Я стояла в самом центре.

Передо мной был балкон и длинная лестница, по которой должны были спуститься принц и принцесса.

Зазвучали фанфары.

Зрители зааплодировали.

Королевский глашатай объявил:

— Внимание, внимание! Слушайте все! Смотрите все! Сегодня на всех магических зеркалах-экранах Коруны, прямая трансляция королевской помолвки! Спонсор трансляции «ООО Принц не нищий», «ООО Принц не нищий» — мы гарантируем вам вклады под самый выгодный процент, ипотечные кредиты под залог вашей магии и королевские облигации беспроцентного займа. «ООО Принц не нищий» — мечты сбываются!

Глашатай оттараторил рекламный слоган, все замерли.

Шум затих.

Принц вышел на подмостки.

Его окутывал какой-то сказочный туман.

Туман, который рассеялся и…

Толпа зевак в парке дружно ахнула.

Придворные так же ахнули.

Кто-то упал в обморок.

Кто-то закричал высоким голосом: — «А-а-а-а-а!»

Я была в шоке, хотя зрелище, которое сейчас наблюдали все я точно уже видела.

В моём магическом зеркале.

О, Великий Мерлин!

Принц сделал шаг, еще шаг,

К счастью, туман продолжал окутывать его чресла, скрывая от всего мира самое сокровенное, но всё остальное!

Широкие плечи, бицепсы, развитая грудная клетка, пресс в восемь кубиков, косые мышцы и дорожка волос, убегающая вниз, мощные квадрицепсы, икры… Нет, на икрах были короткие чулки, на ногах туфли с золотыми пряжками, но в остальном…

— А принц-то голый! — громко крикнул юный хулиган, сидящий на дереве, и заливисто захохотал.

— Голый! Голый! — подхватила толпа простолюдинов, заполнивших сад.

«Голый!» — в ужасе подумала я, лихорадочно вспоминая, что же я сделала не так?

Костюм был готов. Магическая ткань, магические нити, Зингершильда постаралась на славу, после я повесила костюм на моего дорогого Жоффрея, достала волшебную палочку, и…

Заклинание!

Я перепутала заклинание!

О… Великий Мерлин и Моргана!

Вместо «Идеального утра» я наложила на костюм принца заклинание «Утренний туман»! И костюм просто испарился!

И что же мне теперь делать?

Я подняла руки, пытаясь воспроизвести магические пассы, чтобы хоть что-то исправить.

Но чтобы что-то исправить, надо чтобы это что-то было!

Хотя бы какой-то костюм! А костюма принца не было и в помине!

Он превратился в туман.

Принц Александер стоял перед толпой подданных. Его лицо было полно суровой решимости.

Его высочеству принесли плащ, попытались накинуть ткань на плечи.

— Нет! — завопили женские голоса из толпы.

— Оставьте так!

— Не думала, что наш принц такой красавчик!

— Жалко, что у него помолвка, а то я бы его…

Взрывы смеха были слышны то тут, то там.

Мой принц схватил плащ, ловко обернул его вокруг бёдер, и встал в позу статуи Великого Мерлина, расправив плечи и выставив одно бедро вперёд.

А потом поднял руку.

— Внимание, внимание!

— А вот так уже не носят!

— Что?

Разряженная в пух и прах герцогиня Орландо посмотрела на меня уничтожающим взглядом.

В пух и прах — именно натурально, не фигурально выражаясь.

Пух был лебяжий, выкрашенный в цвет поедающего на закате креветки фламинго из пресного розового озера Фалабелло, что на юге третьего королевства.

А прах… прах принадлежал её бывшему мужу — они развелись из-за непомерной любви герцогини к собачкам и марципану, у несчастного была аллергия и на то, и на другое.

Он надеялся жить счастливо после развода, но увы, его надеждам не суждено было сбыться, холостяцкое увлечение охотой на златохвостов свело его в могилу. Он случайно выстрелил сам в себя. Правда, на той же охоте присутствовала и герцогиня, и поговаривали, что её даже пытались обвинить, но разве могла убить мужа эта святая женщина, которая теперь посыпает себя прахом единственного любимого мужчины?

Разумеется, нет! Как вы могли подумать, господа и дамы?

Откуда я всё это знаю?

Конечно же из «Корунского королевского вестника», главного источника сплетен нашего девятого королевства.

«Корунский вестник» знает всё и обо всех. Ну, почти.

Например, ему до сих пор не удалось выведать главную тайну.

Кто такая госпожа Сильвана, лучшая портниха столицы, откуда она появилась и как выглядит?

Эту тайну не знает никто, кроме меня!

Потому что госпожа Сильвана — это я.

И только я могу заявить герцогине, что то, что она носит — не модно!

— Да как вы… смеете!

— Смеет, смеет! — проскрипел своим деревянным голосом мой любимый манекен Жоффрей, скромно стоящий в углу. — Она еще не то смеет, наглости ей не занимать!

— Да, да, да! — поддержала его Жозефина — второй манекен, скромная, немногословная, во всём поддерживающая своего коллегу и милого друга.

— Жоффрей, как ты смеешь так говорить о хозяйке! — возмутилась моя любимая швейная машинка Зингершильда, надув губы и начав строчить в десять раз быстрее от избытка эмоций.

Пришлось замедлить её с помощью короткого незаметного заклинания. Эмоциональные магические помощники — это, конечно, хорошо, но я не готова распарывать неровные швы, а потом заново выравнивать изделие и ткань.

— Смеет, — не унимался старик Жоффрей, — потому что слава о её мастерстве гремит далеко за пределами королевства и нет ни одной красавицы и модницы нашей славной Коруны, которая не мечтала бы хоть раз надеть платье, сшитое этим божественными ручками!

Ах-ах! Льстец! Мой милый деревянный льстец.

Но мне приятно.

— Да, да, да! — снова поддакнула Жозефина, чуть поскрипывая колесиком, подкатываясь к своему деревянному возлюбленному.

Я улыбнулась герцогине, наклоняясь к её уху, в котором висел розовый сапфир размером с голубиное яйцо.

— Вы хотите, чтобы на балу у графини Шкодины только о вас и говорили?

— Я? Я… да я… Конечно же хочу!

— Она ведь первая сплетница нашего королевства, не так ли?

— Так ли, так ли! — снова влез Жоффрей, я сказала ему «цыц» и снова улыбнулась герцогине.

Улыбку мою она видеть могла. А вот лицо — нет.

Лицо было скрыто искусно сделанной маской из позолоченной кожи Корунской кобры. На самом деле, не настоящей, конечно, но это не важно.

— Если графиня Шкодина что-то увидит или услышит, назавтра об этом будет известно всем, даже быстрее, чем ежели новость напечатали бы в Корунском вестнике, вы согласны?

Герцогиня Орландо не ответила, просто кивнула мне, вращая огромными голубыми глазами.

— И, разумеется, на балу вы должны выглядеть безупречно, настолько безупречно, чтобы Шкодина захотела съесть свой веер, которым всё время обмахивается, не так ли?

Герцогиня хмыкнула, надула губы, выпустила пар…

— Да! Именно так! Чтобы нахалка съела свой веер!

Я удовлетворённо захихикала и снова наклонилась, заговорщицки прошептав:

— Я могу показать вам кое-что, сделаю предложение, от которого вы точно не сможете отказаться, мадам. Взгляните сюда!

Я резко выпрямилась, взмахнула руками, хлопнула в ладоши, затем повернула подиум, на котором стояла герцогиня, сделала пасс ладошкой, и магические шторы распахнулись сами собой открывая высоченное переливающееся магическое зеркало.

Еще один взмах, и гладь зеркала поплыла волнами, словно озеро, в центр готового бросили гигантский булыжник.

— Смотрите, ваша светлость, смотрите!

Светлость открыла рот, явив всему миру и мне прекрасные жемчужные зубы, которые не так давно вставила у лучшего мастера, маэстро Туффини.

Из зеркала на нас глядела лучшая версия герцогини.

Нет, она не стала моложе на двадцать лет и тоньше на сорок дюймов.

И кожа её не разгладилась, превратившись в ровное полотно, ну если только чуть-чуть, я всё-таки предпочитала клиенткам не лгать.

Но герцогиня стала воистину герцогиней.

Статной, элегантной, стильной.

И такой её делало платье.

Моё платье!

Платье, сшитое моими руками, которое на неё надело моё магическое зеркало.

— Кто это? — прошептала герцогиня зачарованно.

— Вы, — просто ответила я.

— Великолепная! Нереальная! Изысканная! — громогласно льстил Жоффрей, хотя почему льстил? Этот деревянный подпевала знал своё дело.

— Да, да, да! Вел-ликол-лепная! Нер-реальная! — повторила за ним Жозефина, а я подмигнула отражению герцогини.

— Так что, платье заказывать будете?

Платье! Ах-ах!

Если бы только платье!

Через полчаса у меня был огромный заказ, который обычная портниха, даже обладающая магическими способностями, не выполнила бы и за полгода.

Платья, накидки, шлейфы, корсеты, домашние костюмы, наряды для верховой езды и полётов на драконах, курточки, пальто, и даже шубка из… не важно из кого, главное — самая модная.

Да, да, обычная мастерица такого бы не сделала. Даже целый цех мастериц трудился бы долго и упорно.

Но я-то обычной не была!

Я была самой что ни на есть необычной!

Вот только знать об этом никому не следовало, иначе…

Эх… иначе я могла лишиться всего.

Дело в том, что в нашем мире пользоваться магией без соответствующего образования и разрешения было запрещено.

Действовал великий магический статут.

А я, увы несмотря на то, что окончила магическую Академию и даже с отличием диплом так и не получила.

О Великий Мерлин, в этом я могла винить только себя.

Себя и его!

Ненавистного Александера Ферфакса! Престолонаследника! Негодяя, который поспорил на меня и…

— Тише, тише, хозяйка, что вы творите, так нельзя! На радостях себе весь ум зашьёте… — немного испуганно бормотал Жоффрей.

Я сглотнула, откашлялась, посмотрела на свои руки — я снова зашивала несуществующую дырку на своей юбке! И снова нарушала правило — на себе самой ничего зашивать нельзя — можно сшить все свои извилины и останешься дурочкой.

Так говорила моя бабушка, потомственная ведьма, магистр магического плетения и шитья.

Эх, бабулечка-красотулечка, если бы ты была со мной!

Ничего бы этого не было…

Я оглядела свою прекрасную мастерскую.

Да, если бы бабуля была со мной, она никогда не допустила бы, чтобы наследница рода Дамиани опустилась бы до такого.

Подумать только! Заниматься столь плебейским, неблагородным делом!

О, нет, бабуля моя тоже шила.

Но шила она исключительно магические предметы — вуали, плащи-невидимки, наряды для особых случаев, вплетая туда специальные нити, защищающие от магического воздействия или, наоборот, усиливающие магические способности.

Разумеется, наследница рода, юная потомственная виконтесса, которой я являлась, ни при каких обстоятельствах не должна была опускаться до того, чтобы стать простой портнихой и открыть простую модную лавку.

Но вот в чём вся ирония судьбы, конечно же моя модная лавка совсем не была простой! Отнюдь нет!

И простой портнихой я тоже, разумеется, не была.

И я нашла способ использовать магию!

Да, да! Пусть это и было запрещено!

Я её использовала так, что никто об этом не знал!

И…

Стоп, стоп… я не собиралась никому выдавать сразу все свои секреты.

Никто не должен знать ни о чём!

Только мои верные друзья и помощники.

Жоффрей. Жозефина.

Моя швейная машинка, неутомимая Зингершильда.

Верные, преданные, но, увы, неодушевлённые.

А одушевлённых друзей у меня давным-давно не было.

Ну, как давно?

Ровно пять лет прошло с тех пор, как я, Лиана Сильвия Дамиани покинула Корунскую Академию.

Вернее, пять лет с того момента, как меня с позором выгнали оттуда, обвинив в краже королевского перстня, который я, разумеется, не крала.

Просто наследнику престола, принцу Александеру, будущему королю Коруны и всего девятого королевства, захотелось со мной поиграть.

Сначала он пытался меня соблазнить.

Потом оказалось, что он на меня поспорил.

В довершении всего связался с моей мачехой, дабы окончательно меня опорочить и лишить всего.

Кража перстня была преступлением против короны, против государства!

Разумеется, я ничего не брала!

Принц, конечно, показывал мне перстень, я знала, что он висит у него на шее, на зачарованной нити.

Какая же я была дура! Показала ему, что легко могу расколдовать нить и снять перстень!

Мачеха обвинила меня. Принц не встал на мою защиту.

Он просто промолчал. Хотя нет, совсем не просто промолчал. Он исчез, испарился, отправился в путешествие по соседним королевствам, не удосужившись даже поговорить со мной.

Ну, да, с кем говорить? С девушкой, на которую поспорил с друзьями?

Он исчез. А я…

Мне пришлось расстаться с титулом, с магией, со всем, что было мне дорого!

Я даже не смогла попрощаться с любимой бабушкой, когда она покинула этот мир!

Почти четыре года я скиталась, пытаясь выживать в соседних королевствах.

А потом…

Потом решила — будь что будет!

Я — Лиана Сильвия Дамиани, а Дамиани не сдаются!

Никогда!

Еще несколько месяцев я готовила своё триумфальное возвращение.

И вот я вернулась в Коруну.

После стольких лет изгнания!

Вернулась, чтобы покорить этот город и всё королевство!

Вернулась, чтобы доказать, что я могу!

Вернулась, чтобы вернуть своё честное имя.

Правда, пока я не знаю как, но… я это сделаю!

Теперь я стала владелицей самой популярной модной лавки.

У меня одевались графини и герцоги, графы и герцогини, баронессы и виконтессы, маркизы и прочие благородные дамы и господа.

Шила я абсолютно всё, быстро, качественно, выгодно.

Интерес к моему модному магазинчику возрастал день ото дня.

И ко мне тоже.

Все пытались выяснить, кто такая госпожа Сильвана и почему она носит маску.

А я… я пыталась сохранить свою тайну и тайну моего мастерства.

Мне по закону разрешена была лишь минимальная бытовая магия.

Но когда я вела кочевую жизнь, переезжая из королевства в королевство, я узнала много нового.

Например то, что любой волшебник, независимо от того имел он диплом или не имел, в двух королевствах из десяти мог оформить так называемый магический патент.

И производить какие-то магические предметы.

Так я запатентовала свою магическую нить Сильваны, и магические ткани Сильваны, а также магическую швейную машинку и магические манекены.

Благодаря им я и могла шить одежду быстро и качественно.

И никто не мог обвинить меня в использовании магии.

Я не нарушала статут.

Формально.

А на деле…

На деле, конечно, причина моего успеха была вовсе не в нитках, иголках, шелках и бархатах, манекенах и машинке!

Я придумала заклинания, которые позволяли мне делать мои платья уникальными.

Одно из заклинаний называлось «Идеальное утро».

Платье просыпалось вместе с хозяином, само натягивалось на тело, садилось точно по фигуре, если было нужно — скрадывало проблемные зоны и показывало выигрышные, иногда делая проблемные выигрышными, мало того, на протяжении дня платье могло само менять цвет и фасон, ну а бонусом был массаж, который делали ткани.

Еще было заклинание «Идеальный вечер». Наряд превращал любую девушку, женщину, которая его надевала в шикарную стройную нимфу, маскируя недостатки, подчёркивая достоинства. Обладательница такого платья точно не оставалась незамеченной, её бальная карточка была расписана в первые минуты, она была ангажирована на все танцы, и гарантированно находила кавалеров.

Если костюм шился для мужчины он так же выглядел как атлет, божество, широкие плечи, узкий таз, поджарый, упругий зад. Мимо такого красавца ни одна дамочка не могла пройти спокойно!

Были и другие, не менее удивительные заклинания.

Но об этом я предпочитала, естественно, молчать.

Патенты, патенты, патенты и только патенты!

Да и… разве могла быть мощная магия у простой горожанки без роду, без племени? Откуда?

Я была уверена, что меня не раскроют.

