Всегда знала, что чрезмерная любознательность и жажда приключений меня когда-нибудь и погубят. Нет, честно, в какие только передряги и нелепые ситуации я не попадала. И в холодном складе двое суток куковала, и в чужой стране от группы отставала, и в обезьяннике за компанию ночевала. И что самое примечательное, выходила же из каждого приключения не только без потерь, но и извлекала прибыль. То премию за служебное рвение получала, а то и неожиданные, но приятные знакомства. Однако я всегда чувствовала, что когда-нибудь придёт конец моего аномального везения.

Вот и когда поднималась по обветшалой скрипучей лестнице, интуиция орала благим матом и требовала немедленно прекратить безобразия. А как я их прекращу, если до чердачной двери было ближе, чем до земли? Да и спуск, если честно, тоже безопасным не представлялся.

Так что вперёд — наследство ждёт!

Подбадривая себя этой незамысловатой мыслью, я осторожно переставляла ноги и очень медленно переносила вес с одной перекладины на другую. Риск был безусловно огромный, но моё неуёмное любопытство, помноженное на нежелание ждать бригаду строителей, вели меня к цели.

На голову я, конечно, стукнутая периодически, но всё-таки не дура. Поэтому соломки подложила: и экспертизу заказала заранее, и строителей с подходящими инструментами и приспособлениями вызвала, но очень уж хотелось узнать, какие тайны скрывал чердак покойного дедули. А нанятые работники тянули время, незапланированный отпуск стремительно заканчивался, и уже завтра утром я должна была вернуться в царство мерцающих мониторов, стучащих клавиатур и вечной мерзлоты серверных. Вот и не выдержала душа, вот и полезла на забитый со всех сторон чердак.

Вообще, домик мне достался в отличном состоянии, и единственным ветхим пятном была та самая внешняя лестница, по которой я медленно взбиралась. Продавать дом я не планировала по многим причинам. И деда любила, хоть и виделись мы последнее время редко. Да и сам участок был не на совсем уж отшибе, а вполне себе в черте крупного поселения. Места тут опять-таки красивые, и лес недалеко, и озеро приличное, в котором в детстве я не только научилась плавать, но и тонула бесчисленное количество раз. Короче, расставаться с наследством я не собиралась ни под каким предлогом. Вот и излучала неуёмный энтузиазм, пока время позволяло.

В какой-то момент поверила, что всё обошлось, и зря накрутила себя, но нет. Увы и ах.

Дверь была совсем близко. Буквально десяток перекладин и я смогла бы уцепиться за ржавый засов. Раздался подозрительный хруст, заставив до боли напрячься и застыть на месте. Стена громко скрипнула, лестница дёрнулась и начала рушиться, утаскивая меня за собой.

Я орала, цепляясь за торчащие из стены стропила, но только обрывала ногти и продолжала падать.

Два этажа, всего десяток метров. Это же не смертельно, правда? Вот и приземлилась я вполне удачно, и даже содранная до мяса кожа не особо пугала. Руки, ноги двигались, головой не ударилась. Это ли не чудо?

Я уже начала выползать из-под обломков, стараясь не обращать внимания на саднящую боль во всём теле, когда сверху донёсся новый треск и мир померк.

Особых сомнений в произошедшем не было. Трудно не сделать правильные выводы, получив перекладиной по голове. Больше всего удивляло то, что я вообще мыслила. Но ведь это хороший признак? Как там было, мыслю, пока существую, или наоборот?

— Демон! — пронзительный вопль рядом заставил меня резко распахнуть глаза.

Что удивительно, но удалось мне это без малейших усилий. Словно я не деревяшкой по голове получила, а задремала в душном автобусе.

— Господин! Демоны! Нападают! Господин, на помощь! — продолжали рядом жалобно вопить, временами беря такие высокие ноты, что звук буквально ввинчивался в мозг.

А я его, между прочим, повредила только что, мне такие нагрузки опасны. Или не только что? Потому что находилась я точно не в родном обрушившемся доме.

Очень хотелось поддержать эти панические крики, но предусмотрительно захлопнула рот в последний момент. Мало ли куда меня с травмой головы определили. Ну какие, право слово, демоны? Вариантов-то немного или секта какая-нибудь или психдиспансер. Не хотелось бы сойти за свою в любом из этих мест. Поэтому я молчала и пыталась осмотреться.

Чудное какое-то место. Темнота, холод и запах… То ли мышами, то ли плесенью, то ли пылью застарелой, а может, и застарелыми заплесневелыми мышами. Уютненько, одним словом.

Помещение было явно огромным — ультразвук, что рядом создавал неизвестный мне источник воплей, отражался эхом от невидимых в темноте стен и высоких потолков. Звучало эпично, жутковато немного, но точно впечатляюще.

А вот рассмотреть ничего не получалось. Даже собственных рук видно не было, хотя я точно чувствовала, как шевелила пальцами.

И вот тут я поняла, что чувствовала я себя более чем хорошо, за исключением некоторого шока от неизвестности, в целом у меня ничего не болело и не саднило, а ведь расшиблась я довольно сильно. Значит, что? Значит, времени прошло прилично, и удар не прошёл бесследно, отключив меня на какое-то время. И найти меня смогли, и увезти из посёлка, и вылечить успели. Главное, чтобы не залечили, конечно, а остальное поправимо.

Возле щеки что-то пролетело, едва коснувшись кожи, вызвав рой испуганных мурашек. И я не выдержала и заверещала на той же ноте, что и генератор паники рядом:

— Убивают!

— Помогите! — тут же поддержал меня второй голос.

Думать, что убивают именно меня, не хотелось. Представлять, кто придёт на помощь, впрочем, тоже желания не было.

Внезапно вспыхнул яркий свет и недалеко раздался озадаченный мужской голос:

— Помочь убить?

Не зря в рекламе говорили, что лучше жевать, чем говорить. И вот стоило отойти от этой рекомендации, как сразу же нарвалась на неприятности.

— Где демоны? Кого убивают? Кого спасать? — тем временем продолжал допрашивать нас мужской голос.

Красивый голос, кстати. Низкий, густой, с чувственной хрипотцой. И насмешливыми интонациями, которые обладатель этого самого голоса, старательно пытался скрыть за озабоченностью.

Разглядеть мужчину не получалось. Глаза слезились от резкой смены освещения, разноцветные круги никак не давали сфокусироваться на тени, что неспешно приближалась.

— Господин, — рядом облегчённо выдохнули, и я повернула голову на звук.

Как назло, именно в этот момент ко мне решило вернуться зрение, и я, сморгнув непрошеные слёзы, уставилась на плюшевый чёрный шарик, что в ответ смотрел на меня огромными игрушечными глазами.

Меховушка, поймав мой встречный взгляд, ойкнула, подёрнулась дымкой и исчезла.

Никогда не обладала тонкой душевной организацией, но в тот момент не отказалась бы позорно грохнуться в обморок. Но увы, разум отказывался вновь оказываться в забытье и упорно цеплялся за окружающую реальность. И вот не факт, что реальность была готова ответить взаимностью.

Ну потому что странное всё вокруг. И запахи, что никуда не делись. И свет, что оказался не таким уж и ослепительным, и рассеивался в недрах огромного зала. И высокие сводчатые потолки, под которыми причудливо танцевали тени. И прохлада каменных плит, на которые я опиралась руками, да что там руки, я буквально задом чувствовала и плиты, и неприятности, в которые угодила. А всё шарик этот виноват.

Или я сошла с ума, или игрушка действительно испарилась прямо у меня на глазах. И никакими инновационными технологиями такое не объяснишь. Ладно бы движения и голос, чего только не придумают, но исчезновение? Это уже смахивает на галлюцинации, а где галлюцинации там и сумасшествие. А оттуда прямой наводкой в психушку.

— Так где демоны, Руни? — напомнил о своём существовании мужчина, про которого я умудрилась забыть, пока заочно хоронила свой рассудок.

Он ведь не ко мне обращается? Меховушка и есть Руни?

— Вот же, господин, — удивлённо пискнул уже знакомый голос.

Поворачивалась я медленно. Неторопливо и постепенно вжимая голову поглубже в плечи. Страшно же. Мало ли спровоцирую ещё.

— Какой же это демон, Руни? — усмехнулся мужчина, стоящий рядом, совсем рядом, в шаге от меня. — Это всего лишь человеческая девушка.

Пока я решала, стоит ли обижаться на пренебрежительные интонации и обидную классификацию собственного вида, мужчина продолжал стоять на месте, а я рассматривала сапоги. Чёрные, кожаные, добротные такие, только совсем несовременные.

Голову поднимала ещё медленнее, чем её же поворачивала. Страх-то никуда не делся.

Выше сапог были ноги, что даже не удивило. И что радовало, ноги были в брюках. Опять-таки чёрных и старинных. Ну не бывает на современных брюках узоров, расшитых серебряной канителью.

Взгляд скользил выше, подмечая не только наряд, но и содержание… Трудно не обратить внимание на «содержание», когда сидишь на полу, а это самое «содержание», туго обтянутое брюками над тобой нависает. Выразительное такое содержание, чего уж тут. И ноги тоже ничего — мускулистые, длинные.

Дальше была шёлковая рубашка, закатанные по локоть рукава и руки, крепкие, рельефные, ну и Руни, глаза которой стали ещё больше.

Я моргнула, меховушка в ответ тоже пару раз хлопнула блестящими стеклянными плошками. Жуткие какие-то гляделки, с явным привкусом безумия.

— Кхм, — привлёк моё внимание незнакомец. — Возможно, не стоит леди сидеть долго на холодном?

Мужчина выбил меня из ступора, в котором я очутилась благодаря его пушистой спутнице. Может, и не она виновата, конечно, но обвинять кого-то материального гораздо удобнее. А мужчина большой, его обвинять чревато.

Неловко поёрзав, и не очень грациозно оперевшись на колени, почти смогла принять вертикальное положение, когда меня мягко подняли в воздух и поставили на ноги.

— Спасибо, — нервно клацнув зубами, выдавила из себя.

— Меня не затруднило, — пожал собеседник плечами, и я наконец-то узрела его лицо.

Собеседник оказался мужчиной в самом расцвете сил. Может мой ровесник, может, чуть старше. Тёмные волнистые волосы до плеч, лёгкая небритость, чуть обветренная кожа, хищный прищур карих глаз, тонкий шрам, убегающий от виска куда-то под ворот рубашки, ироничная усмешка на жёстких губах и клыки, мать моя женщина, настоящие клыки!

Тяжело сглотнула и сделала шаг назад. Мужчина вскинул выразительную бровь, но удерживать не стал. Ещё шажочек. И ещё один. Брови у незнакомца поднимались все выше, а я отступала всё дальше.

— Вы вампир? — пробормотала я, разорвав расстояние.

— С чего такой вывод? — удивился мужчина и опять улыбнулся, обнажив клыки.

Ну в принципе, может, и не вампир. Клыки, конечно, крупнее обычных зубов, но говорить ему явно не мешали и за пределы челюсти не выступали, да и в целом стоило присмотреться, как уже и не так устрашающе выглядели.

— Оборотень? — начала перебирать варианты, даже не став отходить дальше.

Хищного незнакомца явно забавляло моё недоумение, но никакой агрессии он не проявлял, стоял себе, улыбался и даже не знал, что я эти клыки уже к своему горлу успела мысленно примерить.

— Мимо, — оскалился мужчина.

— Э-э-э, демон? — пролепетала я.

Немного у меня предположений оказалось. Ну не гоблин же он или орк там какой. Вполне себе симпатичный мужчина, пускай и клыкастый, загорелый опять-таки, без излишней зеленоватости.

— Мимо, — довольно ответил он.

— Человек? — совсем неуверенно пискнула я.

— Хуже, милая леди, — хмыкнул незнакомец и церемониально поклонился, представляясь: — Маркиз Кайрен фон Гравис, некромант.

И вот тут я всё-таки хлопнулась в обморок, не дожидаясь, пока Его Сиятельство соизволит выпрямиться.

— П-с-с, демон, — послышался тихий свист над ухом. — Ты живая ещё?

Мне бы испугаться, но столько предвкушения было в этом вопросе, что я только возмутилась. Надоело мне бояться. И вообще, у меня психика гибкая, у меня даже в личном деле пометка есть, что я стрессоустойчивая.

— А что, на мой хладный труп уже планы появились? — не открывая глаз, поинтересовалась я.

— Труп в хозяйстве всегда пригодится, — и не подумала тушеваться Руни.

Её я сразу узнала. К сожалению, память решила меня не покидать вместе с сознанием, поэтому и хищного маркиза, и его ручную меховушку я помнила чётко.

— Расскажешь? — резко повернулась на голос и напугала неведомую зверушку.

Руни натурально скатилась с кровати и откуда-то с пола жалобно поскуливала, пока я в очередной раз осматривалась.

Ну что сказать, прогресс налицо — нынче я очнулась в спальне. Такой типичной опочивальне из исторических сериалов. Кровать с резными колоннами, на которых крепился несколько запылённый балдахин неопределенного цвета. Туалетный столик с мутным зеркалом, на котором в свете, падающим из грязного, но большого окна, пестрели разводы. Козетка с блёклой бархатной обивкой, вместо привычного кресла перед столиком. Пыльная люстра, с треснутыми плафонами и редкими хрустальными подвесками. Высокий потолок, на котором местами вздыбилась побелка и виднелись следы подтеков. Двери, когда-то украшенные изящными завитушками, но сейчас красующиеся облезлой позолотой.

Вроде и красиво всё, с претензией на изысканный вкус и элегантность, но потрёпанное временем. Даже странно, учитывая, что мой недавний визави — маркиз. Это же высокий титул? Хозяин земель и областей, вроде как, а у него замок разваливается от старости. Или к титулу деньги не всегда прилагаются? Вот откуда мне это знать, я и исторические сериалы не любила, не то что реальную историю.

Тем временем пушистый шарик снова забрался на кровать, и смешно переваливаясь, продвигался в мою сторону, очевидно, стараясь подкрасться незаметно.

— Так что там с трупами? — рявкнула я на меховушку, когда она замерла в опасной близости от меня.

Неведомую хтонь опять сдуло с кровати, на сей раз под злобное ворчание.

— Хочешь говорить, ползи в поле зрения, а не пытайся нападать со спины, — предупредила я и решилась-таки встать.

А вот под выцветшим покрывалом меня ждал сюрприз — кто-то озаботился моим переодеванием. Вернее, просто раздеванием. А может, и не озаботился, а воспользовался ситуацией, но не будем о людях заранее думать плохо.

— Где мои вещи? — вытянув ноги и легкомысленно пошевелив пальчиками, спросила у Руни, которая всё ещё ворчала где-то внизу.

И кто такие кровати высокие делает, вынуждая буквально десантироваться на пол, а не грациозно опускать конечности? Хотя допускаю, что обитают тут исключительно рослые особи, и миниатюрная я, здесь оказалась как Гулливер в стране великанов.

Почему тут и почему обитают? Да потому что, я более чем уверена, что привезли меня не в больницу. Я вообще уже не уверена, что нахожусь на родной Земле. Слишком вокруг всё необычное. То ли прошлое, то ли параллельная вселенная какая-нибудь. Хотя постойте, какое прошлое? В нашем прошлом игрушки точно не разговаривали и не растворялись в воздухе. Это мои скудные запасы исторических знаний могли подтвердить точно.

Да и галлюцинации стоит исключить из возможных версий. Слишком уж правдоподобные ощущения, ещё и обморок этот. Ну кто теряет сознание внутри собственной же фантазии?

Едва босые ноги коснулись бесцветного ковра, не спасающего от холода каменного пола, как в дверь поскреблись. Аккуратно так, тихонько, на радость Руни, которая выкатилась из-за кровати и подпрыгивая, устремилась к выходу.

А я, облокотившись о кровать, которая доходила мне до пояса, тоже сосредоточилась на гостях. Хотят меня удивить? Кто я такая, чтобы запрещать.

Створка приоткрылась и в комнате показалась черепушка, кокетливо украшенная посеревшим кружевом. Надо же, настоящий череп. И кто же там его на палке держит и меня пугать изволит?

Меховушка фыркнула, подозреваю, что сдерживая смешок и обернулась ко мне.

— Что? — не поняла я претензии. — В обморок пора падать?

Руни опять фыркнула, но на сей раз обиженно, а черепушка, воспользовавшись затишьем, проникла в спальню целиком.

Что ж, могу смело себе выставить «отлично» в графу «выдержка». Я не заорала и даже чувств не лишилась. Может, и стоило, конечно, не каждый день ходячие скелеты видишь.

Черепушку никто на палку не насаживал. Да и сам скелет двигался свободно. Неловко немного, рывками, но что можно ожидать от груды костей?

— Трупы, некромант, ясненько, — выдохнув, задумчиво протянула я и перевела взгляд на Руни. — Это моя горничная?

Вот теперь на меня смотрели и огромные блюдца глаз меховушки, и скелет голову поднял, уставившись на меня пустыми провалами глазниц. Или всё-таки скелет при жизни была девушкой? Чепец на голых костях на это непрозрачно так намекал, вряд ли у них тут мода такая. Маркиз-то был вполне себе мужественно одет.

Вдалеке раздался протяжный свист и Руни, ойкнув, тотчас испарилась, оставив меня не только без ответа, но и наедине с ходячим трупом. Или всё-таки скелет — другой вид нежити? Ой ладно, с местным бестиарием ознакомлюсь позднее. Интереснее другое — меховушку явно вызвали и, я почти уверена зачем. Готова поспорить — чтобы оценить мою реакцию.

А вот фиг им всем, мне уже не страшно, скорее интересно. Да и скелет мне ничем не угрожала, стояла себе у дверей, красной сферой сквозь рёбра сверкала и ждала распоряжений, как примерная служанка.

— Мне бы ванную и одежду, — подбоченившись, попросила у скелета.

Горничная сделала книксен, несуразно выглядевший на фоне полного отсутствия и наряда, и мяса на костях, и отошла в сторону, отворив доселе мне невидимую дверь, и склонилась рядом со входом.

Как я и думала, к спальне примыкала купальня.

Ванная комната оказалась большой, но наполненная таким спёртым воздухом, что я даже её разглядывать не стала, быстро умывшись и порадовавшись вполне современного вида «белому другу», скромно ютившемуся за обшарпанной ширмой. Стесняшки какие, однако.

А вот с одеждой дела обстояли плохо. Не уверена даже, что выложенные на кровать трухлявые тряпки были очередным испытанием, скорее констатация факта.

Да и фасоны оставляли желать лучшего. Панталоны с оторванными кружевными тесёмками, пыточный агрегат с кодовым названием «корсет», ворох подъюбников, которые расползались на тонкие полоски, стоило их взять в руки. Туфли даже смотреть не стала, не любитель я разномастной обуви, ещё и на одну ногу.

— А мои вещи целы? — сбросив всё ветхое богатство на пол, с мольбой спросила у горничной.

Скелет виновато пожала плечами и уронила руку. Это ж надо было так ловко уйти от разговора. Хоть на заметку бери.

К моменту, как в дверях появилась унылая меховушка, настроение рухнуло до отметки «да пошло оно всё к чёрту». Скелет таскала мне дряхлые обноски, а я почти не глядя, швыряла их в растущую на полу кучу. Зато поняла, почему кровати такие высокие — чтобы отбракованным шмотьём не завалило.

— Услышь волю Его Сиятельства Маркиза фон Грависа, — помявшись на пороге для приличия, начал вещать шарик. — Владетель Пустошей и Гиблого леса повелевает: немедля явиться в трапезную.

— А совесть у вашего сиятельства есть? — не вняв величию момента, пробурчала я, укоризненно посмотрев на Руни.

Меховушка надулась, явно оскорбившись и за плешивую себя, и за хищного господина в придачу, но высказаться я ей не дала.

— Я в чём должна пойти? Так сойдёт? — Скинула с плеч покрывало, в которое куталась, пока костлявая служанка устраивала склад ветоши у моих ног.

Не то чтобы я так стеснялась, тем более моей вины в моём облике не было, да и не совсем голой меня оставили. Но вряд ли дефиле в нижнем белье соответствовало местным представлениям о приличиях. Да и народу за столом наверняка много будет. Замок всё-таки, да и приглашение с помпой. Сам хозяин, помощники всякие, соратники, приживалки какие-нибудь, фаворитки…

О, фаворитки! Даже если они и разгуливают в неглиже, то явно по местной моде.

— Пушистик, а пушистик, — ласково улыбнулась застывшей Руни, отчего та неожиданно шарахнулась в сторону. — А у твоего сиятельства любовницы есть?

— Демон, ты суккуба? — с подозрением спросила меховушка.

— Демон похоти и разврата? — осторожно уточнила я, округлив глаза не хуже анимешных героинь.

Руни угукнула и откатилась ещё немного.

— Да не посягаю я на тело твоего сиятельства, — всплеснула руками и окончательно потеряла покрывало. — Одежда мне нужна, всего лишь одежда!

— А нет в замке ни любовниц, ни служанок, никого живых нет, — хмыкнула меховушка.

Вот это попадос. Склеп какой-то, а не приличный замок.

— Совсем? Поэтому так грязно? — покосилась на горничную, которая обиженно щёлкнула челюстью.

Громко так, как выстрел предупредительный. Трудно не понять, что обвинения не пришлись в кассу.

— Вообще никого, — потупила глазки Руни. — Только хозяин.

— А ты?

— А что я?

— Но ты-то живая?

— Э-э-э, демон, ты чего? Я олицетворение магии, — раздулась немного от гордости зверушка.

Ясно, что ничего не понятно.

— Раз ты магия, вот и будь моей феей-крёстной! Наколдуй мне костюмчик сказочный. Не идти же в трапезную в одних плавках.

— Хозяин оценит, — хихикнула Руни. — Хозяин давно мадам Лори не навещал.

Я только глаза закатила, нет чтобы весёлую мадам в гости приглашать и в порыве страсти туфли в каждом углу разбрасывать. Нет же, он приличия соблюдает, а мне теперь босиком ходить.

— Ну ты же хорошая магия, ты же добрая, ты же меня не оставишь голышом? — спрыгнув с кровати и неумолимо продвигаясь вперёд, ворковала я.

— Демон! Ты с ума сошла⁈ Я Тьма!

Вот тут меня сложило, так что даже про холод и неподобающий вид забыла. Посмотрите только на неё, пятнадцать сантиметров пушистой злобы.

— Демон! Не смей надо мной смеяться! — возмущённо пискнула Руни, и меня накрыло с новой силой.

— Стася, — сквозь слёзы представилась я. — Не демон, просто человек, тебе хозяин уже говорил.

Тьма надулась и обиженно отвернулась, распушив всю свою «злобу».

Ой, держите меня, нельзя быть такой милой врединой! Это просто преступление по отношению ко мне.

— Делать то, что будем? Всё равно к маркизу идти, а то не дождётся и сам явится.

Скелет снова растерянно пожала плечами, вовремя поймав руку и ловко приставив её на место. Руни задумчиво покачивалась, электризуя вытертый ковёр, а я печально рассматривала горы откровенного хлама. Может, пару веков назад эти наряды и были писком моды, но сейчас такое даже для косплея мумии не подойдёт.

— Говорите, тут один маркиз живой? — нарушила неловкую тишину.

— И ты, демон Стася, — поддакнула Руни.

— Тогда будем раздевать сиятельство, — хмыкнула я, проигнорировав попытки демонизировать мой светлый лик. — Надеюсь, голые коленки его не шокируют.

— Тогда проще подождать, пока он тебя потеряет и придёт сам, — логично заключила меховушка.

— Ты зануда, а не тьма, — не удержалась я и повернулась к скелету: — Принеси, пожалуйста, две рубашки его сиятельства.

— А две зачем? Ты и в одной утонешь, — заинтересовалась зверушка.

— Платье делать, — рассмеялась я в ответ. — Ты ещё не видела топы из трусов и пальто из одеял.

Кажется, я сломала Руни.

К счастью, чинить её не пришлось, цокая по каменному полу, прибежала горничная и бережно протянула аккуратно сложенную добычу.

С барского плеча и без ведома хозяина мне достались две шелковых рубашки, глубокого графитового цвета. Мягких, гладких, тонких, не массмаркет точно. А ещё горничная прихватила широкий кожаный ремень. Надеюсь, меня не покусают за самоуправство.

Крутить и завязывать ничего не пришлось. Рубашки оказались длиной почти до колен, в меру широкие и струящиеся, и очень приятные к телу, и даже ненавязчивый запах парфюма не раздражал. Или у них бытовая химия таким приятным ароматом обладает?

— Оригинально, — одобрила Руни, когда я затянула ремень на талии, вытянув немного длины из-под пояса.

И я была с ней полностью согласна. Образ получился что надо. По земным меркам, так точно.

Идти босиком по грязному и холодному полу я была категорически против. Мало ли кто на этом полу сдох, так что я полезла в отдельную кучу, в которую мы со скелетом скидывали обувь.

Идея была так себе, мягко говоря, но и выбора не было. Так что я с маниакальным рвением осматривала доставшееся мне богатство. И о чудо, смогла-таки найти потрёпанные парные балетки. В первозданном виде с тёмным шёлком они не сочетались совершенно, но у них был плюс — они были мне по размеру.

— Ужас, — довольно прокомментировала меховушка, когда я покрутилась у мутного зеркала.

Ужас, да. И не поспоришь. Жаль, ботфорт на каблуках не нашлось.

Нет сапог, зато есть целая гора разноцветных тряпок.

Первой мыслью было пустить какое-нибудь платье на ленточки и обвязать вокруг и ног, и балеток. Но потом мне на глаза попались чулки — длинные, плотные, шерстяные и тёмные. И что странно, даже почти целые, крошечная дырочка у самой резинки не в счёт. Во всяком случае, рассыпаться в труху они не спешили.

За неимением расчёски взбила свою растрёпанную шевелюру, покусала губы, пощипала щёки и решительно направилась на выход.

— Хозяин будет в шоке, — хихикнула мне в спину Руни.

А то я не знаю, сама в шоке.

За дверью меня встретило такое же запустение, как и в выделенной спальне. Я даже зависла на пороге, стараясь дышать через раз и не расчихаться.

— Следуй за мной, демон Стася, — протиснулась между ног Руни и неспешно поплыла по мрачному коридору.

По воздуху поплыла, между прочим, не тревожа вековой слой пыли, на котором виднелись цепочки следов, судя по виду, оставленных горничной.

И что мне оставалось делать? Я тоже пошла, аккуратно переставляя ноги, чтобы не поднимать клубы пыли. Дурацкая была идея натянуть чулки поверх балеток. Внешне-то ничего получилось, вполне себе сапоги издали, но откуда мне было знать, что в замке настолько плохи дела?

Коридоры были пусты, только многочисленные двери, пыль и редкие светильники. Единственное хоть сколько-то интересное в этом царстве уныния. Я даже не удивилась, когда узнала от Руни, что светильники магические. Подумаешь, камни сказочные. Им бы ещё пылесос и полотёр волшебные. Да и обычный электрический не помешал бы.

— Трапезная, — остановилась у двустворчатых массивных дверей меховушка и те тут же начали открываться.

Медленно так, с противным скрипом давно несмазанных петель и треском потревоженной рассохшейся древесины.

Даже понимая, на что направлен этот спектакль с повышенной торжественностью, трудно было справиться с охватившим меня волнением. Я, конечно, храбрая, но не сумасшедшая. А тут, прямо скажем, ужастик ещё тот.

И вот стояла я, панику в зародыше пыталась задавить, ладошки потные от шёлка одёргивала, чтобы пятен не наставить, и в груди начал ворочаться не только страх, но и злость. На судьбу роптать непродуктивно, поэтому злилась на обитателей замка. Что я им плохого сделала? Я ведь не по своей воле здесь оказалась. Хочет сиятельство меня напугать? Фиг ему, а не развлечение за мой счёт.

Двери наконец-то ударили медными ручками о стены, и над проёмом вспыхнул свет, не давая различить ничего внутри помещения. Я тут в качестве экспоната, что ли? Забавный человеческий экземпляр?

Приглашать внутрь меня никто не спешил, правда, причину я поняла, только когда нахально вышла из пятна света. Маркиз сидел во главе длинного стола в несколько обалделом состоянии и откровенно пожирал меня глазами. Даже злость разом улетучилась. Приятно же не только ошеломить возможного противника, но и получить такое неприкрытое мужское одобрение. Маркиз-то хоть и хищный, но мужик видный.

— Простите за ожидание, — легко склонила голову, не решившись устраивать пируэты с реверансами. Не умею, да и наряд неподходящий.

— Кхм, конечно, — пробормотал мужчина, тщетно пытаясь оторвать взгляд от чулок.

Ну ноги. Ну чулки. Ну поверх тапок чулки. Чего в ступор-то впадать?

— К сожалению, с моей одеждой вышло недоразумение, — с нажимом произнесла я, нервно переступив с ноги на ногу.

Маркиз сглотнул и смог-таки наконец-то отвлечься.

— Оставлять вещи из другого мира опасно, — прочистив горло и натянув на лицо светское выражение, произнёс хозяин. — Остатки вашего гардероба тоже придётся уничтожить, — безапелляционно заявил он, хотя и смутился.

Я даже залюбовалась первые мгновения на этого душку клыкастого, пока смысл слов не дошёл. Это он моё бельё «остатками гардероба» назвал? Аж зубами с досады клацнула. Не то чтобы именно этот комплект мне был дорог, как память, но мне теперь совсем в одной рубашке разгуливать?

— Если такие жертвы необходимы в целях безопасности, то я вынуждена буду отдать вам все части своего гардероба, — с трудом подавив волну возмущения, начала я. — Но только когда получу замену.

— А разве не удалось восполнить ваши потери? — искренне удивился он.

Бровь я вздёргивала с изяществом завзятой светской львицы.

— Вы считаете, что я специально выбрала такой образ?

Брови маркиза взлетели не хуже моих. Вот по глазам вижу, что именно так и думал. Наверняка Руни, поганка пушистая, доложила ситуацию с обносками избирательно.

— Но… в женском крыле обширный гардероб, — начал было он оправдываться, но тут я не выдержала и фыркнула.

— Он и сейчас обширный, только непригодный к использованию.

Фон Гравис нахмурился, но вдруг опомнился и резко поднялся на ноги. Еле удержалась, чтобы в сторону не отскочить. Но нет, рано начала паниковать, он всего лишь вспомнил про манеры.

— Простите, задумался, — отодвинув стул, предложил мне присесть за стол маркиз.

Выпендриваться я не стала, и помощь приняла. И есть хотелось, и статус свой, и перспективы не мешало бы прояснить. Ну и отдельным пунктом выяснить: умерла я или есть шансы вернуться домой. Немаловажный всё-таки вопрос, многое определяющий.

Живой прислуги в замке не имелось, это я уже запомнила, так что когда от стенки отделился скелет с бабочкой на шее, я даже не дёрнулась. Скелет умело выполнял роль официанта и редко попадал в поле зрения, возникая только в случае необходимости.

Маркиз же задумчиво поглядывал на меня, механически жевал и периодически зависал взглядом в вырезе рубашки. А вот разговор у нас не клеился абсолютно. Я даже решилась попробовать местные деликатесы, подглядев, какими приборами расправляется со своей порцией хозяин. Еда оказалась отвратительной не только на вид, но и на вкус. Еле отпиленный кусок мяса проглотила.

— Расскажите, как я здесь очутилась и чего мне стоит ожидать? — бросив попытки вести светскую беседу на темы, в которых ничего не понимала, напрямую спросила у мужчины. — Раз ранее речь зашла о безопасности, то моё пребывание у вас в гостях, может оказаться опасным?

— Можно и так сказать, — покрутив бокал с вином и вдоволь налюбовавшись на отблески света в напитке, протянул сиятельство. — Как я могу к вам обращаться?

Чуть рукой себя по лбу не хлопнула. Сижу тут, ответов требую, а сама даже не преставилась. С манерами у меня точно не лучше, чем у зависающего маркиза.

— Анастасия Кольцова, двадцать семь лет, планета Земля, системный администратор, не замужем, детей нет, — коротко отчиталась я.

— Земля… — поморщился мужчина и почесал щетину, невольно задев шрам. — Плохо, что Земля.

Что-то мне совершенно разонравился этот разговор.

— Ладно, отсутствие магии не самая большая проблема, — что-то для себя решив, выпал из задумчивости собеседник. — Настоящая проблема — ваши нравы. Вам, Анастасия, будет крайне тяжело прижиться в Фелрисе.

— Это значит, что пути назад нет? — сглотнув, сипло уточнила я.

— Боюсь, что нет, — сочувственно кивнул маркиз. — Видите ли, вы точно умерли в своём мире. Древний ритуал, что переместил вас сюда в момент смерти, не работает по-другому.

— И что за ритуал? — обречённо спросила я, заранее чувствуя, что ответ мне не понравится.

— Тёмное благословение, — туманно ответил мужчина и под моим тяжёлым взглядом уточнил: — Вас сюда перенесло из-за меня.

Ну зашибись. Мало мне приключений на свой филей было.

Маркиз Кайрен фон Гравис

Он резко вскочил, с грохотом опрокинув стул, аккуратно подхватил меня и устремился куда-то вон из столовой. Я только и успела, что рот в изумление приоткрыть.

А хорош маркиз. Прямо очень. Люблю таких: решительных, резковатых, чтоб тестостерон в разные стороны так и брызгал.

И вот о чём думаю? Умерла, в другой мир попала, магия вокруг, благословение ещё это, а я еду на ручках у маркиза и примеряюсь к клыкам уже совершенно с другого ракурса. Интересно же, мешают ли целоваться? А если прикусит? Такой ведь наверняка кусается в порыве страсти. Вон какой горячий, не может он не кусаться, моя чувственная натура такого облома просто не переживёт.

— А куда мы направляемся? — вынырнула из грёз я, когда заметила, что движемся мы по другому коридору.

И пыли не было, да и пахло приятно.

— Временно погостите в моём крыле, — не глядя на меня, ответил сиятельство и перехватил поудобнее.

И несёт то, как пушинку, даже не запыхался. Мечта, а не мужик.

— Это создаст вам неудобства?

Интересно, здесь средневековье или прогресс добрался и до этого мира? Что за разделение на женское и мужское? Как в бане: девочки направо, мальчики налево, а встретиться можно только на нейтральной территории и по строго установленному расписанию.

Маркиз покосился на меня и тяжко вздохнул:

— Мне нет. А вот ваша репутация может пострадать.

Как у них тут всё запущено.

Спрашивая о неудобствах, я совсем не свой моральный облик имела в виду, тем более уж какая мне репутация в мои двадцать семь? Разве что деловая. Кем-кем, а образцом целомудрия, я точно не являлась. А вот у сиятельства явные проблемы с общением, не знаю уж как там с противоположным полом, но с людьми в целом ощущается напряжение.

— А об этом обязательно должны узнать? — несколько растерялась я. — У вас шпионы за каждым углом?

— Если узнают, будет хуже, — заупрямился мужчина, даже брови нахмурил. — У нас не принято игнорировать подобные слухи. Высший свет обожает заглядывать в чужие спальни.

— И что же? Заклеймят блудницей и потребуют срочно отправиться к алтарю? Вам самому-то не смешно?

— Это плохая тема для шуток, — укоризненно глянул на меня маркиз и, задрав подбородок, отправился дальше.

— Да какие уж шутки, — робко улыбнулась я. — Мужчины же звери, стоит им увидеть оголённую ножку, как тут же мозги отключаются. А уж если останутся наедине в огромном замке, то как нападут из-за угла и как начнут жениться без перерыва. А вот супружеский долг отдают строго раз в месяц, в ночнушке с дыркой. Три минуты, час рыданий и долг выполнен, — уже в голос смеялась я.

Вот зачем я вообще это сказала? Кто меня за язык тянул? Какая мне разница, чем тут высокородные супружеские пары развлекаются?

— Думаете? — задумался маркиз и даже шаг замедлил.

— Я разве не права? — лукаво стрельнула в мужчину глазками. — Был у нас такой период в истории. Ужасное время.

Сиятельство совсем остановился. Божечки, какие они тут все впечатлительные. Интернета на них нет.

— А вы таких традиционных взглядов на семейную жизнь не разделяете?

— Я реально угадала, что ли? — вырвалось у меня, и я уткнулась ему в грудь: — Какой мрак.

Никогда не хотела быть благородной леди. Тем более доисторической. Скука ведь смертная. Одни правила, ночью не расслабишься, про день и подавно можно было не мечтать.

Вот только я, кажется, совсем некроманта расстроила. А ему ведь ещё и приобщаться к унылой средневековой семейной жизни. Или он уже женат? А может вдовец? Как-то не пришло в голову уточнять его семейное положение у Руни, а стоило бы.

Логичнее всего предположить, что где-то маркиза ожидает выгодная невеста и что ей, скорее всего, гостьи вроде меня не понравятся. Ну а кому бы понравились? Я не страшилка всё-таки, очень даже симпатичная девушка, да и нравы у меня оказались далеки от пуританских идеалов.

— А ваша невеста не будет против вашего гостеприимства?

— Моя… кто? — неожиданно хохотнул мужчина, окончательно остановившись.

— Невеста, — повторила я, и маркиз чуть не уронил меня от смеха.

— Простите, — смутился он, поставив меня на пол. — Помните, я говорил о неприязни к тёмным магам, особенно некромантам? При всех наших достоинствах ни одно благородное семейство не спешит предлагать нам своих дочерей, даже самых косых и рябых.

— А вы и не настаиваете? — уточнила я под насмешливым взглядом.

Я бы на месте некромантов тоже не спешила заполучить такую невестушку, ещё и по остаточному принципу. Зачем тащить в постель ту, которая тебя презирает? Да ладно, в постель, всегда можно найти раскрепощённую вдовушку, но растить с такой особой детей, вот где ужас.

— Повторюсь, вы удивительно прозорливы, — поклонился маркиз и снова подхватил меня на руки.

Портить момент и отнекиваться я не стала. Зачем? Вдруг меня после этого на руках передумают катать. А мне понравилось, чего уж себя обманывать. Да и интересно, куда меня в итоге принесут. Судя по интерьеру вокруг, мы точно двигались по жилому коридору. И светло, и тепло, и даже насекомых не наблюдалось. Только редкие резные двери высотой под самый потолок. А потолки в замке о-го-го какие, метра четыре в высоту.

— Прошу, — ногой подтолкнул дверь почти в самом конце коридора маркиз и развернул меня лицом в комнату. — Надеюсь, эти покои вам подойдут больше.

— Не сомневаюсь, — искренне ответила я и с удовольствием вдохнула воздух, наполненный тонким цветочным ароматом.

Стоило очутиться не в заброшенном склепе, как настроение сразу поползло вверх, и приютивший меня мир перестал казаться воплощением мрака и отчаяния. Как можно плохо думать о мире, если меня пусть и временно, поселили в настоящем раю для девочек?

Шикарная спальня. Без сарказма и издёвок. Метров тридцать роскошного интерьера.

Светлые стены, обтянутые шелковой тканью с едва заметным цветочным рисунком. Высокие окна, занавешенные плотными портьерами на несколько тонов темнее стен. Пушистый ковёр, устилающий пол спальни. Тяжёлая хрустальная люстра, свисающая с потолка. Комодики, стульчики, столики, зеркала и в центре всего это роскошества огромная кровать на постаменте.

И всё чистое, свежее, ни пылинки, ни соринки. Даже небольшой букет стоял на тумбочке у кровати.

Мне бы задуматься, для кого в принципе готовили эти хоромы и отчего содержат их в состоянии постоянной готовности. Но я малодушно отмахнулась от неприятных размышлений. Глупо было бы ожидать, что именно для меня так расстарались в такой короткий срок. Свалилась как снег на голову, ещё и спальню чью-то отобрала неприкрытым манипулированием. Вот прибудет хозяйка меблировки — тогда и станем с ней подсвечники делить.

— Вам нравится? — как-то не очень уверенно подал голос от дверей маркиз.

Чуть было не заорала от восторга, но вовремя вспомнила о воспитании, нечего хозяина своим энтузиазмом пугать раньше времени. Потому степенно кивнула и как можно ровнее ответила:

— Спасибо за заботу. Здесь очень красиво.

— Надеюсь, вам будет удобно, — смущённо промямлил некромант и бросился показывать, что прячется за дверьми.

Посмотреть на великолепную купальню, отделанную белым мрамором, было интересно, как и на просторную, но совершенно пустую гардеробную, что, кстати, порадовало отдельно. Совсем нехорошо бы получилось, если бы за дверью пряталось чужое нижнее бельё. К счастью, за дверью нас встретили только полки, штанги и пара манекенов. Но осмотр интерьера не так занимал, как вид суетящегося маркиза. Прелесть как хорош!

— Я пришлю Мону, чтобы она помогла вам, — замялся фон Гравис, посматривая на дверь, ведущую в купальню. — Там должны быть всякие… женские… приспособления.

Вот если бы он ещё и покраснел до кучи, я бы точно запищала от умиления, но нет. Маркиз хоть и чувствовал себя явно неловко, но до алеющих щёк или ушей не дошёл, сохранив свою брутальность в первозданном виде.

— Простите, а Мона — это кто? — вдруг вспомнила я.

— Горничная, она вам уже помогала, — пояснил некромант.

Вот какая я молодец, угадала, что скелет всё-таки женского пола. Прямо гений дедукции. Хоть знать теперь буду, как к ней обращаться, а то так и обидеть нетрудно. Она, конечно, не ответит, но секретничать с существом одинаково пола как-то морально проще. А что меня потянет высказаться, я даже не сомневалась. Я же не железная, надо же мне куда-то выплёскивать накопившиеся эмоции. Не маркизу же в плечо плакаться. Хотя жалко, конечно, что из Моны так себе собеседник, узнать порядки не мешало бы, да и бытовые всякие мелочи тоже.

— Спасибо ещё раз за заботу, ваше сиятельство, — присела я в книксене, как смогла его себе представить, и потупила взор, как примерная девочка. — Возможно, вы кратко расскажите мне основные правила?

— Правила? — завис в вырезе моей рубашки взглядом маркиз. — Какие правила?

— Куда не ходить, к чему не прикасаться, что не пробовать, — пожала я плечами.

— Всё слуги в замке будут вам беспрекословно подчиняться, — задумался некромант. — Внутри замка опасностей нет, но наружу пока не выходите. А в остальном полагаюсь на ваше благоразумие.

Наивный какой. Я буду не я, если не найду приключения даже в запертой комнате. И ведь не специально, оно само получается.

— А распорядок? Обязанности?

— Завтрак, как проснётесь, обед, как проголодаетесь, — очаровательно улыбнулся мужчина, и я чуть не начала растекаться ванильной лужицей. Ну прелесть же как хорош! — А остальное обсудим утром.

И он почти улизнул из предоставленной мне комнаты, как я заметила ещё одну дверь. Неприметную такую, в нише у самого окна спрятанную.

— А там что? — схватив за рукав сбегающего некроманта, требовательно спросила я.

Конечно, несколько перегнула палку с тоном. Но это от волнения, честное слово. Сами посудите, мы в замке, да ещё и в замке тёмного мага. Он, конечно, душка, но отчего-то у них же не клеится со всеми остальными магами, а на пустом месте такой вражды не бывает. Да ладно, маги, здесь вон скелеты разгуливают! По определению место добрым и милым быть не должно. И тут дверь, тщательно так замаскированная под обычную панель. Не к добру же. А вдруг там тайный проход? Или пыточная? Или очередной ритуальный зал? Кто его знает, кто там по секретным проходам ночами шастает.

— Дело в том, — старательно отводя взгляд и от меня, и от злополучной двери, замялся маркиз. — Не так много помещений в замке…

И вот тут у меня закрались подозрения.

— Это смежные покои, да?

— Да, — резко выдохнул фон Гравис и умудрился-таки покраснеть.

Самую капельку, может, от стыда, а может, и от предвкушения, но выглядело это невероятно привлекательно.

— Уточню, — еле сдерживая смех, скрестила руки на груди и опять потеряла собеседника в недрах декольте. — С другой стороны двери — ваша спальня?

— Вам не стоит переживать, засовы есть с обеих сторон, — уверил меня мужчина.

Что-то мне подсказывало, что с таким воспитанием и такой внешностью, это хозяину замка стоит переживать за собственную добродетель.

А мне стоило бы прикусить язык. Он, конечно, чертовски мил в своём смущении, безмерно сексуален и вообще маг, но зачем над мужиком издеваться? Вот подумаю хорошо, освоюсь, со смертью своей примирюсь, тогда и форсировать события можно, если желание не пропадёт.

— Я вам доверяю, — искренне ответила я и отпустила рукав маркиза.

И едва успела договорить, как за некромантом захлопнулась дверь.

Да уж, такого стремительного побега моя спальня ещё не видела.

Обдумать поведение маркиза не дала Мона, появившаяся сразу же за сбежавшим хозяином.

— Мыться и спать, — с готовностью пропустила внутрь комнаты костлявую служанку.

Горничная явилась не с пустыми руками, а с очередной рубашкой, на сей раз белоснежной и, кажется, даже с кружевами. Интересно, сама позаботилась или фон Гравис за неё подумал? А может ли нежить вообще думать?

Что-то тревожное и опасное таилось в этом предположении. Кто его знает, какие идеи могут зародиться в пустой черепушке. Сегодня она услужливая горничная, а завтра щёлкнет что-нибудь, сдвинутся кости и превратится кокетливый скелет в беспощадного убийцу. Вряд ли посмертная этика и мораль придутся по вкусу живым.

Мона о моих переживаниях не догадывалась и сноровисто готовила ванну. Это оказался целый ритуал! Не просто открыть кран и ждать, пока наполнится ванна, о нет. В приличных размеров бассейн в центре купальни поочерёдно вливалось содержимое различных баночек: где-то буквально капелька, а где-то и половина флакона. Ароматы переплетались, наполняя просторное помещение то благоуханием цветов, то пряными и терпкими нотками специй.

Так увлеклась наблюдением за действиями служанки, что практически позабыла о своих опасениях. Ну какой подлянки можно ждать от человека, пусть и в прошлом, любовно расставляющего свечки по бортикам? Вот если бы она ножи точила со зверским оскалом, тут я бы и насторожилась. А так позволила и раздеть себя, и в бассейн проводить, и даже спинку потереть.

Совсем отвлечься от тягостных мыслей никакие ароматы, к сожалению, не помогли. Да и не хотелось. Раз уж выдалась возможность, то стоило тщательно обдумать своё положение. Даже не так, стоило решить, как ко всем изменениям в жизни относиться. Если уж пути назад нет, и я здесь вроде как получила второй шанс, то и принимать действительность стоит вместе со всеми её скелетами, и буквальными, и метафорическими.

Нравилась мне моя прежняя жизнь, и друзья нравились, и работа, и полная свобода, и независимость тоже нравились. А сейчас я чёрт-те где, чёрт-те когда и не пойми на каких правах. Но ведь жива, разве этот довод не перечёркивает остальные минусы? Да и из минусов, положа руку на сердце, только устаревшие общественные нормы и отсутствие стабильного положения, пока во всяком случае. Как-то не особо пугали меня и ходячие мертвецы, и пушистые проявления магии. Магия… надо же.

Столько лет прожила, а всё в сказки верила. Нет, конечно, ни по каким колдуньям или экстрасенсам я не бегала, да и ко всяким шоу на экране относилась со здравым скептицизмом. Но ведь верить-то хотелось. А вот в богов я не верила, просто потому, что иначе пришлось бы признать, что боги жестоки, мелочны и эгоистичны. Лучше уж надеяться на абстрактное проявление чуда, чем его очеловечивать. Где личность, там и пороки, и страсти, и комплексы, и весь остальной комплект.

В общем, я хотела верить в магию, в удачу, в жизнь после смерти, в конце концов. И вот сейчас столкнулась лицом к лицу с чудом.

Отдельным же бонусом к чуду шёл маркиз. Хорош ведь? Немного скован цепями устаревших моральных принципов, но даже сквозь маску средневекового джентльмена пробивается нормальный такой правильный мужик. Но пожалуй, падать ему в объятья с криком «я вся ваша на эту ночь» не стоит. Напугаю ещё такой инициативой. Он, скорее всего, предложением воспользуется, слишком предсказуемо на меня реагирует, но боюсь, на этом наше общение зафиксируется в исключительно горизонтальной плоскости.

Ну а я расстроюсь…

Чего уж себя обманывать. В «долго и счастливо» где-то в глубине я тоже верила, наравне с магией. И пока маркиз очень даже походил на ожившую девичью мечту. Как-то с годами образ расплылся, да и список обязательных характеристик поуменьшился. Это в трепетном юном возрасте хочется обязательно блондинистого принца на белом мерседесе, а с годами приходит осознание, что нельзя мечту в жёсткие рамки загонять. Волосы могут оказаться крашенными, титул липовый, по замку давно ремонт плачет, а мерседес вообще в аренду взят. В общем, меняются приоритеты. Хотя и тут маркиз подходит по всем статьям. Разве что не принц, но это уж как-нибудь без меня, мне власть вместе с ответственностью и даром не нужна.

Так что остаётся выбрать тактику пингвинов из известного мультика и начать улыбаться и махать. А там глядишь, и место своё найду в новой жизни. Главное, пока плыву по течению, никуда не вляпаться. А может, мир окажется не так уж и суров и отстал. Всегда есть вероятность, что некромант просто сгустил краски, оценивая окружение через призму своего восприятия. А с общением и доверием у него явные напряги. Да и оптимизм его точно по большой дуге обходит. И как только такого всего таинственного, ещё и жизнью побитого, но не сломленного не прибрала к рукам какая-нибудь ушлая девица? Куда эти местные девицы вообще смотрят?

