Тётя не возвращалась невыносимо долго. Лея три раза обошла вокруг фонтана в школьном парке и решила осмотреть поближе развалины старого замка. Холм здесь резко уходил влево вниз, оголяя каменную кладку. Напротив заросшего мхом крыльца высота её была всего в пару кирпичей. А дальше шла лесенкой вверх, где углом соединялась с другой стеной, примыкающей к замку. Лея смело шагнула на округлые камешки. Дождь, что накрапывал с утра, усилился, и пришлось надеть капюшон. Расставив руки в стороны и балансируя, она шагала по остаткам полуразвалившейся стены. Высоко забираться не стала. Не доходя до угла, она проворно развернулась и пошла обратно. Всё же с внешнего края стены вниз было смотреть страшно. Как раз там сейчас поднимался к замку человек в чёрном. На его длинном плаще виднелись мокрые пятна от дождя и следы грязи. Влажные волосы, как сосульки, свисали до плеч. Его напряжённое, злобное лицо не сулило ничего хорошего тому, кто встретится ему на пути. Он шел быстро, несмотря на то, что прихрамывал на правую ногу. Человек вывернул из-за угла в тот самый момент, когда Лея, развернувшись, пошла вниз по стене, и вскоре обогнал её. Она же, увидев справа от себя чёрную тень, вздрогнула. Каблучок скользнул по мокрому от дождя мху, и, когда человек в чёрном повернул к ней голову, Лея уже была по другую сторону стены. Мужчина пробубнил себе под нос какое-то ругательство и ускорил шаг. Перемахнув через невысокую часть каменного ограждения, он приблизился к ней. Она сидела на траве и потирала ушибленную ногу. Капюшон с её головы слетел, обнажив густые медно-рыжие волосы с золотой прядью, падающей на лицо. Человек в чёрном уже открыл рот, чтобы что-то сказать, но тут она подняла на него свои изумрудно-зелёные глаза, при виде его наполнившиеся ужасом.

— Если бы ты только видела его лицо! — говорила Лея своей тёте Чунь Шэн, сидя за столиком китайского ресторанчика, спустя несколько часов. — Эти глаза... Нет-нет, не думай, что я преувеличиваю, — быстро проговорила девочка. — Я, правда, очень испугалась. И он... будто бы привидение увидел.

— Нога до сих пор болит? — поинтересовалась тётя.

— Уже совсем нет... Снова дождь начался.

— Может, тогда закажем что-нибудь ещё?

— Ты хочешь, чтобы я превратилась в шар с ножками? — звонкий девичий смех пронёсся по небольшому помещению, привлекая внимание немногочисленных посетителей. — Дяде Хенгу это точно не понравится.

— Лея, пожалуйста, тише, — Чунь Шэн с тревогой посмотрела по сторонам и, склонившись над столиком, процедила сквозь зубы, — будь осторожна. Не называй вслух его имя.

— В самом деле! Да кому придет в голову искать меня ЗДЕСЬ? — Лея тоже понизила голос до шёпота. — Я почти уверена, что китайцы в этом ресторанчике не настоящие. Иначе почему у них не получилась утка по-пекински, м?

— Вполне приличная утка, — тётя откинулась на спинку сиденья. — Я бы с удовольствием сюда вернулась.

— Почему ты не отправила меня в Сингапур? Там хорошая школа.

— Это не то, что тебе нужно. К тому же... — Чунь Шэн замялась. — Это слишком близко... к опасности.

— Но ты бы могла быть рядом. А здесь... Я останусь одна.

— Лея, мы должны быть порознь. Как можно дальше. Именно поэтому я выбрала Канаду. Когда-нибудь ты поймёшь.

— Хорошо. Но почему не Ванкувер? Там теплее. И...

— ЗДЕСЬ безопаснее. А ты опять почти ничего не съела.

— Я не хочу, — Лея скрестила руки на груди и отвернулась к окну, за которым лил дождь. — Мне не вкусно.

Тётя вздохнула:

— Когда я сменила школу, я тоже переживала и почти ничего не ела. Не меньше месяца. Хочешь пирожное?

— Пирожное хочу.

— Тогда нам придётся прогуляться под дождём, — Чунь Шэн улыбнулась.

— И больше никогда не вернёмся в "Белого дракона", — Лея поднялась со своего места и накинула дождевик.

— Тётя, смотри, в небе радуга, — Лея раздвинула шторы в их небольшом номере на окраине Шарлоттауна.

— Хороший знак, — Чунь Шэн подошла к окну. — Сходим завтра в музей? Или на морскую прогулку. И ещё тебе нужно купить всё необходимое для школы. Так, куда же я положила список? — она принялась суетливо рыться в сумках.

— Посмотри в моём рюкзаке. Интересно, завтра будет дождь? — задумчиво спросила Лея.

— Если и будет, ничего страшного. Как давно ты разбирала рюкзак? Тут столько! всего ненужного. У нас впереди целые выходные и День рабочего в понедельник. Успеем и нагуляться и купить... Лея! — голос тёти вдруг стал строгим. — Зачем ты взяла ЭТО с собой? Я же просила...

Лея сразу поняла, о чём она, и, сделав глубокий вдох, развернулась.

— Это просто медальон. Я... не смогла его оставить, — тётя Чунь со строгим видом подошла. — Ты не понимаешь. Он... будто сам просился в руки.

— Это, — она потрясла медальоном в воздухе, — то, из-за чего мы сейчас здесь, а не в Сингапуре.

— Мастер Ло дал мне новый комплекс упражнений, — весьма кстати вспомнила Лея, обрадованная, что можно сменить тему. Она выхватила медальон из рук тёти и надела на шею. — Что? Он ведь мой. Я правда не могла его оставить в Китае.

Тёмный, гладкий и блестящий медальон имел форму капли. На его крышке был выгравирован иероглиф Рен, что означает "Янская Вода". Лея часто вертела его в руках. Прохладный то ли камень, то ли металл был приятен на ощупь. А цвет менялся в зависимости от освещения и температуры, начиная от глубокого тёмно-синего и заканчивая чёрным. Внутри этого украшения хранилась тайна. И даже нечто большее, чем просто тайна. Но Лея Ли этого не знала. Она думала, что там просто пучок её рыжих волос. А тот странный магнетизм, что заставлял её снова и снова брать в руки медальон, казался просто привычкой. Перебирая пальцами чёрную цепочку, Лея вспомнила, как однажды, играя с дядей Хенгом в "Горячо-холодно", нашла эту вещицу в комнате тёти Чунь. И едва тонкие пальцы коснулись иероглифа на крышечке, произошло что-то странное.

— Лея, ты не понимаешь, насколько это серьёзно, — строгий голос тёти вырвал её из воспоминаний.

— Это ТЫ не понимаешь, — голос сорвался. — Это моё воспоминание. О Китае. О детстве. О доме, наконец. Я не могла его оставить. Не могла…

Наутро Чунь Шэн уже сменила гнев на милость. Но выглядела озадаченной.

— Нам нельзя на паром, — наконец, вернувшись после завтрака в номер, сказала она.

— Нам? Разве я не должна добираться до школы одна? То есть... с ребятами.

— Да, но... Я боюсь за тебя. Мы доберёмся иным способом. Поедем среди обычных людей.

— И как всегда не привлечём ни капельки внимания своей внешностью. Согласись, тётя, вместе мы выглядим странно.

— Всего лишь, как туристы. Я азиатка, ты европейка. Ничего странного в общем потоке.

— Тогда мне нельзя называть тебя тётей.

Чунь Шэн ошеломлённо посмотрела на Лею:

— Ты права. Зови меня миссис Ли. А я тебя — просто по имени. И говорим только по-английски.

— Хорошо. Но прежде чем куда-либо ехать, сходим в музей? Ты обещала.

— Сначала соберём вещи в дорогу. Смотри-ка, в буклете как раз написано, что всё необходимое для школы можно купить и в Монтегю. Возьмём только твой чемодан и... большую сумку. Список покупок мне выдали внушительный. Боюсь, моим вещам придётся остаться здесь. Как и твоему медальону, — тон миссис Ли не допускал возражений.

— Но, тётя, — Лея надулась. — Будет глупо ос...

— Это не обсуждается. Ты брала его в Тибет, и чем это закончилось? Молчишь? Вот и подумай. Разумным будет прервать все связи с Китаем. Тебя не должны найти, Мэй-Мэй.

— Не зови меня так. Это не моё имя, — отрезала Лея.

— А когда-то тебе нравилось.

— Я уже не маленькая. Мне двенадцать. Значит, и детское имя мне больше ни к чему. Особенно, — она подняла указательный палец, чтобы тётя не перебивала её, — если мы должны выглядеть, как незнакомые друг с другом люди.

До обеда Лея и Чунь Шэн гуляли по достопримечательностям Шарлоттауна. Больше всего их впечатлил собор Святого Дунстана с его готическими сводами и витражами. Но самым ярким воспоминанием осталась поездка до Саммерсайда, где находится исторический дом-музей семьи Уайетт. Только запомнился он отнюдь не разнообразием архитектурных стилей. Нет. Больше всего поразила именно его история и двухвековая коллекция интригующих артефактов. И призрак женщины, что жестами звала за собой. Лея было метнулась за ней, но Чунь Шэн удержала её, показав нечто гораздо более интересное. Увидеть подобный артефакт здесь — в Канаде — было полной неожиданностью.

В отель возвращались молча. Лея видела, что тётю что-то тревожило. Но не стала лезть к ней с расспросами. Тем более, что нужно было продолжать играть роль незнакомых друг с другом туристов. А куда деваться, если по пятам за ними следовало зло, жаждавшее заполучить жизнь Леи.

— Хочешь сегодня побыть в роли Мастера? — спросила с утра Чунь Шэн Лею.

— Я ещё не настолько сильна в тайцзы, но я попробую, — улыбнулась она. — Думаешь, Мастер Ло одобрил бы эту идею?

Лея сняла туфли. То же сделала и Чунь.

— Восемнадцать форм он бы тебе точно доверил.

— Не знаю, есть ли в этом смысл... Ты ведь и так знаешь этот комплекс.

— Я готова, Мастер, — просто ответила Чунь Шэн и соединила правый кулак с левой ладонью.

— Начнём с медитации.

Окончив через полчаса утреннюю гимнастику, Лея сделала пометку в блокноте о новом опыте и принялась складывать вещи в большую сумку. Одежда и обувь на зиму, пижама, халат, бельё, платье на вырост, колготки, юбка с блузкой, несколько полотенец и средства гигиены. Чунь Шэн контролировала процесс и следила за тем, чтобы медальон "случайно" не оказался на дне сумки. Но Лея видела, куда его припрятала тётя, и при удобном случае сунула в карман джинсов. Чемодан было решено взять пустым, чтобы потом туда положить новые школьные принадлежности.

Монтегю встретил их безоблачным небом и лёгким бризом. В этом маленьком городке оказалось не сложным отыскать ювелирную лавку с названием "Ше". В буклете школы Эль Кастильо говорилось о том, что через чёрный ход этого магазинчика можно попасть в магический квартал. Хотя кварталом это можно было назвать с натяжкой: всего двенадцать домов, по шесть с каждой стороны улочки. Здесь располагался школьный базар для волшебников.

После шумного Китая это — пусть и наполненное людьми — место казалось безжизненным и пустым. Местные волшебники с детьми разных возрастов лениво ходили от лавки к лавке, от магазинчика к магазинчику, сидели у столов единственного уличного кафе. Одеты они были так же, как и обычные горожане на улицах любого современного города. Только у каждого встречного были сумочки кросс-боди или сумочки на талии. У Леи в буклете для первоклассника первым пунктом значилось наличие такого аксессуара.

Для начала нужно было осмотреться, узнать, что где продают. Пройдя по улочке вверх, Чунь Шэн и Лея наткнулись на террасу уличного кафе. Несколько длинных столов упирались в кирпичную стену. Тётя предложила пообедать, а после уже заняться покупками. Посетителей было немного. Но полностью свободный стол был только один. Чунь, водрузив сумку на лавку, а чемодан — под неё, пошла внутрь кафе. А Лея осталась сторожить вещи. Прислонившись к стене, она слышала звуки по ту сторону: голоса, шум моторов, гудки клаксонов. Тёти долго не было. Лея пыталась разглядеть хоть что-нибудь в тёмных окнах кафе. Но тщетно. Они были непроницаемы. Со скуки она стала глазеть на дорогу, ведущую прямо от террасы вниз. Улочка была полностью пешеходной. Не считая тележек, колясок и ребятни на самокатах. Дома двух-трёхэтажные. В каждом — на первом этаже магазинчик с яркой вывеской. Вдруг из-за стены раздался громкий звук клаксона. Лея вздрогнула.

— Не стоит пугаться, милочка, — рядом на скамью опустилась очень старая ведьма в льняном платье. Выцветшие серые глаза с интересом смотрели на Лею. — Не здешняя, наверное?

— Угу, — тётя бы не одобрила излишнюю откровенность.

— А за стеной этой автовокзал.

— О, я читала в буклете, что от Монтегю до школы ходит автобус, — Лея почему-то решила довериться седой старушке, но сама высматривала среди посетителей кафе тётю Чунь.

— А мы тоже не местные, — вдруг призналась собеседница. — То есть не я, а мой правнук. Он из Виктории.

— Но ведь на Ванкувере тоже есть школа. И там теплее.

Старая ведьма вздохнула.

— Здесь пансионат. И лучшие учителя магической Канады.

— А я бы хотела учиться на Ванкувере, а лучше — в Ти... — Лея резко замолчала, понимая, что напрасно она выкладывает личную информацию незнакомке. К тому же тётя говорила, что для волшебников принять внешность другого человека не составляет трудностей.

— А вы здесь одна, юная леди?

— Нет. С родителями, — соврала Лея и принялась разглядывать узоры на салфетках. Уж лучше показаться невоспитанной, чем быть обнаруженной тем, кто ведёт на неё охоту. И медальон был сейчас при ней, а тётя считала, что от него сплошные беды.

К ним подошёл мальчишка с густыми каштановыми волосами, поставил поднос и сел напротив старой ведьмы. Но она вдруг поднялась:

— За соседним столом место освободилось. Пересядем. Не будем смущать юную леди.

Они переместились за стол, стоящий ближе к входу в здание кафе. Старушка села так же с краю спиной к Лее, а мальчишка напротив неё. Наконец в проёме двери показалась тётя Чунь с подносом.

В кафе для волшебников были поистине волшебные рыбные котлеты и картофельное пюре. А на десерт нежнейший шоколадный бисквит. Лея заметила, что у мальчишки напротив точно такой же. Едва её изумрудно-зелёные глаза встретились с его серыми, он смущённо опустил взгляд.

— Ты не поедешь на школьном автобусе, — заявила вечером тётя. — Давай ещё раз проверим, всё ли мы купили.

— Угу, — Лея открыла свою новенькую сумочку кросс-боди. — Волшебная палочка из сливовой ветви, — взмах, под пальцами едва уловимое тепло. — Ну что, я похожа на ведьму?

— Конечно. На самую настоящую, — тётя улыбнулась и отошла от окна, удостоверившись, что плотно закрыла жалюзи.

— Я так волнуюсь. Я ведь никогда раньше не обучалась магии.

— Это не страшно, — Чунь Шэн подтащила чемодан к софе. — Директор мне сказала, что не все ученики будут с начальной подготовкой. Не в каждом волшебнике магия просыпается рано. А в некоторых она не просыпается вообще.

— Это и есть статики? — спросила Лея, пряча палочку.

— Да. Носители непроявленной магии. Видят её вокруг себя, но сами творить не могут. Так, что тут у нас? Форма. Два комплекта. Есть. Учебники. Так. Угу. Угу, — Чунь перебирала книги и пособия, сверяясь со списком.

Тем временем Лея выложила из сумочки всё то, что у ведьмы постоянно должно быть при себе: волшебная палочка, выглядевшее обычным простым карандашом маг-перо, похожая на зажигалку коробочка с порошком исчезновения, несколько кубиков колдовского сахара на случай встречи с дикими магическими животными, умещавшийся в кулак сосуд памяти, набор первой помощи для первокурсника, лупа и...

— Тётя, "Словарь заклинаний" мы купили?

— Что? А, словарь? Словарь, да. Он здесь.

— Написано, что он должен быть всегда при себе, — Лея взяла из рук Чунь Шэн словарь. Невероятно тяжёлый для своего размера. Он помещался на ладони, а весил, как двухтомник по магическим снадобьям.

— В школу нужно прибыть не позднее одиннадцати часов утра шестого сентября, — зачитала тётя Чунь информационную листовку из буклета. — Автобус в девять. Но мы поедем своим ходом. Здесь недалеко. Сразу после завтрака вернёмся в город и отправимся в Мюррей Ривер, как обычные туристы.

— Зачем? — положив собранную сумочку на журнальный столик, Лея плюхнулась на кровать.

— Когда ещё представится возможность путешествовать по канадским городкам? Согласись, здесь совсем не так, как в Китае.

— Не так. Никто не лезет со мной фотографироваться, как с обезьянкой, потому что я белая. И рыжая. Мне это нравится. Но ты... будешь слишком далеко...

— Не грусти, — тётя сунула чемодан под кровать Леи. — Я уверена, ты быстро найдёшь в школе друзей, и у тебя не будет времени скучать по мне.

— Друзей? Чтобы тосковать по ним, когда через год ты решишь снова сорваться с места?

— В этой школе лучшая система безопасности, — Чунь Шэн присела на краешек кровати. — Я просто очень... очень сильно боюсь потерять тебя.

— А я — тебя, — Лея села и обняла тётю. — Ты ведь... будешь рядом, когда это снова повторится?

— Конечно, милая. Я приеду. И буду держать тебя за руку. Я не оставлю тебя.

Лея и подумать не могла, что в небольшом магическом квартале на двенадцать домов может быть так шумно с утра. Тётя уже встала и прихорашивалась у зеркала.

— Можно сегодня я снова побуду Мастером? — Лея потянулась.

— Конечно, можно. Цигун благоприятно влияет на магические способности.

— Хорошо бы, — Лея соскочила с кровати. — А то боюсь, как бы меня не выгнали после первого триместра. С чего ты вообще взяла, что я ведьма?

— Твои гены. Магия у тебя в крови. Ты ведь... видишь её. И чувствуешь.

— Может, я статик?

— Ты — ведьма. Нужно просто развить свой дар.

Лея усмехнулась:

— Дар... Начнём формы?

— Да, но... Не будешь же ты заниматься в джинсах?

— А? Да... Да, — Лея небрежным движением бросила джинсы на кровать.

Вдруг... они свалились на пол — тяжёлый медальон в кармане перевесил и предательски стукнул. Чунь Шэн вздрогнула и...

— Не дам! — Лея преградила ей путь.

— Это то, о чём я подумала?

— Я... я... не умею читать мысли, — придать голосу будничность не получалось.

Тётя вздохнула.

— Жаль. В магическом мире его оставлять нельзя. Это может навлечь беду.

— Но ведь ничего не случилось. Ничего. Всё хорошо, — Лея прижала джинсы к груди.

— В Тибете тоже было хорошо. А потом... пришёл ОН. Камня на камне не осталось. Вековые традиции... — Чунь Шэн села рядом. — Он искал тебя и... этот медальон. На нём очень сильная магия. И я... сожалею, что однажды прикоснулась к нему. Я не должна была его брать. Он чужой.

— Ты... украла его? — у Леи даже дыхание перехватило.

— Нет. Просто... случайно... забыла вернуть... Обнаружила только дома. И... впрочем, уже не важно. Лучше будет избавиться от него.

— Я не могу. Помнишь мои сны? Он всегда на мне, когда я вижу себя.

— Вот именно! Ещё один повод расстаться с безделушкой раз и навсегда.

— Внутри мои волосы. Ты хочешь, чтоб их использовали в тёмных обрядах?

Тётя Чунь вдруг как-то странно посмотрела на Лею и обняла её.

— Я просто боюсь тебя потерять.

Путь до Мюррей Ривер был недолгим. Всего 15 минут на такси. Остановившись в мотеле "Ветра", Лея с тётей обошли вдоль и поперёк этот небольшой посёлок. Повсюду царило праздничное настроение. Канада отмечала национальный праздник — День рабочего[1].

Недолгий вечерний отдых восстановил силы. После ужина очень хотелось спать, но тётя была нацелена на очередной переезд.

Переночевав в соседнем Мюррей Харборе, Лея и Чунь Шэн сели в такси, чтобы доехать до маяка, откуда вела дорога в школу. Но автомобиль сломался близ деревушки Бич Пойнт. Пришлось идти пешком. Тётя Чунь рассчитывала поймать попутку. Но дорога была пуста. И, как на зло, небо затянуло тучами, ронявшими на землю редкие крупные капли дождя.

— Мы взяли дождевики? — спросила Лея, когда её волосы намокли.

— Да, но только твой, и он где-то на дне сумки.

— Далеко ещё?

— Мы перешли ручей, значит, скоро выйдем на Блэк-Брук-роуд. Она как раз ведёт до школы.

— И почему нельзя было добраться на автобусе? Может, я и правда нашла бы друзей?

— Хватит ворчать, Мэй-Мэй, ты тратишь напрасно свою Ци.

— Не зови меня так. Я Лея. И никак иначе.

Дальше шли молча. Свернув у маяка налево, они оказались на грунтовой дороге.

— Ну и грязь, — усилившийся дождь уже сделал своё дело. Идти было тяжело. К тому же приходилось нести чемодан и сумку на руках, чтобы не испачкать.

Наконец впереди показался шлагбаум и ограждение сеткой. По мере приближения всё отчётливее проявлялось волшебство. Изгородь превращалась в каменную стену пару метров высотой, а шлагбаум — в высокие резные ворота, где сквозь прутья было видно продолжение дороги, такой же грязной, как и за пределами магического пространства.

— И как мы попадём внутрь? — расстроилась Лея.

— Так же, как и в прошлый раз, — Чунь Шэн тронула ворота, но... вопреки ожиданиям, они остались закрытыми. А дождь усилился.

— И зачем только мы сюда приехали? — хорошо, что в такой ливень слёзы на щеках не так заметны.

— Спрятать тебя, — тётя спокойно достала свою волшебную палочку и постучала по металлическим прутьям ворот.

— И чего мы ждём? — Лея дрожала, до нитки промокнув. А её туфли увязли в грязи.

— Любой опыт полезен, Мэй-Мэй. Помнишь наставления Мастера Ло? Нельзя раскисать при первой же неудаче.

— Помню. Только руки уже устали сумку держать, и я замёрзла.

— Я тоже устала, — спокойно ответила Чунь. — Тайцзы учит нас выносливости. Укрепляет дух и тело. Пообещай мне, что не бросишь занятия.

— Угу.

Наконец из-за ворот послышался шум мотора.

— Может, уедем отсюда? — взмолилась Лея, завидев жёлтый школьный автобус.

— Внутренний покой, Мэй-Мэй. Ворота откроются, и мы войдём, — Чунь Шэн улыбнулась.

Автобус остановился возле ворот. Дверь открылась. На землю, а точнее в грязь, спрыгнул невысокий человек в дождевике. И бодро зашагал к воротам. А Лея смотрела и удивлялась, как он может ходить на таких тоненьких ножках. Этот мужчина по комплекции напоминал шар. Его круглый живот, торчащий из дождевика, быстро намок. Как и ковбойская шляпа, которую он всё время поправлял. И вода с неё наверняка стекала ему прямо за шиворот. Когда он подошёл к воротам, можно было разглядеть его пышные свисающие вниз усы и нос картошкой на розовощёком лице.

Тётя Чунь Шэн поздоровалась, представилась и объяснила ситуацию, попросив пропустить на территорию школы.

— Рикардо Дельгадо к вашим услугам, сеньора Ли, — зычно проговорил круглый человек и слегка поклонился.

Затем он достал волшебную палочку — толстую и короткую, как морковка. Постучал ею по замкам, произнёс какое-то заклинание и проворно принялся щёлкать задвижками. Ворота плавно открылись. Будто бы сами. Лея с тётей отошли в сторону, пропуская автобус, который, выезжая из магической территории, становился красным.

— Проходите, — прозвучал зычный голос, — нет-нет, только сеньорита. Я провожу и помогу донести вещи.

Передав чемодан круглому человеку, Чунь Шэн обняла Лею вместе с сумкой:

— Я приеду за тобой в ноябре. Если получится, напишу тебе. Ты ведь понимаешь, безопасность превыше всего.

— Угу, — из-за слёз невозможно было сказать что-либо ещё.

Бросив последний взгляд на тётю Чунь, остававшуюся за медленно закрывающимися воротами, Лея Ли шагнула на магическую территорию.

Сопровождающий пыхтел, как паровоз. Оно и неудивительно: путь был нелёгок, а пробираться по грязи с тяжеленным чемоданом на руках — то ещё удовольствие. Но он шёл проворно, и Лея едва поспевала за ним, не переставая удивляться его скорости. Когда грусть сменилась любопытством, она решилась обратиться к спутнику.

— Мистер Дельгадо, я сильно опоздала?

— Сеньор. Сеньор Дельгадо, — поправил он.

— Простите, сэр... Сеньор, — как стыдно было опозориться в первый же день.

— Ничего страшного, сеньорита. Я ведь тоже не называю вас "мисс", как здесь принято, — добродушно ответил он. — Я из Мексики.

— А я из Китая, — Лея осеклась, слишком поздно вспомнив наставление тёти никому и ни при каких обстоятельствах не выдавать личную информацию.

— О, вы не похожи на китаяночку, сеньорита Ли.

— Я жила у тёти, — возможно, это была единственная правда, разрешённая Чунь Шэн.

— О, уже недалеко, — они перешли по каменному мостику через бурлящий от дождевой воды ручей.

Лея помнила, что за ним должна быть калитка под каменной аркой с надписью "Шато Кастильо". Дорога вела вдоль берега. С залива тянуло холодом. Но хотя бы дождь убавил силу. Наконец впереди над деревьями показалась треугольная верхушка башни. Значит, идти оставалось совсем недолго. Сеньор Дельгадо свернул с грунтовой дороги на мощёную — вглубь леса.

Оставив справа казавшуюся безжизненной башню, они шли мимо холма — того самого, на котором стояла полуразрушенная крепость, где Лея упала со стены. В памяти всплыло перекошенное лицо человека в чёрном. Дрожь. То ли от дождя и ветра, то ли от страха встретиться со своим ночным кошмаром снова.

Холм слева будто поглощал собою правую часть здания в виде незамкнутого кольца. Это крыло было выше противоположного и отличалось старинной каменной кладкой. В то время как левая часть была пристроена совсем недавно — такой новенькой и блестящей она выглядела.

Пройдя между торцами старой и новой частей, Лея и сеньор Дельгадо оказались в уютном внутреннем дворике. Дождь к этому времени почти перестал. Да и ветер здесь почти не ощущался. И Лея поняла: возможно, ей здесь действительно понравится. Круглые формы совершенно не мешали мексиканцу проворно подняться на крыльцо, открыть створку высокой металлической двери и с поклоном пригласить её внутрь.

Большой светлый холл с огромной хрустальной люстрой и колоннами вдоль стен. Мраморная лестница. А по бокам коридоры.

— Здесь у нас общий зал — он же столовая, — спортивный зал, чулан и банк, — сеньор Дельгадо, поставив на пол чемодан Леи, показал ей на разные двери, выходящие в холл.

— Банк? В школе?

— О, у нас тут своя валюта для учеников. Мэджики. Директор расскажет. Сюда, сеньорита, — он проворно подбежал к большим двустворчатым дверям. — В общем зале уже накрыты столы.

Лея поставила сумку рядом с чемоданом и вошла в приоткрытую дверь.

Сотни взглядов устремились на неё. Было так неловко. Лея ощущала себя чучелом на сказочном балу: грязная, вымокшая, уставшая.

— Серафим Всемогущий! — раздался в тишине возглас.

Высокая худощавая женщина поднялась со своего места и направилась к Лее через весь зал. Она опиралась на тонкую трость, а ткань её длинной клетчатой юбки развевалась на ходу. Строгое лицо. Седеющие волосы собраны в высокий пучок. Ребята, сидящие за столами, в большинстве своём вернулись к трапезе — слышно было, как они орудуют столовыми приборами, перешёптываясь и хихикая. А Лея, обездвиженная страхом, стояла и смотрела на приближающуюся женщину.

— Почему вы не приехали вместе со всеми, мисс? — достаточно громко спросила она.

— Я... я не знаю, — чуть слышно ответила Лея.

— Что ж, — тон женщины смягчился. — Дайте-ка я вас почищу, — она достала из трости волшебную палочку и тихо произнесла заклинание. Лею обдало тёплым воздухом. Волосы высохли, с туфель и одежды исчезла грязь.

— Благодарю, сеньора, — тихо сказала Лея.

Женщина улыбнулась уголками губ, а в глазах её вспыхнули озорные искры:

— Сразу понятно, с кем вы дошли до замка, мисс. Как вас зовут?

— Лея Ли.

Лицо женщины снова стало серьёзным.

— Теперь вы можете сесть за стол. А после обязательно подойдите ко мне. Нужно заполнить анкету.

[1] День рабочего в Канаде отмечается в первый понедельник сентября. На следующий день начинается учебный год.

В общем зале слева и справа от входа стояло по три длинных стола вдоль стен. А напротив двери — ближе к кухне — два стола для преподавателей под углом 90 градусов друг к другу. Во главе угла как раз и было место женщины, что подошла к Лее. Смотреть по сторонам было некогда. Девчонки-старшеклассницы по соседству уже доедали свои десерты. И начинали расходиться. Вскоре в общем зале остались лишь преподаватели, первоклассники и несколько взрослых ребят, которые с помощью волшебных палочек собирали грязную посуду в кучу и по воздуху отправляли её в дверь позади преподавательских столов.

Когда ничто больше не напоминало о недавней трапезе, речь взяла та самая женщина, по-видимому, директор школы. Она говорила о правилах безопасности, уставе, прилегающей территории, распорядке дня и расписании. Лея никак не могла сосредоточиться. Непривычная обстановка, тяжёлая дорога, боль в плече после сумки и расставание с тётей не позволяли воспринимать информацию. И она отрешённо осматривала помещение. Сквозь мокрые стёкла высоких окон просвечивало небо в тучах. Хрустальные люстры, протянутые вдоль всего зала, давали тёплый яркий свет. А директор всё говорила и говорила. Вдруг Лея почувствовала на себе чей-то тяжёлый взгляд. Пересилив тревогу, она повернула голову. Да, так и есть. Чёрные глаза из её ночных кошмаров. Человек — тот самый, увидев которого, она упала со стены — сейчас смотрел на неё с нескрываемой неприязнью. Лее захотелось убежать. Спрятаться в объятиях тёти Чунь. Вернуться в Китай. Быть где угодно, но не здесь. На глаза наворачивались слёзы. Скорее бы наступил ноябрь, и тётя забрала её из этого ужасного места и отправила учиться если не в Сингапур, то хотя бы на Ванкувер. Туда, где она не будет сжиматься от необъяснимого страха под колючим взглядом чёрных глаз.

Лею поселили в комнате на пятом — предпоследнем — этаже старой части учебного корпуса. Скрывшись от всех за пологом своей кровати, она думала о тёте. Как она добралась. Не простудилась ли. А главное, как отреагировала на пропажу медальона, который сейчас Лея сжимала в кулаке. Прохладный, гладкий. Чёрный... И почему тётя Чунь считает его опасным? Действительно ли нападение на монастырь связано с ним?

В комнату кто-то вошёл. Певучий женский голос произнёс:

— Девочки, меня зовут Луна Санни. Я ваш тьютор, — Лея надела на шею медальон и, спрятав его под одеждой, выглянула из-за полога. — Через полчаса я жду вас в центральном холле пятого этажа. Переоденьтесь в школьную форму и возьмите с собой сумки кросс-боди со всем необходимым. Пожалуйста, будьте вовремя, — тряхнув белыми кудряшками, женщина выпорхнула из комнаты.

Девочки кинулись проверять свои сумочки и переодеваться. Лея всё это делала, скрывшись за пологом. Когда она была готова, то обнаружила, что в комнате осталась одна. До назначенного времени оставалась ещё четверть часа. В зеркале над прикроватной тумбочкой она осмотрела себя, насколько было возможно. Непослушная прядь волос золотого цвета ниспадала на лицо. Лея убрала её за ухо, но не успела дойти до двери, как непокорный локон снова пришлось поправить.

Покинув спальню и миновав комнату досуга, она оказалась в длинном изогнутом коридоре и пошла следом за другими девочками-первоклассницами.

Центральный холл был светлым и просторным. С огромными окнами, прикрытыми розовой органзой. С одной стороны окна выходили на лес, а с другой — на развалины крепости и какое-то двухэтажное здание за ней, а дальше — залив. Вдоль стены, примыкающей к жилым комнатам, располагались книжные полки, а рядом столы для занятий. С противоположной стороны диванчики и камин, стеллажи с разнообразными настольными играми и журнальные столики. По центру — цветные подушки, чтобы ученикам было комфортно даже на полу. Мягкий ковролин приглушал звуки шагов. Лея прошла через холл к свободному диванчику.

Когда большие часы на каминной полке пробили три часа, послышался звук каблучков. Открылась стеклянная дверь, ведущая с лестничной площадки, и вошла Луна Санни. Пышные юбки колыхались вокруг неё розовым облаком. Следом шёл мужчина. Высокий и тощий. Он сопровождал группу мальчиков-первоклассников. Рассадив ребят и попросив их не шуметь, мужчина подошёл к окну и встал возле тьютора девочек. Эти двое забавно смотрелись вместе. Луна Санни хотя и была высокого роста и на каблуках, но всё же рядом с ним выглядела миниатюрной феей.

— Посмотрите, пожалуйста, друг на друга, — заговорила тьютор певучим голосом. — С этого дня и на протяжении пяти лет вы будете учиться и трудиться бок о бок. Станете одной семьёй.

Лея огляделась и заметила, что все собравшиеся тоже крутят головами. Кроме одной светловолосой девочки, сидящей со скучающим видом за столом у книжного шкафа.

— Эль Кастильо станет вашим домом, — взял слово мужчина. — А одноклассники — семьёй. Миссис Санни будет учить вас практическому применению магии.

— Мы будем преобразовывать одни предметы в другие. На первом курсе эти уроки также обязательны и для статиков. Среди вас ведь есть...

— Луна! — остановил её мужчина.

— Прости, Нестор.

— Я хочу напомнить, — продолжил он, обводя строгим взглядом собравшихся, — что каждый подвергшийся дискриминации может обратиться к своему тьютору.

Воздух будто наэлектризовался. А Луна Санни вдруг улыбнулась.

— Будьте, пожалуйста, благоразумны. Я верю в вас, — она сложила кончики пальцев вместе. — Ой, девочки, совсем забыла представить вам Нестора Дельгадо — тьютора мальчиков. Он будет вести как общеобразовательную, так и магическую ботанику. Сейчас я выдам вам расписание, и пойдём на экскурсию по школе.

Из своей сумочки кросс-боди — такой же розовой, как и её пышные юбки — она достала молочного цвета палочку и листок бумаги. Взмах, и по холлу разлетелись десятки копий, попадая точно в руки ученикам. Это вызвало неописуемый восторг. Особенно у Леи, которая раньше таких чудес не видела.

— А теперь, пожалуйста, разбейтесь на пары, и пойдём исследовать старый корпус.

Лея была в восторге от Эль Кастильо. Магия его архитектуры и убранства впечатляла. Но вот ощущение, будто всё это уже происходило с ней, не покидало. Что это? Дежавю или сбывшийся сон? Ответа не было. Сделав пометку в своём новеньком дневнике, она легла спать.

В первую ночь на новом месте Лее приснился давний сон. Как будто она сидит на берегу моря и вплетает красную ленту в венок из диковинных сиреневых цветов, растущих прямо из белого песка. Их лепестки переливаются перламутром, искрятся и пахнут чем-то родным и знакомым. Вдруг небо заволакивает чёрный дым, и гигантский ворон хватает Лею и несёт через океан. Она летит в бушующие волны и... просыпается.

Она видела этот сон довольно часто. И каждый раз в ужасе открывала глаза при падении в воду. Но в эту ночь... Лея достигла каменистого дна, которое оказалось... балконом. Здесь открывался вид на тот самый пляж, где она только что плела венок. Вдруг за спиной послышались тяжёлые шаги. Лея оглянулась. На неё смотрели чёрные глаза. С криком она проснулась.

— Эй, ты чего? — недовольным голосом спросила соседка, девочка с короткими чёрными волосами, спросонья растрёпанными, как воронье гнездо.

— Извини. Просто мой привычный кошмар. Он пугает меня.

— Давай спать. Первым уроком алгебра. Сара — моя сестра — говорит, что туда лучше приходить хорошо выспавшись, иначе... — девочка зевнула и отвернулась.

А Лея так и не смогла сомкнуть глаз. Тихонько, чтобы больше не беспокоить соседок, она достала из рюкзака медальон. Ей казалось, что только с ним она в безопасности. Держать его в ладонях было приятно. Несмотря на то, что тётя всё время хотела от него избавиться, медальон каждый раз с лёгкостью оказывался в руках Леи. Как магнит, притягивал к себе, будто сам был её частью. К тому же он имел свойство успокаивать, приводить тело и дух к умиротворению. Словно брал на себя все невзгоды и печали.

Первый свой рассвет в Шато Кастильо Лея Ли встретила чертовски голодной и невыспавшейся.

— Эй, как тебя зовут? Ты лунатик? — спросила соседка.

— Лея. Нет, с чего ты взяла?

— Соня, — представилась девочка с короткими чёрными волосами, протягивая руку. — Я видела, ты ходила во сне. Под утро. Когда все ещё спали.

— Ничего подобного. Это просто гимнастика, — хихикнула Лея.

— Странная у тебя гимнастика. Идём на завтрак. А то отстанем от класса.

— Эй, ты куда? Нам на второй этаж, — окликнула Соня Лею, которая уже поднялась на несколько ступенек выше.

— Ой, я задумалась. Спасибо.

— Если хочешь, сядем вместе.

— Угу.

— Эй, мне кажется, или мы прошли?

— Не знаю. Но... это не наш класс, — Лея закрыла дверь какого-то кабинета в конце тёмного коридора. Нам точно нужно было на второй?

— Эй, ну конечно! — развела руками Соня. — Магические предметы только на третьем, а здесь так... простолюдинские.

— Общеобразовательные?

— Ну да. Скоро звонок, — сверившись с наручными часами, посетовала черноволосая девочка. — Если опоздаем, будет штраф.

— Это настолько серьёзно? — девочки шли по коридору в обратном направлении.

— Эй, ещё спрашиваешь. Сара говорит, получить минус в первый же день — да ещё и на первом уроке — это... Стой! У нас же написано, кто преподаватель. А здесь таблички. Только темнота в коридоре, — девчонка открыла сумочку кросс-боди. — Люкс! — её волшебная палочка засветилась по всей длине, теперь можно было рассмотреть имя на листке с расписанием. — Нестор Дельгадо.

Лея раскрыла рот от удивления, не ожидая увидеть магию в исполнении первоклассницы.

— Эй, сделай лицо попроще, — весело сказала Соня. — Я ведь потомственная ведьма. А создавать свет меня Сара научила.

— Сестра?

— Да. Эй, смотри. Это же Клара.

— Кто? — спросила Лея, но тут же узнала в приближающейся светловолосой девочке свою вторую соседку по комнате.

— МакБраун, прекрати, — закрываясь ладонью от света, недовольно произнесла Клара и тут же скрылась за ближайшей дверью.

Лея и Соня последовали за ней.

— Класс английского языка напротив, — после урока сказал мистер Дельгадо. — А с вами мы ещё встретимся сегодня на ботанике. Напоминаю, что урок будет проходить на развалинах старого Шато Кастильо. Сразу после обеда буду ждать вас в холле.

Толпа первоклассников вывалилась в коридор, где по стенам уже горели керосиновые лампы.

— Проходите-проходите, — невысокий мужчина с быстрыми чёрными глазками и острой бородкой раскрыл перед ребятами двери класса. — Садитесь-садитесь. Задержал вас мистер Дельгадо... задержал. А пока вы готовитесь, позвольте представиться. Леонард Ланде. Преподаю английский и латынь. Латынь в этом году будет проходить здесь же. В этом самом кабинете. Потому что практические занятия у нас начнутся позже.

Учитель говорил, соединив пальцы рук и покачиваясь на носках. Его быстрые глазки скользили по лицам учеников. Потом он, как и мистер Дельгадо, сверился с журналом, знакомясь с каждым. А затем попросил открыть учебники на третьей странице.

— Сара говорит, он классный, — шепнула Соня Лее, прикрывшись тетрадкой. — Даже несмотря на то, что задаёт домашку.

— У нас весь день расписан. По восемь уроков, — так же шёпотом возмутилась Лея.

— Девочки. Девочки за последней партой, — Лея и Соня вытянули шеи. В той же позе был и учитель: — Тише-тише. Ещё одно замечание, и я буду вынужден оштрафовать вас.

— Простите, сэр, — пропищала Лея.

Мистер Ланде округлил глаза и какое-то время не мог произнести ни звука. Потом сдвинул брови, будто что-то вспоминая, и продолжил урок.

Спортивный зал располагался прямо напротив столовой. Уже в холле Лея вдруг подумала, что у неё нет формы для занятий. И в памятке первокурсника об этом не было ни слова. Это казалось странным. Но у других ребят тоже не было формы.

Огромный зал — гораздо больше общего — вмещал в себя хоккейную коробку с искусственным льдом, тренажёрный зал и трансформационное поле — место, изменяющееся под запрос волшебника. После экскурсии, продлившейся почти пол урока, тренер выдал всем коньки, клюшки и шайбы.

— Обожаю хоккей! — поделилась Соня, выходя на лёд. — Эй, не бойся. Это здорово, — подбодрила она Лею, подавая руку.

— Вай, девочки-красавицы, — пытался вселить уверенность тренер, — нэ бойтесь. Лёд любит смелых. Вай, куда? — крикнул он вслед мальчишкам, которые разъехались в разные стороны по полю. — Все сюда, ко мне. Кто уже играл в хоккей — направо. Новички — налево, — тренер развёл руки, и раздался пронзительный звук свистка. Лея и Соня оказались по разные стороны. Ребята, твёрдо стоящие на коньках, бегали по кругу, ведя шайбы клюшками. Оставшиеся медленно двигались, держась за бортик. Тренер подбадривал и тех и других. Мальчишки галдели, проносясь мимо. Лея несколько раз пыталась отцепить руку от бортика и пробовала ехать на коньках самостоятельно. Но тогда её обязательно кто-нибудь толкал или из-за спины кричал: "Посторонись!" И снова приходилось идти по стеночке.

В плечи вцепились чьи-то пальцы, и бодрый Сонин голос прокричал:

— Эй, ты чего? Идём, — она потащила Лею к центру.

— Сонь, оставь её в покое, — рядом остановилась светловолосая соседка. — Давай лучше наперегонки. В конце урока будет соревнование.

— Не думаешь ли ты, что получишь мэджик? — Соня усмехнулась.

— Почему нет? Если я буду быстрее тебя, — задрав нос, ответила соседка.

— Эй!

— Девочки, правда, тренируйтесь. Я уж как-нибудь сама здесь, — Лея отцепилась от Сониной руки.

Через несколько шагов она услышала за спиной бодрое мальчишеское "Посторонись!" и свернула вправо. Тут же почувствовав удар, она не удержалась и полетела вперёд.

Рядом затормозили коньки, обдав её брызгами льда.

— Ты как? Не ушиблась? — мальчишка подал руку и, придерживая за плечи, помог подняться. — Извини.

— Всё в порядке. Я просто... — Лея подняла на него глаза. Щёки мальчишки тут же вспыхнули.

— Дэн, поехали, слышишь? Тренер зовёт, — светловолосый мальчик дёргал его за рукав.

— Ага, — серые глаза продолжали неотрывно смотреть в изумрудно-зелёные.

— Я правда в порядке, — улыбнулась Лея.

Наконец мальчишки уехали. Начались соревнования. Нужно было довести шайбу до ворот через всё поле и не позволить её отнять. Соревновались по четыре пары на скорость. А вдоль бортиков продолжали передвигаться те, кто плохо стоял на коньках. Лея с нетерпением ждала, когда же закончится этот урок. Ведь следующим в расписании стояла кулинария.

Впрочем, ноги уже привыкли к конькам, и Лея могла идти, даже не держась за бортик. Но передвигалась всё ещё очень медленно.

Раздалась трель звонка, и Лея побрела к выходу, пересекая поле. Она смотрела под ноги и не обратила внимания, как несколько мальчишек неслись с шайбой к воротам, не замечая её.

В затылке чувствовалась тупая боль. Лея поморщилась. Она попыталась открыть глаза, но слепящий свет не позволял этого сделать. Где-то рядом слышались тихие голоса. Разговаривали двое.

— ... думаю, уже завтра, — говорил мужской.

— Держите меня в курсе, — строгий женский.

— Да, директор, — прозвучало в ответ.

Под пальцами Лея ощутила что-то мягкое. Значит, она была не на льду. А где?

— Если она не придёт в себя до вечера, — обеспокоенно продолжал женский голос, — необходимо связаться с клиникой Сант Андре Бессетт.

— Да, директор, — мягко ответил мужской.

— Что ж, мне пора. Зайду после урока.

Шаги. И глухие удары. Лея зажмурилась от звуков. Ощущение было, будто кто-то долбит молотком внутри черепной коробки.

Снова шаги. Другие. Тихие. Шаркающие. Кто-то коснулся её лба.

— Мисс, вы слышите меня? — спросил всё тот же мужской голос.

— Угу, — простонала Лея.

— У вас сотрясение. Хотите, я приглушу свет?

— Угу.

— Хорошо. Отдыхайте, мисс. Я приготовлю вам лечебный отвар.

— Угу.

Мужчина, на которого Лея так и не посмотрела, зашаркал прочь. Свет перестал слепить глаза. Можно было оглядеться. Высокий потолок. Над головой окно. Вокруг кровати ширмы. Рядом тумбочка и стул. На стуле рюкзак. Лея села и снова легла — так кружилась голова. Виски сдавливало, будто тисками. Она слышала, как хлопнула дверь, и кто-то прошёл мимо. А вскоре услышала незнакомый голос:

— Директор просила принести мяту и мелиссу, — торопливо произнёс вошедший.

— Благодарю, мистер Снежински.

— Эй, ты как? — Соня плюхнулась на край кровати.

— Уже лучше. Меня напоили отваром. Но голова ещё болит. Директор заходила.

— Хочет отправить тебя домой?

— Нет. То есть да, хотела. Но меня... некуда отправлять. Я не знаю, где мой дом сейчас. А он там, где тётя.

— Эй, откуда столько загадок в твои двенадцать? Тебе ведь... двенадцать? — из-за ширмы раздалось покашливание. — Ой, совсем забыла. Я ведь не одна пришла.

— А с кем? — напряглась Лея, вспомнив о том, что тётя просила не разглашать личную информацию.

— С Дэном. Эй, Дэн, заходи, — громко позвала Соня.

Вошёл тот самый мальчишка, который помог Лее подняться.

— Привет, — он теребил уголок своей сумочки кросс-боди, — сильно болит?

— Почти нет. Немного.

— Я Дэн. Дэн Райс. Мы виделись с тобой раньше. "Старый Эдвард" в Монтегю. Помнишь?

— Нет, — соврала Лея.

Звук каблучков.

— Мисс Ли, — заглянула Луна Санни. — Ой, мисс МакБраун, вас сестра искала.

— Ладно, — Соня встала и похлопала Лею по плечу. — Держись, подруга.

— Мисс Ли, — обратилась тьютор, — директор просила меня справиться о вашем здоровье. Всё ли хорошо?

— Уже лучше.

— Если что-то потребуется, сообщите, пожалуйста, через главного лекаря.

— Хорошо.

— Вы ужинали?

— Н-нет, — вспомнила Лея. — Не хочется. Тошнит.

— Тогда я распоряжусь, чтобы для вас приготовили лечебный бульон.

— Я уже пила лечебный отвар.

— О, это совсем другое. Поправляйтесь, пожалуйста, — она вышла, бойко стуча каблучками.

А Дэн так и стоял рядом, теребя уголок своей сумки. Лея вопросительно посмотрела на него.

— Хочешь, чтобы я ушёл?

— Просто мне показалось, ты хотел сказать что-то ещё.

— Да. Я... я тебя сразу узнал, — он улыбнулся. — Запомнил твои необыкновенные глаза.

— Вроде обычные, — смутилась Лея и решила перевести разговор: — Как бабушка?

— Значит, помнишь? — мальчишка перестал теребить свою сумку и воспрял духом. — Только она мне прабабушка. И она... в порядке. Пожалуй, напишу ей письмо. Хочешь, я расскажу тебе, что было сегодня на уроках?

— Угу.

Дэн придвинул стул, снял с плеч рюкзак и достал учебник по латыни.

Когда мальчишка ушёл, Лея откинулась на подушку, закрыла глаза и улыбнулась. Всё-таки как здорово находить друзей. Жаль, что раньше ей было нельзя ни с кем сближаться.

Наутро Лея чувствовала себя просто замечательно, но старый лекарь на уроки её не отпустил. Только к обеду удалось его уговорить, пообещав приходить три раза в день за лечебным отваром и беречь голову.

— Эй, не ожидала тебя увидеть, — Соня радостно махала, сидя за столом в общем зале.

Лея подошла и заняла место рядом.

— На самом деле я ещё не выздоровела. Но мне лучше. И я не хочу пропускать уроки. Дашь переписать конспекты?

— Конечно! Спрашиваешь, — с усмешкой ответила Соня. — Попробуй путин[1]. Это невероятно вкусно.

После обеда Лея поднялась в спальню девочек и собрала рюкзак для следующих уроков: зоологии, преобразований, артефактов. Что означал "библиочас" в расписании, было пока непонятно.

Первоклассники собрались в холле. Тьютор мальчиков был тут же. Он всех пересчитал и ровно без четверти час передал учителю зоологии — тому самому круглому мексиканцу, который накануне сопровождал Лею до школы.

— Эй, слушай, они что родственники? — шепнула Соня по пути на урок, который должен был пройти где-то на улице.

— Кто? — не поняла Лея, потому что голова её уже начинала болеть. Ведь они приближались к тому самому месту, где ей встретился страшный человек в чёрном. Кстати... где он? Осознав, что видела его лишь один раз — за обедом, — Лея почувствовала страх. Неприятно липкий, с учащённым сердцебиением и мокрыми ладонями.

— Эй, ты меня вообще слушаешь? — Соня подёргала её за рукав.

— А? Да, — отстранённо ответила Лея.

— Дельгадо.

— Какой Дельгадо?

— Оба.

— Оба?

— Эй, да что с тобой?

— Извини, чувствую себя не очень. Мы идём в гору... Тяжело...

— Обопрись на меня. Хочешь, понесу твой рюкзак?

— Рюкзак могу и я понести, — девочек догнал Дэн.

Обойдя полуразрушенную стену, примыкающую к старому замку, нужно было спуститься с холма и завернуть за угол целой части ограждения. Там была арка, а за ней по правую сторону стена замка, полностью увитая плющом так, что было не понять, есть ли там окна. Дальше стена соединялась с башней. Но сеньор Дельгадо остановил ребят, не доходя до неё, и начал урок.

— Сегодня у нас практика. Знакомьтесь: восточный краснозобый дракон, — лицо круглого человека засияло.

А ученики крутили головами в поисках того самого дракона. Но никто его не находил.

— Эй, он что, невидимый? — возмутилась Соня.

— Вы нас разыгрываете? — Клара недовольно надулась, скрестив руки на груди.

Дэн и ещё несколько мальчишек задрали головы, ища дракона в небе. А взгляд учителя тем временем стал хитрый-прехитрый. Он достал свою палочку-морковку и осторожно отодвинул заросли плюща. Ребята так и ахнули: цепляясь крошечными коготками за камень, на стене сидел зелёный дракончик. Сам размером с зажигалку, и такой же длины тонкий хвост. Кожистые перепончатые крылышки были похожи на листики плюща, и заметить это маленькое чудо в зарослях — действительно не простая задача. Дракон повернул голову с прищуренными от света глазами в сторону столпившихся ребят и пискнул, одновременно изрыгнув зеленоватый дым.

Учитель прикрыл восточного краснозобого плющом.

— Ну что ж, не будем пугать малыша, — сказал он. — А теперь достаньте тетради. Сейчас будем писать конспект.

— Что? Мы должны писать стоя? — резонно возмутилась Клара.

— Нет, сеньорита Каприс, — Рикардо Дельгадо махнул своей толстой, как и он сам, палочкой, произнеся длинное заклинание, и на зелёной лужайке появились такие же зелёные подушки. — О, это чтобы вы не испачкали форму. Садитесь, доставайте принадлежности.

— Всё равно, на коленках писать неудобно. Сэр, — проворчала Клара.

— Эй, зато весело, — Соня дружески похлопала её по плечу.

— Восточный краснозобый дракон, — когда все уютно устроились на подушках, начал сеньор Дельгадо, — самый маленький из существующих драконов. Но храни вас разум навредить этим созданиям! — он воздел руки к небу. — О, эти крошки умеют постоять за себя. Они умны. Даже разумны, — учитель погладил пальцами усы. — Их памяти позавидует любой профессор. Они разделяют добро и зло. Никогда не обижайте восточного краснозобого. Да, и... руками их не трогайте.

— Почему? — выкрикнул кто-то.

— О, это очень опасно. Они... кусаются. Зубки такие маленькие, что... ломаются в человеческой плоти и... отравляют её. Лекарство очень сложно в приготовлении и дорого. Так что... лучше берегите себя. Ещё есть вопросы? — Лея подняла руку. — Да, сеньорита Ли.

— Чем они питаются?

— О, в основном ночными насекомыми и росой. Но и от свежих одуванчиков не откажутся. А вот что они никогда не станут есть, так это плющ.

— Потому что он ядовит? — спросила Клара Каприс.

— О, нет, сеньорита, исключительно по причине того, что это их единственное убежище. Вы бы стали есть свой дом? Вот и они не едят. Ещё вопросы. Сеньор Райс.

— Сколько они живут?

— О, их век недолог. Всего двенадцать лет.

— Эй, а если они живут на стенах, то... как откладывают яйца? — спросила Соня.

— О, эти крошки живородящие, сеньорита МакБраун.

Урок магических преобразований прошёл в форме презентации. Луна Санни показала, как из спички сделать иголку, а из утюга — чайник. Но самым удивительным было то, что с помощью магии можно превращать камни в посуду: от керамики до золота. Но это уж совсем эталон мастерства. К следующему уроку учительница попросила прочитать первые три параграфа учебника, чтобы быть в теме. Ребята хоть и уходили в восторге, но были немного огорчены тем, что к практике по этому наисложнейшему предмету они приступят только в следующем году.

— Эй, ну как так можно, — сетовала Соня по пути в библиотеку, находившуюся на пятом этаже в новом крыле здания. — Я бы хотела научиться изменять формы предметов уже сейчас. Ведь у меня есть начальная подготовка. Сара тоже считает, что это несправедливо.

— Ты вообще, кроме сестры, хоть кого-то слушаешь? — усмехнулась Клара.

— А кого мне слушать? Тебя что ли?

— Да хоть бы и меня. Если бы несколько лет назад министерство не разрешило обучать статиков магии, то и программу не поменяли бы.

— Эй, ну это я знаю. Родители рассказывали, что к практике по преобразованиям переходили во втором триместре.

— Да уж, магическое образование летит коту под хвост, — елейно произнесла Клара. — Но в Эль Кастильо всё равно лучшая программа.

— Иначе мы бы с тобой тут не учились с начальной школы, — усмехнулась Соня.

— Это точно. Но если бы не было статиков в классе, мы умели бы значительно больше. И вообще, почему бы им просто не переходить в простолюдинские школы? Ну нет в тебе магии, зачем других тормозить? Правильно я говорю? — негодовала Каприс.

— Не знаю. Отец считает, что статики должны быть приспособлены как к жизни среди магов, так и к жизни среди обычных людей, — с сомнением в голосе ответила МакБраун.

— Ну и делали бы для них отдельные классы. Почему мы должны страдать? — не унималась блондинка.

— Может, для них учителей не хватает? — предположила Лея. — Или места.

— Эй, да места здесь предостаточно. Но ты правильно говоришь. Сара рассказывала, что школу вообще хотели закрыть из-за того, что учить некому.

— Потому что не все хотят заниматься статиками. И я их понимаю. Они как заноза в одном месте, — злобно прошипела Клара.

— Эй, разве Натали и Кэтрин были для нас занозами? — возмутилась Соня.

— В начальной школе почти нет уроков магии. Но сейчас... Ну нет, я хочу развивать свой дар, а не закапывать его в землю.

В библиотеке первоклассники средней школы провели два урока. В течение первого ребята ознакомились с правилами поведения, узнали, где какая секция находится, и какие книги есть в их распоряжении. В читательском зале можно было готовить доклады или навёрстывать пропущенные уроки, и всячески расширять свой кругозор. Библиотекарь Сальма Принц — женщина с горделивой осанкой — оказалась ещё и специалистом по магическим артефактам. Поэтому уроки по этому предмету проходили тоже здесь.

— Хороший урок этот библиочас, оказывается, — сказала Лея, когда девочки, оставив вещи в спальне, спускались в столовую выпить чаю.

— Главное, на нашем этаже, — довольно проговорила Клара.

— Это большой плюс, — подтвердила Соня. — Хотя полезнее было бы гонять по лестнице туда-сюда.

— Это ещё зачем? — Каприс не разделяла её мнения.

— Эй, как зачем? Тренировка ног и дыхания.

— И сердца, — добавила Лея.

— Или ты не хочешь в маг-хоккейную команду?

— Ну, конечно, хочу, — ответила Клара. — Это моя мечта. Мы с отцом часто ходили на матчи в Монреале.

К чаю подали блинчики с джемом и мёдом — на выбор. Какое наслаждение сидеть рядом с подружками и весело болтать в этом залитом солнцем зале. А напротив — за соседним столом — сидел Дэн и смущённо улыбался ей.

После лёгкого перекуса они все вместе сидели в центральном холле пятого этажа. Друзья помогли Лее освоить пропущенный материал. Оставалось только повторить латинский алфавит и подготовить домашнее задание по английскому, ведь для неё он был не родным.

— Пожалуй, пора поужинать, — Лея закрыла тетрадь.

— Эй, да уже пол восьмого! — Соня сверила наручные часы с каминными. — Идёмте, а то всё съедят без нас.

Едва друзья вошли в общий зал, как директор встала со своего места и поспешила к ним так быстро, насколько было возможно. Что-то тревожное было в выражении её лица. Удары трости о каменный пол отдавались тупой болью в уставшей голове Леи. Она вдруг вспомнила, что нужно будет зайти в медицинское крыло за порцией лекарства.

— Мисс Ли, — голос директора дрогнул. — Сразу после ужина зайдите ко мне в кабинет. Это очень важно. Третий этаж. Сразу за статуей феникса.

— Угу, — пока Лея пыталась запомнить информацию, в голове продолжали звучать удары трости. — Простите, директор, — от резкого разворота закружилась голова. — Это что-то... — в глазах потемнело.

— Да, мисс, — на мгновение директор остановилась. — Письмо. От вашей тёти.

Удары трости смешались с тревогой и тупой болью в голове.

[1] ПутИн — национальное квебекское блюдо быстрого питания, состоящее из картофеля фри, посыпанного молодым рассольным сыром и политого слегка подслащённой гарнирной подливкой. Появилось в Квебеке в 1950-х годах, в 2000-х популярность перекинулась на другие провинции и даже страны.

На третьем этаже керосиновые лампы горели только по правой стороне. И то через одну. Статуя феникса находилась в конце коридора в углу. Лея подошла. Никаких дверей здесь не было. Она ещё раз прошлась по коридору и осмотрела другие статуи, но нет — феникс на этаже был только один. Остановившись возле него, Лея коснулась холодного каменного клюва и тут же отдёрнула руку — глаза птицы вспыхнули и погасли.

— Меня ждёт директор, — голос дрогнул. Ничего не произошло. — Я Лея Ли. Меня вызывали.

Вдруг феникс расправил левое крыло. Каменные перья при этом зашуршали. Феникс тихо пискнул и опустил крыло, а за ним оказалась открытая дверь, которой прежде не было.

Лея прошла через светлое помещение с деревянными лавками вдоль стен. Она оказалась у другой двери с надписью "Директор школы-пансионата "Эль Кастильо", кандидат магических наук, профессор Мария Эрика МакГрегори".

— Проходите, мисс Ли, — в кабинете было так же светло, как и в приёмной.

На полу темно-зелёный ковер в шотландскую клетку. Цвета точь-в-точь, как длинная юбка хозяйки кабинета. Большой стол и кресло с высокой спинкой за ним — её место. И два кресла на тонких ножках перед ним — для посетителей.

— Садитесь, мисс, — директор обошла стол и села. А Лея глазела по сторонам. Здесь были и книги, и статуи, и камин, и стеллаж с какими-то неизвестными артефактами. По правую сторону кабинета два высоких узких окна с плотными портьерами. Слева — камин, а сбоку от него ещё одна дверь. — Хотите чаю?

— Н-нет, спасибо. Я ведь только что из-за стола. Вы говорили, есть новости от тёти.

— Да, мисс, — МакГрегори достала из ящика стола мятый конверт в красных каплях. Лее стало не по себе. — Вот. Письмо было адресовано мне, поэтому я его прочла. Посмотрите.

Лея дрожащими пальцами взяла конверт.

— Это что, кровь? — испуганно спросила она.

— К сожалению. На почтового голубя напали.

— Кто?

— Теперь это не представляется возможным узнать. Птица погибла от полученных ран. Мы не смогли её спасти.

"Уважаемая директор МакГрегори,

Прошу принять дополнительные меры по безопасности ученицы первого класса средней школы Леи Ли. Её разыскивает Ворон.

К сожалению, не могу оставить адрес для связи, так как вынуждена скрываться. Передайте, пожалуйста, Лее это письмо.

С уважением,

Ли Чунь Шэн

П. С. Мэй-Мэй, моя девочка, дядя Хенг передаёт привет. Я обязательно приеду к тебе в ноябре. Медальон пропал. Надеюсь, он не у тебя. Ворон чувствует его силу. И помни, что об этом письме и его содержании никто не должен узнать. Ни одна душа. Ни живая, ни мёртвая.

Береги себя!

Тётя Чунь"

Лея аккуратно сложила письмо в конверт и прижала к сердцу. Плакать перед директором не хотелось, но слёзы оказались сильнее её.

— У меня есть успокаивающий чай. Хотите? — участливо предложила МакГрегори.

— Угу.

— Печенье, пожалуйста. Так, теперь расскажите мне, о каком медальоне идёт речь, и кто такой этот Ворон.

— Я не знаю. Лишь пару раз слышала это имя. Когда мы гостили у дяди Хенга в Гонконге. А потом... когда монастырь разрушили, и мы скитались по разным странам целый год. Тётя говорила, что это сделал Ворон. Может, он искал её или меня. Но зачем ему я? Я ведь просто ребёнок... Не знаю. И тётя мне никогда ничего подробно не рассказывала. Только предупреждала об опасности, — Лея поставила чашку на стол. — Я даже не уверена, есть ли во мне хоть какая-то магия.

В центральном холле этажа девочек было немноголюдно: всего несколько старшеклассниц. Они были заняты своими делами, и никто на Лею внимания не обратил. Голова заболела, несмотря на принятое лекарство. Тревога давала о себе знать. Хорошо, что директор не стала возвращаться к теме медальона. Но Ворон... Всё, что было известно — он младший брат тёти Чунь, и его настоящее имя Ву Сан. Однажды он напал на семью своей сестры, после чего той вместе с Леей пришлось прятаться в монастыре в Тибете. Долгие годы, которые, разумеется, пошли только на пользу. Ведь именно там Лея познакомилась с боевым искусством тайцзицюань — кулак Великого Предела. В памяти всплывали моменты беззаботного детства рядом с тётей, жизнь в монастыре высоко в горах. Ежедневные занятия. Интересно, можно ли применить полученные знания на школьных спортивных уроках?

Плеча коснулась чья-то рука.

— Иди в постель. Поздно уже.

Лея открыла глаза и поняла, что задремала на диванчике.

— Угу. Голова болит, — поморщилась она.

— У меня тоже, — ответила девушка. — Ты из какого блока?

— Из третьего, — оказывается, в холле, кроме них, уже никого не было.

— Отлично, я тоже. Сара, — она подала руку.

— Лея.

— Соня много рассказывала про тебя.

— И про тебя.

— Если что-то нужно — обращайся. Друзья моей сестры — мои друзья. Это правда, что ты из Китая?

— Угу.

— Ты раньше училась магии?

— Нет. Возможно, я вообще статик.

Утром Лея убеждала друзей, что всё в порядке, а тревога им только кажется. Потом наконец начались уроки. После латыни и английского, которые вёл Леонард Ланде, стоял урок первой магической помощи. Здесь же, на втором этаже, но в противоположном крыле.

Ребят встретил главный лекарь Эль Кастильо Оливье Леру. Тот самый, что лечил Лею. Щупленький старичок с торчащими во все стороны жиденькими волосёнками и смешной бородкой.

— Сегодня мы проведём ознакомительный урок. Идите за мной, — он шаркающей походкой направился вглубь общей палаты, предназначавшейся, как оказалось, для нетяжёлых случаев. Коек было много. Их отделяли друг от друга ширмы. Далее по правую руку были ещё две небольшие палаты и кабинет. По левую — стол лекаря и шкафчики с лекарствами. А прямо — книжный шкаф и две длинные скамьи. Тут же рядом вешалки и крючки на стене.

— Наденьте халаты и садитесь. Запишите сегодняшнее число и тему "Основные принципы работы лекаря".

Весь урок Лея больше думала о том, как бы ей снова не оказаться здесь с травмой. Но месье Леру был так любезен, что выписал ей освобождение от спортивных нагрузок на месяц. Когда одноклассники ушли на тренировку, Лея попросила у лекаря разрешение остаться здесь и готовить домашние задания к урокам латыни и английского. Вслед за первым пришёл второй класс. И уже к середине урока Лея поняла, что вместо выполнения своих заданий, она с интересом слушает лекцию о переломах.

За обедом Соня с азартом рассказывала о том, как ей удалось обойти на льду даже мальчишек и забить большую часть шайб в ворота.

— Карэн Апрэсович начислил мне целых десять мэджиков! — похвасталась она.

— Вообще-то, мне тоже, — надменно сказала Клара.

— Молодцы, девчонки. У меня их только три за всё время. И что с ними делать, я так и не поняла.

— Эй, каждого первого числа открывается банк, и ты можешь их получить на руки или обменять на канадские доллары, — Соня подложила себе в тарелку ещё одну куриную ножку. — Если, конечно, хватит.

— С долларами понятно, а на руках они мне зачем? — Лея не могла разобраться в местной системе поощрения.

— Можно покупать вкусняшки в буфете или газеты, — ответила Клара. — Подай тост.

— Эй, совсем забыла. Дэн приглашал нас прогуляться до старого замка после обеда. Идёте?

— Угу, — ответила Лея.

— Нет, мне к брату нужно зайти. От матери посылка, — сказала Клара.

— А Соня почему не пошла? — спросил Дэн по пути к старому замку.

— Её сестра позвала, — ответила Лея.

— Знаешь, это даже хорошо, что мы остались вдвоём. Прабабушка письмо прислала. Просит передать тебе привет.

— Спасибо. Я помню её. Очень милая старушка.

— Она весь вечер тогда про тебя говорила.

— Правда? — удивилась Лея.

— Правда, — они дошли до развалин и сели на остатки стены. — Сказала, что ты очень красивая.

— Никогда бы не подумала, — смутилась Лея, считавшая себя неуклюжей и непропорциональной.

— И глаза у тебя необыкновенные. Если будешь хорошо учиться, станешь очень сильной ведьмой, — передал Дэн слова прабабушки.

Лея рассмеялась.

— С каждым днём я убеждаюсь всё больше в том, что я статик.

— Ты хочешь сказать, что одна из самых известных ведьм Канады... ошибается?

— Извини, не хотела обидеть твою прабабушку. Нам не пора на уроки?

Райс глянул на часы.

— Пора, — помог Лее спрыгнуть со стены. — Сходим завтра на залив? Хочу тебе кое-что показать.

В субботу школа казалась пустой. Старшеклассникам было разрешено покидать магическую территорию на выходные. На ночь, разумеется, только при наличии родственников в близлежащих населённых пунктах и с обязательным уведомлением дирекции. Красный школьный автобус ходил два раза в день. Но можно было и пешком добраться до маяка или даже до деревушки Бич Пойнт. Особенно, если знать короткую дорогу. Это всё рассказали Лее подруги, которые как раз собирались на экскурсию на маяк.

— Эй, не расстраивайся. В следующем триместре тётя обязательно отменит свой запрет. Она просто не знает ещё, как здесь здорово.

— Хоть иногда и грязно, — добавила Клара.

— Хорошо отдохнуть, — Лея проводила девчонок до автобуса и свернула к развалинам замка, где договорилась увидеться с Дэном.

По пути ей встретились соседки по комнате — Натали и Кэтрин. Они несли с собой небольшую банку, в которой что-то трепыхалось. Девочки говорили между собой на французском, поэтому Лея не поняла, чему они так радовались.

Дэна на месте не было. Видимо, он ещё не закончил с домашним заданием по латыни. Солнце приятно пригревало. Лея забралась на стену. Она сидела, свесив ноги и слушая курлыканье голубей со стороны разрушенной башни за её спиной. Угол стены, за которой была арка, скрывал обзор. Поэтому Лея не заметила, как оттуда снова появился человек в чёрном. Она оцепенела от ужаса, увидев его. Какой-то необъяснимый страх бежал мурашками по спине от колючего взгляда этих чёрных глаз. Совсем как во сне. Паника. И больше ничего. Его губы шевелились, произнося что-то, чего Лея не могла разобрать. Только гул в голове. Что это? Последствия сотрясения или воздействие неизвестной магии?

— Ты сама не своя. Что-то случилось? — спросил Дэн, когда они с Леей разместились на большом плоском камне на северной части пляжа.

— Всё в порядке. Просто... Я не знаю. Мне страшно здесь.

— Хочешь, пойдём в другое место? — предложил мальчишка.

— Нет, я... имею в виду школу. Ты ведь тоже... видел его?

— Кого?

— Человека в чёрном.

— Да. А ведь именно он и помог мне найти то, что я хотел тебе показать, — Райс улыбнулся. Лея не могла не отметить его мягкие черты лица и невероятно спокойный взгляд серых глаз. — Отец как-то проговорился, что здесь был тайный ход до старого замка.

— Твой отец учился в Эль Кастильо?

— Да. И знаешь... Этот замок уже был старым. И разваленным, — ребята засмеялись.

— Я так и думала.

— На самом деле, не весь. Наш корпус тогда был ещё целым. А на старой башне жили почтовые голуби, и путь туда был открыт. Что-то произошло здесь ещё до нашего рождения.

— Что?

— Я не знаю. Но очень хочу узнать. Я ведь люблю историю. Ну, идём? — Дэн поднялся и подал руку.

Они прошли по пляжу вдоль обрыва, поросшего корнями трав и кустарников.

— Это где-то здесь, — наконец сказал мальчишка, остановившись напротив раскидистого клёна. — Сейчас.

Высота обрыва здесь была им по плечи. А коренья, длинные и густые, свисали почти до самой воды. Полоска пляжа сузилась.

— Ой, тут и правда есть проход, — восторженно прошептала Лея.

— Да. Я видел, как человек в чёрном вошёл сюда. А когда возвращался в корпус, встретил его у развалин.

— Не может быть. И ты... хочешь, чтобы мы...

— Нет-нет. Сейчас нельзя. Начинается прилив. Ход ведёт вниз. Нас просто затопит. Мы должны поспешить, а то промочим ноги.

Ребята повернули обратно. По пути много болтали об истории, загадках старого замка и неограниченных возможностях магии.

Лее так хотелось поделиться с подружками тем, что ей известно о тайном ходе. Но она не могла нарушить данное Райсу обещание держать это пока в секрете. Дэн хотел сам показать девочкам это место во время отлива.

В воскресенье пошёл дождь, и ребята слонялись по школе. Старшеклассники развлекали младших разными магическими фокусами. То вызывали сверкающих животных и заставляли их бегать по кругу, то зажигали и гасили керосиновые лампы с помощью волшебства, то превращали одни предметы в другие. Самое большое количество зевак собралось в центральном холле пятого этажа вокруг Сары МакБраун. Девушка настолько виртуозно владела магией, что невозможно было оторваться от действа.

— Хотите, научу вас освещать себе путь? — спросила Сара находящихся рядом девчонок и мальчишек первого класса.

— Да, да! Хотим! Конечно, хотим! А это сложно? — голосили они наперебой.

