Меня и мою сестру похитили работорговцы, а потом нас разлучили.
Я попала к ужасным даварам. Они думали, что сломали меня и я под контролем их нитей. По какой‑то причине нити не смогли овладеть моим разумом.
А потом появились они - айтори - и забрали меня с собой. Теперь я в долгу у двоих самых опасных воинов в галактике.
Какую цену они потребуют за спасение?
И что они захотят за помощь в спасении сестры?
В тексте есть: авторские расы, горячо и нежно, многомужество
Книга входит в цикл "Айтори" (Читаются отдельно)
Ограничение: 18+
Учебно-подготовительный центр даваров. Гостевой ангар.
Демонстрация.
- Забираем ее!
- Нет! - завопил старший. - Брак не отдаем! Это черное пятно на нашей репутации!
Мужчина, которого звали Скаар стоящий передо мной ничего не ответил. Он быстро протянул руку и схватил давара за нарост грудного панциря, подтянул к себе. Мышцы на его руке и плече, обычно скрытые одеждой, вздулись стальным рельефом, демонстрируя силу, против которой хитин даваров был хрупким панцирем. Лапки старшего легко оторвались от земли. Мужчина поднял его как пушинку. Хотя я знала по своему печальному опыту, какие тяжелые и сильные эти гады.
- Я сказал, что мы берем ее. Что тебе не понятно?
Он пристально смотрел в фасеточные глаза давара. А тот даже не пытался сопротивляться. Передние серпообразные и чрезвычайно опасные лапы мелко затряслись - но не от злости, а от ужаса.
- Но это же выбраковка! - забыв об инстинкте самосохранения, просипел давар.
Скаар нахмурился и промолчал. За него ответил мужчина по имени Стил:
- Слышь, членистоногий, сейчас ты станешь выбраковкой. - Потом спокойно повернулся ко мне: - Забирай зверей и шагом марш на корабль. Ждать у трапа.
Не мешкая ни секунды, я коротко свистнула бистарам и быстрым шагом направилась к трапу корвета, еле сдерживаясь, чтобы не бежать.
Там мы втроем встали так, как было приказано.
Коридор уходил вперед и сворачивал в разные стороны. Справа высунулся щуплый парень и окинул меня удивленным взглядом.
- Ты чего застыл? Что там? Кого выбрали? - спросил женский шепот из‑за его спины, а потом уверенно добавил: - Наверно, того здоровяка с кордом.
Парень оглянулся и ответил потрясенным голосом:
- Нет. Девчонку с бистарами.
Раздались разноголосые возгласы удивления. Щуплый пацан как‑то резко исчез, а его место заняли четыре пораженные мужские головы и одна женская.
- Нифига себе! - прошептал симпатичный черноволосый парень.
Потом все хором бросили взгляд мне за спину и скрылись из виду.
Оба моих нанимателя вернулись на борт, шлюз закрылся, свет в коридоре померк.
Только сейчас я смогла облегченно и свободно выдохнуть. Даже монотонное нытье нитей в голове мне не мешало.
Первый пункт плана удался. Я покинула эту адскую учебку.
- Меня зовут Скаар Тайк. Это мой брат Стил. Как твое имя?
Я не ответила, только пристально посмотрела на него. Он чуть качнул головой, и его глаза отразили падающий свет - прямо как у кошек.
- Я знаю, что давары не смогли подчинить тебя. И хочу узнать, как. Но для начала - твое имя.
- Кира. Кира Еремина. Землянка. Меня…
- Стоп, - Скаар поднял руку. - Пока достаточно. Сейчас тебе покажут твою каюту. Разместят бистаров. У нас есть вольер, где раньше жили другие бистары.
- А где они сейчас? - я вздрогнула от своего вопроса.
Как же давно я не разговаривала нормально.
Скаар уже уходил по коридору. За него холодно ответил Стил:
- Уже не живут.
От его тона я чуть дернулась. Бистары напряглись. Это не скрылось от его внимания.
- Хм… Настолько преданные? Чем дальше, тем больше плюсов от нашего прилета сюда. Идем.
Он провел меня по коридору налево. Пока мы шли, я чувствовала вибрации корабля - мы покидали учебный центр.
«Подготовка к взлету, всем занять свои места», - спокойный мужской голос прокатился по коридору корвета.
- Вот твоя каюта, - он ткнул пальцем вправо, потом указал влево. - Вот каюта для бистаров. В каюте пристегнись. После завершения маневра взлета можешь пойти в душ и привести себя в порядок - от тебя несет даварами.
Я кивнула.
- Душ вон там, синяя дверь, - он кивнул дальше по коридору. - В каюте в шкафу найдешь кое‑какую одежду. Она тебе должна подойти. Позже купишь себе новую. Как бистаров зовут?
- Мун и Сан.
- Странные клички. Самцы?
Я отрицательно покачала головой.
- Мун - самка.
- Да? И как они…
Я поняла, в чем заминка. Самки и самцы бистаров не живут на одной территории и принимают только членов своей семьи. Как они находят друг друга для спаривания, я понятия не имела.
Но в одном была уверена точно - и об этом я сообщила Стилу:
- Они брат и сестра.
- А, ну ясно тогда.
Он открыл дверь каюты бистаров, свистнул и кивнул головой в сторону прохода. Мун и Сан встали и послушно прошли в каюту. Стил закрыл дверь и заблокировал ее.
У меня от удивления брови на лоб полезли: они его послушались!
Стил, заметив, что я в шоке от удивления, открыл мою дверь и снова свистнул. Я вздрогнула и замерла.
- А ты - в эту сторону. Давай, пристегивайся и на панели нажми мигающую красную кнопку - это сигнал о твоей готовности к старту.
И я послушалась. Привычным строевым шагом прошла внутрь каюты. Стил закрыл и мою дверь - но не заблокировал.
Впервые за годы с момента похищения дверь в мою комнату осталась открытой.
Я сглотнула и подошла к двери. Нажала на кнопку открытия - дверь открылась. Сдержав набежавшие слезы, я закрыла дверь и поспешила к креслу. Пристегнувшись, нажала на мигающую кнопку.
Тут же почувствовала рывок корабля. Стало не по себе. Сердце сжалось в страхе наказания: неужели ждали только меня?
Отбросив эти мысли, я расслабилась. Корабль набирал скорость.
Когда по кораблю пролетело разрешение на свободное перемещение, я тут же пошла проверить животных. Оба спали.
Убедившись, что они в порядке, я отправилась выполнять требования Стила - найти одежду и помыться.
В шкафу нашлись женские вещи: все аккуратно упакованы в прозрачный пластик и развешаны. Похоже оператор, который жил тут до меня, был женщиной.
Но теперь не живет. На мгновение сердце кольнуло от жалости к этой незнакомке.
Я снова отбросила лишние мысли. Лишние мысли не помогут выжить.
Я взяла неброский бежевый комбез и к нему пару ботинок. Хорошо, что вещи герметично упакованы: запах даваров очень приставучий. Надеюсь, у них тут много ароматного мыла - смывать с себя этот запах придется долго.
В душевой никого не было. Рассчитана она была на несколько человек; разграничений на женскую и мужскую зоны не было.
Я пожала плечами и пошла к первой же кабинке. Она оказалась очень просторной по сравнению с той душевой капсулой, что была в моей комнате. На полочках стояли разные моющие средства. Рядом было небольшое окошко, возле которого горела зеленая кнопка с надписью «Одноразовая мочалка».
Через несколько минут я со стонами наслаждения намыливалась невероятно ароматным мылом и нежилась под горячими струями. Как же хорошо! Как же давно я не мылась нормально!
Изтерев об себя три мочалки, я принялась намыливать волосы. Только после пятой намывки я перестала ощущать даварский запах.
Когда я вышла из душа, моя кожа дымилась и была ярко‑розового цвета.
«Натерлась и перегрелась», - улыбнулась я своим мыслям и пошла к полке со стопками полотенец.
Взяв одно из них, я застыла: я почувствовала, что больше не одна в душе.
Я медленно повернулась - и полотенце выпало из моих вмиг ослабевших пальцев.
Из кабинки в противоположной стороне душевой выходил мужчина. Он выходил боком, спиной ко мне, давая возможность оценить ширину плеч, узкую талию, крепкие ягодицы и длинные мускулистые ноги.
С него ручьями текла вода, кожа так же чуть дымилась после горячей воды. Он провел пальцами по мокрым волосам, убирая лишнюю влагу.
А потом повернулся ко мне.
Это был Скаар.
За 5 часов до этого.
Учебно-подготовительный центр даваров.
Казармы.
Ветер завывал, за небольшим окошком. Не смотря на то, что оно было толстым и герметичным, я все равно слышала стук мелких камней по внешнему контуру.
Меня зовут Кира Еремина, землянка. Мне двадцать три года. Меня и мою младшую сестру похитили с родной планеты и увезли в неизвестном направлении.
Работорговцы отвезли нас на небольшую космическую станцию где шли торги.
Меня, за крепкое тренированное тело, выбрали давары и увели первой.
Я не знаю куда делась моя сестра. Но обязательно это выясню. Эта мысль не давала мне опускать руки и сдаваться.
Прошел день сложнейших тренировок. Меня сделали оператором бистаров. Я и моя пара зверей весь день отрабатывали атакующие связки.
После был ужин состоящий из питательных брикетов - гадость со странным химическим привкусом, которую невозможно есть без содрогания. Но приходится.
Когда я наконец попала в свою комнатушку, то первым делом стянула с себя тренировочный комбез и втиснулась в узкую душевую капсулу. Теперь стояла под прохладными струями и тупо смотрела на свое отражение в небольшом, полированным мною же, куске обшивки капсулы..
Нити настойчиво гнали меня спать, чтобы утром я могла продолжить тренировки. Но я их не слушала и не подчинялась им. Я - единственная из двухсот подготавливаемых тут бойцов. Из них еще десять были людьми.
Попали мы сюда в разное время, но каждый из нас был похищен и продан сюда. Это вне закона, но давары - эти гребаные насекомоподобные твари - имели один весомый козырь: у них были нити.
Искусственно созданный паразит, подчиняющий себе жертву. Нити подчинили всех, кроме меня. Не знаю почему, но это факт.
Если давары узнают, что я не под контролем, что все понимаю, все запоминаю и жду окончания учебки, чтобы свалить и добиться того, чтобы это тараканье гнездо выжгли…
Я и дня не проживу, если они узнают.
Навязчивое нытье нитей в голове стало усиливаться. Это все от усталости. Чем слабее я становилась, тем громче они бубнили.
Я зачерпнула вязкую массу, которая тут играет роль мыла. И пахнет она почти так же, как и питательные брикеты, что наводит на нехорошие подозрения. Стараясь не думать, из чего сделано и то и другое, я стала намыливаться.
Под кожей прощупывались крепкие мышцы. Из‑за почти полного отсутствия жировой прослойки я напоминала себе сухую мускулистую селедку - если, конечно, селедки бывают мускулистыми.
Нет, я не была качком. И даже не фитнес‑моделью. Все гораздо скромнее. Дело в том, что я с детства занималась гимнастикой - не для покорения олимпийских высот, а потому что мне это нравилось. Я занималась для себя, для души.
А когда попала сюда, мои навыки и тренированное тело не раз спасали мне жизнь.
Закончила банные процедуры мытьем волос. Они наконец отрасли до плеч. Выглядела эта прическа кошмарно, а мыльная слизь никак не подходила для ухода за волосами, но я все равно была им рада. И на тренировках аккуратно прятала их под резиновый подшлемник.
Если насекомыши увидят такую длину - отправят на стрижку. А стригут тут наголо.
Выручает то, что почти все ходят в подшлемниках постоянно. Под влиянием нитей все сами регулярно ходят на стрижку.
Хорошо, что они не контролируют кто когда стрижется и стрижется ли вообще.
Я выключила воду и включила подачу воздуха. Теплые струи ударили по напряженному телу, высушивая меня.
А потом я наконец‑то легла в кровать - и тут же, застонав от досады, встала. Потому что забыла закинуть в форматор комбез. Когда проснусь, он даст мне переработанный и сформованный новый.
Обувь была многоразовой - еще на входе я поставила сапоги в стерилизатор. И респиратор тоже.
А иначе нельзя. На планете тараканов было влажно, а атмосфера наполнена микроскопической жизнью - и грязью.
Наконец я смогла лечь и расслабиться. Сон пришел быстро и так же быстро пролетел.
Я как ошалелая подскочила от побудочной сирены. Ночь так быстро пролетела?
Посмотрела на местный аналог часов. Иероглифы говорили о том, что сейчас ночь.
Странно. В выпускной год нет ночных учебных тревог - нам дают высыпаться. Что‑то изменилось.
Мигнул лампочками форматор и выдал черный, бликующий комбез.
Черный! Он черный!
Сердце забилось чаще. Приехали покупатели! В смысле - наниматели. Что не меняло сути: безвольных бойцов с промытыми мозгами по сути продавали на службу в разные военизированные и не очень подразделения.
Интересно, кто приехал в этот раз. Если мне выдали черную форму, значит, я буду участвовать в отборе.
Я и мои бистары.
Бистары - единственная отдушина в этом ужасном месте. Я сама их вырастила. И до конца жизни они будут преданы только мне.
Их природную преданность не смогли сломать даже встроенные чипы подчинения.
Я быстро привела себя в порядок и застыла перед дверью.
Волосы!
Показательно‑парадная форма не имела в комплекте подшлемника. Если увидят длину волос, сразу заподозрят неладное.
Я нажала на кнопку выдачи стандартного комбинезона. Благо формировался он быстро. Взяла подшлемник и натянула на голову.
Он был телесного цвета, а все тараканы близоруки. Надеюсь, не заметят разницы между лысой головой и телесного цвета резиной.
Раздался второй гудок - сигнал, что пора выходить.
Дверь автоматически распахнулась, и на полу появились светящиеся направляющие. Перед ними уже сидели мои бистары и ждали меня.
Внешне они были похожи на доберманов, но крупнее в два раза и полностью покрыты светлыми хитиновыми пластинами. Если бы не я растила этих малышей, то решила бы, что они искусственные.
Отдав команду следовать за мной, я пошла по световым меткам.
В огромном ангаре собралось пара десятков претендентов - в основном операторы бистаров и других устрашающих хищников. И все они были людьми.
Все подходили и строились в ровные шеренги: оператор - его животное, оператор - его животное и так далее.
Мы выстроились и стали ждать.
А в начале ряда стал прогуливаться контролер, придирчиво оглядывая всех по очереди.
Я была во второй половине ряда. Если он доберется до меня, то с такого расстояния точно заметит подшлемник. И меня уберут из претендентов и отправят на проверку.
Это будет конец.
«Да где же эти вояки, которым нужны новые бойцы!»
Между мной и контролером осталось пятеро, когда двери ангара вспыхнули мигающими оранжевыми лампочками и начали быстро раздвигаться. Тут же в ангар начал всплывать абсолютно черный малый ударный корвет.
Его хищные очертания завораживали.
Доплыв до места посадки, он мягко опустился на магнитную подушку - по сути, повис в воздухе в метре над полом.
Открылся трап, и в проходе возникли две крупные мужские фигуры. Не мешкая, они направились в начало ряда, где их ожидал старший и поспешивший туда же контролер.
Тараканы поклонились и застрекотали приветствие. Мужчины по очереди ответили, но их головы даже на миллиметр не попытались склониться в приветствии.
Я, конечно же, ни слова не поняла. Наши переводчики были временно отключены, чтобы мы не слышали подробности разговора старшего и его гостей. Те, кого не выберут для найма, не должны знать, куда отправятся избранные.
«Даже зомбакам они не верят», - мысленно усмехнулась я.
Так, не расслабляться. Держи себя в руках. Ты должна уехать с этими парнями. То, что они выглядят как люди, давало надежду на понимание - или, как минимум, через них я доберусь до тех, кому не все равно.
Я должна найти сестру и всеми возможными силами повлиять на то, что происходит тут, и на то, что вытворяют с моей родной планетой!
Мужчины и давары подошли к началу ряда. Тут же включились переводчики.
Я смотрела перед собой и не могла видеть, где они, зато слышала:
- Какие‑то они снулые. Мне начинает казаться, что мне вас порекомендовали по ошибке.
Низкий тембр, спокойный голос - и незавуалированная угроза, от которой мурашки побежали по позвоночнику. Аура власти, словно ментальный удар, прошлась по всем нам.
Зомби остались неподвижны, но все животные нервно всхрапнули.
- Что вы! Это отборные солдаты, натренированные. Отличные операторы. И звери все улучшены, адаптированы к разным средам. Учебный центр даваров славится высочайшим качеством обучения!
- Сказал бы я, чем он славится, - тихо произнес второй мужчина.
Тяжелые шаги двух пар ног и семенящее поскребывание тридцати двух хитиновых лап приближались.
- Да, прискорбно, но о нас разносят ужасные слухи. Это все конкуренты, и такие достойные воины, как вы, не должны слушать сплетни. У нас все документы в порядке! Нас проверяет галактическая комиссия каждый год!
- Скаар, пошли отсюда.
- Подожди, Стил. У меня хорошее предчувствие.
Тараканы облегченно заскрежетали. Процессия медленно подходила ко мне.
Оба на мгновение задержались возле моего рослого соседа с его громадным клыкастым кордом. Придирчиво рассмотрели обоих, как коней на ярмарке. Разве что не щупали крепость мышц и в зубы не заглядывали.
- Этот вот неплох, - сказал Стил. - Но все равно не то!
Он махнул рукой и отошел на пару шагов, потеряв интерес к процессу отбора.
Скаар, посмотрев несколько секунд в глаза претенденту, тоже отрицательно покачал головой.
Сделал шаг - и оказался возле меня. На меня он особо и не посмотрел: глянул мельком и прошел дальше.
Я не сдержала вздох разочарования.
Тараканы настороженно вперились в меня фасеточными глазами, а Скаар сделал шаг назад и пристально посмотрел на меня. Вскинул бровь и молниеносным движением сорвал с моей головы подшлемник.
Светлые полосы рассыпались по плечам - тараканы дружно крякнули.
- Брак! - завопил контролер. - На проверку ее!
Ко мне тут же ринулись охранники.
- Стоять! - тихо рыкнул Скаар.
К нему тут же подошел Стил и окинул меня оценивающим взглядом. В глазах обоих появился интерес. Потом оба осмотрели моих бистаров. Я заметила мелькнувшее в глазах уважение. Еще бы! Только я смогла справиться с парой бистаров!
Скаар снова посмотрел на меня, заглянул в глаза, прищурился. Я чуть не поежилась под его пристальным взглядом, который, казалось, заглядывал в самые укромные уголки души. Мое собственное сердцебиение оглушало.
Настал момент истины. Если этот здоровяк меня не заберет, мне - полный и тотальный конец.
Вдруг он склонился к моему уху и прошептал на грани слышимости:
- Мы заберем тебя. Но ты будешь должна. Если согласна - кивни.
Он отстранился. За его спиной стоял Стил с довольной усмешкой, словно слышал слова напарника.
Я сделала мелкий кивок, еле победив вмиг одеревеневшее тело.
«Буду должна…»
«Плевать! Отработаю! Меня тут многому научили».
Через мгновение я кивнула более уверенно.
Его губы чуть дрогнули в улыбке, которая тут же исчезла без следа.
Малый корвет “Жало”.
Душевая.
Его взгляд скользнул по мне — и внутри всё сжалось. Не было в нём ни грубости, ни явной угрозы, но что‑то в этой спокойной уверенности заставило меня застыть. Чуть дрогнувшие в улыбке уголки чётко очерченных губ подсказали, что он знает: я не могу отвести глаз.
Я остро ощутила свою уязвимость: мокрая, голая и нечем прикрыться. А он просто стоял и смотрел. Его взгляд не был ласковым или соблазняющим — он словно сканировал меня, фиксируя каждую мелочь, будто составлял мысленную карту.
Его взгляд задерживался на изгибе плеча, на дрожащих пальцах, на каплях воды, стекающих по коже. И от этого внимательного, почти осязаемого прикосновения по телу пробегали мурашки — не от страха, а от странного, волнующего тепла.
Щёки загорелись. Не от стыда — от смутного, тревожного возбуждения, от которого дыхание сбивалось. Руки сами рванулись к полотенцу: присела, схватила его, торопливо обернула вокруг себя. Пальцы дрожали — то ли от холода, то ли от этого пронизывающего взгляда.
Когда наконец решилась поднять голову, его уже не было на прежнем месте. Только лёгкий сквозняк коснулся влажной кожи.
Резко обернулась к выходу. Скаар стоял в дверном проёме. Белое полотенце, обернутое вокруг бедер, резко контрастировало со смуглой кожей, подчёркивая линии мышц. Не поворачиваясь ко мне, он сказал ровным, бесстрастным голосом:
— Через десять минут явишься на мостик. Хочу, чтобы ты кое‑что увидела.
Он указал большим пальцем направление, махнув себе за спину, шагнул вперёд — и исчез в коридоре. Дверь с тихим шорохом закрылась, сквозняк исчез.
Я осталась одна. Сердце колотилось где‑то в горле, а кожа всё ещё горела, будто его взгляд оставил на ней невидимые отпечатки.
Я быстро вытерлась и натянула бежевый комбез и ботинки. Пришлось закатать рукава и штанины — он оказался великоват. Волосы я высушила феном.
Когда закончила, застыла в растерянности. У меня и до этого причёска была так себе, а сейчас волосы наконец получили нормальный шампунь. И от такого счастья теперь чуть ли не дыбом стояли и никак не желали укладываться, падая на лицо. Разбираться с волосами было некогда. Я могла опоздать на мостик. Меня и так ждали на вылете с даварской базы.
Но даже смоченные водой они не хотели лежать смирно. Я открыла ближайший шкафчик в надежде, что там есть средства укладки. У Скаара и Стила такие роскошные волосы, что не верилось, что они такие сами по себе.
Среди нескольких флаконов стоял один. Надпись на нём гласила: «Для буйно растущих волос». Я поморгала, но мой автоматический переводчик не пожелал изменить её.
Флакон был ядовито-розового цвета. Вряд ли он принадлежал кому‑то из братьев Тайк.
Брать его я не рискнула. Смочила волосы ещё больше и пошла на мостик с почти мокрой головой.
Вышла в коридор и направилась к носовой части корабля. Длинный главный коридор упирался в массивную бронированную дверь. Она бесшумно раздвинулась, открыв просторное помещение.
В центре на возвышении стояли два массивных кресла — капитанские. Перед ними висел огромный экран с россыпью звёзд.
У экрана стоял Стил, а рядом с ним — высокая женщина. Её фигура поражала — рельефные мышцы, идеальная осанка. Длинные чёрные волосы заплетены в сложную косу. Она что‑то показывала Стилу, водя пальцем по экрану планшета. Рядом стояли двое черноволосых мужчин и прислушивались к словам женщины.
Справа от экрана за консолью сидел тот самый щуплый паренек. Слева женщина управляла сложной панелью с бегущими данными. По бокам от входа две крутые лестницы вели куда‑то вниз.
Я чуть повернула вправо и посмотрела вниз — там было кресло и пульт с двумя рычагами. Кабина пилота?
— О, новичок! Привет!
Меня обогнали двое парней, в один прыжок спустились вниз по лестницам. Я снова посмотрела вниз. Светловолосый парень словно почувствовал мой взгляд, поднял голову и подмигнул.
Стил оторвался от монитора и жестом подозвал меня.
— Команда, это Кира, наш новый оператор бистаров. Кира, знакомься: Олис, наш оружейный мастер, — он указал на женщину. — Варак и Терн, — кивнул на двоих рядом. — Внизу наши пилоты, Аррен и Джота. Этот паренёк — наш штурман, Зори. А это Гира, андроид и отличный связист.
Я постаралась всех запомнить, но не успела уточнить, кто из пилотов кто. На мостик вошёл Скаар, и я решила, что вопросы подождут.
— Хорошо, что ты уже здесь, — его голос прозвучал ровно. Он прошёл к своему креслу и опустился в него. — Смотри.
Я встала рядом. Старалась не смотреть на него, собрав всю волю, чтобы выглядеть профессионально. Столько всего произошло и изменилось. И то, что мы случайно столкнулись в душе, застало меня врасплох, а остальное я просто нафантазировала.
Он просто смотрел на нового члена экипажа. Может, искал следы болезней или травм. Ну конечно! Чем я могла быть ему интересна, кроме как оператор?
Скаар провёл рукой по панели управления. На главном экране сменилась картинка. Сначала я не понимала, что происходит. Звёздное пространство на экране исказилось. И, словно разрывая ткань реальности, один за другим начали появляться корабли.
Сначала малые разведчики, затем крейсеры, тяжёлые, величественные. И последним, перекрыв всё остальное, возник гигантский ударный эсминец, похожий на плавучий город.
— Сейчас ты видишь крыло Десятого ударного флота Федерации, — голос Скаара был спокоен. — Во главе с эсминцем «Тартус».
Я не могла оторвать взгляда от этого зрелища. Вся неловкость растворилась в потрясении. Вот это мощь!
— Куда они летят? — выдохнула я.
— Сейчас они пойдут уничтожать базу даваров, — Скаар повернул ко мне голову. — Мы с братом пришли туда для разведки. Знали, что один из операторов последнего выпуска не под контролем Нитей. Мы получили подтверждение слухов о неправомерности действий даваров.
— То есть я не нужна вам как оператор? Это была просто операция по спасению?
— Нет. Задачи вытаскивать тебя не было. Но оператор нам был нужен. И ты теперь наша.
Я сдержала облегчённый вздох. Так будет проще просить помощи в поисках сестры и отрабатывать долги. Хотя последние слова Скаара чуть резанули слух: «Теперь ты наша».
В голове промелькнула наша первая встреча на смотре. Как Скаар проходил мимо претендентов.
Претенденты! У меня похолодело внутри.
— А как же остальные, кто был на базе? Их же спасут? — спросила я, уже зная ответ.
Я посмотрела на Скаара. Он поднял на меня бликующие тёмные глаза и серьёзно ответил:
— Остальным уже не помочь. Нити интегрировались в мозг. Извлечение невозможно.
Он сделал жест Олис.
— Отведи Киру в медотсек. Пусть Кони проведёт полное обследование. — А потом посмотрел на меня. — Дальнейшие твои обязанности ты узнаешь после. А на ужине познакомишься с остальным экипажем.
Я молча кивнула и пошла за Олис.
На пороге услышала, как Скаар отдаёт следующую команду:
— Гира, свяжи меня с адмиралом Сталлосом.
Дорогие читатели, добро пожаловать в горячую космо-историю!
Буду рада вашим звездочкам и комментариям!
Ваша поддержка - мое вдохновение!
Кира.
Я по привычке шла молча, но тут почувствовала прикосновение к своим волосам. Я отмахнулась и обернулась к Олис. Та удивленно вскинула брови:
- Извини, не подумала. Ты что, волосы ножом обстригла?
Я заставила себя расслабиться. Простые прикосновения давно перестали быть привычными. Физический контакт между учениками даваров был запрещен.
- Заточкой подравнивала, чтобы из‑под шлема не торчали.
- Чем?
Еще несколько лет назад я и подумать не могла, что мне придется использовать в парикмахерских целях тонкий кусок пластика, подобранный на тренировочной площадке и припрятанный в рукаве. Металл не пропустил бы сканер, а на пластик он не реагировал. Так я ее и сделала.
А теперь пришлось коротко рассказать Олис о заточках. Молодая женщина, даже будучи оружейником, и вообразить не могла, что так можно. Дитя прогресса.
- Жестко. Слушай, ты же не будешь против, если я тебе подстригу? На корабле еще две девушки: Кони - медик, сейчас ты ее увидишь, и второй механик - Дира. Им нравится, как я стригу. Да и парни еще не жаловались. А волос у тебя хороший, я такую прическу сделаю! Тебе понравится!
Я коснулась волос, которые уже высохли и снова лезли в глаза. А почему бы и не согласиться? Не ходить же кикиморой болотной.
- Я не против, это было бы очень хорошо. Скажи, а краска для волос есть? После даварского мыла у волос появился странный зеленоватый оттенок. У меня волосы русые.
Олис задумалась:
- Краски нет, но есть средство, которое очистит твои волосы. Но его тоже поискать надо. Ты пока будешь на техосмотре у Кони, я покопаюсь в вещах, а потом почистим волосы и сделаем стрижку. Не то чтобы мне твоя не нравилась, но считаю, что настоящий воин должен быть прекрасен во всем.
Я усмехнулась:
- Да какая тут стрижка? Обкорнала как могла. Так что буду рада твоей помощи. А можно задать вопрос?
Рука Олис зависла перед панелью открытия двери с надписью «Медицинский отсек».
- Конечно, спрашивай! Если ты про Скаара и Стила, то у них никого нет!
Я непонимающе посмотрела на нее, а когда поняла, на что она намекает, залилась краской.
- Эм, да нет… Я хотела спросить: тут все люди? Как я?
Олис, ничуть не смутившись, осмотрела меня и ответила:
- Ну не знаю, насколько они «люди как ты», но наши пилоты - люди, механики и оба медика тоже. А все те, кто отвечает за силовые структуры, включая меня, - все айтори. За ужином ты всех увидишь рядом и сама поймешь, в чем отличие. Внешне их немного, но мое любимое вот… - Олис подняла голову и дала команду: - Свет. Выключить.
Свет погас, и тут же включилось аварийное освещение. А глаза Олис замерцали, как у кошки.
- Ух ты! Вы видите в темноте?
- Да, - гордо ответила айтори. - Это, конечно, не все. Свет. Включить! Но остальное узнаешь потихоньку.
Дверь медотсека открылась сама, и в проходе возникла невысокая кудрявая шатенка.
- Вы чего под дверями топчитесь? Датчик оповещения о посетителях уже задолбал пиликать!
Олис пожала плечами:
- Да брось, задолбал бы - отключила б. Я новенькую привела на полный осмотр. Тебе понравится - ее нити не смогли взять под контроль.
- Да ну! Впервые слышу, что такое бывает. А точно не под контролем? Может, они новую разновидность вывели?
- Понятия не имею, вот тебе объект изучения - изучай, а я пошла.
Олис, не дожидаясь нашей реакции, исчезла в коридоре.
Мы с Кони переглянулись.
- Привет, я Кира. И мне не хотелось бы быть объектом изучения. Было бы неплохо просто их удалить.
Кони чуть вздернула брови:
- Удалить! Легко сказать! Ты же вливаешься в команду? Кем?
- Оператор бистаров.
- Ого! Круто. Ах да. Я Конираль Сабо, коротко - Кони. Приятно познакомиться. Ты будешь первым бойцом не айтори. Что странно. Командиры принципиально не хотели брать никого кроме своих. Хотя, если учесть, что было с прошлым оператором…
Она замолкла, не собираясь продолжать эту тему, и углубилась в выбор программы на планшете:
- Полный медосмотр. Ага, вот он. Иди туда, переоденься в это и ложись сюда.
Она показала пальцем сначала за ширму, а потом на черный широкий стол с разметками, как на мишени в тире.
- Посмотрим, что там у тебя в голове.
Скаар.
Олис вернулась и доложила:
- Новенькая тихая, но на контакт идет хорошо. Психически стабильна, на раздражители реагирует адекватно. Все с ней нормально, командир.
- Да, я видел по камере наблюдения. И слышал. Олис, мы с братом сами разберемся с нашей личной жизнью. Держи свой симпатичный носик подальше от этой темы. Не лезь в это.
- Так она вам понравилась, да? И пару бистаров укротила! И нити ее не победили. Девица - боец!
- Она человек. Землянка. И, скорее всего, вообще не понимает, куда и на сколько попала. Так что о ее стабильности говорить рано. Посмотрим, что будет после пары операций.
- Она три года была в учебке даваров, и они ее не сломали, - неожиданно стала настаивать Олис.
Я провел пятерней по волосам и, усмехнувшись, ответил:
- Ну раз она тебе так понравилась, будешь ее курировать. У вас как раз смежные функции - обе должны сидеть в поддержке.
Лицо Олис скисло. Девица давно рвалась на передовую, но с тех пор как она вышла замуж, мужья начали зажимать ее в тыл. Раньше этого не было. Но после пробуждения и осознания, насколько мало нас осталось, айтори стали относиться к своим женщинам более трепетно.
А вот Олис бесило, ведь теперь она в первую очередь была женщиной, а уже потом воином. И горячая кровь бунтовала против такого.
- Да, командир, - Олис изобразила великомученицу.
Я стандартно это проигнорировал. Я не ее муж, на меня ее ужимки не действовали.
- Докладывай о процессе медосмотра. Если что‑то пойдет не так, свяжись с нами. Не думаю, что у нее новый тип нитей в голове, как предположила Кони, но будьте бдительны, пока нас нет на корабле.
Олис тут же вскинулась:
- А где вы будете? Вы летите со Стеллосом, да! Проклятье, я так и знала! Снова меня на операцию не берете!
- Боя не будет. Мне нужна картотека даваров. Мы идем только за ней.
- На фига вам картотека? - даже не пытаясь соблюдать дисциплину, Олис села в кресло и уставилась на меня, ожидая ответа.
- Ты вообще помнишь, какое у нас основное задание?
- Запомнишь тут, сидя на корабле…
- Олис, - предупредительный рык сработал.
- Конечно, помню.
- Ну вот, в картотеке могут быть данные о том, где находится рынок работорговцев.
Стол подо мной был прохладным и твердым. Я лежала, стараясь не шевелиться, пока над телом бесшумно скользили сканеры, выстраивая на экране у Кони трехмерные схемы моих органов, костей, нервных путей.
Особенно долго высвечивались контуры черепа. Внутри него, как корни, переплетались тончайшие нитевидные структуры.
Кони сидела за консолью, хмурилась и периодически отпивала что-то из кружки.
- Любопытно, - наконец произнесла она, не отрываясь от экрана. - Нити в спящем режиме. Активность на минимальном, фоновом уровне. По какой-то причине они не смогли слиться с тканями твоего мозга.
- Может, я им не подошла? - осторожно предположила я.
- Вряд ли, - покачала головой Кони. - Конечно, бывают случаи отторжения. Но это смерть в ста процентах случаев. А ты жива. И в сознании. Что-то в твоем организме их подавляет. Ты что-нибудь чувствуешь? Например, сильный позыв сделать что-то? Когда капитаны тебе приказывали, ты их слушалась - или был какой-то внутренний импульс?
Я помолчала, обдумывая ответ.
- Когда я сильно устаю… начинаю слышать их голоса. Слышу нитей. Как навязчивую мысль, которую невозможно отогнать - только игнорировать.
Кони резко повернулась ко мне. В ее глазах вспыхнул профессиональный интерес.
- Вот это уже серьезно. Я впервые слышу, чтобы нити говорили. Может, это не ты им противостоишь - а поломка в самой нити. Сейчас я возьму пробу для глубокого анализа.
Она открыла белоснежный кейс и достала оттуда что-то похожее на небольшую белую шайбу.
Я зажмурилась, не зная, чего ожидать. Как эта штука будет брать анализ нитей, которые обвили мой мозг?
- Не бойся, это не больно, - прошептала Кони, прикладывая шайбу к виску. Прибор присосался к коже с едва ощутимой вибрацией. Через секунду он отлип с тихим щелчком.
- Все. Можно садиться. Полный отчет по здоровью будет через двадцать минут. Пока что могу сказать: есть небольшой гормональный сбой, нехватка ряда витаминов. Я составлю для тебя восстановительную программу.
Я села и потянулась. Слова Кони обрадовали - я думала, все будет гораздо серьезнее.
Дверь отворилась, и в медотсек, держа в руках странный чемоданчик, впорхнула Олис.
- Уже отсканировала ее? Отлично Пора заняться красотой. Кони, можно тут? В душевой санобработка, а в каютах тесно.
- Да, да, развлекайтесь. Только вон туда идите - подальше от сканеров, - махнула рукой медик, уже погруженная в строки отчета на своем планшете.
Мы отошли к ряду кушеток и спрятались за ширму.
Олис поставила чемодан на столик и нажала кнопку. Он раскрылся, и изнутри поднялась сложная конструкция из тонких полированных дуг и множества микроскопических манипуляторов. Она напоминала нечто среднее между футуристической короной и парикмахерской сушилкой.
- Это наш «стилист», - с гордостью сказала Олис. - Ставится на голову, сканирует каждый волос, определяет структуру, направление роста, повреждения. А потом - подравнивает, полирует, красит, чистит. Можно задать любую прическу из базы. Я подумала… с такой длиной и с учетом того, что придется подрезать - тебе пойдет каре.
Я смотрела на аппарат с суеверным страхом. Он парил передо мной в воздухе и казался живым.
Олис, не дожидаясь согласия, надела мне на голову легкий обруч. Аппарат тут же встал в стойку, растопырил диски, поднялся над моей головой и начал мягко опускаться. Он тихо зажужжал, и вокруг моей головы зажглись тонкие линии сканирующих лазеров.
- Олис, а может - по-старинке? Ножницами? Я и сама могу подстричься…
- Не бойся, голову он не откусит, - рассмеялась Олис. - Расслабься. Расскажи лучше о себе.
Я закрыла глаза, чувствуя легкие прикосновения манипуляторов к волосам. Слышался едва уловимый шелест - аппарат прочесывал прядь за прядью.
- Я… я землянка, - сказала я тихо. - Мы с сестрой были на отдыхе, в турпоходе. В один прекрасный вечер легли спать в палатке… а проснулись уже не на Земле. Мы старались держаться вместе, но… Давары. Они выбрали меня, а сестру увели. И я не знаю, где она. Я дала себе слово - выжить и найти ее.
- Ни чего себе, - прошептала Кони, оторвавшись от экрана. Она подошла к нам.
Олис сидела, нахмурившись. А потом рубанула ладонью воздух:
- Ненавижу работорговцев! Кира, ты должна рассказать Скаару и Стилу о сестре. То, чем мы сейчас занимаемся… - Олис осеклась. - Хотя… это пусть капитаны сами рассказывают. У них там секрет на секрете - везде.
- Олис права. Ты должна рассказать об этом капитанам, - поддержала Кони.
Повисла тишина. Только «стилист» тихо щелкал, подрезая волосы.
- В общем, теперь держись за нас, - подытожила Олис, наблюдая за процессом стрижки. - За команду. Доверься капитанам.
- Ты считаешь, они согласятся помочь мне?
- Да. Для айтори семья - это самое главное, - усмехнулась Олис. - И с нитями в твоей голове мы тоже разберемся. Кони у нас - гений.
- Не гений, а просто хороший специалист, - закатила глаза медик, но было видно, что похвала ей приятна. - Данные интересные. Очень. Я свяжусь с парочкой знакомых нейробиологов… и еще кое с кем.
Кони мечтательно улыбнулась.
- Это ты про Жадэ Камиля? - усмехнулась Олис. - Ты так улыбаешься, только когда его вспоминаешь. А вообще ты права. Если ты - гений, то он… - она запнулась, подбирая слово, - кто там умнее гениев?
- Да, а еще он такой красавчик - мечтательно протянула Кони, и девушки засмеялись.
Даже я улыбнулась, пытаясь представить себе самого умного из гениев - да еще и красавчика.
Но вдруг я вздрогнула от странных ощущений на голове.
Аппарат вдруг загудел иначе, и по моим волосам пробежала волна приятного тепла, смешанного с легким потрескиванием.
- Что это? - руки сами потянулись к макушке, но Олис остановила меня.
- Очистка пошла. Выводит всю химическую грязь. Твои волосы должны стать светлее.
Через несколько минут аппарат отщелкнулся, и Олис сняла его с моей головы. Внутри прозрачного контейнера лежал аккуратный сверток - мои срезанные волосы, уже спрессованные для утилизации. Кони, с каким-то странным выражением на лице, оттянула от стены зеркало на длинном гибком держателе и передала его мне.
Я заглянула в зеркало - и не узнала себя.
Вместо растрепанной, тусклой массы на голове красовалась шикарная стрижка. Волосы, уложенные мягкими прядями, обрамляли лицо, открывая скулы и шею.
Они больше не были тускло-зелеными. Это был очень светлый блонд с нежным розовым оттенком.
- Вау… А… - я перевела взгляд на пораженных результатом девушек. - А почему волосы стали розовыми?
Прошло три дня. Оба капитана до сих пор не вернулись.
Наш корабль висел на стационарной орбите возле небольшой, ничем не приметной и необитаемой планеты.
Но этот факт не мешал мне любоваться ее закатами и восходами. Видимо, какая‑то атмосфера там была, и два раза в сутки местное светило устраивало потрясающие светопредставления. Такие насыщенные цвета редко встречаются в черноте космоса.
Вот уже три дня по утрам я приходила на восстанавливающие процедуры к Кони. А в конце каждого дня - на сканирование. Медик опасалась, что из‑за ее вмешательства нити могут оживиться и завладеть моим мозгом.
Их активность оставалась прежней.
Но возникла другая проблема. На вторую ночь я проснулась и поняла, что стою в душевой.
Кони дала мне таблетки, подавляющие лунатизм, и снотворное.
Уснула я быстро и снов мне не снилось. На утро еще не открыв глаза, я ощущала, что выспалась как никогда. Только вот проснулась я не в своей каюте, а в загоне, в обнимку с моими бистарами. Они были совершенно не против моего вторжения, и Мун уступила мне место на своей лежанке.
Ну а Сан уступил место Мун и теперь спал на полу между нами.
Перед тем как уйти, я нагладила своих зверей. Роговые наросты, которые покрывали их тела, были очень даже чувствительными, и бистары, катаясь по полу, подставляли бока и животики под почесывания и поглаживания, радостно повизгивая.
Повизгивали они басом, но это все равно было мило.
Они потеряли ко мне интерес, только когда автоматическая кормушка издала приглашающий к завтраку сигнал.
Я воспользовалась этим и улизнула к себе. В душ сходить не получилось, потому что из одной из кабинок доносились стоны Олис. Дверцы душевых были полупрозрачные, и в кабинке я заметила три силуэта.
Интересно, им там не тесно? Факт многомужества у айтори меня не сильно удивил.
Я перестала удивляться чему‑либо вообще в первый год после похищения. И стала принимать окружающий мир таким, какой он есть.
Есть ручные монстры - хорошо. Многомужество - замечательно. Бесформенные инопланетяне, похожие на желеобразных осьминогов, - не вопрос, это круто!
Что еще у вас есть, чему я уже не удивляюсь? Давайте, заносите - я готова!
Не знаю, остались ли у Вселенной сюрпризы для меня. А ведь когда‑то я любила сюрпризы.
В итоге, решив не беспокоить семейных, я сразу пошла к Кони.
Она уже была в медотсеке. Кажется, она и спала тут.
Я зашла, кутаясь в халат на пару размеров больше меня, и кинула полотенце на кушетку.
- Привет! Что, душевая занята? - Кони только взглянула на меня, сразу поняв, почему я взлохмаченная и помятая.
- Привет. Да, занята.
Я потерла лицо ладонями. Кони отвлеклась от своего планшета и сочувственно посмотрела на меня.
- Кир, иди в мой душ. Ну то есть тут, в медотсеке, есть две кабинки, вон там за той дверью. И вообще можешь сюда ходить. Общий душ часто бывает занят. Олис в последние пару месяцев не пускают на боевые операции, и у нее гормоны играют.
- О, спасибо. А почему не пускают?
- Потому что они с предыдущим оператором бистаров нарушили приказ. Ну, нарушила приказ оператор, а Олис помчалась ее прикрывать.
- И не смогла? - я вспомнила слова Стила о том, что «она уже не живет».