— П-ф-ф, — неожиданно фыркнула рядом Руни, и с неподдельной гордостью заявила: — Знаешь, сколько таких ушлых вокруг хозяина вьётся? Только хозяин не дурак, видит он их гнилое нутро. А у них только наряды, да была в голове.

Я что вслух думала⁈ Неловко как-то вышло.

— А ты, я смотрю, только и рада, что он весь твой столько лет, — хмыкнула я, постаравшись не показывать смущения.

А кстати, столько это сколько? Как бы так ненавязчиво узнать?

— Да как ты? Да что ты? — взъерошилась меховушка. — Я только рада буду, если у хозяина семья настоящая появится! Он знаешь какой? Да он…

— Благородный? — перебила я со смешком. — Сильный? Красивый?

Шерсть у Руни чуть улеглась, и над глазами появились карикатурные ушки, очень смахивающие на кошачьи. А когда я запустила в неё пригоршней мелких брызг, она ещё и зафыркала, как настоящая кошка, смешно поджимая появившиеся уши.

Стоит признать, что Руни тоже стоит занести в графу бонусов. Где я ещё такого забавного питомца заполучу? И плевать, что номинально она не моя и магией меня обделили, буду пользоваться чужим пушистым антистрессом. Не думаю, что маркиз воспротивиться, я же не собираюсь делать из неё пуховку или игольницу.

— Вот именно! — веско заметила меховушка и, смерив меня уничижительным взглядом, укатилась из мраморных хором, по пути опрокинув несколько баночек, стоящих на широком бортике бассейна.

Её место тут же заняла Мона с белоснежным, даже на вид мягким полотенцем. Что ж, и вода остыла, да и планы намечены, осталось узнать, какие сюрпризы преподнесёт новый день.

На удивление спала я как сурок. Может, Руни своим уютным сопением убаюкала, а может, виной тому нежнейшее постельное бельё, но проснулась я далеко за полдень. Во всяком случае, если судить по высоте бьющего в окно солнца. Яркого, по-весеннему чистого, ну и назойливого немного, потому что укрыться от него никак не получалось.

— Ну у тебя и нервы, демон Стася, — восхищённо выдала Руни, когда я бросила попытки спрятаться с головой под тяжёлым одеялом, и села в постели, явив новому миру растрёпанную шевелюру.

Вот сейчас не поняла.

— А что не так? — осторожно спросила я, на всякий случай оглядываясь, мало ли кого там ночью занесло.

Но нет, никаких нежданных гостей или ещё каких неприятностей не наблюдалось. Всё та же роскошная спальня и меховушка, забавно шевелящая ушками.

— Как что⁈ — ахнула Руни. — Ты даже не просыпалась.

— Так проблема в том, что я в истерику не впала? — со смешком уточнила я, сладко потянувшись.

Истеричкой меня точно трудно назвать, непродуктивное это дело — лить слёзы и панику наводить. Допускаю, что меня однажды накроет, но когда ещё этот недобрый час наступит, десять раз успею свыкнуться с любыми невзгодами.

— Так, даже местные магички слёзы льют, когда в замке некроманта оказываются, — озадаченно выдал шарик и покатился вслед за мной в ванную.

— Ну и дуры, — фыркнула я. — Ты мне лучше скажи, ты со мной всю ночь спала?

Оказалось, что да. То ли меня охраняла от обитателей замка, то ли, наоборот, их от меня, не понять по хитрому прищуру игрушечных глаз.

— Даже сбежать не попробуешь? — предприняла новую попытку вывести меня из равновесия Руни, когда я, умытая, красовалась перед зеркалом.

— А тебе бы этого хотелось? — не осталась я в долгу.

Понять бы ещё зачем меня меховушка на необдуманные действия провоцирует. Она, конечно, прикольная внешне, да и олицетворение магии опять-таки, но записывать её в союзники раньше времени точно не следует. Станется с неё накрутить меня и отправить какими-нибудь потайными ходами прямиком в лапы к местным монстрам. Может, она вообще на нежить работает, тьма же, явно не белая и пушистая. Ну как минимум не белая.

— Да что ты, демон Стася! — задохнулась от обиды меховушка. — Я же, наоборот, переживаю, чтобы хозяин один в пустом замке не остался.

И так она натурально возмущалась, что я не смогла удержаться и рассмеялась, подхватив ворчащую Руни на руки. Может, и действительно переживает, кто её знает. Вряд ли она отличается большей социализацией от своего хозяина. Как умеет, так и переживает, короче.

В такой позе нас и застала Мона, нагруженная подносом с завтраком. Скорее уж обедом, конечно, но у меня стресс, и вообще маркиз сам подтвердил, что чёткого графика питания нет.

Обеденного стола в спальне предусмотрено не было, но невысокий журнальный столик перед глубоким креслом имелся, вот в нем-то я и расположилась. Даже Руни и ту, усадила рядом, чтобы не каталась по полу и ковёр не наэлектризовывала.

— Ну-с, что нам Бог послал? — потёрла руки и с предвкушением потянула металлический колпак с подноса.

— Какой такой Бог? — тут же переспросила меховушка.

— Видимо, очень злой Бог, — разочарованно заметила я, глядя на комки слизи в тарелке.

Вот так сидишь, желудочным соком истекаешь, слюной захлёбываешься, а тебе выдают тарелку комковатой, серой, даже на вид холодной каши. Самое ужасное, что весь этот гастрономический кошмар пытались украсить. Пиалочки рядом с тарелкой были полны орешков, ягод, каких-то соусов. Крошечная вазочка на краю подноса радовала взор миленьким букетиком из голубых цветочков, очень похожих на незабудки. Салфеточки, тонкий фарфор и ни единой печеньки, или хотя бы кусочка хлеба. Спасибо, что заварочный чайник источал явно кофейный аромат.

— А маркиз тоже так питается?

— Это для тебя Бранд так расстарался, — не почуяв подвоха, гордо ответила Руни. — Цени, демон Стася.

Аж зубами скрежетнула, услышав в очередной раз «демон» в свой адрес, но Руни явно нравилось так ко мне обращаться, да и звучало это скорее восторженно, чем пренебрежительно. А вот маркиза стало жалко, что у него за слуги такие, если на ужин подошва вместо сочной отбивной, а на завтрак холодный клейстер?

— А Бранд — это повар? — осторожно налив в изящную чашку густой напиток, между делом спросила у меховушки.

Очень не хотелось остаться ещё и без утреннего кофе, без завтрака я ещё смогу прожить, но кофе — это же ритуал, залог хорошего дня, в конце концов, а судя по виду каши, жидкость в чайнике могла преподнести сюрпризы.

— Ну как повар, — задумчиво пошевелила ушами Руни. — Сейчас повар, а был боевым магом. У нас здесь, знаешь ли, найти даже труп приличного слуги тяжело, а уж повара и подавно.

— А Мона? А лакей у маркиза? — с опаской принюхалась к наполненной чашке.

— Так, они тут обитают, сколько замок стоит, — отмахнулась Руни. — А повара ещё предыдущий Владетель Пустошей упокоил. Нервный он был. Очень.

От воспоминаний о явно приятной личности прежнего хозяина, бедную меховушку передёрнуло, а мне осталось опять грустно вздыхать. И клыкастого маркиза жалко, и меховушку тоже, но себя было жальче, в готовке я была совсем не сильна. Но и есть эту пакость, было выше моих сил.

— А живого сотрудника нанять никак? — не могла не спросить я.

— Да если бы, — сникла Руни. — Не хотят, даже деревенские. А хозяин им столько денег предлагал, за год бы на всю оставшуюся жизнь заработали.

— А трупы хорошо охраняют? — сделав глоток отвратительного кофе с прогорклым привкусом, выпалила я.

И я даже не шутила! Ну как так можно было испортить обычный чёрный кофе?

— А нельзя скелеты без разрешения поднимать, — укоризненно глянула на меня Руни, но тоже печально вздохнула: — А разрешение ещё и получить надо, причём у них же. Не хотят умершие служить, всем отдых подавай.

Дела…

— Ладно, — решительно отставила от себя почти нетронутую чашку. — Веди, где у вас эту мерзость готовят. Будем решать вопросы по очереди.

Маркиз Кайрен фон Гравис

Ночь выдалась тяжёлой во всех смыслах. Нежить к границам подобралась, да таким числом, что гарнизон без меня не справлялся и пришлось полночи усмирять полчища злобных тварей. Откуда только прут в таком количестве последнее время?

Ещё и Руни сбежала к Анастасии, не желая оставлять «демона» в одиночестве. Да ладно, кого я обманываю, и без Руни справился бы, всплесков силы ничего не обещало, но засыпать, зная, что через стенку спит моя судьба, оказалось неожиданно волнительно. Настолько, что глаз я в итоге не сомкнул. Какой уж тут отдых, когда только и делал, что прислушивался, не заплачет ли девушка, не закричит ли спросонья, осознав, что вокруг далеко не сон.

— Нет, ты видел, какая вопиющая наглость⁈ — раздался возмущённый выкрик леди Надин.

От неожиданности мыльный брусок выскользнул из руки и почил где-то в недрах уже порядком остывшей ванны.

— Что случилось на этот раз? — обречённо поинтересовался у женщины, мысленно попрощавшись с остатками спокойного утра.

Уж кто, а леди Надин если заведёт свою шарманку, то даже позавтракать не даст. Будет вопить, заламывать пухлые ручки и притворно падать в обморок. И тот факт, что привидение лишиться чувств никак не может, леди совсем не останавливал.

— Как это что⁈ — снова фальцетом возмутилась леди Надин, явив наконец-то кроме голоса ещё и всю себя. — Там, в моей спальне спит какая-то девка!

— Это моя гостья, леди Анастасия, — растёр я влажными руками лицо, но взбодриться не получилось. — А после вас в той спальне было ещё четыре хозяйки. И Анастасия станет пятой.

— Не смей мне напоминать о возрасте, противный мальчишка! — выкрикнула женщина, впрочем, не забыв окинуть заинтересованным взглядом воду, которая почти ничего не скрывала.

Долго я привыкал к вниманию одной из бывших хозяек замка, несколько раз почти ритуал провёл на изгнание. Да только рука не поднялась его завершить, она, конечно, капризная сверх меры, но хоть какой-то собеседник. Иногда даже вполне вменяемый. Но что стоило оставить в мире живых душу кого-нибудь не столь экзальтированного?

— Я всего лишь хотел заручиться вашей поддержкой, — выдавил из себя улыбку, сдвигая остатки мыльной пены. — Кому как не вам знать, насколько тревожными и тяжёлыми могут стать первые дни в новом мире.

Вот так, немного лести не помешает, и пены бы ещё побольше.

— Тяжело, да-а-а, — протянула леди, по забывчивости переходя на потусторонние завывания.

Только бы Анастасию своим воем не перепугала. Объяснить девушке, что помимо молчаливых скелетов в замке обитает ещё и вздорная леди, будет нелегко. Или нет? Скелетов-то она восприняла как должное, может, и призрачную даму не придётся изгонять? Чем чёрт не шутит, а вдруг они поладят?

— Вспомните, как вам самой было трудно, — подначивал я леди. — Одна, в другом мире…

Грех не воспользоваться ситуацией. Не зря же я несколько лет выслушивал её стенания. «Ах, мне было так страшно…», «Ах, какое мрачное место…», «Ах, какой угрюмый некромант…».

— Я была такой юной, такой прекрасной и неискушённой, — запричитала леди Надин и заметалась по купальне, прикладывая руку то ко лбу, то к сердцу.

Я же воспользовался временно пропавшим интересом к моей персоне, и наскоро ополоснулся, не забыв прикрывать стратегические места. Леди, конечно, погрузилась в воспоминания, но я то знаю, с какой скоростью она реагирует на обнажённое тело. Какое столетие даме стукнуло, а всё туда же.

— Ни вещей, ни людей… — расслышал я горестные вздохи и застыл посреди комнаты.

Вещи! Совсем вылетело из головы! Не спорю, мои рубашки на девушке очень будоражат воображение, да и не требовала она ничего, но не могу же я оставить её без женских радостей. Знать бы ещё, что в этот список входит и где всё это выдают.

— Леди Надин, — робко позвал я привидение, накинув на плечи халат. — А что девушке надо в первую очередь?

— Мужика ей надо, — не раздумывая ответила женщина, и я махнул рукой.

Не воет на весь замок и уже хорошо.

Время ещё было раннее, поэтому выдав Моне халат из собственного гардероба, и, оставив распоряжения слугам, я понёсся в ближайший городок. Назвать городом деревню на десять улиц, можно было с огромной натяжкой, но лавку готовой одежды я, кажется, видел.

Впервые запрет на перемещения вне своей территории показался такой удавкой на горле. Так бы щёлкнуть пальцами и оказаться в столице, где этих лавок и магазинов целые кварталы. Но нет, нельзя порождениям тьмы демонстрировать своё преимущество перед благочестивым обществом. Кто виноват, что большинству светлых сил не хватает на банальные порталы? Тьфу!

В общем, очутился на центральной площади я злой, растрёпанный и немного озадаченный. Куда идти, что брать? Ещё и в навозную кучу наступил, пока озирался. И конечно же, все лавки оказались закрыты. Вообще все!

Всегда старался поддерживать образ справедливого и уравновешенного правителя, не злоупотреблять властью и сдерживаться даже тогда, когда очень хотелось распылить особо неретивых людей, но сейчас не сдержался и выбил дверь в дом старосты ногой. Он себя упорно называл градоправителем, но будем честны, какой город? Деревня она и есть деревня. И повезло старосте, что деревня на моей территории.

— Ваше Сиятельство, — проблеял перепуганный староста в ночной сорочке, когда я вошёл в дом. А я ведь стучал, и не только ногой, только мне отвечать никто не спешил.

— Пока ещё ваше, — грозно рявкнул я, придавая ускорения нерасторопным обитателям дома. — Но если через полчаса не откроется лавка с одеждой, то у этой дыры будет новый надзиратель, — с угрозой протянул я, и вокруг всё завертелось.

Ждут они, что ли, чтобы им угрожать начали? Почему нельзя мирно договариваться? Я ведь не деспот, и даже готов пойти навстречу людям. Где это видано, чтобы торговля начиналась не ранее, чем градоначальник изволит проснуться? И то на моих землях, покуда я сам и гарнизон не спим ночами!

А ещё через пару часов, нагруженный свитками и пакетами с вещами, как выразилась торговка: «на первое время» я шагнул обратно в спальню. Шагнул и чуть не налетел на склонившегося в почтительном поклоне Клода.

— Куда она меня приглашает? На завтрак? — переспросил у леди Надин, не веря, что правильно понял жесты дворецкого.

— Леди Анастасия, — раздался от дверей слегка удивлённый мужской голос. — Доброе утро.

— Доброе, — сконфуженно отозвалась я, торопливо расправив салфетку на коленях.

Возможно, надо было вскочить на ноги, или как там ещё полагалось приветствовать хозяев. Но вчерашний запал поутих, а перспектива изображать поклоны в одном халате при дневном свете, казалась несколько неуместной.

Тем временем маркиз обошёл длинный стол и грациозно опустился на своё место, не спуская при этом глаз с расставленных тарелок. И столько восхищения было в этом взгляде, что я смутилась ещё сильнее. Ладно бы, я великим кулинаром была, или хотя бы готовила на своей кухне, но ведь на столе стояли только яичница, которая в процессе приготовления из глазуньи превратилась в скрэмбл, да горячие бутерброды, которые тоже не могли похвастаться равномерной прожаркой. Не вышло у меня дружбы с дровяной печью. Не с первого раза так точно.

Вообще, кухня в замке поразила меня сразу. И отнюдь не в хорошем смысле. Всё такое огромное, всё такое неудобное. Пусть помещение и содержалось в относительной чистоте, но на вкус современного человека было абсолютно не функциональным. Начиная от кладовых и морозных комнат, которые именно комнатами и оказались, заканчивая натуральными печами. И даже некое подобие плиты, которое мне удалось найти в углу, ситуации не спасло. Это только на первый взгляд каменный очаг с чугунными блинами сверху похож на плиту, а по факту, тот же костёр — никакой терморегуляции.

Сковороды без антипригарного покрытия, из бытовой техники — ножи да топоры. В общем, я честно попыталась приготовить вкусный завтрак, но получилось, что получилось. Хорошо, что на блинчики не замахнулась. А я хотела, если бы не дикий холод в морозильных комнатах и отсутствие нормальной обуви, то я бы точно попыталась. Но среди большого количества глиняных крынок без подписей найти молоко я быстро не смогла, поэтому схватила яйца, палку колбасы, которая на поверку оказалось ветчиной, и головку сыра, и, трясясь от холода, сбежала из огромной морозилки.

Удивительно, конечно, но при общем запустении замка, продукты на кухне были свежими. Даже не так — свежайшими. Хлеб с изумительно хрустящей корочкой и ноздреватой серединой. Сочные овощи и фрукты. Специй целый стеллаж. Да и мясо, что я успела разглядеть в морозилке, тоже было отличного качества.

И тем обиднее, что из такого великолепия, не знающего консервантов и усилителей вкусов, готовили откровенную гадость.

— Кофе? — не поднимая глаз на сиятельство, робко спросила я.

— Будьте любезны, — довольно отозвался мужчина и даже чашку пододвинул.

Мысленно скрестив пальцы, наклонила кофейник над кружками, и с удовольствием вдохнула бодрящий аромат. Бариста из меня тоже получился так себе. Ни разу я кофе не варила в турке, а уж в ковшике и подавно, но я честно пыталась. И судя по запаху и виду, вторая попытка получилась приемлемой. Хотя бы дно ковша отскабливать от чёрной корки не пришлось.

Отдельно порадовали и удивили сервизы. Не просто красивая посуда. О нет, каждый предмет зачарован, и позволял еде сохранять температуру и свежесть несколько часов. Это ли не чудо? Не удивлюсь, если маг, придумавший такое заклинание, или чем там фарфор обрабатывали, устал есть вечно холодную и заветренную пищу. Представляете, как далеко находится кухня от столовой? Да пока пару блюд принесёшь, первое уже покроется корочкой льда.

Так что наш почти идеальный завтрак был горяч и свеж, несмотря на все мои мучения. А ведь ещё обед неплохо бы приготовить. Видела я ту бурду, что Бранд собирался готовить.

— Что-то случилось? — встрепенулся некромант, когда я, не сдержавшись, фыркнула, представив на вкус очередной шедевр от местного шеф-повара.

— Да нет, — вяло отмахнулась я, бросив короткий взгляд из-под ресниц на мужчину.

Весь вчерашний пыл испарился окончательно вместе с адреналином. За ночь маркиз не перестал быть шикарным мужчиной, вот только я на его фоне выглядела бродяжкой-оборванкой, а это, знаете ли, несколько снижает уровень уверенности в собственной привлекательности. И никакими борщами тут делу не поможешь. Даже если я в принципе осилю приготовление супа в таких условиях.

— Леди Анастасия, — позвал меня фон Гравис, когда я совсем без аппетита начала ковырять вилкой свою порцию. — Я очень благодарен вам за завтрак. Давно никто не готовил для меня таких вкусных блюд.

Он издевается, да?

— Меня не затруднило, — скрежетнула я зубами не хуже вилки по фарфору.

Кажется, перегнула палку. Не виноват же маркиз, что они по-человечески общаться не приучены. А мне в каждом вежливом «леди» так и слышится издёвка.

— Честно, не затруднило, — подняла наконец-то взгляд на нахмурившегося мужчину.

Некромант что-то порывался сказать. Я тоже не знала, как избавиться от неловко повисшей паузы. Положение спасла Руни, с хлопком появившаяся в центре стола.

— Демон Стася, — пошевелила она ушками, на которые ошарашенно уставился маркиз. — Не дело это в вещах хозяина ходить.

— Что есть, в том и хожу, — слегка развела я руками, так, чтобы полы огромного халата не разошлись.

— Ну вот, — довольно заключила меховушка и прижала ушки. — Больше не придётся. Хозяин позаботился. Цени!

— Спасибо, — пробормотала я. — Ценю.

Градус неловкости в трапезной усилился в разы. Умеет же Руни разрядить обстановку, ничего не скажешь.

— М-да, — прочистил горло сиятельство. — Руни права, я принёс вещи на первое время. К сожалению, без документов в крупные города вам лучше не путешествовать, а я не знаю, что вам может потребоваться, — отвёл под конец речи глаза мужчина.

— Огромное спасибо! — выпалила я и с таким энтузиазмом ринулась к двери, что чуть халат по дороге не потеряла.

— Так будет удобнее, — в два шага настиг меня маркиз и привычным уже движением подхватил на руки.

Даже уточнять не стала, кому именно удобнее. Кто я такая, чтобы оспаривать право мужика носить меня на руках?

Что странно, но конечной точкой нашего путешествия оказалась не спальня, а кабинет. Немного пыльный и захламлённый, но выглядевший гармонично и даже уютно.

— Надо отправить в Орден слепок вашей ауры, — пояснил мне фон Гравис, начавший перебирать какие-то камушки и амулеты в ящике. — Чем быстрее я отправлю слепок, тем быстрее у вас появятся документы.

Документы — вещь полезная, кто бы спорил, но как-то не ожидала я, что маркизу так не терпится от меня избавится.

— У меня натянутые отношения с властями, — как ни в чём не бывало продолжал некромант, вынув небольшую лупу на длинной резной ручке. — Не хотелось бы вас прятать по шкафам.

Ну если так…

— Расслабьтесь, пожалуйста, — усадил меня мужчина на кресло и посмотрел сквозь мутное стёклышко.

Не то чтобы я специально напрягалась или излишне волновалась, уж человеку, с завидной регулярностью проходившему через охранные рамки, любое сканирование не страшно. Но огромный глаз, смотревший на меня через лупу не мог не веселить. Красивый, кстати, глаз. Выразительный такой.

— Я пытаюсь, — честно призналась я, но сдержать улыбку не смогла.

— Постарайтесь, — укоризненно произнёс некромант, а дёрнувшийся уголок рта выдал его с потрохами.

Кому-то тоже очень весело. Интересно, а увеличение одностороннее или я сейчас всеми своими не слишком-то очищенными порами красуюсь?

— Расскажите об Ордене, — попросила я, стараясь отвлечься.

Кому понравится, когда тебя так пристально разглядывает шикарный мужчина без белого халата? Это врачи существа бесполые на работе, а некроманта в это число никак включить не получалось.

— Хорошо, только если вы будете сидеть ровно, — лукаво улыбнувшись, согласился мужчина. — К сожалению, предрассудки против тёмных магов появились не на пустом месте.

Маркиз тяжело вздохнул и продолжил водить лупой вокруг меня, заодно и погружая в мрачные глубины истории своего мира. Сперва я ещё отвлекалась на хозяина кабинета, но чем дольше он рассказывал, тем ярче картинки вставали перед глазами, заслоняя собой мужчину и оставляя только голос. Голос, наполненный сожалением и затаённой обидой.

Магия на Фелрисе была всегда, ну или столько, сколько велись летописи. Магия никогда не была повсеместной, только редкие избранные открывали в себе этот дар. Одарённых ценили, всячески возвышали, подкупали, выкрадывали и даже порабощали. И путём такой нехитрой селекции магия стала достоянием аристократических семей. Даже мораль отходила в сторону, когда дело касалось магически одарённых бастардов, и плоды внебрачных связей с лёгкостью принимались в семьи.

Конечно же, тот факт, что магия была светлой, не гарантировал, что её носители окажутся благородными и честными людьми. Да и светлой тот вид магии стал называться только после появления антипода. К сожалению, всеобщее поклонение и раболепие, помноженные на высокородное происхождение, иногда давало гнилостные плоды, выжигая совесть магов напрочь. Ну и однажды предсказуемо рвануло.

Веков пять назад, а может, и чуть поболее, в семье не кого-нибудь, а целого короля огромной северной страны подрастали двое сыновей. Старший выиграл джекпот в генетической лотерее: очерёдность на корону, магия, внешность. Всего ему отсыпала судьба, не поскупилась. Только одно она забыла выдать наследнику — сердце. А вот младшему принцу не повезло, ведь помимо слабого магического дара, ему достался брат с крайне жестокими наклонностями.

Чего только не натерпелся младший принц, кому он только не жаловался, но взрослые отводили глаза и разводили руками. Мальчик закрылся в себе. Годами молча сносил побои и терпел издевательства старшего брата. Молчал и пестовал в сердце ненависть.

Дети выросли. Старший брат примерил на своё чело корону, а младший превратился в угрюмого затворника. И так бы и закончилась эта история, вот только на сцене появилась она — девушка невиданной красоты и необычайной доброты. Девушка стала тем робким огоньком, что отогрела сердце младшего принца и на мгновение подарила ему веру в человечество. Но судьба не сжалилась над младшим братом, и в день их скромной свадьбы явился король северных земель, и потехи ради стребовал право первой ночи. Воспротивиться воле короля не мог даже его брат.

Под гогот воинов короля и их одобрительное ликование, молодую жену разложили прямо там же, за пиршественным столом. Немудрено, что сердце красавицы не выдержало такого надругательства. Как бы ни старался докричаться до девушки младший принц, как бы не уверял её, что огонь его любви ничто не задует, но справиться с бесчестием девушка не смогла. Так и вонзила себе нож в горло, не дожидаясь, пока король соизволит покинуть её опороченное лоно.

С последним вздохом жены закончилась жизнь и младшего принца. Ненависть, годами копившаяся в сердце, хлынула наружу, убивая людей без разбору. Тёмная магия не выбирала жертв, она убивала всех. Деревню за деревней, город за городом поглощала волна тёмной магии. Люди, животные, растения, всё умирало под действием ранее неизвестной магии. Умирало, чтобы с рассветом превратить богатый некогда край в Великую Пустошь.

— С рассветом орды нежити направились в разные стороны, — глухо продолжал маркиз. — Тысячи воинов полегли, отбивая нападение. Полегли, чтобы тут же пополнить армию мёртвых.

Спустя день, может, и два, а может, и больше, появились первые тёмные маги. Кто в отчаянном порыве обрушивал на головы тварей целые огненные лавины, кто скидывал их в разверзшиеся земные пучины. Люди боролись, мечами и магией сдерживали наплыв, но где люди, а где полчища мёртвых, которым не требуется еда и отдых, которые не ведают страха и усталости?

Люди оставляли один город за другим и отступали вглубь континента. Пока на пути армии мёртвых не встретился мальчик, что никак не мог поднять свою больную маму. Один маленький мальчик и орда нежити. Скажите, что итог этой встречи предсказуем? Вот только мёртвым давно уже было всё равно, а за спиной у мальчика стонала от боли мама. Вздрогнул в страхе мальчик, прижался к маме, и наружу выплеснулась новая волна магии. Волна, что упокоила целую армию нежити.

Так появился первый некромант. Потом ещё один, а через годы и ещё. Им воздавали почести, щедро награждали, но ненавязчиво отправляли все дальше на территорию Пустошей. Предлоги, безусловно, находились благородные, вот только следом же отправляли и всех тёмных магов, а в спину им летели завистливые шепотки.

Некроманты с поддержкой тёмных магов продвигались все дальше, требований приходило всё больше и то одна группа, то другая, бросали якорь и разбивали лагеря. Так появились замки некромантов.

— А Орден? — прочистив горло, спросила я, когда поняла, что маркиз давно замолчал и отложил свой прибор в сторону.

— Тот мальчик оказался очень добрым юношей. Ему было больно смотреть, как руками некромантов алчные короли пытаются расширить свои владения, и он создал Орден. Орден Некромантов.

— Вот и всё, я закончил, — встрепенулся мужчина, оборвав свой трагичный рассказ.

Стала ли я предвзято относиться к тёмным только за то, что одного из них довели до белого каления? Вообще, ни разу. Стала ли я боятся Ордена? Да ни капли.

Мало мне одних исторических фактов, чтобы возненавидеть целую группу людей, ничего плохого мне не сделавших. Впрочем, и светлых я презирать тоже не начала. Не бывает хороших и плохих национальностей, и внутри профессий люди попадаются разные. В общем, грести всех под одну гребёнку я не спешила.

— Орден создаст для вас новую личность, стоит выбрать имя.

Жаль, что с именем придётся расстаться. Слишком уж чужеродно оно звучит для местных. Я покрутила несколько имён на языке и предложила:

— Стейси?

— Стейси, — повторил за мной маркиз и расплылся в довольной улыбке: — Мне нравится. Простите, но фамилию выбрать не предлагаю.

Нет и нет. Переживу как-нибудь.

— А мне обязательно становиться «леди»?

Брови мужчины взметнулись вверх.

— А вам бы хотелось стать простолюдинкой? Но почему?

Вот как объяснить человеку, привыкшему к средневековому укладу, свои опасения? Да и какая из меня «леди»? Я, конечно, руками за столом не ем и на пол в приличном обществе не харкаюсь, но сам факт необходимости в этом самом обществе вертеться напрягал. А обеспечивать себя как? Менять покровителей? Какая ещё работа может быть у знатной дамы? А это несколько противоречит моему мировоззрению. Я не ханжа, но и роль содержанки никогда меня не прельщала. Да и будем откровенны, век профессиональных любовниц недолог, а я не настолько обольстительна и искусна, чтобы продержаться в этой роли до глубокой старости.

С присущей мне прямолинейностью я и попробовала донести свои доводы до маркиза. На что он ещё выразительнее изгибал тёмную бровь и старательно сдерживал наплывающую на лицо улыбку.

— Боюсь, Фелрис отличается от ваших представлений, — поспешил заверить меня мужчина. — Конечно, девушке из знатной семьи никто не позволит работать в поле или за прилавком, но мало ли возможностей для образованного человека? Управляющие, помощницы. Если захотите, сможете открыть своё дело.

Трудно передать словами, какая плита свалилась с плеч. Гораздо легче смотреть в будущее, когда там появляются хоть какие-то перспективы. А дело? Ну что я не придумаю дело? Общие знания у меня, конечно, довольно поверхностные, зато разносторонние, да и многих ошибок первооткрывателей можно избежать. Осталось только узнать, что там с техническим прогрессом. А то вдруг за пределами мрачного замка, по освещённым автобанам носятся автомобили, тогда попытки вспомнить, как выглядят простейшие станки — бесполезная трата времени.

— Но работать точно можно? — уточнила я ещё раз.

— Если вам так хочется, — обольстительно улыбнулся фон Гравис. — Не отказывайтесь от титула так скоропалительно. Взвесьте все за и против.

Отделаться от впечатления, что у некроманта к моему будущему титулу шкурный интерес никак не получалось. Вроде и не сказал ничего предосудительного, да и мог искренне заблуждаться, что титул для девицы есть благо. Вот если бы не одно «но» — где я, а где эти девицы? Мне тридцать скоро стукнет, я даже по меркам Земли уже давно вышла из поры наивной молодости. Но и прямо ведь не обвинишь, не в чем!

— Ну раз вы обещаете, что так будет лучше, — тоже улыбаясь в ответ, кокетливо надавила на совесть маркизу.

Глазки строить я умела. В конце концов, амплуа «прелесть какой дурочки» не раз меня выручало. Женщинам в возрасте нравится наставлять на путь истинный подрастающее поколение, а может, и ностальгируют, смотря в широко распахнутые наивные глаза. Ну а мужики… мужики просто любят, когда им позволяют быть сильными, и с удовольствием решают небольшие затруднения юных прелестниц. Главное — палку не перегнуть, за красивые глазки никто чужие проблемы решать долго не станет. Вот и маркиза сверх меры обременять я не планировала.

— Вы не пожалеете, — отозвался донельзя довольный некромант.

— А сколько времени займёт оформление документов? — встрепенулась я, старательно избегая попадать под животный магнетизм мужчины.

Да и вопрос важный. А если у них тут бюрократическая машина еле шевелит ржавыми шестернями, мне так и сидеть годами в четырёх стенах? Тем более что речь ещё и о подлоге идёт, сколько там надо, чтобы не только документы выправить, но и нужных людей задействовать?

— Несколько недель, возможно, месяц, — заверил меня фон Гравис.

Недель это ничего, это ещё можно вытерпеть и не начать на стены от безысходности кидаться. Занятие только бы себе найти. Мир, например, изучить. А может и порядок в замке навести. Надо же как-то хозяина отблагодарить. Да и приятно ему будет, вон как завтраку обрадовался.

Чёрт, обед же!

— У вас остались какие-то вопросы? — начала суетиться я, старательно подгоняя изумлённого мужчину.

Он просто ещё не видел, какие там заготовки Бранд сделал. А я видела, и категорически не хотела бы этим питаться. Может, некромантам помимо магии ещё и железные желудки выдают, но мне такой роскоши не перепало.

— Только одно дело, но без вашего участия, к сожалению, я справиться не смогу, — печально вздохнул маркиз, и я сдулась, опускаясь обратно в кресло.

Есть волшебное слово «надо», и ради документов придётся потерпеть. Хотя мысленно я уже отвоёвывала у скелета ножи и кастрюли.

— Что мне предстоит сделать?

— Нам, леди Анастасия, — мягко поправил меня мужчина. — Нам предстоит примерка.

Конечно, я уже и думать забыла о покупках, на которые так непрозрачно намекнула Руни в столовой, поэтому не только заново обрадовалась, но и приятно удивилась такой заботе. Не знаю, кто выбирал для меня обновки, но я готова была расцеловать этого милого человека.

Минимум на первое время, как выразился фон Гравис, включал в себя не только несколько длинных платьев, но и плотный брючный костюм с пристёгивающейся юбкой. Сдаётся мне, что это костюм для верховой езды, вот только ездить-то мне некуда, так что сойдёт за рабочую одежду.

Ходить в платьях, пусть и в меру пышных, я не была особо приучена. Одно дело выйти в таком наряде на свидание или хотя бы на корпоратив, а другое — заниматься обыденными делами целый день. Проблема даже не в длине подола, его-то как раз всегда можно приподнять, а в самом образе. Так и тянет выпрямить спину, следить за наклоном головы и плавно вилять бёдрами.

Также мне достались мягкие туфельки без каблуков, короткие сапожки и домашние тапочки. Большие такие тапочки, пушистые, покорившие с первого прикосновения.

— Как мало тебе для счастья надо, — заметила Руни, выкатившись из бумажного свёртка.

— Ну извини, что разочаровала, — легко рассмеялась я.

Не стоит, наверное, рассказывать, что весь мой прежний гардероб можно было уместить в одну большую сумку.

— Прошу меня простить, — откашлялся некромант, скромно стоящий в сторонке всё время, пока я раскладывала обновки по огромной кровати. — Но вам желательно примерить все вещи, чтобы я смог активировать бытовую магию, наложенную на них.

Ась? Кого позвать? Какая такая бытовая магия?

— Ну ты темнота, демон Стася, — хохотнула меховушка. — По размеру одежду и обувь подогнать.

— А сразу шить разные размеры не пробовали? — уже не так радостно оглядела я приобретения. Это же сколько раз мне переодеться-то придётся?

— Шьют, как не шить, — ответила Руни. — В салонах по меркам шьют, но мы же не в салоне. Да и откуда в нашей дыре салоны?

Ещё один факт в копилку знаний. Замок в дыре.

Хотя про лавки готового белья тоже оказалось познавательно. Я даже восхитилась продуманности производителей. Вместо разработки и внедрения единой системы размеров, они пошли другим путём — наняли на работу магов. Вроде и дороже получается, но в моменте. Нет необходимости отшивать маловостребованные размеры и ростовки для пополнения ассортимента — нет зависших в товаре оборотных средств. Всё в плюсе, включая клиентов. Одежда сидит идеально, цены тоже не кусаются.

— Жалко, что магией только подогнать можно, а не изменить полностью, — расправив на покрывале панталоны, больше напоминающие парашюты, покачала я головой, с сожалением вспоминая серый спортивный комплектик, который Мона прихватила с концами после вчерашней ванны.

— Позовёте, когда будете готовы, — резко отвернувшись к стене, пробормотал маркиз.

Мы с Руни переглянулись и чуть не засмеялись в голос обе. Подумаешь панталоны, да у них такая длина и плотность, что в люди выйти не стыдно. Да и фон Гравис смешил, отвернуться он отвернулся, а вот из комнаты не вышел.

— Комплектами надевать? — почему-то шёпотом уточнила у меховушки, на что получила утвердительное ворчание.

Ну и ладно, комплектом так комплектом, успею ещё при желании шокировать маркиза.

Корсеты я отложила отдельно. Не готова я была их носить, не в том качестве, во всяком случае, как предполагала здешняя мода. В качестве самостоятельного элемента одежды — пожалуйста, в качестве элемента соблазнения — конечно. Да и крой у них был, скажем прямо, специфический. Несчастную грудь не просто поднимало, её расплющивало так, что она стремилась к подбородку, при этом полностью теряя аппетитные выпуклости.

Да и носить три слоя ткани было непривычно. Дурацкий корсет ещё и не на голое тело натягивался. Страшно представить, какие под ним образуются заломы и раздражения на коже от постоянного трения складок нижней сорочки. К моему великому сожалению, до приталенных силуэтов сорочек мода ещё не дошла.

А вот повседневные платья мне понравились. Да, длинные, но не сковывающие движения, да и никаких кринолинов под них надевать не требовалось. Во всяком случае, в готовых вариантах, рассчитанных на зажиточных горожан и мелкую аристократию.

Возможно, я и обзаведусь парочкой вычурных нарядов на выход, но точно по своему вкусу. Ну или не обзаведусь в принципе. Лучше уж изображать бедную сиротинушку, чем превращаться в абсолютно плоскую доску, ещё и испытывая дискомфорт при этом.

— Надеюсь, у вас брить лбы не принято, — вдруг передёрнула плечами, вспомнив, что видела такое ужасающее сочетание на уроках истории.

— Зачем? — осторожно уточнила Руни, откатываясь от меня подальше.

Вот какая она тьма, если шарахается от меня постоянно?

— Для красоты, — буркнула я. — Для очень странной красоты.

Судя по озадаченной морде меховушки, воображение у воплощения магии работало отменно. Да и у подозрительно покашливающего маркиза тоже.

— Это на это, а затем вот это? — переводя тему, потыкала я пальцем в одежду, уточняя очерёдность слоёв.

Не то чтобы у меня оставались сильные сомнения, но хотелось выбросить из головы образы средневековых гротескных красавиц со странными конструкциями на головах вместо шляп.

А дальше я искренне порадовалась тому, что полки в гардеробной останутся полупустыми. Наряды были не сказать чтобы сложными, и я вполне справлялась с их сменой самостоятельно, но это вам не трикотажное платье натянуть поверх бесшовного комплекта белья. Завязочки, оборочки, шнуровочки. Жуть, одним словом.

Маркиз придирчиво рассматривал облачение, после взмахивал рукой, и начиналась магия. По ткани проносился ворох искорок, оставляя после себя отчётливый запах озона, и одежда приходила в движение. То тут, то там что-то подтягивалось, натягивалось, а когда волшба заканчивалась, на пол оседали обрывки ниток и разноцветные лоскутки.

И если в первый раз я впала в ступор и могла только ошарашенно моргать и хватать воздух ртом, то на второй раз меня порвало на тысячу вопросов от любопытства. Вот только объяснить принцип действия чуда — чудного никто не мог. Не владели такими тайнами некромант и его пушистая компаньонка, не тот профиль.

— Как будут готовы документы, сможем наведаться в столицу и докупить всё необходимое, — обрадовал меня фон Гравис, когда на кровати сиротливо остались одни лишь корсеты, а я застыла в тёмно-коричневом брючном костюме, который наотрез отказалась снимать.

И так он это воодушевлённо заявил, что я даже возмущаться не стала. Ну хочет проявить человек заботу, да и пусть. С меня не убудет, если я пару часов поработаю живым манекеном. Мальчики тоже любят играть в куклы, чего уж тут.

— Составите мне компанию за обедом? — очаровательно улыбнулся маркиз, а я чуть языком с досады не цокнула.

Обед, как же, корм для скота, и тот выглядит аппетитнее, чем блюда мёртвого шеф-повара.

У дверей в трапезную я тяжко вздохнула, представив очередной кулинарный шедевр. Вот что-что, а вкусно поесть я любила, хотя сама особым мастерством не отличалась.

— Не переживайте, — усмехнулся сиятельство, заметивший мои мучения. — Обед сегодня из трактира. Успел заказать навынос, пока в лавке собирали наряды.

— И часто вы пользуетесь услугами доставки? — поинтересовалась я, следуя за мужчиной в залу, наполненную удивительно приятными пряными ароматами.

— Практически всегда, — отозвался маркиз, усаживая меня за стол на соседнее с хозяйским место. — Но чаще ем в гарнизоне. Еда там хоть и простая, но сытная, а я не привередлив.

— Сбегаете от собственного повара? — игриво пожурила я мужчину.

За Бранда мне обидно не было — повар он никудышный, а вот как подсобный работник на кухне просто незаменим. Усталости не знает, от температур не страдает, даже запахи ему не докучают — мечта, а не работник. Жаль только обучить нежить чему-то новому невозможно.

— Что? — сначала искренне растерялся некромант, но тут же уловил в моих словах подколку. — Да нет, просто редко бываю в замке. На границе мой дар куда нужнее. Лишь в последние месяцы стал чаще здесь появляться.

От дальнейших пояснений маркиз тактично увильнул, жестом подозвав скелета с бабочкой. Лакей моментально принялся наполнять глубокие тарелки исходящим паром рагу. Или не рагу, но мне было уже всё равно.

— М-м-м, как пахнет, — вполголоса простонала я, получив свою порцию, а желудок болезненно сжался.

Мужчина не стал томить меня в тягостном ожидании и сноровисто расправил салфетку на коленях, дав знак к началу трапезы. А я, собственно, только этого и ждала. И мой несчастный, изголодавшийся желудок тоже.

Рагу оказалось превосходным. И пироги не подвели. И даже чай, поданный к этой самой выпечке, был ароматным. Не ресторан высокой кухни, конечно, но положа руку на сердце, кому этот ресторан вообще сдался?

— Жаль, что я не очень хорошо готовлю, — с сожалением заметила я, тайком отдуваясь и отодвигая пустую тарелку.

— Яичница была хороша, — подбодрил меня некромант, лениво постукивая ложкой по чашке.

— Она стоила мне нескольких седых волос, — честно призналась я. — Боюсь представить, во что обойдётся праздничный ужин.

— Постараюсь найти повара, — помрачнел маркиз. — Это непросто, но может удастся переманить поварёнка какого-нибудь или трактирщика.

— Так может, выкопаем нового? Заодно и штат слуг не мешало бы расширить. Одной Моне точно с целым замком не справиться. А ваш Клод, уж простите, только за бабочкой своей и ухаживает, — выпалила я на одном дыхании.

Рядом обиженно щёлкнула челюсть, и я потупила глазки. Не хотела же дворецкого подставлять, как минимум с ролью официанта он справлялся на отлично. Но понесло куда-то на волне охватившего ажиотажа.

— А вы думаете, на моих землях под каждым кустом покоится труп приличного повара? — насмешливо уточнил фон Гравис, но сдаваться я не собиралась.

— А вам обязательно со звездой Мишлена? — фыркнула я. — Вы что, каждый вторник приёмы на тысячу персон устраиваете?

Некромант открыл было рот, но уже через мгновение смотрел на меня в полной готовности внимать моей иномирской мудрости. Быстро соображает!

— Нам нужна вкусная, полезная еда, и причём не в промышленных масштабах, — прищурившись, дала ему шанс козырнуть сообразительностью.

Но вместо предположений сиятельство подпёр рукой подбородок и проникновенно протянул, сбивая меня с делового настроя:

— Мне нравится, как вы произносите «нам».

— И нам, и вам, — опешив от таких переходов, проворчала я. — Ну так что, мысли есть?

— О поваре? — усмехнулся фон Гравис. — Ни единой.

— Нам подойдёт домохозяйка! — победно вздёрнула палец вверх, не поддавшись на провокацию.

Я, конечно, не против лёгкого и необременительного флирта, но, если честно, еда всё-таки важнее.

— И как вы предлагаете мне отнимать почтенную мать семейства у её наследников?

— Денег дать? — легко пожала плечами.

Чужой мир, родной — неважно. Деньги есть деньги.

— Предлагаете выкупить чью-то мать? — изумился маркиз.

— Ой да бросьте, люди везде люди, — отмахнулась я. — Ну или найдём скелета без живой родни.

Чуть было не ляпнула о постоянных нападениях на его земли, но вовремя прикусила язык. Вряд ли некроманта обрадуют упоминания о потерях среди его людей.

Маркиз задумчиво побарабанил пальцами по столу, не сводя с меня проницательного взгляда, а потом резко кивнул:

— Допустим. А что с остальной прислугой? — Его пальцы замерли в воздухе. — И главное… а зачем вам эти хлопоты?

— Отблагодарить? — неуверенно ответила я. — Самой в грязи не жить?

Знала бы я ещё ответ на его главный вопрос. Хотя кому я лгу. Знала я ответ. Просто хотелось сделать ему приятное. Но не скажешь же такое вслух, решит ещё, что из жалости стараюсь.

— То есть, вы планируете здесь жить? И планируете заняться замком? — расплылся в довольной улыбке фон Гравис и ловко увернулся от брошенной салфетки.

И только когда ткань мягко опустилась на пол позади маркиза, до меня дошло, что я натворила. Он, конечно, на злодея не похож, разве что только в первые секунды знакомства. Но и кидаться чем ни попадя во владетеля гиблого там чего-то и великого кого-то, явно не самая лучшая идея.

— Простите, пожалуйста, ваше сиятельство, — пролепетала я, втягивая голову в плечи и отчаянно жалея, что не родилась черепашкой.

— Ничего, — рыкнул фон Гравис и швырнул свою салфетку на стол. — Жду вас в библиотеке.

Гулко сглотнув и боясь пошевелиться, я смотрела вслед стремительно удаляющейся фигуре. Очень стремительно…

Маркиз Кайрен фон Гравис

Как только тяжёлые двери ударились о стены трапезной, я ретировалась на кухню. Не сбежала, нет! Стратегически отступила.

Очевидно же, что своей выходкой перешла какую-то невидимую черту. Даже подозревала какую, но время вспять не повернёшь. Так что оставалось придумать, как загладить свою вину. Желательно было ещё запомнить этот промах на будущее, но тут я за себя поручиться не могла. Ну не получалось у меня воспринимать некроманта как маркиза. Мужик и мужик. Ещё и с тараканами в голове, как оказалось.

— Субординация, чтоб её! — прошипела я сквозь зубы и пулей влетела в царство котлов и поварёшек.

Бранд, застигнутый врасплох, выпустил из костлявых пальцев огромный кочан капусты, и тот с плеском рухнул в кастрюлю. И чтобы вы думали? Скелет перевёл взгляд на меня, на котёл на плите, да и взял со стола новый кочан, даже не подумав исправить оплошность.

— У тебя упало, — холодно заметила я, снимая фартук с крючка.

По-хорошему бы стоило переодеться, а не пачкать свой единственный брючный костюм, да и запахи натуральная ткань впитывает с молниеносной скоростью. Но злость на себя требовала выхода прямо здесь и сейчас. Знаю я себя, пока до своих покоев доберусь, пока переоденусь, уже успокоюсь и не видать тогда извинительного ужина. А извиняться куда проще, когда у собеседника рот занят. Хоть в ответ сразу не пошлют.

Пока я резкими движениями повязывала засаленный фартук, Бранд меланхолично крошил капусту, так и не выудив из котла утонувшую. И что главное — полностью проигнорировав моё замечание!

— Либо ты меня слушаешься, либо я на твоих костях сварю бульон! — гаркнула я и схватила котёл с огня.

Ох, еле удержала.

Совсем злость глаза застила. Разве не видела, что котёл литров на десять, а то и пятнадцать? Разве не заметила, что он до краёв полный? Чем только думала?

Хорошо, что на адреналине сил хватило поставить ёмкость на пол, почти не расплескав. Мне бы точно душ из кипятка на пользу не пошёл, я же не скелет. Это ему уже наплевать на ожоги. Что Бранд с готовностью и продемонстрировал, бесстрастно запустив руку в кипяток и выудив оттуда злосчастный кочан, уже порядком размякший.

— Спасибо, уже не надо, — отодвинула костлявую конечность от лица.

Ладно ещё рука, скелет, как ни странно, запаха вообще не имел, а вот влажная, недоваренная капуста откровенно пованивала. Не любила я капусту, чего уж тут. А она даже в новом мире меня преследовала.

— Выкинь бяку, — скривилась я и отошла в сторону, глубоко вздохнув.

И чего такой кипишь навела? Ну не местная я, какой с меня вообще спрос? Но извиниться всё равно стоит.

Ещё утром я приметила большие лотки с овощами, но нос в них не совала, кушать больно хотелось. И вот сейчас настало время изучить дары природы пристальнее. Выбор блюд у меня и так ограничен, а с поправкой на доисторическое оборудование так и вообще скудный. Разве что супы в таких условиях приготовить нетрудно. Но кто ж на ужин ест суп?

Сортировать овощи пришлось методом тыка, вооружившись ножом для удобства. Не все корнеплоды оказались схожи внешне со своими земными аналогами. Морковь, например, больше напоминала свёклу. Кругленькая такая, пузатенькая, и совершенно не жёлтая. Морковь в Фелрисе радовала глаз поросячьим розовым цветом. А вот картофель внешне больше смахивал на батат, но к моей великой радости, только внешним видом, а вкус сохранил самый обычный, ни разу не сладкий.

