Просыпаюсь придавленная к матрасу. Голова гудит, и я не сразу понимаю, что именно давит на меня. Опускаю взгляд и вижу мужскую руку, перекинутую через меня и лежащую на моем животе. Чувствую, как муж прижимается ко мне со спины.

В груди расплывается тепло, и хочется повернуться к нему и обнять крепко, уткнуться лицом в его шею и вдыхать любимый запах.

Но затем я вспоминаю его поведение накануне, и под ребрами вспыхивает пламя. В горле встает ком, и хочется сбросить его тяжеленную лапу, что он закинул на меня неосознанно. Он сделал это по привычке, которой уже больше тринадцати лет.

Жду несколько минут, не то наслаждаясь его теплом, не то сдерживая себя, чтобы не вспылить здесь и сейчас, устроив скандал и потребовав объяснений и извинений. Но та самая женщина, привыкшая к теплу мужа и не представляющая без него свою жизнь, мешкает. Тянется к нему, к привычным ощущениям, что помогают держать баланс.

Я забыла, когда в последний раз я вот так вот лежала с утра, просто наслаждаясь объятиями.

Но то, как он ночью отвернулся от меня, не дает покоя. В горле свербит, и на душе как-то неспокойно.

Осторожно выбираюсь из-под руки Андрея.

– Куда так рано? – слышу его бурчание за спиной и невольно замираю.

Возможно, ночью он был озабочен какими-то проблемами, а к утру просто расслабился и забыл обо всем, что тревожило его накануне?

Но несмотря на то что мысли кажутся трезвыми, я не могу проглотить этот проклятый ком, застрявший в горле, и вернуть равновесие, которое пошатнулось.

– Спи, – говорю тихо и ухожу в душ.

Слышу, как Андрей раскидывается на кровати, и захожу в ванную комнату. Настраиваю воду и, скинув ночную рубашку, борюсь с мурашками, осыпавшими не остывшую после сна кожу, соприкоснувшуюся с прохладным утренним воздухом.

Встаю под горячие струи воды в попытках согреться, как дверка душевой кабины отъезжает в сторону и меня обдает ветерком.

Сердце замирает, когда я чувствую сначала взгляд, скользящий по мне, а затем и жар мужского тела.

Андрей обнимает меня под грудью, а вторую руку опускает чуть ниже, прижимая меня к себе и целуя в шею.

– Ну и куда ты сбежала? – его низкий голос резонирует дрожью по телу, и кажется, я уже готова сдаться.

– Не спалось, – ведь правда, что я не смогла больше уснуть после того, как

почувствовала мужа, прижимающегося ко мне.

– Я соскучился, – руками он блуждает по мокрой коже, целуя шею. – Проведем утро вместе, – обхватывает подбородок пальцами и поворачивает мое лицо к себе, впиваясь в губы. А я чувствую поясницей, как сильно он соскучился, и не сопротивляюсь, потому что сердце тает от его нежности и внимания.

Отзываюсь на ласки мужа. И все мои ночные переживания кажутся такой мелочью и ерундой, что я сама над собой смеюсь.

После душа Андрей, как и обещал, неспешно завтракает со мной, рассказывает о встрече и дальнейших шагах, а после слушает идеи продвижения моей новой коллекции.

Перед самым выходом успеваем позвонить детям.

– Ого! Папа дома! – удивленно говорит сын.

– Да, папе нужна небольшая передышка.

– Как вам там, не надоело отдыхать? Может, домой уже? – усмехается муж, глядя на загорелые лица детей.

– Не-е-ет! – кричат они в голос. – Нам тут хорошо.

– Бабушку с дедушкой слушаетесь?

– Да-а-а-а! Ну все, мы в бассейн пошли! – убегают дети, быстро заскучав с нами и передавая телефон моей маме.

– Ну как они там, Лилия Вадимовна? Не пожалели, что взяли их с собой?

– Что ты, Андрюшенька, – улыбается мама и кажется действительно счастливой. – Они умнички.

После разговора муж собирается в офис, а я жду, когда он уйдет, чтобы какое-то время поработать в мастерской, дорабатывая еще несколько моделей, которые не отправила на производство, и только потом поехать в город. Сегодня ко мне на обзор новой коллекции должны прийти блогеры. Поэтому у меня не так много времени.

Когда я появляюсь в бутике, заявленных блогеров еще нет. И у меня есть время доработать образы для каждого из них, в то время как моя помощница закрывает салон и подготавливает фуршет.

В наше время нет эффективнее рекламы, чем через блогеров. Благодаря им у меня появилось имя в мире моды. И в планах только расти.

– Привет, милая! – появляется Виола, модный обозреватель. – Ты не поверишь, в каком я предвкушении! – ее глаза и правда горят, когда она окидывает взглядом салон.

– Переоденешься сразу?

Наши обзоры проходят немного в непривычном формате. Я не приглашаю моделей, а предлагаю блогерам самим продемонстрировать коллекцию и на себе ощутить удобство того или иного фасона и качество. А после мы пьем игристое с вкусными закусками и общаемся. Получается настоящая вечеринка.

Когда Виола замечает на плечиках молочный лук, тот самый, в который я вчера нарядила красивую шатенку, она хватает меня за руку.

– Полина, я так и знала, что это твое!

Она достает смартфон, листая фото в галерее.

– Я вчера делала обзор лучших луков для ночного клуба.

Она поворачивает гаджет ко мне дисплеем, и я вижу фото той самой девушки, которую я отправила в “Джакомо”. Вот только она находится явно посреди ночного клуба. На ней нет жакета, только тонкое шелковое платье, под которым отчетливо выделяются соски.

Губы трогает улыбка. Потому что она действительно выглядит великолепно. И мне приятно, что моя одежда подчеркивает ее красоту. Но затем я смотрю на фон позади нее и замираю. Увеличиваю фото, чтобы рассмотреть группу мужчин, среди которых абсолютно точно находится мой муж, и его взгляд направлен на незнакомку в молочном.

– А я к вам, – улыбается шатенка, знакомство с которой внесло раздрай в мою размеренную жизнь.

– Здравствуйте, – уголки рта дергаются вверх по привычке.

Осматриваю ее с ног до головы, отмечая, как хорошо на ней сидит офисный серый костюм. Даже в нем отчетливо видны все ее изгибы, благодаря тонкому ремню, которым она подчеркнула талию.

У этой девушки отменный вкус, и она знает, как себя преподнести в наиболее выигрышном свете. И неудивительно, что она вернулась в мой бутик. Потому что моя одежда среди модниц города стала символом престижа и знаком качества.

– На меня произвел такое впечатление ваш бутик, и еще больше лук, подобранный вами, что второй день я только и ждала свободной минутки, чтобы вырваться в ваш замечательный салон и приобрести еще что-нибудь.

Мне хочется задать ей множество вопросов, но вместо этого я осматриваю ее с ног до головы, думая, мог бы мой муж обратить внимание на такую девушку?

И сама же отвечаю, что, разумеется, мог. Ее невозможно не заметить или пройти мимо, потому что она идеальна. А если к сногсшибательной внешности добавить ум, тогда за ней наверняка ухаживают лучшие из мужчин, которые ценят не только внешнюю обертку, но и наполнение. Мой Андрей как раз относится к такому типу представителей сильного пола. Его невозможно впечатлить лишь смазливой мордашкой. Должно быть что-то еще…

Поэтому вторая наша встреча проходит для меня не столь радостно, как первая. Проклятые совпадения теперь видятся мне во всем и не дают покоя, превращаясь в навязчивую идею. Мысли о том, что у моего супруга может быть что-то с этой красоткой, кружат в голове, будто стая стервятников, дожидаясь необходимого момента, чтобы спикировать на жертву и разорвать ее плоть.

Мне не нужно одевать шатенку. Я должна перепоручить ее ассистентке. А еще лучше – отказать. Но я никогда и никому не отказываю в своих магазинах. Это часть репутации. Достаточно один раз оступиться, и слухи по городу разнесутся с такой скоростью, что я не успею моргнуть, как окажусь в списках “нон грата”. Да и как я должна объяснить ей свой отказ?

“Простите, но мне кажется, что у вас с моим мужем интрижка”?

Но это ведь чушь! У меня нет ни единого доказательства.

– Видимо, мой наряд произвел нужный эффект на того самого? – голос кажется твердым, а внутри все дрожит. Я боюсь услышать утвердительный ответ и обнаружить, что для нее и для меня “тот самый” мужчина – один и тот же.

– Мне сложно судить, – ее щеки заливаются румянцем, и она заправляет прядь волос за ухо.

– Почему? – сердце колотится быстрее.

– Он держит дистанцию, – говорит она с нескрываемым разочарованием.

А я, чтобы замаскировать свое волнение, начинаю перебирать одежду, подыскивая что-то для нее, и пытаюсь, пользуясь случаем, получить опровержение своей паранойе.

– У него есть на то причины?

– На самом деле мы не так давно знакомы. По работе столкнулись… – шатенка берет у меня из рук костюм цвета пыльной розы.

– И проскочила искра?

Она прикусывает губу и молчит.

– Он никак не демонстрирует заинтересованность. Деловое общение, и только.

– Удивительно, вы такая красивая девушка, и он никак не реагирует на вас? Даже в неформальной обстановке? Простите, моя подруга-блогер показывала ваше фото в моем наряде из ночного клуба.

– Ой! – поворачивается она ко мне лицом. – Надо же, как тесен мир!

А мне хочется добавить, что он гораздо теснее, чем она думает.

– Взгляды, улыбки… и дистанция размером с Индийский океан, – шумно выдыхает девушка.

– Возможно, он просто не может позволить себе проявить внимание к вам, – протягиваю ей сливовый костюм, состоящий из платья-футляра и жакета, и следом – брюки, блузку, коктейльное платье. Загружаю ее максимально, чтобы узнать, как можно больше информации о предмете ее воздыхания.

– Наверное… – она перемещаемся в примерочную, где я вывешиваю на стойку все выбранные наряды.

– Вы же наверняка узнавали о его семейном положении? Возможно, он женат? Или у него есть постоянная подруга… – слышу шорох одежды, тяжелый вздох и с замиранием сердца ожидаю ответа.

