Еще вчера я сидела за столиком в кафе в ожидании жениха, а сегодня меня везут в Обитель драконов в качестве пленницы. Есть от чего сойти с ума… или, наоборот, прийти в себя и сделать все, чтобы вернуться в свой мир.
Но есть одно условие…
— Отпусти меня, — прошу я, задыхаясь от ярости, так и треснула бы несговорчивого дракона по черепушке.
— Нет. Ты проведешь одну ночь со мной.
В голосе Рея безразличие и холод, черный взгляд пронзает насквозь, от него мурашки бегут по коже.
— А что в обмен? — задерживаю дыхание.
— Подарю тебе свободу. Ты сможешь вернуться домой.
Я, как завороженная, смотрю в его глаза и медленно киваю, а сердце от волнения ухает вниз.
Глава 1
Я в очередной раз попалась в ловушку мамы…
Моя неугомонная родительница позвонила утром и закричала в трубку:
— Мия, подъем!
— Мамуля, я спать хочу, давай чуть позже, а…
Я отбросила телефон и вдавила голову в подушку: ничего не знаю и знать не хочу. Выходной день, суббота, спать, спать, спать…
Тяжелые веки снова слиплись, словно смазанные клеем, легла поздно, запоем читала книгу. Все мечтала дождаться, когда герои сойдутся. Увы, и там вмешались родители. И почему старшему поколению не сидится на месте? Старикам о душе пора думать, о боге, а они молодежи жизнь портят!
— День на дворе, хватит дрыхнуть! — завопил голос мамы в ухе.
Испуганно встряхнулась: неужели не отключила звонок? Или это у меня в голове шумит?
— Какой день? Ты о чем? — сонно посмотрела на серое окно, по которому с адским усердием барабанил дождь, на экран телефона. — Девять часов утра.
— Ничего не знаю! Я хочу позавтракать со своей дочерью, имею полное право! Жду по этому адресу.
Тут же щелкнула смс, а я со стоном откинулась на подушку.
И вот теперь сидела за столиком в кафе в гордом одиночестве, с тоской смотрела в окно на дождь, заливавший город, на улицу, где под колесами машин лужи превращались в маленькие цунами.
Я перевела взгляд на чашку с кофе, сделала глоток и поморщилась: американо уже остыл и был таким же черным и мрачным, как мое настроение.
А все мамочка виновата!
Она мечтала выдать меня замуж. Это ее идея-фикс, с которой она носилась, будто с торбой писаной. Еще бы! Мне уже двадцать пять лет, а на горизонте не видно ни одного жениха. С некоторых пор свидания вслепую стали нормой моей жизни. С завидным постоянством я каждые выходные сидела в кафе и скучала в ожидании очередного сыночка подруги мамы… или подруги маминой подруги… или…
Леший разберет эти запутанные отношения!
Телефон завибрировал на столе, покосилась на экран — мама, наверняка где-то спряталась в уголочке, сгорая от любопытства.
— Мия, достань айпад! — приказала она, я огляделась: интересно, откуда она наблюдает за мной. — Я сказала, что перед тобой будет стоять планшет в красном чехле.
— Мама, можно я хотя бы сначала посмотрю на то чудо, которое ты мне сватаешь?
— В этот раз нет!
Она права: я успеваю удрать до приветствия, так как все эти сыночки, засидевшиеся в холостяках, тоже кавалеры не первой свежести. Мама считала, что я не давала потенциальным женихам шанса раскрыться.
— Хорошо, — вытащила айпад из сумки, положила его на стол и хитро спросила в надежде выцыганить информацию: — А как я кавалера узнаю?
— Ну… он будет в… галстуке.
Отличная отмазка, мамулю не проведешь.
— Я не хочу замуж. Можно я сама найду себе пару?
— Где? В твоей библиотеке, где кукуют одни старые девы?
Опять вздохнула: и на этот раз мама права.
— Ну… я еще в бассейн хожу и в клубы… иногда…
— В клубах пустобрехи собираются. Выпивка и случайный перепихон — их ночное счастье.
— Зачем ты так?
— Короче, не спорь со мной, Мия!
Мама отключилась. В кафе по-прежнему было пусто, только я, бармен да трясущаяся в припадке скуки кофемашина.
— Дзинь, — зазвенел колокольчик у дверей.
Быстро обернулась: у входа стоял мужчина. Лицо я не увидела: его закрывал зонт, который посетитель в этот момент пытался сложить. Зато хорошо разглядела ноги в… резиновых сапогах, в которые по-деревенски были заправлены брюки.
Что?
Боже мой! Только мне лесника в женихи и не хватало! Я бросила айпад в сумку и мигом снялась с места. У дверей случайно задела мужчину плечом, испуганно шарахнулась в сторону, вырвалась на улицу и понеслась к пешеходному переходу.
— Мия, стой! — голос мамы камнем прилетел в спину. — Стой!
Резко затормозила, посмотрела назад, ливень заливал лицо, вода потоком стекала с волос, закрывая обзор. Мама в дождевом мареве стояла на крылечке кафе и махала рукой. Отчего-то сжалось сердце, но я не поддалась секундной слабости.
— Все! — закричала ей. — С меня хватит! Больше никаких свиданий!
Развернулась и понеслась к пешеходному переходу, как раз запиликал светофор на углу.
— Дочка, мое время на исходе! Дай мне шанс увидеть внуков!
Кажется, будто наткнулась на каменную стену, что за сериальные страсти? Ее слова ударили по натянутым нервам и по сердцу. О чем она говорит? Это очередной хитрый прием?
— Мама, не пугай меня!
— Мия, вернись! Я говорю правду.
Ну, уж нет! Не попадусь больше на ее удочку! Мигом снялась с места. Шаг, другой… Визг тормозов взрывом ворвался в мозг, обернулась и увидела: на меня летит огромная махина автобуса. Замерла, парализованная, еще почувствовала удар, боль от падения и провалилась во тьму…
—Шилесса, шилесса, очнитесь!
Удары по щекам сопровождали каждое слово, но боли я не чувствовала: в голове творилось что-то невероятное, какофония звуков, голосов, мелькание образов.
— Не хочу, не хочу! — тоненько визжал кто-то женским голосом. — Не поеду!
— Вы удостоены чести, — басил мужчина.
— Ни за что! — заявил тот же истеричный голос, но не мой, свой я бы узнала.
— Найдите другую жертву! — появилась женщина в развевавшейся одежде. — Возьмите любую служанку.
Страшное лицо с огромным носом надвинулось на меня, я вскрикнула, сразу захотелось тараканом спрятаться в щель.
— Нужна девушка королевской крови, — ответил ей кто-то.
— Заберите дочь наложницы?
— Какую?
— Хотя бы эту.
Новый хлесткий удар ожег кожу и вырвал меня из кошмара. Я подняла тяжелые веки: на меня смотрели огромные карие глаза миловидной девчушки.
— Ох, шилесса, как вы меня напугали!
Я села, ничего не понимая, ощупала себя, кости целы, какое счастье! Во всем теле небольшая ломота, и только.
И тут вспыхнуло в мозгах: мама!
Вскочила с воплем:
— Мамочка, что ты там…
Слова застряли в горле: я была в большой комнате, рядом со мной — незнакомая девушка в странной одежде, и ни дороги, ни автобуса, ни дождя нет…
Дорогие читатели!
Очень жду от вас поддержки! Ставьте лайки, пишите отзывы, даже простое "спасибо" поддержит новинку на плаву, не даст ей утонуть в массе других книг.
Глава 2
Истерика комом встала в горле, я с усилием протолкнула ее внутрь. «Это сон! — появилась первая мысль. — Начиталась на ночь, вот и привиделось всякое».
Я легла, плотно зажмурилась и сделала несколько вдохов-выдохов.
— Шилесса, что с вами? — захныкала над ухом девчонка. — Вы меня пугаете.
«Не обращай внимания! — убеждала себя я. — Это сон. Или бред. Я в больнице».
Но ничего не произошло. По-прежнему не чувствовала боли, наоборот, в теле была какая-то воздушная легкость, хотелось взмахнуть руками и взлететь. Это желание так тревожило, так сжигало изнутри, что я щелкнула пальцами, чтобы отогнать его. Кончикам стало нестерпимо горячо.
Рядом кто-то восхищенно взвизгнул. И чего это медсестры веселятся? Больница все же. Тишина… покой… мысли о вечности.
Приоткрыла глаза, а потом распахнула их потрясенно. Вокруг меня порхали бабочки. Десятки, сотни крохотных бабочек. Они трепетали крылышками, вспыхивали разноцветными огоньками, наполняли воздух нежным шелестом и ароматом.
— Что это? — села от шока, впервые вижу такое чудо.
— Шилесса, — ко мне на шею бросилась кареглазая девчонка. — Шилесса! Какое счастье! — она выбежала из комнаты, уже радостно крича во все горло: — К шилессе Мие волшебство вернулось.
— Что это? — я повторила вопрос в пустоту и огляделась.
Комната нисколько не походила на больничную палату. Ее стены были задрапированы тканью, такой пестрой, что в глазах рябило. Или это рябило от мелькающих везде бабочек?
— Скройтесь! — взмахнула рукой и щелкнула пальцами.
И тут же, словно по волшебству, крылатые милашки исчезли, зато в комнату ураганом ворвалась толпа людей, и впереди всех семенила женщина в широких одеждах. Где-то я ее уже видела.
— Ах, шилесса Мия! Мы уж и не чаяли…
— Такая радость! Видел бы вас батюшка…
Люди засуетились вокруг меня, захлопотали. Я смотрела на них круглыми глазами, ничего не понимая.
— Кто вы? Где я?
Все вокруг казалось странным: эти люди в непонятной одежде, их слова, восторги, обращение ко мне. Да и на мне платье в пол, а грудь невыносима стянута, невозможно сделать полный вдох.
— Снимите с меня это!
Я дернула плечом, завела руки за спину, пытаясь найти застежку. Ко мне бросилась кареглазая девушка.
— Ослабить шнуровку, шилесса?
— Что? Какую шнуровку? — не поняла я и вдруг до меня дошло — корсет. На мне древний корсет. — Да, ее.
— Выйдите все! — приказала людям женщина.
«Где же я ее видела? — напрягла мозги. — Только что видела».
Но память пока отказывалась помогать хозяйке, зато шок прошел, в работу включились мозги.
«Так, я не в больнице. Но место странное, больше похоже на съемочную площадку. Не могла же я переместиться с улицы сразу сюда. Или меня жених похитил? Черт! Это надо проверить!»
Девчонка ослабила шнуровку, и дышать стало легче. Я заметила в углу что-то похожее на зеркало, бросилась к нему и отпрянула, так испугалась отражения.
Нет, я видела себя, но в совершенно непонятном образе. На мне было нежно-голубое платье с широкими рукавами и юбкой. Талия перехвачена синим корсетом, который высоко поднимал грудь. Волосы убраны в высокую прическу, но сейчас немного разлохматились, и украшены лентами и заколками.
Совершенно не та Мия, что я привыкла видеть каждое утро. Та обычная городская девушка, живущая в век технологий. Она носит джинсы, футболки, куртки, убирает волосы в высокий хвост, бегает по утрам и выдает библиотечные книги подросткам и старушкам.
А эта нежная фиалка с растерянным лицом, кисейная барышня, готовая в любую минуту хлопнуться в обморок. На ней нет ни грамма косметики, а полупрозрачная кожа сияет розовым светом, более интенсивным на щеках, серые глаза, всегда казавшиеся мне не слишком выразительными, сейчас словно подернуты дымкой и отливают серебром.
— Кто это? — шепнула я деревянными губами.
— Ах, Мия! — женщина подошла сзади и заправила прядь волос мне за ухо. — Не узнаешь себя? Ты сегодня чудо как хороша, может, потому и магия вернулась.
Сначала мне показалось, будто дама любовалась моим отражением, но ее голубые глаза словно закрывала корка льда. Такое впечатление, что она изучала меня, исследовала в своих целях, но зачем?
— Магия — это бабочки? — еще больше порозовела от комплимента. — Я не знаю, откуда они появились.
Девчонка хихикнула, закрывав рот ладошкой. Покосилась на нее сердито: чего смешного я сказала? Она сразу сделала серьезное лицо, но от теплых глаз разбежались лучики смешинок.
— Да, кайри, — кивнула дама. — Но это не бабочки.
— А…
Я замолчала. Не время для расспросов. Придется доходить своим умом, чтобы не попасть впросак. И надо вернуться домой, но как? Хотя… зачем переживать? Скоро все прояснится, и глупая шутка мамочки и нового женишка закончится.
— Мия, нам нужно серьезно поговорить.
— О чем? — встряхиваюсь. — И вы кто?
В звенящей тишине слышалось, как где-то пела птичка, старательно выводила трели нежным голоском.
— Пикси, как это понимать? — дама повернулась к девчонке. — Ты куда смотришь? Что случилось с госпожой?
— Я… я… не знаю. Я выносила воду после умывания. Пришла, а шилесса лежит на полу…
— Несносная девчонка! Есть там кто? — в комнату сразу ворвались люди. — К позорному столбу ее! Десять ударов горящим хлыстом?
— Госпожа, простите меня! — девушка с грохотом хлопнулась на колени и ударилась лбом о пол. — Простите, недоглядела.
Она всхлипнула и залилась слезами. Я смотрела на это представление и не верила своим глазам. Я куда попала? Что за дикие нравы?
Два здоровенных парня подхватили девушку под руки и поволокли к выходу. С меня слетело оцепенение.
— Стоп! Не трогайте ее!
Кинулась наперерез и раскинула руки, не позволяв им пройти. Дама остановила мужчин властным жестом.
— Шилесса Мия, не стоит эта низкородная служанка вашей заботы.
— Я сама упала! — упрямилась я, не позволю наказать такую милую девчушку. — Запнулась и упала. Она тут ни при чем!
— Тогда, почему вы не помните, кто я?
— Не знаю. Провал в мозгах, и все. Но девчонка не виновата, она помогла мне прийти в себя.
Дама отпустила громил, а Пикси (хорошо, что теперь знаю, как ее зовут) умоляюще сложила на груди руки.
— Спасибо вам, большое! Спасибо!
Она бросилась к моим ногам, схватила край платья и исступленно его поцеловала. Я вырвала ткань, но девушка тогда припала к туфлям.
Дурдом какой-то!
— Выйдите все! — взвизгнула я. — Оставьте меня одну!
— Мия, нам нужно поговорить, — уперлась рогом дама.
— Потом, все потом! Черт возьми! Дайте мне все вспомнить!
Глава 3
Ужас охватил меня, я на миг закрыла лицо руками и замерла.
— Шилесса…
Черт!
Я не хотела больше слышать это слово, поэтому не выдержала, легонько подтолкнула женщину к двери, она недоуменно посмотрела на меня, но повиновалась. Пикси вскочила и, кланяясь на каждый шаг, тоже попятилась к выходу.
Наконец я осталась одна и выдохнула. Боль обручем охватила голову и давила, давила, давила...
«Думай, Мия, думай! — внушала себе.
Я была на улице, на меня наехал автобус, я упала, стукнулась затылком, потеряла сознание. Это нормально, рядовая авария на скользкой дороге.
Но как оказалась здесь? Какая магия? Почему бабочки не бабочки? И вообще, кто эти люди? Вопросы роились в множились, и ни на один не было ответа. Осторожно огляделась в поисках скрытой камеры. Если ее найду, мамуле и ее кандидату в мои мужья не поздоровится, ох как не поздоровится!
Медленно обошла комнату. Ее обставили старинной мебелью из дерева, покрытого резными узорами. Провела пальцем по изящным линиям и невольно залюбовалась талантом мастеров. Выдвинула каждый ящик. В них лежали украшения, какие-то баночки, коробочки, ленты, принадлежности для письма. И все невероятной красоты и тонкости работы.
На широких полках хранилась одежда, роскошная, из шелка и кружева. На столике лежали книги в тяжелых переплетах. Открыла одну и охнула: каждая страница не напечатана, а написана вязью.
«О боже! Да у них и реквизиты из музеев. Ничего себе спектакль! — покачала головой. — Респект и уважуха, как говорит мой сосед-подросток, жениху и мамуле, постарались на славу».
— Ладно, где вы? — спросила вслух. — Я впечатлилась, выходите уже, а? — обернулась, заметила, как на противоположной стене слегка колыхнулась обивка, и крикнула: — А, вот вы куда спрятались!
Бросилась туда, отодвинула ткань и с визгом отскочила: на меня смотрело чудовище.
Перед глазами потемнело, и я опять провалилась в никуда.
Пришла в себя быстро, подняла веки и сникла: вокруг те же стены, в глазах все мелькает от пестроты, но нет ни мебели, ни ложа, зато потолок был так близко, что могла достать его рукой.
И достала…
Я взвизгнула, начала метаться в панике. Неожиданно сообразила, что болталась в воздухе на каком-то сияющем облаке, и оно шевелилось подо мной, будто живое.
— Помогите! — вырвался из горла беспомощный сип, голос отказался повиноваться. — Кто-нибудь! Что происходит?
А облако подо мной еще больше заволновалось, комната наполнилась едва слышными взволнованными голосами. Слов различить было невозможно, только повторялось шипение:
— Ши-ши-ши, шилесса…
Опять? Да, они все спятили!
Взмахнула руками, облако вмиг распалось, я полетела вниз, вскрикнула, меня тут же подхватили крохотные крылышки, а в голосах появились нотки паники:
— Шилесса, шилесса, шилесса…
— Опустите меня, немедленно! — наконец я пришла в себя.
И сразу оказалась на мягком ложе, окруженная сияющими бабочками. Они порхали надо мной, радостно трепеща крылышками, и счастливо повторяли:
— Шилесса, шилесса, шилесса.
Я села, протёрла глаза, пригляделась и вздрогнула: четко увидела микроскопические лица, которые смотрели на меня круглыми глазками.
Свят-свят! С трудом подавила желание перекреститься.
— В-вы кто? Хватит мельтешить! Голова кружится.
Бабочки, словно получив команду, замерли на миг и опустились на кровать. Теперь я сидела в пушистом колышущемся цветнике.
— Мы кайри, шилесса. Твои кайри.
— Святые помидоры! — сорвалось с губ ругательство.
Шелест крыльев прекратился, я слышал сказанные слова отчетливо, или мне так показалось? Может, это у меня в башке светопреставление? Так и видела, как перепутались извилины. Во всяком случае я прекрасно понимала язык этих крохотных созданий.
Чувствовала, еще чуть-чуть, и мозг сломается от мыслей и вопросов. На миг закрыла глаза. «Это иллюзия, — сказала себе. — Не поддавайся обману!»
Но от удивления прийти в себя не могла. И как мамуле и будущему жениху удалось создать такой эффект? Он точно большой мастер электронных технологий!
— А поподробнее? Кто такие кайри? И что за жуткую морду я видела там, наверху?
Показала рукой на стену.
— Там, — облако взлетело и снова опустилось на ложе, — портрет егереса драконов.
Информация ударила по мозгам и нервам, я на миг растерялась.
— Т-а-а-а-к, приехали! Тут еще и драконы водятся?
— Конечно. Это их мир.
Встряхнула головой: «Чур меня!»
Огляделась в поисках камеры. Развести меня решили по полной программе, что ж, поиграем.
— Неужели? — сарказм так и капал с языка. — А мне показалось, что я видела людей.
— Все правильно! — восторженно вспорхнули кайри. — Мир населен разными расами, и одна из них — драконы.
— Это такие твари с огромными крыльями? — уточнила я на всякий случай, мучительно вспоминая картинки из книг фэнтези.
— Что вы, шилесса! — кайри накрыли меня облаком, почему-то я почувствовала силу их страха, которая передалась и мне. — Тише, тише! У них везде глаза и уши! Драконы — главная раса на земле.
— Главная, говорите? — я опустила ноги на пол и решительно пошла к портрету, кайри за моей спиной попискивали.
Какая, к черту, раса? Какое главенство? Жрут эти твари, конечно, хорошо, может, потому их мои бабочки и боятся. Но чем тогда они отличаются от обычных диких зверей?
Отодвинула драпировку, отошла на несколько шагов назад и, наклонив голову, стала разглядывать чудовище.
В моем представлении дракон — это что-то похожее на варана, только с крыльями. Унылое по цвету, бородавчатое и ужасное на вид существо. Во всяком случае — это животное без мозгов и мышления.
И увиденное меня не разочаровало. Передо мной была огромная ящерица, наделенная крохотной головой с полным отсутствием лба. Размах крыльев впечатлял, но не больше. Еще у чешуя светилась необычным цветом, густо-коричневым с огненными прожилками. Красиво, конечно, ничего не скажешь.
Перевела взгляд на глаза дракона и окаменела. Большие, выпуклые, цвета густого шоколада с красными искрами в глубине радужки, прикрытые тяжелыми веками, они будто заглядывали мне прямо в душу. В черных зрачках играло пламя, оно то вспыхивало ярко, то гасло.
Мурашки бежали по спине, собирались в стаи и щекотали пятки. Миг — и мир перестал существовать. Были только дракон и я… Я и дракон.
Разумом я понимала, что передо мной иллюзия, но эффект живого присутствия этой твари был очень силен.
— Нет, шилесса! Не смотрите в глаза! Не смотрите!
Одни кайри заволновались, метнулись к стене, качнув меня потоком воздуха, настолько мощным был их порыв, закрыли драпировку. Другие окружили меня теплом и лаской.
— Не пугайте шилессу, — заволновались третьи. — Она не его истинная!
А это еще что за зараза? Истинная какая-то? Наваждение исчезло, но осадок остался.
— Какой кошмар! — я растерла пальцами виски. — И почему вы так переполошились? Это всего лишь картина.
— Да-да, картина, — кайри дружно затрепетали крылышками. Я пригляделась, но так и не поняла, кто же они все-таки говорили. — Но картина магическая, поэтому ее закрыли тканью.
— И чем она мне грозит? Подумаешь, посмотрела!
— Вам не грозит ничем, вы же не истинная дракона.
— Может, объяснитесь?
— Ах, шилесса! Вам лучше не знать.
Вот и отлично!
Ничего не хотела больше слышать, голова распухла от навороченной с три короба лжи. Я посмотрела на дверь и крикнула:
— Все, хватит! Я оценила ваши старания. Выходите, давайте знакомиться!
Комната мгновенно заполнилась людьми, словно они ждали за дверью.
Я искала среди постановщиков и массовки лицо мамы, но не находила. Ко мне бросилась девчушка с карими глазами, суровая дама посмотрела презрительно, а из-за его спины выглянул господин в белом одеянии. Он держал в руках сумку, похожую на старинный медицинский саквояж.
«Точно! — мелькнула мысль. — Я попала в аварию, у меня проблемы с головой. Это все видения, плод моего воображения. Меньше книжек надо на ночь читать. Мама права!»
От облегчения, что наконец-то я понимаю происходящее, чуть не заплакала.
Бросилась к врачу.
— Доктор, что со мной?
— Не волнуйтесь, госпожа Мия, — медик ласково взял меня за руку и повел к ложу. — Со всеми девушками такое случается, когда они узнают правду.
— К-какую правду? — я выдернула руку и шагнула назад.
— Шилесса, я хочу с вами поговорить, — дама медленно пошла на меня. — Не сопротивляетесь судьбе.
— Какой? Кто мне, черт возьми, объяснит, что здесь происходит?
Пикси вдруг всхлипнула и заплакала, дама зыркнула на нее леденящим взглядом, девушка захлебнулась слезами, икнула, спряталась за спину медика. Я подбежала к ней, схватила за руку и убрал девчонку себе за спину. Не хватало еще, чтобы у меня на глазах обижали ребенка!
— Королевский совет оказал вам достойную честь, — продолжала дама.
— Честь? Как мило, — усмехнулась я и крикнула. — Мама, хватит чудить. Это уже не смешно.
— Ваша мама умерла, шилесса.
— Что?
Час от часу не легче. Я полчаса назад разговаривала с вредной родительницей. Розыгрыш перешел все границы. Быстро посмотрела по сторонам. Так, в этой комнате мне ничего не добиться, надо вырваться наружу. Там все станет ясно.
— Уже давно умерла.
Все. Эти слова стали последней каплей.
— Мне нужно на воздух, — заявила я и, путаясь в длинной юбке, бросилась к двери.
Никто не ожидал от меня такой прыти. Я беспрепятственно покинула комнату, пробежала по коридору, свернула в проход.
— Держите шилессу! — догнал дикий вопль сзади.
Увидев наконец выходную дверь, я бросилась к ней, но дорогу перекрыли какие-то люди.
— Нельзя, вернитесь в свои покои, — остановил меня стражник в странном наряде.
— Покои, говоришь? Да пошел ты!
Бросилась на него с согнутым коленом в надежде, что он увернется, закон самосохранения никто не отменял. Увы, не увернулся. Я заехала ему прямо в пах. Мужик согнулся пополам, а я выскочила на крыльцо.
«Каков розыгрыш, таков и ответ», — мелькнула злорадная мысль, пока глазами обшаривала огромный двор.
И с каждым взглядом по сторонам мне становилось все хуже. Разыгрывали меня дорого и с размахом, достойным олигарха, единственное, о чем я могла подумать. Передо мной был обширный двор с аккуратными дорожками, посыпанными галькой и разбегавшимися во все стороны. В центре журчал струйками небольшой фонтан, вокруг него благоухали пестрые клумбы, порхали звонкоголосые птички.
Идиллия, ек-макарек!
Привстала на цыпочки, пытаясь разглядеть что там, за высокой оградой. Пыжилась, тянулась, так ничего и не увидела. Не стремились в небо высотки, не пиликали клаксонами машины, и вообще я не слышала ни малейших звуков большого города.
До меня начало доходить, что происходит что-то странное, не укладывавшееся в сознание. А еще я поняла, что штурмом эту неприступную крепость взять не получится. Нужен план.
На крыльцо с шумом вывалилась свита сердитой дамы, Пикси подбежала ко мне, умоляюще заглянула в глаза. Только эта девчонка держала мое сознание на плаву, я боялась, что, если еще раз отключусь, накажут служанку.
Я развернулась к даме лицом, задрала подбородок и щелкнула пальцами. Крохотные кайри тут же окружили нас с Пикси облаком и зашелестели:
— Шилесса, шилесса…
— Заткнулись все! — приказала я им и посмотрела на даму. — Я слушаю вас.
— Говорить прямо здесь? — растерялась та.
— Да, почему бы и нет?
— Шилесса Мия, вам оказана великая честь стать заложницей драконов.
— Даже так? Очень мило!
Меня уже никакой бред не пугал, хотелось избавиться от свидетелей и быстро придумать способ, как вернуться домой.
— К сожалению, вам придется расстаться с кайри.
Крошки всполошились, у меня зарябило в глазах от их мельтешения перед носом.
— Это еще почему? Мне они нравятся, правда, милашки?
— Шилесса, мы вас любим, шилесса!
Облако плотно окружило меня, словно заключило в объятия, и приподняло над землей. Мне нравилось покачиваться в воздухе, но больше хотелось чувствовать твердую почву под ногами.
— Я вас тоже люблю, а теперь, поставьте меня.
Я опустилась на землю, с вызовом посмотрела на даму: «Что, съела? С кайри мы не расстанемся ни за какие коврижки!»
— Это условие соглашения. Вы не можете владеть магией в изгнании.
— Т-а-а-а-к, — протянула я. — И что я такое натворила, что меня раз — и в изгнание?
— Ничего. Вы шилесса этой страны, ваш батюшка с болью в сердце отправляет вас в Обитель, но таковы правила.
Я ничего не понимала, но желание избавиться от дамы и ее свиты было настолько сильно, что готова была принять любую чушь, лишь бы меня оставили в покое.
— Хорошо, хорошо. Я согласна, — махнула рукой. — Могу я теперь быть свободна?
— Да, конечно, — дама переглянулась с медиком. — Ошейник целомудрия уже почти готов, в Обитель драконов отправлен гонец с письмом, егерес пришлет специальный эскорт.
Я мало что поняла из сказанного, но это было уже не важно.
— Целомудрия? О как! Суровые у вас нравы, господа, суровые, — покачала я головой.
А в голове крутилась мысль: «Свали уже, исчезни, дай мне осмотреться и подумать». Одно успокаивало: раз на меня нацепят ошейник целомудрия, то на мое тело никто не будет покушаться.
— Вы о чем? — лицо дамы все больше вытягивалось, зато Пикси успокоилась и даже хихикнула в ладошку.
— О том самом. Неужели не знаете? — я подмигнула.
Картина открылась презабавная, я сама чуть не расхохоталась. Дама явно не поняла, о чем это я толкую, и зависла, как сломанный компьютер.
— Оставляю вас с Пикси, — она поклонилась и стала пятиться к выходу.
За ней потянулись стражники, только они ушли недалеко: встали у ворот, видимо, испугались, что бешеная шилесса сбежит. Хромая, по кривой меня обошел охранник, которого я ударила, и наконец двор очистился от людей.
И тут в голове щелкнула идея, я мигом повернулась к Пикси.
— Слушай, мы можем где-нибудь остаться одни?
— Да, шилесса, в саду.
— Окей, веди!
— Сюда, пожалуйста.
Пикси побежала в дальний угол двора к калитке, скрытой зеленью плюща. Только подойдя ближе, я заметила, что здесь зеленая ограда. Кайри затрепетали крылышками и полетели за мной.
— Э, нет, подружки, нам с вами не по пути.
Я щелкнула пальцами, и крошечные создания исчезли. Мне они не мешали, но могли не дать реализовать задуманное. В саду огляделась: деревья, кустарники, клумбы, дорожки, качели на столбах…
Оценивающе осмотрела их, погладила полированное дерево. Отлично, то, что надо. Отошла на несколько шагов, разбежалась и, наклонив голову, чтобы наверняка не промахнуться, помчалась к столбу…
Глава 4
Высоко в небе парили драконы — четверо неразлучных друзей. Олицетворяя собой четыре стихии, эти юнцы как нельзя лучше дополняли друг друга мощной силой.
Они то собирались группой, скрещивая крылья, то веером разлетались по сторонам, составляя разные фигуры. Сильные, величественные, красивые создания…
Вот один взмахнул серебристыми, отливающими в лучах заходящего солнца серо-зеленоватыми крыльями, нырнул вниз и ушел в крутое пике. Потом развернулся и грациозно устремился по плавной кривой к смотровой площадке, где за парадом наблюдало семейство правителя.
Сердце Рея замерло от восторга. Казалось, еще миг, и столкновение неизбежно, егерес даже невольно подался назад, к скале. Но дракон заслонил свет огромной массой, фыркнул паром, весело покачал головой в знак приветствия и снова устремился ввысь.
— Мальчишка! — сердито буркнула сзади старая егересса Расина.
Она вцепилась пальцами в рукоятки кресла, приподнялась, словно тоже собиралась взлететь, но четыре тысячи прожитых лет удержали седую драконицу на месте.
— Ничему жизнь Голена не учит, — сказал кто-то из сановников, стоявших за креслом егерессы.
— Что вы! Очень красиво! Пусть пошалит, — возразил ему другой.
Рей слышал обсуждение сзади, но не оборачивался: его внимание было приковано к сказочному полету, душу переполняла гордость за молодое племя, демонстрировавшее сейчас свою выучку.
Эти юнцы еще недавно под стол пешком ходили, весело носились по дворцу, прыгали, как петухи, пыжась взлететь, и шипели друг на друга во время борьбы. А сегодня, расправив крылья, парили в воздухе, и вся столица Иудринеса наблюдала за великолепной подготовкой юных принцев.
— И правда, пусть развлекается, — пробасил дядя, брат егерессы. — Скоро Голен отправится в изгнание и уже никогда не сможет летать.
Старик сказал о том, о чем Рей думал с болью в сердце. Проклятое соглашение между расами! Сколько лет прошло, а каждый егерес вынужден его соблюдать.
Когда-то давно так решили предки, которые хотели сохранить мир между людьми и драконами. Вот они и придумали способ: семьи правителей обменивались пленниками царственных семей. Заложники получали богатство, почести и славу, но вынуждены были носить ошейник целомудрия. Драконы теряли способность меняться и летать, а принцессы лишались магии и не могли вернуться в родной дом. Так веками соблюдалось равновесие, и пока никто не осмелился отменить древний закон.
Наконец драконы в небе выстроились в одну линию и дружно, кругами, начали опускаться. Ступив на землю, они сменили облик, приняли обычный будничный вид.
— Эгерес…
Смотровая площадка, пристроенная к склону скалы, вздрогнула от большого тела, опустившегося на помост. Рей повернулся, узнав голос командора. Мощный дракон с самым большим размахом крыльев в стране и в облике человека был огромен. Рей старался не задирать подбородок, чтобы разглядеть выражение его лица.
— Докладывай, Рагнад.
— Прибыл гонец из дворца людей.
А вот это уже серьезно.
— Матушка, — правитель поклонился старой егерессе, ее тусклый взгляд пробрал до костей, — простите, дела!
— Рей, неужели не можешь досмотреть парад до конца? — рассердилась она. — Мальчики так старались!
— Увы, прибыл гонец людей.
Правитель оттолкнулся от площадки и взмыл в небо. Рагнар устремился за ним. Сделав круг над ристалищем, Рей изменил решение. Бабушка права: юная поросль не виновата, что у него дела. Он опустился перед группой молодых драконов.
Юноши, заметив его, побледнели от волнения, и выстроились в ряд. Рей заметил даже капельки пота на безусых губах. Он внимательно осмотрел молодежь.
— Подтяни штаны, — дернул за рубашку Голена.
— А это что? — показал Ниду на болтавшийся ремень.
— В твоих волосах птички свили гнездо? — подшутил над Карадарсом и сместился к следующему.
Внешний вид Дрюневира оказался безупречным, поэтому Рей лишь одобрительно кивнул.
Он смотрел на молодняк, а в сердце разливалось тепло. Правитель знал, что трое из закадычных друзей отправятся нести вахту в приграничных землях, а Голен…
Думать об этом не хотелось. Правитель внутренне сопротивлялся решению совета, но ничего изменить не мог.
Юноши с восторгом смотрели на егереса, он для них был кумиром, которому поклоняются, будто волшебному жрецу. Каждый дракон мечтал так же, как правитель, достичь небывалых высот славы и стать в еще в молодые годы избранным егересом Иудринеса.
— Развлекайтесь, — улыбнулся Рей. — На площади для вас готовится праздник.
— Спасибо, егерес! — поклонились все четверо.
Только Рей отошел, как услышал за спиной смех. Он обернулся: юноши опять приняли облик драконов. Они вообще легко переходили из одной сущности в другую. Им не нужны были заклинания, особые напитки, чтобы меняться, достаточно простого желания.
Они взлетали, толкались крыльями и мерились магией.
Голен — стихия воздуха — выпускал клубы пара.
Нид — стихия огня — плевался пламенем.
Карадарс — стихия воды — гасил брызгами это пламя.
Лишь Дрюневир — стихия земли — не участвовал в игре. Как всегда, спокойный и уравновешенный, он шагал рядом с приятелями и улыбался своим мыслям.
— Святой Ганеш! Жалко мальчишек! — вздохнул за спиной Рея командор.
— Это жизнь, — пожал плечами егерес. — А она иногда преподносит сюрпризы.
Эх, если бы он в тот момент знал, сколько он сам получит подарков от судьбы, наверное, не бросался бы так легко пустыми словами.
Но, увы!
Рей проводил друзей взглядом и взлетел.
Лишь во дворце, скрытые от любопытных глаз многочисленной челяди, которая каждое слово докладывала старой Расине, они могли нормально поговорить.
— Люди готовят заложницу, — рассказывал Рагнад, прохаживаясь по покоям егереса.
Он трогал дорогое оружие, проводил ладонью над пламенем горелок, перебирал на столе рукописи. Видно было, что командор нервничал. Драконы всегда точно соблюдали закон, а вот люди…
Хитрая и неприятная раса! От них можно ожидать чего угодно. Еще не было ни одного обмена заложниками, чтобы люди не нарушили свое слово. Если бы не желание жить в мире и ладу со всеми, драконы никогда бы не заключили соглашение с этим подлым народом.
Рей следил взглядом за Рагнаром. Тот был не только начальником воздушных стражей, но и лучшим другом егереса. Командор — настоящий гигант. Никто не сравнится с ним ни в силе, ни в сноровке, ни в пилотировании. Несмотря на большой размах крыльев, он мог пролететь между двух скал так филигранно, что все диву давались.
— Это хорошо. Время пришло.
— Все же на душе тревожно. Не верю я людям. Нехорошие слухи доходят со всех сторон.
— Например, какие?
— В Карийских горах начали бесследно исчезать драконы. Поговаривают, что люди охотятся на нас.
— Зачем? Мы сильнее и могущественнее их.
— Нас мало, раса вымирает, каждый дракон — драгоценность. Если нас еще по одному будут уничтожать, скоро эти земли займут чужаки.
Это была горькая правда. Чтобы произвести потомство, драконам нужна пара, которую можно создать только с истинной, а найти ее становилось все труднее. Рею скоро исполнится сто лет, но он так и не встретил свою истинную, хотя искал ее во всех расах, населяющих планету Трех Лун.
Рей сделал несколько шагов и остановился. Страшно было отпускать наивного и неопытного Голена к чудовищам, еще страшнее принимать в свою семью принцессу людей. А выход где? Первому нарушить соглашение? Только не в этот раз!
— Что ж, поступим так…
Рей придвинулся к командору и зашептал.
Глава 5
Мчалась я к столбу асолютно зря. На мне инстинкт самосохранения отработал по полной программе. Не добежав буквально шага, я резко свернула в сторону.
— Шилесса! — заверещала Пикси и побежала к воротам. — Помогите! Шилесса хочет убиться!
Я догнала несносную девчонку, схватила в охапку и закрыла ей рот.
— Тише ты! Чего орешь? Простой эксперимент.
— Чего? — служанка вытаращила на меня глаза.
— Эх, темнота!
Я погладила Пикси по волосам и опять двинулась к столбу. Задумка была простая: меня сбил автобус, я приложилась головой об асфальт, значит, нужно удариться еще раз, чтобы вернуться домой или прийти в себя. От защитниц кайри уже избавилась, теперь надо преодолеть инстинкт выживаемости. Но как?
Я погладила столб, прислонилась к нему лбом, почувствовала прохладу гладкого дерева, примерилась. Пикси смотрела на меня шальными глазами, но не останавливала. Теперь я отошла немного дальше и, собрав все внутренние силы, снова ринулась к столбу. Пикси бросилась наперерез, мы столкнулись и упали.
— Ты куда лезешь? — рассердилась я.
— Шилесса…
— Стой там, — махнула рукой в сторону дерева, — и смотри. Молча! Поняла?
Несчастная девчонка обреченно кивнула.
Так, дубль три!
Я разогналась, но тело, видимо, не желало больше никакой боли: голова в последний момент дернулась и проехалась по дереву виском. Даже от этого маленького касания я завыла, словно меня обожгло пламя.
— Шилесса, пожалуйста, — заплакала Пикси.
— Ладно, не хнычь. Больше не буду, — проворчала я и, растирая висок, села на качели.
Я качалась, разглядывала сад и думала.
Идея с розыгрышем провалилась. Теперь я уже понимала, что организовать такое масштабное мероприятие было не в силах моей мамы. Остался второй вариант: у меня сотрясение, в результате которого мозги выдают галлюцинации. Однако все вокруг меня было настолько реальным, что и эта версия вызвала сомнения.
Я с тоской посмотрела на столб, который не хотел принимать мой лоб, и вздохнула. Фруктовые деревья, кустарник, клумбы с цветами — все располагало к неге и покою.
Мои извилины тоже не шевелились, просто наслаждались теплым днем и приятной компанией. Пальцы сами щелкнули, и кайри весело закружились вокруг.
Хорошо! Как же здесь хорошо! И дышится легко.
— Принести вам чаю, шилесса? — подкралась ко мне на цыпочках Пикси.
— Давай, и что-нибудь пожевать.
— Пожевать?
Девчонка опять испугалась непонятного слова.
— Ну, поесть. Желудок к позвоночнику прилип.
— А?
— Пикси, не тормози, неси сюда еду!
Я перебралась в беседку, кайри закружились над головой, шелестя постоянно:
— Шилесса, шилесса, шилесса…
— Ладно, расскажите мне немного об этом мире. Что-то я подзабыла все.
Пикси прибежала с подносом, уставленном судочками, так вкуско пахнувшими, что я чуть с ума не сошла от голода.
— Мы живем на планете Трех Лун, — начали кайри.
— Ясно, — бубнила я с набитым ртом. — Кто мы?
— Разные расы: люди, драконы, гномы, альвы…
— Стоп! А это кто? Первый раз слышу.
— Это северные эльфы.
— А-а-а, — протянула я, хотя ничего пока не поняла.
— Вы это ешьте, — Пикси подвинула мне тарелочку с румяной выпечкой. — Они силы придают.
— И кого больше всех? — спросила, засовывая в рот восхитительный пирожок с мясной начинкой.
— Самые многочисленные — люди, самые могущественные — драконы.
— Это понятно, разве с такой махиной кто-то справится? И что драконам надо? Зачем им человеческая шилесса?
— Это древнее соглашение, — тихо сказала Пикси и заплакала.
— Ты чего ревешь, дурында? — я погладила девочку по голове.
— Не хочу с вами расставаться.
— Расскажи о нем.
— Ну, правители договорились обмениваться заложниками, чтобы был мир между странами.
— Отлично! И заложница теперь я?
— Да.
Черт возьми! Есть от чего голове пухнуть. Одно дело жить с людьми, пусть и непонятного мира, и совсем другое отправиться к драконам.
— А они меня не съедят? — вырвались осторожные слова. — Даже не представляю, как жить среди этих тварей.
Пикси посмотрела на меня странно и опять залилась слезами. «И чего это она так страдает?»— удивилась я и повернулась к кайри.
— Вы тоже раса? Как крохотные феи?
— Да, — кайри зашелестели. — Только мы служим людям. Мы ваши кайри, шилесса.
— И что это означает.
— Мы вам помогаем. Но, когда на вас наденут ошейник целомудрия, мы исчезнем.
Теперь мне показалось, что и эти крошки рыдают. Куда я попала? В царство слез? Меня словно хоронят заживо.
— А что означает «шилесса»?
Нет, я, конечно, догадалась, что это слово заменяет обращение «барышня», но спросить все же хотелось.
— Шилесса — дочь правителя, — засмеялась сквозь слезы Пикси. — Вы правда ничего не помните, шилесса Мия?
— Ага, то есть принцесса, — сделала вывод я.
Ну, немного ошиблась, подумаешь! Хм, неплохо так живу, из библиотекарей в принцессы. Я приосанилась, расправила плечи и огляделась. Скромноваты только местные принцессы.
— Шилесса, — поправила Пикси.
— А ту даму как зовут? Ну, ту, сердитую со злыми глазами.
— Ох, шилесса! Вы как скажете! Это Гарпи, распорядительница вашего дома.
«Точно, не женщина, а гарпия, имечко в самую точку», — веселилась я.
— И почему я здесь, а не во дворце?
— Вы дочь наложницы, во дворце жить не можете.
— Приехали! — возмущение так и вскипело в груди. — К драконам — пожалуйста, а во дворец — ни шагу! Непорядок! У меня есть сестры, братья?
— Да, шилесса Ния.
— Ишь ты, наши имена даже похожи, удивилась я. — А почему ее не отправят к драконам?
— Она приболела, — голос Пикси стих, словно она боялась сказать правду. — Так Гарпи сказала.
— Получается меня вместо нее? Это же подлог. Нет, не на ту напали! Я таким произволом не согласна!
Я вскочила и помчалась через сад к воротам.
Кайри закружились вокруг меня, Пикси побежала следом. Все испугались, переполошились так, будто смерть за ними пришла.
Да и со мной творилось что-то странное: мне вдруг показалось, что я не бегу, а лечу, потому что ноги почти не касались земли. Миг — и я уже во дворе. Поворот — мы все за домом.
Я резко затормозила.
— Хватит! Поставьте меня! — приказала кайри.
— Что вы, шилесса, мы вас не трогаем.
— Тогда что с моими ногами?
— Это пирожки, — тихо ответила Пикси.
— Слушай, Пикси! — я схватила девчонку за шиворот, во мне опять все дерьмо вскипело. — Чем ты меня накормила?
— Это пирожки с мясом драконов. Они лечебные и ценные. Лекарь велел для вас приготовить.
Съеденное начало проситься наружу, я схватилась за живот и согнулась пополам. Мой мозг, как и желудок, отказывался принимать такое, к экзотической еде у меня стойкое отвращение. Пикси гладила меня по спине и сочувственно вздыхала.
— П-почему не предупредила? — наконец отдышалась я.
— Думала, вы знаете. Все члены королевской семьи едят мясо драконов.
— Но драконы — разумная раса, как я поняла.
— Ну, д-да…
Пикси замялась и спрятала глаза.
— Получается вы тут занимаетесь каннибализмом?
— Что? — глазенки у девочки стали по блюдцу.
— Проехали! Больше не подсовывай мне такую гадость! — Пикси всхлипнула. Она вообще отличалась эмоциональной нестабильностью: то плакала, то смеялась. — Ой, не начинай сначала! Ну, почему опять слезы?
— Вы меня пугаете, шелесса. За ночь словно в другого человека превратились.
— В другого? — никуда не торопясь, я пошла обратно в дом. — А раньше я какая была?
— Тихая очень, добрая. Вас все любили и жалели.
— Стоп! Забитая, значит. Все ясно. А жалели почему?
— Отец вас не навещает, он заботится о шелессе Ние.
— Ясно, потому и хочет меня сплавить с глаз долой.
Так, пора поговорить с этой Гарпи, глядишь, удастся выведать информацию. Мне она нужна сейчас, как воздух.
Даму мы нашли в складах. Она стояла с листами бумаги в руках, что-то подсчитывала, потом записывала длинной палочкой, которую макала в черепок. Заметив меня, бросилась наперерез.
— Шилесса, вам здесь не место.
— Я сама буду решать, где мне быть или не быть, — резко ответила ей.
Прозвучало грубо, но церемониться с теткой, которая хотела сечь ни в чем не повинную Пикси какими-то горящими кнутами, не было желания.
Я окинула взглядом склад. Большие мешки лежали рядами до потолка, рядом стояли многочисленные ящики с овощами и фруктами, с крючков свисали вяленые колбасы, связки лука, чеснока и перцев. Пряности, разложенные по горшкам, одуряюще пахли.
Я чихнула. Кайри тут же окружили меня, приподняли и вынесли из склада.
— Э, я хочу поговорить, поставьте меня!
Дама Гарпи вышла во двор и молча наблюдала, как меня опускают на землю.
— О чем вы хотите поговорить, шилесса?
— Когда я должна буду уехать?
— Вы полетите завтра. Сегодня вечером прибудет ваш эскорт.
Я сглотнула и огляделась. Здесь есть самолеты? Но признаков цивилизации я не заметила, какое-то глухое средневековье, как его описывают в книгах.
— На чем я полечу? На ковре-самолете?
Прозвучало иронично, но по-другому я не воспринимала сейчас информацию.
— Ковры не летают, — назидательно подняла палец дама.
— Тогда на чем?
— На драконе.
Час от часу не легче. Очевидно, меня решили окончательно свести с ума.
— Как на драконе? Сяду к нему на спину, обниму за шею и полечу?
— Примерно так.
— Ни за что! Как вы можете доверить драгоценное дитя правителя этой страны летающей курице?
Пикси хихикнула и захлебнулась смешком, простреленная искрами из глаз суровой Гарпи.
— Все так летают. Шилесса, раз вы сюда пришли, нужно примерить ошейник целомудрия.
— Валяйте!
Я еще была под впечатлением от услышанного, поэтому даже на ошейник отреагировала равнодушно. Дама привела нас к строению, напоминавшему кузницу. Также под навесом горел очаг, на наковальне лежал огненный клинок. Кузнец держал в одной руке щипцы, в которых был зажат кинжал, а второй рукой постукивал по краю лезвия молотком.
— Шилесса…
Он низко поклонился мне, бросил клинок в воду, тот зашипел. Клубами пара наполнился воздух.
— Ошейник готов?
— Да, моя госпожа.
Кузнец протянул даме узкое кольцо с разъемом, чтобы было удобно надевать на шею. Вот только я не понимала, кто этот разъем потом запаяет. Неужели прямо на мне? От этой мысли стало тоскливо, я шагнула назад.
— Все, я посмотрела. Когда будет готов, просто надену на себя.
— Нужно подогнать по вашей милой шейке, шилесса, — улыбнулся кузнец, а глаза наполнились грустью. — Как же мы без вас будем?
— Дитр, не начинай! — дама легонько ударила кузнеца по руке и протянула мне кольцо.
Я покрутила его. Ничего особенного, узкий, гладкий кусочек металла. В хорошо отполированном боке я даже увидела свое отражение, и оно мне не понравилось, поэтому сразу нацепила изделие на себя.
И тут произошло что-то непонятное: кольцо вдруг шевельнулось и мягко обхватило шею. Я покрутила головой, неприятных ощущений не почувствовала, оно сидело, как влитое, словно срослось с кожей. Мир вокруг изменился: воздух замерцал, пронизанный лучами солнца, голоса птиц стали сильнее, цветы ярче, а в душе разлилось такое тепло, что захотелось всех обнять и расцеловать, даже Гарпи.
— Крошки, как я вам?
Я повернулась и тут поняла, что пропал уже привычный шелест маленьких крыльев.
— Магия исчезла, шилесса. Вы больше не можете пользоваться услугами кайри.
— Нет, я не согласна! — я стала рвать на шее кольцо. — Дайте хотя бы попрощаться!
— Это всего лишь примерка, не надо так волноваться, — улыбнулась дама, что-то сделала на моей шее, и кольцо осталось в ее руке. Его вы наденете завтра перед полетом.
Но я ее не слушала, сразу вызвала кайри и радовалась, как ребенок, их милым личикам, шелесту и порханию.
— Госпожа! — от ворот к кузнице бежал охранник.
Заметив меня на всякий случай сделал нехилый крюк.
— Что случилось?
— Драконы летят.
— Рано! Еще не вечер, — всполошилась дама.
Охранник махнул рукой вверх. Я тоже задрала голову. Высоко в небе кружились четыре огромные птицы. Вот они начали спускаться, становились все больше и больше и, наконец, закрыли собой солнце. Словно завороженная, я наблюдала за этим величественным полетом.
Драконы опускались по одному, вчетвером во дворе они не могли поместиться. Как только касались земли, оборачивались человеком.
Такого я точно не ожидала.
Глава 6
Рагнар сначала не принял идею господина. Он отошел в сторону и покачал головой.
— Нет, егерес! Нельзя оставлять страну без правителя. Вдруг что-нибудь случится. Вспомните, как выбрали в заложники Голена. Думаете, там все честно было?
Рей промолчал, самого одолевали сомнения. К людям можно было отправить любого из четверки, все подходили под условия соглашения. Юноши — отпрыски рода егересов, но Карадарс — сын первого советника, Нид — племянник министра, а Дрюневир и вовсе праправнук Расины. Каждого защищали родственники. Лишь за Голена — сироту, сына погибшего в схватке с людьми генерала, некому было заступиться.
Тогда решили доверить выбор судьбе: написали имена юнцов на свитках, кинули их в кувшин. Рей лично вытащил имя Голена. Видимо, и судьба отвернулась от мальчишки.
Или виновата не судьба, а хитрость и коварство. Правитель чуть позже хотел проверить свитки, однако они исчезли, зато в цветочном вазоне командор нашел остатки пепла. Вот и появились сомнения, которые породили недоверие ко всем сановникам.
— За два дня ничего не случится. Ты же будешь начеку.
— Для объявления войны достаточно одной минуты.
— И кто же нам объявит войну? Люди? Наши разведчики не приносили плохих новостей.
— И все равно мне это не нравится. Я сам привезу шилессу.
— Рагнар. Мне нужно своими глазами убедиться, что люди не готовят нам очередную ловушку, как в прошлый раз. Помнишь, вместо юной шилессы прислали древнюю старуху, которая и трех лет не прожила.
— В соглашении не указано, что заложница — непременно юная дева.
— Согласен, но мы отправляем всегда молодого и сильного дракона, чтобы он жил долго и хранил мир и спокойствие на земле Трех Лун.
— Однако и наш воин по неизвестной причине скончался, — Рагнар озабоченно потер виски. — Слишком быстро мы вынуждены посылать нового.
Рей задумался. Командор был прав. Несколько лет прошло после прошлого обмена, и вот опять! Тревога сжала сердце правителя, не нравились ему те мысли, которые копошились сейчас в голове.
— Вот я и хочу сам понаблюдать за обстановкой в клане людей.
— Это могу сделать и я.
Рей смотрел на Рагнара и ему не нравилось, как тот отговаривает его. Он полностью доверял другу, понимал, что горной стране нужен правитель, он опора и надежда народа, но…
Вот это «но» и не давало покоя.
— Рагнар, — упрямо поджал он губы. — Ты остаешься здесь моими глазами и ушами. На два дня. Приказ понял?
— Слушаюсь, егерес, — нахмурился командор.
Вечернее празднество шло в полном разгаре, когда они закончили разговор. Улицы были заполнены народом, который веселился от души. Везде горели фонари, звучала музыка, эль лился рекой, в очагах готовились аппетитные кушанья. Драконы — раса одиночек. Когда самец отыскивал себе пару, он стремился свить гнездо подальше от городского шума. И только во время таких праздников драконы собирались вместе.
Рей опустился на середине площади, где шло массовое гулянье. В человеческом обличье он ничем не выделялся среди толпы, хотя старая Расина ругала его за то, что егерес не надевал царственные одежды.
— Самый лучший эль! — неслись со всех сторон крики зазывал. — Заходи, не робей, кубок эля налей!
— Хочу попробовать вон из той бочки, — засмеялся Рей, снял кубок с пояса и направился к огромному торговцу.
Один глаз купца закрывала черная повязка, но это не мешало ему ловко разливать напиток в подставленные кубки.
Рагнар протиснулся сквозь толпу и сунул свой.
— Богато живешь, — пробасил торговец, наливая эль. — Из какого рода?
— Боевой трофей, — командор оттиснул правителя.
— Уважаю! — хохотнул торговец и отвернулся.
— Чуть не попались, — веселился Рей, потягивая эль. — Вкусно. Не хотелось бы, чтобы из-за меня все переполошились.
— Смотрите, там состязание, — Рагнар махнул в ту сторону, откуда неслись крики.
На городском ристалище играли в мяч. Молодые драконы разделились на две команды и гоняли по полю шар, сшитый из кожаных полос. Среди них бегала и четверка друзей. Условие было простое: загнать мяч в ворота противника любым способом, но при этом не поменять сущность. Как только кто-то в азарте выпускал крылья или хотел помочь хвостом, под громкое улюлюканье болельщиков его удаляли с поля.
Сейчас мяч был в руках Голена. Он бежал изо всех сил к воротам, где его ждал Карадарс. Преследователи остались далеко позади.
— Голен, давай! — крикнул егерес. — Вперед!
Голен, услышав знакомый голос, затормозил и… обернулся драконом. Громкий свист зрителей оповестил поражение. Юноша в сердцах бросил мяч в ворота, даже попал в точку, но, увы, было уже поздно.
Опустив голову, Голен побрел к Рею.
— Простите, егерес, я опозорил род, — опечалился он.
— Нам нужно поговорить.
Рей пошел вперед к таверне, где брал эль, Голен поплелся следом. Они сели за стол, пригубили напиток. Егерес видел, как подрагивают пальцы юноши. Правитель мог бы вызвать его в тронный зал, официально оповестить о решении совета, но предпочел сказать неприятную весть в непринужденной обстановке.
— Вы меня будете ругать? — насупился Голен.
— Нет.
Рей замолчал, не зная, как начать тяжелый разговор. Рагнар тоже не помогал, он сидел с сердитым видом и смотрел в сторону: был не согласен с постановлением совета.
