Лера Васнецова

Кто хотел разжечь камин и свалился в него — тот я.

Было бы смешно, если б не было так больно! Назвать мягким падение на сложенные колодцем полешки мог только мстительный и жестокий острослов. К счастью, свидетелей моего кульбита в доме не оказалось. Или к несчастью?

Скорее второе. Я никак не могла выбраться обратно. Возилась, мучая колени, шипя от вонзавшихся в ладони заноз, задыхалась от забившего ноздри пепла. Внизу — зола, сверху — сажа. Жуть!

Ещё хуже то, что попытки выдвинуться терпели фиаско. Неведомая сила упорно толкала меня в зад, заставляя оставаться в столь неприглядном положении. Всё, что я смогла после долгих усилий, — усесться прямо на дрова и обнять колени руками. Так прикажете и ждать теперь, пока хозяйка дачи доберется сюда? Угораздило же принять её предложение и самой начать осмотр дома!

Казалось, хуже быть не может. Ан нет, может, и ещё как! Вспышка заставила зажмуриться, одновременно я почувствовала жар. Ага, хотела согреться — получи. Вообще непонятно, как это всё заполыхало! Я спичек даже в руки не брала, они валяются снаружи. Ору. А чего ещё? Гореть заживо, что ли?

Спасение всё-таки пришло. Прямо сквозь огонь до меня дотянулись чьи-то руки, схватили за плечи, потащили. Не сразу поверила в чудесное спасение. Уселась на полу, скуля и ругаясь одновременно. Даже поблагодарила с задержкой.

Думала, это хозяйка явилась раньше обещанного времени. Порадовалась. Однако, когда способность соображать вернулась, увидела, что это не так. Ко мне наклонилась симпатичная молодая девушка. Участливый взгляд зелёных глаз, эффектные рыжие волосы…

— Ты кто? — спросила я. — Как сюда попала?

— Салема. Я здесь живу. А ты зачем в камин залезла?

— Сторожишь? — продолжала тупить я. — Тебя Анжела Юрьевна послала?

— Не знаю этой госпожи. Вставай, тебе нужно почиститься. Что за странная одежда? Я приняла тебя за мальчика…

Девица лопотала, а я почти не слушала, озиралась. Может ли такое быть, что ты рухнешь в камин в одной комнате, а вылезаешь в другой? Даже не так. Падаешь в гостиной современного коттеджа, а выбираешься в зале незнакомого замка. Или ресторана, оформленного под старину.

Спину здорово жарило. Пламя сердилось, что добыча ускользнула. Или нет? Я обернулась посмотреть. Быть может, я сгорела там и теперь душа моя витает в непонятных фантазиях?

Ох-хох-хох… можно представить реакцию Анжелы Юрьевны, которая наконец доберётся до своей дачи, чтобы показать её клиентке, и найдёт в камине обгоревший труп. Пожалуй, следствие расценит это как самосожжение. А что? Когда потерпевшая поссорилась со всей роднёй из-за своего парня, а с парнем — из-за родни, такой демарш никого не удивит.

Глаза защипало. Не от дыма — его утягивало в дымоход — от слёз. Покатились, как из подтекающего крана. Я обиженно засопела и начала размазывать влагу кулаком.

— Нет! Не надо! — всполошилась рыженькая. — Ты и так вся вымазалась. Идём скорее, умоешься и приведёшь в порядок одежду, — она помогла мне встать и повела за длинную стойку-прилавок, продолжая уговоры: — Хочешь, что-то подберу из одежды. Юбку, рубаху. Юбка длинна тебе будет, но мы подвяжем.

Я всё оглядывалась на камин, пыталась рассмотреть в нём объятую пламенем фигуру. Ничего и близко там не было. Неужели один пепел остался от меня, от моей жизни?

***

Салема, продолжая удивляться тому, как я умудрилась незаметно для всех залезть в камин, привела меня в подсобное помещение, поставила большой медный таз на табуретку и стала поливать мне из пузатого кувшина. Я изумлённо смотрела на чёрные потоки, стекающие с лица и ладоней. Разве «ангелы» пачкаются?

Мы совместными усилиями вымыли, а потом осушили огромным льняным полотенцем мою голову. Салема удивлённо воскликнула:

— А ты, оказывается, светленькая!

— Всю жизнь была блондинкой, — ответила я, принюхиваясь к волосам, не пахнут ли палёным, — просто в саже вымазалась, когда в камин упала.

— С крыши? — догадалась моя спасительница. — А! Ты в дымоход залезла! Скрываешься от кого-то? Поэтому в парня нарядилась! Зачем? Замуж отдают против воли?

Град вопросов заставил меня нахмуриться. Нечленораздельно что-то промычав, я занялась чисткой одежды. Переодеваться в предложенные Салемой вещи не имела желания. Нет, выглядели они вполне прилично: добротные, натуральные, качественно пошитые… Ханд мейд какой-то. Но ужасно старомодные! Прямо как из древних веков!

— Не хочешь, не рассказывай, — обиженно вздохнула Салема, — хотя я не болтушка, тайны хранить умею.

— У вас тут община, что ли? Типа противники прогресса? — задала я встречный вопрос, рассматривая убогую утварь. Ни тебе микроволновок и мультиварок, ни даже блендера простенького. Пришло на ум предположение о сектантах, но я его придержала, несколько смягчив: — Стараетесь быть ближе к корням?

— Чудно ты как говоришь! — девушка тоже осмотрелась. — У нас все так живут. Из других мест пришла? Может, из столицы? Случаем, не пропавшая ли ты маркиза? На той неделе глашатай указ зачитывал. Тем, кто найдёт беглянку, обещана большая награда.

— Маркиза? — переспросила я и покачала головой. Нет, у этой рыжухи точно крышак поехал. Заигрались они тут, походу.

— Ой! — всполошилась она. — Скоро посетители придут. Охотники на рассвете обещались. Им в путь-дорогу припасы нужны. А я так и не приготовила ничего. Пойдём-ка в мою комнату. Постелю тебе. Отдохнёшь, пока делами занимаюсь. А после решим, как с тобой быть.

Салема что-то ещё говорила, я плохо соображала и отвечала на её вопросы невпопад. Никак не могла определить для себя: кто я теперь и можно ли как-то исправить случившееся. Улеглась, пристроив голову на согнутой руке, закрыла глаза. Очень хотелось уснуть, а проснуться дома. На худой конец, в коттедже Анжелы Юрьевны.

Увы, смогла только задремать — сказывалось нервное напряжение последних дней и необъяснимое происшествие последних часов. Я, как птица феникс, вышла из огня, при этом не сама обновилась, а пространство вокруг меня стало другим. Энергии на обдумывание и хоть какое-то разумное объяснение у меня не было, поэтому просто лежала и сквозь тонкую дрёму слушала, как громыхают кастрюли, льётся вода, стучат ножи, перекрикиваются женские голоса. Вероятно, у моей новой знакомой появились то ли помощницы, то ли начальницы. А ещё обоняние тревожили запахи жареной рыбы, тушёной капусты, свежей, только что порубленной зелени.

Я чуть слюной не захлёбывалась, но не шевелилась — ждала, когда чуждая мне реальность исчезнет и я окажусь там, где должна быть. Не дождалась. Видно, судьба, взявшись надо мной шутить, вошла во вкус.

Эрикрик Ла-Витт

— Гостей принимаете? — Дариян, мой единственный друг и сосед, ввалился в комнату и добродушно распахнул объятия. — Эрик! Ты хоть иногда отрываешь свой зад от этого продавленного кресла?

— Нормальное кресло, — возразил я, вставая, — Джес недавно перетянул его и поменял пружины.

— Завидую я тебе, дружище! Мне бы найти такого конюха, который способен из дерьма сделать вещь.

Он прошёлся по кабинету и оценивающе осмотрел отреставрированную моим слугой мебель.

— Предпочёл бы покупать новые, — хмуро заметил я.

— Кто бы не предпочёл? Особенно когда сокровищницы полны, а в замке всё разваливается. Увы, не при нынешних веяниях.

Многолетняя тема обсуждений нам обоим уже давно набила оскомину, я поморщился и предложил:

— Пройдёмся по саду, раз уж ты прилетел.

— Что за тон? — возмутился Дариян. — Можно подумать, что ты не рад.

— Рад, хотя признаюсь, нынешний визит не ко времени. Не хотелось отвлекаться, — я кивнул на заваленный свитками стол.

— Неужели ты наконец нащупал спасительную нить в своих исследованиях? — обрадованно потёр ладони мой друг.

— Полной уверенности пока нет, но надежда забрезжила.

— Хм… — уважительно хмыкнул Дариян. — Прекрасная новость! Однако, думаю, никуда твоя надежда не денется, если мы немного пообщаемся. Честно говоря, я уже на стены лезу от скуки. После того как Нади ушла за грань…

Я устремился к дверям, не давая другу продолжить фразу. Напоминание о погибшей сестре больно ранило сердце.

Однако потревоженная шкатулка в сокровищнице сознания раскрылась. Ни быстрая походка, ни нарочито бравая болтовня друга, ни приятные ароматы цветущей рябины, ни кружащие среди горных пиков орланы не могли заслонить образ любимой сестры.

Какая же всё-таки несправедливость, что погибла она, а не я, например! Или любой другой дракон. Ведь Нади, в отличие от всех нас, могла родить продолжателя нашего племени. От Дарияна, он был влюблён в неё и, конечно, имел все шансы добиться взаимности, а может, от кого-то другого из оставшихся и вынужденных прятаться в горных замках драконов — не так важно. Это стало бы великим счастьем для меня, да и для остальных изгоев.

Друг остановился, не дойдя до взлётной площадки несколько шагов, развернулся и посмотрел мне в лицо.

— Прекрати себя корить! Виноват не ты. Люди! Алчные охотники за нашими потрохами.

Крайняя степень ненависти, звучавшая в его словах, не удивила и не оттолкнула. Сам считал так же.

— Наши женщины слишком любопытны и непоседливы, — вздохнул я, — поэтому гибнут первыми.

Друг покачал головой:

— Ошибаешься. Причина не в характере Нади. Её подло обманули, заманили в ловушку. Нам всем следует вынести урок и не доверять никому из человеческого рода. Чтобы её смерть не была напрасной.

— Да, — я подтолкнул его к выходу на площадку, — давай разомнём крылья. Ты прав, что-то я засиделся в кабинете, надышался книжной пылью и приуныл. Это не дело!

— Узнаю брата Эрика! — завопил Дариян и рванул вперёд.

Ему непременно нужно было обернуться первым и взлететь как можно выше, пока я медлю, любуясь полётом дракона. Такое редкое по нынешним временам зрелище!

***

Это непередаваемое словами чувство полёта! Эта мощь, которую невозможно почувствовать в другой ипостаси! Хотелось бы сказать — всемогущество. Увы, последние два века показали, что на силу и магию драконов нашлась-таки управа у людей.

Зависть и жажда наживы — два столпа их племени.

Человек живёт от силы семьдесят лет, ему ли не мечтать о драконьем долголетии? В прежние времена счастливчики из людей устраивали браки с драконами ради этого, но таким остальные завидовали ещё больше, чем самим драконам. Пока однажды один подлый маг по имени Куррвал не убил соперника — дракона, к которому сбежала невеста. Девушку, кстати, тоже убил, она пыталась защищать мужа. Как уж там что сложилось, подробностей легенда не сохранила, однако негодяй разобрал тело погибшего ящера на ингредиенты и разбогател. Часть продал на зелья, часть использовал сам.

Эрикрик заложил вираж и начал резко набирать высоту — хотелось поскорее выбросить из головы печальные мысли. Так редко удавалось полетать — нельзя портить эти мгновения.

Внизу проносились невысокие горы и пустые ущелья. Их со стороны предгорий защищали неприступные скалы первого хребта, люди могли преодолеть его лишь одним путём — через перевал, но там вот уже полтораста лет высились магические врата. Оставшимся после массового истребления драконам пришлось объединить усилия и создать барьер, через который не способны пройти охотники. Любое, даже глубоко спрятанное желание причинить вред живущим в горах драконам оборачивалось против человека, когда тот пытался миновать перевальные ворота. Такие смельчаки превращались в камень. Об этом свидетельствовало десятка два скульптур, стоявших в скорбных позах вдоль тропы.

Обычным людям — слугам и редким гостям — барьер не вредил. Хотя и тех, и других было до обидного мало. Драконы стали изгоями. Немногие из них рисковали селиться за хребтом, а уж если селились, тщательно скрывали своё происхождение.

Несмотря на то, что одиночество угнетало, особенно после смерти любимой сестры, Эрикрик Ла-Витт не готов променять свободу и чувство полёта на притворство и мелкое существование, пусть и в более удобных условиях. Хотелось бы найти жену, родить детей, растить их, радоваться каждому новому дню, но это желание пока оставалось лишь наивной грезой. Всё, что мог позволить себе отшельник: редкие полёты, ещё более редкие посещения равнины и бесконечное изучение монускриптов и гримуаров. Нужно было как можно скорее найти средство против убийственного заклинания Куррвала.

Дариян, приняв вызов, тоже взметнулся к облакам. Два гиганта пронзили туманную пелену и полетели сквозь неё скользящими уверенными тенями. Выше… выше… И вот она, свобода — вожделенная бирюза, разреженный прохладный воздух, ярчайший глаз солнца. Это ли не наслаждение — вспарывать ветер кожистыми крыльями, ощущать поток воздуха каждой чешуйкой, каждым костяным наростом не шее и спине? Кто-то предпочитает любоваться сверху лесами, полями, деревеньками, морским побережьем или бескрайним, рассечённым гребешками волн простором. Эрикрику требовалось только небо!

Лера Васнецова

Я всё-таки задремала. Когда Салема тронула меня за плечо, еле оторвалась от постели. Непривычно всё-таки лежать на таком жёстком. Мышцы затекли, весь бок ныл, будто меня поколотили дубинками.

— Иди поешь, — пригласила девушка, — в зале тебе накрыла.

Эх! А я так надеялась, что проснусь в привычном месте! Увы, всё тот же зал: камин, длинные столы и лавки, причудливо изогнутые балки. При свете пространство выглядело даже нарядно. Чисто, уютно, пахнет мятой и малиновым вареньем. Салема провела меня в уголок и упорхнула по своим делам. Я принялась за кулеш вприкуску с оладушками, щедро приправленными тем самым конфитюром из свежей малины. М-м-м… очень вкусно! Нет, я не сплю. Так увлеклась едой, что прикусила щёку. Больно! Не сплю, даже щипать себя не нужно.

Ах да! Я вчера решила, что умерла. Покосилась на камин, там красиво тлели угли, переливаясь алым и бордовым. Ровненькие, глянцевые. Ни черепа, ни костей. В общем, нужно трезво принять данность. Со мной случилось нечто необыкновенное и необъяснимое. Значит, будем разбираться!

Выскребла дочиста керамическую плошку, вытерла её кусочком последнего оладушка, отправила его в рот и взяла в руки кружку с тёплым, пахнущим сушёной грушей и черносливом компотом. Пригубила, уставилась в окно. На дворе горланил петух и ссорились два деда у коновязи. Деревня какая-то. Или правда косплейщики копируют отсталые в техническом отношении времена. Жаль, Салему не удалось как следует расспросить. Она как упорхнула, так и забыла про меня.

Зато подкатили два мужика. Давно небритые, но без бород и усов. Длинные сальные волосы — у одного тёмные, у другого рыжеватые — собраны в метёлки, перевязанные кожаными шнурками. Одежда свободная, простая, как будто с иллюстрации в книге о старинном крестьянском костюме. Без приглашения уселись напротив меня, по-хозяйски опёрлись локтями на столешницу и стали бесцеремонно рассматривать.

— Чего? — спросила я, отставляя кружку.

— Как тебе у нас? — поинтересовался тёмный. — Понравилось?

Ответить я не успела, встрепенулся рыжий:

— Это я тебя призвал!

— Погоди, Кум, не пугай девицу, — первый пихнул его и наклонился ко мне: — Всё хорошо будет. Нас только держись.

— Кого это вас? — удивилась я. Чтобы скрыть нарастающую панику, схватила кружку и начала огромными глотками пить компот.

— Хит и я, — снова оживился рыжий, — будем тебе помогать. Только и ты нам подсоби. Меня, кстати, Кум зовут.

— Это имя? — мне сначала показалось, что тёмный к нему обращается по-родственному.

— Имя, — кивнул рыжий.

Он хотел ещё что-то сказать, но опять получил тычок.

— Погоди, говорю! Надо ж объяснить ей, что к чему.

Я выпрямилась, превращаясь в одно большое ухо:

— Ну? Объясните, сделайте одолжение.

Хит прокашлялся и начал торжественно, словно доклад перед партийным руководством зачитывал:

— Это не твой мир.

— Не Земля! — вставил Кум.

— Помолчи! — ему. — Не Земля, — мне. — В общем, нам нужна была иномирянка, вот и призвали.

— Кому это вам?

Я уже не сомневалась, что передо мной пациенты психиатрической лечебницы, но решила подыграть им, чтобы ненароком не спровоцировать неадекватное поведение.

Хотя куда ещё неадекватнее?

— Это не важно, детка, — покачал головой тёмный.

— Ещё как важно, папаша, — сердито возразила я.

Хотелось поинтересоваться, где у них тут доктор. Пока промолчала.

— Не важно, — упорствовал Хит. — Твоя задача — найти дракона и выпросить у него магический куб. Тогда мы сможем вернуть тебя домой.

— Куб? Магический?

— Всё верно. Понятно тебе?

— А чего ж непонятного? Найти дракона, вытрясти из него кубик. Делов-то!

— Согласна, значит! — радостно завопил рыжий. — Я же говорил! Молодец, девка! Не подвела!

Мне очень хотелось стукнуть его кружкой по лбу. Я даже пальцы переплела в замок, сдерживая этот порыв.

Хит снова зыркнул на приятеля и продолжил инструктаж, повернувшись ко мне:

— Всем необходимым мы тебя обеспечим. В предгорья портал откроем. А там…

— Портал? Вы умеете открывать порталы?

— Конечно, — с обидой в голосе откликнулся Кум, — как же мы тебя призвали сюда? Порталом.

— Ребят, — жалобно попросила я, — может, тогда вы сразу меня обратно отправите? А? Честное слово, не умею я драконов искать.

— Нет, — нахмурился Хит. — Без куба ничего не получится.

Видя, что эти двое недоговороспособны, я поискала глазами Салему. Увы, она так больше и не появилась в зале. Вспомнила, что девушка говорила что-то про рынок. Наверное, её послали за какой-нибудь снедью.

— И чем же вы меня обеспечите? — спросила задумчиво, глядя в окно, не покажется ли там Салема с корзинкой.

— Погоди-ка! — рыжий вскочил, сбегал к старому месту и вернулся, волоча огромный мешок с лямками. Сказала бы, рюкзак, но это был целый рюкзачище. — Тут и палатка брезентовая, и спальный мешок ватный, и свечи самогорящие…

Я онемела на некоторое время. Опомнившись, встала, подошла к лавке и попробовала приподнять этого слона.

— Хотите, чтобы я это тащила?

Разумеется, я и не думала соглашаться на их предложение, просто возмутилась самим подходом к найму работника.

Тёмный загоготал, будто услышал шутку месяца. Отсмеявшись, успокоил:

— Мы тебе поможем, детка! Проводим до перевала! И жрачку на костре приготовим, и палатку поставим… Твоя забота только дракона уговорить.

— Сначала найти, — уточнила я.

Он кивнул:

— Найти и уговорить.

Я изобразила задумчивость. Единственное, что мне хотелось в эту минуту, отделаться от навязчивых работодателей. Говорить, что мне нужно подумать и прочее, было совершенно бессмысленно. Решила притвориться покладистой, но выдвинула условия:

— Я хочу сама собраться в дорогу. Где тут у вас супермаркет? Э-э-э… торговый центр. Короче, базар какой-нибудь имеется поблизости?

Мужики переглянулись, выдержав театральную паузу, потом Хит вальяжным жестом добыл из-за пазухи звякнувший металлом кошель и бросил передо мной на столешницу:

— Не вздумай бечь, детка! Кому другому попадёшься, только хуже будет.

Я передёрнула плечами, схватила кошелёк, неторопливо выбралась из-за стола и направилась к выходу. Хотелось бежать во все лопатки, но я сдерживалась, чтобы не вызвать подозрений.

***

Первое, что мне пришло на ум, когда я покинула здание, — это весёлый фильм, где мажора якобы забросили в прошлое, а на самом деле устроили грандиозную фальсификацию с целью перевоспитания.

Мог кто-то заинтересоваться моей скромной персоной и провернуть такую же штуку?

Разумеется, нет! У родни, тем более у бывшего парня, таких средств и близко не водилось. Да и потом, бросать деньги на ветер с очень сомнительной перспективой никто из них не станет. Если уж предполагать нечто подобное, так розыгрыш или реалити-шоу, где я сподобилась участвовать против своего желания.

Опять же, была бы я медийной персоной, или хотя бы актрисой сериалов, или хоть чем-то интересной публике, могла бы допустить этот вариант, но я обычный, можно сказать, средний человек.

Тем не менее, ещё не разобравшись в происходящем, решила воспользоваться опытом главного героя фильма и не делать резких движений. Вот она — польза культуры! Можно учиться на ошибках других.

Итак! Смотрю, вникаю, делаю вид, что всё норм. К счастью, ни тащить на виселицу, ни давать плетей мне никто не собирался. Правда, квест с поиском дракона, который мне пытались навязать, тоже не вдохновлял, но уж лучше так, чем телесные наказания или сожжение на костре. Впрочем, сожжение уже чуть не случилось в самом начале. Я с благодарностью вспомнила Салему, вытащившую меня из камина, и посетовала, что девушка куда-то пропала. Может, я встречу её на рынке?

Руководствуясь объяснениями рыжего охотника, я топала по достаточно широкой улице. Старательно обходила заполненные грязной водой колдобины и сторонилась, пропуская гружёные телеги, которые тянули измученные клячи. Чем ближе я подходила к рыночной площади, тем явственнее слышался доносившийся оттуда гомон, тем чаще попадались встречные и обгоняли попутчики. Все с интересом разглядывали мою одежду. Типа в первый раз видят такое чучело! Ага! Так я и поверила, что джинсы и рубашки не водятся в гардеробе этих статистов!

Как ни хотелось мне хвататься за прежнюю версию, пробираясь через толпу, удивляясь обилию натуральных продуктов и строго выдержанному стилю во всём — одежде покупателей и торговцев, оформлении прилавков, вывесках, виднеющихся поодаль домах, засомневалась-таки, что нахожусь в России. Современной России, если говорить точнее. А если не тут, то где? И почему легко понимаю язык, если оказалась в другой стране?

Ой! То есть я готова допустить, что перенеслась через расстояния, но никак не соглашаюсь потерять годы. Пора включать фантазию на полную мощь! Зачем нам полумеры? Охотники утверждали, что я покинула Землю и нахожусь в другом мире. Пожалуй, это самая жизнеспособная версия. Ну, если не считать первую, что я умерла и теперь витаю в эфемерном пространстве.

Задумавшись, наступила в… Подошва размазала по земле тёмно-коричневый мячик, обоняние атаковала пренеприятнейшая вонь. Не-е-е… версия ангелоподобного состояния трещала по швам!

Я метнулась в сторону, чтобы не мешать людям, обнаружила рядом с лавкой птицелова разбросанные по земле клочья соломы и принялась тщательно тереть об неё ботинок.

— Эй-ей! — выскочила из-за чирикающих клеток сухая, как жердь, и чрезвычайно злющая тётка. — Не для тебя постелено!

— Извините! — умоляюще сложила я руки. — Мне нужно подошву почистить. В навоз наступила.

— Нужно ей, — недовольно сообщила женщина, обращаясь к ближайшему щеглу. Потом повернулась ко мне и хмыкнула: — Под ноги смотреть кто за тебя будет? Чай, не паркеты тут!

— Ну, вот… — пожала я плечами. — Не заметила. Что ж теперь.

— Издалека к нам? Вижу, что издалека, — торговка милостиво улыбнулась. — Так всё одно не отчистишь. Иди во-о-н туда, на второй ряд. У артефакторов поспрашивай средство подходящее.

Я поблагодарила за совет, шагнула уже в сторону, но помедлила, увидев задвинутый под прилавок ящик с нахохлившимся птенцом удивительного цвета майской сирени.

— А это кто? — удивилась. — Попугай, что ли?

Никогда не видела птенцов попугая.

— Не пугайся, — вздохнула женщина, скосив глаза на птичку, — больной он. Кошке собиралась отдать, да не стала, вдруг она сожрёт и заболеет.

Я присела, рассматривая необыкновенного птенца, а тот открыл глаза, поднялся на нетвёрдые ножки и широко разинул клюв.

— Он голодный! — воскликнула я. — Покормить бы.

— Умная ты больно, — сердито констатировала торговка. — А то мы не пытались. Не берёт ни яичный желток, ни рубленую зелень. Хочешь возиться, забирай.

— Сколько стоит? — оживилась я, вспомнив про спрятанный в кармане кошелёк.

Птичница окинула меня критическим взглядом и махнула рукой:

— Дарю! Вылечишь — хорошо. А сдохнет, так и не за что платить. Иди-ка поскорее. А то твоя вонь всех покупателей распугала.

Я поблагодарила, взяла в руки дрожащее, покрытое сиреневым пухом тельце и поспешила дальше. Нужно было срочно найти местных чародеев. Не только подошву очистить, ещё и что-то укрепляющее для птички выпросить.

Так называемый ряд артефакторов сильно отличался от всех остальных. Здесь было чисто и тихо. Стоило мне перешагнуть невидимую границу, как шум торговой площади потерял значительную часть децибелов, будто мне затычки в уши вставили. Я поковыряла мизинцем в ушной раковине и головой потрясла, удивившись эффекту. Гомон стих, зато я прекрасно слышала, как под ногами поскрипывает дорожка. Пространство между лавками в этом ряду посыпали удивительно ярким кварцевым песком, сияющим на солнце как снег в морозный день.

Я рассматривала выставленные напоказ амулеты, шаманские бубны, маски, гримуары и чувствовала себя Алисой или Гарри Поттером в музее волшебных вещиц. Так увлеклась, что совершенно забыла о цели посещения этого раздела, медленно шла, машинально прижимая к животу крошечную клетку — бывшая хозяйка сиреневого птенца называла её подсетником и позволила не возвращать, ведь после больной птицы туда нельзя сажать других.

Продавцы не показывались на глаза и не вопили, расхваливая свой товар, кто-то сидел на коврике в глубине бутика и медитировал, кто-то флегматично созерцал голубое небо с тонкими облачками, кто-то изучал фолианты. Складывалось впечатление, что продажа не цель для этих персонажей и сама торговля лишь сопутствующее занятие, даже повинность. Поддавшись умиротворяющей атмосфере, я брела по белому песку и дошла почти до середины ряда, когда из ближайшей лавки выскочил седой старик и вцепился в подсетник, заставив меня остановиться:

— Сколько хочешь за птицу?

Я отшатнулась, крепче взявшись за ручку-кольцо:

— Не продаю. Он болен, ищу лекарство.

Старик молодцевато присвистнул, этот сигнал тут же развеял всеобщее дремотное состояние, вокруг нас выросла толпа.

— Продай, продай… — слышалось со всех сторон. — Тебе не справиться с ним! Лиловая Гароуда не подчинится обыкновенному человеку!

— Эй! Эй! Не трогайте! — возмущалась я, отпихивая жадные руки. — Я не собираюсь никого подчинять. Вылечу и отпущу на волю.

— Она ненормальная! Отпустить такую драгоценность!

Вокруг меня собралось столько крепких мужчин, что им ничего не стоило силой отобрать у меня птицу. Этого никто даже не пытался сделать. Все выкрикивали цену, повышая её как на торгах. Руководил этим безобразием старик, первым заметивший клетку в моих руках. То ли взял на себя роль аукциониста, то ли вообще был старшим в ряду артефакторов.

Галдёж усиливался, я пятилась, но скоро пути к отступлению мне отрезали. Я оказалась в кругу рассерженных торговцев. Первое впечатление об этом разделе рынка оказалось обманчивым. Где те милые спокойные люди? Откуда взялась ватага, нацеленная на добычу? С каждой секундой я всё сильнее ожидала какую-нибудь подлость: удар по голове или подножку. Конечно, проще было уступить им, тем более что я не представляла, как ухаживать за нечаянно полученной живностью, но мной руководило природное упрямство: не люблю, когда вынуждают поступать против собственной интуиции, а она подсказывала, что доверить чересчур настойчивым покупателям птичку, за которую я взяла на себя ответственность, я не готова.

***

На моё счастье, в разгоравшийся скандал добавился ещё один голос — высокий, звонкий и вместе с тем властный:

— Оставьте девочку! Она шла ко мне.

Мужчины разом замолчали, начав отходить в стороны, только старик вскинул подбородок и сердито сказал:

— Велла! Я первым увидел Гароуда.

— Это моя клиентка, — спокойно приблизилась к нему очень красивая, довольно молодая девушка с каштановыми локонами, рассыпанными по плечам. — Вас, уважаемый Разухр, не касается, что у неё в руках.

Велла. О ней говорила Салема. С пиететом говорила, утверждая, что это не просто ворожея, а настоящая провидица. Нужно заметить, что выход то ли цыганки, то ли фокусницы производил впечатление. Хотя нельзя утверждать, что я направлялась именно к ней — мне было безразлично, у кого покупать чистящее средство для ботинок и укрепляющее для питомца, однако уверенность Веллы и, главное, возможность вырваться из агрессивно настроенной толпы не позволяли усомниться в справедливости неожиданного заявления.

Я наклонила голову в знак признательности и поздоровалась. Велла тоже кивнула и, указав мне на яркий шатёр, с достоинством поплыла к нему. Я поспешила следом, радуясь опустевшей площадке. Торговцы вернулись к прежним занятиям, как будто и не прерывали их.

Снаружи шатёр казался небольшим. Ярким, расшитым диковинными орнаментами, но не довлеющим над соседними лавками. Зайдя внутрь, я поразилась: да тут целый павильон!

При входе имелся прилавок с браслетами из самоцветных камней, монистами из монет, расшитыми бисером поясками, шёлковыми лентами, прочими украшениями. Чуть дальше на стенах были развешаны платки, шали, шарфы. Я прямо-таки попала в галантерейный бутик, и не простой! Исходящая от каждой выставленной вещицы энергия заставляла поверить в их волшебные свойства.

Я мялась на пороге, не решаясь пересечь границу и шагнуть на дощатый, тщательно выметенный пол.

— Ты чего? — обернулась ко мне хозяйка.

— Ботинки грязные. Мне бы что-нибудь чистящее для начала.

— Разве? — Велла опустила взгляд.

Я посчитала необходимым объясниться:

— В кучу конского навоза наступила, вот и…

Только теперь, принюхавшись, осознала, что не чувствую мерзкого запаха.

— А-а-а, это! — улыбнулась ворожея. — Считай, что уже почистилась. Песок у нас не простой, прошлась по нему, подошвы стали как новые.

Я подняла ногу и убедилась в справедливости услышанного. Действительно, ботинки выглядели идеально, как будто я их только-только с полки сняла, чтобы примерить.

— Ух ты!

Повинуясь гостеприимному жесту, прошла вглубь павильона, всё ещё прижимая к животу подсетник. Птица сидела смирно, никак не проявляя своего присутствия. Беспокоясь за неё, я обратилась к ворожее:

— У вас найдётся что-то укрепляющее для моего питомца? Он отказывался от еды…

Велла усмехнулась:

— Конечно! Чем его кормить пытались? Как обыкновенного цыплёнка?

— Не знаю, — я пожала плечами.

— Это магическая иномирная птица. Наверняка привезли контрабандой. Возможно, яйцо или совсем крошечного птенчика. Лиловому Гароуду не выжить без иномирной подпитки.

— Зачем же тогда эти люди, — я махнула в сторону выхода, — пытались купить его у меня?

— Идём! — ворожея приложила палец к губам, давая понять, что нас могут подслушивать, и провела меня в дальний конец павильона, где стоял круглый столик из тёмного дерева и два изящных стула. Велла задёрнула занавеску, отделив будуар от остального помещения, изобразила сложный жест, словно запирающий нас, и пояснила: — Теперь можно и поболтать.

Я послушно уселась, расположив клетку на столе рядом с ароматными свечами, заполненным блёстками шаром и тремя колодами карт в изящной коробочке. Ворожея остановилась около стеллажа, где стройными рядами выстроились всевозможные склянки с замысловатыми этикетками, в задумчивости рассматривая их. Мы с Лиловиком покорно ждали решения.

Наконец девушка кивнула своим мыслям, схватила пузырёк и накапала из него мутноватую жидкость болотного цвета в фарфоровое блюдечко. Поставила блюдце на стол и плеснула в него воды из кувшина. Капли растворились не сразу. Сначала они запрыгали как живые, поднимая крошечные фонтанчики брызг, потом пустились в хоровод и, наконец, исчезли. Пахнуло чем-то неуловимо знакомым. А! Сирень! Не майская, только что распустившая цветы, а невзрачные плоды.

Я открыла дверцу и бережно достала птенчика. Усадила его перед блюдцем, спросила в сомнении:

— Как его поить? Есть какая-нибудь пипетка?

— Справится, — уверенно заявила ворожея, усаживаясь напротив меня.

И правда, Лиловик, нетвёрдо переступая, подобрался к блюдцу, зачерпнул клювом воды и запрокинул голову, блаженно, как мне показалось, прикрыв глазки тонкой голубоватой плёнкой. Так он довольно долго пил, а мы с Веллой молча смотрели на него. Остатки жидкости ворожея сама вытрясла птенцу в раскрытый клюв.

Я боялась пошевелиться, наблюдая, как преображается мой питомец. Лёгкие пёрышки, казавшиеся до этого слипшимися, измазанными то ли гудроном, то ли смолой, распушились, засияли сапфировым блеском. Лапки стали крепкими, уверенными. Лиловик распахнул крылья, демонстрируя их красоту, и поднял остренький хохолок.

— Ой! — удивилась я. — Он как будто поменял внешность.

— Совсем немного, — согласилась ворожея. — У Лиловых Гароудов есть такая способность. Взрослые особи могут принимать любой вид, даже самых крупных пернатых. Это птенец, ему ещё многому нужно учиться.

— Вы сказали, что ему не выжить здесь! Быть может, надо отправить его домой?

— А ты сумеешь? — улыбнулась Велла. — Рядом с тобой птенцу ничего не грозит. Ты ведь тоже из другого мира?

— Но у нас, насколько я знаю, не водятся эти… гароуды!

— Не имеет значения. Иномирную птицу угнетает здешняя магия. Твоя — его поддерживает.

— Моя? У меня есть магия?

— Иначе ты бы не откликнулась на призыв. Ритуал действует лишь на тех, кто обладает даром.

Я поспешно кивнула, не желая продолжать непонятную тему, подтолкнула Лиловика, заставляя его зайти в подсетник, и поинтересовалась:

— Чем же мне его кормить?

— Он сам найдёт пропитание, главное — не продавай никому. У незнающего погибнет, обессилев, а знающий убьёт, чтобы разобрать на зелья. Магические существа ценятся у нас.

— Сколько с меня за лечение гароуда? — я собиралась расплатиться и уходить.

Велла не шелохнулась, только посмотрела на кошелёк в моей руке с кривой усмешкой:

— Эти монеты не возьму.

Я развязала шнурок, потрясла кошель, заглядывая в него. Монеты жалобно звякнули. Что с ними не так?

— Фальшивые? — спросила я ведунью, удивляясь, как она сумела определить это, не дотрагиваясь.

— На монетах следящие чары, — ответила Велла, — тот, кто расплатился ими, присматривает за тобой.

— То есть знает, что я покупаю и в каком месте? Прямо как наши банковские карты!

Я пожала плечами, не понимая проблемы.

— Советую не доверять этому человеку и не брать у него какие-либо вещи, — улыбнулась ворожея, наблюдая за птенцом. Тот увлечённо чистил пёрышки.

— Да? — я завязала кошелёк и взвесила его в руке. — Выбрасывать, что ли? Вообще-то собиралась купить подходящую одежду и еду в дорогу.

Похоже, я успела смириться с тем, что потащусь в неведомую даль добывать непонятный магический куб.

— Зачем же выбрасывать? Можешь смело транжирить. Только лишние не забудь вернуть этому хитрецу.

— А-а-а… ну, тогда я пойду. Надо потратить как можно больше! Раз уж выпала возможность безумного шопинга, оттянусь по полной!

— Не хочешь узнать, что тебя ждёт? — Велла отставила в сторону подсетник, бережно положила перед собой магический шар и стала водить над ним раскрытой ладонью.

Сами собой вспыхнули свечи, я глубоко вздохнула, почувствовав необыкновенно приятный аромат свежеспиленного дерева и незнакомых пряностей. Замерла в испуге. Никогда не обращалась к гадалкам и не собиралась этого делать, но сейчас наблюдала за преобразившейся ворожеей, не в силах шелохнуться.

Лицо Веллы приобрело отстраннённое выражение, она прислушивалась к чему-то недоступному мне и стала ещё красивее, вдохновеннее и… Сфоткать бы! Могла бы шевелиться, точно потянулась за мобилой в заднем кармане. А так просто любовалась и ждала.

Наконец ворожея щёлкнула пальцами, прогоняя мелькавшие в центре шара образы, и посмотрела мне в глаза:

— Ждёт тебя любовь. Огромная любовь, девочка. Такая редко кому выпадает.

— Любовь? — ошарашенно переспросила я. — На Земле?

Велла отрицательно покачала головой:

— Здесь.

— Хотите сказать, я не смогу вернуться? Не найду этот несчастный куб?

— Миссия будет успешной. Получишь всё, что ищешь.

— А домой всё равно не попаду?

— Это тебе решать. Предопределения нет.

Ну, ладно, такое предсказание мне нравилось. Я вскочила, смеясь, закружилась по комнате. Предсказательница тоже встала и с улыбкой наблюдала за мной. На каком-то необъяснимом подъёме я готова была обнять эту девушку, но сдержалась. Мало ли как тут у них относятся к таким проявлениям чувств.

— Слушай, я всё-таки хочу заплатить.

— Что ж, — повела бровями ворожея, — если от души, я готова взять перстень. Он ведь больше не нужен тебе.

— Да! От души! — воскликнула я, стягивая колечко с пальца.

Это был первый подарок бывшего парня ещё на заре наших отношений. Обычная бижутерия — стилизованное сердце с торчащим из него ключиком. Помнится, вручение сопровождалось словами: «Теперь у тебя есть ключ от моего сердца». Ага! Как же. При первом же выяснении отношений бывший сменил все замки. Велла права, не нужно мне напоминание о крушении отношений. Просто забыла снять.

— Хорошо, — ворожея забрала подарок, подбросила его на ладони, потом положила на стол. — Миленький получится амулет.

— Ой! — спохватилась я. — Мне, наверное, тоже нужен амулет!

Тут ведь шагу нельзя ступить, чтобы не огрести какое-нибудь волшебство.

Велла усмехнулась и кивнула на подсетник:

— У тебя есть Лиловый Гароуд. Лучшей защиты не придумать.

На этой оптимистичной ноте мы наконец расстались.

Я немного напряглась, покидая шатёр ведуньи. Ждала очередную атаку артефакторов, мечтающих заполучить мою птичку. Обошлось. Торговцы либо забыли о проваленном аукционе, либо делали вид, что мой Лиловик им даром не нужен. Велла утверждала, что я не нуждаюсь в зачарованных предметах, однако уйти из этого ряда просто так я не могла. Останавливалась почти у каждой лавки. Кошель, набитый стилизованными “жучками”, жёг мне карман. Любопытно было, возьмут у меня эти монеты в оплату или откажутся.

— Что это? — я указала на вытянутую металлическую флягу с массивной пробкой и цепочкой у горлышка.

— Неупиваемая.

Немолодой взлохмаченный торговец в серой тунике, подпоясанной кожаным ремнём, подошёл ближе и мельком взглянул на мою птицу. Я спрятала подсетник за спину, другой рукой потрясла флягу.

— Тут пусто вроде.

— Наполнишь из родника. Потом, сколько ни пей, остаётся не меньше половины.

— А как проверить? Гарантийный срок есть?

Мужчина криво усмехнулся:

— Здесь не обманывают.

— Ладно, — я хмыкнула, деньги-то всё равно не мои. — Сколько?

— Десять монет, — не увидев мгновенную реакцию, продавец поправился: — Семь. За меньше точно не отдам.

Я не потому зависла, что жадничала. Просто вообще не представляла, что тут почём.

Кивнула, зажала подсетник между коленей, ошарашив мужчину, и отсчитала требуемую сумму.

То ли он был сражён моими манерами, что ли не заметил присутствия чар на деньгах. Поспешно кивнул, сгрёб деньги и вручил мне покупку.

В этом же ряду я приобрела несъедаемые лепёшки. Холщовый мешочек издавал умопомрачительный аромат свежей выпечки, я просто не могла пройти мимо. Даже если обманули, ничуть не жалела о потраченных деньгах.

Кроме этого мне посчастливилось стать обладательницей нестаптываемых башмаков, непромокаемого и почти невесомого плаща, спального мешка — необыкновенно лёгкого и по утверждению торговца позволяющего спать на снегу. Ещё мне прямо-таки навязали котелок, в котором варить одно удовольствие, даже огонь разводить не придётся. Правда, самовоспламеняющиеся свечи я тоже купила — с некоторых пор не верила в свои умения обращаться с костром.

Да! Ещё и шапка-невидимка.

— Серьёзно? — не поверила я дородной даме с крупной бородавкой на кончике носа. Ведьма-ведьмой. Врёт и не краснеет! — Наденьте-ка!

— Тут надо соображать, — нравоучительно вещала торговка. — На свету не спрячешься, — она надела шапку, но не исчезла, а стала полупрозрачной, зато когда отошла в глубину лавки, куда не попадали солнечные лучи, растворилась окончательно. — А встанешь в тень, так никто тебя и не увидит.

Взяла. Разве можно было отказаться от такого продвинутого аксессуара!

Последним приобретением в ряду артефакторов стал объёмный мешок. Я так обвешалась покупками, что без сумки было не обойтись. А тут ещё и реклама соответствующая, мол, поместится всё, лишь бы пролезло.

— Что, — подмигнула я веснушчатому пареньку, продавашему такие необходимые шопоголикам вещи, — я тоже помещусь?

Он растянул горловину прожорливого мешка и гордо кивнул:

— Обязательно поместитесь. Зачем только, непонятно.

— Да я так просто спросила.

Расплатившись с конопатым, я сложила в мешок всё, кроме клетки, закинула его за спину и побрела к выходу. Половину денег только потратила, а нагрузилась так, что еле ноги переставляю.

***

Стоило мне перешагнуть невидимую границу, отделяющую ряд артефакторов от остального рынка, как ненавязчивый шорох песка под ногами сменился многоголосым шумом толпы. Рыночный день подкатил к зениту, толчея напоминала час пик на одной из пересадочных станций метро. Я остановилась, вертя головой. Соображала, куда бы мне направиться. Хотелось, конечно, дополнительно прикупить всяких полезных вещей, но уже и так мешок плечо оттягивал, да ещё и подсетник мешался! Питомец вдруг стал проявлять неуёмную активность, скакал, кидался на прутья, вспархивал и непрерывно чирикал. Только я решила возвращаться в таверну, как заметила впереди непонятное движение. Люди шарахались, жались к прилавкам, и все, как на параде по команде «равняйсь», поворачивали головы в одну сторону.

Я посмотрела туда и удивлённо раскрыла рот. Прямо на меня какими-то невероятными скачками нёсся милый серый ослик со сползшей на бок попоной. Я в ужасе заступила за ближайшую бочку, из которой несло хреном и квашеными огурцами. Не знаю, почему обезумевшее животное выбрало целью именно это укрытие. Осёл едва не сшиб меня с ног, а всего лишь вскользь задел боком. Подняв пыль, затормозил всеми четырьмя копытами, спрятался за меня и заорал:

— И-я-а-а-а… и-я-а-ааа!

— Ах ты, тварь ушастая! — послышался басовитый отклик.

За осликом целенаправленно мчался бородатый мужик. Глаза под нависшими бровями сверкали гневом.

— И-я-аа… — уже тише, как-то умоляюще проблеял мне в ухо беглец.

Его хозяин замедлил шаг и, поигрывая плёткой, посмотрел мимо меня. Ничего хорошего этот взгляд ослику не обещал:

— Сейчас я тебя поучу, как чужие яблоки лопать! Сейчас ты у меня получишь вкусных тумаков!

«Надо спасать осла, — раздалось у меня в голове, — он нам ещё пригодится».

Раньше я не замечала, чтобы внутренний голос разговаривал со мной так прямо, но подумать об этом было некогда, слишком уж стремительно развивалась ситуация.

Напуганные люди ожили, занялись своими делами, хотя вокруг нас собралась небольшая толпа любопытных. Я спустила на землю свой мешок и выбросила вперёд руку, пытаясь этим жестом задержать бородача:

— Не нужно мучить животное!

— Твоё какое дело, как я учу этого обжору? Ушастый наглец яблоки воровал с прилавков!

— Значит, кормите его плохо, вот животное и вынуждено добывать себе еду, — привела я веский довод.

На моё удивление, наблюдатели одобрительно зашумели, поддерживая это утверждение.

— Всем известно, что Лекса жаден, как старый дракон!

— Конечно! Детям своим лишнего куска не даст, чего уж про живность говорить!

— Скупердяй — одно слово!

Поднявшийся гвалт прекратил злой рык этого самого скупердяя:

— А ну заткнитесь! Кто вас спрашивает?! — Лекса угрожающе поднял плётку, народ опасливо попятился. Только мы с ослом стояли как приклеенные. Бородач навис надо мной. — Уйди, девка, не зли меня. Вижу, что не местная, но жалеть не стану, если будешь под ногами путаться!

