серия: Орки-изгои — 1

Всю свою жизнь я жила по двум правилам: делать то, что мне говорят, и не ходить на болота — сегодня я нарушила оба.

— Рива! — голос моего жениха эхом отражается от поросших мхом деревьев, наполняя уши его гневом и ненавистью. Я не могу выйти за него замуж, я не выйду за него. Хэмиш — отвратительный человек, который использует свою власть против тех, кого считает слабыми в нашем городе. Мои родители сказали, что я должна быть довольна этим соглашением, что я должна быть даже благодарна. И что это за мир, в котором я должна быть счастлива, выйдя замуж за человека, который получает удовольствие от того, что причиняет боль другим людям?

Я совершила глупую ошибку, когда оглянулась через плечо, и из-за этого споткнулась о спутанные корни, торчащие из земли.

— Ах! — вырывается у меня тихий стон, когда я с грохотом падаю на землю в своем чересчур пышном свадебном платье. Я тихо чертыхаюсь, это нелепое одеяние не станет причиной, по которой меня потащат обратно в город. Я вздрагиваю при виде исцарапанных от падения ладоней, к которым прилипли грязь и ветки, но у меня нет времени останавливаться. Подавляю ощущение жжения, и вместо этого использую его, как энергию, продолжая свой побег вглубь болот. В конце концов, какое бы наказание ни придумал для меня Хэмиш, оно будет в сто раз хуже. Хотя свет начинает меркнуть, а заросли становятся гуще, я все еще слышу как женишок идет по моему следу. Я была идиоткой, когда решила, что он не кинется за мной сюда. Из-за своей гордости, он бы никогда не женился на сбежавшей невесте. Но Хэмиш привык получать то, что хочет, и любого, кто посмеет ему отказать, ждет незавидная участь. Я слышу множество приглушенных голосов, звучащих вдалеке, Хэмиш не один. Я должна была догадаться, что верные подпевалы будут сопровождать его на этой охоте, потому что это именно — охота, а я — добыча.

Хлопок, я вдруг чувствую, что туфли пропитываются влагой, и ужасаюсь, когда смотрю вниз — земля начинает распадаться на множество лужиц. Я замираю от страха, когда в памяти всплывают все новые и новые рассказы о болотах. Аллигаторы, которые могут утащить под воду, змеи, чей укус парализует, тысячи насекомых, переносящих болезни, но самые страшные — орки. Главные хищники этих мест — крупные зеленые звери, которые лакомятся костями своих жертв.

Сдерживаю наворачивающиеся слезы, готовые вырваться наружу. Только в этот момент я понимаю, насколько я, на самом деле, облажалась. Либо Хэмиш убьет меня, либо что-то в этом болоте сделает это. И все же лучше умереть, пытаясь сбежать, чем погибнуть от рук своего жениха или, что еще хуже, провести с ним всю жизнь.

Несмотря на здравый смысл, я делаю небольшие шаги вперед, решая еще глубже увязнуть в болоте. Мне становится трудно дышать, так как воздух насыщен влагой. За короткий промежуток времени я уже обливаюсь потом. Однако это не причина, почему я начинаю замедляться, каждый шаг, который делаю, дается труднее, чем предыдущий. Земля, которая не залита водой, представляет собой смесь мха, грязи и разлагающегося материала. У меня ничего не получится.

Еще один шаг вперед — и становится еще труднее. Я пытаюсь вытянуть ногу, но ничего не получается. В панике дергаюсь, и, по инерции, лечу прямо в грязь, и в этот момент слышу, как нога с хрустом освобождается.

— Пожалуйста… пожалуйста, — я не знаю, к кому я взывала, но не могла остановить поток слез, катящихся по щекам. Как же холодно, одиноко, страшно и я ужасно грязная. На этот раз не знаю, смогу ли подняться, я никогда не смогу убежать от них. Внезапно слышу что-то странное, не Хэмиша или его людей, а непрекращающийся стук. Подняв глаза, вижу и причину шума. Птичка покрытая черными перьями с красной головкой, стучит по одному из многочисленных искалеченных деревьев. Малышка, словно поняв, что ее поймали, улетает в густые заросли арийского мха. Подождите… мох. Мне не нужно убегать от преследователей, мне просто нужно спрятаться! Это открытие придает сил, и несмотря на жалкий вид, я широко улыбаюсь про себя. Похоже, мои молитвы были услышаны. Спасибо тебе, птичка. Выбираясь из грязи и гнили, я начинаю прокладывать себе путь среди деревьев. Нужно будет пересечь опасное болото, но, к счастью, я вижу камни, бревна и обнажившиеся спутанные корни деревьев, в которых найду убежище. Позади все еще слышу людей, несмотря на то, что стук сердца грохочет в ушах. Я потеряла драгоценное время, барахтаясь в грязи. И поспешно пытаюсь пересечь воды болота, не давая себе возможности подумать о том, что скрывается под гладкой поверхностью. Вместо этого сосредотачиваюсь на следующем шаге — камень, бревно, еще одно бревно и снова камень. Камни более прочные, но скользкие. Несколько раз теряю равновесие и спрашиваю себя, сможет ли это нелепое большое платье послужить спасательным кругом. Возможно, оно все таки мне поможет.

Не успев оглянуться, достигаю последнего камня перед небольшой насыпью. Я сделала это, пересекла опасное болото живой. Это небольшая победа по сравнению со всем, что еще может произойти, чтобы мой побег удался, но я бы солгала, если бы сказала, что не была рада. Спрыгнув с последнего камня, я приземлилась на небольшую, почти песчаную насыпь.

В состоянии, близком к бреду, начинаю говорить себе: «Ладно, Рива, теперь тебе просто нужно придумать, как взобраться на эти дер…»

Внезапно что-то сжимается вокруг лодыжки, поднимая в воздух. Мир переворачивается с ног на голову, и подумать только, я полагала, что болото не такое уж и страшное. Издаю душераздирающий крик, пытаясь понять, что меня держит. Молюсь, чтобы то, что меня поймало, сделало это быстро. Слезы, которые, как я думала, полностью высохли, возвращаются с такой скоростью, что, клянусь, в этом болоте может появиться еще одно. Несмотря на то, что у меня перед глазами все расплывается от слез и приливающей к голове крови, я чувствую, что это чьи-то силки, и это не какое-то животное схватило меня. Но кто мог поставить здесь ловушку? От понимания этого у меня внутри все переворачивается, и я начинаю кричать еще громче. Мне плевать, что Хэмиш и его люди могут услышать, нужно немедленно выбраться отсюда!

И тут я ощущаю существо из своих ночных кошмаров. Всего через несколько мгновений после того, как услышала треск веток, передо мной возник огромный зеленый орк. Я даже не пытаюсь сопротивляться, потому что мой мир начинает погружаться во тьму.