С нахождением картошки вопрос с гарниром отпал сам собой. Вот что трудно испортить даже костром, так это картофель. А вот мясная часть ужина оказалась в подвешенном состоянии. Ничего в голову кроме шашлыка не приходило, но какой шашлык на кухне? Печь не мангал, да и шампуров и в помине нет. Жаркое? Барбекю? Так и решётки тоже нет.

Как-то раньше готовили же в таких условиях. Вот знать бы ещё как. Что там в печь ставили в сказках, горшки? Откуда бы мне иметь такие знания, даже в доме у дедушки и то стояла нормальная газовая плита.

Взгляд беспорядочно блуждал по развешанной утвари, пока не остановился на глубокой чугунной миске. Или как там называется глубокая сковородка? Вок, сотейник? Знать бы ещё, в моей классификации были только блинные, гриль и все остальные.

— А крышки к посудинам есть? — уточнила у сорвавшегося в угодливом порыве скелета.

Удобная функция — этот его спящий режим. Где оставил помощника, там и найдёшь. И никаких лишних метаний под ногами.

Крышки нашлись, как и мелкие птички в морозильной комнате. Как уж назывались они при жизни, мне было неведомо, но на вид вполне себе съедобные, даже мясо на костях в наличии имелось.

— Вот, будет у нас на ужин… э-э-э… птица, — нашлась с определением я и прихватила с десяток тушек из морозилки.

Помыть, обтереть, отделить крылья, не так и трудно. А вот на заготовку овощей я без зазрения совести поставила Бранда. Грех не использовать такого подручного, ножом в отличие от вкуса он владел идеально. И шкурки тонкие с картофеля срезал, да и поросячью морковь шинковал такой толщины, что не каждая тёрка справилась бы.

— Отлично! — с чувством похвалила я старательную нежить и плюхнула котёл с картошкой на очаг.

И если с картофелем особых проблем не было, стоит себе на плите булькает, то птица поставила в тупик. Как готовить-то? Жарить? Тушить? А если запечь, то как? У меня в наличии дровяная плита с чугунными плитами, натуральная печь из русских сказок и что-то вроде камина с кучей разнообразных крюков, вбитых в кладку.

— Тушить так тушить, — заключила я, не решившись на эксперименты с печью.

Но узнать точно надо, как всем этим богатством пользоваться. А ещё лучше, разузнать про возможность переоборудования кухни. Магией они одежду на поток шьют, а готовят в печах? Ой, что-то я сомневаюсь. Наверняка есть и магические чайники, и микроволновки, а может, и мультиварки.

Ну это ладно, успеется ещё, если хрупкий мир с маркизом будет восстановлен. А для начала разговора мне просто необходимо приготовить что-то съедобное и желательно с завлекательным запахом. Кто станет рычать на человека, который приготовил для тебя ужин?

— Соль, перец, чеснок… О, чеснок! — на всю кухню радостно вскрикнула я и перепугала Бранда.

Вот хорошо, что у скелета глаз нет, а то нервный тик был бы ему обеспечен.

Готовила я по наитию. Морковь обжарила в отдельной небольшой посудине, туда же добавила найденные специи, залила водой почти до краёв и бухнула пару головок чеснока. Оставив будущий соус томиться, взялась за мясо. Куски птицы решила сперва обжарить на сухой сковороде. А когда кожица приобрела приятный золотистый оттенок, пусть и местами неравномерный, залила подрумянившие куски соусом и накрыла крышкой.

Картошка к этому моменту подоспела, и мне оставалось только слить отвар, что я по глупости поручила скелету.

— Стоять! — вовремя успела я гаркнуть на весь замок, когда Бранд без затей начал переворачивать кастрюлю с картофелем над раковиной. Без крышки! В пустую раковину! — Не выбросить! Слить!

Нет, нам определённо нужна толковая прислуга! Нам⁈ Быстро же я определилась с планами на будущее.

— О, демон Стася, а чем так вкусно пахнет? — прямо по центру огромного стола появилась Руни.

И правда, чем? Горит!

Даже представлять не хочу, сколько калорий я лишилась за одну неполную смену у плиты. И птицу спасти, и картошку отобрать, и заправку для салата придумать, и по тарелочкам всё красиво разложить. Впору было пожалеть, что не сбежала из школы в кулинарный техникум, как проще бы мне жилось сейчас.

— Позови его светлость к столу через два часа, — устало попросила я Руни, когда на длинном столе красовались готовые блюда.

— Ой! — вдруг вскрикнула меховушка и округлила без того огромные глаза.

Не понравилось мне это «ой».

— Неужели Кайрен наконец-то обзавёлся прислугой? — прозвучал голос от дверного проёма.

Я резко подняла голову и столкнулась взглядом с незнакомцем. В дверях, вальяжно облокотившись об косяк стоял высокий брюнет. Расшитый золотыми нитями камзол, трость в руках, и настолько снисходительное выражение лица, что распознать в нём аристократа не составило труда.

— Деревенская, что ли? — презрительно скривился молодой мужчина и, не дожидаясь ответа, шагнул к столу.

Как в замедленной съёмке я смотрела, как длинные, холеные пальцы, унизанные перстнями, подхватывают с подноса вилку. Как эта самая вилка нерешительно зависла над блюдом. А потом этот нахал, взял и ткнул вилкой прямо в моё мясо. Ну то есть не моё, конечно, а птичье, но я столько времени и нервов на него потратила, что переживала за него, как за родное.

— Лорд Даррен, какими судьбами? — отмерла Руни и выкатилась вперёд, заняв стратегическое место между мной и чужаком.

Не удостоив меховушку ответом, Даррен подцепил ещё кусочек, а потом ещё один. Просто стоял и жрал, пока я закипала от злости. Но что я могла? Мало ли кто этот лорд, раз позволяет себе настолько по-хозяйски вести себя у маркиза в замке. А у меня даже документов нет.

— Кай где? — бросил он, небрежно вытирая губы салфеткой. — А неплохо. Не столичные повара, конечно…

Его взгляд скользнул по взлохмаченной мне, отметив и перепачканный фартук, и растрепавшуюся причёску, и горящие от температуры в помещении и злости щеки. А потом его губы дрогнули в намёке на улыбку:

— Хоть не дохлятина готовила.

Сомнительный комплимент, конечно, но рта я благоразумно не открыла, только пониже склонила голову и всем своим видом старалась излучать положенную прислуге покорность. Не в моём положении огрызаться.

— Занят хозяин, — тем временем воинственно распушилась Руни. — А конкретно для вас и вовсе умер.

Ого, какое гостеприимство, однако. Хотя не осуждаю, вот вообще ни разу.

— Это мы ещё посмотрим, — дерзко хмыкнул лорд и потянулся за салатом.

Он что, сюда пожрать явился? Но возмущалась я про себя и аккуратно пятилась задом к выходу, заодно подманивая за собой Бранда. Чёрт его знает, сколько тут таких проходимцев теперь шатается. А скелет же в прошлом боевой маг, всяко больше моего в самообороне смыслит. Да и его в конце концов хоть починить можно, а меня — не факт.

Я отступала, Руни возмущённо пыхтела, Бранд шаркая по полу, тихонько следовал за мной, а гость сосредоточенно уплетал мой салат. Надеюсь, целая миска его надолго отвлечёт и хватится он меня только когда я доберусь до фон Грависа.

Ну а куда мне ещё бежать и кого звать на помощь? Тем более там Руни осталась, а она точно маркизу не чужая и её на растерзание незваным гостям он не оставит. А то вдруг, лорд сейчас салат дохомячит и одной пушистой врединой закусить решит. Нет уж, надо вызволять меховушку.

— Оригинально, — облизнувшись, произнёс мужчина, старательно не замечая ворчания Руни. — Нет, правда, даже не ожидал.

Я замерла на всякий случай, успев почти добраться до выхода. Не от похвалы, конечно, предпочла бы услышать это из других уст, а вот внимание на живую повариху лорд вполне мог переключить.

Помощь пришла откуда не ждали. Бранд, успевший поравняться с лордом, что-то прикинул в своей пустой черепушке и вдруг схватил со стола тарелочку с мясной нарезкой и с видом заправского подавальщика, протянул закуски лорду.

— Пойдёт, — одобрительно хмыкнул Даррен, повернувшись ко мне спиной, и я сорвалась с места.

Не дыша, практически одним прыжком, вылетела из кухни и побежала по тёмному коридору, не обращая внимания на топот, гулко отражавшийся от каменных сводов.

А за одним из поворотов врезалась во что-то твёрдое, горячее, но главное — живое.

— Осторожнее, леди, — пожурил меня маркиз. — Так ведь и разбиться нетрудно.

Сильные руки обвили талию, но переставлять меня никто не спешил. А я только малодушно порадовалась этому факту и уткнулась носом в грудь сиятельства, переводя дыхание.

— У вас там гость адресом ошибся, — запальчиво выдала я, немного прейдя в себя.

— А куда он целился? — усмехнулся маркиз.

— Ну, судя по манерам — напрямик на погост.

Некрасиво, знаю. Но не смогла удержаться, уж больно этот лорд бесячий.

— Очень метко, — улыбнулся мужчина. — Даррен предпочитает не расточать любезность на всех окружающих.

— Очень дипломатично, — отметила я, решив не развивать тему социального неравенства.

Спасибо, хватило выходки за обедом, чтобы чётко уяснить: границы есть, и за них лучше не выходить.

— Даррен ничего вам не сделал? — заботливо поинтересовался некромант.

— Только напугал, — честно призналась я.

Про праведный гнев в отношении птичек решила умолчать. Зайди он, как нормальный человек через дверь, всё равно же пришлось бы делиться.

— Леди… К чёрту! Анастасия! — вдруг сильнее сдавил меня маркиз. — Я решительно обязан объясниться!

Угу, самое время же. У нас тут того и гляди нелегалов обнаружат, и ведь даже на депортацию рассчитывать не приходится. А мы отношения будем выяснять.

— Давайте за ужином, — смиренно предложила я, добавив себе под нос: — Если от него хоть что-то останется.

— Анастасия, — словно не услышав меня, продолжил фон Гравис. — Я не хотел вас напугать или оскорбить. Надеюсь, вы сможете простить мне поспешное бегство из трапезной?

А вот сейчас не поняла.

И, кажется, я это вслух сказала, потому что получила ответ, которого не ожидала:

— Я не хочу, чтобы вы меня боялись.

— Кажется, мы друг друга не поняли, — задумчиво протянула я. — Но давайте мы наши разногласия обсудим позже. У вас там гость в кухне хозяйничает.

— Принесла же его нелёгкая, — скривился маркиз и, продолжая обнимать меня, неожиданно спросил: — Я могу рассчитывать на ваше содействие?

«Да что угодно проси, искуситель ты клыкастый» — чуть не мурлыкнула я, но ограничилась скупым кивком.

— Добрый вечер, Даррен, — холодно поприветствовал гостя маркиз, как только мы вернулись на кухню.

Аж мурашки от такого тона по коже пробежали. Как-то очень резко захотелось оказаться от места будущих разборок подальше. А они точно намечались, чуйка на неприятности меня редко подводила.

Незваный лорд подобрался и даже тарелку от себя отставил.

— Кузен, как я рад тебя видеть! — наиграно радостно воскликнул мужчина.

Вот только даже мне понятно было, что никакой радости оба мужчины от встречи не испытывают.

— Что заставило тебя отправиться в столь далёкий путь? — маркиз буквально прожигал взглядом родственника.

— Тебе ли не знать? — криво усмехнулся Даррен и как-то не очень добро покосился в мою сторону.

Ясненько, дело наверняка семейное и деликатное, а тут лишние уши и глаза. В общем, я попробовала незаметно ретироваться, но мой побег был решительно остановлен фон Грависом, прихватившим меня за талию.

— Стейси — моё доверенное лицо и управляющая моими землями, — отрезал некромант и для доходчивости подтянул меня к своему боку. — У меня нет от неё секретов.

Даже дураку был бы очевиден такой толстый, даже жирнючий намёк на род наших гипотетических отношений.

Эх, маркиз, маркиз. А вчера таким соловьём разливался о важности репутации, а чуть что, сразу в любовницы записал. Не то чтобы меня так это задевало, да и посодействовать в этом балагане я обещала, но обидно немного всё-таки стало.

— Хорошо, — лорд гость кинул в меня крайне неодобрительный взгляд, но нехотя смирился с моим присутствием. — Я хотел бы обсудить с тобой некоторые моменты, касательно… — забарабанил он пальцами по столешнице.

— Смелее, Даррен, — подтолкнул его маркиз. — Называй вещи своими именами. Поверь, Стейси прекрасна осведомлена о недальновидности и несдержанности знати.

О, так этот обжора пришёл деньги клянчить! И судя по радушному приёму, далеко не в первый раз.

— Да причём тут недальновидность, — дёрнул лорд плечом. — Ты же тоже получил волю нашего мудрейшества?

— Получил и согласен взять на себя обязательства в течение года, как и предписано, — равнодушно ответил маркиз.

Даррен немного сник, явно рассчитывая на другой ответ, но быстро взял себя в руки и зашёл с другой стороны:

— Но балы, приёмы. Это непомерные траты.

— Да, и игорные клубы с ними, конечно же, не сравняться, — хмыкнул фон Гравис. — Чего ты хочешь, Даррен?

— Заём, — пересилил себя брюнет.

— Хочу тебе напомнить, дорогой кузен, заём — это то, что возвращается.

Туше. Гость точно повержен и обезврежен.

— Ты не понимаешь! — взревел Даррен. — У меня три сестры, твоих кузин, между прочим, и всех нужно собрать на эти дурацкие приёмы. Платья, шляпки, туфельки… Траты растут как снежный вал.

— Вас никто не обязывает пускать пыль в глаза, дорогой родственник, — логично заключил маркиз.

Про меня, кажется, временно забыли, и я попробовала повторить манёвр с отходом снова. Неприятно, знаете ли, оказаться не просто в эпицентре разборок, а семейных распрей, да ещё и из-за денег. Есть в этом что-то унизительное, причём для всех участников, а уж для случайных свидетелей и подавно.

— Это необходимо, — упрямо стоял на своём Даррен. — Это же не просто королевский бал. Это смотрины! Всех завидных невест со всего королевства сгонят ко двору. Ты хочешь, чтобы твои сёстры выглядели нелепо⁈

О, манипулирование чувством вины пошло.

— У них есть более заинтересованные родственники, — отбрил нападение маркиз и глазом не моргнув.

Так и потянуло похвалить фон Грависа. Никогда не понимала, как один-единственный наряд, ну ладно, пусть парочка, способны повлиять на выбор жены. Как можно не распознать подлог? На приличный туалет можно накопить, занять, да хоть украсть наконец, но это же не показатель благонадёжности. Тем более, если всё общество в курсе, что невест собирают как в последний путь.

Да и родители тоже хороши, о будущем дочерей совсем не беспокоятся. Обманут потенциального жениха, затянут под венец, а дальше будь что будет? Что сделает новоиспечённый муж, когда узнает, что кроме парочки булавок, у жены и нет ничего? Может, и не убьёт, конечно, но поиздевается вдоволь. И в чём-то я даже была готова оправдать такие методы. Сами то девочки с чего решили, что главное — выйти замуж? Кто им такую глупость в головы вбивает? А, ну да, риторический вопрос, сами же родители и вбивают, чтобы живой товар вдруг не взбрыкнул и рта до назначенного срока не открыл.

Мерзость, одним словом.

— Но у нас нет средств обеспечить им достойное будущее!

— Пусть идут работать, у них хорошее образование. Во всяком случае, именно я оплачивал им пансион, если ты не забыл, — равнодушно пожал плечами некромант, покосившись на меня. — Или ты можешь взять на себя столь почётную миссию, раз считаешь, что твоих сестёр без доплаты не возьмут.

Браво, маркиз!

По-человечески неизвестных мне девочек было немного жаль, но ведь у них действительно был выбор. А раз они не ушли, не сбежали от этой унизительной процедуры со смотринами, то их участь живого и годного только на разведение товара вполне устраивает. Грубо? Зато правда. И маркиз всё верно обнаглевшему в край кузену ответил. Некоторых необходимо приземлять. Жёстко и резко.

— Это невозможно! Работать⁈ Может ещё на паперть пойти⁈ Или сразу в дом утех⁈ — вспылил Даррен. — Они благородные леди, а не какие-то… содержанки! — выплюнул в мою сторону этот спесивый хам.

Возмутиться бы, но гость удивительно попал точно в яблоко, пусть и случайно. От пары нарядов маркиз, конечно, не обеднеет, да и я наглеть не собираюсь, но ведь род отношений не суммами определяется.

— Всё сказал? — холодно спросил маркиз, задвигая меня себе за спину.

Быть объектом ссоры не очень приятно. Особенно в роли статиста. Тем более, когда меня на эту роль просто назначили за неимением альтернативы. Ну ясно же, что Даррену нужен был повод спровоцировать маркиза на банальный мордобой, чтобы с чистой совестью потом вытрясти с него моральную компенсацию.

А вот от маркиза я ожидала большей выдержки. Не настолько уж сильно меня оскорбили. Или дело не во мне? Может, Даррен его оскорбил своими намёками? Да не, бред какой-то. Маркиз сам дал понять кузену, что я тут не просто на кухне подрабатываю, значит, догадывался, как именно меня воспримет Даррен. Да и не женой же назвал, это для брака нужны титулы, статусы, репутации и прочие светские атрибуты, а любовницу можно выбрать и без стопки верительных грамот.

Но, кажется, чаша терпения у некроманта переполнилась, и неосторожно брошенные кузеном слова попали на благодатную почву. Только вот мне то что делать? Разнимать, скандировать кричалки, вызывать огонь на себя? Как бы хуже не сделать.

— Всё, — выдавил из себя Даррен, пока я лихорадочно обдумывала план действий. — Не ожидал от тебя такой подлости, кузен.

Ох, только посмотрите на него. Как чайка: «Дай-дай-дай». А спасибо хоть раз сказал? Что-то я в этом сильно сомневаюсь.

— В таком случае не задерживаю, — посторонился маркиз, вдавив меня в стенку и значительно перекрыв широкой спиной обзор.

— Что, даже не пригласишь разделить с тобой трапезу? — опешил лорд и, кажется, даже искренне.

— Ты уже отужинал, — безапелляционно ответил маркиз.

Невольно бросила взгляд на разорённый стол. И вправду отужинал, причём за всех.

— Ты действительно поставишь какую-то… прислугу, выше семьи? — прошипел лорд кузен.

— Я ставлю уважение и честь превыше всего, дорогой кузен, — холодно ответил маркиз. — Тебе этого, видимо, не понять.

— Да какое уважение к этой… — пискляво воскликнул Даррен, но договорить он не успел.

И без того напряжённый как пружина, фон Гравис взял и немудряще двинул ему в челюсть. Без замаха, без предупреждения, просто взял и одним коротким ударом отправил невоспитанного родственника в нокаут.

— Живой, паскудник, — выкатилась из-за ножки стола Руни. — Хозяин, а давай его прикопаем, а потом сортиры чистить в казармы отправим?

— Нет уж, — хмыкнул некромант. — Солдаты мне ничего плохого не сделали. Отправь его в карету и забери ключ от внешнего заслона.

Что-то мне подсказывало, что кошелёк маркиза захлопнулся перед Дарреном навсегда вместе с дверями замка.

— Ну хозяин, — заскулила Руни. — Давай тогда просто закопаем. Плохой же человек, сам же знаешь, не успокоится он.

Бранд ответа дожидаться не стал и подхватил бесчувственного лорда на руки. Маркиз, впрочем, отвечать тоже не собирался.

— Я должен принести извинения за поведение этого человека, — обратился он ко мне. — В очередной раз вы пострадали из-за меня.

— Не стоит, — покачала я головой. — Вы не в ответе за действия своих родственников. Родственников вообще не выбирают.

— К сожалению, вы правы, — горько усмехнулся мужчина и подошёл к столу.

Ну вот, совсем мужик скис. Приятно, конечно, когда за твою честь и гордость вступаются, тем более таким радикальным способом, но не факт, что дело именно во мне.

— А что с вашими кузинами?

— Да ничего, — пожал плечами некромант. — Они не маленькие девочки. Я оплатил им учёбу, выделяю ежегодное содержание. Но решать за них я не собираюсь, я им не отец и не нянька, — фон Гравис совсем сгорбился и взъерошил волосы. — Анастасия, мне очень жаль, что вы стали свидетелем этой безобразной сцены.

Не удержалась и осторожно погладила фон Грависа по руке. Совсем легонько, стараясь не нарушить личных границ. Но такой реакции я предугадать не могла.

Собственно, прикосновение сорвало какой-то стоп-кран, и маркиз поделился наболевшим. Не так уж и много, но на середине рассказа я сама уже готова была догнать Бранда, и от души добавить Даррену.

«Девочки» оказались вполне себе взрослыми кобылами. Девушки-тройняшки. Все три одарённые, в меру симпатичные и без меры нахальные. Да я в их годы уже имела диплом, работу и отдельное жильё. Да-да, этим великовозрастным девицам на выданье было по двадцать четыре годика. Двадцать четыре! А они все сидели на шее у кузена, ещё и понукать не забывали!

Конечно, стоит сделать поправку на продолжительность жизни. Магически одарённые в Фелрисе, оказывается, живут почти вдвое дольше, чем простые люди. И сто пятьдесят — это далеко ещё не долгожитель. Но в любом случае кузины у маркиза — инфантильные дурочки, и ничто меня не убедит в обратном.

Да ладно кузины, они в силу воспитания вполне могли видеть единственный верный путь — к алтарю, на Земле-то и то есть приверженцы патриархальных устоев. Но был же ещё и сам кузен. Этот нахальный тип оказался прилично так меня старше, почти на десять лет. Мужику почти сорок, а он только и делал, что веселился и проигрывал чужие деньги. Правильно, свои-то, включая приданое сестёр, он уже давно проиграл. И держалось всё семейство на плаву только благодаря щедрости фон Грависа. А деньги ему не с неба падали, между прочим.

Доходов с земель практически не поступало. Не хотели крестьяне и ремесленники селиться неподалёку от границ с нежитью. Так что налоги, содержание армии и прочие накладные расходы существенно сжирали поступающее от короны вознаграждение. А тут ещё и семейка не гнушалась тянуть из фон Грависа средства на собственное беззаботное существование.

Вот и какими словами их после этого назвать?

За территорию маркизата стало неожиданно обидно. Судя по тому кусочку сада, что был виден из моей комнаты, за пределами замка далеко не пустыня, и не болота, вполне себе плодородная земля. Узнать бы поподробнее, но прежде чем лезть в чужие дела со своими новаторскими для Фелриса идеями, стоило прояснить один немаловажный вопрос, от которого зависят дальнейшие планы.

— Ваше сиятельство, вас пригласили на смотрины для выбора жены?

— Да.

— И вы собираетесь выполнить волю монарха?

— Я совершенно не против выполнить его волю, — смотря прямо мне в глаза, огорошил меня маркиз.

Совру, если скажу, что не огорчилась.

Не он ли ещё вчера открещивался от договорных браков и не хотел иметь ничего общего со знатными девицами? А спустя какие-то сутки, сидит, уплетает ужин, приготовленный моими руками, и собирается ехать выбирать себе жену. И всё это с довольным видом.

— Я собираюсь исполнить волю короля и явиться на смотрины, и жениться я тоже собираюсь. Может, не сразу, конечно. Принуждать девушку к браку ниже моего достоинства, но обручиться придётся в течение года, — как ни в чем не бывало продолжал маркиз, удобно устроившись у стола и наворачивая остатки салата. — Только это не связанные между собой события, Анастасия. В указе нет ни слова о том, что моей женой должна стать одна из одобренных обществом невест.

Это он ловко, конечно, трактовку указа в свою пользу вывернул, но моей-то проблемы это не решало. Скорее даже усугубляло моё неопределённое положение. Ещё и чёткие сроки появились, когда меня под зад ногой пнут в новый и, возможно, негостеприимный мир.

Какая бы там жена ни появилась, да пусть даже невеста, меня отсюда быстренько ссаными тряпками погонят. В этом можно было даже не сомневаться. И хорошо, если только выходного пособия лишат, а могут и вперёд ногами вынести. Места тут дикие, свидетелей днём с огнём не найдёшь, тюкнут по голове канделябром и нет больше непонятной девицы в замке. А могут и яда ведь сыпануть, у меня иммунитета к отраве нет, как-то без надобности было.

— А отчего такие сроки? С чего вдруг такой семейный бум?

— Его Величество Рауль фон Бранинг не так давно вступил в брак… — пощёлкал мужчина пальцами, подбирая слова. — Её Величество Лилиана фон Бранинг, урождённая Таласира, принцесса Альсовии, старается развеять скуку и заодно осчастливить всех подданных.

— А на самом деле?

Явно же у таких мероприятий должно быть второе, а то и третье дно. Это ведь не просто вечеринка для золотой молодёжи. Не удивлюсь, если таким нехитрым способом новая королева пытается завоевать союзников в чуждом для себя королевстве. А может и наоборот разрушить сложившиеся годами фракции при дворе.

Чёрт его знает, политика — дело грязное, жёсткое и беспощадное.

— Я думаю, Её Величество хочет заручиться поддержкой тёмных магов, — подумав, ответил маркиз. — Конечно, поручиться за это утверждение я не могу, но факт, что обязали жениться только тёмных из очень небольшого списка, наводит на определённые размышления.

— Для остальных тоже удобная инициатива, ещё и сверху спущенная. Лишний повод показать лояльность короне и пристроить пятую дочь или седьмого сына, — подхватила версию я.

— Не лишено смысла, — согласился со мной фон Гравис. — Помолвка, заключённая под протекторатом короны, имеет свои выгоды. Например, не требуется устраивать балы, чтобы представить будущую пару обществу.

В общем, для поиздержавшихся дворян такие смотрины — подарок судьбы. А учитывая, что у каждого благородного семейства помимо своих детей есть ещё и дальние родственники, сиротки-воспитанницы и прочие не очень востребованные на брачном рынке барышни, то аншлаг будет обеспечен.

Да и сами невесты могут вполне благосклонно отнестись к союзам с тёмными. Маги — люди состоятельные, и для многих они единственный шанс заиметь безбедное будущее. Разве не достаточный повод, чтобы закрыть глаза на общественное порицание? Лучше терпеть шепотки за спиной сытой и хорошо одетой, чем осуждать других на голодный желудок.

Опустим тот момент, что за годы предвзятого отношения, у тёмных магов тоже накопились претензии к светлым, и не все готовы радостно вцепиться в первую же попавшуюся юбку. Но и ослушаться не посмеют, тёмные маги, как и военные, присягают короне на верность. Правда, выкручиваться им никто не мешает. И лазейка, которой уже мысленно воспользовался маркиз, могла появиться неслучайно. Не думаю, что монархам выгодно наживать себе врагов в лице тёмных магов по такому несерьёзному поводу. Но даже несколько удачно образовавшихся союза вполне могут стоить затрат на проведение балов.

Да и в любом случае короне положено устраивать всевозможные увеселительные мероприятия, почему бы не провести их с пользой для дела? Грамотные советники у монарха, ничего не скажешь.

— И когда начнутся смотрины?

— Через три месяца первый бал, — перейдя на основное блюдо, довольно отозвался мужчина. — Потом королевская охота, благотворительный концерт и закрытие сезона.

Три месяца. Три месяца, чтобы найти место в новом мире. Если подумать, не так уж и мало. За три месяца многое можно успеть сделать, даже в неспешном Фелрисе.

— Вам, наверное, стоит привести замок в порядок перед встречей с невестой, — через силу улыбнулась я. — Генеральную уборку провести, может, ремонт небольшой сделать, да и слуг надо бы нанять. Если хотите, в качестве благодарности за документы и гостеприимство я могла бы помочь с этим.

Это самое малое, что я могла сделать для маркиза, да и время между чтением книг не мешало бы чем-то заполнить, а то так голова опухнуть может. Ну а симпатия к маркизу? Да с чего я вообще взяла, что она взаимна? Сама придумала, сама же и решила не гнать лошадей, а теперь и некуда. А с благословением пусть сам разбирается, тем более что никаких разъяснений я так и не получила.

Маркиз нахмурился и даже вилку отложил в сторону.

— Анастасия, мне кажется, вы решили со мной попрощаться. Вам не нравится замок? Или вам не нравлюсь… я?

Сказать, что я растерялась — ничего не сказать. А где туманные намёки и хождение вокруг да около? Откуда только эта прямолинейность взялась?

— Трудно сделать определённые выводы за столь короткий срок, милорд, — попробовала увильнуть от ответа, заодно и догадку с обращением проверить.

Раз Даррен — лорд, то фон Гравис же милорд? У кого титул тот и папка? Да даже если и не угадала, то хуже всё равно не станет. Ну что мне маркиз сделает? В большой мир отправит? Так я и сама не слишком-то и против. Не хотелось бы стать свидетелем брачных игрищ между горячим некромантом и какой-нибудь благочестивой снулой рыбиной.

Ой знаю, нельзя так о совершенно незнакомых мне людях отзываться, но я же не вслух. Да и не всерьёз на самом деле, фон Гравис же чётко обозначил, что под королевскую дудку через силу он плясать не намерен. А унылая, зато правильная средневековая леди рядом с этим клыкастым тёмным магом ну никак не представлялась. Вот жгучая темпераментная брюнетка — легко, а ещё легче яркая и активная блондинка.

— Для вас я не милорд, — весело блеснув глазами и заложив руки на груди, поправил меня маркиз. — Но если вы действительно решите помочь мне с замком, то я вынужден буду составить договор с вашими полномочиями, и вот тогда я стану для вас милордом. Впрочем, мы легко можем перейти на более неформальное общение. Мне показалось, что вам так привычнее, да и у нас неплохо получается.

И он мне подмигнул. Вот взял и подмигнул!

— Как прикажете, ваше сиятельство, — назло буркнула я и потупила глазки, как примерная будущая помощница.

— Кайрен, — невозмутимо поправил меня маркиз и продолжил есть прямо из блюда. — И вы не ответили на мой вопрос. Вам нравится замок?

Я неопределённо пожала плечами.

— А я?

Да какая его муха вообще укусила? Или это откат после разборок с родственником?

Ещё раз попробовала изобразить пантомиму неопределённости, но, кажется, получилось не очень достоверно, потому что маркиз расплылся в ещё более довольной улыбке, чем прежде.

— Хорошо, отложим этот разговор на более подходящее время, — сдался мужчина. — Вы действительно хотите привести замок в надлежащий вид?

Да не очень-то и хотелось на самом деле. Но чем я ещё могла его отблагодарить? Учебник по физике по памяти восстановить? Схему простейшего генератора электроэнергии на коленке изобразить? Хотя… что-то в этом есть. Правда, боюсь, что и моих знаний и технической базы не хватит на строительство даже банального ветряка, не говоря уже о настоящей электростанции. Кабель и лопасти-то мне может ещё и сделают, а генераторы, а аккумуляторы? Далеко не факт, что тривиальные подшипники и тормоза уже умеют делать, а я на сложные компоненты замахнулась. Да и мало электрический ток выработать, нужны потребители. А кому нужна лампочка Ильича, которую ещё тоже надо постараться сделать, если есть артефакты?

— Это небольшая плата за ваше гостеприимство, — так и не придумав альтернативы, ответила я.

Вроде и говорила спокойно, а маркиза перекосило от моих слов.

— Осмелюсь напомнить, что именно я стал причиной вашего переноса в Фелрис.

— И за это мне стоит быть благодарной, — согласилась я. — Иначе я была бы просто мертва.

А чего я его вообще уговариваю? Зачем мне лишний геморрой? Ну не хочет он помощи, так и флаг ему в руки. Привезёт невесту, пусть она в грязи ковыряется и пылью дышит. Поэтому я расправила плечи, гордо вскинула голову и холодно отчеканила:

— Вы правы, ваше сиятельство, считайте, что мы квиты.

Может, и запальчиво немного, но выбесил же!

— Мне почему-то кажется, что вы обиделись, — задумчиво разглядывая меня, протянул фон Гравис.

— Вам кажется, ваше сиятельство, — отрезала я, собираясь ретироваться с кухни.

Ну его. Пусть сам со своими тараканами, невестами и родственниками разбирается. Мне там книжек полную комнату принесли, вот и займу ими голову и руки.

Вот только мой побег в очередной раз решительно пресекли.

— Что именно вас задело? — резко усадив меня на место и нависнув мрачной тучей надо мной, спросил некромант. — Даррен, моя грубость днём, или… смотрины?

— Все вместе, — по-детски насупилась я и скрестила руки на груди.

— Хорошо, — чуть мягче произнёс фон Гравис. — Начнём по порядку. Возможно, мне предстоит извиняться целый вечер, но отпускать вас обиженной я не намерен.

Ну и как на такого злиться? Тем более что по факту я сама себя накрутила.

— Хорошо, я готова слушать, — милостиво кивнула я, чуть отстраняясь.

И он начал на полном серьёзе просить прощение, я аж моргать иногда забывала. Где это видано, чтобы такой брутальный во всех смыслах мужик без лишних сомнений и уговоров брал на себя всю вину, причём и за себя, и за других? Он даже за отсутствие положенного гардероба попросил прощения!

— А теперь касаемо моей возможной невесты, — слегка замялся некромант, когда поток извинений немного иссяк. — Я совершенно не против жениться. Всегда знал, что дар однажды потребует своё и мне потребуется вступить в брак. С годами, сама мысль о браке перестала выглядеть такой устрашающей, наоборот, захотелось получить свою толику понимания и одобрения.

Перебивать мужчину не решалась, хотя и очень хотелось уточнить, что он имел в виду под требованиями дара. Вот печёнкой чуяла, что это как-то связано и со мной, и с благословением. Но передо мной тут буквально душу раскрывали, и было бы совсем невежливо в эту самую душу сейчас плевать.

— Признаться, никогда не принимал браков по расчёту, поэтому все попытки моей семьи всунуть мне подходящую, по их мнению, невесту, заканчивались грандиозными скандалами. Так что и от монарха я такой щедрости не приму, — продолжал фон Гравис, пока я дышала через раз, чтобы не сбить его с настроя. — А вот против магии я идти категорически не согласен и её дары готов не только принимать, но и постараться заслужить.

Ох, чует моя жопа, что дальнейшие слова мне выбора не оставят.

— Анастасия, вы разрешите за вами ухаживать?

Конечно, я согласилась. Куда мне деваться-то?

Правда, фон Гравис клятвенно обещал, что никакого принуждения, и если я не захочу оставаться рядом с ним, то мне выдадут приличный стартовый капитал и отправят в любую точку Фелриса.

Да и не сказать, что я в принципе была сильно против. С меня разве убудет, если за мной поухаживает шикарный мужик? Ну и понравился он мне с первого взгляда почти, чего уж тут отнекиваться. Глупо было бы не использовать шанс, дарованный нам обоим ритуалом.

И да, занесло меня сюда отнюдь не случайно. Дело в том, что со временем у некромантов немножечко начинает срывать планочку. Сначала безобидные выплески сил, а потом и полная потеря контроля. А чем кончается безумие некромантов, миру уже известно. Так что тот самый первый некромант, добрый юноша, который организовал Орден Некромантов, подсуетился ещё в одном — он создал ритуал. То самое тёмное благословение, что меня сюда и перенесло в момент смерти.

Круги призыва появились во всех замках, вот только срабатывали они далеко не всегда. Во-первых, не все некроманты доживали до момента потери контроля, работа у них опасная и смертность довольно высокая. Во-вторых, же, идеальная половинка должна уже где-то существовать и вовремя умереть, как бы это ни звучало. Вот и получалось, что даже слетевший с катушек некромант мог не дождаться свою судьбу. Ну или дождаться, когда половинка придёт в этот мир после, так сказать, планового ухода из жизни, что на семейную жизнь тоже не особо настраивает.

— А у тебя, значит, начались проблемы с контролем? — нервно барабаня по столу пальцами, уточнила я.

— Да, несколько месяцев назад случился первый всплеск. Хорошо, что был на границе и кроме нежити, и тренированных солдат рядом никого не было.

— И поэтому ты сорвался в замок, а в смежных покоях появился ремонт?

Может, и не стоило резко переходить от обращения по титулу на фамильярное «ты», но не могла я выкать мужчине, который собирался взять меня замуж. А он действительно собирался. Только я никак не могла понять, а на фига?

— А половинка — это в каком смысле? Почему именно жена? Почему не друг, не любовница? Почему жена-то? Если секс нужен, то зачем жениться? Если общение — то вопрос тот же, — наседала я на мужчину.

Надо ковать, пока горячо и некромант без утайки вываливает все самые страшные секреты. А это секреты, и не только фон Грависа, но и всей их некромантской братии, между прочим.

— И как ты себе это представляешь? На людях с одной, спать с другой, а общаться может вообще с третьей⁈ — вспылил Кайрен.

М-м-м, звучит-то как… Кайрен.

— Так все так живут, — развела я руками. — В чём проблема-то?

— Считаешь, что порядочный мужчина может так поступать с женщинами⁈

— Ой, да брось! Ты будто вчера родился. У вас вообще договорные браки практикуются. По умолчанию подразумевается, что никаких чувств, кроме долга, такие союзы не вызывают. У каждого своя жизнь и свои сердечные привязанности.

— Да что ж у тебя за мир-то такой⁈ — всплеснул руками маркиз. — Ты же в людей совсем не веришь!

Я аж воздухом поперхнулась. Откуда такие выводы? Обычный житейский прагматизм. Даже у нас и то развод — дело хлопотное, и это при наличии госуслуг и онлайн оплаты. Да и в роли любовницы нет ничего зазорного. Иногда плюсов даже больше, чем минусов семейной жизни. Никаких бытовых напрягов, никакой лишней ответственности, только приятное времяпрепровождение и полная свобода.

Но кажется, негодовал Кайрен вполне искренне. Хотя это мне вроде как по половому признаку положено верить в священные узы брака и на штампе в паспорте настаивать.

— Ладно, допустим, — выдохнула я. — И что дальше?

И чего я упираюсь, в самом деле? Вроде, наоборот, должна радоваться таким душевным порывам.

— А чего тебе бы хотелось? — осторожно взяв меня за руку и проникновенно заглянув мне в глаза, спросил маркиз.

Я только ресничками в ответ похлопала. Кино и ресторан явно не входят в список доступных развлечений, а больше ничего в тот момент в голову не приходило.

— Оставлю на твоё усмотрение, — проворковала я.

Кайрен решительно сжал губы и кивнул. Он на войну, что ли, собрался? С таким настроем только и брать несговорчивых девиц на абордаж.

— Может просто постараемся узнать друг друга получше? — на всякий случай предложила я. Ну не понравилось мне, как у него желваки двигаются. — А серенады под балконом и прогулки под луной оставим юным романтикам.

Я же себя знаю, ко мне как-то один рок исполнитель подкатывал, и голос у мужика красивый был, да и банду свою на подмогу взял. А я, услышав первые усиленные гитарные риффы, чуть с балкона со смеха не упала. Так и слушали песню до конца: я — корчась на полу в истерическом припадке и жители всего комплекса в основном с завистью и умилением на лицах. Благо этим романтичным придуркам не пришло в голову заявиться рано утром или вообще ночью.

— А если я против? — игриво уточнил маркиз.

— Против чего?

Не больно-то и хотелось. Насильно в душу не полезу. Хотя сдаётся мне, что сам некромант как раз поведал мне довольно много личной информации. В отличие от меня, кстати.

— Против пропускать прогулки, — улыбнулся Кайрен. — Здесь, правда, опасно ночью. Но вот всё остальное время целиком в твоём распоряжении.

Эк его понесло. Такими темпами проснусь однажды окольцованной.

— Не отказалась бы осмотреть округу, — тем не менее стрельнула я глазками в маркиза и очень постаралась покраснеть.

Не знаю, получилось ли у меня принять вид смущённой и восторженной барышни, но Кайрен замер, пристально меня разглядывая.

Переиграла? Зеленушка в зубах застряла? Что ж он пялится-то так⁈

— Тревога, хозяин! — вдруг завопила Руни.

— Прошу меня простить, — поклонился маркиз, чмокнул воздух над моей рукой и растворился в воздухе.

— Это что сейчас было? — отмерла я, так и рассматривая пустое место перед собой.

— Прорыв, — устало вздохнула меховушка.

— Да я не про панику, я про… — поводила руками по воздуху, очерчивая силуэт, но так и не подобрала подходящего определения. — Нормально, что он в воздухе растворился?

— А, да, — отмахнулась Руни. — Он же сильный некромант, легко переносится куда хочет.

Нет, мне определённо нужен учебник по магии. Самой учиться нечему, так хоть знать, чего вообще от других ожидать стоит. Вот что ещё некромант может?

— Хочешь посмотреть?

Она ещё спрашивает!

Вот знала бы, что Руни моё согласие воспримет так буквально и кинется его тотчас исполнять, я бы хоть до своей комнаты сбегала. А так не успела я отойти от одного шока, как уже распласталась на холодном камне.

Как была, в одном костюмчике, так и вылетела, едва успев подставить руки и не повстречаться с каменными плитами лбом. То ли с глазомером у Руни непорядок, то ли это нормальное явление при телепортации, но мне словно ускорения с той стороны придали, причём от души так, чтоб сразу крейсерскую скорость набрала.

— Ты бы сказала, я бы матрасик прихватила, — пробурчала я, заметив рядом радостно перекатывающуюся меховушку.

— Привыкнешь, — возбуждённо припрыгивая на месте, и не подумала покаяться Руни. — Смотри! Смотри, какой вид!

— И где мы? — с трудом заправив волосы за воротник, заозиралась я.

Не знаю уж, какой именно вид так взбудоражил Руни, но я ничего кроме пола из грубо отёсанного камня и невысокого парапета с чёрными провалами бойниц не видела. Квадратов двадцать абсолютно пустого пространства. Нет, было ещё небо над нами. Глубокое такое, с яркими искорками редких звёзд, но не ради астрономии же меня выдернули из уютного тепла кухни.

— На восточной башне мы, — укатилась она к ограждению и усиленно начала взвиваться в воздух. — Туда смотри.

Зябко поёжившись, я пошла в указанном направлении. Раз уже на месте, чего бы и не посмотреть. Интересно же.

Вблизи бойницы оказались не такими уж и узкими, я при желании пролезла бы и не поцарапалась. Правда, одного взгляда вниз хватило, чтобы желание гарантированно отпало. Высоко, однако. Метров пятьдесят, а может, и поболее. И это ведь не обустроенная смотровая башня на каком-нибудь небоскрёбе. Нет, только толстенная стена, дырка в ней и пронизывающий ветер.

Пока водила головой и осторожно выглядывала наружу, успела рассмотреть плодовые сады за самыми замковыми стенами, да и сами стены, не ожидала, что дом у некроманта — настоящая крепость. Заметила небольшое озеро и полоску леса вдалеке. А вот никакой нежити я не видела. Да и битвы тоже.

Я знала, что территория маркизата довольна обширна, но почему-то была уверена, что сам замок стоит на самой границе и если нежить прорвалась, то уже отирается на самом пороге. А тут, куда ни глянь, везде тишь да благодать.

— Куда смотреть-то? — не выдержала я, окончательно продрогнув на холодном ветру.

Не месяц май на дворе. Вот совсем.

Руни повздыхала, поворчала что-то о бракованных демонах, да и выложила прямо передо мной подзорную трубу.

— Раритет, — уважительно погладила я изящно выполненный прибор.

— Новинка! — возмутилась меховушка.

Новинка не новинка, но смысла вспоминать о линзах и оптике уже нет. Боюсь, в этой области, мои знания на уровне увеличения и заканчиваются.

— Да смотри уже, хозяин сейчас в атаку пойдёт! — напомнила мне о цели нашего визита Руни, пока я рассматривала подзорную трубу.

Аккуратно поднеся трубу к глазу и осторожно приникнув к окуляру, глупо хихикнула. Мне б ещё повязку на глаз и попугая на плечо и можно смело бы орать на всю округу: ' Полундра!'. Впрочем, за пернатого спутника вполне могла сойти и Руни.

Крутила механизм я долго. Вроде и никакими зрительными нарушениями не страдала, а поймать фокус никак не удавалось. Тени с огонёчками мелькали, а чёткую картинку труба показывать никак не собиралась. Я даже на внешнюю линзу от души поплевала и рукавом протёрла, но только развеселила пушистую засранку, что явно наслаждалась моим конфузом. И чего, спрашивается тогда, на шоу позвала?

А потом вдруг увидела… это. Я не знаю, почему я считала, что слово «нежить» подразумевает под собой восставших мертвецов разной степени разложения. Возможно, виной таким оголтелым стереотипам было засилье зомби в сериалах, или целые расы в компьютерных играх. А может дело в переводчике, встроенном в голову, ведь живыми назвать существа, что я смогла рассмотреть в трубу назвать было трудно.

Больше всего существо медленно, но неумолимо топающее по выжженному полю, напоминало огородное пугало. Не милого Страшилу из известной сказки, а героя низкопробных ужастиков. Неуклюжие движения, белёсый шар в трещинку вместо головы, конечности из палок, хотя, может, и из целых брёвен, масштаб пока выяснить не удалось.

А потом я нашла следующее существо, больше похожее на палочника, на котором верхом ехал облезлый труп какой-то некрупной животинки.

И ещё одно. И ещё.

Скелеты и зомби шли бок о бок с растительными мутантами. В какой-то момент я перестала искать сходства и подбирать аналогии. А смысл? Какой бы силой они ни были созданы, но повторов не наблюдалось.

Оценить весь размах нашествия на расстоянии тоже не удавалось. Стояли бы они стройными рядами, может, и смогла бы найти границы, но вся эта толпа бурлила. Где-то медленно и степенно вышагивали растительные монстры, где-то шныряли между деревянных конечностей мелкие и юркие целые тушки грызунов. Останки людей, животных, птиц, деревьев — всё смешалось в сюрреалистичную армию.

Я двигала и двигала подзорной трубой, пока не наткнулась на людей. И вот тут мне очень захотелось высказаться, желательно матом.

Солдат было мало. Очень мало. Может человек тридцать, может, больше, но по сравнению с наступающими силами просто капля в море.

— Как же так, Руни? — не отрываясь от окуляра, поражённо спросила я. — Почему нет заградительных сооружений, почему народу так мало? Да хоть примитивные ловушки бы установили. Почему?

— Думаешь, многие хотят служить на границе? Только для тёмных распределение обязательно. Да и то… отслужат положенные три года и сваливают обратно в столицу. А их и так мало. А граница на многие километры тянется, — тяжко вздохнув, пожаловалась меховушка.

— Но… если солдаты проиграют, кто остановит этих тварей?

Выходило, что никто. Потому и бежали крестьяне с плодородной земли. Потому и деревни, и города были населены всяким сбродом, отчаянными головами и отчаявшимися стариками.

Конечно, за территорию маркизата нежить не выпустят, на границе с основным королевством квартируются как раз вполне себе укомплектованные боевые части. А вот некроманты сами по себе. Своими силами должны выполнять роль заслона для мирных граждан.

— Подло как-то, не находишь? — до хруста сжала несчастную трубу, так и не услышав ответа, заметила движение в стане людей.

Всегда гордилась собственной выдержкой. Не падала в обморок, не впадала в истерику или ступор. Так что увидев, как растянутый до этого в линию строй солдат начал перестраиваться, только скрипнула зубами, и от души, на всю башню, а может, и округу припечатала пару нецензурных выражений.

Солдаты выстраивались клином, остриём которого был Кайрен.

В лёгкой кожаной куртке, без доспеха или лат, даже без шлема, фон Гравис шёл вперёд. С металлической дубинкой, увенчанной шипованным набалдашником в одной руке и коротким мечом в другой, шёл навстречу сотням тварей.

Большинство солдат были вооружены мечами и всевозможными вариантами дробящего оружия, что даже логично. Мечом скелета не повредить, а вот огреть его дубинкой, и он сам рассыплется на составные части. Правда, со временем соберётся в кучу, но время выиграть такой выбор оружия позволял, а дальше в дело вступал фон Гравис.

Некромант не только ловко повергал наступающую нежить оружием, но и запускал вокруг себя сероватые волны магии, которые обрывали недожизни поверженных, но ещё трепыхающихся врагов.

Впечатляло.

— И часто такое? — сипло спросила я у Руни, с трудом сглотнув вязкую слюну.

— Последнее время всё чаще, — грустно отозвалась она. — Раньше месяцами тихо было. А сейчас, что ни день, то побоище.

Так себе перспективы, если честно. До замка, конечно, путь неблизкий, но не настолько, чтобы уверовать в собственную безопасность. Ой да ладно, я-то за высокими каменными стенами сижу, а Кайрен на передовой каждый день.

Страшно. И за себя, и за людей. Хоть бы ров какой был на границе, или лучше стена высоченная. Но ничего, только видимая граница вытоптанной зелёной травы и пепелище.

— Вы их сжигаете? — уточнила я.

— Угу. Сейчас добьют остатки и увидишь.

Что мне оставалось делать? Я продолжила смотреть, про себя болея за наших.

Древесные монстры рассыпались на части и погребали под собой остальных тварей, буквально устраивая на пустом поле кучу готовых кострищ. Не хватало только огонька.

Я даже подобралась вся в ожидании незабываемого зрелища, когда наши начали отходить к границе. Так технично и привычно они добивали остатки, так слажено и отработано действовали, что не получалось не восхититься силой и мужеством солдат. А ведь не все там маги, были и самые обычные люди, но сражались наравне со своими одарёнными собратьями.

