — ответил Яр. — Бужу её?

— Да, буди. Хочу поговорить с ней и решить, что делать дальше, — я посмотрел на Аурелию.

Яр подошёл к медицинскому боксу и нажал комбинацию клавиш на сенсорной панели. Система мягко загудела, индикаторы сменили цвет с красного на зелёный. Прошло несколько секунд, Аурелия вздохнула полной грудью и открыла глаза. Медицинский бокс начал плавно открываться.

— Где я? — тихо спросила она. — Я помню, как штурмовики забрали меня из тюремной камеры, а дальше… — Аурелия нахмурилась, пытаясь вспомнить, что с ней произошло. — Дальше не помню, наверное, потеряла сознание.

— Госпожа Аурелия, вы на флагманском корабле Великого Дома Северных Медведей, «Стальной Берлоге», — ответил Яр и подал Аурелии руку, помогая ей подняться. — Вы в полной безопасности и полностью здоровы.

Аурелия взялась за руку Яра и осторожно села в боксе. Она коснулась рукой щеки:

— Спасибо… Щека была разорвана во время пыток, — прошептала она и заплакала. Её плечи затряслись, слёзы катились по бледным щекам, оставляя мокрые дорожки.

— Вы в полной безопасности, Аурелия, — я подошёл к боксу. — Давайте мы поможем вам покинуть медицинский бокс.

Аурелия подняла заплаканные глаза и посмотрела на меня:

— Князь?

Я кивнул и протянул ей руку.

— Да, Аурелия. Вы на моём корабле, — произнёс я, аккуратно помогая ей выйти из бокса. Мы с Яром держали её за руки. Я чувствовал, что она ещё до конца не пришла в себя.

— Что произошло после того, как меня забрали? — спросила Аурелия. Её голос был мягким и каким‑то надломленным. — И что теперь будет со мной? Ведь я… Я предала вас, — из её глаз непроизвольно потекли слёзы.

Мы посадили Аурелию в кресло, и я сел напротив, стараясь говорить, как можно мягче:

— Аурелия, не каждый может вынести пытки. И я вас ни в коем случае не осуждаю. Всё закончилось хорошо, наверное, даже лучше, чем мы планировали, — я достал платок и подал его Аурелии. Она взяла его и благодарно кивнула, начав вытирать слёзы. — Мои штурмовики забрали вас из камеры и привезли на мой корабль. Теперь мне надо решить, что делать дальше.

— Вы штурмовали звёздную систему «Альбанские холмы» и дворец Фердинанда? — её глаза на миг округлились, в них мелькнуло удивление.

Я кивнул и улыбнулся.

— Да, пришлось. У вас будет время, чтобы посмотреть новости и всё узнать. Но давайте решим, что нам делать дальше. Я понимаю, что вернуться назад в Инсбрук IV вы не сможете. Есть ли у вас какие‑то пожелания? Если хотите, можете остаться на моём корабле, — произнёс я, видя, как Аурелия постепенно приходит в себя. Её лицо стало наливаться розовым румянцем, а тёмные круги под глазами постепенно исчезали.

— Нет, нет, князь Ратибор, — тут же ответила Аурелия, покачав головой. — Дайте мне шаттл, я полечу к сестре. К Женевьеве.

— Аурелия, я сам вас доставлю к сестре, — произнёс я. — Пойдёмте, я провожу вас в каюту. Там вы сможете привести себя в порядок, и вам подадут обед. Отдохнёте и поспите. К тому времени, как вы полностью придёте в себя, я уже доставлю вас к Женевьеве.

Аурелия снова заплакала, но на этот раз в её глазах читалась благодарность. Она подала свою руку и, опершись, встала. Яр тут же шагнул вперёд, чтобы поддержать её с другой стороны.

— Спасибо, князь, — прошептала она дрожащим голосом. — Я… я не знаю, как вас отблагодарить.

— Не стоит меня благодарить, Аурелия, — я мягко улыбнулся.

Мы медленно направились к выходу из лаборатории. Яр шёл рядом, готовый в любой момент подхватить Аурелию, если она оступится. Аурелия шла, опираясь на мою руку, но с каждым шагом её походка становилась увереннее.

Вернувшись на командную палубу и доведя Аурелию до гостевой каюты, мы направились в штаб управления флотом.

— Яр, организуй ей обед. Пусть это будет что‑то лёгкое и вкусное… Хотя надо было спросить у неё, что она предпочитает, — произнёс я, подходя к дверям штаба.

— Прикажу принести ей разные блюда, чтобы был выбор, — ответил Яр и открыл передо мной двери.

Я благодарно кивнул и прошёл внутрь, к своему креслу главнокомандующего.

— Марк, бомбардировщики и Георгий вернулись на «Стальную Берлогу»? — я сразу перешёл на рабочий лад, как только сел в своё кресло.

— Так точно, мой князь, — ответил Марк. — Все корабли зашли в ангары. Георгий будет в штабе через три минуты. Шаттл с адмиралом Кассианом тоже вернулся.

— Отлично, — я посмотрел на Яра. — Отправляемся в звёздную систему Меровинг‑1, к планете Меровинг‑1a «Камелот». Яр, предупреди Тибо и Женевьеву, чтобы встретили нас.

— Будет исполнено, — кивнул Яр.

По кораблю пронёсся голос Яра:

— Внимание, «Стальная Берлога» начинает разгон для варп‑прыжка.

Глава 18

«Стальная Берлога» вышла из варп‑прыжка возле планеты Меровинг‑1a «Камелот». Нас уже ждали. Яр сообщил герцогу и герцогине, в какое время мы прибудем в звёздную систему.

— Мой князь, идёт запрос на связь с флагмана Меровингов «Женевьева», — произнёс Яр, когда наш корабль практически остановился недалеко от орбиты планеты.

— Соединяй, — кивнул я и выпрямился в кресле, приняв серьёзный вид.

Голографический экран мигнул, и появилось изображение герцога Тибо де Мерови и герцогини Женевьевы де Мерови.

— Император, — они склонились в низком поклоне. — Рады приветствовать вас в нашей домашней звёздной системе, — добавил Тибо, вставая прямо и смотря на меня.

— Добрый день, — ответил я, кивнув в знак приветствия.

— Мой император, мы с герцогиней хотим пригласить вас и ваших людей посетить наш Город‑Дворец Артурию, — произнёс Тибо. — Это ознаменует новый виток наших отношений.

Я на мгновение задумался, стоит ли тратить время на посещение планеты.

— Мой император, мы организуем вам экскурсию, поверьте, тут есть на что посмотреть, — добавила Женевьева, увидев мои сомнения.

— Нет, к сожалению, у меня нет времени посещать планету. Я привёз Аурелию, — ответил я. — Женевьева, жду вас на моём корабле, чтобы вы забрали сестру.

Я посмотрел на Тибо:

— Герцог, вас я тоже жду. Нам надо поговорить.

Тибо и Женевьева поклонились.

— Будем у вас через двадцать минут, император, — произнёс Тибо и отключил связь.

Я посмотрел на Игната:

— Встреть их и проводи в зал для встречи гостей на общей жилой палубе. Я приведу туда Аурелию.

— Будет сделано, — Громов встал и махнул рукой своему заместителю, призывая его следовать за ним.

Как только Громов и Порецкий вышли, я перевёл взгляд на Яра:

— Яр, можешь подчинить себе управляющую систему флагмана «Женевьева»? Хочу в любой момент знать, что там происходит. Пусть передаёт тебе данные.

— Без проблем, это легко. Сейчас сделаю, — ответил Яр и прикрыл глаза.

Я встал со своего кресла и пошёл к выходу. Открыв двери, я обернулся:

— Рэттен, Георгий, пошли со мной. Себастьен, свяжись с Гастоном, я хочу, чтобы он прибыл на «Стальную Берлогу» сразу, как её покинут Меровинги.

— Хорошо, князь, — кивнул Себастьен, а Рэттен и Георгий, встав, направились за мной.

Мы прошли по коридору командной палубы и остановились возле гостевой каюты, где находилась Аурелия.

Я постучался:

— Аурелия, это князь. Сейчас прибудет ваша сестра Женевьева.

Дверь распахнулась через десяток секунд. На пороге стояла Аурелия, одетая в форму Великого Дома Северных Медведей.

— Я готова, князь, — Аурелия посмотрела на меня. — Я уже давно оделась и ждала, пока за мной придут.

— Хорошо, — я внимательно посмотрел на неё. — Вы прекрасно выглядите. Восстанавливающие наниты отлично сделали свою работу. Как вы себя чувствуете?

— Отлично, кроме того, что постоянно хочется плакать. Фердинанд предал меня, но я ему ещё отомщу, — она горько улыбнулась. — Не стоило ему так поступать со мной.

— Я вас понимаю, но не будем задерживаться. Женевьева и Тибо скоро будут здесь. Пойдёмте, — я развернулся и направился к лифтам.

Аурелия, Георгий и Рэттен пошли следом.

Через десять минут мы вошли в зал для встреч гостей, расположенный на общей жилой палубе рядом с большим количеством гостевых кают. Рассевшись за большим столом, мы стали ждать герцога и герцогиню.

Спустя пятнадцать минут двери открылись. Вошёл Игнат, следом, герцог Тибо де Мерови и Женевьева де Мерови. Увидев Женевьеву, Аурелия вскочила и кинулась к ней.

— Женевьева!

— Аурелия!

Сёстры обнялись, у обеих сразу потекли слёзы.

— Я думала, что больше никогда не увижу тебя, сестрёнка, — шептала Женевьева.

— Я тоже, — отвечала ей Аурелия.

Я посмотрел на Тибо и сделал приглашающий жест:

— Проходите, герцог. Пусть девушки пообщаются в стороне.

— Ой… — Женевьева посмотрела на меня. — Простите нас, император.

— Ничего страшного, — ответил я и перевёл взгляд на Игната. — Отведи их в парк. Пусть поговорят. А через полчаса приведёшь их назад.

Громов кивнул и повернулся к девушкам:

— Пойдёмте, покажу вам прекрасный парк, созданный искусными инженерами и садовниками на борту «Стальной Берлоги».

Женевьева пристально посмотрела на меня, я улыбнулся ей:

— Идите, пообщайтесь. А потом возвращайтесь.

Аурелия и Женевьева кивнули. Громов открыл дверь и, подождав, пока девушки выйдут, вышел следом.

Тибо подозрительно смотрел на меня. Я проник в его мысли и стал тщательно их изучать, смотря ему в глаза. Через минуту молчания и изучения мыслей Тибо я сказал:

— Тибо, тебе не стоит бояться меня. Всё, что я обещал сделать для твоего Дома, я сделаю. И даже больше, я хочу, чтобы ты полностью забрал собственность Валуа на своей территории, если они ещё не догадались от неё избавиться. Хотя, думаю, время уже упущено. Тем не менее я передам тебе и Женевьеве всю информацию по Валуа, которая у меня есть.

«Яр, отправь Тибо и Женевьеве информацию по Валуа на их территориях», — мысленно попросил я Яра.

«Сделано», — откликнулся мысленно Яр.

На коммуникатор Тибо пришло уведомление. Герцог открыл присланные данные, и чем больше и дольше он их изучал, тем сильнее хмурился.

— Твари, — тихо произнёс герцог.

Я ухмыльнулся:

— Вряд ли Луи и Марсель не сидели сложа руки после того, как твой Дом стал протекторатом. Но, по крайней мере, если не их собственность, то всех шпионов и информаторов ты сможешь уничтожить.

Тибо поднял на меня глаза, перестав изучать присланные ему данные:

— Спасибо, император. Это бесценная информация.

— Я всего лишь желаю, чтобы на территории будущей Империи не было Валуа. Избавься от них. Это приказ, — в моём голосе появились стальные нотки.

— Будет исполнено. Я займусь этим сразу, как только покину ваш корабль, — Тибо склонил голову.

— Хорошо, Тибо. Но это не всё, — сказал я.

Тибо смотрел на меня, и сейчас в его взгляде была пусть и не полная преданность, но уже и не отторжение. Да и мысли у него были вполне лояльные.

— Георгий Норд, мой глава разведки, — я показал рукой на Георгия. — Если будешь брать информаторов и шпионов живыми, все данные с допросов отправь ему. Это важно.

Тибо понимающе кивнул:

— Буду брать живыми и допрашивать.

— Хорошо. Рэттен Вейер — министр финансов и торговли. Прикажи своему министру связаться с ним. Надо наладить нормальную торговлю между всеми нашими территориями. Тем более теперь твой Дом и Дом Оболенских — мои протектораты. А скоро и вся территория Союза Свободных Колоний станет моей. Вам следует начать налаживать торговые отношения. Я хочу получать налоги в мою казну, и поступления должны расти. Ты понимаешь меня, Тибо? — я внимательно смотрел на него.

— Я всё понимаю, император, — Тибо снова склонил голову.

Да, он всё понимал. Я читал это в его мыслях. И он всё сделает с помощью Женевьевы.

— Хорошо, Тибо. Я рад, что у нас полное взаимопонимание, — сказал я. — Больше у меня нет к тебе вопросов. Ты можешь улетать на флагман. Женевьева и Аурелия прибудут чуть позже. Мой шаттл доставит их на «Женевьеву».

Тибо встал и снова поклонился. Развернувшись, он вышел из зала для встреч гостей.

Мы дождались, пока Игнат приведёт назад Аурелию и Женевьеву. Как только они вошли, я проник в их мысли. Они были наполнены благодарностью ко мне так сильно, что сёстры незамедлительно решили её выразить.

Женевьева и Аурелия опустились передо мной на колени.

— Мой император, спасибо вам огромное за спасение моей сестры, — начала говорить Женевьева. — Я чрезмерно вам благодарна. И снова хочу просить прощения за мой поступок на борту этого корабля.

Аурелия удивлённо посмотрела на сестру, но промолчала. Хотя в её мыслях возникло крайнее любопытство. Я даже внутренне усмехнулся: теперь Женевьеве точно придётся всё рассказать своей сестре. И она не отвертится.

— Хорошо, Женевьева. Ты прощена, — я сделал небольшую паузу, — но в следующий раз я не буду столь добр, и вряд ли ты выживешь после таких действий. — Я не собирался её жалеть, поэтому произнёс свои слова максимально жёстким и стальным голосом.

Женевьева вздрогнула, но, склонившись к полу ещё ниже, произнесла:

— Вы правы, мой император. Я не должна была так поступать. И благодарна вам, что вы сохранили мне жизнь, а потом, вопреки моему поведению, спасли мою сестру.

— Цени это, Женевьева. А теперь встаньте и присядьте в кресла. Я хочу поговорить с вами, — приказал я.

Девушки встали с колен и сели напротив меня.

— Женевьева, я выслал вам данные по Дому Валуа на вашей территории. Помоги Тибо решить эту проблему в кратчайшие сроки, — произнёс я и посмотрел на Женевьеву.

— Будет исполнено. Я видела данные, но ещё не изучила их, — Женевьева чуть опустила глаза.

— Кроме этого, я приказал твоему мужу наладить торговые отношения между всеми нашими территориями. Мне нужны налоги, Женевьева, а вам нужны кредиты для восстановления флота, — продолжил я.

— Я всё сделаю, мой император. Вы можете положиться на меня, — ответила Женевьева и посмотрела мне в глаза.