Представьте себе мое удивление, когда я услышал, как зазвенели колокольчики в моей ловушке, и увидел человека, пойманного за ногу. Ее здесь быть не должно. В этот момент своим острым слухом я уловил отдаленный звук бега. Она не одна. Интересно.

Кричала девушка пронзительно, но теперь затихла. Она умерла? Я глажу ее по щеке, и чувствую, что она все еще теплая, и ее пульс учащенно бьется под моей ладонью — просто она без сознания. Незнакомка такая красивая и хрупкая, мои руки обхватывают всю ее голову, и до меня доходит, насколько она уязвима. Удивительно, что болото еще не убило ее. Низкий первобытный рык вырывается из-под моих клыков. Я буду защищать ее.

На ней пышное белое платье, которое полностью скрывает миниатюрную фигуру. Нижняя юбка, задранная вверх обнажает стройные ноги.

Мой член начинает твердеть и я невольно опускаю взгляд вниз, надеясь увидеть что-то большее, чем икры. И испытываю неоправданное разочарование при виде нижнего белья. Если бы только она обнажила свое лоно, я был бы обязан удовлетворить ее.

Обхватив свой напряженный член, поправляю его, чтобы немного облегчить дискомфорт. Рассматривая ее наряд, я понимаю, что уже видел его раньше, когда наблюдал за людьми. Женщины надевают это платье, когда выходят замуж.

Мой член снова упирается в штаны, отчего дискомфорт усиливается вдвойне.

— Моя невеста, — хриплю я.

Все эти годы, проведенные в одиночестве, наконец-то подошли к концу. Я поймал себе жену, и она станет залогом моего возвращения в клан. С тех пор как я достиг совершеннолетия, и жил, как изгой, и у меня были только мои ловушки для развлечения и рука для удовольствия. Теперь у меня есть чрево для размножения, и киска, с которой можно поиграть.

— Рива! Прекрати эту глупую попытку бегства. Выходи сейчас же, и я обещаю, что твое наказание будет не таким страшным, — кричит вдалеке мужчина. Рива, так, наверное, зовут мою невесту. Наказание? Из моей груди вырывается рычание, распространяясь по всему телу. Никто не посмеет тронуть то, что принадлежит мне. Я взвешиваю свои возможности. Стоит ли мне показать тем идиотам, почему люди не ходят на эти болота? Или мне забрать свое недавно найденное сокровище в хижину на дереве? Я снова напрягаю слух и улавливаю звуки множества шагов. Там несколько разных мужчин, а кричит только один. Черт! Я сплевываю. Для Кэла-охотника это не проблема, но я рискую, что кто-то из них заберет или еще хуже, причинит вред моей женщине. Решение принято — я заберу Риву в хижину и сделаю своей невестой. Только когда она будет в безопасности, я разберусь с этими недостойными существами.

У меня много оружия, но в данный момент я держу в руке только нож. Лезвие с легкостью перерезает веревку. Он был заточен только сегодня утром. Я усмехаюсь про себя при одной мысли, что мое оружие разрубает людей, пытающихся украсть мою невесту.

Рива обмякает в объятиях, пока я распутываю веревку, все еще привязанную к лодыжке. Ее бледное личико стало ярко-красным, и я восхищен тем, как меняется цвет ее кожи. Я должен не забыть и спросить ее об этом. Мгновение, и она покоится в моих объятиях, и я несу ее в хижину, которую называл своим домом все эти долгие годы. Ее имя снова и снова звучит в моей голове.

— Рива, — шепчу я себе под нос, пытаясь повторить его.

Она мой дар богов, моя будущая жена, мать моего потомства и пропуск обратно в мой клан.

Болото опасно для тех, кто не знаком с его ландшафтом, но, к счастью для моей маленькой Ривы, я знаю эту местность как свои пять пальцев. Несмотря на высокий рост, я легко передвигаюсь по бревнам, камням и мокрому мху. Я знаю каждую веточку, растение и лист кувшинки вокруг моей хижины, так что, по сути, могу проделать обратный путь практически без усилий. Вместо этого я трачу энергию на то, чтобы еще немного понаблюдать за своей невестой. У нее, кажется, очень густые волосы, которые туго заплетены в прическу. Они светлые, но в них присутствует более темные тона, которые, кажется, более или менее заметны на солнце. Я не могу не думать о том, как она будет выглядеть с распущенными волосами, которые ниспадают по спине до самых ягодиц великолепным водопадом.

Член дергается от представленной картины, и я в эгоистичном порыве опускаю ее зад так, чтобы мой твердый член терся об нее, когда я двигаюсь. Черт… Я чувствую, как предсемя начинает пропитывать мое белье. Пытаясь отвлечься от неприличных мыслей, сосредотачиваюсь на ее бровях. Они чуть темнее, чем волосы, и немного гуще. Обрамляют ее опухшие глаза, которые я успел увидеть лишь мельком, прежде чем она потеряла сознание. Этого времени мне хватило, чтобы понять, насколько они опасны. Один взгляд этих глаз — и моя будущая жена получит все, что пожелает.

Не успеваю я оглянуться, как мы оказываемся у ступенек моего, теперь уже временного, дома. Рива слегка извивается в объятиях, и я стараюсь крепко держать ее, пока взбираюсь на искривленное дерево.

Только когда мы оказываемся внутри моего скромного жилища, я с неохотой выпускаю ее из объятий и укладываю на соломенную постель. Отступив на несколько шагов, я могу издали полюбоваться ее телом. Она абсолютно грязная и полностью принадлежит мне.

Давление в штанах достигло невыносимого предела. Член требует, чтобы его освободили. И теперь, когда Рива в безопасности, кто я такой, чтобы отказывать себе после стольких лет? Схватив ближайший стул, я сажусь напротив своей женщины и представляю, как ее тонкие пальчики начинают расстегивать мою одежду. Я успеваю лишь ослабить хватку, прежде чем член вырывается, требуя, чтобы о нем позаботились. Я сравниваю свою затвердевшую длину с ее маленькой фигурой и спрашиваю себя, смогу ли я в нее войти. Черт, даже два моих толстых пальца могут заполнить ее. Почти по сигналу из головки моего члена стекают капли предсемени, напоминая мне, что мое тело найдет способ приспособиться. Возможно, ее узким дырочкам потребуется некоторая тренировка, но она научиться приспосабливаться к моей толщине и длине.

Внезапно моя маленькая Рива начинает шевелится, и я ничего не могу с собой поделать. Я двигаю по своему члену вверх-вниз, когда ее дыхание меняется, а глаза начинают открываться. Я никак не ожидал оглушительного крика, который издаст моя невеста при виде своего нового жениха.