— Нет. Это одно из самых простых заклинаний, — ответила девушка. — Нужно кончиком палочки нарисовать в воздухе круг и произнести заклинание "Люкс", что на латыни означает "свет". Но здесь мало работать кистью. Нужно вызвать состояние внутреннего света и провести его через руку и палочку. Будто из самого сердца. Потому что вся магия исходит из нас.

Лея попробовала повторить, но её палочка даже не мигнула. Только под пальцами ощущалось едва заметное тепло.

Дождь не прекратился и после обеда. Сразу из столовой Лея поднялась в библиотеку. Никак не хотел даваться ей французский язык. На счастье, Сальма Принц подобрала неплохой самоучитель для начинающих. Сначала Лея сидела у окна. Но задул сильный ветер, и она замёрзла. Да и неподалёку расположились шумные старшеклассники. Парни говорили о спорте и гоготали, за что получали от библиотекаря замечания и даже штраф. Но это мало на них действовало. Тогда Лея решилась пересесть. Туда, где немноголюдно. У стены, за которой располагалась секция для преподавателей, было тихо. Ученикам входить туда запрещено, если, конечно, у них нет на руках особого распоряжения.

Открыв тетрадь, Лея продолжила конспектировать. И вдруг услышала за стеной голос директора.

— Вы не можете так рисковать.

— Могу. Я должен избавиться от этой дряни, — ответил знакомый мужской голос. Лея слышала его в больничном крыле, когда лежала с сотрясением.

— Вы понимаете, ЧЕМ это может для вас закончиться? — обеспокоенно спросила директор.

— Разумеется, миссис МакГрегори. Я знаю, что делаю. Или вы не доверяете мне?

— Я боюсь за вас, — в её голосе звучала жалость.

— Не стоит, — грубо ответил мужчина.

— Вы ещё больше замкнулись в себе. Не ходите в столовую.

— Я. Не. Могу. Видеть. Эти. Глаза. Не могу. Поймите.

— Нельзя жить только прошлым, Всеволод.

— А у меня ничего, кроме прошлого, и не осталось, — с вызовом ответил он.

— Мне очень жаль, мистер Снежински, — раздались удары тростью, и вскоре МакГрегори вышла из преподавательской секции.

Лея чувствовала на себе взгляд директора и молила небо, чтобы та не заметила, как дрожит её рука над тетрадным листом.

— Эй, подруга! Ты знаешь последние новости? — Соня плюхнулась на кровать.

— Смотря, что ты имеешь в виду, — Лея отложила взятый в библиотеке самоучитель французского.

— Зря ты не пошла с нами пить чай. Столько интересного пропустила! Оказывается, Дэн поспорил с мальчишкой...

— Это Крис Лейк, светленький такой. Они иногда сидят вместе, — уточнила Клара.

— Райс убеждал его, что через нору на пляже можно попасть в старую башню. Представляешь?! С чего-то он взял, что там есть тайный ход. Так вот, они промочили ноги и наглотались воды. И теперь оба — грязные и простуженные — в больничке.

— Соня, пойдём тогда скорее навестим Дэна!

— Эй, он в надёжных руках месье Леру. И ты думаешь, ему понравится, если мы его увидим слабым и подавленным? Идём лучше на ужин. А то всё съедят.

— Он будет рад, — искренне ответила Лея.

— Не думаю, — Клара была на стороне Сони.

Но Лея решила всё равно навестить Дэна, когда пойдёт в больничное крыло за лекарством.

Тихонько открыв дверь, она услышала строгий голос директора.

— ... вашим родителям уже отправлены. Вы хоть понимаете, ЧЕМ это могло закончиться, если бы не мистер Снежински?

— Да, директор, — послышались севшие голоса мальчишек.

— Назначаю вам по пятьдесят штрафных, — тяжёлые виноватые вздохи ребят. — Надеюсь, подобного больше не повторится. Поправляйтесь.

— Спасибо, директор, — прозвучали понурые голоса.

Услышав шаги и удары трости о каменный пол, Лея шагнула внутрь.

Спустя четверть часа мальчишки увлечённо рассказывали ей о своём сегодняшнем приключении. О том, как нашли проход. Что внутри он разделился на три коридора. Они выбрали средний, а он оказался завален. Попытались очистить, но не рассчитали время, и начался прилив. И о том, как человек в чёрном за шиворот вытащил их через спутанные коренья на берег. А мальчишки помогли ему. И только чудом их троих не унесло в море. Но всё равно они собираются продолжить исследование тайного хода. Ведь человек в чёрном пользуется им. Значит, это безопасно, если правильно рассчитать время.

— Выходит, человек в чёрном и есть мистер Снежински? — задумалась Лея.

Настойки и снадобья, запасы коих в Эль Кастильо оказались почти неисчерпаемыми, помогли Райсу и Лейку быстро поправиться. На алгебру они пришли с красными заложенными носами, но уже к обеду выглядели вполне бодрыми и о чём-то бурно спорили, сидя за столом поодаль от остальных мальчиков. Лее хотелось верить, что обсуждают они географию или историю, но никак не план исследования тайного хода.

— Может, отпустим? — послышался за спиной голос Кэтрин.

— Укусит, — ответила Натали.

— Я боюсь. Не надо было...

Девочки прошли мимо. Лея вспомнила, что накануне они что-то прятали в банке. Что бы это могло быть? Или кто?

До урока ботаники оставалось ещё полчаса. Девочек в спальне не было. Но когда Лея открывала дверь, то услышала звук, будто что-то катится по полу. Удар. У ножки кровати Клары лежала та самая банка, которую скрывали соседки. Лея подошла, подняла её. Стекло запотевшее. Внутри что-то трепыхается. Только бы хватило сил открутить крышку. Да! Получилось. В щель между крышкой и горлышком банки на неё смотрели маленькие чёрные глазки-бусинки. У Леи перехватило дыхание. "Это же восточный краснозобый! Бедненький... Так и задохнуться недолго". Крышку она оставила на подоконнике, а банку сунула открытой в сумочку кросс-боди и поспешила к старому замку.

Ботаника проходила сегодня на улице. Нестор Дельгадо встретил ребят на каменной дорожке и через парковую зону повёл в лес.

— Эй, это что, малина? — Соня сорвала с куста ягоду и сунула её в рот. — М-м... Точно.

— Минус пять штрафных, мисс МакБраун, — строго сказал учитель. — Запрещено рвать что-либо в заповедной зоне. И небезопасно.

— Но это просто малина.

До конца урока Соня ворчала, и это очень мешало сосредоточиться на материале. Лея ничего не запомнила. К тому же мысли её были заняты дракончиком, которого она оставила на траве у поросшей плющом стены. Хватит ли ему сил забраться повыше и спрятаться от назойливых учеников? И как отреагируют девочки, обнаружив пропажу?

Когда возвращались в замок, подул ветер, принося с собой влагу с залива. Мистер Дельгадо проводил ребят до кабинета алхимии на третьем этаже. Дверь оказалась заперта.

В конце коридора вспыхнули глаза статуи феникса. Он расправил и опустил крыло, открывая взору дверь в приёмную директора. МакГрегори вышла, сопровождаемая стуком трости о каменный пол.

— К сожалению, мистер Хорс сегодня не сможет провести урок, — сказала она, задержав на Лее печальный взгляд, хотя возможно, просто показалось. — Но я нашла замену. Располагайтесь, — директор открыла класс, чтобы ребята могли подготовиться.

— Сядем за последнюю парту? — предложила Соня шёпотом. — Сара говорит, что здесь могут быть пары и брызги.

— Угу, — ответила Лея.

Прямо перед ними сели Кэтрин и Натали. Что странно — между девочками чувствовалось напряжение, и друг с дружкой они не разговаривали. Дэн и Клара расположились в первых рядах. И Лея предпочла бы сидеть рядом с ними, а не на последней парте у самой двери, из-под которой сквозило так, что начало ныть плечо.

Когда прозвенел звонок — мелодичная трель — из коридора уже слышались торопливые шаги. Дверь рывком отворилась, и в класс вошёл — почти влетел — учитель в чёрном длинном плаще. Что-то в его походке показалось Лее знакомым. Но только когда он вскочил на помост и резко развернулся, обведя взглядом класс, она с ужасом узнала в нём свой ночной кошмар — человека в чёрном.

— Всеволод Снежински, — сдержанно представился мужчина. — Уберите ваши учебники, тетради и маг-перья, — скомандовал он, и ученики закопошились. — Сегодня я проведу для вас мастер-класс. Покажу возможности алхимии. Если, конечно, хоть кто-нибудь из вас способен понять истинное искусство магии. Без палочек и заклинаний. Когда есть только ты... и магия.

Он прошёл к шкафчику, взял всё необходимое: колбочки, мензурки, пробирки, трубочки, баночки с жидкостями и порошками. Через несколько минут действо началось. Мистер Снежински ловко манипулировал ингредиентами, создавая то цветной дым, то ароматный пар, то голову дракона в мыльном пузыре. Лея пыталась не смотреть на него — так ей было страшно, но не могла противиться любопытству — так ей было интересно. На какое-то время она даже забыла, что панически боится его. И сейчас её сердце билось чаще скорее от восторга, чем от страха. Когда прозвенел звонок — всё закончилось, и мистер Снежински снова обвёл взором класс. Задержав взгляд на изумрудно-зелёных глазах Леи Ли, он изменился в лице. Сухо попрощался и быстро вышел, всё ещё прихрамывая.

Соня отошла к Дэну и Кларе, а Лея так и сидела сама не своя.

— Эй, ты идёшь? — окликнула её подруга.

— Да-да. Сейчас, — Лея сделала вид, что ищет что-то в сумочке. На самом же деле у неё всё ещё предательски дрожали коленки. — Подождите в коридоре.

Ребята вышли, класс постепенно опустел. Лея пришла в себя, когда уже начали собираться старшеклассники. С трудом она поднялась.

— Слышь, рыжая, чё зависла? Проваливай с моего места, — толкнул Лею какой-то дерзкий парнишка.

— Оставь её, Люмус! — в дверях показалась Сара. — Так и быть, садись сегодня со мной, — она взяла его под локоть и увела на второй ряд, поближе к столу преподавателя.

Человекознание вела та же учительница, что и бытовую магию — Эсмеральда Касперович. Цыганка и весьма эксцентричная женщина. На шее у неё висел монокль. Волосы, длинные и чёрные как смоль, торчали в разные стороны. Даже через несколько минут после того, как она причёсывалась. А причёсывалась она довольно часто — раза три за урок, доставая из цветастой сумочки кросс-боди гребень с редкими зубьями. В ушах Эсмеральды были огромные золотые серьги-кольца. На каждом запястье множество браслетов, на пальце огромный перстень. Глаза и губы ярко накрашены. А ещё она часто смеялась, обнажая несколько золотых зубов.

— Эй, как же я люблю уроки у МакГрегори, — по пути на третий этаж поделилась Соня.

— Умнейшая женщина, — согласилась Лея.

— Пф, бабушка, — вставила Клара.

— Значит, опыт большой, — сказал Дэн.

— Годы практики, — подтвердила Соня.

— Китайские мастера говорят: "Не бойся воина, который знает десять тысяч ударов. Бойся воина, который отработал один удар десять тысяч раз", — Лея замолчала, пытаясь вспомнить, не запрещала ли ей тётя говорить подобные вещи посторонним. Но в любом случае своих друзей к посторонним Лея отнести уже не могла.

— Эй, Сара, увидимся после обеда? — крикнула Соня сестре, увидев её в коридоре.

Лея повернула голову в их сторону и налетела на кого-то, больно ударив плечо, которое продуло.

— Слышь, рыжая, смотри, куда прёшь! — выкрикнул ей кто-то вслед.

— Люмус Дарк! — услышала Лея за спиной строгий голос МакГрегори. — Немедленно опустите палочку. Первый класс, сегодня проведём урок на улице. Следуйте за мной.

Вечером девочки подняли такой шум из-за исчезнувшей банки. Сначала обвиняли друг дружку. Потом переключились на соседок. Лея спряталась за пологом кровати. Якобы из-за головной боли, но на самом деле, чтобы не выдать свой страх. И признаться она боялась, хотя была уверена, что подруги её поддержали бы. Ведь Клара и Соня набросились на соседок с обвинениями, когда узнали, что те нарушили запрет сеньора Дельгадо.

— Это ты сделала! — отдёрнув полог, на Лею набросилась Натали. — Я видела, как ты возвращалась сюда.

— Мы встретились в коридоре. А это вовсе не означает, что я входила...

— Ты входила, — перебила Кэтрин. — Когда я обернулась, всё видела.

— Ты видела, как я вошла в комнату досуга. Но не видела, что в спальне я даже не была, — Лея была непреклонна. Только бы они не догадались, что трясёт её от страха, а не от гнева.

— Ты оставила крышку на подоконнике, — продолжала Натали.

— Эй, хватит. Она же сказала, что не брала, — заступилась Соня.

— Да. Не брала я у вас ничего. И никаких банок не видела. Про крышку вообще узнала только что, — соврала Лея и, чтобы не выдать себя, вышла из спальни.

Немного посидев в холле на пятом, она спустилась на четвёртый — этаж мальчиков — в надежде найти Дэна. Заглянув через стеклянную дверь, Лея увидела, что Райс играет с Лейком в шахматы. Постояв в нерешительности, она вошла в холл.

— Ты здорово играешь. Без тебя я бы не победил. Крис — сильный соперник, — признался Дэн, когда они с Леей сидели на пляже на большом камне.

— Я люблю шахматы. К тому же ты играл чёрными. Знаешь... я бы хотела прийти сюда рано утром. Посмотреть на рассвет.

— Наверное, это так же красиво, как закаты Ванкувера.

— А я скучаю по рассветам Тибета. И по закатам тоже, — с грустью призналась Лея.

— Я тоже скучаю по дому. Хорошо, что прабабушка живёт рядом. В Бич Пойнт. Если хочешь, мы могли бы вместе навестить её на выходных.

Лея вздохнула и чуть не расплакалась.

— Мне нельзя покидать магическую территорию.

— Жаль. Ты не замёрзла? Ветер холодный.

— Угу. Вернёмся в замок. Завтра нужно рано встать.

Дэн улыбнулся. Он выглядел настолько мило, что грустить больше не хотелось. Лея мысленно поблагодарила тётю Чунь за то, что отправила её именно в эту школу.

Ребята не пошли через парк, так как уже почти стемнело. Поднимаясь на холм к развалинам, Лея увидела, что наверху башни стоит человек.

— Дэн, разве старый замок не закрыт?

— Закрыт, — мальчишка посмотрел в сторону башни. — Все двери заколочены. Мы с Крисом проверяли.

— Но как человек в чёрном там оказался? Ведь сейчас прилив.

— Значит, тайный ход не один, — радостно улыбнулся Дэн. — И мы его найдём.

— Мне кажется, он смотрит на меня.

— Тебе кажется.

Но Лее не казалось.

Дни становились короче и холоднее. Лея сильно отставала по французскому. Поэтому директор поручила заниматься с ней старосте третьего бокса Саре МакБраун. По средам последним уроком, когда у старшекурсников был библиотечный час. Лее приходилось ради этого пропускать занятия по шахматам. Плюс ко всему в будни совсем не оставалось времени на тайцзы, потому что французский никак не желал ей покоряться. Только перед сном удавалось немного помедитировать. Зато в выходные Лея совершенствовала комплекс 18 форм. Стараясь скрыться от посторонних, она забредала в укромные уголки старого корпуса, находила неиспользуемые помещения. Таких было немало. Временами ей казалось, что, выполняя формы тайцзы, она будто отрывается от пола и парит в воздухе. Это немного пугало, но всё равно Лея уже довольно хорошо владела техниками, полученными в тибетском монастыре. И это усиливало её магию, хотя она и не догадывалась об этом. Школа пока давала только теорию.

Дэн Райс постоянно просил списать или подсказать что-то. Но взамен всегда угощал девочек вкусностями, которые и сам очень любил. История — единственная дисциплина, с которой он был на "ты". Мальчик прочёл много книг по этому предмету ещё до того, как перевёлся в Шато Кастильо. Каждый раз после урока Дэн оставался и задавал пожилой учительнице Александре Бих множество вопросов. И потому по понедельникам опаздывал на обед.

Все выходные он вместе с неразлучным другом Крисом Лейком исследовал магическую территорию в поисках новых тайных ходов, о чём иногда сообщал Лее с Соней, если пересекался с ними у развалин или на пляже.

Клара сблизилась с соседками Натали Ламбер и Кэтрин Стоун. У этих троих появились какие-то свои секреты и шутки. На уроках они также старались держаться вместе. А Лея проводила время с Соней или одна.

Человек в чёрном в школе почти не появлялся. Лея видела его лишь однажды в приёмной у директора и несколько раз на старой башне. В столовой его не было никогда.

— Может, он вампир? — поделилась Лея догадкой о нём с друзьями. — Ведь он ничего не ест.

— Какая тебе разница вообще? — лениво зевнула Клара.

— Не думаю, что директор его допустила бы в школу, — резонно заметил Дэн.

— Эй, ну конечно! Это запрещено Уставом. Вампиры, оборотни и прочие опасные существа не могут сюда проникнуть. Мне Сара рассказывала.

— Тогда он просто человек-загадка.

И эту загадку Лея хотела разгадать. Почему он прожигает её взглядом, но отворачивается, когда она на него смотрит? Что он делает на закрытой аварийной башне? И какие демоны скрываются в глубине его колючих чёрных глаз?

В один из промозглых октябрьских дней Лея обнаружила под центральной лестницей не только чулан, но и какую-то приоткрытую дверь. Несмотря на то, что тётя всегда предостерегала её не соваться в незнакомые и потенциально опасные места, любопытство оказалось сильнее страха. И как только Дэн с Крисом не боятся ввязываться в подобные сомнительные приключения? Лея осторожно толкнула дверь и ступила в неизвестность.

Вниз вела каменная винтовая лестница. На стене керосиновая лампа. Двенадцать шагов — и взору открылось просторное помещение. Скорее всего, сейчас Лея была прямо под холлом. Здесь также горели лампы. Не все — через одну. Тихо, сухо, но прохладно. Неплохое место для практики тайцзы.

Спустя примерно полчаса, Лея Ли вернулась к винтовой лестнице. Всего двенадцать ступеней отделяли её от друзей и сытного обеда. Она была готова к чему угодно, но не к тому, что дверь, впустившая её сюда, окажется запертой. Лея дёргала, толкала, стучала, кричала, звала на помощь — но безрезультатно. В ответ лишь тишина. А ведь холл, должно быть, уже полон людей. Внутренний покой и гармония уступили место паническому страху остаться здесь навсегда. Сев на верхнюю ступеньку, Лея сначала заплакала. Потом подумала, что её ведь должны хватиться. Значит, будут искать. И обязательно найдут. Она смогла бы продержаться тут даже до вечера. Если станет холодно, можно делать гимнастику. Или бегать — места много. Лея вытерла слёзы. Попробовала снова постучать и позвать на помощь. Тишина. Тогда она спустилась вниз. Попрыгала. Осмотрелась. А вдруг здесь есть ещё один выход?

Оказалось, что большой подземный холл сужается, заканчиваясь каменными ступенями. Немного помешкав, Лея сделала шаг. Потом ещё. Двенадцать ступеней вниз привели её в длинный тёмный коридор. Керосиновых ламп тут было очень мало. Одна в начале, и где-то вдалеке мерцала другая. Невысокий земляной потолок. Ширина коридора могла бы вместить двоих человек — не больше. Каменный пол и каменная правая стена. Левая сторона, как и потолок, была земляная. Сверху местами свисали корешки растений. Лея поняла, что находится уже за пределами учебного корпуса, и, скорее всего, движется в сторону холма. Здесь было уже не так сухо и гораздо холоднее. Пройдя вторую керосиновую лампу, Лея увидела ещё одну и двинулась к ней.

Третий светильник висел на развилке у бокового хода, в котором так же вдалеке мерцал огонёк. Но Лея пошла прямо, решив, что этот путь наверняка выведет её на пляж, и она ещё успеет к обеду. Воодушевлённая, она двинулась на свет четвёртой лампы, которая, как оказалось, располагалась у спуска в земляной коридор. Лея смело шагнула на каменные ступени и, сойдя с десятой, наступила в воду. Прилив. Панический страх обернулся учащённым сердцебиением и мокрыми ладонями. Пришлось вернуться к боковому коридору. Только бы он вывел её из подземных катакомб. И также не был затоплен.

Каменная стена бокового коридора располагалась слева. Вдалеке горела лампа. Лея шла на трясущихся от страха ногах. Хотелось проснуться, чтобы это приключение оказалось не более, чем ночным кошмаром.

Сначала Лея подумала, что вернулась в подвал учебного корпуса. Здесь всё выглядело так же. Только лампа была всего одна, и вместо винтовой лестницы к двери в правом верхнем углу вела простая — дощатая, с металлическими перилами. Но если и этот путь окажется закрытым? И не опасно ли подниматься по шатким ступеням? В какой-то миг Лея хотела вернуться и проверить, вдруг дверь в учебном корпусе уже открыта. Но любопытство и желание убедиться, не находится ли она в заброшенном замке, были сильнее. Ведь в крайнем случае можно будет подняться на башню и оттуда позвать на помощь.

Дверь оказалась не заперта. За ней слышались голоса. Мужской и детский. Но едва проржавевшие петли скрипнули, всё смолкло. Лея шагнула в темноту. Хорошо, что при ней была сумочка. Всё-таки правильная рекомендация — всюду носить её с собой. Только бы получилось. Кончиком волшебной палочки Лея очертила круг и произнесла: "Люкс". Короткой вспышки хватило, чтобы оглядеться. Пришлось использовать магию ещё несколько раз, чтобы выбраться из неосвещённого закутка в холл. Здесь было уже не так темно. Сверху через витражи, поросшие снаружи плющом, проникало немного света, как и сквозь щели в рассохшихся дверях главного входа. На пыльном полу чьи-то следы. Вдоль одной из стен статуи в ряд, точно такие же, как и в кабинете директора, только в человеческий рост: мужчина, девочка, старик, юноша, женщина. Лея подходила к каждой и рассматривала, подсвечивая себе палочкой. Ей потребовалось восстановить внутренний покой, что она и сделала с помощью одной из техник тайцзы. А потом стала изучать следы на полу и сравнивать их со своими. Они были не больше, чем у дяди Хенга, и принадлежать могли, скорее всего, человеку в чёрном. Осознав это, Лея вздрогнула и поспешила к центральной двери. Заглянула в щель. Никого. Видно только край разрушенной стены, с которой она однажды упала. Дверь была заколочена изнутри и снаружи.

Лея вернулась к следам. Ведь каким-то путём ходит этот человек? Мистер Снежински. Какой же выбрать ей? На лестницу? Или в левый боковой коридор? Постояв в нерешительности, Лея свернула туда. Следы вели вниз, на цокольный этаж, где по правую руку было несколько дверей. Все они были деревянные с металлическими ручками. Разбухшие от влажности. Здесь было сыро и холодно, должно быть, круглый год. В одну из дверей, приоткрытую, и вели следы. Сердце дрогнуло. Что если он там? Но с другой стороны, кроме него, помочь ей выбраться отсюда некому.

Лея шагнула в комнату. Никого. Сначала она хотела дождаться его здесь, но вдруг испугалась и решила вернуться к лестнице. По следам она добралась до старой голубятни. Но ступени вели ещё выше. Больше всего на свете Лея боялась и желала увидеть его ЗДЕСЬ. Но наверху было пусто. Подойдя к парапету, она посмотрела по сторонам. Никого. Небо было затянуто тучами. Воздух влажный. Вот-вот начнётся дождь. А её, судя по всему, никто не ищет. Стало обидно до слёз. Так хотелось быть сейчас не на загаженной голубями башне полуразрушенного замка, а в Китае рядом с тётей. Позади послышался шорох. Лея вытерла лицо и откинула назад непослушную золотую прядь. Спиной она ощутила тяжёлый взгляд. Сердце забилось быстрее, ладони вспотели, а по телу прошла мелкая дрожь. Её ночной кошмар сбывался. С вершины башни она видела пляж. Такой, каким он был и во сне. А позади — страх, превозмогая который, Лея обернулась. Глаза, чёрные, как сама Тьма, смотрели на неё в упор. Казалось, что ещё мгновение, и Лея навсегда потеряется в этих бесконечных тоннелях. От ужаса забыв, что хотела попросить его о помощи, она даже не могла закричать. И раскатом грома ветер донёс его шёпот: "Лейла".

Лея не сразу поняла, где она находится. Было темно. Её руки коснулись чьи-то пальцы.

— Тётя Чунь, мне снова приснился этот сон. Я была там. Я видела... его. Убийцу, — с трудом проговорила Лея.

— Эй, ты чего? — услышала знакомый шёпот. — Ты в школе. В Эль Кастильо. Здесь нет убийц.

— С-соня... Ты?

— Ну конечно, я. Месье Леру говорит, ты упала в обморок. Он просил дать тебе отвар, когда очнёшься. Его вызвала директор. Кажется, снова что-то случилось с Касперович.

— Снова? — Лея поднялась повыше на подушке. Глаза уже привыкли к темноте. — А что с ней?

— Эй, об этом знает вся школа. Женщина не в своём уме. Особенно, если доберётся до чесночного ликёра, — усмехнулась Соня. — Ты не против, если я зажгу свет?

— Я только за. А сколько времени?

— Пол девятого. Ты пропустила ужин.

— И обед.

— У меня есть печенье и шоколад. Я могу сбегать.

— Угу, — смущённо ответила Лея.

— Эй, я ведь чуть не забыла про отвар.

Соня подала лекарство и вышла. Пока её не было, месье Леру и директор привели под руки Эсмеральду Касперович, напевающую какую-то народную цыганскую мелодию.

— Я принесу успокоительное. Ей нужно проспаться, — лекарь прошаркал мимо Леи и обратно.

— Моя помощь точно не нужна? — спросила МакГрегори.

— Нет. Отдыхайте, директор.

Месье Леру справился о самочувствии Леи, после чего посидел с Касперович до прихода Сони, а потом отбыл в дежурную комнату. Эсмеральда затихла и следом захрапела.

— Эй, весело тебе тут будет, — тихонько сказала Соня. — Ладно. Скоро отбой. Мне пора. Не хочу попасть на штраф.

— Спасибо за печенье.

— Эй, не за что. Поправляйся.

Лея стала присматриваться к Касперович. Иногда учительница явно переигрывала, театрально закатывая глаза. Она рассказывала о былых временах, о том, как здорово было работать в старом Шато Кастильо. На башне была оборудована обсерватория. А сейчас туда только голуби прилетают. И что нынешние ученики совсем не интересуются наукой. А ведь Эсмеральда потомственный астролог. Предсказывает будущее и открывает прошлое. Но дар её не находит нынче применения, и всё из-за директора. Которая ей абсолютно не верит. А все предсказания считает алкогольным бредом.

Зачем Касперович рассказала это всё первоклассникам вместо урока, никто так и не понял. Но Лея осталась, чтобы успокоить её. Сказала, что верит в астрологию и даже сама немного понимает в этом, так как Мастер Ло обучил её основам Ба Цзы. Театрально воздев руки к небу, учительница пригласила Лею на чашку чая. В любое время. Правда, не сказала, где её искать. Или не успела. Пришёл следующий класс, и Лея поспешила на культурологию. Луна Санни не скупилась на штрафы за опоздание.

— Эй, да что с тобой, Лея? Ты сама не своя? Сегодня же праздник! Хэллоуин!!! Обожаю, — Соня пыталась приободрить её. — Почему ты ничего не ешь? Нам ведь ещё веселиться. И танцевать. Понадобится много сил. Нам устраивают дискотеку. Ну съешь хотя бы пироженку!

— Соня, прости. Но... я не люблю Хэллоуин, — Лея замолчала.

— Да ладно тебе, — Соня похлопала её по плечу. — Весёлый праздник. Или отмечать его тебе не позволяет твоя китайская вера?

Лея резко встала.

— Прости, я не хотела тебя задеть, — Соня взяла подругу за руку. — Правда. Прости.

Но Лея отдёрнула руку и поспешила уйти, понимая, что не готова делить свою боль с кем бы то ни было. Эта дата для неё была теперь одной из самых ужасных. День, когда Ворон разрушил монастырь, лишив её дома и возможности продолжать обучение тайцзы. Заставил скитаться по свету, нигде не находя пристанища дольше, чем на год.

— Клара, у тебя ведь есть свежий номер "Магического вестника"? — на лестнице Лее встретилась соседка.

— Ну есть. И что? — задрав нос, спросила Каприс.

— Дай почитать. Пожалуйста, — Лея знала, что Ворон обязательно напоминал о себе в это время. И если происшествие случалось где-то поблизости, тётя Чунь меняла место жительства.

— Хм, — Клара скрестила руки на груди. — Купи. Стоит-то всего ничего. Один деревянный мэджик.

Лея купила газету на следующий день. И через неделю. Поблизости — в Канаде — в магическом мире не произошло ничего экстраординарного. Значит, можно на время расслабиться.

С начала ноября в общем зале, в холле, в комнатах и коридорах, и даже на улице не стихали разговоры о предстоящем национальном празднике Канады — Дне памяти павших[1]. Лея ничего не знала о нём, чем очень удивляла подружек.

И только Дэн не смеялся и не глумился. Он пригласил Лею в библиотеку, где разложил перед ней на столе кучу книг и устроил настоящую лекцию по истории этого праздника. Так что теперь было не стыдно перед девчонками. И даже ответ на вопрос, почему в этот день принято носить маки, Лея знала. Их красный цвет символизирует кровь, пролитую солдатами. Оказалось, что в тяжёлые военные времена маги не оставались в стороне. Они сражались наравне с простыми людьми, так же получали ранения и проливали кровь. Каждый уважающий себя волшебник должен чтить их память. Особенно здесь, в Эль Кастильо. Ведь четырнадцать лет назад на территории школы развернулись страшные события, унесшие не одну жизнь и разрушившие старый замок и часть жилого корпуса. Последний удалось восстановить. А вот вернуть к жизни старый Шато была не в силах даже магия.

Лея слушала, раскрыв рот. И откуда Дэн знает столько интересного?

— Мисс Ли, после обеда я жду вас в моём кабинете, — шепнула МакГрегори Лее, как бы случайно столкнувшись с ней в холле утром 10 ноября. — И оденьтесь потеплее.

— За мной придёт тётя?

-Да.

Сердце ликовало. Наконец-то! Как же она соскучилась по тёте Чунь. Но то, что должно последовать после встречи, омрачало радость. От одной мысли об этом бросало в холод.

В назначенное время Лея Ли вошла в приёмную директора. Над дверью в кабинет светилась красная табличка с надписью "Не входить". Делать нечего, пришлось сесть на лавку и ждать. Казалось, что время стало резиновым. Так уже хотелось увидеть тётю. И так не хотелось приближения вечера. Когда снова повторится... то самое... страшное. Лея вздрогнула. Она всегда старалась гнать от себя тревожные мысли, и в этом ей помогали медитации. Вот и сейчас нужно было просто остановить внутренний диалог.

Лея не заметила, как погасла табличка над дверью. Внезапно она ощутила острую боль в груди. Дыхание сбилось в тот самый момент, когда из кабинета вышел... человек в чёрном. Видимо, он тоже не ожидал столкнуться в приёмной с мисс Ли, потому что на мгновение замер в дверях, а потом прошёл мимо так быстро, насколько ему позволяла его хромота. Стеклянным взглядом Лея уставилась в пол. И даже когда он покинул помещение, она продолжала сидеть неподвижно, скованная страхом. Сколько раз она задавала себе вопрос, что произошло тем вечером на старой башне. Боялась спрашивать, как оказалась в больничном крыле. А главное, почему он назвал её Лейлой?

Кроме короткого "идёмте", МакГрегори не проронила ни слова до самых ворот. Шли быстро. Лею даже передёргивало от частых ударов трости о камень. И как же она была рада выйти наконец на грунтовую дорогу. Ботинки тонули в вязкой грязи, но там, сквозь прутья главных ворот, Лея видела знакомые черты. Обогнав директора, она спешила в объятия любимой тёти.

МакГрегори сняла защиту. Цепи и замки звякнули. Ворота открылись.

— Тётя Чунь! Я так соскучилась!

— И я, моя милая.

— Кхм, кхм, — кашлянула МакГрегори, обращая на себя внимание. — Добрый вечер, миссис Ли. Я бы хотела поговорить с вами. Дело в том, что... Лея очень похожа на...

— Простите, директор, — резко перебила Чунь Шэн. — Сейчас не время... И не место. Но я вернусь. Обязательно. А сейчас мы очень опаздываем. Ещё раз прошу прощения, — тётя одной рукой взяла Лею за запястье, а другой, которую до этого держала в сумочке, распылила в воздухе порошок, произнеся заклинание на китайском.

Почти бегом Лее пришлось проследовать за Чунь Шэн по жухлой траве вдоль дороги, прежде чем они оказались у внедорожника.

— Садись скорее, — тётя затолкала её внутрь, а сама села за руль. Мотор взревел. — Я вынуждена была применить порошок исчезновения.

— Но ведь он от простолюдинов.

— Не обязательно. Главное, правильно его заколдовать, — ответила Чунь.

— Раньше ты никогда не пользовалась при мне магией, — с досадой произнесла Лея.

— Была вынуждена. А сейчас... вынуждена использовать. Директор задаёт слишком много вопросов, — тётя серьёзно посмотрела на Лею в зеркало заднего вида.

— У меня тоже есть вопросы.

Чунь Шэн ничего не сказала. Вывернув на Кейп-Беар-роуд, она прибавила скорость и спустя несколько минут свернула на Бич-роуд, ведущую к побережью. Среди деревьев виднелся двухэтажный дом. На вид заброшенный. Заколоченные накрест окна. Покосившаяся дверь.

— Надень капюшон, — скомандовала тётя, выбираясь из машины, оставленной в кустах.

Всё, что могла видеть Лея, входя в здание, это грязные ступеньки и обшарпанная дверь. А над ухом как будто что-то скрежетало на ветру. Внутри пахло затхлостью. Пол был то ли грязный, то ли земляной. Чунь Шэн держала ладонь на затылке Леи, чтобы та не поднимала головы. Затем они прошли по скрипучей лестнице на второй этаж. Войдя в комнату, тётя наложила на ветхую дверь и на засаленное окно заклятия, не позволяющие их открыть до утра.

— Когда это начнётся, ты будешь держать меня за руку? — дрожащим голосом спросила Лея.

— Да, Мэй-Мэй.

[1] День памяти павших — памятный день в странах Британского содружества наций, отмечаемый ежегодно 11 ноября и призванный увековечить память всех солдат Британского содружества, погибших в конфликтах с участием Великобритании

— Эй, подруга! Ты где была всё это время? — Соня с радостью обняла Лею, когда в воскресенье вечером та вернулась в комнату для девочек.

— Я была с тётей.

— Ты столько интересного пропустила. Десятого перед отбоем я видела, как месье и мадам Леру заносили целую коробку перевязочных под лестницу. А ночью — мне Сара рассказала — из старого замка доносился такой страшный вой, что стыла кровь.

Лея почувствовала, как ладони стали влажными. Она села на кровать. А Соня наклонилась и, несмотря на то, что в комнате они были одни, продолжила шёпотом:

— Было ведь полнолуние.

— Что?

— Полнолуние, — уже во весь голос сказала подруга и плюхнулась на свою кровать, заложив руки за голову. — Время оборотней.

— Оборотней?

— Ну да.

Открылась дверь, в спальню величаво вошла Клара.

— Райс решил заработать себе популярность откровенной ложью, — с порога заявила она.

— Что? Дэн не такой. Он честный, — вступилась Лея за мальчишку, ставшего ей другом.

— Как и твоя глупая сестра, — сказала Клара Соне. Та сразу вскочила.

— Эй! И вовсе Сара не глупая. Она самая умная в классе. И красивая.

— Но-но. Умные не шатаются по улице при полной луне, — Каприс ехидно усмехнулась.

— Это всё он виноват! Он потащил её!

— Так, девочки, хватит, — Лея предприняла попытку предотвратить ссору.

По разъяренному виду Сони было понятно, что просто так обидные слова в адрес своей сестры она не оставит.

— Девчонки, — в комнату заглянула каштановая голова Кэтрин, — тьютор ждёт вас в холле.

— Идите, я догоню, — Клара достала свой рюкзак и принялась в нём рыться.

Лея и Соня вышли в холл. Оказалось, что Луна Санни устроила жеребьёвку. Ученицы подходили к столу и, запуская руку в большую цветастую шапку, вытаскивали бумажку с именем преподавателя, которому нужно было подготовить рождественский сюрприз.

— Не ходили ещё? — к девочкам подошла Клара.

— Нет, — ответила Лея за двоих.

— Иди, МакБраун, — Клара подтолкнула Соню в спину. — Я после тебя. Потом Ли. Идёт?

— Угу, — ответила Лея.

Александра Бих — преподаватель истории и географии — была настолько стара, что на время перемены часто засыпала прямо за столом, склонив на грудь седую голову. Её не мог разбудить даже гвалт ребятни. Единственное, если в классе становилось слишком шумно, она начинала храпеть. Но сразу затихала, как только ученики замолкали.

— Как ты думаешь, что ей подарить? — указывая взглядом на старушку, спросил Лею Дэн на перемене между географией и историей.

— Ночной колпак, — влезла в разговор Клара, наклонившись над партой.

— Или будильник, — поддержала шутку Соня.

— Может, сладости? — робко предложила Лея.

— Неплохая идея. Посоветуюсь с Крисом, — Дэн почесал переносицу. — Я думаю, других вариантов у нас не будет.

— Эй, зря отказываешься от будильника, — громко рассмеялась Соня, чем спровоцировала резкий всхрап учительницы.

Клара захихикала. Тут прозвенел звонок, и миссис Бих бодро подняла голову, как будто и не спала вовсе.

— Дэн, мы можем поговорить? После обеда, — Лея с мольбой заглянула в его серые глаза.

Райс кивнул.

На улице было довольно холодно. А в холле было так шумно и многолюдно, что пришлось отложить серьёзный разговор до вечера.

— Ты поняла что-нибудь по алхимии? — спросил Дэн, когда с Леей спускался по центральной лестнице незадолго до ужина.

— Немного. Иногда это так сложно. Сегодняшняя тема про растворы... Я повторю перед сном.

— А я ничего не понял. Боюсь, меня исключат, — Дэн остановился и вздохнул.

— Перестань. Если кого-то исключат, то это буду я. Ты превосходно знаешь историю. Ты...

— А ты разбираешься в астрологии и ботанике.

— Зато наколдовать я могу разве что блекло светящуюся палочку. Мы ведь в школе магии.

— Статиков же не выгоняют.

— Да. Ты прав. Значит, и нас не выгонят, — улыбкой Лея подбодрила друга. — Дэн... Я хочу спросить кое-что. Это важно.

Она осторожно взяла его под локоть и завела под лестницу. Туда, где однажды попала в подвал. Сердце ёкнуло — дверь была приоткрыта. Ребята переглянулись.

— Нет, Дэн, — Лея взяла его за руку, — мы туда не пойдём. Пожалуйста.

— Хорошо, — было заметно, что он расстроился. — О чём ты хотела поговорить?

— О полнолунии, — тихонько ответила Лея. Райс округлил глаза. — Ты ведь в курсе, о чём говорят в школе?

— Да. К тому же я слышал это и сам.

Теперь глаза округлила Лея.

— Ты ходил к старому замку ночью?

— Нет. Я... вообще гостил у прабабушки. В Бич Пойнт.

— Но... — Лея даже не знала, что сказать. — Я... я думала, ты слышал ЕГО. Здесь. В замке.

— Я слышал его в... "Таверне призраков", — шепнул он на ухо название. — Это на побережье. По пути на маяк Бич Пойнт. Простолюдины не видят это место. Оно под особыми чарами. Как и наша школа.

— Ты... был там?

— Однажды мимо проходил, когда мы решили устроить семейный пикник на Мюррей Хэд.

— И... что там?

— Обычное заброшенное здание. Заколоченные окна, дверь на одной петле. Всё скрипит и шатается. Ничего особенного. Разве что внутри обитают привидения.

Лея вытаращила глаза.

— Настоящие?

— Будь уверена. А теперь ещё... и оборотень. Мы слышали вой и крики в ночь на одиннадцатое. Жуть. А что касается слухов о том, что здесь творилось то же самое...

— Но ведь школа под защитой.

— Да. Извне оборотень не проникнет. Но что если он внутри?

— Тот, кто живёт в старом замке?

— Человек в чёрном, — прошептали они одновременно.

— Дэн... Дэн, — Лея взяла его за руки. — Я... мне страшно. Я... мне попался он. Сюрприз на Рождество, — она прикусила нижнюю губу, чтобы не расплакаться при мальчишке.

— Не бойся. Он ничего тебе не сделает на празднике. К тому же... я буду рядом, — Райс улыбнулся.

— Ой, ну надо же, — послышался голос Клары. — Можете больше не прятаться по углам. Вас застукали, голубки.

Лея выглянула из-под лестницы и увидела Каприс, перевесившуюся через перила. Рядом тут же возникла взъерошенная голова Сони.

— Эй, нашли время в прятки играть. Идёмте скорей, а то ужин остынет.

— Ты и правда будешь делать ему подарок? — Соня рассмеялась. — Он ведь даже не преподаватель. Живёт здесь. То есть там, в старом замке.

— В нём ведь даже отопления нет. Наверное, — Лея отложила спицы. — Хорошо, что тётя привезла пряжу. Я хотя бы не разучусь вязать.

— Знаешь... Если он оборотень...

— Тогда почему он не превращался в октябре и сентябре?

— Эй, почём я знаю? — Соня полезла в чемодан. — Хочешь покажу, что я приготовила для мистера, то есть сеньора Дельгадо?

— Красивый ремень.

— Узор я сама выжгла. Магией. Ты должна поговорить с МакГрегори. Или миссис Санни.

— О чём?

— Тебя не смущает, что кроме тебя этот человек не попался больше никому?

— Может, я просто спрашивала не у тех, — Лея вернула ремень и снова взялась за вязание. — Это не важно. Праздник ведь для всех.

— Эй, Сара говорит, что его вообще раньше никогда не было в списках. Он здесь никто. И звать никак. Если бы мистер Хорс не уехал в тот день, мы бы и не узнали, что Снежински способен провести урок.

— Ты права. Чем он вообще здесь занимается?

— Сара говорит, ингредиенты для магических снадобий готовит. Этот курс начнётся с третьего класса.

— А кто будет вести?

— Эй, ясно, кто. Корнелиус Хорс. Слушай, может, всё-таки сходим в парк? Весь класс там.

— Нет, Сонь. Я должна быть уверена, что закончу комплект вовремя, — Лея пересчитала петли. — Но я готова попить с тобой чаю.

— Идёт, — Соня соскочила с кровати. — Схожу за чашками, — она вышла в комнату досуга и вскоре вернулась.

Но чаепитие не удалось. В спальне появилась тьютор.

— Мисс Ли, директор просила передать вам письмо. Вот, возьмите, пожалуйста, — сказала она певучим голосом.

— От тёти? — спросила Соня, когда миссис Санни вышла.

— Угу. Она... приедет только после Рождества. Если... получится вообще. Я так боюсь за неё.

— Эй, не расстраивайся. Впереди ещё целый месяц.

— Она хочет увезти меня в Таиланд.

— Там тепло, — мечтательно произнесла Соня.

— Да. Я бы хотела, но... Мне лучше остаться здесь. В школе.

— Эй, да ты чего? Сара однажды осталась. Говорит, чуть с тоски не померла. Ты ведь скучаешь по тёте.

— Да, но... боюсь... мне от неё попадёт.

С декабря на острове Принца Эдуарда начались бури и метели. На улицу выходить не хотелось. Но и в жилых комнатах стало холодно. Кровать Леи стояла возле самого окна, и оттуда постоянно дуло. Она спала в одежде — тонкое одеяло не спасало. Соня отдала ей своё, школьное, потому что из дома родители прислали ей толстое, пуховое. Натали, кровать которой находилась в противоположном углу напротив Сониной, не любила жару, и ей было комфортно. А между кроватями Клары и Кэтрин был камин, и девочки не мёрзли. Лея же всё чаще задумывалась о поездке с тётей в Таиланд. Но как быть с медальоном? Не брать же с собой? Безопасно ли оставлять его в школе — непонятно.

Уже в конце первой недели декабря Лея заметила, что в новом крыле значительно теплее. Она засиживалась допоздна в библиотеке, где тоже было прохладно, но всё же не настолько, как в спальне. Из щелей немного поддувало, но не так сильно, как в общей душевой на пятом этаже, в которую никогда не заглядывало солнце. А в комнате досуга в боксе на пять спален хотя и не было окон, но одного камина явно не хватало на такую площадь.

От Дэна Лея узнала, что мальчики с четвёртого этажа вообще не мёрзли. Да, было немного свежо, но никто от этого не страдал. Самыми тёплыми местами оказались первый и второй этажи. А самым холодным — пятый. На шестом же, где местами были выбиты окна, гнездились птицы. А ещё, судя по ходившим среди учеников байкам, жили призраки.

По рассказам Сони в начальной школе значительно теплее. Потому что голубятня, расположенная над восточным крылом, обогревалась. А вот девочкам северной части здания просто не повезло.

Лея всё чаще думала о человеке в чёрном. Как он живёт в полуразрушенном замке? Без отопления и... Что он вообще ест? Может, он не оборотень, а вампир? Этой догадкой она поделилась с подругами. Клара сразу её засмеяла и повела в библиотеку. Оказалось, что вампиры, наоборот, предпочитают жить в тепле. Так им нужно реже искать жертв.

— И вообще, ты слишком много о нём думаешь. Подготовь лучше подарок для мадам Леру. Хочешь вместе со мной? — предложила Клара. — Или вон, для Сальмы Принц. Может, тебя вообще разыграли с этим Снежински? — она усмехнулась и стала наматывать локон на палец.

— Да кому это могло прийти в голову? Если уж он мне попался, значит, надо, — заявила Лея.

— Ну и глупая. Ему не привыкать. Он не заслужил подарка.

— Почему это? Я даос, но мы с тётей всегда делаем друг другу сюрпризы на Рождество. Это приятно.

— Ты бы стала жить в заброшенной холодной развалюхе по доброй воле?

Клара ждала ответа, глядя на Лею своими бледно-голубыми глазами. И, не дождавшись, продолжила:

— Ясно же, его просто не пускают сюда. Узнать бы почему, — она перевела задумчивый взгляд в потолок. — Может, он опасен для учеников?

— Не говори ерунды. Директор доверила ему провести уроки. Пойдём в буфет. Я так замёрзла. Нужно подкрепиться.

— Иди. Я к брату схожу.

В буфете, вход в который находился в длинном коридоре сбоку от кухни, из посетителей была только Касперович. Она стояла у барного столика, закутавшись в большую пуховую шаль. Лея поздоровалась и прошла к стойке.

— Две булочки с изюмом и чай, пожалуйста. Ой! Только... две булочки, — исправилась она, поняв, что не хватает мэджиков.

— Милочка, вы ведь так и не зашли ко мне в гости, — улыбнулась своими золотыми зубами учительница.

— Да, простите.

— Так идёмте же, идёмте, — театрально всплеснула Касперович руками. — Я на пятом живу. За библиотекой прямо по коридору.

— Я думала, там ничего нет, — они вышли из буфета.

— А где же мы тогда все живём, по-вашему? — Лею рассмешила её наигранность.

— Никогда не задумывалась, — соврала она.

— Давно говорю директору что-нибудь сделать с этими окнами, — они поднимались по лестнице, где гуляли сквозняки.

— Разве их нельзя поправить магией?

— Можно. Но это не долговечно. Каждую зиму мёрзнем. С тех самых пор, как было совершено преступление, — цыганка сказала это с таким пафосом, что Лея вздрогнула, но потом вспомнила, что учительница склонна к преувеличениям, и мысленно улыбнулась. Наверняка какой-нибудь местный хулиган случайно разбил окно неизвестным даже ему проклятием, и поэтому дыру в форточке между пятым и шестым этажами никак не заделать, потому что никто не знает, какое контрзаклинание нужно использовать.

Войдя в стеклянную дверь нового крыла на пятом этаже, Лея больше всего боялась столкнуться с директором или тьютором. Ведь они так и норовят отправить её в спальню или сообщить плохую новость. Но коридор был пуст. Только из библиотеки слышался строгий голос МакГрегори, отчитывающей какого-то нерадивого ученика. За упитанной цыганкой и её теплой шалью Лею было точно не разглядеть.

Комната Касперович оказалась самой последней на этаже. Точнее, это были две комнаты, узкие и длинные. Одна, окно которой выходило на центральный вход, выполняла роль спальни, а вторая — с видом на развалины — гостиной.

— Проходите, милочка, — жестом хозяйка указала на продавленный диван с засаленными подлокотниками, но укрытый парчовой накидкой, расшитой золотом.

Лея села, а цыганка шагнула к окну и раздвинула шторы. Лучи солнца упали на широкий подоконник и немного на стену.

— Огын[1], — Касперович направила палочку на камин, где тут же заплясали языки пламени.

— У вас тепло, — Лея осмотрелась. В комнате было много вычурных вещей. Хозяйка подошла к овальному столу у камина, где у неё стоял большой блестящий самовар. Лея видела такие только на картинках.

— Берите стул, милочка, будем пить чай. Булочки свои с собой заберёте, а у меня черёмуховые пирожные, — Эсмеральда достала из холодильника, стоявшего в углу и сверкавшего золотом, коробочку с бисквитами. Потом с помощью волшебной палочки она левитировала по воздуху баночки с вареньем и мёдом из шкафчика.

Эти двое мило беседовали об астрологии, небесных телах и судьбах людей, допивая по второй чашке согревающего чая, когда вдруг произошло нечто необъяснимое.

Касперович, ещё мгновение назад заливисто смеявшаяся над своей собственной шуткой, вдруг опрокинулась вместе со стулом и чашкой назад. Остатки чая вылились на ковёр и смешались с другими пятнами. Глаза учительницы широко раскрылись, и она начала говорить визгливым, будто не своим, голосом.

— Чёрная стая летит. Ворон ищет добычу, созданную человеком от человека. Нельзя погасить Свет, ибо будет Тьма, — она повторила это три раза, слово в слово, и какая-то неведомая сила вернула её обратно к столу вместе со стулом.

Касперович начала икать, а Лея сидела как истукан и смотрела на неё испуганными глазами.

— Что с вами, ик, милочка? — в голос хозяйки вернулась театральность.

— Слишком горячий чай, — соврала Лея, отодвигая почти пустую кружку подальше. — Пожалуй, я пойду. Спасибо, — она медленно встала.

Ноги не слушались. Всё тело было сковано страхом.

— Булочки! Булочки забыли, милочка, — Касперович догнала Лею в дверях и сунула в руки пакетик.

От чего её трясло? От холода? Или от жуткого зрелища и непонятных слов? Ясно одно: нужно прийти в себя и поговорить с директором. Всё-таки не зря Клара на прошлой неделе назвала цыганку сумасшедшей и заявила на весь класс, что таким не место в школе. Благо, самой учительницы в кабинете в этот момент не было.

[1] Огын — Огън (болг. огонь)

За неделю до Рождества учителя вдруг начали задавать домашние задания. На каникулы. А Касперович временно отстранили от уроков. Ходили слухи, что она беспробудно пьяна. Лея не могла в это поверить и всё порывалась к ней зайти. Но ни разу не дошла до её комнаты — посреди коридора разворачивалась и бежала обратно. Невыносимо даже вспоминать произошедшее с цыганкой за чаепитием, не то что видеть подобное ещё раз. Как бы ни хотелось верить, что это была лишь мастерская инсценировка, страх не пускал Лею в самую дальнюю комнату нового крыла пятого этажа.

Вместо Касперович бытовую магию у первого класса провела Сара МакБраун — весьма способная ведьма для своего возраста. А человекознание директор доверила мистеру Снежински. Лее показалось, что он уже почти не хромал.

— Эй, ты всё ещё хочешь делать ему подарок? — спросила Соня после урока.

— Конечно. Но... знаешь, я думаю... передам через директора. Он пугает меня, и... помнишь, я кричала во сне?

— Когда разбудила пол этажа? — усмехнулась Соня. — Такое забудешь.

— Мне снился его взгляд. Я... боюсь его.

— Эй, не ты одна. Помню, он нас здорово перепугал с девчонками в начальной школе. Правда... мы сами были виноваты. Бросались в него землёй, — пояснила, опустив глаза, Соня в ответ на удивлённый взгляд Леи.

— Но зачем?

— Эй, почём я знаю? Мы были детьми. Энергию девать некуда, а ума нет.

— Теперь понятно, почему он смотрит в нашу сторону с такой неприязнью.

— С неприязнью? Да он люто нас ненавидит! Всех! — воскликнула Соня достаточно громко, чем привлекла внимание ребят.

Потом сказала тихо:

— Он раньше в Сан-Бессетт преподавал.

— Где? — Лее показалось это название знакомым.

— Клиника имени Святого Андре Бессетта. У меня там мама работает. Говорит, очень удивилась, когда увидела его здесь. Просто... он больше не может колдовать. Для волшебника это трагедия, — с грустью закончила Соня.

В пятницу 16 декабря директор устроила праздничный ужин с дискотекой в честь окончания первого триместра. В этот же день ученики поздравляли учителей с предстоящим Рождеством. Преподносили подарки, показывали инсценировки, пели песни и танцевали, устраивали магическое шоу. Кто во что горазд. Лея же высматривала ЕГО. Хотела вручить сделанный своими руками подарок — вязаный комплект из шапки и шарфа. Увидеть на его усталом лице не злость на весь мир, а улыбку. Сама не понимая почему, Лея чувствовала, что он так же одинок в этом мире, как и она, никогда не знавшая своих родителей. Если бы не тётя, её сердечко наверняка зачерствело бы, глаза стали пустыми и безжизненными, а лицо приобрело то самое выражение, что свойственно по-настоящему одиноким людям. Людям, которые отталкивают от себя, но бесконечно хотят тепла.

— Сонь, его здесь нет, — отвела подругу в сторонку Лея.

— Эй, не выдумывай проблему на ровном месте. Передай через директора. И пошли веселиться.

— Не знаю... Я бы так и сделала, если бы тоже завтра уезжала, но... я ведь остаюсь. Может... позже подарю.

— Эй, Лея, правда, отдай ты этот свёрток директору. Идём, а то праздник закончится, а ты ещё не танцевала. Там так весело, — Соня потащила её в гущу событий.

— Ладно. Ладно, я пойду. Только отнесу подарок в спальню и вернусь.

Лея вышла из шумного зала, поднялась по центральной лестнице, слушая вой ветра за окном. Жаль, что человек в чёрном не пришёл на праздник. Должно быть, ему сейчас так же холодно, как и ей здесь, на пятом, где в дырявую форточку влетает морозный воздух. Лея поёжилась и открыла стеклянную дверь в холл. Немного теплее.

— Ну почему, котёнок? — услышала она чей-то приглушённый голос.

И в ответ испуганное:

— Тише, здесь кто-то есть.

Лея замерла. Из-за спинки дивана показалась взъерошенная голова Сары.

— Соне ни слова, — округлившиеся серо-голубые глаза старшей МакБраун смотрели с мольбой.

— Что? — не поняла Лея и пошла к другим стеклянным дверям, ведущим в коридор.

— Котёнок, э, ты куда? — из холла донёсся недовольный голос.

Входя в спальню, Лея слышала, как хлопнула входная дверь комнаты досуга, и быстрые шаги. Боковым зрением она увидела Сару.

Здесь было тихо. А стоит ли идти по холоду на праздник, где единственным плюсом было тепло? Или лучше закутаться в два тонких одеяла и уснуть, пока не вернулись шумные девочки, разгорячённые танцами?

Наутро школа опустела. Ребята разъехались на каникулы. Из учеников задержалась только Лея, пара старшекурсниц и два мальчика. За столом учителей тоже было много пустых мест. В школе остались: МакГрегори, Касперович, сеньор Дельгадо, месье Леру и... человек в чёрном — мистер Снежински. Он появился в общем зале лишь один раз — в обед, в день, когда начались каникулы. Больше Лея его не видела в учебном корпусе.

Погода установилась относительно спокойная. Да и Соня оставила Лее своё пуховое одеяло. Так что, кроме скуки, жаловаться было не на что. Лея занималась тайцзы, изучала французский или готовила домашние задания. Много гуляла в парке и на побережье, считая дни до приезда тёти. На тумбочке около кровати лежал свёрток для мистера Снежински. Аккуратными буквами на упаковке было написано "С Рождеством".  Каждый раз, приходя в спальню, Лея вздрагивала, вспомнив, что так и не вручила подарок, а времени до праздника оставалось всё меньше. И вот, в субботу, возвращаясь к вечернему чаю, она увидела на старой башне ЕГО. Да уж, вязаный комплект ему точно пригодится. Лея побежала к школе. Она не пошла в столовую. Сразу поднялась на пятый этаж в свою комнату за свёртком. Лучше будет передать его через директора.

МакГрегори в кабинете не оказалось. Феникс светил красными глазами, что означало: "Приёма нет". Спускаясь по центральной лестнице, Лея услышала сбоку какую-то возню и звяканье. Она перегнулась через перила, ожидая увидеть злобное лицо человека в чёрном и наконец вручить ему рождественский подарок. Но... на неё смотрел добродушный месье Леру.

— Мисс Ли, сегодня, говорят, вкуснейшие ватрушки к чаю, — он погасил фонарь, что держал в руке, сунул в карман связку ключей и пошаркал вверх по лестнице.

Лея, дождавшись, пока он скроется за углом, спустилась, подёргала дверь, ведущую в подвал, и... удивилась. Старик, видимо, забыл её замкнуть. Какая удача! Удостоверившись, что никого рядом нет, Лея юркнула внутрь. Внизу было прохладно и сухо. На стенах всё так же горели керосиновые лампы. Земляной потолок прохода промёрз насквозь. По верху стены тоже был иней. Лишь над керосинками — подтаявшие участки. Капли влаги падали на лампы и оттуда, скользя по стеклянному корпусу, — на каменный пол.

Поднимаясь по шаткой лестнице из подвала старого Шато, Лея вдруг испугалась. Что если эта дверь заперта? А вдруг и в школу не получится вернуться? Ругая себя за глупость, она всё же потянула ручку двери. Петли скрипнули. Лея шагнула в темноту. Не решаясь идти дальше, она просто стояла и... плакала. Назад возвращаться тоже было страшно. Но и оставаться ночевать в подземелье не хотелось.

— Показалось что ли? — в темноте Лея отчётливо услышала голос.

Слёзы вмиг высохли, ритм сердца ускорился.

— Ветер, — ответил низкий мужской голос.

"Здесь кто-то есть!" — Лея не знала, радоваться ей или пугаться. Она сделала шаг вперёд. Дверь за ней снова скрипнула и хлопнула. Воцарилась тишина. Только стук сердца напоминал Лее, что она ещё жива. Хорошо заветная сумочка с собой.

— Люкс, — палочка блеснула лучами света. Лея ещё несколько раз пользовалась заклинанием, чтобы выйти в холл. В западном окне, над статуями, догорал последний закатный луч. Сгущались сумерки.

— Кто здесь? — голос дрогнул. Никто не ответил.

Лея осмотрелась. С левой стороны за лестницей из коридора виднелись отблески огня. Она пошла туда. Оказалось, что в подземелье в углу на полу стоит керосиновый фонарь. А дальше — полоска света вдоль стены, пробивающаяся из комнаты. Лея спрятала палочку и пошла туда. Остановилась у двери. Постучала. Тишина.

— Мистер Снежински, вы здесь? — громко срывающимся голосом спросила она.

Никто не ответил. Лея подёргала ручку. Дверь открылась. Рядом на полу тоже стоял керосиновый фонарь. В комнате царил полумрак. На столе трещал свечной огарок, и над горелкой побулькивал котелок, в котором медленно варилось нечто ароматное. Положив свёрток на край, Лея хотела сразу же вернуться в учебный корпус, пока дверь снова не закрыли. Но её внимание вдруг привлекла раскрытая книга на столе. "Душа Феникса. Спаржецветные. Однодольные" — был подписан рисунок с удивительным сиреневым цветком. Точь-в-точь таким, как во сне Леи. Пролистав несколько страниц, она поняла, что это очень редкое растение даже в магическом мире, а обычным людям оно и вовсе неведомо. Чем же занимается этот таинственный мистер Снежински? Лея огляделась. В комнате был неработающий камин. Впрочем, в нём лежал пепел. Так что, возможно, человек в чёрном не сильно страдал от холода. В комнате было два небольших окошка под промёрзшим в углах потолком. Между ними кровать. Точнее, толстый матрас на полу, прикрытый тёмно-зелёным покрывалом. В дальнем углу рукомойник, раковина и полочка с зеркалом. Зубная щётка, бритвенный станок, кусок мыла — ничего удивительного. Удивительное было в шкафах со стеклянными дверцами — столько книг Лея видела разве что в библиотеке. Долго она их разглядывала, пока ей не попалось на глаза пособие по игре в шахматы. Заинтересовавшись, она позволила себе открыть шкаф и взять эту книгу в руки. Потом ещё одну. Время перестало существовать. Никогда прежде Лея Ли не могла подумать, что когда-либо в жизни её заинтересует такая вещь, как "Практическое использование лишайников". А за толстенным томом этой книги — во втором ряду — виднелась тонкая брошюра в нежно-розовом переплёте. Рука сама потянулась вглубь шкафа. Откуда у злобного человека в чёрном такая милая вещица с цветами на обложке? Оказалось, это простой фотоальбом. То есть не совсем простой. На первой странице темноглазый юноша. Волосы чёрные, удлинённые — до плеч — контрастируют с белоснежной рубашкой. Слишком угрюмый для своего возраста. Руки скрещены на груди. На пальце перстень. На шее виден фрагмент чёрной цепочки.

Ой! Лея чуть не выронила из рук альбом. Показалось, что губы юноши на мгновение презрительно скривились. На следующей странице групповое фото на фоне каменной стены с надписью на латыни "Scientia est Potentia" (Знание — Сила). Лея не стала разглядывать лица и перевернула страницу. Дыхание перехватило. На неё смотрела... она сама. Те же изумрудно-зелёные глаза. Густые медно-рыжие волосы с золотой прядью, падающей на лицо в веснушках. Только вот... платья такого — василькового цвета — у Леи никогда не было. Что это? Откуда? Шум в голове. Или... шум в коридоре?

Трясущимися руками Лея сунула альбом на место и прикрыла его томом про лишайники. Как она ни старалась делать всё тихо, стекло в дверце шкафа предательски звякнуло. Но всё же она успела скрыть следы преступления. Хотя её следы на полу могли рассказать многое. Лея не знала, куда ей деваться. Только бы не заплакать, когда он войдёт. А шлёпающие звуки шагов по коридору тем временем становились всё ближе.

Шаги смолкли будто бы у самой двери, что осталась открытой. Сердце Леи билось так сильно, что, казалось, выпрыгнет наружу. Особенно, когда в комнату вместо человека заглянула усатая драконья морда. Ноздри вздымались, выпуская пар. Жёлтые глаза с вертикальными зрачками смотрели прямо на Лею, но будто бы не замечали её. Дракон принюхивался. И когда его когтистые лапы оказались в комнате, раздался пронзительный крик. Бедняга даже поскользнулся, пятясь назад. После чего быстро пошлёпал по коридору дальше. Лея отдышалась. Схватив с пола керосиновый фонарь, она поспешила уйти из старого Шато.

— Это девчонка, — произнёс женский голос в холле, и снова всё стихло.

Лея остановилась у подножия лестницы. Подняла фонарь повыше. Никого. Только наверху мелькнула чёрная тень. Или... показалось?

Спустившись в подвал, Лея вдруг ощутила первобытный страх. Мокрые ладони, дрожь и трясущиеся коленки. Ну ничего. Всё позади. Больше в старый замок она ни ногой. Пройдя два подземных коридора, она оказалась в подвале учебного корпуса. Наконец-то, никаких драконов и странных голосов. Чисто, сухо и... закрыто.

Сколько же сейчас времени? Рука дрожала от тяжёлой лампы. Лея поднялась по шаткой лестнице в холл старого Шато. Скрипучая дверь снова возвестила о её приходе кому-то, кто переговаривался в темноте. Ступени в боковой коридор цокольного этажа. Хм... Кто-то забрал фонарь. Только бы не столкнуться нос к носу с драконом. Лея переложила тяжёлую ношу в левую руку и на всякий случай достала волшебную палочку. Вдруг придётся защищаться. Даже если не получится жалящее заклинание, которому подруг обучила Клара, то хотя бы можно будет ткнуть противника палочкой.

Но за какой же дверью комната человека в чёрном? Лея прикрыла фонарь палантином. Да, в темноте появилась чуть заметная полоска света на полу. Как же страшно... Но не оставаться же пленницей подземелья. Лея постучала. Казалось, прошла целая вечность, прежде чем дверь скрипнула, открываясь. В глаза ударил свет фонаря. Его фонаря. Свой Лея давно опустила. Тяжело было держать его на весу. Прикрыв глаза от света тыльной стороной ладони, она начала:

— Простите. Сэр, — от страха слова застревали в горле. — Там дверь... закрыта. И я...

— Какого чёрта вы вообще здесь делаете? — гневно прошипел человек в чёрном.

— Я... принесла вам... подарок... Дверь закрыли, и я... вернулась.

Человек в чёрном выругался.

— Ждите здесь, — дверь хлопнула перед носом. Лея убрала руку от лица и переложила в неё фонарь. Палочку сунула в сумку. Шагнула назад.

Дверь резко открылась.

— Идите за мной, — мистер Снежински взял из её рук тяжёлый фонарь.

Лея еле поспевала за ним. Он шёл быстро и, кажется, даже не хромал. За всю дорогу не проронил ни слова. Пару раз оглядывался, чтобы удостовериться, шла ли она следом. И вот наконец винтовая лестница под учебным корпусом. Человек в чёрном раскрыл дверь и выпустил Лею в холл.

— Не суйтесь больше в старый замок. Мисс, — угрожающе сказал он.

— Угу. Я просто принесла пода...

Снежински захлопнул дверь. Раздался щелчок замка и стихающие шаги.

Он даже не стал слушать. Лея вышла из закутка и, одолев всего несколько ступеней, обессиленная села на лестницу и заплакала. Она всего лишь хотела сделать приятное на Рождество. Но, столько пережив, получила в ответ только... плевок в душу. Да ещё это фото. Откуда оно у него? Почему на нём... ОНА?

Тётя Чунь забрала её в понедельник. Приехала так же, на машине, но уже на другой. Все каникулы они провели в Шарлоттауне, лишь однажды выехав на материк в портовый город Сент-Джон, в котором находился самый знаменитый музей Нью-Брансуика. Среди представленных произведений местных художников и скульпторов с начала XIX века до современности Лея с удивлением обнаружила работу неизвестного мастера — фигурку девочки лет семи-девяти. Точь-в-точь такую же, как в кабинете директора школы Эль Кастильо, только без медальона.

За неделю Чунь Шэн сменила три машины и четыре отеля. Лею это изрядно утомило. А в понедельник второго января вместо школы тётя привезла её... в Саммерсайд, что в округе Принс. Объяснив это соображениями безопасности, Чунь Шэн Ли сняла на три дня домик, запрещая Лее не только покидать его, но и подходить к окнам или двери. А затем они вернулись в округ Кингс.

— Зачем мы остановились в Монтегю? Я и так много пропустила. Или ты опять решила поменять мне школу? — спросила Лея в четверг, выходя через лавку украшений "Ше" в магический квартал.

— Нет, ты остаёшься в Эль Кастильо. Пока что.

— Пока что? Хоть там и собачий холод, но... меня ждут... друзья. Я ведь... не смогу даже написать им, если... мы снова переедем.

— Так и есть. Безопасность важнее, пойми.

— Я устала.

— Я тоже, Мэй-Мэй.

Лея попала в школу только в пятницу шестого января. И то лишь после обеда. Кое-как дождавшись вечернего чаепития, Лея набросилась на пирожки. А все выходные и вечера следующей недели она посвятила учёбе. Пропустила она действительно много. Но если бы не помощь друзей, так быстро она бы не справилась.

— Эй, что это? — однажды в конце января спросила Соня, застав Лею с книгой на китайском.

— Да так. Тётя на Рождество подарила. Ничего особенного. Просто сборник китайских народных сказок, — ну нельзя быть такой беспечной. Если бы закрылась пологом, не пришлось бы врать подруге, скрывая книгу по боевому искусству.

Если тётя узнает, что пособие с тайными знаниями тибетских мастеров видел кто-то посторонний... Впрочем, Соня не посторонняя. Да и Клара, которая в тот же день попросила перевести одну из сказок. Лея не нашла ничего лучше, как рассказать историю встречи царевны династии Цинь с драконом, взяв за основу свой недавний поход в старый замок.

Толстенную книгу приходилось носить с собой в рюкзаке — это было наставление тёти. Плечи болели от такой ноши. Но ослушаться Лея не могла. Безопасность превыше всего. И несмотря на это, факт обнаружения собственного фото в шкафу угрюмого обитателя старого замка она от тёти скрыла.

В самые холодные дни согревало общество друзей. Ребята проводили вместе много времени. Гуляли в парке в безветренную погоду.

— Ты с каждым днём всё грустнее, Лея, — Дэн шёл рядом. — Сходим на побережье?

— Нет. Там ветер. Я бы вообще не хотела выходить из внутреннего дворика. Холодно мне здесь. И это первый новый год без тёти.

— А разве она не забирала тебя на каникулы, — удивился Райс.

— Дэн, я про китайский новый год. И он сегодня. С годом Дракона тебя.

— Давай отметим вместе. После вечернего чая приходи с девчонками в наш холл. Будем встречать Дракона, — от улыбки мальчишки стало светлей.

Подруги еле дождались вечера. Особенно их удивило то, что Райс не пришёл пить чай. Съев всего по одному блинчику, Лея, Клара и Соня поспешили наверх. Дэн увидел их сквозь стекло двери и помахал, приглашая войти.

— Апельсины? — Каприс скривила губы. — Только не говори, что мы должны торжественно съесть всю эту кислятину.

— Эй, я на каникулах читала, что их нужно вкатывать в дом, — Соня взяла пару апельсинов и попробовала жонглировать.

— Как Лея скажет, так и сделаем. Съедим или... покатим в комнаты.

Девочки рассмеялись.

— Я не хочу катать их по полу. Это выглядит глупо, — сказала Каприс.

— Я за то, чтобы съесть, — Соня кинула свои апельсины Кларе и Лее.

— Ну что ж, давайте чистить. Раз катать никто не хочет. Я не обижусь. Всё равно это лучший подарок. Спасибо, Дэн.

Холл быстро наполнился насыщенным апельсиновым ароматом и весёлым смехом друзей. Ребята, возвращающиеся из столовой, подходили к ним. Лея угощала их оранжевыми дольками. А интересующимся рассказывала о китайской традиции.

Пришли старшеклассники.

— Э, мелочь, для еды есть столовка. Или комната досуга. А ну, разошлись, — подошла компания парней, и самый высокий — блондин — забрал два оставшихся фрукта. — Любишь апельсины, Рыжая? Тебе нельзя, ха. Ещё рыжее станешь.

Компания противно загоготала и скрылась в коридоре.

Девочки успокоили Дэна и поднялись к себе. Лея закрыла полог кровати и достала из рюкзака блокнот — свой дневник. Сделав заметку о сегодняшнем дне, она перевернула несколько листов назад, где между страниц лежала записка из конверта, полученного голубиной почтой месяц назад. Лея улыбнулась, вспоминая лицо МакГрегори, передавшей ей это послание. Директор очень переживала, ведь на конверте не был указан отправитель. Как и в случае с тревожными весточками от Чунь Шэн Ли. Но на сей раз письмом оказался клочок бумаги в клеточку, где чёрными чернилами было написано: "Спасибо за подарок. В.С."

Лея перечитала и улыбнулась. Она точно знала, что задуманное ей удалось. Ведь у неё получилось хоть немного согреть очерствевшее сердце человека в чёрном. А недавно она видела собственными глазами — он носит её подарок.

— Жаль, что зима на острове Принца Эдуарда не знакома с китайским календарём, — посетовала Лея. — Середина февраля. Давно весна.

— Эй, подруга, у нас тут не Китай. До апреля будет холодно. Пока лёд на побережье не растает, — Соне, по всей видимости, зима была по душе.

— МакБраун, тебе лишь бы снегом кидаться да по льду гонять, — Клара села поближе к камину в комнате досуга. — Неужели нельзя было наколдовать тут вечное лето?

— А тебе лишь бы ворчать. Ты лучше скажи, кому отправила валентинку? — хитро прищурилась Лея.

— Это моё личное дело, — надулась Клара.

— Эй, нашла из чего делать секрет. Вот я, например, никому ничего не отправляла и не собираюсь. Вообще не люблю этот праздник.

— Конечно, все валентинки собрала твоя сестра. Тоже мне... Мисс школа две тысячи одиннадцать, — скривила губы Клара.

