Корректор Екатерина Валерьевна Литвяк

Он внимательно огляделся. Никто не должен был его увидеть. Только так можно выполнить задание. Мужчина запахнул мантию и плотнее прижал к себе мешочек, висевший на боку. Ткань мешочка была сделана из материала, который отражает любую магию. Такой материал был очень дорогим, а потому только избранные могли позволить себе владеть такими вещами.

Маг еще раз испуганно огляделся. Ему не хотелось думать над тем, кто заказчик дела, кто направил его сюда.

«Это явно был кто-то влиятельный и сильный. Вполне может быть, что этот кто-то связан с Коллегией Девяти магов Европы. Если это так, то при провале ждут большие проблемы.

Никто не поможет ему, если он провалит задание. Никто не укроет его от гнева директора школы и службы магической безопасности, если кто-то из студентов серьезно пострадает. С другой стороны, если все пройдет хорошо, то никто его ни в чем не заподозрит. Мало кому придет в голову, что именно он помешал прохождению заданий.

У них практика, почти каникулы. Я всего лишь немного усложню им задание. За ними ведь будут присматривать. Обязательно придут на помощь и помогут. С помощью магии можно решить любую проблему со здоровьем. Это вам не мир людей».

От мысли о людях он презрительно сморщил нос и поджал губы. Он, как и многие чистокровные маги, считал людей слабыми созданиями, которые годятся только для того, чтобы им помогать и направлять их деятельность, ведь на большее они не способны. Пока люди живут и борются за власть между собой, они не опасны. Намного опаснее так называемые полукровки. Потомки магов и людей способны нарушить порядок, установленный много столетий назад. Баланс был достигнут в Эпоху Возрождения. Потому этот период так и называется. Возрождение после мрачных веков гонений и истреблений магов в Европе. Люди и маги заключили договор, что никто не вторгается в дела друг друга и все живут хорошо.

Магов тогда было мало, люди занимались своими делами: возрождали культуру, науки и ремесла, потерянные в Темные века. Все было хорошо, но со временем маги стали все больше симпатизировать людям, помогать им, направлять и влюбляться. Полукровок становилось все больше и больше. И теперь они требовали власти, которая принадлежала только чистокровным магам. Чистокровные маги – консерваторы по природе, они бережно относились к балансу между магами и людьми, но полукровки – это совсем другое дело. Они жаждут власти, изменений и «открытия» мира магии для людей.

– Нельзя допустить этого, – в сердцах произнес маг и тут же испуганно оглянулся. – Ух, никого. Да и кто тут может быть? Все приготовления закончены. Остров подготовлен к приему студентов.

И теперь он должен был подготовиться к тому, чтобы сорвать им почти каникулы на тропическом острове, который выбрал директор школы для студентов. И всего-то лишь надо положить заветный мешочек в зарослях. Открыть его и подкинуть крупицы магии, чтобы то, что находится в мешочке, поело, окрепло и приготовилось к встрече со студентами.

Маг улыбнулся. Студенты любят колдовать. Они готовы творить магию всегда, когда не хотят делать что-то сами. А уж эти студенты точно будут колдовать. Об этом позаботится тот магистр, который будет за ними приглядывать. Мужчина тонкими пальцами нащупал письма во внутреннем кармане мантии.

– Сначала сгусток, потом остальное.

Я не очень люблю посещать кабинет директора нашей магической школы. Обычно это не сулит мне ничего хорошего.

Николай Константинович – это вам не магистр Виторио-Айгуш, но и он наказать может весьма сурово.

Так, совсем недавно мой лучший друг Лука Лукиани был лишен права использовать магию целую неделю. Для мага нет худшего наказания, чем остаться без возможности применять силы, полученные с рождения.

И за что? Он всего лишь своими магически-техническими штуковинами напугал студентов с младших курсов. К слову сказать, все было не так уж и страшно. Просто ночью в комнатах у некоторых студентов младших курсов начали двигаться вещи: обувь, сумки, рюкзаки, учебники и прочие небольшие вещи. «Мелкие» повскакивали, свет повключали, начали охать и ахать, магического следа-то не нащупать. Лука умеет заметать следы. Кто-то даже додумался старост позвать. Зря это они сделали. Друг установил защиту периметра, и, как только тот был нарушен, включились проекции и голограммы разных монстров из фильмов людей.

Что тогда началось!

Было громко, даже очень. Половина общежития проснулась от криков напуганных студентов. Вторая половина поднялась с кроватей, как только появился магистр Виторио-Айгуш, который принялся наводить порядок.

В общем, все длилось недолго, но нам хватило, чтобы от души посмеяться. Единственным в нашей компании, кто паниковал и боялся быть уличенным в этой маленькой шалости, был младший брат Кайсы – Свен Олбу.

Это и понятно, ему только четырнадцать лет исполнилось. И по большому счету это его первое подобное «правонарушение».

Хоть нас тогда и не поймали, но магистр Виторио-Айгуш быстро вычислил изобретателя магически-технических устройств. Лука отнекиваться не стал и признался в мелком хулиганстве. Нам троим явиться с повинной не дал, как истинный рыцарь и итальянец, Лука всю вину взял на себя.

Как только стало понятно, что нам ничего не грозит, Свен вздохнул с явным облегчением. Мы же с Кайсой только улыбнулись, глядя на реакцию младшего Олбу.

Это не первая и далеко не последняя магическая шутка, которую мы устроим.

У самого кабинета директора я остановилась, чтобы собраться с мыслями.

Никаких серьезных шалостей я после шутки Луки не совершала. А несерьезные? Это не уровень Николая Константиновича. А со старостой курса Валентиной Брошкиной я уж как-нибудь разберусь. Главное, чтобы до магистра Виторио-Айгуша информация не дошла.

– Эй, малявка, ты заходить будешь? Или как? – раздался насмешливый голос у меня за спиной.

– Нос, полегче, – без насмешки произнес обладатель второго голоса и, может, потому более приятный.

Обернувшись, я увидела группу старшекурсников. Ребята были на два или три года старше меня. Они так и лучились уверенностью и весельем.

Еще бы, в этом году они должны получить настоящий магический браслет. Это не то что наши школьные – только для занятий. Полноценные браслеты позволяют творить магию без каких-либо ограничений.

– Так что, идешь? – насмешливо спросил обладатель первого голоса, высокий парень со светлой копной волос. Рядом с ним стоял не менее высокий парень с темной прической, восхитительной улыбкой и добрыми карими глазами. Глядя в них, я забыла, что собралась грубо ответить старшекурснику. Вместо этого просто отодвинулась в сторону, пропуская их.

– Правильно, мелкая. Так и надо делать, – довольно хмыкнул Нос, тут уже я не выдержала.

– Мама говорит, что старость надо уважать. Так что проходите.

– Она тебя сделала, приятель, – усмехнулся парень с добрыми глазами и подмигнул мне. – Не теряйся…

Что еще он хотел сказать, я не знаю. Дверь кабинета распахнулась, и на пороге кабинета стоял Николай Константинович собственной персоной. Маг решительно и грозно посмотрел на старшекурсников.

– Носов, Березкин, почему опаздываете?

– Это все она, – блондин указал на меня рукой.

– Рогова, – директор перевел взгляд на меня, – а вы как-то очень быстро прибыли. Неужели сами пришли с повинной?

– Кто? Я? – не люблю, когда меня отчитывают при посторонних, тем более что я ни в чем не собиралась признаваться.

– Кажется, кто-то влип, – хмыкнул Нос, за что получил тычок от приятеля.

– Магистр Виторио-Айгуш и остальные давно вас ждут для инструктажа, – директор позволил себя улыбнуться, обращаясь к старшекурсникам.

Я мельком взглянула за спину мага, там действительно собралось много студентов. Вышеупомянутого магистра я не разглядела, да не очень-то и хотелось его видеть.

– Ну вот опять, – посетовал Носов.

– Извините, директор. Этого больше не повторится, – от голоса второго старшекурсника мурашки забегали по моей спине. Студенты наконец вошли в кабинет и присоединились к остальным за большим столом.

– Что касается вас, Риджина, – Николай Константинович поправил галстук, а затем вытащил из кармана небольшую металлическую пластину, – с вами хотят побеседовать в Зале для перемещений, у вас немного времени.

В недоумении я взяла темную пластину и отправилась в Зал для перемещений. Мысли о новых знакомых вылетели из головы. Невероятность ситуации поражала воображение. Обычно студенты общались с родственниками и друзьями с помощью магических браслетов в Зале для переговоров, где было множество звукоизоляционных кабинок.

В помещение по соседству, в Зал для перемещений, студентов допускали только во время каникул или в экстраординарных случаях. До каникул было еще далеко, и потому такой вариант я отбросила сразу. Что касается второго, то он тоже не подходил. В школе учился еще один член семьи Роговых – двоюродный брат Григорий. Мы с ним учились на одном курсе. И если бы что-то случилось в родовом поместье, то в кабинет нас вызвали бы двоих.

Не мог же Николай Константинович ошибиться в таком вопросе. Пошутил? На шутника не похож. Нормальный, обычный маг. Вот только у него был двойной браслет, а это уже необычно. В мире магии у большинства магов только один магический браслет. И он одинарный. Очень редко, когда браслет двойной. Я знаю только двух магов с таким двойным браслетом. И оба трудятся в нашей школе. Это Николай Константинович, директор школы, и магистр Виторио-Айгуш.

Ноги привели меня к высоким дверям. Старинное дерево сверкало от солнечных лучей. Замков, ручек в дверях не было, только тонкая щелка на уровне глаз.

Нервничая то ли от предвкушения нового, то ли от предчувствия, я вставила металлическую пластинку, которую дал директор. Раздался легкий щелчок, и дверь растаяла, пропуская меня в Зал для перемещений.

Каждый раз, как я оказываюсь в этом месте, меня охватывает чувство предвкушения. Секунда – и приключения начинаются. Не помню, что почувствовала, оказавшись впервые в Зале. Тогда я жутко нервничала, ведь это был первый школьный день. Зато, когда начались каникулы и мы с однокурсниками дружно уезжали из школы, вот тогда я смогла все как следует рассмотреть и запомнить. Практически все перемещения из школы и обратно происходили через Зал.

Прошло много лет, но и сейчас огромное пространство Зала впечатляет. Высокие колонны, уходящие куда-то вверх и поддерживающие потолок, заставляют чувствовать себя маленькой фигурой в большом мире магии. В Зале нет ничего, а потому каждый звук порождает эхо. Стоит чихнуть или произнести хоть слово – и его отзвук мгновенно начинает путешествовать от стены к стене. Окон здесь нет. Свет исходит из магических светильников, которые могут исчезать и появляться по желанию мага.

Помня это, я произношу заклинание. Мой школьный браслет на правой руке немного гудит и выбрасывает едва заметное облачко магии, которое устремляется к ближайшей колонне, и там появляется магический светильник. Тогда магия зажигает светильники один за другими, и вот уже Зал становится светлым. Я вижу узоры на плиточном полу – это площадки для телепортов.

Студент может покинуть школу только отсюда, магистрам же разрешено пользоваться порталами. В то, что мне разрешат покинуть занятия, я не верила.

Кто-то должен будет появиться. Или все же я сама все должна сделать? А ведь я могу быстро в поместье сгонять. Всего-то надо, что встать на площадку и назвать место назначения. А что? Мама потом может легко меня отправить обратно.

Не успела я как следует обдумать свой безрассудный план, как одна из площадок засветилась и вскоре в ней появился маг, но совсем не тот, кого я ждала. Я думала, что появится мама.

– Николай Константинович, – моему удивлению не было предела. – Что все это значит?

– Спокойно, Риджина, – мужчина осмотрелся по сторонам. – У нас не так много времени, так что слушай и запоминай.

– Но… – начала я, – думала, мама меня вызвала.

– Для всех так и есть. Пусть думают, что Анна Рогова приезжала, чтобы встретиться с тобой. – Николай Константинович внимательно посмотрел на меня. – Ни Олбу, ни Лукиани ничего не должны знать, ни тем более кто-то еще.

Теперь пришла моя очередь озираться по сторонам. Директор вел себя странно, и это… немного смущало.

– Риджина, вы отправляетесь на практику, – продолжал маг. – Там вам придется столкнуться с проблемами магического порядка. Ни о чем, что касается задания, я рассказать не могу. Это было бы нечестно по отношению к остальным студентам. Рид, – директор посмотрел мне в глаза, – я волнуюсь за вас, за ваш курс.

«Вот это да», – меня даже прошиб пот, ладони стали влажными.

– Магия окрыляет и дает волю фантазии. Вы все должны помнить об ответственности.

«Уф, я уж было испугалась».

Подобного рода разговоры об ответственности за магические силы я слышала много раз и не только в школе, но и дома, в поместье. Мама, дедушка, бабушка, родители Григория – все они постоянно твердят об этом.

«Магия требует цену за использование, и ее надо платить. Колдовать ради забавы нельзя. Нужно думать, прежде чем магию призывать».

Николай Константинович продолжал что-то говорить о долге и прочем, а я уже слушала его вполуха.

«Это сколько же сил и времени надо, чтобы с каждым студентом с нашего курса такой разговор провести? У него что, других дел нет?»

– И самое важное: маги, близкие к Коллегии, не очень довольны растущей ролью полукровок, – серьезным голосом произнес директор. – Я не пугаю, но настоятельно тебя прошу прислушаться к моим словам…

«К каким именно? Их столько было».

– Во время практики возможны любые провокации. Не тратьте магию просто так.

– Зачем вы все это мне говорите? – последние слова мага вывели меня из задумчивости. – Скажите это безопасникам.

– У меня нет доказательств, – развел руками Николай Константинович, – только домыслы и предположения. Что касается причины, почему я говорю именно с тобой, то тут все просто: ты – лидер, не всегда явный, как Брошкина, или хитрая, как Олбу, и уж тем более не такая амбициозная, как твой двоюродный брат. В тебе есть потенциал, который может пригодиться школе и студентам. Может, пора раскрыть его?

Дожидаться моего ответа директор не стал, он просто исчез, оставив меня в глубокой задумчивости. Слышать о себе такое было несколько непривычно.

«Одно дело, когда тебя хвалят родные и магистры, и совсем другое – Николай Константинович».

Ко всему прочему, мне совсем не понравилась его ремарка о Коллегии и недовольстве полукровками. Это было важно. В нашем мире магии раньше всем заправляли чистокровки, но вот уже несколько десятилетий, как полукровки активно отвоевывают свое место во властных магических структурах с помощью интриг, силы и общественного мнения. И это действительно многим не нравилось.

«Неужели кто-то хочет сорвать нашу практику? Ведь мы просто должны пару недель провести либо без магии, либо без магистров. Кому как повезет. Но и тот и другой вариант интересный. Хотя второй вариант все же лучше. Это же без взрослых. Это же почти каникулы».

Риджина бежала со всех ног в кабинет магистра Виторио-Айгуша. Опаздывать к такому магу на занятие не хотелось. То, что она услышала в Зале для перемещений, заставляло задуматься. Как вдруг из бокового коридора выскочил Марк Иванов.

– И ты тоже? – на бегу спросил юноша.

– Опаздываю, – буркнула девушка.

– Нам не в кабинет, – схватив Риджину за руку, буркнул Марк. – Тебе Тереза не сказала, что занятие перенесли?

– Такая скажет. И куда нам?

– На площадку для игр.

Девушка поблагодарила Марка, вместе они поспешили к месту сбора. Как оказалось, прибыли они самыми последними. Тереза с подружками противно хихикали и перешептывались, видимо, обсуждали опаздывающих студентов. Стараясь не обращать большого внимания на однокурсниц, Рид поспешила к друзьям. Но свободное место было только между Лукой и Григорием Роговым.

– Не ожидал, что ты с Ивановым, – шепнул Риджине на ухо юноша с темными волосами и аристократическими чертами лица.

– Какие-то проблемы, Григорий? – с невозмутимым видом спросила девушка двоюродного брата.

– Нет, сестренка. Если для тебя репутация семьи ничего не значит, то… Дружить с «пустышками» – это слишком даже для тебя.

– Роговы, вы закончили? – громко спросил магистр Виторио-Айгуш. – Или нам еще полдня подождать вас?

Риджина и Григорий извинились под хихиканье однокурсников.

– Вы все отправляетесь на практику, – маг внимательно посмотрел на студентов. – Ее цель – посмотреть, как вы можете выживать самостоятельно. Это не прогулка по магазинам или в ближайший парк. Вы будете без магистров и родителей. То есть сами по себе… – Магистр боевой магии замолчал, давая возможность студентам осмыслить информацию. – Никто вам не придет на помощь. Только вы сами.

– Это как?

– Но почему? – запричитал кто-то из подружек Терезы. – А если что-то случится?

– Если опасность станет запредельной, то тогда вы можете позвать на помощь. И вас заберут. В таком случае вопрос о прохождении практики будет решать директор и специальная комиссия.

Многие студенты вздохнули с облегчением. Риджина бросила быстрый взгляд на Марка, который вместе с остальными студентами, родившимися без магических сил, тихо переговаривались. Григорий называл таких студентов «пустышками» и не жалел сил, чтобы напоминать всем, что маг без магии ничего не значит.

– Если вы покинете место практики раньше положенного срока, – продолжал магистр Виторио-Айгуш, – то о положительной оценке можете только мечтать. Так как ваш курс один из самых многочисленных, то Николай Константинович разделил вас на две группы.

– Мальчики отдельно от девочек? – выкрикнул Лука и улыбнулся Риджине.

Девушка не оставила без внимания неунывающего друга и улыбнулась в ответ.

– Нет, Лукиани, гендерный признак мы не использовали, – нехотя пустился в объяснения маг. – Вы были поделены по территориальному признаку. Кто проживает в северной части Европы, отправится в тропики, кто в южной – к полярному кругу.

По игровой площадке пронесся дружный вздох. Рид и Лука тревожно переглянулись. Лучшим друзьям предстояло пройти практику отдельно друг от друга. Риджина родилась и выросла в северных районах России, а Лука был родом из солнечной Италии.

– Не переживай, я что-нибудь придумаю, – попытался приободрить Лука подругу. – В крайнем случае изменим списки.

Риджина не была так оптимистично настроена. Да и лишний раз встречаться с директором не хотелось совершенно. Она быстро начала прикидывать, кто еще окажется на практике вместе с ней.

«Кайса, Григорий, братья Чайкины, Тереза, Марк. Да уж, компания еще та получается».

– Зачем вы нам это сказали? Ведь место практики обычно держат в секрете. Я наводил справки, – усмехнулся юноша.

– Затем, Лукиани, чтобы вы смогли хоть немного подумать над тем, что возьмете с собой. Отправление на практику через несколько минут прямо с этой площадки.

– Но как? – девушка посмотрела на друзей, Кайса развела руками. – Лука?

– Вот так дела, – итальянец провел рукой по волосам, – на такое я не рассчитывал. Извини, Рид.

Магистр Виторио-Айгуш взмахнул правой рукой, и его двойной магический браслет активировался. Через секунду по бокам от того места, где стоял маг, появились два портала. Белый и красный.

– Белое или красное? Красное или белое? – не удержался Лука.

– Вы – первый, – с торжествующей улыбкой произнес магистр. – Вы можете взять с собой только один предмет на ваш выбор. Повторять выбор однокурсников нельзя, – уже для всех остальных громко пояснил мужчина.

– Вот ведь влипли, – посетовала Кайса, переминаясь с ноги на ногу. – Последнему придется хуже всех.

Риджина была полностью согласна с подругой. Лука смело подошел к магу и попросил у него набор для альпийских спасателей, что лежал у него в комнате. Магистр скривился, будто съел что-то не очень вкусное, но делать было нечего, и он наколдовал желаемое. Перед юношей появился небольшой чемоданчик. Подмигнув друзьям, Лукиани смело шагнул в белый портал.

По мере того как магистр вызывал одного за другим студентов и отправлял их на практику, список вещей, которые уже нельзя было брать с собой, увеличивался.

– Берите топор, копье или мачете, – напутствовал Григорий своих приятелей: Макса и Матвея Чайкиных.

Риджина же усиленно думала над тем, что же ей взять с собой. В тропиках могло пригодиться все что угодно.

«Оружие, инструменты, палатка, лекарства – все это нужно. Что же взять?»

Девушка нахмурилась. Вскоре наступила ее очередь отправляться на практику.

– Не переживай, – Кайса улыбалась, пытаясь не выдавать свою нервозность, – это же почти каникулы.

– Чистую пятилитровую канистру, пожалуйста, – произнесла Риджина, подойдя к красному порталу.

Магистр Виторио-Айгуш удивленно посмотрел на студентку.

– Признаться, вы меня удивили, Рогова. Пустая канистра, а не полная. Странно.

– Магическое перемещение может изменить структуру воды, – ответила студентка и шагнула в красный портал.

Яркое солнце ослепляло. Девушка закрыла глаза и инстинктивно поднесла руки к лицу. Непривычные звуки, а точнее, огромное их множество обескураживали и дезориентировали. Рид огляделась: песчаный пляж проглядывал через листву. Волны равномерно накатывали на берег. А вокруг была… зелень. Много деревьев, пальм, кустарников, свисающие лианы и снова деревья, торчащие узловатые корни и опять деревья. Стая птиц с громким шумом пролетела над головой.

Она крепко сжимала пустую канистру. Еще бы, ведь это было единственное из привычного мира.

– Ну что же, самое время ее наполнить, – сказала Риджина себе самой, чтобы не чувствовать нервозность.

– Уф, – из зарослей выбрался Матвей Чайкин. Пот стекал по симпатичному лицу молодого мага. Он бросил копье на землю и рухнул рядом.

– Уже устал? – не без ехидства спросила девушка.

Матвей попытался было вскочить, но ноги его не слушались.

– Рогова? Почему тебя доставили на пляж, а меня в заросли? Я ведь раньше тебя прошел в портал. Это нечестно, – посетовал юноша, вытирая пот со лба и размазывая грязь по лицу.

– Это не ко мне, – Рид оглядела копье Матвея. Оружие было хорошим, качественным и, наверное, даже сбалансированным.

– Даже не думай его отбирать, – попытался пригрозить Чайкин.

– И не думала, мне своего хватает, – и она продемонстрировала канистру.

– Пустая, – Матвей презрительно фыркнул. – Зачем здесь пустая канистра? Вот с водой бы было другое дело.

Риджина проигнорировала фразу парня и поинтересовалась, откуда пришел Матвей, и, получив ответ, отправилась в противоположном направлении.

«Нечего искать там, где ничего не нашли Чайкины. Если бы вода была, Матвей уж точно бы ее отыскал. У него с братом талант выпутываться из всяких неприятных ситуаций».

С ловкостью кошки Рид пробиралась между деревьями, корнями и лианами. Птички весело щебетали в кронах деревьев. Их трель заставила студентку поднять голову и поискать певуний. Маленькие певуньи с ярким оперением устроились на ветвях и давали концерт. Высоко над землей им, видимо, нравилось находиться. Это подтолкнуло Риджину на мысль, что надо и самой забраться на дерево и осмотреться. Все же с высоты видно лучше. Чтобы не потерять канистру, Рид привязала ее к лиане и начала карабкаться по стволу высокого дерева вверх.

Девушка в очередной раз мысленно поблагодарила всех своих родственников, что заставляли ее заниматься физическими упражнениями: бег, конный спорт, альпинизм, единоборства и многое другое она уже опробовала по настоянию мамы. Многие маги относились к таким тренировкам крайне отрицательно, считая, что маги могут рассчитывать на свои колдовские силы и при желании наколдовать себе инструменты и возможность выбраться из любой ситуации.

«Так-то оно так. Но это когда у тебя свой полноценный браслет, а не школьный, который необходимо заряжать каждый месяц. Кто знает, когда нас отсюда заберут. Тем более что Николай Константинович говорил, что магию надо беречь».

Мысли о директоре напомнили Риджине о том, что кто-то заинтересован сорвать им поездку на остров.

«Если, конечно, директор ничего не перепутал».

На выжившего из ума старика Николай Константинович был совсем не похож. Напротив, он был одним из самых молодых директоров школы. Какой у него точный возраст, никто из студентов не знал. Студентка подозревала, что он был моложе ее дедушки Сергея, но старше мамы и дяди Олега.

– Ничего себе, – произнесла студентка, наконец-то достигнув верхушки дерева. Осторожно, держась за лианы и балансируя на ветке, она выпрямилась. Вид на остров открывался весьма впечатляющий. По правой стороне располагались берег и прибрежная полоса, по которой шли трое молодых магов. Один из них нес копье и энергично жестикулировал, что-то рассказывая.

– Григорий и Чайкины, – буркнула Рид.

У них с Григорием была взаимная нелюбовь, которая началась еще пятнадцать лет назад, в далеком детстве, на фоне постоянного соперничества сначала родительниц, а потом и их самих. Спустя годы негативные чувства несколько поутихли и не проявлялись ярко и разрушительно. Молодые Роговы предпочитали выяснять отношения в стенах родного поместья. Без свидетелей в спортивном зале.

– Кто тут у нас еще здесь? – Риджина оставила родственника и его друзей и продолжила осмотр окрестностей. Берег имел закругленную форму и должен был представлять бухту. Насколько это было так, можно было узнать, только забравшись повыше. Но ветвей, способных выдержать ее вес, не было. Потому девушка решила не рисковать и довольствоваться тем, что увидела.

По берегу шли две девушки и юноша. Кто именно был с их курса, понять трудно: солнечные лучи слепили глаза. Слева от дерева, на котором Рид устроила наблюдательный пункт, располагался холм.

– Вот только, чтобы туда добраться, нужно мачете и не одно, – вздохнула Рид.

– С каких пор ты разговариваешь сама с собой? – раздался голос Кайсы откуда-то снизу. – Нашла что-нибудь интересное?

Риджина улыбнулась и стала быстро спускаться с дерева. То, что ее подруга оказалась на острове, было ожидаемо, но в том, чтобы вот так наткнуться друг на друга в тропическом лесу и так быстро, было большое везение.

– Как ты догадалась, что это я на дереве? – спросила Рид подругу, спрыгивая на землю.

– Кто еще догадается привязать канистру к дереву лианой?

Кайса шла за мной. Она боялась повредить сеть, которую попросила у магистра, а потому предоставила мне быть первопроходцем, раздвигать ветви и искать обходные пути. На самом деле я думаю, что ей просто лень все это делать самой.

«Чистокровки не любят физический труд и относятся к нему с презрением».

Кайса и Свен принадлежат к одной из самых богатых скандинавских магических семей. Семья Олбу владела недвижимостью и занималась регулированием финансовых потоков между магическим и человеческим мирами. Ко всему прочему, у них были связи на черном рынке магических товаров в Европе. Мы этими связями пользовались. Ничего серьезного, но для розыгрышей хватало.

– Так как ты меня отыскала? Остров немаленький, – мне было интересно, как подруга нашла меня так быстро.

– Встретила Григория и Чайкиных, когда Макс пытался забрать у Терезы чемоданчик с лекарствами, – ответила Кайса. – Потом, правда, вмешался твой родственник и схватки не получилось.

– И то ладно, а я чуть было не расстроилась, что пропустила такое зрелище.

– Думаю, пока мы тут лазим по зарослям, Григорий все к рукам приберет, – в голосе подруги слышалось явное недовольство.

– Не думаю, Брошь не даст. Она же староста, – пояснила я и остановилась, чтобы оглядеться. Со всех сторон нас окружали только деревья. В таких условиях немудрено было и заблудиться, потому пришлось снова лезть на дерево. Пляжа не было видно вообще.

«Здорово мы углубились в лес. Зато холм стал ближе».

Спускаясь с дерева, не заметить недовольное лицо подруги было невозможно.

– Здесь полно комаров и мошек, – пожаловалась она.

– Да? Так это же здорово. Где комары, там вода.

– Слушай, Рид, а почему бы нам просто не наколдовать себе воду и все? Зачем мотаться среди деревьев, рискуя сломать ногу или встретиться с какой-нибудь грозной тварью?

– Наколдовать-то можно, но где гарантия, что магия нам не понадобится на что-то действительно стоящее? К тому же, – я тревожно огляделась по сторонам, – был у меня один разговор как раз перед отправкой сюда.

– Так вот почему ты опоздала. С мамой общалась? Иванов с тобой был?

– Не знаю, где шатался Марк, но беседа у меня была с Николаем Константиновичем, а не с мамой… – И я пересказала короткую версию беседы с директором.

– Вот это да, подруга, – Кайса отмахнулась от очередного комара. – Получается, кто-то может специально сорвать нам тут все? Но кто?

– Не знаю. Но надо глядеть в оба. Потому и магию берегу, и тебе советую.

– Ты знаешь, как я отношусь к советам, – Кайса улыбнулась своей фирменной улыбкой «Снежной королевы».

– Даже от лучшей подруги?

– Ладно, уговорила, – все напускное величие тут же слетело с лица. – Магию поберегу, но после того, как наколдую нам крем от всяких кровососущих.

– Тут не поспоришь. – Комары и мошки действовали на нервы, приходилось постоянно отмахиваться от насекомых. Потому на мелкое волшебство от Кайсы смотрела сквозь пальцы. К тому же было более важное дело: найти пресную воду.

Когда мы добрались до небольшого источника, бьющего из-под земли, и я, и Кайса сильно устали и порядком вспотели, испачкались. Зато напились, умылись и привели себя в порядок, после чего набрали полную канистру воды.

– Риджина, только не говори, что теперь нам надо идти обратно, – взмолилась Кайса. – Мы-то сюда еле дошли, а теперь еще и обратно с канистрой. Да еще и на голодный желудок.

Перспектива, нарисованная подругой, нисколько не прельщала. Тащить воду через заросли – не то занятие, что вдохновляет. Требовался новый путь. Для этого нужно как следует оглядеться. Рядом был холм, деревьев на нем мало, зато возвышенность. Кайсе идея забраться на холм не показалась такой уж блестящей.

– С другой стороны, все лучше, чем лазить среди деревьев, – нехотя все же согласилась она.

Канистру с водой мы несли вдвоем, взявшись за боковые ручки. Оставлять такую полезную вещь без присмотра опасались. Скрипя зубами, обливаясь потом, мы все же забрались на вершину. Вид отсюда открывался почти на весь остров. Золотистая полоска пляжа стелилась вдоль берега. Вдалеке виднелась небольшая бухточка, куда при необходимости могла подойти яхта.

«Если бы какая-нибудь яхта и подошла бы близко, то люди все равно не найдут это место. Маги не позволят».

В том, что на остров наложены заклинания защиты от проникновения и отвода любопытных, я не сомневалась. Магистры никогда не пустили бы студентов на практику, не будь уверены, что мы не столкнемся нос к носу с людьми.

– Вот почему с демонами, вампирами и прочими магическими сущностями общаться можно, а с людьми – нельзя? – вопрос, адресованный подруге, заставил Кайсу на мгновение остановиться.

– Рид, тебе голову напекло? Так это в тень надо и воды попить, – с опаской произнесла Кайса.

– Нет. В смысле, что я тут подумала, почему магистры так опасаются общения магов с людьми? Ведь полукровок сейчас много. И мы живем в двух мирах.

– А, ты про это. Ну, сейчас много полукровок, а раньше-то их было меньше, намного меньше. И ты лучше в магической истории разбираешься, так что с тебя и спрос.

– Может, они все никак не забудут Средние века? – принялась я рассуждать вслух. – Помнишь, когда в Европе маги были не в почете? – Кайса на это презрительно фыркнула. – Да, точно. Тогда погибло много магов и простых людей, которых принимали за обладателей магических сил. Но ведь время «Утечки» давно прошло. Сейчас мир другой. И люди другие. Мне ли это не знать?

– Согласна. Мама маг, папа человек. Но хватит об этом. Мы же на отдыхе. Это как каникулы.

– Почти каникулы, – поправила я подругу.

– Да ладно тебе, Риджина. Когда ты стала взрослой «занудой»? Мы здесь без взрослых. Без магистров. Надо этим пользоваться. Смотри, – я медленно повернула голову в указанном направлении. На другой стороне холма виднелась каменная насыпь с незначительной растительностью. – Пошли посмотрим. – И, не дожидаясь ответа, Кайса уселась на пятую точку и стала съезжать вниз.

От такого способа передвижения на брюках остались пятна от пыли, грязи и травы, которые в мире людей не отстирала бы ни одна химчистка. В мире же магии с такими проблемными пятнами можно справиться с помощью парочки зелий или одного не самого сильного заклинания.

– Риджина, это пещера.

– Это отличная пещера, – усмехнулась я, как только присоединилась к Кайсе, которая брезгливо морщила нос и постоянно вглядывалась в темноту пещеры. – Думаешь, там вылезет какая-нибудь чупакабра?

– Вот еще, – фыркнула подруга.

– Тут надо все проверить. – Спорить с моим энтузиазмом было невозможно и почти бесполезно, а потому уже через пару мгновений мы оказались внутри. Еще немного колдовства – и пещера озарилась магическим светом.

Не знаю, как так получилось, но пещера, выглядевшая снаружи маленькой, на деле оказалась вместительной. И вообще, тут оказалась целая серия пещер. Первое помещение действительно было небольшим: в нем могли поместиться три-четыре мага, зато над входом имелся каменный козырек.

– Отличная защита от дождя, – заметила я.

– Вот еще и дождя не хватало.

Небольшой проход соединял первое помещение со вторым, которое и было настоящей пещерой, где при желании мог поместиться весь наш курс.

– Здесь даже нет воды, – пожаловалась Кайса. – Ты же сама сказала, что надо беречь магию.

В ответ я только пожала плечами и запустила магический светильник к потолку пещеры.

– Думаю, что эта пещера занимает все пространство под холмом. Если здесь есть и вентиляция, то вообще хорошо. Можно жить здесь вполне комфортно.

– Да ладно, – усомнилась подруга. – Кто полезет в этот каменный мешок? Точнее, не так. В нору. Точно, это нора, а не пещера. Конечно, можно было бы поколдовать и все здесь обустроить, но ты же сама знаешь эту магию. Вернее, ее последствия, – язвила Кайса.

Я улыбнулась про себя. Если Кайса начинала злиться, то тут же начинала язвить и оттачивать свое красноречие. Иногда это было даже забавно.

– Немного магии – и мы знаем, что пещера…

– Нора.

– Нора – порой со старшей Олбу лучше согласиться, – никем не занята. Так что мы вполне можем остаться здесь на ночь и проверить, каково это – спать в норе.

Кайса сверкнула голубыми глазами и отправилась в пещеру, где громко, витиевато выругалась.

– Раз мы тут застряли, то тебе идти за дровами, – тоном, не терпящим возражений, произнесла подруга. – Ужин, так и быть, я возьму на себя.

Не дожидаясь новых распоряжений Кайсы, я быстро выскользнула из пещеры-норы и отправилась за дровами. Как же это хорошо – идти без тяжелой ноши. Канистра – вещь полезная. А канистра с водой полезна в двойне. Но… ее отсутствие все же окрыляло. Легкость ощущалась во всем теле. Даже понимание того, что утром все мышцы будут нещадно болеть от непривычных нагрузок, не омрачали хорошего настроения.

«Мы нашли классное укрытие. Это не хижина из пальмовых листьев, которая может развалиться при сильном ветре, дожде или непогоде. Это надежная конструкция, и про нее мало кто знает. Точнее, никто, кроме нас. К тому же все эти интриги за лидерство на курсе наскучили еще в школе».

В том, что на берегу, в лагере, Григорий и Валентина начали оспаривать власть, я не сомневалась. Ни к одному из них я особых теплых чувств не испытывала, но Григорий все же является родственником. Значимость семьи и первостепенность ее интересов были усвоены мной еще в детстве под неусыпным контролем взрослых Роговых.

Идти на берег не хотелось, да и сейчас это было невозможно. Вечерело. Солнце неустанно двигалось к горизонту. Нужно было быстро набрать сухих веток. Чем, собственно, я и занялась.

Магистр Виторио-Айгуша сидел в палатке и внимательно смотрел на экран сферы и наблюдал, как студенты осваиваются на острове, на котором проходили практику. То, что пещера была найдена в первый же день, несколько удивило магистра Виторио-Айгуша. Он рассчитывал, что кто-то из студентов обнаружит ее только на третьи сутки, ну, может, на вторые. Но две девчонки нашли пещеру уже через несколько часов после прибытия на остров.

В этом не было ничего необычного, такое случалось и прежде, а потому магистр выбросил мысли о Роговой и Олбу и предпочел заняться другими вопросами. В нынешнюю практику ему попались не самые удобные для наблюдения студенты.

«Взять хотя бы этого, как его, Березкина. Везде сует свой нос. Сразу видно, что собирается стать безопасником. Весь в отца».

Маг презрительно сморщил орлиный нос. Магистр не любил безопасников и даже немного побаивался, но никогда бы в этом не признался. Магистр Виторио-Айгуш мысленно одернул себя и в очередной раз порадовался, что здесь, на острове, он сам себе хозяин. Появилась хорошая возможность подняться по карьерной лестнице.

«Если все пройдет хорошо и не будет проколов ни со стороны студентов, ни со стороны организаторов, то это должны заметить. Если не в самой Коллегии Девяти магов Европы, то хотя бы в школе».

Подумав еще немного, магистр решил все же обратить внимание на студентов, которым досталась роль наблюдателей. Молодые маги должны были внимательно следить за младшими товарищами, отслеживать применение ими магии и не подпускать к острову людей.

Магистр Виторио-Айгуш довольно хмыкнул про себя, вспомнив, что в это самое время магистр Знудкин занимается тем же самым, но за полярным кругом.

«Хорошо, что не мне морозить нос пришлось. Да и возиться с Лукиани и остальными с их курса – еще то удовольствие. Потом объясняться с родителями девиц, почему в их семьях пополнения произойдут. Нет уж. Лучше здесь – в тепле и под солнышком».

– Магистр, – перед палаткой кто-то кашлянул, и вскоре показался силуэт одного из студентов, – вам тут сообщение от директора.

Магистр недовольно поднялся.

«Зачем Николаю Константиновичу отправлять сообщение через студента, если и сам мог прислать магическое письмо?»

Забрав у смущенного коренастого юноши сообщение, руководитель практики скрылся в палатке. Стоило ему начать читать сообщение, как мужчина сразу догадался: директор не имеет никакого отношения к записке.

– Не понимаю, как нас так угораздило? – Кайса в гневе поглядывала в сторону Марка. – Почему именно мы попали к нему? Нет, это, конечно, лучше, чем быть в подчинении у твоего родственника, но Марк Иванов… Бр…

Я вытянулась на песке. Тень от деревьев и легкий прохладный ветер с моря приятно остужали. Говорить совсем не хотелось и уж тем более спорить, но от Кайсы так просто было не отделаться.

– Ты же слышала, что Валентина назначила Марка главным за провиант. А мы с тобой что взяли? – напомнила я подруге. – Правильно. Сеть и канистру для воды. Так что спорить не о чем.

– Но кто назначил Брошкину главной?

– Никто. Она сама, она староста, – прикрыв глаза, я попыталась расслабиться. После двух прогулок к источнику с пресной водой это было жизненно необходимо. К тому же ближе к вечеру предстояло опять туда идти. – Еще пару дней таких хождений, как сегодня, и в лесу уже появится тропа, – продолжила я.

Кайса была согласна с мнением подруги, но упорно не желала мириться с лидирующей позицией Валентины.