Кошмар, я в кошмарном сне. Это единственное объяснение, почему я нахожусь в незнакомой хижине, а жестокий орк всего в нескольких шагах от меня. Мои вопли быстро заглушает его рука, которой он только что доставлял себе удовольствие. Я не могу удержаться и глубоко вдыхаю его мускусный аромат, и к моему собственному ужасу, он опьяняет.

— Тсс… спокойно, — его гортанный голос удивительно успокаивает. — Со мной ты будешь кричать только от удовольствия, а не от страха.

Мое тело снова дрожит от ужаса, но он в ответ прижимает меня крепче — неожиданный эффективный способ утешить меня.

— Сейчас я тебя отпущу. Больше никаких воплей, хорошо? — спокойно уточняет он, пока я рассматриваю его черты. Я должна испытывать отвращение. Здесь стоит настоящий орк, существо из страшных историй. Вместо этого я заворожена его первобытной красотой — его шелковистыми черными волосами, подстриженными по бокам, бородой, и с острыми выступающими клыками, и этими губами… мои мысли метаются от одной к другой, и я представляю, какими они могут быть на вкус.

Комнату наполняет низкий смешок.

— Тебе нравится то, что ты видишь, Рива?

Очарование рассеялось так же быстро, как и появилось.

— Откуда ты знаешь мое имя?

— Кажется, у тебя много поклонников, которые бродят по лесу. К несчастью для них, я нашел тебя первым.

Его голос остается спокойным, но я чувствую, как он пожирает меня глазами. Хэмиш и его люди, наверное, услышали меня и звали по имени. Но это все еще не объясняет, как я здесь оказалась и что произошло после того, как я попала в ловушку этого орка.

— Они…

Я задерживаю дыхание и жду, что он ответит.

— Нет, но они будут. Любой, кто рискнет причинить вред моей невесте, поплатится за свои действия.

Он говорит так спокойно, что я почти не сомневаюсь в его абсурдном заявлении.

— Невеста?! — восклицаю я.

Его спокойная поза исчезает. Теперь передо мной крадущийся хищник.

— Да, Рива, ты моя невеста. Слишком долго я находился вдали от своего народа, изгой, живущий в одиночестве на болотах, пока не найду женщину, на которой женюсь и обзаведусь потомством, — последнюю часть он шепчет мне прямо в ухо, отчего у меня по спине пробегают мурашки. — В течение многих лет я молил богов подарить мне женщину, и сегодня эти молитвы были услышаны.

— А-а-а тебе нужна… женщина-орк?

Я, заикаясь, задаю свой вопрос одновременно со страхом и любопытством. Возможно, слишком много крови ударило мне в голову.

— Осталось очень мало женщин-орков.

Он наклоняет мою голову набок своей большой ладонью и слегка касается языком моей шеи, от чего я издаю стон.

— Моя невеста такая чувствительная. Скажи мне, ты везде такая чувствительная?

Он начинает опускать руку ниже, и, прежде чем я окончательно теряю рассудок, вскакиваю с его кровати. К несчастью, я встаю слишком быстро и чувствую, что вот-вот упаду в обморок. Прежде чем я с грохотом падаю на пол, сильная хватка удерживает меня на месте.

— У меня есть ты, жена.

Не знаю, из-за того ли, что Хэмиш такой жестокий, из-за того, что я была брошенным ребенком, или из-за того, что я чуть не погибла в болоте, но от этих четырех слов мне захотелось растечься лужицей. Словно увидев отчаяние в моих глазах, орк, стоящий передо мной, садиться обратно на стул, и к моему удивлению, тянет меня за собой. К моему разочарованию, в какой-то момент он похоже, спрятал свой член обратно в штаны. Наверное, это к лучшему, потому что я явно плохо соображаю.

Его большие пальцы гладят мой подбородок и заставляют меня посмотреть на него.

— Я прошу прощения за свое грубое поведение, прошло очень много времени с тех пор, как я был в обществе женщины.

Он изучает мои глаза, и я не могу не попасть под очарование его золотистых глаз.

— Но я обещаю тебе, Рива, что как моя жена ты будешь одета, накормлена, в безопасности и любима. Единственное, о чем я прошу, чтобы ты выносила мое потомство, чтобы ты позволила мне наполнять тебя моим семенем, пока ты не родишь мне ребенка.

Его слова должны были подействовать как вода на пламя, но вместо этого они обжигают мое лоно. Этот орк хочет дать мне жизнь, о которой я всегда мечтала… но это безумие. Я не смогу выйти замуж и создать семью с орком.

— Я… я не могу. Я пыталась сбежать от жениха, а не найти другого.

Его сердитое рычание отдается вибрацией во всем моем теле.

— Ты боишься его. Боишься настолько, что сбежала на болота, где наверняка погибла бы. И за это он заплатит своей кровью, а не ты своей. Он недостоин тебя, а я достоин.

Орк гладит меня по бедру, твердо заявляя, что отомстит за мою честь. Меня охватывает безмолвный трепет… впервые в жизни я чувствую себя в безопасности. Кто бы мог подумать, что на болотах я буду чувствовать себя более защищенной в логове орка? Возможно, я действительно умерла, и это всего лишь плод моего воображения.

— Кстати, меня зовут Кэл.

Он не прекращает нежно массировать мое бедро, и я не могу сдержать слез.

— Скажи его… произнеси мое имя, Рива.

— Кэл, — шепчу я и чувствую, как его затвердевший член подрагивает подо мной.

— Клянусь богами, ты произносишь мое имя, как молитву, — стонет он.

От его ласк моя усталость становится еще сильнее, и я начинаю клонить голову ему на грудь.

— Мой маленький человечек посмотри на себя, как ты можешь отрицать, что ты моя невеста?

Его пальцы начинают скользить между моих бедер.

— О, я знаю, тебе нужно, чтобы я показал себя. Доказал, что могу доставить тебе огромное удовольствие.

Я не останавливаю, когда его пальцы скользят по моим интимным местам. Мне следовало бы смутиться из-за того, что ткань пропиталась моими соками, но я слишком устала, чтобы обращать на это внимание. Его пальцы ныряют под мое нижнее белье только для того, чтобы быстро спуститься вниз к самому сокровенному.

— Доказать, что эта прелестная маленькая киска моя.

Он обхватывает меня своей массивной ладонью, и я с облегчением вздыхаю, хотя и не осознавала, что задержала дыхание. Из меня вырывается еще одно бормотание, но на этот раз это возмущение, это… дискомфорт. Он не отпускает мою киску, и я меняю позу и встречаюсь с ним взглядом. Ему не нужно говорить, я чувствую, как его член борется с пленом штанов. Недолго думая, я протягиваю руку и освобождаю его пульсирующий член — на мгновение я снова поражаюсь его обхвату и длине, в то время как Кэл стонет.