А вот мне очень хотелось раскрыть то, что произошло пять лет назад в Академии.

Я должна была вернуть своё честное имя.

Мне нужно было как-то подобраться к мачехе.

Или к его высочеству…

Увы, в королевский дворец допуск мне был закрыт.

Так я думала, пока в один из дней на пороге моей лавки не остановилась карета из дворца.

— Госпожа Сильвана, вы должны проехать с нами.

— Могу я узнать зачем?

— Его высочество собирается объявить о своей помолвке с принцессой Джессен Вальм-Штадской.

— Поздравляю его высочество, — сказала я, чувствуя, что хочу не поздравить принца, а прибить, — но при чём же тут я?

— Его высочество хочет, чтобы вы сшили для его помолвки парадный камзол.

Его высочество хочет, чтобы я его одела?

Его высочество хочет!

Ах-ха! Его высочество хочет!

Ненавистный, наглый, гнусный предатель и подлец!

Он хочет!

А чего хочу я он не хотел бы узнать, нет?

Я уже задрала было подбородок, чтобы выдать длиннющую тираду, означающую, что благородная Лиана Дамиани не станет шить одежду для подлеца и мерзавца, но вовремя затормозила.

Я ведь никакая не Лиана Дамиани.

О, нет, давно нет.

Я не благородная леди, с которой наследник обошелся столь гнусным образом.

Я уже давно не наследница рода Дамиани. Нет

Я простая портниха, хозяйка модной лавки госпожа Сильвана, и я…

Разве я могу отказать своему будущему королю?

Он хочет?

Он реально хочет костюм, сшитый не королевскими портными, а самой модной мастерицей города?

Что ж…

Так ему и надо!

То есть…

То есть я, конечно же, готова! Ведь это… Это шанс!

Разумеется, шанс стать на одну ступень с лучшими модными домами, которых я, к слову сказать, давным-давно переплюнула по качеству, уровню мастерства и скорости.

Несмотря на то, что в этих домах трудились маги, которые имели полное право магию использовать.

Имели, но не умели. Ах-ха!

А вот я…

Так, всё это пока было не важно. Я думала о том, что для меня это шанс. Шанс попасть в королевские покои.

Шанс увидеть его.

Шанс заставить его говорить.

Я должна была вернуть себе имя и титул!

И разоблачить и негодяя наследника престола, и мою злобную мачеху.

Или…

Только мачеху.

Вряд ли кому-то важно, что наследник престола творил в Академии Магии.

Принцам и королям можно всё.

А мы — простые смертные, даже титулованные аристоркраты — должны держаться подальше!

Правильно?

Правильно!

— Госпожа Сильвана, его высочество интересуется, когда вы смогли бы приехать во дворец, чтобы выполнить заказ?

— Его высочество здесь? — захлопала я глазами, глядя на королевского служащего, приехавшего ко мне, чтобы сообщить о предложении наследника.

— Его высочество во дворце, мы говорим с ним по магической связи.

— По магической… я поняла. Что ж, я могла бы приехать во дворец завтра. Но боюсь, это не слишком поможет.

И тут я услышала его голос.

Из магического зеркала, которое было в руке у сотрудника короля.

— Почему это не поможет?

Голос!

Его голос, знакомый, родной, когда-то любимый! Он совсем не… то есть нет, он очень даже изменился. Стал жёстче и мужественнее.

Гад.

Подлец.

Негодяй!

Мер-за-вец!

Ненав-вижу!

Просто нена…

— Так почему, госпожа Сильвана? Вы же слышали мой вопрос? Что вы там зависли? Проглотили свою иголку или напёрсток?

Ах, этот мерзавец еще издевается! Я этого так не оставлю, я…

Что ж…

Я ответила ему, стараясь, чтобы мой голос звучал как можно более приторно и сладко. Как сироп из ягод жежевики, которой так много в королевских, Корунских лесах.

— О, мой господин, ваше великолепное высочество, я, конечно же не проглотила свою иголку, она всё еще в моих руках и готова к бою. Просто… В вашем дворце, к сожалению, я не смогу должным образом провести примерку. Без моих запатентованных магических предметов ничего не получится.

— Запатентованных предметов? — его высочество наследный принц хмыкнул, — Интересно, каких?

— А вы приезжайте к нам, мессир, ко мне в лавку. Приезжайте и всё увидите.

— Приехать к вам? Мне? Будущему королю? У которого масса важных государственных дел? Вы считаете, что я должен всё бросить и бежать в вашу модную лавку? И всё ради какого-то несчастного костюма?

Эту тираду он выдал с таким жутким снобизмом, что мне снова захотелось его послать в… в королевскую портняжную мастерскую, но я вовремя затормозила.

— Почему же несчастного, ваше высочество? Ваш костюм будет очень счастливым! И потом… — Я вздохнула, закатив глаза, которые он, впрочем, почти не мог видеть из-за маски…

— Что потом? — прорычал в магическое зеркало не наследник престола, а сам лев!

— Это ведь вам нужен костюм, а не мне?

— Что?

— Вы слышали, ваше высочество, костюм нужен вам. Поэтому вы и должны приехать.

— Да? Я должен? Хм… А ведь и правда. Я должен. Что ж, любезная госпожа Сильвана, я буду у вас завтра, в три часа пополудни вас устроит?

— Более чем, ваше высочество. Распоряжусь, чтобы к вашему приходу приготовили ваши любимые профитроли.

— Профитроли? — его голос мгновенно стал твёрже самого твёрдого алмаза. — Откуда вы знаете, что я люблю профитроли?

Упс…

Кажется, я прокололась…

Да, кажется, я прокололась.

Или нет?

Разве это не известный факт?

— Так откуда? — рокотал он в трубку, а я хлопала ресницами, надеясь улететь далеко-далеко, чтобы не нести ответственности за свой глупый язык.

Конечно, я знала про профитроли!

В ту далекую весну…

О, да, мы с принцем познакомились весной.

Вернее, мы были знакомы. То есть я знала кто он такой — это все знали! Наследник престола нашей драгоценной Коруны! Надежда и опора нации.

Наше будущее и настоящее.

Так о нём писала пресса.

О принце вообще не много писали, но мы, ученицы Академии Магии, учившиеся в одно время с ним, конечно же старались прочитать всё.

Принц нас очень сильно интересовал.

Еще бы! Это же принц!

Да еще такой красавчик!

Правда, когда я впервые его увидела он мне красавчиком не показался — долговязый, тощий, прыщавый юноша!

Да, да, так и было.

Просто я увидела его впервые, когда мне было всего десять, а ему четырнадцать. Тогда его августейшая бабушка приехала в гости к моей бабуле, и взяла с собой принца.

Помню, как я вышла, поклонилась так, как меня учили, потом бабушка попросила меня показать принцу наш пруд, в котором водились волшебные, зачарованные караси — дедушка был страстным рыбаком, а бабуля ненавидела чистить рыбу — дед считал, что его улов должна чистить и жарить жена, а не повар, ему так было вкуснее.

Тогда бабуля при помощи волшебной селекции вывела новый вид карасей, когда их ловили, сами сбрасывали чешую, и кости у них растворялись, можно было сразу жарить на сковородке, да, еще голова отделялась сама собой и внутренности — кроме икры — так же были в специальном пузыре, и сами доставались.

Пруд с карасями я пошла показывать принцу.

Косилась на него, потом спросила.

— А ты правда принц?

— Правда. — ответил он как-то грубовато, — А что, не веришь?

— Ну… — я шмыгнула носом, — Вообще принцы красивые.

— В смысле? А я какой?

— Прыщавый.

— Ну, ты тоже на красавицу не тянешь.

— Я просто еще маленькая.

Мне было обидно, я-то считала себя очень даже красивой!

— Ладно, давай показывай, где там ваши чудо-рыбы.

У пруда были удочки, все снасти, и прикормка с наживкой.

Мы сели ловить рыбу и как-то слово за слово разговорились, он оказался весёлым, совсем не нудным, не заносчивым, помогал мне насаживать червей, которых я жутко боялась, рассказывал забавные истории из королевской жизни и вообще… Принц был милым. И я почти влюбилась тогда.

Вечером мы ужинали пойманными карасями, и принц угощал меня фирменными королевскими профитролями, которые его бабушка привезла с собой.

— Обожаю профитроли!

— Да, это вкусно!

Его бабушка, вдовствующая королева Елисавета привозила его к нам еще несколько раз. И мы так же удили рыбу и ели профитроли.

Когда он приехал в последний раз ему было шестнадцать.

Он был загорелый, подкачанный, без следа от прыщей, с роскошной черной шевелюрой.

Настоящий принц.

Но я не влюбилась в него тогда.

Ну… если только совсем чуть-чуть…

Нет, на самом деле я влюбилась раньше. Еще в того, прыщавого.

Но мне было десять, ему четырнадцать — это было несерьёзно.

Во время последнего визита принц сообщил, что поступает в Академию.

— Буду ждать тебя там, малышка Лиана, скоро и ты поступишь.

Да, я поступила.

Но он в то время как раз улетел изучать драконов в другую Академию.

А потом умерла бабуля. Дед скончался еще раньше.

Потом ушёл и папочка.

Хорошо, что оплата за обучение уже была перечислена, и мачеха не могла его вернуть, хотя она пыталась. Но ректор Академии покрутил пальцем у виска и сказал ей, что я закончу обучение в любом случае и вообще, я под защитой королевской семьи.

Мне было восемнадцать, когда принц снова появился в стенах нашего учебного заведения.

Я тогда училась на финальной ступени основного курса.

Дальше был выбор.

Получить диплом и жить обычную жизнь аристократки с магическим даром. Выйти замуж, нарожать таких же даровитых аристократиков и жить счастливо, ну или не счастливо, тут как повезёт с мужем.

Или несколько лет путешествовать по королевствам, вести праздный образ жизни светской дамы, таскаться по балам и ассамблеям, вечеринкам и закрытым мероприятиям, а потом всё равно выйти замуж и нарожать.

Или же получить диплом и поступить в магистериум, следующая, самая важная ступень образования. Работать упорно над своими магическими способностями и пытаться пробиться в узкий круг самых одарённых магов поколения и всех королевств. Стать магической элитой — хотя бы попробовать.

Я, конечно, стремилась к третьему! Магистериум!

Обучение там было бесплатным, если ты заканчивал основной курс на отлично и сдавал экзамен.

В мои планы входило все сдать и поступить. У меня уже не было за спиной поддержки в виде аристократического клана. Осталась одна мачеха, которая спала и видела, как моё место законной наследницы займёт её дочь.

В мои планы не входили романы с кем бы то ни было.

Но… мы предполагаем, а Великий Мерлин располагает.

Увы.

На моём пути появился он.

Принц Александер Максимиллиан Ричард Эверхард Ферфакс.

Тот, который любил профитроли.

— Так что с профитролями? — его грозный голос вернул меня в реальность.

Ах, профитроли, профитроли! Если бы не они!

— Ваше высочество, но разве «Корунский вестник» не писал про ваше увлечение азартными играми и профитролями?

— Я не играю в азартные игры.

Естественно нет! Именно поэтому я про них и сказала!

— Великий Мерлин, значит они обманули?

— Кто?

— Профитроли!

— Что?

— То есть «Корунский вестник», а я всегда так им верила!

— Не заговаривайте мне зубы.

— Моргана меня упаси, ваше высочество! Заговаривать вам зубы…

— Шьярд! — он употребил ругательство, не слишком забористое, его даже официально можно было использовать при дамах, правда некоторые дамы падали в обморок, но я была не из таких.

Шьярд был чем-то вроде самого низкоуровнего, слабого демона в царстве мёртвых, мелкий, изворотливый, наглый, рогатый, противный, в общем. Иногда шьярды попадали в наш мир, творили свои мелкие пакости и исчезали. Иногда люди и маги вступали в сделку со шьярдом, но ничего хорошего это не приносило. — Шьярд побери, кого-то вы мне напоминаете!

Ох, Лиана! Прокол за проколом. Так нельзя! Иначе принц, наследник престола раскусит тебя.

Он всегда был таким… кусачим.

Так, нет, этого допустить нельзя, поэтому…

— Ваше высочество, я буду ждать вас завтра в три часа пополудни, доброго дня и берегите себя.

Сказала, и дунула на магическое зеркало сама заканчивая разговор.

Королевский служащий недовольно поморщился, но откланялся, забрался в карету и был таков, а я…

А я прошла всю лавку, распахнула скрытую за гардинами небольшую дверку и попала в свою крохотную квартирку, которая располагалась здесь же.

Пара шагов, и я очутилась на малипусенькой кухонке, в которой, впрочем, помещались все нужные мне магические предметы: кофеварка, самогреющая печка, охлаждающий шкаф, волшебная плита и самозакипающий чайник.

Мне надо было срочно что-то съесть.

Просто, чтобы не расплакаться.

Ах, Александер! Александер! Как ты мог так поступить!

Я же тебя любила!

Я подошла к шкафу, залезла на табуретку, достала с самого верха коробку.

О, нет, там было не магическое зелье забвения, не противослезная водица, не лепестки волшебного растения, пожевав которые можно было навсегда распрощаться с муками сердца.

Нет, там была обычная рыбка, которую я любила так, что за уши не оттащишь!

Рыбка была соленая, есть её много я не могла, потому что утром просыпалась похожей на принцессу Востока — с узенькими как щёлочки глазками.

Но сейчас… сейчас я просто не могла не заесть свой стресс!

Александер!

Наследник престола!

Главный жених королевства Коруна решил жениться!

И на ком?

На этой выскочке Джессен Вальм-Штадской?

Я видела её говорящий портрет всё в том же «Корунском вестнике», шьярд его побери!

Отвратительная лошадиная морда, еще и одевается безвкусно!

Ну что это за розовое платье с зелеными аляпистыми цветами? Что за дурацкие сапоги, которые она выставила на всеобщее обозрение?

А декольте? О, Великий Мерлин, она постоянно оголяла свои… свои скудные перси! Ох уж это её вечное декольте! Было бы там что показывать!

Ревность и зависть съедали меня.

А я съедала уже третью сушеную рыбину!

Эх, была не была, завтра сделаю магически массаж специальным магическим камушком и всё будет хорошо.

Да?

Нет.

Не будет хорошо.

Потому что завтра я увижу Александера!

Ох…

Я смотрела на кружку чая с травой неунывайкой, заварила её после пятой рыбки, надеясь, что напиток выгонит лишнюю водицу и немного расслабит, заставив забыть о невзгодах хоть на час.

Но вместо желаемого расслабления, наблюдая за легким паром, поднимающимся над гладью чая, я улетала в прошлое.

Такое беззаботное и счастливое…

В тот день я выполняла задание профессора натурологии Принципипатуса, искала в лесу ягоды змеецвета.

Найти их было делом непростым, но я знала секрет — змеецвет откликался на нежный, тихий свист. Нужно было просто найти подходящую полянку и немного ласково посвистеть.

Так я и сделала.

— Ау-у! С-с-с-с… у, с-с-с-и…, с-с-с-у…

На свист змеецвет поднял листья, выпростал свои головки, с высовывающимися язычками — точно, как у змеи. И я уже почти было начала собирать урожай в магическую корзинку, как увидела его.

Волка.

Оборотня.

Настоящего.

Я удивилась, потому что до полнолуния было еще далеко, и в этой части леса оборотней точно не должно было быть — Академия регулярно проводила зачистки и расставляла красные флажки — магические ловушки.

Там не должно было быть оборотней.

Но он был.

Стоял напротив меня и облизывался.

Огромный, мохнатый, кровожадный, с налитыми кровью глазками.

Великий Мерлин, я знала, что ему нужна совсем не моя кровь. Точнее не кровь.

Я. Ему нужна была я.

Я бегала быстро, но определённо понимала, что сбежать удастся вряд ли.

И что же мне было делать?

Змеецвет!

Я знала, что ягоды усиливают выносливость сто крат.

Они горькие как жизнь бродяги, лишённого магии, но выхода у меня не было.

Я успела нагнуться, чтобы оторвать ягоду, когда увидела, что оборотень прыгнул, но в прыжке он не достал меня, потому что ему наперерез прыгнул человек!