– Может, пора свергнуть правителя? Это же тирания какая-то. Что думает по этому поводу Григорий? – в голосе подруги слышалась надежда, что ее план по свержению власти найдет сторонников. Не хотелось ее разочаровывать, но лучше всего было сказать правду. – Я понятия не имею, что думает Григорий. Он так увлекся идеей командования, что на простых работников у него совсем нет времени.

Кайса наконец перестала метаться, как тигрица, и присела на корягу.

– Ну почему нашим начальником стал именно Иванов? Лучше бы мы к Григорию попали.

– Вот уж нет, – тут уж я не удержалась и фыркнула. – Тебе хочется стоять на карауле? И чтобы он потом в поместье всем рассказывал, как командовал нами? Не надо.

– Это верно. И к Терезе попасть в команду тоже неинтересно. – Теперь уже я была вынуждена согласиться с Кайсой. Тереза возомнила себя ангелом милосердия и пыталась показать всем, какая она незаменимая.

«Что будет, когда действительно кого-то придется лечить или спасать? Не хотелось, чтобы кто-то попал к ней, но других лекарей на острове нет».

Из начальников оставалась только одна Брошкина, но нас она точно к себе не позовет. И дело здесь не в симпатиях или антипатиях, просто мы с Кайсой в школе известны как возмутители спокойствия. Не сказать, чтобы мы относились несерьезно к вещам и к поручениям, нет. Когда в поместье находишься постоянно под прессингом ожиданий и требований со стороны бабушки и дедушки, то начинаешь воспринимать школьное пространство как возможность расслабиться, пошалить и, вообще, выплеснуть накопившуюся энергию. Мы любим немного расширить интеллектуальные горизонты, как говорит Лука.

«Лука. Как же без тебя тоскливо. Сколько колких шуточек и розыгрышей ты бы уже придумал. А вместо этого ты где-то на севере смешишь белых медведей. Без тебя и веселье совсем не веселье».

С другой стороны, то, что друг был сейчас не с нами, давало мне возможность подумать о наших отношениях. Мало кто в школе знал, что мы с Лукой не просто друзья.

«Он – моя первая любовь. Со всеми вытекающими последствиями».

Все было так трогательно, красиво, романтично прошлым летом. Чувства накрыли нас с головой. То ли это жаркое солнце Сицилии на нас так подействовало, то ли гормоны, то ли еще что, но летом даже наши родители стали поговаривать о том, как было бы хорошо семьям Роговых и Лукиани породниться. Но этого не случится. Зимой наш роман стал сходить на нет и вместо романтических отношений у нас развивались дружеские.

«Влюбленность приходит и уходит, чувства зажигаются и гаснут, но дружба – это сокровище, которое, возникнув, никогда не исчезнет».

Потому мы с Лукой превратились из бывших влюбленных в друзей.

«Только вот, если это все замечательно, почему я злюсь и ревную, когда он начинает ухаживать за очередной девушкой?»

Я так сильно задумалась, что Кайсе пришлось несколько раз повторить свой вопрос.

– Мы будем говорить им о пещере? Чайкины ее найдут рано или поздно.

– А может, нет? Если у них вдруг найдутся дела поважнее, – мне в голову пришла идея как раз в духе Луки. – Здесь недалеко есть небольшая колония крабов.

– И? – глаза Кайсы заблестели.

– И почему крабам не переселиться жить поближе? Из листьев и веток можно сплести корзины и помочь с переездом.

Подруга сначала скептически отнеслась к предложению, заявив, что это слишком уж по-детски. Но за неимением других развлекательных мероприятий все же согласилась. Мы тут же отправились искать подходящие природные материалы.

– Вы решили поработать? Это даже удивительно, – хмыкнул Марк, завидев нас идущими с ветками и листьями.

– Ты уже сделал емкости для воды? – не удержалась я от вопроса. Марк нахмурил сросшиеся брови, но промолчал. – Тогда займись своим делом и не мешай нам.

Кайса послала Иванову воздушный поцелуй и устремилась в чащу.

– И почему Брошкина назначила его главным? – спросила подруга, когда мы отошли на достаточное расстояние от лагеря. – Он же немаг, «пустышка».

– Именно поэтому.

– Не поняла, – удивилась Кайса искренне.

– Немаги не используют магию, – начала объяснять я.

– У них ее нет, – фыркнула Кайса и сорвала несколько листьев. – Они же «пустышки».

– Ты можешь не употреблять это слово? Оно не очень приятное.

– В чем дело, Рид? Ты – маг, в отличие от них. Какое тебе дело до всего этого?

– Да, я – маг, – пришел мой черед фыркать. – Но разве правильно обзывать тех, у кого нет магии? Они же не виноваты, что родились без нее. Ребятам и так тяжело, некомфортно. Они живут в мире магии начисто лишенными магических сил. И нет такого средства, чтобы все это изменить. Без магии, понимаешь, навсегда. Так зачем еще больше усложнять им жизнь?

– Ну, не знаю, – задумчиво протянула подруга. – Никогда не задумывалась над этим.

– А ты подумай. Приятно ли тебе было бы, если ты вдруг оказалась бы без магических сил? Так еще все упрекали бы и указывали на это? Типа нашей Терезы.

Кайса задумчиво вертела тонкую веточку и старалась не встречаться со мной взглядом.

– Но все, почти все их так называют, – заметив мое недовольное лицо, исправилась Кайса.

– Это разве хорошо?

– Да уж. Вы, полукровки, такие демократичные.

– Толерантные, – усмехнулась я. – Это все потому, что раньше вы, чистокровки, издевались и унижали нас.

– Это точно. Может, пора вспомнить прошлое? – Кайса улыбнулась своей лукавой улыбкой, и в ее голубых глазах заискрилось солнце. – А ну, пошли на берег. Крабы сами себя не ловят, – почти грозно произнесла она.

– Как скажете, – я отвесила ей шутовской поклон. – Только все равно крабов ловить тебе. И пока ты будешь жариться на солнце, я отдохну в тени.

– Вот всегда ты так, – буркнула подруга. – Стоит мне только помечтать. А может, крабов просто наколдуем?

– Нет. Мы же договорились приберечь магию. Мало ли что.

– Но, Рид…

– Вот потому Марк и занимается продовольствием. Он знает, как выживать без магии. И нам с тобой нужно этому поучиться у него.

– Вот ведь… Какая Брошкина умная. – Кайса скинула мне все собранные ветки и листья. – Ты плетешь корзинки, я – ловлю крабов.

– Да ладно.

– Прохладно. Это тирания, подруга, тирания.

– Не, – я скинула поклажу на землю. – У нас демократия. А потому вместе плетем, вместе и крабов добываем.

То, что он видел, наблюдая за двумя студентками магической школы, было интересным. Поступки Роговой и Олбу говорили о характерах девушек более чем красноречиво. Избалованные, но с амбициями. С логикой дружат. Это уже неплохо. При этом девушки не боялись ответственности и проявляли инициативу, но в лидеры не лезли, предпочитая оставаться в тени. Он был уверен, что из таких магов получаются в будущем неплохие руководители. Люди же называют их «серыми кардиналами» за то, что остаются незамеченными большинством, оказывая существенное влияние на окружающих.

Задумка девушек с крабами ему совсем не нравилась. Это могло обернуться большими проблемами для остальных обитателей лагеря. Кто-то из студентов мог пострадать, а лекарств у студентов не так уж и много. Тереза к выбору лекарского саквояжа подошла крайне неразумно. Но с другой стороны, что еще можно было ожидать от подростков? Кайсе уже шестнадцать, а Риджине – вот-вот исполнится столько же. Хотя в чистокровных магических семьях детей рано приучают к самостоятельности, но все же без полноценного магического браслета все они не считаются взрослыми.

«Будь воля родителей, многие отправляли бы детей в школы сразу, как только те ходить научатся».

Семейство Олбу исключением не было. Кайса вела себя довольно самостоятельно. Магией пользовалась умело и уверенно, но вот прилежанием и послушанием не отличалась.

«Так же, как и Риджина».

При мысли о девушке сердце застучало быстрее, а губы готовы были растянуться в улыбке.

«Что же это такое? Стоит мне только подумать о ней, и… Она ничем не отличается от подруги. Тоже растет в чистокровной семье, хотя и полукровка. Первая полукровка в семействе Роговых. Вот ее двоюродный брат Григорий, он – чистокровный маг. А Риджина… Рид – другая».

Он вспомнил, как озорно блестели карие глаза девушки, когда она с Кайсой обсуждала идею с крабами, как рьяно отстаивала свое мнение о немагах. Эта уверенность и решимость импонировали, но…

«Но больше отвлекаться нельзя. Магистр поставил перед нами конкретную задачу. И ждет ее выполнения».

– Ничего себе, – воскликнула Риджина, как только она вместе с Инваром, другом Пшика, пришла с водой обратно в лагерь и увидела большие изменения, произошедшие с момента их отсутствия. Был организован настоящий лагерь, установлен стол для приема пищи, спальные места с укрытием от палящего солнца в виде палаток.

– А, это ты, – вальяжно произнес Макс Чайкин и пренебрежительно посмотрел на ношу молодых магов. – В этом больше нет необходимости. Бросайте воду и идите к нам.

В центре лагеря горел большой костер, вокруг которого собрались немаги и несколько студентов с магическими способностями, назначенные работать с ними. Риджина быстро пробежалась взглядом по присутствующим, Кайсы среди них не было. Основная часть студентов кружила вокруг Чайкиных и сильных в магии студентов в стороне от костра. Макс облокотился о большой стол, на котором было полно еды и прохладительных напитков. Многие однокурсники спешили наполнить тарелки едой. Даже староста курса была там, хотя выражение лица Валентины нельзя было назвать счастливым.

«А вот Григорий, кажется, доволен. Что же здесь произошло, пока мы за водой ходили?»

Рид подошла к костру и протянула Марку скорлупки от кокосовых орехов, наполненных водой. Инвар поставил рядом канистру и задал вопрос, который вертелся на языке у напарницы:

– Что здесь происходит?

– Маги решили еды и воды наколдовать, – бросил сквозь зубы Иванов. – Вот и празднуют. Так что давайте валите к ним.

Инвар глянул на мелкую рыбешку, жарившуюся на костре, и кокосовые орехи, а потом перевел взгляд на стол, заваленный тарелками с жареным мясом, овощами, фруктами и сладостями. Молодой маг облизнулся и поспешил к приятелям, игнорируя грубость Марка.

– А ты чего ждешь, Рогова? Давай присоединяйся.

– Ты мне не командир, чтобы приказы раздавать, – дерзко ответила Рид. – Кто все это начал? И куда смотрела Брошь?

Немаги ничего не успели ответить, как подбежала непонятно откуда-то появившаяся Кайса. Она схватила Риджину за руку и утащила от костра.

– Круто. Больше никакой работы. Можно отдыхать и ничего не делать.

– Да мы и так особо не напрягались, – буркнула девушка, разглядывая яства, выложенные на столе.

– Рогова. Хорош всех напрягать, – Матвей Чайкин оттолкнул девушек. – Лучше бы спасибо сказала, а если брезгуешь, так вали к «пустышкам». Посмотрим, сколько ты на рыбе и кокосах протянешь.

– А вы без магии сколько выдержите? – Как-то само получилось, что в момент вопроса Рид возникла пауза и потому ее услышали почти все, кто был на главной площадке. – Думаете, появится магистр и браслеты зарядит? – не смущаясь продолжила она. – Вот только это не так. Что вы будете делать, когда магия закончится?

– Когда это будет?

– А мы сейчас хотим есть.

– У нас есть рыба, фрукты, вода! Чем плохо?! – раздавались крики студентов со всех сторон.

– Но их мало, – запричитали девушки, окружавшие Чайкиных.

– Работать надо, – не унималась Риджина.

– Не переживай так, сестренка. – Довольное лицо Григория в этот момент было даже красивым: аристократические черты лица, плавные линии скул, прямой нос, большие глаза. Только тонкие губы, которые он чаще всего сжимал в линию, портили все впечатление. – Не твоя же магия потратилась.

– Но и не твоя, – девушка грозно посмотрела на родственника. – Что будет, если на лагерь нападут или…

– Кто нападет? Это остров, – Григорий сузил глаза – первый признак того, что он начинал злиться.

– Мало ли, – Рид оглядела присутствующих. – Валентина, как ты это допустила? Ты же сама говорила, что магию надо беречь.

– Не надо мне указывать, Рогова, – грозно пробасила староста и подошла вплотную к девушке. – Вы не справились с задачей. Продовольствия было мало. Ребята хотели есть. Я приняла решение. Работайте лучше, и магия будет в неприкосновенности.

– Отлично сказано, лидер, – произнес Матвей и быстро глянул на Григория. Тот слегка кивнул и улыбнулся. От Риджины не укрылись эти перемигивания, но продолжать спор она не собиралась. И так их команду выставили неудачниками и виноватыми. Но и оставлять все на самотек тоже было нельзя.

– Мы с Кайсой наловили крабов. – О том, что крабы предназначались для не совсем невинной шалости, Рид решила умолчать. – И если их пожарить, то получится отличный ужин. Так ведь, подруга? – В ответ Кайса только вздохнула и отправилась к тайному местечку, где они оставили крабов, прихватив с собой Пшика.

– А готовить кто-нибудь их умеет? – Григорий уже и не пытался скрывать злость.

Вдруг пламя костра, вокруг которого расположились немаги, начало увеличиваться в размерах. Студенты поспешили отойти от него подальше. Когда же костер достиг высоты в пару метров, пламя резко уменьшилось, а потом и вовсе потухло. В центре пепелища лежал блестящий диск красного цвета.

Добровольцев взять диск не нашлось. Никто не хотел рисковать и лезть в центр пусть и потухшего, но все же костра.

– Что это за хрень? – Макс, вооруженный копьем, неспешно приблизился к костру.

– Давай, Макс, – подбадривали его девушки.

– Мне это надо? Есть Брошкина, вот пусть и лезет, – Макс глянул на старосту. – Давай, Валентина, ты же у нас лидер.

Девушка попыталась придать лицу невозмутимый вид, но это удавалось ей плохо. В глазах проглядывал страх. Студенты смотрели на старосту и усмехающегося Макса.

– Давай, а то что это за лидер, который не может послание прочитать? – не унимался Чайкин.

Валентина приблизилась к пепелищу и нервно сглотнула. Получать ожоги, если костер разгорится, ей совсем не хотелось, но и терять власть из-за какого-то диска тоже было нельзя.

Диск. Диск засверкал и закрутился, разбрасывая во все стороны пепел. Брошкина отпрыгнула в сторону и отвернулась. Диск раскручивался все быстрее, пока не превратился в расплывчатое пятно, после чего стал проецировать изображение. Перед изумленными студентами появился магистр Виторио-Айгуш. Он строго и грозно смотрел на молодых магов.

– Так и знала, что без него не обошлось, – буркнула Кайса, которая сильно обогнала отставшего Пшика с крабами.

– Приветствую вас, студенты, – начал вещать магистр. – Это ваш переводной экзамен. Вы находитесь на необитаемом острове. Людей и магических существ рядом нет.

Рид огляделась по сторонам, все ребята не спускали глаз с магистра. Девушка встретилась взглядом с Григорием. Тот улыбнулся и кивнул в сторону изображения. В ответ Риджина только скорчила рожицу.

«В школе он своим присутствием надоел, так еще и здесь нервы трепать будет. И почему не назначили другого магистра? Магистров, что ли, мало? Магистр Знудкин был бы лучше».

– Ваша задача – научиться работать командой, – назидательным голосом продолжал говорить маг. – Вы будете получать задание. Как только выполните его, то получите новое. Магию никто из вас не применяет. На случай крайней необходимости у вас есть сигнальная ракета. Выпустите ее – и помощь незамедлительно явится.

– Ага, как только часа два пройдет, так сразу и появится, – не удержалась Кайса от замечания.

– Воспользоваться ракетой можно только один раз.

– Поняли уже, – Макс оперся на копье. – Он нас совсем за болванов держит?

– Вас – только наполовину, – хмыкнула Кайса и прижалась к подошедшему Пшику.

– Задание первое: вы должны водрузить флаг вашего курса на самую высокую точку острова. Торопитесь. До следующего вечера вы должны выполнить задание. – Лишь только голос замолчал, как изображение померкло и пропало. Диск же рассыпался в пыль.

– Вот это да.

– Ничего себе.

– И надолго мы здесь?

Со всех сторон студенты задавали вопросы, сыпали колкими комментариями и невероятными предположениями.

– Марк, займись костром. Он не должен потухнуть окончательно, – Валентина одной из первых пришла в себя и принялась восстанавливать пошатнувшийся авторитет. – Григорий, займись охраной периметра. Хоть магистр и сказал, что остров необитаем, но верить ему может быть ошибкой. Не удивлюсь, если он обманет, а потом скажет, что это было нужно для проверки нашей внимательности. Так что периметр за вами. Потом приходите ко мне. Надо выработать план.

Магистр Виторио-Айгуш еще раз посмотрел на письмо. То, что там было написано, грозило магу серьезными неприятностями.

«Если я на это соглашусь. И если письмо найдут», – мысленно поправил себя магистр. Мужчина окинул палатку внимательным взглядом. Ловушки, сигнализации и магические маячки работали исправно, и никто из студентов их не трогал.

«И все же рискованно оставлять письмо здесь, но и носить с собой я не могу. Это доказательство моей причастности к заговору против полукровок. Без письма я не смогу ничего доказать и обличить виновных. Если я захочу что-то доказывать».

Магистр Виторио-Айгуш еще не принял решение: поймать интригана или же помочь ему испортить практику полукровок, а потому мерил шагами палатку, раздумывая. В глубине души ему хотелось посмотреть, как справятся студенты-полукровки с тем, что им приготовил таинственный интриган. Кроме того, магистр хотел разоблачить его и выяснить, насколько сильные маги стоят за всем этим и насколько их планы реальны для выполнения.

Ему, обладателю двойного браслета, давно хотелось получить место руководителя в Коллегии Девяти магов Европы, а не преподавать в школе магов. Он жаждал обладать властью и повелевать другими. Магистр надеялся, что провал полукровок послужит успешным трамплином для продвижения по карьерной лестнице.

«Прежде чем присоединяться к заговорщикам, нужно выяснить, насколько они сильны и есть ли у них средства против безопасников. Если нет, то служба магической безопасности получит от меня ценный подарок. И уж я постараюсь, чтобы награда была стоящей. Ну а если план таинственного интригана сработает и я в этом поучаствую, то тоже неплохо. В любом случае я в выигрыше».

Потому-то маг и не стал предупреждать студентов, что любое применение ими магии на острове повлечет за собой последствия.

«Магию нельзя творить просто так. Плата взимается за все. Абсолютно за всю магию. Платить надо за все. Абсолютно за все».

Не знаю, о чем совещались в палатке у старосты, но разошлись они только под утро. Мы с Кайсой встали на рассвете, чтобы проверить улов, когда увидели выходящего из палатки старосты Григория. Понимая, что ничего мы не узнаем, о чем речь на этом совещании, я потянула подругу к морю. Кайса бурчала себе под нос и всем своим нахмуренным видом выражала недовольство столь ранним пробуждением. Признаться, я небольшой любитель вставать в такую рань, искать в предрассветных сумерках одежду и дрожать от утренней прохлады. Забыла добавить, продирать глаза и зевать от недосыпа тоже не относится к моему любимому времяпрепровождению. Все это окупилось, стоило нам только прийти на пляж и увидеть первые проблески восходящего солнца.

Еще секунду назад было темно и море от неба можно было отличить только по плеску волн. Все вокруг замерло в ожидании рассвета. И вот с первым отблеском солнца темнота отступает. Все освещается и приобретает четкие очертания. Оглянешься за спину – в джунглях еще царит ночь. Темнота еще отчаянно цепляется за деревья, листья, запутывается в корнях высоких деревьев. Но солнце, появляющееся на горизонте, прогоняет ее, привнося с собой ощущение тепла, гармонии и счастья.

Я и забыла, как это замечательно – встречать рассвет на природе. Не в городе и даже не в школе, где с самого раннего утра уже кипит жизнь и маги снуют туда-сюда. Здесь все иначе. Никто не мешает слушать шепот волн, рассказывающий только им подвластные тайны. Никто не торопит на занятия…

– Рид, ты чего застыла? – окликнула Кайса, нарушая волшебство момента.

– Рассвет.

– Вот уж не знала, что ты поклонница солнца, – усмехнулась подруга. – Никогда этого за тобой не замечала. Кто там поклонялся солнцу в старину?

– Майя, ацтеки, инки. До этого древние египтяне…

– Все, все. Вообще-то, это был вопрос риторический, – фыркнула Кайса.

– Да? Наверно, не проснулась. Просто рассвет – это всегда так волшебно и неповторимо, – попыталась я объяснить.

– Завтра будет новый рассвет и послезавтра тоже.

– Но ни один из них не будет таким же. Повторений нет. Завтра обязательно что-то уже станет другим. – Мы подошли к морю, волны почти касались наших ног. – Было бы просто здорово наслаждаться тишиной и…

– Медитировать, – снова перебила меня Кайса. – Тогда тебе надо топать в пещеру. Там точно никто мешать не будет. И силки проверять не надо.

Я тихо выругалась, но все же вынуждена была признать, что подруга права. Философия и прочие рассуждения вполне могут подождать. Правда, признавать это вслух я не собиралась.

– На пустой желудок много не надумаешь, – раздался за спиной голос Григория, а через мгновение он оказался рядом. – О какой это пещере вы только что говорили?

Отвечать ему не хотелось, так что я пошла к заводи, где Кайса уже вовсю проверяла ловушки для рыб.

– Эй, ты не ответила, – Григорий схватил меня за руку и попытался развернуть к себе.

– Значит, не хотела. Отпусти, – сквозь зубы произнесла я.

– Не надо меня злить, – глаза собеседника смотрели совсем не по-доброму. – Дружка рядом нет, так что, сама знаешь, всякое на острове может произойти.

– Что? – мои глаза, должно быть, стали огромными от удивления. – Ты мне угрожаешь?

– Нет. Предупреждаю. Мы должны держаться вместе. Мы же семья. – Григорий отпустил мою руку, в глазах у него промелькнуло сожаление.

– Рогов, – голос со стороны лагеря прервал нас, – Валентина ждет твоего отчета.

– Прихвостень, – тихо прошипел родственник и направился в лагерь. – Мы – семья, не забывай этого, – напоследок бросил он.

Вечером небольшая группа студентов-магов расположилась у костра. Глядя на них, никто бы и не сказал, что они команда. Двое магов вальяжно сидели у самого огня. Григорий и Макс обсуждали, кому первому нести караул. Макс настаивал, что девушки тоже должны принимать участие. В то время как его друг пытался убедить остальных, что охрана – это дело исключительно ребят.

– Да чего вы спорите? – подкинув ветки в костер, спросила Хельга. – Пшик с Кайсой придут, и проголосуем. Что большинство выберет, то и сделаем.

– А если это неправильно? Мы и так весь утес осмотрели с земли и никакого пути наверх не нашли. Мы должны быть уже в лагере, а вместо этого тут сидим, – Григорий от негодования толкнул бревно в костер. – Если за каждый чих голосовать, ничего сделать не успеем.

– Чего торопиться? – Хельга украдкой бросила взгляд на Риджину, но девушка после случая на пляже предпочитала отмалчиваться.

– Тапочки в зубах не надоело носить? – Макс в упор посмотрел на девушку.

Зауэр изменилась в лице и сжала зубы, но промолчала.

– Думаешь, если выслужишься здесь, Брошкина тебя ближе допустит?

– Макс, перестань, – с укором произнес Григорий.

– Если ты знаешь только такое обращение, то вынуждена тебя огорчить. Не все маги такие, – Хельга наконец вернула лицу безмятежность и скрестила на груди хрупкие на вид руки.

– Чего? Да иди ты…

– Это остров, приятель. Куда идти? – Риджина встала и потянулась, разминая затекшие мышцы. – Так что надо над этим думать.

– Чтобы выбраться, нам надо выполнить задание…

– Какие замечательные слова, – не унимался Макс. – Тебе молчание мозгов прибавило? Похвально.

– С тобой это не произойдет, не переживай. – Риджина прислушалась. – Идут. Так что можно проголосовать и отдыхать.

– А ужин? – Григорий хлопнул себя по животу. – Ты же у нас из команды добытчиков, вот и приготовь что-нибудь. Давай, Риджина, поторапливайся, а то нам еще вас охранять надо. На пустой желудок какое может быть дежурство?

– Но… – девушка не верила собственным ушам.

– Ну, Кайса себе кое-кого добыла. Теперь твоя очередь. Без обид, Макс, – усмехнулся Рогов.

В глазах Риджины читались нерешительность и некая уязвимость. Григорию нравилось то, что он видел: унижение сестры. Он почти смаковал это мгновение, надеясь, что запомнит его навсегда. Чтобы потом можно было вспоминать, как он умело заставил Рид прислуживать ему.

– Еды, значит, надо? – тихо спросила девушка.

– Да, – Макс решил поддержать друга и присоединился к представлению. – И быстрее.

– Хорошо, – Рид взяла ветку из запасов для костра, разломала ее пополам и кинула под ноги ребятам. – Палка-копалка поможет вам накопать червей. Они очень полезные и сытные. – После чего она вихрем пронеслась мимо вышедших из леса Кайсы и Пшика.

– Что это с ней? – удивился Эд.

– Истеричка, – усмехнулся Макс. – Предложила червей на ужин накопать. Сама копай и жри червяков, Рогова! – крикнул он во все горло.

– Полегче, – осадил его Григорий, – мы с ней все же родственники.

– Э, ну да, – Макс стушевался и не знал, то ли ему извиниться, то ли еще что-то оскорбительное сказать. Потому он просто промолчал.

Не знала, что делать, и Кайса. Она видела разъяренное лицо подруги и хотела помочь, но воспоминание о недавней обиде вытеснило сочувствие. И девушка осталась у костра.

«Ничего страшного с ней не случится. Немного прогуляется и успокоится. Это даже полезно».

В лагере воцарилось молчание. Эд с Кайсой сгрузили дрова для костра, которые принесли из джунглей, и присели погреться. Молодой маг приобнял девушку и что-то нашептывал ей на ухо. Макс бросал на парочку злобные взгляды. Григорий казался спокойным и расслабленным. Хельга же опасливо оглядывалась по сторонам, опасаясь местной живности.

– Может, за ней надо было пойти? Мало ли что, – беспокойство так и сквозило в голосе девушки.

– Успокойся. Ты хочешь, чтобы мы разбрелись и потерялись? Ничего страшного нет. Директор не стал бы так рисковать и отправлять нас ко всякому опасному зверью, – спокойно произнес Рогов.

– Согласна, – Хельга облегченно вздохнула. – Николай Константинович и так рискнул, отправив нас сюда. Еще чтобы и звери на острове оказались, это перебор.

Григорий улыбнулся и постарался не думать о еде. Сил за день потрачено было много, а ужина не было. Вариант с применением магии казался ему все более привлекательным.

Риджина была вне себя от злости и растерянности. Она, конечно, знала, что Макс еще тот грубиян, но, чтобы Григорий так себя вел, она даже не представляла. Девушка шла, не разбирая дороги.

Вечерело. Темнота опускалась на остров. Немногочисленные дневные обитатели этого изолированного мирка спешили спрятаться в норы от полуночников. А те только и ждали, как выйдут на охоту. Ночные крабы готовились к забегам по пляжу в поисках съестного. Они открывали глаза и энергично хлопали клешнями, проверяя их остроту. Затем крабы поднимались на ноги и немного приседали, будто разминая ноги перед тем, как отправиться на прогулку.

Если бы это видела Рид, то ее настроение могло бы улучшиться, а злость – растаять. Но девушка двигалась в противоположном направлении от пляжа, все дальше углубляясь в заросли.

Сколько времени она вышагивала среди деревьев, Риджина не представляла. Только когда студентка школы магии поняла, что немного успокоилась, она остановилась и оглянулась. Было почти темно. Адреналин перестал вырабатываться, а потому усталость навалилась на девушку.

Она присела на торчащие корни дерева. Хотелось отдохнуть, да и живот громко урчал, голод таким способом напоминал о себе. И если с первой задачей справиться было легко, то решить вопрос с питанием ночью не представлялось возможным. По крайней мере, сейчас.

Риджина зевнула, поежилась. Проводить ночь в одиночестве в зарослях, да еще вдали от друзей была та еще перспектива. Но идти обратно она не могла. Не потому, что не было сил, нет. А потому, что идти на попятную Роговы не умели.

«Вот ведь фигня какая. Я даже дорогу не запомнила. Неслась куда-то. Вот и пришла куда-то. Да если бы и вспомнила, то все равно не пошла бы. Ночь. Еще наступлю на кого-то шипящего».

Вокруг были деревья, листья и лианы, каждая из которых в темноте казалась змеей.

«Нет, на дерево полезу утром. Сейчас все равно толку никакого, и ночью ничего не разглядишь. Хотя… Я же почти маг. Так почему бы…»

Недолго думая, Риджина активировала браслет, и появилась зажигалка. Тратить магию на светящийся шар не хотелось, а вот зажигалка, способная дать свет и разжечь огонь, была самое то.

«Не зря мама меня в мир людей отправляла. Там можно многому научиться. Люди не так примитивны, как выставляют их чистокровки. А уж от союза магов и людей получаются и вырастают вообще отличные маги. И я тому пример».

Рид была одной из многих полукровок, учащихся в магической школе Европы. И первой полукровкой в семье. До этого семья Роговых считалась одной из авторитетных чистокровных магических семей. С рождением Рид этот статус несколько изменился.

Дедушка Сергей и бабушка Агата сначала относились к этому факту несколько настороженно, но после того, как выяснилось, какой у внучки магический потенциал, выбор дочери одобрили. Анна Рогова вышла замуж за Патрика МакКенси. Но по какой-то причине они давно вместе не жили. Долгое время Риджина даже думала, что они развелись, поскольку они с мамой жили в мире магии, а папа – путешествовал по миру людей. Общались они с отцом крайне мало, зато всегда это было весело и интересно.

Патрик МакКенси рассказывал много разных историй о тех местах, где побывал. В детстве ей казалось, что благодаря этим рассказам отца она объездила весь мир, побывала на всех континентах. Повзрослев, девушка уже не испытывала восхищения от встречи с отцом, было много того, что их разделяло. Например, магия. Рид жила в мире, где магия естественна и необходима, в то время как отец все больше «завяз» в мире людей. Путешествие стало смыслом его жизни. Постепенно он отдалился от них с мамой.

Если бы не подслушанный недавно разговор между мамой и прабабушкой Зоей, то Рид бы так и думала, что является единственным связующим звеном между родителями. Дело было в Париже, где жила прабабушка Зоя, мама дедушки Сергея. Рид с мамой как раз заехали в гости перед школой. Предполагалось, что девушка отправится на прогулку по столичным бутикам и магазинам на целый день, но она вернулась раньше, чем было запланировано. Вот тогда-то Риджина стала невольной слушательницей разговора родственниц.

– Тебе надо выйти замуж, Анна, – голос прабабушки Зои был достаточно громок, чтобы Рид услышала. – Что ты так на меня смотришь? Ты молодая, красивая и довольно умная, чтобы не показывать свою независимость от мужчин. Вместо этого ты тратишь силы на какие-то изучения в центре Лукиани. Магия ни к чему хорошему не приводит. История твоего дедушки должна была нас всех научить.

– Вечно твои шуточки. – Риджина готова была тогда поклясться, что мама улыбнулась своей чуть кривоватой улыбкой.

– Совсем нет. Я серьезна. Рид уже взрослая. Так что ты вполне можешь заняться собой, – не унималась прабабушка.

– Я и занимаюсь. Но, возвращаясь к твоему предложению выйти замуж, скажу: прежде чем это сделать, мне надо сначала развестись.

– Что? Я думала, что вы с Патриком давно разведены.

– Мы слишком заняты, чтобы заниматься еще и этим вопросом.

– Это какие еще у вас есть дела?

– Ты же была замужем, должна знать, – тут уже мама не сдержалась и засмеялась во весь голос. – Кроме того, как я уже сказала, мы совместно работаем над очень интересной темой. Патрик предоставляет материал, информацию для наших исследований взаимосвязи магов и людей.

– Это плохая идея. Не нравится мне. Твой дедушка трагически погиб, изучая проблемы сосуществования магов и людей.

– Не переживай. Историю нашей семьи я помню хорошо.

Риджина, услышав это, тихо, чтобы не скрипнула ни одна половица в старом особняке, вернулась в прихожую и громко хлопнула входной дверью, изображая возвращение.

Воспоминания о семье несколько улучшили настроение девушки и вызвали улыбку на лице. Она осветила зажигалкой место предполагаемой ночевки и увидела корни деревьев, пару камней и траву.

«Могло быть и хуже, но и лучше тоже могло быть».

Несколько минут ушло на то, чтобы насобирать хворост, пригодный для костра. Делать это в темноте было не очень удобно, но она справилась. Вот только ничего не удалось найти для розжига.

«Будь я на пляже, сухие водоросли подошли бы как нельзя лучше. Но я не там, придется опять колдовать».

Риджина активировала браслет и выпустила искру, но вместо того, чтобы угодить ей в костер, магическая искра взмыла вверх и исчезла между ветвей ближайшего дерева.

– Это еще что?! – удивленно воскликнула девушка, проследив взглядом за улетающими искрами.

Он увидел, как увеличились глаза студентки, как от возмущения передернулось ее красивое лицо.

«Магические искры не исчезают и не меняют свое направление. Ветер ими управлять не может, в отличие от мага, который его создал. Если так, что же это такое?»

Ему было так же интересно, как и девушке, кто или что перенаправило поток магических искр. Юноша почти забыл ее неблаговидный поступок днем по отношению к подруге. И почти простил сцены у костра. Рогов и Чайкин не имели права так говорить. Почему-то ему хотелось защитить Рид.

Раздумывая над этим вопросом, он продолжал смотреть на магическую сферу. Вот она перешагивает через корни деревьев, не замечая змею, что выползла из норы. Вот она прошла мимо стайки обезьян, но снова ничего не заметила. Он уже готов был приписать Риджине невнимательность, но тут она обнаружила то, что все они вместе с магистром Виторио-Айгушем проглядели.

Студентка осторожно приблизилась к дереву, в ветвях которого скрылась магическая искра. Создавать магию она больше не пыталась. Зато неплохо освещала путь зажигалкой. Небольшое пламя дарило немного света, но его хватило, чтобы разглядеть сгусток серого тумана, притаившегося в ветвях.

Молодой маг усмехнулся.

«Какое маленькое существо. Что это? На занятиях нам ничего подобного не рассказывали».

Все знания людской биологии не помогли найти ответ на вопрос. Оставалось только одно.

«Это создание магии. Но как? Его не должно быть. Просто не должно. Мы все проверили на острове. И не один раз».

В задумчивости он провел рукой по темным волосам.

«Нужно все рассказать магистру». Юноша на мгновение засомневался, ведь тогда придется сообщить, что магическая сфера использовалась не совсем по назначению. «А если не сообщать?»

Я во все глаза смотрела на маленький сгусток туманного нечто. Оно было не больше мячика для настольного тенниса и представляло собой воздушную желеобразную, непонятного цвета массу.

«Вроде серое. Но при таком освещении разве что поймешь?»

Закрыв зажигалку и убрав ее в карман брюк, я подпрыгнула и подтянулась на ветке, а затем очень осторожно приблизилась к сгустку. Мысль о том, что он испугается и улетит, испарилась, как только я взгромоздилась на ветку. Сгусток остался на прежнем месте. Его тусклый отблеск мешал рассмотреть что-нибудь вокруг, а потому наколдованная зажигалка вновь оказалась в моих руках. Лишь только я чиркнула ею, как сгусток пришел в движение. И начал двигаться ко мне, точнее, к зажигалке. Сгусток подлетел к огню, который его нисколько не тревожил, и принялся поглощать пламя.

Если бы мне кто-то рассказал о нечто подобном, то я бы никогда не поверила.

– Где это видано, чтобы сгустки какого-то непонятного тумана слизывали пламя? – Я сама не заметила, как произнесла это слух. – Пламя будто испарилось… в нем.

Но дело обстояло именно так. Сначала сгусток занялся пламенем, а потом переключился на саму зажигалку, обхватив ее. От неожиданного действия этой новой субстанции пальцы разжались и наколдованный предмет вывалился из рук. Зажигалка упала на большой лист, росший чуть ниже той ветки, где устроилась я. Сгусток обернулся вокруг зажигалки. И то, что я увидела, было впечатляющим: с каждой секундой сгусток становился все больше, а вот моя зажигалка – меньше.

Это было завораживающее зрелище. Ничего подобного мне видеть раньше не приходилось.

«У мамы на работе я была очевидцем многих событий, но чтобы такое…»

Магические опыты в лабораториях и всякого рода эксперименты, над которыми трудилась мама, были интересными, иногда даже опасными. Но ей и ее коллегам как-то удавалось держать под контролем магические разработки. Не все новшества использовались по назначению, но этим вопросом уже занимались другие маги. Мама все свое внимание уделяла теоретической стороне проектов или анализу полученных данных. Может, кому-то такая работа покажется скучной, но я знаю точно, что маме она нравится.

«Мне бы самой найти дело по душе. Чтобы и работа интересная была, и чтобы заработать можно было. Хотя… я не уверена, что сейчас готова столько времени уделять работе. Отдых никто не отменял. Время с близкими родственниками и друзьями проводить надо».

С другой стороны, мамины частые отлучки по работе давали мне возможность спокойно заниматься своими делами. Никто в них не совал нос. При этом я знала, что могу обратиться к ней по любому вопросу и всегда получу если не сиюминутную помощь, то уж поддержку и совет точно.

«Не то что у Григория. Он и шагу не может ступить без присмотра, когда находится в поместье Роговых. Тетя Элиза и дядя Олег часто бывают крайне навязчивы. Им нравится курировать свое чадо во всех делах, держать его под своим крылом. Один только и знает, что требует быть лучшим во всем, а другая – потакает капризам и шалостям. Не знаю, как у них дела с доверием, но зануды они страшные».

Мысли о родственниках напомнили мне, где я нахожусь. От зажигалки осталась половинка. Сгусток не спеша поглощал магическую вещь.

Оглянулась. Скоро начнет рассветать. Птицы просыпались и наполняли джунгли своим пением. Прикинув, что успеваю подняться на верхушку дерева и оглянуться, пока сгусток будет занят зажигалкой, начала карабкаться по стволу.

«Надо поговорить с Хельгой. Может, она подскажет, что это за штуковина. В лагерь сгусток вести нельзя, там магии столько, что оно все уничтожит и в монстра превратится. Неизвестно, что тогда будет», – думала я, пробираясь между ветвями дерева, поднимаясь все выше и выше.

Когда удалось добраться до верхушки дерева и разглядеть через густую листву местность, то оказалось, что до утеса, где вчера мы остановились на привал, было довольно приличное расстояние.

«Вот ничего себе. Это сколько времени идти было надо. Здорово я вчера разозлилась, раз столько прошагала».

От перспективы возвращаться и продираться через джунгли обратно к утесу, где ничего кроме насмешек от Чайкиных и обид Кайсы нет, меня передернуло. Мысли вернуться сразу в лагерь настойчиво просились на реализацию. То, что Валентина обязательно воспользуется нашей ссорой, не вызывало сомнения. Выставить Роговых в плохом свете и насолить Григорию, что может быть лучше? Родственник, конечно, не мой лучший друг, но подставлять его не было желания. Нас учили, что семья – это не пустой звук. Потому от идеи возвращаться в лагерь одной пришлось отказаться.