- Почему же? Успела, прикрыла. Олис получила выговор, а с Грани разорвали контракт.
- Так она жива? А почему вещи не забрала? - У меня камень с души упал. Я хоть и знала, что вещи чистые, но все равно было не по себе носить одежду погибшей девушки.
- Конечно, жива. Эти вещи доставили на корабль на ее имя после того, как она нас покинула. Адрес ее мы не знаем, а мотаться по галактике, чтобы тряпки ей отдать… Ну, такое себе.
Я еще раз облегченно вздохнула. Стил - юморист, блин.
- Ну, хорошо, что все хорошо кончилось.
- Да. У нас тут главное одно: не перечить капитанам и не подставлять товарищей под удар из‑за своей глупости. А Грани это забыла. Правда, потом говорила, что не знала, зачем это сделала. Но было поздно. Ты в душ идешь? Или начинаем лечиться?
Кони резко сменила тему и потянулась за футляром, в котором лежали готовые инъекторы.
- В душ! - я подхватила полотенце и поспешила в указанном направлении. А перед тем как закрыть за собой дверь, прокричала Кони: - Кстати, пока не забыла. Я снова ходила во сне и проснулась у своих собачек. В смысле, у бистаров.
Когда я распаренная вышла из комнатки, меня уже ждала напряженная Кони:
- Ну ты, розовое чудо! Сказала самое интересное и свалила в душ! Рассказывай! Ночью просыпалась? Ты же вроде при мне таблетки пила. Не должна была ходить.
- Не просыпалась. Пила. Не должна была, - последовательно ответила я, уворачиваясь от шлепка по попе.
- Ты давай такие вещи говори мне сразу. А то обсудили что угодно, но не самое главное!
- Извини, больше так не буду. Но вообще было важно узнать, что я не ношу одежду мертвеца.
Кони, уже готовившая инъекторы, застыла и непонимающе обернулась:
- Какого мертвеца?
- Стил, когда вел меня в ту каюту, где жила Грани, сказал, что она больше не живет. Вот что я должна была подумать? А спрашивать потом было как‑то неудобно.
- М‑да… Стил может. Ну, и они с Грани никогда не ладили. Она проявляла слишком большой интерес к нему и Скаару. Больший, чем к своей работе.
- Она была айтори?
- Нет, что ты. Айтори никогда бы не нарушила приказ.
- Но Олис нарушила.
Кони поморщилась.
- Нет. Нарушила приказ Грани, а Олис было приказано защищать ее.
- Так почему ей выговор сделали?
- Потому что не остановила Грани. Слушай, там дурацкая ситуация была. Олис просто не успела ничего сделать, и бросить ее не могла. И ее ранили.
- Кого ранили? - в медотсек вошла довольная, сияющая Олис.
- Кира спросила, что случилось с Грани.
Олис поморщилась, но потом решила, что не хочет портить себе настроение, и махнула рукой.
- Да ну ее. Кир, ты как спала?
- С бистарами. Ночью к ним ушла из каюты.
Кони пощелкала пальцами, перед тем как взять пистолет‑инъектор:
- Слушай, а может, твое подсознание просто боялось спать в кровати мертвеца? Ты сама сказала, что тебя это волновало, - предположила она, оголяя мое плечо. - Делаю укол.
- Ага, давай.
Я сжалась в комок - инъекции были неожиданно болезненные.
- Да, я слышала, что у людей такое бывает, - подтвердила Олис. - Ты бы, цветочек мой, разобралась бы с этим. Капитаны прислали весточку. Уже летят назад. Я за тебя отвечаю, надо будет что‑то доложить.
Стил.
На корабль мы прибыли поздно ночью. Дежурные помогли перетащить добытое в единственное большое помещение, где мы могли разместиться, - в комнату отдыха корабля.
Закончив просматривать одну коробку, я отставил ее в сторону. Посмотрел на брата. Казалось, он и не замечал ничего вокруг. Даже мерзкого запаха даваров.
Скаар сидел, склонившись над своей половиной документов, что мы вынесли с базы даваров. А потом не поднимая головы попросил:
- Стил, принеси какой-нибудь энергетик из бара. Хочу эту кипу до утра проверить.
- Всю?
Я ужаснулся, посмотрев на несколько коробок документации. Давары, гребаные извращенцы, не использовали компьютеры. Вели все дела на каком-то мерзком подобии бумаги. Серая - не то бумага, не то ткань, шрифт черный, да еще и воняет соответственно.
- Изучать подробно не будем, хочу рассортировать. А вот завтра…
- Стоп, ничего не говори. У меня уже мозги плавятся от того, что приходится вчитываться в эту серую муть. Пошел за энергетиком. Чего-нибудь покрепче - может?
- Может и покрепче, - ответил брат, все еще не поднимая головы от бумаг.
Я пошел в столовую, где в баре много чего хранилось. Когда я уже свернул в нужный коридор, показалось, что заметил какое-то движение. Остановился, прислушался. Тишина.
Была глубокая ночь. Экипаж спал, дежурные сидели по местам.
Может, кто-то в туалет вышел…
Я пожал плечами и пошел за энергетиком. Скаар прав: если сейчас не бахнуть, вырубимся прямо на этих вонючих тряпках. При этой мысли меня передернуло.
- Вонючие давары…
Я тихо ругался, выискивая бутылку с нуранским соком. Отличный энергетик, бодрит и не мутит сознание.
Потом нашел кое-что покрепче:
- Привет, привет… А ведь мало осталось. Надо будет сказать парням, чтобы еще настойки сделали.
Взял бутылки, бокалы и пошел назад.
Еще до входа в комнату отдыха, которую мы завалили коробками с добычей, я понял, что Скаар не один. Показалось, что услышал женский голос.
Наверно Олис проснулась и пошла на доклад? Ее я и слышал в коридоре.
Я заглянул в комнату и застыл. Это была не Олис.
Девушка с нежно-розовыми, короткими волосами и очень аппетитной фигуркой стояла перед Скааром.
Он сидел напряженно, замерев, словно боялся спугнуть ее.
Это откуда у нас такая прелесть? Я присмотрелся и сам себе не поверил. В последний раз, когда мы виделись с Кирой, волосы у нее были другого оттенка, да и фигура - более угловатая. Сухая, как у длинноногой птицы-бегуна с Лораса.
Сейчас же Кира выглядела намного аппетитнее. Нормальное питание и лечение Кони творят чудеса.
Разглядеть фигурку Киры не было проблемой. Сейчас на девушке были маленькие шортики и короткая маечка.
Пока я ее разглядывал, она приступила к делу. Протянула тонкие пальцы к рубашке Скаара и начала ее расстегивать - медленно, но уверенно.
Брат все еще не шевелился. Он сидел как статуя, позволяя Кире действовать, и с прищуром разглядывал ее лицо.
Кира стянула рубашку, и Скаар чуть подался вперед, позволяя ей сделать это.
Я осторожно отставил бутылки и бокалы.
Усмехнувшись, решил, что пусть Скаар будет первым - раз малышка пришла именно к нему. Но я не понимал, чего медлит Скаар.
Ну, братиш, ты чего? Хватай эту красотку.
Но брат не спешил. Кира отошла на шаг и потянула края маечки. Тут уже Скаар не выдержал и опустил взгляд ниже.
Мне тоже стало неуютно от резкого давления в паху, а во рту пересохло.
Кира стянула майку, оголив прелестную грудь - полную, идеальную, с торчащими сосками. Она сделала шаг вперед и снова оказалась между ног сидящего перед ней Скаара.
Он с усилием отвел взгляд от ее груди и снова всмотрелся в ее лицо.
Девушка протянула руку и провела ею по щеке брата, опустила ниже, к шее, к ключице. Ее пальцы скользнули к его соску - и он вздрогнул всем телом. А когда она наклонилась, будто хотела прикоснуться губами к его плечу, Скаар протянул руку и коснулся шеи Киры, сжал ее - и девушка безвольно упала в его руки.
- Эй, ты чего?! Нормально же все начиналось Я, честно говоря, и не ожидал от малышки такой прыти. Видать, ей у даваров было грустно без мужиков.
Скаар взял свою рубашку и кое-как прикрыл Киру. Недовольно посмотрел на меня. Дышал он тяжело, взгляд был замутненный.
- Ничего нормального тут нет. Она спала.
- Чего? - не понял я, поправляя неприятно тесные штаны. - В спортивки штоле переодеться? Я теперь жить спокойно не смогу после такого зрелища!
- Понимаю. Но не в этот раз. Стил, она реально спала. Я не сразу это понял. Она меня даже по имени позвала. Глаза открытые, но реакция - не нормальная.
- И что это значит?
- Надеюсь, что ничего страшного.
Скаар поднялся с девушкой на руках.
- Надо отнести ее в комнату и, наверное, запереть. - Потом подумал и добавил: - Разбуди Кони. Скажи, что Кира ходила во сне. Наверное, ей нужно что-то дать, чтобы она спала нормально. И проверить активность нитей.
Скаар подошел ко мне и увидел бутылки.
- Энергетик можешь назад отнести. Он уже не потребуется.
Кира.
Утром проснулась мгновенно и резко села. С облегчением увидела, что это моя каюта.
Даже голова закружилась от этого самого облегчения, потому что сон, который мне снился, был уж очень реалистичный.
Я домогалась капитана Я раздевалась перед Скааром! Господи, да еще и при его брате Даже думать о такой ситуации - дурно.
Но это был всего лишь сон. Только сон.
Настроив себя на позитив, я пошла в душ. Подкралась к нему и тихонько заглянула внутрь. Удивилась, что никого там нет. И, пользуясь этим, быстро помылась и оделась.
Вольность нравов в этой компании меня немного смущала, но Кони мне объяснила кое-что. Олис и ее три мужа - это нормально. Они айтори, и у них так заведено много сотен лет, потому что так уж решила природа - женщин айтори рождается мало.
Но их природа настолько сильна, что даже если мужчины берут себе в жены женщину другой расы, то она меняется в первые несколько месяцев так, что и сама становится практически айтори.
Ну, это я так поняла то, что мне говорила Кони. Не знаю, какие у них в крови мутагены, но меня это точно не ожидает.
Накануне я выписала все, что знала о сестре, и все, что помнила с момента нашего похищения. Сегодня должны вернуться капитаны, и надо к ним подойти с этой просьбой.
Вернулась в каюту, взяла этот список и снова всмотрелась в строки - может, что-то пропустила. Но ничего не смогла прочесть. От идеи, что придется стоять перед Скааром и Стилом и просить их о помощи, мне стало не по себе.
Ведь я помнила слова Скаара о том, что буду ему обязана.
Я свернула лист и уверенно засунула его в карман. Ничего страшного - долг так долг. Пусть открывают кредитную линию. Расплачусь как-нибудь.
Перед тем как идти в кают-компанию, я заглянула к бистарам. Мун и Сан, как всегда, дрыхли. После учебки они стали много спать. И на это Кони сказала, что они в порядке - так проходит адаптация.
По дороге столкнулась с чем-то озабоченной Олис. Она несла коробку в свою мастерскую, и мы чуть не столкнулись в коридоре.
- О, привет Кира, ты в кают-компанию? Там осторожно - много коробок с важными штуками. Посидеть особо негде, и мы пока в столовой обитаемся.
- Привет. Хорошо. А капитаны прилетели, да? - Я сморщила нос от запаха даваров, который распространялся от коробки.
- Воняет, да? - сразу поняла мою мимику Олис.
- Ужасно. Раньше, когда сравнивать было не с чем, я и не замечала, насколько это мерзкий запах. Самое страшное - и еда у них пахла так же.
- Ну тогда тебе лучше не знать, из чего она делается. А капитаны - да. Там, в кают-компании. Инфу раскапывают, во всех смыслах этого слова И я побежала - у меня свои раскопки.
- Беги, - улыбнулась я девушке и пошла дальше.
Перед поворотом к кают-компании остановилась. Сделала дыхательные упражнения для смелости. Натянула приветливую улыбку и вошла в просторный зал, который сейчас был забит коробками и стопками документов.
Вошла - и остолбенела. Улыбка медленно сползла с моего лица.
Скаар сидел в той же рубашке, что и во сне. В том же кресле. Перед теми же документами, что и во сне.
Я повернула голову в сторону. Стил стоял возле второго входа и разговаривал с кем-то.
Нет, нет, нет Это был только сон
Скаар.
Поспать так и не пришлось.
Мало того, что было много работы, так еще и волшебный запах Киры покоя не давал. На базе даваров я и не предполагал, что она настолько вкусная.
Судя по тому, как на кресле ерзал Стил, ему этот факт тоже покоя не давал.
Невероятное преображение зеленоватого призрака в красивую, невероятную девушку.
И вот, когда я наконец полностью сосредоточился на работе, сквозняк вновь принес ее запах.
Я поднял голову и увидел ее. Она только зашла, и на губах сияла улыбка - кажется, она собиралась всех поприветствовать, - но увидела меня и резко побледнела.
Кони говорила, что она, скорее всего, не вспомнит то, что было ночью. Но, кажется, она ошиблась.
Девушка перевела взгляд на Стила, который, по удивительному стечению обстоятельств, стоял там же, где и ночью.
Кира отступила и прижалась к стене в ужасе, переводя взгляд на меня. Дыхание - быстрое, поверхностное.
Девушка вот-вот сорвется в истерику.
Стараясь не делать резких движений, не отрывая от нее глаз, попросил ребят, которые помогали нам с бумагами:
- Парни, прошу всех выйти.
Они неуверенно переглянулись.
- Сейчас. Давайте, идите.
Я бросил быстрый взгляд на брата и чуть отрицательно качнул головой, давая ему знать, что ему надо остаться.
Тот кивнул и, когда все вышли, закрыл оба входа в зал. И застыл на месте.
Я снова посмотрел на Киру. Она вжалась в стену и была явно шокирована тем, что сделала ночью.
Встал и медленно пошел к ней.
- Кира?
В ответ - отрицательное качание головой.
- Кира, все в порядке.
- Но… Вы… Это же был сон. Я же спала.
Я чуть пожал плечами.
- Спала, но не совсем. Кира, все хорошо, не переживай. Ничего страшного не произошло.
Но вместо того, чтобы успокоиться, она задрожала. Кони говорила, что из-за гормонального лечения Кира сейчас нестабильна.
Ох, не умею я успокаивать нервных женщин. Знаю только два способа прекратить нарастающую истерику: дать пощечину - что неприемлемо - и…
Я заглянул в ее глаза.
Буря эмоций: смущение, страх содеянного, неверие. Но отвращения или страха передо мной и братом не было.
Я сделал еще шаг к ней и понял, что, кроме всех уже увиденных эмоций, есть и немало волнения. Она помнила, что было ночью, - и ее это возбуждало.
А еще от нее так одуряюще и маняще пахло. Я не выдержал и сделал последний, разделявший нас шаг.
- Кира? - Я сгреб ее стройное, нежное тело. Острее ощутил запах ее волос, кожи, ее возбуждения. Она резко выдохнула и задрожала сильнее. - Кира…
Если до этого мгновения она неотрывно смотрела в мои глаза, то сейчас ее взгляд скользнул вниз - к моим губам. Поддаваясь инстинктам, она приоткрыла свои нежные, пухлые губки - и я сорвался.
Его губы нашли мои без колебаний. Его рука на моей пояснице притянула меня так резко, что я потеряла равновесие и упала всем весом на его грудь. Он держал меня несколько секунд, потом ослабил хватку.
И сразу за спиной - другое тепло. Другие руки. Стил. Он отвел мои волосы в сторону, обнажив шею. Горячее дыхание обожгло, его губы коснулись кожи под ухом ласково, словно пробуя на вкус.
И мое тело ответило. Но не мурашками.
Сначала - внутренняя тишина. Буквально на долю секунды внутри все стихло - минутная паническая атака, которую остановил поцелуй и отклик моего тела на действия братьев.
А потом пришло чувство, похожее на то, когда ты стоишь на берегу и видишь, как вода мгновенно уходит в море, резкий порыв ветра, и ты еще не видешь его, но уже знаешь - на тебя надвигается цунами.
Это чувство было тяжелым. Оно налилось свинцом где-то в районе желудка и потянуло вниз.
Это был чужой, направленный гнев. Как прицел. И он был наведен сюда. На меня. На нас.
Это не было похоже ни на что, что я чувствовала раньше. Я дернулась вперед, пытаясь вырваться из рук Стила, тело инстинктивно отрабатывало программу «беги или умри».
Я издала звук - не крик, а короткий, хриплый выдох, как будто меня ударили в солнечное сплетение.
Тут же жесткие руки Скаара схватили мои плечи. Его глаза, секунду назад темные от страсти, стали мгновенно сосредоточенными, как у хищника, уловившего шорох в кустах.
Я чувствовала, как меня мелко колотит, и Скаар это чувствовал, но времени успокаивать больше не было. Он слегка встряхнул меня, возвращая в реальность.
- В чем дело? - спросил он ровно.
- Опасность... - язык не слушался. - Там, снаружи. Кто-то приближается!
Скаар нахмурился. По кораблю пошел голос Гиры:
«Перехватчик даваров. Класс «Уничтожитель». Быстро сокращает дистанцию. Нас пытаются связать варп-ловушкой. Включаю системы противодействия.»
Стил наконец разжал руки. Он отошел к панели связи, и на его лице было выражения человека, которому только что испортили очень важный момент.
- Всем занять боевые посты! Боевая тревога! - Он обернулся к нам. - Я - на мостик. Посмотрим, что там.
Скаар кивнул и потянул меня в другую сторону:
- Пошли.
Он повел меня по коридору. Двигатели где-то внизу уже начинали выть тонким, злым звуком. Корабль, как готовая вот-вот сорваться с места гончая, начал вибрировать.
Скаар завел меня в медотсек и подтолкнул к Кони.
- Кони. Сделай срочно полное сканирование ее мозга. С ней явно что-то не так. Позже проверишь ночную активность. Мне нужны все данные, какие есть.
- Серьезно? Сейчас? Во время боевой тревоги?
- Сейчас, - резко приказал Скаар. – Обе оставайтесь тут, пока я не вернусь.
Скаар ушел. Гул двигателей, дойдя до пика, выровнялся.
«Подготовка к варп-прыжку. Минутная готовность.»
Кони покачала головой:
– Кира, что происходит?
– Я снова ходила во сне и… пыталась соблазнить Скаара и Стила по ходу тоже. А когда они меня поцеловали. Начался приступ паники, и я, кажется, предсказала нападение на нас.
- Ну ты даешь. - Кира пошла к обтекаемой капсуле в глубине зала. - Ложись вот сюда.
Она открыла куполообразную крышку. Внутри - что-то вроде кресла-кокона, а над ним - штуковина с десятком тонких щупов и тонкий обруч.
Я легла. Кони надела мне на голову обруч. Он обхватил мою голову.
- Это сканер. Он будет читать, как у тебя в голове ток бегает и химия меняется. А эти штуки будут следить за всем остальным. Спать тоже будешь тут, пока компьютер будет тебя анализировать. - Она ткнула пальцем в небольшую панель управления с кнопками. - Зеленая для связи. Синяя для остановки сканирования и открытия капсулы. Красная - экстренное открытие капсулы, его в крайнем случае использовать.
«Внимание, уход в варп через 3, 2…»
Кони напряглась и ухватилась за капсулу, чуть пригнувшись ко мне. Я уже была зафиксирована на кресле, и единственное, чем могла ей помочь, - так ухватиться за ее комбез, страхуя девушку.
После команды «пуск» корабль резко дернулся, и словно картинка в глазах сдвинулась на несколько пикселей - эффект мгновенного ускорения.
Кони отпустила капсулу и благодарно сжала мои кисти.
– Все хорошо, я часто так делаю. Во время операций не до ремней безопасности. Я опытный эквилибрист.
Она нажала кнопку активации.
Купол капсулы начал закрываться. Щупы опустились, коснулись кожи в разных местах - на висках, на груди, на запястьях. В капсуле загорелся тусклый свет. На экране над головой Кони поплыли зеленые волны, закружились разноцветные модели моих полушарий.
Кони сначала просто смотрела. Потом наклонилась ближе, прищурившись. Нажала несколько кнопок, ее брови удивленно взметнулись, и она замерла.
Она медленно опустила на меня глаза. На лице отразилось полное непонимание.
Я приподнялась, нащупала кнопку связи в капсуле.
- Кони? Что там?
И тут же - новый острый спазм предчувствия беды. Внутри четко, ясно, без образов щелкнуло: УДАР. ПРАВЫЙ БОРТ. СЕЙЧАС.
Я вжала палец в зеленую кнопку и крикнула:
- Держись!
Кони лишь успела резко обернуться ко мне, ее глаза широко распахнулись от непонимания - и в этот миг корабль содрогнулся, будто его ударили гигантским молотом. Оглушительный грохот прокатился по корпусу.
Свет погас не мигая, разом. Потом, будто с задержкой, замигали аварийные лампы с нездоровой частотой, с разных сторон фейерверком шарахнули снопы искр. Что-то тяжелое и стеклянное упало и разбилось с сухим хрустом.
Я увидела, как Кони резко дернулась и исчезла за консолью, сбитая ударной волной.
Моя капсула зависла, свет погас, щупы замерли, купол перестал быть прозрачным.
Я осталась одна в глухой темноте, с ясным пониманием: нас догнали.
Темнота в капсуле была густой и глухой, как в гробу. Кнопка экстренного открытия не работала. Я успела сделать только один вдох, чтобы закричать, когда сверху раздался скрежет.
Кто-то с силой дернул купол вверх. Мигающий свет аварийных ламп ворвался внутрь, ослепив меня.
Надо мной, залитый красным светом, стоял Стил. Его мерцающие глаза бешено сверкали. Дым струйками вился у него за спиной.
- Кира, ты в порядке? Сможешь выйти сама? - его голос был хриплым от дыма и напряжения.
Я кивнула и попыталась расстегнуть ремни, но пальцы не слушались. Стил наклонился, его руки быстро справились с застежками. Потом он просто подхватил меня на руки - одной под колени, другой под спину. Движение было быстрым, но мягким. На мгновение он уткнулся носом в мои волосы, резко вдохнул и чуть расслабился.
- Стил, я могу идти сама… - попыталась я возразить, но он уже нес меня через медотсек, перешагивая через разбросанные инструменты и осколки. Его шаги были твердыми, уверенными.
Я инстинктивно обвила руками его шею, чувствуя, как под ладонями напряжены мышцы. Он пах гарью и чем-то резким, синтетическим.
Рядом с нами, пробираясь сквозь хаос, шел Варак. Он нес на руках Кони.
- Кони! - крикнула я через оглушительный вой сирены. - Ты в порядке?
Ни Кони, ни Варак меня не услышали.
- Она в порядке, - сказал Стил, не глядя на меня. - Вы обе в порядке.
Его спокойствие было каким-то заразительным. Я прижалась к его плечу, пытаясь не думать о том, что творится вокруг.
- А… а все остальные? - спросила я, и голос предательски дрогнул. - И… Скаар?
Стил наконец посмотрел на меня. В мигающем красном свете я увидела, как уголок его губ пополз вверх, губы чуть искривились в улыбке.
- Переживаешь за него?
Я покраснела, но отступать было некуда.
- Просто… я привыкла видеть вас вместе. А ты один.
- А я один? - он фыркнул, обходя поваленный стеллаж. - Скаар выводит корыто на сближение с флотом Стеллоса. Сейчас припаркуемся и продолжим наш прерванный разговор. Переживать не о чем.
Из-за произошедшего я совсем забыла о том, что мне снилось ночью и что это оказалось реальностью. О поцелуе Скаара и горячих губах Стила на моей шее. Сердце забилось быстрее, а внизу живота разлилось приятное томление.
Я чуть скосила глаза на Стила. И о чем они хотят со мной поговорить?
Хотя… вопросов ко мне, по ходу, накопилось немало. Чего я себе напридумывала?
Стил вынес меня в коридор, где было чуть светлее - горело аварийное освещение. Здесь пахло дымом, но ничего не искрило.
Еще раз убедившись, что мы обе в порядке, нас передали под командование Олис, которая стояла у входа в кают-компанию с озабоченным видом и двумя пустыми контейнерами.
- Хорошо, что вы целы. Скаар, когда увидел, что в медотсеке пожар, сломал подлокотник кресла. Такая плевая операция и шанс потерять членов команды, потому что пришлось лететь на этом корыте! - кивнула Олис. - Ну и так как руки, ноги, головы целы, присоединяйтесь. Надо собрать все эти документы. Сейчас пересядем на наш корабль. Я утомилась от этой тесной консервной банки!
- А этот корабль, получается, не ваш? - спросила я, забирая у Олис один контейнер.
- Этот? - Олис сделала такое лицо, будто понюхала тухлое яйцо. - Нет, нам его на время операции дали. Если бы мы к даварам на нашем «Сулакре» прилетели, они бы обделались еще до прибытия флота Стеллоса. Но мы-то изображали покупателей. Его нам Стеллос предоставил.
Она ткнула пальцем в сторону.
- Представляешь? В нас попала торпеда, которую они успели выпустить вдогонку. Она на выходе из варп-туннеля задела двигатели. Главная силовая накрылась. Парни сейчас на маневровых двигателях ведут это ведро к стыковке. Если бы мы были на нашем красавчике, он ее даже не заметил бы.
По громкой связи объявили время до стыковки, и мы принялись быстро складывать бумаги. Я не старалась читать, что там написано, но тут мне попались не похожие на остальные листы. Они были светлее и были распечатаны. Я пробежалась взглядом по строкам и замерла. Наверху была надпись «Живой товар» и год, в котором я попала к даварам.
Сердце застучало где-то в горле. Я отложила папку в сторону, продолжая кидать в коробку другие документы, но краем глаза выискивала нужные строки. И нашла.
*Объект: Земля. Человек. Женский пол. Индекс: K-6A. Имя: Кира.*
*Объект: Земля. Человек. Женский пол. Индекс: K-7A. Имя: Лера.*
Буквы поплыли перед глазами. Воздух перестал поступать в легкие.
Лера. Сестренка. Это доказательство, что она была со мной. И, вероятно, шанс, что среди всех этих документов есть имя того, кто продал нас.
Рука сама потянулась к списку. Пока девочки на меня не смотрели, я выдернула страницу, сложила ее и сунула в карман комбинезона.
- Кира, эту стопку упакуй отдельно! - крикнула Олис, указывая на стопку свитков.
Я вздрогнула, словно пойманная на месте преступления.
- Ты чего? - забеспокоилась Олис. - Тебе плохо? Ты все-таки расшиблась?
Кони тут же отложила стопку и встревоженно посмотрела на меня.
Я поспешила успокоить их:
- Нет-нет! Я просто задумалась о своем. Все в порядке.
Они облегченно кивнули, и мы продолжили сборы.
По кораблю разнесся спокойный, но напряженный голос Скаара:
«Приготовиться к жесткой стыковке. Всем занять места, пристегнуться. Посадка через три минуты».
Олис захлопнула крышку последнего контейнера.
- Все, девочки, быстренько в ближайшие кресла! Нас может здорово тряхнуть.
Кони потянула меня за собой к аварийным креслам у стены. Мы успели втиснуться в них и защелкнуть ремни, когда корабль начал вибрировать, где-то в глубине коридоров раздался тяжелый и глухой удар. Потом вибрация пошла по всему корпусу, и вдруг все стихло.
Мы причалили.
О чем тут же сообщили по общей связи и объявили готовиться покинуть корабль.
Мы синхронно отстегнулись, и я потянулась к своей коробке.
– Оставь, – сказала Кони, – Это будут выносить наши андроиды, этим займутся. А мы с тобой пойдем в медотсек. Я не закончила твой осмотр, помнишь?
Я кивнула, но все так же не сдвинулась с места.
– Моих битсаров андроиды не смогут перенести.
– Точно, идем, заберешь их. Думаю, на Сулакре уже подготовили вольеры для них. Там твоих малышей будут целые хоромы.
– Малышей? – я улыбнулась, вспомнив клыки огромных инопланетных псов.
– Конечно, они еще маленькие. Тебе не говорили? Бистар растет в течение шести лет, и последние два года самые важные. Если его вольер будет небольшой, то и бистар подрастет всего на чуть-чуть. В дикой природе, они гиганты.
Я припомнила, сколько лет моим, получалось, они действительно малыши, им всего по полтора года. А выглядят как взрослые. Или просто условия существования у нас были такие, что о детстве они и не знали.
Мун и Сан словно знали, что мы снова переезжаем, и ждали меня, смирно сидя у входа.
Мне не надо было отдавать устных приказов. Между оператором и его зверьми была связь, точнее чип сложной мыслесвязи, встроенный в наши позвоночники. Я контролировала их, а они чувствовали меня. И то, что мне от них надо.
Так мы небольшим, но красивым строем пошли на выход. Впереди шли Кони и Олис, за ними я, а за мной, двигаясь как чемпионы-синхронисты, – Сан и Мун.
– А это что за комитет по встрече?
Олис недовольно осмотрела группу вооруженных солдат, собирающуюся возле подбитого, но непобежденного «Жала».
– Они вооружены, – опасливо сказала Кони, – а этот на нас пялится.
Я вгляделась в быстро формирующийся отряд, и действительно, впереди стояли двое, один яростно что-то выговаривал другому, но тут, указывая пальцем на нас, отрицательно качал головой.
– Не на нас они смотрят, а на двух бестий, которые нас охраняют. Они знают, что если начнется бой, большая часть из них останется валяться грудой фарша на полу.
Олис подняла палец, нажала что-то за ухом и тихо прошептала:
– Командир, тут нехорошая движуха намечается, я, Кира и Кони идем на Сулакр, бистары с нами. Останавливать нас не собираются. Пока что.
Она выслушала приказ, и я заметила, как изменилась ее походка. Все мышцы девушки словно окаменели от напряжения, и походка стала более тягучей.
– Не останавливаемся ни на секунду, идем ровно, как шли. Кони, ты впереди.
Сама Олис чуть сместилась ко мне, чтобы быть между подозрительными вооруженными людьми и мною.
– Я думала, тут ваши друзья. – Я никак не могла понять, что происходит.
– Друг тут только Стеллос, остальные ему подчиняются. Но могут появиться другие вышестоящие офицеры, и это стадо баранов начнет подчиняться им.
– Но если они сейчас подчиняются не ему, значит…
– Значит, его нет на корабле и в радиусе пары ближайших звездных систем тоже.
Я старалась сохранять спокойствие, бистары не должны проявлять ни малейших эмоций, пока мы проходим мимо. Я даже не сразу сообразила, что мы поднимаемся на широкий трап и заходим в темное нутро большого корабля.
Он пах разгоряченным металлом. Как и его обитатели, Сулакр всегда был готов к бою.
Только когда шлюз за нами закрылся, мы смогли облегченно выдохнуть. Сан и Мун посмотрели на меня. А я присела перед ними и обняла их мощные шеи.
– Молодцы! Мои умнички! Прям как надо все сделали!
Встала и увидела обалдевшие лица девушек.
– Чего?
– Ты так запросто с ними обнимаешься? Проклятье, какой у тебя уровень связи с ними?
Я пожала плечами:
– Обычный, высший, сто процентов.
Они обе захохотали.
– Ну ты даешь. Обычный. Детка, высший уровень связи бывает процентов у десяти всех операторов бистаров. А с учетом, что их и так не очень много, то нам крупно повезло. У девушки, что была до тебя, было семьдесят процентов.
– Олис, потом наговоритесь. Отдавай мне Киру, её надо осмотреть. Это очень важно. Предположительно Лима. Помнишь, что это?
Олис закашлялась и вытаращилась сначала на Кони, а потом медленно перевела взгляд на меня, сделав шаг назад.
– Лима?
– Предположительно, – надавила голосом медик. – Всё очень нетипично.
– Командиры знают.
– Нет, я не успела сказать, сама видела, что было, и... Я хочу быть уверена.
– Уверена в чем?
Голос Скаара прозвучал над моим плечом, и я рефлекторно присела. Бистары же с восхищением выпучились на него и вывалили золотистые языки. То же мне, нашли кумира, подумалось мне. И время...
– Что происходит? Какая Лима? – я воспользовалась заминкой и тоже вставила вопрос.
– Кони? – Скаар понизил голос до низких вибраций, так что мурашки пробежали по позвоночнику.
– Это не сто процентов. – Кони в защитном жесте подняла руки. – Нетипичная активность нитей. Точнее, активность, что происходила в её голове, к нитям вообще не имеет отношения. А что, вы уже закончили на «Жале»?
– Да. Адмирал Аппар изъял все документы. Хотел и Киру изъять как доказательство.
Я было дёрнулась, чтобы возмутиться тому, что кто-то меня захотел в вещдоки приписать, но большие ладони Скаара легли на мои плечи, большие пальцы легонько надавили на шею.
– Не волнуйся, мы никому тебя не отдадим.
И что это за интонации в голосе? Даже Олис многозначительно приподняла бровь и поспешила отвернуться.
– Хорошо. Раз меня не отдают, могу я узнать, что такое Лима?
– Нет, пока не подтвердятся результаты теста. Кони, начинайте немедленно.
– Да, так и собиралась. Но тут проблема. Даже две. Если вдуматься.
– Ну? – поторопил её Скаар.
– Во-первых, первичные данные остались в медкапсуле на «Жале», и первое, что выдаст бортовой компьютер своим хозяевам – это рекомендацию по карантину и скажет, кто нулевой пациент.
– Карантин? Какой карантин, я здорова!
Меня проигнорировали.
– Извини, Скаар, я думала, у нас будет время стереть данные, а тут этот Аппар. Это не тема для разговоров по рации и надо было Киру довести до Сулакра.
– Я понимаю…
– Какой карантин, ау? – я хотела сделать шаг в сторону, но ладони Скаара лишь прижали меня к его широкой груди, как непослушного ребенка.
– А вторая проблема?
– Мне надо, чтобы ее мозговая активность была в пиковом состоянии.
Все замолчали, а Скаар в задумчивости завел руку за ухо и тоже куда-то нажал. «Стил, есть дело, иди в медотсек Сулакра».
– Вы знаете, как довести ее до пикового состояния? – вскинула брови Кони.
– Знаю.
От тона Скаара мы покраснели все.
– Ну ты попала, – тихо прошептала Олис и тут же нарвалась на тяжелый взгляд Скаара.
– Олис, собирай всех, боевая готовность. Никого, кроме Стеллоса, видеть не желаю. Попытаются войти на корабль, пообещай им разрядить все орудия в борт, мы как раз очень удобно стоим по направлению к основному энергетическому узлу. Нас не беспокоить, пока не закончится тестирование.
– Да о чем вы говорите! Что происходит! – не выдержала я, вывернулась из-под рук Скаара и отскочила на пару метров.
Скаар многообещающе улыбнулся в ответ:
– Как что? Мы идем медотсек и будем доводить тебя до пикового состояния.
– Нет, – твердо сказала я. – Я больше не позволю ставить на себе эксперименты.
Олис заткнула вырвавшийся смешок рукой и промычала что-то вроде: «Да ладно, тебе понравится экспериментировать», чем снова напомнила о себе.
– Олис, я тебе что сказал?
На этот раз в голосе капитана звенел металл, и Олис, поняв, что перегибает, вытянулась в струнку и строевым шагом вышла, напоследок подмигнув мне.
Потом Скаар сделал неуловимо быстрое движение, и вот я уже болтаюсь попой вверх у него на плече.
– Кони, в лазарет!
Кони до этого сидела со счастливой, чуть глуповатой улыбкой, подскочила и понеслась вперед.
Я затрепыхалась. Большая ладонь обхватила мою попу, прижимая к плечу и мощной шее.
Мелькнуло воспоминание из детства, когда я училась кататься верхом. Сдуру полезла на жеребца без седла и чуть не соскользнула с него. Но я уцепилась за густую гриву, как-то извернулась и так и висела, пока сестра бегала за папой.
Вот. Ощущение висения на том жеребце было такое же, как и на этом. Вот только этот, конкретный, с удовольствием лапал мою попку, не позволяя улизнуть.
– Капитан! Отпустите!
Меня традиционно проигнорили, и я мерно закачалась, уносимая в медотсек.
Да что ж за галактика такая, а!? Я вскинулась и попыталась дотянуться до стены. Если удастся крепко ухватиться, то выскользну из его захвата.
Дотянуться удалось только до портативного огнетушителя, который подозрительно был похож на земной. Объемом больше, но сейчас мне это не могло помочь.
Хотя я и прицелилась шарахнуть Скаара куда-нибудь, например, по крепкой заднице, что сейчас красовалась перед моим взором. Но потом решила, что бить командира, да еще и по такому месту, – плохая примета.
До лазарета мы дошли обидно быстро. Я не успела придумать ничего нового, и в итоге, когда он сгрузил меня на кушетку, то очень удивился.
Я сидела перед своим капитаном, крепко обнявшись с колбой огнетушителя.
– Кира, – сказал он мне тоном доброго доктора в психушке, – мне кажется, тебе это будет мешать.
Я отрицательно покачала головой и стиснула колбу сильнее.
– Да пусть пока сидит, мне все равно надо оборудование настроить, – пропела радостная Кони. – Наконец-то дома! Моя лаборатория! Родная! Где тут мой портативный омнискан?
Она открыла стол и уставилась в его содержимое. Но потом звонко шлепнула себя по лбу:
– Точно, я ж перед отъездом перекладывала все в шкаф! – Она метнулась в сторону и достала плоскую коробку.
В коробке оказался серебристый обруч для головы с несколькими тонкими отростками по периметру. Она включила его и его панель управления, которая очень удобно располагалась в той же коробке.
Потом вытащила его и планшет и пошла ко мне. Я попыталась шарахнуться в сторону, но Скаар подошел очень близко и уперся рукой в кушетку рядом со мной. С другой стороны подошла Кони, и я оказалась в осаде.
Кони мягко улыбнулась, наконец-то заметив, что меня эта ситуация ну никак не радует.
– Кир, серьезно, расслабься. Это для твоего же блага. Нам надо выяснить, что у тебя в голове. – Она подняла обруч в руках. – Он просканирует твой мозг. Ты его поносишь несколько дней. Не снимая. Ну, только в душе его снять надо будет.
Она подобрала мои волосы и аккуратно надела его. Он был холодный, и я почувствовала, как отростки зашевелились, будто живые.
Я вскинула обе руки к голове. Скаар тут же воспользовался моментом и убрал огнетушитель, нагло заняв его место. В смысле, раздвинул мои колени и встал между ними.
И я тут же забыла про шевеление на моей голове. Тем более что обруч почти сразу успокоился, удобно прицепившись.
Планшет в руках Кони залился мягким зеленым светом. Она быстро пробежала глазами по показаниям, и ее улыбка стала чуть менее беззаботной, чуть более профессиональной.
– Ну что ж, приступим. Сканирование запущено. Фоновая активность... в норме. А я пойду к себе в каюту, буду считывать графики оттуда. – Она потрясла планшетом и устремилась на выход, игнорируя мой умоляющий взгляд. – Кстати, за той дверью есть комната отдыха. Там уютнее… если что.
В дверях она разминулась со Стилом.
Стил вошел бесшумно, бросил оценивающий взгляд на меня, зажатую Скааром, на мои пальцы, вцепившиеся в край кушетки, и кивнул.
Я не была девственницей и уже давно догадалась, как меня намерены доводить до пиковых состояний. Причем они оба. Одновременно.
Эта мысль казалась чудовищной и невероятно возбуждающей одновременно. Стыд и жгучее любопытство боролись внутри.
Скаар посмотрел на брата:
– Как там?
– Олис выполняет приказ и кошмарит адмирала Аппара.
– Они узнали о Кире.
– Да. – Стил посмотрел на меня, его взгляд был необычно серьезен. – Требуют выдать зараженного, обвиняют чуть ли не в госизмене. Со Стеллосом нет связи. Мне кажется, ее блокируют.
Скаар кивнул и посмотрел на меня в упор.
– Кира, мы не допустим, чтобы тебя забрали, и сделаем все для этого. Теперь ты наша.
Я кивнула:
– Спасибо. Очень похвально для командиров защищать своих подчиненных.
Я понимала, что несу чушь, потому что «теперь ты наша» прозвучало слишком двусмысленно.
Скаар, видимо, тоже решил, что от рухнувшего на меня счастья в виде двух вольных айтори у меня потек чердак, потому взгляд у него стал таким понимающим, ласковым, как и сказанные слова.
– Нет, милая, я имею в виду нашей. – Он бросил выразительный взгляд на брата.
Скаар мягко положил ладонь мне на шею. Большой палец упёрся под подбородок, заставив поднять голову выше. Его лицо приблизилось, и его губы коснулись моих.
Поцелуй был медленный, как будто он пробовал меня на вкус. Его язык коснулся моей нижней губы, провёл по ней, и мои губы сами разомкнулись в ответ. Не было приказа, не было нажима. Было молчаливое приглашение, на которое моё тело откликнулось само.
Вкус его был чистым, с лёгкой горчинкой, как крепкий черный чай. Он был спокойным. Уверенным. Как констатация факта. Ты наша.
Он оторвался так же медленно, как и начал. Его глаза были тёмными, зрачки расширенными.
– Вы не можете, – вырвалось у меня, и голос звучал хрипло, чужим. – Я заражена. Чем-то. Это опасно для вас.
– Не для нас, – сказал Стил. Его голос прозвучал прямо у моего уха. Он подошёл с другой стороны кушетки и был так близко, что я почувствовала тепло его тела сквозь одежду. Его рука легла мне на плечо, пальцы сжали его, и это прикосновение было одновременно крепким и… успокаивающим. Оно заземляло меня в этой сумасшедшей ситуации. – У айтори иммунитет. Проверенный.
– А если он не сработает? Что если вирус мутировал? – Я пыталась отвести взгляд от Скаара, но не могла. Его глаза словно гипнотизировали меня. – Если это что-то новое?
Скаар наклонился, его губы оказались в сантиметре от уха. Дыхание обожгло кожу.
– Это не болезнь, Кира, – шепнул он прямо в мое ухо, щекоча и обжигая. Я вздрогнула, и по телу пробежали волны нежных мурашек. – Это не вирус. А теперь – расслабься.
Его руки скользнули под майку и двинулись наверх, невесомо гладя кожу, вызывая сладкую дрожь. Мой разум отчаянно протестовал, но тело уже предательски откликалось.
Шероховатые подушечки его пальцев провели по рёбрам, скользнули к груди, обхватили её снизу. Это было слишком интимно, слишком откровенно на глазах у другого мужчины. Я зажмурилась, пытаясь спрятаться в этой иллюзорной темноте.
Стил тем временем подошёл к изножью кушетки. Его движения были выверенными, без суеты. Он снял с меня ботинки. Его пальцы, неожиданно тёплые и твёрдые, обхватили сначала одну ступню, потом другую. Он начал разминать свод с таким знанием дела, что волна расслабления, вопреки всему, поползла вверх по ногам. Это было странно. Непривычно.
Всё моё внимание захватывали две пары рук, два разных вида прикосновений. Там, откуда я родом, такие отношения не приветствовались, даже порицались, и от этого каждая ласка становилась острее, а от стыда хотелось провалиться на месте.
Большие пальцы Скаара легли на соски, уже твёрдые и болезненно чувствительные, и провели по ним круги. Из моего горла вырвался стон, глухой и неконтролируемый.
– Не здесь, – резко сказал Скаар и подхватил меня на руки.
Я не успевала осмыслить, куда меня несут. Стил шёл рядом, я видела могучее плечо Скаара и металлические ребра белоснежного потолка. Он остановился перед какой-то дверью.