И когда на вражеской территории остался один только Кайрен, мир вспыхнул. Инстинктивно сожмурила веки, когда на поле взвилось пламя и поглотило поверженную нежить, но цветные пятна всё равно гуляли перед глазами.

— Так и ослепнуть недолго, — укоризненно проворчала я, но Руни было плевать, она зависла над парапетом и не отрываясь следила за бушующей огненной стихией.

Пламя взмывало и опадало. В небо уносились ослепительные снопы искр и затухали где-то в облаках. А посреди всей этой вакханалии стоял Кай.

— У вас тут лесных пожаров не бывает? — не выдержала я.

Тяжело вот так в одночасье спокойно реагировать на объятого пламенем мужчину. Как бы я себе ни твердила, что всё идёт по давно отработанному сценарию, но иррациональная часть меня призывала бить во все колокола. Но и солдаты, что устало попадали на нашей стороне, не выглядели встревоженными. Задолбавшимися? Да. Ранеными? Да. Но смотрели они на огонь с явным облегчением.

— От этого не бывает, — коротко бросила Руни, не спуская глаз с некроманта.

Вот меховушка, в отличие от солдат явно была на взводе, что нервировало меня ещё больше.

Чтобы хоть как-то унять нарастающую панику, я сосредоточилась на деталях, внимательно рассматривая наименее яркие очаги возгорания. Не сразу, но поняла, почему солдаты так беспечно устраивались на самой границе: невидимая стена окружала «живую» часть ландшафта.

Когда нежить стала догорать, и смотреть на огонь стало относительно безопасно для глаз, я смогла заметить, как языки пламени ударяются в невидимую преграду и беспомощно оседают. Оставалось только гадать, насколько крепкой и продолжительной была эта стена.

— Всё, — еле слышно выдохнула Руни, и пушистой лужей распласталась на бортике.

— Тебе как-то помочь?

— Я в порядке, — вяло трепыхнулась чёрная масса, и на поверхность всплыли огромные глаза. — Выложилась немного, далеко всё-таки. Полежу немного, и само пройдёт.

Мне оставалось только прыгать на ветру, стараясь согреться да наблюдать за солдатами, которые отдохнув, начали выдвигаться в сторону лагеря. Кто поцелее, помогал своим раненым соратникам подниматься на ноги. Кто-то помогал растянуть мягкие пологи и перекладывал на них пострадавших сильнее. И вся эта покалеченная, но воодушевлённая процессия двигалась к лесу, тёмной завесой возвышавшемуся между замком и пепелищем.

С трудом, скорее понимая, что вообще надо искать, но я смогла опознать крышу длинной казармы, укрытой густой листвой. Рядом прятались небольшие деревянные домики и какие-то совсем простенькие сарайки. А выкрутив объектив на максимум, я смогла найти в лагере признаки жизни. Верёвки с бельём, растянутые между деревьев. Столы под навесом, на которых остались брошенные по тревоге тарелки и кружки.

Там же суетился какой-то мужичек, бегая между казармой и одной из построек. Он то приносил какие-то тюки, то бросался разводить огонь, потом спохватывался и бежал к колодцу с вёдрами. В общем, мужик точно готовился встречать возвращающихся солдат.

— Почему всё так убого? — стараясь не сильно стучать зубами, спросила у Руни.

Чёрных мех всколыхнулся, и на поверхности вновь появились удивлённые глаза:

— Что ты имеешь в виду?

Я не знала, как сформулировать ответ. Ну что я в военном деле понимаю? Кроме боевиков на экране и парочки шутеров за компом никогда и не сталкивалась со всеми этими военными заморочками. Но даже мне хватало ума понять, что вся оборона выглядит какой-то неорганизованной.

Нет, солдаты молодцы. Кайрен вообще выше всех похвал. Но я собственными глазами видела, как обычные солдаты уничтожали нежить без всякой магии. Зачем тогда столько риска? Почему нет защитных сооружений? Почему не организована медицинская помощь? Почему нет ничего дальнобойного-то?

Я тёрла нос, чесала затылок, открывала и закрывала рот, и никак не могла подобрать правильные слова. А вдруг по-другому никак? Они там жизнями рискуют, а я хаять на ровном месте начну.

— Одежда у них на верёвках сушится убогая. Рваная вся, — вконец растерявшись, буркнула я.

— Хоть такая есть, — ещё печальнее вздохнула чёрная лужа. — На гарнизон денег совсем не выделяют.

— Ясно всё, — отложив трубу, успев напоследок заметить, как маркиз последним зашёл на территорию лагеря, подытожила я. — Разбираться и разбираться с делами. У вас хоть учётные книги какие-то есть?

— Да были… вроде, — не очень уверенно обрадовала меня Руни и начала надуваться. — Посмотрим?

Смотреть мы не пошли. Не сегодня.

Устала я спускаться с башни. Дело было не столько в расстоянии, сколько в качестве дороги. Винтовая лестница, ведущая из башни, была, мягко говоря, не в лучшем состоянии. А ещё тёмной. Так что приходилось продвигаться на ощупь, стараясь не споткнуться о валяющиеся камни и перекладины, и не навернуться в зияющие тут и там провалы.

— Не пыхти, демон Стася, — пыталась успокоить меня Руни. — Не могу я обратно тебя вернуть тем же путём.

— Не можешь и не можешь, — сопя от напряжения и аккуратно проверяя ногой следующую ступеньку, произнесла я. — Я не от злости пыхчу. Просто тяжело. И тебя уронить боюсь.

Не говорить же ей, что меня в целом эта лестница пугала. Слишком мало времени прошло с моего эпичного падения в доме деда, чтобы такой спуск не вызывал эмоций.

— Я лёгкая, — насупилась меховушка.

— Я и не говорю, что ты тяжёлая, — что, кстати, было правдой, веса в ней практически не было. — Ты просто неудобная. Лямки бы тебе, как у рюкзака и совсем бы хорошо.

— Я живая! А ты меня вместо сумки хочешь носить, — возмутилась Руни.

— Да больно надо, — фыркнула в ответ я. — Предпочитаю сумки без собственного мнения.

В общем, так мы и спустились, подначивая друг друга всякой ерундой каждую минуту. За что я была Руни очень благодарна. Одна бы я уселась на самой верхней ступеньке, свесила бы в пропасть ножки и ждала бы спасителя.

Со страхами, конечно, необходимо бороться, но не так резко. Да и трудно уговорить организм не бояться, когда организм точно знает, что падения бывают фатальными.

— Знаешь, замку точно ремонт не помешает, — подвела итог нашей экскурсии я, когда мы добрались до знакомых коридоров. — И указателей побольше.

Ворчала я больше по инерции. Надо же куда-то сцедить весь накопившийся за день негатив. Хотя здравое зерно в этих рассуждениях присутствовало. Замок-то, по сути, не жилой, заплутаешь так и будешь несколько дней ходить, бродить, аукать. И ведь не факт, что даже на случайного скелета набредёшь, с ними в замке тоже напряжёнка.

И телефонов на Фелрисе нет, и навигаторов, и много ещё чего, что способно любой топографический кретинизм нивелировать. Хоть патруль какой по заброшенным частям крепости запускай.

Вообще, размеры некромантского замка несколько поразили. За два дня в нём проведённых, замок представлялся мне не особо огромным, вот только ошиблась я. Причём ошибка в предполагаемой площади, скорее всего, была не в разы, а на порядок. Тот обжитой кусочек, что я видела, не в какое сравнение не шёл с заброшенной частью.

Начнём с того, что башен в замке оказалось не одна и не две. Всегда считала, что приличному средневековому строению достаточно и одного донжона, но здесь было целых четыре башни. Четыре высоченных, полуразрушенных строения, соединённых между собой стометровыми трёхэтажными пролётами. Тысячи заброшенных квадратных метров, которые я вызвалась по-быстрому привести в порядок.

Имей я представление о масштабе бедствия заранее, не бросала бы таких опрометчивых предложений. Но сейчас вроде и деваться уже некуда. Раз дала согласие на ухаживания маркиза, то и ко всему, что его окружает, надо попробовать относиться серьёзно. Какой иначе смысл вообще соглашаться, если заранее настроишься на негатив? Нет уж, пока маркиз меня не разочаровал как мужик, буду предполагать, что и замок этот — мой будущий дом, и что за моим забором тусуются какие-то мутанты.

— А раньше случались нападения на сам замок? — рассматривая крошечные слуховые окна под самым потолком первого этажа, спросила я у Руни.

Спасибо, что хотя бы часть магических светильников ещё работала и удавалось не только нащупать дорогу, но и рассмотреть обстановку. В кромешной темноте точно паниковать бы начала, наступив на какой-нибудь мусор, что оглушающе хрустел под ногами. А так ничего, можно и головой покрутить, и даже голову забить размышлениями на отвлечённые темы.

— На этот нет. Но всякое случалось.

Не сказать, что ответ меня сильно обрадовал, но нежить со счетов списывать, точно не стоит. А, возможно, и живых, кстати. Особой любви и почитания от светлой части королевства тоже ждать не приходилось.

Зато стало предельно понятно, почему первые этажи всех пройденных мной галерей не имели окон, только крошечные отверстия для притока воздуха — заложить одни-единственные двери гораздо проще, чем защищать каждое окно. Да и комнаты, в которые я сунула свой любопытный нос, явно не имели жилого предназначения. Арсеналы, мастерские, спальни казарменного типа. Всё здесь было рассчитано на оборону и осаду.

Вторые же этажи имели более обжитой вид, хотя и они от времени пострадали нехило. Где-то были одни только спальни разного уровня роскошества, где-то кабинеты и гостиные, а вот в одном из пролётов нашёлся бальный зал со всеми положенными к нему помещениями, вроде раздевалок и огромного количества туалетов.

Третьи этажи носили чисто служебное назначение. По одну сторону коридора ютились бесчисленные каморки для слуг, а напротив всевозможные кладовые с инвентарём и прочей хозяйственной дребеденью. Текстиль, конечно, испытание временем не пережил и изветшал целыми стеллажами. А вот металлический инструмент имел все шансы быть реабилитированным. Найти бы теперь кому эти вёдра и грабли всучить.

Если честно, даже попытки посчитать, на какое количество обитателей рассчитан замок, вызывал головную боль. Сотни гостевых комнат, сотни каморок для слуг, сотни солдатских коек. И всем надо есть, пить, спать, сра… мыться.

Нужны ли все эти люди здесь? Все ли готовы вести себя прилично в гостях? Мне и одного Даррена хватило, чтобы сделать выводы о фелриской знати — спесивые пустозвоны. А если вспомнить о заградительном отряде, что стоит на границе с пограничьем, то ни о какой дружбе можно даже не заикаться.

Королевство само по себе. Некроманты сами по себе.

Кайрен мог сколько угодно заблуждаться, мог даже продолжать содержать нахлебников, но я не он. У меня нет навязанных обязательств, нет токсичных родственников. Я для этого мира, словно новорождённое дитя. Только довольно циничное дитя. Местами жёсткое и непоколебимое. Местами наивное и несведущее. Но у меня есть то, чего ни светлые выродки, ни нежить не ожидают — свежий взгляд и аналитическое мышление.

Собиралась ли я настропалить маркиза и пойти войной на весь мир? Нет, конечно. Но готовым надо быть ко всему.

— Божечки-кошечки, какой же бестолковый у вас управленец, — захлопнув второй по счёту журнал учёта, простонала я.

— Демон Стася, — скорбно прижала ушки Руни, и трагическим шёпотом продолжила: — Нет у нас управляющего. Хозяин журналы ведёт, когда успевает.

Упс. Но сути это не меняло. Даже без полноценного экономического образования, бессистемные почеркушки в толстых тетрадях вызывали шок и трепет.

— Ладно, — сделав пару глубоких вдохов, сдалась я. — Разберёмся. Лучше скажи, маркиз собирается почтить нас своим присутствием?

Кайрена я не видела со вчера. Даже не знаю, ночевал ли он у себя в покоях или предпочёл остаться в лагере. Но поговорить нам требовалось. Слишком много вопросов появилось, на которые Руни или не знала ответов, или не хотела отвечать. Да и вопрос с рабочими и прислугой так и остался открытым. Вдвоём с Моной мы этот замок не отмоем и не отремонтируем при всём желании. Пока до последних помещений доберёмся — первые уже заново разрушатся.

— Почтит, — хихикнула Руни и заговорщически подмигнула.

Кажется, её искренне забавляли изменения в поведения хозяина.

На завтрак у нас была уже почти традиционная яичница, огромные сэндвичи и кофе. Много кофе. Вот что радовало, так это качество снабжения замковых продуктовых кладовых.

Правда, сегодня я смотрела на все эти великолепные продукты уже под другим углом. Продукты стоили баснословных денег и поставлялись отнюдь не с местной территории, а прямиком из столицы, ещё и порталом. Маленьким, да, но порталом. Каждый день, между прочим.

Экономить на еде — последнее дело, но рационализировать закупки не помешало бы. Дела не сказать чтобы настолько в плохом состоянии, но и деньгами швыряться не стоит, им всегда можно найти разумное применение. Налоги уплачены, долгов вроде как нет, во всяком случае, крупных. Но и прибыли никакой маркизат не приносил. А ведь мог бы! Это сотни гектар пахотных земель, сотни гектар шикарного леса, в котором помимо товарной древесины ещё и зверья немерено. Озёра, реки, даже пара карьеров есть, а может, и шахт. Вот только по плотности населения всего этого благоденственного края тундра нервно курит в сторонке — нет и тысячи человек.

— Доброе утро, — в трапезную вихрем ворвался Кайрен и с такой скоростью подлетел ко мне, что в тетрадях жалобно зашелестели непрочно скреплённые листы. — Ты восхитительно выглядишь.

— И ты тоже выглядишь… целым, — прижав свободной рукой журналы, выдавила я.

Не смогла я соврать. Так себе из меня леди выйдет, провалюсь при первом же разговоре со знатью.

— Целым, — хмыкнул маркиз и устало уселся рядом. — Верно подмечено.

Когда он перестал лобызать мои руки и пытаться излучать жизнерадостность, то превратился в очень измождённого мужика. И дело не только в покрасневших глазах или небрежной щетине. Он весь словно сдулся, лишился лоска за ночь.

— Как солдаты?

— Живы, — бросил Кайрен с удивлением, посмотрев на меня.

И чего удивляется? Любая армия — это опора государства, и только глупец будет задвигать их интересы на задний план, особенно, в моменте военного положения. А у нас тут самое настоящая война и происходит под боком. Пусть и с незнакомыми для меня правилами.

— Мне Руни вчера выдала подзорную трубу, — подбирая слова, начала я. — Я видела бой, видела нежить.

— Обычное нападение, — парировал Кайрен. — Иногда бывает хуже.

— Тем более непонятно тогда, почему всё так организовано, — выпалила я. — Зачем такие риски? Почему не построить стену? Зачем в чисто поле выходить, рискуя собственными жизнями?

— Как ты себе представляешь такую стройку? Из чего? — заинтересованно спросил он.

Не отвергал, а именно интересовался, что несколько вдохновило и развязало мне язык.

— Вам не нужна высоченная стена, только возвышенность перед самой завесой.

— И?

— И катапульты.

— И кто?

А вот тут случилась у нас заминка. В мире меча и магии не знали примитивного дистанционного оружия. И нормальных защитных сооружений тоже не знали. И тактик, кстати. Даже про то, что незваных гостей можно горящей смолой угостить, не знали.

И если смоделировать батальную сцену из подручных средств было нелегко, то вот принцип работы катапульты на чайной ложке и куске сахара, я хоть как-то да смогла, ловко угодив импровизированным снарядом прямо в нос маркизу.

Единственное, что в свете открывшихся обстоятельств оказалось, что знала я преступно мало. Ни разу я не универсальный солдат. А как хорошо было бы, и еду приготовить, и замок отремонтировать, и территорию обезопасить, и одежду сшить, уж больно мне эти панталоны не нравились. Но увы и ах, я была всего лишь системным администратором, то есть обладала совершенно непригодными для позднего средневековья навыками.

Смогу ли я спроектировать даже простую катапульту в натуральном размере? За что-то серьёзнее даже браться не стану. А смогу ли я предложить жизнеспособный план устройства фортификационных сооружений? Не слишком ли я замахнулась? Это ведь не игрушки, не мелочь вроде мясорубки или новой модели платья. Любая моя ошибка может привести к смертям.

Стоит ли обнадеживать Кайрена?

— Ты же опытный командир и воин, да? — устав мысленно метаться из стороны в сторону, прямо спросила у некроманта.

— Возможно, — уклончиво и настороженно ответил он.

— Давай, я буду тебе рисовать или может модельки делать, а ты уже будешь решать, что можно использовать, а что нет?

Ну не понимаю я толком ничего во всех этих военных делах. Вот такая я неправильная девочка. Будь на моём месте какая-нибудь суровая тётка, прошедшая школу жизни при советах и пережившая девяностые, она быстро бы план накидала, ещё и сама бы построила и выкопала что надо. А я вот не умею. Да я даже копать-то не умею. Всё-таки из деревенской жизни мне достались только развлечения, меня даже в огород отправляли только ягоды собирать. Баловал меня дед, чего уж тут.

— Сам хотел предложить тебе подобный выход, — чмокнул мою руку фон Гравис, забрав весь груз ответственности.

Легко бить себя кулаком в грудь, декламируя абстрактные лозунги и декларируя проекты, а вот браться за их воплощение боязно. Очень боязно.

Кайрен, отговорившись необходимостью инспекции приграничья и разведкой вглубь вражеской территории, исчез на несколько дней. Не сказать, что у меня было время для волнений, но на башню я нет-нет, да и поднималась. С помощью Руни, конечно, которую мне выдали в единоличное пользование.

И транспорт, и экскурсовод, и учитель. Вот из Руни получился почти универсальный компаньон. Она даже модельки помогла мне сделать. Удобно же: наморщил носик, прижал ушки и куча глины и палок превратилась в точную копию приграничных пейзажей.

Вот только места я себе не находила. Ничего революционного в голову не шло. То ли знаний не хватало, то ли это в принципе не так сфера, где возможны совершенно новые решения. По ту сторону завесы всё-таки не люди, нежить хитростью не возьмёшь, да и в ступор её не вгонишь. Но хуже всего было осознание, что разовая победа никому и не нужна. Маркизат нуждался в надёжной и долговечной защите.

Не стратег я, и не историк. А жаль.

Поэтому я читала. Быстро читала. Всё подряд читала, иногда тратя на книгу от силы пару часов и повергая такой скоростью Руни в состояние близкое к священному экстазу. Ну не говорить же ей, что математика, учебник по которой я нашла среди прочих пособий, была на уровне младших классов. Возможно, где-то в столицах, за стенами академий обучали чему-то сложнее дробей. Но возникали у меня сомнения, что если и обучали, то не сильно-то и продвинулись.

Физику, что носила на Фелрисе название «учения о законах мироздания» я даже открывать дальше первой главы не стала. Не нужен мне сейчас дикий сплав средневековой науки, магии и домыслов. Основные земные законы работают так же и ладушки. А уж вычислять разницу в постоянных можно и на досуге в старости. Сейчас меня вполне устраивало, что предметы летели вниз, вещества меняли агрегатные состояния и что кинетическая энергия переходила в потенциальную. Большего для моих ближайших проектов пока и не требовалось.

А вот придворный этикет я прочитала внимательно и даже законспектировала. К сожалению, любовь к излишним оборотам прослеживалась и у составителей учебной литературы. Отчасти я могла понять необходимость в напыщенных выражениях, но только отчасти. Та же математика была написана более удобоваримым языком. А тут какой предмет, такие и описания.

К моему великому счастью, сами по себе правила были не столь заковыристыми, как их формулировки. Если вовремя кланяться, в лицо более титулованным людям не хамить и монархов не хаять, то велики шансы выйти с любого сборища целой и невредимой, и даже смертельных врагов себе не нажить. Любить меня в любом случае никто не будет — это и без учебников ясно.

Ещё я досконально изучила местную политическую карту, которая была вклеена в учебник по географии отдельным большим разворотом. Интересный мир, что ещё сказать. И до конца неизученный. Возможно, я и заблуждалась, но белые пятна на карте на это непрозрачно намекали.

Всего я насчитала около порядка двадцати стран на нашем материке, и ещё десять на маленьком, расположенном на севере. Были и тут совсем крошечные государства, а были и гиганты вроде нашего королевства Эльвран. Нашла я и Альсовию, откуда прибыла новая деятельная королева. Далеко же её судьба забросила, почти через весь континент добиралась.

Огромной чёрной лужей по карте разливались Пустоши, на границе с которой мы и находились. Внушало. Да. А ещё больше внушало, что граница с нежитью была только у Эльврана. За спины огромного королевства прятались все остальные страны. А Эльвран прятался за шестёрку некромантов.

Всего шестеро! Представьте себе, всего шестеро магов, отвечающих за сохранность мирного населения нескольких стран. И где уважение? Где помощь? Где хотя бы спасибо?

Вообще, некромантов было больше. Не тысячи, конечно, но в разы больше количества действующих маркизов. Вот их было всегда шесть, ровно по числу маркизатов.

Сам по себе титул маркиза оказался ненаследуемый. Конечно, отпрыски маркизов, как и супруги, в любом случае получали титул учтивости, но вот если нет семейного титула, то так им и жить всю жизнь виконтами и виконтессами. А вот дети детей даже этого уже не получали. Хотя после смерти родителя, многие неблагодарные детки, мечтающие о жизни при дворе, отказывались от титула. Всё дело в том, что маркизы и виконты — искусственно введённый титул, придуманный специально под некромантов. И после смерти одного из них право на замок и весь сопутствующий геморрой переходил к сильнейшему некроманту из молодых. И отказаться нельзя, и бросить земли тоже. Вот такая славная участь.

Нашла я и свою подставную родину. Маленькую горную страну на севере дальнего материка. Даже неудивительно, что выбор некромантов пал на те отдалённые земли. Ради праздного любопытства никто полмира пересекать не будет. А некроманты могли. Они в отличие от своих светлых собратьев могли открывать порталы на такие расстояния. Не за раз, и даже не за два, но парочка сильных некромантов могла проделать такой путь. Вот и стала северная и не очень гостеприимная страна Нивария — поставщиком невест некромантов.

Возможно, кто-то из власть имущих и догадывался, что с документами что-то неладное, ведь невесты отличались друг от друга, как солнце и луна. Но вот доказать никто ничего не мог. Есть официальная бумажка? Какие ещё могут быть вопросы. Разницу не только во внешности, но и в менталитете списывали на разобщённость племён Ниварии. И обратного тоже никто не мог доказать. А сами жители Ниварии, если и попадали в другие страны, то подтверждали любые слухи и версии, они вообще выживали в своих горах только благодаря поддержке некромантов, поэтому руку, что их кормила не кусали.

Да и не так уж и много было таких ассимилированных девушек. Я была всего лишь четвёртой.

Так я и забивала голову целыми днями, чтобы не загоняться в тревоге о Кайрене. И за него переживала, и за себя, чего уж тут. Случись, что с ним, и пострадают не только жители маркизата. Никаких распоряжений на мой счёт он не оставил, и всё, что удалось получить от столичного поверенного — это стопку модных журналов. Мне даже каталоги с артефактами отказались выслать. Вежливо, конечно, но безапелляционно.

Так что я читала, готовила нехитрые блюда, осваивала местную почту и вовсю командовала костлявой прислугой.

Ела я теперь тоже не в огромной парадной трапезной. На нашем этаже, буквально через несколько дверей от спален нашлась небольшая столовая, выполненная то ли в голубых, то ли в серых тонах. И вот её Мона и Бранд приводили в порядок. И если с ними проблем не было, как могли так и выполняли поручения, то вот Клод по итогу нашего противостояния оказался запертым в чулане. Ну а чего он хотел? Бунт он и в Африке бунт.

А ещё на фоне наших бурных, пусть и односторонних препирательств с дворецким я познакомилась с леди Надин. И вот это знакомство сулило тонны сожжённых нервных клеток в будущем. Не поладили мы с ней как-то сразу. Так что к моменту, как Клод оказался в изоляции, я была близка к тому, чтобы провести ритуал очищения в замке. Нашла я и такое. Подействовало бы или нет, не знала даже Руни, но книгу с ритуалами притащила именно она. Призрачная дама бесила и её.

Так что угрозами, откровенным блефом и шантажом нам удалось установить временный нейтралитет. Не думаю, что Кайрен сильно обрадуется, когда вместо тихой гавани вернётся в эпицентр извержения вулкана, но самостоятельно приструнить склонную к истерии женщину я не могла.

Оставалось только дождаться живого и желательно невредимого некроманта.

А вот к исходу первой недели я была согласна уже просто на живого.

Маркиз фон Гравис

На десятый день я извелась окончательно. Даже кусок в горло не лез. Руни пыталась меня успокоить, что с Кайреном всё хорошо, что на границе всё спокойно, но я с самого утра накручивала себя до предела.

За что бы я ни бралась, всё валилось из рук. Масло в огонь моего невроза подливал тошнотворно вежливый поверенный фон Грависа, некий господин Стайвер, маниакально преданный маркизу. Я его даже понимала, для человека, родившегося в трущобах и зубами выгрызавшему своей хлеб, место значило очень много. Благодаря оказанному доверию, поверенный вкусно кушал и сладко спал, а ещё имел перспективы на будущее. Но нельзя же быть таким непрошибаемым крючкотворцем.

Отчёты он мне слать отказался, выписку из банка тоже. Но это я ещё хоть как-то могла объяснить. Было бы странно, если бы какая-то левая девица вдруг получила доступ к финансовым сведениям. Но каталоги? Обычные рекламные буклеты чем ему помешали? И ведь даже заступничество Руни не помогло.

Мы ему писали, мы ему звонили, просадив половину зарядов артефактов. Но в ответ получали только модные журналы. Вот этого добра у нас теперь было навалом, на год камин разжигать хватит.

А ещё он отказался пересматривать поставки в замок. Единственное, что из него удалось вытянуть — это полный список всех закупок. И хозяйственные, и продуктовые, и благотворительные поставки в наш странноприимный дом, и даже для содержания особняка в столице. И вот это чтиво меня наконец-то отвлекло от переживаний.

Покупал маркиз много. Очень много. При этом в замок уходила только малая часть. Хотя я бы и эту часть сократила, что собственно я и пыталась сделать, и что категорически отказывался пересматривать Стайвер. Ладно хоть продукты почти не портились и их можно будет перевести в ту же богадельню, которая числилась на балансе маркизата. Но куда девать литры изысканного вина и мешки дорогущих специй? А они регулярно пополнялись, не давая возможности сократить запасы.

Да и сам список требовал пересмотра. Зачем нам отрез бархата по цене самолёта, если у нас солдаты в штопаной форме ходят? Или вот фарфор, зачарованный по последнему писку моду на самоочистку? Куда оно нам? У нас и Бранд без возражений посуду моет. И кстати, где оно всё? Не перепутались ли адреса доставок у этих предметов роскоши?

Само наличие особняка в столице, меня мало волновало. Положено и положено, не по гостиницам же Кайрену мотаться. Но беглое сравнение объёмов поставок, заставило задуматься. Выводов получалось два: или в особняке напропалую воруют, или он обитаем, причём не только слугами, которых, кстати, тоже было немало.

Руни только глаза пучила на мои предположения. Уверяла, что никаких внебрачных детей или содержанок там точно быть не могло, ввиду их отсутствия. Заодно узнала я и про мадам Лори и про цену, в которую она обходилась бюджету маркиза. Оказалось, что мадам… бесплатная. За исключением редких подарков, маркиз денег на неё не тратил вовсе. Ни жильё ей не оплачивал, ни гардероб, даже кредит в лавках не открывал.

Мадам Лори, проживающая в единственном довольно крупном городе приграничья, была женщиной обеспеченной, да ещё и вдовой. А ещё она была молода и предприимчива, так что имела свой стабильный доход от лавок и таверн. И любовника имела до недавнего времени, из тех, на кого тайком капают слюной все благообразные леди. Но леди украдкой вздыхали по горячему некромантскому телу, а мадам взяла, да и взяла кого хотела.

— Как думаешь, они нормально расстались? — задумалась я о возможных кознях от соперницы. — Они же расстались⁈

Руни насупилась и распушилась, оскорблённая в лучших чувствах:

— Как знаки в ритуальном зале активировались, хозяин отлучался в Монтибрик. А больше туда не наведывался.

Ладно, допустим в порядочность, и в искренние порывы самого маркиза я верила. Был у него приятный пунктик на чести. Но где гарантия, что эта самая отвергнутая любовница не начнёт распускать слухи, или ещё как-то порочить моё ещё не обретённое имя? Она, конечно, купчиха обычная по сути, а я буду считаться аристократкой. Но положа руку на сердце, в небольшом городке именно она может являться законодателем моды. Да и деньги никогда нельзя списывать со счетов. Не зря в моём мире знать и коммерсанты исторически друг друга недолюбливали. Деньги могут решить проблемы, а могут их и усугубить. А уж в мире, где репутация совсем не пустой звук — одна вовремя запущенная сплетня, может разрушить многие планы.

— Демон Стася, — подозрительно косясь на меня, прижала ушки к телу Руни. — У тебя почему вид такой воинственный стал?

— Не воинственный, а решительный, — не согласилась я. — Готовым надо быть ко всему.

— Ты с мадам Лори воевать собралась? — изумилась меховушка. — Она же хорошая.

— Наивная ты моя простота, — усмехнулась я, снисходительно похлопав собеседницу по макушке. — Если она при Кайрене кроткая и покладистая, это не значит, что она не вонзит ядовитые зубы в чью-то глотку, как только он отвернётся. Самые страшные враги именно такие — добрые, отзывчивые, милые и всепрощающие. Нет ничего страшнее лицемеров с ласковой улыбкой.

На собственной шкуре силы женской зависти, и ненависти я почти не испытывала, но наслушалась предостаточно. Мужики те ещё сплетники на самом деле. Ну а меня давно уже не воспринимал никто ни как конкурентку, ни как соперницу. Подозреваю, что мужики в отделе иногда посматривали в мою сторону совсем не по-приятельски, но ничего им не светило. Не гадь, где ешь — это незыблемое правило любой привлекательной девушки в мужском коллективе.

— Мне иногда жаль хозяина, — посетовала меховушка, но тихо-тихо, так что я едва расслышала.

— Ну, знаешь ли, — со смешком возмутилась я. — От меня зато удара в спину можно не ждать. Считай, у меня тоже есть принципы.

И не соврала ни капли. Если дружу, так до последнего. С любовью не знаю ещё, как-то повода не было испытывать данное чувство на прочность. Но вот подлости от меня точно ждать не стоит. Я могу игнорировать неприятных мне людей, могу поддерживать вежливый нейтралитет, но вот бить исподтишка — точно не моё. А уж про подставу близких и речи быть не может. Вот такая я местами наивная идеалистка. Возможно, поэтому круг моих близких всегда был очень узок. Знакомых — миллионы, а вот в душу я пускала кого-то очень редко.

— Если тебе станет легче, то давай я сосредоточусь на том, кто запустил свои лапы в карманы Кайрена. Раз уж мадам Лори убытков не принесла, то пусть пока живёт, — вздохнув, предложила компромисс, и, не удержавшись, добавила: — Может, найдёт себе кого за это время.

Ничего плохого она мне не сделала. Но вот не нравилась мне такая благотворительность и всё тут. Будь она обычной охотницей за деньгами, мне спалось бы гораздо спокойнее. Кассовый расчёт — он самый честный. А так сиди и гадай теперь, а просто ли секс там. Версию самого фон Грависа я безусловно узнаю, но что-то мне подсказывало, что он в женщинах вообще не разбирается, а может, и не хочет. Не всегда стоит знать правду о тех, с кем временно делишь ложе.

— Ой! — навострила ушки Руни, ловко избежав ответа. — Хозяин!

Бывают же и приятные «ой» в её исполнении.

Я пролетела два коридора, прежде чем поняла, что понятия не имею, куда именно я бегу, и собственно, зачем я так усиленно отбиваю пятки. Если фон Гравис может испариться из любой точки замка, то и вернуться может в любое место по выбору. Так что смысла в забеге не было никакого. Ну разве что, порыв оценить.

Вот чего я никогда не любила делать, так это себя обманывать. И сейчас я неслась навстречу Кайрену, отнюдь не из-за переживаний о своём будущем. Вот кто-кто, а я точно уж как-нибудь проживу, мне эти титулы и даром не нужны сами по себе, да и жить без них гораздо проще. Так что нет, бежала я исключительно ради самого некроманта. Знакомы-то всего ничего, а вон как разволновалась.

Не сказать, что это открытие меня сильно поразило, за всеми этими книгами и разборками с поверенным, я просто не особо занималась самокопанием. Поэтому вдохнув, выдохнув и мыслено махнув рукой, я потопала в сторону жилого крыла. Человеку наверняка захочется как минимум умыться с дороги, а меня найти всегда можно будет в собственной комнате.

— У-и-и! — заверещала я, увидев мужской силуэт вдалеке.

Даже не удивительно, что силуэт выходил из своей спальни и стремительным шагом кинулся в мою сторону, стоило мне включить радостную сирену.

— Вернулся! — набросилась на опешившего от такой беспардонности некроманта.

Ой, плевать! Не до приличий! Какие тут приличия, когда я уже натурально повисла на мужчине, всеми конечностями уцепившись за него?

— Анастасия, — сдавленно произнёс Кайрен, но под ягодицы подхватил поддерживая.

Ну а чего, сам виноват, что таким дылдой уродился. Да ещё и застыл столбом посреди коридора. Как я радоваться должна? Мне, между прочим, неудобно, Кайрен — мужчина с развитой мускулатурой.

— Живой! — уткнулась я в откровенно дурнопахнущую рубашку.

Не фиалками, конечно, пахло, но я и не трепетная лань, чтобы в обморок падать от запаха.

— Конечно, живой, — перехватив меня поудобнее, развернулся в сторону спален некромант и плавно тронулся в обратную дорогу.

Не знаю уж, откуда у меня выросли лишние конечности, но я умудрялась и крепко держаться в не очень удобной, зато провокационной позе, и ощупывать посмеивающегося мужчину. Знаю я этих мужиков: пока копьё, торчащее из спины, не мешает спать — фиг их за медицинской помощью отправишь.

Чего я только не нащупала… Ран свежих вроде не нашла, во всяком случае никаких перевязок или подозрительно липких участков на теле не было, но рельефы… Это вам не изнеженные любители модных причёсок и селфи в раздевалках спортклубов.

— Это осмотр или прелюдия? — хрипловато уточнил Кайрен, занося меня в спальню, и мне пришлось поумерить пыл.

Я-то бы и не против на самом деле. И мне даже не стыдно! Почему мне должно быть стыдно? Мы взрослые люди, оба давно вышедшие из возраста наивной юности. Я хочу его. Он хочет меня. И этого факта никак не скрыть. Не в такой позе точно. Но вот боюсь, сам Кайрен такого порыва не оценит.

Не то чтобы он был таким уж праведником, хотя и имел довольно жёсткие принципы: девственниц не развращать, с замужними не спать, внебрачных детей не иметь, и лишнего не обещать. Но он был продуктом своего времени, и на полном серьёзе ожидал от девушек стеснения, переживаний, угрызений совести и прочих сопутствующих леди атрибутов. Даже мадам Лори, оказалась не такой уж и решительной дамой по моим меркам. Не зря же я аккуратно выуживала из Руни сведения о личной жизни некроманта. Так вот, мадам Лори по местным меркам прям оторва, а по факту всего лишь пригласила на танец. Танец! Даже не на безобидное свидание в людном месте.

И тут я, обвивающая его ногами за талию, запустившая одну руку в волнистую шевелюру, а второй настойчиво отодвигающая ремень на брюках. Ну а чего, рана может быть и ниже пояса.

В общем, мы не настолько близко с ним знакомы, чтобы вот так рвать не только рубашку, но и шаблоны. Привык мужик доминировать? Да и флаг ему в руки! Я совсем не против.

— Ты точно не ранен? — аккуратно спрыгнув на пол, уточнила я.

— Если только в самое сердце, — попробовал пошутить Кайрен, почему-то виновато отводя глаза от моих рук.

Ну собственно, причину я обнаружила быстро.

— Ничего себе! — присвистнула я, в неверном свете из окна разглядывая заляпанный грязью рукав бежевого платья. — Я везде такая, да?

— Почти, — осторожно произнёс некромант и совсем шёпотом добавил: — И не только платье.

— Свет! — хлопнула я в ладоши и по всей комнате вспыхнули многочисленные светильники.

— Не стоит… — не успел возразить маркиз, но мужественно остался стоять под моим офигивающим взглядом.

Ладно, я платье испачкала. Это даже несерьёзно на фоне состояния самого Кайрена.

Мужик, конечно, должен быть волосат и вонюч, это я хорошо помню из старенькой песни, но от него точно не должна оставаться сажа на пальцах и комья глины на полу.

В полутёмном коридоре внешний вид некроманта не бросался в глаза, да и не до таких мелочей мне было, а вот в освещённой спальне стало трудно не замечать закопчённую одежду, бурые пятна запёкшейся крови на коже, и даже думать не хочу чьи ошмётки в волосах.

— Мне жаль, что ты увидела меня в таком виде, — понуро опустив голову, повинился маркиз.

А вот мне отчего-то жаль не было. Даже противно не было, как ни странно. Хотя вспыхнувший было страстный порыв, утих совершенно, оставив после себя только острое и срочное желание мужика обиходить.

— Мыться и ужинать! — безапелляционно заявила я, потащив ошарашенного Кайрена за порванный рукав в ванную. — Спинку потереть?

Ну не удержалась, каюсь. А кто бы на моём месте удержался? Вроде и большой такой мужик, в шрамах весь, в крови вон по самую макушку, а смотрит как брошенный щенок на сердобольного прохожего с куском колбасы.

— Надеюсь, получаса тебе хватит, — рассмеялась я, когда глаза у Кайрена совсем округлились. — И Клода не ищи, если надо, могу прислать Мону. А и да, леди Надин отныне запрещено заходить в наши комнаты, так что можешь не прикрываться. Я своё не делю даже с призраками, — на одном дыхании выпалила я и сбежала, пока некромант не пришёл в себя от вороха новостей.

За ужин я не переживала. Знала, что на кухне стоял целый казан плова. Ну не казан, конечно, а толстостенная чугунная кастрюля, в которой я этот плов на открытом огне час томила. Да и не плов получился в конечном итоге, продукты я подбирала схожие, но в точности не угадаешь. Но в общем, ужин у меня был.

Поэтому пулей вылетев из спальни Кайрена, я громко свистнула, подзывая Руни. Кто бы знал, с каким теплом я вспоминала последние дни соседского мальчишку Мишку, научившего меня залихватски свистеть на зависть всем пацанам в деревне. Двадцать лет не надо было, а в новом мире пригодилось. Воистину жизнь бывает непредсказуемая.

— А ты почему тут, а не там? — выкатившаяся из тёмного угла меховушка забавно переводила стеклянные плошки с меня на дверь и обратно. — Вы же так туда замечательно ушли…

— Цыц, сводня ты пушистая, — шикнула я. — Лучше Бранду передай, чтобы ужин в столовой накрывал. А сама потом туда макеты наши и тетради неси.

— Но Стася… — страдальчески закатила Руни глаза. — Какие макеты? Ну вот зачем сейчас?

— Знаешь, хозяин у тебя, конечно, мужик горячий, но это может в любой момент поменяться. Сама же говорила, что последнее время всякие странности происходят. И поверь, эти самые странности, вполне могут в свои планы внести моё появление, грамотно всё рассчитать и сделать поправки на отвлечённость Кайрена.

Вот хорошая она, но прямая, как табуретка. Хотя не слишком ли я многого захотела от воплощения магии? Она, конечно, личность какая-никакая, но гибкости мышления ей точно не отсыпали при создании. Да, собственно, откуда бы ей такая роскошь перепала бы? Кайрен-то тоже в излишней изворотливости замечен не был.

— Не грусти, мелкая, у нас есть поговорка: «Делу время, потехе час». Успеем ещё.

Ну правда, приоритеты необходимо расставлять в правильном порядке, а то может наступить момент, когда огорчаться о неправильно сделанном выборе будет уже поздно. Я не пессимист, и не фаталист дай боже, но и на святую простоту не тяну ни под каким соусом.

— Но… — поёрзала по полу Руни. — У вас нормально всё?

— Да ну тебя, — рассмеялась я. — Кто о чём, а лысый о расчёске. Нормально всё. Честное пионерское.

— Как скажешь, демон, — наконец-то улетела она выполнять поручения.

— Леди Анастасия, не так быстро! — из дальнего конца коридора одёрнул меня уже знакомый голос с капризными нотками.

Вот только её мне ещё для полного комплекта не хватало, но улыбку во всё лицо изобразила:

— Леди Надин, давно не виделись. Как ваше ничего?

— Вашими стараниями отвратительно скучно, — дама поджала губки и колыхнула несколько лишних подбородков.

— Какая вы молодец! — экспрессивно всплеснула я руками. — И скромность вас только украшает. Не вздумайте даже спорить! Другая бы на вашем месте давно бы уже прилетела хвастаться успехами. А вы все ждали, отвлекать меня не хотели.

Вот клянусь, что услышала скрежет зубов. Зубов нет, а скрежет есть.

А вот нечего было мне условия ставить. Хозяйка она тут, видите ли, нечета мне живой однодневке. Вот на этом я эту прозрачную даму и подловила, отправив делать ревизию. Не пропадать же такому рвению. Ещё и Клода к делу пристроила. Ради этого даже место его заточения поменяли, с крошечного чуланчика, на пустую, но сухую и просторную комнату, на стенах которой развесили списки товаров, что покупались для замка.

Писать скелеты не могли, не хватало им той искорки личности, что оставалась привязанной к костям. Но вот тыкать цветными карандашами в нужные строчки оказалось вполне по силам. И Клод, кстати, попался тоже на удочку из лести и уязвлённой гордости. Он же не просто лакей какой-нибудь, дворецкий он в прошлом, так что ему положено знать, что в стенах дома происходит, и кто его хозяина обворовывает.

Вот и старались они день и ночь, без устали и перерывов на благо справедливости. Одна летала по всему замку и в каждую щель смотрела, а другой нужными цветами на листах пометки ставил. Эх, имей из них хоть кто-нибудь возможность писать, настоящую инвентаризацию устроить можно было бы.

— Вот об успехах я и хотела с Кайреном пообщаться, — воинственно свела она брови и даже руки скрестила, выпятив и без того огромную грудь вперёд на манер тарана.

— Ябедничать побежали? — прищурилась я, тоже расправляя плечи.

Такими внушительными достоинствами я не обладала, зато я была из плоти и крови, а это уже заведомо делало меня победительницей в этом соревновании.

— Всего лишь открыть мальчику глаза! Я же за тебя заступалась даже! А ты…

— А что я, кстати? Откуда такая неприязнь?

Вдруг да расскажет на эмоциях. Она дама вообще не очень далёкая, если честно. Один развод её на ревизию чего стоил, она только на следующий день поняла, что я воспользовалась её же словами в свою пользу. Ох, как она возмущалась. Ох, как негодовала. Любо-дорого вспоминать.

— Вертишь тут всеми, воплощение магии с рук у тебя ест! Никого не боишься, где это видано. Одна в замке с ожившими мертвецами осталась и даже ни разу не взвизгнула! — не заставила себя ждать леди Надин, а я некультурно присвистнула.

— Слушайте, так это вы меня из себя вывести хотели? А когда не получилось, то вы…

А что она, кстати? Тупо позавидовала, что ли? Или гордость я её призрачную задела? Рассказывала мне Руни, как леди гостей изводит, а потом злобненько хихикает. Она и при жизни-то вряд ли подарком была, а уж в посмертии и совсем истосковалась.

— Что я⁈ — решительно поплыла дама в мою сторону. — Говори, раз уж начала!

— А как насчёт честной сделки? — выпалила я, прежде чем мысль окончательно сформировалась. — Вы мне помогаете, или хотя бы не донимаете, всё равно же не получается, а я вам… — Ай, думай голова! На кого её натравить можно? Кого не жалко? Бинго! — А с меня путешествие в столицу и проживание в шикарном особняке со всеми удобствами.

— Удобства то мне зачем? — опешила прозрачная леди.

— А где халявные удобства, там и толпа оборзевших нахлебников, — подмигнула я и повернулась в свою спальню, оставив леди Надин обдумывать моё предложение.

Бранд уже гремел тарелками и шуршал скатертями, а я всё ещё не сменила изрядно изгвазданное платье. Установление мира между нами важное, конечно, мероприятие, но явно не важнее, ужина с маркизом.

А не согласится, то и фиг с ней, сама виновата, если не успокоится. Благодаря её склочному характеру, о призраках я теперь знала немало. Можно не только комнаты от неё огородить, но и переезд ей устроить. Не захочет в столицу — отправится в лес на границу, зомби изводить.

Не знаю уж, что надумала леди Надин, но когда я, освежившись, вышла из спальни, коридор был пуст. Хотелось бы верить, что выбор она сделает правильный. Вопрос с особняком и его содержанием решать придётся в любом случае, и сделать это руками потусторонней сущности — идеальный выход из ситуации. И я вроде как чистенькой останусь, и леди развлечётся. А там и о дальнейшем сотрудничестве можно будет подумать. Такими талантами не разбрасываются.

В небольшой столовой уже красовался сервированный стол и таинственно мерцали свечи, расставленные в потемневшие от времени медные канделябры. Этот вечер заранее был отрепетирован. Не угощение, конечно, только обстановка. Как бы костлявая прислуга ни старалась, но из ничего новые обои или паркетные доски они сделать не могли, как и мы с Руни. Поэтому от магических светильников я отказалась. Свечи создавали не только романтическое настроение, но и отлично маскировали потрёпанность убранства.

Нет, головой то я понимала, что эта не моя зона ответственности. Да и привык Кайрен так жить, он про эти комнаты, может, и не знал никогда. Но вот не могла я себя пересилить, не нравилось мне в разрухе есть и всё тут. И даже понимая, что вокруг обман, мозг легко поддавался самовнушению.

— Спасибо, Бранд, свободен, можешь отдыхать, — довольно окинув взглядом стол, отпустила я слугу.

— Зачем ты это делаешь? — раздался позади удивлённый голос.

— Что именно?

Первым порывом было обидеться. В духе модных трендов всяких самопровозглашённых психологов, размахивающих красными флагами. Мол, старания обесценил, заботу не оценил и прочие претензии. Но этот порыв я быстро задушила. Ну, во-первых, не всегда понимала, почему кто-то кого-то должен на пьедестал возносить за непрошенную инициативу. А во-вторых, опыт нашего недолгого общения с некромантом показал, что все вопросы надо задавать прямо, ни строя догадок и не придумывая чего нет. Слишком большая между нами разница. Социальная, культурная, даже темпоральная. Не хочешь нелепых ситуаций и обидок на ровном месте — задай вопрос словами, через рот. Это же нетрудно, а время и нервы экономит.

Вот и сейчас я подозревала, что речь отнюдь не про свечи.

— Разговариваешь со скелетами, как с людьми, — пояснил Кайрен, заходя в столовую.

Что и требовалось доказать. Мне бы даже в голову не пришло, что банальная вежливость и тяга к нормальному общению, может кого-то удивить.

— Привычка, наверное. Да и не получается у меня к ним относиться совсем обезличено, — пожала я плечами, с восхищением разглядывая хозяина замка.

Хорош! В домашней одежде, с небрежно разметавшимися влажными волосами по широким плечам, он просто убивал своей хищной расслабленной грацией. Словно дикий тигр забрёл на огонёк и устроился на лежанке у камина.

— Они не люди, — усмехнулся Кайрен, плавно приближаясь и не выпуская меня из плена прищуренных глаз.

— Доброе слово и кошке приятно, — хихикнула я, сбрасывая наваждение. — Ты голоден?

Сначала дела, а вот потом можно и проиграть в гляделки, и желательно не раз.

— Голоден, — игриво протянул некромант, но я только вскинула бровь. Таким тоном точно не о гастрономических радостях говорят.

— Прошу, — жестом указала я на стул, а сама начала накладывать ему еду в тарелки.

Есть в этом что-то интимное, особенно когда невзначай заденешь бедром напряжённую руку, или прядь волос легко скользнёт под распахнутый ворот. Можно, конечно, и аккуратно ухаживать за мужчиной, не допуская лишних прикосновений и не изгибаясь в причудливых позах, но разве это интересно? В хлещущем во все стороны напряжении своё очарование.

— Расскажешь, что произошло? — поинтересовалась я, когда плов был съеден и даже удостоен похвалы.

Кайрен мгновенно вскинул голову и впился в меня изучающим взглядом. И я даже не обиделась, вот совсем ни капли. Успела понять, что мой интерес его действительно шокирует. Ну не принято у приличных леди интересоваться чем-то кроме дома, тряпок и сплетен. Во всяком случае именно такое мнение бытует среди мужчин и почему-то активно поддерживается дамами.

Может, и был в этом смысл, но мне поддерживать образ дурочки не хотелось. Одно дело разочек картинно надуть губки или даже слезу пустить, а носить эту маску постоянно совсем другой расклад. Не факт, что даже при желании бы справилась, уж больно интересно узнать, что там за стенами замка происходит.

— Тревожно стало на границе, — подумав, решил всё-таки ответить некромант. — И дело не в нападениях, у нежити бывают периоды, когда они усиливают активность. Как у животных…

— Гон? Миграция?