Это совсем не означало, что я забыла вчерашний инцидент. С теми, кто остался у утеса, я разберусь сама. Помощники в этом деле будут лишними. Решив, что, пока доберусь до утеса, придумаю, как отплатить Максу и Григорию, я стала спускаться.

Деревья – это хорошо, но ходить на своих двоих – лучше. Земля все же как-то привычнее. Безопаснее всего было идти по пляжу, так меньше шансов было заблудиться. Единственным минусом данного маршрута было то, что он очень длинный.

– Зато без палок, веток и живности, – вслух произнесла я и оглянулась в поисках сгустка. Тот почти разобрался с зажигалкой и не обращал на меня никакого внимания. – А что, если этот сгусток своего рода босс, с которым мы должны столкнуться в финале? Так сказать, последствия магии во плоти. Зная магистра Виторио-Айгуша, не удивлюсь, что так оно и есть. Вот ведь… – Дальше я ругалась про себя. Опасаться, что кто-то подслушает, не было смысла, но сработала давняя привычка.

Дома, в поместье, никто по голове не гладил, если мы с Григорием сквернословили. При этом я не раз слышала от дяди Олега и мамы весьма грубые и забористые выражения, особенно когда они ругались друг с другом. Это было нечасто, но пару раз удавалось подслушать их словесные перепалки. Помню, как после этого сильно разозлилась: нам ругаться нельзя, а им – пожалуйста. Это что за несправедливость? Получалось, что никакого равенства в семье не было и в помине, взрослые только прикрывались правильными словами и заставляли нас следовать правилам, а сами эти правила не соблюдали и нарушали.

Разговаривать с мамой и уж тем более с бабушкой Агатой на эту тему я не стала. Не хватало еще получить нагоняй за подслушивание. Пришлось все оставить как есть и возмущаться про себя.

Вот и теперь я ругалась, высматривая, куда подевался сгусток. Он должен был находиться на том самом месте, где я его оставила с остатками зажигалки, но его там не было. Не хватало еще упустить такую находку.

– Может, зажигалка упала?

Медленно спускаясь, я раздвигала листья в поисках сгустка. Наконец на одном из листов я его увидела. Сгусток целиком обхватил остатки зажигалки и не двигался.

«Вот бы ребятам это показать. Лука, наверное, сказал бы что-то смешное, а Кайса недовольно сморщила бы нос. Не чистокровное дело общаться с таким непонятным субъектом. Стоп».

Я никогда не позволяла себе плохо отзываться о чистокровных магах или немагах, хотя для некоторых одноклассников это было приемлемо.

– Вот и не надо начинать. Надо идти к утесу. Хельга наверняка что-то подскажет относительно этого. Она же отличница. Лучше нее только Тоня, и то не факт.

Ко всему прочему, надо было торопиться. Если ребята пойдут за мной и применят магию, то это привлечет внимание сгустка. Никто не знает, на каком расстоянии он магию чувствует.

Оставив находку, я поспешила к пляжу. Дорога предстояла длинная и утомительная, зато шансов заблудиться было меньше, чем пробираясь через заросли. К утесу я выбралась мокрой от пота, грязной и голодной, еще бы, приближалась середина дня. Ребята сидели у костра и что-то мастерили.

– О, какие маги, – злорадно Макс усмехнулся. – Я же говорил, – он победоносно посмотрел на Пшика.

– Риджина, – Кайса хотела было подняться с коряги, но потом, видимо, вспомнив, что все еще сердится на меня, осталась на месте. – Долго тебя не было, – с безразличным видом произнесла подруга.

– И вам привет… – Рассказывать про сгусток уже расхотелось.

Всю дорогу волновалась, что они переживают за меня, места себе не находят. А они? Они ничего. Сидят и что-то обсуждают. Какая же…

– Хельга, можно тебя на минуту? – обратилась я к однокурснице, которая насаживала на палочку небольшую рыбку.

– Секреты, сестренка, сейчас неактуальны. Мы работаем командой, – Григорий отвлекся от поделки. – Лук готов, тащите флаг. – Есть задачи серьезнее, чем искать истеричек по лесу. Флаг надо водрузить уже сегодня.

Они возвращались в лагерь в приподнятом настроении. Еще бы, наконец-то флаг лагеря был доставлен на самую высокую точку острова. Задание магистра Виторио-Айгуша было выполнено. Первым с победоносным видом шел Григорий. Его лицо буквально лучилось гордостью, важностью и весельем. Кто придумал затею с луком? И ведь идея сработала и позволила доставить флаг на вершину скалы.

Молодой маг гордился собой и уже предвкушал, как расскажет всем о своих заслугах. Сначала он хотел, чтобы Зауэр все поведала старосте. Но, подумав, решил, что все должны узнать от него, а девушка точно умолчит о его заслугах, а потому нужно было проявить инициативу. Все студенты должны узнать от него, как именно они выполнили задание магистра. К тому же Григорий опасался, что история с Рид всплывет не вовремя. То, что о соревновании между Максом и Пшиком все узнают, Рогов не сомневался.

«Пусть уж об этом узнают после. Зауэр проболтается Брошкиной еще до захода солнца. Но зачем остальным знать раньше?»

Студент магической школы намеревался насладиться своей победой в полной мере, а потому ему требовалось срочно придумать план, как отвлечь остальных однокурсников от истории с Риджиной.

Девушка замыкала группу возвращающихся студентов. Шла она неспешно и явно не пребывала в хорошем настроении. Мало того что никто не намеревался ее искать, когда она ушла на ночь глядя в джунгли, так еще и задание ребята выполнили без нее. После чего Григорий скомандовал о выдвижении обратно в лагерь. Получалось, что после одного похода по джунглям ей пришлось отправляться сразу же в другой.

Кайса всячески избегала подругу. Она будто прилипла к Эду и не отходила от него ни на шаг. Молодой маг был так обрадован благосклонностью скандинавки, что не замечал взглядов, которые та бросала на Риджину. Едва Рогова появлялась рядом, Кайса находила какую-нибудь причину уйти. То ей срочно надо было набрать воды, то она увидела очень красивый цветок, то просто хотела уединиться с Эдом и поговорить без посторонних. В конце концов Рид надоела вся эта игра в «догонялки» и она оставила всякие попытки помириться с подругой.

Разговор с Хельгой о непонятном сгустке тоже не удался. Всю дорогу до лагеря рядом с Зауэр маячил Макс. И как Риджина ни старалась испепелить его взглядом, ничего не получалось.

«Это все потому, что Чайкин-старший мощный огненный маг. Вот у них и защита от огня есть, – решила про себя девушка. – А может, просто я ничего не смыслю в огненной магии».

– Что, Рогова, думаешь, на кого еще поспорить? – вопрос Макса Чайкина вывел ее из раздумий.

– Даже если это и так, тебе-то что? Свой приз ты уже упустил, – студентка махнула в сторону Кайсы и Пшика, которые шагали чуть впереди, взявшись за руки. – И если ты думаешь мне угрожать, то подумай, что скажет еще один Рогов, если кто-то навредит семье? – Рид решила, что заключительное слово должно быть за ней.

– Больше, чем ты накосячила, уже и не сделаешь, – хмыкнул довольный Макс. И пока она ничего не успела возразить, обратился с вопросом к Зауэр.

Хельга была так довольна оказанным вниманием, что увлеклась и рассказывала лекцию о магических артефактах до самого лагеря. Ее спутник если и слушал рассказ, то первые пять минут, потом он пытался не зевать и не грубить. Недоумение от того, зачем Григорию нужно, чтобы он отвлекал Зауэр, не сходило с лица Чайкина.

Лишь только группа студентов шагнула к костру в лагере, как Валентина Брошкина вышла из палатки. За ней вышли Марк и пара полукровок, затем и задумчивый Матвей Чайкин.

– Не знал, что твой брат умеет думать, – тихо произнес Григорий.

– Я тоже, – Макс неуверенно потер переносицу.

– Мы все сделали, – улыбаясь произнес Рогов и гордо прошагал к Валентине.

– Ты ждешь пир и хвалебные речи? – Марк усмехнулся. – Пока вы там прохлаждались, мы здесь…

– Не время, – Валентина подняла руку и постаралась успокоить немага. – Они выполняли задание и вправе получить благодарность. Мы не знаем, с какими трудностями они там столкнулись. Вы же нам расскажете? – староста курса внимательно посмотрела на Хельгу. Та кивнула в ответ, и Валентина довольно улыбнулась. – Марк, у тебя есть задание. – Молодой немаг что-то недовольно пробурчал и поспешил на пляж.

– Рогова, Олбу, поторапливайтесь. Вашу работу никто за вас не сделает, – напоследок крикнул Иванов.

Девушки в молчании и некотором отчуждении пошли на пляж. Они не видели изумленного взгляда Брошкиной и движения губ Хельги.

– Матвей, объясни брату, что здесь случилось за время отсутствия. Григорий, прошу. – Валентина вернулась в палатку, а Рогов и Зауэр последовали за ней.

– А мне что делать? – спросил Эд.

– Отдыхай, – сквозь зубы бросил Григорий. Совсем не на такой прием он рассчитывал.

Вечером у костра собрались все студенты, чтобы обсудить новости. То, что первое задание магистра Виторио-Айгуша было выполнено, староста поняла, когда в пламени появилось изображение лица магистра и было озвучено новое поручение.

– Вы знаете, что группа студентов отправилась водрузить флаг на утесе, – начала Валентина, как только со скудным ужином было покончено. – Они справились. – Про себя девушка усмехнулась, наблюдая за волнениями своего главного оппонента. Весть о том, что Риджина устроила спор между ребятами за право встречаться с Кайсой, облетела весь лагерь еще до заката солнца. Потому ничего нового к этому никто не мог сообщить. Но вот если вспомнить, какую фамилию носит Риджина и кто еще из ее родственников присутствует в лагере, то получался отличный повод смешать Григория с грязью. Потому молодой маг и нервничал, ожидая от старосты кучу нелестных слов в адрес семьи.

– Команда, которая должна была водрузить флаг на самую высокую точку острова, не без проблем, – продолжала Валентина и бросила быстрый взгляд на Риджину, – но справилась с заданием. Спасибо всем.

Слова благодарности, вялые аплодисменты и тихое хихиканье были ей ответом. Когда все смолкло, староста продолжала:

– Теперь у нас новое задание. Нам надо набрать ингредиентов для некоторых зелий.

– Что? В школе напряженка с запасами? – спросил Инвар, приятель Пшика.

– Чайкины вроде здесь. Кому еще громить склады? – в тон приятелю произнес Эд.

– Но-но, – возмутился Матвей, а Макс положил брату руку на плечо и зашептал что-то на ухо. Губы Матвея растянулись в улыбке, и он расслабленно развалился на плетеном кресле.

– Кроме того, кто-то или что-то повадилось ходить в лагерь и портить наши вещи. И это проблема номер два, с которой надо разбираться. Ингредиентами занимаются Хельга и Марк, а обеспечением безопасности – Григорий. Вопросы?

Пока кто-то из ребят интересовался, почему вещи наколдовывать можно, а еду нет, пока староста терпеливо отвечала, Рид пробиралась к Хельге, чтобы поговорить о сгустке.

– Ну, ты и даешь, – Инвар приобнял Рид за плечи, – а я думал, что мы сможем парами встречаться.

– Чего? – непонимающе уставилась на него девушка. – Ты опять перекупался? Или на этот раз на солнышке перегрелся?

– Ну, ты теперь этого… не с Лукой. Вы же больше не встречаетесь. Так почему же?

– Ты осторожнее с ней, а то и тебя сдаст кому-нибудь в аренду или насовсем, – зло хихикнула проходящая мимо Тереза.

– Надо было с тебя начать. Но залежалый товар спросом не пользуется, – с вызовом ответила Рид.

– На себя посмотри! – в ответ крикнула Тереза.

– Девушками не интересуюсь. Потому иди, – Риджина почти оттолкнула ее и направилась к Хельге. – Зауэр, у тебя есть минутка? Надо поговорить.

– Это что-то срочное? – Хельга поправила волосы и покрутила головой, высматривая Марка. – Я сейчас немного занята.

– Это зависит от того, что ты мне можешь рассказать про…

– Я готов обсудить список ингредиентов, – появление Марка совсем не входило в планы Риджины. Она недовольно сжала губы и с вызовом посмотрела на однокурсников. – Рогова, тебе не пора купаться, или отдыхать, или ругаться? В общем, нам надо поговорить, а ты мешаешь.

– Думала, ты можешь помочь. Отстойно, что Тише сейчас за полярным кругом, она бы точно помогла, – сквозь зубы произнесла Риджина. Ее отшвыривали, как надоевшего котенка. Такое неприемлемо.

– Эй, подожди, – Хельга окликнула собиравшуюся уходить девушку. – Давай поговорим утром. Это же может подождать до утра?

Риджине ничего не оставалось, как согласиться. Да и что она могла возразить? Лагерю ничего не угрожает, жизнь и здоровье студентов в порядке. Некоторым даже пошла на пользу вынужденная диета. Девушка присела на камень недалеко от места их ночевки с Кайсой. Подруги в гамаке не было. От мыслей о сгустке никто не отвлекал. Чем больше Риджина раздумывала, тем больше ловила себя на мысли, что этот сгусток и есть козырь в рукаве магистра. И такой козырь вполне может сорвать их «почти каникулы».

«Если это так, то надо придумать, как его можно нейтрализовать. Для этого нужны знания, которые, возможно, есть у Хельги. Значит, надо набраться терпения и поговорить с ней с глазу на глаз. Хватит и того, что Брошь будет в курсе».

Несмотря на то, что день выдался напряженным и физически затратным, заснуть у Роговой не получалось. Многие студенты разбились на группы. Риджина как никогда почувствовала себя одинокой. Такое порой бывало и в поместье, где проживали Роговы, когда мама задерживалась на работе в лаборатории Лукиани, а дедушка Сергей уезжал вместе с бабушкой Агатой в путешествие. Тогда в доме оставались она и Григорий с родителями. Те предпочитали держаться друг друга и не стремились к общению с племянницей. Это Рид устраивало. Родители Григория не те маги, с кем ей нравилось общаться.

Может, поэтому она и не могла назвать поместье Роговых домом. Даже магическая школа больше подходила под понимание места, где тебе хорошо, где принимают и куда хочется возвращаться. Размышляя над этим, девушка невольно забыла о сгустке и заданиях магистра.

«В школе друзья. Лука – забавный выдумщик и весельчак. Кайса – острая на язык, но хорошая подруга. С ними весело, интересно и есть ощущение правильности происходящего и принадлежности к чему-то. К чему-то, что выбрал сам, а не получил по праву рождения».

Солнце давно скрылось за горизонтом. Умолкли голоса однокурсников. Мирный плеск волн едва доходил до лагеря, будто даже море старалось не тревожить отдыхающих. Сон не шел, Рид вспоминала все проделки, которые они провернули вместе с Лукой и Кайсой за время учебы. Тут были как простые розыгрыши над однокурсниками, когда заколдовывались вещи студентов, так и более сложные, когда пытались провести несанкционированные опыты. Кажется, совсем недавно они почти провернули эксперимент по созданию боевого магического робота по проекту Луки. Но ключевое слово – «почти». Тогда только заступничество директора помогло Луке не вылететь из школы, уж много классов они тогда разрушили. Магистр Виторио-Айгуш не на шутку тогда рассвирепел.

«Хотя, если подумать, не так уж сильно мы тогда и нашкодили. Подумаешь, из трех окон стекла выбило и мебель в щепки разнесли. Родители быстро возместили ущерб, и мебель даже лучше стала. И к тому же все узнали о способностях Луки к технологической магии. Открыли талант, так сказать».

За воспоминаниями их былых проделок девушка незаметно для себя все же заснула.

– Рогова, подъем! – раздался девичий голос совсем рядом. – О чем ты хотела поговорить?

Рид с трудом открыла глаза и увидела перед собой бодрую и довольную Хельгу.

– А? Что, уже утро? – сонно спросила Рид, зевнув несколько раз.

– Утро. Так о чем речь? – Хельга огляделась по сторонам и присела на камень. Хрупкая блондинка выглядела невыспавшейся, но при этом очень довольной.

– Я хотела спросить, – слезая с гамака, произнесла Риджина, – существует что-то или кто-то, кто питается магией? – Заметив непонимание в глазах собеседницы, она уточнила: – Кто или что может поглощать магию?

– Ну ничего себе вопросики. А тебе зачем? – хитро прищурившись, спросила Хельга.

– Сначала ты.

– Хорошо. Это, конечно, программа не нашего курса, но кое-что знаю. – Риджина уже готова была закатить глаза от того, как Зауэр пытается придать значимость своим словам, но быстро одернула себя, необходимо было услышать важную информацию.

– Ничего себе… – От притворного удивления Рид стало тошно, но информация о сгустке того стоила. – Как же тебе это удалось? Только не говори, что у тебя есть пропуск в залы библиотеки для магистров.

Хельге были приятны такие слова. Тот факт, что никакого пропуска у нее не было, девушку не смущал. Необязательно ведь говорить об этом. Каждый волен думать так, как считает нужным.

– Я не могу тебе сказать, как добыты эти сведения, – неуверенно начала Хельга, но заинтересованный взгляд собеседницы придал сил. – Действительно, существуют некие сущности, которые могут использовать магическую энергию для пополнения своих сил. Но таких сущностей очень мало. Они наперечет.

– Прямо все? – теперь Риджина удивилась вполне искренне.

– Точнее, фермы, где их выращивают. Они все обязаны проходить магическую регистрацию.

– Даже так?

– Да, – бледно-голубые глаза Хельги светились не хуже праздничной новогодней елки, усыпанной гирляндами. – Эти сущности нужны для зачистки мира людей от магии. Если происходит выброс сил, то, чтобы люди ничего не заподозрили, эти сущности и присылаются к ним. Они уничтожают всю магию. А тебе зачем это?

– Понимаешь, – теперь пришел черед Рид оглядываться по сторонам, обитатели лагеря спали, и никто им не мешал. – За несколько дней до наших каникул я была в кабинете директора и там… – Девушка тщательно подбирала слова, чтобы не сболтнуть лишнего. Уж очень ей не хотелось раскрывать секрет. Ведь такая возможность придумать, как выиграть в финальном задании, выпадает нечасто. К тому же очень ей хотелось отыграться за ситуацию с флагом. Но объяснить свой интерес к данной теме все же как-то нужно было. Помощь пришла откуда не ждали.

Григорий бодрым шагом вышел из своей палатки и принялся раздавать указания братьям Чайкиным.

– Григорий? Но что это?

– Ты же его знаешь. – Глубоко в душе Риджина почти ликовала. Это же надо было так отделаться от Хельги и перевести все стрелки на родственника. – Он вечно что-нибудь придумает и стремится быть первым. – Не дожидаясь реакции собеседницы, Рид поспешила к Марку Иванову, который тоже вышел из палатки и принялся командовать студентами. Намечался сбор ингредиентов для зелий.

Риджина уже и не надеялась, что они с Кайсой окажутся в одной команде. Но, видимо, день такой сегодня был, что все получалось как надо. С Зауэр поговорить удалось, но при этом никакой стоящей информацией она не поделилась. Полдня работы с подругой давали возможность помириться с ней. Она даже начала уже верить, что примирение состоится. Но Кайса обиженно поджимала губы и продолжала избегать Рид, стоило той только оказаться рядом.

– Можешь обижаться сколько тебе угодно. Я прощение уже просила. Тебе все мало, – произнесла Риджина сердито после того, как полдня пыталась поговорить с подругой. – Ведешь себя как избалованный ребенок. Прости, пожалуйста, была неправа. – Не получив ответа, она ушла в сторону собирать листья бархуду.

«Сколько можно? Если она предпочитает изображать из себя жертву, то это ее дело. Такие игры не для меня. Хочет, пусть обижается дальше. Достала».

Листья бархуду они собирали до самого вечера. Этот ингредиент использовался во многих зельях, а потому определить, что именно им потом нужно будет готовить, было затруднительно.

– Что варить будем? – спросил один из немагов.

– Не знаю, – буркнул Иванов, проверяя то, что собрали студенты.

– Они что, не сказали? Брошь такая. Не удивлюсь, если и Рогов ничего не знает.

– Вот в этом я не уверен, – Марк злобно глянул на Рид. – Они вчера полночи о чем-то шушукались.

– Меня там не было, – развела девушка руками.

– Это ничего не значит. Вы же родственники. Он тебе мог потом все рассказать. Или не мог? – задумчиво добавил Марк.

«Неужели в других семьях не делятся сокровенными тайнами и не поддерживают друг друга? У нас не так много магии, у меня так ее вообще нет. Впрочем, у мамы тоже. Только отец и сестра считаются слабыми магами. Зато семья относится к чистокровным… Отсутствие магических сил мы компенсируем поддержкой и взаимопониманием. А как иначе можно справиться с теми, кто зовет нас „пустышками“ или прячет взгляд от жалости?»

Марк понял, что без поддержки семьи давно сломался бы и сбежал из магической школы в мир людей. Там было бы безопаснее, но тогда он лишился бы дома. Несмотря на шутки, приколы, а иногда и злобные провокации, он считал мир магии своим домом.

Юноша еще раз взглянул на Риджину. Ему даже стало ее немного жаль, когда он увидел в глазах девушки проблески одиночества.

«Что же за семья, где не помогают и не поддерживают друг друга? Или же что это за маг, которого не поддерживает семья?»

С Роговыми Марк предпочитал не сближаться. Григорий бы этого сам не допустил, он никого, кроме Чайкиных и других таких же подхалимов, готовых на подлость ради достижения своих целей, и недоумков к себе не подпускает.

«А Рид? Она другая. Наверное. Хотя, может, и ничем не лучше родственника».

Здесь же, на острове, Риджина предстала несколько в ином свете. Она работала вместе со всеми, не ныла, не капризничала и не тратила магию, как многие девчонки с курса. Ее идея, как лучше было собирать листья бархуду, оказалась отличной, и они уже к вечеру справились с заданием.

«Задание. Точно, надо узнать, какие все же зелья нам надо приготовить».

Марка злило, что Брошкина ведет свою игру, а он ее разгадать не может. Немагов никто не берет в расчет. И это тоже раздражало.

«Но ничего, я все изменю. Мне не придется унижаться, как отцу, чтобы получить нормальную должность. Своим трудом и упорством я смогу добиться уважения и признания. Быть немагом – это не значит быть неудачником. Я докажу всем, что достоин большего. Нужен только шанс».

Марк уверенно направился к палатке старосты. Нужно было выяснить все про эти зелья, и отступать он не собирался.

Весь следующий день Риджина провела в пещере холма, добывая магическую соль, найденную в одной из дальних ниш. Работала она практически в одиночестве. Мало кто хотел находиться в полутемной и прохладной пещере, когда на улице ярко светило солнце и шепот волн напоминал о ласковом море. Несмотря на задание магистра Виторио-Айгуша, некоторые студенты предпочитали отдыхать, лежать на пляже или купаться.

Риджина же пребывала не в самом лучшем настроении. С Кайсой помириться не удалось, о сгустке, пожирающем магию, объяснение не находилось. А потому, когда сообщили о том, что нужно собрать магическую соль, она вызвалась добровольцем. И вот уже несколько часов добывала этот магический ингредиент, стараясь ни о чем не думать. Однообразная физическая работа сначала этому не помогала. Но после того, как были наполнены три листовых мешочка, мысли перестали докучать девушке.

Она так увлеклась, что даже не прерывалась на обед, продолжая соскребать магическую соль со стен ниши или намывать ее в роднике. К вечеру усталость взяла свое. Возвращаться в лагерь не хотелось. И мысль о ночевке в пещере с каждой секундой становилась все привлекательнее. Самодельная постель, которую они когда-то соорудили с Кайсой, была все еще в нормальном состоянии. Запас хвороста лежал рядом с выходом. Даже нетронутый обед мог сгодиться для ужина. Потому Риджина приняла решение остаться в пещере на ночь и спокойно подумать о сгустке.

Чем больше она рассуждала на эту тему, тем очевиднее становилось, что этот сгусток и будет финальным испытанием для их курса. Роль простого уборщика магии после студентов она отвергла. Аргументировать толково не получалось. Просто было чувство, что сгусток появился на острове не просто так. Да и предостережение директора не забывалось. Хотя насчет него девушка подумывала, что это дезинформация, которую Николай Константинович сообщил специально.

Риджина раздула маленький костер и всмотрелась в вечерние сумерки. Солнце почти скрылось за горизонтом. Дневной зной сменялся долгожданной прохладой. Первые звезды появились на небе. Облаков не было, и студентка принялась рассматривать мерцающие небесные тела, вспоминая названия созвездий. Такие далекие и притягательные звезды. Они манили и обещали невиданные приключения, разгадки многовековых тайн.

В древности люди считали, что звезды – это другие миры или вместилища душ. Маги же верили, что на звездах накапливается энергия солнца, которая потом попадает на Землю.

– Сейчас люди запускают летательные аппараты в космос, а маги давно уже поняли, что звезды – это не более чем световые отголоски мертвых миров. Если это так, почему же звезды все еще манят своими тайнами? Быть может, то, что мы считаем правдой сегодня, завтра потеряет смысл и превратится в ложь? А истина будет все так же недостижима, как и раньше. – Рид откусила сладкое манго и посмотрела в сторону лагеря. Там снова полыхал большой костер. – Не иначе как снова магистр на связь выходил, – недовольно буркнула она.

Лишь только костер уменьшился до нормальных размеров, как весь лагерь пришел в движение. Шум голосов, крики и ругань доносились до холма. Риджина уже поняла, что однокурсники получили новое задание.

Мне было интересно, что такого нового придумал магистр Виторио-Айгуш, из-за чего весь лагерь пришел в такое громогласное движение. В первый раз причиной всеобщего оживления было задание с флагом. Я недовольно поморщилась, вспомнив ссору с Кайсой.

– Тогда огонь был в новинку, теперь-то зачем так бегать?

Спускаться и разбираться не хотелось. У нас есть те, кто хочет руководить, вот пусть они голову и ломают.

– Потом подумаю, как все себе на пользу перевести.

Слова Марка о том, что Григорий не расскажет мне то, что узнал, задели больше, чем хотелось бы. Несмотря на все наши разногласия с родственником, я считала, что мы должны держаться друг друга. Дома нас учили, что интересы семьи должны быть на первом месте. Потому надежда, что в трудную минуту могу рассчитывать на двоюродного брата, не покидала. Вот только пока у нас с ним не получалось наладить отношения. Григорий явно намеревался забрать власть над курсом у Брошкиной. Что он с ней, с властью, собирался потом делать, я даже не представляла. И не собиралась участвовать в этой борьбе.

Поразмышлять мне не дали. Группа студентов шла к холму, освещая путь факелами. Этим что тут еще надо?

Через несколько минут я уже разглядела Валентину, идущую во главе колонны. Потом шли Хельга и еще несколько полукровок. Ни Григория, ни Чайкиных, ни Кайсы с Пшиком, ни Марка с немагами не было. Нехорошее тревожное чувство запало в душу.

– Отличное место, – произнесла Брошкина, осматривая пещеру. Староста и остальные однокурсники в рекордные сроки добрались до холма. – Удобная.

Хоть пещера и не принадлежала мне лично, но почему-то я ощущала себя ее хозяйкой, к которой внезапно нагрянули дальние родственники. Вроде и не жалко пустить, но и долго терпеть их не очень приятно.

– Я так понимаю, зелья вы сделали, – сказала я первое, что пришло в голову.

– Ага, – ответил один из приятелей Пшика, после чего отодвинул меня плечом и занес в пещеру большую корзину. – Это припасы. Куда поставить?

Я махнула в сторону одной из ниш, где было сухо, и с интересом посмотрела на Брошь:

– И какое новое задание?

– Флаг, – усмехнулась она.

– Опять?

– У магистра фантазия не очень, – Валентина хищно улыбнулась. – Давайте займемся зельями, а потом придумаем план. Только сначала, – Брошкина активировала браслет и поставила защитный купол, – чтобы не слушали те, кому это не надо.

В корзинах, что принесли однокурсники, оказалось много ингредиентов, половинок кокосов. Мы принялись варить зелья защиты, смелости, заживления мелких ран и прочее.

– Магистр разделил нас на три команды, – пояснила староста, помешивая в наколдованном котелке отвар. – Чистокровки, полукровки и немаги. У каждой команды свой флаг. Нужно отобрать флаг соперников. Выигрывает тот, у кого окажется больше флагов через сутки.

– Григорий руководит чистокровками, Марк – немагами, – просветила Хельга, которой доверили нести флаг нашей команды. – Ты же не против, что Валентина руководит?

– Я? А при чем тут я?

– Вот и я о том же. Полукровки должны держаться вместе, особенно сейчас, – лицо девушки почти лучилось от непонятного для меня счастья. – Валентине нужна наша помощь.

Вот оно что. Все слова о пользе единства полукровок сводится к желанию старосты утереть Григорию нос.

Доделывали зелья мы в тишине. После того как половинки кокосов были заполнены, Брошь объявила о начале совета полукровок. Ее мысль была проста: отобрать флаг у Григория и выждать время.

– Он захочет сделать то же самое, – заметил приятель Пшика; как его зовут, я так и не удосужилась запомнить.

– Не уверена, – Хельга задумалась. – Риджина, ты что скажешь? Ты хорошо знаешь Григория.

– Вы уже списали Марка со счетов? – поинтересовалась я в ответ.

– Да что они могут? Они же «пустышки», – заявила одна из девиц, которая раньше бегала за братьями Чайкиными.

– И что? Они лучше всех оказались приспособлены к жизни на острове. Без магии они рассчитывали только на себя. Я работала с ними, собирала плоды и травы. Соображалка у них работает хорошо, – я посмотрела на Валентину. – Марк не меньше вашего жаждет этой победы.

– Игра на три фронта? – задумчиво протянула она. – Не потянем.

– Почему?

– Защита флага, две атаки. Всего три, – терпеливо объяснила староста. – Ребята, нас в команде девять. Мы не так много общались, чтобы сплотиться в одну команду, способную предугадывать действия друг друга. Но сейчас перед нами одна цель: мы должны показать всем, что полукровки – это сила, с которой надо считаться. Сколько раз нас отодвигали на второй план лишь только потому, что один из родителей – человек? Сколько раз чистокровки пытались ввести ограничения в законы Коллегии Девяти магов Европы для таких, как мы? Много сил ушло у магов-полукровок, чтобы попасть в Коллегию. Думаете, эта победа была бы возможной, если бы полукровки не объединились и не сражались вместе за свои права? Сражаться везде при первой возможности – таков наш девиз.

Что-что, а толкать речь Брошкина умеет. Я почти поверила, что она переживает за дело полукровок, а не за свое личное. Хорошо, что бабушка Агата заставляла нас читать и учить речи выдающихся магов и людей. Там такие обороты есть, что при всем скептицизме многие слушатели превращались в верных сторонников.

Так, в России в XVII веке жил протопоп Аввакум. Арестовывали его множество раз, а он сбегал. Снова ловили, сажали в тюрьму, а он снова сбегал. Как? Так он со стражниками беседы вел, и те его потом отпускали. А как запретили стражникам с ним диалоги вести, так протопоп на монологи переключился. И все равно кто через неделю, кто через месяц, но отпускали лидера старообрядцев. Продолжалось так довольно долго, пока царю не надоело. Тогда тихо избавились от протопопа Аввакума.

И все ведь началось тогда, в XVII веке, даже не с него, а с патриарха Никона, который захотел руководить страной наравне с царем Алексеем Михайловичем. После чего последовала церковная реформа. И что тогда началось: переписывание религиозных книг с византийских источников, исправление церковных обрядов вплоть до того, сколькими пальцами надлежит креститься православному человеку. Много изменений получилось, слишком много. И не все приняли эти новшества. Кто-то предпочитал церковные обряды по-старому, как отцы и деды проводили. Вот их-то и назвали старообрядцами. Начались гонения на старообрядцев, аресты. Люди или уходили в дремучие леса и основывали новые деревни, или выступали против новшеств и исправлений в церковных обрядах. Вот одним из таких и был протопоп Аввакум. И такой авторитет у него среди старообрядцев был, что и после смерти жила память о силе его слова.

Валентине до него далеко, но отклик в сердцах студентов ей удалось получить. Многие готовы были хоть сейчас бежать за флагом соперника.

– Где у остальных база? – спросила я Хельгу.

– Думаю, Григорий поведет свою команду на берег, где флаг на утесе. А вот куда Марк пойдет, не знаю, – пожала плечами она.

– Вы что, первыми ушли?

– Да, – Брошкина нахмурилась, – хотели закрепиться. Григорий тоже быстро засобирался с чистокровками.

– А Марк?

– Он… – Староста задумалась, а потом забористо выругалась. – Остался в лагере. Вот ведь жук.

– Именно, – задумалась я над стратегией Иванова. – Он знает, куда кто ушел, и это дает ему некоторое преимущество. Мы же не знаем ничего. Бегать по острову и искать немагов – не самое веселое занятие. Если только…

– Что? – друг Пшика перестал подкладывать хворост в костер и с интересом посмотрел на нас.

– У них не будет базы, – выдала я. – Они будут таскать флаг с собой. Лагерь в качестве обороны не очень подходит. И к тому же Чайкины знают все в округе входы и выходы, так что оставаться там немагам – не вариант.

– Это логично, – согласилась Валентина и приободрилась. – Ох, не зря тебя, Рогова, магистр Знудкин хвалит. Стратег и тактик из тебя неплохой может получиться.

– Григорий по этой части может мне сто очков вперед дать, – не подумав, брякнула я. – Бабушка Агата с ним каждые каникулы занимается по индивидуальной программе.

– А ты?

– А мне это не очень интересно. Я больше книжки всякие читаю да с друзьями общаюсь.

– Да, книжки нам вряд ли помогут флаг получить. – Брошь принялась ходить по пещере. – А что, если Григорий и Марк объединятся?

Мысль была дельная и нерадужная. Если соперники начнут действовать сообща, то тут уж ни о какой атаке не придется думать. Защита, да и только.

– Мы не должны этого допустить, – грозно произнесла Валентина. – Но и бегать за ними мы не будем. Всю силу направим на защиту базы.

– Но если Григорий отберет у Марка флаг, то они выиграют, – тихо произнесла Хельга.

– Вот именно – если… Сдается мне, что все же Григорий придет сюда. А значит, нам надо укрепиться.

На том и порешили. Всю оставшуюся ночь только тем и занимались, что высматривали слабые места пещеры и укрепляли их. Главная проблема была одна – это вход, он же выход. Там староста и выставила главных защитников флага. Сам же трофей установили в центре, опасаясь, что с какой-нибудь стороны холма можно сделать проход. Но ни утром, ни днем никто из чистокровок и немагов так и не пришел.

– Ничего, это они атаку готовят в самую последнюю минуту, чтобы мы отбить не смогли, – приободряла нас Брошь.

Мы же сидели и ждали. Из пещеры никто не выходил. В туалет бегали в самую дальнюю нишу, которая больше напоминала крошечную пещерку. Там повесили покрывало и сотворили небольшой магический светильник.

Грелись у огня у входа, кто-то спал рядом с флагом. Валентина периодически ходила с проверкой постов. И если ночью службу однокурсники несли исправно, то ранним утром больше половины уже мирно посапывали.

Хельга раскинула магическую сеть вокруг пещеры. Навредить соперникам она не могла, но предупредить о появлении чистокровок или немагов – вполне. На мой взгляд, это была пустая трата магии, но Хельга была собой довольна.

– Просчитались мы с тактикой, – пропыхтел приятель Пшика. – Валентина будто тигр, загнанный в клетку. Вон как вокруг флага круги нарезает.

И это соответствовало истине. Чем меньше времени оставалось до конца задания, тем сильнее злилась староста нашего курса.

– Только бы он не выиграл, только бы не выиграл, – бормотала она, не замечая, что говорит достаточно громко, чтобы быть услышанной. – Только не он. Только не Григорий. Если он выиграет, то…

– То что? Что случится? – не выдержала я. – Ничего. Это будет всего лишь очередной эпизод в вашем противостоянии и ничего более.

– Как ты не понимаешь! – в сердцах бросила Брошкина.

Чего именно я не понимала, никто так и не узнал, костер начал разгораться. В пламени появилось недовольное лицо магистра Виторио-Айгуша.

– Время испытания почти прошло. Результат удручающий. Никто из вас не сумел забрать флаг соперников.

Лицо Валентины расслабилось, нервозность движений ушла, она была почти счастлива.

– За это я забираю ваши флаги. – И тут же наш флаг действительно растаял. – Выигрывает тот, кто заберет флаг со скалы до рассвета. Если никто его не заберет, то практика вам не засчитывается.

Костер уменьшился до своего нормального размера, а потом и вовсе потух. Валентина залила его из моей канистры.

– Ты чего? Это же питьевая вода, – возмутилась я.

– Берем зелья и бежим к скале. Времени до рассвета мало, – вместо ответа староста снова отдавала приказания. – Мы должны победить.

Делать было нечего, и мы стали собираться. Всем уже порядком надоело сидеть в пещере. Бежали мы быстро, нисколько не заботясь о конспирации. Староста была так увлечена целью утереть нос Григорию, что совершенно не принимала всерьез Марка с немагами.

– Стоп, – скомандовала я, когда до скалы на пляже было совсем рукой подать. – Здесь могут быть ловушки.

– Да ладно тебе, Рогова, – возмутилась Валентина, бросая взгляд на скалу, где виднелся флаг.

– Она права, Валя, – Хельга опасливо вглядывалась в темные джунгли. – Григорий здесь сутки провел. Ты думаешь, он не подготовился к встрече?

Брошкина опять выругалась. Не думала, что она такая несдержанная на язык.

– Вообще-то, это нечестно, что мы должны идти сюда, – начал приятель Пшика, – это несправедливо.

– Привыкай, это мир магии, – раздался голос Марка из темноты.

Валентина собиралась кинуть в Иванова зелье, но остановилась, заметив поднятые руки лидера немагов. Однокурсники из второй команды спешили. По их лицам тек пот, а уж если протереть тряпочкой лысину Марка, то вообще можно было выжать потом полведра.

– Мы могли бы договориться, Брошкина. Ты же хочешь утереть нос Рогову. Так же, как и мы.

– Что ты предлагаешь?

– Союз.

– Условия? – Брошкина умела быть жесткой и решительной.

– Доверие.

– Выгода?

– Я тоже не хочу, чтобы победа досталась им. Чистокровки порядком надоели, – сквозь стиснутые зубы произнес Марк и сплюнул под ноги. – Уж лучше вы, чем они.

Казалось, что Валентину убедили эти слова. Она усмехнулась и довольно потерла руки.

– Не верю я, что они так просто отдадут нам флаг, – шепнула Хельга мне на ухо.

– Они и не отдадут, – не считала я нужным молчать. – Марк захочет отобрать победу у нас, потому будь начеку. Уж от кого он не будет ждать подвоха, так это от тебя. Ты производишь впечатление хрупкой девушки. Используй эту возможность.

– Но как мы проберемся к флагу? – уже громче спросила Зауэр, чтобы слышали все.

– Есть у меня идея. Книги о прошлом могут помочь в настоящем, чтобы выиграть в будущем. У меня появился план. Ты же знаешь, сколько хитростей придумал Александр, когда завоевывал Восток.

– Македонский?

– Он самый.

– Много всего было.

– Ты что-то придумала, Рогова? – Марк нахмурился.

– Если у нас идет война за флаг, то пора использовать тактику военных действий, а не студенческих шалостей.