Да, да! Я увидела плащ с эмблемой Академии, длинные, длинные ноги, и длинные же волосы, летящие из-под капюшона, а еще — сверкающий магический кинжал.

Кто-то бросился с оружием на оборотня чтобы защитить меня!

О, Великий Мерлин!

Несколько ударов кинжалом — нет, он не убил оборотня, на самом деле убивать их было нельзя. Они находились под охраной его величества короля, как магические особи почти исчезнувшие с лица земли и были вписаны в специальный пурпурный каталог редких растений и животных.

Как и змеецвет, кстати.

Оборотень лежал на земле тяжело дыша.

Мой спасительно тоже лежал на земле и тоже дышал тяжело.

— Александер?

Тогда я узнала его быстро.

Узнаю ли сейчас?

Ночь прошла совсем не спокойно.

Мало того, что вечером меня стали одолевать клиентки.

В «Корунском вестнике» уже напечатали статью о предстоящей помолвке. Неожиданной, скоропалительной, внезапной, загадочной, мистической — журналисты «Корунского вестника» явно были не такими уж далёкими и без фантазии.

Было, конечно, очень странно, почему его высочество скрывал факт помолвки практически до последнего, но фурор это известие произвело невероятный.

Все как с цепи сорвались.

Это я имела в виду придворных дам и кавалеров, которые узнав об этом невероятном событии, естественно, понимали, что просто обязаны присутствовать. Ну и, разумеется, всем понадобились наряды, всенепременно новые и такие, каких точно ни у кого не было.

Я, пожалуй, единственная из всех портних королевства могла обеспечить всех желающих нарядами и в кратчайший срок создать каждое платье уникальным и ни разу не повториться, но у меня возникла идея.

А что если наоборот?

Что если не делать платья разными, а создать некую коллекцию? Чтобы одно плавно перетекало в другое? Чтобы воланы на одном перекликались с оборками на плечах другого, узоры шлейфа платья герцогини были созвучны узорам с рукавов наряда графини.

Дамы высшего света буквально обрывали моё магическое зеркало, а я делала быстрые зарисовки.

Я стала законодательницей мод, это стоило закрепить на практике!

В общем, спать я легла далеко за полночь.

Обойдя свою мастерскую, заперев всё на семь замков — магических, разумеется.

Жоффрей и Жозефина поскрипывали во сне — да, да, мои магические манекены тоже уставали, нуждались в отдыхе и были не прочь поспать. Зингершильда, моя невероятно работоспособная и ловкая швейная машинка также дремала.

И я сама, наконец, легла, но сон не шёл.

Зато воспоминания шли, еще как шли!

Пять лет тому назад.

Магическая Академия.

Лес, оборотень, змеецвет, принц.

— Лиана, неужели это ты?

— Я. — Я рассмеялась от счастья, так приятно было видеть его! Втройне приятнее, что он меня спас.

— Цела?

— Да, спасибо тебе.

Тут он подвинулся ближе и обнял меня.

— Я так испугался.

О-о! Это он так сказал? Принц? Наследник престола?

Тот, о ком говорят, что он самый сильный, самый умный, надежда и опора государства?

Он испугался?

— Испугался за тебя.

— Но… ты же не знал, что это я?

— Почему не знал? Знал, конечно. Я следил за тобой от самой Академии.

— Следил? Но зачем?

Он улыбнулся.

— Признаться честно, хотел тебя немного напугать. Но всё вышло наоборот, оборотень нарушил планы.

— Фу, какой ты гадкий! Зачем меня пугать?

— Просто… Не знал как еще к тебе подойти.

— Может, — я нахмурилась, — Может ты и оборотня подговорил меня напугать?

— Нет, конечно, нет, глупенькая, это совпадение. Сейчас, вызову охрану Академии, чтобы его унесли.

Он так и сделал.

Охрана Академии — лучшие боевые маги, вчерашние выпускники, проходившие практику, прилетели на новейших скоростных мётлах, подняли тушу оборотня, погрузили в специальный мешок — снаружи он был не больше обыкновенного школьного рюкзака, но внутри него могла поместиться небольшая вселенная, если, конечно, у вас была возможность её туда впихнуть.

Боевые маги улетели, унося с собой страшную зверюгу, а мы с принцем остались на полянке.

Потом я сорвала пять ягод змеецвета для профессора натурологии, и мы медленно пошли к зданию нашего магического учебного заведения.

На самом деле нет, мы шли совсем не туда, или шли какой-то самой длинной и извилистой дорогой.

Как будто случайно оказались у небольшого, но очень живописного лесного озера, поднялись на холм, побродили по лабиринту роз — принц Александер нашёл для меня самую красивую. Пурпурную, с золотистыми прожилками.

— Она похожа на тебя, единственная в своём роде.

— А я единственная?

— Конечно.

Тогда я не знала, что это не просто комплимент, не просто слова, и даже не флирт.

Увы, это была самая настоящая лесть.

Просто принц Александер хотел залезть мне под юбку.

Да, да, именно так!

Кто-то мог сказать — это же смешно, где ты и где принц! Но просто нужно было понимать, где мы учимся и какие забавы в ходу у местных аристократических мажорчиков.

У них, у этих красавчиков из самой высшей касты знати было, знаете ли, такое мерзопакостное хобби.

Они начинали ухаживать за девчонками, гуляли, пели серенады под луной, признавались в чувствах, обволакивали томными фразами, многозначительно смотрели, и всё это ради одной цели — сами понимаете какой!

Не слишком приличной.

Отвратительной в своём цинизме.

Ну, на самом деле в каждом случае были свои нюансы…

К сожалению, я узнала об этом слишком поздно.

Вернее, я слышала и раньше, мне говорили, но я не верила!

Я считала, что принц не такой.

Я же его знала! Знала с самого детства!

Он был моим другом.

Я так считала.

И как же было больно, когда я поняла, что так сильно в нём ошиблась!

Но это было позже, гораздо позже, а тогда…

Тогда я просто была на седьмом небе от счастья.

Потому, что наконец встретила Александера, потому, что он изъявил желание со мной общаться, потому, что он говорил, что хочет быть рядом!

У меня, разумеется, голова кружилась от его слов. И от его взглядов.

Я даже помыслить не могла, что всё это просто обман, фикция, ложь.

Я ему верила!

Я так сильно ему верила!

С того дня мы начали встречаться.

Тайно, конечно.

Потому что… ну, потому.

Потому что его высочество принц меня попросил.

Я не знала в то время почему из этого надо делать такую тайну!

Александер объяснял это тем, что боится за меня.

Он ведь принц!

И самый популярный молодой человек в Академии — о, да, это на самом деле было именно так.

Я видела, как однажды его в буквальном смысле чуть не порвали на кусочки.

На маленькие магические, а может и не магические сувенирчики.

Видела, и была шокирована!

Мы с ним тогда еле-еле убежали от его самых преданных и верных поклонниц.

Нам реально только чудом удалось убежать и скрыть мою личность!

— Понимаешь, Лиана, это для твоей же безопасности. Ты, наверное, знаешь, что у меня есть, скажем так, группа обожательниц…

Да, да, у него была реальная группа почитательниц, обожающих его, даже возводящих его личность в культ.

Это не приветствовалось особенно, но и не запрещалось.

Александер рассказывал, что его служащие, те, кто работали на его отца, короля, кто помогал принцу организовывать его жизнь, его помощники, администраторы, пресс-служба короля и принца, даже устраивали встречи этих поклонниц с ним.

Встречи, интервью, публичные беседы, автограф сессии — всё как у настоящей, суперпопулярной звезды, медийной личности.

В общем-то Александер на самом деле и был звездой, а как иначе?

Он стоял в центре мастерской.

Его высочество принц Александер Максимиллиан Ричард Эверхард Ферфакс.

Я услышала, как томно ахнула Жозефина, как удивлённо откашлялся Жоффрей, и как мечтательно застрочила по атласной ленте Зингершильда.

Моя швейная машинка была очень влюбчивая.

Наверное, все швейные машинки похожи на своих хозяек.

Я поправила причёску.

Мои, когда-то ярко рыжие локоны теперь стали золотыми.

Ажурная маска скрывала лицо, к тому же моя кожа, которая раньше была покрыта веснушками сейчас стала почти белой — я очень сильно постаралась чтобы изменить внешность.

Я надеялась, что Александер меня не узнает. Он не должен. Не может.

Да, скорее всего ему просто плевать.

Он переступил через влюблённую в него юную волшебницу, оставил меня на растерзание мачехе, совету старейшин и руководству магической Академии.

Кто там стал бы слушать меня? Пусть даже я была одной из самых перспективных студенток?

А вот мою мачеху, которая умела подстроить всё и подать так, что её все жалели, послушали очень даже.

Мачеха картинно заламывала руки, по её лицу текли крокозябровые слёзы. А еще она громко хлопала ресницами и подсовывала своё роскошное декольте прямо под нос председателю магической комиссии.

Ну и кого бы вы стали слушать? Дрожащую студентку, рыжую, в веснушках, с трясущимися руками и осипшим голосом или чувственную, элегантную даму, которая точно знала кому, где и на какие точки надавить?

Ну да ладно.

Оставим прошлое прошлому — посчитала я до трёх и вышла, ослепительно улыбаясь.

— Ваше высочество!

Затем я склонилась в самом глубоком реверансе, на который только была способна выставив на всеобщее обозрение своё роскошное декольте.

Кое-какие навыки я у злобной мачехи всё-таки подрезала.

Надо сказать, что вышла я к его высочеству отнюдь не в рабочей одежде.

Разумеется, я напялила лучшее платье, сшитое мной же в моей же мастерской с применением всех моих магических штучек-дрючек.

Оно сидело как влитое.

Открывало всё, что было нужно открыть и скрывало то, что не нужно.

Правда, скрывать мне было нечего.

Фигурка у меня была отменная, точёная, с осиной талией, крепкими бёдрами, пышной грудью.

Всё моё и всё при мне.

И я слышала, как со свистом выдохнул Александер. И кашлянул в кулак.

Мерзавец!

Негодяй!

Развратник.

Остолоп. Бесчестный и бесчувственный.

Но какой же красивый!

Великий Мерлин!

— Ваше высочество, я так рада приветствовать вас в своей скромной обители! Если вы волнуетесь из-за того, что тут мало места — не переживайте, много его нам и не понадобится.

— Что? — он удивился, а я продолжала тараторить.

— Если переживаете, что моя одежда не так хороша — я могу показать каталог платьев и мужских камзолов, сшитых за последнее время.

— Я…

— Если вам ничего не понравится — вы вольны отказаться от моих услуг, я не буду в обиде, наоборот, я буду счастлива, что вы почтили присутствием мою скромную обитель и использую ваш визит в рекламе моих шедевров!

— Вы…

— Ваше высочество! — и я склонилась еще раз. Еще ниже.

Ох, моя спина! Я же не привыкла столько кланяться!

— Госпожа… Госпожа Сильвана?

— К вашим услугам, мессир.

— Хм… встаньте.

Я продолжала сидеть в реверансе, хотя моя поясница кричала, что она уйдёт от меня в свободное плавание если я не прекращу над ней издеваться.

— Встаньте, моя дорогая, прошу вас.

А вот это уже предложение достойное не мальчика, но мужа.

Я выпрямилась, премило улыбаясь и глядя на принца во все глаза.

Теперь я могла его, наконец, еще более внимательно разглядеть.

Что ж, он был хорош.

Прекрасен.

Великолепен.

И он, конечно, очень сильно изменился.

Стал…

О, Великий Мерлин, Лиана Сильвия! Не лги хотя бы себе — ругала я себя про себя.

Он был великолепен. Гораздо лучше, чем раньше, хотя и раньше принц Александер Максимиллиан Ричард Эверхард Ферфакс был невероятно хорош.

Высокий, почти пять с половиной дюймов ростом.

Широк в плечах — сколько точно я еще не знала, но благодаря своему волшебному зеркалу, которое не только показывало отражения, но еще и мерки снимало, скоро я должна была выяснить это с точностью до одной сотой дюйма.

Впрочем, для того, чтобы снять мерки с принца у меня было еще одно приспособление. Я пребывала в предвкушении.

У принца была достаточно токая талия, хорошо развитая грудная клетка и… и весьма аппетитные ягодицы, шьярд меня побери!

А лицо… Лицо стало более жёстким, мужским. Черные волосы струились по плечам. Крупный, хорошо очерченный рот он сжимал уже не так презрительно.

И тоже оглядывал меня с нескрываемым любопытством.

— Значит, вы и есть госпожа Сильвана? — что-то в его голосе мне не понравилось, но я отмахнулась.

— Значит, вы и есть его высочество принц Коруны Александер Ферфакс, про которого пишут, что он любит профитроли и жаренных стрекозуль? — а еще пить кровь несчастных девственниц и заключать отвратительные пари. Это я подумала. Вслух, разумеется, не сказала.

— Жареных стрекозуль? О таком реально пишут в газетах?

— В газетах и журналах так любят писать о вас, ваше высочество! Пишут много, подробно, интересно. Возможно всё лгут?

— Неужели? Кажется, пора позакрывать половину изданий. Потом напомните мне в каких именно вы это читали, я лишу их лицензии.

— О, что вы, ваше высочество, это лишнее. Пусть пишут, тем более читать про вас всегда так приятно!

Я улыбалась так приторно, что скулы сводило, и очаровательно хлопала глазами, понимая, что меня рассматривают.

Рассматривал он меня более чем внимательно.

Изучал как под магической линзой, открывающей все тайны.

Хорошо, что я заранее вставила в глаза другие магические линзы, те, что меняли цвет глаз.

У Лианы Сильвии Дамиани глаза были изумрудно-зеленые с золотом.

У госпожи Сильваны оливковые, более тёмные, без крапинок.

— Госпожа…

Он протянул мне руку, явно предлагая, чтобы я вложила в неё свою.

Мне показалось, что по моей коже полыхнул жар, словно алый цветок страстоцвета разгорелся поблизости.

Я подала ему ладонь, а дальше произошло немыслимое.

Его величество наследный принц Коруны Александер Ферфакс склонился над моей лапкой и прикоснулся к ней губами.

О, Великий Мерлин!

Аристократ! Маг высшего порядка! Наследник королевства Коруна поцеловал руку хозяйке модной лавки?

Простолюдинке?

Моргана…

Я надеялась, что у его королевского высочества не будет проблем.

Выпрямившись, он повернулся к своим спутникам, которые тёрлись в дверях.

— Все свободны. Места тут, как видите мало, нам с госпожой придётся уединиться, поэтому вы все должны выйти за дверь и караулить с той стороны.

Сказано — сделано.

Вся пёстрая компания придворных, приближённых к наследнику вывалилась за двери, которые тихо защелкнулись, а потом…

Потом я услышала еще пару щелчков.

Он наложил заклинание на помещение лавки.

Нас не могли подслушать.

За нами не могли подсмотреть.

Это было заклятие иллюзии — тем, кто находился по ту сторону двери, на улице, казалось, что они слышат нас и даже видят наши фигуры в щелочку двери — если, конечно, они осмелятся посмотреть. Но на самом деле это была всего лишь обманка.

Потом они не смогли бы вспомнить то, о чём мы, по их мнению, говорили, или у каждого был бы свой вариант. А то, что они видели? Мы просто разговаривали и всё, больше ничего лишнего.

Но я-то прекрасно знала, что лишнее будет!

Знала! Потому что его высочество не оставлял сомнений в своих действиях.

Одно едва заметное движение и я оказалась в объятиях принца, а его красиво очерченный яркий рот прижался к моим пухлым, влажным губам.

Вот же шьярд побери!

Тысяча шьярдей!

Негодяй и пройдоха!

Я услышала, как ахнула потрясённая Жозефина, как смачно выругался про себя Жоффрей. Как перепугано начала строчить несуществующую ткань моя дорогая Зингершильда.

Сейчас они были накрыты невидимой магической вуалью. Слышали и видели всё, но не могли вмешаться. А принц не видел и не слышал их.