— Не знаю, — честно ответил Кайрен. — Проблема даже не в количестве, а в новых видах. Я пытался узнать в Ордене, что происходит и носит ли оно обычный характер. Но и там ответа нет.

— А Орден имеет какую-то настоящую силу, власть, рычаги давления? Войска хотя бы?

— И да, и нет, — нехотя произнёс некромант. — Войск формально нет, и быть не может. Только не одна Нивария существует с нашей помощью. Если сильно припечёт, отпор дать сможем, и не только нежити.

Нелегко давался Кайрену этот разговор. Вот по глазам видела, напрягало его обострившиеся в последнее время противостояние между светлыми и тёмными. Вернее, даже не так, противостояние между тёмными и всеми остальными. Обычными людьми, магами, властями, странами. Некроманты с горсткой лояльных тёмных магов оказались против целого мира.

Ещё и у соседа что-то неладное творилось. И ладно бы, просто ослаб старик, но помимо внезапной пропажи учеников, ещё и среди солдат нехорошие волнения бродили.

— А тебе не кажется, что людей кто-то натравливает на вас?

— Это как?

Вот говорила же, Кайрен — абсолютно бесхитростный тип, весь в Руни.

И если про всеобщую нелюбовь он был в курсе и воспринимал это как должное. То факт, что кто-то специально может подогревать общественное мнение, он принял далеко не сразу. Не укладывалось у него в голове, что так тонко можно манипулировать людьми, а главное, без чёткой и ясной цели. Ну не за нежить же играли эти пиарщики самоучки. Выведи из строя некромантов, и кто встанет на защиту границ?

Не складывался пазл без всех вводных.

— Слушай, а нежить никак больше нельзя устранить? Только ваша сила?

— Можно, как нельзя, — невесело хмыкнул Кайрен. — В труху измельчить, если, сжечь, да пепел развеять.

Долго, муторно. Но ведь возможно! А если не дубинками скелетов мутузить? А если не костры жечь, а печь какую-нибудь смастерить? А если кислота? А ведь есть ещё магия, вдруг новые магии появились какие-нибудь.

— А тебе не кажется, что вам объявили войну?

— Зачем? Как? — изумился мужчина.

— Как вариант, чтобы отобрать кучу богатых земель, а может и власть новую установить. Смотри сам, вас дёргают в разные стороны по всяким идиотским причинам, типа обязательных смотрин, — загнула я один палец. — Людей откровенно настраивают против вас, — загнула следующий. — Ваши земли намеренно разоряют. Вас душат налогами и идиотскими указами. Вы просто разорвётесь в какой-то момент и наделаете ошибок, — припечатала я кулаком по столу.

— И? — сглотнул Кайрен, гипнотизируя мою руку.

— И кто-то пройдёт победным маршем по вашим землям.

Я не великий стратег. Да что там, я даже не диванный критик, но такой расклад вполне вписывался в моё видение ситуации. Много ли надо народу, чтобы вспыхнул бунт? Парочка провокаторов и крошечная диверсия, и привет, народное волнение. Как фаер, брошенный со стороны особо агрессивных фанатов в сторону бойцов ОМОНа. Нужен только формальный повод.

Могла ли я ошибаться? Да, безусловно. Много ли я знаю об этом мире. Но земли у некромантов действительно богатые, и обширные, и почти в упадке. И не только у Кайрена, кстати.

Лакомый кусочек, как ни крути. А проблема нежити может и не такая уже и проблема. Научились тарелки заколдовывать, почему бы и стену не заколдовать? Ну или там землю по границе. А может и потеснить Пустоши со временем собрались. Там ресурсов, видимо-невидимо.

— Ты не против, если я твои слова доведу до Ордена?

— Конечно, нет, — с облегчением произнесла я. — Если хочешь, могу сформулировать более тезисно.

Кайрен захотел. Очень уж его заинтересовал мой свежий взгляд. Он, конечно, простой, как два рубля в чём-то, но определённо не дурак, и что самое главное, не упёртый дурак. Это, пожалуй, наиболее неприятное сочетание в людях.

Так вот, как я и думала, Кайрен многое замечал, но максимум, что мог себе позволить — отправить послание в Орден. Но вот была ли у них самих возможность разбираться с каждым доносом, он этого не знал. Могло так статься, что и Орден погряз в делах по самую макушку. Их всё-таки немного, да и у руля там совсем старцы, что тоже особой прыти не предполагает.

— Пока ты ничего не отправил, я хотела бы тебе показать, что успела за твоё отсутствие набросать, — потянула я его к столику в углу, до нужной поры накрытым скатертью.

Отправлять сообщение, так разом. Дело даже не в катапультах, с которыми пока вообще неясно, стоит ли овчинка выделки. Хотя конструкция у них простая. Более сложные, я просто не вспомнила, а без полевых испытаний, смысла мастерить из говна и палок их не было. А вот насыпные валы и рвы с заострёнными кольями я вспомнила.

Руни расстаралась, и на столе стояли две панорамы. Она даже человечков сделала и нежить всякую. Нежить, правда, получилась комичной, а фигурки людей, наоборот, гротескно мужественными, но кто я такая, чтобы душить творческие порывы меховушки?

— И? — долго разглядывал наши поделки некромант. — Чем это может помочь?

— Смотри, — крутанула я панораму с самым простым вариантом обороны. — Если сделать эту насыпь по всей границе, то, во-первых, вам не нужно будет сломя голову бегать к месту прорыва постоянно, а во-вторых, небольшие нападения солдаты смогут отразить без твоего участия.

Это тоже был огромный минус в жизни некромантов — необходимость присутствия на месте нападения даже одинокого скелета. По кумпалу то ему могут и без мага настучать, и даже на кусочки разобрать, а вот окончательно упокоить солдаты нежить не могли. К слову, изначально, я самостоятельную деятельность солдат закладывала только с расчётом на выигрыш времени. Но вот новые обстоятельства, вполне могли внести корректировки в мой сырой план.

— Поправляй, если я ошибся, — спустя несколько минут напряжённой работы мысли, очнулся Кайрен. — Ты предлагаешь вырыть ров со стороны Пустоши, утыкать его кольями, а из вынутой земли сделать холм?

— Надо ещё небольшие штрихи добавить, но в общих чертах верно, — бодро закивала я головой. — В идеале бы металлические штыри использовать, но я так поняла, с кузнецами у нас не особо хорошо.

— Не в кузнецах дело, — задумчиво потёр подбородок маркиз. — В руде проблема.

И я даже знала суть этой проблемы. Месторождений-то полно, особенно ближе к горам, а вот добытчики отсутствовали как вид. Если раньше, некромантам, как и другим землевладельцам, разрешали забирать в своё пользование осуждённых за особо тяжкие преступления, то вот уже лет десять как, это соглашение не действовало. И, ко всеобщему прискорбию, последний из каторжников скончался ещё два года назад. А из вольных кто пойдёт на рудники добровольно? Собственно, с камнем, с песком, с лесозаготовкой и даже полями, дела обстояли примерно на том же уровне.

— Поэтому я предлагаю поднять свою армию рабочих, — затаив дыхание, выдавила я из себя.

Пределы возможности Кайрена узнать удалось удивительно легко. Руни не то чтобы болтушка, но любой намёк на несостоятельность фон Грависа, как мага, будил в ней крайне тщеславную особу. В общем, я прекрасно знала, что Кайрен в состоянии поднять реальную армию. И мало того что поднять, он в состоянии её контролировать. Конечно, речь не шла об относительно разумной нежити, вроде местной прислуги, но тупое мясо, вернее, тупые кости, способные выполнять простые команды, он мог поднять в ужасающих количествах.

— Сам подумай, деревья валить, лопатой махать — много ума не требуется. Отрядить несколько человек на контроль и получим беспрерывный конвейер, закрывающий базовые потребности маркизата.

— Ты думаешь, первая такая умная, решила скелетов использовать? — горько усмехнулся Кайрен, одним движением сбив миниатюрные лестницы, закреплённые на панораме. — У меня тысячи трупов под боком, но я не могу их поднять против их воли. А они, знаешь ли, не очень любят работать.

— У них просто не было правильной мотивации, — проигнорировав вспышку, начала расставлять весь порушенный крошечный инвентарь по местам. — И не думай, что я не догадалась, что загвоздка только в клятве, которую вы приносите королю.

Нетрудно сложить вместе истории о поднятых юными некромантами кладбищах и десяток слуг у взрослых, состоявшихся магов. Могут поднять? Технически могут. Хотят поднять? Хотят… иногда. А вот беда, поводок не даёт. Хитрый король, ничего не скажешь. И продуманный, сознательно ограничивает силу тёмных магов.

— И как ты собираешься уговорить трупы работать?

Ох, сколько сомнений-то во взгляде. Аж обидно немного стало. Я, может, точной формулы и не придумала, и как клятву обойти тоже пока не знала, но зачем же заранее отвергать предложения?

— Предлагаю проверить на практике, — мило улыбнулась я.

— Ладно, — подозрительно быстро сдался Кайрен. — Мы в любом случае ничего не теряем. А ты увидишь эту сторону моей жизни воочию, заодно и на местные кладбищенские пейзажи полюбуешься.

Тоже мне испугал ежа голой жопой. Ну кладбище, ну ночью. Я же не одна туда собралась. А вот гнать ночью мужика из дома, было немного совестно, но и меня уже захватил азарт. Вот зачем он сомневался в моих дипломатических способностях? Я и без него в них могла усомниться. Вот уж в какой области никогда не могла похвастаться значительными успехами, так это в ораторском искусстве.

Но что поделать, рабочие руки-то нужны. И причём не только в качестве грубой силы. Был у меня отдельный список припасён, который я намеривалась под шумок провести. Никто и не заметит пары лишних скелетов, которые мне хотелось бы получить в личное пользование.

Я бы с радостью согласилась на живых специалистов, честное слово. Но где ж их взять? Если совсем отребье ещё можно было завлечь жить к некромантам, то вот готовые профи принимали их только у себя. Да что там, даже садовника живого и то не заманишь.

— Школу надо, что ли, организовать, — задумчиво протянула я, отправляясь в свою спальню. — Или ПТУ? А лучше и то и другое.

Отличное же решение, мне лично оно очень нравилось. И главное, что не требовало немедленных действий. Образование — не та сфера, где даже при должном желании и возможностях, результат виден быстро. А уж у нас и подавно. Просадки кадров по всем фронтам. Но в копилочку проектов на будущее я это отложила. Много там чего уже накидано. Пока бессистемно, на чистом озарении, но настанет день, когда я смогу это всё разложить по полочкам. А возможно даже и внедрить.

— Боишься? — вкатилась в приоткрытые двери не в меру радостная Руни.

Да, двери на замок лучше не закрывать. Не нравилось ей по замку без крайней необходимости телепортироваться. Хоть дверцу врезай, как для кошек.

— Ни капли, — не покривила я душой. — Предвкушаю!

Хоть за пределы надоевших стен выйти. Воздухом-то можно было и на башнях подышать, но пройтись ножками по земле, всё-таки другой вид удовольствия.

— Ты точно странная, — разочарованно покачалась меховушка. — Леди Надин в чём-то права.

Тоже мне новость. Однако бросаться доказывать, насколько им тут всем повезло, я, конечно, не стала. Сами разглядят, не слепые же.

— И тебе придётся с этим смирится, — подытожила я, доставая из гардероба брючный костюм и короткую куртку.

Единственные, между прочим. Я и в платья-то переехала отнюдь не из желания следовать традициям. Жалко костюмчик затаскивать, да на кухне пачкать. А вот для прогулки на свежем воздухе — самое оно.

— А ты заметила, что хозяин на вторую миниатюру даже не посмотрел?

— Не переживай, всему своё время, — присела я на корточки перед опечаленной магией. Вот ведь, расстроилась. — Там и над первой ещё думать и думать. Мы же только набросок сделали. Не бывает так, что проект принимали сразу и без возражений. Я знаешь, сколько раз дизайн-проект кухни меняла? Все нервы менеджеру истрепала. И знаешь, что в итоге?

— Что? — оживилась Руни.

— Всё равно казалось, что не всё учла и можно было сделать лучше. То полки высоко, то ящики узкие, то угол у стола мешается и вечно с синяком на бедре ходила.

Не знаю уж, отвлекла ли я меховушку, а вот самой стало грустно. Где моя красивая белоснежная мебель? Такая красивая, и такая непрактичная, как оказалось. Что с квартирой? Ипотеку-то я не закрыла, банку поди отошла. У меня и наследников нет, не то что завещания. Не собиралась я так рано на покой уходить. Куда вот оно всё теперь? А личные вещи? Грустно оттого, что всю мою жизнь кто-то запакует в чёрные пакеты, да и вывезет на ближайшую свалку.

— Эй, Стася, — потёрлась о руку Руни. — Посмотрит хозяин обязательно наши макеты. И применит их обязательно. Он же умный, и жизнями людей рисковать не любит. Не переживай ты так.

— Посмотрит, да…

Чуть слезу не пустила. Не хотела я в уныние впадать, честное слово, но вот накатывала тоска иногда. В Фелрисе, конечно, забавно местами, но всё-таки чужая я здесь. И этого никакими проектами не изменишь.

— Ты готова? — коротко стукнув в косяк у двери, спросил маркиз.

Что ни говорите, а воспитание — отличная штука. Вот и слёзы, предательски выступившие на глазах, успела сморгнуть, и радостное выражение лица вернуть, пока он мялся за приоткрытой дверью. И ведь даже не заглянул!

— Конечно, входи, — позвала я, и Кайрен не заставил себя ждать.

Явился весь такой красивый, в кожаных штанишках, в высоких сапогах, цокающих по полу. Даже думать не хотелось, зачем ему шпоры, у меня такой экзотике всё равно в гардеробе не имелось.

— Не спросил раньше, — замялся некромант. — Ты умеешь ездить верхом?

— Да, — хмыкнула я, но тут же добавила: — Но только на лошадях, и не очень уверенно.

Говорят, что езда на лошадях сродни езде на велосипеде: раз научился и на всю жизнь. Вот и проверим на практике. Заодно и на местных лошадей посмотрю, а то мало ли кого так называют. Названия-то я видела, у фон Грависа даже на балансе целая конюшня была, но вот уверенности, что земные лошади и местные — это один и тот же вид животных, не было.

Маркиз задумчиво окинул меня взглядом и, кажется, был несколько разочарован моим ответом, так что я не удержалась и кокетливо взмахнув ресницами и опустив глазки долу, чуть ли не ножкой шаркая, произнесла:

— Несколько уроков верховой езды мне бы не помешали.

Мне нетрудно, ему приятно.

— Кхм, обязательно, освежить навыки — полезное дело, — отвёл глаза Кайрен.

Не знаю, каким чудом мы с Руни не захохотали в голос. Ну прелесть же!

— Ах да! Чуть не забыл, — засуетился Кайрен, протягивая мне широкую полоску металла. — В замке тебе ничего не угрожает, но за его пределами следует быть осмотрительнее, — и на моём запястье защёлкнулся серебряный браслет.

— Прости, что такой неказистый. Я ювелирных заготовок под артефакты не держал никогда, а у меня на землях ничего изящного не найти. Из таких заготовок обычно делают накопители.

Ничего так, минималистичненько. Может, и хорошо, что под рукой у Кайрена были только простые заготовки. Надо будет про браслеты гвоздики рассказать. У меня в прошлой жизни был, и в этой бы не отказалась. Я вообще украшения предпочитала лаконичные, без витиеватых узоров и плетений. И ровная полоска браслета на моей руке очень даже пришлась мне по вкусу. Изюминки не хватало, конечно, тиснения там или гравировки может. Но и так неплохо.

Пока разглядывала новое приобретение, маркиз соловьём разливался о его пользе. Возможно, боялся, капризов или упрёков, но я честно, только крутила рукой и ничего более.

Так вот, такие браслеты обычно использовались не очень сильными магами, в качестве запасной батарейки. И никакой защитной функции они, к сожалению, не несли. Я-то уже успела себе представить силовой щит, вспыхивающий вокруг меня в момент опасности, но нет. Просто запас энергии на непредвиденный случай. Но был у них один маленький побочный эффект, которым и хотел воспользоваться Кайрен — они фонили. Не как бочка с радиационными отходами, конечно, но нужным людям и созданиям хватало. Грубо говоря, некромант меня пометил.

— Спасибо, — искренне улыбнулась я. — Мне нравится.

— Тогда позволь пригласить леди на прогулку до кладбища? — склонился в шутливом поклоне Кайрен и протянул руку.

Конечно же, я согласилась. Когда ещё поступит такое заманчивое предложение.

До кладбища путь предстоял неблизкий. Больше часа верхом, ещё и с компанией. Впрочем, ничего против смешливого конопатого мальчишки я не имела.

Ученик Кайрена нагнал нас у самого выхода из замка и почтенно пристроился за нашими спинами. Корчить рожи Руни, правда, ему эта показушная смиренность не мешала. Что странно, ни клыков, ни хвоста или ещё каких-то изменений в теле у парнишки я не заметила. Обычный пацан: высокий, лопоухий, пока ещё немного нескладный.

— Извини за бестактность, но я лопну от любопытства, если не узнаю, — тормознула я Кайрена, когда мы вышли за порог и Глейн, забавно подпрыгивая на ходу, убежал к конюшне.

Вот вроде впервые наружу вышла, а даже осмотреться не тянет, пока особенности физиологии некромантов не узнаю. Ну а вдруг оно заразное? Руни все вопросы о клыках игнорировала. Она просто демонстративно замолкала и отмирала только со сменой темы разговора. В книгах по магии о некромантии вообще не упоминалось, так что оставалось пытать единственного доступного носителя информации.

— Я всё гадал, насколько тебя хватит, — хмыкнул некромант и заложил большие пальцы за пояс в ожидании.

Смешно ему! Нет чтобы самому рассказать, не заставляя подыскивать безобидные формулировки.

— Так вот… Я правильно понимаю, что твои клыки — это какое-то проявление магии? Этап инициализации какой-нибудь?

— Правильно, — кивнул Кайрен.

И продолжил насмешливо наблюдать, как я мнусь.

— А они несут какую-то дополнительную функцию?

— Что ты имеешь в виду? — чёрные брови взлетели к самому лбу.

— Ну… такие ведь у хищников бывают. И не для красоты. Может, тебе в рацион сырое мясо добавлять надо? Или шею под укус по вторникам подставлять?

— А почему именно вторники? — искренне изумился он.

— Да просто ляпнула! — топнула я ногой.

— Нет, — поспешно ответил Кайрен, примирительно поднимая руки вверх. — Мясо предпочитаю жаренное, а кровь совсем не пью. А клыки есть, да… Но мне ещё повезло, хоть не рога.

Действительно, хорошо, что не рога. Клыки даже некий шарм придавали и без того суровому лицу некроманта.

В целом же я почти угадала, необратимые изменения во внешности — следствие ритуала посвящения. Так сказать, плата за могущество. Ну и метка для всего остального мира. Рога не самый страшный вариант, как оказалось. Могли быть и крылья, которые никакой шляпой не прикроешь. Вот как у батюшки Глейна, кстати.

Мальчик вообще оказался своеобразным уникумом. Редко когда не только тёмный дар передавался по наследству, но и некромантия, а уж чтобы дар ещё и сильным оказался — один на миллион. В родне фон Грависа, например, не было ни одного тёмного мага — одни светлые и крайне приятные в общении люди, вроде Даррена.

Но это всё мелочи. А вот ритуал позволял не только воплотить собственную магию, но и значительно её усилить. Воплощение являлось своеобразным репитером, расширяющим охват сигнала. Ну, в общем, сильнее оно делало магов, и не только тёмных. Светлые изредка тоже проходили подобный ритуал и тоже получали своего спутника. А изредка не оттого, что изменений боялись, а потому что, большинство магов просто не дотягивало до минимального уровня силы.

Самое интересное, что стандартного вида и базовой личности у воплощений не существовало. Могло животное получиться, а могло нечто неизвестное и абстрактное. Но предугадать и повлиять никак нельзя. Кайрен, например, очень хотел волка, а получил Руни.

На мой взгляд, Руни очень фон Гравису подходила, но сам некромант принял её далеко не сразу. Отказываться он, конечно, от неё не стал, он вообще не склонен к импульсивным и необдуманным поступкам, но и выходить с ней в люди стал далеко не сразу.

— Она хорошая, — сжала я локоть Кайрена. — И милая очень.

— Ну в этом и проблема, собственно, — усмехнулся он в ответ. — Но потом у неё появилась боевая ипостась, и подшучивать больше никто не осмеливался.

Да что за мир⁈ Хоть один человек вообще отнёсся к Кайрену с душевным теплом? Вот просто по-человечески, не ища выгоды? Как он ещё в лютого социофоба-то не превратился? Ну или в социопата, общество прямо напрашивается же.

Что-то я всё больше не хочу становиться частью этого самого общества. Нечего мне там делать. Вот совсем. А вот пожалеть Кайрена очень даже хотелось, но лучше воздержаться. Не стоит плодить в нём комплексы. Не в тех мы ещё отношениях.

— Я, кстати, удивлён, что она перед тобой второй формой не похвасталась, — небрежно заметил некромант, потянув меня в сторону лошадиного ржания и металлического звона. — Очень она её любит.

— Уж не поэтому ли, леди в этом замке надолго не задерживаются? — осенило меня.

— Леди сюда и не стремятся, — опять хмыкнул Кайрен.

Да божечки! Ну нельзя же так! Он ещё и вдаль посмотрел — задумчиво и печально. Это был удар ниже пояса.

— Ну и невелика потеря, зачем нам трусихи в хозяйстве? — беззаботно заметила я.

Кайрен лукаво стрельнул в меня своими тёмными глазками, и я, не выдержав, расхохоталась в голос. Сочувствую тут ему на всю широту своей души, а он из себя несчастного строит. Разве можно так?

Мой практически истерический смех был поддержан громким ржанием. И на этом моменте сдался и сам некромант — тоже засмеялся в голос. А вот обалдевший Глейн долго чесал затылок. Кажется, таким своего наставника он ещё не видел. И кони, которых вывел за собой мальчишка, тоже явно пребывали в замешательстве.

Грустно же живут некроманты, если обычное веселье, вызывает такое удивление у окружающих. Даже если это неуместное веселье. Ну а что поделать, каждый спасается от стресса по-своему. Кто-то пьёт, кто-то ест, а кто-то смеётся над словом «лопата». Я вот из последних. Зато быстро, надёжно и печень не страдает.

— Всё… не могу больше, — с трудом отдышалась я и рухнула на скамейку рядом с длинной поилкой. — Поехали уже, а?

Спорить со мной никто не стал. А зачем? Кайрену хотелось проверить мои коммуникативные навыки. Глейну не терпелось поучаствовать в настоящем поднятии нежити. Руни, вообще, была за любой кипишь. Одни только коняшки не очень хотели переться куда-то посреди ночи, но даже они громко не возмущались.

Лошади, к моему счастью, оказались именно лошадьми. Не тонкокостными норовистыми жеребцами, а основательными и спокойными животными. Не тяжеловозы, конечно, которых я видела только по телевизору, но тоже довольно крупные особи. И немудрено, изящные скакуны сломались бы под весом амуниции. Не только сёдла и упряжи, на бедных животных ещё и кожаные доспехи натянули, и даже морды в подобие шлемов заковали.

— Это Крапива, леди Стейси, — подвёл ко мне Глейн гнедую лошадку, единственную девочку, кстати. — Не переживайте, она не понесёт. Она умная.

Кобылка всхрапнула, переступила мощными ногами, да и отвернулась от меня, потеряв всяческий интерес.

— Крапива, а Крапива, — воровато оглядываясь, шёпотом обратилась я к лошади. — А давай дружить? А я тебе сахара завтра принесу. Хочешь? Вкусного. Сладкого. А может, яблочко хочешь? Хочешь, целый пакет яблок принесу?

Если упоминание сахара, никакого эффекта не возымело, то вот яблоки Крапиве явно нравились, и слово она это хорошо знала. Во всяком случае, отстранённо глазеть по сторонам она перестала, повернув ко мне голову, и недвусмысленно пошевелила губами, обнажив огромные жёлтые зубы.

Б-р-р. Вот знаю, что они не плотоядные, но так и тянет сделать шаг назад.

А хотя мало ли куда эволюция на Фелрисе шагнула, это на Земли они мясом не питаются, да и то куснуть могут, что мало не покажется, особенно если за дело. Видела я однажды в деревне, как всегда меланхоличная Машка, местного алкаша за предплечье хватанула, когда он её за сбрую дёрнул. Повезло мужику, что кости не переломала. А она маленькая, да и старенькая уже была. Не то что эти гиганты.

— Пф-р-р, — непонимающе выдала лошадь, обдав меня тёплым дыханием.

— Ну прости, сейчас нет ничего, — медленно подняла я руки и повернула пустыми ладонями кверху.

Руки тут же были досконально исследованы бархатистыми губами, и даже рукава мне Крапива сдвинула по самые локти. И так она на меня укоризненно глянула, что мне совестно стало. Вот знала же, что верхом передвигаться придётся, о себе побеспокоилась, а о подношении не подумала.

Лошадка как-то расстроенно пожевала удила и тихонько всхрапнув напоследок, отвернула от меня морду.

Нет уж, так дело не пойдёт! На кухне этих яблок целый ящик, ещё и сортов разных.

— Кай! — позвала я некроманта, медленно отступив от кобылы, пока он возился с подпругами. — Я на кухню и обратно. Я быстро!

И почти уже сорвалась с места, как рядом возникла обеспокоенная Руни:

— Стася⁈

— Да нормально всё, я за яблоками и обратно, — отмахнулась я и повернулась к громаде замка, едва видневшегося в темноте.

— Тоже мне беда, — усмехнулась меховушка, и мне в руки посыпались яблоки.

Много, разных, с высоты. Ещё и по темечку прилетело. Спасибо, что не с размаха.

— Вот ты… исполнительная какая, — процедила я, потирая голову, когда яблокопад закончился.

Была у неё такая черта. Вроде и не пакостила серьёзно, но временами могла отчебучить что-то такое на уровне дошколят. Ну не поверю я, что она не догадалась, что яблоки необходимо в какую-то тару сложить и переносить уже вместе с посудиной. Напитки-то она таким макаром не переносила, про графин никогда не забывала.

— Всё для тебя, демон Стася, — радостно закружилась в воздухе Руни, и я только рукой махнула на это безобразие.

Ну надо ей временами суть свою проявить, да и ладно. С меня, в конце концов, не убудет. А так начнёшь её в рамки загонять, а потом, как рванёт в самый неподходящий момент.

И пока я собирала с земли самые целые фрукты, выяснилось, что слово «яблоки» знала не только Крапива. В общем, пришлось делиться, пока кони не устроили мужчинам бунт. Это для меня лошадку снарядил Глейн, а вот своих скакунов им ещё предстояло приготовить до конца. И делать это, когда лошади не пытаются сбежать, оказалось гораздо удобнее.

Вообще, глядя на то, как привычными движениями, мужчины затягивают широкие ремни доспехов, и как флегматично на эти действия реагируют сами лошади, закрадывалась мысль, что кони тут далеко не просто транспорт. Да и вес животных начинал приобретать другой смысл. Одно дело, когда в толпу нежити влетит стройный скакун, а другое, если по скелетам потопчутся эти массивные создания.

Правда, сколько ни наблюдала с башни за стычками на границе, ни разу не видела всадников. Но мало ли по какой причине. Может, там дороги неудобные, или скотинку берегут. Понятно, что порода у лошадок непростая. И доспехи терпят, и скелетов не боятся. Во всяком случае в качестве рабочей силы в конюшне был именно скелет. Он и навоз убирал, и воду таскал, и кормушки наполнял. А они на него реагировали не больше, чем на мебель.

Вот тоже строчка в список найма — конюх. Ну нельзя животных бросать на нежить. Нет, к ним приходит каждый день солдат из гарнизона, и сами некроманты сюда заглядывают. Но они же живые, им общение требуется. А человек и яблочком угостит, и гриву расчешет.

— Крапива, а Крапива. А хочешь, я тебе косы заплету? У меня и ленты есть, целая шкатулка, — опять начала я дружескую осаду кобылки.

Ну а чего. Грива у Крапивы воистину шикарная, чёрная, густая, гладкая-гладкая. У меня сроду такой роскошной шевелюры не было. А у лошади вон, даже щётки над копытами и те в лунном свете поблёскивают.

— Пф-р-р, — тихонько выдала лошадь и потянулась за последним яблоком, дескать, твори, что твоей душе угодно.

Хорошая лошадка мне досталась, покладистая. Схрумкав угощение, она бочком отошла к небольшому приступку у самой стены и замерла в ожидании. Даже гадать не пришлось, чего она там встала — стремена висели ровненько над полешком.

И ведь даже не дёрнулась, пока я на неё забиралась! Тело что-то помнило, конечно, но скажем прямо, простенькое седло в деревне и сложная конструкция на Фелрисе — вещи разные.

— Ты готова? — уточнил Кайрен, гарцуя на огромном вороном мерине.

Нет, всё же воспитание — отличная штука. Или я это уже упоминала? Так вот, некромант, конечно же, предложил мне помощь в водружении в седло, но я то ли из врождённого оптимизма, то ли из гордыни и тщеславия — отказалась. И он отошёл. И с советами под руку не лез. И едкие, и обидные комментарии не отпускал. Даже не хмыкнул ни разу! А стоило мне гордо расправить плечи и не менее гордо окинуть округу уже с высоты, как маркиз, излучая искреннюю заботу, уже нарисовался рядом.

— Готова! — бодро отчеканила я и кинула последний взгляд в сторону замка.

Нет, ну какое мрачное здание всё-таки. Помыть его хотя бы, что ли? Да и во дворе подмести не мешало бы. А то брусчатка то ровная, а мусора на ней столько, словно по ней табун только что прогнали. Да и вообще, пустовато как-то. Сам замок, невысокая длинная конюшня, такие же унылые сарайки рядом, на которых еле светятся магические лампы, да и те скорее своё местоположение отмечают, чем округу освещают. Взгляду не за что зацепиться. Забор, к которому жались все деревянные строения и тот неприметный какой-то. Вот тоже, какой идиот потенциально огнеопасные сооружения у самого забора делает? Перебросили факел с той стороны и нет больше хозяйственных построек. Они пустые, конечно, в основном. Но пожар, паника, убытки. Вот нафига такие проблемы на ровном месте?

— Тогда погнали, — хлопнул Крапиву по лбу некромант, и на шлеме зажёгся тусклый огонёчек.

«Погнали» — это очень оптимистичное пожелание. Вот очень.

Крапива — молодец, к ней у меня претензий не было. Если уж и ругать кого, то только себя за излишнюю самонадеянность. Во-первых, я благополучно забыла перчатки, которые шли в комплекте с костюмом. То ещё удовольствие удерживать голыми руками поводья. Непривычные к такому развлеченью ладошки гореть огнём начали почти сразу. А во-вторых, я никак не могла расслабиться и принять более или менее удобную позу. И в итоге сидела деревянным истуканом, которого подкидывало на каждом шагу и нещадно прикладывало о жёсткое седло.

Похоже, мои мучения не остались незамеченными — спутники упорно втягивали меня в разговор. И, надо признать, небезуспешно. Темы, конечно, были выбраны приземлённые, но в данных обстоятельствах теологический диспут я бы точно не осилила. А вот небольшая экскурсия зашла на ура. Тем более что приглушённый свет от камней, установленных на макушках лошадей, позволял хоть что-то разглядеть.

И стоит отметить, что местами я предпочла бы ехать в кромешной темноте. Сердце кровью обливалось, когда проезжали мимо заболоченных полей и заросших фруктовых садов. Хотя не удивлюсь, если сердце, вместе с отбитым задом просто офигевали над размахом проблем, которые я на себя взвалила.

Самим животным эти фонари не требовались, так что устанавливали их исключительно для удобства наездников. Места здесь неспокойные, и мелкая нежить напасть может, да и зверьё дикое имелось в лесах, ну и людей лихих могло случайным ветром занести. Понятно, что никто в здравом уме на маркиза нападать не станет, но это в здравом, а сколько психов всяких на свете существует? Да и мало ли куда нужда и отчаяние людей завести могут. А так издалека видно, кто путешествовать изволит. Да и в случае чего, сражаться сподручнее, если видишь, куда целишься.

— А Монтибрик он на нейтральной земле стоит, — продолжал рассказывать Кайрен, когда собственные объекты закончились. — Формально — приграничье, но маркиза там нет, и королевского наместника тоже.

— Буфер, — хмыкнула я. — Иллюзия свободы.

— Свободы? — удивился некромант.

— Проще держать всех недовольных в одном месте, позволяя им играть в самостоятельность, — пояснила я, уже жалея что вообще стала развивать эту тему. — Угнетенные короной, обиженные некромантами, просто всякие мутные дельцы. И все за всеми следят, и все на всех стучат.

Мне-то откуда знать? Может там резервация, или вообще ссыльный город? По оговоркам поверенного и воспоминаниям Руни, логичнее предположить, что я права, но, а если нет? Ляпну вот так, не подумав, не убедившись в своей правоте, а простодушный Кайрен возьмёт и поверит. Конечно, одним неосторожным словом вряд ли дел наворотишь, но сомнения зародить вполне можно. А если уж и влиять на мнение маркиза, то только в нужную сторону. Короче, думать надо, прежде чем говорить. Золотое правило, универсальное для всех миров.

— Возможно, ты и права, никогда не присматривался к городу с этой точки зрения, — в подтверждение моих мыслей, протянул Кайрен.

И не скажешь, чтобы не слушал, что я наговорила. Отбитые мозги через позвоночник — так себе оправдание.

— Ехать в ближайшее время туда всё равно придётся, — вспомнила я о своих планах. — И я была бы очень рада, если бы ты составил мне компанию.

— Конечно, — рассеянно ответил некромант и перехватил поводья Крапивы.

Я их держала чисто номинально, лошадки и так шли бок о бок, а кобылка то и дело косилась на огромного мерина и вырваться вперёд даже не пыталась. Вот и гадай, то ли животные такие умные и самостоятельные, то ли выдрессированы отменно.

— А зачем вам в Монтибрик? — задал вопрос любознательный Глейн.

— Платье заказать, — хмыкнула я.

И ведь не соврала, значился и такой пункт в моём списке. А что поделать, Кайрен наотрез отказывается ехать на смотрины без невесты. То ли правильный такой, то ли напора протеже королевы боится. Прислал нам господин Стайвер один очень любопытный список имён, спущенный сверху. Ну как нам, прислал-то он его фон Гравису, и под грифом «особо секретно», а Руни его и открыла, воспользовавшись всей широтой своих полномочий. Сам же некромант глянул мельком, угукнул, смял листок и швырнул в камин.

— Это вам к мадам Лори надо, — со знанием дела выдал парнишка и мгновенно покраснел, виновато покосившись на маркиза.

— Надо, значит, сходим, — едва сдерживая смех, ответила я.

Ну ладно, Глейн, он дите ещё, а сам Кайрен то чего краснеет, будто я его на этой самой мадаме в разгар брачной ночи застукала?

— Потом поговорим, — шепнула я сконфуженному Кайрену, и уже в полный голос обратилась к мальчику: — А ты хорошо знаешь город?

Оказалось, что Глейн в нём, по сути, вырос. Вотчина фон Аренхарда, батюшки Глейна, расположена совсем близко к интересующему меня городу, вот и жил он там, пока сила не пробудилась. Не по нраву его матушке жизнь в глуши. Знал он и местное высшее общество, и купцов всяких, да и слухов тоже знал немало. Пацан же, не девочка какая-нибудь, вот и таскали его по всем светским мероприятиям с малых лет.

Ну а с учётом, что дар у него пробудился меньше года назад, то можно было назвать его вполне достоверным источником информации. Вот и вцепилась я в него с расспросами, как клещ. Кайрен с Руни в этом плане были совсем бесполезными собеседниками. Ну вот не знали они, кто оптовыми продажами занимается, да что там, они оба так и не вспомнили, есть ли там производства или нет.

А Глейн, раздуваясь от гордости, разливался соловьём. Сдаётся мне, всё рассказанное придётся делить на два, как бы не на три. Но в целом беседа выдалась познавательной. Да и дорога как-то незаметно подошла к концу, хотя и заняла гораздо больше времени, чем мне ранее озвучивали. Ну правильно, шагом это вам не галопом нестись.

— Вперёд не выбегать, в ритуалы не лезть, в разговоры без разрешения не вступать, — напутствовал нас Кайрен, многозначительно поглядывая на взбудораженного ученика.

— Ясно, — кивнула я. — Стоим, молчим, не отсвечиваем.

Я-то никуда вперёд батьки лезть и не собиралась, а вот Глейна за рукав от греха придержала. Мало ли что там в подростковой голове перемкнёт. И так чуть из штанов не выпрыгивал, пытаясь рассмотреть надгробия за невысокой кованой оградой погоста.

Вроде и не мне за него отвечать, но кто-то должен быть взрослым и разумным человеком. А кроме скрывшегося среди могилок маркиза, крайних больше и не оставалось.

Глейн, поняв, что ограничение свободы в виде меня абсолютно несговорчиво и неотвратимо, попечалился, да и смирился. То ли он в принципе ещё не умел долго фокусироваться на одной неприятной теме, то ли предвкушение оказалось сильнее, но парнишка быстро развёл бурную деятельность с внешней стороны кладбища.

Вместе с уходом Кайрена, на шлемах лошадок погасли светильники. Причём резко так. Полагаю, что некромант, который их питал своей силой, вышел из зоны доступа, но такая догадка посетила меня позже. А в тот момент, когда на нас обрушилась непроглядная тьма, я заорала. Во всю мощь лёгких. С чувством, с выражением, с полной самоотдачей.

Жутковатое ощущение.

Ночь, темень, кладбище — так себе романтика. Ладно бы ещё самого фон Грависа за руку держала, может, и промолчала бы. Он всё-таки полноценный маг, а не заготовка, как его незадачливый ученик, который мою панику сначала поддержал, то ли по инерции, то ли от испуга. Правда, хватило его ненадолго, выдав парочку душещипательных нот, он резко собрался, и каким-то чудом таки зажёг один из фонариков.

А стоило вспыхнуть неровному свету, как я встретилась взглядом с изумлённой до крайности Руни.

— Ты чего орёшь? — хлопнула она огромными глазами.

— Так, страшно, — честно призналась я, и тут свет опять пропал.

На сей раз тишину нарушали только едва различимые ругательства мальчишки. Смешные такие. Он будто выдавливал их из себя, стараясь казаться старше.

— Ты уж определись, — со смешком посоветовала я. — Или ругайся от души, как подобает мужику, или подавляй в себе эмоции и проявляй чудеса выдержки. А то у тебя сейчас ни то, ни сё выходит.

В ответ раздалось такое возмущённое сопение, что даже свет наконец-то выровнялся.

— Простите, леди Стейси, — всё ещё возмущённо пыхтя, произнёс Глейн. — Я пока не очень хорошо контролирую дар.

А я-то думала, щёлкнул пальцами и всё вокруг работает как надо, а тут вон какой облом. Сила есть, а умения ещё нет. Жаль. Очень жаль. Были у меня на него планы. Не то чтобы совсем коварные, но как средство последнего шанса я его рассматривала. Он-то никаких клятв не давал, и ритуалов не проходил. В общем, была у меня мысль силами юного поколения скелетов поднимать. Но, видимо, остаётся надеяться только на дипломатию.

— Ничего, научишься, — приободрила я мальчика. — Главное, что получилось.

— Это он ещё молодец, — поддержала меня Руни. — Бывает, годами пыжатся, а ничего выдавить из себя не могут.

Еле сдержалась, чтобы не заржать. Ну явно ведь не про магический запор речь. Хотя звучит знатно. И Глейна, пожалуй, могло бы обидеть. Эх, Руни, Руни…

— Да, мне и батюшка говорит, что далеко пойду, — с достоинством заявил мальчик и подбоченился, гордо задрав подбородок. — А уж он-то в таких делах понимает.

Ой не могу. Ну что за неиспорченная прелесть. Его уже и ребёнком можно назвать с великой натяжкой. Вон даже голос уже сломался. Но никакой пошлости, никаких двусмысленностей, он даже в сплетнях, которые мне с великой охотой рассказывал и то не переступал грани приличий. И вот гадай теперь, то ли высшее общество Монтибрика настолько искусно прячет грязное бельё, то ли это внутренние установки самого Глейна.

Вполне допускаю, что он действительно приличный мальчик, и освободившись от мамской юбки, тут же попал к повёрнутому на правильности Кайрену, но не все же вокруг такие благородные. У них тут даже бордели работают легально, между прочим. А я ни слова о чужих похождениях не услышала. Странно это всё. Непривычно. На Земле любой подросток фору даст взрослому в сфере любовных утех. Как минимум в теории. А тут… воспитание, приличия.

А мне бы не помешали сплетни такого рода. Я подобной щепетильностью сроду не отличалась, так что в случае крайней нужды воспользуюсь всеми средствами без малейшего зазрения совести. Что мне чужая репутация? Пыль. Думать надо, прежде чем глупости творить. Не малые же дети, чтобы не отвечать за свои поступки.

— Почти готово, — встрепенулась Руни.

Наблюдать за подготовкой к ритуалу маркиз не разрешил. Что-то там туманно пробормотал про то, что присутствие живых сбивает мёртвых. Но что-то мне подсказывает, что причина гораздо прозаичнее. И кроется она в одном любознательном рыжем мальчишке.

Трудно не согласиться, что такая предусмотрительность излишней не будет. Разве может кто-то дать гарантию, что мальчик не решит попробовать свои силы самостоятельно? Ему и так все вокруг твердят какой он перспективный, какой сильный и вообще молодчинка. Да таких на слабо развести — раз плюнуть, особенно симпатичной девочке. Знаем, сама в пору трепетной юности какой только ерунды не творила, подзуживая вот таких, только что оперившихся птенчиков. Спасибо, что не покалечился никто и под статью не попал.

— Эх, вот хоть бы одним глазком посмотреть, — вздохнул рядом Глейн, подтверждая верность хода моих мыслей.

— Насмотришься ещё, — фыркнула Руни и усвистала на кладбище, оставив нас тяжко вздыхать за оградой.

Вздыхали мы явно по разным причинам. Глейн уж больно тоскливо посматривал на вспыхивающие то и дело огонёчки среди надгробных плит. А вот я непроизвольно ёжилась под весенним ветерком. Не самое уютное место, чего уж тут. Да и огонёчки эти, ясно ведь, откуда они берутся. Души это.

— Что за ерунда⁈ — дёрнулась я, когда земля под ногами начала ходить ходуном.

— Мёртвые проснулись, — с восторгом, переминаясь с ноги на ногу, пояснил Глейн.

Ну хоть не воскресли и на том спасибо. Боюсь, тогда землетрясения было бы не миновать.

К моменту, как за нами вернулись, Глейн совсем извёлся. Он то хватался седлать коней и проверять амуницию на них. То бросался зажигать все светильники разом и совсем выключал освещение. В общем, мальчик маялся в ожидании.

Я же проявила какое-то несвойственное мне смирение. Я просто стояла и ждала. А чего паниковать, без нас всё равно никто никуда не уедет. Возможно, конечно, что моё спокойствие являлось всего лишь защитной реакцией психики. Вот и отключились лишние эмоции вместе со страхом. Мы всё-таки не в театр приехали, да и не роль зрителей нам определена.

— Готовы? — слегка побледневший Кайрен неслышно появился у ограды.

— Да, — даже не вздрогнула я от неожиданности.

— Точно, да? — из-за спины некроманта выплыла озадаченная Руни. — Ты какая-то… странная.

— Нормальная я, — с трудом выдавила я улыбку.

Мимические мышцы по ходу отключились вместе с эмоциями. Никогда раньше за собой такой реакции не замечала. Правда, я и с мертвецами разговаривать раньше не собиралась. Хотя грех жаловаться, в обморок же не упала, в ступор не впала, даже до истерики не докатилась. Вполне заслуженно могла собой гордиться.

— Анастасия, — протянул руку Кайрен, которую я рефлекторно схватила. — Ты точно уверена, что хочешь во всём этом участвовать? Поверь, я не стану тебя осуждать. И моё мнение о тебе как об очень храброй девушке никак не поменяется.

Это как меня там так перекосило, что у Кая такая забота в голосе прорезалась?

— Всё хорошо, — упрямо мотнула я головой и для вида повела плечами. — Замёрзла немного.

— Как скажешь, — с сомнением протянул некромант. — Тогда пошли.

Идти было совсем недалеко. Всего несколько минут по заросшей дорожке и мы вышли на перекрёсток, на котором кругом были расставлены красные свечи.

— Из круга без нужды не выходить, — отдал приказ маркиз, не забыв нахмурить брови и очень выразительно нависнуть над притихшим Глейном. — В разговоры вступать можно только леди Стейси и только после сигнала. Понятно? Или ещё раз повторить?

— Строго он с ним, — шепнула я Руни, которая плюхнулась мне в руки, как только мы зашли на кладбище.

— Как ты там говорила… — пошевелила она ушками. — Лучше перебдеть? Вот это именно тот случай.

Спорить я, конечно, не стала. Мне и нескольких часов в компании этого рыжего чуда хватило, чтобы понять, что он может выкинуть что угодно. И ведь даже не из корысти или глупости, из чистого и незамутнённого любопытства. Очень он этим на меня в молодости походил, так что сомневаться в выбранном методе стократных повторов запретов, к сожалению, не приходилось.

— Это твой участок, — подвёл Кайрен ученика к одной из свечей. — Следи только за ней. Пламя не должно колебаться. Понимаешь? Ровное пламя успокаивает души.

— А если вспыхнет? — серьёзно уточнил мальчишка.

— Что случится, если перед твоим носом взорвать хлопушку?

— Испугаюсь, наверное, — задумался Глейн и запустил пятерню в растрёпанные волосы.

— Именно, — согласился Кайрен. — А ещё ты можешь разозлиться на шутника, или решить пошутить в ответ.

Я слушала с открытым ртом. Нет, я знала, что Кайрен вообще ответственный мужик, но всё равно поразилась, как резко от предупреждений он перешёл на ровный, поучительный тон. И главное, как он по полочкам раскладывал Глейну причины и следствия. Не хочешь спонтанного восстания мертвецов — не делай резких движений, не издавай громких звуков. Души не безмозглые скелеты — они как оголённые провода нервов, чуть тронь и закоротит.

— Понял почему так? — переспросил совсем уж присмиревшего парнишку маркиз.

— Потому что души — это чувства, а тела только кости? — не очень уверенно предположил Глейн.

— Ну почти, — хлопнул его Кайрен и ещё раз указал на свечу. — Следи, она полностью на тебе.

Я ещё гадала, как он за огнём следить будет, это же не магический светильник, а огонь вроде как некромантам не подчиняется, не их профиль. И попала пальцем в небо. Свечи-то непростые оказались, и работали они исключительно на собственной силе магов. И красные они не потому, что это цвет сезона. Такие свечи каждый некромант сам отливает, щедро окропляя воск кровью. Своей, разумеется. Это мне всё Руни успела, как суфлёр прошептать в ухо, пока Кайрен наставлял на путь истинный подрастающее поколение.

Я ждала каких-то спецэффектов, рук там воздетых к небесам, или, может, заклинаний на неизвестных языках, но никак не ожидала, что Кайрен, приобняв меня между делом, абсолютно обыденным тоном позовёт к себе разбуженные души:

— Те, кто раньше был жёнами и матерями, выйдете к нам.

Он даже голос не повысил, между прочим. Стоял себе и с невозмутимым лицом меня за плечи придерживал.

— Почему их? — уточнила я, вглядываясь в приближающиеся к нам огоньки.

— Ты же хотела попробовать найти кухарку, — напомнил некромант. — Твои доводы про эксплуатацию семейных ценностей мне понравились.

А приятно, чёрт возьми! И помнит, и доводы мои обдумал, и меня сразу в самое пекло решил не бросать.

— Я же бюджет не уточнила, — вдруг всполошилась я, на что Кайрен ощутимо надавил мне на плечи и взглядом указал на свечи.

— Так что с бюджетом? — тихо переспросила я, вспомнив наставление о резких движениях.

— Мне кажется, ты не хуже меня знаешь, что у нас есть, так что сама решай. Кухарка нам нужна в любом случае на неё можно не скупиться. Мне очень нравится, как ты готовишь, но я не хотел бы, чтобы кухня вызывала в тебе одни только негативные мысли.

Ути, прелесть. Разве не такие слова желает услышать девушка от будущего супруга?

— Спасибо, — искренне растянула я отмершие губы в улыбке. — Постараюсь сэкономить.

— Может не стоит экономить? — засопела рядом Руни. — Уж кухарку и швею бери с полным комплектом.

— Швею?

— Швей, — поправила я. — Но только для дела, честное слово.

— Да не в количестве проблема, — усмехнулся Кайрен. — Вернее, в количестве и проблема. Не думаю, что здесь найдётся столько мастериц.

Загвоздка, да. А ведь он меня предупреждал, что выбор у него на территории так себе. И сейчас спецов не живёт, и раньше не жило. Но с другой то стороны, мне и не кутюрье нужны. Уж простые рубахи и деревенские бабы сошьют не хуже, чем прославленные мастера. А может, и лучше даже. На Фелрисе Икеи и Озона не водится, а цены на готовый текстиль хоть и не кусаются особо, но брешь могут пробить в любом бюджете.

— Ну значит, у нас будет больше горничных, — нашлась я и молитвенно сложила руки, проникновенно заглядывая ему в глаза: — Давай попробуем? Ну пожалуйста.