— И не собираюсь путаться, — я попыталась изобразить улыбку, хотя особой радости не испытывала. Угроза меня не то чтобы напугала, но вызвала неприятные ощущения. — Продайте мне осла!

— Это зачем же? — удивился неожиданному повороту хозяин животного.

— Надо! В дорогу собираюсь, поклажи много. Вот! — я пнула ногой свой мешок. — И это ещё не всё.

— Хм… продать оно, конечно, можно. Только дорог мне ослик. Задарма не отдам.

— Понимаю. Любите животных, — не смогла не съязвить я. — Сколько?

— Больше пяти монет не вздумай платить! — высунулся из лавки с огурцами хилый мужичок. — Пять и то много!

— Умолкни! — рявкнул на него Лекса. — Шесть монет! И не уступлю. Ещё за яблоки, что это тварь сожрала, торговке заплатить надо. — Семь!

— Да ты совсем очумел! — обойдя меня, подбоченился тщедушный. — Обобрать девку решил, пользуясь, что пришлая! В жисть не поверю, что ты за сожранные яблоки платить станешь. Жмот!

Видя, что скандал назревает нешуточный, я прикрикнула на обоих:

— А ну тихо! — отсчитала пять монет, протянула хозяину осла со словами: — Это вам, а за яблоки сама расплачусь.

— Ладно, — скривился бородач. — Твой теперь осёл, мучайся с ним, раз такая дура.

— И-я-а-а… — благодарно раздалось за моей спиной.

— Молодец, девка! — зашумела толпа.

— Как его зовут? — крикнула я в спину Лексе.

— Прорва ненасытная его зовут, — не оборачиваясь, ответил мужик.

Что ж, придётся мне самой кличку придумывать.

Не знаю, что будет дальше, мучиться с осликом придётся или нет — сейчас вьючное животное очень даже кстати пришлось. Я с помощью неравнодушных людей приладила к внезапно приобретённому средству передвижения мешок с артефактами, ещё и клетку приторочила, после чего осознала, что вполне могу продолжить шопинг.

Правду говорят, что лучший способ для девушки отвлечься от навалившихся проблем — купить кучу всевозможных вещей, на первый взгляд, остро необходимых, а по сути…

Не… правда, я молодец! Столько всего полезного приобрела, да ещё кошелёк «папаши» изрядно облегчила.

Мы — имею в виду нашу дружную троицу — бодро цокали по направлению к трактиру. Ослик с воодушевлением тащил два увесистых мешка — в первом всё моё, а во втором яблоки. Это внеплановая закупка, так сказать. Просто, когда я пришла расплачиваться за сожранные «ненасытной прорвой», торговка так расчувствовалась, что вручила мне этот мешок за одну предложенную монету.

— Ах, милая, — причитала она, трепля ослика по холке, — да разве ж я серчала на этого ушастого! Пошумела для порядка, и только. Уж от Лексы никак не ждала, что возместит. У него и воды на речке не допросишься.

У осла была такая счастливая морда, когда женщина вместе с помощником грузили ему на спину ароматно пахнущий мешок, что я не смогла отказаться. Пожалуй, дозаправка моему транспорту так и так требуется, да и я в случае чего с удовольствием погрызу румяное яблочко.

Теперь, топая по улице, ведущей к знакомому трактиру, весело представляла, как буду рассказывать новой подружке о приключениях на рынке. Салема наверняка посмеётся над удиравшим от прежнего хозяина и распугавшим толпу ослом, похвалит меня за крутые покупки, восхитится Лиловиком. Птенец, кстати, совсем приободрился и даже как будто подрос. Всё хотел вылететь из тесного подсетника, но я не позволяла — опасалась, что какой-нибудь недобросовестный кот сцапает волшебного Гароуда, а я не успею отогнать.

До трактира оставалось не больше сотни шагов, когда дорогу мне перегородили два немолодых туриста. Утренние наниматели переоделись в добротные, рассчитанные на длительный путь шмотки, нагрузились уже знакомыми мне гигантскими рюкзаками, а к поясам прицепили ножны с внушительными кинжалами.

Заметив совсем не игрушечное оружие, я осознала, что предстоящая вылазка далеко не безопасна. Вполне возможны встречи с дикими зверями, чего бы мне совсем не хотелось.

Эх, а я, кроме кухонного ножа и ложки, никакого оружия не купила. Вооружилась, ага!

Настроение моё стремительно падало. Я насупилась и сердито попросила:

— Дайте пройти.

— Нам в другую сторону, — спокойно сообщил Хит.

— Лучше прямо сейчас отправиться, — добавил Кум.

— Послушайте, — начала я переговоры, — мне нужно выспаться, переодеться, поесть. Завтра утром буду готова.

— Порталом в предгорья попадём, сразу поставим тебе палатку, — Хит повёл могучими плечами, немного встряхнув свой рюкзак, — там и переоденешься. Подглядывать не будем…

— Костерок разожжём, кашу тебе сварим, — рыжий не дал ему договорить. — Всё будет! Не сомневайся. Мы ж всегда поможем.

Хм… помогальщики. Сначала призвали сюда для своих целей, а теперь объясняют, как мне домой попасть. Так сосед собаку свою за ошейник придерживал и наблюдал, пока я её дерьмо со своего придверного коврика убирала. Сочувствовал! Вспомнив тот неприятный случай, я возмутилась:

— Да что за срочность? Почему нельзя утром? Порталы не работают, что ли?

— Видишь ли, детка, — начал темноволосый тоном начинавшего закипать воспитателя, — мы торопимся.

Ах, это они торопятся! Пф-ф-ф…

— Могу я хотя бы с Салемой попрощаться?

— Её нет в таверне! — подпрыгнул Кум. — Уже ушла.

— Куда ушла?

— За драконом! Куда ещё!

— Погодите, — удивилась я, — она тоже? А почему бы нам вместе не пойти?

— Э, нет! — рыжий покачал головой, хитро подмигивая. — Салема не наша. Её другие послали.

— Вот как! Это что же, кто раньше найдёт дракона? Квест? — предположила я.

— Кто раньше, — подтвердил Хит, — но дракон у каждой свой, идёте вы в разные стороны.

— Давай, поворачивай! — рыжий шагнул ближе, пытаясь схватить ослика за поводья, тот дёрнулся и клацнул зубами, едва не зацепив веснушчатую руку. Кум только фыркнул, совсем не испугавшись, тон, однако, сменил: — Пойдём, а? Мы ж поставили на тебя. А соперники уже вона где!

— Деньги, что ли, поставили? — изумилась я. Ничего себе попала.

— Деньги-деньги, — подтвердил Хит. — Идём уже. А то в горах темнеет рано.

Вспомнив про кошелёк, я вытащила его из кармана и сунула рыжему в руки. Мужик удивился:

— Чего это?

— Сдача, — ответила я и посмотрела на Лиловика, как будто искала совета.

«Пока опасности нет», — прозвучало у меня в голове.

Я наклонилась к подсетнику и шепнула:

— Так это ты со мной мысленно разговариваешь?

«Учусь. Ещё плохо получается».

Ничего себе! Правду Велла сказала: удивительную мне подарили птичку.

— Ладно, — я распрямилась и посмотрела на напряжённых мужчин. — Погнали. Ставки сделаны, ставок больше нет.

***

Хорошо, что у меня появился Лиловик, вот честно, без него вообще не знала бы, что делать. Да! Ещё осёл. Не знаю почему, но милый ишачок здорово меня подбадривал. Такими восторженными глазами смотрел вокруг! Уморительную морду делал, перехватывая мой взгляд, унывать рядом с ним совершенно не получалось.

А что? Возвращаться домой как-то нужно? Добыть для этого волшебный кубик необходимо? Значит, придётся взаимодействовать с «папашами», тем более что я тут больше никого не знаю. Ну, как никого? Салему немного знаю, но она и сама отправилась на поиски дракона. Если мои сопровождающие не врут. Кстати, да!

Я оглянулась и с тревогой поискала глазами скрывшуюся за поворотом таверну. Нужно было всё-таки сбегать туда и убедиться, что Салемы нет. Вполне возможно, что эти двое навешали мне на уши лапши, а я и поверила.

Лестничный философ — так называл меня бывший. И в чём-то он был прав. Я часто на эмоциях совершала судьбоносные поступки, а только потом обдумывала ситуацию как следует. За примером далеко ходить не надо. Зачем, спрашивается, перессорилась со всеми, сбежала и собралась дачу снимать в одиночестве? Если бы не эта вспышка, не свалилась бы в камин и не угодила неведомо куда.

Я прибавила шаг и окликнула идущего впереди Кума:

— Эй! Скажите, как называется ваш мир?

Рыжий весело подмигнул мне, оборачиваясь, вполне возможно, собирался ответить. Ему помешал Хит:

— Тебе зачем? Дракона найдёшь, магический куб принесёшь, и отправим тебя на Землю. Не любопытничай. Это только помешает.

Нужно было вчера у Салемы всё хорошенько расспросить! Правда, я была никакая и вообще думала, что умерла. Может, девушка и говорила чего, да я не воспринимала совсем. В очередной раз пожалела, что доверилась мужикам, назвавших себя охотниками. Они так уверенно рассуждали о драконах, будто не один раз встречались с ними, а ведь на рынке все, кто узнавал, куда я отправляюсь, поглядывали на меня с улыбкой и даже снисходительно, мол, давай-давай, девочка, иди туда, не знаю куда, и найди то, чего на свете вообще не может быть. Не отговаривали, конечно. Кто же будет разубеждать покупателя в том, что ему нужен твой товар? Одна лишь торговка яблоками темпераментно убеждала меня отказаться от затеи.

— Как же ты глупым выдумкам поверила, сердечная! — сочувственно качала она головой. — Легенды одни у нас об этих летучих ящерах остались. Если и были когда драконы, давно всех на зелья перевели!

Вот и думай! По словам охотников, я иду к вполне реальному существу, притом разумному. Ну, раз можно у него что-то просить и вообще договариваться с ним как-то. А простые люди утверждают, что это фантазия. Попыталась вообразить дракона. Это несложно. Сколько их повидала в фильмах и в компьютерных играх! Можно ли такого гиганта убить, да ещё и разобрать на составляющие — ингредиенты для зелий?

Ох, и подозрительно же это всё!

Что-то мне совсем не хотелось доверять «папашам»!

Порадовалась, что купила шапку-невидимку. Спрячусь в тень, подкрадусь к ним и послушаю разговоры. Может, и проболтаются о настоящих своих целях мужики.

Такое впечатление, что Кум почувствовал мой подозрительный взгляд. Передёрнул плечами, оглянулся и снова весело подмигнул:

— Пришли! Погоди чуток, сейчас портал откроем, на полянку перешагнём, а там палатку тебе организуем, ужин…

Туристы! Такой счастливый у них вид был, словно вырвались от жён и семей в долгожданный отпуск и теперь будут рыбачить где-то на берегу водохранилища, кататься на катере и варить уху.

Я промолчала. Взялась только за холку ослика, другой рукой продолжая держать поводья, и проверила, надёжно ли закреплена клетка с Лиловиком. Кто их знает, как эти порталы работают? В прошлый раз я в огне чуть не сгорела.

Бросила прощальный взгляд на крайние дома — мы покинули город и даже сошли с дороги на поросшую жёлтыми, похожими на нашу мать-и-мачеху цветами лужайку, и стала внимательно наблюдать за мужчинами.

Они действовали слаженно. Сразу видно, что не в первый раз портал открывают. Достали из ножен свои кинжалы — длинные, узкие, острые, я даже охнула от испуга, три раза стукнулись лезвиями, произнося непонятную мне длинную фразу, потом опять же синхронно очертили в воздухе круг. С кинжалов сверкающими ручейками потекли похожие на северное сияние потоки, слились в единую арку, внутри которой вместо недалекого от нас леса возникли горы.

Как же красиво! Грандиозно! Впечатляюще!

— И-йя-а-а-а… — не удержался от возгласа мой ишачок.

Такой портал мне нравился куда больше, чем перепачканный золой и сажей камин. Я замерла, созерцая картинку. Это выглядело как гигантский монитор с лугом и лесочком на обоях, в центре которого открылось окошко с изображением чудесного места для отдыха. Типа рекламы что-то.

— Остолбенела? — басовито хохотнул Хит и качнул всем телом, призывая меня идти первой.

Я словно завороженная медленно двинулась к арке. Шла, вглядывалась в необыкновенно высокое лазурное небо, вслушивалась в журчание недалёкого, но пока ещё невидимого ручейка, вдыхала запах лаванды. Как же хорошо!

Расскажите мне, что подслушивать нехорошо. Ну-ну! Особенно когда попадёшь в чужой мир без названия и люди, которым ты не доверяешь, поставят перед тобой невыполнимую задачу. Действовать строго по указке охотников, да ещё терпеть их постоянное присутствие рядом, словно я ищейка на не очень длинном поводке, мне совершенно не улыбалось.

Короче, я отправилась в разведку!

Не сразу, конечно, сначала разгрузила осла, выпустила из клетки птичку, обустроилась в удобной, поставленной спонсорами путешествия палатке, съела приготовленную ими кашу, немного пригоревшую и пересолёную, и даже залезла в спальный мешок.

Мужики остались около костра и, судя по всему, спать не планировали. Тихо беседовали, до меня, увы, доносился лишь слабый бубнеж.

Немного полежав, я раскопала в мешке шапку-невидимку, натянула её на голову и, стараясь не издавать лишнего шума, выбралась наружу.

— И-я-а-а! — вскочил на ноги расположившийся неподалёку ослик.

Увидел или унюхал?

— Тс-с-с-с! — я подскочила к нему, погладила по шерстистой скуле, приговаривая: — Оставайся тут, не выдавай меня. Нужно послушать, о чём говорят Кум и Хит.

Лиловик, выпорхнувший из палатки следом за мной, уселся ишаку между ушами и стал чирикать с настойчивостью и напором — пытался вразумить упрямца. Удивительно! У него получилось. Осёл шумно вздохнул и улёгся на траву с обиженным, даже обречённым видом. Я поспешно нырнула в тень палатки.

Луна, как назло, светила словно прожектор с вышки тюремной охраны. Мне пришлось перебегать от одного кряжестого кедра к другому, прячась за стволами от вездесущего мутно-белого глаза.

Вскоре почувствовала приятных запах костра. Охотники поддерживали огонь, не позволяя ему особенно разгораться — пламя уютно лизало толстые поленья, не получая добавки хвороста, дым тянуло вдоль журчащего под холмом ручейка. Хит сидел на бревне, смотрел в огонь и с задумчивым видом грыз веточку. Кум растянулся прямо на земле и уставился в звёздное небо. Говорили, как мне сразу стало понятно, обо мне. Рыжий хвалился своими умениями, уверяя напарника, что иномирянка им попалась что надо!

— Ты только погляди! Один день была в городе, а сколько живности приручила! Молчу про птицу чудную, но осёл-то! Такого упрямца разве заставит слушаться малознакомый человек? А этот ушастый прямо в рот нашей девице смотрит! Очень располагающий вид у этой особы.

— Дракон не живность, — хмуро констатировал Хит, — они людские помыслы лучше собственных чуют. Вспомни-ка, что с мальчишкой стало? А ведь Ришка тоже не знал, за каким дарком его через перевал послали.

— Парня дед плохому научил, — рыжий приподнялся, опёршись на локоть, и сплюнул в костёр, — а девице никто не успел мозги промыть. Чиста как слеза младенца! Ничего лишнего дракон не учует!

— Помоги нам, великий Куррвал, — со вздохом откликнулся Хит, — да будет ему благо в потусторонних обителях!

Кум опять улёгся и возразил, усмехаясь:

— Уж если на кого рассчитывать, так на сына его Кисьяна. Не сохрани он отцовское заклинание, не было бы нам удачи.

— Не велика заслуга чужими плодами пользоваться. Сам Кисьян и ногтя Куррвала не стоит!

— Ну, это ты со злости так говоришь.

— А чего мне на него злиться?

— Так всех драконов почти изничтожил! Нам не оставил.

— Вот именно.

Я так увлеклась, что переступила с ноги на ногу. Шишки под моими подошвами тихонько зашуршали. Звук-то сама еле разобрала, однако охотники встрепенулись. Кум повернулся в мою сторону, вглядываясь в темноту, и скомандовал напарнику:

— Иди-ка, глянь, не хоронится ли тут кто.

Кум послушно вскочил, вытащил из ножен кинжал и крадучись пошёл прямиком к тому кедру, за которым притаилась я.

Вот и думай! Обманула меня тётка с бородавкой на носу или правду сказала. Работает ли шапка-невидимка?

Мягкие шаги приближались. Я прилипла к дереву, закусила губу и даже дышать перестала. Мысли метались по черепушке, словно испуганные зайцы. Пыталась успокоить себя: не убьют же! Сами позвали в поход, значит, я им нужна живой. Вполне разумные рассуждения оптимизма не прибавляли. Я не сомневалась, что мужики здорово разгневаются, поймав лазутчика.

Зажмурилась даже, боясь выдать себя блеском слёз в глазах. Не сразу поверила своей удаче, когда шаги Кума прошуршали мимо. Он обошёл мой кедр, потыкал кинжалом в ближайшие кусты, пробежался в сторону ручья и вернулся со словами:

— Нет никого!

— Ладно, — хмуро приказал Хит. — Ложись, покемарь, а я подежурю.

К моему удивлению, второй палатки у охотников не нашлось. Хит так и остался сидеть у костра, а Кум растянулся на земле, подстелив плащ и подложив под голову полешко.

Скоро раздалось мерное посапывание. Подслушивать было больше нечего, я чуть не ползком пробралась к своему ненадёжному убежищу, забралась внутрь и почти мгновенно уснула.

Не то чтобы волнения отступили, напротив, их стало только больше. Однако организм отказался бдеть, ему требовалась передышка.

***

Поспать всласть мне не дали. Хит своим зычным голосом роту в атаку мог поднять. Что уж говорить о нас с Лиловиком? Потянулась, села, угукнула в ответ на вопрос, всё ли у меня нормально со слухом. Разобрала волосы растопыренными пальцами, заплела их и, ругая себя за недогадливость — не купила хоть какую-нибудь простенькую расчёску, выбралась из палатки.

Далёкие вершины сияли в лучах спрятанного за их спинами солнца. Предгорья всё ещё окутывала тень. Было довольно прохладно.

— Что? Уже пора вставать? — прозвучало недовольно.

— Вытаскивай вещи, я сложу палатку, — скомандовал Хит. — Пока умоешься у ручья, каша готова будет. Поедим и в путь. Прохлаждаться некогда.

Собственно, прохлаждаться я и не собиралась. Мне требовалось время на анализ данных ночной разведки. Мало что удалось подслушать, но уже и это вызывало тревогу. Очень хотелось узнать подробности происшествия с мальчиком, которого вспоминали мои наниматели. Понятно, что спрашивать напрямую бесполезно, вряд ли мне честно ответят.

Думай, Лера! Думай!

Захватила неупиваемую флягу и по тоненькой каменистой тропке спустилась к чистому роднику, дающему начало весёлому ручью.

Присела на гладкий камень, зачерпнула в пригоршню воды, прополоскала рот, потом умылась и напилась. Зубы ломило от ледяной свежести. Ах какая вкусная водица! С удовольствием наполнила флягу, радуясь, что не умру от жажды, даже если долго-долго буду топать вверх к перевалу. Надо ли мне туда — вопрос второй.

Пока не представляла, как можно отделаться от конвоя. Хотелось бы отделаться. Ведь могу же я добыть необходимый для открытия портала куб и уже потом встретиться с теми, кто умеет обращаться с такими вещами! Или я слишком самонадеянно рассуждаю?

«Плохие люди, — поддержал мои мысли Лиловый Гароуд, — злые и жадные».

— А ты откуда знаешь?

«Чувствую».

Я не спешила подниматься к костру, продолжала сидеть на камне и рассматривала свою птичку. Лиловик совершенно окреп и немного сменил внешность. Я пожалела, что никогда не увлекалась орнитологией. Кого-то мне этот силуэт напоминал, но вот кого? Точно не воробей, не голубь и не ворона, которых я в достатке видела в городе. Не ласточка, не стриж…

— Послушай, ты не мог бы оставаться одинаковым? Боюсь, я однажды тебя не узнаю.

«Узнаешь. У нас крепкая связь».

Я бы поспорила, но с холма раздалось грозное:

— Эй! Иномирянка! Уснула там? Рискуешь отправиться в путь голодной.

— Иду-иду… — буркнула я и встала.

Каша на сей раз была вполне съедобной. Напоминала “Дружбу”, которую варили у меня дома из риса, смешанного с пшеном. Бабуля обычно добавляла курагу, изюм и орехи, тут повар ограничился топлёным маслом, но уже и это было неплохо.

Я выскребла выделенную мне миску и собралась спуститься к ручью, чтобы её помыть, но Кум с весёлой ухмылкой передал мне влажную тряпочку:

— Протри этим.

— Хм?

— Зачаровано. Удобная вещь, — он продемонстрировал мне коробку с такими салфетками. — Руки можно ими мыть и лицо.

— И ноги! — Хит зыркнул на нас недовольно. — Хватит болтать. Идём уже.

Я бросила использованную салфетку в костёр и потянулась за коробочкой.

— Можно?

Мужчины быстро переглянулись, я успела заметить промелькнувшие на их лицах довольные улыбки.

— Бери, конечно, — воскликнул Кум, — у нас ещё есть.

Уже направляясь к ожидавшему меня ослику, я вспомнила совет ворожеи — не брать никаких вещей у охотников. Вот глупая! Совсем забыла. Чуть было не бросила коробку в кусты, вовремя опомнилась. Пока моя охрана рядом, никакие маячки не помеха. А вот задумаю слинять, тогда и от салфеток избавлюсь.

За мной наблюдали. Я надела курточку и демонстративно сунула презент в боковой карман. Пусть мужики думают, что я не догадываюсь об их коварстве.

Ослик успел пощипать травы, но от предложенного яблока не отказался, благодарно выдав своё вечное:

— И-й-а-а…

— Как же мне тебя назвать? — задумчиво спросила я, прилаживая мешки на спину животного. — Обжорик? Жирик?

— О-ио-ио-о-о… — обиженно откликнулся ишак.

— Да ты, смотрю, понимаешь, что говорят! А если Иаша? Яша то есть. Как тебе?

— И-я-а-а! — прозвучало одобрительно.

— Ладно! Будешь Яшкой. А то Лиловику кличка сразу придумалась, а ты так и ходишь безымянным.

Грозный окрик Хита заставил нас поторопиться. Мы с осликом тронулись по извилистой, поднимающейся на холм тропе, охотники топали следом. Тихо переговаривались, но разобрать их слова я не могла. Птенец то улетал вперёд, то возвращался и мысленно докладывал мне обо всём, что успел рассмотреть. Тут-то и пришла мне в голову идея отправить его на разведку. Чем не дрон?

— Послушай, Лиловик, ты сможешь долететь до перевала и оценить обстановку?

«Какую обстановку?»

— Ну-у-у-у… Не знаю. Не лежат ли там, к примеру, чьи-нибудь кости?

«Хорошо. Я попробую!»

Птичка упорхнула. Солнце поднялось довольно высоко, я порядком устала и ждала обещанного привала, беспокоил меня не голод и не болезненное напряжение мышц — Лиловик не возвращался.

Ах, зачем я отправила малыша на такое трудное задание? Он же недостаточно ещё окреп. Потом, в горах наверняка водятся хищники. Что, если мою птичку сцапает какой-нибудь орёл или ястреб?

Обед оказался очень скромным. Как объяснил мне Кум, тратить время на готовку среди дня они не привыкли. Пришлось обойтись кипяточком с травами, мягким сыром и булкой. Я довольно быстро это всё уничтожила и захрустела яблоком, вглядываясь в небо. Где же мой Лиловик? Почему так долго не возвращается?

— Далеко ли до перевала? — спросила я подошедшего ко мне Хита.

— Торопишься?

Я пожала плечами:

— Конечно! Домой хочется.

— Завтра к вечеру подойдём вплотную к первому хребту. Заночуем. Потом поднимемся по серпантину, опять остановимся на ночлег. На следующий день останется небольшой бросок.

— Далеко, — вздохнула я.

Вот бестолочь! Нет бы сначала спросить, а потом уже задание птице давать. Погрузиться в переживания мне не позволили. Погнали дальше. У меня уже глаза начали слезиться от попыток рассмотреть в яркой голубизне Лилового Гароуда. А его всё нет и нет.

Птичка вернулась уже в темноте. Мы успели поужинать, Хит приказал забираться в палатку и отдыхать, поскольку переход впереди очень трудный. Я медлила, ещё на что-то надеясь. Кормила ослика яблоками, молча глотала слёзы. Яша вздыхал, словно понимал мою печаль и всем большим сердцем сочувствовал.

Я было решила идти спать, подумала, что оставлю поднятым полог над входом в палатку, чтобы Лиловик смог залететь туда, если вернётся, и в этот самый момент послышался лёгкий свист разрезаемого крыльями воздуха. Гароуд свалился мне в ладони как подстреленный. Крохотный разведчик устал до крайней степени, опять превратвшись в прилизанного птенчика. Я бережно держала его, боясь прижать слишком сильно, согревала своим дыханием и шептала:

— Как хорошо! Как хорошо, что ты снова с нами! Больше никогда не улетай, ладно?

— Ты ещё не легла, детка? — вопрос раздался со стороны костра, я не поняла, кто из охотников его задал.

— Сейчас. Уже ложусь, — ответила на автомате, как обычно делала дома, зачитавшись или заигравшись за компьютером.

М-да-а… миры меняются, а привычки остаются.

Забралась вместе с Лиловиком в палатку, налила ему водицы в крышечку от фляги. Птенец напился и только после этого смог транслировать мне свои мысли. Пока немного.

«Больше ничего не нужно».

— Ты не голодный?

«Меня питает твоя магия».

— Это хорошо, — я улеглась, устроив птенчика рядом. — Отдыхай, набирайся сил. Утром всё обсудим.

«Да. Утром я смогу».

Так я и уснула в ожидании важного разговора.

Правда, состоялся он не сразу. Опять ранний поъём, судорожные сборы, поспешный завтрак — и вот, наконец, унылая демонстрация потянулась по тропе, уходящей куда-то вверх к неприступным скалам. Мы с Яшей по традиции шли впереди. Лиловик, так и не успевший полностью восстановить силы, сидел у меня на плече. Сначала дремал, но, когда солнце стало основательно припекать, встрепенулся и приступил к долгому мысленному рассказу об увиденном накануне.

Не могу сказать, что информация меня ободрила. Птица, преодолев большое расстояние, нашла довольно широкий проём в плотном строю скал. Туда вела узкая, но не заброшенная дорога. Пространство между двумя горами-стражами перевала поблёксивало магическими зарядами, но Лиловика они не остановили и не причинили ему явного вреда. Гароуд легко пролетел сквозь марево, после чего ему открылась впечатляющая картина. По ту сторону, начиная от верхней точки и дальше вдоль дороги, в разнообразных позах стояли каменные фигуры. Кто с занесённым топором, кто опираясь на вонзённый в землю меч, кто согнувшись то ли в поклоне, то ли в падении. По утверждению моего разведчика, статуи эти не вырубали из гранита или песчаника каменотёсы. Это были люди, которые окаменели сразу после того, как преодолели перевал.

— И как ты это можешь объяснить? — спросила я птенца.

«Все они молчат, спросить было некого».

— А стоит ли среди этих статуй парнишка?

«Я видел мальчика, трущего кулаком глаза. Судя по всему, прежде чем окаменеть, он горько плакал».

— Уф-ф-ф… Что-то не нравится мне всё это.

Я замедлила шаг и обернулась, поджидая конвойных.

Больше всё равно спрашивать не у кого, а продолжать путь, имея перспективу превратиться в прекрасную Афродиту или печальную Русалочку, у меня не было ни малейшего желания.

— Притомилась? — бодро прикрикнул рыжий, ещё не дойдя до нас с Яшкой. — Вон за тем утёсом хорошая площадка, там остановимся на перекус.

Я перекинула поводья через шею осла, ссадила ему на холку Лиловика и отправила их вперёд. Сама же дождалась мужчин и пошла с ними в ногу. Хит почувствовав неладное, сердито свёл брови к переносице и поинтересовался:

— Что-то хотела, детка?

— Объясните-ка мне, дорогие папаши, что за каменные фигуры стоят за перевалом?

Мужики переглянулись. Рыжий сделал глуповатое лицо и воскликнул:

— Какие ещё фигуры? Знать не знаем, видеть не видели.

— Не знаете, значит? — я остановилась и скрестила руки на груди. — Шагу не сделаю, пока не объясните мне, что там за скульптурная выставка образовалась!

Кум упорствовал в своём притворстве. Пожал плечами и самым невинным невинным тоном запел:

— С чего это ты взяла про какие-то скульптуры? Разве бывала в этих местах? Потом, если и стоят, мы ничего об этом не знаем.

— И про мальчика не знаете, которого в прошлый раз к дракону отправили?

Моё очередное заявление удивило охотников пуще прежних. Чувствуется, что про паренька точно никто не мог мне рассказать, даже Салема. Тогда как о существовании окаменевших альпинистов может и догадываются люди.

***

Я удостоилась двух мрачных взглядов. Даже Кум, который обычно выглядел несколько придурковато, посерьёзнел и очень глубоко вздохнул.

После долгой паузы подал голос его приятель:

— Откуда тебе всё известно, детка?

— Ну, не всё, — я с самым невинным видом пожала плечами, — но кое-что открылось. И даже это немногое выглядит пугающе. Либо выкладывайте начистоту, чего задумали, либо ариведерчи.

— Что значит «открылось»?

Пришлось врать. Не могла же я выдавать свои источники!

— У меня дар провидческий.

— Провидческий дар? Такой встречается на Земле? — всполошился рыжий, снова став прежним чудиком.

— Конечно! Интуиция называется. Дома часто им пользовалась. А здесь так вообще, — я повела рукой, указывая на необыкновенную красоту грандиозного хребта, — усилился. Вот и пришли ко мне всякие видения.

— А подробнее? — настаивал Кум, подпрыгивая на месте, отчего привязанный к его рюкзаку котелок болтался из стороны в сторону и позвякивал.

— А подробнее вы мне сейчас расскажете.

— Не сейчас! — отрезал Хит и, даже не взглянув на меня, двинулся вперёд. Обходя ослика, пояснил: — На стоянке всё подробно поведаем тебе, детка. Здесь неловко.

Я в задумчивости смотрела ему вслед, слушая, как хрустят камушки под толстыми подошвами горных ботинок. Придётся, пожалуй, топать. Это я налегке, а мужикам как минимум нужно рюкзаки снять — беседы на узкой тропе в самом деле вести неудобно. Рыжий кивнул, предлагая мне идти, ободряюще улыбнулся, но никак не прокомментировал ситуацию.

— Оки, — поморщившись, выдала я, — пока отложим выяснения.

Шла и думала о своём. Не хватало мне в прежней жизни такого руководства. Стоило поднять хайп, как все вокруг заводились, будто только и ждали выстрела стартового пистолета. Даже если взять последний конфликт с моим парнем, бывшим парнем, выражаясь точнее, сказал бы он мне спокойно что-то типа: позже обсудим, не переживай, всё наладится… Так нет! Орать стал, будто я ему отрезала что-то важное. Всем досталось. И моей родне, и подругам, и мне самой прилетело. Даже сейчас, вспоминая посыпавшиеся на мою голову обвинения, злилась и пинала булыжники, сбрасывая их с тропы.

— Не швыряйся камнями, детка, — попросил идущий следом Кум, — в горах опасно. Можно камнепад вызвать. На тех, кто внизу, обрушится.

— А есть кто-то внизу? — удивилась я. Подошла к самому краю и проследила за движением потревоженной мною мелочи. — Вроде пусто.

Не хотелось бы ещё и преследователей огрести. Охотники что-то говорили о соперничестве. Вдруг конкуренты задумают вывести меня из игры?

К счастью, стоянка, выбранная охотниками для перекуса, была недалеко. Пройдя очередной довольно резкий поворот серпантина, я увидела широкую, вгрызающуюся в гору платформу с кострищем посередине. Чёрно-серые потухшие угли окружали свободные от коры и отполированные седалищами путников брёвна. Кто только затащил их на такую высоту!

«Папаши» деловито засуетились, уже через минуту расстеленное на плоском камне льняное полотенце приняло в объятия два пузыря с прозрачной жидкостью, сыр во влажной тряпице, горку грецких орехов, нарезанный хлеб и тонкие ломтики сала.

— Не стой, детка, садись, — велел мне Хит, занимая место в тени нависающей козырьком скалы, — ногам нужен отдых, а то и до перевала не дойдёшь, и вниз не спустишься.

Это намёк на то, что я могу отказаться от миссии? Просто развернуться и пойти восвояси? Хотя какой восвояси! Домой-то мне надо возвращаться, а для этого, если верить мужикам, требуется магический куб. Я освободила от поклажи ослика, насыпала перед ним горку яблок и только после этого присоединилась к трапезе.

— Ну, — спросила с набитым ртом, — долго ещё ждать?

— Ты зря! — заявил Кум, с хрустом давя в ладонях довольно крупные, действительно похожие на грецкие, орехи. — Мы потому иномирянку и призвали, что нашим опасно через врата ходить.

Я перевела взгляд на руководителя проекта, ожидая подробностей. Хит отложил надкусанный бутерброд, вытер ладонью губы и уставился на меня, как диктор в телесуфлёр. Даже моргать перестал совсем.

— Драконы прячутся за первым хребтом. Там, на недоступных людям вершинах, живётся им вполне вольготно. Перевал — единственная возможность попасть в их владения. Вот ящеры и зачаровали его. Чтобы, значит, мы не могли их потревожить.

— Зачем же их тревожить? — брякнула я, не подумав.

Рыжий завопил, роняя крошки изо рта:

— Не прикидывайся, что не понимаешь! Мы ж растолковали всё! Магический куб позарез нужен, а его, кроме как у дракона, взять негде!

— А квест? Ну, спор, ставки, всё такое…

Кум хмыкнул и поднял руку с куском хлеба, собираясь откусывать:

— Это мы так просто тебе сказали. Чтобы не отвлекалась на лишние разговоры.

— Опасались, что Салема всю правду выложит об этом перевале?

— Чего выложит эта девчонка! Она и сама толком не знает ничего. Думает, что драконы родителей её спалили, а…

— Заткнись, — оборвал его Хит. — Это к делу не относится, — он снова посмотрел на меня: — Драконья магия действует только на местных. Ты пройдёшь беспрепятственно.

— Хотите сказать, что ваш мальчик погиб потому, что местный? — решила уточнить я. Что-то мне не нравились драконы, убивающие детей.

— Думал он не то, вот и погиб. Дуралей! — печально вздохнул рыжий.

— В смысле? — повернулась к нему.

— Заткнись, сказано тебе! — рявкнул на Кума напарник.

— Нет уж, пусть продолжает, — попросила я.

— Ну, так это… — рыжий смачно икнул, почесал затылок и пустился в объяснения, будто не замечая убийственных взглядов Хита: — Болтают, что преграда эта настроена на разум. Если человек против драконов что-то замышляет, плохо ему придётся. А если просто погулять вышел…

— А паренёк замышлял?

— Получается, что так, — Кум подмигнул мне заговорщицки. — Тебя это не касается. Иномиряне ничего против драконов не имеют.

— Как сказать… — задумчиво прошептала я.

Пока сомнений меньше не стало. Даже наоборот. Очень уж не хотелось проверять на собственной шкуре, всю ли правду поведали мне охотники.

Эрикрик Ла-Витт

Неужели удача наконец прекратила бесконечную игру в прятки?

Когда разворачивал пожелтевший и высохший от неправильного хранения свиток, пришлось применить сохранный заговор, чтобы документ не рассыпался прямо у меня в руках. И кому только пришло в голову бросить «Отчёт о первой битве драконов с чародеем по имени Куррвал» на чердаке самой высокой башни в кучу хлама?

Сколько лет я безрезультатно искал свидетельство, упоминавшееся во многих научных трудах! Даже в бреду не мог предположить, что к такой важной бумаге предки отнеслись столь неуважительно. А ведь в прежние века кто только не перечитывал рассказ единственного выжившего в той схватке дракона. Меня страшно раздражало, что каждый исследователь трактовал и цитировал «Отчёт» по-своему, перевирая и подгоняя данные под собственные теории. Разумеется, все эти труды жутко противоречили друг другу. Найти первоисточник — единственная возможность узнать, с чего всё началось.

Издав победный вопль, я устремился вниз по винтовой лестнице. Скорее в кабинет! Конечно, не терпелось внимательно прочесть счастливо обретённый текст досконально, а не по диагонали, как я сделал на чердаке, и я бы с удовольствием приступил к изучению прямо там, сидя на рассохшемся сундуке, но заставил себя пойти в кабинет, где и обстановка располагала к размышлениям, и атмосфера для чудом сохранившегося свитка была благоприятной.

Бережно расправил бумагу на столешнице, продублировал укрепляющее заклинание, наблюдая, как исчезают замины и складки, выравниваются потрёпанные края, светлеет бумага и становятся более чёткими буквы. Руки дрожали от волнения. Никогда я ещё не был так близок к разгадке причин свалившейся на расу беды.

Постигло ли меня разочарование? Пожалуй, нет. Прежде всего потому, что существование неизученного свидетельства постоянно изводило меня, а поиски превратились в страсть. Теперь этот этап позади, остался анализ первоисточника и повторное изучение остальных материалов. С другой стороны, я ждал большего. После вдумчивого прочтения стало понятным, почему выводы исследователей так разнились. «Отчёт» составили, опираясь на впечатления ребёнка, да ещё спустя несколько десятилетий.

Ну, как ребёнка? Юный дракон, только-только вставший на крыло, впервые перелетел пограничный хребет, пристроившись в хвост вереницы сородичей. Старший брат, заметив нарушителя, послал ему ментальный приказ возвращаться в замок — до инициации запрещалось покидать горы в основной ипостаси. Увы, неопытные, не получившие навык обращения с собственным огнём юнцы могли натворить бед.

Любознательный подросток сделал вид, что послушался, он залетел за ближайшую скалу, где принял человеческий облик, намереваясь дождаться подходящего момента и последовать за сородичами на пределе видимости. Оттуда из-за скалы и наблюдал за трагедией.

Нетрудно понять, почему юнец довольно долго молчал об увиденном. Он нарушил запрет и боялся наказания? Возможно, но не это главное. Слишком глубоким было потрясение. Он видел, как погибают сородичи, не имея возможности помочь им. Гигантская, глубоко переживаемая вина терзала его долгое время. Лишь повзрослев и осознав, что его свидетельство может предупредить новые трагедии, он пришёл к предводителю каяться.

Жаль, что признание не случилось сразу. Могущественный маг, открывший охоту на драконов, всё это время безнаказанно губил многих, а свидетелей страшных событий не оставалось. После рассказа единственного выжившего, имя которого, к сожалению, не сохранилось, драконы стали осторожнее и не такими самонадеянными как прежде.

Я отодвинул от себя свиток, откинулся на спинку кресла и прикрыл веки. Эмоции бушевали в груди. Как? Как он мог хорониться в засаде и не прийти на помощь? Даже представлять себя в подобной ситуации — мучение. Парень ещё не владел драконьим огнём, а это привычно считалось главным оружием. Однако, по его же свидетельству, пламя не причиняло вреда людям, непостижимым образом обращаясь против извергнувших его драконов. Мог бы сообразить, что нужно действовать когтями, зубами — телесной мощью. Не сообразил, что совсем неудивительно для шокированного увиденным подростка. Он даже обернуться не смог, что уж говорить о битве.

— Да-а-а… — произнёс я в задумчивости. — Не хотелось бы мне оказаться на месте этого мальчишки!

Послышались тяжёлые шаги. Я стряхнул задумчивость, сел ровно и взглянул на появившегося в дверном проёме слугу.

— Простите, что потревожил, хозяин, — комкая в руках шапку, обратился ко мне конюх.

— Что тебе, Джес?

— Да вот, хотел в деревню сгонять. Дочка родить должна, хочется внука самому принять на руки.

— Так скачи! Когда я не позволял тебе родню навещать? Плату за прошлый месяц…

— Я не про монеты, хозяин.

— Про что же? Говори, не тушуйся.

— Вы бы глянули в зеркало волшебное, нет ли кого на пути. Боязно с охотниками столкнуться.

— Тебе? Боязно? — смеясь, поднялся я с кресла. — Никогда не поверю.

— Так чары у них! Что мой топор сделает против этого?

Я кивнул, соглашаясь. Если уж драконы сторонятся охотников, вооружённых убийственными заклинаниями, чего ждать от конюха, пусть и могучего сложения человека?

Сдвинул в сторону картину, загораживающую ценный артефакт, приложил к стеклу ладонь, активируя. Муть возникла и тут же исчезла, зеркало продемонстрировало привычный вид на перевал. Наблюдение за магическими вратами — вынужденная мера, однако как меня огорчали стоявшие там каменные фигуры! Особенно утиравший слезы мальчика. Вот зачем полез сюда, пострелёнок?

Собрав картинку в горсть, я увеличил обзор.

— О! — воскликнул Джес. — Гляньте-ка, сидят голубчики.

Точно, чуть ниже по узкой тропе, на излюбленной охотниками площадке сидели трое. Рядом с ними дремал ослик.

— Два мужика и девушка, — печально вздохнул я, — красивая.

— Как это вы разглядели, хозяин? — приблизился к артефакту конюх. — Точно! Миленькая. Жаль, если окаменеет.

— Жаль.

Я потряс головой, гоня ненужные мысли. Драконы никого к себе не заманивают, люди сами тащатся к перевалу, сами держат в голове жестокие мысли, вот и расплачиваются!

— Так это левая тропа, — напомнил о себе Джес. — Мне туда не нужно. Я бы по дороге, что к деревне ведёт, спустился.

— А-а-а… да, сейчас!

Я сдвинул изображение в сторону, убедился, что нужный конюху путь свободен, с лёгким сердцем отпустил верного слугу. Тот ушёл, а я постоял немного, борясь с желанием вернуться к девушке, рассмотреть её получше. Чем-то она тронула меня!

Пожалуй, стоит слетать к перевалу. Нельзя допустить, чтобы девчонка пострадала. Охотников не стал бы останавливать, их чем больше погибнет, тем лучше. А вот красивая девушка…

Нет! Пустое! У меня дела поважнее имеются. Поставил картину на прежнее место, пряча артефакт, и вернулся к столу. Ещё разок перечитаю…

***

Лера Васнецова

Охотники спорили. Я почти не слушала их.

Как мне поступить? Не идти через перевал нельзя — идти страшно. Заверения Хита вызывали большие сомнения. Причём чем яростнее он доказывал свою правоту, тем сильнее я сомневалась в его словах. Допустим, «папаша» казался вполне искренним, но ведь каждый может заблуждаться.

— С чего ты вообще взял это? — Хит давно уже встал с бревна и теперь поднял товарища, схватив его за грудки. — Откуда такие бредовые идеи? «Драконы мысли человека насквозь видят! Намерения его знают!» Вот так глупость!

— Не бредовые! Не бредовые! — сипло возражал Кум. — Мне Щербатый по пьяни всё разобъяснил! Он, между прочим, самому Кисьяну прислуживает!

— Ах, Кисьяну! Этому недоумку, объявившему себя великим магом! А ты и уши распустил! Не думаешь, что жалкий потомок гениального Куррвала нарочно запугивает свободных охотников?

— Что тебе не нравится, Хит? — рыжий наконец отцепил руки приятеля от своей рубахи, отшатнулся и, поправляя одежду, продолжил обиженным тоном: — Я по твоей просьбе вызвал иномирянку! Не с кем-то другим, а с тобой охочусь. А ты руки распускаешь.

— Ладно! — уже спокойнее сказал Хит. — Идти надо, а то в ночи будем палатку ставить.

«Они охотятся, — раздалось в моей голове, — а ты им помогаешь». Лиловик, во время перекуса сидевший на моём плече, уловил главную суть.

А ведь Гароуд прав! Мои мысли чисты, чего нельзя с уверенностью утверждать об остальных членах экспедиции. Вряд ли «папаши» признаются мне в своих истинных целях. Получается, я невольный сообщник. Что, если Кум вместе с неведомыми мне Щербатым и Кисьяном не заблуждаются и драконы почувствуют опасность, когда я доберусь до перевала?

— Вот что! — я встала, выхватила из рук рыжего свой мешок с артефактами, Кум собирался грузить его на ослика. — Дальше пойду одна. Вы спускайтесь к ручью и ждите меня там.

— То есть как это одна пойдёшь? — Хит замер, держа на весу свой рюкзак.

— Обыкновенно. Вам ведь нужен куб? Я добуду его для вас.

— Магический куб нужен, чтобы отправить тебя на Землю. Нам тоже пригодится, но не это главное…

— Ничего не хочу слышать! — я остановила его жестом. — Меня ваши проблемы не касаются. Просто спускайтесь вниз и ждите. Я справлюсь.

— А кто жрачку тебе приготовит? — возмутился рыжий. — Осёл, что ли?

— И-й-я-ааа, — подал голос Яшка.

— Обойдусь без ваших разносолов, — усмехнулась я. — Посижу на яблочной диете.

— Оголодуешь! — возмутился Кум голосом моей бабули. — Ноги таскать не сможешь!

— А ночёвка? — присоединился к причитаниям Хит. — Палатку-то сумеешь развернуть?

Сколько натурального беспокойства! Настоящие «папаши»!

— Спорить тут не о чем, — я чувствовала, что вот-вот впаду в истерику и наговорю лишнего, как уже не раз бывало. Сжала кулаки, процедила сквозь зубы: — Убирайтесь! Шагу не ступлю в вашей компании.