— Да ты просто завидуешь. Потому что тебе никто не прислал, — усмехнулась Соня.

— А вот и прислал! — Каприс покраснела и даже вскочила, сжав кулаки. — Прислал!

— Кто? — Лея подалась вперёд, ожидая услышать секрет.

— Эй, не утруждай себя фантазиями, Клара. Валентинку от Райса получила не только ты, — Соня заливисто рассмеялась.

— Дэн разослал открытки всем девочкам в классе, — пояснила Лея. — Но ты не переживай. Мы с Соней тоже получили всего по одной.

— Да ну вас к чёрту, — зло прошипела Клара и убежала в спальню. Даже на ужин не пошла. Так и просидела, закрывшись пологом, до утра.

— Твой французский значительно лучше, — Сара закрыла учебник. — Если Соня спросит, скажи, что у нас дополнительный урок в субботу. Восемнадцатого.

— Но... у нас ведь... не будет урока? — Лея растерянно смотрела на старшую МакБраун.

— Конечно, нет. После обеда в течение пары часов постарайся не попадаться моей сестре на глаза. За это я... Тебе ведь нельзя покидать территорию школы? Хочешь, принесу что-нибудь из Бич Пойнт? Сладости. Вещи. Канцелярия. Что угодно.

— Не знаю, — Лея сложила тетрадь и учебник в рюкзак. — Не нравится мне это.

Сара мило улыбнулась.

— Всё в порядке. Я просто иду на свидание.

— Почему нельзя сказать об этом открыто?

— Соня не поймёт. Она привыкла, что своё свободное время я провожу с ней. Но детство закончилось. Нянька ей больше не нужна. Тем более в её друзьях я уверена. Поможешь мне? — брюнетка протянула руку, с мольбой глядя Лее в глаза.

— Ладно, — скрепя сердце, согласилась она. — Но только один раз.

— Ты чудо, — Сара, счастливая, выпорхнула из библиотеки.

А Лею несколько дней не покидало тревожное чувство. Пока она не увидела старшую МакБраун за чаем в субботу.

В последние выходные февраля дул такой сильный ветер, что директор запретила ученикам покидать здание школы. Об этом она объявила по громкоговорителю. Слышно было в каждой комнате, в каждом уголке замка. Многие, в том числе и Лея, не догадывались о существовании такой системы оповещения. Сара предложила позаниматься французским вместо следующей среды. Девочки еле нашли в огромной библиотеке уголок, где их занятие никому бы не помешало. Расположиться в итоге пришлось у самого выхода. Едва усевшись, Сара начала бегло говорить на французском, а Лея смотрела на неё и ничего не понимала, кроме нескольких отдельных слов. Она была уверена, что это часть методики, но МакБраун, кажется, по-настоящему нравилось чувствовать своё превосходство. Кое-как сообразив, на какой странице открыть учебник и что нужно сделать, Лея принялась читать вслух коротенький текст на тему "Моя семья". Дальше нужно было письменно его перевести. На время этой работы Сара ушла в соседнюю секцию. Её долго не было. Лея уже начала скучать, когда из коридора послышались приближающиеся голоса. Один из них явно принадлежал цыганке Касперович. Лея прислушалась.

— ... узнает о вашем прошлом.

— Лишь бы о вашем не узнала, — язвительно ответил мужской голос.

— Там нет ничего интересного, — Касперович заговорила низким голосом, и Лея была уверена, что та сейчас приложила руку к сердцу и закатила глаза, как она обычно это делала.

— Как же, об этом писали все газеты. Я чуть не сжёг дом, пытаясь уничтожить хотя бы тысячу. Надеюсь, после стольких лет никто... — голоса стихли, и дальше различить их было невозможно.

— Уже перевела? — Сара опустилась на стул напротив и пригладила волосы. Глаза её блестели, на щеках горел румянец.

— Угу.

— После чая встретимся на втором этаже. И оденься потеплее, — шепнул Дэн по пути в столовую.

— Но директор запретила выходить.

— А мы и не выйдем, — он улыбнулся и ускорил шаг, догоняя мальчишек-приятелей.

— Эй, как французский? — на плечо легла рука Сони.

— Иногда что-то понимаю. А вот произношение не очень, — призналась Лея.

— Ну даёшь! Если уж китайские звуки можешь выговорить...

— Я выросла в Китае. Английский знаю только потому, что тётя со мной занималась. И дядя Хенг, — Лея снова слишком поздно вспомнила, что нельзя было называть его имя.

— Эй, да у тебя неплохая база. Если бы ты не рассказала про Китай... Ты ведь не азиатка! — это было сказано так громко, что, казалось, вся школа слышала.

— Ха, рыжая она, — мимо вприпрыжку спускался парень в светлом костюме, попутно толкнув Соню локтем.

— Люмус Дарк — чёртов второгодник, — потирая ушибленное плечо, вслед ему прошипела МакБраун. — Бестолковый верзила. Ума не хватило в пятый класс перейти.

— А я слышала, МакГрегори его хвалила. То есть ругала. То есть... Говорила, что он умный, но ведёт себя отвратительно.

— Эй, да он отморозок. Вся школа ждёт, чтобы он, наконец, выпустился. Когда он перешёл из начальной в среднюю школу, учителя устроили праздник. Если бы не спортивные успехи, отчислили бы давно. Кстати, пойдёшь на игру?

— На хоккей?

— Эй, ну конечно! Сара тоже будет играть.

— Давно ждёшь?

— Нет, идём.

— В больничное крыло? — удивилась Лея.

— Не совсем, — ответил Райс.

— Что это у тебя?

— Зерно и... письмо.

— Письмо?

— Да. Получил от прабабушки посылку. Вот. Ответ нужно отправить, — признался мальчишка, смущаясь.

— Дэн, — серьезно посмотрела на него Лея, — ты хочешь отправить бабушке... зерно?

— Зерно я получил от неё. Для птиц. И написал письмо. Сюда, — он толкнул какую-то неприметную дверь справа. Лея юркнула за ним в полумрак. — Люкс. Дай руку.

Ладонь его тёплая. Он уверенно вёл за собой вниз по лестнице, ступени которой были разного размера: то повыше, то пониже, по поуже, то пошире. Идти было неудобно. Хорошо, что мальчишка использовал магию света — Лея боялась переломать ноги.

Ещё одна дверь. За ней светло — на стене висела зажжённая керосинка. Коридор.

— Дэн, где мы? — почти шёпотом спросила Лея.

— Первый этаж. За лестницей. Здесь ход в отсек начальной школы. Оттуда удобней всего попасть на крышу.

— На крышу? — Лея высвободила руку. — Ты сумасшедший.

— Нисколько, — спокойно улыбнулся Райс. — Там голубятня. И очень красивый вид. Тебе понравится.

В предпоследний день февраля, во вторник, Лея наконец заслужила первый мэджик по французскому. Надин Леру, румяная бледно-рыжая учительница, которая также вела и уроки кулинарии, на самом деле была щедра на раздачу наград. Но для Леи это была первая. И недостающая, чтобы послезавтра обменять мэджики на настоящие деньги. Впрочем, переживать было не о чем, на уроках Эсмеральды Касперович Лея регулярно получала бонусы и была лидером.

Культурологию вела Луна Санни. Сегодня урок проходил в виде репетиции хора. Пели "Аве Марию" Франца Шуберта. Соня откровенно скучала и только открывала рот, потому как считала, что ни слуха ни голоса у неё нет. А Лее мелодия нравилась. Но слова на немецком не давались вообще. Поэтому пела она её как "А-а-а". Уроки культурологии иногда проходили в большом спортивном зале на трансформационном поле, которое принимало форму сцены с роялем. Теоретические занятия всегда были на втором этаже. И Лея любила их больше, потому что был хоть какой-то шанс заработать мэджик.

— Наконец-то закончилась эта мука, — вываливаясь в холл, простонала Соня. — Эй, ты куда?

— Ты забыла? Тьютор просила меня зайти к директору.

— А, точно. Ладно. Жду в столовке.

С волнением Лея подошла к статуе феникса. Войдя в приёмную, она увидела, что директор сейчас занята. Пришлось ждать на деревянной лавке, разглядывая интерьер. Светлые стены с ложными окнами, обрамлёнными розовой органзой. Светлый паркет. Чтобы побороть волнение, Лея достала учебник французского. Открыла текст, который мадам Леру задала перевести, и принялась читать тихонько вслух. Увлёкшись, не сразу заметила, что из кабинета вышел человек. Он остановился напротив неё. Лея подняла взгляд, сдула с лица непослушную прядь.

— Удивительно. Просто удивительно, — мистер Ланде потёр бородку, — с каждым днём вы всё больше и больше походите на мать.

К тому времени, как Лея пришла в себя после слов мистера Ланде и могла хоть что-то произнести, они в приёмной уже были не одни.

— И всё-таки подумайте над моим предложением, мистер Снежински, — через открытую дверь послышался заботливый голос директора.

Человек в чёрном так быстро прошёл мимо, что Лея ощутила дуновение ветра от его развевающейся на ходу длинной накидки. Мистер Ланде поморщился, глядя ему вслед, но потом снова улыбнулся изумрудно-зелёным глазам.

— Мисс Ли, прошу вас, — в дверях уже стояла директор, а взгляд Леи был прикован к преподавателю латыни.

Он покачнулся на носках и вышел в коридор.

— У вас всё в порядке? — закрыв за Леей дверь, спросила МакГрегори.

— Угу. Тьютор просила зайти к вам.

— На ваше имя пришла посылка. Из Австралии, — директор подошла к шкафу и достала объёмный свёрток. — Согласно правилам безопасности вы должны вскрыть это при мне.

— Хорошо. У вас есть ножницы?

— Волшебникам не нужны ножницы, если под рукой есть волшебная палочка. Секо, — по краю упаковки прошла красная полоса, а директор поморщилась, как от боли. — Однако же... Посылка магически защищена. Трансформо, — МакГрегори направила волшебную палочку на чайную ложку, и та на глазах превратилась в маленькие серебряные ножнички. — Судя по всему, вскрыть посылку можете только вы.

Лея аккуратно разрезала шуршащую упаковку. Внутри лежали несколько мотков пряжи, тёплая пижама, средства личной гигиены, чёрная блестящая заколка-зажим, книга "Ци гун для здоровья" на английском языке и пара писем — от тёти Чунь и дяди Хенга. Лея прочитала их уже в спальне, скрывшись за пологом. Опоздала на обед и осталась голодной до вечера. И даже была этому рада, ведь её мысли больше не крутились только вокруг слов, сказанных преподавателем латыни в приёмной директора.

Как ни пыталась Лея задать мистеру Ланде мучивший её вопрос, ничего не выходило. Учитель появлялся в классе со звонком и исчезал, едва только трель возвещала об окончании занятия. Во время уроков он спрашивал кого угодно, но не Лею Ли, будто не замечая её. Неприятное чувство, когда тебя избегают. Мистер Ланде даже в столовой перестал бывать. Где он прятался — неизвестно. То ли в кабинете директора, то ли на боковых лестницах, то ли в соседних помещениях. Лея не успевала увидеть. Он всегда исчезал так быстро, будто растворялся в воздухе. Даже в пятницу, когда его уроки шли подряд.

Не подходить же к директору с дурацким вопросом о неуловимом учителе? Жаль, что нельзя написать письмо тёте. Но скоро короткие весенние каникулы и, может быть... Хотя нет, неужели Чунь Шэн не рассказала бы о родителях Леи, если бы о них что-нибудь знала?

— Эй, ты уже неделю сама не своя, — Соня плюхнулась на диванчик рядом, предлагая половинку большого сочного яблока. — Плохие вести от тёти?

— Н-нет. Просто... Просто я соскучилась. Очень, — этот ответ даже не был ложью.

День 9 марта был тщательно спланирован. Лея намеревалась сесть у выхода, чтобы не дать мистеру Ланде уйти от ответа. Она готова была прокричать свой вопрос на весь класс. Только бы узнать, что ему известно о её матери. Но... план не удался. Как раз в конце первого урока в классе раздался жуткий храп. Мальчишки с последней парты уснули. Тут не обошлось без срочного вызова директора и разбирательства, о результатах которого девчонки узнали только следующим утром. А Лея весь день переживала о судьбе Лейка и Райса, вновь отложив беседу с мистером Ланде до лучших времён.

Субботним мартовским утром в столовой появился человек в чёрном. Он сидел слева от директора и внимательно слушал, что она ему тихонько рассказывала. По другую сторону от МакГрегори расположилась Касперович. Вся её поза говорила о том, что цыганка, навострив уши, ловила каждое слово. Лея же выискивала среди преподавателей мистера Ланде, но тот так и не появился в столовой. Как сквозь землю провалился.

— Эй, Сара, сыграем в шахматы? — сестра Сони сегодня сидела рядом и поминутно поглядывала на стол мальчиков, будто тоже искала кого-то.

— Нет, мне нужно доклад к понедельнику подготовить. И ещё у меня урок, — она многозначительно посмотрела на Лею.

Соня тоже.

— Эй, ты мне не говорила.

— Я... забыла, — соврала Лея, ведь ни о каком уроке на сегодня договорённости не было. — Сара, напомни, во сколько встречаемся?

— В два.

— Угу. Я приду.

От обиды и обилия лжи расхотелось есть. Лея вернулась в центральный холл пятого этажа. У камина было тепло, но занято. Девочки-старшеклассницы немного подвинулись, уступая место, и без стеснения продолжили обсуждать какого-то парня. Одна из них хвасталась, что знает, как приготовить любовное снадобье. Как же они мешали возвращаться мыслями к одному единственному вопросу... Нельзя так. Тётя учила её быть сосредоточенной. Нужно больше практики. Медитаций. Лея решительно встала. Сходив в комнату за тёплой одеждой, пошла искать уединения для занятий тайцзы на площадке какой-нибудь боковой лестницы.

Вечером Соня потащила Лею на четвёртый этаж разыскивать Дэна. Чтобы он, наконец, рассказал, что произошло в пятницу на уроке. Оказалось, Крис уговорил его пойти поздно вечером к старому Шато, чтобы удостовериться, есть ли там оборотень. Мальчишки без толку прослонялись всю ночь вокруг замка и к утру просто выбились из сил. Потому и захрапели прямо на уроке.

— Директор была в ужасе, — признался Дэн.

— Эй! Ещё бы! Вы же могли погибнуть!

— Но оборотня ведь не было.

— Может, вы его просто не услышали, — не унималась Соня.

— ЭТО невозможно не услышать. Я слышал в Бич Пойнт. Собственными ушами. Жуткие звуки... Может, он там кого-нибудь убил.

Девочки вздрогнули и переглянулись.

— Дэн, что если... его спрятали где-то... Где-то в глубине старого замка или... за пределами школы? — Лея заглянула в серые глаза друга, как всегда спокойные.

— Возможно. Только... вечером он был... на башне. А утром... мы видели его в школе.

— Оборотня? — девочки аж подскочили.

— Да нет же. Человека в чёрном. Ведь... ходят слухи, что это он...

— Поганый статик он, ха, — появившийся внезапно старшеклассник смачно откусил яблоко прямо над ухом Леи. — Слышь, Мелкая, а сеструха твоя где?

— Эй, почём мне знать? Иди лучше свою поищи, — грубо ответила Соня.

— Ха, на кой она мне? Твоя нужна, — он снова откусил яблоко.

— Проваливай, Дарк. И не смей к ней даже приближаться, а не то...

— А не то что? Нажалуешься мамочке? — кривляясь, спросил он.

— Отец шкуру с тебя снимет, если...

— ... если узнает? — белобрысый загоготал и скрылся за дверью в коридор.

— Ну и придурок, — посетовала Соня. — Дэн, так что с оборотнем?

— Да нет никакого оборотня, — с досадой ответил мальчишка. — Если бы это и правда был он, то наутро едва ли смог подняться от дикой усталости. Если только... — он задумчиво закусил губу. — Если только он не принял эликсир "Антиволк".

— Эй, а ведь ты прав! Мама рассказывала, что раньше в Сан-Бессетт... — Соня вдруг замолчала и округлила глаза.

— Что? — одновременно спросили Дэн и Лея.

— Это ведь ОН его и готовил. Единственный на всю магическую Канаду.

Время каникул нещадно приближалось, а мистер Ланде ускользал всё виртуознее. К тому же по школе поползли слухи о его скором уходе из Эль Кастильо. Друзья Леи стали отмечать её нервозность. Но она отшучивалась и всё отрицала. Не хотела посвящать их в свои проблемы. И стыдилась, что не знает о своих родителях абсолютно ничего. Ни малейшей зацепки. Поэтому так больно было каждый раз оставаться ни с чем. Она уже собиралась поговорить о своём происхождении с директором, но та тоже вечно была занята. Весь мир будто сговорился против Леи Ли.

— Хочешь, снова сходить со мной на голубятню? — за неделю до конца триместра спросил Райс.

— Я не знаю, Дэн. Я думаю сейчас о другом. Неужели, и правда, мистер Ланде намерен вернуться на Ванкувер?

— Я не думаю.

— Вся школа об этом говорит.

— Я не говорю.

— Дэн, — в голосе упрёк.

— Директор не говорит, — взгляд мальчишки по-прежнему оставался спокойным. — А значит, нет.

— Ты правда думаешь, что... — пульс ускорился. — Человек в чёрном оборотень?

— Почти уверен. Нужно выяснить.

— Как?

— Идти в старый замок.

— Там... — Лея чуть было не выдала, что была внутри. — Там может быть опасно.

— Может, — отрезал Райс. — Извини, если ты не идёшь на голубятню... Но я должен отправить прабабушке письмо.

— Хорошо, идём. Она снова прислала посылку?

— Да. Одежда, сладости, книга.

— Наверняка интересная. Крис слонялся по школе один. Без тебя.

— Да, я читал. Она о семье Кастильо.

— Знакомая фамилия.

— Конечно. Основатели нашей школы.

— Дэн, дашь книгу?

После похода на голубятню мальчишка вынес Лее фолиант и разрешил взять на каникулы. Сам он её уже изучил. Толстенный том в потёртом кожаном переплёте. Неделю книга пролежала в чемодане. Лее было не до неё. Нужно было готовиться к проверочным работам. А потом снова пытаться выудить хотя бы крупицу информации у мистера Ланде. Проводить друзей на автобус и тут же узнать от директора радостную новость — вечером приедет тётя Чунь.

Книгу Лея открыла, будучи не в силах справиться с переполнявшим её волнением от предстоящей встречи. Но стало только хуже — перехватило дыхание и потемнело в глазах. С иллюстрации на первом развороте на неё смотрели пятеро: мужчина, девочка, старик, юноша, женщина. Те же лица, что и у фигурок в кабинете директора и у статуй в пыльном холле старого замка.

Лея провела каникулы с тётей Чунь, не выходя из небольшой комнатки в одном из домов Бич Пойнт. За это время она прочла книгу о семье Кастильо и научилась нескольким простым заклинаниям. Создавать поток тёплого воздуха, удалять с одежды грязь и восполнять запас воды. Последнее было достаточно сложным. Но тётя сказала, что заклинание стало доступно Лее благодаря регулярным занятиям тайцзы. Ведь, как известно, при этом идёт работа именно со стихией Воды.

Лея несколько раз порывалась поговорить о родителях, но Чунь Шэн просила подождать, дать ей ещё немного времени. Зато охотно обсуждала жизнь в школе и уроки. И снова предостерегала от чрезмерного сближения с посторонними. Тётя дала Лее несколько книг на китайском языке. Показала новые формы боевого искусства тайцзицюань, чтобы можно было их потом практиковать самостоятельно.

За пару дней до окончания каникул Чунь Шэн сказала:

— Мэй-Мэй, я не хотела говорить тебе это сейчас, но боюсь, что могу вообще не успеть. Мой брат — Ву Сан... он... как бы тебе это объяснить? Он — очень сильный тёмный волшебник, — тётя посмотрела в широко раскрытые удивлённые глаза Леи. — Он убил дядю Куан Бао. Поэтому мы с тобой вынуждены были прятаться. Он ищет тебя. Я не знаю зачем. Но, пожалуйста, слушайся директора МакГрегори. Я постараюсь встретиться с ней в ближайшее время и... рассказать... многое. Если мы не увидимся с тобой в проклятый день... То... оставайся жить в школе-пансионате. Учись хорошо. Держись Света. И будь умницей. Хорошо, если ты сможешь найти себе применение в Эль Кастильо. Я имею в виду, начнёшь преподавать. В школе ты в безопасности.

— Тётя Чунь, я буду стараться. Ведь я уже могу сделать палочку светящейся. Наслать жалящее или ветер. Только у других получается лучше. А я... чувствую себя статиком.

— Ты волшебница, Мэй-Мэй. Поверь в себя. Взращивай свою Ци. Не потеряй Свет внутри себя. И... прости меня, — Чунь Шэн обняла её и крепко прижала к себе. — Но я правда ничего не знаю о твоих биологических родителях.

— Я верю, — Лея вытерла слёзы. — Но... я хочу узнать хотя бы что-то. Кто я? Откуда я? Где ты меня взяла?

— Ты появилась у нас благодаря дяде Хенгу, — Чунь взяла лицо Леи в свои ладони и попыталась сквозь слёзы улыбнуться. — Я молю небо защитить тебя от Ворона. Он знает, что ты ведьма. Поэтому ищет.

— Но зачем? Ведь я просто ребёнок.

Восьмого апреля тётя Чунь наконец дала добро на вылазку из комнаты. Она несколько раз проверила вещи Леи. Выглянула сквозь щель в шторах на улицу. И только после этого они вышли из дома. Весеннее солнце очень способствовало прогулкам.

— Сходим на рыбный рынок, он недалеко, — предложила Чунь Шэн.

— Здесь ещё должен быть маяк. Я видела на карте в школе.

— Да, Мэй-Мэй. Но мы туда не пойдём. Тебе ведь пора возвращаться.

Лея вздохнула. До рынка они шли молча. Провожая взглядом изредка проезжавшие автомобили, Лея мечтала добраться в школу на такси или красном автобусе. Но у тёти, видимо, были свои планы.

На рыбном рынке они бесцельно слонялись от лотка к лотку. Чунь Шэн будто бы и не собиралась ничего покупать. Но нет, наконец она выбрала пару морских окуньков.

— Привет, я сразу тебя узнал.

Лея обернулась на знакомый голос.

— Дэн! Вот уж не ожидала.

— Я гостил у прабабушки. И сейчас мы собираемся на пикник. Здесь недалеко. Хочешь с нами?

Лея, конечно, хотела, но не знала, как отреагирует на приглашение тётя.

— А потом сразу в школу, — обнадёжил мальчишка.

Тут к ним подошла прабабушка Дэна, Алла-Виктория, и пообещала взять на себя переговоры с миссис Ли. Ведь тётя Чунь представлялась всем именно так. А потом рассказывала легенду о том, что её муж моряк. Поэтому она всюду путешествует одна или с племянницей. На вопрос, почему та не обладает азиатской внешностью, парировала: это родственница со стороны мужа норвежца, сирота. И только Лея знала — тётя лжёт. Поэтому в этих разговорах не участвовала, а если спрашивали, отвечала, что редко видится с дядей, раз в несколько лет, поэтому ничего добавить не может.

Пока Чунь Шэн Ли рассказывала миссис Райс выдуманную историю своей жизни, Лея успела вернуть Дэну книгу об основателях школы и поделиться первыми впечатлениями.

— Юная леди, — серые глаза старушки задорно блеснули, — миссис Ли любезно согласилась составить нам компанию. Дэн! Дэнчик, а где корзина для пикника?

— Здесь, бабуль, под прилавком. Сейчас.

Дэн и Лея шли немного впереди взрослых. Мальчишка тащил корзину с едой. А Лея — свой рюкзак. Тётя Чунь придерживала старушку под локоть. Местами дорога была покрыта коркой льда.

— Это было здесь, — кивком мальчишка указал в сторону, где между деревьев виднелся заброшенный домик, — в "Таверне призраков". Мы с бабулей ходили на залив встречать рассвет и... услышали его.

— Оборотня? — спросила Лея, ощутив, как похолодело внутри. Но не от страха перед бешеным зверем, а от того, что она узнала это место. Именно сюда привела её тётя, чтобы пережить ночь проклятья. Проклятья невыносимой боли. Мог ли Дэн, лучший друг, принять за монстра её? Осознание этого неприятно кольнуло в груди. Только бы он не узнал страшную тайну. Такого позора ей точно не пережить. Но нет, возможно ли, чтобы ЭТО было слышно так далеко?

— Но тогда выходит, что их два, — задумчиво продолжил мальчишка.

— Кого два? — вернулась из своих мыслей Лея.

— Оборотня. Второго ведь слышали в старом замке.

Память окунула Лею в пыльный холл Шато, где стояло пять статуй основателей школы. Стоит ли поделиться впечатлениями от увиденного с Дэном? Не сейчас, конечно, когда тётя слушает каждое слово и выверяет каждый шаг. Потом — в школе. Только бы он не разболтал никому. Хотя Райс создавал впечатление надёжного друга.

— Дэн, почему Альберт Кастильо выбрал именно это место?

— Кто ж его знает? Ведь его сын сначала думал, что старик выжил из ума. Но жена убедила его, что стоит прислушаться к сеньору Кастильо. Это действительно сильное место.

— Они бежали из Европы в Китай, а потом... сюда. На крошечный остров. Неужели здесь лучше, чем в Китае? Не понимаю.

— Альберт Кастильо славился своей мудростью с молодости. Он потомственный колдун и провидец.

— И поэтому школу основал его сын, а не он сам?

— Знаешь... — Дэн оглянулся, а потом понизил голос. — Прабабушка говорит, что Альберт Кастильо чувствовал свою кончину, поэтому поручил именно сыну заложить первый камень. Чтобы магия получила больше... эм-м...

— Больше Ци! — воскликнула Лея.

— Возможно... Но... Прабабушка говорит, что сам камень добыл именно Альберт.  И именно на этом камне стоит статуя старика. Где-то в Шато. И я хочу найти его.

Лея вздрогнула, но при тёте не решилась поделиться с другом своим осенним приключением.

— А девочка, Бланка, тоже основатель? Ей ведь всего лет семь было.

— Восемь. Символ бесконечности. Знаешь, всё-таки действительно мудрым был этот Альберт. И я очень рад, что семья бежала именно сюда. Здесь теперь столько тайн. Поэтому я должен продолжить дело отца. Да и не только его. Ещё прабабушка во время учёбы занималась своим расследованием.

— Оказывается, ты потомственный историк, Дэн.

— И мне это нравится, — на его щеках вспыхнул румянец. — У меня с собой ещё одна книга. Дам почитать как-нибудь. Если интересно.

— Конечно! Если уж я здесь. Ведь случайности не случайны. Тем более, я уверена, что и сама как-то связана именно с этим местом, — воспользовавшись тем, что тётя была занята размещением на берегу, сказала тихонько Лея.

— Дэнчик, помоги нам, — позвала миссис Райс.

В корзине оказались бутерброды, термос с чаем и сырая картошка. Тётя Чунь развела костёр. Пикник удался на славу. А после компания отправилась на маяк Бич Пойнт, откуда с экскурсионной группой добралась до Кейп Беар. А там и до школы рукой подать.

За воротами ребят встретил сеньор Дельгадо и проводил до мостика через ручей.

— Здесь начинается история, — многозначительно произнёс Дэн, указывая на надпись на каменной арке. — Ещё моим внукам хватит тайн. Я так рад, что я в Шато Кастильо. И ты... тоже здесь.

— Дэн. В книге этого не было, но... На статуях основателей школы... медальоны... — Лея хотела было добавить "как у меня", но вовремя остановилась.

Глаза мальчишки азартно загорелись.

Жизнь в Эль Кастильо шла своим чередом. Лея беспокоилась о тёте Чунь. Ведь неспроста за все каникулы они выбрались из комнатушки только один раз. И то, чтобы отправиться в школу. На незапланированный пикник она согласилась только для того, чтобы сбить с толку возможного преследователя. И откуда у тёти Чунь столько врагов? Или они у Леи? Люди Ворона могут быть повсюду. Главное, что их нет здесь, в Эль Кастильо.

Лея часто, когда оставалась в комнате одна, доставала из чемодана свой медальон. Рассматривала, проводила пальцами по иероглифу на крышке. Открывала. Чувствовала его Ци — магию обволакивающую и мощную. Необъяснимую. Медальон, словно магнит, сам просился в руки. Иногда Лея надевала его под одежду. В такие моменты она будто бы даже ощущала себя иначе. Увереннее, что ли. Но, возможно, это лишь иллюзия или самовнушение. Однажды, задумавшись о загадках этого магического артефакта, она не заметила, как вошла Соня.

— Эй, какая штучка интересная. Дай посмотреть, — подруга повертела в руках медальон и сразу вернула. — Класс! У меня тоже есть что-то похожее.

Лея убрала украшение в сумочку.

— Смотри, — Соня сняла с шеи свой медальон. Он был прямоугольной формы. Зелёный полупрозрачный камень, внутри которого были вкрапления чёрного цвета. — Похоже на змею внутри? Мама говорит, это кобра, — с гордостью заявила подруга.

Лея кивнула.

— Угу. Только это Цзя.

— Кто?

— Так в астрологии Ба Цзы обозначается элемент Янского Дерева, — пояснила Лея со знанием дела.

— Эй, это змея.

— Ладно, пусть будет змея. Только... откуда это у тебя? — стараясь не показывать жгучего интереса, спросила Лея подругу.

— От прапрабабушки. Мама говорит, она понимала язык животных и вообще была очень известной ведьмой, — Соня взяла из рук Леи свой медальон, надела и спрятала под одежду. — Мой талисман. Хоть с этим повезло. Единственная семейная реликвия, которая переходит к младшей дочери, а не к старшей.

— А если младшим окажется сын?

Соня как-то странно рассмеялась, а потом ответила:

— Не окажется. В нашем роду такого почти не случается. Из-за древнего проклятья.

Замок щёлкнул.

— Секретничаете? — надув губы пропела Каприс.

— Нет, — ответили они одновременно.

— Но-но. Думали, поверю? Наверняка Сонька показывала тебе свою убогую побрякушку, а ты... — Клара смерила Лею взглядом. — В любом случае, всё тайное становится явным, — она взяла сумку со спортивной формой. — Счастливо оставаться.

— Эй, стой! Разве сегодня тренировка?

— Ну конечно, МакБраун. Отбор в команды на чемпионат.

— Чёрт. Подожди меня.

Мистер Ланде по-прежнему ускользал от разговора. Да и Лея с каждым днём всё меньше и меньше стремилась задавать ему вопросы. Потому что не могла знать наверняка, в каком случае тётя Чунь говорила правду. Когда рассказывала о гибели мужа — Куан Бао — от рук Ворона? Или о муже норвежце и роли дяди Хенга, который помог оформить документы на сироту? Лея годами жила без ответов на эти вопросы. А сейчас понимала, что ответ ничего не изменит. Да и куда интереснее было вечерами забираться с Дэном на голубятню и болтать о всякой всячине. Обещанную книгу мальчишка так и не принёс, потому что одолжил её Крису, а тот читал не так быстро. Но всё равно Лея любила делить своё время с Райсом и вести расследование. Настолько её покорила история семьи Кастильо, что она напрочь позабыла о своей. О семье, которой никогда не было. Лея любила тётю Чунь, но в её присутствии чувствовала себя скованно, напряжённо. Ждала встречи, а потом также нестерпимо ждала и расставания.

В последнюю неделю апреля директор устроила шахматный турнир. Лея продержалась до четверга. Вышла в полуфинал, где её обыграла Сара МакБраун.

В мае в Эль Кастильо обычно проходила спортивная весна. Соревнования, о которых говорили все. Самым ожидаемым был хоккейный турнир. В школе тренировались несколько команд. По результатам показательных игр ребята-новички выбирали, к кому хотели бы присоединиться. Готовились весь год. А весной, в апреле, проходил набор на места выпускников. Первоклассники занимали скамейку запасных. Но и это была честь для них. Ведь с нового сезона они получали шанс попасть в основной состав. Именно об этом мечтали Соня и Клара. Хотя девочки и дружили между собой с начальной школы, но сейчас они были соперницами. Конкурс в команды пять человек на место. Проще попасть в группу поддержки. Но это было не так престижно, как загонять шайбу в ворота противника.

— Эй, зря дуешься, Клара. Ты можешь войти в команду в следующем году.

— Я хотела сейчас, — раздражённо ответила соседка. — МакБраун, обязательно напоминать мне об этом каждый день?

— Я не могу смотреть, как ты страдаешь. Это правда не стоит того. Посмотри на Сару. Она тоже не сразу попала в команду. А попав, получила серьёзную травму. Это жёсткая игра. А ты такая... утончённая, — смутилась Соня на последнем слове.

— Но не тряпка. Я не хуже тебя играю.

— Клара, Соня права, — вступила в разговор Лея. — У тебя ещё будет шанс показать себя. Ведь Карэн Апресович включил тебя в список.

— Включил. Но я буду смотреть матч с трибуны, а МакБраун — со скамейки запасных, — Клара топнула ножкой.

— Эй, тоже мне печаль. С трибуны — лучше видно.

— Тогда, может, поменяемся? — с вызовом спросила Каприс.

— Ну нет. Мы, конечно, подруги, но мистер Хит взял в команду меня.

Пятого мая вся школа стояла на ушах. За день должны были пройти два матча. Соня с утра готовилась. Приседала, разминалась, делала растяжку и бегала на месте. Над чем Клара заливисто смеялась.

— МакБраун, не надейся. Ты не выйдешь сегодня на лёд.

— А вдруг?

— Если только заменить сестру.

— Эй! — Соня подлетела к соседке. — Не смей о таком даже думать!

— Ладно-ладно. Идёмте уже. Ли, ты с нами?

— Да, — соскочив с кровати, Лея взяла свою сумочку кросс-боди и поспешила за девочками.

В комнате досуга к ним присоединилась старшая МакБраун.

— Мы должны попасть в финал. Команда собралась сильная, — сказала Сара по пути к спортивному залу.

— Эй, хорошо бы ещё и Кубок взять. Я надеюсь, Дарка проберёт понос, и его "Лебеди" продуют "Летящим белочкам".

Девочки засмеялись. Кроме Клары. Она шла, надув губы.

— "Синий кит" — чемпион! "Синий кит" — чемпион! — скандировали трибуны.

А команда Сары и группа поддержки — девчонки в пышных голубых юбочках и белых топах — с помощью коллективной магии призывали тотемное животное. Покровителя команды. Лея с восторгом наблюдала, как по воздуху над ледовой ареной лениво проплывал большой синий кит в натуральную величину. Поблёскивая боками с золотым отливом. Достигнув края трибуны, он рассыпался искрами.

Шоу закончилось проходом тотема другой команды — сверкающего слона — по арене. Началась игра. Лея не особенно понимала правила хоккея, но всё равно прониклась азартом и уже к концу матча охрипла. "Синий кит" прошёл в финал.

— Клара, ты разве не рада? Ты же сама в эту команду хотела. Давай Соню подождём.

— Жди. Сегодня я за "Весёлого слона", — Каприс пошла прочь, но обернулась и добавила. — И за "Белых лебедей".

Лея пожала плечами. Ей было абсолютно всё равно, кто играет второй матч. Главное, что команда Сони только что выиграла.

Послеобеденное время Лея провела с Дэном на пляже, где уже растаял морской лёд. От воды веяло холодом, но солнце светило так ярко, что приходилось щуриться. И очень хотелось спрятаться в тени, чтобы на лице не появилось ещё больше веснушек.

— Зря переживаешь. Они тебя не портят. Ты правда очень красивая.

— Дэн, — Лея почувствовала, что краснеет, — спасибо за комплимент, но я... Впрочем, ладно. Побуду сегодня красивой, раз тебе так угодно.

— Не смейся, я действительно так думаю. Ты точно не хочешь посмотреть матч?

— Нет. Ты ведь не играешь. Кстати, почему?

— Жёсткая игра. Не хочу кого-нибудь травмировать ненароком. Я лучше буду разгадывать загадки замка и... с тобой гулять.

Мальчишка покраснел, как варёный рак.

— Пойдём в парк. Сегодня там свободно. Вся школа на матче.

— Да уж. Смотрел прошлую игру "Белых лебедей". Бр-р. Трёх игроков "Красного дракона" вынесли с поля.

— Думаешь, "Лебеди" и сегодня выиграют?

— Определённо. А когда знаешь исход игры... — мальчишка развёл руками. — Скукотища.

Ребята погуляли по парку, потом дошли до развалин, где по очереди заглядывали в щели главного входа старого замка.

— Интересно, что там внутри, — с досадой в голосе сказал Дэн.

— Ничего. Статуи. Пыль, — машинально ответила Лея.

— Кроме статуй и пыли.

— Человек в чёрном и дракон, — Лея осеклась.

— ДРАКОН?! — в серых и обычно спокойных глазах Райса загорелся небывалый азарт. — Дракон... — повторил он шёпотом. — Дракон. Откуда ты знаешь?

— Обещай сохранить это в тайне.

— Обещаю.

— Поклянись.

— Клянусь.

— Я была там.

С началом мая первоклассники на ботанике занимались только практикой. Хотя зачастую это было похоже на садово-огородные работы. Мистер Дельгадо познакомил ребят с ещё одним увлечением своего дяди, сеньора Дельгадо. В свободное от уроков время мексиканец ухаживал за насаждениями внутреннего дворика учебно-жилого корпуса.

— Sorbus rubeus — удивительное растение, — с воодушевлением говорил Нестор Дельгадо, стоя под самой высокой из посаженных рябин. — Мы надеемся, в этом году оно порадует нас первым цветением. И тогда осенью мы сможем посадить редкий магический сорт растений Душа Феникса, — Лея вздрогнула, вспомнив о комнате человека в чёрном. — Очень полезная вещь в медицине. А сегодня поговорим о вредителях. Кто из вас может назвать хоть одного?

Руки Леи и Клары взметнулись вверх.

— Грибки и насекомые! — выкрикнула Соня, не дав никому и рта раскрыть.

— Мисс МакБраун, ответ верный, но мэджиков начислить не могу. У нас в школе не принято выкрикивать с места.

— Эй, так мы же не в классе, мистер Дельгадо, — возмутилась девчонка.

— Сонь, — Лея подёргала её за рукав.

— Ладно.

— МакБраун — выскочка, — прошипела Клара.

— Тише, девочки. Мистер Лейк, каким образом вы будете бороться с грибковыми болезнями растений?

— Я-я... э-э, — Крис почесал затылок, — буду опрыскивать... или... или... э-э...

— Да, мистер Райс, — улыбнулся учитель.

— Моя прабабушка чистит листья растений от грибка особым заклинанием. Только это работает на начальной стадии заражения, сэр.

— Верно. А само заклинание назвать можете? — оживился мистер Дельгадо.

— Н-нет, сэр, — Дэн потёр переносицу, — не помню.

— Deleo fungos (лат. "удаляю грибы"), — подсказал учитель.

— Да, — обрадовался Райс, — точно. И ещё палочкой так... накрест и по спирали в сторону, — мальчишка изобразил движения, которые проделывала его прабабушка в саду.

Мистер Дельгадо похвалил Дэна и начислил ему семь мэджиков, пообещав, что ребятам ещё предоставится случай потренироваться в этом заклинании. А потом до конца урока пришлось собирать прошлогоднюю траву и листву на выделенном участке. Соня беспрестанно ворчала, а Клара презрительно фыркала, делая вид, что тоже работает, когда на неё смотрел учитель. Лее же после уборки ужасно хотелось есть, несмотря на то, что обед был перед ботаникой.

Наконец, на руке мистера Дельгадо запищали часы, возвещая конец урока. Чумазые, но довольные ребята ринулись в здание, чтобы побыстрее умыться. Самые резвые успели даже купить булочки в буфете. Лея тоже хотела взять хотя бы чашку чая, но...

— Сонь, предупреди МакГрегори, что я немного опоздаю.

— Эй, в чём дело?

— Мне нужно сбегать за палочкой. Сегодня ведь практика.

МакБраун усмехнулась:

— Тоже мне... Машешь палкой как дурак. А толку ноль. Колдовать-то по-настоящему нельзя ещё.

— Ну и что. Зато чувствуешь магию. На кончиках пальцев. Ладно, я быстро.

Но быстро не получилось. Лея, конечно, без труда нашла то место, где сегодня на спортивном уроке они входили в лес. По широкой тропе она обогнула небольшой овраг с западной стороны и вышла на участок, на котором ученики занимались бегом. Сейчас здесь было тихо и безлюдно. Лея точно не знала, когда она обронила палочку. За время урока она падала несколько раз из-за того, что за ноги цеплялись ползучие лианы. Карэн Апресович даже занятие закончил раньше времени — растения будто ошалели. Лея хорошо помнила, что говорил о них Нестор Дельгадо. Лианы разновидности Хвост дьявола могут быть очень опасны по весне. В момент, когда эти растения покрываются крошечными зелёными цветочками, они сметают всё на своём пути: мелких насекомых едят, животных душат. Учитель рассказывал, как его дядя в прошлом году чудом спас единорога, попавшего в плен к "дьявольским хвостам".

Свою палочку Лея нашла у небольшого склона, в корнях высокого клёна. Место, где на неё налетела Соня, схваченная лианой. Они тогда упали обе. Подоспевшая Клара, насмеявшись вдоволь, отрезала разбушевавшиеся растения с помощью магии.

Вот и сейчас Лее приходилось руками высвобождать опутываемые лианами ноги. Несколько метров, и снова "дьявольские хвосты" норовили ухватить её за щиколотки. Неплохо ориентируясь на местности и зная дорогу к школе, Лея решила сократить путь и выйти по узенькой тропинке прямо к фонтану в парковой зоне. Ведь урок у МакГрегори давно начался! Успеть хотя бы на практическую часть.

Из-за деревьев уже виднелась вершина башни старого Шато, когда прямо перед глазами повисла голова змеи. В ужасе Лея отпрянула и, запнувшись, упала. Она вскочила и побежала от этого места, не разбирая дороги. Наконец, устала. Остановилась отдышаться. Оглядевшись, поняла, что заблудилась. Но ничего. Бежала-то она только прямо. По крайней мере, ей так казалось. Она развернулась и пошла в сторону школы. Солнце было ещё высоко. Его лучи просвечивали сквозь редкие кроны деревьев. Лея понимала примерно, в какую сторону идти. Она была уверена, что, куда бы не пошла, обязательно выйдет либо к забору, либо к побережью. Поэтому особенно и не волновалась. Разве что беспокоилась о пропущенном уроке и штрафных за прогул.

Странно, но лес не кончался. Не было видно больше ни вершины башни, ни учебного корпуса, ни синевы неба над заливом. Деревья будто не хотели, чтобы она вышла из чащи. Солнце скрылось, и Лея начала нервничать. Но продолжала идти прямо, пока на пути не возник овраг. Она осмотрелась. Не понятно было, с какой стороны его лучше обойти. Удобнее всего добраться до школы от пляжа, поэтому Лея решила идти влево. Но тут она почувствовала, что её ногу что-то тянет. "Дьявольские хвосты" закручивались вокруг голени слишком быстро. Не успевала она отбросить одну плеть, как за ногу или за руку цеплялась другая. Лиана обвилась даже вокруг ремешка сумочки. Лея достала палочку и, вспомнив режущее заклинание, попробовала избавиться от ползучих стеблей. Сила её магии была настолько слаба, что на одну лиану требовалось не менее четырёх атак. Но одну ногу освободить всё же удалось. Вот только... в плен попала действующая рука. Теперь самое главное было не выронить палочку. И вспомнить, как Эсмеральда Касперович когда-то на уроке учила подавать сигнал SOS.

Лианы тащили Лею Ли по краю оврага, будто соревнуясь друг с другом, в разные стороны. Сначала побеждали те, что тянули её вниз. А когда она с помощью режущего заклинания избавилась от одной плети, почувствовала, что волочится по земле вверх. Медленно. Лее было неприятно от того, что её тянут. И даже больно. Одежда задралась. Медальон, висевший на шее, норовил соскользнуть через голову. Лиана, прицепившаяся к правой руке, не позволяла манипулировать палочкой. А левую примотало к туловищу. Лея пыталась кричать, но тогда приходилось отплёвываться от сухой травы, иголок и листьев. В какой-то момент ей показалось, что лианы остановились. Но потом движение продолжилось. Медальон зацепился за какую-то корягу. Стало страшно, холодно и... темно. Не слышно было даже голосов птиц. Лес смолк. Будто притаился. И лианы, держащие Лею на склоне оврага мёртвой хваткой, тоже притаились. Будто задумали что-то. Сумерки сгущались. Превозмогая страх перед давящей тишиной, Лея закричала. Эхо прокатилось по лесу, разбудив какую-то птицу. Свист крыльев. И снова тишина. А потом... шорох. Крик о помощи.

— Мисс Ли! — услышав, что её зовут откуда-то сверху, Лея расплакалась, и от волнения у неё пропал голос.

Палочка в её руке мигнула. Из последних сил создавая магию света, Лея шептала заветные слова.

— Мисс Ли! — знакомый голос. Ну почему именно ОН нашёл её?

Страх сковал горло. Оставалось только надеяться, что он заметит мерцание в её руке и услышит слабое "Помогите".

— Мисс Ли? Это вы? — рядом с лицом оказался яркий свет.

Лея зажмурилась. Она продолжала плакать, с облегчением ощущая — теперь ничто не мешает дышать. Сильные руки перевернули её на спину. Чёрные глаза смотрели так пристально, что стало не по себе.

— Вы в порядке? — сухо спросил мужчина.

— Угу, — Лея натянула на живот изорванную в клочья кофту.

— Сможете подать сигнал SOS?

— Угу.

Из кончика палочки вылетел светящийся шар и высоко над ветками деревьев замигал. Три короткие вспышки, три длинные и снова три короткие.

— Вы спасли мне жизнь, мистер Снежински, — шёпотом сказала Лея, когда человек в чёрном освободил и её ноги от цепких лиан и помог подняться. — Но, кажется, я не могу идти.

Мужчина снял с себя плащ и укутал её, дрожащую от холода. Потом осторожно усадил на землю.

— Откуда у вас это? Нашли в лесу? — спросил он, увидев медальон.

— Нет, это мой. Тётя подарила.

— У меня был такой. Даже... — он бесцеремонно взял украшение в руку и приблизил фонарь, чтобы лучше разглядеть, — символ тот же.

— Вы потеряли его в лесу?

Снежински снова посмотрел прямо в глаза, и от его взгляда дрожь усилилась.

— Нет. Возможно, его украли. Он был очень... дорог мне, — человек в чёрном открыл медальон. Провёл пальцем по пучку рыжих волос внутри. Лею передёрнуло от этого движения.

— Удивительно... — прошептал он. — А где ваша тётя взяла его?

— Я не знаю. Она не рассказывала, — Лея защёлкнула крышку и спрятала под одежду медальон. — Почему лианы больше не нападают?

— Они активны только днём. Сейчас уже стемнело, и ужин, должно быть, подходит к концу. Вы согрелись?

Лея кивнула. Вдруг рядом с ними появилась светящаяся золотом пантера.

— Идите за мной, — сказала пантера голосом директора.

— Отлично, МакГрегори прислала тотема, — Снежински прикрепил фонарь к поясу и взял Лею на руки. — Держитесь за меня, мисс.

Сначала она боялась, что человек в чёрном споткнётся и уронит её. Но он шёл уверенно и бодро. Его одежда пахла мятой и мелиссой. И это способствовало умиротворению. Всё закончилось. Сквозь ветви деревьев уже виднелись светящиеся окна верхних этажей учебного корпуса. Но Снежински и не думал сворачивать к зданию.

Едва Лея переступила порог спальни в четверг утром, как на неё набросилась Соня, крепко заключив в объятия.

— Эй, почему ты не сказала, что идёшь в лес? Я бы пошла с тобой, — срывающимся голосом говорила подруга. — Не делай так больше. Ты ведь... могла погибнуть.

У Леи мороз прошёл по коже от этих слов.

— Я до полуночи прождала в холле. Пока директор не сказала, что ты в медицинском кабинете начальной школы, — МакБраун отстранилась и смахнула слёзы рукавом.

— Сейчас всё в порядке, Сонь, — Лея погладила подругу по плечу и прошла к своей кровати.

Девочки, толпившиеся вокруг, занялись своими делами. Пора было идти на завтрак, а потом на уроки.

— Эй, ты хромаешь?

— Да, растянула связку. Пройдёт.

— Ты должна сходить к месье Леру. Хочешь, я тебя отведу?

— Нет, Сонь. Я правда в порядке. Мадам Леру позаботилась обо мне. Не знала, что она ещё и целитель. Это у них семейное?

— Эй, ты о старом лекаре? Они ведь даже не родственники.

— Не может быть! — воскликнула Лея. — Неожиданно после знакомства с кланом Дельгадо.

Девочки засмеялись.

— Просто однофамильцы. Не такая уж и редкость, — деловито заметила Клара.

— Действительно. Например, Ли. Сколько в Канаде не родственников с такой фамилией? — сощурилась Натали.

— Чудовищно много, — подхватила Кэтрин. — Не удивлюсь, если мальчишки азиаты из третьего класса тоже носят эту фамилию.

Третьим уроком была техника безопасности. На втором этаже рядом с кабинетом директора. Карэн Апресович, завидя Лею, покачал головой:

— Вай-вай, зачем не подошла ко мне? Говорил же, лиана опасно. Вай-вай.

— Не думала, что так выйдет, мистер Хит, — виновато опустив голову, ответила она. — Я правда совершила глупость.

— До середина мая "дьявольский хвост" шалит. Очень опасный лиана.

Прозвенел звонок. Ребята расселись. Мистер Хит ещё раз напомнил про ползучие лианы. До конца урока практиковали подачу сигнала SOS. Карэн Апресович лично проверял каждого. Даже статиков, которые не могли пользоваться магией. Для них были разработаны специальные палочки с некоторым запасом волшебства. Как батарейка. Их приходилось постоянно менять. Но зато можно было совершать простые манипуляции: создавать свет, подавать сигнал бедствия, вызывать маг-такси и даже использовать как электрошокер. В общем, на взгляд Леи, обычная игрушка, сделанная в Китае. Хотя, по слухам, некоторые статики могли совершать подобными штуками настоящее волшебство. Конечно, если имелись хоть малейшие способности у самого человека. Когда звонок возвестил об окончании урока, Карэн Апресович громко напомнил о предстоящем финальном матче по хоккею.

— В субботу в десять часов всех жду на стадионе. Две сильнейшие команды школы. Игра будет интересный и жёсткий, — учитель улыбнулся.

— "Белый лебедь" всё равно победит, — буркнула Клара, выходя из класса.

— Эй, разве ты не хотела попасть в "Синего кита"?

— Только потому, что у "Лебедей" в этом году мест нет.

— Да, правда, какая разница? — сказала Лея. — Если хочешь играть в хоккей...

— Конечно, я хочу играть в хоккей, — согласилась Каприс. — Потому и рассчитывала попасть хотя бы в "Китов".

— Эй, что значит "хотя бы"? "Синий кит" — лучшая команда! — Соня сжала кулаки.

— Вай, девочки-красавицы, зачем ругаемся? — Карэн Апресович обогнал их и вскоре скрылся за дверью учительской.

Мгновение спустя оттуда вышел мистер Ланде. Выпучив на ребят глаза, он поздоровался и быстрым шагом направился к своему кабинету.

После истории Дэн неожиданно предложил проводить Лею к месье Леру.

— Эй, неужели не останешься поговорить с бабулей? — подколола его Соня.

— Да, хорошо подумай, каждый раз может стать последним, — захихикала Клара.

— Ну и шутки у вас, — буркнул Райс в ответ.

— Шутки как шутки, — пожала плечами Соня.

— Я одна схожу, ребят. Просто покажу, что с ногой всё в порядке. Встретимся в столовке.

Лея пошла прямо, а друзья — вниз по центральной лестнице.

В общей палате никого не было. Через приоткрытую дверь кабинета месье Леру падал свет. Значит, старик на месте. Вот только по мере приближения боль в ноге усиливалась, и настроение Леи ухудшалось. Ведь она шла в полной уверенности, что больше не придётся наблюдаться у целителя. Но боль обжигала лодыжку.

На полу, куда падал свет из кабинета, была свежая капля крови. Лея остановилась. Изнутри донёсся сдавленный стон.

— Мне удалось извлечь зуб целиком, мистер Снежински, — сказал лекарь.

— И когда уже эта тварь перестанет кусаться?

— Вы не дали ей сахара?

— Нет у меня больше сахара. Сожрала за зиму.

— Дельгадо её не навещает?

— Нет. Ключ потерял от ворот.

— Дать вам с собой обеззараживающего? Я бы на вашем месте принял предложение директора. На четвёртом этаже есть хорошая...

— Я же сказал, что не вернусь сюда, пока... — Снежински замолчал, увидев в дверях скорчившуюся от боли Лею.

— Мисс Ли, что с вами? — месье Леру помог ей добраться до кресла.

— Нога очень болит, сэр, — сквозь слёзы ответила она.

— Так и не проходит? Хуже стало?

— Всё было замечательно, но... Вот буквально минуту назад сильно заболело.

— Так-так-так... — Леру пригладил бородку. — Покажите, где болит.

Снежински поднялся и, хромая, вышел за дверь. Лекарь осмотрел лодыжку — ничего. Никаких повреждений.

— Странно... Очень странно, — задумчиво произнёс он.

Дав порцию обезболивающего напитка, старик отпустил Лею до вечера. Спустившись в столовую, она больше не обращала внимания на дискомфорт в ноге. Будто бы его и не было. Видимо, в Эль Кастильо очень хорошие отвары.

После уроков Лея пошла к месье Леру вместе с Дэном. Он ждал в общей палате, пока лекарь осматривал ногу. Боли не было, но освобождение от занятий спортом Лея всё равно выпросила.

На финальный матч привели даже ребятню из начальной школы — такого масштаба было это событие. Победившая команда должна будет через неделю сыграть на общеканадском магическом турнире. Очень почётно. На трибунах собралось и много взрослых волшебников. Это потом Лея узнала, что все они — родители участников финального матча. А сейчас она сидела рядом с МакГрегори на VIP-трибуне, куда та посадила её в целях безопасности. Ледовое поле было так близко, за стеклом. Команды выступили с группами поддержки. В белой форме — "Лебеди". В синей — "Киты". Капитаны, Сара МакБраун и высокий парень с надписью "Дарк" на спине, пожали друг другу руки. Мистер Хит уже готов был дать сигнал к началу игры. Лея перевела взгляд на скамейку запасных. Соня в полной экипировке сидела, скрестив пальцы, и неотрывно смотрела на лёд, ловя каждое движение. На противоположных трибунах — только взрослые волшебники. Среди них и человек в чёрном. Встретившись глазами с Леей, он отвёл взгляд. Мадам и месье Леру на посту. Свисток. Игра началась.

Лея не особенно интересовалась спортом, но напряжённо наблюдала за перемещением хоккеистов по льду. Капитан "Лебедей" играл жёстко, то и дело прижимая соперников к бортикам. Не важно, мальчишек или девчонок. Но и "Синий кит" не отставал. Парни из команды Сары отвечали грубияну тем же. И как можно мечтать об участии в такой игре? Лея не понимала. Ей казалось, что она чувствует, как это больно, когда со всей силы впечатываешься в бортик. Получаешь клюшкой, или в тебя прилетает шайба. Физически воспринимая каждый удар, как свой, Лея внутренне сжималась.

Счёт к третьему периоду был 2:2. Лея с нетерпением ждала окончания игры. На девятой минуте прямо перед ней Дарк так сильно впечатал Сару МакБраун в бортик, что той потребовалась помощь медиков. Девушку унесли с поля. А Лея еле отошла от потрясения, представляя, что это она сама сползла по бортику и не может дышать от резкой боли в груди.

Карэн Апресович вызвал какого-то долговязого парнишку на замену Саре, но к ним мгновенно подлетела Соня, активно жестикулируя. В итоге на лёд отправилась именно она. Младшая МакБраун не уступала старшей в скорости. И даже чуть было не забила гол. Вратарь "Белого лебедя" отразил атаку. Но, тем не менее, у Леи создалось впечатление, что Соня вышла на лёд не столько играть, сколько мстить капитану "Лебедей" за сестру. Чего тот, судя по всему, не ожидал. Он вообще не обращал на неё внимания ровно до того момента, пока она со всей силы не налетела на него, столкнув со своим же игроком. После этого Дарк сам при случае стал наезжать на Соню, что не помешало ему за минуту до конца матча забить решающий гол.

— Скажи, ну не глупая ли МакБраун? — говорила Клара по пути из спортзала. — Ну куда полезла? Сидела бы себе на лавке, но нет, предпочла руку сломать.

— Она ведь не знала, что так будет, — ответила Лея.

— Чего она ждала от "Лебедей"? Что ей ворота откроют? Выперлась на лёд — получай.

— Ты просто завидуешь.

— Фи. Нашла чему завидовать. У меня-то руки и рёбра целые, — усмехнулась Каприс. — Ты куда?

— Навестить девчонок.

— Хм. Ну иди. А я пойду праздновать победу "Белого лебедя".

Лея приблизилась к двери в общую палату и остановилась. Неприятное чувство жжения в груди. Что это? Вошла. Внутри суетились лекари и какая-то незнакомая женщина. Лея подошла к ширме, за которой слышался голос месье Леру, в надежде застать там Соню. Или хотя бы спросить, где искать подругу. На кровати лежала бледная Сара вся в слезах, перемотанная бинтами.

— А где Со... — Лее стало так больно дышать и говорить, будто рёбра были сломаны у неё самой. От этого закружилась голова, и она, упав прямо на незнакомую женщину, отключилась.

Лея очнулась в палате для девочек в начальной школе. Здесь она уже была после происшествия с лианами, когда мистер Снежински через тайный ход в лесу принёс её сюда. Заведовала медицинским хозяйством Надин Леру — круглолицая рыжая хохотушка, преподающая французский и факультатив по кулинарии. Пышная женщина с высоким голосом. Лея помнила, как она пела на празднике "Хабанеру". Мадам Надин свободно владела английским, французским и испанским языками. На последнем часто болтала с сеньором Дельгадо. Заклинания она произносила в основном на французском, используя латынь только для самых простых магических действий.

— Как вы, дорогая? — Надин Леру вошла, держа в руках поднос. — На обед сегодня рыбка с овощами. Как самочувствие?

Лея села в кровати.

— Уже лучше. Что со мной было, и почему я здесь?

— Обморок и... Вы, — улыбка сползла с лица целительницы, — повторяли слово "боль", — женщина поставила поднос на тумбочку.

— Да... Мне было больно и тяжело дышать. Раньше со мной ничего подобного не случалось.

— Мы всё выясним. Не беспокойтесь, мадмуазель. Соберём консилиум...

— Зачем? — Лея всерьёз испугалась за своё здоровье.

— Чтобы выяснить причину и устранить её. Нам повезло, что сегодня в Эль Кастильо делегация из Сан-Бессетт.

Спустя полчаса Надин Леру забрала поднос с пустой посудой и попросила Лею пока никуда не уходить, несмотря на то, что та чувствовала себя превосходно. Она бесцельно бродила по большой палате на 20 мест и разглядывала рисунки на стенах. Здесь были изображены основатели школы, драконы и другие магические существа, старый замок в его первозданном виде и учебный корпус до обновления, пляжи, парк и лес. Лея даже не заметила, как мягко щёлкнул замок, и в палату вошли четверо: оба Леру, МакГрегори и та самая незнакомая женщина, на которую Лея упала.

— Мисс Ли, как чувствуете себя? — обеспокоенно спросила директор.

— Хорошо, — испуганно ответила Лея, не зная, что приготовили для неё маг-медики.

Мадам Леру жестом попросила вернуться на свою кровать. Лея села. Все волшебники материализовали себе по удобному стулу и устроились рядом.

— Меня зовут Сильвия, я заведую отделением в клинике имени Святого Андре Бессетта, — представилась женщина. Лее понравился её тихий мягкий голос.

— Скажи, ранее с тобой происходило что-нибудь подобное? — её кофейные — почти чёрные — глаза пристально смотрели в изумрудно-зелёные.

— Н-нет. То есть... Я уже падала в обморок, но... не от боли.

Сильвия сделала пометку в блокноте.

— Сколько тебе лет?

— Тринадцать. С половиной, — зачем-то добавила Лея.

— Ты ведь знаешь, что у девушек в период полового созревания дар может вызывать побочные эффекты?

— Н-нет.

Женщина вздохнула.

— Простите, миссис МакБраун, — взяла слово директор, а Лея удивлённо выпрямилась, услышав знакомую фамилию. — Мисс Ли — сирота и, судя по рассказам тёти, жила в основном при пансионатах.

— В монастырях Тибета, — пропищала Лея.

— Что ж... Теперь она знает о побочных действиях. Осталось провести эксперимент.

— Это обязательно? — пульс ускорился, ладошки стали влажными. — Может, не надо? Ведь сейчас всё хорошо.

— Не бойтесь, — успокоил месье Леру. — Ничего страшного или опасного не произойдёт. Не так ли, миссис МакБраун?

— Верно. Всё, что нужно, это вернуться в отделение старшей школы. Директор, подготовьте, пожалуйста, на завтра необходимое для эксперимента, — Сильвия МакБраун ещё раз пристально посмотрела в глаза Леи и, тронув её за руку, слегка улыбнулась. — Всё будет хорошо, мисс.

Неожиданно пришёл Райс. Принёс ватрушки из буфета. Мадам Леру заварила ребятам травяной чай и ушла к директору. Дэн и Лея расположились на широком подоконнике с чашками и блюдцами. Здесь было тепло. Окна палаты выходили во внутренний дворик, где уже вовсю цвели нарциссы. Если присмотреться, сквозь ветки можно увидеть окно спальни Леи.

— Интересно, как там Соня.

— Я видел её. Рука в гипсе.

— Наверное, это неудобно и больно.

— Я думаю, что очень. Подлить тебе ещё чаю?

— Угу. Спасибо, что зашёл. Здесь скучно.

— Здесь интересно. Рисунки на стенах. История в картинках. Здорово придумано. Замок, как в книге. Помнишь?

— Угу. Только медальоны неправильные.

— Почему? — Дэн отставил чашку. Серые глаза выражали интерес.

— Они гладкие.

— И? — Райс подался вперёд.

— А в Шато с иероглифами. Такими же, как... — Лея осеклась и сделала вид, что прислушивается. — Кто-то идёт.

Ребята с минуту просидели в напряжённой тишине.

— Никого нет. Показалось, — наконец, выдохнул Дэн. — Так что с иероглифами?

— Ничего. Подлей чаю, пожалуйста.

— Ага, — Райс сполз с подоконника.

А Лея была готова удрать через окно. Палата для девочек находились на втором этаже. Но из-за поглощения холмом края здания, была на уровне земли. Поэтому сразу под окном простиралась лужайка.

— Так что с иероглифами? — Дэн так увлёкся, что Лея едва успела остановить его — чашка наполнилась до краёв.

— Ничего, — пульс выдавал волнение. И зачем только сказала про иероглифы? Нельзя. Если тётя узнает, сразу придётся уехать, оставить друзей. Соню, Клару и... Ну нет. Грустить о мальчишке? Глупости.

— Это важно. Моя семья долгие годы пытается разгадать секрет основателей. Меня хотели оградить, но я... уговорил. Не без помощи прабабушки, конечно. А теперь, когда разгадка стала ближе, ты говоришь, что... Ничего?

— Ничего, Дэн. Просто какие-то иероглифы на медальонах у статуй в Шато.

— Какие-то? — Райс примостился на подоконник и недоверчиво заглянул Лее в глаза.

— Какие-то, — она перевела взгляд на окно своей спальни. — Бедная Соня. Скорее бы меня отпустили. Не хочу никаких экспериментов.

— Может, не надо? — умоляюще посмотрела Лея на мадам Леру.

— Надо, мадмуазель. Комиссия ждёт. Хотела бы я сказать, что это не больно, — непривычно сосредоточенное лицо волшебницы не предвещало ничего хорошего.

— Я боюсь, — по телу прошла дрожь.

— Испытывать страх — нормально, — уверенно сказала женщина.

— Вы будете держать меня за руку?

— Если это не помешает чистоте эксперимента.

— Хотя бы сейчас.

Мадам Леру удивлённо приподняла брови, но руку подала.

Целительница провела Лею подземным коридором. Они вышли из-под центральной лестницы в холле, со стороны столовой. Поднявшись на второй этаж, встретили Клару с девочками — Натали и Кэтрин. Вошли в стеклянную дверь. Пока двигались по коридору, сердце Леи бешено колотилось. Она чувствовала, как потеют ладони. Стало неловко, но выпустить руку мадам Леру ей не позволял страх. Наоборот она вцепилась в пальцы женщины мёртвой хваткой. Вот и дверь в общую палату.

— Постойте. Мне нужно... — тяжёлое дыхание не дало закончить фразу.

Мадам Леру открыла дверь. Что-то изменилось внутри: ни одной кровати не видно — только ширмы. И голоса, вот-вот звучавшие, резко смолкли. Навстречу вышла директор, за ней мать Сони, а позади семенил старый лекарь.

— Как чувствуешь себя? — участливо спросила миссис МакБраун.

Лея дрожала. Теперь она стояла одна. Без поддержки мадам Леру. И не знала, что ответить. Хотелось просто выбежать за дверь.

— Не бойся, — женщина улыбнулась, и в её почти чёрных глазах зажглись искорки.

— Зачем это? — Лея увидела у неё в руках платок, который та ловко сворачивала.

— Завязать тебе глаза. Для чистоты эксперимента. Не бойся.

Лея закрыла глаза. Пульс стучал в голове. Она ошущала только страх и запах духов этой женщины. Что-то свежее, цветочное. И прикосновение к руке. Ласковое, бережное.

— Иди за мной. Не бойся, — Лея повиновалась.

Шаг за шагом. Запах её духов, такой приятный вначале, сейчас стал раздражать. Причинять боль. Физическую. Женщина стала ходить вокруг, заставляя Лею кружиться.

— Ты должна указать, в какой стороне пациент, испытывающий боль, — сказала Сильвия МакБраун.

Прикосновение разорвалось. Лея осталась один на один с болью. Со своей ли, с чужой? Но это было так похоже на то, что она чувствовала здесь вчера. Чего они хотят? Как определить, где источник боли, если боль везде? Внутри, снаружи... Не даёт думать, не даёт чувствовать ничего другого. Лея попыталась сорвать повязку — не вышло.

— Не бойся. Это просто магия, — спокойный голос за спиной. Она здесь.

Лея сосредоточилась на дыхании. Несколько минут, и пульс начал приходить в норму. Появилась ясность ума. Боль. Никуда не исчезла. Но перестала быть всеобъемлющей. Теперь она была понятна. Локализована. Это была чужая боль. Чужая. Пришедшая извне. Лея сделала шаг назад и в сторону. Постояла. И, вытянув руки для подстраховки, сделала ещё пару шагов. Боль усилилась. Значит... она на верном пути? Лёгкое волнение. Шаг, и... Источник боли будто вдруг совершил переворот. И теперь дразнил её откуда-то сбоку. Лея развернулась. Боль разрывала плечо. Хотелось скорее закончить этот дурацкий эксперимент. Несколько уверенных шагов в новом направлении.

— Здесь, — почти выкрикнула Лея, срываясь на плач.

— Жаль, — за спиной расстроенный голос МакГрегори.

Впереди что-то щёлкнуло. Лея вздрогнула от знакомого голоса:

— Месье Леру, директор, эта дрянь снова горит.

— Всеволод, вы сорвали нам эксперимент, — с горечью в голосе проговорила МакГрегори.

Лее наконец удалось снять повязку.

— Но у него болит рука! — выпалила она. — Эта боль сильнее той, — Лея указала в сторону закрытой ширмой кровати, на которой, как потом оказалось, лежала Сара.

— Контрольная группа свободна, — громко сказала директор, и из-за ширм вышли абсолютно здоровые ученики, которые не совсем понимали, что они здесь делают. Вяло попрощавшись, они скрылись за дверью.

— Мистер Снежински, — старый лекарь жестом пригласил человека в чёрном в свой кабинет.

Тот, бросив мимолётный взгляд на Лею, быстро проковылял мимо.

— Неплохо было бы пройти полное магическое обследование в клинике имени Святого Андре Бессетта, — сказала Сильвия МакБраун директору. — Всё, происходящее с девочкой, может быть как даром, так и проклятием.

Теперь нужно было прислушиваться к себе, как рекомендовала миссис МакБраун. В течение двух недель Лея ходила настолько сосредоточенная, что подруги постоянно пытались выяснить, отчего она сердится. Говорить об эксперименте было нельзя. Никому. Только тёте. Но её не было рядом. Ах, как же Лея хотела ей написать. Или дяде Хенгу. Его адрес был знаком. Но... тогда придётся выдать себя и подвергнуть школу опасности.

До летних каникул оставалось больше месяца. Рябины во внутреннем дворике отцветали. Спортивные уроки проходили на улице. Дыхание лета ощущалось во всём. Обитатели Эль Кастильо радовались приходу тепла. Кроме одного человека. Мистер Снежински по-прежнему был угрюм. И Лея знала почему. Точнее — чувствовала. Его боль. Однажды это случилось прямо на уроке сеньора Дельгадо, когда они снова наблюдали за восточными краснозобыми драконами на стене старого Шато. Здесь, за зарослями плюща, у самой земли, были окна в ЕГО комнату. Человека в чёрном мучила боль.

С тех пор Лея будто искала повод, чтобы прибежать к его окнам. Интересно, он знает, что она здесь? Что чувствует его боль? Если вокруг никого не было, она вставала на колени и пыталась заглянуть внутрь. И однажды... встретилась с взглядом его чёрных глаз. Давно она так не бегала!

Больше ему в окна она не заглядывала. Приходила к стене и садилась на траву, пытаясь понять, что с ним. И не могла. Его боль отличалась от боли других людей. Она заставляла возвращаться её снова и снова. Страдать, но терпеть. Ненавидеть боль, но жаждать испытать её снова. Пытаться разгадать. Понять, как перестать её чувствовать. Разве может быть это даром? Скорее наказанием. Не нужно было никаких экспериментов, чтобы убедить Лею Ли, что ощущать чужую боль — это проклятье. Ведь на ней уже есть парочка. И это тоже больно.

— Эй, ты чего здесь? — из арки вышла Соня. — Там Дэн тебя ищет. Он в парке у фонтана.

— Я совсем забыла, — Лея поднялась, незаметно смахнула слезинку, пока Соня балансировала на остатках стены напротив.

— Ты знала, что здесь была оранжерея?

— Да, я читала. А на пригорке, где главный вход, навес с цепями для летающих мётел.

— Да уж, старый Шато был великолепен, — Соня спрыгнула с развалин. — Прабабушка Дэна здесь преподавала. Её даже хотели сделать директором, но она отказалась. Ну ты иди. Иди.

— А ты?

— Эй, а мне-то зачем? Это же у вас... свидание, — усмехнулась Соня.

— И никакое у нас не свидание, — смутилась Лея. — Дэн просто хочет помочь попрактиковаться в разговорном французском. Сара ведь ещё на больничном.

— Эй, как не справедливо! — девочки вместе вышли через арку. — Дарк вернётся с соревнований, а мы уже здоровы. Как будто и не было ничего. Ладно. Буду ждать тебя в библиотеке. Потом вместе на чай пойдём, — они поднялись на холм. Потом Соня пошла к школе, а Лея — к центральной аллее парка.

Райс сидел на лавочке и наблюдал, как голуби у его ног клюют семечки. Ветер трепал его густые каштановые волосы. А он с такой любовью и добротой смотрел на этих птичек, что Лея невольно улыбнулась, забыв о человеке в чёрном и его боли.

— Бонжур, месье Райс, — она уселась рядом, голуби разлетелись в стороны, а потом снова вернулись к ногам Дэна.

Мальчишка добродушно улыбнулся.

— Мадмуазель Ли, силь ву пле, — он отсыпал ей в ладони семечек. — Хочешь покормить драконов?

— Драконов? — Лея напряглась, вспомнив бордовую морду с жёлтыми глазами, напугавшую её перед Рождеством в старом замке. — Н-не уверена.

— Не бойся. Мы не пойдём в лес. Сеньор Дельгадо запретил туда соваться, пока у драконов период гнездования. Мы будем кормить крошек одуванчиками, — мальчишка сощурился от солнца.

Теперь Лея поняла, что он имел в виду восточных краснозобых. Но тогда придётся вернуться к стене Шато и, возможно, снова испытать боль. Боль...

— Дэн, с тобой всё в порядке?

— Да, в полном, — ответил он и уставился на голубей.

Она легонько коснулась его плеча. Мальчишка поморщился. Лея тоже.

— Сильно болит?

Райс удивлённо посмотрел на неё.

— Ерунда. Скоро пройдёт. Просто бокс — это не моё.

— Бокс?