– В этом и проблема… Но я головой понимаю, что не должна увлекаться им слишком сильно. Потому что там жена… дети…

Грудь простреливает, и у меня перехватывает дыхание.

Не может быть столько совпадений. Просто не может.

– И наверное, хорошо, что через пару месяцев все закончится и я вернусь к себе в город. Но сердцу не прикажешь, – шатенка распахивает шторку, представ передо мной в сливовом комплекте, который, конечно же, сидит на ней как влитой.

– Вы хотите увести его из семьи?

– Что вы! Нет! Нет, конечно! Просто я никогда не встречала таких мужчин, – и снова этот проклятый мечтательный взгляд, за который я готова вцепиться ей в волосы. – Умный, решительный, со стержнем, успешный… и я даже сказала бы – гениальный…

– Уверена, вы встретите своего, – делаю акцент на этом слове, – мужчину, который не будет ничем уступать вашему крашу, – пытаюсь как-то разрядить атмосферу молодежными словечками.

– Вы правы. Поэтому я не делаю никаких шагов. Хотя были моменты, когда мы оставались наедине.

– Значит, нужно избегать таких моментов. И помнить о том, что дома его ждут жена и дети.

– Конечно, – мгновенно закрывается она в примерочной, и я ощущаю невидимую стену, выстроенную шатенкой между нами.

Но после этого разговора, пусть я и не узнала имя мужчины, в которого она влюблена, мне стало легче оттого, что он никак не реагирует на неё.

И даже если мы говорим о разных людях, то я надеюсь на ее женскую солидарность и благоразумие, которые не позволят ей разрушить семью.

Рассчитывая ее на кассе, я больше не пытаюсь завести разговор. А она, словно поняв, что сильно разоткровенничалась, больше не спешит делиться подробностями своей жизни.

Пакую пакеты и отдаю ей, когда у шатенки звонит смартфон.

Она достает гаджет из сумки и мгновенно краснеет. Её состояние меняется по щелчку пальцев. И даже слепой поймет, что она взволнована.

Девушка поспешно забирает пакеты и только потом принимает вызов.

– Полина, можно мне в понедельник взять выходной? – влезает не вовремя помощница, и я не слышу имя, которое называет шатенка.

– …хорошо, буду там через пятнадцать минут, – доносится до меня обрывок фразы.

А я кричать готова и выплеснуть гнев на помощницу, за то, что она так не вовремя вспомнила про свой выходной.

Но вместо крика я лишь тяжело выдыхаю и обреченно отвечаю:

– Конечно.

А через минуту мой телефон пищит, оповещая о новом сообщении.

Любимый муж: “Не жди, приеду поздно. У меня встреча, поужинаю в ресторане”.

И кажется, что в этот миг внутри меня что-то надрывается, потому что я убегаю в туалет и, не контролируя себя, начинаю плакать…

Неужели он ужинает с ней?

– Вот он, твой благоверный. Весь в работе, – усмехается Артем, а мне слышится в его интонации издевка.

Мгновения до того, когда мы с мужем сталкиваемся взглядами, кажутся мне самыми долгими за всю мою жизнь.

За столом больше шести человек. Более точное количество я не могу назвать, потому что мой взгляд прикован к мужу и его выражению лица.

Он не сидит в обнимку с девушкой. И даже вплотную друг к другу они тоже не сидят. Но его голова наклонена к ее, и он внимательно слушает все, что говорит эта скромница.

Андрей сидит вполоборота, и одна его рука закинута на спинку дивана. Не могу сказать, что это слишком фривольная поза, но все, что касается этой девушки, теперь вызывает у меня острую реакцию. Теперь любой взгляд, слово и действие, направленные в ее сторону, я воспринимаю как проявление симпатии.

В груди все горит, хотя передо мной вполне обычная картина делового ужина. Наверное, я даже не придала бы происходящему значения, если бы не знала о ее чувствах, а он не задерживался допоздна и не подвозил ночами кого-то, кто пьет латте и ест круассаны.

Наконец-то, будто почувствовав меня, муж поворачивает голову, сразу же встречаясь со мной глазами. На его лице появляется удивление. Мое сердце пропускает удар. Я не смотрю по сторонам, хотя ощущаю на себе внимание еще кого-то, кто находится рядом с ним, но сейчас меня совершенно не заботит.

В ожидании реакции Андрея на мое появление я даже не дышу. Но неожиданно уголки его рта приподнимаются и он поднимается с места, направляясь ко мне.

Пока он обходит стол, я замечаю то, как широко распахнуты глаза шатенки, что пялится на меня с настоящим ужасом. И этот ее взгляд говорит красноречивее всех ее лживых слов о том, что она не станет уводить мужчину из семьи. Глядя на то, как она испугана, я четко осознаю, что девушка готова идти до конца.

Наверняка, смотря на меня, она вспоминает все те откровения, которыми делилась со мной, и, должно быть, в ужасе от собственной болтливости.

– Поля, – подходит Андрей и чмокает меня в губы на глазах у всех, и самое главное, на глазах у влюбленной в него девушки. – Ты как тут оказалась?

– Ключи не могу найти. Ты не отвечаешь на звонки, вот и пришлось звонить Екатерине Александровне.

Говорю размеренно, стараясь не показывать, какая буря у меня внутри и что мне требуется весь мой самоконтроль и выдержка, чтобы не сломаться на глазах у всех этих людей.

– Звонила, правда? – он достает из кармана смартфон и хмурится. – Чёрт. Похоже, надо не забывать надевать смарт-часы.

– Давно пора, – получается выдавить улыбку.

– Ты голодная? Поужинаешь?

– А я не помешаю? – меньше всего я хочу выглядеть той ревнивой дурой, что хвостом следует за мужем.

– Вместе поедем домой. Можем оставить твою машину здесь, а я попрошу кого-то пригнать ее утром, если тебе никуда не надо.

Разумная часть борется во мне с женщиной, подозревающей мужа в симпатии к другой. И эту битву выигрывает та, вторая, часть меня, что готова за свою семью, свою любовь вгрызаться в горло любому, кто встанет у нас на пути.

– Тогда я с радостью.

Андрей проводит меня к столику и пропускает вперед, так что я сажусь рядом с шокированной шатенкой, а сам занимает место слева от меня.

– Господа, это моя любимая жена Полина. Надеюсь, вы не против, если она присоединится к нам?

Никто не возражает, и муж представляет мне всех незнакомых мужчин и наконец-то доходит до моей покупательницы.

– Алиса – креативный директор холдинга, – говорит супруг.

– А мы знакомы, – не собираюсь притворяться, что вижу ее впервые. – Да, Алиса?

Девушка стремительно краснеет и отводит взгляд.

– У вашей жены потрясающая одежда, – пытается она вернуть лицо, но от меня не ускользает то, как дрожат ее пальцы.

– Спасибо. Приходите еще, сделаю вам карту постоянного клиента.

– Надо же! – удивляется Андрей. – Как тесен город.

– Слишком тесен.

Остаток ужина рука мужа приобнимает меня за плечи и он, кажется, даже не вспоминает о существовании другой девушки за столом.

Мужчины оговаривают стратегии масштабирования, и только Алиса едва пытается поддерживать беседу.

Но вот теперь, когда у меня не осталось ни малейших сомнений в том, что она влюблена именно в моего мужа, я не могу ее даже пожалеть. Потому что нельзя строить из себя трепетную скромницу и так откровенно разочаровываться, стоит мифической жене объекта вожделения обзавестись не только костями и плотью, но и вполне конкретным именем.

Мы покидаем ужин раньше остальных. И я чувствую облегчение.

А когда садимся в салон его джипа, я долго думаю, должна ли рассказать обо всем том, чем Алиса поделилась со мной по незнанию.

Вдруг, указав на ее влюбленность, я сама подтолкну мужа взглянуть на нее не как на делового партнера, а как на женщину?

Но вместо этого я нахожу его руку, переплетая наши пальцы.

– Я забронировала гостиницу нам на выходные, – второй раз за вечер лгу.

– Отлично, – улыбается он.

– Только ты и я.

– Шикарно, – муж приподнимает наши сцепленные ладони и целует мою. – А еще лучше будет знаешь когда? Когда я закрою сделку и мы рванем с тобой вдвоем в отпуск, м?

– Это будет идеально. Знаешь почему? Я очень хочу этого, потому что скучаю по тебе.

И как только мы вваливаемся домой, я прямо у порога показываю мужу, как сильно мне его не хватает и как я его люблю.

Ночь проходит волшебно, как и совместное утро.

Последующие два дня я даже не вспоминаю о влюбленной шатенке.

Готовлюсь к выходным, собираясь в экоотеле перезагрузить наши отношения. И наверное, это самые лучшие выходные за последние год-полтора. Мы гуляем, нежимся в постели, любим друг друга, звоним детям, ездим на лошадях, едим вкусную еду и ничего не предвещает каких-то перемен.

Ничего, кроме ночных сообщений, на которые муж начинает отвечать спустя пару дней после возвращения домой. Хотя до этого он всегда говорил, что ночь для отдыха, а не для работы.

И еще хуже становится, когда я случайно вижу имя того, кто закидывает его сообщениями по ночам, пытаясь отвлечь от меня.

– Андрей, что происходит? – смотрю, как он пишет ответ.

– В плане? – не поднимая головы, спрашивает муж.

– С каких пор ты ночью ведешь переписку? – я не хочу выглядеть ревнивой истеричкой, но это переходит уже какие-то мыслимые и немыслимые границы.

– Это по работе.

– По работе? Серьезно? – кажется, моя выдержка дает сбой, потому что я сажусь прямо на кровати, натянутая как струна, и смотрю на него.

– Да, Полина, по работе, – супруг удивленно смотрит на меня поверх смартфона. – Это то, чем я зарабатываю нам на жизнь. А что тебя так удивляет?

– Меня удивляет лишь то, что как только рядом с тобой появилась молодая привлекательная девушка, ты мгновенно растерял свои табу и принципы!

– Что за чушь, Поль? – хмурится муж.

– А как же правило не отвечать ночью на сообщения о работе и даже, более того, не читать?

В комнате темно. И только лицо Андрея подсвечено горящим дисплеем смартфона, что горит как прожектор, и я вижу, как к нему на телефон падают все новые и новые сообщения.

– Что ты этим хочешь сказать?