Уж не знаю, как мужики уловили моё состояние, но продолжать дискуссию не стали. Переглянулись, причём я заметила непонятный жест Хита, после чего рыжий криво улыбнулся и кивнул:

— А чего? Нам же легче! Топай одна. Спи на камнях, питайся яблоками, а мы у костерка посидим, красотами предгорий полюбуемся, подождём, чем твой бросок закончится.

Я прекрасно понимала, что лишаюсь последних удобств, но не собиралась отступать. Расправила плечи, вздёрнула подбородок и сцепила руки на животе, показывая, что намерена дождаться, когда охотники действительно развернутся и пошагают вниз.

Мужики надели рюкзаки, не переставая ухмыляться, и пошли прочь, пожелав нам с Яшей счастливого пути. Вообще-то, надо бы у них кинжал хотя бы попросить — мелькнула у меня запоздалая мысль. Поздно, Хит уже скрылся за поворотом, Кум обернулся и приветливо махнул мне рукой, крикнув:

— Бывай, иномирянка! Куррвал тебе в помощь.

— Обойдусь без вашего Куррвала, — буркнула я себе под нос.

Итак, я избавилась от неприятного общества и почувствовала себя победительницей. Теперь дело за малым: подняться на перевал, пройти его, по возможности оставаясь живым человеком, разыскать дракона, объяснить ему суть проблемы и выпросить магический куб. Что ему, жалко, что ли? Я почему-то не сомневалась, что ящер проникнется сочувствием ко мне. Зла драконам не желаю — тупо стремлюсь домой. Кому плохо от того, что я вернусь в родной мир?

Рассуждала я вслух. Мы с Яшей еле помещались на узкой тропе, но он отказывался идти за мной, цокал рядом и мерно кивал в такт моим словам. Лиловик вспорхнул с моего плеча сразу, как только мы тронулись. Теперь я могла видеть лишь маленькую сиреневую точку, нарезающую круги в вышине.

Пусть полетает! Ему нужно тренироваться. Главное, чтобы далеко не забурился. У меня в груди холодело от воспоминания о том, как я испугалась за свою птичку накануне. Теперь точно не отпущу его дальше, чем смогу видеть.

Вдоволь накувыркавшись в вышине, Гароуд спустился, сел мне на плечо и завёл разговор:

«До стоянки ещё далеко. Вряд ли успеете до темноты, если будете так тащиться». Я послушно прибавила шагу. Яша недовольно пофыркал, но тоже зацокал веселее.

— Ничего, — я успокаивала скорее себя, чем птицу, — палатку ставить не нужно, костёр разводить тоже. Можно и в темноте устроиться, нашлась бы удобная площадка!

«Одна есть, а вот охотниками сложно будет».

— Каким ещё охотникам? — удивилась я.

«Нашим, каким ещё?»

— Они же к ручью возвращаются!

«Как бы не так! За тобой топают, прячутся за поворотами, но из виду не выпускают».

— Ах ты ж! Они в «Казаков-разбойников» со мной играют!

Я чуть было не повернула назад, чтобы пристыдить «папаш», но одумалась. Что толку? Раз решили не оставлять меня без присмотра, найдут способ. Нужно что-то такое выкинуть, чтобы они сами поняли бессмысленность преследования.

Теперь мысли мои полностью захватила разработка плана под кодовым названием «Обмани охотника». Одно я знала точно: с таким сопровождением я наверняка подвергаю себя опасности.

Хоть Лиловик и сомневался, что мы доберёмся до удобной стоянки засветло, мне это удалось. После сообщения Гароуда о «хвосте», я так ускорилась, что Яша едва поспевал за мной, время от времени оглашая горы своим недовольным «Й-ё-о-о». Оно катилось эхом, веселя меня, несмотря на всю неоднозначность ситуации.

Кому приятно узнать, что тебя держат за дурочку? Охотники притворились, что приняли моё условие, а действуют вопреки ему. Премудрые какие! Но и мы не лохи, если что!

На первый взгляд, проще всего вернуться по тропе и высказать «папашам» в лицо все претензии. Мол, кого переиграть хотите? Я же провидица! Ну, так, чтобы оставаться в рамках прежней легенды. Однако я их слову больше не доверяла и хотела устроить нечто такое, после чего мужики сами с удовольствием покатятся вниз. Только вот что?!

Могла бы спрятаться в пещере или в зарослях, только толку в этом ноль. Ну, пройдут мимо, ну, не заметят — что с того? Будут ждать на перевале до победного, даже если решат, что упустили. Больше-то деваться мне некуда. Разве что в пропасть сигануть.

Разгрузив ослика, я выдала страдальцу очередную порцию яблок, сама взяла в руки флягу с чудесной родниковой водой и мешочек с лепёшками. Они действительно оказались несъедаемыми, притом очень сытными. Со вкусом жевала, утоляя нешуточный голод, и расхаживала по небольшой площадке, ограниченной со стороны моих преследователей выдающимся выступом. Тропа здесь делала двойной крутой поворот, поэтому наблюдать за мной, даже скрываясь за камнями, “папаши” возможности не имели. Более удобного момента для осуществления моего плана могло и не выпасть.

Прежде всего я расположила Яшу прямо у входа на стоянку и приказала ему охранять пост номер один. Лиловика попросила следить за охотниками. Птичка со всей ответственностью отнеслась к поручению и вскоре доложила, что мужики устроились за выступом. Лечь без риска скатиться по склону там негде, поэтому Кум и Хит отдыхали, привалившись спинами к отвесной скале. Так им и надо! Нечего было за мной тащиться. Спали бы в палатке как люди.

Солнце облокотилось на далёкую вершину, ещё не окрашиваясь алым, и светило подобно маяку. Однако такое благолепие продлится недолго — гора уже начала постепенно проглатывать золотой диск. Понимая, что вот-вот стоянка погрузится в тень, я загодя расставила по её краю самозажигающиеся свечи. Получилось нарядно. Я испытывала душевный подъём, который обычно предшествует празднику.

Итак, что мы имеем? У самого обрыва каким-то чудом держалось деревце. Можжевельник. Длинные извилистые корни закреплялись в трещинах, некоторые висели в воздухе, опираясь на небольшую ступеньку, расположенную уровнем ниже — примерно на расстоянии полутора метров. Пожалуй, туда совсем нетрудно спуститься. Я подёргала ближайший корень, убедившись в его надёжности. Однако воспользоваться приёмом Шерлока Холмса, с помощью которого знаменитый сыщик выжил во время смертельной схватки с Мориарти, я не отважилась. Велика вероятность, что “папаши” подойдут к дереву и посмотрят вниз. А тут я как на ладони! Даже шапка невидимка не поможет, утром уступ будет хорошо освещён. Однако сама идея инсценировать падение иномирянки в пропасть мне нравилась.

Всю ночь я занималась подготовкой. Прежде всего переоделась в купленные на рынке шмотки. Жаль, конечно, любимые джинсы, да и лазать по горам в юбке неудобно — всё же пришлось отодвинуть сомнения в сторону.

— Эй! — крикнула я ослу. — А ну-ка отвернись, бессовестный! Не подглядывай.

Яша глубоко вздохнул и демонстративно встал ко мне боком, искоса продолжая наблюдать, как я стягиваю джинсы. Вот любопытная животина! Я поспешно натянула юбку и погрозила проказнику пальцем.

— И-я-а-а-а, — ожидаемо отреагировал ослик.

Ругаться не стала. Нам с Яшей по моей задумке предстояло расставание, и я уже немного грустила.

Занялась куклой. Связала штанины резинкой для волос — надеялась, что с такой высоты невозможно заметить отсутствие у «трупа» ступней, и набила джинсы мелкими камешками. После этого надёжно скрепила с помощью ремня нижнюю часть туловища с курткой. Куртку было ещё жальче, чем джинсы, однако только у неё имелся необходимый для инсценировки капюшон. Кукла без ступней ещё могла сойти за меня, а вот без головы…

В рукава вставила срезанные с можжевельника ветки, саму куртку заполнила травой, в капюшон вставила подходящего размера булыжник, чтобы он не вывалился, намертво стянула шнур.

— Ай да я! — не могла не похвалиться, рассматривая в свете звёзд и свечей результат собственного рукоделия. — Ай да мастерица!

Больше оценить мои старания было некому — ослик с Гароудом мирно спали в стороне. Мне же пока отдыхать рано. Восток розовел, вот-вот оживятся мои недруги — к тому моменту всё должно быть готово.

Я подтащила куклу к обрыву, встала у дерева, чтобы ненароком самой не свалиться следом, положила несчастную поделку на край и осторожно пихнула ногой, крепко держась за ствол рукой. Послышался шорох — земля и камни осыпались, сопровождая падение куклы.

Рассмотреть, как мой двойник выглядит со стороны, я не могла. Мало того, что темно, ещё и туман клубится внизу. Вздохнула. Что бы там ни получилось, исправить уже не смогу.

Теперь пришёл черёд барахлишка. Мне было жаль оставлять свои артефакты охотникам, поэтому я прочно связала горловину мешка верёвкой и спустила его на ступеньку, как будто мешок упал вместе со мной, но счастливо зацепился. Верёвку привязала к самому толстому корню и замаскировала камнями, чтобы не было заметно. Где прятаться самой, продумала заранее, узкая трещина в скале позволяла пролезть туда и оказаться в плотной тени. Не пещера, конечно, но я вполне смогу там переждать всё расследование несчастного случая. Шапка-невидимка мне в помощь.

Слабым звеном моего плана был осёл. Я, конечно, подняла его на рассвете и всё подробно объяснила, но кроме вечного «И-я-а-а» ничего не добилась.

— Яша! Ты сейчас пойдёшь туда, — я указала за поворот, — к мужикам. Ну? Чего мотаешь башкой?

«Я его погоню, — заверил меня Лиловик, — не волнуйся, Яшка меня слушается».

Вот что бы я делала без своей птички?

Водрузила ослу на спину мешок с остатками яблок — пусть бедолага полакомится за моё здоровье, шлёпнула его по боку и обратилась к Лиловику:

— Бегите! Чем больше паники, тем лучше.

Яша засеменил по тропе, подгоняемый Гароудом, севшим ему на холку, я же сложила руки рупором и заорала в сторону дальних гор:

— А-а-а-а!!! Аа-а-а!

— А-а… а-а… а-а… — отозвалось эхо.

Теперь спрятаться!

Успела не только нырнуть в расщелину, но и устроиться там вполне удобно — так, чтобы ничего никуда не вонзалось.

***

Пахло жуть как неприятно. Где-то рядом валялась дохлая мышь или другой мелкий зверёк. Хотелось зажать ноздри, но ведь совсем не дышать я долго не смогу — пришлось терпеть. Через некоторое время привыкла и уже не обращала внимания на запах, тем более что подоспело развлечение.

«Папаши» примчались без рюкзаков. Видимо, услышали мой крик, испугались, а тут ещё Яшка с вытаращенными глазищами, понукаемый Гароудом.

— Где она? — зарычал Хит, озираясь.

Я сильнее вжалась в расщелину, внимательно себя осмотрела — не попадают ли на одежду рассветные лучи. Плотная тень полностью меня покрывала, даже шапка-невидимка не особенно требовалась. Ой, нет! Очень даже требовалась. Кум, похоже, знал о существовании трещины в скале, сразу побежал сюда. Успел приблизиться и заглянуть. Тут-то я и перестала дышать, замерла, как будто стала частью горы.

— Детка! — крикнул рыжий едва ли не в лицо. — Отзовись, детка!

— Она здесь, — послышалось от обрыва.

Хит стоял около можжевельника, держась за его ствол, и смотрел вниз. Кум кинулся к нему, вопя:

— Где? Где?

— Разбилась. Дарк её побери!

Рыжий подбежал к товарищу, схватился за его локоть и тоже глянул в пропасть:

— Как-то странно лежит. Точно она?

— Ты бы удобнее прилёг, спикировав с такой высоты? — горько усмехнулся Хит и добавил: — Она. Маячок там.

Ух! Я и не подумала про салфетки, оставшиеся в кармане куртки. “Папаши” правильно среагировали на них — это была хорошая новость.

— Как же это? А? — со слезами в голосе сокрушался рыжий.

— Да вон! Мешок её видишь? На уступе зацепился. Уронила, потом полезла за ним. Не удержалась и сорвалась.

— Дура! — со знанием дела констатировал Кум. — Нет бы нас попросить.

— Откуда бы ей знать, что мы рядом? Вроде как вниз к ручью пошли.

— А-а-а… Да-а-а…

— Повезло ещё, что иномирянка, хоть не спохватится никто.

— Точно. За мальчишку сколько оправдываться пришлось.

Мужики стояли в скорбных позах, вздыхали, смотрели вниз. Я же снова испугалась, заметив ослика, Яшка показался из-за поворота и топал прямиком ко мне. Неужели чувствует? Вот ещё проблема!

Правильно говорят: все главные секреты выдают свои же чисто по глупости.

— Эй! Осёл! — окликнул его рыжий. — Как же ты это хозяйку не уберёг?

Яша будто понял, сразу поцокал на зов и тоже замер на краю пропасти. Даже с тыла было прекрасно видно, как животное огорчилось. Ослик сильно подался вперёд и заорал:

— Й-ё-о-о-о-о!!!

Я уж думала, что свалится, но Яшка прекрасно сохранял равновесие.

— Хоть какая-то польза от этой дурищи! — вздохнул Хит. — Осёл в наследство.

— Может, мешок её достать как-то? — предложил Кум.

— Жить надоело? Зачем тебе вообще бабские тряпки?

— Ну… подарил бы кому…

— Пошли отсюда! И так неделю потеряли. Заказчик ждёт куб, а мы чепухой занимаемся.

На моё счастье, Хит решил свернуть следственные действия и твёрдым шагом покинул площадку. Кум пошёл было за ним, но задержался, подзывая ослика:

— Эй! Ушастый! Нечего тут стоять, идём с нами.

Ага, так он вас и послушал. Ни уговоры — обещания сладкой морковки, яблок и прочих деликатесов, ни грубая сила — рыжий пытался тащить Яшу за поводья — результата не давали. Я-то считала ослика послушным, оказывается, он просто любил меня и теперь готов отказаться от лакомств, лишь бы видеть хозяйку. Глупыш! Это же кукла — хотелось мне сказать. Прямо слёзы на глаза навернулись от умиления.

Чувствовала себя предательницей. Нехорошо обманывать преданных животных.

Увы, иначе я не имела возможности поступить. Раз “папаши” сочли меня погибшей, точно не бросят осла здесь.

Положение, как обычно, спас Лиловик. Он спустился откуда-то с высоты Яше прямо на макушку, после чего тот понуро поплёлся за Кумом.

Можно было вздохнуть с облегчением. Однако выбираться на свет я не торопилась. Мало ли, вдруг охотники решат продолжать путь к перевалу? Я же не знала их планы наверняка. Хит обмолвился, упомянув магический куб, который, оказывается, ждёт какой-то важный клиент. Нет, я и раньше понимала, что артефакт им нужен, но хотя бы надеялась, что с его помощью меня вернут домой. Теперь что-то засомневалась. Вполне возможен другой вариант. Мне “повезло” встретить наглых обманщиков. После того, как это стало очевидным, я подвергала сомнению каждое их слово.

Время тянулось, «папаши» не показывались. Я просто мечтала выйти из укрытия, но уговаривала себя выждать ещё немного. Перестраховаться. Сомнения мои разрешил Гароуд. Лиловик мгновенно нашёл меня, наплевав на невидимость, сел на плечо и сообщил: «Охотники возвращаются к ручью. Осла забрали».

Показалось или птичка огорчена? Огорчена, конечно, мои питомцы успели подружиться. Я пригладила топорчащиеся пёрышки.

— Не грусти. У Яшки ещё полно яблок. Надеюсь, «папаши» не будут жадничать, покормят его.

Уже собираясь выходить, я заметила в небе огромного ящера. Он подлетел со стороны перевала и рухнул в пропасть. Как будто добычу преследовал.

Дракон! Настоящий!

Это ж надо! Я вроде бы шла к нему, а увидела и не могла поверить. Реально драконы существуют! Выскочила из расщелины, сорвала с головы шапку и, начав ей размахивать, заскакала по площадке:

— Эй! Я здесь! Я здесь!

Эрикрик Ла-Витт

Проснулся я на заре, что удивительно, ведь накануне засиделся, с учётом открывшихся фактов заново просматривая уже знакомые научные труды, и свалился прямо в кабинете на куцем диване, только разувшись и скинув камзол.

Вообще-то я старался не опускаться и придерживался принятых в семье правил. Помнил наставления сестры, которая говорила, что следить за собой и выполнять все необходимые ритуалы — единственная возможность не чувствовать себя одиноким. Милая Нади права! И Дариян прав! Нужно привести себя в порядок и совершить прогулку, а то задохнусь в книжной пыли.

На всё про всё потребовалось немного времени. Спросили бы меня, куда так тороплюсь, вразумительно ответа не получили. Меня тянуло в небо. И не просто в небо, а к перевалу. Хотелось проверить, чем занимаются незваные гости. Не случилось ли чего неприятного с девушкой. Понадобится — сам остановлю её и не позволю войти в охраняемые магией врата. Как? На месте сориентируюсь.

Прежде чем покинуть замок, подошёл к зеркалу, критически оценил внешний вид. Нормально выгляжу. В парадные одежды рядиться не собирался, достаточно свежей рубахи, вычищенного камзола и отглаженных брюк, сапоги тоже блестели. Благодаря усилиям немногочисленной прислуги я мог предстать даже перед королём, если бы тот вдруг начал переговоры о мире.

Мой взгляд задержался на портрете сестры, а рука неосознанно потянулась к магическому кубу, лежащему рядом.

— Можно? — зачем-то спросил я и сунул артефакт в карман камзола.

Понятно зачем. Этот куб принадлежал Нади, если бы она взяла его с собой в тот раз, могла бы остаться жива. Сестра с отличием окончила драконью академию, была талантливой магиней и безусловно вырвалась бы из ловушки, будь у неё такое подспорье. Необъяснимое чутьё подсказало, что и мне может сегодня пригодиться этот артефакт.

Пробежался до взлётной площадки, обернулся и сразу же набрал высоту. Меня всё сильнее тянуло за первый хребет. В подсознании возникла и настойчиво пульсировала трусливая мысль: что, если люди выдумали новую пакость и научились колдовством выманивать драконов из надёжного убежища?

«Нет, не может такого быть», — отвечал сам себе, ведь накануне я осмотрел с помощью следящего зеркала и тропу, и дорогу. Заметил только троих путников, совершенно не похожих на могучих магов.

Перевал пуст, если не считать каменные фигуры, навечно застывшие здесь. Похоже, охотники заночевали на предыдущей стоянке. Полетел туда. Просто посмотрю, даже снижаться не буду.

Нужную стоянку увидел издалека. Мужчины покидали её, один уже свернул за уступ, а второй тащил за собой упирающегося ослика. Где же девушка? Почему её нет с охотниками?

О-о-о! Заметив распластанное на камнях девичье тело, рухнул в ущелье. Как? Почему? Зачем?

Ответы нашлись тут же. Снизившись, я разглядел чем-то набитую одежду. Это не она! Не девушка. Пока было непонятно, кому понадобился этот обман, но сердце моё возликовало. Красавица жива. Она где-то поблизости.

Я снова взмыл в небо и увидел её. Девушка размахивала шапкой и кричала мне что-то. Ветер относил слова в сторону.

Первым желанием было спуститься на площадку рядом с ней, но я поборол его. Опасно. Она может быть приманкой. После долгого изучения истории побед Куррвала и его последователей я уяснил одно: нельзя показываться перед магами в истинной ипостаси.

Вернулся к перевалу, тут принял человеческое обличье и побежал. Меня тянуло к незнакомке ещё сильнее прежнего. Откуда взялось ощущение безграничного счастья? Я, конечно, обрадовался, убедившись, что девушка не разбилась, но мой восторг превосходил эту радость стократно. С полным ощущением полёта нёсся я навстречу незнакомке и не мог смахнуть с лица блаженную улыбку.

Лишь на миг задержался у покрытого большими синими цветами рододендрона. Подпрыгнул, сорвал один и уже спокойнее пошёл дальше. За следующим поворотом ждала она. Почему я решил, что ждала? Не знаю, но я не ошибся.

Сколько эмоций промелькнуло на прекрасном лице, когда я показался из-за поворота тропы. Удивление, разочарование, интерес…

— Светлого утра, — поклонился я, протягивая девушке цветок. — Я — Эрикрик Ла-Витт, а вас как зовут?

Она не ответила, с удивлением принимая мой дар:

— Какой! Просто великолепие! Никогда не видела синих рододендронов. Спасибо, очень приятно.

— Вы не назовёте мне имя? Как к вам обращаться?

— Валерия. Ой, можно Лера, — смущённо улыбнулась девушка и заглянула мне за спину. — Скажите, вы не видели дракона?

— Видел. Вам нужен дракон?

— Очень!

— Зачем?

— Ну-у-у… Я хочу просить его о помощи. Вы подскажете, как мне найти дракона? Честно говоря, я боюсь идти через перевал. Говорят, там все каменеют.

— Не все. Многие спокойно преодолевают защитные врата, в том случае, конечно, если не прячут камня за пазухой.

— То есть? — Валерия прижала к груди ладошку и весело засмеялась. — А, в этом смысле? У нас тоже есть такое выражение, — она быстро-быстро закрутила головой. — Нет! Никаких злых намерений у меня нет. А… — она вдруг запнулась и посмотрела мне в лицо с подозрением. — А вы случайно не охотник? А то я знакома с такими. Жулики просто!

Сколько же вопросов толпилось у меня в голове! Нужно было спросить, откуда пришла Валерия, почему удивляется, что я пользуюсь такими же фразеологизмами, как она? О чём хочет просить дракона? И много ещё чего, но я молчал, слушал щебечущую девушку и улыбался. Мне просто хотелось прикоснуться к ней. Да что там! Поцеловать ладошку — завидовал цветку, который она так бережно держала. Обнять, прижать к груди, провести рукой по светлым разлохматившимся волосам… Каких усилий стоило сдерживать эти порывы!

Наконец справился с притяжением и смог говорить:

— Нет, я не охотник и спокойно преодолеваю перевал.

— Значит, поможете мне найти дракона? Мне очень нужен магический куб!

Ах, вот почему, я захватил с собой артефакт! Мне показалось или нас опекает душа сестры?

***

Лера Васнецова

А чего я хотела? Думала, помашу такая платочком — и дракон спустится с небес, чтобы исполнить мои желания? Щас! У него наверняка дела имеются, и вообще, может, ящер уже позавтракал и костлявые девицы его не интересуют даже как десерт.

Н-да-а-а… Кажется, я переоценила свои силы.

Размышляя, прохаживалась по площадке, всматривалась в синеву: не появится ли снова гигантский крылатый силуэт. А тут ещё Лиловик упорхнул! То ли дракона испугался, то ли снова полетел на разведку — убедиться, что охотники продолжают спуск. И только я смирилась со своей неудачей и начала обдумывать непонятное положение, как на тропе показался мужчина. Он так внезапно возник из-за скалы, что я застыла, открыв рот. Не просто удивилась — впала в ступор от восторга. До чего же красив!

Я не о смазливости, хотя правильные, даже благородные черты лица и ладная фигура производили впечатление, я про обаяние. От незнакомца веяло таким теплом! Такой уверенной силой и надёжностью, что я в один миг почувствовала совершенное расположение.

Что там плели романтики о любви с первого взгляда? Так вот, как бы ни возражали им скептики, отныне я не сомневалась: романтики правы! Я в тот момент осознала две вещи. Первое: я безнадёжно влюблена. Второе: это впервые. Интерес к парням, который мне доводилось испытывать прежде, и близко не лежал с новым чувством.

Надо признать, мне стоило большого труда не кинуться в объятия к незнакомцу. Повезло, что он отвлёк меня от своей персоны, вручив обалденный цветок. Рододендрон. Синий. Раньше я такие только на картинках видела. Нет, не такие — белые видела, розоватые, но чтобы синий! Это редкость. Не чудо ли?

После нескольких малозначащих фраз кое-какая способность соображать ко мне вернулась. Уже после того, как мужчина сказал, что запросто общается с драконами, беспрепятственно ходит через перевал и мне там не грозит опасность, раз я не охотник, а вполне дружелюбная личность, я заговорила о насущной проблеме:

— Мне нужен магический куб!

— Зачем? — внимательные глаза цвета майской грозовой тучи смотрели на меня с обожанием.

Нет-нет, это не наивная фантазия озабоченной барышни, на меня в жизни никто не смотрел с такой любовь, с таким интересом, с таким желанием сделать для меня что угодно. Разумеется, я выложила всё до последнего факта! Про то, как свалилась в камин и выбралась из пламени с помощью огнеупорной работницы таверны, про то, как общалась с Веллой — провидицей, предсказавшей мне удачу, про то, как обдурила охотников, оставив их при своих.

Эрикрик Ла-Витт — Эрик, как я сразу же стала его называть — заразительно хохотал и откровенно любовался мной. Я же забыла о растрёпанной причёске, о неряшливой одежде, о пустом желудке и бессонной ночи. Чувствовала себя абсолютно счастливой.

— Вообще-то я уже не уверена, что магический куб откроет портал на Землю, — вздохнув, призналась я. — «Папаши» столько врали, что трудно разобраться, где истина.

— У этого артефакта безграничные возможности, всё зависит от умения с ним обращаться, — Эрикрик выглядел огорчённым. — Ты хочешь вернуться в свой мир, Валерия?

— Конечно! — удивлённо вскинула я брови. — Здесь всё чужое. Я ничего не понимаю в магии, не знаю традиций, не ориентируюсь в пространстве и вообще! У нас говорят: где родился, там и пригодился.

Эрик печально улыбнулся, сказав свой вариант пословицы:

— Где проросло семечко, там и цветёт, — добавил уже более оптимистично: — Ничто не происходит без причины, нужно лишь найти пользу.

— Ты сам-то в это веришь? — я почему-то вспомнила ссору и последующий разрыв с бывшим.

— С большим трудом. У нас тут много чего случилось такого, что трудно принять.

— Вот-вот! Поэтому я и хочу исправить ситуацию, насколько это возможно. В данном случае — вернуться домой. Поможешь мне?

— Чем?

— Отведи к дракону, раз уж ты с ним на короткой ноге. Я у него выпрошу этот артефакт.

Эрикрик отодвинулся от меня и стал смотреть в сторону, на далёкие, сверкающие снежными уборами вершины. Сразу стало неуютно, будто растаяло что-то доброе и остро необходимое. Ему жаль, что я уйду? Мне тоже! Тоже!

Как ни хотелось исправить ситуацию, сказать ласковое слово или прикоснуться к мужчине, приободрить его, я не стала этого делать. Зачем давать обманные обещания? Прекрасно понимала, как ранит разочарование, сама испытала это не так давно.

Каково же было моё удивление, когда Эрикрик неторопливым движением вытащил из кармана небольшой кубик с глянцевыми гранями разных цветов. Смотрела на раскрытую ладонь, округлив глаза и отвесив челюсть:

— А-а-а… э-э-э… это он? Магический куб? Откуда он у тебя?

— У каждого в нашей семье есть такой. То есть был. То есть… — молодой человек нахмурился и сказал как бы через силу: — Это артефакт моей сестры.

— А она не рассердится? — спросила я и потянулась за кубом.

— Нади погибла. Бери. Она была бы рада помочь иномирянке вернуться домой. Моя сестра очень высоко ценила семью.

Конечно, я взяла. При этом испытала дикое разочарование — мы вот так прямо сейчас расстанемся? А я-то надеялась на совместную прогулку через перевал.

Объяснения, как пользоваться волшебной вещицей, я слушала рассеянно. Едва сумела побороть желание обратиться к Эрику с просьбой проводить меня. Он признался, что не умеет открывать новые порталы, но знает, как воспользоваться созданными однажды.

— На этой грани, — он повернул ко мне ту, что сияла фиолетовым, — указательным пальцем правой руки изобразишь пересекающиеся овалы: из верхнего правого угла к нижнему левому и второй из верхнего левого в правый нижний. Запомнила, Валерия? Ты меня слушаешь?

— Да, конечно. Два овала… а что они означают?

— Так ты фиксируешь своё нынешнее положение. Теперь переворачиваешь куб и на зелёную грань левой рукой наносишь знак места, куда собираешься попасть. Знаешь графический код своего мира?

— Нет! Откуда бы? Меня сюда силой закинули.

— Тогда придётся искать мага, способного тебе помочь. Думаю, за небольшое вознаграждение кто-нибудь обязательно согласится найти нужные сведения. Даже у начинающих портальщиков есть каталог изученных миров.

— А у тебя? У тебя нет этого каталога?

Эрикрик пожал плечами:

— Возможно, в комнате Нади что-то такое найдётся, я же никогда не интересовался магическими перемещениями.

— Так давай пойдём к тебе и поищем! — грубая попытка навязаться в гости.

Увы, мужчина не поддался. Наверное, имел опыт общения с вешающимися на него девицами. Хотя сомнение на миг мелькнуло в серых глазах.

— М-м-м… — печально покачал головой Эрик. — Не стоит. Тебе в любом случае нужно вернуться в то место, куда ты изначально попала в нашем мире.

— Почему? Разве не всё равно, откуда строить портал? Ты же сказал, что фиолетовая грань определяет координаты.

— Да. Но ведь мы хотим, чтобы на Земле ты оказалась в начальной точке, а не где-нибудь посередине океана? У вас есть океаны?

Он сказал «мы хотим», меня это огорчило. Эрикрик Ла-Витт желает поскорее избавиться от бестолковой землянки.

— Есть. Воды у нас даже больше, чем суши, — ответила на автомате.

— Важно вернуться уже созданным порталом, это исключит несанкционированное перемещение в неудобное место.

Он прав, стоило признать. Если я в таком вот виде, без телефона, он разрядился, без документов и банковских карт, окажусь где-нибудь в Австралии, вряд ли быстро доберусь домой. Получается, нужно топать в таверну. А я даже название городка, где оказалась, не знаю! А уж если вспомнить, что «папаши» провели меня в предгорья порталом, задачка становится архисложной.

— Покорнейше благодарю за помощь, — в голосе против моего желания прозвучала обида. Чтобы как-то сгладить неприятное впечатление и не показаться капризной фифой, я спрятала куб за спину, привстала на цыпочки и поцеловала парня в гладковыбритую щёку. — Ты невероятно меня выручил, Эрикрик Ла-Витт!

Он смутился! Честное слово, смутился как мальчишка, впервые получивший поцелуй одноклассницы, которая ему нравилась. Как мило…

Однако в следующую секунду растерянность исчезла, будто её и не было. Сильные руки Эрика обняли меня, привлекая к широкой и твёрдой груди, мягкие чувственные губы нашли мои, поцелуй стал совсем не детским! У меня появилось ощущение полёта. Мы с целующим меня мужчиной словно бы парили в невесомости. Я совершенно не ощущала почвы под ногами, впитывая его нежность, как песчаная отмель воду. Как же я изголодалась по такой неуёмной и вместе с тем бережной силе!

Не представляю, чем бы завершился наш поцелуй, но настойчивый крик Гароуда в моей голове заставил оторваться от губ Эрика, увернуться от попытки нового поцелуя и отступить на пару шагов.

«Они уходят! Почти бегут! И волокут за собой нашего ослика! — возмущался Лиловик, совершая круг над нами с Эрикриком, потом опустился мне на плечо и поинтересовался: — Я не помешал?»

Разумеется, помешал! Я лишь печально вздохнула, любуясь разрумянившимся мужчиной, который опять выглядел смущённым.

— Прости, — сказал он, — я, кажется, увлёкся.

— Мы оба увлеклись. Ну-у… Мне, наверное, пора? Хочу дойти до удобной стоянки раньше, чем наступит ночь.

— Да. Прости, что задержал тебя.

— Нет! Что ты! Благодаря тебе у меня есть магический куб, а значит, возможность вернуться на Землю. Спасибо!

— Пусть у тебя всё-всё получится!

Искренняя улыбка Эрикрика Ла-Витта почти наверняка будет мне сниться года три как минимум. Как всё-таки жаль, что мы больше никогда-никогда не увидимся! Я нервно кивнула и ещё немного попятилась. Горло перехватило. Так много хотелось сказать, но я не могла выдавить из себя ни звука. Молчала и хлопала глазами, закрывая лицо синим рододендроном, который всё ещё держала в руке.

***

Хоть я и озвучила намерение сразу же двинуться в обратный путь, уход Эрика так меня огорчил, что я впала в какое-то безразлично-унылое состояние. Бездумно прошлась до плоского камня, служившего путникам столом, села за него, достала спрятанные в тени флягу и мешочек с несъедаемыми хлебцами, начала выпивать и закусывать. Не помешало бы мне сейчас взбодриться крепким кофе или хотя бы горячим какао, увы, приходилось довольствоваться родниковой водой, благо, приобретённый на рынке артефакт сохранял её свежей и даже прохладной.

Вот так почти в прострации я и сидела, глядя на цветок рододендрона, лежащий на камне, и вращая в пальцах магический куб. Свободной рукой при этом брала то кусочек хлебца, то флягу.

Обеспокоенный Лиловик расположился рядом с цветком, удивительно с ним гармонируя по цвету, склонил головку и наблюдал за мной с нескрываемым научным интересом. Наконец птичка попыталась достучаться до моих мыслей: «Долго ещё медитировать собираешься? Сама же говорила, что до темноты нужно спуститься на следующую стоянку!»

— Да, ты прав, — вздохнула я, — нужно топать.

Надежды на то, что Эрикрик передумает уходить и всё-таки проводит меня хотя бы до человеческого жилья, не осталось. Даже обидно. Конечно, я чувствовала признательность за подарок, ведь не была совсем уж неблагодарной скотиной, и всё-таки… Неприятно осознавать, что мужчине, который тебе так сильно понравился, ты совершенно не симпатична. А ещё целоваться полез!

Ладно, я его спровоцировала, но мог бы и не поддаваться. А то только раздразнил.

Эх, жили бы мы неподалёку, ещё могло что-нибудь со временем получиться. А так… Пришла на ум строка из старой песни, которая почему-то нравилась моему деду. Он частенько, мастеря что-нибудь в гараже, напевал: “Ты из Вологды, а я из Костромы”. Больше я ни слова не помнила, а это крепко засело в мозгу. Да только мой случай куда более безнадёжный! У нас не города разные и даже не страны — миры! А это серьёзно.

Посчитав чашу страданий испитой до дна, я решительно переплела косу и пошла к можжевельнику, собираясь доставать из пропасти свой мешок с необходимыми в пути вещами. Там и плащ, и спальник, и ещё много чего полезного, оставлять было бы глупостью.

К самому краю подходить опасалась. Присела около ствола, разгребла камни, высвобождая верёвку, и потянула за неё. Сначала мешок поднимался вполне послушно, я уже строила планы, как сейчас переоденусь в чистые шмотки — после пребывания в расщелине юбка покрылась чем-то липким. Однако, выбрав половину верёвки, я встретила сопротивление. Мешок зацепился за корни, не желая возвращаться в мои объятия. Некоторое время я провозилась, то опуская, то поднимая мешок, то резко дёргала, то плавно тянула верёвку. Всё было бесполезно! Как тут не возмущаться? Полагаю, представители местной флоры и фауны узнали много новых крепких выражений, даже с учётом того, что мимо них проходили отнюдь не барышни из института благородных девиц.

Я так увлеклась процессом, что незаметно для себя подобралась почти к самому обрыву и безбоязненно перевешивалась, поглядывая, на взбунтовавшийся мешок. После довольно продолжительной борьбы всё же смогла победить. Вот вещи выползли наверх и расположились рядом, я же занялась распутыванием узла. К несчастью, он затянулся так крепко, что усилия мои ни к чему не приводили.

Да что же это за день такой сегодня!

Гароуд, не желая скучать рядом, пока я возилась, улетел на очередную разведку и только теперь вернулся, ещё на подлёте сообщая радостную весть: «Яшка сбежал от охотников и теперь идёт сюда!»

— Отличная новость, спасибо, — я ответила невнятно, так как пыталась развязать узел зубами.

«Есть и плохая новость. Говорить?»

Ну, как всегда! Две новости: плохая и хорошая. Хорошую я услышала, плохую не хотелось бы слушать, но я всё-таки сказала:

— Валяй.

«Там ещё охотники идут».

— Папаши? Погоню за ослом организовали?

«Эти тоже, но есть и новые. Не за ослом, за драконами».

Хм… Вот уж действительно плохая новость. Я стала прикидывать, куда бы спрятаться, чтобы меня не заметили. Лиловик, не дождавшись моей реакции, поинтересовался:

«Тебе не жалко драконов?»

— К ним не попасть, перевал защищён от злодеев.

Я продолжала сосредоточенно возиться с узлом, тот по-прежнему не поддавался.

«А вот и нет! Кисьян — их предводитель — хвастал, что знает как преодолеть магические врата. Нашёл средство».

Печально, конечно. Я вовсе не была на стороне охотников, но так-то меня эти разборки напрямую не касались. Вся проблема сводилась к тому, как разойтись с толпой злодеев. Почему-то сомневалась, что Кум и Хит примутся прыгать от радости, увидев меня живой-здоровой.

Гароуд почувствовал моё состояние и ментально выразил неудовольствие: «А я-то решил, что он тебе понравился».

— Кто понравился? — не поняла я.

«Эрик».

— При чём тут Эрик?

«На драконов идёт охота, и, кажется, шансов выжить у Эрикрика нет».

— Эрик — дракон? Ты чего мелешь? Он обычный человек…

«Это вторая ипостась. Я видел, как он обращается. Вон там, за утёсом».

Красивый мужчина, который мне так понравился, дракон? Я целовалась с драконом? Ему грозит опасность? Не только мысли, эмоции тоже завертелись, как барабан стиральной машины на предельных оборотах отжима. Я вскочила на ноги, ещё не представляя, что могу предпринять. Чувствовала, что нужно действовать и пыталась сообразить, с чего начать. И тут… ноги мои поехали, мир опрокинулся, перед глазами замелькали горы, облака, камни, корни.

Сеть из корней можжевельника замедлила падение. Юбка моя задралась, путаясь в тонких, а толстые безжалостно ободрали кожу. Боли я не чувствовала, только страх. Притупив чувства, он обострил мысли — я успела сообразить, что нужно хвататься за соломинку, в моём случае за корень. Повисла на одной руке, но тут же схватилась за толстую шершавую корягу и другой. Теперь подтянуться! Я помнила, что где-то тут должен быть уступ, нашла его ногой, недоверчиво опробовала — вроде крепко. Ещё немного поднялась, распрямила колено и проставила вторую ногу.

Уф… худшего, а именно падения вслед за куклой, удалось избежать. Я немного подышала, успокаиваясь и прогоняя панику. Положение моё было вполне устойчивым. Осталось только выбраться наверх.

Легко сказать! Вот когда пришлось пожалеть, что я игнорировала спорт. Ни в детстве, ни потом не занималась ни в одной секции. Даже на физкультуре в универе по ОФП имела твёрдую тройку, поскольку не умела отжиматься, о подтягивании вообще речь не шла. Кто знал, что эти навыки пригодятся в жизни?

Чуть-чуть отдохнула и снова начала возню. По очереди перехватила руки выше, попыталась согнуть их в локтях, привставая на цыпочки. Страшно было отрываться от уступа, но я начала скрести носками ботинок по стенке, помогая себе.

Послышался оглушительный хруст. Корень не выдерживал моего веса! Висеть на одной руке вообще не вариант! Заметив болтающуюся чуть выше петлю — верёвку, привязанную к стволу можжевельника, на которой до этого висел мешок с моим барахлишком, я сделала усилие, всё-таки немного подтянулась и схватилась за неё.

Оу!!! Чуть не получила по голове. Сдёрнутый сверху груз просвистел мимо, немного задев моё плечо, и чуть не опрокинул меня в пропасть. Повезло, что ударило чем-то мягким, похоже, спальником. От падения спас уступ под ногами, я удержалась на нём, лишь опасно отклонившись от вертикали. Теперь стояла, чихая, кашляя, отплёвываясь. Горло и нос забило пылью, в волосах застряли веточки, хвоя, мелкие камешки. Ни верёвку, ни уцелевший корень не выпустила из рук, хотя ладони ужасно жгло — кожа содралась от резкого рывка. По-хорошему, альпинизмом нужно заниматься в кожаных перчатках… наверное.

— И-ё-о-о-о-о! — раздалось сверху.

Смотреть туда я не могла. Комья земли, камешки, прочий мусор продолжали сыпаться мне на голову. Так и не подняв взгляд, я простонала:

— Я-а-ша-а-а! Яша!

Новая волна ужаса нахлынула на меня. Охотники рядом? Они сейчас обнаружат меня вот в таком беспомощном положении! Захотят ли вытащить или, наоборот, отправят в компанию к лежащему на дне пропасти манекену? Понятно, что Кисьян с приспешниками ничего против придурковатой иномирянки не имеют, а вот «папаши» наверняка разбушуются в негодовании.

— Ой! Там же куб на камне остался!

Ладно бы только куб, яркий цветок рододендрона наверняка привлечёт внимание. Глупо думаю. Судя по всему, охотники остановятся здесь на перекус и без вариантов обнаружат не только меня, но и мой ценный артефакт. Заберут себе подарок Эрикрика. А потом и самого его прикончат!

От упаднических мыслей отвлёк Гароуд. Он опустился на соседний корень и мысленно меня утешил: «Осёл сбежал от них. Мужики ещё у ручья. Спорят о доле в добыче».

Делят шкуру неубитого дракона. Ясно. Стало чуть легче. О чём бы ни спорили злодеи, лишь бы подольше.

— Мне самой не выбраться, — сообщила я Лиловику очевидную вещь.

«Держись крепче», — скомандовал он и полетел к Яше.

Спустя минуту я почувствовала, как натянулась верёвка. Осёл тащил меня наверх!

***

Оставалось только радоваться отсутствию зрителей моих акробатических упражнений. Удержать свой вес только лишь силой рук я оказалась неспособна. Яша упорно тянул верёвку, а я перехватывала её поудобнее, да так и не могла подняться над уступом. Ровно до тех пор, пока меня под зад не подпёр набитый вещами куль.

Опачки! А ведь это долгожданная удача! Я перекинула правую ногу через мешок, оседлав его, и в таком оригинальном положении принялась искать в стене перед собой крохотные ступенечки, помогая ослу поднимать меня вверх. Взмокла, как лошадь, которую по цирковой арене хлыстами гоняли.

Когда верёвка в том месте, где я держалась, доползла до края площадки, пришлось перехватиться выше, максимально распрямив тело. Оперлась локтями на твёрдую поверхность и выползла на неё, снова наглотавшись сухой земли. Даже травинки в рот попали, приходилось отплёвываться.

Яша продолжал пятиться, крепко закусив верёвку. Какой всё-таки сильный у меня ослик!

Путаясь в длинной юбке, я по-пластунски преодолела ещё несколько метров и наконец почувствовала себя в безопасности. Села прямо на землю, заревела. В жизни так не рыдала. Пережитый стресс постепенно вытекал, щёки стали абсолютно мокрыми, а я даже не вытирала их, шмыгала носом, хватала воздух ртом и снова издавала сдавленные скулящие звуки, основательно напугав этим свою живность.

Яша подошел ближе, выплюнул изжёванную верёвку, улёгся рядом и положил мне голову на колени. Немного успокоившись, я всхлипывала и гладила ослика, приговаривая всякие ласковые слова.

Понятно, что проблемы оставались, но уже одно то, что я не разбилась насмерть, делало меня счастливой.

— А где же твои яблоки? — спросила я, окончательно придя в себя.

Ослик сбежал как был: без поводьев и попоны, лишь на передних ногах болтались обрывки пут. Охотники, походу, так увлеклись делёжкой будущей добычи, что не заметили исчезновения упрямца.

— И как же теперь прятаться? — размышляла я вслух. — Придётся идти ночью, надеюсь, в темноте шапка-невидимка мне поможет. А вот как быть с тобой, Яша?

Ослик обиженно вздохнул.

«Нужно двигаться к перевалу, — уверенно заявил сидевший на ветке можжевельника Гароуд, — там есть другая дорога, она ведёт в деревню».

Хоть одна хорошая новость! Я обрадовалась появившейся цели, вскочила на ноги, покачнулась и упала прямо на осла. Проблем оказалось больше, чем я себе представляла. Что-то случилось с моими ногами — голеностопы болели, будто их спицами проткнули. Либо, когда падала, подвернула, либо, когда вверх лезла, перенапрягла.

Опять захотелось плакать. Что же это за напасти? Идти не могу. Даже переодеться не могу, мешок так и не удалось развязать. С одной стороны, это можно считать везением, ведь благодаря намертво затянувшимся узлам я смогла спастись. С другой — жалко здесь бросать все свои вещи и топать к людям в таком ужасном виде.

Как ни была расстроена, заметила, что в том месте, где Яша держал верёвку в зубах, она здорово перетёрлась. Ещё бы чуть-чуть — и разорвались последние нити. Зря жалуюсь! Мне просто нереально повезло! Могла спикировать вниз, сидя на мешке. Тогда бы ноги не болели, да и топать никуда не пришлось, но эта перспектива меня совершенно не устраивала. Сердито — на себя злилась — сомкнула зубы и принялась острым камешком перетирать остатки верёвки. Не брошу здесь свои артефакты! Главное — до деревни добраться, а там найду помощь и смогу отблагодарить добрых людей хотя бы вещами.

С большим трудом, опираясь на спину ослика и волоча за собой мешок прямо по земле, я доковыляла до каменного стола. Немного отдохну и двинусь. Хорошо, что есть возможность избежать встречи с охотниками. Только особенно рассиживаться некогда, при моей черепашьей скорости они нагонят меня раньше, чем пройду перевал.