— Посмотри, как твоя маленькая ручка обхватывает мой чудовищный член, — дразнит Кэл, прежде чем я успеваю ответить ему тем же, он начинает обводить мой клитор своим указательным пальцем.

— Ааааа!

Волна экстаза разливается по моим венам от его прикосновения.

— Это единственный крик, который я хочу услышать в этой хижине.

Он утыкается клыками в изгиб моей шеи и продолжает сводить с ума своими прикосновениями. Я замираю в экстазе, но по какой-то причине хочу доказать, что имею над ним власть. Не успев опомниться, я пытаюсь обхватить его член пальцами, из-за чего вытекает струйка предсемени.

— Блядь! — рычит Кэл. — Итак, маленький человечек, хочет поиграть с моим большим членом. Согласись выйти за меня замуж, и он весь твой.

Внезапно Кэл просовывает палец между моих складок и проникает в мое лоно полностью заполняя меня.

— О боги! — вскрикиваю я, когда его один палец растягивает меня.

— Все просто, Рива…

Он начинает слегка двигать своей рукой.

— Стань моей невестой и позволь мне наполнить тебя своим семенем, и мы вернемся в мой клан, где я буду заботиться о тебе до конца наших дней.

Его слова только усиливают мое удовольствие, и я уже на грани того, чтобы кончить.

— Скажи «да», мой человечек, и ты будешь чувствовать себя так каждый день.

Он быстро нажимает большим пальцем на клитор, в то время как его палец ритмично входит и выходит из меня, отчего я напряглась до предела.

— ДАААА! — кричу я, когда волна чистого блаженства захлестывает меня.

— Да, в отношении чего, Рива? Скажи это. Скажи это, черт возьми! — требует Кэл, безжалостно лаская мою мокрую киску.

— Да, я выйду за тебя замуж! Да, я подарю тебе потомство! Да, я хочу, чтобы ты меня сделал беременной! — кричу, и мне кажется, что я выпускаю демонов. — Да, я хочу, чтобы ты растянул меня своим толстым орочьим членом! Да, я хочу, чтобы ты наполнил меня до краев своим семенем!

Не знаю, что на меня нашло, но я продолжаю выкрикивать все, чего мне не следовало бы желать, но я это делаю. Следующее, что я помню — как Кэл тоже кричит, и из его члена вытекает белое тягучее семя, покрывая меня. Он дико дергается в моей руке, но хватает меня сзади за шею, чтобы впиться всепоглощающим поцелуем. Такого поцелуя я раньше никогда не испытывала — грубого, первобытного, требовательного, но в тоже время наполненного любовью. Я отвечаю ему тем же, прижимаясь губами к его клыкам. Его горячая липкая сперма продолжает стекать по мне, покрывая мое платье новым белым слоем.

Мы, вдвоем, пытаемся отдышаться, когда кто-то орет:

— Рива, ты мерзкая гребаная шлюха!

Нет, не кто-то. Хэмиш. Он нашел меня. Меня накрывает паника, и я спрыгиваю с колен Кэла.

Кэл в гневе обнажает клыки и встает со стула, он уверен в себе — это тот самый монстр, о котором меня предупреждали. Но в отличие от монстров, он прижимает меня к груди и целует в макушку.

— Не волнуйся жена.

Как по команде, я слышу крик Хэмиша и его людей, звон колокольчиков в хижине, а затем… тишина. Я не могу сдержать слез, которые наворачиваются на глаза.

— Они…

— Они больше никогда не причинят тебе вреда, — просто говорит он, но, когда слезы начинают катиться по моим покрасневшим щекам, Кэл объясняет: — Видишь ли, я охотник. Я умею ловить добычу живой, мертвой или убивать добычу с помощью своих хитроумных приспособлений. У этих слабых людей не было ни единого шанса, как и у тебя.

Его слова должны были напугать меня, но вместо этого они разжигают огонь в моей душе.

У людей не было ни единого шанса. Мой дом защищен большим количеством ловушек, как смертельных, так и нет — в любом случае, их судьба была решена в ту секунду, когда они пытались причинить вред моей милой маленькой невесте. Рива прижимается к моей груди своими крошечными ручками и прячет лицо при виде покойников, когда мы проходим мимо них. Она все еще боится этих людей даже после их смерти. Гнев обжигает мою кровь, и в этот момент я хочу воскресить их только для того, чтобы снова убить. Их тела пронзенные множеством деревянных кольев, торчащих из ямы. Их лица искажены страхом и агонией, что дает небольшую передышку моему гневу. Я разберусь с их телами позже — сейчас у меня есть женщина, на которую я могу претендовать.

— Открой глазки, малышка.

Я заправляю выбившуюся прядь светло-песочных волос ей за ухо и баюкаю ее на руках, как делал, когда впервые нашел — я определенно мог бы к этому привыкнуть. Ее веки подрагивают. К счастью, на болоте нет интенсивного освещения.

— Что ты с ними сделаешь? — шепчет она.

Мне требуется время, чтобы серьезно ответить на ее вопрос. Я не буду лгать своей невесте.

— Я скормлю их аллигаторам.

Она ерзает в ответ, и я хватаю ее за подбородок.

— Нельзя хоронить мертвых в болоте. Вместо этого мы пустим их по кругу жизни.

Она пристально смотрит мне в глаза, и впервые мне становится не по себе. Я хочу знать, о чем она думает и, что более важно, что она думает обо мне.

— Я могу ходить, ты же знаешь.

— Это опасно, моя невеста. Болота полны кровожадных существ, включая меня. Я установил ловушки по всей этой территории.

Мне не нравится дистанция, которую она устанавливает между нами. Я хочу вернуть тот огненный аромат, который только что был у меня на пальцах.

— Кроме того, мне нравится носить тебя на руках.

Внезапно ее щеки краснеют, и она отворачивается от меня. Прежде чем я успеваю спросить ее о вновь обретенной застенчивости, она спрашивает меня о нашей свадебной церемонии.

— Куда мы идем? Я-я имею в виду, я знаю, что мы поженимся, но как мы это сделаем здесь?

Рива задумчиво оглядывает место, которое я всегда называл своим домом.

— У нас будет орк-церемониймейстер?

— Что?

Моя невеста задает слишком много вопросов, и я не понимаю некоторых ее слов.

— Свадебный церемониймейстер, знаешь, тот, кто произносит слова на церемонии, давая союзу юридическую силу.

Эта нелепая идея вызывает у меня усмешку.

— Это делают люди? Вы такие странные создания.

— Эй…

— Орки связываются не словами, мы связываемся душами.

Я прервал ее, чтобы дать более четкое объяснение церемонии, в которой мы будем участвовать.

— В самом сердце болот находится «Избранный», древнее дерево, которое растет на самом маленьком острове. Вот куда мы сейчас направляемся. Когда доберемся, то мы насладимся его плодами, и я заявлю права на каждую твою дырочку.