– Александр Македонский, говоришь? – Риджина кивнула, а Валентина Брошкина задумчиво потерла подбородок. – И все получилось?

– Да.

– Тогда давайте и мы попробуем. Обсудим?

– Согласен, – Марк провел рукой по лысой макушке. – А если Григорий тоже читал эту книгу?

– «Стратагемы»? – удивленно спросила Рид. – Это не исключено, но не думаю. Ему больше нравится Макиавелли и его «Государь». Даже если и читал, то точно не перечитывал. Но если и перечитывал, то не обратил внимание.

Наступила тишина. Каждый из студентов задумался. Ставки были высоки. Ошибаться было нельзя.

– Кто побежит? – переводя взгляд с одного товарища на другого, спросила Хельга.

– Кто придумал, тот и бежит, – Валентина посмотрела на Рид. – Или ты против?

– Римские строители под акведуки вставали, когда их работу принимали и по мосту загруженные повозки гоняли туда-сюда.

– И что?

– Жить всем хотелось, потому и строили хорошо. До сих пор акведуки стоят и функционируют, – Риджина усмехнулась. – Так что не проблема и самой побегать. Мне только ребята серьезные нужны, чтобы Григорий поверил, что мы и правда через пляж пойдем.

– Но тогда с кем мы останемся? – Марк был недоволен и не скрывал этого, нахмурив чуть сросшиеся брови. – Ведь вы всего лишь будете отвлекать Чайкиных.

– Вот потому и нужны сильные. Думаешь, легко туда-сюда плавать и пробираться по пляжу? – Валентина была настроена решительно. – Марк, ты идешь с ними.

– Нет.

– Не доверяешь?

– Предпочитаю держать тебя в поле зрения, – в тон старосте ответил Иванов.

Риджина вздохнула; пока эти двое договорятся, рассвет уже наступит. Григорий ждать не будет, и, как только солнечные лучи покажутся на горизонте, он ринется за флагом. Не зря же двоюродный брат магию экономит. Девушка решила напомнить это товарищам по команде.

– Хорошо, я пойду с ними, – буркнул Марк и поспешил к немагам, чтобы посвятить их в план действий.

– Хельга тоже с нами пойдет, – быстро сориентировалась Рид. – А то будет как-то подозрительно, что я одна среди ребят. Да и то, что без согласия Валентины все происходит, тоже вызовет подозрение.

Староста ничего не сказала, только посмотрела на подругу, та чуть улыбнулась и дала добро на пополнение отвлекающей команды.

Действовать нужно было быстро, потому команда Риджины отдала зелье и спешно двинулась в сторону пляжа. Разведчики полукровок сообщили, что Григорий хорошо укрепился. Он оставил в лагерь всего два прохода, остальная часть джунглей была «оплетена» магической сетью, вдоль которой были установлены ловушки. Главный подход к лагерю чистокровок охраняли братья Чайкины с Кайсой, Эдом и Терезой. Потому для Рид и ее команды оставалась только одна дорога – пляж.

То, что там будет множество ловушек, девушка не сомневалась. Но задача их и заключалась в том, чтобы отвлечь Макса, Матвея и других членов команды чистокровных магов-студентов от охраны флага, открывая путь для Валентины. Риджина еще раз напомнила всем, что их задача заключается в том, чтобы отвлекать и отступать, нервируя противника. О второй части плана знали только Валентина и Хельга, последняя и должна была забрать флаг, если только Марк не помешает.

– Ты опасный противник, – шепнула Хельга Риджине, когда девушки заходили в прохладную воду. Девушка ничего не ответила. Время было не для разговоров, следовало сосредоточиться на задании, чтобы вся команда могла победить.

Первая атака закончилась, не успев начаться. Матвей заметил их и собрал подкрепление, которое закидало Рид и ребят кокосами и зельями. Так что объединенный отряд полукровок и немагов даже не успел выйти из моря. Пришлось отступать и менее чем через полчаса опять лезть в воду, повторять попытку. Затем были еще две атаки, но результат оставался таким же: команда Риджины никак не могла выйти на берег.

– Может, уже хватит? – взмолился приятель Пшика. Все посмотрели на Рид. – Солнце встает.

– Знаю, что все устали. Но в этот раз все должно получиться. Опять же, они, возможно, израсходовали свои запасы зелья и магии… – Девушка попыталась восстановить дыхание. – Они не поверят, что мы пойдем до конца.

– А мы пойдем? – с опаской в голосе спросила Хельга.

– Да. Сейчас не отступаем, напираем и вытесняем их с пляжа. Марк и мы с тобой должны добраться до скалы, остальные блокируйте Чайкиных.

– Чего? – подал голос один из приятелей Марка.

– Держите их, – подтвердил немаг.

– Но мы думали, что наше дело – только отвлекать, а Брошь пойдет в атаку.

Риджина оглядела команду. Все устали, плавать туда-сюда, не успевать отдыхать, высыхать было еще то занятие.

– Все так, когда они в это тоже поверят, мы и атакуем. На берегу останется Матвей с парочкой подручных. Скорее всего, Макс пойдет против Валентины. Нам это только на руку. Они будут думать, что мы выдохлись. Вот на этом мы их и обыграем.

Входя в воду, девушка услышала, что ребята то ли восхищенно, то ли опасливо обсуждают ее план. Пришлось скомандовать, чтобы они замолчали и прекратили издавать шум. Рид и сама еще не определилась в своем отношении ко всему происходящему. То, что подошло Александру Македонскому, могло совсем не подойти им. С другой стороны, у них на кону не судьба греко-македонского мира, а всего лишь выполнение очередного задания. Магистр Виторио-Айгуш столкнул лбами чистокровок, полукровок и немагов. Причем подыграл магистр именно первым. Григорию всего-то и надо, что продержаться до рассвета, который уже начинался.

Ребята гребли размеренно и спокойно, экономя силы. Этим маршрутом они уже плавали этой ночью несколько раз. Тогда, в первый раз, гребки пловцов были мощными, нетерпеливыми. Всем хотелось сразиться с соперниками. Многие тешили себя надеждой, что им удастся прорваться через защитную границу. Даже Хельга на это надеялась. Риджина видела это по глазам напарницы. Сама же Рогова плыла медленно, спокойно, уверенно контролируя дыхание. И это оказалось правильным. Они не успели даже приблизиться к берегу, как пришлось быстро возвращаться в обратный путь.

Занялся рассвет, и защитный купол с флага растворился. Значит, нужно было забраться на вершину утеса. С какой стороны лучше было подойти, Риджина помнила. Эти знания могли пригодиться даже в том случае, если придется использовать магию. Хотя она для себя решила, что тратить силы для удовлетворения личных амбиций Валентины или Григория она не будет. Для этого у них есть друзья.

«И хотя мы с Григорием родственники, но он забыл, что значит быть семьей. То ли дело Лука. Вот кто помнит о семье и помогает друзьям, даже если этого совсем не ждешь и не просишь».

Гребок, еще гребок, и мысли о Григории отошли на второй план. На берегу дежурил Матвей Чайкин и Эд. Больше никого не было видно. Марк посмотрел в сторону Рид и кивнул. Остальные растянулись цепью, заняв привычные за ночь места. Вот и пришла пора торопиться и выходить на берег.

У защитников берега зелий почти не осталось. Они опасливо поглядывали друг на друга, снова увидев отряд полукровок. Потом Матвей глянул на скалу, у подножья которой стоял Григорий, и крепко сжал копье. Эд последовал примеру товарища.

Из джунглей послышались шум и крики. Одновременно с этим полукровки из команды Рид выскочили на берег и бросились на Матвея. Марк, Риджина и Хельга со всех ног побежали к скале. Григорий уже начал восхождение. Марк так засмотрелся на Рогова, что не успел среагировать на Терезу, кинувшую в него какое-то зелье, а затем горсть песка, который попал юноше в глаза и лишил его возможности нормально видеть. По злобному голосу Терезы Марк определил ее местоположение и бросился к девушке. Хельга, видя неумелые попытки Иванова схватить обидчицу, попыталась помочь.

– Бежим, – Рид тянула Хельгу за руку.

– Далеко не убежишь, Рогова! – крикнула злобно Тереза и отвлеклась, в результате чего тут же была схвачена Марком. – Пусти меня, «пустышка». Слышишь, отвали, Иванов.

В это самое мгновение Григорий остановился в продвижении по скале и обернулся. Картина, разыгравшаяся на пляже, его совсем не впечатлила.

– Олбу, твой выход, – злобно крикнул Григорий и продолжил восхождение.

Кайса появилась из-за груды камней и перегородила путь Риджине и Хельге. Подруги смотрели друга на друга, не в силах отвести взгляд.

– Риджина.

– Кайса, – в тон ей ответила Рогова.

– Для тебя это так важно?

– Флаг? – Кайса кивнула. – Не особо, но кое-кому утереть нос было бы неплохо. – Григорий уже преодолел половину дистанции и совсем скоро должен был забрать приз и выиграть соревнования. – Но если ты настаиваешь, то могу и отойти.

– Рид, – протянула Хельга, – ты что? – Видя, что Риджина отошла с дороги Кайсы, зашипела, как кошка. – Ты – предательница! Да как ты могла?

Справиться в рукопашном бою против Кайсы у Хельги не было никаких шансов. Полукровка уделяла все свободное время изучению магии, а не физическим упражнениям.

«Надо было соглашаться на утреннюю пробежку, а не сидеть все время в библиотеке, – подумала Зауэр. – Но ведь запрета на магию нет».

Огненное кольцо сорвалось с браслета Хельги в сторону Кайсы. Олбу отскочила и выставила магический щит, ожидая следующую атаку.

– Спасибо, – через плечо крикнула Риджина и проскользнула мимо подруги. – Теперь остается только нагнать Григория.

Солнечные лучи коснулись флага. Времени на выполнение задания оставалось совсем мало. Григорий сжал зубы и принялся высматривать более короткий путь, чем тот, который он выбрал. Риджина много раз обгоняла его на скалодроме в поместье, потому юноша понимал, с каким сильным соперником ему предстоит состязаться.

Рид выбрала самый короткий путь наверх, но и самый трудный и опасный. Удобных уступов было мало. Требовались большая ловкость и сила, чтобы подняться по этому маршруту. Выбирать особо не приходилось. К тому же девушке хотелось посмотреть, что придумает магистр Виторио-Айгуш, чтобы победа не досталась полукровкам. То, что именно маг играет нечестно, у студентки не было сомнений. Кто еще обладает достаточными силами и властью, чтобы насолить полукровкам на острове? Кто принадлежит к чистокровным магам и отличается самым скверным характером из всех магистров?

Количество голосов на пляже увеличивалось, Студенты (кто с восторгом и восхищением, а некоторые затаив дыхание) наблюдали за соперничеством родственников. Из чего Риджина сделала вывод, что большинство студентов добралось до скалы. Проверять, так ли это или нет, она не стала. Не до того. Терять концентрацию и время было опасно, тем более что до уступа, который открывал путь к вершине, добраться непросто. Она старалась не смотреть в сторону Григория, казалось, еще немного – и тот достигнет заветной цели и заберет флаг.

Риджина подтянула ноги к себе, оперлась ими о стену, чуть расслабила руки и оттолкнулась. На скалодроме в поместье Роговых такой маневр удавался хорошо, но здесь что-то пошло не так: то ли сил, вложенных в отталкивание, было мало, то ли расстояние до уступа определено неверно, в общем, прыжок не получился.

Пальцы девушки не дотянулись до выступа всего ничего, каких-то пару сантиметров. И через мгновение Рид поняла, что падает. С огромным трудом она заставила себя расслабиться, чтобы попытаться зацепиться за выступы на скале. Пролетев почти два метра вниз, ободрав до крови руки, колени, ей это все же удалось.

Вместо криков над пляжем зависла тишина. Риджина постаралась прижаться к скале. Ладони болели, ноги дрожали от напряжения.

– Не двигайся, – раздался снизу испуганный голос Кайсы.

– И не собиралась, – буркнула Рид, от адреналина сердце стучало безумным темпом. Девушке хотелось распластаться на скале, размазаться, врасти, вжаться, срастись с нею. Все что угодно, только бы не упасть.

– Ты как? – раздался голос сверху. – Риджина, ты в порядке?

Голос двоюродного брата Рид узнала не сразу. Было удивительно, что Григорий прервал гонку ради нее.

«Хотя на вершине он уже один. Кто ему может помешать?» – подумала Риджина, а вслух ответила:

– Нормально.

– Я заметил. Так как ты?

– Если ты хочешь успокоить свою совесть, то не получится. Нельзя успокоить то, чего нет. – Девушка попыталась посмотреть вверх. От легкого изменения положения тела правая нога немного поехала вниз. Посыпались мелкие камешки. Внизу кто-то ахнул.

– Не двигайся! – грозно крикнула Кайса, а после выругалась на родном языке.

– Полегчало, Олбу? – спросил Григорий, осторожно свесившись с верхнего каменного карниза. – Ты ее вытянешь? Я подстрахую.

Через несколько секунд Риджина почувствовала легкое прикосновение к спине чего-то горячего. От неожиданности она дернулась, и из-под ног опять полетели маленькие камушки.

– Вот ведь какая ты шустрая. – Кайса снова хотела сказать какое-нибудь крепкое словцо, но промолчала. – Риджина, стой спокойно. Я тебя держу. Григорий, ты – главный.

– В твоих словах я слышу некоторую двусмысленность, – молодой маг усмехнулся и активировал магический браслет. – Всегда мечтал поруководить тобой, сестренка, – бросил он Рид.

Риджине ничего не оставалось, как слушаться. Двоюродный брат задавал направление движения, а Кайса страховала, не давая подруге упасть. Шаг за шагом Рид спускалась со скалы. Григорий победоносно улыбался. Еще бы: и соревнование выиграл, и сестру спас, героем стал. Когда еще такое удастся?

Лишь только девушка оказалась на земле, как Кайса подбежала к ней. Девушки обнялись. Другие студенты спешили поздравить Риджину со спасением. Кто-то хлопал по мокрой от пота спине, кто-то хвалил и восхищался колдовством Кайсы, кто-то просто улыбался. Казалось, что все позабыли о соревновании. Чистокровки, полукровки, немаги – все собрались на пляже. Усталые, немного грязные и помятые, но зато все вместе.

– Спасибо, – Рид благодарно взирала на подругу. – И за страховку, и за все спасибо.

– Для того и нужны друзья, – усмехнулась Кайса. – Но в игре мы вас сделали.

Риджина только развела руками:

– Свой приз я уже вернула. Остальное… Григорий заслужил этот приз, так что…

– Это мы еще посмотрим, – в сердцах бросила стоящая неподалеку Хельга и активировала браслет.

Флаг выпрыгнул из рук Григория и завис в воздухе.

– Что за шутки? – юноша злобно осмотрелся. Хельга с помощью магии удерживала приз на весу. Это требовало колоссальных усилий. Пот стекал по лицу девушки, но она упрямо сантиметр за сантиметром подтягивала приз к себе. Флаг дернулся и стал опускаться.

– Не отдам, – процедил сквозь зубы Григорий. – Мое. – И вместо того чтобы активировать браслет и попытаться подтащить к себе флаг, он кинул зелье в сторону Хельги.

– Вонючка, – прокричал кто-то, но предупреждение несколько запоздало. Маленький кокос раскололся на две половинки, и зелье разлилось. Образовавшееся облачко накрыло Хельгу и тех, кто был с ней рядом.

Риджина и Кайса попытались задержать дыхание и отбежать подальше от эпицентра.

– Уф, – Рид упала на песок у самых волн, увлекая за собой подругу.

– Ну, дает, – Кайса брызнула в лицо морской водой, – за такое и по шее получить можно.

– Можно. Но он все же мне помог, – усмехнулась Риджина. – Вот уж не думала, что скажу это.

Студенты, кто не смог убежать из вонючего дыма, начали чихать, кашлять, плакать. Зелье было настолько сильным, что от дурно пахнущего воздуха глаза начинали жутко слезиться. Больше всех досталось Хельге, которая не могла выбраться самостоятельно из эпицентра. Девушка не видела торжествующего взгляда Рогова, который крепко сжимал флаг, стоя на вершине скалы.

– Ну что, сестренка, победителей не судят. Так, кажется, говорят люди? – спросил Григорий, когда спустился со скалы с флагом в руках.

– Ты прав. И… – девушка немного замялась, а потом искреннее добавила: – Спасибо за то, что помог. И поздравляю с победой. Вы – молодцы.

– Вот именно, – глаза мага сияли, как два маленьких солнца. – Чистокровные маги всегда будут впереди, как бы кто ни старался нас обойти, – он победоносно улыбнулся и пошел получать новую порцию поздравлений.

– Тебя тоже с победой, – Риджина посмотрела на подругу. – Вы же из одной команды.

– Спасибо. Но это прихоть магистра Виторио-Айгуша насчет команд, – смущенно добавила Кайса. – И ты меня прости. Я же видела, что ты места себе не находишь, но я все равно вела себя, как глупая корова.

– Тогда мы друг друга стоим.

Молодой маг смотрел на примирение двух подруг. И почему-то пытался сдержать улыбку. Вся эта ситуация ему была в новинку и потому интересна.

– Хватит на них глазеть, – шепотом произнес подошедший приятель.

– Не суй свой…

– Нос, – хмыкнул приятель и внимательно посмотрел на изображение, которое транслировала магическая сфера. – Но меня так зовут. Нос.

– Вообще-то, Носов.

– Не сердись, Егор. – Приятель хлопнул друга по плечу. – Мне интересно знать, на какую из двух ты запал, а какая свободна. Так какая из них? Блондинка или брюнетка?

– А не пойти ли тебе… – Егор нахмурился и свернул изображение со сферы.

Какой же сегодня хороший день. И если начался он не лучшим образом, то сейчас все замечательно. Тереза кое-как оказала мне медицинскую помощь.

«Но что еще можно было от нее ждать? Хорошо, хуже не сделала».

Мы с Кайсой помирились и почти всю дорогу до лагеря делились впечатлениями о том, что произошло. Эд, устав от нашей болтовни, ушел вместе с приятелями вперед.

– А ты? – спросила я подругу, когда Пшик пошел к началу колонны.

– А что я?

– Вы же вроде как пара. Ну, вместе везде, за ручку и прочее… Почему не пошла с ним?

– Да ладно, – отмахнулась Кайса. – Он, конечно, ничего, но не более. К тому же мы с тобой так давно не общались, а он теперь из команды победителей и новую девчонку найдет быстро.

– Это точно. Тереза уже во всю ему глазки строит.

– Эта может, – Кайса усмехнулась. – Что же поделать, если у нее страсть к объедкам? – чуть тише добавила она.

Такого пренебрежительного и циничного высказывания я давно от нее не слышала.

– Кто-то слишком много общался с Григорием.

– Похоже на то, – подруга немного взгрустнула. – Это все твой родственничек с Чайкиными так влияют.

Некоторое время мы шли молча. Я думала над словами Кайсы о влиянии Григория.

«Но если это так, то почему я не такая? Мы вместе с ним живем под одной крышей, вместе учимся, и все же я не похожа на него. Или все же у нас есть общие черты? Мы родственники, а значит, кровь Роговых нас объединяет. Но хочется верить, что я не стану такой, как он и его родители.

В каждом из нас, не важно маг ты или человек, есть червоточина. Что-то темное, что мешает стать самым лучшим, добрым, заботливым. Но и свет тоже есть в каждом, чтобы нельзя было рухнуть в пропасть бесчинства и злобы.

Думается, все зависит от себя самого. Какую сторону в себе мы развиваем, какие чувства и стремления взращиваем, то в итоге и произрастает. Нельзя стать сразу плохим, если помогал и заботился о ком-то. Невозможно мгновенно стать добрым, если руки по локоть в крови. Мы сами выбираем свой путь. Обвинять кого-то в нашем решении и уж тем более поведении – не дело. Это всего лишь попытка оправдаться или перекинуть на другого ответственность».

– Рид, ты о чем задумалась? – От резкого голоса Кайсы я даже подпрыгнула. – И вообще, что происходит?

Я ничего не успела ответить, так как впереди все гудели, говорили и спорили. И это совсем не было похоже на обсуждение победы чистокровок. В голосах появились тревожность и настороженность.

– Что еще? – устало вздохнул Пшик. – Им мало, что мы полночи не спали, теперь опять что-то придумали?

Мы с Кайсой поспешили в лагерь. Все столпились под деревьями, не решаясь зайти на территорию. Потому ничего путного нам не удалось рассмотреть.

– Это происки магистров, – тихо где-то рядом высказалась Тереза. – Это точно они.

– Нет, – покачала головой Хельга, у которой были еще красные глаза от зелья вонючки.

– Откуда знаешь? – Тереза подозрительно посмотрела на Зауэр. – Это вы? Пока мы за флагом гонялись, вы, полукровки, здесь все и устроили.

– Говори, да не заговаривайся, – староста грозно глянула на Терезу. – Марк, Григорий, ваших рук дело?

Что ответили ребята, услышать не удалось. По реакции окружающих мы поняли, что хорошего в лагере не увидим. Кайса дернула меня за руку и потащила в сторону.

– Ждать, пока это стадо рассосется, не собираюсь. Обходим их. – Спорить с подругой в такой момент не имело смысла. Было любопытно, что же произошло в лагере.

Отойдя немного в сторону, мы стали пробираться через сплетение веток и лиан. Кайса ругала деревья, растения и всех магистров, вместе взятых, а некоторых в отдельности. Давно я не видела подругу в таком настроении.

– Ну, это же надо… так тут пахать, чтобы потом… – произнесла Кайса.

Пот струился по спине, руки болели. В лагерь мы вышли грязные, уставшие и злые.

– Вот это да…

То, что мы увидели, поразило нас, поскольку в лагере царил погром. Деревья, ветки, камни валялись по всей некогда расчищенной территории. Остатки лиан, на которых ставились палатки, свисали плетьми. Самих же палаток не было. Будто что-то или кто-то их забрал. Причем сделал это аккуратно, не оставив ни одного наколдованного штырька или растяжки.

В сердце что-то кольнуло и заставило насторожиться. Я стала озираться по сторонам, не обращая внимания на слова Кайсы и появление старосты с Марком и Григорием. Обходя лагерь, я высматривала хоть малейший намек на магию. Смотрела за деревьями, у костра, даже на берег сходила, но ничего сотворенного магией не нашла.

– Риджина, ты чего? – Кайса испуганно трясла меня за руку. – Что случилось? Что с тобой? На тебе лица нет.

– На вас его тоже не будет.

– Обкурилась, Рогова, – ехидно крикнула Тереза, услышав мой ответ. – И когда только успела? Или колдуешь по-тихому, пока никто не видит?

– Никаких вещей нет, – Матвей прибежал со стороны пляжа и чуть не задел меня копьем.

– Совсем? – Григорий нахмурился. – Значит, финальное испытание? Этого мы и ждали, – он крепче сжал древко флага, будто это могло ему помочь.

– Знать бы, что это? – Валентина недовольно повела носом.

– Поверь, вы это не пропустите. Не заметить это будет сложно, – сглотнув слюну, нервно произнесла я.

– Ты что? В курсе?

– Есть одно предположение… – Как только я это сказала, все посмотрели на меня. Во взгляде Кайсы проглядывалась заинтересованность, Григорий и Валентина смотрели с настороженностью, Тереза – с презрением, а Хельга даже не прятала подозрение.

– На острове есть некая сущность, – начала я.

– Магическая?

– Живая?

– Не знаю, – я провела рукой по волосам. – Она питается магией. В смысле поглощает ее. Совсем. Начисто.

– Что еще? – Григорий недовольно дергал носом.

– Поглощая магию, сущность увеличивается в размерах.

– Твою же… – Пшик смачно ругнулся. Теперь стало понятно, кто расширил подруге словарный запас бранных слов.

– Два вопроса, – староста первой пришла в себя от новости. – Как быстро оно растет? И откуда ты знаешь про это?

Ребята невольно сделали шаг назад, и я оказалась на некотором отдалении от остальных.

– Ты видела ее? – спросила, подходя, Кайса.

– Да. Тогда, когда мы у скалы решали вопрос с флагом и прочее, когда ушла в джунгли.

– Тебя не было всю ночь, – припомнила она.

– Да. Вот тогда я и увидела эту сущность. Случайно. – Матвей с Максом презрительно фыркнули. – Было темно, и я наколдовала зажигалку. Свет и огонь в одном предмете.

– Умно, – криво улыбнулся Григорий.

– Где-то среди листвы оказалось маленькое нечто, что поглощало магию зажигалки. Та таяла на глазах, а эта сущность увеличивалась.

– Насколько? – Брошкина не отличалась особым терпением, но, видимо, борьба за флаг начисто лишила ее терпения и привычной рассудительности.

– Чуть меньше, чем объем поглощенного.

– Тогда, получается, – староста мрачным взглядом посмотрела на остатки лагеря, – эта сущность очень большая.

– Да уж. Сестренка, ты полна сюрпризов. А ты точно это видела или просто дезинформацию сливаешь?

– Чего? – возмутилась я. – Это мне надо?

– Ну… Не знаю, – развел руками родственник.

– Так ты про это спрашивала тогда? – Хельга выглядела немного задумчивой, после моего кивка она продолжила: – Тогда у меня есть идея, как нам побить финального босса – магистра Виторио-Айгуша. Это же финальный босс?

– Я бы сказал – боссяра, – грозно произнес Макс Чайкин.

– Он столько всего здесь уничтожил, – рассудительным тоном начал Григорий, – что, наверное, превратился в слона.

Возразить или опровергнуть его гипотезу никто не успел. Впереди раздался треск, шум. Птицы взметнулись с ближайших деревьев и пальм. Все насторожились и с тревогой вглядывались в сторону источника шума. Макс уже активировал магический браслет, его примеру последовал брат-близнец и Григорий.

– Не надо магии, – я старалась, чтобы голос не дрожал, но получалось с трудом. – Он же питается магией.

Валентина нахмурилась и смачно выругалась.

– Вот это староста курса, – Макс изумленно уставился на Брошкину. – Уважаю.

– Хельга, идеи есть?

Шум приближался, волнение нарастало, а мы отступали к остальным.

– Хельга, скажи хоть что-нибудь? – я оглянулась, подруга Валентины будто застыла, взгляд стеклянный, не мигает, только уголок рта дергался. На место нашего лагеря выползло нечто серое, амебное и огромное.

– Метра три будет, – прохрипел Марк, молчавший до этого.

– А может, и больше, – Григорий погасил браслет. – Вот тебе и слон.

«Слон. Это не слон. Это…»

Сущность на секунду остановилась, будто принюхивалась, хотя носа-то у нее и не было, и двинулась к нам.

– Макс, выруби браслет! – крикнула Брошкина, и Чайкин ее даже послушался.

Магическое нечто замерло. Покрутило головой, которая находилась на короткой шее, и плюхнулось на песок.

– На магию реагирует, – заметил Марк и двинулся налево, сущность это движение проигнорировала. Но стоило только Кайсе двинуться с места, как все большое тело магического монстра зашевелилось.

– Это не слон, это – гигантская гусеница, – голос Матвея Чайкина немного дрожал. – Как же мы ее того… без магии?

– Не скули! – грозно рявкнул Макс. – «Пустышки» знают, как без магии жить, вот и спросим у них. – Ребята как по команде посмотрели на Марка Иванова.

– А что? – ехидно заметил Иванов. – Прикольные ощущения – чувствовать себя беспомощным?

– Марк, пожалуйста, если у тебя есть идеи, то сейчас самое время их озвучить, – попросила я. – Сейчас не время разводить дискуссии.

– Раз эта гусеница-переросток реагирует на магию, то заведите ее куда-нибудь, – Марк стер пот с лысины.

– Куда? – рявкнула Кайса. – Это остров. Если ты не заметил.

– Заметил, – в тон ей ответил немаг.

– И к тому же это наше, возможно, финальное задание.

Все приуныли, задумались и замолчали. Сущность тоже не двигалась, то ли наблюдая за нами, то ли пытаясь почувствовать проявление магии.

– А может, тогда «накачать» это магией? – тихий голос Хельги вывел меня из задумчивости. – Ну не может эта сущность расти до бесконечности. У всего есть предел. «Вольем» в нее все, что у нас есть, и она лопнет.

– Бред, – пробурчала Кайса под нос.

– А что – мысль, – обрадовался Матвей и получил от брата подзатыльник. – Чего?

– Ничего. Мы окажемся без магии, а эта гусеница, – Макс презрительно посмотрел на сущность, – только больше станет.

– Риск есть, но может получиться, – Хельга старалась выглядеть уверенной и спокойной, хотя получалось это так себе.

– Решайте быстрее, пока остальные не пришли и не начали палить в нее огненными шариками. – Я переводила взгляд с одного однокурсника на другого. – Валентина, что скажешь?

– Идея Хельги кажется самой невероятной, а потому может сработать, – задумчиво произнесла староста. – Марк, иди к остальным, пусть все маги придут сюда, а остальные остаются там, – она махнула в сторону.

– Ой-ой, – произнесла Кайса, и тут же раздался оглушительный крик, кто-то из студентов дошел до нас и увидел гусеницу-переростка, подошедшие девушки заорали.

Сущность стала извиваться. Хоть рук у нее не было, зато восприимчивость к звукам была. Лишь только вновь пришедшие студентки перестали визжать, как гусеница тоже замерла и успокоилась.

– Еще раз! – крикнула я. – Кричите еще раз! – Никого упрашивать не пришлось, теперь еще и Кайса с Хельгой присоединились к ним. Гусеница-переросток извивалась, выгибалась и корежилась на песке. Было видно, что все это ей не нравилось.

– Хватит, это только ее злит! – прокричал Григорий, как только девушки замолчали.

– Вот именно. Кричим, шумим, орем и чем громче, тем лучше, – схватив сухую ветку, я принялась бить по ближайшему дереву и орать.

Гусеница-переросток сделала попытку подползти к нам, но все девчонки так завизжали, что ее скрутило снова.

– Она реагирует на звуки, и ей это не нравится, – изумилась Хельга и схватила наконечник копья, после чего принялась скрежетать им по камням. Звук получился ужасно противный. Сущность немного отступила. Видя это, остальные ребята принялись бить по деревьям, орать, гоготать и шуметь так, что уже мне самой захотелось убежать с пляжа и спрятаться в пещерах, что же говорить о сущности.

– Продолжаем, окружаем, – напутствовала Валентина и начала петь гимн школы.

Голоса, как и музыкального слуха, у Брошкиной не было, а потому получалось фальшиво, громко и противно – все, как нам надо. Вскоре мы уже все орали гимн. Магический монстр сначала пытался убежать, но Марк и другие немаги отрезали ему путь к отступлению в джунгли.

– Еще громче, громче! – орала Валентина, начиная песню снова, делая шаг вперед.

Я последовала ее примеру, затем Кайса, Хельга, Эд, Инвар и другие медленно пошли вперед. Чем ближе мы подходили к гусенице-переростку, чем сильнее били в предметы и кричали, тем сильнее она билась в конвульсиях. И наша уверенность в победе росла.

«Вместе мы сильны. Вместе мы можем победить и даже без магии. Сильные маги, слабомаги и даже те, кого презрительно называют „пустышками“, могут работать сообща и добиваться успеха».

От осознания этого я сбилась с ритма и перепутала слова, но никто на это не обратил внимания. Не знаю, сколько продолжался наш ор, по-другому исполнение гимна школы назвать было сложно, но только магическая сущность вдруг перестала корчиться в конвульсиях и затихла.

– Все, что ли? – лицо Макса было мокрым от пота, голос охрип от крика.

– Кто же знает, – Пшик придвинулся к Кайсе поближе. – Надо проверить.

– Вот и проверь, – ехидно предложила она. Пшик напрягся, на него все смотрели и ждали, рискнет он или нет. Прослыть трусом на глазах девушки и половины курса не хотелось, но и инстинкт самосохранения игнорировать было нельзя. Кто знает, сдохла ли эта тварь.

Эд с явной неохотой подошел к гусенице-переростку, крепко сжимая длинную палку, которой до этого колотил по дереву. Над пляжем нависла тишина. Никто не смеялся, не отпускал злобных шуточек. Все замерли в ожидании результатов разведки.

Наш главный и единственный слушатель не двигался и вроде даже не дышал. Пшик плотно сжал губы и подошел к гусенице-переростку. Трогать ее руками он не решился, а потому тыкнул палкой. Сначала легко, будто проверяя, но так как ответной реакции не последовало, то он решил применить силу. То ли удар был таким сильным, то ли после смерти оболочка сущности стала хрупкой, но палка Пшика проделала дыру, и из нее вырвался небольшой смерч. Однокурсник отпрянул, да так резко, что не удержался на ногах и рухнул на пятую точку. Воздушный поток серого цвета, набирая силу, направился в сторону моря. И только по счастливой случайности никого не задел.

Раздался вздох облегчения, а потом и смех. Сначала робкий, осторожный, будто все боялись разбудить магического монстра. Но с каждой секундой смех становился все громче и громче. Вскоре смеялись все, кто был на пляже. То ли от нервного напряжения, то ли от хорошего настроения, что победили финального босса, то ли от комичного вида Пшика, а может, все вместе. Не важно. Главное – мы победили, а оболочка сущности сдувалась, будто перед нами был гигантский воздушный шарик, а не монстр, поглощающий магию.

– Ты так везде действуешь? – попытался пошутить Макс. – Раз и сдулся? – Ребята засмеялись еще громче.

– Вообще-то, это не я сдулся. Сам-то не пошел, – нашелся, что ответить, Пшик.

– Молодец, Риджина, – Валентина устало улыбнулась. – И как тебе только такая идея в голову пришла?

– Это не я. Это Сципион Африканский, когда высадился в землях Карфагена и увидел африканских слонов. Чтобы победить армию Ганнибала, он приказал солдатам бить в щиты и кричать. Слоны в панике обратились в бегство, попутно раздавив часть армии карфагенян.

– А, помню, – Брошкина оглядывала пляж, – еще там было что-то про то, что Карфаген должен быть разрушен.

– Это немного о другом.

– Но это про войну.

– Да, но…

– Вот и нормально. – И уже громче Валентина принялась раздавать указания, чтобы привести лагерь в порядок: – И никакой магии!

– Еще бы, это же Древний Рим, – Кайса пихнула меня локтем в бок и усмехнулась: – Так ведь, Рид?

– Да. Хельга, – подруга старосты обернулась, – а в какую сторону направился смерч?

– Туда, – Зауэр махнула куда-то вправо. – Не волнуйся, магическая энергия не пройдет дальше границы.

– Магистр. Магистр Виторио-Айгуш, вы где? – Из палатки выскочил Егор Березкин и огляделся. Мага нигде не было видно. – Ребята, где магистр? – крикнул юноша приятелям, дежурившим на кухне около палатки.

– Там где-то, а что такое?

Но Егору некогда было отвечать, он торопился к руководителю практики. Случилось непредвиденное, и это могло стать опасным. Добежав до палатки магистра, юноша постучал и, не дожидаясь ответа, вошел. Магистр лежал на походной кровати и что-то читал. При появлении студента маг скрипнул зубами и сжал листок.

– Студент Березкин, что вы себе позволяете, разве вас не учили правилам хорошего тона?

– Ситуация критическая. Все камеры не работают, – на одном дыхании произнес юноша.

– А монстры?

– Вылетели. Скоро будут у них на острове.

Магистр выругался про себя, при этом выражение лица оставалось неизменное: немного пренебрежительное. Он умел владеть собой. Даже в такие серьезные моменты маг не мог допустить, чтобы в школе появились слухи о его несдержанном поведении. То, что ситуация серьезная, магистр Виторио-Айгуш понял быстро: студенты должны были столкнуться с финальными монстрами. Это означало окончание их почти каникул. Маг не сомневался, что отключение камер – дело рук агента чистокровок, листок которого сжимал в руках несколько минут назад.

«Кому еще нужно было так вредить полукровкам».

Предложение, о котором говорилось в письме, было заманчивым и заставляло задуматься магистра. Помощь агенту чистокровных магов открывала хорошие перспективы для карьерного роста. Ведь тот, кто руководил действиями агента, наверняка был близок к Коллегии. Если сам не состоял в ней. С другой стороны, магистра настораживала возможность познакомиться с «гостеприимством» безопасников в случае провала задуманного или утечки информации.

«Как же хочется показать полукровкам их истинное место. Только чистокровные маги должны управлять Коллегией. Только у чистокровных магов должна быть власть, а именно – править, руководить, защищать, повелевать, казнить или миловать».

Вот именно с функцией «защищать» и возникли проблемы. И с этим нужно было разобраться. Маг понимал, что если он не справится с работой руководителя практики, то мало кто с ним захочет сотрудничать в дальнейшем.

Подгоняемый такими мыслями магистр Виторио-Айгуш накинул куртку и поспешил в штаб.

– Что здесь такое? – грозно спросил маг, лишь только переступил порог палатки, где располагался штаб практики. – Носов, докладывайте.

– Половина камер и датчиков на острове не отвечают, – отрапортовал Сергей.

– Прямо так и половина?

– Почти. Они выключились по какой-то странной закономерности. Если бы мы были фермерами-людьми, то я сказал бы, что комбайн по полю с пшеницей прошел и ничего не оставил, точно скошено бритвой или как корова языком слизала.

Магистр презрительно фыркнул: «Ну и выражение, хотя что еще ждать от полукровки?»

– Ты о чем? – Егор протиснулся к другу и взглянул на висящую карту острова с линиями. Кривые линии охватывали весь остров, вот только в одном месте они резко обрывались.

– Не об этом думаете, – магистр Виторио-Айгуш активировал браслет, смял карту и вызвал сферы-проекторы. – Вот ведь… – Ни одна сфера-проектор на острове не работала.

– А я о чем? – Егор от нетерпения постукивал носком ботинка по полу.

– Березкин, собирайте группу. Носов, активируйте сферы с моря и отправляйте их на остров. – Четкие приказы и спокойный голос мужчины подавили начинавшуюся зарождаться панику.

– Телепорт? – уточнил Егор.

– Нет. Срывать финальное задание мы не будем, а вот разведать, что там происходит, не помешает. – Магистр посмотрел на свой двойной браслет и о чем-то задумался. – Березкин, вы еще здесь?

Егор вылетел из палатки, активировал браслет и с его помощью созвал группу однокурсников, которые вместе с ним и магистром должны были лететь на остров. На душе у юноши было тревожно. Образ Риджины вторгался с завидным постоянством в его мысли, и ничего с этим он поделать не мог.

– Если эта гусеница-переросток и была финальным заданием, то почему мы еще здесь? – Кайса указала руками на пляж. В ответ Риджина только пожала плечами и посмотрела задумчиво на море.

Вечерело. Грозовые тучи замаячили на горизонте. Ветра почти не было, отчего воздух ощущался густым и тягучим, было душно. Птицы не торопились приближаться к лагерю, видимо, опасались, что огромный монстр может вернуться. Волны набегали на берег. Белые барашки хорошо просматривались в вечерних сумерках.

– Рид? Риджина, ты меня слушаешь? – обиженно засопела Кайса.

– Ветра нет, а волны – есть. Так должно быть? – девушка перевела задумчивый взгляд на подругу.

– Откуда я знаю? Я что, геолог?

– Метеоролог, – поправила ее Рид.

– Да хоть кто. Я не разбираюсь в погоде. Мое дело – магия.

– Точно. Пошли, – девушка схватила Кайсу за руку и потянула в сторону костра, где расположились Валентина и Григорий, а также их приближенные.