— Ты должна взять власть в свои руки, герцогиня. Тибо может не справиться с поставленными задачами. Это меня беспокоит. Я не хочу повторно вмешиваться и снова отвлекаться на усмирение ваших аристократов. Реши эту проблему, Женевьева, — я усмехнулся и добавил: — Но Тибо убивать не надо.

Щеки Женевьевы покраснели, и она опустила глаза:

— Я всё сделаю, как вы приказываете, — тихо произнесла она.

— Хорошо, — я перевёл взгляд на Аурелию. — Аурелия, как только ты будешь готова, я хочу, чтобы ты решила проблему с Фердинандом. Я помогу тебе. Я хочу, чтобы королевство Габсбургов стало моим протекторатом.

— Я всё поняла, мой император, — Аурелия склонила голову. — Я сама теперь жажду его смерти. Но пока не знаю, как мне незаметно проникнуть во дворец.

— Как только ты будешь готова, сообщи. Я помогу тебе с этим, — я читал мысли Аурелии. Она действительно была готова убить Фердинанда и возглавить королевство, сделав его моим протекторатом.

Это радовало. Возможно, мне не потребуется проливать кровь военных.

— Ну, раз мы друг друга поняли, то можете возвращаться на «Женевьеву». Тибо уже улетел. Игнат проводит вас в ангар с нашим шаттлом, который отвезёт вас на флагман, — сказал я и кивнул Игнату.

Он подошёл к девушкам:

— Прошу вас следовать за мной, — произнёс Громов.

Аурелия и Женевьева встали и поклонились мне.

— Всё, идите, — я небрежно махнул рукой.

Как только Игнат вывел девушек, я поднялся и посмотрел на Рэттена и Георгия.

— Возвращаемся на командную палубу. Скоро должен прибыть дипломат Дома Валуа в звёздной системе «Меровинг‑1» — Гастон Арман дю Шеверни. Я хочу поговорить с ним, — сказал я. — Вы можете заниматься своими делами.

Я направился к выходу. Георгий и Рэттен молча последовали за мной.

Вернувшись на командную палубу, я прошёл в зал для совещаний, вызвал андроида‑официанта и приказал принести фрукты, десерты, чай и кофе, а также сок с планеты Каэрис‑7. Расположившись в кресле, я стал ждать Себастьена и Гастона.

«Ратибор, Гастон прибыл на „Стальную Берлогу“. Он сейчас в первом ангаре для шаттлов. Но возникла проблема», — я услышал в своей голове голос Яра.

«Какая?» — тут же отреагировал я.

«Мои сканеры установили, что внутри Гастона — следящие наниты. Они постоянно передают информацию в Дом Валуа. Я сейчас заблокировал этот сигнал, но проблема с нанитами осталась. Они накапливают информацию, чтобы передать её потом», — ответил Яр.

Я почувствовал в голосе Яра тревогу.

«Пусть остаются там. Я сейчас приду», — приказал я и, встав, направился к шаттлам.

Войдя в лифт и начав спускаться к ангарам для кораблей, я снова мысленно обратился к Яру:

«Сможешь заблокировать наниты на десять минут, пока я говорю с Гастоном?» — спросил я.

«Это будет сложно, но я смогу. Но всего лишь на пять‑семь минут. Либо могу их полностью уничтожить, но для этого необходимо посетить лабораторию», — ответил Яр.

«Сначала заблокируй, перед тем, как я войду в ангар с шаттлами», — приказал я, выходя из лифта и направляясь к нужному мне ангару.

«Сделаю», — откликнулся Яр.

Через три минуты я уже входил в нужный ангар.

Гастон и Себастьен стояли в окружении боевых роботов возле личного шаттла Гастона. Себастьен пытался выяснить у Яра, что происходит, но Яр просто игнорировал главу моего дипломатического корпуса, выполняя мой приказ.

— Мой князь, что происходит? — задал вопрос Себастьен, увидев меня.

— Гастон, у нас мало времени, — я проигнорировал Себастьена, сразу заговорив с дипломатом Валуа. — В твоём теле — следящие наниты, которые постоянно передают информацию в Дом Валуа. Сейчас сигнал и сами наниты заблокированы, но так будет максимум ещё пять минут. Тебе надо принять решение: если попросишь, мы уничтожим их. Либо тебе придётся покинуть «Стальную Берлогу», не поговорив со мной.

Гастон улыбнулся:

— Добрый день, князь, — слегка поклонившись, он продолжил: — А я всё думаю, как Марсель узнаёт то, что априори не должен знать. Если вы окажете мне такую любезность, я буду вам признателен.

— Отлично, — ответил я.

«Можно идти в лабораторию. Я блокирую сигнал передачи информации, так что сейчас неважно, собирают наниты информацию или нет. После их уничтожения это не будет иметь значения, Ратибор. Отправляйтесь в лабораторию», — тут же в моей голове прозвучал голос Яра.

— Я рад, что вы приняли правильное решение, Гастон. Пойдёмте в лабораторию. На уничтожение нанитов потребуется время, которое вам придётся провести в специальной медицинской капсуле. После этого мы поговорим, — произнёс я. — Прошу следовать за мной.

Я развернулся и направился к выходу из ангара. Боевые роботы расступились, пропуская нас.

— Сколько это займёт времени? — поинтересовался Гастон.

«Около часа», — мысленно подсказал мне Яр.

— Около часа, Гастон, — ответил я. — Не переживайте, всё будет хорошо. Мы будем ждать вас в зале для совещаний. Из лаборатории вас проведёт андроид‑помощник.

Мы вошли в лифт и стали подниматься на палубу с лабораториями.

— Я не тороплюсь, уважаемый князь. Ради того, чтобы избавиться от этого «ошейника» в виде следящих нанитов, я готов пролежать в вашей капсуле и сутки, — серьёзным голосом произнёс дипломат.

— Я понимаю вас, Гастон, — ответил я.

— Гастон, выходит, Марсель и Луи всё про нас знали? — задумчиво спросил Себастьен.

— Выходит так, мой друг, — чуть дрогнувшим голосом произнёс дипломат.

Себастьен посмотрел на меня:

— Мой князь, надо срочно спасти семью Гастона.

— Себастьен, давай сначала решим вопрос с нанитами, а потом двинемся дальше, — мы уже выходили из лифта, где нас встречал Яр в новом теле.

Себастьен подозрительно посмотрел на Яра, но ничего не сказал.

— Следуйте за мной, — произнёс Яр.

Мы прошли в ближайшую лабораторию. Двери плавно разошлись в стороны, и мы вошли внутрь. Голубоватый свет освещал идеально белую и стерильную лабораторию. В центре стояло несколько больших медицинских капсул.

Яр подошёл к одной из них. Его пальцы быстро забегали по управляющей панели капсулы.

— Вам надо раздеться, — произнёс Яр, не оборачиваясь и продолжая заниматься панелью управления медицинской капсулы.

Гастон огляделся. Увидев единственный стул, он подошёл к нему и стал снимать одежду.

— Яр, мы ещё нужны? — спросил я.

— Нет, ваша помощь не требуется. Через час ваш гость будет в зале для совещаний, и вы сможете свободно поговорить, не опасаясь слежки, — ответил Яр, продолжая работать с капсулой.

Я бросил взгляд на раздевающегося Гастона и посмотрел на Себастьена:

— Пошли. Не будем мешать.

Мы вышли из лаборатории. Двери за нами тихо закрылись.

— Мой князь, надо спасать семью Гастона. Марсель не простит ему избавление от нанитов, — встревоженно заговорил Себастьен.

— Как думаешь, сколько у нас есть времени? — задумчиво спросил я.

— Думаю, около суток. Может, чуть больше или чуть меньше, — ответил Себастьен.

— Хорошо. Нам нужны Каэль и Игнат, — чуть помолчав и приняв решение, произнёс я.

— Сейчас попрошу их зайти в зал для совещаний, — Себастьен активировал свой коммуникатор.

Мы уже вышли из лифта и шли к залу для совещаний, а я обдумывал план спасения семьи Гастона.

Глава 19

— Я не подведу вас, мой господин, — Кагами опустился на одно колено. — Вы можете быть уверены, весь восточный звёздный сектор падёт к вашим ногам, Дайсукэ‑сама.

Глава Дома Сато‑Дзё улыбнулся и отключил связь. Изображение Дайсукэ исчезло с экрана.

Цукито Кагами постоял на одном колене ещё с десяток секунд и поднялся, обведя взглядом притихших офицеров штаба. Вернувшись в кресло командующего, он улыбнулся.

«Всё идёт по плану, — промелькнула в его голове мысль. — Надо продолжать укреплять свою власть, тогда старый Дайсукэ будет вынужден со мной считаться. Но надо решить проблему с Безымянным. Он не предаст Сато‑Дзё, поэтому выход только один…»

— Флот‑адмирал, какие будут дальнейшие приказы? — голос спейс‑майора, его помощника, вырвал Цукито из размышлений.

— Как только придёт приказ о полном подчинении мне флотов Дома, уведомить всех адмиралов о проведении проверки флотов, — Кагами замолчал, обдумывая свои дальнейшие слова, и продолжил: — Адмиралов Харуто Сакамото и Такаши Кимура представить к наградам. Спейс‑майор Горо Танака, я вам присваиваю звание адмирала. Вы лично займётесь проверкой флотов и в кратчайшие сроки предоставите мне отчёт.

Спейс‑майор, а теперь уже адмирал, опустился перед Цукито на одно колено.

— Будет исполнено, Цукито‑сама. Я не подведу вас, — произнёс новоявленный адмирал.

— Я надеюсь на это, адмирал Танака, — произнёс Кагами. — Всем, принимавшим участие в захвате звёздной системы «Кику‑Сейден», выписать повышенное жалованье, адмирал. А теперь — за работу. О выполнении доложите мне лично.

— Слушаюсь, мой господин, — ответил Горо, продолжая стоять перед Цукито на одном колене.

Флот‑адмирал Цукито Кагами встал и направился на выход из штаба.

Кагами шёл по коридору командной палубы, размышляя, каким образом ему избавиться от Безымянного, а самое главное — когда это сделать. Слишком рано нельзя, но и затягивать не стоит. Зная характер Дайсукэ, Цукито прекрасно понимал, что, как только глава Дома почувствует опасность, жить ему останется максимум день. Действовать надо очень осторожно и готовиться нанести удар мгновенно.

Хотя… Флот‑адмирал резко остановился: мысль, которая его посетила, имела право на жизнь, и её следовало тщательно обдумать. Цукито улыбнулся — как он до этого не додумался сразу? Но… Для начала надо проверить всю информацию. Аккуратно, крупинка за крупинкой, собрать все имеющиеся данные и слухи, поднять историю. И действовать надо самому, никого не привлекая.

Кагами кивнул сам себе и продолжил путь в свою каюту.

Звёздная система «Меровинг‑1». Корабль-матка «Стальная Берлога».

Войдя в зал для совещаний, я сразу вывел на тактический шар звёздную систему «Сокровищница Гермеса» и сел напротив неё, внимательно рассматривая.

— Себастьен, на какой планете живёт семья Гастона? — спросил я главу дипломатического корпуса.

— На планете Гермес‑V «Сад Меридии», — тут же ответил Себастьен.

Я продолжал задумчиво смотреть на развернувшуюся передо мной звёздную систему.

На тактическом шаре вокруг звезды кружилось семь планет, из которых три были пригодны для жизни и густо заселены. Между орбитами четвёртой и пятой планет находился пояс астероидов, используемый для добычи редких минералов и размещения скрытых баз. На дальних рубежах системы были расположены орбитальные станции‑ретрансляторы, обеспечивающие связь через тайные каналы Дома Валуа.

Всё это было интересно, но сейчас меня интересовала конкретная планета — Гермес‑V «Сад Меридии»: агрокультурный мир с террасированными полями и искусственными озёрами, производящий деликатесы, вина и редкие биоматериалы, экспортируемые в элитные дома «Западного пояса».

Дверь в зал для совещаний открылась, и вошли Каэль, Милослава и Громов.

— Это звёздная система «Сокровищница Гермеса», — произнёс Каэль, подойдя ко мне.

— Совершенно верно, Каэль. Как думаешь, сможет наш стелс‑разведчик незаметно приземлиться на планете, забрать людей и улететь? — спросил я, повернувшись к нему.

— Смотря куда надо приземлиться, — в разговор включилась Милослава.

Себастьен подошёл к нам и увеличил в размерах нужную нам планету. Потом обозначил точку посадки:

— Вот сюда, если семья Гастона всё ещё проживает там.

Милослава уменьшила планету и внимательно посмотрела на окружавшие её орбитальные комплексы.

— Думаю, сможем. Любимый, если пройти вот этим маршрутом, то мы будем в стороне от основного потока кораблей. Это будет дольше, но так мы обезопасим себя от возможного случайного столкновения, — Милослава посмотрела на Каэля.

Он подошёл ближе и внимательно изучил проложенный на тактическом шаре маршрут:

— Да, ты права. Это оптимальный маршрут. Особенно если выйдем из варпа вот здесь, — Каэль поставил метку возле орбиты четвёртой планеты.

— Отлично, — я улыбнулся, неожиданная помощь Каэля и Милославы сняла с меня массу проблем.

Я посмотрел на Игната, который стоял в стороне, не принимая участия в разговоре:

— Игнат, надо подобрать двух‑трёх надёжных штурмовиков, чтобы в случае чего смогли оказать огневую поддержку, пока будем забирать семью Гастона.

— Не проблема. Командиром будет Артём Порецкий, с ним будут двое сержантов — проверенные бойцы, — ответил Громов.

— Прекрасно. Теперь дождёмся Гастона и выясним всё, что нам необходимо, — я продолжал улыбаться. В голове гуляла мысль: «Если получится вывезти семью Гастона, то это будет личная пощёчина Марселю и Луи от меня».

— Пока все свободны, но будьте готовы выдвинуться немедленно, — произнёс я.

Игнат, Каэль и Милослава направились к выходу, я же повернулся к Себастьену:

— Ты разослал запись уничтожения линкоров Валуа?

— Да, мой князь. Но пока не получил ни одного ответа. Мне кажется, что правители, оставшиеся ещё в коалиции Союза, не понимают, что им делать, — ответил Себастьен.

— Ладно, — я встал и подошёл к сервировочной тележке, которую только что прикатил андроид‑официант по моему запросу. — Сейчас поговорим с Гастоном, а потом проведём совещание с Марком. Надо ускоряться с захватом Союза Свободных Колоний. Возможно, наша активизация заставит правителей думать быстрее.

Себастьен согласно кивнул. Мы налили себе кофе, взяли по десерту и стали ждать Гастона и Яра.

Спустя сорок минут дверь в зал открылась, и вошёл Гастон в сопровождении Яра. Они прошли к столу и сели.

— Кофе, чай, фрукты? — предложил я, посмотрев на Гастона.

— Спасибо, пожалуй, чай, — ответил он.

Себастьен сразу встал и налил Гастону чай, положив на тарелку десерт.

— Спасибо, Себастьен, — кивнул Гастон и посмотрел на меня. — Я так понимаю, все ваши действия ведут к тому, что вы хотите предложить мне работать на вас, князь?

— Вы правы, Гастон. И я даже уже придумал, как вывезти вашу семью с планеты Гермес‑V «Сад Меридии», если вы согласитесь сотрудничать. А точнее, как вы правильно сказали, работать на благо Великого Дома Северных Медведей и моей будущей Империи, — я внимательно посмотрел на Гастона и проник в его мысли.