Она вздыхает, и я не могу сдержать варварской реакции члена на ее страх.

— Как только я наполню тебя своим семенем, я, надеюсь, «Избранный» благословит наш союз беременностью.

— Я… что, если я не смогу…

Рива замолкает, но я достаточно хорошо понимаю ее вопрос.

— Ты сможешь, моя невеста. Чувствую, что ты способна к зачатию.

Я рычу и прижимаю ее попку к своему напряженному члену.

— В конце концов, семя орков очень крепкое, поэтому у нас сильные сыновья.

— А что, если у нас родится девочка? — спрашивает она так искренне, что просто чудо, что я не повалил ее на землю и не трахнул ее тугую киску.

— Это очень маловероятно, моя милая невеста.

Я не скрываю печаль в своем ответе.

— Почему нет?

— Я уже говорил тебе, что женщин-орков осталось немного. Старейшины не знают почему, но около ста лет назад число рожденных орков мужского пола значительно возросло. Из-за нехватки женщин наше население быстро сокращается.

— Вот почему они не позволили тебе жить в клане без жены… — заключает Рива. — Они выгнали тебя из дома, чтобы ты мог найти женщину и создать семью.

Я киваю.

— Это может показаться жестоким условием, но оно необходимо. Моя дорогая Рива, если мы не найдем женщин для размножения, мой народ может прекратить свое существование.

Она изучает мои глаза, и у меня возникает непреодолимое желание поцеловать ее нежные губы. Зная, что не могу себе доверять, я заставляю себя смотреть вперед, пока иду. К счастью для меня, мы наконец достигли места назначения. Раздвигая мох, покрывающий тропинку, я скрепя сердце ставлю Риву на ноги.

— Клянусь богами, — изумленно шепчет она, — это место не похоже ни на что, что я когда-либо видела раньше.

И она права «Избранный» не похож ни на одно из существующих деревьев. Фиолетовые прожилки пронзают его ствол и переходят в ветви, увитые гибкими лозами, которые приносят круглые восхитительные фиолетовые плоды. Его корни прочно закреплены на миниатюрном островке, окруженном роскошной травой.

— Оно прекрасно, не так ли?

— Более чем прекрасно, — Рива замолкает, чтобы подобрать правильное слово. — Оно… волшебно.

Я наблюдаю, как она волнуется и восхищается, «Избранный», возможно и волшебный, но Рива — настоящая волшебница. Я веду ее по тропинке, по траве, к одной из тысяч плодоносных лоз.

Я прижимаю ее миниатюрное тело к своему и протягиваю руку, чтобы сорвать один из сочных фиолетовых плодов. Макушка Ривы на уровне моей груди, и когда она наваливается на меня всем своим весом, я чувствую, как мой твердый член доходит ей до середины спины. К моему удивлению, она снова переносит свой вес… а потом еще раз…

Стон вырывается из моих уст. Моя милая невеста дразнит меня. Я разламываю свежий фрукт пополам и подношу к ее нежным губам.

— Ешь, моя невеста. От того, как подействует фрукт, зависит, станем ли мы подходящей парой. Либо нами овладеет желание, либо — ненависть.

Она сомневается всего секунду, прежде чем откусить первый кусочек. На мгновение я испытываю страх, прежде чем загнать свои сомнения поглубже. Человеческая женщина уже свела меня с ума от желания, это заявление увенчается успехом — так и должно быть.

— Мммм.

Она стонет, закрыв глаза, и я завороженно наблюдаю за выражением ее лица.

Наклоняюсь к ее уху и шепчу:

— Я представляю, что твоя киска стала еще сочнее.

Рива сжимает ноги вместе в ответ на мои слова, пока я доедаю свою половинку фрукта, ее сладкая киска, несомненно, будет сочнее.

Она откусывает еще кусочек, когда я раздвигаю ее ноги. Рива тихонько вздыхает, но продолжает есть выбранный мною фрукт. До того, как я стал изгоем, я слышал истории о том, что этот плод вызывает неистовую похоть, которую можно утолить, только проникнув в каждую дырочку пары.

Тело Ривы начинает пылать, и я чувствую, как меня захлестывает волна экстаза.

— Ты позволишь мне завладеть этим ртом?

Я обнимаю ее хрупкую шею рукой и большим пальцем ласкаю ее губы.

— Д-да, — шепчет она.

— Что? Я тебя не слышу.

— Да, мои губы принадлежат тебе, — заявляет она, чуть более твердо.

— Еще не совсем, маленькая невеста, но скоро это произойдет.

Я тру чувствительное местечко у нее за коленом, отчего она падает на землю. Я чувствую, как из ее горла вырывается писк, хотя все еще сжимаю его рукой. Она совершенно беззащитна и полностью в моей власти, когда она сидит передо мной на коленях. От этой мысли штаны невыносимо оттопыривает член. Мне нужно освободить его. Толкаю свою невесту вперед, и она со стоном опускается на руки, в то время как я освобождаю свой член.

— Блядь, Рива, ты чувствуешь, как сильно ты возбуждаешь меня?

Я трусь своим скользким от спермы членом о ее прикрытую одеждой попку.

— Ммм, ты такой большой, — ее голос скользит по моей коже, заставляя меня чувствовать одновременно жар и холод. Она сводит меня с ума. Рива прижимается ко мне попкой, и я не могу сдержать рычание, которое вырывается из груди.

— Чего ты ждешь?

Рива начинает засовывать руку под платье, чтобы снять нижнее белье. Ее слова пронизаны вожделением, что говорит мне о том, что «Избранный» благословил этот союз. Мне следовало бы потереться своим членом о ее голую попку, но я боюсь, что из-за ее обнаженной киски я преждевременно воспламеняюсь.

— Терпение, моя невеста. Сначала я завладею твоим прелестным ротиком. Только после этого я смогу перейти к ласкам этой сладкой киски.

Я сжимаю ее киску ладонью, чтобы убедиться, что она понимает, кому она принадлежит.

— И, наконец, я буду растягивать твою узкую маленькую попку, пока ты не сможешь вместить в себя каждый мой миллиметр.

Рива сжимает ноги вместе при моих словах и стонет.

— Да… да, возьми меня.

Ей не нужно больше ничего говорить, так как я подхожу к ее лицу. Даже когда я стою перед ней на коленях, она вынуждена приподняться, чтобы дотянуться до моего члена. Капли спермы скатываются по моему стволу, и она облизывает губы в ответ. Ее пальцы снова пытаются обхватить мой член, но охватывают только половину его диаметра.

— Кэл… — Рива взволнованно произносит мое имя и смотрит на меня своими большими, как мох, глазами. — Я правда не знаю, смогу ли я взять его в свой рот…

Эти глаза — моя гребанная погибель, я больше не могу сдерживаться и использую свой член, чтобы заглушить ее сомнения. Мои размеры заглушают ее протесты, и мне требуется вся моя сила воли, чтобы оставаться спокойным.