Они не могли прийти мне на помощь.

А принц…

Нахал!

Воришка!

Воспользовался моим положением и тем, что я не могла воспользоваться!

Да, да! Принцу-то можно было использовать магию в полном объеме, а я…

Я была этого лишена!

То есть я могла!

Никто не может лишить мага магии — это прописано в статуте.

Только в самых исключительных случаях, когда дело имели с черными магами, которые становились угрозой нашему магическому миру, пытаясь завоевать всех, поработить, уничтожить — только тогда статут позволял проводить процедуру демагинации, то есть лишения магии.

Процедура эта была болезненной и опасной. По сути волшебника лишали части его сущности, части души. Жить потом маги лишённые магии практически не могли. Кто-то сразу просил заменить демагинацию на смертную казнь, даже самые страшные черные маги предпочитали полное уничтожение, но не демагинацию.

Моя магия была при мне, разумеется, я ведь не была темной владычицей!

Хотя иногда так об этом сожалела!

Магия была. Но если бы меня поймали на использовании — мне бы не поздоровилось.

И вот что мы оставалось сделать, чтобы этот нахал меня отпустил?

Я прибегла к старому доброму способу — просто ударила его коленом в самое звенящее место — по его королевским бубенцам.

— Что? А… шьярд… какого… Мерлина? Какого Мерлина ты творишь, детка?

— А какого Мерлина ты лезешь, мужлан проклятый?

— Что? Как ты смеешь со мной так разговаривать, портняжка?

— А так и смею, воришка и потаскун!

— Что ты сказала?

— Что слышал! У тебя на носу свадьба, ты собрался шить костюм, а сам… лезешь к первой встречной под юбку?

— Я не лез под юбку!

— Я фигурально выражаюсь! И если бы я тебя не обезвредила — полез бы!

— Шьярд… тяжелая же у тебя… рука, то есть… коленка… Ох… ох…

— Больше никогда не смей меня трогать, негодяй!

Я выплюнула эти слова и замерла.

И он замер.

Мы смотрели друг на друга, словно маги на магическом поединке, в разных углах, направив друг на друга палочки или руки — кто как привык создавать волшебство — прикидывая, чем бы таким долбануть, чтобы сразу выбить из колеи, отправить в пешее магическое путешествие в царство Морганы.

Нет, конечно, магические поединки почти никогда не заканчивались смертью одного из участников. Ну, просто вырубали соперника на пару часов или суток и дело с концом. Но поражение в таком противостоянии часто очень сильно било по репутации мага.

Невероятно.

Мне казалось я настолько зла, что у меня сейчас из ушей и ноздрей пойдёт пар, как у золотого Корунского дракона.

Я пребывала в состоянии ярости.

Да, он принц, он наследник, он будущий король, он высший маг.

Но кто дал ему право трогать меня против моей воли?

Да еще как трогать!

Целовать!

Прикасаться к моим губам!

Мерзавец!

Мы дышали тяжело.

И молчали.

У меня перед глазами пронеслась вся моя безрадостная жизнь.

Почти все последние пять лет.

Пустоши окраин, холод и голод, отчуждение, пустота и страх.

Голодные оборотни, которые чуть не схватили меня в Онгарских лесах, куда я пошла, потому что мне некуда было идти.

Если сейчас его высочество прикажет меня изгнать…

О нет!

Мерлин Великий!

Теперь уж я молчать не стану — решила я!

Я буду бороться за свою жизнь и репутацию!

В конце концов я Лиана Сильвия Дамиани или нет?

Я потомок магической аристократии, у которой всё отняли! Несправедливо поступили тогда и несправедливо могли поступить сейчас.

Разница была в том, что пять лет назад, будучи студенткой, юной и влюблённой, глупой, надеющейся на чудо, я не знала, как бороться и как себя защитить.

Лиана Сильвия Дамиани не знала.

А вот госпожа Сильвана знала очень даже хорошо!

Госпожа Сильвана умела за себя постоять.

И не только ударить коленом по бубенцам царственного нахала.

— Ваше высочество, мы же не будем доводить это дело до магического трибунала?

— Что ты сказала?

— Не думаю, что кому-то понравится наследник, который накануне свадьбы домогается бедной беззащитной модистки. Принуждая её к поцелуям.

— Принуждая? Но я… я был уверен, что ты не против!

— О-о! Ваше высочество… Стесняюсь спросить, когда же я успела показать вам свою благосклонность настолько, что в вас созрела эта уверенность?

Видимо я изъяснялась слишком витиевато и даже принцу и высшему магу потребовалось время чтобы переварить моё заявление.

— Хорошо, я больше не буду.

О! Слова не мальчика, но мужа! — усмехаясь ехидно подумала я, а вслух сказала.

— Так что, вас устраивает моя кандидатура в качестве портнихи? Можем приступать к созданию наряда?

Он поджал губы и кивнул.

— Надеюсь, вы успеете? Вы же в курсе, когда состоится церемония?

Я покачала головой — кто бы меня поставил в известность?

Хотя из-за вчерашнего наплыва покупательниц, желающих обновить гардероб как раз к помолвке, я поняла, что вероятно мероприятие произойдёт вот-вот.

— Вы не в курсе? Как же тогда вы сможете сшить костюм, когда не знаете к какому дню он нужен? Может вы не успеете?

— Ваше высочество я успею создать для вас камзол и брюки даже если ваша помолвка состоится через несколько минут, но я искренне надеюсь, что всё не настолько запущено.

— В смысле? — переспросил он, удивлённо приподнимая бровь.

В магическом зеленом коромысле, Мерлин меня пощади!

— Просто если вы сейчас скажете, что помолвка назначена на сегодня мне будет жаль вашу невесту, принцессу Джессен Вальм-Штадскую.

— Почему? — искренне продолжил удивляться принц.

— А сами вы, ваше высочество не понимаете?

Он покачал головой, а я вздохнула — ох уж эти мужчины!

— Если это так, то получается вам… вам плевать на вашу невесту и на вашу помолвку. Настолько плевать, что вы даже не удосужились заранее озаботиться о костюме, и в последний момент нашли модистку, которая может создать наряд в кратчайшие сроки. И вам плевать как именно эта модистка вас оденет — лишь бы одела. Хотя ведь у вас, насколько я помню, должен быть придворный портной?

— Портной есть, — угрюмо пробормотал принц, а потом добавил, — но всё дело в том, что мне действительно плевать.

— Что?

Я смотрела на него снова хлопая глазами, забыв, что магические линзы можно просто вот так прохлопать — в них нельзя часто моргать, они начинают обесцвечиваться.

— Мне плевать на помолвку. И на принцессу. Она, кстати, состоится послезавтра. Помолвка. Уверен, у тебя полно заказов на наряды.

Я сглотнула, потому что поток заказов поступивших вчера вечером был чересчур красноречив.

— Да, заказы есть, но…

— Это потому, что о помолвке я объявил вчера, как только договорился с тобой насчёт этих тряпок.

Хм, «этих тряпок», конечно, было не так приятно услышать, ну, ничего, подумала я — подниму ему цену процентов на двадцать пять и утру слезки купюрами, правильно?

— Ты же сможешь одеть меня во что-то более-менее пристойное?

Нет, на сорок процентов.

— То, в чём не стыдно показаться перед принцессой Джессен?

— На пятьдесят.

— Что?

О, Мерлин Великий, я это вслух сказала? Надо было как-то выкручиваться и я выкрутилась.

— Я хотела сказать, что я на пятьдесят процентов уверена, что вы будете в восторге от своего парадного, помолвочного костюма. Но я скажу не так. Я скажу, что я на сто процентов уверена, что вам понравится.

— Мне бы твою уверенность. В последнее время всё так паршиво, что я вообще не способен на какие бы то ни было эмоции.

Неужели?

А целоваться кинулся очень даже эмоционально!

— Ваше высочество, могу я просить вас пройти на мой магический подиум к магическому зеркалу?

— У тебя всё магическое? Но… разве ты имеешь право пользоваться магией? Ты что, училась в Академии?

Училась и недоучилась, благодаря одному гадостному гаду приятной наружности. Мне очень хотелось сказать ему это прямо в лицо и сорвать маску.

Но я знала, что скорее всего после этого моя жизнь просто будет закончена. Закончена где-то в застенках Корунской колонии для особо опасных магических преступников. Тамтаракань — кажется так она называлась.

Потому что мои слова он мог бы расценить как покушение на корону и престолонаследника.

Поэтому я, отвернувшись от его высочества заученно затараторила.

— Конечно же нет, ваша светлость, никакой магической Академии, мы в университетах не обучались, в квартирах по пятнадцать комнат с ваннами не жили… Мы из простых.

Он хмыкнул, и подошёл ближе.

Как-то слишком близко.

— Откуда тогда вся эта магия? — его голос звучал глухо, низко, очень чувственно, задевал какие-то струны моей души, те, которые ни в коем случае не мог задевать.

— Вы же сами знаете, ваше высочество, в нашем мире все обладают магией, кто-то в большей степени, кто-то в меньшей. Даже те, у кого нет никакой возможности обучаться в Академии может иметь большой потенциал…

— Который нельзя использовать согласно статуту. — Почти шептал мне на ухо этот наглый титулованный мошенник.

Я вздохнула, резко обернувшись.

— Я не нарушала статут! И не нарушаю! Но в нескольких королевствах если вы, разумеется, в курсе, ваше королевское высочество, можно запатентовать магическое изделие, которое придумал не маг, то есть не тот, кто окончил Академию. Эти изделия вполне могут быть магическими, но при этом работать без привлечения личной магии. Вот так.

— Значит ты… ты что-то подобное запатентовала?

Он как-то очень странно смотрел на меня.

На мои губы.

На мои глаза.

— Я за… за. патент. товала. — почему-то начала заикаться я.

Он словно вырастал надо мной, нависал, доминировал.

— И что же именно ты… запатентовала?

Его вопрос прозвучал так ехидно, что во мне неожиданно проснулась ярость.

Чего он опять ко мне пристал?

Что ему от меня нужно, этому предателю?

Я задрала подбородок, приосанилась, выпячивая грудь, и прищурила глаза.

— Швейную машинку скорострелку — раз. Манекены — попробуй не надень — два. Нить — скоросшивайку — три! Магическую ткань — идеальная посадка и самый лучший фасон — четыре и пять. И еще… еще кое-что, о чём я подробно написала в органы магического правопорядка. Если вам интересно, ваше высочайшее высочество, вы можете спросить у них, а сейчас — раздевайтесь!

— Что?

Он хотел еще что-то сказать, но не успел, его камзол буквально слетел с него, хлопая рукавами как крыльями, принц остался в одной жилетке.

О, Великий Мерлин, что я натворила! Зачем я согласилась шить ему платье для помолвки?

Он, он, он просто…

— Шьярд, не знаю, что со мной, но я просто не могу удержаться!

Он снова налетел на меня, схватил своими мощными руками с невероятными рельефными бицепсами, притянул, впечатал меня в себя беря в плен мои губы.

Опять?

Шьярд побери, да что же это такое? Великий Мерлин!

Он снова это делал!

Принц Александер, так его растак, Ферфакс опять меня целовал!

Негодя и предатель.

Мошенник.

Трус.

Нахал…

Страстно, огненно, горячо.

О, Моргана, как хорошо…

Я ему отвечала, и голове кружилась от знакомого аромата и вкуса, от его нежности и страсти, от моей капитуляции.

Нет, нет, я осознавала, что это не капитуляция вовсе, это ненадолго, это так, я пока позволяю ему делать это, но потом всё вернётся на круги своя и я буду неприступной, потому что у меня есть своя миссия и я ведь всё-таки ненавижу этого мерзавца! Но его поцелуй!

Мерлин, помоги…

Мы целовались и целовались.

Его губы ласкали мои, лобызая так умело и так откровенно, так чувственно, что я опять против воли проваливалась в прошлое, еще то, счастливое, незамутнённое знанием о его предательстве, споре, еще до того, как меня обвинили в государственной измене. Прошлое, в котором принц Александер признавался мне в любви.

— Лиана, я сгораю, с ума схожу, минуты без тебя кажутся вечностью, как пережить ночь, если я знаю, что ты не со мной, и долго еще не будешь со мной! Что нам делать?

— Пожениться скорее? — О, да! Тогда я именно так и сказала! Я была такой вот наивной глупышкой.

Сводная сестрица была права.

Я просто не осознавала размера своей наивности и глупости, и верила, что наследник престола возьмёт меня в жёны!

Нет, по происхождению, по древности моего аристократического рода, по влиянию его, тогда, когда моя бабушка была еще жива, как были живы дедушка, отец и мать, я вполне могла бы стать невестой принца, а затем и женой.

В моём роду была королевская кровь.

И было её достаточно.

Моя прапрабабка была дочерью короля из девятого королевства, сбежала с моим прапрадедом и сочеталась с ним узами брака у священного водопада и скреплял их союз дух Мерлина, который они вызвали вместе.

Другой прапрадед был младшим сыном короля первого королевства, встретил мою прапрабабушку, когда злая мачеха отправила её в лес собирать одолень-траву. Они в итоге собрали её вместе, одолели злую мачеху и поженились.

Были и другие важные предки, потомки самого Великого Мерлина!

Я гордилась своим родом, своей семьёй, и даже не думала о том, что для принца Коруны могу оказаться неподходящей невестой.

Глаза мне открыла мачеха, уже после, когда выставляла меня из родового замка с одним саквояжем.

— Глупая гусыня, неужели ты полагала, что Ферфаксы могут всерьёз думать о родстве с Дамиани? Ваш род давно уже утратил позиции. Дамиани — никто.

— Но ведь вы тоже теперь Дамиани, разве нет?

— Ах-ах, ненадолго! — посмеялась она и вытолкнула меня за ворота. — Прощай, идиотка! Не смей возвращаться, испепелю!

Позднее я узнала, что мачеха вышла замуж в очередной раз за богатого аристократа, который, к несчастью, вскоре после бракосочетания свалился с каким-то недугом. Он был скорее мёртв, чем жив, а мачеха снова играла роль безутешной жены тяжелобольного лорда.

Тогда я только подозревала, что именно мачеха была виновна в гибели отца. Возможно, она свела в могилу и деда, и бабулю. Хотя бабушка слыла очень сильной ведьмой, но она была уже немолода.

После изгнания я на многое стала смотреть иначе.

Я просто очень быстро повзрослела и лишилась иллюзий.

А сейчас… Сейчас я наслаждалась поцелуем ненавистного мне мужчины и думала о том, как же побольнее укусить!

— Какая же ты сладкая, малышка.

— Чего не могу сказать о вас.

— Что? — он замер, чуть отстранился. — Не понял?

— И понимать нечего, ваше высочество, «Корунский вестник» безбожно лгал, говоря о том, что вы обожаете профитроли. Вы, скорее, любите гренки с чесноком и селёдку с луком.

— Что? Ты… ты намекаешь, что у меня не свежее дыхание?

— Намекаю? — моя бровь поднялась настолько, что вылезла за пределы маски. — По-моему я говорю более чем прямо. Простите, ваше высочество, но давайте всё-таки вернёмся к вашему наряду на помолвку. У меня еще так много работы. Кстати, не обессудьте, но этот поцелуй я вынуждена буду включить в ваш счёт.

— Ты… ты торгуешь поцелуями?

— Я? Нет. Но это будет урок вам. Не распускать руки и… губы.

— Что?

— Стойте смирно, ваше высочество! Начинается процедура снятия мерок.

Я взмахнула рукой, и тотчас мой магический портновский метр с удивительной проворностью стал летать вокруг принца, обвивая его руки, ноги, талию, бедра и прочие выпуклости и впуклости.

Жоффрей, с которого я сняла заклятие молчания и неподвижности начал

напевать какой-то бравурный марш, словно помогая длинному, узкому, юркому метру.

Карандаш ловко записывал мерки, которые передавал ему метр на листе бумаги.

Жозефина приторно ахала, а Зингершильда ей вторила и снова строчила невидимую, несуществующую ткань, блаженно постанывая.