— Да, Крис попросил сходить с ним на тренировку. Попробовать.

— И?

— Он сейчас в больничном. А я... вот. С тобой, — он улыбнулся. — Так что всё в порядке. Небольшой синяк. Не хотел тебя расстраивать.

Лея видела, как вернулись "Белые лебеди" с соревнований. На общеканадском турнире они заняли почётное второе место. Кажется, ребята были довольны результатом. Кроме, разве что, капитана. Дарк ввалился в холл в дурном расположении духа. А вечером снова начал дебоширить, задирая младших. Утром в понедельник он заявился в холл девочек и не пускал Сару на завтрак, пока на него не налетела Соня.

— Э, Мелкая, тебе мало что ли было? — он грубо оттолкнул её. — Не с тобой разговариваю.

— Люмус, ты сломал мне рёбра, — Сара всё ещё старалась говорить аккуратно, следя за дыханием.

— Это игра, котёнок. На льду я капитан.

— Да ты и в жизни далеко не джентльмен, — усмехнулась Клара.

— Ха, ещё бы ты против меня не выступала, а, — ответил Дарк.

— Ты сделал мне больно, Люмус, и даже... — голос Сары дрогнул. — Даже не пришёл навестить ни разу.

— Я вернулся только вчера.

— Вчера, — старшая МакБраун взяла под руку сестру, готовую наброситься на обидчика, и девочки пошли на завтрак.

Дарк волочился за ними, оправдываясь и называя Сару котёнком. До самого холла, где, облокотившись на перила, поджидал Эндрю — высокий и тощий очкарик из пятого класса. Лея знала его в основном по рассказам Сони. И однажды видела в общей палате, как он принёс свежие цветы для Сары. Племянник министра магического правительства, круглый отличник по всем предметам, кроме спорта и астрологии.

Эндрю выпрямился, поправил полы пиджака, очки, пригладил волосы. Завидя его, старшая МакБраун вздохнула и закатила глаза:

— Снова этот ботаник...

— Эй, Миллер — хороший парень. Я слышала, как папа говорил, что он выгодная партия.

— Сонь, я сама как-нибудь с парнями разберусь. Без посторонних. Ладно? — осадила Сара сестру. — Эндрю, вечером поговорим. Сейчас некогда.

Возле столовой была толчея, поэтому девочки стали свидетелями того, как Дарк жёстко толкнул Миллера. А Лея ещё и почувствовала этот удар на себе.

— Слышь, ботан, ещё раз увижу, что подкатываешь к моей девчонке...

— Сара не твоя собственность. Сама решит...

Драку предотвратила МакГрегори, сняв штрафные баллы с парней.

Лея заметила, что инцидент польстил старшей МакБраун — она довольно улыбалась за столом. Это был уже не первый случай. Соня рассказывала о нескольких драках мальчишек за внимание её старшей сестры.

Июнь на острове Принца Эдуарда обещал быть комфортным. Лето уже вступило в свои права. Большинство уроков перенесли на свежий воздух. Занятия проходили то во внутреннем дворике, то в парке, то в лесу, то на холмах и развалинах Шато, то на берегу залива. Лее это помогало продвинуться во французском, потому что запоминать слова на практике было легче. Алхимия, артефакты и библиочас, конечно, проводились в здании школы. Поначалу там же была и первая помощь. Но ввиду того, что в общей палате находился Эндрю Миллер с переломами и парой выбитых зубов после нападения неизвестных, месье Леру перенёс урок у первого класса на улицу. Потому что Лея Ли физически не могла находиться рядом с источником боли.

Соня второй день пыталась уговорить сестру навестить мальчишку в больничном. Но та наотрез отказывалась.

— Тебе нравится Миллер? Иди сама к нему.

— Эй, он же за тобой бегает. Не за мной.

— Но я-то за ним не бегаю. Он вообще не в моём вкусе.

— Слышал бы отец.

— При чём тут отец? Я же не ищу жениха. Не хожу на свидания, — Сара в упор посмотрела на Лею, чтобы та молчала. — Просто выбираю, с кем можно интересно провести время. А Миллер... Ну он скучный, Сонь. У него кличка с первого класса Эндрю-зануда.

— Это не его мать случайно в департаменте по делам статиков работает? — влезла в разговор Клара.

— Не знаю. Наверное. У него дядя министр, — равнодушно ответила Сара.

— Когда, наконец, будешь искать жениха, обрати на него внимание, — Каприс деловито отрезала кусочек отбивной. — Единственный наследник известного рода.

— Да вы что, сговорились все? Ли, что? — Лея вдруг поняла, что сидит и, не мигая, смотрит на Сару.

— Ничего. Тебе решать.

— Вот. Хоть кто-то это понимает. С кем я встречаюсь — моё личное дело, — девушка слегка кивнула Лее.

— С такими людьми нужно поддерживать контакты. Поэтому тебе следует всё же его навестить, — сказала Каприс.

— Да ну вас к чёрту, — Сара отложила приборы и вышла из-за стола.

— Вот глупая, — Клара закатила глаза.

— Тут даже я согласна, — Соня подпёрла голову рукой.

— Грядёт повторение! — все вздрогнули от голоса влетевшей в столовую Касперович. — Гроза грядёт! — звякнув многочисленными браслетами, она театрально воздела руки к небу и прошла к столу преподавателей под сдавленный смех учеников. Цыганка приложила к глазу монокль и окинула взглядом зал.

— Зря смеётесь. Карты не врут.

— Эсмеральда, сядьте, наконец, — строго сказала директор.

— Увидите. Все увидите! Сирота осиротеет, — по столам пронёсся хохот. Больше всех гоготали мальчишки-старшекурсники.

Лея смотрела на заливающихся смехом подруг, а саму её охватил леденящий ужас и боль. ЕГО боль. Чужая. Человек в чёрном появился в дверях и жестом позвал кого-то из преподавателей выйти. Директор встала и взяла под локоть цыганку. Та не унималась. Проходя вдоль столов она снова заголосила на весь зал:

— Карты не врут. Судьбу не изменить. Убийца здесь.

Лея нашла в лесу небольшую полянку, скрытую от посторонних глаз зарослями черёмухи. Здесь было светло и ровно. Трава невысокая и такая мягкая, что можно было заниматься босиком. Идеальное место для практики тайцзы. Она приходила сюда после вечернего чая, тренировалась, потом гуляла до побережья и шла на ужин. А рано утром занималась на пляже и, возвращаясь к школе, всегда высматривала на старой башне человека в чёрном. И если не видела, то подходила к его окнам. Но больше не заглядывала внутрь. Просто стояла какое-то время у стены и убегала. В дождливые дни занималась тайцзы на лестничной площадке шестого этажа. Не идеальное место, но... лучше, чем ничего. В спальне при девочках Лея не решалась больше практиковать. После того, как по весне Клара высмеяла её перед всем боксом. Если бы не Соня, их дружбе мог прийти конец.

— Эй, скучаешь по дому? — в один из дождливых июньских дней спросила подруга.

— Мой дом теперь здесь. Скучаю по людным вечерним городам и тихим тибетским рассветам. Скучаю по Китаю. А ты? Хочешь домой?

— Не знаю, — ответила Соня и забралась с ногами на широкий подоконник, пригласив Лею присоединиться. — Я с пяти лет здесь. Эль Кастильо — мой второй дом. Как я буду без Сары через год? Мы бегали друг к дружке, когда она перешла в старшие классы. А теперь... она рядом, но... — подруга с грустью смотрела на подтёки дождя на стекле.

— Сара выросла, — сказала Лея.

— Эй, я тоже не маленькая. Скорей бы домой. Целых два месяца, — Соня мечтательно потянулась. — Мама обещала нам семейное путешествие. А ты где лето проведёшь?

— В Сингапур хочу. Или в Таиланд. Но от тёти давно никаких вестей. Я даже не знаю... — Лея замолчала, испугавшись собственных мыслей. — Ты уже обменяла мэджики?

— Не-а. Зачем? У меня и так деньги есть. Вкусняшки тоже присылают, — Соня спрыгнула с подоконника.

А Лея нарисовала пальцем на запотевшем стекле иероглиф "дом", а потом добавила ещё один, и получилось "семья". Почему не пишет тётя? Где она? Что с ней? Всё ли в порядке? Где они проведут каникулы? А главное, где Лея будет продолжать учёбу? Хотелось бы вернуться в Эль Кастильо. Несмотря на холод. Ведь здесь друзья, удивительная природа, рассветы над заливом и старинный замок с драконом. И тайна... о её матери. Как же разговорить мистера Ланде? Да хотя бы просто застать его без посторонних.

— Вот, — Соня вывалила на подоконник гору кругленьких деревяшек — мэджиков. — Забирай. Я слышала, ты хотела купюру с Елизаветой. Здесь на девятнадцать долларов. Добавишь один, и будет королева.

— Ты серьёзно? — Лея с подозрением посмотрела на подругу, глаза которой радостно светились.

— Эй, ну конечно. Я же говорю, не нужны они мне. Я ещё карманные не все потратила. До каникул хватит точно. Забирай.

— Соня, спасибо, — Лея аккуратно слезла с подоконника, чтобы не смахнуть монеты на пол, и крепко обняла подругу.

— Прячь, пока девчонки не пришли.

— Безумие. Мне так неловко. Это ведь ты их заработала.

— Эй, брось. Я не ради деревяшек учусь. Они мне, правда, ни к чему.

На банкноте в 20 канадских долларов была изображена королева Елизавета II. Конечно, Лея была безмерно счастлива и благодарна Соне. Она поделилась, что оставит купюру на память в знак их дружбы, если вдруг... тётя решит снова поменять ей школу. Клара, конечно, подняла идею на смех. И Кэтрин с Натали её поддержали. Весь вечер девочки предлагали варианты, как можно распорядиться деньгами. В итоге угомонились, лишь когда Соня пообещала проредить им шевелюры.

На уроке шахмат Лее попался в пару Дэн. Мальчишка неплохо играл, но тем не менее был значительно слабее. Получив шах и мат, он не очень-то хотел взять реванш.

— Может, пойдём прогуляемся?

— Но, Дэн, я хочу ещё сыграть с кем-нибудь.

— Ничего не изменится — ты снова одержишь победу, — улыбнулся мальчишка. Кажется, он нисколько не расстроился из-за проигрыша.

— Мне нравятся шахматы.

— Мне тоже. Но есть кое-что поважнее, — Райс склонился над доской и перешёл на шёпот.

— Что? — Лея тоже подалась вперёд так, что они столкнулись лбами.

— Прости.

— Да нет, ты... прости.

— Выйдем?

Ребята поднялись на лестничную площадку шестого этажа.

— Крис нашёл ключ, — шепнул Дэн.

— Что?

— Ключ. Старый. На кожаном ремешке.

— И?

— Он нашёл его в лесу.

— Дэн... — дыхание ускорилось. — Покажи.

— Крис не отдаёт. Он хочет проверить каждую дверь. Пока мы лишь первый этаж обошли. Только никому не говори. Ладно?

— Ладно. А мне ты зачем рассказал?

— Не знаю. Просто, — мальчишка почесал затылок. — Ты... своя.

Лея смущённо улыбнулась. Только бы тётя не перевела её в другую школу.

— А у меня есть королева, — зачем-то сказала Лея.

— Что?

— Двадцать долларов.

Райс улыбнулся:

— А пойдём вместо чая на пикник.

— Пойдём.

Дни тянулись очень медленно, хотя соседки по боксу жаловались на их стремительный бег. Приближалось время контрольных работ и аттестаций. Лея очень переживала за французский, бытовую магию и... человекознание. Ведь её ни с того ни с сего отстранили от занятий. Дело в том, что Эсмеральда Касперович опять стала прикладываться к бутылке. И пришлось директору снова искать замену. Бытовую магию у первого класса вела Сара МакБраун, астрономию — Луна Санни, а человекознание... мистер Снежински. Он-то и был инициатором того, чтобы Лея Ли его занятия не посещала. Поэтому по средам предпоследним уроком приходилось слоняться по школе. Доклад для аттестации по предмету был давно готов. Так что можно заниматься тайцзы или ходить взад-вперёд по коридору.

На третьем этаже неподалёку от статуи феникса располагалась статуя сидящего кота в два человеческих роста. А за ней неприметная дверь с огромной замочной скважиной. При сквозняке изнутри слышался вой ветра. Однажды Лея вошла туда, ожидая увидеть комнату, заброшенный класс или чулан. Но попала на лестничную площадку. Ступени вели вверх до четвёртого этажа и выводили, скорее всего, в часть начальной школы. Лея не могла знать точно, ведь дверь наверху была закрыта, а сквозь замочную скважину виднелись только зеленоватые стены. Соня как-то говорила, что как раз такие на учебном этаже. Ловить в этом закутке было нечего, оставалось только вернуться на третий этаж старшей школы. Лея уже приоткрыла дверь, как вдруг услышала гулкие удары тростью и голос директора:

— Вы же знаете, у нас и так не хватает преподавателей. Если я её уволю, школу закроют.

Стук затих. Послышался шелест каменных крыльев феникса. Торопливые удаляющиеся шаги. Лея постояла немного за дверью и выглянула. Из-за большого кота она увидела, как по коридору шёл мистер Ланде. Узнала по фигуре и походке. Он остановился рядом с учительской и огляделся. Лея спряталась в тени статуи. Только бы не заметил. Снова выглянула. Убедившись, что в коридоре никого, она взяла в руки туфли и босиком добежала до учительской. В замочной скважине торчал ключ. Лея обулась и, недолго думая, аккуратно вытащила его и рывком открыла дверь.

Просторная светлая комната. Вдоль стен стеллажи. Несколько столов — рабочие места для учителей — и удобные кресла на тоненьких ножках, как в кабинете директора. Камин, обложенный красным кирпичом. Бордовая дорожка с узорами. Тот, кого Лея так долго пыталась поймать, был здесь один. Он стоял спиной к выходу у столика с чашкой в руках. Оглянувшись, удивлённо вытаращил глаза.

— Вы ошиблись дверью, мисс.

— Нисколько, — замок щёлкнул, Лея крепко сжала ключик в кулаке. — Мне нужны именно вы.

Губы мужчины дрогнули. Взгляд стал на мгновенье испуганным. Глазки забегали. Но в конце концов он смог совладать с собой. Хотя Лея слышала, как звякнула чашка о блюдце в его руках.

Знал бы он, как ей самой сейчас страшно. Что у неё дрожат коленки, а в горле ком.

— Мистер Ланде, я не выпущу вас отсюда, пока вы не расскажете мне о моей матери. Всё, что вам известно.

— Простите, мисс, но... мне ничего-ничего не известно о вашей матери, — мистер Ланде сделал глоток. — А вы разве не должны быть сейчас на уроке?

— Нет. Я должна быть там, где я есть. И я не уйду, пока не узнаю...

— Постойте-постойте. С чего вы вообще взяли, что я чем-то могу вам помочь? — он снисходительно улыбнулся и поставил чашку на столик.

— Вы сказали мне, что я на неё похожа.

— Так-так-так, — учитель задумчиво погладил бородку. — Кажется, вы меня неверно поняли, мисс. Мне нечего вам рассказать, — мистер Ланде развёл руками.

— Да нет же! Я точно помню. В приёмной директора. Вы сказали это.

— Нет-нет. Я не мог такого сказать.

— Но вы. Говорили. Что я. Похожа. На мать, — Лея сделала несколько шагов вперёд.

Ланде попятился.

— Ну что вы? Что вы? Я не мог. Я вообще... А как... Как звали вашу мать?

Лея опешила.

— Я... не знаю.

— Вот видите? Видите, мисс? Если даже ВАМ это не известно...

— Я надеялась узнать от вас. Хоть что-нибудь, — от разочарования наворачивались слёзы на глаза.

— Сожалею. Сожалею, мисс. Отдайте... ключ, — он протянул руку.

Лея замотала головой. Говорить было уже трудно. Она прижала кулачок к груди.

— Нет, — еле слышно. — Хоть что-нибудь... Неужели... Всё напрасно? Пожалуйста, сэр. Почему... вы так сказали?

— Я не говорил ничего подобного, мисс.

— Но... как же?

Её слова утонули в трели звонка за дверью. Лицо Леонарда Ланде расслабилось.

— Мисс Ли, мне пора на урок.

Лея не пошевелилась. За спиной стали дёргать ручку, потом через какое-то время раздался щелчок. Кто-то вошёл, впустив в учительскую шум коридора. Дверь не закрывалась. Ланде криво усмехнулся, глядя на вошедшего. Даже не оборачиваясь, Лея поняла — в дверях стоит ОН, человек в чёрном. Только на него здешние преподаватели смотрят с таким презрением. Да и ученики относятся не лучше: либо боятся, либо ненавидят. Чем же он заслужил такую неприязнь?

— Она может пойти с нами, — уверенно сказал Дэн, стоя за плечом Леи.

Ребята пораньше ушли с ужина.

— Нет, Райс, только ты и я, — бойко ответил белокурый мальчишка.

— Крис, она всё знает. Она... была там.

Лея резко обернулась.

— Дэн!

— Это ничего не меняет. Может, она наврала тебе, чтобы попасть в Шато, — ответил Крис.

— Просто ты не знаешь, от какой двери этот ключ, — выпалила Лея.

— А вот и знаю.

— Тогда идёмте. Мы должны успеть до отбоя, — Дэн взял Лею за руку.

От неожиданности она вздрогнула.

— Ну нет. Она. Не идёт, — Лейк был непреклонен.

— Ладно, Дэн, — высвободив ладонь из его пальцев, сдалась Лея. — Потом расскажешь.

— Тогда я тоже не иду, — твёрдо сказал Райс, и они с Леей пошли прочь от развалин.

— Тряпка! — обозлённо выкрикнул им вслед Крис.

— Ну вот, теперь из-за меня ты поругался с другом. Дэн, — Лея остановилась и преградила мальчишке путь, — ты ещё успеешь его догнать.

— У нас с Крисом будет целое лето, чтобы помириться. Или тебе не нравится со мной гулять?

— Нравится, — призналась Лея, почувствовав, как кровь приливает к щекам. — Только Клара всё время этим подкалывает. И смеётся. Называет нас... — Лея вздохнула и отвернулась.

— Это не её дело. А если тебе нравится, то... какая разница, что думает об этом Клара?

Они гуляли по парку, пока не стемнело.

— Кажется, у нас будет штраф.

— Да уж, — согласилась Лея. — Мне придётся закончить год в минусе.

— Тебя наказали за то, что ты вошла в учительскую? — удивился мальчишка.

— Представь себе. Но... я сама была не права. Не надо было его удерживать.

— Ты, и вправду, закрыла мистера Ланде?

— Да. Я думала, что он знал мою мать. Какая я глупая.

— И что он тебе сказал?

— Ничего. Что мне показалось. Потом прозвенел звонок. Самое ужасное, что придётся каждый день смотреть в глаза мистера Ланде. На уроках. Мне так стыдно, Дэн. Что я наделала?

— Ты просто хотела узнать правду.

— Да. Но... ситуация получилась неловкая. Представь, что мистер Снежински и директор подумали, когда открыли дверь, а там я. То есть мы.

— Но ключ ведь был у тебя?

— Да. Хорошо, что мистеру Ланде удалось сгладить ситуацию.

— Как?

— Он сказал, что я пришла просить индивидуальные уроки по латыни. И посоветовал поискать информацию в библиотеке.

В последние выходные перед аттестационной неделей Дэн пригласил девчонок на пикник. Но Соня предпочла прогулку с Сарой до Бич Пойнт, а Клара в последний момент отказалась в пользу экскурсии на маяк с Натали и Кэтрин. Поэтому только Лея сопровождала Дэна на берег залива Святого Лаврентия. Ребята расположились на большом плоском камне. С собой у них был термос с зелёным чаем, несколько бутербродов и цукаты.

— Крис всё ещё дуется? — спросила Лея, наливая другу чай.

— Дуется. Я пытался узнать, как там — в Шато, — мальчишка мечтательно посмотрел в сторону старого замка. С пляжа был виден верх башни.

— А он? — Лея взяла бутерброд.

— Даже разговаривать не стал, — Дэн вздохнул. — Сегодня впервые за всё время перекинулись парой фраз. Да и то по учёбе.

— Мне так жаль. Это всё из-за меня.

— Не переживай. Криса я давно знаю. Мы не впервые ссоримся. И каждый раз миримся. Он наш сосед. А с соседями нужно жить дружно, — Райс улыбнулся. — Жаль, нас ещё не научили практическим преобразованиям. Наколдовал бы удочку.

— Нам дали столько теории, что иногда кажется, я могу из камня сделать слона.

Ребята засмеялись.

— Точно. Но начинать практику без наставника нельзя.

— Как и в тайцзы. Ой, — снова Лея поругала себя за то, что не сдержалась и выдала информации больше, чем нужно. — Любые навыки лучше приобретать через наставника.

— Отец обещал научить, если сдам аттестацию на отлично. Весь июль проведём на побережье. Рыбалка, купание, солнечные ванны. Потом на месяц в мегаполис. В столицу.

— В Оттаву?

— В Монреаль. Наша магическая столица. А ты куда на лето?

— Не знаю. Тётя обещала Таиланд. Но... Мы давно хотели поехать. Возможно... там сейчас небезопасно. Для нас. Она так давно не писала, что я... — голос дрогнул. Лея изо всех сил старалась сдержать подступившие слёзы.

Райс достал из сумки маленький блокнот и что-то написал. Передал Лее:

— Это адрес прабабушки. Если будет нужна помощь... Обращайся.

— Спасибо, Дэн, — глядя в его спокойные серые глаза, она попыталась улыбнуться. Не вышло, но Лея всё равно почувствовала облегчение. Дружба стала теперь чем-то реальным, почти осязаемым, как его ладонь, когда он вдруг брал её за руку. И пусть они знакомы менее года, но Райс сейчас для неё более близкий и родной, чем тётя, воспитывающая её с рождения. С ним не страшно. Нет того постоянного напряжения, которое подступало, едва в поле зрения появлялась Чунь Шэн Ли.

В понедельник 25 июня Лея пришла вместе со всеми на человекознание. Но Снежински бесцеремонно выставил её за дверь, напомнив, что сдавать предмет она должна директору или самой Касперович, если та вернётся к работе до конца учебного года. Пошатавшись по школе, Лея набрела на боковую лестницу, которая вела на третий этаж юго-восточной части школы. Мягкий тёмно-красный ковёр в полумраке коридора. Тихо. Вдоль стены рыцарские доспехи и картины. Прямого выхода в учебную часть отсюда Лея не нашла. Поэтому вернулась на второй этаж по боковой лестнице. По центральной поднялась на третий и свернула в то же крыло. Вход в коридор отделяла массивная дверь без стёкол. На полу ковёр. Таблички у дверей: "Актовый зал", "Зал для совещаний", "Гостевая комната 1". Дальше Лея не успела посмотреть. Прозвенел звонок, и она вернулась на второй этаж.

— Эй, повезло тебе, — Соня выглядела уставшей. — Он просто зверь. Сара была права. Как-то раз ей довелось сдавать ему предмет. Алхимию, кажется.

— Расскажу матери, какие недоумки здесь преподают, — возмущалась Клара. — Как вообще можно доверить экзамен непрофессионалу?

— Эй, полегче, Каприс, в Эль Кастильо нет непрофессионалов.

— Слушай, МакБраун, а наши кураторы по-твоему кто? Они же совсем недавно выпустились. Мы у них первые подопечные. До нас они не имели права быть тьюторами. Только уроки вели.

— Ну и что? Мне нравятся. И Луна и Нестор, — сказала Лея. — А правда, что они муж и жена?

— Правда, — ответила Соня.

— Да им вообще не до нас. Заняты только друг другом. Не удивлюсь, если Санни в сентябре уйдёт в декрет. Тогда я точно в Париж уеду.

— Почему? — удивилась Лея.

— Потому что школу закроют, если будет недостаточно преподавателей.

— Эй, а мы зачем учимся? В прошлом году были сильные выпускники. Целых десять человек продолжают курс.

— Заочно, МакБраун. Заочно. Потому что некому их учить.

Девочки ещё долго спорили, а Лея шла и думала, почему тётя отправила её именно сюда. Неужели она не знала о ситуации в школе? Или она намеренно выбрала заведение, которое на грани закрытия?

— Мисс Ли, — сказала МакГрегори, едва девочки вошли в класс, — после чая жду вас у себя сдавать человекознание.

— Угу.

— Проходите, мисс, — Лея возвращалась из столовой вместе с директором. — Дождёмся комиссии.

— Комиссии? Разве я не вам должна сдавать?

— Мне в том числе.

— Будет кто-то из тьюторов?

— Нет, — ответила директор, а потом, услышав стук в дверь, громко сказала: — Да-да, войдите! А где мистер Снежински?

— Идёт-идёт, — торопливо проговорил мистер Ланде.

Прихрамывая, вошёл человек в чёрном. Даже сейчас, в разгар лета, он не изменял привычному цвету.

— Ваш конспект, мисс, — сухо попросил он, протягивая руку. — Начинайте.

Он, как и Ланде, уселся в кресло у стола директора. Лея стояла напротив них троих. Колени дрожали, но присутствие директора придавало уверенности. Преподаватель английского и латыни то и дело поглаживал пальцами подбородок, а его быстрые глазки наблюдали за соседом. Тот был сосредоточен на чтении конспекта Леи и почти не смотрел в её сторону.

— Таким образом, простые люди не только ничем не хуже волшебников, но и в чём-то превосходят их, — закончила доклад Лея.

— Что?! — Снежински вскочил так неожиданно, что МакГрегори вздрогнула. А лицо Леонарда Ланде вытянулось от изумления. Человек в чёрном швырнул конспект Леи на пол: — Что вы такое говорите? Простолюдины никогда не превосходили, не превосходят и никогда не будут превосходить волшебников, мисс Ли. Не так ли, директор? — он пристально посмотрел на Марию МакГрегори.

Учитель латыни поднял тетрадь и передал Лее.

— Спасибо, мистер Ланде, — шёпотом сказала она.

— Право, я не знаю, что и сказать, Всеволод, — МакГрегори явно была смущена. — Мисс Ли совсем недавно прибыла из внешнего мира. А я... Мы с вами ведь давно не покидали Эль Кастильо и его магические окрестности. Возможно, простолюдины действительно достигли какого-то прогресса, о котором волшебники ничего не знают. Мистер Ланде, что вы об этом думаете? Вы ведь бываете за границами магии.

— Да, директор. Некоторые технологии простолюдинов правда впечатляют. Но, может быть, мисс Ли приведёт пример?

— Да, мисс, действительно, — подхватил Снежински. — Пример. Но учтите, если Я не посчитаю его достаточно убедительным, ваша аттестация будет провалена.

— Я останусь на второй год?

— Нет, — мужчина сел и изобразил язвительную улыбку, — вы будете отчислены.

— Директор, это так? — взволнованно спросила Лея.

— Боюсь, мисс Ли, что мистер Снежински прав. У вас есть проблемы и по другим дисциплинам. Если вы провалите французский или физподготовку... То, несмотря на успехи в других предметах, ваше дальнейшее обучение в школе-пансионате Эль Кастильо действительно висит на волоске.

Лея стояла, опустив глаза, и чувствовала, что вот-вот заплачет.

— Мой дядя, Ли Хенг Ан, обычный человек. Но то, что он делает, удивительнее волшебства. Когда мы были в Гонконге у него в гостях, в один из вечеров к нему пришла соседка. Она держала на руках маленького щеночка и благодарила дядю Хенга за то, что вернул её дочку к жизни. Девочка так страдала, что ни есть, ни спать не могла. Потому что, когда она летом гуляла со своей собакой, та попала под машину и погибла. И вот дядя Хенг сделал так, чтобы щеночек родился заново. Это вроде бы и другая собака, но каждая клеточка её тела — точная копия умершего животного. Это называется клонирование, сэр, — Лея подняла глаза и пристально посмотрела на человека в чёрном.

— Вы лжёте, мисс Ли. Это невозможно, — человек в чёрном встал и медленно направился к выходу. — Вы не аттестованы.

— Но, сэр, это правда! Когда за мной приедет тётя, она подтвердит каждое моё слово.

— Мистер Снежински, — Ланде поднялся. — Я не думаю, что мисс Ли лжёт. Несколько лет назад я видел передачу о возможностях клонирования. Учёные всего мира давно работают над этой технологией. Летом тысяча девятьсот девяносто шестого года, как раз в то время, когда вы были сами знаете где, мир узнал о рождении первого в истории клона — овечки Долли.

Всеволод Снежински обернулся. Лицо его выражало задумчивость. Наконец, пристально глядя на Лею, он сухо сказал:

— Хорошо, вы прошли аттестацию, мисс Ли, — хромая, он вышел из кабинета директора.

— Даже не верится, что целый год пролетел, — за вечерним чаем Лея с грустью смотрела на подруг. — Надеюсь, меня не оставят на второй год. Я, кажется, завалила магические формулы и спорт.

— Спорт? — девочки даже поперхнулись.

— Да. Мне попался хоккей. А с коньками я не дружу, вы знаете.

— Эй, ну ты даёшь! Завалить спорт, — Соня усмехнулась.

— А меня возьмут в команду, — гордо выпрямилась Клара. — Мне тоже хоккей попался.

— Ты здорово держишься на льду, — похвалила Лея.

— Надеюсь, ты сделаешь правильный выбор и будешь играть за "Китов".

— Разумеется, МакБраун. Я буду играть за "Китов". Не сомневайся, — Каприс подпёрла щёку рукой, довольно глядя на то, как Соня уплетает круассаны. — Наконец-то завтра домой. Отец писал, что мы проведём отпуск на Ла-Манше.

— А я мечтаю увидеть Нью-Йорк. Прогуляться по Гайд-парку. Залезть на самый высокий небоскрёб, — Соня отвлеклась от еды.

— А я домой хочу. В Китай. К тёте и дяде, — Лея старалась держаться, не показывать свой страх, ведь она так и не получила весточки от Чунь Шэн.

Девчонки долго болтали. Спать легли за полночь. Наутро директор раздала конверты с результатами годовой аттестации, а после завтрака за ребятами приехали два больших школьных автобуса. Первым рейсом они отвезли до шлагбаума тех, кого должны были забрать родители. А потом один автобус следовал по маршруту до Саммерсайда через Монтегю и Шарлоттаун, а второй — до причала, откуда ходил паром на материк.

Лея махала друзьям, перебегая от одного автобуса к другому. Девочек ждал паром, а Дэн ехал до Бич Пойнт.

Школа наполнилась тишиной. До обеда оставалось чуть больше двух часов. Лея повторила комплекс 18 форм тайцзы, но на сей раз это не помогло справиться с волнением. Ведь если тётя не заберёт её сегодня, то... придётся рассказать директору. Но нельзя... нельзя, чтобы о проклятии узнал кто-то посторонний.

Лея собрала чемодан и сумку, надела медальон на шею, так и не решившись положить его с остальными вещами. А потом долго бродила по территории вокруг старого замка. С южной стороны — там, где башня — деревья и кусты росли очень густо и близко к каменной стене. Тоненькие растения торчали даже из расщелин между кладкой. Сеньор Дельгадо водил их сюда изучать насекомых. Помнится, он очень занервничал, когда Крис Лейк заметил в зарослях низенькую дверь — единственную незаколоченную. Учитель тогда поспешно увёл класс, по пути рассказывая о живности, населяющей местность. Не от этой ли двери Крис нашёл ключ? И не его ли потерял мексиканец?

Лея пробралась сквозь заросли и толкнула дверь. Сердце ёкнуло. Изнутри повеяло прохладой и сыростью. Хотя снаружи и не было видно окон, свет всё же проникал сюда узенькими лучами, в которых кружились пылинки. Лея прикрыла за собой дверь. Она с лёгким скрипом шоркнула по каменному полу. И снова тишина. Осмотревшись, Лея поняла, что находится внутри башни. Но лестницы наверх она не обнаружила. Зато здесь было по два хода с западной и северной сторон. Недолго думая, она выбрала первый левый коридор. По всей его протяжённости — ни одной двери. А сквозь узкие окошки на пустые рамы в позолоченных багетах падали лучи. Длинный коридор выводил в башню без лестниц. Здесь было всё захламлено. На полу следы лап. Опасаясь столкнуться с драконом, Лея вернулась в первую башню и выбрала на сей раз правый проход на северной стороне. Тут было темно. Пришлось использовать магию света. Она чувствовала под пальцами тепло, а палочка сияла достаточно ярко. Это было удивительно, ведь раньше её сил хватало лишь на слабое и прерывистое мерцание. Часто свет даже не доходил до кончика палочки. Сейчас же волшебство получалось не хуже, чем у Дэна. Да что там! Не хуже, чем у Сони, чья палочка давала мощные лучи ещё в начале учебного года.

Тёмный сырой коридор привёл в тупик, где по левую руку располагалась дверь. Интересно, Крис был здесь? Если был, то наверняка посмотрел, что там дальше. Лея вся дрожала от страха, но толкнула дверь. Заперто? Или... нужно потянуть на себя? Дальше та же тьма, но не такая плотная. Лея огляделась и узнала коридор, где находилась комната человека в чёрном! Ритм сердца ускорился. Лея погасила палочку. Посмотрела направо — темно. Не похоже, чтобы его комната была открыта. Вернуться или исследовать замок с другой стороны от холла? Что там: ветер или гул голосов?

— Дедушка, какое солнце! Так на луг хочется! — Лея не успела закрыть за собой дверь. Откуда здесь ребёнок? Неужели человек в чёрном водит сюда экскурсии? Или... это призраки старого замка? Или... оборотни? Коленки Леи подкосились, но она сделала восстанавливающую дыхательную гимнастику. Мастер Ло говорил, это помогает вернуть внутренний покой. Но... разве это возможно, когда из холла в ответ донёсся голос старика?

— Я бы тоже не отказался. Хоть и отвык от солнца.

— Он снова будет здесь всё громить? — испуганный детский голосок.

Аккуратно прикрыв дверь, Лея подошла к ступеням, ведущим в холл, и притаилась.

— Надеюсь, предпочтёт напиться в "Таверне призраков", — пробасил мужской голос.

Лея вздрогнула, услышав знакомое название.

— Вот она — расплата за грехи, — ответила грустно женщина.

Да сколько же их там? А главное, КТО они?

— Так ему, убийце, и надо, — бойко выкрикнул ломаный мальчишеский голос.

— Цезарь, — с укором сказал женский.

Лея, поддавшись любопытству, подалась вперёд. Теперь она могла видеть лестницу и часть холла.

— Ну мам, — недовольно протянул мальчишка.

— Ты пугаешь Бланку, — бас.

Ещё немного — взору открылся витраж над статуей мужчины. Что? Показалось, или... мужчина... настоящий? Ведь статуи не машут руками.

— Всё в порядке, мам, я слышу это каждый год. А ещё... его вопли. Они гораздо страшнее. Кровь стынет, — снова детский голос.

— У нас нет крови, — кто же этот мальчишка? Голос незнакомый.

— Дальше папа скажет, что не надо было тревожить Чёрную Тьму. А потом мы будем молчать до самого заката. Из года в год одно и то же, — лениво проговорил бас. Мужчина, который стоял под витражом, провёл ладонью по лицу. Лея не успела рассмотреть их всех, потому что детский голос звонко возвестил:

— Смотрите, это она! — статуя девочки указывала на Лею пальцем. Все пятеро уставились на неё.

Бежать. Но ноги не слушались.

— Подойди, не бойся, — мягко сказал старик. — Ты ведь не статуя.

— Нет, — ответила Лея.

— А мы статуи, — продолжил он. — Не бойся. Мы не кусаемся.

— Даже с места сойти не можем, — добавил юноша.

Лея медленно-медленно направилась к ним, вспоминая, как рассматривала их, светя палочкой в глаза. Наверное, это было неприятно.

— Простите. Я не хотела никого тревожить. Просто... гуляла. Я недавно в книге о вас читала. Вы основатели школы. Семья Кастильо.

— Верно, — старик улыбнулся. Он напомнил Лее одного мастера из тибетского монастыря. Видимо, тот был настоящим волшебником, потому что единственный уцелел при нападении Ворона.

— Удивительно! Я ведь думала, вы просто статуи!

— Мы и есть статуи, девочка, — лениво пробасил мужчина.

— В кабинете директора я видела такие же, но маленькие. И медальоны без символов. Ой! Я думала вы... каменные.

— Диана каменная, а я металлический, — ответил бас.

— Дедушка стеклянный, — сказала девочка, — а я...

— Из дерева, — закончила за неё Лея. — А молодой человек...

— Не вздумай говорить, — прошипел юноша.

— Вы пять элементов! — воскликнула Лея. — И символы на ваших медальонах... Я знаю их.

Статуи переглянулись.

— Вы шутите? — удивился старик.

— Пять Иньских элементов, — твёрдо ответила Лея.

— Кто вы и откуда, мисс? — поинтересовался мужчина.

— Я Лея Ли. Из Китая.

— Не может быть. Вы не похожи на азиатку, — скептически заметила женщина.

— Я не азиатка. Но моя тётя азиатка. А ещё у меня есть такой же медальон, только с символом Янской Воды.

Статуи снова переглянулись.

— Откуда он у вас? — спросил старик.

— Я не знаю. От тёти достался. Она не хотела, чтобы я брала его с собой. Просила выбросить.

— Ни в коем случае! — предостерёг старик.

— Я и не собираюсь. Я... спрятать его хочу.

— Спрятать? Шато — лучшее место для тайн! — ответила девочка.

— Да. Бланка права, — старик погладил бороду. — Я бы мог взять его на хранение. Но легенда гласит, что мне нельзя принимать Янскую Воду.

— Пусть будет у меня, — девочка сложила ладони вместе.

— Бланка... Тогда ты не сможешь... быть с нами... — опечаленно сказала женщина.

— Станешь просто куском дерева. Бесчувственным, — объяснил юноша.

— А ты — куском пластика, — ответила Бланка.

— Почему вы решили, что я оставлю медальон вам? — с подозрением спросила Лея.

Статуи молча уставились на неё.

— Это очень сильный артефакт, — взял слово старик. — Дело рук Чёрной Тьмы. Она чувствует его. Она идёт по следу. Она нашла его однажды в Шато и вновь вернётся сюда. Камня на камне не останется.

— И что мне делать? — испугалась Лея неведомой тёмной силы. — Неужели тётя была права? Монастырь ведь разрушен. И всё из-за него... этого медальона. И дом тёти, — Лею пробрал холод от ужаса.

— Однажды Чёрная Тьма пыталась завладеть медальоном. Здесь. В Шато, — повторил старик.

— Погодите. Я видела Янский Огонь в музее артефактов, а Дерево, кажется, хранится в семье моей подруги. И никто на них не нападал. Почему?

— Может, подделка? — мужчина упёр руки в бока.

— Не знаю, — ответила Лея. — Но женщина-призрак в музее привела меня к нему. Настоящий ли он, я не знаю.

— Покажи свой, — попросила Бланка.

Лея потянула за цепочку и, достав волшебную палочку, произнесла:

— Люкс.

— Серафим всемогущий! — прошептал старик. — Это он.

— Внутри пучок моих волос. Я хотела убрать, но... не смогла.

— Получается, у вас с ним магическая связь, — пояснила женщина.

— Что это значит?

— Что вы потомственная ведьма, — хитро сощурился старик.

— Я совсем ничего не знаю о своих родителях, — посетовала Лея.

— В старой библиотеке Шато я собрал сотни книг о магии, древних родах, ритуалах и артефактах. Кто ищет, тот найдёт, — глаза стеклянного старика лукаво блеснули.

— Скажите, сэр... С этим медальоном мне могло передаться проклятье?

— Проклятье? — каменная женщина испуганно уставилась на Лею.

— Да, каждый год тридцатого июня и в день моего рождения меня настигает ужасная боль. Будто... разрывает изнутри. Тётя считает, что я вижу Смерть. И кричу. И... у меня то жар, то озноб. Она говорит, это выглядит страшно, — Лея стыдливо опустила голову.

Впервые в жизни она кому-то открылась. К тому же посторонним. Впрочем, можно ли считать статуи с такими же медальонами посторонними? Их вообще можно считать кем-то? Они ведь просто статуи.

— Это повторится сегодня. И если тётя не приедет за мной... Некому будет держать меня за руку, — голос сорвался, выдавая страх и отчаяние.

Статуи молчали. А Лея изо всех сил пыталась не заплакать. Губы её дрожали.

— Думаете, Чёрная Тьма завладела медальоном в ту ночь? — спросил, наконец, юноша.

— Если бы это было так, вряд ли она его упустила бы ещё раз, — задумчиво произнёс старик.

— Но больше некому накладывать проклятье, — возразил мужчина.

— Кто она такая, эта Чёрная Тьма?

Все удивлённо уставились на Лею.

— Ты не читала нашу "Книгу легенд"? — удивился мужчина.

— Нет.

— Ты точно ведьма? — усмехнулся юноша.

— Тётя говорит, что точно, — с сомнением ответила Лея.

— Каждый ребёнок в волшебном мире знает эти легенды, — сказала Бланка. — Правда, мама?

— Правда. Мы потратили годы жизни на составление этого сборника. Он должен быть в библиотеке. Не так ли, сэр Альберт?

— Разумеется, Диана, — ответил старик.

— Я найду и прочитаю, — пообещала Лея. — А что мне делать с медальоном?

— Оставь его мне, — повторила просьбу Бланка.

— Ну нет, — возразила Диана. — Если бы на нём не было проклятья...

— Мам... Мы ведь просто статуи. Дедушка, скажи ей.

— Устами младенца глаголет истина, Диана. Я разрешаю, — снисходительно ответил Альберт и обратился к Лее: — А теперь повесь медальон на шею Бланки.

— Постой, — остановил мужчина. — Мы должны попрощаться. Дочь не сможет говорить, пока ты не заберёшь свой медальон обратно.

— Почему?

— Это долгая история, — ответил Альберт. — Как-нибудь расскажем.

Позади что-то звякнуло. Статуи выпрямились. Лея быстро надела медальон на шею Бланки. Она лишь успела подмигнуть, прежде чем застыла неподвижно. Потом раздались шаги. Лея медленно обернулась. Из-под лестницы в коридор, откуда она недавно пришла, шлёпал дракон. Тот самый, которого Лея испугалась и испугала криком на Рождество. Только бы зверюга не заметила её. Но существо, похрюкивая, спустилось на цокольный этаж. Лея поняла, что назад придётся выбираться другим путём. Помахав рукой статуям, она пошла знакомой дорогой — к скрипучей двери справа под лестницей. Благо, она всегда открыта. Подвал, каменно-земляной коридор с редкими керосинками. Останется свернуть налево и узнать, не заперта ли дверь в учебном корпусе. Лея не успела испугаться своих мыслей, потому что из-за угла на неё вышел... человек в чёрном. Только был он на сей раз в белой, заляпанной землёй рубашке. Лицо его сначала выразило удивление, потом злобу.

— Я же сказал вам не соваться в старый замок, — прошипел он.

— Простите. Сэр. Вы не могли бы...

— Не мог, — отрезал он. — Идите прямо и попадёте на пляж. Там сейчас безопасно. Успеете. Если, конечно, не будете снова совать свой нос куда не следует.

Он посторонился, чтобы Лея прошла. Как же она его боялась! Особенно с тех пор, как Касперович на весь зал сказала: "Убийца здесь". Ведь там был... ОН. Тот, кого ненавидят в замке. Тот, кого больше не принимает магическое сообщество Канады. Тот, кто хранит фото Леи Ли в своём шкафу. Что же он такое совершил, этот неприятный тип в чёрном?

Подземный коридор вывел на пляж. Лея пробралась через заросли и корни. Как раз в том месте, где показывал осенью Дэн. Судя по всему, мальчишки сюда больше не совались после происшествия, когда их спас мистер Снежински. Может, всё-таки он не совсем монстр?

На обед она опоздала, за что удостоилась укоризненного взгляда директора. Наспех перекусив и узнав, что от тёти до сих пор нет вестей, Лея попросила МакГрегори об аудиенции после ужина. И, получив согласие, поднялась на пятый этаж. Миссис Принц напевала какую-то песенку, наводя порядок в библиотеке.

— Можно взять что-нибудь почитать на лето?

— Конечно. Есть всё. От сказок до серьёзных научных исследований, — ответила библиотекарь.

— Если можно... "Книгу легенд", — робко попросила Лея.

— Да, конечно. Одну минуту.

Миссис Принц скрылась за стеллажами и вскоре вынесла толстую книгу небольшого формата. Кожаная обложка с узорами, в которых Лея с лёгкостью узнала китайские иероглифы.

— Вернуть не позднее десятого сентября. Так, ещё нужна ваша подпись, мисс.

— Угу.

Немного почитав, Лея сунула книгу в чемодан. Она залезла на подоконник в спальне и стала смотреть на парк во внутреннем дворике. Сеньор Дельгадо поливал свои кусты, управляя с помощью палочки-морковки пузатыми лейками. Рядом вертелся мистер Ланде. Потом вышли мадам Леру и Касперович. Цыганка размахивала руками. Как всегда. Завидя её, Ланде вернулся в здание школы. Лея соскочила с подоконника и поспешила на улицу справиться о самочувствии учительницы астрологии. В центральном холле пятого этажа было непривычно тихо. Мягкий ворс ковра заглушал шаги. А на лестнице они звучали слишком громко, эхом отражаясь от каменных стен. Лея ступала осторожно. Между вторым и третьим этажами она вдруг столкнулась с мистером Ланде. Они оба остановились как вкопанные, глядя друг на друга. Неловкий момент.

— Я всё ещё похожа на мою мать, мистер Ланде? — Лея убрала непослушную прядь за ухо.

— Мисс Ли, я не был... не был знаком с вашей матерью.

— Тогда почему вы это сказали тогда?

— Что-что? Я ничего подобного не говорил, — учитель улыбался, а его быстрые глазки бегали, словно в поисках спасения.

Но тут ему снова повезло — послышался стук трости о каменный пол. И тут же раздался голос директора:

— Мисс Ли, как хорошо, что вы здесь, — Лея подняла голову. — Собирайте вещи. Сегодня уезжаете.

Тем временем Ланде уже и след простыл. Но теперь было точно не до него. Сердце ликовало. Ответив, что чемодан давно собран, Лея вприпрыжку побежала по лестнице. Выйдя во двор, она увидела, что навстречу ей идёт Чунь Шэн. Наобнимавшись, они вместе пошли за вещами. А за спиной раздавались визгливые вопли Касперович:

— Чёрная Тьма! Чёрная Тьма вернётся. Чёрным крылом накроет их!

Лея открыла глаза. Темно. Сквозь щели заколоченного окна пробивался свет. Ну и пыльная же эта комната! Лея поднялась на локтях и обнаружила, что спала на старой засаленной кровати, от которой несло псиной. Без одежды, на плаще Чунь Шэн, брошенном поверх проеденного молью шерстяного пледа. Укрыта своим большим полотенцем. Голова была тяжёлой, как и всегда после этого. Но хотя бы больше не ощущалось боли, от которой Лея теряла сознание и ничего не помнила. Всё было, как всегда. Кроме одного. Они приехали сюда довольно поздно вечером, когда боль уже вызывала слёзы. Но Лея помнила, как вошла в эту комнату. Помнила, что её трясло от холода, и только потом... темнота. Раньше с приходом боли она уже переставала воспринимать что-либо. Неужели проклятие становится слабее с возрастом?

— Тётя, — еле слышно позвала она.

Чунь Шэн подняла голову от стола, за которым задремала.

— Да, милая. Помочь тебе одеться?

— Угу. Я пить хочу.

— У тебя был жар.

Лея провела кончиками пальцев по растрескавшимся губам.

— Больно? — спросила тётя.

— Немного.

Жуткая слабость валила с ног. Чунь Шэн налила из термоса густой сладкий чай, уже едва тёплый.

— Сможешь идти? Я видела на этаже санузел. Там даже есть вода. Правда, холодная. Я помогу тебе умыться.

— Угу. Я сильно кричала?

— Да, Мэй-Мэй.

— Мы в "Таверне призраков"?

— Да.

Лея остановилась.

— А оборотня здесь точно нет?

— Мы одни, — уверила тётя. — И хозяйка-призрак. Больше никого. Да сегодня и не полнолуние.

— Оборотни выбирают место заранее. Мы проходили.

— Осознанные оборотни.

— Наверняка здесь такой. Дэн слышал вой, когда... Стоп... Так это же... Это была... Я?

По взгляду тёти Лея поняла: то, что ей хотелось скрыть от самой себя, на самом деле беспощадная реальность.

— Надеюсь, Дэн никогда не узнает... Но как? Как меня было слышно из Шато?

— Тебя не могло быть слышно из Шато, Мэй-Мэй. Это исключено.

К обеду, когда Лея немного пришла в себя, Чунь Шэн предложила устроить пикник на побережье.

— Если хочешь, заскочим на рыбный рынок, — сказала она.

— Хочу. Я бы слона съела.

Пока тётя выбирала рыбу, Лея высматривала среди рядов Дэна. Вдруг он остался погостить у прабабушки?

— Как успехи в учёбе? — уже в машине спросила Чунь.

— В практике ужасно. Да, я научилась магии света, жалящему и отталкивающему заклинаниям. Могу подсушить одежду или удалить пыль. Сделать автономно помешивающую ложечку в чашке чая. И даже подавать сигнал SOS. В теории у меня всё гораздо лучше. Особенно по астрологии. А вот французский мне совсем не даётся.

— Ну что ж, это не страшно. Я позанимаюсь с тобой на каникулах. Как латынь?

Лея вздохнула, вспомнив и предмет и его преподавателя.

— Сносно. Контрольную я написала неплохо. Мне, конечно, далеко до уровня Сони или Клары.

— Кто это?

— Подруги.

— Подруги? — Лея поймала взгляд Чунь Шэн в зеркале заднего вида.

— Да.

Проехав от "Таверны призраков" вглубь леса, машина остановилась.

Тётя открыла багажник.

— Помоги, — позвала она. — Где расположимся? Здесь или у моря?

— Это залив. Пойдём на пляж.

— Возьми крем. Солнце припекает.

— Угу.

Выбрав место на берегу, Чунь Шэн достала свою волшебную палочку.

— Тётя, здесь нельзя колдовать, — испуганно сказала Лея.

— Не хочу, чтобы нас видели простолюдины. Не бойся. Напущу немного магии. Мы будто бы здесь, а будто и не здесь.

В воздухе замелькали серебристые пылинки. Пространство колыхнулось, пошло рябью и успокоилось. Лея опустилась на песок.

— Мэй-Мэй? — тётя тронула за плечо.

— Голова закружилась.

— Бывает. Это сильнейшая магия. С помощью неё можно даже телепортироваться.

Лея подняла голову.

— Не знала, что ты такое умеешь.

— Я многое умею, Мэй-Мэй. Но магия оставляет следы. В местах, где почти нет волшебников, ещё долго витает шлейф. И если ведьма хочет скрыться среди простолюдинов, колдовать нельзя. Поэтому нам пришлось бежать, когда ты активировала медальон. Кстати, где он?

— Что там? — Лея пыталась разглядеть неясные очертания за спиной Чунь Шэн.

— Не уходи от вопроса, — строго сказала она, уперев руки в бока. — Я не поведусь на детский розыгрыш.

— Но там правда что-то есть, — Лея медленно поднялась. — Или даже кто-то.

Чунь Шэн оглянулась. В это время, появившись будто из воздуха, к ним шёл человек. Его фигура становилась более чёткой по мере приближения.

— Дэн? — Лея двинулась навстречу. А за его спиной всё ярче вырисовывался красно-синий шатёр.

— Привет, — улыбнулся мальчишка. — Мы с прабабушкой приглашаем присоединиться к нам. Солнце сегодня печёт.

— Отлично, — согласилась тётя, которая шла следом.

Пока Чунь Шэн и Алла-Виктория обсуждали планы на лето, Лея и Дэн бродили босиком вдоль кромки воды.

— Я снова слышал его сегодня, — поделился Райс.

— Кого?

— Оборотня.

— Дэн, сегодня не полнолуние.

— Ну и что. Я почти уверен, — он сбавил тон до шёпота, — зверюга обитает в "Таверне призраков".

— Что? Нет, Дэн. Нет. Его там нет.

— Откуда ты знаешь?

— Я не могу тебе сказать. Но его там нет. Это точно. Спроси у тёти Чунь, если мне не веришь, — Лея знала, КОГО было слышно ночью.

Хотелось провалиться сквозь землю. Только бы Райс больше не говорил о жутких криках. Только бы он... никогда не узнал её страшную тайну. Что на ней неизвестное проклятие. И никому не удалось помочь избавиться от него.

— Всё утро по Бич Пойнт сновала полиция. Кто-то из простолюдинов пожаловался на душераздирающие крики.

— И?

— Они никого не нашли. Понимаешь?

— Н-нет.

— "Таверну призраков" простолюдины не видят.

— Тогда почему они слышали?

— Видимо, там происходило что-то посильнее обычной магии. Может, это и не оборотень. Но тогда... ЧТО? Или кто?

Лея села на песок. Райс расположился рядом. Они смотрела на волны, неторопливо ласкающие берег.

— Дэн, ты читал "Книгу легенд"?

— Конечно. У прабабушки старинный экземпляр. Он немного отличается от более поздних изданий. Но всё равно рекомендую. В любом варианте.

— Я взяла в школьной библиотеке.

— Хороший выбор. Я, пожалуй, тоже перечитаю. А в сентябре обсудим.

— Угу, — Лея улыбнулась ему.

Она не решилась признаться, что уже скучала. Как же ей будет не хватать друзей! Целых два месяца.

— Надеюсь, ты помиришься с Крисом.

— Конечно. Не волнуйся. Пойдём в шатёр. Я покажу тебе, какие ракушки мы с прабабушкой насобирали. Есть очень красивые. Она будет рада, если я подарю тебе одну.

Для Леи Ли началась череда переездов, что очень выматывало. Ночь в Монтегю, ночь в Саммерсайде. Три дня Нью-Йорк, потом дорога на юг. Мексика. Бразилия. Аргентина. Австралия. В Сиднее остановились на окраине города. Чунь Шэн запретила Лее выходить на улицу. Сама же могла исчезнуть иногда на сутки. За окном зимний пейзаж южного полушария. А так хотелось лета.

Наконец переехали на острова, поближе к экватору. Но и там надолго не задержались. Уже давно начался август, а Лея так ни разу и не открыла "Книгу легенд". Тётя Чунь заставляла её изучать совсем другую литературу. А ещё нужно было заниматься французским. Нагрузка получилась ещё серьёзнее, чем в школе.

Однажды тётя разбудила Лею посреди ночи и приказала живо одеваться. Через сутки они были уже на Пхукете, а ещё через два дня — в Сингапуре.

— Я так устала, — поднимаясь в лифте небоскрёба, посетовала Лея.

— Можешь расслабиться, Мэй-Мэй. Больше никаких переездов.

— Но ведь скоро в школу. Наверняка ты повезёшь меня окольными путями.

Дверь открылась на 57 этаже.

— Ты не вернёшься в Эль Кастильо.

— Что?

— Отдохнёшь пару дней — и в новую школу. Здесь семестр уже начался. Базовые знания у тебя есть...

— Я не хочу в другую школу! В Канаде остались мои друзья.

Чунь Шэн подошла к двери с табличкой 12 и приложила к замку ключ-карту.

— Найдёшь новых.

— Чтобы потом опять их бросить?

— Да. Такова жизнь, — Лея вошла, а тётя Чунь выглянула за дверь, прежде чем её закрыть. — Тебя ищет самый сильный тёмный маг Китая. Мы не должны так рисковать, оставаясь на одном месте.

— Но... я могу им хотя бы написать?

— Исключено, Мэй-Мэй. Располагайся.

— Я не понимаю, — Лея подошла к окошку и раздвинула шторы.

— Он не остановится. С каждым годом от него всё сложнее прятаться.

— Почему?

— У него появляются сторонники. А я... связана с ним. Кровью.

— Это потому, что он убил дядю Куан Бао?

— Не только. Ворон — мой брат. Мы Инь и Ян. Я родилась легко, а он... лежал поперёк. Маму не спасли. Ву Сан пропитан энергией смерти. А как ты знаешь, это очень сильная Ша[1]. Разрушительная сила. Которая требует постоянной подпитки. И сейчас его цель — ТЫ. Твоя жизнь в опасности, Мэй-Мэй.

— Это я уже слышала. Но ведь со мной всё в порядке. В Эль Кастильо я в безопасности. Ты ведь сама говорила.

— Говорила. Но ты видела, на что способна чёрная магия? Что стало со старым замком? И с новым.

— С новым?

— Да, здание школы. Его перестроили.

— Я слышала об этом, но так и не поняла, что произошло.

— Не хочется вспоминать. Я проходила там практику, когда это случилось. Было много раненых и даже погибшие. Наверняка их призраки бродят по школе ночами, — кофейного цвета глаза Чунь Шэн, не мигая, смотрели в пустоту. — Глыбы камней, осколки, битое стекло... Старого директора завалило. Он погиб. Мы жили тогда в малом здании. На берегу, — Лея вспомнила невзрачное двухэтажное строение. — Проснулись от шума. В окнах зарево огня...

В дверь постучали.

— Спрячься, — шепнула Чунь Шэн.

Лея закрылась в ванной. Спустя время тётя позвала её.

Сидя на диванчике, приветливо улыбался пожилой китаец — дядя Хенг Ан.

— Как ты выросла, Мэй-Мэй, — с гордостью сказал он. — Дай-ка я тебя обниму, — он поднялся и расставил руки.

— Я так скучала! — Лея бросилась в объятия и... — Что случилось? — обнаружила она себя лежащей на диване, а над ней посеревшие от страха лица тёти и дяди.

— Ты потеряла сознание, — пояснила Чунь.

— Я? — Лея поднялась. — Но я прекрасно себя чувствую. Вот только... — Лея ощупала голову. — Всё в порядке.

Чунь Шэн и Хенг Ан переглянулись. Тётя приложила ладонь ко лбу Леи.

— Переутомление. Тебе нужно отдохнуть.

— Дядя Хенг, как вы себя чувствуете?

— Прекрасно, — китаец добродушно улыбнулся.

— Голова... не болит? — недоверчиво спросила Лея.

— Нет.

— Здесь, — Лея протянула руку, но отдёрнула её и коснулась своего виска.

— Да нет же, Мэй-Мэй.

Хенг Ан пробыл до вечера. Они с Чунь Шэн много болтали на китайском. А Лея пыталась сосредоточиться на "Книге легенд". Сказки о драконах, индейцах и проклятой ведьме перемешались в голове настолько, что требовалась пауза.

— Может, прогуляемся? — предложила она.

— Я с радостью. Заодно проводите меня. Здесь недалеко. По пути есть китайский ресторан.

— Здорово! Я соскучилась по нашей кухне. Тётя, сходим?

— Хорошо.

Назавтра Лея вместе с Чунь Шэн отправились навестить дядю Хенга. Потом они втроём поехали к Мастеру Ло. Этой встречи Лея ждала целый год. Пока она рассматривала и без того знакомый интерьер кабинета, тётя Чунь рассказывала Мастеру о проклятии.

— Возможно, стоит рискнуть и понаблюдать, — задумчиво произнёс тот.

— Но тогда мы не узнаем, действительно ли это от перемены места жительства, а не из-за того, что она взрослеет, — возразила Чунь Шэн.

— Поймите, миссис Ли, мы должны наблюдать, но не вредить. Если девочка легче переносит боль в Канаде, то... почему бы...

— Хотя бы полгода, Мастер. Я уже оплатила семестр в Сингапуре.

— В любом случае решать вам. А что с тем медальоном? — спросил вдруг Мастер. Сердце Леи забилось быстрее.

— Мэй-Мэй, — строгий голос тёти как гром среди ясного неба.

Лея чуть не выронила фигурку тигра. Дрожащей рукой она вернула статуэтку на место и произнесла сдавленным голосом:

— У меня его нет. Я разве не говорила, что оставила его в школе?

[1] Ша — негативная энергия разрушения, застоя, деградации и упадка.

Август стремительно подходил к концу. Тётя больше не ругалась. Проводив дядю Хенга на самолёт до Гонконга, Лея и Чунь Шэн сами начали готовиться к отъезду.

— Мэй-Мэй, имей в виду, что у тебя полгода. С января ты переходишь в магическую школу для девочек в Сингапуре. Это не обсуждается.

Лея не стала сдерживать слёзы. Чунь Шэн молчала. Потом пыталась уговаривать. Дальше и вовсе перешла в наступление.

— Не смей проявлять слабость. Ты — воин, Мэй-Мэй. Ты должна быть в гармонии с собой. Отбрось все зависимости. Вещи, места, а главное... людей.

— Может, начать с тебя? — выкрикнула Лея.

— Думай о своей безопасности.

— Я не хочу. Я устала. Почему я не могу быть обычным ребёнком? Иметь друзей.

— Потому что ТЫ активировала чёртов медальон, — прошипела Чунь Шэн, схватив её за плечи. — Вытри слёзы и садись за книги. Мало времени. Ворон не будет спрашивать, чего ты хочешь.

Лея объявила тёте бойкот. Выполняя все поручения, не говорила ни слова. Молчала до самого Саммерсайда.

— И не надо на меня ТАК смотреть, — поймав взгляд Леи в зеркало заднего вида, сказала тётя. — Ты разве не рада?

Накопленные эмоции вылились слезами. И в ювелирную лавку "Ше", откуда открывался проход в магический квартал Монтегю, Лея шагнула с красными опухшими глазами, шмыгая носом.

В небольшом номере, снятом на два дня,  Чунь Шэн давала последние наставления. Вещи, купленные к школе, упаковывали вместе.

— Я тоже читала её, — сказала тётя, увидев "Книгу легенд". — Интересная. Особенно мне запомнилась история о проклятой ведьме.

— Это которую прокляла соседка из-за пропажи кур?

— Нет, — книга отправилась в чемодан. — Про ту, которою прокляли за убийство нерождённого ребёнка, — Чунь Шэн принялась пересчитывать тетради и учебники, сверяясь со списком.

— Жуткая история. Такая мне ещё не попадалась, — задумчиво ответила Лея, сворачивая джинсы. — Как и про Чёрную Тьму.

Позади что-то упало.

— Не припомню такой легенды, — напряжённо сказала тётя, поднимая с пола толстенный том ботаники. — Почему ты заговорила о ней?

— Не знаю. Кто-то из ребят посоветовал, — почти не соврала Лея. — Жаль, что ты не знаешь.

— Жаль, — одними губами произнесла Чунь Шэн. Она была настолько бледной, что Лея уложила её на диван и дальше укладывала вещи самостоятельно.

— Рванём на День рабочего в Мюррей Харбор? — вечером неожиданно предложила Чунь Шэн.

Засыпая, Лея вспоминала школьных товарищей. Как же она соскучилась! Интересно, они тоже? Сунув руку под подушку, Лея нащупала там розовую ракушку — подарок Дэна. Конечно, друзья помнят и скучают. Вне всякого сомнения.

Лея сидит на берегу и вплетает красную ленту в венок из дивных цветов — Душа Феникса. Солнце светит так ярко. Лёгкий ветерок треплет её волосы. Но наползает огромная туча, перекрывая собою всё небо. Стая. Стая чёрных птиц. Острые когти впиваются в плечи Леи, и огромный чёрный ворон уносит её. А затем бросает в пучину разбушевавшихся волн. Ледяная вода иголками вонзается в тело. Ноги касаются тверди, и вот Лея стоит на вершине башни Шато. Позади шаги. Позади Страх — чёрные глаза, как два бездонных колодца. Злобное лицо. Взгляд, полный ненависти. Губы шепчут... Проклятие? Или... имя... "Лейла"...

— Всё в порядке, милая, всё в порядке, — прохладные пальцы касаются лба, перебирают волосы.

— Тётя... Я видела его... Убийцу...

— Всё хорошо, Мэй-Мэй. Это просто сон. Сон.

— Я видела...

— Открой глаза, — мягкий, но настойчивый голос Чунь Шэн.

На этот раз Лея с тётей добрались до школы без происшествий. Даже раньше школьных автобусов. Сеньор Дельгадо встретил их и проводил Лею до башни старого Шато. Сославшись на то, что он должен встречать учеников, мексиканец поспешил к воротам. Путь до учебного корпуса шёл немного в гору, а потом — мимо юго-восточной части здания — вниз, открывая взору узенькие окошечки цокольного этажа. А дальше — снова холм, пожирающий северо-восточную часть. Пройдя во внутренний дворик, Лея ощутила тоску по тёте, но вместе с тем и радость от близкой встречи с друзьями. С каждым шагом пульс ускорялся. Она даже не сразу заметила серые кучки под кустами Sorbus Rubeus. Оставив чемодан и сумку на дорожке из брусчатки, Лея подошла к насаждениям ближе. Пепел? Видимо, оба Дельгадо решили удобрить им свои растения. Надо будет спросить мистера Нестора на уроке.

Лея вошла в холл. Тишина и прохлада. Стук её каблучков эхом отражался от каменных стен.

— Мисс Ли, — из общего зала вышла директор, — давайте я помогу вам с вещами.

— Да я... сама, — Лея подняла тяжеленный чемодан на одну ступеньку. — Не стоит... беспокоиться... директор, — ответила она, пожалев старушку.

— Я сделаю это с помощью магии, — сдержанно ответила МакГрегори, и чемодан и сумка поднялись в воздух.

В спальне Лея пробыла недолго. В окно она увидела приближающихся друзей и побежала их встречать.

Клара за лето сильно вытянулась и теперь была почти на голову выше Сони и только на несколько сантиметров ниже Дэна. Девчонки обнялись.

— Я привезла вам подарки, — сказала Лея.

— Эй, у меня тоже есть для тебя кое-что. Идёмте гулять. Последний денёчек перед учебой.

— Сонь, давай чемодан, — подошла Сара. — Оставлю в комнате досуга.

— Эй, а твои вещи где?

— Эндрю унёс уже. Хоть какая-то от него польза.

Дэн не остался в стороне и предложил помочь с чемоданом Кларе, но та, задрав нос ответила, что справится сама. А когда соседки собрались в парк, тут же передумала и, свалив заботу о своих вещах на Райса, присоединилась к подружкам.

Расположившись на лавочке недалеко от фонтана, девочки принялись обмениваться презентами. Клара подарила по плитке бельгийского шоколада, Соня привезла из Нью-Йорка футболки с логотипом мюзикла "Кошки". А Лея вручила подружкам по флакончику аромамасел из Сингапура:

— Клара, для тебя я выбрала имбирь. Он очень полезен для волос и кожи. К тому же придаёт уверенность и пробуждает бойцовский дух. Соня, а тебе — масло гвоздики. Оно помогает быть смелой и независимой. Отпугивает любую нечисть и просто приятно пахнет.

После обеда девочки убежали на тренировку. А Лея за это время успела дочитать и вернуть в библиотеку "Книгу легенд". За вечерним чаем она думала о последней истории. Той самой, о которой говорила тётя. Могло ли это произойти на самом деле? Нужно найти способ пробраться в старый Шато и спросить у статуй. Заодно забрать свой медальон. И сказать, что никакой легенды о Чёрной Тьме в их книге она не нашла. Ни единого слова. Ни даже намёка. После чаепития, подготовив принадлежности к завтрашним урокам, Лея отправилась на северную сторону побережья, где договорилась встретиться с Дэном. Добраться туда можно было в обход холма через парк и лес или через холм мимо старого замка спуститься к заливу и дойти по пляжу. Первым путём она ещё ни разу не ходила одна, да и к развалинам Шато её тянуло будто магнитом. Проходя мимо остатков полуразвалившейся стены, Лея остановилась, вспомнив о статуях. Убедившись, что никого нет поблизости, она перемахнула через камни и заглянула в щель рассохшейся двери. Тонущая в полумраке лестница и пылинки в закатных лучах солнца. Статуй отсюда не видно, да она и не надеялась.

— Вы здесь? Это я — Лея Ли. Вы слышите? Отзовитесь, — наверное, со стороны это выглядело глупо — говорить с дверью. Но как же хотелось пообщаться со статуями основателей.

Никто не ответил. Постояв ещё немного, Лея поспешила на встречу с Дэном. На углу, возле арки, чуть было не столкнулась с человеком в чёрном. Уголки его губ на мгновение дрогнули в полуулыбке. И вновь лицо приобрело неприятное выражение. Лишь пройдя несколько шагов, Лея поняла, что улыбается. Несмотря на страх перед ним.

Райс выглядел взволнованным. Волосы были взъерошены и запачканы землёй, как и белая рубашка и песочного цвета джинсы.

— Давно ждёшь?

— Нет. Мы знаем, куда ведёт второй ход, — выпалил Райс.

— Что?

— С побережья можно попасть в старый Шато.

— Ты видел их? — набросилась Лея.

— Кого?

— Статуи.

— Нет. Мы не попали внутрь. Там закрыто.

— Что?

— Закрыто.

— Как закрыто? — Лея не могла сдержать отчаяния, ведь теперь забрать медальон не представлялось возможным.

— Так, закрыто. Мы были в подвале. А потом вернулись сюда. Ты Криса не видела?

— Нет. Вы помирились?

— Да. Сразу же, когда он пришёл вернуть мне книгу. Кстати, он обнаружил там кое-что интересное.

— Что?

— Оказывается, у бабули самое первое издание "Книги легенд", и оно сильно отличается от последующих.

— Чем же?

— Жуткими подробностями некоторых событий и... — мальчишка набрал воздуха. — Легендой о Чёрной Тьме.

Сальма Принц удивлённо приподняла бровь, когда Лея пришла просить "Книгу легенд" обратно. На всякий случай соврав, что поспорила с друзьями, и теперь нужно проверить информацию, она забрала фолиант с собой. Закрывшись пологом, читала до полуночи, сравнивая с экземпляром Дэна, где легенды шли не в том порядке, что в библиотечной книге. Но самое главное — несколько сюжетов и вовсе отсутствовали в новом издании. А сама древняя книга была рукописной.

История о проклятой ведьме оказалась значительно длиннее и с кровавыми подробностями. А где-то в середине толстенной старинной рукописи была легенда о Чёрной Тьме.

Наутро, ещё перед завтраком, Лея поделилась впечатлениями с Дэном.

— Да уж, магия — это не только красивые фокусы, — согласился друг, — но и страшные проклятья.

— Как думаешь, потомки той ведьмы до сих пор страдают?

— Не знаю. Я не знаком ни с кем, у кого было бы родовое проклятье. Волшебники обычно это скрывают.

— Почему? — заволновалась Лея, вспомнив о своей тайне.

— Большой риск прожить одинокую жизнь. Никто не хочет обрекать будущих детей на страдания.

— И что, никак не избавиться от проклятий? — испугалась Лея.

— Не интересовался этой темой.

После утреннего разговора весь день сложно было сосредоточиться на уроках. Ни английский, ни алгебра в голове Леи не отложились. На спортивной подготовке она вообще заработала штрафные баллы. В то время, как все учились маневренности при управлении волшебным помелом, Лея думала о проклятиях. Она даже не сразу обратила внимание на то, что статики тоже бегали с мётлами. А Соня и Клара, оторвав ноги от земли, двигались спиной вперёд и смеялись.

— Вай-вай, девочки-красавицы. Зачем так? Помелом вперёд, — мистер Хит дунул в свисток и повторил правила пользования волшебной метлой.

Урок проходил на трансформационном поле, где для падающих пол становился мягким, как перина. Но был твёрдым для уверенно стоящих на ногах.

— Перед Рождеством проведём соревнования по сверхнизким полётам, — предупредил Карэн Апресович в конце урока.

— Лучше бы в хоккей поиграли, — выходя из спортзала, посетовала Натали.

— Хм, конечно. Статикам никогда не овладеть полётами, — довольно громко заметила Клара.

— Ничего страшного, есть ведь ковры-самолёты, — парировала Кэтрин.

— Есть. Да тебе дороговато будет, — Каприс усмехнулась и высокомерно задрала нос.

Во время библиочаса Лея наспех сделала домашние задания и принялась исследовать каталог на предмет информации о проклятиях. Ушла она позже всех, даже на обед опоздала.

Перед уроком сеньор Дельгадо раздал мешочки с фруктами и верёвки, а затем повёл ребят в лес кормить воздушных драконов. Это было увлекательное занятие. С помощью уже известного Лее заклинания "Секо" надрезали фрукты и, привязав за плодоножку, закидывали на деревья. Старались попасть в гнёзда драконов, что скрывались в кронах самых высоких клёнов. Клара деловито левитировала фрукты с помощью магии. А Соня, хотя наверняка могла так же, с удовольствием закидывала верёвку и была горда тем, что делала это лучше мальчишек.

Разгорячённые и взбудораженные ученики вернулись в учебный корпус, где строгая МакГрегори пыталась призвать их к дисциплине на уроке защитной магии. У неё это даже почти получилось. Но окончательно ребята успокоились только в кабинете мистера Ланде, который сразу после звонка объявил о проверочной работе.

— Эй, можно с тобой сегодня сыграть? — по пути в библиотеку на занятие по шахматам спросила Соня.