– Тебе бы понравилось, если бы я по ночам, в то время, которое обычно посвящаю только семье и отдыху, начала переписываться с каким-то мужчиной, пусть это был бы мой поставщик тканей или дистрибьютор? Ложилась бы спать, а стоило телефону подать признаки жизни, как я тут же вскакивала бы проверить, не от него ли! – выкрикиваю все это и чувствую, что даже начинаю задыхаться от своей злобы.

– Полина… – в шоке смотрит а меня Андрей и включает ночник. – Это всего лишь… работа.

– Нет, Андрей! Нет! Когда это всего лишь работа, ты оставляешь ее за дверью нашего дома, а не тащишь в нашу кровать. Но кажется, все это перестало иметь значение, когда в твоем окружении появилась эта Алиса!

– Ты ревнуешь? – хмурится он.

– Да, черт возьми! Я. Ревную. Потому что… – делаю шумный вдох. Хочется прокричать, что она в него влюблена и делает все это намеренно, но я боюсь, что тем самым лишь подтолкну мужа в ее объятия. – Не бывает дыма без огня.

Контроль окончательно меня покидает, потому что я ощущаю, как кровь в венах кипит и зуд распространяется по всему телу. Он такой сильный, что я не знаю, чем его унять.

Поднимаюсь с кровати и иду на кухню, чтобы хоть немного успокоиться. Прохожу к раковине и, включив холодную воду, брызгаю себе в лицо.

Меня трясет. Не просто трясет, а колотит. Причем так сильно, что кажется, я сейчас отключусь от того, как пульсирует в висках.

Слышу приближающиеся шаги, но никак не реагирую. Достаю бокал и наливаю фильтрованной воды, жадно осушая емкость.

– Полина, – голос мужа за спиной.

Включаю воду и мою стакан, убирая его на место, не желая сейчас смотреть на супруга.

– Полина, посмотри на меня, – подходит он ближе. Я чувствую его дыхание на затылке. И мне хочется кинуться ему на шею, прижаться всем телом, а потом лечь в кровать и спать в обнимку. Но я не могу. Я практически физически ощущаю между нами присутствие другой женщины. – Солнце, пожалуйста.

Это ласковое обращение затрагивает невидимые струны внутри меня. Еще немного – и я расплачусь. Но я делаю, как сказано. Оборачиваюсь и смотрю ему прямо в карие глаза, что при искусственном освещении кажутся беспросветно черными.

– Полина, прости. Я не думал, что это так тебя заденет.

– А тебя разве не задело бы? – хочу услышать искренний ответ.

Морщина между бровями Андрея пролегает еще глубже, он задумывается, прежде чем ответить.

– Наверное, да… Просто я не могу представить тебя написывающей сообщения кому-то по ночам.

– Не просто кому-то, Андрей, а мужчине.

– Я больше этого не допущу.

– Уверен? Потому что я вижу, как между тобой и этой девушкой стирается субординация. Если между вами деловые отношения, то пусть они такими и останутся.

– Я тебя услышал и буду ставить телефон на ночной режим.

– И поговори с ней. Обозначь, что между вами только деловые отношения. Но лучше бы ты оборвал их тоже.

– Да что с тобой, Поль? – теперь его брови взлетают вверх. – У нас общий проект. И она не мой сотрудник. Она работает на моих партнеров. Поэтому я никак не могу прекратить с ней сотрудничать. К тому же Алиса – профессионал своего дела.

– Вот видишь, ты ее уже защищаешь.

– Никого я не защищаю! Просто хочу, чтобы ты услышала, насколько твои подозрения абсурдны.

– Настолько абсурдны, что ты предпочитаешь пить с ней кофе с сэндвичами на заправке, чем ужинать дома со мной? – блефую, рассчитывая, что муж сейчас это опровергнет.

Но вместо этого Андрей замирает как вкопанный и даже не моргает. И у меня сердце летит в пропасть. Неужели мои подозрения оказались верными?

– Почему ты решила, что я пил с ней на заправке кофе вместо ужина? – голос его звучит глухо.

– Я в тот день стирала твою одежду и видела чек в кармане, – и снова ложь. Которая по счету за последнее время?

– Ясно, – усмехается он и опускает глаза к полу, потирая надбровные дуги. – И ты решила, что это была она?

– Судя по набору продуктов, это была женщина. Хочешь сказать, что это была еще какая-то третья, неизвестная мне девушка? – смотрю прямо в его глаза, не позволяя отвести взор в сторону.

– Мы ехали с пожара, Поля. И просто перекусили, – наконец-то сознается он, а для меня его признание словно удар ножа в самое сердце.

– Я так и знала, – чувствую, как слезинка стекает из глаз.

– Солнце, – он подходит ко мне и обнимает, крепко, обхватывая мой подбородок пальцами, поднимая лицо на себя. – Ну чего ты выдумываешь? Для меня существует только одна женщина, и это ты, – вытирает подушечкой пальца мои слезы. – Остальные для меня – бесполые существа. И Алиса, она просто коллега, которая закончит сделку и уедет.

– Правда? – хочу ему верить, потому что я люблю его каждой клеточкой своей души.

– Правда, – улыбается он, целуя меня. – Только тебя одну люблю и хочу.

Андрей уводит меня в спальню, где наглядно показывает, как сильно любит меня. И наутро я просыпаюсь, чувствуя приятную негу во всем теле. Я даже начинаю забывать об этой шатенке, чье появление пошатнуло мой мир, таким заботливым становится муж.

Но спустя три дня она снова появляется у меня в бутике. Я замечаю Алису сразу, но она меня не видит. Передает что-то моей ассистентке и убегает.

– Что она хотела? – спрашиваю у своей помощницы.

– Оставила документы, – Лера протягивает кожаную папку. – Сказала, что ваш муж забыл у нее, – говорит растерянно, потупив взор, явно подумав точно так же, как и я.

Кровь пульсирует в висках, а сердце колотится так, будто старается проломить решетку ребер.

Чертова папка лежит на нашем кухонном столе, унижая меня своим существованием.

Это та самая папка, с которой муж каждое утро покидает дом. И я даже представить себе не могу, что должно произойти, чтобы он забыл ее где-то.

На ум приходят только самые негативные варианты. И от этих картинок у меня в голове и внутри все полыхает так сильно, что кажется, я сгорю заживо от своих переживаний.

Фары автомобиля мужа освещают двор в положенные двадцать часов тридцать минут. Никаких опозданий. Как и предыдущие дни.

Но вся моя радость относительно этого, что еще с утра окрыляла меня, теперь стухла. Умерла, как и вера в остатки совести этой дряни, положившей глаз на моего мужа.

И кто знает, может, кроме глаза, она успела положить на него что-то еще.

Жду, пока Андрей войдет в дом. И судя по тому, что он с порога не зовет меня по имени, я не ощущаю его бьющую фонтаном энергию радости возвращения домой, он уже в курсе того, что папка его у меня.

– Привет, – слышу за спиной.

Я же продолжаю стоять у окна и смотреть на двор, гипнотизируя темноту.

– Поль, – приближается супруг, и каждая клеточка моего тела пробуждается, чувствуя мужа рядом, жар, идущий от него, его запах.

Кажется, что все мое существо тянется к нему.

Андрей подходит со спины, обнимает меня за плечи и целует в висок.

– Ты чего тут стоишь? – он старается звучать беззаботно, но я ловлю в интонации напряженные нотки.

– Тебя ждала, – не узнаю свой холодный голос, будто бы он и не мне принадлежит вовсе.

– Так я дома, – муж тянет меня, поворачивая к себе лицом.

Обнимает теперь крепче, положив голову себе на грудь.

– Ну ты чего, солнце? – Андрей слегка отстраняется, взяв меня за подбородок и поднимая мое лицо на себя. – Отчего такая расстроенная, м? – и смотрит так внимательно, будто пытается проникнуть мне в душу.

– А ты не знаешь? – хочется язвить и сыпать колкостями, хочется сделать ему так же плохо, как и мне.

– Я хочу выслушать тебя, – говорит терпеливо.

– Где ты оставил свою папку, Андрей? – я всматриваюсь в его глаза, стараясь отыскать там правдивый ответ, а не тот, который я хотела бы услышать.

– По всей видимости, я оставил ее в ресторане.

– И что же могло тебя заставить бежать с такой скоростью, что ты оставил самое важное, что требуется тебе для работы?

– Поль, – он не отводит глаза в сторону, и это, наверное, хороший знак. Но меня все равно колотит. – Чего ты ждешь?

– Правды? Почему твоя папка осталась у нее? Она сказала, что ты оставил папку у нее? Получается, она солгала?

Андрей смотрит на меня не моргая и явно думает, как ответить.

– Нет.

Ответ как удар под дых. Кажется, что из меня вынули тот стержень, что помогал мне держаться и не рухнуть от боли, скручивающей тело.

– Ты был у нее?

– Да. Но это не то, что ты думаешь.

– Как же не то! Вы все так говорите! – вырываюсь из его рук и отхожу в сторону, стараясь проморгаться и не дать слезам скатиться из глаз.

– Слушай, я проезжал мимо, она подготовила документы, которые мне нужно было забрать. Заодно я прихватил подписанные бумаги и привез ей. Она отдала мне то, что хотела, а я отдал ее часть бумаг.

– Которые оказались настолько важны, что ты их оставил у нее в квартире.

– Поль! Ну я вообще не понимаю, почему должен оправдываться! – он опирается на подоконник и, как коршун, следит за моими перемещениями по кухне. – Мне позвонили, я прихватил бумаги и забыл, что она не отдала мою папку, сел в машину и поехал на следующую встречу, а спохватился тогда, когда она написала, что передала папку тебе.

– Андрей, ты вообще понимаешь, что происходит? Ты пляшешь под дудку какой-то посторонней девки! Она лишь наемный сотрудник твоих партнеров, но ты какого-то хрена проводишь с ней времени больше, чем с теми людьми, с которыми заключаешь сделку. И что это за повод – забрать документы? У нас в городе курьеры перевелись?

Смотрю на него, горло горит от высказанных слов, и жду, когда он убедит меня, что я не права, что все это ерунда и пустяки и я все придумала.

– Посчитал, что так будет удобнее, – говорит он спокойно.