На удивление, мысли Гастона текли ровно, без паники или каких‑то метаний из стороны в сторону. Он давно уже понимал, что эпоха Дома Валуа начинает угасать. Восточные Дома уже постепенно выходили у них из‑под контроля, как и многие кланы, как мелкие, так и крупные. Окраинные звёздные системы и слаборазвитые южные и северные звёздные сектора уже давно вышли из‑под их влияния. Там царствовали пиратские кланы, ведя между собой постоянные междоусобные войны. Сильное влияние Валуа имели только вокруг своих территорий и за «Горным хребтом» — в западных и центральных звёздных секторах.

Но после того, как объявился я и Валуа получили несколько ощутимых оплеух, он всерьёз задумался, что пора менять место работы и жительства. Особенно в свете того, что его друг и муж его двоюродной сестры прекрасно себя чувствуют, работая на меня.

— Я согласен, — наконец произнёс Гастон, — но при условии, что вы вывезите мою семью и разрешите нам временно пожить у вас на корабле, пока Марсель и Луи не забудут про меня.

— В таком случае предлагаю не медлить. И вам придётся полететь с моими людьми, без вашего присутствия им будет трудно уговорить вашу семью покинуть планету. Но прежде скажите, в прошлую нашу встречу на орбитальной станции в звёздной системе «Аквамариновый Пояс» вы использовали защитное устройство против чтения мной ваших мыслей. Сейчас вы его не используете — почему? — спросил я, пристально посмотрев в глаза Гастону.

Он улыбнулся и достал из кармана небольшую коробочку, в которой я сразу узнал прибор моей матери. Гастон подтолкнул его через стол, и прибор точно скользнул мне в руку.

— Он мне больше не нужен, и я могу передать его вам. Мне больше нечего скрывать от вас, князь. Ведь я теперь буду работать на вас, — произнёс Гастон, улыбаясь.

Я убрал прибор в карман:

— Себастьен, вызывай Каэля, Милославу и Игната. Пора вылетать за семьёй Гастона, — приказал я.

Спустя двадцать минут два стелс‑разведчика под управлением Каэля и Милославы с Гастоном и группой Артёма Порецкого отправились в звёздную систему «Сокровищница Гермеса».

— Яр, пригласи всех на совещание. Надо обсудить действия против Союза, — сказал я, когда он сообщил мне об отлёте стелс‑разведчиков.

Яр молча кивнул.

Когда все собрались, я посмотрел на Марка:

— Нам необходимо усилить давление на Союз Свободных Колоний. Доложи, как сейчас обстоят наши дела?

Марк встал и подошёл к панели управления тактическим шаром. Быстро пробежав пальцами по сенсорной клавиатуре, он вывел карту территорий Союза Свободных Колоний с отметками расположения наших эскадр. Потом отошёл чуть в сторону, чтобы не загораживать обзор, и, взяв в руки лазерную указку, начал говорить:

— Итак, — лазерная указка подсветила расположение флотов Воронова, Этьена‑Мари де Версо, Рогова и Белова, — адмиралы успешно продвигаются по пограничным звёздным системам. Мы уже отрезали Союз от восточного звёздного сектора. Но им не хватает скорости, слишком много звёздных систем, от которых исходит опасность. Адмиралу Бубе и адмиралу Кассиану пришлось увеличить количество размещаемых кораблей и штурмовиков во вновь захваченных звёздных системах для отражения возможных контратак Союза. Сейчас нас спасают поставки заранее купленных кораблей у Дома Сато‑Дзё.

Я посмотрел на Бубу, Кассиана и Рэттена:

— У нас будут проблемы с удержанием этих звёздных систем? — спросил я, обращаясь ко всем одновременно.

Но ответил мне Георгий:

— Не будет. Во всех прилегающих звёздных системах нет флотов Союза, только корабли охраны. Моя разведка докладывает, что формирования флотов не замечено.

— Хорошо, — я снова повернулся к Марку. — Продолжай.

— Адмирал Маркос взял под контроль звёздную систему «Сады Каэриса» и установил там торговую блокаду. Но по вашему приказу мы не штурмуем планету. Насколько я осведомлён, идут переговоры между Себастьеном и гильдией, — продолжил Марк.

— Гильдия уже дала свой ответ, буквально сорок минут назад, пока мы занимались вопросом Гастона, мой князь, — услышал я голос Себастьена и повернулся к нему.

— И что они говорят? — спросил я заинтересованным голосом.

— Они полностью согласны на наши условия. И они хотят, чтобы мы модернизировали все их грузовые корабли для длительных варп‑прыжков, — ответил Себастьен и улыбнулся.

— Твоё лицо светится от счастья, Себастьен, — заметил Рэттен.

— Всё верно. Количество их грузовых кораблей — почти десять тысяч. Ведь кроме сока у них на планете ничего нет, всё остальное завозное. И им приходится переплачивать большие суммы кредитов. Глава гильдии задаёт вопрос, когда мы сможем провести модернизацию? Рэттен, десять тысяч кораблей по десять миллионов с каждого — это сто миллиардов прибыли для нашего Дома, — Себастьен смотрел на Рэттена.

— Свяжи меня с главой гильдии, я решу с ним этот вопрос, — ответил Рэттен.

— Отлично. Марк, прикажи Маркосу пока оставаться там. Себастьен, Рэттен, решите вопрос с организацией таможенных сборов. Адмирал Буба и Кассиан вам помогут. Я хочу, чтобы вы решили этот вопрос как можно скорее, — я встал и подошёл к тактическому шару.

Взяв лазерную указку из рук Марка, я показал на несколько звёздных систем:

— Маркос должен нанести удар по этой линии звёздных систем. Отправь к нему в помощь флот адмирала Висенте Морейра. Он уже закончил комплектование? — спросил я Марка.

— Да. Его эскадра готова к выдвижению, — ответил Марк.

— Отлично, пусть начинает вот с этой звёздной системы, — я подсветил звёздную систему, граничащую со звёздной системой «Сады Каэриса». — Рэттен, Марк, ускорьте формирование эскадры Пьера Валентайна. Сократите срок с трёх недель до недели.

— Как прикажете, мой князь, — ответил Марк. — Я займусь экспресс‑обучением.

— Я попрошу Оболенских продать нам часть готовых кораблей. Думаю, они нам не откажут, — произнёс Рэттен.

— Хорошо, теперь дальше. Рэттен, увеличь закупки кораблей с верфей Сато‑Дзё. Выкупи у него всё, что он нам продаст, — приказал я. — Я хочу, чтобы в течение следующих двух недель Союз Свободных Колоний перестал существовать.

Я обернулся и обвёл всех взглядом:

— Себастьен, какое королевство или республика самое сильное? Мы атакуем его сами — эскадрой «Стальной Берлоги».

Себастьен внимательно и задумчиво смотрел на тактический шар.

— Сложно сказать, — произнёс он, — Союз Свободных Колоний никогда не был моей сильной стороной. Это больше к Гастону или… — Себастьен посмотрел на меня, — или к Женевьеве.

Я посмотрел на Яра:

— Соедини нас с Женевьевой и Тибо.

Спустя минуту ожидания на голографическом экране появилось изображение небольшого зала. За столом сидели Тибо, Женевьева и Аурелия. Увидев меня, они встали и поклонились.

— У меня к вам вопрос, — начал я сразу. — Какая республика или королевство в составе Союза Свободных Колоний самое сильное или важное в управлении Союзом?

Женевьева с Тибо переглянулись.

— Свободная Республика Вальдран, — ответила Женевьева. — Вокруг неё стал образовываться Союз Свободных Колоний почти сорок лет назад. Дом Валуа имеет там постоянное дипломатическое посольство. По факту именно Валуа управляют республикой через своих людей.

— Хорошо, спасибо за информацию, — кивнул я и отключил связь.

Я посмотрел на Яра:

— Сколько потребуется времени, чтобы вернулись наши стелс‑разведчики?

— Сутки, если у них не будет задержек на планете, — тут же ответил Яр.

— Хорошо. Дожидаемся возврата наших кораблей и наносим удар по Свободной Республике Вальдран. А пока решайте все свои срочные дела и отдыхайте, — я обвёл всех взглядом. — Яр, отправь сообщение Тибо и Женевьеве, что мы будем в системе ещё двадцать четыре часа.

— Будет исполнено, — ответил Яр.

Все встали и хотели разойтись, но меня вдруг посетила гениальная мысль.

— Рэттен, а не сыграть ли вам свадьбу с Эленией в Городе‑Дворце Артурия?

После моих слов все замерли, а Рэттен так вообще превратился в каменное изваяние.

— Ну так что? — поторопил я его. — У нас есть сутки, а если понадобится — задержимся.

— Я… Я не знаю, — тихо произнёс Рэттен, превратившись в застенчивого мальчишку.

Я улыбнулся, активировал коммуникатор и вызвал Аврору:

— Ты где?

— Мы с Эленией у нас в каюте. Обсуждаем свадьбу, — ответила Аврора, а моё лицо ещё больше растянулось в улыбке.

— Срочно идите в зал для совещаний. Прямо бегом, Аврора, — сказал я.

— Хорошо, — удивлённо ответила она.

Глава 20

После того как я предложил сыграть свадьбу Рэттена и Элении в Городе‑Дворце Артурия, мы пробыли в звёздной системе «Меровинг‑1» ещё двое суток.

Эления так обрадовалась моему предложению, что с лёгкостью уговорила Рэттена сыграть свадьбу именно здесь, а не на корабле, как они планировали.

Я связался с Женевьевой и Тибо, высказав им свою просьбу. Вид Тибо после моих слов однозначно говорил, он против. Но Женевьева и Аурелия поддержали меня и даже сами занялись организацией этого мероприятия, так что сопротивление Тибо было подавлено на корню.

Свадьбу назначили на следующий день после обеда. К её началу даже успели вернуться наши стелс‑разведчики. Я, Игнат, Марк, Георгий, Яр и Себастьен встречали корабли в ангаре.

Гастон Арман дю Шеверни спускался с трапа одного из стелс‑разведчиков, следом шла его жена и трое девочек. На втором стелс‑разведчике прибыла группа Порецкого. Одного из штурмовиков несли на носилках уже без бронекостюма.

— Что с ним? — я сразу подошёл к штурмовикам вместе с остальными.

— Сильное ранение, но благодаря нанитам, которых вживляет всем штурмовикам наш Яр, рана затягивается. А кровь остановилась достаточно быстро, — сообщил Порецкий. — Тем не менее, чувствует он себя плохо. До сих пор без сознания. Очень похоже, что внутренние органы сильно повреждены и он держится только за счёт нанитов.

— Сейчас прибудет медицинская капсула. Андроиды‑помощники доставят его на медицинскую палубу, — произнёс Яр, осмотрев рану. — Вы правы, беглый осмотр указывает на внутренние повреждения, но наниты остановили кровотечение и ему ничего не грозит. Через два дня будет на ногах.

После слов Яра я удовлетворённо кивнул:

— Хорошо, что всё обошлось, — посмотрев на спейс‑майора, я спросил: — Что там произошло?

— Когда мы прибыли в звёздную систему и вышли на орбиту планеты, Гастон сразу связался со своей женой и сказал ей собираться вместе с детьми, — начал рассказывать Порецкий. — Его жена тут же сообщила, что пару минут назад дом окружили штурмовики Валуа, и она, взяв дочерей, закрылась в винном погребе.

— Так, ладно, — прервал я рассказ Артёма. — Яр, скачай с их бронекостюмов записи произошедшего, со стелс‑разведчиков — тоже, потом посмотрим.

— Будет сделано, — кивнул Яр и отодвинулся в сторону, став помогать штурмовикам укладывать раненого в подоспевшую медицинскую капсулу.

Я развернулся и направился к стоявшей в стороне семье Гастона.

— Добрый день, — произнёс я, когда приблизился. — Гастон, мне жаль, что твоя семья подверглась опасности. Надеюсь, со всеми всё в порядке?

— Да. Пострадал только ваш штурмовик, но, как я понимаю, с ним всё будет хорошо? — ответил Гастон, посмотрев за мою спину, где андроиды‑помощники уже увозили капсулу с раненым.

— Через два дня уже будет в строю. На нашем корабле прекрасно развита медицина, — сообщил я. — Не стоит переживать.

Я махнул рукой Себастьену, чтобы он подошёл.

— Гастон, оставляю тебя и твою семью на попечение Себастьена. Вам надо решить, на какой палубе вы будете жить. Себастьен всё вам расскажет и покажет. Как только вы определитесь, вам предоставят каюту. Но прошу надолго не задерживаться. Шаттл на планету улетает через час. Вы, Гастон, тоже приглашены. К сожалению, пока без семьи, — произнёс я и, развернувшись, направился к остальным, оставив Себастьена с Гастоном и его семьёй.

Не успел я сделать и десяти шагов, как меня догнал Себастьен:

— Мой князь, семья Гастона прилетела без вещей. Всё осталось в доме. Гастон просит разрешения использовать свой личный шаттл, чтобы его семья спустилась на планету и купила себе всё необходимое. Также он хочет забрать вещи из своего дома на планете.

— Хорошо, но попроси Игната выделить пару штурмовиков для охраны. На всякий случай. Тибо ещё не вычистил планету от агентов Валуа. На месте Гастона я бы лучше не рисковал. Пусть лучше закажут всё необходимое с доставкой на «Стальную Берлогу», — я посмотрел на Себастьена. — Но если ему так надо, пусть летят, но только с нашей охраной.

— Спасибо, мой князь. Я поговорю с ним, — Себастьен слегка поклонился.

Я подошёл к Каэлю и Милославе, которых окружили Игнат, Марк, Георгий и Яр.

— Ну и что вы тут столпились? — шутливо нахмурив брови, спросил я. — Каэль и Милослава, вы приглашены на свадьбу Рэттена и Элении. Почему вы ещё здесь? Или собираетесь лететь на праздник в грязной форме?

Они ошарашенно посмотрели на меня. Спустя пару секунд Милослава схватила Каэля за руку и потащила к выходу из ангара.

Я посмотрел на остальных:

— Пошли в зал для совещаний, посмотрим записи — что там произошло, когда забирали семью Гастона. У нас есть ещё почти час, как раз успеем.

Я направился к выходу следом за Каэлем и Милославой, остальные потянулись за мной.

На голографическом экране пошла запись с одного из стелс‑разведчиков.

Корабль снижался к дому Гастона Армана дю Шеверни на планете Гермес‑V «Сад Меридии» в звёздной системе «Сокровищница Гермеса». Вокруг большого трёхэтажного дома, покрытого красной терракотовой черепицей, раскинулись огромные виноградники, растянувшиеся на многие километры. Чуть поодаль находилась площадка для шаттлов и небольших кораблей, на которой сейчас примостился десантный корабль Дома Валуа.

— Уничтожить, — мы услышали голос спейс‑майора Порецкого, стоящего рядом с Каэлем.

Буквально через пару секунд корабль открыл огонь из плазменных орудий. Плазменные шары на огромной скорости врезались в лёгкую броню десантного корабля, который стоял с отключёнными энергощитами, разрывая его на части. Внутри корабля сдетонировало топливо: огромный столб огня вырвался из внутренностей корабля, разваливая его на части и раскидывая в разные стороны стоявших рядом с кораблём нескольких штурмовиков.

— Приземляйся максимально близко к дому, — снова скомандовал Порецкий и, развернувшись, устремился к выходу.

Далее началась запись с бронекостюма спейс‑майора Артёма Порецкого.