Когда она отъехала в сторону, я поняла, что это то самое более уютное место, о котором говорила Кони.
Здесь был мягкий полумрак. Большая и широкая кровать, прикреплённая к стене. Грубый плед, пара подушек. У меня создалось впечатление, что это постель дежурного по медотсеку.
Меня опустили в центр кровати. Я лежала, пытаясь отдышаться, чувствуя, как дрожь пробегает по коже — не от холода, а потому, что для меня всё это было впервые. И я понятия не имела, что делать. Варианта сбежать и спрятаться не было.
Скаар стоял надо мной, снимая одежду. Он стянул через голову футболку, и я снова увидела его тело. Широкие плечи, глубокая грудная клетка, жёсткий, рельефный живот.
Тусклый свет от лампы падал косо, подчёркивая мышцы на его боках, рельеф, уходящий под пояс штанов. Он расстегнул ремень привычным, небрежным движением, расстегнул штаны, спустил их и позволил упасть на пол.
Я видела его раньше, но не так. Не тогда, когда его возбуждение было таким очевидным, почти угрожающим своим размером и напряжением, и направлено прямо на меня.
Я отвела взгляд, но тут же вернула его обратно. Бежать было некуда.
Стил раздевался чуть в стороне. Его я видела впервые, но сразу было заметно сходство братьев. Его мышцы были не менее выраженными, такие же широкие плечи, узкая талия, длинные, сильные ноги.
У них была в целом безупречная загорелая кожа, и лишь несколько небольших шрамов украшали тела братьев.
Когда он повернулся, чтобы бросить одежду на стул, я увидела мощную спину и тёмный, замысловатый узор татуировки, спускавшийся вдоль позвоночника.
Интересно, а у Скаара есть татуировка на спине?
Скаар наклонился, и его руки снова оказались на мне. Он снял майку, расстегнул бюстгальтер. Холодный воздух обжёг кожу, но тут же его заменил жар его ладоней и губ. Он взял сосок в рот, и я застонала, впиваясь пальцами в его короткие волосы, пытаясь хоть за что-то зацепиться.
Стил в это время снял с меня штаны и трусы. Его прикосновения были методичными, он словно изучал мои реакции. Когда его пальцы коснулись внутренней поверхности бёдер, я вздрогнула, и чувство неловкости накрыло с новой силой. Он посмотрел на Скаара, и тот кивнул. Они общались без слов, и эта слаженность была одновременно пугающей и возбуждающей.
Стил лёг сбоку от меня, прижимаясь всем телом. Его грубая щека коснулась моей, а рука обхватила грудь, которую не занял Скаар. Он начал ласкать её, пальцами и губами, синхронно с ритмом брата.
Это было ошеломляюще. Я теряла границы собственного тела. Оно больше не слушалось меня, откликаясь на две разные точки внимания сразу.
Я металась между ними, уже не пытаясь думать, просто тонула в ощущениях, слишком сильных и слишком новых.
Скаар оторвался от моей груди и встал на колени передо мной. Его руки раздвинули мои бёдра, прижимая их к матрасу, не оставляя шанса сомкнуть их.
Он не торопился. Сначала он просто смотрел. Его дыхание обжигало чувствительную кожу, и от этого всё внутри сжалось в болезненно-сладкий узел. Потом его язык коснулся меня, раздвинул нежную кожу и коснулся напряжённого клитора.
Он водил языком медленно, с невероятным, выматывающим постоянством. Не было резких движений, не было суеты. Была методичная, неумолимая стимуляция, которая заставляла мои пальцы впиваться в простыни, а ноги дёргаться в его железной хватке.
Затем он сменил тактику. Сосредоточившись на самом чувствительном месте с таким давлением и скоростью, что мир начал плыть перед глазами. Я стонала, уже не в силах сдерживать звуки, мои бёдра пытались приподняться навстречу, но он держал их с лёгкостью, продолжая своё дело.
Я закричала. Мир сузился до точки взрывающегося удовольствия. Руки Стила держали меня, не давая развалиться на части, его дыхание было горячим у моего уха. Я кончила — резко, содрогаясь, с криком, сорвавшимся в рыдание. Волны накатывали одна за другой, и я тонула, не в силах сопротивляться.
Это был самый сильный оргазм в моей жизни, и он случился на глазах у другого мужчины, в его объятиях. Стыд плавился и смешивался с экстазом, превращаясь во что-то неописуемое.
Скаар отстранился. Его лицо было мокрым, глаза дикими. Он мягким рывком потянул меня на себя. Затем он лег, а Стил поднял меня, как куклу, и усадил верхом на брата.
Я еще не опомнилась от первого оргазма, как почувствовала, как огромный, твердый как сталь член Скаара входит в меня. Медленно, глубоко, заполняя меня всю. Я завыла, спина выгнулась. Он был такой огромный, ощущение было незнакомым, подавляющим. Двигаться в таком положении было непривычно, но Стил направлял и не отпускал.
Он встал на колени сзади, его руки обхватили мои бедра, помогая найти ритм и синхронизируя мои движения с толчками Скаара снизу. А потом, когда я уже чуть привыкла к немыслимой наполненности, к присутствию второго мужчины, Стил коснулся моей задней дырочки.
– Нет, – вырвалось у меня, и это было уже не протестом, а мольбой отчаяния. Мое тело, еще не отошедшее от потрясения, содрогалось от самой мысли о двойном проникновении. – Не надо... Я не смогу, вы слишком большие!
Скаар замер подо мной, его пальцы чуть стиснули мою талию, а дыхание сбивалось от вынужденного ожидания.
Горячие губы Стила коснулись моего плеча, и я услышала его хриплый шепот.
– Расслабься. Твое тело знает больше, чем ты думаешь. Оно уже приняло одного из нас и просит больше. Мы это чувствуем. С каждым твоим вздохом, с каждой каплей пота на твоей коже. Ты создана для этого, Кира. Для нас.
Говоря это, он продолжал массировать, растягивая плотное, неподготовленное кольцо мышц моей собственной смазкой и влагой. Его прикосновения были методичными, неумолимыми, и от этого осознания — что он готовит меня для этого, для принятия их обоих одновременно — все внутри сжалось в тугой клубок страха и невероятного возбуждения.
Он убрал пальцы. Я почувствовала, как головка его члена прижалась к тому же месту. Шок от этого осознания ударил по сознанию ледяной волной.
– Стил, нет! – я попыталась вырваться, сделать хоть какое-то движение, но Скаар снизу крепко держал мои руки, а Стил сзади прижимал бедра.
– Тише, – его голос стал тверже. – Мы не сделаем тебе больно, если ты не будешь бороться с собственным телом. Дыши. Расслабься. Отдайся ощущению.
Он надавил. Сопротивление было сильным, почти непреодолимым, и я взвизгнула от шока и переполняющего ощущения. Боли не было. Было нечто иное — острое, глубокое растяжение, невыносимое чувство полнейшей, абсолютной полноты, которое вытеснило из сознания все остальное.
Тело протестовало, сжималось вокруг нового вторжения, растворялось в густом море собственных желаний. Скаар все еще не двигался, давая моим мышцам привыкнуть к немыслимому давлению с двух сторон, но не ослабляя хватки.
– Спокойно, – сказал он, в его голосе слышалась еле сдерживаемая страсть, которая пробивалась сквозь выдержку. – Ты смогла, малышка. Расслабься и почувствуй, как твое тело открывается нам. Только нам.
Его пальцы вернулись ко мне спереди, массируя клитор с таким знанием и настойчивостью, что волна нового, предательского наслаждения начала пересиливать шок.
Вдруг они начали двигаться во мне. И тут же накатила волна такого неистового, запретного удовольствия, что у меня потемнело в глазах. Я снова закричала, но уже беззвучно. Это было слишком. Это было за гранью всего моего опыта и понимания.
Мое тело взорвалось изнутри множественными оргазмами. Казалось, сдетонировала каждая клетка. Я зависла в пустоте ослепляющего экстаза, держась только за мощные тела двух мужчин.
Я почувствовала, как Скаар напрягся подо мной, его пальцы впились мне в бедра, и он с хриплым, сдавленным стоном достиг кульминации. Его пульсация внутри стала последней каплей, отправляя новые спазмы удовольствия по моему телу. Стил, почувствовав, как я сжимаюсь вокруг него, резко выдохнул, застонал мне в шею и тоже замер, обхватив меня так крепко, словно хотел навсегда впечатать в себя.
Тишину нарушало только наше тяжелое, сбившееся дыхание. Я все еще сидела, прижатая к груди Стила, стиснутая его сильными руками. Не в силах пошевелиться, не в силах осмыслить, что только что произошло.
Это было... непередаваемо. Невероятно. И я не знала, что чувствовать.
Стил медленно вышел из меня. Скаар осторожно последовал его примеру. Он аккуратно уложили меня рядом с собой.
Я лежала на спине, глядя в потолок, чувствуя, как странно и ново стало внутри. Сердце неистово колотилось, дыхание ее не восстановилось, а тело было переполнено ощущениями.
Стил накинул на нас со Скааром плед.
И замер. Что-то привлекло его внимание на полу. Он поднял мои брюки, и я увидела, как он вытаскивает за кончик свернутый листок с даварскими иероглифами и еще один — белый, на котором я выписывала все, что помнила о пропаже сестры.
Скаар тоже заинтересовался находкой брата. А когда понял, что видит, вся расслабленность моментально слетела с его лица.
– Кира? – спросил Стил и протянул листки Скаару, не сводя с меня вопрошающего взгляда. – Что это?
Скаар взял листки. Внимательно их рассмотрел. Там, где все излагалось на моем родном языке, он ничего не понял и отложил в сторону. А вот листок даваров заставил его… рассмеяться.
Он притянул меня к себе и поцеловал в губы, потом в плечо.
– Не знаю, зачем ты забрала этот листок, но этим ты нам очень подыграла! Малышка, приведи себя в порядок и встретимся в кают-компании. Брат, ты чего такой серьезный?
– А что на втором листке? Я не узнаю язык.
Я решила ничего не скрывать. Все равно же хотела обратиться за помощью.
– Это мой родной язык. Земной. Там я выписала все, что помню о своей сестре. В списке даваров ее имя идет сразу после моего. Я могу переписать его на даварском. Я не умею писать на других ваших языках.
– Это дело поправимое. – Пожал плечами Скаар. – Так что с сестрой?
– Пираты выкрали нас вместе. Но давары не стали ее выкупать, и пираты увезли Леру в неизвестном направлении. Листок я взяла как доказательство, что Лера была со мной. Она младше меня и была слабее, потому и не заинтересовала даваров. А теперь я не знаю, где она. – На глаза навернулись слезы, которые я так долго сдерживала, не позволяя себе расклеиваться. – Вы же поможете найти ее! Я очень вас прошу!
Я переводила взгляд со Скаара на Стила. Чувствовала, как слезы текут по щекам. И я осознала, что если они откажут, я буду умолять и пообещаю сделать все что угодно, только бы они согласились.
Братья переглянулись. А потом Скаар снова привлек меня к себе. Вытер слезы, обнял и погладил по спине.
– Не плачь, детка. Мы обязательно найдем Леру. Но сейчас надо решить другую проблему и свалить с этого корабля. Пообещай, что сделаешь все, о чем мы попросим. Это облегчит жизнь нам всем, включая тебя, и ускорит начало поиска твоей сестры.
Я облегченно вздохнула. Они помогут.
Они помогут! Благодарность теплой волной разливалась в душе.
Спустя час в кают-компании.
– Кони, что с головой Киры? – Стил упал в кресло, закинув ногу на ногу. – Как прошел анализ стимуляции мозговой активности?
Кони посмотрела на меня, и мы синхрон
о покраснели. Медик откашлялась и начала отчет.
– Это нетипичная реакция. Все говорит о том, что это пожиратель. Но тест Лима не подтвердился. Кира не находится под контролем. Паразит не активен. Даже больше могу сказать – большая его часть мертва!
В процессе отчета Кони забыла о смущении, ее голос окреп и глаза засияли энтузиазмом исследователя.
– Нам сейчас же нужно отвезти ее к Жадэ! – Она на мгновение снова смутилась и поправилась, – В смысле, к доктору Камилю. В его исследовательском центре есть оборудование, которое поможет понять, в чем причина гибели паразита. Вы понимаете! Это же первый случай с момента контакта!
На меня посмотрели все, кто находился в кают-компании. Тут был не весь экипаж, а только старшие. Олис была среди них, и сейчас в ее взгляде, да и во взгляде всех остальных, я видела неверие и надежду. Гнев и радость. Особенно в глазах айтори.
Видимо, этот паразит их сильно достал, раз они так воодушевились.
– Ты уверена? – осторожно уточнил Скаар. – Если это так, то ни в коем случае Кира не должна попасть в лапы федерального правительства.
– На все сто процентов, командир! Основная часть паразита мертва. У нас и раньше была теория, что он был создан искусственно, теперь я вижу подтверждение. В нем словно два существа: паразитическая часть, которая прикрепляется к носителю и выполняет некоторые функции, о которых нам предстоит узнать, и есть вторая часть – та, которая контролирует и стремится размножаться и уничтожать. Командиры, эта девушка – ключ к окончательной победе!
Кони резко выдохнула и счастливо прижала планшет к груди.
– Жадэ ошалеет, когда я покажу ему эти данные! В смысле, доктор Камиль.
– Отлично, Кони, хорошая работа!
Скаар кинул на брата долгий взгляд. Они словно разговаривали, при этом не говоря ни слова. В итоге Скаар кивнул:
– Дай мне пару минут, я составлю контракт. – Потом посмотрел на остальных. – У кого платиновый статус гражданина? Нужны свидетели?
У Олис отвисла челюсть от удивления, но это не помешало ей поднять руку и пихнуть локтем сидящего рядом пилота.
– У нас есть. – Сказала она, расплываясь в улыбке.
Остальные айтори тоже заулыбались. До человеческой части экипажа, включая меня, пока не доходил смысл происходящего.
Пока что они переваривали то, что я – ключ к победе.
А я переваривала то, что скоро стану подопытной мышкой.
Все молчали до тех пор, пока Стил не закончил заполнять бланк на своем планшете. Потом он расписался, то есть приложил свой палец к экрану. Потом подписался Скаар и передал планшет Олис и пилоту Арену. Оба подписались.
И наконец планшет попал в мои руки. Я вчиталась в текст. Потом еще раз. Подумала, что где-то что-то не так прочла, и потеребила переводчик на руке. Тут же он уколол меня, подтверждая, что не спит, а работает.
Тогда я прочитала в третий раз и положила планшет на стол.
– Нет. – Постаралась сказать я как можно тверже и увереннее. – Я это не подпишу.
Олис непонимающе посмотрела на меня. Арен отошел в сторону, опасливо глянув на командиров.
Скаар скрежетнул зубами.
– Всем выйти, нам надо поговорить наедине. – Он дождался, когда все, кроме меня и Стила, покинут помещение, и снова уставился на меня. – Кира, ты обещала сделать все, о чем мы тебя попросим! Подписывай контракт!
– Как этот контракт поможет искать мою сестру? Ведь сейчас даже и речи о ней не шло!
– Кира, это не только поможет твоей сестре, но в первую очередь тебе! Потому что для поиска сестры тебе не помешает сохранить голову на плечах. Причем буквально!
– В смысле?!
Скаар ткнул пальцем в сторону двери, за которую ушла Кони.
– Ты ее слышала? То, что в твоей голове, крайне важно для нас. Нет, это важно для всех айтори! Но если ты попадешь в лапы неких нехороших представителей федерации, – Скаар очень старался подбирать слова. Но я чувствовала за каждым из них трехэтажный отборный мат. – они не станут разбираться. Просто отрежут голову и заморозят. Во избежание заражения.
Я потерла вдруг занывшую шею. И еще раз, с сомнением, посмотрела на планшет.
Стил зашел с другой стороны.
– Кира, этот контракт сделает тебя гражданкой федерации. Ты получишь высокий статус, гарантии и правовую защиту. Никто не сможет увести тебя насильно без суда и следствия. А в твоем случае, после подписания контракта, потребуется не просто суд, а суд старейших айтори. Это во-первых. А во-вторых, ты сама дала обещание выполнить наши требования.
Я зло зыркнула на него и услышала, как завыли битсары. По моему позвоночнику пробежали мурашки ментальной связи, и я постаралась успокоиться. Бедные Сан и Мун не понимали, что со мной, и нервничали.
Может, они и правы. Хотя если попытаться думать трезво, то, конечно, они правы. Если говорят правду и я сейчас не подписала себе приговор быть бесправной женой, которую можно сдать на опыты и забыть, как ее зовут.
И да, я дала обещание.
Кира, во что ты опять вляпалась?!
Я рывком подтянула планшет и впечатала в него палец с такой силой, словно хотела продавить экран насквозь.
Кто бы мог подумать, что для того чтобы спасти сестру и не потерять голову, мне придется выйти замуж!
А потом дорогие мужья заперли меня в каюте.
В моей новой каюте. Чужих вещей тут не было. Она была стерильно чистой и даже вполне уютной. Кроме того, в ней была дополнительная дверь, которая напрямую вела в вольер с бистарами. Иначе пришлось бы выходить из жилого отсека и возвращаться параллельным коридором.
Это мне сообщили когда привели в каюту.
Но дверь к моим песикам тоже была закрыта.
Ну и нафига? Я вроде не буйная.
Или все-таки они не до конца верят в то, что неведомая штука в моей голове безопасна?
Я потерла виски и подошла к встроенному шкафу. Одну створку занимало зеркало. Сейчас больше всего меня интересовал мой мозг. Но его так просто не рассмотреть, поэтому я внимательно разглядела глаза, с которыми все было нормально, а потом на всякий случай – рот.
Вспомнился ужастик, где жуткие грибы старались заражать людей через рот. И не только. Жуть жуткая.
Но и тут все было в норме.
Ну и только после этого я обратила внимание на общий вид. И вид у меня был такой, словно я провела в спа не меньше пары дней.
Кожа была упругой и сияла здоровьем. Волосы словно дополнительный объем приобрели. А ведь я точно помню, что утром было шелушение на щеке, и пришлось его потереть щеточкой. И вот на губах была небольшая трещинка, а теперь они выглядят так, словно их нейросеть рисовала.
Очень интересно. Надо бы к Кони зайти, вдруг это симптом.
В дверь постучали.
Я подошла и отстучала в ответ морзянкой SOS. Это было единственное, что я знала из морзянки, а местные о ней не знали ничего вообще. Но были чертовски догадливы.
– Кира, это Кони, у тебя все хорошо?
Голос Кони звучал очень приглушенно из-за толщины двери.
– Нет! Я заперта!
Кони ответила что-то неразборчивое, а через пару минут дверь распахнулась, и сияющая Кони кинулась меня обнимать.
– Извини! Все так закрутилось! Забыли разблокировать замки. Когда ты зашла в каюту, они автоматически закрылись. – Она чуть отпрянула от меня, разглядывая мое лицо, и снова прижала к себе. – Кира! Ты не представляешь!
Миниатюрная, вроде, девушка, а такая сильная!
– Кони, ты меня задушишь! И да, я не представляю. Надеюсь, в твои ближайшие планы входит кое-что мне объяснить. Например, состояние моей кожи и волос ни с того ни с сего улучшилось. Это может быть новым симптомом?
Кони отлипла от меня и уже другим взглядом оценила мой внешний вид и загадочно улыбнулась.
– Это однозначно симптом, но только того, что ты имела физический контакт с айтори. Их слюна обладает мощными регенерирующими свойствами. Кстати, поздравляю! Брачный контракт с айтори и сразу золотой статус гражданина! А мы думали, командиры никогда не женятся.
– Не думаю, что это был реальный контракт. Скорее всего, фиктивный. И его расторгнут, когда все уляжется.
Кони удивленно подняла брови.
– Не слышала про фиктивные контракты у айтори. Они очень серьезно относятся к таким вещам.
– Так и ситуация была серьезной. Ты сказала, что я очень важна для науки, и они приняли решение. Кстати, когда они будут договариваться, чтобы меня не забрали и нас всех выпустили?
Кони улыбнулась и развела руки в стороны.
– А уже все. Нас уже отпустили. Готовимся к старту.
– Так быстро?
– Да, Стеллос объявился, злой как дисайский вирух. Отогнал Аппара с его сворой и дал нам добро на вылет.
– Как кто? – не поняла я.
– В океане на планете Дисай живет огромная такая штука, я даже не уверена, рыба это или что-то другое. Черная как смоль и очень агрессивная. До сих пор не удалось изучить ее. Прям как айтори. Оба эти вида совершенно не желают быть изученными.
– Быть подопытным неприятно.
– Да? То есть сегодняшний опыт в медотсеке тебе совсем не понравился? – игриво уточнила Кони. – Ты сияла как суперновая, когда вошла в кают-компанию.
Я почувствовала, как кровь приливает к щекам от воспоминаний об объятиях Стила и Скаара и о тех невероятных ощущениях, когда они оба были во мне.
Я закрыла лицо руками и тихо взвыла.
– Не напоминай! Неужели не было другого способа? Ты вообще понимаешь, что произошло? Всего за четыре или пять дней я успела наворотить столько дел! Во сне домогалась одного из командиров. На следующий день согласилась на секс с обоими и тут же согласилась выйти за них замуж. Не приходя в сознание, стала ключом к какой-то победе, но для этого меня должны изучить в каком-то исследовательском центре.
Брови Кони поползли наверх:
– Ты домогалась? - вычлинила она самое интересное в моих приключениях, - Кого? Стила?
– Скаара. - Кони восхищенно закатила глаза и я поспешила ее одернуть, - Но не в этом дело. Я спала в тот момент. Пока их не было на корабле, я ни к кому ведь не приставала, так? Почему, когда на корабле появились они, я повела себя иначе и поперлась к ним?
– Хороший вопрос! А главное, он касается того дела, с которым я к тебе пришла.
Я устало села на свою кровать.
– Только не говори, что я снова с кем-то должна тра… заниматься сексом. Они, наверно, думают, что я со всеми так себя веду.
– Секса не будет. Наоборот, сегодня ты должна спать покойно с обручем на голове, и мы посмотрим, что с тобой во время сна. А про твое поведение… – Кони села передо мной на корточки и успокаивающе взяла мою ладонь в свои руки. – Никто так о тебе не думает. У айтори не принято жениться на ком попало.
– Кони, это не настоящий брак. Фиктивный, понимаешь?
– Я понимаю, что ты не понимаешь. Но надеюсь, мужья тебе все скоро объяснят. Как только будет время. Сейчас надо добраться до анклава айтори.
– Анклав? Ты чего на корточках сидишь, садись на кровать.
Я подвинулась, и Кони села рядом.
– Анклав – это автономная территория айтори. Когда они появились в нашей галактике, то предоставили правительству огромную базу знаний своего народа. Поклялись верности. Взамен получили очень неслабые бонусы. Гражданство любого уровня. Несколько довольно богатых звездных систем. Ты бы знала, какой вой стоял в Сенате из-за этого. Сенаторы и сами были не прочь наложить лапу на те ресурсы, но это было бы возможно только в отдаленной перспективе. Сектор айтори – очень удаленная территория. А вот для самих айтори – настоящее сокровище, и анклав стал родным домом.
– Погоди, как? В смысле появились? Они не местные?
Кони бросила на меня странный взгляд, который тут же сменился улыбкой.
– Я все время забываю, что ты и сама новичок в нашей галактике.
– Да я и в космосе новичок. Наша цивилизация дальше спутника собственной планеты еще не ушла.
– Удивительно. Хотя такие изолированные по разным причинам планеты встречаются. А айтори, да, они прибыли с другой галактики. Им пришлось бросить все как раз из-за этого паразита.
Кони постучала себя по лбу пальцем. Потом посмотрела на него с сомнением и снова постучала, но уже по моему лбу.
– Этого паразита, – повторила она, – которого ты умудрилась убить.
Я чуть вздрогнула от неожиданности, когда услышала мягкий мужской голос из динамиков:
«Экипажу приготовиться. Старт через десять секунд».
Я начала оглядываться в поисках ремней безопасности и поняла, что такие есть только на кресле.
– Надо пристегнуться? А как же ты, тут только на одного человека кресло с ремнями.
– Не переживай. Они не нужны.
Сразу после ее слов я почувствовала легкий толчок, секундное чувство невесомости, а потом все стало прежним.
– Старт не удался?
– Почему же? Мы летим.
– Но я не почувствовала ни ускорения, ни гула двигателей.
– Что ж… Добро пожаловать на «Сулакр» – лучший корабль в галактике!
Несколько часов спустя. Ночь.
Скаар.
– Скаар, тебе действительно не обязательно присутствовать тут в течение всей ночи. И мне тоже. Программа отслеживания всё запишет.
– Ну так и иди отдыхай.
Кони сказала это уже раза два. Но мне не спалось. Как и брату. Но он решил подменить приболевшего Зори.
У паренька была сезонная мигрень. Лечить её он отказывался, потому что пришлось бы на пару месяцев уйти в отпуск. Он был категорически против оставить любимый корабль и позволить Гире бездушно, как он выражался, составлять маршруты перелётов.
В итоге сейчас Стил растянулся в откинутом кресле капитана и читал какую-то книгу. Конечно же бумажную.
Ещё не спала Олис. Она повздорила с мужьями и теперь ожесточённо била грушу в спортзале. А её мужья Терн и Грат стояли за дверью, поджидая, когда она спустит пар.
В машинном отделении что-то разбирал дежурный механик. Что-то большое и явно важное.
Я потянулся к кому и вызвал его:
– Камис, ты что там разобрал?
Камис из расы витал от неожиданности прижал к голове крупные уши, его длинный хвост нервно забил по сторонам. Он заозирался:
– Командир? Откуда вы знаете, что я делаю?
– Я всё знаю. Кроме того, что ты разбираешь. Не припомню, чтобы вы докладывали о поломках.
– А это и не поломка. – Уши витала нервно дёрнулись. – Это плановое техническое обслуживание запасных частей. Это клапанный узел охладителя. Босс, в нашем отсеке всё на высшем уровне!
– Да? Ну хорошо. Молодец, работай.
А видел я это всё на большом экране в медотсеке. На него вывел изображение с камер слежения. Начиная с тех, что вели от каюты Киры. Потом они должны были последовательно показывать её путь в случае приступа лунатизма. А пока они рандомно переключались по всем помещениям, кроме кают и санузлов.
Я заметил движение на камере Киры. Она спала уже полтора часа. Спала неспокойно. Ворочалась, то отбрасывала одеяло, то снова накидывала на себя.
– Кони, что по активности в голове Киры?
Кони, чуть задремавшая в своём кресле, подскочила и сонно уставилась в графики. И тут же прошёл сигнал тревоги по датчикам.
Кони его сразу отключила и ответила на мой вопросительный взгляд:
– Специально настроила так, чтобы он меня разбудил, когда пойдет аномальная активность. Вот, – она ткнула пальцем в экран. – Вот это Кира, ей что-то снится. Пульс учащенный, быстрое дыхание. А вот тут подключается паразит. Он усиливает её состояние и… Сейчас это должно случиться!
Кони перевела взгляд на монитор, где Кира уже села на кровати.
– Вот оно! Паразит провоцирует лунатизм.
Кира встала и подошла к дверям. На ней была та же пижама – короткая майка и шортики. Босая, она вышла из каюты.
Камеры слежения коридора внимательно следили за ней.
Быстрым шагом, ни на что не наткнувшись, она пошла на мостик. Двери её пропустили внутрь и закрылись.
Там она уверенно направилась к креслу пилота, где сидел Стил.
– Кира? Что ты тут делаешь? Ты… – Стил приподнялся на локтях в кресле.
Девушка не ответила. Она подошла вплотную и толкнула в грудь опешившего Стила. Легким движением скинула шортики, оголяя гладкие бедра. Узкие тонкие трусы всё ещё были на ней. Быстро и ловко запрыгнула сверху и оседлала его.
– Кира… – хрипло выдохнул он.
Кира выхватила книгу из его рук и откинула в сторону.
Камера передавала всё в великолепном разрешении, и я слышал тяжёлое дыхание и Киры, и Стила. Я тяжело сглотнул, в паху резко стало тесно.
Рядом охнула Кони.
– Ой! – Кони закрыла глаза ладошкой, стараясь отгородиться от личной жизни командиров, которая сейчас оказалась слишком близко. Но медик и исследователь в ней победили, – Скаар, она же… Но как она узнала, что он там? А почему не сюда к вам пришла?
Мне не хотелось отвечать на её вопросы. Я хотел свою жену.
– Кони, позже обсудим. Тебе пора идти.
Медик быстро сориентировалась в ситуации и, пискнув «спокойной ночи», убежала из медотсека.
А на видео…
Я резко втянул воздух, когда мой возбужденный член уперся в плотную ткань штанов. Никогда не думал, что буду настолько хотеть человеческую женщину. Пальцы впились в подлокотник кресла.
Кира нашла губы Стила без колебаний. Поцелуй был влажным, жадным. Её тело прижималось к нему, и он не стал останавливать.
Его руки сами легли ей на бёдра, чтобы она не упала, когда она начала тереться о него, издавая тихие, неосознанные звуки.
Он позволил ей расстегнуть его штаны. Она провела ладошкой по напряженному члену и направила его в себя. Стил со стоном откинул голову, позволяя ей самой устроиться на нём.
Её тело приняло его легко, как будто ждало этого. Она замерла на секунду, затем начала медленно двигаться, всхлипывая и постанывая от удовольствия.
Подлокотники в моих руках хрустнули и отсоединились от кресла. Я откинул в сторону хлипкий пластик.
Я больше не мог ждать.
Кира.
Перед самым сном на меня накатила волна возбуждения, с которой еле удалось справиться. Тело ныло и хотело снова испытать то, что было между мной и моими командирами.
Ужасаясь своей распущенности, я свернулась клубочком на кровати и как-то, но заставила себя уснуть.
Во сне легче не стало.
Мне снилось, что я со Стилом. Я снова нашла его на мостике, я просто знала, что он там. Он был один.
Во сне я была необыкновенно сексуальна и стремительна. Я хотела этого мужчину, и во сне меня ничего не сдерживало. Наоборот, что-то внутри словно подталкивало меня и шептало:
«Ты хочешь. Ты этого очень хочешь. Так сделай!»
И я делала.
Когда я оседлала его и расстегнула штаны, мне навстречу поднялся напряженный, огромный член Стила. Я погладила его рукой, с удовольствием услышав стон моего мужчины.
Я была несносной, безудержной. Я сдвинула ткань трусов и смело села на него. И начала двигаться.
В голове аж просветлело от облегчения. Я так этого хотела. Хотела и не могла себе позволить, но во сне-то можно.
Во сне…
Вдруг я начала осознавать, что ощущения слишком реалистичные. Одно неловкое движение – и рука, кончиками пальцев, вместо плеча Стила зацепила металлическое навершие кресла.
Было больно. А ведь во сне не бывает больно!
И я проснулась.
Возбужденная, переполненная приятными ощущениями.
Проснулась в крепких объятиях Стила.
Он прижимал меня к себе, целовал шею, грудь, придерживал рукой, не позволяя мне сбиться с ритма.
Вдруг стало невероятно страшно, а что если бы тут был не Стил?! И не Скаар…
Возбуждение как ветром сдуло.
– С-стил! Стил, стой! Пожалуйста.
Мой голос дрожал. Я чувствовала, как слезы наворачиваются на глаза.
Он мгновенно остановился, даже чуть раньше, чем я его попросила.
– Кира?
Он всё ещё был во мне. Я чувствовала пульсацию его возбужденного члена, который хотел продолжения этого потрясающего процесса. Но Стил не двигался.
Он чуть отрегулировал положение кресла, поддерживая меня под спину. Теперь он тоже почти сидел.
– Всё в порядке, детка. Ты с нами, ты в безопасности.
– Я с вами? - мне казалось, что Стил тут один.
Тут же крепкие руки обхватили меня сзади, прижав к мощной груди. Не знаю как, но я поняла, что это Скаар.
– Конечно с нами. Мы не позволим ничему плохому произойти с тобой. Всё хорошо, малышка. – Губы Скаара коснулись моей шеи, и я почувствовала, как его язык оставил влажную дорожку к моему уху. Он чуть прикусил мочку и шепнул: – Ты потрясающая, безумно хочу тебя.
Ладони Скаара обхватили мою грудь и сжали соски. В этот же момент Стил положил руки мне на бедра и чуть двинулся.
Я охнула от удовольствия. Продолжая одной рукой ласкать грудь, другой Скаар обхватил мою шею, пальцами поворачивая к себе мое лицо.
Его крепкие горячие губы накрыли мои, язык мгновенно завладел моим ртом. А Стил сделал несколько резких толчков, вонзая свой член глубже в меня и заставляя стонать в губы Скаара.
– Да, девочка, не сдерживай себя.
Мир закружился, и я откинулась на Скаара, закинув руки ему за голову.
Движения Стила стали глубже, размереннее, и каждое попадало прямо в какую-то невыносимо сладкую точку.
Я не сдерживалась, мои стоны, вперемешку с хриплыми криками, тонули в поцелуях Скаара. Его запах, смешанный с запахом Стила и моим собственным, кружил голову, доводя до исступления.
Стил, сделав последний, особенно глубокий толчок, замер, и его тело напряглось подо мной в долгой, мощной пульсации.
Я почувствовала, как он кончает, и от каждого пульсирующего движения внутри по моим нервам пробегали всё новые и новые ослепительные разряды.
Моё тело выгнулось в последней судороге, и я бы упала, если бы не сильные руки Скаара.
Он не дал мне опомниться или отдышаться. Пока я дрожала, обмякнув на нём, он мягко наклонил меня вперед. Его руки оттянули мои бёдра назад, поднимая выше. Я смутно понимала, что уже не сижу на Стиле, а стою на коленях над ним.
Мои руки уперлись в его грудь, он тут же потянулся ко мне и поцеловал.
Руки Скаара прошлись по моей спине, почти полностью сомкнулись на талии, скользнули на ягодицы, сминая их.
– Ты роскошна, Кира, – прозвучал низкий голос Скаара у меня за спиной. В его голосе слышалось напряжение и желание.
Головкой члена он провел вдоль разгоряченных половых губ и мягко вошел внутрь, одним толчком заполняя всю меня. Ритм Скаара был размеренным, глубоким, неумолимым.
Мое тело отозвалось на новое вторжение мгновенным оргазмом.
И теперь Стил поймал ртом мои стоны. Но тут же отпрянул, потому что его руки запутались в моей майке, которая всё ещё была на мне.
Он быстро стянул её, изогнулся и обхватил ртом сосок, стараясь не нарушать ритм брата. Его руки скользнули по моим бокам, одна опустилась вниз, и его пальцы нашли мой клитор, напряженный и болезненно чувствительный.
От этого двойного натиска мир поплыл и рассыпался на искры.
Я взвыла от нестерпимого, ослепляющего удовольствия. Дёрнулась в сторону, не в силах выдерживать напор мужчин, но руки Скаара не пустили меня. Кроме того, одна рука скользнула к моему плечу и потянула назад. Я выгнулась, руками вцепившись в плечи Стила.
В ответ он ускорил движение пальцев между моих ног, сводя меня с ума, и отпустил только, когда брат начал набирать скорость.
Толчки Скаара стали резче, глубже, он уже не сдерживался. И мы вместе пришли к мощному, ослепляющему оргазму.
Он наклонился, поцеловал мою спину и медленно вышел из меня. Его ладони скользнули к моим плечам, мягко, но уверенно развернули к себе, давая Стилу подхватить меня под колени.
Стил прижал меня к своей груди, устроив поперёк кресла. Я спрятала лицо на его плече, приходя в себя.
И тут снова меня накрыла вся дикость происходящего. То, как я сама пришла на мостик посреди ночи. Как снова отдалась им обоим.
Всё смешалось. Наслаждение после секса с этими потрясающими мужчинами. Но стыд от содеянного сдавил горло.
Перевозбужденная нервная система не выдержала эмоций, и слезы брызнули из глаз, что тут же почувствовал Стил.
– Эй, эй, что такое? – тихо спросил он, его рука замерла у меня на спине.
Скаар, наклонившись с другой стороны кресла, положил ладонь мне на голову.
– Кира? Что случилось?
Я не могла говорить, только отрицательно мотнула головой. Я не знала, что ему ответить. Потому, что случилось все то, чего не должно было происходить!
Не говоря уже о внезапной, позорной истерике.
Сейчас меня уволят за распущенность и бесхребетность. То же мне оператор бистаров с отличным самоконтролем и железными нервами!
– Ну-ка, посмотри на меня, – мягко, но настойчиво сказал Стил, приподнимая мое лицо и заглядывая в глаза. – Говори.
Я всхлипнула, пытаясь унять эмоции.
– Вы… вы теперь думаете, что я… что я какая-то ненасытная, больная… что я со всеми мужчинами так… – слова путались, выходя обрывками. – Я же спала! Я снова не контролировала себя! Но теперь вы видели… видели, на что я способна…
– И ты пришла к нам. Не к кому-то другому. К нам. К своим мужьям. Поняла? – твёрдо сказал Стил, прижимая меня крепче. – Никаких «со всеми». Только с нами. Только наша.
– Кони! Сделай с этим что-нибудь!
Я ворвалась в медотсек, застав Кони за рабочим терминалом. Впрочем, на мой вопрос она никак не отреагировала. И только когда я подошла ближе, она подняла голову и удивлённо посмотрела на меня:
– Кира? – удивление тут же сменилось счастливой улыбкой. – Ты же наше сокровище! Иди садись рядом, я тебе кое-что покажу! Ты не поверишь! Это какая-то фантастика!
– Всё, что меня окружает, – фантастика, – буркнула я. – Что там? Надеюсь, нечто, что поможет мне не ходить во сне?
– Может, и поможет. Начни спать с мужьями. Я почти уверена, что ты всю ночь будешь спать спокойно и даже не проснёшься.
Я застыла на полпути, не успев коснуться табурета.
– И как это связано?
– Ой, да сядь уже. – Кони глянула на часы. – До обеда ещё далеко. А ты завтракала?
Я всё-таки села и заглянула в планшет Кони. И не поняла ничего из увиденного.
– Нет, проспала. А ты давно тут сидишь?
– Почти всю ночь. Изучала данные. Пошли перекусим. Есть очень хочется. Пока ты не появилась, я и не думала, что настолько оголодала. Вся в работе была.
Я пошла было к выходу из медотсека, но Кони направилась в другую сторону.
– У меня тут кабинетик. Я часто так залипаю в работу, потому держу в холодильнике закуску. Чай, кофе?
– Давай кофе. Чай у вас тут странноватый.
– И ничего не странного. Элитные сорта грибов, между прочим!
– Грибов? У вас чай из грибов?
– Да. А у вас из чего? Из коры, что ли?
– Насчёт коры не скажу на сто процентов, но обычный чай мы делаем из сушеных листиков специального чайного куста. Зато понятно, почему вкус у вас такой странный. Но не противный. Он просто другой.
– Ну, может, распробуешь со временем. Ты кофеваркой умеешь пользоваться? Свари пока кофе, я чай сделаю и посмотрю, что там из вкусненького есть!
Я кивнула. Как пользоваться местными бытовыми приборами, я более-менее разобралась. Олис научила, когда заметила, что я подглядываю за ней на кухне, а потом и в прачечной.
Когда я сказала, что понятия не имею, как всё это работает, она была шокирована. И в обмен на рассказ об аналогичных приборах с Земли она пообещала рассказать, как пользоваться местными.
Ну, что я могу сказать. Местные приборы были сложнее в плане конструкции и элементарны в пользовании.
Всё было интуитивно понятно, и была «защита от дурака». Плюс почти во всём оборудовании была система опознавания. Только члены экипажа могли им пользоваться.
Олис объяснила это требованиями безопасности. Ну и тем, что на корабле часто бывают негуманоидные формы жизни, и они могут случайно себе навредить, а командирам за них отвечать не хочется.
С другой стороны, Олис то ужасалась древности наших технологий, то покатывалась со смеху. Например, её очень смешило, что люди могут некоторые вещи носить годами и нет возможности их обновить через рекомбинатор.
Я сказала, что что-то типа рекомбинаторов было и у нас. 3D-принтеры потихоньку занимали весомую часть в производстве на тот момент, когда я ещё была на Земле.
Тогда Олис решила, что не такие мы и дремучие и у нас есть шанс выйти за пределы своей солнечной системы.
«От 3D-принтера до субсветовых прыжков – один шаг», – заявила она.
Правда, потом долго ржала над выражением моего лица.
Кофеварка издала возмущенный писк и убрала руку с поддона для чашки подальше от сопла, через которое готовый кофе вот-вот должен был налиться в чашку.
Кстати о птичках!
– Кони, а где чашки? – я зашарила глазами вокруг.
Кони ловко лягнула ногой шкафчик, не отвлекаясь от внутренностей небольшого холодильника.
Шкафчик мягко открыл дверцу и продемонстрировал ряды разнокалиберных чашек. И все они были именные.
Кофеварка ещё раз напомнила о себе, требуя, чтобы я поставила чашку на полагающееся место.
– Эм… а тут есть ничейные чашки? Какую мне взять?
– Возьми командирские. Они справа вроде стояли.
– Да неудобно как-то…
– Кира, дорогая, – Кони вынырнула из холодильника с горкой контейнеров, – неудобно в невесомости суп варить. Бери одну из двух чашек и не заморачивайся. Технически то, что принадлежит твоим мужьям, принадлежит и тебе.
Я не была уверена, что правила принадлежности имущества распространяются на фиктивные браки, но выхода не было, и я взяла ближайшую.
Имён не было, но на каждой было написано и подчеркнуто: «Кеп». Видимо, Скаар и Стил сами их как-то различали, ибо внешне они были идентичны.
Я поставила чашку, и кофеварка наконец-то выполнила свою задачу. И, видимо, из мести налила чашку до краёв.
Вот тебе и умные машины.
Я ловко перенесла чашку на стол, не разлив ни капли, и показала кофеварке дулю. Та обиженно пискнула.
– Не поняла, она что, видит меня?
– В некотором роде да. Всей бытовой техникой управляет ИИ корабля.
– Упс, – я подняла голову к камерам. – Ну, извини. Погорячилась.
К моему удивлению, камера мне подмигнула зелёной лампочкой.
С ума сойти тут можно.
Я принялась помогать Кони открывать контейнеры. Там были мясные и сырные нарезки и фрукты. Если мясо и сыр я ещё могла определить, то насчёт фруктов подсказала Кони.
– Это с Нитау-5. Росош, очень вкусные ягоды. Они растут только в теплицах. – Она показала на пурпурных «ежиков». – А это примера и глот. Растут там же, но в дикой природе.
Примера выглядела как зелёное куриное крыло, покрытое мелкой чешуёй, а глот выглядел как игрушка с ёлки в виде спиралевидной сосульки.
Интересно было бы посмотреть на всё дерево. Надо в планшете потом покопаться.
Наконец мы сели за стол, и я снова потребовала:
– Сделай так, чтобы я больше не ходила во сне.
– Я же сказала, спи с мужьями, и всё будет нормально.
– Да как это связано? – я даже бутерброд отложила, хотя запах подкопченного мяса так и манил укусить его.
– Если просто и коротко – ты их хочешь. Остатки паразита реагируют на подсознательное желание и заставляют тебя действовать. Если бы он был полностью здоров, я имею в виду паразита, то та часть, которая заставляет тебя действовать, полностью бы работала на паразита. И ты бы попыталась нас заразить или убить.
– Жуть какая. Да что это за дрянь? Его можно вытащить? А если он восстановится?