— Как скажешь, — улыбнулся маркиз, медленно склоняясь ко мне.

— Звал? — перебил такой волнительный момент сухой старческий голос.

— Запомни, что ты хотел сделать, — едва слышно сказала я Кайрену и повернулась к гостье.

— Доброй ночи, — поприветствовала я маленькую прозрачную старушку, зависшую в метре от земли.

— Зачем потревожил? — проигнорировав меня, она снова обратилась к маркизу.

— Сделку предложить, — поспешно выкрикнула я.

Ну да, Кайрен вроде как предупреждал, что в разговоры следует вступать после команды, но молчит же. И это не я вперёд паровоза лезу, а он сам молчит. Хотел бы, давно знак подал.

Старушка перевела на меня выцветшие глаза и словно издеваясь, повторила:

— Зачем потревожили?

Уже прогресс.

— Мы хотели бы предложить взаимовыгодную сделку, — чуть выдвинулась к границе освещённого круга я.

— Предлагай, — разрешала старушка.

Как-то я на большее количество слушателей рассчитывала, если честно. Я же устану агиткампанию для каждой души проводить. Про время вообще молчу, вон уже и небо на горизонте сереть начало.

Вот только огонёчки продолжали беспорядочно блуждать между надгробиями. Нет, они в целом то двигались в нашу сторону, но уж больно хаотично, ещё и сталкиваться между собой умудрялись. Старушенция, видать, захоронена где-то совсем близко от круга, вот и успела приплыть первой, да ещё и с таким отрывом.

— Предлагай! — неожиданно громыхнул призрак.

Пламя свечей метнулось вверх, но Кайрен только бровью повёл, как интенсивность уменьшилась до прежнего уровня. Непроизвольно оглянулась на Глейна и только поморщилась мысленно. Контролем там и не пахло. На единственной свече пламя то взмывалось, то опадало, почти затухая, то его вообще сносило в сторону. Вроде и ветра нет, а сквозняк есть. Поддувало, видимо, с той, потусторонней стороны.

— Предлагаю… — выдохнула я, спрятав озябшие вмиг руки в карманы. — Двадцать лет служения в обмен на помощь вашей семье.

Я эти двадцать лет у Руни еле отстояла. Ну не приняты у некромантов трудовые договора. А кого заинтересует вечное служение? Они и так мертвы, и вечность им в затылок дышит без всяких напоминаний. А двадцать лет что для них? Мгновение. Минута.

Конечно, я не рассчитывала на быстрое согласие, но хотя бы удивить то моё предложение могло? Я не маркетолог, и даже не продажник, но, как и любой современный человек, что-то да знала. Любят у нас инфополе умными советами забивать.

— Служения? — кажется, в рыбьих глазах старушки промелькнула заинтересованность.

— Работа, по профессии, — уточнила я, поглядывая на ещё нескольких душ, что подтянулись на наш огонёк.

— А нам что? — уточнила молодая дородная женщина, на моих глазах сформировавшись из нечёткого пятна света.

— Помощь семьям, — ответила я.

Кажется, этот разговор будет крутиться на повторе. Души все пребывали и пребывали. Вот только они даже не пытались спокойно послушать мои ответы или уточнить у соседей. Нет, они подлетали и начинали спрашивать одно и то же.

— Так! Стоп! — не выдержала я, когда окончательно запуталась в том, кому и что говорила. — Минуту тишины!

Без Кайрена установить порядок не удалось. Ну тут я даже порадовалась немного возникшей сутолоке. Раз в первые ряды пробиваются, раз несмотря на просьбу с расспросами лезут, значит, осталось в них что-то человеческое же? Даже будь это праздное любопытство и то хорошо. Я на стопроцентный охват и не надеялась.

— Итак, дамы! — уже воодушевлённо начала вещать я, когда все призраки застыли на месте. — Двадцать лет работы на меня и маркиза. Всего двадцать лет работы, привычной вам рутины по дому и ваши семьи получат поддержку. Выплаты старым и немощным. Рассрочка на жилье и обучение. Льготная медицинская помощь. Да-да, — кивнула я трепыхнувшейся старушке. — Я понимаю, что не все ваши потомки проживают на наших землях. Не у всех из вас вообще есть потомки. Но если вы готовы послужить на общее благо, то от вашего имени будет сделан вклад в развитие социальной сферы. Только представьте, дом для деток, где по утрам есть горячая каша. Где есть учителя и тёплая одежда. Где малыши играют, а не батрачат до изнеможения в поле. Благодаря вашим усилиям через несколько лет они смогут занять достойное место в обществе, получить профессию, завести семью. Они получат шанс на жизнь благодаря вам!

Ох, как меня несло! Я себя ощущала Остапом Бендером по меньшей мере. По-хорошему весь мой спич вызывал только один вопрос: «Маркиз то почему ни черта не делает, раз старики голодают, а сироты воруют?» Но кажется, моя экспрессия, щедро сдобренная обилием непонятных слов, обескуражили не только души женщин, но и моих спутников.

Ну и совесть пришлось заглушить. Нехорошо же давить на больное. Это вам не эгоистичный двадцать первый век, да и собрались вокруг меня самые обычные крестьянки. Дети, старики — для них это не обуза и не пустой звук. Эти женщины привыкли тащить на себе семьи. Они просто не умели думать по-другому. Они не успели научиться ставить свои желания выше потребностей семей.

Невеликих нужд, если честно. Крыша над головой, еда в кладовой, одежда в сундуке. Не умели они мыслить другими категориями.

Не все, конечно. Глупо было бы надеяться на единообразие в мышлении. Но было ведь ещё и стадное чувство, которое заставило даже скептиков подтянуться поближе к нам.

— Кто готов увековечить своё имя в истории? Подходите ко мне или вон тому милому мальчику, — указала я на вспотевшего Глейна, отчаянно борющегося со свечой, и ткнула Кайрена в бок.

Понимаю, обучающий процесс и всё такое, но ковать надо, пока горячо, и пока призрачные женщины не переварили мою речь и не начали задавать неудобных вопросов. А они могут. Деревенские бабы — это не малахольные изнеженные аристократки. Они умеют думать, причём в самом неудобном житейском плане. А в моём выступлении логических дыр столько, что и не сосчитать.

Хотя Глейна и просить не пришлось, так он с этой свечей измучился. Он аж расцвёл весь, когда увидел протянутый ему блокнот. Стоит отдать должное, прежде чем выхватить из моих рук канцтовары, разрешение у Кайрена он всё же спросил. Формальное, конечно, причём мы все трое это понимали. Но у маркиза даже язык не повернулся вернуть его к свечке, с таким сочувствием парнишка смотрел на плавно приближающиеся к нему души. Всё-таки работа с населением — это призвание.

— Итак, — обратилась я к старушке. — Ваше имя, место проживания и год смерти?

По факту желающих оказалось не так уж и много. Души толпились вокруг нас, что-то между собой гомонили. Но вот идти наниматься в непонятном статусе и на непонятных условиях спешили далеко не все.

Кто-то просто не хотел работать, что я могла легко понять. Кто-то не имел детей и другой близкой родни, поэтому напрягаться ради чужих людей не горел желанием. Кто-то в целом был чужд идеям гуманизма и признавал только личностные блага.

— Давай первую, пока подниму, — заглянул в блокнот мне через плечо Кайрен. — Не будем терять время.

Вот вроде и разумное предложение, а страшно. Свечи, конечно, ровно светили, призраки агрессии не проявляли, но кто знает, что мы тут коллективно натворить можем?

Так и колебалась, судорожно сжимая стопку листов, наскоро прошитых ниткой. То ли в принципе не существует готовых блокнотов, то ли никому не приходило в голову их отправить в замок. А альбом формата А3 точно в карман не спрячешь, да и непривычно как-то. В общем, был у маркиза один альбом, а стало четыре пухлых кривоватых блокнотика размера А5.

— Далеко отходить не буду, — догадался маркиз о моих опасениях. — Не бойся, круг они не пересекут.

Первой была та самая маленькая старушка. Местная жительница, кстати, и на все руки мастер. Во всяком случае, именно так она меня и заверила. Была она одинока и никакой славы в веках не хотела, а вот справедливости хотела. Правда, кому эту самую справедливость причинять было непонятно, умерла-то она больше века назад. И она даже с моими доводами согласилась, разрешив засчитать её работу за пожертвование в детский дом. Может, и сама не особо верила, что её кто-то специально уморил? Ну старенькая ведь уже, реально старенькая. А с медициной на Фелрисе хорошо только у богатых и одарённых.

А вот с ещё одной душой всё было предельно ясно. Во всяком случае, временные рамки позволяли провести хоть какое-то подобие расследования. Почему подобие? А призраки не могли некроманту соврать, вот такой бонус. Молчать могли, юлить могли, а на прямой вопрос соврать не получалось. Так что, когда Кайрен у женщины лет сорока на вид спросил: «Точно вас градоначальник из дома незаконно выгнал?» Душа без промедления подтвердила, что да, дескать, без всяких сомнений. Бумаги на её глазах сжёг, саму без вещей под зад ногой из дома пнул. А в доме том лавка теперь. А у женщины стресс, у неё муж накануне умер, в общем, сердечко и не выдержало.

Я хотела было начать выяснять у маркиза, что за дела такие гнусные творятся, но глянула исподтишка на мужика, да и рот захлопнула. Во-первых, неправильно это, устраивать разборки и подрывать авторитет. Здесь же и Глейн есть, который нет, нет да и прислушивался к разговорам. А во-вторых, Кайрен с такой силой сжал челюсти, что необходимость в головомойке отпала сама собой. И без подсказок осознал он, какая жопа творится на вверенных ему землях.

Вот после этой души маркиз и рванулся в бой. И даже осознание, что ему хотелось и с глаз наших скрыться, и пар, скорее всего, выпустить, всё равно не примиряло меня со страхом перед кругом. Близко-то Кайрен близко, а души ещё ближе. И роптать они стали сильнее. Не одну меня такая несправедливость и вседозволенность местных чиновников взбесила.

— Я буду рядом, — едва слышно произнёс Кайрен, очень так проникновенно смотря мне в глаза, и я сдалась.

Мне просто страшно, а ему паршиво. И стыдно. И перед призраками, и передо мной, и перед собой. И сказать не может, и пожалеть его нельзя, и отругать тоже.

— Только далеко не уходи… мало ли какие вопросы возникнут, — выдавила я из себя через силу.

Мужчина благодарно кивнул и исчез в тенях между надгробиями.

— Кто за справедливостью — стройтесь ко мне, — вздохнула я и стала наводить новые порядки. — Кто за материальной помощью — к Глейну.

Души быстро перемешались и переместились, мне же оставалось только головой качать, насколько неравномерные получились очереди. Справедливости хотели многие. И даже то, что Кайрена ещё в проекте не было, когда многие из женщин покинули тварный мир, их пыл не умерял.

Пришлось вводить новые правила. А что поделать, работа с электоратом она такая — гибкости требует. Отныне справедливость я обещала только тем, кто знал имена своих обидчиков и умер не так давно. Ну и всякие мелкие дрязги тоже отпадали. Вот я ещё не искала соседку, с которой муж загулял, например. Мне может этого мужа потом тоже обрабатывать.

А может, ну её эту справедливость? Позиции я худо-бедно закрыла. И кухарку отберу, и пара швей найдётся, и горничные тоже, да и птичник уже получится разбить. Бесило меня неимоверно, что даже десяток яиц и тот доставляется из столицы. А если в опалу попадём? А если там бунт какой? Суверенитета нам не видать, но и зависеть от не очень-то дружелюбного государства — не дело. Ладно там шёлка и фарфор, но базовые потребности должны закрываться собственными силами.

А с другой стороны, сколько подонков удастся вычислить без всяких следственных действий? Порядок-то нужен в первую очередь живым. О массовых казнях речь не идёт, а вот повод поменять руководство и пополнить коллектив каменоломен явно появился. Я и так-то изрядно схитрила, пообещав призраками помощь, которую их семьи получили бы в рамках программы развития маркизата. Грех жаловаться, если честно, вон даже четыре женщины на помощь детскому дому согласились, без всяких дополнительных условий. А его строить в любом случае. Не дело это детей на улице бросать.

— Стась, а Стась, — подлетела порядком озадаченная Руни, раздвинув гомонящие души. — А ты трупов боишься?

Странный вопрос. Особенно если учесть, что задан он в центре кладбища, да ещё и на глазах у сотен призраков.

— Ну не особо, — пожала я плечами. — Всегда считала, что надо бояться живых, а не мёртвых. Но сейчас, конечно, эта убеждённость дала трещину. А в чём дело-то?

— Тут такое дело, — замялась меховушка. — Ты же видела даты их смерти?

— Видела, — сглотнула горький ком, уже догадываясь, почему Руни задала такой вопрос.

— Если ты их для точной работы хочешь оставить, то лучше поднимать как есть.

— Как есть, то есть не как было? — зачем-то уточнила я.

— Угу, как сейчас есть, — поджала ушки меховушка.

— Совсем страшно?

— Ну… можно показать.

Вот об этой стороне эксплуатирования нежити я как-то раньше не задумывалась. От скелетов в замке вообще не пахло. Да и не выглядели они жуткими. Или это мой мозг в очередной раз старался сохранить остатки здравомыслия, вот и отсекал сомнительные темы. Короче, не думала я, что нежить это прямо трупы, со всеми вытекающими из этого особенностями.

— Что-то не уверена я, что готова смотреть, — прошептала я, отступая в центр круга.

— Так можно не по-настоящему, — воскликнул сзади радостный Глейн.

Вот уж у кого ночь задалась. И свечи, и призраки, и зомби теперь рядом ходить станут, ещё и знаниями блеснуть получилось.

— Не по-настоящему это как? — обречённо уточнила я.

Я же не страус, от проблемы голову в песок спрятать не получится. Вон, все вокруг от меня ответа ждали.

— Сейчас, — зашуршал страницами мальчишка. — Во, эта подойдёт, — кивнул он своим мыслям и расставив зачем-то широко ноги, пафосно изрёк: — Лани Сторм, выйди вперёд!

К свече подплыла женщина. Обычная такая, ничем особо не выделяющаяся среди остальных призраков.

— Прими истинный облик! — ещё торжественнее приказал Глейн, и женщина скривившись начала оплывать.

Медленно, словно сопротивляясь приказу, облик призрака начал видоизменяться. Сначала потерялась чёткость. Потом начал раздуваться живот. Затем начали опухать руки, а по коже поползли тёмные пятна. А когда пятна начали превращаться в язвы, я зажала рот руками и резко отвернулась, едва сдерживая рвотные позывы.

Такой себе таймлапс получился у Глейна.

— Скажите, когда всё, — процедила я, усиленно дыша.

Спасибо, что только картинка. Запаха я бы точно не выдержала. Надо хоть маску какую-нибудь сообразить. Да и вообще, шляться по кладбищам без защиты негигиенично.

— Так, уже всё, — обиженно отозвался парнишка, и я с опаской начала оглядываться.

Деваться-то некуда, мало посмотреть, мне же с этим как-то сосуществовать рядом придётся.

Зомби, как они есть. Вот прямо натуральный такой киношный зомби. И если грим и спецэффекты меня не трогали абсолютно, то вот смотреть спокойно на прозрачную, но реально мёртвую женщину не получалось. На сей раз мозг обманываться не желал.

— А нельзя как-то ускорить процесс преображения в скелет? — жалобно уточнила я, одной только силой воли заставляя себя не отводить глаза от ужасного призрака.

— Можно, — ещё больше растрепал шевелюру Глейн. — Но вы же сами хотели швей всяких, им работать с мышцами проще будет.

— Ты ещё предложи кухарку в таком виде оставить! — рявкнула я отвернувшись.

Как представила, что этакая страхолюда еду готовить станет, аж совсем поплохело. И это я ещё только проекцию посмотрела.

— Не смогу я, — продышавшись и удержав-таки поздний ужин внутри, честно призналась я. — Давайте как-то скелетами их делать. Хотя бы мумиями.

Про мумификацию я знала не очень много, да и откуда бы. Кроме погребальных обрядов Древнего Египта, ничего в голову не приходило. Вот только я никогда не задавалась вопросом, чем там фараонов обрабатывали и как тела хранили. Знала бы, что пригодится, не только историю изучала бы, но и краткий курс таксидермиста прошла бы до кучи.

И начинающий некромант, к сожалению, знал не больше. Он в целом представлял, что так иногда случается, но полагал, что это случайный процесс, и как так извернуться, чтобы свежий труп превратить в иссохший специально не знал. Да и о разложении он знал как-то обрывочно. С биологией на Фелрисе тоже не особо хорошо.

— Хозяин умеет, — влезла Руни, когда обмен сведениями закончился. — Он меня и послал узнать, как лучше делать.

— А ты раньше не могла сказать? — укоризненно посмотрела я на виновато прижавшую уши тьму.

— Ну… могла, конечно, но так нагляднее, — повинилась Руни. — Ты же сама хотела вникнуть. А трупы — это трупы.

И не поспоришь. Некромант же. Хотя я теперь лучше стала понимать, откуда росли корни всеобщего неодобрения. Это Кайрен о моих чувствах подумал, но он вообще натура внимательная и вконец ещё не очерствевшая. А притащись другой некромант с такой свитой в приличное общество, и эпидемия нервных срывов гарантирована. И ведь не факт, что подобных выходок не было. Люди-то разные бывают.

— Ладно, — согласилась я. — Считай, вникла. Передай, пожалуйста, Кайрену, что поднимать скелетами. Во всяком случае, этих.

— Точно? Они, конечно, не красавицы, но Глейн прав. Чем больше остаётся от тела, тем они лучше работают, да и прежние навыки лучше сохраняются. Свеженькие даже говорить немного могут.

Свеженькие! Б-р-р.

— Нет уж, давай скелетов. А там глядишь, костюм химзащиты изобрету, чтоб красоту такую не видеть. У меня теперь стимул о-го-го какой.

Или лучше формальдегид магический изобрести? Сама то не осилю, а вот мысль вложить в правильную голову, вполне мне по силам. Если уж еду сохранять научились, то почему бы это умение не переложить в сугубо некромантское русло? Да и похоронные бюро озолотятся, новые горизонты в ритуальных услугах.

Ох, куда вот мысль понесло? А всё стресс виноват.

— Скелеты так скелеты, — вздохнула Руни и упорхала прямо сквозь строй прозрачных женщин.

Они на преображённую Лани тоже смотрели с некоторым омерзением. И я их всецело понимала.

— Ко мне идут только скелетами, — обратилась я к душам. — Надеюсь, никто возражать против такого экспресс-похудения не станет?

Женщины не возражали, наоборот, даже как-то приободрились. А тут и Кайрен подоспел, за которым, неловко ступая и путаясь в ногах, брёл скелет.

— Освоится скоро, — отмахнулся некромант и поманил за собой следующую душу из списка.

— Знаешь, Стася, — заметила Руни, когда за кругом, неуклюже переминаясь с ноги на ногу, выстроились больше двадцати скелетов. — Ты меня удивила! Добровольно… столько за раз… ух!

— Рада стараться, — шутовски склонила голову я.

Не говорить же, что я и сама не ожидала таких результатов. Максимум, на который я рассчитывала — кухарка. Швеи и те были уже приятным бонусом.

К моменту, когда небо окончательно посветлело и сквозь низкие тучи, начали пробиваться первые розовые лучики восходящего солнца, на кладбище собралось больше тридцати скелетов. Тридцать скелетов на шокированных нас четверых.

Некроманты, вообще, пребывали в состоянии полного обалдевания, и то и дело неверяще пересчитывали поднятых рабочих. Для них эта костлявая толпа являлась чем-то невероятным. А у меня внезапно образовались излишки контингента. Не рассчитывала я на такую отзывчивость, если честно. Успели уже вложить в моё сознание установку, что мёртвые инертны, а оказалось, что им нужна правильная мотивация.

Все в один голос заверяли меня, что смерть — великий уравнитель, и что на эффективность поднятой нежити абсолютно не влияют исходные параметры тела. Опыт, знания — да, и то если искру личности удалось сохранить, а вот болезни или возраст — нет.

— Стася, руку вытяни! — на ухо крикнула мне Руни, выбивая из странного состояния оцепенения, в которое я погрузилась с рассветом.

Я и вытянула рефлекторно. И как же я заверещала, когда эту самую руку взяли и проткнули кинжалом. Не иголкой какой-нибудь, кинжалом! Пусть и маленьким, пусть самым остриём, но ножом же!

— Какого⁈ — уставилась я на Кайрена, державшего в руках оружие.

— Я тебе два раза объяснял, что хочу сделать, — заметил он, никак не отреагировав на не совсем приличные эпитеты, что непроизвольно вырвались вместе с возмущением.

— Повтори ещё раз, пожалуйста, — попросила я, старательно гася в себе раздражение.

— Я кровью привяжу к тебе этих скелетов. Нас они, конечно, будут слушаться в любом случае, но ты станешь их хозяйкой, а питаться они станут из накопителя.

Слова с делом у некроманта не разнились, и он со сноровкой опытной медсестры, выдавливал кровь из ранки, собирая её в тот же самый кинжал, которым так бесцеремонно меня резал. И что странно, кровь просто впитывалась в металл, не оставляя даже разводов на металлической поверхности.

— А надолго хватит?

— Надолго, — усмехнулся маркиз. — Лет на сто хватит.

— Меня через сотню лет саму поднимать придётся, — проворчала я, засунув окровавленный палец в рот.

Ну не было у меня даже банального платочка, не то чтобы пластыря или антисептика. Правда, уже всласть облизав ранку, я сообразила, что теперь мне грозило не только воспаление, но и диарея, но доставать палец было уже поздно. Хуже то уже не станет, так что хоть кровь остановить.

— Откуда такой пессимизм? Сто лет не такой уж и большой срок, — удивился Кайрен, с подозрением смотря на мои манипуляции с пальцем.

— Для вас, может, и да. Но если ты не забыл, я просто человек, без магии и прочих заморочек, — извлекла я палец изо рта. Некультурно говорить с набитым ртом, даже если набит он собственными конечностями. — Так что, извини, но лет через пятьдесят я буду как они, — мотнула головой в сторону сгрудившихся у выхода с погоста скелетов.

— Не будешь, — влезла Руни в разговор.

— Ну через семьдесят, — ещё меланхоличнее ответила я.

Успела я уже смириться, что магическое долгожительство не для меня. Даже в подушку всплакнула украдкой. Вроде и знала всегда, какой мне срок жизни отмерен, особо и не рассчитывала, что за трёхзначные цифры перевалит. А если и перевалил бы, то не факт, что при современном уровне медицины, я это даже осознала бы. Но вот стоило столкнуться с другими законами мироздания, и робкая, какая-то иррациональная мечта воспрянула было, к сожалению, ненадолго. Ну не живут магические бездари долго. Обычные люди, они во всём обычные.

И я даже успела Кайрена пожалеть. Ему же со старухой жить. Заведёт себе, конечно, лет через пятнадцать очередную мадам на стороне, но я-то никуда не денусь. Не принято здесь раздельное проживание. Так что ни такой уж и длительный срок нам, как паре предначертан. Стану доброй бабушкой со временем для будущего мужа. Советницей, соратницей, опорой.

— Хозяин, ты иди куда шёл, — неожиданно серьёзно скомандовала Руни, а Кайрен взял и пошёл.

— Ты почему не спросила? — поинтересовалась уже у меня меховушка, как только маркиз отошёл от нас на добрый десяток шагов.

— Так логично же, — пожала я плечами, с удовольствием отметив, что кровотечение прекратилось. — Зачем воздух сотрясать?

— Затем, чтобы ерундой себе голову не забивать! — гаркнула Руни.

— А поподробнее? — заинтересовано посмотрела я на взъерошившуюся от негодования меховушку.

Несвойственное для воплощения магии поведение быстро развеяло не только сонную хмарь, но и вновь навалившиеся неприятные мысли.

— Вспомни, как ты умерла, — начала Руни, добавляя ещё негатива в воспоминания.

Я хоть и быстро умерла, но это отнюдь не значило, что именно эти секунды хотелось бы сохранить на долгую память.

— Ну, — буркнула я, всё-таки исполнив этот странный приказ.

— А теперь думай Стася, ты же умеешь, — надавила на меня пушистая собеседница.

И я честно думала. И вспоминала. Пронизывающий резкой болью момент, когда ноготь, отделился от ногтевой пластины. Скрип кожи, что обдиралась об шершавые перекладины. Удар об землю, мигом отозвавшийся в каждой клетке тела. И руки, на которые я смотрела в подземелье. Целые руки, с полностью сохранившимся маникюром.

— Это не моё тело? — шёпотом выдохнула я догадку.

— Именно, Стася! — воскликнула Руни. — Новое тело, созданное некромантским ритуалом!

— Так это что, я буду долго жить? — осторожно уточнила я. — Без магии?

— У хозяина это магии на троих хватит, — фыркнула Руни.

— Кай! Я буду жить! — бросилась я на шею некроманту, который уже закончил привязку скелетов.

Тактичный Кайрен ничего уточнять не стал. Просто подхватил меня под ягодицы, да так и пошёл к лошадкам, не обращая внимания ни на смеющуюся Руни, ни на Глейна, выпучившего глаза от такого вопиющего попрания этикета. Ничего, авось и он нормальным человеком вырастет.

Маркиз Кайрен фон Гравис

— Тара, выйти из строя! — гаркнула я на весь двор, мельком глянув в список.

Вперёд выдвинулся один из скелетов, и Руни мне тут же вложила ленту в руку. Ну а что поделать, различать-то их как-то надо, антрополог из меня точно не получится. Это в виде призраков они обладали разными возрастами, весом, лицами и прочими характерными особенностями, а в виде скелетов разница была только в росте.

В дальнейшем систему идентификации мы, конечно, усовершенствуем и не без помощи самих скелетов, но пока можно было обойтись и именными лентами. Заодно и имена в памяти закрепились, пока делила рабочих по группам. Зрительная память у меня отличная.

— Кухня, — повязала я ленту на голове скелета и отправила в сторону Бранда.

Чтобы самой не путаться, пришлось воспользоваться подручными средствами, а именно слугами. У Бранда собирались кухонные работники. Рядом с Моной — горничные и будущие подсобные рабочие. К Клоду, получившему амнистию от Кайрена, отправлялись швеи. Рабочие же для конюшни и будущего птичника, уходили к Филу, который временно из навозомешателя был переведён в главные конюхи.

Зато теперь смысл бабочки Клода или чепца Моны стал предельно ясен — опознавательные знаки, а не трепетная привязанность к элементам гардероба. Бранд временно обзавёлся фартуком, но вот его я собиралась забрать к себе в качестве телохранителя на первое время. Повар из него всё равно никудышный, а наши скромные потребности с лихвой закроет четвёрка новой нежити.

Будь я на Земле, то всеми руками и ногами бы отмахивалась от сопровождения. А здесь же, только выслушала просьбу Кайрена, да и согласно кивнула. Мне скелет за спиной жизнь никак не усложнял, а если маркизу так спокойнее, то зачем сопротивляться? Да и доводы у некроманта оказались вполне доходчивые.

Решился он навести шороха на своих землях. А где разбирательства и наказания, там и возможные недовольные. И как это не прискорбно — я слабость фон Грависа. А скелет за спиной не только какой-никакой страж, но и неконтролируемый страх, который невольно зарождается у всех людей при виде нежити. Боятся люди мертвецов.

Сам же Кайрен разорваться на тысячу маленьких колдунчиков не мог. И на границе он нужен, и в деревнях в ближайшие дни начнутся проверки. Да и ночи у него были распланированы. Так что мне оставалось куковать в замке, прикрывать тылы и вздыхать у окошка.

Хотелось уже получить документы, и расширить кругозор, а гонца всё не было. Время нещадно утекало, но повлиять на процесс моей легализации мы не могли. Орден Некромантов и так делал всё возможное. Они тоже находились в состоянии постоянного цейтнота.

Я же со своей стороны тоже старалась подложить соломки. Например, заказала материалы на несколько парадных платьев. Сшить бы я их не смогла, но пересмотрев все присланные поверенным модные журналы, смогла набросать желаемое. В конце концов, по легенде меня из диких гор привезли, и некоторая вольность в моделях допустима.

Было бы очень самонадеянно рассчитывать, что с пошивом мне смогут помочь скелеты, но в крайнем случае придётся обратиться в ближайшие деревни. Есть там живые швеи, и даже ателье есть, пусть и ориентированное в основном на пошив мужской повседневной одежды.

А вот в салонах готовой одежды, даже рассчитанных исключительно на аристократов — праздничных нарядов не продавали. И столичные салоны мне тоже не могли прийти в помощь. Выходные наряды должны быть сшиты только в индивидуальном порядке, и только руками, без использования магии. Дурацкая традиция, от которой не готовы были отходить работники ни за какие деньги.

Моим же новым сотрудникам подобная профессиональная щепетильность была несвойственна. Нет профессии — нет заморочек. Да и откуда бы могли простые женщины знать о таких особенностях выхода знати? Так что о личном модельере мне и мечтать не приходилось. А хотелось бы…

Но у меня была только одна настоящая швея, причём умершая не так давно. Та самая женщина, которую нагло выкинули из дома и чья история задела за живое Кайрена и перевернула с ног на голову весь его устоявшийся мирок.

Всем женщина хороша была при жизни. И опыт имела, и кроить, и вышивать умела. А я так малодушно запорола специалиста, отказавшись от её плоти. Дело в том, что оказалось, что чем свежее труп, тем больше от личности удавалось сохранить. Ну а где личность, там и некоторая осознанность и профессиональные навыки.

Те же Клод и Мона были подняты в день смерти, поэтому сохранили не только навыки, но и характеры. На таком сроке, даже избавление от плоти, не так сильно сказывается. А вот со смерти швеи прошло больше месяца. Так что потери в навыках должны быть немалые. Но переиграть возможности уже не было.

— Последняя, — подсказала Руни, и у меня в руке возникла жёлтая лента.

Выбор текстиля в замке был несколько скуден, поэтому пока ограничились двумя цветами: жёлтыми для старших по отраслям и белыми для всех остальных. На каждой ленте я собственноручно вывела имена краской. Не очень различимо и не совсем ненадёжно, но стойкой краски по текстилю у меня в наличии не было. А портить скелетов и расписывать их, я категорически отказалась. Неправильно это как-то, вандализмом отдавало.

— Кира, выйти из строя! — приказала я и отправила скелета к швеям.

Вот и швейный цех укомплектован.

— Куда теперь? — деловито поинтересовалась Руни, довольно оглядывая кучки работников.

— Раздавать ЦУ, — рассмеялась я и поманила за собой кухонных служащих.

Кухарок я взяла с запасом. На несколько человек нам стольких помощников не надо было в принципе. Но был гарнизон, солдаты в котором питались в основном кашами с мясом. Был ещё странноприимный дом в самой крупной деревне маркизата, которую с натяжкой можно было назвать городом. И был детский дом в перспективе. И все эти люди имели очень скудный и далеко не полезный рацион.

Легко могла понять причины, свежие овощи и фрукты в несезон — удовольствие дорогое даже для обеспеченного слоя населения. А для подданных Кайрена — практически единственный способ получить хоть какие-то деньги в оборот. Вот и уходило на продажу всё, что имело хоть какую-то ценность. Себе же оставляли в лучшем случае то, что удавалось раздобыть в лесах и на заброшенных фруктовых садах. Но в садах деревья давно выродились и плоды от дичка практически не отличались, а в леса народ ходил натуральными рейдами. Кучно, редко и не очень результативно. Ведь вглубь заходить они тоже боялись. И даже то, что пока никого в этих лесах не сожрали, храбрости народу не добавляло.

В общем, народ не шиковал. С голода не пухли, конечно, но даже примитивные сладости были редким гостем на столах.

И на фоне этого выяснилось, что нормальной консервации на Фелрисе не знали. И во многом была виновата магия. Зачем искать новые способы хранения, когда есть волшебные лари? Так что в народе в основном только солили и сушили. На слишком раннем этапе производственного развития мира появилась магия, направив технологический прогресс в совершенно другое русло.

При этом тот же сахар особым дефицитом не был, да и цены не кусались. Особых проблем с уксусом и растительным маслом тоже не наблюдалось. Да, стоимость была несколько выше, чем на Земле, но в пределах разумного. Главное, что эти продукты в принципе были доступны.

Разобраться в ценообразовании с наскока у меня не получилось. Не такой это лёгкий процесс, когда специфики земледелия не знаешь, да и учебник по географии оставил в памяти только политическую карту. Поэтому я пошла другим путём: я просто сравнивала цены закупа в разные периоды с земными аналогами и высчитывала соотношения.

Картина получилась хоть и размытая, но кое-что удалось вычленить: зерновые и неприхотливые овощи — стоили копейки. Фрукты и овощи в сезон тоже можно было скупить за бесценок. А вот переработанное сырьё в цене взлетало почти в десять раз. И это при оптовых поставках. Сколько там в розницу наценивали, представить было страшно.

И если для шоковой заморозки или хранения в стазисе свежих продуктов я могла списать такие дикие наценки на использование магии, то с той же мукой, выходило веселее. Уж мельница не настолько дорогостоящее оборудование, чтобы так завышать цену. И это вызывало вопросы.

Ответы я нашла в своде законов. Не сама, конечно, а с подачи поверенного, который после подписания маркизом всех положенных документов, стал более покладистым. Впрочем, приторно-вежливый тон он не поменял, чем продолжал меня бесить, так что общаться с ним я старалась исключительно эпистолярно.

Так вот, зерно. Сельскохозяйственные регионы представляли собой отдельный экономический кластер. Причём даже не по прихоти короля или лобби местных аристократов. Почти все земли, пригодные для земледелия, раньше были другими странами и вступали в состав Эльврана на разных условиях. Там была своя знать, свои законы и свои интересы. Поэтому поставки из провинций готового продукта были в разы дороже, чем закупки сырья, его транспортировка и переработка на территориях изначальных земель. И единственное, что со временем смог продавить король это установить минимальные наценки именно на сырьё.

И вот в этих же законах находилось самое для меня интересное — все земли некромантов тоже были относительно самостоятельными. Маркиз был высшей властью, и в казну королевства уходил налог, рассчитанный исключительно из площади территорий. При этом все маркизаты не имели суверенитета, поэтому никакие таможенные сборы взиматься не могли. Единственные серьёзные затраты — доставка. Это не только сам транспорт и сохранение продуктов. Это ещё и серьёзная охрана.

Кроме того, каждый некромант получал вознаграждение за свои услуги. А ушлый король, умудрялся облегчить бремя оплаты работы маркизов, за счёт поборов соседей, которых некроманты опосредовано тоже защищали. А налогами возвращалась практически вся часть, что платил Его Величество из казны Эльврана.

Короче, некроманты королевству не стоили ничего, но крутиться должны были сами.

Но вернёмся к моим кухонным заботам. Так уж получилось, что кладовке в замке огромные. И до того момента, как Кайрен выдал мне полномочия вести все закупки, эти кладовые постоянно пополнялись. Щедро пополнялись. И в моём распоряжении оказались целые ящики фруктов и ягод, из которых я собралась сварить самое простое варенье и компоты.

Лето в этой полосе ещё не началось. На дворе стояла поздняя весна, и ждать серьёзных урожаев было рано. Ну и неоткуда, если честно. Вся земля целиком принадлежала маркизату, и почти вся она была заброшена. Один из предшественников фон Грависа пытался внедрить систему долгосрочной аренды и поощрения, путём выделения пахотных земель, вот только инициатива загнулась на корню. Люди боялись и старались держаться максимально близко к поселениям. В итоге вокруг деревень образовалась полоса разработанных участков и всё. Ни полей, ни садов. Только несколько гектар огородов. Причём в довольно примитивном варианте.

Что такое удобрения жители Фелриса тоже толком не знали. Есть маги земли, есть целители, которые тоже могли повлиять на урожай, поэтому никаких масштабных исследований не проводилось. Всё ценные культуры обрабатывались магами, а простые крестьяне тыкались во все стороны, как слепые котята.

Конечно, до чего-то путём длительных наблюдений и постоянных проб и ошибок, крестьяне тоже дошли. Но не было научной базы под всеми этими результатами. А экспериментировать никто не решался. Слишком высокая цена у ошибок в таких условиях. Поэтому обходились совсем уж малым, вроде использования золы и компоста.

Как сделать удобрения, я не знала. Я вообще не очень много знала о земледелии. Зато переработать эти чёртовы запасы дорогущих фруктов, и раздать их хотя бы детям и солдатам я могла.

Конечно, в идеале надо просто научить людей готовить самим, уж варенье или компот способны приготовить кто угодно. Была бы возможность. Но будем честны, по мановению волшебной палочки ничего не изменится. Это слишком длительный процесс, да и люди в Фелрисе достаточно инертны, чтобы быстро включаться в работу.

А вот у скелетов не было сомнений. Сказано косточки выковыривать — они и ковыряют. Сказано банку над кипящей водой держать, они и держат. Ещё бы думать могли, совсем бы хорошо было. Пока же точно работали только короткие и чётко сформулированные приказы. И даже некое подобие алгоритмов получилось составить. Отладка, несомненно, займёт какое-то время — слишком уж неожиданные для живого человека возникали трудности. Но со временем процесс точно можно поставить на конвейер. Хотя бы закрыть нужды зависимых полностью от Кайрена стариков, детей и солдат.

А вот в части нашего питания мы совершили огромный рывок от резиновых отбивных Бранда до простых, но очень вкусных блюд. Это новое скелеты усвоить не могли, а вот приготовить по памяти, вполне. Поэтому при опросе на кладбище я выясняла у всех, кто при жизни проявлял интерес к кулинарии, какие блюда они умеют готовить.

И остановила свой выбор на Таре. Она и здесь-то не была простой крестьянкой, а до замужества вообще росла в семье торговца. И то, что она была младшей дочерью, было только на пользу её навыкам. Купец был не очень успешным, так что и дети были весьма неизбалованными и трудились наравне со слугами. Но все же многие продукты она знала и блюда из них умела готовить при жизни. Тот же кофе она варила весьма недурно. Главное было — выдавать в заказ правильные названия. А поскольку книгопечатание на Фелрисе было развито неплохо, пару поваренных книг удалось без проблем заказать из столицы.

И если Тара вполне справлялась самостоятельно с нашим питанием, то вот остальных скелетов оставлять одних пока было нельзя. Мало того что они периодически буксовали на ровном месте, так и я ещё точных рецептов не помнила. Да и какие тут рецепты — местные продукты лишь отдалённо напоминали земные.

Вот и резали, чистили, смешивали и варили целыми сутками. А я почти не покидала кухню, отлучаясь только на сон и на инструктаж швей, которых для начала посадила шить спальное бельё для гарнизона.

Зато на третьи сутки всю длину дальней стены кухни занимали ровные баночки всевозможных джемов и варенья.

— Найти бы теперь подопытного, — задумчиво протянула я, разглядывая наши творения. — Как думаешь, Кайрена легко отравить?

— Его вообще яды не берут, — тут же отозвалась Руни, не покидавшая меня большую часть времени. — Надо на Глейне пробовать. Он ещё слабенький, хоть какой-то эффект будет заметен.

— Добрая ты, — хмыкнула я.

— А то! И щедрая. Считай, честь ему окажешь.

Не потравить бы ребёнка. Ботулизм не дремлет. Но у Глейна действительно шансов больше. Да и я сама этого варенья напробовалась столько, что вкусовые рецепторы уже не реагировали на сладкое.

— Зови! — решилась я и Руни, радостно угукнув унеслась с кухни.

— Вкушно, — прошамкал Глейн, некультурно выскребая остатки джема из баночки.

— Ты же благородный, — хмыкнула я. — Тебя кто с набитым ртом учил разговаривать.

— Так вкушно ше, — и не подумал смущаться парнишка.

— И безопасно? — уточнила я.

— Абсолютно, — тут же ответил он и окинул ряд разнокалиберных банок и хитро прищурившись, добавил: — Но вот та, мне кажется подозрительной.

Лакомство хоть и было незамысловатым по меркам Земли, но даже выросший в достатке Глейн оценил вкусовые качества очень высоко. А я не возражала. Ну съест ребёнок лишние сто грамм джема — ничего ему не будет. Ему и так скучно. Кайрен его с собой не берёт, в замке запер, на границу не пускает. Мне он под руку тоже лезть опасался. Вот и слонялся без дела, подглядывая за бурной деятельностью скелетов.

Но что удивительно, против заточения он даже не подумал возмущаться. Хватило ему новости о пропавших учениках соседа. Да и батюшка его подтвердил, что это уже не первый случай. Правда, исчезали уже вполне сформированные маги, почти достигшие момента, на котором можно пройти ритуал и воплотить магию. Но поручиться за то, что Глейну не угрожает опасность, никто не мог. А отец у него за сына действительно переживал. Что было даже странно, учитывая историю Кайрена.

К детям аристократы относились как к инвестиции, а уж к одарённым и подавно. Но фон Аренхард сильно выбивался из общей массы. Он даже со мной изволил поговорить, как со старшей из живых в окружении сына. Причём интересовался он отнюдь не обучением, а настроением, питанием, даже сном. В общем, всем тем, чем и должен интересоваться любящий родитель, по моему мнению.

— Осталось это раздать, — выдав «подозрительную» баночку Глейну, заметила я.

И вот с этим тоже проблемы намечались. Если в гарнизон я могла передать вместе с продуктами, которые солдаты забирали в самом замке. То в остальные пункты мне доступа не было. И Глейну не было. А уж как жителям раздать, я вообще не представляла. Только если Кайрена просить. Но он по поселениям мотался отнюдь не с гуманитарной миссией.

— Может скелетов отправить? — предложил парнишка, и я чуть чаем не подавилась от такого предложения.

Вот нам только бодро топающей нежити с добрыми намерениями не хватало, чтобы народ воодушевить. Разве что на побег.

И старост тоже не вызвать. Воруют, гады. И под следствием сейчас все.

— Скорее бы вам уже документы сделали, — вздохнул Глейн.

— Скорее бы, — таким же тяжким вздохом поддержала я.

Время-то тикало, а гардероба у меня так и не было. На фоне остальных проблем, шмотки — такая мелочь, но разум упорно цеплялся за что-то понятное. Легко очертить себе сферу деятельности, вот только даже имея какие-то наброски, результат так и остаётся из области неопределённого. А платьишки вот они, по запчастям в кладовке лежат.

Эх и почему я на швею не училась? И вообще, бесполезной какой-то специальности обучалась. Нет чтобы все ПТУ перебрать за время, которое потратила на вышку. Идеальный же вариант: повар-закройщик и агротехник-бухгалтер?

— Придумаем что-нибудь, — всё-таки выдавила я из себя улыбку, нечего парня расстраивать. В конце концов, ничего страшного не произошло. — Хочешь пижаму?

— Кого? — мигом переключился любознательный Глейн.

— О! — заговорщицки понизила я голос. — Это такая специальная одежда.

Пока единственное, что смогла построить и скроить Кира — это свободные штаны. Знала бы я, принципы построения лекал, вышло бы значительно быстрее, но как и с вареньем, приходилось идти путём проб и ошибок.

Хорошо, что мужчины на Фелрисе предпочитали всё-таки брюки и сохранившая часть навыков Кира, стандартные штанишки в облипочку построить могла без проблем. А вот с увеличением свободы с первого раза не получилось. Недостаточно просто взять и прибавить со всех сторон лишних припусков. Несчастное изделие перекашивало даже без хозяина внутри. Но раза с пятого получить определённый баланс получилось. Поэтому у меня теперь были домашние брюки вырвиглазного фиолетового цвета, и мягкая пижамка из бежевой фланели.

С пижамной курткой проблем вообще не возникло. Рубашки были в ходу огромного количества фасонов, так что и на меня Кира сшила куртку с первого раза. И даже с вытачками, что хоть и лишнее было в спальной одежде, но хотя бы доказывало, что такие знания тоже сохранились.

А вот Кайрену полную пижаму я не стала заказывать. Нечего такой шикарный торс во фланельку прятать. Как на нём сидели свободные штаны… Да за мной можно было Руни вместо полотёра отправлять лужи подтирать, столько слюны накапывало.

А уж когда он, поэкспериментировав, решил, что чем ниже на нём эти самые штаны сидят, тем ему удобнее…

Эх, Кайрен, Кайрен. Всё в нём хорошо, кроме тотальной воспитанности и просто нечеловеческого терпения.

— Форма, что ли? — немного сник парнишка. — Как солдатам?

Из старых запасов выжило в основном толстое сукно и ткань, очень похожая на хорошо обработанный небелёный лён. Вот этого льна оказалось три огромных рулона. Так что я без сожалений, выдала его на постельное бельё для солдат. Ну и что, что серое? Зато плотное и новое.

Вот с пошивом для гарнизона проблем вообще не возникло. Койки у солдат были стандартные. Одеяла и подушки тоже. Так что нам хватило одного старого комплекта, чтобы цех заработал на полную мощность. Правда, производственные мощности оказались не настолько и мощные. Скелеты хоть и не спали, и не ели, но шили-то они на руках. И сильно подозреваю, что отсутствие плоти всё-таки сказалось и на скорости работы. Но с другой стороны, они шили. Аккуратно, качественно. И главное, бесплатно. Стоит ли придираться?

А вот для нас ткань я заказала в столице. И про Глейна в момент оформления тоже не забыла.

— Ну почти, — подмигнула я, поманив его за собой.

Текстильная промышленность Фелриса, к сожалению, ни в какое сравнение с Землёй не шла. Да, здесь были шелка и парча. Было грубое сукно и тонкая саржа. Но вот трикотажа не было как вид, даже самого простенького. Ни про какие высокотехнологичные материалы и речи не было. Не знал Фелрис полимерных нитей и сложных плетений. Ставку делали исключительно на зачарование готовых изделий.

А вот фланелька имелась. Но печати рисунков на тканях и выжигания узоров не было. Так что, выбирая ткани для личного пользования, пришлось ограничиться однотонными полотнами. Себе я взяла поросячий розовый, уж больно цена на этот отрез была отличная, Кайрену достались его любимые темно-графитовые оттенки, а вот Глейну я взяла ткань глубокого изумрудного цвета. Красивое же сочетание: ярко-рыжие волосы и пронзительная зелень ткани? В конце концов, ему всего лишь пятнадцать, и в его гардеробе превалировали тоже серые и чёрные оттенки. А когда ребёнку побунтовать? А оторваться? А не понравится цвет, у меня ещё было чем его порадовать.

— Раздевайся до белья и стой смирно, пока с тебя снимут мерки, — завела я парнишку в бывший бальный зал и заметив, как у него стремительно начали краснеть уши, добавила: — Позовёшь, когда закончите.

Сама процедура испугать отпрыска благородного семейства, точно не могла. У него с десяток сшитых вручную костюмов в шкафу висели. А вот моё присутствие точно смутило, так что оставила я его в компании с Кирой, леди Надин и Руни.

Можно было ограничиться и одной Руни, чтобы записать мерки, но эту неугомонную леди из эпицентра моей бурной деятельности фиг выгонишь. И всё ведь ей прокомментировать хотелось. Правда, вид обновки на Кайрене, примерил её с моими нововведениями, но наслушаться нотаций я уже успела.

Зато с каким рвением она взялась управлять уборкой замка. Ух! Ни одна пылинка не скроется от вездесущего призрачного взгляда. А куда мне было девать группу скелетов, что в будущем станет отвечать за животноводство? Сама я в птице и скотине не понимала, да и выехать за ворота пока не могла. По каталогу живность тоже не закажешь. Дёргать Кайрена по таким мелочам тоже не хотелось. Он и так как ужаленный носился между границей и деревнями. Так что в замке воцарился настоящий субботник.

Скелеты абсолютно равнодушно собирали горы мусора, в который с лёгкой руки леди Надин и с моего благословения, попадало всё сломанное, порванное и вообще непригодное к использованию. А вот крепкая ещё мебель или металлические изделия, и лишние предметы роскоши, сносились в отдельные помещения, выделенные под кладовые. Будет время и желание, можно будет и разобрать. А так хотя бы в одном месте всё лежало.

С каким же наслаждением я собственноручно подожгла гору тряпья, которую достали из женского крыла. Такое даже на ветошь не отправишь. Правда, все драгоценные камни и прочие украшения, скелеты сначала оторвали. Хоть и мелочь, но запас карман не тянет. И лучше мешочек мелкого, хоть и не всегда целого бисера из драгоценных камушков, в заначке, чем совсем без запаса на чёрный день.

А пуговицы были просто красивыми, их было жалко. Это не кругляш из пластика — это зачастую настоящие произведения искусства. А так как основная масса была вырезана из костей и ракушек, то и время их не сильно испортило. А уж найти место для хранения одной небольшой шкатулки в огромном и постепенно пустеющем замке, всегда можно. На крайняк заведу свою сокровищницу. Мне Кайрен выдал полные полномочия. Хоть сноси замок, хоть строй. Главное подвал с ритуальным залом не трогать, а то там не только руны призыва невест, но и центр управления завесой. А всё остальное на полное моё усмотрение. Круто же?

Подводить фон Грависа я не собиралась, да и бездомным его делать тоже не планировала, но сам факт такого беспрекословного доверия внушал. Остановись я на минутку, подумай хорошенько какой на самом деле нелёгкий груз на себя взвалила, может, и испугалась бы. Но пока я на одном азарте перла вперёд.

— Мы готовы, — игриво хихикнула за спиной леди Надин. — Мальчик в шоке.

Даже не удивительно. Рисовала-то я так себе, зато у меня была Руни, которые мои каракули переносила на новые листы в отредактированном виде. И цена такой ретуши — упаковка цветных карандашей и почесушки.