— Приготовиться. Щиты на максимум. Миша, твоя левая сторона, Серый, ты — направо. Гастон, мы с тобой — в дом, — сенсоры сместились на Гастона, который стоял сзади в выданном ему бронекостюме Великого Дома Северных Медведей. — Твоя задача — забрать семью и провести на корабль. Ни на что не отвлекайся. Иди за мной. Я зачищу проход до винного погреба. Ты понял меня? — В голосе Порецкого звучал металл.

— Да, понял, — кивнул Гастон. Его голос слегка дрогнул, но он быстро взял себя в руки.

— Закрываем шлемы, переходим на внутреннюю связь, — скомандовал Порецкий, когда трап корабля стал опускаться.

— Вперёд! — штурмовики устремились на выход, открывая огонь из штурмовых винтовок.

Порецкий и Гастон побежали ко входу в дом. Плазменные заряды врезались в бронекостюм Порецкого, заставляя его энергощит мерцать.

— Занял позицию. Три цели. Держу, — доложил Михаил по внутренней связи.

— На позиции, — сообщил Серый. — У меня пятеро.

Порецкий с ходу вынес дверь в дом и тут же открыл огонь по замешкавшемуся штурмовику Валуа. Два плазменных выстрела точно легли в слабозащищённое бронестекло шлема, пробивая энергощит и выжигая внутри шлема голову противника. Тело с грохотом рухнуло на пол, пробивая весом бронекостюма паркет.

— Гастон, быстрее! Куда идти? — бросил Порецкий по внутренней связи.

— Направо, через кухню, вниз по лестнице, — отозвался Гастон и, обогнав Порецкого, побежал первым.

Через несколько секунд они уже спускались вниз к дверям винного погреба.

— Командир, у меня жарко, подтянулись ещё двое. Я не сдержу их. Не дают голову высунуть, — по внутренней связи раздался голос Серого.

— Гастон, дальше сам. Подойдёшь к выходу из дома — сообщи! — Порецкий резко развернулся и кинулся наверх. — Серый, я обойду их через задний выход!

— Принято, командир! — откликнулся штурмовик.

Порецкий подбежал к задней двери дома и аккуратно выглянул наружу. Сенсоры не фиксировали целей. Выскочив, он бросился вправо, обходя дом.

— Вижу семь целей, — произнёс Артём. — Серый, они начали движение, держись!

Спейс‑майор ускорился. Повернув за угол, он оказался прямо за спинами штурмовиков Валуа.

Мгновенно оценив ситуацию, Порецкий атаковал. Он выбрал момент, когда противник перестраивался, и открыл огонь. Три точных выстрела — три попадания в сочленение шлема и бронекостюма. Трое штурмовиков рухнули на землю, не успев понять, откуда пришла угроза.

— Серый, отвлекай их внимание! — скомандовал Порецкий.

В ответ была тишина, а штурмовики Валуа, не заметив упавших, устремились вперёд.

— Серый погиб, — по внутренней связи прорезался голос Михаила. — Своих зачистил, отвлекаю. Добивай их, командир.

Порецкий рванул за штурмовиками. Через минуту всё было закончено.

— Это Гастон, я с семьёй возле дверей, — в бронекостюме спейс‑майора раздался голос дипломата.

— Чисто, бегите на корабль — к Милославе, на правый борт! — скомандовал Порецкий, устремляясь к телу Серого.

Он и Михаил подбежали одновременно.

— Забираем. Идём на корабль к Каэлю, — приказал Порецкий, беря тело Серого под мышки. Михаил схватил за ноги. И они побежали к кораблю.

— Семья на борту, взлетаю, — сообщила Милослава.

— Каэль, взлетай, мы зашли, — тут же добавил Артём Порецкий.

Корабли дрогнули, заработали манёвровые двигатели, поднимая пыль и пепел от продолжавшего гореть уничтоженного десантного корабля Дома Валуа.

— Стелс‑маскировка включена, — отчитались Каэль и Милослава.

Корабли уходили с планеты, увозя семью Гастона Армана дю Шеверни и штурмовиков.

Я выключил запись с бронекостюма спейс‑майора Артёма Порецкого и посмотрел на сидевших рядом Игната, Марка, Георгия и Яра.

— Яр, в очередной раз твои разработки спасают наших людей. Спасибо тебе, — искренне поблагодарил я своего друга.

— Это моя работа, Ратибор, — Яр посмотрел мне в глаза.

— Я знаю, Яр. Тем не менее спасибо тебе от всех нас, — я на секунду замолчал, глядя на Яра. Потом улыбнулся и произнёс: — Жаль, что ты не можешь пойти с нами в этом теле, но ты ведь и так всегда рядом.

Яр улыбнулся:

— Круглые сутки, мой князь.

Город‑Дворец Артурия встретил нас необычайной красотой. Наш шаттл аккуратно опустился на дипломатическую площадку высоко над землёй. Воздух здесь казался чище и легче, а сквозь полупрозрачные шпили дворца пробивались лучи местной звезды, окрашивая всё вокруг в нежные оттенки розового и золотого. Лёгкий ветерок доносил ароматы цветущих садов — смесь экзотических цветов и пряных трав, привезённых с разных планет.

Гостей встречали жених и невеста. Рэттен, облачённый в парадный мундир с вышитыми серебряными нитями, выглядел непривычно серьёзным и сосредоточенным. Он стоял прямо, плечи расправлены, в глазах читалась трепетная радость. Эления рядом с ним казалась воплощением изящества: её платье, сшитое из тончайшей ткани, переливалось, отражая звёздный свет. В волосах сверкала тонкая диадема с драгоценными камнями.

Возле них, чуть в стороне, стояли Аврора в изящном платье пастельно‑голубого оттенка, герцог Тибо де Мерови в официальном мундире своего Дома с гербовыми знаками, герцогиня Женевьева де Мерови в роскошном наряде цвета лаванды и Аурелия Габсбург в платье светлых тонов с серебряной вышивкой. Тибо, как всегда, стоял с хмурым видом, он лишь слегка склонил голову, увидев меня, сходящего с трапа шаттла. Аврора, Женевьева и Аурелия, вместе с невестой, склонились передо мной в красивом реверансе. Они явно репетировали — так как это было сделано синхронно, будто по команде невидимого дирижёра.

Я подошёл к Авроре и встал рядом с ней. Она едва заметно улыбнулась и шепнула:

— Выглядит впечатляюще, не правда ли?

— Более чем, — тихо ответил я. — Словно сама вселенная решила устроить праздник в честь этой пары.

По мере того как прибывали гости, площадка наполнялась шёпотом восхищённых голосов и мелодичным перезвоном украшений. Мне казалось, что Эления пригласила половину жителей нашего корабля, а вторую половину гостей составляли аристократы звёздной системы «Меровинг‑1».

Церемония бракосочетания проходила на центральной террасе, откуда открывался вид на весь город: многоуровневые сады, висячие мосты, сверкающие шпили и парящие в небе транспортные капсулы. Церемониймейстер поднял руки и наступила тишина.

— Перед лицом звёзд и людей, — произнёс он звучным голосом, — клянетесь ли вы поддерживать друг друга в радости и в испытаниях, делить победы и поражения, хранить верность и любовь до конца времён?

— Клянусь, — ответил Рэттен и посмотрел на Элению влюблёнными глазами.

— Клянусь, — чуть дрожащим от волнения голосом подтвердила Эления, смотря на Рэттена.

После окончания официальной части терраса взорвалась аплодисментами. Зазвучала музыка.

Столы ломились от блюд: экзотические фрукты, мясные деликатесы, десерты, искрящиеся, будто миниатюрные галактики. Напитки подавали в хрустальных кубках, отражающих огни заходящей звезды.

Я подошёл к молодожёнам:

— Поздравляю вас, — я улыбнулся. — Пусть ваш союз будет таким же прочным и сильным, как наш Дом. Чтобы все невзгоды проходили мимо вас, а будущие дети росли послушными и счастливыми.

— Спасибо, мой князь, — рассмеялся Рэттен. — Мы постараемся.

Эления благодарно кивнула, её глаза сияли счастьем.

Вокруг уже закружились первые пары в танце. Тибо пригласил Женевьеву, Аурелия беседовала с моим флот‑адмиралом Марком Радиным, а в стороне я заметил адмирала Бубу — он оживлённо что‑то объяснял группе красивых девушек, жестикулируя так энергично, что те то и дело заливались смехом.

Сзади на моё плечо легла рука Авроры:

— Потанцуем? — услышал я тихий шёпот у себя над ухом.

Я развернулся и обнял её:

— С радостью!

Свадьба продолжалась до самого рассвета. Когда первые лучи восходящей звезды коснулись шпилей Города‑Дворца Артурии, шаттлы с гостями стали взлетать с площадки. Праздник завершился, оставив в сердцах всех присутствующих тёплые воспоминания о дне, когда два сердца стали одним.

На следующий день все собрались на поздний завтрак. Наш повар сегодня постарался. На столе дымились блюда с горячими пирогами и кашей, мясное ассорти и свежие фрукты, ароматный кофе и сок с планеты Каэрис‑7.

— Итак, свадьба прошла шикарно, ещё раз мои поздравления, Рэттен, Эления, — я кивнул, подняв стакан с соком с планеты Каэрис‑7, который теперь мы получали по низким ценам и могли себе позволить пить его на завтрак. — Пора, как говорится, и честь знать. Задержались мы здесь, — я сделал глоток сока, наслаждаясь его прекрасным вкусом. — Через два часа вылетаем в Свободную Республику Вальдран. Георгий, получилось собрать хоть какую‑то информацию?

— Да, — Георгий отложил вилку и посмотрел на меня. — На свадьбе Женевьева познакомила меня с главой разведки их Дома. Оказалось, что у них там есть информатор. Не в самых верхах, но предоставленной информации достаточно, — Георгий смочил горло соком, хмыкнул, повертев перед собой стакан, и продолжил: — В домашней звёздной системе под названием «Вальдран» стоит эскадра кораблей. По информации, там около двадцати тяжёлых линкоров, около тридцати тяжёлых крейсеров, лёгкие крейсера и эсминцы — ещё около сотни, и порядка тысячи фрегатов и тяжёлых истребителей. Внушительный флот по любым меркам. Информатор говорит, что корабли стекаются в систему уже вторую неделю.

За столом воцарилась напряжённая тишина. Рэттен перестал есть и внимательно посмотрел на Георгия. Эления слегка побледнела, но сохранила спокойствие.

— Прекрасно, просто прекрасно, — я улыбнулся. Удача шла мне в руки. — Мы одним ударом уничтожим флот, который может напасть на любую нашу звёздную систему, и уничтожим эту Республику, контролируемую Валуа.

Глава 21

Король Луи‑Рене де Валуа сидел в своей личной столовой и задумчиво ковырялся вилкой в овощном салате. Последние новости, приходящие с восточных секторов, его не радовали. Союз Свободных Колоний находился на грани развала и полного перехода под контроль Великого Дома Северных Медведей. Меровинги и Оболенские стали протекторатами. Ещё и семья предателя Гастона ушла от штурмовиков. Луи до сих пор не понимал, каким образом корабли князя смогли незаметно проникнуть в систему и вывезти семью.

Атмосфера в помещении была гнетущей. Тяжёлые бархатные шторы приглушали свет, а на стенах, обрамлённые золотом, висели портреты предков династии Валуа. Их строгие взгляды, казалось, осуждали нынешнего короля за неудачи.

Луи отодвинул тарелку. Тут же появившийся слуга мгновенно всё убрал и налил своему господину сока с планеты Каэрис‑7.

— Найди Рене‑Альбера и Марселя, — Луи поднял глаза на слугу, — и поторопись, я не собираюсь сидеть тут вечность в ожидании.

Слуга поклонился и быстрым шагом покинул столовую своего короля, бесшумно закрыв за собой массивные двери.

Луи сделал глоток сока и отставил стакан в сторону. Активировав свой коммуникатор, он в очередной раз стал проверять и корректировать схему своих планов относительно Великого Дома Северных Медведей. На дисплее перед ним развернулась сложная сеть линий, символов и пометок.

Каждый раз он что‑то менял, если начинал сомневаться, что этот план сработает. Король тщательно анализировал каждый шаг, просчитывал возможные ходы Ратибора, искал уязвимости. Луи уже решил для себя: пока он не выстроит идеальную схему, ничего нового он предпринимать не будет. Сначала надо подчистить хвосты и обезопасить себя.

Мысли снова вернулись к неприятному инциденту. Информация, которая попала к Ратибору от ИИ его яхты, нанесла значительный ущерб. «Кто мог предусмотреть, что искусственный интеллект будет подчинён другим искусственным интеллектом?» — с досадой подумал Луи. Теперь приходилось полностью всё переделывать. Потери на территориях Оболенских и в других звёздных системах сильно ударили по репутации Дома Валуа. Но Луи это переживёт. Практически всё уже исправлено, заменено, продано и снова куплено. Старые агенты уничтожены, новые найдены. Вся информация, которой обладал Ратибор, с каждой секундой становилась всё менее и менее актуальной. Пройдёт ещё неделя — и её можно будет выкинуть на помойку.

В этот момент двери столовой бесшумно открылись, и вошли двое: главный доктор и глава исследовательской лаборатории Дома Валуа — Рене‑Альбер де Клермон и глава дипломатического ведомства и разведки Дома Валуа — Марсель‑Жермен де Шалон.

— Ваше величество, вы нас вызывали? — почти одновременно произнесли они, склоняясь в почтительном поклоне.

Марсель всегда вёл себя уважительно при посторонних, хотя все прекрасно знали о его близких отношениях с королём.

Луи медленно поднял глаза, оценивающе посмотрел на своих приближённых и произнёс:

— Да, вызывали. Вы выяснили, каким образом корабли князя проникли в нашу звёздную систему незамеченными?

Марсель сделал шаг вперёд:

— Да, мой король. Абсолютно новая стелс‑технология. Корабли‑невидимки. Также детальный анализ атаки на наши линкоры в системе «Звёздный Перекрёсток» показал: сброс плазменных бомб был произведён с подобных кораблей.

Рене‑Альбер, до этого молча стоявший чуть позади, добавил:

— Мои лаборатории уже работают над способами обнаружения таких кораблей. Мы разрабатываем новый тип сенсоров — они должны улавливать искажения пространства, создаваемые стелс‑полями. Первые прототипы готовы, испытания запланированы на следующую неделю.

Луи нахмурился:

— Слишком долго. Нам нужно решение сейчас. Сколько времени потребуется, чтобы ускорить разработку?

— Три‑четыре дня, если задействовать все ресурсы, — ответил Рене‑Альбер.

Король на мгновение задумался, постукивая пальцами по подлокотнику кресла.

— Отлично, — Луи откинулся на спинку кресла. — Держите меня в курсе каждого шага.

Главы вновь поклонились и направились к выходу. Король проводил их взглядом, затем снова активировал коммуникатор. На экране вновь появилась схема планов — теперь её нужно было перестраивать с учётом новой информации о стелс‑технологиях. Луи сжал кулаки: на этот раз он не допустит просчётов.

Звёздная система «Меровинг‑1». Корабль-матка «Стальная Берлога».

Я сидел в столовой, допивая кофе. Все уже разошлись по своим делам. Через час мы должны будем прыгнуть в звёздную систему «Вальдран», чтобы нанести удар по скоплению кораблей противника и захватить домашнюю систему Свободной Республики Вальдран.