Егерес тяжело вздохнул, сделал глоток эля и сказал:
— Ты, наверное, уже догадался, зачем я тебя позвал.
— Я заложник? — побледнев, спросил Голен.
— Да, увы, — егерес вздохнул и, торопясь, добавил: — Друзья проводят тебя в страну людей, я тоже полечу с тобой.
— Нет, егерес! Нет! Вам нельзя! — перепугался мальчишка.
— Я так хочу! А свои решения я не меняю. Предупреди друзей, вылетаем рано.
Вдруг они услышали грохот, переглянулись и дружно бросились вон из таверны. На площади была суматоха. Горожане бежали, крича, роняя все на бегу. Валялись овощи, фрукты вперемешку со сладостями, фонарями и мусором.
— Что случилось? — командор схватил за руку торговца элем.
— Нити! На окраине видели нити!
Нити — это была настоящая беда для драконов. Они появлялись из ниоткуда, обрушивались черным дождем и душили гибкими плетями все, что попадалось на пути. Боялись нити только огня, поэтому сразиться с ними мог далеко не каждый дракон.
— Все в укрытие! — крикнул егерес. — Прячьтесь по домам.
Он схватил свисток, висевший на шее, и громко просвистел позывной. Тут же откликнулись смотровые вышки, разбросанные по городу. Рей видел, как с них сорвались дозорные и рванули в небо, и удовлетворенно улыбнулся.
Площадь опустела. К правителю подбежали друзья Голена.
— Позвольте мне сразиться с нитями! — бросился к егересу Нид. — Я могу уже долго держать огонь!
— Нет, у тебя другая задача! — не согласился Рей.
И вот теперь они кружились над городом людей и выискивали дом, над которым трепыхался красный треугольник — знак, что здесь живет шилесса.
Глава 7
Я смотрела, как драконы один за другим опускаются во двор и превращаются в людей, обычных людей, точно таких же, как мы, и думала, что схожу с ума. Даже представить не могла себе такую картину.
Зато Гарпи мигом встрепенулась, бросила ошейник кузнецу со словами:
— Доработай! — и кинулась встречать гостей.
— Вы же сказали, что они прилетят вечером, — всполошилась я от отчаяния.
— Я сама так думала, — крикнула на бегу Гарпи, потом подхватила юбки и припустила быстрее, попутно отдавая распоряжения слугам.
Мы с Пикси переглянулись и побежали следом. Крошки-кайри закружились над головой, как только с моей шеи сняли металлическое кольцо. Они подхватили меня и понесли. Не долетев несколько шагов, опустили на землю. Сзади в спину ткнулась запыхавшаяся от бега Пикси. Мы во все глаза смотрели на пришельцев.
Четверо мужчин, совсем молоденьких, таких же по возрасту, как Пикси, которой было не больше пятнадцати лет, удивленно оглядывались, словно не понимали, где находятся.
— Приветствую вас, достопочтенные драконы! — поклонилась Гарпи, и все сбежавшиеся слуги опустили головы.
Они окружили кольцом драконов и с любопытством разглядывали их.
— Совсем безусые юнцы, правда, Пикси? — я ткнула служанку в бок. — Даже поверить трудно, что это могущественные драконы. Словно костюмы сбросили.
— Ага.
Голос прозвучал сипло, я оглянулась, эта дурында стояла с раскрытым ртом и смотрела на последнего дракончика, такого миленького и сладкого, что хотелось его ущипнуть. И вообще, все юноши были писаными красавчиками, даже у меня бабочки затрепетали в животе от восторга. Кайри кружились вокруг меня, будто специально создавая завесу, и шелестели:
— Ох, шилесса, ох, как грустно!
Я щелкнула пальцами, отгоняя крошек, сейчас меня интересовали драконы, а их будто специально подобрали по цветам.
Один черный, как ночь, серьезно смотрел непроницаемыми глазами, и мороз бежал по спине от этого взгляда.
Другой — весельчак, он тряс рыжими кудрями и широко улыбался. Казалось, что он в полном восторге от приключения. Третий, с русыми волосами, двигался так плавно, словно имел тело без костей, так и казалось, что вода течет, переливается. А последний — блондинчик, на которого, не отрываясь, глазела Пикси, и вовсе походил на ангела, каких я видела в книгах и на картинах.
Вот только ангелок грустил, а вместе с ним и мое сердце сжималось от тоски.
— Приветствуем вас, люди, — поклонилась четверка.
— В этом доме мы должны забрать шилессу? — спросил чернявый и обвел взглядом двор.
— Да-да, ошейник целомудрия почти готов, — заторопилась Гарпи. — Проходите сюда, гости дорогие.
Но драконы медлили, поглядывали на небо, словно еще кого-то ждали. Чернявый внимательно оглядывал всех слуг, наконец посмотрел на меня. В его глазах зажглись огоньки, он оценивающе наклонил голову и улыбнулся. И сразу его лицо подобрело, стало милым и привлекательным.
— Летит! Еще один летит! — закричал кто-то в толпе слуг.
Мы дружно задрали головы. Высоко над нами кружилась огромная птица, вот она ушла в крутое пике и у самой земли перешла на бреющий полет. Картина завораживала. Я даже забыла, что буквально сегодня утром попала под машину и оказалась здесь. А теперь вокруг меня чужой мир, странный, страшный, я наблюдаю за полетом дракона, словно перенеслась в сказку.
Встряхнулась, прогоняя наваждение, может, это лекарственная галлюцинация? Мне капают обезбаливающие, я вижу длинный и красочный сон. Скоро проснусь и окажусь в своем мире, буду лежать на больничной койке, а рядом со мной на стульчике будет дремать мама.
Ущипнула руку, вскрикнула от боли, Пикси бросилась дуть на покрасневшую кожу.
— Не калечьте себя, шилесса, — упрекнула меня девчонка и покосилась на блондинчика.
В этот момент последний дракон завершил свой полет. Вблизи он был просто огромен. Бронцовая шкура отливала золотом на солнце, а по кончикам крыльев бежали красные искорки. Точно такого же дракона я видела на картине, спрятанной на стене за обивкой. Кайри тогда сказали, чтобы я не смотрела ему в глаза.
Но как не смотреть, если любопытство сжигает изнутри. Где я еще познакомлюсь с драконами — этими диковинными созданиями.
Наконец здоровяк легко коснулся ногами дорожки и обернулся человеком. На этот раз предо мной предстал мужчина в полном расцвете сил. Высокий, стройный, с длинными волосами, немного разлохматившимися от полета. Бронзовые чешуйки золотились у мочек ушей и дорожками убегали вниз к шее. Радужка глаз отливала золотом, но вовсе не портила его прекрасную внешность. Настоящий принц из сказки.
— Добрый день, госпожа, — поклонился он Гарпи. — Позвольте представиться, командор Рагнар, сопровождаю Голена в страну людей и готов забрать шилессу в Обитель драконов.
— Да-да! Я уже отправила гонца к его величеству, а пока, не хотите ли отдохнуть, я приготовила для вас покои.
Командор важно кивнул и пошел, не глядя по сторонам, за Гарпи. Юноши заторопились следом за ним. Проходя мимо Пикси, блондинчик ей подмигнул, и девчонка зарделась от смущения.
— Спятила? Зачем тебе это зефирчик? — я ткнула ее в бок. — Дракон человеку не пара!
— Ничего вы не понимаете, шилесса! А вдруг я его истинная.
— А это что еще за зверь? Признавайся?
Я схватила Пикси за руку и потащила ее к себе, заодно вызвав и кайри. Крошки несколько мгновений не показывались, обиделись.
В своей комнате я бросилась к картине, отодвинула обивку, вгляделась в изображение.
— Не смотрите в глаза, — всполошились кайри.
— Это же он? Да, девочки? Он?
— Кто он?
— Тот, который прилетел. Тоже бронзовый с красными искорками.
— Ну, да, похож, — Пикси подошла ближе.
— Тогда он егерес?
— Что вы! — закружились кайри, а Пикси замахала руками. — Сам правитель не полетит забирать заложницу, ему это не по статусу.
— Странно, а мне показалось, что одно лицо, точнее, морда. Или как там у них называется это место? — я ткнула пальцем в нос на картине.
— Шилесса, не стойте так близко!
Кайри подняли меня и опустили на широкое ложе.
— Объясните толком, почему?
Я и сама чувствовала какое-то бешеное притяжение, когда смотрела на дракона, но считала, что меня сжигает обычное любопытство.
— Егерес драконов обладает магией внушения. Он парализует волю людей, делает их послушными рабами. А если вы его истинная, то будете предана ему навек. Ни один мужчина вас не коснется.
— Меня и так ни один не коснется, как только вы нацепите на шею этот ошейник, — проворчала я.
— Почему? — растрялись кайри. — Ошейник лишит вас магии, но вы будете жить обычной жизнью. Можете даже выйти замуж.
— Вы же сказали, что это ошейник целомудрия, — растерялась я.
Меня вовсе не радовала открывшаяся перспектива. Я лучше схожу еще десяток раз на свидание вслепую.
— Целомудрие, но магическое.
— А-а-а…
Передо мной постепенно открывалась картина этого мира, мое место в нем и обязанности. Так, обобщим.
На меня нацепят кольцо, но я потеряю только магию, расстанусь с крошками-кайри, которые поддерживают меня. Затем я усядусь на шею к этому громиле и полечу в неизвестность.
— Стоп! — новая мысль ударила меня. — В небе холодно. И потом, как я удержусь на этой скотине? Мне хотя бы парашют дадут?
— Не волнуйтесь, шелесса, — раздался бархатный голос. — Я не позволю вам упасть.
Казалось, будто вода в горном ручье перебирает камни, рокочет, и журчит. Мороз побежал по коже от этих волшебных звуков.
Я обернулась: на пороге моей комнаты стоял дракон, прилетевший последним. Он пристально смотрел на меня и слегка улыбался уголком рта. Невероятно красивый, я таких мужчин видела только в рекламе, настолько идеальный, что придраться не к чему. Золотистые чешуйки придавали ему даже некоторую изысканность и шарм.
Что-то вспыхнуло в груди и разлилось теплом по всему телу. То мороз, то жара, с ума можно сойти от такого контраста температур.
«Я пропала!» — подумала внезапно, но все равно не смогла отвести взгляда.
Мимо дракона бочком протиснулась Гарпи.
— Вот она, командор, шилесса, — раскланялась дама, я не узнавала ее, суровая и несгибаемая в обращении со мной, сейчас она таяла и млела в присутствии дракона. — Смотрите, все, как вы заказывали, молоденькая и светленькая, настоящая богиня цветов.
«Заказывали? — это слово ударило по мозгам почище асфальта, о который я приложилась дома. — Эти твари еще смеют что-то заказывать?»
Я вздернула подбородок, очарование вмиг слетело, словно я не замирала только что от восторга.
— Я вижу, — небрежно ответил дракон, прошел в комнату, огляделся и сел в кресло.
«Ах ты… позер!» — разозлилась я и кинулась к нему с воплем:
— Это мое!
Он свысока посмотрел на меня, усмехнулся, неторопливо встал и повел рукой.
— Пожалуйста, шилесса, садитесь.
Он перешел к другому стулу и только хотел сесть, как я бросилась наперерез.
— И это мое!
Я плюхнулась в кресло, и села удобно, вцепившись в подлокотники. Ни за что не уступлю ни свой стул, ни тело! Хотя этой комнатой я владела всего полдня, все равно из чистого упрямства не желала сдаваться неземным красавчикам.
— Шилесса Мия! — охнула Гарпи. — Так нельзя вести себя с гостями!
— Это не гости, а мои охранники. Пусть знают свое место!
— Командор, простите ее, — засуетилась Гарпи. Она побледнела, глаза выкатились из орбит, того и гляди поскачут по полу. — Юная совсем, глупая. Садитесь сюда.
Она показала рукой на кушетку у стены.
— Ничего, воспитаем, — тихо ответил командор и махнул рукой, подзывая к себе четверку юношей.
Они встали рядом с командором, я в очередной раз поразилась, насколько красивые были парни. Удивляло такое преображение из страшных и опасных уродов в невероятно привлекательных людей.
— А кто из вас останется в нашем королевстве? — спросила Гарпи.
Ангел-блондинчик шагнул вперед, Пикси, стоявшая в уголке, вспыхнула от счастья.
Вбежал слуга, наклонился к уху Гарпи и что-то шепнул. Та засуетилась.
— Командор, шилесса, прибыл Его Величество. Пройдемте в зал приемов.
Вот так новость! Еще и зал приемов есть. Хотя… ничего удивительного, я здесь нигде не была и уже не побываю. А еще захотелось утереть нос этому зазнайке-командору, который равнодушно окинул меня взглядом и отвернулся.
Ишь, ты, крылатый! У меня сердечко зашлось в экстазе, а он игнорирует.
Я щелкнула пальцами, и кайри радостно окуружили меня облаком.
— Вперед, мои крошки!
Меня подняли в воздух и понесли. Пролетая мимо командора, я сделал вид, что он меня вовсе не интересует, хотя очень хотелось сказать:
— Что, съел? Не только ты крылья имеешь.
Моя выходка не осталась без внимания. Гарпи дернула за ногу и прошипела:
— Шилесса, ведите себя прилично!
— Для кого? — я покосилась на невозмутимого командора. — Для рабовладельца?
Верхняя губа дракона дернулась, оголив белоснежные зубы, словно он хотел вцепиться в меня и жвакнуть.
— Милая шилесса, вы не будете находиться в рабстве, — тихо сказал он. — Ваша безопасность для драконов превыше всего, так как мы здесь, у людей, оставляем свое дитя.
«Которого эти сволочи потом съедят», — чуть не брякнула я, но вовремя прикусила язык: лучше об этом не думать.
Во дворе кайри поставили меня на землю. Я глазам не поверила: недавно тихое, спокойное место было сейчас заполнено экипажами и людьми. По дорожке к дому важно шел господин в богатых одеждах. Расшитое золотом и драгоценными камнями платье сияло на солнце. Сзади тянулась многочисленная свита. Казалось, будто вся знать прибыла в наш дом. Двое слуг несли над головой господина опахало.
Рядом с ним семенила светловолосая девушка. Она прикрывала лицо вуалью, тяжело дышала, словно была больна.
— Что это с ней? — ущипнула я Пикси.
— Притворяется, — ответила та. — Вас вместо нее отправляют в Обитель драконов.
— Ну и ну! А сестричка та еще стерва.
— Ага.
Я ждала, пока королевская чета подойдет, и прикидывала, какую гадость могу сделать подлой Ние. Раздражение внутри достигло точки кипения.
— Поздоровайтесь с батюшкой, шилесса Мия.
— Как поздороваться? Поклониться или поцеловать ручку?
— Просто подойди, несносная девчонка! — побагровела Гарпи.
— Батюшка! — воскликнула я. — Как я рада вас видеть!
— Иди сюда, дочь моя, — царственно нагнул голову король.
Слуги расступились, не ожидая подвоха, я приблизилась к отцу и незаметно наступила на платье сестрички. Та сделала шаг в сторону, пошатнулась и свалилась в пыль у всех на глазах.
— Ох, прости, прости! — заворковала я. — Кайри, вперед,
Мои крошки поняли хозяйку мгновенно, они ринулись к Ние, подхватили ее, но случайно перевернули вниз головой. Всего на миг, но этого было достаточко, чтобы широкие юбки упали, оголив попу в кружевных штанишках.
Кто-то сзади хихикнул. Свита короля плотным красную закрыла красную и шипевшую, как змея, шилессу. Мне ее было не жалко, она остается дома, а я полечу в неведомую даль.
— Ай-ай-ай, проказница, — мягко упрекнул меня отец.
«И чего это он такой добренький? — насторожилась я. — Боится, что в последний момент взбрыкну? А это идея. Почему я должна покорно подчиняться. Не моя эта участь. Никуда не полечу!»
Но сказать вслух ничего не успела, король взял меня за руку и повел к дому. Он поздоровался с драконами, взошел на ступеньки зала приемов, мы все потянулись следом. Командор представил заложника со стороны драконов, дошла очередь и до меня.
— Встань сюда, Мия, — попросил отец.
Он сидел со скучающим видом, словно не мог дождаться окончания формальностей. Сестрица нервно поглядывала на меня и моих кайри, кружившихся по комнате. Я вышла в центр зала.
Наконец с обеих сторон подписали уже заготовленный договор, скрепили его печатями.
— Принесите ошейники! — приказала Гарпи.
Кто-то из слуг выскочил вон и вернулся с кузнецом. В его руках я увидела кольца, одно из которых недавно примеряла.
— Наденьте на заложников, — последовал приказ.
Блондинчик еще больше побледнел, но встал рядом со мной. Я заметила испарину на лбу Голена и почувствовала жалость. Командор сидел с неприницаемым лицом, будто происходящее его не касалось, зато юные драконы заволновались.
— Голен даст слово и никогда больше не станет оборачиваться драконом, — умоляюще посмотрел на командора чернявый.
— Да, еге… командор, — бросился к нему и рыжий. — Разрешите. Пожалуйста!
— Замолчите! — суровый дракон прострелил рыжика черным взглядом, и тот отступил.
— Давайте, быстрее! — крикнул блондинчик.
Кузнец надел на ему шею кольцо, что-то поколдовал сзади, и оно мягко соединило концы. Потом он повернулся ко мне. Я отступила на шаг.
— Шилесса! — воскликнули все хором.
— Нет! Не дамся!
Я сорвалась с места и бросилась вон из дома.
Глава 8
Полет к столице людей закончился без приключений. Погода стояла отличная, ветер попутный дул под крылья, черная смерть туманом копошилась в ущельях, но не показывалась. Драконы преодолели горные хребты, пролетели над равниной и закружились над городом в поисках красного треугольника. Нид заметил его первым и устремился вниз. Рей удивился: это было обычное городское поместье, расположенное далеко от королевских палат.
«Странно, — подумал он. — Шилессам не положено покидать дворец».
Тревога зашевелилась в груди, егерес чувствовал ловушку, но не понимал пока, в чем она заключается.
— Летите вперед, я осмотрюсь, — передал мысль Рей: в воздухе они поддерживали ментальную связь.
Дрюневир покачал черными крыльями в знак согласия. Егерес развернулся и полетел в сторону королевского дворца. Его по-прежнему волновала судьба предшественника Голена. Дракон был молодой, полный сил, мог жить несколько тысяч лет, почему же так быстро покинул этот мир?
Рей кружил над дворцом и видел, как люди бегут и взволнованно машут руками, показывая на небо. Он опустился на землю и пошел в облике человека к воротам.
— Я прибыл за заложницей, — он показал значок командора, его пропустили на территорию дворца.
Здесь тоже все переполошились. Прибытие драконов ждали к вечеру, поэтому ранний визит стал неожиданностью для всех. Рея окружила толпа настороженных стражников, егерес видел их побелевшие от усилия пальцы, сжимавшие рукоятки мечей и древки копий. Одного взгляда было достаточно, чтобы заметить лучников на стенах с натянутыми луками в руках.
«И чего они так переполошились? — недоумевал Рей. — Наш визит согласован, гостить долго не собираемся».
Враждебная атмосфера взвинтила еще больше натянутые нервы. Рей в сопровождении стражей поднялся по широким ступеням дворца и прошел в тронный зал. Король, сидевший в кресле, явно занервничал. Он резким голосом отдавал распоряжения, слуги убирали все со стола, готовили гербовую бумагу и письменные принадлежности.
— Приветствую вас, Ваше Величество, — слегка наклонил голову Рей. — Позвольте представиться: командор Рагнар.
— Что-то вы рано прибыли, дорогой гость, — засуетился король и переглянулся с министрами, сбегавшимися в зал.
«Система оповещения работает отлично», — усмехнулся егерес.
Рей внимательно наблюдал за выражением лиц, видно было, что сановники и слуги нервничают, словно не ожидали появления дракона именно здесь, во дворце.
«Наверняка рассчитывали, что мы полетим в тот дом, где висит флаг. Но почему шилесса там, а не рядом с отцом, который лично должен проводить ее в дальний путь?»
На вопросы пока не было ответов, это еще больше встревожило егереса.
— Я хотел посетить могилу своего сородича, рано покинувшего нас, и узнать, в чем причина такого быстрого ухода.
— Э… э… — замялся король, явно не зная, что сказать.
— Рамир сильно тосковал по родине, — вышел вперед седобородый сановник.
— Тоска по родине не является смертельной болезнью. Молодой дракон вполне способен справиться с такой болью.
— Видимо, не каждый, дорогой гость, не каждый, — заторопился король. — Надо тщательнее выбирать кандидата.
Слова короля прозвучали не столько упреком, сколько насмешкой. Рей напрягся.
— Мы отправляем к людям самых сильных драконов.
Но правитель уже повернулся к слуге и приказал:
— Проводите командора к месту захоронения заложника.
— И еще вопрос, — не отступал Рей. — Почему флаг шилессы висит над городским домом?
Король передернулся, будто его укусила ядовитая змея, прострелил взглядом министра, тот опять шагнул вперед.
— У Его Величества две дочери. Старшая слабая и больная, вы же не хотите, чтобы вскоре нам пришлось совершать новый обмен?
А теперь егересу послышалась явная угроза. Хитрость людей переходила все границы. Он уже сомневался, что заложницей будет девушка благородных крови. А если отправят какую-нибудь сироту или служанку? Что же тогда?
Вывод Рей сделал неутешительный: если не будет обмена членами королевских семей, у людей развяжутся руки, и что тогда случится, одним черным нитям известно.
«А вдруг нити — это дело рук расы людей?» — выстрелила в виски мысль. Над этим вопросом нужно было хорошенько подумать, но не сейчас. Сначала разобраться с заложниками.
— А что же вторая шилесса?
— А вторая полна сил и здоровья, готова следовать в Обитель драконов, чтобы сохранить мир и покой между нашими народами. Но жила шилесса Мия со своей матерью далеко от дворца. Так уж получилось.
— Вы сразу отправляйтесь туда, мы вас догоним, — заторопился король. — Секретарь только подготовит документ для подписания.
— Где будет жить наш заложник? — не отставал Рей.
— Если хотите, если вам понравится дом, он может остаться в имении шилессы. Там ему будет хорошо и спокойно под присмотром слуг.
Объяснения были разумные. Рей проследовал за министром к захоронению Рамира, молча постоял несколько минут у небольшого холмика и взмыл в воздух.
Опустившись во дворе усадьбы, он огляделся и везде увидел перепуганные лица. Еще бы! Люди редко пересекаются в жизни с драконами, разве что купцы курсируют по торговым путям и привозят свежие вести. Только одна девчонка смотрела дерзко и с вызовом.
Рей окинул холодным взглядом светловолосую красавицу в окружении крохотных созданий и сразу догадался, что именно с этой шилессой ему придется иметь дело. Что-то перевернулось в душе, когда она взглянула на него насмешливым взглядом синих, как горные цветы, глаз. Хотелось смотреть на нее, не отрываясь, защищать, холить и лелеять. А еще лучше, сидеть рядом и держать за руку.
Притяжение было настолько сильным, что Рей с трудом подавил в себе вспыхнувшее желание. Ни к одной самке он не испытывал такой тяги. «Неужели истинная? — мелькнула мысль. — Нет, не может быть! Только не из расы людей!»
Он сделал вид, что девушка его совершенно не интересует, но нет-нет, да и поглядывал украдкой. Шилесса вела себя как невоспитанная драконица: грубила, язвила, даже не уступила свой стул, когда он хотел сесть.
Егерес не привык к такому вольному поведению подданных. У драконов прочные устои держались на доверии и уважении друг к другу. Он тут же вспомнил выбор заложника и украдкой вздохнул: и в его расе не все благополучно. Люди влияют на сознание драконов, переделывают их под себя.
Встреча короля с его второй дочерью вообще удивила драконов. Они выглядели незнакомцами без теплой привязанности друг к другу. Дерзкая шилесса поставила в неловкое положение и больную сестру. «Неприятная особа, — решил Рей. — В Обители поселю ее в самые дальние покои дворца, чтобы даже на глаза не попадалась».
Формальности быстро закончились. Документ подписали, заложниками обменялись. Голен с тоской в глазах принял ошейник целомудрия. У Рея сердце остановилось от боли за мальчишку, друзья тоже выглядели опечаленными. Кузнец приблизился к шилессе, но эта девица повела себя странно: она вдруг вскрикнула и бросилась вон из дома.
— Остановите ее! — закричал король.
— Мия, змея! — завизжала старшая дочь.
Слуги бросились за шилессой. Рей тоже встал и вышел из особняка. Он видел, как девушка в голубом платье несется по двору в окружении крохотных кайри, периодически взлетая над землей, а вся прислуга с криками гонится за ней.
Егерес оттолкнулся, расправил крылья и на бреющем полете настиг строптивую шилессу. Он прихватил зубами за ее корсет, встряхнул хорошенько, чтобы привести в чувство, и бросил себе на спину. Девчонка с визгом уцепилась за гребень.
Рей развернулся и взмыл в небо…
Глава 9
От такой наглости я чуть не захлебнулась слюной.
— Эй, ты, летающая курица, немедленно опусти меня на землю! — закричала что есть силы.
Хотела ударить дракона в упругий бок, но, во-первых, нечем было бы держаться, а во-вторых, пробить такую броню женским кулачком невозможно. И что делать?
Но курица поднималась все выше и выше, да и как достучаться к крохотному мозгу, скрытому за узкой черепной коробкой? Я крепче вцепилась в выросты на голове дракона и практически легла на его шею. Пока адреналин бушевал в крови, не чувствовала страха, но сейчас посмотрела вниз и чуть не свалилась, так пальцы задрожали.
На самом деле сидеть на широкой шее дракона было комфортно и, если бы не мысль, что я нахожусь сейчас на высоте птичьего полета и, когда упаду, от меня останется только мокрое место, я бы даже получила удовольствие.
— Эй, ты куда меня несешь? — уже спросила умоляющим голосом. — Я же без ошейника, как вызову сейчас кайри, они как налетят, как почистят тебе перья, будешь знать!
«Какие перья? Что я несу?» — мелькали в голове вопросы, пока подо мной пролетали улицы города. Но пальцами на всякий случай пощелкала. Увы, крошки-кайри не появились. То ли они не могли так высоко подниматься, то ли эта летающая куропатка блокировала мою магию.
Дракон развернулся и сделал еще один круг. И тут в моем сознании проскочил ряд ярких, быстро сменяющихся картин. Вот блондинчик в ошейнике машет рукой кому-то. А теперь в небо кругами поднимаются четверо драконов. На шее одного из них я разглядела крохотную фигурку, себя. Мы летим над горными вершинами, я смотрю вниз и вижу потрясающей красоты озеро. Оно абсолютно круглое, а в центре, как зрачок у глаза, темное пятно, поэтому кажется, что с земли кто-то за нами наблюдает.
— Глаз неба, — вдруг слышу внутри себя голос. — Отдохнем там, когда будем в пути.
Я даже головой потрясла от изумления. Это он как со мной разговаривает? Попыталась привстать и заглянуть к твари в морду, но она была слишком далеко от меня. Зато дракон словно услышал мое желание, вдруг повернул голову и подмигнул желтым глазом.
— Эй, хватит, спускай меня уже! — приказала я ему.
Он, как послушный котенок, тут же плавно заложил вираж. Мы приземлились в том же дворе, откуда я попыталась сбежать. Меня слегка покачивало с непривычки. Я не успела оправить платье, как дракон превратился в человека, неприятного, неулыбчивого и сурового.
— Шилесса! Как вы меня напугали! — бросилась ко мне Пикси.
— Как ты могла, Мия? — упрекнул король.
Он и его свита вышли на крыльцо, и все смотрели на меня с осуждением.
«Ну, да! Конечно! — я обиженно поджала губы. — Это же не им придется отправляться в Обитель драконов.
Хотя… неприязни к этим существам я уже не испытывала, страха тоже. Этот полет словно примирил меня с действительностью, дал почувствовать свободу и возможность посмотреть на мир.
— Где ваш ошейник? — я гордо задрала подбородок. — Давайте его сюда.
Кузнец тут же заторопился ко мне. Только он протянул руки, чтобы защелкнуть кольцо на шее, как командор сказал:
— Не надо. Шилесса Мия полетит с нами без него.
— Но… как же так? При ней же останется магия.
— А вот это мы и выясним, — улыбнулся уголками губ командор. — Если шилесса не может жить без своих кайри, пусть они останутся с ней.
— А Пикси можно с собой взять? — вылезла с вопросом я.
— Шилесса! — хором закричали все.
— Совсем обнаглела! — прошипела сестрица Ния.
— А ты вообще молчи. Твоя магия спит!
Король одарил меня сердитым взглядом, сестрица фыркнула, Гарпи скривилась, только юные драконы улыбались. Я подмигнула им, они мне ответили тем же. Сейчас я и представить не могла, как можно убивать таких красивых мужчин. Отличный генофонд! Может, соблазнить кого-нибудь?
— Пора собираться в дорогу, — сказала Гарпи и позвала за собой слуг. — А вы ошейник на всякий случай возьмите. От шилессы Мии можно ожидать сюрпризов.
Слуги начали выносить баулы, ящики, какие-то рулоны.
— Это мое приданое? — удивилась я.
— Вы хотите взять с собой что-то памятное? — спросил командор.
— Нет, мне здесь ничего не держит, кроме Пикси. Полетишь со мной?
Но она подалась назад и испуганно округлила глаза. Все ясно, влюбилась, дуреха, блондинчик остается рядом с ней. Сердце друг защемило от тоски. Я бросилась к Пикси и крепко обняла ее. Понимаю, что для шилессы это невообразимый поступок, но для девушки из мира технологий самый нормальный.
Проводы оказались короткими. Любящий в кавычках отец со скукой поглядывал на небо, драгоценная сестричка сверкала глазами, явно радуясь, что о ней временно забыли. На несчастного Голена больно было смотреть, этот юнец оставался один среди мира враждебных людей.
«Надо сказать командору, что люди убивают драконов, — подумала я. — Но как?»
Я щелкнула пальцами. Кайри закружились над головой.
— Шилесса, шилесса…
— Так, заткнулись все! — я тихонько отошла в сторону. — Если я вас не возьму с собой, сможете мне помочь здесь?
— Как, шилесса? Вы должны нас сначала вызвать! — залепетали крошки.
Да, это незадача! Находясь в воздухе, я вызывала кайри, но они не появились.
— То есть на расстоянии наша связь разрушается.
— Мы не знаем, мы никогда с вами не расставались.
— Тогда зачем нужен был этот ошейник?
— Традиция. И потом, не у всех шилесс такая невинная магия, как у вас, — кайри столпились возле моих ушей и зашептали на чистоте ультразвука: — У шилессы Нии грозный дар: она может по желанию вызвать страшный ураган и даже черную смерть.
— А-а-а… — информация поставила меня в тупик. Что такое ураган, я знала, а вот о черной смерти слышала впервые. — Тогда почему же Ния покорно приняла вашу шалость?
— Не хотела выдавать себя.
— А-а-а…
Черт! И что же делать? Обдумать решение мне не дали.
— Шилесса, мы готовы взлетать, — позвал меня командор.
Внутри сжался комок, что меня ждет впереди? А вдруг мы только улетим, как бедного Голена убьют? Меня потому и отправляют к драконам, что ценности не имею, можно принести в жертву, если те взбесятся.
— Пикси, — крикнула напоследок я. — Береги Голена. Это приказ!
Юноши по одному взлетели, командор ждал меня. Вот он обернулся драконом, повернул голову.
— Садитесь! — зазвучало в голове.
Я чуть помедлила, не зная, как лучше забраться на шею, тогда командор подхватил меня под попу крылом и просто бросил себе на спину, как куль с мукой. Едва успела выпрямиться и ухватиться за гребень, как дом остался далеко внизу.
— Прощайте, — прошептала я и помахала рукой, и почему-то слезы покатились по щекам. Меня ждал суровый мир и новые испытания, и я даже не догадывалась, в каком аду скоро окажусь.
Глава 10
Драконы сделали несколько кругов над городом и устремились к виднеющимся вдали горам. Я проклинала себя за то, что не успела расспросить Пикси об их Логове. Сначала попала в чужой мир, где нет ни телефонов, ни техники, а теперь еще и лечу в неизвестность. И что за судьба такая мне досталась?
Всхлипнула, вспомнив о маме. Она осталась там, далеко, а есть ли в том мире мое тело? И в каком оно состоянии? Дьявол! Не знаю, как эти чудеса происходят и кто навел на меня, порчу!
Встряхнулась, поменяла положение рук, напряженные пальцы онемели, ноги, обутые лишь в легкие туфли, замерзли. Холод пробрался под платье и дрожью побежал по всему телу. В лицо свистел ледяной ветер, глаза слезились.
«И почему я отказалась от сундуков, которые мне собрала Гарпи? — рассердилась на себя. — Идиотка! Там наверняка много всяких вещей».
Я подергала командора за гребень.
— Эй! Эй! Я замерзла! Опусти меня на землю!
— Нельзя, — прозвучал в голове равнодушный голос. — Летим на ущельем огненных пчел, лучше не тревожить их.
— О боже! Хочешь притащить в обитель сосульку? — завопила я. — Какие еще пчелы?
Командор покачал крыльями, я едва успела крепче ухватиться за гребень, иначе бы полетела вниз камнем. Молодые драконы ответили ему тем же.
«Это они так переговариваются? — закрутился в голове вопрос. — Хотя… мне главарь передает мысли».
Юнцы начали снижаться. Они сделали несколько кругов над глубоким каньоном, явно что-то высматривая, потом рыжий повернул голову к нам с командором.
— Спускаемся, — вещал голос в голове. — Только шилесса, прошу вас, будьте осторожны. Огненные пчелы очень опасны».
— Тогда зачем нам это место? — проворчала я.
Но зуб на зуб уже не попадал от холода, я тряслась, как в лихорадке, нужно было сделать передышку. Земля вынырнула из-под крыла неожиданно. Казалось бы, мы летим высоко, чуть ли не в стратосфере, или как называется эта часть неба? А уже мимо проносятся каменные черные кручи, на которых нет ни одной травинки, ни одного кустика.
Драконы мягко опустились на плоскую вершину скалы, стоявшей одиноко немного в стороне, и обернулись людьми. Я видела их превращение уже несколько раз, но опять поразилась, как быстро они меняют сущность. Юноши разбежались по краям площадки для дозора.
И что тут высматривать? Голо и пусто.
Командор ступил на землю когтистыми лапами, столкнул крылом меня и только после этого стал человеком. Я чуть не упала на камни, онемевшие ноги отказывались держать меня.
— Шилесса, попробуйте вызвать ваших кайри. Они помогут согреться.
Я щелкала пальцами, но, увы, все было бесполезно, Рагнар снял с себя меховой плащ и накинул мне на плечи. Непослушные пальцы не справлялись с завязками у ворота, тогда он подошел ко мне и сам затянул шнурки.
Мы стояли так близко, что у меня невольно перехватило дыхание. Я втягивала ноздрями мускусный запах дракона и чувствовала головокружение.
«Они обладают даром внушения», — предупреждала меня Пикси.
Теперь сама убедилась, насколько сильно поддаюсь гипнозу. Наконец командор сделал шаг назад и судорожно вздохнул. Я вгляделась в его лицо. Оно неуловимо изменилось. Брови сошлись к переносице, красивые, четко очерченные губы вытянулись в тонкую нить, черные глаза метали искры. Ему явно что-то не нравилось, но что?
Я на всякий случай отодвинулась к краю площадки. Теплый плащ немного согрел меня.
— Ладони уберите в рукава, Шилесса, — попросил дракон.
— Руки согрелись, зато ноги деревянные.
— Карадарс, — Рагнар повернулся к драконам, вглядывавшимся вдаль.
— Да, еге… командор, — откликнулся рыжий весельчак.
Ох, эти оговорочки драконов! Второй раз слышу, как главного пытаются назвать по-другому. Меня не проведете!
— Разожги костер, шилессе Мие надо согреться.
— Но… это опасно… пчелы.
— Роя нигде поблизости не видно, — ответил черненький дракон и прострелил меня карим взглядом.
— Разожги.
— Но здесь нет веток, — я огляделась, — вообще ни одного кустика.
— Я сейчас, — черненький сорвался со скалы.
— Почему тут так мрачно? — спросила я командора. — Все вокруг черное, нет зелени.
— Все сожжено, — ответил он, наклонился, зачерпнул горсть земли и показал мне. — Пепел.
— О боже, и где вулкан?
Больше ничего мне не пришло в голову.
— Это огненные пчелы. Они выжигают всю поверхность, если налетают роем. От нас тоже ничего не останется.
Я вздрогнула от этих слов. Такая благостная и мирная картина вокруг, а оказывается везде опасность.
— Мне страшно.
— Не бойтесь, шилесса, — улыбнулся гибкий, как вода, юноша. — Сейчас пчелы где-то далеко.
Вернулся черный дракон и привез в когтях много сухих веток. Он сбросил их на землю. Командор взял меня за руку, отвел в сторону, и я, как послушная овца, поплелась за ним.
Мы молча наблюдали, как Карадарс набрал в легкие воздуха, а выдохнул пламенем.
— Ой! — вскрикнула я от неожиданности.
Я думала, что костер будет разожжен традиционным способом: спички, лучинки, дрова — а тут такое…
— Садитесь, шилесса, — прозвучало в голове.
Я обернулась: не поняла сначала, чьи мысли отразились в моей голове. Черный дракон лег на землю и протянул мне крыло. Я удобно уселась на его спине, вытянула ноги к огню. Мне все больше нравилась наша компания. Даже не ожидала, что эти создания окажутся такими вежливыми и воспитанными.
— Я еще есть хочу, — пожаловалась я и поежилась, вспомнив, что ела в последний раз. — Вы ничего с собой не прихватили?
— Придется потерпеть, еще несколько часов пути и мы на месте.
— У меня желудок прилипнет к позвоночнику, — проворчала под нос.
Хотя обижаться нужно было только на себя: все, дура, оставила в городском поместье. Командор поморщился. В отличие от юношей, которые смотрели на меня с улыбкой, этот господин был суров и неприступен.
— В кармане плаща есть сладкая олика, — сказал он. — Вы позволите?
Ответить я не успела: он подхватил меня под локти, поднял, встряхнул, наверное, чтобы больше ничего не требовала, и сунул руку в карман. Я тут же почувствовала, как его пальцы скользят по моему бедру, и ошалела от наглости и беспредела.
— Куда клешни тянешь? — рявкнула на него и ударила по кисти.
Он выдернул руку, я покраснела: командор держал длинную полоску, завернутую в ткань. Мальчишки драконы во все глаза смотрели на нас. Командор раскрыл пакетик, и в нем лежало что-то подобное нашей фруктовой пастиле.
— Попробуйте, — он даже не обратил внимание на мое хамство, непробиваемый, как скала.
Но чувство стыда уже закопошилось внутри. Вообще-то я вежливо разговариваю с людьми, просто обстоятельства такие, что первобытная натура лезет из всех щелей.
Я откусила кусочек и замерла от восторга. Ничего более восхитительного никогда не ела. Вкус клубники с ванилью и сливками наполнил слюной рот. Хотелось этот кусочек сосать и смаковать вечно.
— О боги! Это же кулинарный шедевр! — крикнула я с набитым ртом.
— Тихо! — приказал сквозь зубы командор.
Но было уже поздно: огненный шар появился из ниоткуда, миг — и я летела в пропасть.
Глава 11
— А-а-а! — закричала я.
И сразу задохнулась: вокруг кружилось несметное количество странных созданий. Они походили на мои кайри, только их золотые крылья казались всполохами пламени. Жар охватил меня, закружил, перекрыл дыхание. Я вертелась, не могла остановиться, перед глазами мелькало то небо, то скалы, то шар.
«Мамочка, спаси меня!» — рвался из сердца вопль, но открыть рот было невозможно, слизистую мгновенно опаляло пламенем.
Только я решила, что пришел мой конец, как солнце закрыли огромные крылья. Серебряный дракон окатил меня водой, бронзовый командор поднырнул под меня и подхватил на крыло. Рыжий изрыгал пламя на пчел, но они разлетались от струи и снова соединялись в сферу, похожую на одуванчик. Моему воспаленному сознанию даже показалось, что шар стал в несколько раз больше, потому что со всех сторон на помощь сородичам неслись золотые стрелы.
— Держитесь! — загремел в голове приказ.
Я судорожно ухватилась за отростки гребня, ногами сжала шею командора и легла, прижавшись всем телом к чешуйчатой шкуре. Только в драконе видела сейчас свое спасение.
Он ушел в крутое пике, сделал поворот и взмыл в небо.
— А мальчишки? Ты их бросил? — завопила я.
Бронзовый не ответил. Он залетел за гору и резко пошел вниз. От резкого ветра нечем было дышать. Я хватала ртом воздух, казалось, еще миг, и потеряю сознание. Сколько продолжалась эта гонка, не знаю, но дракон перешел на бреющий полет и приземлился на уступе.
— Прячься! — приказал он, когда я сползла на камни, и тут же взмыл в небо.
Я проводила командора взглядом. «Вот это мужик! — вздохнула, вспомнив тех избалованных сыночков, которых мне подсовывала мама. — Настоящий! Из тех, кто за друга и в огонь, и в воду. И почему в нашем мире я такого не встретила?»
Передернулась, меня трясло теперь уже не от холода, а от пережитого ужаса. Адреналин бушевал в крови, но осознание, что я осталась одна среди гор, а вокруг ни души, еще пугало до колик в животе.
Он сказал прятаться, но куда? Наконец я отдышалась, огляделась и не сразу заметила узкий вход в пещеру, закрытый густой зеленью.
Зелень! Я во все глаза смотрела на нее, вдыхала свежий запах и не могла надышаться. Но, если здесь есть растительность, значит, пчелы сюда не долетают. Тогда зачем прятаться?
Вопрос я себе задала чисто из упрямства и тут же полезла в кусты. Еще неизвестно, какая смерть ждет меня в этих местах, лучше послушаться командора.
Я протиснулась в пещерку и замерла у входа: темно, пахнет сыростью, плесенью и… разложением.
Б-р-р-р!
Неизвестность пугала еще больше. Так и не решив, где лучше ждать драконов, выбрала золотую середину, застыла в кустах на входе.
Сердце немного успокоилось, перестало греметь в ушах, и я прислушалась. Кроме свиста ветра не доносилось ни звука. Я выглянула и только сейчас поняла весь кошмар происходящего, потому что стояла на широком выступе, а вверх рвались горы и заслоняли собой солнце. И ни души. Вообще никого: ни жучка, ни паучка, ни комара.
Я осторожно выбралась на уступ, подошла к краю и отпрянула: пути не было ни в одну сторону, внизу только было круглое озеро, картинку которого передавал мне дракон в полете.
Как жаль, что летать я не умею. Стала щелкать пальцами в надежде позвать кайри.
— Крошки, миленькие мои, спасите!
Но кайри остались в городе. Видимо, и вправду, ошейник целомудрия мне не нужен, потому что магия отказалась мне служить.
Я прислонилась к камням, всхлипнула и заплакала. Слезы сами покатились по щекам. Очень хотелось закричать, позвать на помощь, но я боялась: мой неосторожный вскрик на скале вызвал огненных тварей. Еще неизвестно, чем может грозить второй.
Сколько времени я просидела, проклиная себя за несдержанный язык и умирая от страха, не знаю. Когда солнце скрылось за горами, услышала шелест крыльев и вскочила.
Это была моя четверка. Я, как ребенок, обрадовалась драконам и молча замахала руками. Но летели они странно, создавалось впечатление, что двое несли на крыльях третьего, а последний качался из стороны в сторону и то ухал вниз, то взмывал в небо.
Сердце сжалось от нехорошего предчувствия. Неужели что-то случилось? Трое драконов приблизились, и стало ясно, кого они несут на крыльях. Это был рыжий Карадарс. Его голова свесилась, из пасти изредка вырывался пар, а перепончатые крылья были в огромных дырах. Друзья осторожно опустили его на выступ и обернулись людьми. Карадарс лежал с закрытыми глазами. Одежда на руках превратилась в клочья, кожа была покрыта красными волдырями, кисти почернели. Двое других тоже были потрепанными, но не до такой степени.
— О боже! — прошептала я. — А командор?
Повернулась в ту сторону, где сражался с потоком ветра бронзовый дракон. Он никак не мог долететь до уступа, все время проваливался вниз. Юноши бросились на помощь Рагнару. Они подхватили его и доставили на площадку. Оба тяжело дышали.
— Нужно что-то делать, — прошептал обессиленный серебряный.
— Сначала займемся ранеными, потом расскажете, что случилось, — пришла в себя я. — Заносим их по одному в пещеру.
Пока юноши выполняли мою просьбу, я оглядывалась. Нужно найти лечебные травы или хотя бы воду, чтобы промыть раны. Картинка озера мгновенно всплыла перед глазами.
Я ворвалась в пещеру. Сейчас она наполнилась призрачным светом, это сияла кожа серебряного дракона. Карадарс и командор лежали на камнях. Рыжий постанывал, выбрасывая в воздух горячий пар. Рагнар не двигался.
— Что делать будем, шилесса? — с надеждой спросил серебряный и придвинулся ближе.
В его глазах стоял страх. Я внезапно почувствовала себя взрослой теткой, которой придется взять трудные решения на себя.
— Мальчики, как вас зовут?
— Нид, — поднял руку серебряный.
— Дрюневир, — ответил и черный.
— Вы же владеете магией?
— Да.
— Есть ли у кого-нибудь лечебные способности?
Я спрашивала наугад, совершенно не понимая, что дальше делать.
— Еге… командор…
— Так, хватит! — прикрикнула на них. — Признавайтесь, кто это?
Пальцем показала на бронзового дракона, бледное лицо которого осунулось и словно посерело. Или так кажется под призрачным светом кожи Нида. Юноши переглянулись.
— Это егерес Рей, правитель Обители драконов.
Я вздохнула. Так и знала, что в этой группе что-то нечисто.
— И что там с егересом? Какой у него дар?
— У него десятая степень регенерации, быстро восстанавливается, — тихо ответил Нид.
— Егерес — самый могущественный дракон в Обители, владеет комплексом магий, — добавил Дрюневир. — Если бы не он, нас не было бы уже в живых.
«Какой ужас! — пронзило меня озарение. — И что бы я делала тогда одна на вершине горы?»
Глава 12
Подумала так и тут же устыдилась своих мыслей. Меня спасли, не дали погибнуть, драконы сильно пострадали, а я, неблагодарная, по-прежнему пекусь о своей шкуре.
— А у Карадарса какая степень? — тихо спросила черного.
— Первая, — ответил он.
— К-как первая? — ужаснулась я.
— Мы еще только учимся управлять магией, — смутился юноша.
Я бросилась осматривать страшные раны Карадарса. Находиться рядом с ним было тяжело, горячее дыхание вырывалось из его рта и мешало разглядеть подробности. Кроме того, вид опаленной кожи, ее запах вызывали тошноту.
— Но его руки… как их вылечить? Он же сможет взлететь?
— Нет.
— О боже! — у меня не было больше слов, одни мысли вихрем носились в голове. — А если вы понесете его на крыльях?
— А егерес? Мы не оставим правителя в беде.
— Но… если задержимся здесь, в пещере, сколько времени понадобится на восстановление крыльев?
— Не знаю. Несколько дней… или недель.
Голос Дрюневира становился все тише. Юноша растерялся, и, хотя он выглядел самым уравновешенным и вдумчивым из всей четверки, тоже не сумел справиться с эмоциями. Да и я была в шоке. Застрять высоко в горах на скальном выступе без еды, воды и одежды — то еще удовольствие.
— Ладно, не будем о грустном. Давай, решать проблемы постепенно. Сейчас надо смыть сажу, чтобы не занести инфекцию, — выдавила из себя, пытаясь подавить приступ паники. — Внизу есть озеро, но в чем принести воды?
— Воду сгенерирует Нид, но…
Я сразу поняла, что означает это «но»: серебряный мог выпустить струю воды, только обернувшись драконом, однако выходить на площадку было опасно, хотя…
— Не бойтесь, пчелы сюда не залетают. Видите… зелень.
Пальцем показала на кусты, закрывавшие вход в пещеру. Мы выбрались на уступ. Дрюневир сорвался вниз. Я с удивлением наблюдала, как он кругами плавно спускается к озеру, оборачивается человеком.
— Что он делает? — спросила Нида, стоявшего рядом.
— Ищет глину, нужно сделать сосуд.
— А-а-а, — протянула озадаченно.
В моем представлении простой глины недостаточно, чтобы сотворить кувшин или плошку. Нужна печь, гончарный круг, песок и… время.
— Дрюневир владеет стихией земли. Она все ему даст.
— Ага, — больше слов у меня не нашлось для этой ситуации, а к чудесам я, кажется, начинаю привыкать.
Точно! Пяти минут не прошло, как черный приземлился на уступ с кувшином в зубах. Я покачала головой: не шедевр, но для нынешнего момента сгодится.
Нид выпустил струю воды и наполнил сосуд, Дрюневир занес его в пещеру, наступила моя очередь включиться в процесс спасения драконов. Я оторвала от нижней юбки кусок ткани и осторожно промыла кисти Карадарса. Под слоем сажи оказалась красная, обожженная кожа, но без волдырей, и на том спасибо. Хорошо бы наложить сверху лечебную мазь, но где ее взять?
Вздохнула и испуганно огляделась: нельзя показывать свой страх, юноши и без моей истерики напуганы.
— Что делать дальше?
— Ждать, — ответил Карадарс.
— Как там егерес? — спросила у Нида, который сидел рядом с правителем.
— Дышит тяжело, но пока находится в нирване.
— В чем?
— В нирване. Для регенерации тканей дракон должен погрузиться в особое состояние. Лучше ему сейчас не мешать.
— Ясно, — пробормотала я, хотя самой было ничего неясно, огляделась и не увидела в пещере черного. — А куда пропал Дрюневир?
— Улетел на поиски еды.
Желудок сразу запел голодную песню. Я так и не успела насладиться замечательной пастилой.
— А что едят драконы?
— Наша раса всеядная. Мы, так же, как и люди, занимаемся животноводством, сельским хозяйством и готовим себе еду.
— Но у вас с собой нет припасов. Или Обитель находится совсем близко?
— До Обители почти сутки лету. Драконы могут долго обходиться без еды и поглощать энергию солнца. Дрюневир хотел позаботиться о вас, шилесса.
Чем больше я узнавала об этом чудесном мире, тем интереснее мне он казался. И общество драконов мне нравилось намного больше, чем общество людей.
— А человечиной вы питаетесь? — шутливым тоном задала вопрос, мучивший меня с того момента, как увидела на картине ужасную морду егереса.
— Что вы, шилесса! Люди — разумная раса. Мы не едим себе подобных.
«Хорошо сказано: «Не едим, — подумалось мне. — Зато королевская семейка не брезгует дракончатиной».
Как только вспомнила о пирожках, защемило сердце. Как там бедный Голен? Для того чтобы его убить, людям нужно снять с него ошейник. Но, обернувшись драконом, он может улететь. Король должен пойти на хитрость, чтобы этого не случилось. В душе теплилась надежда, что не станут убивать ангелочка так быстро. Егерес драконов уже начал задавать опасные вопросы.
Мне и хотелось рассказать драконам о людской подлости, и что-то останавливало. Егерес в нирване, Карадарс едва дышит. Что могут сделать двое мальчишек против коварного короля и его доченьки, владеющей мощной магией?
Ничего!
«Стоп! — новая мысль пронзила сознание. — А если пчелы появились не случайно? Вдруг это дело рук шилессы Нии?»
И тут же отмена эту идею. Совершенно неразумный поступок с ее стороны. Она должна быть заинтересована в том, чтобы я стала заложницей, а ее оставили в покое. В случае моей гибели драконы приедут за ней. Нет, раз она так тщательно скрывала свои способности, не станет совершать ошибок. Пока…
Я вздрогнула от шелеста веток. В пещеру вошел Дрюневир, неся на плече связку фруктов, похожих на бананы. Моя рука сразу потянулась к ним.
— Можно?
— Да, это вкусно.
Черный оторвал один фрукт, очистил и сунул себе в рот. Следующие дал мне и Ниду. Да, это были бананы, но с таким насыщенным вкусом, что я чуть слюной не подавилась от наслаждения. А еще почувствовала мощный прилив сил, словно съела не банан, а энергетик.
Нет, не могу я лгать таким замечательным ребятам! Крик: «Спасите Голена!» — так и рвался из груди.
Я аккуратно положила кожуру рядом с собой, набрала в легкие воздуха и выпалила:
— Мальчики, надо спасти Голена.
Глава 13
Постепенно к Рею возвращалось сознание. Первым проснулся слух. Звуки, пока еще расплывчатые и далекие, неслись со всех сторон, но разобрать их природу было невозможно. Они просто звенели, шуршали, скрипели в голове то сливаясь воедино, то дробясь на полутона.
Чуть позже включились ощущения. Егерес понимал, что лежит, а малейшее движение причиняло боль, и все. Он часто задышал, прогоняя назойливый шум, и наконец различил голоса. Разговаривали трое. Слов Рей разобрать не мог, но по вибрирующей интонации женщины понимал, что она встревожена.
Он напрягся и вслушался в слова. Разговор шел о странных вещах. Женский голос спрашивал, не едят ли драконы людей. Рей недоумевал: «Странно! Уже много веков две расы живут рядом, женщина должна знать наклонности драконов, тогда почему боится? — он попытался пошевелиться, вздрогнул от приступа боли и замер. — Интересно, ее вопрос — это плод моего воображения или реальность?»
О Луна! Озарение пронзило воспаленный мозг. Это же шилесса!
С мигом узнавания проснулась память. Егерес увидел картины сражения. Огненные пчелы — опасные существа, конечно, не такие угрожающие, как черная смерть, которую несут небесные нити, но все же. Если пчелы налетают огромным роем, справиться с ними сложно. Рею пришлось взять на себя защиту юных драконов и, хотя они тоже яростно сражались, держать их позади себя.
Как, в какой момент Карадарс ослабил внимание, никто не понял. Просто разрозненный рой, разбившийся на небольшие шары, вдруг словно получил команду извне, мерзкие создания мгновенно соединились и напали на самого слабого из драконов.
Остальные двое могли противостоять врагу: Нид гасил жгучие искры крохотных крыльев струей воды, Дрюневир задействовал силы земли, чтобы не подпустить к себе пчел, и соорудил маленький прозрачный купол. К сожалению, его уровня магии не хватило, чтобы защитить всех драконов. Только Карадарс не мог справиться с противником: близость огненных пчел усилила его собственный жар до такой степени, что он вырвался из всех пор наружу и охватил пламенем тело.
Вот тогда Рей и подумал, что его путешествие ждет бесславный конец. И во всем виноваты силы притяжения, которые он чувствовал к шилессе. Она манила к себе, лишала способности трезво мыслить, иначе как объяснить, что он, прекрасно знающий опасные места, над которыми не раз пролетал, вдруг приземлился на скалу, чтобы согреть и накормить шилессу?
И его безрассудный поступок закончился полным провалом. Мало того, что оставил у людей Голена, так еще и навредил другим юношам. Но больше всего ужасала мысль, что заложница-шилесса осталась одна на скальном выступе и не сможет ни вернуться домой, ни спуститься вниз к озеру.
Егерес яростно врезался в огненный рой. Он уничтожал пчел силой всех магий, которыми владел, но самым эффективным оказался ураган. Рей вызвал смерч и поднял с поверхности озера огромный пласт воды, который мигом погасил огонь и раскидал врагов. На это ушли последние силы.
И теперь он лежал… Где? Рей с трудом приоткрыл воспаленные веки, на которых не осталось ресниц, и пригляделся. Он находился в пещере, видел рядом тяжело дышащего Карадарса, сидящих возле него остальных.
И вдруг шилесса сказала:
— Мальчики, надо спасти Голена.
— Почему? — Рей выдавил из горла хриплый сип.