– Вау, как много вопросов. Дрянь – паразит, пожиратель миров. Летает от галактики к галактике и зачищает их. Что происходит в пустых галактиках дальше, никто не знает. Все пути, ведущие к ним, блокированы, связь отсутствует.
– Нифига у вас проблемы с нелегалами!
– Да, те ещё нелегалы. Ответ на вопрос номер два: вытащить нельзя. Он сросся с тканями твоего мозга. Хорошо, что они игнорируют друг друга по какой-то причине. Твоя иммунная система его не видит, а он сам тебя не трогает, потому что сдох.
– А та вторая часть?
– Суть та же: иммунная система не видит, а сам по себе этот кусочек не активен.
– Но я его слышала, когда жила у даваров. Он постоянно что-то от меня требовал. И ни разу не делал того, чего бы я хотела. Я вот сознательно и подсознательно очень хотела сбежать.
– Не знаю, может, у даваров есть какие-то методы влияния. Тут я не готова отвечать, может, Жадэ, то есть доктор Камиль, подскажет. – Губы Кони чувственно приоткрылись, и она тихо вздохнула. – Он такой умный.
Похоже, Кони неровно дышит к неизвестному мне Жадэ, то есть доктору Камилю. Интересно будет посмотреть на этот мегамозг. Я слышала, что он тоже айтори, и, вспомнив всех предыдущих, решила, что не у него одного мозг может быть с приставкой «мега».
Воспоминание о мужьях словно слабый разряд тока прошлось по всему телу. Внизу живота разлилось горячее пульсирующее тепло.
Чего это я возбудилась? Да, мужики роскошные. Но не до такой же степени, на ровном месте, только от воспоминания о том, какие айтори мегапарни.
Я попыталась прийти в себя, поерзала на стуле и вспомнила, какой вопрос был последний.
– А он может восстановиться?
Кони моргнула и покраснела.
– Жадэ? Он очень быстро восстанавливается!
Тут она поняла, что сболтнула лишнего, и покраснела ещё сильнее.
– Да, ладно тебе. Ну, нравится парень, чего в этом такого?
Кони погрустнела.
– Мне кажется, что я ему недостаточно нравлюсь. Мы провели вместе всего одну ночь. Это было невероятное исследование, и мы поддались восторгу и порыву и…
Я взяла её тонкую кисть и чуть сжала её.
– Видимо, там не только исследование было невероятным.
Кони снова улыбнулась и стала похожа на юную студентку, влюбившуюся в сурового профессора.
– Он весь невероятный. Очень красивый. Невероятно умный. Несмотря на несколько учёных степеней и отсутствие даже низкого ранга воина, имеет статус мастера по шан-закан. Он ведущий ученый айтори.
– И что же пошло не так?
– На следующий день мы закончили работу, и его вызвали на доклад к президенту. А я незадолго до нашей встречи уже подписала рабочий контракт с командирами Тайк, и вот я тут. А он там.
– Но вы же общаетесь, если я правильно поняла.
– Да. Рабочие переписки. Он часто рассказывает мне о своей работе и о сделанных им открытиях. С ним местная наука сделала несколько больших шагов вперед. Потому мы и должны привезти тебя к нему. Ты и Жадэ спасите вселенную! Я верю в это!
– Знаешь, Кони. Я не специалист в отношениях. У меня их особо-то и не было. Но знаешь, что мне кажется. Никакой мужик не станет просто так писать девушке в другой конец галактики о своих открытиях и увлечениях, просто так.
– Он не просто мужик, он учёный айтори.
– Учёные степени мужественности его не лишили, судя по цвету твоих щечек.
Кони улыбнулась и вроде как перестала грустить. Надо её как-то отвлечь от этой темы. И тут я вспомнила.
– Ты сказала, что я должна начать спать с мужьями.
– Ну, да.
– А они что, спят вдвоём в одной каюте?
Кони чуть не подавилась бутербродом.
– Нет, что ты. У каждого своя каюта. Учитывая, какие они здоровяки, им нужно много личного пространства.
– Прям как сомики.
– Что за сомики?
– Рыбки у меня были. Сомики. В магазине продавец говорил, что размер сомика зависит от размера аквариума.
Кони улыбнулась.
– Наверное, да, похожи на твоих сомиков. Только наоборот. Не размер от пространства, а пространство от размера.
Я сделала себе такой же бутерброд, как у Кони, и, перед тем как откусить кусочек, уточнила.
– Так я теперь должна как-то решать, где сплю, и с пижамой и тапками приходить к ним по очереди? Не понимаю, как это вообще работает! У меня в голове не укладывается!
Я яростно откусила большой кусок. Хлеб был похож на диетические хлебцы из отрубей — суховатый и хрустящий. А вот кусочек мяса или колбасы (я так и не поняла, что это конкретно) был сочный и пряный.
– Это тебе у Олис надо спрашивать.
– Что спрашивать? Вот вы где прячетесь! С бодрым утром!
– Да вот Кира пытается узнать, как себя вести с, аж двумя мужьями.
Олис вольготно плюхнулась в кресло поперёк, закинув длинные ноги на подлокотник. Откинулась назад, потянулась и только потом ответила.
– Дорогая, всё очень просто! Расслабься и получай удовольствие. Стил уже отдал приказ о перестановке жилых модулей. В первом же порту обе каюты капитанов переместятся вплотную к твоей.
– К моей? А там можно? В смысле, перемещать каюты? Я думала, корабль изначально такой конструкции и она неизменна.
Я доела бутерброд и нацелилась на второй, но с другим мясом. А когда откусила, то оказалось, что это была рыба. Ну, по крайней мере, вкус был похожий.
– Конечно можно. Внутри корабля блочная система отсеков. Всё можно перемещать. Кроме нескольких основных, типа машинного отсека и мостика. Твою было бы проще перенести, не будь у тебя бистаров.
– И когда мы прибудем в порт?
– Через три дня будет остановка на Манси. Там дозаправка, пополнение провианта и ещё куча всего по списку. — Она похлопала себя по нагрудному карману. — А чего это я кофе не пью?
Кони пожала плечами.
– Потому что ты его себе не налила.
Олис легко подскочила с кресла и танцующей походкой направилась за кофе.
– Кони, а что это за мясо такое? На вкус как рыба.
Кони посмотрела на тарелку, куда я показывала.
– Нет, не рыба. Это мясо ящера.
– Ящера? — я отложила недоеденный бутерброд.
– А вот ты зря нервничаешь. Это здоровые, толстые, мясные ящеры. Специально выведены агрономами для засушливых планет. Это отличное мясо, богатое белком и минералами. Тебе сейчас самое то им питаться. Ты, кстати, как себя чувствуешь?
В Кони проснулся медик и вспомнил, что упустил состояние пациента из внимания.
Я прислушалась к себе и ответила.
– Да вроде нормально. Усталости почти нет, но хотелось бы выспаться. Ничего не болит.
Кони нахмурила лоб, а потом переглянулась с Олис:
– Ага… Ничего особенного не чувствуешь. Ладно. Вероятно, они правы.
Олис согласно кивнула.
– Вы о чём тут перемигиваетесь?
– Мы не перемигивались.
– Это детали. О чём вы не перемигивались?
Кони кивнула на Олис:
– Давай ты расскажешь.
Олис взяла свою кружку и вернулась в кресло в ту же позу.
– Значит так. У айтори есть куча интересных свойств, и светящиеся в темноте глаза — не самое интересное из них. Наша слюна, например, может заживлять лёгкие раны. Мы живём очень долго. Мужья привязаны к своим жёнам и наоборот на физическом уровне. Наш организм в определённой ситуации вырабатывает определённые вещества. Зачастую айтори сами могут контролировать выделение некоторых из них. Сейчас я говорю о тех, которые делают тебя… эм… своей.
– Своей? Ничего не поняла.
Олис поморщилась.
– Кони, я не умею это объяснять. Ты же медик!
– Я медик-человек. Может, Жа… доктор Камиль, объяснит.
– Да зови ты его уже по имени, — вздохнула Олис. — Если ты думаешь, что кто-то ещё не знает о вашей интрижке, то ты ошибаешься.
Кони вспыхнула и грустно покосилась на меня.
– Вот, видишь, у айтори и нюх отличный.
– Да, да. Его запах на тебе срисовали моментально. Командиры с ним знакомы. И ты, наверно, права. Кира, спроси у него, когда увидишь. Может, подскажет, как подготовиться.
Кони согласно покивала:
– Видимо, сейчас командиры решили не торопиться. Наверно, боятся, что паразит как-то среагирует.
– Да с чем не торопиться? Мы уже два раза сексом занимались. Уже как бы всё.
– Как бы не всё. Если у тебя сейчас нет процесса трансформации, значит, они не стали тебя менять. Пока ты остаёшься обычным человеком.
Я отставила недопитую чашку кофе и строго посмотрела на обеих девушек:
– Так… Что значит «пока я обычный человек»?
– А ты что, считаешь, что они жён себе раз в тридцать-сорок лет меняют?
– Да о чём вы! Вы меня запутали.
– Олис, она же с другой галактики. Их планета даже на свой собственный спутник не заселила.
– Уууу… Попробуем по-другому. Твоим мужьям сейчас по сто тридцать лет…
– Сколько?! — невежливо перебила я её, выпучив глаза. — Колитесь, они вампиры? Вы про эту трансформацию говорите?!
Дальше мы долго обсуждали мифы и легенды Земли, и меня убедили, что айтори к ним не имеют никакого отношения.
– Кровь мы точно не пьём. Фу. И мы точно живые. Но живём мы долго, да. Потому, выбрав себе женщину, мы меняем её с помощью особенных генов. Это очень крепкая связь, дорогая.
– А мужчины не меняются?
– В смысле, если женщина-айтори выберет себе не айтори? — Олис посмотрела на потолок, вспоминая. — Такого на моей памяти не было. Может, и меняют.
Кони кивнула и добавила:
– Думаю, когда вся эта шумиха вокруг тебя уляжется, ты узнаешь, о чём я говорю.
Олис просияла:
– О! А это значит, что экипаж ждёт отпуск месяца на два! Кира, спасибо, что ты к нам заглянула!
Олис отсалютовала мне чашкой кофе и осушила её.
– Было бы неплохо, — согласилась Кони и серьёзно на меня посмотрела. — Ты поела?
– Да, — неуверенно ответила я, видя её боевой настрой.
– Тогда марш на процедуры, и я тебя ещё раз всю просканирую, чтобы отслеживать динамику. Жадэ с меня обязательно это спросит.
– Лучше пусть он с тебя трусики снимет, — пошутила Олис и выбежала вон из кабинета, пока Кони не сообразила, что бы тяжёлое в неё кинуть.
Медосмотр ничего нового не выявил. Кони, переключая экраны с графиками и трехмерными моделями моего мозга, лишь покачивала головой.
– Всё стабильно. Гормональный фон нормализуется, дефицит витаминов восполняется. Нити… – Она ткнула пальцем в запутанный клубок линий внутри голографического черепа. – Спят. Мёртвый сегмент по-прежнему инертен, тот маленький активный кусочек на фоне. Никаких новых всплесков, кроме тех, что были ночью. Организм восстанавливается.
– Это все из-за нормальной еды, – пробормотала я, спускаясь со сканера.
– И не только, – загадочно улыбнулась Кони, но развивать тему не стала. – а теперь иди. Мне надо все это задокументировать.
Попрощавшись с Кони, которая мгновенно перестала меня замечать,, я решила навестить бистаров. В просторном вольере Мун и Сан встретили меня нетерпеливым поскуливанием. Они кружили по отсеку, их мощные лапы отбивали нервный ритм по полу. Застоялись бедняги. Им нужно было движение. Мне – тоже.
Надо бы спросить, где на корабле можно побегать с ними, провести тренировку. И лучше узнать это у Скаара или Стила. Я вышла в коридор и почти наткнулась на андроида.
– Извини, ты не скажешь, где капитаны?
Андроид плавно развернул гладкую голову. Голос прозвучал нейтрально, синтезировано:
– Оба капитана находятся на центральном мостике.
Поблагодарив, я пошла в носовую часть корабля. Дверь на мостик бесшумно раздвинулась, впуская меня в просторное, залитое приглушенным светом помещение.
Прямо передо мной, во всю ширину стены, сиял огромный обзорный иллюминатор. Чёрная бездна, усеянная алмазной россыпью далёких солнц и туманностей. Под ним располагались три полукруглых ряда рабочих консолей. В самом нижнем, у самых панелей управления, сидели пилоты – Аррен и Джота, их лица освещены мягким голубым свечением экранов. Чуть выше, слева, за сложным штурманским терминалом с парящей в воздухе голограммой, сосредоточенно хмурился Зори. Справа, у панелей связи, почти недвижно сидела андроид Гира, её профиль был безупречен и спокоен. Верхний ряд был пуст.
А за ним, на небольшом возвышении, стояли два массивных капитанских кресла.
Стила и Скаара я заметила сразу. Они стояли чуть в стороне, у штурманского терминала, и о чём-то тихо, но напряженно разговаривали с еще одним мужчиной, которого я раньше не видела. Невысокий, коренастый, с умными, быстрыми глазами.
Увидев их, я на мгновение застыла, поразившись, как сильно меня к ним потянуло. Прямо физически. Захотелось подойти, обнять, прижаться, ощутить их запах, их тепло. Как жаль, что мы тут не одни.
Я даже чуть потрясла головой. Я действительно какая то ненасытная.
Подавив внезапный порыв и набравшись решимости, я направилась к ним. Они не заметили моего приближения, полностью поглощённые голограммой, где среди звездных маршрутов пульсировала одна-единственная, едва заметная точка позади и слева от нашего курса.
– Я тебе говорю, там что-то есть. Я сам видел слабый сигнал. Идёт по нашему курсу.
Я остановилась, не решаясь перебивать. Говорил незнакомец.
– Я ночью думал, что показалось. Спать жутко хотелось. Но вот сейчас, говорю, был секундный, но чёткий контакт. У нас кто-то висит на хвосте и идёт за пределами действия радара.
– Если это так, то они чётко знают, какая модель радара установлена на нашем корабле, – задумчиво сказал Стил.
А я всматривалась в ту самую точку на карте. И внутри меня снова появилось ощущение чужого присутствия. С момента вылета с базы адмира Стеллоса, было какое-то слабое, фоновое ощущение присутствия. Я списывала его на новое окружение, на постоянное нахождение среди людей.
Но сейчас, глядя на эту точку, внутри словно щелкнуло.
И я почувствовала это. То самое зовущее, тянущее и леденяще тревожное чувство, что было перед атакой даваров. Оно шло не извне, а изнутри, из головы, где сидел паразит.
Я чётко, не раздумывая, повернула голову и посмотрела не на голограмму, а на стену мостика, в ту сторону, где за корпусом корабля, должна была сейчас находиться эта точка.
Там кто-то есть. И они снова идут за нами.
Я так ушла в это ощущение, что не сразу осознала, как Скаар повернулся ко мне. Его губы шевелились, брови были нахмурены. Звуков вокруг не было, будто кто-то выключил звук.
Потом – второй щелчок, и мир обрушился на меня шумом систем и голосами.
– Кира? Кира, ты слышишь меня? – спокойный, но напряженный голос Скаара.
– Я за Кони, – уже более взволнованно сказал Стил, сделав шаг в сторону.
– Ей что, плохо? – спросил незнакомый парень, глядя на меня с любопытством и тревогой.
– Стойте. Не надо Кони, мне не плохо. Или… надо. Пусть несёт свой ободок. – Я перевела взгляд с Стила обратно на Скаара, пытаясь собрать мысли в кучу. – Я снова это чувствую. Как в тот раз перед нападением даваров. Он прав, – я кивнула на незнакомца, – там действительно что-то есть, и они летят за нами.
– Уверена? Ты по тому сюда шла? – уточнил Скаар. Он подошел и приобнял меня за плечи, всматриваясь в лицо.
– Нет. Я шла спросить, где можно побегать с бистарами. Они засиделись. Но увидела терминал и поняла… что да, у меня с момента отлета с военной базы было какое-то слабое ощущение присутствия. Я и не обращала на него внимания. Вокруг меня постоянно кто-то есть. Да и к вам вот тянет…
Я замолчала, осознав, что проболталась. Сказала вслух то, в чём даже себе боялась признаться. Что эта тяга – не просто физическое влечение после двух интимных ночей.
И я поняла, что больше не боюсь, что ночью пойду и накинусь на первого встречного мужика. Я поняла, что этим «первым» будет либо Скаар, либо Стил. Либо… оба.
Уголки губ обоих братьев поползли вверх, растягиваясь в довольных, хищных ухмылках. Я почувствовала, как жар заливает щёки.
Стил толкнул брата локтем.
– Ещё не привязана к нам, а её уже тянет.
Глаза Скаара весело блеснули, но он взял себя в руки и решил не смущать меня дальше при посторонних.
– Я тебя услышал, жена.
Интерес, только что загоревшийся в глазах незнакомца, стоявшего чуть позади Скаара, тут же погас, сменившись почтительным нейтралитетом.
– Знакомься, это Питер, наш старший энергетик, – Скаар чуть сдвинулся, – Питер, это Кира. Наша жена. А теперь, – он снова стал серьёзен, – Кира, покажи ещё раз, откуда идёт сигнал.
Я, не задумываясь, снова ткнула пальцем в ту же точку на стене. Скаар провёл рукой по панели терминала, и голограмма прокрутилась, сориентировавшись по реальным координатам. Направление моего пальца и место предполагаемого корабля совпали идеально.
– Что ж, – тихо сказал Скаар, и в его голосе зазвучала сталь. – Давайте посмотрим, кто крадется за нами.
Стил кивнул и в два прыжка оказался в своём кресле и начал раздавать приказы:
– Дарик! Скидывай пару зондов-разведчиков в стелс-режиме. О них никто не должен знать! Гира! Расширяй поле радара за сетью зондов. Вот направление для сканирования.
Взмахом ладони он переслал Гире данные. По мостику поползло напряжение, готовность.
Скаар взял меня за руку и уверенно потянул за собой к своему креслу. Усадил на небольшое сиденье рядом, быстро поцеловал в губы и стал пристегивать меня ремнями безопасности.
– Ты полна сюрпризов.
– Но я и раньше предчувствовала даваров. Перед прошлым нападением.
– Я думал, это была женская интуиция, – он закончил с ремнями и пристально посмотрел мне в глаза. – Но теперь думаю, это кое-что другое.
Он поднял руку к кому на ухе, вызывая Кони с ее оборудованием.
– Кира, сиди тут. Сейчас будут маневры, возможны перегрузки.
Скаар занял своё место и голосом объявил по кораблю:
– Внимание, экипаж. Боевая готовность. Готовимся к маневрам. Всем занять места.
Свет на мостике появилось еще несколько человек, все быстро занимали свои места. За ними вбежала Кони, тяжело дыша, с кейсом в руках. Она плюхнулась на сиденье рядом со мной, пристегнулась сама и закрепила кейс.
– Что опять случилось? Ты же только что была у меня! Тебя вообще из медотсека выпускать нельзя!
– Я чувствую, что за нами кто-то следит. Снова давары, наверное. Радар пару раз засекал их. Там, за нами и чуть в стороне.
Кони, на ходу доставая сканирующий обруч, на мгновение задумалась, а потом её лицо стало серьёзным.
– Кажется, я догадываюсь, что ты чувствуешь. Ты только не пугайся, но паразит, пожиратель миров, чувствует своих. Они даже могут общаться на расстоянии. Как единый разум.
– Хочешь сказать, что за нами летит такой же, как я? – у меня похолодело внутри.
– Таких как ты больше нет, – твёрдо и громко прозвучал с капитанского места голос Скаара, перекрывая гул систем. Он не оборачивался, его взгляд был прикован к основному экрану, где начали проявляться первые, смазанные данные со зондов. – И сдаётся мне, что те, кто нас преследуют, хотят сделать так, чтобы и тебя не было.
– Олис! Олис! Где тебя носит! – проорал Стил во всю глотку.
Мы с Кони поморщились.
– Не любит он общекорабельную связь, – прошептала она мне, настраивая обруч.
– Кони, а эта штука умеет улавливать исходящие и входящие сигналы?
– Сигналы, входящие в мозг? – глаза медика округлились.
Я тут же повторила её выражение лица.
– Ну, в медицине я не очень разбираюсь, но, может, если паразиты общаются, то есть исходящий и входящий сигнал?
Кони задумалась и, пристегнувшись, рванула с мостика.
– Кони! – тут же прогремел надо мной Скаар. – А ну пристегнись!
– Кэп, я по делам! Это важно! – прокричала в ответ медик, скрываясь за дверью.
Какие они все голосистые, подумалось мне, и тут явилась Олис, которая доказала, что она тут самая голосистая. Но если капитаны брали басами, Олис брала звонкостью.
– Да, здесь я! Стил, тебя реально слышно на другом конце корабля.
– А что ты там делала?
– Была в грузовом отсеке, проверяла свой груз.
– Нет у тебя груза.
Олис снизила децибелы, поняв, что проболталась.
– Есть у меня груз. Я с мальчиками Стеллоса договаривалась, что они мне дымовых гранат отгрузят пару ящиков. Вы объявили маневры, и я побежала смотреть, нормально ли они закреплены. Ты же не хочешь детонацию в грузовом отсеке.
Стил и Скаар переглянулись. Видимо, телепатически что‑то обсудили, иначе как понять то, что в итоге Стил кивнул и широко улыбнулся Олис.
– Почему же, хочу.
– Э? – Олис озадаченно склонила голову набок.
– Я хочу, чтобы в грузовом отсеке рванули твои дымовые шашки.
Плечи девушки опустились, и она печально уточнила:
– Что, все?
Мне остро захотелось обнять её и дать конфетку, чтобы она успокоилась. Или гранату осколочную. Что обычно любят девушки‑оружейники?
Стил тоже не стал давить на самое‑самое и поспешил успокоить бедняжку.
– Нет. Парочку. Сымитируй взрыв в грузовом отсеке, чтоб дыма побольше было. Инсценируем аварию и посмотрим, кто там у нас в кильватере болтается!
Олис засияла и захлопала в ладоши, как девочка.
– Ой! А можно маленький взрывчик?
Стил посмотрел на неё пристально и уточнил:
– Только очень маленький, Олис. Последствия которого ты сама устранять будешь.
Пыл девушки поутих, она поджала губы и скосила глаза в сторону, видимо, подсчитывая, на какие объемы уборки и ремонта лично она согласна и способна. Что‑то решив, она закивала.
– Всё подготовлю. Дай мне пять минут!
На выходе с мостика столкнулась с Кони, которая волокла за собой что‑то легкое, но объёмное.
– А это что? – спросили оба капитана хором.
– Это я щас проверю, посылают ли в голову Киры сигналы и отвечает ли она им.
Братья снова переглянулись, решили не вмешиваться и вернулись к подготовке маневра.
– Голова на месте останется? – Стил всё‑таки решил уточнить.
– Ты за кого меня принимаешь?
– За Жадэ в юбке. А он может и позаимствовать голову у испытуемого… С обещанием вернуть.
– Э? – этот звук издали мы с Кони.
Что шокировало ее, я не знаю, но вот то, что меня везут к этому самому Жадэ для изучения как раз моей головы, – напрягло.
Кони подволокла свой прибор. Куполообразное сетчатое строение легло на мои плечи, а длинные его отростки покрыли пространство вокруг меня. Парочка тонких хлыстиков легли на плечи Скаара.
– Кэп, подержи. Мне их класть больше некуда, – пробормотала Кони, настраивая технику на синхронную работу. – Вот, вот, вот. Вроде готово. Все, сиди, не шевелись, ни о чём не думай.
– Легко сказать.
– Сделать тоже несложно. Просто сиди, Кира.
Я кивнула и постаралась расслабиться.
– Всем подготовиться. Делаем вид, что у нас авария. Становимся на ремонт, подаём сигнал об аварии на всех частотах. Помощи не просим. Имитируем ремонт и деловую активность, – повторил план Стил для тех, кто что‑то упустил.
Скаар начал обратный отсчёт.
«До маневра 5, 4, 3, 2… Начали!»
В глубинах корабля раздался глухой хлопок. Двигатели выдали серию перегрузок, и мы выпали из гиперскорости, «клюнув носом».
Тут же радар подал сигнал контакта.
Крупные мурашки покрыли мою кожу. Будь я кошкой, то у меня шерсть стояла бы дыбом.
И тут на мостик вбежал кот. В смысле парень. В смысле парень‑кот.
Высокий, гибкий мужчина. С большими подвижными ушами на голове и шикарным пушистым хвостом. Длинные, явно очень мягкие волосы заплетены в длинную косу. Шерсть была серая, но остальная кожа – обычная, человеческая. Вроде. Огромные жёлтые глаза метали молнии.
– Да вы издеваетесь!? С такими имитациями аварий и мы точно встанем в док на ремонт!
– Что‑то сломалось? - флегматично уточнил Скаар.
Уши прижались к голове, и парень‑кот снизил обороты.
– Пока нет. Но система выдала длинный красный список аварийных сигналов в реакторе!
– Так сломалось или нет!? - негодующе уточнил Стил, среагировав на слово “реактор”.
– Нет! Это были предупредительные сигналы. Но красные!
– Ну вот. - Скаара ситуация с реактором, судя по спокойствию в голосе, не сильно волновала. - Обещаю, встанем в док и всё проверишь. Когда прилетим в анклав.
Я же завороженно рассматривала пушистый хвост и даже попыталась дотянуться до него, когда он пару раз нервно хлестнул рядом.
– Не трогай, – тихо предупредила Кони. – Ты что, витала не видела?
– Нееет. Котики! – восторженно прошептала я. – А у них и девочки есть, да? Часть населения Земли умерла бы, лишь бы хоть раз увидеть кошко‑девочку.
Кони потрогала мой лоб.
– Ты себя нормально чувствуешь? Ты ерунду говоришь. Это витал, Камис. Наш механик. Хвост и уши не трогай. В остальном общайся как со всеми. Кира?
– Да, ладно. Я поняла. Котиков руками не трогать, - вздохнула я.
– Какие котики? Это витал.
– Я тебе потом нарисую. Наших котиков.
– Хорошо. - Кони успокоенная тем, что я витала трогать за разные места не планирую, посмотрела в свой планшет. - А кроме котиков тебя больше ничего не волнует? Я вот фиксирую входящий сигнал в твою голову. Ну, что‑то на него похожее. Это экспериментальный прибор. Единственный в своём роде. И до сих пор я его в деле не пробовала.
– Не работал?
– Нет, работает, говорю же. Просто паразитов для опытов не было. Они не даются живыми. Убивают носителя и себя.
– Кира? Чувствуешь что‑нибудь?
Я прислушалась к себе. Чувство тревоги постепенно нарастало, но не так мощно, как перед тем взрывом.
– Что‑то есть. Это точно давары.
– Интересно. А вот радар говорит, что нас преследует корабль Федерации.
Я ещё раз прислушалась к ощущениям. Интересно, что, когда я жила среди них, это так не ощущалось. На коже постоянно был маслянистый зеленоватый налёт, и ментальные ощущения, и физические сваливались в один ком. Да и размышлять о чувствах не было ни времени, ни сил. Тренировки–сон, тренировки–сон. Отвратная еда в перерывах.
Но сейчас, когда их нет рядом постоянно, я чувствовала их приближение. Такое же мерзкое и липкое. И я уверенно подтвердила свои ощущения.
– Может, корабль и принадлежит Федерации, но на его борту есть давары.
– Есть входящий сигнал. Метка анклава. Открытый канал, – раздался мягкий голос Гиры. – Корабль «Намара» запрашивает командиров.
Скаар резко выпрямился.
– «Намара», давай его сюда!
Я склонилась к Кони и тихо спросила:
– Кто это? Проблемы?
Кони тепло улыбнулась:
– Для разнообразия — нет. Это друзья.
На мостике зашуршали помехи связи, но быстро исчезли. Их сменил басовитый, чуть насмешливый женский голос:
– Мальчики! А что это у вас стряслось? Лечу вот спокойно, груз тащу, а тут сигнал об аварии по всем частотам. Смотрю — а это «Сулакр» в космосе панику наводит. Вот и не знаю, что думать.
– Здравствуй, Мама, – тепло поприветствовал женщину Скаар.
Мои брови взлетели вверх, и я кинула удивлённый взгляд на Кони, но та, улыбнувшись, покачала головой и прижала палец к губам, прошептав одними губами: «Потом».
– У нас тут небольшая авария в грузовом отсеке. Неучтённый груз, за который кое‑кто по заднице отхватит.
– Что, Олис снова припрятал пару погремушек?
– Ты, как всегда, права, Мама. Сейчас мы, ребята, всё отремонтируем и отправимся дальше.
– Конечно, отремонтируют. Но знаете что? Я сейчас к вам подплыву. У меня как раз груз с отличными ремкомплектами. Ждите, мальчики.
– Спасибо, Ма. Ждём и завариваем твой любимый лонг‑космо чай.
Связь прервалась.
Стил тут же соскочил со своего места и подошёл к брату:
– Что задумал?
– Всё складывается лучше, чем мы рассчитывали! – Скаар тоже сошёл со своего пьедестала, обошёл брата и присел на корточки передо мной.
Он рассмотрел мою клетку Фарадея и повернулся к медику:
– Кони, ты сказала, что сигнал идёт входящий. А от Киры, получается, сигнала нет?
– Если прибор не врёт, то да, именно так. Но это прототип, собранный на коленке в рамках хобби.
– Вот мы и узнаем, врёт или нет. Снимай всё это.
Он выпрямился и хлопнул брата по плечу:
– Мы улетим с Мамой. А «Сулакр» полетит, как планировалось. После того как мы с Мамой отстыкуемся, Гира сымитирует наши голоса и сообщит по открытому каналу, что поломка более серьёзная и корабль летит в доки Пасоны.
– А куда полетим мы? И «мы» — это кто конкретно?
– «Мы» — это я, ты, Кони и Кира с бистарами. А полетим мы туда, куда Мама путь держит. Если она с грузом возвращается в анклав, то, скорее всего, полетит на свою торговую базу на Прим‑2. Там мы без проблем наймём корабль, который доставит нас к доктору Камилю.
– Ты думаешь, что преследователи будут преследовать «Сулакр»?
– Очень на это рассчитываю. За нами летит один корабль, и ему придётся выбирать, за кем лететь.
– Радар фиксирует появление грузовых кораблей: «Намара», «Смика», «Камиг». Корабль Федерации замедлил ход, сбрасывает скорость. Они уже знают, что мы их видим, – снова подала голос Гира.
– Ай да Мама! Знаешь, мне иногда кажется, что она настоящая космическая ведьма, – воскликнул Стил.
– Неудивительно. Она одна из старейших айтори.
Я дождалась, когда Кони освободит меня, встала и потянулась. Мою талию тут же обвили руки Стила. Он прижал меня к себе, поцеловав шею. Его густые чёрные волосы защекотали мне нос, и я стала вырываться, отфыркиваясь и стараясь не чихнуть.
– Стил, отпусти, щекотно!
Он отпустил, но я тут же угодила в руки Скаара. Он не стал повторять ошибку брата и, откинув волосы подальше, поцеловал меня в губы.
– Мы не успели сказать тебе: «С добрым утром», – сказал он, отпуская меня.
– С добрым утром, – улыбнулась я. – А куда мы собираемся?
– Пасона — крупный торговый узел анклава айтори.
– Это космическая станция?
– Нет. Это планета.
– Планета… Я никогда не бывала на обитаемой планете. Только раз на учениях давары закинули нас в какое‑то болото под куполом. И огромными волнами за ним.
– Думаю, на этой планете тебе понравится. Там нет куполов. И если не выходить из обитаемых широт, то и природа спокойная.
Обитаемые широты. Мне очень захотелось посмотреть на эту планету. Я почувствовала, как меня захлестывает давно забытое ощущение приятных приключений. Так бывало раньше, на Земле, перед поездкой в отпуск в какое‑нибудь новое место. И я задала самый важный вопрос:
– А какая там погода? Что мне надеть?
Мужчины улыбнулись, а Кони потянула меня за руку:
– Там жарко. Пошли, я помогу подобрать вещи. Не думаю, что у нас сейчас будет много времени.
– У вас не меньше пары часов, девушки. Идите собирайтесь. И наденьте на бистаров шлейки с нашими опознавательными знаками, – уточнил Скаар и отвернулся к Гире.
Кони посмотрела на Стила:
– А я не знаю, где шлейки. Я же никогда не работала с бистарами.
Стил кивнул:
– Хорошо, ты тогда сама пока собирайся, а я помогу Кире с бистарами. Потом подыщите Кире одежду. Боюсь, те вещи, которые у неё есть, не подойдут к климату Пасоны.
– У меня есть кое‑что подходящее, – поняла намёк Кони.
А я почувствовала себя бедным, нищим родственником. Скаар чутко поймал поток моего настроения и, приобняв за плечи, шепнул на ухо:
– Не переживай. Когда всё уляжется, ты сможешь купить себе столько нарядов и украшений, сколько пожелаешь.
– Хорошо бы. Я уже и не помню, когда в последний раз была в магазине, хоть каком‑нибудь.
Стил посмотрел на меня, широко улыбаясь:
– Удивительно. Мне кажется, женщины во всех галактиках имеют одну общую черту — любовь к покупкам. И раз так, зайдем на рынок Пасоны перед тем, как лететь дальше.
Спустя два часа
– Кони, а ты уверена, что этот комбез — то, что надо? Он так обтягивает.
– Сильно стянул? Сковывает движения? Так надо ослабить.
– Да нет. Просто он… обтягивает.
Я крутилась перед ростовым зеркалом, рассматривая себя. Комбез, который мне выдала Кони, лёг на тело как вторая кожа, подчёркивая каждый изгиб.
– Ну да. Так и надо — он же помогает регулировать теплообмен. В нём в жару будешь чувствовать себя очень комфортно. Я такой же надену.
– Твой тоже белый?
Я ещё раз посмотрела то с одного бока, то с другого. Под искусственным светом казалось, что по краям изгибов пробегает какой‑то радужный блик.
– Да, они стандартные.
– Может, сверху можно что‑то накинуть? Типа длинной лёгкой жилетки. А то я себя голой чувствую.
– Жилетки?
Кони задумалась и зарылась в вещи.
– Вот такая есть.
Она вытащила тонкую накидку. Она была из лёгкого полупрозрачного материала красивого жёлтого оттенка.
Я её накинула, и мне понравилось. Понравилось и Кони.
– Знаешь, никогда не думала, что комбез можно сочетать с чем‑то подобным. А вот так можно?
Она достала ещё один жилет. Он тоже был тонкий, но намного короче. Я примерила его. Он прикрывал попу. Он был белый и в целом сочетался с комбезом.
– Да, можно и с этим. Но жёлтый мне больше понравился. Я так скучаю по ярким цветам.
– Тогда белый надену я. Скоро перестанешь скучать. Яркости на Пасоне более чем достаточно.
Пол под ногами чуть дёрнулся.
– А вот и Мама.
– Кстати! А кто это? Я так поняла, это не мать Скаара и Стила.
Кони расплылась в радостной улыбке, быстро натягивая на себя свой комбез:
– Нет. Она для всех — Мама. Пошли, она тебе обязательно понравится!
Мы подоспели к коридору основного шлюза как раз в тот момент, когда в него входили гости. Первыми прошли двое мощных парней с явно тяжёлым сундуком. Их мускулистые фигуры напрягались под весом груза, а на лицах читалась сосредоточенность.
Сундук выглядел совсем обычно: ровные, безупречно отполированные бока, покатая крышка с изящным изгибом, затейливый замок с витиеватыми узорами. Лакированное красное дерево мягко бликовало в приглушенном свете коридора, отбрасывая теплые отблески.
Парни, неся груз, помахали свободными руками:
— Привет, бродяги! Куда его поставить?
Стил махнул в сторону свободного участка у переборки:
— Туда. Это теперь ремкомплекты так упаковывать стали?
И тут раздался низкий женский голос, от которого, кажется, всё вокруг завибрировало — словно сама атмосфера наполнилась мощной, почти осязаемой энергией:
— Это не ремкомплект. Это подарок на вашу свадьбу. Вы же не думали от меня скрыть такое?
Из шлюза вышла женщина. Её стальные волосы, отливающие серебром, были туго заплетены в тяжелую косу, ниспадающую на плечо. Широкая, прямая фигура заполнила проем. Пронзительные светлые глаза, цвета зимнего неба, искрились от сдерживаемой радости, но в их глубине таилась мудрость, накопленная годами непростых испытаний.
Она, не останавливаясь, подошла к командирам и коротко обняла обоих, её движения были одновременно энергичными и бережными:
— Мальчики, как же давно я вас не видела! А где ваша девочка? Покажите‑ка её Маме.
— Но как ты узнала? — удивлённо спросил Стил и оглянулся в поисках меня.
— А Мама всё знает. И хорошо, что у меня на корабле нашелся подходящий подарок, а то неудобно вышло бы, — её голос звучал с лёгкой усмешкой.
Стил махнул мне рукой, и я сделала шаг из‑за Кони, за которой всё это время стояла.
Стил, увидев мой наряд, застыл с открытым ртом. Взгляд медленно скользнул от моих плеч к талии, затем ниже — к бедрам, обрисованным тканью комбеза. В его взгляде читалось не просто восхищение — это было почти потрясение, словно он увидел меня впервые.
Скаар, заметив реакцию брата, тоже повернулся. Его брови взлетели вверх, а в глазах вспыхнул жаркий, почти голодный блеск.
Мама, наблюдавшая за этой сценой, не сдержала восторженного возгласа:
— Вай! Какая красавица! Прямо принцесса! А стройненькая какая! И смотрю, мужья до сих пор в своё счастье не верят.
Она протиснулась между Скааром и Стилом и внимательно оглядела меня с ног до головы.
— Здравствуйте, я Кира, — произнесла я, слегка склонив голову.
— А я Мама. Все меня так зовут. Другого имени я уже и не вспомню, — она кивнула на сундук. — Это тебе.
Потом она наклонилась чуть ближе и резко втянула носом воздух. Её брови сдвинулись. Она отступила на шаг и перевела недоумевающий взгляд на Скаара, потом на Стила, её глаза требовали объяснений.
Скаар опередил её вопрос:
— Пойдём, надо поговорить.
Спустя полчаса.
Мама сидела за столом, её лицо было серьезным. Скаар стоял у стены, скрестив руки. Стил готовил для Мамы очередной космо‑лонг, он ей явно был нужен.
— Теперь понимаю вашу осторожность. Рисковать нельзя. Гены айтори действительно могут как то повлиять. Учитывая, что мы не понимаем в чем уникальность этой девочки. И судя по всему те кто вас преследует тоже не понимают что происходит. Иначе действовали бы активнее.
Стил чуть пожал плечами:
– Ну они пытались. Сначала, еще на базе даваров, не хотели отдавать ее. Потом попытались не дать нам добраться до флота федерации. А потом и там возникли непонятки, пока Стеллоса не было на борту.
– И вы полетите со мной надеясь, что федералы полетят за «Сулакром»?
И тут Мама в лице поменялась. Её кожа побледнела, морщинки у глаз углубились, мгновенно накинув ей десяток лет. До нее наконец дошло самое главное:
— Так получается, что на корабле федералов есть паразит? Причем активный, не дохлый? И что давары распространяют его по все галактике с помощью работорговцев и федералов?
— Стеллос уже давно подозревает федералов. В правительстве есть много недовольных новыми правилами жизни, которые принесли с собой айтори. Они могли решить, что объединение с паразитом неплохой способ от нас избавится. Только они не понимают с чем имеют дело! — прорычал Стил, подошел к Маме, подал ей готовый космо лонг и сел рядом.
— В анклаве много тех, кто прошёл через лапы даваров…Они тоже могут быть заражены. — Мама залпом выпила свой любимый напиток, но судя по ее лицу вкуса она не почувствовала. — Пожиратель миров явно сменил тактику. Раньше он захватывал окраинные колонии и распространялся вглубь, поражая все на своем пути. А теперь вот, он научился прятаться. Но для чего?
Подняла руку Кони и даже чуть привстала с дивана, на котором мы обе сидели.
— Главное сейчас — довезти Киру и всё, что я успела задокументировать, к Камилю. Теперь, когда я проверила мой прибор и поймала волну, на которой паразит пытается общаться с себе подобными, я смогу создать сканер. Правда… — она откинулась обратно на мягкую подушку, её голос стал тише, — я смогу это сделать только в центре доктора Камиля.
Скаар кивнул:
– Перелет через Пасону задержит нас на пару дней не больше.
— Разумно, — сказала Мама. — Но…
Её слова прервал голос Гиры из динамика, резкий и четкий, нарушивший напряженную тишину:
— Внимание. Корабли «Смика» и «Камиг» запрашивают стыковку. Передают приветствие для капитана «Намары».
Мама усмехнулась, её глаза вновь вспыхнули энергией, а на губах появилась хитрая улыбка:
— Командиры, есть предложение. Мы можем запутать окончательно след, если три грузовых корабля отстыкуются от вас одновременно и разойдутся веером. Пусть попробуют угадать, на каком из них Кира. — она чуть помолчала и пристально посмотрела на меня, словно пыталась взглядом заглянуть внутрь моей головы. — Но это сработает только при условии, что то, что в ней, действительно молчит и не подаёт сигнал SOS.
Скаар задумался на секунду, затем коротко кивнул Стилу.
— Хорошая мысль насчёт трёх кораблей. И да, вся ставка на то, что паразит Киры молчит.
— Прототип сканера его не уловил, — уверенно поддакнула Кони.
Стил потер ладони о колени и пружинисто встал.
— Тогда действуем. — Он подошёл к пульту и вызвал мостик. — Гира, координируй стыковку шаттлов «Смики» и «Камига». Девушки, собирайте только самое необходимое. Готовимся перейти на «Намару».
То, что я не только красавица, но и оператор бистаров, вызвало настоящий фурор. Уровень их послушания, по словам экипажа Намару, обещал войти в легенды. А то, как я с ними сюсюкаюсь и нежничаю, называя «мои пёсики», — в анекдоты.
Когда наконец иссяк поток восторгов и смеха, Мама приказала проводить меня с «пёсиками» в отсек для животных.
Я пошла за провожатым, а Мама и Скаар медленно двинулись за нами, но я всё равно услышала их разговор.
— Сынок, а девочка откуда?
— С Земли.
— Да ну! С той самой Земли? Ничего не путаешь? Это ж дикая планета. А она ведёт себя как… как… — Мама явно искала не обидное для меня слово, — как дома она себя ведёт.
— Она прошла подготовку у даваров. Полную подготовку.
— И выжила… — тихо прошептала Мама. — Какая сильная малышка. Неудивительно, что вы так срочно на ней женились! Знаю, что ваши родители её бы одобрили.
Скаар резко выдохнул, и разговор прекратился.
Мой провожатый наконец открыл дверь отсека, и я недоумённо оглянулась. Мамы не было. Только Скаар ждал меня у поворота коридора, облокотившись плечом на стену.
— Скаар, что это?
Он, нахмурившись, быстро приблизился, но, когда заглянул в отсек, его лоб разгладился, и он успокаивающе погладил меня по спине.
— Это стазис‑камеры. Это не пассажирский лайнер, тут нет пассажирских кают.
— Да, госпожа, — учтиво склонил голову провожатый, имя которого я не знала, — Намару всего лишь грузовик, причём не самый новый. Но он в хорошем состоянии и берёт много груза. Прыжки у него долгие — от звезды к звезде, и потому хозяйка решила установить стазис‑камеры: на перелётах мы в них. Андроиды следят за кораблём.