Я встал и, потянувшись, направился к выходу.

— Ратибор, наместник Фотис прислал запрос на связь с тобой, — в моей голове прозвучал голос Яра.

— Я в зале для совещаний, выводи туда через три минуты, — ответил я и, выйдя из дверей столовой, направился к столу в центре зала.

Усевшись поудобнее в кресле, я посмотрел на экран. Он мигнул, и через пару секунд появилось изображение Фотиса.

— Добрый день, мой князь, — Фотис слегка поклонился. Его лицо на экране выглядело не много усталым.

— И вам добрый день, Фотис, — ответил я. — Вы уладили все дела?

— Да, мой князь. Я уже назначил нового наместника в звёздную систему «Янтарный Утёс» и готов приступить к исполнению обязанностей премьер‑министра этого кластера звёздных систем и всех территорий Великого Дома Северных Медведей, — произнёс Фотис, снова поклонившись.

— Это радостная новость, премьер‑министр. Приказ о ваших полномочиях будет выслан вам сразу после нашего разговора. Я сообщу всем о вашем назначении. Как только появится возможность, с вами будут связываться и координировать работу по разным направлениям, — я замолчал, задумавшись. Посмотрев на Фотиса, я продолжил: — Хотя, наверное, вам лучше прилететь на «Стальную Берлогу», Фотис.

— Да, я тоже считаю, что мне будет лучше появиться у вас, а возможно, и временно перебраться на ваш корабль. Ведь всё руководство будущей Империи находится возле вас, мой князь. Так проще координировать работу, — отозвался Фотис. На его лице промелькнула едва заметная улыбка.

— Вы правы. Тогда я отправляю за вами корабль. На нём вы сможете безопасно добраться до «Стальной Берлоги», где бы она ни была. Ждите: как только корабль прибудет, с вами свяжутся. Думаю, это будет уже завтра с утра, — произнёс я.

— Тогда я буду собираться, мой князь, — Фотис поклонился, и я отключил связь.

Экран погас, и зал на мгновение погрузился в тишину. Я откинулся на спинку кресла:

— Яр, вызови Каэля и Милославу, — произнёс я вслух. — Я подожду их здесь.

— Будет исполнено, — из динамиков корабля я услышал ответ Яра.

Через несколько минут двери зала совещаний открылись. Вошли Каэль и Милослава:

— Вызывали, мой князь? — Каэль склонил голову в лёгком поклоне.

— Да. Через час мы уходим в систему «Вальдран», а вы отправляетесь в звёздную систему «Янтарный Утёс». Заберёте нашего нового премьер‑министра Фотиса Эгеуса.

— Так точно, — Каэль и Милослав отдали честь.

— Когда заберёте Фотиса, Яр подскажет, где мы будем. А теперь поторопитесь, а то не успеете покинуть «Стальную Берлогу», — приказал я и улыбнулся.

Каэль с Милославой вышли из зала. Я посидел ещё пару минут и направился в штаб управления флотом. Пора было уже готовиться к варп‑прыжку. Яр сообщил мне, что прыжок займёт не более двух часов — он опять там что‑то доработал в варп‑двигателях, ещё сильнее увеличив скорость перемещения.

Я тихо вошёл в штаб управления флотом, но меня всё равно увидел дежурный офицер.

— Глава Дома на мостике! — рявкнул он так, что его услышали абсолютно все.

Я поморщился от его громкого голоса. Все офицеры штаба встали и отдали честь. Я приветственно кивнул:

— Добрый день. Продолжайте заниматься работой.

Пройдя к своему креслу, я устроился поудобнее и посмотрел на Марка:

— Марк, вы согласовали с Яром точку выхода и тактику боя?

Флот‑адмирал повернулся ко мне. На его лице читалась сосредоточенность и задумчивость.

— Да. Выйдем на окраине системы и для первого удара используем наши стелс‑бомбардировщики. Пока будет идти атака, развернём эскадру и прыгнем к тому, что останется от их флота. Будем ориентироваться по обстановке. Пока не ясно, насколько плотно стоят их корабли и какая эффективность будет от бомбардировок. Яр увеличил количество стелс‑бомбардировщиков — сейчас их у нас уже пятнадцать. Но пока все работают под управлением Яра.

— После сегодняшнего боя, скорее всего, я буду строить корабли для управления пилотами, — сообщил Яр, сидящий возле Радина. — Моих мощностей уже не хватает на контроль всего. Приходится сокращать исследования и многие функции передавать под управление людей Марка. Иначе мне не хватает ресурсов.

— Хорошо, — кивнул я. — Посмотрим, что у нас сегодня получится. Кстати, — я обвёл всех взглядом, — к нам присоединяется Фотис Эгеус. Будет премьер‑министром всех наших территорий. Это существенно облегчит вам труд. Я отправил за ним Каэля и Милославу на стелс‑разведчике.

В штабе на мгновение повисла тишина — офицеры переглянулись, осмысливая новость. Затем Рэттен, как обычно сидящий в стороне, чтобы не мешать Марку, кивнул:

— Это мудрое решение, мой князь. Наличие должности премьер‑министра уже давно назрело. Это позволит нам эффективнее распределять ресурсы и быстрее реагировать на угрозы. Да и под управлением Фотиса наши территории начнут постепенно приносить больше прибыли, которая нам крайне необходима.

— Согласен, — добавил Георгий, сидящий возле Рэттена. — К тому же, если премьер‑министр будет на борту, мы сможем оперативно согласовывать все наши решения.

Яр тем временем вывел на тактический шар звёздную систему «Вальдран»:

— Я обозначил расположение кораблей противника исходя из разведданных, переданных мне Георгием.

На тактическом шаре вспыхнули красные метки флота Свободной Республики Вальдран — плотная группировка между орбитами первой и второй планеты. Следом появилась зелёная точка, на которую обратил наше внимание Яр:

— Это точка нашего выхода из варпа, — начал Яр. — Максимально далеко, чтобы мы успели развернуть эскадру и принять решение, куда прыгать после удара стелс‑бомбардировщиками.

— Отлично, — я внимательно смотрел на тактический шар, где дополнительно появились жёлтые точки, указывающие расположение орбитальной станции, верфей, орбитальных складов и варп‑маяка.

Подняв взгляд на хронометр, я посмотрел на оставшееся время до варпа.

— Каэль и Милослава покинули «Стальную Берлогу»? — спросил я.

— Да, их корабль уже ушёл в варп, — ответил Яр.

— Так, может, если все готовы, не будем ждать ещё сорок минут? — я посмотрел на Марка.

— В принципе, все на местах. Каэль и Милослава улетели. Нас здесь ничего не держит, — пожал плечами Радин.

Я глубоко вдохнул и произнёс:

— Начинаем отсчёт. Яр, уведомление по кораблю. Варп‑прыжок через пять минут.

Из динамиков корабля тут же зазвучал голос Яра:

— Внимание! Готовность к варп‑прыжку — пять минут!

Заработала сирена, оповещающая о подготовке корабля к варпу.

Через пять минут корабль дрогнул. Заработали все двигатели, начиная разгон до предварповых скоростей.

— Внимание: до варп‑прыжка — пять… четыре… три… два… один, — по кораблю разносился спокойный голос Яра.

На хронометре появилось время длительности прыжка: два часа две минуты пять секунд.

«Стальная Берлога» входила в образовывающийся варп‑туннель. Сначала всё вокруг замерло — даже дыхание экипажа, казалось, приостановилось. Затем пространство перед носом корабля исказилось: линии звёзд растянулись в длинные светящиеся полосы, а сам туннель начал формироваться, словно сотканный из мерцающих нитей энергии синего и фиолетового цвета.

— Варп‑переход начат, — объявил Яр. — Все системы работают в штатном режиме.

В штабе управления флотом офицеры замерли на своих местах, все взгляды были устремлены на голографический экран.

Я почувствовал знакомое ощущение присутствия чего‑то или кого‑то — всё моё внимание, так же, как и остальных, было приковано к экрану. Каждый раз, когда мы входили в варп и я был на мостике, я ощущал в своей голове что‑то чужое, чуждое этому миру.

Это было не просто чувство — оно имело оттенок: словно тонкая, едва уловимая вибрация пронизывала сознание, оставляя после себя лёгкий холодок вдоль позвоночника. Я даже как‑то раз обсуждал эту тему с Марком и Игнатом, но они никогда ничего не чувствовали, хотя их взгляды тоже притягивал варп‑туннель.

«Может, это из‑за того, что я псионик?» — этот вопрос я задавал себе постоянно.

В такие моменты граница между реальностью и чем‑то иным будто истончалась. Я пытался анализировать это ощущение: оно не было враждебным, но и не казалось дружелюбным — скорее, это было наблюдение. Словно кто‑то или что‑то следило за нами, скользя вдоль линий варп‑туннеля, изучая наши намерения.

Иногда я даже пытался общаться с этим незримым чужим присутствием — мысленно формулировал вопросы, посылал импульсы внимания, пытался установить контакт. Но ответа никогда не получал. Только эта вибрация становилась чуть сильнее, а затем снова затихала.

Я отвёл взгляд от экрана и встал с кресла.

— Пойду схожу на тренировку. Буду через полтора часа, — произнёс я и направился к выходу.

Пока я переодевался в каюте, Аврора тоже решила пойти со мной.

— Научишь меня обращаться с оружием? — спросила она, когда мы шли по коридору в сторону тренировочного зала.

Я удивлённо посмотрел на неё:

— Аврора, я не учитель. Я не умею обучать.

— Я тебя научу, — она рассмеялась заливистым смехом, и её глаза заискрились озорством. — Начинай с азов.

— Хорошо, я постараюсь, — я улыбнулся ей в ответ, чувствуя, как во мне просыпается интерес.

«Может, мне уже жениться на ней, в конце концов?» — промелькнула мысль, которую я сразу отогнал. Сейчас не время для таких размышлений. Война, планы, ответственность — всё это требовало полной сосредоточенности. Но рядом с Авророй даже самые мрачные мысли как‑то светлели.

Мы вошли в тренировочный зал. Я подошёл к стенду:

— С какого оружия ты предпочитаешь начать обучение?

Аврора на мгновение задумалась, потом улыбнулась и произнесла:

— Штурмовая винтовка.

Я повернулся и посмотрел на её улыбающееся лицо:

— Признаться я удивлён. Ну ладно, винтовка так винтовка.

Сняв со стены тренировочную плазменную штурмовую винтовку, которую мог держать обычный человек, я протянул её Авроре.

Через час мы выходили из зала. Я видел, как дрожат руки у Авроры. Хоть это и была тренировочная винтовка, но тем не менее она весила достаточно прилично.

— Устала? — участливо спросил я.

— Да. Не ожидала, что это будет так тяжело, — пыхтя, ответила Аврора. Её волосы слегка растрепались, на лбу выступили капельки пота, но в глазах читалась решимость.

— Первый раз всегда тяжело. И к тому же твои мышцы не предназначены для стрельбы. Если захочешь продолжать обучение, то тебе придётся сначала пройти физическую подготовку. Как минимум месяц усиленных тренировок, — пояснил я Авроре.

— Я согласна. Составишь мне график занятий и упражнений? — спросила девушка, посмотрев на меня. В её взгляде было столько искреннего желания научиться, что я невольно улыбнулся.

— Лучше обратиться к Яру. Он сделает это лучше и быстрее меня, — ответил я и открыл перед Авророй двери в нашу каюту.

— Яр, — произнёс я в слух, — составь для Авроры программу физической подготовки. Цель: адаптация к обращению со штурмовой плазменной винтовкой. Уровень нагрузки — постепенное наращивание, с учётом текущего физического состояния. Срок — месяц.

— Принято, — тут же отозвался Яр. — Аврора, тебе необходимо будет пройти тест на тренажёрах, чтобы я смог проанализировать твои физиологические параметры. Ты сможешь это сделать в любой день.

— Хорошо, но только не сегодня, — она устало рухнула на кровать.

— Справишься, — я сел рядом с ней. — Пойду схожу в душ и вернусь на мостик. Скоро выходим из варпа. Нас ждёт бой.

Глава 22

Я с тобой, — сказала Аврора, поднимаясь.

В этот момент раздался сигнал оповещения:

— Внимание, — прозвучал голос Яра из динамиков, — до выхода из варпа осталось двадцать минут. Всем офицерам прибыть в штаб управления флотом.

Я встал и протянул руку Авроре:

— Пошли. Времени осталось слишком мало.

Я спешил в штаб. Коридоры командной палубы «Стальной Берлоги» уже опустели. До выхода из варп‑прыжка оставалось около двух минут. Возле дверей штаба я остановился, поправил на себе форму и, открыв двери, неспешно вошёл внутрь.

— Глава Дома на мостике! — снова гаркнул дежурный офицер.

Все вскочили со своих мест и отдали честь. Я кивнул, проходя к своему креслу главнокомандующего.

Только я устроился, как пошло оповещение:

— Внимание: до выхода из варп‑прыжка — пять… четыре… три… два… один.

Варп‑туннель замер и, дрогнув, рассыпался множеством звёзд. Корабль вышел на окраине звёздной системы «Вальдран».

— Оценка ситуации, — начал говорить Яр. — Зафиксировано расположение кораблей противника. Связь в звёздной системе мной заблокирована.

Я посмотрел на тактический шар. Красные точки кораблей Свободной Республики Вальдран немного изменили своё местоположение, но в целом остались там, куда их поместил Яр на основании разведданных. Они стояли в обычной походной формации.

— Яр, отправляй стелс‑бомбардировщики и увеличь на голографическом экране корабли противника — необходимо видеть эффективность работы наших кораблей, — произнёс Марк Радин, посмотрев на экран.

Голографический экран ожил, приближая изображение эскадры противника.

— Данные по количеству кораблей уточнены, — сообщил Яр. — Двадцать три тяжёлых линкора, тридцать один тяжёлый крейсер, пятьдесят лёгких крейсеров, сорок семь эсминцев, двести пятнадцать фрегатов и восемьсот тридцать восемь тяжёлых истребителей.

— Они тут собрали огромную эскадру, — буркнул Игнат, внимательно смотря на голографический экран. Его пальцы отбивали какую-то мелодию по подлокотнику кресла.

— Я думаю, что это как минимум два флота, — сказал я, посмотрев на данные, которые вышли на дисплее чуть ниже тактического шара. — Возможно, они стянули силы с соседних систем, собираясь нанести удар по нашим приграничным территориям.

— Может, и два, — пожал плечами Игнат. — Мои штурмовики готовы к бою. Ждём приказа.

На тактическом шаре пятнадцать синих точек отделились от нашего корабля и начали разгон для варп‑прыжка к эскадре противника.

— Начинаю развёртывать нашу эскадру, — проинформировал меня Марк. Его пальцы уже летали по панели управления, раздавая приказы.

Корабль чуть вздрогнул — заработали механизмы, удерживающие крупные корабли возле «Стальной Берлоги». Спустя минуту на тактическом шаре стали появляться зелёные точки, окружая нас со всех сторон. Марк начал выстраивать эскадру в боевую формацию.

В это время стелс‑бомбардировщики ушли в варп, чтобы появиться в двадцати километрах от флота Свободной Республики Вальдран.

Я посмотрел на тактический шар, где синие точки, обозначающие наши стелс‑бомбардировщики, пропали. Спустя десять секунд они появились снова — теперь уже возле флота противника. Их появление осталось незамеченным. Системы сканирования и обнаружения эскадры противника не зафиксировали их появления.