— Егерес!
Все трое бросились к нему. Он видел встревоженные лица, но не мог отвести взгляда от лица шилессы. Девушка всхлипнула, протянула руку и тут же безвольно опустила ее.
— Спасибо за наше спасение, — тихо сказала она и спросила: — Вам помочь?
Рей отрицательно покачал головой, оперся на камень и сел. В голове еще шумело, перед глазами стояла мутная пелена, но он чувствовал, что процесс регенерации подходит к концу.
— Подай банан, — попросил он Дрюневира, проигнорировав шилессу.
Не нравилось ему, как ведет себя его тело вблизи этой девицы. Не хотелось думать об истинной, но мысли постоянно возвращались к ней. Неужели ему уготована такая судьба: испытывать жгучую привязанность к человеческой самке? Ни за что! Это не его пара. Нет!
Он ел банан, чувствовал прилив сил, но смотрел в стену, пытаясь вспомнить, какие слова только что сорвались с губ шилессы.
— Егерес…
— Как Карадарс? — спросил у Нида.
— Пока плохо, но уже дышит ровнее, волдыри опали.
— Это хорошо, — Рей повернулся к шилессе. — Что вы сказали? Повторите.
— О чем? — та удивленно таращила глаза.
«Она еще и дура? — ужаснулся егерес. — Нет, иметь истинную с недостатком мозгов — плохой знак: потомство родится с низким уровнем интеллекта».
— Вы сказали: «Надо спасти Голена». Почему так решили?
— А-а-а, это, — девушка отвела взгляд и замолчала.
«Точно, дура!» — вздохнул егерес.
— Хотелось бы, чтобы вы пояснили свою мысль.
— Ну…
— У-у-у, больно, — прошелестел Карадарс, и все забыли о шилессе и бросились к нему.
Рей оглядел обожженные крылья, прислушался к себе. Взял еще один фрукт и сразу поймал осуждающий взгляд шилессы. Но ему было все равно, что подумает она о его действиях, желтые плоды бодрили, придавали энергии, будили внутри него стихии. Силы сейчас нужны и немалые.
Он встал и вышел на площадку. Шилесса наблюдала, как он ест, и пыжилась, будто что-то хотела сказать, но сдерживалась. Как только он оказался снаружи, подставил лицо лучам заходящего солнца, эта девчонка оказалась рядом.
Рей чуть не взорвался: сейчас так важно наполниться энергией космоса, а эта девчонка мешает.
— Вы помогать юноше не собираетесь, я так поняла? — выпалила она сердито, прострелив его ледяным синим взглядом.
— Не так.
Рей намеренно не смотрел на нее, боялся, что сорвется. Притяжение было настолько сильно, что, казалось, все тело скрипит, сдерживая по приказу хозяина страсть и эмоции.
— Тогда вы почему здесь стоите? — шилесса схватила его за рукав. — Безобразие просто!
Правитель должен помогать своим подданным.
— Руку убери, — сквозь зубы зашипел он. — Ты мне мешаешь.
— Чем? Стоишь тут, наслаждаешься солнышком, а там мальчишка корчится от боли!
«Дура, да еще бесстрашная — взрывоопасная смесь», — разозлился егерес.
Он взял в кольцо запястье шилессы, дернул ее на себя, развернул и прижал к каменной стене. Она пискнула, в глазах мелькнул страх, но еще выше задрала подбородок. И тут Рей сорвался.
— Не смей прикасаться ко мне! — прошипел он прямо в приоткрытый рот, который манил так, что зубы сводило челюстью.
— А если прикоснусь, что будет? — дерзко спросила девица.
— Узнаешь!
Глава 14
Мои слова о спасении Голена тут же утонули в восторженных криках мальчишек. Я тоже радовалась, что егерес пришел в себя. На него вся надежда и опора, благодаря этому сильному дракону мы все живы и почти здоровы.
Но повел Рей себя странно, не так, как я ожидала. Вместо того, чтобы броситься на помощь Карадарсу, который все еще был без сознания, этот петух спокойненько закусил бананом.
«Нет, так нельзя! — закричал во мне внутренний голос. — Так правители себя не ведут!»
Однако егересу, похоже, было на всех наплевать. Он окинул взглядом распластанного на голой земле Карадарса и вышел из пещеры.
Просто вышел.
Взял и вышел! Ни слова не говоря, не объясняясь, словно никого больше и нет.
Это стало для меня последней каплей. Я выскочила за ним.
— Шилесса, нельзя! — крикнул кто-то вслед, но я, как строптивая лошадь, уже закусила удила.
Егерес стоял, закрыв глаза и раскинув руки, явно наслаждался покоем, тишиной и теплом. От возмущения я чуть не лопнула, но мои слова не возымели на этого дракона с каменным сердцем ни малейшего воздействия, только когда я схватила его за локоть, он показал эмоции. Ощерился, как дикий зверь, встряхнул меня и прижал к стене.
Я на миг испугалась, увидев так близко его напряженное лицо. Сжатые плотно губы, черные глаза, в зрачках которых мелькало мое отражение, желваки, гуляющие по челюсти — вызвали дрожь во всем теле. Мои колени подогнулись, взгляд заметался в поисках спасения, но, увы, вокруг были только скалистые горы, а мы стояли на небольшой площадке.
Но это был всего лишь миг слабости. Я тут же встряхнулась, и, хотя угроза егереса не подействовала, отчего-то спорить совсем расхотелось.
— Отпусти меня, — попросила тихо.
Он не шелохнулся. Теперь и я чувствовала сильное волнение. Рядом стоял невероятно красивый мужчина, а его харизма накатывала на меня волнами, каждая из которых была все выше. Он сжимал мое запястье, я чувствовала жгучий жар, еще чуть-чуть, и растаяла бы, как льдинка под жарким солнцем.
«Это дракон! — встрянула себя. — Страшное животное. Огромное и кровожадное! Не поддавайся его влиянию!»
— Ты же хотела проверить, что будет, если я разозлюсь?
— Уже не хочу. Надо помочь Карадарсу.
— Это не твоя забота.
— Моя, раз правитель ничего не делает.
— Я пока не могу, должен восстановить силы.
Он сказал это странным тоном, словно оправдывался, зато я обрадовалась: рвать на кусочки меня никто не собирается, наказывать за дерзость тоже. Нет, я была бы не против легкого поцелуя, наши губы так близко! Интересно, драконы так же целуются, как люди?
Но егерес шагнул назад, снова закрыл глаза и расставил руки, наваждение пропало. Только сейчас я сообразила, что не на солнышке он греется, а совершает что-то магическое, то, что мне не дано понять.
Я на цыпочках вернулась в пещеру. Юноши подняли головы. Они о чем-то спорили, но, увидев меня, замолчали. Наступила неловкая тишина. Я взяла последний банан и очистила кожуру.
— Мы оставили его Карадарсу, — прошептал Нид.
— Ой, — я смутилась, что-то сегодня постоянно попадаю впросак. — Дрюневир, а где ты их взял? Может, еще слетаешь? Вкусные.
— Эти плоды обладают животворящей силой, их нельзя много есть.
— О! — больше у меня не нашлось слов.
«И куда я лезу? — рассердилась на себя. — Ничего не знаю об этом мире, а суюсь с советами. Буду молчать!»
Я поправила на огненном драконе камзол, осмотрела его раны. Они выглядели уже значительно лучше, но Карадарс не приходил в себя.
— И зря вы на егереса налетели с упреками, — добавил Дрюневир. — Он набирается солнечной энергии, чтобы ускорить процесс регенерации у Карадарса.
— О!
Сразу почувствовала, как щеки заливает краска. Все, что ни делаю, мимо кассы!
— Шилесса Мия, — окликнул меня Нид. — Вы что-то говорили о Голене?
— Д-да, — сказала и замолчала.
Теперь уже была не уверена, что стоит поднимать эту тему. Может, и в городском особняке я что-то неправильно поняла. Начну развивать свою мысль и поссорю соседние расы, которые мирно сосуществуют благодаря обмену много тысячелетий.
— Я тоже хочу послушать.
Егерес вошел, сел рядом с Карадарсом и занес руки над его головой. Мне даже показалось, что воздух заколыхался, а от ладоней правителя полился призрачный свет. Не знаю, это была игра воображения или на самом деле егерес направлял поток энергии на Карадарса, но впечатляло. Даже обидно стало, что сама я лишилась дара.
— Ну, я думаю, Голену у людей грозит опасность, — выдавила из себя я. — Хотя… сомневаюсь.
— Почему ты так думаешь? Что-то видела или знаешь? Твой отец вел себя странно, да и сестра не обрадовалась, когда тебя увидела. У вас в семье разлад?
Я зависла, будто сломанный компьютер. Как объяснить драконам, что я не из этого мира и ничего о нем не знаю? Могу высказать предположения, и все.
— Понимаете… — начала, тщательно подбирая каждое слово. — Я утром упала, ударилась головой, потеряла память, поэтому не знаю, почему отец и сестра со мной были так холодны.
— То есть ничего не помнишь? — оживились драконы. — Совсем?
— Совсем, — я развела руки, — увы. Еще Пикси кричала от радости, что ко мне магия вернулась.
— Магия? А ты ею не владела?
— Не помню.
Егерес сменил положение и теперь пристально смотрел на меня.
— Тогда это объясняет, почему даже без ошейника ты не можешь вызвать кайри, — сказал он.
— Нет, егерес, погодите! — Дрюневир вскочил на ноги. — А если нас обманули?
— В смысле обманули? — я уже была не рада, что затронула эту тему.
— Шилессы людей очень сильные маги, они часто неосознанно вредили Обители драконов, поэтому возникла необходимость в ошейнике целомудрия, —пояснил Нид. — А у тебя и магии нет.
— Хочешь сказать, что я подставная шилесса? — возмутилась я.
Внутри все похолодело от ужаса. А если коварный и хитрый король всех обвел вокруг пальца? Меня, не имеющую ценности и значимости для страны, подсунул драконам, а Голена забрал, чтобы получить ценное мясо. Так, и овцы целы и волки сыты. Как я поняла, две расы не общаются тесно, драконы еще долго могут и не догадываться о подставе.
— Ты же ничего не помнишь.
— Но… вы видели кайри, видели, как они меня поднимали, носили по двору. Значит, магия у меня есть.
— А куда она сейчас пропала?
— Кайри не выполняют приказы на расстоянии, — пролепетала я. — Они мне сами так сказали.
— И ты поверила?
Драконы встали, я тоже поднялась. Они смотрели на меня, и не было прежней теплоты в их глазах. Я пятилась к выходу, мальчишки медленно теснили меня. Егерес словно потерял интерес к происходящему, во всяком случае он не сказал ни слова.
На площадке бежать было некуда. Я растерянно оглядывала скалу и понимала: куда бы я ни полезла, крылатые твари достанут везде.
— Мальчики, я не знаю, не помню, но я точно шилесса, — оправдывалась я, осознав кошмар происходящего. — Меня так кайри называли, слуги, вся королевская свита. Не мог же правитель смастерить такое грандиозное представление, тем более, что вы прилетели раньше времени.
— Хорошо, тогда вызывай кайри, — жестко сказал Дрюневир, подойдя почти вплотную.
Мы стояли уже на самом краю площадки. Я обернулась: еще шаг — и провал. От страха засосало под ложечкой.
— Не могу…
— Жаль! Они тебе сейчас понадобятся.
Черный вдруг выбросил руку и толкнул меня…
Глава 15
Второй раз за этот длинный день я камнем полетела вниз.
—Кайри! Спасите! — из горла вырвался крик души.
А озеро все приближалось, изумрудная вода с темными проплешинами становилась ближе. Я уже могла разглядеть мелких рыбешек, стайками выпрыгивавших на поверхность, как неведомая сила подхватила меня и удержала от падения.
— Шилесса, шилесса! — зашелестело все вокруг.
Я судорожно всхлипнула, а потом разревелась в голос. Никогда не думала, что буду так рада крохотным созданиям.
— Миленькие мои, как же вы меня услышали?
Кайри плавно опустили меня на землю у самой воды и закружились над головой. Я села: ноги тряслись и не держали, зубы щелкали при каждом слове.
— Очень сильный был зов, шилесса, — взлетали и садились на мои руки и плечи кайри.
— Скажите, как дома? Голена не тронули?
— Нас никто, кроме вас, не может вызвать, шилесса. Мы не знаем.
Сзади послышался шорох, я оглянулась: на большой валун приземлился егерес. Он тяжело взмахнул крыльями, стал человеком и направился ко мне.
— Не приближайся! — выставила я перед собой руки. — Я не полечу в Обитель! Кайри со мной. Они доставят меня домой.
Обида так и клокотала в груди.
— Шилесса, — Рей церемонно поклонился. — Простите мальчишек. Они перенервничали и совершили глупость.
— А если бы я разбилась?
— Не позволили бы. Посмотрите наверх.
Я подняла голову, в нескольких метрах на скальном выступе сидели Нид и Дрюневир. Получается, они летели за мной, только кайри их опередили. Но все равно обидно. Я так старалась, помогала Карадарсу, переживала за Голена, а тут такое бессовестное недоверие.
— Не хочу их видеть! — проворчала я.
Егерес махнул рукой, за спиной раздался шелест крыльев, волна воздуха прилетела и взлохматила волосы, я пригладила их. Вообще чувствовала себя уставшей и изможденной. Слишком долгий день, наполненный нервотрепкой и эмоциями.
— Вы поймите драконов, — уговаривал егерес. — Люди все время пытаются нас обмануть. То подсунули старую шилессу, то наши драконы начали умирать по непонятным причинам. А тут вы, не владеющая магией. Вот Дрюневир и засомневался.
— Ну, теперь убедились, — я вытянула руки, и мои бабочки тут же уселись сверху.
Они трепетали радужными крылышками, ластились ко мне и шелестели, не переставая. А я не понимала, почему, когда раньше вызывала кайри, их не было, а теперь вдруг появились. «Видимо, когда я в стрессовой ситуации, сигнал вызова сильнее, вот они меня и услышали», — решила я и успокоилась найденному объяснению.
— Да, теперь убедились, что вы шилесса, — говорил тем временем Рей. — Можем продолжать путь.
— А Карадарс?
— Юноши останутся с ним, я полечу с вами.
— Но… как же… у меня есть кайри.
— Эти крошки не смогут преодолеть такое расстояние. Предлагаю с ними временно расстаться.
— Ага, а если вы меня опять со скалы скинете? Кто придет на помощь?
— Шилесса, мы вас любим, любим, любим.
Я почувствовала такую мощную ауру любви, что даже согрелась, и дрожь пропала. Наконец огляделась вокруг и заметила, что озеро какое-то странное. Темные проплешины стали еще темнее и, казалось, они двигаются, приближаются к берегу.
— Я вас тоже люблю, мои милые. Спасибо за спасение! А что там в озере шевелится?
Показала на темные проплешины, почти полностью скрывшие изумрудную воду.
— Опасность, опасность! — закричали кайри, подхватили меня и взлетели.
И в этот момент огромная толща воды вдруг поднялась над озером и обрушилась на берег. Егерес успел взлететь, но темная масса успела ударить по хвосту. Егерес закрутился, завертелся, сбрасывая с себя ужасных тварей с распахнутыми пастями, только вместо зубов у них были присоски. Миг — и весь хвост Рея был покрыт коркой из этих созданий.
Егерес зашатался и упал на камни.
— Кайри, наверх? — приказала я. Крошки мгновенно подняли меня. Я ворвалась в пещеру и крикнула: — Егерес в беде, на помощь!
Нид и Дрюневир не стали выяснять причину паники. Они оттолкнули меня от входа и бросились наружу. Я — следом за ними. Мы с кайри кружились в воздухе, пока драконы боролись за Рея. Нид мощной струей воды сбивал тварей, а Дрюневир устроил настоящее землетрясение, обвалил кромку берега, которая под собой поглотила опасных рыб.
Рей наконец смог взлететь. Мы вернулись в пещеру. Уже на площадке я посмотрела вниз. Озеро просто кипело от всплесков, как котел воды, столько рыб крутилось у берега.
— Что это было? — всхлипнула я, когда наступила разрядка.
— Водяные присоски, — ответил Рей. — Они питаются телами теплокровных рас. Драконы обычно облетают такие озера стороной.
Он осматривал свои ноги, кожа которых превратилась в один большой синяк.
— О боже! Как страшно жить! — проворчала я и задумалась.
Смогу ли я выжить в этом мире. Я уже познакомилась с кайри, с драконами, с огненными пчелами, и вот теперь столкнулась и с жуткими присосками. Не хотелось бы попасться у ним на ужин.
Малышки кайри освоились в пещере и закрутились теперь над Карадарсом.
— Вы можете помочь? — спросила я их.
— Да, шилесса. Наша слюна обладает лечебным свойством.
— Слюна?
Невольно передернулась, но выбирать не из чего. Сам огненный не может вылечить себя, егерес еще не восстановился, а я вообще ничем помочь не могу.
— Давайте, лечите.
Кайри сплошным ковром усеяли руки Карадарса. Что они делали, не знаю, разглядеть это было невозможно, но, когда они поднялись в воздух, кожа выглядела намного лучше. Исчезла краснота, подсохли волдыри, начали шелушиться корочки. Огненный дышал уже легко и почти бесшумно. Вот он пошевелился, кайри тут же взлетели, потянулся и открыл глаза.
— Ура! — крикнула я.
— Хорро! — обрадовались драконы.
У меня отлегло от сердца, я все же чувствовала себя виноватой в ранении Карадарса. Если бы не мой идиотский выкрик, мы бы сейчас не сидели на скале, как на насесте, и не попали ли бы под атаку водяных присосок.
— Ты как? — в пещеру вошел егерес, он оставался на площадке, ловил энергию трех лун.
— Неплохо. Могу лететь дальше.
— Попробуй.
Рей посторонился, пропуская шатающегося от слабости Карадарса. Тот вышел на площадку, мы побежали следом. Огненный расправил крылья и сорвался с уступа. Теперь я видела, что прорехи на перепонках исчезли, и, хотя Карадарс еще неуверенно держал равновесие, он мог летать.
— Шилесса, садись, — обернулся драконом Рей.
— Так сразу?
— А зачем ждать? Мы скоро будем дома.
Какое прекрасное слово «дом», но у меня сжалось сердце. Мой дом далеко, и когда я там снова окажусь, неизвестно.
Вздохнула, прогоняя тоску, и забралась на шею егересу. Буду осваивать чужой дом, раз свой потеряла.
Глава 16
Кайри пришлось временно отпустить, хотя и не хотелось. После опасных приключений было страшно оставаться одной среди драконов. Все же крошки стали самыми родными существами в этом мире. Но меня успокаивало то, что в любой момент я могу их вызвать.
Я держалась обеими руками за гребень и боялась смотреть вниз. Видела только скалы, проносившиеся справа и слева, потому что Рей нырял в глубокие каньоны и летел низко.
— Почему ты не поднимаешься выше? — спросила его.
— Ты же мерзнешь, — ответил голос в голове. — Устраивайся удобнее, накинь на лицо капюшон, я полечу быстрее.
Только я успела выполнить просьбу дракона, как он увеличил скорость. Теперь ветер свистел мне в лицо, и не спрятаться от него нельзя было, ни скрыться. Я оглянулась, юноши остались далеко позади, они помогали огненному, поэтому не могли угнаться за нами.
— А как же Карадарс? Он еще слаб.
— Ничего, мальчишки нас догонят. Мы уже близко.
Сердце затрепетало от волнения. Не представляю даже, где окажусь сейчас, как буду жить среди драконов. И вообще, как они живут?
Воображение тут же нарисовало безрадостную картину: на голой скале висит огромное гнездо, где копошатся маленькие дракончики, а родители кружатся над ним и сбрасывают детям то козлика, то зайца, то… человека. И мне тоже выделят подобное гнездо, открытое всем ветрам, дождям и морозам.
Жуть просто! Лучше не думать об этом.
Рей свернул в очередное ущелье, облетел скалу, и тут я увидела поселение, раскинувшееся в широкой горной долине. Обычный город, большой, усеянный огнями. Башни готических замков рвались в небо, и на каждой башне находилась ярко освещенная площадка, похожая на вертолетную. С нее то и дело взлетали драконы и неслись по своим делам.
А внизу были обычные улицы, где неторопливо шли по своим делам люди. С низкой высоты даже разглядела лавки купцов, таверны и торговые ряды.
— Вы живете, как люди? — вырвалось у меня. — Ничего себе!
— А ты как думала?
— Даже предположить не могла такое. И чем улицы освещаете?
— Фонарями.
Я действительно разглядела столбы, на равных промежутках стоявшие вдоль дорог. И вообще мне показалось, что это довольно цивилизованный мир. Не было только никакого транспорта, но драконам он и не нужен, хотя мелькнули под крылом пара повозок на колесах.
Пролетая над высокой колокольней, Рей покачал крыльями, и тут же вслед нам понесся звон, на все голоса оповещавший, что егерес вернулся в столицу. Я видела, как люди останавливаются, смотрят в небо и радостно машут руками.
— Тебя здесь уважают, — покачала головой я. — Интересно, за что?
— И тебя будут уважать. Любви не гарантирую, но каждый дракон с малых лет знает, что человеческая шилесса не просто заложница, а символ мира и покоя между расами.
— Даже так!
Я задрала подбородок, гордость так и распирала грудь. Уж лучше жить в Обители драконов, чем сидеть взаперти в своем королевстве, где тебя, кроме Пикси, никто не любит.
Стоило вспомнить о преданной служанке, как опять заболело сердце, а мысли вернулись к Голену. Уже несколько раз порывалась рассказать Рею о коварстве людей, но после того, как меня сбросили со скалы, засомневалась. Драконы не знают, что я из другого мира, решат еще, что я просто хочу создать конфликт между расами.
— Егерес, можно вопрос?
— Спрашивай, шилесса.
— Только ты не сердись, ладно?
Рей повернул голову, покосился огромным глазом с вертикальным зрачком, и кивнул.
— А мясо драконов обладает магической силой?
Сказала и замерла в ожидании ответа, но молчание затянулось. Егерес приближался к огромному замку, стоявшему на зеленом холме.
— Что ты имеешь в виду под мясом? — наконец спросил голос в голове. — Я сородичей не ем.
— Служанка Пикси накормила меня утром мясными пирожками. Съев один, я вдруг начала на каждом шаге взлетать над землей. Это все.
Я не стала упоминать о словах Пикси, осторожность не помешает, но дракон опять повернул голову и посмотрел на меня.
— Ты же владеешь кайри, — сказал он. — разве это не они облегчали твою походку?
— В тот момент рядом со мной не было кайри.
— Тогда не знаю, наверное, тебе показалось.
И опять я зависла. А вдруг, и правда, Пикси ошиблась? Или пошутила? Чувствовать себя дурой не хотелось, но все-таки набралась храбрости и спросила:
— Может, есть животные, у которых мясо обладает магической силой?
— Я таких не встречал. И, шилесса, один момент: не вызывай пока кайри, не показывай, что владеешь магией.
Рей приземлился на ровной площадке, выложенной камнем и, поддерживая меня крылом, помог слезть с шеи. Со всех сторон к нам бежали люди. В большой коляске везли пожилую даму, рядом с ней шагал огромного роста мужчина. Его мужественное лицо было изрезано морщинами и шрамами, чувствовалось, что он побывал не в одной передряге.
— Приветствую тебя, егерес! — слегка наклонил голову он.
— Я рад тебя видеть, Рагнар, — ответил Рей.
«Ага, понятно, значит, это командор, которым притворялся егерес», — сообразила я.
— Здравствуй, бабушка.
Рей поцеловал морщинистую руку пожилой дамы.
— Дорогой внук, дай я тебя обниму, — потянула его на себя бабушка. Наконец она разглядела меня и поманила пальцем: — Иди сюда, деточка.
— Здравствуйте, — пролепетала я.
Все вокруг искренне радовались нашему прилету и тайком рассматривали меня. Невольно захотелось причесаться и умыться после дальней дороги.
— Ишь какая! Беленькая и светленькая, чисто ангел, — покачала головой старуха. — А где ее ошейник?
Моя спина мигом покрылась холодным потом, теперь понятно стало предупреждение Рея.
— Ей он не нужен.
— Хочешь сказать, что ты привез шилессу без магического дара?
— Дар у нее есть, только на расстоянии от своей страны не работает.
— Молодец Рей, заложница что надо! — дама не отводила от меня пристального взгляда. — Молоденькая. Иди, милая, за Итой, — вперед вышла женщина средних лет и приветливо улыбнулась, — она покажет твои покои.
— Шилесса будет жить у меня! — заявил вдруг Рей.
Адреналин мощной волной ударил в кровь: такого поворота я не ожидала.
Глава 17
Слова вылетели изо рта, а Рей внимательно посмотрел на присутствующих, ожидая реакции. Нельзя сказать, что он брякнул, не подумав. Размышлял над этим весь долгий день. Слишком сильным было притяжение к шилессе, буквально все внутренности выворачивало, когда она была рядом. Нужно было проверить, действительно эта девушка — его истинная, или он ошибается. А лучший способ проверки — оставить ее возле себя на какое-то время.
Реакция окружающих не заставила себя долго ждать.
— Зачем? — закричала бабушка Расина. — Да она тебя заколдовала! Наденьте немедленно на нее ошейник!
— Егерес, может быть, вы немного подумаете? — поддержал старую драконицу командор.
— Проводите шилессу в мои покои, — не стал вдаваться в подробности Рей и повернулся к другу: — Рагнар, нам нужно поговорить.
— Ты меня совсем не слушаешь, несносный мальчишка! — прикрикнула бабушка и стукнула по камням площадки палкой, которую всегда держала при себе.
Рей покосился на Мию. Шилесса стояла, не шевелясь, ее лицо дергалось от каждой возмущенной реплики, а рот, ранее растянутый в неуверенную улыбку, так и застыл в одном положении. Наконец она глубоко вздохнула и выпалила:
— Я к вам в гости не напрашивалась. Если здесь не нужна, могу вернуться домой.
— Нет, вы посмотрите на нее! — Расина замахнулась палкой, девушка отпрянула. — Она еще и дерзит! Заприте ее в дальних комнатах!
— Зря вы так, бабушка, — Рей видел, что шилесса едва сдерживается, чтобы не нагрубить, а с ее острым язычком он уже познакомился. — Мы вашего Голена хорошо приняли. Не думала я, что к заложнице в этой стране так относятся.
Вдруг она хлопнула в ладоши, и мгновенно покрылась крохотными кайри.
— Шилесса! Шилесса! — залепетали они нежными голосками. — Наша шилесса!
— Летим домой! — приказала девушка.
Малышки подхватили Мию со всех сторон и подняли в воздух. Сейчас она казалась богиней, спустившейся с небес на землю. Ее лицо было освещено праведным гневом, щеки полыхали пожаром, синие глаза стали похожи на воду в горном озере, длинные светлые волосы развевались за спиной.
Рей невольно залюбовался ею, на миг потерял реальность, так Мия была прекрасна!
— Опускайся, шилесса, не пугай мой народ, — Рей легко догнал Мию и вернул на землю. — Бабушка, Мия добрая девушка, а ее кайри вылечили Карадарса.
— Кстати, а где мальчишки? — командор обеспокоенно нахмурил брови.
— Уже летят. Смотрите.
Егерес поднял руку, показывая на горизонт, где подсвеченная огнями с земли, медленно летела тройка драконов. Они приземлились, обернулись людьми и наклонили головы, приветствуя старую Расину. Карадарс выглядел усталым и изможденным. Рей заметил, что перепонки на крыльях еще до конца не затянулись.
— Бедные мои мальчики! — запричитала Расина.
Но Карадарс, несмотря на то, что едва передвигался, подошел к шилессе.
— Спасибо большое за помощь и мое спасение.
— Я вас не спасала, — смутилась девушка и опять зарделась, только на этот раз от смущения. — Это кайри постарались, их благодари.
— Надо лечить, — засуетились крошки. — Надо еще лечить.
Они оторвались от хозяйки и окружили Карадарса.
— Не надо! — рявкнула сердито Расина. — У нас свои хорошие лекари есть.
Бабушка щелкнула пальцами, и тут же прислуга бросилась к Карадарсу, подняла его и понесла в замок.
— Крошки, не волнуйтесь, вы свое дело уже сделали, — прошептала Мия и погладила несколько кайри по крылышкам.
Тут же захотели ласки и остальные малышки, они облепили хозяйку и зашелестели. «Хорошая девушка, — думал Рей, пока наблюдал за трогательной картиной. — Резкая, грубоватая, но в то же время нежная и преданная, — и тут же встряхнул головой, прогоняя непрошенные думы. — Нет, просто хорошо притворяется».
И опять в голове закопошились неправильные мысли. Он не доверял людям, искренность шилессы казалась ему хитростью, желанием создать о себе хорошее впечатление в новом месте, где ей предстояло провести всю жизнь.
Но для чего? Затуманить драконам мозги, а потом напасть?
— Проводите Мию, — махнул он рукой, отгоняя сомнения. — Рагнар, надо поговорить.
Егерес поручил девушку двум слугам, а сам направился в башню замка, где был его кабинет.
— Может быть сначала отдохнете, искупаетесь? — предложил командор. — Разговор никуда от нас не уйдет.
— Хорошо, тогда пошли в купальни.
Рей вошел в замок и сразу почувствовал себя неуютно, словно потерял что-то важное, частичку души. В груди зазвенела пустота, сердце заколотилось, а ноги все время норовили развернуться к выходу. В холле, ярко освещенном огнями горелок, остановился.
— Что-то случилось, егерес? — спросил Рагнар, чуть не налетевший на правителя.
— Хотя нет. Полетели на горячие источники, надо немного взбодриться. Да и нет там посторонних ушей и глаз.
Егерес даже себе не хотел признаваться, что рванулся вон из замка совсем по другой причине. Он вышел на площадку и отметил, что Мию уже увели. И опять он внутренне заметался, уже не хотелось идти на источники. Зачем? Достаточно искупаться в ванне.
Но командор смотрел так странно, что Рей взмыл в небо.
Источники находились в небольшой расщелине, закрытой со всех сторон скалами. Это было небольшое озерцо, в котором вода кипела и бурлила под действием подземных сил. Рей сначала нырнул в облике дракона, немного покрутился в воде, промывая все пластины и перепонки крыльев, потом обернулся человеком и спустился по каменным ступеням на дно. Командор последовал примеру правителя.
Наконец они насытились купанием и сели на ступеньку. Вода закручивалась возле плеч егереса, пенилась, покрывала кожу белыми пузырьками. Рей расслабился и позволил бурливому потоку омывать его тело.
— Рассказывайте, — попросил Рагнар.
Егерес выложил, без утайки, все, что видел за это короткое путешествие. Рагнар кивал, поддакивал и комментировал. Благодаря ему многие сомнения правитель рассеял.
— Шилесса задала мне странный вопрос, — выдохнул Рей. — Она спросила вдруг, вкусное ли мясо у драконов?
— Какая кровожадная, — передернулся Рагнар.
— Нет, ты не понял. В ее словах звучала тревога, я даже поверил, что она спрашивала не просто ради праздного любопытства, тем более, что предшественник Голена внезапно умер, не послав прощальной вести сородичам.
— Да, это странно. Мы живем несколько тысяч лет, тело постоянно регенерируется, поэтому не можем умереть и от ран. А почему шилесса спросила об этом?
— Вот и я не понял.
— Так, давайте сделаем вывод, — предложил командор. — Драконы, живущие отдельно, стали исчезать, мы не можем найти ни останков, ни следов. Заложник в королевстве людей тоже умирает, не дожив до тысячи лет. А тут еще вопрос шилессы. Есть о чем задуматься.
— Ты полагаешь?
— Да, надо быть осторожнее.
— А как же Голен?
Друзья переглянулись и дружно вскочили.
Рагнар взлетел по ступеням, на верхней остановился, словно споткнулся о невидимую преграду. Вода стекала по мощному торсу, рельефно выделяя каждую мышцу, каждый изгиб.
Он обернулся и посмотрел на егереса, тот не двигался с места, о чем-то напряженно думал, нахмурив брови. Наконец поймал взгляд друга.
— Погоди, не торопись. Нужен план.
— Пока мы планируем, Голен погибнет! — горячо воскликнул обычно сдержанный в эмоциях командор.
— Не думаю, что его убьют так быстро, — покачал головой Рей. — Люди не дураки, понимают, что должны создать видимость благополучия на какое-то время. Действовать наобум — верх глупости.
— Мы сильнее людей, огненные драконы за несколько минут сожгут их столицу дотла, воздушные поднимут бури, сделают смерчи, земные вызовут землетрясения, водяные устроят наводнение. Мы можем стереть с лица земли расу людей, не напрягаясь.
— А что дальше? Начнем покрывать огнем все их поселения?
— Конечно! Подлому племени и подлая смерть! Мы живем дольше, еще насладимся возрождением этих земель.
Друзья замолчали. Каждый размышлял о своем, в наступившей тишине хорошо слышалось мирное журчание воды, шелест листьев, стрекот сверчков в ветках кустарника, окружавшего источник. Их нежные белые цветы наполняли воздух нежным ароматом. Егерес устал, хотел спать, а еще ему не терпелось остаться с шилессой наедине и проверить свои ощущения.
— Не торопись, Рагнар, — наконец сказал он. — Мы же не знаем возможности людей. Вдруг они давно придумали такие ловушки для драконов, что мы в них попадемся. Не зря люди стали такими смелыми и агрессивными, переловят нас по одному и уничтожат.
— И что? Терпеть их козни, пока не сгинет весь наш род?
— Не перегибай. До этого еще очень далеко.
— С такой рождаемостью быстро придет конец.
Командор озвучил то, над чем уже давно ломал голову Рей. Найти истинную среди сородичей было все труднее, остальные расы, населявшие планету Трех Лун, не слишком подходили по телосложению и особенностям устройства жизни. Выхода было два: либо вымирать, либо искать себе подобных в других землях.
— Давай не будем торопиться! — он попытался успокоить Рагнара. — И потом, не все драконы обучены воевать. Молодняка, способного сражаться, все меньше. За столетия мирной жизни драконы забыли о войне, привыкли к спокойному существованию.
Рагнар вернулся на ступеньку, сел, опустив голову на согнутые в локтях руки. Рей понимал друга, Голен — его ученик, один из самых любимых.
— А с девчонкой, что делать? — встряхнулся командор. — Мы же не станем ее есть в отместку людям? Хотя надо было бы, чтобы гады не охотились на чужой земле.
— Хочу за ней понаблюдать.
— И что это даст?
— Понимание, враг она, подставное лицо короля, которое не жалко уничтожить, или друг, готовый прожить рядом с драконами свой век.
— Наблюдение можно поручить слугам и охранникам, — резонно возразил Рагнар. — Зачем тащить ее в свои покои? И вообще, бросим ее в темницу. Выбраться оттуда ей даже кайри не помогут.
— Не помогут, согласен. Но эти крошки долетят до столицы людей и расскажут о случившемся.
— Хорро! — шлепнул ладонью по воде Рагнар. — Почему ты привез ее без ошейника?
— Его несложно изготовить и у нас. Образец остался от старой шилессы.
— Завтра поручу кузнецам.
— Друг…
Рей замолчал, наблюдая за ломаным отражением трех лун. Они качались на бурливых волнах, подмигивали, словно насмехались над сомнениями егереса. Наконец он пристально вгляделся в лицо командора, едва видимое во мраке.
«Спросить — не спросить? — мучительно думал он, не решаясь задать самый важный для себя вопрос.
— Слушаю тебя, — ответил Рагнар.
— А как понять, где твоя истинная? Что я должен почувствовать?
— Ну, сильное притяжение. Такое, что, если ты не видишь ее перед собой, начинаешь сходить с ума. А почему ты спрашиваешь об этом?
— Я такое влечение почувствовал к шилессе, — тихо ответил Рей.
— Не может быть! За все время соседства людей и драконов не создалось ни одной пары из наших рас.
— Вот и мне это кажется странным, но не вижу ее и места себе не нахожу. Сегодня мы столкнулись с роем огненных пчел, он столкнул шилессу со скалы. Я такой удар в сердце получил, думал, смерть пришла.
— Да, очень похоже на те чувства, которые я испытываю к своей Регине.
— Но ты нашел истинную среди своих, а я не могу.
— Возьми и проверь, твоя ли это истинная.
— Как проверить?
— Проведи с ней ночь.
— Это же нарушение правил, — Рей растер ладонями лицо, встряхнулся и встал. — Пора возвращаться.
— Люди первыми стали нарушать правила, вот и мы не обязаны их соблюдать, не так ли?
Егерес одевался и думал над словами друга. А если, и правда, попробовать. Девчонка в полной его власти. Захочет воспользоваться кайри, можно надеть на нее ошейник.
В замок друзья вернулись уже глубокой ночью. Стражи на площадке поприветствовали их световыми сигналами. Командор направился в левое крыло, где у него были покои, а егерес свернул в правое. В огромном замке всем хватало места.
Рей, ступая бесшумно, вошел в большой зал приемов, пересек его, заглянул в свой кабинет, в трапезную, в спальню. Шилессы нигде не было. Дернул шнурок колокольчика, вызывая ночного слугу. Тот появился сразу, словно ждал за дверью, когда его позовут.
— Егерес…
— Дир, где шилесса?
— Мы ей выделили отдельную комнату в дальнем коридоре. Она уже спит.
Взмахом руки Рей отпустил слугу и прошел к себе. Широкая постель манила мягкими перинами и пуховым одеялом. Хотелось немедленно погрузиться в нее, как в облако, и забыться.
Но в груди бушевал ураган. Он не давал возможности успокоиться и заснуть. Егерес вышел из спальни и зашагал к комнате шилессы. Тихо открыл дверь, с топчана вскочила служанка, он приложил палец к губам. Он взял светильник, на цыпочках подкрался к ложу и вгляделся в милые черты. Девушка лежала на боку, подложив под щеку ладошку. Ее длинные волосы разметались по подушке, щеки раскраснелись, пухлый рот приоткрылся.
Что-то с силой ударило Рея в грудь, он сложился пополам от боли и несколько мгновений не дышал. Сердце колотилось в горле, с телом происходило что-то странное: егереса то пронизывал ледяной холод, то опалял жар.
Шилесса пошевелилась, и тогда дракон взял ее на руки и понес к себе.
Глава 18
В Обители я видела только враждебные лица. Особенно старалась пожилая дама с палкой. Она трясла седой головой, что-то шептала сухими, морщинистыми губами и сверлила черным взглядом глубоко посаженных глаз. Интересно, сколько ей лет?
Егерес ушел, я с тоской посмотрела ему вслед. Он твердо шагал по площадке, словно и не провел почти сутки в воздухе. Так и хотелось крикнуть: «Возьми меня с собой!» — но промолчала из чистого упрямства. За сегодняшний день я так устала, что едва шевелила конечностями, а мысли в голове вообще уже отправились на покой.
И вот теперь я стояла одна среди драконов, занятых больше старухой, чем гостьей, и не знала, что делать.
— Простите, — осмелилась напомнить о себе. — Где я могу умыться?
«И поесть, — крутилось на языке, но слово не желало с него скатываться.
А желудок просто сводило спазмом от голода.
— Проводите… эту…
Небрежно махнула рукой старуха и схватилась за колеса. Слуга понял негласный приказ: толкнул кресло и повез даму к замку.
— Меня зовут Мия. А вас? — попыталась познакомиться я.
Меня проигнорировали, лишь женщина средних лет подошла и молча поманила за собой. Но и в ее взгляде не было теплоты и приветливости.
«О боже! И как мне жить среди этих нелюдей?» — зазвенела в голове проснувшаяся мысль. Слезы навернулись на глаза. Даже не верилось, что еще утром я сидела за столиком в кафе и разговаривала с мамой по телефону. Где теперь блага цивилизации, где машины, телевизоры, смартфоны? Даже резиновые сапоги незнакомца казались сейчас за счастье.
Я подняла голову и посмотрела на небо, где ярко сияли три луны, одна другой больше. На родной Земле уже давно бы освоили эти спутники, а здесь для меня единственный транспорт для передвижения — шея дракона.
И тут же я вспомнила старую присказку: «Если будешь поумнее, головой вертеть сумеешь».
Вздохнула и поплелась следом за женщиной. Она привела меня в большие покои, но разглядеть что-то в тусклом свете средневековых горелок было невозможно. Я вяло махнула рукой, оставив это гиблое дело на завтра.
Как умывалась, переодевалась совсем не помню, выполняла действия на автомате. Мне что-то подавали, я просовывала руки, поднимала ноги. Потом упала в мягкую постель и тут же отключилась.
Очнулась от покачивания. Мне снилось, что я путешествую на корабле в далеком море. Волны нежно поднимали и опускали корму: вверх-вниз, вверх-вниз. Легкий бриз овевал разгоряченное лицо, а на шее чувствовалось горячее дыхание.
— Как хорошо, — говорю во сне. — Как прекрасно!
Меня опустили на мягкое облако. Оно просто невесомое, так и казалось, что я парила в небе, словно перышко.
— Завтра будет еще лучше, — ответил кто-то.
Мужской голос ворвался в сновидение, и оно рассыпалось в прах. Я испуганно открыла глаза, но разглядеть что-то в темноте было невозможно. Поняла только, что лежу на мягкой кровати. Ничего удивительного, я на нее и ложилась какое-то время назад.
Вдруг почувствовала, как с другой стороны прогнулся матрас под тяжестью тела.
«Я не одна?» — паника охватила сознание.
— Кто здесь? — резко села, протерла глаза.
— Ты в моей спальне, шилесса.
— Что? В чьей спальне?
Вскочила, босые ноги холодила плитка пола. Пригляделась: напротив сидел егерес собственной персоной. Он сурово смотрел на меня, но не улыбался. Сразу бросилась к выходу, но не успела даже схватиться за ручку двери. Рей в два прыжка догнал меня, схватил поперек талии и швырнул на кровать.
— Лежи смирно! — рявкнул мне в рот.
Ну, не на ту ты правитель напал! От злости свело челюсти, я с трудом раскрыла их и вцепилась зубами в руку, которая меня держала. Рей вскрикнул, оттолкнул меня. Я скатилась с кровати и больно приложилась задом.
— Да ты спятила! — шикнул он. — Покушаешься на егереса?
— Это ты, летающая курица, покушаешься на мою девичью честь.
— Честь? А у вас, у людей, она есть?
— За всех не ручаюсь, но свою не отдам!
Я сжала пальцы в кулаки, приняла бойцовскую стойку и приготовилась драться. В детстве не уступала мальчишкам во дворе, всегда била первой и по тому месту, которое достану. Высокому егересу как раз попаду между ног. Если не коленом, то головой двину точно. Хотя… только сейчас сообразила, что у драконов детородный орган может находиться в другом месте, например, под мышкой, на пятке или, как у морских плоских червей, во рту. Кто этих существ знает!
О боже! Зачем я об этом вспомнила?
Теперь смотрела на дракона, а хотелось попросить его раскрыть рот.
— Придется! — жестко ответил Рей и пошел на меня.
Мы передвигались в полумраке. Я отступала, он теснил меня к стене. Дверь теперь была от меня далеко. Кричать я не могла: бесполезно напрягать голосовые связки, никто не придет на помощь чужестранке.
— Стоп! Стоп! — выставила перед собой руку. — Как придется? В контракте об обмене заложниками нет такого пункта.
Я плела бог весть что, лишь бы остановить егереса. Не собиралась отдаваться чужому мужику просто так, без сопротивления, такова женская натура.
— Подари мне всего лишь одну ночь.
— Только через мой труп!
— Мертвец мне не нужен.
— Это выражение такое, — смутилась я и пошла на попятную. — Давай сегодня просто отдохнем, а? Мы устали, ты ранен. Неужели есть еще силы на секс?
— Секс? Ты о чем? Что такое секс?
Рей остановился поодаль и, наклонив голову, просверлил меня взглядом.
— Погоди, — растерялась я. — А что ты мне предлагаешь?
— Соитие. Мы должны проверить взаимное притяжение.
Приехали! Какое притяжение. Нет, егерес, конечно, мужик хоть куда, не чета тому маменькиному сыночку в резиновых сапогах. Но все же! А конфетно-букетный период? А свидания? И где у него член, в конце концов?
Воображение сразу нарисовало кошмарную картинку: распахнутый рот, в нем извивается пенис, который тянется к моему сокровенному местечку между ног.
Ужас!
— Ты со всеми шилессами притяжение проверяешь? Даже со старухой? — меня передернуло от глупого предположения.
— Думай, о чем говоришь!
— Понятно, почему вы надеваете на нас ошейники. С ними мы в полной власти драконов. И чем вы лучше людей? Не зря они вас едят!
Брякнула я, конечно, не подумав. «Язык мой — враг мой», — гласит народная пословица. Теперь я понимаю, что на мне она отработала по полной программе, я бы этого длинного врага вилкой проткнула, да жалко, себе же боль причиню.
Я видела, как помрачнел лицом егерес, как напрягся, сжал пальцы в кулаки, и испугалась. Сделала два шага назад, но уперлась спиной в стену.
Он надвигался, непреклонный, как скала, и невероятно красивый. В распахнутой белой рубашке виднелось мускулистое тело, глянцево блестевшее в свете горелок. Кожаные штаны обтягивали стройные мощные бедра, рельефно выделяя каждый изгиб, каждую складку. От егереса умопомрачительно пахло свежестью и влагой, тонкий цветочный аромат щекотал ноздри так, что я чихнула.
В другой ситуации растаяла бы от великолепного мужчины, который сейчас нависал надо мной, но не в этот момент. Сейчас мне захотелось превратиться в того морского червя с пенисом во рту, заползти в песочек на дне и затихнуть, переждать грозу.
— Кто кого ест? Поясни, — глухо приказал Рей. — Хочешь сказать, что люди убивают драконов на мясо?
— Ну… я оговорилась… не это хотела сказать…
Мямлила я, проклиная себя за нерешительность и все дальше упуская возможность рассказать правду. Но уж очень страшен был егерес, даже казалось, что он вот-вот превратится в дракона и сожрет меня с потрохами.
Рей, и правда, больше не миндальничал: схватил меня поперек талии, бросил на кровать. Я утонула в мягкой перине и пышных подушках, из-за волос, упавших на лицо, ничего не видела. Мысли тараканами заметались в голове в поисках спасительной идеи, но она не появлялась.
— Поясни! — рявкнул обычно сдержанный егерес.
— Погоди, не торопись, давай поговорим спокойно.
Но Рей придавливал меня к кровати всей тяжестью большого и сильного тела. Как ни упиралась руками в его грудь, не могла пошевелиться. А еще бедром начала чувствовать растущую выпуклость, твердую и… длинную. Неужели это он, родненький? На самом нужном месте. Вот бы сейчас его коленом, да с размаху!
Увы, я не то что согнуть ногу, пошевелиться не могла. Мамочки мои! Вот это попала! Не хочешь ходить на свидания вслепую — получи насильника, чтобы в следующий раз покладистей была.
— Говори…
—Отпусти меня! — ужом кручусь, вдавленная в перину. — Мне дышать нечем! Хочешь, чтобы в первую ночь я умерла?
Хватка ослабла, давление на мое бедро тоже прекратилось. Я вздохнула, все-таки разум у этого дракона преобладал над эмоциями. Какая-то часть меня даже загрустила: давно у меня не было мужчины, ох, как давно! Живой организм самки, настроенный на размножение себе подобных, всплакнул горькими слезами.
— Понимаешь, — начала я, — сама ничего не понимаю.
Я замолчала, выдав супербезграмотную и супертупую фразу. Но это была чистая правда.
— Ты спрашивала, в чем особенность мяса драконов.
— Ну…
— Зачем?
— Я хочу спать, может, поговорим завтра? — я зевнула и похлопала себя ладошкой по губам. — Ты с какой стороны обычно спишь?
Надо пойти на уступки. Хочет спать в одной постели, ладно, пусть будет так! Может, отстанет. Но Рей уже закусил удила. Он сел, оперся ладонями в перину по бокам от меня и просверлил взглядом.
Дверь вдруг распахнулась и ударилась со стуком о косяк. От испуга я икнула. В комнату ворвались несколько слуг.
— В клетку ее! — приказал Рей и встал. — На цепь посадите.
— Что? — я опешила от такого поворота.
Только что он хотел меня как обычный здоровый мужик, и вдруг — в клетку. За что?
— Я не согласна! Я устала, хочу спать. Так с гостями не поступают! — завопила я не своим голосом, но меня никто не послушал.
Здоровенный слуга схватил меня в охапку, перекинул через плечо и понес, как мешок с картошкой, вниз головой. По дороге я пыталась уцепиться за все поверхности, но только дернула разок за бахрому длинной шторы и чуть пальцы себе не оторвала: зацепилась за узелки.
Он обиды хотелось плакать.
«За что это мне?» — выла одна сторона души.
«Надо было не капризничать и дать мужику, пока просил», — зло отвечала вторая.
«Кайри, спасите! — кричала третья часть меня. — На помощь!»
Но крошки не появились, хотя ситуация была нисколько не лучше той, когда я упала со скалы. Неужели какая-то сила блокирует и моих помощников?
Слуга притащил меня в темный коридор, ногой распахнул дверь и бросил на пол. Я больно приложилась коленками и локтями и чуть не завыла! Но увидела егереса, который по-прежнему молча шел следом, внезапно задалась вопросом: «А как слуги узнали, что меня надо схватить? Рей же ни слова не сказал?»
Над этим нужно было поразмыслить, но в другой ситуации. Сейчас слуга вытаскивал из угла длинную цепь и готовился защелкнуть ее на моей щиколотке. Я яростно сопротивлялась, пыталась лягнуть дракона побольнее, ущипнуть, расцарапать ему руки, но бесчувственная скотина молча делал свое дело.
Наконец обессиленная и красная от злости, я сдалась. Слуга защелкнул цепь и покинул клетку. Егерес навесил амбарный замок, показал мне ключ, который сунул в карман. Я только зубами щелкнула от бешенства, вскочила на ноги, дернулась, но чуть не свалилась на каменный пол.
— Отдохнешь здесь, — заявил егерес. — Завтра поговорим.
— Зачем же меня на цепь? — всхлипнула я, рассчитывая надавить на жалость. — Куда я денусь из этой клетки?
— Не знаю. Превратишься в кайри и выскользнешь в щель.
— Я не могу превратиться в кайри. Нет у меня такой магии.
— Неужели? А мне кажется, что не зря именно тебя король отправил к драконам. Видимо, рассчитывает на твою помощь.
— Ты спятил? Какую помощь? Я дочь служанки, никакой ценности для короны не представляю.
— Даже так? — в голосе Рей прозвучала угроза.
А я готова была вырвать вражину, поселившуюся у меня во рту, с корнем и растерзать на мелкие кусочки.
Егерес пошел по коридору, и вскоре его гулкие шаги затихли вдалеке. Я осталась одна у разбитого корыта своей жизни и теперь уже по-настоящему заплакала.
Глава 19
Но заливалась слезами недолго: огляделась, камер не заметила, охранников тоже, и встряхнулась. Не в моей привычке давить на жалость, тем более, что зрителей нет. Встала, гремя цепью, надо сказать, тяжеленной, еле ногу перетаскивала, добрела до решетки, только попыталась схватиться за нее, как она выгнулась.
— Что за чертовщина! — взвизгнула от испуга.
Внимательно осмотрела клетку, дошла до другой стороны — та же история. Прутья выгибались, ускользали от пальцев, словно были живые, или от усталости у меня начался зрительный обман.
Я заметила в углу тюфяк и упала на него. Сейчас спать! Нечего сотрясать воздух вхолостую. Утром на свежую голову буду думать, как дальше жить.
Отключилась сразу, тяжелый день, полный приключений и нервотрепки измотал донельзя. Спала как убитая, словно была дома в воскресенье и нежилась в мягкой кровати. Проснулась оттого, что нестерпимо хотелось чихнуть. Не открывая глаз, с наслаждением это сделала. Меня даже передернуло, с такой силой воздух вырвался из носа. Пару раз шмыгнула и повернулась на другой бок.
Рядом кто-то хихикнул.
Я открыла глаза и сразу столкнулась с веселым взглядом. Из-за решетки меня смотрела маленькая девочка, примерно лет пяти по возрасту.
Решетка? Откуда? Я сначала не сообразила, где оказалась, но память быстро вернула меня из сна в реальность к обстоятельствам вчерашнего вечера.
— Ты кто? — спросила малышку.
— Эми.
— Это имя такое?
— Ты глупая? — девочка скривила рот. — Конечно, имя.
— А я думала, вид птички.
— Хи-хи, — засмеялась малышка и пощекотала меня прутиком, который держала в руке.
— А я Мия.
— Эми и Мия. Давай, дружить.
— Давай. Выпусти меня отсюда, — тут же воспользовалась предложением я.
— Не могу, тебя сюда посадил егерес. Он очень строгий.
— Он всех наказывает клеткой?
— Бывает. А тебя за что?
— Отказалась с ним спать.
— О! О! — дважды повторила Эми.
Она выглядела потрясенной, а мне стало стыдно, что ляпнула о постели при маленьком ребенке.
— А тебе нравится егерес? — вдруг спросила она.
Я икнула. Приехали, ладно я, взрослая тетка, могу на эту тему говорить, но куда лезет эта кроха?
— Еще чего! — фыркнула и покраснела, вспомнив свои ночные мысли. — Это у вас традиция такая, переспать с первой встречной?
«О боже, что несу!» — разозлилась на себя, но любопытство было сильнее осторожности.
— Никогда не видела, чтобы в его покоях ночевала женщина. А вот Рагнар часто бывает.
Так, разговор принимал интересный оборот. Рядом с Реем баб нет, только я удостоилась такой чести, зато командор ошивается. Может, дракон у нас по мальчикам ходок? Не зря в полет он взял таких юнцов.
На языке ужом вертелся этот вопрос, но спрашивать у ребенка, даже у такого умного и сообразительного, я не могла.
— Тогда зачем ему я?
— Может, хочет проверить. Вдруг ты его истинная.
— Истинная?
Видимо, у меня совсем было обалдевшее лицо. Эми засмеялась, словно водичка по камушкам зажурчала.
— Егерес у нас — одинокий правитель. Ему пора жениться, но он еще не встретил свою истинную.
— Стоп! Погоди! А он может жениться на женщине другой расы?
— Самка и есть самка, — рассудило умное дитя. — Какая разница?
— Но… есть генетика… может не совпасть природа… разные днк… не будет потомства…
Я несла полную чушь, а девочка все мило улыбалась, будто видела меня насквозь, понимала мои мысли, считывала эмоции.
— У драконов и людей одинаковая природа.
Вот с этим я в корне была несогласна, но спорить о биологических видах не было смысла, поэтому опять попросила:
— Выпусти меня, будь другом.
— Меня егерес накажет.
— В вашей стране детей бьют? — ужаснулась я. — Ну, и нравы!
— Ты что, глупая? — опять переспросила девчушка. — Меня нельзя ударить. Не получится.
— Как это?
Спросила лишь бы что-то спросить, потому что все окружающиеся отнеслись ко мне враждебно, а после ночной стычки я и егереса потеряла как друга. Надо было как-то добывать информацию, чтобы выживать в чужой стране.
— Вот так.
Малышка превратилась в водяную змейку и потекла по каменистому полу ко мне. От увиденного мороз побежал по коже, я вскочила, что-то мне не понравилось происходящее. Но змейка не остановилась, забралась на мою ногу, холодом заморозила кожу, и тут я сорвалась, бросилась к решетке и закричала.
— Помогите! Выпустите меня отсюда?
— Испугалась? — хихикнула за спиной девчонка.
Я обернулась, малышка стояла на матрасе и как ни в чем ни бывало улыбалась.
— Еще бы!
— Теперь поняла, что меня ударить нельзя.
— П-поняла.
Эми перестала смеяться, смотрела пристально и вовсе не казалась милашкой. Большие глаза на детском личике были по-взрослому суровы.