– Вас сюда не звали, – ехидно заметила Тереза, когда девушки подошли к собравшимся.

– Кто знает, какой купол закрывает остров? – игнорируя Терезу, Риджина посмотрела на старосту. – Какова обычная упругость купола?

– От двадцати до пятидесяти недельных зарядов учебных магических браслетов, – Хельга ответила машинально, но потом замерла на месте. – Ты же не думаешь о том, что…

– Нет, – Григорий переводил взгляд с одной девушки на другую, – у нас всего ничего. А вы пятьдесят браслетов.

– Вот только сколько магии извели безопасники, магистры и прочие на этот остров? И одно дело, когда заклинания делаются постепенно, и совсем другое, когда магия выходит разом. – Риджина перевела взгляд на тучи. – Ветра нет, а волны есть.

– Опять она за свое, – пробурчала Кайса.

– И тучи приближаются.

Студенты не сговариваясь посмотрели на вечернее небо. Вдалеке действительно что-то темнело и приближалось. По форме это что-то напоминало тучи.

– Это не тучи, – Валентина наколдовала мощный бинокль и посмотрела в сторону, которую до этого указывала Рид. – Совсем не тучи. Это нечто другое.

– Уже «отзеркалило»? – удивился Григорий. – Так быстро?

– Надо уходить отсюда, – Рид посмотрела на старосту. – Отразилась ли это магия от купола после гусеницы-переростка или еще что, но оставаться на пляже нельзя.

– Согласна, – староста кусала губы и выглядела предельно собранной.

– К флагу.

– На холм, – хором предложили Роговы.

– В холме есть пещеры и большие. Места хватит всем, – со знанием дела заметила Кайса.

Пшик с Инваром поддержали Кайсу, и Валентине ничего не оставалось, как скомандовать всем, чтобы в срочном порядке отправлялись в пещеру на холме. Староста возглавила отряд. Рядом с Брошкиной шли Пшик, Кайса, Инвар и Тереза, последняя напустила на себя важный вид, будто бы именно она являлась главой группы.

– Лекари никогда не руководят, у них слишком много других дел, – громко заметил Эд и ускорил шаг, чтобы у Терезы не было возможности достойно ответить.

Григорий и Хельга не торопились уходить с пляжа. Им нужно было удостовериться, что все студенты ушли.

– Риджина, ты правда думаешь, что отраженная от купола магия вернется на остров? – Хельга с тревогой смотрела на приближающееся нечто.

– Это было бы вполне логично. Остров накрыт куполом, который не пропускает магию. Гусеница-переросток набрала столько магии, что хватило бы на месяц нашего колдовства. Так что…

– Где остальные? – Хельга оглядывалась по сторонам в поисках запоздалых студентов, в бледно-голубых глазах плескалась тревога.

– Разбрелись праздновать победу над финальным боссом, – предположил Григорий. – Я отправил Чайкиных осмотреть окрестности.

– Проявляешь лидерские качества, Рогов?

– А почему нет, Зауэр? – в тон девушке ответил Григорий. – Кто-то же должен поддерживать марку семьи.

Лишь только показались братья Чайкины с недовольной парочкой студентов, до этого уединившихся в зарослях, как все отправились к холму.

Риджина бросила быстрый взгляд на пустующий пляж, потом пристально посмотрела на небо. Валентина хотела было оставить им бинокль, но кузен создал свой. Вот в него девушка и заметила то, что заставило внутри все содрогнуться: летающие монстры, окруженные темной дымкой. Они-то и приближались к острову.

– Григорий, взгляни, – Риджина окликнула родственника и протянула ему оптический прибор.

– Что же это такое? Они нас совсем без магии готовы оставить? – юноша заскрежетал зубами. – Стимфалийские птицы. Быстрее в укрытие! – крикнул он остальным.

Парочка недовольных влюбленных первой бросилась по тропинке, ведущей к холму. За ними побежали все остальные.

– И как ты все успеваешь? – спросила Хельга Рид.

Отвечать было некогда, стая из десяти жутких птиц почти достигла острова. Студенты бежали что было сил. Они перепрыгивали через корни деревьев, подлезали под ветки и лианы. Останавливаться было нельзя. Стимфалийские птицы были известны своим кровожадным характером. Эти монстры не отличались интеллектом и силой, но в стае они становились очень опасными. Острые когти, клюв, а иногда и перья. Некоторые могли раскидывать острые перья, нанося жертвам многочисленные ранения.

– Откуда они взялись? – проворчал Макс.

– Из Стимфалы, они же стимфалийские птицы, – перепрыгнув через корягу, просипел его брат. – Вот только они обычные или королевские? – подныривая под большую ветку, спросил Матвей.

– Если перья полетят, то королевские, – хмыкнул Григорий, не замедляя бег.

– Может, тогда лучше среди деревьев спрятаться?

– Для королевских листва не помеха, – прохрипела от быстрого бега Риджина. – Бегите. Григорий? Встретим стимфал?

Юноша остановился и крикнул, чтобы его не ждали. Затем он активировал браслет и создал огненный шар, после чего запустил им в стимфалийских птиц. Первый монстр злобно закричал и увернулся от снаряда, а вот второй похвастаться быстротой реакции не успел.

– Девять! – победоносно прокричал Григорий и побежал догонять остальных.

Рид и Хельга затормозили и ринулись прикрывать однокурсника. Сбить монстров им не удалось, но внести в их ряды суматоху и неразбериху получилось.

– Теряешь квалификацию, сестренка, – бросил на бегу Рогов, видя ее промах. В ответ Риджина состроила ему злобную гримасу и создала две ледяные пики.

– Восемь.

– Семь, – вслед за Рид крикнула Хельга, после того как забрала у девушки пику.

– Растешь в моих глазах, Зауэр, – усмехнулся Макс, когда студенты переводили дух у подножья холма.

– Очень надо, – буркнула хрупкая блондинка, хотя в душе была довольна таким вниманием.

И вот, когда до пещер оставалось всего ничего – подняться по тропе, со стороны пляжа послышался рокот.

– Это еще что? – спросила Хельга и посмотрела на Риджину.

– Магический откат. Отзеркаливание. Бежим на вершину! – крикнула Рид.

– Но…

– Никаких но… В пещере окажемся в ловушке. Сообщи Валентине. – Не обращая внимания на Хельгу, девушка побежала на холм. Оказавшись на вершине, она почти пожалела, что вообще согласилась на эти почти каникулы, когда увидела перед собой почти весь остров. Проблема с птицами уже перестала казаться такой уж сложной. Большие темные свинцовые тучи приближались. Их движение не зависело от ветра. Темные, плотные, не пропускающие ни одного солнечного луча, они надвигались на остров стремительной волной.

– Вот это да, – запыхавшись, пробормотал Григорий. Взмокший и уставший, он только догнал Рид. – Где стимфалы? – юноша принялся крутить головой в разные стороны. – Их же осталось восемь. Или семь? Отступать они не намерены?

На холм постепенно поднялись все студенты.

– Вот надо тебе было это говорить? – Макс нахмурился и указал на восток, где в небе летели монстры. – Они приближаются.

– Немаги в центр, остальные по периметру, – скомандовала Брошкина. – Кидаем в них всем чем можно.

– Риджина, в центр, – Григорий бросил быстрый взгляд на старосту.

– Сестру думаешь спрятать? – усмехнулась та.

– Нет. При атаке сверху в центре никого из магов нет. Чем будут «пустышки» отмахиваться? Ветками? Потому и нужен там маг, внимательный и способный не прозевать атаку. Рид такая, – уже тише добавил юноша, заметив, как родственница направилась в центр холма. Признавать то, что он доверяет ей, но пытается оттеснить от сражения, Григорий не был готов даже себе.

– Стимфалийские птицы приближаются. Всем приготовиться, – Валентина тревожно смотрела на надвигающихся монстров и мрачные тучи.

– Пытаешься спрятаться, Рогова? – ехидно спросила Тереза девушку, лишь та оказалась в центре немагов.

– Пытаюсь защитить всех нас, – Риджина оглядела студентов. – Кайса, Пшик, перейдите правее к Инвару. Если создать купол, нужно расположиться вам равномерно по кругу, чтобы центр удержался.

– Ты на что-то намекаешь? – подбоченился Марк.

– Какие тут намеки? Вы, «пустышки», без нас, магов, ничего не можете, – в тон Иванову ответила Тереза.

– Замолчите оба, не до вас, – Рид указала на птиц.

Монстры летели большой группой. Вот они сложили крылья, вытянули головы и громко клацнули острыми клювами.

– Атака! – крикнул Григорий и первым швырнул огневой шар в ближнюю к нему хищную птицу, остальные студенты последовали его примеру, и небо озарили волшебные снаряды: огненные, ледяные, в виде булыжников и даже пару водных. Монстры, не ожидавшие такого отпора, отступили, а затем стали атаковать со всех сторон.

Крики стимфал, ругань студентов, отзвуки магии – все слилось в один сплошной шум. Немаги пригибались и уворачивались от когтей монстров, а студенты с магическими браслетами пытались сбивать нападающих. И если большинству приходилось защищать только свой сектор, то Рид приглядывала за всеми. С одной стороны, это было не особо трудно, ребята старались сбить как можно больше птиц, с другой стороны – приходилось крутить головой постоянно и быть готовой швырнуть магический заряд в любую секунду и в любом направлении. Это требовало серьезной концентрации внимания.

Когда стимфал осталось всего три, одна из них была серьезно ранена Григорием и едва могла лететь, монстры развернулись прочь от острова.

– И это все? – неуверенно произнесла Кайса. – Я думала, что будет сложнее.

– Согласна с Олбу, – Валентина с опаской смотрела вслед удаляющимся монстрам. – Хельга, что скажешь? Такое поведение стимфалийских птиц нормально?

По уставшему и грязному лицу Хельги стекал пот. Девушка приложила руку к бровям наподобие козырька и посмотрела по сторонам. Монстры с каждым взмахом крыльев удалялись от холма, превращаясь в мелкие точки.

– Так что, Зауэр? – в голосе Макса сквозило нетерпение.

– Такое поведение им несвойственно, – тихо ответила она. – Они обычно преследуют свою жертву до победы и очень редко вот так убегают. Исключение – их встреча с Гераклом. Но это когда было?

– Тогда почему?

– Может, их позвали обратно?

– В смысле? – теперь наступил черед Кайсы удивляться.

– Думаю, это и было финальным испытанием. И мы его прошли, раз монстров отозвали обратно, – Хельга неуверенно улыбнулась. – Вряд ли магистр Виторио-Айгуш намеревался уничтожить столь ценные экземпляры.

– Да, мы такие, – улыбнулся Макс и расправил плечи.

– Она про птиц, кретин, – Матвей пихнул брата в бок.

– Это кого ты назвал кретином, болван? – Макс был настроен по-боевому и не собирался спускать брату-близнецу такого обращения. Вскоре Чайкины затеяли маленькую потасовку, которую никто не спешил останавливать.

– Рогов, успокой их! – не выдержав, крикнула староста. – Спасибо, Хельга, – кивнула она подруге. – Хорошо, если ты права. Не расходимся, мало ли что.

Студенты тут же начали выражать свое несогласие с Брошкиной. Еще бы, сначала соревнование, потом гусеница-переросток, поглощающая магию, а теперь еще и стимфалийские. Усталость и голод давали о себе знать.

– Зачем стоять на холме? – озвучил мучавший многих вопрос Марк. – Здесь ветер и пасмурно. Того и гляди дождь начнется.

– Точно, можно спуститься в пещеры, там тепло, – Тереза постаралась придать своему голосу жалобные нотки.

Кто-то кричал, ругался, а кто-то покидал холм, спускаясь к пещерам.

– Мы должны оставаться все здесь! – кричала Валентина, но самые уставшие даже не обращали внимания на ее слова.

– Ребята! – окликнула всех Рид. – Вам лучше вернуться. Стимфалы, они…

– Возвращаются?!! – истошно заорала Тереза и поспешила вернуться на вершину. После чего встала поближе к Эду и Инвару, защищавшим сектор, в котором находилась она.

– Всем занять свои места, – голос старосты уже не был таким решительным, как раньше, но студенты поднимались на холм, подгоняемые страхом.

– Когда же это прекратится? – спросила Кайса у Риджины, на что подруга лишь пожала плечами, как бы говоря: «Мы знали, что легко не будет. Так чего уж теперь?»

Уставшие и злые студенты школы магии смотрели на небо в ожидании летающих хищниц. Они уже приготовились стрелять по монстрам, как те резко изменили направление и, прибавив скорости, начали удаляться от острова. Вернее, две стимфалы спешили убраться прочь, а третья, раненная Григорием, пыталась последовать за ними.

Вдали послышался гул. Он нарастал с каждой секундой, доносясь с той стороны, откуда прилетали монстры.

– Это опять проделки магистра? – спросила Кайса и поближе подошла к Эду.

– Не думаю. Это магический откат, – Риджина нахмурила брови. – Магическая энергия из гусеницы-переростка достигла границ защитной сферы и ударила в нее. Купол мощный и гибкий, а потому…

– Энергия пошла обратно, – Кайса со страхом посмотрела на подругу. – И что теперь?

Отвечать никто не решился. Все смотрели в сторону пляжа.

– Григорий, Кайса, Валентина, вы знаете заклинание сферы защиты? – спросила Риджина, а студенты утвердительно кивнули. – Кто еще умеет ее создавать?

– Но птицы! – Хельга указала на монстров.

– Это наша наименьшая проблема. Кто еще умеет делать сферы защиты?

– Ну, я немного, – Инвар неуверенно поднял руку и втянул голову в плечи.

Если бы не серьезность ситуации, Риджина посмеялась бы, так смешно выглядел молодой маг, но не сейчас. Девушка лишь кивнула и выжидающе посмотрела на остальных.

– Накрывайте сферой всех, – скомандовала Рид, теперь она взяла руководство отрядом студентов.

– Но это затратно, – Григорий начинал злиться, потому что не он командовал и не он придумал про сферу, инициатива лидера опять ускользала от него.

– Мы вас «зарядим», – усмехнулась девушка. – Остальные, у кого осталась магия, заряжаем Григория, Кайсу, Валентину и Инвара. Начинайте, – приказала она.

– Но… – староста хотела было что-то возразить, но гул со стороны пляжа стал настолько сильным, что спор становился бессмысленным.

Четверо студентов, став равномерно друг от друга, активировали браслеты и стали создавать сферу защиты, расположившись равномерно друг от друга и образовав круг. Белая пленка вырывалась из браслетов и постепенно увеличивалась, опутывая студента-мага и расползаясь по сторонам.

– Пол! Не забудьте про пол! – что было сил прокричала Риджина.

Кайса в ответ только фыркнула. Неровные стены сферы разрастались, переплетаясь друг с другом. Часть сферы Григория и Валентины первые достигли центра прямо над головой Рид. Кусок сферы Кайсы подтягивался, а вот у Инвара были дела совсем плохи.

– «Заряжайте». «Заряжайте» его, – скомандовала Риджина рядом стоящим студентам.

Первым опомнился Эд и, активировав браслет, стал перекидывать свою магическую энергию другу. Остальные студенты последовали его примеру. Часть сферы Инвара стала быстро расти и, наконец, достигла центра.

– Пол. Нужен пол. – Студенты, не участвующие в создании сферы, встали в центр.

– Не паникуй, – рявкнул на Терезу Григорий. В сфере гул уже не звучал так громко, и можно было нормально общаться.

– Без пола сфера нам не поможет. «Заряжать» нужно постоянно. Кто уже пустой, падайте, не мешайте другим. – Рид глянула на Марка, и тот вместе с остальными студентами-немагами расположился на полу, только что созданного четырьмя защитниками. – Все держим сферу, заряжаем магов. И не смотрите по сторонам, – уже спокойным голосом добавила девушка.

– А что там?

– Цунами.

Не сговариваясь, многие студенты резко посмотрели в сторону пляжа. От страха некоторые из них потеряли концентрацию, и сфера стала значительно тоньше.

– «Заряжайте», или нас расплющит! – теперь уже Григорий гаркнул на однокурсников.

Огромная волна неслась на их остров. С вершины холма хорошо было видно, как мгновенно пропадает пляж и место их лагеря под толщей воды, как быстро все вокруг затопляется. Пару секунд – и вот уже первые волны плещутся у подножия холма. Стволы пальм ломаются словно спички и несутся навстречу студентам, застывшим от страха в сфере.

– Стоять! – крикнул кто-то. Голос потонул в жутком крике студентов, гуле воды. Вся мощь волны ударила в сферу защиты. Сфера прогибалась под напором, но держалась. Молодые маги напрягали все силы, чтобы стенки сферы выдержали натиск стихии. Несколько студентов рухнули на пол: кто-то в обмороке, кто-то без сил. Четверо создателей сферы держались, и это было главное. Без них новую сферу создать будет невозможно. Если будет время, а также те, кому создавать.

– Не «зарядим» сейчас, потом будет уже поздно. Не скупись, Тереза, тебе это не идет, – лишь гул уменьшился, с сарказмом заметила Рогова.

– А сама-то? Мы тут загибаемся, «заряжаем» этих из последних сил, – Тереза качнула головой в сторону Кайсы. – А ты что?

Не успела Тереза закрыть рот, как сфера засияла золотым светом, заставляя закрывать глаза. Сияние пропало так же внезапно, как и появилось. О недавнем золотом свете напоминали только золотые кривые линии, что появились на местах спайки сферы.

– Думаешь, сфера сама по себе на холме держится? – Рид зло посмотрела в глаза однокурснице.

– Ты?

– Ну не ты же, – нервная улыбка появилась на лице Рид. – Идея мотаться по всему защитному куполу наших магистров меня не вдохновляет.

Потоки воды, бьющие в сферу, стали понемногу ослабевать. Вода стала немного отходить. Сквозь сферу открывалась удручающая картина. Пляжа не было вообще. Была вода, вершина холма со студентами, часть скалы, откуда доставали флаг. Больше не было ничего.

– Мы… это… – Матвей Чайкин силился подбирать правильные слова. – Это все? Больше не будет?

– Не знаю… – Риджина хотела было вытереть пот со лба, но не рискнула менять положение рук. Правой рукой с активированным магическим браслетом она держала магический якорь, который наколдовала. Якорь шел от сферы к холму. Через левую руку от браслета магия поступала в спайки сферы. Швы были ненадежные и без дополнительной подпитки дали бы течь. Потому-то девушка и занялась ими, тем более что в центре было легче отслеживать ситуацию и контролировать сферу.

– В смысле не знаю? – Макс покачнулся, но устоял на ногах, а его браслет продолжал дальше «заряжать» Инвара.

– Обычно у цунами, – неуверенно начала Хельга, – несколько волн. И все они идут с одной стороны. Но наше цунами из мира магии, так что вода может прийти с любой стороны, отразившись от купола.

– И долго это будет длиться? – спросил Чайкин, после того как несколько раз ругнулся.

– Наверное, пока магия, которая начала все это, не потратится.

Сколько мы качались на волнах, я уже и не знала. Все мысли были лишь о том, чтобы не оторваться от магического якоря да не допустить протечки швов. Ноги дрожали, в глазах плясали темные мошки, в ушах звенело, спина была мокрая от пота.

Ребятам, что держали сферу, было не легче. Кайса с трудом удерживала руки на весу, поддерживая свою часть сферы. Инвар вообще давно рухнул на колени и, если бы не магическая «подпитка» Терезы и Макса, уже, наверно, лежал бы без сознания. Матвей «заряжал» Григория, который держался, не желая уступать Брошкиной пальму первенства. Староста украдкой бросала взгляды на Григория и только крепче сжимала зубы, чтобы никто не догадался, как ей тяжело. Но я же видела.

«Это их соперничество до добра не доведет. Хотя в этот раз от него все же есть польза. Сфера держится. Это сейчас самое важное. После двух магических волн. Но держится. Вода окружает со всех сторон. И откуда она только берется?»

Вторая волна была не такой сильной, как первая. Ее приближение сопровождалось знакомым рокотом, а потому мы оказались готовы. Вот только после этого двое студентов рухнули без сил.

– Ребята, а долго вы еще так сможете? – Марк попеременно посмотрел на всех нас.

– А что? – прохрипел Григорий. – Думаешь место занять? Так ты не стесняйся, занимай. Мы уступим, – высокомерно и с издевкой ответил родственник, я видела, как по его лбу сползали капли пота, а футболка уже давно была мокрой и прилипла к спине.

– Спасибо за предложение, – Марк нервно сглотнул, – но я откажусь. Просто хотелось знать, когда нас спасут и долго ли вы сможете держать сферу. Кислород в ней не вечен.

«Вот ведь… Как же я могла про это забыть?»

Увидев лица товарищей, стало понятно, что такая же мысль посетила и их головы.

– Ребят, вы чего? – тревожно спросила Хельга.

– Они не подумали про это, – нервно засмеялась Тереза. – Умники не подумали, что нам воздух понадобится. Ну, вы и болваны, – девушка плюхнулась на пятую точку. – Дальше сами. – Ее магический браслет погас, и на одного студента, способного «заряжать» магией, стало меньше.

– Риджина, – староста устало повернула голову в мою сторону, – ты сможешь раздвинуть части сферы?

– Да. Вот только как потом собрать сферу обратно?

– А надо? – голос подруги я не сразу узнала. – Может, так и оставим? И кислород будет, и силы сбережем.

– Если волна, то не соберем. Кайса, посмотри на Инвара. Еще немного, и он отключится. – Григорий вытер пот со лба левой рукой.

– Тогда никакого люка в крыше, – резюмировала Валентина.

– К магическому истощению еще и кислородное голодание добавили. Умно, – хмыкнула я.

– Есть предложение, Рогова?

– В спайках между сферами есть трещины. Через них воздух и закачаем.

– Операция «Пылесос», – хмыкнула Кайса.

– На словах легко звучит, а на деле?

– Если на словах звучит сложно, то дело совсем не…

– Меньше слов, сестренка, меньше слов, – Григорий с трудом стоял на ногах.

В мыслях и в теории действительно все выглядело несложно: ослабить спайки на верхних частях сферы. Потом закачать свежий воздух и закрыть спайки снова. Чтобы воплотить в реальность эту идею, нужно не только сильно постараться, но и раскрыть наш с мамой секрет. Мало кто в школе знал о моем магическом потенциале. Учебные браслеты на младших курсах всем давали с одинаковой силой, кроме немагов. Дети, рожденные магами, но не обладающие силой, не могли колдовать. Без магии браслет оставался всего лишь украшением.

На старших курсах магия в браслетах у студентов уже распределялась согласно потенциальным возможностям: у кого-то мало, у кого-то – больше. У меня магический резерв огромный. Это нам с мамой было известно давно. Директор школы и магистры, отвечающие за заполнение магией браслетов, тоже были в курсе, остальные пребывали в неведенье. Даже Кайсе я не говорила о возможной силе. Зачем? Это же только потенциал. Он может раскрыться за время учебы, а может и нет. Потому ни к чему давать лишнюю информацию о Роговых. Достаточно того, что все и так ждут от Григория великих дел и высоких результатов.

При мысли о семье я готова была дать сама себе подзатыльник. Если воспользоваться силой в полной мере, то секрет о магических способностях перестанет таковым быть.

«С другой стороны, стоит ли секрет нашего шанса на спасение? Сколько времени будет добираться магистр Виторио-Айгуш до нас? Подкрепление будет когда-то, но выбираться надо сейчас.

Да, разговоров случится много. И как же Григорий будет злиться.

Нечего о будущем мечтать, когда настоящее непонятно и неопределенно».

– Может, якорь опустишь? – с опаской предложила Брошкина, по-своему оценив затянувшуюся паузу. – Уж лучше в сфере порядок, чем на развалюхе волны встречать.

Решив, что староста права и что силы мне действительно пригодятся, я медленно отпускала магический якорь. До этого сфера едва покачивалась на волнах, теперь же без якоря мы стали двигаться на северо-восток. В том направлении есть прекрасные островные отели, в которых можно снять домик прямо над океаном. В таких домиках, лежа на кровати, удобно наблюдать через стеклянный пол за подводными обитателями.

– Рид, не расслабляйся, – голос Валентины вывел меня из блаженного облегчения. Оказывалось, что много сил уходило на магический якорь, и, перестав удерживать сферу на холме, я почувствовала небывалое облегчение и легкость. Даже тот факт, что укрепление спаек сферы требует внимания и сил, ушел на второй план.

– Хорошо, – я зажмурилась на мгновение, почему-то мошки перед глазами принялись кружиться с небывалым темпом. – Сейчас создам защитный слой, а потом проветрим.

Магическая энергия полилась из браслета в спайки, которые засверкали и окрасились в бледно-золотистый цвет. Энергия проникала в швы между частями сферы, пробираясь наружу и растягиваясь золотистым слоем по всей поверхности.

От напряжения и шума в голове разобрать, что говорят ребята, было практически невозможно. Но то, что они были удивлены, было ясно и без слов.

Не позволяя себе отвлечься, я представила, как бледно-золотистая оболочка появилась не только на внешней поверхности сферы, но и на внутренней. Перед глазами ярко возникла картинка, как сфера полностью окрашивается в бледно-золотой цвет. Чем больше расползалась магическая оболочка, тем бледнее становился ее цвет. Защитный слой был минимальным, но он был. Это позволяло надеяться, что в случае необходимости оболочка не даст сфере развалиться.

Почувствовав, что сфера полностью укрылась оболочкой, я открыла глаза. Лучше бы этого не делала. Изображение перед глазами замелькало, закружилось, а большие темные пятна мешали хоть что-то разглядеть. Через мгновение почувствовала сильный удар коленями обо что-то твердое.

Пол сферы, усиленный оболочкой, оказался твердым. Удар был болезненным.

– Рид, – тревожный голос Кайсы вернул меня к реальности. – Ты…

– Сфера.

– Не двигаться! – закричали мы с Григорием хором.

– Медленно распускайте сферу в центре. Оболочка немного поможет, потом проще собрать можно будет.

– Вот это я понимаю, богатство Роговых. У вас даже оболочки из золота, – Макс Чайкин присвистнул, осматривая мое колдовство.

– Ага, и унитазы, – буркнул Григорий и странно посмотрел на меня. Такое магически затратное колдовство вызовет много вопросов, особенно со стороны родственников.

Как открылась сфера, помню не очень хорошо. Как и причину, почему Инвар не смог потом поднять свою часть. На полу сиделось хорошо и почти уютно, если бы не было качки, то можно было бы и поспать. Глаза слипались. В борьбе со сном я не поняла, из-за чего началась суета среди однокурсников. Сфера задрожала и местами потрескалась, но оболочка заполнила новые щели и не дала рассыпаться.

Сверху дул освежающий ветерок. Живительный свежий воздух проникал в сферу. На мгновение стало хорошо и легко. Вот только продолжалось это сравнительно недолго. Лицом уткнувшись в колени, я пыталась припомнить, когда такая практика, такие почти каникулы проходили в таком жестком режиме.

«Бывали случаи, когда студентов оставляли на месяц без магии и они должны были выживать в разных условиях. Но это происходило на старших курсах. То, что происходит сейчас…»

– Так не должно было быть, – услышала я незнакомый девичий голос. В существование галлюцинаций верить не хотелось, потому надо было убедиться, что голос слышу не только я. – Это совсем не планировалось, – продолжал жаловаться голос.

Сил, чтобы повернуть голову в сторону, откуда раздавались голоса, не было. Зато я видела, что Тереза, Марк и еще несколько студентов смотрят в сторону, откуда раздается голос.

«Не глюк. Это уже хорошо».

Тут мозг зацепился за мысль, что все произошедшее с нами на острове из ряда вон. Вспомнилось предупреждение Николая Константиновича о том, что кому-то нужно, чтобы полукровки показали себя плохо, чтобы проиграли.

«Птицы, цунами, гусеница-переросток. Что из этого было запланировано, а что было сюрпризом? Кто этот маг, что все это провернул?»

От злости зубы сжались сами по себе.

«Встать. Собраться. Выбраться отсюда. Разобраться и накостылять тому, кто все это придумал так, чтобы отбить все желание приближаться к магии на долгие годы. Если не накостылять, то сдать безопасникам виновника. Но для начала надо встать».

Едва заметная оболочка вокруг сферы наполнялась золотистым цветом. Медленно и осторожно я поднялась на ноги. Почти все ребята смотрели в одну сторону. Вверх. У отверстия застыла маленькая сфера-проектор, которая способна передавать изображение и звук. И если бы не моя оболочка, то эта маленькая сфера-проектор уже давно залетела бы к нам.

– Риджина, – немного приглушенный голос откуда-то справа позвал меня, – можешь снимать оболочку. Сфера не развалится. Мы держим ее. – Так как я продолжала стоять и таращиться на сферу-проектор, то заговорили снова: – Рид, снимай защиту. Иначе мы вам не поможем.

– Только медленно, Рогова. Не хватало вас еще из воды доставать. – Этот голос я узнаю даже во сне, от него волосы на макушке начинают сами подниматься, а тело напрягалось, будто готовилось отразить атаку. – Рогова, сколько еще можно ждать? – недовольство так и сквозило в голосе магистра Виторио-Айгуша.

Медленно я перекрывала магическое заклинание, деактивировав браслет. Руки тряслись, ноги будто ватой были набиты, а адреналин уже не спасал. Тело требовало отдыха, причем продолжительного. Оболочка истончалась с каждым мгновением, магия, потраченная на нее, исчезала. Части сферы действительно не развалились, магистр Виторио-Айгуш и студенты-старшекурсники магическим образом ее поддерживали.

Николай Константинович устало потер глаза и с отвращением посмотрел на зелье бодрости, что принесли школьные лекари. Уже несколько часов директор магической школы просматривал сферы наблюдения и сравнивал отчеты после практики. Половина студентов досрочно закончила ее на острове, а половина вместе с магистром Знудкиным еще оставалась за полярным кругом.

– Безопасники пусть пьют эту бурду, а я лучше кофе. – Наколдовав себе кружку черного напитка, маг придирчиво посмотрел на отчеты и сферы. Служба магической безопасности начала заниматься расследованием того, что произошло на острове. Это касалось студентов, а потому директор чувствовал себя обязанным разобраться во всем сам.

К тому же родители студентов беспокоились и уже начали надоедать своими посланиями. Николай Константинович ограничился преимущественно ничего не значащими фразами и отвечал, что безопасники во всем разберутся и виновные, если такие есть, будут наказаны, что практика за полярным кругом продолжается и что там ничего студентам не угрожает. К тому же агенты Службы магической безопасности уже отправились на север. Также Николай Константинович выразил свою признательность семьям и студентам, которые с честью прошли все испытания на острове.

Одна из магических сфер на столе заискрилась, оповещая о том, что кто-то ожидает его из телепорта. Сначала мужчина хотел перенаправить вызов на кого-нибудь из магистров, но потом решил, что надо встретиться с посетителем лично.

– Разминка никому не помешает, надо отвлечься, – с этими словами он поспешил в Зал для телепортации, который располагался в главном здании школы, в самой старой части замка, который был построен много веков назад специально для обучения молодых магов. Было это еще во времена войны с людьми, а потому замок строили прочным, мощным и неприступным. Ни один человек не ступал здесь. Только потомки магов могли учиться в школе, даже если они и были лишены магических сил.

«Вот еще одна проблема, над которой нужно поразмыслить».

С каждым годом количество слабых магов или вообще немагов, рожденных магами, увеличивалось. Раньше таких студентов на курсе были единицы, теперь же почти половина.

«Если так пойдет и дальше, то магов станет совсем мало. Хорошо, что хоть полукровки есть».

Дети, рожденные от союза мага и человека, практически всегда обладали магическими силами. И причем весьма внушительными силами. Многие в магическом мире считали, что будущее именно за полукровками и время чистокровных магов уходит. Но были и те, кто со всей убежденностью и решимостью отстаивал исключительные права чистокровок, а методы использовал разные.

Борьба по поводу магического статуса и прав носила преимущественно политическую окраску и в большей части магического мира считалась легальной. Были, конечно, случаи использования интриг и шантажа. Но нынешняя ситуация на практике могла изменить сложившийся порядок вещей. Если безопасники выяснят, что кто-то специально пытался навредить студентам-полукровкам, то скандал разгорится немаленький.

«Еще бы, такой курс. С такими потомками известных личностей», – Николай Константинович мысленно фыркнул. С одной из таких личностей он и должен сейчас встретиться.

– Николай Константинович, здравствуйте, – звучный голос Сергея Рогова пронесся по Зале, стоило только директору закрыть двери, – как хорошо, что вы пришли так быстро.

– Да, пока муж не вспомнил, каково это – преподавать студентам, – Агата Рогова сдержанно улыбнулась.

Эти двое магов выглядели уверенно, элегантно и почти незаинтересованно. Но директор школы неплохо разбирался в людях и магах, а потому сразу понял, что это равнодушие напускное.

Поприветствовав дедушку и бабушку Григория и Риджины, мужчина пригласил гостей в один из кабинетов неподалеку. Пять небольших комнат располагались рядом с Залом для телепортации специально для того, чтобы прибывшие маги могли побеседовать друг с другом, не мешая учебному процессу. Поговорить можно было и в самом помещении, активировав заклинание тишины, но это для студентов. Для более влиятельных и важных гостей были кабинеты.

– Нет нужды звать внуков, – начал Рогов-старший, как только они расположились у камина на диване. – Этими вопросами пусть занимаются родители. Мы же хотели узнать у вас о ходе расследования.

Николай Константинович поморщился. Такие вопросы он не ожидал услышать от четы Роговых. Уж больно серьезными политическими игроками они были в свое время. Да, сейчас они уступили пальму первенства сыну, но ни Агата, ни ее муж не растеряли былого авторитета и мастерства в плетении интриг.

– Вы знаете, что расследованием занимаются безопасники, – начал маг, но замолчал, заметив презрительно поджатые губы Агаты Роговой.

– Агенты же дали вам сферы, отчеты.

– Да. Я изучаю их.

– Вы можете сказать, засчитают ли внукам эту практику? Мы хотели бы провести с ними больше времени на каникулах, – Агата изобразила на старом, но все еще красивом лице беспокойство.

Мужчина усмехнулся про себя. Выходило, что не только поиски виновных интересовали гостей. Успехи и сила внуков – вот о чем они действительно хотели бы узнать.

– Дорогая Агата, – Николай Константинович улыбнулся и немного наклонился к собеседнице, – ваши внуки показали себя с наилучшей стороны. Команда Григория уверенно одержала победу в соревновании. Он – прирожденный лидер.

Самодовольство, высокомерие и удовлетворение быстро промелькнули в глазах пришедших, но они так же быстро погасили эти вспышки чувств.

– Да, – гордость проглядывала во взгляде женщины-мага. – Таким и должен быть лидер: сильным, смелым, умным и умеющим добиваться поставленных целей.

– Григорий показал, что может вести за собой остальных студентов. И практика это подтвердила, – директор закинул ногу на ногу.

– Оба родители – маги, так что я не удивлена. К тому же соответствующее образование помогает добиваться высоких целей, – глаза Агаты зорко следили за директором.

– Кто спас студентов? Григорий или Риджина? – спросил молчавший до сих пор Сергей Рогов.

В кабинете повисла пауза. Сведения о том, что точно произошло на острове, еще не были в полной мере доступны магическим обозревателям, а значит, и магической общественности тоже. Безопасники старались не допустить утечки информации, взяв обещания о неразглашении со всех студентов и родителей. Но слухи все же распространялись. Их не могли контролировать даже почти вездесущие агенты Службы магической безопасности.

В том, что Роговы вынашивают планы пробраться на вершину политической власти, Николай Константинович не сомневался. Такие мысли зреют в головах многих магов сильных и известных фамилий. В чем сомневался мужчина, так это в том, кого на роль лидера семьи выбрали старшие Роговы. И Григорий, и Риджина показывали стабильно высокие результаты по учебным дисциплинам. К тому же Григорий уже определился со специализацией: боевая магия. Юноша считался одним из лучших на курсе. Но если он заявлял о стремлении быть первым открыто, вступая в борьбу со старостой курса Валентиной Брошкиной, то Риджина ничего подобного не делала. Она училась, развлекалась, от ответственных заданий не бегала, но и инициативу не спешила проявлять, что не мешало ей пользоваться авторитетом и уважением среди студентов и некоторых магистров.

– Ситуация на острове показала, что оба ваших внука могут вести за собой, быть лидерами и принимать решения в экстремальных ситуациях, – произнес наконец директор. – Григорий и Риджина сильные маги, каждый в своей области, но сильные.

– Но вы говорили, что… – начала было Агата, но потом замолчала.

– Вы не ответили на вопрос, директор, – спокойно произнес мужчина.

– У вашего внука большая предрасположенность к боевой магии. Он один из четверых, кто создал сферу защиты, спасшую студентов от цунами. – Агата бросила победоносный взгляд на мужа, что не укрылось от Николая Константиновича. – Не знаю, какую специализацию выберет Рид, но магом она может стать очень сильным.

– Насколько?

– Она проявила инициативу, умело применила знания. Риджина не только создала магический якорь, удерживающий сферу на одном месте долгое время, но и контролировала швы между частями сферы, созданные четверкой студентов, тем самым связав их в одно целое. А потом еще и создала оболочку для поддержания всей этой конструкции как с внешней, так и с внутренней стороны. Это свидетельствует об уме девочки, ее больших возможностях.

Агата не смогла сдержать вздох восхищения.

– Остальные студенты «подпитывали» создателей, но не Риджину, – продолжал директор.

– То есть…

– Да, она колдовала сама. Без поддержки, без амулетов, используя только свой потенциал. – В душе маг ликовал, поскольку еще ни один студент с их курса не мог похвастаться такими способностями, как Риджина.

Тишина снова воцарилась в комнате. Гостям нужно было время, чтобы осмыслить информацию. Директор их понимал, а потому не торопил. Он сам долго приходил в себя после беседы с магистром Виторио-Айгушем. Удивляло и количество магической силы у студентов, и знания, которыми они пользовались. Такую информацию не на каждом старшем курсе рассказывают, а тут такое.

«Так откуда заклинания были известны тем, кто даже собственный магический браслет еще не получил?»

– Спасибо, Николай Константинович, за информацию, – Рогов-старший встал, пожал руку директору. – Нам пора, дорогая. – Агата взяла протянутую руку мужа и улыбнулась. – Как скоро обозреватели будут знать об этих «почти каникулах» и получат полную информацию об участниках?

– Как только безопасники закончат расследование или кто-то проговорится. Вы все узнаете, – ответил директор.

– И откуда они все узнали? – Кайса кинула мини-сферу в мусорное ведро.

– Кто? Обозреватели? – Подруга кивнула. – Это же их работа.

– Это понятно, но все же, – не унималась Кайса.

– Проболтался кто-то. Что нас, мало было? Еще добавь студентов со старшего курса, родственников и друзей. Вот кто-то инфу и слил.

– Это точно наши, – Кайса вскочила с кровати и стала ходить из стороны в сторону по комнате. – Кто может за деньги растрепать все, что там было? Да еще и выставить нас в таком неприглядном свете? «Пустышки»? Если это Марк, то я ему…

– С чего ты взяла, что это наши? И при чем здесь деньги? Любой мог рассказать: и маги, и немаги. Я ничего крамольного в статье не нашла. – Кайса фыркнула в ответ на мои слова. – У людей многие обозреватели, в смысле журналисты, пишут так, как им начальство скажет. Нужно ведь привлекать аудиторию, и чем необычней будет информация, тем лучше.