— Начинаю заход для атаки, — сообщил Яр.

Корабли стали растягиваться веером, чтобы максимально охватить эскадру Республики. Я перевёл взгляд на голографический экран. Штаб замер — все, как и я, внимательно смотрели за происходящим.

Флот Свободной Республики Вальдран уже давно нас заметил и теперь перестраивался в боевой порядок, чтобы дать нам отпор. Но атаки стелс‑бомбардировщиков они точно не ждали, да и вряд ли знали, что мы обладаем новым типом кораблей.

— До сброса плазменных бомб: десять… девять… восемь… — Яр начал отсчёт.

Я быстро кинул взгляд на тактический шар. Синие метки наших кораблей уже входили внутрь строя эскадры. На голографическом экране появилось увеличенное изображение флота противника, но наших кораблей мы не видели. Даже сенсоры «Стальной Берлоги» не могли пробить стелс‑поля бомбардировщиков.

— Семь… шесть… пять… — продолжал Яр.

Марк, не отрывая взгляда от экрана, пробормотал:

— Сейчас… сейчас для них будет большой сюрприз…

— Четыре… три… — монотонно звучал голос Яра.

На тактическом шаре синие метки наших кораблей полностью вошли в плотный строй эскадры противника, максимально увеличив зону поражения.

— Два… один… Сброс! — Яр замолчал.

В тот же миг на голографическом экране полыхнули яркие вспышки.

Со стелс‑бомбардировщиков посыпались плазменные бомбы, расцветая огненными цветами внутри эскадры Свободной Республики Вальдран.

Первый взрыв вспыхнул у борта тяжёлого линкора, ослепительный шар плазмы мгновенно поглотил носовую часть корабля. Энергощиты линкора мигнули и пропали, не выдержав бури плазмы. Броня вскипела и потекла, словно воск. Через секунду вторая бомба взорвалась прямо над реакторным отсеком линкора. Третий, куда более мощный взрыв сдетанировавшего реактора, разорвал судно на гигантские фрагменты. Оторванный кусок, кувыркаясь, влетел в соседний крейсер, пробив его корпус насквозь.

Ещё две плазменные бомбы поразили соседний линкор. Вспышка — и корабль буквально вывернуло наизнанку: палубы сложились гармошкой, орудийные башни разлетелись во все стороны раскалёнными снарядами. Обломки таранили фрегаты и тяжёлые истребители, моментально уничтожая их.

В центре строя три попадания почти одновременно поразили скопление фрегатов. Плазменные шары слились в один гигантский огненный купол. Корабли, попавшие в эпицентр, испарились без следа. Те, что находились чуть дальше, лишились щитов и обшивки — их корпуса, обнажив переплетение труб и отсеков, начали разламываться под действием внутренних перегрузок.

Варп‑двигатели уничтоженных судов детонировали один за другим — каждый взрыв порождал ещё большие разрушения. Ближайшие корабли швыряло в стороны, как игрушки. Эсминцы врезались друг в друга нанося не поправимый ущерб.

Облака плазмы и огненного смерча всё больше и больше охватывали находящиеся рядом корабли, пожирая всё на своём пути. Лёгкий крейсер попытался вырваться из этого ада, врубив двигатели на полную мощь, но опоздал. Плазменный сгусток пробил командную рубку. На секунду корабль озарился изнутри багровым светом, а затем взорвался россыпью внутренних взрывов.

Космическое пространство превратилось в хаос огня и металла. Обломки, раскалённые добела, неслись во всех направлениях, поражая уцелевшие корабли. Истребители, потерявшие управление, сталкивались друг с другом, вспыхивая яркими искрами.

Взрывы следовали один за другим, создавая цепную реакцию разрушений. Каждый новый огненный цветок порождал ударные волны, которые деформировали корпуса соседних кораблей, ломали антенны, срывали орудийные установки. Где‑то рвались топливные магистрали, выбрасывая длинные языки пламени. Где‑то взрывались двигатели, на миг ослепляя сенсоры «Стальной Берлоги».

Через считанные минуты после сброса бомб некогда стройная эскадра превратилась в клубящееся облако обломков, газа и плазмы. Красные метки на тактическом дисплее гасли десятками — флот Свободной Республики Вальдран рассыпался в космическом хаосе, сметённый первым же ударом.

В штабе стояла тишина, все наблюдали за развернувшимся хаосом. На голографическом экране бушевал огненный шторм: обломки кораблей, вспышки вторичных взрывов, разлетающиеся во все стороны фрагменты обшивки.

— Это ужасно, — тихо произнесла одна из молодых офицеров, девушка‑связистка. Её лицо побледнело, пальцы непроизвольно сжали край формы.

Но как бы тихо она это ни сказала, в тишине штаба её голос услышали все. Несколько офицеров переглянулись, кто‑то едва заметно кивнул, разделяя её чувства.

— Это война, — произнёс Марк Радин. — И жертвы будут всегда.

Флот‑адмирал повернулся к Яру:

— Нужны координаты для прыжка. Дистанция — сто километров. Надо заканчивать бой, пока оставшиеся корабли не решили оказать сопротивление.

— Координаты переданы по всем кораблям, — через секунду ответил Яр.

Пальцы Марка снова замелькали по панели управления. Он отдавал короткие, чёткие команды, корректируя строй эскадры.

— Начинаем разгон через минуту, — приказал он, обернувшись и посмотрев на замерших офицеров штаба. — Всем постам — готовность к варп‑прыжку.

Работа в штабе снова закипела. Я слышал, как офицеры передают приказы по внутренней связи, проверяют корабли на готовность к прыжку.

Наша эскадра начала разгон. Я продолжал смотреть на экран. Между орбитами первой и второй планеты, догорали остатки флота Свободной Республики Вальдран. Плазменные облака постепенно рассеивались, обнажая жуткую картину разрушений: искорёженные остовы кораблей, где ещё недавно были живые экипажи, медленно дрейфующие обломки…

— Тридцать секунд до прыжка, — объявил Яр.

— Подтверждаю, — кивнул Марк.

— Семь… шесть… пять… — начал отсчёт Яр.

Офицеры замерли на своих местах в ожидании прыжка.

— Четыре… три… два… один…!

Пространство вокруг исказилось. Звёзды растянулись в длинные полосы света. «Стальная Берлога» вместе с эскадрой исчезла, а через мгновение материализовалась в ста километрах от разбитого флота противника.

На голографическом экране вновь появилось изображение. Теперь мы видели поле битвы с новой точки — более чётко, более детально. Разрушения оказались ещё масштабнее, чем казалось издалека.

— Марк, сообщите всем уцелевшим судам по открытой связи, что сопротивление бесполезно. Даём три минуты на принятие решения о капитуляции, потом уничтожаем уцелевших, — приказал я и сразу повернулся к Себастьену и Гастону, которые присутствовали в штабе.

— Себастьен, Гастон, связывайтесь с руководством республики. У них час на принятие решения о капитуляции, потом начинаем штурм орбитальных объектов и планет.

Себастьен и Гастон кивнули, встали и отправились в зал для совещаний, чтобы не мешать военным разбираться с остатками флота противника.

Марк активировал канал открытой связи:

— Остатки флота Свободной Республики Вальдран! — его голос разнёсся по всем частотам. — Сопротивление бесполезно. У вас три минуты на капитуляцию. По истечении срока все оставшиеся корабли будут уничтожены без предупреждения.

Остатки кораблей стали сдаваться сразу, как только мы объявили по открытой связи о готовности принять капитуляцию. Штурмовики Громова принимали пленных, которые прибывали на спасательных шаттлах. Уцелевшие тяжёлые истребители и фрегаты заходили в ангары «Стальной Берлоги», а крупные корабли выключали двигатели и энергощиты, передавая общий код капитуляции.

Несколько десантных кораблей обследовали остатки крупных обломков линкоров и крейсеров, где ещё могли быть выжившие члены экипажей. Роботы‑спасатели прочёсывали завалы и с помощью тепловизоров искали признаки жизни среди искорёженных конструкций.

Спустя сорок минут операция была полностью закончена. Около двух тысяч спасённых и почти пять тысяч сдавшихся. Несколько линкоров и тяжёлых крейсеров мы даже не стали пытаться реабилитировать — они разваливались на глазах. Лишь забрали оттуда живых членов экипажей.

Ближе к исходу времени ультиматума руководству республики в штаб вернулись Себастьен и Гастон.

— Они отказываются сдаваться, — доложил Себастьен.

— Ну что же, — произнёс я, расстроившись. — Мы не хотели ненужных жертв. Но это их решение. — Я повернулся к флот‑адмиралу штурмовых войск. — Игнат, начинай захват орбитальных объектов и скоординируй с Марком атаку на планеты. Начинайте с главной, где сидит всё руководство. Может, тогда на второй планете обойдётся без жертв.

— Предлагаю нанести удар по дворцовому комплексу республики, — произнёс Яр. Все сразу посмотрели на него. — По моим расчётам, есть вероятность в восемьдесят процентов, что после нашего удара они прекратят сопротивление.

— Почему такие расчёты? — уточнил я.

— Вся связь в этой системе под моим контролем, — объяснил Яр. — Люди, с которыми вели переговоры Гастон и Себастьен, находятся в дворцовом комплексе. Уничтожим правительство и с оставшейся без руководства армией можно будет договориться. К тому же, комплекс служит главным узлом связи и координации. Без него их оборона рассыплется на отдельные очаги сопротивления, которые будет легче подавить точечными ударами.

Я задумался. В его словах был смысл. Точечный удар минимизирует жертвы среди гражданского населения и ускорит завершение конфликта. К тому же, если руководство республики будет нейтрализовано, вероятность затяжной войны снизится.

— Яр, удар «Стальной Берлогой» по дворцовому комплексу. Сотри его с лица планеты, — приказал я.

Яр кивнул и мгновенно активировал орудия орбитальной бомбардировки. На тактическом шаре появилась проекция планеты и метка цели — дворцовый комплекс на главном континенте, окружённый парками и административными зданиями.

— Расчёт траектории выполнен, — сообщил Яр. — Орудия готовы к залпу.

В штабе снова воцарилась напряжённая тишина. Офицеры замерли на своих местах.

— Огонь! — я отдал приказ на выстрел.

«Стальная Берлога» содрогнулась. Из орудий вырвались огромные шары плазмы и устремились к планете набирая скорость. Они прошли сквозь атмосферу и ударили точно в центр дворцового комплекса.

На голографическом экране взрыв расцвёл огненным шаром. Здания испарялись в доли секунды, парки превращались в расплавленные кратеры, защитные поля лопались, как мыльные пузыри. Ударная волна прокатилась по окрестностям, снося соседние строения и поднимая тучи пыли.

— Цель уничтожена, — констатировал Яр. — Фиксирую массовые сбои в системах связи противника. Командование республики ликвидировано.

Я обвёл всех взглядом и остановился на Яре:

— Яр, вышли на все коммуникаторы уцелевшего командования армией предложение о капитуляции. Себастьен, Гастон, Марк и Игнат займутся переговорами.

— Будет исполнено, — ответил Яр.

— Марк, Игнат, возьмите на себя военных. Себастьен и Гастон, на вас орбитальные комплексы, — приказал я.

Я вздохнул. Надеюсь, другие одумаются и примут наше предложение. В голове крутились мысли о том, сколько ещё крови можно предотвратить, если противник проявит благоразумие.

Яр оказался прав. Спустя час переговоров начались первые капитуляции. Сначала сдалась орбитальная станция, её щиты опустились, орудийные системы деактивировались. Туда сразу устремились наши штурмовики, они быстро заняли ключевые посты, блокировали коридоры и взяли под контроль командный центр. Следом отключили щиты и орудия верфи и ремонтные доки.

На планетах уцелевшая администрация регионов и подконтрольные им войска тоже стали сдаваться. Сообщения о капитуляции стали поступать одно за другим.

Наши десантные корабли массово перевозили штурмовиков. Мы занимали административные здания, военные базы, коммуникационные узлы. Разворачивали патрули в стратегических районах и устанавливали блокпосты.

Медленно, но верно мы проводили оккупацию планет. Кое‑где вспыхивали очаги сопротивления, небольшие группы фанатиков или тех, кто не успел получить приказ о капитуляции. Но они были настолько ничтожными, что их уничтожали, не давая разгореться пламени восстания.

В штабе царила атмосфера сдержанного торжества. Офицеры обменивались короткими репликами, сверяли данные, координировали действия.

— Яр, сообщи Каэлю и Милославе, чтобы из «Янтарного Утёса» сразу прыгали сюда. Умение Фотиса управлять и наводить порядок нам сильно пригодится, — попросил я.

— Хорошо, отправляю им сообщение и координаты для прыжка, — сообщил Яр. — Они будут здесь через десять часов, если не будет задержек со стороны Фотиса.

— Спасибо, Яр, — ответил я.

Марк подошёл ко мне:

— Мой князь, первые отчёты с планет. Население в основном спокойно — устали от войны, хотят стабильности. Местные чиновники готовы сотрудничать в обмен на сохранение должностей.

— Отлично, — кивнул я. — Через десять часов прибудет Фотис Эгеус. Он и займётся формированием администрации.

Глава 23

Российская Империя. Звёздная система «Корона Империи». Столица Великого Дома Рюриковичей — планета Москва «Трон». Владелец: Великий Дом Рюриковичей. Император: Рюрик XXXV Ярополк.

Макс Отто фон Шмидт летел на встречу в личном шаттле в сторону главного материка и крупнейшего административного и культурного центра на планете. Он уже прошёл две обязательных проверки и приближался к третьей. Но ему было необходимо попасть на материк, где были расположены Императорский дворец, Сенат Созвездий и Академия Высших Наук.

Шаттл плавно скользил сквозь плотные слои атмосферы, оставляя за собой лёгкий инверсионный след. Вдали уже проступали очертания гигантских башен Императорского дворца. Их позолоченные купола сверкали в лучах звезды «Короны Империи».

— Вы зашли в зону обязательной проверки, — Макс услышал из динамиков своего шаттла голос диспетчера контроля. — Ваш шаттл захвачен магнитным лучом. Мы проведём вас на посадочную площадку номер три. Приготовьтесь к досмотру и подготовьте разрешающие документы для посещения закрытой территории.

Макс встал с кресла пилота и подошёл к сейфу у переборки кабины. Он стал доставать необходимые бумажные документы с печатями канцелярии Рюриковичей. Макс улыбнулся, бумажные документы с витиеватыми подписями и гербовыми оттисками. Почему‑то все думали, что их невозможно подделать в отличии от электронных пропусков. На самом деле их и подделывать не надо. Макс их просто купил. Да, дорого, но оно того стоило. Ему необходимо было встретиться с одним из сенаторов, которого он знал уже много лет. И для которого иногда выполнял работу по просьбе Георгия.

Старый сенатор никогда не покидал не то что планету, он не покидал даже этот материк, всё время переживая, что его кто‑нибудь захочет убить. Макс снова улыбнулся сам себе. Да, его было за что убивать. Он погубил столько невинных людей, что даже в аду ему вряд ли найдут место.

Пока шаттл мягко опускался на посадочную платформу, Макс ещё раз проверил содержимое папки. Печать с двуглавым орлом выглядела безупречно, подпись канцлера была воспроизведена с ювелирной точностью. «За такие деньги они обязаны быть идеальными», — подумал он, тем более две проверки они уже прошли.