Да, швейные машинки определённо очень похожи на своих хозяев.

Александер смотрел на это с любопытством и некоторым ужасом.

Словно впервые видел летающие, поющие, говорящие предметы.

Конечно же это было не так.

Наследный принц был магом самой высшей категории и, разумеется, видел в своей жизни много всякого.

Хотя подобного, наверное, и нет.

— Ваше высочество, не нужно втягивать живот, иначе в новом парадном камзоле вы будете страдать.

— Втягивать что? Живот? Но… у меня нет живота! Это… это пресс!

— Не спорьте, ваше высочество, мне лучше знать, что такое пресс, а что такое животик. Да, и не нужно так вытягивать шею. И вообще, расслабьтесь, иначе на помолвке вы будете страдать.

— Я и так буду страдать.

— Интересно, почему?

— Потому что я не люблю невесту.

Упс…

Вот это откровение, так откровение!

Я растерялась так, что на мгновение потеряла связь со своими магическими предметами.

Метр плавно опустился на шею принца, карандаш и бумага упали на стол, Жоффрей выдал какую-то странную какофонию звуков, а Жозефина и Зингершильда заскрипели и замолчали.

— Что?

— Я не люблю её. — повторил Александер в полной тишине. Мне казалось, я слышу, как стучит моё израненное сердце.

— Зачем же тогда женитесь?

— Не знаю. Возможно, я устал ждать… и искать…

— Ждать и искать кого?

— Свою любимую…

— О-о…

Магические предметы как-то разом всколыхнулись, опять издав подобие то ли стона, то ли скрипа.

— Вы что-то сказали, госпожа Сильвана?

— Я… я просто хотела… У вас что, есть любимая?

— Была. Она у меня была. Но, увы… я потерял её.

— То есть… то есть как?

— Это давняя, длинная история.

— Расскажите коротко.

— Я любил её, сильно любил и думал, что она любит меня, но оказалось, она охотилась за древним артефактом моей семьи, хотела использовать его в своих магических целях.

— Неужели? — Сердце моё отбивало какой-то немыслимый ритм, то ли стремительной королевской тарантеллы, то ли страстной южной сальсы.

— Да, я был в этом уверен. Я позволил себе слабость полюбить, но сумел собрать силы и согласиться на наказание преступницы.

— И… что же это было за наказание?

— Её изгнали, лишили диплома магической Академии, и отобрали титул и имя.

— Это… жестоко. — Я едва могла проглотить ком в горе, мне было так больно и обидно! Я не думала, что снова будут переживать подобные эмоции, с меня словно заживо сдирали кожу!

— О, да… моя красавица, это было жестоко. Особенно… особенно когда я понял, что малышка Лиана была не виновна.

— Что? — я не смогла сдержаться, эмоции переполняли, магия моя вышла из-под контроля и портняжный метр плавно обвив шею принца затянул на ней петлю…

Сто ежей мне в печень!

Как любил повторять ректор нашей Академии Кастракис Попадакисс, который когда-то ходил в кругосветку на корабле с самым знаменитым мореплавателем нашего времени Доном Диего Колумбарио Да Вивра.

Получается, Александер был в курсе, что я не…

Интересная получалась история.

Я смотрела на принца, который хрипел, пытаясь снять с горла неожиданную удавку и у меня не было никакого желания ему помогать.

— Вы… а… госпо… жа… Сильва… на… по… по-моги-те…

Принц показывал на метр, на свою напряжённую шею, глаза его вылезали из орбит, а я…

Я вспоминала бедную, несчастную, потерянную девочку — почти ребёнка! — отчаянно влюблённую и потерявшую сразу всё.

Любовь, образование, возможность использовать родовую магию, будущее, имя!

Я потеряла всё из-за него!

А он!

— Госпожа… — прошептал Жоффрей, — он же сейчас того этого. Окочурится!

— Превратится в нежить. — испуганно пропищала Жозефина.

Я хлопнула в ладоши и портняжный метр сначала резко взмыл вверх, а потом упал к моим ногам.

— Извините, маленькая техническая неувязка. Не все магические предметы подчиняются мне тут у вас, в вашем королевстве, в Коруне.

— Что? Почему? — Александер продолжал хрипеть, потирая горло.

— Не знаю, что вам и сказать, такое впечатление, что в центре столицы постоянно глушат магию.

Да, да, я знала, что так и есть.

Особенно если кто-то из высокопоставленных особ появлялся в городе. Магию глушили специальными заклинаниями, чтобы подавить несанкционированное использование.

Хорошо, что на моей лавке был специальный ПВН код — зашифрованный передатчик, который сбивал с толку глушилки, доставляя до нужных ведомств информацию, что я нахожусь в другом месте, в таком случае магия проходила почти беспрепятственно.

Иначе как бы я могла работать?

Одними патентами сыт не будешь.

— Госпожа, я… я надеюсь, измерения окончены? Не хотелось бы снова…

Я подошла к столу. Посмотрела на записи.

— Да, ваше высочество, всё в порядке, но…

— Вы можете приступать к созданию вашего, то есть моего костюма?

— Мы можем сейчас увидеть его в моём магическом зеркале, становитесь на подиум, вот сюда.

Я говорила-говорила… скорее машинально, чтобы чем-то занять мой рот и не орать.

А орать хотелось!

Громко орать!

Как ты посмел царственная скотина так мерзко обойтись со мной?

Разрушил мою жизнь!

До основания!

Просто в прах превратил!

А теперь… теперь смел объяснять, что любимая невиновна?

Нет уж, ваше высочество! Так не пойдёт! Я вас выведу на чистую воду!

Чистейшую как родник в Катарийской пустыне!

Я была зла, очень и очень зла, но в то же время…

Пока его высочество взгромождался на подиум я размышляла. Как бы разговорить его? Чтобы такое придумать, чтобы не навлечь на себя подозрения?

Я взмахнула рукой, чтобы открыть магическое зеркало и…

О, Великий Мерлин!

Чего я точно не ожидала так этого!

Его высочество, наследный принц Коруны, надежда нашего королевства, гарант магического статута, а также прав, привилегий и обязанностей граждан предстал передо мной в отражении абсолютно…

Абсолютно голый!

В первозданном виде.

Моргана меня побери…

Голый принц.

Серьёзно?

Но как?

То есть, вот буквально, в чём мать родила!

Ведь принцы рождаются такими же как обычные маги? Без… ну, совсем без всего?

Даже без… без единого клочка захудалой тряпочки?

О, Моргана, Мерлин, великие маги всех времён и народов!

Я закрыла рот рукой и смотрела на него, замерев и даже не хлопая ресницами.

Я должна была бы, конечно, закрыть не рот, а глаза.

Но это было слишком.

Слишком сложно оказалось это сделать.

Я не могла не смотреть! Его высочество был…

Он был просто прекрасен!

Рельефные мышцы, торс, бицепсы, квадрицепсы, и то… то что было там… между квадрицепсами и прессом.

О, нет, я всё-таки отвернулась и…

— Это… это камзол?

Неожиданно спокойно спросил меня принц.

— Где? — сглотнув потрясённо задала встречный вопрос я.

— Ну… вот там… в отражении? Камзол, который вы сошьете?

Я протёрла глаза, вылупилась в зеркало еще раз.

Камзол? Да какой же там камзол, он же…

Он же голый совершенно!

Принц-то голый!

Но… не могла же я ему прямо вот так и сказать, да?

Тем более, как я поняла, принц в отражении видел нечто отличное от того, что лицезрела я.

Александер повернулся, чуть выгнулся, как будто разглядывая свою спину, потряс запястьями, словно расправляя несуществующие манжеты.

— Интересное… хм… весьма интересное решение, и мне, в общем-то, даже нравится. Необычный для меня фасон, не совсем обычный цвет. Хотя… для помолвки такой вот… белый… как раз очень даже…

— Белый? — опять же напряженно переспросила я.

— Ну, да, — удивлённо пророкотал принц, — вы же видите отражение?

— Вижу, конечно, только… — только шьярд побери, лихорадочно соображала я, что же мне придумать? Как заставить его описать то, что видит он? — Только….

— Что? — он ответил, удивлённо глядя на меня.

— Понимаете ли, — самозабвенно лгала я. — Ваше высочество, изображение в магическом зеркале имеет свойство преломляться…

— Преломляться?

— Именно. Преломляться, чуть искажаться, поэтому то, что видите вы, то, что видит мой клиент, порой не совпадает с тем, что вижу я.

— И что же видите вы?

Принц поднял бровь, изобразил крайнюю степень любопытства, повернувшись ко мне лицом.

Он стоял на подиуме одетый в брюки, на нём был жилет, его камзол всё еще летал где-то по моей мастерской, а я… я смотрела на шикарную королевскую задницу, которую мне показывало магическое зеркало.

Да, филейная часть у принца Александера была что надо, просто филяй-филяй!

Я шумно сглотнула.

— Госпожа Сильвана? С вами всё в порядке?

— А? Да, да… — откашливаясь усмехнулась я, переводя взгляд с его высочества задницы, на его высочества лицо. — Просто… любопытно, насколько сильно отличаются наши с вами взгляды на задницу…

— На что? — его бровь снова ползла вверх, словно кто-то тянул её за ниточку.

— На одежду… — прохрипела я и повернулась так, чтобы не видеть отражения.

Ну его к Мерлину! Шьярд знает, что такое!

— Я вижу светлый костюм. Камзол с золотыми пуговицами и манжеты.

— Светлый или белый? — переспросил принц.

— Этот цвет мы не называем белым. Так было бы слишком банально и просто. Это молочный цвет. Или цвет облака. Снежный. Цвет яичного белка. Цвет вершины горы Араибу.

— Араибу?

— Да, там такой… белый снег.

— Белый?

— Ну да… Белый, как… как снег.

Я смотрела ему в глаза.

Он смотрел в мои глаза, и…

— Подождите, вы… мне кажется, когда вы стояли там у вас были глаза другого цвета, а теперь… Госпожа Сильвана, они у вас… как изумруды с золотом. Очень похожи на…

Великий Мерлин!

Я отвернулась, прикрыла веки, быстро пробормотала заклинание снова меняя цвет глаз, на этот раз даже не представляя на какой, резко повернулась обратно.

— В чем дело, ваше высочество? Вы, кажется, собираетесь вступить в брак? Не всё ли вам равно какого цвета у меня глаза?

— Нет, не всё равно, они у вас такого цвета, как…

Он вглядывался, явно не понимая. Нагло схватив меня за подбородок, повернул к светильнику, стоявшему у подиума.

— Они…

— Ваше высочество, вы ведёте себя не подобающе!

— Они… синие.

— Именно. Сейчас они синие.

Неожиданно Александер усмехнулся.

— А вот и нет, не угадали. Они у вас сейчас желтые, как у кошки.

— Может жёлтые, — раздраженно ответила я. — Может синие, может серо-буро-малиновые! Они разного цвета, ваше высочество, потому что это линзы! И они меняют цвет в зависимости от освещения.

— Линзы? — он переспросил так, как будто впервые видел.

— Именно, разве вы не слышали о таких? Сейчас в вашем королевстве это новая мода. Разноцветные линзы, нарощенные ресницы, губы, которые специально отдают на растерзание осам, чтобы они становились пухлыми как… как…

— Павлинья попка? — ухмыльнувшись выпалил принц.

— Не знаю! Я павлинам под хвост не заглядывала!

— Вы многое потеряли, госпожа Сильвана.

— Уверена, что нет, выше высочество, только вот под хвост павлину мне не хватало заглянуть. Давайте вернёмся к нашей примерке.

— Давайте. — подняв бровь сказал принц и снова повернулся к магическому зеркалу, в котором я снова увидела его… во всей красе.

Длинный.

Нет.

Большой.

Крепкий.

Не важно.

«Закрой глаза, Сильвана, не позорься!» — уговаривала себя я.

О, Великий Мерлин!

Посмотрела и сразу отвернулась, сглотнув.

— Получается, мой наряд будет примерно таким? — оглядывал свой голый торс наследник престола.

— Примерно, — сипло пробормотала я. — Вас всё устраивает?

— Как сказать. Если честно, я… я хотел бы красный камзол.

— Красный? — я удивленно повернулась и… Шьярд, в зеркале снова была его задница.

— Да, именно, знаете ли, это традиция нашего королевского рода. Помолвки мы совершаем в красном. Брюки могут быть белыми, это, кстати, вполне уместно.

— Хорошо, красного, так красного. — Я взмахнула руками, зеркало затянулось дымкой и…

Это невероятно! Он снова стоял в отражении просто… просто непозволительно обнажённым!

Но вертелся так, как будто реально камзол и брюки на нём! Не мог же он так искусно притворяться?

— Вот! Другое дело! Да, вот это полностью устраивает.

— Полностью устраивает. Так и запишем. — опять пролепетала я, надеясь, что магическое зеркало окажет мне потом посильную помощь.

— Кстати, госпожа Сильвана, мне говорили, что ваши, с позволения сказать платья наделены какими-то невероятными магическими свойствами. Но… вы ведь не используете магию?

Нет, ну до чего он дотошный!

Я старалась сохранять спокойствие, но внутренне была крайне, крайне возмущена!

— Я уже объясняла вам, ваше высочество, что я не могу использовать магию. Я ведь в конце концов не аристократка, — ха-ха, три раза! — я не обладаю ею в должном объеме. — и еще раз ха-ха!

Было просто невыносимо говорить так о себе, и я заранее просила прощения у источника моей магической маны, впрочем, он уже привык к моей лжи и понимал — выхода у меня нет.

Я продолжала.

— Потом, вы сами знаете про статут, запреты и магическую полицию. Если меня поймают…

Конечно же я была уверена, что никто меня не поймает. Во-первых, у меня реально были патенты, во-вторых… Во-вторых, я знала, что, если притягивать неприятности они в конце концов-таки притянутся, поэтому просто не думала о возможном аресте.

— Хорошо, хорошо, я вам верю.

— Надеюсь вы не приведёте сюда участкового или надзирателя, ваше высочество?

— Вы такого обо мне мнения, моя красавица?

Моя красавица? Он серьёзно?

Я задрала подбородок.

— Ваше высочество, я бы попросила! Я одинокая, несчастная вдова…

— Вдова? — а вот тут он удивился. Все удивлялись. Но врать, что я вдова было очень удобно, поэтому я врала.

— Именно, вдова, и чту память моего дражайшего супруга. И давайте всё-таки вернёмся к моей работе.

— Давайте, так что там с магией? — вот же негодяй! Он словно был не принцем, а шпионом специальных, тайных магических служб, засланным так же специально, чтобы вывести мою грязную магию на чистую воду!

Нет уж, дорогой, хитро прищурилась я, ничего у тебя не выйдет!

Патент!

И попробуй докажи обратное!

— Жоффрей, Жозефина, помогите!

Мои манекены выкатились на середину лавки, я хлопнула в ладоши и…

В руках манекенов появились золотые свитки, которые они развернули, и начали громко читать.

— Магический патент!

— Выдан!

— Госпоже Сильване из Коруны!

— Патент защищает её магическое изобретение.

— Магическую нить!

— Которая способна…

— Стоп, стоп! — громко заорал его высочество перебивая. Он тоже хлопнул в ладоши. — Спасибо, хватит, я просто хотел…

— Подловить меня? Доказать, что я использую магию?

— Нет, я…

— Чтобы у меня отобрали всё? Всё, что нажито непосильным трудом? Чтобы я вновь осталась с голой Жозефиной на снегу?

Жозефина театрально взмахнула деревянными ручками, закрыла деревянное личико и уткнулась Жоффрею в плечо, изображая деревянные рыдания.

— Я! Не хочу! В снег! Он холодный и мокрый! Моё дерево вспучится! Потом рассохнется! Я стану безобразной и ни на что не годной!

Принц был явно шокирован поведением моего манекена и моим.

— Я вам верю, моя дорогая, уймите же свою… свой… Эту… Эту милую даму.

— Я не дама! — воинственно задрав подбородок отрапортовала мгновенно прекратившая стенания Жозефина. — Я магический манекен высшего порядка, созданный по образу и подобию… то есть по патенту, да, да, по патенту моей госпожи.