— Это отлично, — отозвалась я, не оборачиваясь от окна. — Но что там происходит?

— Восстановительные работы, — мигом набычилась прозрачная женщина.

— И что восстанавливаем? — не очень поняла я, проводив взглядом скелета, тянувшего через весь двор куст с корнями.

— Погост.

Упс. Как-то я и не задумывалась, что у призрака где-то и могилка была. Даже в голову не пришло проверить последнее пристанище леди Надин.

— Если нужны какие-то материалы, дайте знать, — повернулась я к нахмурившейся призрачной даме. — Не всё можно заказать порталами, но постараемся придумать выход.

— Да ничего не надо, — смягчилась леди. — Там целое всё, только сад совсем одичал.

— Как скажете, — расплылась в улыбке я. — Если что, вы всегда знаете, где меня найти.

Интересно, а этично будет отправить скелетов собственные могилы благоустраивать? Но в любом случае порядок и на кладбищах надо навести. А то что мы за некроманты такие, что почести мёртвым не оказываем? Уж клумбы, и дорожки они точно заработали.

— Потеряешь тебя, ага, — проворчала леди и поплыла обратно в бальный зал, но я продолжала улыбаться, глядя ей в спину.

Ворчит, то она ворчит, но никакой агрессии по отношению ко мне и в помине уже нет. Прониклась леди!

— Леди Стейси! — подлетел ко мне взбудораженный Глейн, как только я показалась в широченном проёме. — Это правда мне⁈

— Тебе, тебе, — со смешком уточнила я. — Выбрал?

— Вот эту, — протянул он один из эскизов, но в задумчивости уставился на остальные листы. — Или не эту?

— Да хоть все три, — потрепала его по взлохмаченным волосам. — Но только не за раз.

Мальчик так яростно закивал головой, прижимая к себе листы, что я начала опасаться за целостность и головы и эскизов.

— Тогда чёрную первой, — зажмурившись, выпалил парнишка.

Чёрную так чёрную. Мне не жалко.

Печати на ткани Фелрис не знал, но я то помнила, что даже простые рисунки в качестве аппликаций могли сделать вещь не только уникальной, но и эпатажной. А не это ли подростку требуется?

Трудно ли схематично набросать череп со скрещенными костями? А кости, изобразив скелет во весь рост? Вообще нет, когда есть Руни. Она же и придала им художественный вид, и она же сделала шаблоны в размер, по которым Кира эти самые аппликации и вырезала. А уж нашить их на ткань для бывалой вышивальщицы оказалась совсем не проблема. Вот с нуля вышить не получилось, а красиво пройтись по краю, Кира смогла.

Пробовали мы только на небольшом лоскутке, и только с одним черепом, но где один, там и десяток. Что такое усталость Кира не знала.

Странная штука — время. То скачет, так что только моргать между днями успеваешь, а то растягивается, вмещая в себя немыслимое количество забот. Давно ли я отбивала себе зад в седле Крапивки? Несколько недель всего прошло с той памятной прогулки, а как всё изменилось за такой незначительный в рамках целой жизни срок.

— Не вернулся ещё? — растормошила меня Руни.

— Как видишь, — кинув на вычищенный двор последний взгляд, тяжело вздохнула и повернулась к столу.

Праздничному столу.

Вот только я за ним сидела одна.

Обычно Глейн составлял нам компанию за ужином и тактично отправлялся к себе, но сегодня, вняв намёкам леди Надин, даже не выходил к ужину. И за это мне теперь было стыдно.

Какой смысл было полдня готовить, потом ещё полдня наряжаться, если Кайрен так и не явился?

Вроде ничего и необычного. Подумаешь, задержался. Дел у него много. И суд над градоначальником-прохиндеем скоро состоится, а это не просто на рудники его отправить. Пострадавших всех опросить, компенсацию рассчитать, нового управляющего в город найти. В общем, возни много. Ещё и новая партия скелетов на границе работы начала, тоже его внимания требуют. И до сегодняшнего утра я никак не реагировала на такой ненормированный график. Ну работает человек, всякое бывает.

А утром приехал груз. На телеге приехал, в сопровождении экспедитора с бумагами. Из Монтибрика приехал. Тоже вроде ничего необычного, сама заказывала. И пока скелеты разгружали тюки с одеялами для богадельни, а полуобморочный экспедитор вместе с таким же возничим пытались усмирить впавшую в панику лошадку, я лениво просматривала бумаги. Договора, накладные, каталоги, сопроводительные письма. Ничего необычного.

Кроме того, что договор оказался уже подписан Кайреном. И не просто подписан, но и скреплён его аурой, что исключало возможность подделки как таковой. И тоже ничего бы необычного. Мало ли сколько корреспонденции летает туда-сюда. Вот только контакты этого торгового представителя господин Стайвер дал мне накануне, и при всей своей скорости, без личного присутствия, документы обернуться за такой срок не успели бы.

Но и подписанный договор можно было объяснить хоть как-нибудь. Придумать неотложные дела, что вызвали маркиза в Монтибрик. Мало ли проблем возникает в пограничном крае. Но вот записка, любовно перевязанная атласной ленточкой — приемлемых объяснений не находила.

Да, я знала, что торговый представитель, с которым договорился поверенный, работает и с мадам Лори. Но сфера интересов маркизата и самой мадамы пересечений не имели, поэтому я с лёгкой руки и дала добро. Да и цены, если честно, выглядели гораздо приятнее, чем у конкурентов. И вот…

Доставщики, получив по монетке на восстановление душевного равновесия, умчались со скоростью гоночного болида, а я так и стояла посреди двора, прижимая к груди пухлую пачку документов.

Не знаю, чего было больше: обиды или разочарования, но меня словно ледяной водой окатили. Случайно услышанные обрывки фраз, резко поворачиваемые листы писем, отведённые глаза, всё это разом грозовой тучей заволокло разум.

Я даже не знаю, в чём больше разочаровалась в самом Кайрене, или в том, что успела сама придумать. Он продукт своего времени и мира. И я искренне считала его образцом воспитания и чести, но сколько в этом правды? Что именно для него означает эта эфемерная честь? Не выходить с любовницей в свет? Не дарить любовнице подарки дороже, чем жене? Нагуляться на всю катушку перед свадьбой?

Я честно мирилась с его закидонами. Честно пыталась понять его точку зрения и действовать с оглядкой на его мнение. Честно пыталась. Но стоило ли?

Кто я для него? Вынужденная жена? Компаньон? Домоправительница?

Он неизменно вежлив. Неизменно галантин. Но что прячется под этой маской?

К чему эти ежевечерние посиделки у камина, заканчивающиеся целомудренным поцелуем в щеку у моей двери? К чему эти долгие разговоры ни о чём? Планы, советы? Просто для чего всё это⁈

Не сказать, что мир рухнул, конечно. Но возвращение в суровую реальность было неприятным. Я расслабилась, поверила. Забыла, почему дальше спальни я мужиков к себе не подпускала. Всегда надо держать в памяти зарубку: даже у самого милого и приятного в общении человека, может прятаться за спиной топор.

Даже если любовная записка — выходка брошенной женщины и Кайрен не имеет вообще к ней отношения, розовые очки успели рухнуть на каменные плиты, тщательно выскобленные скелетами.

Глупо устраивать сцены ревности, бить посуду, изрыгать проклятия. Мне даже уйти некуда, чтобы эффектно хлопнуть дверью. Поэтому я решила устроить романтический вечер. Дать шанс обоим спросить в лоб и прояснить все недопонимания.

Тем более и повод имелся. Месяц, как я очнулась в ритуальном зале.

Всего месяц…

— На границе тихо, — виновато прижала ушки Руни, и я только кивнула.

Зато в Монтибрике наверняка жарко.

Я молчала о записке, но Руни — это Руни. От неё ничего не скроешь. И то, как она виновато себя вела, тоже о многом говорило. Всё-таки она часть Кайрена, а не просто милая хтонь.

— Ничего, — пожала я плечами. — Наверное, его задержали неотложные дела.

Красивые и легкодоступные дела… И даже бесплатные.

Над столом раздалось несколько хлопков, и по комнате пробежался тёплый поток воздуха. Вот и закончился заряд в посуде.

— Выпей, что ли, — насупилась меховушка, и я бездумно щёлкнула по горлышку винной бутылки.

Пробка с лёгким шипением выстрелила наружу, и в этот момент в комнату влетел взбудораженный маркиз. Волосы взлохмачены, рубашка мятая. М-да, только следа помады на воротнике не хватает.

— Добрый вечер, ваше сиятельство, — безэмоционально поздоровалась я, щедрой рукой наливая себе полный бокал. — Вы почти вовремя, блюда ещё не успели остыть.

— Анастасия…

— Приятного аппетита, ваше сиятельство, — с нажимом произнесла я. — Не оскорбляйте меня ещё сильнее своим отказом.

Маркиз Кайрен фон Гравис

Проснулась я от ощущения настойчивого взгляда. Никогда не думала, что чей-то взгляд может быть действительно материальным, но у меня физически кожа горела под этим взглядом.

— М? — осторожно выползла я из-под вороха одеял и с опаской приоткрыла один глаз.

Пусто.

Никого лишнего. Кайрена, кстати, в его же спальне тоже не наблюдалось. Я даже одеяла перерыла на всякий случай. Понятно, что он мужик крупный, но и кровать немаленькая, вдруг да закатился.

Сквозь плотные занавески пробивались совсем не робкие утренние лучики, а палящее такое полуденное солнце. Так что спешить мне уже было совсем некуда. Куда можно опоздать, я уже опоздала, а остальное — плевать. Не развалится замок без меня за один день. Стоял себе, ветшал веками и ещё постоит.

— П-с-с, Стася, — раздалось с пола.

— Ты чего катаешься, пыль собираешь? — свесилась с кровати я и уставилась на Руни.

— И ничего я не собираю! — возмущённо распушилась она, и в солнечном свете, падающем из окна, стали видны полетевшие во все стороны пылинки.

— Ну как скажешь, — хмыкнула я и устроилась поудобнее. — Чего хотела-то?

— Проверить пришла, — как собака отряхнулась она и залетела на кровать.

Дежавю прямо.

— Думаешь, меня тут за ночь так уделали, что пора труп поднимать?

— Да ну тебя, — фыркнула меховушка и хитро сощурила глаза. — Понравился хозяин?

— И не стыдно тебе? — наигранно всплеснула я руками, но тут же рассмеялась, плюхнувшись обратно в подушки.

Вот я ещё Руни только не стеснялась. Но обсуждать прошедшую ночь не хотелось. Было? Было. А остальное пусть между нами и остаётся.

— Вот знала бы, что ты такая скромница, сама бы пришла ночью посмотреть, — насупилась Руни.

— Это я-то скромница? — не повелась на провокацию я. — Хозяина расспрашивай.

— Ну и ладно, — сдалась она. — Не больно-то и хотелось.

Ага, так я ей и поверила. Но тему развивать дальше не стала. В конце концов, не такой уж Кайрен и скромняжка. Горяч… Да.

— Где хозяин, кстати?

— Завтрак готовит, — хихикнула Руни и, понизив голос до едва различимого шёпота, попросила: — Ты только не смейся над результатом, пожалуйста. Он впервые сам готовит.

Высмеивать такие благородные порывы я бы и не подумала, но начала опасаться за здоровье. Я же не некромант, на меня яды ещё как действуют, да и уголь полезен только в терапевтических целях.

Но попрощаться с желудком я не успела, дверь тихонько заскрипела и в проёме показалась голова.

Кайрен встретился со мной взглядом и расплылся в широченной улыбке.

— Доброе утро, — толкнул он дверь плечом, и в комнату вплыл не только он сам, но и поднос.

Легко удерживая на одной руке заставленный поднос, мужчина нарочито медленно приближался к кровати. Очень медленно, и очень соблазнительно. И не угадаешь, специально он тут играет мышцами, едва прикрытыми небрежно накинутой рубашкой, или просто расслабился и перестал строить из себя непогрешимого буку.

— Доброе, — села я, поправив под спиной подушки, и непроизвольно улыбнулась.

Как тут не улыбнуться? В теле ещё чувствовалась приятная усталость, точки соприкосновения найдены и обозначены.

С щелчком из подноса показались ножки, превратив его в маленький столик, и вся эта конструкция была тут же поставлена на постель.

— А сам завтракал? — потянула я носом и с удивлением ничего подозрительного не заметила.

— Завтракал, — замялся Кайрен. — В перерыве между подходами. Извини, я хотел сделать что-нибудь выдающееся, но… — он отвёл глаза и забавно почесал нос. — Не получилось у меня, Тара завтрак готовила, так что можешь не опасаться.

Акцентировать внимание на провале я не стала и с удовольствием принялась за еду.

— Не смотри на меня так, — укорила я разводившегося рядом маркиза, прожигающего меня отнюдь не целомудренным взглядом. — Мне нужны силы и много.

— Для чего? — подался он вперёд.

— Платье, ваше сиятельство, — выдохнула я ему в губы. — Мне срочно нужно платье. И инспекция.

Кайрен меня если и слышал, то смысла слов точно не понимал, сосредоточившись на губах, которые я ещё и медленно облизнула, окончательно отключая когнитивные функции маркиза. Первой опомнилась Руни, скромно прятавшаяся в подушках:

— Какая ещё инспекция?

— Деревень, стройки, богадельни, — пожала я плечами. — Ещё бы на рудники неплохо заехать.

Не могла я уже сидеть в замке. Он хоть и большой, но рутина выматывала. Да и донесения и отчёты — это отличный источник информации, конечно, но совершенно недостоверный.

— Не надо стройку, — наконец-то оторвался от созерцания меня Кайрен. — Согласных на работу было не так много, поэтому я их поднимал в… натуральном виде.

— Зомби? — сглотнула я, со вздохом отодвигая поднос.

Нервы-то у меня крепкие, но желудок категорически не хотел участвовать в испытаниях на прочность, предпочитая оставаться в счастливом неведении.

— Давай, ты проинспектируешь границу после завершения работ, — постарался тактично свернуть разговор некромант. — А если хочешь познакомиться с солдатами, то можно заехать в гарнизон.

Гарнизон! Точно. Всего лишь лесная общага солдат и никаких строителей сомнительной свежести. Да и посмотреть на их быт не мешало бы. А то те солдаты, что приходили за продуктами или ухаживать за лошадками, упорно отнекивались и жаловаться ни на что не собирались. Похвально, но я же не из праздного любопытства устраивала допросы. А у мужиков щёлкал какой-то тумблер в головах, и они начинали на все лады заверять, что мужчинам любые трудности нипочём.

— Гарнизон так гарнизон, — быстро согласилась я, выскользнув из кровати. — Через пять минут буду готова.

Вдруг ещё передумает и найдёт повод оставить меня дома.

Пяти минут мне, конечно же, не хватило. Я хоть и не настоящая леди, но девушка же. Ходить с гнездом на голове неприлично, да и неприятно. Но за час я управилась. Могла бы и быстрее, но до фена в Фелрисе ещё не додумались. Аристократкам спешить было некуда, а крестьяне такими мелочами себе головы не забивали. В баньку сходил, косу сплёл, вот и все бьюти-процедуры.

— Красиво, — оценила Руни модернизированную амазонку.

— Мне тоже нравится, — огладила я струящиеся линии брюк.

Путь от пижамных брюк до юбки-брюк составил всего один запоротый образец. А мне хоть и нравились узкие штаны из комплекта для верховой езды, но вот пристёгивающийся к ним подол вызывал лишь раздражение. Ну неудобно же! Да и жарко, если честно. И сами брюки плотные, и подол этот из четырёх слоёв ткани шился, чтобы колом стоял. Не готова я преть в этих одеяниях во имя глупых приличий.

А юбки-брюки вполне вписывались в рамки дозволенного. Всё прикрыто, ничего не выделяется. Прямого запрета на езду на лошади в юбке тоже нет. Главное — не светить конечностями.

Никогда не понимала этих лицемерных стандартов исторического европейского общества. Щиколотку случайно показать — блудница, а то, что лиф корсетов заканчивался там, где даже мне стыдно — это другое, понимать же надо. На фоне такого ханжества паранджа выглядела куда честнее. А местные понятия о морали и приличиях пугающе походили на земные пережитки.

Ну да ладно, ко мне с советами никто не лез, а запрещать и не думал. В противном же случае боюсь, наши едва начавшиеся отношения с Кайреном на этом и закончились. Девочка я взрослая, и вполне в состоянии сама очертить границу допустимого. И без указаний догадаюсь, что отправляться к толпе мужиков в лесу не стоит в одном платье на голое тело.

В общем, выглядела я вполне сдержанно. И перчатки, и шляпка с вуалькой, которую с непривычки так и подмывало сдуть с лица. Но я мужественно держалась. В конце концов, солнцезащитного крема и тёмных очков в Фелрисе тоже не было. Только шляпки и ажурные зонтики. Но передвигаться верхом ещё и с зонтом я пока была точно не готова, не настолько я искусная наездница. Да и выглядеть глупо не очень хотелось. Мода модой, но и у меня есть своё представление о прекрасном.

Даже пешком до гарнизона было недалеко. Но гулять по лесу — несолидно. А вот огромные кони уже внушали. А бегущие вслед за всадниками скелеты — ещё сильнее. Глейну тоже выделили постоянное сопровождение из бывших боевых магов. Так что за нашими с парнишкой спинами теперь постоянно маячили два, увешанных оружием, скелета. Оставалось только порадоваться за уровень образования — и Бранд, и Рауль ножами и мечами творили такое, что страшно было подумать, что они могли натворить при жизни, когда в наличии было не только тело, но и магия.

В самом же гарнизоне встречали нас тепло. Кайрена солдаты уважали, Глейна в деле тоже видели, а со мной весь регулярный состав крохотной армии уже успел познакомиться в более приватной обстановке. Ну мало у мужиков развлечений, вот и приходили под разными предлогами в замок. И конюхи каждый день менялись, и посыльные чуть ли не в очереди стояли. А уж какой переполох возник, когда я с них мерки начала снимать при каждом визите.

Единственные с кем я не сталкивалась — два тёмных мага, проходивших обязательную службу. И никакого желания с ними общаться у меня не возникало, но придётся. Два молодых дворянчика, не только живших отдельно, но и имевших своих слуг, издали производили удручающее впечатление. А главное, я никак не могла понять, откуда такое высокомерие?

Тёмных магов не любили чуть меньше, чем некромантов. Но настолько «чуть», что этой разницей смело можно было пренебречь. А тут такое зазнайство на ровном месте. Да они даже собственными обязанностями манкировали на грани фола. Дежурство, патруль? Они даже не выйдут из своих роскошных походных шатров. Общий стол или проживание? Ни за какие коврижки они не снизойдут до простого люда. Да что там, они даже нас не вышли встретить.

— А это вообще нормально? — тихо поинтересовалась у Руни, сидевшей у меня на руках.

— Ну… в целом нет, — задумалась она. — Тёмные чаще всего не только жизнью битые, но и бедные, поэтому особо рожу не кривят от солдатского пайка. А эти… приезжают на неделю в месяц. Сидят у себя в шатрах, выходят, только когда нежить совсем за границу прорывается.

— И никого это не удивило?

— Да мы, леди, привыкли уже сами, — вдруг влез в разговор толстенький прапорщик Саран, с которым мы виделись уже не раз. — Магов-то бывает и месяцами нет. Их же мало, а задерживаться никто не спешит.

— Но такое поведение не норма? — продолжала я гнуть свою линию.

Подозрительно же. И ни разу это не предвзятое отношение.

— Да мы как-то на них внимания и не обращали, — почесал седую бороду Саран.

— А если обратить? — прищурилась я.

— Проследить, что ли, за ними требуется? — округлил глаза солдат. — Сделаем, леди. Да только они ж маги, что мы там уследить-то сможем?

Его правда, но не нравились они мне и всё тут.

— Сильно не нарывайтесь, пожалуйста, — попросила я. — А я ещё с маркизом переговорю, — и бросив взгляд на плотный полог высокого шатра, стоящего в отдалении от стареньких казарм, перевела тему: — Покажите, как живете?

Подозрения — это, конечно, хорошо, но и дела сами себя не сделают.

— Конечно, леди, — с воодушевлением заявил прапорщик и потащил меня к навесу со столами. — Не побрезгуйте перекусить с дороги.

Тоже мне напугал. После стряпни Бранда меня ничем уже не испугаешь.

— С удовольствием, — ответила я с улыбкой и без колебаний присела на длинную лавку, под прицелом испытывающих взглядов.

Каша оказалась сносной, а застольная беседа — неловкой. Не привыкли простые солдаты подбирать слова и обходить скользкие темы. Безусловно, они пытались, но то и дело проскальзывали крепкие словечки или неприличные ремарки. И если я на подобные казусы только тактично улыбалась, с трудом сдерживая смех, то вот сами мужики терялись и смущались ещё сильнее, отчего их извинения получались совсем неуклюжими.

А появления Кайрена за общим столом, только добавило градус напряжения. Ладно, что он сел рядом, хотя раз уж было заявлено, что я леди, да ещё и незамужняя, то вокруг меня должна была сохраняться зона отчуждения, эдакий буфер целомудрия радиусом минимум одно посадочное место. Но Кайрен ещё и приобнимал периодически, иногда забывая убирать руки. А на все мои шикания он только загадочно улыбался.

Я могла в чём-то понять Кайрена, всё-таки эти мужики хоть и неровня ему по происхождению, но именно они прикрывали ему спину, и с ними он проводил большую часть жизни. И маркизу банально хотелось разделить радостные моменты с ними. Но стыдно в итоге было всем.

Неудивительно, что как только ложки заскребли по дну жестяных тарелок, то все с облегчением покинули стол, найдя тысячу и одно срочное дело. И я бежала в первых рядах. Иначе я просто лопнула бы от смеха. Но нельзя, я же леди, а леди не ржут над неловкостью своих женихов.

Сам осмотр прошёл быстро. Негде тут было долго прогуливаться. Две казармы на пятьдесят человек, пара хозяйственных сараев, более или менее надёжный арсенал, вот и все капитальные строения. Устраивать ревизию на складе и пересчитывать количество подушек я не стала. Смысл-то?

Не было у меня цели поймать кого-нибудь за руку на воровстве, я приехала только посмотреть. Да и что тут красть-то? Тощие подушки? Мятую жестяную посуду? Человека, покусившегося на такие богатства, впору жалеть, а не наказывать. От хорошей жизни такой неликвид не воруют.

А вот маги, наблюдавшие за нами издалека нервировали. Больно пристально они следили за каждым шагом. И я почти уверена, что они читали по губам. Доказательств у меня не было, но они всегда оказывались так, чтобы видеть наши лица. Может и паранойя, но я следила за словами и старалась не бросать на них испытующие взгляды.

— Хорошо, — поблагодарила я Сарана, взявшего на себя роль экскурсовода. — Я увидела всё что хотела.

И даже больше, учитывая присутствие подозрительных одарённых дворянчиков.

Солнце ещё стояло высоко, поэтому я, сверкая зубами и старательно выдавливая из себя непринуждённую улыбку, предложила посетить деревню. Поход в лавку — чем не повод? Вот и Кайрен никакого подвоха не почувствовал. Не уверена, что знай он о моих предположениях, то спокойно продолжил подыгрывать. Не в его это характере. А вот спугнуть магов точно смог бы. Они его явно опасались.

От гарнизона до Каменки ехать было всего ничего. Лагерь солдат хоть и находился в отдалении от дороги, но был расположен в том же направлении, что и самое большое поселение в маркизате.

Ещё издали увидев полосу распаханной земли, а за ней и очертания зданий, я несколько растерялась. Почему деревня? С виду Каменки тянули на небольшой провинциальный городок. Да, ни о каких высотках речь не шла, но и деревянных изб, которых я ожидала увидеть, тоже не было.

Добротные каменные домики. Какие-то совсем игрушечные, на несколько окон, какие-то побольше и покрепче. Мощённая брусчаткой широкая улица. Правда, пересекали основной бульвар обычные утоптанные грунтовки, но сам факт наличия центральной улицы вызывал недоумение. Какая же это деревня? Запущенный, местами облупленный, но всё-таки городок.

— Когда-то здесь было больше людей, — пояснила мне Руни. — Сейчас все окраины пустые. Только пара улиц обитаемы.

— И куда делось население? — разглядывая простенькие вывески лавок, уточнила я.

Продукты, лечебные травки, простенькая одежда и утварь. Ничего похожего на роскошь, только бытовой минимум. М-да, печальное зрелище. Унылое и беспросветное.

— Уехали, а новых не приехало, — грустно вздохнув, пояснила Руни.

Ясненько. Население Каменок состояло из потомков всяких отщепенцев и тех, кому ехать решительно было некуда. А редкие новые жители опять-таки не от хорошей жизни здесь появлялись.

— И сколько сейчас здесь проживает людей?

— Четыреста двадцать три, включая детей и немощных стариков, — включился в разговор Кайрен и невесело уточнил: — Стариков больше всего.

И это самое крупное поселение. Мрак какой. Как это убожество развивать-то?

— Ну… зато есть куда расширяться, — пересилив себя, жизнерадостно улыбнулась маркизу.

Пустующие дома — тоже неплохой актив. Хоть на стройку века разоряться не придётся. А на косметический ремонт можно и рассрочку выдавать, а то и вообще в качестве подъёмных оформить. Работает такая практика на Земле, почему бы не прижиться и на Фелрисе?

Домики в основном небольшие, приусадебные участки опять-таки у каждого имеются. Всё подспорье. Не обеднеет казна, если учителю или лекарю выделить телегу досок. Да и рабочие места создать можно. Вряд ли люди, имеющие профессию, считающуюся престижной, умеют работать руками. Да и ни к чему это, пусть работают, а пол перестелить найдётся кому.

Пока я крутила головой, мощёная дорога кончилась как-то вдруг, просто уперевшись в приземистый, но очень длинный дом. И такой безнадёгой от него веяло, что неосознанно передёрнуло. Не ожидала я, что странноприимный дом окажется в центре поселения.

А ещё я не ожидала, что из окон на нас станут смотреть десятки пар глаз. Оценивающе, осуждающе, недобро.

По скрипучему крыльцу к нам сбежала дородная женщина в возрасте, и я невольно улыбнулась, смотря на неё. Такой контраст между мрачным зданием, настороженными наблюдателями в окнах и тёплой улыбкой женщины. Вот она действительно рада нас видеть. А может, просто рада лицезреть кого-то целого и нестарого.

— Мадам Райт, — уважительно поприветствовал женщину Кайрен и даже голову слегка склонил, задвинув все нормы приличия куда подальше.

Не положено маркизу первым здороваться с теми, у кого титул ниже. А уж вежливо разговаривать с простолюдинами вообще моветон. Но Кайрен, к моему счастью, руководствовался только своей совестью. И эту женщину он явно уважал.

А услышав фамилию и у меня собрался пазл в единое целое. Нас встречала управляющая богадельни. Видела я её инициалы в отчётах, но если честно, считала, что управляет заведением мужчина. Уж больно точно и ёмко сформулированы эти отчёты, и это в отсутствии стандартных форм, между прочим.

— Милорд, — почтительно склонилась она, а я только поразилась, с какой лёгкостью ей даются такие упражнения при таких-то формах и возрасте.

Кайрен ловко спешился и помог мне выбраться из седла.

— Разрешите вам представить мою невесту, леди Стейси дер Фиарнс, — подвёл он меня к женщине и опять забил на сословные предрассудки.

— Рада наконец-то познакомиться вживую с таким талантливым управляющим, — улыбнулась я, как и Кайрен ранее, неглубоко склонила голову.

Мадам Райт определённо польстило моё приветствие. Но я даже душой не покривила, на фоне посланий того же господина Стайвера, отчёты мадам Райт являлись просто отдушиной. Кратко, чётко по делу, без всяких расшаркиваний на пол листа. Поверенный, несомненно, профессионал, но куда как привычнее видеть таблицу с нумерацией, а не художественное описание того же.

— Рада приветствовать вас, леди, — также низко склонилась женщина передо мной, но лукавый блеск в глазах от меня не укрылся. — Не желаете ли осмотреться?

— За этим и приехали мадам Райт, — подтвердил Кайрен. — Леди Стейси изъявила желание ознакомиться с делами.

Управляющая ещё раз внимательно глянула на меня, но только хитро прищурившись, отступила в сторону, пропуская вперёд маркиза. А вот когда я двинулась к ступенькам, поравнялась со мной.

— Не подумайте плохого, леди, но не могу не спросить, — легко ступая рядом, едва слышно произнесла женщина. — А вы, случайно, не пару недель как с делами знакомитесь?

Чуть с шага от удивления не сбилась, но смогла устоять на широкой ступеньке и вопросительно вскинуть бровь. Расположение Кайрена, конечно, чувствовалась, но как-то уж больно свободно себя вела мадам Райт.

Ничего подозрительного в делах странноприимного дома я не заметила, но отчёты — это всего лишь отчёты, и красиво всё провести на бумаге большого ума не требуется. А зная, насколько простодушным бывает некромант, возникало подозрение, что никаких инспекций отродясь не проводилось. Да и вертеть им, если честно, не очень-то и трудно. Как ни странно, но Кайрен до сих пор видит в людях только хорошее.

— Ой, да что вы леди! Не хотела я нос свой совать, куда не следует, — всполошилась женщина. — Распоряжение уж больно интересные стали приходить. Да и почерк новый, вот и подумала, что это вы твёрдой рукой за дела взялись.

Я стояла и продолжала сверлить её взглядом, под которым она и не подумала тушеваться. Вроде и неловко ей, но страха никакого не выказывала, даже хитрые смешинки из глаз никуда не делись. Не ведут себя так те, кому есть чего скрывать. Да и препятствовать нашей проверке она не пыталась. Но вопросы от этого никуда не девались.

— Я всего лишь хотела снять часть груза забот с плеч его сиятельства, — ровно ответила я и чуть опять не оступилась, когда заметила, как настороженно следит Кайрен за нашим разговором.

— Это же замечательно, леди, — всплеснула руками мадам и тепло посмотрела на маркиза, а потом, понизив опять голос, до едва различимого шёпота, пояснила: — Его сиятельство и так как заполошный по границе носится, да не хватает ему твёрдости, всем нет говорить. Ой, да, не смотрите на меня так, леди. Старая я уж, чтобы за словами следить постоянно. С пелёнок я вашего маркиза знаю. В доме его отчем помощницей экономки трудилась. А как там совсем плохо стало, вот и пошла на поклон к молодому господину. Он чай не свой отец, верных людей на улице не бросает. А тут и мне занятие нашлось.

Так-так-так. А предупредить нельзя было? Язык у Кайрена бы отсох? Впрочем, неважно, человек она явно хваткий, и это может стать неплохим подспорьем. Земли-то куча, а вот толковых специалистов — кот наплакал, одни скелеты.

— Что же… Это многое объясняет, — протянула я. — Показывайте ваше хозяйство.

Верный не верный, но проверить не мешало, прежде чем с ней сближаться. И очень не хотелось бы, чтобы первое впечатление оказалось обманчиво. Не за себя даже, мне-то особых разочарований это не принесёт, а вот за Кайрена было немного страшно. И так его жизнь хорошими людьми не баловала, а если ещё и мадам Райт не оправдает надежд, то совсем ему тоскливо может стать.

Богадельня угнетала. Не скудностью обстановки, а скорее атмосферой безнадёги, что царила под сводами этого негостеприимного дома. Молчаливое смирение совсем немощных старичков. Страх и неуверенность, скрытая под маской злобы бывалых солдат, получивших серьёзные травмы и вынужденных существовать в этом доме. Смерть и отчаяние так и витали в комнатах.

Я не нашла в себе душевных сил пообщаться с жильцами, особенно с солдатами. Мне нечего было им сказать. Им не нужна была жалость. Даже обещания не нужны были. Они были сыты, чисты, у них была крыша над головой и подушка под головой. Но они понимали, что здесь они доживают свой век. А я не знала, чем им помочь.

— Много солдат становятся инвалидами? — пройдя дом насквозь и выйдя на задний двор, где был разбит большой огород, спросила у Кайрена, угрюмой тучей ходившему за мной.

— Не очень, — покачал он головой. — Кто-то приспосабливается жить без ноги или глаза. Кто-то возвращается к семье. Но не у всех есть возможность кормить ещё один рот или ухаживать за парализованными.

Миры разные, проблемы одинаковые.

— А старики?

— То же самое, — мрачно подтвердил он мои мысли. — Многие приходят сами, чтобы не быть обузой детям.

И Кайрену мне тоже нечего было сказать. Нет у этих проблем решения. Разве что пенсию по инвалидности назначить для солдат, но это капля в море. Менять надо саму систему, но кто мне даст подрывать экономику целого королевства? А если в этом увидят угрозу власти?

Нельзя с наскока осчастливить всех. Так считают только глупцы и романтики.

Уезжала из Каменок я с тяжёлым сердцем. Не знала я, чем можно облегчить жизнь жильцам странноприимного дома. Да и как ни печально, он оказался градообразующим предприятием. Жители полупустого города стояли в очередь, чтобы получить работу. За неё платили живыми деньгами. И что немаловажно вовремя.

Всех желающих мадам Райт, конечно, не могла принять, но выискивала резервы. Сиделки, прачки, даже огородницы — она старалась пойти навстречу всем страждущим. Но и спрашивала строго, не допуская разгильдяйства на рабочем месте. Желающие получить место не переводились, так что люди не расслаблялись.

Единственное светлое пятно в этой обители мрака и отчаяния — мадам Райт. Женщиной она действительно оказалась не только хваткой и верной, но и сердобольной. Проживала она там же, деля со своими подопечными и кров, и стол.

Когда-нибудь я обязательно посижу с ней за бокальчиком креплёного чая, а то и не одного, и послушаю истории о Кайрене, пачкающего штанишки. Вот как смогу разделить в совсем восприятии её и богадельню, так сразу и приглашу на девичник. Когда, правда, это ещё будет.

Не ожидала от себя, что обычный? по сути своей, дом престарелых, произведёт на меня такое впечатление. Да с чего бы вообще? Мало ли на Земле стариков, проживающих в куда худших условиях? Разве я не знала об этом? Да всё я знала, только всегда малодушно ограждала себя от таких эмоций. Не было во мне тяги к волонтёрству или благотворительности. Естественно, я и здесь могла пойти тем же путём, меня же никто не заставляет, но фарш обратно не провернуть, и камень на сердце уже ухнул всем своим весом ответственности.

Никакого желания ехать по лавкам не было от слова совсем. Но и проехать мимо тоже было нельзя. А причина всё та же — деньги. То, что я позволила выделить себе на булавки из бюджета — значительная сумма для местных жителей. Конечно, основные покупки планировались в Монтибрике, но и мелочи вроде швейных принадлежностей можно было закупить на месте. Тем более что скелетам по большому счёту всё равно, насколько искусно выполнены иглы, а грубое полотно прощало многое.

Заодно и познакомилась с женщиной, что по просьбе маркиза выбирала для меня одежду на первое время. Приятная немолодая женщина, тоже не от хорошей жизни недавно приехавшая в этот край. С добровольцами и дауншифтерами здесь в принципе напряг.

Вот с Лайной я и договорилась, что она организует раздачу варенья. Пока семьям с детьми, но смотря на сухую, шелушившуюся кожу женщины, приняла решение любой ценой ввести витамины в рацион жителей. Не дело это, с таким климатом страдать от авитаминоза.

Я честно выдавливала из себя улыбку и старалась поддерживать непринуждённый разговор с людьми, но лучше бы огород вскопала, всё легче далось бы.

Глейн, ни разу не бывавший в подобных заведениях, совсем скис, и пришлось ещё и его отвлекать от суровой реальности. А у меня резерв оптимизма тоже не бездонный. Но подросток — это подросток, поэтому переключить его не составило особых проблем. В Монтибрик он отправится на правах моего компаньона, а не ученика некроманта. У самого Кайрена дел тоже выше крышечки.

В общем, поездка выдалась хоть и познавательной, но совсем не увлекательной. Я ещё и про дворянчиков свои подозрения высказала, когда вернулись в замок.

— Мне они тоже не понравились, — нахмурился он, когда провожал меня до двери моей спальни. — Но и сделать я ничего с ними не могу. Формально они подчиняются мне, а по факту служат только королю.

— Вышли их куда-нибудь, — предложила я, но маркиз только головой покачал.

— В гарнизоне они перед глазами, а если отправлю их на заставы, то совсем контроль над ситуацией потеряю, — не согласился он. — А сейчас я предупреждён.

— Может, схомутать их и в темницу?

Должны же старания леди Надин хоть кому-то принести пользу. А то тюрьму она нашла быстро, а вот пробиться в неё у нас быстро не получилось. Кто-то не поленился не только завалить проход, но и заложить его камнем. Зато наградой нам стала настоящая темница с десятком камер и пыточная. Даже сомнений не возникло, для чего нужны крюки на потолке, цепи на стенах и столы с железками, точно не допотопный стоматологический кабинет.

— Нет, пусть расслабятся. Нам нужны доказательства.

Раз нам и доказательства, то точно лучше не лезть со своими инициативами. Это не простыни шить, можно и карты всем спутать случайно. А оно мне надо?

— Но если что, помни, что у тебя есть темница и я, — улыбнулась я и сбежала к себе.

Я даже к ужину не вышла. Наобщалась за день, осталось переварить. Руни и та сбежала, оставив меня на несколько часов в одиночестве. А молчаливость Моны пришлась, кстати, как никогда.

Правда, надолго Руни не хватило, и когда в небе появились первые звёзды, в дверь тихонько поскреблись.

— Хозяин просил тебя не трогать, но надо, — вкатилась она в комнату, когда я разрешила войти.

— Надо, так надо, — покладисто согласилась я, даже не уточнив сути.

— Твоя меланхолия меня пугает, но действительно надо, — состроив серьёзную мордашку и воинственно подняв ушки, заявила меховушка.

— Я же согласилась, — пожала я плечами, не вставая с кресла. — Что делать-то надо?

— Меня ощипывать, — хохотнула Руни, и я непонимающе хлопнула ресницами, выходя из заторможенного состояния.

— Ты линяешь? — искренне удивилась я.

Вот в чём она замечена ни была, так это в разбрасывании шерсти, не кошка же.

— Если бы я линяла непроизвольно, здесь была бы очередь на проживание, — фыркнула Руни и демонстративно распушилась. — Но я всяким левым девицам не даюсь. Цени.

— Да, ценю-ценю, — рассмеялась я, притягивая к себе самодовольный пушистый шарик.

Хотя знала бы я, как она решит меня проапгрейдить, то говорила бы без всякого сарказма.

Утром выехали настолько рано, что проснулась я, только когда начал светлеть туман, опустившийся над полями. Я одевалась, ела, даже на Крапиву взгромождалась, не разлепляя толком глаза. Ну а чего от меня хотеть, если Руни отпустила меня с первыми робкими лучами предрассветного солнца?

До Монтибрика путь неблизкий. Будь на границе всё спокойно, Кайрен мог бы и нас перенести порталом, но даже небольшой груз значительно увеличивал расход магии, что уж говорить про трёх всадников с лошадьми и скелетов? Такой переход — билет в один конец минимум на целый день. А такого Кайрен себе позволить не мог. Там хоть и ровная местность, просматриваемая на несколько километров, а нежить далеко не спринтеры, но верхом маркиз мог не успеть вернуться. Поэтому мы глотали пыль дорог и дремали на ходу.

Ну как мы, исключительно я клевала носом. Но опыт не пропьёшь и сотни часов поездок в общественном транспорте в кои-то веки принесли пользу, и привычка спать вполглаза и пол-уха пришлась очень кстати. Так что я ни разу даже не соскользнула с широкой спины лошади.

Окупилось ли ночное бдение? Пока без понятия. В магическом плане это был чистый экспромт и эксперимент, а вот украшения вышли премиленькие, хотя часть их них носила очень провокационный характер даже для меня. А бедного и несколько скованного в интимном плане Кайрена непременно хватит удар. Ещё бы чулочки к этой сбруе добавить, а ещё лучше шпильки, и пилон…

Аж проснулась от таких мыслей. И зарубочку в памяти себе всё-таки поставила. Это у Кайрена просто нормальной русской бабы в постели не было, вот он и теряется немного, но темперамент там ого-го. Есть с чем работать, в общем.

— А долго нам ещё? — сладко зевнув и поправив длинную чёрную серьгу, уточнила у некроманта, ехавшего рядом.

Я, конечно, выпадать из седла не собиралась, особенно проснувшись, но Кайрен бдел, готовый в любую секунду подхватить незадачливую наездницу.

— Ещё несколько часов, — отозвался мужчина. — Мы можем остановиться, размять ноги, а потом ускориться, если хотите.

Ой, ну душка, всё-таки какой тактичный. Не в кустики предложил, а ноги размять.

— С удовольствием принимаю предложение, — улыбнувшись, согласилась я.

Пикник мы устроили тут же, под сенью цветущих яблонь. Это вам не оживлённая трасса, здесь в любом месте можно на отдых располагаться, не боясь наглотаться пыли и собрать горы мусора.

— Расскажешь, что вы такое полночи творили? — дождавшись, пока я перекушу и блаженно подставлю теплому солнцу лицо, спросил изнывающий от любопытства Кайрен.

— А Руни не рассказала? — прищурившись и склонившись к любопытному магу, понизила я голос.

Глейн всё же ещё подросток, и некоторые вещи ему стоит узнавать не от чужой взрослой тётки.

— Нет. И я в замешательстве, — обезоруживающе ответил маркиз.

Пришлось рассказывать, и даже демонстрировать. Не всё, конечно. Но по инициативе Руни, меня отныне можно было не только в музей отправлять, но и в ломбард. За полночи она превратила меня в ходячий артефакт многофункциональной направленности. И защита, и атака, и даже личный телепорт был, пусть и совсем на небольшое расстояние. Ну и про бытовые мелочи она тоже не забыла.

Не знай источник всего этого великолепия, и меня можно было бы принять за настоящего мага. Обвешанного по принципу: всё лучшее надену разом. Но мага же! Да и во вкусе Руни не откажешь, так что и жертвой внезапно свалившегося на меня богатства, и как следствие несдержанности, меня точно назвать было нельзя.

Загвоздка была только в том, что Руни — это Руни, и оперировать она могла только некромантской силой, поэтому мы и выкручивались, придумывая, как такой специфический тёмный дар применить на благо меня. Ещё и большую часть опробовать не удалось без риска разрушить до конца замок. Так что я была не просто ходячим артефактом, а очень нестабильным и непредсказуемым артефактом. Ещё и не ко всем украшениям в принципе пока могла обратиться. Зато выбор был на любой случай. Фантазия-то у меня неплохая, да и опыт огромного количества компьютерных игр сказывался. А уж как Руни мои пожелания воплощала — это вопрос десятый.

— Это же… это же такой прорыв! — не сдержался маркиз, когда я смогла продемонстрировать защитный купол.

Одно из немногих заклинаний, что быстро отзывались и работали без сюрпризов. Всё-таки сам Кайрен ставил точно такую же защиту, и Руни без труда её воспроизвела.

— А это что⁈ Проклятье⁈ — восторженно вцепился он в кулон, в который Руни запихнула отвод глаз.

Технически «отвод глаз» — проклятье, но очень кратковременное, поэтому неопасное и не особо заметное. Настолько кратковременное, что требуется обновление каждый несколько секунд. Даже если и заклинит артефакт, то быть незаметной и невзрачной тенью недолго. Спадёт действие и всего делов.

— Спасибо таланту Руни, — потупилась я, и не думая приуменьшать её заслуги.

В конце концов, прорыв и прорыв. Мне же лучше, если у Кайрена окажутся дополнительные умения. Да и Глейну такие навыки не помешают. Он сильный мальчик, у него вся жизнь впереди. А королевский гадюшник и происки конкурентов никогда не дремлют.

Остаток пути мужчины только и гомонили, как два подростка, перебивая друг друга и накидывая все новые и новые варианты использования своей узкоспециализированной силы. Ещё и Руни разбудили, что без зазрения совести дрыхла всё утро в специальной седельной сумке на боку жеребца Кайрена. Ох, как она ворчала. Ох, как фыркала. Но побухтев мигом втянулась в общий разговор.

Я только тихо посмеивалась такому всеобщему воодушевлению и ехала чуть в стороне, не рискую попасть под шальное заклинание. А то они не только обсуждали, но и пробовали, не отходя от кассы.

Дорога становилась всё шире. Пейзаж вокруг становился всё более ухоженным. А когда солнце поднялось в зенит, мы въехали в Монтибрик.

Центр приграничья — это вам не захолустные Каменки, это почти мегаполис. Нарядный центр, уютные зелёные парки, серые трущобы, даже выделяющийся на общем фоне промышленный район. Уж длинные унылые крыши цехов спутать с чем-то другим трудно. А плотный тёмный дым, курившийся над той частью города, окончательно указывал на кипевшую там работу.

Я уже успела узнать из учебников и рекламных буклетов, что технический прогресс в Фелриссе завис на уровне паровых машин. Вот только использование магии привносило свою изюминку в производство. Конечно, далеко не все отрасли могли себе позволить эксплуатировать труд магов. Услуги магов недешевы. Но вот починка или изначальное зачарование станков без магов не обходилось.

Естественно, что я с интересом рассматривала необычный вид, открывшийся на весь город с пригорка, через который вела дорога в Монтибрик. Даже остановилась ненадолго, а Руни впихнула мне в руки свою раритетную новинку — подзорную трубу. Очень она гордилась тем, что инструкция мне не понадобилась, да и самим устройством гордилась.

— Леди Стейси, — с горящими от предвкушения глазами, обратился ко мне Глейн, когда я по второму кругу начала осмотр. — Позволите мне посмотреть?

А мне жалко, что ли? Тем более мальчишка аккуратный, хоть и любознательный, и не в каком вандализме замечен не был.

В общем, застряли мы ещё на полчаса. Глейн не только город исследовал, но и показал мне все точки проложенного маршрута. А что поделать, Кайрен мог в любой момент сорваться на границу, поэтому следовало в первую очередь посетить все самые важные пункты из нашего не очень маленького списка. Вот балом, назначенным на завтрашний день, легко можно было пренебречь, а вот в торговых рядах стоило появиться вместе с маркизом. Походит, лицом посветит, волну слухов запустит, а дальше я могла и сама. Все полномочия на любые сделки у меня были выправлены.

Но тянуть одеяло на себя я категорически не хотела. Знаю я этих мужиков, сегодня поможешь по доброте душевной, и оглянуться не успеешь, как погрязнешь в пелёнках, соплях и двух работах. Вот и надо оно мне? Тем более местный домострой вполне меня устраивал. Не такой уж он безвыходный и беспросветный. Даже аристократок замуж запихивали только по воле совсем уж безжалостных родителей, а чаще всего выбор молодым предоставляли, пускай и ограниченный.

Так что буду мудрой и воспользуюсь давно известной истиной: мужчина — голова, а женщина — шея. К тому же в своей непогрешимости я тоже не была уверена. Поэтому добавлю мудрость про две головы.

— Куда сначала? Модный салон? Ювелирная лавка? — с полным смирением уточнил Кайрен, когда копыта коней застучали по мостовой.

Аж передёрнуло от таких предположений, но увы и ах, придётся и эти злачные заведения посетить. Дурацкие смотрины так и дышат в затылок. И не отвертишься же! Успокаивало немного то, что в ювелирных украшениях острая необходимость отпала и можно ограничиться несколькими цветными побрякушками, а модные салоны можно сократить исключительно подбором нарядов на выход. Уж несколько повседневных платьев и бельё мне и Кира сошьёт.

— Совместим, — подумав, ответила я.

Самые дорогие и лучшие лавки всё равно в одном месте сосредоточены, и помимо блестящих витрин, на этой же улице располагались офисы торговых представителей. Так что одним проездом, мы вполне могли убить двух зайцев.

— А к матушке когда? — чуть ли не выпрыгивая из седла от нетерпения, совсем невежливо перебил нас Глейн.

— А ты можешь ехать к матушке уже сейчас, — улыбнувшись, отпустила я парнишку. — Мы приедем позже. Успеешь проверить готовность к нашему приёму.

Хороший он всё-таки парнишка. По маме вон скучает, хоть и до последнего старался реагировать равнодушно. Мы, конечно, внимание не акцентировали, но в глубине души я искренне радовалась таким проявлениям любви.

— А вам точно не нужен? — с надеждой глянул Глейн на Кайрена.

— Я не такой частый гость в Монтибрике, но в торговом ряду точно не заблужусь, — едва сдерживая смех, ответил ученику маркиз. — Езжай уже, и чтобы я тебя три часа не видел. Голова от твоей трескотни уже раскалывается.

Глейн, кажется, даже не дослушал, как в конце улице уже бодро подпрыгивал конский хвост, махая нам на прощанье.

Мы же отправились в торговые ряды. Ну как ряды, целый микрорайон, с огромной парковкой на въезде. Это коняшку можно к столбику привязать на время, а всякие повозки и телеги столько места требовали для манёвров, что парковка занимала минимум пару футбольных полей. Ну и стойла, поилки, даже кузня, в общем, жизнь била тут ключом и изрядно так пованивала.

Благо мы прибыли налегке, да и для знати держали резерв. В общем, для меня парковка и дальнейшая прогулка получилась лёгким необременительным приключением, а вот приезжим лавочникам вся эта маета с транспортом доставляла немало хлопот.