Рассиживаться точно не буду, а вот умыться и чуть-чуть перекусить мне очень даже необходимо.

Я стала понемногу лить себе на ладони из фляги, протирать лицо, выбирать из волос всякие соринки, отряхивать одежду, при этом слушала рассказ Гароуда. Попросила его поделиться последними разведданными.

Ситуация вырисовывалась пугающая. Неизвестные мне охотники, возглавляемые могущественным магом по имени Кисьян, шли за драконами. С собой у них имелись не только отработанные десятилетиями заклинания, но и новейшие изобретения. Кисьян утверждал, что легко справится с магическими вратами на перевале. Ключом к ним станет драконий огонь — украденным драконьим пламенем были наполнены имеющиеся в распоряжении охотников стрелы.

Кум и Хит уговорили предводителя разбойников захватить их с собой, они надеялись найти по ту сторону перевала вожделенный магический куб. Кисьян в принципе согласился, но потребовал большую часть обещанной «папашам» платы. Те пытались выторговать хотя бы половину. Их жадность сыграла мне на руку, пока охотники спорили, у меня появилось время выбраться из пропасти и даже кое-как привести себя в порядок. Однако двигаться нужно, даже превозмогая боль.

— Ну что, други мои! — объявила я преувеличенно бодрым голосом. — Погнали!

Ага! Щас…

Стоило встать, как я громко застонала.

«Надо верхом!» — посоветовал мне Лиловик.

Какая же всё-таки умная птица! Гароуд подлетел к отдыхавшему в стороне ослику, сел ему на макушку. Яша тут же поднялся и поцокал ко мне.

— Прямо так садиться? — с сомнением потрогала я шерстистую серую спину. Сквозь шкуру прощупывался позвоночник. — Долго не смогу. А!

У меня тоже иногда возникали вполне гениальные идеи. Водрузив на осла мешок, я распределила внутри него вещи так, чтобы получилось подобие седла, и старательно закрепила его обрывком верёвки, обмотав ею ослика.

— Ну что? Поехали!

Мне показалось или Яша улыбался с абсолютно довольной мордой. Что там ему Лиловик нашептал? Наверное, пообещал скорый спуск и отдых на приятной мягкой траве вдали от суровых мужиков, обращавшихся с ним весьма грубо.

Эрикрик Ла-Витт

Вернувшись в замок, я первым делом бросился в комнату сестры. Валерия права, глупо прятаться от скорбных воспоминаний! Нади занималась нашей проблемой не меньше моего, вполне могла добиться некоторых успехов и просто не успела поделиться ими со мной. Нужно проверить, так ли это. К несчастью, непосредственно перед её уходом за перевал мы не общались, я был далеко.

Перешагнув порог покоев сестры, на минуту замер, не в силах сделать шаг. Слёзы подступили к горлу, и теперь противный ком душил меня. Вот почему я не мог здесь находиться? Комнаты Нади оставались такими же чистыми, уютными, такими девичьими, будто сестрёнка только-только выскочила отсюда, отправилась в сад или захотела подняться в небо. Даже гиацинтами пахло по-прежнему.

Я на минутку сомкнул веки, пытаясь сосредоточиться, однако образ продолжал держаться в моём воображении: нарядные занавески на светлых окнах, многочисленные подушки ярких оттенков, разбросанные на диванах и креслах, этажерки с вазами, шкатулками, милыми безделушками.

Глядя в пол, утопая в длинном ворсе богатого ковра, я стремительно пересёк гостиную и очутился в кабинете. Здесь обстановка была строже и даже пахло иначе: чернилами, пижмой. Сухие соцветия были расставлены в виде букетов повсюду — Нади отпугивала вредителей. А может быть, этот запах настраивал её на рабочий лад.

Я осторожно сдвинул кресло, сел и погладил обложку дневника сестры, лежащего прямо передо мной. Сюда она записывала всё, что считала важным. Поборов печаль и сомнения, раскрыл тетрадь на странице, заложенной самопишущим пером.

— Странно. Никогда не замечал за Нади такой привычки.

Как правило, перья находились в изящной подставке, а рабочие материалы сестра прятала в ящик стола. Ах, вот в чем дело! На раскрытой странице обнаружилось обращение ко мне.

«Драгоценный брат, если ты читаешь эти строки, мой эксперимент закончился провалом. Прости, что не дождалась твоего возвращения, но мне не терпится проверить свою теорию прямо сейчас. Если я права, мы сможем противостоять заклинанию Куррвала. Ведь это важно, не так ли? Ухожу с верой в успех, твоя Нади».

Какой эксперимент? Какие теории? Я тёр виски, вспоминая наши последние разговоры. Мы оба сошлись во мнении, что нужно средство, препятствующее обращению, ведь заклинание Куррвала действовало на ящера, выпускающего пламя. Увы, драконы не могли полностью контролировать себя. В минуту опасности или ярости трансформация происходила подсознательно. Прежде эта особенность спасала, теперь же обрекала на гибель.

«Почему? Почему я не заглянул в покои сестры раньше?» — клял себя за малодушие. Столько времени потеряно, Нади оставила мне записку, а я даже не удосужился её прочитать!

Резко выдвинул ящик стола и схватил книгу, лежавшую сверху. «Создание артефактов из ювелирных украшений». По всей видимости, это последнее, чем занималась Нади. Не особенно веря в успех, я раскрыл пособие на заложенной странице. Тут опять сестра изменила своим привычкам, вместо красивой закладки использовала вырванный из ученической тетради листок.

— Нет-нет! Это важная бумажка.

Волнуясь, я не мог вникнуть в смысл написанной аккуратным почерком инструкции. Пришлось перечитать несколько раз. Наконец дошло! Сестра придумала, как создать артефакт, который будет сдерживать оборот. Пока не снимешь зачарованное кольцо или ожерелье, не сможешь принять истинную ипостась, даже если захочешь, тем более под принуждением.

Как следовало из дальнейших записей, Нади удачно испытала свой перстень здесь, но пожелала проверить, сработает ли он в минуту реальной опасности.

Бедная сестрёнка! Как она решилась на такое в одиночку? Почему не дождалась возвращения брата и не обратилась к Дарияну, например?! Хотя понятно почему. Нади шла на смертельный риск и не хотела подвергать ему тех, кого любила.

Я должен завершить её дело! Ради памяти отважной Нади Ла-Витт, которая пожертвовала собой, спасая сородичей, нужно снова испытать найденное ею средство.

Меня охватило необычайное волнение. Ещё бы! Наконец узнал причину, по которой Нади отправилась за перевал, и более того, обрёл веру в победу над жаждущими наживы охотниками, а также над подлыми магами. Мне нужно немедленно использовать заклинание! Для этого требовался магический куб, причём напитанный собственной магией, а не какой-то другой. Помчался к себе в кабинет. На этот раз обстановка в покоях сестры не вызвала грусти. Нади сделала величайшее открытие! Она совершила героический поступок. Вспоминать её можно только с гордостью и восторгом.

***

К душевному подъёму примешивалось горькое чувство, словно опасность всё ещё грозила кому-то близкому. Я так заинтересовался открытием сестры, что не придал этому значения, списал неприятные ощущения на всколыхнувшиеся воспоминания о гибели Нади, так и не отпустившие меня до сих пор. Примчавшись к себе в кабинет, довольно быстро нашёл магический куб, а для создания артефакта выбрал перстень, подаренный мне родителями в день инициации. Он стал немного тесен и уж точно не свалится в самый ответственный момент.

Разгладил захваченную из покоев Нади записку, ещё раз внимательно перечитал инструкцию и провёл ритуал в точном соответствии с ней. Теперь нужно испытать. Я было кинулся к дверям, но что-то меня удерживало в кабинете. В растерянности огляделся. Что может быть важнее проверки открытия сестры, за которое она заплатила жизнью? Но ведь это не даёт мне покоя, просто переворачивает всё внутри!

Вернулся к столу, бессознательно свернул инструкцию, сунул её в карман камзола, прислушался к своим ощущениям. Что-то не так! И дело не в Нади.

Лера!

Бросился к следящему за тропами первого хребта артефакту. Активировал. Оу! Я кретин! Почему не проводил девушку?

Зеркало показало мне страшную картину: Валерия балансировала на узком уступе над пропастью, держась за кривые корни можжевельника, вросшие в щели скалы. И некому было ей помочь, кроме ослика — тот спешил к своей хозяйке.

Расширил обзор, убедился, что вокруг никого, лишь вдали у родника группа мужчин собиралась в дорогу. Пока они дойдут, с Лерой всё будет кончено!

Не размышляя ни секунды, я понёсся к взлётной площадке. Прямо с разбега подпрыгнул, собираясь обернуться в воздухе, но грохнулся на плиты, больно ударившись коленями. Что такое? А! Артефакт работает. Не без труда стянул перстень с пальца, засунул его в карман и теперь уже беспрепятственно обернулся.

Пожалуй, никогда я не летал так быстро, даже соревнуясь с Дарияном. Не стал делать круг до перевала, поднялся на предельную высоту и перемахнул через ледяные шапки горной гряды, там спикировал на площадку, напугав девушку, только-только устроившуюся верхом на своём ослике.

Обернулся, представ ей в знакомом виде, и воскликнул:

— Как ты выбралась, Лера?

— Эрик? — она светилась удивлением и восторгом. — Ты в самом деле дракон?

Соскочила на землю, протягивая мне руки, но тут же охнула и присела. Лицо её исказила гримаса боли. Я подхватил девушку, не позволив ей упасть.

— Что случилось? Ты повредила ноги?

— Кажется, вывихнула или подвернула. Не знаю.

— Сейчас, я помогу тебе.

Я перенёс Леру к плоскому камню, усадил и стал разувать.

— Ты врач? — спросила она.

— Прости, что обманул тебя. Мы привыкли не открываться незнакомым людям. Это опасно.

Освободив тонкие изящные ступни от ботинок и носков, я окутал их магическими пеленами.

— Как приятно, — прошептала девушка, улыбаясь, — лучше всякой физиотерапии.

— Две-три минутки, и всё пройдёт, — заверил её я.

— Ой, Эрик! — Лера подалась ко мне, хватая за плечи. — Улетай скорее, тебе действительно грозит опасность.

— Что такое?

Выслушав сбивчивый рассказ о самонадеянном маге, вооружённом необычными стрелами, я не стал спрашивать, откуда у Леры такие сведения, поблагодарил её за предупреждение, но улетать отказался.

— На сей раз я тебя не оставлю. Особенно зная, что по вашим следам идут охотники.

— Это ничего! Яша меня быстро довезёт до перевала, а там мы в деревню спустимся. А тебе нужно предупредить своих.

Просто удивительно, как быстро девушка из чужого мира сориентировалась в наших реалиях.

— Сам тебя отнесу. Летать не боишься?

— Я? Э-э-э… вообще-то на самолётах не боялась, а с парашютом прыгнуть так и не рискнула.

— Хорошо. Мы полетим невысоко, держать буду крепко. Если будет страшно, просто закрой глаза.

— А как же Яша?

— Кто?

— Мой ослик.

— Куда мы без ослика? Его тоже захвачу, не переживай.

Валерия дождалась, когда я её обую, сама спрыгнула на землю и удивлённо потопталась:

— Совсем не болит! Ты волшебник.

Как же меня восхищала её непосредственность, открытость! Как хотелось обнять покрепче, расцеловать… Да что там! Вытереть своими губами серые подтёки на чумазом лице, осторожно выбрать травинки из волос и нежно-нежно…

Так, стоп! Сейчас я должен отнести иномирянку в безопасное место и лететь за перевал.

Валерия права, необходимо предупредить своих. Приготовился обернуться, отступил на несколько шагов, но замер, услышав:

— Куда мы полетим? К тебе? У тебя ведь замок, да?

Отрицательно покачал головой, мне ужасно не хотелось показывать иномирянке страшную картину на перевале, где выстроились окаменевшие люди, а поднимать её над вершинами опасно, там слишком мало кислорода.

— Нет. Сама же сказала, нам предстоит битва, и пока неизвестно, кто победит. Лучше тебе переждать это в деревне.

Она огорчилась, но спорить не стала. Я же не стал её убеждать, поступил, как считал нужным. Время было дорого.

Лера Васнецова

А он предлагал мне закрыть глаза! Где бы ещё я увидела такую красоту? Где бы испытала такой восторг?

Пожалуй, зря я отказывалась от полётов на параплане, когда друзья убеждали меня, что ничего лучше человеку испытать невозможно. Теперь бы поспорила с ними совсем в другом ключе. Возможно, паря над склонами гор и долинами, любуясь видами, ощущая встречный поток воздуха, трогая облака рукой, я бы испытала нечто подобное, но полёт на драконе в сотню раз восхитительнее. Это не какой-то бездушный агрегат, а разумное средство передвижения, к тому же относящееся к пассажиру с особой осторожностью.

В огромной лапе, надёжно обхватившей моё тело, я чувствовала себя как в гамаке, совершенно забыв, что подо мной половина неба. В соседней «люльке» расположился Яша с привязанным к его спине мешком. Ослик ничуть не испугался, хотя выглядел потешно — уши трепетали на ветру, глаза расширились, таращились вокруг с детским любопытством, а щёки раздулись, потому что Яшка не мог молчать, непрерывно вопя:

— И-й-я-а-а-а! И-й-я-а-а-а!

Я же держала в кулаке Лиловика, притихшего в каком-то умилении. Лишь одну мысль транслировал он за всю дорогу: «Вот и тебе довелось полетать».

Мы почти сразу стали удаляться от гряды, я лишь успела заметить за поворотом цветущий куст рододендрона. Синий. Красивый. Здесь Эрикрик сорвал для меня цветок. Теперь он был у меня за пазухой вместе с магическим кубом и шапкой-невидимкой. Эрик сказал, что стабилизировал цветок своей магией, он будет оставаться свежим всегда. Это приятно. Когда вернусь домой, поставлю в вазу и буду любоваться, вспоминая свои необыкновенные приключения.

Стало немного грустно. Так ли необходимо возвращаться к скучной однообразной жизни? Так ли ждут меня дома? Все погружены в заботы о себе любимых и привыкли воспринимать меня только как объект для замечаний и придирок. Слишком живой у меня характер, слишком непредсказуемый и совсем неудобный для близких. Такие претензии приходилось мне слышать неоднократно.

А можно будет захватить с собой Яшу и Лиловика? Бросать их совершенно не хотелось. Забрать с собой на Землю? Лиловика ещё ладно, а Яшу где поселю? На балконе?

Я отвлеклась на эти размышления и не сразу заметила деревеньку в десяток домов — мазанок под соломенными крышами. При виде идущего на снижение дракона со всех дворов высыпали босые ребятишки, стали скакать и размахивать руками, совсем как я ещё утром на стоянке в горах.

Эрикрик сделал круг, выбирая удобное место для посадки, опустился до самой земли, осторожно поставил осла и тут же, ещё в воздухе, обернулся человеком, причём продолжал держать меня на руках. Лиловик вспорхнул с моей ладони, а я не смогла сдержать эмоций, обхватила Эрика за шею и звонко чмокнула его в щёку. Он печально улыбнулся в ответ, по-видимому, занятый своими мыслями, потом нехотя поставил, высвобождая из объятий.

Я нетвёрдо пошатнулась, рефлекторно схватив мужчину за локоть — память о резкой боли в ногах ещё оставалась. Нет. Ничего не беспокоит. Эрикрик меня вылечил. Он смотрел на меня с беспокойством:

— Как себя чувствуешь, Валерия?

— Всё просто чудесно! — ответила я и обернулась на возглас. Из ближайшей калитки выбежал немолодой мужчина, по виду настоящий богатырь.

— Хозяин! — воскликнул он. — Что случилось?

— Джес, я поручаю тебе заботу об этой девушке, — ответил Эрик, — в замок пока не возвращайся. Там будет жарко.

— Как же? Почему? — нахмурился богатырь. — Уволить меня хотите, хозяин?

— Валерия всё расскажет. Оставайся пока со своей семьёй. Вполне возможно, им потребуется твоя защита. Односельчан предупреди: на перевал идут охотники во главе с магом. Никто не знает, что придёт им в голову.

Джес поклонился хозяину и протянул мне руку. Я не сразу приняла её, с удивлением наблюдая за Эрикриком. Тот отбежал немного в сторону, чтобы не задеть нас ненароком, обернулся драконом и стремительно взмыл в небо. Понятно, что у него впереди много забот, но как же мне горько было от этого расставания! Будто кусок сердца оторвался и полетел вслед за Эрикриком.

— Идём, идём, девонька, — ласково забасил богатырь, утягивая меня за собой в чистенький дворик. — Идём! С дочерью тебя познакомлю, с зятем и с внучечкой.

Странно было слышать от этого мужественного человека такие нежные и полные любви слова. Я прониклась к нему доверием. Что в этом удивительного? Не мог же Эрикрик оставить меня ненадёжным людям?

Со стороны небольшого сарая, ютившегося в дальнем углу двора, раздавалось знакомое «И-я-а-а!» Детвора занялась моим Яшей, и, кажется, он был вполне доволен.

***

Оказавшись в кругу простых дружелюбных людей, я впервые с начала путешествия почувствовала себя как дома, словно к дедушке с бабушкой на дачу приехала. Правда, Джес моложе моего деда, да и жены у него нет, я стеснялась спросить почему. Хозяйничала в доме дочь Джеса Лаиса — мощная в отца, крутобёдрая, полногрудая, румяная, про таких говорят «кровь с молоком». В самом деле, с молоком! Лаиса недавно родила и кормила младенчика грудью. Ни о каких послеродовых депрессиях речи не шло. Девушка передвигалась так, словно у неё крылышки на щиколотках были. И меня обиходить успевала, и мужу — симпатичному мускулистому парню — указания дать, и дочку проверить, пару раз качнув люльку, подвешенную в углу к торчащему из дощатого потолка крюку.

Баню топить не стали — долго, помылась я в садовом душе, что меня вполне устроило. Ведя меня туда, Лаиса предложила свою одежду, при этом смущённо отводила глаза:

— Утонешь, конечно, но надо же чистое надеть, а твоё простирнуть.

— У меня есть сменка! В мешке, да только я его развязать не смогла.

— О! Замечательно! Это тот, что вместо седла к ослу был привязан? Позволишь разрезать верёвку?

— Только спасибо скажу.

Воду в бочке, стоявшей на крыше похожего на шкаф-пенал сооружения, нагрело солнце. Она была очень мягкой, приятной. Я могла бы стоять под журчащими струями вечно, лениво натиралась мочалкой, взбивала в пену намыленные волосы, подставляла льющейся воде лицо. Кайф! Подумать только, какой-то час назад глотала пыль, повиснув над пропастью, и вот уже наслаждаюсь чистотой и свежестью!

Размышлять о том, как буду возвращаться на Землю, не хотела. Как-нибудь… Главное, что магический куб у меня есть, а с остальным разберусь. А вот судьба Эрика меня беспокоила. Я, конечно, надеялась, что драконы предупреждены, а значит, вооружены, так обычно говорят, и не сомневалась, что великолепным, сильным и отважным созданиям есть чем ответить на угрозу. И всё же при мыслях о красивом и благородном мужчине у меня сжималось что-то в груди. Неужели я его больше никогда-никогда не увижу? Твёрдо решила, что не стану ничего предпринимать, никуда не уйду, пока не выясню, чем завершилась попытка охотников преодолеть магические врата перевала.

Робкий вопрос, заданный Лаисе, можно ли у них пожить несколько дней, вызвал весёлый отклик:

— Живи, конечно! Мы только рады будем.

Я уже заметила, что моё появление в деревне вызвало неподдельный интерес. Мало того, что мальчики-девчонки висели на заборе и деревьях за ним в надежде увидеть «драконову невесту», как меня почему-то восприняли, ещё и любознательные соседки потянулись на двор — кто за солью, кто за луком, кто в поисках потерянной лопаты.

Лаиса только смеялась, выпроваживая навязчивых болтушек:

— Да здесь, здесь она останется, в замок не пойдёт! Расспросите потом, дайте отдохнуть человеку.

После довольно позднего по моим представлениям обеда хозяйка решила заняться стиркой на заднем дворе. Мою помощь отвергла, сказав:

— Если не трудно, за ребёнком присмотри. Вынесу люльку в сад, а ты сиди рядом, следи, чтобы комары девочку не кусали, мух и ос отгоняй. Справишься?

Хоть я раньше с младенцами дел не имела, твёрдо заверила молодую мать, что ей не о чем тревожиться. Лаиса проводила нас в дальний уголок сада, куда, по её мнению, никто не сунется и не разбудит девочку. Поставила люльку в тень яблони, а для меня постелила на траву коврик домашней вязки — очень нарядный. Я взяла в руки веточку, чтобы отгонять насекомых, прилегла. Мамочка улыбнулась нам с крепко спящей дочкой и ушла вдоль плотного ряда кустов смородины заниматься делами.

Мою работу с удовольствием выполнял Гароуд. Ни одна мошка даже близко не могла приблизиться к люльке. Мне оставалось только смотреть в небо и слушать звенящую тишину. Даже стала потихоньку задрёмывать. Неудивительно, ведь всю прошлую ночь готовила инсценировку своей гибели, а потом… ох, чего только не случилось потом. Спать было некогда, это точно.

Очнулась от сладкой дремоты, услышав мужские голоса. Разговаривали двое, я узнала Джеса и его зятя. Они спорили где-то за дальним забором, наверняка были уверены, что никого рядом быть не может.

— А я тебе говорю, оставайся! Жену с дочкой защитишь в случае чего!

— Батя, послушай! Меня Лаиса прибьёт, если с тобой неладное…

— Не каркай! Чего со мной-то может произойти? Охотники за драконами идут. Моё дело хозяину помочь.

— А я что же, за драконов не переживаю? Сколько мы добра от Эрикрика видели! Неужели неблагодарными свиньями покажемся?

— Да что ты сделаешь против мага? Росл! Тут останешься, вот и весь разговор. Я тебе самое ценное доверяю: дочь, внучку и вот ещё гостью нашу. Она тоже хозяину дорога, значит, и мне.

— А ты чего сделаешь?

— Найду чего! Голыми руками злодеев душить буду! Ишь, удумали драконов на зелья распродавать! Убивцы!

— Да-а-а… — голоса стали удаляться, я уже с трудом могла разобрать слова Росла, ноющего просящим тоном: — Бать, ну возьми ты меня с собой, пригожусь ведь! Других-то мужиков согласился…

Всё стихло. Я обнаружила, что успела не только сесть, но и вскочить на ноги.

Мужчины ушли в неизвестном направлении, догонять их и спрашивать было бесполезно. Я бормотала в недоумении:

— Как это понимать? Что значит распродавать на зелья?

«Слышал я об этом, когда охотники у ручья спорили, — ответил мне Гароуд. — Всё в драконах ценится: и чешуя, и когти, и кровь… Внутренности используют в особом колдовстве. Одного ящера убьют, десять семей два года безбедно жить смогут».

— Как такое? — я не находила слов от возмущения. — Как такое возможно? Почему ты мне раньше не сказал, Лиловик?

«Не хотел огорчать», — призналась птичка.

Эрикрик Ла-Витт

Желание взглянуть, чем заняты охотники, оказалось сильнее стремления сообщить сородичам о надвигающейся опасности. «Успею!» — убедил я себя, закладывая лишний крюк. В результате, вместо того чтобы мчать в ближайший к перевалу замок, я поднялся как можно выше и пролетел вдоль хребта, выискивая передвигающиеся по узкой тропе фигуры. Они уже приближались к первой стоянке.

Кто-то из путников заметил меня, остановился, стал указывать в мою сторону рукой. Второй засуетился, вытаскивая из колчана за спиной необыкновенно длинные стрелы. По-видимому, зачарованные — те, о которых говорила Валерия. Уже через секунду охотник вскинул арбалет. Замер, ожидая, когда я подлечу ближе.

Безумно хотелось пыхнуть в сторону этих людишек огнём. Пламя внутри меня клокотало, как в жерле проснувшегося вулкана. Если бы я не знал о грозящей мне в этом случае опасности, ни за что бы не свернул!

Слава Первородному Огню! Благодаря свидетельству безымянного свидетеля первой битвы драконов с Куррвалом удалось выяснить, что маги владеют мощным заклинанием, обращающим драконье пламя пролив них самих. Нет, Кисьян и компания, такого удовольствия я вам не доставлю! Совершив резкий разворот, я начал стремительно набирать высоту и перемахнул через гряду.

Куда направиться? Подсознательно принял решение начать с Дарияна — вот кто поймёт меня без лишних объяснений!

Друг выбежал на широкую веранду, опоясывающую его замок, с таким радостным лицом, что я не сразу смог заговорить о насущном. Да, мы жили совсем не так, как достойны: прятались от всего мира, тосковали о погибших близких, печалились, зная, что стали желанной добычей для злых магов и жадных людей, но мы смирились с этим и привыкли чувствовать себя в безопасности за первым хребтом. Как сказать собратьям, что магические врата на перевале скоро станут бесполезны, что в наши долины вот-вот хлынет поток вооружённых непобедимым заклинанием людей?

Опустился на гранитные плиты площадки, приняв человеческий облик ещё в воздухе.

— Кого я вижу? Неужели затворник решился покинуть свою обитель? Что же тебя заставило сделать это, Эрикрик Ла-Витт? — шёл ко мне, раскрыв объятия, Дариян. — Сделай лицо попроще, дружище! А то я подумаю, что случилась трагедия!

Говорил он в обычном шутливом тоне, но в глазах мелькнула тревога.

— Прости, Дар, что решил начать с тебя, — начал я, немного отступил и знаком предложил пройти в кабинет. — Новости плохие, а становиться чёрным вестником никому не хочется. Нам же с тобой придется облететь всех, кто живёт неподалёку, и созвать их на защиту перевала.

— Ты шутишь? — посерьёзнел Дариян, распахивая передо мной двери. — Ни у одного человеческого мага нет возможности открыть врата! Они зачарованы драконами. Откуда такие странные мысли?

— Кисьян нашёл способ красть наш огонь, в этом дело. У них стрелы с красным оперением. Я сам их видел.

Друг остановился, так и не дойдя до кабинета, куда я решительно направлялся.

— Погоди, Рик! Хочешь сказать, что маги теперь пользуются нашим оружием, направляя его против нас не только во время непосредственной схватки, но и удалённо?

— Подробностей я и сам не знаю, Дар, — покачал я головой, увлекая его в комнату, — но нам в любом случае нужно подготовиться.

— Как?! — вспылил Дариян. — Предлагаешь драпать? Куда теперь? Быть может, в другой мир?

— Мы не побежим. Встретим опасность лицом к лицу.

— Это невозможно, любой из нас при нападении неконтролируемо примет истинную ипостась, и сдерживать пламя нам тоже не по силам. В этом же проблема, разве нет?

— С этим я и пришёл к тебе! — я достал сложенный вчетверо листок и продемонстрировал его Дарияну. — Видишь? Нади нашла способ сдерживать оборот. Будем сражаться в человеческой ипостаси, и уверяю тебя, никто не сможет противостоять нам!

— Нади? — мой друг с таким волнением забрал инструкцию из моих рук, что мне подумалось, будет целовать бумагу.

Если и хотел, сдержал этот порыв, начал на ходу вчитываться в текст.

— Я уже испытал, — пояснял ему я, — оборот действительно невозможен, если артефакт активирован. Правда, я не подвергался опасности, всего лишь сам хотел взлететь. Пока не снял кольцо, ничего не получилось.

— Понял, — деловито кивнул Данияр и снял тонкий серебряный браслет. Кивнул, перехватив мой взгляд. — Подарок Нади. Думаю, правильнее всего зачаровать именно это украшение.

После того, как мы тщательно провели ритуал, я предложил:

— Теперь надень и попробуй обернуться.

— Здесь? — брови друга удивлённо изогнулись. — Я разнесу и эту, и соседнюю комнату.

— Попробуй, — хлопнул я его по плечу и даже не подумал отойти в сторону.

После пары минут напряжения, Данияр кивнул.

— Ты прав. Ничего не получается. Но ведь это моя воля скована, как считаешь, сработают ли артефакты в случае угрозы жизни?

— С уверенностью утверждать не могу, но в любом случае выбора у нас нет. Враги двигаются к перевалу и вот-вот попытаются прорваться в долину.

— Когда?

— Полагаю, завтра в полдень они уже будут здесь.

— Что предлагаешь делать?

— Необходимо оповестить всех. Ты лети на запад, а я отправлюсь на восток. Поможем ближайшим соседям создать изобретённые моей сестрой артефакты, позовём всех на защиту перевала. Надеюсь, никто не откажется.

— Инструкция одна… быть может, полетим вместе? — голос Данияра дрогнул. — Боюсь, никто не отнесётся к моему визиту с доверием.

— Нет. Тебе придётся постараться, друг. Я запомнил содержание ритуала и все магические руны. Инструкцию заберёшь ты. Снимай браслет, и пойдём на веранду. Время дорого!

Без тени улыбки, с непривычно сосредоточенным выражением лица мой друг проследовал за мной. Конечно, в чём-то он прав, лететь парой было бы удобнее, но перед нами стояла задача охватить как можно больше замков и предупредить всех, кого возможно, уже сегодня.

***

Такой единодушной реакции на далеко не радостную весть я не ожидал. Удивлялся, встречая готовность чуть ли ни в ту же секунду лететь на перевал и защищать драконьи долины от вторжения. Мне казалось, что вынужденные прятаться и подлаживаться к ситуации сородичи постараются сохранить якобы безопасную форму существования как можно дольше. Пока летел, подбирал в уме слова и аргументы.

Самым близким от наших с Дарияном был замок старого дракона по имени Модем. Я, пожалуй, мог и не заглядывать к нему, просто решил предупредить. Что, если старик заинтересуется происходящим у перевала и явится туда в истинной ипостаси? У него, как и у каждого из нас, имелся следящий за первым хребтом артефакт.

Площадка для взлёта в замке Модема по-старинке располагалась на крыше. Спускаясь туда, я заметил седовласого, но ещё могучего старика, из-под ладони наблюдавшего за моим полётом.

— Эрикрик! — воскликнул Модем. — Что привело тебя ко мне, сынок? Поговаривали, что Ла-Витт с головой ушёл в науку и крылья его забыли, как резать небо.

Приняв человеческий облик, я поклонился с почтением:

— С удовольствием продолжил бы свои занятия, но должен предостеречь вас от полётов на перевал.

— Давненько я не показывался там, — развёл руками Модем. — А с чего вдруг такие нововведения?

Я снова поклонился, собираясь отправляться дальше, но посчитал невежливым не ответить на вопрос.

— Охотники вооружены стрелами с драконьим огнём. Уже завтра они попытаются с их помощью открыть врата и спустятся в долину. Любой из нас, кто покажется перед ними в истинной ипостаси, падёт жертвой заклинания Куррвала.

— Погоди-ка, — воскликнул Модем, преграждая мне путь, — не улетай. Расскажи всё подробнее.

— Увы, не могу. Мне нужно посетить сегодня все ближайшие замки, чтобы к утру мы смогли выставить заслон охотникам.

— Как? Ты надеешься биться с людьми на равных? Уверен, что не обернёшься?

— Не тревожьтесь, уважаемый Модем. У меня есть средство, предохраняющее от обращения, его изобрела моя сестра.

Тут старик уже совсем бесцеремонно схватил меня и поволок в сторону лестницы.

— Ты должен всё рассказать нам, Эрик!

— Кому нам? — удивился я, прекрасно зная, что Модем давно живёт один.

— Вчера сюда прилетели внуки. Редко навещают проказники, но вот удача, явились как раз вовремя!

Удача? Увидев юнцов, лишь весной прошедших инициацию, я наотрез отказался принимать их в свой отряд. Однако мальчишки могли пригодиться для связи.

— Вам рано сражаться, — заявил я, не обращая внимания на огорчённые лица. — Вы принесёте большую пользу, если прямо сейчас полетите в северные долины. Я и Дариян туда точно не успеем.

— Мы владеем и мечом, и кинжалами! — взвился тот из близнецов, что был немного выше и крепче брата. — Вы не имеете права запрещать нам воевать!

— Имею, — спокойно ответил я. Прекрасно теперь понимал Нади, которая не захотела привлекать к своим экспериментам сородичей. Повторил, переведя взгляд на второго насупившегося парнишку: — Мы, конечно, надеемся, что новые артефакты уберегут от обращения, но пока испытаний не проводилось, нельзя подвергать опасности молодёжь. Вы очень поможете, если приведёте взрослых бойцов с севера.

Юноши раскрыли рты, собираясь возражать, но Модем прикрикнул на них:

— Какие же вы солдаты, когда командира не слушаете? Цыц! Сказано, отправитесь порученцами. Это сейчас важнее, чем демонстрировать личную отвагу. Не последняя битва, судя по всему, и на вашу долю достанется, — погрозив пальцем хмурым внукам, старик повернулся ко мне: — А вот артефакты нам всем нужны, Эрик. Без этого не отпущу мальчишек.

Пришлось мне принять его аргументы. Действительно, у меня может и не выдаться удобного случая, чтобы обеспечить их хотя бы непроверенной защитой. Мы зачаровали три медальона — к счастью, у всех магические кубы были с собой, я ещё на память зарисовал инструкцию, вручив её парням. Те, кого они призовут, должны быть во всеоружии.

Итак, теперь у нас появилась возможность охватить все замки, до которых можно добраться за полдня. Дариян действовал в западных долинах, я летел на восток, а внуки Модема на север. Старик велел им передать ценные сведения по эстафете, пусть молодняк, который живёт в северных замках, отправится ещё дальше. Даже если тамошние драконы не успеют подтянуться к перевалу в нужный момент, будут готовы к новым нападениям.

Я признал, что должен поучиться умению принимать мудрые решения у старого дракона.

До темноты я летал между замками, помогал соседям зачаровывать охранные амулеты и объяснял суть возникшей опасности. Лишь заполночь вернулся домой. Сразу же свалился в постель. Уж очень давно я не проводил столько времени в небе! А завтра битва! Охотники не простые противники. Вряд ли они целиком полагаются на заклинание Куррвала, каждый из них прекрасно владеет и мечом, и копьём, и арбалетом. Нужно выспаться и предстать перед врагом полным сил.

Отряд собирался в полдень у самого начала подъёма к перевалу. Ещё вчера стало понятно, что охотники не успеют дойти до него к утру, они почему-то медлили. Это выяснил Модем, старик вёл наблюдение за тропой, пока мы с Данияром и ещё двумя помощниками метались между замками. Кажется, нам сопутствовала удача — получилось и выспаться как следует, и привести в порядок оружие и доспехи.

К месту сбора я, как и все ближайшие соседи, добирался верхом. Неизвестно, чем завершится бой, вполне возможно, придётся перевозить пострадавших. Драконы из дальних от перевала замков мчались по воздуху — экономили время.

Я напомнил всем о необходимости надеть зачарованные накануне артефакты и проверить, как они работают.

— Очень неуютное чувство, — заметил незнакомый мне дракон, прилетевший с севера, — когда хочешь принять истинную ипостась и остаёшься двуногим.

— Это условие нашего выживания, — вздохнул я, — будем надеяться, что ограничения будут действовать не только в спокойной обстановке. В любом случае, друзья, старайтесь себя контролировать и, если вдруг обернётесь, сразу же улетайте, ни в коем случае на выпускайте пламя. Это гибель.

В поднявшемся гомоне я различил слабые возражения, но большинство были согласны и не оспаривали моё право отдавать приказы.

— Тихо! — раздалось у меня за спиной. Резко обернувшись, я с удивлением увидел Модема в доспехах и с мечом на перевязи. Старик подмигнул мне и успокоил: — Не гневайся, Ла-Витт! В свалку не полезу, но кто-то же должен заботиться о раненых, вон я и помощниц захватил.

Чуть в стороне мялись сбившиеся в стайку женщины, по всей видимости, горничные и кухарки, собранные со всех окрестных замков. Я кивнул, в очередной раз поразившись предусмотрительности соседа:

— Хорошо. Только, пожалуйста, не попадайтесь на глаза охотникам. Вы удобная мишень.

— Ты так говоришь, Эрик, — выкрикнул из-за спин товарищей кто-то, — будто перед тобой младенцы! Мы умеем драться и размажем людишек по камням!

Я не успел ответить, выискивая в толпе, кому принадлежит голос, зато Модем сразу понял, кто именно недоволен моим командованием:

— Увы, Юдвиг, веками драконы сражались с людьми в истинной ипостаси, а меч держали в руках только на турнирах и тренировках. Это не совсем то. И ещё… — старик вышел вперёд и обвёл взглядом внимавших ему сородичей. — Охотников сопровождает маг. Вы будете биться на два фронта. Мало разить врага железом, кроме этого придётся противостоять колдовским атакам. Приготовьте магические щиты, парни!

Старик ловко настроил моих воинов на нужный лад. Вряд ли бы я так сумел. Благодарно пожал ему руку и первым побежал по тропе к перевалу.

Если по ту сторону хребта дорога закладывала петли, постепенно поднимаясь по крутым отрогам, из долины к вратам вёл более-менее пологий склон практически напрямую. Я воодушевленно нёсся вверх, слышал за спиной глубокое дыхание соратников и шорох осыпвшейся под их ногами каменной мелочи. Мы довольно быстро поднялись на площадку, построились перед мерцающими вратами, сквозь которые едва просматривались мутные дали, раскинувшиеся по ту сторону хребта.

Каменные истуканы в замысловатых позах, пожалуй, впервые не вызывали у меня чувства горечи. Кто гнал вас сюда, алчные и жестокие люди? Почему вы решили, что жизнь дракона не представляет ценности по сравнению с вашей? Любой, у кого не было тайных желаний обогатиться с помощью убийства, свободно проходил врата и не стоит теперь здесь с вечно поднятой булавой или взведённым луком.

Я достал из ножен меч, обвёл взглядом своё войско. Больше двадцати крепких, выносливых, отважных бойцов. Уверен, что не ожидающие организованного сопротивления охотники сразу же, как только увидят нас, обратятся в бегство. Главную угрозу представлял маг. Кисьян вполне способен защитить себя с помощью волшебства и на нас направить что-то вроде огненных шаров или молний. Злодей наверняка захочет спровоцировать оборот и привычно активировать заклинание Куррвала, против которого у драконов в истинной ипостаси не было защиты.

Мы замерли, всматриваясь в покрытую блёстками завесу. За ней стали появляться размытые фигуры. Довольно много, видимо, охотники дождались-таки подкрепления. Я заметил, как от общей массы отделились четверо и начали карабкаться на скалы — вероятно, лучники. Остальная группа рассредоточилась вдоль магической преграды, в центре с поднятыми руками стоял кто-то в длинном балахоне и широкополой шляпе — скорее всего, сам Кисьян.

— Приготовьте магические щиты! — отдал я команду и добавил, понизив голос так, чтобы слышал стоявший по левую руку от меня Дариян: — Кажется, эффекта неожиданности не случилось.

— Ничего, — ободряюще ответил мне друг, — мы их ещё удивим.

Каждый из драконов был готов броситься на врага, все как один со страстью сжимали рукояти мечей, напряжённо переступали с ноги на ногу, смотрели вперёд. Наконец в магической завесе, там, где она крепилась к соседним скалам, появились хаотичные огоньки. Они начали стремительно разрастаться, пропустив на эту сторону длинные стрелы с красным оперением. Четыре, восемь, двенадцать… Лучники стреляли не переставая. Врата заколыхались, отсоединились от камней и начали оседать. Стрелы же теперь, не встречая преград, сыпались на нас, отскакивали от щитов и попадали в истуканов.

— Осторожно! — крикнул с правого фланга Юдвиг. — Они оживают!

Действительно, скульптуры, скопившиеся на перевале за много лет, начали принимать первоначальный облик. Некоторые из встрепенувшихся людей бросились наутёк, но другие с утробным криком и озверевшим лицом принялись размахивать булавой и стрелять из лука.

Увы, противников у нас оказалось куда больше, чем мы ожидали.

***

Охотники на мгновение растерялись, начали нестройно отступать, но гневный окрик Кисьяна быстро привёл их в чувство:

— Нужно хотя бы ранить их! При малейшей кровопотере они потеряют контроль над ипостасью и обернутся! — сам он поднял обе руки, готовясь запустить заклинание своего великого отца.

Сподвижники мага ободрились и с гортанным воем устремились на нас. Тех, кто до этого стояли каменными, уговаривать не нужно было, нашим флангам, оказавшимся в непосредственной близости от цепочек скульптур, досталось изрядно.

Стрелы с красным оперением в колчанах лучников закончились, теперь в нас летели обычные, но и они доставляли неудобства. Добраться до засевших на скалах стрелков было невозможно, нам приходилось отбиваться от мечей и копий охотников, тяжёлого оружия оживших бойцов, уклоняться от летящих стрел и отражать запускаемые магом заклинания. Кисьян, сообразив, что так просто не заставит нас обернуться драконами, сменил тактику.

Мне даже радоваться, что артефакты Нади работают, некогда было. Сражение кипело. Появились первые раненые, преимущественно среди врагов, но и некоторые мои товарищи падали со стоном или сдавленным криком. Боковым зрением я замечал, как бесстрашно бросается к ним кто-то из женщин и помогает отползти назад. Данияру тоже досталось, он исчез на несколько минут, вернулся с окровавленной повязкой на правой руке. Мечом он уже не мог орудовать, подхватил оброненную кем-то булаву и так рьяно принялся ею размахивать, что даже мне пришлось посторониться.

Время будто застыло, я не представлял, как долго мы бьёмся — всё слилось в нескончаемую ленту замахов, ударов, шагов, прыжков, криков. Лишь однажды, получив секундную передышку — мой противник, оставляя кровавый след на камнях, подобно таракану, прыснул в сторону, я успел взглянуть на небо и заметил, какой длинный путь успел проделать солнечный диск.

К сожалению, враги не думали сдаваться и даже теснили нас, подбадриваемые прячущимся за их спинами магом. Как страстно хотелось швырнуть в гущу неприятеля огненным шаром! Увы, сковав артефактом драконью ипостась, мы невольно лишили себя умения обращаться с огнём. Все попытки вытворить нечто такое потерпели неудачу. Сейчас драконы могли сражаться как обыкновенные люди, повезло ещё, что защитная магия не изменила нам — у Кисьяна не получалось пробить наши магические щиты.

Установившееся равновесие стало утомлять, причём нас, а не врагов — их силы умудрялся подпитывать чародей.

— Драконы! Драконы летят! — крикнул кто-то из охотников.

Раздались ликующие возгласы. Враги думали, что наше подкрепление спустится здесь, на перевале, но они просчитались. Северные драконы скрылись из виду — им нужно было обернуться и активировать артефакты. «Как вовремя, — подумалось, — теперь мы точно погоним злодеев и опрокинем их в пропасть!»

Моя радость сразу же сменилась разочарованием, врагов тоже прибавилось! Я заметил, как из-за поворота появляется разношёрстный отряд, вооружённых чем попало мужиков.

Э-э-э, нет! Это свои! Над общей массой возвышалась голова моего кузнеца. Удар с тыла решил исход битвы, охотники обратились в бегство, бросив раненых, и нестройной цепью потянулись к тропе. Деревенские мужики принялись вязать тех, кто остался.

— Маг! — закричал я. — Хватайте Кисьяна!

Увы, тот оказался проворнее, завертелся волчком, поднимая вокруг себя пыль и мелкие камешки, всё это заискрилось, пряча облачённую в мантию фигуру, потом осело на землю, открыв нашим удивлённым взорам пустоту.

Наивно было надеяться, что умелый и коварный маг будет смиренно ждать, когда его схватят. Я так огорчился, что не сразу заметил обращённый ко мне голос:

— Ла-Витт, вы ранены, — незнакомая тётушка с лицом, полным сочувствия, тянула к моей щеке зажатую в пальцах тряпицу. — У вас бровь рассечена.

Разве это ранение? Кажется, камнем неудачно попало. Всё же я подождал, когда женщина вытрет кровь, заливающую мне глаз и скулу, и поможет спуститься по тропе.

У подножия горы уже успели организовать госпиталь, причём в качестве пациентов здесь были в основном те, что ещё недавно стояли на перевале в виде статуй. Драконы, как мне объяснила моя провожатая, сразу же обращались и улетали по своим замкам. Только Юдвиг лежал поодаль на расстеленном поверх охапки травы одеяле. Этот отважный воин потерял слишком много крови и теперь не мог принять истинную ипостась, во всяком случае до тех пор, пока хотя бы частично не восстановится.

— Он без сознания, — печально сказал Модем, когда я собирался подойти к раненому. — Ничего, сейчас отвезём его ко мне и призовём лучших лекарей. Всё будет хорошо.

— Командир! Как же так? Мы спешили как могли и всё равно опоздали! — обратился ко мне молодой незнакомый дракон.

— Вы из северной долины?

— Оттуда. Сразу же махнули сюда, как только получили известие о предполагаемом нападении.

— Артефакты, надеюсь, успели зачаровать?

— Да! И даже проверили. Действительно, ипостась не удаётся сменить, пока не избавишься от него, — парень тронул висящую у него на груди звезду на мощной золотой цепи.

— Как зовут?

— Гриль Ла-Тутт, — щёлкнул каблуками молодой дракон.

— Вот что, Гриль, не огорчайся, ваша помощь потребуется. Теперь, когда магической преграды на перевале нет, сюда может пробраться кто угодно. Установите дежурство и проверяйте всех путников. Моим бойцам нужен отдых.

— Будет сделано, командир! Могу я сослаться на вас? — парень скромно улыбнулся. — Вы назначаете меня старшим?

— Ссылайся, — кивнул я. Не представлял, кто прибыл к нам на помощь из дальних мест, решил опереться на самого инициативного.