Напомнив себе, что я в космической фантастике и надо держать марку, я сделала вид, что всё поняла, и согласно закивала.
И пока мы наблюдали, как Мун и Сан послушно ложатся в продолговатые белые капсулы, я придвинулась к Скаару и тихо уточнила:
— Мы что, тоже сейчас в такие ляжем?
Скаар склонился и приобнял меня за талию:
— Да. Хочешь, можешь лечь со мной.
Я удивлённо подняла голову:
— А что, так можно?
— Конечно. — Он дождался, когда обе капсулы с бистарами будут закрыты. — Идём, с ними всё будет в порядке.
Я бросила взгляд на своих питомцев: те уже положили морды на лапы, расслабленно вытянувшись. Кивнула и позволила увести себя дальше по коридору.
— Сейчас мы идём на мостик. Ляжем в стазис, только когда поймём, что наш план удался. Если всё пойдёт не по плану, все корабли развернутся и пойдут с нами на Пасону. Если федералы или кто там у них на корабле захотят забрать тебя, им придётся иметь дело с несколькими кораблями.
— А почему мы сразу так не сделали?
— А зачем нам федералы на хвосте?
В общем, план удался. Все три грузовика отстыковались от Сулакра и, пожелав удачи, начали удаление в разных направлениях. Я ушам своим не поверила, когда в ответ из динамиков раздались голоса Скаара и Стила, благодаривших друзей за помощь в ремонте.
Потом нас положили в стазис‑камеры. Скаар, как собирался уложить меня к себе, так и сделал. Хотя мне поначалу показалось, что мы не поместимся. Но я зря волновалась: мир вокруг меня остановился в тот момент, когда я уже удобно приютилась на плече Скаара в кольце его рук.
Планета Пасона. Порт «Семь созвездий».
После стазиса меня слегка мутило, словно мы только что катались на ядреных американских горках.
— Такое бывает в первые разы, — сочувственно говорила Кони, поглаживая меня по спине. — Потерпи, тебе уже готовят кисель.
— Кисель? — простонала я, чувствуя горечь во рту. Киселя не хотелось.
— Да, специальный состав, он тебе поможет. — Кони отвернулась и грозно потребовала: — Ну чего вы копаетесь? Ей же плохо! Давай сюда, говорю! Ты же не семислойный коктейль делаешь, чего копаешься?!
К нам подбежал молоденький паренёк и быстро сунул мне под нос пузатый стакан с очень аппетитной жижей.
От его резкого движения мир закружился перед глазами. Я почувствовала, как Кони крепко обхватила мои плечи и скомандовала:
— Пей!
В губы упёрся стакан — его края оказались на удивление мягкими. Хотя форма сохранялась, об него невозможно было пораниться. Меня штормило так, что обычное стекло я могла бы раскрошить зубами. Хотя, если поразмыслить, прочный корабельный стакан в таких обстоятельствах скорее повредил бы зубы, чем поддался бы давлению.
В рот полилась густая и вполне приятная жидкость. Вкус напоминал какой‑то нежный тропический фрукт. И пока я пыталась вспомнить этот вкус, я поняла, что мир вокруг перестал кружиться.
И под конец я забрала стакан у Кони и допила его сама. На какой фрукт был похож этот напиток, я так и не вспомнила.
— Спасибо, я в порядке, — я огляделась. — А где остальные?
— Уже сошли с корабля, скорее всего. Ждут, когда я приведу тебя в порядок.
— Всё прошло успешно?
— Да. Если ты про бистаров — они в порядке. Если про федералов — они улетели за Сулакром.
— Отлично. И что мы делаем?
— Теперь пошли к командирам, они нам расскажут, что дальше. И да, я уже намекнула, что девушкам было бы неплохо прогуляться по рынку. Особенно той, которая там никогда не бывала.
— Думаешь, у нас есть на это время?
— Думаю, есть. Нам же ещё корабль искать, который повезёт нас дальше. Мама обещала с этим помочь. Сказала, что знает несколько хороших командиров. Выяснит, кто из них сейчас на Пасоне, и скинет их контакты. Так что пока мы свободны. Ну, что, ты готова идти?
— Идём.
Спустя пару часов. Рынок.
Это был не просто рынок! Это был Рынок — именно так, с большой буквы. Находился он на некотором отдалении от космопорта — ровно на таком, чтобы взлетающие и садящиеся космические корабли не досаждали продавцам и покупателям.
По просьбе Стила пилот аэрокара сделал над Рынком большой круг, давая мне рассмотреть его с высоты птичьего полёта.
Это было похоже на смесь Древнего Востока и города из киберпанка. В центре Рынка располагались офисные небоскрёбы, а вокруг — сколько хватало глаз — торговые ряды.
Пасона — торговая планета. И это было буквально так!
Когда я уже начала подпрыгивать на сиденье от нетерпения и тихо постанывать, Скаар дал команду садиться неподалёку от места, где девушкам будет удобно.
Бойкий пилот пообещал самое лучшее место для дорогих гостей. Сердце на мгновение кольнуло тоской по дому, но её тут же вытеснил головокружительный полёт вниз.
Я тихо пискнула, отлетев в объятия Стила. Скаар недовольно выругался на пилота, одновременно ловя Кони. В грузовом отсеке на своём бистаровском языке высказались мои питомцы.
Чуть‑чуть поругав пилота, а потом и поблагодарив его, мы пошли к лифту посадочной площадки.
Я по старой памяти ожидала увидеть много мусора — как это обычно бывало на многолюдных рынках Земли, — но тут всё было почти стерильно. Команды роботов‑уборщиков были повсеместны и бдительно следили за порядком.
Лифт спустил нас в самый низ. И меня буквально оглушило шумом толпы, музыкой и смесью невероятных запахов.
Я, отвыкшая от больших скоплений людей, отпрянула назад. Меня обняли за плечи, губы коснулись мочки уха — и я услышала сквозь все шумы тихий, спокойный голос Скаара:
— Мы здесь, ничего не бойся.
Скаар и Стил взяли нас обеих под руку и повели вдоль рядов. И это было правильно: поражённые разнообразием, Кони и я словно маленькие девочки так и норовили куда‑то отбежать, чтобы рассмотреть или пощупать разнообразные вещицы со всех краёв Галактики.
На какой‑то момент я почувствовала свободу. Скаар отпустил мою руку: ему позвонили на комм, а Стил стоял рядом и ждал окончания разговора.
А вот Кони была рядом:
— Смотри, какая красота! Вон та шкатулка!
Она показывала на усыпанную драгоценными камнями сферу, словно парящую в воздухе. Та медленно крутилась в разных направлениях, давая рассмотреть себя со всех сторон.
Я посмотрела на монолитный драгоценный шар и уточнила:
— Это не похоже на шкатулку. Как открывать‑то?
— А очень просто. На подставке отключается магнитная подушка, и сфера ложится на ложе, а потом раскрывается как цветок — ну, после того как её система опознает тебя как хозяйку. У меня есть такая, только попроще. Эта очень дорогая. Невероятно тонкая работа!
Я улыбнулась восторгам Кони. Шкатулка действительно впечатляла — этакое Фаберже на максималках.
И тут, в гуле голосов, говорящих на разных языках, я услышала то, чего совершенно не ожидала: где‑то рядом со мной девушка говорила на моём родном, земном языке!
Рынок Пасоны.
Всё внутри замерло, а потом сердце забилось так быстро так, что в глазах потемнело. Я резко обернулась, пытаясь понять, откуда звук.
Где‑то справа, за рядом с мерцающими безделушками.
Кони, засмотревшись на драгоценности, отвернулась, продолжая что‑то мне рассказывать. Но я уже не понимала, что она говорит. Всё моё внимание было обращено туда, где слышалась земная речь.
Я пошла к ним, стараясь пробраться через толпу. Людей стало больше — видимо, тут продавалось что‑то очень интересное или была распродажа. Меня толкали, я наступила кому‑то на ногу, слышала бурчание на незнакомом языке. Переводчик в браслете на моей руке еле справлялся с потоком слов, звучавших на разных языках.
Проход сузился, стало трудно двигаться. Толпа встала передо мной непроходимой стеной.
Внутри всё кричало от нетерпения. Позвоночник закололо. Призыв был неосознанным порывом.
Я тут же услышала отклик: Сан и Мун, до сих пор смирно сидящие возле Скаара и Стила, шли ко мне.
Два бистара, понимая мой молчаливый приказ, встали передо мной и грозным рычанием начали пробивать брешь в толпе зевак. Раздались вскрики — люди стали поспешно расступаться, прижимаясь плотнее друг к другу. Дорога передо мной расчистилась. Спокойные и уверенные, как танки, Мун и Сан двинулись вперёд. Я — за ними.
Толпа резко закончилась — и наконец я увидела их.
Три девушки. Одеты просто, но в красивые платья из яркой ткани. Землянки. Не могло быть сомнений: они говорили между собой на английском.
Я усмехнулась про себя. Даже английский — один из многих земных языков — стал для меня родным в этой далёкой галактике.
Девушки разглядывали рулон ткани у торговца‑витала. Я подошла почти вплотную. Они подняли головы — и сначала их лица исказились ужасом при виде бистаров. Потом взгляд средней, кареглазой, с веснушками, упал на меня. Её глаза округлились. Бояться бистаров она не перестала, но к страху примешалось крайнее удивление:
— Лера? Господи… Лера, это ты?
Её подруга дёрнула её за рукав, стараясь увести от меня и бистаров:
— Анна, что ты! Это не Лера. Идём отсюда.
Но Анна отмахнулась. Она смотрела на меня, и в её взгляде было столько потрясения:
— Ты же… тебя же увезли… Как ты здесь? Мы думали…
Её глаза бегали по моему лицу — и тут она осеклась, наконец заметив разницу. Краска залила её щёки:
— Ой… Простите. Я… Вы так похожи. Я вас с подругой перепутала. Простите, госпожа.
«Я вас с подругой перепутала»…
Сердце пропустило удар от осознания: эти девушки знают мою сестру!
— Где вы её видели? — спросила я срывающимся голосом. — Где Лера? Это моя сестра! Говорите!
Бистары, почувствовав мою нервозность, глухо зарычали.
— Нам пора. Мы ничего не знаем. Извините. - она заозиралась по стоонам и громко позвала, - Синар, Калей! Хозяин!
Увидев кого то она замахала им рукой в сторону. От стены неподалёку отделились двое крепких парней. Они двинулись к нам — на лицах появилась озабоченность. Один положил мне руку на плечо:
— Пройдите, гражданка. Не мешайте.
Я дёрнулась, пытаясь сбросить руку, — и в тот же миг два низких, грозных рыка разорвали воздух. Мун и Сан навалились на охранников, прижав их к земле всей своей массой. Один испуганно ахнул, когда тяжёлые лапы выбили дыхание из его груди. Другой замер, увидев перед лицом блеск клыков.
Девушки завизжали. Вокруг началась паника — люди шарахались. Игнорируя всё, я сделала шаг к девушкам:
— Скажите, где Лера!
Из‑за спины перепуганных девушек вдруг вынырнул и метнулся ко мне круглый, оливковый оттенка кожи гуманоид в богатом кафтане. Большие уши‑лепестки у него тряслись от негодования:
— Безобразие! Немедленно отпустите моих грузчиков! Охрана! Караул!
Он заслонил собой девушек, размахивая короткими ручками.
Сверху, заглушая крики вокруг, зависли три дрона охраны — гладкие сферы с пульсирующими красными огнями. Они нацелились на бистаров.
— Немедленно прекратить агрессию! — зазвучал безэмоциональный механический голос.
Мун огрызнулась на ближайший дрон. Сан глухо зарычал. Я перепугалась, поняв, что сейчас начнется стрельба на поражение.
— Всем стоять!
Это был голос Скаара — низкий и резкий, как удар хлыста. Я оглянулась. Он, Стил и Кони шли сквозь толпу — и люди перед ними расступались сами собой. Его лицо было маской холодной ярости. Стил — рядом; его рука уже лежала на рукояти бластера. Кони была белее мела.
Скаар встал между дронами и моими зверями. Он посмотрел на них и приказал:
— Мун, Сан, ко мне!
Мун и Сан замерли, а затем кинули на меня грустные, извиняющиеся взгляды и метнулись за спину Скаара. Снова признавая его силу и авторитет.
Стил тем временем добрался до меня. Он не стал ничего спрашивать. Просто обхватил за талию, оттащил от орущего оливкового гуманоида и прижал к себе. Кони вцепилась в мою руку.
— Эти животные — моей жене, — голос Скаара был тих, но его слышали все. — Я вольный командир Скаар Тайк.
Дроны зависли, мигая:
— Агрессия на территории рынка.
— Агрессии не было. Простое недопонимание.
Скаар выразительно посмотрел на толстяка — и тот быстро закивал:
— Д‑да! Непонимание!
— С вас штраф за ложный вызов — 100 кредитов.
Толстяк печально пискнул, но согласился со штрафом. Дроны улетели.
Я затрепыхалась в крепкой хватке Стила:
— Успокойся, — прошептал он в самое ухо.
Я вцепилась пальцами в его комбез, трясущимися руками:
— Они… на земном языке говорили… — выдохнула я, глядя ему в глаза. — Узнали меня… за Леру приняли… Сказали, я на неё похожа. Стил, она тут! Они её знают!
Стил резко обернулся. Его взгляд — острый и быстрый — скользнул по перепуганным девушкам, по их охранникам, по толстяку, который теперь что‑то визгливо выговаривал Скаару.
— Кони, — бросил Стил через плечо, — присмотри за ней. И дай воды.
— Нет! — я попыталась вырваться, но его хватка не ослабла. — Я должна спросить!
— Спросим, — его голос стал твёрдым, без колебаний.
Он мягко, но неумолимо передал меня Кони. Та обняла меня, что‑то шепча, и повела под навес соседнего лотка. Я шла, почти не чувствуя ног, и не сводила глаз с группы, где Скаар теперь говорил с оливковым гуманоидом. Тот, судя по жестам, постепенно менял негодование на озабоченность, а потом и на подобострастное внимание, кивая своей большой головой.
Мне в губы уткнулся стакан с прохладной водой. Я выпила автоматически. В голове стало проясняться.
Лера. Они видели Леру. Она была жива. И где‑то здесь, на Пасоне. И я найду её — даже если придётся перерыть всю планету! И без неё отсюда точно не улечу!
Через пару минут ко мне подошел Скаар. Лицо сосредоточенное, но вполне спокойное.
Он внимательно посмотрел в мое лицо:
— Ты в порядке? Можешь говорить спокойно?
Я кивнула:
— Я не истеричка, Скаар. Просто… Я так долго не знала, что с Лерой. — Я сделала глубокий вдох и выдох, показывая свое спокойствие. — Они сказали тебе, где она? Кто этот толстяк, который вызвал охрану? Он работорговец?..
Скаар поднял руку, останавливая поток вопросов.
— Нет. Он не работорговец. Здесь их нет. Пойдем. Только постарайся не кричать на него. Это тимрин, у них слабая нервная система, они плохо переносят стресс.
— Я постараюсь.
Он взял меня под руку и повел к толстяку и стоящему рядом Стилу. Девушки стояли чуть в отдалении со своими охранниками, или грузчиками, или кто они там.
Мужчина‑тимрин был уже совершенно спокоен и излучал благостность. Цвет его кожи посветлел практически до обычного человеческого. Получается, она темнеет от стресса?
— Ужасное недопонимание! Кошмар, что могло случиться! Я так сожалею! — сказал он, стараясь смотреть на всех нас.
Я постаралась изобразить улыбку:
— Вы меня тоже извините. Но я вас очень прошу, расскажите, где моя сестра Лера. Она очень похожа на меня лицом, только волосы у нее цвета золотого песка.
— Лера, да. Я помню ее. Вы знаете, я всю жизнь посвятил помощи беглым рабам — тем, кто сбежал от работорговцев и искал убежище! И Лера… Она попала к нам чуть больше двух лет назад.
— Так где она?
— Я не знаю, — он развел пухленькими руками. — Ее забрали.
Я закрыла глаза и сделала пару глубоких вдохов и выдохов.
— Я вас не понимаю. Кто ее забрал?
— Да те, кто ее к нам привез. Те и забрали. Она прожила у нас пару месяцев. Вольные командиры Унгалы привезли Леру и вот этих двух девушек. Но потом вернулись. И забрали только Леру. Она была им рада.
— Ничего не понимаю, куда они ее забрали? Зачем?
— Так жениться на ней решили. Вот потому у меня ее и нет. А могу я идти? У меня дела.
Он заискивающе посмотрел на Скаара и Стила. Потом так же вопрошающе — на бистаров, спокойно сидящих рядом. Его кожа то и дело покрывалась мелкими бурыми пятнами, которые тут же бледнели — он пытался совладать с эмоциями.
— Но куда они ее увезли? А как с ними можно связаться?
— А не знаю.
Я начала закипать:
— Вы что, отдали мою сестру неизвестно кому? Вот так запросто?
Толстяк дернулся, а Скаар положил руку мне на плечо.
— Но она сама ушла. Я их не удерживаю. Они приходят, я им помогаю, они уходят, — он снова посмотрел на Скаара и Стила, — а вольные командиры — не кто попало.
— Но…
— Думаю, вы можете идти. Только скажите, где дом, в котором живут ваши спасенные?
— А в моем доме и живут. У меня большая ферма! Вот моя визитка!
Он и Скаар достали коммы, и толстяк мазнул по своему рукой, словно пыль стряхивал. На комм Скаара тут же пришло сообщение.
— Спасибо вам, добрый господин. Мы вас больше не задерживаем.
— Но почему? Мы же ничего не узнали!
— Узнали достаточно. Пойдем.
Я вывернулась из рук Скаара и сделала шаг в сторону.
— Ты знаешь, кто эти Унгалы?
— Я о них слышал.
— И ты сможешь с ними связаться?
— Прямо сейчас — нет. Но есть способ.
— Какой?
Стил опередил ответ брата:
— Мама, конечно же. Даже если она не знакома с ними, то все равно сможет их разыскать.
— Но… Может все‑таки съездить на эту ферму? Вдруг он не все нам рассказал? Этих девушек послушать. Почему он не дал с ними поговорить?
Стил положил ладони мне на плечи и легонько помассировал.
— Тимрин сказал правду. Они не умеют врать — кожа мгновенно буреет. Так что Леры у него нет. И ты, видимо, главное не поняла.
— Что я не поняла? Что непонятные вольные увезли мою сестру в неизвестном направлении?
Скаар встал передо мной вплотную, и я оказалась между ними — в кольце их рук. Шум рынка, чужие голоса, вся эта суета — все это осталось снаружи.
— Самое главное, что ты не уловила, — это то, что твою сестру взяли замуж айтори, и она была им рада. Это значит, что она в безопасности и под защитой. Ты уже прошла большую часть пути в поисках Леры, и теперь остался один лишь шаг. Теперь ты просто должна подождать встречи с ней. Нет смысла ждать ее тут. Нам нужно продолжить наш путь и доставить тебя к доктору Камилю.
Я не нашла, что ответить. Просто кивнула, чувствуя, как напряжение покидает меня.
Он прав. Еще неизвестно, где эти командиры. Может быть, их нет не только на Пасоне, но и в звездном секторе анклава айтори.
Я качнулась вперед и прижалась щекой к груди Скаара.
— Когда мы попросим Маму поискать их?
— Скоро она отзовется насчет корабля для нас, тогда я ее и попрошу.
Рядом послышался кашель. Кони нерешительно переминалась с ноги на ногу.
— Эм, ребята… А пока мы ждем звонка от Мамы, может, пойдем куда‑нибудь? Я знаю неплохую кафешку тут недалеко, в паре кварталов.
Скаар и Стил переглянулись. Стил первым развел руками:
— А почему нет? Стоять тут действительно незачем.
Место где была обещанная кафешка оказалась другим сектором рынка. Атмосфера тут была совершенно иной. Повсюду слышались выкрики торговцев и зазывал, скрежет тележек по брусчатке, шипение жаровен. В воздухе смешались запахи жареного мяса, пряностей и фруктов. А потом — резкий, свежий аромат, когда мимо прошел торговец зеленью.
Кафешка называлась “Толстый фыр” и была небольшой, с несколькими столиками под навесом, но пахло оттуда божественно — чем‑то острым, копченым и пряным.
Хозяин, неизвестной мне расы, похожий на человека, но с длинным гибким хвостом, услужливо разложил перед нами меню.
По совету Кони мы все заказали густую фирменную похлебку с клубнями «рота» и вяленым мясом того самого фыра. На второе — лепешки, тонкие, почти прозрачные, с начинкой из тертого сыра и зеленых, обжигающе острых стручков. И графин свежего сока.
Первая ложка похлебки окончательно вернула меня в реальность, и я поняла, что очень хочу есть. Еда была простой и сытной. Даже мои бистары, устроившиеся в сторонке, получили по большой мясной кости и грызли их с довольным урчанием.
Я уже доедала последнюю лепешку, пытаясь запить жар во рту кисловатым синим соком, как на комме Скаара наконец прозвучал сигнал.
Он отложил свою ложку, взглянул на экран и поднес комм к уху:
— Да, Мама… Два корабля?.. Понятно. Ждем координаты. И, Мама, есть еще одна просьба… — Скаар вкратце рассказал ей о произошедшем.
Он отключился, и по его лицу прошла легкая тень удовлетворения.
— Вот и все. Она найдет Леру и тут же сообщит нам. А сейчас я свяжусь с теми, кто повезет нас на исследовательскую базу.
Скаар не успел связаться с предложенными Мамой кораблями.
Мы все еще сидели в кафе, доедали десерт и допивали чай, когда небо вспыхнуло. Странная оранжевая вспышка перекрыла все. Мгновение — и все погасло.
Я дернулась и вскочила со стула. Бистары недовольно заурчали, глядя в небо.
— Что это было?!
Скаар поднялся следом и успокаивающе взял меня под локоть.
— Спокойно, без паники. Это атмосферная особенность — реакция электромагнитного поля планеты. Все в порядке.
Адреналин не давал успокоиться. Скаар это почувствовал и добавил:
— Все в порядке, кроме того, что мы остались на двое суток без связи. — Он убрал комм в карман. — Придется возвращаться в порт, чтобы найти командиров, которые повезут нас на Нову.
— А что за корабли? — поинтересовался Стил.
— «Тень Вируха» и «Квант».
— О, знакомые ребята. К кому пойдем?
— Думаю, «Тень» подойдет больше. Быстрый и хорошо вооруженный айторийский корабль. Не «Сулакр», конечно, но из всей широты выбора…
Скаар не договорил. Комм подал приглушенный сигнал.
Он достал его и нахмурился.
— Новое сообщение от Мамы, с пометкой «важно». Не загружается. Придется сходить в башню связи. — Он оглядел нас всех, что‑то прикинул в уме, сам себе покивал и повернулся к брату. — Снимите номер в гостинице. Там, где мы обычно останавливаемся. На ресепшене оставите для меня сообщение, в каком вы номере. Я скоро вернусь.
— Договорились. Надеюсь, наш номер свободен, — Стил подмигнул брату.
— Этот номер редко кто заказывает, и мало кто о нем знает. Если будет свободен — в записке так и напиши. Не нравится мне это сообщение от Мамы. Регистрируйся через айторийскую базу.
— Так и собирался, — Стил повернулся к нам. — Ну что, девушки, вы готовы или еще чего вкусненького хотите?
Я отрицательно помотала головой. Во‑первых, я была сыта. Во‑вторых, я тоже начала чувствовать что‑то неладное, и возникло сильное желание уйти.
— Я лопну, если что‑нибудь еще съем. Чай тут сытный.
Кони поднялась со своего места:
— Тогда давай пешком пройдемся. Как раз съеденное растрясется. Да и идти через модные ряды — может, Кире что‑нибудь по дороге присмотрим.
Братья кивнули. Скаар подошел ко мне, одной рукой притянул за талию, другую властно положил на шею, большим пальцем приподнял подбородок.
— Только в магазинах надолго не задерживайтесь. И ни в коем случае не оставайся одна. С тобой должен быть либо Стил, либо Кони. Договорились?
Ответить я не успела. Его губы накрыли мои в долгом поцелуе. Скаар целовал так, словно уходил на несколько дней, а может, и на несколько месяцев. Словно старался запомнить мой вкус. Его поцелуй был глубоким, неторопливым — я ловила его дыхание, отдавая взамен свое.
Он оторвался так же медленно, как начал. Заглянул в глаза, провел большим пальцем по моей нижней губе. Кивнул брату. И ушел.
Я смотрела ему в спину, пока он не скрылся в толпе.
— Идем, детка, — шепнул Стил мне в ухо.
Я выдохнула.
— Да. Идем.
Мы пошли через торговые ряды. Кони уверенно вела нас куда‑то в сторону от главной аллеи, где народу было поменьше, а витрины выглядели менее дорого.
— Вот тут, — она остановилась у магазина с прозрачной стеной‑витриной, за которой на манекенах висели комбинезоны. — Лучшее соотношение цены и качества во всем секторе. И ткани дышащие, и швы усиленные. Мы с Олис часто тут закупаемся.
Стил заглянул внутрь, оценил обстановку.
— Я вас тут подожду.
— Мы быстро, — пообещала Кони и втянула меня внутрь.
В магазине было светло и тихо. Никакой толкотни, никаких выкриков. Просто ряды вешалок с одеждой и пара консультантов, которые деликатно держались в стороне.
Кони тут же схватила какой‑то комбинезон темно‑синего цвета:
— Смотри, какой. Хорошая фирма, у меня таких парочка есть. Померить хочешь?
— Я даже не знаю, что мне нужно, — честно призналась я, оглядываясь.
На Земле я покупала одежду в обычных магазинах: джинсы, футболки, свитера. А тут все было другое. Комбинезоны — облегающие и свободные, с кучей карманов и без. Белье, похожее на вторую кожу, из материалов, которых я не могла определить.
— Возьмем полный набор: нижнее белье, нательное, — Кони уже рылась в ящиках. — Видела то, что ты носишь, — она критически посмотрела на меня, — сплошная дешевая синтетика. Оно же не дышит совсем. И, скорее всего, неудобное.
Я была полностью согласна. Девушка, которая заказала эти вещи для себя, не особо заморачивалась с их качеством. Через пять минут в примерочной я вертелась → вертелась/крутилась перед зеркалом в одном из нескольких комбинезонов, предложенных Кони. Ткань была приятно прохладной и удивительно легкой.
— Берем, — сказала Кони, даже не спрашивая моего мнения. — И этот бежевый костюм. И белье — я три комплекта отобрала. И носки — набором.
Я выглянула из примерочной.
— Согласна на все.
Расплатилась она мгновенно, мазнув коммом по терминалу. Я даже не успела спросить, сколько это стоит.
— Потом с командиров спишем, — отмахнулась Кони.
Мы вышли из магазина, и Стил вопросительно поднял бровь.
— А вот и мы! И совсем недолго, — отрапортовала Кони. — Можно дальше идти.
Дальше тянулись ряды, разительно отличавшиеся от модных бутиков. Воздух здесь был густым от запаха горячего масла и перегретого металла.
Детали — порой такие громоздкие, что их едва ли можно было поднять в одиночку, — громоздились на прилавках и прямо на расстеленных на земле тентах.
Гигантские шестеренки, трубки с непонятными маркировками, блоки с торчащими проводами, контейнеры с болтами и заклепками, отливающими тусклым блеском.
— Рынок запчастей, — пояснила Кони, видя мое замешательство. — Тут и новые, и б/у. Главное — знать, где брать.
— Ясно, — я запрокинула голову и вгляделась в чистое бирюзовое небо. — Так что это было? Та вспышка?
Кони тоже задрала голову, прикрылась ладошкой от солнечных лучей и показала пальцем вверх:
— Вон там, смотри. Ищи тонкую рыжую линию на небе. Ее плохо видно, но она перечеркивает весь небосвод.
Я вгляделась. И действительно увидела тонкую изогнутую полоску от края до края небосвода. А Кони продолжила:
— Это газовый гигант Паас. У него горячая атмосфера, и иногда он выбрасывает что‑то наподобие солнечных протуберанцев. Вот это они и были. Атмосфера Пасоны не пропускает их, и происходит вспышка. Хотя обычно о них предупреждают.
— Это точно, — кивнула я. — Такая вспышка может повредить системы корабля во время приземления, и он просто‑напросто воткнется в землю.
— Ничего себе, — протянула я и еще раз вгляделась в небо, пытаясь рассмотреть Паас. Но он обозначал себя на небе только этой тонкой полосой.
Потом запчасти кончились, и начались транспортные ряды: небольшие гравициклы, флаеры, какие‑то открытые платформы на антигравах. Продавцы выкрикивали характеристики, перебивая друг друга. Мимо проехал, едва не задев нас, развозной дрон с прицепом.
Я оглянулась. Впереди уже виднелись высотные здания, а позади все еще шумел, гудел и переливался огнями рынок. Возникло ощущение, что мы вышли на его окраину.
— Пришли, — сказал Стил и свернул к большому многоэтажному дому.
Он выглядел обычно: серый, прямоугольный, без архитектурных изысков и вывесок.
— Здесь гостиница? — удивилась я.
— Можно и так сказать, — Стил толкнул дверь.
Внутри было темно, и выглядело так, словно здание уже лет десять как заброшено: коридор, краска на стенах облупилась, под ногами — потертый пластик. Ни табличек, ни указателей. Я покосилась на Кони. Та приблизилась к моему уху и прошептала:
— Гостиница для тех, кто не любит светиться.
Мы прошли мимо нескольких дверей, свернули в боковой проход. Стил остановился перед неприметной дверью без номера, толкнул ее — и мы оказались в небольшом предбаннике.
Там стояли двое: крупные, в одинаковой серой форме, с бластерами на поясе. Стил показал им один из своих браслетов.
Видимо, это было что‑то вроде пропуска, потому что охранники коротко кивнули Стилу и отступили.
За бронированной дверью открылся холл, залитый мягким теплым светом. Панели из настоящего дерева украшали стены, вдоль которых выстроились глубокие мягкие кресла.
За прозрачным ресепшеном стояла администраторша — высокая, с безупречной осанкой, платиновыми волосами, уложенными в сложную конструкцию. Ее мини‑платье мерцало вышивкой, словно усыпанное крошечными звездами.
— Капитан Тайк, — пропела она, и ее глаза вспыхнули. Не фигурально — глаза реально блеснули, как у кошки. — Как редко вы нас балуете своим присутствием!
— Наш номер свободен? — Стил не обратил внимания на явное кокетство.
— Для вас — всегда, — она томно взмахнула длинными ресницами и положила на стойку прозрачную ключ‑карту. — Вот карта, капитан Тайк.
— Спасибо.
Он взял карту, повернулся к нам и коротко бросил через плечо:
— Когда придет мой брат, передайте ему, что мы в номере.
— Конечно, капитан.
Я негодующе посмотрела на Кони. Ей тоже не особо понравилась эта девица, которая проигнорировала нас обеих.
Кони скривилась и пожала плечами. Потом махнула и поманила меня за Стилом.
Лифт поднялся на третий этаж. Мы вышли в длинный коридор — чистый, с ковровой дорожкой и приглушенными светильниками. Но Стил прошел его до конца, открыл неприметную дверь с табличкой «Служебное помещение» и жестом велел нам заходить.
За ней оказалась лестница — вниз.
— Куда мы? — не выдержала я.
— Это особый номер, — подмигнул Стил.
Мы спустились на первый этаж, вышли через другую дверь — и оказались на улице. Вернее, в проходе между двумя зданиями. Я окончательно запуталась.
— Так гостиница в том доме или в этом?
— В обоих, — Кони пожала плечами.
Мы обогнули угол, и я чуть не врезалась в широкую грудь Скаара.
Он поймал меня за плечи, оберегая от столкновения:
— Чего вы так долго?
— Так, пешком шли и в магазин завернули, — Стил приподнял увесистый пакет с моими обновками. — Что не так‑то?
— Я знал, что номер обычно свободен, — Скаар говорил быстро, отрывисто. — Потому ждал вас тут. Надо уходить: за мной следили от самой башни связи. Я оторвался, но они явно профи и быстро вычислят, куда я мог пойти.
— Хорошо, — Стил огляделся. — А куда пойдем?
— Знаю одно место, с которым нас ничего не связывает. Там и заночуем. Мама прислала сообщение.
Он развернул комм к нам. Я вчиталась в строки, и внутри похолодело:
«Парни, вокруг вас и вашей женщины начинается неприятная возня. Надеюсь, вы уже на территории анклава. Сенат надавил на президента. На вас выписан ордер на задержание. Пока только задержание. Они требуют поместить весь экипаж на карантин. И пытаются протолкнуть идею того, что вы нарочно пытаетесь распространить заражение паразитом.
Хоть я и не знаю подробностей, но догадываюсь, куда вы так спешите. Я предупредила Камиля, он уже вас ждет.
Сенат отправил флот, чтобы перехватить вас на подходе к Нове.
Я постараюсь их задержать.
Удачи».
Мы внимательно прочитали сообщение. Потом еще раз.
— Это что ж получается, нас арестуют? — спросила Кони.
Я сглотнула и нервно огляделась, как будто ожидала увидеть окружающих нас космополицейских. Или кто за нами прийти должен — военные?
Скаар отрицательно покачал головой:
— Не думаю. Скорее всего, полиции приказано нас не трогать. Охранные боты на рынке не пытались нас задержать. И, скорее всего, за нами уже летят. Стил, твой знакомый таксист все еще промышляет на рынке?
— Ща узнаю, — Стил достал комм и начал вызывать знакомого, отошел в сторонку.
Я подошла к Скаару, и, наверно, вид у меня был не очень радостный, потому что он тут же обнял, поцеловал мою макушку и тихо произнес:
— Все в порядке.
— Не уверена. Когда вы меня забрали, вряд ли думали, что со мной будет столько проблем.
— Это проблемы? Не говори глупости, детка, это развлечение. Мы уже давно с корабля не выбирались.
— Это точно, — согласилась с ним Кони. — Я только-только привыкла, что хожу по планете, а не по космическому кораблю. У нас хоть и лучшая система гравитации, но разница есть. И воздух! Какой воздух!
Я автоматически глубоко вдохнула. Запах жары, пыли, Скаара, который меня так и не отпускал. Плюс ветерок летел со стороны рядов с запчастями, то и ароматы были соответствующие — металл, масла и прочие технические запахи.
— Да уж, воздух тот еще!
— Скоро он станет лучше, — пообещал Скаар, — намного лучше.
Вернулся Стил:
— Джумба тут неподалеку, завершает заказ и обещает себя в полное наше распоряжение.
Скаар чуть отстранился от меня.
— Отлично. — Потом смерил меня и Кони взглядом. — Дорогая, одолжишь Кони одну из своих обновок?
— Не вопрос. А зачем?
— Вы, девушки, выглядите потрясающе и этим притягиваете внимание.
Стил скинул сумку на каменный парапет рядом, позволяя нам в ней покопаться. Мы достали пару неприметных комбезов. Мне достался раздельный — штаны, куртка и майка.
— А переодеваться где будем?
— Да в номере, — сказал Стил и подошел к стене.
Он вгляделся в нее, что-то там увидел и поднес ключ, выданный на ресепшене. Кусок стены с тихим шелестом отъехал в сторону.
— О как! — я заглянула внутрь, там тут же начал включаться свет. — И много тут таких номеров?
— Думаю, много. Пиратов и работорговцев тут не любят, зато контрабандистов хватает, и тех, кто не любит отсвечивать.
Я удивленно посмотрела на командиров:
— А мы, получается, контрабандисты?
Стил приглашающе махнул рукой в номер:
— Нет, сладенькая, мы те, кто не любит отсвечивать.
Номер был простой, но вполне комфортный. А главное — очень большой.
— Это сколько же тут комнат? — тихо спросила я у Кони.
Повышать голос почему‑то не хотелось.
— Весь этаж. Тут вся команда при желании может разместиться. Правда, такой толпой мы не передвигаемся. Но однажды мы тут были с нашими пассажирами. Тебе в этом костюме точно будет удобно?
— Да, обычная одежда. Меня вполне устраивает.
Мы быстро переоделись и вернулись на улицу.
Неподалеку уже стоял серо‑оранжевый, пыльный флаер. Стил стоял рядом с кабиной пилота и разговаривал с ним через открытое окно.
— В номере ничего не забыли? — спросил Скаар.
Мы отрицательно замотали головами, и он закрыл дверь. В последний момент закинул ключ внутрь. Видимо, тут так принято выселяться.
Потом он достал пару свертков из кармана.
— Вот, наденьте это.
Кони раскрыла сверток и расправила в руках нечто, напоминающее капюшон с вуалью.
— Капюшоны пустынников?
— Да, скроет ваши лица и волосы. — Он тронул мою нежно‑розовую кудряшку.
Я вспомнила про это несчастье на голове и пожалела, что нет времени зайти в парикмахерскую. Тут же они должны быть? Раз есть ювелирные и модные бутики, то и салоны красоты быть обязаны.
Кони показала, как надевать эту штуку. А я оглядела Скаара.
— А вам не надо такие же надеть?
— Нет. Пустынники не бывают такими высокими. Ну и у меня с братом уже есть маскировка. Эта малышка искажает черты лица. Надо бы всем в экипаже такие прикупить.
Он показал на небольшую пуговку на воротнике.
— Если она подменяет, то как нас нашли? — спросила я и поняла, какой будет ответ, еще до того, как Скаар ответил.
Я‑то свое лицо не прячу, плюс Мун и Сан — не самые распространенные питомцы. Ну и так далее.
— Ну, мы летим или нет? — крикнул Стил.
— Да, мы готовы. Идем, девочки.
Пока шли до флаера, я постоянно оглядывалась. Вот раньше не замечала у себя таких приступов паранойи.
Бистаров завели в задний отсек. А сами расселись в кабине. Мы с Кони — назад, мужчины — поближе к пилоту. Меня это полностью устроило, потому что я могла в любой момент заглянуть в грузовой отсек и посмотреть, как там мои песики.
— Куда летим? — спросил Джумбар.
Скаар протянул ему комм. Пилот кивнул:
— Загород? Хорошо, не вопрос.
Флаер плавно поднялся над крышами и взял курс прочь от рыночных кварталов. Я прильнула к иллюминатору, рассматривая открывающийся вид.
Граница города прошла незаметно: сначала склады, потом какие‑то технические постройки, а потом они резко кончились, и начался лес. Но не такой, как я привыкла на Земле.
Деревья здесь тянулись вверх на десятки метров. Их стволы, покрытые серебристо‑серой корой, уходили в небо, теряясь где‑то в вышине, а кроны сплетались в плотный полог, сквозь который пробивались отдельные лучи местного солнца. Между ветвями были протянуты легкие мостики, кое‑где виднелись домики — настоящие воздушные гнезда, прилепившиеся к толстым сучьям.
Я видела множество людей и нелюдей. Мимо нас пролетело множество кафе, ресторанчиков и других общественных заведений, и было видно, что посетителей у них достаточно.
Мне отчаянно захотелось туда — побродить по этим воздушным тропам, заглянуть в эти домики на деревьях, почувствовать себя где‑то между детской сказкой и фантастическим фильмом.
Лес кончился так же внезапно, как и начался. Под нами поплыли скалы — невысокие, но острые, будто кто‑то вбил в землю тысячи каменных зубьев.
Флаер лавировал между ними, и тени от скал мелькали по стеклам, создавая ощущение, что мы летим сквозь гигантский лабиринт.
А потом скалы расступились, и открылись поля. Бескрайние, насколько хватало глаз, они уходили к самому горизонту, поделенные на огромные квадраты и прямоугольники.
Где‑то зеленела высокая трава, где‑то колосились злаки с фиолетовыми метелками, а где‑то земля была черной, свежевспаханной. Фермерские постройки попадались редко — огромные ангары и приземистые жилые дома, окруженные техникой. Между ними петляли дороги, по которым ползли грузовые платформы.
Впереди, прямо по курсу, выросла гора. Она была одна посреди равнины — длинная, вытянутая, с пологими склонами, поросшими кустарником. Мы начали снижаться.
— Садись у первых ворот, — попросил Скаар пилота.
Джумбал кивнул, и флаер пошел на посадку, и я увидела внизу ограду — невысокий, но крепкий забор из металлических прутьев, за которым раскинулось пастбище. Я прижалась носом к стеклу, забыв, как дышать.
Там паслись лошади. Огромные лошади. Каждая была в холке не меньше трех метров, и трава, в которой они стояли, доставала им едва ли до груди. Шкуры отливали темным металлом — вороненым, бронзовым, кое‑где с рыжим отливом. Гривы и хвосты были короткие, но густые. Они двигались медленно, с какой‑то ленивой грацией.
Флаер мягко коснулся земли у самых ворот.
Мы вышли из флаера. Мужчины отошли к воротам, а я застыла, глядя на гигантов.
Одна из лошадей — та, что была ближе всех, — подняла голову. Она повернулась к нам, и я увидела ее морду. Крупную, с широкими ноздрями, умными глазами и… клыками. Их я заметила, когда она откусила толстый сочный стебель и захрустела им.
Неторопливо прожевав его, она повернула морду в сторону и издала глухой, утробный звук, совсем не похожий на лошадиное ржание. Скорее — на низкий гул, от которого у меня внутри что‑то отозвалось.
Из травяного леса донесся ответный гул. Земля дрогнула, и на поляну вылетел еще один гигант. На его спине, балансируя на легкой платформе, сидел всадник — плотный, с обветренным лицом, в запыленной куртке. Он осадил лошадь в шаге от нас. Та всхрапнула, раздувая ноздри, а мужчина, прищурившись, бросил:
— Кто такие? Чего надо?
Кони спряталась за Стилом, а я за Скааром. Конь перед нами всхрапывал и пританцовывал, словно хотел нас растоптать.
Я видела подрагивание могучих мышц. И то выдвигающиеся, то прячущиеся обратно огромные когти на лапах.
У этого коня были лапы. Четырехпалые мощные лапы.
Да что же это такое?
Мужик в седле свистнул в какой‑то прибор, тот издал немелодичную трель, и животное покорно застыло и отставило в сторону лапу. По ней мужик, ловко как обезьяна, спустился к нам и вытащил из‑за пояса рацию и станнер.
– Говорите, кто вы? Или я вызову охранных дронов!
Скаар поднял руку в останавливающем жесте.
– Мы тут, чтобы встретиться с господином Хвиг Борсом. Он приглашал нас в гости этим днем на рынке. Скажите, что к нему пришли господа вольные командиры.
Парень чуть побледнел и посмотрел на станнер как на предателя. Судорожно засунул его назад в кобуру.
– К‑командиры? В‑вольные? Понял! Щас!
Пока парень, заикаясь, вызывал кого‑то по рации, я подергала за рукав Скаара, все еще не особо желая из‑за него выходить. За его широкой спиной было очень уютно и безопасно.
– А кто это? — я кивнула в сторону мужика и его лошади.
– Это рабочий Хвиг Борса, фермера тимрина, у которого жила твоя сестра.
– Это я поняла. Я не понимаю, кто это? — я уже конкретно ткнула пальцем в гигантскую зверюгу.
Скаар улыбнулся, поймал мой палец и чмокнул его.
– Это, драгоценная моя, гронт. Их искусственно вывели для работы на сельскохозяйственных планетах. Техника стоит дорого, ей нужны детали, а гронт растет быстро, размножается легко, умный, сильный, непривередливый.
– На лошадь похож, только лошадь меньше, и у нее копыта.