— Я обещала Дэну, — соврала Лея, надеясь, что он ещё не договорился с Крисом. — Составь компанию Кларе.

— Она играет с Кэтрин.

— Правда? Мне показалось, они поссорились сегодня, — удивилась Лея.

— Эй, ещё как! Стоун вызвала Каприс на шахматную дуэль!

В другое время это известие могло вызвать любопытство, но не сейчас, когда все мысли Леи были заняты "Книгой легенд". Хорошо, что тётя дала с собой много еды: фрукты, печенье, орехи, сладости, чайные сборы. Можно было не ходить в столовую, а вместо этого продолжать исследование. Тем более, что предстояло ознакомиться с «самой таинственной легендой», как назвал её Дэн.

«Родившася на болотах в дельте Нила, дочь соития Солнца и Луны, явилась птицею чёрною. Роняюша перья свои на землю бренную каплями смерти лютыя, страшныя. И спасенья от чёрной напасти той не было. Два века летала она по свету белому, покоя не знаючи. Встретившися с нею мужи, и жены, и дети их замертво падали. И не было от погибели той средства верного. Молили люди богов своих избавити народ свой от птицы чёрныя. И послали они воина светлого из страны восточныя. Пришёл воин с мечом из металла небесного. Ранил птицу-девицу, что принявши облик человеческий о пощаде просила. Людей не трогать обещала за волю вольную. Но посадил её воин в клетку о трёх замках, из трёх металлов выкованную, и увёз с собой к восходу солнечну. Да вот только перья её, что в их схватке выпали, по земле летали да людей изничтожати продолжали.

Сколько ехали они в страну восточную, та птица-девица из капель крови и слёз своих нити сучила. Нити алые, нити лёгкие, нежнее тончайшего шёлка. Много лет провела она в заточении, алый шарф по ночам сплетаючи. Охранял её воин. Охранял её сын воина. И сын сына воина. И его сын. Сколько лет минуло, а ни один мольбам не поддался. Птицу лютую на свободу не выпустил. За века, в заточении проведённые, состарилась она да озлобилась. Почернела, подурнела. А когда алый шарф свой закончила, пуще прежнего запросила милости. Но назвал её юноша ведьмой старою, да в лицо засмеялся ей. Птицей бьётся старуха, а ткань сквозь прутья струится. Не удержался юноша от диковинки такой и коснулся рукою шарфа, из крови и слёз сотканного. Не знал того юноша да взмолился подарить ему диво дивное. На свободу в обмен согласилася злая карга. Как открылись замки заржавевшие, так упал тот муж на пол замертво. Шарф в руках оказался у ведьмы, что моложе заметно сделалась. Рассмеялась она и взмыла в небо опять птицей чёрною.

И пал мир пред её ногами. Страшились её. Ходила она невидимкой по городам. И всюду забирала жизни. И чем больше, тем моложе и красивее она делалась. И тем мощнее становилась сила её разрушительная. Летала птицею чёрной, роняючи перья смертоносные. Ходила девицей юной по пустым городам. Жертв искала. И только встретит путника заблудшего, даёт ему шарф свой алый. Прикоснувшися, падает замертво пред ней человек. А она смеётся и дальше идёт. Совсем обезумела ведьма в плену. Нет от неё спасения. Стали звати её чёрною смертию, смрад несущею. Выжигали болезнь её на теле своём мазями целебными да камнями драгоценными. И стали глаза её, что изумруды, зелёные. И была она неуловимою, тьмою полная птица-девица. Но попалася в руки инквизиции. Да на костре сожжена была ведьма. А шарф её алый — в который душа её вложена — ветер унёс с собой. На восток, где солнце рождалося.

Долго с силою она собиралася. Восставала из пепла девою. Да не постигло её раскаяние. За старое принялась сумасшедшая. Абсолютное зло вкусившая».

Лея долго не могла уснуть. Едва она закрывала глаза, как её воображение подкидывало образ сумасшедшей ведьмы, убивающей всех подряд без разбора. Неужели и правда была она здесь, в Эль Кастильо? Неужели охотилась за тем самым медальоном? Что если... если она уже побывала тут летом и... Нет-нет. Об этом говорили бы на каждом углу. Нужно обязательно попасть в Шато. Взять с собой Дэна? Тогда придётся раскрыть ему тайну медальона и статуй. Но зачем Чёрная ведьма разрушила старый замок? Где она сейчас? И правда ли так опасен её шарф?

Белые пальцы вплетают алую ленту в стебли диковинных цветов. Их так много, что они покрывают собой весь пляж. Венок готов. Он готов! Лея кружится и надевает его себе на голову. Тут же налетает чёрная стая, и огромный ворон хватает её своими когтистыми лапами и несёт к океану. Падение вниз. Вид со старой башни. Шаги. Странный шёпот за спиной. Чёрные глаза. Крик.

— Эй, ты чего?

Ощутив прикосновение к руке, Лея захлопала ресницами, привыкая к свету.

— Так... сон, — увидела над собой испуганные чёрные глаза Сони.

— Ли, всю школу разбудишь, — недовольно буркнула Каприс и, зевнув, отвернулась.

На первом же уроке французского Лея получила мэджик за проверочную работу по грамматике. Занятия с тётей пошли на пользу.

— Сонь, я подумала, а почему бы нам не болтать на французском? — предложила Лея по пути на геометрию.

— Эй, разве ты не занимаешься с Сарой?

— Я так поняла, что больше нет. У неё ведь выпускной класс. Экзамены, специализация... Сама понимаешь.

Соня вздохнула.

— Мы, конечно, подруги, но... Знала бы ты, КАК я ненавижу французский!

— Ненавидишь? Ты говоришь на нём свободно, — удивилась Лея.

— Эй, ну и что? Это не мешает мне его ненавидеть. Я бы лучше китайский выучила. Или испанский.

— Это тебе к сеньору Дельгадо.

Соня звонко рассмеялась.

— Ну нет, вдруг от испанского круглеют? А я не хочу.

— Зря, МакБраун, — встряла Клара, — представь, как здорово катиться с холма.

— Девочки, потише, пожалуйста, — Луна Санни вошла вместе с ними в класс. — Занимайте, пожалуйста, свои места. Начнём урок чуть пораньше. Тема очень интересная. Параллелограмм. Поднимите руки, у кого нет линеек, — вверх взметнулось несколько рук.— Откройте, пожалуйста, учебники и тетради.

Тьютор трансформировала из карандашей линейки для ребят, напомнив о необходимости вернуть их в целости в конце занятия.

На уроке по технике безопасности проходили правила работы с огнём.

— Эй, у нас же начинается алхимическая практика, — радостно потирая руки, шепнула Соня.

— Вай-вай, зачем разговариваем, а? Девочки-красавицы, потом спрашивать будешь, что пропустила, да? — сделал замечание Карен Апрэсович. — А мистер Хорс потом мне виговор давать будет. Месье Леру лечить вас от ожог. Внимателно слушаем!

После занятия второй класс отправился на историю. Пожилая учительница Александра Бих, кажется, стала ещё старее. Она, как обычно, дремала, склонив голову, пока из класса выходили первоклассники.

— Говорят, в этом году большая часть новичков — статики, — вздохнула Клара.

— Ну и что?

— Ли, ты не понимаешь? — завелась Каприс. — Это означает упадок магии.

Прозвенел звонок, и миссис Бих встрепенулась, подняла голову и, поприветствовав класс, начала урок.

Дэн, как всегда, остался дополнительно обсудить тему колоний на территории современной Канады и судьбу коренных жителей Северной Америки. В столовой мальчишка появился только к концу обеда, когда Лея с девчонками уже выходила в холл.

— Проведаем сегодня наших краснозобых крошек, — сеньор Дельгадо с довольным видом пригладил усы. — А потом в лес. Изучать насекомых. О, вы знали, что их используют в алхимии?

— Фу-у, — брезгливо протянула Клара.

— Эй, ты помнишь, как тебя лечили настойкой из...

— МакБраун, прекрати, — Каприс зажала рот подруги ладонью. — Даже не смей напоминать мне про эту редкостную гадость.

На преобразованиях повторяли основные принципы теории — всё, что проходили в первом классе. Соня и Клара после урока долго ворчали. Даже замечания Сальмы Принц на них не действовали. Весь библиочас девочки потратили на разговоры. А Лея с Дэном листали том "Магической истории Канады".

— Посмотри, вот и дата основания школы на острове Принца Эдуарда, — шёпотом сказал мальчишка.

— Но здесь написано "остров Святого Иоанна", — не поняла Лея.

— Название поменяли англичане в тысяча семьсот девяносто восьмом году, — пояснил Райс. — А во времена семилетней войны маги тоже делили сферы влияния. Так вот... в магической войне победили французы.

— Смотри, здесь написано, что школа работала всего один год, — Лея ткнула пальцем в строку.

— Верно. Только это была не Эль Кастильо. Прабабушка говорила, что изначально дети волшебников учились в Монтегю. Там сейчас магический квартал.

— А наша школа?

— Ты же читала книгу о семье Кастильо, — сощурился Дэн.

— Ты ведь и сам знаешь — в этой истории много белых пятен.

Мальчишка вздохнул:

— Эх, если бы узнать всё из первых уст! Я бы спросил у сеньора Кастильо только одно: есть ли способ восстановить былое величие Шато.

— Мы можем спросить, — сказала Лея и тут же пожалела, что не может следовать завету тёти — не болтать лишнего.

— Что ты имеешь в виду?

— Для начала нужно попасть в старый замок. У Криса ведь есть ключ?

— Был, — мальчишка захлопнул книгу.

— Что значит "был"? — Лея даже вскочила, откинув непослушные пряди назад.

— Он его потерял.

— Ну нет, — опустилась на стул и обхватила голову руками. — Я так надеялась на этот ключ.

— Есть ведь тайный ход, — обнадёжил Райс.

— Слишком опасно.

— Мы пойдём с началом отлива.

Время между чаем и ужином Лея посвятила "Книге легенд". Перед сном проверила рюкзак: всё ли собрано на завтра. И можно ли выложить часть вещей, чтобы было не так тяжело носить его. Ведь внутри лежали брошюры и книги, что дала тётя. Их тоже нужно было изучить. Причём обязательно до 11 ноября, когда... Нет, об этом не стоит и думать сейчас. Ещё два месяца беззаботной жизни впереди. Если бы кого-то из девочек не беспокоил живот... Ужасно чувствовать чужую боль, как свою. Лея попыталась думать о чём-то приятном. Но получалось только смотреть в потёртый балдахин над кроватью и ждать, когда сон возьмёт своё.

Красная шёлковая лента развевается на ветру, путаясь в волосах. Лея смотрит на волны залива в рассветных лучах. На голове её венок. Зарю сменяет непроглядная тьма. Острые когти впиваются в плечи. И снова башня. Шорохи и голос, бормочущий чужое имя.

Лея проснулась в холодном поту. В комнате уже было светло. И шумно. Сквозь гул в голове слышался возмущённый голос Сони. Хлопнула дверь. Тишина.

На перемене между латынью и английским неожиданно подошёл мистер Ланде.

— Мисс Ли, проводить вас? Проводить в медицинский корпус?

— Что? Меня? Зачем? — испугалась Лея, подняв голову со стола.

— Вид у вас неважный. Совсем неважный. Вы бледны.

— Я? Нет, я... просто не выспалась. Я останусь.

— Нет-нет. Настоятельно рекомендую показаться лекарю.

Месье Леру прописал Лее трёхразовый приём специального витаминизированного напитка и полноценный ночной сон. Знал бы старый целитель, как она теперь боится ложиться спать.

— Эй, ну и дурацкий предмет эти магические формулы. Зачем они нам, если есть специальный словарь, где всё написано? Любое заклинание.

— Глупая ты, МакБраун, — деловито сказала Клара, закатив глаза. — Это ведь очевидно — мы должны научиться действовать в чрезвычайных ситуациях.

— Для таких случаев существует боевая магия, — парировала Соня.

— Тебе лишь бы драться. Бывают другие нестандартные ситуации. Когда нужно действовать не по учебнику. Но при этом не навредить, как минимум, себе.

— Да, Сонь, — поддержала Клару Лея, — это как нужный вектор для намерения. То, без чего не получится магия. Мы ведь учимся управлять ею.

— Вот, Ли дело говорит. Школьный курс не может охватить абсолютно все жизненные случаи. Понимаешь?

— Ну, — буркнула Соня.

Девочки как раз спустились по центральной лестнице до второго этажа.

— Что ну? — не отступала Каприс. — Если, например, тебе нужно открыть дверь, — она потянула за ручку стеклянной двери, — а ключа нет. Зато есть, скажем, карандаш или заколка... Как ты трансформируешь их, не зная формулы? Нам дают базу, МакБраун. Каждый ключ уникален. И чтобы сделать дубликат... не говоря уже о том, что это может быть абсолютно неизвестный тебе предмет... нужно знать основные правила составления магических формул. Иными словами, как говорит Ли, создать правильное намерение.

— Эй, у меня и так с магией нет проблем. Просиживать зря время мне уже надоело.

Девочки вошли в общую палату, где проходили уроки первой магической помощи. В первом классе было очень много теории. Из практики — только научились отличать некоторые медицинские препараты друг от друга, если нет этикеток. Выучили анатомию человека.

— Сегодняшняя тема — "Переломы", — месье Леру подвесил в воздухе плакат.

Лея уже видела его в прошлом году, когда вместо спорта задержалась в больничном корпусе.

С обеда пришлось уйти пораньше. Чтобы успеть заскочить в медицинское крыло за очередной порцией витаминизированного напитка. Лея удивилась, застав здесь же и Эсмеральду Касперович.

— Что-то вы, милочка, как-то странно сегодня выглядите, — учительница театрально поднесла к глазу монокль. — Не мучают ли вас кошмары?

Лея вытаращилась на неё.

— Как вы узнали? — спросила чуть слышно.

— Вы, верно, забываете о моих способностях, — цыганка тряхнула браслетами, поправила шаль и продолжила. — Я же потомственная ясновидящая.

— Да, простите... Но что... что означает мой сон... вы можете... разгадать?

— Обижаете, милочка.

По пути из медицинского корпуса до класса бытовой магии на третьем этаже Эсмеральда Касперович, не умолкая, говорила ужасные вещи. Что Тьма поглотит душу Леи Ли. Что история повторится. При этом, какая конкретно история должна повториться, она не уточняла. Только театрально хваталась за сердце. А вопрос о том, что значит чужое имя в дурном сне, и вовсе проигнорировала.

Со звонком они вошли в класс. На уроке выучили заклинание разведения живого огня. Почему-то на болгарском. Касперович вообще в обычной жизни произносила магические слова именно на этом языке. Латынь использовала редко и только когда преподавала по учебнику, что в её практике случалось нечасто.

Лея не могла себе ответить на вопрос, как она относится к цыганке. Если бы не её раздражающая наигранность и проблемы с алкоголем... можно было бы считать Касперович любимой учительницей. Но... рядом с ней было неуютно. Особенно после того случая в её комнате.

— Итак, в прошлом году мы изучили основные виды магических существ, которые могут представлять опасность, — МакГрегори окинула класс строгим взглядом. — Запишите тему: "Вампиры. Внешний вид. Отличительные особенности". Да, мисс Каприс.

Взгляды устремились на Клару.

— Миссис Мария, это правда, что вампиры превращаются в летучих мышей?

— Нет, мисс. Выдумки. Вампиры не имеют столько магических сил.

— Как статики? — уточнила Клара.

— Можно и так сказать, — ответила МакГрегори. — Для преобразования в животное нужен особый вектор магии. Это врождённая особенность. И передаётся она иногда через поколения.

— А правда, что вы можете превратиться в кошку? — спросил Крис.

— Да, мистер Лейк. Но не в кошку, а в пантеру, — обычно строгое лицо директора приобрело вдруг мягкие черты.

Ребята оживились. Самые смелые — такие, как Соня — просили продемонстрировать. Наконец МакГрегори поддалась уговорам. Лея такого чуда ещё ни разу не видела: человек, только что стоявший перед тобой, вдруг превратился в животное. По-настоящему. А потом обратно. Чтобы угомонить класс, директору пришлось отрезвить нескольких ребят снятием штрафных баллов.

— Итак, кому-нибудь из вас доводилось сталкиваться с вампирами? — все замотали головами, и МакГрегори продолжила. — Они практически ничем не отличаются от человека. От простолюдина, волшебника — не важно. Но всё же есть некоторые особенности. Например, бледная... очень бледная кожа. Почти прозрачная. Иногда синюшная. Потому что видны мелкие сосуды, а кровь вампиров, как известно, мало насыщена кислородом. У них очень медленный обмен веществ. Брадикардия. Кстати, вы в курсе, что означает это слово? Да, мисс Ламбер.

— Когда сердце бьётся очень редко, — ответила Натали.

— Совершенно верно. Кожа вампира холодная. Вы ведь уже пробовали колдовать на уроках бытовой магии? — ребята закивали. — Чувствовали тепло под пальцами, когда начинает действовать волшебство? Так вот, вампиры потому и не могут проводить магические импульсы. Они слишком холодные. Медленное кровообращение не позволяет магии работать. Но есть у них одна уникальная особенность: очень быстро перемещаться в пространстве.

— А правда, что вампиры пьют кровь волшебников, чтобы колдовать? — спросила с места Соня.

— Минус три мэджика, мисс МакБраун. К сожалению, верно. Поэтому очень важно знать правила безопасности. Чтобы уметь вычислить вампира, даже если у него подточены клыки. Они делают это для маскировки. Особенно опасны эти существа в новолуние. Три дня до и три после тоже следует быть осторожными. Всё понятно?

До конца урока ребята записывали и зарисовывали то, чем можно себя обезопасить. Серебро, осина, чеснок. Лея об этом уже слышала когда-то от тёти. Поэтому не особенно вникала в тонкости. Но в тетрадь всё перечисленное старательно записала.

После спорта на улице ребята вернулись в тот же класс на урок права. МакГрегори устроила небольшую проверочную работу, а потом снова вернулась к предыдущей теме. Говорила о том, на какую помощь от магического правительства может рассчитывать пострадавший от вампира.

Встав в субботу пораньше, Лея отправилась на побережье. После практики тайцзы она бродила вдоль кромки воды в ожидании Дэна. Но друг так и не пришёл, что было на него совсем не похоже. Поэтому Лея вместо того, чтобы сердиться на него, испугалась. Вернувшись в учебный корпус, она первым делом заглянула в столовую — Дэна не было. В медицинском крыле он тоже не появлялся. И девочкам не попадался. Только Крис, которого Лея прождала в центральном холле четвёртого этажа почти полчаса, сообщил, что товарищ вынужден был срочно уехать в Бич Пойнт. К прабабушке, которая прислала директору телеграмму. Лейк проговорился, что старая ведьма стала слаба здоровьем. Лея не на шутку обеспокоилась. Все выходные она просидела на подоконнике, не сводя глаз с дорожки, ведущей на крыльцо школы. Райс так и не появился.

Не было его и в понедельник на уроках. И если английский прошёл для Леи сносно, то на алгебре она совсем не могла сосредоточиться. Несмотря на то, что раньше щёлкала примеры как орешки. Третьим и четвёртым уроком в расписании стояли география и история. Но когда ребята подошли к кабинету миссис Бих, он оказался занят старшеклассниками. Пожилая учительница привычно дремала за своим столом, поэтому разобраться с наслоением в расписании, не разбудив её, не представлялось возможным. Сара МакБраун, как староста, вызвалась решить этот вопрос с директором. Второклассникам ничего не оставалось, как стоять под дверью. Лее приходилось слушать мрачные прогнозы своих подруг относительно отсутствия Райса. И чего только они не предполагали! Версии были настолько жуткими, что начинало мутить. Кэтрин и Натали, услышав разговор, присоединились к обсуждению. Этого Лея уже не выдержала и отошла в сторонку, где с удивлением обнаружила Лейка, уныло подпирающего стену.

— Крис, привет, — мальчишка кивнул. — Ты не знаешь, когда вернётся Дэн? — Лея не была уверена, что имеет право на этот разговор после того, как мальчики из-за неё поссорились летом.

Лейк пожал плечами и пробурчал что-то невнятное. Лея не стала переспрашивать — по коридору шла директор, а за ней семенила Сара.

— Второй класс, — строгий голос, — тьюторы разве не предупредили вас о том, что миссис Бих больше не преподает у вас географию?

Ребята зашумели, но МакГрегори звонким ударом трости о каменный пол призвала к тишине:

— Отныне урок будет проходить в кабинете два-двадцать два. Скоро звонок. Поспешите. Иначе лишитесь мэджиков.

Директор удалилась, и ребята поплелись дальше по коридору в поисках нужного класса. Задача осложнялась тем, что нумерация учебных кабинетов заканчивалась на 19. Далее шли двери без табличек, где могли быть как служебные помещения, так и выходы на лестничные клетки. Пришлось подёргать за ручки, прежде чем взору ребят открылся просторный класс с огромным глобусом посередине. Вокруг него шли две лестницы. По левую руку — стенды с картами и инсталляции с разнообразными ландшафтами. По правую — парты и доска, на которую учитель крепил огромный плакат. Сердце Леи ёкнуло. На низенькой стремянке стоял ОН — человек в чёрном. Хотелось забиться в самый дальний угол. Что и было сделано. Соня с удовольствием составила компанию. Девочки оказались у самого глобуса в тени от лестницы. Не самое удачное место для прилежных учениц. Снежински покончил с картой Канады как раз со звонком. Он обернулся и обвёл взглядом класс. Лее показалось, что на ней он задержался дольше, чем на других. Но ни один мускул не дрогнул на его лице. Человек в чёрном начал урок. Лея просидела, уткнувшись в тетрадь и учебник, изредка поднимая глаза на карту.

Наконец этот напряжённый урок закончился. Из коридора раздалась трель звонка, и ребята начали собираться. Лея заметила, что при мистере Снежински нет того шума, который обычно создают ученики с началом перемены. Если кто-то и переговаривался, то шёпотом. Как же хотелось поскорее покинуть этот класс, где был так напряжён даже воздух! И вот уже дверь, а за ней долгожданная свобода. Но...

— Мисс Ли. Останьтесь, — отчеканил голос человека в чёрном.

Ноги будто налились свинцом. Лея с трудом сделала несколько шагов. И каждый последующий давался всё сложнее.

— Достаточно. Стойте... там, — скомандовал человек в чёрном, когда в классе, кроме них двоих, никого не осталось.

Под его взглядом Лея чувствовала себя неловко. Чёрные глаза смотрели в упор в её зелёные.

— Вас ждут. В Шато, — сухо сказал он и отвернулся.

Подставив стремянку, Снежински принялся снимать карту с доски.

— Простите, сэр, это всё? — набравшись храбрости, спросила Лея.

— Вы ещё здесь? — он даже не обернулся.

Ловко свернув карту в рулон, учитель отставил её в сторону и взялся за другую.

— Да.

— Вы можете идти, — он снова влез на стремянку.

— Я не могу. То есть... не могу попасть в Шато. Там закрыто.

Человек в чёрном повернул голову и усмехнулся:

— Ещё бы. Никогда прежде в Эль Кастильо не было столь любопытных учеников.

— Я просто искала место для тренировки и попала в подвал, — выпалила вдруг Лея и тут же пожалела, что опять сказала лишнее.

— Для этого есть огромный спортзал, — Снежински принялся закреплять карту мира на доске и, когда закончил и слез со стремянки, его колючий взгляд заставил Лею вздрогнуть.

— Вы свободны, мисс, — процедил учитель.

— Помогите мне попасть в Шато. Сэр, — Лея нервно сглотнула, ожидая потока гнева в свой адрес.

Снежински криво усмехнулся:

— Сегодня. В половине восьмого. У двери под лестницей, — он сошёл с помоста и быстро прошагал мимо, обдав Лею потоком воздуха с едва уловимым ароматом мелиссы.

Человек в чёрном всё ещё немного хромал. Почему? Почему он снится ей? Почему его взгляд кажется таким знакомым, а его боль такой... своей?

Лея вышла из оцепенения, лишь когда в кабинет стали стягиваться первоклассники. В коридоре у двери стояли их тьюторы: Эсмеральда Касперович и Рикардо Дельгадо. Цыганка и мексиканец что-то бурно обсуждали на испанском и почти не обращали внимания на своих подопечных. Лея поздоровалась, но едва ли осталась замеченной учителями. В кабинет истории она вошла со звонком.

Человек в чёрном сегодня присутствовал за ужином. Лея на мгновение застыла в дверях, увидев его. Еда не лезла в горло из-за сильного волнения. Особенно после того, как мистер Снежински вышел. Часы на запястье Сони показывали пятнадцать минут восьмого. Лея попыталась незаметно улизнуть из-за стола, но её остановила Клара. Соседка рассказывала, как летом ездила с отцом в европейский магический зоопарк, расположенный на берегу Чёрного моря.

— Я видела русалок. Они там работают с морскими животными, — делилась Каприс. — Я бы тоже хотела научиться превращаться в животное. Но отец советует повременить с этим.

Как бы не было любопытно узнать подробности путешествия подружки, но вдруг человек в чёрном не дождётся?

— Ли, тебе что, совсем не интересно? — нахмурилась Клара.

— Очень. Извини. Мне нужно... в туалет, — невпопад ответила Лея, с ужасом глядя на стрелки Сониных часов.

Без десяти восемь! Каприс только фыркнула вслед.

Дверь под лестницей оказалась незаперта. Стоило её легонько толкнуть, и она поддалась. С внутренней стороны из замочной скважины торчал ключ. Лея повернула его на три оборота и сунула в сумочку. Но где же Снежински? В подвале было пусто. Перед самым поворотом к Шато Лея вдруг подумала, что учитель мог остаться в школе, а дверь... заперта, и ключ где-то на дне сумочки. Но возвращаться было уже поздно.

Поднявшись по шаткой лестнице в холл старого замка, Лея с волнением подошла к статуям основателей. Тихонько поздоровалась. Они лениво зашевелились.

— Скажите, человек в чёрном, мистер Снежински, уже вернулся?

— Вернулся, будь он неладен, — сердито пробасил Федерико Кастильо, скрестив руки.

— Да что такого он сделал? Почему его никто не любит? — едва слышно спросила Лея и вздрогнула, услышав бойкий голос Цезаря:

— За что любить убийцу? Удивляюсь, почему его ещё не изгнали.

— Не суди строго, внучек. Мы не знаем всей правды, — мягко сказал старик. — Эта война была слишком жестокой. Не щадила ни тёмных, ни светлых. Ни своих, ни чужих.

— Но почему? — удивилась Лея.

— Черная Тьма затмевала разум и разливала вражду. Ты прочла нашу книгу? — Альберт сощурился.

— Да. Только в библиотечной версии не было легенды о Чёрной Тьме. Хорошо, что мне попался рукописный том.

— Странно, — старик погладил бороду. — "Книга легенд" всегда была в свободном доступе в секции истории на втором этаже.

— На втором этаже? Но библиотека находится на пятом.

— Она не может находиться на пятом. В здании всего два этажа. Или... его надстроили? — задумалась Диана.

— Нет-нет. Два этажа... — Лея замолчала. — Вы имеете в виду здание на берегу залива?

— Ну разумеется, — пробасил мужчина.

— Я там не была. Оно закрыто. Возможно, со времён войны.

Статуи загудели.

— Но что ты думаешь о самой легенде? — наконец, спросил старик.

Лея не успела ответить, так как Федерико раздражённо проговорил:

— Забирай уже свой медальон. Мы соскучились по дочери.

Пальцы коснулись чёрной цепочки. Тепло. Медальон легко отделился от статуи, и девочка "ожила". Она улыбнулась. Потянулась. Остальные статуи простёрли к ней руки. Лея отошла, дав им возможность наговориться. Надев медальон на шею, она ощутила уверенность. Теперь нужно найти человека в чёрном.

Никогда прежде Лея не входила в эту комнату так смело. Снежински читал за столом. В воздухе стоял резкий неприятный запах. Видимо, он шёл от булькающего котла.

— Проводите меня в учебный корпус. Сэр, — прикрыв ладонью нос, попросила Лея.

— Вам придётся подождать, мисс, — не поднимая головы ответил он. — Я надеюсь, вам хватило ума запереть за собой дверь в школу?

— Да.

Над котлом повис малиновый пар. Снежински взглянул на варево, перемешал и погасил горелку. Над столом показалась бордовая драконья голова с жёлтыми глазами. Лея попятилась. Человек в чёрном усмехнулся:

— Не стоит пугаться безобидного существа, мисс.

— Но... Но вы говорили, вас укусил дракон. Я слышала. Случайно, — быстро добавила она.

— Ерунда, — отмахнулся хозяин комнаты. — Мне следовало быть внимательнее, — он похлопал зверюгу по морде. — Слепая старушка любит пощёлкать остатками зубов, когда голодна. Положите ключ на стол.

Лея с опаской подошла. Глядя на драконью морду, она открыла сумочку. Снежински возился с котлом, переливая дымящуюся жидкость в металлическую миску. Зверюга похрюкивала и причмокивала. Ключ никак не хотел идти в руки. Пришлось выложить на стол сначала волшебную палочку, потом коробочку с кубиками колдовского сахара. Наконец, подцепив пальцем колечко, Лея вытащила и ключ. Дракониха, видимо, учуяв лакомство, подалась вперёд и, громко хрюкнув, выпустила из носа серый дым. Лея вскрикнула и отскочила. Опомнилась только в коридоре. Отдышалась. Поняла, что оставила сахар и палочку на столе, и заглянула в комнату. Снежински смазывал крыло драконихи, а она жалобно скулила.

— Не ной, Лейла, не ной. Ещё немного, и заживёт. Не надо было ходить в западную часть. Совсем забыл тебя толстяк. Даже сахар не приносит.

— Возьмите мой, сэр, — пропищала Лея. На глаза её накатывались слёзы: таким неожиданно нежным голосом говорил человек в чёрном. Разве убийца мог быть способен на столь бережное обращение с животным?

Снежински как-то странно посмотрел на Лею, но её предложением воспользовался. Дракониха, получив лакомство, довольно заурчала. Тем временем её крыло было аккуратно перебинтовано. Человек в чёрном помог животному удобно устроиться у камина.

— Идёмте, мисс. Я провожу вас до южного выхода. Дорогу до школы найдёте, — Снежински вернул Лее её сахар.

— Угу. Не могли бы вы ещё подать мою палочку? Сэр, — всё ещё опасаясь дракона, попросила Лея.

Хозяин комнаты вернулся к столу и... едва его пальцы обхватили волшебную палочку... он вдруг резко отбросил её от себя. Лея заметила, как участилось его дыхание. А сам он какое-то время стоял неподвижно. И она не решалась издать ни звука. Наконец, Снежински медленно протянул руку и вновь коснулся палочки. Он смотрел на неё так же, как пару месяцев назад Лея смотрела на 20-долларовую купюру с изображением королевы. Щёки его горели румянцем. А руки тряслись от волнения, которое он, скорее всего, хотел скрыть, пытаясь перестать восторженно улыбаться. Ещё бы! Судя по тому, что удалось узнать от друзей, этот человек не прикасался к волшебной палочке лет 15.

До южного выхода шли молча. Тем самым коридором, который Лея обнаружила летом. И вывел её Снежински в ту самую дверь.

— Не приходите сюда больше, — сухо сказал человек в чёрном на прощанье.

— Постараюсь. Скажите, сэр, почему вы всех называете Лейла?

— Эй, ты где была так долго? Мы тебя обыскались, — набросилась Соня, едва Лея переступила порог комнаты досуга.

— Гуляла, — плюхнувшись в мягкое кресло, ответила она, почти не соврав.

— Ты Сару не видела?

Этот вопрос поставил Лею в тупик. Потому что задержалась она именно из-за старшей МакБраун. А точнее из-за того, что та была не одна, а с блондином. И чтобы не попасться им на глаза и не выдать вход в Шато, пришлось вернуться к двери и сидеть в кустах, пока они не уйдут.

— Видела, — призналась Лея. — Она гуляет, — незачем Соне знать подробности личной жизни старшей сестры.

— Надеюсь, не с Дарком?

— МакБраун, ты ведёшь себя глупо, — встряла в разговор Каприс, читавшая в кресле неподалёку. — Ещё немного, и сама будешь бегать на свидания. И поверь мне, тебе будет абсолютно всё равно, что думает сестра о твоём избраннике, — Клара усмехнулась.

— Эй, с чего ты взяла?

— Действительно, — закатила глаза блондинка. — Ты же шагу ступить не можешь без оглядки на старшенькую.

— При чём тут это? — разозлилась Соня. — И не буду я бегать ни на какие свидания. К чёрту! Не хватало ещё запустить из-за мальчишек учёбу.

— Соня, зря ты так. Сара ведь хорошо учится, — попыталась успокоить её Лея.

— Тоже мне "хорошо". Была круглой отличницей. По всем предметам. Ты знаешь, сколько мэджиков она зарабатывала за триместр?

— Уж не думала, что ты считаешь эти деревяшки, — презрительно фыркнула Каприс.

— Эй, ты и сама их считаешь.

— Исключительно, как показатель уровня знаний.

— Ну так и я тоже. Просто беспокоюсь, как Сара сдаст экзамены.

— Вот пусть она сама об этом и беспокоится, — Каприс поднялась. — Впрочем, у тебя появился хороший шанс обогнать её в учёбе.

— Клара права.

— Эй, вы что, сговорились?

— МакБраун, успокойся. Не то заработаешь себе бессонницу, — Каприс рассмеялась.

— Сонь. Со-ня-я, вставай. А то без завтрака останешься. И на урок опоздаешь, — Лея пыталась растормошить подругу.

— Эй, в чём дело? Ещё ночь, — соседка отвернулась к стене.

— Уже почти восемь.

— МакБраун, подъём! — вмешалась Ламбер, сорвав со спящей девочки одеяло.

— Эй, — проворчала та, не открывая глаз.

Позже выяснилось, что она слишком поздно легла спать и долго не могла уснуть.

— Сара вернулась за полночь.

— Но как она попала в школу? Двери запирают в одиннадцать.

— Эй, ты думаешь, сюда можно попасть только через одну дверь? Если, конечно, не хочешь нарваться на штраф. И зачем ты меня разбудила? — зевнула Соня. — Я что французского не знаю? А мадам Леру не даст поспать на уроке. Голос у неё...

— МакБраун, рот закрой — муха залетит.

— Ну тебя к чёрту, Каприс.

После двух уроков — геометрии и культурологии — у Луны Санни второклассников ждала астрология у Касперович. Цыганка, как обычно, размахивала руками, от чего позвякивали её браслеты. Ничего нового ребята от неё сегодня так и не узнали. Учительница посвятила урок рассказу о своей бурной молодости, о том, как попала на работу в Эль Кастильо. Старый замок в те времена был ещё открыт. Туда ходили экскурсии. И даже проводились некоторые уроки. Развалин было значительно меньше. А вместо одной башни, над Шато возвышались целых две. Правда, вторая уже тогда была лишена верхушки.

— Старый директор, как и сейчас МакГрегори, не поверил моему предсказанию, — с горечью в голосе произнесла цыганка, театрально поднеся руку к глазам. — Но всё сбылось! Всё, что предсказано! Карты не лгут. И Тьма вернётся! ОНА увидит. Увидит, что повторится. Злая стая уже витает над Шато. Собираются тучи. Чёрная Тьма летит! — почти выкрикнула она и, плюхнувшись в преподавательское кресло, обхватила руками голову. Её стенания продлились до самого звонка. Класс молчал.

— Это безобразие. Я всё расскажу матери. Пусть напишет жалобу в министерство, — уже в коридоре сказала Клара.

— Эй, ты думаешь это поможет? Сколько их было? Сара говорит, каждый год на Касперович поступает с десяток жалоб. Но её нельзя увольнять.

— Иначе школу закроют, — испуганно закончила Лея, вспомнив о подслушанном разговоре.

— Вот именно. С радостью поеду учиться во Францию.

— Но ты говорила, что эта школа лучшая.

— Конечно, Ли. Она лучшая. Но и до неё докатился упадок, как видишь.

— Меня переведут на Ванкувер, — вздохнула Соня. — Или в Квебек.

— А меня в Сингапур, — поделилась Лея и тут же пожалела. Ведь тётя не одобряла излишнюю откровенность.

Зоология и преобразования сегодня оказались такими скучными, что Соня даже задремала несколько раз. Лее приходилось её будить и следить, чтобы этого не заметили учителя. Сеньор Дельгадо рассказывал историю становления драконологии. А миссис Луна показала простое заклинание. Только использовать его нужно было на крошечном кусочке пластилина. И когда уже начнётся настоящая практика? Лепка изрядно наскучила ещё в первом классе. Пусть сейчас ребята и работали над массой с помощью волшебной палочки, но это было совсем не то.

На человекознании Касперович вела себя, как подобает настоящему учителю. Неужели слышала угрозу Клары, или кто-то из ребят нажаловался директору?

— Почему сегодня такие скучные уроки? — борясь со сном на кулинарии, сетовала Соня.

— Тут я согласна с МакБраун, — Каприс управляла утварью, используя магию.

— Ну вы чего? — удивилась Лея. — Готовить еду очень важно своими руками. Еда — это один из источников Ци.

— Ли, ты не в Китае. Здесь нет никаких Ци, — закатила глаза Клара.

— Ци есть везде, — Лея сосредоточилась на приготовлении начинки для блинчиков.

За чаем подошла МакГрегори и вызвала Лею к себе в кабинет, где вручила тонкий конверт. "Бангладеш" — было написано на нём. Значит, тётя Чунь уже точно в другой части света. Поблагодарив директора, Лея вышла в коридор. Ей так не терпелось прочитать послание, что она решила спрятаться на площадке за дверью у статуи большого кота. Остановившись в шаге от него, она вскрыла конверт. Как волнительно. В коридоре никого. Но лучше подстраховаться. Лея легонько толкнула дверь и обомлела. Площадка была занята. Дарк целовался с Сарой. Заметив, что они больше не одни, блондин, стоявший лицом к двери, приложил палец к губам. Надо же! Снова пришлось стать свидетельницей свидания. Хорошо, что Сара её не заметила. Тихонько прикрыв дверь, Лея поспешила уйти.

По пути на пятый этаж Лея корила себя за опрометчивый поступок. Конечно, разумным было бы читать письмо, спрятавшись за пологом кровати, что означало "не беспокоить". Было так неловко. Особенно перед Соней. Особенно, если она вдруг спросит о сестре. Особенно, если...

Открыв стеклянную дверь в центральный холл, Лея остолбенела.

— Ли, ты будто привидение увидела. С тобой всё в порядке? — старшая МакБраун подошла ближе и заглянула в глаза.

Сара. Здесь. Но тогда...

— Угу, — машинально ответила Лея.

В этот вечер письмо от тёти она так и не прочитала. Лежала и смотрела в потолок. В квадрат окна над изголовьем. Не заметила, как уснула. И снились ей чёрные глаза. Наглые. Смеющиеся. Превращающиеся в две бездны. Смех Дарка, переходящий в шёпот "Лейла", и неприятное лицо человека в чёрном.

Утром Лея Ли решила, что ей приснилось абсолютно всё. А письмо от тёти и вовсе заставило об этом забыть. Чунь Шэн писала, что обязательно приедет ко дню рождения. Ко дню... проклятия.

— Эй, Лея, как тебе это удалось? — спросила Соня по пути в столовую после заключительного на сегодня урока.

— Ничего особенного. Я просто люблю играть в шахматы.

— Но ты выиграла у самой МакГрегори! — не унималась МакБраун.

— Ну и что? Не я одна выиграла.

— Но ты сделала это семь раз! Семь! Из семи. При том, что играла всегда чёрными и не имела преимущества задать тон всей партии.

— Соня, — Лея остановилась и положила руку на плечо подруги, — ничего удивительного — чёрные всегда выигрывают.

— Эй, да нет же! У белых преимущество первого хода.

— Я тоже так думала. Но летом я в очередной раз убедилась, что чёрные всегда побеждают.

— Эй, это странно, — девочки шли медленно и отстали от основной группы. — Я всегда думала, что побеждать должно добро. То есть белые.

— Девчонки! Привет! — проходя мимо четвёртого этажа, услышали они голос Дэна. — Я так соскучился. Как вы? — мальчишка сгрёб подружек в охапку.

— Эй, отпусти. Дэн, без тебя совсем тоска. Мы чуть не уснули на истории.

— Соня, ты ведь и правда уснула.

— Эй, ну а я что сказала? Дэн, как прабабушка?

— Кое-как уговорили её лечь в Сант-Бессетт. Теперь ей лучше, и она уже просится домой, — улыбнулся Райс.

— Мы так волновались, — сказала Лея. — Крис не особенно разговорчив.

— Он всё ещё дуется из-за Шато.

— Дэн, — сквозь зубы процедила Лея.

— Эй, у вас какие-то тайны? — Соня преградила друзьям путь.

— Пока да, — признался мальчишка. — Придёт время, и ты обо всём узнаешь, — разве можно сердиться на него, когда он так улыбается?

Лея невольно вспомнила вчерашний инцидент на площадке, представив на месте старшеклассников себя и Дэна. И, конечно, устыдилась таких мыслей.

А Соня тем временем продолжала ворчать до самой столовой, пока Райса не заметили друзья мальчишки.

Несмотря на то, что весь вечер Лея планировала посвятить книге по боевому искусству, читать она не смогла. Так хотелось поговорить с Дэном. Рассказать ему про статуи. И даже про... дракона. Всего-то нужно спуститься на один этаж и попросить кого-нибудь из мальчишек пригласить Дэна.

Но Райс уже сам шёл навстречу.

— Я должен тебе кое-что сказать. Пройдёмся?

Они болтали обо всём: о семье Кастильо, о школе, о друзьях и учителях. Лея поведала о том, что дракон в замке ранен, а человек в чёрном его лечит. И что вообще это дракониха. И она настолько стара, что уже ничего не видит. А ещё, что не похож Снежински на убийцу.

Райс стал вдруг очень серьёзным:

— Именно об этом я и хотел поговорить. Прабабушка видела вещий сон. Она сказала, что скоро всё повторится. Он снова совершит преступление.

— Помнишь, что говорила Касперович летом?

— Убийца здесь.

В четверг за обедом Соня больше ворчала, чем жевала. Недовольство вызвало задание по истории. Несмотря на то, что сдавать его можно было в течение триместра, сам факт его наличия заслуживал возмущения. Всё-таки канадские дети не привыкли к объёмным домашним работам.

— А мне это задание кажется интересным, — попытался успокоить Дэн подругу по пути к заливу, где сеньор Дельгадо организовал площадку для изучения рыб.

— Эй, я не ты. Ну не хочу я киснуть в библиотеке. Листать пыльные трёхтомники вековой давности.

— Так уж и вековой, — фыркнула Клара, которая, впрочем, тоже была не в восторге от задания.

— Тебе просто нужно определиться с темой, — продолжил мальчишка. — Я выбрал "Роль фундаментального образования в становлении..."

— Тьфу ты! Дэн, не пудри нам мозги, — перебила Соня. — Я люблю учиться. Но на практике. Чтобы видеть результат.

— Практика невозможна без теории, — возразил Райс.

— Ходить ты тоже по теории учился? — парировала Соня.

Девочки рассмеялись. Дэн промолчал. А после урока, по дороге в учебный корпус, что-то бурно обсуждал с Крисом. Девчонки говорили о предстоящем в ближайшую субботу хоккейном матче.

На уроке преобразований снова работали с пластилином. Но на сей раз Луна Санни показала, как делать сквозные отверстия. А потом убирать их с помощью магии. Соня и Клара получили по три мэджика за скорость и аккуратность работы. Статики зарисовывали схемы в тетради и сдавали теорию устно. Лея с удивлением отметила, что сделать дырочку в материале ей удаётся легче и быстрее, чем залатать её. В конце урока, тряхнув белыми кудряшками, миссис Луна напомнила, что все темы нужно обязательно повторять и тренироваться хотя бы на пластилине. В конце года ребятам предстоит практическая работа на более жёстких материалах.

Весь библиочас Лея слонялась между стеллажами в поисках идей для темы доклада по истории.

— Эй, ну как успехи, — на плечо легла рука Сони. — Я буду писать о первом падении Эль Кастильо. А Клара об основании школы.

— А я ещё не выбрала.

— Ладно, выбирай. Я пойду готовиться. Как думаешь, успею к понедельнику?

— К понедельнику? — удивилась Лея. — Ты ведь вообще ничего делать не хотела.

— Эй, учиться я люблю. Но вот самостоятельные задания... Быстрее начну, быстрее закончу. Не хочу тянуть с этим.

МакБраун умчалась, а Лея всё ещё бродила, просматривая корешки книг в поисках чего-нибудь интересного. В военной секции она набрела на Дэна. Мальчишка был настолько погружён в разложенные перед ним книги, что никого вокруг не замечал.

— Ты сильно сердишься? — Лея присела рядом.

— Что? — Райс поднял взъерошенную голову от книг. — Нет. Не сержусь.

— Не могу выбрать тему. Может, о переселенцах?

— Возьми эпидемии, — мальчишка вновь уткнулся в книгу.

— Бр-р-р... Я бы хотела что-нибудь более позитивное.

— Или медицину катастроф, — он будто бы её не слышал.

— Дэн.

— Что? — снова их взгляды встретились.

— Это страшные темы. Я не хочу в этом копаться.

— Тогда поройся в газетах. Может, найдёшь что-нибудь интересное. Просмотри как можно больше крупных заголовков и определишься с темой.

— Спасибо, Дэн, ты чудо, — Лея поспешила к миссис Принц за разрешением пройти в секцию газет и журналов.

"Магический вестник" рассказывал лишь обычные повседневные новости. Ну как так можно было жить сто лет назад? Ни одной сенсации за месяц. Или стоит посмотреть более поздние события?

— Сонька, не позорь семью, — ехидно заметила Клара на уроке первой магической помощи. — У тебя ведь мать в Сант-Бессетт работает. А ты даже жгут наложить не можешь.

— Эй, ты на себя посмотри.

— А что мне смотреть? На уроках права я одна из лучших.

— Девочки, тише, — шикнула Лея на подруг, записывая текущее время на бумажку и засовывая её под жгут. — Месье Леру, я готова, — громко позвала она.

Старик подошёл, осмотрел "пострадавшего".

— Идеально, мисс Ли. Вы хорошо усвоили прошлый урок и заработали пять мэджиков. Позвольте я заберу ваш манекен в качестве образца.

— Ого! Что-то старик расщедрился.

— МакБраун, твой пациент уже мёртв, — холодно заметила Каприс.

— С чего это?

— Он истёк кровью.

— Чёрт, — Соня схватилась за голову. — Это ты отвлекла меня.

— Полегче, МакБраун. Просто признайся, что ты — убийца манекенов.

Девочки захихикали. Клара и Лея помогли Соне сместить жгут на манекене так, чтобы "пациент" не истекал кровью.

А на последнем уроке Клара доказала, что не позорит свою семью, заработав пять мэджиков по праву. МакГрегори очень хвалила юную Каприс и предложила в следующую пятницу ей выступить с докладом. Что очень расстроило Клару и повеселило Соню.

— Дэн, где ты был? Мы же договаривались прогуляться перед обедом, — выходя из столовой, спросила Лея.

— Прости. Я был занят. Не рассчитал время.

— Ты мог остаться голодным из-за дурацкого доклада.

— Доклад здесь ни при чём. Всё гораздо интереснее, — мальчишка осмотрелся и, убедившись, что их никто не слышит, тихонько продолжил. — Мы можем встретиться завтра в семь утра? У фонтана.

— Так рано?

— Ты придёшь?

— Угу.

— Отлично. А вот теперь идём готовить доклад, — Райс улыбнулся своей чарующей улыбкой, не допускающей отказа.

— Знаешь, я подумала... Наверное, ты был прав. Насчёт темы.

— Решила взять эпидемии?

— Ну нет. Поищу что-нибудь о развитии магической медицины в Канаде.

— Это должно быть очень интересно. Если понадобится помощь, я в военной секции.

— Хорошо. А я... Ой. Совсем забыла. Чтобы попасть в медицинскую секцию, нужно разрешение от месье Леру. Ты иди. Я догоню.

— Я бы мог сходить с тобой. Если ты не против, — улыбнулся Райс.

— Прости... Я опоздала.

— Не страшно, успеем, — Дэн вдруг взял её за руку.

Его ладонь была тёплая и крепкая. Он вёл за собой по аллее, потом свернул на лесную тропу. Однажды они уже были здесь. Путь лежал через заросли сирени, мимо больших клёнов и заканчивался обрывом у залива. Но почему Райс не предложил встретиться сразу там? Лея боялась промочить ноги. На траве обильно лежала роса, а небо было затянуто тучами. Все приметы обещали дождь.

— Я покажу тебе кое-что, — он спрыгнул на песок и помог спуститься Лее. — Мы с Крисом вчера исследовали этот ход до конца.

— Дэн, это может быть опасно. Ты забыл?

— Всё в порядке. Верь мне, — он раздвинул толстые корни дерева, чтобы Лея смогла войти в земляной коридор, а затем пролез сам. — Люкс.

— Мне страшно, Дэн, — шёпотом.

Его рука легла на плечо:

— Не бойся. Я рядом. Но мы должны идти быстро, чтобы успеть до обеда вернуться.

— Мы идём в Шато?

— Нет.

Земляной коридор не кончался. Временами приходилось освобождать себе путь от свисающих кореньев или протискиваться между теми, что уходили далеко вглубь, перекрывая проход. Райс освещал дорогу. А Лея не могла думать ни о чём, кроме его руки, поддерживающей её. Иногда ноги увязали во влажной глине, скользили. Проход то катастрофически сужался, то расширялся так, что можно было идти вдвоем. Запах сырой земли смешивался с ароматом кассии — тем самым, который Лея привезла для Дэна из Сингапура.

— Далеко ещё?

— Не знаю. Мы с Крисом потратили примерно час.

— Час? Может вернёмся?

Райс посветил на часы.

— Нет. Потерпи немного. Ты должна это увидеть.

Лея решила не говорить ему, не показывать виду, что ей чертовски страшно в этом тёмном бесконечном коридоре, напоминающем могилу.

— Тебе холодно? — спросил он, прижавшись.

— Немного, — соврала Лея, дрожавшая от страха.

— Осторожно, там глубоко, — Дэн помог перебраться через толстый корень, перекрывающий узкий проход по диагонали. — Мы уже почти на месте.

Дальше коридор резко сворачивал вправо, и взору открывался просторный лаз, выложенный битым кирпичом. Стены, начиная с двух третей высоты, и потолок были земляные. На углу — погасшая керосинка.

— Огонь, — Райс направил на лампу волшебную палочку.

Стало светлее. Где-то впереди показалась дверь.

— Именем древнего рода, воды и огня, приказываю — открой свои тайны, — Дэн так забавно выписывал кончиком палочки узоры в воздухе. Лея невольно улыбнулась. Теперь она чувствовала себя намного спокойнее. Уверенный тон друга придавал храбрости. Они вдвоём потянули за массивную круглую ручку. Дверь открылась медленно и с жутким скрипом.

— Мы что, в подвале? — Лея, осмотревшись, заметила в полумраке полочки вдоль стен, ящики, огромные бутыли в стенах и бочки.

— Да. Продовольственный подвал "Таверны призраков", — победно произнёс мальчишка.

По приставной лестнице ребята поднялись к люку. Вдвоём они с лёгкостью откинули его и оказались посреди просторной кухни, где сквозь щели в заколоченных окнах проникал тусклый свет. Дэн подал руку и помог выбраться.

— Давай закроем подполье, чтобы не упасть, — предложил мальчишка.

— Угу. А ты уже видел призрак хозяйки?

— Конечно, — его улыбку даже в темноте невозможно не заметить. — Не бойся. Она была очень милой старушкой при жизни.

— И поэтому от неё сбежала семья?

— Нет. Она не была волшебницей. Всего лишь статиком. К тому же держала восемнадцать собак.

— Теперь понятно, почему здесь всё провоняло псиной.

— Не знал, что у тебя настолько острое обоняние. Ведь на кухне почти не ощущается запах.

Лея снова мысленно себя поругала. Только бы Райс не догадался, что в "Таверне призраков" она уже бывала.

— Мы с тётей проходили мимо. В тот день, когда встретили вас на побережье. Помнишь? Мне показалось, что запах шёл изнутри.

— На самом деле, и я такое замечал. Давай руку. Здесь местами пол проломлен. Мы с Крисом исследовали весь первый этаж и часть второго, — мальчишка освещал путь своей волшебной палочкой.

Из кухни вышли в коридор. Затем в прихожую, где была лестница на второй этаж, а рядом дверь, закрытая на засов изнутри.

— Мы уже поднимались наверх. Там комнаты прежних хозяев. Они на замках. За лето Крис выучил несколько отпирающих заклинаний. К сожалению, я запомнил только одно. Но на магически запечатанных замках оно не сработает. Так что там делать нечего. Идём посмотрим часть самой таверны, — он открыл дверь.

Петли скрипнули. Ребята оказались в небольшом помещении с засыпанным землёй полом. Тут же была ещё одна лестница наверх. Напротив покосившейся входной двери.

— Куда пойдём? — спросил Райс.

— Прямо, — Лея узнала это место. На втором этаже она уже была и не хотела снова видеть то, что напомнит ей о боли.

Через проём виднелись столы и лавки. Пол был захламлен. Ребята шли осторожно, опасаясь, что он прогнил под слоем земли. Окна были такие грязные, что света белого не видно. К тому же они были заколочены со стороны улицы накрест. Это Лея помнила. Дэн зажёг керосинку над одним из столов.

— Прабабушка рассказывала, что таверна здесь работала и после смерти хозяйки. Только... однажды новая владелица исчезла. С тех пор здесь почти не появлялись живые люди.

Лея вздрогнула.

— Может, и нам лучше было не приходить?

— Не бойся. Сама прабабушка бывала здесь не раз. И отец. Как бы я попал сюда, если бы не их инструкции? — мальчишка хитро подмигнул.

Он зажёг все шесть ламп. Теперь можно было осмотреться. С потолка свисала паутина. По углам сильнее всего. В самом дальнем даже, кажется, сидел большой паук.

По левую руку барная стойка. На стене полки. Тоже все в паутине. Как и бокалы и бутылки — битые и целые. Тут же витрина со сладостями, от которых остались только ценники, кассовый аппарат и звонок для вызова персонала. Рука сама потянулась и... Какой пронзительный звук! Из стены — как будто прямо из горлышка разбитой бутылки — вылетело что-то серо-белое, прозрачное. Пронеслось с воем по таверне и остановилось за барной стойкой, принимая облик седовласой старухи.

— А-а-а, де-еточки-и, — протянула она ужасно скрипучим голосом. — А-а ты, — она ткнула в сторону Леи крючковатым пальцем.

— Здравствуйте, госпожа Кастильо, — Лея только сейчас, услышав голос Райса, поняла, что он, оказывается, стоял за плечом и придерживал её за талию. — Вам привет от Аллы-Виктории. Я её правнук.

— А-а-а, ма-альчик Райс. Насле-едничек. Жива ещё старая ве-едьма?

— В добром здравии, — спокойно ответил Дэн. — Можно мы сегодня будем вашими посетителями?

— Чего изво-олите? — в скрипучем голосе появились приятные интонации.

— Доверимся вашему вкусу, госпожа Кастильо.

— А-а-а, — у Леи даже уши заложило от этого скрипучего воя, — баба Ева вас сейчас пора-адует. А-а-а, — старуха вихрем взвилась к потолку и просочилась сквозь него.

— Бежим, — скомандовал Райс.

Ребята вывалились через проём в прихожую.

— Возвращайся в жилую часть. Я погашу светильники. Меня она не тронет.

— Я без тебя не пойду, — нет, это не смелость. Наоборот, страх остаться здесь одной.

Дэн управился быстро — несколько взмахов волшебной палочки, и наступила кромешная тьма. Ребята возвращались к двери наощупь. Потом глаза привыкли к темноте, и стало легче.

— А если она будет преследовать нас и в подземелье? — спросила Лея по пути на кухню.

— Это вряд ли. Она привязана к дому.

— Но ведь дом привязан к школе.

Райс остановился.

— Ты права.

В этот самый момент из кухни донёсся звон посуды.

— Мы должны дождаться, пока старуха не вернётся в бар, — сказал Райс. — Идём наверх.

— Дэн, может выйдем из дома через дверь?

— Нельзя. Мы вошли сюда другим путём. Дом заколдован. Мы можем вернуться в школу только через продовольственный подвал.

— И зачем я согласилась?

— Всё в порядке. Это просто привидение.

— Просто привидение? — Лея остановилась посреди скрипучей лестницы. — Ты так спокойно говоришь об этом?

— Потому что здесь нет ничего особенного. Просто привидение. Ну немного шалит со скуки, как и многие другие, — Райс на удивление оставался спокойным, в то время как Лея с ума сходила от страха и готова была разрыдаться. — Тебе нечего бояться. Ты ведь со мной.

Когда их пальцы сплелись, Лея действительно почувствовала себя спокойнее. На втором этаже был тёмный коридор с дверями по бокам. Райс освещал путь. Они ступали осторожно широкими шагами, чтобы рассохшиеся половицы меньше скрипели. И вот они уже у другой лестницы.

— Нам точно нужно наверх? — испуганно пропищала Лея.

— Точно. Нужно где-то переждать, пока призрак угомонится.

— Я думала, привидения и живут на чердаках.

— Бывает. Но мисс Кастильо обитает в основном в своей комнате. Или в таверне. Иногда на кухне и в хостеле. Это тоже на втором этаже, — пояснил Райс.

Под крышей старого дома хранились настоящие сокровища: старинная деревянная мебель, огромные вазы, стопки книг, сундуки, одежда, ковры и даже рояль. Среди старого пыльного хлама инструмент выделялся своим лоском. Блестящий корпус. Поднятая крышка. Будто ещё несколько минут назад по клавишам бегали пальцы пианиста, и звучала прекрасная музыка.

— Дэн, что это значит? — Лея указала на белую черту на полу в нескольких шагах от рояля.

— Брось, просто черта, — отмахнулся мальчишка.

— Выглядит странно.

— Не так уж и странно среди остального странного, — его улыбка, казалось, освещает это мрачное место. А взгляд серых глаз располагает к уверенному спокойствию.

— Дэн, дом ведь в лесу? — шёпотом спросила Лея.

— В лесу.

— Здесь так тихо. Даже птиц не слышно.

— Не слышно, — так же шёпотом отозвался мальчишка.

— Мне страшно.

— Не бойся, — Райс обнял её — неожиданно, но очень вовремя. — Всё будет хорошо. У меня большой опыт общения с привидениями.

Лея уткнулась ему в плечо, пытаясь не заплакать. Вокруг было так тихо-тихо, что было слышно только стук сердца и дыхание.

— Дэн... Мы уже можем вернуться?

— Наверное.

Ребята, всё ещё держась за руки, осторожно пошли к выходу.

— Помоги, — попросила Лея.

Дверь, которая совсем недавно болталась, теперь не поддавалась ни на миллиметр. Даже вдвоём невозможно было сдвинуть её с места. Райс вздохнул:

— Придётся нам пройти через весь чердак на другую сторону. Там тоже есть выход.

— А если и он закрыт? — теперь стало по-настоящему страшно.

— Позовём хозяйку. Наверняка она уже в добром расположении, — уверенно сказал мальчишка.

Он вёл Лею за собой. Мимо мебели, ваз и ковров. Мимо рояля. Ах, как же хотелось коснуться пальцами его белоснежных клавиш. Лея протянула руку, сделав шаг в сторону. Неведомая сила разорвала прикосновение, оставив Райса за белой чертой. Он никак не мог её пересечь. Каждый раз его отталкивало обратно. Испугавшись, Лея бросилась к другу, но на пути её будто бы стояло стекло.

— А-а-а де-евочка-а, — послышался из ниоткуда скрипучий голос. — Коснис-сь клавиш-ш... Не бо-ойс-ся. Уз-знай с-свой с-страх-х, — вдруг зашипел он. — С-с-стра-ах-х…

Лея смотрела на Дэна, он что-то говорил, но она не слышала его. Ни звука, кроме скрипучего шипения. Ноги будто свинцом налились. Кое-как дойдя до банкетки, она протянула руку и коснулась клавиши. Расстроенные струны издали отвратительный звук. Лея поморщилась. И вздрогнула, едва только хлопнула крышка рояля. Из-под неё тут же полез сероватый туман. Пахнуло затхлостью. Лея попятилась. Она вглядывалась в это облако, из которого на неё будто бы смотрели красные глаза-бусинки. Сердце забилось быстрее. Ладони вспотели. Дойдя до черты, спиной она упёрлась в незримую преграду. Туман всё ближе. В нём теперь явно видна белая морда змеи. Её раздвоенный язык. Раскрытая пасть с острыми клыками. Бросок. Резкая боль в области левой ключицы. Крик. Преграда за спиной исчезла. Падение…

— Почему о ней нет ни слова в книге о семье Кастильо? — спросила Лея, когда ребята закрыли за собой дверь подвала и оказались в подземном коридоре.

— Потому что книга об основателях. А Ева Кастильо не участвовала в строительстве Шато, — пояснил Дэн, помогая идти.

— Страшная женщина. Так и до смерти напугать можно.

— Я слышал голос. Ты правда видела свой страх?

— Да. Всегда боялась, что меня укусит ядовитая змея. Но чтобы это был призрак змеи... — Лея коснулась ключицы. — Кажется, что я до сих пор истекаю кровью.

— Болит?

— Будто ледяные иглы вонзились. Посмотри ещё раз. Точно всё в порядке? — она оттянула горловину футболки.

— Ничего нет. Никаких следов. Но лучше показаться месье Леру.

— И что я ему скажу? Что меня укусило привидение в "Таверне призраков"? Как думаешь, меня отчислят прямо сегодня или дождутся понедельника?

— Я напишу прабабушке. Она точно знает, что нужно делать.

— Лучше не надо.

Дальше шли молча. Выбравшись на свет, Лея даже заплакала. У развалин она отпустила Дэна, а сама пошла на свою любимую полянку в зарослях черемухи. Долго лежала в траве. Пока не пошёл дождь.

Девочек в спальне не было. Лея перекусила остатками печенья и решила заняться докладом по истории.

За выходные она ни разу не пересеклась с Райсом, чему была рада. Не приходилось чувствовать себя неловко перед ним. Там, на чердаке, всё было будто во сне. А после, вспоминая, Лея испытывала стыд. За то, что показала себя слабой. За то, что вцепилась в его пальцы. За то, что упала на него, напугав криком. Вспоминала неподдельный страх в его глазах. Его тёплые пальцы на своей левой ключице, где, как ей казалось, хлестала кровь. Но ужаснее всего, что сейчас он, возможно, думает о ней как о сумасшедшей. И наверняка уже сообщил об этом своей прабабушке. Лея дала себе слово попросить у Дэна прощение за то, что ему пришлось петь песню старухе-призраку, чтобы она отпустила ребят с миром. Какое жуткое место! Почему тётя Чунь каждый раз выбирает именно его для ночи проклятия? И где в это время находится привидение?

Примерно до середины октября Лея и Дэн при встрече приветствовали друг друга лишь кивком головы. Говорили только об учебе и ни разу не были наедине ровно до тех пор, пока сеньор Дельгадо не поставил их в пару на уроке по управлению летающей лошадью. Этих грациозных животных они проходили вторую неделю. Сначала в теории. Потом познакомились поближе. А теперь предстояло их оседлать и проехаться по аллее парка.

— Прости, Дэн, но я снова всё испорчу. Как там, в таверне, — шепнула Лея.

— На самом деле, это я виноват перед тобой. Нужно было лучше подготовиться. Помочь тебе забраться в седло?

— Ты шутишь? Мне даже рядом страшно идти.

— Эй, почему седло пустует? — с ними поравнялась Соня. Она уверенно держалась верхом. — Я бы с удовольствием попробовала взлететь, но сеньор Дельгадо не позволяет. Даже рысью нельзя. Скукотища.

Она похлопала лошадь по крупу.

— Если хочешь, можем ехать вместе, — предложил Райс, когда МакБраун уже не могла их слышать.

Лея вздохнула, но согласилась. С Дэном она чувствовала себя намного увереннее.

Как ни странно, они приехали на холм перед Шато предпоследними. Потому что у Клары никак не получалось справиться с лошадью. Даже с помощью Криса, который достался ей в пару. Животное не хотело идти, постоянно разворачивалось и останавливалось, чтобы пощипать траву и листья кустарников, или просто помотать головой.

По пути в учебный корпус Лея, простившись с Дэном, присоединилась к Соне. Подруга была сердита на сеньора Дельгадо.

— У меня ведь получилось. Я пришла первая. И даже немного взлетела. А он... штраф! Представляешь? Это так у нас поощряют учеников за выдающиеся успехи?

— За выдающуюся безголовость, МакБраун, — встряла Клара. — Случись с тобой что на уроке, толстяку несдобровать. Как минимум, уволят.

— Эй, но ведь ничего страшного не произошло!

— Полёты на животных разрешены с шестнадцати лет. Ты бы ещё на дракона села.

— Ты просто завидуешь.

— Чему завидовать? Отсутствию здравого смысла? — хмыкнула Каприс.

— На прошлой неделе я задал вам подготовить доклад о любой стране. Кто-нибудь готов? — Снежински обвёл взглядом класс.

Лея несмело подняла руку. Она уже давно поняла, что на уроках географии будто переставала существовать. Учитель всегда спрашивал кого-то другого, даже если не было желающих ответить, кроме неё. Поэтому и сейчас она не надеялась заработать мэджиков. Снежински был скуп на награды. В копилке Леи было только два бонусных балла за письменную проверочную и тест.

— Что, больше желающих нет?

— Эй, сэр, вам разве мало? У нас ещё по истории доклад, — возмутилась Соня, за что получила сразу десять штрафных: три за выкрик с места и семь за неуважение к учителю.

— Мисс Ли, — впервые за долгое время их глаза встретились. — Прошу вас.

Доклад Леи вызвал интерес ребят и множество вопросов — настолько восторженно она рассказала о Китае. Снежински тоже слушал с интересом. Но начислил за выступление всего три мэджика. И Соня снова ворчала всю перемену от такой несправедливости к подруге. Ведь за блестящий доклад без шпаргалки полагалось, как минимум, пять. А то и семь. По крайней мере, на французском можно было заработать даже десять.

— Эй, ну и жмот этот Снежински.

— Редкостный, — поддакнула Каприс. — Вы заметили, что Кэтрин он начислил пять мэджиков? И за что? Да почти ни за что. Он просто завидует волшебникам. Потому что сам пустое место.

— Девочки, вы готовы к истории? — спросил Дэн.

— Да, сегодня хочу выступить, — ответила Клара. — А ты?

— Я думаю, буду готов к следующему уроку. А сегодня Крис хотел рассказать о становлении магического правительства.

— Эй, как хорошо, что я уже сдала, — потянулась Соня.

— Только не спи, — поддела её Лея.

— Ну нет, спать я буду на следующей неделе. Дэн наверняка растянет своё "Роль фундаментального..." Чего там у тебя?

— "Роль фундаментального образования в становлении современного ведения военных действий с помощью магических средств на территории Канады в период Второй мировой войны", — отчеканил Дэн.

— Хорошо, что ты не влюблён в Сару, — вдруг выпалила Соня. — С такой мутной темой у тебя бы не было шансов. Это ещё скучнее, чем разговоры с Миллером.

Райс покраснел, а Клара залилась смехом.

— МакБраун, не ты ли говорила, что ботаник — лучший кандидат?

— Уж получше некоторых. Лея, а как у тебя с докладом?

— Пока никак, Сонь.

— Может, тебе нужна помощь? — спросил Дэн.

— Ты ведь ещё сам не выступил.

— Я управлюсь за неделю. У меня всё готово. Нужно только отрепетировать.

Лея не хотела посвящать никого в свои открытия. Ведь, сидя в специальной секции, она нашла столько интересного! Поначалу ей действительно попадались новости, далёкие от её тематики. Но потом она поняла, что "Магический вестник" раз в неделю публиковал колонку о новостях в медицине. А раз в квартал рубрика занимала целый разворот.

Потом Снежински задал доклад по географии, и Лея отвлеклась от исследования. Но тянуть с историей она не хотела. Ведь жизни после 11 ноября для неё будто не существовало. И так каждый год. Поэтому всё свободное время она проводила в библиотеке, перелистывая страницы газет.

"Простой монах лечит силой молитвы и оливковым маслом" в издании от 1878 года, "Начато строительство часовни" — 1904. Лея с интересом читала о монахе Андре, именем которого названа клиника для волшебников и магических существ в Монреале. К Бессетту стекались паломники со всех уголков Канады и США. Даже во время отдыха Монреальский чудотворец продолжал помогать людям. В 1982 году, когда его канонизировали, и была основана клиника в знак памяти об этом святом человеке. Что удивительно, сам Андре Бессетт с детства не отличался крепким здоровьем.

К началу ноября, когда доклад по истории магической медицины Канады был почти готов, и Лея откладывала очередную газету в сторону, она увидела на обороте надпись "В следующем номере читайте простые советы, как защитить свой дом от Чёрной Тьмы".

В понедельник 5 ноября Соня выступила на географии с докладом о России, чем очень удивила не только одноклассников, но и даже учителя. Выбор темы девочка объяснила тем, что её род по женской линии ведёт свою историю от сибирской ведьмы. Лея вспомнила один из заголовков газет: "Потомки сибирской целительницы в Канаде". Неужели эта статья была о семье МакБраун?

— Эй, ты хочешь остаться ещё на один урок?

— Ой, прости. Задумалась, — честно призналась Лея. — Даже звонок не услышала.

— Соберись. Тебе ведь сегодня доклад по истории сдавать.

— Соня, я не готова, — это было почти правдой.

Доклад лежал в рюкзаке. Но Лея не хотела терять доступ в медицинскую секцию. Ведь там ещё столько интересного! Сегодня вечером по плану — просмотреть выпуски за 1990 год. "Учительница стала жертвой Чёрной Тьмы". "Откровения Касперович". "Профессор Снежински под следствием". Всё это казалось очень любопытным. А доклад... никуда не денется.

— Я тебя чем-то обидел? — спросил Дэн, догнав Лею у мостика, когда в пятницу вечером она шла к воротам на встречу с тётей.

— Что? С чего ты взял? — удивилась Лея.

— Ты избегаешь меня.

— Н-нет, я... в библиотеке... готовлюсь.

— Я могу помочь.

— Сама справлюсь. Немного осталось. Просто... мне попалось кое-что интересное. Оказывается, Снежински занимал высокую должность в Сант-Бессетт. А потом...

— Попал под суд, — вздохнул Райс. — Это известная история в Канаде.

— Но я-то её не знала. Он правда... убийца?

— Так говорят. Но ни одному следователю не удалось вытащить из него ни единого воспоминания. Дело замяли.

— Значит, он невиновен? — с надеждой спросила Лея.

— Нет.

— Нет — невиновен, или нет — виновен? — не поняла она.

— Никто не знает. Если бы доказали его вину, он бы уже сгинул в Торквемаде.

— Где?

— На острове Мансел. Это далеко на севере. Тюрьма для волшебников, замешанных в особо тяжких преступлениях. Названа именем известного инквизитора Томаса де Торквемады.

— Если вину не доказали, значит, невиновен?

— Я такого не говорил.

— Дэн.

— Что? Я же не всезнайка какой-нибудь. Нужно спросить у прабабушки. Она тогда ещё работала в школе.

— Но Снежински ведь был профессором на кафедре ядов и противоядий в Сант-Бессетт. В Монреале!

— Вот я и говорю, без прабабушки нам это не распутать. Смотри, сколько сегодня желающих покинуть школу!

У ворот толпились ученики. Совсем маленькие — из начальной школы — были с сопровождающими. Лея узнала Надин Леру. У будки охраны Соня болтала с Кларой, активно жестикулируя. А под деревом её сестра обнималась с блондином. Хотя, возможно, это снова была не она. Или не он. Издали не разглядеть. Лея и Дэн остановились чуть в стороне.

— Мы с бабулей едем на материк на праздник. Составишь нам компанию?

— На День памяти? Одиннадцатого? — уточнила Лея.

— Да.

— Нет. У тёти уже есть какие-то планы.

— Я надеюсь, они совпадут с нашими, — мальчишка улыбнулся.

А Лея поёжилась. То ли от мыслей о ночи проклятия, то ли от налетевшего ветерка с залива. Она убрала растрепавшиеся пряди с лица.

— Надо было надевать шапку, — руками держать волосы, чтобы они не лезли в глаза и рот, было не удобно. Да и холодно.

— Возьми мою. У меня есть капюшон, — Райс стянул шапку, предоставив ветру возможность трепать его густые каштановые волосы.

— Тебе попадёт от прабабушки?

— Не думаю. Она добрая, — мальчишка улыбнулся, натягивая свою шапку на рыжую голову Леи. — И ты ей нравишься.

— Передай, что это взаимно.