– Тебе легко говорить. Вы, полукровки, теперь герои, а уж ты так тем более.

Теперь пришла моя очередь фыркать, но бабушкино воспитание давало о себе знать. Сдержалась. Вместо этого я посмотрела на подругу с сомнением.

– Воспроизводим? – Кайса активировала магический браслет, и миниатюрная сфера начала вещание новостного канала.

Как оказалось, в мире магических новостей, а точнее, в ее европейской части ничего более примечательного, чем наши почти каникулы, не было. Потому новость о происшествии на острове пользовалась небывалым спросом. Закон экономики един что для мира людей, что для магов. Потому обозреватели готовы были носом землю копать и прыгать в жерло вулкана в надежде достать крупицу эксклюзивной информации об участниках событий на острове.

Конкретики в репортаже не было. Кроме общеизвестных фактов о составе группы на практику и магистров было сообщение о результатах прохождения заданий и наших успехах.

– Вот ты это послушай, – Кайса настроила миниатюрную сферу. Сначала появилось изображение миловидной обозревательницы, а потом и фотографии полукровок нашего курса.

– Кто же эти студенты, спасшие своих товарищей? Кто не растерялся и поспешил на помощь в минуты грозящей опасности? – вещала молодая женщина.

Кайса посмотрела с вызовом:

– Как поэтично. То ли еще будет?

– Валентина Брошкина – староста курса, полукровка, лидер. Она всегда готова придти на помощь товарищам, не смотря на уровень силы и финансового благополучия.

– И кто только им тексты пишет? – подруга забралась на кровать с ногами. – Я лучше могу придумать. – Кайса нажала на боковую поверхность сферы и промотала репортаж. – Там про всех полукровок говорится. Вот послушай.

– Самое интересное мы приберегли напоследок… – Тут обозревательница сделала многозначительную паузу. – Кто бы мог подумать, что среди студентов-полукровок скрывается такой талант. – Сфера отобразила Рид на одном из торжественных мероприятиях школы. – Риджина Рогова, одна из наследниц семейства Роговых. На острове девушка показала всю мощь своего магического потенциала и спасла однокурсников.

Кайса щелкнула, и сфера отключилась.

– Ну и что ты теперь скажешь?

– Фотографии неплохие, – пожала я плечами. Ссориться с подругой не хотелось, поэтому было необходимо избегать острых углов в разговоре.

– Теперь получается, что вы, полукровки, всех спасли, а мы без вас ни на что не годные.

Я облегченно выдохнула. Когда Кайса затронула разговор про обозревателей и события на острове, то первым делом подумала, что она завидует лично мне. И это стало бы проблемой. Зависть такое чувство, что методично и почти незаметно уничтожает все самое лучшее, что есть в маге или человеке изнутри, незаметно делая завистника злобным и агрессивным.

Сейчас же стало понятно, что причина недовольства подруги – магическая иерархия, а точнее, извечное противостояние чистокровок и полукровок.

«Ну, с этим я могу справиться».

– А есть разница, кто спас, если все остались живы? Тем более что мы работали командой и никакого разделения на чистокровок и полукровок не было.

Возразить или согласиться подруга не успела. В дверь нашей комнаты постучали. На пороге стоял Свен Олбу. Парень оглядывался по сторонам, будто его разыскивали безопасники. Младший брат Кайсы был, как всегда, одет в деловой костюм. Хорошо, что хоть без галстука.

«Четырнадцать лет – и уже изображает зануду? Хотя это же Олбу. Чего с них взять?»

– Привет, – улыбнулась я Свену, – ты к сестре?

– Вот еще, – фыркнул юноша, – к вам обеим.

Я с интересом глянула на подругу, та только пожала плечами.

– Заходи, раз пришел. Ты даже пироженки мои любимые принес, какое воспитание, – съязвила Кайса и протянула руки к коробке с вкусняшками. – Родители будут в восторге.

Как только дверь в нашу комнату закрылась, Свен открыл коробку из-под кондитерских изделий и достал семь миниатюрных магических сфер размером с грецкий орех каждая.

– Это от Луки. Отчеты о его почти каникулах.

– Ух ты, – изумленно выдохнули мы с Кайсой одновременно.

– А почему тебе? – нахмурилась старшая Олбу.

– Так ты же на острове прохлаждалась с Рид, – Свен всеми силами старался выглядеть невозмутимым и серьезным.

– Проверь дверь еще раз, – шепнула подруга брату, сама же принялась рассматривать сферы. – С какой бы начать? Они все серые, круглые и вообще одинаковые.

– Вот с этой, – указала я на правую мини-сферу.

– Почему? Может, лучше вот эта?

– Можно и с шестой, но, по-моему, лучше начинать сначала, – улыбнулась я.

– Так ты что, номера видишь? – хором спросили Олбу.

– Да. А вы разве нет?

– Нет, – Свен провел рукой по светлым волосам. – Тогда тебе и открывать их. Лука явно их на тебя настроил.

– Посредник дело говорит. Включай кино. – Активировав браслет, Кайса, не слезая с кровати, приглушила в комнате свет и зашторила окна.

Лишь только я взяла первую мини-сферу, как она засверкала и спроецировала изображение. Перед нами появился друг, весельчак и затейник Лука Лукиани.

– Привет, девчонки. Ну и ты тоже, Свен, – итальянец был, как всегда, весел и доволен. – Догадайтесь, что я взял с собой на практику? Правильно, набор для создания волшебных устройств. А что в наборе? Детали для мини-сфер и не только, – Лука взял сферу и обвел вокруг себя. – Изображение было темным и периодически подвисало.

– Где это он? – Кайса перебралась на мою кровать.

– Палатка.

– Чего?

– Такой переносной домик у людей. Используется в походах и коротких поездках на природу для отдыха, – пояснила я. – Он такой маленький, что вмещает в себя несколько спальников и небольшое помещение для вещей. – По лицам брата и сестры Олбу стало понятно, что они не знают ни что такое спальник, ни что такое походы. – Вы что, в поход ни разу не ходили?

– Нет, – хором ответили ребята.

– Кайса, это Свену простительно не знать, но у нас на курсе был предмет о мире людей. Ты даже положительную оценку на экзамене получила.

– Ты же меня знаешь, – отмахнулась она, – для экзамена я все выучила, а потом за ненадобностью забыла. Забывание – полезная штука. Не надо забивать голову информацией, которая не пригодится.

Мне оставалось только хлопнуть рукой по лбу или пожать плечами, я выбрала второе. Спорить с логикой Кайсы не собиралась. Послания от Луки были интереснее.

– Так что там со спальниками? – поинтересовался Свен.

– Это такое одеяло и матрас, сшитые по краям вместе. В нем спят на земле.

– Зачем? – приятель растерял всю свою напускную невозмутимость.

– Чтобы не было холодно. И кровать не надо брать.

– Как хорошо, что мы попали на остров, а не за полярный круг. Включай дальше, – потребовала подруга.

– Скажу сразу, здесь холодно. Везде снег и темно. Магистр Зануда выдал нам теплую одежду и… – Лука сделал многозначительную паузу, – нижнее белье с начесом.

Мы все дружно засмеялись. В этом весь Лука. Даже в такой ситуации он может найти позитив.

– Сферы маленькие. Много на них не запишу, но самое интересное расскажу.

После такого многообещающего начала мы, конечно, посмотрели все послания, что прислал Лука. Увидели лагерь, состоящий из двенадцати палаток: одной большой, стоящей в центре, и одиннадцати небольших, расположенных полукругом. В центральной палатке располагались столовая, склад и лекторий.

– Магистр Зануда оправдывает свое прозвище, – хмыкнула Кайса. – Как бы тебе ни нравилась история, Рид, но ты должна признать, что магистр не самый веселый маг школы.

– Зато он не насылает стимфалийских птиц, – парировала я.

– Это да.

– На севере они не водятся, – вставил веское слово Свен. – Там белые медведи, ледяные истуканы и другая снежная живность.

– Твоя фамилия, случайно, не Тишо? – усмехнулась Кайса, глядя на брата. – Тоня у нас знатная «заучка». Она, наверное, в восторге от лектория.

Белых медведей или еще каких-нибудь животных или магических существ Лука не обнаружил, о чем нам и сообщил.

– Здесь даже пингвинов нет, – пожаловался он в послании. – Хотя, по заверению Тони, они живут на Южном полюсе. Так что и тут облом.

– У них все по-другому, – констатировала Кайса. – Даже не знаю, что лучше: теоретические занятия с магистром Знудкиным по выживанию в суровых арктических условиях, а потом отработка знаний на практике или как было у нас? Выкинули нас на остров – и давайте сами работайте и выживайте.

– Ну, – начал было Свен, но сестра его перебила.

– Это был риторический вопрос, вообще-то.

Новая сфера показала Луку, одетого в теплую куртку, перчатки и шапку. Друг явно куда-то собирался.

– Девчонки, привет, – он махнул рукой. – Времени немного. Теория закончилась, так что нас ждут приключения. Потом все расскажу. – Глаза Луки горели в предвкушении неизведанного. Мне этот взгляд был хорошо знаком. Ведь дружили мы с Лукой с самого детства и во многих переделках побывали. Сфера погасла.

– Скучаешь? – своим вопросом подруга не дала мне «нырнуть» в прошлое.

– В смысле?

– Ну, по Луке скучаешь? – Кайса осторожно повторила вопрос.

– А должна? – мне совсем не нравилось направление ее мыслей. Свои личные переживания с ней я, быть может, и обсудила бы, но не в присутствии Свена.

– Вы же, как бы это… были вместе… – Не каждый день можно было увидеть замешательство на лице Кайсы. – Столько времени дружили. А потом… расстались. И кто знает, с кем он там будет дружить, – она выделила последнее слово.

– Ты правильно сказала – «дружите», а потому между нами дружба и ничего более. – «Сейчас это уже точно только так», – мысленно добавила я. Никакой горечи или разочарования от того, что с Лукой у нас не сложились романтические отношения, я не испытывала. Было какое-то чувство, но я еще не поняла, какое именно. Сначала на острове было много дел: задание, птицы и прочее. Сил на анализ эмоций не было. Сейчас? Можно со всем этим разобраться и сейчас. Но, может, лучше вместо этого просто досмотреть послание?

– Вы про сферы не забыли? – напомнила я друзьям и включила продолжение.

Первое практическое занятие у Луки ознаменовалось огромным количеством снега, белым медведем и сломанной ногой магистра Знудкина. В результате чего вся группа была вынуждена вернуться в лагерь. Пока они дошли, пока магистр себя вылечил, уж не знаю, почему он не мог это сделать с самого начала, в общем, погода испортилась и никто никуда больше не пошел.

– Рид, представляешь, лагерь сворачивается. – Лука озирался по сторонам, чтобы никто не заметил самодельную сферу. – Нас разделили на команды, и теперь мы должны дойти до места сбора. Круто. Представляешь, это самое настоящее приключение. Ни магистров, ни взрослых, только мы и Северный полюс. – Лука почти светился от предстоящего задания. Он был похож на ребенка, заглянувшего в магазин игрушек именно в тот момент, когда взрослые разошлись по своим делам. Можно было трогать, играть и делать что хочешь, и никто слова против не скажет.

– У нас тоже такое детское выражение лиц было? Нет, Риджина, даже не отвечай, даже не думай над этим, – Кайса замахала руками, прогоняя непрошеные мысли.

– Не знаю, когда смогу отправить следующее сообщение. Не хочу, чтобы остальные были в курсе этого, – Лука указал на маленькую магическую сферу. – Надо глянуть, с кем я еще в команду попал. Хорошо, если не с подружками Терезы. Они же весь мозг выклюют и Кайсе ничего не оставят, – озорно произнес друг, после чего запись на сфере закончилась.

– Что? – изумленно спросила Кайса.

– Хоть кто-то осмелился сказать правду, – хихикнул Свен и вовремя спрятался за кровать сестры, так как та запустила в брата одной из моих книг.

– Кайса, прекрати! – закричала я.

– Попадись мне, мелкий паршивец. Я тебе такую правду о тебе расскажу, что до конца школы под впечатлением ходить будешь.

– Все, все. Ребята, успокойтесь. Вы же хотите посмотреть продолжение? – моя попытка переключить внимание Олбу возымела свое действие.

Следующая сфера началась с потока ругательств на итальянском языке. Так как мама работала с отцом Луки уже много лет и мы дружили семьями, то итальянский язык я знаю хорошо. В том числе и нецензурную лексику. Ругался друг красиво и эмоционально, но тихо. Наверное, не хотел, чтобы слышали товарищи по команде.

– Мы заблудились, – сквозь какие-то завывания послышался голос друга. – Заблудились в этом забытом месте. И теперь уже точно не успеем первыми прийти к магистру Зануде. А я так рассчитывал. И это все из-за немагов. Они ни магией не владеют, ни идти толком не могут.

Изображение дернулось, будто Лука положил сферу на ладонь.

– Ориентиров нет. Карту и компас профукали, когда с ледяной горы спускались. – Лука замолчал, а потом посмотрел виновато прямо в магическую сферу. – Рид, там гора была метров тридцать высоты. Мы наколдовали санки и ледянки, ну и немного покатались. Полдня. Ну а что такого? Кто и когда нам еще даст так поразвлечься? Правильно, никто. – Изображение потухло. Магическая сфера закончила свое вещание.

– Они без компаса, карты и магистра потерялись где-то за полярным кругом? – уточнил Свен.

– Полагаю, что да, – тихо добавила Кайса.

– Самое время посмотреть продолжение, – Свен протянул следующую магическую мини-сферу.

Уговаривать Риджину смотреть следующее послание не пришлось. Она взяла у блондина сферу. Изображения сначала никакого не было, но потом появился Лука. Молодой маг сидел в палатке и что-то разглядывал в руках. Одет он был, как в прошлый раз.

– Эй, Лукиани. – Проем палатки Луки распахнулся, и к нему ввалился один из однокурсников. – Ты с кем это там разговариваешь?

– Сам с собой. И какого ты… Стефано, тут забыл?

– Да так.

– То есть шел мимо и решил: дай зайду в гости, – съязвил Лука, бросая украдкой взгляд на сферу.

– Ну да. Все так и было, – промямлил чистокровка.

– Хорошо, почти поверил. Давай колись. Чего хотел?

– Я думал, что ты тут… – Стефано немного замялся и пригладил темные волосы, – с Тоней уединился.

– Чего? – Лука аж подскочил, сфера упала из его ладони.

– А что? Она умная и много чего знает.

– Наверное. Но мне, знаешь ли, в девушках интересует несколько другое.

– Это да, – молодой маг улыбнулся, – тебе подфартило: и Рогова, и Олбу с тобой близки. Сразу две и красивые, и умные, и богатые. Выбирай какую хочешь.

– Ты за этим пришел? – голос Луки стал жестким. – Чтобы обсуждать моих друзей? Тони Тише здесь нет, так что вали.

– Да тихо, тихо, – Стефано поднял руки в примирительном жесте. – Вот ведь устроил шум. И из-за кого? Из-за двух девчонок.

– Вали, я сказал, – Лука угрожающе надвинулся на однокурсника.

Стефано повздыхал немного, но ретировался. Запись закончилась.

– Ничего себе. Почти каникулы, – присвистнул Свен.

Не дожидаясь напоминания, Рид активировала следующую сферу.

На изображении со сферы было темно и слышались завывания ветра. Лука стоял одетый в теплую одежду у палатки. Юноша периодически оглядывался по сторонам.

– Девчонки, здесь происходит какая-то фигня. – Риджина и Кайса переглянулись. – Пару дней назад Стефано Маньчини вместе со своими вещами куда-то подевался. Не знаю куда. Просто разошлись по палаткам ночью, а утром ни его, ни его палатки. И как раз после того, как он ко мне в палатку залез. Смекаете? – Лука взъерошил волосы. – Кое-кто решил, что это я его отправил в путешествие. Все вокруг осмотрели, но никаких следов не нашли. Ни обычных, ни магических. Кайса, опережая твой вопрос, скажу, он не умеет создавать порталы.

Девушки переглянулись. Картинка, транслируемая сферой, немного померкла, но потом появилась вновь.

– Нам ничего не оставалось, как спешно добираться до точки сбора. Это отдельная история. Дело в другом. На базе, которую мы все же обнаружили по какой-то счастливой случайности, выяснилось, что нечто подобное произошло в каждой команде: чистокровок с нами нет. И… – Тут Лукиани сделал паузу, вздохнул, а потом продолжил: – Магистра Знудкина тоже никто давно не видел. Тоня предположила, что это часть нашего задания. Представляете, мы должны найти этих чистокровок. Олбу, без обид, – подмигнул сфере Лука. – В лагере остались только полукровки и немаги.

На этом запись на мини-сфере закончилась и в комнате воцарилась тишина.

– Ты думаешь о том же, о чем и я? – Рид посмотрела на подругу.

– Возможно. Но если это только всего лишь условия задания.

– А если нет? Если кто-то немного изменил условия? Как это было у нас.

– Не факт. Доказательств нет, – блондинка извиняюще посмотрела на Риджину.

– Эй, вы о чем? – Свен непонимающе смотрел то на одну, то на другую девушку. – Может, поясните?

– Без конкретики. Безопасники запретили, – Кайса нахмурилась и стала похожа на взъерошенную и свирепую кошку: глаза сверкают, волосы топорщатся, только намек на элегантность присутствует. – На острове у нас были задания, которые магистр Виторио-Айгуш нам не задавал.

– Это как?

– Вот так, – старшая Олбу развела руки в стороны. – Мы тоже сначала подумали, что это часть практики. Но только потом узнали, что – нет.

– Получается… – задумчиво произнес Свен.

– Много чего получается, – перебила его сестра.

– Похоже, нечто подобное у Луки, – Риджина напряженно уставилась в окно. – Как часто приходили сферы?

– Никакой системы. Если ты об этом, – Свен почесал затылок.

– Может, узнать что-то у директора? – предложила Кайса. – Он, наверное, ничего не скажет, хотя, – в глазах девушки зажегся озорной огонек, – если это будешь ты, Риджина, то, может, что и получится.

Девушка поправила выбивающиеся пряди длинных темных волос и кивнула.

– У вас такие близкие отношения с Николаем Константиновичем? – Свен был изумлен, как никогда.

– Это все ее харизма, – Кайса приобняла подругу за плечи.

– Чем ты займешься, пока я буду общаться с директором?

– Не ты, а мы. Да, Свен, тебе пора внести свою лепту, раз ты с нами связался. Узнай что-нибудь про все это. Ну, не знаю… – Кайса на мгновение задумалась. – Слухов в школе много, вот и послушай. В столовой всегда кто-то про кого-то говорит. Пообщайся с ребятами, собери информацию. А я пока пообщаюсь с родителями. Вечером встретимся здесь же и все обсудим.

– Постарайся получить пропуск на выход из школы, – напутствовала старшая Олбу подругу. – Иногда, чтобы приблизиться к разгадке, нужно идти не к ней, а от нее.

Попасть сразу в кабинет директора Риджине не удалось. Некоторые студенты, в основном с младших курсов, останавливали ее, расспрашивая о практике. Отказы они не принимали всерьез. Были и такие молодые маги, которые считали, что Рид просто «набивает» себе цену.

– Расскажи, как все было.

– Это правда, что говорят обозреватели?

Девушка старалась вежливо и учтиво уклоняться от разговоров или хотя бы их заканчивать. На все это требовалось время. К кабинету Николая Константиновича она добралась только через час. Директор был у себя, но никого не принимал, наложив заклинание отвода посетителей. Риджине ничего не оставалось, как ждать. Она была почти уверена, что с группой Луки что-то приключилось. И это что-то связано с их гусеницей-переростком.

Переживая за друга детства, студентка настолько отвлеклась от происходящего, что не заметила, как у кабинета директора появился еще один посетитель. Студент со старшего курса. Его лицо показалось девушке смутно знакомым. Высокий симпатичный брюнет с добрыми глазами. Рид даже захотелось ему улыбнуться, а может, и поговорить, как вдруг открылась дверь кабинета и на пороге появился Николай Константинович.

– Рогова, а вы что тут делаете? – удивился маг. – Мы же обо всем с вами уже поговорили.

– Не совсем, – девушка покосилась на студента. – Появились новые данные. Думается, вы захотите быть в курсе дел. – С чего она решила соврать, Риджина так и не поняла, про сферы от Луки они с Олбу решили молчать.

– Даже так? – на мгновение лицо директора стало задумчивым. – Проходите. Березкин, пождите, я вас сильно не задержу, – обратился маг к студенту.

«Точно. Березкин. Он еще сопровождал магистра Виторио-Айгуша на остров», – Риджина бросила заинтересованный взгляд на юношу и поспешила в кабинет, пока директор не передумал.

– Итак, что вы хотели мне сообщить? – поинтересовался хозяин кабинета, лишь только уселся в любимое кресло за рабочим столом.

– Думаю, вы больше моего знаете, а потому это я вас слушаю, – девушка внутренне сжалась от собственной наглости, но, вспомнив занятия с бабушкой Агатой, расправила плечи и села на стул напротив Николая Константиновича. – Вторая группа. Там же что-то случилось. Я хочу знать, что именно.

– Что за поведение, Риджина? Вы понимаете, где вы находитесь?

– Да, – голос девушки был тихим, но не дрожал. – В кабинете одного из сильнейших магов Европы, который является директором магической школы. Школы, где одна группа студентов на практике столкнулась с тем, чего не должно было быть, и выжила. И где со второй группой происходит нечто похожее.

Николай Константинович внимательно посмотрел на студентку. Решительный взгляд карих глаз выдавал ее серьезный настрой. А информация, которой она владела, лишний раз подтверждала, что Роговы хорошо тренируют отпрысков. Магу стало интересно, к каким выводам пришла собеседница, он решил ее послушать.

– Мне надо знать, что происходит со второй группой студентов. Возможно, там тоже хотят подставить полукровок, показав их несостоятельность, сорвать практику. – Риджина смотрела на мага с надеждой. – Мой лучший друг там.

– Да, Лукиани, – мужчина потер переносицу. – Это все строго между нами. Никто не должен знать, даже родственники. – Дождавшись кивка от собеседницы, Николай Константинович продолжил: – На практике магистра Знудкина действительно кое-что произошло. Ничего серьезного, магистры школы все контролируют.

– И все же?

– Практика обычно проходит у полярного круга. Не так далеко, но достаточно, чтобы создать условия, приближенные к экстремальным.

– Обычно?

– Да. В этот раз группа студентов оказалась немного не там, где планировалось. Не там, где магистр и ваш друг.

– А где? – Риджина крепко сжала кулаки.

– На Северном полюсе.

В комнате воцарилась тишина.

– Мне нужен пропуск в Зал для телепортации. Два пропуска.

Быстрым шагом я направлялась к общежитию, чтобы встретиться с Кайсой, не обращая внимания на студентов, желающих со мной поговорить. Информация, полученная от директора, оказалась полезной. Полукровки группы магистра Знудкина тоже попали в переплет: практика их проходила в более суровых условиях, чем это предполагалось изначально.

«Хорошо, что безопасники не взяли это под контроль. Для Николая Константиновича – это так. Он никому не позволит вмешиваться в дела школы. Но чем для Луки и остальных может обернуться такое решение директора?»

Беспокойство за друга и остальных однокурсников немного уменьшилось, так как директор и магистры в курсе происходящего. Но вопрос о том, кто стоит за попытками срыва практики, оставался актуальным.

Я так увлеклась поисками ответов, что чуть не натолкнулась на Кайсу, ожидающую меня у входа.

– Ничего себе, ты уже меня не замечаешь, – усмехнулась она и отмахнулась, услышав извинения. – Ты лучше скажи, тебе удалось достать пропуски на выход? Это важно.

– Да. И как-то подозрительно легко это получилось.

– Хм… Ладно, пошли. Нечего лишний раз привлекать внимание. Кстати, сейчас самое время обеда. – Кайса схватила меня за руку и потащила в столовую.

Мы влились в поток голодных студентов, встали в очередь за обедом. Кайса подозрительно озиралась по сторонам.

– Ты чего? – не удержалась я.

– Ищу Свена. Он должен был занять удобный столик. Но его почему-то нет.

– Ну, мало ли, какие у него дела, – попыталась я оправдать младшего Олбу.

– Какие дела у этого мелкого? Он только и может, что пакостничать да уроки зубрить. Сказала же ему, что это важно и чтобы не опаздывал.

Забрав подносы, мы отправились за столик, расположенный в дальнем углу столовой. Идти до него нужно было через весь зал. Это вызывало ряд неудобств: на нас все глазели, наверное, хотели поговорить. Ко всему прочему, рядом располагался стол магистров. Хоть это делало нашу компанию менее привлекательной для всех студентов. Желающих расположиться рядом не было.

– Получается, магистры в курсе, что часть студентов за полярным кругом, но они думают, что такое перемещение было запланировано? – спросила Кайса после того, как я изложила полученную информацию. – А что насчет заговора против полукровок?

– Они, со слов директора, не только за полярным кругом, а на Северном полюсе, в более экстремальных условиях, чем было запланировано. Про заговор ничего, – таким же шепотом ответила я, магистров рядом не было, но осторожность не помешает. – Официально ничего. Все это только мои досужие домыслы, – фыркнула я.

– Ты же не думала, что он все тебе напрямик скажет. Но и отрицать он не стал. – Кайса намотала белоснежный локон на палец. – Тогда получается, что кто-то все же воду мутит. – Подруга сузила глаза и внимательно осмотрела столовую, выискивая брата.

– Получается, что так.

Некоторое время мы сидели в тишине, поглощая обед, вкус которого я так и не поняла до конца. Вдруг Кайса принялась рьяно размахивать руками, привлекая чье-то внимание. Посмотрев в сторону, куда она сигнализировала, обнаружила, что младший Олбу стоит в очереди на раздаче. В конце концов он нас заметил.

А вот это уже интересно, – протянула Кайса. – Риджина, за нами наблюдают. Второй столик справа у окна.

Я резко повернула голову и встретилась с взглядом карих глаз Березкина. Он сидел в компании приятелей-старшекурсников, но вместо того, чтобы обедать, смотрел на меня.

– Знакомое лицо.

– Ага.

– Ты его знаешь?

– Березкин. Он вместе с магистром Виторио-Айгушем смотрел за нами на острове.

– Даже так, – присвистнула Кайса. – Или ты ему понравилась, или он связан со всей этой историей. А может, и то и другое.

Свен подошел к нам как раз вовремя, чтобы можно было сменить тему разговора. Почему-то говорить о Березкине не хотелось. Вернее, хотелось, но несколько в другом контексте. Бросив на него взгляд украдкой, я сосредоточилась на новостях от младшего Олбу.

Слухи, слухи – и никакой точной информации. Свен сообщил, что, по слухам, на студентов из второй группы напал снежный монстр. А может, и стая белых медведей. Ну, на худой конец, армия ледяных зомби. Фантазия у магов была поразительная, но не всегда оригинальная и достоверная. Источники информации были разные, а потому и версий было множество. Но все они сходились в том, что наша группа еще легко отделалась во время практики.

Кайса заговорщицки улыбнулась и с довольным видом сообщила про наши пропуски на выход из школы.

– Так это у всех, – хмыкнул ее младший брат, ни капли не удивившись.

– В смысле?

– Директор дал разрешение на один выход в течение этой недели для каждого студента. – Заметив наши недовольные лица, Свен только улыбнулся. – Вы что думали, что такие особенные? Вижу по лицам, что так и думали.

– Хорошо, – тряхнула я волосами. Информация не была приятной, но необходимой. – Кайса, ты чем обнадежишь?

– Мы не пойдем на прогулку, а поедем и навестим твою прабабушку. Ты же говорила, что она давно звала нас в гости. К тому же старушку надо успокоить и рассказать про практику из первых рук.

– Уверена? – Я к прабабушке Зое хорошо отношусь и в гости приезжаю при первой же возможности, ведь она в поместье Роговых почти не появляется. Но использовать единственную возможность на выход с территории школы на поездку в Париж кажется несколько странным.

– Да.

– А я? – встрепенулся Свен.

– А ты? Ты будешь собирать информацию и ждать следующие сферы.

Так как у нашего курса официально еще продолжалась практика, то на занятия мы не ходили. Потому могли устроить себе выходной в любой будний день, чем мы с Кайсой и решили воспользоваться. Пока подруга готовилась к поездке и выбирала наряды, я отправилась в библиотеку. Нужно было уточнить сведения о создании магического портала. Поездка к родственнице была своего рода прикрытием. Мы действительно собирались навестить прабабушку Зою. Вот только не собирались весь день проводить в старинном особняке родственницы. Нужно было приобрести необходимые ингредиенты и создать специальное зелье, которое позволило бы проходить сквозь стены. Кайса предложила выяснить, кто из организаторов практики работал с каждой группой.

Работники Коллегии Девяти магов Европы находились все еще в школе до окончания расследования и возвращения наших товарищей. Созданием магического портала мы интересовались для отвода глаз. Потому я и направилась в библиотеку создавать видимость деятельности в заданном направлении. К тому же необходимо было подумать о молодом маге, чьи глаза мне снились всю прошлую ночь. Признаться в этом подруге я не могла. Засмеет. А если не поднимет на смех, то точно пристанет как банный лист и замучает своими расспросами о Березкине.

– Риджина, – услышала я за спиной голос того, о ком только что думала, и чуть было не подпрыгнула от неожиданности, увидев перед собой студента, о котором думала.

– Мы знакомы? – Мне стоило большого труда сохранить невозмутимость на лице.

– Прости, – Березкин, а это был именно он, немного смутился. – Егор Березкин. Я учусь на два курса старше тебя.

– Тебе восемнадцать и ты был с магистром? Там, на острове? – Новоявленный знакомый только кивал в ответ на вопросы. – Спасибо за помощь тогда.

– Не за что. Серьезно… – Видимо, Егор увидел сомнение на моем лице. – Вы почти все сделали сами. Даже тот сгусток магии.

– Гусеница-переросток. Мы его так назвали, – теперь пришел мой черед смущаться.

– Прикольно назвали, – Егор улыбнулся, и его лицо преобразилось, став не просто симпатичным, а очень симпатичным. Высокие скулы, волевой подбородок, карие глаза и темные волосы – что-то было в его образе притягательное. – Вы справились со сферой. И эти твои идеи с оболочкой и магическим якорем отработали полностью.

– Спасибо. – Не знала, что могу так смущаться. Такая реакция на общение с парнем напрягала, заставляя чувствовать себя неувереннее. Ладони отчего-то вспотели.

– Не думал, что ты так быстро засядешь за книги.

– Да. Зачем упускать возможность? Экзамены, знаешь ли… – Мысленно вспомнив, что стоящий передо мной студент может быть связан с проблемами на острове, смущение мне удалось побороть. – Ты здесь за тем же?

– Да. Магистр Виторио-Айгуш задал написать отчет, да и к самому важному экзамену надо готовиться, – согласился Егор.

– Точно. Вы же получаете личные браслеты в этом году.

– Вы? – в карих глазах заплясали веселые искорки.

– Студенты вашего курса, – выкрутилась я.

«О чем еще разговаривать с ним? Напрямую же не спросишь, кто стоит за гусеницей-переростком и гарпиями. Даже если спросить, то может и соврать. А может, и сам не знает? Может. С другой стороны, разговорить его надо. Отказываться от источника информации неправильно. Бабушка Агата не тому учила нас с Григорием. Но о чем с ним говорить? Что спросить?»

Разговаривая, мы подошли к библиотеке и остановились у каталога, не решаясь разойтись.

– Вы книги брать будете? – спросила старенькая женщина-маг, которая всем здесь заведовала.

«Книги? А, точно. Книги».

– Пока. Хорошо позаниматься, – Егор улыбнулся, помахал на прощание рукой и направился в читальный зал.

– И тебе того же, – буркнула я и отправилась в секцию высшей технологической магии, где должна была найти информацию о создании магических порталов.

– Ты уверена, что прабабушка Зоя даст нам указанные ингредиенты? – в который раз спросила Кайса.

– Да. – Иногда подруга своим недоверием сильно злила.

Мы сидели в моей комнате в парижском особняке и обсуждали план дальнейших мероприятий. Если кому из родственников можно доверять, так это маме и прабабушке Зое. Она разрешила после обеда нам зайти в магическую кладовую и посмотреть недостающие ингредиенты.

– Это хорошо, – Кайса выглянула в окно.

Набережная Сены и старинные дома вокруг завораживали. Романтикой живет этот город, весельем и оптимизмом. Не скажу, что Париж – мой город, но мне нравится здесь бывать. Старинные улочки французской столицы, уличные кафе с запахом свежей выпечки всегда поднимали настроение. В городе можно отдохнуть, отвлечься от проблем и притвориться даже кем-то другим.

– Никогда не была в Париже. Покажешь город? – в голосе подруги послышались просящие нотки. Кайса редко кого-нибудь о чем-нибудь просит, а тут такое стремление.

– Девочки, вы уверены, что ничего серьезного не затеваете? – с подозрением спросила прабабушка Зоя, лишь только мы сели за обеденный стол.

– Да, – хором ответили мы и рассмеялись.

– Мы волнуемся за Луку. Он давно не передавал мини-сфер, – пояснила я. – Ты же знаешь, что мы друзья и все такое.

– Уж это мне известно, – прабабушка улыбнулась и попробовала луковый суп. – Также я знаю, что вы можете сунуть свои носы туда, куда не надо. – Наши переглядывания между собой не укрылись от хозяйки особняка. – Вам же не рекомендовано колдовать. Как вы будете выкручиваться, если попадете в переплет?

– Вот именно – если… – Я подошла к прабабушке и обняла ее. – Не волнуйся слишком сильно. Мы не собираемся ни за полярный круг, ни на Северный полюс, ни туда, где нужно будет пользоваться магией.

– Успокоили, – проворчала она. – Вы лучше по городу погуляйте. Кайса, ты бывала в Париже?

– Нет. Риджина обещала вечером устроить мне экскурсию.

– О, вечерний Париж хранит очарование старого города. Уверена, – прабабушка мечтательно улыбнулась, будто вспомнила что-то приятное, – правнучка сумеет показать тебе город во всей красе. Как у вас с магией? Лекари разрешили колдовать?

– Да. – Я понимаю беспокойство прабабушки, а потому не обижаюсь на постоянные вопросы относительно магии, событий на острове. – Николай Константинович лично присутствовал на зарядке браслетов. – Недоговаривать и не попадаться при этом нас с Григорием еще в детстве научила бабушка Агата.

– Все же не переусердствуйте. – Я мысленно облегченно вздохнула, кажется, мне поверили. – После таких магических перегрузок можно легко растерять всю магию. Даже с такими резервами, как у вас. Не завидую я вам теперь.

По синим глазам подруги было понятно, что она в корне не согласна с хозяйкой особняка. Кайсе нравилось быть в центре внимания.

– После того, что вы устроили, – продолжала прабабушка, – многим стал известен ваш магический потенциал. Особенно твой, Рид. Это привлечет внимание магов разных групп. И я говорю не только о сторонниках власти чистокровных магов или полукровок. В мире магии есть и другие силы. Все они ставят своей целью получить власть. Но каким путем и какой ценой? Вот главный вопрос.

– Но мы-то не рвемся к власти, – не удержалась я.

– Пока нет. Но кто знает, что будет в будущем. Когда вы окончите школу и получите собственные магические браслеты, позволяющие колдовать в полную силу, а не ограничиваться правилами учебного заведения, все может измениться. Более того, все мы меняемся со временем, в каждом из нас происходят перемены, проявляются желания, увлечения, которых раньше не было.

– Нет, – решительно тряхнула я головой. – Мне не хочется править магами и постоянно думать, кто передо мной: друг или враг. Это высосет все силы и создаст ненужные проблемы.

– Но, – начала было Кайса, – если подумать…

– От магии одни проблемы. – Хорошо, что прабабушка Зоя согласилась со мной. После чего она принялась перечислять достопримечательности Парижа, которые нам нужно было непременно посетить.

После обеда мы втроем отправились в лабораторию-склад. В небольшой комнате без окон на втором этаже среди баночек, скляночек, коробок хранились различные ингредиенты для зелий и прочего колдовства.

Для выбранных нами заклинаний требовались некоторые ингредиенты, которые нужно было искать на специальных магических рынках. Составить самим некоторые из них было просто невозможно.

Прабабушка Зоя магией практически не занималась, но лабораторию-склад содержала в образцовом порядке и чистоте. Все ингредиенты были подписаны и располагались на полках на своих местах. Среди металлических порошков нельзя было найти ничего органического, так же, как и среди органических порошков невозможно было обнаружить что-нибудь каменное или искусственное.

«Это не школьный склад, где все валялось где угодно, только не там, где должно быть. Так, сушеные полевые травы хранились не рядом с сушеными лесными травами или грибами, а между ракушками и перемолотой чешуей драконообразных. Части животных, птиц, рептилий могли находиться в опасной близости с магическими платами и сферическими субстанциями. Потому на учебных занятиях, где нужны были зелья, мы приходили заранее, чтобы найти нужные составляющие».

– Вот это порядок, – изумилась Кайса, я же молча улыбнулась. – Какое большое количество самых различных ингредиентов, вы ведь не занимаетесь магией. Зачем вы храните все это?

По лицу прабабушки Зои было заметно, что такая похвала ей приятна.

– Это осталось от покойного мужа, прадедушки Рид, он был великий маг и ученый, как-нибудь в другой раз, может, и расскажу про него, а сейчас за работу, не будем отвлекаться.

Мы достаточно быстро нашли почти все ингредиенты, кроме двух.

– Здесь нет ни прожаренной древнеегипетской пыли, ни можжевеловой настойки на лунной воде, – сделала вывод подруга, после того как мы обследовали всю лабораторию-склад по два раза. – Без этих двух ингредиентов никакое заклинание работать не будет, – сокрушалась Кайса.

– Вы идите погуляйте, а я подумаю, где можно достать необходимые, – напутствовала прабабушка Зоя, выпроваживая нас за дверь.

– Думаешь, у нее что-нибудь получится? – с надеждой в голосе спросила Кайса и сама же ответила, так как я только и могла, что пожать плечами. – Она же много кого знает в мире магии. Значит, может помочь. Вот только…

– Она не появляется в мире магии уже долгое время. Она считает, что от магии только вред. – В ответ подруга что-то буркнула. – Прабабушку не переубедить. Я вообще удивляюсь, зачем она нам помогает.

Кайса только улыбнулась.

– Ты правда не понимаешь? Иногда мне кажется, ты не из семьи Роговых, уж больно наивной бываешь. Не обижайся, Рид, но это так, – поспешила добавить Кайса. – Кто-то обещал показать мне Париж.

Спорить не хотелось. Настроение и так было не на высоте, поэтому мы направились в центр города. Но, не пройдя и пары кварталов, Кайса остановилась.

– Ну его, этот Париж. Потом посмотрю. Ты знаешь, где здесь телепортационный зал или что-то в этом духе?

– Допустим, а зачем? – Я засунула руки в карманы короткой куртки, которая была не только красивой, но и функциональной.

– Нам нужны ингредиенты, и мы купим их, а для этого нужны деньги.

Две девушки шли по улицам Парижа, попеременно оглядываясь по сторонам. Со стороны они, может, и могли показаться обычными подростками-туристами, но не в этот момент. Одна из них хорошо знала улочки города и могла бы сойти за местную жительницу. Она уверенно двигалась к цели прогулки, лавируя между пешеходами, срезая дорогу по маленьким переулкам. Другая же была скованна, она крепко держалась одной рукой за спутницу, а другую прижимала к боку.