Шаттл замер на платформе. Снаружи уже ждали двое в тёмно‑синей форме Службы Имперской Безопасности. Макс Отто надел маску безупречной вежливости, открыл трап и шагнул наружу.

— Документы для проверки, — коротко бросил старший офицер.

Макс протянул папку:

— Разумеется. Всё в порядке, я уверен.

Офицер внимательно изучил печати, провёл сканером вдоль краёв бумаги, затем кивнул:

— Проходите к гостевому шаттлу. Дальше на личном транспорте двигаться запрещено. Вас доставят до приёмной Сената.

Макс забрал папку с документами и прошёл к указанному ему шаттлу. Внутри его ждала приветливая девушка и такой же, не менее приветливый пилот.

— Прошу вас, располагайтесь. Мы доставим вас до Сената, а потом привезём назад. Вы можете не беспокоиться. Шаттл полностью будет обслуживать только вас, — девушка очаровательно улыбнулась.

Коридоры башни Сената поражали размахом, мраморные колонны, мозаичные полы с имперскими символами, портреты предков Рюриковичей, тянувшиеся вдоль стен. Макс Отто фон Шмидт шёл следом за сопровождающим, отмечая посты охраны, расположение сенсоров наблюдения и скрытые автоматические турели.

«Всё как всегда, — думал он. — Роскошь для вида, паранойя — для дела».

Наконец они остановились у массивных дверей из полированного дерева.

— Ожидайте здесь, — сказал сопровождающий. — Сенатор примет вас через несколько минут.

Макс остался один в большой приёмной. Он подошёл к панорамному окну, глядя на раскинувшийся внизу город: шпили административных зданий, купола научных центров, ленты скоростных магистралей. Сегодня он собирался предложить сенатору сделку, от которой тот не сможет отказаться.

В этот момент двери открылись.

— Сенатор готов вас принять, господин Исаев, — произнёс слуга и поклонился.

Макс глубоко вздохнул, поправил свой идеальный костюм и вошёл в кабинет.

Макс Отто фон Шмидт вошёл в услужливо открытую перед ним слугой дверь.

Старый сенатор сидел за большим столом, склонив голову над документами.

— Слушаю вас, господин Всеволод Исаев, — хриплым голосом и не поднимая головы, произнёс сенатор, продолжая ковыряться в своих документах.

Макс усмехнулся, старый сенатор даже не соизволил глянуть, кто к нему зашёл. «Ну что же, посмотрим, как он отреагирует на это», — подумал Макс. Он активировал свой коммуникатор и молча отправил сенатору сообщение.

На коммуникатор сенатора тут же пришло уведомление. Он мельком глянул на него и снова посмотрел на лежащие перед ним документы.

— Предлагаю вам внимательно ознакомиться с сообщением, сенатор, — негромко произнёс Макс.

Старый сенатор наконец поднял глаза на Макса и замер, будто увидел перед собой призрака прошлых лет.

— Как ты сюда попал? — гневно прошипел сенатор.

— Вы сами согласовали время приёма. Разве вы не помните? Я Всеволод Исаев, — Макс улыбнулся.

— Да какой ты, нахрен, Исаев… — начал сенатор, но Макс перебил его:

— Сначала сообщение, потом разговор.

В голосе Макса прозвучала угроза, и сенатор сразу поник.

Активировав коммуникатор, он стал внимательно изучать сообщение от Макса. Секунды тянулись мучительно долго. Наконец он поднял взгляд полный страха.

— Откуда это у тебя? — совершенно другим голосом заговорил старый сенатор.

— Неважно. Важно другое, дойдёт ли это до императора или нет, — Макс внимательно смотрел на сенатора, отмечая, как тот нервно сглотнул.

— Что тебе надо? Все наши договорённости с Нордом и Синдикатом были выполнены давным‑давно, — хриплым голосом сказал старик.

— Всё верно. Мне нужна маленькая услуга, которая останется между нами. А информация, которая есть у меня, будет служить гарантом того, что ты никогда не проболтаешься и унесёшь всё с собой в могилу, когда будешь умирать, сидя за этим столом от старости, ну или в кровати. Мне, собственно, всё равно, где ты помрёшь, — серьёзным голосом проговорил Макс.

— А какие гарантии у меня? — спросил сенатор, его голос дрогнул.

— Моё слово. Этого достаточно. Ты же прекрасно знаешь, что мне можно верить, — Макс усмехнулся и добавил: — В отличие от тебя.

Старый сенатор откинулся в кресле и внимательно посмотрел на Макса. Его взгляд скользил по лицу гостя, словно пытаясь найти в нём черты давно забытого человека.

— Хорошо. Что тебе надо? — спросил он наконец.

— Сущий пустяк. Всеволод Исаев должен очень быстро сделать карьеру в Звёздном флоте императора и стать адмиралом. А чтобы тебе было проще это устроить… — Макс на мгновение замолчал, переводя сенатору десять миллионов кредитов, сумму, которую он заранее согласовал с Георгием на взятку старику.

Сенатор замер, на его нейроинтерфейс пришло уведомление о поступлении кредитов.

— Хм… — задумчиво протянул старик. — Какие документы у тебя есть?

Макс улыбнулся и, подойдя к столу, протянул сенатору папку с документами.

Старый сенатор полистал документы и поднял глаза на Макса.

— Значит, спейс‑майор. Неплохо, неплохо. И хорошие рекомендации, — старик, задумавшись, прикрыл глаза. Посидев так с минуту, он открыл глаза и посмотрел на стоявшего в ожидании Макса. — Лети на планету Новгород «Щит». Это военная столица Империи. Штаб Космического Легиона. Флот‑адмирал Буркевич примет тебя и определит на флагман пятого флота. Там как раз на пенсию собирается адмирал. Через месяц станешь адмиралом. Я всё устрою, — сенатор вернул Максу папку с документами.

Макс кивнул и молча вышел из кабинета. Его проводили до шаттла. Милая девушка улыбнулась, увидев Макса:

— Вы быстро. Обычно гости здесь проводят целый день, рассматривая достопримечательности.

— К сожалению, или к счастью, но мне тут смотреть абсолютно нечего, — Макс тоже улыбнулся, заходя в шаттл.

Шаттл набрал высоту и взял курс на посадочную площадку номер три. Макс откинулся в кресле, глядя на сверкающие купола Императорского дворца. «Ещё один шаг к цели», — подумал он. Впереди его ждала военная столица Империи и новая жизнь под чужим именем.

Цукито Кагами лежал в кровати с закрытыми глазами, в окружении своих обнажённых наложниц. Пошёл второй день, как глава Дома Сато‑Дзё подчинил ему все эскадры Дома. Теперь под командованием Цукито находился звёздный флот, способный захватить все Дома восточного кластера звёздных систем.

Пришло уведомление на коммуникатор. Цукито открыл глаза и поднёс руку с устройством к лицу.

«Мой господин, я всё сделал. Танака», — прочитал Кагами и снова прикрыл глаза, позволяя себе короткую минуту покоя.

Пора было вставать и собираться в штаб.

— Принеси завтрак, — Цукито хлопнул по голой заднице одну из наложниц.

Она сразу вскочила и стала одеваться, едва сдерживая дрожь в руках, гнев флот‑адмирала был страшен.

Цукито потянулся и тоже встал, направившись в ванную. Зеркала в ванной комнате отражали его подтянутую фигуру, а струи прохладной воды смывали остатки сна.

Через час флот‑адмирал Цукито Кагами входил в штаб управления объединённым флотом. Увидев флот‑адмирала, все вскочили со своих мест и поклонились.

Адмирал Горо Танака опустился на одно колено перед Кагами:

— Цукито‑сама, я проверил все эскадры, как вы и приказали. Список необходимого я вам сейчас пришлю. Также я составил список адмиралов, которые недовольны вашим назначением, — Горо склонил голову, поднёс свой коммуникатор к лицу и быстро отправил Кагами необходимые документы.

Коммуникатор Цукито Кагами тихо пискнул, уведомляя о поступлении нового сообщения.

— Молодец, адмирал, я посмотрю, — произнёс Цукито. В его спокойном голосе чувствовалась сталь. — А теперь вызови адмиралов Харуто Сакамото и Такаши Кимура.

— Будет исполнено, Кагами‑сама, — Горо поднялся и прошёл к своему месту, сразу приступив к работе. Его пальцы забегали по сенсорной панели, отправляя приказ нужным адресатам.

В ожидании прибытия адмиралов Цукито сел в своё кресло и стал изучать присланные Танакой документы.

Спустя двадцать минут, в штаб вошли два адмирала. Оба поклонились низко и синхронно.

— Харуто, Такаши, — Цукито внимательно посмотрел на них, — у нас мало времени. Глава Дома Сато‑Дзё требует быстрых и решительных действий. Вы оба получите новые приказы.

Кагами замолчал, решая, как распределить эскадры.

— Адмирал Сакамото, твоя эскадра выдвинется в звёздную систему «Акацуки-Рю» Дома Хаяси Рё. Завтра я жду доклад о её захвате. Можешь применять любые меры, чтобы достичь результата, — произнёс флот‑адмирал.

— Как прикажите, Кагами‑сама. Завтра она будет лежать у ваших ног, — адмирал Харуто Сакамото снова поклонился.

На губах Цукито мелькнула легкая улыбка. Ему понравился ответ Харуто.

— Адмирал Кимура, завтра ты атакуешь звёздную систему «Фубуки-Сей» Дома Ямамото Кай. Я выделяю тебе дополнительную эскадру, — Цукито перевёл взгляд на адмирала Горо Танака. — Адмирал Танака, отправь приказ пятому флоту прибыть сюда. Он переходит под командование адмирала Такаши Кимура.

— Будет исполнено, мой господин, — сразу ответил Танака.

— Есть вопросы? — Цукито снова посмотрел на Такаши и Харуто.

Адмиралы переглянулись, но возражать не посмели.

— Слушаемся, Кагами‑сама, — в унисон ответили они и поклонились.

— И ещё, — добавил Цукито, — Глава Дома просил беречь его будущую собственность, но это не означает, что вы должны вести переговоры с нашими врагами. Никакой пощады. Любой отказ от капитуляции должен быть наказан. Дом Сато‑Дзё должен показать всем, что происходит с теми, кто встаёт на нашем пути.

Он сделал паузу, внимательно смотря на адмиралов.

— Выполняйте, — завершил флот‑адмирал.

Харуто и Такаши снова поклонились и направились к выходу. Адмирал Горо Танака уже отправил приказ пятому флоту начать передислокацию в звёздную систему «Кику-Сейден». И теперь ждал новых указаний.

Цукито откинулся в своём кресле и снова активировал коммуникатор. Пришло время изучить список недовольных и решить, кто из них станет первым примером для остальных.

Звёздная система «Вальдран». Корабль-матка «Стальная Берлога».

На следующий день я вместе с Авророй вошёл в нашу мини‑столовую, чтобы позавтракать, и мои брови удивлённо поползли вверх. Одновременно столько народа я ещё не видел. Собрались все, включая Каэля, Милославу и прибывшего с ними нашего нового премьер‑министра Фотиса.

Увидев меня, все дружно встали и поздоровались.

— И вам всем доброе утро, — произнесли мы с Авророй практически синхронно.

— Яр, похоже, нам скоро снова придётся перестраивать нашу столовую, — посмотрев на Яра, сказал я.

— Не придётся. Скоро мы переедем на новый корабль, — ответил Яр.

— Полгода — это не скоро, Яр, — возразил я и увидел, как Яр на мгновение отвёл взгляд. — Я чего‑то не знаю?

— Предлагаю позавтракать, мой князь, а потом всё обсудить, — произнёс Рэттен.

— Хм… — я перевёл взгляд на Вейера, — хорошо, Рэттен. Тут ты прав.

Мы с Авророй прошли на наши места и присоединились к завтраку. Аромат кофе и фруктового чая смешивался с запахом горячих круассанов.

Спустя полчаса народ стал понемногу расходиться по своим делам. Я перекинулся с Фотисом несколькими фразами, он сообщил, что его уже ввели в курс дела и первые шаги по формированию администрации на планетах звёздной системы «Вальдран» уже сделаны. Затем премьер‑министр вместе с остальными отправился в зал для совещаний. Яр и Рэттен остались со мной в столовой.

— Рассказывайте, что вы там натворили, — я усмехнулся, откинувшись на спинку кресла.

Взяв в руки чашку с кофе, я приготовился слушать исповедь Яра и Рэттена.

— Яр вынудил меня провести закупки необходимых материалов в Доме Сато‑Дзё, у Оболенских и у Меровингов, при этом объём закупок был увеличен в два раза, — начал Рэттен, проводя рукой по своему подбородку. — Я потратил колоссальную сумму кредитов, на неё можно было построить три полноценных больших флота, — он на миг замолчал и добавил, — даже четыре. Благо, что теперь у нас нет с ними проблем. К тому же пришлось часть андроидов со «Стальной Берлоги» отправить в звёздную систему «Чёрное крыло». А ещё увеличить их производство в самой системе, — пожаловался мне Рэттен.

— Да, всё так, Ратибор, — тут же ответил Яр, когда я перевёл на него свой взгляд. — Но это необходимо.

— Рассказывай подробнее, — надавил я на Яра.

— Это не описать простыми словами. Точнее, описать, но это будет слишком долго. Как только мы закончим здесь дела, надо сразу лететь к нашему новому кораблю. Ты всё увидишь своими глазами, Ратибор, — Яр произнёс это так убедительно, что я согласился.

— Хорошо. Сразу после решения всех проблем здесь мы полетим в звёздную систему «Чёрное крыло», — сдался я.

Я одним глотком допил остывший кофе, и мы пошли в зал для совещаний, где уже шло обсуждение ситуации в звёздной системе, а также дальнейших планов.

— Прежде чем «Стальная Берлога» покинет эту звёздную систему, необходимо её обезопасить, — произнёс Фотис Эгеус. — Сейчас она полностью окружена, так скажем, недружественными нам звёздными системами. И я опасаюсь, что если «Стальная Берлога» её покинет, то мы сразу потеряем эту территорию.

— Не стоит этого опасаться, премьер‑министр, — произнёс я, подходя к столу. — Займитесь наведением порядка и не переживайте за остальное. В ближайшее время мы решим, как будем действовать дальше. Но для начала Гастон и Себастьен проведут новые переговоры с теми, кто раньше сомневался, стоит становиться протекторатом или нет. У вас есть время решить все вопросы.

Глава 24

Я сел за стол в своё кресло и посмотрел на остальных.

— Итак, как я и сказал, Гастон и Себастьен, вы должны заняться повторными переговорами. Составьте список тех оставшихся королевств и республик, которые отказываются примкнуть к нашей будущей Империи, — я замолчал, отвлёкшись на мысли о новом корабле, но почти сразу продолжил говорить. — Нужен подробный список, и желательно понимать причину их отказа.

— Хорошо, князь. После совещания снова займёмся переговорами, — ответил Себастьен, кивнув.

— Отлично, теперь дальше, — я посмотрел на Рэттена, Бубу и Кассиана. — Как наши успехи в звёздной системе «Сады Каэриса»?

— Простите, князь, — заговорил Эгеус. — Вы захватили звёздную систему «Сады Каэриса»?

Фотис нервно сглотнул, внимательно посмотрев на меня.