— Ты примешь этот член, Рива, ты меня понимаешь?

Я заметил, что Рива расслабляется, когда я контролирую ситуацию. Неуверенность вызывает у нее страх и трепет. Меня не удивляет, что ее тело расслабляется в ответ на мою команду. Только когда она кивает в знак согласия, я вынимаю свой член из ее маленького ротика.

Сделав глубокий вдох, она восклицает:

— Я приму столько твоего члена, сколько смогу.

— Нет.

Я снова засовываю свой член ей в рот, превышая ее предыдущий предел.

— Ты получишь каждый его сантиметр. — И снова ее тело расслабляется еще сильнее, позволяя мне скользнуть еще глубже. — Блядь, Рива, именно так, — стону я, запрокидывая голову.

Ее рот по ощущению лучше, чем я мог себе представить — боюсь ее киска может прикончить меня.

Снова выходя из нее, я позволяю ей перевести дыхание. И снова обхватив рукой ее горло, я чувствую, как бешено колотится ее сердце.

— Дай мне попробовать еще раз… пожалуйста.

Теперь она умоляет меня? О, это уже слишком. Посмеиваясь, я даю моей милой невесте то, чего она желает, и снова засовываю свой ствол ей в горло. Она слегка раздвигает колени и обхватывает левой рукой мое мощное бедро, чтобы сохранить равновесие.

— О, значит, моя невеста хочет, чтобы это было немного жестче.

Она стонет и кивает в ответ.

— Ты испытаешь больше, если используешь свободную руку для собственного удовольствия.

У меня слюнки текут, когда я смотрю, как рука Ривы исчезает под ее юбкой. Только когда я чувствую тихую вибрацию от ее стонов, я начинаю медленно входить и выходить из ее рта. После нескольких поглаживаний она начинает творчески использовать свой язык в моих целях. Она практически выдаивает из меня предсемя, в то время как в основании моего ствола его собирается все больше и больше.

— О-о-о, Рива! — кричу я, и мои толчки становятся грубее. — Видишь, все, что было нужно, это небольшая помощь.

Мой член достигает задней стенки ее горла, и она давиться, но я не останавливаюсь. Я даю своей невесте именно то, что она хочет.

— Вот так, прими каждый миллиметр моего члена. Прими каждый миллиметр моего орочьего члена.

Слезы текут по ее розовым щекам, пока я безжалостно трахаю ее горло. При следующем моем толчке ее маленький ротик достигает основания моего члена. Вместо того, чтобы быстро отстраниться для следующего толчка, я удерживаю ее голову на месте и наблюдаю, как она начинает совершать беспорядочные движения.

— Моя сладкая невеста кончает? — дразню я, все еще удерживая ее голову на месте. — Моя невеста кончает, пока принимает мой член?

Все ее тело сотрясают судороги, и хотя мой толстый член заглушает ее крики, я чувствую их вибрацию. Как только чувствую, что ее тело обмякает, я отпускаю ее голову, и Рива отчаянно хватает воздух. Мой член снова жаждет ее тепла, но я знаю, что должен дать своему маленькому человеку отдохнуть.

— Я не твоя невеста, — выдыхает она, с вызовом глядя на меня.

— Что ты сказала?

В ответ на ее заявление мой тон становится гневным.

— Я не твоя невеста, — снова заявляет она. — Твоя жена.

У меня глаза расширились от шока, и не успеваю я опомниться, как мой член снова оказывается у нее во рту. Ее заявление сводит меня с ума.

— Все верно, Рива, ты моя гребанная жена.

Мои движения становятся все более резкими и неустойчивыми, но теперь она обеими руками держится за мои бедра, чтобы не упасть.

— Ты вся моя. Этот рот полностью мой.

Ее стоны доводят меня до предела, и я взрываюсь у нее во рту. Я представляю, как мой рев разносится по всем болотам, пока я продолжаю выпускать в ее горло все больше горячей спермы. Я смотрю на свою жену, когда мое семя вытекает у нее из носа и рта, и это совершенно ошеломляюще.

Как только она отпускает меня, остатки спермы, которые она не смогла проглотить, выливаются у нее изо рта. Рива так чертовски красива, так… совершенна. Я в полном восторге от женщины, стоящей передо мной.

И ошеломленно замолкаю, когда она смотрит на меня с кроткой улыбкой и восхищением в глазах. Именно в этом момент я понимаю, что всю оставшуюся жизнь ждал бы на этих болотах ее и только ее. Она не просто обычная человеческая женщина, она моя человеческая женщина. Вторая половинка моей души. Моя пара.

Хотя Рива, возможно, и попала в одну из моих ловушек, именно она завладела моим сердцем.

Я мокрая, возбужденная и покрытая с ног до головы семенем Кэла. Я смотрю в глаза своему нынешнему мужу. Он снова погрузился в свои мысли, в то место, где мне пока не рады. Прежде чем я успеваю опомниться, он наклоняется и прижимается губами к моим губам. Его клыки касаются моих щек, и как ни странно, мне начинает нравиться это ощущение. Я удивляюсь самообладанию моего мужа. Он не торопится, несмотря, хотя все эти годы находится в одиночестве. Вместо этого он, не торопясь исследует мой рот своим языком. Каждое прикосновение целенаправленное… осознанное… и дразнящее. Я никогда не думала, что в такой ситуации буду так нетерпелива. Я… ну, не совсем уверена, чего жду. Возможно, он повалит меня на землю и немедленно завладеет моей киской. Мое естество сжимается при одной мысли о его жесткости.

Как будто прочитав мои мысли, Кэл бормочет мне в рот:

— Ты недовольна, жена моя?

Его жена. Мое сердце воспаряет от его признания. Я опьянена своей страстью к нему, и мне кажется, что я не в состоянии насытиться.

— Нет, пока ты не закончишь свои притязания, муженек, — мой голос хриплый после его грубого траха, но все же звучит твердо.

— Ну что ж, тогда я должен позаботиться об этом.

Он наклоняет мою шею в сторону и проводит языком от ключицы к уху.

— Я и не подозревал, что тебе так же не терпится понести от меня.

От его шепота у меня мурашки бегут по коже, как и от ощущения его горячего дыхания, так и от его слов. По правде говоря, я действительно хочу понести. Я всегда хотела быть мамой, родить ребенка, чтобы его любили, присматривали и никогда не бросили.

В ответ я удивляю его, обхватив ладонями его подбородок покрытый черной бородой. Мой муж не привык получать нежную ласку — ничего страшного, я тоже.