– Я знаю, как выглядит лошадь.
– Да? Как они сюда попали?
– А как сюда попали люди, такие как ты? Вы с Кони, например, одной расы.
Я посмотрела на медика в новом свете. Раньше, называя ее человеком, я не имела в виду вид земного хомо сапиенса, это скорее было для простоты определения. То, что она была на меня похожа, было приятным плюсом.
Айтори вот тоже похожи, хоть и посильнее будут, плюс несколько расовых спецэффектов.
Мои размышления прервал рабочий, который наконец объяснил кому‑то на той стороне, кто мы и что хотим.
– Сейчас за вами прилетит флаер. То есть уже вылетел! Подождите несколько минут, господа вольные! — его глаза панически заметались по мне и Кони. — И дамы вольных господ…
Он резко сник и, тихо свистнув, в момент забрался обратно на лошадь, по дороге бормоча извинения и что ему за стадом следить надо. И умчался, позволив нам оценить мужские достоинства его зверюги.
Скаар и Стил уважительно хмыкнули.
– Хорошо, что я не стала биоинженером, как мечтала моя мама, — обалдело сказала Кони, провожая взглядом мощный круп, пока тот не скрылся в высокой траве.
– Это не самые большие… эм… не самая большая искусственная задница, которую мне доводилось видеть. Вспомните хотя бы мясных кабранов. Туша при таком же росте, во много раз толще, — задумчиво сказал Стил.
– Ну ты сравнил, — Скаар с сомнением посмотрел на брата. — Ты что, считаешь, что у них не искусственное оплодотворение?
Стил развел руки.
– Слушай, я видел их жопы разок. Но вот чем они занимаются в свободное от жратвы время — я не видел.
Тему задниц прервал подлетающий флаер. Он ловко приземлился рядом с нами, и оттуда собственной персоной выскочил хозяин, весь покрытый бурыми пятнами. Видно было, что толстячок перенервничал от нашего визита.
– А, здравствуйте, дорогие мои! А чем скромный фермер и еще более скромный купец может вам помочь?
Он заискивающе заглядывал то в глаза Стила, то в глаза Скаара.
– Нам нужно укрытие от охранных дронов и федералов. Вы помните историю Леры, сестры вот этой девушки?
– Да‑да, бедняжек похитили работорговцы. Помню, помню. Я всех своих детишек помню! А что, у госпожи, — он выразительно посмотрел на меня, — тоже проблемы?
– Да, как раз из‑за работорговцев и тех, кому они ее продали. Так мы можем рассчитывать на укрытие на день или два, пока не найдем надежный корабль для вылета?
– Ой, конечно! Идемте! Что же вы стоите, проходите‑проходите.
Он суетливо заметался у ступенек флаера, потом резко отпрыгнул в сторону и, чуть склонившись, простер руки ко входу, приглашая нас внутрь.
– Скаар, — снова потянула я его рукав, — ты уверен, что это хорошая идея?
– Да. Он нелегально прячет беглых рабов, в то время как их надо сдавать федеральному правительству. Ну по крайней мере, тех, кто не хочет сдаваться федеральному правительству. В основном это местные с низким уровнем гражданства или жители миров, не входящих в федерацию. Раз его еще не нашли ни федералы, ни работорговцы, значит, что тут безопасно.
– Что значит «низкий уровень гражданства»? — не поняла я, усаживаясь на предложенное место рядом со Стилом, напротив Скаара.
– В федерации несколько уровней гражданского статуса. Всего их двенадцать, где низший — это нулевой: преступники, а наивысший — президент.
– Нулевиков в моем доме нет! — вдруг весомо заявил Хвиг, и его кожа снова начала темнеть.
Скаар почтительно склонил голову, что польстило хозяину — он буквально посветлел лицом.
А мне говорили, что у меня все эмоции на лице. Ну надо же — эмоциональная лакмусовая бумажка, а не раса.
Но разные уровни гражданства поразили меня больше всего. Хотя это я с планеты. А они — с галактики! Причем айтори — с двух. То есть есть как минимум две обитаемые галактики.
Я залипла в окно с ничего не видящим взглядом.
Наверное, мне придется пойти в местную школу, чтобы осознать, где я оказалась и как тут жить. А меня туда пустят? Я же, получается, не гражданка.
Хотя я замуж вышла. Я напрягла память. Что там было в контракте? О чем тогда говорили Скаар и Стил?
«…Этот контракт сделает тебя гражданкой федерации. Ты получишь высокий статус, гарантии и правовую защиту».
И я получила золотой статус. А у Олис он был платиновый…
– А у Олис статус выше, чем у вас?
– Да. Ее отец и мать выбрали службу в федерации. Оба действующие адмиралы. Платиновый статус гражданства, ну а дети получают статус родителей.
– Понятно. Но при этом она ваша подчиненная.
– Да, она подписала контракт. Хотя и сама могла бы стать командиром. Точнее, станет им, но пока она молодая, неопытная и не сможет собрать команду, — ответил Скаар.
Стил усмехнулся и пробурчал:
– Это она так думает, что станет. У ее мужей немного другое видение. — Он увидел что‑то в окне и оживился. — А вот и кабраны! Хвиг, неужели вы держите целое стадо?!
Скромный фермер заулыбался:
– Да, каких‑то пять сотен голов. Мелочи.
Я посмотрела в окно и поняла, что Хвиг — мастер прибедняться. Внизу паслись туши. С высоты — овальные, толстые, огромные. Я заметила, как одна двинулась в сторону более вкусного островка пищи, и осознала, что узкие части овала — не голова и попа, а бока. То есть они в ширину больше, чем в длину.
Это как же они ходят?
– Какие большие! — снова похвалил Стил.
– Самые большие! Хорошая селективная выборка! Я много заплатил за такую выборку. И столько же положил в карман лаборанта, чтобы выборка точно была наилучшей!
Стил уважительно похлопал в ладоши. И хозяин окончательно расслабился и даже начал рассказывать про остальное свое хозяйство. Я мало что понимала из терминов, которыми он сыпал, но было понятно, что хозяйство огромное.
Пока он рассказывал, я смотрела в окно на стадо этих гигантских пузанов. Там, где стадо не толкалось боками, становилась видна поверхность воды, на которой что‑то плавало. Еще раз окинув все стадо взглядом, я поняла, что они бродят в неглубоком озере, на дальнем берегу которого виднелись огромные загоны и что‑то вроде силосных башен.
На моих глазах башня замигала лампочками, открылся люк внизу, и из него прямо в воду полились потоки чего‑то светлого. Стадо, как по команде, повернулось и оживленно пошло в ту сторону. Было похоже, что их так кормят.
После озера пошли сады с разноцветными деревьями. Они росли аккуратными рядами, а между ними прохаживались огромные кони, таща за собой гравителеги.
Флаер пошел на снижение, так что стало видно, что эти животные умудрялись идти, как кошки, наступая большими лапами в свой след, старательно не портя почву и тем более — корни деревьев.
Флаер чуть тряхнуло. Хвиг стал извиняться за неудобства. Тряхнуло еще раз, и мы наконец сели.
Хвиг поругал пилота на непонятном моему переводчику диалекте и распахнул двери флаера со своей стороны.
Я выходила последней. Дождавшись, когда я спрыгну со ступенек флаера, подниму голову и обалдею от увиденного, он провозгласил:
– Добро пожаловать в мой дом! Сытый и надежный. Теплый и крепкий!
Дом оказался огромным. Солидное, двухэтажное каменное здание, накрытое трехэтажной, деревянной крышей. Перед домом — широкая подъездная аллея, клумбы и большая посадочная площадка на несколько флаеров.
Но самое красивое было за домом.
За зданием возвышалась гора. Пологая внизу, она становилась круче к вершине. По склону, словно игрушечные, рассыпались небольшие домики — наверное, для работников. Между ними вились дорожки и лестницы, то вырубленные прямо в скале, то целые подвесные улицы. А с вершины, блестя на солнце, сбегала маленькая речка, срываясь вниз разрозненными водопадами.
Я засмотрелась. Бистары сами вышли из флаера и сидели рядом. Они внимательно разглядывали это великолепие, вывалив розовые языки, словно обычные собаки.
— Прошу в дом! — Хвиг суетливо распахнул перед нами тяжелую дверь.
Внутри пахло деревом и чем‑то сладким, вроде выпечки. Мы вошли в просторный холл с высоким потолком. На стенах — картины с видами природы, на полу — толстые половики ручной работы. В углу стоял огромный диван, а напротив — настоящий камин. Живой огонь, не голограмма.
Я вспомнила американок с Рынка и начала оглядываться. Но несмотря на то, что в холле было много женщин, занимающихся разными делами, землянок не было видно.
Стил, видимо, заметил.
— Хвиг, — спросил он, — а где те девушки, что были с вами на рынке? Они здесь?
Хвиг вздрогнул. Его кожа на мгновение потемнела, но он тут же заулыбался и закивал часто‑часто:
— Девушки? А, девушки! Они домой улетели. Они ко мне в гости приходили, проведать. А потом сразу домой. Да‑да, домой.
Я переглянулась со Стилом. Он едва заметно покачал головой. Мы оба не поверили Хвигу. Видимо, хозяин нам не доверял и спрятал всех беглецов.
Хотя в чем‑то он был прав, мало ли кто мы такие. Так что правильно сделал.
Скаар поморщился, но спорить не стал.
— Мы надолго не задержимся. На пару дней, максимум. Мне нужен местный, планетарный терминал связи.
— О, конечно, конечно! — Хвиг засуетился еще сильнее. — У меня есть отличный терминал, очень надежный! Пойдемте, господа, я покажу.
Он повел мужчин вглубь дома. На пороге Скаар обернулся:
— Вы с Кони пока погуляйте. Но далеко не уходите.
Дверь за ними закрылась.
Мы остались в холле. Я еще раз огляделась. Красиво и по‑деревенски уютно.
— Что будем делать? — спросила Кони.
— Не знаю. Предлагаешь пойти погулять?
— А почему нет? Там водопады, — она кивнула в сторону окна. — Красиво же.
Я уже хотела согласиться, но тут из боковой двери вышла женщина. Невысокая, в простом длинном платье, с аккуратно убранными волосами. Она подошла к нам, поклонилась и тихо сказала:
— Госпожа, вы же Кира, землянка? Можно вас на минуту?
Я напряглась.
— Откуда вы знаете мое имя?
— Девочки рассказали. Те, с которыми вы встретились на рынке. Пойдемте со мной, пожалуйста. У меня кое‑что есть для вас.
Я посмотрела на Кони. Та пожала плечами, но кивнула — идем.
Мы пошли за служанкой через весь холл, потом по длинным коридорам.
Девушка подвела нас к веренице стенных шкафов. Она открыла один из них. Он был заставлен коробками, свертками, мебелью.
— Вот, — она нагнулась и вытащила небольшую картонную коробку, чуть потрепанную по углам. — Это вещи Леры. Она забыла их, когда уезжала. Девочки сказали, что вы ее сестра. Я решила, что вы бы хотели забрать эти вещи…
У меня внутри все оборвалось. Я смотрела на эту коробку и не могла пошевелиться. Руки задрожали, когда я коснулась крышки и приподняла ее, но так и не решилась открыть до конца.
Кони шагнула вперед, приняла коробку из рук служанки.
— Спасибо большое, что сохранили их!
Девушка кивнула и, прикрыв за собой дверь, ушла.
Я стояла и смотрела на коробку в руках Кони. И вдруг слезы хлынули сами. Я не рыдала, просто текли по щекам, и я не могла их остановить.
— Пойдем, — Кони взяла меня под руку и повела обратно по коридору. — Пойдем, сядем где‑нибудь.
Мы вернулись в холл. Кони усадила меня на тот самый огромный диван у камина, поставила коробку рядом.
— Открывай.
Я вытерла щеки тыльной стороной ладони. Руки все еще тряслись, когда я подцепила край крышки и сняла ее.
Сверху лежали вещи. Те самые, в которых нас похитили. Не все, конечно. Джинсы и растянутая футболка Леры с дурацкой надписью на английском, которую она купила на распродаже. А под ними — кожаная куртка. Моя куртка.
Я вытащила ее, развернула. На спине, во всю ширину, была вышивка. Морда кота. Огромного черного кота с желтыми глазами и кисточками на ушах. Я заказала ее у мастерицы на ярмарке за полгода до похищения. Моя любимая куртка.
— Это моя, — голос сорвался. — Я дала ее Лере в тот вечер. Мы гуляли в парке, уже поздно было. Она замерзла, а я сказала: «Надень, я не замерзну». И она надела. А потом… свет с неба. И все.
Кони села рядом, положила руку мне на плечо.
— Ты ее найдешь. Теперь точно найдешь. Командиры уже отправили Маме информацию, и сейчас все, кого она знает и кому доверяет, ищут Леру.
Я кивнула, разглаживая вышивку пальцами. Морда кота будто смотрела на меня.
— А что это за животное? — Кони наклонилась, разглядывая. — Уши как у витал.
Я вытерла слезы и улыбнулась. Провела пальцем по вышитому носу.
— Помнишь, я обещала показать, что такое земной кот? Вот это его голова. А тело… — я развела руки, показывая размер. — Он большой. У нас такие называются мейн‑кун. Это такая порода. Этот весь черный, с кисточками на ушах, с пушистым хвостом. Они очень умные, хоть и не разговаривают.
— Красивый, — искренне сказала Кони. — А они все такие?
— Нет, есть маленькие, пушистые и короткошерстные, даже есть лысые. Есть полосатые, рыжие, белые. Разные. А есть дикие, большие. Тигры, львы, леопарды. Те огромные. Лев размером с… ну, вот примерно такой, — я обвела руками размеры тигра, которого видела в зоопарке. — Только вот такие маленькие милые пушистики. А те, что большие, — дикие хищники. Это если коротко.
— Ничего себе, — Кони задумалась. — Слушай, а может, у них с виталами общие предки? Виталы же тоже с другой галактики. Как и айтори. Надо будет эту теорию изучить. Вдруг Земля — древняя колыбель витал?
Я улыбнулась сквозь слезы.
— Все может быть. Говорят, на Земле было несколько цивилизаций до того, как появились мы — люди. Так что обязательно изучи.
Мы еще немного посидели молча. Я держала куртку в руках и чувствовала запах. Он почти выветрился, но где‑то в глубине кожи еще жил запах дома.
В холл вернулась служанка.
— Ваши комнаты готовы. Пойдемте, я провожу.
Мы поднялись с дивана. Я аккуратно сложила куртку обратно в коробку, взяла ее под мышку.
Служанка провела нас по лестнице на второй этаж, потом длинным коридором до самой дальней двери. Открыла.
— Здесь гостевые комнаты. Располагайтесь.
Мы вошли. Комната‑гостиная оказалась большой, с двумя широкими диванами, низким, странно изогнутым столом и парой кресел. И с окном, выходящим прямо на водопады.
А в комнате уже были Скаар и Стил. Оба хмурые, как грозовые тучи.
— Что‑то случилось? — спросила Кони, забрала у меня коробку и поставила на кресло.
Скаар покачал головой:
— Транспорта не будет. Все, кого посоветовала Мама, под слежкой. Федералы пытаются не дать нам покинуть планету. Видимо, ждут подкрепления.
— И что теперь? — Я посмотрела на Стила и Скаара. — Мы застряли здесь? Надолго?
Стил отвернулся и пошёл к окну, уставился на водопады. В руках он вертел свой комм, словно надеялся выжать из него хоть каплю хороших новостей.
— Не знаю, — медленно протянул он. — Но… у меня есть идея.
Он развернулся и выразительно посмотрел на Скаара. Тот ответил ему тяжёлым, долгим взглядом. В нём явственно читалось: «Ты уверен?» и «Это наш единственный шанс?».
Скаар открыл рот, чтобы что‑то сказать…
И тут грохот разорвал тишину.
Сначала я подумала, что началось землетрясение. Пол под ногами дрогнул, стёкла в окнах жалобно зазвенели. А потом раздался звук — скрежет металла о металл, треск ломающихся конструкций и глухой удар, от которого, кажется, содрогнулся весь дом.
Мы все подскочили к окну.
На посадочной площадке — ещё одной, которая находилась за домом, — дымился флаер. Большой пассажирский флаер.
Он лежал на боку, смяв припаркованный грузовичок и выворотив кусок газона. Одна из его панелей болталась, искря; из‑под разбитого носа вытекала какая‑то жидкость, тут же испаряясь с шипением.
— Твою ж… — выдохнул Стил.
Кони развернулась и побежала к двери быстрее, чем я успела моргнуть.
— Там может понадобиться помощь!
Я рванула за ней, Скаар и Стил — следом. Лестница пролетела незаметно, но в холле уже толпились люди:
— Пропустите! Я врач! Дорогу! — заорала Кони, и народ метнулся в стороны.
Мы выскочили наружу и побежали к месту крушения.
Воздух пах горелым пластиком и горящими маслами. Люди уже сбегались со всех сторон — работники в форме, женщины в фартуках, парень‑садовник, чудом не попавший под падающий флаер.
Мужчины уже выносили из флаера пострадавших. Шокированные падением и ударом женщины, подростки выкидывали какие‑то тюки с вещами.
— Не можем добраться до пилота и пассажиров спереди! Они говорят, что пилот не выжил! — прокричал какой‑то мужик изнутри. — Савиг погиб!
По толпе пробежал шелест взволнованных голосов. Где‑то позади громко охнула женщина и повалилась на землю. Какой то мужчина поднял ее и понес к дому.
— Не устраивайте панику! Мы не знаем, в каком он состоянии! — громко и жёстко крикнула Кони.
Стил и Скаар подскочили, начали отгибать покорежённую дверцу. Я заглянула внутрь и увидела их — двух мужчин и женщину, пристегнутых к креслам, бледных, перепуганных, но вроде целых. А вот пилот…
Пилот висел на ремнях, лицо было залито кровью. Она текла откуда‑то из‑под волос, заливая глаза, нос, капала на комбинезон.
— Осторожно, — скомандовала Кони. — Вытаскиваем сначала пассажиров. Быстрее!
Пассажиры вылезали сами, шатаясь, хватаясь за нас. Кто‑то из работников подхватил женщину под руку и увёл в сторону. Мужчины отошли сами, сели прямо на траву, тяжело дыша.
Пилота вытаскивали уже все вместе. Он был без сознания, кровь залила лицо.
В этот момент подбежал запыхавшийся Хвиг. Его куртка была расстёгнута, на лбу выступила испарина.
— Что случилось?! Что с ним?!
Кони, уже стоя на коленях рядом с раненым, быстро, но аккуратно ощупывала его голову.
— Он жив! Нужен лазарет. У вас есть лазарет? Или вы возите пострадавших в город?
Хвиг посмотрел на пилота. И вдруг его кожа начала стремительно темнеть — от обычного оливкового оттенка до глубокого, почти чёрного цвета. Глаза расширились, он покачнулся и рухнул на колени прямо в траву.
— Нет… нет‑нет‑нет…
Стил мгновенно оказался рядом. Он подхватил толстячка под мышки, с усилием поставил на ноги, развернул лицом к себе, оттащил подальше от раненого.
— Хвиг, — голос Стила был очень медленным, очень вкрадчивым, почти ласковым. — Хвиг, посмотри на меня. На меня смотри. Нам нужна помощь. У вас есть лазарет?
Хвиг моргнул. Кожа чуть посветлела — до тёмно‑коричневого.
— Л‑лазарет… Да, есть. Но врач… Там брат мой, врач… Савиг…
— Он сейчас там, в лазарете? — так же мягко спросил Стил.
— Нет. Это… — Хвиг всхлипнул и трясущейся рукой указал прямо на пилота, залитого кровью. — Это он…
И снова почернел.
Кони всё слышала. Она встала, отряхнула колени и рявкнула так, что я вздрогнула:
— Так, все слушаем меня! Вы, — она ткнула пальцем в первого попавшегося работника, — бегом в лазарет, поднимите всех, кто там работает. Скажите: нужна помощь, ранение головы, кровотечение. Вы, — палец указал на другого, — несите носилки, быстро! Вы, — следующему, — освободите дорогу к лазарету, уберите всё, что мешает. Живо!
Люди забегали.
— Ещё мне нужны четверо, чтобы нести. Осторожно, голову фиксируем.
Мужчины кивнули и начали организовывать процесс. Через пару минут принесли носилки, раненого погрузили, и Кони, не оборачиваясь, повела всю процессию к лазарету.
— Справишься? — крикнул ей вслед Скаар.
— Да! — отрезала она и скрылась за углом дома.
Мы остались на площадке. Вокруг суетились люди: кто‑то пытался оттащить обломки, кто‑то просто стоял и смотрел. Хвига уже увели в дом — какой‑то парень подхватил его под руку и повёл, приговаривая что‑то успокаивающее.
Скаар подошёл к флаеру, обошёл его, заглянул под смятый бок.
— Кто‑нибудь видел, что случилось? — громко спросил он.
Люди переглянулись. Пожилой мужчина в рабочем комбинезоне неуверенно шагнул вперёд.
— Я видел. Он заходил на посадку, нормально так заходил. А потом… ну, дёрнулся резко. И прямо вниз. Будто двигатели отказали.
— Двигатели, — задумчиво повторил Скаар.
Он подошёл к тому месту, где обшивка была смята сильнее всего, упёрся руками и с усилием вырвал болтающуюся панель. Под ней открылся небольшой отсек с мигающим огоньком.
— Аварийный компьютер, — пояснил он, ни к кому не обращаясь.
Скаар вытащил устройство — небольшой, потрёпанный прямоугольник с парой кнопок. Поковырялся в нём, что‑то нажал, поднёс к глазам.
— Запросил лог отказов, — пробормотал он, читая. — Так… двигатели… все системы работали штатно. А потом — резкий сбой питания. Одновременно по всем узлам. Будто…
Он не договорил.
К нам подбежал запыхавшийся парень — тот самый, что уводил Хвига.
— Господин! Там в новостях говорят… Ещё флаеры падают! В городе, в посёлках… Несколько штук уже!
Но забыться не получалось. Тело все еще вибрировало от перенапряжения, перед глазами стоял дымящийся флаер и испуганное личико малыша. Я прижималась к Скаару. Я чувствовала запах дыма, кажется, навсегда въевшегося в нашу кожу и волосы, и не могла расслабиться.
Он это чувствовал. Конечно, чувствовал. Его руки продолжали гладить спину, плечи, талию — медленно, успокаивающе. Но этого было мало.
Скаар отстранился, заглянул мне в лицо. В полумраке его глаза мерцали, как у кошки.
— Кажется, я знаю, что тебе поможет. Лежи, я сейчас вернусь, — сказал он тихо.
Я послушно осталась лежать, глядя, как он встает и уходит в соседнюю комнату. Сквозь полуоткрытую дверь видела, как он копается в своей сумке, достает что‑то. Через минуту вернулся — в руках темный пузырек.
— Повернись на живот.
Я перевернулась, уткнувшись щекой в подушку. Матрас прогнулся под его весом, когда он сел рядом. Я почувствовала, как его ладони легли мне на плечи — горячие, чуть шершавые.
Пальцы Скаара медленно двинулись вниз, разминая мышцы: от шеи к лопаткам, от лопаток к пояснице. Там, где было больнее всего, он задерживался, надавливал — и боль уходила, растворялась.
— Расслабляйся, — голос низкий, почти вибрирующий.
И хоть от его прикосновений по коже расходилось приятное тепло, у меня не получалось расслабиться. Тело не слушалось, усталость упрямо цеплялась за натянутые нервы.
Слишком много всего случилось за день.
Он отстранился, я услышала, как открывается пузырек. И через секунду на мою спину полилось что‑то теплое и жидкое.
Я вздрогнула.
— Что это?
— Масло. Массажное масло. Я купил его сегодня на рынке. Хотел тебя побаловать. Тебе понравится.
Запах поплыл по комнате — густой, сладковатый, с легкой горчинкой. От него немного приятно кружилась голова — как будто выпила чего‑то теплого и расслабляющего.
Ладони Скаара снова легли на спину, и теперь они скользили. Масло делало кожу шелковой, и его руки двигались по‑другому — мягче, плавнее.
Он начал с поясницы. Большими пальцами давил вдоль позвоночника, мягко прошелся по ребрам, спускался к копчику и снова поднимался — медленно. Очень медленно.
Сквозь блаженное марево я ощущала, как он нажимает на какие‑то точки, задерживается на них чуть дольше.
Я выдохнула и почувствовала, как мышцы начали отпускать: сначала плечи, потом спина, потом поясница. Тепло от его рук разливалось по телу, заставляя меня буквально таять.
— Хорошо, — выдохнула я в подушку.
Он чуть усмехнулся, но не ответил. Просто продолжал.
Руки скользнули выше, к лопаткам. Он нажимал по краям — там, где обычно скапливается вся тяжесть, — и от его нажима по позвоночнику пробегали волны удовольствия. Потом ниже — снова поясница, и еще ниже, на ягодицы и бедра. Там его пальцы задержались чуть дольше, разминая, надавливая, снимая тонус с самых больших мышц.
Я зажмурилась. Ощущения были такими сильными, что я перестала понимать, где нахожусь. Казалось, что я плыву где‑то между сном и реальностью. Комната, запах масла, его руки — все смешалось в одно тягучее, горячее чувство.
Скаар перевернул меня на спину, словно я ничего не весила. Я даже не успела понять, как это произошло, — просто вдруг оказалась лицом к нему.
Он смотрел сверху вниз, и его глаза в полумраке чуть мерцали. В них не было той дикой страсти, как в прошлый раз. Было что‑то другое — глубокое, спокойное, почти нежное.
Он наклонился и поцеловал меня. Губы мягко касались губ, язык скользнул внутрь, пробуя на вкус. Я отвечала, все еще находясь в том плывущем состоянии, когда не хочется никуда торопиться.
Его рука легла мне на грудь, пальцы провели по соску. Я выгнулась, и он поймал этот момент, сжал чуть сильнее.
Потом его рука скользнула ниже — по животу, к бедру. Он раздвинул мои ноги коленом, устраиваясь между ними — медленно, без спешки.
Я чувствовала, как его член касается моего бедра — горячий, твердый. Но Скаар не торопился входить. Он целовал меня — долго, глубоко, почти лениво. И одновременно водил рукой по внутренней стороне бедра, поглаживая, дразня.
Когда его пальцы наконец коснулись меня между ног, я тихо застонала ему в рот. Там было уже мокро, готово, но он не ускорился. Водил пальцами медленно, растягивая удовольствие, пока я не начала сама подаваться бедрами навстречу.
— Пожалуйста, — выдохнула я, сама не зная, о чем прошу.
Скаар убрал руку. Я почувствовала, как головка его члена прижалась к входу — и он вошел. Медленно. Невероятно медленно. Заполняя меня сантиметр за сантиметром, давая привыкнуть, давая прочувствовать каждое движение.
Я выгнулась, вцепившись пальцами в его плечи. Он был везде — внутри, сверху, вокруг. Его запах, его тепло, его дыхание на моей шее.
Он начал двигаться. Медленно. Глубоко. Каждый толчок отдавался во мне сладкой, тянущей волной, которая расходилась по всему телу. Я перестала соображать, где мои руки, где его тело. Только ощущения — его внутри, его губы на моей шее, его пальцы, сжимающие мое бедро.
— Скаар… — я что‑то у него спросила и тут же забыла, что, потому что мысли тонули в море ощущений.
Он не ответил. Только поцеловал в ключицу и продолжал. Ритм не менялся — глубокий, тягучий, сводящий с ума своей размеренностью.
Я уже не понимала, сколько это длится. Минуты? Часы? Время исчезло. Остались только его толчки, мое дыхание, запах масла, смешавшийся с его запахом.
Когда волна накрыла меня, я даже не поняла, что это оргазм. Просто вдруг тело выгнулось, и мир взорвался искрами. Я закричала, впиваясь ногтями в его спину, а он все продолжал двигаться, растягивая мое удовольствие, не давая ему закончиться.
Только когда я обмякла под ним, он ускорился. Толчки стали резче, сильнее, и я почувствовала, как внутри нарастает новая волна. Она накрыла меня почти сразу, и в этот же момент Скаар напрягся, застонал мне в плечо и кончил глубоко внутрь.
Мы лежали, тяжело дыша. Он все еще был во мне, не торопясь выходить. Его пальцы гладили мои волосы, убирая с лица мокрые прядки.
Я прикрыла глаза. Тело было тяжелым и легким одновременно. Мысли ворочались медленно, как в густом сиропе.
Редкие мысли плыли неспешно, как облака в раскаленный летний день. И только одна мысль не давала спокойно уснуть: кого‑то не хватало рядом — такого же дорогого и важного.
— Скаар, — прошептала я, — а где Стил?
Он поцеловал меня — долгим, теплым поцелуем. Потом ответил:
— Улетел решать вопрос с кораблем, который нас вывезет.
Я хотела спросить еще что‑то, но он снова поцеловал меня, не давая заговорить. Когда отстранился, провел пальцем по моей щеке.
— Не беспокойся ни о чем. Тебе надо набраться сил. Спи.
Я кивнула, чувствуя, как проваливаюсь в сон. Последнее, что я ощутила, — его губы на моем лбу и запах масла, все еще витающий в комнате.
Утром я проснулась одна. Я смутно помнила, как Скаар поцеловал меня и ушёл. Кажется, ещё было темно. Но точно вспомнить не получилось. Может, это вообще был сон.
Я потянулась, прислушиваясь к себе. Тело было расслабленным, мышцы не ныли, голова — ясной. Впервые за долгое время я выспалась по‑настоящему.
И проснулась в своей кровати.
На комме мигало сообщение от Кони:
«Если пойдёшь завтракать, заскочи за мной в лазарет».
Я улыбнулась, откинула одеяло и поплелась в душ. Душевая кабина была удобной. Первое, что бросалось в глаза, — деревянная отделка, которая обладала интересным водоотталкивающим свойством и была бархатистой на ощупь. Из такого же дерева с одной стороны в стену были вмонтированы полочки для разных мыльных и прочих чистящих изделий. С другой стороны была небольшая удобная скамеечка.
Я выбрала ароматный шампунь и встала под тугие струи, льющиеся прямо из потолка. Хорошо, что на других планетах тоже есть душ с эффектом дождя.
Я закрыла глаза, намыливая волосы. Пальцы нежились в упругой пене, вода стекала по лицу, по шее, по спине.
И тут сильные руки обхватили меня за талию.
Я взвизгнула и дёрнулась, но меня уже развернули и прижали к мокрой стене. Сквозь залитые водой глаза я увидела Стила. Уже мокрого, с прилипшими ко лбу волосами, голого и до неприличия довольного.
— Попалась!
— Стил! — я выдохнула и обхватила его шею руками. — Ты вернулся! Я так рада!
— Я тоже, детка.
Он поцеловал меня — быстро, жадно, несколько раз. Вода лилась нам на головы, затекала в глаза, но мы не обращали внимания.
— Я только ночью узнала, что ты ушёл! И я…
— Тсс. — Он приложил палец к моим губам. — Всё хорошо. Я вернулся. И даже привёз тебе подарок.
Он потянулся куда‑то в сторону и вытащил из‑за края душевой кабины небольшой флакон тёмного стекла.
— Что это? — я взяла его в руки, пытаясь рассмотреть этикетку сквозь запотевшее стекло.
— Особый шампунь. — Стил забрал флакон, открутил крышку и вылил мне на макушку густую прохладную жидкость. — Он вымоет всю постороннюю химию, вернёт натуральный цвет и усилит рост волос. Будешь ещё красивее.
— Что? Корни отрасли? Уже заметны? — Я хотела заглянуть в зеркало, но он не отпустил, пришлось позволить ему запустить пальцы в мои волосы.
Он мыл мне голову медленно, тщательно, массируя кожу подушечками пальцев так, что по позвоночнику бежали мурашки. Я закрыла глаза, откинув голову назад, подставляя лицо под струи воды. Его руки скользили по моим плечам, по шее, по спине, смывая пену.
Когда вода смыла последние остатки шампуня, он развернул меня к себе. Его глаза были тёмными, зрачки — расширенными.
— Я скучал, — сказал он тихо. — Вчера вечером, когда улетел… Я думал о тебе. Всё время.
Я не успела ответить. Он подхватил меня и поднял вверх, прижимая к себе. Я автоматически обхватила его ногами за пояс. Спина упёрлась в тёплую стену кабины. Одной ногой я упёрлась в противоположную стену, давая себе точку опоры.
Он вошёл в меня медленно, глядя в глаза.
— Стил… — выдохнула я, запрокидывая голову.
Он двигался неторопливо, но каждое движение отдавалось во мне глубоким, тягучим удовольствием. Его руки держали меня крепко, но бережно, словно он боялся причинить мне боль.
— Ночь без тебя, — прошептал он мне в шею, покрывая её поцелуями, — была пыткой. Я не мог уснуть. Думал о том, как ты пахнешь. Как ты дышишь во сне. Как смотришь на меня…
Я вцепилась пальцами в его мокрые волосы, притягивая к себе для поцелуя. Вода лилась нам на головы, заливалась в рот, но мы не замечали. Был только он — внутри меня, вокруг меня, его губы на моих губах, его руки на моей спине.
Он чувствовал, как близко я была. Замедлился ещё сильнее, почти останавливаясь, когда я начинала дышать слишком часто. Дразнил, мучил, растягивал удовольствие, пока я не застонала ему в рот, умоляя не останавливаться.
— Не торопись, — выдохнул он мне в губы. — Я хочу видеть, как ты кончаешь.
Он ускорился ровно настолько, чтобы подтолкнуть меня к краю. И когда я с криком провалилась в ослепительную вспышку, сжимаясь вокруг него, он позволил себе отпустить контроль. Сильные руки прижали меня к себе, и я почувствовала, как он кончает глубоко внутрь, зарываясь лицом в мои мокрые волосы.
Мы замерли, тяжело дыша. Вода всё лилась, но нам было всё равно.
— Я тоже скучала, — прошептала я ему в плечо.
Мы выключили воду, кое‑как вытерлись и оделись.
— Нам надо за Кони зайти, — вспомнила я, когда мы уже выходили. — Она просила.
— Зайдём, — он взял меня за руку.
По дороге к лазарету я спросила:
— Как всё прошло? Удалось найти корабль?
Стил вздохнул.
— Капитана я нашёл. Хороший мужик, старый знакомый. Зовут Хада. Его корабль не заблокирован, потому что он стоит на Торране.
— Торран?
— Пятая планета в этой системе. Торран — большой грузовой хаб для дальних рейсов.
— А как мы до него доберёмся?
— Скаар уже решает этот вопрос.
Мы дошли до лазарета. Кони вышла почти сразу — уставшая, но довольная.
— Как пациенты? — спросила я, рассматривая её усталое лицо.
— Всё в порядке, — Кони зевнула, прикрывая рот ладошкой. — Савиг идёт на поправку. Крови много потерял, но голова цела, сознание вернулось. А ночью к нему ребёнок пробрался, тот, что с перевязанным плечом, — она улыбнулась. — Мне сказали, что он его сын. Представляешь? Я зашла Савига ночью проверить — а они лежат на одной койке и сопят в унисон.
— Хорошо, — я почувствовала, как на душе теплеет. — Хорошо, что всё обошлось.
Мы пошли в столовую. Это было большое помещение на первом этаже, с длинными деревянными столами и лавками.
Нам принесли завтрак: яичницу с поджаристыми краями, толстые ломти бекона, хрустящие тосты с маслом, миску с какими‑то ягодами и горячий кофе.
Рядом поставили тарелку с ломтями жареного лофа — Кони сказала, что это местный корнеплод. Мне он напомнил батат с лёгким травяным послевкусием.
И отдельно — маленькие пиалы с пастой из орехов хурга, густой и ароматной, которую мазали на тосты.
— Божественно, — простонала я, откусывая бекон.
— Согласна. Фермерская еда — самая лучшая, — Кони уже вовсю уплетала яичницу. — Наверно, потому, что она ближе всего к производителю.
Стил молча жевал, но я видела, что он тоже доволен.
Дверь распахнулась, и вошли Скаар и Хвиг. Скаар выглядел хмурым, Хвиг — встревоженным, кожа его шла пятнами.
Скаар подсел к нам, кивнул брату и жестом попросил подошедшую служанку принести такой же завтрак.
— Ну? — Стил отставил кружку с кофе.
Скаар покачал головой.
— Ничего не вышло. Все наши контакты под колпаком. Агенты федералов работают чётко, блокируют любую попытку. Я подозреваю, что это спецподразделение сената. У них слишком много власти для простых вояк. Слишком много им позволено, чтобы они могли проворачивать такие шалости.
— Шалости? — вдруг громко и возмущённо заговорил Хвиг. Его кожа потемнела до коричневого. — Это не шалости, капитан! Это терроризм! Вы знаете, сколько убытков понесла планета за вчерашний день? Сколько грузов не доставлено, сколько контрактов сорвано?
Он размахивал короткими ручками, распаляясь всё сильнее.
— Я полдня обивал пороги, чтобы получить разрешение на вывоз! У меня скоропортящийся груз! Специальные грибы для ресторанов на Торране! Если я не вывезу их сегодня — они пропадут! А это, между прочим, пятьсот тысяч кредитов чистого убытка!
Стил и Скаар переглянулись. Быстрый, неуловимый взгляд — и оба синхронно посмотрели на Хвига.
Скаар заговорил осторожно, почти ласково:
— Хвиг, а что за груз, говорите? И когда вылет?
Хвиг на мгновение замер. Его кожа стремительно побледнела до нормального оливкового оттенка — видимо, до него начало доходить.
— Груз? Грибы. Элитные сорта. А вылет… — он запнулся, глядя на наши лица. — Вылет сегодня. Через четыре часа.
Смущенный нашим пристальным вниманием Хвиг начал покрываться пятнами — розовыми, фиолетовыми, потом снова оливковыми. Он переводил взгляд со Скаара на Стила, с меня на Кони и обратно.
— А... а чего вы так смотрите? — голос его дрогнул. — Я всегда в это время грибочки отправляю. Их же уже собрали!
Стил отставил кружку и подался вперед.
— Хвиг, а что, если и мы улетим на этих кораблях? С твоими грибами?
Хвиг открыл рот. Закрыл. Руки его зашарили по сторонам, пытаясь нащупать, на что опереться.
— Н-но... — выдохнул он. — Корабли же досматривают. С-сканером. Они захватили таможенный сканер. Всех через него прогоняют!
Скаар поднялся из-за стола:
— Мы что-нибудь придумаем. Решено. Хвиг, дружище, твое имя может войти в историю!
Хвиг так и не нашел стул. Он просто плюхнулся на пол, прямо там, где стоял.
— Посмертно?! — выдохнул он, глядя на Скаара снизу вверх.
Скаар и Стил шагнули к нему — плавно, без резких движений. Стил присел на корточки, заглянул в лицо.
— Что ты, — сказал он мягко. — Нет, дорогой наш. Ты же нас спасешь. А у нас важная миссия! Мы расскажем о твоем подвиге всем айтори. Ты про Маму слышал? – Хвиг закивал. – А теперь и она о тебе услышит. Теперь у тебя все товары будут скупаться по лучшим ценам. И тебе предложат по дружеской скидке лучшие айторийские сорта посевных и лучший молодняк скота для разведения.
— Айторийские? — Хвиг заморгал.
Стил и Скаар синхронно кивнули. Хвиг завороженно смотрел на них. Пятна на коже начинали бледнеть.
— А-айторийские... Это же... Они же... — Он вдруг дернулся, глаза его расширились. — А да! И вы моего брата спасли! И племяшку! А я вам помогу-у-у... — последние слова он провыл тихим отчаянным голосом.
— Вот и отлично, — кивнул Скаар. – Вставай, Хвиг, чего на полу сидишь.
Братья аккуратно подняли толстячка.
— А на ска-ска-сканере... — Хвиг замер, потом резко выдохнул. — Что ж я сразу не подумал! Там моя троюродная бабушка работает!
Скаар усмехнулся:
— Ну вот, а ты боялся. Вот ты и придумал, как нам помочь. Сам придумал. Ты наш герой!
Кони захлопала в ладоши:
— Хвиг, вы гений!
Сцена была запредельно сюрреалистичной, но я тоже радостно захлопала в ладоши. Хвиг с одной стороны забавный, но с другой — он действительно может нам помочь.
— Звони бабушке, — сказал Стил. — Прямо сейчас.
Хвиг отошел в угол столовой и заговорил тихо, почти шепотом. До нас долетали только обрывки:
— Да, бабушка... Да, я... Грибы рох, элитные... Заказ на Торран, переработчики... Да, срочно, пропадут... А тут блокада!.. Ага, совсем разорят... А груз ценный, его не разглядеть невозможно! И мы давно так не виделись. А ты в гости приезжай… Ну да, внуки же... Спасибо, бабушка, я знал, что ты поможешь... Да, буду через два часа… Корабль тот же. Целую.
Он отключил комм и повернулся к нам. Лицо его сияло.
— Сказала, что все устроит. Она лично проверит наш груз.
— Лично проверит? — переспросил Стил.
— Ну да, — Хвиг развел руками. — Она же не знает, что проверять-то надо не грибы. Но я ей намекнул, что груз очень ценный и что я очень благодарен буду. У нас есть секретные слова. Она поняла. Бабушка у меня умная.
Час спустя мы тряслись в кузове огромного грузовика. Колеса были мне по пояс, и машина шла на удивление плавно, лишь слегка покачиваясь на неровных стыках дорожных плит.
Было очевидно, что чаще используется воздушный транспорт и за состоянием дорог особо не следят.
В грузовом отсеке нас было четверо — я, Кони, Скаар и Стил. Хвиг ехал впереди с водителем. В двух других ехали остальные рабочие.
Поверх обычной одежды на нас натянули серые балахоны, от которых пахло грибами, сухой травой и фермой. Кони сидела рядом, принюхивалась к своему рукаву и морщилась.
— Надеюсь, этот запах выветрится, — шепнула она.
Я только плечами пожала. Главное, чтобы маскировка работала.
Хвиг, сидя в кабине, бормотал себе под нос, повторяя, видимо, какие-то инструкции.
Через окна уже были видны ворота грузового порта.
Тут же заглянул Хвиг:
— Госпожа Кира, пора прятаться. Мы подъезжаем.
В дальнем конце кузова стоял контейнер. Обычный, грузовой, если не знать, что у него двойное дно.
Я залезла внутрь, Мун и Сан последовали за мной. Стил помог мне устроиться и захлопнул крышку. Я оказалась в темноте, прижимаясь к теплым бокам бистаров.
— Все сидите тихо, — донеслось сверху.
Я сидела, поглаживая своих собачек. Бистары дышали ровно и были рады, что я рядом. В последнее время я уделяла им мало внимания, и они скучали.
Вскоре грузовик остановился. Я услышала, как Хвиг выскочил наружу и заговорил — быстро, громко, с истерическими нотками:
— Безобразие! Щас все грибы сгниют! Я разорен! Почти разорен! Немедленно пропустите меня! Вон мой грузовой шаттл!
— Гражданин, успокойтесь, — лениво ответил чей-то голос. — Никого не выпускают без проверки. Ищут беглецов. Приказ сената.
— Какие беглецы?! — заорал Хвиг. — Грибы! Элитные грибы рох! У меня заказ от перерабатывающего завода на Торране! Из них, между прочим, ваши пайки делают! Военным отправляют! Вы хотите, чтобы солдаты тухляк ели?
— Гражданин, все равно вам проходить через сканер. Учтите, там очередь не менее четырех суток.