— Формально нет. Мы всего лишь установили контроль за звёздным пространством и ввели таможенные сборы за перелёт по нашим территориям всех грузовых кораблей, — я поднял руку, прерывая Фотиса. — Но взамен мы предложили им модернизацию грузовых кораблей, на что они с радостью согласились. Так что теперь мы фактически полностью контролируем торговлю звёздной системы, — я снова посмотрел на Рэттена и Бубу с Кассианом. — Вы решили вопрос с организацией таможенных сборов и модернизацией кораблей?

— С таможенными сборами всё решено, уже пошли первые платежи. За сутки на счёт Дома поступило больше тридцати миллионов кредитов, — сообщил Буба. — Флот Маркоса Эгеуса может спокойно покидать систему.

— Гильдия внесла предоплату за модернизацию кораблей в размере двадцати пяти миллиардов, — добавил Рэттен.

Я улыбнулся и посмотрел на Фотиса, который теперь сидел с задумчивым лицом.

— Так что с гильдией торговцев соком всё нормально, Фотис, — заметил я.

Фотис кивнул, продолжая сидеть с задумчивым видом.

— Что‑то не так, премьер‑министр? — спросил я, озадаченный его видом.

Фотис поднял на меня глаза и улыбнулся:

— Мой князь, — произнёс он и замолчал, продолжая смотреть на меня. — Признаться, я удивлён, что после установления контроля над звёздной системой «Сады Каэриса» вам до сих пор не объявили войну все Дома, включая восточный сектор.

— Мы не нарушали договор, Фотис. Мы всего лишь его чуть‑чуть проигнорировали, воспользовавшись неточной формулировкой. Нам не за что объявлять войну. Гильдия продолжает управлять торговлей соком. Мы к ним не лезем, — теперь улыбался я.

— Это я уже понял, князь. Удивительно другое, как до этого не дошёл Союз Свободных Колоний, — усмехнулся Фотис.

Я пожал плечами:

— Наверное, у них не было такой цели.

Я повернулся к Яру:

— Яр, выведи карту звёздных систем и расположение наших флотов.

Спустя пару секунд на тактическом шаре появилась карта с отметками наших эскадр. Я внимательно изучал карту, обходя шар со всех сторон.

— Данные по количеству оставшихся звёздных систем у Союза Свободных Колоний и наши территории, включая протектораты, — попросил я.

Яр, подсветив все территории, вывел количество на нижний дисплей тактического стола.

Не захваченных территорий Союза осталось сорок одна звёздная система, двадцать девять мы захватили. Таким образом, территория Великого Дома Северных Медведей, с учётом протекторатов, насчитывала уже почти двести звёздных систем. Капля в море.

Я вздохнул и сел за стол, погрузившись в мысли. Территория Российской Великой Галактической Империи в самый пик своего расцвета насчитывала больше пяти тысяч обитаемых звёздных систем — это свыше двадцати пяти процентов освоенного людьми космоса. На тот момент она являлась самой крупной державой и претендовала на расширение своего влияния на абсолютно все звёздные системы. Имперский звёздный флот включал в себя больше пяти сотен крупных эскадр.

И где теперь всё это? Во время развала эскадры разошлись во владения Домов и кланов. Было разрушено всё. Я невольно сжал кулаки. Проклятые Валуа… Как⁈ Как они смогли развалить Империю без единого плазменного выстрела — всего лишь за какие‑то жалкие десять лет?

Я поднял глаза и обвёл сидящих за столом людей.

— Нас слишком мало, — произнёс я тихо. — У нас слишком мало кораблей, у нас слишком мало кредитов. Сколько ещё времени мне потребуется, чтобы с нами считались? Захватывать каждую звёздную систему просто нереально. Если я пойду таким путём, мне потребуются десятки лет и десятки тысяч боевых кораблей.

В зале для совещаний стояла тишина, все смотрели на меня. Я ощутил тяжесть взглядов — в них читались ожидание, тревога и едва заметная надежда. Кто‑то нервно сжал подлокотники кресла, кто‑то опустил глаза, будто пытаясь найти ответ в узоре пола.

Себастьен первым нарушил молчание:

— Князь, есть другой путь, — его голос прозвучал слишком громко в тишине зала. — Мы не обязаны захватывать всё силой. Можно действовать тоньше. Заключать союзы, поддерживать тех, кто готов бросить вызов сильным Домам, создавать сеть протекторатов.

Фотис посмотрел на Себастьена и добавил:

— К тому же не все системы нужно брать штурмом. Многие будут готовы присоединиться добровольно, если предложить им защиту и экономические выгоды. Гильдия торговцев соком отличный пример.

Рэттен, до этого молча изучавший тактический шар, поднял голову:

— Плюс мы можем нарастить производство и закупки военных кораблей. Суммы поступлений от налогов растут. Отчисления от протекторатов тоже будут расти. Также мы можем задействовать ресурсы протекторатов. Да, это займёт время, но это реалистичнее, чем пытаться завоевать всё сразу.

Я задумчиво постучал пальцами по столу. Их слова звучали разумно, в них была прагматичность, которой мне, возможно, не хватало.

— Значит, стратегия меняется, — я обвёл взглядом собравшихся. — Больше союзов, больше протекторатов, больше экономического влияния. Но и военную мощь не сбрасываем со счетов, она должна быть весомым аргументом в наших переговорах.

— По моим расчётам, на восстановление Империи в прежних границах с таким подходом уйдёт больше ста лет, — сообщил Яр, и все сразу обернулись к нему. — К тому же надо не забывать, что под боком начинает расцветать будущая Империя Сато‑Дзё. Спустя несколько лет, а может, даже и раньше, нас ждёт с ними война.

— Но они наши союзники, — крякнул от удивления Буба.

Яр лишь слегка улыбнулся:

— Сегодня союзники, а завтра — сильные враги.

— Хорошо, — я выпрямился в кресле. — В любом случае давайте начнём работу в сторону заключения союзов и увеличения протекторатов, особенно среди слабых Домов и кланов. Гастон, Себастьен, это полностью ваша ответственность. Вы знаете, как работают Валуа. Используйте их методы. А пока давайте обсудим положение наших флотов и дальнейшие удары по Союзу Свободных Колоний, — я посмотрел на Марка. — Марк, как обстоят дела?

Марк поднялся со своего места и подошёл к тактическому шару. Семь зелёных меток наших флотов мерцали в звёздных системах на теперь уже нашей территории.

Планирование дальнейших боевых действий заняло больше часа. В итоге, чтобы ускорить процесс, было решено задействовать эскадру «Стальной Берлоги».

— Марк, забирай эскадру, — приказал я. — «Стальная Берлога» останется здесь. Её мощи и дронов хватит, чтобы отразить атаку даже большого флота. Тем более что все орбитальные комплексы звёздной системы под нашим контролем — это даёт дополнительную огневую мощь.

— Хорошо, — Марк ещё раз посмотрел на тактический шар и сделал себе пометки в рабочем планшете.

— Тогда за работу. Я не хочу задерживаться в этой звёздной системе надолго, — я обвёл всех взглядом и остановился на Бубе. — Буба, Кассиан, останьтесь.

Все встали, поклонились и направились к выходу из зала для совещаний. Я проводил уходящих взглядом и снова посмотрел на Бубу и Кассиана.

— Буба, как обстоят дела в звёздной системе «Край Вечной Зимы»? И что об этом сообщает Ария Вент?

Меня продолжала беспокоить активность пиратов в моей бывшей домашней системе. Лаборатория, которая была скрыта под снегом и землёй на глубине в четыреста‑пятьсот метров и тщательно замаскирована, так и осталась на планете со всеми нашими технологиями. Нездоровая активность пиратов напрягала.

— Пираты увеличили активность, — начал докладывать Буба. — По вашему приказу я направил туда дополнительные патрули. Стычки происходят каждый день. Адмиралу Кассиану пришлось создать базу на планете, точнее, частично восстановить бывшую пиратскую, возле руин вашего бывшего дворца.

— На планете тоже периодически происходят столкновения, — добавил Кассиан.

— Что говорит наместница? Проблемы только с планетой или пираты атакуют наши добывающие станции и перерабатывающие заводы? — уточнил я.

— Нет. Ни станции, ни заводы с верфями не подвергаются нападениям, как и грузовые и гражданские корабли. Всё внимание пиратов сосредоточено на планете. Ария до сих пор считает, что их цель — это охота на гигантских зайцев, популяция которых стала расти, — ответил Буба.

— А ты как считаешь? — спросил я, видя, что у Бубы совершенно другое мнение.

Буба помедлил, потёр подбородок и ответил:

— Я считаю, что их цель другая. Возможно, они что‑то ищут. Слишком уж целенаправленно они обследуют определённые районы планеты — особенно северное полушарие, где рельеф сложнее, а снега больше.

— Я тоже так считаю, мой князь, — Кассиан внимательно посмотрел на меня. — Что находится на планете, князь? Если мы будем знать, то нам будет проще выстроить оборону.

Я помолчал, взвешивая, насколько можно открыться. Лаборатория была моим самым большим секретом, там остались технологии моей семьи. Если пираты доберутся до неё… «Интересно, кто за ними стоит? Сто процентов, что это Валуа», — в моей голове появилась нехорошая мысль.

— На планете есть объект, который не должен попасть в чужие руки, — произнёс я наконец. — Это старая лаборатория моей семьи. Если пираты действительно её ищут… Я подумаю, что мне сделать.

— Ясно. Я увеличу количество штурмовиков на планете и установлю дополнительные турели для отражения атак, — произнёс Кассиан.

— Согласен, — кивнул Буба. — Перекину туда ещё с десяток эсминцев и сотню истребителей.

— Действуйте, — я задумался. — В любом случае это только временная мера. Если кто‑то действительно охотится за лабораторией, они пойдут на всё. Сообщайте о любом усилении активности и постарайтесь найти, откуда в эту систему прилетают пираты. Где‑то должна быть их база, но ближайшие звёздные системы — «Последний ковчег», «Ледяные Чертоги», «Аквамариновый Пояс» и «Эридан‑4» — были зачищены от пиратов. И ещё… Ария Вент не должна знать об истинной причине активности пиратов. Пусть наместница думает, что им необходимо мясо гигантских зайцев.

— Будет исполнено, князь, — хором ответили Буба и Кассиан.

Они встали и направились к двери, а я остался сидеть за столом, погрузившись в мысли. Пираты или марионетки сильных Домов? В любом случае я не позволю им добраться до того, что принадлежит Великому Дому Северных Медведей.

— Ратибор, лабораторию надо уничтожить, — услышал я голос Яра, который, по своему обыкновению, сидел в стороне.

Я повернулся к нему:

— И как ты предлагаешь это сделать? Боевыми кораблями уничтожить базу почти нереально, — начал я. — Надо взрывать её изнутри. Но это означает, что штурмовики погибнут под завалами. Так что это не выход.

— Мы можем отправить моих андроидов, — произнёс Яр. — Я смогу удалённо управлять ими и заложить бомбы в нужных местах, чтобы полностью завалить лабораторию без возможности восстановления.

— Предлагаешь отправить человекоподобных андроидов? — уточнил я.

— Да, но «Стальная Берлога» должна быть в звёздной системе. Иначе я не смогу полностью контролировать процесс — только общие команды, — ответил Яр.

— А если я полечу туда сам? Вместе с ними. Укажу места, куда устанавливать заряды, и уйду. А уже потом они подорвут лабораторию, — спросил я, внимательно смотря на Яра.

— Я не могу отпустить тебя одного, слишком большой риск, что тебя могут захватить, — ответил Яр. — Предлагаю подождать, пока появится возможность. Даже если пираты найдут вход, что равняется всего двадцати процентам, им предстоит ещё его вскрыть. А это практически нереально. Всего три процента на возможный успех, — Яр тоже смотрел на меня, не сводя взгляда.

— Хорошо, — я выдохнул. — Раз у нас есть время, подождём.

Спустя два дня переговоров Себастьена и Гастона, а также захвата ещё восьми звёздных систем, оставшиеся королевства и республики Союза Свободных Колоний наконец‑то решили, что стоит начать вести серьёзные переговоры о протекторате.

— Королевство «Твердь Ориона» согласилось стать протекторатом, — сообщил Гастон за завтраком.

— Республика Трёх Солнц тоже готова подписать соглашение, мой князь, — добавил сидевший рядом с Гастоном Себастьен. — Также мы продолжаем вести переговоры с оставшимися королевствами и республиками.

— Наши эскадры уже зашли в звёздные системы новых протекторатов и продвигаются к их границам, не встречая сопротивления, — Марк поднял глаза и отложил вилку. — Фотис, вам нужна помощь эскадр или вы справитесь сами?

— Справлюсь. В целом там ничего менять не надо, а всё остальное решаемо. Я консультируюсь с Рэттеном по организации налоговых сборов и отчислений в нашу казну, — ответил премьер‑министр.

Марк кивнул и продолжил завтракать. Эскадра «Стальной Берлоги» уже вернулась в звёздную систему «Вальдран» и пристыковалась к кораблю.

— Сколько ещё потребуется времени для завершения поглощения Союза? — спросил я. Мне уже не терпелось отправиться в звёздную систему «Чёрное крыло» и посмотреть, что же там построил Яр, используя старый корабль‑колонизатор.

— Если всё пойдёт хорошо, то неделя. Но, скорее всего, меньше. Может, три‑четыре дня, мой князь, — ответил Себастьен.

— Хорошо, — я взял кусочек мяса гигантского зайца и положил в рот. Оно было прекрасно на вкус и таяло во рту.

На мгновение я позволил себе расслабиться и насладиться моментом. Успехи последних дней внушали осторожный оптимизм — расширение влияния шло быстрее, чем я рассчитывал. Союз Свободных Колоний, ещё недавно казавшийся крепким орешком, рассыпался под натиском дипломатии и демонстрации силы.

Через четыре дня Союз Свободных Колоний прекратил своё существование. Мы собрались в зале для совещаний, чтобы обсудить дальнейшие планы и приказы для наших эскадр.

— Поздравляю всех с такой долгожданной победой! Наконец‑то мы закончили эту войну, — я стоял в центре зала с фужером сока с планеты Каэрис‑7. — Теперь давайте устроим всем нашим эскадрам небольшой отдых.

Я повернулся к флот‑адмиралу Марку Радину и флот‑адмиралу штурмовых войск Игнату Громову:

— Друзья, отправляйте все наши эскадры в звёздную систему «Аквамариновый Пояс». Планета «Эдемия Лазурь» с радостью примет наших героев для отдыха. Если кто‑то пожелает отправиться в другие звёздные системы к своим семьям, обеспечьте их бесплатными билетами на пассажирские корабли. — Я перевёл взгляд на Рэттена Вейера. — Рэттен, выплати всем нашим людям дополнительно по три месячных жалования. Я хочу, чтобы они не ограничивали себя в кредитах и затратах на отпуск.

— Будет исполнено, — дружно ответили Марк, Игнат и Рэттен.

— Ну а мы, — я улыбнулся, — мы с вами отправимся в звёздную систему «Чёрное крыло». Надеюсь, Яр удивит нас.

— Будьте уверены, — улыбнулся Яр. — То, что вы увидите, будет достойно потраченного времени.

От автора:

Дорогие читатели!

Пятая книга цикла «Дом Северных Медведей» подошла к своему завершению, и я искренне благодарен вам за то, что были рядом с героями на протяжении всего этого пути.

Ставьте лайки, дарите награды, пишите отзывы.

До встречи на страницах шестой книги! Надеюсь, наше путешествие продолжится так же увлекательно, как и прежде.

С уважением и наилучшими пожеланиями,

ваш автор.