Теперь нужно было срочно организовать поиски Кисьяна. Судя по тому, что он воспользовался вихревым порталом, далеко исчезнуть не мог. Да и сил в бою маг потратил немало и нуждался в отдыхе.

— Что? — Модем догадался, что устраивать передышку я не собираюсь.

— Хочу организовать погоню.

— Помогу собрать тех, кто ещё держится на ногах. Посиди хотя бы немного.

Я с благодарностью кивнул и направился к Дарияну, облюбовавшему камень неподалёку. Появилось время обсудить с другом минувший бой.

Лера Васнецова

Мне безумно хотелось знать, что происходит на перевале. Джес вместе с другими крепкими мужиками ушёл из деревни. Я пыталась увязаться за ними — хотя бы на пределе видимости пробираться тайком. Увы, эта затея не удалась. Росл, обиженный на тестя за то, что его не взяли в поход, хоть и с сердцем, но выполнял его поручение: глаз с меня не спускал.

Тогда я решила отправить на разведку «дрон».

«Это ещё зачем?» — возмутился Лиловик, когда я обратилась к нему с просьбой.

— Очень хочется знать, как дела у Эрика.

«Ты в нём сомневаешься? — возмущённо спросила птичка. — В драконе?»

— Нет, конечно, не сомневаюсь, просто волнуюсь.

«Кажется, кое-кто собирался возвращаться в родной мир… — с нравоучительной интонацией транслировал Гароуд. — По-моему, самое время топать к ручью. Попроси мужа Лаисы проводить тебя».

Замечание волшебной птички было вполне разумным. Я понимала, что должна последовать совету, но как уйти, не зная, в порядке ли Эрикрик Ла-Витт! Не призналась в своих чувствах, нашла другое оправдание:

— Рослу нужно находиться здесь, он не может оставить жену и дочку в опасности. Ты ведь слышал, о чём говорил Джес.

«Тогда позволь мне разведать кратчайшую дорогу».

Я покачала головой, не соглашаясь.

Мы почти поссорились. Во всяком случае Лиловик вспорхнул с моего плеча и облюбовал ветку яблони на самой её макушке. Сидел там с независимым видом и чирикал что-то мелодичное. Наверное, ругал меня на своём птичьем языке.

Чтобы хоть как-то себя занять, я помогала хозяйке: тетенькалась с младенцем, перебирала крупу, развешивала на просушку пелёнки, выполняла и другие поручения. Лаиса смеялась, приговаривая, что всегда мечтала о такой сестре — одной с мужиками трудно справляться. Хорошо, хоть дочурку боги подарили, а не пацанёнка-сорванца.

Совершенно забыться в делах не получалось, но всё-таки было легче, чем если просто метаться из угла в угол и строить самые страшные предположения.

Где-то хорошо после полудня с улицы послышался гомон. Росл вышел узнать, что случилось, и вернулся встревоженным.

— Хромого Тимона внук с перевала пришёл!

— Как? — всплеснула руками Лаиса. — Он же в статую превратился, батюшка сам видел, как мальчишка стоял и будто плакал.

— Говорит, обратная магия сработала, ожили там все.

— Ожили? И чего?

— Кто по домам разбежался, а кто с драконами бьётся. По-разному.

Я, признаться, не знала, как реагировать. С одной стороны, жалко людей, за свою алчность превратившихся в камень. С другой — досадно, что этот опыт ничему их не научил. Нет бы поступить разумно, как это сделал мальчонка! А они упорствуют в своих желаниях, пытаются отомстить обидчикам, которые виновны только в том, что защищались.

— А что там вообще происходит? На чьей стороне сила? — спрашивала я, теребя Росла за рукав. — Что парень-то говорит?

— Ничего. Не знает он. Сразу удрал, не до наблюдений ему было. Уж очень по дому соскучился.

Понять мальчишку можно, только нам-то каково без информации? Я посмотрела на Лиловика, до сих пор сидящего на верхотуре. Даже спросить ничего не успела, услышала: «Не полечу».

Вот вредина!

Не успела я как следует обидеться на своего волшебного питомца, как появилось следующее развлечение. Над забором возникло семь детских мордашек, таращивших на меня восхищённые глазёнки.

— Которая? Эта? Тощая? — спросил тот мальчуган, что выглядел постарше. — Неужели драконова невеста?

— Говорят тебе! Мы сами видали, как её Джесов хозяин принёс. Её и осла! — звонко откликнулся другой паренёк.

— Скажи ещё, что осёл драконов жених! — засмеялся первый.

— А ну-ка брысь отсюда! — прикрикнула на них Лаиса, выйдя на крыльцо и с грозным видом помахивая свёрнутым в жгут полотенцем. — Ишь, чего удумали! Я вам! — она недовольно покачала головой, наблюдая, как прячутся, соскакивая на землю, дети, потом повернулась ко мне: — Пора обедать, Лера, и так уже припозднились.

Я побежала за ней в дом и уже в светёлке спросила:

— Почему они так странно меня называют? Какая ещё драконова невеста?

— Дети. Чего ты от них хочешь. Одни фантазии на уме.

Присоединившийся к нам за столом Росл возразил:

— Это не сказки. Дракониц мало, вот и приходится драконам жён среди людей искать.

— А почему дракониц не хватает? — удивилась я. — Обычно девочек больше рождается.

— Рождается, может, и больше, да только любопытства в них много, усидеть за хребтом не могут, а тут их запросто ловят. Охотников развелось, хоть отстреливай. Даже нам от них житья нет, не то что драконам.

— А вам почему?

— Ворьё! Сила у них, заклинания всякие, обычному человеку не сладить. Вот и думают, что право у них на всё, что приглянулось, — Росл задумчиво покачал головой и вздохнул: — Разве бы я остался тут, когда все мужики на перевал отправились? Вас должен беречь, а то неровен час нагрянут.

Хозяйка ела с таким сосредоточенным лицом, что мне стало понятно: тема болезненная. Решила проявить любознательность в другом направлении.

— А что же человеческие девушки, они не бояться идти замуж за драконов?

— Чего ж бояться, если любовь? — пожала плечами Лаиса. — Ты разве боялась нашего Ла-Витта? Ни чуточки не боялась.

Я кивнула и принялась за похлёбку. Вкусную, наваристую, пахнущую острыми приправами.

***

Дальше обед проходил в тишине. Лаиса сосредоточенно жевала и время от времени поглядывала на спящую в люльке дочку. Росл изредка отправлял в рот полную ложку похлёбки, при этом тревожно прислушивался к шуму на улице. Я прикидывала, как бы мне незаметно улизнуть и сбегать к перевалу. Дороги я не знала, поскольку сюда Эрик нёс меня по воздуху напрямик, но надеялась сориентироваться. Главное — дойти до горной гряды, а там…

Впорхнувший в форточку Гароуд заставил нас всех повернуться к нему. Птичка мелькнула сиреневым фонариком и привычно села мне на плечо: «Надо срочно бежать! За тобой идут!»

— Кто за мной идёт? — удивлённо переспросила я.

«Кисьян, а с ним охотники. Они ищут драконову невесту!»

— Зачем им вдруг понадобилась драконова невеста?

Росл вскочил, глядя на Лиловика:

— Что случилось?

— Гароуд говорит, что маг ищет драконову невесту. Но ведь это не так! Я вовсе не… — пустилась я в объяснения.

Мужчина не дослушал, кинулся к дверям. Хозяйка тоже выбралась из-за стола и потянула меня за собой:

— Быстрее! Собирай вещи, я проведу тебя к задней калитке.

— Вот так просто убежать? Ничего даже не попытаться объяснить? Я не имею отношения к драконам, просто шла к ним за магическим кубом.

— Хватит болтать! — сердито оборвала мои рассуждения Лаиса. — Огородами беги до рощицы, за ними спустишься к реке, по берегу иди против течения до ручья, а там недалеко портал, которым тебя сюда забросили.

Говорила она быстро, ещё шустрее помогала засовывать вещички в мешок.

— Портал? — растерялась я. Как-то всё неожиданно и непонятно происходило, я была не готова к такому скорому расставанию, искала причины задержаться. — Не умею открывать порталы.

— Куб ведь есть у тебя? — сердилась девушка. — Нужную руну начертишь на зелёной грани, да и всё!

— Я не знаю… — начала я, но смолкла, услышав грозный окрик Гароуда в голове:

«Я подскажу. Шевелись, Лера! Это не шутки».

Теперь и мне передался общий нервяк. Я поспешно переобулась в ботинки, верёвкой стянула горловину мешка, другой конец завязала за один из нижних углов и повесила эту ношу на плечо, потом натянула шапку-невидимку.

— Ой! — всплеснула руками Лаиса. — Что это с тобой?

— Артефакт! Нужна тень, там совсем исчезну.

— Так побежали! Да не туда! — она схватила меня за юбку, когда я ринулась к двери в сени. — Вон, по коридору на хозяйственный двор, а там через сад. Найдёшь сама калитку?

Она с тревогой поглядывала в окно, у ворот уже что-то происходило. Росл, вооружившись вилами, угрожал кому-то за забором.

— Найду! — я порывисто обняла Лаису и поспешила прочь.

В темноте коридора натолкнулась на бочку, потом споткнулась о метлу, громыхнула ведром, но, в конце концов, добралась до плотно закрытой двери. Пришлось повозиться с задвижкой. Не сразу полотно двинулось под моим нажимом. Противно взвизгнули петли, щель увеличилась, в лицо подул тёплый ветерок, пахнущий смородиной.

Лиловик вылетел первым и завис в воздухе, поджидая меня. Я закрыла дверь, хорошенько на неё надавив, и замерла, прислушиваясь.

«Чего стоишь столбом? Беги!» — сердито командовал Гароуд.

Я мысленно прокрутила в голове путь, который мне предстояло совершить. Сначала я проберусь через сад, стараясь держаться в тени яблонь, выйду через калитку и полупрозрачной фигурой побреду по чужим огородам. Я их видела, когда летела в лапе дракона. Длинные грядки, разделённые на наделы невысокими оградами от кур, козочек и овец. Перелезать будет несложно, только троп никаких нет, особо не разбежишься. Вдоль реки, куда я спущусь, тоже сложно будет продираться через кусты и высокие камыши, преодолевая редкие песчаные пляжи. Хорошо, если к вечеру доберусь до родника. Хотя вряд ли. А так ли там безопасно? Наверняка не все охотники пришли в деревню, кто-то и туда рванул. Не получится ли, что я одна вынуждена буду разбираться с толпой озверевших после неудачной битвы мужиков? Уже не сомневалась, что охотники проиграли драконам.

— Знаешь что, Лиловик, — зашептала я, — не могу вот так просто уйти. Я должна знать, что тут происходит.

Гароуд посыпал ментальными призывами послушать голос разума и не подвергаться опасности, вился вокруг меня, чуть не за волосы цеплял коготочками, пытаясь остановить, я упрямо двинулась через хозяйственный двор, добежала до сарая и, держась в его тени, пробралась к углу дома. Отсюда было хорошо видно и ворота, и крыльцо, на котором стояла Лаиса.

Росл направил вилы на людей, пытавшихся зайти во двор. Среди них был Кум, он и вёл переговоры, кивая на высокого старика в чудной широкополой шляпе и мантии с очень длинными рукавами.

— Брось, мужик! Отдай господину магу драконову невесту, да и всего делов! На что она тебе?

— Нет тут никого! Была девчонка, да ушла. О том, невеста или нет, речи не было.

— Как же это не было? Вся деревня гудит, что драконище невесту в доме кучера своего спрятал!

— Зря болтают. Придумали. Уходите! На двор не пущу.

— А ежели нет, так об чём разговор? — распинался рыжий. — Дом и сад осмотрим да уйдём.

— Знаю я вас! Чары наложите какие-нибудь, а у меня потом вся скотина подохнет.

— Нет сказано! — не сдавался Росл. — Проваливайте!

— Пусти-ка, Кум, — ожил чудной старик, отодвигая охотника в сторону. — Хотели по-хорошему, не получается.

Он взмахнул руками, отчего рукава сами завернулись, демонстрируя бледные худые кисти с длинными узловатыми пальцами. Наставив эти пальцы-когти на моего защитника, колдун произнёс длинную фразу, и от его ладоней к Рослу потянулись тонкие сияющие молнии.

— Прекратите! — крикнула Лаиса и побежала к мужу.

Тот выронил своё оружие, схватился за голову и упал на колени, дико завывая:

— У-а-а-о-о-о-о!

Жена успела подбежать к нему, подняла вилы и принялась угрожающе тыкать ими воздух, но кто-то из охотников поднырнул под опасные зубья и выдернул черенок из её рук.

Оттеснив хозяев, толпа посыпала через двор, сопровождаемая криками Кисьяна, дающего указания обыскать все помещения, если понадобится, перевернуть всё вверх дном, но найти драконову невесту. Хозяев схватили по двое мужиков, крепко удерживая. Лаиса пыталась вырваться, выкрикивала ругательства. Росл постепенно приходил в себя.

Я вжималась спиной в шершавые доски сарая и тихо плакала от беспомощности.

Сначала увидела, как забилась в руках удерживающих её мужиков истошно кричащая Лаиса:

— Не трогай ребёнка! Отдай ребёнка, урод!

Потом Росл, осознавший, что происходит, резко рванулся, сшиб с ног охотников, что держали его, и даже успел совершить два гигантских прыжка к дому, но тут его снова настигли молнии Кисьяна. Взглянув на крыльцо, я заметила самодовольно лыбящегося Хита с младенцем в огромных ручищах.

— Так-то они скорее расскажут, где спрятали драконову невесту, а? Как считаешь, Кисьян? Или дитёнышу каюк, мигом шейку сверну, — басил он.

Девочка словно уловила в грубом голосе угрозу, жалобно расхныкалась и начала выгибаться, Хит чуть не выронил её от неожиданности.

Маг неторопливо прошёлся по двору и обратился к выглядывающему из дверного проёма Куму:

— Весь дом обыскали?

— Да чего тут обыскивать-то? Не хоромы.

— В саду посмотрели?

— Смотрят.

— Что ж… — колдун повернулся к рыдающей Лаисе. — Мы хотели по-доброму. Раз родители решили упорствовать, придётся нам забрать малыша. Убить не убью, а вот видеть её вам больше не позволю.

— Да не знаем мы, где девица! Ушла! Я правду говорю! — крикнула перепуганная мать.

— Куда ушла?

— Порталом. Откуда мне знать куда!

— Ишь, как! Порталом, — покачал головой Кисьян, — значит, придётся мне вашу малышку забрать, раз драконову невесту не нашли.

Он махнул Хиту и демонстративно пошагал к воротам. Охотник побежал за ним, унося девочку, и по пути злобно пнул распластанного на траве Росла. Второй заряд навредил ему хуже прежнего, мужчина пока не пришёл в сознание.

Видеть всё это и ничего не предпринять я просто не могла. Сдёрнула шапку с головы, быстро спрятала её за пазухой и вышла из тени.

— Оставьте ребёнка, я здесь! — повернулась к рыдающей Лаисе и добавила: — Вот, решила вернуться.

— Ты кто такая? — удивлённо воззрился на меня Кисьян. Вероятно, мой внешний вид его не впечатлил. — Вот это недоразумение дракон выбрал в невесты?

В общем-то он был прав, и возразить мне было нечего. Драконовой невестой меня нарекли деревенские, а никак не сам Эрикрик Ла-Витт.

Пока я стояла с гордо вздёрнутым носом и подбирала слова для ответа, помощь пришла, откуда не ждала. Ко мне подскочил Кум и начал бесцеремонно тыкать пальцем в живот, словно я от этого должна была раствориться в воздухе:

— Ты? Ты? Да как же это? Глянь, Хит, это же наша иномирянка!

Лаиса, воспользовавшись общим замешательством, выкрутилась из захвата, подбежала к Хиту и бережно забрала у него дочку. Охотник с таким изумлением пялился на меня, что не заметил исчезновения младенца.

— А точно ведь! Она, только одёжа другая! — подойдя ближе, Хит оттолкнул рыжего, схватил меня за плечи и стал трясти, отчего мешок у меня за спиной раскачивался, а пятки оторвались от земли, мне приходилось балансировать как балерине на пуантах. Я пыталась вырваться, но «папаша» продолжал удерживать и орал: — Кто ты? Детка, ты ведьма? Ведьма?! Глаза нам отвела. Точно ведьма! Мы ж правда думали, что ты о камни разбилась.

— Это драконова невеста, она и не такое может! — послышалось с толстого дерева, растущего за забором.

Все его ветки были заняты детворой, а кричал паренёк, что пришёл с перевала.

Маг приблизился и знаком велел Хиту отпустить меня. Я наконец смогла встать ровно и одёрнуть выбившуюся рубашку.

— Иномирянка, говорите? — прищурился Кисьян.

— Да! — дерзко крикнула я в его злое лицо. — Я всего лишь хотела вернуться в родной мир, для этого шла к дракону. Про невесту мальчишки выдумали. Ясно?

— Ясно, — кивнул колдун и, жёстко схватив меня за локоть, потянул со двора. — Идём, обсудим всё в более подходящем месте.

— Зачем? — делала я попытки вырваться. — Честное слово, товарищ маг, я не имею отношения к дракону. Вас ввели в заблуждение.

— Разберёмся, — сквозь зубы процедил Кисьян, — а пока и такая приманка сгодится.

Я оглянулась и успела увидеть, с каким ужасом смотрит мне вслед Лаиса, прижимающая к груди плачущего ребёнка. Росл только-только стал приходить в себя, приподнялся на дрожащих руках и тряс головой. Увы, эти двое ничем не могли мне помочь.

Маг, видимо, напустил на меня какой-то дурман. Мысли со скрежетом ворочались в голове. Зачем я понадобилась охотникам? Неужели действительно собираются ловить дракона на живца? В этом была бы какая-то логика, будь у меня отношения с Эриком, но на самом деле это не так. У дракона полно других забот, с какого перепугу он помчится выручать малознакомую иномирянку?

Кум семенил рядом с магом и сердито на меня поглядывал, причитая:

— Правильно, Кисьян, одурманил её! Та ещё притворщица! Надо за ней как следует смотреть. Как ведь всё обставила! В пропасть спустилась, разлеглась, словно мёртвая, да ещё осла своего к нам послала. А тот при первой возможности к ней же и сбежал. А? — тут рыжий обратился ко мне: — Где он? Где осёл-то?

Я не ответила, радуясь за Яшу. Всё-таки ослик остался у хороших людей, а не у этих злыдней.

— Осла нет, — забасил у нас за спиной Хит, — а птаха ейная вона летит, не отстаёт.

— Какая ещё птаха? — завертел головой колдун.

Я тоже обернулась и успела заметить, как сиреневый комочек нырнул за ближайший забор. Впервые за последний час губы мои растянулись в улыбке. Лиловик со мной!

«Молчи», — тихонько промелькнуло у меня в голове.

Всё понятно, прячется от мага, поскольку Кисьян, в отличие от подручных, догадается, что птичка волшебная. Всё-таки присутствие Гароуда меня приободрило, наваждение почти отхлынуло, и я начала лучше соображать. Куда меня ведут? Если к порталу у ручья, так мне туда и нужно. Хорошо бы попасть в ту самую таверну, оттуда я точно смогу сбежать, ведь у меня есть магический куб и шапка-невидимка. А там останется только найти нормального мага да узнать графический код Земли, чтобы отправиться домой. Я очень надеялась, что Велла поможет с этим. Предсказала же ведунья, что миссия моя завершится успешно!

***

Довольно широкая, хорошо укатанная дорога вывела нас за околицу. Мазанки, сады, огороды и сараи остались позади. Стайка мальчишек, преследующая нас на отдалении, отстала. Пока мы шли по деревне, собаки провожали нас громким лаем, теперь они постепенно умолкли. Стало тихо, лишь насекомые звенели в ковре из клевера, расстеленном вдоль обочин. Сильно пахло разогретой землёй и разнотравьем. Меня со всех сторон окружали охотники, по левую руку шагал Кум, он то и дело вздыхал и произносил одну и ту же фразу с укором:

— Такой хороший был план!

Типа я всё испортила. Могла бы, пожалуй, согласиться, ведь если бы действовала по указке «папаш», возможно, добыла куб и уже отправилась домой. Однако при таком раскладе кто бы предупредил драконов о нападении на перевал?

Нет, я ни о чём не жалела и рассчитывала сбежать. Только… Лиловика нигде не было! Неужели отстал? Или прячется от колдуна, поэтому и я его не вижу? Хотелось верить, что со временем необыкновенная птичка покажется.

На развилке Кисьян, возглавлявший шествие, остановился и поднял руку, привлекая внимание. Охотники загудели, одновременно задавая накопившиеся вопросы. Я вертела головой, высматривая Гароуда. Где-то очень высоко заметила две точки, в одной по очень громким жемчужным трелям узнала жаворонка. Вторая была чуть крупнее и порхала беззвучно. Цвет определить не удавалось из-за очень яркого солнца. Вздохнула, стараясь успокоиться — буду считать, что это Лиловик, он вынужден подняться так высоко, чтобы не выдать себя колдуну. Я прекрасно помнила слова Веллы о ценности волшебных существ. Если Кисьян драконов готов убивать ради своей прихоти, что говорить о крошечной птахе!

Задумавшись, я потеряла нить разговора, встрепенулась только от выкрика Кума, который стоял рядом и чуть не оглушил меня:

— Как же так, Кисьян? Почему ты не хочешь взять нас всех с собой?

— Повторяю, сил на массовый портал у меня не хватит. Отправляйтесь к роднику, и чем скорее вы попадёте туда, тем лучше для нас. Мне нужны только ученик и драконова невеста. Остальные свободны.

— Как свободны? — взревел стоявший по другую сторону от меня Хит. — Ты подбил нас идти на перевал, обещал открыть врата и помочь добыть магический куб, а теперь, когда твоя затея провалилась, бежишь, как испуганный мышонок?

Кисьян повернул к нему злое лицо:

— Врата повержены! Идите и добывайте ваш куб! Свою часть сделки я выполнил, только и вы не забудьте про должок.

— Какой ещё должок? — пролепетал Кум.

— Обещанный процент. Так и быть, я подожду, когда получите вознаграждение, — усмешка мага не обещала снисхождения.

Сказанное ледяным тоном охладило пыл возмущённых мужиков, они вразнобой поклонились и толпой двинули дальше по дороге. Теперь рядом со мной оказался юноша, которого я прежде не замечала среди накачанных и закованных в доспехи фигур. Гладкое белое лицо без малейших признаков загара, светло-русые волосы, струящиеся по плечам, широко распахнутые глаза цвета мартовской тени на снегу в солнечный день. Одежда простая, можно сказать, крестьянская. Будто парень на косьбу собирался, а не с драконами воевать. Может быть, он и стоял в стороне. Вполне логично предположить, что маг не пускал ученика в эпицентр сражения.

Пока охотники, недовольство которых чувствовалось даже со спины, не скрылись за высоким кустарником, растущим на повороте дороги, Кисьян не шевелился, смотрел своим подельникам вслед. Теперь же вздрогнул всем телом и повернулся к нам:

— Мияр, мне нужно вздремнуть, присмотри за девкой.

— Я вам не девка! — возмутилась я.

Маг словно не слышал, даже не взглянув на меня, шагнул в траву и повалился как подкошенный, только шляпу успел снять и подложить под голову. Через секунду из зарослей «кашки» послышался могучий храп.

Я попятилась, не веря своему счастью. Деревня недалеко, вполне смогу добежать, а там попрошу Росла проводить меня к порталу.

Увы, получилось сделать только два шага, после чего ступни приросли к дороге, я не могла даже шелохнуться. Ученик мага колдовал.

— Отпусти меня, добрый человек, — взмолилась я, — мне домой нужно, на Землю.

Парень грустно покачал головой:

— Мастер убьёт, если ослушаюсь.

— Ну, давай я стукну тебя по голове вон тем камнем, скажешь, что сознание потерял, а я и сбежала. А? Мияр? Пожалуйста!

Усмешка тронула тонкие бледные губы парня, он снова отрицательно покачал головой.

— Не бойся, — мягко подбодрил меня юноша, — Кисьяну не ты нужна, а дракон. Как только мастер получит желаемое, поможет уйти в твой мир.

— Да как же он получит?

— Твой жених прилетит за тобой.

— Да не жених он мне вовсе! Я же объясняла.

— Вот и хорошо, значит, не будешь страдать, когда он погибнет.

— Так он-то зачем прилетит? Я ему тоже не нужна!

— Прилетит, — уверенно кивнул Мияр, — драконы всегда прилетают, чтобы спасти того, кто страдает из-за них.

Могла бы поспорить, не стала, чувствовала, что бесполезно. Ученик мага выглядел настолько уверенным в своей правоте, точнее, в правоте своего мастера, что тут хоть в ногах валяйся, хоть дерись — не подействует. Сердито посопев, спросила:

— Сесть-то хоть можно?

Мияр кивнул, магические оковы исчезли, я отошла к обочине и шмякнулась в траву. Села поудобнее, откинулась на свой мешок, благо, мягкий — в нём полно тряпок, сомкнула веки и задремала под радостное журчание жаворонка и басовитое жужжание шмелей. Снился мне синий рододендрон, забытый в доме Лаисы. Жаль. Уж очень красивый цветок, тем более что Эрик зачаровал его на неувядание. Жаль.

По движению воздуха я догадалась, что ученик Кисьяна расположился на травке рядом со мной. Вот бы он тоже уснул! Тогда можно было бы потихоньку добежать до ближайшей тени, надеть шапку-невидимку и раствориться. Приоткрыла один глаз, чтобы проверить, бдит ли охрана. Бдит. Более того, рассматривает меня, словно диковинный экспонат в музее. Вообще-то парень очень симпатичный. Наверняка девчушки сохнут по нему, как по принцу какому-нибудь. Я открыла глаза, немного смутив пойманного на бессовестном разглядывании меня юношу, и брякнула:

— Мне бы в кустики.

А что? Это единственная тень в округе, вполне могу спрятаться в зарослях и дождаться, когда маг с учеником уйдут куда подальше. Парень отрицательно покачал головой:

— Потерпи. Мы скоро будем во дворце. Там воспользуешься нормальными удобствами.

Мне показалось, что он с некоторым презрением глянул на видневшиеся позади мазанки. Ну да… В деревне были вполне обычные для такой местности вынесенные на двор санузлы. Меня это не сильно напрягало, а вот во дворец совсем не хотелось.

— Ну, пожалуйста! Кому будет хорошо, если я описаюсь?

Мияр снова покачал головой:

— Нельзя. Судя по тому, как ты обдурила Хита и Кума…

Я надулась, хмуро глядя на упёртого парня.

— Сами они себя обдурили! Нечего было договор нарушать.

Начинающий маг вполне доброжелательно улыбнулся и спросил:

— Ты правда из другого мира сюда попала? Зачем?

— Ха! А вот об этом стоило у «папаш» спрашивать! Они меня вызвали.

— Кум?

— Да.

— Значит, не хвастал, а я, признаться, не поверил ему. Не боялась идти за перевал?

— Какая разница! Всё равно не дошла до него.

Парень понимающе закивал, вероятно, история печально закончившегося альпинизма была ему известна. Рыжий тот ещё болтун!

— Как же ты из пропасти вылезла?

— А я и не вылезала, меня дракон подобрал и в деревню отнёс, — сама удивилась, как не соврала и всей правды не сказала. — Он, кстати, и подлечил меня.

— Да-а-а… — юноша сорвал травинку и стал покусывать её, с задумчивым видом глядя в небо. — Ящеры любят спасать людей.

Мне очень хотелось высказать ему всё, что думаю о подлых магах и бессовестных охотниках, но я сдержала этот порыв. Бессмысленно агитировать закоренелых злодеев, только выдам себя. Тоже подняла взор, выискивая в яркой голубизне свою птичку. Нет как нет Гароуда. Скорее всего, он прячется в кустах, поджидая меня там. Увы, встреча откладывается.

Пауза затягивалась. Я повозилась, выбираясь из лямки «дизайнерского» рюкзака, раскрыла мешок и полезла туда за флягой. Жарко. Сухо. Захотелось пить. Нащупав нежные лепестки, чуть не задохнулась от радости. Когда это Лаиса успела сунуть сюда рододендрон? Вытащила его, понюхала и положила на колени. Не знаю почему, но цветок придал мне бодрости — понесу его в руке.

Когда достала флягу, Мияр откровенно усмехнулся. Ну, конечно! Только что в туалет отпрашивалась, а тут решила жидкости в организм добавить. Я набрала в рот воды, подержала с минуту и демонстративно выплюнула. Вернула флягу в мешок. Ладно, буду притворяться покладистой пленницей. Всё равно сбегу! Только бы с Лиловиком пошептаться, он обещал подсказать, как обращаться с магическим кубом.

Мы ещё немного посидели, охранник расспрашивал меня о Земле, сначала я отвечала неохотно, однако искреннее удивление парня раззадорило, и скоро мы болтали довольно дружелюбно, а меня переполняла гордость за свой мир, где и без магии люди живут комфортно и могут не только перемещаться в пространстве с немыслимой скоростью, но и беседовать с кем угодно на каком угодно расстоянии.

— Неужели такие бесценные артефакты доступны всем людям? — недоверчиво переспрашивал Мияр.

— Так есть попроще и дешевле, а есть и дорогущие. Каждый покупает согласно собственным возможностям.

— А действие одинаковое?

— Практически.

Парень покачал головой:

— Не понимаю, зачем тогда покупать «дорогущий», если можно сэкономить.

— А понты?

— Что?

— Смотри, — я кивнула на спящего мага, — у наставника твоего, поди, полна коробочка, в смысле он имеет всё самое необходимое и более того. Так?

— Конечно! Кисьян богаче других магов и даже может поспорить с королями.

— Чего ж тогда к драконам лезет? По необходимости? Я так думаю, что из-за понтов. Хочет доказать, что не хуже своего великого предка.

Мияр вздохнул, хотел что-то ответить, но не успел. Учитель его резко сел, будто и не спал, и сердито посмотрел на нас. Выглядел он значительно бодрее. Жестом велел нам подниматься и сам вскочил на ноги как молодой.

— Уйдём с дороги, а то как бы кто чужой не сообразил новым порталом воспользоваться.

— Разве портал остаётся навсегда? — шепнула я, вставая.

Мияр подал мне руку и едва заметно кивнул. Ответил тоже тихо:

— Поэтому маги стараются не создавать новых, а то всё пространство будет в дырах. Только в крайнем случае.

Понятно, сейчас именно такой случай по мнению Кисьяна.

Мы довольно долго шли по лугу, остановились приблизительно на полпути к той рощице, о которой говорила мне Лаиса. Вероятно, дальше будет спуск к реке, но туда мой похититель не пошёл. Остановился, снова освободил кисти рук от длинных рукавов балахона и начал странный танец.

Кум и Хит пользовались зачарованными кинжалами, ещё я слышала, что порталы можно открывать с помощью магического куба, Кисьяну же не требовалось ничего, он лишь принимал эффектные позы, изображал замысловатые жесты, произносил непонятные длинные фразы. Всё это длилось не меньше пяти минут. Наконец воздух перед нами помутнел, покрылся рябью и треснул как будто по невидимому шву. Раздвинулся туманный занавес, открывая вид на дворец из серого мрамора и вымощенную гранитом площадь перед ним. Эта картина имела сияющую раму, за пределами которой всё ещё оставались луг и далёкая роща. Маг, не оглядываясь на нас, шагнул в блестящую арку и устремился через площадь. Я стояла, раскрыв рот, и опомнилась только после чувствительного тычка в спину.

— Иди, — напомнил мне охранник, — сама же в туалет хотела.

Одновременно с этим у меня в голове возник голос Гароуда: «Бросай цветок!»

Почему я послушалась? Не представляю, но я уронила рододендрон на траву и только после этого шагнула в портал. В груди стиснуло от сожаления, но дело было сделано. Вернуться и поднять цветок я бы не смогла — арка сразу же за спиной Мияра начала затягиваться. Одно хорошо, я заметила мелькнувший в ней сиреневый фонарик. Лиловик успел перелететь сюда! Волшебная птичка со мной!

***

Кисьян устремился вперёд, словно его ждала финишная ленточка и овации, прославляющие золотого медалиста Олимпийских игр. Мы с Мияром шли не торопясь. Ученик не отрывал взгляда от спины своего наставника, я же озиралась, соображая, где смогу пошептаться с Лиловиком.

— Можно погулять по парку? — с надеждой спросила своего конвоира.

— Так сразу? — обернулся он мне. — Ты вроде хотела…

— Хотела и перехотела! Тут так приятно пахнет жасмином. Надеюсь, в парке есть лавочки, я бы отдохнула там.

Мияр поджал губы, отрицательно покачивая головой, и указал в сторону широкого крыльца с перилами из белого мрамора и такими же ступенями.

— Но почему? Я пленница?

— Да, — признался парень, — и пока учитель не снабдит тебя ограничительным артефактом, придётся терпеть моё общество.

— Долго? Я же, ты помнишь… неужели в туалете за мной будешь следить? — виртуозно демонстрировала непоследовательность.

Молодой человек не стал шутить по этому поводу, вздохнул и, продолжая упорно вести меня к зданию, начал объяснять ситуацию:

— Учитель здорово потратился во время битвы. Даже для того, чтобы открыть портал, ему потребовался сон. Теперь нужно плотно поесть и хорошенько выспаться, тогда он и займётся тобой. А пока рядом буду находиться я, — тут Мияр ехидно улыбнулся, — не переживай, твои покои зачарованы, туда не сунусь, поскольку сбежать из комнат невозможно.

— Прям совсем невозможно?

— До сих пор никому не удавалось.

— Зачем же тогда ограничивающий артефакт?

Мияр пожал плечами, распахивая передо мной высокую, украшенную металлической чеканкой дверь.

— Вряд ли тебе понравится целыми днями торчать в замкнутом пространстве. Захочешь погулять по острову…

— Ч-что? — остановилась я, словно запнувшись. — Мы на острове?

— Да. Прежде необитаемые места выкупил ещё сам Куррвал, наставник получил всё это в наследство.

— Необитаемые? — недоумённо разглядывала я высоченные серые колонны, сферический свод, расписанный сценами эпичного уничтожения драконов. — Кто же создал всю эту… — слово «красота» никак не ложилось применительно к довольно помпезному, но пронизанному ненавистью пространству. — Это грандиозное творение.

— Магия. Куррвал владел неограниченными возможностями. За всю историю ни у кого не было такого количества артефактов.

— Всё ясно, — я замерла на пороге комнаты, дверь в которую открыл мой спутник, — дворец воздвигнут на крови драконов.

Парень пропустил мой вердикт мимо ушей, приветливо улыбнулся и предложил:

— Проходи, располагайся, ты здесь надолго. Даже дракону придётся лететь не меньше трёх суток. А ведь он ещё должен понять, куда ты подевалась.

Пока Мияр говорил, я успела зайти в комнату и теперь резко захлопнула дверь со словами:

— Да с чего бы ему вообще сюда мчаться!

Эта вспышка тоже не заслужила внимания, ученик мага совершенно флегматично сообщил:

— Через полчаса принесут ужин.

Я постояла, дожидаясь пока шаги стихнут, и осторожно приоткрыла дверь. Выглянула в круглый холл, из которого тремя лучами расходились анфилады комнат. Слева сюда попали мы, направо ушёл Мияр, центральное направление, судя по всему, вело в покои хозяина — так я заключила по особенно пышному убранству. Мне лучше всего вернуться тем же путём, что и пришла. Выберусь из дворца, найду Лиловика — он наверняка в парке — и построю портал. Гароуд намекал, что знает код той деревни, из которой мы попали к ручью.

План был безупречен, но, к большому сожалению, осуществить его не получилось. Мои ноги прилипли к полу. Намереваясь перешагнуть порог, я покачнулась и не сдвинулась с места. Ах вот вы как! Присела, расшнуровала ботинки — хоть босиком, но свалю отсюда. Чуть не заплакала, поняв, что ботинки ни при чём — не они влипли, а я сама. Даже приподнять ногу не получалось. Со злостью саданула кулаком по притолоке и захлопнула дверь. Ладно, есть ещё и окна. Внутри помещения я двигалась свободно. Решила осмотреться.

Мне предоставили две неплохо оформленные комнаты. Первая, куда я сразу попала, выглядела гостиной, здесь имелся овальный стол с четырьмя креслами вокруг него, диван вдоль одной стены и книжные шкафы вдоль другой. Над диваном висела картина, очень похожая на «Девятый вал» Айвазовского, только в небе над гибнущим плотом летел дракон. Неужели художник изобразил факт его помощи людям? Странно, что Кисьян повесил такое крамольное произведение в своём дворце. Хотя, помнится, его ученик прямо сказал, что драконы любят спасать, вероятно, это считается их слабостью, а не достоинством.

Вторая комната была спальней, довольно скромной по сравнению с шикарной гостиной. Неширокая кровать, заправленная шерстяным покрывалом серо-зелёного цвета, меховой коврик у изножья, тумбочка в головах, узкий гардероб около окна, дверца в дальнем углу. Я бросила свой мешок на коврик и побежала проверять, куда ведёт дверца. Оу! Вполне комфортабельный санузел! Даже пахнет приятно — розами и фиалками. Вот что магия делает!

Посетив удобства — это реально требовалось, я пошла проверять, как обстоят дела с окном. Легко сдвинула щеколду и распахнула створки. Первый этаж! Да мне ничего не стоит вылезти! Высоковато, но прыгну, не испугаюсь. Ринулась обратно, схватила мешок — решила выкинуть его первым. Быстренько развязала узел и аккуратно спустила мешок на верёвке, не хотела создавать лишнего шума. Теперь сама. Забралась на подоконник и попыталась перекинуть ногу. Упс… ступня увязла в магическом барьере. Невидимая пелена пружинила, запихивая её обратно. Смена позиции проблему не решила. Хоть любом тарань, хоть руками колоти — всё бесполезно.

Поскуливая и мысленно костеря проклятого мага, я втянула мешок обратно, бросила его на пол, обняла колени, продолжая сидеть на подоконнике, и окончательно расплакалась. Что за невезуха! Вечно я куда-нибудь попаду: то в горящий камин свалюсь, то над пропастью повисну, то на необитаемый остров… В предыдущие разы меня кто-нибудь да спасал, сейчас же мне совершенно не хотелось, чтобы план Кисьяна сработал. Не нужно Эрикрику сюда лететь, не смогу я спокойно жить, зная, что из-за меня погиб дракон… и такой классный мужчина.

— Лиловик! — я чуть не задохнулась от счастья, услышав голос волшебной птички в голове. Соскочила с подоконника и протянула руки навстречу Гароуду.

«Не реви! Что-нибудь придумаем», — именно такие слова требовались мне в утешение.

Сиреневая птичка впорхнула в комнату, сделала круг и уселась на тумбочке. Я пробежалась за ним, плюхнулась на кровать и спросила:

— Как ты меня нашёл? — ответа не последовало, птичка склонила голову набок и поглядывала меня, словно ожидая чего-то. — Ах да! Чувствуешь связь, я помню. Почему молчишь? Я тебя чем-то обидела?

Ну, понятно, не слушала советов Гароуда, вот и попалась в западню, но ведь теперь не время дуться и выяснять отношения — драпать надо как можно скорее! Лиловик так сильно замотал головой, что даже покачнулся на своих тонких ножках. Я уговаривала его:

— Не молчи, пожалуйста! Обещаю теперь во всём тебя слушаться!

Снова тишина. Я даже заткнула уши мизинцами, пошуровала там, прочищая, словно это могло помочь.

— Куда?

Птица оттолкнулась от поверхности тумбы, взлетела и кинулась прочь. Я рванула следом и вывалилась бы из окна, если б не магическая преграда.

Только теперь, когда Гароуд оказался вне помещения, я услышала: «На твоих комнатах суровая защита, наша связь нарушилась, я её не чувствовал».

Вот в чём дело! Это не Лиловик обиделся на меня, а Кисьян постарался подпортить мне жизнь.

— Что же делать? — я вытащила из кармана куб и показала его Гароуду. — Можешь подсказать мне графический код той деревни?

«Готовься! Сейчас. Мне нужно немного собраться».

Оу! Это я мигом. Как говаривали во времена наших бабушек: «Всегда готов!» Сбегала за вещами, поставила рядом, чтобы подхватить, когда откроется портал, повернула куб фиолетовой гранью к себе, аккуратно вывела пальцем два пересекающихся овала. Атрефакт мигнул, принимая информацию. Теперь приготовилась рисовать место назначения. Посмотрела за окно. Гароуд танцевал в воздухе, словно уплотняя его крылышками. Удивительно, но я увидела след! Как будто крошечный реактивный самолёт пролетел! Славянская буква «фита», заключённая в прямоугольник. Я тщательно перенесла все линии на грань, куб снова мигнул. Ура! Получилось!

Схватила мешок и завертела головой, пытаясь определить, с какой стороны откроется портал. В следующее мгновение моя запредельная радость обернулась катастрофическим разочарованием. Нет-нет, портал открылся, только не в комнате, а снаружи. Я по-прежнему не могла туда попасть.

Довольно бледная, едва сияющая дуга чуть-чуть повисела, показав мне знакомую лужайку, и начала сворачиваться. И, что самое ужасное, исчезающий портал затянул туда Гароуда!

Я даже не сразу поверила. Заорала, как будто меня током ударило:

— Лиловик! Птичка моя! Куда же ты?

А в ответ тишина.

Я тупо смотрела туда, где секунду назад порхал мой питомец, и даже пошевелиться не могла. Вот теперь я по-настоящему испугалась. Конечно, Гароуд сделал всё, что мог: показал необходимый символ, я теперь и без него смогу открыть портал в деревню. Надеюсь, за это время с мудрой птичкой не случится ничего плохого. Только бы выбраться за пределы установленной защиты!

Из соседней комнаты послышалось позвякивание. Кто-то решил меня навестить. Я бросила на пол мешок, спрятала магический куб и, стараясь держать покерное лицо, вышла в гостиную.

Там обнаружила горничную — очень полную и розовощёкую даму за пятьдесят, а то и старше. Она катила сервировочную двухэтажную тележку, на каждой полке стоял поднос. Выглядело это всё как ужин на две персоны.

— Добрый вечер, госпожа, — поклонилась мне горничная, — меня зовут Калма.

У меня не появилось желания знакомиться, просто поинтересовалась:

— Кто-то собирается разделить со мной трапезу?

— О, нет, — смутилась Калма, — это не вам, извините.

Она шустро составила с верхнего этажа тележки предназначавшиеся мне блюда и снова поклонилась:

— Вы не соизволили принять душ и переодеться. Быть может, требуется помощь?

— Не требуется. Спасибо, — я кивнула и указала на дверь: — Можете идти.

Калма снова поклонилась, удивив меня, как она при такой подвижности умудрилась располнеть.

— За посудой зайду через полчаса.

Я проводила взглядом удаляющуюся женщину и печально вздохнула. Калма вышла в холл беспрепятственно. Видимо, все, кроме меня, могут ходить туда-сюда.

В животе довольно громко заурчало. Ну, конечно, волнения, стресс… да и вообще пора перекусить. Обречённо вздохнув, я уселась за стол и придвинула к себе тарелку с тушёными овощами, довольно щедро приправленными кусочками мяса. Эх, зачем я только выпустила из комнаты Гароуда! Пусть бы он даже молчал, просто был рядом, уже легче.

Я с аппетитом ела хорошо приготовленное блюдо, запивала чем-то вроде кваса, отдающего хреном и мёдом, и размышляла. Интересно, кому Калма повезла вторую порцию? Неужели Мияру? Тот, вероятно, может вполне свободно передвигаться, доставка не требуется. Должна быть какая-то столовая или трапезная — третьей-то порции для мага нет. Хотя кто знает, как у них тут всё устроено.

До возвращения горничной я успела и поужинать, и освежиться в душе, и даже бельишко своё простирнуть, благо, переодеться у меня было во что. Мне требовалась активная деятельность, чтобы не заунывать окончательно.

Калма молча собрала посуду, составив её на свою тележку, и покатила к выходу. Услышав посторонние звуки, я выглянула в гостиную и зачем-то спросила:

— Кисьяна можно увидеть?

Женщина обернулась, посмотрев на меня испуганно, потом поклонилась и сказала уже обычным будничным тоном:

— Хозяин изволит почивать. Быть может, завтра к обеду… — она покачала головой, то ли осуждая, то ли сочувствуя, и выкатилась из комнаты.

Я же с минуту пялилась на закрытую дверь, борясь с желанием снова попытаться преодолеть порог. Нет. Понятно, что ничего не изменилось. Придётся ждать более удобного момента. Мияр вроде обещал, что я не буду всё время сидеть взаперти.

***

Во сне я летала. Давно такого не случалось. Неужели расту?

Меня охватил прямо-таки детский восторг. Я плыла в небесном океане. Раскинув руки, едва-едва трепетала ладошками, немного перебирала ногами, при этом парила, не чувствуя ни малейшего дуновения ветерка — воздух окутывал мягкой пуховой шалью и поддерживал. Внизу медленно сменялись картины: уходящий за горизонт дворец мага и его пышный сад, разнотравье лугов, жидкие рощицы, обрыв, галечные пляжи, море, море, море… «Ты снова летишь, Лера!» Рядом со мной кувыркался, играя и весело чирикая, мой Гароуд. «Лиловик! Ты вернулся, — хотелось крикнуть мне, — какой же ты молодец!» Однако ни кричать, ни даже шептать не могла, только улыбалась, чувствуя полноту счастья.

Огромного, всеобъемлющего счастья, поскольку вдали я заметила приближающегося к нам дракона. Его чешуя цвета горького шоколада отливала золотом на солнце, а в необыкновенно красивых глазах светилась любовь.

Я ожидала, что Эрикрик развернётся и полетит с нами, а он лишь наклонил голову в знак приветствия и продолжил путь к острову.