— Я вам верю! И хотел бы всё-таки услышать ответ на мой вопрос! — раздраженно повысил голос принц.

— Какой вопрос, ваше высочество?

— Что за свойства у ваших нарядов? Почему они не такие как все?

Почему мои наряды не такие как все?

Ах-ах! Неужели его высочеству Александеру Ферфаксу это на самом деле было интересно?

Я помнила, как в Академии, зная о моём магическом наследии, о том, что у нас в роду таланты к шитью и я хотела бы в дальнейшем заниматься какой-то прикладной бытовой магией, принц несколько раз высмеивал мои желания, говоря, что это довольно приземлённые мечты.

Что ж, приземлённые, именно.

Зато благодаря этим мечтам и умениям, благодаря моим наработкам в Академии я смогла выжить, не умереть с голоду, и даже стать вполне обеспеченной дамой!

И если он хотел знать как…

Что ж, не могла же я скрывать что-то от своего будущего короля!

— Ах, ну… так бы сразу и сказали! Жоффрей, Жозефина!

— Айн момент, госпожа! — крякнул Жоффрей и выкатился вперед.

Он поднял руки, и камзол, надетый на него, стал одновременно раздуваться и сжиматься. Принял идеальную форму.

Как у принца.

Почти.

Талия у Жоффрея стала более узкой, грудная клетка более широкой, плечи на фоне всего этого просто казались необъятными.

— Хм, то есть… я правильно понимаю, что если носить ваши платья, то фигура будет…

— Правильно! — с улыбкой ответила я. — Идеальной!

— Но как же…

— Что?

— Если… если девушка, например, имеет лишний вес…

— Платье может его закамуфлировать.

— Что сделать?

— Ах, извините, это слово из третьего королевства, у нас его не знают. Это значит скрыть, спрятать, утаить, убрать с глаз долой.

— Прекрасно, но…

— Но? — я нахально и лихо подняла бровь, даже маска чуть съехала.

— Но когда девушка разденется, она снова будет толстой?

— Я предпочитаю слово пышной. Увы, мои костюмы не борются с лишним весом, ожирением, сутулостью излишней худобой и прочими недостатками.

— Это и плохо. Ваши костюмы пытаются решить проблему внешнюю, и это обман, иллюзия.

— Обман? — я не понимала о чём он говорит, чего он от меня хочет?

И что он прицепился ко мне в конце-то концов!

Я просто хотела сделать людей красивыми! И… ну да, и заработать много денег!

— Представьте, я выбираю на балу красавицу. — Принц сошёл с подиума и подал мне руку. — Приглашаю на танец… — мне ничего не оставалось, как вложить свою руку в его. Неожиданно откуда-то полилась нежная мелодия. — Я танцую с ней весь вечер. — Мы закружились в медленном вальсе. — Танцую, и она мне нравится, я готов к серьёзным отношениям, очень серьёзным, а потом…

Принц наклонился ко мне, и я почувствовала, как его рука притягивает меня сильнее…

Одна, рука, а другая…

— Потом маски оказываются сорваны, и я вижу совсем другого человека!

Только он договорил как в лавке раздался дикий рев сирены. Александер отпрянул, а я схватила маску обеими руками, прижав её к лицу.

— Что происходит? — Раздраженно поинтересовался принц.

— Вы пытались сорвать мою маску!

— Я всего лишь захотел взглянуть на ваше лицо!

— Зачем?

— Потому что мне стало любопытно!

— От любопытства кошка сдохла, ваше высочество!

— Что?

— Что слышали!

— Вы…

— Еще одно слово, и ваш парадный камзол вы будете шить себе сами!

— В таком случае вы вылетите из моего королевства как пробка из бутылки!

— Это грязный шантаж! Но если вы так хотите… Учтите, все узнают почему именно вы меня выгнали, я сделаю ваши непристойные домогательства достоянием общественности и объясню, почему благородные леди и джентльмены из Коруны больше не могут покупать мои наряды.

— Это шантаж!

— Да, это шантаж! — я смотрела на него прямо, гордо, почти рыча!

— Я не хочу, чтобы мои подданные носили платья, которые вводят в заблуждение! Я запрещаю вам использовать ваши патенты.

— Вы… вы хотите выгнать меня из страны?

— Нет. Я хочу… я хочу…

Он тяжело дышал, я тоже, мне было страшно.

Мгновение и он снял бы маску, увидел моё лицо и…

Чудо, что я заблаговременно поставила маску и её крепления на сигнализацию!

О Великий Мерлин!

— Я хочу, чтобы вы сшили мне красный камзол. Он нужен к церемонии помолвки, которая состоится послезавтра во дворце. Да, кстати, вы приглашены.

— Я? Но я не… я не аристократка.

— И что? Во дворец приглашают не только аристократов. Вы придёте?

— Зачем?

— Посмотреть на своё творение.

— Я… я подумаю. Возможно, лучше мне смотреть трансляцию в магическом зеркале.

— Не хотите попасть во дворец? Это же шанс для вас.

— Какой шанс? — удивленно захлопала ресницами я.

— Шанс, ну… найти… найти себе еще клиентов.

— У меня достаточно обширная география пользователей моих услуг, поэтому, но спасибо за приглашение.

— Пожалуйста. Ваш наряд будет готов завтра.

— Вы доставите мне его лично. — Александер высокомерно поднял подбородок.

— Это приказ? — я усмехнулась. Можно подумать он считал, что я боюсь королевского дворца!

— Это просьба, моя дорогая, — Александер наклонился, пристально глядя мне в глаза и улыбаясь, наглец! — Моя личная, маленькая просьба.

— Я буду стараться.

— Постарайтесь.

— Да, кстати… — не знаю, зачем я это сделала. Возможно потому, что сошла с ума, но я не могла не задать вопрос. — Та девушка… в которую вы были влюблены. Что с ней стало?

— Она… она умерла.

Я умерла?

Его высочество сказал, что я умерла?

Это на самом деле было жестоко.

И у меня почти не осталось сушеной рыбы! Мне нечем было заедать этот чудовищный стресс!

А ещё… ещё у меня было просто немыслимое количество работы!

Помимо костюма для его высочества я должна была обеспечить нарядами половину королевского двора! Буквально каждую вторую аристократку Коруны!

Думаете, меня это напугало? Смутило? Заставило нервничать?

Конечно же… нет!

Иначе бы я не была Лианой Сильвией Дамиани! Потомственной аристократкой Коруны, мечтающей вернуть себе доброе имя.

И не только имя, кстати.

А еще и родовое поместье, которое моя мерзкая мачеха прибрала к рукам и теперь оно составляло приданое — не моё, а её гадкой дочери! Моя сводная сестричка Райана каким-то невероятным образом заняла моё место. У мачехи явно были связи, потому что насколько я знала, по закону если аристократ лишался своего титула и всех привилегий, то всё, что ему принадлежало отходило короне. Тоже не самый лучший вариант, конечно. Но всё же хотя бы законно и справедливо!

«Ничего! — думала я, выставляя Зингершильду на специальный стол. — Ничего, отольются кошке мышкины слёзки! Будет и на моей улице праздник! Я восстановлю справедливость. И снова стану той, кем являюсь по праву. А его высочество… пусть кусает локти и всё остальное. Обманщик! Зачем только он сейчас говорит, что любил меня?»

Жоффрей и Жозефина были готовы.

Швейная машинка тоже.

Шоу начиналось.

До полуночи мне нужно было создать как минимум сотню нарядов! И ладно бы, если бы я создавала их только посредством моей магии. Но мне ведь надо было придумать каждое платье, сделать так, чтобы оно подходило обладателю, делало его лучше и сочеталось со всеми остальными!

Я выдохнула и подняла руки.

Поехали!

Работа кипела.

Ткани и нитки летали по помещению лавки, которое магическим образом увеличилось раз в десять — а как иначе мне было разместить готовые платья?

Шикарные воланы, буфы, фестоны, атлас, бархат, шёлк, роскошные перья Зодакских страусов, а также Фурнитарских лебедей, ну и, разумеется, розовых Корунских фламинго, фламинго из пресного розового озера Фалабелло — как же без них!

А еще меха! Изумительные Шанхайские барсы! Мексиканские тушканы. Аметистовые ласки и королевский белоснежный Зорастрийский горностай.

Горностай, разумеется, только для принца.

Да, для камзола его высочества я расстаралась.

Он получился таким красивым! Сама бы носила, шьярд меня побери!

Примерно в девять вечера я сделала перерыв.

Сварила кофе с кардамоном и драконовым молоком, выбралась на крохотный балкончик, который был у моей спальни, села, чтобы насладиться закатом.

Меня отвлёк какой-то непонятый писк.

Что это было?

Покашливание Жоффрея заставило сунуть голову в окно и крикнуть:

— Ну, что там, говори?

— Кажется, вам звонит его высочество.

— Что? Кто?

Я чуть весь кофе на себя не вылила! Напиток был недоволен — пар превратился в крохотного дракончика и чуть не обжог моё лицо — спасла маска, которую я не снимала даже наедине с собой.

— Его высочество наследник престола Коруны, принц Александер Максимиллиан Ричард Эверхард Ферфакс…

— Какого…

Шьярд!

Я стала ругаться слишком часто!

Подумала, что стоит дать обет Мерлину Великому и перестать сквернословить.

— Но моё магическое зеркало молчит! — я посмотрела на магическую гладь, вытащив из кармана. Оно на самом деле молчало!

— Его высочество оставил вам для связи новое зеркало, последней модели.

Ах вот оно что!

«Ишь какой хитрец, решил меня всё-таки немного подкупить!» — подумала я и протянула руку.

— Кидай, я поймаю!

— Что значит — кидай? Вы хоть представляете, сколько стоит эта штука? Это восемнадцатая модель, такую даже ещё не выпустили в продажу, мамма мия!

Ну, что за напасть! Только хотела отдохнуть!

Пришлось спуститься за зеркалом, но, прежде чем ответить я вернулась на балкон и взяла свой кофе, который, к счастью, не остыл.

— Я вас слушаю, ваше высочество?

— Как ты? — его голос был низким, томным и… очень чувственным, таким, что я чуть было не поперхнулась второй раз.

— Что? Ваше… ваше высочество, вас не слышно или я не так поняла.

— Ты всё поняла правильно, я спросил — как ты, Сильвана? Я весь день думаю о тебе и не могу дождаться завтрашней встречи.

Вот же… жук скарабей из Бедуинской пустыни! А о помолвке и невесте своей он не думает?

Я хотела сказать принцу именно это, но вовремя прикусила язычок.

— Работаю, ваше высочество, вся в трудах, аки пчела. Уже почти сотня платьев и камзолов отшита…

— Да ты поистине плодовита, то есть, плодотворна, трудолюбива, талантлива…

— Давайте ближе к делу, принц.

— Что? — Удивлённо пробормотал она, а я довольная собой усмехнулась — всё-таки мне удалось поставить этого напыщенного индюка на место!

— Вы же не просто так со мной связываетесь по магической связи? Что стряслось?

— Я… я как раз именно просто так связываюсь, потому что… я… сам не знаю. Увидел вас сегодня и у меня в душе какой-то переворот, я даже подумал… Подумал, что может быть мне стоит отменить помолвку?

— Что? — а вот тут я точно поперхнулась, закашлялась, обливаясь волшебным кофе. — Вы с ума сошли, Александер? — я даже не подумала, что называю его по имени! — Это невозможно! Вы не посмеете так со мной поступить!

— Как поступить? В смысле? Я не понимаю!

— Не понимаете? У меня вся мастерская завалена нарядами, которые шьются к вашей шьёрдовой помолвке! Если вы всё отмените люди откажутся от своих заказов и я… я буду разорена! Вы… вы просто негодяй! Даже не смейте об этом думать! Или я… или я…

— Или… вы что?

— Я… я… — я разревелась как малолетняя дурочка! Так я не ревела с того самого дня, когда узнала, что негодяй Александер мало того, что поспорил на меня, так еще и отвернулся во время всей этой истории с кольцом и мачехой! Ненавижу его, просто ненавижу! — Я! За себя не отвечаю! И вы! Вы еще горько об этом пожалеете!

Сказала и швырнула магическое зеркало на пол.

Жоффрей, который подглядывал за мной, деревянный пройдоха, в ужасе заскрипел, широко разевая нарисованный рот.

— Что вы натворили, моя драгоценная, это же…

— Мне наплевать! Моя жизнь будет разрушена, если он… если он…

Магическое зеркало принца было разбито как сердце влюблённой девчонки, на гладкой поверхности появилась паутинка из трещин. Но, как ни странно, оно работало, потому что пищало и издавало какие-то звуки с помехами.

А через несколько секунд я снова услышала голос Александера.

— Глупая гусыня! Я хотел расторгнуть помолвку чтобы… чтобы быть свободным для тебя! Но если тебе это не нужно… ты думаешь только о деньгах! О выгоде! Ты как она. Лиана Дамиани!

— Что? Не смейте говорить о Лиане плохо! Вы… вы мизинца её не стоите!

— Что ты сказала? Не слышно… Я тебя не слышу! Я хотел предложить отношения. Но тебя интересуют только твои платья. Что ж… Завтра мой наряд заберет посыльный. Всего хорошего госпожа Сильвана.

Ах посыльный!

Моё сердце стучало со скоростью, с которой строчила Зингершильда.

Что ж, если он считает меня меркантильной… мне плевать.

Нет, если честно, мне было не плевать.

Я была в ярости.

Я была зла.

Я была растеряна, и…

И я, кажется, всё еще была влюблена в этого негодяя.

Что ж… визит во дворец, получалось, мне не светил, нужно было закончить платье короля.

Платье для его помолвки.

Шикарный алый камзол с золотыми пуговицами и аксельбантами, брюки цвета топлёных сливок с золотым отливом.

Всё это было готово к полуночи.

Последний взмах волшебной палочки — иногда я использовала её, когда никто не видел.

Моё самое любимое заклинание.

«Идеальное утро».

Я закрыла глаза, представляя, как прекрасен будет мой Александер в этом наряде. Какой счастливой будет его невеста, эта выскочка Вальм-Штадская!

В моей голове был туман.

Слёзы катились из-под ресниц.

Неожиданно я вспомнила то, что видела в моём большом магическом зеркале.

Обнажённый Александер Ферфакс, принц Коруны, наследник престола, его нахальное высочество! Как же он был хорош!

Думая о его торсе и чреслах, я взмахнула палочкой.

Идеальный утренний туман будет идеальным!

В моё окошко светил загадочный месяц.

К часу ночи у меня уже всё было готово. Вещи упакованы. Они ждали посыльных, которые должны явиться утром.

Только перед тем, как лечь спать я сняла с лица волшебную маску.

Лиана, Лиана!

Пора повзрослеть и забыть о принцах и мечтах.

Но я всё равно полна была решимости доказать свою невиновность!

Пусть! Пусть состоится эта помолвка, а потом! Потом я добьюсь своего!

Я легла в свою уютную кроватку пожелав спокойной ночи уставшим за этот безумный день манекенам и швейной машинке, а также портняжному метру и всей моей уютной волшебной лавочке.

Уснула я со счастливой улыбкой на лице, даже не подозревая какая вскоре разразится катастрофа.

Утро выдалось прекрасным.

Во-первых, ярко светило солнышко, птички пели, я распахнула окошко, вышла на балкончик с чашечкой кофе и свежими круассанами, которые принёс мне булочник из лавки напротив.

Его звали Ганс Христиан, и он любил рассказывать сказки, а я, признаться честно так любила его слушать!

Он подал мне пакет свежайшей выпечки и подмигнул:

— Дорогая Сильвана, вы сегодня великолепно выглядите, а вчера работали до глубокой ночи, не так ли?

Я улыбнулась в ответ.

— Ожидается помолвка его высочества принца. Знаменательное событие, знаете ли.

— Знаю, знаю, как же, как же. Почти всё королевство приглашено. — тихонько засмеялся булочник. — И я имею в виду не только аристократию.