– Ты не могла бы так открыто не прижимать конверт с деньгами? – шикнула Рид на подругу. – Ты хочешь проблем еще и с местной шпаной?

– Наоборот, я стараюсь защитить деньги. Но ты так тянешь, что конверт того и гляди вывалится из-под плаща.

– Нужно было прятать его лучше, – не унималась Риджина. Ей все казалось, что вот-вот появится прабабушка Зоя или директор и тогда о визите на рынок контрабандных магических товаров можно забыть.

– Куда? В бюстгальтер? – не выдержала Кайса и остановилась. – Думаешь, легко было снять такую сумму? Я еще никогда не держала столько денег в руках.

– Тише ты… – Риджина свернула в переулок подальше от туристических маршрутов и «щипачей». Не сказать, что их было много в Париже, но проверять их точное наличие никто не стремился. – Про бюст ты это хорошо придумала. Только вот зимой лазить туда проблемно. Пока достанешь, уже вспотеешь. – Кайса в ответ презрительно повела носом. – А деньги такие все мокрые и…

– Все, – девушка подняла руку, – не надо продолжать. Пожалуйста, Рид.

Дальнейший путь девушек до невзрачного домика, находящегося на набережной Сены, они продолжили молча.

– И почему такое всегда происходит в подобных местах? – Кайса нажала на старый дверной звонок и с содроганием подумала, что старым здесь может быть не только он.

– А ты что ждала, роскошный особняк и ковровую дорожку? – не удержалась Рогова. Дразнить Кайсу было приятно.

– Нет, но все же, – девушка со светлыми волосами крепче сжала заветный конверт с деньгами и посмотрела на подругу. – Риджина, я не сержусь на тебя лишь потому, что знаю, что ты переживаешь. Я и сама нервничаю. Но мы должны достать эти два ингредиента.

Раздался щелчок, и калитка открылась. Девушки, держась за руки, сделали шаг во двор. Придя сюда, они легко могут навлечь на себя неприятности. И если Николай Константинович будет ругать за то, что они пришли на рынок контрабандных товаров, то в семьях Роговых и Олбу будут недовольны тем, что их застукали за посещением такого места.

– Купить что нужно и не попасться. И все дела, – хмыкнула Кайса и расправила плечи.

Риджина, может, и думала, что это все показное, но вслух ничего не сказала. Она медленно и спокойно шла по гравию. Территория между калиткой и домом была небольшая, но ухоженная. Несколько высоких деревьев окружали старое здание, но не они были главным украшением участка. Клумбы с цветами в большом количестве располагались вдоль дорожки и забора. Желтые, розовые, синие, красные цветы были высажены чьей-то заботливой рукой.

Если бы подруги не знали про магов, то легко могли бы подумать о пожилой паре, живущей в этом небольшом особняке и ухаживающей за цветами.

Лишь только Кайса подошла к входной двери, как та открылась и на пороге возник немолодой высокий мужчина. Его высокомерное выражение лица и прямая осанка, а также черный костюм выдавали род занятий – дворецкий.

– Что изволите, мадмуазель? – по-французски поинтересовался мужчина.

– Риджина, – Кайса обернулась к подруге, – чего этому надо?

– То же самое. – Рид попыталась осмотреть коридор, но фигура дворецкого закрывала обзор. – В смысле он спрашивает: зачем мы пришли?

– А, так это, – Кайса нервно сглотнула непонятно откуда взявшийся ком в горле, который мешал говорить. – За покупками.

– Торговый центр дальше по улице, – презрительно по-английски сквозь зубы произнес дворецкий и уже собирался закрыть дверь, но Рид выставила ногу и придержала дверь.

– Роговым и Олбу нужны покупки иного рода, – быстро произнесла она. – Передайте это, пожалуйста.

Мужчина смерил взглядом девушек, подумал несколько секунд и кивнул. После чего закрыл дверь прямо перед носом юных посетительниц.

– Ничего себе. Это не сервис, это хамство, – присвистнула Кайса и со злости ударила дверь ногой. – Зря только в банк перемещались.

– Ездили.

– Чего?

– В мире людей не перемещаются, а ездят, летают, плавают или добираются, но никак не перемещаются, – спокойно произнесла Рид. Всего мгновение, но она это заметила, в глазах дворецкого сначала промелькнул интерес, а затем страх, когда были произнесены фамилии влиятельных магических семей. Несмотря на то, что мужчина быстро справился с собой, он все же показал свою слабость. В мире людей знали фамилии великих и знатных магов.

«Туда и надо давить».

Девушка собиралась на практике применить один из советов от бабушки Агаты. Дверь открылась, и на пороге стоял все тот же высокий мужчина. В руках он держал поднос, на котором находился телефон.

– Здравствуйте, – раздался голос из телефонной трубки с французским акцентом, – простите, мадмуазель, что не могу принять вас внутри этого скромного особняка. Ремонт еще не закончен.

Кайса и Рид переглянулись. В слова хозяина дома они не поверили. На ухоженной территории не было ни строительных материалов, ни цемента, ни шпаклевки и других строительных составляющих, без которых не мыслим ни один ремонт.

– И что же привело вас сюда? – после приветствия девушек поинтересовался голос из телефона.

– Нам нужно кое-что купить, – начала было Рид, но Кайса ее перебила.

– И это что-то не продается в торговом центре дальше по улице.

– Как интересно. И что же это? – голос из трубки звучал громко и без помех.

– Прожаренная древнеегипетская пыль и можжевеловая настойка на лунной воде, – со знанием дела ответила Риджина. – Вы можете это достать?

– Какие занимательные познания для столь юных особ, – дворецкий хмыкнул. – Позвольте узнать, откуда у вас этот адрес?

– Прабабушка Зоя нам его дала. В смысле Зоя Рогова, – быстро исправилась Рид.

– Даже так… – Показалось, что собеседник закончил разговор, так как наступила продолжительная пауза. – Мы можем достать нужные вам ингредиенты, но это будет стоить недешево. И вам придется подождать, выполнение такого заказа требует времени.

– Мы платим вдвое больше за срочность и забираем заказ сегодня, – тоном, не терпящим возражений, произнесла Кайса.

– О как. Ну что же, тогда вам нужно немного подождать.

– Хорошо, если немного.

Дворецкий снова закрыл дверь, девушки уселись прямо на ступеньках, ведущих в особняк. Солнце пряталось за горизонт. Его лучи уже не дарили тепло, но обещали надежду на новое начало следующего дня. Кайса периодически оглядывалась по сторонам и проверяла наличие денег под пальто.

– Не знала, что так ловко умеешь торговаться.

– Не знала, что Париж вечером такой и эта башня… – Кайса мотнула головой в сторону, – такая необычная.

– Эйфелева башня, – Рид закинула ногу на ногу. – Тебе надо чаще бывать в мире людей, подруга. Интересоваться их жизнью. Эта металлическая башня в центре города самая узнаваемая его архитектурная достопримечательность и названа в честь главного конструктора Гюстава Эйфеля; сам Эйфель называл ее просто «300-метровой башней» Она была построена людьми без применения магии.

– Зачем? – в глазах девушки читалось искреннее удивление. – Здесь нет ничего интересного. Даже эта железная башня. Что в ней такого примечательного?

– Для кого-то, может, и ничего, но это символ города, его красоты, новаторства и стремления к невозможному. В свое время люди думали, что нельзя построить нечто подобное. Башня была построена в 1889 году и задумывалась как временное сооружение. Но Эйфель доказал, что многие ошибаются. Можно сделать все, главное – работать для этого. Это было давно. – Риджина зажмурилась, когда солнечный луч попал ей на глаза. – Сейчас есть строения и выше, сложнее, чем башня, но долгое время именно Эйфелева башня считалась самой высокой постройкой.

– Да уж, – задумчиво протянула Кайса. – Риджина, как тебе удается столько всего помнить? Истории магов и людей, заклинания, правила и еще кучу всякой ненужной информации и ерунды, которой пичкают нас на занятиях. И ты все это помнишь.

– Интересно, – Рид немного смутилась. – История сама по себе занимательная наука. Потому и запоминается легко.

– История – это не наука. – Кайса скрестила руки на груди. – Ее переписывают все кому не лень. Уж ты должна лучше меня это знать. История – это собрание фактов. А факты интерпретируются правителями по своему усмотрению. Наука – это физика, химия, математика. Там есть точность, система, и они ни от кого не зависят.

– И боевая магия? – усмехнулась Рид.

– И боевая магия. А что? Там тоже есть правила и законы.

– В истории все это тоже есть, только несколько иное. Когда человек пишет воспоминания о своем времени, то он отражает свой субъективный взгляд, хоть и стремится к объективности. А про переписывание – ты права. Без этого некуда. История наполнена воспоминаниями людей и магов, а они меняются со временем. Поэтому история меняется вместе с ними.

Некоторое время девушки сидели в тишине, наслаждаясь атмосферой вечернего Парижа. Вскоре открылась дверь и появился дворецкий с неизменным презрительным выражением лица. В руках мужчина держал серебряный поднос, на котором находились два бумажных пакета и листок с цифрами за оказанные услуги.

– Деньги, – он протянул свободную руку. – Вы можете забрать заказ, – произнес дворецкий, как только Кайса положила пухлый конверт на поднос. – Мы старались для правнучки Зои Роговой, так ей и передайте.

– Вот это да, – Кайса улыбалась и вертела в руках старую монету. – Не могу поверить, что вот эта штуковина откроет нам путь на контрабандный рынок.

Мы все еще находились под впечатлением от подарка, полученного в Париже от хозяина старинного особняка. Две потертые монеты, ничем не примечательные. В умелых руках они открывают путь к рынку запрещенных товаров недалеко от школы. Дворецкий предупредил, что пользоваться ими часто нельзя. Мы, конечно, и сами догадались, что, чем чаще наведываться за запрещенными покупками, тем больше вероятность, что Николай Константинович обнаружит несанкционированные порталы.

Для студенток, не получивших еще собственные магические браслеты, это было королевским подарком. Кайса, когда поняла, что за монеты у нас в руках, прыгала и смеялась от счастья очень долго. Если бы ее брат видел все это нескончаемое веселье, то точно усомнился бы, что он младший в семье. Я ничем не отличалась от подруги, вместе мы радовались как дети.

– Риджина, ты была права – воздух Парижа кружит голову, – заявила Кайса, когда мы наконец-то вернулись в особняк Зои Роговой.

Возражать прабабушка не стала, видимо, не смогла подобрать слова, глядя на нас. К тому же мы так стремительно рванули на второй этаж, где располагались наши комнаты, что она ничего и не успела бы нам сказать.

В школу мы вернулись с готовым планом действий и всеми необходимыми ингредиентами. Теперь было необходимо создать зелья и пробраться в кабинет магистра Виторио-Айгуша. Так как именно там должна была храниться информация о практике – как нашей, так и группы Луки. Тот, кто мешал нам, знал все необходимое об обеих группах. И это должно было быть где-то записано.

– Есть идеи, где нам зелья готовить? – Кайса забралась с ногами на свою кровать, оставив монету в покое. – Сразу говорю, что ничего покупать не будем. Отец, как узнал о походе в банк, сразу перевел нас на режим жесткой экономии.

– И Свена?

– Ага, – в синих глазах подруги плескались злобные огоньки.

– И чего ты такая довольная?

– Так это же младший брат.

– Может, здесь? – предположила я. – Вот только…

– Что?

– Ничего, – попыталась отмахнуться, но от Кайсы так просто не отделаешься.

– Выкладывай.

– Такое чувство, что нам лучше не афишировать, чем мы собираемся заниматься.

– Нет. Мы с транспарантом пойдем по коридорам общежития, – недоумение так и сквозило во взгляде подруги.

В итоге мы все же решили отправиться в класс для занятий по приготовлению зелий.

– Только пойдем туда не ночью, а днем. Когда все на занятиях будут. Студентки ночью в учебном классе – это подозрительно, а вот днем…

– Идут на занятия, и мы вроде как при деле, – закончила мысль Кайса. – Надо только Свена поставить смотрящим, чтобы предупредил, если вдруг кто поблизости ходить будет.

– А он согласится? После экономии?

– А то! У меня же есть заначка, – усмехнулась Кайса.

Ночью спалось не очень. Снилась какая-то ерунда, и запомнить ничего не получилось. Ощущения нервозности и волнения не покидали. Не каждый день собираешься нарушать одно из основных правил школы: без магистра в класс не заходить. Все же это школа магии и всякое могло произойти, тем более при составлении зелий и заклинаний. Ничего серьезного еще не случалось по этим предметам, но ключевое слово «еще» как-то настораживало. Да и, по рассказам родственников, в мире магии возможно всякое.

К тому же я переживала за Луку. Его практика вот-вот должна была закончиться. И если кто-то хочет сорвать полукровкам испытание, то надо действовать сейчас. Лука с остальными ребятами нашего курса находились в опасности. И даже присутствие магистров за полярным кругом не успокаивало.

Заснуть удалось ближе к рассвету. Снова снились непонятные сны. А потому неудивительно, что мы с Кайсой проспали: я не выспалась, а она – просто любит поспать. Вот и теперь подруга бегала по комнате в коротеньком пеньюаре, не зная, что колдовать в первую очередь: одежду, обувь или макияж. В итоге она остановилась и наколдовала себе блузку бледно-розового цвета, черные брюки и туфли на невысоком каблуке.

– Макияж? – зевая, спросила я.

– Естественность уже не в моде? А ты чего не одеваешься?

Сидя в кровати, я обдумывала запасной план. Бабушка Агата частенько повторяет, что наличие запасного плана – это большой шаг к победе. А в нашей ситуации нечего разбрасываться вариантами, способствующими достижению целей.

– Если получится, то попаду в кабинет магистра и, может, удастся покопаться в ящиках его стола в поисках документов.

– То есть ты специально прогуливаешь завтрак? – После моего кивка Кайса умчалась в ванную комнату.

– Ну что, получилось? – поинтересовалась Кайса, когда мы встретились в столовой за обедом.

– Нет, – злобно пробурчала я.

– В кабинет не попала?

– Попасть-то попала, да покопаться в столе не дали.

– Магистр? – подруга похлопала по плечу.

– Нет. Вот этот, – мотнула я головой в сторону одного из угловых столов, где обычно собирались старшекурсники.

– Который?

– Догадайся.

– Березкин? – тихо пропела Кайса.

– Он самый. Он целый день крутится рядом, будто ему медом намазано.

Это выводило из себя. Березкин как ни в чем не бывало сидел за столом и о чем-то непринужденно беседовал с приятелем. Я тут сижу и злюсь от его «помощи» и вмешательства, а ему хоть бы что. Видимо, я смотрела слишком пристально, причина моего плохого настроения поднял голову и посмотрел в нашу сторону. Не знаю, что он пытался разглядеть, но смотрел не отвлекаясь. Затем его приятель обернулся.

– Кто это? – спросила Кайса, а я лишь пожала плечами. – Что за ребята? – подруга повторила вопрос сидящему рядом Пшику.

– Где? Что? А, эти, – Эд немного расслабился. – Береза и Нос со старших курсов. Ничего примечательного, полукровки. Без обид, Риджина, – быстро добавил сокурсник. – А зачем они тебе?

– Не мне. Рид.

– А, ну если так, то нормальные ребята. Звезд с неба не хватают, но в магии хорошо разбираются. Оно и понятно, будущие безопасники.

– В смысле? – удивилась я и, прервав зрительный контакт с Березкиным, посмотрела на Эда.

– Так Береза потомственный безопасник. Его отец один из известных магов в этой области.

Мы с Кайсой переглянулись.

– Это что же получается? – Кайса смешивала ингредиенты в комнате для занятий и рассуждала вслух. – Березкин шпионит за тобой, а его отец нам практику портит.

– Зачем так сразу? Может, и нет ничего.

– Риджина, подумай сама. Березкин-младший собирал информацию. Может, даже именно он вредил нам на острове. Он же там был. – После моего кивка подруга расправила плечи и принялась развивать свою теорию заговора. – Мог навредить? Мог. А потом все подчистил, когда стало понятно, что ничего не получилось. Или нет, отец Березкина уничтожил доказательства, пока младший вместе с магистром нам помогали. И никто ничего не понял. Только мы.

– Но зачем это ему? Он же сам полукровка.

– Вот это меня и смущает, – Кайса сделала смешную рожицу и заправила за ухо светлый локон.

– Тебя смутишь, – я подтолкнула чашку с измельченной прожженной древнеегипетской пылью к Кайсе. – Не отвлекайся, работы много.

– Слушай, может, ты ему просто нравишься? А он весь такой стеснительный и боится подойти. – Глаза Кайсы просто засверкали от интереса.

– Чего? – у меня чуть отвар из ковшика не пролился, услышав такое предположение.

– Ну а что? Ты девушка теперь известная, вон какой магический потенциал прятала. К тому же красивая. Характер немного подкачал, но ничего. – Мне так и хотелось плеснуть в подругу зельем, но ингредиентов больше не было, а потому отвар нужно было беречь. – Рид, ты бы себя сейчас видела, – не сдерживая смех, произнесла Кайса.

Мысль хотя бы о магическом подзатыльнике почти готова была реализоваться. На что моя сообщница только задорно рассмеялась. Я же с удвоенной силой принялась помешивать отвар. Некоторое время мы работали молча. Каждая корпела над своим зельем. Одно было основным, второе – для отвода глаз.

– Может, мы все же воспользуемся этим? – Кайса перелила синюю жидкость в небольшие бутылочки и плотно закрыла пробками. – Держи. – Свою бутылку она собиралась спрятать в сумочку.

– Ты правда намереваешься прыгнуть в портал и оказаться за полярным кругом? – с сомнением спросила я, пряча бутылочку в карман брюк. – И это при условии, что мы все сделали верно и портал нас перенесет именно туда, а не закинет в какие-нибудь заоблачные дали и оставит там же. Например, в стене.

По напряженному лицу Кайсы было заметно, что она реально не продумала такой вариант развития событий, зато теперь благодаря воображению осознание опасности такого рода перемещения предстали во всей красе.

– Ты права, пробраться в кабинет магистра Виторио-Айгуша намного безопаснее, – с некоторым ехидством в голосе заметила она.

– Дальше этих стен не зашлют, – подвела итог я и встряхнула бутылку с янтарной жидкостью. – Отвар готов, пора начинать испытания.

Создавать магические зелья и отвары в самой дальней комнате для занятий было отличной идеей. Здесь не было датчиков применения магии, улавливающих «следы» изготовления отваров. Вот в общежитии такие датчики были, и, как бы студенты ни пытались их обойти, все равно кого-нибудь да ловили на незаконном изготовлении магических зелий.

– Хорошо, пошли отсюда, пока… – Договорить подруге не удалось, неожиданно открылась дверь, и на пороге возник магистр, в чей кабинет мы намеревались проникнуть.

– Так, – нарочно растягивая слова, произнес магистр Виторио-Айгуш. – И что здесь у нас?

Мы с Кайсой переглянулись. Подруга крепче сжала бутылочку, что не укрылось от внимательного взора мага.

– Олбу, что у вас там? Отдайте немедленно, – грозно приказал магистр. – Быстрее, Олбу. Мне еще с вами и Роговой воспитательную беседу проводить. Ну же… Или вы думаете, что теперь, когда вы стали знаменитыми, вы вольны нарушать правила школы?

– Что? Нет, – почти хором ответили мы. Делать было нечего, застукали с поличным, потому бутылочка с синей жидкостью перекочевала в руки магистра.

– Остальное уберете потом, – грозно произнес маг, как только Кайса затушила магический огонь. – Сейчас в мой кабинет. И это, – указал он на вторую бутылку, – несите сами.

Магистр Виторио-Айгуш следовал за нами.

– Рогова, вы еще и алкоголь употребляете? Не знал. Вот это новость. – Голос у магистра был донельзя довольный. – Тут простой беседой не отделаешься. К директору.

– Обе? – Кайса остановилась и с вызовом посмотрела на мага. – Я к этой бутылке даже не прикасалась. Проверьте магией.

Магистр Виторио-Айгуш с сомнением посмотрел на нас, потом активировал магический браслет и что-то забубнил. Небольшое свечение окутало бутылку с янтарной жидкостью и затем потухло.

– Действительно, не трогали. Тогда… Березкин! – крикнул маг и посмотрел в сторону бокового коридора, где на лавочке вальяжно расположились старшекурсники. Егор отделился от компании и подошел к нам. – Березкин, проводите Рогову в кабинет директора. Я скоро подойду.

– Хорошо, магистр, – невозмутимо ответил Егор, будто каждый день провожал нашкодивших студентов к Николаю Константиновичу.

«А может, так и есть. Откуда я знаю?»

– И проследите за тем, чтобы она никуда не убежала. Она может, – с хищным прищуром добавил магистр.

– Вот еще, – фыркнула я. – Оно мне надо? Я ни в чем не виновата. Или почти ни в чем.

– Да? – глаза магистра нехорошо блеснули. – Вы изготовили отвар непонятого назначения и распивали алкоголь. В школе это строжайше запрещено. Магия и алкоголь несовместимы. Это вы должны были уже знать.

– Ничего мы не распивали. – Ведь понимала, что спорить бесполезно, но заставить себя промолчать было выше моих сил.

– Правильно, потому что не успели. Я вас вовремя отвлек.

Я хотела еще что-то сказать, но получила тычок в бок от Кайсы.

– Олбу, со мной. Березкин, Рогову к директору. А это, – маг отобрал у меня бутылку, – я заберу с собой.

Кайса стояла за спиной магистра и довольно улыбалась. Ей бы еще ручонки потереть и ехидно усмехнуться, и получилась бы не моя подруга, а Тереза.

«И чего она такая довольная? Попались и ничего не попробовали. Вдруг зелье не сработает? Ей хорошо, а мне к директору топать. Еще этот, навязали охрану. Теперь Николай Константинович будет ругаться, потом сообщит маме. Хорошо, если она одна сюда примчится. А если остальные родственники пожалуют? О нет. Перспектива встречаться с родителями Григория, фу. А Кайсе что? Ничего. Послушает магистра и… Точно…»

Желание стукнуть себя по лбу было так явно, что рука невольно сама стала подниматься. Но, взяв под контроль конечности, я не могла перестать усмехаться.

«Кайса сама попадет туда, куда нам нужно. Магистр сам приведет ее в свой кабинет. Нужно только его как-то отвлечь и предоставить подруге время покопаться в ящиках стола».

– Вы еще здесь? – рявкнул магистр, и мы бодрым шагом отправились к кабинету Николая Константиновича.

– Что тебя рассмешило? – в голосе старшекурсника слышалась злость.

– Тебе какое дело?

– Не ожидал этого от тебя, – буркнул Березкин и завернул в боковой коридор, ведущий через галерею к старому учебному корпусу, откуда до кабинета директора было рукой подать. – Думал, ты – другая.

– Какая? – я остановилась так резко, что парень чуть не врезался в меня. – И кто тебе вообще дал право судить меня? То, что магистр себе придумал, это еще доказать надо. Я тоже могу сказать, что на острове все это твоих рук дело, – на одном дыхании выпалила я.

– Что? Да я… – Егор от злости и неожиданного обвинения не знал, что сказать.

– А то. Неприятно, когда просто так обвиняют? Вот и помолчи.

– О, Риджина, вас я и ищу. – По галерее спешил нам навстречу один из организаторов практики. Невысокий мужчина с непримечательной внешностью. – Вас только и ждем.

– Донес уже? – грозно посмотрела я на Березкина. – И когда успел?

– Это не я, – попытался оправдаться Егор.

– А кто? Магистр? – не унималась я.

– Пойдемте, пойдемте, Риджина, – мужчина взял меня за руку и потянул в галерею.

– Эй, подождите, я с вами, – Егор рванулся следом.

– В этом нет необходимости, – сквозь зубы произнес маг из Коллегии Девяти магов Европы.

– Нет уж, позвольте. Магистр Виторио-Айгуш просил меня проводить Риджину.

– Вот и проводили. Спасибо. Дальше я сам.

Я переводила взгляд с Егора на мага и обратно. Они оба вели себя так, будто у меня нет права голоса: один командовал, другой – тянул куда-то.

– Ну нет, – Егор вцепился в другую мою руку.

Мужчина остановился и оглянулся по сторонам. Мы стали собирать зрителей, а потому махнул рукой, и мы втроем пошли в старое здание.

– Простите. Куда это мы? – спросил Егор, как только мы свернули в маленький коридорчик сразу после того, как прошли галерею.

– Заходите, – маг раскрыл дверь, пропуская нас. – Вас ждут.

Первой зашла я, затем Егор, потом настала очередь мага. Дверь захлопнулась за нашими спинами, и мы оказались в полной темноте. Последнее, что мне удалось заметить, это перепуганные глаза Хельги, которая лежала на полу.

– Вы утверждаете, что ничего не знаете про это? – магистр Виторио-Айгуш внимательно посмотрел на Кайсу, на что та только пожала плечами. – Занятная вещица. И цвет такой занимательный. Что это?

– Жидкость, – съязвила девушка.

– Я же выясню, что вы там готовили с Роговой, и тогда…

– Не надо угрожать, – с трудом сдерживая раздражение, произнесла Кайса.

– Нисколько. – Магистр поставил бутылочку с отваром и поднялся с кресла, за которым сидел вот уже несколько минут и никак не мог добиться от студентки ответа. Маг злился на Олбу, которая никак не хотела сотрудничать и рассказывать, зачем они с Роговой занимались несанкционированным созданием зелья.

«Любовный напиток, чтобы приворожить кого? Зачем? За ними после острова студенты сами бегать готовы. Стоит только пальцами щелкнуть, и толпа готова бежать к ним со всех ног. Чего стоит эта беготня Березкина за Роговой».

От воспоминания, как Егор Березкин подгонял их быстрее прибыть на помощь студентам, мужчина презрительно скривился.

«Все эти чувства, сантименты, охи, вздохи так утомляют и совсем не красят магов».

Егор чуть ли не за руку тянул начальника практики, торопил сокурсников.

– Может, я тоже к директору пойду? – вывела из задумчивости мага Кайса.

– Зачем это вы ко мне собрались, Олбу? – Неожиданное появление Николая Константиновича в кабинете магистра несколько удивило присутствующих.

– Вы что, уже разобрались с Роговой?

Теперь пришел черед удивляться директору.

– А что, надо было?

– Так и знал, – магистр Виторио-Айгуш хлопнул рукой по столу.

– Риджина пошла к вам на ковер. В смысле в кабинет, – быстро исправилась Кайса. – Ее этот, Березкин, сопровождал. Ему магистр приказал привести ее к вам.

– Даже так? – Николай Константинович с усмешкой и удивлением взглянул на магистра. – Что же они натворили? Рогова, Олбу и Березкин. Занимательная компания.

– Нет, – хозяин кабинета встал и протянул директору бутылочку с синей жидкостью. – Рогова и Олбу несанкционированно занимались изготовлением вот этого. Березкина я попросил проводить к вам Рогову за это, – с этими словами магистр поставил на стол сосуд с янтарной жидкостью.

– Виски? Здесь? – Николай Константинович грозно посмотрел на студентку. – Варить и придумывать отвары – это еще половина дела, но распивать алкоголь. Это недопустимо.

– Кто распивал? Мы? Но это не алкоголь, – потупив глаза, уже тише добавила Кайса.

– А что же это?

Девушка закусила губу и попыталась что-нибудь сочинить в свое оправдание, но никакие толковые идеи в голову так и не шли.

«А может, сказать, что алкоголь? Из школы не выгонят. А ругать будут в любом случае. Так хоть отвар останется».

– Олбу, отвечайте, пожалуйста. В противном случае я пошел готовить приказ об отчислении.

От услышанного голубые глаза Кайсы увеличились и ей стало страшно.

– Но, Николай Константинович, почему это?

– Вот так, Олбу. Вот так. – И уже более миролюбивым тоном директор добавил: – Кайса, расскажите все как есть.

– Мы правда с Рид варили отвар, но не один, а два, – тихо начала девушка, в душе ругая саму себя. – Никакого алкоголя, я вам клянусь. Только зелья.

– Для чего?

– Мы, – Кайса на мгновение запнулась, – намеревались пробраться в ваш кабинет, магистр.

– Ничего себе… – Николай Константинович отодвинул стул и присел. – Интересная мысль. А зачем?

– Думали посмотреть списки тех, кто организовывал практику, чтобы понять, кто палки в колеса вставлял и мешал нам на практике.

– Ну знаете, Олбу, – магистр Виторио-Айгуш взволнованно провел по голове рукой и с негодованием посмотрел на студентку. – Это даже для вас уже слишком.

– Как в кабинет собирались попасть? – Директор выглядел более заинтересованным, нежели рассерженным.

– Стенку на время убрать хотели. Точнее, часть стенки, – Кайса указала на сосуд с янтарной жидкостью.

– Но это же зелья старших курсов. Где вы взяли ингредиенты? – Николай Константинович, не дожидаясь ответа, схватил сосуд, встряхнул его и, открыв пробку, плеснул на стену.

Каменная кладка, намокшая от зелья, начала постепенно исчезать, образуя небольшой проход.

– Занятно. – Директор засунул руку в карманы брюк и подошел к проему в стене. – А неплохо получилось. Сюда бы еще загуститель добавить, и эффект дольше бы продержался.

Кайса и магистр молча наблюдали, как дыра в стене постепенно стала затягиваться и вскоре исчезла совсем.

– С этим понятно. А это что тогда? – Николай Константинович указал на другую бутылочку.

– «Жидкий портал», – чуть слышно ответила Кайса.

– Что? – хором спросили маги.

– Да вы понимаете, насколько это опасно? – директор нервно прошелся по кабинету. – Если он сработает, то неизвестно куда закинуть может. А если не сработает, то…

– Так мы это – к Луке собирались. Они же в опасности.

Тишина в кабинете наступила неожиданно. Это как в преддверии зимы бывает. Все ее ждут, ждут, готовят теплые вещи, обувь. А зима все не приходит и не приходит. И ничего, что температура давно уже минусовая, но снега-то нет, а значит, и зимы нет. И вот, когда все уже привыкли ждать и успокоились, снег-то и выпадает, да так много, что диву можно даться, откуда столько. Вот и получается, ждали зиму, знали, что она придет, но наступила она неожиданно, и мы к ней оказались не готовы.

Взрослые маги молча переглядывались друг с другом.

– Значит, мы правы были, что это все кто-то подстроил? – Кайса уверенно расправила плечи и продолжала: – Этот кто-то был и на острове, и там, за полярным кругом. У него доступ ко всем заданиям. Вы же можете посмотреть списки, там должно быть совпадение имен.

– Магистр, посмотрите, пожалуйста, – попросил директор.

Хозяин кабинета нехотя открыл верхний ящик стола и достал бумаги.

– Значит, Рогова шла ко мне, – задумчиво произнес директор, наблюдая, как магистр просматривает отчеты.

– Да. Мы у галереи разошлись. Ну, у той, что между корпусами. А что? Вы разве ее не видели? – Кайса испуганно посмотрела на Николая Константиновича.

– Нет. Я только вот из кабинета и вышел и шел через эту галерею, но ни Рогову, ни Березкина не встретил.

– Как так? – Кайса не знала, что и думать. Мог ли Егор ослушаться приказа магистра? Хоть это и было маловероятным, но девушка допускала такую возможность, тем более что молодой маг проявлял заинтересованность по отношению к Риджине. – Березкин совсем не похож на того, кто ослушается магистров. Вы точно никого из них не видели? – с испугом спросила она директора.

– Нет. Только встретил… этого, – Николай Константинович посмотрел на магистра, – хиленький такой, куратор практики из Коллегии. Он еще совсем неприметный такой. Как его зовут? Вы же помните.

– Пьетро Манчини, – ответил магистр Виторио-Айгуш, сжимая в руках бумаги.

– Точно. Маньчини. Спасибо.

– Нет, я о другом. – Магистр Виторио-Айгуш протянул бумаги директору. – Пьетро Манчини занимался инспекцией при подготовке площадок для практики.

С губ Кайсы уже были готовы сорваться ругательства, выученные на прошлых каникулах, когда она вместе с братом путешествовала по не самым респектабельным кварталам Ханоя, столицы Вьетнама. Но, вспомнив, что находится она не где-нибудь, а в кабинете магистра Виторио-Айгуша в присутствии директора, сдержалась и просто спросила:

– Получается, что он все эти пакости приготовил?

– Не исключено, но давайте во всем разберемся, прежде чем обвинять кого-либо. – Директор активировал браслет. – Кроме того, надо выяснить, где ваши товарищи.

– Березкин, мне совсем не товарищ, – буркнула Кайса, а потом вместе со всей школой услышала приказ о том, что Риджина Рогова и Егор Березкин должны срочно явиться в кабинет директора.

– Надо торопиться, – Пьетро Манчини испуганно озирался по сторонам.

Идея второго магического пространства была хорошей, но долго это заклинание держаться не будет. Потому любой, кто заглянет в кабинет, где находился мужчина, мог запросто увидеть обездвиженных студентов. Заклинание стазиса, которое позволяет обездвижить любое живое существо, тоже не бесконечное и скоро прекратит свое действие. И все бы ничего, у полукровок незаряженные браслеты, но вот у одного…

Захватывать Березкина совсем не входило в планы мага, но юноша никак не хотел уходить и оставлять Рогову. Потому его тоже пришлось заколдовать, а для надежности ударить по голове книгой. Березкин до сих пор не пришел в себя, а потому был неопасен. Можно было спокойно сооружать телепортационный портал.

Риджина открыла глаза.

«Как же глупо получилось».

Лишь только она подбежала к лежащей на полу Хельге, как получила заклинанием стазиса в спину. Каменный пол встретил жестко, холодно и болезненно. Правое плечо приняло на себя весь удар, а потому сильно болело. Девушка попыталась повернуть головой, но ничего не получилось. Пришлось разглядывать старшекурсника, которого Манчини бросил рядом. Это был ее спутник.

Егор Березкин все еще был без сознания. Руки его были связаны веревкой. Лицом он лежал в сторону Рид, а потому она могла его рассмотреть. То, что видела девушка, ей нравилось: приятные черты лица, прямой нос, плавные линии скул, чуть пухлые губы. При взгляде на них Рид вздохнула и поджала губы.

«Стазис проходит. Но на это требуется время. Есть ли оно? Этот Манчини явно что-то задумал».

Мысли Рид метались, как загнанные мыши в мышеловке, не давая возможности сосредоточиться.

Вдруг Егор открыл глаза и немного улыбнулся.

– Ты как? – едва слышно спросил студент. Ответить девушка не могла, губы почти не слушались.

– Отвлеки его, – хрипло просипел Березкин, а потом активировал браслет и попытался снять заклинание оцепенения с Риджины.

Девушка невольно охнула, прикосновение магии не было приятным, губы кололо, но никогда еще она так не радовалась возможности говорить.

– Что? – К молодым магам подошел мужчина и грозно посмотрел. – И кто это здесь колдует? – Он уже замахнулся, чтобы ударить Березкина. Тот лежал с закрытыми глазами и не подавал признаков, что пришел в сознание.

– Что вам от нас надо? – с трудом прохрипела Рид.

– Ах, это ты, маленькая пакостница! А я уже было подумал, что этот дуболом проснулся. – Риджина мотнула головой. – Как тебе удалось ослабить стазис? Да еще и с пустым браслетом. – Маг посмотрел на студентку нехорошим взглядом. – Рассказывай. Пока я веревки проверю. Мне даже интересно. – Рид мотнула головой. – Что? – Маг в ярости схватил девушку за руки и рывком поднял. – Говори, как ты обошла стазис?

Сначала голос ее не слушался, но с каждым словом произносить слова было все легче.

– Это как-то само собой получилось. Все так неожиданно. – Рид выглядела несколько испуганно.

– Дальше! – прикрикнул Манчини и встряхнул девушку для острастки.

– Не знаю. Честно – не знаю. Это как на острове: все само собой получилось.

– Само собой, – неуверенно повторил маг. – Это возможно. Вечно ты все портишь. – Он отпустил Рид, и та упала на пол. – Ну ничего, это мы исправим.

Рид совсем не понравился взгляд, которым смотрел сотрудник Коллегии Девяти магов Европы: увеличенные зрачки, отсутствие сфокусированного взгляда. Ко всему прочему, маг почти не моргал, смотрел в одну точку. Какие мысли бродят в его голове, было понять сложно. Смотреть на Егора она боялась. Старшекурсник явно что-то задумал, а потому никто не должен был понять, что Березкин мог колдовать. Поэтому нельзя было привлекать к нему внимание Манчини.

«Надо отвлечь этого придурка. Но как? Думай…»

Так страшно ей еще никогда не было. Даже на острове силы природы не пугали своей непредсказуемостью, неизвестностью и мощью. Там казалось, что все испытания в порядке вещей. Все же магия у них тогда была, да и присматривали за ними магистр и старшекурсники.

«А сейчас? Все, что есть магического, так это склянка в кармане брюк. Вот если бы друзья были рядом…»

Рид мысленно улыбнулась, представляя друзей. Лука бы болтал не переставая и придумал бы что-нибудь, а Кайса обязательно сказала бы какую-нибудь колкость, лишь бы только позлить мага. И вместе они бы точно нашли выход из создавшегося положения.

«Точно. Как же это сразу мне не пришло на ум?»

Девушка готова была дать себе по лбу, если бы руки слушались. Кайса обязательно должна что-нибудь придумать. Подруга найдет список организаторов и пойдет к директору.

«Чтобы все это провернуть, ей понадобится время. Много времени. Потому надо действовать в стиле Луки. Надо заболтать и отвлечь его от выполнения им задуманных действий и приготовлений, надо тянуть время».

Риджина мысленно похвалила себя и поискала глазами мага. Лежать на холодном полу было неудобно, плечо болело, да и Березкин закрывал обзор. Но все же было видно, что Манчини что-то вычерчивал на полу у двери.

– Не боитесь, что нас услышат? – Рид начала претворять план по отвлечению мага в жизнь.

– Что? – Манчини обернулся и случайно выронил магический карандаш с гелем.

– Смотрю, вы там рисуете что-то. Наверное, это что-то интересное, – не унималась Рид, понимая, что Березкин лежит спиной к двери и понятия не имеет, чем занимается маг.

– Замолкни, Рогова.

– Да ладно, – девушка с трудом изобразила смех. – Сколько нам еще ждать, пока вы там что-то изобразите?

Маг зло сплюнул и подошел к студентам.

– Думаешь, поболтаешь со мной и твои друзья прибегут на помощь? Не получится. Они все здесь. – Рид попыталась повернуть голову по сторонам, но оглядеться не получилось. – Все полукровки твоего курса. Все здесь. Вы должны были сдохнуть еще там, на острове. – Манчини подошел к девушке вплотную. – Но ты все испортила. А ведь неплохой был план. Несчастный случай на практике – и полукровки, в силу вашей магической обездоленности, случайно погибли.

– Случайно? Вот ведь гад! Да за такие дела, знаешь, что бывает?

– Ваше место в ногах у магов валяться! – закричал мужчина. – Магия вам не принадлежит. Только чистокровные маги могут ею пользоваться, а вы… Ты все равно не поймешь и не расскажешь.

– Это еще почему? – Было страшно спорить с разгневанным магом, который возвышался над ней как гора, но Рид продолжала придерживаться избранной тактики.

– На комнату наложено заклинание беззвучности. – Маг присел на корточки. – И вас никто не услышит, даже если вы все заговорите.

– Что ты с нами сделаешь? – еле слышно спросила Рид.

– Отправлю за полярный круг.