— Умыться хочешь?
— Конечно. И в туалет, — осторожно заговорила я. — Но нигде не вижу отхожего места.
— Пошли, провожу.
Эми подошла к решетке и открыла дверь. Я смотрела на нее и ничего не понимала. Почему прутья прогибались под моими пальцами, а девочку послушались?
— Но меня цепь держит.
— Разве?
Я дернула ногой, и она оказалась свободна. «Ура! — возликовала душа. — Теперь можно и сбежать! Еще бы знать, куда».
Девочка проводила меня в комнату, где стояли… умывальники.
Я даже глаза протерла. Самые настоящие умывальники с кранами, блестящие, металлические, отражающие свет, льющийся из узкого окошка под потолком.
— У вас есть водопровод? — спросила изумленно.
— Что такое водопровод? — наклонила голову девочка.
Ладно, проехали. И как прикажете мне умываться? Я нигде не видела ни кувшина с водой, ни тазика, похожего на тот, что приносила мне Пикси.
Эми тронула ручонкой кран, потекла вода. Я попробовала ее пальцем — прохладная, приятная на ощупь, обычная вода. Все ясно, малышка пользуется своей магией. И никакие колодцы или водопроводы не нужны. Надо же, какой изумительный мир!
Набрала полные ладони, умылась и опять застыла, обшаривая взглядом стены в поисках полотенца.
— А где…
— Это ищешь? — девочка подала мне полупрозрачную ткань.
— Ага.
Я протянула руку и… схватила пальцами воздух. Невесомое полотенце опустилось на мое лицо и тут же взлетело, промокнув воду.
— Это Дитрих, — пояснила Эми.
— Кто? — чувствовала себя полной дурой, разговаривая с водой, а утираясь воздухом.
— Дитрих, воздушный дракон, только маленький.
— А-а-а…
Про туалет я уже не спрашивала, как-нибудь потерплю, неизвестно еще, какое существо вылезет из дырки и подотрет мне попу.
— Теперь сюда.
Эми потащила меня в отдельную комнатку. Здесь и правда было сооружение, похожее на стульчак, только не белого, как у нас, а непроницаемого черного цвета. Я заглянула в отверстие, и мне опять стало страшно: показалось, будто эта черная дыра сейчас затянет меня в преисподнюю.
Девочка закрыла дверь и замерла, наблюдая за тем, что я буду делать. На ее пухлых губах играла улыбка.
— Передумала, уже не хочу, — заявила я и попятилась.
— А мы старались сделать все так, как у людей.
— В нашем королевстве есть туалеты? — глупо спросила я.
И сразу осеклась: что несу, дура! Я же шилесса, должна ходить в золоченую ночную вазу, но в городском поместье ничего похожего на туалет не было. Пикси провожала меня в купальню, где было отхожее место — обычная дыра в полу.
— Нет, не так, как у людей на планете Трех Лун, — покачала головой девочка. — А так, как на твоей родной планете.
Сказать, что я была потрясена, ничего не сказать. Меня словно сбросили с небес на землю. Что это? Получается, я все еще нахожусь дома и просто грежу, потому что повредила ударом об асфальт мозг?
А следом за этой мыслью адреналин мощной волной разлился по крови. Я схватила девочку на руки и закружилась с ней по комнате. Мелькали блестящие умывальники, черный унитаз, стены, окно…
Стоп!
Споткнулась и чуть не выронила девчонку, которая веселилась от души и кричала:
— Мия, еще! Еще!
На узком подоконнике сидел маленький дракон и, наклонив голову, разглядывал меня. Руки сами разжались, и Эми по моему телу сползла на пол.
— Достаточно.
— Нет, хочу еще! Дитрих, иди к нам, поиграем!
Маленький дракончик, трепеща полупрозрачными крылышками, спланировал вниз и обернулся ребенком. Он дернул меня за рубашку и потребовал:
— Меня покружи.
— Не буду, пока не расскажите, что здесь происходит, — рассердилась я. — Откуда в этом древнем и мире туалет и водопроводный кран?
— Какой кран? — Дитрих озадаченно обернулся.
Я посмотрела в том же направлении и замерла: умывальники исчезли, а унитаз превратился в черную дырку в полу. Что называется, почувствуй себя Золушкой, когда прозвенят двенадцать часов.
Но я точно умывалась, и вода текла, или это… иллюзия? Потрясла головой, прогоняя туман.
— Как это понимать? — уставилась на девочку.
— Картинка, — ответила та.
— Что за картинка? — ее ответ поставил меня в тупик.
— Эми — эмпат, — весело пояснил дракончик.
Мальчик был как игрушка, хорошенький, пухлощекий, с яркими синими глазками. Светлые волосы курчавились на голове и напомнили мне Голена, оставленного в королевстве людей.
— Поясни.
— Ну, она считывает эмоции и воспоминания и по ним создает видение.
— Но я видела воду. Ты сам поработал полотенцем.
— Ты точно глупая! — хлопнула в пухлые ладошки девочка. — У меня дар магии воды. Хотела тебе приятное сделать, ты только о такой комнате и мечтала, а ты…
Уголки ее рта поехали вниз, малышка готова была заплакать от обиды.
— Так, вышли оба! — взяла детей за плечи и выставила вон.
Оставшись одна, подошла к стене, на всякий случай провела рукой — никаких признаков умывальника. Посмотрела на дырку в полу, представила, как бы уселась на воображаемый унитаз и провалилась в дерьмо. Мороз по коже пробежал от видения. Нет уж, увольте!
Я быстро разобралась с интимными делами и вышла из комнаты. Дети стояли в коридоре и с любопытством разглядывали меня.
— Бабушка Расина велела принести тебе еду, — заявила Эми.
— Куда принести? Разве у вас гостей не приглашают за стол?
— Нет. Пошли.
Дети взяли меня с двух сторон за руки и повели по коридору в обратном направлении.
— Э, погодите. Вы куда меня тащите?
— В клетку.
— Зачем? Я думала, что свободна!
— Распоряжения егереса не было.
Я попыталась вырваться, но цепкие пальчики впились в мои ладони намертво. Да и сила у деток оказалась богатырская, они чуть ли не по воздуху меня тащили. У клетки мы были через минуту, я попыталась ухватиться за прутья, но они опять прогнулись. Эми толкнула меня внутрь и захлопнула дверь.
— Это нечестно! — возмутилась я.
И тут что-то холодное коснулось моей ступни. Невольно из глотки вырвался крик. Я взглянула и передернулась от отвращения: цепь, словно змея, обвилась вокруг моей ноги и сама защелкнулась.
— Мы сейчас придем! — сообщил звонкий голосок Эми.
— Не уходи, постой! — я чуть не заплакала от несправедливости. — Ответь хотя бы, откуда ты узнала, что я с другой планеты?
— А я не знала. Ты сама мне сказала.
Ее ответ был равносилен плевку в лицо, он окончательно запутал меня. Я села на матрац, поджала колени. Сколько мне придется здесь куковать? Хотя бы принесли одежду, неловко как-то сидеть в темнице в одной рубашке для сна.
Словно услышав мои мысли, показался вчерашний слуга. Он рукой удерживал поднос с едой, а на сгибе локтя другой руки висела одежда.
— Выпустите меня, — взмолилась я со слезами. — Пожалуйста!
Но слуга молча протянул мне все, развернулся и исчез в полумраке коридора. Я опять осталась одна, вернее в компании живой клетки, которая одних слушается, а других игнорирует.
Мне принесли симпатичное платье кремового цвета с розовой отделкой лентами по краю лифа и по подолу. Оно идеально сидело на фигуре, словно невидимые швеи сняли с меня ночью мерки и сшили наряд к утру. Хотя я уже ничему не удивлялась, настолько все в Обители было непредсказуемо и шокирующе. Кто его знает, может, и это платье — иллюзия, а на самом деле я голая, как тот король из сказки Андерсена.
На подносе лежали свежие лепешки, от них шел изумительный запах, стоял целый кувшин бодрящего напитка, напоминавшего запахом цветочный чай, в маленькой вазочке лежали нарезанные кусочки самого обычного сыра. Я буквально накинулась на еду. После вчерашних пирожков с драконятиной во рту ничего не было. Как-то не слишком заботятся в этом месте о гостях.
Время тянулось медленно. Меня больше никто не навещал, прутья по-прежнему выгибались. Тогда я решила взять их штурмом. Отошла к дальнему концу клетки, рванулась и… упала. Проклятая цепь мгновенно натянулась и дернула меня на матрац.
— Будьте вы все прокляты! — взревела я и встряхнула ногой.
— Кого ты проклинаешь, шилесса?
Я вздрогнула, услышав знакомый голос, и резко обернулась. Проклятая цепь, обвившаяся вокруг щиколотки, не согласилась с таким движением и уложила меня на матрац. Плашмя, стерва, уложила! Я со всего размаху шмякнулась и взвыла от боли.
— Твою ж мать!
— Нужно быть осторожнее с порывами.
— Осторожнее? Это ты мне такой совет даешь?
Я смотрю на Рея, стоявшего по ту сторону решетки, и трясусь от злости. Она как лава в жерле вулкана бушует, кипит, исходит пузырями, вот-вот выплеснется наружу. Пора бы и кайри появиться, эмоции через край. Но эти крошки молчат, сколько ни щелкаю пальцами.
— Ну, вдумчивость и рассудительность еще никому не мешала, — дает мудрые наставления егерес, чем еще больше бесит.
Я оглядываюсь: чем бы запустить в эту невозмутимую физиономию.
И тут на глаза попадается поднос.
Глава 20
Я мгновенно хватаю его и швыряю в решетку. Видимо, живая металлическая стерва не ожидала от меня такой прыти, она раздвинула звенья, и поднос угодил прямо в дракона.
— Получи фашист гранату! — взвыла я и торжественно хлопнула в ладоши.
Все произошло так быстро, что Рей тоже не успел увернуться. Металлический прямоугольник с глухим звуком припечатал лоб правителя, тут же отлетел, оставив красное пятно.
В коридоре кто-то вскрикнул:
— Эгерес!
Одновременно с воплем я услышала топот множества ног и тут только поняла, что натворила.
— Я не хотела, прости! — спина мгновенно покрылась холодным потом, ладошки взмокли. — Это клетка виновата, я думала, что поднос ударится о прутья.
В коридор ворвались жители замка. Здесь был командор, знакомые мне юноши-драконы, обычные слуги. Кто-то бросил осматривать Рея, другие налетели на меня с бранью.
— Мы ее приняли, как родную, а она…
— Безобразие! Нужно отправить эту хулиганку обратно.
— Точно! Пусть ее отец займется воспитанием.
— Да, я слышал, в королевстве есть еще одна шилесса, скромная и тихая, не то, что эта чертовка!
И столько ненависти было в их словах, что я мысленно поблагодарила егереса за то, что нахожусь в клетке. Черт! Но и она теперь казалась мне слабой защитой, дети как-то ее обошли, глядишь, и взрослые могут.
Рей молчал, просто смотрел сурово, хмуря брови, словно не понимая, кто я такая и что со мной дальше делать. Еще бы! Он принес на своей шее заложницу, да еще и освободил от ошейника, а та вместо благодарности вызвала огненный рой, навредила юным драконам, и вот теперь покушалась на жизнь самого правителя.
Я сжалась от ужаса и, гремя цепью и ненавидя свою несдержанность, стала пятиться в дальний угол, куда не достанут даже самые длинные руки.
— Пропустите! — от скрипучего голоса старухи мне стало совсем плохо. — Что эта дрянь сделала с моим внуком?
Драконы расступились, появилось кресло со старой драконицей. Ее глаза полыхали огнем, тело было окутано дымкой, мне даже показалось, что изо рта вырываются язычки пламени. «О боже! Что я натворила! — мелькнула первая мысль, а следом догнала и вторая: Капец тебе, Мия! Надо было сидеть на свидании и не рыпаться!»
— Все в порядке, бабушка, — наконец вышел из ступора егерес. — Мы немного повздорили с шилессой.
— Я темницу эту нахалку! Немедленно! В ту, где под полом день и ночь горит огонь, пусть поджарит ей пятки хорошенько! Будет знать!
— Простите меня! — завыла я в голос, ужас парализовал меня, я даже забыла, что хотела спрятаться в углу. — Случайно вышло!
Старуха так размахивала палкой, кто все присутствующие вынуждены были уклоняться. А после пламенной речи она вообще стукнула ею по полу, но попала по ноге Рея и даже не заметила.
Мне вдруг стало егереса жалко, сначала молодая баба зафинтилила подносом в лоб, а потом старая отдавила ступню. Так можно лишиться и головы, и ноги. Но Рей лишь поморщился и на всякий случай отодвинулся.
— Бабушка, шилесса повела себя как истинная женщина, — улыбнулся он, и сразу посветлело вокруг. — Мы сами разберемся, — он окинул взглядом присутствующих и попросил: — Оставьте нас наедине.
— А если она применит магию? — заволновалась старуха. — Почему еще ошейник не готов?
— У нее нет магии, — высунула голову Эми, эта проказница тоже крутилась среди драконов. — И злости в душе нет. Добрая, как кисель, так и расползается.
— Много ты понимаешь! — фыркнула драконица. — Надо же… кисель… еще и добрый.
Правду говорят, что старый, что малый, все едино. Эми уперла ручонки в бока и смело пошла на старуху.
— Я знаю, знаю! Проверяла ее!
— Бабушка, я специально приставил Эми к шилессе. Она же эмпат, всю внутреннюю энергию любого существа чувствует.
— Мала еще!
— Зато у меня дар сильный, вот!
Девчонка высунула язык, обернулась дракончиком и, покачивая радужными крыльями, закружилась над головами.
— Рагнар, успокой свою дочь! — завопила пожилая дама. — Она нарушает все правила этого дома!
— Простите ее, Расина, — вышел вперед командор. — Я сделаю Эми наставления.
— Да уж, будь добр! Иначе я сама возьмусь за воспитание. Двадцать лет девчонке, а все не поумнеет.
Но старческий запал уже прошел. Я понимала Расину, она испугалась за егереса. Сильный и могучий дракон, способный в одиночку уничтожить целый рой огненных пчел, вдруг получил в лоб от пленницы Обители. Есть чему удивляться и на что сердиться.
Дама тронула колеса кресла, Дрюневир тут же вцепился пальцами в спинку. Провозя старуху мимо клетки, он вдруг подмигнул мне и улыбнулся. Мгновенно отлегло от сердца. Несмотря на суматоху, которую я устроила, кажется, никто не собирался меня наказывать.
Никто, кроме егереса, который ждал, пока все покинут коридор, но в упор смотнел на меня.
Я повыше вздернула подбородок. Да, строптивая, да, конфликтная, но без боя точно не сдамся.
— Может быть, спокойно поговорим? — предложил Рей.
Он не улыбался, не нервничал, но столько холодной уверенности звучало в голосе, что мне стало неловко. А, как известно, лучшее средство от стыда, нападение.
— В клетке? Нет уж! Не пойдет. Выпусти сначала.
— Выпущу, если не будешь распускать руки.
— Ты меня боишься?
— Нет. Просто не хочу, чтобы родственники переполошились. Им и без нас хлопот хватает. Опять видели над городом черные нити.
Что это такое, я не знала, но озабоченность егереса передалась и мне.
— Хорошо. Сними цепь. Пожалуйста, — последнее слово выдавила с трудом, но надо же как-то показать, что я согласна на мировую.
— Выходи.
Рей не шевельнулся, не протянул пальцы к замку. Я растерянно посмотрела на него. Он что, издевается?
— Как? Открой сначала дверь.
— Она открыта.
— Но вчера прутья…
— То было вчера.
— А цепь?
— Она тебя не держит.
Что за чертовщина? Смотрю на ногу и глазам не верю: щиколотка свободна, а цепь, гремя звеньями, сама закручивается вокруг столбика у стены.
— А… как это?
Осторожно подхожу к клетке, трогаю прутья, они не шевелятся. Толкаю дверь, она свободно распахивается.
— Все очень просто. Клетку заперла ты сама своим сознанием.
— Хочешь сказать, что и цепь я на себя нацепила сама?
— Да. Ты провинилась и приняла наказание как должное.
— А как же поднос?
Я подняла металлический прямоугольник и повертела в пальцах.
— Ты силой воли раздвинула прутья.
— Разве я это могу? — недоверчиво посмотрела на Рея.
— Вспомни, в крайне опасный момент ты сумела вызвать кайри, а теперь разозлилась на меня так, что раздвинула мыслью прутья.
Н-да! Я шла за Реем и качала головой. Оказывается, я совершенно ничего не знаю своих способностей.
Но поговорить нам не удалось. Только мы вошли в покои егереса, как по замку пронесся вопль ужаса.
— Черная смерть! Черная смерть!
Рей спокойно, без лишней суеты, вышел из комнаты, я осталась одна, не понимая, что дальше делать. Выглянула в узкое окно, покрытое мозаичным стеклом, но толком ничего не разглядела: сквозь мутные пластины виднелись только силуэты суетящихся драконов. Одни прилетали, другие взлетали, но все были встревожены.
«Что еще за черная смерть? Чего все так переполошились?» — полезли в голову вопросы.
Дверь со скрипом отворилась, егерес стоял на пороге, а за ним виднелся вчерашний слуга.
— Мия, тебе нужно пройти в укрытие. Мали тебя проводит.
— А что случилось? Можешь объяснить.
Но Рей уже исчез в коридоре.
— Прошу вас, шилесса, — Мали показал на мое бирюзовое платье, висевшее на плечиках. Оно было выстирано и вкусно пахло мылом.
— Мне одеваться при тебе?
— Извините, одеваться некогда.
Огромный Мали просто взвалил меня на плечо, на вторую руку повесил платье и широко зашагал по коридору. Крики все усиливались, теперь я увидела домочадцев замка, которые бежали и летели в одном направлении. Надо мной закружились маленькие дракончики.
— Мия, давай с нами, — раздался в голове голосок Эми.
— Да, с нами.
Мали прибавил шагу, его тревога передалась и мне. Сердце учащенно забилось, поползли плохие мысли. Мы оказались у большого темного прохода, который, как гигантская воронка затягивал в свою глубину драконов.
— Сюда, сюда, — звала Эми.
Мали послушно бежал за девочкой, которая махала крылышками прямо у него под носом. С потоком жителей мы проникли в огромную пещеру. Здоровяк Мали поставил меня на землю, я не успела оглядеться, как раздался лязг и скрип закрываемой металлической двери.
В глубокой нише, куда нас затянула Эми, стояли мягкие кресла, стол, а стены были увешаны полками, уставленные банками, мешочками, коробками и ящиками.
Дети обернулись людьми и весело разглядывали припасы, я стояла в полной прострации: не понимая, что происходит.
— Мия, садись, — дернул меня за руку Дитрих.
Мали куда-то исчез, оставив на кресле платье. Я надела его на себя, Эми затянула шнуровку корсета, правда, сделала это так неумело, что лиф сползал с одного плеча, и приходилось постоянно поправлять ткань.
— Так, а теперь рассказывайте, что за черная смерть?
— Это зло, — легко ответила Эми. — Шилесса, можешь достать в-о-о-о-н ту банку?
Она мгновенно взлетела и показала пальцем на верхнюю полку.
— Попробую.
Я встала, но тоже не смогла дотянуться. Тогда Дитрих просто столкнул посудину мне на руки. Я успела ее поймать, но чуть не свалилась на пол от тяжести. Поставила банку на стол.
— А что там?
— Сладости, — дети переглянулись и засмеялись. — Мы здесь будем долго, надо подзаправиться.
— А олика там есть?
— Конечно. Много, — Эми подмигнула Дитриху.
Я развязала веревку, которая стягивала пергамент, только хотела его снять, как широкая ладонь закрыла горлышко.
— Нельзя! — коротко рявкнул Мали, забрал посудину и отправил ее на полку.
— Ты плохой! — обиделась Эми.
— Вредный дядька! Я все егересу расскажу! — прошипел маленький Дитрих.
— Почему нельзя? — возмутилась и я. — Детям скучно, они хотели угостить меня.
— Шилесса, вы знаете, что там?
Мали на всякий случай задвинул банку подальше.
— Дети сказали, что там сладости и олика.
— А ну идите сюда!
Но малыши уже скрылись в другой нише. Мали достал другую банку, насыпал в плошку горку печенья. Из огромной бутыли налил ароматный напиток, все подвинул ко мне.
— Спасибо, но я хотела бы получить объяснения, — не шевельнулась я.
— В той банке огненные пчелы.
— Что? — теперь пришла моя очередь растеряться. — Но это опасно.
— Опасно, когда их большой рой. Они нужны нам для розжига печей, когда приходится долго сидеть в убежище. Видите, сбоку есть кран?
— Да, — я проследила за пальцем.
— Мы его открываем, ловим в кубок одну пчелку и разжигаем огонь.
— Но у вас же есть огненные драконы, — удивилась я. — Они разве не могу это сделать?
Оглядитесь, шилесса, где вы видите мужчин?
Я вышла из ниши. Действительно, в огромной пещере, разделенной на отсеки, слышались только женские и детские голоса. Малыши на свободном пространстве в центре играли в догонялки, иногда взлетая, выпуская магию, возвращаясь на землю. Драконицы тихо разговаривали, сидели с шитьем или вязанием.
— А ты?
— Я приставлен к вам егересом для охраны, хотя, — он Мали вздохнул, — крылья так и чешутся за спиной, хочется сразиться с нитями.
— Что это такое? То смерть, но нити? Рассказывай.
— Это очень опасные магические существа. Их называют нитями, потому что они похожи на тонкие шнурки черного цвета. Вот только они падают с неба большими колониями, нападают на жертву и сразу поедают ее.
— Потому и называют черной смертью?
Я взяла в руки печенье, оно пахло ванилью, сдобой и пудрой. Откусила кусочек и закрыла глаза от восторга. Кажется драконы — настоящие мастера кулинарии. Никогда такой вкуснотищи не ела.
— Да. Когда появляются нити, исчезает все живое. Справиться с ними могут только огненные драконы. Они издалека выпускают струю огня.
— А чем помогают остальные драконы?
— Они наблюдатели. Пока огненный сражается, следят, чтобы к нему не подобрался враг с тыла. Водные отгоняют струей воды, воздушные устраивают ураганы, разбивают клубки на отдельные полоски — так с ними справиться проще. Эти существа внезапны, быстры и очень прожорливы. Чуть зазеваешься, нападут, даже костей не останется.
— Но разве в замке вы не в безопасности?
— Нет. Нити продавливают стекла, проникают в щели, в дымоходы. От них можно спрятаться только в пещере.
— Ясно, — промямлила я, хотя ничего не понимала.
Судя по поведению дракониц, они не слишком волновались, видимо, привыкли к постоянным атакам или надеялись на своих защитников-мужчин.
Я пригубила напиток, не менее восхитительный, чем печенье. На душе отчего-то стало тревожно. Казалось бы, все вокруг заняты своими делами, но в воздухе чувствовалось напряжение. Я вытерла вспотевший лоб.
— Что-то жарко стало, — обмахнулась ладошкой. — А как тут с вентиляцией?
Глава 21
Мали уставился на меня круглыми глазами, явно не понимая, о чем идет речь.
— С чем? — осторожно спросил он.
— Как сюда проникает воздух, если пещера наглухо закрыта?
— Есть система воздуховодов.
«Даже так? — удивилась про себя я и тут же сообразила: — Драконы летают, легко могут построить любое сооружение на вершине».
— А как они выглядят эти воздуховоды?
— Ну, это отверстия в горе.
Так, уже хуже. Раз есть дыра, есть и проход. Тогда почему так жарко? И дышать стало труднее.
— Через них нити не пролезут? Сам же говоришь, что они в любую щель протиснутся.
— Нити не имеют разума, они летят туда, где чувствуют скопление еды. На замок, который находится в удалении от города, никогда не нападали. Мы прячемся в укрытие, внешне замок выглядит неживым.
Но его слова меня не слишком успокоили. Становилось все душнее и жарче. Я видела, как дамы обмахиваются платочками, в нише напротив, куда закатили коляску старой драконицы, служанки носились с бутылками с водой и пузыречками.
«А если это клаустрофобия? — вдруг мелькнула мысль. — И что делать?»
Я действительно ни разу не оставалась в замкнутом пространстве, как-то бог уберег, поэтому понять свои чувства было сложно.
— И все же, Мали, надо проверить ваши воздуховоды. Оглянись, не только мне плохо.
Слуга обернулся, на секунду застыл, вдруг побледнел и… потерял сознание, как девица. Он с грохотом упал на землю, вызвав всеобщую панику. Но обитатели замка все поняли неправильно.
— Ты что сделала с Мали? — налетели на меня драконицы.
От их напора не знала куда деться, отступала в глубину ниши, пока не уперлась спиной.
— Это не я! Он крупный, упал от недостатка кислорода.
— Какого еще кислорода? — из своего отсека выехала старуха и затрясла палкой, норовя меня ударить.
Я выставила перед собой руки. Вот это попала, так попала, и пошла в атаку.
— Неужели не чувствуете, что дышать стало плохо, и жара усилилась?
Я отмахнулась от старухи, присела и плеснула в лицо Мали напитком, он открыл мутные глаза, но взгляд был еще расфокусирован.
— Дитрих, дай воздуху, быстро! — рявкнула дама.
Старая драконица тяжело дышала, а я была в шоке: как легко решаются проблемы в этой стране. Мальчишка закружился рядом с нами и пустил струю свежего воздуха. Славно повеяло ветерком, все вдохнули полной грудью. Но счастье длилось мгновение. Ветер пропал, а мальчик лег рядом со слугой.
— Что с ним? — испугалась я стала хлопать ребенка по щекам.
— С ним будет все хорошо, он сейчас восстановит силы.
Но рассчитывать на малыша, способного дать кратковременную передышку, было нельзя.
— Есть ли здесь еще драконы с магией воздуха? — спросила я, оглядев женщин и слуг.
— Нет, все улетели сразиться с нитями, — ответила Расина.
— Так мало драконов, владеющих этой магией?
— Дар стихий имеют только драконы рода егереса.
Да, такого поворота я не ожидала. Теперь радовалась, что на мне слабо завязанный корсет, не так душит платье, как других женщин.
— Слушайте меня все! — я решительно выпрямилась. — Сначала помогите друг другу ослабить шнуровку, потом сядьте, прислонитесь к стене и не разговаривайте. Так вы сэкономите воздух и не потеряете сознание.
— Раскомандовалась тут! — проворчала Расина, но как-то неуверенно.
По ее бледному лицу было заметно, что ей сейчас не до воспитания нахальной шилессы.
— Командуйте тогда вы, — миролюбиво предложила ей я.
— Что же делать? — Расина окинула взглядом обитателей замка. — Мы никогда не оказывались в такой ситуации.
Женщины, в основном пожилые и тучные, тяжело дышали, но прислушались к моему совету и сейчас сидели, прислонившись к стене и закрыв глаза. Я одна чувствовала себя относительно сносно.
— Надо проверить воздуховоды. Где они у вас?
Служанка Расины повела меня в глубь пещеры, рядом крутилась Эми. Женщина показала на деревянный короб, протянутый вдоль стены и широким раструбом смотревший на нас. Такой короб был и с другой стороны пещеры. Вверху он плотно соединялся со скальной породой. Хотя бы это успокаивало.
Я встала под раструб, но не ощутила потока воздуха. Явно что-то перекрывало его. Но что? «Может, нити убили большого дракона, и он упал поперек отверстия?» — предположила про себя, но вслух побоялась это сказать.
Побежала к раструбу с другой стороны, протянула вверх сухую травинку, сорванную по дороге, но она не шелохнулась.
«Два убитых дракона перекрывают отверстие?» — возник новый вопрос.
Но тогда рассказ Мали о том, что нити не имеют разума, вызывал сомнение. Слишком было похоже на спланированную диверсию.
— На вершине просто дырка? — я вернулась к служанке.
— Она… закрыта… сеткой… плотной
Служанка едва сказала это, как стала оседать на землю.
Сообразительная Эми метнулась обратно и привела за собой Дитриха. Малыш уже выглядел бодрее, он выпустил воздух в нос служанке, та судорожно вздохнула.
— Эми, ты же эмпат. Можешь почувствовать, кому сейчас хуже всего?
— Да.
— Иди, милая, проверь всех.
Избавившись от детей, я задумалась, как мне забраться наверх. Подошла к стене, поставила ногу на выступ, подтянулась и… сорвалась. Отдышалась, попробовала снова.
— Что бы делаешь, шилесса? — прохрипела сзади старуха.
— Пытаюсь понять, что перекрывает воздуховод.
— Мали…
Слуга, шатаясь от слабости, добрел до нас, обернулся драконом. В этом углу пещеры сразу стало тесно.
— Садись шилесса.
Я посмотрела на качающуюся мощную шею и нерешительно залезла на нее. Если Мали опять потеряет сознание, свалюсь с большой высоты и переломаю себе все кости. Но выбора не было, риск умереть от нехватки воздуха казался более реальным.
— Мия, подыши, — Дитрих снова восстановился.
Я сделала несколько глубоких вдохов и дернула Мали за гребень. Слуга тяжело взмахнул крыльями и поднялся в воздух. Я заглянула в трубу, но ничего не разглядела во тьме, только почувствовала неприятный запах, словно болотной сыростью пахнуло на меня.
Рядом крутилась и девочка. Она задела меня крылом, мол, говоря, подвинься, и залетела в трубу.
— Нет, Эми, — только успела крикнуть я, как малышка пропала.
Мали ухнул вниз, я едва успела сжать пальцы вокруг гребня, иначе бы свалилась. У земли дракон выровнял полет, но подняться выше не сумел. Мы с Расиной напряженно вглядывались в потолок, прислушивались к тишине.
— Что там? Где эта девчонка? — простонала старая дама и закатила глаза.
Дитрих дал ей немного воздуха и улетел к остальным. Мальчик быстро восстанавливался, но его способности были еще так малы, что не спасали от удушья.
Эми появилась неожиданно. Сначала показалась в раструбе ее голова, потом крылья, которыми она цеплялась за края. Когтистые лапы с шумом бороздили по доскам трубы.
— Мали!
Дракон поднялся, и вовремя: девочка в обличии человека упала мне на руки. Она была ранена. Руки исполосованы глубокими красными царапинами, щеки покрыты кровью. От ужаса меня затрясло. Я положила ее на землю.
— Эми, Эми, что с тобой?
— Черная смерть, — прошептала она едва слышно. — Она там. Висит…
Мы с Расиной переглянулись, от шока сначала растерялись. Но старая драконица первой пришла в себя, подхватила девочку на руки и покатила к остальным домочадцам. Я с ужасом посмотрела на Эми, девочка тяжела дышала. Женщины перехватили Эми, положили на диван, занялись ее ранами, Дитрих крутился рядом, подавая воздух.
Старуха вернулась ко мне. Ее лицо словно окаменело. Она смотрела черными, немного выцветшими глазами, а в них горели огоньки.
— Эх, если бы я была моложе! — выдохнула Расина.
Она выпустила тонкую струйку горячего пара, который коснулся моей руки, но лишь поднял на ней волоски. Жара не было совсем, но в моей голове зашевелилась идея, еще слабая, неуловимая, так, мыслишка, которая мелькнула и пропала.
— Надо выбираться из убежища, — предложила я.
— А если замок полон этих тварей? — возразила Расина.
— Что так, что эдак, нам все равно крышка.
Погибать в чужом мире я не собиралась, но и выхода другого не видела. Мы все умрем, если не от тварей, так от удушья. Силенок Дитриха, генерировавшего воздух, надолго не хватит.
—Прикуси язык! — рявкнула Расина. — Может, это ты, шилесса, нам беду принесла? Говорила же я Рею, что ошейник нужен!
Точно, кайри! А если вызвать их? Я щелкнула пальцами раз, другой, третий, но малышки-помощницы не появились.
— Зря вы на меня наезжаете, — огрызнулась я. — Даже кайри не могу вызвать. Как действуют эти твари?
— Ты не знаешь, что такое нити? — старуха уставилась на меня. — На людей они не нападают?
Ну, что ответить пожилой даме? Что я не из этого мира, а в нашем черной смертью называли чуму, или оспу, леший эти болячки разберет!
— Не нападают, — брякнула, лишь бы что-то сказать. — Так как же?
— Они проникают в нос, рот, уши и поедают нас изнутри.
— Хотите сказать, что Эми…
Бросила испуганный взгляд на диван, где лежит девочка.
— Нет, они не достали ее, видимо, сетка наверху задерживает.
Я мучительно думала. Выходов у нас было всего два: — попытаться избавиться от нитей, освободить воздуховод и спокойно ждать возвращения драконов-мужчин, или выбираться из убежища в замок. И одно, и второе опасно.
Третий вариант активно лез в голову, но я от него сначала отмахивалась, но все же решилась:
— Дайте мне ваш платок, — сорвала с плеч Расины шаль, замотала себе лицо, оставив только глаза. — Мали, подбрось к трубе.
— Но шилесса, нити вас уничтожат. Егерес нам не простит!
— Если я буду с огнем, глядишь, подавятся. Принеси факел.
— Я с вами! — крикнул маленький Дитрих.
— А ты куда? — схватила мальчишку за курточку Расина.
— Пусти!
Но без помощи дракончика я бы не справилась. Это стало понятно, как только пальцами зацепилась за трубу и встала на четвереньки. Пространства для передвижения хватало, но жутко мешало длинное платье, да и факел пришлось держать перед собой, язычки пламени так и норовили зацепить идиотские оборки.
Продвинулась я недалеко. Легла удобнее, посветила и увидела высоко вверху колыхавшуюся бахрому, будто ветер шевелил шторкой во время порыва.
— Ползи дальше, — раздался в голове голос Дитриха, он шагал впереди, маленький, смешной, но такой мужественный дракончик. — Когда будешь ближе, я дуну.
— Давай сейчас.
— Далеко.
— Пробуй.
Я вытянула руку с факелом и зажмурилась. Мгновенный жар опалил лицо, в мозгу будто взорвалось чудовище. Оно вопило тоненькими голосами, визжало и пищало. От ужаса я уронила факел. Он заскользил по трубе, опалил мои волосы, а потом сверху посыпался пепел.
Я завизжала, попятилась, свесила ноги вниз и, ничего не видя, болтала ими, пытаясь нащупать шею Мали.
Слуга наконец сообразил: он схватил меня за юбку и выдернул наружу.
Следом вылетел почти бездыханный Дитрих. Я крутилась, стряхивала с себя пылинки пепла, Мали топтал их ногами. Только сейчас разглядела, что это были сгоревшие нити, которые плавились, корчились, и скрипели.
— Какой величины нити? — спросила Расину. — Такие маленькие?
— Нет, они длиной с руку взрослого мужчины, ты обожгла их хвостики.
— То есть сквозь сетку они проникнуть не могут?
— Наверное, нет.
— Дайте мне переодеться! — крикнула я. — Есть мужской костюм?
— Н-нет, — растерялась Расина.
— Отвернись! — рявкнула на Мали.
Тот испуганно хрюкнул, видимо, никто еще с ним так не разговаривал, встал спиной. Тогда я быстро сняла все юбки и осталась в панталонах на завязках, заправила ленточки, чтобы не висели. Стащила с себя и пышный лиф, опять мысленно поблагодарила Эми за то, что она слабо затянула корсет. Волосы, до этого момента свободно лежащие на спине, собрала в хвост и завязала шнурком.
— Шилесса! — ахнули женщины.
Но дышать было так трудно, что я промолчала. Снова схватила протянутый мне факел, взобралась на шею Мали и поднялась в воздух. Мозги кипели от напряжения. Если нитями забито отверстие воздуховода, а я их подожгу, не получится так, что и сетку уничтожу? Тогда отверстие в горе будет открытым, и врага уже ничто не остановит.
Но все равно упрямо ползла по трубе. Дитрих сидел у меня на плече. После первого раза он не рисковал вырываться вперед. Когда до хвостиков (или голов, неясно, передом или задом свесились нити) осталось около двух метров, я крикнула:
— Давай!
Мы сделали все одновременно: я вытянула факел, Дитрих дунул. Над нашими головами вспыхнуло пламя. Инстинкт самосохранения толкнул меня назад. Я буквально покатилась по трубе вниз, за мной летел мальчишка. Мы дружно вывалились из воздуховода на спину Мали, а следом полетел клубок шипящих змеек. Расина тут же прижгла их огнем факела, зажатого в руке.
А потом мы почувствовали воздух…
Он наполнил пещеру живительным кислородом. Мы дышали и не могли надышаться, от переизбытка воздуха закружилась голова.
— Ложитесь, все ложитесь! — приказала я, напряженно глядя вверх.
Мне показалось, что в трубе происходит что-то страшное. В ней все скрипело и скрежетало. И тут воздуховод затрясся, будто в лихорадке, и развалился на части.
Глава 22
Гоняться за нитями после бессонной ночи — то еще развлечение! А заснуть Рей не мог, шилесса прочно поселилась в мыслях и будоражила душу. Радом с ней оживало и тело. Оно словно наполнялось соком, жар расползался по коже, от него трудно было дышать, в ушах звенело. Рей чувствовал, как терял себя, когда рядом была Мия.
И в то же время он не мог ей довериться, особенно после слов о том, что люди едят драконов. Как оставить такую опасную женщину рядом с собой? Она ходячая угроза всему роду драконов. Егерес отправил шилессу в клетку, вернулся к себе, но так и проворочался всю ночь, наконец приняв решение.
«Ночь, я проведу с ней одну ночь, а потом отпущу восвояси. Пусть убирается к своим кровожадным родственникам, — думал он, погружаясь в дремоту. — А Голена заберем и начнем готовиться к войне».
И сразу легко стало на душе, словно камень свалился. О том, что будет с ним, если шилесса окажется его истинной, он думать не хотел, гнал от себя эти мысли.
— Егерес, куда дальше? — весело окликнул его Дрюневир. — С этим клубком покончено.
Рей тряхнул головой, каждый гребень на шее, казалось, был весом со скалу, и проводил взглядом ошметки нитей, падавших на землю. Он обернулся, чтобы ободрить напарника, и увидел, как с неба стремительно падает огромный шевелящийся ком.
— Дрюневир, осторожно! — крикнул он юноше.
И вовремя: новый клубок нитей материализовался из воздуха прямо у них перед носом. Это их внезапное появление вызывало тревогу. Егерес не верил в земное существование опасных тварей, а вот в их магическую природу верил. Слишком странные были эти набеги на род драконов.
Рей гикнул и выпустил мощную струю пламени. Клубок затрещал, заискрил и на полной скорости врезался в утес. Дрюневир, прекрасно владея магией земли, тут же взорвал камень, и горящие нити исчезли под обломками.
Рей передохнул и снова устремился в атаку. Не время думать о капризной шилессе, она в надежном укрытии, зато над городом по всему небу виднелись черные клубки. Драконы отчаянно сражались парами, в которых всегда был один огненный и один дракон из другой стихии.
— Егерес, я туда! — Дрюневир заложил крутой вираж и полетел к ближайшей паре.
Видно было, что воины не справлялись с нападением, слишком большая компания нитей им досталась. Рей бросился следом, прикрывая тыл юноши. Вчетвером они мгновенно расправились с клубком и теперь парили в воздухе, высматривая новую партию.
Но небо уже очистилось, стало светлее, лишь на горизонте клубился дым.
«Интересно, кто там?» — подумал егерес, осматривая повреждения.
Нити в этот раз нанесли сильный урон урожаю и животноводам. То тут, то там на земле лежали растерзанные туши коров, овец и коз, чернели сожженными проплешинами поля. По склонам гор, напуганные черной смертью, носились дикие животные. Они всегда, чувствуя приближение нитей, стремились под защиту городских стен и создавали не меньшую опасность, чем враг.
— Среди драконов потери есть? — телепортировал он мысль.
— Нет, егерес, немного горожан пострадало, но раны поверхностные.
Зная особенности нитей проникать внутрь тела, драконы научились закрывать нос, рот и уши при малейшей опасности. В каждом городском доме жил кролик, который первым реагировал на приближение нитей, было убежище, куда прятались домочадцы, пока главы семей сражались. Строго-настрого запрещалось выходить на улицу в такой день.
Рей, облетая стражей, опять посмотрел на горизонт. Столб дыма стал больше. И тут егереса ударило изнутри: замок!
— За мной! — крикнул он Дрюневиру и резко взмахнул крыльями.
Время полета показалось вечностью. Чем ближе они приближались к замку, тем тревожнее становилось егересу. И вот они уже кружились над башнями. Дым шел от отверстия в скале, где было сделано убежище.
— О боги! Егерес!
Дрюневир, отчаянно взмахивая крыльями, ввинчивался в дымку. Рей дернулся за мальчишкой, но его обогнал Рагнар.
— Стой! Я сам!
Рей и несколько стражей приземлились в пустынном дворе замка. Обернувшись людьми, они понеслись внутрь. Не успели свернуть в коридор, где находилось убежище, как его двери распахнулись, и с диким криком и визгом оттуда вывалились домочадцы. А впереди всех бежала шилесса и торопила:
— Быстрее! Быстрее! Мали… дверь!
Слуга захлопнул дверь, другие женщины кинулись к мебели и стали двигать ее, чтобы подпереть створки. Стражи, ничего не понимая в происходящем, бросились им помогать.
Рей удивленно поднял брови, такого чуда он еще не видел. Шилесса в подштанниках и в одном корсете пятилась, шумела, давала указания, пока спиной не наткнулась на егереса. Девушка взвизгнула, обернулась, замахала руками, Рей упер ладони в ее спину и удержал от неминуемого падения.
— Что здесь происходит? — рявкнул он.
— Нити, — заторопилась Мия. — Они проникли в воздуховод, мы чуть не умерли в убежище.
— Рей! Какое счастье! — крикнула Расина.
Обрадованные появлением драконов, женщины заговорили на разные голоса.
— Мы пережили такой ужас!
— Да-да! Мали падал в обморок.
— И Дитрих. И Эми…
Рей поворачивался то к одной даме, то к другой, и только сейчас заметил, что на коленях у бабушки лежала без движения Эми. Ее руки и лицо покрывала влажная ткань, пропитанная пятнами крови. Вот она вздохнула и открыла глаза. Егерес резко присел, потрепал малышку по ручке.
— Как ты?
— Хорошо. Дядя Рей, на меня нити напали, представляешь?
Девочка округлила глаза, и они смотрелись синими блюдцами среди мокрых тряпок.
— А куда смотрели взрослые? — егерес выпрямился.
— В воздуховод взрослые не пролезут. Только я, Дитрих и шилесса.
Рей перевел взгляд на девушку. Она стояла, опустив плечи, словно выпустила из груди весь воздух. Грязная, перемазанная копотью, с черными руками и пятнами сажи на щеках и одежде, сейчас она не казалась наследницей королевского рода, а была обычной девушкой, которую… просто нестерпимо хотелось обнять. Это чувство было таким мощным, таким внезапным, что он даже сделал шаг, но вовремя опомнился.
— А-р-р-р! — невольно вырвалось у него.
— Не рычи на девочку! — тут же отреагировала Расина. — Она всех нас спасла!
«Спасла? Неужели?» — тут же проснулось подозрение.
И опять подумалось, что атака была кем-то хорошо срежиссирована. Основная масса нитей отвлекала мужчин, чтобы часть из них могла напасть на замок с беззащитными женщинами. Но у нитей нет мозга, тогда кто их направлял?
Он посмотрел на шилессу…
Под его пристальным взглядом Мия смутилась, вдруг прикрыла руками грудь, сжала в кулак цепочку, висевшую на ее шее, переступила ногами, словно только сейчас поняла, что имеет неподобающий для столичного замка вид.
«Нервничает? — расцвело в душе подозрение, и тут же нашелся ответ. — Еще бы! Только появилась и сразу создала проблемы».
— Мали, проводи шилессу в мои покои, пусть приведет себя в порядок и подождет меня.
Он улыбнулся бабушке и Эми, быстрыми шагами пошел вон из замка: не мог находиться рядом с шилессой, все нутро восставало. Приходилось изо всех сил держать себя в руках, чтобы не броситься к девушке.
— Рей, подожди, несносный мальчишка!
Правитель обернулся на крик: за ним торопилась Расина. Она догнала внука, стукнула его палкой.
— Простите, егересса, — официально начал он. — Я разберусь с проблемой, потом мы поговорим.
— Да ты знаешь, что мы пережили? А у тебя лицо каменного гоблина! Ни капли сочувствия!
— Я очень переживаю, но сначала хочу понять, что произошло.
— Переживает он, как же! — ворчала старуха. — Я давно всем твержу, что тебе надо жениться! Семья и дети смягчат твой характер.
— Моя семья — это страна, друзья и ты, дорогая. Разве я плохо о вас забочусь? Все остальное — вторично.
— А наследник тебе не нужен?
— Бабушка, впереди еще сотни лет, я все успею.
— Как можешь игнорировать шилессу? — не слушала его бабушка. Когда она хотела, могла быть той еще занозой под хвостом. — Девочка рисковала своим статусом и даже жизнью, спасая чужих ей драконов.
«А может, наоборот? Хотела открыть дорогу нитям?» — чуть не сорвалось с языка.
— Поговорим чуть позже.
Рей поцеловал Расину в сухую щеку и выбежал во двор.
Драконы стояли в ожидании егереса и о чем-то шумно спорили. Заметив правителя, притихли. Рагнар шагнул навстречу.
— Странное дело, — хмуро сказал он.
— Почему?
— Как безмозглые нити нашли это место? Словно кто-то приманил их.
— Ты думаешь о том же, что и я?
Друзья встретились взглядами. Им не нужны были лишние слова, тем более в присутствии стражей, достаточно было ментального обмена мыслями.
— Конечно. Но еще большая странность впереди.
— Какая?
— Сам посмотри.
Драконы взмыли в воздух и через миг закружились над отверстием в скале. Рей приземлился, присел, разглядывая повреждения. Большая дыра, покрытая прочной сетью из спаянных магией огненных пчел, свободно пропускала воздух, но была отличным препятствием для животных и нитей, которые боялись огня. И почему же сеть не остановила врага?
Да и пчелы выглядели плачевно. Их золотистые крылышки почернели, обуглились, словно подверглись влиянию пламени. Но эти существа не боятся огня. Тогда что так изуродовало их?
Егерес выпрямился, обернулся к товарищам.
— Нужно заменить сеть, — тихо сказал он.
— Если кто-то сумел с нею справиться, сделает это и в другой раз, — возразил Рагнар.
— И что ты предлагаешь?
— Закрыть воздуховоды, тем более, что они повреждены.
— Предлагаешь сделать новое убежище?
— Да.
— Я подумаю, а ты организуй здесь работы.
Подумать Рею надо было и серьезно. Опасность казалась настолько большой, что заслонила собой все остальные тревоги. Он спустился с горы и побежал в свои покои. Мали, заметив его, обрадовался, бросился наперерез.
— Егерес, не ругайте шилессу, она спасла всех жителей замка.
— Тогда почему это не сделал ты? — Рей сурово посмотрел на слугу.
Тот смешался, пожал плечами, ссутулился и стал будто меньше ростом. Правитель не отводил взгляда от этого большого дракона, оказавшегося бесполезным защитником в критической ситуации. «Надо его заменить, — мелькнула мысль, — пора Мали на отдых».
— Вы же знаете, мы, драконы низшего сословия, не владеем магией, — заговорил слуга. — Да и в воздуховод я пролезть не мог. Никто не мог: там места хватало только детям и шилессе.
Рей слушал оправдания, даже понимал Мали, но успокоение не наступало: слишком много странных вещей происходило вокруг.
— Хорошо, поговорим позже, — он протянул руку к двери.
Но Мали не шелохнулся, закрыл вход собой.
— Простите, егерес, шилесса заснула.
— Мали!
— Пусть она отдохнет.
— С дороги! Иначе…
Слуга нехотя подвинулся, по его глазам было заметно, что он с трудом сдерживается, готов защищать шилессу, даже вызвав гнев правителя на себя.
Но уступать ему Рей не собирался. Сначала бабушка, теперь и Мали пали под чарами людской шилессы. И новое подозрение зашевелилось в душе: может, Мия притворяется, что у нее не получается вызвать кайри? На само деле магия на месте, только приобрела другие формы. Сначала его растревоженные душа и тело, потом обугленные пчелы, теперь всеобщая любовь домочадцев.
Подозрительно!
Он уже распахнул дверь, но повернулся к дракону.
— Прикажи изготовить ошейник!
— Егерес!
— Живо!
Рей вошел в покои и сразу увидел шилессу. Она лежала на мягкой кушетке, стоявшей у стены, и сладко спала. Девушка приняла ванну, но ее длинные волосы еще не высохли и влажно блестели в лучах заходящего солнца. Мозаичные стекла на окнах наполняли комнату розовым светом, румянили щеки шилессы. Она казалась неземным существом, случайно попавшим на планету Трех Лун.
Мия переоделась в свободное домашнее платье. Оно свисало с кушетки, обнажив маленькие ступни девушки и тонкие щиколотки. Рей судорожно вздохнул, он мог их обхватить двумя пальцами.
Егерес сделал шаг, другой, и застыл, невольно любуясь шилессой. Миг, и он уже забыл о сражении с нитями, забыл об опасности и о том, что хотел сделать. На цыпочках он приблизился к кушетке, опустился на пол и жадно втянул ноздрями восхитительный аромат кожи и волос.
Рей закрыл глаза и будто погрузился в нирвану, не заметил, как начал раскачиваться, словно был в полусне, как положил голову на кушетку, погрузился в дрему.
Глава 23
Напряжение и нервотрепка этого дня сказались на мне самым неожиданным образом: после купания я прилегла всего лишь на минуточку, чтобы расслабиться, и не заметила, как отключилась. Во сне ко мне пришла мама. Она нежно посмотрела на меня, погладила по щеке, в ее глазах блеснули слезинки.
— Ну что, ты, мама, что ты, не плачь, — я промокнула пальцем блестящие капли. — Я обязательно вернусь домой! Обязательно! Не знаю, как, но вернусь!
— Ах, доченька! Мне так мало осталось! — со стоном сказала мама. — Неужели я тебя больше не увижу?
— Увидишь!
Проснулась от ужаса, холодным потом покрывшего все тело, и от собственного крика. Меня трясло крупной дрожью, зубы выбивали чечетку, в глазах клубилось марево. И почему мама сказала, что ей мало осталось? Она не выглядела больной. Вот теперь придется мучиться от неизвестности и сходить с ума, мечтая вернуться в свой мир.
Я плотно закрыла глаза, потянулась поправила на шее цепочку, тяжелый медальон перетягивал ее набок. Еще одна загадка. Когда я попала в этот мир, никаких украшений на шее не было. Видимо, местным шилессам положено их носить.
Вдруг что-то брякнуло рядом с кушеткой, я вздрогнула, посмотрела сквозь ресницы: из тумана на меня надвинулось мужское лицо. Невольный визг вырвался из горла, я резко села и чуть не свалилась, но меня удержали сильные руки.
— Осторожно! — сказал егерес, который наконец проявился из дымки.
— Не трогай меня!
Я по-настоящему испугалась, сердце заколотилось в горле, трудно стало дышать
— Как хочешь, — он поднял руки, я пошатнулась. — Можешь падать.
В его голосе звучала легкая ирония, мне стало стыдно за свою истерику.
— Чего тебе надо?
Я отодвинулась поглубже на кушетку, прислонилась к стене, близость Рея вызывала странное чувство: с одной стороны, хотелось его защиты, а с другой, я вспомнила, что только что проснулась, возможно, есть запах пота. И, хотя я сама его не чувствовала, видела, как трепещут ноздри дракона, он явно принюхивался. Кто его знает, вдруг у этих существ обоняние, как у собаки.
Захотелось проверить, нет ли запаха изо рта, хотя на зубы не жалуюсь, но все же. На всякий случай задержала дыхание, поджала губы.
— Мне от тебя ничего не надо, — судорожно вздохнул он и встал.
Только сейчас я увидела, что он стоял на коленях возле кушетки. «О боже! — запаниковала про себя. — А что он делал?»
В голове пронеслась целая стая предположений. Хотел парализовать магией? Нет, задушить? Или… изнасиловать?
Я вскочила, отбежала подальше. Колени подгибались, но глазами искала какой-нибудь предмет для защиты. Увидела на столе толстую книгу, схватила, подняла над головой.
— Не подходи, летающая курица! К-а-а-а-к двину!
— Ну, наконец, — усмехнулся егерес. — Вернулась невоспитанная шилесса. А я уж думал, что передо мной нежная барышня на первом свидании.
— Я не в настроении разговаривать.
— А придется. Рассказывай, как передала сигнал нитям?
— Я? Сигнал? — вопрос поставил в тупик. — Ничего не понимаю!
— Не прикидывайся невинной овечкой! Ты знаешь, какой урон нанесла черная смерть?
— Вообще-то я тоже пострадала, — мне стало обидно за такое недоверие. — В следующий раз пальцем не пошевелю, пусть хоть все вокруг сдохнут!
— Ах, будет еще и следующий раз?
Я растерянно уставилась на дракона. Это на что он намекает?
— Стоп! — выставила перед собой раскрытую ладонь. — Это ты прилетел и забрал меня в Обитель. Я сюда не просилась, согласна была даже ошейник надеть, вела себя с драконами по-дружески, спасла от гибели, а что получила взамен? Недоверие?
— Ты все время уходишь от ответа, отсюда постоянные сомнения.
— Я ухожу? — нахмурилась. — Ничего подобного! Спрашивай, что хочешь!
С вызовом задрала подбородок: справлялась с мамиными женихами, и с этим драконом справлюсь.
— Отлично, садись поговорим. Вопрос первый: что случилось с твоей мамой
Я уже открыла рот, чтобы ответить, и зависла.
— Что ты имеешь в виду?
— Опять отвечаешь вопросом на вопрос? Ты стонала, во сне звала мать.
— А-а-а, понятно, — я потрясла головой. — Не помню. Хотя… перед тем, как я попала сюда, мама сказала мне, что ей мало осталось. Вот теперь и гадаю, что бы это могло значить, — Рей уставился на меня неподвижным взглядом. — Ну, чего тебе еще надо? Правду говорю!
— Но твоя мать умерла при родах. Как ты могла с ней разговаривать?
Меня будто пыльным мешком из-за угла огрели. Опять, идиотка, попалась в расставленную егересом ловушку. Я икнула, потом еще раз.
— Ик. Это же во сне было. Ик.
— А это украшение кто тебе подарил?
Рей резко сменил тему, я опять оказалась в тупике. Так и хотелось брякнуть: «Откуда я знаю?» — но прикусила язык.
— Не помню. Оно давно со мной, — врала напропалую, главное, потом не попасться. — Допрос окончен?
— Нет. Хочу завершить, пока опять что-нибудь не случилось.
— Валяй!
Я решила сегодня быть максимально правдивой. Ну, или полуправдивой, так легче не запутаться.
— Почему ты однажды спросила, каково на вкус мясо драконов?
Вот оно! То ощущение, будто идешь по тонкому льду. Шаг влево — полынья, шаг вправо — расстрел, шаг прямо — красавчик дракон, от одного вида на которого сердце бьется учащенно, а гормоны вопят: «Пора! Пора! Мужика надо! Детей надо!»
— Есть причина, — осторожненько начала я и взглянула на Рея.
Он стоял, наклонившись вперед, и его напряженная показа показывала, насколько ему важен ответ. Я и сама это понимала, но язык не поворачивался сказать напрямую, что люди едят драконов. Но, видимо, придется.
— Какая? Не тяни! Нас ждут на ужин.
Желудок радостно откликнулся на слово, связанное с едой.
— Например, я знаю, что человечина сладкая на вкус, хотя я ее никогда не ела, — вздернула подбородок, принимая вызов. — Вот и стало интересно, а как у драконов.
— То есть ты спросила из чистого любопытства?
— Не совсем.
— Опять ускользаешь?
— Ладно, — наконец решилась я. — Слушай и не перебивай.