— Обязательно, — мальчишка убрал с её лба золотую прядь, заправив под шапку. — Ты удивительная.

— Я? — Лея попыталась подавить улыбку, думая, что выглядит в этот момент очень глупо.

— У тебя необыкновенные глаза, — щёки мальчишки покраснели на холодном ветру.

— И ужасные веснушки. А ты очень добрый. Как и твоя прабабушка, — Лея надела капюшон на голову Дэна. — Она расстроится, если ты отморозишь уши.

"У тебя необыкновенные глаза... У тебя необыкновенные глаза..." — звучало в голове. Лея смотрела в окно автомобиля. Тётя почему-то решила свозить её на материк, и сейчас они ехали по мосту Конфедерации.

— Почему улыбаешься? — вдруг спросила Чунь Шэн серьёзным тоном.

Лея встретилась с её взглядом в зеркале заднего вида.

— У меня правда необыкновенные глаза?

Тётя уставилась на дорогу и больше не проронила ни слова.

Остановились на ночь в хостеле.

— Я очень устала. Три дня в дороге. Не спрашивай ни о чём. Завтра тяжёлая ночь.

— Мы проведём её здесь?

— Вернёмся на остров, — Чунь Шэн погасила свет.

Лея ещё долго лежала, глядя на полоски лунных отблесков, проникавшие сквозь жалюзи. Вспоминала робкое прикосновение и фразу "У тебя необыкновенные глаза". Лучше не рассказывать тёте. Иначе точно переведёт в другую школу. Подальше от друзей. От привязанностей. От неразгаданных тайн.

Алая полоска рассвета будто развевается на ветру. Алая шёлковая лента в небе над заливом. Лея протягивает к ней руку и слышит голос. Чужое имя. Он повторяет снова и снова: "Лейла. Лей-ла. Ле-ейла-а..."

— Я не Лейла! Я не Лейла. Я не...

— Мэй-Мэй. Мэй-Мэй, — холодные пальцы впились в плечи. — Мэй-Мэй, проснись.

Весь день ходили по магазинам. Лея даже устала. Поэтому с удовольствием плюхнулась на заднее сиденье авто и закрыла глаза, представляя перед собой то лицо Райса, то лицо Снежински. В машине было тепло. Даже жарко. Слишком. Дышать становилось всё сложнее.

— Открой окно, — Лея в панике давила на кнопку. — Открой, тётя, — со лба катились крупные капли пота.

— Скоро приедем, — спокойно ответила Чунь Шэн.

— Открой! — Лея не узнала свой зазвучавший пронзительно голос.

— Подъезжаем к Бич Пойнт. Нельзя, — голос холодный, как лезвие кинжала.

Лея сжалась. Прислонилась лбом к запотевшему стеклу.

— Ей страшно... Больно... Много огня, — голос сорвался на визг.

— Ещё немного, Мэй-Мэй, — Чунь Шэн включила приёмник на полную.

"Шоу маст гоу он... Шоу маст гоу он, Мэй-Мэй".

Летящий хлопьями снег. На нём свежие следы. Наспех наброшенные чары. Скрипучая лестница.

— Я не хочу... Это не я... Не надо, — она пыталась сопротивляться, но тётя уверенным движением скрутила ей руки. Тело пронзила боль, будто обожгло электрическим разрядом. Тьма.

— Мэй-Мэй, вставай же, Мэй-Мэй, — шёпот Чунь Шэн смешивался с воем сирен и вспышками света сквозь щели заколоченных окон.

Снаружи раздавались голоса, усиленные громкоговорителем. Лея не могла разобрать ни слова. Думала, что от гула в голове. Но, нет — звучала французская речь.

— Что... происходит? — поднялась на локтях, еле удерживая тяжёлую голову.

— Нужно уходить. Срочно, — тётя потянула за руки, но Лея, обессиленная, упала на кровать.

— Не могу, — несмотря на опущенные веки, вспышки света причиняли глазам боль.

— Я знаю, милая, знаю. Но нельзя...

Её прервал громкий мужской голос. Лея разобрала только слово "полчаса", которое слишком часто попадалось ей на уроках французского на прошлой неделе.

— Мне холодно, — Лея завернулась в большое полотенце, поджав колени к груди. — Холодно.

— Мне пришлось снять с комнаты всё волшебство. Нельзя, чтобы нас обнаружили.

— Кто? — прятать лицо в вонючий плед, пытаясь укрыться от вспышек света, было не лучшей идеей.

— Полиция, — Лея почувствовала, как тётя натягивает на неё бельё и колготки. — У нас очень мало времени.

Сунув руки ей под голову, Чунь Шэн приложила к губам чашку от термоса. Знакомый горьковато-сладкий вкус женьшеня. Бодрящий напиток был сейчас весьма кстати. Лея наконец смогла сесть и одеться. Тётя взяла её рюкзак и свою большую сумку через плечо.

— Можешь идти?

Лея замотала головой. Кое-как, держась за стену и Чунь Шэн, она смогла передвигаться. Впереди лестница. Тётя скомандовала идти наверх.

— Внизу есть подвал. Ход до залива.

— Я знаю. Но нам нечего там делать.

— Я не хочу на чердак. На чердаке... призрак, — проговорилась Лея.

Как ни странно, тётя никак не отреагировала. Только волокла её всё выше и выше. Снизу раздались шаги и голоса. Чунь Шэн привалила Лею к стене, распылила позади себя блестящий порошок, и они двинулись дальше.

На чердаке было всё по-прежнему. Тётя затащила Лею в самый угол, где начинался потолок. Пришлось ползти.

— Слава Магии, он ещё здесь. Иди сюда, — помогла подняться.

Перед собой Лея увидела обычный на вид шкаф с дверцей-гармошкой.

— Ну и пылища, — тётя посветила внутрь. — Лишь бы работал.

Голоса зазвучали где-то совсем рядом. Лее казалось, сердце выпрыгнет из груди. Страх и бодрящий напиток её почти разбудили. Неожиданно раздался леденящий смех старухи-призрака. Тётя затолкала Лею и вещи в шкаф и юркнула следом. Дверь-гармошка никак не хотела поддаваться. А в это время чердак озарился вспышками света.

— Обнимай меня как можно крепче. И закрой глаза, — наконец справившись с дверью, скомандовала Чунь Шэн. Взмахивая волшебной палочкой за спиной Леи, забормотала непонятные слова. Отчётливо прозвучало лишь "Монтегю. Пиратский переулок". Шкаф завибрировал. В дверцу что-то стукнуло снаружи. Тётя продолжала говорить непонятные слова. "Монреаль. Университет магических наук. Общежитие факультета заклинаний".

— Ты нужна мне, — Дэн судорожно схватил за плечи. Глаза его горели азартом.

— Что? — Лея почувствовала, как её щёки пылают.

— Ты и представить себе не можешь, ЧТО вчера творилось у "Таверны призраков"!

— Ты был там? — с волнением спросила Лея.

— Да. Столько маг-полиции я ещё ни разу не видел. Два отряда охраняли территорию от простолюдинов. Один патрулировал воздух на ковре-самолёте. И специальная военная группа на штурме.

Лея побледнела. А ведь они с тётей чуть не попались.

— Выйдем на воздух. Голова кружится.

Райс придержал её под локоть.

— Вся деревня слышала. Кто-то из простолюдинов вызвал полицию. А они не видят таверну, понимаешь? Только машину нашли в лесу. Дверь открыта. И никого.

— Совсем никого? — ребята дошли до скамейки.

— Совсем. Снег ведь выпал. А никаких следов. Мистика. Поэтому наши службы и вмешались.

— И что нашли? — не без любопытства спросила Лея.

— Ничего. Зато Я нашёл, — лукавый взгляд Дэна заставил её побледнеть ещё больше.

— Что?

Мальчишка полез в карман. Сердце Леи забилось, как сумасшедшее, когда он раскрыл ладонь.

— Это случайно не твоё? — в руке лежала чёрная заколка-зажим.

Лея нервно сглотнула. Она намеревалась решительно всё отрицать, но от потрясения не могла произнести ни звука.

— Я нашёл это на чердаке. Ещё ДО вчерашних событий. Хорошо, что взял. Иначе на тебя могло пасть подозрение в беспорядках.

— Дэн, — охнула Лея.

— Теперь не скоро можно будет пробраться в "Таверну призраков", — вздохнул мальчишка. — Там оцепление. Рыщут. Вынюхивают. Заглядывают в каждый уголок.

— Спасибо, — накрыла его ладонь своей.

Руки Дэна такие тёплые. Даже горячие в сравнении с её ледяными от страха пальцами. Только в глаза ему смотреть неловко. Вдруг он прочитает в них ложь?

Месье Леру не пришлось долго уговаривать. Бледное лицо и мелкая дрожь — достаточные аргументы для старого лекаря. Тёплый витаминизированный напиток согревал ладони. Лея сидела на высоком стуле и болтала ногами. Оливье Леру копошился с аптечными весами, отмеряя нужное количество коры дуба. Целитель периодически отвлекался, чтобы перемешать варево в котелке. Напевая себе под нос мелодию из известного французского мюзикла, он как будто бы и не замечал, что в кабинете не один. На стенах висели сушёные веники из разных трав. Такое умиротворение царило вокруг, что Лею напиток не бодрил, а успокаивал. Или старик переборщил с мелиссой?

Допив коктейль, Лея спрыгнула со стула.

— Вымойте стакан и поставьте в коричневый шкаф, пожалуйста, — не оборачиваясь, сказал месье Леру.

Лея выполнила просьбу. Открыв дверцу шкафчика — сначала не ту, что нужно — она обомлела: по периметру висели связки ключей. Над каждым крючком подписаны номера этажей. А над связкой с тремя старинными ключами — "Шато". Лея быстро закрыла дверцу. Отдышалась. Потянула ручку соседней. Поставила стакан на полочку и, попрощавшись, вышла.

Уснуть долго не получалось. Девочки громко болтали. Обсуждали выходные дни и завтрашние уроки.

Утром, проснувшись раньше всех, Лея достала из-под подушки розовую ракушку, что подарил ей летом Дэн. Повертела в руках. Взяла волшебную палочку и решилась попробовать заклинание, делающее отверстия. Но для начала нужно было успокоиться. Магия — довольно травмоопасная вещь, если не работать над своим сознанием.

Проделав отверстие в ракушке, Лея нанизала её на тоненькую серебряную цепочку, которую подарила ей тётя Чунь ко дню рождения.

За вечерним чаем директор сообщила о том, что на время проведения турнира по сверхнизким полётам медицинской службе Эль Кастильо необходимы помощники.

— Главное, чтобы вам было не меньше шестнадцати лет, — уточнила МакГрегори. — Записывайтесь в течение недели у месье Леру. Отбор будет жёстким. Но эта работа оплачивается. Пятьдесят мэджиков. Не много, но хорошая прибавка к общим баллам.

— Эх, я бы пошла, — мечтательно протянула Соня.

— Ты? — скривилась Каприс. — Тебе что, карманных денег не выдали?

— Эй, при чём тут деньги? Мне просто интересно попробовать себя в медицине.

— МакБраун, не смеши. Никогда бы не подумала, что ТЫ готова  променять спорт на мытьё больничных уток.

— А что? Мама тоже с этого начинала. А теперь заведует целым отделением в клинике. И ей нравится.

— Ну ты — не она. Тебе с твоим характером... в полицию надо.

Девочки засмеялись. А Лея с ужасом вспомнила приключения проклятой ночи. Как она с тётей убегала от преследования. И как долго добирались они из Монреаля до острова Принца Эдуарда.

— Вон, смотри, Ли уже тебя боится, — Клара похлопала Соню по плечу. — И не мудрено. С медициной у тебя не очень. Даже манекены гибнут.

Лея так хотела ещё раз взглянуть на ключи. Ей было интересно, сможет ли она создать хотя бы один дубликат. Ведь если предъявить его мальчишкам, тогда они возьмут её с собой в Шато. Наверняка им тоже любопытно узнать, что такого находится в западной части, и почему туда нельзя соваться даже драконам. Записаться в волонтёры — хороший повод. Жаль, возраст не позволяет. Но, всё равно, приходя за очередной порцией витаминного коктейля, Лея каждый раз упрашивала старого лекаря включить её в списки. И неизменно получала отказ и напоминание о том, что ей всего 14 лет.

— Ну месье Леру, я согласна даже без мэджиков. Просто так. Мне безумно интересна медицина, — врала Лея, думая только о ключах и о том, как мало осталось времени.

— Это бесполезно, мисс. Директор не разрешит вам работать, даже если соглашусь я.

— Но МакБраун ведь есть в списке, — решилась на хитрость Лея.

— Старшая, мисс, старшая. Ей уже шестнадцать лет.

— Ну месье Леру...

Старик был непреклонен, и Лея опять ни с чем вернулась в комнату. Почитав немного книгу о боевых искусствах, пошла с девчонками на ужин. Вскоре к ним присоединилась Сара. Она, обычно общительная, ела молча и как будто с неохотой. Лея с таким усердием обдумывала свой план, что начало давить виски.

Каприс что-то рассказывала и громко смеялась, не давая сосредоточиться.

— Клара, потише, — попросила старшая МакБраун. — Так голова болит.

Голова... болит... у неё — осознала Лея. Бросив приборы, она выскочила из-за стола. В холле ощутила в голове лёгкость и с радостью поспешила во владения месье Леру. Теперь у неё был козырь в руках. И как она могла забыть о своей способности — чувствовать чужую боль?! Если старик вновь откажет ей, то придётся пойти к директору. Напомнить о словах Сильвии МакБраун.

Месье Леру по-прежнему противился допуску Леи к медицинской практике. Зато МакГрегори с воодушевлением поддержала её кандидатуру, вспомнив о редком даре. Или проклятии. Не важно. Главное, что старый лекарь был вынужден подчиниться приказу руководства.

Впереди было две недели ежевечерней подготовки. Мадам Леру читала волонтёрам лекции. Лея была в команде самой младшей, и её никто не воспринимал всерьёз. Ни медики, ни коллеги, ни друзья. Даже Дэн скептически отнёсся к этой затее. Несмотря на то, что ключи от старого замка были для него желанным трофеем.

— Эй, хватит рисовать скелеты, — в воскресенье Соня уже не выдержала. — Ты обещала сыграть со мной в шахматы.

— После турнира. Ладно? — не отрываясь от конспекта, ответила Лея.

— Вот и Сара сидит над книгами. Тоска.

— Зато не гуляет с мальчишками. Ты ведь этого хотела? — Каприс была тут как тут.

— Да уж. Хорошо, что и Миллер записался. Может, они сойдутся. Папа будет счастлив.

Лея не стала говорить Соне, что Дарк тоже учится с ними. И Сара предпочитает общество наглого блондина. В то время как Миллер больше сосредоточен на самом курсе.

Сыграть с Соней в шахматы удалось только после обеда. Но и этому подруга была рада.

— Эй, неужели в воскресенье лекции тоже будут?

— Нет. Мне нужно в библиотеку. С докладом закончить, — почти не соврала Лея.

На самом деле её манило прошлое, зашифрованное в заголовках газет.

Недавно она читала большое интервью с Эсмеральдой Касперович. Странные слова цыганка тогда сказала о событиях в Эль Кастильо: "Невиновные виновны. Виновные невиновны. Таков путь. Путь к свободе. Но весь ужас ещё впереди. Грядёт повторение. И страшная разруха будет".

Ещё Лея нашла статью, где сообщалось, что после этого интервью из школы начали массово увольняться учителя. Количество обучающихся резко снизилось. А в колонке слухов и сплетен обсуждали наличие в школе злого духа. Каждый год пугающего персонал на День памяти.

— Как успехи? — Эндрю Миллер уселся рядом.

И принесло же его в закрытую секцию! Неужели ещё доклад по обморокам не подготовил?

— Нормально, — неохотно ответила Лея.

— Помощь нужна?

— Нет, — скорее бы он ушёл.

— Сходим после ужина прогуляться? — нечасто Миллер бывал таким раскрасневшимся.

— Н-нет. Я не могу. Меня уже пригласили, — соврала Лея, на ходу придумывая, как не попасться ему на глаза вечером.

— Жаль.

Он ушёл. Какое неприятное чувство. Кажется, будто увела у Сары парня. Соне бы это не понравилось.

Лея собрала газеты и положила их на место. Ещё перед ужином она поговорила с Дэном, пригласив его на прогулку. Выходит, что Миллера она почти не обманула.

Планам помешал холодный ветер. Но ребята не расстроились. Они провели время на голубятне.

— Знаешь, вчера в секции искусств я нашёл кое-что. Альбом всех преподавателей Эль Кастильо. Жаль только, что все фото и рисунки чёрно-белые.

— С какого года?

— С самого начала. Первыми идут карандашные изображения основателей. Даже Бланки.

Лее вспомнилась статуя девочки из Шато.

— А твоя прабабушка?

— Конечно. Она попадалась мне трижды. На рисунке и двух фотографиях.

— А МакГрегори?

— Тоже есть.

— А человек... — Лея осеклась. — Снежински.

— Нет. Его я не видел. Зато... Я испугался, что сошёл с ума, — мальчишка смутился. — Мне кажется... я там видел... тебя.

— В школе происходит вообще что-то странное, — Лее уже было всё равно, что она нарушает главный запрет тёти. — Я тоже видела... СЕБЯ.

— Может, кто-то из твоих предков преподавал здесь? — воодушевился Райс.

— Я не знаю... ничего о своих предках. Но эта фотография...

— Она девяносто шестого года. Тысяча девятьсот, — уточнил мальчишка.

— В альбоме?

— Ну конечно.

— Я не видела альбом, Дэн. Я видела фото... В Шато.

Райс даже подскочил.

— Мы должны туда сходить. Покажешь?

— Дэн, — она тоже поднялась. — Эта фотография... Она... в комнате с драконом.

— Это усложняет задачу, — мальчишка почесал переносицу.

— Покажешь альбом с преподавателями?

— Конечно. Увидишь, какая красивая была прабабушка в молодости. И МакГрегори.

— Они и сейчас красивые. По-своему.

— Потому что добрые, — добавил Дэн.

Ребята спустились с голубятни. Долго разговаривали, сидя у камина в центральном холле пятого этажа. Пока тьютор не сделала им замечание.

"И зачем только я на это подписалась?" — думала Лея, возвращаясь в понедельник с урока для волонтёров. Медицина — сложная и ответственная штука. Вся неделя расписана почти по минутам. Альбом она так и не увидела — не было времени. А в пятницу уже экзамен. В выходные — сам турнир. Только бы не облажаться перед всеми. А главное... добыть ключ.

Лея совсем забросила французский. За что получила на двух уроках штрафные. Да и другим предметам не уделяла внимания. Кроме преобразований. По этому предмету лучшей в классе была Соня, и, когда Лея просила её о помощи, та с радостью откликалась.

— Эй, у тебя уже неплохо получается работать с краями. А отверстия просто идеальны.

— Научи меня изменять форму линейки в расчёску и обратно, — попросила Лея.

Соня задумалась.

— Мы этого ещё не проходили. Чёрт, выходит, Каприс была права, — признала подруга.

— Давай попробуем составить формулу самостоятельно.

— Эй, ты уверена? Вдруг получится какая-нибудь кракозябра?

— Ну и пусть. Главное, знать отменяющее заклинание, — парировала Лея.

Соня принесла из комнаты линейку. Девочки стали практиковать в комнате досуга, как и было предписано Уставом. В спальнях заниматься непроверенной магией строго запрещалось.

Кракозябра у них действительно получилась. И выглядела она, как расчёска с идеальной ручкой, но торчавшими в разные стороны кривыми зубьями.

— Эй, мы что-то напутали в формуле.

— Наверное, нужны более плавные движения палочкой.

— И меньшей амплитуды, — согласилась МакБраун.

Более менее приличная расчёска получилась с девятого раза. И Лея не оставляла попытки. Каждый вечер перед сном тренировалась. А в четверг соседки по комнате уже не могли отличить настоящей расчёски от дубликата.

— Эй, как экзамен?

Лея плюхнулась на кровать, даже не взглянув на подругу.

— Не знаю. Результаты утром. А потом инструктаж и допуск. Если сдала.

— Ты ужинала?

— Да. Нам оставили поесть. А где девочки?

— Ушли в парк.

— А ты?

— Эй, я же не могла уйти, не зная, как ты сдала.

Лея невольно улыбнулась.

— Знаешь, а я так и не потратила купюру с королевой. Если тётя заберёт меня со следующего триместра, у меня останется память о тебе и о школе.

— Ты будешь мне писать?

Лея покачала головой, чем очень расстроила подругу. И добавила, что не может сказать почему.

— Жаль. А я бы хотела встретиться с тобой ещё. Через годы.

— Интересно, мы бы узнали друг друга в толпе? — Лея пристально посмотрела на соседку, пытаясь запомнить её черты.

— Эй, ну конечно! Я так точно! Твои глаза невозможно не узнать. Они такие... выразительные.

В дверь постучали. Вошла тьютор.

— Мисс Ли, директор хочет с вами поговорить. Пойдёмте, пожалуйста, со мной.

Лея следовала за облаком розовых юбок. За Луной тянулся сладковатый цветочный аромат. Смешиваясь с чувством тревоги, он вызывал приступ тошноты.

Они спустились до третьего этажа, но не пошли к каменному фениксу. А сразу за статуей большого кота юркнули в дверь. На ту самую площадку, где Лея занималась и где однажды видела блондина. Миссис Санни взмахнула своей палочкой молочного цвета. Замок щёлкнул, впуская их в коридор с зелёными стенами. Тут же войдя в соседнюю дверь, они спустились на этаж ниже. Здесь тоже у стены стоял каменный феникс. А рядом светлая дверь с табличкой, на которой была изображена пантера.

— Миссис Луна, здесь живёт директор? — почему-то шёпотом спросила Лея.

— Да, мисс. Зимой она переезжает в эту комнату, — тьютор постучалась и, получив приглашение войти, открыла дверь.

Непривычно было видеть МакГрегори в домашней одежде. Тёмно-зелёные шаровары ниже колена и цвета свежей зелени свободная футболка. И без трости.

— Прошу, мисс, — директор жестом указала на мягкий бежевый диванчик. — Чаю?

— Н-нет, спасибо, — пробормотал Лея, не понимая, зачем она здесь. Какое такое серьёзное дело не может подождать до утра?

— Я буду снаружи, — пропела Санни и вышла, осторожно прикрыв дверь.

Директор взяла с журнального столика конверт и села рядом в кресло.

— Я не удержалась и посмотрела вашу аттестационную работу в первую очередь. Поздравляю, мисс. Вы успешно сдали экзамен. Причём не просто успешно, а лучше всех. В истории Эль Кастильо такое происходит впервые. У вас, помимо редкого дара, удивительная способность к запоминанию больших объёмов информации.

— Спасибо, директор, — Лея очень волновалась. Не знала куда деть руки. И от этого волновалась ещё сильнее.

— Завтра в десять утра жду вас в медицинском крыле.

— Это всё, директор?

— Разумеется, нет. Иначе я бы не позвала вас.

Она встала и прошла в соседнюю комнату. Вскоре появилась в дверях с объёмной папкой. Раскрыла её перед Леей на столике. Внутри лежало множество буклетов. МакГрегори с лёгкостью нашла тот, что был нужен.

— Вот, мисс. Вам, конечно, до специализации ещё далеко, но рассмотрите это предложение. Поступить в университет при клинике Сант-Бессетт очень сложно. Поэтому, если решитесь, начинать готовиться нужно как можно раньше.

— Спасибо, директор, но... кажется, моя тётя... не хочет, чтобы я продолжала учёбу в Канаде.

— Обещаю, я поговорю с ней. Если... для вас это тоже важно.

— Угу.

— Что ж, идите отдыхать. Завтра важный день, — директор взяла её за запястье и улыбнулась.

Такой радостью светились глаза пожилой женщины, что Лея едва не расплакалась от нахлынувших чувств. Но когда она шла по лестнице вслед за тьютором, думала вовсе не об университете при клинике Сант-Бессетт, а о старом ржавом ключе от загадочного замка.

Лею, как самую младшую из волонтёров, оставили в медицинском крыле. Она должна была сидеть здесь в ожидании пациентов, заполнять документы и улыбаться. В случае острой необходимости — оказать первую помощь. Но для этого ей в напарники оставили Эндрю Миллера. От которого Лея не знала, как избавиться, чтобы завладеть ключом. Хотя бы на несколько минут. Она с тоской смотрела на часы. Турнир уже начался. Нужно действовать.

— Эндрю, хочешь чаю? Я заварю.

— Не голоден, — Миллер поправил очки.

— А я, пожалуй, выпью чашечку, — Лея встала из-за стола. — Не покидай пост.

— Тебе очень идёт халат. Не то что мне... — юноша вздохнул. — Висит, как мешок.

Лея скрылась в кабинете месье Леру. Достала бумагу и карандаш, чтобы сделать чертёж. Открыла дверцу шкафа и... увидела, что ключа нет.

— Лея, чай отменяется. Пострадавшего привели.

Первым пациентом оказался Крис Лейк. Сломал палец на левой руке.

— Неудачно упал, — пояснил мальчишка. — Зато обогнал Дэна.

Пока мадам Леру накладывала гипс и поила пострадавшего специальным отваром, Лея заполняла документы. А Миллер был на подхвате. Всего за первый день турнира поступило десять пациентов. Одного даже левитировали по воздуху.

Лее работа в медицинском корпусе давалась с трудом. Боль каждого из пострадавших она чувствовала, как свою собственную.

На следующий день пациентов было только двое. Девочка из четвёртого класса и Соня МакБраун. Подруга лежала за ширмой. Лея не видела её, но чувствовала, как горит левая сторона лица и жжёт в голеностопном суставе. Сара была рядом с сестрой. Миллера главный лекарь отпустил, но парень предпочёл остаться. Помогал накладывать повязки.

— Ты правда чувствуешь чужую боль? — спросил Миллер, когда после обеда поднимался вслед за Леей в библиотеку.

— Да.

— Тогда я не понимаю, зачем тебе постоянно находиться с больными.

— Чтобы научиться справляться со своими слабостями. Так тётя говорит. Если не тренировать выносливость, её не будет. Так и с болью. Я должна её приручить.

— Мне было тяжело видеть твои страдания.

— Ничего. Всё позади.

— Прогуляемся вечером?

— Пригласи Сару. Кажется, она тебе нравилась, — они вошли в библиотеку.

— МакБраун не единственная девушка в школе, — Миллер понизил голос, чтобы не получить замечание.

— Я тоже. Миссис Принц, в медицинскую секцию, — Лея показала пропуск. — Эндрю, ты поможешь мне с преобразованиями?

— Конечно, — воодушевился юноша.

— Тогда до вечера.

Перед сном Лея решила навестить Соню. Клара составить компанию отказалась, сославшись на то, что вернулась из медицинского крыла совсем недавно. У постели сестры сидела Сара и перемешивала в миске какую-то густую зеленоватую жижу.

— Месье Леру сказал, будет почти незаметно, — приговаривала она.

— Эй, должен же быть способ?

— Соня, как ты? — Лея остановилась за спиной Сары.

— Ужасно.

— Шрамы на лице слишком глубокие, — пояснила старшая МакБраун. — Месье Леру посоветовал мазь на основе экстракта подорожника.

Соня только поморщилась, когда сестра принялась обрабатывать её щёку. Но Лея чувствовала, КАК это больно.

— Если бы Клара не была моей подругой, я бы подумала, что она специально, — простонала Соня.

— Не преувеличивай. Это был несчастный случай. Я всё видела, — Сара погладила сестру по плечу, успокаивая. — Зря ты отказалась от защитного крема.

— Эй, откуда я знала, что так будет?

— Что за крем? — поинтересовалась Лея.

— На основе силикона и бабушкиных заговоров. Продаётся в Монтегю, — пояснила старшая МакБраун. — Соня наотрез отказывается его использовать.

— Ты купила его в Пиратском переулке! — пробубнила младшая.

— А где это? — Лея вспомнила, как тётя произносила это название, когда они убегали от полиции.

— В магическом квартале. За домом напротив кафе "Старый Эдвард". Но я тебе этого не говорила, — улыбнулась Сара.

— Почему? — у Леи перехватило дыхание.

— Эй, ты не знаешь? — Соня даже приподнялась на локте. — Там шатается всякий сброд, и творятся мутные дела. А ещё запрещёнку продают.

— Иногда очень полезную, между прочим, — Сара поднялась. — Как защитный крем или духи с феромонами.

— Тоже мне феромоны! "Амор де Диабло"! А он запрещён.

— Сонь, не преувеличивай. Всего лишь ограничен в использовании. Но в Монреале продаётся свободно.

— В специально отведённых местах.

— Ты неисправима.

— Расскажу родителям, — угрожающе прошипела Соня.

Сара лишь усмехнулась.

— Папа сам этот крем купил. Для нас с тобой.

Старшая МакБраун ушла, и Лея заняла её место.

— Эй, как ты думаешь, могла Клара специально это сделать? — Соня показала на своё изуродованное лицо.

— Вряд ли. Вы же подруги, — пожала плечами Лея.

— Вот именно. Но она хочет в основной состав команды. Вместо меня.

— С чего ты взяла?

— Она поругалась с Сарой. Сара ведь капитан. И она взяла в команду меня. А Клара посчитала это несправедливым. Даже директору жаловалась. И Карэну Апресовичу.

Без Сони на уроках было непривычно. Особенно на географии. Успокаивало только то, что впереди сидел Дэн. Лея чувствовала защиту и могла без опаски поднимать глаза на учителя. Хорошо, что он ни разу не встретился с ней взглядом. Но плохо, что задал объёмное домашнее задание. Соня бы обязательно возмутилась.

Вечером Лея посвятила время запущенному французскому и географии, а после допоздна пробыла в медицинской секции. Она сидела за длинным столом, перелистывая страницы газет, когда вдруг услышала голоса из-за ближайшего стеллажа.

— Кажется, МакБраун сошла с дистанции, — Лея сразу узнала этот надменный тон.

— Которая? — спросил кто-то.

— Младшая! Со старшей сам разбирайся. Я думаю, место в команде на ближайшие соревы мне обеспечено.

— Ха, далеко пойдёшь. Если удастся удержать позицию до весны — Кубок будет наш. "Лебеди" должны выиграть.

— Надеюсь, "Киты" не догадаются, на чьей стороне я играю.

— Куда им? Сплошные курицы и пара недоумков.

— Нельзя недооценивать противника. Новый состав сильнее прошлогоднего. А вот "Лебеди", напротив, потеряли часть самых сильных игроков.

— Мне нужен этот Кубок. Нужен. Как я могу уйти из школы без Кубка, а? Не подведи.

— Не подведу. Но не просто так. Расскажи, куда ты ходишь по субботам.

— Ха, мелкая ещё. Не доросла.

— Ты забываешь, что я тоже хочу Кубок.

— Э, у тебя ещё столько турниров впереди! А у меня... последний.

— Всё в твоих руках, Люмус. Или берёшь меня с собой. Или не видать тебе Кубка.

Спустя четверть часа об этом разговоре уже знала Соня.

— М-да, — сокрушалась она, — эта семейка ещё себя проявит.

— Семейка? Они разве родственники?

— Эй, да ладно. Скажи ещё, не знала, что они брат и сестра.

— Н-нет, — призналась Лея. — Даже мысли не было. Фамилии-то разные.

— Потому что отцы разные. А мать одна. Кстати, та ещё ведьма.

— Как твоя нога?

— Уже не болит. Если не шевелить. Эй, смотри, Дэн книжку принёс. Чтобы я не отстала. Обещал помочь с докладом.

— Я тоже принесла. Таблицу по алхимии. Нужно за неделю выучить. Будет тест.

— Эй, не много ли заданий за один день? — возмутилась Соня. — Ты не видела месье Леру?

— Нет.

— Мне пора повязку менять. А то старая отваливается уже.

— Ты просто много болтаешь.

— Помоги снять.

— Уверена? Лекарь будет ругаться.

— Эй, ну и к чёрту. Она только мешает. И надо проветривать рану. А то чешется.

Лея придвинулась ближе, взялась за край марлевой повязки. Ладони обожгло. Зажмурившись от боли, она убрала руки.

— Эй, ты чего? — испугалась подруга.

— Всё в порядке, — соврала Лея и даже смогла улыбнуться.

После вновь попыталась помочь Соне. Уже осознанно ожидая боль. Жар в ладонях будто примагничивал руки к ране. Лея закрыла глаза и вообразила себя у озера на цветущем лугу, где повсюду чувствовалось дыхание Ци.

— Мисс Ли, что вы делаете? — лекарь незаметно вошёл в палату.

Лея встрепенулась, вернувшись в реальность.

— Извините, я не должна была трогать рану, — смутилась Лея. — До завтра, Соня.

— Мисс Ли. Мисс Ли, проснитесь, пожалуйста, — певучий голос, прикосновение к плечу и сладковатый аромат духов.

Лея еле продрала глаза и приподнялась на локте.

— Что-то случилось, миссис Санни?

— Нет-нет, — пропела Луна. — Вас вызывает директор. Она у себя. И это очень срочно. Поторопитесь, пожалуйста.

Облако розовых юбок колыхнулось и уплыло из поля видимости. Тихонько щёлкнула дверь. Лея огляделась — девочки ещё спали. Сколько сейчас времени?

Часы в холле показывали без четверти семь. Нет, явно что-то случилось. Иначе зачем директору вызывать её в такую рань? Только бы с тётей было всё в порядке.

Феникс, сверкнув глазами, впустил Лею в светлую приёмную. Дверь в кабинет МакГрегори была открыта настежь. Изнутри слышались голоса лекарей, директора и... знакомый бас:

— Если только это не проделки Чёрной Тьмы.

— Федерико, вы действительно верите в то, что мисс Сноу была заражена? — произнесла МакГрегори.

— Сомневался. До тех пор, пока не увидел ЕЁ. Только Чёрная Тьма способна возрождаться. Я бы советовал быть осторожнее с... — бас резко оборвался.

— Мисс Ли, входите, — пригласила директор. — Вы посмотрели буклет клиники Сант-Бессетт?

— Да... Но... Мне нужно посоветоваться с тётей, — промямлила Лея, не понимая, что происходит.

— Разумеется. Я как раз подготовила письмо для неё. Вот, возьмите, — небольшой конверт с печатью и аккуратно выведенным именем адресата отправился в сумочку. — На всякий случай я наложила заклятие. Вскрыть письмо может только миссис Ли. А теперь расскажите нам, как вам удалось подобрать ключ к своему дару.

— Что? Какому дару? Какой ключ? — спросонья соображалось с трудом.

— Залечивать глубокие раны, мисс, — пояснил месье Леру.

— Раны? Я? Когда?

— Вчера вы практически вернули лицо мисс МакБраун к первоначальному виду. Осталось только два шрама — самых глубоких. И те выглядели вечером простыми царапинами, — старик сиял от радости, как и остальные.

А вот Лея всё ещё не могла осознать, что он имел в виду.

— Когда вы ушли вчера, я приготовил мазь для мисс. А когда вернулся к ней, то не узнал пациентку. Она с уверенностью утверждала, что у вас волшебные руки. И именно вы вернули ей красоту.

— Но я ничего не делала. Просто... — Лея вспомнила, как жгла её боль Сони.

Она посмотрела на свои ладони. Бледно-красные.

— Мадмуазель, это ли не доказательство? — мадам Леру взяла её за руку и показала присутствующим. — Работа незрелой магии.

— Вам нужно подтянуть алхимию, мисс, — серьёзно сказала директор.

— Я пытаюсь. Но... не понимаю.

— И не только её, — директор листала журнал. — Боюсь, что с такими баллами, ваш дар не принесёт пользы. У вас "отлично" только по астрологии. К сожалению, для медицины это бесполезная... "наука".

— Использование астрологии Ба Цзы в диагностике говорит обратное. Мастер Ло в этом точно разбирается. И считает, что...

— Мастеру Ло я, возможно, могла бы доверять, но госпоже Касперович... — директор захлопнула журнал. — Идите сейчас с месье Леру в медицинское крыло. Он скажет, что нужно делать. А вечером, после чая, жду вас у себя.

Ладони обжигала боль. Чужая. Но зато Соня смогла встать на ноги. И улыбалась. Обнимала и благодарила. За неделю Лее удалось вернуть её в строй. Шрамы на лице к утру возвращались, но при этом становились всё меньше и меньше с каждым днём. Всё незаметнее. И к последней учебной неделе полностью сошли. К тренировкам Соня тоже готова была вернуться, но мистер Хит сказал, что восстановит её в команде только после каникул. Но и этому подруга радовалась.

— Эй, что ж ты раньше не сказала, что помощь нужна? — негодовала Соня. — Я попрошу Сару позаниматься с тобой французским. А заклинаниям я тебя сама научу.

— Сонь, всего пара дней до зачётной недели осталась. А я более менее уверена только... Впрочем, нет, в географии я тоже не уверена.

— Эй, ты лучшая в классе по астрологии! Не удивлюсь, если даже Сару превзошла.

— Да брось. Твоя сестра всегда была отличницей.

— Была. Но в этом триместре... — Соня вздохнула. — Одни мальчишки на уме. Папа задаст ей взбучку. Выпускной класс, а она... Слушай, тебе дали сертификат?

— Да. То есть нет. Я только расписалась в каком-то журнале. А сам документ директор положила в личное дело.

— Здорово, — мечтательно произнесла Соня. — У Сары тоже есть.

— И что он даёт?

— Эй, это же упрощает поступление. На любой магический факультет. Главное, чтобы специальность совпала.

— А я не знаю, куда хочу. Я второй год живу в магическом мире. И то... только в школе. Я ничего не знаю о волшебных специальностях.

— Я бы хотела профессионально заниматься спортом. Тренировать команды. Как думаешь, у меня получится?

— Уверена, — улыбнулась Лея, а потом задумалась о своём будущем.

— Эй, Дэн, куда бежишь? — мальчишка обогнал их на лестнице между четвёртым и пятым этажами.

— В библиотеку. Я забыл вернуть книгу.

— По истории? — усмехнулась Соня.

— Да, — опешил он. — Как ты догадалась?

— Эй, для тебя ведь других предметов не существует.

Оставив подругу в холле пятого этажа, Лея тоже поспешила в библиотеку. Дэна она обнаружила в астрологической секции. Он сидел, запустив пальцы в волосы, и напряжённо всматривался в аспекты натальной карты.

— Наверное, я никогда не пойму астрологию, — обречённо пробормотал мальчишка. — Вот скажи, трин Урана к Нептуну — это хорошо?

— Если проработанный, то очень хорошо, — уверенно ответила Лея.

— А трин от тригона чем отличается? — его серые глаза смотрели с надеждой.

— Трин — мажорный аспект, обозначающий расстояние между двумя планетами в сто двадцать угловых градусов. А тригон — это конфигурация из трёх таких аспектов между тремя планетами. Она похожа на равносторонний треугольник на карте. Кстати, у тебя здесь как раз тригон, — Лея провела пальцем по линиям в учебнике.

Мальчишка вздохнул.

— Это так сложно. Астрологом мне точно не быть.

— Дэн, а ты уже решил, кем бы хотел стать, когда вырастешь?

Мальчишка удивлённо посмотрел на неё. Почесал переносицу.

— Я не думал об этом. А ты?

— Не знаю. Я бы хотела жить на Тибете. Быть наставником для кого-нибудь. Наверное. Или... поваром. Мне нравится готовить. Мадам Леру хвалила меня на кулинарии.

— А я, возможно, детективом. Или историком. Не знаю.

— Здорово. Будешь ездить на раскопки?

— Если только на раскопки архивов, — мальчишка улыбнулся. — Мне больше нравится работа с документами. Хотя и артефакты я люблю.

— Дэн, а ты был в музее семьи Уайетт? В Саммерсайде.

— Конечно. И не раз. Ты знаешь... — он понизил голос и наклонился к самому уху Леи. — Там хранится медальон, как на статуях Кастильо. Раньше я не обращал на него внимания, пока не увидел их изображения в книге. И ты... говорила про символы...

— Дэн... На том медальоне иероглиф Янского Огня, — сердце волнительно забилось.

— Идём в секцию искусств! — Райс подскочил.

— Угу.

Тот самый альбом оказался толстенным. Семья Кастильо на рисунках была без медальонов. Ребята строили догадки почему. И Лее казалось — ни одна из них не близка к истине.

— Смотри, узнаёшь? — Дэн прикрыл ладонью подпись под изображением молодой женщины.

— Знакомое лицо.

— Это же МакГрегори! — он убрал руку.

— Преподаватель преобразований, стажёр, — прочитала Лея.

— А это? — мальчишка перевернул несколько листов и так же закрыл текст.

— Твоя прабабушка.

— Алла-Виктория Райс, наставник класса Е, заместитель директора, — с гордостью прочёл он подпись под рисунком.

— У тебя её глаза, Дэн.

— А у тебя... — он пролистал страницы с конца альбома и ткнул пальцем в фотографию. — ЕЁ!

На Лею смотрела красивая девушка. Локоны ниже плеч. Светлая прядь, ниспадающая на лицо. Веснушки. А глаза... Казалось, что даже на чёрно-белом изображении они изумрудно-зелёные... необыкновенной глубины. Фото точь-в-точь, как в розовом альбоме из шкафа мистера Снежински. Может, поэтому Лея так отчётливо представила цвет глаз? И платье... василькового цвета. Она точно помнила. Что всё это значит? Что? Земля ушла из-под ног. Буквы стали расплываться.

— Лейла Сноу, — шёпотом, чуть дыша, прочитал Райс. — Учитель географии, стажёр медицинской службы младшей школы. Годы жизни: одиннадцатое ноября тысяча девятьсот...

Лея дальше не слышала. Удары сердца словно оглушали. В голове пульсировало.

До самой пятницы Лея не отрывалась от книг. Нужно было учить. Не только ради получения высоких баллов. Но главное, чтобы не думать о девушке с фотографии. Лейла... Удивительное сходство. Вспоминались и слова мистера Ланде. Неужели...

— Мисс Ли, зайдите, пожалуйста, к директору, — Луна Санни прервала поток мыслей.

Лея с удивлением обнаружила себя в буфете жующей булочку всухомятку.

В приёмной на лавке сидела Касперович и, покачиваясь, мычала какую-то мелодию. Глаза женщины были закрыты. Едва ли она услышала, как появилась Лея. На двери в кабинет МакГрегори горела табличка "Не входить". Пришлось ждать. Недолго. Вскоре от директора вышел блондин — одноклассник Сары — в сопровождении своего тьютора мистера Ланде. Появилась и сама МакГрегори, жестом приглашая Лею следовать за ней.

— Письмо от вашего дяди, мисс.

Лея вздрогнула, ожидая узнать самые страшные новости. Она судорожно вскрыла конверт, подписанный, к слову, почерком Чунь Шэн.

"Дорогая Мэй-Мэй,

Чунь Шэн будет ждать тебя у ворот школы во вторник, 25 декабря, в 6 РМ.

Не забудь взять с собой артефакт. Ты знаешь, ЧТО я имею в виду.

Береги себя,

Дядя Хенг"

Адрес отправителя: Россия, Москва, ул. Мосфильмовская...

— Не может быть, — Лея опустилась в кресло.

Само письмо было написано чёрными чернилами и почерком дяди Хенга. А конверт — обычной авторучкой. Но самое удивительное было в том, что текст был на английском. Хотя Хенг Ан предпочитал использовать китайский.

— Что-то вызывает подозрения? — насторожилась директор.

— Да всё! От адреса до... Простите, я не могу вам сказать. Надеюсь, это не проделки Ворона.

— У нас лучшая система безопасности, мисс.

— Конверт идеален. Не помят, не поврежден, не... окровавлен, — Лея подняла испуганные глаза на директора.

— К тому же не содержит следов магии. Отправлен обычной почтой.

— Но как он попал в Эль Кастильо?

— Видите эту печать? — Лея кивнула. — Это метка нашего департамента. Сначала письмо попадает в Канаду, а затем в провинцию Остров Принца Эдуарда на сортировочный центр, где внедрены наши сотрудники. Статики. Идеально подходят для работы среди простолюдинов. Они отбирают письма с магическими адресами и перенаправляют в наш департамент.

— Понятно. Тогда есть вероятность, что это письмо действительно от дяди и тёти.

— Хорошо. Вы можете идти, мисс. Жду вас вечером на празднике.

В субботу после завтрака школа опустела — ребята разъехались на каникулы. Хорошо, что сёстры МакБраун остались. Все выходные они тренировались на льду. Соня хотела вернуться в форму, чтобы с нового триместра играть в основном составе. Лее ничего не оставалось, как проводить время на стадионе, наблюдая за ними. К тому же здесь было не так холодно, как в спальне девочек.

За ужином в понедельник за столом из учителей сидела только Касперович. Пользуясь отсутствием в школе директора, цыганка сделала объявление, что готова сегодня вечером погадать всем желающим.

Лея боялась идти одна. Полчаса она потратила на то, чтобы уговорить Соню составить ей компанию. Неохотно подруга согласилась. Когда девочки шли по коридору, навстречу им попалась Сара.

— Эй, неужели ты была у Касперович?

— Да.

— И? — Соню явно интересовало, отчего сестра так задумчива.

— Она сказала не делить неделимое, отпустить... эммм... Как это там? Отпустить... И принять... Что-то.

— Эй, да просто общие фразы. Клара права насчёт неё. Глупости всё. А Лея вот верит в этот цирк.

— Это не цирк, Сонь. У неё Нептун...

— Да хоть Лев в знаке Козерога! — перебила Лею Соня. — Может, не пойдём?

— Сходите, — вдруг сказала Сара. — Только близко к сердцу не принимайте. А то Марта Натс закатила скандал и потребовала перегадать.

Сёстры захихикали.

В комнате учительницы были задёрнуты шторы. Горел камин, освещая небольшой журнальный столик, накрытый тёмно-зелёным сукном. Касперович сидела возле него на коленях. Напротив неё — мальчишка-первоклассник. Девочки примостились на видавший виды продавленный диван. Позвякивая браслетами, цыганка предрекала испуганному клиенту блестящее будущее. Лее стало спокойнее. Может, и её судьба наконец сделает подарок в виде избавления от преследования Ворона? Так хотелось жить открыто. Как все эти дети. Не бояться быть собой.

Но нет. Ничего кроме всепоглощающей Тьмы карты не обещали. Лишь предупреждали не доверять никому и опасаться предательства. А главное, держаться подальше от чёрной магии.

— А вы, милочка, — цыганка ткнула пальцем с огромным перстнем в сторону Сони, когда подруги собирались уходить, — станете мамой очаровательной девочки. Но вам нельзя...

— Чушь собачья, — хлопнув дверью, сказала Соня.

— Ну почему же? — спросила Лея уже в коридоре.

— Да потому что в нашей семье только девочки и рождаются. Уже много поколений. Прокляты мы.

— Неужели ничего нельзя сделать? — спросила Лея.

— Эй, а что ты сделаешь? Это же проклятье. Оно просто есть. И всё.

— Должен быть способ его снять.

— Думаешь, никто не пробовал? Предки мотались по странам в поисках ответа. Да так и не нашли.

— Жаль.

— Да ладно. Ерунда. Главное, не нарушать правила. А они, слава Магии, известны.

— Интересно, у всех проклятий свои правила?

— Эй, конечно!

— Значит, можно подчинить проклятье? И... не страдать? — с надеждой спросила Лея.

— Подчинить можно. А вот страдать или не страдать... это уже личный выбор каждого.

— Ну что, сходили? — Сара поднялась навстречу, когда девочки вошли в центральный холл.

— Лучше бы не ходили, — проворчала Соня.

— Не берите в голову. Касперович склонна к преувеличениям. Это каждый знает. Идёмте, я в комнате досуга чай с мелиссой заварила. Чтобы не мучила бессонница.

Следуя за Сарой по холодному коридору, Лея мечтала поскорее увидеться с тётей. Пожить наконец в тепле.

Рано утром сёстры уехали. Лея осталась в комнате одна. Вновь и вновь она перечитывала письмо. "Артефакт". Называл ли этим словом дядя Хенг медальон ранее? Лея не могла точно вспомнить. Она откинула крышечку, провела пальцем по рыжему локону. Захлопнула. Надела медальон и спрятала под одежду.

Между завтраком и обедом делать было абсолютно нечего. Учеников, кроме Леи, в школе не осталось. Библиотека закрыта. Учителя разъехались по домам. На месте были только директор, Касперович, сеньор Дельгадо и месье Леру. Снежински, конечно, тоже. Но он не жил в общем корпусе.

Пообедав в буфете, Лея вышла в холл. Просторный. Никогда он не бывал таким тихим. Звуки шагов эхом отражались от каменных стен. Было не по себе. Не хотелось будить это место шумом. Где-то щёлкнул замок. Из-под лестницы показалась чёрная фигура мистера Снежински. Мужчина на мгновение замер. А когда проходил мимо, Лея решилась:

— Простите, сэр. Можно мне... увидеть их?

Он остановился.

— Нет, — металл в голосе, колючий взгляд.

По коже пробежал холодок.

— Мне снова нужно спрятать ЭТО, — Лея потянула за цепочку.

Глаза мужчины расширились.

— Немедленно уберите, — прошипел он, протягивая ключ. — Не запирайте дверь.

— Спасибо, сэр, — чуть дыша, пролепетала Лея.

— И не вздумайте... — он пригрозил пальцем, — соваться дальше холла.

— Хорошо.

— А ещё лучше... вернитесь ДО того, как я окажусь на этом самом месте, — он сбросил с плеч тёплую накидку. — Там очень холодно, — накинул её Лее на плечи и зашагал прочь.

Неужели это могло быть так просто? Заветный ключ в руках. Лея юркнула в подвал. Только бы никто не вошёл, пока она будет колдовать. Но для начала нужно сделать в блокноте чертёж ключика, чтобы создать новый дубликат в случае потери или неустойчивости магии. С этим как раз у Леи и были проблемы. Ракушка, в которой она делала отверстие, срослась с цепочкой. Только бы тётя не отругала за то, что испортила её подарок.

Вопреки ожиданиям, на чертёж ключа ушло слишком много времени. И проводить преобразование Лея не решилась. Да и ничего подходящего не было под рукой. Жаль. Тётя ведь учила её быть всегда готовой к любым поворотам.

Одна из ламп в подземном коридоре не горела. Лея зажгла её заклинанием в надежде, что его действие продлится до прихода Снежински. Ведь сам он больше не мог колдовать.

Статуи снова болтали и резко смолкли, едва петли старой двери скрипнули. Используя магию света, Лея выбралась из закутка под лестницей. В полумраке холла всё было как прежде.

— Я принесла медальон, — без предисловий начала Лея.

Статуи оживились. Федерико Кастильо смерил её суровым взглядом:

— Не позволю лишать дочь голоса, — пробасил он.

— Даже не смотрите на меня, — сразу откликнулся юный Цезарь, хотя на него никто и не смотрел.

— Папа, сейчас же зимние каникулы. Это ненадолго, — Бланка умоляюще сложила руки.

— Я ей не доверяю, — был ответ основателя.

— Почему? — Лея удивилась ответу мужчины.

— Откуда мне знать, что это не проделки Чёрной Тьмы? От кого ты прячешь этот медальон? — он скрестил руки на груди и сощурился.

— От Ворона. Это мой дядя. Он злой волшебник. Он охотится за мной и медальоном. Зачем — не знаю. Но тётя очень переживает за меня. А недавно... я получила странное письмо... В общем, медальон брать с собой на каникулы никак нельзя. И в спальне оставлять тоже. Его могут украсть.

— Однажды Чёрная Тьма уже нашла этот медальон здесь, — задумчиво произнесла Диана.

— Правда? — с трепетом спросила Лея.

— Да.

— Но... КАК он оказался у меня?

— Вот в этом-то и вопрос, девочка, — ответил бас. — Откуда нам знать, что ТЫ...

— Она не Чёрная Тьма, Федерико, — сказал старик Кастильо.

— А вдруг? — с подозрением спросил юноша.

— Я говорил вам. И не раз, — черты лица Альберта были мягкими и добрыми. — Она обычная девочка.

— Да, — подтвердила Лея, хотя и сомневалась в своей обычности.

— Но Чёрная Тьма всегда возрождается, — не унимался бас.

— И всегда помнит каждое своё воплощение, — парировал старик.

Статуи замолчали. Молчала и Лея, не зная что сказать.

— Мы должны проверить её, — наконец пробасил Федерико.

— Не стоит, — решительно сказала Диана. — Я доверяю ей и готова взять медальон на хранение.

Лея так боялась заставить мистера Снежински ждать. И переживала, что он будет в холле не один. Преодолев коридор, она побежала к заветной двери. Накидка развевалась за спиной. На верхней ступеньке Лея остановилась отдышаться. За дверью слышался голос Касперович:

— ... повторится!

— Эсмеральда, я настоятельно прошу не наводить в школе панику, — строгий голос МакГрегори сложно не узнать. — Мы и так сейчас не в лучшем положении. Если уволится хоть один преподаватель, Эль Кастильо закроют. И всё из-за ваших горе-предсказаний.

— Но ведь они сбываются! Всегда сбываются! Имеющий глаза — да увидит! — Лея была уверена, что при этих словах цыганка воздела руки к небу — послышался звон браслетов.

— Когда уже ВЫ наконец увидите, что только распугиваете персонал? — посетовала директор.

— Эль Кастильо не нужны слабаки и трусы!

— Действительно, если бы мистер Ланде не... — МакГрегори резко замолчала, а после раздался её возглас: — Серафим Всемогущий!

— Всеволод, когда вы уже зайдёте на чашку чая? — браслеты цыганки звякнули.

— Как только мне захочется услышать о скорой кончине, — грубо ответил мужчина.

— Мистер Снежински, идёмте, я выдам вам тёплую одежду, — заботливый голос МакГрегори.

— Не нужно. Слишком жарко. Позвольте.

Шаги. Открывающаяся дверь. Чёрные глаза.

Он протянул руку, требуя вернуть ключ, затем жестом приказал спуститься. Лея старалась сделать это как можно тише.

— Вам придётся вернуться в школу через улицу, мисс, — тихо сказал он. — Будет лучше, если директор не узнает о вашем визите в Шато.

Она спешила вслед за учителем по подземному коридору. Потом через холл и боковой коридор цокольного этажа к южному выходу из замка. И уже у самой двери вдруг спросила:

— Сэр, а где дракон?

— Спит. Простите, накидку я должен забрать.

— Конечно. Спасибо. Сэр, — зелёные глаза встретились с чёрными.

Пальцы коснулись пальцев. Боль. Лея схватилась за плечо. Снежински тоже. Накидка упала на пол. Оба дрожали от холода. Наконец, приступ прошёл. Это была ЕГО боль.

— Как много снега! — удивилась Лея, когда человек в чёрном открыл дверь.

Ключ от неё висел здесь же на крючке. В прошлый раз его не было. Лея точно помнила.

Симптомы простуды не заставили себя ждать. Горло скребло так, будто там танцевали ежи. Тело бил озноб.

— Тридцать девять и одна, — констатировал месье Леру, показывая градусник МакГрегори.

— Мисс Ли, я не могу вас отпустить сегодня. С такой температурой куда-то ехать — безумие. Месье Леру быстро поставит вас на ноги. Отдыхайте. Я распоряжусь, чтобы вам приготовили бульон на ужин. И на ночь лечебный отвар.

Лея не могла ответить точно, спала она этой ночью или нет. Всё было, как в дурмане. Наутро стало немного легче, и после принятого лекарства она уснула.

— Мэй-Мэй... Мэй-Мэй... — знакомый голос...

— Тётя... — глаза слепил яркий свет.

— Ты получила моё письмо?

— Да. Из Москвы. От дяди Хенга, — говорить было больно.

Лея приподнялась и, прищурившись, посмотрела на Чунь Шэн, с лица которой медленно сползла улыбка.

— Из какой ещё Москвы? Я писала тебе из Канады. Онтарио...

— Я просила ни в коем случае не покидать школу до моего приезда. Даже к воротам не подходить, — тётя Чунь нервно зашагала по небольшому пространству, огороженному ширмами. — Ты сохранила то письмо?

— Угу.

— Я хочу его увидеть.

— Оно здесь... в сумочке, — Лея откинулась на подушку.

От страха и неопределённости её одолела слабость. А может, это просто симптомы простуды.

— Он нашёл тебя, — сдавленно произнесла тётя.

— Кто?

— Ву Сан, — Чунь Шэн положила письмо себе в сумочку. — Он амбидекстр. Поэтому кажется, что здесь два почерка. Действительно, похожи на наши с отцом. Дядя Хенг не знает адреса Эль Кастильо. Тебе это тоже известно. Поэтому Ворон подделал МОЙ почерк. Он хотел выманить тебя за ворота и забрать... Кстати, где медальон?

— В надёжном месте. Никто не найдёт. Я простудилась... когда прятала его, — Лея понизила и так хриплый голос, услышав удары трости о каменный пол.

— Ты должна отдать его мне.

— Мисс Ли, как самочувствие? — заглянула директор.

— Уже лучше. Спасибо.

— Миссис Ли, идёмте со мной, пожалуйста.

Чунь Шэн вернулась нескоро и с очень озабоченным видом.

— Ты... заберёшь меня из Эль Кастильо?

— Да. Ты будешь учиться в Сингапуре. Как и хотела.

— Уже не хочу. Я ведь не вышла к Ворону. Значит... меня здесь нет. Я не подойду к воротам... До тридцатого июня. А лучше расскажи директору. Пусть позволит нам остаться здесь. В школе никого не будет уже.

— Нет, Мэй-Мэй. Мы уедем, как только ты поправишься.

Удивительно, но Лея не выздоровела даже к концу недели. Температура спала, но появился сильный кашель. Тётя, директор и месье Леру очень переживали. МакГрегори предложила связаться с клиникой имени Святого Андре Бессетта и перевести Лею на долечивание туда. Но Чунь Шэн была категорична в этом вопросе. Сама она оставалась здесь же. Ей разрешили разместиться на соседней койке. Так прошло ещё несколько дней. Кашель становился реже и слабее, но не проходил. А когда до конца каникул оставалось два дня, и тётя засобиралась в путь, Лею вдруг начало тошнить. Она отказывалась от еды и много спала. Месье Леру разводил руками, говоря, что не знает, что с этим делать. И тоже поддерживал идею обратиться в Сант-Бессетт.

За две недели Лея ни разу не была на улице. Побледнела. Осунулась. На предложение прогуляться всегда отвечала отказом, ссылаясь на то, что совсем нет сил. А в воскресенье утром позвала тётю сама. Они тихонечко вышли во внутренний дворик и сели на лавочку.

— Кажется, мне немного лучше.

— Отлично, — Чунь Шэн взяла её руки в свои. — Теперь ты можешь принести мне медальон?

— Ты ведь хотела его выбросить.

— Рядом с ним ты в опасности.

— А ты? В Эль Кастильо я под защитой. А тебя защитить будет некому. Чёрная Тьма чувствует его.

— Кто тебе такое сказал? — тётя посмотрела с подозрением.

— Книга.

— Книга, — Чунь Шэн встала. — Иной раз умные люди обманывают. А ты веришь глупым сказкам?

— Это не сказки. Она была здесь. Она разрушила старый Шато, — Лея тоже поднялась. От слабости её немного качало, но она держалась. — Ты ведь... могла это видеть. Помнишь? Ты говорила про огонь... когда этот медальон попал к тебе.

— Он не попал ко мне в ту ночь.

— Тогда... КОГДА?

— Немного позже. Я проходила практику... когда это случилось. Многие испугались, но я осталась в школе. Мне предложили место.

— Ты работала в Эль Кастильо?

— Недолго. Пару месяцев. Потом перевелась на Ванкувер. Здесь слишком холодно.

— А меня почему не отправила на Ванкувер?

— По личным причинам. Вернёмся в здание. Я замёрзла, — Чунь Шэн поёжилась.

Вечером 6 января в школу вернулись учащиеся. С сёстрами МакБраун и Кларой Лея встретилась после ужина. Соня потом долго сидела в общей палате и рассказывала о том, как весело провела каникулы.

— Эй, я привезла тебе подарок, — она достала из сумочки подвеску на цепочке. — Это настоящий зуб водяного дракона. Купила в Нью-Йорке.

— Спасибо. А я вот... заболела и нигде, кроме больничного крыла, не была, — смущенно ответила Лея и, увидев тревогу в чёрных Сониных глазах, быстро добавила: — Но мне уже лучше. Завтра я вернусь в спальню.

— Эй, там же холод собачий. Попроси директора оставить тебя здесь, — обеспокоенно сказала подруга.

— Я попробую.

На самом деле она не собиралась говорить с МакГрегори. Устав от общества тёти и её постоянных просьб принести медальон, Лея хотела поскорее вернуться в свою комнату. Пусть холодную, но гораздо более дружелюбную. Чунь Шэн за эти две недели из приветливой превратилась в нервную, готовую сорваться в любой момент.

— Мэй-Мэй, не спорь. Мы должны как можно скорее покинуть школу.

— У меня английский через десять минут. Мистер Ланде сильно штрафует за опоздания. А за пропуски...

— К чёрту уроки, Мэй-Мэй! — взорвалась тётя. — Твоя жизнь в опасности, а ты думаешь об английском!

— Не ты ли говорила, что только здесь я в безопасности?

— Я ошибалась. Людям свойственно ошибаться. Это нормально. Сходи за чемоданом, и мы выдвигаемся прямо сейчас.

Но Лея пошла на уроки. Кажется, мистер Ланде был удивлён, увидев её. Наверное, директор его предупредила о болезни. Или... он боялся лишних вопросов? Ведь теперь Лея знала имя той, на кого так похожа. И судя по всему, Леонард Ланде до сих пор не готов об этом говорить. Он суетился. Впрочем, обычное его поведение. Ничего странного. Просто Лея после письма Ворона стала слишком подозрительной, будто резко повзрослела. Как же она боялась, что тётя ворвётся в класс и при всех вытащит её из-за парты. Заберёт из Эль Кастильо навсегда. Но урок английского прошёл спокойно. Как и алгебра. А вот на географию Лея шла с трепетом.

Мистер Снежински, кажется, ещё больше похудел и побледнел. Болел? Он ведь тоже сильно замёрз в тот день. Но в отличие от Леи ему некому было оказать помощь. Месье Леру не отлучался надолго. Надин Леру вообще вернулась только вчера. Весь урок Лея думала больше об учителе, чем о предмете. Предупредив друзей, чтобы не ждали её, она осталась в классе после звонка.

— Как вы? Сэр, — смущаясь спросила она.

Ей показалось, что он удивился вопросу.

— В порядке, — сухо ответил и принялся менять карту на доске.

— Вы... не простудились... в тот день?

Он пристально посмотрел ей в глаза:

— Немного.

— У вас холодно.

— Нормально, — неохотно ответил он, но Лея видела, что он с трудом держится на ногах.

— Мисс Ли, — в класс вошла директор, — вас тётя ищет. Мистер Снежински, как вы?

По её обеспокоенному тону и выражению лица Лея поняла, что не ошиблась.

— Как видите, жив.

После истории нужно было вернуться к тёте. Но почему-то не хотелось. Хотелось слушать рассказы друзей о каникулах. Пообедав пораньше, девчонки болтали в центральном холле, когда к ним подсела Сара.

— Слышали новость? — она показала разворот газеты. — Сегодня ночью было совершено нападение на школу волшебства в Сингапуре. Есть пострадавшие.

Лея не помнила, как оказалась в больничном крыле да ещё и с газетой в руках. Но на слово ей тётя вряд ли бы поверила.

— Тем более, Мэй-Мэй. Нужно срочно уезжать. Спрячемся пока среди простолюдинов.

— Угу.

— Чемодан твой я забрала.

— Угу.

— Когда он немного успокоится, пойдёшь в школу. В Таиланде как раз в мае начинается семестр.

— Угу, — от страха Лея была на всё согласна. — А проклятье?

— Не переживай. Я всё устрою.

— Угу. А мои друзья?

— Если ты уедешь, с ними ничего не случится, — уверила тётя и обняла Лею. — Не бойся, милая, я рядом.

— Угу, — слёзы полились сами.

— Я объяснюсь с МакГрегори, а ты пока сходи за медальоном. Мы не можем уехать без него.

— Угу, — Лея вытерла лицо ладонью, размазав по щекам слёзы.

Она вышла в коридор. Быстро добралась до центральной лестницы, но... как попасть в Шато? Слишком многолюдно. А через улицу... холодно. Впопыхах Лея не взяла с собой верхнюю одежду.

Тёти в палате больше не было. Лея поплелась к кабинету директора. Феникс пропустил её в приёмную. Никого. На двери горит табличка "Не входить". Значит, тётя там. Постучать? Или не беспокоить?

— Войдите, — услышала Лея ответ по громкоговорителю.

Открыла дверь.

— Мы уезжаем, Мэй-Мэй, — радостно возвестила Чунь Шэн, выходя.

— Можно мне... попрощаться?

— Нет. Так будет легче. Для всех. Для них тоже, — тётя обняла за плечи. — Поверь мне.

В приёмную вошёл Снежински. Худой, бледный — жуткое зрелище. Но Клара с Соней сегодня почему-то смеялись над его внешним видом после урока. Называли полувампиром. Нет, не жаль будет оставить таких друзей. Мысли не успели оформиться в голове Леи. Тётя вдруг прижала её к себе, выхватив палочку и направив на учителя.

— Замри!

Лея машинально вцепилась в её рукав. Красноватый луч, просвистевший, как пуля, возле шеи мужчины, сделал вмятину на штукатурке. Палочка Чунь Шэн отлетела в сторону, но вновь вернулась в ладонь по её команде.

— Миссис Ли! — возмущённый голос директора, как набат, раздался в приёмной.

Снежински опешил. А лицо Чунь Шэн изменилось до неузнаваемости. Столько ужаса в её глазах Лея ещё ни разу не видела.

Они бежали по коридору под трель звонка, возвещавшего о начале урока. Без вещей, без верхней одежды выскочили на улицу. Лея еле поспевала за тащившей её за руку тётей. Холодно. Но бег и страх согревали. Мостик. Заснеженная дорога. Ворота. Закрыты наглухо. И никак не выбраться.

Спустя полчаса Лея с тётей сидели в кабинете директора в присутствии двух представителей маг-полиции. МакГрегори вызвала их из-за попытки нападения Чунь Шэн на Снежински. Ворота не открылись, потому что сработала система защиты. Говорили долго. Лея даже устала. Наконец полицейские её отпустили. Она вернулась в палату и, пока никто не видел, составила формулу для преобразования ключа. Она хотела передать её Дэну. Не лично... Отправить почтой. Когда-нибудь. И попросить прощения за внезапное исчезновение из школы. Но нужно было проверить, верна ли формула. Лея оделась потеплее и пошла к двери на боковую лестницу, которой они с Дэном не раз пользовались, чтобы попасть на голубятню.

Несколько раз подкорректировав формулу, Лее наконец удалось создать более менее ровный ключ из подвески, подаренной Соней. Теперь нужно проверить, откроется ли дверь под лестницей. Лея вышла в коридор. Но тут, как назло, прозвенел звонок. Пришлось вернуться в палату и дожидаться тётю. Но Чунь Шэн всё не было. Проголодавшись, Лея пошла на ужин. Как есть, в зимнем пуховике. Горло снова начинало скрести, и она боялась разболеться в дорогу.

— Эй, почему не была на уроках?

— Собирала вещи.

— Что?

— Я больше не буду учиться в Эль Кастильо.

— Жаль, — поникла Соня. — Пиши мне, ладно? Приезжай в Нью-Йорк. Я буду ждать тебя у Бродвейского театра. Приедешь? На каникулы.

— Соня, боюсь, они у нас не будут совпадать.

— Эй, ну и что. Когда закончим школу. Я каждое лето буду ждать. И ещё... Если получится... пиши мне.

Соня достала маг-перо и блокнот.

— Вот наши адреса. Но можешь написать в клинику Сан-Бессетт. Сильвии МакБраун. Для меня.

— Хорошо, — пообещала Лея, точно зная, что связь с друзьями должна быть прервана раз и навсегда.

Но так не хотелось никого огорчать. Особенно Дэна. Передать бы ему формулу... Как назло, мальчишки нигде не было. Не было и Чунь Шэн. Табличка на двери в директорский кабинет всё ещё горела красным. Беспокоить Лея не решилась. Оставалось ждать.

В приёмной уже погас свет. Сидеть в полумраке было жутко. Лея вернулась в палату.

— Мисс Ли, — голос директора сквозь сон. — Мисс, вам пора. Выносите вещи в холл и ждите тётю. Полиция зарегистрирует протоколы, и вас выпустят. Да, Чунь Шэн Ли отныне запрещено переступать границы территории Эль Кастильо.

— Угу.

— Посмотрите, всё ли на месте. Давайте, я помогу вам с вещами.

— Угу.

Чемодан и сумки поплыли по воздуху вслед за директором. Лея плелась позади. Эта холодная школа по-настоящему стала для неё домом, а друзья — семьёй. Жаль было прощаться с Эль Кастильо навсегда.

— Мистер Лейк, мистер Райс, минус тридцать мэджиков. С каждого, — строгий голос МакГрегори впереди приободрил Лею.

— Дэн! Дэн!

Мальчишки уже поднялись выше третьего этажа, но Райс спустился. Директор позволила ребятам попрощаться. Крис, услышав, что Лея уезжает навсегда, пожелал удачи и предпочёл пойти спать.

Лить слёзы на плече Дэна казалось ей самым глупым действием, но ни на что другое уже не было сил. Ключ превратился обратно в зуб дракона. Остался только листок с формулой. Райс аккуратно сложил его в сумку.

— Обещаю, я не забуду тебя. Пиши мне. Пусть я не смогу ответить, — успокаивал мальчишка, — но буду знать, что с тобой, а ты... знать, что я читаю твои письма.

— Если бы можно было остаться, но нельзя... И писать нельзя. Я будто в западне, Дэн. Всю жизнь в страхе. В бегах. Я устала. Я хочу быть... как все.

— Вот ведь парадокс. Многие, наоборот, хотят не быть как все. Хоть в чём-то отличаться.

— Я не отличаюсь ничем. Кроме дурацкой необходимости скрываться.

— Отличаешься. У тебя необыкновенные глаза, — он взял её за плечи.

Лея подняла голову.

— Правда?

— Конечно. Береги себя, ладно?

— Угу. Передавай привет прабабушке.

— Хорошо, — голос мальчишки дрогнул. В серых глазах стояли слёзы. — Без тебя будет не так интересно проводить расследование. И ты... Ты ведь правда похожа... на НЕЁ.

— Лея, нам пора, — по лестнице спускалась Чунь Шэн в сопровождении маг-полицейских в снежно-белой с серыми разводами форме.

— Угу, — только бы не разреветься ещё больше на глазах у тёти.

На прощанье Лея крепко сжала пальцы Дэна. И он тоже не хотел её отпускать.

На морозе слёзы превращались в корку льда, холодными иглами вонзаясь в кожу.

— Ты ВСЕ вещи забрала?

— Угу. То есть... нет.

— Ладно, по крайней мере, ОН на территории школы, — тётя говорила тихо, чтобы не слышали полицейские, идущие следом.

— Зачем Ворону медальон?

— Это очень мощный артефакт.

— А я?

— А ты... ты просто сильная.

Но Лея чувствовала себя такой слабой и беспомощной. Не способной отстоять своё право на жизнь, как ЕЙ хочется.

— Он найдёт медальон. Это вопрос времени, — продолжила Чунь Шэн.

— А школа?

— Что школа? Скорее всего, её вообще закроют.

— Почему?

— Мало преподавателей. И учеников. Максимум полгода.

— Можно я доучусь? Потом вместе с ребятами перейду в другую.

— Мэй-Мэй, — по тону тёти Лея поняла, что это не обсуждается.

— Почему я похожа на Лейлу Сноу?

Чунь Шэн резко остановилась.

— Без понятия, — ответила раздражённо.

— Тётя, я хочу в туалет.

— Раньше нельзя было? Потерпишь до Саммерсайда.

— Не могу.

— Ладно, остановимся в Бич Пойнт.

— Я не дотерплю.

— Ладно. Подожду.

— Миссис Ли, вам предписано как можно скорее покинуть территорию школы. До полуночи, — сказал полицейский.

— Чёрт, — тётя посмотрела на часы. — За воротами сходишь под куст.

— Запрещено, — сказал второй.

— Я быстро сбегаю, — Лея повисла на шее у тёти, но та отстранила её.

Хорошо, что центральный вход был ещё открыт. В холле никого. Естественно, ни в какой туалет Лея не хотела. Хотела она только одного — забрать свой медальон. Не должен он достаться Ворону.

Формулу Лея знала на память. Было удивительным зрелищем наблюдать, как зуб дракона превращается в ржавый ключ. Сердце волнительно билось. И вдруг замерло, едва раздался щелчок замка. Толкнув дверь, Лея вошла в полумрак подвала. Запинаясь, она поспешила в Шато. Сначала боялась, что за ней будет погоня, а потом — что тётя её не дождётся. Или Ворон проберётся в замок и похитит медальон раньше времени.