— Неужели?

— Да, да, в Главном королевском парке ожидается гуляние для всех, там будет угощение, музыка, танцы. А еще будет абсолютно бесплатная магическая трансляция торжества на все магические приёмники, какие только есть.

Я кивала и улыбалась, хотя мне было совсем не интересно смотреть на то, как любимый мной когда-то мужчина собирается вступить в брак с другой девушкой.

— Сильвана, может быть, окажете мне честь? Отправимся туда вместе, как… как пара?

Он был очень милый молодой человек, но я не могла представить себе отношений с простым булочником. В конце концов я была аристократка.

— Простите, мой дорогой, но у меня слишком много работы, столько приготовлений к этому празднику! Все как с цепи сорвались, заказывают наряды.

— Всё королевство хочет одеваться у прелестной Сильваны!

— Ах, как это ужасно! — я закатила глаза и засмеялась, а потом активировала магическое зеркало и услышала звон монет — это гонорары за заказы падали на мой счёт.

Сие было весьма приятно.

Мы с Гансом посмеялись, а потом он заговорщицки прошептал:

— Моя дорогая, мне приснился такой сон!

Все свои сказки Ганс Христиан начинал рассказывать именно так — ему приснился сон.

— Я вся внимание, мой дорогой!

— Представляете, мне приснилось, что наш принц стал королём, и вот отмечается его коронация, он выходит из своих покоев, и…

Ганс засмеялся, прикрывая рот.

— И что?

— И он абсолютно голый!

— То есть… то есть как? — я даже немного смутилась.

— То есть, он считает, что он одет! В новое платье! Но ткань этого платья имеет одно свойство.

— Какое же?

— Её могут видеть только очень умные люди.

— Как же так? — я реально была удивлена!

— Да, да, портные, которые шили ему наряд для коронации сказали, что шьют из необычной ткани, дураки эту ткань не видят! А кто же признается в том, что он дурак? Принц, то есть король им поверил, ну и… надел новое платье!

— И что дальше?

— И вышел к придворным, которые тоже, естественно, знали, что ткань не видят только глупцы.

— И все молчали, да? Никто не хотел признаваться?

Ганс закивал, и мы рассмеялись.

Как это было невероятно забавно!

А еще я подумала — Великий Мерлин, какая чудесная маркетинговая схема!

И не нужно ничего выдумывать! Ни шить, ни кроить, даже магию использовать не нужно!

Просто говоришь, что ткань волшебная!

— А дальше?

— А дальше король вышел к народу.

— И?

— Ну, народ тоже был уже в курсе. Всем объявили, что на любимом короле в день коронации не простой костюм, что волшебная ткань имеет магическое свойство и видна только тем, кто…

— Кто имеет разум!

— Именно, моя драгоценная Сильвана.

— И что же? Все так и… так и смотрели на прекрасный обнажённый торс его величества?

Ганс Христиан посмотрел на меня прищурившись.

— А он… прекрасный?

— Ну… — я снова смутилась, я же помнила, что видела вчера в своём зеркале. — Это я так сказала. Наш будущий король молод, хорош собой.

— Весьма хорош собой, да, и принц, а не какой-то простой булочник!

— Ну, Ганс, о чём вы? Я не…

— Я всё понимаю.

— Так что было дальше?

— Дальше? — он удивлённо поднял бровь.

— Ну да, дальше, в вашем сне?

— Ах, во сне… Точно. Дальше наш король вышагивал перед народом в чём мать родила, пока какой-то мальчишка из толпы не закричал: «А король-то голый!» Ну и… весь народ так же решил не притворяться.

— Бедный король!

Мы дружно рассмеялись.

— О, Ганс, ты просто… Гений!

— Надеюсь, Сильвана, ты не будешь использовать эту схему?

— Какую? — хитро прищурившись спросила я и мы снова засмеялись. — Это же гениально придумано! Никакой возни, никакой работы, ничего не надо делать, кроить, шить, примерять. Просто сказать, что ткань волшебная! Ты подарил мне шикарный план!

— Сильвана!

— Конечно я шучу, но… было бы забавно посмотреть на короля без платья. — засмеялась я, взяла выпечку и пошла пить кофе.

История Ганса не выходила у меня из головы.

И какое-то странное чувство было.

Я вспомнила, что видела обнаженного принца в магическом зеркале.

Мне казалось, что это какой-то знак.

Или… просто казалось?

День снова прошёл в трудах.

Курьеры сновали туда-сюда, забирая заказы, на мою магическую почту летели сотни восторженных сообщений, мой счёт пополнился на невероятную сумму.

Но, почему-то радости я не испытывала.

Была грусть.

И отчаяние.

Александер женится на другой!

Да, пусть пока это только помолвка, но всё же…

Обед я пропустила.

Наступало время предвечернего чаепития.

Ганс опять прислал мне из лавки вкусняшки — мои обожаемые тарталетки с ванильным кремом и свежими ягодками, малиной, ежевикой, голубикой.

Всё так вкусно и так красиво.

И я опять переместилась на балкон, только сделала один укус, постанывая от блаженства, как в дверь лавки постучали…

Кто бы это мог быть?

Он был в маске.

И, естественно, я сразу его узнала!

Нет, ну не наглость? Явиться в мою лавку накануне помолвки, чтобы что?

— Ваше высочество, — я склонилась в самом изящном и глубоком реверансе, — Ваш визит для меня неожиданность, я ведь уже отправила ваш костюм, за ним прибыли ваши королевские курьеры.

— Вы меня узнали? — я слышала в его голосе удовольствие и не хотела разочаровывать — его маскировка оказалась крайне скверной.

Он просто… пах королевской властью, если так можно было выразиться.

Да и вышитые на черном плаще чёрными нитками символы короны было так же трудно не заметить.

Но я промолчала.

— Госпожа Сильвана…

— Весьма польщена, ваше высочество, однако цель вашего визита остаётся для меня загадкой.

— Неужели? Вы и дальше продолжите делать вид, что не понимаете?

— Не понимаю чего? — удивлённо хлопала я ресницами.

— Не понимаете, почему я здесь.

Он так пристально смотрел мне в глаза…

Глаза!

О, шьярд меня подери! Я, разумеется, была без линз! И что делать?

Если у госпожи Сильвии глаза были скрыты линзами, то у Лианы Дамиани цвет радужки был очень и очень заметным.

Оставалось надеяться, что приглушённый свет в моей лавки не даст ему разглядеть их так хорошо.

— Сильвана…

— Милорд…

Он сделал шаг, еще один, еще… Практически прижал меня к стене, а я совсем не знала, что же мне делать.

Определённо было понятно, чего добивается от меня наследник престола.

И это же было ужасно!

— Сильвана, я всю ночь думал о вас.

— Как печально, ваше высочество.

— Почему же печально?

— Потому что завтра ваша помолвка и вы должны думать о своей невесте.

— Я думал и о ней тоже. Я готов разорвать помолвку, одно твоё слово.

Моё слово?

Принц издевался надо мной?

Мы было до глубины души горько и обидно!

Кем он себя возомнил?! И что думает обо мне?

— Сильвана, я… я не могу выразить словами, что я чувствую, но я чувствую. Ты знаешь, что я сильный маг, и у меня есть определённые магические таланты.

У меня пересохло во рту, потому что я вспомнила!

Вспомнила, что его высочество обладал высокой интуицией и эмпатией! На магическом уровне!

Он чувствовал! Чувствовал много больше, чем остальные.

Потому тогда, в Академии, мне было странно, почему же он не почувствовал то, что я не виновата? И как он мог участвовать в споре на меня, если он… если все мои чувства были как на ладони?

Тогда, там, я была уверена, что он меня просто обманул, никакого интуитивного и эмпатического дара у него нет.

Он сказал это, просто чтобы меня привлечь.

Глупую юную дурочку, мотылька, летящего на пламя!

Сейчас, когда он говорил тоже самое я сначала испугалась, а потом…

Потом во мне стала просыпаться необузданная ярость!

Вот же негодяй! Просто негодяй!

Он снова проверял на мне свои штучки!

Интуиция!

Эмпатия!

Чувства!

Его высочество просто нагло и безбожно лгал, чтобы затащить меня в постель!

Негодяй!

Что ж…

— О, ваше высочество… — я нарочно опустила голову, потупила взор, стараясь казаться такой покорной и смирной. — Я слушаю вас.

— Ты слушаешь меня? О, дитя… если бы ты знала… Я… Мне кажется, что мы уже были вместе когда-то, нет, не в прошлой жизни, в этой. Ты… ты так напоминаешь мне её…

— Кого, милорд?

— Её, мою возлюбленную, Лиану…

— О… ваше высочество, это… это невозможно, я…

— Я знаю, — он скорбно вздохнул, актёр в нашем принце погиб просто изумительный, ах, как он играл! Невозможно было сказать — не верю! Я готова была поверить каждому слову! Если бы не одно «но».

Однажды я уже поверила! И лишилась всего.

Тогда мне было что терять.

Титул, родовое поместье с местом магической силы, моя честь, в конце концов.

Честь рода!

Но и сейчас мне тоже было что терять! Пусть масштабы были несколько иными, но всё же.

Моя лавка! Имя, которое уже приобрело известность и вес. Меня знали в Коруне. За моими нарядами выстраивались очереди!

Да, кстати, несколько довольно влиятельных особ не успели заказать наряды, и буквально со слезами умоляли меня сделать хоть что-нибудь!

Хорошо, что у меня в запасе были магические уловки и я просто зарядила их старые платья новыми магическими заклинаниями.

Мне было что терять, и я не собиралась идти на поводу у принца.

Становиться его любовницей я тоже не собиралась!

А ведь именно это он, вероятно, и хотел предложить?

— Ты так напоминаешь её! Я не могу отделаться от мысли что ты… ты можешь быть её магическим двойником, ты же знаешь, что это возможно?

— Магический двойник? Ох, ваше высочество, да я… я что-то читала об этом… в «Корунском вестнике». Но мне кажется это… это не более чем газетная утка!

— Мне плевать! — Он взял моё лицо в ладони. — Мне на всё плевать. Я не готов тебя отпустить. Я не могу… Ты должна принадлежать мне!

И он снова впился в мои губы страстным поцелуем.

Негодяй! Просто негодяй!

Я вся негодовала! Негодование просто испепеляло изнутри! И в то же время… я отвечала на его поцелуй и не могла оторваться!

Всхлипнув, я всё-таки отодвинула этого негодника от себя, пытаясь отдышаться.

— Моя дорогая… я бы всё отдал за то, чтобы вы сняли маску!

Я знала, что он скажет именно это! Всё отдал?

«Что ж, ваше высочество, вам действительно придётся пожертвовать многим, если вы хотите…» — Так я думала про себя, очень мстительно думала, но вслух говорила пока совсем другое.

— О, милорд, я… не знаю, что сказать, о, просто не знаю, но я… я готова была бы… наверное…

— Сними её, моя прелесть, сними…

— НЕТ! — мой вскрик, кажется, напугал не только его. Мои дорогие притаившиеся в небольшой подсобке, но подглядывающие, как всегда, в щелочку манекены тоже вторили мне вскриком — скрипом. А Зингершильда застрочила неожиданно так бойко, как будто у неё нервный тик.

— Почему? — каким-то мягким, и в то же время хищным тоном, как Корунская полосатая кошка промяукал Александер.

— Потому. — уже более твёрдо ответила я. — Я сниму маску если вы, ваше высочество отмените помолвку.

— Я готов, я же сказал!

— Нет. Не просто отмените. Завтра, во время церемонии вы заявите во всеуслышание что помолвка не состоится.

— Ты хочешь… хочешь, чтобы я унизил принцессу?

— Нет. Я просто хочу, чтобы ты набрался смелости заявить о своих чувствах на всё королевство.

— Ах так… Что ж… Я сделаю это, Сильвана. Только… и у меня есть условие.

— Какое же?

— Завтра ты будешь присутствовать на церемонии, Сильвана. И когда я скажу, что не собираюсь соединять свою жизнь с принцессой ты снимешь маску и встанешь рядом со мной.

— Вы уверены, ваше высочество? — я задыхалась от страха, голова кружилась от предвкушения, я не понимала, что со мной творится, но я почему-то готова была принимать его условия игры.

— Уверен в чём? В том, что хочу снять проклятую маску и увидеть твоё лицо? Да.

— В том, что ради этого вы жертвуете государственными интересами? Выставите себя на посмешище…

— Посмешище? Кажется посмешищем я был долгие годы. А сейчас… Не важно…

Он говорил как-то странно и у меня снова сжималось сердце.

Я чувствовала, чувствовала, что всё не просто так, но пока ничего сказать я не могла.

Я не могла снять маску, не могла объявить, что я никакая не Сильвана, не модистка, не портниха, не обладатель магических патентов.

О, Великий Мерлин! Я Лиана Сильвия Дамиани! Я потомственная аристократка, лишённая титула, лишённая всего!

Я понимала, что, если завтра принц выполнит своё условие — мне придётся выполнить своё!

Я окажусь беспомощной перед его властью. Перед властью короля.

Я ведь пария!

Я была лишней на этом празднике жизни.

Мне не позволено было появляться в королевстве.

Я рисковала попасть на этот раз не просто в изгнание, а в магическую тюрьму! Тамтаракань! Гиблое место.

И всё же… это ведь был тот шанс, которого я так долго ждала!

Шанс заявить о себе, признаться во всем и заставить тех, кто лишил меня всего сознаться в их подлости!

Прежде всего принца.

Кто как не он подкинул мне этот злополучный перстень?

Кто как не он обвинил меня?

Кто как не он обманул!

Сердце моё ныло от боли.

Под ложечкой сосало от страха.

Но я всё-таки собралась с силами и…

— Я готова, ваше высочество. Готова выполнить ваше условие. Завтра я буду там, на площади перед королевским дворцом. Я буду ждать вашего заявления.

— А я буду ждать тебя, моя дорогая…

И он снова поцеловал меня. Так… сладко!

А потом взмахнул плащом и исчез в тумане…

Туман, туман, туман!

Если бы я знала, что утренний туман станет проклятием!

Утро снова было добрым.

Солнечным, приятным, ярким, с пением птиц и криками уличных зазывал:

— «Корунский вестник»! Покупайте «Корунский вестник»! Сенсация! Помолвка принца! Торжество, на котором смогут побывать все. Сенсация! Что ждёт жителей Коруны после свадьбы его высочества? Что сегодня наденут главные модницы Коруны? И кто на самом деле госпожа Сильвана, которая сшила наряд для принца?

Что?

А вот эта новость меня совсем не обрадовала!

Я вышла на улицу, кинула монетку и поймала свернутый номер газеты.

Кто такая госпожа Сильвана!

Если бы они знали!

Статья была, разумеется, на первой полосе.

В самом конце моё фото, к счастью, в маске, восторженные отзывы одних клиентов и… и разгромные отзывы других, которые — мне надо было перевести дух! — которые обвиняли меня в нечистоплотности, повторах моделей одежды и… использовании магии?

Я похолодела.

Если эту статью рассмотрят всерьёз в магической палате, отвечающей за соблюдение статута, мне будет не до смеха.

Мне будет не до чего!

Они же выведут меня на чистую воду! Выведут и посадят… посадят на воду же и сухари где-нибудь в Тамтаракани! Магической тюрьме для опасных преступников.

Я, разумеется, сильно опасной не была, но кого это станет волновать?

Нарушила статут — садись в камеру и лишайся всей магии.

О, Великий Мерлин!

Мне было очень страшно.

И обидно.

Я ведь не виновата, что меня оклеветали, обманули, прокляли!

Не виновата…

Я хлюпала носом, глотая остывший кофе, закусывая вчерашним круассаном.

Ганс Христиан уже с утра выкатил полную тележку выпечки и поехал в королевский парк, чтобы посмотреть на церемонию и заработать, поэтому я осталась без свежего пирожочка — вот она, любовь! Подумал о том, как денег побольше поднять на помолвке, а на девушку, которую обхаживал — оставил ни с чем. Вот они, мужчины!