– Но стазис.

– Стазис, холод, отсутствие магии все сделают за меня, – Манчини усмехнулся. – А ты что думала? Здесь все по-взрослому. – Он схватил Рид за подбородок и заставил смотреть себе в глаза. – Полукровки еще хуже, чем «пустышки», те хотя бы знают свое место и не вылезают из нор, а вы пытаетесь доказать, что тоже можете управлять, руководить и быть равными чистокровным магам.

– Так нельзя, – девушка попыталась стряхнуть руку мага. – Мы все равны. Равенство…

– Не смей произносить этот вздор, – он сильнее сжал подбородок девушки, злость и ненависть отразились на его лице. – Ваше место в пыли у ног магов. И ты уже здесь находишься.

– Оставь ее в покое, – раздался голос позади мага.

Рид метнула взгляд на Егора. Глаза студента готовы были метать молнии.

– Что, проснулся, жених? – усмешка у мага вышла кривая. – Не зря я тебе руки скрутил, не зря. Надумаешь колдовать, я от всех полукровок мокрого места не оставлю и даже телепортации дожидаться не буду. Вот так-то. – Егор стиснул зубы и промолчал. – Полежите здесь тихонько, немного осталось. Зря ты с Роговой связался, – уже поднимаясь на ноги, произнес маг.

– Тебя забыл спросить, – буркнул Егор.

– Роговы ценят только силу и власть. У тебя нет ни того, ни другого. – Пьетро Манчини осмотрелся в поисках потерянного предмета, а после направился к тому месту, где лежал на полу магический карандаш с гелем.

– Ты как? – шепотом спросил Егор.

– Нормально.

– Замолчите, иначе применю силу. И на этот раз сильнее! – крикнул маг, не прерывая работы.

Риджина попыталась подползти к Егору, тело слушалось с трудом. Затем кинула взгляд на руки юноши, Егор изобразил унылую улыбку, веревки не снимались.

– Это портал? Вы рисуете портал? Директор все поймет, – Рид попыталась снова отвлечь мага, но тот продолжал с усердием выводить магические знаки на полу. – Вас поймают.

– Вам к тому времени уже это будет без разницы. Зато какая грызня начнется в Коллегии, да и вообще. Хватит отвлекать. За каждое твое слово ответят другие! – после непродолжительной паузы грозно крикнул Манчини.

Риджина посмотрела на лежащего рядом юношу, тот безуспешно пытался снять веревки. Рисунок на полу скоро должен быть завершен, и перспектива оказаться на холоде заиграла всеми красками северного сияния.

Березкин пыхтел и сопел, но не собирался сдаваться. Родители учили его всегда бороться, идти до конца, даже когда тяжело и сложно. Бороться надо всегда. Но что бы юноша ни делал, ослабить путы или снять стазис не получалось. Он вообще сильно удивился, что удалось ослабить заклинание у Риджины и они могли разговаривать. С другими студентами такого не получилось. Он видел лежащих перед ними студентов и мог оценить их состояние. Хельга Зауэр уже пришла в себя, но не могла пошевелиться, она только испуганно смотрела за происходящим. Ее подруга Валентина Брошкина поскрипывала зубами, но ничего более существенного сделать не могла. Остальные студенты лежали неподвижно.

Егор постарался немного пододвинуться к Рид. С большим трудом ему это удалось. Затем несколько минут ушло на то, чтобы дотронуться до ее руки. Хорошо, что руки у него были связаны не за спиной, крутиться под действием стазиса то еще удовольствие. Преодолевать заклинание было трудно. Процесс напоминал движение улитки в густом тумане. Медленно и неповоротливо.

Юноша попытался улыбнуться и ободрить, когда Рид посмотрела ему в глаза. Всем в комнате было понятно, что если директор не найдет их сейчас, то, что случится потом, их волновать уже не будет.

– Карман, – едва слышно произнесла Рид. – Бутылка.

– Что? – Егор встрепенулся. – У тебя что-то есть? – Девушка кивнула. – Это поможет? – Опять кивок.

– Опять вы, – буркнул маг. – Хотя это уже не важно. Все готово, – он улыбнулся и вытер пот со лба. – Осталось перетащить этих.

Маг активировал браслет и стал поднимать в воздух одного за другим студентов, перемещая их из дальнего угла комнаты ближе к центру. Рид и Егор уже лежали в центре магического рисунка, а потому могли наблюдать из первого ряда за действием заклинания левитации.

Манчини пыхтел, пот лился со лба. Рука мага, на которой был надет браслет, дрожала от усилий. Егор, не теряя времени, потянулся к брюкам девушки.

– Даже так? – уставилась на него Риджина. – Раньше не мог сказать, что руками можешь двигать?

– Не хотел испортить момент.

– Что? – Манчини злобно скрипнул зубами и резко повернул голову в сторону молодых магов. От этого он потерял концентрацию, и студенты, которых он перемещал, рухнули на пол, будто мешки с мукой. Кто-то из сокурсников ойкнул, а кто-то даже ругнулся, поскольку это было болезненное падение.

– Нет, – запричитал в истерике мужчина, – стазис проходит. – Манчини безумно перемещал взгляд от студента к студенту, не зная, к кому бежать: то ли останавливать Егора, то ли заканчивать перемещение остальных.

Егор не стал отвлекаться на мага, а потому быстро добрался до карманов брюк Рид. Оставалось только вытащить бутылочку.

– Извини, – в очередной раз прошептал он и старался не обращать внимания на красные от смущения щеки девушки.

– Быстрее.

– Это чем вы там занимаетесь? – Манчини дернулся в их сторону, но потом передумал и стал вливать магию в рисунок на полу.

Магический узор засеребрился по контуру. Сначала тусклым грязно-серым цветом, но, чем больше маг отдавал свою энергию, тем чище и ярче становился рисунок.

– Что там? – дернулся Егор и выругался, вытаскивая бутылочку. – Надеюсь, эта штука сработает.

– Вылей на узор, – быстро и обиженно прошипела Рид.

Магический рисунок стал таким ярким, что от его отблеска начали слезиться глаза. За дверью комнаты послышались крики, потом кто-то начал сильно стучать в дверь.

– Второе магическое пространство так просто не взломаешь, – натужно просипел Пьетро и облокотился на стол. Держался на ногах он из последних сил. – Ну ничего, мне много не надо.

Лишь только Манчини начал активировать заклинание перемещения, как Егор дополз до рисунка и стал выливать содержимое бутылочки. Синяя жидкость зашипела от прикосновения с серебряной. Цвет узора приобрел голубоватый оттенок и передернулся магической волной, затем замерцал так часто и ярко, что всем в комнате пришлось закрыть глаза. После чего раздался оглушительный хлопок и все, кто был в узоре, исчезли. Это произошло как раз в ту секунду, когда дверь в кабинет разлетелась на мелкие кусочки.

В комнату первыми буквально ввалились директор и магистр школы.

– Где они?! – заорал магистр Виторио-Айгуш, который ни на шаг не отставал от директора, был его тенью. – Где?!

– Портал, – мрачно ответил директор. – Манчини мог забросить их куда угодно.

Остальные магистры появлялись в кабинете один за другим. Николай Константинович зашел в центр магического узора, где совсем недавно лежали Березкин и Рогова. Он видел их глаза, полные надежды на спасение. От мысли, что студенты рассчитывали на него, а он ничем не смог помочь, мужчину передернуло.

«Ну ничего, они еще поборются».

– Немедленно выяснить, куда он их забросил! – крикнул директор.

Магистры школы, пришедшие за ним, уже изучали след от магического узора.

– Может, надо сообщить службе магической безопасности? – робко спросил один из магистров – низкого роста, с бегающими и маленькими глазками. – Они…

– Ищите. Безопасников потом позову, – скрипнул зубами Николай Константинович.

Одна из женщин-магов случайно наступила на пустую бутылочку, и та отскочила к ногам директора.

– Это что такое? – На дне бутылочки было несколько капель голубого зелья. – Где-то я это уже видел. Магистр, взгляните. – Магистр Виторио-Айгуш подошел к директору и при взгляде на находку закричал:

– Олбу, быстро сюда!

«Надо мне первым найти Манчини и уничтожить все доказательства нашей переписки».

С небольшой заминкой в кабинет с опаской вошли Кайса и Носов.

– Олбу, куда вы намеревались попасть? Какой был точный рецепт приготовленной вами субстанции?

– Не время увиливать, Кайса. От этого может зависеть жизнь ваших друзей, – с нажимом на последнее слово произнес директор.

Девушка, осознав всю серьезность ситуации, тут же постаралась максимально подробно ответить на вопросы магов.

– Это хорошо.

– Думаете? – с сомнением спросил магистр Виторио-Айгуш.

– Два магических заклинания – одна направленность, но разные по силе, – начал отвечать Николай Константинович. – Что это значит, Носов?

– Можно отследить даже по самому слабому, – четко ответил студент. Друга Егора Кайса заметила по пути следования в кабинет директора и предложила ему присоединиться к ней. По дороге она быстро рассказала Носову новости.

– Вызывайте безопасников, – через плечо бросил директор. – Олбу, Носов, никуда не ходить, не мешать, тихо ждать. Магистры, пойдемте.

Магистр Виторио-Айгуш и еще двое магов, мужчина и женщина, поспешили за Николаем Константиновичем в его кабинет, где находился один из телепортационных порталов. На то, чтобы отследить магический след и найти нужное направление, у магов ушло немало времени. Никому не нужно было объяснять, что жизни студентов зависят от их быстрых и слаженных действий.

«Если бы рядом были безопасники, быть может, они и смогли бы поймать Манчини до того, как ему удалось улизнуть. А может, и нет. Деятельность безопасников подвержена многим правилам и инструкциям. То ли дело маги».

Николай Константинович активировал свой двойной магический браслет и положил руку на плечо коллеги. Двойной браслет магистра Виторио-Айгуша заискрился в ту же секунду, что и заработал портал. Мужчина положил руки на плечи остальным коллегам. И через мгновение четверо магов перенеслись туда, где находились студенты и организатор практики Пьетро Манчини.

– Это мне так холодно или здесь реально холодно? – сквозь зубы произнес директор, лишь только они оказались в заснеженной точке прибытия.

– Что? – Манчини с трудом повернул голову в сторону нежданных магов. – Но как?

Четверо магов не сводили с него глаз.

– Займитесь студентами, а мы – этим. – Директор еще не успел отдать приказ, как магистр Виторио-Айгуш сплел магическую сеть и попытался поймать ею мага из Коллегии, но тот кинул в сеть ближайшего студента, а сам отскочил.

– Манчини, сдавайся. Все кончено. Безопасники будут здесь с минуты на минуту.

– Ложь, – просипел маг. – Если бы это было так, то они были бы уже здесь. Ложь. – Снежная пурга поднялась над магами и опутала их, но буквально через мгновение снежинки улеглись.

Николай Константинович краем глаза заметил, как остальные магистры поставили защитный купол над студентами, а потом принялись освобождать незадачливого юношу из плена магической сетки.

– Коллегия погрязла в хаосе. Наш мир не развивается. Полукровки захватывают власть, и совсем скоро они изменят наш мир.

– Изменения – это нормально, – директор поднял руку, будто намеревался остановить мага.

– Нет. Стазис – вот это нормально. Никаких изменений. Пустышки и полукровки не должны получить власть. Уж ты должен это понимать, – мужчина с надеждой посмотрел на магистра Виторио-Айгуша. – Власть должна быть у…

Магистр резко взмахнул руками, и ноги Манчини заледенели, лед быстро поднимался все выше и выше. Вот уже лед добрался до пояса мужчины. Мужчина попытался кричать, но ни слова не вырвалось из его рта, магистр направил еще один ледяной заряд, на этот раз в горло.

Когда же Пьетро понял, что ничего уже не в силах сделать, он с ненавистью посмотрел на магов… Несмотря на боль и холод, он не отводил взгляд до тех пор, пока все его тело не превратилось в лед.

– Зачем вы это сделали? – директор с непониманием посмотрел на коллегу. – Мы могли его обезвредить. Вместе.

– Что вам мешало это сделать сразу? Я всего лишь защищал студентов, – ответил магистр, а про себя подумал: «Никто не должен знать, что этот неудачник приходил ко мне за помощью. И я был настолько глуп, что поверил его письмам, что в Коллегии мечтают отбросить полукровок от власти. Стазис. Если бы я об этом знал, то даже не посмотрел бы в его сторону. Манчини. Глупец. Не мог закончить начатое дело, все провалил. Надо поговорить с безопасниками и постараться замять это… И я чуть было не попался на его уговоры».

– Вызывайте безопасников, директор. Может, они еще успеют снять заклятие. – В чем сам магистр Виторио-Айгуш не был уверен, уж он постарался. Магический заряд ускорения заклинания должен был довести дело заледенения до конца до приезда безопасников.

– Надеюсь, он действовал в одиночку, – произнес Николай Константинович после того, как вызвал службу магической безопасности.

– Пусть с этим разбираются безопасники, мы же должны заняться студентами.

Безопасники прибыли совсем скоро. Они доставили студентов и ледяную статую Пьетро Манчини в лечебницу Лукреции. Оказалось, что мага оживить не получится: то ли времени прошло много после оледенения, то ли сила заклинания была колоссальная.

Допрашивать с пристрастием магистров и директора безопасники не решались, все же маги спасали студентов и раскрыли заговорщика из Коллегии, а потому могли несколько превысить силу.

Студенты, которые отделались незначительными повреждениями: ссадинами, ушибами, простудой, были отправлены в школу. Те же, кто получил обморожение, остались в лечебнице.

– Ничего не хотите рассказать, Риджина? – спросил Николай Константинович, когда он и студенты оказались в телепортационном зале школы.

– Что именно директор? Все, что могла, я уже рассказала безопасникам.

– Да? Вы им сказали, где достали рецепт и ингредиенты для ваших зелий? – ничуть не смущаясь, конкретизировал маг.

– Как только я вспомню, то сразу же вам расскажу. Из-за всей этой кутерьмы я немного подзабыла, – наивно хлопая ресницами, ответила Рид.

– Риджина, Риджина… Вам это совсем не идет, – немного пожурил девушку директор. – Пройдемте в кабинет.

– Но, директор, – вклинился в разговор Березкин, – это разве не может подождать? После всего, что произошло? Нам надо отдохнуть. – Юноша и сам был удивлен собственным поступком, что уж говорить об окружающих.

– Вот и отдыхайте, Березкин. Рогова, в кабинет.

С унылом видом Рид побрела за директором. Мечта о теплой ванне и мягкой постели так и осталась мечтой.

– Присаживайтесь, Риджина, – директор указал на потертое кресло, как только они оказались в кабинете. – Долго я вас не задержу.

– Николай Константинович, насчет рецепта, – начала было Рид, но мужчина махнул рукой, останавливая ее.

– Не скрою, тема интересная, но сейчас не об этом. Риджина, вспомните, пожалуйста, говорил ли Пьетро Манчини о союзниках, помощниках?

– Вы думаете, что ему кто-то помогал?

– Возможно, он действовал не один, по указанию кого-то, и у него были покровители. Не исключаю такую возможность. – Директор активировал браслет и наколдовал две чашки теплого чая. – Угощайтесь. Но, может быть, он действовал в одиночку. Манчини инспектировал остров и базу у полярного круга перед началом ваших, так сказать, каникул.

– Ничего себе каникулы, – скептицизм так и сквозил в голосе девушки.

– Почти каникулы, – поправил хозяин кабинета. – Тогда он, скорее всего, и принес ловушки на север и пожирателя магии на остров. Они – как ростки. Для развития им нужно было только время, потом на острове появились вы и начали использовать магию направо и налево. По замыслу Манчини, вы должны были остаться без нее перед лицом заключительного испытания. И тогда шансов спастись…

– Не было, – тихо прошептала Рид.

В комнате как-то сразу стало холодно, и даже теплый чай не помогал согреться.

– Шансов было мало, но вам этого хватило.

– Да уж.

– Вы отлично справились.

– Но? – Рид выжидающе смотрела на собеседника.

– Понимаете, Риджина, в Коллегии и не только в ней не все довольны тем, что власть уплывает из рук чистокровных магов.

– Манчини один из них. Но почему? В смысле я понимаю, почему чистокровки рьяно отстаивают свои позиции в Коллегии. – От такого слова директора немного перекосило, но девушка не обратила на это внимания. – За власть всегда идет борьба. Правящая партия и оппозиция ведут разборки и закулисные игры, это – нормально. Но зачем в это вмешивать вас, студентов? Мы ничем никому не угрожаем. Зачем?

Некоторое время Николай Константинович молчал, пытаясь придумать, как лучше ответить девушке. Риджина изо всех сил старалась выглядеть уверенной и спокойной, но испуг то и дело проскальзывал в ее взгляде.

– Возможно, Манчини считал, что это даст толчок для подобных действий. Может, хотел показать пример. Так или иначе, но вы, подрастающее поколение, очень умны и способны, упрямы и инициативны, поэтому в Коллегии опасаются таких магов.

– Это так топорно, простите, директор. Но такие методы никогда не приведут к уменьшению власти полукровок. Скорее, наоборот, немаги и полукровки объединятся против чистокровных магов. Но это же. – Девушка поставила чашку на столик. – Это же открытое противостояние. Это война. Гражданская война. – Она испуганно посмотрела на директора.

– Последняя гражданская война между магами произошла в Средние века и длилась несколько столетий. Так называемая охота на ведьм, когда пострадали тысячи невинных людей, – одно из событий тех ужасных лет, – Рид говорила спокойным голосом, будто отвечала на занятиях. – За годы войны магический мир лишился больше половины магов. И если это было тогда, то теперь, когда люди стали сильнее, это может поставить весь наш мир под угрозу.

– В очередной раз поражаюсь вами, Риджина Рогова, – директор не сводил глаз с собеседницы. – Если бы и другие студенты пострадали и план Манчини удался… – Николай Константинович нервно сглотнул, – мир магии никогда не был бы прежним.

В кабинете воцарилась тишина. Мужчина и девушка думали каждый о своем.

– Николай Константинович, почему вы предупредили меня тогда, перед отправкой на остров? – прервала Рид молчание. – Вы уже тогда знали о Манчини?

– Нет. О нем я ничего не знал. – Маг выдержал пристальный взгляд девушки.

– Вы знали о том, что кто-то хочет нам навредить?

– Я знал о том, что некоторые чистокровные маги, близкие к Коллегии, спят и видят, как не допустить полукровок к власти. Сейчас активно полукровки добиваются получения мест среди Девяти магов Коллегии. И надо думать, что в свете событий у них есть все шансы.

– То есть Манчини могли просто использовать для влияния на общественное мнение?

– Вы – истинная Рогова. Передайте бабушке Агате мое почтение и восхищение, – директор улыбнулся, но глаза его смотрели серьезно. – Не исключаю и такой поворот событий. В любом случае, Риджина, вы вышли на арену. Теперь все в магическом мире Европы знают о вашем магическом потенциале. Будьте внимательны и осторожны, помните о силе магии и правильном применении.

– Ну, для вас это сюрпризом ведь не было.

Директор улыбнулся и многозначительно развел руками.

– Всем нам известно что-то, чего не знают другие.

В планы девушки не входило раскрывать остальные свои секреты, а потому она поспешила откланяться и уйти из кабинета директора.

«Стазис. Как это могло только прийти кому-то в голову? Стазис. Еще древние греки: Платон, Аристотель и другие, доказывали, что покой в обществе невозможен. Стазис в обществе – это мгновение, во время которого решается вопрос, куда идет общество в своем развитии – вверх или вниз. Прогресс или регресс. Только решение, но не более.

Общество – это всегда изменение. Развитие или деградация – это другой вопрос.

Разве можно магию запереть и продолжать жить? Разве можно заставить силу бездействовать? Нет. Вот и Пьетро Манчини показал наглядно, что такое стазис. Лед сковал его, и жизнь закончилась у мага. Зато тело сохранилось. Но где душа? Где магия?

Нет. Тут что-то другое. Не мог такой маг, как Манчини, или те, кто им руководил, поглупеть в одночасье. Раз он придумал многоходовку с уничтожением магии на острове, раз все или почти все просчитал за полярным кругом, то не мог не понимать очевидных вещей. Стазис – это путь в никуда. Это даже не путь, это остановка.

Тогда что же получается? Стазис – это просчет мага, который в своем стремлении уничтожить полукровок ошибся? Да и зачем было уничтожать, когда можно было показать несостоятельность полукровок как магов. Всего лишь несколько качественных подстав, недомолвок, пара слухов – и все это понеслось в мир, как снежный ком. И надо лишь было немного подождать.

А ждать Манчини умел. Сколько времени понадобилось ему, чтобы попасть в команду организаторов? Потом нужно было добиться права проверки. Что мог делать далеко не рядовой маг. Еще нужно было дождаться реализации плана. Он ждал, ждал, а потом вдруг спешка. Что-то не вяжется.

Может, произошло что-то, что заставило или подтолкнуло его к таким безумным поступкам и быстрым, скоропалительным действиям? Ведь он понимал, что шансов улизнуть у него практически не было. Мог ли он удрать? Да. Если бы его кто-то прикрывал. Но кто? Коллегия Девяти магов большая организация. Сотня магов работает там, управляет, направляет и защищает мир магии. Неужели среди них и были сообщники Пьетро Манчини? Маги или немаги? Последним была выгодна открытая вражда между чистокровками и полукровками. В битве между тигром и драконом побеждает обезьяна, которая, находясь над схваткой, добивает победителя и становится правителем.

Немаги лишены силы с рождения, они не могут колдовать, но при этом вынуждены жить в мире магии, терпеть пренебрежение и бессилие. Такое униженное положение кого угодно может заставить придумать хитрый план. А уж направить в нужном направлении такого мага, как безумец Манчини, не составит труда.

Как много вопросов. Надо передохнуть. Стазис? Стазис – время, чтобы подумать».

Прошло несколько дней.

Я старалась не шуметь. Осторожно сделала шаг, потом другой. Дедушка Сергей и бабушка Агата не должны были знать, что я, их внучка, притаилась за дверью платяного шкафа их комнаты и подслушиваю.

«Подслушивать нехорошо, но так интересно. Как еще можно узнать тайны семьи Роговых, если все то и дело что-нибудь скрывают?»

Не хотелось думать, что будет, если меня здесь обнаружат. О том, как должны быть воспитаны юные Роговы, я наслушалась еще в детстве, потом в отрочестве, когда приезжала на каникулы в поместье. И в этот раз бабушка Агата не обошлась без нравоучительной лекции по поводу поведения подростков. Упреков и назиданий не было, еще бы, но было скучно сидеть и слушать одно и то же на протяжении получаса. Но такова бабушка. И никто не смел ей демонстрировать неуважение и высказывать возражение. Даже мама.

От мысли о маме я немного улыбнулась. Если кто и не станет ругать и делать трагедию от того, что мной подслушан разговор, так это Анна Рогова, моя мама. Она только усмехнется, растянет губы в чуть кривоватой улыбке и скажет, чтобы больше не попадалась с поличным, иначе не будет прогулок по Парижу, круассанов. А это было очень жестокое наказание. Через несколько дней мы вместе с мамой собирались уехать на пару недель в Париж, где в мире людей практически безвылазно жила прабабушка Зоя, самая старшая из семейства Роговых. Пребывание в мире, где магия была скрыта, всегда сулило приключения и новые впечатления, а потому я дорожу и жду с нетерпением путешествия в Париж. К тому же потом намечалась поездка в Италию, где работает мама. Она не может долго находиться вдали от лаборатории, где проводила разные магические эксперименты. Там же, в Италии, живет и лучший друг – Лука. Лукиани – главный напарник по приключениям в мире людей и магии. Он мне задолжал правдивый рассказ о том, что произошло за полярным кругом.

От воспоминаний меня отвлекли слова дедушки Сергея:

– Я же говорил тебе, что все будет. Ты не верила мне. – Я готова была поспорить, что дедушка хитро подмигивает жене. Он так всегда делал, когда хотел убедить кого-то в своей точке зрения.

– Нечего мне мигать, на меня это не действует. – Послышались размеренные шаги бабушки по комнате. – Надо признаться, меня удивило то, что произошло на острове во время их почти каникул. А ты знаешь, как трудно меня удивить.

– Да. Еще сложнее соответствовать твоим требованиям, будучи подростком. – После небольшой паузы дедушка Сергей тихо добавил: – Ты всегда была с ними строга и требовательна. Я бы даже сказал – сурова. Ты требуешь от Григория и Риджины намного больше, чем от их родителей.

– Ты не мешал мне.

– Да.

– И не возражал, когда мы обсуждали их план подготовки. Ты знал, что я права. Олег и Анна – наши дети, но они выросли и раскрыли свой потенциал. Они сами строят свою жизнь, мы ничего не можем изменить. Но с ними… – Я вся превратилась в слух. – С ними мы способны на многое. Мы можем помочь им, направить их.

– Да… – Задумчивость слышалась в голосе дедушки. – Риджина наглядно продемонстрировала всем и каждому, что именно она может. Да и Григорий проявил себя, хотя я ожидал от него большего.

Бабушка фыркнула и активировала свой магический браслет, это стало понятно по вибрации, которая тут же заполнила комнату. По коже пробежали мурашки.

– Ты так говоришь про него, потому что Григорий – мужчина. Будь на его месте девушка, ты бы думал иначе.

– Возможно. Но он – мужчина. И я действительно ждал, что именно он будет тем, кто приведет семью к вершине власти. Да и ты тоже так считала.

«Вот они, планы Роговых. Мужчины – вперед за властью, а женщины? Дома за книжками сидеть?»

Я так разозлилась, что заскрипела зубами. Одно дело догадываться, что ты не в основной команде, и другое дело – знать про это. Если бы я не показала свои магические силы, то так и оставалась бы на вторых ролях, а может, и на третьих, если бы у дяди с тетей еще сын родился.

– Согласна. Григорий всегда отличался трудолюбием и большими амбициями, к тому же он чистокровный маг. Что тут надо добавить?

Пришлось сжать зубы до боли. Даже дома мне никогда не давали забыть, что я – первая полукровка в семье. Нет, никто не обижал, не дразнил, за исключением детских лет, когда Григорий обзывал и подтрунивал надо мной, пока не видели взрослые. Но стоило только маме об этом узнать, как с двоюродным братом была проведена воспитательная беседа и все открытые нападки прекратились. Но были еще намеки, косые взгляды и усмешки. Я видела, как презрительно поджимала губы тетя Элиза, мама Григория, когда речь заходила о моем происхождении, об отце или о полукровках. Тетя хмурила свои тонкие и аккуратные брови, слегка морщила нос и кривила губы. От этого ее красивое лицо принимало выражение легкого омерзения или презрения.

Григорий не отставал от матери и пытался копировать ее мимику и манеры. Но делал это только тогда, когда рядом не было никого из взрослых. Еще одну беседу с бабушкой Агатой и отцом он не хотел.

Сама бабушка Агата считала недостойным показывать свои истинные эмоции и чувства кому-либо кроме мужа. Потому в общении она была вежлива, тактична, но не более. Никакой теплоты или заботы. Только назидание и холодность.

– Тебе не надоело быть с ними строгой? – нарушил тишину дедушка.

– Надоело. Но если не заставлять их учиться, тренироваться и работать, то кто их научит всему, что пригодится в жизни?

– Школа.

– Школа. – Даже за стенкой был слышен смех бабушки. – Многому она научила тех, кто был за полярным кругом? А тех, кто был вместе с Григорием и Риджиной на острове? Нет. – Каблуки туфель вновь застучали по паркету. – Если бы не те знания, что внуки получили здесь, в поместье, неизвестно, чем бы закончились их почти каникулы.

– Но там были и другие студенты, и они неплохо справлялись с заданиями.

– Вот именно – неплохо, – бабушка повысила голос, – но не этого мы хотим для нашей семьи. Неплохо – это мы оставим для неудачников, хорошо – для лентяев, которым не хватает труда идти дальше. Даже отлично – это не наша высота.

– А что тогда?

– Замечательно. Только замечательно. На меньшее не должен соглашаться ни один Рогов.

В комнате воцарилась тишина. Думать о том, что я услышала, не хотелось совершенно, но было необходимо. Разговор нужно было дослушать до конца. Я задержала дыхание в надежде, что бабушке Агате не придет в голову поменять гардероб.

Чем занимались в комнате взрослые, непонятно. Было тихо. Каблуки туфель-лодочек не стучали по паркету. Не слышалось пение и чириканье птиц, которых вокруг поместья было в большом количестве. Дедушка привозил все новые и новые сорта кустарников и деревьев, которые приживались благодаря магическому вмешательству. Территория поместья представляла для пернатых рай. Их никто не гонял, еды было вдоволь, мест для гнездования тоже. Птицы совершенно не боялись присутствия магов и щебетали в свое удовольствие.

Это не нравилось некоторым обитателям поместья. Поэтому дедушка Сергей установил магический купол, который заглушал или отключал звуки, которые доносились с улицы или, наоборот, из поместья на улицу.

Магическая вибрация внезапно прекратилась.

«Наверное, это бабушка и включила купол „тишины“ и напитала его магической силой, чтобы ничто и никто не мешал вести разговор».

– Когда ты избавишься от этих птиц? – проворчала бабушка Агата и тут же сама ответила: – Никогда. Ты так любишь слушать их пение, что просто не можешь представить, каково нам, тем, кто не в восторге от всего этого шума.

– Мне просто нравится природа. Это настоящая магия, и ее надо беречь. Значит, ты решила немного дать им отдохнуть? – спросил пожилой маг, ловко меняя тему.

– Не я – мы. И «да»  – ответ на твой вопрос.

– Разумно. – Дедушка сделал несколько шагов к двери, за которой я пряталась. – Но теперь об их потенциале знаем не только мы, но и другие. Надо пересмотреть программу подготовки. Я займусь этим, как только вернусь из Коллегии.

Я огляделась. В гардеробной мало места, нужно срочно придумать, куда спрятаться. Любое применение магии – и будет то же самое, если за обедом в столовой объявить всем, что подслушивала разговоры.

«Вычислить по магическому следу никому не составит труда, даже тете Элизе, которая была самым слабым магом семьи. Может, в одежде спрятаться?» Но смотреть, как переодевается дедушка, мне совсем не хотелось. «Пусть произойдет чудо и он сюда не войдет. Ну пожалуйста, маленькое чудо. Я ведь много не прошу». Я зажмурилась.

– Лучше подумай об этом сейчас. Нечего тратить время на одежду. Ты и так прекрасно выглядишь. – «Никогда не была так рада вмешательству бабушки Агаты, как сейчас». – Там не оценят, а нам надо как можно быстрее менять занятия. То, что ставку надо делать на внучку, многое меняет.

– Это точно. – По звуку удаляющихся шагов я поняла, что пока никто не собирается заходить в гардеробную. – Все не перестаю удивляться выбору Анны. Ведь не просто так она вышла замуж за человека.

– И развелась с ним, – недовольно перебила Агата мужа.

– Не об этом сейчас речь. Риджина – полукровка. Многие из них сейчас показывают большую магическую силу, и она не исключение.

– Думаешь, Анна уже тогда что-то знала?

– Возможно. Не удивлюсь, если так. Мы ее хорошо учили.

– Вот именно – хорошо. А надо было лучше.

– Спокойно, Агата. У нас все получится.

Можно было немного расслабиться, я тихо подошла к двери, где была небольшая щель. Было видно, как дедушка подошел к жене и нежно приобнял ее за плечи.

– Знаю, тебе не терпится добиться цели, но надо немного потерпеть. Надо всего немного времени. У нас все получится, – тихо прошептал мужчина.

– Это сложно. Особенно теперь. Я ошиблась, мы занимались не с тем. Когда я смотрела те записи, что ты привез, я видела будущее нашей семьи, исполнение всех наших смелых мечтаний и идей.

– Знаю, я тоже видел.

– Такая сила, такая мощь. И это только сейчас, когда на ней только учебный браслет. Что же будет, когда она пройдет самый важный экзамен и получит свой браслет, настоящий, когда познает всю мощь, на которую только способна?

– Риджина может привести семью на Олимп. – От этого тихого ответа мои волосы на затылке стали приподниматься, а руки стали влажными. – Главное, умело направить эту силу, и тогда она сможет уничтожить любого мага, который встанет у нас на пути. Любого.

– И ни одного не будет, кто сможет ее остановить? – бабушка повернулась лицом к дедушке Сергею. – А что, если мы создадим чудовище? Я видела ее глаза, видела, что она может разрушать и ломать все и вся.

– Магия может многое. Как и наша внучка. Нужно это просто контролировать. Риджина рождена, чтобы царствовать. Ты помнишь? – бабушка чуть скривилась, будто наступила на червяка и испачкала свои лучшие туфли. – Помнишь. Все же Патрик дал ей хорошее имя. Имя, с которого начнется величайшая страница истории семьи Роговых.

– Да, имя правителя магической Европы должно быть сильным. Никакой Коллегии, только одни Роговы.

В шоке я попятилась от двери. Знала, что родственники спят и видят, как бы оказаться среди Девяти магов Коллегии Европы. Но чтобы вот так – всех убрать и оставить только одну семью у руля? Нашу семью. И я буду их орудием.

«Роговы – правители Европы».

Я обняла себя, почему-то стало холодно. Руки тряслись, и немного закружилась голова. Ноги стали ватными, и вскоре я обнаружила, что сижу на полу между комодами, где находится внушительная коллекция бабушкиных туфель.

Вокруг был полумрак и кучи одежды. На одной стороне висели платья и костюмы бабушки, на другой – пиджаки, рубашки и брюки дедушки. Еще тут были шкафы с нижним бельем, трикотажными изделиями и обувь. Обуви было много. Роговы любили хорошо и стильно одеваться. Одно время всех обитателей поместья заставляли переодеваться к каждой трапезе в столовой. Даже для нас с Григорием не делали исключения.

«Замечательно», – так сказала бабушка. Я закрыла глаза.

Знала же, что подслушивать нехорошо, но чтобы так все обернулось. Все эти годы учебы, музыки, рисования, частных учителей и тренеров – все это не просто случайность. Все было подчинено цели, строго намеченной и продуманной. Цели – сделать из нас орудие для захвата власти. Мы как личности им не нужны. Мы – это средство достижения собственной власти и не более. Как же это так?

Я почувствовала слезы на щеках. Я редко позволяла себе так реагировать на ситуацию при ком-то, но в одиночестве никто не мешал выплакать печаль и разочарование.

Мы – просто орудие. Все эти годы мы послушно делали, что нам велели. Мы учились и становились лучшими. Нас заваливали дополнительными заданиями, и, вместо того чтобы играть и веселиться с друзьями, мы корпели над книгами и учили новые заклинания. И ради чего? Чтобы захватить власть и реализовать чьи-то амбиции?

Злость пришла на смену разочарованию. Слезы высохли, и адреналин начинал стучать в крови, требуя немедленно наказать виновных. И если наказать не получится, так хотя бы дать волю энергии. Мне захотелось оказаться в спортивном зале и хорошенько отдубасить боксерскую грушу. Но заклинание телепортации мы с Григорием еще не изучали, а потому просто переместиться в спортивный зал не получится. К тому же применение магии будет замечено хозяевами комнаты.

При мысли о дедушке с бабушкой я поднялась с пола и осторожно приблизилась к двери. В комнате никого не было. Прислушалась: пение птиц и ничего больше.

«Это сколько времени я здесь провела?»

Осторожно открыла дверь гардеробной и заглянула в комнату. Никого. Часы, стоявшие на прикроватной тумбочке у окна, показывали, что сейчас самое время спускаться к обеду. Опаздывать было нельзя. Сразу начнутся расспросы, которых хотелось бы избежать.

«Имя, с которого все начнется», – эта фраза вертелась у меня в голове, пока я шла в свою комнату, расположенную в небольшой башенке.

«Патрик дал ей хорошее имя».

Это точно.

В детстве я как-то спросила маму, почему меня назвали именно так. Ведь необычное имя, не очень подходящее для их семьи. На что получила ответ, что это идея папы.

– А то, что имя немного непривычное, так ничего страшного, в Шотландии и не такие имена бывают.

– Но мы не в Шотландии, – тогда ответила я и отправилась в библиотеку искать информацию о своем имени и нашла. Тогда я гордилась им, почти светилась от счастья и осознания своего величия. Потом был урок верховой езды, а после чистка конюшни, так что от величия и торжества не осталось и следа. Как и сейчас. Сначала я была так довольна, что пробралась в комнату к дедушке Сергею и бабушке Агате, Григорию такое никогда не удавалось. Теперь же настроение было совсем невеселым.

Я наконец добралась до своей комнаты и устало присела на кровать. Понимание, что меня просто используют, давило и обескураживало. Но еще больше угнетало то, что это делали близкие люди.

Семья не должна так поступать. Ведь мы должны поддерживать друг друга, а не… Вот они и поддерживают нашими силами семью. А мне остается только ответить им тем же. Нет. Не позволю манипулировать собой, делать из меня послушное орудие. Нужна власть, пусть сами ее и берут. Мне не надо. Меня все устраивает.

От принятого решения стало легче. Ощущение правильности успокаивало.

Но они же просто так не отстанут. Бабушка вцепится похлеще бульдога. Дедушка еще тот интриган и придумает очередную схему. Тогда и мне надо придумать план. Никакой политики, никаких интриг, никакой работы в Коллегии и прочей административно-магической ерунды. Как быть с магическим потенциалом? Его надо развивать. Магия без работы и развития – что цветок без солнца и воды. Значит, будем учиться и тренироваться. Специализация? Пусть будет что-то нейтральное, спокойное, но интересное.

Я задумалась и посмотрела на комод, где стояли фотографии членов семьи и друзей.

Это будет что-то такое, что им не нравится, от чего они воротят нос. Точно. Работа с людьми. Это весело, интересно. И в конце концов, я – полукровка. Пора начинать этим пользоваться. И имя. Имя? Теперь не Риджина. Теперь… Рид. Рид Рогова.

Вы держите в руках книгу, которая должна была появиться первой. Но так исторически сложилось, что история Риджины Роговой началась с середины, с книги «Рид. Твой Прометей».

События «Рид. Почти каникулы» разворачиваются за два года и служат приквелом к «Рид. Твой Прометей». Риджина еще спокойно учится, и привычному ритму жизни мира магии почти ничего не угрожает. Проблески конфликтов и сюжетных линий только прорисовываются.

Начать историю Рид с середины было неслучайным решением. Порой за небольшими событиями мы не замечаем грядущих изменений. Когда же мир меняется, мы с удивлением озираемся по сторонам в попытке осознать все, что происходит. Как будто понимание прошлого может дать ответы на будущее.

О будущем можно догадываться, строить предположения, но кто даст гарантию, что оно будет именно таким, каким вы его ожидаете? Будущее изменчиво. А потому не могу сказать, как сложится жизнь Риджины, хотя ключевые точки намечены, цели обозначены, а трудности и радости уже ждут ее.

«Рид. Почти каникулы» – история, рассказывающая о прошлом, но от этого она не перестает быть интересной, захватывающей, оставляющей после себя больше вопросов, чем ответов. И эти ответы вы найдете, следуя за Рид и ее друзьями.

Victoria Simakova

Папе за то, что продолжает первым читать мои книги, править их, указывать на ошибки и «непонятности».

Детям за то, что дарят позитив и своевременно отвлекают от компьютера и прочих гаджетов.

Екатерине за ее критику, вопросы, идеи, предложения и помощь.

Команде Ridero за возможность издавать книги. Существование возможности реализоваться – это уже часть осуществления.