Я рассказала, о Пикси, о пирожках, и о том, что тревожусь за Голена. Выложила все как на духу и замолчала, наблюдая за Реем. Но на его лице красовалась каменная маска, глаза ничего не выражали. Я выдохнула, расправила плечи, кажется, отделалась легко.
И в этот момент он напал…
Это случилось так неожиданно, что я в первый миг растерялась. Егерес будто не шагнул навстречу, а телепортировался, как показывают в фантастических фильмах. Только что стоял у кушетки, а я у стола, как уже прижимается ко мне вплотную, а его пальцы нащупывают мое горло.
И все это молча, как робот, с каменным выражением на лице. От ужаса я превратилась в статую. Не могу ни пошевелиться, ни дать отпор. Когда от нехватки воздуха закружилась голова, включился наконец инстинкт самосохранения.
— Отпусти, — прохрипела я, глотая воздух ртом, как рыба, выброшенная на берег. — От… от… Отпусти! Кайри! Кайри! Спасите!
— Проклятая шилесса! — прошипел он прямо мне в рот. — Подлое людское племя!
И вдруг комната заполнилась огромным телом дракона. Превращение было настолько мгновенным и разительным, словно егерес от ярости потерял контроль над сущностью. Его голова с распахнутой пастью оказалась на уровне моего лица. Я видела огромные клыки, на которых блестели капельки слюны, видела бешеный взгляд убийцы и прощалась с жизнью.
— Я не знала, ничего не знала о начинке пирожков, — бессвязно лепетала заплетающимся языком. — Я же честно… как на духу…
Но дракон исчез, снова появился Рей, и он давил и давил на шею. Секундной передышки хватило, чтобы втянуть в легкие как можно больше воздуха, но теперь у меня в глазах помутнело, книга выпала из рук, и я шарила по столу в поисках средства защиты.
Пальцы нащупали палочку для письма. Не раздумывая, схватила ее и ткнула в бок егереса. Она сломалась, больно воткнулась мне в ладонь, но и егерес вздрогнул всем телом, согнулся, ослабил хватку. Я выскользнула из смертельных объятий, на подгибающихся ногах бросилась к двери. Успела выскочить в коридор и завизжать:
— Помогите! Мали! На помощь!
— Стой, ведьма! — страшный крик понесся вслед.
Следом вылетел Рей. Он схватил меня за шиворот, зацепил пальцем цепочку, та порвалась, упала на пол. Огромный слуга кинулся между нами и заслонил меня собой.
— Егерес, у вас кровь, — охнул Мали. — Лекаря, позовите лекаря!
На его крик выскочили и другие домочадцы. Со всех сторон к покоям егереса бежали люди. Впереди всех летели Эми и Дитрих. Я удивленно отметила, как быстро они восстановились.
— Что здесь происходит? Ни дня без скандала!
Старая Расина появилась в своем кресле. Следом за ней бежал командор. Он увидел егереса и махнул рукой слугам. Те подхватили Рея под руки, посадили на кушетку, стоявшую в холле. Его бок пропитала кровь, а у меня в груди зашевелилось раскаяние.
Хотя… плевать! Я защищала свою жизнь!
— Не знаю. Егерес неожиданно напал на меня, — выпалила я, почувствовав себя в относительной безопасности: не станет же он меня душить при своих людях.
— Рей, напал? Не верю! — Расина смотрела на внука, который тяжело дышал, но молчал.
Прибежал лекарь со своим сундучком, разложил его на столе, который тут же притащил Мали.
— Поднимите рубашку, — попросил он правителя.
Тот подчинился, но при этом не сводил с меня шального взгляда. И я видела, как в его зрачках вспыхивают молнии. Не те метафорические, о которых пишут в книгах, а настоящие, огненные стрелы, готовые испепелить любого. А еще надсадно болела ладонь, которую тоже нужно было обработать, но я боялась ее показать, сразу всем станет ясно, откуда у правителя в боку рана.
— Бабушка, — захныкала я, — ваш внук всегда такой бешеный? Мы же просто разговаривали.
— О чем ты говоришь, деточка? — Расина пожала плечами. — Рей — самый выдержанный из всех драконов, каких я знала. Егересом в столь малом возрасте не становятся, этот титул нужно заслужить.
Я попятилась, услышав опасный вопрос. Если Рей скажет, что это я, не сносить мне головы. Нырнула в комнату, благо она была еще открыта, подняла с пола обломок палочки для письма и сунула его в карман.
— Что вы делаете?
Я чуть не подпрыгнула от неожиданности, обернулась на голос.
— Ничего. Искала, чем могу помочь правителю.
Командор он заметил салфетку, которую я прижимала к ладони.
— А что с вашей рукой? — тут же спросил он.
Я посмотрела и чуть не выругалась: на белой салфетке просочились капли крови.
— Ничего, все в порядке. Когда я карабкалась по воздуховоду, поранилась, а сейчас ранка открылась.
Рагнар хмуро разглядывал меня, пока я говорила, и, казалось, не верил, но приходилось выкручиваться в надежде, что он, пока не объяснится с правителем, ничего мне не сделает.
— Может, объяснишь нам, дорогой, что между вами произошло? — донесся из холла голос Расины, я напряглась. — Кто тебя ранил?
— Бабушка, — глухо ответил правитель. — Мы сами с шилессой разберемся.
— О милосердные боги! — старуха вознесла руки к потолку. — На какой луне вы сидите? Посмотрите одним глазком вниз, ответьте мне, что творится с племенем драконов?
— Расходитесь, со мной все хорошо.
Рей встал, я бросилась к детям, с любопытством крутившимся здесь же.
— Эми, куколка, как ты себя чувствуешь?
— Я? Хорошо. А что с тобой, шилесса?
— Ты о чем?
Я превратилась в наивняшку, не понимающую вопроса. Распахнула невинно глазки, похлопала ресничками, приоткрыла ротик, облизала губы. На маме такой образ срабатывал идеально, а тут я обернулась и вздрогнула, поймав на себе бешеный взгляд Рея. Да, что черт возьми, происходит с этим драконом? Он просто сам не свой с некоторых пор.
— Твою душу переполняет чувство вины.
Девочка сказала это громко и в полной тишине, множество пар глаз уставилось на меня.
— Тебе показалось, Эми. Я устала, нервный был день, все эмоции перемешались. Проводите меня в мою комнату. Пожалуйста!
Посмотрела умоляюще на Мали, но Рей шагнул вперед и взял меня за локоть. Я почувствовала давление сильных пальцев и сжалась.
— Я провожу, но позже. Мы еще не договорили, правда, шилесса?
Его взгляд парализовал меня, лишил точки опоры. Чувствуя себя марионеткой, я медленно кивнула. Егерес толкнул меня в свою комнату и захлопнул за собой дверь.
Глава 24
Рей не заметил, как заснул, но спал, видимо, недолго. Когда очнулся, по-прежнему в окно проникал свет, а шилесса сладко посапывала. Вот только с ним творилось что-то странное: то гребень показывался, то между лопатками зачесалось, словно он готовился выпустить крылья, а тут и хвост показался.
Егерес в панике вскочил, признаки дракона исчезли. Он привык контролировать свои эмоции и превращения, но то, что с ним делала эта девчонка, вгоняло в дрожь.
Правитель вылетел из комнаты с намерением не приближаться к Мие. Только во дворе бьющееся о ребра сердце немного успокоилось, а дыхание выровнялось. Тело начало приходить в себя. Заметив Рагнара, он бросился к нему.
— Что-то случилось? — спросил командор.
Он наставлял отряд ремонтников, которые собирались на работу в пещеру.
— Надо поговорить, я буду у источников.
Это было самое тихое место на территории замка. Дети-драконы сюда не залетали, слуги тоже обходили стороной, понимая, что егересу иногда хочется уединиться, для коляски Расины источники были далеки.
Рей пошел к пруду, сел в беседке. От яркой зелени кустов, сквозь которую золотыми монетками выглядывали последние лучи заходившего солнца, рябило в глазах. Пестрота раздражала, не давала сосредоточиться и расслабиться. Журчание воды напоминало смех шилессы, щебетание птиц — ее быструю речь. Пролетела бабочка, крылом махнула, а егересу из-за воспаленного сознания показалось, что это кайри вернулись. Он вскочил, размахивая руками.
— Что с тобой происходит? — окликнул его Рагнар. Командор спустился по ступеням и сел рядом с другом. — Наблюдаю за тобой и не узнаю сурового правителя Иудринеса.
— Так изменился? — покосился на друга Рей.
— Разительно!
— Голова идет кругом, вернее, я вообще соображать перестал, — потер виски Рей.
— Что чувствуешь?
— Меня словно ломают изнутри. Рядом с шилессой тело сходит с ума. Сейчас отключился, на нее глядя, буквально на несколько мгновений, а во сне вдруг начал превращаться в дракона, причем частями. Явный разлад внутри. Неужели это признаки того, что шилесса — моя истинная?
— Да, возможно. У меня такого не было с женой, нас сразу притянуло друг к другу крепче веревок, но по шилессе не вижу, чтобы у нее к тебе была тяга.
— Она враг! Я к ней только ненависть испытываю, — жестко сказал Рей и даже сам поверил в свои слова.
— Неужели?
— Конечно! Столько проблем навалилось с ее появлением!
— Может, она тут не виновата. Ты поговорил с ней?
— Не получается. Все время что-то мешает.
— Так, иди и разберись наконец в ваших запутанных отношениях.
Егерес пристально посмотрел на друга, встряхнул головой и направился к замку. Он застал Мию в той же позе. Девушка спала, подложив руку под щеку. Рей наклонился, подумал, что так лишь напугает, и встал на колени. Только хотел ее разбудить, как она неожиданно вскрикнула:
— Ну что, ты, мама, что ты, не плачь.
Егерес вздрогнул, отпрянул, Мия открыла глаза, посмотрела на него мутным взглядом и снова закрыла. В груди будто что-то пискнуло, перевернулось, сжало сердце. Рей чуть не застонал. Эта шилесса сведет его с ума. Он хотел поговорить с ней, получить ответы на свои вопросы, а вместо этого так и подмывало сбежать.
Он собрал волю в кулак и начал допрос. Шилесса сначала ершилась, потом начала отвечать на вопросы, и чем больше она говорила, тем сильнее рос комок в груди. Вот он достиг огромных размеров, перекрыл дыхание, а с ним отключил и мозги. Рей даже не понял, как бросился на нее. Все дерьмо волной поднялось изнутри. Хотелось убрать, задушить, убить человеческого выкормыша, который не только ел пирожки с мясом драконов, но еще спокойно об этом рассказывал.
Лишь физическая боль привела его в чувство. Опомнился, когда увидел палку, торчавшую в боку. Он ужаснулся того, что натворил.
«Я спятил! Точно спятил! Немедленно нужно вернуть шилессу королю!» — мысли проносились одна за другой, пока лекарь обрабатывал рану, а глаза постоянно искали ее, Мию.
Она казалась напуганной. Не ожидала от него нападения. Наверное, не поверит, что он сам от себя не ожидал такого. Но завершить начатое нужно, поэтому он просто взял ее за локоть (лучше бы этого не делал, так прострелило молнией, что зубы щелкнули) и толкнул обратно в комнату.
— Не смей меня трогать! — прошипела шилесса и бросилась к столу.
Она схватила чернильный сосуд, и Рей увидел кровь на ее ладони. Опять все перевернулось внутри. Он резко шагнул к девушке, выхватил сосуд из пальцев и раскрыл ладонь.
— Что это? — слова прозвучали глухо.
— Не твое дело!
— Я не хочу ссориться. Дай посмотреть.
— Обойдусь!
— Ты можешь разговаривать как воспитанная шилесса, дочь короля?
Мия моргнула, проглотила слюну, секунду помедлила.
— Когда я тебя ткнула в бок, — тихо начала она. — Палочка сломалась. Ну и… в меня… прямо.
Мия раскрыла ладонь. Кожа была расцарапана острым предметом, Рей увидел кусочек щепки, застрявший в ней.
— Стой, не двигайся, будет больно.
Он бросил быстрый взгляд на шилессу и задержал дыхание: телом опять творилось что-то невероятное. Но и шилесса дышала часто и прерывисто. Хотя… может, боялась в ожидании боли?
Рей подцепил ногтями щепку и выдернул ее. Девушка вскрикнула, на глазах показались слезы.
— Больно, — прошептала трясущимися губами.
И Рей не выдержал, прижал ее к груди.
— Тихо, тихо. Сейчас все пройдет.
Они стояли неподвижно несколько минут. Мия не пыталась вырваться, а Рей мучительно думал.
«Может, прав Рагнар, нужно провести с Мией ночь», — нашептывал ему один внутренний голос.
«А что будешь делать дальше? — спорил с первым второй. — Если проверкой подтвердится, что шилесса — твоя истинная, захочешь ее удержать».
Егерес это прекрасно понимал, но слишком много таинственного и непонятного было в этой девушке. Не мог он впустить ее в сердце, взять в семью, не выяснив все до конца. Сегодня еще и о матери заговорила, хотя он прекрасно помнил, что шилесса потеряла мать еще во младенчестве.
Мия зашевелилась в его руках, Рей чуть ли не со стоном отодвинул ее, но руку не выпустил, стал аккуратно перевязывать рану.
— Спасибо за помощь, уже все прошло, — тихо сказала шилесса и добавила: — Ты прости меня за все, но я пыталась быть честной. А теперь…
— Что теперь?
Переспросил и задержал дыхание, тело так и рвалось навстречу к девушке.
— Не знаю. Боюсь даже рот раскрыть.
— Не бойся. Я сам не знаю, как произошло, что набросился на тебя.
— Зато я понимаю.
— Да?
Ответ шилессы ввел дракона в ступор, он не ожидал такого поворота.
— Конечно. Испокон веков гонцу, принесшему плохую весть, рубили голову.
— Это так у людей?
— Д-да. А у вас разве по-другому?
— Мы к любой новости подходим вдумчиво.
— Неужели?
В голосе девушки прозвучала ирония, Рей чертыхнулся про себя: брякнул лишнего.
— А теперь я хочу услышать все еще раз и с подробностями.
— Правда тебе не понравится.
Мия отошла подальше от егереса и встала почти рядом с дверью. Рей насторожился: «Неужели еще что-то есть?»
— Хуже, чем поедание моих сородичей представителями другой расы ничего нет.
— Я родилась не на этой планете.
— Ага.
Восклицание прозвучало насмешливо, Мия тут же вскинула голову, нахмурила брови и обиженно поджала губы.
— Что «ага»? Не веришь? Сам же говорил рассказывать всю правду.
—Продолжай.
— Короче, мой мир намного превосходит твой по развитию. Например, — шилесса огляделась, выискивая что-то, потом схватила чернильный сосуд. — Вы пишите палочками, а мы ручками.
— Всего лишь другое название, а суть та же.
— Нет, вовсе нет! Ручка — это такой полый стержень из пластмассы, в который механизмы на заводе заливают пасту.
Смеяться Рею уже не хотелось. Слишком много было незнакомых слов. Конечно, фантазия у девчонки богатая, могла придумать что угодно на ходу, но все же, какой смысл ей врать?
— Можешь изготовить такую ручку у нас?
— Нет, я не владею технологией. Я работала в городской библиотеке, конечно, читала много, но руками никогда ничего не делала.
— Хорошо. Что еще?
— Погоди! Есть идея! — Мия хлопнула себя по лбу и поморщилась от боли в ладони. — Эми. Она же эмпат, может воспроизвести мои видения.
— Откуда ты знаешь?
— Девочка утром проводила меня в комнату для умывания, где была раковина и унитаз.
Егерес крякнул: опять новые слова, не запутаться бы! Он бросился к двери, распахнул ее и застыл: холл был полон народу, домочадцы напряженно прислушивались к разговору.
— Мали, найди Эми.
— Зачем тебе понадобился ребенок? — набросилась на него Расина, которая тоже была здесь.
Но девочка вынырнула из-за коляски бабушки и забежала в комнату, следом ворвался и Дитрих.
— Мия, что тебе егерес сделал? — Эми показала на забинтованную кисть.
— Это я сама поранилась, — ответила шилесса. — Малышка, ты можешь воссоздать картинку в моей голове?
— Ага. Надо?
Быстрый взгляд на правителя, закрывавшего дверь. Тот согласно кивнул, и сразу в комнате появилась иллюзия. Они находились в помещении со стеллажами, уставленными рядами книг. Рей никогда не видел такого количества. Маленькие, большие, тонкие и толстые, непонятным образом сшитые, в красивых переплетах. В центре комнаты стоял стол, за ним сидела девушка в странной одежде. На ней были короткие штаны, из которых торчали стройные ноги, и рубашка, оголявшая плечи.
— Дети, не смотрите на это безобразие! — приказал он.
— Почему безобразие? — возмутилась Мия. — Это шорты и топ — обычная молодежная одежда моего мира. Летом жарко. Но главное не это. Посмотри на стол.
Рей пригляделся и заметил, что на столе находится странный агрегат, будто плоская тарелка прямоугольной формы, а на ее поверхности мелькают картинки.
— Что это?
— Это называется компьютер, или ноутбук, — изобретение моего мира. На экране идет фильм. Теперь мне веришь?
Как только шилесса это сказала, иллюзия сменилась. Теперь перед глазами правителя была дорога, совершенно невероятная дорога. По ней неслись повозки, но не было видно ни лошадей, ни драконов, которые бы их тянули за собой.
На одной стороне дороги стояла женщина и кричала:
— Мия, вернись!
— Это моя мама, — у шилессы на глазах показались слезы. — Она хотела выдать меня замуж, а я не послушалась, сбежала и попала под машину. А когда очнулась, была уже здесь. Рей, — с нажимом сказала она. — Как мне вернуться домой? Как?
Егерес слушал ее, но думал о своем. Он ни на миг не поверил в ее рассказ. Богатая фантазия, не больше. Получается, шилесса владеет очень сильной магией, раз может вызывать в голове такие видения и передавать их эмпатам.
«Опасность! — опять заскрипели мозги. — Опасность!»
Рей живо представил ситуацию, когда он, очарованный шилессой, верит всем ее рассказам и теряет бдительность, а в это время коварный король готовит внезапное нападение. Насколько же хорошо правитель людей знает уклад жизни драконов! Надо повернуть ситуацию в свою пользу.
— Дети, выйдите, нам с шилессой нужно закончить разговор, — строго сказал он.
— Ты не ответил на мой вопрос, — шилесса проследила взглядом за тем, как он закрыл дверь. — Помоги мне вернуться домой.
— Какая мне с этого выгода?
— Самая прямая, — оживилась девушка. — И даже двойная: избавишься от меня и заберешь в Обитель настоящую шилессу. Тогда король не посмеет прикоснуться к Голену, потому что единственная любимая дочь станет заложницей.
В ее словах было разумное зерно, но все же…
— Хорошо, но есть одно условие.
— Какое?
— Ты проведешь эту ночь со мной.
Глава 25
В голосе Рея звучало безразличие и холод, черный взгляд пронзал насквозь, от него мурашки бежали по коже. Я слушала правителя и не верила своим ушам. Только что он казался заботливым и понимающим, и вдруг такое заявление.
— А что в обмен? — я задержала дыхание, напряжение повисло в воздухе.
— Подарю тебе свободу, и ты сможешь вернуться домой.
Я как завороженная посмотрела в его глаза и медленно кивнула, а сердце от волнения ухнуло вниз. Придется спать с драконом, в это пока трудно поверить, но все же. А вдруг у этой расы особые требования в партнерше? Или совершенно другое понятие о сексе, например, надо потереться носами, облизать пальцы ног, или…
Встряхнула головой: так можно додуматься до полного абсурда. Но одно меня волновало больше всего: а если егересу нужна только невинная партнерша?
Нет, я не была девственницей. В нашем мире девственность в двадцать пять лет — нонсенс. Но и просто так к мужикам в постель я не прыгала: для меня был важен конфетно-букетный период, да и партнер как человек. Я хотела чувствовать к нему симпатию и притяжение.
К Рею влечение было, не раз уже волнение сжимало сердце, от одного взгляда на егереса жар разливался под кожей. До дрожи хотелось пробежаться пальцами по бархатной безволосой коже, проверить упругость рельефных мышц, втянуть упоительный мужской запах. Только от мысли об этом бросало в жар, но и отдаться при таких условиях не могла.
«Потерпишь! — приказала себе жестко. — На кону стоит слишком много, чтобы капризничать».
Как он будет возвращать меня домой, даже не представляла, но верила, что в этом магическом мире все возможно. Вдруг ночь с драконом — это моя миссия, ради которой я и попала сюда? Вот пересплю с ним и окажусь дома. А там, глядишь, и сыночек маминой подруги в резиновых сапогах сгодится.
— Я согласна, — решительно иду к кушетке и сразу беру быка за рога, вернее, дракона за хвост. — Давай прямо сейчас.
В глазах егереса мелькает изумление. Все-таки я его шокировала. В этом средневековом мире мои слова покажутся распущенностью, еще казнят ненароком, чтобы не развращала молодежь.
— Может, сначала поужинаем? — предлагает он. — Семья ждет.
— Точно!
Только сейчас я почувствовала, что смертельно голодна, уже не помню, когда ела в последний раз. Мы дружно выходим из комнаты.
— Ну, договорились? — Расина ест нас подслеповатыми глазами.
— Все в порядке, бабушка, не волнуйся.
Рей взялся за ручки кресла и стал толкать его перед собой. Я поймала сочувствующие взгляды от домочадцев, но все заметно оживились. Мы пришли в огромный зал, наполненный восхитительными ароматами. Здесь в одной стене горел очаг, на вертеле истекал жиром целый поросенок. Несколько шампуров были заполнены нанизанными на них куропатками, или как называются маленькие птички здесь, не знаю. Стол просто ломился от больших блюд, на которых горками лежали хлеба, овощи, фрукты и сладости. Рядом с каждым прибором стояли золотистые кубки, наполненные напитками.
Семья егереса села в кресла, слуги встали за спинками. Место Рея было у основания стола, меня посадили напротив него. Я сразу вспомнила картины, рассказывавшие о жизни средневековых рыцарей. Сейчас Обитель очень напоминала старинный уклад.
Передо мной поставили тарелку, рядом положили нож и вилку с двумя зубцами. Что ж, вполне цивилизованно.
— Будете мясо или птицу, шилесса? — спросил, наклонившись, Мали.
Я посмотрела на огромные куски, лежавшие на его блюде, сглотнула и пискнула:
— А котлеты есть?
— Что? — все уставились на меня.
От стыда я готова была провалиться сквозь каменный пол, настолько нелепым показался мой вопрос.
— Все в порядке! — воскликнула я, извиняясь. — Мали, положи мне этот кусочек.
Я взяла в руки нож и вилку, распилила свой стейк на десяток маленьких обрезков, поискала глазами гарнир и (о счастье!) увидела початки кукурузы. Радостно положила себе один, только поднесла вилку ко рту, как громкий хлопок по столу заставил подпрыгнуть.
— Невоспитанная девчонка! — завопила Расина.
— Что я опять сделала не так? — застонала я. — Как с вами, с драконами, сложно!
— Начинает трапезу егерес, — шепнул Мали, я замерла и уставилась на Рея.
Он поднял кубок и сказал:
— Сегодня моя семья чуть не погибла от черной смерти, это сигнал для всех нас сплотиться и одолеть невидимого врага.
При этих словах он так посмотрел на меня, что я невольно сжалась. Это на что он намекает?
— Согласны! — ором ответили домочадцы и тоже уставились на меня.
— Согласна, — пискнула и я.
Рей пригубил напиток, и для все это стало сигналом. Драконы подняли свои кубки, я сделала то же самое, а потом схватились за вилки. Я глотнула сладкую тягучую жидкость, посмаковала ее во рту, проглотила. Волна тепла побежала по сосудам.
«Вкусно, отдает медом, — мелькнула мысль. — Хочу еще».
Опустошила кубок и придвинула его на край.
— Осторожнее, шилесса, — шепнул Мали, наливая мне из кувшина. — Эль крепкий, потеряете голову.
— А мне сейчас только это и надо, — усмехнулась я и набросилась на еду.
Ужин прошел, как говорят в официальных кругах, в непринужденной обстановке. Все ели, пили, даже дети поднимали маленькие кубки, и никто не пьянел.
Кроме меня…
Медовуха ударила в голову, распластала мозги и напрочь отключила сознание. Зато Рей теперь казался немыслимым красавцем, от которого я не могла отвести взгляда. Он сидел напротив меня, разговаривал с Расиной и командором, но поглядывал на мой край стола и хмурил брови.
Видимо, голова совсем перестала работать, я неожиданно даже для себя вскочила, бросила приборы на стол.
— Все! — заявила громко, головы драконов повернулись ко мне. — Я наелась, — под удивленными взглядами обогнула стол и хлопнула Рея по плечу: — Ты еще долго рассиживаться собираешься?
— Как ты разговариваешь с егересом? — вспыхнула Расина.
— Простите, бабушка, шилесса немного не в себе, — ответил Рей и встал. — Я провожу ее в покои.
Миг — и он подхватил меня за локоть и потащил вон из столовой.
Я семенила за егересом, цеплялась неудобными башмаками на деревянной подошве за длинную юбку, спотыкалась и чуть не падала, но Рей дергал меня вверх, как досадную помеху, нисколько не напрягаясь. Наконец в этом безумном беге я наткнулась на угол, искры посыпались из глаз от боли.
— Эй, — завопила я. — Поаккуратнее, не мешок с дерьмом ведешь!
— Да, этого добра в тебе навалом, — тут же огрызнулся он.
— Ну, ты и гад!
Я выдернула руку. Мы остановились, тяжело дыша, посередине огромного холла недалеко от покоев егереса: я уже немного ориентировалась в огромном замке.
— Лучше тебе замолчать, — прошипел егерес. — Весь дом перепугаешь.
— А если не замолчу?
— Придется успокоить, — он схватил ртом воздух, задержал дыхание и приказал на выдохе: Посмотри на меня!
Приказал так, что я не посмела не повиноваться, только взглянула, как земля ушла из-под ног в буквальном смысле: голова внезапно закружилась, я потеряла равновесие и стала заваливаться набок. Рей подхватил меня на руки, я сначала оторопела, но быстро пришла в себя. Что ж, поиграем, раз ему так хочется затащить меня в постель. Пронзила егереса томным взглядом, обвила его шею руками и уютно пристроилась на плече. С это положения хорошо видела ямочку на подбородке, резко очерченную нижнюю губу. И что-то перевернулось внутри, стало трудно дышать, от кончиков пальцев ног побежали по телу иголочки.
Как завороженная, подняла руку, пальцем провела по его бровям, горбинке носа, спустилась ниже и… облизала свои губы: нестерпимо захотелось поцеловать этот упрямо сжатый рот. Рей вспыхнул, отвел взгляд, дернул головой, как норовистый конь и стал быстро подниматься по ступенькам, перепрыгивая через одну. Но я уже разошлась не на шутку. Мой палец гулял по всему лицу дракона, и мне это было чертовски приятно.
— Прекрати! — сдавленно крикнул он.
Прозвучало резко и зло, но я чувствовала, как в душе Рея бушует ураган, и намеренно провоцировала его.
— Ты такой сладкий, дракоша, — засмеялась я, подтянулась и не выдержала, поцеловала его в ямочку. — Колючий, давно не брился. Хочешь, организую? Надеюсь, не порежу.
— Что?
Егерес в несколько огромных прыжков достиг своих покоев. Он толкнул дверь ногой, та шмякнулась о косяк и захлопнулась с грохотом. Все это я отмечала краем сознания. Он буквально пролетел по комнате и швырнул меня на высокое ложе.
Я утонула в мягких подушках, большие и маленькие, они начали падать на меня со всех сторон.
— Эй, полегче! — крикнула возмущенно. — Нежнее нельзя?
Схватила одну думку, бросила ее в Рея, он не увернулся, только бровью дернул.
— Не могу больше, ты сводишь меня с ума, — прошептал сдавленно и схватился за ворот рубашки.
Я лежала на спине и, словно завороженная, смотрела, как он лихорадочно рвет на себе застежки, как вытаскивает непослушную ткань из штанов. И вот он уже во всей красе навис надо мной, а я…
Не знаю, что творилось с моим телом и сознанием. Это была я, и в то же время не я. Одна половинка меня словно наблюдала на происходящим с высоты, а другая плыла, качалась на волнах желания, горела и плавилась, словно ее кинули на жаровню.
Дрожащими пальцами прикоснулась к гладкой коже егереса, заскользила по ней, обводя круговыми движениями мощную грудь, перебирая каждый кубик живота, коснулась застежки штанов и отдернула пальцы. «Что я делаю? Это же не человек!» — забилась в висках мысль, но тут же ее отбросила.
Хлебнула судорожно воздух, схватила его пересохшими губами.
— О боже! Какой ты красивый, — невольно вырывались слова.
А губы будто жили своей жизнью: даже не замечала, что облизывала их беспрестанно, борясь с непреодолимым желанием провести языком по коже дракона.
И Рей замер под моими руками, расслабился, закрыл глаза. Он нависал надо мною, опираясь руками по бокам кровати, и раскачивался, будто находился в наркотическом экстазе. Я видела, как трепещут его ноздри, вдыхающие мой запах, слышала, как бьется его большое сердце:
— Тук, тук, тук!
Еще ни один мужчина не реагировал на мои ласки так потрясающе. Я положила ладонь на грудь Рея, считая удары, и казалось, будто они сливаются с биением моего сердца. Изо рта дракона вдруг вырвался стон:
— Ведьма! Околдовала меня.
— Да, я такая. Иди ко мне, мой правитель, — пробормотала я бессвязно и притянула его к себе, — мой сладкий пирожок.
Что случилось дальше, даже не поняла. Егерес вскочил, расправил руки, и вот уже крылья дракона заполнили всю комнату, а надо мной нависла огромная голова с распахнутой пастью.
Наваждение вмиг слетело. Я взвизгнула, повернулась набок и скатилась с ложа на пол. Ужом забралась под кровать, благо она была на высокий ножках.
— Пирожок! — взорвалось в голове.
— Это просто ласковой прозвище для интимной обстановки! — выпалила я. — Прозвище!
— Пирожок!
А от рева чудовища зазвенела мозаика на окне и разлетелась в разные стороны, осколки стекла осыпали пол, попали на меня. Ветер ворвался в комнату и разметал их повсюду.
Я в ужасе глубже забилась под кровать: большой дракон не сможет достать, лапы короткие.
Зря надеялась: вытянутая голова откинула зубами нависавшее покрывало и по полу поползла ко мне. Я попятилась и выскочила с другой стороны. Быстрый взгляд на дверь, но там хвост дракона, не прорваться. И тогда я, пользуясь тем, что неуклюжее тело не сумеет быстро развернуться, кинулась к окну. Вскочила на подоконник, глянула вниз и схватилась руками за раму: покои егереса находились в башне замка на приличной высоте.
— Кайри, спасите! — успела крикнуть и отпустила раму.
Закрыла глаза и камнем полетела вниз, будь, что будет, все равно спасения нет.
Глава 26
Весь день шилесса не выходила из головы Рея. Он думал о ней во время боя с нитями, думал, когда разбирался с последствиями, думал даже во сне. Она будила в нем первобытного зверя, не способного контролировать эмоции и сущности. Хотелось быть рядом, вдыхать ее запах, прикасаться к коже, нутро горело от этих необузданных желаний.
Но воспитание не давало разгуляться в полную силу, бросить девчонку на кровать и принудить к спариванию. Острым шипом сидела в голове мысль: «Правитель не должен показывать подданным плохой пример!»
Приходилось сдерживаться, в результате он был на грани нервного срыва от постоянного самоконтроля.
Но ситуация с шилессой разъяснилась неожиданным образом: Мия согласилась провести ночь с ним в обмен на то, что он поможет ей вернуться домой на другую планету. Рей лишь сделал вид, что поверил в ее рассказ, и даже не испытал стыда за обман, вот до какой степени она перевернула его мир.
Он удивленно качал головой, не понимая, она наивная или дурочка? Как он ее вернет, если никогда даже до Лун не долетал? Нет, такие попытки драконы делали, все же интересно было, что там, за горизонтом, но все полеты заканчивались неудачей.
Но он решил больше волноваться о своем душевном состоянии, а не о проблемах шилессы. Главное, проверить, истинная она его или нет, а дальше действовать по обстоятельствам.
Но простой ужин опять перевернул намеченный план. Девчонка неожиданно захмелела от медового эля и повела себя странно. Ее поведение поставило в тупик и всколыхнуло все дремавшие чувства. Рей уже не мог больше сдерживать свои желания, набросился на соблазнительницу, как голодный на корку хлеба, а она одним словом разбудила в нем дикого зверя.
Егерес и сам не понял, как обернулся драконом. Только услышал: «Пирожок», — и тут же заревел. Если бы шилесса не спряталась под кровать, перегрыз бы ей глотку, как первобытное чудовище.
Ничего не соображая от слепой ярости, он попытался достать ее лапами, потом полез под кровать головой, но шустрая шилесса выползла с другой стороны и бросилась к окну. Рей не успел выпрямиться, как девушки и след простыл. В облике дракона он не мог вылезти в окно, поэтому обернулся человеком, бросился в пропасть следом за Мией и лишь в падении развернул крылья.
Егерес догнал шилессу у самой земли, еще миг, и она бы распрощалась с жизнью. Он схватил ее зубами за платье и бросил в горячий источник, над которым пролетал. Шилесса мягко вошла в воду и сразу вынырнула, отфыркиваясь.
— Кайри, девочки мои, — позвала она. — Где вы? Спасибо, дорогие, спасибо.
— Твои кайри не появились, — сказал Рей.
Мия испуганно оглянулась: он уже стоял на верхней ступеньке и рассматривал мокрую шилессу. Горло сжал спазм. Сейчас она была еще более соблазнительной, чем в спальне. Мокрая ткань облепила все тело, выявила прелести фигуры, показала точеную грудь и стройные ноги.
Егерес закашлялся, проталкивая внутрь комок накопившейся слюны.
— Это ты меня спас? — вскрикнула Мия испуганно и залезла в воду по горло.
— А кто еще?
— Но минуту назад ты хотел меня убить.
— Мия, — правитель начал спускаться по ступеням, шилесса отгребла в дальний угол пруда, — давай поговорим спокойно.
— Я и хотела, даже настроилась на игривый лад, а ты все испортил.
— Прости. На миг потерял контроль над собой, ты упомянула пирожок, сразу столько мыслей вспыхнуло в голове!
— Я же объяснила, что у людей это ласковое прозвище для интимных сцен.
— В тот момент я уже ничего не соображал.
— Холерик в квадрате!
— Это ругательство? — помрачнел Рей, снял обувь и сел на последнюю ступеньку, опустив ноги в воду.
— Нет, тип темперамента. Не приближайся! Я боюсь тебя!
— Прости, Мия, мне стыдно за свое поведение.
Девушка приободрилась, сполоснула лицо горячей водой, фыркнула:
— Какое классное местечко! Что это?
— Горячий источник.
— Красиво, а луны какие огромные! — она задрала голову к ночному небу. — И тишина, словно мы с тобой одни в этом мире.
Егерес тоже посмотрел наверх. И правда, над ним перемигивался звездочками небесный купол, три луны расположились по краям и в центре, они освещали кусты, прибрежные камни, влажные ступени. Лужайки тонули в полумраке, невдалеке высились то там, то здесь освещенные башни замка, а у источника был оазис тишины и неги.
— И ты хочешь променять эту красоту на твой ком…
Рей запнулся, не сумев выговорить непонятное слово.
— Компьютер, а еще ноутбук, планшет, смартфон и телевизор, — засмеялась Мия. — Это предметы моего мира. Хочешь, расскажу подробнее.
Любопытство уже проснулось в душе егереса, он не верил шилессе, но хотел узнать, до чего может дойти ее фантазия.
— Я спущусь к тебе?
Над прудом повисло молчание, стало слышно журчание воды, шелест листьев от ночного ветерка, дыхание ночи.
— Ты не съешь меня? — наконец спросила Мия, шумно сглотнув.
«Заволновалась», — отметил Рей и почувствовал неловкость. Только между ними все пошло на лад, как он собственным поступком все испортил.
— Драконы не едят представителей другой расы.
— А в сказках нашего мира девушек приносят им в жертву.
— Для еды?
Он уже брел по воде к шилессе и чувствовал, как поднимается волна желания. «Так бы и съел девчонку!» — внезапно подумал Рей и даже разозлился на себя за кровожадные мысли.
— Не знаю, больше никто этих несчастных жертв не видел.
— А может, дракон женился на девушках.
Он был уже совсем рядом, шилесса посмотрела на него снизу вверх и засмеялась, жемчужно сверкнули ровные зубы, заблестели глаза. Рей словно получил удар в живот, настолько сильно ответила его плоть на сигналы любовного призыва. Он резко наклонился, поцеловал Мию в смеющийся рот и сразу испуганно отпрянул.
Шилесса на миг остолбенела, потом икнула, обвила его шею руками и потянулась губами сама.
Этот безумный поцелуй казался бесконечным. Никогда Рей не испытывал таких эмоций. Он словно растворился в них, потерял себя, не мог насытиться вкусом губ шилессы, ее запахом.
— Подожди, дай отдышаться, — Мия уперлась в его грудь.
— Не могу, ты такая…
Рей не договорил, почувствовав сопротивление, нехотя отодвинулся. Мия посмотрела на него шальными глазами. Он чувствовал в ней такой же жар, что испытывал сам. Она вроде бы просила отпустить ее и в то же время тянулась всем дрожащим телом. И дрожащим явно не от холода, в теплой воде источника невозможно было замерзнуть.
Егерес помедлил немного и сжал шилессу в объятьях. Притянул с едва сдерживаемым стоном, настолько не хотелось от нее отрываться. Они постояли так несколько секунд и молчали. Оба дышали тяжело, с надрывом, потом заглянули друг другу в глаза и снова слились в поцелуе.
— Это безумие, — тихо сказала Мия. — Ходить по слепым свиданиям в своем мире, чтобы найти нужного мужчину в чужом.
— Нужного? — переспросил Рей, а сердце замерло от волнения: неужели и шилесса чувствует в нем своего истинного? — А вдруг так было задумано твоей судьбой?
— Хочешь сказать, что именно ты моя половинка? — недоверчиво спросила Мия.
— Половинка чего?
— Ох, мы говорим с тобой на разных языках. У нас считается, если мужчина и женщина нашли друг друга и почувствовали настоящую связь, то они половинки одной души. Разве у вас не так?
Рей нахмурился: шилесса говорила об истинности, но другими словами.
— У нас говорят, что дракон встретил свою истинную, без которой не сможет жить.
— И все равно я сомневаюсь.
— Почему?
— Разве любовь возможна между представителями разных рас?
Это мучило и Рея, потому что он не знал ни одного случая, чтобы драконы женились на людских самках. Но, если предположить, всего лишь предположить, что Мия прибыла из другого мира…
Он вздохнул, прижал девушку к груди: пора выбираться из воды, а как не хочется! В этой романтической обстановке им наконец удалось поговорить и даже понять друг друга.
— Ну, твой дракон из сказки тоже зазывал к себе красавиц людского рода.
— Бедняга, — засмеялась Мия. — Если он не обедал ими, то собрал за много лет настоящий гарем.
Рей усмехнулся тоже.
— А что это?
— Многоженство, — тут же ответила Мия и брызнула на него водой. — У вас тоже такие нравы?
— Нет, драконы нашей расы выбирают себе в пару одну единственную самку.
— Егерес, ты чудовище! Я не завидую твоей жене.
— Это еще почему? — Рей ответил ладонью по воде и окатил брызгами Мию, она засмеялась, в ее глазах уже не было ни капли страха. — Драконы — преданные и любящие мужья. А еще мы, самцы, занимаемся воспитанием детей.
— Правда? — глаза девушки возбужденно заблестели. — Это как?
— Жена рожает, передает малыша мужу и… все. Она свою задачу выполнила. У дракона есть на спине карман, где младенцу очень удобно.
— О-о-о! — не нашлась что сказать шилесса.
— Вот тебе и «о»!
— А кормит ребенка кто? У самцов в кармане есть даже грудь?
Глаза Мии возбужденно блестели, щеки пылали огнем.
— Нет, кормит малыша мать, здесь все так же, как у людей.
Рей прислонился к каменной кладке пруда и сел на скамейку, пристроенную под водой, потянул за собой потрясенную шилессу. Его немного тревожило ее поведение. Королевство находится всего в нескольких часах лета отсюда, люди прекрасно знают, как устроен мир драконов. Откуда тогда это удивление и эти вопросы? Неужели Мия, и правда, из другого мира?
Егерес откинул эти мысли, как ненужный шлак.
— Но мать сойдет с ума, если ее малыш будет болтаться в воздухе с папашей, сражаться с нитями и огненными пчелами, выполнять другую работу.
— Поверь, в нашей сумке ребенку намного безопаснее.
— Значит, Эми и Дитрих…
— Да, это дети Рагнара. Его жена живет в поместье, а они все время рядом с отцом.
— А, — девушка помедлила и все же решилась на вопрос: — С-самка рожает в каком облике?
— В человеческом, — сразу ответил Рей. — Ты уже заметила, что мы большую часть времени находимся в облике человека. Сущность дракона нужна для полетов и защиты расы.
Шилесса незаметно выдохнула и замолчала. Егерес чувствовал, что вопросы еще не закончились, но внутри поднималась такая мощная волна желания, что невозможно было терпеть.
— Мия, нам пора, — тихо сказал он.
— Правда? — встрепенулась она. — Хорошо.
Рей расправил крылья, помог шилессе забраться на шею и поднялся в воздух. Но не направился в замок, а сделал круг и полетел вниз к сияющему огнями городу.
— Ты не против, если мы остановимся в другом доме?
— Н-нет. Но одежда…
— Об этом не переживай.
Егерес плавно опустился в огромном дворе. Здесь их уже ждали. Служанки бросились к шилессе с теплыми пледами, Рей быстро пошел вперед. Это был его запасной вариант, тайный дом, о котором мало кто знал из жителей замка. Иногда ему хотелось спрятаться, побыть наедине со своими мыслями, обдумать сложную ситуацию, такую, какая случилась сегодня.
Пока он переодевался в домашний наряд, состоявший из свободных штанов, завязывающихся шнурком, и рубахи, служанки занимались Мией. Рей еще сомневался в задуманной проверке, не знал, что будет делать дальше, но шилесса вошла в комнату, и черные мысли вылетели из головы.
Она остановилась на пороге, нежная, тоненькая, с распущенными светлыми волосами, в которые так хотелось зарыться лицом, что все старательно выстроенные душевные бастионы пали, словно их и не было.
— Иди ко мне, моя шилесса, — протянул он руки.
Мия сделала один осторожный шаг, второй и упала в крепкие объятия.
Глава 27
Рей оказался искусным любовником. В его руках я млела, стонала, пылала огнем, но в самый решающий момент вдруг вспомнила наставление мамы: «Мия, надеюсь, ты понимаешь, что безопасные дни — это полная чушь». Эти слова прошибли меня холодным потом. Я уперлась руками в грудь егереса.
— Что такое? — прорычал он, на миг замирая.
Но его рычание уже не пугало, я знала, как управлять этим большим мужчиной. Под моими ласками он становился мягче пуховой перины, на которой мы лежали, и слаще тягучей олики.
— А как у вас с контрацепцией?
— С чем?
— Ну…
Договорить я не успела: Рей коснулся языком мочки моего уха, потом захватил ее губами, втянул в рот, и я забыла, о чем хотела поговорить. Сознание отключилось полностью, заработали одни чувства. В груди все дрожало, сердце билось где-то в горле, а оно пересохло от горячего воздуха. Когда оргазм накрыл волной, я выгнулась дугой и застонала.
Приходила в себя долго, немного трясло, сводило судорогой пальцы ног, а потом начался озноб.
— Замерзла? Иди ко мне.
Рей обнял меня, притянул к своему боку и укутал легким, почти невесомым одеялом. Я положила голову на его плечо, вдохнула невероятный аромат кожи, вызывавший внутри шевеление и порхание, и согрелась. И так стало хорошо, что не заметила, как погрузилась в дрему.
Следующие дни стали настоящим праздником. Я находилась в гостях, и ко мне относились как к фарфоровой статуэтке: бережно и нежно. Слуги приветливо улыбались и готовы были угодить в любой мелочи, старая драконица звала на послеобеденный чай. Даже юноши-драконы смотрели на меня восхищенно, а когда они узнали о моей роли в спасении обитателей замка от черной смерти, в их глазах засветилось уважение.
Мы ни на секунду не расставались с егересом. Он познакомил меня с Обителью драконов, представил своему народу. Для этого посадил меня на шею и сделал торжественный круг почета над площадью, где собралось население столицы. Замок устроил приветственный праздник в мою честь.
И, хотя я была для всех всего лишь заложница-шилесса, отношение ко мне менялось с каждым днем. Я постоянно ловила на себе внимательный взгляд Рея, смущалась и краснела до корней волос.
— Э, красотка! — окликнула однажды меня старая драконица.
— Слушаю вас, бабушка Расина.
— Какая я тебе бабушка? — проворчала старуха. — Ты мне не родня по крови.
Но в ее ворчании не слышалось злости. Наоборот, тон голоса был теплым и ласковым.
— Вы любимая женщина правителя, — обняла ее за плечи и прижалась щекой к морщинистой коже лица. — Значит, бабуля для всего народа, в том числе и для меня.
— Так, ответь мне, шилесса, чего ты краснеешь, когда видишь моего внука? Он тебе нравится?
— Ну, Рей — выдающийся молодой дракон, — ушла я от прямого ответа.
— Вот и держись от него подальше! — приказала старуха. — Ему нужно пару найти, на свет потомство произвести. Не может егерес без наследника.
— А почему вы ему пару не ищете?
Своим вопросом я вступала на скользкую дорожку.
— Ищу, вот только егересу истинная нужна, а в нашей Обители нет никого.
— И как же быть?
— Нужно искать в чужих землях.
— А здесь есть еще племена драконов?
— Есть одно, но находится слишком далеко. Рей не может покинуть свой народ и отправиться на поиски. Настоящий тупик. Может, сейчас появится возможность.
— Почему?
— Рей произвел обмен заложников, война с людьми теперь не грозит, егерес может отправиться на поиски возлюбленной.
Слова драконицы заставили задуматься. Если все так, как она говорит, то егерес находится в трудной ситуации. Я оказалась пленницей вместо настоящей шилессы, а подлым людям ничего не стоит съесть Голена. В результате нет никакого стабильности в международных отношениях. Наоборот, обе расы находятся на грани войны.
Хотя… я отбросила плохие мысли подальше. По меркам драконов он еще молод и полон сил, а пока…
Я мечтательно закрыла глаза и вздохнула. Наши горячие ночи сводили с ума. Больше я ни разу не была в покоях егереса, зато он, когда замок засыпал, прокрадывался ко мне. Я ждала этой минуты с нетерпением и загоралась мгновенно, как только он открывал дверь.
Он входил стремительной походкой, высокий, сильный, красивый, с кошачьей грацией приближался к ложу, где я его ждала, и все, я теряла реальность, погружалась в неведомые ранее ощущения.
Не знаю, какие чувства испытывала, похоть или любовь, но привязанность была настолько сильна, что ни минуты не могла провести, не видя Рея.
Если он следил за тренировкой молодняка, которую проводил командор, я крутилась рядом. Чтобы не показывать явный интерес, потому что Рагнар косился на меня и хмурил брови, брала с собой детей. Эми и Дитрих повторяли движения учеников, а я просто сидела, грелась на солнышке, полузакрыв глаза, а сама сквозь ресницы наблюдала за Реем.
Это было по-настоящему безмятежное время. Я наслаждалась покоем, обожанием окружающих и все реже вспоминала свой мир. Слова Рея, что он поможет мне вернуться домой, как-то потускнели, потеряли актуальность, но две вещи все же беспокоили меня.
Во-первых, беспокоилась о Голене.
Юноша был в опасности, а егерес не торопился его вызволять из плена, ну, или что-то планировал, но не посвящал меня в свои планы.
А еще я немного волновалась, потому что не могла предохраняться, в этом мире просто было нечем, а так как мы держали наши отношения в тайне, не могла ни с кем обсудить свои дела.
В душе жила только одна надежда: особи разных рас могут спариваться, получать удовольствие, но не могут производить потомство.
Но и здесь меня терзали сомнения: драконы ежеминутно не меняли сущность и жили обычной жизнью, так похожей на быт людей. По-своему это было даже удобно. Когда какому-нибудь отцу семейства из дальнего поместья нужно было попасть в столицу, он расправлял крылья и взмывал в воздух. Не нужны были ни повозки, ни тягловые животные.
И все же я ждала месячные с волнением и на местном календаре отмечала дни.
— Слушай, Рина, — поймала как-то служанку за руку. Она уже сменила в моих покоях постельное белье и забрала одежду в стирку. — А как у вас женщины справляются с проблемными днями?
Рина уставилась на меня круглыми черными глазами. Она смотрела, не отрывая взгляда, я видела в ее зрачках свое отражение и любовалась глупым выражением лица. А что делать? Может, и раню чьи-то нежные чувства, но информацию добывать как-то надо.
— С какими днями?
— Ну, — я замялась, не зная, как объяснить, и продолжила шепотом: — Когда у женщин кровь идет.
— А-а-а, вы, шилесса, говорите о красной луне?
— Н-наверное.
Представления не имела, о чем это она, но на всякий случай согласилась.
— О, это настоящий праздник.
— Э-э-э, — я окончательно зашла в тупик.
— У дракониц редко бывают красные луны. Раз в несколько лет.
— Ого!
— Да, и это грустно. Но, если наконец пришел такой день, семья ликует.
— Почему? — сердце заколотилось учащенно, казалось, мы с Риной говорим о разных вещах.
— Все просто: тело драконицы готово воспроизвести потомство, и скоро может наступить зачатие. А у вас, людей, разве не так?
Вот так номер! Я измеряю жизнь драконов меркой своего мира, а здесь все по-другому: самцы воспитывают потомство, а самки не могут долго забеременеть. Но этот разговор немного меня успокоил, хотя новые вопросы закрутились в голове.
— Нет. Мы живем намного меньше, чем драконы, поэтому и проблемные дни чаще. Так устроена наша природа.
— Я так вам завидую, — Рина оглядела меня с ног до головы. — Так завидую! Мне уже двести лет, а красная луна еще ни разу не приходила.
— Получается, дети в Обители появляются редко?
Я действительно, кроме Эми и Дитриха, не видела в обители других малышей, но думала, что не всем разрешено жить в замке.
— Да. Раса драконов угасает.
Рина покатила тележку с грязным бельем вон из спальни, а я осталась со своими мыслями наедине. Что же получается? Драконицы очень редко рожают потомство. А драконы? Их семя рабочее или естественный результат секса? Этот вопрос гвоздем сидел в голове весь день. Мне волноваться или успокоиться и наслаждаться гостеприимством хозяев, пока не появится возможность вернуться домой?
Ответа на вопросы не было, поэтому я решила не ломать голову раньше времени.
— Шилесса, — ко мне в покои заглянул Мали. — Егерес велел вам собираться.
— Зачем? Куда?
Я немного скучала в этом мире, потому что не знала, чем заняться. К хозяйству меня не допускали, рукодельничать я не умела, в огороде, ак истинный городской человек, никогда не возилась. Овощи и фрукты покупала в супермаркетах, а гуляла в парке недалеко от дома.
Да, развлечений в Обители тоже не было. Я с тоской вспоминала свою библиотеку, где могла погрузиться в любой мир, подсмотреть за любой жизнью.
— Егерес велел собираться, — повторил Мали и исчез.
Н-да, задачка! Я оглядела себя. На мне платье, башмаки, что еще я должна взять?
Осмотрелась, но и в комнате не нашла подсказок, лишь на столике у зеркала лежал мой медальон, с которым я прибыла к драконам. Рей сорвал его с меня в пылу ссоры, Мали поднял цепочку и принес в комнату. Я покрутила медальон в руках и надела на шею, может, мы пойдем в гости? Тогда надо причесаться.
Расплела волосы, скрутила и сложила их в тяжелый узел на затылке. В родном мире у меня не было такой тяжелой и пышной копны, а здесь длинные пряди лежали по спине до попы, и приходилось каждый день возиться с ними.
Довольно оглядела себя в зеркале, кажется, все в порядке. Мутноватая поверхность искажала действительность, в этом зеркале я была писаной красавицей, но мне нравился мой вид.
На всякий случай захватила с собой плащ и выбежала в коридор. Быстро миновала холл, спустилась по лестнице в центральный зал. Рей ждал меня у очага. Он опирался на печную кладку, украшенную изразцами, и задумчиво смотрел в сторону. Я невольно залюбовалась точеным профилем егереса, его статной фигурой. Нежность шевельнулась в душе, впервые поняла, что не хочу прямо сейчас возвращаться домой.
Совсем.
И тут же проснулась вина. Но как быть с мамой? Она наверняка все глаза выплакала, потеряв единственную дочь. Черт! Пора заставить Рея выполнить свое обещание. Вот завтра и начну требовать. А сегодня… пусть будет еще один день праздника.
— Мы куда полетим? — я прогнала грустные мысли.
— Ты готова, моя шилесса?
— Да, мой дракон.
Между нами установились полушутливые отношения. Рей с серьезным видом подкалывал меня, я отвечала ему тем же. Окружающие не понимали, что между нами происходит, а мы радовались, как дети, общая тайна сближала.
Егерес подставил мне локоть, я оперлась на него как истинная леди. Под любопытными взглядами слуг мы вышли во двор. Я пока ничего не понимала, но следовала за Реем. Он заметил в глубине сада Расину и направился к ней.
И тут я почувствовала тревогу: слишком официальной казалась наша прогулка.
— Как это понимать? — старая драконица ударила палкой по нашим сцепленным рукам.
Я дернулась от боли, хотела убрать пальцы с локтя дракона, но Рей положил на них широкую ладонь и удержал.
— Бабушка, позволь представить тебе мою истинную.
— Что? — у меня челюсть отвисла от удивления. — Кого?
Я растерялась. Вот так сюрприз! А предупредить меня нельзя было? Но и Расина повела себя странно. Она резко выпрямилась, уставилась на меня блеклыми от старости глазами, а мне захотелось спрятаться от этого пронзительного взгляда. Сразу вспомнила разговор с Риной.
— Подойди ко мне, деточка.
Рей подтолкнул меня в спину. Вернее, толкнул так, что я чуть не свалилась на колени старухи, не рассчитал силу.
— Я ничего не понимаю, — с губ срывались жалкие слова.
— Благословляю вас! Наклонись ко мне, — я пригнула голову. — Расина поцеловала меня в лоб. — А теперь поговорим о свадьбе.
Глава 28
Я открыла рот да так и застыла. Мне показалось, что я ослышалась.
— Н-нет! П-погодите! Вы о чем? — спросила, заикаясь, ничего не понимая. — Рей! Это подло! Ты же обещал!
— Не знаю, что тебе обещал мой внук, — заулыбалась Расина, — но то, что он нашел свою истинную, безмерно радует.
— Я не его истинная. Я человек с другой планеты, замуж за дракона не собираюсь! Даже не подходите ко мне!
Я отбежала в сторону, поймала грустный взгляд егереса, оглянулась в поисках спасения и только сейчас заметила, что двор полон народа. Причем драконы возбужденно переговариваются, хлопают в ладоши и сияют счастливыми лицами.
— Мия, не кричи, пожалуйста. Ты пугаешь челядь, — попросил он, но при этом непрерывно смотрел прямо мне в глаза.
И под этим взглядом я почувствовала, как превращаюсь в камень. Собственные мысли уплыли, вопросы растворились, возвращение домой отодвинулось и исчезло за горизонтом. Буря чувств тоже успокоилась, навалилось равнодушие к своей судьбе, зато безумно захотелось сделать счастливым Рея.