Нет! Нет! Там опасно! Кровожадный маг убьёт тебя! Увы, ни звука не получалось произнести. Я хотела кинуться вслед за моим драконом, но и этого не смогла сделать. Воздушное течение уносило меня прочь.

Очнулась на полу в слезах, закутанная в одеяло, как в кокон. Вертелась, должно быть, во сне, вот и упала с кровати.

Ни Лиловика, ни Эрикрика, ни моря. Всё те же постылые стены моей комфортабельной тюрьмы.

Маг, как и обещала горничная, навестил меня хорошо после обеда. Здоров он, однако, дрыхнуть! Выглядел Кисьян значительно лучше чем накануне. Не помолодел, конечно, но хотя бы с ног не валился — движения его были бодрыми, резкими, выверенными. Этот человек знал, что делает, и не мучился сомнениями.

Он уселся на диван в «моей» гостиной и указал взглядом на раскрытую книгу:

— Надеюсь, ты не скучала?

Я действительно занялась изучением истории этого мира, выбрав из шкафа и сложив на столе всё, что касалось этой темы. На вопрос не ответила.

— Долго мне ещё сидеть взаперти?

— Ты пыталась колдовать, — усмехнулся Кисьян, — зря тратишь силы, девочка.

У меня в груди разгоралась злость. Это надо ж быть таким бессердечным и жестоким.

— Зачем я вам? Тоже на ингредиенты разберёте?

— Ха-ха-ха, — скрипуче засмеялся старик, — шутишь, это хорошо.

Кто тут шутил? Мне, увы, было не до шуток. Кисьян казался благодушно настроенным, и я решила действовать напрямую:

— Отпустите меня, пожалуйста. Я очень хочу вернуться домой.

— Неужели тебе не понравилось гостить во дворце? Чем твой дом лучше?

Я фыркнула, брезгливо поморщившись.

— Неужели непонятно? Клетка, даже золотая — это ограничение свободы. Я к такому никогда не стремилась.

— Что ж, — тонкие губы мага исказила плотоядная улыбка, — я как раз пришёл сюда затем, чтобы ты не чувствовала себя в клетке, — он повозился, добывая из бездонного кармана своей мантии широкую металлическую цепочку причудливого плетения. — Подойди ко мне.

— На цепь посадите? — скривилась я.

— Сможешь гулять где угодно и сколько угодно, весь остров в полном твоём распоряжении, — он встал и потянулся ко мне, держа цепочку растянутой в двух руках.

— Зачем же тогда это? — кивнула я на неё.

— Артефакт ограничивает применение магии, только и всего.

Я попятилась, качая головой:

— С чего вы взяли, что у меня есть такие способности?

Кисьян усмехнулся, давая понять, что не собирается дискутировать, резко шагнул вперёд и молниеносным движением застегнул металлический ошейник. Он холодил кожу, отчего по всему телу пробежал озноб. Или это было колдовство?

Старик отступил к дверям и противненько улыбнулся одними губами:

— Защиту с покоев я снимаю, теперь можешь гулять где вздумается.

— Вы… вы… вы… — я чуть не задыхалась. — Вы самый ужасный человек из всех, кого я знала!

Кисьян удовлетворённо качнул головой:

— А это самый изысканный комплимент из всех, что я слышал.

Он не стал дожидаться моей реакции, проворно вышел из комнаты, оставив дверь распахнутой. Я видела, как его развевающаяся мантия и взлохмаченные седые волосы скрылись в том самом направлении, что я изначально определила как анфиладу, ведущую на хозяйскую половину.

Я бросилась вон из гостиной и легко преодолела порог. Барьер снят! Ну, и что мне делать? Сидеть в комнатах совершенно не хотелось. Я вернулась за необходимыми вещами. Куб всегда со мной, а вот шапку-невидимку я убрала в мешок, теперь достала и сунула в привычное место — за пазуху. Что ещё?

Так и подмывало забрать с собой всё — мало ли, вдруг получится открыть портал. Углубиться подальше в парк и… Надежды мало, но попробовать стоит.

Вещи я, конечно, оставила в спальне. Захватила только флягу и мешочек с несьедаемыми хлебцами. Исторический фолиант тоже взяла — это для конспирации. Вот так, можно сказать, во всеоружии я снова вышла в холл, повернула в левую анфиладу и довольно скоро нашла выход из здания.

На крыльце меня поджидал Мияр. Ну да! Понятно… Куда же без конвоира!

— Позволишь составить тебе компанию? — спросил он, шагая мне навстречу.

— У меня есть выбор?

— Разумеется.

— В таком случае предпочту побродить в одиночестве.

На самом деле мне очень хотелось, чтобы рядом оказались Лиловик и Яшка! С ними и то было бы приятнее гулять, но оба моих друга — парнокопытный и пернатый — были сейчас далеко.

Мияр кивнул с унылым видом и вернулся к перилам:

— Что ж, настаивать не смею, — грустно сказал он, — надеялся поговорить, лучше узнать о твоём родном мире, рассказать тебе о нас.

— Ладно, — сжалилась я, — идём.

Спустившись по ступеням, мы сразу же направились в парк по главной аллее, которая начиналась цветущим кустарником жасмина, источавшим маскирующий все остальные запахи аромат.

Эрикрик Ла-Витт

Не представляю, что бы мы делали без старика Модема! Создавалось впечатление, что его чёткими, выверенными действиями руководят высшие силы. Он организовал дежурство на перевале и разослал отряды для поиска разбежавшихся охотников, после чего решил заняться восстановлением магических врат.

Мы с Дарияном к тому времени успели залечить раны и как раз собрались на поиски сбежавшего мага. Прежде чем прочёсывать окрестности, а далеко с помощью вихревого портала он перенестись не мог, мы с другом выразили признательность своему старшему товарищу:

— Отдаю должное вашей мудрости и предусмотрительности, многоуважаемый Модем! — начал я, и оба мы с Данияром поклонились.

— Это всего лишь опыт! — весело откликнулся старик. — Всего лишь опыт! Я ведь помню, как драконы пытались противостоять охотникам, тогда ещё слабо владевшим заклинанием Куррвала. Было много битв, где я принимал участие юнцом. Очень жаль, что в нашем распоряжении не было запрещающих оборот артефактов! Сегодняшнюю победу мы одержали исключительно благодаря им. Спасибо тебе, Эрикрик.

— Это заслуга Нади, — возразил я и, чтобы не развивать печальную для меня тему, спросил: — Как вы собираетесь восстанавливать врата?

— Сделаем, не сомневайся! — улыбнулся Модем. — Я уже созвал всех своих ровесников, тут потребуется общая магия. Бегать по горам нам не под силу, а с колдовством вполне справимся.

— Увы, — выразил сомнения Данияр, — как мы теперь видим, врата ненадёжны.

— Ты прав лишь наполовину, — посмотрел на моего друга Модем. — Злодеи обрушили магический барьер с помощью украденного драконьего огня, а как вы сами убедились, стрелы с красным оперением у них все вышли. Пополнить запас охотники смогут не скоро, я уверен, что наши соплеменники стали осторожнее и близко теперь не подпустят к себе воришек.

— Тем не менее, — вмешался я в их диалог, — охрану с перевала снимать не будем. Опасно полагаться лишь на следящие артефакты, можно и не успеть.

— Разумеется, — тут же согласился старый дракон, — сейчас распишем график дежурств и в ближайшее время построим здесь казарму, благо, места теперь достаточно.

Модем обвёл взглядом освободившуюся от множества каменных истуканов площадку между склонами ограничивающих перевал вершин. Я тоже с удовольствием осмотрелся: хоть какая-то польза от нападения Кисьяна, даже дышать стало легче, уж очень нас всех угнетал вид галереи застывших врагов.

Ночь и следующий день прошли в безрезультатных поисках, наши предположения, где мог прятаться преступный маг, не подтвердились. Мы с Дарияном вынуждены были вернуться, чтобы сменить лошадей. Летать в истинной ипостаси было бы проще, но, пока драконы не переловили всех разбежавшихся охотников, оставалась опасность напороться на одного или на группу. Враги могли напасть из засады и не оставить нам времени на то, чтобы обратиться и применить артефакт.

Вернулись на перевал, чтобы сменить лошадей и узнать новости. Товарищи наши оказались более удачливыми, у родника, где имелся стационарный портал, захватили отряд охотников. Кроме этого собрали рассеянных по тропе одиночек. Мага среди них, к несчастью, не оказалось.

— И что же будем с ними делать? — задумчиво спросил, ни к кому не обращаясь, Дариян. — Быть может, прогнать строем через новые врата, и пусть стоят здесь в назидание остальным.

Мы с другом шли вдоль шеренги мужчин, склонивших головы и опутанных сдерживающими артефактами. Кое-кто из пленных был ранен и еле держался на ногах, но ни в одном не было заметно раскаяния или хотя бы сожаления о своих занятиях. Только злость и стремление отомстить.

— В прежние времена, — Модем приблизился к нам и положил руку на плечо Дарияна, — мы лишали пойманных охотников памяти. Забыв заклинание Куррвала, они станут не опасны.

— Ага! Как же! — подал голос дежуривший в этот час Гриль. — Вернутся к своим и вновь научатся плохому.

— Есть такая опасность, — согласился я, — хотя за эту науку охотникам приходится вносить немалую мзду Кисьяну или другим знатокам, но рисковать не стоит. Поэтому предлагаю держать обезвреженных врагов у себя.

— В долине? — возмутился Дариян. — Кормить, поить… лечить?

— Будем использовать их в качестве рабочей силы на строительстве, — поддержал меня Модем. — Разумеется, после того, как очистим память.

Стоявший ближе других охотник поднял голову и шагнул вперёд:

— Мы согласны работать, только оставьте память! Обещаем не применять заклинание.

Другие загудели, умоляя о том же:

— Неужто жестоко так поступите? Если жену и дочек не узнаю, как после этого жить?.. Все говорят, что драконы добросердечны, смилуйтесь!.. В кого ж мы превратимся, если самих себя забудем?

— Молчать! — резко поднял руку Модем. — Добросердечны, говорите? Вот какой у вас расчёт!

Пленные смолкли, снова склонив головы. Я же повернулся к старику-дракону:

— Думаю, можно попробовать очистить не всю память, а ровно до того момента, когда человек изучил заклинание Куррвала.

— Представляешь, сколько придётся возиться? — хмуро глянул на меня Модем. — С каждым так. А ведь будут и ещё.

Возражений у меня не нашлось. Развёл руками:

— Поступайте, как сочтёте нужным.

Мне никто не успел ответить, все посмотрели в сторону — чуткий драконий слух уловил дробный цокот и необычное пыхтение. Из-за уступа показался ослик, измученный тяжёлой ношей. Под уздцы его вёл мой конюх, а на перекосившейся попоне восседал его зять, казавшийся больным. Осёл остановился и приветливо качнул головой, радуясь скорому освобождению:

— Й-о-о-о…

Джес помог немощному всаднику спуститься на землю, успев потрепать животное по холке в благодарность. Сразу стало понятно, что эта троица доставила важные известия.

— Хозяин! Хозяин! — придерживая Росла одной рукой, обратился ко мне слуга. — Послушайте только, что он говорит!

У меня сердце упало. Я же оставил Валерию на их попечение! Неужели что-то случилось с девушкой?

***

Прежде всего я подошёл к зятю своего конюха и возложил руки на его поникшие плечи.

— Кто тебя так? Чувствую запредельное воздействие боевой магии. Кисьян? Подонок! Незащищённого человека и убить можно прямым зарядом.

— Меня так просто не убьёшь, — едва шевеля запёкшимися губами, ответил Росл. — Простите, господин Ла-Витт, мы с женой сопротивлялись как могли. Лаиса проводила иномирянку со двора, объяснила, как идти к порталу…

— И что же? — машинально спросил я, вливая в пострадавшего силу небольшими порциями. — Валерия в безопасности?

Лицо парня порозовело, он распрямился, глубоко вздохнул всей грудью и печально покачал головой:

— Она сама сдалась в плен.

— То есть как сдалась? — удивился я. — Не пошла к ручью?

Уже и сам понимал, что, будь Лера на пути к порталу, мои товарищи увидели бы её.

— Не пошла, — подтвердил Росл, — девушка спряталась в тени сарая, наблюдая за нами. Когда охотники схватили младенца, обещая забрать с собой, если не выдадим драконову невесту, она показалась им, тем самым спасла нашу крошку.

— Бессовестные твари! — прорычал Джес, потрясая кулаками в сторону пленных.

Модем, наблюдавший за разговором, подошёл ближе и спросил:

— Скажи-ка, парень, узнаёшь кого-нибудь, кто был с магом, среди этих?

— Да! — тряхнул головой Росл. — Вон тот рыжий, а ещё громила, и там двое прячутся за чужими спинами.

Всех, на кого указал свидетель, вывели из строя. Модем очень нехорошо усмехнулся:

— Уж этим-то мы очистим память до самого донышка! Они у нас на карачках будут ползать, мамкину титьку искать и в штаны писать!

Рыжий застонал и с усилием — магические путы мешали движениям — опустился на колени, молитвенно складывая ладони:

— Простите нас, великодушные господа! Мы с Хитом никого не собирались убивать, за магическим кубом шли и только!

— Где Кисьян? — рявкнул я, шагнув к плачущему охотнику. — Куда он увёл мою невесту?

Слова сами вырвались, но в тот момент я не обратил на это внимания.

— Мы не зна-а-аем… — ныл мужик, ползая на коленях. — Мы вместе только по деревне шли, потом эта сволочь велел нам к порталу топать, а сам в поле, не доходя до поворота, остался.

— Думаешь, портал новый построил? — встал со мной рядом Дариян. — Сомнительно. Столько сил во время битвы потратил, да ещё на этого, — он кивнул в сторону деревенских, — воздействовал. Должен весь резерв исчерпать.

Я покачал головой с уверенностью в предусмотрительности хитрого мага — вряд ли он потратил всё. Обвёл взглядом поникших охотников — тех, на кого указал Росл, и прямо спросил:

— Куда Кисьян мог построить портал?

— Ясно куда, — кланяясь, заговорил один из них, до этого державшийся в тени, — к себе на остров. Потому и ученика с собой захватил. Там ваша невеста, во дворце Кисьяна.

Это выглядело вполне правдоподобно. Я дал знак товарищам уводить пленных, поручая разборки с ними старику Модему. Джеса и его зятя отправил в деревню, понимая, что там их ждут и беспокоятся. Сам же стал расхаживать по освободившейся площадке, задумчиво пиная мелкие камешки.

Друг пристроился к моему шагу, тронул плечо:

— Куда бы ты ни собрался, я с тобой!

— Не представляю, где находится этот клятый остров, — простонал я.

— Мы знаем! — преградил мне путь молодой дракон из северных, тот, кого я счёл самым инициативным. — Это в Светлом море, оно омывает скалы нашей долины.

— Гриль? — уставился я на него с надеждой. — Ты там бывал?

— Нет, — развёл руками парень, — раньше у нас не было сдерживающих оборот артефактов. Но теперь-то мы с огромной радостью поплывём на остров Куррвала и поквитаемся с его сыночком за деяния их обоих!

— Поплывём? — удивился я.

— Лететь нельзя, вы же понимаете.

— Как долго туда плыть? Это далеко?

— В Северной долине имеется большой порт. Думаю, ничего не стоит нанять корабль. Желающих отомстить Кисьяну за погибших драконов найдётся более чем достаточно.

— Это неплохой план действий, — задумчиво потёр я ладони. — Скажи-ка, Гриль, сколько времени потребует снаряжение корабля?

— Два дня, если поторопиться. Ну, день мы будем лететь домой и там ещё договариваться. Два-три дня.

— А сколько плыть?

— Сутки, не больше. При попутном ветре можно быстрее добраться. А если применить артефакты… — северянин пожал плечами. — Тут специалистов нужно спрашивать. Морских драконов.

— Сделаем так, — рассуждал я, продумывая перспективу на ходу, — тебе, Гриль, я поручаю руководство экспедицией. Выбери тех, кого возьмёшь с собой, — я невольно улыбнулся, увидев, как шагнули вперёд все, кто дежурил сегодня на перевале. — Помните, магические врата нельзя оставлять без присмотра, нападения ещё не исключены. Кому-то придётся остаться здесь.

— Я всё понял, — по-военному наклонил голову и щёлкнул каблуками северный дракон. — Когда прикажете вылетать?

— Как можно быстрее.

— А вы? Вы прибудете позже? Прикажете не поднимать якорь, дожидаясь…

— Нет. Сразу же отправляйтесь. Я постараюсь обнаружить портал Кисьяна. Если не найду, нагоню вас в море.

Драконы недовольно загудели. Я поднял руку, пресекая возражения, и кивнул в ответ на вопросительный взгляд Дарияна, позволяя ему сопровождать меня.

Я не мог ждать целых три дня! Надеялся выручить Валерию раньше. Свою невесту — приятно было думать о ней так.

Лера Васнецова

В начале нашей с Мияром прогулки настроение у меня было упадническое. Кисьян обещал, что с «ошейником» я смогу свободно передвигаться по острову, а сам наблюдателя приставил. Я ничуть не сомневалась, что парень последовал бы за мной в любом случае, и предпочла явное сопровождение — хотя бы знаю о нём. Мои попытки преодолеть запрет на применение магии пока откладывались.

Мияр засыпал меня вопросами о Земле, удивлялся тому, что мы вполне обходимся без магии, не верил, что я собираюсь возвращаться в свой мир. Я не спорила и вообще отвечала односложно, тяготилась навязанным обществом. Молодой человек почувствовал моё отношение и, немного помолчав, сказал:

— Напрасно ты считаешь меня врагом. Я бы с удовольствием помог тебе, но тогда Кисьян выгонит меня взашей, а я…

Повисла пауза, мы шли, слушая хруст битого в крошку кирпича под нашими шагами, посвист птиц в зарослях и далёкий шум прибоя. Я остановилась около скамьи, криво улыбнулась и съязвила:

— Мечтаешь ещё чему-нибудь научиться? Не все подлости освоил?

Мияр отрицательно покачал головой:

— Дело не в этом. Я не могу оставить совсем без поддержки одного человека, — парень запнулся, словно сболтнул лишнее, и сразу же пожалел об этом.

— Во дворце есть ещё одна пленница? — догадалась я, вспомнив толстуху Калму с её тележкой, где всегда имелась лишняя порция.

Бледные щёки юноши мгновенно залила краска. То ли он испугался, то ли смутился. Снова покачал головой:

— Тебе лучше не знать.

— Не нужно решать за меня, что лучше, а что хуже, — повысила я голос и уже хотела устремиться прочь, но Мияр удержал меня за руку и предложил присесть:

— Хочешь послушать мою историю?

Ну, ладно, хоть какое-то развлечение! Надеясь установить с учеником Кисьяна более доверительные отношения и привлечь-таки его на свою сторону, я согласилась. После признания, что он мне не враг, вполне могла рассчитывать на помощь этого скромняги. Согласно кивнув, я уселась на скамью, открыла флягу и сделала несколько глотков. Нервы что-то расшалились, чтобы немного успокоиться, я принялась за хлебцы, запивая их водой. Мияр не уселся рядом, а начал расхаживать туда-сюда. Он заметно волновался, приступая к своему рассказу, я даже подумала, что делает он это впервые.

Рассказ Мияра

Моя семья погибла в пожаре. В двенадцать лет я остался сиротой. Тогда сгорело полдеревни — самые крепкие хозяйства по центральной улице. Меня и нескольких товарищей спасло то, что мы отправились в ночное на дальний выпас. Даже не знали о разыгравшейся дома трагедии.

В произошедшем обвинили драконов. Признаюсь, тогда я всем сердцем возненавидел ящеров. Только спустя несколько лет следствие выяснило, что кое-кто осваивал похищение драконьего огня с помощью зачарованных стрел и вознамерился испытать его действие. Пожар случился по вине неумелых колдунов.

Моих друзей разобрали родственники, у меня же никого не осталось. Какое-то время я жил в доме старосты, но у того и так была огромная семья, лишний рот считался обузой, хоть я изо всех сил старался помогать приёмным родителям по хозяйству. Меня не особенно щадили, поручения сыпались одно за другим, справлялся я лишь потому, что научился восстанавливать силы с помощью магии. Сам, действуя исключительно на интуиции.

Однажды к нам в деревню приехали посланцы императора. Староста, как оказалось, подал прошение о денежном содержании сироты, вот они и явились проверить, как мне живётся. Уж не знаю, как приезжие умудрились рассмотреть во мне дар, однако приняли решение забрать меня в столицу. Нужно было видеть моих мучителей, которые безмерно огорчились, потеряв не только старательного работника, но и его пенсию.

В столице мой дар изучали не меньше месяца, тогда и решили отдать меня в ученики сыну великого Куррвала. Да. Я радовался, надеясь освоить убийственное заклинание и отомстить подлым ящерам за смерть моих близких. Много позже я узнал, что драконы не имеют отношения к тому пожару, и даже проникся к ним сочувствием.

Не знаю, как наставник определил мою позицию, обучать не торопился. Полагаю, Кисьян считает меня шпионом, постоянно устраивает проверки, совершенно не доверяет. Давно бы избавился от обузы, но приказ императора нарушить не решается. Во всяком случае пока.

В следующем году мне придётся держать экзамен на магистра, наставник искренне надеется, что я провалю испытания, ведь обучил он меня только удерживающим и следящим заклинаниям. Просто-напросто воспитывал тюремщика. Кисьяну невдомёк, что во дворце имеются и другие учителя… Я говорю о шикарной библиотеке. Многое удалось освоить в теории, иногда умудряюсь применять знания и на практике. Конечно, они куда скромнее, чем потребуется на экзамене, но у меня есть ещё целый год.

***

Мияр остановился напротив меня и протянул руку:

— Как аппетитно ты хрустишь. Можно попробовать?

Я положила ему на ладонь два хлебца, заметив, что некоторое время сидела с занесённой рукой, да так и забыла откусить.

— М-м-м-да-а-а… — промычала я, осознавая произведённое историей парня впечатление. — А где та девушка? Её-то хоть выпускают из комнат?

— Какая девушка? — Мияр чуть не подавился. — О ком это ты спрашиваешь?

— Брось притворяться! — я встала, отряхнула с подола крошки, насмешливо толкнула снова побледневшего парня. — Не совсем же я тупая. Поняла, что подлый похититель прячет не только меня. Она тоже «драконова невеста»?

Напрасно Кисьян считал своего ученика предателем. Ничего он мне не выдал. Насупился, покачал головой и, не сказав ни словечка, устремился по аллее дальше. Туда, где шумело море. Я немного постояла, глядя вслед парню, размышляла, пойти за ним или вернуться во дворец. Решила не трогать Мияра. Пусть попереживает. Похоже, воспоминания разбередили его душу, требуется побыть наедине с природой, чтобы вернуться в норму.

У меня же появилась новая задача. Нужно найти вторую пленницу. Быть может, мы сможем объединить усилия и сбежим с острова.

***

Мне не терпелось найти вторую пленницу. Неужели она тоже «драконова невеста»? Не как я — по недоразумению, а самая настоящая. Десяток вопросов крутился в моей голове. Давно ли здесь томится несчастная? Почему жених не прилетает за ней? Струсил? Знает, что ему грозит опасность? Или просто не в курсе, где прячут его любимую? Пыталась ли девушка выбраться отсюда сама? Не ей ли сочувствует Мияр?

Всё это можно будет выяснить, только если переговорить с пленницей.

Выйдя из парка, я побежала к зданию и медленно прошла вдоль фасада, пытаясь сориентироваться, какие из окон принадлежат моим покоям. Судя по всему, девушку держали неподалёку от меня — горничная разносила еду для нас заодно. Вычислив окно своей спальни — помнила, над какой клумбой открылся портал, утянувший Лиловика, я стала стучать в соседние. Одно, второе, третье… Никакого шевеления за стеклом. И вот удача! В седьмом окне мелькнула тень.

— Эй! Эй! — я стала колотить по стеклу интенсивнее, для чего приходилось подниматься на носочки, встав на цоколь и держась за внешний железный подоконник. — Ты драконова невеста? Тебя держат здесь силой?

Выдала себя с головой, что называется. Уже выпалив всё это, испугалась, спрыгнула вниз и отошла на пару шагов. Хотя что я особенное делаю? Мне разрешили свободно ходить по острову, и по окнам лазить никто не запрещал.

Через мгновение зелёная штора отодвинулась в сторону, и я увидела умопомрачительную красавицу. Ух, какая! Почему же за такой крутой невестой не летит её дракон?

Девушка печально улыбнулась мне и распахнула створки.

— Ты кто? — спросила меня. — Это тебя доставили накануне?

— Меня. По ошибке.

Она кивнула и спросила:

— Зайдёшь? Я тут с ума схожу от скуки.

Я, само собой, согласилась на приглашение, снова запрыгнула на цоколь и попыталась подтянуться. Незнакомка схватила меня за плечи, помогая забраться на подоконник. Она оказалась неожиданно сильной и легко втянула меня в окно.

— Разве здесь нет барьера? — удивилась я, спрыгивая на пол.

— Нет, — девушка закрыла створки на крючок и повела меня к дивану, мы оказались в гостиной, очень похожей на мою.

— То есть ты не в плену? Можешь спокойно передвигаться?

— В плену. Передвигаться могу.

— А почему не выходишь?

Мы сели, красавица взяла меня за руки, задержав ладони в своих, говорила она рассеянно, словно о чём-то задумавшись:

— Как твоё имя?

— Валерия. Лера.

— Та самая драконова невеста, о которой Калма все уши прожужжала?

— Не совсем. Просто Кисьян так решил и приволок меня сюда. Но вообще-то я иномирянка. А ты точно пленница?

— Точно.

— Настоящая драконова невеста? А почему гулять не выходишь?

— Нет. Я сама дракон. А не выхожу из дворца, потому что это слишком большой соблазн.

— Т-ты дракон? — я вытаращилась, словно передо мной внезапно возник Эрикрик. — Как же всё-таки неудобно, что вы совсем как люди. Никогда сразу не поймёшь.

— Это вторая свойственная нам ипостась, так что ничего удивительного.

— Погоди-ка, — меня озарило, — если ты дракон, значит, можешь улететь с острова!

— Могла бы, — плечи девушки опустились, вся её поза демонстрировала крайнюю степень отчаяния. — Но как только обернусь, умру. Смотри… — она оттянула горловину платья, приоткрывая ключицы, между которыми чернела уродливая печать. — Парализующая дракона метка. Кисьян только и ждёт, когда я сдамся.

— Вот подонок, а! — покачала я головой. — Мало ему поддали на перевале.

— Ему? Поддали? Кто? — оживилась драконица.

— Ой, да ты же ничего не знаешь! Давно тут?

— Очень. Давай, рассказывай скорее! — глаза её светились просто непреодолимой жаждой поскорее узнать обо всём, что случилось в её отсутствие.

Я и сама мало что успела выяснить, но даже мои скромные сведения привели пленницу в восторг:

— Значит, они научились сдерживать оборот! Какие молодцы! Я верила, верила, что у них получится! Теперь-то нам не страшны охотники с их ужасным заклинанием!

— Погоди-ка, — настороженно уставилась на драконицу я, — ты тоже умеешь сдерживать оборот?

— А чем я, по-твоему, занимаюсь тут всё это время? Но теперь, когда мои усилия привели к успеху, и умереть не страшно!

Крупные слёзы то ли счастья, то ли решимости катились по щекам девушки. Я приблизилась к ней и начала вытирать мокрые щёки ладонью:

— С ума сошла? Праздновать надо, а не умирать! Столько всего вынесла и теперь сдашься? Подаришь этому упырю целого дракона на зелья?

Она покачала головой:

— Нет, это я так… извини, Лера. Просто неожиданно. Не представляешь, сколько молитв первородному огню я вознесла за то, чтобы…

— Да-а… — протянула я со вздохом. — Самое время открывать портал и валить отсюда, жаль, что маг повесил на меня вот это.

Драконица тронула цепь, на которую я указала, и тоже грустно вздохнула:

— Был бы здесь мой куб, я смогла бы тебя освободить. И себя.

— Магический куб? — встрепенулась я и полезла за пазуху. — Такой годится?

Нужно было видеть, какое удивлённое стало лицо у моей новой подруги.

— Откуда у тебя мой артефакт?

Она с благоговением взяла кубик и, кажется, готова была его целовать.

— Эрикрик дал. Сказал, что это… Ты Нади?

— Да… — едва слышно прошептала драконица. — А ты невеста моего брата?

— Слушай! Он же считает тебя погибшей! — закричала я. — Колдуй скорее! Снимай наши оковы. Надо сообщить Эрикрику, что его любимая сестра жива и здорова!

На эмоциях я начала трясти Надюху за плечо, удивляясь её заторможенности. Она отстранилась и отрицательно покачала головой:

— Нужно всё хорошенько обдумать.

— Чего тут думать? — я оттянула цепочку на своей шее. — Сними эту дрянь и свою татушку сотри. Откроем портал, и адьё!

Драконица улыбнулась, посмотрев на меня как на расшалившегося ребёнка.

— Нельзя действовать стихийно. Мы должны предусмотреть все возможные неожиданности, подготовиться к ним. Кисьян сразу же почувствует изменение магического фона, стоит мне начать колдовать.

— Можем не успеть? — огорчилась я.

— Скорее всего, не успеем. Поэтому сначала нужно обезвредить его.

— И прихвостня?

— Кого?

— Мияра!

Нади хмыкнула и покачала головой:

— Я верю, что этот мальчик выступит на нашей стороне.

— Потому что он в тебя влюблён? А ты?

— Я люблю другого и не раз говорила об этом Мияру.

— И всё-таки думаешь, что он поможет.

— Спрячь, — Нади протянула мне куб, — пусть он будет пока у тебя. Я как следует всё обмозгую, приготовлюсь. Завтра устроим побег.

— Завтра? — разочарованно переспросила я.

— У нас нет права на ошибку. А пока иди к себе, — драконица вывела меня из покоев и показала направление: — Там центральный холл. Пока лучше нам не показываться никому вместе.

— А когда…

— Я тебя найду.

Вообще-то я немного расстроилась. Вот почему Нади не сняла с меня ошейник, если умеет? Я же могла открыть портал и оставить ей куб, если она хочет сидеть тут и размышлять до бесконечности!

Ах да! Куб мне и самой нужен, чтобы вернуться на Землю! Ну, уж с этим бы я как-нибудь потом разобралась.

Пройдя анфиладу комнат, я вырулила в холл и сразу же определила, что как раз в этом направлении уходил в первый день Мияр. Наверное, навещал любимую. «Фиг ему, а не Надюха! — мстительно подумала я. — Сопляк! Давно бы уж мог вызволить её, так нет!»

У дверей своих покоев столкнулась с горничной, та привезла обед. Хорошо, что не засекла нас. Вовремя Нади меня вытолкала.

— Ой, госпожа! — покачала головой Калма. — Хозяин вас обыскался.

— Да пошёл он! — фыркнула я, распахивая дверь для сервировочной тележки. — Передайте, пожалуйста, вашему Кисьяну, что пленница не желает его видеть.

Эрикрик Ла-Витт

Мы с Дарияном договорились встретиться на перевале и с первыми лучами солнца отправиться на поиски портала. Наши северные соратники улетели домой ещё накануне, они не желали тратить время на сон.

Я не представлял, как долго придётся искать открытый Кисьяном путь на остров и смогу ли я вообще его найти, но очень надеялся, что доберусь да жуткого старика раньше своих товарищей. К сожалению, летать так низко, чтобы почувствовать слабые магические токи, было всё ещё опасно. Подлые охотники вполне могли затесаться среди местных жителей и не преминут воспользоваться заклинанием Куррвала, если мы с другом предоставим им такую возможность. Ориентир был пока один: поворот дороги, уходящей из деревни к роднику, где имелся давно действующий стационарный портал. При условии, что пленные не обманули нас. Кроме того, сами охотники не видели, там ли Кисьян колдовал, или ушёл к реке, например, или в рощу, или вообще с помощью магического торнадо перенёсся в другую точку.

Я поднялся затемно, полагая, что самому придётся готовиться в поход, и с удивлением узнал, что конюший мой на месте. Джес вернулся ночью, он дал моей любимой лошадке поваляться, оседлал её, начистил доспехи, наточил меч и прочитал одному ему известные молитвы на удачу. Растрогал меня верный слуга до глубины драконьего сердца! А какой завтрак приготовила кухарка! Ещё и припасов собрала в дорогу. Удивительно всё же, какие они разные — люди!

Поднявшись на перевал, я с удивлением обнаружил столпившихся там стражей, заметил среди них и Дарияна. Все стояли кругом, склонив головы, и что-то увлечённо рассматривали.

— Эй! — крикнул я, соскакивая наземь. — Что за собрание?

— Вот! — друг вышел из толпы и показал мне раскрытую ладонь, на которой, раскинув красивые сиреневые крылышки, лежала птаха. — Парни нашли. Говорят, немного не долетела до перевала, а судя по всему, как раз сюда и стремилась.

— Мы её поить пытались, — дрожащим голосом сообщил юный дракон, — семена предлагали, зёрнышки. Ничего не берёт.

Видно было, что парнишке очень жаль умирающую птицу.

В два шага я преодолел разделяющее нас с Дарияном расстояние и бережно забрал её.

— Это же… это же Валерии питомец! Где вы его нашли?

— Лиловый Гароуд! — послышался за спиной знакомый голос.

Мы все обернулись на подходящего Модема. Он остановился рядом и грустно покачал головой:

— Без хозяйки не выживет. Фамильяр её магией питается.

Мы все поклонились старому дракону, пришедшему то ли нас с Дарияном проводить, то ли посты проверить. Я не удержался от вопроса:

— Как долго он ещё протянет? Что, если мы не сразу найдём иномирянку?

Модем наклонился, рассматривая прикрытые белой плёнкой глаза птички, вздохнул:

— Пожалуй, не спасти страдальца.

— А если попытаться поддержать?

— Опасно. Твой дар может конфликтовать с иномирным.

— Не-е-ет… — уверенно возразил я. — Не должен! Я исцелил Валерии ногу, девушка хорошо восприняла мою магию.

— Хм… — пошевелил густыми бровями мудрый дракон. — Тогда стоит рискнуть.

Все: стражники, Модем и Данияр — замерли, сочувственно наблюдая за моими попытками влить в беспомощное лиловое тельце силу. Я действовал очень аккуратно, посылал магические лучи рассеянными, крохотными порциями, гораздо меньшими, чем те, которыми выправлял вывих у Валерии.

— Ой! — воскликнул незнакомый мне юный дракон. — Шевелится! Видели? Она ножкой дёрнула.

— И глаза открыла, — поддержал его Дариян.

Я и сам почувствовал, что птица задышала, затрепетала и после очередной бережной порции силы поднялась на лапки, чувствительно вцепившись коготками в мою кожу.

— Как же тебя зовут, малышка? — ласково спросил я птицу.

Она посмотрела вверх, немного склонив голову, потом будто бы поклонилась.

— Глядите-ка! — восторженно воскликнул молодой стражник. — Благодарит за помощь.

— Гароуд способен ментально общаться с хозяином, — поведал Модем. — Ты ничего не слышишь, Эрикрик?

— Нет, ничего. Как вы думаете, — взглянул я на старого дракона, — стоит ли взять Гароуда с собой?

— Чем скорее он встретится с хозяйкой, тем лучше.

— Тогда в путь! — воскликнул я, пряча птицу за пазуху.

Мы с Дарияном вскочили в сёдла и под дружные возгласы желающих нам успеха товарищей пустили лошадей по дороге в деревню.

Торопились, срезали путь полями. Заглядывать в селения нам было незачем. Понятно, что Кисьян выбрал для открытия нового портала укромное место, где никто не мог обнаружить его случайно.

Стоило нам выехать на нужную дорогу, как птица у меня на груди стала вести себя крайне беспокойно. Будто что-то почувствовала! Я терпел её царапание и щипки до самого поворота. Здесь мы остановили лошадей, чтобы осмотреться.

— Да что с тобой? — недовольно воскликнул я, вытаскивая Гароуда. — Совсем было помирать собирался и вдруг ожил! Это чтобы мне жизнь сахарной не казалась?

Зажатый у меня в кулаке Лерин фамильяр безобразничал: возился, пытаясь освободить крылья, клевал меня довольно чувствительно, пытался царапать коготочками.

— Ха! Да он боец! — засмеялся Дариян.

— Не хочешь поносить это чудо у себя на груди? — хмуро спросил я друга.

— Мне кажется, Гароуд хочет полетать.

— Да куда он улетит! Только-только в чувство пришёл, — с сомнением покачал я головой и, вспомнив, как носила питомца Лера, усадил его себе на плечо.

Не успели мы с Дарияном как следует осмотреться, выбирая, в какую сторону направить лошадей, как Гароуд сильно оттолкнулся и взлетел, при этом громко чирикнув.

— Эй! Куда? — воскликнул мой друг и тут же повернул ко мне радостное лицо: — Мне кажется или он показывает дорогу?

Не сговариваясь, мы поскакали вслед за улетающим в сторону видневшейся у горизонта рощицы Гароудом.

***

Лера Васнецова

Нади пришла за мной сразу после завтрака. Не пересказать, как я обрадовалась. Ночью успела раз пять разочароваться в новой подруге и столько же раз оправдать чрезмерную, с моей точки зрения, её осторожность. Разве могу судить человека, ой, то есть дракона, много лет находящегося во власти всемогущего мага при постоянной угрозе стать источником ингредиентов для зелий? Другими словами, ей была предназначена не просто гибель, а смерть, укрепляющая силу врага.

— Готова? — спросила меня Нади, перешагнув порог и плотно прикрыв за собой дверь.

— К чему? — спросила я, с удивлением осматривая стройную фигуру драконицы, затянутую в красивое синее платье, вполне пригодное для вечеринки в клубе. — Мы едем на бал?

Нади отрицательно покачала головой:

— Возьми всё необходимое, оденься и обуйся для дальней дороги.

— Дальней? — переспросила я. — А разве ты не откроешь портал сразу туда, куда нужно?

— Открою, но не отсюда. Нам надо ещё добраться до места, где Кисьян с запозданием обнаружит изменение магического фона.

Понятно. Я поспешно покидала все свои вещи в мешок, не собиралась оставлять в опостылевшем дворце даже самую бестолковую мелочь. Через пять минут предстала перед подругой. Нади внимательно изучила мои потёртые и хорошо разношенные ботинки, широкую юбку, ситцевую кофточку и добротный, хоть и укороченный пиджачок. Кивнула, одобряя, и дала команду трогаться.

— Мы торопимся? — мне приходилось чуть не бегом передвигаться, чтобы не отстать от спутницы.

— Надо уйти как можно дальше, пока Калма не поднимет тревогу, не обнаружив нас обеих в комнатах.

В парке мы сразу свернули с главной аллеи, довольно скоро вылизанная часть сменилась натуральной. Дорожки не были ничем посыпаны, а просто утоптаны, трава росла как хотела, ни одной клумбы не попадалось, скамеек тоже. Но удивило меня не это, а укутанная в плащ фигура, поджидающая нас в отдалении.

— Кто это там? — схватила я Нади за руку. — Ты видишь?

— Мияр, он вызвался нам помочь.

— Помочь? Нам? Ты уверена?

— Всё хорошо, Лера, — мягко улыбнулась подруга, — не сбавляй шаг, мы всё ещё спешим.

Услышав нас, Мияр скинул плащ и повесил его на сучок, изобразив при этом несколько пассов.

— Чего это он? — поинтересовалась я.

— Оставляет магического двойника. Кисьян будет уверен, что ученик прогуливается здесь.

— А мы? Это не выдаст направление нашего бегства?

Нади покачала головой и, взяв меня за руку, сильнее потянула вперёд:

— Вот поэтому мы должны поскорее исчезнуть.

Парень кивнул, здороваясь со мной, молча забрал мой мешок и зашагал первым, указывая нам дорогу. Вскоре заброшенная аллея сменилась сетью хаотичных тропинок, Мияр без суеты выбирал нужную. Начался заметный подъём. После получаса ходьбы я устала и готова была взмолиться об отдыхе, но услышала шум прибоя и обрадовалась. Дальше берега меня точно не потащат!

Однако мы снова свернули, продолжая подъём, крики чаек и плеск волн остались в стороне.

— Куда мы лезем? — не выдержала я долгого молчания.

— Тебе нужна помощь? — обернулся Мияр.

— Просто ответь! — сердито буркнула я.

Парень пожал плечами, отворачиваясь:

— На холм. Он довольно высокий. Выше, чем следящий купол Кисьяна. Проверено.

— Ух ты! — обрадовалась я и тронула цепь на своей шее. — Там это не будет действовать?

— Будет, — огорчила меня Нади, — но на холме я смогу снять чары, а колдун этого не почувствует.

Сил после обнадёживающих объяснений у меня прибавилось. Или открылось пресловутое второе дыхание. В общем, топала я бодро, только болтать больше не могла. Что ж, после поговорим. На свободе.

Деревья остались внизу, как и тропы. Теперь мы шли по мшистым камням всё выше и выше. Горизонт отодвинулся, по правую сторону от нас плескалось море, шума его я уже не слышала, хотя чайки всё ещё умудрялись перекрикивать свист ветра в ушах. Я обернулась и увидела крышу дворца, выглядывающую между верхушками деревьев. Подъём стал круче, мучение казалось мне бесконечным.

Удивительно, но спутники мои как будто совсем не утомились. Нади шла бодро и меня поддерживала при этом, а Мияр вообще закинул мой мешок на плечо и побежал, стремясь на вершину. «Ишь ты какой, — думалось, — устроил состязание с девушками».

Ошиблась. Первым оказавшись наверху, Мияр принялся собирать некрупные камни, выкладывать их цепью, словно строил преграду для микроскопического войска. При этом ученик мага шептал что-то и осенял каждый булыжник замысловатым знамением. Приближаясь, я даже не поверила картинке, решила, что солнечные зайчики, выпрыгивая из оставшегося внизу моря, попадают мне в глаза. Э-э, нет! Это зачарованный Мияром барьер начал излучать трепетавший, словно языки костра, но едва заметный при этом свет.

Перешагивала я эту конструкцию с опаской.

— Давай скорее куб! — попросила Нади, едва мы оказались внутри созданной молодым человеком иллюзии.

Я достала артефакт из кармана и подала его подруге. Лицо Нади опять осветилось счастливой улыбкой. Она спросила разрешения сначала освободиться самой. Разумеется, я согласилась. Прекрасно понимала, что печать, убивающая дракона, куда страшнее, чем мой ошейник.

Пока драконица с необыкновенно сосредоточенным лицом выводила на гранях магического куба замысловатые руны, а ученик мага откровенно любовался той, кого безответно любил, я стала осматриваться. Прекрасно понимала Мияра — вот-вот они с Нади расстанутся навсегда. Здесь, на острове, во дворце Кисьяна, юноша мог видеть любимую, беседовать с ней. Нади даже учила его волшебству, объясняла вычитанные им в книгах приёмы, что-то подсказывала. Теперь он останется один на один с колдуном, ненавидящим не только драконов, но и людей, в том числе своего ученика. Пусть Мияр побудет напоследок вдвоём с любимой, я не хочу им мешать.

Отошла в сторону, любуясь грандиозными видами. С очень высокого холма — мы лезли сюда часа полтора — видно было далеко. По одну сторону простирался остров, судя по всему, очень большой, до самого горизонта тянулись злёные холмы с вековыми соснами. С другой стороны сверкало в ярком солнечном свете бесконечное море. Там, откуда мы пришли, я увидела пляж, до которого так и не добралась во время прогулки по парку. С этой высоты можно было разглядеть и сам дворец, и площадь перед ним. Я прикрыла глаза ладонью, всматриваясь, не началась ли беготня по поводу пропажи пленниц. Нет, всё было спокойно.

Опять повернулась к морю. В груди стало щемить от грусти — вот-вот покину остров Куррвала, а затем и волшебный мир, так и не познакомившись с ним толком. Вернусь к своей обыденной скучной жизни без каких-либо ярких перспектив. Снова буду общаться с близкими, выслушивать их бесконечные упрёки, помирюсь с бывшим парнем… Нет! Только не это. Я уже сейчас остро скучала по Эрикрику и прекрасно понимала, что каждого мужчину на Земле буду невольно сравнивать с драконом и ни один никогда не сумеет затмить этот образ. Да и не захочет. Зачем? Полно других симпатичных и даже умных девчонок, никому не нужна замороченная на потерянном счастье.

— Лера, подойди сюда! — окликнула меня Нади.

Я услышала в её голосе что-то такое… пока неосознанное. Зов. Не просто приглашение снять ограничительный ошейник, а намёк на то, что я могу и не торопиться в свой мир. Правда… почему бы не задержаться хотя бы ещё на пару дней? Очень хочется стать свидетелем встречи брата и сестры, которую он считал погибшей. Правда! Мне очень интересно.

— Получилось? — спросила я, рассматривая чистую кожу на груди драконицы.

Нади с довольной улыбкой провела пальцами между ключицами, пытаясь нащупать следы чужой магии.

— Свободна. Давай теперь тебе помогу, — она строго глянула на Мияра. — Отойди, пожалуйста, ты меня отвлекаешь.

Ну вот, почувствовала драконица близкое избавление и тут же показала недавнему другу, какая между ними дистанция. Юноша спорить не стал — попятился, отвернулся и, как я недавно, устремил взгляд в море.

Меня охватило волнение. Нади обошла меня, держа куб на вытянутой руке и произнося длинные фразы на незнакомом, вероятно, специально придуманном для колдовства языке. Цепь на моей шее начала нагреваться. Увидев, что я собираюсь дотронуться до неё, Нади отрицательно покачала головой и встала напротив меня с широко распахнутыми от напряжения глазами. Она продолжала повторять снова и снова непонятную мне абракадабру и выводить на гранях куба хитрые символы.