Ну, что ж…

Раз меня бросил мой сказочный булочник надо было собираться на встречу с не менее сказочным принцем!

Да, решила я, или пан или пропал!

Я сниму маску, если он откажется от помолвки!

Я сниму маску и потребую ответов на свои вопросы!

Пусть скажет, за что он так со мной поступил?

Почему придумал этот дурацкий спор? Зачем подбросил мне кольцо и куда пропал, когда расследовали моё дело? Почему не помог? Дал меня утопить, лишить всего! Неужели ему на самом деле было плевать?

И почему сейчас он так печально говорил о моей, якобы, смерти?

Я надела своё самое лучшее платье.

Нежного, золотистого цвета, такое, в котором не стыдно было отметить помолвку с самим королём, не то, что с принцем!

Немного магии и скоро оно сядет так, что будет сводить с ума всех вокруг.

Да, я всегда предупреждала всех клиентов, сначала платье может не сесть как надо, в первые мгновения вам модем быть тесно и неудобно, но через несколько минут, у кого-то через десять, у кого-то через тридцать, магическая волшебная ткань начнёт принимать нужную форму и наряд сядет как надо. Как влитой.

Принцу я тоже написала записку, чтобы он не пугался, если камзол в первый момент будет причинять неудобство.

На самом деле, моему магическому заклинанию требовалось время. Оценить клиента, оценить наряд и потом уже начать действовать.

Впрочем, на моей фигуре платья сидели прекрасно и без всякой магии.

Теперь главной проблемой было добраться до королевского дворца.

Я не подумала, что все жители нашей столицы решат поздравить принца Александера с этим знаменательным днём, дороги будут забиты, и никакой транспорт арендовать не получится, а на мётлах в наше время уже не летали, и на драконах, на такие расстояния, разумеется, тоже.

На драконе можно было полететь в соседнее королевство, но не в соседний двор.

Только я успела подумать об этом и представить как буду тащится по жаре в толпе как в дверь постучали.

— Его высочество принц Александер Ферфакс прислал карету за её милостью госпожой Сильваной.

Карету?

Я покраснела, потом побледнела, потом опять покраснела.

Значит… принц реально хочет, чтобы я приехала?

Он настойчив.

Слишком настойчив.

Впрочем, я знала, что Александер был настойчив всегда.

И умел хорошо целоваться.

Неужели он пойдёт на то, чтобы унизить принцессу соседнего королевства?

Разорвёт помолвку и…

Мысли скакали в моей голове как тилипончики на сковородке у мадам Марты, поварихи из нашей Академии.

— Госпожа Сильвана, следует поторопиться, церемония вот-вот начнётся, а нам еще лететь.

Да, да! Наследный принц Ферфакс прислал за мной летающую карету последнего образца из королевских конюшен.

Какая честь!

То, что это ну очень большая честь я поняла, когда меня подвезли, или правильнее будет сказать приземлили у входа в королевский дворец, аккурат напротив королевского балкона, на который должен был выйти принц и его невеста. Причём, приземлили в объезд других, более знатных особ.

А когда я вышла, то услышала одновременно и восторженные вздохи и злобное шипение.

— Кто она такая?

— Это же госпожа Сильвана!

— Портниха? В придворном экипаже?

— Берите выше, ваша светлость герцогиня, портниха едет в экипаже самого принца!

— Кто она такая, эта Сильвана?

— Что она себе возомнила, выскочка?

— Больше не надену её платье!

Больше не наденешь, — грустно подумала я, потому что, когда я сниму маску, если я сниму маску, моя жизнь в качестве госпожи Сильваны будет окончена и я стану… я стану узницей Тамтаракани, аристократкой, лишённой титула, которая посмела вернуться в Коруну и обмануть хранителей магического статута.

Зачем же я тогда пришла сегодня сюда, если меня ждала неминуемая гибель?

О, я всё-таки надеялась, что мне удастся восстановить справедливость!

Мне помогли пройти к балкону, сопровождали меня сразу два королевских лакея в ярких, изумрудных ливреях. Я знала, что традиция надевать лакеям изумрудные ливреи пошла после истории Золушки, фея-крестная которой превратила в лакеев зелёных ящерок.

Я стояла в самом центре.

Передо мной был балкон и длинная лестница, по которой должны были спуститься принц и принцесса.

Зазвучали фанфары.

Зрители зааплодировали.

Королевский глашатай объявил:

— Внимание, внимание! Слушайте все! Смотрите все! Сегодня на всех магических зеркалах-экранах Коруны, прямая трансляция королевской помолвки! Спонсор трансляции «ООО Принц не нищий», «ООО Принц не нищий» — мы гарантируем вам вклады под самый выгодный процент, ипотечные кредиты под залог вашей магии и королевские облигации беспроцентного займа. «ООО Принц не нищий» — мечты сбываются!

Глашатай оттараторил рекламный слоган, все замерли.

Шум затих.

Принц вышел на подмостки.

Его окутывал какой-то сказочный туман.

Туман, который рассеялся и…

Толпа зевак в парке дружно ахнула.

Придворные ахнули.

Кто-то упал в обморок.

Кто-то закричал высоким голосом: — «А-а-а-а-а!»

Я стояла в шоке, хотя зрелище, которое сейчас наблюдали все я точно уже видела.

В моём магическом зеркале.

О, Великий Мерлин!

Принц сделал шаг, еще шаг,

К счастью, туман продолжал окутывать его чресла, скрывая от всего мира самое сокровенное, но всё остальное!

Широкие плечи, бицепсы, развитая грудная клетка, пресс в восемь кубиков, косые мышцы и дорожка волос убегающая вниз, мощные квадрицепсы, икры… Нет, на икрах были короткие чулки, на ногах туфли с золотыми пряжками, но в остальном…

— А принц-то голый! — громко крикнул малолетний хулиган, сидящий на дереве, и заливисто захохотал.

— Голый! Голый! — подхватила толпа простолюдинов, заполнивших сад.

«Голый!» — в ужасе подумала я, лихорадочно вспоминая, что же я сделала не так?

Костюм был готов. Магическая ткань, магические нити, Зингершильда постаралась на славу, после я повесила костюм на моего дорогого Жоффрея, достала волшебную палочку, и…

Заклинание!

Я перепутала заклинание!

О… Великий Мерлин и Моргана!

Вместо «Идеального утра» я наложила на костюм принца заклинание «Утренний туман»! И костюм просто испарился!

И что же мне теперь делать?

Я подняла руки, пытаясь воспроизвести магические пассы, чтобы хоть что-то исправить. Но чтобы что-то исправить, надо чтобы это что-то было! А костюма принца не было и в помине!

Александер стоял перед толпой подданных. Его лицо было полно суровой решимости.

Ему принесли плащ, пытаясь накинуть ткань принцу на плечи.

— Нет! — завопили женские голоса из толпы.

— Оставьте так!

— Не думала, что наш принц такой красавчик!

— Жалко, что у него помолвка, а то я бы ему дала!

Взрывы смеха были слышны то там, то там.

Мой принц схватил плащ, ловко обернул его вокруг бёдер, и встал в позу статуи Великого Мерлина, расправив плечи и выставив одно бедро вперёд.

А потом поднял руку.

Я видела след магического воздействия, слетевшего с кончиков его пальцев.

Вокруг мгновенно воцарилась тишина.

Только тут я поняла, что рядом с ним нет принцессы! Что бы это значило?

— Внимание! Сегодня должна была состояться моя помолвка с принцессой Джессен Вальм-Штадской. Но мы с Джесс обсудили всё и решили остаться друзьями. Я выбрал для сегодняшней церемонии другую женщину. Но она, как видно, решила посмеяться надо мной. Госпожа Сильвана, вы унизили меня, пытаясь выставить перед моим народом посмешищем. Но я выполнил условия нашей с вами сделки и отменил помолвку. Теперь я жду от вас ответного шага. Вы обещали снять вашу маску. Так сделайте же это. Покажите моему народу кто вы такая.

Толпа вокруг меня расступилась.

Я осталась стоять одна.

Прямо напротив принца.

Голого принца.

Ну, почти…

Голого, по моей вине.

Медленно, очень-очень медленно я стала снимать маску.

Шнурок держал волосы, прическа развалилась, мои локоны рассыпались по плечам. И цвет глаз был тот самый.

Принц сделал шаг, еще шаг, еще…

— Лиана, это ты? Я так и знал, что это ты… Лиана…

— Да, это я Александер!

Мы смотрели друг на друга не отрываясь, и я столько всего видела в его глазах!

— Арестуйте её! — неожиданно раздался рядом знакомый каркающий голос. — Это преступница! Она была выслана из страны и лишена магии за то, что украла королевский перстень! А теперь… явилась, чтобы опозорить нашего принца!

Это был голос моей мачехи. Я узнала его.

И она сама стояла напротив, указывая на меня своим длинным скрюченным пальцем.

Высокая, высохшая, постаревшая, похожая на скукоженное яблочко. Глаза её сверкали злобным огнём, казалось, она откроет рот и поток огня вырвется из неё, как из огнедышащего дракона.

— Ай-яй, ваша милость, показывать пальцем неприлично! — назидательно ответил ей принц. — Арестовать нужно вас, именно вы пять лет назад украли перстень моей прабабушки и подбросили его своей падчерице, чтобы подставить её. Все эти годы я занимался расследованием и, наконец, оно завершилось.

— Вы не слишком-то торопились, ваше высочество. — тихо прошептала я.

— Прости меня, любовь моя. Прости за то, что не смог помочь тебе сразу. Меня сразила неизвестная хворь и я почти полгода не выходил из своих покоев. Но обо всём после, сейчас… яви свою магию, шьярд тебя побери! Одень меня хотя бы во что-то!

— Во что-то? Нет уж, ваше высочество! — рядом со мной раздался скрипучий голос моего Жоффрея, смешок Жозефины и стук Зингершильды, которую Жоффрей нёс на руках. — Оденем вас в лучшем виде! Получите платье, достойное короля Коруны и жениха нашей прелестной Сильваны.

— Жениха? — я хлопала ресницами, — Но… его высочество не…

— Именно жениха. Просто я не могу становится на колено и протягивать кольцо в таком виде! Ты… ты вдоволь поиздевалась надо мной, моя прелесть.

— Я не специально, — ответила я, жадно глядя в его глаза, — Я просто немного перепутала! И «Идеальное утро» превратилось в «Идеальный туман», но я всё исправлю! Сейчас!

— Ей запрещено пользоваться магией! Она преступница! — вопила мачеха, которую уже удерживали два дюжих молодца.

А я… прежде чем надеть на принца новый, роскошный наряд, повернулась, взмахнула палочкой, которую достала из складок платья и…

Корсет на ней стал сжиматься, становясь всё уже, уже, уже… пока…

Нет, конечно, он не лопнул, и мачеха не взорвалась как бутыль забродившего варенья, просто… просто истончилась немного, и голос её стал совсем-совсем неслышным, охрана повела её в покои королевского судьи, чтобы зачитать её права и обвинение.

Я посмотрела на принца, один взмах палочкой, другой, Зингершильда застрочила, Жоффрей достал из-под её иглы сначала рубашку, потом брюки и, наконец, алый камзол. Все это полетело по воздуху, в одно мгновение оказалось на принце и тут же село абсолютно идеально!

Разумеется, после моего заклинания.

Толпа зааплодировала.

Ему, мне, нам.

— Лиана…

— Александер…

— Простишь ли ты меня…

— Если ты попросишь прощения.

Мы смотрели друг на друга как зачарованные, а потом мой принц встал на одно колено, и…

— Лиана, все эти годы я искал тебя, любил тебя, окажи мне честь. Стань моей женой!

И что я должна сказать!

— Поэтому она мне отказывала! — услышала я знакомый голос! Ганс-Христиан! — Конечно, зачем такой красавице простой булочник и сказочник, когда есть принц! Скажи ему «да», Сильвана! Не томи!

— Скажи ему «да»!

Толпа скандировала, а я не могла оторвать взгляда от принца и от кольца, которое материализовалось в его руке.

— Ты любишь меня, скажи?

— Люблю, моя дорогая, конечно, люблю.

— Ты позволишь мне и дальше заниматься любимым делом?

— Ты хочешь шить свои платья?

— Я не могу оставить лавку. И Жоффрея, и Жозефину, и Зингершильду… и всех наших подданных! Ты не представляешь, какие ужасные наряды они носили всё это время!

— Представляю, конечно, я же всё это видел!

— Они были неудобными, из дурных тканей, и сидели отвратительно!

— Если моя королева сможет совмещать обязанности жены и матери и модную лавку, почему бы и нет, а я помогу.

Матери? Он сказал матери? Он хотел, чтобы у нас были дети? О, Великий Мерлин!

— Прекрасно. Тогда я говорю — да!

— Она сказала «да»! — это крикнул Ганс-Христиан! И толпа ответила ему ликующими криками, в воздух полетели шапки, чепчики, парики.

Александер обнял меня и его губы коснулись моих.

А дальше…

А дальше сказке конец, начались суровые будни королевы портнихи!

Огромный пошивочный цех.

Горы магического материала.

Ряды манекенов — копии Жоффрея с одной стороны и копии Жозефины с другой.

Десятки столов, на которых швейные машинки и всем командует Зингершильда.

Я решила — почему только придворные в нашем королевстве могут одеваться в модную одежду? Пусть такая возможность будет у всех!

Александер меня поддержал.

У нас уже был наследник, и пока я ждала наследницу работала над открытием огромной швейной фабрики.

Наши подданные получили сотню рабочих мест и даже больше. Да, кончено, основную работу выполняли мои магические помощники, но и человеческие руки тоже были нужны.

Я осмотрела в магическое зеркало как идёт работа и отложила его в сторону, чтобы посмотреть на моего любимого мужа, входящего в спальню.

— А король-то голый! — улыбаясь произнесла я!

— Всё, для моей любимой, — ответил этот нахал, подмигивая и устроился на подушках рядом со мной.

— Ты невероятно красивая.

— Ты тоже хорош, но не разгуливай в таком виде слишком часто, а то я привыкну. А мне, как модельеру и амбассадору моды всё-таки хотелось бы видеть тебя одетым.

— Я почти всегда одет, но ночью, с любимой женщиной…

Александер поцеловал мне руку, потом плечо, шею… и мы утонули в сладострастном, чувственном безумии, забывая обо всем на свете.

Мы жили в любви и согласии.

Совсем не вспоминая те года, что провели врозь.

Мой любимый рассказал, как был подвергнут страшному заклятию, превратился почти в зверя и его долго не могли расколдовать лучшие маги всех десяти королевств. Он не сразу смог выяснить, кто именно так его проклял, всё дело было в том самом кольце его прабабки. Моя мачеха оказалась не такой уж сильной ведьмой, но кое-что она умела, вычитала из книги моей бабули. Ей удалось запутать всех, обмануть, оболгать, отобрать у меня всё, чуть не убить принца. И выйти сухой из воды.

До поры, до времени.

Принц в конце концов распутал клубок лжи и магии ею созданный.

Этот клубок и привёл его в модную лавку госпожи Сильваны.

— Значит, ты уже знал, что я это я? — спрашивала я его, когда мы обсуждали свою историю.

— Я бы не стал целовать незнакомую женщину, даже очень красивую, — смеясь отвечал он.

Оказалось, что вся история с помолвкой тоже была им придумана, чтобы вытащить меня из зоны комфорта, то есть из моей модной лавки и заставить снять маску!

— И как я на это согласилась! — кричала я, рожая первого сына.

— Просто ты любила меня все эти годы. — отвечал мой муж, принимая младенца.

Александер признался, что не ожидал только одного, того, что моё заклинание будет с ошибкой и с последствиями. И ему придётся предстать голым, ну почти голым, перед всеми подданными сразу.

Но, кстати сказать, после этого представления рейтинг королевской власти в Коруне взлетел до небес.

Принца, будущего короля, боготворила вся нация.

Ну и я, немножко.

Иногда, правда, пугая, что если он будет вести себя не так, как следует он может снова оказаться в той пикантной ситуации, когда мальчишка закричит:

— А король-то голый!