— Четверо суток очереди! — Хвиг, кажется, достиг нужной кондиции. — Четверо! А у меня груз скоропортящийся! Вы меня разорите! Ай, мои бедные дети! Они умрут с голоду!
— Что здесь происходит?
Новый голос — холодный, резкий. Я замерла. Бистары насторожились.
— Господин следователь, — начал первый голос. — Вот гражданин просит пропустить.
— Фермер, — уточнил Хвиг. — Хвиг Борс. У меня лицензия, разрешение, все документы. Грибы рох, элитные. Для завода на Торране.
Пауза. Потом холодный голос:
— Я знаю эти грибы. В очереди сколько?
— Четверо суток, господин следователь. Четверо! А они...
— Пропустить без очереди! Не разводите тут балаган!
— Ой! — Хвиг всхлипнул. — Ой, спасибо! Спасибо вам, господин хороший! Век не забуду!
— Идите уже, — оборвал его холодный голос.
Через полчаса нас выпустили из контейнера. Мы были в грузовом отсеке корабля. Кругом стояли ящики с грибами, пахло землей и тем особенным кисловатым запахом фермы.
— Кира, — Кони протянула мне влажную салфетку. — Оботри лицо. Грибы выделяют споры, пока свежие, ты вся в них.
— Они не опасные? Я же дышала ими без маски!
— Не опасные. Они влагу не любят и не подлетают к носу или рту. Все будет хорошо.
Я вытерла лицо, руки. Бесполезно — споры въелись в кожу. Вот бы в душ попасть.
Хвиг суетился рядом, то заглядывая в отсек, то выбегая обратно в рубку. Наконец корабль вздрогнул, и мы оторвались от поверхности.
Я подошла к иллюминатору. Пасона уходила вниз, становясь все меньше.
— Как думаешь, у нас получится? — спросила я у стоящего рядом Стила.
Он тоже смотрел наружу. Лицо у него было напряженное.
— Идем.
Он взял меня за руку и повел в рубку.
Пилот выругался и потребовал сесть и пристегнуться, но Хвиг его одернул.
Стил подвел меня к Скаару, который сидел рядом со штурманом и, нахмурившись, смотрел вперед.
Заметив, что мы подошли, Скаар протянул руки, притянул меня и усадил на колени.
— Смотри, – сказал Стил.
Я посмотрела туда, куда он указывал. Впереди, прямо по курсу, висело огромное сооружение — таможенный сканер. Две гигантские скобы, между которыми проходили корабли. А вокруг — боевые корабли федералов. Они патрулировали пространство, держа под прицелом каждый борт, выходящий из сканера.
— Бабушка там, — сказал Хвиг и указал на массивную пристройку на одной из скоб. — Она будет за пультом. Она обещала.
Кожа Хвига постоянно меняла оттенки от темно-бурого до почти голубого. Удивительная раса.
Стил осторожно похлопал Хвига по плечу.
— Вот сейчас и узнаем, — тихо сказал Стил и положил руку мне на плечо. — Пройдем сканирование или нет.
Подлетел патрульный катер и словно стайку рыб отогнал от сканера ближайшие на сканирование корабли.
Ожили динамики связи:
– Грузовик «Рапусо»! Вызывает патруль!
– «Рапусо» слушает. – ответил пилот.
– Ты не слушай, ты в сканер дуй! Чего стоишь?
И мы подули в сканер.
Корабль медленно вползал в распахнутые скобы сканера.
Я сидела на коленях у Скаара и чувствовала, как по телу пробегают мурашки — от напряжения, от его близости, от того что гигантская машина сейчас ощупает нас неизвестным мне видом излучения.
Не может же это быть гигантский рентген!
Хотя это могло стать причиной такого видового разнообразия в этой галактике.
Вот о чем я думаю? Что за бред.
Я нервно втянула воздух в легкие, когда голубоватое свечение поползло по стенам рубки. Где-то внизу, в грузовом отсеке, забеспокоились бистары — я чувствовала их через связь, пыталась успокоить.
Но как это сделать, если сама готова выпрыгнуть в форточку.
Скаар обнял меня крепче, Стил положил руку на плечо. Их сила словно перетекла в меня и мне стало спокойнее.
Мы замерли.
Корабль летел быстро, но казалось это тянулось бесконечно. Свечение гуляло по переборкам, проникало в каждую щель. Ощущение было странное — словно призрак прошел сквозь меня, огромный и незримый, и я чувствовала его касание каждой клеткой.
Потом в динамиках раздался резкий щелчок.
Я вздрогнула, но тут же успокоилась - из динамиков донесся мелодичный женский голос:
— Внучек. Ты когда в последний раз проверял корабль на паразитов? У тебя там крысюки здоровенные. Я тебе штраф выписываю за биологическое загрязнение!
Хвиг, стоящий у пульта, схватился за сердце. Потом выдохнул и заговорил — жалобно, с подвыванием:
— Ну баабушкаа...
Мы с Кони переглянулись и уткнулись в иллюминаторы, старательно делая вид, что мы часть интерьера. Всем в рубке было понятно, кто эти самые «крысюки».
— Штраф пришлю на комм, — добила бабушка и отключилась.
Голубое свечение погасло. Корабль вышел из сканера.
Я выдохнула. Скаар чмокнул меня в макушку и осторожно ссадил с колен.
— Все… — выдохнул Хвиг. Кожа его переливалась от бурого к розовому и обратно. — Прошли. Теперь путь до Торрана.
До Торрана долетели спокойно. Несколько часов в гиперпереходе, во время которых я просто сидела в углу рубки и смотрела на звезды. Бистары успокоились и, судя по ощущениям, задремали в своем отсеке.
Стил и Скаар о чем-то тихо переговаривались с пилотом. Кони дремала в кресле, умудрившись свернуться в нем клубочком. Хвиг все это время сидел, уткнувшись в комм и вел записи, неразборчиво бормоча что-то под нос.
Когда на обзорных экранах показался Торран, я сначала не поняла, что это планета. Слишком много вокруг нее кораблей. Они висели на орбите, как пчелы вокруг улья.
— Грузовой хаб, — пояснил Хвиг. — Тут всегда так.
Хвиг подошел так тихо, что я и не заметила его.
– Сейчас будем искать свободное местечко.
«Шелест», корабль Хада, нашелся быстро.
Оказалось, что нас ждали и заняли нам местечко в соседнем доке.
Хвиг запросил стыковку, и через полчаса мы уже топтались в переходном шлюзе, прощаясь.
Он жал руки Скаару и Стилу, кивал, улыбался. Кожа его сияла мягкими теплыми оттенками — наверно, так у тимринов выглядело счастье.
Потом он подошел ко мне, взял за руку. В его глазах стояла влага.
— Госпожа Кира, — сказал он тихо. — Я очень надеюсь, что вы найдете свою сестру. Передайте ей привет от всех с Пасоны. Она пробыла у нас так мало, но стала больше чем другом.
Я сжала его пухлые пальцы.
— Спасибо, Хвиг. Без вас бы не справились ни мы, ни она. Я вам очень благодарна!
— Ну что вы, что вы, — замахал он свободной рукой. — Я же для чего? Я для хороших людей всегда...
Скаар кашлянул, напоминая о времени. Хвиг отпустил меня и отступил на шаг.
— Хвиг, мы помним о нашем договоре. — сказал Стил и первым шагнул в сторону ожидающего нас корабля.
На борту «Шелеста» нас встретил высокий плотный мужчина с проседью на висках и тяжелым взглядом. Хада. Он окинул нас быстрым взглядом, задержался на мне чуть дольше, чем следовало, и коротко кивнул.
— Проходите. Каюты готовы.
— Каюта Киры должна быть между нашими, — уточнил Скаар.
Хада поднял бровь, но спорить не стал. Только хмыкнул и махнул рукой:
— Сами выбирайте кто где будет. Там четыре каюты по порядку. Идемте, покажу.
Моя каюта оказалась маленькой. Койка, столик, иллюминатор. Как впрочем и остальные каюты.
“Шелест” был грузовым кораблем, а не пассажирским лайнером. И свободные каюты были скорее на всякий случай, чем гостевыми.
Перед уходом Хада обратился к Кони:
— Кони, вы же медик? У меня парень с прошлого задания ногу сломал, лечился уже, но из-за спешки с вашим вылетом, пришлось его забрать недолеченного. Посмотрите?
Кони кивнула и ушла с ним.
Мужья тоже куда-то испарились, сказав, что пойдут в рубку обсуждать маршрут.
Я осталась одна.
Я зашла в каюту и уселась на койку, разглядывая царапины на стене, потом вспомнила про планшет.
Скаар дал его еще на «Намаре», когда Мама везла нас к Пасоне.
Сказал: «Изучай, пригодится».
Там было все про анклав айтори — история, законы, имена. Я открыла и начала читать.
История оказалась длинной и запутанной. Айтори пришли из другой галактики больше двухсот лет назад. Бежали от пожирателя, который сожрал их мир. Федерация дала им убежище и статус, а взамен получила доступ к их технологиям. Анклав — несколько планет в отдаленном секторе, где айтори живут по своим законам.
Имена, даты, события — все смешалось в голове. Но одно имя я запомнила сразу: адмирал Стеллос. Тот самый, который отогнал Аппара от «Сулакра» в тот первый раз. В заметках говорилось, что он один из самых влиятельных айтори в федерации, командующий ударным флотом. А его жена, Эри, — начальник штаба аналитики. Они никогда не расстаются, даже несмотря на то, что у них двое детей и она сейчас беременна третьим.
Я задумалась. У айтори, выходит, совсем другие понятия о семье. Женщина может работать, рожать и при этом оставаться в строю. И муж или мужья всегда рядом, всегда.
Я так понимаю, что в их семьях чаще встречается многомужество.
Я хмыкнула. Ну хоть не гарем из любящих жен.
Интересно, а что не так со Стеллосом? У него нет братьев? Или что?
Мысли перескочили на Скаара и Стила. Почему они медлят с трансформацией? Хада тогда, на Пасоне, сказал, что это странно. А теперь я вспомнила, как он смотрел на меня сегодня. Подозрительно. Оценивающе.
Ближе к вечеру бистары забеспокоились. Я почувствовала их голод — несильный, но настойчивый. Отложила планшет и пошла искать камбуз.
Нашла быстро — небольшое помещение с автоматами и парой столов.
Тут никого не было. Я нажала несколько кнопок, автомат выдал герметичные пакеты с мясным рагу.
Вот грузовой отсек нашелся не сразу. Пришлось блуждать по коридорам, пока не наткнулась на тяжелую переборку с табличкой «Живой груз».
Мун и Сан учуяли меня за секунду до того, как я открыла дверь. Они стояли у решетки, виляя хвостами, и смотрели такими голодными глазами, что я рассмеялась.
— Сейчас, мои хорошие, сейчас.
Я зашла в отсек, открыла пакеты. Бистары принялись за еду, довольно урча. Я присела рядом, поглаживая Мун по жесткой хитиновой броне. Он на секунду оторвался от еды и ткнулся мордой мне в ладонь.
— Соскучились, да? — шепнула я. — Я тоже.
Они ели, а я сидела рядом и думала о том, что эти двое стали моими первыми верными друзьями в этом чужом мире. И всегда ими останутся.
Сзади лязгнула дверь.
Я обернулась. В проеме стоял Хада. Он вошел и, не говоря ни слова, двинулся ко мне. Быстро, размашисто. Я подняться с колен, а он уже был рядом.
Схватил за плечо, развернул и прижал к стене.
Его пальцы впились мне в подбородок, задирая лицо вверх.
— Ты что творишь?! — выдохнула я, упершись ладонями ему в грудь.
Бистары тут же взбесились. Мун зарычала так, что у меня заложило уши, Сан бросился к решетке и попытался выбить ее мощными ударами лап. Но клетка была рассчитана именно на таких животных.
На опасный живой груз.
— Молчи, — Хада прижал меня плечом, не давая пошевелиться. — А теперь рассказывай.
— Чем ты так ценна, что за твою поимку дают целое состояние?
— Отпустите меня, — сказала я как можно ровнее. — Немедленно.
— Я задал вопрос.
Я дернулась, пытаясь вырваться, но он держал крепко. Бистары за решеткой дрожали от напряжения, готовые разорвать его в клочья.
— Я не знаю, о чем вы, — выдавила я сквозь зубы.
— Не ври. — Его глаза впились в меня, словно пытались заглянуть в душу. – Жена Тайков, как же! Я не чувствую их в тебе. Ты просто…
— Ты просто сейчас ее отпустишь.
Так, наверно, мог бы звучать голос смерти. Но это была не она.
Я не слышала, как вошли Скаар и Стил. Хада — тоже. Он несколько раз моргнул, посмотрел на меня как-то устало, обреченно.
Вдруг взревел и кинулся на Скаара. Но его перехватил Стил, снося в сторону от брата.
Скаар же кинулся ко мне, подхватывая и унося в сторону от драки.
— Кира? Милая, ты в порядке?
Он внимательно осмотрел, ощупал меня.
— Да, в порядке. Он ничего мне не сделал.
Скаар, словно не слыша меня, заглянул поочередно в мои глаза. Не нашел повреждений и прижал к себе, поглаживая по спине.
— Просто услышали, что мы так долго. Все переборки были перекрыты, но мы услышали бистаров.
— Я в порядке, — снова сказала я. – Но я не понимаю, что происходит. Он сказал про какую-то огромную сумму, которую за меня назначили.
Скаар кивнул и громко обратился к брату:
— Стил, не убивай его! И не калечь! Надо поговорить.
— О чем? — прорычал Стил. — О том, в каком гробу его хоронить? Ты был нам другом! Как ты мог!
Я развернулась.
Хада стоял на коленях перед Стилом. Он не нападал, только блокировал особо опасные удары. В итоге Стил прислушался к брату, наклонился и схватил Хаду за грудки, потряс его:
— Почему?
— Они перехватили наш разговор. — Спокойно ответил Хада разбитыми губами. — Они предложили сделку. И пригрозили много чем, если откажусь.
— И ты согласился? — пальцы Стила разжались, и Хада повалился на пол, потеряв равновесие.
— Нет. Я хотел сначала выяснить, что в ней такого. Я не собирался причинять ей вред, просто хотел припугнуть. А еще она вами не пахнет, а вы ее женой назвали. Не сходится. Многое не сходится. Мне сказали, она опасна. Мне сказали, в ней паразит. Но я не мог в это поверить.
Я не без труда выбралась из объятий Скаара и подошла ближе к Хаде. Стоя на безопасном расстоянии, ответила на вопрос, заданный мне ранее:
— Во мне есть паразит. — Хада дернулся от этих слов и ошеломленно посмотрел на братьев. — А еще во мне есть то, что этого паразита убило.
— Мы не хотим вмешиваться в ее геном до того, как ее осмотрит Жадэ Камиль. Потому в ней нет генов айтори. Но это не значит, что она не жена, и за нее я тебя сейчас по переборке не размажу. — Прорычал Стил.
Стил замахнулся, но Скаар остановил его:
— Погоди. Так федералы знают, что мы тут или нет?
— Пока не знают. Но ждут сигнала. Вы очень ловко прошмыгнули через блокаду Пасоны. И я его дам! Как вы смели привести зараженную на мой корабль! Да еще и требуете отвезти ее в анклав айтори! А если иммунитет тех, кто был привит, не передался их детям? Вы хотите убить нас снова?!
Хада дернулся вперед, но Стил его удержал в жестком захвате.
— Пусти, предатель! — рычал Хада. — Я там всех потерял! Всех! И не позволю этой заразе убить еще кого-либо!
— Хада, успокойся! Это не только наша идея везти ее туда! Стеллос в курсе!
— Адмирал? В курсе?
— Да. Он ведь был и твоим командиром там, в Отарим.
— Да, — Хада обмяк, не понимая, что происходит. — Мы сражались за ковчеги. Бок о бок. Он в курсе?
— В этой девушке возможно спасение от паразита для этой галактики. А может, и для Отарим! Если Жадэ поймет, что в ней подавляет паразита, то это наш шанс выжить!
Хада побледнел, его глаза светились недоверием и надеждой.
Скаар продолжил давить.
— Я не хотел бы убивать тебя, а потом и верный тебе экипаж. И я очень надеюсь, что ты меня услышишь и одумаешься.
— Но где гарантия, что она безопасна?! С чего вы вообще все это взяли? Как такое может быть?
— Она наша. Мы гарантия. Плюс можешь посмотреть все ее медицинские данные у Кони. Кони работала с доктором Камилем. У нее высшая врачебная квалификация.
— Я бы хотел посмотреть, — кивнул Хада.
Стил встал и шагнул к дверям. Помогать Хаде он не стал и просто дожидался, когда тот неуклюже встанет с пола сам.
Видя, как тот переваливается, стараясь беречь поврежденные в схватке места, он поморщился.
Я смотрела на Хаду, и мне показалось, что ему очень много лет. И сейчас этот возраст был очевиден.
Может, поэтому Стил морщится — неприятно бить старика?
Скаар подошел ко мне и задвинул за себя, когда Хада наконец встал.
— В пути насмотришься. Хада, у нас нет времени. Если федералы…
Хада с горечью посмотрел на Скаара.
— А раньше тех, кто скрывал зараженных, могли и к стенке поставить… Стеллос в курсе. Куда катится мир? — В его глазах начала возвращаться жесткость, и он упрямо повторил: — Мне надо видеть эти данные!
— Пусть увидит. Может тогда, мы наконец отсюда свалим, без дополнительных приключений? Все в планшете у Кони, идем. — сказал Стил и вышел из грузового отсека.
За ним вышел Хада. Мы со Скааром шли последними. Напоследок я обернулась на бистаров.
Сан недовольно царапал лапой клетку, а Мун пристально смотрела на меня, явно не одобряя то, что их заперли, когда не пойми что вокруг творится.
Скаар тоже обернулся и скомандовал:
— Отбой!
Оба зверя плюхнулись на попы и вывалили языки, преданно смотря на него.
А я посмотрела завистливо. Меня они, конечно, слушались, но не так моментально.
В медотсеке Хада пролистал все заметки Кони, а потом выслушал ее экспрессивную речь на тему тупых командиров, препятствующих научным прорывам.
После он повернулся ко мне:
— Госпожа, я должен принести вам и вашим мужьям свои извинения. Я доставлю вас на Нову.
Ответить я не успела, за меня это сделал Скаар:
— Она их принимает.
— Но если ты еще раз на нее непочтительно посмотришь… — Стил не закончил фразу, но было понятно, что в следующий раз побоями дело точно не окончится.
Хада тоже не успел ответить. Его комм издал писк.
Хада достал его и нахмурился:
— Это мой человек на станции, — сказал он и принял вызов.
— Хада! Федералы выдвинулись к тебе! Они планируют блокировать станцию! Ты просил предупредить. Так что если тебе надо свалить, то лучше это сделать сейчас!
Хада сунул комм в карман и заорал:
— Рикки! Выводи корабль на старт!
Он вылетел из медотсека первым. Стил рванул за ним, таща меня за руку. Скаар — сзади.
— Кони! — крикнула я на бегу, оглядываясь.
— Я останусь с пациентом!
Дверь захлопнулась. Мы неслись по коридору, обгоняя двух членов экипажа Хады — те застегивали комбинезоны и сворачивали в машинное отделение.
На мостике Хада тут же занял место капитана.
Нам достались кресла у стены.
Стил затолкал меня в среднее, сам сел справа, Скаар слева. Ремни врезались в плечи, Скаар дернул лямку, подтягивая плотнее.
Штурман уже сидел на месте, пальцы бегали по панелям. Пилот врубал системы, его лицо было напряжено.
— Надеюсь, все пристегнулись? — Хада плюхнулся в капитанское кресло.
Из динамиков раздался голос диспетчера станции:
— «Шелест», выход разрешен. Удачи...
Речь диспетчера резко оборвалась, раздались крики и чьи-то громкие требования остановить все вылеты, послышались выстрелы, и связь прервалась.
— Опоздали, гады. Мы уже на свободе. — прорычал Хада и скомандовал: — Взяли курс на прыжковую зону!
Корабль вздрогнул, нас вытолкнуло из дока. Потом плавное движение, нарастающий гул двигателей.
Хада с лихорадочно блестящими глазами обернулся на техника, который сидел рядом с нами:
— Дай связь с командами айтори! Мне нужны все, кто в системе!
— Минутку! — пальцы техника замельтешили по терминалу. — Есть, почти все. Держи линию!
Хада кивнул, и у меня внутри все оборвалось, когда он со стопроцентной уверенностью начал трансляцию для всех айтори.
— Внимание, вольные командиры! Говорит Хада с «Шелеста». У меня на борту то, что может спасти Отарим. Федералы хотят это забрать. Прошу заблокировать их корабли. Дайте нам уйти.
— Хада! Ты спятил?! — рыкнул Скаар, но все уже было сказано.
Тишина. Я смотрела на панель связи, не дыша.
— Дорогая, теперь ты на сто процентов должна оказаться этим самым спасением, — пробурчал Стил, недовольно переглядываясь с братом.
Зашипела связь, и раздался первый голос — хриплый, неверящий:
— Хада, ты с ума сошел? Какое еще спасение Отарим?
— Я не сошел! — рявкнул Хада. — Стеллос знает. Потом у него спросите, если не верите. А сейчас — помогите!
— Стеллос? — второй голос, помоложе. — Хада, если ты врешь…
— Не вру! Клянусь! — голос Хады дрогнул. — Я там всех потерял. Вы тоже. Но я всегда хотел вернуться на родину и отомстить! Мы не можем упустить шанс!
На связь вышел еще кто-то и весело выкрикнул:
— Мотай отсюда, Хада. А мы тут разберемся с теми, кто захочет вас сцапать!
— Мы прикроем, — добавил третий. — Давно мечтал навалять этим хилякам!
— Спасибо, братья! — выдохнул Хада.
Из динамиков прорвался новый голос. Я узнала его сразу — низкий, раскатистый:
— Какого вы еще в этой системе? — голос Мамы вибрировал от нетерпения, на фоне явно шел бой. — Вас уже заждались на Нове! На Пасоне бунт против незаконной блокады. Самое время вам сваливать, пока у федералов задницы горят!
— Уже летим! — голос Хады стал почти веселым.
— Удачи! — И связь оборвалась.
Наш корабль уже набирал скорость, гул двигателей перешел в низкую вибрацию.
И вдруг из динамиков раздался другой голос — холодный, официальный:
— Всем кораблям в секторе Торран. Приказ командующего федеральными войсками.Оставаться на местах. Любой корабль, покинувший орбиту, будет сбит. Повторяю: любой корабль, покинувший орбиту, будет сбит. Все попытки покинуть систему будут пресечены.
Я замерла.
— Блеф, — сказал Стил, но в его голосе не было уверенности.
Хада не ответил. Вместо этого он скомандовал:
— Идем на всех парах в прыжковую зону. По готовности — уходим в гипертуннель на Нову.
— Что так сразу на Нову? Прямо к цели?
— Практически. Потому мы и искали подходящий корабль, типа этого. Но мы не сможем прыгнуть в упор к Нове. Ты слышала — мы идем в прыжковую зону. Там, около Новы, будет зона выхода. Это специальные маркеры для систем навигации, чтобы не допускать столкновения кораблей.
— А раньше почему не прыгали? «Сулакр» так не умеет?
— Умеет, но не из всех точек можно попасть туда, куда надо. Иногда приходится и по космосу помотаться. Именно поэтому Пасона — крупный торговый хаб с кучей производств в своей системе. Тут пересекается много путей.
— Ясно. Отсюда — сразу в Нову. Но это значит, что нас там будут ждать.
— Вероятно, да. Но Нова — это территория айтори. Федералы не посмеют нас тронуть.
— Надеюсь, — кивнула я.
И тут корабль начал разгоняться еще сильнее, меня вдавило в кресло. Дышать стало тяжело, руки налились свинцом. В ушах звенело, перед глазами поплыли круги.
Через несколько минут система выдала серию аварийных сигналов:
— Компенсаторы перегрузки на пределе!
Я застонала от боли.
— Потерпи, малышка! — голос Скаара доносился словно издалека. — Еще несколько минуток!
Я сжала подлокотники. Стил рядом что-то говорил, но я не разбирала слов.
— Компенсаторы перегрузки на пределе! Опасность гибели экипажа. Необходимо снижение скорости.
— Почти там! — голос Хады был хриплым. — Выдержим!
Дышать было трудно, меня затошнило. Кажется, это внутренности решили меня покинуть. Я закрыла глаза.
И вдруг давление исчезло. Я жадно вдохнула, чувствуя, как воздух врывается в легкие, а те болезненно раскрываются.
Голос штурмана:
— Выход в прыжковую зону. Подлет к разгонной системе.\
— Очереди нет, спасибо федералам, — голос Хады звучал удовлетворенно. — Куп, свяжи меня со станцией.
— Есть связь!
Из динамиков раздался голос — вымуштрованный, казенный:
— Прыжковая зона закрыта по приказу федеральной власти.
— Черта с два это приказ властей! — рявкнул Хада. — То, что они тут творят, — не законно!
На комме Скаара пискнуло сообщение. Скаар вытащил его и усмехнулся:
— Тут связь работает — это очень кстати!
Он потянулся к панели перед собой и смахнул на нее сообщение.
— Хада, лови подарок от друга.
Хада прочел сообщение и просиял:
— Как же вовремя, крейсер мне в ангар! — Он вернулся к переговорному устройству.
— Администратор, лови. Это наш пропуск в Нову, от адмирала федерального флота.
— Другое дело! Можете готовиться к прыжку, разгонная система готова! Приятного вам полета.
Скаар и Стил сжали мои пальцы. Я смотрела то на одного, то на другого и улыбалась.
Неужели мы вырвались? Неужели все это закончилось?
Стил повернулся к технику:
— Включи обзор. Кира раньше такого не видела.
Тот подмигнул мне и выполнил просьбу.
На панели передо мной всплыло изображение: в космосе висела конструкция — несколько огромных колец, выстроенных в ряд. Между ними пульсировало голубоватое свечение, которое с каждой секундой пульсировало все быстрее и быстрее.
— Готовность ноль, — сказал штурман.
— Принято, — ответил Хада.
Кольца завертелись быстрее. Свечение сгустилось, вытянулось в тоннель.
— Прыжок через три... две... одна...
Корабль дернулся. Пространство за стеклом распалось на цветные полосы — синие, фиолетовые, золотые. Они тянулись отовсюду, сходились где-то впереди.
Время в прыжке тянулось иначе. Я не знала, сколько прошло — минуты, часы. Цветные полосы сменились звездами — сначала редкими, потом все чаще.
— Выход из прыжковой зоны, — объявил штурман. — Курс на Нову.
— И что, нас никто даже не встретил? — усмехнулся Хада.
На экране связи замигал вызов.
— Корабль «Шелест», остановиться. Заглушить реактор. Подготовиться к десанту группы захвата. Вы все арестованы.
Я застонала от разочарования.
Хада, ну нафига ты накаркал?
Он выругался сквозь зубы, его внимание тут же привлек штурман.
— С радаром что-то не так. Вижу четыре линкора федералов. Но там есть еще кое-что.
Скаар отпустил мою руку, подался вперед.
— Дай картинку с внешних камер.
Штурман нажал несколько кнопок. На главном экране вместо звезд появились четыре темных силуэта — линкоры федерации, выстроенные в ряд.
Наш комитет по встрече.
А за ними, закрывая полнеба, висел еще один корабль. Он был в несколько раз больше линкоров, и его корпус отличался — не угловатые рубленые формы, как у федеральных, а плавные, хищные обводы.
Скаар смотрел на экран. Его лицо было спокойным, но в глазах я видела холодное удовлетворение.
Он хищно улыбнулся.
Если бы не улыбка Скаара, я бы начала нервничать.
– Скаар, кто это?
– Это наши гарантии неприкосновенности. – Он нагнулся и поцеловал меня в висок. – Все окончено, Кира. Федералы проиграли.
– Это Мама их позвала? – с сомнением спросил Стил.
– Может, она. Может, Стеллос или Жадэ Камиль. Наши-то уже давно тут. Они могли расписать всю обстановку и поднять все силы. Это могла быть и Олис, у нее те еще связи в верхах.
На мостик вбежала Кони и с ходу налетела на капитана Хада.
– Как вы могли взять с собой человека с настолько поврежденной рукой! Мне пришлось погрузить его в стазис! Хорошо, чуйка сработала, и я еле успела это сделать! Неужели нельзя было предупредить о перегрузках!
– Госпожа, ваша чуйка не имеет себе равных! – Хада поймал ее кулачок в свои огромные лапищи и поднес к своему лбу. – Простите, что не предупредил вас!
Кони, не ожидавшая такой покорности и почтительности, успокоилась. Ее взгляд упал на мониторы, она забрала свою руку у Хада и восхищенно охнула:
– Вот это да! Айторийский дредноут!
– Вы видели их раньше? – удивился Хада.
– Только картинки! Мне Жадэ показывал. Не думала, что увижу его когда-нибудь. О! А что это он делает?
Мы все снова всмотрелись в экран. Корабли федералов поспешно отходили в стороны, не желая провоцировать огромную махину.
Сам же дредноут стал разворачиваться к нам другой частью корпуса.
Система безопасности нашего корабля сообщила, что нас зацепили транспортным лучом.
– Аааа! – радостно пискнула Кони. – Нас приглашают в гости! Вот это да! Такое бывает только раз в жизни!
– Притом не в каждой, – буркнул Хада. – Парни, готовьтесь к посадке. А я схожу морду приведу в порядок.
Перед тем как выйти, он подошел ко мне, упал на одно колено и склонил голову.
– Еще раз простите меня. Я причинил вам боль и испугал вас. Если вы потребуете у лордов наказание для меня, я его приму.
Я не знала, что на такое ответить. По мне, так Стил уже достаточно ему навалял. Да, было больно. Но я больше удивилась, а испугаться не успела.
Скаар отстегнулся от кресла и, подавшись вперед, положил руку на плечо Хада. То же сделал и Стил.
– Все в прошлом. Ты вывез нас и заслужил прощение.
Я не знала, надо ли что-то говорить или делать мне, и решила ничего не делать и не говорить. Тут явно какие-то свои тонкости бытия.
Хада ушел, а я снова посмотрела в монитор. Дредноут перестал помещаться в экран. Мы быстро шли на сближение.
Кони заняла место Хада и, не отрываясь, рассматривала громадину, тихо попискивая от восторга.
– Расскажите, что все это значит? – спросила я.
– Это айторийский корабль класса дредноут. И ими владеют лорды, – сказал Стил и тут же обратился к пилоту: – Рикки, дредноут определился на твоих приборах?
– Да, они не скрываются. Это «Отар».
– Ясно “Отар” принадлежит лордам Налор. Три брата. Они входят в высший совет айтори.
– Ого! У вас есть лорды?
– Да. Восемь древних семей. Они живут по древним обычаям. Одна из главных их целей — хранить нашу историю. Они издают айторийские законы, следят за их исполнением.
– Ух ты! То есть мы вообще в безопасности?
– В абсолютной. Федерация не пойдет на конфронтацию с лордами. Тем более что те, кто за нами гнался, играли на грани. Сомневаюсь, что они действовали от имени своего президента. Сенат снова полез туда, куда не следовало бы.
– Снова?
– Да. Относительно недавно они проводили эксперименты над геномом айтори. Плюс умудрились раздобыть образцы живого паразита и эксперимента ради заразить одну из колоний. Кончилось все тем, что федерация потеряла целую звездную систему. Плюс как-то была замешана семья адмирала Стеллоса.
– Кошмар. А…
Я не успела спросить, чем все то закончилось для сената: корабль чуть тряхнуло.
– Ну все. Прилетели! – объявил Рикки. – Можете идти к трапу. Вас там явно заждались. Вон какая толпа собралась.
Я посмотрела на монитор.
Действительно, за ограждениями толпился народ.
Кони высмотрела кого-то в этой толпе и, побледнев, заметалась по мостику.
– Я же не одета! И не причесана! И не накрашена!
Стил поймал ее и чуть встряхнул:
– Кони, возьми себя в руки. Мы все не одеты, не причесаны и не накрашены. Но это не значит, что вы, девочки, выглядите плохо. Вы у нас самые красивые. А если Жадэ волнует только твой внешний вид, то мне придется с ним очень серьезно пообщаться.
– Как ты…? Нет это другое, там же лорды и все такое! – попыталась отмазаться Кони.
– Ну да, и все такое там тоже есть.
Я взяла Кони за руку.
– Пошли. Будем вместе переживать. Я что-то тоже занервничала.
Мне действительно было не по себе. Интуиция так и играла в попе, вызывая желание бежать туда не знаю куда и делать то не знаю что.
Наверно, из-за того, что там этот Жадэ. А значит он скоро будет ставить на мне свои эксперименты.
Я посмотрела на Стила и Скаара. Спокойны как танки. Мои громадные, красивые танки!
Я отпустила руку Кони и, подпрыгнув, повисла на шее Скаара. Он чуть удивился, но поймал меня и сжал в объятиях. Но я тут же уперлась в его грудь, и как только он ослабил хватку, потянулась руками к Стилу. Тот подошел и тоже прижался ко мне.
– Спасибо! – горячо прошептала я. – Вы спасли мне жизнь. Защитили от всех опасностей.
Видимо, почувствовав мою нервозность, Скаар погладил меня по спине:
– Мы и дальше тебя будем защищать. Как же иначе?
Я быстро поцеловала каждого в губы и отстранилась.
Мужчины нехотя отпустили меня.
Я снова шагнула к Кони и взяла ее за руку.
– Идем, – твердо сказала я. – Давай разберемся с этим паразитом и спасем вселенную!
– Идем, – согласилась подруга и уточнила: – Только не вселенную. Только пару галактик.
Я пожала плечами.
– Посмотрим. Этот паразит до вас был и в других местах.
Кони видимо раньше не думала об этом и озадачилась. Но ненадолго. Как только внешний шлюз начал открываться, она застыла испуганным сусликом, уставившись на расширяющуюся щель.
Я сжала ее руку:
– Расслабься. Все будет хорошо.
Как только мы ступили на трап, вокруг грянули овации. Я почувствовала себя суперзвездой, приехавшей дать концерт для своих фанатов.
Кто-то выкрикивал мое имя. Выкрикивали имена Скаара и Стила. Лучи внимания не обошли и Кони.
Высокий айтори с взъерошенной вьющейся гривой черных волос отделился от толпы и быстрым шагом взлетел на трап к Кони. Это явно был айтори, но при том же росте его габариты были скромнее, чем у остальных воинов этой расы.
Кони тут же отпустила мою ладонь и сделала пару шагов навстречу.
Мужчина подошел и на мгновение застыл в нерешительности.
На его красивом, точеном лице застыла легкая нерешительность.
– Конераль… – прошептал он.
– Жадэ… – выдохнула Кони.
И в ее голосе было столько чувств. Столько радости, любви и смущения, что Жадэ все понял.
Он сделал последний шаг и подхватил ее тонкую фигурку, прижимая к себе. Кони счастливо закрыла глаза, подставляя губы для поцелуя, и Жадэ не заставил себя ждать.
И чего она спрашивается мотается с нами, если у нее тут такой шикарный мужчина, весь соскучившийся?
За спиной Жадэ нарисовалась Олис. Она чуть скривилась и закатила глаза, показав на целующуюся парочку пальцем.
– Вы это видели? Командиры, по ходу, нам нужно искать нового медика в команду.
– Судя по всему, да, – кивнул Стил. – Я знал, что у них что-то было, но не думал, что все так серьезно.
– Серьезно, – кивнула Олис. – Когда мы все рассказали, а потом узнали о блокаде Пасоны, бедняга не знал, за кого переживать больше: то ли за тебя и будущее айтори, то ли за свою малышку. «Она же такая хрупкая, такая нежная».
Олис фыркнула и засмеялась.
– Как вы уговорили лордов помочь? – спросил Скаар.
– Никак. Они сами нас нашли и вот мы тут. Лорды перехватили «Сулакр» и привезли нас с собой. Тут такое дело… Вам лучше идти поздороваться с… лордами. Ага…
Я подозрительно сощурилась на Олис. Она явно что-то не договаривала. Но та сделала вид, что ничего такого и нет.
– Действительно, чего мы топчемся на трапе? – Скаар взял меня за руку, и мы пошли дальше.
Толпа фанатов расступилась. А потом и вовсе народ начал расходиться, потому что с той стороны посыпались гневные приказы.
– Чего столпились! Все на свои места! Флот федералов все еще в системе! Отбоя военной тревоги еще не поступало!
Нам навстречу широкими шагами двигался очень сурового вида мужчина. Он не был айтори — глаза у него были обычные, человеческие. Но размеры… Я таких больших людей не видела.
Он словно ледокол прокладывал себе путь через толпу, раздавая команды тем, кто зазевался и не успел смыться с его пути.
Он подошел к нам и коротко поклонился.
– Господа! Я старший помощник Эванс! Позвольте представить моего капитана…
Эванс сдвинулся, и я перестала слышать, что он там говорит, потому что за ним стояла она!
Счастливый визг заставил вздрогнуть всех окружающих.
– Кирюха! Киреныш! – вопила сестра, прыгая на месте.
– Лерка… – еле прошептала я. – Лера!
Я кинулась вперед, вцепившись в сестру мертвой хваткой. Мы застыли, уткнувшись друг в друга. Лера плакала, я — кажется, тоже.
– Ты жива! Ты жива! – Лера уже вовсю рыдала в мое плечо.
– Конечно жива. Как же я могла умереть и оставить тебя тут одну. Лера, прости, что меня так долго не было!
– Кира, в этом нет твоей вины. Меня спасли айтори практически сразу после того, как давары забрали тебя. И судя по тому, что мне рассказала Олис, они и тебя спасли. Жаль, что не сразу!
– Да уж. Только я не понимаю, что ты тут делаешь?
Сестра отстранилась и вытерла слезы. И я заметила, насколько она изменилась.
Это уже была не та малышка, которую я помнила.
Мой взгляд скользил по ее лицу, цепляясь за все черты, словно я еще раз хотела удостовериться, что это именно Лера, а не иллюзия.
Кожа и глаза сияют здоровьем. На лице явно водостойкий макияж. Светлые волосы собраны на затылке в длинный хвост. На ней роскошный черный комбез с драгоценными эполетами на плечах.
Лера выглядела шикарно и… беременно.
Мой взгляд задержался на небольшом животике.
– Лера? Как?
– В смысле как? Я слышала, тебе сказали, что я замужем. А когда ты замужем, случаются дети. Этот, кстати, – она погладила свой животик, – уже второй!
У меня отпала челюсть.
– Афигеть… Погоди-ка. Если у тебя есть ребенок и ты беременна, то какого рожна ты тут делаешь?!
Лера удивленно подняла брови.
– В смысле что делаю? Я капитан.
– Какой капитан? – не поняла я.
– Эванс, повтори, что ты сказал. Кира явно не расслышала, – расплылась в довольной улыбке Лера.
– Разрешите представить вам капитана – лордеру Валерию Налор.
– Лордеру?
Лера скривилась.
– Кирюшка, ну ты чего. Я замужем за лордами Налор. Я – лордера. Это мой корабль, – она обвела руками пространство вокруг и положила руку на предплечье Эванса. – Это мои люди. Как же я могла остаться дома и позволить кому-то другому лететь прикрывать мою сестру? Тем более что тут, на дредноуте, самое безопасное место.
– Но разве космос не опасен для младенца?
– Ты ж моя земляночка… – рассмеялась сестра. – Давай позже обо всем поговорим. Лучше представь мне своих мужей.
– Ой… Да, Лера, это Скаар и Стил, – поочередно указала на мужей.
Они синхронно поклонились.
– Лордера Валерия, это честь для нас.
– Ой, зовите меня Лера, – смутилась сестра.
Но тут к ней подошли трое мужчин в таких же черных комбезах. Правда, без драгоценностей на плечах.
Тот, что был по середине, положил ладони на плечи Леры.
– Зовите ее лордера Валерия.
Выглядели они очень и очень… В общем, очень. В них все было очень. А самое интересное – они все были блондинами.
А я и не знала, что айтори бывают не черноволосыми.
А еще они подавляли.
Я сделала шаг назад, и на мои плечи тут же легли руки – то ли Стила, то ли Скаара. Я благодарно вздохнула, почувствовав себя под защитой.
Да, мужья Леры были красивы. При взгляде на них вспоминались любимые Леркины книги фэнтези о всяких там принцах-драконах.
Лера одно время изводила меня своими книжными влюбленностями в своих драконистых принцев. И вот ее мечты сбылись.
В драконов правда не превращаются, но владение подобным кораблем исправляет этот недочет.
– Лорина Кира, мы очень много о вас слышали от Валерии. Известие о том, что вы живы, принесло в наш дом еще больше счастья.
Я заметила, как Лера ущипнула говорящего за руку. Отчего он чуть дернул бровью, но высокомерный взгляд остался прежним.
Лера закатила глаза.
– Этикет, – буркнула она. – Знакомьтесь, это лорды Рамас, Скаэн и Грайт.
Я кивнула, сделала что-то вроде книксена и представила своих мужчин.
Лера сделала шаг ко мне и взяла за руку.
– Пойдем, пусть мужчины поговорят. Тут есть некоторые нюансы, им стоит разобраться.
Она, не спрашивая разрешения супругов, потащила меня в сторону.
– Пошли, познакомлю с племяшкой. Димусик очень обрадовался, узнав, что тетя Кира жива и едет в гости.
– Мужья позволили тебе назвать ребенка земным именем? И что такое «лорина»?
– Еще бы они мне не разрешили! Это не они его столько месяцев в себе таскали! Но вообще он Диамир. Но дома я зову его Дима. А «лорина» – это сестра «лордеры». Ты вроде как часть семьи, но без титула.
– А мои мужья – «лорики»?
Лера аж споткнулась на ходу и удивленно посмотрела на меня. Поняв, что я шучу, рассмеялась.
– Только никому не говори такое. Нет, для них нет никаких специальных обращений. Но вы все теперь можете получить платиновые гражданские статусы. Они же у тебя вольные командиры, значит, у вас сейчас золотые. Так что надо будет подать прошение о повышении.
– Потом с этим. А твои мужья всегда такие? – я неопределенно помахала рукой.
– Это они на твоих напряглись. Очень ревнивые. Плюс у древних родов очень даже принято обеих сестер брать в жены. А ты уже замужем. Вот и вышла нестыковка.
Мы остановились и посмотрели друг на друга другим взглядом.
Я мигом представила, что эти три блондинистых дракона – мои мужья, и Лерины одновременно.
Лера, видимо, представила то же самое.
– Ну нет!
– Только не это!
Завопили мы одновременно, а потом рассмеялись.
– Блондины не в моем вкусе, – добавила я, отсмеявшись.
– Можно подумать, тебя бы спрашивали! Лорды, если что-то решили, то их ничего не останавливает. Представляешь, у них вся раса такая – сплошные альфа-самцы. Удивительно, как они умудрились не переубивать друг друга в поединках за право быть самым-самым… Но как-то решают. Я пока не сильно понимаю как. Потому и увела тебя. Пусть поговорят. Я Олис о твоих расспрашивала, твои тоже те еще кадры. Так что пусть общаются.
Мы дошли до лифта. Вместо кнопок на стене висела карта дредноута.
Лера быстро нашла нужную локацию и нажала на нее пальчиком.
Я только сейчас заметила ее ногти. Длинные, холеные, с золотым покрытием.
– Красотища какая! – восхитилась я, схватив ее лапку.
Она грустно посмотрела на мои пальцы, пережившие даваров. Я ими так и не успела заняться.