Где-то на задворках памяти всплыли слова Пикси. Она говорила, что взгляд егереса обладает гипнотическим действием, это я и испытывала сейчас в полной мере.
— П-прекрати! — едва разжав губы, выдавила из себя. — Я не твоя истинная.
Вдруг почувствовала жар. Кожа того места, которого касался медальон, запылала. От нее огонь разнесся по сосудам по всему телу. Двор Обители куда-то поплыл, начал вращаться, все сильнее и сильнее. Издалека донесся крик:
— Черная смерть, спасайтесь!
Я встряхнулась, угасающим взглядом выхватила край неба, мрачную тучу, внезапно закрывшую солнце, и новогодний дождик черного цвета, летящий на землю.
Все! Дальше мир провалился во тьму.
Я очнулась от холода. Озябли плечи, ноги, руки, даже лицо окаменело и превратилось в ледышку. Не открывая глаз, стала искать одеяло, но пальцы раз за разом захватывали пустоту. Приподняла тяжелые веки. Отчего-то кружилась голова, и я никак не могла включиться в действительность.
Сознание возвращалось медленно. Сначала мне показалось, что я слышу капель.
— Как, кап, кап! — через равные промежутки падали на камни капли.
Почему именно на камни, даже не поняла, так показалось. Сразу представила весну, яркое солнце, сосульку, свисавшую с крыши, и лужицу на асфальте. Звук то бил по ушам, то затихал вдали.
Затем я попыталась открыть глаза, но ни ничего не разглядела. Меня окружала темнота, ни зги не видно, как писали в старых романах.
«Где я?» — наконец появилась первая мысль, а капли стали явственнее и громче. Теперь они раздражали, некуда было спрятаться от этого звука.
Превозмогая головную боль, напрягла мозги, но в памяти были чудесные дни с семьей драконов, жаркие объятия Рея и нежность, заполнившая мою душу.
Я пошевелилась, тело послушно отозвалось, тогда села и протерла глаза. Результата не добилась. Пошарила вокруг себя руками, поняла, что сижу ка каменной плите. А куда пропали мои покои, мягкая перина, подушки?
Осторожно встала и, ощупывая все вокруг, чтобы не наткнуться на препятствие, сделала первый шаг. Оказалось, что я нахожусь в маленьком помещении, больше похожем на камеру. Пять шагов прямо, два шага назад, по четыре шага влево и вправо.
— Рей, где ты? — спросила осипшим голосом, откашлялась и крикнула уже громче: — Рей!
— Рей, Рей, Рей, — ответило мне гулкое эхо.
Тревога зашевелилась в груди. Казалось, что я нахожусь в глубоком подземелье, эхо отлетало от стен, от свода и растворялось где-то вдали.
— Егерес, это не смешно! Что за шутки? Выпусти меня!
Я задрожала от холода, обняла себя за плечи, растерла их. Захотелось плакать, еле сдержала слезы. Коварство мужчины, который добился взаимности и вероломно бросил, не знало границ.
«Кайри, — вспыхнула новая идея. — Надо позвать кайри».
Но мои крошки не показывались уже давно. Даже когда я вывалилась из окна башни, спас меня Рей, а не помощницы.
— Кайри, мне плохо, — заплакала я. — Помогите! — и тут всплыло перед глазами лицо мамы.
— Мамочка, я хочу домой! — уже в голос завыла я, отчаянно щелкая пальцами, чтобы вызвать кайри.
И вдруг…
— Шилесса, шилесса, шилесса…
Все вокруг наполнилось шелестом крохотных крыльев. Я почувствовала кружение вокруг себя, легкое движение холодного воздуха, от которого озноб побежал по телу. Кайри опустили на плечи, запеленали меня крылышками, и тепло побежало по сосудам.
— Мои крошки! Мои любимые спасительницы. Помогите, — бормотала я. — Где я нахожусь, ничего не вижу.
— Шилесса, не волнуйтесь, сейчас все узнаем.
Миг — и кайри исчезли, и холод вернулся ко мне мощным потоком, а с ним нахлынули горькие мысли. «Неужели Рей меня запер? Получил свое и запер. Или я сделала что-то не так, и он опять взбесился?» — закрутились вопросы в голове.
Я не могла разгадать суть этого дракона. С одной стороны, он был нежным и ласковым, я чувствовала, что нравлюсь ему, сама отвечала тем же. А с другой — он просто сходил с ума от недоверия к людям. И все мои попытки доказать, что я не враг ему, не приносили результата.
Мои глаза адаптировались к темноте, и я различала бугристые каменные стены, даже разглядела высоко над головой крошечное квадратное окно. Раз есть четкие линии, значит оно изготовлено мастером, то есть я нахожусь в месте, сделанном представителем разумной расы.
Крошки вернулись быстро и обняли меня множеством тел.
— Что там?
— Шилесса, ох, шилесса! — защебетали они. — Нам так жаль, так жаль!»
— Да, что случилось?
Кайри подхватили меня и понесли к окну. Я увидела черное небо, усеянное мириадами звезд, три Луны, висевшие в разных точках горизонта, у края которого разгоралось яркое зарево. Вставало солнце.
Тьма серела, но все еще цеплялась за небосклон. Но тонкие лучи уже старательно будили рассвет. Вот они окрасили узкую полоску, разошлись по сторонам и показался кусочек диска, становившийся все больше и ярче. Зато луны тускнели и растворялись в утреннем тумане.
Я качалась на облаке кайри и невольно любовалась потрясающим восходом.
— Посмотрите вниз, шилесса, — зашептали мои крошки.
Я глянула и обмерла…
В утреннем мареве виднелась столица королевства. Далеко внизу раскинулись улицы, веером разбегавшиеся от круглой площади. Столица королевства, в отличие от Обители драконов, разбросанной по склонам гор, походила на огромное солнце с лучами-переулками. Так я запомнила ее с высоты птичьего полета, когда улетала с егересом.
Но как я оказалась дома? И почему заперта в башне? А то, что это башня, сразу стало понятно, как только я выглянула из окна.
Мысли в голове обгоняли одна другую, а ответа не было.
— Что я здесь делаю? — наконец вырвались из сведенного от шока спазмом горла первые слова. — Я же была у драконов.
— Ох, шилесса! — затрепетали кайри.
— Опустите меня! Немедленно! — глухое раздражение разъедало ядом душу. Я посмотрела на потолок, погрозила ему кулаком. — Это произвол! Беспредел! Нельзя так поступать со мной!
— Ох, шилесса! Что с вами? — переполошились кайри.
— Думаете, сошла с ума? Шиш вам! — я показала кукиш. — Не дождетесь! А теперь рассказывайте. И посмейте только что-нибудь утаить!
Малышки в панике закружились в воздухе, я наблюдала за ними удивленно. Никогда еще кайри не были так встревожены и расстроены.
— Его Величество решил вернуть вас в королевство.
— Почему? Я же заложница, добросовестно соблюдала столетний договор.
— Вы не выполнили свою миссию.
— Черт возьми! Какую? И откуда вы знаете, что не выполнила? Вас было не дозваться. Я несколько раз чуть не погибла.
Малышки плотно прижались ко мне.
— Тише, тише, — зашелестели они.
Вдруг я почувствовала, как цепочка, на которой висел медальон, приподнялась. Кинула взгляд на грудь и с удивлением увидела, что ее тянут на себя кайри.
— Что? Что такое? — вырвала ее из крохотных цепких ручек.
Но кайри переполошились еще больше. Теперь они облепили меня так плотно, что я не могла пошевелиться. Несколько крошек уселись прямо на рот. Наконец я сообразила, что мне что-то хотят сказать, но кайри не драконы, не могли обмениваться мыслями, поэтому действовали доступными силами.
Я молча отодвинула их от себя, расстегнула цепочку, не успела ее снять, как малышки вырвали ее из пальцев, взмыли толпой ввысь, и выбросили медальон в окошко. Я растерянно наблюдала за ними, ничего не понимая, но уже догадывалась, что часть моих неприятностей связаны с королевским украшением.
Кайри все просочились в окно и исчезли, оставив меня наедине со своими мыслями.
Я уселась на каменное ложе, где очнулась, и задумалась.
Итак, что мы имеем? Меня из Обители драконов каким-то непостижимым образом перенесли в королевство.
Во-первых, за что?
Напрягаю мозги и не могу вспомнить, что натворила. Последняя картинка — мы с Реем выходим во двор, идем к старой драконице, а дальше — провал. Видимо, в этом провале и кроется проблема.
Во-вторых, кто это сделал?
Если Рей, то когда? Во дворе было светло, а очнулась я под утро. Значит, прошло много часов. Получается, меня погрузили в беспамятство и вернули домой. Нелогично. А что с Голеном? Неужели королевская семья его съела?
От этой мысли стало дурно. Это же настоящая провокация агрессивных действий. Егерес не простит людям подлость, а люди пойдут на драконов войной. Встряхиваю головой, отгоняя эту идею. Так можно, и правда, сойти с ума.
А если меня забрал король? Когда он прибыл в Обитель? Или прислал гонцов? О гостях я ничего не слышала. Или от меня скрывали?
Черт! Что б вам пусто всем было!
— Кайри, возвращайтесь! — щелкнула я пальцами. — Мне нужны ответы.
Малышки появились не сразу. Они залетали в камеру группами. Одни несли кувшин для умывания и тазик, другие тащили корзинки с едой и питьем. Восхитительный запах разлился по каземату, желудок ответил урчанием.
— Шилесса, умойтесь.
Пока я приводила себя в порядок, кайри готовили мне завтрак. Я так набросилась на еду, словно несколько дней голодала. Малышки молча следили за каждым моим движением.
— Вы собираетесь мне все рассказать?
— Да, теперь можно, — зашелестели мои помощницы.
— В чем я провинилась? — задала прямой вопрос.
— Егерес захотел на вас жениться.
— Ч-что?
Я поперхнулась куском пирога и испуганно посмотрела на начинку: какое счастье, что в ней не было мяса!
— Запейте, шилесса, — мне в руку сунули кубок с водой.
Я сделала несколько глотков, приходя в себя. Но в памяти звенела пустота. Ни намека, ни сигнала. Мы ни разу не говорили о нас, как о паре. Ни разу! Рей приходил ко мне в спальню, мы оба сгорали от страсти, но о браке речь не шла. Наоборот, я ждала момента, когда егерес поможет мне вернуться в свой мир.
— Рей не предлагал мне замужество! Это ерунда!
Возражала я горячо, хотя в душе горел огонь. Мы были с Реем слишком близки, чтобы называться друзьями. Но о наших отношениях никто в Обители знал, разве что командор Рагнар. Я иногда ловила на себе его изучающий взгляд, от которого мурашки бежали по коже. Рей наверняка поделился с другом.
— Медальон.
— Что с ним не так?
— Медальон — магический проводник. Его надела вам Гарпи перед тем, как вы упали в обморок.
Вот где собака зарыта! То-то я не понимала, откуда он взялся на моей шее.
— И как он работает?
— Через него ваша сестра, — кайри подлетели вплотную к моим ушам и зашептали, — все узнавала.
— Как? — теперь мне стало дурно, как я представила, что шпион был у меня под носом.
— С помощью магии. Это она…
Малышки испуганно замолчали, взмыли в воздух, облепили окно, потом часть из них спустилась вниз.
— Что она?
— Направила черную смерть на Обитель.
Глава 29
Услышанное от кайри не укладывалось в голове. Я сидела, смотрела на крошек, и мне казалось, что они разыгрывают меня с серьезными мордашками. Но что-то слишком много розыгрышей на один квадратный метр, и ни один пока не подтвердился.
— О боже! — прошептала я и закрыла лицо руками.
От ужаса мне захотелось заплакать, губы тряслись, разъезжались по щекам, ноздри раздувались, втягивая воздух. Не зря Рей не доверял мне. Я собственными руками, не зная о коварстве сестры, невольно принесла в Обитель беду.
Тут же перед глазами появилось лицо Нии. И как я, дура, сразу не догадалась? Увы, озарение пришло слишком поздно. Узнав о том, что я полечу без ошейника, сестрица улыбнулась. Нет, она просто засияла, как начищенный пятак. Я вспомнила недоумение, которое испытала в тот момент. Ния так старалась казаться больной и немощной, так показывала свою несостоятельность в роли заложницы, что ее улыбка на лице была чем-то инородным и жутким.
— Шилесса, мы не знали, — захныкали кайри. — Не знали.
— Погодите! — я встряхнулась, растерла щеки ладонями, разгоняя кровь, сдавила пальцами виски. — Как Ния могла вызвать черную смерть? Она настолько мощный маг?
— Д-да.
Открытие потрясало, сводило с ума, а мозг закипал от новых мыслей: «Если Ния — сильный маг, она могла выдернуть меня из моего мира. Но зачем?»
— Я хочу увидеть отца! — решительно встала я. — И сестру.
— Не получится. Его Величество рассердился, что вы не выполнили свою миссию и заточил вас.
— И как я не справилась? Полетела к драконам, подружилась с ними. Может, благодаря мне мирный договор еще лет пятьдесят продержится.
Я уже чуть не кричала от возмущения.
— Король хочет уничтожить племя драконов и расширить земли королевства, а вы…
— Что я?
— Собрались замуж за егереса.
Слова кайри снова ударили по мозгам и скрутили их головной болью так, что я застонала. Какую чушь они несут? Какой брак?
— Стоп! — я подняла руки. — Я жила в Обители, но не помню, чтобы Рей предлагал мне руку и сердце, а как вы об этом узнали?
— Медальон. Он был у вас на шее, когда произошло это событие. Ния специально лишила вас памяти.
— Вот стерва! Ну, погоди у меня!
Я кипела праведным гневом.
— Ох! Шилесса!
Малышки испуганно шарахнули в сторону. Мне стало стыдно, мои крошки не виноваты, а я выпустила пар и замолчала. Нужно обдумать ситуацию, а пока кайри здесь вертятся, это сделать невозможно.
— Так, милые мои, отправляйтесь на разведку. Узнайте, чем дышит королевство, что планирует сестрица.
— Мы не попадем во дворец, он окружен магическим куполом.
— Вот дьявол! А Пикси сможете принести ко мне?
— Попробуем.
Кайри вылетели в окно, я зябко передернула плечами. Здесь, на высоте, воздух казался более прохладным, чем в долине. Он проникал через окошко без стекла и свободно гулял по камере. Я начинала замерзать, зато ветер принес пользу моим мозгам, они вдруг прояснились, туман с глаз пропал.
Итак, что мы имеем?
Ния — сильный маг. Отец намеренно оставил ее в королевстве, а меня отправил в Обитель. Возможно, реальная шилесса отказалась от этой задачи, и тогда названная сестрица выдернула меня из моего мира. Подлая Гарпи — подельница правителя. Нацепив на шею медальон, сделала меня соучастницей.
Я с ужасом представила, сколько могла натворить бед, если бы Рей не порвал цепочку. Нити налетели на Обитель на второй день моего пребывания там. Причем нашли тайное и хорошо защищенное убежище. Естественно, что Рей заподозрил неладное. Потом медальон был в ремонте, а когда его принесли, валялся в ящике ночного столика.
Черт дернул меня нацепить украшение перед выходом из замка! И сразу новая атака нитей. Мгновенно! Сердце сжалось от жалости к егересу, глазам стало горячо. Я представила, как растворяюсь на глазах у всех драконов, как егерес и Расина принимают меня за мерзкую шпионку, втершуюся в доверие, и застонала.
— Чтоб вам пусто было! — потрясла кулаком от бессилия.
Зло смахнула слезинки: некогда нянчить обиду! Теперь не отмоюсь от грязи, в которую меня окунули король и его дочурка. Хотя… мысленно вернулась к Ние. Если она выдернула меня из моего мира, значит, легко вернет обратно. Только какую цену я должна заплатить за это? Бросить Рея? Не вопрос, он и так не мой.
«А если надо будет разрушить страну драконов? Справишься?» — шепнул внутренний голос.
Я замерла, прислушиваясь к себе, и такое отчаяние ощутила, такую безнадегу, что закачалась и завыла вполголоса.
— Рей, спаси меня! — шептала помертвевшими губами. — Пожалуйста.
— Шилесса! — за окном раздался знакомый голосок.
— Пикси!
Теперь я по-настоящему расплакалась. Задирала голову, но окно находилось слишком высоко. Слезы потоком текли по лицу. Убивало собственное бессилие и невозможности нормально поговорить с единственным близким мне человеком.
— Шилесса, не плачьте! — в камеру влетели кайри. — Вы разрываете нам сердце.
Крошки облепили меня, подняли в воздух и понесли к окну. Наконец я увидела сияющие глаза Пикси. Ее держали на своих крохотных плечах сотни кайри. Я высунула руки, Пикси схватила их и крепко пожала.
— Шилесса, мне так вас жалко, — всхлипнула она.
— Расскажи мне обо всем. Как выбраться из башни?
— Только с помощью магии, — тихо ответила девушка. — В башне нет дверей.
— Как нет?
Только сейчас я сообразила, что толком не осмотрелась, не разглядела камеру, настолько была потрясена происходящим.
— Хочешь сказать, что я здесь заточена навсегда?
От кошмара, в котором оказалась, свело спазмом желудок, тошнота подкатилась к горлу.
— Я не знаю, шилесса, не знаю, — Пикси поникла. — Странная суета во всем городе, очень странная, — она прислонилась лбом к шершавой стене и зашептала: — Кажется, все ждут егереса.
— Зачем? — я на миг забыла о своих страданиях.
— Чтобы его убить.
Услышанное от Пикси повергло в шок. Я откинулась и закрыла глаза. Убить Рея? Но за что? Почему? Что за злобный замысел у короля и его дочурки? А главное, каким боком сюда затесалась я?
Получается, я не только стала проводником магических посылов Нии, направлявшей на драконов черную смерть, но и невольно притянула гибель к самому егересу, на котором держится вся Обитель. Даже страшно представить, что будет с бабушкой Расиной, Эми, Дитрихом, Мали, ставшими мне ближе подлых родственников.
— Шилесса, шилесса! — сквозь туман пробились тоненькие голоски кайри. — Что с вами?
Я и сама не понимала, что со мной. Голова вдруг закружилась, стена перед глазами поехала в сторону и распалась на отдельные камни. Миг — и я погрузилась во тьму.
Пришла в себя от холодных капель, летевших на лицо. Облизала сухие губы — вода.
— Шилесса! — встревоженный голос Пикси ломался, звал издалека.
— Со мной все хорошо. Замрите, крошки!
Я села, почувствовав под собой твердую поверхность. Кайри, видимо, испугавшись, опустили меня на пол и теперь порхали над головой, вызывая еще большее головокружение. Малышки сразу замерли в воздухе, лишь слегка шевеля крылышками.
— Слава богам! — Пикси плакала навзрыд. — Слава богам.
Я посмотрела на окно: лицо служанки торчало в раме, словно было нарисовано на холсте, по щекам текли слезы.
— Давайте все обсудим спокойно, — выдавила из себя. — Вы говорите, что король запер меня здесь, потому что я не справилась с миссией?
— Да. Вы должны были как можно дольше оставаться в Обители драконов, чтобы Ния через медальон узнавала ваше местоположение и насылала туда нити.
Это я понимала. Воины-драконы, бесконечно сражаясь, будут получать ранения и терять силы. А черная смерть, направленная на жителей замка, должна была уничтожить их еще в первый раз и причинить егересу душевную боль. В убежище прятались и дети, которых в Обители можно было пересчитать по пальцам.
Так, постепенно расшатывая устои государства бесконечными боями и страданиями, вероломный и хитрый король ослабит врага, нападет на него внезапно и уничтожит.
Но в этот план с далеко идущими последствиями вмешалась я. Во-первых, спасла домочадцев Рея от смерти, во-вторых, порвала медальон, а в-третьих, собралась за егереса замуж, о чем, кстати, совершенно не помнила.
— Вот стерва! — процедила сквозь зубы я. — Доберусь я до нее, все волосенки на башке выдерну! А сейчас план короля изменился? Пикси, что скажешь?
— Госпожа, — оживилась служанка, — я слышала, как Гарпи разговаривала с гонцом от короля.
— И что?
— Он сказал, что теперь, заточив вас в башне, надеются, что егерес прилетит вас спасать.
— Ха! — я не удержалась и показала кукиш. — Пусть выкусят!
Я вскочила, закружилась по крохотной камере. Стены, лицо Пикси, кайри, замелькали перед глазами, слившись в один разноцветный круг. Наконец я выпустила немного пара и повернулась к друзьям. Пикси и кайри вытаращили глаза и открыли рты: они в меня еще не видели в образе Мии-мстительницы.
— Шилесса!
— Откуда слухи про свадьбу?
— Ния увидела через медальон, приехала к Гарпи, они шептались в вашей комнате, когда я принесла постельное белье, говорили, что вы истинная дракона.
— Даже так? Большей бредятины я не слышала! Да и о свадьбе ничего не помню. Почему?
— Во время перемещения теряется кусочек памяти, — пояснили кайри.
— Перемещения? То есть хотите сказать, что меня раз, и перекинули щелчком пальцев?
— Ну, да. Шилесса Ния так может.
Сила этой стервы поражала. Если она творит такое на расстоянии, то что же говорить о близости? И опять на первое место выползла мысль, что это именно Ния выдернула меня из моего мира, а значит…
Дальше додумывать было опасно, надежда, она такая, укрепится в сердце, не выгонишь. Да и здесь полно нерешенных дел. Отправляться домой с незакрытым гештальтом я не собиралась.
— Тогда почему она сама не полетела в Обитель?
— Егерес. Шилесса Ния не может находиться вблизи дракона, гипнотическая сила правителя разрушает ее магию.
— А Голен? Он еще жив? — задаю вопрос, который мучил меня с самого начала.
— Да, но с ошейником на горле он не опасен для Нии. И…
Пикси замолчала. Эта девчонка знала удивительно много для своего возраста. Я с подозрением посмотрела на нее. Можно ли доверять служанке? Внешне она милая и доброжелательная, а как на самом деле? Может, засланный Нией казачок?
Кайри облаком пронеслись по камере, я перевела взгляд на них. И эти крошки появляются только тогда, когда хотят. Сразу вспомнила, сколько раз щелкала пальцами, но помощницы не откликались.
— Что «и»? Продолжай.
— Голен, — Пикси покраснела, или мне это показалось? — Еще один заложник, ради которого егерес прилетит в королевство.
«Так, мне нужна передышка! — растерла пальцами виски. — Иначе свихнусь!»
Голова по-прежнему болела, туман иногда полностью накрывал мозги и лишал возможности думать, а информация лавиной сыпалась на меня и нуждалась в немедленной обработке.
— А теперь скажите, как мне выбраться из этой башни, раз у нее дверей нет?
— Только силой магии.
— Ага, утешили, спасибо. Ее-то как раз у меня и нет. И что делать?
— Нужно звать егереса.
Вот и договорились!
Куда ни кинь, везде клин. Своей магии нет, Ния помогать не собирается, так как я приманка, и егереса звать нельзя: здесь его ждет неминуемая гибель.
— Пришло время поговорить с сестрицей, как думаете? — я повернулась к кайри.
— Ой, шилесса! Нельзя! Нельзя!
— Сама знаю, что нельзя, но выхода нет. Отнесите Пикси обратно в особняк и сообщите Ние, что я хочу с ней поговорить. Это вы в состоянии сделать?
Кайри зашелестели крылышками, закрутились и вылетели в окно. Лицо Пикси тоже исчезло. Я осталась одна…
Глава 30
Услышав вопль: «Черная смерть! Спасайтесь! — Рей с досады крякнул и подумал: «Что за невезение!»
Крик раздался в самый неподходящий момент, только Расина завела речь о свадьбе, как все сорвалось. Рей и сам не понял, почему так быстро принял это решение. Единственное, что знал после первой ночи, проведенной с шилессой, что жить без нее больше не сможет.
Мия вызывала такой огонь в его душе, такое безумное желание, что он не хотел ни на миг отпускать ее от себя. Вынужденный скрывать свои чувства от домочадцев, он мучился и страдал, пока занимался делами Обители.
— Что с тобой происходит? — спросил во время очередного совещания Рагнар. — В каких облаках ты витаешь?
Командор отчитывался о ремонтных работах, проведенных в убежище, но Рей едва слышал, о чем говорит друг. В голове только звенело: «Бу-бу-бу. Бу-бу-бу«.
— Рагнар, кажется, шилесса — моя истинная.
— Проверил?
— Да.
— Ты же хотел отстраниться от нее после проверки.
— Не могу. Я не вижу Мию и уже схожу с ума. Неужели так проявляется наша ментальная связь? Как ты с этим справляешься?
— Моя жена ждет дома, я постоянно ее чувствую, но острота отношений уже притупилась, вышла на спокойный уровень. А первое время было так, как у тебя, — засмеялся друг. Он похлопал Рея по плечу и добавил: — Держись, приятель! Этот период надо пережить.
— Как? В мыслях только она. Боюсь, что упущу из-за этого что-то важное.
— Не волнуйся, в Обители порядок, убежище под еще мощной защитой. Расслабься.
Командор взял кувшин и разлил по кубкам эль. Егерес выпил залпом, но крепкий напиток не погасил пожар в крови, лишь сильнее раздул его.
— А Магда не скучает без детей?
— Ты уже думаешь о детях?
Рагнар откровенно потешался над влюбленным другом. Эту усмешку Рей видел в глазах, она искорками стреляла в него, трогала губы, и, как командор ни старался, он не мог скрыть своего веселья.
— Конечно. Егерес без наследника — только половина правителя. Удивляюсь, как еще советники не подняли вопрос смены власти.
— А на кого менять?
— Есть ты.
— Я на своем месте, чужого мне не надо. А насчет детей, — Рагнар помолчал, неторопливо прихлебывая эль.
— Что?
— Они мое счастье. Ты же знаешь, в нашем племени отцы занимаются воспитанием потомства, поэтому Эми и Дитрих со мной. Но они часто летают к матери. Я тоже.
Рагнар улыбнулся своим мыслям.
— Ты счастливый дракон, — вздохнул Рей. — И истинную встретил, и детей завел.
— Да, мне повезло, но и тебе, кажется, тоже.
— В тебя жена — драконица, а как быть мне? Жениться на человеческой женщине? Если ли в этом смысл?
— Смысл есть всегда. Сам же говоришь, что чувствуешь, будто умираешь, если не видишь любимую хотя бы миг.
Но егерес еще долго не решался сделать отчаянный шаг. Ночи с Мией становились все жарче, расставание все труднее. Дошло до того, что Рей выходил из комнаты, когда она еще спала, и сразу возвращался, не в силах проститься. Тело горело, и холод разума не мог погасить этот огонь и жажду обладания шилессой.
Но и она не противилась их близости. Наоборот, Рею казалось, что Мия с нетерпением ждет, когда он появится на пороге ее спальни. И, хотя они не обсуждали свои отношения, старательно обходили эту тему, егерес верил: чувства взаимны.
И все равно он боялся, что Мия ему откажет, выдумав нелепую причину, поэтому не сказал ей о своих намерениях, огорошил внезапным заявлением.
Когда Расина заговорила о свадьбе, он увидел, как изменилось лицо Мии. Она вспыхнула, покраснела, смутилась, хотела что-то сказать, и тут раздался этот проклятый крик.
— Прости, — Рей поцеловал любимую и взмыл в воздух.
Следом взлетели все драконы, способные сражаться. Егерес сделал круг над площадкой и передал приказ:
— Немедленно в убежище!
Он сразу развернулся и ринулся вниз, к городу, но краем глаза успел заметить, как домочадцы побежали к замку. Сражение в этот раз было еще более яростным. Нити сыпались со всех сторон, словно их кто-то насылал. То там, то здесь под направленными струями огня вспыхивали черные клубки. Они падали на кусты и строения, которые тоже воспламенялись. Драконы-слуги, не обладающие магической силой, заливали очаги пожара водой. Оранжевое солнце катилось по небу, но его нежный свет терялся в ущельях черных туч, висевших над землей драконов. То одна, то другая срывалась вниз, и к ней устремлялись воины, чтобы не дать уничтожить город, спасти беззащитных жителей от неминуемой гибели.
Крики, запахи паленой кожи, дым — все заполняло воздух, рождало ярость и ненависть к врагу.
— Егерес, смотрите! — крикнул юный Карадарс, бывший опять напарником правителя.
Рей мощно взмахнул крыльями, ушел в крутое пике и развернулся: высоко на горе над замком висела черная туча, она клубилась, разрывалась на мелкие облака, через миг сливавшиеся воедино.
— Рагнар!
— Приказ принял!
Рей свечой взмыл вверх, тревога комком росла в груди, мозги отказывались верить в происходящее. «Как? Почему снова нападают на убежище? Кто наводит их?» — мысли мчались в голове, обгоняя друг друга.
Не успев подлететь к замку, он вдруг увидел, что туча распалась на множество отдельных клубков и исчезла.
— Что это было, егерес? — выстрелил в голове вопрос Карадарса.
Юноша бросился в погоню, миг — и над ним сияло чистое голубое небо, словно и не было только что покрыто черной смертью.
— Сам не понимаю.
Вместе с этой тучей пропали и остальные нити. В этот раз атака была настолько стремительной и яростной, что внезапное отступление смерти вызвало еще больше недоумения. Драконы начали собираться вместе.
— Возвращайтесь в замок, — к Рею подлетел Рагнар. — Я еще раз все проверю. Не нравится мне такое поведение нитей.
— Мне тоже.
Рей опустился на лужайку, где совсем недавно представил свою истинную бабушке и получил благословение. Теплом и волнением наполнилось сердце егереса. Он вступал на новый, неизведанный путь, и рядом с ним на всю жизнь будет одна единственная женщина.
Егерес бросился к убежищу, распахнул двери, нетерпеливо вгляделся в толпу — шилессы среди его родных не было.
Рей сначала не поверил своим глазам, обвел взглядом всех. Вот в кресле сидит бабушка, над ней порхают Эми и Дитрих, сзади стоит старый Мали, а за ним толпятся слуги, и Мии среди них нет.
Рей, ни слова не говоря, миновал общий зал, заглянул в каждый отсек, вбежал в пещеру с воздуховодом, но и здесь было пусто.
— А где…
— Шилесса пропала, — тихо ответила Расина, последовавшая за ним.
— Как пропала? — голос дрожал и сипел, воздух с трудом пробивался через горло, сведенное от волнения спазмом.
— Мы побежали в убежище, а когда закрыли дверь, поняли, что Мии с нами нет.
— Нужно было проверить! Мали!
Рей резко развернулся к большому слуге. Тот стоял, понурив голову, словно на его плечах лежала вся тяжесть мира.
— Не кричи на Мали! — Расина ударила внука палкой, но он лишь поморщился. — Старик искал Мию по всему замку, несмотря на опасность.
— Но куда она пропала?
— Не знаю.
— Эми, Дитрих…
Дракончики сорвались с места и полетели по замку. Рей стоял в полном недоумении, не понимая, что произошло.
— Может, ее захватили нити? — с надеждой спросил он, это хотя бы было разумное объяснение случившемуся.
— Мы их не видели, — тихо ответил Мали.
— Но кто-то же должен был заметить, куда исчезла шилесса!
Рей уже кричал. Обычно сдержанный, холодный и уравновешенный, сейчас он пугал подданных и родных своей горячностью и раздражением. Егерес видел это по их потрясенным лицам. В сердце зародилось подозрение, миг — и оно охватило и душу, и разум.
— Рей, опомнись! —Расина снова замахнулась на него палкой. — Что за истерика? Ты правитель или поросячий хвостик? Мали, слуги, все на поиски!
Но он не мог успокоиться, метался по замку, как мучится в небе бешеные огненные пчелы, готовые жалить всех подряд просто потому, что такова их натура.
«Неспроста все это. Ох, неспроста!» — в этом бесконечном беге по кругу родилась первая паническая мысль.
«А вдруг это шилесса насылает смерть на драконов?» — появилась вторая.
«Нет! Нет! Не может быть! Мия не такая!» — разогнала первые две третья.
Но сомнения укрепились в голове, они, как яд, разъедали нутро, которое дрожало от нестерпимой боли. Он кинулся в покои шилессы. Здесь было чисто: свежо и уютно. Складывалось впечатление, что хозяйка комнаты вот-вот вернется.
На столике стояли румяна, валялись кисти, расчески, зеркала, заколки. Все было брошено в беспорядке, словно Мия выскочила на миг и скоро вернется. На кровати лежала ее длинная ночная сорочка, которую Рей, снимая, пропускал между пальцами. Тонкий шелк гладко скользил, возбуждал еще больше и без того напряженное тело. Егерес схватил наряд и прижался к ткани лицом, втягивая аромат любимой.
— Мия, где ты? — сорвался с каменных губ стон.
Сколько он так лежал, не помнил. Когда очнулся, сумерки опустились на обитель. В комнате потемнело, лишь тени от последних лучей заходившего солнца еще лежали на полу. Шилессу так и не нашли, хотя проверили замок, город, окружающие пещеры и скалы. Маловероятно, что она пряталась там, но все же.
— Рей, успокойся!
Егерес сидел в своих покоях, в отчаянии сжимая ладонями голову, и не заметил, как к нему подошел Рагнар. Посмотрел на друга мутным взглядом, но увидел лишь расплывчатое пятно.
— Не могу. Я все время думаю, что на своей шее принес беду в Обитель драконов, — простонал он и с силой добавил: — Какой же я после этого правитель?
— Э-э-э, дружище! Да ты совсем расклеился, — Рагнар хлопнул Рея по плечу. — Давай заставим разум поработать.
— Я уже все варианты перебрал, ничего не могу понять.
— Ну, тут не такой большой выбор: либо Мия — подлая и злобная шпионка, присланная к нам, чтобы уничтожить наш мир…
— Либо?
— Либо она сама в беде.
— Есть еще третья сторона, — Рей замолчал, не решаясь поведать о том, что ему рассказывала Мия, командору. — Шилесса говорила, что она не из нашего мира, попала сюда с другой звезды. Там такое же солнце, тот же воздух, но на небе сияет только одна луна.
— Думаешь, она вернулась к себе? Испугалась твоего решения жениться и сбежала.
— Ничего не знаю. Что мне делать? — Рей опять сжал пальцами виски. — Душа огнем горит.
Мне кажется, проблема в медальоне.
— Почему?
— Пока шилесса его не надевала, в Обители все было хорошо.
— А когда она его надела?
— Сегодня утром.
— Дай подумать.
Рагнар прошелся по комнате и остановился у окна. Он смотрел, не отрываясь, на горы, прятавшиеся во тьме ночи, а Рей наблюдал за ним. Вот друг нахмурил брови и повернулся.
— Медальон был на шилессе в день ее прилета в Обитель.
— Да.
— А в королевстве ты его заметил?
— Нет. Не обратил внимания.
— Вот это и есть твоя главная ошибка! — командор поднял палец. — Цепочку могли надеть на шею шилессы после того, как ты отказался от ошейника.
— Но у Мии слабые магические возможности. Кроме кайри, она ничего не могла сделать, а ее помощницы не появлялись на расстоянии. Не было смысла в ошейнике.
— Тебя провели, как деревенского простачка.
Егерес замер, обдумывая услышанное. Рагнар был сто раз прав, но сердцем Рей чувствовал, что Мия принимала его искренне, не по принуждению.
— Я лечу в королевство, — решительно заявил егерес, сорвался с места и бросился к выходу.
— Стой! — командор успел перехватить его за локоть. —А если это ловушка?
— Я не оставлю Мию одну.
— Нет! Полечу я. Даже если это западня, меня точно никто не ждет с визитом.
— Я не отпущу тебя одного. Достаточно пленника Голена.
— Друг, а если сделаем так…
Глава 31
Я проводила взглядом помощниц и вздохнула: жуткая тишина окружала меня сейчас. Не слышалось пение птиц, шелест листьев, скрип ветвей. На миг показалось, что я осталась одна во всем мире.
Внутри разливалась такая вселенская грусть, что хотелось плакать. Вспомнилась мама, которая стояла по другую сторону дороги и грустно протягивала ко мне руки. Как она? Что с ней? Почему сказала, что ей осталось недолго?
Тоска разрывала на части сердце, а когда я представила еще и Рея, который сейчас не понимает, куда пропала его женщина, она заполнила всю душу.
— Что со мной не так? — бормотала вслух, чтобы слышать людской голос и не сойти от страха с ума. — Приношу только неприятности и разочарования любимым людям.
«Почему любимым?» — от неожиданного открытия забыла на миг свое положение узницы и совершенно случайно поставила в один ряд маму и Рея.
«Потому что любимым», — ответила сама себе. Я не мыслила жизни без дракона, всего ночь не видела его, а уже места себе не находила.
Я всхлипнула и через секунду плакала навзрыд. Отчего-то стало жалко себя, егереса, маму и ту неизвестную девушку, место которой сейчас занимала. Но слезы омыли душу, стало легче. поэтому решила не отчаиваться, а ждать новостей.
Однако не получалось просто ждать. Одиночество давило, сводило с ума. Я бродила по маленькому помещению из угла в угол, считала шаги и переживала за Рея.
— Пожалуйста, не прилетай! — шептала себе под нос. — Пожалуйста!
Ожидание сводило с ума, заставляло сильнее биться сердце. Я прилегла на топчан, стоявший в углу, и не заметила, задремала. Во сне меня обнимали сильные руки Рея, я тянулась к его жарким губам со всей страстью истосковавшегося тела.
Проснулась в холодном поту, резко села, поежилась: в камере стало темно и холодно. Вдруг боковым зрением уловила движение в углу, с визгом вскочила.
— Кто здесь?
— Привет, сестричка, — щелчок, и резкий свет озарил все вокруг.
Я зажмурилась, но сразу распахнула глаза: передо мной была Ния собственной персоной. Она криво улыбалась, а холодные серые глаза светились металлическим блеском и ненавистью. Мурашки побежали по коже от этого взгляда и злобной ухмылки. Я внутренне собралась, кажется, начиналась война.
— Привет, привет, рада тебя видеть, — вскрикнула я и бросилась к ней с объятиями, как поступила бы в своем мире.
Ния явно не ожидала от меня такой прыти, но спела отскочить и выставить перед собой раскрытую ладонь. Я отлетела к стене, ударилась так, что искры брызнули из глаз, осела на топчан. Голова закружилась, в воздухе полетели мушки.
— Ты спятила? — рявкнула на нее. — Я же по-родственному.
— Вот и держись подальше, мне такие родственники не нужны.
Я минуту приходила в себя, хотя налетела на Нию намеренно, чтобы проверить ее реакцию. Видела ее один раз, знаю о характере и манерах лишь по рассказам Пикси.
Проверила на свою голову! Что ж, одно знаю точно: сестрицу врасплох застать сложно, она все время настороже. И магию вызывает мгновенно, без подготовки. Хотя, какая подготовка у магов, я представления не имела.
— Ладно, не нужны, так не нужны, — миролюбиво согласилась я. — Тогда зачем меня выдернула из Обители? Жили бы до конца дней своих, больше не встречаясь. И тебе хорошо, и мне. Скучать точно бы не стала.
Ния сжала побелевшие от ярости губы.
— Надо было, — процедила она.
— Хотите с папашей драконов уничтожить?
— Не твое дело.
— Как раз мое! Вы меня подставили, а сами вышли чистенькими из воды. Что дальше?
— Увидишь.
— Думаешь, Рей прилетит меня спасать?
— Ну, если хотел жениться, наверное станет искать.
— А вот и выкуси! — я с огромным удовольствием показала сестрице кукиш, еще и покрутила его у нее под носом. — Егерес с самого начала меня подозревал, потому и медальон порвал.
— Но ты же снова его нацепила.
— А вот Рей не глупец! — я досадливо поморщилась. — Знаешь, какой он проницательный? Ни за что не поверит, что я в беде. Решит, что просто сбежала, когда вызвала черную смерть.
В зрачках Нии мелькнула растерянность, я злорадно ухмыльнулась: «Так тебе и надо!» Все же вывела злодейку из себя, заставила понервничать.
— Он же хотел на тебе жениться. Неужели бросит?
— Откуда ты это взяла?
— Сама слышала.
— Ты слышала только то, что тебе позволили. Ты же не знаешь, о чем мы говорили, пока медальон был порван.
Ния переступила ногами, приглушила свет. Я не понимала, откуда он льется. В камере светильников не было, в крохотное окошко заглядывала луна. Неужели эта ведьма усилила ее свет. Получается…
Старые вопросы закипели в мозгах. «Спросить или не спросить?» — главный из них вертелся на языке. И все же я не выдержала.
— Это ты меня из моего мира выдернула?
Ния дернулась, переступила ногами, сжала пальцы в замок. Быстрым взглядом посмотрела на окошко. «Ага, занервничала!» — обрадовалась я и продолжила давить:
— Я же не сама в вашем королевстве оказалась. И куда пропала настоящая шилесса? Тоже в качестве начинки для пирожков использовали?
— Да ты безумная!
Ния сделала шаг в сторону окошка, я вскочила с топчана и пошла на нее. Если не делать резких движений, она не успеет заметить атаку. Мысли, кажется, не умеет читать. Или умеет? Поди разберись в этой подлой натуре!
— Вовсе нет. Предлагаю сделку.
Ния замерла, пристально вглядываясь в мое лицо. Сейчас она смотрела серьезно, я видела работу мысли, которая летала по лбу, щекам, застревала в серых глазах и пряталась за ресницами.
— Какую? — наконец спросила Ния.
Я заложила руки за спину и там убрала большие пальцы в кулаки, чтобы не спугнуть удачу.
— Ты возвращаешь меня в мой мир, а я сдаю тебе егереса на блюдечке.
Ния, наклонив голову набок, разглядывала меня, я напряженно ждала ответа. Для меня сейчас самое главное — выбраться из башни. Даже если кайри поднимут в воздух, я не смогу протиснуться через это крохотное окошко. Да и Рей не спасет, разве что разрушит башню силой магии.
Вместе со мной?
Нет, это плохой вариант. Получить по черепушке кирпичом, или того хуже, оказаться погребенной под грудой камней, нет никакого желания. Мне еще нужно маму увидеть и замуж выйти к ее радости.
— Ты же говорила, что егерес не прилетит тебя спасать, — наконец раскрыла рот Ния.
— Я могу его позвать.
— Как?
— Через голубя. Сама видела, как к нему со всех сторон птички прилетают.
Сестра задумалась, собрала губы в трубочку, распустила, и так несколько раз. Я следила за выражением ее лица, но сестра была, как закрытая книга.
— Ладно, вызывай дракона.
— Нет, так дело не пойдет, — покачала головой. — Я тебе дракона, а ты мне шиш? Сначала проверка.
— Ты не в том положении, чтобы торговаться.
Ния взмахнула руками, и ее длинное платье закрутилось вокруг ног, а вскоре и она сама начала вращение и на глазах уменьшилась в размерах. Теперь мне стало понятно, как она попала в башню.
— Стой! Стой! — я бросилась к ней, пытаясь ухватиться за ускользавший подол. — Стой же ты, дура! — конечно, обзываться нельзя, но уж очень меня бесила эта стерва. — Я всего лишь прошу доказательство, что это ты притащила меня сюда.
Ния закрутилась в обратную сторону, все быстрее и быстрее, наконец застыла на месте. Я почувствовала приступ тошноты.
— И как тебе это доказать? — спрашивает она.
— Покажи.
Ния на миг задумалась, потом сделала несколько движений пальцами, и на стене развернулся экран. Я увидела свой город, шумную улицу, несущиеся машины и маму, машущую мне руками. И это было так близко: так реально, что я кинулась к ней.
— Мамочка! Прости меня!
Сзади раздался визг тормозов, я обернулась, увидела автобус, потерявший управление, и шарахнулась в сторону. Но не туда. Удар даже не почувствовала, просто что-то толкнуло меня, перевернуло в воздухе и бросило на асфальт. Свет померк, уплывающим сознанием я еще ухватила распахнутый в крике рот мамы и провалилась во тьму.
Первыми вернулись звуки. Они всегда появляются первыми. Я слышала разговор двух женщин.
— Бедная девочка, — говорила одна. — Столько времени в коме.
— Убивать надо таких гадов, — соглашалась с ней другая.
— Говорят, пьяный сел за руль.
— Как? Это же автобус, городской транспорт!
Женщины болтали, но их руки работали. Я чувствовала, как подо мной натягивают простыню, надевают мне на ноги носки, поправляют одеяло. Вот металлически стукнула ручка ведра, послышался звук льющейся воды, будто кто-то отжимал тряпку.
— Такие роскошные волосы пришлось отрезать, жалко.
— Ничего, волосы отрастут, лишь бы пришла в себя.
— А мать…
Скрип открывшейся двери, тяжелые шаги, которые замерли возле меня. Я напряженно прислушалась, пытаясь разложить по полочкам каждый звук, каждый шорох.
— Дамы, хватит болтать, займитесь делом, — говорит мужской баритон.
Что это? Я сошла с ума или это родной голос Рея?
Я застонала, попыталась открыть глаза, получилось, но свет молнией ударил по зрачкам, ослепительная вспышка принесла такую боль, что пришлось снова захлопнуть веки.
— Ренат Александрович, Ренат Александрович, вы слышали? — всполошились женщины.
— Что? — пикающий звук над головой, легкие приятные прикосновения.
— Мия шевельнулась.
— Не придумывайте, дамы.
Я приподняла ресницы: надо мной наклонился… Рей. Сейчас он выглядел по-иному. Исчезли длинные волосы, в которые я любила запускать пальцы, широкая рубашка, украшения. На нем был надет белый халат, в нагрудном кармашке торчали разноцветные ручки, с шеи свисал, покачиваясь, фонендоскоп.
— Рей, Рей, — прохрипела я и… очнулась.
Я стояла в камере башни: прижималась лицом к стене, а по щекам текли слезы. Дорога, автобус, мама, Рей в халате — все исчезло.
— Убедилась теперь?
Я вздрогнула, с трудом выпрямилась и посмотрела на Нию.
— Что это было?
— Ты просила показать, я показала.
— Но что ты показала?
Я ничего не понимала, от этого испытывала такой ужас, что едва сдерживала крик.
— Твой мир.
Я сразу вспомнила Эми-эмпата, которая воспроизводила мои мысли и делала из них видение, и внезапно успокоилась. Ния просто залезла ко мне в голову. Отчего-то стало легче, я засмеялась.
— Ты решила меня обдурить?
— Почему? — Ния вытаращила глаза.
— Ну, как же, это все есть в моей памяти. Такому сильному магу, как ты, ничего не стоит создать иллюзию на основе моих воспоминаний.
— Ты даже помнишь, как лежала в этой странной белой комнате после того, как на тебя наехало самодвижущееся чудовище?
— Конечно…
Брякнула и осеклась: все, что показала мне Ния после аварии, было мне незнакомо.
«Так, успокойся! — приказала я себе. «Хватит паниковать! Надо отсюда выбираться!»
— Тогда я прощаюсь.
Сестра снова начала раскручиваться.
— Стой! Я согласна. Выпусти меня отсюда, я напишу записку для егереса.
— Ты можешь написать ее и здесь.
Из воздуха возник стол с письменными принадлежностями на нем.
— Ты хочешь, чтобы я карябала на магической бумаге? Да сила егереса моментально ее уничтожит, не успев прочитать. Мне нужна настоящая.
— Жди здесь.
— Ния, я никуда не убегу. Попасть в свой мир без тебя не смогу, бороться с целым королевством тоже. Даже если за мной прилетит парочка драконов, они не смогут вытащить меня наружу. Чего ты боишься?
Ния внимательно посмотрела на меня, я внутренне сжалась. Думать о видении пока не могла, потом, все потом, сейчас главное — сломать сопротивление сестры и выбраться из башни.
— Я и не боюсь, — вскинулась Ния.
— Вот видишь! Отправь меня в семейное поместье, там Гарпи присмотрит.
— Ладно, уговорила.
Ния простерла надо мной руки, тело начало вращаться, вместе с сестрой теперь крутилась и я. Сколько времени прошло, не знаю. По первому впечатлению пролетел миг. Мы уменьшились до размеров небольшой птицы и вылетели в окно. Ния плавно спускалась, я следовала за ней. Моя душа пела, я радовалась, что провела сестру вокруг пальца.
Глава 32
Какой же я была дурой, раз доверилась подлой шилессе, настоящей идиоткой! Ничему меня жизнь не учит, права была мама. Я всхлипнула, вспомнив ее: наверное, уже и не научит.
Но обо всем по порядку.
Мы вылетели в окошко, я ликовала: от тюрьмы избавилась, получила пищу для размышлений и возможность действовать. Ния показала мне аварию, но эту информацию она могла взять из моей же головы. А вот больница была для меня новостью. Откуда шилесса из другого мира могла узнать, как выглядят наши палаты, врачи и медсестры? И почему доктор так похож на Рея? Может, и это моя фантазия, спрятавшаяся глубоко в подсознании?
Мы летели в ореоле света, словно включенные прожекторы направили свои лучи на нас. Я хорошо видела сестру, а за гранью круга мир терялся во тьме. Ния спустилась до середины горы и вдруг резко свернула в сторону.
— Эй, ты куда? — крикнула я, но ни звука не вылетело изо рта.
«Черт! Птицы не умеют разговаривать!» — сообразила наконец.
Быстро взмахнула крылышками, выскочила из круга и сразу потеряла ориентир. Испуганно вернулась, нырнула обратно, обогнала Нию. Перед ее носом стала отчаянно крутиться. Она открыла клюв.
— Ка-р-р-р! — донеслось ехидное.
Она издевается? Я полетела на таран, Ния вильнула в сторону и ушла в крутое пике.
Нет, ты у меня получишь! Ринулась следом, но тут же почувствовала, как тело растет и увеличивается в размерах. Миг — и я уже камнем летела вниз в своем человеческом обличье.
«Все, это конец! — мелькнула отчаянная мысль. — Мама, Рей, простите меня!»
Только подумала, как опять уменьшилась в размерах и обрела крылья. Ния покружилась рядом, словно говоря, что, если еще раз взбрыкну, бросит меня умирать на скалах, и полетела вперед.
«Вот сучка средневековая! — подумала я. — Дождешься ты у меня!»
Но, как осуществлю свою угрозу, не ведала: я сейчас полностью была в руках сестрицы. «Ладно, прилетим в столицу, подумаю», — решила я, видя, что она приближается.
Рано радовалась. Мы не направились к городу, редкие огоньки которого были уже так близко, спустились на скалу, где была небольшая площадка, и Ния вернула мне прежний вид.
— Зачем мы здесь?
Я огляделась: голые камни под ногами, пожухлая трава и ледяной, пронизывающий до костей ветер. Зябко пожала плечами, обхватила себя руками, на мне только легкое платье, в котором я вышла из замка вчера утром. Или позавчера… я потеряла счет времени.
— Ты же хотела выбраться из башни, я это устроила. А дальше…
Ния завращалась, уменьшилась в размерах и взмыла в воздух.
— Что дальше? Ты куда? — закричала я, побежала за ней и застыла на краю обрыва.
— Дальше сама… ножками, — донесся злобный смешок.
— Ведьма! Стерва!
Но сестра лишь махнула крыльями и исчезла вдали. Я испуганно отступила в центр площадки. Теперь моя камера показалась мне настоящим раем.
Ния пропала, а с ней и прожекторы погасли, словно кто-то нажал на выключатель. Ночь опустилась на плечи и придавила к земле. В этой темноте невозможно сделать ни шага, чтобы не сорваться в пропасть.
Ужас клещами схватил за сердце и сжал его так, что, казалось, еще миг, и мне придет конец. Я прижималась к камням и дышала часто и поверхностно, пытаясь разогнать кислород по крови, уничтожить на корню панику. Наконец включилось сознание: я жива, даже на свободе, пусть даже такой ущербной, нужно думать, что делать дальше.
— Мамочка моя! — все же застонала от страха и испугалась звука собственного голоса.
А вдруг его услышат дикие звери? Я же в горах, здесь может быть все, что угодно. Замерла на миг, превратилась в слух. Когда сосредоточилась, сумела разглядеть темные очертания гор вокруг, а когда из-за туч выглянули все три луны, даже страх отпустил.
Защелкала пальцами, вызывая кайри, и зашептала:
— Девочки, миленькие, на помощь!
Но старалась зря. Несмотря на то что я находилась в родном королевстве и магия должна была работать, она молчала. Ни щелчки, ни призывы не дали результата. Это наверняка были происки Нии, но зачем? Вот этого я не понимала. Если король и сестрица хотели поймать в ловушку егереса, разумнее всего меня держать при себе. Рей прилетел бы, а его сразу схватили бы.
Но логика этого злобного мира недоступна разуму современного человека. Спасти меня из камеры ерегес не смог бы, он владеет магией четырех стихий, но не может уменьшать тела. Однако и поймать дракона в воздухе невозможно, слишком он силен и огромен по сравнению с людьми, разве что ловушкой мог стать защитный купол вокруг башни.
Может, поэтому Ния вытащила меня из башни и бросила умирать на скале? Что дальше?
Или…
Черные мысли пронеслись в голове, я даже потрясла ею, чтобы прогнать страшное видение. А вдруг я размышляю, а кто-то сканирует мои предположения и выбирает из них самые коварные? Я уже была ни в чем не уверена, но егерес в окружении тучи нитей мелькнул и до колик в животе напугал меня.
Да, ночью я ничего не могу сделать, гадина Ния это прекрасно знала, поэтому и оставила меня здесь. Я легла набок, положила голову на локоть, но острые выступы каменистой поверхности тут же впились в кожу. Пришлось снять корсет, свернуть его и кинуть под голову. Ветер сразу забрался под свободную одежду, но он был меньшее из зол, которые ждали меня.
Протяжный вой донесся издалека, я вздрогнула, насторожилась, но ни шагов, ни треска веток не различила и успокоилась. Так прислушивалась напряженно и вскакивала на каждый шорох, пока усталость окончательно не сморила меня.
А утром я поняла, в какой заднице оказалась.
Проснулась от дикого холода, меня трясло так, что зубы щелкали. Еще и дождь начал накрапывать, я облизала пересохшие губы, подставила язык каплям воды. Дерьмовая ситуация, хотя был один положительный момент: никто из обитателей леса меня не потревожил, что безмерно радовало.
Я вскочила, несколько раз присела, разгоняя кровь, растерла лицо руки, ноги.
Подкралась к краю площадки, посмотрела в ущелье: далеко внизу шумела, переливалась на камнях горная речонка. Я видела, как собирается пена у валунов, слышала, как ревет поток, но ни одна тропинка не вела туда, ни одного просвета между кустами, проложенного человеком или зверем, не было.
Желудок стянуло голодным спазмом. Кажется, спасать меня никто не собирается, придется это делать самой.
«Не паникуй! — уговаривала себя, хотя внутри все превратилось в дрожащий студень. — И не из такой передряги уже выбиралась».
Глубоко вдохнула, подавила приступ тошноты. Что-то нервы не в порядке, второй день то головокружение, то тошнота. Хотя… такие события кого угодно сломают.
Я перешла к другой стороне площадки, посмотрела там. Мне показалось, что вижу желтую змейку тропинки, нужно только преодолеть парочку густых кустов, и окажусь на ней. Взбодрилась, длинные юбки засунула за пояс, чтобы не мешали, схватилась за первые ветки и взвизгнула: они были покрыты колючками.
— Змея! — дикий рев вырвался из глотки. — Гадина! Я тебя собственными руками задушу!
Я разглядывала свои расцарапанные ладони и глотала слезы. Наконец отдышалась, зубами разорвала подол нижней юбки и замотала полосками ткани руки. Одной длинной лентой примотала к ягодицам корсет: если придется спускаться на попе, жесткие вставные пластины защитят пятую точку от повреждений.
— Не дождетесь! — бормотала, сцепив зубы, пока готовилась. — Я не сдамся!