– Мне не нравится то, что происходит. Она могла отправить эту папку курьером, но предпочла создать вот такую ситуацию, где все выглядит так, будто у вас интрижка.

– Поль, ну нет у меня ничего с ней. Нет! – проводит руками по волосам, явно теряя контроль.

– Мне с каждым днем все сложнее в это верить. К тому же… ты изначально солгал. Сказал, что оставил папку в ресторане, – ухожу с кухни, даже не предложив поужинать.

– Да потому что я знал, что так будет! Предвидел твою истерику! – переходит он на крик.

Я вздрагиваю и ухожу в спальню, не желая ни разговаривать, ни ужинать, ни вообще чего-либо. Никогда он на меня не повышал голос. Тогда как посмел сейчас?

Через пару дней должны вернуться дети с моими родителями. А я не знаю, как их возвращать в дом, если мы с мужем собачимся и он проводит время с другой женщиной.

Спустя час муж заходит в спальню и ложится позади меня. Затаив дыхание жду, что он сделает дальше. Андрей тяжело вздыхает и все же обнимает меня со спины.

– Попроси заменить специалиста, Андрей. Если тебе дорога наша семья, ее нужно изолировать от тебя.

– Поль, она ведет проект…

– Мне плевать. Ты сейчас выгораживаешь ее, тем самым выбираешь не меня и нашу семью, а ее. Поэтому сделай что-то.

– Хорошо, я постараюсь придумать что-то.

И за день до возвращения детей супруг сообщает мне, что уладил эту проблему и они больше не сотрудничают с Алисой.

Я могла бы выдохнуть, но именно после этой новости в Андрее что-то незримо изменилось. Впервые я ощутила тот проклятый холод от него, который он практически не пытался сгладить…

Наверное, в другой ситуации я посчитала бы то, что я делаю, унизительным прежде всего для себя. Но сейчас я без зазрения совести ввожу пароль на смартфоне мужа и читаю последнее сообщение.

Неизвестный номер: “Я очень надеюсь, что ты передумаешь. Для меня это очень важно…”

Кровь отливает от лица, потому что видно, что это сообщение отправлено женщиной, нет ни малейших сомнений. Более того, это не единичное послание. Выше целая переписка. И это напрягает меня еще сильнее. Чувству, как органы стягивает в тугой узел.

Делаю глубокий вздох и пролистываю вверх, и чем больше листаю, тем сильнее учащается мой пульс, потому что это более личная переписка, чем могло показаться с первого взгляда. И мне кажется, что я подсматриваю в замочную скважину. Чем больше читаю, тем быстрее колотится мое сердце и шумит в висках.

Андрей: “Отличная работа. Поражен”.

Неизвестный абонент: “Спасибо. Надеюсь, это не последний раз, когда я смогла тебя удивить”.

Андрей: “Уверен, тебе есть чем”.

У меня краснеют щеки, потому что это похоже на флирт. Закусываю нижнюю губу, прежде чем читать дальше.

Неизвестный номер: “И я с радостью продемонстрирую все свои способности при первом удобном случае”.

Следующее сообщение от Андрея приходит через десять минут. Видимо, он долго думал над ответом.

Андрей: “Это лишнее”.

Неизвестный номер: “Прости. Неуместная шутка”.

Андрей: “Не забывай про субординацию”.

Неизвестный номер: “Больше не повторится”.

Далее идет переписка о рабочих моментах без намека на флирт. А потом характер сообщений меняется.

Неизвестный номер: “Я передала папку твоей жене”.

Андрей: “Алиса, что ты творишь?”

Неизвестный номер: “Я всего лишь передала папку. И бутик твоей жены гораздо ближе, чем офис”.

Андрей: “Никогда не смей втягивать в это Полину!”

Неизвестный номер: “Я думала, так будет проще и тебе, и мне”.

Андрей: “Больше так не делай”.

Неизвестный номер: “Прости”.

И снова супруг оставляет без ответа сообщение девушки.

Неизвестный номер: “Ты злишься на меня? Пожалуйста, скажи, что нет…”

Неизвестный номер: “Андрей, мне невыносимо думать, что ты на меня разозлился. Прости меня, пожалуйста”.

Андрей: “Мне не за что тебя прощать. Мы с тобой просто коллеги”.

Неизвестный номер: “Ты знаешь, что это не так. Не притворяйся, будто мои чувства безответны”.

Андрей: “Алиса… нет. Я женат и люблю жену”.

Неизвестный номер: “Я видела, как ты на меня смотришь. К тому же если бы ты был уверен в своих чувствах, тогда не оставался бы со мной допоздна вдвоем в офисе. И после…”

Пульс ускоряется. Я боюсь узнать продолжение, но читаю.

Андрей: “Тебе показалось. Ничего нет и не будет”.

Неизвестный номер: “Не обманывай себя”.

Далее снова идет перерыв в несколько дней.

Неизвестный номер: “Я буду в городе еще неделю. Передам дела новому специалисту. И… я буду тебя ждать, Андрей. Каждый день. И когда уеду… тоже”.

Неизвестный номер: “Я хочу просто увидеть тебя. Пусть это будет один раз. Но… Если его не будет, ты же будешь жалеть об этом всю жизнь. Как и я. Потому что я не знаю других таких мужчин, как ты. Ты лучший!”

Андрей: “Алиса, ничего не будет”.

Неизвестный номер: “Я помню, что ты мне говорил. И… никогда не забуду твои руки”.

Андрей: “Забудь. Ты встретишь мужчину. А у меня семья. Мне все это не нужно”.

Неизвестный номер: “Я буду ждать…”

И заканчивается их общение тем сообщением, которое я прочитала первым.

Мое сердце колотится так быстро и так громко шумит кровь в висках, что я не слышу ничего вокруг.

Получается, она открылась ему. И Андрей разорвал с ней деловые отношения именно поэтому, а не по той причине, что мне показалось, будто она в него влюблена.

Понимаю, что Алиса уезжает через два дня после нашей семейной поездки, и мне остается только молиться, чтобы муж не отреагировал на ее призыв. Потому что прощальный разговор вполне может перерасти в первый или не первый секс. И тогда это будет конец нашей семьи. Наш с ним конец.

Думаю ровно несколько секунд, прежде чем нажать на последние непрочитанные сообщения, и просто удаляю их, а потом закидываю ее номер в черный список.

И мне плевать на то, что Андрей это увидит и все поймет. Я сейчас борюсь за свою семью. А эта змея пусть ползет обратно в свой колодец и забудет про существование Андрея.

Наутро, встав пораньше, я готовлю завтрак, собираю с собой бутерброды и два термоса, с кофе и чаем, и наблюдаю за мужем, ожидая от него какой-то реакции, которая показала бы мне, что он в курсе моего поступка. Но муж ни словом, ни делом не показывает, будто заметил, что я похозяйничала в его телефоне.

Мы едем в горы, и мне даже кажется, что он становится прежним. Телефон если и берет, то только для разговоров с партнерами или сотрудниками, не прячась и не шифруясь. Никаких переписок, ничего такого, что могло бы меня заставить напрячься.

Кажется, что все как и раньше. Мы прекрасно проводим вместе время. Дети счастливы, у меня с сердца падает тяжкий камень.

Все меняется в понедельник, когда я провожаю супруга и детей. Андрей должен довезти сына и дочь в школу. Но закрыв за ними дверь, я замечаю дочкин мешок со сменкой. Выхожу в гараж, но мужа там нет. Дети дожидаются его в машине. А сам он ходит вдоль бани.

Я подхожу к углу здания и слушаю его разговор.

– Нет. В офис приезжать не нужно… Прекрати. С ума сошла? – ходит он из стороны в сторону. – Ты не в себе! Нет! Нет! У тебя будет ровно десять минут. В обед. Я сам заеду…

Вот теперь, похоже, у меня есть один шанс оборвать это раз и навсегда. Если наши разговоры полностью не оборвали их общение и даже то, что я занесла ее в черный список, не помогло, значит, я должна поймать его на месте. Ведь только когда мы соберемся втроем в одном месте, я смогу узнать правду.

И тогда… я узнаю через ассистентку мужа адрес Алисы, под предлогом, что хочу отправить ей еще несколько моих новых моделей. А сама еду к ней домой в то время, когда к ней должен приехать Андрей.

Вхожу в подъезд одновременно с высокой блондинкой в плюшевом костюме и дутой жилетке, держащей на руках шпица.

Мы вместе ожидаем лифт, а когда входим в кабину, она мажет по мне взглядом, а затем возвращает взор к моему лицу.

– Вы же Полина Рязанова? – выражение лица девушки меняется с надменного на радостное.

– Да, – смущаюсь, как и всякий раз, когда меня узнают незнакомые люди.

– Я обожаю вашу одежду! – ее глаза вспыхивают восторгом.

– Спасибо! – мне сейчас совсем не до поклонниц, и меньшее, чего я хочу, – это разговаривать. Совершенно не расположена к общению.

– Только не говорите, что мы теперь с вами соседи?! – возбужденно произносит она.

– Нет, я живу в другом районе города. Здесь по делу.

– Как жаль.

– Не расстраивайтесь. Приходите ко мне в бутик. У меня новая коллекция, – произношу с облегчением, как раз в тот момент, когда двери лифта раскрываются и я оказываюсь на нужном этаже, тяжело выдыхая.

– Обязательно приду! Рада была вас увидеть! – несется мне вслед, но я уже не слушаю.

Меня потряхивает. Потому что я не знаю, что именно сейчас увижу.

На парковке я не заметила машину мужа, но все равно мне страшно, что он уже там и Алиса оказалась слишком убедительной, слишком влюбленной и сексуальной, чтобы Андрей смог устоять.

Возможно, кто-то скажет, что это унизительно – ходить и ловить мужа за руку, оттаскивая от другой женщины, но мне откровенно плевать на чужое мнение. Потому что это моя семья и мой муж.

Нажимаю на дверной звонок, и мне мгновенно открывают, словно меня ждали. Радостная улыбка на лице Алисы застывает восковой маской, а затем и вовсе сползает.

– Полина? – разочарованно говорит она и выглядывает мне за спину, но, убедившись, что там никого нет, снова сосредотачивает внимание на мне. – Что вы тут делаете?