Отдышавшись перед деревянной лестницей в углу, Лея поднялась. Тишина. Толкнув дверь, прислушалась: тихо. Слишком тихо. Даже подозрительно. Освещая себе путь, Лея выбралась из закутка и шагнула в тёмный холл. Шла медленно, едва дыша. Палочку держала так, чтобы видеть, куда наступать. А потом подняла её вверх в поисках статуй. Но... в холле ничего, кроме заиндевевших колонн, не было.

Дрожь пробежала по телу. Что всё это значит? Где семья Кастильо? Где медальон? Лея огляделась. Она прошлась по периметру холла, заглядывая в углы. Ничего. На полу никаких следов, кроме её. Что же делать? Лея направилась ко входу на цокольный этаж. Из-под лестницы торчало что-то большое, тёмное. С опаской Лея приблизилась и увидела, что это статуя Бланки. Но вот только на зов она не откликалась. Лежала, как кусок дерева. Лея попыталась её поднять, но не хватило сил. Колдовать она не решилась, боясь уронить девочку. Ведь статуя могла расколоться.

Так же, как и в первый свой визит в Шато, Лея обнаружила керосинку в углу у лестницы на цокольном этаже и зажгла в ней огонь с помощью магии. Вышла с лампой в холл и ещё раз осмотрела его — статуй не было. Без медальона к тёте Лея вернуться не могла. Какое-то внутреннее чутьё подсказывало ей, что нельзя оставлять артефакт в школе.

Дверь в комнату человека в чёрном была закрыта. Как и все другие. Лея долго стояла и боялась постучать. Что, если он рассвирепеет, когда увидит её здесь? Но нужно было действовать. К тому же стоять без движения очень холодно. Наконец Лея решилась. Никто не ответил на стук. Неужели и Снежински пропал? Пришлось колотить по двери руками и ногами, прежде чем раздался скрежет, и из соседней комнаты показалась голова человека в чёрном. Он поднял свой фонарь повыше.

— Мисс Ли? Какого чёрта? — в отблесках огня его лицо казалось особенно страшным.

— Простите, сэр... — пролепетала, дрожа, Лея. — Там статуи... исчезли.

— Это не повод шататься по ночам, мисс.

— Простите, я... замёрзла.

Человек в чёрном тяжело вздохнул и пригласил её внутрь маленькой каморки, где в углу на подстилке сопел дракон.

— Не бойтесь. Она в спячке до весны.

— Я думала, вы в другой комнате, — Лея несмело топталась у двери, мечтая о местечке у камина.

— Этой зимой мне не хватает топлива.

Снежински взял с каминной полки чайник и, посетовав, что тот совсем остыл, подвесил над огнём. Жестом пригласил Лею подойти ближе и придвинул ей невысокий табурет. Сам сел на матрас между камином и драконом, на которого Лея то и дело с опаской поглядывала.

— Скажите, сэр, — она говорила тихо, боясь разбудить зверюгу, — статуи давно пропали?

— Сегодня. Утром стояли, а когда я вернулся после беседы с полицией, их уже не было.

— Почему моя тётя... напала на вас?

Снежински горько усмехнулся:

— Не лучше ли спросить у неё, мисс?

— Её выгнали из школы. А я вернулась. Мне нужно было забрать... медальон, — призналась Лея. — И ещё... я... не хотела уходить. Я должна остаться в Эль Кастильо. Здесь мои друзья и... единственный шанс узнать, кто я.

— Вы совсем не похожи с тётей.

— Она мне не родная. Я родственница её мужа... Наверное. Я не знаю. Ничего о себе не знаю.

Снежински поднялся и снял зашумевший чайник с огня. Налил в железную кружку кипятка и предложил Лее.

— Спасибо, сэр.

Человек в чёрном усмехнулся.

— Мы не в школе, мисс. Не обязательно называть меня "сэр".

— Угу.

От ладоней тепло шло дальше. Лея мелкими глотками пила и согревалась. Снежински накинул ей на плечи одеяло и вернулся на своё место в углу.

— Что планируете делать дальше, мисс?

— Не знаю. Нужно найти статуи. И понять... ПОЧЕМУ... она напала на вас.

Их взгляды встретились.

— Я. Не. Знаю, — раздражённо ответил мужчина. — Не могу вспомнить. Но её лицо... будто бы знакомо мне, — он закрыл глаза и долго сидел, откинув голову.

Лее даже показалось, что он задремал. Но едва она поставила кружку на каминную полку, человек в чёрном открыл глаза.

— Я будто бы видел её во сне. Когда-то давно.

— Но это не объясняет, почему она напала на вас. Столько вопросов, и ни одного ответа.

— У меня к вам тоже есть вопрос, мисс. Почему вы преследуете меня?

— Что? Я? Вас?

— Вы. Меня.

Лея от возмущения даже не знала что ответить.

— Ходите тут, — продолжал он, — суёте нос куда не следует.

Взгляд его был таким пронзительным, что Лею бросило в дрожь.

— Я не специально, — она села на табурет.

От обиды в горле ком, на глазах слёзы. Может, у тёти действительно была веская причина пульнуть в него со всей силы?

Оказывается, в верхнем углу комнатки было окно. И сейчас в нём плясали красно-голубые отблески.

— Вас ищут, мисс.

— Я не могу уехать без медальона. Не могу, — Лея разрыдалась. — И не хочу бросать друзей.

— Тогда ложитесь спать. Здесь вас вряд ли найдут.

Человек в чёрном уступил Лее своё место на матрасе, а сам примостился на табурет, приставленный с другой стороны камина.

— Дракон точно не проснётся? — с опаской спросила Лея.

— Как минимум до следующей кормёжки. Не раньше конца января, — обнадёжил мужчина. — Спокойной ночи. Утром я схожу в учебный корпус разведать обстановку.

— Доброй ночи, мистер Снежински.

Окутываемая запахом полевых трав, которыми была набита подушка, Лея уснула.

К утру стало совсем холодно. В комнатке темно. В камине остывшие угли.

— Мистер Снежински, — шёпотом позвала Лея. — Сэр. Вы здесь?

Никто не ответил. Слышалось только сопение дракона. Лея нащупала в сумочке палочку, но использовать магию побоялась. Она лежала, свернувшись комочком, и думала, всё ли в порядке с тётей. Простит ли она этот побег? И что вообще происходит за пределами Шато?

Открылась входная дверь, и, впуская холод из коридора, вошёл человек в чёрном с керосинкой и блестящим ведром.

— Мистер Снежински... — Лея села на матрасе. — Сколько времени?

— Шесть, — так же тихо ответил он. — Вы можете разжечь камин? У меня мало спичек.

— Угу.

Заклинание огня, заученное на уроке Касперович, удавалось Лее неплохо. Со второго раза камин получилось разжечь. Снежински сразу повесил над пламенем чайник. А ведро, внутри которого оказался снег, придвинул ближе к огню.

— Здесь есть... туалет? — смущаясь, спросила Лея.

— Да, но... не такой, как вы привыкли. И там... нет крыши... Но пользоваться можно.

Снежински провел её через холл в западную часть замка, где Лея ещё ни разу не была. Тёмный коридор без окон. На полу обломки железа и деревянных балок с торчащими гвоздями. Свернули налево. Сквозь дыры в потолке было видно звёзды. Этот коридор оканчивался пробитой стеной слева. А справа была приоткрытая дверь.

— Сюда, мисс. Возьмите лампу.

— Угу.

Лея прошла внутрь. Над головой зимнее небо. Под ногами выпавший за ночь снег, а на нём — круглый отпечаток. Три кабинки. Без дверей. Туалет действительно непривычный — дыра в полу. Но и такое Лея уже видела в своей беглянской жизни.

Когда вернулись в комнатку, снег в ведре уже наполовину растаял. Вскипел чайник. Умываться пришлось талой водой. Потом Снежински принёс мёд и печенье. Налил в железную кружку ароматный напиток из шиповника, который варился в чайнике, и, пока Лея завтракала, грелся у камина.

Мужчина, выпив кружку отвара, ушёл в учебный корпус. У Леи закончилась вода. Камин погас. Дракон в углу пыхтел и ворочался, пугая её. А Снежински всё не возвращался. Очень хотелось есть. Чтобы согреться, Лея выходила в промёрзший холл и активно двигалась. На свой страх и риск бегала в туалет под открытым небом. И спешила в комнатку в надежде, что хозяин вернулся. Но его всё не было. Лея пробовала разговорить статую Бланки — безуспешно. Отчаяние овладевало сознанием. Что же делать? А если ОН не вернётся? Дверь в подвал оказалась закрыта. Идти через улицу? Вот директор удивится, увидев беглянку за обедом. Если, конечно, кто-нибудь в школе хватился её.

В комнатке стало совсем холодно. Лея пробовала разжечь огонь магией. Но его хватало не более чем на минуту. Без дров пламя гасло.

Что? Показалось, или здесь МакГрегори? Не может быть! Но эти звуки... Спрятаться? Некуда. Что ей говорить, Лея не знала. Забившись в угол на лежанку, она просто ждала своей участи. Время будто растянулось. Звуки смолкли. Снежински вошёл первым.

— Безумие! — из-за его спины шагнула директор. — Мисс Ли, что вы здесь делаете?

— Я сбежала от тёти. Я хочу учиться в Эль Кастильо. Правда хочу, — из глаз хлынули слёзы, обжигая щёки. — Не отдавайте меня.

— Бедная девочка, — МакГрегори подошла ближе. — Вас искали всю ночь.

— Я не могу уехать без моего медальона. Я не могу уехать, не узнав, почему я похожа на Лейлу Сноу.

— К сожалению, не в моей власти ответить на этот вопрос, мисс, — она подала Лее руку в чёрной перчатке.

— Вы меня выгоните?

— Нет оснований. Но миссис Ли имеет право забрать вас в любой момент.

— Ей ведь... нельзя сюда?

— Ничто не мешает ей прислать подтверждение заявления почтой, мисс, — пояснила МакГрегори и, достав из трости волшебную палочку и направив её в камин, произнесла заклинание огня. Дрова, принесённые человеком в чёрном, вспыхнули.

Лея заметила, с какой грустью и жалостью смотрела директор на Снежински.

— Пойдёмте, мисс. Ваш чемодан у меня в кабинете. Вы можете вернуться в комнату. Уроки сегодня отменены.

— Почему? — они вышли в тёмный коридор.

— Мы не спали всю ночь. Полиция проверяла каждый уголок. Нужно будет отправить голубя в департамент. Сообщить, что с вами всё в порядке. Только... — она остановилась. — Могу я вас попросить сказать, что ночь вы провели в лесу?

— Хорошо.

— Не хочется подставлять мистера Снежински, — по лицу директора, освещённому старой лампой, было видно, как ей противна ложь. Но и безмерно жаль человека в чёрном.

— Подождите. Я сейчас, — Лея вернулась в комнатку. — Спасибо. Сэр. Что приютили меня.

— А как иначе? — фыркнул он, не оборачиваясь.

Подземными коридорами шли молча. Лея не решалась говорить. У МакГрегори в кармане был всего один ключ, но она преобразовала его в тот, который подходит к замку в двери под лестницей. Для Леи это было удивительное зрелище. С какой лёгкостью и точностью директор совершала это действие. В холле было немного шумно. Но, закрыв за собой, МакГрегори снова преобразовала свой ключик и провела Лею в соседнюю дверь. Они недолго шли по тёплому коридору, который заканчивался лифтом. Поднялись на третий этаж и... оказались прямо в кабинете директора, выйдя из неприметного шкафа около двери у камина. Удивительно, как много ещё секретов в Эль Кастильо! Разве можно уехать отсюда навсегда, так и не разгадав хотя бы часть?

МакГрегори усадила Лею в кресло и предложила чаю с печеньем. Оказывается, обед уже закончился. Директор достала письменные принадлежности и составила письмо в департамент.

— Дождитесь меня, мисс, — сказала она, входя в шкаф. — Вернусь через несколько минут.

— Угу.

Лея допила чай и стала разглядывать кабинет. Свой чемодан она обнаружила здесь же, у стеллажа с артефактами. Множество колечек, медальонов, перстней и просто разноцветных камешков и хрустальных шаров. Лея разглядывала их очень внимательно. Ничего похожего на её медальон здесь не было. Но вот один перстень казался таким знакомым. И где Лея могла его видеть раньше? Рука невольно потянулась к украшению.

— Нельзя это трогать, девочка, — послышался в кабинете знакомый бас.

— Мистер Кастильо? — Лея подошла к каминной полке.

Жар от огня был даже приятен. Но и он не мог унять дрожь от волнения.

— Моё чутьё меня не обмануло. Диана не должна была принимать медальон, — продолжал ворчать он.

Лея с интересом рассматривала уменьшенные копии основателей.

— Подумать только! Вы тоже можете говорить! — вырвалось у неё вслух.

— Разумеется, — Федерико сложил руки на груди. — Если бы не эта особенность, были бы мы в ещё большей беде, чем сейчас.

— Что случилось? Почему вас нет в холле? И главное, ГДЕ вы?

— А этого я и сам не знаю, девочка. Мешок на голову и темнота — вот моя участь.

— А остальные?

— Не видел. И они... не отзываются, — Федерико поник.

— Я видела Бланку, — при этих словах мини-основатель встрепенулся. — Она лежит в Шато под лестницей. Я не смогла её поднять.

— Потому и не отвечает. Чтобы мы говорили, хотя бы две магические копии должны стоять на специальных постаментах.

— В Шато осталось всего три пустых пьедестала.

— Да, меня похитили вместе с ним.

— Похитили? — у Леи перехватило дыхание.

— Да, девочка. Я видел, как трое в чёрном забрали отца. А четвёртый накинул мне на голову мешок. Дети кричали. Бланка пыталась мне помочь. Но нас ещё и связали. Потом унесли меня. Хорошо, я успел предупредить директора. Кого-то из нас она... — бас резко замолчал и прислушался.

Раздавалось лёгкое гудение. Федерико Кастильо принял исходную позу, а из шкафа вышла МакГрегори.

— Мисс Ли, идёмте, я вас провожу в спальню.

— Угу.

— Будет лучше, если вы не станете распространяться о событиях последних дней.

— Угу, — бросив прощальный взгляд на статуи, Лея поплелась вслед за директором и плывущим по воздуху чемоданом.

— Ваш рюкзак уже в спальне. Я попросила Соню МакБраун забрать его, — они вышли в приёмную, а затем в коридор.

С пятого этажа им навстречу спускался Дэн. Лея смутилась и опустила глаза, заметив его радостную улыбку. Мальчишка стоял и смотрел им вслед. Прежде чем скрыться за стеклянной дверью, она оглянулась. Зелёные и серые глаза снова встретились.

Лея вернулась к учёбе. На ходу выдумав какую-то нелепую причину, объяснила своё возвращение друзьям. Они не стали задавать лишних вопросов. Просто радовались, что не пришлось расставаться по-настоящему.

Каждую ночь Лее снилось гневное лицо Чунь Шэн. Как она со скандалом швыряет чемодан из окна. И они снова бегут к воротам по снегу. Босиком.

Дэн часто приглашал на голубятню. Но было настолько холодно, что Лея боялась туда ходить. Она проводила вечера, наблюдая за тренировками "Синего кита". Кларе было из-за чего обижаться на Соню. Обе девочки не уступали друг другу в мастерстве. Определённо, Каприс тоже была достойна выступать в основном составе команды.

— Привет. Не ожидал тебя здесь увидеть, — рядом присел Миллер. — Как с преобразованиями?

— Неплохо. Мне очень помогли твои наставления. На этой неделе я даже мэджики заработала! Представляешь, Эндрю?

— Молодец. Если что-то нужно ещё, обращайся. Всегда помогу.

— Спасибо.

— Да, Лея, можешь книги Саре передать? Она просила подобрать ей материал для доклада по праву.

— Конечно. Передам.

— Мне нужно уехать на выходные, — Миллер поправил очки. — Родители уже здесь. Не могу ждать окончания тренировки.

Лея смотрела вслед парню. Лучший ученик школы за прошлый триместр. Зря Сара не обращает на него внимания.

— Эй, зачем ты взяла книги у Миллера, — раздосадованная Соня завела Лею под лестницу.

— Он торопился. Что такого?

— Я хотела, чтобы лично передал. Понимаешь?

— Нет, — призналась Лея.

Соня тяжело вздохнула:

— Миллер пытался передать их через меня. Я попросила после тренировки подойти. Чтобы они поговорили. Теперь понимаешь?

— Нет. Они же учатся вместе. В любой момент поговорить могут.

— Эй, он на год старше. Решил курс продолжить. Неужели ты правда не видишь, что они подходят друг другу? Только нужно помочь. Чтобы Сара...

— Что Сара? — сверху послышался голос старшей МакБраун.

— Ничего, — буркнула Соня и многозначительно посмотрела на Лею.

— Мы говорили о Миллере, — призналась она под испытующим взглядом серо-голубых глаз.

— Нашли о ком говорить. Никого скучнее в жизни не встречала.

— Да нет же! — Лея встала на защиту парня. — Эндрю очень интересный. Он столько всего знает! Про космос, про машины, все законы знает и классно объясняет преобразования. Лучше миссис Луны.

— Может, тогда тебе самой с ним встречаться? — усмехнулась Сара.

— Что? — опешила Лея.

— Или тебе. Раз так хочешь порадовать отца, — обратилась девушка к сестре.

— Эй, ещё чего! Я не собираюсь тратить время на мальчишек.

— Так вот, я тоже. Мне нужно к экзаменам по специальности готовиться.

— Ты уже выбрала курс? — удивилась Соня.

— Да. Сегодня на консультации с МакГрегори мы всё обговорили.

— Пойдёшь на практику в Сан-Бессетт? — чёрные глаза младшей зажглись радостью.

— Нет.

— Эй, мама расстроится.

— Отец поговорит с ней. Мы всё обсудили на каникулах. Он меня поддержал. Я решила стать учителем.

В воскресенье шёл снег. Крупными хлопьями ложился на землю. Дэн, взяв с собой термос с чаем, пригласил Лею прогуляться до старого замка. Она, конечно, согласилась. Но, пока мальчишка рассказывал о том, как провёл каникулы с родителями в Монреале, Лея больше думала о туалете без крыши, чем о теме разговора. Они как раз проходили мимо западной стены Шато.

— Знаешь, мы ведь с Крисом проникли вчера туда.

— А? Куда?

Мальчишка кивнул на замок.

— И? — Лея остановилась.

— Нам попало. От человека в чёрном. Теперь мы должники. Вычел по сто пятьдесят мэджиков! С каждого!

— Так много? — ребята двинулись дальше.

— Имеет право. Он теперь учитель. Хотя раньше был всего лишь разнорабочим. Мне прабабушка рассказала.

— Разве не профессором? — усомнилась Лея.

— В Сант-Бессетт. Но потом резко всё бросил и переехал сюда. В глушь. Без работы. Снимал какое-то время комнату в "Таверне призраков". Видимо, были накопления. Потом вот... сюда устроился.

— Скрывался от следствия?

— Нет. Это было ДО обвинения.

— Что, просто ни с того ни с сего загубил карьеру?

— И оставил здесь всю магию. Он ведь был одним из лучших. Ты слышала про Общеканадский магический конкурс?

— Нет.

— Раз в пять лет проводится. Но речь не о том...

— Дэн, расскажи мне про Шато.

— Внутри никто не убирался со времён трагедии, — ребята обогнули угол здания и пошли вдоль зарослей кустарников, заваленных снегом почти по самые верхушки.

— Почему?

— Здание в аварийном состоянии. Того и гляди потолок на голову упадёт, — пояснил Райс, а Лея снова вспомнила туалет без крыши. Хотя высота внешней западной стены была этажа в три.

— Но ведь есть магия. Раз, два и готово.

— Магии едва хватает на поддержание учебного корпуса. И то... пристройку делали обычным простолюдинским способом. Почти.

— Почему?

— Потому что со смертью волшебника вся его магия отменяется. Случись что с МакГрегори... И мы рискуем проснуться в сугробах. Поэтому всё строительство только руками.

— Дэн, — Лея замерла.

— Что?

— Дверь.

Южный вход в Шато был открыт. Сквозь заросли вели глубокие следы.

— Ты видел статую девочки под лестницей?

— Да. Мы с Крисом хотели её поднять. Но нам помешал человек в чё... — мальчишка резко смолк

Из-за двери чётко раздался голос сеньора Дельгадо:

— Дайте знать, когда она проснётся. Я надеюсь, успею заказать для вас сахар. О, сеньор Снежински, насчёт топлива — это только директор решает.

Ребята, услышав, как скрипнула дверь, плюхнулись в ближайший сугроб между кустарников. Мексиканец в мохнатой шубе, делающей его ещё круглее, выбрался из зарослей и с помощью магии замёл свои следы. А потом зашагал в противоположную сторону. Ребята из укрытия видели только его спину и шляпу. Когда Рикардо Дельгадо завернул за угол, они облегчённо выдохнули.

— Может, чаю? — предложил мальчишка.

— Угу.

— Не замёрзла?

— Нет. Интересно, что он там делал, — Лея держала в руках горячий бумажный стаканчик и вспоминала железную кружку мистера Снежински.

— Однажды я слышал, как он ругался с человеком в чёрном из-за дракона. Это было перед Рождеством. Просил лучше следить. И куда-то не пускать.

— В западную часть, — невольно вырвалась догадка.

— Почему?

— Там опасно. Потолок того и гляди на голову упадёт. Ты же сам говорил.

— Верно, — как же ей нравилась эта его добродушная улыбка.

В Эль Кастильо уже был приглушён свет, когда Лея и Дэн тайно встретились между пятым и четвёртым этажами.

— Ну что, готова? — тихонько спросил мальчишка.

— Идём быстрее. Я наврала Саре, что мне нужно к месье Леру.

Ребята почти бегом спустились в холл. Прислушались — тишина.

— Давай, — шепнул Райс.

С трепетом они смотрели, как зуб дракона превращается в ключ. В подвале темень. Но две волшебные палочки с магическим светом позволяли двигаться быстро. Керосинки в коридорах тоже не горели. Под холлом Шато всё та же темнота. Поднявшись по шаткой лестнице, ребята толкнули дверь.

— Ну? — спросила Лея, стоявшая ниже.

— Закрыто, — шёпотом ответил Райс.

— Что будем делать?

— Явно не сдаваться, — был ответ мальчишки.

Из-за двери послышалась возня.

— Спрячемся под лестницей, — предложил Райс.

— Не стоит. Наверняка, дракон проснулся и шастает по замку. Попробуем создать ключ?

Ребята вздрогнули от внезапно раздавшегося щелчка и раздражённого голоса Снежински:

— И чтоб я больше вас здесь не видел! — дверь скрипнула.

— Милые деточки, — ребята уставились на Касперович, — и чего это нам не спится?

Цыганка держала перед собой яркую лампу, и, когда засмеялась, её золотые зубы сверкнули. Лея вцепилась в ладонь Дэна, увидев за плечом учительницы перекошенное от гнева лицо человека в чёрном.

— Это ещё что за ночные хождения? — прошипел он. — Немедленно к директору!

— Тише. Тише, Всеволод. Сейчас сами разберёмся.

Почему-то Лее стало ещё страшнее от этого предложения. Они с Дэном попятились с лестницы от цыганки, за спиной которой скрипнула дверь. Снежински, видимо, не горел желанием общаться.

— Итак, деточки, что же вас привело? — звякнув браслетами, женщина переложила лампу в другую руку.

— Мы хотели посмотреть статуи, — почти не соврала Лея.

— Прабабушка сказала, что они в холле старого Шато, — пришёл на помощь Дэн, всё ещё держа руку Леи.

— Что ж... Статуй больше нет, — чрезмерно трагично произнесла цыганка. — Не ходите больше сюда. Здесь тьма. Я хотела предупредить мистера Снежински. О страшной опасности. Но он... Значит так, вы никому не говорите об этой встрече, а я... не стану снимать с вас штрафные баллы.

Лея и Дэн переглянулись и кивнули. Дальше шли молча.

— Госпожа Касперович, а мы чем-то можем помочь мистеру Снежински? — решилась спросить Лея уже в подвале учебного корпуса.

— Ох, вряд ли. Он ведь сам не хочет... Но я говорила... и была права. Столько раз была права! Даже в газетах писали.

Лея и Дэн снова переглянулись. Поговорить друг с другом им не удалось. Мальчишка остался на четвёртом этаже, а Лея поднялась на пятый. Тихонько войдя в спальню, она, не раздеваясь, легла спать.

— Мисс Ли, пройдите, пожалуйста, к директору. Это очень срочно, — пропела тьютор, когда Лея утром вышла в центральный холл погреться у камина.

Стало страшно. Что если Касперович всё рассказала МакГрегори? И теперь Лее и Дэну грозят санкции.

Дверь в кабинет была открыта. Директор прохаживалась взад-вперёд, нервно заламывая руки.

— Входите, мисс, — она указала на кресло и, обойдя стол, села на своё место.

Лея решила во что бы то ни стало молчать и всё отрицать. Не хотелось подводить Дэна. Цыганку, конечно, тоже. Но что она делала в Шато? Ночью.

— Мисс Ли, я получила письмо, — Лея вздрогнула.

Неужели Касперович не хватило смелости рассказать обо всём лично?

— На китайском, — продолжила директор. — Вот, ознакомьтесь. Я, к сожалению, не владею, — МакГрегори протянула конверт.

Почерк тёти Чунь. Но обычно она писала письма на английском, чтобы у Леи было больше языковой практики. Отправлено из Шарлоттауна. Конверт ровный. Как в прошлый раз. Со штампом департамента.

— Ворон в Канаде, — вспотевшие ладони и дрожь в голосе выдали волнение. — Он требует прислать ему медальон.

— Вы так и не рассказали мне об этом артефакте, мисс, — директору, видимо, с трудом удавалось говорить мягким тоном. Её глаза были полны ужаса.

— Я и сама мало знаю. Только что на крышке иероглиф Янской Воды, а внутри пучок моих волос. И ещё... Ву Сан чувствовал на медальоне очень сильную тёмную магию. А Касперович...

— Да при чём тут Касперович? — раздражённо выпалила директор.

— Она предостерегала меня держаться подальше от чёрной магии, миссис Мария.

— Она говорит это каждому второму. Если не первому. Что ещё вам известно о медальоне?

— Ничего, — Лея посчитала лишним вдаваться в подробности о пяти элементах.

— Вы знаете, где он сейчас?

— Да. То есть нет. Я спрятала его. Но... там его больше нет, — из глаз ручьями потекли слёзы.

— Ну-ну, милая, — жалость в голосе и напоминание о том, как называла её тётя, вызвали ещё более бурную реакцию.

— Где же он был? — МакГрегори протянула стакан воды.

— На... статуях... — рыдания остановить было уже невозможно. — В Шато…

Возвращаясь от директора на этаж девочек, Лея столкнулась на лестнице с Дэном.

— Я могу помочь? — участливо спросил мальчишка, взяв за плечи. — Это из-за... вчерашнего? Нет? Ты... уезжаешь? Нет?

Из-за слёз Лея не могла говорить, а только качала головой в ответ. А потом догадалась показать конверт.

— Письмо от тёти? Нет? Оно на китайском. Там что-то... Да?

Райс взял Лею под локоть и повёл в холл на четвёртом этаже. У камина было тепло. Дэн предложил воды.

— Я... не сказала... директору... Тётя Чунь... Он поймал её, — Лея снова разрыдалась.

— Кто?

— Ворон. Он угрожает...

— Нужно было сказать МакГрегори.

Лея отчаянно замотала головой и разлила воду.

— Он... убьёт её... — рыдания. — Никакой... полиции...

— Но что он хочет? — мальчишка почесал переносицу.

— Медальон...

— Какой медальон? — Райс вскочил с диванчика.

— И меня...

Он зашагал вдоль камина туда-сюда. Хорошо, что мягкий ворс заглушал шаги.

— Зря ты скрыла это от директора, — он сел.

— Я боюсь... Я не хочу... Не хочу идти к нему...

— Ладно. Предположим, ему нужен медальон, потому что... — он запустил пальцы в волосы.

— На нём... много... тёмной магии... — всхлипывая, подсказала Лея.

— Ладно. Но... зачем ему ТЫ?

— Я не знаю... Дядя Хенг... его отец... говорит... чтобы забрать... себе мою... жизнь... — и снова слёзы полились рекой.

Лее даже стыдно стало перед Дэном за свой зарёванный вид.

— Ничего не понимаю, — мальчишка почесал переносицу. — Это ведь... невозможно.

— Ворон... знает как. Он забрал... жизненную Ци... мужа тёти.

— Норвежца? — уточнил Дэн.

Лея замотала головой:

— Нет. Куан Бао, — а потом вспомнила, что Райсам тётя рассказывала совсем другую историю. Но теперь, когда на кону жизнь, совпадение фактов её больше не волновало.

— Я думаю, он просто манипулирует. Хочешь, я попрошу прабабушку проследить за входом на территорию?

— Нет. Это... опасно, Дэн.

— Но что делать?

— Не знаю.

Спустя несколько дней Лея снова получила письмо. Из Саммерсайда. В нём Ву Сан Ли просил отправить медальон голубиной почтой в Монтегю. В адресе значился Пиратский переулок. На сей раз Лея скрыла суть письма от директора, но рассказала обо всём Дэну.

— Он уже согласен с тем, что я останусь в школе. Но ему нужен медальон. Тогда он обещает сохранить жизнь тёте.

— А что мешает отправить ему медальон?

— Он пропал.

Пришлось рассказать другу о способности статуй говорить и мыслить, о том, что пострадали они, возможно, именно из-за медальона.

Третье письмо Лея получила в четверг 31 января. В нём Ворон гарантировал, что с Чунь Шэн ничего не случится, но при условии передачи медальона лично ей в руки.

— Второго февраля в два часа по полудни. У главных ворот Эль Кастильо, — зачитала Лея письмо Дэну, спрятавшись на площадке за статуей большого кота.

— Я тебя не отпущу, — уверенно сказал мальчишка. — И директор не отпустит.

— Она не знает.

— Я иду с тобой.

— Куда? — Лея сунула письмо в сумочку.

— К главным воротам.

— Для начала я должна найти медальон, иначе... — комок в горле не дал договорить.

— Значит, искать будем вместе. С чего начнём?

— Не знаю. Нужно посоветоваться.

— С директором?

— С основателем.

— Федерико Кастильо? Его же похитили, — серые глаза мальчишки округлились.

— Да, но поговорить с ним можно.

— Как?

— Не как, а где. В кабинете директора.

Глава 49. Наблюдательность

— Боюсь, вдвоём нам не справиться, — посетовал Райс.

— У нас всего один день, — Лея почувствовала, как подступают слёзы.

— Полтора, — поправил мальчишка.

— Угу.

— Нужен повод.

— Для чего?

— Для визита к директору, — глаза Дэна заблестели азартом.

— Я не могу разговаривать при ней.

— Да, — он почесал переносицу. — Нужен ещё один повод.

— Ты придёшь и...

— Соня, — вдруг перебил Лею мальчишка.

— Что Соня?

— Могла бы помочь. Устроить...

— Нет, Дэн. Я больше никому не хочу говорить. И тебе не должна была. Тётя не разрешает.

— Но она в опасности. А Соне не обязательно знать, для чего тебе нужна её помощь.

— Нет, Дэн. Нет, — Лея запустила пальцы в волосы. — В субботу после завтрака я попрошу её проводить меня к воротам. А ты... украдёшь фигурку Федерико Кастильо, — увидев, как Райс округлил глаза, поправилась. — Хорошо-хорошо, одолжишь.

— Но как я попаду в кабинет?

— Из приёмной. Я думаю, если не закрывать дверь до щелчка...

— А если что-то пойдёт не по плану?

— Тогда... всё пропало.

Мистер Ланде не спускал с Леи глаз на протяжении двух уроков. Это казалось подозрительным. Обычно его всегда испуганные быстрые глазки ни на ком надолго не задерживались. Сегодня он по-прежнему суетился и поглаживал бородку, покачиваясь на пятках. Взгляд же его был таким, будто он хотел прочитать мысли Леи Ли. Но разве подобная магия существует?

На перемене Соня подтвердила, что, да, бывают такие уникумы среди волшебников. Но их единицы. Едва ли в Канаде наберётся хотя бы десяток. Они на вес золота. И работают, в основном, в полиции или министерстве иностранных дел — разведчиками.

— МакБраун, ну ты и глупая, — встряла Клара. — Менталистов полно. Этому вообще-то можно обучиться. Если, конечно, ума хватит.

— А вот и нет! — кулаки Сони яростно сжались. — Я говорю о настоящих талантах, а не тех горе-неучах. От которых потом голова болит.

— Вот именно! Ума на это хватает не всем.

Девочки поднялись на пятый этаж во владения Сальмы Принц. По её предмету — магическим формулам — Лея стала получать мэджики после занятий с Соней и Эндрю. А вслед за этим подтянулись успехи и с преобразованиями. Жаль, Лея так и не поняла, кем она хочет быть. Брошюра с рекламой университета при клинике имени Святого Андре Бессетта так и валялась на дне рюкзака.

— Смотри, что я придумал, — шёпотом, чтобы не рассердить библиотекаря, сказал Дэн.

Под столом Райс продемонстрировал, как белая ракушка становится пластичной массой коричневого цвета.

— Это можно использовать для двери. Магии хватает ненадолго. Когда ракушка вернётся к изначальным свойствам, она вытолкнет защёлку.

— Ты гений, — обрадовалась Лея.

— Сегодня после урока испробую в комнате досуга.

На занятии по медицинской помощи Лея не переставала думать о двери и о плане на завтра. И даже удивилась, как ей удалось получить мэджик от месье Леру.

На обед времени было совсем мало. Наспех закинув в себя путин и облепиховый чай, Лея поспешила в холл, где уже ждал Дэн. Ребята поднялись на третий этаж и спряталась на лестничной площадке за статуей большого кота. Несколько раз они провели эксперимент на двери — пластинка из ракушки работала превосходно. Лея еле удерживалась, чтобы не броситься на мальчишку с объятиями. Оставалось ждать утра. А впереди ещё столько уроков! И на один из них — бытовую магию — ребята чуть не опоздали. Влетели в класс со звонком, чем привлекли к себе внимание.

— А где Касперович? — спросил Дэн.

— Эй, нам и самим интересно, — ответила за всех Соня.

Минут пять все шушукались и галдели. Наконец открылась дверь. На пороге стояла незнакомая женщина. Она кивнула кому-то из ребят и вышла, закрыв дверь. Тут же следом из класса вылетела Клара. На пороге чуть не сбила с ног Касперович. Та взвизгнула и под звон браслетов прошла мимо.

— Милочка, обязательно зайдите вечером, — тронула Лею за предплечье. — Наконец-то директор предпринимает меры, — цыганка проследовала к столу. — Сегодня начнём изучать домашнюю косметологию. Как при помощи магии сводить прыщи.

Ребята захихикали, хотя для некоторых тема была уже очень актуальна. Соня приготовилась записывать. Вряд ли она была бы такой внимательной на уроке, если бы с утра не заметила прыщик на собственном носу. А Лею больше беспокоили веснушки, которые даже зимой были заметны. Как же теперь тётя пришлёт ей защитный крем, если она в большой беде?

После урока Райс снова отвёл Лею на площадку за статуей.

— Ты заметила? — спросил он.

— Что?

— Касперович сама не своя.

— Нет, — призналась Лея.

— И кольцо с её пальца исчезло.

— Большое?

— Да. Его нет.

— Дэн, в кабинете директора целая полка с перстнями. Я заметила там один... он показался мне знакомым. У кого ещё из преподавателей исчезло кольцо? Чёрное.

— У мистера Дельгадо я видел только часы. Мистер Ланде носит исключительно золото. И его кольцо на месте. Мистер Хорс... Не замечал у него аксессуаров, кроме часов на цепочке в нагрудном кармане. Мистер Хит вообще не носит...

— Тише.

Быстрые шаги по коридору и голос:

— Я решил взять годовой курс в Эль Кастильо.

— Люмус, я уже договорилась с университетом, — возмущённый женский голос.

— Так отмени, ха. Ты же типа... крутая.

Звук шороха каменных перьев.

— Хочешь, пойду к цыганке с тобой? — спросил Дэн, когда всё стихло.

— Угу.

В коридоре нового крыла школы горели не все лампы. Идти в таинственном полумраке было волнительно. Но ладонь Райса придавала уверенности.

— Я всё же... одна пойду.

— Подожди, — мальчишка достал ракушку и начал колдовать, превращая её в тягучую массу.

Лея постучалась и, получив приглашение войти, открыла дверь. Только бы цыганка не заметила манипуляцию с защёлкой.

— Сегодня во сне мне было видение, — без предисловий начала учительница, жестом приглашая Лею сесть на продавленный диван и подавая ей чашку остывшего чая. — Карты подтвердили. Вам грозит опасность.

— Опасность грозит моей тёте. Поэтому я ходила в Шато, — Лея сама удивилась своей откровенности. — Я хотела найти свой медальон. Он висел на статуе. А теперь их нет. Завтра я должна спасти тётю.

— Что ж, милочка, — улыбнулось отражение Касперович в самоваре, — сделаю ещё один расклад.

Цыганка взяла колоду карт и разложила её на столике с зелёным сукном.

— Ну вот же, смотрите, милочка. Всё предельно ясно, — Касперович театрально поднесла монокль к лицу, а потом к каждой выпавшей карте по очереди.

Лея вглядывалась в расклад, но ничего не понимала.

— И что это значит?

— Что человек вне опасности, — монокль снова повис на груди.

— Какой человек? — не поняла Лея.

— Ваша тётушка, милочка. И сейчас и в ближайшем будущем.

Касперович, позвякивая браслетами, собрала карты и перетасовала.

— А теперь вы. Тяните. Любую карту из колоды, — Лея послушалась. — Видите?

— Угу. То есть нет. Что это значит?

— Это значит, что нужно затаиться, милочка. Пейте чаёк. Пейте. Успокаивает, — цыганка обнажила золотые зубы. — Что ещё вы хотите у меня узнать?

— Где ваше кольцо? — зачем-то спросила Лея.

— Одолжила мистеру Снежински.

— Но зачем?

— Чтобы доказать ему. Камень... становится чёрным, если человеку грозит опасность, — она собрала колоду, бренча браслетами.

— Как мне попасть в Шато, госпожа Касперович? Как? Я должна найти свой медальон.

Цыганка перетасовала колоду и вытащила три карты.

— Нельзя. Нельзя, милочка, никуда ходить. Ещё чаю?

— Если я не найду его, тётя... погибнет, — Лея заплакала.

В этот самый момент щёлкнул замок, и дверь приоткрылась. Цыганка замерла.

— Серафим Всемогущий! Это знак! Знак! — она вскочила.

Лея решила её не переубеждать. Ну не рассказывать же учительнице, что это проверка открывателя дверей, как назвал своё изобретение Дэн.

— Такое уже было! В девяносто седьмом, — звякнув браслетами, цыганка схватилась за взлохмаченную голову. — Да-да, точно. Когда я делала предсказание в Сант-Бессетт. Не ходите никуда, милочка. Умоляю вас. Я сейчас же попрошу директора ещё усилить охрану. Вы в опасности, — она больно вцепилась в плечи Леи. — Мы все в опасности.

Такого безумного взгляда у цыганки не было даже в тот момент, когда она опрокидывалась вместе со стулом или голосила на весь общий зал об убийце.

Бледная, Лея вышла в коридор.

— Ну что?

— Как всегда всё плохо. Может, девочки правы? Не стоит ей верить.

— Не знаю. Можем спросить у прабабушки. Хочешь, прямо сейчас отправим письмо?

— Н-нет, я... пожалуй загляну в библиотеку.

— Увидимся утром.

От его очаровательной улыбки стало спокойнее. Но ровно до тех пор, пока Лея не нашла то, о чём говорила Касперович. Газета от 1 декабря 1997 года. "Он вернётся. С первым криком своей самой большой любви. Вернётся. Но всё потеряет. Будет жить. Но тьма не отступится", — приводились в газете слова цыганки. О ком было сделано это заявление, Лея не поняла — уголок страницы был оторван.

Соня была чем-то озадачена. Она сидела на подоконнике, подложив подушку, и не сводила глаз с внутреннего дворика. Покрытое морозными узорами стекло она согревала дыханием и скребла ногтем, что крайне бесило Клару. Натали и Кэтрин умчались с утра пораньше на занятие танцами к Луне Санни. А Лея обдумывала план, и действия Сони её не беспокоили. Она вообще их замечала только из-за ворчания Каприс.

— Эй, это же Миллер? Миллер! Слава Магии! — Соня аж подскочила и ещё активнее заскребла по стеклу.

Лея и Клара подошли к окошку.

— Ну, и? — закатила глаза Каприс.

— Наконец-то Сара обратила внимание на нормального парня. Он не позволит ей забросить учёбу. В отличие от некоторых.

— Ой, ну надо же. Иди теперь проследи за ними. А то вдруг они идут рядом, но не вместе.

Соня, довольная, спрыгнула с подоконника и бросила подушку на кровать.

— Они вместе. Ты видела? Он держит её за талию. Эй, нам на завтрак не пора?

— Пора — не пора, пойдёмте вниз. Здесь очень холодно, — предложила Лея.

Столовая была ещё закрыта, поэтому девочки расположились в буфете, взяв по чашке горячего какао. Лея предпочла стакан кипятка.

В девять часов её уже ждал Райс. Как и условились — на площадке за статуей большого кота.

— Директор только что прошла мимо, — сообщил он. — Из младшей школы.

— Наверное, она уже в кабинете, — предположила Лея.

— Не думаю. Я не слышал крыльев феникса. Скорее всего, она в учительской.

— Что будем делать?

— Ждать.

— У меня нет времени, Дэн. Может... — она достала из-под одежды ракушку на цепочке. — Преобразовать в медальон это?

Райс запустил пальцы в волосы.

— Нужна формула.

— Ты поможешь?

— Если бы я знал, как он выглядел, этот твой медальон.

— Я нарисую.

— Красивый, — сказал Райс, когда Лея почти закончила. — Слышишь? Директор возвращается.

Шаги и удары трости.

— Дэн, формула на тебе, — сказала Лея шёпотом. — И... не забудь похитить основателя.

— Ты уверена? — спросил Райс, передавая Лее тягучую массу, преобразованную из ракушки.

— Сколько времени у меня есть?

— Пятнадцать минут. Максимум. Не переживай, я смогу поддерживать мягкое состояние пластины из приёмной. Если, конечно... никого больше не будет.

МакГрегори пригласила Лею в кабинет. Но особого внимания не уделяла — была занята с документами. Поэтому прилепить на защёлку мягкую массу не представляло труда. Сидя в кресле напротив директорского стола, Лея ёрзала и поглядывала на фигурки основателей.

— Ещё минуту, мисс Ли, — не отрываясь от бумаг, предупредила МакГрегори.

— Угу.

Директор сосчитала листы, сложила их в стопку и убрала в шкаф позади стола.

— Слушаю, мисс, — в больших круглых очках директор была похожа на стрекозу.

— Я... про письмо хотела... про Ворона... — запинаясь, начала Лея.

— Обнаружили что-то странное? — МакГрегори сняла очки.

— Да. Мне нужна ваша помощь, миссис Мария. Не могли бы мы... вы... сходить со мной к воротам? Сегодня ведь свободный выходной.

— Да, ребята едут в Бич Пойнт, Мюррей Харбор и на экскурсию по маякам, — подтвердила директор.

— Именно сегодня Ворон предлагает встретиться с тётей. Я должна знать, что с ней всё в порядке. А одна идти... боюсь.

— Разумеется, мисс, это небезопасно для вас. Сегодня в одиннадцать мы вместе с сеньором Дельгадо можем сопроводить вас. Но напоминаю, вы не должны переступать границы магической территории.

— А тёте запрещено ступать сюда. Но я... должна выйти к ней. И... сейчас.

— К сожалению, у меня есть ещё дела, мисс. В одиннадцать часов будьте в холле, — Лея судорожно пыталась придумать ещё какой-нибудь повод выманить директора из кабинета и продолжала неподвижно сидеть в кресле на тоненьких ножках. — Что-то ещё, мисс?

— Н-нет, — выдавила Лея, поднимаясь.

И вздрогнула от резкого стука.

— Да, — громко ответила МакГрегори, повернувшись к боковой двери.

— Простите, директор, — заглянула мадам Леру, — прибыли родители Оливии Кру.

— Спасибо, Надин, иду.

Лея как раз только дошла до двери и взялась за ручку. Медленно открыла, встретилась взглядом с серыми глазами Дэна, сидящего на лавке с блокнотом на коленях. Позади раздался щелчок. Лея мгновенно захлопнула дверь и вернулась к камину.

— Мистер Кастильо, мистер Кастильо, — она говорила тихо, потом потрогала фигурку за плечо, но основатель не шелохнулся. — Сэр. Вы очень нужны мне.

— Папа больше не может говорить, — ответила статуэтка девочки.

— Бланка! Что произошло?

— Я не знаю. Он молчит второй день. Видимо, с его статуей что-то случилось. В холле Шато я стою одна.

— Прости, у меня не получилось поднять тебя.

— Ничего страшного. Директор и сеньор Дельгадо поставили меня на ноги.

— Но КТО это сделал с вами? Кто?

— Я не знаю. Их было четверо. Двое высоких и двое пониже. Все с волшебными палочками. Лиц не видно. Голосов не слышно. Они общались жестами. Дедушку утащили вверх по лестнице. Брата — в коридор, где живёт человек в чёрном.

— А Диану?

— Я не видела.

— Мисс Ли, я думала, вы ушли, — услышав голос директора, Лея вздрогнула.

— Простите, я... Я залюбовалась фигурками основателей. Как они похожи на тех, что в книге.

Губы МакГрегори тронула улыбка.

— Да. Это наше достояние, — произнесла она с гордостью. — Хорошо, хоть что-то я успела спасти.

— Вы?

— Извините, мисс. Сейчас мне и правда некогда. Вот-вот нагрянет комиссия. Вам лучше уйти.

С Дэном договорились встретиться в час у мостика через ручей. С директором в 11 сходили до ворот. Сеньор Дельгадо выходил за пределы магической территории и, вернувшись, сообщил, что Чунь Шэн не видел. Вообще ничего странного или магически скрытого он не приметил. Дэн всё это время колдовал над формулой где-то на голубятне. Даже на обед не спустился. Или они с Леей разминулись.

Неопределённость и страх сводили с ума. Беспокойство нужно было унять. Прогулка по парку не очень уж и помогала. Скрыться бы от посторонних глаз и заняться тайцзы. Хотя бы там, где не очень глубокий снег. В прогулочной зоне. Странно, что никого здесь больше нет, в этом обычно популярном у ребят месте. Что там, за деревьями? Чёрное пятно на белом-белом. Не разглядеть за густыми ветками кустарников. Лея осторожно протиснулась на полянку. Человек в чёрном? Он сидел на снегу в своём видавшем виды тонком плаще. Из тёплого — только комплект, что подарила она. Левое плечо обнажено. Даже смотреть было холодно. Лея поёжилась. Наблюдая, как мужчина прикладывает пригоршни снега к коже, она вновь ощутила то неприятное чувство. Не то холод, не то жар... Боль. Его боль. Лея стала медленно подходить ближе и ближе. Ощущения усиливались. Не хотелось, но она не могла ничего с собой поделать. Боль притягивала её магнитом.

— Сэр, — подойдя незаметно для него, села на колени рядом. — Что это у вас?

Он поднял на неё глаза. Лицо, перекошенное от боли. Лея чувствовала её. И, несмотря на то, что он попытался натянуть одежду на плечо, она увидела какую-то отметину в виде перевёрнутого треугольника, вписанного в круг. Она не была похожа на татуировку. Переливалась то серым, то алым цветом. Снежински сидел, не шевелясь. Лея осторожно коснулась его плеча.

— Что вы де...

— Ш-ш-ш... Тише, — закрыла глаза, пропуская боль через свою ладонь. — Как много Инь. Инь рождает Ян. Ян — Огонь. Большой Ян. Ян рождает Инь. Здесь не поможет охлаждение. Нужно тепло. Много тепла, — Лея открыла глаза.

Она сняла с себя шапку, вывернула и приложила к плечу учителя, помогла поправить одежду.

— Держите в тепле, сэр, — она сняла с шеи Снежински его шарф и обмотала плечо. — Нужно много тепла.

— И так жжёт, — ответил он.

— Нужно тепло, — Лея заглянула в его глаза, он отвёл взгляд.

Из-за деревьев послышались голоса и смех.

— Мисс, вам лучше уйти.

— Угу. Сейчас, — она погрузила ладони в снег. — Сейчас.

— Мисс, вы не должны меня спасать. Понимаете? — Лея кивнула в ответ. — Возвращайтесь в школу.

— Да, сейчас. Мне нужно восстановиться, — она встала и отошла, чтобы меньше чувствовать его боль.

Впервые Лея делала это при посторонних. Но сейчас было всё равно, что он подумает, и увидит ли её кто-нибудь ещё. Пусть. Пусть наблюдает за её медленными движениями. За тем, как она управляет потоками Ци. Как будто вся сила природы сейчас сосредоточилась на кончиках её пальцев. Снежинки, движимые потоками воздуха, взлетали вверх и танцевали вокруг неё до тех пор, пока она не опустила руки по окончании комплекса. Человек в чёрном всё это время стоял в стороне и смотрел на неё заворожённо. Подол плаща развевался на ветру, делая его похожим на большого ворона. Он всё ещё держался за плечо, когда она уходила. Мысли её теперь снова крутились вокруг встречи с тётей, Дэна и формулы. Только бы всё получилось.

Лея спешила. Поэтому вместо того, чтобы свернуть налево, на дорожку, она продолжила идти по узкой тропинке. А дальше, решив срезать путь, пошла по глубокому снегу. Эту дорогу она знала — самый короткий путь из парка к мостику. Где-то поблизости снова послышался смех. Лея притаилась. Осмотрелась. За деревьями она рассмотрела семь фигур в чёрных накидках с капюшонами. Они сидели вокруг костра, горевшего голубоватым пламенем. Лея спряталась за толстый ствол высокого клёна и наблюдала. Они достали палочки. Взмах. Ещё взмах. И дым костра загустел и поднялся выше. Извиваясь, он принял форму серебристого шара, внутри которого чёрная птица расправляла крылья, превращаясь в чёрный перевёрнутый треугольник. Лея чуть не вскрикнула, вовремя успев зажать рот ладонью. Она сразу узнала этот знак. Точь-в-точь как на плече мистера Снежински. Её накрыл ужас. Что-то тёмное и злое исходило от этого свечения над костром. Лея слышала голоса и дьявольский смех собравшихся. Ей стало страшно, и она, стараясь идти как можно тише и постоянно оглядываясь, поспешила к мостику.

— Ты снова без шапки, — первым делом сказал Дэн, встретив Лею за мостиком.

Они вместе пошли в сторону ворот, но, не доходя до них, свернули в лесок. Убедившись, что никто их не побеспокоит, Райс достал блокнот. Перевернул с десяток исписанных страниц, показал Лее формулу.

— Надеюсь, я угадал с размером. Ты должна сама проверить.

— Угу, — Лея достала из-под одежды ракушку на цепочке. — Прости, Дэн. Твой подарок.

— Ничего страшного, — улыбнулся мальчишка. — Я хоть завтра принесу тебе ещё.

Нет, Дэн не угадал с размером. Медальон вышел как игрушечный. Формулу пришлось корректировать восемь раз. Наконец Лея осталась довольна результатом. Но цепочка могла вызвать подозрения. Хотя главное, конечно, сам медальон.

— Надолго хватит действия? — спросила Лея.

— Не знаю. Но давай попробуем усилить одновременным колдовством.

— Давай. Не думаю, что Ворон просто так отпустил тётю Чунь. Наверняка, он будет следить за ней. И медальон попадёт сразу ему в руки.

— Так даже лучше, — обнадёжил Дэн.

Ребята произвели ритуал преобразования вместе. Трижды. Медальон был вполне похож на настоящий.

— Ну, я пошёл? — Райс сжал в кулаке чёрную цепочку.

— Угу. Береги себя.

В ответ он только улыбнулся. Наблюдая за товарищем, Лея корила себя за то, что друг вынужден подвергаться опасности.

— Мисс Ли, я же просила вас оставаться в школе, — за спиной строгий голос МакГрегори.

— Да, простите, директор. Я пришла проводить Дэна.

— Насколько мне известно, мистер Райс не подавал заявление на выход за пределы магической территории. И от его родителей запросов тоже не поступало.

— Я не знаю, миссис Мария, — Лея пыталась придумать что-то на ходу, но не получалось. Мысли были заняты исключительно миссией Дэна.

— Мистер Ланде, — окликнула МакГрегори невесть откуда взявшегося учителя.

— Да-да, директор, — отозвался тот.

— Не могли бы вы сопроводить мисс Ли до школы?

— Конечно-конечно, — согласился мужчина, но быстрые глазки то и дело поглядывали на ворота, выдавая нежелание выполнять просьбу.

Лея тоже не хотела возвращаться, поэтому за мостиком предложила мистеру Ланде отправиться по своим делам, честно пообещав дойти самостоятельно. Но, естественно, она пошла не к новому зданию, а к восточной стене старого замка. Туда, где под снегом были сокрыты окна комнаты человека в чёрном. Его плечо всё ещё болело.

Лея бы так и простояла здесь, пока окончательно не замёрзла, если бы не Сара, вывернувшая из-за угла под ручку с Эндрю.

После ужина удалось поговорить с Дэном наедине. Оказывается, на четвёртом этаже в стене было несколько ниш с лавочками полукругом. На одной из них и расположились ребята.

— Неужели она могла тебя забыть? — недоумевала Лея от рассказа товарища про встречу с Чунь Шэн.

— Скорее, просто не узнала в зимней куртке, — почесал затылок мальчишка. — Смотрела будто мимо меня. Оно и понятно. Она ведь думала, что выйдешь ТЫ.

— Директор меня даже близко к воротам подпускать не хочет. Ничего не понимаю.

— И я. Это ведь твоя родная тётя! — серые глаза округлились.

— Ну... не то чтобы родная. Но... кроме неё и дяди Хенга у меня никого нет.

— А Ворон?

— Ву Сан — её брат. Вот скажи, Дэн, как у такого добрейшего человека, как дядя Хенг, мог вырасти такой злодей, как Ву?

— Не знаю. Но... он ведь отпустил твою тётю? — мальчишка почесал переносицу. — Она не выглядела измученной или испуганной. Нет. Скорее напряжённой. Но это и понятно. Она искала тебя. А тут я. С медальоном.

— Как ты его отдал?

— Вытащил из кармана за цепочку. Тогда-то она меня и заметила.

— Вы поговорили?

— Нет. Она посмотрела по сторонам, взяла медальон и молча ушла.

— И она... не спросила... про меня?

— Нет.

Лея вздохнула.

— Странно, — стало безумно обидно и непонятно.

— Возможно, ей управляли со стороны, — предположил Райс.

— Как это? — подсознательно Лея была рада любой зацепке, лишь бы не думать, что для тёти какой-то медальон важнее.

— Это очень сложная магия. К тому же она запрещена в обиходе. Её используют только полицейские, если преступник оказывает сопротивление. Противостоять практически невозможно. Твою волю подчиняют. И всё...

— Какой ужас!

— Да. И, главное, ты сам не понимаешь, что творишь. Редкому волшебнику удаётся сохранить собственную волю.

— Ты думаешь, Ворон был поблизости?

— Запросто.

Лея долго не могла уснуть. Она переживала, успела ли тётя скрыться после передачи лже-медальона Ворону? Или ракушка вернула свой первоначальный вид ДО их встречи? Или... Лея гнала страшные мысли, но они настырно возвращались.

А утром пришло письмо. От тёти Чунь. Дрожащими руками Лея вскрыла конверт. Внутри ракушка на цепочке и гневное послание. Ещё бы! Едва тётя добралась до Монтегю, как магия, наложенная ребятами, сошла на нет. Чунь Шэн сразу отправила письмо в Эль Кастильо. А брата ей пришлось обмануть, сказав, будто к ней никто не вышел.

Всё это Лея рассказала Дэну, и они стали думать, что делать дальше.

— Если бы директор впустила её. Или меня... выпустила, — сетовала Лея. — Вот почему? Почему она не пускает? Как назло.

— Она очень строго следит за безопасностью.

— Не знаю, за чем она там следит. Но создаётся впечатление, что только вредит. И непонятно почему.

— Дэн, идёшь в заброшку? — к ребятам подошёл Крис Лейк. — Ты тоже... если не боишься, — нехотя обратился мальчишка к Лее.

Она посмотрела на Райса. Тот кивнул.

— Угу.

— Тогда одевайтесь теплее. Через пятнадцать минут встречаемся в холле. Ждать никого не буду.

К невзрачному двухэтажному зданию пробирались со стороны залива, чтобы следы не бросались в глаза. Да и залезть, как оказалось, можно через окно. С сугроба — сразу внутрь.

— Люкс, — палочки засветились по всей длине.

— Что здесь было? — спросила Лея, осматриваясь.

— Жилые комнаты и библиотека, — ответил Дэн.

— Ну и вонь, — Крис приложил локоть к носу. — За столько лет гарь не выветрилась.

— Это был стихийный огонь, — пояснил Дэн. — От его последствий практически невозможно избавиться.

— Здесь была какая-то мебель? — Лея с помощью Райса перешагнула через горелые балки.

— Кровати, шкафы, столы, — пробубнил Крис, всё ещё прикрываясь.

— Какой план? — спросил Дэн.

— Нужно найти лестницу. Интересно, осталось что-нибудь в библиотеке?

Ребята вышли через обугленный дверной проём и попали в коридор.

— Вон там светлее. Посмотрим? — предложила Лея.

— Идёт, — согласился Лейк.

В небольшом холле обнаружилась каменная лестница, поросшая мхом. Огромные витражи над дверью напротив неё частично были разбиты.

— Мальчики, а здесь нет привидений? — тихонько спросила Лея, вспомнив приключение в "Таверне призраков".

— Сейчас узнаем, — бодро ответил Лейк.

На втором этаже остался почти целый ковролин. Лишь местами выжженные пятна. И тут же — прямо напротив лестницы — вход в библиотеку: большие решётчатые стеклянные двери. Дэн потянул за ручку. Внутри было светло, даже несмотря на то, что само здание окружали заросли кустов и деревьев.

— Видимо, раньше здесь было уютно, — предположил Крис.

Ребята погасили и убрали в сумки свои палочки.

Сквозь разбитые стёкла ветер доносил с улицы голоса школьников. Мальчишки разбрелись по огромной библиотеке. Лея стояла в нерешительности и не могла сдвинуться с места. Странное чувство дежавю. Будто здесь она уже бывала. Огромные светлые окна, в которые виден Шато. Башня, возвышающаяся над спящим лесом. А эти стеллажи... Лея шагнула вперёд. Дошла до какой-то секции, постояла у столика, провела пальцами по разбухшим от влаги полкам. Затем двинулась вперёд между стеллажами, рассматривая книги. Некоторые брала в руки. Покорёженные листы и кривые обложки. Странно. Лея подняла голову. Крыша на первый взгляд целая. Почему же книги повреждены влагой?

За углом оказалась дверь с вывеской "Секция темнейшей магии". Надпись Лея разобрала с трудом. Поколебавшись недолго, она решила войти. Дверь легко поддалась. Даже не скрипнула. Время будто остановилось. Внутри небольшой каморки было всего три стеллажа. Но книги, в основном, толстенные. На корешках названия: "Сильнейшие снадобья", "Как нейтрализовывать обереги", "Создание темнейших артефактов", "Создание ядов", "Заклинания, запрещённые в быту". И несколько тонюсеньких. Совсем немного. "Неизлечимые магические болезни", "Способы затуманить разум" — от таких названий мороз по коже. Страшно. Как от слов Касперович. Лея выскочила из каморки, вспомнив предупреждение цыганки держаться подальше от чёрной магии. В светлом зале библиотеки было спокойнее. По левую руку располагался стеллаж с надписью "Архив". Здесь хранились личные дела. Также испорченные водой. Расплывшиеся лица и буквы, волнистые края слипшихся листов. К своему удивлению Лея обнаружила здесь фотографию Чунь Шэн Ли и характеристику на неё. "Практикантка в корпусе начальной школы 1995 — 1996. Номер комнаты 8".

Из этой же комнаты оказались ещё три девушки: кудрявая блондинка Аманда, девушка с русой косой Глория и рыжая... Лейла.

Дрожащими руками Лея перевернула карточку. На обратной стороне была та же информация, что и в альбоме обо всех преподавателях Эль Кастильо. "11 ноября 1975 — 30 июня 1997". Словно молния, пронзило осознание, что дни проклятий могут быть как-то связаны с жизнью и смертью Лейлы Сноу.

— Выходит, твоя тётя жила с этой девушкой в одной комнате, — сказал Дэн, когда после чая ребята уединились в нише на четвёртом этаже нового крыла.

— Вот именно! Но ничего мне о ней не говорила. А когда я спросила... — Лея вздохнула. — Мне очень нужно увидеть тётю. Я должна узнать, почему похожа на Лейлу Сноу. И почему...

Она очнулась, вовремя вспомнив, что не должна говорить о своих проклятиях. Тем более ему, Дэну.

— Может... спросишь у МакГрегори? — предложил мальчишка.

— Шутишь? Хотя... мне кажется, она тоже не знает. Как-то директор пыталась спросить у тёти, но она распылила исчезательный порошок.

— Он ведь от простолюдинов, — округлил глаза Райс.

— Да, но... тётя Чунь использует его и от магов с каким-то особым заклинанием. Я его не знаю.

— Было бы логично обучить тебя ему в первую очередь. Да и... разве это не поможет ей успешно скрываться от Ворона?

— Магия оставляет следы. Лёгкий шлейф. Или плотный сгусток Ци. Ворон чувствует волшебство. Поэтому можно укрыться только среди простолюдинов. Что мы и делали... Но теперь...

— ...твоя магия проснулась, — закончил за неё Дэн.

— Да. Поэтому скрываться приходится среди волшебников. Сначала я не понимала, почему именно здесь. Но теперь... Хотя и теперь не понимаю. Если тётя не готова говорить о моём сходстве...

— Я помогу тебе разгадать эту тайну, — мальчишка протянул руку.

— Спасибо, Дэн. Только, — она сжала его тёплые пальцы, — никому больше не говори. Даже Крису... Даже Соне. И Кларе... Никому.

— Ладно, — до чего же добрая у него улыбка.

Кое-как отсидев английский и алгебру, Лея потащила Соню в кабинет географии. Подруга отчаянно упиралась. Говорила, что не хочет попадаться на глаза человеку в чёрном.

— Эй, ты думаешь, он не помнит, как мы землёй в него кидались?

— Сонь, если тебя это так беспокоит, почему бы... тебе просто не извиниться?

— Эй, Лея, ты чего? А вдруг всё-таки забыл, что это была я? Нет, ни к чему лишний раз напоминать. Но мне правда жаль.

— Тогда тем более идём скорее. Пусть он прочтёт это в твоих глазах.

— Да ну, в нём магии совсем не осталось.

Снежински на девочек сначала не обращал внимания. Спокойно менял карты на доске, готовился к занятию.

— Мисс Ли, после урока останетесь, — от его мимолётного взгляда Лея поёжилась.

— Угу.

Человек в чёрном вышел и вернулся в класс со звонком. И как ему удавалось, обладая негромким голосом, держать аудиторию? На его уроках тишина была такая же, как и при директоре. Только старшеклассники, по словам Сары, могли себе позволить дерзить ему. И то, в основном, на переменах, и далеко не все. Только самые отчаянные. Например, Люмус Дарк. Отвратительный тип. Наглый, беспардонный, агрессивный, упёртый и приставучий. Понятно, почему его так ненавидела Соня. Блондин не давал прохода её сестре.

Когда класс опустел, Лея подошла к мистеру Снежински.

— Мисс Ли, сегодня после ужина буду ждать вас в подвале под лестницей. Я должен вернуть вам вашу вещь.

— Угу.

— Постучите семь раз — я открою.

— Угу, — Лея еле удержалась от признания, что может пройти в Шато без посторонней помощи. — Как ваше плечо, сэр?

— Лучше, — кажется, он не намерен был продолжать разговор.

Человек в чёрном двигался быстро. Лея едва поспевала. Они шли в свете одинокого фонаря в руках Снежински. Керосинки в переходе не горели. Чтобы видеть хотя бы немного дорогу и не спотыкаться, приходилось чуть ли не наступать на его длинную тёплую накидку. Лея до дрожи боялась вызвать гнев человека в чёрном. Ведь он был её ночным кошмаром. Только почему его боль не отпускает её? И эти сны... где он просто стоит позади... где шепчет чужое имя. Она ещё до знакомства с ним чувствовала за спиной убийцу. А теперь... он вёл её в свои призрачные владения, а она следовала за ним, как послушная овечка. Что победит? Доверие или страх?

Наконец вышли в холл. Темно. Под лестницей у прохода на цокольный этаж было пусто. Это потому что Бланка стояла на месте. Вошли в холодную каморку.

— Простите, сэр. А где дракон? — лежанка оказалась пустой.

— Шастает где-то по замку. Старая она. Сон ни к чёрту. Да и спать в холоде на голодный желудок — то ещё удовольствие, — он поставил лампу на каминную полку. С неё же взял шапку Леи и отдал.

— Угораздило меня попасться на глаза директору. Пришлось всё ей рассказать.

— Напрасно, — Лея спрятала выбившийся золотой локон под шапку. — Тётя запретила мне этим пользоваться и рассказывать... посторонним, — смущённо произнесла она последнее слово.

— Так зачем же вы тогда подошли ко мне? — отблески огня делали его лицо ещё более мрачным.

— Я не знаю. Может... это боль? Позвала меня.

— Не слушайте её больше, мисс.

— Если бы я могла. Я ведь понять её хочу, приручить. Как котёнка.

Человек в чёрном усмехнулся и подбросил полено в тлеющие угли.

— Надеюсь, вы не успели снова простудиться.

— Нет. Да это и не страшно. Никогда не болела дольше двух дней, — вдруг призналась Лея.

Снежински обернулся. Взгляд его, колючий, будто проникал в самые дальние уголки памяти.

— Разве не вас собирались отправить в Сант-Бессетт в прошлом месяце?

— Да, знали бы вы, чего мне это стоило, — она смущённо начала теребить уголок своей сумки. — Очень сложно помнить о необходимости постоянно кашлять.

— Так значит... вы не болели? — он поднялся.

— Болела, — торопливо ответила Лея. — Но недолго. А потом... я очень хотела остаться.

Человек в чёрном усмехнулся:

— Идёмте, маленькая лгунья, я провожу вас до учебного корпуса, — он взял в руку керосиновый фонарь.

— Угу, — очень уж не хотелось встретиться с драконом один на один. — Статуи уже нашлись?

— Ещё нет.

Поднявшись в холл, Лея увидела очертания двух основателей: девочки и юноши. Теперь нужно снова искать способ поговорить с ними. Но ничего, кроме как явиться в Шато после отбоя, Лея придумать не смогла.

В старый замок Лея попала только в субботу. Как ни упрашивала она Дэна составить ей компанию, мальчишка отказался. Он очень спешил к прабабушке. А Крису предложить Лея не догадалась. Вспомнила о нём уже в подвале. Возвращаться было глупо. Нужно ведь успеть всё осмотреть. Вдруг и статуи найдутся? А главное, поговорить с Бланкой и Цезарем. В подземном коридоре было очень холодно. Керосинки по-прежнему не горели, и приходилось использовать магию света. Волшебная палочка давала мягкое тусклое мерцание. Наверху лестницы в Шато Лея помешкала. А вдруг в холле дракон? Сеньор Дельгадо упоминал, что пожилые особи могут просыпаться на несколько дней. Этого вопроса он коснулся, когда рассказывал в четверг об особенностях зимней спячки драконов. Интересно, эти несколько дней уже прошли?

Тихонько Лея толкнула дверь. Скрипнули петли. Шагнув в темноту, она поёжилась. Казалось, в неотапливаемом замке холоднее, чем на улице. Из холла — ни звука. Лея смело вышла из закутка. Убрала палочку. Сквозь витражи проникали последние лучи заката. Статуи стояли как... статуи. Лея обошла их со всех сторон, прежде чем решилась заговорить.

— От тебя сплошные беды, — сердито ответил юноша вместо приветствия.

— Я хочу всё исправить, — виновато сказала Лея.

Бланка молча протянула брату руку, а он — ей. Но слишком далеко.

— Раньше нас соединял дедушка, — посетовала девочка.

Лея с грустью посмотрела на пустующий постамент между ними.

— И по маме мы соскучились, — статуя склонила голову.

Пьедестал Дианы тоже был пуст.

— Мне очень жаль, — Лея подошла ближе. — Дайте руки.

— Не думал, что ты обладаешь столь сильным даром, — коснувшись её пальцев, произнёс Цезарь.

— Разве?

— Конечно, — ответил юноша. — Ты знала, что раньше, когда ученики проходили мимо нас, мы всем пожимали руки? Даже в статиках есть что-то такое... волшебное.

— Да, любой уникальный и самый скрытый дар находил развитие в Эль Кастильо. Жаль, со временем отказались от этой традиции. И всё из-за НЕЁ.

— Из-за кого? — не поняла Лея.

— Из-за Чёрной Тьмы, — юноша разжал пластиковые пальцы.

— Я найду ваших родителей. И дедушку, — пообещала Лея. — Дэн, мой друг, мне поможет. Пока нам известно, что ваш отец не покидал пределы старого замка. А вы... вы ведь тоже основатели! Знаете его лучше всех. Есть ли тут места, куда могли спрятать статуи?

— Много таких мест, — задумчиво ответил юноша. — Но вряд ли все они уцелели.

— Это сужает поиск, — обрадовалась Лея.

— Если только это не параллельная комната, — испуганно пропищала Бланка.

— Параллельная комната? Что это? И где?

— Не забивай голову, — ответил Лее юноша. — Бланка, ты разве не помнишь, что она вся выгорела... в ту ночь?

— Ой, — девочка испуганно закрыла рот ладонями.

— В какую ночь? — спросила Лея.

— Когда было совершено... — юноша резко смолк. — Прячься, — шёпотом сказал он.

Лея прислушалась. Что-то где-то постукивало.

— А вдруг ОН ищет параллельную комнату? — тихонько пропищала Бланка.

— Тогда нужно найти её раньше него, — ответил брат.

— Раньше кого? — так же тихо спросила Лея, выглядывая из-за плеча юноши.

— Раньше человека в чёрном.

— Но ведь он давно тут живёт. И до сих пор не нашёл. А я... Как Я найду её раньше? И как узнаю, что это именно она?

— Её ни с какой другой не перепутаешь, — ответила Бланка. — Она будто есть и будто нет. Будто здесь и будто там. Выйдешь, но не зайдёшь.

— И как я тогда в неё попаду?

— В западной части ищи дверь, ведущую в стену, — ответил Цезарь, и статуи застыли в своих первоначальных позах.

Западная часть замка оказалась самой разрушенной. Из холла Лея поднялась на второй этаж. Потому что по первому — вправо — она уже ходила, когда пряталась тут от тёти. Теперь же нужно было исследовать эту часть на других этажах. С ужасом вспоминая туалет под открытым небом, Лея очень боялась провалиться в какую-нибудь дыру в полу. А их было много. Идти в темноте очень опасно. Побродив по захламлённым обломками камней коридорам, Лея вышла к проёму, за которым открывалось внутреннее пространство башни. Лестниц здесь не было. Видимо, они обрушились. Следовательно, чтобы попасть на третий этаж, нужно вернуться к центральной лестнице. Но лучше заняться этим днём. Потому что местами над головой виднелось небо. Значит, третий этаж пострадал ещё сильнее.

Лея возвратилась в холл, но вместо того, чтобы юркнуть в проход под лестницей, зачем-то отправилась на цокольный этаж. В комнату человека в чёрном. Ту, где хранился фотоальбом.

В комнате Снежински было темно и холодно. Пахло сыростью. Лея подняла палочку над головой. На столе она заметила погашенный керосиновый фонарь. Огонь получилось зажечь со второго раза. Теперь можно приступить и к осмотру содержимого шкафа. Где же это было? "Практическое использование лишайников" Лея положила на край стола. Тонкие пальцы пробежали по корешкам книг. А вот и нежно-розовый фотоальбом. Руки дрожали то ли от волнения, то ли от холода. Юноша на кого-то так похож. На кого? Чёрные, как смоль, волосы. Пронзительный взгляд. Губы... Выглядит нелюдимым. Совсем как... человек в чёрном. И этот перстень... Да, именно его видела Лея недавно в кабинете директора на полочке с артефактами. Именно к нему просил не прикасаться Федерико Кастильо. Почему?