Удручало, что дождь припустил сильнее. Холодные струйки били по лицу, капали за шиворот, пропитывали влагой платье. Но вторая попытка оказалась более успешной. Я сломала несколько веток, пролезла через кусты, оставляя на колючках клочья волос, но выбралась на ту желтую тропинку, которую увидела. Посмотрела на нее и застонала: она круто уходила вниз, спускаться нужно было очень осторожно, чтобы не сорваться, а зацепиться при этом не за что.
Сломала пару толстых веток и, опираясь на них, начала потихоньку двигаться вниз. Рывок — передышка, рывок — передышка. Наверх смотреть страшно: вниз — еще страшнее.
Не думать, не размышлять…
Руки — ноги — пятая точка, и опять: руки — ноги — пятая точка…
Вдох-выдох— рывок.
Когда сползла до середины скалы, сделала передышку. Просто легла и закрыла глаза. Тело смертельно устало, но, стоило только остановиться, как голова заполнилась мыслями.
Как быть? Что делать дальше? Нужно вернуться к драконам, но как?
Я представления не имею, где, в какой стороне находится Обитель.
Или лучше ждать егереса в королевстве? Прокрасться в свое поместье и спрятаться. Преданная Пикси не выдаст меня Гарпи.
И опять неизвестно, прилетит Рей спасать меня или убивать, потому что считает предательницей, мое исчезновение красноречивее слов. Думать было еще хуже, чем спускать, боль душевная перекрывала боль физическую. Я встряхнулась и опять включила движение: руки — ноги — пятая точка
— Мамочка моя, господи, если ты тут есть, помогите! — шептала на каждый рывок.
Но удерживаться на скользкой тропинке становилось все труднее. Правая ветка сломалась, левая еще работала рычагом, но я с тоской смотрела на нее и молилась.
Наконец и левая ветка не выдержала давления, она треснула, подломилась, я не успела схватиться за траву, как поехала вниз. Сначала медленно, но постепенно ускоряясь, и вот уже мимо мелькали какие-то цветы, мелкие кустики, я цеплялась за них пальцами, они срывались, рвали кожу рук. Ужас охватил голову, изо рта вырвался безумный вопль:
— А-а-а! Спасите!
Тропинка повернула, я едва успела отдернуть голову от валуна, понесшегося навстречу, но рядом был второй. Казалось, столкновение неизбежно, я просто в отчаянии закрыла глаза и вдруг… взлетела.
— Тихо! Тихо! — зазвучали в голове успокаивающие слова. — Я с тобой, шилесса, я с тобой.
— Рей, — я судорожно вздохнула и заплакала навзрыд. — Р-рей!
Егерес плавно опустился на поляну, положил меня на крыло и прижал к огромной груди. Вторым крылом защищал от потоков дождя. И так стало хорошо, так спокойно, словно я почувствовала себя дома.
— Тихо, тихо, не плачь, моя шилесса, — приговаривал Рей, покачивая меня.
Я согрелась, от одежды даже пошел пар, пошевелилась.
— Как ты здесь оказался? Как нашел меня.
— Ты забыла? Ты же моя истинная, сердце привело, — он замолчал, потом добавил: — И еще кое-кто…
— Ох, Рей…
Я всхлипнула и залилась слезами, на этот раз от облегчения.
— Успокойся, теперь ты со мной.
— Ты не злишься на меня? Я не предавала тебя!
— Я знаю.
— Но… тогда почему ты здесь?
— Не только я.
Егерес убрал крыло, загораживавшее мне обзор, я увидела драконов-юношей, командора, еще несколько незнакомых воинов и вспыхнула от смущения. Грязная, растрепанная, в разорванном платье, покрытом комками глины, с корсетом, привязанным к попе, я не была той красивой шилессой, которая некоторое время назад прилетела в обитель.
— Приветствуем вас, егересса! — дружно рявкнули драконы и встали на одно колено, склонив голову.
Они уже приняли человеческий облик, только Рей сохранял первородную сущность.
— Егересса? Но…
Рей не дал мне договорить.
— Мия, нам пора улетать отсюда. Твоя сестра может скоро вернуться.
— Да, да, конечно, — заторопилась я, невольно бросив взгляд на себя.
— Но сначала переоденься.
Рагнар принес седельную сумку, в которой лежало чистое и теплое платье. Я счастливо улыбнулась.
Глава 33
Я переодевалась в тени густого кустарника, Рей широкими крыльями закрывал от зрителей. Дождь, словно по волшебству, тоже прекратился, выглянуло солнце, и мир сразу засиял радужными красками.
Настроение мгновенно поднялось, вспомнились слова егереса о том, что ему кто-то подсказал, где меня искать? Но кто? Кайри? Пикси?
Сердце сжалось от умиления: «Спасибо, спасибо, мои маленькие крошки!» Моей благодарности не было предела. Расправив юбки, уже хотела выйти к драконам, как новая мысль ударила в голову: «А если это происки Нии?»
Запросто! Силой магии она могла бросить призыв Рею и направить его в нужное место. Испариной покрылся лоб.
— Рей, Рагнар! — я выскочила в панике, даже не завязав волосы в хвост. — Нужно убираться отсюда! Немедленно!
— Дорогая, не волнуйся так сильно.
Рей, вернувший себе облик человека, прижал меня к себе, но я отстранилась. Во-первых, смущалась внимательных взглядов драконов, а во-вторых, стеснялась публичности. Мы так старательно скрывали наши отношения, что я не понимала теперь поведение Рея. Еще и егерессой меня все называли, но словно я официально вышла за него замуж.
— Что случилось, егересса? — спросил Рагнар.
«Вот опять!» — чуть не вырвался стон, но сдержала его и сказала:
— Ния! Она специально вытащила меня из башни на свободное пространство, чтобы поймать вас в ловушку.
— Почему ты так решила?
Я быстро изложила свои соображения, о которых думала вечер и ночь.
— Не волнуйся, все в порядке. Мы сейчас далеко от твоей тюрьмы.
— В смысле, далеко?
Я огляделась и только сейчас заметила, что мы находились на лесной поляне у подножия горы, но желтой тропинки, с которой я спускалась на пятой точке, рядом не было. Со всех сторон пятачок свободной земли защищали высокие, ровные, как натянутая струна, деревья. В моем мире их бы их назвали корабельным лесом. Пространство между стволами, не заросшее кустарником, хорошо просматривалось, а воины стояли к нам спиной и осматривали окружность.
— Ты была без сознания, — улыбнулся Рей, — поэтому не заметила, как мы улетели.
— А-а-а, — протянула я, хотя ничего не понимала.
— Егерес, егересса, нам пора, — Рагнар поклонился, а за ним опустили головы и все остальные.
— Погодите, вы куда? А как же мы?
— Дорогая, у нас с тобой другая задача.
Я удивленно наблюдала, как драконы по одному исчезали среди деревьев, причем шли пешком, как обычные люди.
— Рей, ты объяснишь мне, что происходит?
— Обязательно, как только придем на место.
Он взял меня за руку и потянул за собой в противоположную от драконов сторону. Я больше не сопротивлялась: Рей рядом, мне больше ничего не надо. Шла, подпрыгивая, заглядывая снизу на мужественный подбородок, и гордилась своим роскошным мужчиной.
«Эх, вот бы привести такого красавца в библиотеку! — невольно подумалось вдруг. — Тетки бы упали от зависти на пол и сами в штабеля сложились. А еще маме бы показать».
При мысли о маме сердце сжалось от боли. Увижу ли я ее когда-нибудь? Почему-то сразу представила больничную палату. А вдруг все, что со мной происходит сейчас, это мой сон, иллюзия?
«Нет, не хочу!»— отчаянно замотала головой, поймала удивленный взгляд Рея и остановилась, не представляя жизни без моего дракона.
— Тебе плохо? — Рей подхватил меня на руки. — Давай, понесу.
— Нет, все в порядке, поставь меня!
Не могла же я сказать ему, что душа рвется на части, как представляю свою жизнь без него.
Шли мы недолго. Тропинка, извиваясь змейкой, привела нас к густому и высокому кустарнику, длинной полосой тянувшемуся влево и вправо. Я приподнялась на цыпочках, но не сумела ничего разглядеть.
— Ох! Мы здесь не пролезем, — вздохнула огорченно. — Может, перелетим?
— Нельзя. В столице не должны узнать, что на королевской земле появились драконы.
— А где вы видишь столицу? — подколола его.
— Она рядом, стоит только выйти из леса.
— А, так это ваш хитрый план? — обрадовалась я.
— Хитрый не хитрый, но свои секреты имеем, — усмехнулся Рей.
Его слова тронули мое сердце, оно растаяло и разлилось липкой лужицей, я чуть не заплакала от оказанного доверия. Значит, егерес полностью принял мою правду.
Мы пошли вдоль живой ограды, и я неожиданно поняла, что за мохнатой листвой прячется каменная стена.
«Как так? — готова была брякнуть от удивления. — Только что ничего не было».
Вскоре мы оказались у высоких ворот. Рей не стал срубать ветки мечом, а старательно отодвинул, чтобы ни одной дождевой капли не упало на меня, ни один лист не сорвался, и открыл скрипучую дверь.
— Такое впечатление, что здесь никто не живет, — отчего-то прошептала я.
— Так и есть. Это тайное место драконов.
— Как?
От потрясения я не нашла, что сказать, шагнула во двор и опять застыла: маленькая площадка была накрыта сверху сеткой из веток тех же кустов. Мы будто в шатер попали, а в центре двора стояла хижина, куда Рей и потянул меня.
— Зайди в дом, отдохни, наверняка хочешь есть, — предложил дракон.
Я поднялась на ступеньку, заглянула внутрь и увидела одну пустую комнату, в одном углу которой стоял единственный сундук, а в другом — плетенное из прутьев кресло. С потолка свисала паутина, слой пыли покрывал пол, сквозь мутное стекло не заглядывало солнце. Было мрачно, прохладно и жутко.
— Нет, я с тобой, — покачала головой я.
— Тогда сядь здесь.
Рей вытащил из хижины кресло, бросил на него плед, добытый из сундука, и усадил меня. Я наблюдала, как он щелчком пальцев выбивает огонь под маленьким очагом, ставит на него котелок и достает из сумки мясо.
— Я хочу помочь, — я не выдерживаю безделья.
— Возьми там, — Рей махнул рукой в сторону пристройки к хижине, — все, что тебе понравится.
Я тут же вскочила. Пристройка оказалась небольшим складом, на полках которого стояли мешки, коробки, какие-то судочки и ящички. Заглядывая в каждый, я нашла специи, соль, овощи и даже пару сморщенных яблок.
— Рей, ничего не понимаю, — бормотала я, раскладывая все это добро на столе. — Где мы? И как люди не нашли это место?
— Все просто: эта избушка наших разведчиков, она закрыта магическим замком, ключ от которого меняется и передается каждой новой смене.
Я с жадностью набросилась на похлебку, которую сварил Рей, вкуснее блюда еще не ела в своей жизни. Егерес сидел, сжимая в пальцах деревянную ложку, наблюдал за мной и довольно улыбался.
А я голодным взглядом смотрела на его плошку и готова была проглотить все, что в ней, вместе с посудиной. Никогда еще не нападал на меня такой жор. «Точно, я ела в последний раз сутки назад», — догадалась и успокоилась, хотя кусок мяса в миске Рея манил неимоверно.
Я облизала свою ложку и спросила.
— Ты это будешь?
Рей положил в тарелку аппетитный кусочек, мне стало стыдно.
— А сам? — я вернула мясо обратно. — Тебе силы нужны для сражения с людьми.
— Я сыт, а твой организм требует много.
— В честь какой радости? Я не ем, а клюю, как птичка.
— Правда?
И столько иронии было в его словах, что я окинула взглядом стол и икнула. Мало того, что опустошила свою миску, я съела все овощи, лепешки, которые привез Рей, еще и в его плошке поковырялась.
— Ой, что со мной? — я откинулась на спинку кресла и вздохнула, казалось, что живот лопнет сейчас от переедания.
— А ты не догадываешься?
— Сутки не ела, вот и проголодалась, как зверь, — пояснила я.
— А причина в другом.
— В чем же?
В голове пронеслась стремительная мысль: «Я заболела? Или Ния меня околдовала? Теперь буду жрать как не в себя, пока не лопну».
Передернулась от такой перспективы, поэтому уставилась на Рея в ожидании, что скажет, но он встал и пошел к ограде. Дракон возился у дальнего угла, а я сидела в прострации, следила за ним и не понимала, на что он намекает.
Рей вернулся с целой плошкой бордовых ягод.
— Помнишь, ты пробовала пастилу из олики в первый день нашего знакомства? — улыбнулся он.
— Ох, это было необыкновенно вкусно, — причмокнула губами я и положила одну ягодку в рот.
Мои вкусовые рецепторы завизжали от восторга, я даже зажмурилась, чтобы насладиться моментом.
— Да, а потом на нас напали огненные пчелы.
— Точно! — я отдышалась и взяла вторую ягоду. — Я сорвалась со скалы, ты меня спас, но пострадал Карадарс.
Я вспоминала, и казалось, что это приключение было так давно, словно я всю жизнь жила в этом мире.
— Дорогая, иди ко мне, — дракон опрокинул остатки ягод себе в рот, я только моргнула: вот жадина!
Он протянул руку, я села к нему на колени и крепко обняла за шею. И такой покой опустился на плечи, такое счастье, что волнение разлилось рекой в груди. Рей осторожно прикоснулся к моему животу, я вздрогнула, напряглась. Догадка мелькнула и испарилась, потому что этого не могло со мной случиться. Вот не могло, и все!
Сняла руку егереса с живота и вскочила, идиллическое настроение пропало.
— Я переела, нужно пройтись, калории отработать, — пробормотала и бросилась к кустам олики.
— Много нельзя! — воскликнул Рей. — Опасно для сына.
Я остановилась, как вкопанная, и медленно развернулась. «О чем он говорит? — паника забилась в висках. — Какого сына? Я даже не беременная, месячные были недавно. Подумаешь, много съела!»
— Когда он еще будет! Да и несколько ягод никак не помешают.
Но Рей не дал мне сделать и шагу, просто одним плавным прыжком оказался рядом и крепко обнял. Я прижалась спиной к большому телу дракона. Так хорошо с ним, так спокойно! Но следующие слова Рея чуть инфаркт не вызвали.
— Я говорю о сыне, который уже с нами. Мое тело готовится к нему, — заявил он. — Пойми, олика — вкусное лакомство, но в большом количестве вызывает кровотечение.
Я икнула, отстранилась, вытаращила глаза.
— Т-ты о чем? — выдавила вопрос, заикаясь.
— О малыше, — спокойно ответил он. — Помнишь, я рассказывал, что воспитанием детей занимаются драконы?
— Угу.
— Сумка у меня на спине увеличивается, наполняется кровью.
То, о чем говорил Рей, не укладывалось в голове. Какой малыш? Откуда? А как же моя мама? Как вернуться домой? Получается, я теперь навсегда буду привязана к этому миру? Слезами наполнились глаза, рот поехал вниз, я всхлипнула.
— Н-но… я ничего еще не знаю.
— У людей порог чувствительности ниже.
— Хочешь сказать, что здесь, — я положила ладонь на живот, — растет маленький дракончик?
— Да, дорогая, — Рей накрыл мою руку своей широкой ладонью.
— Н-но… н-но… — я никак не могла справиться с эмоциями.
— Тихо, тихо, успокойся, все будет хорошо.
— Н-но… я не хочу.
С трудом выговорив эти слова, я разрыдалась. Такое отчаяние заполнило душу, такая боль, что, казалось, сердце сейчас разорвется от горя. Первый ребенок — это первое счастье для каждой мамочки, но, представить, что я рожу не мышонка, не лягушку, а неведому зверюшку, которая плюс ко всему будет расти и развиваться в спинной сумке Рея, я не могла.
Егерес вздрогнул, разжал руки и пошел к столу. Я понимала, что мои слова его обидели, но ничего не могла с собой поделать. Бросилась к кустам олики, набрала целые горсти, поднесла ко рту: надо немедленно избавиться от проблемы, пока хуже не стало, и… замерла. Ягоды посыпались на землю.
Не могу я так поступить, не могу!
Медленно побрела к хижине, села на крыльцо, прислонилась к столбику и закрыла глаза. Что же делать? Ступенька скрипнула, Рей опустился рядом.
— Прости, Мия, — тихо сказал он.
Я резко повернулась к нему и с жаром выкрикнула:
— Понимаешь, дело не в тебе и не в малыше! Я теперь никогда не вернусь домой, не вернусь! Будь проклята та первая ночь с тобой! Ты же обещал помочь, если я выполню условие. Я выполнила. А что теперь?
Рей устало потер виски. Сердце сдавило болью от жалости к нему, все же не последний для меня человек, ближе него в этом мире никого нет, а из-за меня у его племени одни проблемы. Вместо того чтобы бороться с людьми, мой бронзовый красавец сидит в лесу и уговаривает строптивую.
— Я помогу тебе вернуться на твою планету, — холодно сказал егерес, и столько боли было в его словах, что я снова чуть не заплакала. — Но драконы не бросают свое потомство.
— Что ты хочешь этим сказать? — возмутилась я.
— Когда родишь сына, я тебя отпущу.
Глава 34
Отпустит? Как это понимать? Я растерянно уронила руки и закрыла глаза: не хотела его сейчас видеть совсем. Я ему что, бесплатный инкубатор по вынашиванию потомства? Или суррогатная мать? Но в этом ребенке течет и моя кровь.
Я открыла рот, чтобы выкрикнуть все бранные слова, которые знала, они так и крутились на языке, но заметила, что Рей исчез. Вскочила, растерянно огляделась и, услышав шум из хижины, успокоилась и снова села на крыльцо.
Что же егерес предлагает мне? Или это такой хитрый ход, мол главное, роди, а дальше по обстоятельствам.
Возмущение так и закипело в груди, захотелось выплеснуть его на голову Рею, но я держала себя в руках: он предлагал разумный выход из ситуации, но…
Черт возьми! В этом проклятом «но» и было все дело. Когда я выполнила первое условие, домой меня никто не вернул.
«А ты сама не слишком рвалась», — подсказал ядовитый внутренний голос.
«Да, не рвалась, но и Рей не торопился выполнить обещание», — спорила я сама с собой.
И сейчас та же приманка — сделай мне то-то, а я тебе то-то. Но процесс односторонний, и все не в мою пользу. Допустим, я, как обычная самка, выношу дракончика, отдам его отцу и отправлюсь на свою планету. И кто я после такого буду?
«Последняя тварь! — тут же подсказал внутренний голос. — Кукушка, бросившая своего птенца».
Как только я представила эту картину, застыла от ужаса. Это же я больше никогда не увижу ни Рея, ни малыша. Смогу ли пережить такое? Успокоится ли сердце, или сойду с ума от переживания и тоски?
Но на другой чаше весов стояли расстроенная мама и возвращение домой.
О боже! Какой сложный выбор!
Вопросы, вопросы, вопросы…
От них гудела голова, а вот ответов не было. Я слышала, как Рей что-то двигает, чем-то шебаршит, но упрямо сидела на месте, хотя умирала, как хотела быть рядом. А еще клонило в сон, немного тошнило, в платье стало неудобно, оно душило у горла и давило на грудь.
Разумом понимала, что это глупая фантазия, не могло мое тело так быстро поменяться, но новость просто выворачивала мозги наизнанку и влияла на восприятие действительности.
— Рей, — не выдержала я одиночества, — к тебе можно?
— Да, конечно.
«Дорогой не назвал, — тут же с обидой отметило подсознание. — Какие мы ершистые!»
Я зашла в хижину и удивилась переменам. На топчане лежал матрац, прикрытый покрывалом, в светильниках, развешанных по стенам, горел огонь. Рей взял меня за руку и подвел к ложу.
— Как ты догадался, что я хочу спать? — сонно спросила его.
— Беременность у дракониц идет по-другому, чем у людских женщин, — ответил он. — Твое тело должно много отдыхать, чтобы процесс деления клеток шел быстрее.
Я вытаращила глаза: приехали! Он решил добить меня новостями? Мало того, что о беременности узнаю таким образом, еще и толстеть буду не по дням, а по часам.
— И сколько времени займет моя беременность? Месяц? Неделю? Два дня?
От шока я с трудом говорила. Просто в голове не укладывалось такое безобразие.
— Не переживай, не так быстро, пять месяцев.
Я выдохнула, улыбнулась, но глаза Рея смотрели холодно, хотя еще недавно в них светилась нежность и любовь. От этого жуткого взгляда мурашки побежали по спине, я поежилась, быстро легла и отвернулась к стене. Только почувствовала, как Рей укрыл меня, как провалилась в сон.
И опять мне снилась мама. Не давали покоя те последние слова, которые она мне крикнула, стоя на тротуаре. Мне срочно нужно было домой, просто до зарезу! Я уже два месяца в чужом мире, как же выдержать еще пять?
Видимо, я всхлипывала, потому что проснулась с мокрыми щеками. Рей сидел в кресле, холодный и отстраненный, и в упор смотрел на меня. Напряженное лицо было бледным, из-за резко провалившихся щек казалось изможденным.
— Ты чего? — испугалась я и пошевелилась. — Случилось что-то?
— Все в порядке, — Рей встал. — Ты отдохнула?
— Д-да, — я давно не видела дракона таким суровым, поэтому немного растерялась. — Есть хочу, — добавила жалобно.
— Иди к столу.
Егерес молча наблюдал, как я уплетаю за обе щеки свежесваренную кашу и горячие лепешки, запах которых разбудил меня. «И когда дракон успел все приготовить? — с теплом в сердце подумала я и вздохнула: — Еще бы! Ношу под сердцем его сына».
— Кстати, а ты откуда знаешь, что будет сын?
Спросила и сама удивилась, что говорю об этом уже спокойно, словно приняла ситуацию как данность и смирилась с ней.
— Чутье отца, — коротко ответил он.
— Надо же! Никакое узи не нужно.
— Что такое узи?
— Это аппарат, с помощью которого в моем мире врач исследует ребенка. Он видит его пол и даже проблемы со здоровьем.
— Драконам достаточно положить на живот истинной ладонь.
— А-а-а, понятно. Значит, ты поэтому меня ощупывал, когда обнимал?
— Да.
Мы опять замолчали. Я соскребала остатки каши, Рей о чем-то думал. Вот он улыбнулся, покачал головой, и это было очень странно, словно он разговаривал сам с собой. Я почувствовала себя брошенной. Вроде бы он рядом, а в то же время где-то далеко-далеко.
— Рей: а как ты узнал, где меня искать? — не выдержала я тягостной тишины.
— Чутье подсказало и… малыш.
— Но как?
Даже находясь в магическом мире, я не могла представить настолько развитую интуицию. Сама ничего не чувствовала, кроме легкой тошноты и скованности из-за тесной одежды.
— Рейми разговаривает со мной, — уголки губ егереса дрогнули. — Ментально.
Я зависла, не донеся ложку до рта. «Рейми? Он так назвал сына? — мысли юлой закрутились в голове. — Мне нравится. Очень!»
Видимо, сидела с таким вытянутым лицом, что дракон забрал у меня ложку, положил в плошку, которую отодвинул на край стола. Сам сел рядом, медленно и нежно провел подушечками пальцев по моей щеке, она задергалась.
— Ты что, его слышишь? — прошептала я.
— Конечно. Сейчас он передает привет своей мамочке.
— Мамочке, — эхом повторила я и всхлипнула.
Это просто был удар ниже пояса. Я уже не хотела думать о будущем, вообще ничего не хотела. Мне нравилось сидеть вот так и купаться в нежности, льющейся из глаз егереса, млеть от прикосновения его рук.
Шелест крыльев, шум во дворе разрушили замечательный момент. Рей вскочил и выбежал из хижины. Я немного помедлила, прислушиваясь к знакомым голосам, привела себя в порядок и пошла за ним.
Возле очага расхаживали юноши-драконы. Они поднимали крышки у котлов, принюхивались, у Нида в руках была большая деревянная ложка, Карадарс жевал корку лепешки, Дрюневир стоял возле кустов олики и рвал ягоды.
— Приветствуем вас, егересса!
Они дружно поклонились. Рей махнул рукой в сторону стола.
— Садитесь.
Я, не ожидая приглашения, бросилась к очагу. И когда Рей успел все приготовить? Мужчины уступили мне место, и это было так естественно, так по-домашнему, что в груди широким озером разлилась теплота и затопила все остальные эмоции.
Драконы тихо разговаривали, я накрывала на стол и прислушивалась.
— Город полон воинов и стражников, — говорил Карадарс. — Они заходят в каждый дом и выводят мужчин.
— Думаете, король готовится к войне? — спросил Рей.
— Не сомневаюсь, но по лицам людей было видно, что никто не хочет воевать.
— Это нам на руку. Воины, не желавшие участвовать в сражениях, не будут стараться.
— Но как они думают нас победить? — тихо сказал Дрюневир, молчавший до сих пор. — Мы же сильнее, могущественнее, наша магия — это круговая защита, которую не сломить обычным мечом. Сомневаюсь, что все воины людей владеют сильной магией.
— С помощью черной смерти, — ответил Рей. — И хитрости. Мы же не знаем, что есть в запасе коварной шилессы.
Все невольно посмотрели на меня, я смутилась. Егерес задумчиво крутил в пальцах кусочек лепешки, разминал, отламывал, сбрасывал крошки на землю.
— Такие попытки уже были, ни к чему не привели, — пожал плечами Нид.
— Да, не привели, но мы с каждым разом все дольше по времени сражались, и все труднее было уничтожить нити, они на глазах множились, — возразил Рей.
Я понимала, что егерес осторожничает, не хочет действовать наобум, пытается предусмотреть все опасные мелочи, но горячие юноши рвались в бой.
— Ну, это было, пока мы не узнали о коварстве людей. Сейчас-то мы настороже, — не сдавался и Нид, — драконы-воины охраняют столицу и Обитель. Убежище тоже отремонтировали.
— Ты забыл о земледельцах. Их можно поймать в ловушку и уничтожить по одному.
Все замолчали, лишь постукивали ложками о миски, да ели жадно, почти не жуя. Еще бы! Драконов не было весь день, а сейчас солнце уже скрылось за горами, вечер опустил темный купол на двор и хижину. Мы сидели в круге света, образовавшемся от горящих факелов, которые были разбросаны по столбикам крыльца, прикреплены к навесу над столом и очагом.
— Вас не попытались схватить? — не выдержала я давящей на плечи тишины и сменила опасную тему.
— Мы переоделись нищими, — ответил Карадарс, — но в таверны не заходили, старались не попадаться на глаза стражникам.
Быстрый взмах руки, я проследила за ней и увидела гору грязной одежды, сваленной на крыльцо.
— К дворцу получилось подобраться? Голена видели?
— Нет. Нищих даже к воротам не подпустили. Командор остался для наблюдения, двум воинам поручил шпионить за поместьем шилессы, остальных раскидал по городу, нас отправил сюда.
— Эх. Вот бы подобраться к Голену, снять с него ошейник! — мечтательно пробормотал Нид. — Он помог бы нам изнутри.
— Да, идея хорошая, — оживился Дрюневир.
— А если не снять, а незаметно заменить магический ошейник на простой. Тогда помощь Голена будет вообще неожиданной для короля и его дочери, — поддержал друга Карадарс.
Он даже вскочил, забегал по двору от возбуждения, горячая огненная натура рвалась в немедленный бой.
— Что же будем делать?
— Я могу попасть во дворец! — выкрикнула я.
На меня уставились несколько пар глаз. В них читалось сомнение, но отступать я не собиралась.
— Мия, тебе нельзя, — нахмурился Рей. — Сестра опять заточит в башню.
— Не посмеет. Она же сказала, чтобы я ногами добиралась до столицы, вот я и доберусь. Вы у той скалы были?
— Да, сначала проверили ее, но никого не заметили, — ответил Нид.
— Вот и отлично! — я уже радостно потирала руки.
— Нет. Тебе нельзя! — возразил еще раз Рей таким безапелляционным тоном, что я опешила.
— Опять не доверяешь?
— Не в этом дело. Ты и сама не знаешь, где на твоем теле могут быть спрятаны другие проводники.
— Черт! — теперь я рассердилась. — Если бы был маячок, я бы давно заметила.
— Ты и о первом не догадалась.
— Нет, точно говорю, что сейчас на мне ничего нет! Секунду!
Я убежала в хижину и разделась до нижней рубашки. Верхнее платье привез Рей, на нем вряд ли есть проводник, а вот нижнее белье нужно было проверить. Внимательно осмотрела себя, забралась даже в самые потайные местечки тела. Пока ощупывалась, вдруг обнаружила, что на животе появилась небольшая выпуклость. Ласково погладила ее: «Мой малыш, я уже люблю тебя. Помоги мамочке».
И Рейми ответил едва уловимым движением. Может, мне показалось, а может, он и вправду пошевелился, но это было так волнительно, что я всхлипнула.
Дверь скрипнула, отворяясь.
— Мия, ты что придумала?
Егерес бросился ко мне и подхватил платье.
— Ищу маячок, не нашла, — радостно сообщила ему. — Смотри, Рейми шевелится. Он уже все понимает.
Я схватила ладонь Рея и положила ее себе на живот, не смущаясь наготы, настолько была потрясена моментом. Но егерес только улыбнулся.
— Я знаю, дорогая.
Мне стало неловко. Час назад дракон сказал мне, что разговаривает с сыном, а я удивляюсь простому шевелению. И тут идея пронзила меня насквозь.
— Спроси у Рейми, нет ли внутри меня проводника. Я же была в сонном состоянии. Мне могли что-то подсунуть. Или дать с едой и питьем.
Егерес странно посмотрел на меня, но закрыл глаза и на секунду замер. Процесс общения отца с сыном завораживал. Я таращилась на Рея, все еще не принимая, что такие чудеса происходят со мной.
— Сын говорит, что не чувствует посторонней силы. Одевайся.
Я так шумно выдохнула, что Рей засмеялся.
— Погоди, еще надо проверить голову.
Я накинула на себя рубашку, распустила волосы и, наклонив голову, ощупала каждую прядь. Рей помогал мне, и прикосновение его пальцев было чертовски приятным.
— Чисто, — наконец сказал он.
— Вот видишь! — довольно рассмеялась я.
Страх испарился, паника от шокирующих новостей прошла. Я чувствовала себя бодрой и полной сил, готовой на все ради спасения Обители драконов и своей семьи. А то, что это моя семья, я уже нисколько не сомневалась.
Глава 35
Мы вышли из хижины, драконы смотрели настороженно, с опаской. Рей успокоил их жестом, я села к столу и заявила:
— Не хочу даже слушать возражений, но утром я переоденусь нищенкой, появлюсь недалеко от своего поместья, встречусь с Пикси. Не думаю, что Ния караулит меня там.
— Нет, я не могу так рисковать! — решительно мотнул головой Рей. — Только не тобой!
— Рей, ты пойми, — я ласково погладила любимого по руке, юноши отвели взгляды. — Я шилесса этой страны. Даже если меня поймают, не посадят на кол, не убьют, тем более, что я начну тогда громко требовать встречи с отцом. Самое страшное, что мне грозит, это домашний арест.
— Ты ошибаешься. Ния уже доказала, что способна на любые подлости.
— Ты забыл о кайри. В моем поместье они точно появятся и начнут защищать меня.
— Мия права, — согласно закивали юноши. — Сестра могла обижать ее в башне, где никто не видел, а в доме, полном людей, не посмеет открыто притеснять королевскую дочь.
«Лишь бы Голен был еще жив! — мелькнула паническая мысль. — Если мясо драконов придает людям сил, юношу могли намеренно убить перед походом, и тогда предугадать последствия невозможно».
Но вслух свою тревогу не осмелилась сказать и замерла в ожидании решения егереса.
— Хорошо, — ответил Рей. — Сейчас тебе пора отдохнуть.
— А вы?
— За нас не волнуйся, мы привыкли к походным условиям.
Егерес проводил меня в хижину, погасил светильники и вышел. Я немного поворочалась, волнуясь, что драконы сейчас обсудят все без меня и начнут действовать, но не заметила, как заснула.
Рей сдержал свое слово: на рассвете меня ждала новая, вернее, старая и замызканная одежда. Я обрадовалась, облачилась в убогий наряд, скрутила волосы, спрятала их под шаль, которую плотно обвязала вокруг головы и надвинула низко на лоб. Мы дружно позавтракали и вышли в путь.
Драконы тоже изменились. Сейчас они походили не на сильных воинов, а на обычных охотников или сборщиков трав. Эффект усиливали корзинки, висевшие на локтевом сгибе, толстые палки, взятые для опоры и защиты от животных. Мы шли гуськом по узкой тропинке. Сначала двигались быстро, но, приблизившись к горе, с которой я скатилась, юноши сгорбились, натерли лица придорожной глиной, благо после вчерашнего дождя ее было предостаточно.
Я с любопытством оглядывалась по сторонам, а когда вышли на пригорок, с которого открывался вид на город, восхищенно воскликнула:
— Как красиво!
Столица казалась какой-то замысловатой геометрической фигурой. Выделялись четкие, замкнутые квадраты улиц. Они ровными рядами убегали вдаль и пересекались друг с другом пости под прямыми углами. В отличие от Обители драконов, где было больше пространства и хаотичных построек, в столице людей царил идеальный порядок.
— Удобно, — улыбнулся Дрюневир.
— Почему? — я бросила на юношу быстрый взгляд.
Он внимательно разглядывал город, словно прикидывал, откуда начать наступление.
— Я могу разрушить сразу целый квартал домов.
— А-а-а, — протянула я и вздохнула: отчего-то стало жалко глупых людей, посмевших посягнуть на расу могущественных драконов.
Так и представила, как целая рота с пиками наперевес несется на Дрюневира, а тот небрежно взмахнув крылом, вспарывает землю под их ногами и хоронит заживо.
— Спускаемся! — приказал Рей.
В город мы входили с подветренной стороны. Так решил егерес, опасаясь, что собаки учуют драконов. Шли переулками, стараясь не привлекать внимание прохожих. К моему поместью подобрались достаточно близко, когда Рей поднял руку.
— Здесь расходимся. Я постараюсь быть недалеко. Мия, если возникнет опасность, положи руку на живот, Рейми мне передаст.
— А я хотела послать к тебе кайри.
— Не выйдет, вряд ли они смогут вылететь за пределы поместья. Ну, дорогая, удачи!
Он пожал мои холодные пальцы, я немного нервничала: кто его знает, как примут меня в родном доме.
— Все будет хорошо, — шепнула драконам и быстро, чтобы не передумать, пошла к воротам.
На толстой двери висело железное кольцо, я схватила его и стала колотить по створке. Грохот разнесся по всей улице. Из соседнего дома выскочила служанка.
— Эй, нищенка, ты чего расшумелась? Сейчас вызову стражников!
Ответить ей я не успела: дверь приоткрылась и в просвете показалась голова Пикси. Я шумно выдохнула, поправила на лице шаль.
— Шилесса! — взвизгнула девчонка и дернулась ко мне с раскинутыми руками.
Я приложила палец к губам, Пикси тут же сообразила и закричала:
— Ходят всякие! Чего тебе надо?
— Подайте корочку хлеба на пропитание! — затянула я жалостливым голоском.
Пикси вытаращила глаза, потом скрылась во дворе, а через минуту я услышала ее звонкий голос:
— Госпожа Гарпи, я на рынок. Что вы говорили надо купить? Специи для рагу?
Что ей ответили, я не поняла, но девчонка выскочила за ворота, сунула мне кусок лепешки и бутылку воды и припустила по дороге, я поплелась за ней. Служанка из соседнего дома все еще наблюдала за нами. Вот она сплюнула, закрыла тяжелую дверь, Пикси, услышав за спиной скрежет задвижки, затормозила, свернула за угор и пропала.
Я бросилась следом. Только обогнула ограду, как девушка схватила меня за руку и потащила к длинному строению.
— Ах, шилесса! — шептала она на ходу. — Я так перепугалась, так перепугалась.
— Где мы? — огляделась я и поморщилась от резкого запаха мочи.
— Это хлев. Сейчас скот на выгоне, здесь пусто, можем поговорить.
Мы забрались в самый дальний угол коровника, сели на кучу сена и наконец-то обнялись.
— Голен еще жив? — спросила первое, что крутилось в голове.
— Вроде бы да, но я Ангела не видела. Его держат во дворце.
Я выдохнула, слезы выступили на глазах, хотя бы одна хорошая новость.
— Ты сможешь к нему подобраться?
— А надо? — Пикси округлила глаза. — Он такой красивый! Каждую ночь мне снится.
— Влюбилась? — я шутливо ткнула ее в бок.
— Что вы! Он же дракон, а я из расы людей!
— Любить представителя другой расы запрещено законом?
— Н-нет, — растерялась девушка. — Н-не знаю. О вас же ходят слухи, что вы истинная егереса.
— Вот видишь! — я засмеялась. — Истинная и есть.
— Правда?
— Конечно. Естественно, что я хочу защитить и драконов, которые стали моей семьей, и людей.
— А как это сделать.
— А теперь шутки в сторону, поговорим о серьезном.
Глава 36
Проводив Мию, Рей вернулся к драконам. Он места не находил от волнения и тревоги, но шилесса была непреклонна в желании помочь, да и остальные ее поддержали.
— Нужно спрятаться, пока нас не забрали рекруты.
Егерес оглядел свой отряд. Несмотря на молодость, юноши все были как на подбор: высокие и сильные. Даже рванье нищих, грязь и всклоченные волосы не скрывали их природную красоту. Рей уже несколько раз ловил на своей группе косые взгляды прохожих.
— Я видел в глухом переулке таверну, — вскинулся Нид. — В ней сидели только крестьяне.
— Отлично.
Драконы направились за Нидом, стараясь держаться в тени оград и деревьев.
В убогой таверне, состоявшей из домика с соломенной крышей, очага на улице и нескольких кривых столов, сидели за столом двое бедно одетых горожан и ели из плошек похлебку. Заметив нищих, — хозяйка бросилась к ним с вилами наперевес.
— Убирайтесь! — закричала она. — Подаяния нет!
— Тихо, тихо, хозяюшка, — мягко сказал Рей, подойдя к женщине почти вплотную.
Он посмотрел пристально ей в глаза, и она опустила вилы, потом неуверенно улыбнулась. Мы можем заплатить за постой. Есть у тебя комната для усталых путников?
Рей вытащил из кармана мешочек и потряс его. Мужчины за столом замолчали, прислушиваясь к звону монет.
— Е-есть, — заикаясь, ответила та.
Ее взгляд жадно следил за рукой егереса.
— Веди нас.
Женщина вытерла руки о фартук и побежала вперед. Она привела драконов в почти пустую комнату, лишь в дальнем углу стопкой были сложены матрасы. Хозяйка быстро растащила их по полу и махнула рукой:
— Садитесь, вам принести еду?
— Неси, что есть.
Драконы подождали, пока за ней закроется дверь, и расселись. Нид пристроился рядом с низким окошком, забранным наборным стеклом, Карадарс сел ближе к двери, Рей, Дрюневир и еще пара воинов остались в центре.
— Что будем делать, ерегес? — спросил Карадарс.
Как самый горячий из всех драконов, он изнывал от нетерпения, хотел немедленно вступить в бой, но раскрывать свое присутствие в королевстве было еще рано.
— Во-первых, не называй меня егересом, — предупредил Рей. — Во-вторых, нужно обсудить обстановку.
Дверь скрипнула, показалась хозяйка. Карадарс выхватил их ее рук поднос.
— Вот спасибо!
— Может, еще что-нибудь принести?
Женщина не отрывала взгляда от кошелька Рея, висевшего на поясе.
— Мы вас позовем, — ответил он и кинул ей пару монет.
Она радостно зажала их в кулаке.
— Как дела в королевстве? Мы давно здесь не были. Что-то надвигается?
Егерес вытащил еще одну монетку и стал крутить ее в пальцах.
— Ох! В столице так неспокойно! Так неспокойно!
— А что случилось?
— Говорят, — хозяйка огляделась и понизила голос, — король хочет пойти войной на драконов.
— Ого! Такой смелый?
— Дурак он! — выкрикнула женщина, испуганно ойкнула и зажала рот руками. — Я не хотела! Не хотела, само вырвалось!
— Мы никому не скажем, продолжайте.
— Люди говорят, — тут же оживилась трактирщица, заметив, что в пальцах Рея крутятся уже две монеты. — Это короля дочь и министры подбивают. Сам бы он не посмел.
— Но у драконов сила и мощь. Они горами ворочают, бури делают, дома рушат одним движением крыла, а огонь из пасти такой мощный, что самый огромный дом вспыхивает, как солома.
— Святые боги! — хозяйка воздела руки к потолку, ее лицо побледнело, губы задрожали. — Спасите нас от этой напасти.
— А что у людей есть против них?
— Сие мне неизвестно, знаю только, что по всему городу мужиков сгоняют в колонны. Ох, горе какое! На верную гибель отправляют.
— Не ходите.
— Да, как не ходить, если указ вышел, что тот, кто откажется воевать, сам сгинет, а его семью под корень вырежут. Вы лучше здесь беду переждите, авось пронесет.
Рей боковым зрением поймал движение у окна, пригляделся: Нид подавал знаки.
— А принеси нам, хозяйка, вина да побольше.
Трактирщица всплеснула ладонями и выскочила за дверь.
— Рей, стол пуст, — прошептал Нид, все бросились к окну. — Посетители ушли, но в мисках осталась еда.
— Это тревожный знак, — покачал головой Дрюневир. — Нужно накрыть убежище защитным куполом.
— А если признаки магии почует старшая шилесса или жрецы? — возразил Нид, но и он казался обеспокоенным: бедный народ не бросает еду, за которую заплатил, а горожане подозрительно быстро сбежали.
— Придется следить за двором и за трактирщицей, — ответил Карадарс. — Тихо, она идет.
Как только хозяйка, оставив кувшин с напитком и кубки, ушла, Рей встал, развел руки в стороны и закрыл глаза. Только его силы хватало, чтобы построить мощный невидимый купол защиты.
Миг — и ерегес сел, драконы придвинулись к нему.
— Как долго мы будем здесь скрываться?
— Ждем сигнал от шилессы.
— Вы ей верите?
В голосе Дрюневира слышалось сомнение. Он все время хмурился и о чем-то думал.
— Да, Мия по незнанию несколько раз подвела Обитель, но сейчас она искренне хочет помочь. Чутье мне подсказывает это, — Рей оглядел всех и спросил: — Какие вести от Рагнара?
— Командор сообщил, что вокруг дворца никакого постороннего движения не наблюдается, но на окраине выстроился целый палаточный город, на каждом пятачке земли идут тренировочные бои, подвозится обмундирование, вооружение, обозы идут сплошным потоком.
— Это же смешно! — Карадарс потянулся к кувшину. — Я один раз выдохну и сожгу все их шатры и палатки.
Рей забрал у него кувшин и покачал головой:
— Нельзя здесь есть и пить. Вы же не знаете, что вам могли подмешать. И сжигать ничего нельзя, сразу поймут, что мы уже в королевстве.
— А если устроить людям маленькую бурю, — усмехнулся Нид.
— Точно! — поддержал друга Дрюневир. — Я могу добавить землетрясение.
— Эх, нет с нами Голена! — вздохнул Карадарс. — Он ветром нагонит облаков, и все будет выглядеть как разгул стихий, а не нападение драконов.
Рей прислушивался к болтовне юношей, но прикидывал варианты. Он не хотел полностью разрушить королевство, большинство жителей не желают драконам зла, но примерно наказать все же придется.
— Рей, во дворе гости, — вскрикнул Нид.
Все опять прильнули к окну.
Действительно, у низкой ограды стояли несколько человек в форме караульных, рядом крутились те двое посетителей, которые сбежали из таверны.
— И что делать будем? — всполошились мальчишки.
Рей только сурово повел бровью. Он уже обработал мозг хозяйки так, что та забыла о своих странных постояльцах.
— Ничего, сидите тихо, и отойдите от окна.
Все получилось так, как запланировал егерес. Трактирщица выбежала к воротам, о чем-то, размахивая руками, поговорила в караульными. Но те не поверили ей, решительно отодвинули в сторону и прошли во двор. Быстро рассредоточились по периметру, все осмотрели, бросились к дому.
— Сейчас нас увидят, — прошептал Нид.
Он побледнел, прикусил нижнюю губу. Рей видел, как от чрезмерного волнения юноша потерял контроль над телом, и начал меняться. Вот вытянулась голова, на спине появились крылья. Тогда егерес, страшно вращая глазами, буквально подлетел к Ниду и положил ему руку на плечо. Тот скосил глаза и еще больше побледнел, теперь уже от страха, что чуть не выдал всех друзей.
Рей прислушивался к грохоту и топоту на крыльце. Караульные пока не добрались до комнаты драконов. Сейчас главное — не выдать себя случайным звуком.
— Я же говорю вам, что гости ушли, — кричала хозяйка.
Она металась между караульными, хватала их за руки, не давала открывать сундуки и котлы.
— А это откуда? — один из стражников выхватил у женщины мешочек с монетами.
— Гости расплатились.
— Врешь, баба! — вылез вперед один из обедавших мужчин. — Я сам видел, как они у тебя комнату для постоя взяли. Господа караульные, эти нищие зашли сюда, вот только на нищих они мало были похожи.
Рей приложил палец к губам. Даже если охранники вломятся в комнату, они никого не увидят, защитный купол скроет от их глаз посторонних. Опасность была в другом: если стражники станут обыскивать комнату, острыми пиками протыкать все вокруг, могут задеть кого-нибудь из драконов, и тогда он проявится.
Юноши вскочили на ноги сразу, как только возникла тревога, и теперь стояли, прижимаясь к стенам комнатушки. Егерес молился только об одном: чтобы кто-нибудь из них не сорвался. Но все обошлось: стражники бегло осмотрелись, раскидали матрасы и выбежали наружу. Так ничего и не обнаружив, через несколько минут они покинули таверну.
— Ой изверги! — верещала хозяйка, поднимая опрокинутые столы и табуреты. — Что б вам пусто было!
— Отбой, — одними губами сказал Рей, и все расслабились.
Они сидели в таверне до вечера. Идея Нида — устроить людям показательную бурю и навсегда отучить лезть к драконам, понравилась егересу. Это не походило на объявление войны и в то же время давало королю и его дочери понять, что ситуация не в их власти.
Во двор то и дело заходили постояльцы, обедали, потом ужинали, хозяйка крутилась между столами, мешала похлебку в котлах, пекла лепешки. Рей наблюдал за двором и думал, думал, думал…
Вдруг он почувствовал влияние чужого разума, встрепенулся, прислушался к себе. И чем больше он вникал в мысли сына, тем страшнее становилось на сердце. Он уже проклинал себя за то, что позволил любимой вмешаться в войну между драконами и людьми.
— Есть сигнал? — насторожились юноши, напряженно ожидая, что скажет егерес.
Их глаза возбужденно загорелись энергией, они устали сидеть в неизвестности и чего-то ждать.
— Да. Рейми передает привет.
— О чем это говорит? — встревожился Карадарс.
— Над Мией нависла опасность. Нам пора.
Рей щелкнул пальцами, и невидимый купол растаял. Драконы натянули на головы драные капюшоны, взяли свои палки и вышли во двор. В вечернем полумраке сложно было разглядеть детали, но хозяйка вдруг увидела их и взвизгнула.
— Но… как же? Где вы были?
— В той комнате, куда вы пометили нас на постой, — спокойно ответил Рей и пошел к воротам. Через несколько шагов развернулся и крикнул: — Держите!
Он кинул трактирщице остатки денег. Мешочек упал на землю, женщина бросилась к нему, схватила, выпрямилась, но драконы уже скрылись за воротами.
Они шли тихо, благо в этом темном проулке разглядеть что-либо было невозможно. Но впереди была ярко освещенная улица. Фонарщики уже зажгли фонари, и спрятаться в тени было невозможно.
Рей остановился перед выходом из проулка и поднял руку. Он всматривался в прохожих, пытаясь разгадать, где прячется опасность, но она приблизилась с тыла.
— Держите их! — раздался крик сзади. — Хватайте?
Драконы обернулись: на них неслась группа всадников.
— Бежим! — приказал Рей.
Драконы сорвались с места, выскочили на улицу, но и здесь им перекрыла дорогу толпа караульных. Друзья оказались в западне. «Они нас караулили! — мелькнула в голове Рея мысль. — И как я об этом не подумал?»
— Каре!
Юноши и воины мгновенно поняли приказ. Они развернулись спинами друг к другу и создали квадрат, в центре которого находился егерес. Так они могли защищаться от врагов со всех сторон, а Рей оценивал обстановку и направлял их удары.
— Магию не использовать! — сказал он. — Сущность не менять. Это сделаем в крайнем случает
— Но Рей… — возразил Дрюневир. — Я чуть землю встряхну, кони сразу встанут на дыбы.
— Нельзя! Сразу выдадим себя. Ждите мою команду.
Враги приблизились, но остановились поодаль. Конечно, драконы могли мгновенно поменять сущность и раствориться в воздухе, но Рей боялся, что таким действием навредит Мие и подаст сигнал королю и его дочери.
— Мы обычные путники. Идем своей дорогой, — крикнул он. — Пропустите нас.
— Что-то я вас в нашем городе раньше не видел.
Вперед выехал командир. Он натянул лук, вложил в него стрелу и прицелился, то же самое сделали и другие всадники.
— Сдавайтесь!
— Скажите сначала, какое преступление мы совершили?
— Мне твоя рожа не нравится. Доволен?
— Мне твоя тоже, но я же не собираюсь нападать, — парировал Рей и тихо добавил: — Стрелы раскидывайте магией, но делайте вид, что машете палками.
— Пли! — крикнул командир, и на драконов полетел град стрел.
Глава 37
Мы с Пикси немного помолчали. В наступившей тишине хорошо слышался шум города. Вот проехала телега, и возчик сердито закричал на лошадь, а теперь гурьбой пробежали дети. Судя по возгласам, они что-то подкидывали и ловили.
— Бум! — раздался удар в стену хлева.
— Твою ж налево! — взвилась Пикси и сорвалась с места.
— Оставь их!
Я хотела удержать ее, но лишь захватила пальцами пустоту. Миг — и длинная юбка мелькнула у выхода, а потом звонкий голос служанки понесся по переулку, перебиваемый дружным хохотом детей.
— Сорванцы, — проворчала Пикси, вернувшись ко мне.
Она плюхнулась на сено, завалилась на спину и рассмеялась, но через секунду ее лицо стало серьезным, словно она вспомнила о том, зачем мы прячемся в хлеву. Я смотрела на насторожившуюся помощницу, но не решалась заговорить о главном. Мысль о том, что нельзя быть слишком откровенной даже с преданной служанкой, терзала мои мозги.
«Можно ли рассказать ей о драконах? Не выдаст ли она их намеренно или случайно? Вдруг на ней есть жучок?» — это особенно волновало меня.
— Раздевайся, — одними губами сказала я и дернула за платье.
— Что вы, шилесса!
— Быстро!
Я развязала пояс, потянула за юбку, Пикси еще сопротивлялась, но, заметив мою серьезность, подчинилась. Она сбросила верхние юбки, лиф и рубашку, секунду помедлила и потянула вверх что-то похожее на майку.
— Волосы.
Я не произносила ни звука, но показывала на себе, что должна сделать Пикси. Оставшись без одежды, девушка смущенно прикрыла едва наметившиеся груди ладонями, потом сместила руки вниз. Я заставила ее повернуться, нагнуться, лично пропустила через пальцы каждую прядь волос. Деревянную заколку вынесла в переулок и, размахнувшись, перекинула ее через чужую ограду.
— Шилесса, что случилось? — спросила Пикси, когда я вернулась.
— Это мера предосторожности, — ответила я вслух. — Теперь поговорим.
О драконах я решила промолчать.
— А одеться можно? — пискнула служанка.
— Да. Пикси, ты можешь выполнить какое-нибудь поручение Гарпи и попасть во дворец?
— Ой, что вы! Я низкого звания. Вот если бы вы поехали навестить короля, с вами хоть на край света. А зачем вам?
Так, разговор приблизился как раз к той теме, которая меня интересовала.
— Что говорят в поместье обо мне? — я поймала растерянный взгляд служанки. — Только правду!
— Ну, люди говорят, что вы хорошо устроились в Обители драконов.
— А про мое якобы замужество?
— Это только Гарпи и Ния знают. Ну, и я, — Пикси смутилась.
— Отлично. Тогда можешь принести мне одежду шилессы? В таком виде стража не пустит меня в усадьбу.
— Ага. А что бы задумали?
— Скажу, что приехала навестить родных.
— Но Гарпи…
— Проклятая Гарпи знает правду, но не посмеет мне перечить, пока не сообщит новость о моем появлении сестре.
— Это да. Но я боюсь. Это так опасно.
— Ничего, справимся.
Я встала, Пикси тоже вскочила на ноги, мы отряхнулись, оглядели друг друга.
— Я сейчас. Ждите.
Служанка помчалась к выходу.
— Стой! Есть еще вопрос.
Пикси на ходу затормозила, поднимая столб пыли и сенной трухи.
— Слушаю.
— Мне нужен ошейник. Обычный, но похожий на тот, что надели на шею Голену. Есть у тебя знакомый кузнец?
— Да таких ошейников, как грязи! — махнула рукой она. — На каждой собачонке.
— Точно! И как я не сообразила!
Хотя я зря занималась самобичеванием: за свое пребывание в этом мире я не видела ни одного домашнего животного, кроме коней. Даже сейчас находилась в хлеву, вдыхала запах дерьма и мочи, а коров не видела. Даже не представляла, как одни выглядят. Может, у них две пары рогов, восемь ног и три хвоста.
— Дядька Пипер запросто может сделать. А зачем?
— Пока не скажу. Попроси его, я заплачу. Только быстро. Лады?
— А что это?
— Так говорят, присказка.
— А-а-а.
Пикси махнула рукой и скрылась. Я осталась одна, еще раз прогнала разговор в голове и улыбнулась: кажется, нигде не прокололась.
В животе почувствовала легкое шевеление, положила ладонь и несколько секунд прислушивалась к ощущениям. Я все еще не могла поверить, что во мне растет маленькая жизнь.
— Ничего малыш, потерпи чуток. Разберемся с подлым королем и…
Хлев вдруг исчез, растворился в воздухе, словно был иллюзией. Я смотрела на человека в синей форме парамедика, за спиной которого колыхалась бесформенная масса. По силуэтам угадывались люди, но они были сплошным пятном без лиц. А мимо проносились машины и гудели, гудели.
— Где я? — сорвался с губ сон.
— Тихо, не волнуйтесь. Как вас зовут?
— Мой ребенок.
— Девушка, как вас зовут? Вы понимаете, что с вами случилось?
— Доченька, — рядом на колени опускается мама, она прикасается пальцами к моему лбу, глазам, смотрит на парамедика. — Мия. Ее зовут Мия.
— Мамочка, мой малыш. Что с ним?
— Граждане, посторонитесь! — раздался над головой бас.
Двое мужчин тащили каталку. Меня подняли, положили и понесли.
— Мама… Рейми… Мой малыш…
Боли я не чувствовала, мысли путались, понимала только одно: я должна спасти сына.
— Доктор, что с ней? — причитала мама, судорожно всхлипывая, пока меня укладывали в машину скорой помощи. — Она заговаривается.
— Удивительно, что ваша дочь вообще жива после такого удара.
— С ней будет все хорошо? Будет? Правда?
Кажется, мама хватала врача за руки, потому что тот сердито прикрикнул:
— Сидите смирно, женщина! Не мешайте! Этого вам сейчас никто не скажет.
— Никто, никто, никто, — размножило эхо слово врача. — Никто.
Я опускаю тяжелые веки, сразу усилием воли поднимаю их: вокруг серые деревянные стены хлева, и запах мочи мощной струей бьет в нос.
От этого зловонного аромата и прихожу в себя. Я все еще стою, а по закону физики должна была упасть. Значит, видение длилось лишь мгновение. Но что это было? Пришло время возвращаться домой, или происки сестрицы?