– Приехала поговорить.

– Простите, но я сейчас очень занята. Ко мне должны приехать, – она удерживает одну руку на дверном косяке, а вторую на самой двери, преграждая дорогу, будто я ворвусь, несмотря на то что меня не приглашают.

– Мой муж? – смотрю ей в глаза.

Радужки шатенки вспыхивают, и она мгновенно краснеет, но не отводит взгляда.

– Что вы хотите от меня?

– Ты действительно хочешь разговаривать об этом посреди лестничной площадки? Может, хотя бы пригласишь войти? – киваю на ее квартиру.

– Если рассчитываешь найти там Андрея, то его нет.

– Как ты лихо перешла на “ты”, – усмехаюсь, поражаясь тому, какой на самом деле эта девушка хамелеон. – И все же я войду. Или мне дождаться его под дверью?

– Откуда такая уверенность, что он вообще должен здесь появиться? – на самом деле уверенности нет. Есть только выводы, сделанные из подслушанного разговора. И чертово женское предчувствие.

– Ты так настойчиво звала его. Я оценила твою попытку не влезать в семью, – усмехаюсь, и как раз в этот момент кто-то выходит из квартиры напротив.

Алиса вспыхивает, краснея до линии роста волос, и распахивает дверь, приглашая меня войти. И я не отказываюсь от приглашения.

Перешагиваю порог и оказываюсь в просторной светлой прихожей, переходящей в кухню-гостиную, через которую, видимо, можно пройти в спальню.

Хорошая квартира, просторная, светлая, стильная.

Перевожу взгляд на хозяйку дома, окидывая ее взглядом с ног до головы. Алиса лишь в шелковом черном халатике, под которым наверняка белье для соблазнения моего мужа. И меня это отчего-то смешит.

– А ты не промах, да? – обращаю внимание и на укладку и макияж. А на столе – бутылка полусухого и фрукты.

– Что ты хочешь от меня услышать? – скрещивает она руки на груди и смотрит на меня теперь с вызовом.

– Да я, собственно, хотела посмотреть, чем ваша встреча закончится.

– Свечку пришла подержать? – дерзко улыбается она.

– А ты так уверена, что он бы сдался? – стараюсь сохранять спокойствие, хотя внутри все дрожит.

Конечно, я ни в чем не уверена. Да и как я могу, если от этого зависит вся моя жизнь и жизнь моих детей? Но я хочу верить в Андрея, в нашу любовь и в его силу. Он не должен прогнуться под какой-то случайной девкой, которая в скором времени станет лишь незначительным эпизодом в ленте нашей с ним жизни.

Алиса смотрит на меня несколько мгновений, а затем начинает смеяться.

– Ты до сих пор веришь в то, что между нами ничего не было? – хохочет она. – С чего бы тогда в нем проснулась совесть и он потребовал меня заменить, ты не думала?

Её слова и смех отдаются странной тупой болью в груди. Я не верю ей. Ни единому слову. И не должна показывать, будто меня трогает то, что она говорит.

– Я его попросила об этом.

Шатенка меняется в лице. А затем раздается звонок домофона.

Она переводит взгляд с меня на трубку, висящую у двери, но ничего не делает. Тогда я сама нажимаю на кнопку, быстрее, чем она успевает меня остановить.

– Что ты себе позволяешь? – вскрикивает она и начинает суетиться.

– Всего лишь дожидаюсь главного лица этого треугольника. Пора выслушать его версию.

– Ты… ты выставляешь себя жалкой дурой, Полина. Если он хочет меня, он найдет, как это сделать и когда.

И я знаю, что она говорит правду. Но мне важно посмотреть в глаза мужа и понять, у нас все еще семья или уже нет.

– Это не тебе решать, как и кем я себя выставляю.

Прислушиваюсь к шагам снаружи и открываю дверь, отойдя в сторону так, чтобы он сразу меня не заметил.

Он заходит, заполняя своей энергетикой все пространство, при этом не говоря ни слова и прожигая взглядом девушку. Она тоже не отрывает от него глаз. И мне становится плохо, потому что на меня он уже много лет так не смотрел. С таким голодом и злостью. Тогда я решаю подать голос:

– Привет!

Он замирает, услышав меня, а затем медленно поворачивается ко мне. Его глаза распахиваются в шоке, и кажется, он не до конца понимает, что я нахожусь в квартире у девицы, что вешается ему на шею.

– Поля! Что ты тут делаешь?

– Поля! Что ты тут делаешь? – муж переводит взгляд с меня на девушку.

В его взоре столько всего, что я не знаю, какая именно эмоция сейчас преобладает у него. Шок, недоумение, растерянность?

– Разговариваю с Алисой, – для меня главное – сохранить лицо, не показать, что я на грани истерики и насколько мне больно от происходящего.

Мне нужно не показать того, как сильно меня ранит тот факт, что он вообще пошел у нее на поводу и приехал. Возбужденный, взбудораженный и с трудом контролирующий свои эмоции. А все это гремучая смесь. И судя по тому, как именно его тут готовились встречать, Алиса смогла надавить именно на необходимые точки. Потому что когда мужчина на взводе, он с трудом контролирует себя и его состояние может стать отличным инструментом в умелых руках.

То, что Алиса – манипулятор, я уяснила сразу же после нашей встречи в ресторане. Так грамотно строить из себя раскаивающуюся скромницу, несчастную влюбленную девушку может только воистину искушенная жизнью и опытом тварь.

– Зачем? – голос мужа звучит резко, и в глазах вспыхивает злость.

Он смотрит на меня пристально, и я вижу, как горят его глаза и раздуваются ноздри. Мне становится не по себе оттого, что он позволяет себе быть таким со мной на ее глазах. Подобным поведением Андрей унижает меня.

– Ищу ответы на вопросы, которые ты игнорируешь, – я не умею играть, тем более своими чувствами. И понимаю, что именно сейчас должна быть честной с ним. Если я не обозначу все свои эмоции и чувства, а буду строить оскорбленную гордость, то просто отдам мужа в руки этой ушлой девки.

– И как? Нашла? Я же говорил, мы просто сотрудничаем, – муж старается говорить спокойно, но получается резко.

– Я выйду, – вспоминает о своей роли хорошей девушки Алиса и тактично выходит в другую комнату, оставляя нас наедине с недопониманием глубиной с океан.

– Чёрт возьми, Полина! Что ты творишь? – вот теперь он не сдерживается, рычит на меня, будто дикий зверь, загнанный в ловушку, и у меня в животе холодеет от того, насколько в данную минуту он не похож на мужчину, которого я люблю и который любит меня.

– Думаешь, я должна была сидеть в бутике или за швейной машинкой, зная, что ты поехал к ней? – тоже повышаю голос. Не собираясь больше играть в вежливость, тактичность и стараться цивилизованно разрешить данный конфликт.

Хватит с меня быть терпеливой и давать мужу решить этот вопрос мирно!

Андрей

Выхожу из подъезда и вижу, как жена летит к своему авто. Нельзя ее отпускать в таком состоянии, но и пока она настолько взвинчена, у нас не выйдет диалога.

Хлопаю себя по карманам и достаю жвачку. У меня никогда не было вредных привычек, хотя к чужим маленьким слабостям я снисходителен. Но самого особо не тянуло начать дымить. Хотя сейчас, после эмоциональной мясорубки, захотелось затянуться крепким дымом, чтобы хоть немного избавиться от напряжения в теле, натянутом как струна.

Прохожу к авто и, нажав на кнопку разблокировки сигнализации, наблюдаю, как Полина пулей вылетает с парковки. Провожаю ее взглядом. Лишь бы не разбилась, лихачка моя.

Достаю из кармана вибрирующий телефон в надежде, что жена забыла сказать что-то еще. Потому что лучше крики и слезы, чем равнодушие.

– Андрей Иванович, к вам тут Сергеев подошел, – голос Екатерины Александровны.

– Пусть ждет, – сбрасываю вызов и смотрю прямо перед собой.

Что ж это за дерьмо такое творится?

Провожу пятерней по волосам и задираю голову к серому весеннему небу. Кажется, что не только у меня внутри раздрай, буря и мрак, но и весь мир окрасился в цвета моего состояния.

На лоб опускается холодная капля, а за ней сразу же следующая.

Но я не тороплюсь спрятаться в салоне машины. Намеренно подставляюсь под дождь, чтобы охладить и без того воспаленную кожу.

Думал ли я, что меня может ждать такой треш? Конечно нет.

Я, как и все глупцы, был уверен, что моя жизнь стабильна и все в ней настолько нерушимо, как гребаное мироздание и все, что в нем вечное.

Но по факту все полетело в тартарары в одночасье. Я даже не понял, как все пошатнулось. Тупо проглядел. И что теперь?

Конечно, для меня семья – самое главное. Я люблю Полю и детей больше жизни. Но это проклятое наваждение с робким взглядом и мягкими розовыми губками…

Черт!

Нет, я не поддамся. Несмотря на то, что я вспыхиваю, только подумав об Алисе. Но это все временное. Мимолетное. Просто эмоция, которая притупится, как только ее источник исчезнет из поля зрения.

Но в любом случае то, что мне высказала Полина, – это полная хрень. Потому что я не то что не собираюсь съезжать из дома, я даже думать об этом не хочу.

Вот так просто поставить семью под удар из-за какой-то…

Злость затапливает меня.

Впервые в жизни я растерян и, мать его, не знаю, как поступить правильно. Давить на жену, заставлять терпеть свое присутствие тогда, когда она требует скрыться с ее глаз? Или съехать, чтобы она накрутила себя до такой степени, что дорога назад мне будет заказана?

Ни один из вариантов меня не устраивает.

Стук в стекло возвращает в реальность.

Алиса.

Заглядывает в пассажирское окно, потупив взор и кутаясь в пальто.

Разблокирую замки, и, открыв дверь, она залезает внутрь.

Аромат ее легкого цветочного парфюма мгновенно заполняет салон. И, черт возьми, даже этот нюанс вызывает у меня реакцию. Злюсь на себя в первую очередь. Потому что мне все это не нужно! Но черт, как же тянет!

– Андрей, – голос словно тихий шелест.

– М? – не смотрю на нее. Потому что теперь, как никто, осознаю, что это не просто “нельзя”, но и опасно.