Низкий угрожающий рык вырывается из его горла, а глаза обещают еще одну бурную схватку. Продолжай. Я чувствую, как мой клитор пульсирует в предвкушении, и я почему-то становлюсь еще более влажной. Не успеваю я опомниться, как Кэл хватает мое свадебное платье и разрывает его пополам. Мою грудь внезапно обдает тяжелым горячим воздухом, и я задыхаюсь, когда чувствительные соски твердеют.

— Так чертовски красиво, — размышляет он, прежде чем лизнуть мои груди. — Скоро они станут большими от молока.

Еще один влажный поток стекает по моим бедрам.

— Пожалуйста, Кэл.

Я нуждаюсь в этом с таким отчаянием, о котором и не подозревала, что возможно.

И позволяю его зловещей ухмылке омыть мое тело, когда Кэл переворачивается на другую сторону, пока моя попка не оказывается прямо перед его членом.

— Так не пойдет, — восклицает он, имея в виду мое нижнее белье. — Так не пойдет вообще. Поэтому я запрещаю тебе когда-либо носить это.

В ответ на его заявление я слышу звук рвущегося материала, а затем чувствую порыв свежего воздуха, который обдувает мою обнаженную киску.

— Так намного лучше. Видишь…

Он проводит толстым указательным пальцем по моей мокрой щелке, и я не могу сдержать стон.

— Я хочу, чтобы к этой киске был доступ в любое время.

Он несколько раз обводит мой клитор, и я извиваюсь под его прикосновениями, пока не чувствую, как что-то большое прижимается к моей попке. Я изо всех сил стараюсь контролировать свое дыхание, но предвкушение убивает меня. Кэл прижимает свой массивный член прямо к моему входу, и я снова боюсь, он слишком большой.

— Расслабься, Рива, ты примешь меня также, как сделала это ртом.

Воспоминание о нашей бурной схватке проносятся в моей голове, заставляя еще больше увлажниться.

— Ты такая чертовски влажная для меня.

И я чувствую, как он пытается войти в меня.

— Ммм, и к тому же такая тугая.

Это не первый раз, когда я занимаюсь сексом, но это первый раз, когда я буду принимать в себя что-то настолько большое. Кэл хватает меня за задницу, чтобы использовать свою грубую силу для вторжения.

— А-а-а-а!

От толщины его члена я начинаю раскрываться.

— Кэл!

— Да, вот так, возьми мой орочий член.

Меня переполняет множество ощущений — покалывание, боль, давление и экстаз.

— Ммм, да, я чувствую тебя.

Я пытаюсь подбодрить его стоном. Ощущение того, как он медленно проникает все глубже в меня, незнакомое и в тоже время вызывающее эйфорию, и мне нужно больше! Как только пульсирующая головка его члена выходит наружу, затем и остальное, а потом с легкостью входит внутрь.

— Черт! Ты такая чертовски тугая.

— Да… да! Не останавливайся.

— Никогда!

Мир превращается в одно большое пятно, а толчки Кэла становятся жестче и безжалостнее. Мое естество охватывает приближение оргазма, а я ничего не могу поделать, кроме как лежать, пока он овладевает моей киской.

— Не… — шлепок — остановлюсь… — шлепок.

Его тяжелые яйца шлепают меня по заду при каждом толчке, и я оказываюсь всего в нескольких шагах от того, чтобы разлететься на куски.

— Эта сладкая киска моя! — восклицает Кэл, и я никогда еще не ощущала его более диким. — Итак, чего ты хочешь?

— Хочу, чтобы ты трахнул меня! — кричу я от удовольствия.

Я так близко.

— Нет, чего ты, блядь, хочешь, Рива?

— Я хочу забеременеть! Хочу, чтобы ты наполнял мою киску до краев своим семенем снова и снова, пока я не понесу наше потомство в своем животе.

От моих слов Кэл теряет контроль, и ревет в небо, когда горячая струя спермы выстреливает в стенку моей шейки матки. Давление становится слишком сильным, и я, наконец получаю облегчение.

— Кэл, я кончаю!

— Вот и все, моя маленькая жена, кончи на мне! Кончи на члене своего мужа-орка.

От его слов я рассыпаюсь на мелкие кусочки, словно другой организм разлетается во всем моем теле. Я чувствую, как мое сердцебиение отдается в голове, и все становится невероятно тяжелым. Прежде чем я успеваю упасть на землю, Кэл обхватывает меня за талию и притягивает к себе.

— Хорошая девочка, — воркует он, и от его похвалы у меня внутри все сжимается.

— Кажется правильным, что нам с тобой это нравится.

Он машет рукой, указывая на наши тела. Не могу не согласиться. Что-то в нас не поддается логике. Как можно встретить кого-то при таких ужасных обстоятельствах и при этом чувствовать себя совершенно счастливой?

Я пытаюсь выровнять дыхание, пока пальцы Кэла тянуться к моей киске, откуда продолжает сочиться горячая сперма.

— Ммм, какая красивая возбужденная киска, — рычит Кэл и двумя пальцами заталкивает немного своего семени обратно в меня.

Вскоре ко мне возвращается покалывание между бедер. Член Кэла все еще твердый с тех пор, как… ну, с тех пор как я его встретила. Я чувствую как его твердый, как камень ствол, начинает подергиваться у меня возле попки, когда он подносит пальцы ко рту.

— Попробуй наши соки вместе.

Как будто это обед из трех блюд. Влага тает у меня на языке, а наш вкус — соленый, сладкий, пьянящий…

— А-а-а-а-а! — крик вырывается из меня, когда его член проникает в мою попу. — Кэл! Больно!

Паника накатывает на меня волнами, и мой зад словно горит огнем.

— Тссс, расслабься, Рива. Просто дыши, я не сдвинусь с места, пока ты не привыкнешь ко мне…

Я прерывисто дышу, но понимаю, что он не лжет. Он совершенно неподвижен, а головка его пульсирующего члена упирается в мой сфинктер. Когда я начинаю контролировать свое дыхание, огненное кольцо начинает спадать.

— Посмотри, как хорошо ты принимаешь мой член в свою попку, — рычит он мне на ухо, и моя киска судорожно сжимается.

— Обещаю, что с каждым разом буду реагировать на это лучше, муж мой!

Я всхлипываю от боли, которая странным образом превратилась в наслаждение.

— Ты такой огромный!

— Рива, если ты будешь продолжать в том же духе, я…

— Ты хочешь кончить? Но ты еще не закончил растягивать мою упругую попку, чтобы я могла принять твой чудовищный ствол.

Я в шоке от своих слов, но наслаждаюсь своей властью над ним. Я могу довести его до предела, прежде чем он будет готов.

— Черттттт!

В третий раз за вечер я слышу крик его удовольствия, и все же столько же спермы наполняет мою попку.