Ошейник жёг нестерпимо. Я закусила губу и смаргивала появляющиеся на ресницах слёзы. Чуть слышно стонала. Было больно. Прекратилось это неожиданно: звенья цепи одновременно разомкнулись, горячими металлическими градинами брызнули в стороны и осыпались на землю. Мои руки невольно обхватили шею.

— Погоди, — отстранила их Нади, — сниму.

Она принялась водить ладонью вдоль следа от ожога. Я почувствовала уже знакомое ласковое тепло. Точно так же исцелял мою больную ногу Эрикрик.

Боль исчезла. Я рассмеялась, радуясь этому, и бросилась обнимать мою спасительницу:

— Всё? Мы можем убираться отсюда?

— Можем, — Нади отстранилась и посмотрела на меня испытующе. — Ты хочешь сразу домой? В свой мир?

— Э-э-а-а… — простонала я. — А ты знаешь код Земли?

— Постараюсь вспомнить.

— М-м-м… пф-ф-ф… — я ожесточённо тёрла нос, подбирая слова. — Эрикрик вроде говорил, что у тебя есть каталог. Там, в замке.

— Есть, — кивнула с хитрым видом Нади, — так что? Сначала туда?

Я не успела ответить, нас отвлёк Мияр, указывающий в море:

— Что там за точка?

Мы с драконицей стали смотреть на нечёткую линию горизонта. К сожалению, я ничего не видела. Слишком далеко для моего зрения.

— Она приближается, — сказала Нади. — Корабль, что ли?

— Сейчас. Я помню твой урок, — Мияр обвёл невидимый для меня объект указательным пальцем, оставляя в воздухе туманную нить, и принялся растягивать полученную окружность, как это делаем мы, увеличивая картинку на экране смартфона.

Вот крошечный кружок стал размером с обруч. Внутри него вздымались волны, до которых, казалось, можно было дотронуться. Я подошла ближе и стала рассматривать картину вместе с Мияром и Нади. Теперь уже хорошо было видно, как большой корабль с собранными вдоль рей парусами тянут за канаты четыре дракона. Нос парусника при этом задрался, а фальшкиль разрезал пенящуюся воду. Скорость была немыслимой, прямо как у быстроходного современного катера.

— А вот и спасательная команда, — вздохнула Нади. — Мы не успели их остановить.

— Зачем так-то?! — в сердцах воскликнул Мияр. — Маг убьёт их! Они же могут оставаться в другой ипостаси.

— Торопятся, — ответила драконица. — Полагаю, обернутся, когда подойдут ближе. Только бы Кисьян не заметил их раньше времени.

Ученик мага поспешно свернул картинку, словно боялся выдать местонахождение драконов своему наставнику. Я же посмотрела на дворец и закричала:

— А там что происходит?

Даже я чётко разглядела, что на площади выросла портальная арка, из неё вышли двое.

— Дариян, — простонала моя подруга, — Эрик… Как же…

Я ободряюще обняла Нади:

— Они справятся! С одним-то стариканом! Вон на перевале как отделали, а там Кисьяну толпа охотников помогала.

— Он не один, — хмуро поправил меня Мияр.

И тут я увидела, как брусчатка на площади вздыбилась и отдельные блоки начали соединяться в огромных каменных монстров, как в “Лего”. Эрикрик и Данияр тут же выхватили мечи, заняли боевые позиции, прикрывая друг другу спины.

— Надо бежать туда! — закричала я, уже собираясь скатиться с холма.

— Не успеть, — покачал головой ученик мага и указал на едва заметную точку в отдалении, — и они не успеют, если только полетят, а этого делать нельзя.

— Почему? — повернулась к нему я.

— Как только дракон опустится на остров Куррвала, погибнет. Они не могут лететь сюда.

— Они не могут, — согласилась с парнем Нади, — а я могу. Оставайтесь здесь!

Девушка отбежала в сторону и прыгнула с холма. Уже в воздухе она обернулась прекрасной золотистой драконицей, тут же направив полёт к мчащему сюда паруснику. Белокурый юноша с восторгом смотрел, как удаляется сверкающий в солнечных лучах силуэт. Я же сразу отвернулась, стараясь разглядеть, что происходит на площади, а там творился сущий кошмар: месиво из каменных монстров, рассыпавшихся под ударами мечей. Увы, разрозненные булыжники тут же собирались в новых активных бойцов. Двоим, даже очень умелым рыцарям одолеть такую ораву невозможно.

***

Эрикрик Ла-Витт

Мы поскакали за сиреневым маячком. Не было сомнений, что Гароуд знает, где находится нужное место. Вот он завис над высокой травой, поджидая нас. Мы спешились, я достал из кармана свой магический куб — однажды созданный портал открывается с помощью простеньких заклинаний.

— Смотри, Эрик! — воскликнул Дариян, указывая под ноги. — Откуда здесь рододендрон?

— Ох… — я поднял цветок, тот самый, зачарованный на неувядание. — Я сорвал его для Валерии в нашу первую встречу около перевала.

— Она оставила тебе знак, — удивлённо покачал головой мой друг, — какая умная девушка.

— Да, — с довольной улыбкой согласился я, пряча цветок за пазуху, — она такая.

— Значит, портал здесь! Как думаешь, предусмотрел Кисьян возможность вторжения? Есть ли у него охрана?

— На всякий случай нужно быть готовыми, — ответил я, водя рукой с артефактом вокруг себя.

Дариян вытащил меч из ножен и приготовился запрыгнуть в арку, как только она засияет. Я последовал его примеру.

Сразу стало понятно, что сил у Кисьяна в тот день после битвы оставалось немного — портал получился корявым, тусклым, словно его создавал маг-недоучка. Впрочем, это не имело никакого значения, главное, что в пространстве возникла дыра и мы увидели сквозь неё дворцовую площадь. Лиловый Гароуд сразу же метнулся туда, мы с Дарияном заскочили следом. Птичка устремилась к парку. Понятно, что фамильяр чувствует хозяйку и полетел к ней. Я хотел бежать за ним, но не смог сделать ни шагу. Портал за нашими спинами захлопнулся, и началось землетрясение.

— Что это? — раскинув руки, чтобы сохранить равновесие, и перепрыгивая с ноги на ногу, вопрошал мой друг.

Брусчатка двигалась, вздымалась, ползла…

— Те самые охранники, — сообразил я, видя, как булыжники собираются в холмы и формируют уродливые каменные фигуры.

Мы с Дарияном приготовились к сражению. Монстры наступали, окружая нас. Созданные в первую же минуту магические щиты хранили нас от прямых ударов гигантских кулаков. Мой напарник почти сразу нащупал слабое место в фигуре каменного воина, ударил в центр, после чего великан рассыпался, а его близнецы продолжили наступать, неистово колотя по защитному барьеру.

Так мы и стали действовать: целились в болевую точку и обрушивали нападающих одного за другим. Увы, праздновать успех было рано, россыпь камней недолго оставалась без движения, булыжники снова цеплялись друг за друга и формировали возрождённого бойца.

Бой кипел, я мог лишь взглядом проследить за полётом Гароуда, тот мелькнул сиреневым флажком среди деревьев парка и скрылся. Как мне хотелось туда — к Валерии, но прежде нужно было добраться до мага и вытрясти из него душу. На пути к нему стояли нескончаемые защитники. Сколько продержатся наши щиты?

— Кисьян здесь! — крикнул Дариян, не прекращая разить врагов. — На крыльце. Наблюдает сволочь!

Я обрушил очередного великана и, пока новый подбирался ко мне, успел повернуть голову. Да. Подлый маг стоял, скрестив на груди руки, спрятанные в длинных рукавах, и с наглой улыбкой следил за нами. Следовало признать, что силы мы не рассчитали. Ведь у Кисьяна вполне могут быть и другие козыри — как только мы преодолеем первый эшелон обороны, он пустит их в дело.

Сложилось впечатление, что я невольно подсказал злодею нужную мысль. Не успели мы порадоваться, что противостоящих нам громил стало меньше — не все из них могли восстать в третий или четвёртый раз, как обнаружилась новая напасть. В небе показались жар-птицы. Волшебно прекрасные и бесконечно опасные. Не для драконов. Огонь — наша родная стихия. Однако сейчас истинная магия была заперта вместе с ипостасью. Ни я, ни Дариян не могли ничего противопоставить атакующему пламени.

К счастью, напарник успел создать отражающий зонт. Пернатые слуги Кисьяна швыряли в нас горящие перья. Некоторые из них с шипением втыкались в магическую защиту, другие соскальзывали, соединяясь в огненные потоки, стекали на искромсанную щебёнку и впитывались в неё, как вода в сухой песок.

Хуже всего то, что достать парящих над нашими головами врагов мы не могли. Понятно, что Кисьян провоцировал: верил, что нервы у нас не выдержат и он получит двух поверженных драконов в своё полное распоряжение.

Пользуясь тем, что наземная операция сворачивалась, Дариян уступил мне право разбираться с оставшимися великанами, а сам начал подбирать булыжники и швырять их в жар-птиц, причём довольно метко. Как же противно вопили эти твари! Вот уж никогда не думал, что прекрасные и гордые создания имеют такие хриплые и пронзительные голоса. Понятно, что мы тоже орали не слишком мелодично, в результате над площадью стоял невообразимый шум: грохотали монстры, пищали жар-птицы, Кисьян выкрикивал заклинания. Наши голоса тонули в этом гвалте ровно до тех пор, пока к ним не присоединились громкие, хорошо поставленные голоса, отдающие чёткие команды.

У самого крыльца открылся новый портал. Я успел увидеть борт корабля, о который разбивались волны. С палубы на площадь посыпались наши северные собратья. Их было много — куда больше, чем я мог ожидать. Подавляющая часть напустилась на каменных великанов, а кто-то бросился к магу. Кисьян быстро сориентировался и шмыгнул во дворец. Наши пернатые противники, потеряв управление, тут же разлетелись, демонстрируя нам пушистые сверкающие хвосты. Мы с Дарияном смогли перевести дух и деактивировать защиту.

Прибывшие на подмогу драконы замечательно справлялись, мы же после длительного напряжения готовы были повалиться на обломки поверженных противников и мгновенно уснуть. Так я бы и сделал, если б не стремился поскорее найти Валерию.

Полететь бы к ней! Но я пока не знал, можно ли принимать истинную ипостась, поэтому побежал в ту сторону, где скрылся Лиловый Гароуд.

Лера Васнецова

Пока Мияр наслаждался полётом золотистого дракона, я решила потихоньку слинять, подбежала к созданному начинающим волшебником ограждению и даже занесла ногу, чтобы перешагнуть ряд сияющих камней.

— Стой! — завопил очнувшийся парень.

Он в одну секунду подскочил ко мне и, схватив за руку, оттащил в центр площадки.

— Что такое? — удивилась я такой стремительной реакции.

— Стоит выйти за круг, Кисьян получит сигнал.

Я оценила кутерьму на площади, с сомнением качая головой:

— Ему сейчас не до нас.

Попыталась выдернуть руку, но парень держал крепко.

— Кто говорит о нас? Не нужно, чтобы учитель обратил магический взор в эту сторону. Тогда он заметит бегство драконицы и пошлёт за ней погоню.

Хм… Я посмотрела на улетевшую довольно далеко Нади, её чешуя сияла так, что казалось, в небе теперь два солнца.

— А разве Кисьян не почувствовал, когда она пересекла твой барьер?

— Сигнал, посланный в сторону моря, он, скорее всего, не получил. Ты права, у наставника сейчас много других забот, внимание его ослаблено.

— Значит, и мы сможем спуститься по тому склону! — я всё-таки вырвалась и устремилась к другому краю площадки. — О-па-а-а… Тут шею свернёшь, пожалуй, — сдаваться мне не хотелось, я испытующе посмотрела на Мияра: — Ты ведь можешь расколдовать эту границу?

— Лера, — печально покачал головой парень, — Нади велела нам ждать здесь.

— То есть ты меня не пускаешь?

— Не пускаю.

— Продолжаешь исполнять обязанности тюремщика?

— Лера, — он очень выразительно вздохнул и попытался объяснить свою позицию: — Мы с тобой ничего не сможем сделать. Либо драконы сами победят, либо…

Я подскочила к нему и с силой толкнула в грудь:

— Слюнтяй! Сопляк! Да ты хоть представляешь, как им там тяжело сейчас? А мы будем стоять и любоваться этим?

— Увы, — потупился Мияр, признавая мою правоту, — боевым заклинаниям не обучен. Кисьян делал упор на защиту и вообще манкировал обязанностями наставника.

— А разве Нади не обучала тебя?

— Так… — пожал плечами противный троечник. — Мы с ней искали способ разрушить заклятье острова.

— Какое ещё заклятье?

— Едва дракон подлетит к этим землям, получит метку. Ту, которую ты видела. Эта печать парализует мгновенно.

— А разве Нади сама сюда прилетела?

— Нет. Её поймали охотники, а когда не смогли заставить сменить ипостась, продали Кисьяну. Он поставил метку собственноручно.

— Ждал, когда драконица устанет жить в неволе и обернётся. Вот гад!

Я снова посмотрела на площадь, где кипело сражение. Наши стойко держались. Каменные исполины один за другим рассыпались на пиксели, но спустя три-четыре минутки восстанавливались. Сколько это будет длиться? Приведёт ли помощь Нади? И как? В каком виде? Неужели драконы полетят на остров в истинной ипостаси?

— Послушай, Мияр, — повернулась я к парню, — попробуй прямо сейчас разрушить жуткое заклятье острова.

— Пробовал много раз.

— Не получилось?

— Это необычайно мощное колдовство, оставшееся ещё от Куррвала. Думаю, даже Кисьян не сумеет его снять.

— Вот засада! Что же делать?

— Нади уверена, что для положительного результата потребуется магия трёх миров.

— У меня есть! Есть своя магия, мне говорили. А я как раз из другого мира! Ну? Как её использовать?

— Трёх миров, Лера, — печально улыбнулся Мияр, — какая же ты неугомонная.

— Зато ты очень уж угомонный! — фыркнула я и отвернулась. Тут же завопила, подскакивая на месте: — Лиловик! Мой Лиловик летит!

Давно я так не прыгала от счастья. Моя сиреневая птичка часто-часто махала крылышками, набирая высоту. Мне очень хотелось побежать с холма ей навстречу, но Мияр предусмотрительно схватил меня за пиджак. Прямо как собачонку придержал. Даже на этого зануду я не могла злиться, так обрадовалась появлению фамильяра.

Бедная, измученная птичка! Лиловик свалился мне в руки, сразу же начал тереться о ладони, поглядывать на меня чудесными бусинками глаз и умилительно щебетать. Я не удержалась и поцеловала покрытую мягкими пёрышками голову.

— Гароуд из твоего мира? — серьёзно спросил Мияр.

— Н-нет, — я старалась вспомнить объяснения Веллы, — не из моего точно, но и не из этого. Не знаю откуда.

— Сейчас! Сейчас! Погодите минутку! — засуетился юноша.

Мы с Лиловиком наблюдали за его чёткими, сто раз продуманными действиями.

Мияр установил в центре площадки плоский камень, вытащил из кармана мелок и нарисовал на серой поверхности цепочку сложных рун. Эти письмена тут же засияли бледным серебристым цветом. Удовлетворённо хмыкнув, парень поставил вокруг главного камня три других. Велел мне посадить на один камень фамильяра, второй занять самой. Сам уселся на третий.

Понятно, что меня разрывало любопытство. Пришлось плотно сжимать губы, чтобы сдерживать рвущиеся вопросы. Было очевидно, что начинающему магу требовалась полная сосредоточенность. Несколько мгновений ничего не происходило. Мы не шевелились, даже Лиловик полностью осознал важность происходящего и сидел смирно. Мияр закрыл глаза и заунывно произносил заклинания. Теперь я верила, что он не раз пытался преодолеть страшное заклятье, наложенное Куррвалом на остров. Чтобы выучить наизусть такой сложный и пространный текст, нужно постараться.

Мне кажется или наши камни повисли в воздухе? Я чувствовала себя как на карусели — почти забытое ощущение из детства. Воздух вокруг стал разреженным. Оглядевшись, я заметила, как с вершины холма вниз катятся волны — прозрачные, определяемые каким-то новым для меня органом чувств. Это выглядело как гладь спокойного озера, потревоженная брошенным камнем, только вместо воды — сгустившийся воздух.

Мияр с ещё большим вдохновением продолжил колдовать, и я догадалась, что дело продвигается успешнее, чем в предыдущие разы.

Волны магии катились, чайки над морем кричали, трава распространяла пряный запах, моя пятая точка начала болеть из-за твёрдого сидения. Хорошо Лиловику, он… я повернула голову, чтобы увидеть птичку, и едва не вскрикнула. Что происходит?

***

Эрикрик Ла-Витт

Право разбираться с магом я уступил товарищам, не сомневался, что они справятся — меня же тянуло к видневшемуся над деревьями парка холму. Именно в ту сторону полетела птичка, хотя дело было не в ней — сердце моё чувствовало, что Валерия там!

Усталость улетучилась, как только дворцовая площадь осталась за спиной. Я бежал по заброшенной аллее, с каждым шагом ощущая всё больший восторг от предвкушения скорой встречи. Казалось, что лечу, ступни мои не отталкивались от земли, а крутили её, приближая холм с любимой девушкой. Лера пряталась на нём от Кисьяна, сообразила, что колдуну не под силу активировать магическое зрение по всем векторам одновременно. Какая она всё-таки! Молодец.

Чем ближе холм, тем сильнее тяга. Вверх я нёсся, словно подхваченный восходящими потоками воздуха. Взбежав на вершину, увидел троих. Рядом с Валерией стояла незнакомка, отличавшаяся удивительным лиловым цветом волос, белой кожей и фиолетовыми глазами. Туника на ней была в этих же тонах. Чуть в стороне замер ошарашенный парень, которого я узнал и сразу же направил на него меч, загораживая собой девушек.

— Эрик! — воскликнула Валерия, обежала меня, кинулась на грудь. — Ты цел! Какое счастье.

— Вам никто не причинил вреда? — спросил я, не отводя взгляда от несколько растерянного сообщника Кисьяна.

— Мияр не враг, он помогает! — ответила иномирянка ласково и посмотрела мне в глаза. — Он, кажется, снял заклятье с острова, — Лера обернулась, глянув на девушку с необычными волосами, кивнула ей и снова заговорила со мной: — Лиловик утверждает… ой, Лилла, её, оказывается, зовут Лилла. Она говорит, что заклятье точно снято, потому что и она теперь получила свободу.

Я немного растерялся. Машинально опустил меч и обнял свободной рукой Леру, глядя при этом на девушку с удивительным именем.

— Лилла? Ты хочешь сказать, что это твой фамильяр? Лиловый Гароуд? Он… она превратилась в человека?

— Да, только пока не может разговаривать и продолжает общаться ментально, — прильнув ко мне и поглядывая на бывшую птичку, ответила Валерия. — Лилла попросила уточнить: правильно говорить Гаруда, а не Гароуд, как у вас принято. Она прибыла сюда из другого мира, чтобы снять проклятье со своего народа. Мияр осуществил её мечту.

Девушка-птица улыбнулась, подтверждая слова Валерии, сделала шаг к ученику колдуна и склонилась в благодарном поклоне. Мияр и до этого казался слишком юным для тех дел, в которые его втянули, а, смутившись, превратился в лепечущего оправдания мальчишку:

— Я ни при чём, просто магия трёх миров соединилась и…

Валерия потянула меня в сторону, шепнув:

— Пусть пообщаются. Не будем их отвлекать. Может, Мияр переключится и забудет о безнадежной влюблённости. Ты уже видел её?

— Кого? — не понял я.

— Сестру. Нади. Она же полетела на корабль и… Неужели до сих пор не видел?

— Н-на-ди? — я боялся поверить услышанному. — Хочешь сказать, она…

— Да! — Лера засмеялась и потянула меня с холма. — Бежим скорее. Твоя сестра жива, она все эти годы томилась на острове. Кисьян вынуждал её принять истинную ипостась, но просчитался.

Нади жива! Разве мог я, узнав об этом, просто бежать?

— Лера! Ты сказала, что заклятье снято?

— Так утверждает Лиловик.

— Тогда полетели!

Я отскочил в сторону, спрятал меч в ножны, снял с пальца перстень-артефакт, сдерживающий смену ипостаси, сунул его в карман, после чего высоко подпрыгнул и обернулся уже в воздухе. Рисковал? Чуть-чуть, если сравнивать с тем, что недавно творилось на площади. Сделал круг над холмом, не чувствуя никаких опасных изменений в теле. Всё хорошо. Заклятье Куррвала действительно растаяло! Снизился, обхватил иномирянку за талию и вместе с ней устремился к дворцу. Лера завизжала пронзительно, звонко, как серебряный колокольчик. Не от страха, я это чувствовал — от запредельного восторга и счастья.

Подлетая к площади, заметил выстроившихся в шеренгу слуг, стоявшего на коленях с опущенной головой мага и окружавших эту группу северных драконов. Чуть в стороне страстно целовались мой друг Дариян и девушка в синем платье с такими же, как у моей сестры, волосами цвета тёмного шоколада — растрёпанными, что делало её непохожей на обычно аккуратную Нади.

А чего я хочу после стольких испытаний? Сам выглядел не лучше. Из всех, кого видел после боя, идеальной была только Гаруда по имени Лилла.

Услышав приближающийся шум крыльев, все без исключения подняли головы. Наблюдали за мной кто с ужасом, кто с восторгом, кто с недоумением. Я, признаться, увидев живую и невредимую сестру, совсем забыл о заклятье Куррвала, не позволяющем драконам находиться не только на острове, но и поблизости от людей, владеющих страшным заклинанием. Ничуть не сомневаюсь, что Кисьян пытался колдовать. Даже в униженном положении, стоя на коленях посреди останков его каменных стражей, он не мог отказать себе в удовольствии поквитаться хотя бы с одним ящером. Эх! Какое же разочарование читалось на его запыленном лице!

Беспрепятственно поменяв ипостась ещё в воздухе, я спрыгнул на землю рядом с Дарияном и Нади, бережно поставил на ноги Леру и замер на мгновение, не сдерживая слёзы радости:

— Сестрёнка!

Дариян с неохотой выпустил её из своих объятий и одарил всех нас счастливейшей улыбкой:

— Представляешь, Эрик! Она открыла портал с борта корабля прямо сюда и вовремя привела помощь.

— Как? — бросилась ко мне Нади. — Как ты сумел обернуться и остаться в живых?

Я обнимал сестру, не в силах что-то говорить.

Всем, кто подошёл к нам ближе, объяснения стала давать Валерия:

— Заклятья больше нет! Вы избавлены от этого ужаса! Ученик Кисьяна разрушил вековое наследие его папаши.

Душераздирающий стон, похожий на крик умирающего зверя, заставил нас посмотреть на бьющегося в судорогах колдуна. Он вёл себя как сумасшедший: ползал на четвереньках, кусал самого себя и плевался. Люди, до этого времени прислуживающие магу во дворце, в страхе пятились, жались друг к другу и не могли отвести взгляда от бывшего хозяина.

Наконец Кисьян упал, вытянулся и затих. Кто-то из северных подбежал к нему, проверил жизненную ауру и выпрямился, разочарованно вздохнув:

— Легко отделался подонок.

Даже эта лёгкая смерть нашего давнего мучителя не испортила настроения. Громогласный клич, выражавший восторг долгожданной победы, пронёсся над островом.

Лера Васнецова

Всем хотелось обниматься, ликовать, поздравлять друг друга — в общем, праздновать! Всем, кроме Нади. Она взмолилась:

— Не представляете, как я соскучилась по родной долине, по горам, замку… — она взяла в руки магический куб. — Кто со мной?

— Я! — первым выкрикнул Дариян.

Эрикрик взглянул на меня, не решаясь задать волнующий его вопрос. Я кивнула и прижалась щекой к сильному плечу.

— Мы, — сказал за нас обоих мой дракон.

— А как же Лиловик? — вслух подумала я, глядя на идущих к нам Лиллу и Мияра. Драконы, узнав ученика поверженного мага, напряглись, я шагнула вперёд и крикнула: — Этот парень развеял заклятье Куррвала! Вы теперь свободны, каждый может принимать истинную ипостась, не страшась гибели!

Поднялся шум, среди общего галдежа выделялись благодарные возгласы. Мияр скромно кланялся, прижимал к сердцу ладонь и повторял:

— Магия трёх миров. Мы смогли соединить магию трёх миров… — глаза юноши нашли в толпе Нади. Он поклонился ей, потом мне, а потом с особым восторгом посмотрел на Лиллу, скромно стоявшую рядом. — Если бы эта птичка не попала сюда, ничего бы не получилось.

— И эта, — снова приблизился и ласково обнял меня Эрикрик.

— Предлагаю обсудить всё дома, — настаивала его сестра, она ужа готовилась вычерчивать руны на гранях куба, — я открываю портал.

— Погодите! — послышался истеричный крик из кучки напуганных людей, стоявших над телом Кисьяна. — А как же мы?

— Желаете последовать за своим хозяином? — хмуро поинтересовался кто-то из северных драконов.

— Они не виноваты! — вступился за несчастных Мияр, указывая на Калли. — Почти всех заманили на остров обманом, а выбраться отсюда никто из них не мог.

— Я готов, пожалуй, вывезти людей на корабле, — сказал капитан и с уважением поклонился Нади. — Прежде чем направиться туда, хочу выразить безмерное уважение госпоже Ла-Витт, мы бы не успели к битве без открытого ею портала.

Драконица покачала головой и спросила:

— А кто придумал использовать драконью тягу? Будь парусник дальше в море, я бы даже не увидела, что вы спешите на помощь.

— Это Гриль, — капитан с гордостью похлопал молодого дракона по плечу, — мой сын. Впрягся первым и не соглашался на замену, хотя желающие были.

— Да просто время не хотелось терять на это, — скромно улыбнулся Гриль. — Мы с товарищами прекрасно справлялись.

— Да, — согласилась Нади, — корабль летел по волнам с немыслимой скоростью.

— Возвращаться будем под парусами, — капитан посмотрел на оживившихся невольников Кисьяна. — Все, кто стремится покинуть остров, собирайтесь и спускайтесь к шлюпкам, матросы должны подогнать их к берегу.

Заметив, что Нади опять взялась за куб, я обратилась к своей птичке:

— Лилла! Ты с нами?

«Прости, — раздался у меня в голове знакомый голосок, — тороплюсь домой. Нужно как можно скорее снять проклятье с моих сородичей. Помни, дорогая, каждая Гаруда моего мира будет молиться за тебя и славить имя Валерии, жительницы прекрасной Земли».

— Что она говорит? — Мияр понял по выражению моего лица, что слова Лиллы меня слегка огорчили.

— Прощается. Ей пора домой.

Парень упал на колени и потянулся к девушке с лиловыми волосами:

— Возьми меня с собой! Пожалуйста!

— Хм… — усмехнулась Нади, прошептав едва слышно: — Какое непостоянство.

Я сердито глянула на неё, драконица улыбнулась и подмигнула, давая мне понять, что рада за парнишку.

Лилла же подала руки Мияру и пошевелила губами. Мне показалось, что птичка смотрит на своего избавителя с любовью.

Парень вскочил и даже подпрыгнул, светясь от счастья.

— Я слышу! Я слышу её! — потом повернулся к нам: — Прощайте! Мы уходим в мир моей возлюбленной.

И тут началось общее движение. Бывшие слуги мага поспешили за барахлишком во дворец. Мияр вместе с Лиллой тоже направились туда, он решил прихватить из библиотеки кое-какие полезные книги. Мои вещи были со мной, вернее, у Эрикрика на плече висел мешок — единственный из первых спутников, который всё ещё оставался рядом.

Нади уже не скрывала своего нетерпения. Она отошла в сторону, выбрав свободную от обломков площадку, и начала колдовать. Дариян, казалось, боялся отпустить любимую даже не шаг, он всё время держался рядом и с абсолютно счастливым лицом смотрел на девушку. Эрикрик обнимал меня, бережно придерживая и помогая пробираться через груды щебня. Мы не то чтобы спешили покинуть остров, просто шли за друзьями.

Меня терзали сомнения. Что дальше? Вот-вот мы попадём во дворец Ла-Виттов, Нади отыщет код Земли, после чего мне придётся навсегда расстаться с миром драконов. Сердце щемило, ноги подрагивали. Я украдкой смотрела на Эрика. Он тоже выглядел печальным. Казалось бы, нашёл сестру, которую считал погибшей, избавился от страшного заклинания — должен радоваться! Что его мучает?

***

Я ждала, что портал откроется около родника или на лужайке у рощи, вместо этого за сияющей всеми красками аркой возникла широкая, ничем не огороженная площадка. Вдали виднелись заснеженные горные вершины, левая граница площадки утопала в цветах, источающих тонкий, необычайно приятный аромат, дальше начинался парк, куда вела широкая тропа. Она переходила в аллею молодых каштанов, которая устремилась к замку.

У меня перехватило дыхание. Неужели прямо сейчас я попаду в логово дракона? Немного растерялась и замерла на границе, Эрикрик бережно увлёк меня вперёд.

— Идём, Валерия, идём же! — голос его звучал тревожно.

— Сюда? — воскликнул Дариян, обращаясь к Нади. — А как же наши лошади?

Девушка засмеялась и шутливо пихнула недовольного кавалера в бок:

— Отправьте кого-нибудь за ними. Я не могу откладывать свидание с домом ни на секунду! — заявив это, Нади обернулась ко мне и протянула руку: — Лера! Бежим!

Мы, путаясь в юбках, помчались по аллее, мужчины остались за спиной.

Смотрела я не под ноги, а на вырастающее впереди потрясающе красивое здание. Башенки, галереи, балконы… Да там можно гулять бесконечно! Мы на мгновение задержались на широком крыльце с четырьмя расправившими крылья мраморными драконами по краям, обернулись. Эрикрик и Дариян шли не торопясь и, судя по всему, горячо спорили. О чём, интересно?

— Приглашаю погостить у меня, — улыбнулась мне новая подруга. — Ты ведь не слишком торопишься на Землю?

— Не слишком, — с некоторой толикой сомнения ответила я.

— Идём, покажу твою комнату. Отдохнём немного, приведём себя в порядок. Парням, кстати, тоже понадобится время, чтобы восстановиться после боя.

— Да, конечно.

Внутри замок оказался уютным, можно сказать, скромным — оформленным без излишеств и с большим вкусом. Я невольно сравнивала эту обстановку с дворцом Куррвала, кичащимся богатством и пышностью. Здесь мне нравилось куда больше. Я прямо-таки почувствовала, что попала в родное пространство. Удивительно, не так ли? Ведь я была тут впервые. Нади восхищалась не меньше моего. Она указывала то на картинную галерею, то на дверь в библиотеку, то на холл, предваряющий обеденный зал, объясняла назначение помещений и время от времени шмыгала носом. Даже голос подрагивал, будто драконица ещё не до конца поверила в счастливое освобождение. У входа в свои покои Нади быстрым движением смахнула выступившие слёзы и сказала:

— Такое чувство, что я вчера ушла отсюда, а весь это кошмар мне просто привиделся, — она зажмурилась, потрясла головой и, лишь заглянув к себе, повела меня в двери напротив. — Здесь гостевые комнаты. Добро пожаловать, драгоценная наша иномирянка!

Мы зашли в гостиную, оформленную в лимонных тонах. Всё: гардины, обои, покрывала на диванах и креслах, скатерть на столе — было ярким, солнечным, немного слепило.

— Весёленькая такая комната, — оценила я.

Нади засмеялась и потянула меня к следующей двери:

— В спальне спокойнее, не волнуйся.

Тёмно-зелёное помещение действительно контрастировало с гостиной. Тут было даже мрачновато, но я придержала мнение при себе. В конце концов, какая разница, если тут только спать. Зато кровать какая! Широкая, высокая, да ещё и с балдахином! Так и тянуло прилечь. Моя провожатая провела меня в умывальню, в которой имелись вполне современные удобства, и начала объяснять, как пользоваться ими.

— К сожалению, слуг у нас мало, — оправдывалась Нади, — поэтому широко используем бытовую магию. Справишься?

— Да у нас почти то же самое! — усмехнулась я.

— Неужели? — пожала плечами драконица. — Кто бы мог подумать! Ладно. Оставлю тебя пока. Надеюсь, потом ты мне всё подробно расскажешь о Земле. Как вы там живёте, чем пользуетесь и вообще всё-всё.

— Пожалуй, лучше сделать это письменно. Я вот только Мияру рассказывала обо всём этом. Не хочется повторяться.

— Договорились! Я подготовлю записывающий с голоса артефакт. Ну? — она подмигнула мне. — Это хоть тебя удивит.

Я покачала головой:

— Давно пользуемся такими на Земле.

Нади только руками развела, демонстрируя крайнюю степень удивления, потом показала мне шкафчик с принадлежностями для мытья, там же нашлись полотенца и банный халат. После чего упорхнула, оставив меня наслаждаться пенной, пахнущей земляникой водой — ванна уже успела наполниться.

Я скинула одежду и погрузилась в это великолепие. Как же классно! Почувствовала себя заново родившейся. В головах довольно вместительного корыта имелась полочка с плавным углублением, здесь можно было удобно устроить голову и при этом вытянуться во весь рост. Подъёмная сила держала тело на плаву, и мне казалось, что я парю над залитой солнцем земляничной поляной. Даже мерещилось жужжание шмелей, и будто бы бабочки порхали вокруг. Я отмокала с удовольствием. В голове очень медленно и ненавязчиво текли мысли. Лишь одна среди прочих — приятных и сладких — немного волновала меня. Почему Эрикрик Ла-Витт загрустил, покинув остров Куррвала? Столько знаменательных событий произошло, так много поводов для ликования. Что же его беспокоит?

Эрикрик Ла-Витт

Столько лет уныло-спокойной жизни! Так много попыток уговорить себя и смириться с несчастливой судьбой! И вот он — перевёртыш. Заклинание Куррвала разрушено, Кисьян повержен, драконы обрели свободу. Более того, любимая сестра вернулась живой и невредимой. Она не только изобрела защиту от алчных и жестоких охотников, ещё и выстояла в единоборстве с магом, находясь в его власти. Казалось бы, нужно радоваться, благодарить судьбу, обнимать весь мир… Почему же на сердце тяжесть?

Похоже, Дариян понимал моё состояние лучше меня самого.

— Эрик! Дружище, ты должен объясниться с ней!

— С кем? — сухо спросил я, ничуть не сомневаясь, что Дар говорил о девушке, которая удалялась по аллее вместе с Нади.

Мы шли не торопясь, впереди бежала, качая длинным хвостом, трясогузка. В кронах растущих вдоль дорожки каштанов, оглушительно чирикая, перелетали с ветки на ветку любопытные воробьи. Мирная привычная атмосфера, родной аромат чистейшего горного воздуха и свежей зелени расслабляли, умиротворяли, маскировали горечь сожаления из-за грядущего расставания с Валерией.

Дариян ответил не сразу. Сначала закатил глаза и осуждающе покачал головой.

— Нельзя её отпускать! Хочешь, я попрошу Нади сказать Валерии, что портал на Землю открыть невозможно?

— Нет. Мы не можем принуждать её остаться. Иномирянка помогла нам избавиться от страшной напасти, наше дело — наградить её, выразить свою признательность и отпустить. Она свободна выбирать, как жить дальше. Хочет возвращаться домой, что ж… Пусть возвращается.

— Можешь хотя бы объясниться?

— О чём ты?

— Расскажи Валерии о своей любви, а там пусть решает. Посмотри на меня и твою сестру! Наши чувства прошли страшные испытания, только усиливаясь. Нельзя предавать любовь.

— Не сравнивай. Вы с Нади вместе выросли, ваши чувства всегда были взаимными. У Валерии наверняка там на Земле есть человек, к которому она спешит вернуться. Никто не вправе удерживать её здесь.

— Рик, не заставляй меня сомневаться в твоих умственных способностях, — сердито буркнул Дариян. — Если ты спрячешься в глубокую пещеру и даже не попытаешься выяснить, что чувствует девушка, должен буду признать, что напрасно считал тебя первым драконом долины.

В ответ я только хмыкнул:

— Хм… никогда не претендовал на это звание.

— В общем, если ты не поговоришь с Лерой, я вмешаюсь.

— Не смей.

— Я предупредил.

— А я откажу тебе в благословении на брак с Нади. Как её единственный родственник…

— Что? — вспылил Дариян. — После этого ты мне не друг!

— Просто не лезь в мои отношения, я не буду препятствовать твоим.

— Ага! — Дар всё-таки необыкновенно отходчивый. Только что злился на меня и вот уже расхохотался: — Значит, признаешь! Отношения всё-таки есть.

Я кивнул и попросил друга прекратить спор. Весть о возвращении хозяев уже успела облететь замок, у крыльца нас встречали нанятые работники — все пять человек. Лица их светились радостью. Я поднял руку, призывая оставить расспросы на потом, и начал раздавать указания:

— Простите, друзья, нам требуется отдых. Джес, наши лошади остались на лугу, приведи их в долину. Динни, приготовь что-нибудь особенное на ужин, у нас важная гостья, и сестру хотелось бы порадовать. Ты ещё помнишь, что любит Нади?

— Конечно! — всплеснула руками кухарка. — Радость-то какая! Я всегда верила, что госпожа вернётся.

— Хорошо. Скажи дочерям, чтобы они помогли госпоже и гостье с одеванием к ужину, — я кивнул, принимая поздравления, и увлёк Дарияна во дворец, нам тоже следовало принять торжественный вид.

Мы с другом разделились: я направился в собственные покои, Дариян в соседние, где обычно ночевал в пору юности, когда мы засиживались допоздна и возвращаться домой было лень. Дариян ушёл, а его аргументы всё ещё звучали в моей голове.

Готов ли я объясняться с Валерией? Сложный вопрос. Зять моего конюха рассказал, почему иномирянка получила звание “драконьей невесты”. Так её окрестили деревенские мальчишки, увидев, что я принёс девушку и её ослика в лапах. Сама же Лера до последнего отрицала это и, лишь увидев, какая опасность грозит малышке Лаисы и Росла, отказалась бежать к порталу. Больше того, даже представ перед охотниками, иномирянка пыталась объяснить им, что не имеет ко мне отношения. Убеждала их, что дракону незачем её спасать.

Хотя я бесконечно рад считать Валерию своей невестой, не могу принимать желаемое за действительное! Дариян красноречиво призывал объясниться с иномирянкой. Сам-то он пошёл бы на это, сомневаясь в положительном ответе любимой девушки? Сердце обливалось кровью, стоило мне представить, как Валерия отрицательно качает головой и подбирает слова, чтобы отказ не обидел. Нет, я не был готов перенести это унижение. Единственное, на что мог решиться: попросить Нади аккуратно выяснить, как относится ко мне иномирянка, и предложить ей погостить у нас.

Эта мысль меня немного приободрила. Так и сделаю!

Приняв это решение, ускорился. Нужно принять приличный вид и поговорить с сестрой до того, как она приготовится открывать портал на Землю. Раздевался на ходу, расшвыривал доспехи, одежду, обувь. Только меч удостоился аккуратного обращения и занял привычное место в оружейной. Бельё я скинул в умывальне. Запустил магический душ и запрыгнул в чашу, подставив тело под прохладные струи. Сейчас-сейчас… Сомнения утекали в слив вместе с водой. Нади на моей стороне! И она, в отличие от Дарияна, способна взвешенно оценить проблему. Я уже готов обсудить с ней и свои чувства, и ситуацию в целом. Как я скучал по нашим беседам!

О! Неужели то страшное время, когда я считал, что потерял сестру навсегда, миновало?

Ополоснувшись, я выбрался из чаши, пошлёпал к шкафчику с полотенцами, раскрыл створку и замер. Кхм… Полотенце есть, а вот чистое бельё отсутствовало. Как и банный халат. Кто-то выключил голову и не позаботился заранее. Даже указание служанке не догадался дать. Понятно, всех, кто есть в распоряжении, отправил к девушкам. Придётся вот так, обмотанным полотенцем тащиться в гардеробную.

Ладно… теперь, когда проклятие Куррвала разрушено, можно будет нанять полный штат прислуги, такие казусы не повторятся. Я завязал полотенце на бёдрах и подошёл к двери. Чу! В спальне шаги — кто-то ходит и собирает мои вещи. Всё-таки служанка догадалась прийти сюда? Поборов смущение, я приоткрыл дверь и…

***

Лера Васнецова

Едва я успела как следует помыться, используя восхитительные, атласно-нежные, обалденно пахнущие шампуни, как в умывальню поскреблись. Незнакомый девичий голос поинтересовался:

— Вам помочь, госпожа?

Мне стало смешно. Госпожа! Надо ж такое выдумать. Будто мало мне фиктивной драконьей невесты!

— Нет. Спасибо, справляюсь, — я вылезла из ванной, закуталась в банный халат и, начав отжимать волосы полотенцем, спросила: — Тут есть фен какой-нибудь?

Служанка, как я и подозревала, не ушла, тут же приоткрыла дверь и сунула любопытное личико в щёлку:

— Фен? Это что такое?

— Ну… — я задумалась, как лучше сформулировать. — Устройство такое, чтобы волосы быстро высушить.

— Воздуходув? — обрадовалась девчонка, заскочила в умывальню и побежала в угол к шкафчику. — Вот!

Она подвигала прямо по стене овальную коробочку с металлической решёткой, которую я приняла за вентиляцию. Настроив артефакт на мой рост, объяснила, как им управлять.

Приборчик слушался голоса, можно попросить его дуть сильнее, легче, теплее или прохладнее.

— Прямо-таки умный дом! — восхитилась я, подставляя голову под ласковый ветерок.

— Где ваша одежда, госпожа? — спросила девочка, с интересом наблюдая, как я взбиваю пальцами волосы, придавая им пышность. — Гардеробная пуста.

— Ой! — я вспомнила, что мешок нёс дракон. — Они у Эрика… у Эрикрика. Сбегай, пожалуйста, к нему, забери.

— Не-е-ет, — испуганно затрясла головой служанка, — без приглашения к господину нельзя!

— Тебя как зовут?

— Льюнса.

— Далеко его комнаты отсюда?

— В конце коридора. Направо покои хозяина, а налево гостевые, там остановился его друг.

— Слушай, Люсь! Просто стукни в дверь, попроси разрешения войти. Что тут такого?

— Господин сейчас принимает ванну. Никак нельзя! Знаете что? — Льюнса даже подпрыгнула, радуясь осенившей её идее. — Я сбегаю к хозяйке, она с удовольствием выделит вам одно из своих платьев. Хорошо?

Не дождавшись моей реакции, девчонка выпорхнула из умывальни, я же сердито упёрла руки в бока — совершенно не хотелось одалживаться у Нади! У меня в мешке вполне приличные вещи, бельё опять же собственное, а не с чужой, извиняюсь, попы!

Вспомнив, что видела в шкафу нулёвые тапочки, слазила туда, обулась. Ничего так, мягкие, удобные, на небольшой пробковой платформе. Чуть-чуть великоваты, но не спадают и ладно! Решила сама сбегать за мешком. Если Эрик полощется, в покоях никого нет, можно прошмыгнуть незаметно.

Пробежалась мимо спальни в гостиную, выглянула в коридор — пусто. Отлично! Поминутно оглядываясь, добрела до конца и прильнула к высокой двери по правую сторону. Тихо. Постучала. Ответа нет. Осторожно приоткрыла и заглянула. Точно такая же гостиная, как у меня, только оформлена в шоколадных тонах. На полу чуть впереди лежит распластанный доспех. Дальше перевязь. На пороге в другую комнату башмак.

— Ай-яй-яй, дракоша! Вот безобразник, все вещи разбросал!

Так по следам я и пошла, озираясь в поисках своего мешка. Прежде чем заглянуть в спальню, на всякий случай позвала Эрика, готовясь при малейшем шуме в ответ броситься наутёк. Тихо. Служанка права, господин изволит мыться.

В следующем помещении меня ждала похожая картина. Я машинально подобрала брюки, рубаху, аккуратно положила на кресло. Поискала взглядом свой мешок. Нет. Куда же дракон его спрятал? Напрасно притащилась!

Нужно было уходить, но я замерла на месте, услышав доносившуюся из-за стены песню. Какой красивый тембр! Какая чудесная и необычная для моего слуха мелодия! Завораживает!

Так бы всю жизнь стояла и слушала.

Однако пение вдруг прекратилось. Я очнулась и даже сделала шаг к выходу, но дверь умывальни распахнулась, и на пороге возник… ОН!

Не знаю, кто из нас удивился сильнее. Глаза Эрикрика так широко распахнулись, что я испугалась, не выпадут ли из глазниц.

Хотя чего я вру? До глаз ли мне было?

Конечно, я прекрасно знала, что дракон отлично сложён и вообще он шикарен, но, увидев обнажённый торс, бугрящиеся мышцы, полоску волос, убегающую от пупка вниз и ныряющую под узкое полотенце, которое обнимало бёдра мужчины… О!

Какой там Аполлон! Вот она — красота! Вот она — сила! Живая, дышащая страстью и желанием.

Меня охватил такой восторг, что даже мысли не было сбежать, наоборот, я шагнула навстречу. Эрикрик на мгновение раньше кинулся ко мне, и мы слились в страстном поцелуе. Мягкие, нежные и вместе с тем требовательные губы непрерывно ласкали меня, я отвечала с неожиданной и, как всегда считала, несвойственной мне страстью. Не заметила, как мы оказались в постели.

Что это было? Нет слов, чтобы описать восторг и блаженство, вихрь эмоций, захвативших меня целиком. Почему меня? Мы с драконом стали единым существом, отдались друг другу до самой последней клеточки своих тел. И никак… никак не могли насытиться этими мгновениями безграничного счастья. Ах, что он творил, что вытворяла я… Взаимные ласки могли продолжаться бесконечно. Эрикрик шептал слова любви, я отвечала, ничуть не сомневаясь ни в его, ни в своей искренности. Мы любили!