– Андрей, посмотри на меня, пожалуйста.

Звучит такой ранимой, что у меня даже злиться на нее не получается, хотя я должен. Должен же?

– Зачем? – все еще не поворачиваюсь.

– Андрей, я… я не хотела создавать тебе проблемы, правда.

– Если не хочешь для меня проблем, почему просто не уедешь? – не выдерживаю и поворачиваюсь к ней.

– Потому что не могу! Я никогда не чувствовала такого, понимаешь? – глаза блестят от непролитых слез, и губы красные, будто она их кусала. – И да, это эгоистично, но я хочу урвать кусочек тебя. Ты мне нужен. Я готова на все ради тебя. Боже, да я даже согласна быть твоей тайной. Грязной тайной, – смотрит на мой рот так невинно и в то же время порочно, что у меня в штанах все готово взорваться.

Сука! Ну зачем это все? Но и взгляд от нее отвести не могу.

Кроет меня от нее. Не по-детски.

Голова вообще отказывается функционировать. На силе воле держу перед собой образ Полины, как оберег.

Поэтому хочется отпугнуть соблазн от себя. Перестать быть с ней хорошим. Разозлиться и прогнать.

– И что, готова, чтобы я тебя отодрал, как суку, во все дыры без сантиментов, так, как дерут только самых прожженных шлюх, чтобы вытрахать тебя из головы и навсегда вычеркнуть из воспоминаний и совести? Так ты хочешь?

– Хочу, – облизывает она губы, и ее пальто распахивается на груди, и вместе с ним – пеньюар, под которым прозрачное белье. У меня даже дух перехватывает при виде острых розовых пик, прикрытых черной сеткой и швом по центру. – Но ты же не выбросишь, Андрей, – кладет руку мне на колено. – Я буду твоей личной шлюшкой, грязной тайной, с которой можно делать абсолютно все, – тонкие пальцы скользят по бедру вверх, а мой взгляд застывает на ее груди, мечется к чертовым губам, что шепчут порочно. Мир вокруг расплывается, а желания плоти становятся такими безотчетными, что я почти готов поддаться. – И ты не сможешь остановиться. Тебе будет нужна доза снова и снова.

Но звонок телефона выдергивает из морока.

Обхватываю ее запястье и убираю со своего бедра.

– Вон! – говорю холодно.

– Ну, Андрей. Никто не узнает… – продолжает соблазнять.

– Вон! Или я тебя за волосы вытащу из машины.

Алиса распахивает глаза, явно не веря.

– Три, два… – веду обратный отсчет, и только теперь на ее лице появляется паника.

Она дергает дверную ручку и вываливается на улицу, а я завожу мотор, и даю по газам, и уношусь с парковки, думая лишь о том, что я практически сделал это. Практически изменил Поле…

– Смотришь так, будто призрака увидела, – садится он, а на лице та же самая мальчишеская ухмылка, что сразила меня в девятом классе.

Вот и сейчас вроде столько времени прошло, почти двадцать лет, а я вместо заматеревшего мужика с густой щетиной на лице вижу того самого Олега, мысли о котором мне не давали спать ночами.

Смотрю на него и дар речи теряю.

– Поль, не думал, что мое появление может произвести такой эффект, – смеется он.

– Прости, – я наконец-то прихожу в себя, смаргивая с глаз пелену. – Просто не ожидала. Слышала, что в столице живешь.

– Да, так и есть, – смотрит он на меня пристально, скользит взглядом по лицу, и ниже, и снова возвращает внимание к глазам.

А я вспыхиваю под его взором. Потому что он разглядывает меня с явным мужским интересом. Так нельзя смотреть на замужних женщин, а я замужем. И не хочу менять этот статус. Но отчего-то внимание этого мужчины заставляет меня трепетать.

– Тогда какими судьбами? – стараюсь не отводить глаз и не показывать, как он меня смущает, но не выдерживаю. То и дело смотрю в сторону или на почти пустую чашку чая.

– Бизнес. Расширяюсь. Постепенно осваиваю регионы.

– Оу. А чем ты занимаешься?

Он усмехается, и я вижу даже под щетиной ямочку на его щеке, что так сводила девчонок с ума.

– Агротехника.

– Вот как? Неожиданно.

– А ты? Как ты живешь, Полина? Выглядишь потрясающе. Будто совсем со школы не изменилась.

– Льстец, – усмехаюсь.

Учитывая то, сколько я сегодня рыдала в машине, мой вид соответствует скорее какой-нибудь беспробудной пьянице, чем школьнице.

– Я абсолютно серьезен, – говорит Олег, и в его голосе нет ни капли фальши. Будто он действительно говорит то, что думает.

Мне становится неловко. В висках пульсирует, чувствую, как тепло разливается по щекам, и стараюсь отвлечься, крутя пустую чашку в руках.

– Спасибо, – наконец-то выдаю.

– От души, – улыбается он еще шире, как раз в тот момент, когда подходит официант. – Ты торопишься? Посидим немного, поболтаем?

Его вопрос застает меня врасплох. Сидеть с посторонним мужчиной в ресторане – это же так неправильно. Но ведь это всего лишь мой давний приятель… в которого я была влюблена.

– С удовольствием, – отвечаю неожиданно для самой себя, вспоминая Андрея и его Алису, которую мне хотелось бы забыть, как страшный сон. Но не получится. Потому что она существует где-то там. И мой муж по ней сохнет. Поэтому безобидный разговор со старым приятелем не может даже сравниться с тем, что происходит между ними.

– С ума сойти, – качает головой бывший одноклассник, смотря на меня. – А ты ведь мне нравилась в школе.

– Что? – удивленно смотрю на него. – Серьезно? – щеки вспыхивают еще сильнее. В груди становится горячо-горячо. – Ты ведь встречался с Кирой…

– Ну да, тебе назло. Она говорила, что ты считаешь меня гопником и, вообще, тебе нравятся парни постарше.

Удивленно моргаю, смотря на него. Потому что я абсолютно точно такого не могла сказать.

Кира была моей близкой подругой и прекрасно знала, как я отношусь к Олегу. И когда они начали встречаться, для меня это было ударом. Хотя я всегда считала, что это логично. Ведь она была яркой смуглой брюнеткой, а я – бледной поганкой.

– Не было такого.

– Да ну! – удивленно вскидывает брови Олег.

– Точно не было. Она знала, что ты мне нравишься… – произношу это совершенно без задней мысли. Ведь все мои чувства остались в прошлом и сейчас мое сердце занято мужем.

– Чёрт, – хмурится он. – Значит, все могло сложиться иначе? – в словах Олега слышится сожаление.

– Все сложилось именно так, как и должно было. Ведь если бы у нас все случилось тогда, то я не встретила бы своего мужа и не родила бы прекрасных детей.

Я действительно так думаю, но именно сейчас эти мысли отдаются болью в сердце. Потому что для того, для кого я была целым миром, я больше не единственная. И это осознавать тяжелее всего.

В этом мире есть еще одна женщина, которая занимает его мысли и мечты.

– И как? Ты счастлива? – словно читая мои мысли, задает он вопрос в лоб.

Теряюсь на мгновение, но затем беру себя в руки и уверенно отвечаю:

– Вполне, – но голос звучит чуть тише, чем я хотела бы.

Олег смотрит на меня так, будто видит как на рентген-аппарате.

– Как-то неубедительно, Поль, – говорит он мягко, но с ноткой иронии. – Помнишь, как тебя оставили переписывать проверочную по алгебре после уроков, а я как раз дежурил?

Я невольно улыбаюсь, вспоминая тот день.

– Ты все еще тут? – захожу на кухню после бессонной ночи и вижу у кофемашины супруга.

Уснуть в нашей кровати без объятий Андрея оказалось невозможной задачей. Я закрылась в спальне изнутри и не пустила мужа. Хотя при желании он мог открыть комнату с той стороны. Замки на межкомнатных дверях открываются достаточно легко, и по большому счету стоят просто для того, чтобы обозначить личное пространство. И видимо, Андрей проявил хотя бы в этом уважение ко мне и моему решению.

Поэтому он спал в гостевой спальне.

– А где мне еще быть? – муж оборачивается ко мне и смотрит, слегка приподнимая бровь.

– Я думала, что ты меня услышал.

– И что, решила, что я так просто откажусь от семьи из-за кратковременного помутнения?

– Я ничего не думала, – наливаю из графина воду с лимоном в бокал. – Мне показалось, что это не обсуждается.

– Правда? То есть ты решила за нас двоих и хочешь, чтобы я, как послушный песик, следовал твоим желаниям? – пристально смотрит на меня, так, будто это не я поставила в шаткое положение существование нашей семьи.

– Андрей, не притворяйся, будто не понимаешь, о чем я говорю и что конкретно имею в виду.

– А что ты имеешь в виду, скажи это словами? Я не умею читать мысли.

Я залпом осушаю бокал и тянусь за кофейной кружкой, чтобы приготовить себе кофе.

– Да ладно? – вырывается из меня злорадно.

Отчего-то сейчас я не могу построить с супругом нормальный диалог. Что бы он ни сказал, что бы ни сделал, – меня все в нем раздражает. Будто это не мой родной и любимый муж, а незнакомец, чьи мысли для меня загадка, а поступки лишены хоть какой-то логики.

– Ладно? – повторяет Андрей, его голос звучит резко, и в нем такая буря эмоций, что я непроизвольно замираю.– Да, Полина. Я не умею читать мысли. И если ты хочешь что-то сказать, то, пожалуйста, сделай это словами, через рот, и тогда у нас будет более конструктивный диалог.

Я молчу, сжимая кружку в руках так, что пальцы начинают неметь. Кофемашина гудит, заполняя кухню ароматом, который обычно успокаивает, но сейчас он только усиливает напряжение.

– Так я все уже сказала вчера, – стараюсь сохранять спокойствие, но внутри меня снова настоящая буря.

– Так и я вроде.

Кофемашина пищит, оповещая о том, что напиток мужа приготовлен, но он его игнорирует.

– Полина, – он делает шаг ко мне, но я отступаю. – Я не хочу терять тебя. Я не хочу терять нас. То, что произошло… Никто от подобного не застрахован.

– То есть ты бы ждал, пока я переболею кем-то другим? Просто молча ждал?