Кэл вынимает из меня только ту малую часть, которую смог вместить, полностью опуская меня на землю. Я чувствую, как воздух вокруг меня меняется. Ничего явно не изменилось, и в то же время изменилось все. Я вспоминаю сочный фиолетовый фрукт, страстное желание и варварское заявление — вот и все, мы официально женаты.

Странно, что мысль о браке так пугала меня из-за простого мужчины, но теперь у меня нет мужчины, у меня — орк.

— Все завершено. Ты официально моя, как и задумано. Мы отдохнем здесь некоторое время, моя жена. Затем мы приведем тебя в порядок и вернемся в мой клан, — ворчит Кэл, пытаясь отдышаться.

Короткое слово «моя» кажется не имеет смысла, но в этот момент ощущается как пощечина. Это не должно меня беспокоить, но все же беспокоит. Сомнения начинают закрадываться в сознание, когда я начинаю думать о каждом нашем обещании. Конечно, я понимаю, что он использовал меня, чтобы вернуться в свой клан, но… черт, он и использует меня. У меня перехватывает дыхание, а ладони становятся влажными. О чем, твою мать, я вообще думала? Кэл чувствует перемену в моем настроении и взяв меня за подбородок, заставляет посмотреть на него.

— Что тебя беспокоит, жена?

— Ничего, я просто устала, — вру я.

Он с подозрением прищуривается, глядя на меня, но когда я улыбаюсь ему своей самой лучшей фальшивой улыбкой, Кэл не настаивает на продолжении этой темы. Вместо этого он прижимает меня к себе, чтобы мы могли поспать. Удивительно, что я могу чувствовать просто прикасаясь к нему, как замедляется его сердцебиение, и дыхание становится ровным. Он заснул после того, как полностью выдохся. Я горжусь тем, что во многом виновата я. Но мне повезло меньше. Жизнь изменилась стремительно и внезапно. По правде говоря, я не знаю, как с этим справиться.

Оглядываясь через плечо, я вижу, что мой красавец муж-орк мирно спит. Я пользуюсь возможностью, и выскальзываю из его объятий, и встаю, как мне кажется впервые за целую вечность. Особенно теперь, когда у меня есть муж, которому нравиться носить меня на руках. В голове роятся мысли, пока я смотрю то на дерево «Избранный», то на Кэла. Это самый безумный день в моей жизни, мне просто нужно прогуляться и проветрить голову.

Прошло совсем немного времени, и Рива забеременела. В конце концов, я усердно работал для этого. Я возвращаюсь в наш дом, который является центром нашего клана. Мои люди приняли Риву с распростертыми объятиями. На самом деле, они, как правило, немного властны. Старейшины нашего клана обожают ее и утверждают, что она — начало новой эры процветания.

Я улыбаюсь, глядя на животных, которых мне удалось поймать сегодня. Мне нужно не только обеспечить свою беременную жену, но внести свой вклад в клан. К счастью для обоих, я отличный охотник и явно не из скромных.

Свист… свист.

Я слышу грохот в кустах и тут же напрягаюсь, вытаскивая топор, готовясь зарубить любого, кто попытается причинить мне вред.

— Спокойно, брат.

Знакомый голос быстро сменяется знакомым лицом.

— Эврин.

Я расслабляю плечи, когда оказываюсь лицом к лицу с орком, которого когда-то называл своим другом.

— Что ты здесь делаешь? Ты же знаешь, что тебе нельзя находиться так близко к деревне клана.

Моя отповедь остается без ответа. До появления Ривы я также наблюдал за нашим кланом издалека, стараясь всегда оставаться незамеченным.

— Твоя женщина…

Воздух наполняет предупреждающий рык.

— Не смей говорить о моей жене!

— Где ты ее нашел?

Он скрывает свое отчаяние, как маску, и меня внезапно накрывает волна жалости. Эврин — изгой, и, как все изгои, мы никогда не должны общаться друг с другом из-за опасности соперничества из-за женщин. Численность орков и так сокращается, было бы глупо усугублять ситуацию.

— Мой человек попался в одну из моих ловушек, — честно отвечаю я. Его разочарование очевидно, Эрвин кузнец, а не охотник. Даже если он кузнец, вряд ли он когда-нибудь поймает человека — моя Рива послана мне богами. Мысли возвращаются к ней, когда я смотрю на Эрвина, и я понимаю, как мне повезло.

— Ты найдешь женщину, Эрвин. Клянусь.

Я пытаюсь его успокоить.

— Спасибо, Кэл. Как ты можешь себе представить, новость о твоем предъявлении прав распространилась среди изгоев со скоростью лесного пожара.

Эта новость меня не удивляет. Быть изгоем — значит каждую минуту думать о своей половинке. Если появляется новость о заявлении прав на женщину, каждый изгой будет поставлен в известность. Наступает короткая пауза, прежде чем он спрашивает:

— Она беременна от тебя?

— Да, — честно отвечаю я, зная, что мои слова — удар под дых.

Он только кивает в знак признательности, прежде чем направиться, как я могу предположить, к своей хижине на болотах.

Я смотрю, как он исчезает вдали, а затем продолжаю свой путь обратно к дому. Я делаю всего несколько шагов вглубь деревни, когда слышу крики, доносящиеся из нашего домика в деревне. Меня охватывает паника — Рива!

— Девочки! — кричит старейшина деревни, когда я вламываюсь через дверь и хватаю жену.

Меня встречают со слезами и… улыбками?

— Что происходит? — бормочу я.

— Девочки! — снова кричит старейшина деревни Изель.

— Какие девочки?

Мой мозг недостаточно быстро обрабатывает происходящее.

— О, Кэл, ты дурак, у тебя будут девочки!

Изель отмахивается от меня и вместо этого смотрит с обожанием на Риву. Девочки… девочки! Я слишком ошеломлен, чтобы говорить, а моя жена хихикает над моим ответом.

— Ты в порядке муж?

— Более чем в порядке! — кричу я. — У нас будут девочки!

Понимание этого обрушивается на меня, как камень, и каждая мышца тела застывает, от чего Рива смеется еще громче.

— Как ты думаешь, он наконец-то понял это?

— Девочки… это во множественном числе? То есть больше, чем одна?

Улыбка Ривы озаряет ее лицо, когда она кивает.

— У нас будут близнецы!

Я почти теряю сознание, но каким-то чудом остаюсь сильным. Я обхватываю лицо жены и притягиваю ее к себе для страстного поцелуя.

— Я так сильно люблю тебя.

— Не так сильно, как я люблю тебя, мой муж.

Она прижимается носом к моему подбородку, и в этот самый момент я понимаю, что все невзгоды, с которыми я столкнулся на болоте, стоили того ради нее.

— Мне нужно пойти и рассказать об этом старейшинам других кланов.

Изель выходит из нашего домика в деревне еще в более счастливом состоянии, чем я.

— Это все меняет!