Лёжа после всего этого безумства в объятиях друг друга, не переставали чувствовать себя счастливыми.

— Валерия, — немного хриплым голосом спросил меня дракон, — ты выйдешь за меня?

— Да! — желания кокетничать не возникло, я была бесконечно рада предложению.

— Обожаю тебя, любимая!

— Я тоже тебя люблю.

— И готова оставить Землю навсегда?

— Без сомнений и сожалений.

— Кто-нибудь будет горевать там о тебе?

— Не думаю. Если сообщить, что со мной всё в порядке, родные быстро свыкнутся с мыслью, что я далеко.

— Ты говоришь о них так отстранённо…

— Знаешь, Эрик, меня всю жизнь пытались переделать, и только здесь я позволила себе быть такой, какая я есть.

— Ты прекрасная! Ты лучшая, Валерия!

Я засмеялась и уткнулась носом в горячее плечо своего дракона. Он гладил меня по волосам и продолжал нашёптывать приятные слова.

Как же Эрикрик хохотал, когда я сказала, что просто пришла сюда за своими вещами!

— Куда ты спрятал мешок? Признавайся! Хватит ржать, — я пыталась изображать строгий тон, получалось не очень.

Грудь моего мужчины подрагивала от смеха, я тоже не могла сдержаться, хихикала.

— Я бросил его у входа в гостиную, — наконец ответил Эрик.

— Там ничего не было!

— Слева.

А-а-а… понятно, не заметила за распахнутой дверью, а потом устремилась поднимать разбросанные вещи, не оглядывалась, вот и не увидела.

— Специально подстроил эту ловушку? — я приподнялась на локте и заглянула в любимые глаза.

— Увы, — покаянно вздохнул Эрикрик, — но рад, что так получилось. Я был бы полнейшим кретином, если бы не удержал тебя.

— Собирался отпустить?

— Да. Считал, что ты хочешь вернуться на Землю.

— Значит, я тебя соблазнила?

— Прими мою глубочайшую признательность за это! Я так счастлив, что ты пришла в наш мир, не только потому, что теперь всё изменилось, а потому, что я встретил необыкновенную восхитительную девушку и полюбил всем сердцем.

— Я тоже рада, что попала сюда, — нежно провела по груди Эрика ладонью и вздохнула: — Раз вещи нашлись, пойду оденусь, а то нас хватятся, пожалуй.

Не стала ждать реакции, выскользнула из объятий, подняла с пола халат и сразу же набросила его. Не стеснялась любящего взгляда, просто хотела немного подразнить своего мужчину. Мне удалось. Эрик сел и печально застонал, качая головой, когда мягкая ткань спрятала мою, смею надеяться, привлекательную фигурку.

Мешок действительно лежал слева от дверей. Я порылась в нём, нашла и надела бельё, потом достала самое красивое платье. Вспомнила, как покупала его на рынке, торговка умело рекламировала товар, уверяя, что в этом наряде я сведу с ума любого мужчину. Тогда подумала о бывшем, теперь же радовалась, что удивлю жениха-дракона. Едва взяла в руки гребень, как услышала восхищённый возглас:

— О-о-о! Лера, тебе очень идёт.

Эрикрик, уже одетый и даже причёсанный, подошёл ко мне, поцеловал в щёку, потом взял за локоть и подвёл к зеркалу.

— Взрыв на макаронной фабрике! — вырвалось у меня.

До прихода Эрика я не успела привести голову в порядок, теперь принялась разбирать вздыбленные пряди. Эрикрик с уморительно серьёзным видом помогал. Я, глядя на наше отражение, чувствовала, как горячая волна затапливает меня всю — от пяточек до макушки. Бесконечно люблю этого мужчину и уверена в нём абсолютно!

Мы немного постояли, улыбаясь друг другу в зеркале, потом отправились к Нади. Эрику не терпелось объявить сестре о нашем решении пожениться.

Разумеется, Данияр опередил нас. Полагаю, они с Нади целовались, а наш приход заставил их прервать это приятное занятие. Я стушевалась, чувствуя, что мы явились не вовремя, Эрик же крепко обнял меня, увлекая в центр гостиной, и обратился к стоявшей рядом с его другом сестре:

— Нади, дорогая, хочу представить тебе мою невесту Валерию!

— Ой! — радостно воскликнула драконица.

— Ага! — издал торжествующий возглас Дариян. — Сообразил всё-таки, что без этой девушки тебе жизнь будет не мила! — он обнял и привлёк к себе Нади, печально вздохнул и добавил: — Поверь, я знаю, о чём говорю. Разлука — это ужасно, особенно когда думаешь, что она навсегда.

Нади подошла к нам и сначала обняла меня, шепнув на ухо, что счастлива заиметь такую сестрёнку, потом Эрика:

— Молодец! Я так надеялась, что ты не отпустишь её, — подмигнув мне, драконица призналась: — Строила планы, как тебя удержать здесь хотя бы ненадолго, чтобы этот тугодум выстрадал правильное решение.

— Не такой уж я и тугодум, — улыбнулся мне Эрикрик, — как выяснилось.

Я смущённо фыркнула, вспомнив, как мы кинулись друг другу в объятия у него в спальне.

— Предлагаю не откладывать, а сыграть сразу две свадьбы! — весёлым голосом продекламировал Дариян.

— Завтра? — подарила ему любящий взгляд Нади.

— Как завтра? — удивилась я. — Разве не нужно подготовиться?

Я опустила взгляд на самое своё нарядное платье. В нём, что ли, замуж выходить?

— Ты в волшебном мире, Валерия, — ласково напомнил Эрик, — мы всё успеем, но, если хочешь, давай перенесём на послезавтра.

— Да, пожалуйста, — попросила я, мне нужно хоть немного освоиться.

— Как я успела заметить, — ласково заметила Нади, — ты мгновенно осваиваешься в любой обстановке.

Я хмыкнула — буду считать это комплиментом.

***

Замок Ла-Витт по моим представлениям был огромным, зал торжеств мог легко вместить триста гостей, однако Эрик и Нади отказались от мысли отмечать свадьбу здесь. Оба единодушно согласились с предложением Дарияна устроить праздник под открытым небом. Друг моего жениха объяснял это стремлением всех жителей долины, и не только нашей, но и северных соседей, чествовать победителей жестокого мага и его сторонников.

Как с этим поспоришь? Ведь и в защите перевала, и в пленении охотников, и в уничтожении Кисьяна принимали участие многие, не только драконы, люди тоже — матросы поспешившего на помощь нам корабля и жители деревни. Поскольку магические врата открылись — жуткое заклинание Куррвала развеяно навсегда, в долину хлынули желающие работать здесь, соответственно, штат замков заметно пополнился.

Меня немного пугала стремительность приготовлений — Нади посмеивалась над моими сомнениями. Мы с ней направились к речушке по дальней аллее парка, шли под руку, наслаждаясь благоуханием цветов и пока далёким журчанием бегущей по камням воды. Беседовали.

— Конечно, при других обстоятельствах мы с тобой могли полгода выбирать наряды и украшения, — пожимала плечами подруга, — но я не могу ждать ни минуты! Мы с Дарияном и без того измучены разлукой. Конечно, если ты пожелаешь создавать семейный союз не сейчас, а…

Я отрицательно замотала головой:

— И мы с Эриком хотим пожениться немедленно. Просто я ещё не свыклась со своим счастьем.

— Быть может, позовём на свадьбу твоих родных?

Я не поверила ушам. Остановилась, глядя на драконицу, как на выскочившего из коробочки чертёнка. Вот так сюрприз!

— Это возможно?

— Портал откроем без проблем. Всё пока упирается в то, согласятся ли они вот так спонтанно…

Я и сама ещё не понимала, хочу ли видеть на свадьбе родителей и брата. Дома-то наши встречи сводились к взаимно неприятному общению — во что выльется их визит в другой мир, боялась предположить. Да и согласятся ли они?

— Дай мне подумать, — вздохнула я и продолжила путь.

На берегу неглубокой — по камням вполне можно перебежать на другую сторону, не замочив ботинок, — чистейшей и звонкой речки уже кипела работа. Многое создавали с помощью магии, но и для умелых мастеров тоже нашлось дело.

Вдоль бережка выстроились покрытые белыми скатертями столы и длинные лавки. Чуть дальше возводили невысокий подиум для нас. Там, насколько я поняла из объяснения подруги, будут два стола с креслами, легкий навес от солнца, украшенный гирляндами цветов и фонариков. Пока драконица беседовала с воодушевлёнными радостным трудом работниками, я бродила вдоль речки, присаживаясь, зачёрпывала студёную водичку, любовалась похожими на бриллианты каплями, стекающими с моих пальцев, и размышляла.

Приглашать родню на свадьбу или нет? Как они воспримут неожиданное путешествие, не займут ли непримиримую позицию, огорчив меня снова? Так и стояли в ушах набившие оскомину фразы:

«Почему у тебя всё не как у людей, Лера?!»

«Разве нельзя найти нормального парня, почему обязательно экзотика?!»

«Мы так надеялись, что с годами ты остепенишься и поумнеешь!»

Не знаю, до чего бы я додумалась, будь у меня больше времени. Сейчас приняла решение рискнуть. Ведь рано или поздно захочу сообщить родителям, что у меня всё хорошо, тогда точно придётся выслушивать упрёки, что не удосужилась позвать их на свадьбу.

— Приглашу! — сказала я подошедшей ко мне Нади. — Откажутся — так это их проблемы.

— Вот и правильно, — улыбнулась подруга. — Прямо сейчас? Не будем тянуть? — она раскрыла папку для бумаг, которую носила всё время с собой, и достала очень красивую открытку с изображением драконов, летящих над снежными вершинами на фоне рассвета. — Говори текст!

— А чем ты будешь записывать? — удивилась я.

— Говори!

Я продиктовала:

— Дорогие Борис Никодимович, Альбина Петровна, Сергей Борисович, Милана Михайловна Васнецовы! Мы рады пригласить вас на торжества, посвящённые нашему бракосочетанию. С любовью и надеждой на встречу, Эрикрик Ла-Витт и Валерия.

Нади кивнула и раскрыла открытку, показывая мне появившиеся там золотые буквы.

— Пожалуй, добавим ещё одну фразу.

Она ничего не говорила, я с удивлением наблюдала, как на атласной бумаге проступают новые слова: «Завтра в полдень в вашем доме откроется портал».

Я прочла и протяжно вздохнула, качая головой:

— Не согласятся. Решат, что я окончательно свихнулась.

— Сама же говоришь, откажутся — их проблемы. Как бы я хотела видеть наших с Эриком родителей на этом празднике, — печально вздохнула она. — Увы, они погибли…

— Прости, — я обняла подругу, — своими сомнениями я тебя огорчила.

— Немного, — не стала возражать драконица. — Я так завидую тебе! Пусть бы мои мама и отец отругали меня за опасный эксперимент, пусть бы даже возражали против Дарияна, они всегда считали его легкомысленным, я бы всё вынесла, постаралась бы переубедить и… — она закусила губу и покачала головой, не в силах продолжать.

— Прости, Надюша, — повторила я. — Мне так жаль…

Она отрицательно покачала головой и поспешно вытерла слёзы со щёк.

— Тебе не за что извиняться. Благодаря тебе и твоей птичке мы разрушили заклятье, губившее драконов сотню лет. Разве это не счастье? Уверена, что все Ла-Витты рады такой невесте для наследника нашего рода.

Я ничего не успела ответить — Нади достала из кармана магический куб и велела мне хорошенько представить местность, где жила, свой дом, а потом и квартиру. Я послушалась, украдкой любуясь сосредоточенным лицом подруги. Наконец она закончила вычисления и нарисовала нужные руны. Мы немного удалились от берега и замерли у входа в парк.

— Ой! Невольно воскликнула я, увидев сияющую арку и открывшийся за ней вид на кухню нашей квартиры. Мать с отцом сидели за столом, ужинали, в углу бубнил телевизор, по полу разгуливал рыжий кот Марсик. Он сел на кафельный пол, обернув себя длинным хвостом, и прищурился, глядя на нас.

Мама и папа замерли, словно позируя фотографу.

У меня ноги подкосились — всё-таки я не была готова к такому быстрому перемещению. Если бы Нади не поддержала меня за локоть, так и растеклась по полу бы рядом с Марсиком.

— Не тяни, — шепнула мне подруга, — это моментальный портал, он закроется через пару минут.

Я только рот успела открыть, протягивая сидящему ближе ко мне отцу открытку, как мама встала и возмущённо бросила в нашу сторону:

— Ты куда пропала? Лера! Мы тут чуть с ума не сошли! Дачу сняла? Где? Говори! Или я не знаю что сделаю.

Щёки её возмущённо полыхали. Отец, наоборот, стал бледен и хмурился, изучая приглашение.

Меня, как обычно в таких случаях, затопило желание выкинуть какую-нибудь штуку. Хотя круче того, что я уже выкинула, трудно было придумать. Развернулась бы и сбежала обратно в портал, но меня остановила Нади, мягко шепнув:

— Подожди, они сейчас всё поймут.

И точно. Папа встал и передал открытку матери:

— Аля, дочь выходит замуж. Завтра.

— Чего? — мамины глаза округлились, а лицо раскраснелось ещё сильнее. — Ну, знаете, это уже слишком!

— Рады будем видеть вас, — улыбаясь, пропела Нади, — а сейчас извините, нам пора. Завтра переход будет не таким коротким, я лучше подготовлюсь.

Она увлекла меня за собой обратно в парк, арка начала стягиваться, я успела услышать ещё одну, сказанную отцом фразу:

— Это ещё что за технологии? Ты слышала о чём-то подобном, Аля?

***

Вечер накануне свадьбы мы с Нади полностью посвятили выбору нарядов и украшений. Подруге очень понравилась идея не показываться женихам на глаза в свадебных платьях. Хоть у драконов не было наших суеверий на этот счёт, но мысль сохранить внешний вид невесты в тайне выглядела свежо, Нади не сомневалась, что эта традиция приживётся.

Впрочем, женихам было чем занять себя, не очень-то они нас и донимали. Так, забегали раза по три каждый и, получив строгое «нет», разочарованно возвращались к организационным вопросам.

С платьями у нас всё решилось более-менее быстро — я настояла на белом, Нади меня поддержала. А вот посещение семейной сокровищницы так шокировало, что меня поразила лёгкая форма сумасшествия и я готова была обвешаться драгоценностями, как новогодняя ёлка игрушками. Это при том, что раньше не особенно-то увлекалась ювелиркой. Нади смеялась и говорила, что я настоящий дракон. В результате она сама выбрала для меня украшения и чуть не силой увела из расположенного в подвале замка хранилища.

Наконец, ещё до полуночи, всё было готово. Я собиралась ложиться, чтобы назавтра не ползать сонной мухой, но ко мне в покои заглянул Эрик. Мы оба ужасно соскучились за те полдня, пока не видели друг друга.

— Пришёл пожелать тебе спокойной ночи, любимая, — шепнул дракон, заключая меня в объятия и покрывая лицо нежными поцелуями.

— Спокойной ночи, любимый! — ответила я. — Скорее бы уж наступило завтра!

Эрикрик отстранился и посмотрел мне в глаза:

— Хорошо, что ты пригласила родных, я буду рад познакомиться с твоей семьёй.

Я с сомнением покачала головой:

— Даже не представляю, как они отреагируют на всё вот это.

— Хочешь, я попрошу Модема встретить иномирян и сопровождать их всюду?

— Кто такой Модем?

— Мудрый дракон, который очень помог нам во время битвы на перевале и потом тоже… Он будет выполнять роль нашего с Нади отца.

Возможность избежать серьёзного разговора перед обрядом очень меня вдохновила. Не хотелось рисковать. Я не сомневалась, что для меня заготовлена целая лекция на тему, какая неразумная и взбалмошная дочь досталась моим родителям.

— Было бы классно! — воскликнула я, немного удивив Эрика.

— Ты правда хочешь избежать свидания с близкими?

— Когда-нибудь потом я обязательно навещу их и выслушаю все упрёки, но только не сейчас.

— Мы с тобой вместе их навестим.

— Хорошо. Надеюсь, к тому времени они привыкнут к мысли, что я покинула Землю и вышла замуж на дракона.

Удивительно, но я уснула моментально, так меня успокоила мысль, что серьёзные разборки откладываются на неопределённый срок.

Готовиться к свадьбе мне помогала Лаиса. Она сожалела, что не сможет присутствовать на церемонии — ребёнка тащить в долину не хочет, а доверять его так надолго чужим рукам опасается. Я вполне понимала молодую мамашу, Лаиса до сих пор вся дрожала, вспоминая, как Хит схватил малышку и грозился забрать, если родители не выдадут драконью невесту.

— А сейчас она с кем? — спросила я, наблюдая в зеркале, как подруга укладывает мои волосы.

— С мужем. Росл, конечно, готов отпустить меня, но я и сама долго не выдержу, пусть уж они с отцом повеселятся от души! Мне достаточно и того, что вижу, какая красивая невеста у господина Ла-Витт.

Я только улыбнулась. Не стала кокетничать, оспаривая комплимент. Магически подогнанное под мою фигуру белое платье с открытыми плечами, изысканные драгоценности, аккуратно уложенные и сбрызнутые сияющим лаком волосы, натуральный макияж и потрясающие духи превратили меня в настоящую принцессу. Я определённо себе нравилась. Единственное, чего не хватало для полного счастья — любимого мужчины рядом.

А вот и он!

Я услышала шаги, родной голос поинтересовался у горничной, готова ли невеста.

Меня словно ветром подхватило, тут же выпорхнула в гостиную и застыла в удивлении. Эрикрик был невозможно великолепен! Я не ожидала увидеть на нём доспехи. Пусть они были новыми, даже изящными, но широкие плечи казались более могучими из-за кожаных накладок, нагрудник скрывал торс, а предплечья прятались под щитками. Только ножен на поясе не хватало и меча в руке!

— Эрик… — удивлённо спросила я. — Нам придётся воевать с кем-то?

Жених подошел ближе и с улыбкой покачал головой:

— Я очень надеюсь, милая, что наши битвы позади. Свадебный наряд дракона — давняя традиция. Мы клянёмся, что будем защищать семью и в любую минуту готовы сразиться за жену и детей, — он ласково обнял меня и посмотрел на Лаису: — Здравствуй! Мне сказали, что ты не придёшь. Рад, что…

— Нет-нет, — покачала головой девушка, — я ненадолго. Просто хотела поздравить вас, — она вышла вперёд, встала перед нами и запела красивым альтом: — От души желаю счастья, нежности взаимной всласть! Пусть детишек будет много, чистым небо и всегда радостной любви дорога.

— Благодарю! — Эрикрик поклонился, я последовала его примеру и добавила от себя:

— Спасибо! Чудесная песня.

Лаиса ушла, я же успела подумать, что так, наверное, в старину у нас на Руси подруги провожали невесту к венцу. Хотя там вроде плакали. Мне же очень понравилось, что в этом мире день моей свадьбы начался с пожелания радости.

Аллею, ведущую к реке, успели украсить гирляндами цветов и фонариков. Мы шли вчетвером: Данияр и Нади впереди, мы за ними. На этом порядке настоял, как выяснилось, мой жених. Он сказал, что сестра главный триумфатор сегодня, ведь именно благодаря ей нападение Кисьяна на перевал удалось отразить. Нади пыталась оспорить это, но мы с Дарияном поддержали Эрика, драконице пришлось смириться.

Пока мы шли, Эрикрик успел доложить, что мои родные благополучно прибыли в долину. Их плотно опекают Модем и Джес, так что беспокоиться не стоит.

— А язык… — спохватилась я. — Родители понимают, что им говорят?

— Разумеется. Если портал между мирами открыт по всем правилам, знание языка и письменности даётся сразу.

— А если неправильно?

— Тогда иномиряне пользуются лингвистическими артефактами.

— Ты уже видел моих? — спросила я с некоторой тревогой.

Эрик покачал головой:

— Потом как-нибудь. Полагаю, у них и без меня впечатлений более чем достаточно.

Тут я совершенно была согласна с будущим супругом. Правда! Не просто же так я сбежала из дома! Чего-чего, а скандала на свадьбе совершенно не хотелось. С трудом представляла, как буду слушать речь отца или мамы. Вовсе не была уверена, что обойдётся без упрёков. Кто это может пообещать? Уж если мне на празднованиях дня рождения как правило желали быть терпеливой, послушной и не доставлять близким проблем, то что польётся на мою голову сейчас, когда я организовала такие грандиозные проблемы, сбежала не просто на сьёмную дачу, а в другой мир… Страшно представить.

— Волнуешься? — спросил Эрик. Наклонился ко мне и нежно поцеловал в висок.

— Ещё как! — ответила, чувствуя, что жалею о том, что пригласила родню. Как-то уже привыкла без них…

— Всё будет хорошо, любимая, — доверительно шепнул мне дракон, — всё будет очень-очень хорошо. Ты под моей защитой. Пусть это стилизованные доспехи, но они символизируют именно это.

Поверила ему безоговорочно! Внутренняя трясучка отступила, и я начала наслаждаться моментом.

Вот наконец мы поднялись на подиум. Я удивилась, что столы, ещё накануне накрытые белыми скатертями, пустовали. Гости — а их было невообразимо много — выстроились в шеренгу ближе к нам, а не там, где для них поставили лавки. На столах позади нас тоже ничего не было.

— А когда будут накрывать? — с беспокойством спросила я Эрика.

— Всё готово, — тоже шёпотом ответил он, — блюда находятся под стазисом и скрыты иллюзией, чтобы не отвлекать присутствующих от церемонии.

— А-а-а…

Вот откуда-то справа показался высокий, очень худой человек с длинными седыми волосами, одетый в такие же доспехи, как у Эрика и Дарияна. Направился он не к нам, а к небольшому возвышению, расположенному между сценой и гостями. Только теперь я заметила инструмент, похожий на синтезатор. Мужчина поклонился нам, спрашивая разрешения начать церемонию, потом гостям. Затем он уселся за синтезатор и ударил по клавишам. Полилась бодрая, жизнеутверждающая мелодия.

— Садитесь! — призвала нас Нади.

Я с удивлением увидела, что они с Дарияном уже заняли приготовленные для молодожёнов кресла. Мы с Эриком тоже опустились в свои.

Вообще-то я иначе представляла бракосочетание. Речь, роспись, обмен кольцами — это если в ЗАГСе; молитвы, песнопения, проповедь священника — в храме. А тут что? Мы вчетвером, словно зрители в вип-ложе, сидели и слушали музыку.

То есть сначала была музыка, а потом гости стали петь. Начало положил хор северных драконов. Сочное мужское многоголосье — обалдеть как красиво! Нам желали бесконечной любви, славили наши подвиги, восхваляли учёность, силу, отвагу. Я так заслушалась, что даже рот открыла. Эстафету подхватили драконы нашей долины. Тут были дуэты, квартеты, ансамбли. Новые мелодии, новые пожелания. Все бесконечно добрые и приятные.

— У вас так много свадебных песен? — спросила я Эрика, пользуясь небольшой паузой.

— Гости сами сочиняют и мелодию, и слова.

— А как же аккомпанемент?

— В этом и заключается искусство руководителя церемонии, он ловит любую мелодию, не без помощи магии, конечно.

Тут я заволновалась. Нашла глазами маму и папу.

— Ой, совсем скоро очередь дойдёт до моих!

Эрик нарыл мою ладонь своей и слегка пожал пальцы:

— Они репетировали с Модемом, не беспокойся.

Ой-ёй-ёй! Я никогда не видела мамулю такой воодушевлённой! Она нацепила очки на нос и выставила немного вперёд, чтобы видел отец, руку с текстом. А ещё ругала меня за шпаргалки! Признаться, у меня это выступление вызвало такую волну тепла и нежности, что я ни слова не запомнила. Классный квартет получился! Папа гудел внизу, брат пел баритоном, мама оказалась крепким альтом, а невестка — звонким сопрано. У меня слёзы по щекам катились от умиления.

Родители Дарияна выступали следующими, потом сольную партию исполнил Модем. Концерт продолжался, я была счастлива.

Казалось бы, чем ещё меня можно было удивить? А было чем. Когда все пожелания были спеты, концертмейстер заиграл громче, а взгляды присутствующих устремились в небо. И не напрасно. Я тоже посмотрела вверх и увидела два сияющих кольца. Они напоминали арки порталов, но при этом двигались, постепенно спускаясь к нам.

Один огромный вихрь устремился к Дарияну и Нади, второй к нам. Мы — все четверо — встали с кресел и шагнули навстречу этой магии. Она непреодолимо притягивала и вдохновляла. Вот наше кольцо завертелось сильнее, расслоилось на тысячу стремительных линий, окутав меня и моего жениха. В это мгновение я ощутила такой душевный подъём, такое счастье, которое, казалось, невозможно и вынести! Пользуясь тем, что мы были временно скрыты от всех, Эрик обнял меня и крепко поцеловал. Потом чуть-чуть ослабил объятия и шепнул:

— Теперь ты моя жена, Лера.

— Теперь ты мой муж, Эрик, — ответила я.

Магия, светлая и тёплая, стала стремительно впитываться в наши тела. Это было так приятно!

Как только гости увидели, что союз двух пар освящён, раздались громкие аплодисменты. В это самое мгновение иллюзия невидимости рассеялась, стали видны великолепно сервированные столы с разнообразными, красиво оформленными блюдами. Все, кроме нас, начали рассаживаться.

Теперь, как выяснилось, наступила пора подарков.

Кто-то подумал, что ими одаривали молодых? Как бы не так! По закону этого мира сюрпризы преподносят гостям.

Мы с Эриком стали обходить столы, начав с одного края, Дариян и Нади двигались с другого. За каждой парой слуга катил тележку, гружёную яркими коробочками. Каждый из гостей поднимался нам навстречу, салютовал кубком и с благодарностью принимал коробочку. Вот мы добрались до центрального стола, где сидели мои родственники. Мама протестующе подняла руки, заявляя, что знать ничего не хочет:

— У вас тут, смотрю, всё с ног на голову поставлено! Мир как раз для тебя, Лера!

— Ма-ам… — умоляюще протянула я. — Не начинай.

— Ладно! Ты большая девочка, живи как хочешь. Только без подарка мы не могли вас оставить, — она повернулась к сыну и скомандовала: — Сергей, Милана! Давайте.

Брат выступил вперёд и с улыбкой протянул мне плоскую упаковку, перевязанную атласной лентой с пышным алым бантом.

— Спасибо, Серый, — сказала я, принимая подарок.

— Это планшет. Я накачал туда кучу фоток. Будешь мужу показывать, как прекрасна наша Земля. Там и твои детские, и школьные, наши семейные. Поездки на море и в Питер, в общем… много чего. Музыка ещё и фильмы.

Я не знала, что отвечать на это. Ком в горле стоял. К реальности меня вернула невестка:

— Вот, возьми ещё, — она протянула упаковку поменьше с таким же ярким бантом, — зарядное устройство на солнечных батареях.

— Какие же… какие вы молодцы! — дребезжащим голосом сказала я.

— Да ладно тебе, — хмыкнул отец, — а то правда, что за свадьба такая? С пустыми руками приходить.

— Это замечательные дары! — присоединился к моим восторгам супруг, — только и вас я не отпущу с пустыми руками.

Он вытащил из-под груды оставшихся коробочек довольно большую шкатулку и передал её моему отцу. Мама не смогла сдержать любопытства и тут же откинула крышку.

— О-о-о! Какое богатство!

— Очень надеюсь, что сокровища нашего мира немного скрасят вынужденную разлуку с дочерью, — улыбнулся ей Эрикрик Ла-Витт и увлёк меня дальше. Нужно было вручать подарки остальным гостям.

Праздник продолжался, открывая новую страницу моей жизни… Нашей с Эрикриком жизни!

Пятнадцать лет спустя

Нашему старшему исполнилось четырнадцать! Дэнис вместе со своим другом и ровесником Амалом — сыном Дарияна и Нади — прошёл обряд инициации, получив право принимать истинную ипостась без контроля со стороны взрослых. Ох, и налетаются они теперь! К счастью, миновали времена, когда не только молодым, но и зрелым драконам было опасно покидать долину — всё небо этого мира теперь принадлежало им!

А как завидовали братьям Луиза и Каролина — младшие сестрёнки, которым предстояло ждать этого важного события ещё пять лет! Наша с Эрикриком светленькая голубоглазая Кари уже в который раз принималась уговаривать отца позволить ей летать в компании Дэниса и Амала:

— Ведь они теперь большие! Почему же нельзя с ними? Скажи, Лу! — дёргала она подругу, зная, что мы всегда прислушиваемся к мнению этой спокойной и рассудительной девочки, так похожей на свою мать Нади.

Лу стояла рядом, опустив глаза и теребя длинную косу цвета горького шоколада. Она без всякого сомнения мечтала летать с братом и его другом, но при этом очень хорошо представляла ответ Эрикрика:

— Для дракона что главное? Дисциплина и ответственность. Вашим братьям ещё предстоит выработать эти качества.

— Ну, пап! Ну, мам! — Каролина готова была пустить слезу.

Я прекрасно понимала дочь. Сама, будучи подростком, заставляла родителей сердиться из-за отсутствия тех самых качеств. Однако в данном случае я была целиком на стороне супруга. Мало нам волнений за сына, так ещё и дочка будет надолго исчезать вместе с ним! И всё-таки эти ясные глазки, увлажнившиеся от сдерживаемых слёз, не могли не тронуть. Я подошла к девочкам, обняла обеих и предложила:

— А почему бы нам всем вместе не отправиться в путешествие?

— В какое путешествие? — встрепенулась Каролина.

— Да! — удивлённо посмотрел на меня Эрикрик. — В какое?

— В морское! Помнишь, — я пожала плечами, глядя на мужа, — ты как-то сказал, что хочешь показать детям остров Куррвала Поверженного?

— М-м-да, но им не долететь! Не то что девочкам, даже парням.

— Мне, между прочим, тоже, — засмеялась я. — Предлагаю нанять корабль! Как думаешь, северные драконы не откажут нам?

— Морское путешествие! — Каролина подпрыгнула и принялась тянуть подругу за подол платья: — Лу, ты слышала? Мы поплывём не корабле!

— Если мама с папой разрешат, — одними глазами улыбнулась Луиза.

— Разрешат! Обязательно разрешат! — ничуть не сомневалась наша егоза.

— Между прочим, — пряча в усах улыбку, напомнил ей Эрикрик, — я ещё не согласился.

Каролина оставила подругу и бросилась к нему, мгновенно повиснув на шее:

— Папулечка! Любименький! Ну, пожалуйста!

Чего-чего, а вить верёвки из серьёзного и основательно дракона мы с дочкой умели. Однако и он умел держать лицо.

— Я обсужу это с Дарияном и с Нади. А пока погуляйте в саду.

Мы втроём, такие послушные и дисциплинированные, направились к выходу. Девчонки шагали впереди и о чём-то шушукались. Мне бы заподозрить неладное, но слишком увлеклась перспективой морского путешествия, не подумала, что моя стрекоза подобьёт подругу на каверзу. Едва я ступила на крыльцо, как девчонки бросились бежать и моментально скрылись за кустами, а уже через мгновение в небо поднялись два изящных дракончика — серебристый и шоколадный.

— Луиза, — закричала я, рассчитывая на благоразумие племянницы, — Каролина! Немедленно вернитесь!

Как бы ни так! «Погуляйте в саду, — передразнила я мужа, — ага, щас!»

Проказницы наверняка решили опередить Эрикрика и уговорить родителей Луизы на морское путешествие. И если мой муж ещё мог хоть как-то противостоять капризам доченьки, его друг под нажимом Лу и Кари плыл, словно мороженое на жаре. Успей только слизывать.

Я погрозила вслед улетающим драконятам и тут же улыбнулась: а чего, собственно, огорчаться? Сама же хочу путешествовать. Пусть девочки учатся дипломатии. Я же вполне могу одна погулять. Не успела сделать и десятка шагов, как услышала, что меня догоняют. Остановилась подождать мужа.

— Улетели? — улыбнулся он. — Ну, пусть. Мне очень понравилась твоя идея! Буду рад, если Нади поддержит.

Я кивнула, прекрасно понимая, что из всех нас именно золовке сложнее всего решиться на это путешествие. Драконы вспоминали крутую битву и победу, мне достались сутки вполне комфортного плена, Нади же томилась в неволе несколько лет и лишь в смерти видела избавление.

Хотя все упорно приписывали идею посетить остров Куррвала Поверженного мне, я прекрасно помнила, что об этом мечтал муж. Я всего лишь озвучила его мысли. Однако на палубе мчащего на всех парусах корабля, вдыхая морской, пахнущий солью и йодом воздух, подставляя лицо ярким солнечным лучам, я и сама верила, что этот чудесный круиз случился благодаря моему вескому слову.

Драконы закладывали виражи, то удаляясь вперед, то возвращаясь к нам. Все семеро. Со мной рядом неотлучно находился только капитан.

— А вы не хотите покружить над морем? — спросила я. — Если что, привыкла оставаться без компании, когда всем не терпится в небо.

— Разве Эрикрик не катает вас на спине? — удивился он.

— Случается. Я очень люблю такие полёты, но согласитесь, быть пассажиром несколько другое.

— Пожалуй, — кивнул дракон. — Хотя, если выбирать, я предпочитаю находиться на борту. Быть может, это возраст… Помнится, раньше истинная ипостась тянула просто непреодолимо.

Я не согласилась:

— Не возраст, что вы! Ответственность. Как говорят на Земле, капитан покидает корабль последним.

Наконец на горизонте показалась тёмная полоска, чётко разделяющая воду и небо. От компании ящеров, полетевших к острову, отделился один — мой Эрик.

— Думаю, господин Ла-Витт желает доставить супругу раньше, чем шлюпка, — с улыбкой предположил капитан.

Он оказался прав. Опустившись на борт, Эрик сменил ипостась и подал мне руку:

— Летим! Летим, любимая. Остров прекрасен, мы успели осмотреть его. Там просто чудесно.

В общем-то, я редко спорила с мужем. И уж не в этот раз точно!

Как ни странно, разрушение заклятия великого мага пошло на пользу его резиденции. Сам дворец будто бы повеселел, парк разросся и благоухал так, что голова начинала кружиться от обилия ароматов. Даже площадь, вздыбленная во время сражения, выглядела прилично: брусчатка лежала ровнёхонько и блестела, тщательно вымытая дождями.

— Странно, — удивлялась я, не веря собственным глазам, — создаётся впечатление, что хозяин всё ещё здесь и прислуга его тоже.

— Да, действительно, — согласился муж, — и я ожидал застать другую картину.

Мы стояли в обнимку и наблюдали за кружащими над островом драконами.

— Удивляюсь я твоей сестре, она радуется полётам не меньше детей, — сказала я.

— Ничего странного, — с улыбкой глядя на золотистую драконицу, отозвался Эрик, — вспомни, как долго она была в плену и чего ей стоило сдерживать оборот. Можно лишь представить, как Нади мечтала о полётах. И вот она снова здесь и совершенно свободна!

— Да, ты прав, конечно, — я вздохнула, — мне этого не понять…

— Всё ты понимаешь прекрасно, — крепче прижал меня к себе муж. — Всё-всё и лучше всех!

— По-моему, они полетели к берегу. Наверное, решили посмотреть, как приближается корабль.

— Тоже хочешь? — спросил Эрикрик.

— Пожалуй. В прошлый раз я так и не добралась до пляжа.

Мы пошли по аллее и довольно скоро услышали голоса. Много весёлых, задорных голосов.

Первыми нам навстречу выбежала компания девочек, причём, кроме наших, были ещё две близняшки лет семи с лиловыми волосами, сиреневыми глазами, белой сияющей кожей. Я остановилась, будто вросла в землю. Муж замер рядом.

— Мама! — кричала на бегу Каролина. — Мама! Папа! Смотрите, кого мы нашли! Это Гаруды! Их там много.

Сердце моё колотилось так, будто хотело вылететь наружу сиреневой птичкой.

— Здравствуйте! — синхронно присели близняшки. — Вы Лера? Мама рассказывала о вас.

— Мама? — с трудом выдавила я, во рту мгновенно пересохло, и губы едва-едва шевелились. — Лилла здесь?

— Здесь! — раздался басок, не то чтобы знакомый, но вполне узнаваемый. — И Лилла, и Мияр! Мы часто посещаем это место. Рады, что и вы сподобились.

Из-за пышных кустов сирени показались они: Мияр и Лилла. Он заметно возмужал, превратившись в красавца с прекрасной, довольно мощной фигурой. Белокурые волосы больше не разлетались в неуправляемом хаосе, а дисциплинированно лежали, стянутые в длинный хвост. Птичка моя совершенно не изменилась, оставаясь такой же хрупкой, нежной, очаровательной. У каждого из этой пары на руках было по младенцу.

Дариян, который шёл следом за лиловым семейством, объявил очевидное:

— Представляете, у них рождаются близнецы! Каждый раз близнецы!

Действительно, чуть дальше показались мальчишки. Вместе с нашими вышагивали их ровесники, неразличимые на вид.

Мияр честно назвал имена всех своих отпрысков, но тут же захохотал, видя наши напряжённые лица:

— Даже не пытайтесь запомнить! Если уж у меня на это ушли годы!

— Ты до сих пор путаешься, — с улыбкой покачала головой Лилла и, дав нам всем отсмеяться, обратилась к детям: — Погуляйте в парке, Савий, Лент, покажите друзьям ваши любимые уголки.

— Тётя Лилла! — подскочила на месте наша егоза. — Дайте, пожалуйста, нам с Луизой подержать детишек!

Я уже хотела одёрнуть Кари, но Гаруда улыбнулась, подмигнув мне:

— Они не тяжёлые, — и протянула свёрток моей дочери, — погуляйте с ними, когда устанешь, отдай малышку Савию.

Мияр передал своего младенца Луизе и тоже что-то ей шепнул.

Нужно было видеть счастливые лица наших дракошек!

— Я так мечтаю о маленькой сестричке, — пролепетала Кари, посмотрев на нас, мы с Эриком даже смутились немного.

— Не боишься за детей, Лилла? — не могла не спросить я.

— Всё будет хорошо, — успокоила меня подруга, — мы привыкли доверять старшим, они подстрахуют, не беспокойся.

— А мы наконец пообщаемся в тишине, — подала голос молчавшая до сих пор Нади. — Как поживаешь, Мияр? Не скучаешь по нашему миру?

Молодой маг покачал головой и нежно обнял жену:

— Мы заглядываем сюда на остров, так что скучать не приходится. А вот что меня печалит…

— Что тебя печалит? — встрепенулась Гаруда, подарив ему ревнивый взгляд.

Мияр вздохнул и признался:

— Очень меня огорчает невозможность летать вместе с моей птичкой.

— Понимаю, — поддержала его я, — меня хотя бы на спине катают, а у тебя и такой возможности нет.

— Не так уж и часто мы оставляем тебя одного, — насупила лиловые бровки Лилла.

— И всё-таки жаль, что я родился человеком и ничего изменить нельзя.

Повисла довольно продолжительная пауза. Каждый из присутствующих как бы примерял ситуацию на себя. Даже Эрикрик взглянул на меня с сочувствием. Он, похоже, никогда не задумывался, каково это — быть иным в любимой семье. Молчание прервала Нади:

— Видела я тут в библиотеке одну примечательную книгу…

— Что? — Мияр обернулся к своей давней наставнице. — Что ты хочешь сказать?

— Пойдём-ка, — задумчиво потирая виски, предложила ему драконица, — я не уверена, но попробовать стоит.

Мы все остались в растерянности, наблюдая, как удаляются Мияр и Нади.

— Неужели это возможно? — робко произнесла Гаруда. — Как бы я хотела, чтобы всё получилось. Мой обожаемый муж достоин стать нашим соплеменником в полном смысле этого слова. Все! Все Гаруды от древних старцев до новорожденных птенчиков боготворят великого и добрейшего мага из чужого мира, спасшего нашу расу.

— Пойдёмте на площадь, — предложил Дариян, — любопытно всё же…

Он не успел договорить, как вся наша компания устремилась к выходу из парка.

Во дворец мы заходить поостереглись. Мало ли, вдруг нарушим магический фон и сорвём эксперимент. Ждать пришлось довольно долго. Дети успели наиграться и тоже пришли на площадь. Дариян рассказал им, что происходит, парни и девочки прониклись важностью момента и притихли, как и мы, устремив взгляд на величественный дворец. Луиза и Каролина продолжали держать на руках малышей, ни за что не соглашаясь передавать их нам или братьям. Вот упрямицы! С другой стороны, как на них сердиться?

Наконец раздался звук, заставивший нас всех вздрогнуть. Будто фейерверк разорвался! Я уставилась на окна, ожидая, что вот-вот из них повалит дым. Действительно, одно из окон, кажется, в библиотеке распахнулось. Ни дыма, ни огня мы не увидели. А увидели смеющееся лицо моей дорогой сестрицы Нади. Она махнула нам рукой и спряталась. Тут же из окна вылетел сиреневый с белой грудью сокол.

— Ах-х-х… — пронеслось над площадью.

Прекрасный сокол сделал круг над нами, снизился чуть в стороне, ударился оземь и превратился в смеющегося Мияра.

— Вот это да… — восторженно прошептал Дариян. — Ну и Надюха!

Так её обычно называла я, каждый раз получая неодобрительные замечания от Эрика и того же Дарияна. Теперь, кажется, и до них дошло, что другим образом восторга нашей крутейшей волшебницей не выразить.

Мияр бросился к жене, они обнялись, сразу же их окружили дети, получилась весёлая счастливая толпа. Меня переполнял восторг, я так радовалась за друзей, что не сразу заметила надутые губки Каролины. И дело было вовсе не в том, что у неё наконец забрали малыша. Дочь бросилась ко мне, крепко обняла за талию и разрыдалась.

— Что с тобой? Кари? Что случилось? — бормотала я, перебирая светлые волосики. — Не плачь, всё же хорошо!

— Кто обидел мою драгоценную племяшку? — спросила Нади, приближаясь к нам.

Кари отлипла от меня и повернула мокрое лицо к ней:

— Тётечка Надечка, пожалуйста, пусть мама превратится в птичку! Мы тогда сможем летать вместе!

— Увы, — Нади погладила её по голове, — в птичку не получится, — она вынула из кармана и протянула мне блестящее кольцо, — но если Лера захочет, может стать драконом. Это заклятие даёт возможность человеку принять расу своего любимого, а не какую-то другую.

— Драко-о-о-ном? — ошарашенно протянула Кари, тут же потеребила меня: — Мама, соглашайся! Срочно соглашайся!

— Что это? — недоверчиво поинтересовался Эрик.

— Мы с Мияром зачаровали два кольца: для него и для твоей жены. Она станет драконом, активировав артефакт.

Всё ещё не веря, что такое возможно, я забрала у Нади кольцо, надела его на палец. Ничего не изменилось, я недоумённо посмотрела на волшебницу:

— И-и-и?

— Просто представь, что превращаешься, — подсказал Мияр. — Закрой глаза и представь.

Наступила такая тишина… Даже ветер будто стих и прекратил играть листвой.

Я закрыла глаза и представила… О! В этом не было ничего сложного, я столько раз видела, как обращаются драконы. И представила я не бронзового, как Эрикрик и Дэнис, не золотистого, как Нади, а похожего на дочку дракона цвета серебристой лунной дорожки на спокойной глади горного озера. Так ведь? Каролина точно не в отцовскую родню пошла, значит…

В моём теле начались изменения. Ноги, руки, туловище стали толстеть, ступни, ладони, даже пальцы — увеличиваться. Кожа постепенно превращалась в броню, а на спине появилась тяжесть, как будто на меня повесили объёмный рюкзак… Я сделала движение, чтобы его поправить, и почувствовала, как распахнулись крылья!

А-а-а!

Глаза я, конечно, тут же открыла и увидела разбежавшихся от меня родных и друзей. У всех на лицах было одинаковое изумление. Изумление и восторг!

— Ма-а-ама! — скакала Кари, хлопая в ладоши. — Мамулечка! Какая же ты красивая!

Я сильно толкнулась ногами, то есть лапами, расправила крылья и взлетела с удивительной лёгкостью. Будто с самого рождения умела это делать.

Уже через минуту рядом со мной парили все: и драконы, и Гаруды. Только Мияр и Лилла остались на площади, держа на руках малышей, которым ещё рано было принимать истинный облик.

Внизу раскинулся остров: холмы с вековыми соснами, болотца, ручьи, речушки… А дальше — море, наш корабль на рейде. С палубы нам отчаянно махали шляпами матросы, боцман, капитан. С высоты можно было видеть далеко-далеко! Я была счастлива, и особенно радовал меня ментальный голос мужа в голове. Эрикрик летел рядом и умудрялся давать советы, удерживая от безумств, на которые я, разумеется, была готова. Ведь чувствовала себя такой сильной! Такой всемогущей!

***

Счастье моё казалось запредельным. Лишь ма-а-аленький жучок сомнения копошился где-то в подсознании: как воспримут это всё мои родители? Ладно, они смирились с тем, что дочура спасла чужой мир и вышла за дракона. Эрика они считали лучшим зятем и всё такое. Внуков тоже обожали, тут вообще без вопросов. Но чтобы их родная дочь оказалась драконицей… Кто такое вынесет?

И ведь не скроешь. Совсем скоро день рождения Каролины. Бабуля с дедулей явятся, обвешанные, как водится, подарками. Они никак не рассчитывают увидеть вместо меня драконицу. Сколько ни убеждай нашу егозу скрыть сей факт, Кари проболтается без всяких сомнений. Разве можно обманывать бабушку и дедушку? Любимых и единственных, между прочим. Да, похоже, моих степенных родственников ждёт очередная встряска.

Занавес