Но она же не знает, где я.
О боги!
Тут же вспоминаю только что умчавшуюся Пикси. Неужели она? И верю и не верю. Не могла служанка так быстро смотаться во дворец и доложить обо мне, все-таки не в соседний двор забежать.
Тогда что?
— Шилесса…
От скрипа двери я подпрыгнула на месте, дернулась в сторону и спряталась в коровьем отсеке. Под каблуком противно чавкнуло, тело само передернулось от отвращения. И тут я услышала, как Пикси шумно влетела в хлев.
— Я здесь, — выглядываю из закутка.
— Ох, я уж испугалась,
Пикси стояла с корзинкой в руках, положив одну ладошку на высоко вздымающуюся грудь. Она запыхалась, а лицо раскраснелось и вспотело. Нет, девчонка бегала в усадьбу, которая рядом, а не во дворец. Облегченно выдыхаю.
— Принесла?
— А как же! Ваше любимое.
Жестом фокусника служанка выдергивает из корзинки небесно-голубое платье. Пышные юбки шуршат, нежное кружево, которым обшиты края рукавов, кажется пенным облаком.
— Ты его проверила?
— Шилесса, вы думаете, Ния везде оставила как там их…
Она хмурит брови и пытается вспомнить слово, услышанное от меня.
— Маячки.
— Да, маячки. А что это?
— Ну, это любая вещь, обработанная магией сестры. Через нее Ния узнает о событиях, слышит все разговоры и планы.
— А-а-а…
Секундное молчание выдавало усиленную работу мысли. Пока я снимала рваную одежду нищенки, Пикси о чем-то размышляла. Ее губы шевелились, взгляд метался по сторонам, наконец остановился на платье в моих руках.
— Тебя что-то тревожит?
Я просунула руки в юбки, чтобы надеть их через голову, но служанка выдернула их из пальцев.
— Стойте! А магию можно наложить и на платье?
— А…
Я открыла рот и захлопнула его. Как я раньше не сообразила! В Обители у меня с собой был только кулон на цепочке, а в усадьбе на сестру могли работать все вещи, к которым я прикасалась.
— Что будем делать? — шепотом спрашивает Пикси. — Вызывайте кайри, они магию почувствуют.
— Подожди, надо подумать.
Голова закипела от дум. Если Ния приложила магию к моим вещам, а это сделать она могла, потому что тайком встречалась в поместье с Гарпи, то она уже знает, что я появилась недалеко от дома. Кайри тоже вызывать нельзя, они сразу подскажут сильному магу, где я прячусь.
Как же быть?
Ответ напрашивался простой: переодеваться и бежать в усадьбу. В городе, за оградой меня можно легко схватить в отличие от поместья, где есть охрана и слуги. Слишком хлопотно избавляться от такого количества свидетелей.
Тогда мое видение — тоже результат магических сил Нии?
Отбросила это предположение как невероятное. Я нужна сестре как приманка! Зачем меня убирать?
Я вырвала из рук Пикси юбки, натянула на себя, так же быстро справилась с лифом и корсетом. Пикси ловко зашнуровала его, не понимая, куда я так тороплюсь.
— Шилесса, мы куда пойдем?
— Домой. И быстро. Бегом!
Мы выскочили из хлева и понеслись по проулку, разгоняя голубей и кур. К воротам подбежали, задыхаясь от нехватки воздуха. Пикси остановилась, но я махнула рукой. Девушка стала колотиться в створку.
— Чего тебе? — выглянул страж.
— Шилесса, — едва выговорила Пикси.
— Ой, шилесса! С приездом! — поклонился один и ткнул локтем в бок другого: — Доложи госпоже Гарпи.
Стражники распахнули ворота, я, высоко подняла голову и прошла мимо них. Не успела сделать несколько шагов по двору, как от дома навстречу засеменила Гарпи.
«Ага! Испугалась!» — позлорадствовала я, заметив панику на ее лице.
— Шилесса! Вы откуда?
Гарпи сделала вид, что удивлена, а я сделала вид, что не подозреваю о ее намерениях. Обе лгали, понимали это, но сдавались.
— Я не могу приехать погостить? — холодно спросила ее.
— Нет… но… шилесса Ния говорила… А как вы прилетели? Где драконы?
— Слишком много вопросов, потом поговорим. Приготовь мне купальню, живо! — приказала я. — Устала, хочу ополоснуться. Не терпится встретиться с отцом.
Я пошла в свои покои, у крыльца затормозила, так как не помнила, в какую сторону дома должна повернуть, но верная Пикси помчалась вперед. У входа я оглянулась и увидела, что двор просто сошел с ума: носились возбужденные служанки и слуги, у ворот охранник садился на коня, а руководила этой суетой дама Гарпи, которая уже пришла в себя.
— Так, сторож поскакал во дворец, значит, у нас скоро будут гости, — говорила я, осматривая комнату. — Где же мои крошки-кайри?
Не успела хлопнуть в ладоши, как вокруг запорхали крохотные крылышки.
— Шилесса, шилесса, — закрутились они. — О, шилесса!
Вся толпа прильнула к моему животу. Я стала похожа на разноцветный шар.
— Тихо! — прикрикнула на них. У меня чуть сердце не остановилось от страха, что эти наивные существа выдадут мою беременность. — Заткнулись все!
Кайри замолчали, отхлынули, кажется, даже обиделись.
— Вот расшумелись! — проворчала Пикси. — Хозяйка устала, а вы ее пугаете.
— Все в порядке, — отмахнулась я. — Друзья, есть ли в моих покоях чужая магия. Можете проверить?
— Да, шилесса.
Облако мгновенно рассеялось, кайри рассредоточились по углам. Они садились на каждую вещь, деталь интерьера, о чем-то гомонили, взлетали снова. Мы с Пикси молча наблюдали за ними. Наконец крошки собрались вокруг меня.
— Ну, что скажете?
— Магия есть и мощная.
— Вот! — я подняла указательный палец и покачала его перед носом Пикси. — Слышала?
— Ух, и стерва эта шилесса Ния!
— Нет, шилесса, вы не поняли, — заволновались кайри. — Магия есть только у вас в животе.
— Точно! — засмеялась Пикси. — Вы же тоже магесса.
Я смотрела на служанку, но думала о другом. Только что я сделала несколько открытий. Во-первых, кайри чувствуют малыша, и он наделен мощным даром. А во-вторых, Ние не было необходимости оставлять след магии в усадьбе. Неизвестно, когда бы я здесь появилась и появилась ли бы вообще. Каждый магический посыл нужно поддерживать усилием воли. Зачем тратиться на то, что не принесет быстрый результат?
«Эх, рассказать бы об этом Рею!» — тяжелый вздох вырвался из груди.
В дверь постучали, я насторожилась, но это была Гарпи
— Шилесса, ваша купальня готова.
— Все свободны! — гляжу на Гарпи в упор. — Со мной останутся Пикси и кайри.
— Но?
— Вы смеете оспаривать приказ?
— Нет, что вы! Прошу!
Гарпи сделала шаг в сторону, я прошествовала мимо нее. Складывалось впечатление, что дама крутится, как вошь на гребешке: я свалилась на нее, теперь приходится угождать, а с другой стороны стоит опасная Ния. Кому отдать предпочтение?
Я скинула одежду и забралась с головой в теплую воду. Все дни, проведенные в адских условиях, мечтала о ванне.
— Кайри, вы на охране хозяйки. Поняли?
— Да, шилесса.
— Пикси, ты мне обещала найти ошейник.
— Ой!
— Не «ой», а слушаюсь! Живо!
Мы с кайри остались одни.
Глава 38
Такой яростной атаки драконы не ожидали. Они держались спина к спине и разбрасывали стрелы палками, лишь чуть-чуть помогая себе магией. Лучникам нужно было время на перезарядку, возникла заминка, и в это момент Рей крикнул:
— Расходимся!
Драконы бросились врассыпную. Дрюневир кинулся в ноги к лошадям, качнув под ними землю, Карадарс опалил морды горячим дыханием. Миг — и кони взвились на дыбы, всадники, занятые луками, потеряли равновесие и скатились на землю.
С пешими стражниками справиться было проще. Не меняя сущность, драконы лишь немного добавили силы в руки, в результате солдаты полетели, как пылинки под сильным ветром в одну сторону, а их луки и копья — в другую.
«И эти слабые людишки хотят одолеть драконов?» — ухмыльнулся Рей.
— Мастера магии! — раздался предупреждающий вопль.
Егерес поднял руку, останавливая пыл помощников. Уничтожать врага уже не было смысла, а вот информация пригодится. Он воздел руки и направил на поверженных стражников мощный поток энергии. Люди, которые вскочили после крика командира и приготовились спасаться бегством, вдруг замерли.
— Рей, нет! — хотел остановить егереса осторожный Дрюневир, но уже было поздно.
Рей накрыл всех прозрачным куполом, чтобы случайный прохожий не заметил необычную группу. Да, он понимал, что это опасно. Он единственный из драконов мог устанавливать защитный купол, а за последние сутки делал это уже третий раз. Эта магия требовала максимальной концентрации сил, которые уходили быстро, но восстанавливались медленно. Рей чувствовал, что уже не сможет мгновенно сменить сущность в случае необходимости, но рисковал.
Проникнув в мозги солдат, он порадовался, что это были обычные люди, не владеющие магией. Кроме паники, в их головах не было ничего полезного, лишь командир думал о том, как доложит начальству и соберет большой отряд, чтобы сразиться со странными магами. Он даже не заподозрил в нищих драконов.
Егерес ослабил силу магии, удалил воспоминания, заставил солдат скинуть камзолы и головные уборы и придал стражникам ускорения. Тех будто ветер подхватил, они мгновенно бросились в бега. Рей согнул руки и с силой их выпрямил, кони тоже получили толчок, сорвались с места, и через секунду проулок очистился.
— Как вы, егерес? — поинтересовался Дрюневир.
— Надо уходить, — Рей кинул юношам камзолы. — Одевайтесь.
Он устало потер глаза, в них будто песку насыпали. Хотелось спать, истощенный организм требовал немедленного отдыха, еще и Рейми постоянно звал отца. Неужели что-то случилось с Мией? От тревоги за любимую Рей готов был забыть об осторожности, расправить крылья и напасть на дворец. Но еще рано. Пока он не узнает, какое оружие приготовил ему враг, торопиться не стоит.
Драконы окружили егереса, подхватили луки и копья стражников и пошли вперед. Тьма уже опустилась на город, можно было не волноваться, что кто-то заподозрит в бедно одетых прохожих драконов. Нида и всех воинов егерес отправил в сторону дворца, а сам, взяв с собой Дрюневира и Карадарса, направился к особняку шилессы.
Драконы, посадили Рея у ограды, сами спрятались в зелени кустов и стали наблюдать. За каменной кладкой слышались крики, царила суета и суматоха. Вот из ворот вырвался всадник и во весь опор поскакал по дороге. Через время выскочила служанка, которую Рей видел рядом с шилессой в первый день знакомства.
— Останови ее, — шепнул он Карадарсу.
Юноша бесшумно выскочил из кустов и перекрыл дорогу девчонке.
— Чего надо? — вскрикнула та.
— Поговорить.
— Да пошел ты!
Пикси ударила Карадарса по голени и свернула в переулок. Юноша растерянно оглянулся на темный угол, где прятались остальные.
Рей вытянул руку, крутанул кистью, и Пикси словно споткнулась. Ее ноги запутались в юбке, девушка упала. Карадарс в один прыжок оказался рядом, зажал ей рот, взвалил на плечо и кинулся в укрытие.
Он поставил дергающуюся девчонку на ноги перед Реем и отпустил. Она яростно вращала глазами, разевала рот, но оттуда не доносилось ни звука.
— Тихо, не волнуйся, — сказал егерес. — Узнаешь меня? Кивни, — Взгляд Пикси прояснился, она согласно дернула головой. — Я уберу магию, кричать не будешь? Это опасно.
— Н-нет, — выдавила девушка, все еще не веря, что может говорить.
— Расскажи, что с шилессой? Почему ты ее бросила.
— Она в купальне под охраной кайри. Я не бросила, побежала выполнять поручение.
Пикси совершенно не волновалась, получается, с Мией все в порядке, тогда откуда такая сильная тревога у сына?
— Какое поручение?
— Шилесса отправила меня к знакомому кузнецу, чтобы он изготовил ошейник.
— Зачем?
— Это мне неизвестно. После купания шилесса хочет отправиться во дворец.
— Никто ее не обидел?
— Нет, я все время была рядом, — тут в глазах девушки мелькнуло воспоминание, Рей насторожился. — Почти.
— Говори.
Пикси рассказала о времени, проведенном в хлеву.
— Когда я вошла с платьем, шилесса спряталась, словно чего-то испугалась.
Егерес окинул взглядом помощников. Нужно отправить с Пикси одного в качестве охраны, а другого оставить себе в помощь, но кого? Карадарс владеет магией огня, а Дрюневир — земли, кто из них более полезен в том опасном предприятии, которое только что задумал Рей?
Наконец решился.
— Карадарс, иди с Пикси. Можешь ускорить процесс изготовления ошейника?
— Сделаю.
— Тогда поторопитесь, — Рей проводил взглядом служанку и Карадарса и повернулся к Дрюневиру. — А мы попытаемся попасть во двор поместья.
— Нет, нельзя! — вскрикнул юноша. — Вы еще слабы.
— А ты на что? Поможешь. Сделай небольшое землетрясение, тогда мне не придется применять магию.
— Но вы же говорили…
— Говорил, но ситуация изменилась. Готов?
Рей встал, опираясь на стену, выпрямился. Сигнал Рейми звенел в голове и звенел, некогда было думать о себе.
Дрюневир встряхнул кисти, сложил их в замок и начал медленно вращать. Земля под ногами задрожала, каменная кладка ограды затряслась, ворота перекосились и распахнулись. Крики оглушили, а когда твердая почва вдруг пошла волнами, ломая деревья и кусты, обнажая корни, началась безумная паника. Домочадцы с воплями побежали из поместья, тем более, что снаружи было все спокойно.
— Ну, вперед! — Рей показал на ворота.
Под видом стражников Рей и Дрюневир легко проникли во двор. В общей суматохе их даже не заметили.
— Где купальня? — егерес схватил за локоть пробегавшую служанку.
Та посмотрела на него выпученными от ужаса глазами, ничего не понимая, тогда Рей хорошенько встряхнул ее и повторил вопрос.
— Т-там! — женщина махнула рукой в сторону ограды, обвитой зеленью. — Ой, что же делается, что же делается!
— Проводи.
— Ой, что делается!
Рей наложил на рот женщины магию молчания и направил в нужном направлении, та потрусила по дорожке, отчаянно встряхивая головой и размахивая руками. Егерес увидел спрятанную в ветвях дверь и дернул за ручку.
— Жди меня здесь, — приказал Дрюневиру. — На глаза слугам не показывайся.
Он скрылся внутри и оказался в коридоре, освещенном горелками, развешанными по стенам, прислушался и уловил едва различимый шепот, шелест крыльев, плеск воды. Бросился на звук, влетел в большое помещение, где по центру находился квадратный водоем, наполненный теплой водой. Пар поднимался до потолка, вода бурлила, словно в бассейне был шторм. Кайри метались в панике. Заметив Рея, они кинулись толпой в туман.
— Дракон! Здесь дракон! — зашелестели тонкие голоса.
— Мия, где ты? — крикнул егерес, уже не скрываясь.
— Рей! — из пара донесся слабый вскрик.
Не раздеваясь, егерес прыгнул в воду, мощными гребками добрался до противоположного края и увидел Мию. Она сидела в дальнем углу, обнимая себя за плечи, и дрожала. Увидела его, протянула руки. Рей крепко прижал к себе любимую, она судорожно всхлипнула.
— Тихо, я с тобой и сыном.
— Что это, Рей? Я так испугалась! Думала, мир сошел с ума. Сначала земля задрожала, потом волна поднялась и накрыла меня с головой.
— А что кайри?
— Мои мужественные крошки и вытащили меня из воды. А теперь смотри, бурлит все. Это
атака нитей?
— Нет, дорогая, это всего лишь шутка нашего Дрюневира. Я должен был как-то незаметно проникнуть в усадьбу.
Мия лишь распахнула глаза, переваривая информацию.
— Тебе здесь находиться опасно, — наконец сказала она.
— За меня не волнуйся, а вот я места себе не нахожу, Рейми постоянно зовет меня. У тебя что-то случилось?
— Ой, малыш, — Мия нежно улыбнулась и прикоснулась ладонью к животу. — Папочка с нами. Милый, дай руку.
Она взяла пальцы Рея и положила поверх своей кисти. Он замер, слушая эмоции сына. Малыш постепенно успокаивался, словно выполнил свою задачу и готов был заснуть. Несколько мгновений, и он затих.
Рей поднял любимую на руки и вынес из воды. Он завернул ее в теплую простыню, обмотал полотенцем волосы. С него самого потоком текла вода, но это было совершенно неважно.
— Расскажи, почему Рейми в такой панике?
— Это, наверное, из-за случая в хлеву. Но ты тоже сними мокрую одежду.
Рей последовал совету шилессы. Пока он под охраной Дрюневира, можно было не беспокоиться. Кайри слетали в дом, нашли мужской наряд. Пока егерес переодевался, Мия рассказывала о том ужасе, в котором побывала несколько часов назад.
— Ты уверена, что это было не видение, спровоцированное беременностью?
— Абсолютно. Если допустить, что сестрица хотела выбросить меня из этого мира, а Рейми вернул обратно, то… какой же силой обладает наш мальчик?
На глаза любимой навернулись слезы. Рей подушечками пальцев смахнул их и нежно поцеловал Мию в лоб. Кайри тоже притихли. Они кружились над влюбленными, но не трещали без умолку, словно давали возможность насладиться счастливым моментом.
Предположение Мии было настолько невероятным, что егерес ей не поверил: фантазия у нее богатая, может додуматься до чего угодно. Он мысленно обратился к сыну, пытаясь почувствовать и понять его силу.
«Это все правда», — услышал ответ и впервые поверил, что его любимая — девушка из чужого мира. Поверил и ужаснулся: получается, она в любой момент может исчезнуть? И тут же новая мысль кинжалом пронзила мозг: получается, Ния обладает такой мощной магией, что даже может менять людей местами.
— Расскажи, что ты задумала, нам нужно согласовать наши действия?
— Хочу попасть во дворец короля и поменять ошейник у Голена. Тогда наш ангел сможет изнутри помешать сестре и королю применить магию.
Рей задумался. Задумка отличная, вот только исполнение сложное. Во дворец Мия попадет, он в этом не сомневался, а встретится с Голеном или нет, вот это вопрос. Что ж, оставалось надеяться на удачу и силу драконов.
— Ты хорошо придумала. А теперь мне пора. Я буду рядом с дворцом, как только получу сигнала от сына, мгновенно начну атаку.
— Да, я даже не ожидала, что ты так быстро появишься, — Мия ласково провела по щеке егереса. — Знаешь, как я испугалась, когда поняла, что лежу на дороге, а вокруг мой мир!
— Ты уже не хочешь обратно?
— Пока ты рядом, нет. Но там мама…
Мия заплакала. Рей понимал, что ее сердце рвется на части. Такой сложный выбор: с одной стороны, любимый и ребенок, а с другой — мать, которая переживает за дочь.
— Я что-нибудь придумаю, — сказал он, еще раз поцеловал шилессу и быстро скрылся в коридоре.
В голове у него уже закопошилась идея, пока еще сырая, практически на грани мечты, но обмозговать ее надо, посоветоваться с Рагнаром и сыном. Вдруг получится!
Егерес выскользнул из купальни, никем не замеченным. Землетрясение уже прекратилось, во дворе появились люди. В центре стояла дама, знакомая егересу по первому визиту в поместье. Заметив друзей, она махнула рукой, к ним сразу побежала толпа слуг.
— Как быть? Она нас узнала? — тихо спросил Дрюневир.
— Не волнуйся, даже если узнала, ничего не сможет сделать.
— Кто вы? Что вам здесь нужно? — слуги окружили драконов.
— Узнали о вашей беде, решили помочь, — спокойно ответил Рей и крикнул Дрюневиру: — Эй, парень, берись с того конца!
Он показал на фруктовое дерево, вывернутое с корнем. Друзья подхватили его и потащили со двора. Охранник, которого они видели возле ворот, бросился наперерез, но Рей просто взглянул на него, качнул деревом, и тот шагнул в сторону.
— Останови их! — заверещала дама.
Но было уже поздно: драконы покинули поместье.
— Куда теперь, егерес?
— Ждем шилессу.
Глава 39
Рей ушел, а у меня словно крылья за спиной выросли.
— Нет, мы втроем — это мощная сила. Правда, сынок? — шептала под нос, пока одевалась.
Кайри кружились рядом. Их так и подмывало прикоснуться к моему еще плоскому животу, но они не смели. И столько любви светилось в крошечных лицах, столько нежности, будто это они готовились стать родителями.
— Ох, шилесса! — трещали крошки. — Ох, шилесса!
«Сынок, у тебя будет сотни самых лучших нянек на свете».
Рейми принял мой мысленный посыл и ответил слабеньким толчком.
— Так, крошки, — я встряхнулась, момент нежности и умиления прошел, пора вспомнить о делах. — Где у меня висят самые красивые наряды? Проводите.
Кайри полетели вперед. Только сейчас я сообразила, что не знаю собственное поместье: меня всегда сопровождала Пикси, а без нее я отчаянно плутала в огромном доме.
— Шилесса, вам надо отдохнуть, — уговаривали меня крошки. — Во дворец без приглашения сложно попасть вечером.
— А ведь вы правы, — я задумчиво разглядывала ложе в своих покоях, да и усталые глаза закрывались: после купания меня здорово разморило. — Но Рей ждет меня.
— Шилесса, он все понимает, ложитесь. И Пикси еще не вернулась.
— Рейми, передай папочке, чтобы не волновался, я прилягу на часок.
Я опустилась на ложе и сама не заметила, как отключилась, будто неведомая сила подушки притянула меня и взяла в плен Морфея.
Проснулась я опять в незнакомом месте. Открыла глаза, сначала спросонья не поняла, где нахожусь, резко села, озираясь. Я лежала на огромном ложе. В его четырех углах стояли столбики, а сверху свисал тяжелый балдахин. Это была чужая комната, не та, в которой заснула я.
— Кайри, крошки! Где вы? — я щелкнула пальцами, но никто не появился.
«Так, без паники! Сейчас все прояснится!» — внушала я себе, хотя истерика уже была близко. Если меня каким-то чудом перенесли во дворец, я осталась опять одна, без помощниц и преданной Пикси, которая…
«О, ужас!» — всполошилась я, вспомнив, куда сама же отправила служанку. Не хотелось верить, что нашему с драконами плану пришел конец.
— Что, выспалась? — спросил меня ехидный голос.
Я вздрогнула обернулась на звук: в кресле у противоположной стены, в тени ширмы, сидела Ния, одетая по полной программе и сиявшая драгоценными украшениями.
Быстро взглянула на окно: сквозь мозаичное стекло в покои заглядывало солнце. Значит, уже утро. Долго же я спала!
— Что ты здесь делаешь? Или, — огляделась, — что я здесь делаю?
— Ну, ты же хотела попасть на аудиенцию к королю, вот я тебе это и устроила.
Ее слова сопровождал противный смешок, а я напряглась. Да, я хотела нанести визит отцу, но на своих условиях. А что сейчас? Меня опять чудесным образом перенесли в новое место, а я даже не почувствовала.
— Ния, ты доиграешься.
— Не тебе мне угрожать.
— Я и не угрожаю, но отцу пожалуюсь. Я тоже его дочь.
— Не прикидывайся шилессой! Мы обе знаем, откуда ты. Отправить тебя в твой мир? Какая разница, где умирать?
Ния хихикнула, встала, подошла ко мне, я внутренне сжалась, но задрала подбородок: ни за что не покажу, что боюсь эту змею до колик в животе!
— Погоди! Мы же с тобой договорились, что сначала я вызову в королевство егереса.
— И где он?
— Думаю, ищет меня. А ты сначала меня в башню, потом на скалу бросила.
— Я была на скале, там тебя не застала.
— Конечно, я же спустилась. Если бы ты внимательно посмотрела, увидела бы след на земле.
— Мои люди обшарили весь лес, тебя не нашли.
— Плохо искали. Я едва живая доползла до столицы, тебе и этого мало? Оставь меня в покое! Теперь закунула меня во дворец. И как дракон здесь появится? Он на самоубийцу не похож.
— Тогда ты навсегда останешься пленницей.
— А сама недавно пробовала меня перебросить, — парировала я. — Я уже поняла, что твое слово ничего значит.
Сказала наугад, прощупать почву, потому что сама не уверена была в том, что случилось в хлеву.
— Вот и мне интересно узнать, какая сила вернула тебя обратно? Признавайся, ты у драконов научилась новой магии?
— У меня своя сильная.
— Ой, не смеши меня! Да что могут твои кайри? Мне достаточно пальцами щелкнуть, и они исчезнут навсегда. Вот и сейчас, не торопятся к своей хозяйке.
— Только посмей! Да ты больная на всю голову!
— Ты права голоса не имеешь! Где егерес?
— Говорю же, я его не видела, — я встала, одернула платье. — Где тут отхожее место? Умыться хочу. И где моя служанка?
— Во дворце много придворных дам, они тебе помогут.
— Я требую свою Пикси!
Ния пошла к двери, но оглянулась.
— Обойдешься.
— Тогда я подниму такой шум, что вся челядь узнает, какая ты мерзкая.
— Кричи, сколько угодно, здесь стены крепкие.
Ния вышла и захлопнула дверь. Я бросилась за ней, прикоснулась к ручке, но отдернула пальцы: металл от жара раскалился до красна.
— Ты хочешь сжечь дворец к чертям собачьим! — закричала от боли, дуя на ладонь.
— Это магический жар, больно только тебе, — раздался издалека смешок. — Пока не появится егерес, будешь сидеть взаперти. Говорят, драконов уже видели в городе.
— Кто говорит?
— Гарпи прислала гонца. Она лично видела егереса в поместье, за тобой прилетел.
— Почему же тогда не забрал меня?
— Вот и мне это интересно узнать. Ничего, скоро ему будет не до опальной шилессы.
— О чем ты говоришь? — от волнения лоб покрылся испариной.
— Сюрприз!
Я осталась одна. И чего добилась? Ровным счетом ничего. Ния меня переиграла по всем статьям, но от обиды внутри поднялась цунами злости. Да, я не специалист в дворцовых интригах, что в башне, что во дворце, как была пленницей, так и осталась ею.
Однако за свою семью глотку перегрызу всем.
«Думай, Мия, думай!» — внушала себе, и идея мелькнула в голове.
— Ния, стой! — крикнула в замочную скважину. — Я скажу, где дракон.
Быстрые шаги раздались слишком близко, кажется сестра не успела уйти далеко или вовсе не собиралась уходить.
«Уф! — выдохнула я, услышав, как поворачивается ключ в замке. — Малыш, неужели мы все вместе не одолеем эту гадину?»
Рейми ответил легким толчком изнутри. Несмотря на патовую ситуацию, меня, как мать, просто переполняло чувство гордости за своего ребенка, который даже в крошечном состоянии принимал активное участие в жизни родителей. «Будущий егерес Обители драконов», — умилилась я и смахнула слезинку.
— Говори! — приказала Ния, распахнув дверь.
За ее спиной стояли стражники, это был обнадеживающий знак, сестрица все же побаивалась меня. Да и выглядела она странно: от цветущей красавицы не осталось и следа. Изможденный вид, потухший взгляд и напряжение во всем теле говорили, что с сестрой в данный момент что-то происходит.
«Магия! Она сейчас выбрасывает поток магии! — озарило меня. Получается, для нее это огромный труд!»
Эта мысль просто окрылила меня. Дар Нии рядом не стоял с мощным даром драконов. И куда, дура, полезла?
Я упрямо поджала губы:
— Я назову место, где они прячутся. Пикси проводит вас, но…
— Что еще? Выкладывай все, иначе не выйдешь из комнаты, пока не скажешь.
Лицо Нии покрылось красными пятнами. «Что же она делает? — задалась вопросом я, и делает что-то настолько сильное, что едва справляется с собой. И тут меня осенило. — Нити! Об этом сюрпризе говорила сестра?»
Мысли побежали по кругу. Если Ния запустила тучу нитей на Обитель драконов, ей нужно удерживать их атаку большим усилием воли, а тут я со своими капризами.
— Не получится. Пикси, конечно, знает это место, но драконы не отроются ей. Правда, если вы выпустите из дворцовых ворот Голена, все сложится.
Я даже услышала, как Ния заскрипела зубами. На глазах она менялась в лице. Пятна побагровели, плотно сжатый рот вытянулся в тонкую нить, щеки провалились.
— Да ты…
Ния пошатнулась, я бросилась к ней, и вовремя: она начала падать.
— Сюда, на помощь!
Стражники забежали в комнату, подхватили сестру и положили ее на ложе. Она устало закрыла глаза. Ее пальцы все время шевелились, словно она отдавала ими команды. Я села рядом, взяла Нию за руку. Она дернулась, но сил, видимо, было слишком мало, чтобы сопротивляться.
— Что случилось? Что ты сделала сестре?
В покои влетел встревоженный король, в распахнутую дверь я увидела его свиту, выстроившуюся по боковым стенам коридора.
— Батюшка, не знаю, — скромно потупила взгляд. — Стражники свидетели, Ние вдруг стало плохо.
— Отпусти ее руку? Немедленно!
Король попытался освободить Нию из моего захвата.
— Что вы, Ваше Величество! — я сделала вид, что очень испугалась грозного рыка, хотя, к своему удивлению, откуда-то пришла твердая уверенность, что мое дело правое, и победа будет за мной. — Сестрице стало лучше, когда я взяла ее за руку. Смотрите, она уже приходит в себя.
— Где я? — простонала Ния.
Король наклонился к ней, положил ладонь на лоб. Он выглядел обеспокоенным и совсем не интересовался мною, хотя я два месяца провела у драконов и появилась внезапно во дворце.
— Что с тобой, моя девочка? — ворковал он над дочерью. — Лекаря сюда! Вы чего ждете?
Этот крик был уже направлен слугам. Все вокруг засуетились.
— Не надо, со мной все в порядке, — остановила его Ния.
Болезненная краснота сестры действительно начала спадать. Щеки порозовели, губы расслабились. Она еще тяжело дышала, но уже без хрипов и судорожного надрыва.
«Так, — крутила я в голове догадки, — если Ния только что руководила атакой нитей, то наверняка сражение закончилось».
Чьей победой, неизвестно, но главное, сестра истратила заряд магической силы, и должна будет восстановиться, чтобы предпринять новую попытку. Этим обстоятельством надо воспользоваться.
— Пошли кого-нибудь за Пикси, — напомнила я о себе. — Я свое слово держу, но и ты должна сдержать свое тоже.
— Эй, есть там кто? — Ния махнула рукой в сторону входа.
Тут же появились две служанки и низко поклонились. По их бледным лицам я видела, что они боятся хозяйку, как проказу.
— Слушаем, шилесса.
— Отправьте гонца в усадьбу за ее служанкой.
«Ура! — чуть не выкрикнула я от радости. — Ура!»
Пусть моя идея была примитивной, но Ния сейчас находилась не в том состоянии, чтобы обдумывать свои действия. Она села, попыталась встать, король бросился с одной стороны, я поддержала с другой.
— Я тебя провожу, — заторопилась я.
— Останься здесь! — приказал король.
— Батюшка, сестрице сейчас нужна женская помощь и поддержка, не вы, — не согласилась я.
Ния зыркнула на меня злым взглядом, но сопротивляться у нее не было сил. Она почти висела у нас с королем на руках. Стражники притащили подобие носилок, уложили на них шилессу, я пошла рядом.
«Так, носилки появились слишком быстро — размышляла я. — Значит, это для дворца норма».
Теперь я была совершенно уверена, что таковы последствия мощного выброса энергии. Вот только какой урон он нанес Обители, еще предстояло узнать. Но я надеялась, что Рей оставил в Иудринесе сильных и надежных воинов, способных сразиться с черной смертью.
Время до прихода Пикси я провела в богатых покоях сестры. Здесь слуги быстро накрыли роскошный завтрак. Я опасалась прикасаться к этим изысканным блюдам, но желудок сводило спазмом от голода, мы с Рейни хотели есть, поэтому я взяла лепешку, надкусила ее и не заметила, как жадно съела всю до последней крошки.
Ния только пила ароматный чай. Она выглядела болезненно и устало.
— Что с тобой происходит? — поинтересовалась я, вгрызаясь в яблоко. — Сюрприз провалился?
Я брякнула это слово просто так, чтобы поддеть Нию, но реакция была неожиданная: сестра ощерилась, как волчица, зарычала, замахнулась на меня, но ударить не успела: в дверь постучали.
—Шилесса Ния, пришла служанка шилессы Мии.
— Пикси! — я бросилась к двери.
Девчонка вошла с круглыми глазами, возбужденно оглядываясь по сторонам. Я дернула ее за руку, взглядом спросила: «Принесла?»
Она ответила не сразу, заметила Нию и застыла, будто пригвожденная к полу, с открытым ртом.
— Ага, — наконец выдохнула она.
— Что «ага», тупица? — рявкнула на нее Ния.
Пикси сглотнула, встряхнулась и пришла в себя.
— К вашим услугам, шилесса, — она низко поклонилась.
У меня руки зачесались дать девчонке подзатыльник, надо выручать Голена и самим надо спасаться из дворца, а эта очарованная дурында ничего не соображает.
— Говори, где драконы? — Ния уставилась на меня. — Куда эта тупица должна отвести стражников?
«Так тебе стражники и помогут», — хмыкнула я и посмотрела на Пикси: теперь все зависело от ее сообразительности.
— Драконы спрятались недалеко, но Пикси они не откроются.
Девчонка распахнула рот, чтобы что-то сказать, но я ущипнула ее за руку.
— Что ей надо? — в комнату вошел король.
Его сопровождали двое белобородых жрецов в белых широких балахонах с капюшонами.
— Шилесса, мы поможем вам, — сказал один из них.
Его слуга тут же стал добывать из принесенного саквояжа склянки, мешочки, свечи, колокольчики и прочую магическую дребедень. Это мне не понравилось, и я заторопилась.
— Мне нужен Голен, — решительно заявила королю.
— Нет!
— Тогда драконы даже не покажутся, я не тот человек, ради которого эти чудовища станут рисковать целой расой.
— Ты же замуж собралась за егереса, — ехидно выставила свои пять копеек шилесса.
— Я никуда не собралась, — я наклонилась к уху Нии и зашептала: — Ты обещала вернуть меня домой. Я жду. Или это ловушка и ты не можешь сейчас что-то сделать?
Я намекала на состояние Нии, но та упрямо сжила рот.
— Ты мне здесь не нужна.
— Вот и договорились.
— Альбус, можем мы выпустить дракона в город? — спросила сестра у жреца.
— Можем. Он сейчас так слаб, что и без ошейника ни на что не годится, разве что на мясо для восстановления ваших сил, шилесса.
Меня чуть не вывернуло наизнанку от холодного цинизма жреца. Он говорил об убийстве Голена, похожего на ангела, так спокойно, как о будничном деле. Я сжала пальцы в кулаки, чтобы не сорваться.
— Стража, проводите нас к дракону! — приказала Ния.
Она встала, но пошатнулась.
— Шилесса, вы еще слишком слабы, — засуетились жрецы.
— Потом, все потом.
— Ния, ты не волнуйся, — я положила руки ей на плечи. — Я же остаюсь здесь заложницей.
Я выразительно посмотрела на Пикси, которая молча вращала глазами. Она так и стояла с раскрытым ртом. Переговорить не было никакой возможности. Мне бы лучше самой найти Голена, сменить ему ошейник, чем надеяться на Пикси, но увы. Да и девчонке, окруженной группой всадников, будет сделать это трудно, практически невозможно.
Настроение упало, я опять засомневалась в удаче задуманного. Но Рей ждал за оградой сигнала. Пикси нужно всего лишь показаться ему на глаза, чтобы егерес начал действовать незамедлительно.
— Пикси, ты все знаешь, — я пожала девчонке ладошку. — Веди их.
Глава 40
Рей ждал Мию весь вечер, до боли в глазах вглядывался в темноту, надеясь первым заметить огоньки экипажа, вслушивался в ночную тишину, пытаясь различить топот копыт.
— Она уже не придет, егерес, — тихо сказал Рагнар.
Драконы сидели в знакомой таверне, хозяйка которой легко поддавалась внушению. Она и сейчас суетилась перед ними, стараясь угодить воинам в богатых одеждах, которые драконы позаимствовали у встреченных на дороге охранников. Так было спокойнее: вербовщики не станут тревожить, да и у жителей города вид стражей не вызовет подозрений.
Вскоре появился Карадарс, сопровождавший Пикси. Девчонка с восторгом разглядывала ладных и красивых драконов, ее глаза блестели, а с губ чуть ли не капала слюна. Юноши отреагировали на нее подобным образом. Они вдруг оживились, разом все заговорили, стали шутить и смеяться.
Горечь тронула сердце егереса: в Обители не хватало дракониц, дети рождались редко, раса потихоньку вымирала. Найти истинную пару среди своего народа было практически невозможно. «Вот если бы могли наши расы породниться, — неожиданно подумал он. — Какое славное потомство бы родилось!»
Он тут же отогнал эту мысль, каждое племя заботится о чистоте крови и породы. Но почти сразу вернулся к ней снова. Если он, властитель Иудринеса, женится на людской шилессе, подаст положительный пример остальным. Когда вымирает народ, подойдут и радикальные способы для его спасения.
— Ты ошейник сделала? — вывел девчонку из ступора Рей.
— Да, вот он.
Она вытащила из кармана узкую полоску кожи, отделанную металлическими вставками.
— Ты уверена, что он подойдет Голену?
— Нет, но другого не будет.
— Карадарс, проводи девушку в поместье и узнай, где находится шилесса Мия.
Егерес не чувствовала волнения сына, значит, и с любимой все в порядке, возможно, устала и спит. Но Карадарс вернулся с тревожными вестями.
— Шилессы Мии в поместье нет, — заявил он. — Слуги сказали Пикси, что приехал королевский экипаж и увез шилессу во дворец.
Рей опять прислушался к себе, нет, Рейми спокоен, не подает сигнал, придется ждать до утра.
— Хозяйка, — Рей поднял руку. — Определи нас на постой.
— А вы разве не в казармах ночуете? — поинтересовалась осторожная трактирщица.
После недавних неприятностей ей совершенно не хотелось снова оказаться в беде.
— Сегодня у нас выходной.
Рей направил мысли женщины в нужное русло, и вскоре драконы располагались на полу. Они могли долгое время находиться без отдыха, восстанавливаясь из внутренних ресурсов, но егерес подумал, что силы всем еще понадобятся, поэтому приказал спать.
Сам вышел и сел на крыльцо, рядом пристроился Рагнар.
— Что думаешь, Рей? Может, атакуем дворец сейчас?
— Нельзя, там Мия, — покачал головой егерес. — Давай доверимся ей. Она что-нибудь придумает.
И любимая не подвела.
Утром драконы устроили засаду у дворцовой стены, где раскинулись торговые ряды. Они тоже переоделись купцами, поставили уличный прилавок в один ряд с подобными лотками и стали наблюдать. Вот ворота распахнулись, выскочил всадник и во весь опор помчался по дороге, криками разгоняя прохожих.
— Кажется, что-то начинается, — потер руки горячий Карадарс.
— Посмотрим.
Гонец вернулся вскоре, а за его спиной сидела Пикси. Девчонка спрыгнула на землю, огляделась, заметила драконов, вскинулась, но охранники подхватили ее под руки и потащили на Дворцовую площадь.
— Егерес, вдруг Пикси арестовали? — заволновался Нид.
— Не думаю, Рейми не волнуется.
— А если…
Рей приложил палец к губам. Он и сам понимал, что молчание сына может быть двойственным: либо все хорошо, либо наоборот, плохо. Стратегический ум воина давно просчитал все варианты. Да, он тревожился и волновался, Мия сейчас буквально шла по лезвию кинжала, но и причины для паники пока не было, а Рей доверял своему чутью.
— Потерпи немного.
Томительное ожидание сводило с ума, тем более, что абсолютно ничего больше не происходило. Рагнар неожиданно нахмурился, исчез внутри палатки, вышел с перекошенным лицом.
— Что случилось? — тихо спросил Рей.
— Жена со мной связалась, на Обитель напали нити.
— В замке остался крепкий отряд, должен был справиться с атакой.
— Да, нитей уничтожили, но разрушения огромные. Черная смерть сожгла полгорода.
Рей помрачнел лицом и еще больше убедился в ом, что от Нии нужно избавляться немедленно, эта шилесса просто чистое зло во плоти. Но спасет ли драконов ее смерть?
— Подойдите все ко мне, — позвал он товарищей. — У меня есть идея. По моему сигналу мы одновременно поменяем сущность и соединим наши магии.
— Мы так никогда не делали, — засомневался Дрюневир. — Какова цель?
— Пока не могу сказать, только чувствую, что так надо сделать.
Драконы расслабились, они доверяли своему егересу. Не зря он иак рано занял место правителя. Не было случая, чтобы Рей ошибся.
— Смотрите, Пикси, — вскрикнул Нид. — А рядом…
Драконы увидели, как в распахнутых воротах показалась служанка Мии, а рядом, поддерживаемый с двух сторон стражами волочил ноги золотоволосый Голен.
— Сволочи! — заскрипел зубами командор и раскинул руки.
— Как они могли! — вскрикнул Карадарс.
— Да я их! — сжал пальцы в кулаки Нид.
Остальные тоже встрепенулись, напряглись, вот-вот их вторая сущность выйдет из-под контроля. Рей ударил Рагнара по пальцам.
— Стой! Не дергайся! — сказал он таким властным тоном, что все немедленно повиновались. — Наклонитесь. Собираем всю магию в одну точку, как только Пикси подаст сигнал, освободим Голена от ошейника.
— Оборачиваемся драконами?
— Нет, действуем издалека.
Они наблюдали, как Пикси в чем-то убеждала охранников. Те отпустили Голена, он сполз по стене на землю. Девушка наклонилась к нему, Рей поднял руку, и, как только служанка закрыла дракона от стражников, резко сжал пальцы в кулак. Драконы направили потоки магии на пленника.
Что делала Пикси, они не видели, но она вдруг обернулась, улыбнулась и подала ладонь Голену. Тот самостоятельно встал на ноги, расправил плечи, посмотрел прямо на торговые ряды. Все драконы дружно подняли руки.
Это жест заметили и всадники, вырвавшиеся из ворот и окружившие Пикси и Голена. Их командир что-то гортанно крикнул, стражи сорвались с места, и, распугивая торговцев, ломая ряды, сминая под копытами палатки, помчались на драконов. С дворцовых стен полетела туча стрел.
И тут началось невероятное. За спинами всадников поднялся мощный вихрь. Он направил стрелы обратно в лучников, по одному начал втягивать в себя коней, людей, лотки. Миг — и огромный смерч закрутился на Дворцовой площадью.
— Умница, Голен, — довольно улыбнулся Рей. — Друзья, поможем ему.
Он поднял руки, мгновенно обернулся драконом и взмыл в воздух. Огромные крылья тенью раскинулись над площадью, закрывая солнце. Периферийным зрением выпуклых глаз он мог охватить все пространство. Рядом закачались крылья друзей. Огненный вихрь вырвался из пасти Карадарса. Мгновенно вспыхнули торговые ряды, перепуганные люди бросились врассыпную.
Но Нид направил на пожар стихию воды. Она мощным ливнем полилась на землю, смывая обломки, осколки, камни, тряпки и прочую грязь в один поток. Дрюневир слегка качнул крыльями, приподнял землю под улицами и направил этот поток прямо на Дворцовую площадь.
Крики, визг, грохот камней, срывавшихся с булыжной мостовой, — все слилось в один протяжный шум. Драконы кружились над Дворцовой площадью, даже не прикладывая усилий. Зачем, все за них сделала природа.
Рей внимательно смотрел вниз. Он приказал друзьям не трогать сам дворец, чтобы не навредить любимой, но ее нигде не было. Вдруг почувствовал изнутри толчок, Рейми заволновался.
«Мия, Мия! Где ты?» — крикнул про себя егерес, всю силу магии вложив в этот призыв. Адреналин мощным потоком ударил в голову, сжал в панике сердце. — Мия!»
«Рей! Спаси меня!» — ответила любимая.
«Да, да! Мерзкое чудовище! — появилась в голове чужая мысль. — Прощайся со своей самкой!»
Рей сложил крылья и камнем упал вниз. За ним последовали и остальные. Сменив сущность, драконы помчались за своим егересом. А он бежал по мрачным коридорам дворца туда, где отчаянно звал его сын, плакала любимая.
Рей ворвался в огромный зал. Мельком заметил сидевшего на троне короля, прижавшихся к стенам чиновников. Взгляд его был прикован к двум шилессам, которые стояли в центре. Мия была похожа на кокон, потому что кайри плотно обнимали ее тело. Крошки-помощницы, скованные чужой магией, не двигались сами и не давали пошевелиться хозяйке. Мия открывала рот, но ни звука не срывалось с ее губ, только слезы текли по лицу.
Рей остановился, драконы замерли сзади в ожидании команды. Мощный Рагнар сделал шаг вперед, но егерес поднял руку. Он выровнял дыхание, очистил кровь от эмоций. Только холодная голова поможет ему сейчас.
«Приготовьтесь!» — он отдал ментальный приказ драконам, но вслух тихо сказал:
— Отпусти ее!
— С радостью, — ощерилась в улыбке Ния. — Меняю твою подстилку на земли драконов.
— Ты же понимаешь, что это невозможно.
— Тогда прощайся с ней. Ха-ха!
Дикий хохот, многократно отраженный эхом, поднялся под своды зала, на миг замер там и обрушился на головы присутствующих. Рей почувствовал выброс магической силы, настолько мощный, что едва устоял на ногах. Силуэт Мии побледнел, стал полупрозрачным, мигнул…
«Отец!» — взвился в голове егереса крик малыша.
И тут Рей выбросил вперед руку, повернул кисть, а потом сжал пальцы в кулак. Драконы мгновенно поняли сигнал, сделали то же самое. Свет вспыхнул и сразу погас. Зал погрузился в темноту, но Карадарс мгновенно зажег светильники.
В центре зала стояла Мия, окруженная облаком взволнованных кайри. Они подняли ее на крылышки и понесли к Рею. Егерес бросился к ним, подхватил любимую на руки, крепко прижал к себе. Несколько секунд они не двигались.
— А где король? — вдруг спросил кто-то.
Рей открыл глаза, обернулся: в зале не было ни чиновников, ни короля, ни злобной шилессы.
— Они исчезли? — спросила Мия, обнимая дракона за шею. — Навсегда?
— Да, дорогая, — улыбнулся уголками губ Рей и посмотрел на драконов: — Спасибо, друзья, за помощь, все получилось.
Эпилог
Мама стояла, подбоченясь и грозно смотрела на нас с Реем.
— Вы хотите оставить меня с этим маленьким чудовищем? — резкий взмах руки на кружащегося под потолком Рейми. — Ни за что!
— Мамочка, — я шагнула к ней и взяла под руку. — Мы уедем ненадолго. Рей хочет познакомиться с нашими курортами, чтобы открыть подобные в Иудринесе.
— Пусть знакомится, — моему мужу достался косой взгляд, — но без тебя.
— Крак! Крак!
Рейми спланировал прямо бабушке на плечо и хлопнул ее по щекам крылышками.
— Вот я тебе! — вскрикнула мама.
Она отчаянно замахала руками, но шаловливый мальчишка уже опустился на пол и обернулся прелестным трехлетним малышом. Он обнял бабушку за ногу, прижался розовой щечкой и посмотрел бездонным серым взглядом огромных глаз. Реснички хлопнули: раз-раз.
— Бабуля, я тебя люблю!
Мама уставилась на внука, губы растянулись в нежной улыбке. Она подхватила Рейми на руки.
— Как ты вырос, мой сладенький птенчик! Это твои несносные родители так редко появляются.
Мама в своем репертуаре, ей ничем не угодить. Не было у меня мужа — плохо, теперь есть муж — опять не тот.
Когда она узнала, что я в чужом мире вышла замуж, ее чуть кондратий не хватил.
Наш разговор происходил в первое перемещение в мой мир. Пока не родился Рейми, это сделать было невозможно. Только мой сынок мог вернуть меня обратно к любимому. У нашего малыша оказался такой мощный дар, какого не было ни у одного дракона за всю многотысячелетнюю историю.
— Наверное, так получилось от смешения двух рас с разных планет, — рассудил Рей.
— Не знаю, но я счастлива, что могу видеть маму.
Я появилась на пороге нашей квартиры с младенцем в руках — рискованное мероприятие, очень, но я сходила с ума, не зная, что с мамой, поэтому Рей решился на эксперимент.
Сначала у драконов не получилось отправить меня в нужное место. Я материализовалась на том самом пешеходном переходе, где попала под автобус. Люди испуганно шарахнулись в сторону. Еще бы! На мне было длинное платье, средневековый плащ с капюшоном, а в свертке стрекотало неизвестное чудовище — это сын возмущался, что его крепко запеленали.
Но вторая попытка оказалась удачной. И вот я стояла перед дверью родной квартиры и, сгорая от волнения и страха, жала на кнопку звонка.
Мне открыла женщина с грязными волосами и тусклым взглядом. Она, подслеповато щурясь, посмотрела на меня и начала закрывать дверь. Я растерялась, когда створка захлопнулась перед носом. Не такую встречу ожидала от родного человека.
Я нажала на звонок снова, Рейми крутился, ему было жарко в конверте, я боялась, что он не выдержит и устроит концерт. В одном была уверена: сущность не поменяет, так как в нашем мире магии нет.
Увы! Как выяснилось чуть позже, для моего сыночка не было границ.
Дверь приоткрылась.
— Уходи, призрак, — сказала женщина голосом мамы, и у меня в душе что-то перевернулось.
Я представила, что потеряла сына, и все нутро всколыхнулось от боли.
— Нет! Мама, это я! Посмотри внимательно.
Но она лишь слабо махнула рукой и шаркающей походкой пошла в комнату, забыв о двери.
Я бросилась следом. Положила Рейми на диван, обняла маму, прижала к себе, заметила, как она шевелит губами, прислушалась.
— Уходи, — шептала она. — Уходи!
— Мамочка, пожалуйста, посмотри на меня. Посмотри.
Я скинула плащ, взяла в ладони ее щеки, заставила взглянуть. Мама, не отрываясь, глядела на меня, глядела и вдруг вскрикнула.
— Мия, это ты?
— Да, мамочка, я.
—Но ты же… там… уже полгода…
Так я и узнала, что Ния не случайно показывала мне иллюзию. Я действительно лежала в коме, как говорили врачи, без признаков мозговой деятельности. Та авария была роковой для нашей маленькой семьи. Мама от горя перестала есть, осунулась, почернела и не хотела отключать аппарат, поддерживающий мою жизнедеятельность, но сдалась под давлением врачей.
И в тот момент, когда мы обе ревели, как белуги, Рейми выбрался из конверта, взмахнул пухлыми ручонками и взмыл под потолок. Мама кричала так, что всполошились соседи, они стали трезвонить в дверь, а я не знала, кого успокаивать: маму, сына или их.
Наконец ребенка поймала, сунула маме в руки, и он залепетал на своем младенческом, пуская слюни.
— Кто это? — всхлипнула мама, держа малыша на вытянутых руках.
— Твой внук. Его зовут Рейми. Правда, красавчик?
— А он кто?
— Просто ребенок, часть меня и… тебя, и… Рея.
— А Рей, это кто?
— Мой муж, егерес Иудринеса.
Мама встряхнулась, положила задремавшего Рейми на руку, и требовательно сказала:
— Ты мне этими словечками не бравируй! Рассказывай, что за конь в пальто окольцевал мою девочку?
— Это правитель.
Здесь мама икнула, хотела что-то крикнуть, но промолчала, переваривая информацию. Наконец выдала:
— Правитель чего?
— Земли драконов и колоний.
— Ага, — хмыкнула она. — Еще и колонии есть? Хорошо сочиняешь, не зря в библиотеке работала.
— Это правда. После победы над расой людей все их земли отошли к Иудринесу.
— Твой правитель еще и узурпатор?
— Почему сразу узурпатор? Это люди напали. У короля была дочь с сильным магическим даром. Вот она и решила всех драконов уничтожить, а Рей защитил свой народ, забросил ее вместе с папашей сюда, в наш мир.
Да, теперь королевством людей занимается Рагнар. Рей назначил друга управляющим, а четверку драконов дал в помощники. Эми и Дитрих отправились с отцом и обучают соседских ребятишек новым играм.
Юноши-драконы тоже отлично устроились среди людей, особенно их привлекли юные горожанки. Драконам нужно искать своих истинных, и лучше всего это сделать в богатом и пышном цветнике юности.
Но одна пара уже сложилась. Между Пикси и Голеном искра пробежала еще в первую встречу. А когда девушка вывела дракона из дворца, сняла с него ошейник, тот больше ни на шаг не отошел от шустрой служанки, вернее, первой придворной дамы егерессы, то есть меня.
— Хм, герой, значит, твой муж, — вывела меня из раздумий мама.
— Герой. Мам, знаешь как его у нас уважают!
— А эта дочь короля здесь дел не натворит?
— Не должна, тут магия не работает, а за злобный характер еще и схлопотать может.
— Ясно.
Мама отнесла внука в спальню и положила на кровать. Только сейчас я заметила, что дома не прибрано, и это у моей мамы-чистюли. Слезы навернулись на глаза, когда я представила, сколько она пережила из-за меня.
— Мам, прости за все. Пожалуйста.
Мама посмотрела, подошла, погладила по щеке.
— Так, я в душ, потом будем убираться. Нельзя ребенку в такой грязи жить.
И вот теперь мы с Реем перемещаемся часто. Муж принес маме целый мешок драгоценностей. Часть из них мы сдали в скупку. Невероятной красоты украшения коллекционеры расхватывали, как горячие пирожки. Мы купили коттедж, окружили его высоким кирпичным забором, чтобы Рейми мог оборачиваться дракончиком и летать в свое удовольствие.
Между бабушкой и внуком безумная любовь. Мама очень тоскует по шаловливому малышу, но всегда, когда мы появляемся, ворчит, что ни за что с ним не справится.
Мама чмокнула внука в щечку, тот ответил тем же и радостно засмеялся. Я тронула Рея за руку и сказала одними губами:
— Уходим.
Мы на цыпочках выбрались в прихожую, и тут услышали вопрос Рейми, обращенный к маме:
— А где твоя кошка?
— Бежим!
Рейми и мамина кошка — два врага. Сын дразнил ее и гонял по всему участку, она же норовила цапнуть его побольнее, не понимая, почему ребенок мгновенно превращается в птичку и обратно.
Мы вылетели на крыльцо маминого коттеджа, а к машине, ждавшей у ворот, уже побежали, взявшись за руки.
— Вперед! — приказал Рей водителю. — В аэропорт! И побыстрее!
— Слушаюсь, егерес!
Я поймала в зеркале его колючий шофера и гордо вскинула подбородок. Король, в другом мире бывший моим отцом, служил сейчас у мамы на посылках. А его дочь и чиновники работали продавцами в универмагах столицы.
Мы с Реем иногда показывались на глаза Ние, чтобы она помнила, что с драконами лучше не связываться.
Я взяла мужа под руку и положила голову ему на плечо.
— Ты чего? — он оторвал взгляд от планшета, где рассматривал курорты, нам предстояло небольшое путешествие.
— Я тебя люблю.
— И я тебя, моя шилесса.
Он легко чмокнул меня в нос, я улыбнулась, а в голове родилась мысль:
«О боже! Как я счастлива!»