– А у меня был бы другой выход? – повышает он голос. – Я тебя люблю, наших детей люблю и не хочу терять свою семью! – говорит с жаром. – Моя ошибка в том, что я сразу же не постарался оборвать контакты с ней и довел до этого.

– Ошибка? – вырывается у меня, и голос звучит резче, чем я планировала. – Ты называешь это ошибкой? Ты ворвался в квартиру другой женщины, Андрей! Ты смотрел на нее так, будто… будто…

Я не могу закончить. Слова застревают в горле, и я чувствую, как слезы подступают к глазам. Я не хочу плакать. Не перед ним. Не сейчас.

– Полина, – он делает шаг ко мне, и на этот раз я не отступаю. Его руки осторожно касаются моих плеч, и я чувствую, как дрожу. – Я не знаю, как это объяснить. Я не знаю, как сделать так, чтобы ты поверила мне. Но я клянусь, что больше никогда не допущу ничего подобного. Ты – моя жизнь. Ты и дети. Я не могу потерять вас.

Я смотрю на него, и в его глазах читается искренность. Но как мне просто закрыть на это глаза? Как не думать о том, с кем он в это мгновение в своих мыслях? И кого представляет во время близости, меня или девушку, пошатнувшую его мир?

– Андрей, – говорю я тихо, чувствуя, как слезы начинают катиться по щекам. – Я знаю одно: я не хочу жить в тени твоих истинных желаний.

– Что за бред?

– Подожди, послушай, – перебиваю его. – Ты бы смог жить со мной, зная, что мысленно я с другим? Вот сидим мы вместе или ложимся в постель, а ты замечаешь, что мыслями я не здесь. Улетела куда-то. Ты бы хотел так?

– Нет, – отвечает он твердо. – Но и от тебя никуда бы не делся, понимаешь? Снова бы пытался заслужить твою любовь.

– То есть ты предлагаешь мне стараться лучше, чтобы ты снова любил меня?

– Нет! Черт! – трет он переносицу. – Я бы просто был рядом с тобой. Потому что знаю, что все остальное – мимолетное, и только мы с тобой имеем значение, мы и наши дети.

Конечно, я думала об этом. И даже казалось, что нужно бороться за мужа, отвоевывать свое счастье обратно. Но что делать, если нет сил? Что, если, зная, что ему приходится ломать себя, чтобы быть со мной, я чувствую себя второсортной, неполноценной?

– Но все это время я буду знать, что твоими мыслями и желаниями владеет другая.

Андрей молча смотрит на меня, понимая, что я права.

– И я этого не хочу, – он говорит так тихо, что я едва слышу. – Я понимаю, что это займет время. Но я уверен, что морок спадет очень скоро. Я готов делать все, что потребуется, чтобы вернуть твое доверие. Пожалуйста, просто не закрывайся от меня. Давай уедем с тобой в отпуск, только ты и я?

– В разгар твоих душевных терзаний? Это еще более жестоко, чем жить с тобой под одной крышей.

– Полин, – муж все-таки оказывается прямо передо мной.

Я чувствую, как его руки осторожно обнимают меня, и я не сопротивляюсь. Ведь это мой родной и любимый муж. И руки, в которых мне всегда было так тепло и безопасно. Мое тело все еще напряжено. Я не знаю, как правильно поступить, и меня разрывают изнутри противоречия. Я понимаю, что не хочу терять его. Не хочу терять нас.

– Я не знаю, что делать, – шепчу я, чувствуя, как его руки крепче сжимают меня.

– Ничего не делай, – говорит муж, и его голос звучит так тепло, будто нет между нами другой женщины. – Просто будь со мной. Вместе мы со всем справимся.

Я не отвечаю. Я просто стою в его объятиях, чувствуя, как бьется его сердце. Хочется стоять так целую вечность. Но затем перед глазами всплывает тот взгляд, с которым он влетел в квартиру к Алисе, и к горлу подкатывает тошнота.

– Не могу, Андрей, – отталкиваю его и тянусь за кофе. – Просто не могу. Мне кажется, что ты в любой момент сорвешься.

– Черт! Да что ты заладила! Что я должен сделать, чтобы ты поверила мне, что этого не будет?

– Съехать, – так будет правильно.

Андрей

Полина

Андрей

Полина

– Мы сегодня не идем в школу, – заявляет дочь, появившись к завтраку и выдергивая меня из тревожных мыслей.

– Это еще почему? – переключаю внимание на детей, стоящих на входе в кухню и скрестивших руки на груди. – Даже не обсуждается! Сейчас завтракаем и едем в школу.

– А папа где? – спрашивает Нелли угрюмо.

– Папа… – во рту мгновенно пересыхает, когда я думаю о муже, и становится дурно. – Папе пришлось рано уехать на работу.

– Или ты его выгнала? – встревает сын и смотрит на меня исподлобья.

– Откуда такие мысли? – становится неприятно, что дети считают меня врагом. – Просто возникла ситуация… которая потребовала немедленного решения, – стараюсь звучать максимально спокойно и убедительно.

– Точно? – подозрительно смотрит на меня сын.

– Точно. А ты что, родной матери не веришь?

Знаю, что это грязный прием, но меньше всего я ожидала, что собственные дети начнут подозревать меня в том, что я выгнала их отца из дома.

– Ну… вы же в ссоре… – смущается Сава.

– Если бы папа съехал из дома, он бы не сделал это тихо. Перед этим мы бы обязательно все обсудили с вами.

– Но в школу мы все равно не идем, – садится с деловым видом за стол дочка.

– Папа был бы против, – и снова я использую запрещенный прием.

– А если у меня болит живот? – широко распахивает глаза дочь.

Нелли кладет ладошку на живот и делает такое страдальческое лицо, что я едва сдерживаю улыбку.

– Ты что, правда плохо себя чувствуешь? Может быть, тогда вызовем доктора, чтобы проверил? Или сразу скорую? А то вдруг у тебя аппендицит?

– Нет! – выкрикивает дочь. – Это… – кусает нижнюю губу и бегает глазами по кухне. – Это от голода.

– Тогда нам нужно позавтракать.

Мы едим в тишине. Дети ковыряются в тарелках, а я пью кофе, стараясь не смотреть на пустой стул Андрея.

– Вкусно? – спрашиваю, пытаясь разрядить обстановку.

– Нормально, – бурчит Савелий, отодвигая тарелку.

– Мам, а папа заберет меня с танцев? – Нелли смотрит на меня своими огромными глазами, и в них столько надежды, что у меня сжимается сердце.

– Не знаю, малыш, – отвечаю честно. – У него слишком много работы.

Посматриваю на смартфон, лежащий на подоконнике, ожидая каких-то новостей.

– Может, позвонишь ему и спросишь? – предлагает дочь.

Я замираю.

– Он… сейчас занят, – говорю осторожно.

– Ты с ним поссорилась, да? – Сава внезапно вскидывает голову. – Из-за той бабы?

Смотрю на сына в полной растерянности и медленно опускаю чашку на блюдце.

– Что?

– Мы не дураки, – хмурится сын. – Вы могли наговорить нам все что угодно, а сами решили разойтись.

Нелли кивает, её глаза наполняются слезами.

– Вы… разводитесь? – спрашивает она дрожащим голосом.

– Нет! – вырывается у меня резче, чем я планировала. – Нет, солнце. Мы просто…

Как объяснить детям, что их отец, возможно, только что поехал к той самой женщине? И что он пообещал ей плотскую любовь в обмен на свободу?

– Мам? – ждет ответа дочь.

– Всё будет хорошо, – говорю, обнимая их. – Мы с папой любим вас. Нам просто нужно время разобраться с проблемами.

Но слова звучат пусто.

Отвожу детей в школу, а затем зачем-то еду к дому, где снимала квартиру Алиса. Поднимаюсь к ней на этаж и делаю то, за что меня муж точно не погладит по голове: звоню в дверь, что расположена напротив квартиры мерзавки, решившей окончательно испортить нашу с мужем жизнь.

Ожидание длится целую вечность. Слышу, что кто-то подошел к двери, но так и не открывает.

Тогда я просто достаю пятитысячную купюру из бумажника и подношу ее к глазку.

– Здравствуйте! У меня есть несколько вопросов о вашей соседке. И каждый ваш ответ я щедро оплачу.

Не успеваю сосчитать до двух, как дверь распахивается и на пороге появляется дама за пятьдесят в розовом плюшевом костюме.

– Что? Мужика твоего увела? – хмыкает она.

– Вроде того. Поговорим?

– Ну, проходи, – кивает она внутрь, и я перешагиваю порог.

– Абонент временно недоступен! – в сотый раз повторяет мне механический голос в динамике.

Я пытаюсь дозвониться до Андрея, чтобы услышать его голос и удостовериться, что с ним все в порядке. Но все мои попытки безуспешны.

Шумно выдыхаю и перевожу взор на входную зону кафе бизнес-центра, нервно теребя край бумажной салфетки. Артём опаздывает уже на пятнадцать минут. Может, передумал приходить? Но вот наконец дверь открывается и я замечаю знакомую фигуру в дорогом костюме.

Он обводит взором помещение, и наши глаза встречаются. Губы друга мужа изгибаются в улыбке, и он направляется ко мне.

– Поля! – подходит к столику, наклоняясь и чуть приобнимая меня. – Не ожидал твоего звонка. Что-то случилось? Мне уже начинать беспокоиться?

Я делаю глубокий вдох.

– Признаться, мне на самом деле стыдно к тебе обращаться по таким вопросам, но у меня нет другого выхода.

– Так, – говорит он задумчиво, изучая мое лицо. – Мне уже тревожно от твоей подводки.

– Тём, вопрос очень щекотливый, и я бы не стала обращаться, если бы все не зашло настолько далеко.

Вижу, как взгляд Артема меняется и становится напряженным.

– Полина, что случилось?

– Ты же работал с Андреем во время заключения сделки с Белогорским? Общался с этой Алисой, видел, как она общается с Андреем. Скажи честно, ты замечал что-то странное между ними?

Артём заказывает эспрессо у подошедшего официанта и откидывается на спинку стула.

– Поль, Андрей убьет меня за это… – смотрит на меня исподлобья.