Первым из списка мне на глаза попался торговый представитель из провинции Стансис — плодородного рая, вроде нашего Краснодарского края. Столичные цены на зерно и муку я знала неплохо, но хотелось бы услышать своими ушами. Да и в целом понять, почему обработанные десятки лет назад поля в маркизате не просто заросли сорняком, но и постепенно превращаются в лес. Для чего было проделано столько работы, если разом взяли и оставили огромные площади? Выкорчевать лес и разровнять почву — это нехилый такой объём затрат, и материальных, и человеческих.

Хитрый представитель нам кланялся, сулил скидки и прочие льстивые заверения. Но ничего полезного не сулил. Нет у них отборного зерна для сева и точка. Правда, это все мы слушали до тех пор, пока у Кайрена не лопнуло терпение, и он хмурой и очень грозовой тучей не встал за спинкой моего кресла. Всегда думала, что арматура лучший аргумент, но оказалось, что лучше злого некроманта доводов нет.

Всего-то десять минут и нам любезно предоставили и прайсы, и описания сортов, и скидку, конечно же.

А ещё через несколько посещений лавок и многообещающих взглядов от Кайрена, как весть о нашем променаде заполонила все торговые ряды. Нас встречали хозяева. К нам выбегали управляющие. Я же с ужасом осознавала весь масштаб бедствий. Да, титул — это хорошо, но возникало стойкое ощущение, что нас держат за полных идиотов, и считают своим долгом не просто впихнуть нам свой товар, но и прилично так завысить цену.

— Надоело, — проследив, как очередная стопка деловых предложений отправилась в сумку Кайрена, вынесла вердикт я.

— Платье или украшения? — предложил маркиз.

Пожалуй, рано ему знать, что мне по большому счёту без разницы, что руду выбирать, что платье заказывать.

— Платье, — решила я. — Хоть цвет знать будем, чтобы украшения выбрать.

— Разумно. Тогда нам туда, — смутился маркиз, указав на сияющую в лучах солнца вывеску «Грация».

Ну да, мадам Лори, к моему сожалению, владела лучшим салоном в городе.

— Я ведь уже говорила, что мне плевать на то, что было раньше, — пожала я плечами и потащила мужчину к стеклянной двери с привратником.

Привратником. В лавке шмотья. Хорошо, в ателье. Но, всё равно же магазин обычный.

Что-то я так отвлеклась на все эти поклоны на входе, что не заметила, как отстала от Кайрена, успевшего равнодушно пройти внутрь. А тут ещё и штанина за порожек зацепилась. В общем, я как-то сосредоточилась на вызволении брюк без потерь, так что даже не обратила внимания на обступившую маркиза толпу сотрудников заведения. Насмотрелась уже.

А вот момент, когда толпа резко разошлась, уступая дорогу стремительно несущейся в сторону Кайрена брюнеточке, я не пропустила.

Сцена получилась достойной пера Гоголя. Замерли щебечущие девицы. Замер Кайрен. Замерла и я, привалившись плечом к косяку и скрестив руки на груди. А вот брюнетка не замерла и продолжала экзальтированно, заламывая руки, приближаться к гостю.

Конечно, я знала чей это салон. И даже предполагала, что слух дойдёт и до хозяйки заведения. Но вот на личную встречу на рабочем месте я особо не рассчитывала. Как-то не с руки хозяйке обширного бизнеса тусоваться в зале для посетителей. Но, видимо, любопытство подвело мадам Лори, и она не удержалась.

— Ваше сиятельство, — склонилась в поклоне мадам перед опешившим Кайреном. — Рада приветствовать вас, — и, кинув короткий взгляд в мою сторону, добавила: — И вашу спутницу.

Сложилась-то дама эффектно, выпятив свои довольно внушительные достоинства, которые и так выпадывали из туго затянутого корсета допотопного кроя. Но вот злобы я от неё не чувствовала. Скорее чистое любопытство. Да и вешаться она на маркиза не стала, что тоже говорило в пользу её благоразумия.

Улыбнувшись, кивнула женщине и чуть не засмеялась, заметив, как лица девиц начали медленно удлиняться, когда до них начала доходить пикантность ситуации. Видно же, что Кайрена они видели не впервые и в курсе отношений хозяйки и высокого гостя. Не то это место, куда маркиз мог случайно забрести.

— Мадам Лори, — обозначил кивок Кайрен и чуть не вжал голову в плечи, но вовремя спохватился. — Моя невеста леди Стейси дер Фиарнс. И нам с невестой нужна ваша помощь.

И улыбнулся кротко и очаровательно, всем своим видом побуждая срочно кинуться нам на помощь. Вдовушка оказалась крепкой и привычной к таким улыбкам, а вот девиц, что стояли лицом к некроманту, заметно передёрнуло, когда в свете ярких огней сверкнули клыки. Вышколенные то они, конечно, хорошо, но вот и у них промелькивает вбитое обществом предубеждение. Обидно.

— Невеста? — мило улыбнулась мадам и повернулась уже ко мне.

А красивая женщина, ничего не скажешь. Во вкусе Кайрену точно не откажешь.

Невысокая, изящная, с проницательным взглядом женщины, знающей себе цену. Тёмные волосы, уложенные нарочито небрежными волнами. Лёгкий макияж а-ля натюрель, подчёркивающий глубину взгляда, белоснежность кожи и чувственный изгиб губ. Такая естественность легко вводит мужиков в заблуждение. Но мы-то знаем цену такой «природе». В неё вложены и время, и деньги, и с годами вложений требуется всё больше.

А совсем уж юной мадам не была. Да и создавалось ощущение, что и не стремилась. На первый взгляд ей можно было дать лет двадцать пять и принять за мою ровесницу, но только на первый. Мадам находилась в том возрасте и облике, что называется плюс-минус лапоть. Ей могло быть и тридцать, и тридцать пять. А с учётом продолжительности жизни одарённых, то и все пятьдесят. И эта взрослая красота ей шла и вызывала уважение. Такие свежи и прелестны в юности, обольстительны в зрелости и благородны в старости.

Но вот откровенно старомодный наряд её портил. И корсет все богатства сплющил, и юбок целый ворох. Ей бы платье поэлегантнее и даже по меркам Земли стала бы роковой красоткой.

— Невеста, — подтвердила я и отлипла от дверного косяка.

Раз уж Кайрен впал в прострацию, не зная, как себя вести с бывшей и настоящей, то можно вызвать огонь на себя. Мне-то бабские склоки в любом случае нестрашны. Да и сдаётся мне, что мы вполне можем поладить с мадам. Уж на почве дизайна так точно. Она, конечно, мило улыбалась, но вот то и дело цепко оглядывала детали моего непривычного наряда. А уж когда я специально отставила ногу в сторону, то глаза у неё загорелись жаждой знаний. Брюки — это вам не тонна юбок.

— Полагаю, вам требуется наряд на королевский бал? — быстро сообразила хозяйка салона и полностью переключилась в режим бизнес-леди.

— Вы меня очень выручите, — потупила я глазки и сжато пересказала легенду о далёкой родине и неожиданном приглашении.

А когда мы через пять минут совместными усилиями отправили Кайрена гулять дальше по списку, то он даже, кажется, обиделся, не получив закономерный скандал. Впрочем, упираться он благоразумно не стал, когда я пригрозила ему участием в обсуждении каждой детали будущего выходного платья.

Правда, не обошлось и без неловких ситуаций. Сам-то фон Гравис ушёл, а Бранд никуда от меня удаляться не собирался и когда дверь хлопнула, выпуская наружу немного потерянного некроманта, в щель протиснулся скелет и весь немаленький зал салона оглушил визг и звук падающих тел.

А вот сама мадам Лори, которая через полчаса стала просто Лори, скелета не особо боялась. Но ей и клыки не мешали, так что ожидаемо.

Наверное, выглядели со стороны мы немного странно. Но вот не чувствовала я в ней соперницу, а собеседником и что главное — специалистом она оказалась неплохим. Вкус у неё точно в наличии, жаль мода разгуляться не даёт.

Заодно и аккуратный почерк смогла оценить. Никаких завитушек и прочих красивостей, лаконичные круглые буковки.

Не скрою, слабенький огонёк ревности вспыхивал, но его я решительно затушила. Захочет муж пойти налево, и что, силой удержать? Да больно надо, не козёл же, чтобы на привязи держать. Да и нужен ли такой мужик в хозяйстве?

А вот лишать себя нормального общения из-за прошлого, было бы верхом глупости. Да, у меня есть Руни, есть Кайрен, Глейн, даже со скелетами я привыкла вести односторонние беседы, но разве они способны заменить обычные женские посиделки? Не то чтобы я была такой уж пустоголовой сплетницей, но и слухи могли когда-нибудь пригодиться. А где, как не в лучшем швейном салоне приграничья собирать эти слухи? Да и честно, полчаса пустого трёпа просто бальзам на душу.

— Ты не подумай, — осторожно начала неприятную тему Лори, когда в примерочную принесли чай, и все детали заказа были оформлены. — Мы мирно расстались. Без обид, без скандалов. Понимаю, что нам подругами не стать в любом случае, разница в положении слишком огромная, но ты можешь обращаться в любой момент.

Конечно, мы перешли на «ты» практически сразу. Уж не в нашем положении выкать.

— Но добрыми приятельницами и компаньонами нам стать никто не мешает, — протянула я руку, которую бывшая любовница моего будущего мужа с удовольствием пожала, заключая наш тайный союз.

До дома матушки Глейна, почтенной леди Аннабель фон Аренхард мы добрались только в сумерках. Наобщались с Лори так, что язык отказывался ворочаться. Но предстоял новый светский раунд. Обижать леди вместе с её сыном тоже не хотелось. Она нас действительно ждала. И за сына переживала, и на меня посмотреть хотела. Поэтому я даже не удивилась, когда из симпатичного особняка высыпались на улицу все жители дома, стоило нам только заехать в кованые ворота.

А обитателей в доме оказалось немало. Аннабель, Глейн, младшая сестрёнка Глейна, дяди и тёти, кузены и кузины, и ещё не пойми кто, но тоже крайне благодушно настроенные. До подозрительности. С чего бы иначе незнакомым людям кидаться с объятиями? Денег без процентов я им не одалживала, жизни не спасала, даже ни одного слова доброго не успела вставить.

Но отпустили нас только ночью. Вымотанных и обескураженных. И ладно бы только я удивилась такому приёму, но и Кайрен был явно шокирован. Его так радушно тоже до сего момента не принимали.

А ещё нас поселили в разных комнатах. Ох, какое раздосадованное выражение было у Кайрена, когда меня настойчиво отконвоировали на другой конец коридора. Правда, никакие приличия не помешали некроманту через час явится в отведённую мне комнату, но утром, на всякий случай я его спровадила обратно. Хотят хозяева приличия блюсти, так и флаг им в руки. Мы действительно не только не женаты, но даже не помолвлены. И совместная ночь при таких вводных данных в Фелрисе прям разврат-разврат. Ещё и позор на хозяев дома упасть может. Дескать, недоглядели, не пресекли и вообще потворствовали.

И если мне, да и Кайрену на слухи и некоторые репутационные потери, было откровенно плевать, то подставлять Аннабель с нашей стороны было бы некрасиво. Ну вот такая она, не только наседка над детьми, но и поборница морали и традиций. У всех свои недостатки.

А хозяйкой леди Аннабель оказалась хлебосольной. Нас кормили и поили на убой. И если бы не появление горничных, которых выделили для сборов на бал, то к вечеру я, пожалуй, раздулась бы до состояния шарика и точно не влезла в отправленное Лори платье.

Стоит отметить, что платье прислали довольно сдержанное. Без тонн самоцветов и километров кружев, как было принято в высшем свете. Правда, от корсета отвертеться не удалось. Не было в салоне Лори готовых нарядов без этого элемента. Со временем непременно появятся, но пока пришлось выбрать меньшее из зол. Даже в магическом мире сшить бальное платье — дело не одного дня.

— Красиво! — похвалила Руни, спустя пару часов пытки красотой, а когда я скептически хмыкнула, поколыхав широкие складки длинного подола, добавила: — Непривычно, но красиво. Честно-честно.

И глазки то какие умильные сделала, поганка пушистая, будто и вправду нравится.

Я же себя чувствовала бабой на чайнике. Спасибо, что алых кругляшей на щеках не нарисовали, но вот мою уже прилично так отросшую шевелюру, накрутили в такие мелкие кудельки, что смотреть на это безобразие без содрогания я не могла. Ещё бы платье розовое мне и вылитая пастушка из одноимённой сказки. В общем, мода Фелриса мне совсем не понравилась, и в карету, любезно предоставленную фон Аренхардами, я влезала в самом мрачном настроении.

Кайрен, кстати, моему преображению тоже удивился. Да так, что вместо положенного замирания в восхищении он замер у дверей и только растерянно хлопал глазами, подбирая слова. А когда я мотнула головой, и пружинки на голове повторили движение, то икнул с перепугу и промолчал.

К чести некроманта, по дороге он старался реабилитироваться, но кроме сакрального: ты мне в любом виде нравишься, — выдавить что-то связное и искреннее он не смог. Да и кто бы на его месте справился? Изуродовали меня на совесть. Причём в полном соответствии с новыми веяниями. Новая королева — новая мода. Так что тот факт, что на празднике все дамы будут в столь же нелепых образах, меня несколько примирял с действительностью, отражающейся ото всех поверхностей.

И сам бал мне тоже не понравился, и я утащила фон Грависа с него при первой же возможности. Допускаю, сказалось, что я себя чувствовала не принцессой, а пугалом, поэтому и воспринимала все эти чопорные танцы и лицемерные расшаркивания в штыки. А ведь это только репетиция, причём в обществе людей, изначально не настроенных негативно против нас с Кайреном. Любви, конечно, к нам особой не испытывали, но и презрения не наблюдалось. Скорее уж, вежливое дистанцирование.

Приграничье — это не столица. Здесь каждый имеет представление о нежити. Да и некроманты в Монтибрике — гости частые, и общество давно привыкло к клыкам и рогам. Что же тогда нас ждёт на королевском приёме?

Если при любом раскладе становиться центром внимания, то есть ли смысл превращать себя в кукольного барашка? Принимать вызов куда как проще, если уверен в собственной неотразимости. Да и мужчины явно не в восторге от новой моды. Всё-таки подобный образ очень специфический и идёт крайне ограниченному числу молодых особей. Уж точно не почтенным дамам в годах. А уж если почтенная дама ещё и вес имела внушительный.

Вот только стоит ли гневить королеву? Кто она: милая дурашка с очаровательными кудрями или продуманная стерва, избавляющаяся от конкуренток? И стоят ли несколько часов унижений возможного воза проблем?

И спросить мне было не у кого. Лори, по понятным причинам, в королевский двор вхожа не была, как и большинство дам из общества Монтибрика. Не того полёта птицы, к сожалению. Леди Аннабель же сознательно бойкотировала подобные мероприятия, отговариваясь хрупким здоровьем и необходимостью заботы о детях. Кайрен же самоустранился, заранее готовый к любым последствиям моего демарша.

— Нам в любом случае рады не будут, — равнодушно пожал он плечами. — Твоё присутствие само по себе раздражающий фактор. У Её Величества, есть кандидатура на роль моей невесты.

Успокоил. Ничего не скажешь. Хотя стоит отдать должное, зацикливаться на наряде я перестала. Куда как интереснее, с чего это какая-то королевишна решила моим некромантом распоряжаться?

— А меня там не пристукнут где-нибудь в алькове?

Или накрутить кудряшки? Неплохая же подушка безопасности.

— Ты меня зря чесала, что ли? — возмутилась Руни, старавшаяся не отсвечивать весь вечер.

Знать в Монтибрике, конечно, терпимая к некромантам, но шарахаться от Руни им это не мешало. И я почти уверена, что такая реакция её обижала.

— Ты не ответил, — надавила я на Кайрена.

— Есть такая вероятность, — тяжело вздохнул он.

Истерику устроить, что ли? Ножками потопать, кулачками помолотить.

— Должен будешь, — буркнула я и прикрыла глаза, так и не решившись на обвинения и слёзы.

Не сказать, что смириться с такими радужными перспективами было легко. Пережив однажды смерть, категорически не хотелось повторять её в скором времени. Тем более пасть жертвой интриг непонятных и неизвестных личностей. Если смерть во имя великого блага, я ещё хоть как-то могла понять, то вот амбиции венценосных махинаторов к самопожертвованию совсем не располагали.

Где я, а где фон Бранинги? Да и не факт, что они вселенское зло, конечно. Но игнорировать угрозу с их стороны было бы верхом глупости. Мутят же они воду. Смотрины эти, изменения в законодательстве, откровенный мухлеж с финансированием. Даже если они всего лишь пешки, то не факт, что сами не пытаются вести свою игру. Короли тщеславны и не всегда умны и прозорливы, и от уязвлённых зависимым положением правителей можно ждать ещё большей подставы. Из чистой мелочности и злобы.

Подумав хорошенько, я решила не мириться с такой участью. В конце концов, самооборону никто не отменял. Не уверена, что смогла бы хладнокровно убить кого-то, но если меня решат устранить — буду отбиваться до последнего. А уж устроить скандал, совсем ничего не мешает.

Репутация? Плевать. В нашем медвежьем углу противостояние королевским интригам, может даже в плюс выйти. Не такие уж они и хорошие правители, если честно. Недостойны они народной любви и поддержки. Вон до какой разрухи пограничье довели. И ведь точно не из простой халатности. Слишком много непоняток вокруг некромантов.

Сопутствующие жертвы? Плевать. Они первые начали. Не стоило замахиваться на жизнь и свободу моего некроманта. Хотите захомутать Кайрена? Вставайте в очередь. Хотите расчистить дорожку для какой-то мутной протеже? Получите в бубен!

Я хочу жить! Долго и желательно счастливо. И если потребуется — пойду по головам.

И это не я такая кровожадная и жестокая. Это жизнь такая. И вообще, добро должно быть с кулаками. И добром я назначила нас.

В общем, к выезду в столицу, назначенному за две недели до торжественного открытия сезона, я готовилась как на войну. Причём в большей степени морально. О гардеробе позаботились Лори, о защите Кайрен и Руни, а от меня требовалось сохранять самообладание. Манеры, танцы, этикет? Да плевать я на это хотела. Основы выучила ещё до того, как узнала, что кроме ожидаемой травли, могут возникнуть проблемы и посолиднее. А пресмыкаться перед теми, кто заранее настроен негативно сродни борьбе с ветряными мельницами.

Рутина помогала не впасть в отчаяние и сохранять бодрость духа. Каждый вычеркнутый пункт из списка дел давался с боем. Не так легко найти специалистов, готовых на переезд, или выстроить нормальные экономические отношения между маркизом и крестьянами.

С первым появились небольшие намётки, и удалось запустить слухи о найме на особых условиях, а в Каменках уже даже появился лекарь, причём хороший лекарь. Подумаешь, репутация у него подмоченная, зато гордость и преданность профессии сохранились. Даже разбираться не стала, кто кого и зачем соблазнил. Какая разница, если у нас полная богадельня инвалидов? Да и нетронутых леди у нас тут нет, чтобы за чей-то моральный облик переживать. А в Монтибрике бывший столичный ловелас сам вынужден будет перейти на осадное положение. Провинциальные леди не упустят из своих цепких ручек такой экземпляр. А лёгкий флёр пикантных сплетен, только подстегнёт их интерес. Любят дамы острые ощущения.

Да и для будущего детского дома удалось определиться с персоналом. Прав у женщин в Фелрисе, конечно, гораздо больше, чем в нашем средневековье, но и здесь бывают выкинутые в никуда лишние вдовы и старые девы приживалки. И это для родни они обуза, а для меня — ценные кадры. Образованны, непритязательны, трудолюбивы и главное, благодарны. Конечно, аристократки, пусть и в десятом колене, это вам не сбегающий от неприятностей пижон, они не могут схватить саквояж и налегке умотать чёрт-те куда. Но ряд договорённостей всё же был достигнут.

С крестьянами же дела обстояли куда как хуже. Не хотели они ничего менять. Но тут я тоже закусила удила. Не хотят сотрудничать — нарвутся на депортацию. А то взяли моду, живут на землях, налогов не платят, пользы не приносят, а мы даже продукты вынуждены закупать. И ведь что самое возмутительное, про права они помнили, а вот про обязанности — нет. Пришлось даже самых смутьянов на карандаш взять.

Не хотят здоровые товарно-денежные отношения, получат диктатуру в моём лице. Зачем мне нахлебники-подстрекатели, если у меня есть свободные скелеты? Это живым людям требуется и отдых, и еда, ещё и оплату хотят. А вот скелетам всё равно. Сказано им: копаем отсюда и до рассвета, они и копают, и даже никаких плугов не просят, а лопат у меня в замке хоть закопайся, на целую роту хватит. Качество, конечно, не ахти, но зато бесплатно и наглядно.

И вот это наглядно заставило крестьян серьёзно задуматься. Во-первых, они воочию убедились, что никто за ними бегать не собирается и с лёгкостью их заменят. Не разубеждать же мне их было, что ни со скотом, ни со сложными операциями нежить не справится. А во-вторых, моя выходка, пусть и была на эмоциях, но продемонстрировала и уровень контроля скелетов. Одно дело знать, что некроманты способны управлять поднятыми трупами, и совершенно другое, когда на твоих глазах нежить выполняет роль примерного пахаря. А уж я постаралась, чтобы моя сельскохозяйственная армия работала исключительно на хорошо просматриваемых участках.

Правда, определённый успех на земле и меня заставил задуматься. Земли много, народу мало, может действительно выделить часть скелетов на выращивание самых неприхотливых культур? Не зерна, конечно, а вот овощи какие-нибудь, почему бы и нет? Сколько бы ни собрали, мы практически гарантированно оказываемся в плюсе. Расходы-то только на посевной материал, а это не такая уж и колоссальная сумма. Да и скелеты, что усиленно копают на границе, освободятся в скором времени. Надо же пристроить основную массу после стройки.

А стройка шла полным ходом. Обычный ров и ловчие ямы Кайрен решил модернизировать, и появилась целая система глубоких ходов и коллекторов, в которые нежить с Пустошей неумолимо попадала своим ходом и зачищалась по мере наполнения. Постоянные и безотлагательные вызовы на границу постепенно становились все реже.

К нашему отъезду маркиз надеялся перекрыть всю территорию, а целые обозы с горючей смесью должны позволить продержаться гарнизону без поддержки. И момент со столь длительным отсутствием тревожил всех.

Ради каких-то балов вытаскивать некромантов на несколько месяцев и оголять защиту? Людей в усиление не прислали, запрет на перемещение порталами не сняли. От такой инициативы откровенно попахивало диверсией, и это понимали и мы, и солдаты, и жители, и Орден Некромантов. Но клятва никому не давала ослушаться. И мы всей толпой пытались подкладывать соломки.

Пусть и с опозданием, но система рвов начала появляться не только в нашем маркизате. Опыт переговоров позволил расширить штат неживых рабочих во всём пограничье. Линия последней обороны — неглубокий ров с кольями полностью перекрывал всю границу с Пустошью, даже на горном участке соседа. Скелетам всё равно махать лопатой или кайлом.

А ещё мы начали информационную войну с моей подачи. Аккуратно, исподволь, но мы начали рассказывать правду. Нашу правду.

Напряжение и недовольство давно бурлило в людях, а стоило развернуть его в нужное русло и показать пример, как лавина негатива покатилась в обратную сторону уже без прямого вмешательства. Письма родне, пьяные разговоры в трактирах, намёки торговцам. Слово за слово и бурный поток уже не остановить.

Плохо, что времени нам катастрофически не хватало. Но мы пытались. Выжимали из себя последние силы, но пытались объять необъятное.

— Не бойся, хорошо? Я догоню как смогу, — сжимая меня с такой силой, что дышать иногда становилось затруднительно, Кайрен провожал меня уже полчаса и никак не мог проводить.

— Я не боюсь, — почти не покривила я душой в очередной раз.

Я скорее злилась, чем боялась. Не на Кайрена, конечно, на обстоятельства. Ну и на тех, кто эти самые обстоятельства так старательно подстраивал. Вот что им не неймётся? Разве не знают, что не все диверсии заканчиваются благополучно для исполнителей?

А у нас тут именно диверсия и случилась. И прямо за несколько часов до выезда. Так что поверить в совпадение не получилось. А не выехать тоже нельзя — чёртов королевский приказ. В общем, выкрутили нам руки и разделили.

В том, что по дороге на меня будет расставлена ловушка, я даже не сомневалась, поэтому не собиралась волновать Кайрена лишней информацией, а самой принять меры. Чёрт его знает, что он в итоге выберет, меня или обязанности. И какой выбор окажется для него болезненнее. А правильного выбора попросту нет.

— Найди их, запихни в темницу и догоняй! — выпалила я, чмокнула некроманта в нос и решительно выкрутилась из кольца его рук.

Нежности — это отлично, но время-то тикает. Причём и для нас, которых ожидал почётный эскорт с функцией конвоя, и для одарённых дворянчиков, умотавших в ночь за границу завесы. Вот столько времени носов своих из шатров не высовывали, но именно сегодня, как-то пробрались в патруль и встали на лыжи. Нет, понятно, что с началом стройки у них и возможности не было около границы побывать. Не понравились Кайрену мои предположения, и всё время, что маги проводили в гарнизоне, он заваливал их бесполезной, но привязанной к местности ерундой. А потом под белы рученьки, вежливо, но неукоснительно их выпроваживали обратно.

Саботаж? Диверсия? Разведывательные изыскания? Но факт налицо, маги прорвались за периметр, а вдогонку прилетел очередной королевский указ: найти, спасти, уберечь и всё в этом духе. И с ценой не считаться. И это ради тёмных магов, на минуточку, которых всё население терпеть не может. При этом эскорт из королевских гвардейцев как ожидал нашего появления за Монтибриком, так и продолжил ждать. Ни разу не подозрительно, в общем.

И если ходу на территорию замка без дозволения маркиза не было ни у кого, то вот весь остальной маркизат такой защитой похвастаться не мог. Да и если за дело взялись королевские сотрудники, то у них вполне могли иметься специальные ключи-артефакты, по сути открывающие двери в любые дома, и даже без ведома хозяев. А надеяться, что за нас взялись обычные наёмники без поддержки, к сожалению, не получалось. И дело даже не в престиже власти как таковой, а во всё тех же клятвах. Оказать сопротивление сотрудникам различных военных служб и ведомств, практически нереально для любого поддонного Эльврана.

Но вот я вполне могла проигнорировать хоть целый взвод солдат, хоть самого короля. В теории, конечно. Забывать, что помимо магии есть банальная физическая сила, тоже не стоило.

В общем, я решила перестраховаться лишний раз, и заодно сделать это тайно. Кайрен такие рекогносцировки вряд ли бы одобрил. Одно дело ехать в защищённой карете, а другое верхом. Вот только мне этот гроб на колёсах совсем не нравился. Слишком уж большая мишень из этого транспорта получалась. И никакая позолота компенсировать такой риск не могла.

Так что, когда Кайрен вместе со своими солдатами скрылся в воротах, я, дождавшись доклада Руни, полезла в карету, в которой тихо-мирно уже несколько дней сидел скелет в самом закрытом из моих платьев.

— Молодец, — придирчиво осмотрела я свою замену и поправила вуаль на шляпке.

Сколько бы тряпья я под платье ни подкладывала, фигура всё равно получилась далёкой от идеала. Но перчатки до локтей, парик и шаль на плечах немного скрадывали настоящие очертания. Да и плотные занавески на окнах тоже могли помочь скрыть подмену.

Отдавая повторные приказы двойнику, я наскоро скинула с себя нарядное платье, в котором маячила перед замком и натянула неприметный кожаный костюм, по случаю, заказанный у Лори. По сути, обычная дорожная одежда, в которой мог путешествовать и наёмник, и горожанин. Вот только для меня этот костюм собирали из разных размеров и изрядно так перешивали, чтобы он не смотрелся как на корове седло. Такие костюмы носили только мужчины.

Я на мужчину, конечно, не очень походила, но стянутая грудь и отсутствие внушительных габаритов делали меня похожей на нескладного мальчишку. А заколотые острыми шпильками волосы надёжно спрятались под капюшоном.

Маскарад получался так себе. Но я отчаянно надеялась, что он в принципе не пригодится, и что получится выбить из колеи потенциальных врагов. Я же леди, вроде как, а леди не выберет мужскую одежду и долгую скачку верхом, вместо комфортабельной кареты. Да и подозревать леди ничего не должна. Вроде как…

А я подозревала. Поэтому в десятый раз талдычила приказы. Что поделать, оперативной памяти у скелетов и так немного, а я ещё и выбрала одну из самых заторможенных. Вдруг меня бомбой решат устранять. Жалко будет лишиться Моны или Киры.

Пока я буду отбивать задницу в седле, скелет должна будет иногда накланяться к окну и вообще создавать видимость присутствия. Хотелось бы верить, что издали она сойдёт за человека, да и я сойду за приятеля Глейна.

Вот его вывести из-под удара, к сожалению, не получилось. Приказ распространялся и на него. Он с удовольствием посетил бы столицу, но даже парнишке хватало ума сопоставить все факты и недоумённо задавать неудобные вопросы. Даже подростку не понравились отозванные из приграничья некроманты.

Мы подстраховались, конечно. И мы, и другие маркизы, и Орден. Но достаточно ли? Правильно ли определили угрозу? Ответить могла только дорога.

До Монтибрика мы доехали без остановок и приключений. Но отчего-то расслабится не получалось, скорее уж наоборот. С каждым метром дороги, что проносились под копытами коней, напряжение только возрастало.

И не у одной меня. Солдаты, которых выделил мне Кайрен, тоже подобрались, и украдкой проверяли оружие. Карета же набирала скорость, совершенно не считаясь с тем, что меня там, как в чашке блендера давно уже тонким слоем по стенкам размазать должно было. Не уверена, что такая тактика могла бы позволить проскочить ловушки. Не танк же, чтобы игнорировать препятствия на дороге. Да и накренялась карета так, что колёса отрывались от земли на поворотах. В общем, на мой дилетантский взгляд, риска от такого способа передвижения было больше, чем пользы.

И в силу холодного оружия я тоже особо не верила. Ну что может сделать обычный человек, вооружённый дубинкой, ещё и верхом? Кинуть её, в надежде, что куда-нибудь да попадёт? А так… пока остановишься, пока спешишься, меня уже на запчасти успеют разобрать при желании.

Однако, повинуясь стадному чувству, а не логике, я подгоняла Крапивку и неслась галопом рядом с солдатами.

Не знаю, каким чудом мы не спровоцировали банальное ДТП. Движение вокруг Монтибрика вполне себе оживлённое. И телеги, и всадники, и пешеходы, которые шустро отпрыгивали в придорожные заросли, только завидев издали клубы пыли, поднимающиеся вокруг нас. Конечно, сам город мы объехали по широкой дуге — перекрывать дороги ради нас красивых никто бы не стал, да и не успели бы. Хорошо, что солдаты прилично ориентировались во всех пересечениях и переплетениях дорог. Мне же оставалось только следовать за своим же сопровождением.

И что поразительно, но как бы мы ни ускорялись, скелеты и не думали отставать от лошадей. Они просто бежали позади и даже оружием не бряцали. Посадить их на закорки кареты мне не позволила всё та же интуиция, которая и меня-то туда не пустила.

И эта же интуиция удовлетворённо хмыкнула, когда на крутом повороте карета опрокинулась набок. При желании аварию можно было списать на дикую скорость и неподготовленность транспорта, да только чадящая задняя часть экипажа, такое желание напрочь отбивала. Карета не машина, и никаких горюче-смазочных материалов не потребляет, чтобы уповать на самовозгорание.

Пока я заворожённо смотрела на весело занимающийся огнём гроб на колёсах, вокруг всё закрутилось и завертелось. Кто-то заметил направление, откуда прилетел огненный снаряд. Кучер, ловко спрыгнувший с облучков до того, как карета опрокинулась, определил место нападения. И солдаты, возглавляемые воинственно распушившейся Руни и пышущим праведным гневом Глейном, понеслись к месту предполагаемой засады.

Со мной осталось двое солдат, которые безропотно взяли на себя роль спасателей. А что поделать, если огонь уже подбирался к баулам с тряпьём. Покушения там или хоть конец света, а чёртовы балы никто не отменял. Да и скелета неплохо бы спасти. Повторное упокоение в огне — так себе награда за хорошо выполненную работу.

Радовало, что какой бы ни была причина возгорания, огонь получался самый обычный и послушно дал себя сбить плотными кожаными плащами. Карета, конечно, свои ходовые качества безвозвратно потеряла, зато и скелета выудили из задымлённого салона совершенно целую, пусть и с подпалённым париком, и баулы мои почти не пострадали. Будем считать, что лёгкий запах копоти — всего лишь эксперимент с парфюмом.

К моменту, как на дороге появилась злобно сверкающая огромными глазами Руни, все баулы уже были распределены по заводным лошадям, а скелет лишился своей маскировки.

— А-а-а, теперь понятно, — облетела лошадей с поклажей меховушка и фыркнула, исторгнув из себя облачко дыма.

— Что понятно? — на всякий случай отойдя от Руни на несколько шагов и подозрительно на неё поглядывая, уточнила я.

— Понятно, почему от сундуков отказалась, — выдала уже спокойная Руни.

Это она давление стравила, что ли? Никогда не замечала за ней таких наклонностей. Хотя стоит заметить, что прежде настолько её никто и не злил при мне. Распереживалась, хтонь магическая. Аж слёзы умиления чуть на глаза не выступили. Но обстановка вокруг нисколько не располагала к проявлению сентиментальности, поэтому я только отмахнулась от похвал в адрес своей предусмотрительности и насела с расспросами.

— Поймали?

— Нет, — фыркнула опять Руни. — Ушли гады. Порталом ушли.

— Порталом? — ошарашенно переспросила я.

— Порталом, порталом, — недовольно проворчала собеседница. — Тёмные это наши. Я, конечно, не ищейка, но и перепутать сложно. Наследили, паскудники, знатно.

— Тёмные? — совсем растерявшись, переспросила я. — Наши?

Тёмным то я чем не угодила? Если только не… Вот же козлы родовитые!

— Дай угадаю, те два утырка из гарнизона?

— Ага, они самые.

— А как?

— Что как? Как сюда попали? — откровенно насмехаясь надо мной, подтрунивала Руни. — Думай, Стася. Ты же умная.

И я думала, почёсывая нос и пачкая лицо сажей. Ничего, маскировки много не бывает.

А вот с нападением картинка не очень складывалась. Зачем переходить границу, если им доступны порталы? Отвлечь Кайрена? А откуда королевский приказ? И как вообще до короля дошла информация о побеге в такие сжатые сроки? Крот в гарнизоне или маги следовали чёткому плану? Не слабовата ли атака для моего устранения? Скелета, конечно, внутри знатно об стены приложило, но не думаю, что смертельно для человека.

Ох, вопросов то сколько. А ответов-то и нет. Но и делать что-то надо, нельзя вечно стоять на тракте и ждать спасителя.

— Шуруй к Каю, — растёрла я лицо, окончательно превращаясь в трубочиста. — А мы медленно и печально потащим карету к конвою.

— Эскорту, — со смешком поправила Руни, но я только цыкнула на неё, указав направление, в котором ей стоило отбыть.

Что же, люфт времени у нас ещё был, ну и отмазка железобетонная для опоздания. Осталось только решить, насколько сильно пострадала Стейси дер Фиарнс.

Время мы тянули с пользой. Например, вызвали стражу из Монтибрика. Любые свидетельства лишними не бывают, и неизвестно ещё, при каких обстоятельствах, может, пригодиться официальный протокол. А органы правопорядка в приграничье хоть и аффилированы немного некромантами, но все же настоящие королевские подданные со всеми вытекающими из этого положения правами и обязанностями.

Руни же носилась как шарик в пинг понге, обеспечивая связь между мной и Кайреном. В маркизе вдруг взыграла паранойя, и он резко перестал доверять любым другим средствам связи. Мне же осталось только плечами пожать, пожалеть взмыленную меховушку и согласиться. Что я в этих артефактах смыслю? Земной опыт же отнёсся к такой мере предосторожности вполне благосклонно. В любой системе бывают дыры, и если связь считается безопасной, то значит её просто не очень сильно хотели взломать.

И если напасть на след тёмных магов удалось довольно быстро, то вот вопрос с дальнейшим способом моего продвижения никак миром решаться не желал. На почве волнений за мою целостность в Кайрене вдруг проснулся паникёр и самодур.

Мило, конечно, но ехать-то надо! Не можем мы на ровном месте объявить войну целому королевству. Тем более ради меня одной. Я себя, безусловно, люблю, но и переоценивать масштабы своей значимости для целого мира была категорически не согласна. Ну и силы наши здраво оценивала. Кайрен тоже понимал, что в прямую конфронтацию пока лучше не вступать, но его, как говорится, гребло на волне заботы обо мне.

А ещё Руни масла в огонь добавляла и вместо сухой передачи информации, устраивала целый фарс. А мимика у неё живая и очень выразительная. Не знаю уж, доставались ли и некроманту такие же пантомимы, но я ухохатывалась, заслушивая очередное сообщение. Нервы, чтоб их! Не каждый день на меня покушения совершают.

С горем пополам, но мне удалось продавить необходимость дальнейшего путешествия. Конечно, я бы не отказалась малодушно вернуться в замок и отправить разгребать все проблемы Кайрена, да вот только совесть не давала строить из себя малахольную эгоистку. Не соврала я Руни когда-то, если уж впряглась, то тащить стану до конца. И вообще, хотелось бы собственными глазами посмотреть, как обломается будущая несостоявшаяся невеста моего жениха.

Сама девочка-то может мне и не враг, вот только даже пожалеть её не получалось. Вполне допускаю, что выбора ей не оставили, в конце концов, шантаж не вчера придумали, да и скудоумность тоже известный диагноз. Но если все те слухи, что докатились даже до Монтибрика и любезно доставленные мне Лори, дело рук самой назначенной невесты, то она сама себе вырыла выгребную яму, в которой её репутация и утонет. Уж не пожалею пару ласковых слов на доброе дело. Ну а если девочка не при делах, то попробую помочь выкрутиться красиво и с наименьшим уроном. Впрочем, самим бы не утонуть.

— Мы почти поймали этих ублюдков! И даже не думай без меня выезжать за границу! — закончила очередную тираду Руни и утихнув, расплылась в придорожной пыли.

— Яволь, майн генераль! — щёлкнула я каблуками и вытянулась во фрунт.

Правда, оценить моё рвение Кайрен не смог. Укатали сивку горки, сдулась наша Руни, короче.

Маячить посреди дороги было несколько боязно, но и покинуть место аварии не получалось. Сама ведь стражу вызвала. Так что всё, что я себе позволила — отойти с проезжей части и укрыться под небольшим кустом, заодно прихватив обессилившую меховушку. Давно уже заметила, что чем сильнее и интенсивнее её гладишь, тем быстрее она восстанавливается. Ну или симулирует, этого исключать тоже было нельзя. Руни та ещё хитрюга.

Со всеми этими погонями и ожиданиями, к конвою в итоге мы безбожно опаздывали. Предсказуемо навстречу нам никто не выдвинулся. И даже не удивлюсь, если потом постараются ещё и пропесочить. Успела Руни мимоходом заглянуть к ожидавшим нам воинам и поделиться впечатлениями. Неприятненько, но ожидаемо.

А вот стража Монтибрика появилась с помпой. Мало того что явились все первые лица города, включая градоначальника и командующего стражей, так немалый сам по себе отряд служивых, сопровождали ещё и несколько некромантов, включая Кайрена.

И если в одном я без труда опознала фон Аренхарда не только по фамильной огненно-рыжей шевелюре, но и по тяжёлым кожистым крыльям за спиной, то второй мне был знаком скорее заочно. Хотя некромантов различать не так и трудно. Клыки, крылья, рога запомнить гораздо легче, чем непривычные фамилии. Так вот вторым незнакомым некромантом был фон Рихт, помогающий справить мне документы и обладатель кокетливых чёрных рожек. Не, серьёзно, маленькие такие аккуратные рожки. Очень даже миленькие в целом.

А ещё у некромантов оказалась своя свита. Понятно это стало, когда, проигнорировав суету на месте происшествия, оба необычных мага направились в мою сторону, а за ними последовали четыре фигуры, укутанных в плащи. Даже и не различишь, кто там под этими хламидами скрывался.

— Леди Анастасия, — поцеловал мне руку отец Глейна. — Очень рад с вами познакомиться, моя семья от вас в восторге.

Аж зарделась немного. Не привыкла я, чтобы такие серьёзные мужики с таким уважением ко мне обращались. Да и фон Рихт приветствовал меня тепло и осторожно изучал. Впрочем, ничего обидного в таком внимании я не видела. Кому как не им знать, кто я и откуда. Так что понять некромантов можно. Интересно же. Да и в Орден я успела идей наотправлять, им теперь думать и думать. Через Кайрена, конечно, но он даже не пытался скрывать источник.

— Кай известил нас о вашей непростой ситуации, — покончив с непродолжительным обменом любезностей, перешёл к делу фон Аренхард. — К сожалению, напрямую мы вмешаться не имеем права, но и остаться безучастными тоже не можем.

Краем глаза заметила, как у фигур в плащах начались перестановки.

— Благодарю, — склонилась я в поклоне, отдалённо напоминающим реверанс. — Ваше участие и без того незаменимо.

И ведь не вру. Они оба, да старик сосед — вот и все, кто официально остаётся в приграничье. И спасибо хоть на этом. Как многое иногда зависит от штампа в паспорте.

— Не отказываетесь, — пожурил меня фон Рихт, на что я только растерянно похлопала глазами. Чтобы я и от помощи отказывалась? Понятно же, кто в плащах и с какой целью мне их привели. Маги лишними не бывают. — В наших общих интересах, чтобы вы с Кайреном вернулись на свои земли.

Вроде и говорил чопорно, а глаза так и улыбались. И кто только некромантов тёмными отродьями называет? Классные же мужики. И сами помогают, и магов своих нам жертвуют. А ведь забот на них упало немало и любой одарённый на счету.

А пожертвовали нам неплохо. Аж троих полноценно обученных тёмных магов.

Все три парня скинули капюшоны, и я с удивлением рассматривала красивые, но хищные лица своих телохранителей. И даже скрип зубов Кайрена игнорировала.

Покончив с перечислением навыков парней, отец Глейна расплылся в совсем хитрой улыбке и, подмигнув своему коллеге, вышел вперёд:

— Виконтесса Елания фон Рихт, — улыбнувшись, сделал маленький шаг в сторону фон Аренхард. — Ваша компаньонка на весь необходимый срок.

Ого. Просто огогошеньки. И ладно бы сам факт, что фон Рихт дочь ко мне приставил. Внушает, конечно, но не так, как сама девушка.

Одеяние скрывало настолько яркую и неординарную девушку в самом соку, как говорится, что зубами уже я заскрипела. Такие формы, такие изгибы! Волосы до попы, ноги от ушей. А какой костюм⁈ Шик. Как такой не завидовать?

— Привет, Лани, — протянул восточной красотке руку Кайрен и вздрогнул.

Это не я шипела, честное слово! И вообще, я самодостаточная и уверенная в себе личность.

— Привет, Кай, — хмыкнула девушка низким голосом, облизнулась раздвоенным языком и перевела на меня ярко-жёлтые глаза с вытянутым зрачком: — Привет, Стейси. С новой жизнью тебя. Давай не дадим её просрать?

Хм, а мне нравится такой настрой.

Чтобы перестать смотреть на Еланию волком, мне хватило получаса наблюдений. Не было ничего у моего некроманта и экзотической воительницы. Вернее, были дружба, уважение и прочие очень светлые и возвышенные чувства, но меня не они интересовали в первую очередь.

Стыдно признаться, но я пыталась зацепиться за что-то понятное и приземлённое, чтобы абстрагироваться от треволнений. И ревность показалась вполне достойной идеей. Неплохо, знаете ли, бодрит и отвлекает.

— Поймали? — оттеснив всех от Кайрена, спросила я у него.

— Поймали, — кивнул он, а подумав, добавил: — Только допросить толком не получилось.

— Только не говори, что дали пленникам умереть, — с подозрением уставилась я на посмурневшего Кайрена.

— Нет, конечно, живы.

— Не колются? — предположила я.

— Не могут. Клятва.

Ох уж эти клятвы. Никакие иголки под ногти не помогут, если человек физически выдать чужую тайну не может.

— Слушай, а пробовали обходить клятву? — задумалась я, вспоминая книги и фильмы.

— Это как? — тотчас воспрянул духом некромант.

Приятно, конечно, что он любую мою идею как манну небесную воспринимает, но ответственности то сколько такое отношение налагает.

— Написать, спеть, зеркалу рассказать, — начала я накидывать варианты. — В книге слова подчеркнуть, из кубиков слова собирать, в да-нет поиграть.

— Стоп-стоп, — поднял руки Кайрен, останавливая поток. — Я понял принцип.

— А где они сейчас?

— В Ордене, — лаконично ответил маркиз, подозрительно оглянувшись.

От расспросов пришлось воздержаться. Никому нельзя верить, даже если ты окружён вроде как соратниками и подчинёнными. Не написано же на лбу у людей, кто действительно тебе верен, а кто предатель.

Незаданные вопросы жгли не только язык, но и заставляли беспокойно вертеться в седле. Будет ли меня сопровождать Кайрен или скинет на подружку? Стоит ли озвучивать причину нашего опоздания или хлопать ресницами и изображать из себя куклу?

Кажется, я вздыхала слишком выразительно, так что некромант пересадил меня к себе, ловко выдернув из седла, только и успела, что ойкнуть и ноги из стремян выдернуть.

— Спрашивай, — скорее угадала, чем расслышала предложение, когда Кайрен зарылся лицом мне в шевелюру, полностью скрывая артикуляцию от любых наблюдателей.

Это он хорошо, конечно, придумал, а мне то куда прятаться? Пришлось изворачиваться.

Не сказать, что такой способ общения был удобен, сексуального подтекста в жарком шёпоте и лёгких касаний губ, оказалось гораздо больше, чем информации, но мы справились. Честно-честно. И даже почти не привлекли внимания. Только Елания беззлобно подтрунивала над нашими вымученными попытками держаться в рамках делового разговора.

— Целуй уже зазнобу свою и вали отсюда, — тихо посоветовала воительница, когда мы пересекли границу и впереди засекли стоящий лагерем отряд стражей.

Решено было продолжать охоту на живца, со мной в главной роли, конечно. И огромный отряд, с сильными магами во главе никак в концепт случайной жертвы не вписывался. Ну кто будет убивать какую-то бабу с неизвестным потенциалом опасности, если её охраняет трое сильнейших некромантов и рота солдат? То ли дело измученная дорогой, брошенная женихом девица в сопровождении компаньонки и нескольких слуг? Отличная же мишень.

Я магам, с которыми познакомилась буквально час назад, не верила, но наступила своей подозрительности на горло и доверилась не столько им, сколько Кайрену. Он этот выводок молодняка знал, с Еланией вообще много лет рука об руку тренировался, так что мог оценить и преданность, и компетентность.

В общем, к дозору стражи мы выехали запылённые, внешне измученные и совсем малым числом. Со мной остались только маги, Глейн и скелеты. Последние скорее в качестве дестабилизационного элемента, чем реальных боевых единиц. Надо же на что-то переключать внимание вояк. Не слишком мы обычные путники, с какой стороны на нас ни посмотри.

Взять ту же Еланию. Это внешне она восточная красавица, а оказалась змеюкой натуральной. Что-то там пошло не так в ритуале, и превратилась девушка в оборотня. Убийственная смесь: мощь тёмного мага, тело опытного воина и вторая ипостась, ну и характер, любому киллеру на зависть.

Маги тоже были товарищами непростыми. У Ордена Некромантов имелся свой детский приют с боевым уклоном. Благое начинание вроде бы, детей спасают, но кроме крова и пищи, дети с рождениями проходят настоящую военную подготовку. И ведь каждому находится место в жизни. Неодарённые получают место в гарнизонах, а маги становятся цепными псами Ордена, его настоящей боевой мощью.

По заверению Кайрена каждый молодой маг из моего сопровождения стоил десятка королевских гвардейцев в бою. А уж вместе они могли дать отпор целому полку, не то что какому-то отряду. И вот такой ценный ресурс выделили на мою защиту, после покушения. А мне оставалось только верить в их силу и силу наших с Руни поделок. Ну и отыгрывать свою роль, конечно.

— Ох, — простонала я, закатывая глаза и медленно съезжая с Крапивы, когда мы налетели на караульных королевской стражи. — Какой кошмар… Моя карета… Мои слуги…

И сползла-таки на землю, прямо под ноги гвардейцев, несколько опешивших от моих стенаний.

Елания подхватила мои страдальческие завывания и тоже заголосила, поплотнее запахнув плащ, скрывая выбивающийся из образа костюм.

Две ревущие девицы на тройку солдат? П-ф-ф, да мы дезориентировали их за несколько минут. Никакой закалки у мужиков от женских истерик.

И командующий отрядом тоже мужик непривычный оказался и потерялся где-то между фразами: «убили голубушку, ироды» и «не погубите честь девичью».

Даже скелеты на общей волне растерянности сошли за багаж и были сгружены в телегу с фуражом. А ещё спустя час беготни с платочками, водичкой и извинениями во всех смертных грехах, мы тронулись в путь.

Маркиз Кайрен фон Гравис

Книга предоставлена Цокольным этажом, где можно скачать и другие книги.

Сайт заблокирован в России, поэтому доступ к сайту, например, через Amnezia VPN: -15 % на Premium, но также есть Free.