– Да, надо бы и твои побаловать. Но только после того, как ты побываешь у Жадэ. А то он мне мозги выполоскает. Но пока он занят своей Конераль, мы можем чуть-чуть пообщаться. Честно говоря, я до последнего не знала, на кого из вас он кинется первой.
– Хорошо, что на Кони. Она не признается, но мне кажется, она очень его любит.
Лифт как-то быстро доставил нас в совершенно другую часть гигантского корабля, так что я даже не почувствовала ни ускорения, ни торможения.
Двери раскрылись, и нас накрыло детскими визгами.
– Детский уровень! – прокричала Лера. – У них сейчас что-то вроде времени для игр. Потом растащат по возрастам и полагающимся для них занятиям!
Мы аккуратно прошли к загону с воспитателями, стараясь по дороге не попасть под свору ребятни.
Детей было очень много. В самом центре было что-то вроде большого манежа для самых маленьких. А те, кто уже свободно мог бегать, носились по всей остальной территории. Воспитатели же ютились по углам в огороженных пунктах наблюдения.
– Где Диамир?
– Добрый день, капитан. Он, – молодая воспитательница окинула взглядом толпу и быстро вычислила нужного ребенка, – вон там. Сейчас приведу.
– Не надо, сами дойдем.
Мы пошли в дальний угол. Там был отдельный манеж, и в нем что-то отстраивала очень разношерстная компания. Буквально разношерстная. Выбивался из этой компании только светлокудрый Дима. Остальные имели голубую шерстку, рыжую, пепельную. Одна девочка была настолько шоколадного цвета, что мне почудился запах какао.
– Ой, котяки!
Лера хихкнула.
– Это виталы. Димкин прайд. Вон та конфетка – его любимая женщина. Он ее ни на шаг не отпускает. Ну только на поспать и поесть. Так получилось, что родились они одновременно, вот так и растут. – Лера склонилась над манежем и потрепала сына по макушке. – Солнышко, могу я тебя отвлечь?
Солнышко повернул головку и просиял молочными зубками.
– Шаму! Шаму!
Ребенок встал и потянул ручки к маме.
– Милый, мы не говорим по-виталски, давай на родном языке, малыш. Я хочу тебя познакомить с твоей тетей.
– Холосе, мама! Тетя?
– Это моя родная сестра и твоя тетя. Это почти как вторая мама.
– Два мама! Тетя-мама!
Дима был в восторге от удвоения мам и потянул лапки ко мне.
Я приняла его, и он тут же прижался и цапнул меня за руку, которой я его держала.
Это было неожиданно.
– Ой!
Лера закатила глаза.
– Это он по-виталски тебя принял в семью. Не ребенок, а обезьянка.
– Все они обезьянки. – Я оглядела остальных смотрящих на меня ушастиков.
Малыши-виталы были покрыты нежным пушком, на кудрявых макушках красовались огромные кошачьи уши. Глазищи у всех были огромные, в полмордашки.
– У них родители в командировке, – тихо сказала Лера. – Мелкие пока живут с нами, но очень скучают.
Мне стало жалко малышей.
– А что вы тут строите? – обратилась я к ним.
– Ситадель! – ответил серенький, а потом ткнул пальцем в шоколадную девочку: – Засисять лольделу!
– Ммм… Это важное занятие! Сейчас мы вам поможем!
И, недолго думая, мы с Леркой залезли в манеж к детям.
Мы так и сидели в детской, на мягких подушках, среди разбросанных кубиков и плюшевых зверей. Дети давно уснули — кто на руках, кто прямо на ковре. Дима сопел у Леры на коленях, шоколадная девочка прижималась к моему боку. Маленькие виталы разлеглись кто где, их пушистые хвосты и уши смешно вздрагивали во сне.
А мы с Лерой все говорили и говорили.
За эти часы она мне столько всего рассказала. Как ее выкупили, как она оказалась у тимрина, как ее будущие мужья расправились с теми мерзавцами, которые похитили нас. О том, что она их очень боялась поначалу и не понимала, что с ней происходит — ей никто не рассказал об особенностях расы айтори. О том, в каком шоке была, когда узнала, что они лорды, и когда увидела, с каким хозяйством ей придется справляться.
Я слушала и не могла нарадоваться. И одновременно все внутри меня содрогалось от воспоминаний о том, сколько же всего я напридумывала за эти годы. Пока я была у даваров, пока пыталась выжить и не сойти с ума, я прокручивала в голове самые страшные варианты. Что Леру убили. Что ее продали в рабство похуже, чем меня. Что она страдает где-то в одиночестве и ждет, а я не могу прийти и спасти ее.
А она — живая. Счастливая. С мужьями, которые, судя по всему, ее обожают, с сыном, с еще одним малышом на подходе.
А потом я рассказала ей свою историю.
— И представляешь. Они стоят, болтают, и тут меня видят и говорят: «Ой, Лера, ты вернулась!» Я чуть не упала, как накинулась на них с расспросами. А тут этот низенький разноцветный мужичок подбегает…
— Ты чего замолчала? — тихо спросила она, поглаживая Диму по спинке.
— Да так. Думаю, как же мне повезло, что ты жива. И что ты… что у тебя все хорошо. Малая, я так боялась за тебя!
— У нас обеих теперь все хорошо, — сказала она.
Мы взялись за руки и замолчали, переваривая все, что с нами произошло.
В детской было тихо. Дети тихо посапывали, и тихо гудели системы корабля. Я почти задремала, привалившись к куче подушек, пригретая котятами-виталами.
Но тут же открыла глаза, когда дверь в детскую с тихим шорохом отъехала в сторону.
Я рефлекторно сжала руку сестры, и она тоже вынырнула из дремы.
В проеме стояли Кони и Жадэ.
Кони выглядела… по-другому. Я не сразу поняла, что именно изменилось. А потом заметила ее губы — чуть припухшие, ярче обычного. И щеки розовые, и глаза блестят.
Все с ней понятно. Дорвалась до своего «Жадэ, ой, доктора Камиля».
Жадэ — спокойный, собранный, в белом халате поверх темного комбеза — шагнул вперед и вежливо склонил голову перед Лерой. Его смоляные кудри тут же упали на лицо. Он тут же откинул их и чуть улыбнулся.
Тонкие черты красивого, благородного лица — может, чуть вытянутого, но это его совершенно не портило. Мне он чем-то напомнил смесь испанца и грека. Очень красивый мужчина.
Кони должна его срочно хватать и присваивать.
Хех, вообще-то он ее присваивать должен, по-айторийски, но это все детали. Так ведь?
Жадэ очень тихо произнес:
— Лордера Валерия, Кира, простите, что разбудили вас. Но все готово для первичного обследования. — Он внимательно посмотрел мне в глаза. — Кира, вы готовы?
Лера подняла бровь, потом посмотрела на меня.
— Все готово? Уже так поздно… — переспросила она.
— Кира переночует в сканере. Даже хорошо, что мы начнем именно ночью. — Жадэ говорил мягко, но я чувствовала в его голосе напряженное, едва скрытое любопытство — такое, от которого по спине бегут мурашки. Как будто я была не человеком, а редким артефактом, который он ждал много лет. — Сейчас базовые тесты и сканирование, утром возьмем образцы. Ничего сложного или опасного.
— Ничего сложного, — хмыкнула я, пытаясь не выдать своего волнения. — Небольшие тесты на мозге, может, пару маленьких операций… Там же не бывает ничего серьезного.
Кони тихонько фыркнула, но ничего не сказала. Жадэ улыбнулся, оценив мою шутку и попытку сдержать нервозность.
Лера аккуратно переложила сопящего Диму на подушки, встала, расправила отсутствующие складки на своем шикарном комбезе.
— Я пойду с ней, — сказала она тоном, не терпящим возражений. — Моя сестра, мой корабль. Я хочу знать, что с ней делают.
Жадэ кивнул так спокойно, будто ожидал этого.
— Конечно, лордера. Вы всегда можете присутствовать.
Я переглянулась с Кони. Та кивнула и чуть подмигнула — мол, не волнуйся, все под контролем.
Мы оставили детей на попечение воспитательниц, которые тут же бесшумно подошли к манежам. Лера шепнула что-то одной из них, та кивнула, и мы вышли в коридор.
Жадэ шел впереди, рассказывая:
— Лорды Налор любезно позволили мне разместить кое-какое оборудование здесь, на «Отаре». Не все, конечно, но для начальных тестов хватит. Полноценный анализ мы проведем уже в моем центре на Нове.
Я шла за ним, разглядывая его широкие плечи, вьющиеся черные волосы. Такого глубокого черного цвета я еще не видела. Были бы мы на Земле, я бы решила, что мужчина регулярно посещает парикмахера, да и из салонов и спортзала не выходит. Фигура его была не такой массивной, как у братьев, а скорее поджарой, гибкой.
А потом я посмотрела на Кони.
Она шла рядом со мной, но я видела — нет, всем нутром чувствовала, — что она все еще парит где-то в облаках. Губы припухшие, на шее — едва заметный след. Я прищурилась.
Кони все это время не отрываясь смотрела на объект своего вожделения. Хотя, судя по углу ее взгляда, она неотрывно смотрела на его подтянутый зад. Она почувствовала мое внимание, подняла глаза и покраснела.
Я наклонилась к ней и прошептала так тихо, чтобы Жадэ не услышал:
— Ты собираешься остаться, да?
Кони дернулась, чуть не споткнулась.
— Что? Нет! Я… у меня контракт с командирами Тайк…
— Ну вдруг кто-то выкупит твой контракт? — сказала я уже чуть громче, покосившись на Жадэ.
Мне показалось, или он тоже чуть не споткнулся?
Чтобы закрепить эффект, я продолжила:
— Ты же мечтала поработать над тайной моей головы и паразитом. А тут сам Жадэ Камиль, лучший ученый айтори…
— Кира! — Кони зашипела на меня. — Тише ты…
Лера, шедшая с другой стороны и мгновенно понявшая ситуацию, вдруг добавила:
— А она права. Ты же первая столкнулась с этим феноменом. На тебе все держалось, пока вы сюда летели. Было бы глупо терять такого специалиста.
Я украдкой показала Кони язык.
Она покраснела еще сильнее.
Мы вышли в красиво оформленный коридор. Главной его фишкой были зеркальные стены, умножающие пространство до бесконечности. Я увидела отражение лица Жадэ.
Кажется, он услышал все, что мы говорили. Я заметила, как подрагивают уголки его губ.
Надеюсь, и выводы он сделает правильные.
Мы свернули за угол, и Жадэ остановился перед двустворчатыми дверьми. Он поднес руку к считывающей панели, и створки разошлись. В лицо тут же ударил прохладный воздух, наполненный типичными для медицинской лаборатории запахами.
Доктор Камиль, словно князь в свой замок, первым прошел внутрь и жестом пригласил нас следовать за ним.
Я сделала глубокий вдох и переступила порог.
И замерла.
Потому что это не было «кое-каким оборудованием». Это было… я даже не знала, как назвать.
Помещение уходило вверх на три яруса. Вместо перил — стеклянные стены, прозрачные и мерцающие силовым полем. За некоторыми виднелись ряды консолей, сканеров, больших голографических проекций. На них я увидела кляксу между полушарий мозга в разных ракурсах, а иногда в срезе.
Да это же паразит внутри мозга!
Внизу, в основном зале, теснились аппараты, назначение которых я могла только гадать: одни размером с холодильник, другие — с небольшой флаер, третьи напоминали причудливые скульптуры из металла и пластика.
А еще там были люди.
Много людей. В белых халатах, с планшетами в руках, с озабоченными и сосредоточенными лицами. Они сновали между аппаратами, что-то отмечали, переговаривались, иногда останавливались и спорили у голографических экранов.
Я открыла рот, закрыла.
— Это… вы называете «кое-какое оборудование»? — выдохнула я.
Жадэ чуть потупился, разглядывая свой планшет, и скромно ответил:
— Ну да. Это небольшой отсек моей основной лаборатории. На «Векторе», конечно, все куда серьезнее. Но для начала и этого хватит… Я думаю…
— Да тут не часть, а целый большой исследовательский центр!
Кони хихикнула.
Лера одобрительно хлопнула меня по плечу.
— Добро пожаловать в большую науку иной галактики, сестренка, — шепнула она. — Ты еще мою цитадель не видела!
Провели мы в лаборатории около двух суток.
Первую ночь я провела в сканере, который за это время измерил во мне абсолютно все. Спать в нем было неудобно, и проснулась я не в лучшем настроении.
Лерка тоже выглядела помятой после ночевки в лабораторном изоляторе.
— Представляешь, они меня заперли! — пожаловалась она. — Пришлось помощника вызывать, чтобы пришел и открыл меня.
— Двери закрываются автоматически, — сказала Кони и передала нам две чашки дымящегося кофе.
Мы синхронно отпили. Терпкий напиток, сдобренный сливками и сахаром, вмиг улучшил настроение.
— Я впервые ночевала в изоляторе и так спать хотелось, что я уже ни на что не обращала внимания, — сказала Лера.
— А чего ты тут ночевала? У тебя целых три мужа, — удивилась я.
— А они вместе с твоими все еще. Разведка донесла, что тебя делят.
Я чуть кофе не подавилась.
— В смысле?
— В прямом. Я же говорила тебе уже. Это древний обычай — забирать всех сестер замуж. Они полетели к старейшинам после того, как провели ту ночь в лазарете.
Я отставила чашку. Дальше пить было опасно — я точно могла подавиться от очередной новости.
— Лера, давай ты мне все сейчас расскажешь?
— Вчера они мерились силами. Оказалось, что твои сильны как демоны и владеют боевыми искусствами не меньше моих.
— Демоны?
— Да, я рассказала про демонов — им понравились эти ребята. А вот ангелы не очень. Тут не сильно поддерживают политику невмешательства.
— Неудивительно. И что же дальше?
— Ну, поломали друг друга немного и решили, что силы равны. Мериться армиями и деньгами тут не принято. Ты не прошла единение со своими, значит, по древним обычаям ты свободна. Но, учитывая твое положение… — Сестра выразительно посмотрела на мой живот. — Твои должны выиграть спор.
Я посмотрела на свой обтянутый мягким медицинским комбезом плоский живот.
— Какое положение?
Лера удивленно посмотрела на меня:
— Так ты не знаешь? И никто еще не сказал? Вот это да!
— Лера?
— Нет-нет, погоди, дай насладиться моментом…
— Лера! Что за положение? У меня кроме паразита в голове еще и глисты завелись? А лорды больше одного паразита за раз не вывозят?
Лерка заржала в голос. Кони тихо булькала своим кофе, стараясь тоже засмеяться.
— Ну… — начала Лера, но тут появился Жадэ с кипой бумаг.
— Всем доброе утро! Что ж, у меня великолепные результаты! А мы еще даже не на «Векторе»! Валерия, вы позволите просканировать вас? Кони я уже просканировал, и мне нужна девушка с Земли.
— Конечно нет! — Лера провела руками по своему большому животу. — Я немного беременна и не позволю подвергать малыша никаким сканированиям!
— Но это же безопасно! — в один голос воскликнули Жадэ и Кони.
Лера отрицательно покачала головой.
А я вдруг вспомнила про других знакомых мне землянок.
— Доктор Камиль…
— Просто Жадэ, прошу вас.
— Да, конечно. Жадэ, я знаю еще как минимум трех землянок. Они находятся в убежище для беглых рабов на Пасоне.
— Точно! Там как минимум три землянки! Отличная тестовая группа! — подскочила Кони и схватилась за свой комм, выискивая координаты мест, где мы были.
— Вы что, собираетесь заражать их паразитом? — ужаснулась я.
— Нет, что вы! Одного вас достаточно. Мы сравним вас с другими землянками и айторийками. У нас есть несколько зараженных людей из федерации, они не айтори и точно не земляне. Их заражение тоже прошло не самым обычным образом — местное население не сходит с ума, а спокойно подчиняется паразиту.
— Наверное, это связано с айторийской воинственной натурой, — развела руками я.
— Вероятно! — подтвердил Жадэ. — И, имея такое количество образцов, я смогу понять, как уничтожить паразита.
— Ну, если девушкам ничего не грозит, то думаю, можно их привлечь, — великодушно разрешила Лера. — Я помню девчонок с Пасоны, они не откажут. Плюс они очень хотели познакомиться с холостыми айтори.
— Если они также красивы, проблем в поисках мужей не будет.
Я рассмеялась:
— Медицинские тесты и замужество в качестве бонуса — просто мечта любой девушки!
Лера ушла с Кони, на ходу говоря:
— Пошли, я запишу для Хвига сообщение, чтобы он не сопротивлялся. А то может и не отдать девочек, или не сознаться, что кроме них есть еще кто-то. Думаю, заберем всех землян. И вообще, раз нас тут уже больше двух, надо попросить у совета анклава разрешение выделить территорию для землян и решить вопрос с их правовым статусом. Идем, Кони, надо много вопросов разрулить.
Восхитившись деловой хваткой сестры, я посмотрела на очень задумчивого Жадэ. Он уже скидывал на основной терминал список предстоящих процедур на сегодня.
Их было очень много.
В итоге я забыла спросить про глистов. Жадэ решительно уволок меня на очередной круг тестирования.
К вечеру мне дали планшет с миллионом вопросов, и я просидела с ним допоздна.
Отвечая на них, я вспомнила, что вместе со мной у даваров был парень-землянин и он тоже был заражен. Но нити взяли его под полный контроль.
В эту ночь я спала в изоляторе Леры. Мне поставили вторую кровать, и, немного поговорив ни о чем, мы уснули.
Утром в лаборатории мы нашли только Жадэ — он утопал в отчетах на бумажном носителе.
— Доброе утро, — поприветствовала я. — Смотрю, вы не любите планшеты и терминалы.
— Да, бумага удивительным образом настраивает на рабочий лад. И не дает мне забыть, как писать. Не хочу потерять технику визайского письма — я потратил на ее оттачивание несколько лет.
Он протянул мне листок. Сравнить эту потрясающе красивую технику мне было не с чем, но я оценила четкость и изящество линий.
— Очень красиво! — похвалила я и тут же спросила: — Как наши исследования сегодня?
— Очень много информации. Кажется, я нащупал кое-что. Ключевое отличие землян от айтори и местных. Я очень надеюсь, что кроме девушек там найдется хотя бы один земной мужчина. Кони уже вылетела за ними.
— Надеюсь, они не испугаются…
— Не должны.
У Леры запиликал комм. Она вытащила его и подняла бровки.
— Жадэ, извините, что прерываю. Я могу забрать Киру на некоторое время?
— Да, можете идти. Думаю, до «Вектора» присутствие Киры не обязательно.
— Тогда идем. Мужья хотят нас видеть.
Холодные мурашки страха прошлись по моей спине.
— Они что-то решили?
— Думаю, да.
— Лера, если твои… — я запнулась. — Сестренка, я тебя очень люблю, но если твои мужья…
— Кирюх, ща разберемся. Они, конечно, молодцы, что решили все без нас порешать, но не на тех нарвались. Да?
— Кажется, я что-то забыл… — сказал сам себе Жадэ. — Я с вами схожу, может, вспомню. Надо от таблиц отвлечься.
Вот только посторонних на этих разборках не хватало.
Мужья ждали нас в большом зале. Кроме них, тут никого не было. Мужчины стояли у бара, потягивали напитки и тихо переговаривались. Когда мы вошли втроем, они отставили бокалы и уставились на Жадэ, игнорируя нас.
Он обошел нас и пошел к бару. Молча налил себе бокал и залпом выпил. Подумал и налил второй.
— Вспомнил! — оповестил он. — Прежде чем кто-то что-то скажет, скажу я как верховный лекарь айтори. Кира должна остаться с Тайками!
– А чего раньше молчал? - сказал один из блондинов Леры, чье имя я еще не запомнила.
– Вам надо было пообщаться, познакомится. А мне нужно было время на осмотр Киры.
— Именно! И если ты уже взял все необходимые анализы, мы…
— Погоди, Стил, — поднял руку Жадэ. — Никакого единения.
Взгляд Скаара потяжелел, Стил с силой поставил бокал на столешницу.
— Жадэ, - спросил другой блонди, — статус девушки должен быть закреплен.
— Мы, уважаемые айтори, имеем дело с совершенно другой расой, и это стоит уважать. Из того, что я услышал, у девушек есть свое мнение на этот счет. В их культуре вообще нет многомужества. Но есть многоженство, и то не у всех. Ваши жены относятся к тем народам, где принято иметь одну жену. Если вы, лорды, заберете Киру, Валерия примет ее, но они обе не будут счастливы. Это первое.
Лорды посмотрели на Леру и на меня, и мы согласно покивали, подтверждая правоту верховного лекаря.
Верховный сделал несколько глотков и продолжил:
— Кира, в свою очередь, не желает уходить от своих мужей. И тут внимание! Она сделала этот выбор сама. Анализируя ее поведение и остаточное воздействие паразита, я понял, что своей воли у паразита не осталось, и все, что он делал, — это усиливал волю своего носителя. Кира выбрала братьев Тайк. И, боюсь, единение с кем-то другим будет шокирующим для ее психики. Это два.
— Можно третье не упоминать, мне этого достаточно! — прорычал Скаар. — Киру мы отдадим только через наши трупы!
Хорошо, что Жадэ проявил инициативу и оказался настолько проницательным, что разложил все по полочкам. Ни я, ни сестра так бы не смогли.
У меня потекли слезы, и я всхлипнула. Лера тоже была сама не своя — в глазах стояли слезы.
Я, плюнув на все приличия, побежала к мужьям. Скаар и Стил стояли рядом, раскрыли объятия, и я прижалась к ним изо всех сил.
— Никто меня не заберет! — прогундосила я из-под подмышки Стила. — А кто попытается — пожалеет! Бистарам скормлю!
Я сорвалась на рыдания. Я долго держалась, загоняя чувства и эмоции поглубже. Столько всего произошло за эти дни, что я не успевала реагировать на все, и напряжение накапливалось.
А тут какие-то незнакомые мужики решили, что могут решать мою судьбу. И что меня можно вот так забрать от тех, кого я… от тех, кого я люблю.
Скаар и Стил гладили мою спину.
Я краем уха слышала, что примерно такая же ситуация происходит и в семье Леры. Я чуть оторвалась от своих и глянула в сторону. Блондины бережно обнимали Леру, заверяя, что она самая лучшая и им других не надо.
Жадэ откашлялся:
— Кхм, все же я скажу третье, почему Кира не может уйти от братьев Тайк. Хотя это стоило сказать в самом начале.
Жадэ откашлялся:
— Кира, — сказал он, — вы беременны.
Я все еще прижималась к Скаару и Стилу, не решаясь отпустить их. Слезы больше не текли, но я продолжала шмыгать носом, уткнувшись в плечо Стила. Его рука гладила меня по спине, и это было так успокаивающе, что я готова была стоять так вечность.
И не сразу поняла сказанное Жадэ. Его слова повисли в воздухе, и мой мозг отказывался их обрабатывать.
Я отстранилась от Стила и посмотрела на Жадэ.
— Что? — переспросила я.
— Вы беременны. Срок мизерный, потому на ранних сканерах это было неочевидно. Но на моем оборудовании, — он кивнул в сторону лаборатории, — скрыть такое невозможно. Эмбрион здоров, развивается нормально.
Я медленно повернула голову и посмотрела на свой плоский живот.
Потом на Леру.
Лера не выглядела удивленной. Вообще.
— Ты! Ты знала! — выпалила я. — Еще там, в лабе! И промолчала!
Сестра выпучила глаза, как рыбка, и развела руками.
— Прости, забыла. Я собиралась сказать! Но отвлеклась, и мысль ушла. — Она погладила свой округлившийся живот и вздохнула. — Вот у тебя такой же вырастет — поймешь, как тяжело мысли удерживать в узде. Головой думаешь одно, а организм говорит: «Нет, дорогая, сейчас мы будем думать о том, где в ближайшей звездной системе взять соленые огурцы». Ну и на любые другие темы тоже.
Я открыла рот, закрыла. На сестренку невозможно было злиться.
Беременна!
Это не укладывалось в голове. Кем я только не была в последнее время! Я — жертва похищения пиратами, оператор бистаров, беглец от даваров, подопытная мышь для ученых — и вдруг! Я еще и беременна.
— Это невозможно, — выдавила я.
— Вполне возможно, — мягко возразил Жадэ. — Вы здоровы, фертильны, и, судя по всему, ваш организм уже начал адаптироваться. Но есть один важный нюанс.
Он перевел взгляд на Скаара и Стила.
— До окончания беременности вы не можете завершить единение с ней. Последующая перестройка организма опасна для ребенка.
— Нельзя? Это то, что определяет, принадлежу я мужьям или свободна? — насторожилась я и посмотрела на мужей Леры, которые именно по причине «она не ваша» хотели меня забрать себе.
— Это управляемый процесс. Единения, слияние, присвоение. Конкретного термина у нас айтори никогда не было, а тут этот процесс называют кто как хочет., — пояснил Жадэ. — У айтори есть способность выделять особые вещества — феромоны и гормональные комплексы, которые постепенно меняют организм партнера, привязывая его к себе. Если мужчины айтори хотят сделать женщину своей окончательно, их организм вырабатывает концентрат этих веществ и вливает их в ее кровь — при длительном физическом контакте. Таким образом вы становитесь немного айтори, приобретаете нашу систему регенерации, становитесь сильнее и так далее.
— И теперь кто угодно может сказать, что они мне не мужья?! Без этого… процесса!
Брови одного из блондинов поднялись, его задели мои слова. Он себя точно не считал “кем угодно”.
— Нет, дорогая, — мягко сказал Скаар, поворачивая меня к себе. — Ты носишь нашего сына и ты неприкосновенна. Мы подождем, когда ты родишь и малыш чуть подрастет. Твое молоко тоже должно быть чистым. Ну и во время трансформации тебе будет не до ребенка.
Я смотрела на них, и внутри все переворачивалось от нежности.
— Вы… вы не злитесь? — тихо спросила я. — У нас же был брак по расчету. Я не думала… Это вышло случайно.
Стил фыркнул.
— Случайно?
— Абсолютно случайно, — подтвердила я, чувствуя, как щеки заливаются краской.
Скаар наклонился и поцеловал меня в макушку.
— Кира, у айтори нет случайных беременностей. Только желанные.
— Но мы даже не говорили об этом!
— А что люди перед тем, как зачать ребенка, всегда об этом говорят? — спросил Стил.
— Ну… обычно это как-то планируется, — неуверенно сказала я, вспомнила, что мы у мамы были обе случайные, и тут же поправилась: — Вроде бы.
Лера, наблюдавшая за этой сценой, захлопала в ладоши.
— Ой, как все здорово! — Она повернулась к своим мужчинам. — Давайте оставим их наедине. Плюс я еще не завтракала!
Блондины зашевелились, заулыбались. Один из них — кажется, Рамас — подошел к Лере, обнял ее за плечи.
— Мы тоже не завтракали, лордера.
— Вот и отлично. Идемте. — Лера махнула мне рукой и направилась к выходу, но на полпути остановилась и обернулась. — Кирюх, только не переживай. Все будет хорошо.
Она ушла, уводя за собой мужей. Жадэ, вежливо поклонившись, последовал за ними.
Двери закрылись.
Мы остались втроем.
Тишина в зале была какой-то тяжелой. Я стояла, прижимаясь к мужьям, и пыталась осознать, что внутри меня растет новая жизнь.
— Кира, — тихо сказал Скаар. — Посмотри на меня.
Я подняла голову. В его глазах не было ни капли сомнения. Только тепло, забота и что-то еще — глубокая, спокойnáя радость.
— Ты боишься? — спросил он.
— Немного, — призналась я.
— Мы рядом, — сказал Стил, его рука сжала мою ладонь. — И так будет всегда.
Скаар кивнул.
Дверь, в которую только что ушли Лера с мужьями и Жадэ, открылась.
Я обернулась. В проеме стоял один из блондинов — тот, что говорил меньше всех.
— Грайт? — Скаар сдвинулся так, чтобы я была прикрыта им и Стилом.
Блондин кивнул и подошел ближе.
— То, что вы остаетесь с Тайками, — сказал он, обращаясь ко мне, — означает, что теперь они нам родственники. А это накладывает определенные обязательства. И вам следует обсудить еще и их.
Скаар напрягся.
— Какие?
Грайт посмотрел на него в упор.
— Лордера — это не просто статус. Лордера — это сердце рода и управляющая цитаделью. Если ее сестра попадет не в те руки…
Он многозначительно замолчал.
— Кира никогда не останется без защиты! — прорычал Стил.
— Это не просто мой каприз. И вы оба об этом знаете. Этого потребует совет. Вы не можете продолжать наемничать по всей галактике, таская с собой сестру лордеры. Как бы круты вы ни были — это небезопасно. Теперь вы часть семьи Налор. А значит, ваш образ жизни должен измениться.
Скаар и Стил переглянулись.
Я видела, как напряглись мужья.
— Обсудим это позже, Грайт, — вдруг очень спокойно сказал Скаар. — А сейчас мы бы хотели побыть наедине с женой.
Грайт так же спокойно кивнул.
То, что он сказал, не было ультиматумом, он просто донес до нас информацию и, кажется, был даже немного удивлен спокойной реакцией.
Он коротко поклонился мне:
— Извините, что заставил вас нервничать, Кира.
Не дожидаясь ответа, он вышел.
Я выдохнула.
— Это меня… меня только что приняли в семью? — тихо спросила я.
— Да. Кажется, нас тоже, — недовольно фыркнул Стил.
Скаар притянул меня к себе, поцеловал в лоб.
— Разберемся. Главное, что ты и ребенок будете в порядке. Остальное — решаемо. Да и от Стеллоса пришло сообщение, в котором он намекнул, чтобы мы не строили планы на будущее.
— Всем от нас что-то надо! — тут же возмутился Стил и, подмигнув нам, предложил:
— Предлагаю сбежать!
Я прижалась к нему, чувствуя, как тепло разливается по телу.
— Люблю вас, — прошептала я. — Обоих.
— И мы тебя, — ответили они почти в унисон.
Неделю спустя. Орбита планеты Нова. Научно-исследовательский центр «Вектор».
«Вектор» оказался огромной космической станцией. Она висела на внешней орбите Новы.
На станции имелся биокупол — комфортабельная среда для жизни людей, работающих на станции.
Посередине купола раскинулось большое озеро. Вокруг него, утопая в зелени, расположился жилой комплекс — не здание, а целый маленький городок.
Встречу с высокими гостями устроили в одном из административных корпусов.
Сейчас я сидела в большом зале для совещаний. За длинным столом, на полированной поверхности которого мерцали голограммы. В креслах — серьезные люди. Вернее, не совсем люди.
Напротив меня — президент Федерации. Мужчина средних лет с пронзительными глазами, короткой модельной стрижкой и тяжелым подбородком.
Рядом с ним — адмирал Стеллос — огромный, привлекательный мужчина; казалось, стоит ему напрячься — и его роскошный военный мундир лопнет на широких плечах.
Рядом — его первый помощник и супруга — невероятно тонкая, очень симпатичная девушка.
Совершенно разные на первый взгляд. Но когда их взгляды пересекались, становилось понятно: так только кажется. На самом деле они одно целое. Энергия чувств, которая скользила между ними, иногда казалась осязаемой.
Справа и слева от меня — Скаар и Стил. Мои мужья. Они сидели близко, почти касаясь меня плечами.
Дальше были места Кони и Жадэ. Кони держала планшет, нервно постукивая по нему стилусом.
А сам Жадэ стоял у голографической доски, на которой крутилась трехмерная модель паразита — узловатая клякса с длинными щупальцами, которые сплетались в сложные узоры.
Я смотрела на эту модель, и внутри все холодело. Это существо жило в моей голове. То есть то, что от него осталось.
— … таким образом, — говорил Жадэ, и я поняла, что, задумавшись, пропустила начало его речи, — уникальность строения организмов земных женщин может стать ключом к победе над паразитом.
Он коснулся модели, и та распалась на части. Внутри нее появилась крошечная структура, похожая на спираль.
— Я уже выделил механизм, который отвечает за подавление функций паразита. Видите ли, в организмах земных женщин есть белок, и он срабатывает как аварийный предохранитель. Этот белок находится только в организме женщин и передается по наследству по женской линии.
— И что? — спросил президент. — Зачем он нужен?
Жадэ увеличил изображение.
— Смотрите. В каждой клетке есть крошечные энергостанции — они перерабатывают еду и кислород в энергию. Паразит, когда попадает в мозг, пытается подключиться к этим станциям, взять их под контроль. Но в теле земной женщины срабатывает предохранитель. Происходит резкий скачок — и паразита вырубает. Он просто сгорает на месте.
Президент нахмурился.
— А почему у Киры он сгорел не до конца? — спросил Стил.
— У паразита сложное строение. Часть наружных усиков, которые нужны ему для общения с себе подобными, остается. Поэтому она чувствует других зараженных на расстоянии, но сама не становится ни зомби, ни агрессором. Паразит мертв.
— А почему мужчины не защищены? — уточнил президент, записав что-то в планшет.
— Потому что у мужчин сила того самого предохранителя намного ниже, — ответил Жадэ. — Тестостерон его подавляет. У них пробки не выбивает при первом же касании паразита, он успевает полностью взять управление. Кстати, у айтори такого механизма вообще нет. Их организм поддерживает жизнь иным способом — скажем так, другой схемой энергопотребления и высокой регенерацией.
— Ясно! И что же вы предлагаете? — спросил президент, выпрямившись.
Жадэ переключил голограмму. На ней появилась карта Федерации, на которой разными цветами были отмечены регионы.
— Я предлагаю использовать земных женщин как доноров. Мы можем выделить из их клеток тот самый защитный белок и создать вакцину. Активировав ее, мы сможем лечить зараженных.
Президент задумался.
— Сколько женщин вам нужно для начала?
— Для начала — несколько сотен добровольцев, — сказал Жадэ.
— А если добровольцев не найдется?
— Найдутся, — твердо сказала я, привлекая внимание.
Все повернулись ко мне.
— Я думаю, многие захотят попутешествовать по другой галактике. Плюс вы же предоставите им компенсации, какие-то вознаграждения за помощь?
Президент кивнул.
— Конечно. Хорошо. Тогда следующий вопрос. Землю нужно срочно брать под защиту.
— Определенно! — поддержал президента адмирал. — Как только о нашем открытии станет известно, найдутся те, кто захочет использовать уникальные особенности землянок в своих целях. Работорговцы, контрабандисты и прочие личности, желающие подзаработать. Они не остановятся ни перед чем. И все еще остается открытым вопрос с Сенатом.
— Да, — процедил президент. — Сенат. Я требую полный отчет, доктор Камиль. И все данные. Адмирал Стеллос, ваше расследование о причастности Сената к распространению паразита — когда будет готово?
— Через сутки оно будет у вас, господин президент, — вместо Стеллоса ответила его супруга. — Я уже отправила приказ в отдел аналитики.
— Наконец-то, — президент сжал подлокотники кресла. — Я смогу доказать, что Сенат напрямую замешан в том, что паразит спокойно развивался прямо перед нашими носами. Я распущу Сенат!
В зале повисла тишина. Насколько я знала, в истории этой Федерации Сенат еще не распускали. Но судя по лицам присутствующих, никто не собирался возражать.
Вот тебе и далекая-далекая галактика.
— Да, — сказал президент после паузы. — И раз уж в этом замешаны айтори, которым я доверяю как самому себе, то, пожалуй, именно они должны заниматься этим проектом. Корван, — он повернулся к мужчине, сидящему в углу, которого я раньше не замечала, — вы займетесь правовыми аспектами интеграции Земли в Федерацию.
Корван кивнул.
Президент повернулся к нам.
— Скаар, Стил — вы и ваша жена лучше всех сможете обеспечить безопасность на месте. Непосредственно в Солнечной системе, где и находится Земля.
Я обалдело смотрела на президента.
Мы? Обеспечивать безопасность? Около Земли?
— У вас есть опыт, — продолжал президент. — Вы знаете, как работают работорговцы, как защищать гражданское население. Вам доверяют айтори. И ваша жена — землянка. Кто, как не вы, сможет наладить контакт с местными властями?
Скаар и Стил переглянулись.
— Не вопрос! Мы согласны, — сказал Скаар.
— Да, — добавил Стил. — Но нам понадобятся ресурсы.
— Вы все получите, — отрезал президент. — После того, как я отправлю всех замешанных сенаторов под трибунал. Вы сможете начать действовать. А пока я хочу, чтобы вы приступили к детальному планированию!
Я подняла руку.
Президент заметил это и слегка удивился — видимо, не привык, чтобы его перебивали.
— Да, Кира, что вы хотели сказать?
— Я хотела сказать, — начала я осторожно, — что интегрировать Землю будет не так легко, как вы думаете.
— Не будет, — согласился президент. — Учитывая многообразие политических структур и языков на такой маленькой планете. Но мы найдем способ. И начнем с защиты.
Я кивнула, чувствуя, как Скаар сжал мою руку под столом.
Защитить Землю.
Мой дом.
Место, где все началось.
И, возможно, место, куда я когда-нибудь вернусь.
Шесть лет спустя.
Спутник Юпитера. Европа. Подводная айторийская база.
Я сидела в своей комнате, на широкой мягкой кушетке, и смотрела в камеру комма, записывая послание сестре.
— Лерка, привет! — улыбнулась я. — Давно не общались, я знаю. Прости, в последнее время была занята. Но у нас все хорошо, правда.
Я откинулась на спинку кушетки, поправила волосы — они снова отросли до пояса и родной русый цвет вернулся.
— Знаешь, тут столько всего произошло. ООН реформировали. Теперь они действительно отвечают за все нации. Земля готова вступить в Федерацию на правах автономии со своими порядками. Кто бы сомневался, да? Через месяц мы собираемся сообщить об этом людям. И постараться сделать так, чтобы они от радости или страха не ушатали сами себя.
Я отпила кофе и продолжила:
— Но есть и плохие новости. К сожалению, кто-то придумал, что у маленьких земных девочек защитный белок чище, чем у взрослых женщин. И потому из них можно получить более качественную вакцину. Понимаешь, к чему я клоню?
Лера не отвечала, конечно. Это была запись. Но мне нужно было выговориться.
— Мы выяснили, что в последние месяцы участились случаи похищений маленьких землянок. Их вывозят с планеты, продают на невольничьих рынках в разных частях Федерации. Мы с парнями перехватили несколько таких партий, но не все. Боюсь, это организованная сеть, и у нее есть покровители среди тех, кого мы еще не раскрыли.
Я помолчала, формулируя просьбу:
— Лер, мне нужна твоя помощь. У твоих лордов есть связи, которых нет у нас. Пожалуйста, попроси их провести расследование. Мы не можем оставить этих детей у работорговцев.
Я помолчала, собираясь с мыслями.
— Ладно, хватит о грустном. Как там Дима? Как растут близняшки? Я посылаю им посылку — видеосообщение их от бабушки и дедушки, земные сладости. Шоколад, зефир, ириски и много всего. Да мамины пироги в стазисе! Не пугайтесь, я хотела, чтобы они максимально сохранились. Кстати, когда ты маму с папой в гости пригласишь? Они расстроены, что ты не смогла прилететь. Давай подумай об этом. И И еще, а мы не можем увеличить и их годы жизни? Было бы здорово. Тебе и твоим мужикам я тоже кое-что отправила.
Я улыбнулась, представив лицо Леры, когда она откроет коробку с подарками от родителей и от меня лично. Особенно ей должен понравится латексный костюмчик и плетка…
Ха-ха!
Я чуть не подпрыгнула, когда дверь в комнату распахнулась с грохотом.
— Мама!
Верхом на Сане въехал мой пятилетний сын. Кирсан — светлые волосы, черные глаза, веснушки на носу — моя копия, но с характером отцов. Он ловко соскочил со спины Сана, подбежал и обнял мои ноги.
— Мама, а папа сказал, если я догоню тебя, ты сделаешь мне земляцкий бутерброд!
— Папа соврал, — крикнули из коридора тонким девичьим голоском.
— Я не врал, я сказал, что, может быть, сделает!
— Нет, ты сказал «точно сделает»! — нахмурился Кирсан.
В комнату на спине Мун въехала наша младшая, двухлетняя Ская. Дочка держалась за хитиновые пластины бистара обеими ручками, радостно попискивая. За ней шли Скаар и Стил, споря на ходу.
— Ты не говорил «может быть», я точно помню! — встал на сторону сына Стил.
— Я сказал «может быть»! — упорствовал Скаар.
Мун подошла ко мне и осторожно опустилась на передние лапы, чтобы Ская смогла сползти. Дочка тут же кинулась ко мне, взбираясь на колени.
— Мама! — провозгласила она. — Бутерброд! Земляцкий!
Я взяла ее на руки, поцеловала в макушку. Волосы у нее были черные, как у отцов, но глаза — светлые, как у меня.
— Сначала еще раз обнимите маму, — сказала я, — потом бутерброды. Земные.
Кирсан послушно прижался ко мне с одной стороны, Ская — с другой. Бистары, фыркнув, улеглись на полу, положив морды на лапы.
Скаар и Стил переглянулись, подошли и уселись рядом с нами. Скаар обнял меня и Кирсана, Стил — Скаю. Получился огромный, теплый клубок из людей, детей и бистаров.
— Я вас люблю, — прошептал Скаар.
— Очень сильно, — добавил Стил.
— А мы вас любим, — сказала я за себя и детей.
— И тетю Леру любим! — вставил Кирсан.
— Конечно, — усмехнулся Стил. — К слову о Валерии.
Он посмотрел на Скаара, тот кивнул.
— Кира, — начал Стил, — твоя сестра требует, чтобы мы…
— Она говорит, — перебил его Скаар, — что мы не твои мужья. И что пока у нас не будет какой-то усадьбы, мы ими не станем.
— Не усадьбы, а свалки! — поправил Кирсан. — Папы, вы не так говорите!
Скаар пожал плечами.
— Тетя Лера сказала, что нужна свалка! — подтвердил Кирсан. — Ты же согласна устроить свалку с папами, чтоб как надо?
Я поняла, что ничего не поняла.
Свалку с папами и и так регулярно устраивали по ночам, а иногда и днем.
Но чего от них могла хотеть моя сестра? Даже не хотеть, а настаивать.
Усадьба, свалка…
Я рассмеялась когда сообразила.
Вот ведь Лерка…
— Может, она сказала «свадьба»? — уточнила я.
— Вот! Точно. Свадьба. Пока у нас не будет свадьбы, мы не можем считаться семьей по законам твоей планеты! Ну и?
Я посмотрела на Скаара и Стила. Они смотрели на меня — выжидающе, чуть напряженно. Несмотря на то, что мы уже шесть лет жили как семья, несмотря на детей, они все равно переживали, что мы не провели древний земной обряд.
— Ты согласна, любимая? — спросили они в один голос.
В комнате стало тихо. Даже бистары подняли любопытные морды и замерли в ожидании ответа.
— Конечно, согласна!
Кирсан радостно завопил и повис на шее у Стила. Ская, не понимая, что происходит, но подхватив общее настроение, захлопала в ладоши и закричала «да-да-да!».
Скаар и Стил обняли нас всех — меня, детей, потом и бистаров — так, что я засмеялась и чмокнула сначала одного, потом другого.
Бистары подскочили и радостно запрыгали вокруг нас.
А комм, запись на котором я так и не выключила, продолжал нас снимать — Лера услышит все это в своем послании.
Вот и отлично!
Пусть знает, насколько ее сестра счастлива!
.
Конец.
.
.