– Говори как есть. Это важно. Очень! Я бы даже сказала, это вопрос жизни и смерти.

– Если честно, то да. Последние пару недель она все время находилась рядом с ним. На совещаниях сидела рядом, постоянно находила поводы остаться с ним наедине, – Артем морщится, будто ему противно подобное поведение. – И Андрей либо не замечал этого, либо делал вид, что не замечает. Но ему, кажется, было с ней интересно.

Слышать это мне неприятно, хотя Андрей признавался мне уже в своих эмоциях насчет этой девушки. Но одно дело – обсудить это внутри семьи, и другое – когда посторонние тоже в курсе ваших проблем.

– И что ты думаешь? У них была интрижка?

Внимательно слежу за выражением лица Артема. Он сначала хмурится, а затем произносит:

– Я не буду тебе лгать, Поль, так как не следил за ними и свечку не держал. А Андрюха… он же не будет подобным делиться с кем-то. Но, возможно… Прости, – он опускает глаза к столу, явно ощущая дискомфорт.

– Ясно, – произношу, обдумывая услышанное. – Спасибо, что не стал его выгораживать. Но тебе не показалось странным то, что он отстранил ее от проекта?

– Честно? – и снова этот виноватый взгляд, от которого у меня сосет под ложечкой. – Я решил, что он просто решил не смешивать личное и рабочее.

Какое-то время я перевариваю услышанное. Но стараюсь не проваливаться в эмоции и не забывать о том, для чего я пришла сюда.

– А ты сам общался с ней?

– Я? – удивляется как-то слишком живо. – Нет, зачем?

– Не знаю… вы сотрудничали.

– Дальше офиса наше сотрудничество не распространялось, – выпивает кофе залпом.

– Ты слышал, что на Алису напали?

– Что? – смотрит на меня шокированно.

– Позавчера. И полиция подозревает в организации нападения нас с Андреем.

– Это же абсурд! Ты бы никогда… И Андрей тоже. Хотя… – он замолкает. – Раньше бы я никогда не поверил, что он, будучи женатым на тебе, может увлечься другой. Поэтому… – пожимает плечами.

Я же всматриваюсь в лицо этого мужчины и впервые замечаю один простой факт. Кажется, Артему приятно, что его друг оказался не таким идеальным, как считали все вокруг.

– Поэтому… что? – не выдерживаю и спрашиваю его.

– Может, она стала слишком навязчивой и угрожала рассказать все тебе? Тогда он вполне мог действовать вот так… топорно. Но это лишь мысли вслух.

Пока я допиваю свою чашку чая с чабрецом, мы оба сидим в тягостном молчании. Разговор дал мне пару зацепок: Артём радуется неудачам друга и лжет мне прямо в глаза. Судя по описанию соседки, Алису навещал он. В этом не может быть сомнений. Осталось убедиться в этом, просмотрев записи с камер.

– Ладно, спасибо, что смог найти время, – я встаю из-за стола, чувствуя разочарование в этом человеке, которого считала близким другом. – Если вспомнишь что-то ещё…

– Конечно, Поль, сразу позвоню, – кивает. – Какие вопросы.

Я обнимаю его на прощание.

– Мне правда жаль, что все так сложилось… – говорит он напоследок.

В ответ я лишь киваю и выхожу из здания, направляясь к парковке.

Иду к машине, стараясь отыскать в сумке ключи от авто.

Мысли роятся в голове. Может, зря я затеяла этот разговор? И если он имеет к этому отношение, то теперь станет осторожнее?

Визг шин вырывает меня из мыслей. Приближающийся звук мотора. Я поднимаю голову и вижу чёрный внедорожник, несущийся прямо на меня. Сердце уходит в пятки, и меня будто парализует от страха.

Машина все ближе. А затем толчок и я лечу на асфальт. И машина проносится всего в каком-то метре от меня.

– Полина, ты в порядке? – раздается мужской голос.

Я перевожу взор на своего спасителя и замираю…

– Олег? – хлопаю глазами, смотря на школьного приятеля. – Что?..

Мысли путаются. До конца не осознаю случившееся. Тем более то, что здесь делает Олег.

– Ты видел? – выдыхаю.

– Да! – поднимается он на ноги и помогает мне встать с тротуара. – Машина с заклеенными номерами.

Я оглядываюсь по сторонам и вижу, как на крыльцо выбегает охрана и несколько зевак. Артема среди них нет.

– Ты в порядке? – спрашивает он обеспокоенно.

– Кажется… – прислушиваюсь к ощущениям. Но, кроме бешеного адреналина, не чувствую ничего. – Кажется, я в порядке, – наконец выдавливаю из себя, хотя ноги подкашиваются, а руки дрожат. Олег крепко держит меня за локоть, не давая упасть.

– Давай сядем, – ведет он меня к скамейке у входа в бизнес-центр. – Тебе нужно успокоиться.

Я опускаюсь на холодный металл, ощущая, как сердце колотится где-то в горле, а на лбу выступили ледяные капельки пота.

Неужели меня хотели целенаправленно сбить?

– Спасибо, – шепчу. – Если бы не ты…

– Не думай об этом, – он садится рядом, его теплое плечо касается моего. – Ты знаешь, кто это был?

Я качаю головой, хотя в глубине души догадываюсь. Но озвучивать свои подозрения не хочу. Пока нет доказательств, это всего лишь паранойя.

– Может, случайность? – предлагает Олег, но в его глазах читается сомнение.

– Вряд ли, – вздыхаю.

– Полина, что происходит? – он поворачивается ко мне, его карие глаза внимательно изучают мое лицо. – Ты в опасности?

Я закусываю губу. Рассказать ему? Но это же безумие. Мы не виделись почти двадцать лет. И не слишком ли подозрительно его внезапное появление в моей жизни? Целых две встречи за двое суток.

– Как ты тут оказался? – спрашиваю, пристально смотря на него.

Я больше не верю в совпадения и случайности.

– Шел на встречу и увидел тебя. Хотел окликнуть в момент, когда понял, что машина несется прямо на тебя, – его ответ кажется вполне искренним. – Почему спрашиваешь?

– Две встречи за два дня – слишком подозрительно…

– Может, это знак? – улыбается он, явно пытаясь разрядить обстановку. Но я не в том настроении, чтобы шутить.

– Знак… – говорю задумчиво.

– С вами все в порядке? – подходит ко мне охранник бизнес-центра.

– Вроде бы да. Но мне хотелось бы знать, намеренно это было совершено или нет…

– Простите, но мы не занимаемся расследованиями.

На пару мгновений я подвисаю, не зная, что делать дальше.

– Тебе нужна помощь? – продолжает выпытывать у меня Олег.

Меньшее, о чем я думаю прямо сейчас, – это вмешательство постороннего человека в и без того сложную ситуацию.

– Спасибо тебе за беспокойство, – понимаю, что единственный, кто мне может помочь, находится не здесь. – Но ты вряд ли сможешь.

– А ты расскажи, и мы посмотрим.

– Сначала мне нужно позвонить человеку, который занимается этим вопросом. А тебе, наверное, пора на встречу.

– Я не могу оставить тебя в такой ситуации одну, – отвечает твердо Олег. – Ты пока звони, а я тоже постараюсь перенести…

– Не стоит, Олег, правда, – мне неловко, что из-за меня ему приходится менять свои планы.

– Оставить тебя одну в таком состоянии я точно не смогу.

– Не волнуйся, я сейчас позвоню человеку, который займется этой проблемой.

Набираю номер начальника безопасности Андрея.

– Сереж, – говорю в трубку. – Меня чуть не сбили. Намеренно.

– Когда? Рассказывай все в подробностях, – сразу принимает деловой тон безопасник мужа, а спустя двадцать минут появляется на парковке, в сопровождении еще двух людей.

Он с недоверием смотрит на Олега, а затем сосредотачивает внимание на мне, снова выслушав рассказ о случившемся.

– Понял. Нужны записи с камер, – кивает на здание бизнес-центра своим людям и скрывается вместе с ними внутри.

– Серьезная у тебя помощь, – произносит Олег, стоя напротив меня. – Может, поделишься ситуацией?

– Прости, но это семейные проблемы. Но я очень благодарна тебе, что ты оказался в нужное время в нужном месте.

– Звони, если захочешь поделиться, – говорит он и скрывается в здании.

Я сижу в машине Сергея, крепко сжимая телефон в руках. Олег ушел, но его обеспокоенный взгляд до сих пор стоит у меня перед глазами.

– Нашли что-то? – спрашиваю у безопасника, когда он возвращается из здания.

– Камеры зафиксировали машину, но номера действительно скрыты, – он садится за руль и заводит двигатель. – Но есть кое-что интересное.

– Что?

– Ваш друг Артем вышел из бизнес-центра через черный ход через минуту после того, как ты ушла.

Меня будто пронзает током. Зачем?

– Он… мог видеть, что произошло?

– Мог. Но он просто сел в свою машину и уехал, – Сергей смотрит на меня, и в его глазах читается то же самое, что крутится и у меня в голове.

– Ты думаешь, это он?..

– Не знаю. Но слишком много совпадений.

– А что с Андреем? – голос дрожит. – Он все еще не выходит на связь?

– Нет, – безопасник хмурится. – Но я уже отправил ребят на поиски.

– А если… – не могу договорить.

– Не накручивай себя, Полин. Андрей не дурак, он знает, как выкрутиться из сложных ситуаций.

Но я не уверена. Потому что если Артём действительно замешан в этом, то он явно не остановится.

– Куда теперь? – спрашиваю, чувствуя, как усталость накрывает с головой.

– Тебя – домой. А я продолжу разбираться.

– Нет, – как можно ехать домой, когда обнаружилось столько всего. – Я не могу просто сидеть и ждать.

– Полина, – Сергей поворачивается ко мне, его голос звучит твердо. – Ты чуть не погибла. Если это действительно Артем, то он явно не шутит.

– Тогда тем более я не могу бездействовать!

– Хорошо, – вздыхает он. – Тогда поехали ко мне в офис. Посмотрим записи с камер возле дома Алисы.

Мы выезжаем с парковки, и я смотрю в окно, пытаясь уловить в потоке машин тот самый черный внедорожник. Но его нигде нет.

Андрей

За сутки до этого

Полина

Полина

Полина

Спустя три года