Почему так много вопросов и ни одного ответа? На следующем фото в этот раз Лея решила сосредоточиться получше. Она разглядывала лица с интересом. 13 юношей и 12 девушек в красивой форме. Такой же, как носят сейчас, только без белых манжет и воротничков. И юбки на девушках длинные, исключительно в пол. Лея осторожно вытащила фото и перевернула. "Выпуск 1990" было написано от руки знакомым почерком. Вернула снимок на место и перелистнула назад. На оборотной стороне фотографии юноши была указана дата "Лето 1989". Показалось? Или парень на изображении действительно поморщился?

А теперь то, ради чего Лея пришла сюда, — фотография Лейлы Сноу.

Васильковое платье и медно-рыжие локоны. Изумрудно-зелёные глаза и непослушная золотая прядь, упавшая на лицо в веснушках. Лея поднесла альбом ближе к свету. Действительно, поразительное сходство. Только та девушка чуть старше.

Лея перелистнула страницу. Из груди вырвался удивлённый вздох. Группа из десяти студентов в бледно-жёлтых халатах. Среди них выделяется одна — Лейла Сноу. За её плечом стоит он, человек в чёрном. То есть в белом. Все смотрят в объектив камеры, а его взгляд направлен на девушку. Лея вздрогнула. Рядом с ним — во втором ряду — Чунь Шэн. Лица других студентов ей были незнакомы. В правом нижнем углу стояла дата "Июль 1995".

— Кто позволил вам рыться в моей комнате? — от голоса Снежински Лея вздрогнула.

И как она умудрилась не заметить его возвращения? От страха спёрло дыхание. Как же теперь выкрутиться?

— Мне повторить вопрос? — его тихий голос звучал угрожающе.

Лея прижала раскрытый фотоальбом к груди и попятилась назад, к столу.

— Какого. Чёрта. Вы, — с каждым словом он делал шаг навстречу. — Здесь. Делаете.

Человек в чёрном протянул руку и выхватил альбом. Заглянул. Пролистал и швырнул на пол. Лицо исказила гримаса. Лея опустила взгляд.

— Простите. Сэр, — промямлила она, дрожа. — Я... я не должна была... Просто... хотела посмотреть...

— Здесь не на что смотреть, — он стоял так близко, что Лея чувствовала, как неровно он дышит от гнева.

— Лейла Сноу, — пролепетала она, осмелившись поднять на него глаза. — Мы ведь... правда похожи. Слишком.

— Ни капельки, — его губы нервно дрогнули. — Вон из замка.

Выйдя в холл, Лея прислушалась. В темноте западного коридора слышалась возня и шлёпающие шаги. Дракон. Ну не возвращаться же к человеку в чёрном. Что если попробовать выйти через дверь в южной части? Лея вернулась на цокольный этаж, но увидев, как ей навстречу идёт Снежински, испугалась и рванула обратно. Дракониха уже шлёпала по холлу. Оставался только один вариант — бежать наверх.

На каком этаже Лея остановилась, она и сама не знала. Нужно было отдышаться. Через пустые рамы с остатками стёкол был виден внутренний дворик. Небольшой пятачок, заваленный снегом, из-под которого торчали ветки. С восточной стороны был проломлен пол, так что к южному выходу отсюда не пройти. А с западной — выглядел вполне безопасно. По крайней мере, вдоль внутренней стены замка, которая сохранилась здесь почти до самого потолка, впрочем, отсутствующего в этом углу. Значит, если воспользоваться этим путём, на голову нечему упасть, рассудила Лея. Прижимаясь к стене, она медленно продвигалась по коридору до поворота. Дальше разрушений было ещё больше. Через несколько шагов кладка уже едва доходила Лее до колена, а дальше и вовсе резко обрывалась почти до земли. Но не возвращаться же к дракону? Осмотревшись, Лея решила, что выйдет этим путём к южной части. Нужно только спуститься на этаж ниже. По стене. А что, она ведь уже ходила по развалинам раньше. Только бы человек в чёрном снова не напугал её.

Оказавшись этажом ниже, Лея поняла, что зашла в тупик. Коридор заканчивался здесь глухой стеной. Можно было, конечно, попробовать перелезть, но сорваться на камни Лея не хотела. Она перешла к противоположной стене, потому что здесь пол был проломлен со стороны внутреннего дворика. Света ещё хватало, но по мере продвижения вглубь, коридор погружался во мрак. Лея достала волшебную палочку и воспользовалась магией. Вскоре пол внезапно закончился. Такого поворота она никак не ожидала. Да, можно было перепрыгнуть на другую сторону. Но страшно — вдруг обрушится. А провал небольшой — всего-то чуть меньше ширины двери, у которой как раз и зияла дыра. Лея тронула ручку. Открыто. Посветив палочкой внутрь, она решила, что можно шагнуть в комнату, а затем на ту сторону коридора. Дело оставалось за малым — набраться храбрости. И не смотреть вниз.

Лея ещё немного толкнула дверь и сделала шаг. В комнате, где она оказалась, будто бы даже сделалось светлее. Несмотря на то, что палочка в её руке погасла. Окон не было, и стены вроде бы целы. Лея огляделась. Свет словно проникал сквозь камни. В солнечную погоду наверняка здесь можно рассмотреть пылинки, танцующие в лучах. А сейчас... пусто. Комната оказалась большой, длинной. В обратную сторону. "Люкс" — и палочка снова засветилась в руке. На полу линии. Лея прошлась, рассматривая их. Да это же спортзал! Удивительно. Но, кроме линий на полу, больше никаких признаков. Ни снарядов, ни другого инвентаря. У двери раздевалка. Одна. А должно быть две. Лея пересекла зал и обнаружила ещё пару дверей. За одной из них была вторая раздевалка. А в ней дыра в потолке и груды камней на полу. Опасаясь обвала, Лея не стала проходить внутрь. Другая дверь вела в коридор. Как раз в ту часть, что была за стеной. Может, всё-таки удастся пробраться на южную половину замка?

Коридор без стены и части потолка завёл в тупик. Снова Лея оказалась перед отсутствующей лестницей в юго-западной башне. Но можно было обойти её по периметру, что она и сделала. Страшно передвигаться без перил, но выбирать не приходилось. Оказавшись с другой стороны, Лея увидела большой провал. Но можно было пройти по узкой полоске камней вдоль стены. Как по лесенке, которая вела сначала вниз, а потом снова вверх. Внешняя западная стена возвышалась над развалинами, остатком полов, потолков, перегородок и дверей. Лея ступала осторожно там, где можно было сорваться. И наконец вышла к участку между двух стен. Здесь было чуть пошире, но всё равно продвигаться пришлось боком. И вдруг она попала в пространство, где была только стена, внизу находился тот самый туалет без крыши, а сверху остатки перекрытий и распахнутая дверь вникуда. За ней виднелся неповреждённый пятачок. Но чтобы туда добраться, нужно было карабкаться. Хорошо, что дверь открыта. Есть за что зацепиться руками. Оттолкнувшись ногами от стены, Лея пролезла наверх. Где она оказалась, понять не могла. Над головой небо. Куда идти — некуда. Пришлось вернуться через дверь обратно на лесенку. А затем проделать нелёгкий путь до спортзала и, следуя первоначальному плану, шагнуть из него через расщелину в полу.

Тёмный коридор вывел Лею на винтовую лестницу. Спустившись, она оказалась в помещении, набитом мебелью в разном состоянии. Сквозь узенькие оконца пробивался свет. Но его было мало. Приходилось использовать магию. Из последних сил. Палочка моргала и часто гасла. Но выход отсюда Лея нашла. Дверь налево или коридор прямо?

Пробираясь во мраке, запинаясь, она ругала себя за выбор. Но коридор вывел её в юго-западную башню. Там по-прежнему было захламлено. На полу виднелись человеческие и драконьи следы. Лея вздрогнула. Но от заветной двери на волю её отделял лишь один, уже знакомый, коридор.

Дверь в столовую оказалась закрыта. А Лея за время своего приключения очень проголодалась. Она сходила в комнату за деньгами. Их оставалось совсем мало, ведь тётя не дала ей ни гроша. А купюру с королевой тратить не хотелось. Из продуктов в тумбочке Лея обнаружила только пачку чая, немного кукурузных чипсов и баночку с бутонами жасмина. Она открыла соседнюю дверцу — у Сони пакет яблок и три пачки вафель. Эх, жаль, подруга уехала кататься по острову с родителями и сестрой. Иначе обязательно угостила бы. Сглотнув слюну, Лея закрыла тумбочку МакБраун, взяла свои чипсы и вышла с кружкой в комнату досуга. Придётся обойтись просто кипятком. А потом сидеть в библиотеке, чтобы отвлечься от голода. Надолго ли её хватит?

Лея занялась французской грамматикой. Больше часа она читала и выполняла упражнения. Нужно будет дать их Соне на проверку. А сейчас заняться чем-нибудь ещё. Например, в секции искусств. Лея без труда нашла альбом с портретами всех преподавателей Эль Кастильо.

"Лейла Сноу. Учитель географии, стажёр медицинской службы младшей школы. 11 ноября 1975 — 30 июня 1996".

"30 июня и 11 ноября, — Лея закрыла альбом, — даты проклятий. Мы точно как-то связаны. Но как? Почему я чувствую... её смерть?" — ответа не было.

Не ожидая увидеть больше ничего особенного, Лея пролистала страницы до конца, а потом вернулась к портрету Лейлы. Долго всматривались. Поразительное сходство. Перевернула лист к началу:

"Леонард Ланде. Учитель английского языка и латыни с 1995 года".

Пролистав ещё немного назад, Лея обнаружила и фотографию Эсмеральды Касперович. Цыганка работала в школе с 1990 года.

Вернув альбом на место, Лея радостная вышла из библиотеки. И как она могла забыть, что в самой дальней комнате на пятом этаже её всегда ждут на чай?

Касперович на месте не оказалось, и Лее пришлось слоняться по школе под звуки предательски урчащего желудка. На четвёртом этаже, куда вела лестница, расположенная неподалёку от комнаты цыганки, стояли огромные расписные амфоры с изображениями мифических картин. Лея провела пальцем по одному из сосудов — пыль. Неужели сюда никто не заходит? Никто не живёт в комнатах? А какие здесь красивые двери! На одной изображена летучая мышь, на другой — пантера. На третьей — изящный чёрный кот. Казалось, он следил за ней взглядом и подёргивал хвостом.

Лея отпрянула. Это была последняя комната на этаже. Наверное, она расположена прямо под гостиной Касперович. А там, где у цыганки спальня, — лестница. Лея ожидала, что спустится здесь на третий этаж, где ковры и рыцарские доспехи. Но нет, лестница вела ниже. На втором была небольшая площадка и ещё три двери, кроме той, из которой вышла Лея. Одна вела в санузел, другая — в кабинет лекаря. Третья была заперта. Не желая заходить в медкорпус, Лея спустилась на первый. Оказавшись по ту сторону трансформационного поля, она решила проверить, а что находится на цокольном этаже. Но, открыв дверь, испугалась темноты и вернулась на второй.

В медицинском крыле было тихо. Ни пациентов, ни лекаря. Лея принялась рассматривать склянки со снадобьями, книги, инструменты.

— Мисс Ли, какая неожиданность, — услышала она через большую палату голос старого лекаря. — Что-то беспокоит?

— Ничего особенного, месье Леру. Просто... слабость, — призналась Лея.

— Тогда примите витаминный коктейль. Он придаст сил, — старик улыбнулся и прошаркал к шкафчикам с бутыльками.

Выпив питательный напиток, Лея была счастлива. Голод отступил. Но без подружек, которые вернутся только завтра, было безумно скучно.

— Месье Леру, можно мне тут побыть? Книги посмотреть.

— Конечно, мисс. Вот, как раз вчера вечером получили новые сборники рецептов. Со старшеклассниками будем по ним работать, — Оливье Леру указал на стопку пособий на полу. — Ждём ещё обновлённые справочники противоядий.

Лея взяла книжку и плюхнулась с ней на ближайшую койку. Неожиданно для самой себя она очень увлеклась чтением и, если бы месье Леру вовремя не напомнил, что пора в столовую, снова осталась бы голодной.

Сёстры МакБраун вернулись в воскресенье к ужину. Младшая чему-то очень радовалась, а старшая, наоборот, сидела недовольная. Покончив с котлетами и гарниром, Соня принялась рассказывать подругам, как здорово провела выходные в кругу родных. Как видела призрака в музее семьи Уайетт, как побывала на открытии нового брендового магазинчика для волшебников между Бич Пойнт и Мюррей Харбором.

— Эй, видела бы ты, сколько Кларе шмотья накупили!

— Твои тоже тебя не обидели, — резко сказала Каприс, сидевшая неподалёку.

— Мне и половины твоего не перепало, — ответила Соня.

— Просто у меня персональная скидка от мадам Гольд. А твой отец будто бы с моим соревнование устроил, кто больше потратит. Ну смешно, МакБраун.

— Эй, вот именно смешно! Куда тебе столько? В школьный шкаф не поместится.

— Не твоё дело, — Клара показала язык и отвернулась к Кэтрин и Натали.

— Эй, — тихонько позвала Соня, перегнувшись через стол, когда девочки-соседки ушли, — представляешь, все два дня Эндрю был с нами.

— И это были самые ужасные два дня в моей жизни, — поделилась Сара. — Если бы папа не взял на себя священную обязанность болтать с Миллерами, я бы сбежала.

— А почему Эндрю был с вами? — спросила Лея.

— Молчи! — шикнула Сара на только раскрывшую рот сестру.

Но Соне всё равно удалось выдать секрет старшей МакБраун. Подруга жестом показала на пальцы, а взглядом — на Сару. И Лея заметила на её руке тонкое колечко, которого раньше не было.

Дэн вернулся только утром. Пришёл сразу на уроки. Между английским и алгеброй ребятам едва хватило времени, чтобы поделиться самыми значимыми новостями. Говорила, в основном, Соня. Конечно же, о сестре. О том, что во время совместного уик-энда с семьёй Миллера, Эндрю подарил Саре кольцо из гоблинского золота — самого дорогого металла в мире.

— И что, она сказала ему "да"? — спросил Райс.

— Эй, если бы, — возмутилась подруга. — Всего лишь обещала подумать. Но ведь Эндрю — хорошая партия. Правда? — с мольбой в глазах Соня смотрела на друзей.

— Он классный. Интересный, — подтвердила Лея.

— Ну так себе, — не согласилась Каприс. — Но вообще, перспективный. Зря Сара кобенится. Я бы на её месте...

Клара не успела договорить, прозвенел звонок. Мистер Дельгадо — весьма радостный в последнее время — сразу вызвал Каприс к доске решать довольно сложное уравнение. Впрочем, Клара справилась с ним блестяще. В конце урока в её копилке было целых семь мэджиков. Хороший повод задрать свой нос ещё выше.

— Эй, Дэн, ты был в новом магазине? — вывалившись в коридор, спросила Соня.

— Да. Мы с бабулей прогулялись пешком. Далековато уже для неё.

— Купили что-нибудь? — поинтересовалась Каприс.

— Нет. Но присмотрели на будущее несколько интересных вещей.

— А мне купили...

— Эй, хватит хвастаться, — бойко перебила Клару Соня.

— МакБраун, я не с тобой разговариваю.

Вся компания остановилась посреди коридора. Лея и Дэн пытались утихомирить девочек, но они выясняли отношения до самого звонка. Поэтому ребятам пришлось бежать до кабинета географии. Соня успела прошмыгнуть мимо учителя до того, как смолк звонок. Клару и Дэна Снежински запустил в класс и, злобно зыркнув на Лею, захлопнул дверь прямо перед её носом.

Постояв немного в недоумении, она тихонько постучала. Потом приоткрыла дверь, намереваясь извиниться за опоздание и пройти в класс. Но человек в чёрном снова выставил её вон, сказав, что ровно в пять часов вечера она должна явиться в кабинет директора.

Весь урок Лея слонялась по коридору второго этажа. То злилась, то плакала, то сидела, подпирая стену. То представляла, что сделала бы на её месте Соня. Наверняка, подруга уверенно уселась бы на своё место и нашла, что ответить распоясавшемуся учителю. А Клара побежала бы жаловаться директору.

— Мисс. Мисс Ли, — услышала над собой вкрадчивый голос мистера Ланде и подняла голову. — Что-то случилось? Случилось? Почему не на уроке?

— Меня выгнали, — Лея смахнула слезу и поднялась.

— Кто? Кто вас выгнал? — участливо спросил учитель.

— Снежински, — Лея почему-то разрыдалась.

— Ай-яй-яй, — покачал головой Ланде. — Он объяснил? Объяснил хоть как-то своё решение?

Лея замотала головой, всё ещё рыдая.

— Директора... директора вы поставили в известность? — получив отрицательный ответ, учитель похлопал её по плечу. — Что ж... Поставьте. Поставьте.

Мистер Ланде ушёл и вскоре вернулся со стопкой тетрадей. Взглянув мельком на Лею, он скрылся за дверью своего класса.

Наспех расправившись с чаем и рыбным пирогом, Лея понеслась в приёмную. Не только, чтобы не опаздывать, но и чтобы не слышать ворчание друзей из-за поступка человека в чёрном. Ведь они не знали, что истинная причина — не опоздание, а...

— Войдите, — пригласила директор.

МакГрегори в кабинете была одна. Часы на стене показывали без трёх минут пять.

— Как хорошо, что вы зашли, мисс. Я как раз разбирала почту и наткнулась на... где же оно? — порывшись в кучке писем, директор извлекла исцарапанный конверт и протянула Лее.

"Я в безопасности.

Береги себя.

Тётя Чунь"

— Отправлено из Монреаля голубиной почтой, — пояснила МакГрегори. — Миссис Ли просит оставить вас в Эль Кастильо до каникул. А после... будем ждать её указаний. Возможно... вам придется всё же покинуть школу.

Улыбка, появившаяся на губах Леи от прошлой новости, медленно сползла с её лица.

— Жаль. Я бы хотела остаться.

— Что-то ещё, мисс?

— Нет, то есть... Мистер Снежински... Он... он выгнал меня с урока, — так стыдно было признаваться в этом.

Директор удивлённо приподняла брови, а потом достала из трости свою волшебную палочку и коснулась ею хвоста небольшой фигурки феникса на своём столе. Птичка расправила крылья и, сверкнув глазами, кивнула.

— Мистер Снежински, войдите, — громко сказала МакГрегори, предварительно приоткрыв дверь с помощью магии.

Человек в чёрном влетел в кабинет и, положив перед директором исписанный лист бумаги, навис над столом.

— Что всё это значит, Всеволод?

— Я увольняюсь.

— Вы понимаете, чем это грозит школе?

Лея вжала голову в плечи, боясь пошевелиться. Она чувствовала себя такой виноватой.

— Вполне, — ответил Снежински. — Впрочем... Я готов поменяться с мистером Хорсом. Он как раз жаловался на нагрузку. Скажем, я бы мог вести...

— Мистер Снежински! — громко возразила директор, встав с места. — Я не могу вас допустить к алхимическому хранилищу. И вы знаете почему.

— Я должен избавиться от этой дряни, — он подался вперёд, и директору пришлось сесть.

А Лея ещё больше вжалась в кресло и боялась даже дышать.

— Обсудим это позже. А ваше заявление, — директор демонстративно порвала бумажку, — я подписывать не собираюсь. У нас с вами был уговор.

— Был. Но я не потерплю, чтобы в мою жизнь вмешивались всякие... — он злобно зыркнул на Лею.

— Я распорядилась сменить замки и держать их закрытыми. Чего ещё вы от меня хотите?

— Вы знаете.

— Министерство против практики заочного обучения в пансионате. Это дикость, мистер...

— Тогда пусть мисс Ли... — его взгляд, колючий, снова был прикован к Лее, — прогуливает мои уроки. По собственному желанию.

— Но я не хочу прогуливать. Сэр.

— Тогда опаздывайте чаще, — язвительно проговорил он.

— Простите.

— Прощение... ещё надо заслужить. А вы только и делаете...

— Да что она вам такого сделала? — Лея вскочила. — Что?

— Кто? — опешил Снежински.

— Лейла Сноу, — с трудом произнесла имя.

— Мисс Ли, — вмешалась директор, тоже поднявшись со своего места, — я не знаю, как вы узнали о мисс Сноу, но... Пожалуйста, не лезьте в эту историю.

— Но я похожа на неё. Как две капли воды. И я... — Лея остановилась, чуть не выдав информацию о проклятиях. — И я... хочу узнать почему.

— Да какая разница, кто на кого похож, — человек в чёрном сел в кресло. — Я и сам не знаю... Не помню... Я вижу её во сне и зову по имени. Всё. Всё, что я знаю о Лейле Сноу. И мне, чёрт возьми, тоже интересно, почему вы на неё похожи. Но при этом я не иду рыться в ВАШИХ вещах, мисс.

— Мисс Ли! Это возмутительно, — слова директора заставили виновато опустить голову.

— Я видела её портрет в библиотеке. И я... да, простите. Я... я видела её у вас. Я больше не буду, сэр, — Лея попыталась поднять глаза на Снежински, но остановилась на его руке.

На пальце она увидела то самое кольцо, что когда-то носила Касперович. Камень был коричневого цвета — не такой светлый и блестящий, как на цыганке.

Человек в чёрном заметил это и, сняв кольцо, положил на стол директора.

— Передайте это госпоже Касперович. Её попытка не убедила меня. Иначе я склонен считать, что именно мисс Ли представляет для меня самую большую опасность, — язвительно сказал он. — Разрешите идти.

МакГрегори кивнула и, когда Снежински вышел, попросила Лею всё же прогулять несколько его уроков.

На следующий день, идя с геометрии на культурологию вслед за миссис Санни, которая вела оба эти предмета, девочки обсуждали предстоящий День Святого Валентина. Ещё утром тьюторы сообщили, что приурочили к нему сбор заявок на школьный конкурс красоты. Соня категорически не хотела принимать участия, ссылаясь на то, что сестру ей всё равно не обойти. И что на льду шансов чего-то добиться больше. Каприс же составила план своей предвыборной агитации, отправила домой с голубем письмо, где попросила прислать косметику в дополнение к купленной в выходные. Соня подсмеивалась над Кларой, но той было плевать на мнение подруги.

— Эй, а ты будешь участвовать? — МакБраун спросила Лею.

— Я? Не знаю. Не думала об этом.

— Ли, лучше не стоит, — сказала Клара. — С этими ужасными веснушками у тебя нет шансов.

— Эй, у неё хорошие шансы, — не согласилась Соня. — Лея красивая. И без всякой косметики. Даже с веснушками.

— Ну и вкусы у тебя, МакБраун, — скривилась Каприс.

— Эй, — Соня преградила соседке путь и схватила за воротник блузки.

— Девочки, что происходит? — миссис Санни вмешалась в конфликт.

— Ничего, — процедила Соня, отцепившись от Клары.

— Всё в порядке, миссис Луна, — Каприс изобразила улыбку. — И кто будет вести у нас осенью уроки? — пробубнила себе под нос она, когда тьютор отошла на приличное расстояние.

— Дэн, ты видел? — отведя мальчишку за колонну в холле, спросила Лея. — Кольцо Касперович снова переливается.

— Так оно и переливалось.

— Пока его носил человек в чёрном, оно было коричневое, тусклое.

— Я не видел на нём колец.

— А я видела. Вчера. Он передал кольцо через директора и сказал, что это я... приношу ему несчастья.

— И что ты об этом думаешь? — спросил мальчишка, почесав переносицу.

— Ничего. Я не понимаю, что происходит. Почему я похожа на Лейлу Сноу. И почему он... её не помнит.

— Вот. Я же говорил! — оживился Райс. — Ни одного воспоминания. А ведь его обвиняли в её убийстве.

— В чьём убийстве? Кого? — Каприс была тут как тут.

— Никого, — буркнула Лея и потащила Дэна на обед.

С Кларой разговаривать не хотелось. Вроде и обиды особой не было за её слова. Скорее солидарность с Соней, которая объявила бывшей подруге бойкот.

В четверг Лея так радовалась, что сеньор Дельгадо не потащил ребят в лес, а провёл урок в тёплом классе. Изучали особенности животных, впадающих в зимнюю спячку. Круглый мексиканец напомнил и о том, что волшебные существа очень любят сахар. Но при кормёжке всё равно нужно быть предельно осторожными с ними. Учитель рассказал случай из своей практики, когда наличие сахара спасло волшебнику жизнь.

— Я тогда работал в ботаническом саду на Ванкувере. О, там много живности. Змеи — о! — развёл он руки в стороны. — Иногда даже китайские драконы до острова долетают, — тут Лея оживилась, услышав о родине. — Однажды я видел. Красивый. Но руками трогать нельзя!

— А что с тем волшебником? — спросил Крис.

— О, сеньор Лейк, — мексиканец покачал головой. — Яд успел подействовать, лишив его всей магической силы.

— Насовсем? — спросил кто-то из девочек.

— О, к сожалению, да. Некоторые виды очень опасны. И у нас в Твиццатвоне такие водятся.

— Где? — вслух спросила Лея.

— Твиццатвон — так наш лес называется. Видели на карте?

Ребята закачали головами.

— О, так попросите мистера Снежински показать вам на уроке.

Вечером в комнате досуга царило небывалое оживление. Девочки толпились у одного из столиков. В воздухе витал аромат свежих цветов. Не удивительно — День влюблённых. Кому-то, видимо, прислали розы. Лея протиснулась сквозь толпу. Да, так и есть — два огромных букета. МакБраун, старшая, с сияющим видом читала гору валентинок, предназначенных ей.

— От кого? От кого они, Сара? Ну скажи. Скажи. Посмотри, — наперебой просили её.

Лея заметила, что здесь были девчонки не только из третьего бокса.

— О, эти белые от Красавчика, да? Как ми-ило, — они нюхали цветы — кто-то с радостью, кто-то с завистью.

— А кольцо? Кольцо от кого? Тоже он?

— Не ваше дело, — кокетливо ответила Сара, забирая белые цветы с собой в комнату.

Несколько девочек двинулись за ней.

— А чайные розы кто подарил? — спросила Каприс, которая всё это время сидела в сторонке и наблюдала.

— А, эти? Миллер. Хочешь, забери себе, — Сара погрузила лицо в благоухающие бутоны. — Я белые люблю.

В спальне Лея оценила своё отражение в зеркале, причесалась, заколола непослушную прядь и, накинув на плечи тёплую кофту, спустилась на четвёртый этаж. Там, в одной из ниш в стене, её ждал Дэн.

— Ты получила мою валентинку? — с ходу спросил он, пряча руки за спиной.

— Угу. Спасибо. Прости, я... в этом году без подарков...

— Понимаю, — кивнул Райс, — ничего страшного. Я... вот... это тебе, — он протянул Лее розу, белую, как те, что некий Красавчик подарил Саре.

Ребята долго болтали, бродя взад-вперёд.

— Дэн, ты был по ту сторону стены?

— Нет, честно говоря, даже не задумывался, есть ли там что-то интересное, — почесал он переносицу. — А ты? Была?

— Угу. Показать?

Возвращались с экскурсии ребята через пятый этаж. У библиотеки случайно столкнулись с человеком в чёрном. Он ТАК посмотрел на них и белую розу в руках Леи, что стало не по себе.

— Дэн, подождёшь? Я отнесу розу, и вместе пойдём на ужин.

— Конечно, — мальчишка остался ждать в холле на пятом этаже.

Лея вскоре вернулась. Когда ребята спустились вниз, на входе в столовую к ним подлетела Каприс.

— Ли, ты совсем рехнулась? Неужели тебе не хватило ума не участвовать в конкурсе? Хочешь опозориться?

— Клара, ты о чём? Я нигде ни участвую.

— Вот только врать не надо. Я видела твою заявку.

— Какую ещё заявку? Я не подавала никаких заявок, — Лею начинал бесить беспочвенный наезд Каприс.

— Девочки... Девочки, прекратите, — вмешался Дэн. — Лея правда не подавала заявку на конкурс красоты. Её кандидатуру предложил я.

— Вы уже больше месяца не разговариваете. Соня, так нельзя, — Лея пыталась вразумить подругу.

— Эй, да Каприс сама не горит желанием общаться. И ещё хоккей. Она хочет на моё место. Вот что мне делать?

— Поговори с Сарой. Или... мистер Хит как-то может повлиять на ситуацию. Клара ведь правда хорошо играет.

— Хорошо, но мест-то нет. Ты уже подготовила номер для финала?

— Честно, я и не думала, что доберусь до него.

— Эй, брось. Ты красивая. И достойна... — Соня осеклась. — Если не победы, то финала точно. А первое место, наверное, снова Саре достанется.

— А кому ж ещё? Она лидирует с большим отрывом. А я... Всего лишь замыкаю десятку финалисток. Вообще не понимаю, как меня выбрали... — Лея вздохнула. — Надеюсь вылететь в первом туре. Потому что у меня нет купальника, и вообще...

— Эй, у меня есть. Я могу одолжить. И не нужно стесняться. Ты красивая.

Слова Сони смутили Лею, и она решила сменить тему разговора. Пришлось даже обсудить отношения Сары и Эндрю. Хотя сплетничать ох как не хотелось. Оказывается, старшая МакБраун так и не ответила Миллеру ни "да", ни "нет" на предложение руки и сердца. И это очень беспокоило Соню.

В субботу подруга помогала Лее наряжаться на конкурс. Даже платье своё дала. И туфли.

— Сонь, не знаю, как тебя благодарить, — Лея крутилась у зеркала.

— Эй, а тебе идёт. Только... давай волосы соберём.

— Мне заколоть нечем.

— Сейчас что-нибудь придумаем, — Соня уже собирала рыжие локоны в высокий пучок. — Так, подай-ка палочку.

— Какую?

— Любую. Свою давай. Во! Класс! Эй, не убирай золотую прядь. Пусть. Так красиво. Каприс точно лопнет от зависти. Она-то всего до полуфинала дотянула.

— Я так нервничаю. Я ведь самая младшая из участниц, — призналась Лея.

— Да брось. Это я теперь нервничаю. За место Сары. Идём.

На трансформационном поле снова появилась сцена для участниц и зрительный зал. В первом ряду расположились судьи: МакГрегори, Санни, Ланде, Хит, оба Дельгадо и Надин Леру. В качестве ведущей — Сальма Принц.

Лея чувствовала себя среди старшеклассниц гадким утёнком. Но тем не менее заняла четвёртое место. Директор вручила участницам по букетику цветов, грамоте и мешочку с мэджиками. Снявшись для общего фото в газету, Лея вернулась в спальню. Одна, потому что Соня осталась с сестрой. Сара собиралась отметить победу в Бич Пойнт. Дэн проводил до холла на пятом этаже. Дальше он пройти не мог — заколдованная дверь пропускала к боксам только девочек. Так же как и на четвёртом — только мальчиков.

— Есть новости от тёти? — спросил Райс после ужина.

— Нет, — вздохнула Лея. — Осталось две недели до каникул, а от неё ни словечка.

— Если хочешь, я останусь с тобой в школе. Здесь, наверное, скучно без ребят.

— Не представляешь как! Тоска и холод. Особенно зимой. Сейчас хоть солнце светит ярче.

— Весна. Скоро драконы проснутся.

— Точно. И цветы... — мечтательно произнесла Лея.

— Помнишь, что говорил Нестор Дельгадо?

— Душа Феникса?

— Да. Очень хочется посмотреть на этот редкий цветок. Говорят, что он очень красивый.

— Угу. Может... прогуляемся? — предложила Лея.

— Завтра. Я должен тебе кое-что показать. Идём в наш холл.

В ожидании Дэна Лея села поближе к камину. Вскоре мальчишка вышел, и ребята переместились в нишу в противоположном крыле здания.

— Ты видела у сеньора Дельгадо новый ключ?

— Нет.

— А я видел. Я ведь сижу за первой партой. И знаешь что? Теперь мы сможем беспрепятственно попасть в Шато.

— У тебя есть ключ? — обрадовалась Лея.

— Пока только рисунок ключа, — Райс достал блокнот. — Смотри. Он очень похож на тот, что открывал дверь под лестницей. Но сеньор Дельгадо никогда не пользуется этим путём. Он ходит через южный...

— Дэн! — Лея вскочила. — Что если директор просто... поменяла замки местами? И теперь наш ключ...

— ... открывает другую дверь, — закончил за неё Райс. — Осталось найти третий. От двери под лестницей Шато.

— Точно. Через южный вход сейчас не пробраться. Дверь заколочена. Я видела.

— Да уж... Но тогда зачем сеньору Дельгадо ключ? — резонно заметил мальчишка.

— Не знаю. Может... приносить сахар или... дрова.

— Или он от другого замка, — предположил Дэн.

— Нужно проверить. Составим формулу и обойдём все двери.

В воскресенье тьюторы пригласили ребят на концерт младших школьников. Лея же предпочла остаться в холле на пятом этаже. В тишине. Она лежала на одном из диванчиков, обращённых к камину, и размышляла. Как сдавать географию, если завтра начинается контрольная неделя, а Снежински так и не соизволил допустить Лею к своим занятиям.

Огонь в камине размеренно потрескивал, убаюкивал. Прикрыв глаза и обняв подушку, было так уютно лежать. Мимо иногда кто-то проходил. Лея почти не слышала звука шагов по мягкому ворсу, но стук дверей и разговоры не могли ускользнуть от её слуха.

— Сегодня тебя видели в Бич Пойнт в компании двух девиц из четвёртого. И после этого ты имеешь наглость снова подкатывать ко мне? — голос девушки очень напоминал старшую МакБраун. Но Лея не стала поднимать голову, чтобы проверить.

— Ну котёнок. Гулял бы я с ними, если бы ты постоянно не отказывала, а?

— Люмус, меня это не волнует. Я вообще-то помолвлена, — да, это точно Сара.

— Ха, ты же ему не сказала "да".

— Мы договорились, что сначала я закончу школу.

— Только вчера ты праздновала победу явно не с Миллером, ха!

— Он готовил доклад.

— И? Я тоже готовлю доклады. Но это не помешало мне угостить тебя "Маргаритой". Или ты не помнишь, как нам было весело вчера? А, котёнок?

— Я тебя не приглашала.

— Но и не оттолкнула, когда...

Раздался звонкий шлепок, и Лея вздрогнула.

— Не смей распускать руки, Люмус, — прошипела Сара. — Я ведь могу и ответить.

— М-м... Котёнок, — простонал Дарк.

Хлопнула дверь. Лея продолжала лежать, притаившись. Кто-то из них ушёл. Кто? Какая из дверей хлопнула? Если та, что вела в боксы, то... Дарк ещё в холле. Да, он здесь. Лея, приподнявшись, увидела его спину. Ходит... Ждёт Сару?

Блондин начал насвистывать какую-то мелодию. Казалось, что Дарк стоял совсем рядом и, судя по всему, пинал подушки на полу. Лея зажмурилась. Не хотелось выдавать себя. Ведь неизвестно, как он отреагирует, узнав, что она слышала их личный разговор. Лучше притвориться спящей. Мелодия резко оборвалась. Парень удивлённо присвистнул, а потом стало тихо-тихо. Лея боялась пошевелиться. Она чувствовала апельсиновый аромат его духов. Казалось, эта тишина длилась бесконечно. Наконец хлопнула дверь. Досчитав до десяти, Лея открыла глаза и увидела перед собой лицо Дарка. Его чёрные глаза из-под белой косой чёлки смотрели с нескрываемым интересом. На левой щеке красное пятно — результат пощёчины. Неужели он всё это время так и стоял над ней? Разглядывал... Невольно по телу прошла дрожь.

— Подслушиваем? — низко склонившись, спросил он.

— Нет, — пискнула Лея.

Парень усмехнулся и молча вышел из холла.

— Эй! Эй, Лея! — Соня стояла в дверях кабинета 2-22 и отчаянно махала рукой.

Лея остановилась в недоумении. Уже вовсю звенел звонок.

— Иди скорее! — радостно продолжила подруга.

Пришлось возвращаться к кабинету, где они недавно распрощались. МакБраун побежала навстречу.

— Он просил тебя позвать, — она схватила Лею за плечи.

— Правда?

— Да. Бежим.

— Минус пятнадцать мэджиков за опоздание, мисс Ли, — сухо сказал человек в чёрном. — На столах только маг-перья. Контрольная за триместр. Мисс Ламбер, раздайте, — он положил на первую парту стопку листочков, а сам достал из ящика стола большие песочные часы и, когда Натали вернулась на своё место, перевернул их.

Хорошо, что в географии, благодаря своим постоянным перемещениям с тётей, Лея разбиралась неплохо. К тому же она всегда готовилась к урокам, даже тем, которые не посещала. На всякий случай. Такой, как сегодня.

— Двадцать пятого марта я жду всех, независимо от того, справились вы с контрольной или нет, — учитель обвёл взглядом класс, задержавшись на Лее. — Домашнего задания не будет. Но задам по три вопроса каждому. Запишите сразу темы докладов, которые вам нужно будет подготовить за каникулы.

Тяжело вздыхая, ребята полезли в сумки за ежедневниками. Канадские ученики не слишком жалуют домашние задания, да ещё и на каникулы. Каждый, наверное, мысленно проклинал Снежински за его методы преподавания.

— Дэн, можно сесть с тобой на истории? — тихонько спросила Лея. — Я думала подготовлюсь перед уроком, но Снежински... соизволил разрешить мне вернуться.

— Я только за, но... вряд ли Крис согласится поменяться, — ответил мальчишка.

На удивление Лейк, наоборот, обрадовался предложению расположиться за последней партой. Наверное, он тоже не подготовился и решил, что там ему будет удобнее списывать.

Перед обедом Клара притащила в холл газету, в которой была целая статья о конкурсах красоты в школах волшебства.

— Что, МакБраун, Сара когда уезжает на общеканадский тур? — впервые за месяц обратилась Каприс к соседке.

— Она не поедет, — буркнула в ответ Соня, чем повергла Клару в шок.

— То есть как?

— Эй, контрольная неделя же! Выпускной класс. Не поедет она никуда.

— Ну и глупая. Зачем тогда участвовала? Только место занимала, — проворчала Каприс. — Тоже мне... "королева красоты". Или боится проиграть?

— Как сказал великий Юлий Цезарь, — проговорил Дэн, — лучше быть первым в провинции, чем вторым в Риме.

Каприс усмехнулась:

— Выходит, Ли у нас тоже... первая в провинции.

— Да, Лея — королева красоты нашего класса, — невозмутимо ответил мальчишка.

Клара только фыркнула и ушла, хлопнув дверью, а Лея почувствовала, как краснеет.

В четверг Лея возвращалась из библиотеки поздно вечером чертовски усталая. Готовилась к завтрашней контрольной по праву. Некоторые темы этого предмета никак не укладывались в голове. Сколько ни повторяй.

— Сонь, ты чего? — увидев заплаканную подругу на диване в комнате досуга, спросила Лея.

— Сара всё ещё не вернулась, — сдавленным голосом ответила МакБраун.

— Откуда? Я видела её после ужина в библиотеке.

— Эй, если бы она там и осталась, — Соня вытерла лицо рукавом. — Она попросила Эндрю подобрать ей материал, а сама...

Девочка подняла ноги на диван и, обхватив руками колени, разрыдалась ещё больше.

— Директор в курсе?

— Ты что? Нет, конечно! Это нарушение. Я просила Сару остаться, но... А если с ней что-нибудь случилось?

— Но куда она уехала? И зачем? — Лея обняла подругу за плечи.

— Я не знаю... Дарк пригласил... на день рождения.

— Они уехали вдвоём?

— Эй, конечно, нет! Целая компания. Кто влез в его машину.

— Сонь, может... сходим к Касперович?

— Ты ей веришь? Я — нет.

— Хоть какая-то информация у нас будет.

— А если плохая? Ты... иди спать. А я с места не сдвинусь, пока Сара не войдёт в эту дверь.

Время было уже за полночь, когда из коридора стали доноситься голоса, и в комнату досуга ввалилась Каприс в сопровождении другой блондинки, одноклассницы старшей МакБраун.

— Эй, а где Сара? — Соня так резко вскочила с дивана, что задремавшая на её плече Лея чуть не слетела на пол.

— Эт-тажом ниж-же, — ответила Каприс и тут же подхватила мелодию, которую пела её подружка.

— Видимо, вы хорошо провели время, — злобно прошипела Соня.

— Уж поинтереснее тех, кого не пригласили, — девчонки засмеялись.

— Вы так всю школу разбудите, — сказала Лея.

— Уже разбудили, — зевнула старшеклассница и, кое-как отцепившись от Каприс, направилась в свою комнату.

— Сонь, ты куда? — Лея успела схватить подругу за руку у выхода.

— Как куда? Сару искать.

— Она в школе, глупая, — Каприс зевнула. — С такой чокнутой сестрой действительно никакой личной жизни.

— Соня, правда, Сара ведь вернулась, — Лея ужасно хотела спать, но подругу оставить не могла.

— Должна я посмотреть, в каком состоянии она вернулась, — буркнула МакБраун, когда Каприс скрылась в спальне.

— Давай останемся здесь.

Соня вздохнула, но согласилась. Сара не заставила себя долго ждать. Она ворвалась в комнату досуга, напевая под нос ту же мелодию, что пели до неё блондинки.

— Эй! — только и смогла сказать Соня.

Всё приподнятое настроение её сестры сразу улетучилось.

— Почему не в кроватях? — строгим тоном спросила Сара.

— Тебя ждём. Я так волновалась, — Соня повисла у сестры на шее.

— Совершенно напрасно, — ответила та. — Девочки, а ну марш по постелям.

— По крайней мере, Сара не пьяна, — с облегчением шепнула Соня, когда они с Леей остались одни.

Вечером в пятницу после контрольной по праву Лея рассказывала Дэну, какие вопросы ей попались.

— И если бы не Соня, не видать мне аттестации.

— А я у Криса списал половину. Надеюсь, МакГрегори не заметила.

— Всё равно придётся пересдавать через неделю. Я ещё ни разу с первого раза право не сдала.

— Сложный предмет. Но понять его можно. Если бы я занимался учёбой, а не расследованием, — вздохнул мальчишка. — Знаешь, что мне удалось откопать в архивах? Чёрная Тьма пришла в Канаду из Америки в девяностом году. И началось... За несколько лет от неё пострадали сотни волшебников. А Снежински...

— Точно! Дэн! Как я могла забыть? Снежински же доклад задал, и если бы не ты... Я и не вспомнила бы. Поможешь?

— Конечно. Я ведь говорил, если нужно, останусь на каникулы в школе.

После чая ребята поднялись в библиотеку и просидели там почти до ужина.

— Ли, стой! Ли! — услышала Лея голос Сары, когда они с Дэном спускались в столовую. — Тебя миссис Санни искала. Просила передать, что директор вызывает. В полдевятого вечера. Не опаздывай.

— Хорошо. Спасибо.

— Может, письмо от тёти пришло? — предположил Дэн.

— Надеюсь, с ней всё в порядке. Может... даже на каникулы заберёт. Я устала от Эль Кастильо. Да, тут здорово, но... холодно и... Я просто соскучилась по тёте.

— Понимаю. Значит, с докладом нужно будет поторопиться.

— Угу.

— Я подожду тебя, а потом выберем литературу. Если ты не против сидеть в библиотеке допоздна.

— Что бы я без тебя делала?

Сразу после ужина Лея решила идти в приёмную. Дэн был рядом. Когда мимо ребят прошмыгнул мистер Ланде, они решили, что это надолго, и уединились на лестничной площадке за статуей большого кота. К их удивлению свет здесь был так же приглушён, как и в коридоре.

— Лея, пока у нас есть немного времени... — смущаясь, начал Дэн. — Ты... пойдёшь со мной на праздник?

— Слушай... Я не знаю... Мне совсем нечего надеть. На конкурс Соня одалживала платье. Наверняка она пойдёт в нём сама.

— Я тоже могу пойти просто в форме. Это ведь не запрещено. Просто с белой...

Ребята прислушались. Из коридора доносился крик женщины:

— ... разбить машину, — расслышала Лея.

— Да нормально доехали, чё ты? — ответил знакомый голос.

— Люмус, так нельзя. Твои выходки подрывают моё доверие, — по коридору послышались быстрые шаги, но потом вдруг прекратились.

— Да ничё не случилось, ха, — кажется, они стояли у самой двери. Только бы не сунулись на площадку.

— А могло. Могло, Люмус. Зачем ты потащил с собой эту выскочку МакБраун?

— Да просто. Она... ничё такая. Прикольная, ха.

— Если по твоей вине с ней что-нибудь случится... Люмус, я не смогу тебе помочь. Ты знаешь, КТО её отец, и на ЧТО он способен.

— Ма, да нормально всё. Весело отметили. Ничего не случилось. Ну?

— Поэтому меня срочно вызвали к директору? — строго спросила женщина.

— Просто формальности. Ты же уладишь, да? — голос Дарка зазвучал заискивающе.

— Это в последний раз, Люмус. Теперь ты совершеннолетний...

— Ха, тем более. Ничё я такого и не сделал. Ну свалил. Ну фонарь разбил. Так... по мелочи всё.

— А ещё подрался с простолюдинами и чуть ли не до смерти перепугал половину Шарлоттауна. Это мелочи?

— Ну... Для тебя — да. Ты ж типа... крутая, — снова шаги.

— Но скажи мне на милость, зачем ты втянул в свои похождения Клару?

— Да она сама захотела! Чё? Не маленькая...

Послышался шорох каменных крыльев феникса. Лея облегчённо выдохнула. Говорить больше не хотелось. Она просто стояла рядом с Дэном и даже не сразу заметила, что он её обнимает.

— Извини, я... случайно... Рефлекторно получилось, чтобы защитить. Они так кричали, — убрав руки с её талии, начал оправдываться мальчишка.

— Всё в порядке, Дэн.

— Может... пойдём в приёмную? Здесь холодно.

— С тобой тепло и... — она замолчала, не став признаваться, что ей нравится запах его парфюма. — Дэн, я пойду с тобой на праздник.

От радостной улыбки Райса будто бы стало светлее.

— Я буду ждать в вашем холле.

— До праздника ещё целая неделя.

— Целая вечность.

— А потом ещё одна вечность — каникулы.

— Ну уж они-то быстро пролетают.

Ребята засмеялись. Но Лея вдруг поняла, что эти каникулы действительно будут длиться для неё целую вечность, если Дэн уедет. А самое страшное... Вдруг тётя снова надумала сменить школу?

В приёмной было тихо. Табличка на двери светилась красным. Часы Дэна показывали восемь двадцать. Из директорского кабинета доносились голоса на повышенных тонах, но разобрать их было невозможно.

— Видимо, это надолго. Дэн, не жди меня.

Мальчишка вздохнул.

— Тогда встретимся в библиотеке. Я буду там. Заодно поищу литературу для доклада. Да и мне нужно. Мы с фрау Бих запланировали сюрприз. Я буду рассказывать об истории волшебников в Канаде.

— Ух ты! Как интересно.

— Да... Прости, что не говорил. Там и... о Чёрной Тьме будет. Ну... я пошёл?

— Угу.

Лея осталась в приёмной одна. Чтобы мысли о неизвестности не сводили её с ума, пыталась медитировать. Но остановить внутренний диалог уже было не так-то просто. Не стоило нарушать обещание больше практиковать тайцзы. Но когда? Если учёба отнимает много времени, а укрыться от посторонних практически негде. Доступа в подвал больше нет. На лестничных площадках холодно и небезопасно. Ходить в новую часть здания одной тоже боязно. Эль Кастильо полон сюрпризов. А ещё хочется больше времени проводить с друзьями, особенно с...

Дверь открылась, вырывая Лею в реальность.

— ... последнее предупреждение, — громко и строго говорила элегантная блондинка, идущая вслед за Дарком.

Лея встала со скамьи, чтобы поскорее узнать, для чего же её вызвала директор.

— Ты? Как это возможно? — блондинка изменилась в лице, разглядывая Лею.

— Простите? — недоуменно сказала она.

— Ма, ты идёшь? — Дарк уже стоял у выхода.

Женщина что-то пробормотала ещё и поспешила за ним.

— Мисс Ли, — вкрадчиво произнёс мистер Ланде, потрепав Лею за плечо. — Неужели вы и правда ничего-ничего не знаете? — потом качнулся на каблуках. — Миссис Каприс! Миссис Каприс, ещё на пару слов, — и вылетел в коридор.

— Прости, что с праздником не вышло, — Лея стояла в холле, держа в руках рюкзак.

— Ничего страшного, — Дэн одарил своей необыкновенной улыбкой. — Главное, что с тётей всё в порядке. И ты наконец встретишься с ней.

— Я так боюсь... не вернуться.

— Ты ведь не берёшь с собой вещи.

— Знал бы ты, как мы убегали из монастыря или... — Лея вздохнула, вспомнив самые страшные часы в своей жизни, когда Ворон был совсем рядом и творил ужасные вещи. — Ты точно не хочешь остаться на праздник?

— Лучше проведу вечер с прабабушкой. А утром за мной приедет отец.

— А ты... не боишься идти один? По темноте, — с опаской спросила Лея.

— Нет. Я же волшебник, — спокойно ответил Дэн. — И эта местность мне хорошо знакома.

Дверь общего зала открылась, выпуская звуки весёлой музыки.

— Мисс Ли, мистер Райс, идёмте, — директор на ходу накинула на плечи меховую безрукавку и застегнула края крупной круглой брошью на груди.

Во внутреннем дворике было достаточно светло, как и всегда. Солнце уже село, но по верхним слоям атмосферы ещё скользили его последние лучи.

— Сегодня тепло, — довольно произнесла Лея, глядя в небо.

— Так что можешь за меня не волноваться, — улыбнулся мальчишка. — По пути я не замёрзну.

Дэн взял рюкзак Леи, и до мостика они молча шли вслед за директором. Пока добрались до главных ворот — стемнело. Сквозь решётки виднелась мигающая оранжевым светом аварийная сигнализация автомобиля. У Леи защемило в груди. Она взяла Дэна за руку. Он в ответ сжал её ладонь. Подойдя вплотную к воротам, директор остановилась.

— Мисс Ли, вы действительно хотите покинуть магическую территорию Эль Кастильо? — спросила она.

— Угу. Хочу, — ответила Лея, забирая рюкзак у Дэна.

МакГрегори произнесла ряд отпирающих заклинаний, касаясь волшебной палочкой всех замков, задвижек и цепочек по очереди. Наконец створки ворот начали расходиться в стороны.

— Мистер Райс, вы можете идти. Не забудьте о необходимости сообщить о прибытии через тотемное животное.

— Да, директор. Попрошу прабабушку. Она отправит.

Без тёплой ладони Райса Лея не чувствовала себя такой уверенной. Что она скажет тёте? Как объяснит своё исчезновение зимой? Сможет ли вернуться в Эль Кастильо после этой встречи?

Лея стояла на границе магической территории. Смотрела вслед уходящему Райсу, на мигающие аварийные огоньки. Дверца автомобиля открылась. Дэн оглянулся. Всё, как в замедленной съёмке.

Чунь Шэн куталась в короткую курточку. Лея чуть было не кинулась ей в объятия, но МакГрегори удержала.

— Сначала я должна задать миссис Ли несколько вопросов. И только потом смогу отпустить вас. Такие правила.

Подойдя вплотную к границам магической территории, Чунь Шэн протянула директору пакет документов.

— Теперь я могу забрать Лею? — поинтересовалась тётя.

— Минуту, — МакГрегори просмотрела бумаги. Часть оставила себе, часть вернула. — На какой срок вы планируете забрать девочку?

— Три дня. К сожалению, потом мне нужно будет срочно уехать. Второго апреля в одиннадцать утра я доставлю её к воротам, — после этих слов тёти Лея облегчённо выдохнула.

— Хорошо, миссис Ли. Где вы планируете остановиться? — продолжала директор.

— Переночуем в Мюррей Харбор. Потом в Шарлоттаун до первого апреля. Последнюю ночь проведём в мотеле "Ветра". В Мюррей Ривер.

— Хорошо. Я сообщу в департамент надзора. Мисс Ли, вы можете идти.

Впервые за долгое время Лея оказалась за пределами действия магии. Будто бы на свободе. В объятиях тёти. Жаль, что неприятный разговор всё равно последует.

— Тётя Чунь, это же Дэн! — воскликнула Лея, когда машина свернула на Кейп-Беар-роуд, и в свете фар показалась тёмная фигура. — Может, подвезём?

Чунь Шэн затормозила, обогнав мальчишку. Лея открыла дверь и позвала приятеля.

— Не замёрз? — поинтересовалась она, когда он сел в автомобиль.

— Не успел. Спасибо. Дом прабабушки на берегу. Это в сторону маяка. Недалеко от... "Таверны призраков".

Дэн показывал дорогу и, когда Чунь Шэн остановилась, пригласил в гости. Как и ожидала Лея, тётя отказалась, сославшись на то, что у неё забронирован номер, и есть важные дела. До Мюррей Харбора ехали молча. Миссис Ли очень не любила, когда её отвлекали за рулём.

— Голодная? — припарковавшись у дорожного кафе, спросила тётя.

— Нет, — соврала Лея. — Устала. Спать хочу.

— Что ж... Тогда возьму что-нибудь на вынос.

Комната, которую сняла Чунь Шэн, оказалась совсем крохотной, но тёплой. Лея быстро уснула. А рано утром они отправились в Шарлоттаун.

— Не здесь ли мы останавливались в прошлый раз? То есть... когда мы впервые приехали на остров Принца Эдуарда? — Лея осматривала новое пристанище.

— Здесь, — ответила тётя.

Она включила лампу и плотно закрыла шторы.

— А теперь скажи мне, Мэй-Мэй, почему ты так и не отдала мне медальон?

— Он исчез.

— Что значит "исчез"? — Лея ещё ни разу не видела Чунь Шэн в таком взбудораженном состоянии.

— Я повесила его на статую. Но её... похитили.

— Что значит "похитили"? Кто? — тётя нервно заходила по комнате.

— Если б я знала! Но я искала. Честно искала.

— И кому могла понадобиться старая каменная глыба? Она ж тяжеленная, — Чунь Шэн запустила пальцы в волосы. — Ты уверена, что её именно похитили?

— А какие могут быть варианты? Была — и исчезла.

— Была и исчезла, — медленно повторила Чунь Шэн. — Вспомни, почему мы не смогли покинуть школу.

— Сработала система безопасности.

— Если бы статуи похитили... Она бы тоже сработала. Поверь мне.

— Тогда где они?

— На территории школы, — тётя села на софу рядом с Леей и принялась тереть пальцами виски.

— Но какой смысл прятать статуи, если они... и так спрятаны?

— Медальон. Кто-то не хочет, чтобы ты забрала его.

— Но кто?

— Я не знаю.

— Я тоже. Но, по крайней мере, теперь можно быть спокойной, что он не достанется Ворону, — Лея обняла тётю. — Я буду искать. Дэн поможет.

— Так. Мальчишка. Тебе четырнадцать...

— С половиной, — добавила Лея.

— С половиной. Не вздумай влюбляться. Ты знаешь. Мы это уже обсуждали. Никаких привязанностей. Это важно. Безопасность...

— ... превыше всего, — пробормотала Лея вместе с тётей.

— И пожалуйста, не вмешивай в это дело посторонних.

— Но это Дэн нашёл Лейлу Сноу. И ещё... — Лея вздохнула и решилась спросить. — Мы выяснили, что... ты жила с ней в одной комнате.

— И что? Несколько дней. К тому же мы не общались, — отмахнулась Чунь Шэн.

— Несколько дней? А как же общая фотография, где вы вместе? Июль девяносто пятого...

Тётя не ответила.

— Снежински... Почему ты напала на него?

— Испугалась за тебя, — Лея почувствовала, как у Чунь Шэн начало давить виски.

— За меня?

— Ты правда похожа на неё, — выдавила тётя.

— Неужели? — усмехнулась Лея. — Потому что она... моя мать? — подождав и не услышав ответа, она продолжила. — А мой отец? Ты знала его? — снова тишина. — Это... Снежински? Ты... украла меня у них?

— Не говори ерунды, — раздражённо сказала Чунь Шэн.

— Ладно. Ты забрала меня, когда она умерла?

— Ты родилась гораздо позже её смерти.

— Но почему я похожа на НЕЁ? Мы... родственники?

— Я не знаю! — выкрикнула Чунь Шэн.

Она вскочила, и Лея схватилась за голову, почувствовав её боль.

— Откуда я взялась? У тебя.

Тётя взяла Лею за плечи, заглянула в глаза.

— Я расскажу тебе. Позже. Ты не готова. Нужно ещё многому научиться, прежде чем... Ворон найдёт тебя. А он найдёт. Это вопрос времени. Моя задача — максимально отсрочить этот момент. Поэтому, пожалуйста... никаких привязанностей. Это очень... ОЧЕНЬ важно, Мэй-Мэй.

Никаких привязанностей... Никаких привязанностей... Никаких... Никаких. Это больно, Лея Ли. Только бы тётя не заметила слёзы на глазах. Только бы... впрочем, ей необязательно знать о привязанностях. Ведь большую часть жизни она далеко. Слишком далеко, чтобы контролировать. Малышка Мэй-Мэй выросла и больше не будет слепо подчиняться глупым правилам. Кто вообще придумал, что в одиночку одолеть Ворона будет легче?

— Чему улыбаешься? — с подозрением спросила тётя, когда Лея смотрела в окно.

— Весне, — и это была почти правда.

— Пообедаем завтра в китайском ресторане?

— Завтра? — искренне удивилась Лея.

— Завтра. Сегодня у нас гости.

— Что? Тебя подменили? — не веря своим ушам, пошутила Лея.

— Думаешь, могли? — так же весело ответила Чунь Шэн.

— Мы проходили на защитной магии. Один волшебник может выдать себя за другого. Я не знаю, как это делается, но... МакГрегори предупреждала, что... злодея трудно вычислить. Разве что... по глазам, — Лея всмотрелась в лицо тёти.

Знакомые черты, тот же кофейный взгляд.

— Брось. Это я. Просто сегодня прилетает отец.

— Дядя Хенг? — неуверенно уточнила Лея.

— Да. Он соскучился по тебе. И ещё... он встречался с Ву.

— Ворон всё ещё в Канаде? — Лея обеспокоенно вцепилась в плечи тёти.

— В Гонконге. Поэтому Хенг Ан летит сюда. Якобы на научную конференцию по репродуктивным технологиям, — Чунь Шэн сказала это с таким скучающим видом, что Лею потянуло в сон.

Лея и тётя Чунь вечером были уже в аэропорту Саммерсайда. Профессор Хенг Ан Ли прилетел на остров Принца Эдуарда всего на несколько часов. Дальше его ждал Монреаль, а потом Торонто.

Когда они сидели втроём в крошечном кафе, Лея не могла сосредоточиться на том, что рассказывал дядя Хенг, у неё был какой-то туман в голове. Мысли путались, и она не понимала, спит или бодрствует. Только имя Ворона периодически возвращало её в реальность. Но суть разговора расплывалась невнятной дымкой. Если бы тётя Чунь не повторила всё сказанное по пути в Шарлоттаун, то Лея так и не узнала бы, что Ворон сменил тактику. Теперь он не торопится. Ждёт подходящего момента, чтобы в полной мере получить магическую Ци Леи Ли. Случится это, когда она вырастет и научится управлять силой намерения. Ву Сан проговорился отцу, что ему нужна именно тёмная часть её магии. Только она — источник безграничной силы и власти для Ву, источник его величия. Поэтому дядя Хенг весьма озабочен, не навредит ли обучение в Эль Кастильо? Ведь в этой школе одинаково развивают и светлую и тёмную стороны магии, оставляя выбор за учеником. Лея была уверена, что если бы не нападение Ворона, быть ей сейчас в Сингапуре.

— Тётя, почему Ву не забрал медальон раньше?

— Не знал, что с ним делать. Теперь знает. Это очень сильный артефакт. Ворону достаточно одного взгляда, и он уже поймёт подделка перед ним или оригинал, — Чунь Шэн посмотрела в зеркало заднего вида, намекая на недавние события. — Магия — не пустое место. Это энергия.

Лея уставилась в окно. Вот бы уметь, как Ворон, определять следы колдовства в пространстве. Как Ци. Почему как? Наверняка Ша Ци медальона так же сильна, как и энергия боли или проклятья. А с этими субстанциями она уже знакома. Ву Сан несомненно нашёл бы медальон, попади он в Эль Кастильо. Хорошо, что директор заботится о безопасности.

— Это лучшая утка по-пекински за пределами Китая! — блаженно прикрыв глаза, призналась Лея.

— Ну вот, а два года назад ты её ужасно ругала, — тётя хитро прищурилась.

— У меня был стресс, — с набитым ртом говорить совсем неудобно.

— А сейчас стресс у меня. За нами, кажется, хвост.

Лея вытянулась, как струна. Ладони вспотели, а сердце готово было выпрыгнуть. Утка сразу потеряла свой вкус, а заведение — атмосферу.

— Директор неплохо организовала твою охрану, — усмехнулась Чунь Шэн. — Сотрудники маг-полиции.

— Ты уверена? — Лея с трудом проглотила вставший в горле ком.

— Конечно. Это не люди Ворона.

— Но почему они следят за мной?

— Не за тобой. Я не предупредила директора, что мы поедем в Саммерсайд, — спокойно ответила тётя. — Ты поела? Нам пора возвращаться в отель.

— Это что, чемодан дяди Хенга? — удивилась Лея, когда Чунь Шэн открыла багажник.

— Тише. Помоги-ка.

— Тяжёлый. Интересно, что там.

— Книги, — тётя хлопнула крышкой и поставила авто на сигнализацию.

— Как же он без них? — посетовала Лея, переживая за выступление дяди на конференции.

— Никак. Это для тебя.

— Что? — от удивления Лея чуть не уронила чемодан на ногу.

— Здесь пособия по тайцзы, древние трактаты, кое-что о здоровье, новые блокноты и средства гигиены. Твои любимые. Из Гонконга. Здесь таких нет, и я попросила...

— И как я это потащу? Тебя ведь не пустят на территорию. А у чемодана даже колёс нет. И, Серафим Всемогущий! Он такой огромный! Я бы сама здесь поместилась.

— Ты снова нарушаешь правила. Суетишься раньше времени, когда этого и вовсе не стоит делать. Я обучу тебя нескольким особым заклинаниям. Думаю, ты к ним уже готова.

— Практика — не мой конёк.

— Не говори ерунды, а учись лучше. Ты сильная. Ворон не мог ошибиться. Не мог.

У ворот Лею встретил сеньор Дельгадо. Круглый мексиканец был, как никогда, бодр и весел. Предложил донести рюкзак. Но Лея не решилась доверить ему своё ценное имущество, хотя ноша была неимоверно тяжёлой. Внутри находилось всё то, что лежало в огромном чемодане дяди Хенга, но в магически сжатом виде. Места вещи занимали значительно меньше, а вот вес оставался прежним. Но, как говорила Чунь Шэн, настоящий воин силён и способен выдерживать нечеловеческие нагрузки.

С каким облегчением Лея опустила рюкзак на пол. Теперь нужно было освободить место в своём чемодане для книг, а их было немало. Вещи и средства гигиены она кое-как распихала по тумбочке. Пижамы и бельё положила под подушку. Лакомства оставила на кровати, не зная уже куда девать. Шкатулку — непонятную вещицу, сунутую Чунь Шэн впопыхах, — оставила в рюкзаке, как и было велено. Умещавшаяся на ладони, она была достаточно тяжёлой для своего размера. Сделана будто из камня, хотя очень похожа на дерево. Тётя просила никому её не показывать. Интересно, почему.

К вечеру Лея достаточно отдохнула. Она закрылась пологом и взяла шкатулку в руки. Крышечка с надписью "МастерБот" откидывалась легко. С её внутренней стороны высветилась фраза: "Назовите ваше имя".

— Лея.

Шкатулка захлопнулась. Но вновь с лёгкостью открылась. "Назовите имя".

— Лея Ли.

Снова хлопок.

Да что же с ней не так?

"Назовите имя".

— Мэй-Мэй Ли, — Лея уже и не надеялась на успех, но вдруг из шкатулки пошёл золотистый дымок, принявший форму человечка сантиметров в 30. — Мастер Ло?

— Приветствую тебя, Мэй-Мэй, — знакомый жест от голограммы очень умилил. — Для начала правила пользования.

Резвый малаец рассказал, как обращаться со шкатулкой, предостерёг от разглашения тайны и сообщил содержание курса. Голограмма из коробочки была настроена на показ нескольких комплексов боевого искусства.

Теперь скучать было некогда. До конца недели Лея читала и занималась тайцзы с "мастером". Изредка выходила на улицу. Наведывалась к восточной стене старого замка, где снова ощущала ЕГО боль. Метка на плече. Что же она означает? Вот бы спросить. Видела его каждый день в буфете и боялась подойти. А в субботу с утра он стоял на старой аварийной башне. Лея обратила внимание, когда возвращалась в учебный корпус. Человек в чёрном тоже заметил её, и, когда она вошла в холл, окликнул из-под лестницы.

— Мисс Ли...

— Да, сэр, — Лея на ходу сняла шапку, рассыпав рыжие локоны по плечам.

— Вы можете научить меня... справляться с болью? Как вы это делаете?

— Я не знаю. Просто... чувствую.

— Так вы... научите? — в голосе отчаяние, граничащее с надеждой.

— Возможно. Я согласна быть вашим мастером только в обмен... на ключ.

Глаза человека в чёрном расширились от удивления. Он усмехнулся.

— Что ж... Если такова цена моей боли... — он огляделся и, понизив голос до шёпота, добавил. — Директору ни слова.

— Угу. Сегодня в три на берегу. Где тайный ход.

Снежински оказался послушным и сговорчивым учеником. Следил за дыханием, старался правильно повторять движения и вникал в теорию. А после дал обещание не торопить события и беспрекословно подчиняться мастеру.

— Не ждите быстрого результата, сэр, — возвращаясь к школе, говорила Лея. — Это поможет контролировать боль, но... полностью не избавит. Не так скоро. Завтра в то же время. И пожалуйста, не тренируйтесь без меня. Можете сделать хуже.

— Да, Мастер Ли, — лениво промямлил Снежински, закатив глаза.

— И ничего смешного. Сэр. У меня, между прочим, уже есть опыт...

— Разумеется, мисс. Всего хорошего, мисс, — он свернул в арку, оставив Лею у подножия холма.

— А как же ключ?

— Завтра в то же время, — развел руками человек в чёрном.

Поднявшись на холм, Лея присела на развалины. Обманет или принесёт? Как же хочется в Шато! Позади раздался чих. Лея вздрогнула и обернулась. Это из замка? Подошла к двери. Заглянула в щель. Пыльный пол. Шлёпающие шаги. Жёлтый глаз на бордовой морде. Дракониха! Проснулась в поисках еды. Или... сейчас же апрель — пора выходить из спячки. Стоит с той стороны двери, принюхивается. Лея даже дышать боялась. Особенно, когда увидела на шее зверюги чёрную цепочку, а на ней — свой медальон.

— Сэр! Сэр! Мистер Снежински! Сэр, откройте! — Лея изо всех сил колотила по двери южного входа в замок, куда только что вошёл человек в чёрном.

Она звала его, но он не слышал. Или не хотел слышать. Ушибленное при спуске с холма колено болело. Успокоиться. Найти нужные точки. Освободиться от боли. По крайней мере, медальон цел. Не украден Вороном. В Шато, кроме дракона и человека в чёрном, никого нет. Сеньор Дельгадо уехал на выходные. Директор... да что она там не видела?

Кое-как Лея доплелась до спальни. Книги. И где только дядя достал их? И как провёз через границы? Или для настоящего волшебника нет преград? Но ведь он простолюдин.

Снежински больше не появлялся в школе и на занятие тайцзы в воскресенье не пришёл. Лея сначала злилась, потом приехали ребята, и ей стало не до человека в чёрном.

— Эй, там Дэн тебя ищет, — с порога заявила Соня.

— Ясно, — делать вид, что всё равно, было очень сложно.

Соня плюхнулась на кровать.

— Так классно отдохнула, что нет сил вкусняшки разбирать, — она легла, закинув руки за голову. — Эй, ты чего сидишь?

— Н-ничего. Так... Читаю. Вот.

— Ну там же Дэн, — подруга села и уставилась на Лею.

— Я слышала, — дрожь в руках слишком заметна.

Захлопнув книгу, Лея закрылась пологом и легла.

— Эй, ты чего? Поругались что ли?

— Нет. Голова что-то разболелась, — пришлось соврать.

Не говорить же МакБраун, что тётя запретила привязываться к друзьям. Беззвучно роняя слёзы на подушку, Лея слышала, как вернулись остальные соседки. И как бурно они обсуждали предстоящий триместр. Потом Кэтрин спорила с Кларой о позднем пробуждении магических способностей и говорила о каких-то доказательствах. А Каприс громко смеялась. Странно, что Соня не участвовала в этой дискуссии. Лея утёрла слёзы и выглянула из-за полога.

— Тьфу ты! Ли! — Каприс, раскрасневшаяся от смеха, подскочила от неожиданности.

— Лея, Клара не верит, что я по-настоящему могу создавать свет, — обратилась Кэтрин. — Не даёт свою палочку, чтобы я ей показала. Можно твою?

— Слушай, моя что-то... не очень. Тётя обещала летом купить мне другую.

— Ли, ты всерьёз думаешь, что дело в палочке, а не в тебе? — высокомерным тоном спросила Каприс.

— Вот. А мне ты что говорила? — тут же выпалила Кэтрин Кларе. — Что чужой, наработанной палочкой и простолюдин свет наколдует.

Девчонка надулась и села на свою кровать.

— Говорила, — призналась Каприс. — Потому что так и есть. Есть сильные палочки, есть сильные волшебники. Это всё слишком тонкая материя. Не твоего ума, в общем.

В первый же учебный день нового триместра школа гудела новостью о предстоящем шахматном турнире. Старосты и тьюторы собирали анкеты желающих принять участие, составляли списки, графики, совещались друг с другом и с директором. А Лея, хотя и обожала шахматы, думала совсем о другом. Как быть с Дэном и... Снежински. Первые два урока тянулись целую вечность, но неумолимо приближали к географии. В кабинет 2-22 входить страшно до дрожи в коленках.

Никого. Лея заняла своё место за последней партой у огромного глобуса. К ней присоединилась Соня. Дэн вошёл, болтая с Крисом и Кларой. Все расселись по местам и стали ждать начала урока.

Снежински вернулся в класс со звонком. Не вошёл — а будто влетел.

— На столах только маг-перья. Райс, раздайте листочки. Контрольная, — вместо приветствия сказал он.

Взгляд Дэна — немой вопрос. Улыбка. Всё та же. Он, конечно, поймёт. Но как ему сказать? И как не улыбаться в ответ?

— Райс, пошевеливайтесь, — тихий, но строгий голос учителя.

Что-то в нём было не так. Лея не могла понять что. Человек в чёрном всё тот же. Но другой. Взгляд. Такой же колючий, до дрожи. Лицо напряжённое. Походка? Нет, не хромает. Значит, не столкнулся со зверюгой. И, наверняка, не знает, что медальон...

— Время вышло. Мисс Каприс, соберите работы.

Цепкие пальцы Клары выхватили листок, когда Лея дописывала последние слова. Маг-перо оставило длинный след после растянутых и завалившихся вниз букв. Это катастрофа. Снежински наверняка не засчитает ответ. Лея закрыла лицо руками. Шорох бумаги был невыносим. Она не успела.

— Мисс Ли, к доске, — неожиданно прозвучал голос учителя.

Он дал Лее указку и попросил найти на физический карте известные ей горы и действующие вулканы.

— Что ж, неплохо, мисс. Задание к следующему уроку для всех — доклад о вулкане. Кому какой попадётся. Мисс Ли, раздайте конверты, — Снежински поправил пальцем ворот рубахи.

Белый. Лея остолбенела, увидев под ним чёрную цепочку. Сердце бешено забилось. Неужели медальон у него? Или... это ЕГО цепочка? Как на фотографии из розового альбома.

С 15 апреля стартовал первый этап Большого шахматного турнира между всеми учащимися школы. По этому случаю все собрались в библиотеке.

— Итак, повторяю, призёры турнира получат по мини-комплекту шахмат с символикой Эль Кастильо и тысячу мэджиков, — сообщила директор участникам. — А сейчас отборочный тур. Каждый должен разыграть по десять партий с разными участниками в своей возрастной категории. В следующий круг проходят те, кто наберёт наибольшее количество очков. Ваши шахматные доски заколдованы. Это позволит нам видеть статистику. Шестнадцать участников пройдут в четвертьфинал. Пары сформированы согласно возрасту. А вот начиная с полуфинала, решающим будет только ваше мастерство. И нам останется лишь выбрать лучшего из лучших. Шахматный турнир объявляю открытым.

Лея, как и обе её подруги, успешно прошла отборочные состязания, и уже на следующей неделе ей предстояло сразиться за выход в полуфинал.

В пятницу старый лекарь попросил Лею задержаться после урока магической медпомощи.

— Как у вас успехи в ботанике, мисс?

— Отлично, месье Леру. Мистер Дельгадо хвалит меня.

— Это очень хорошо. Директор интересовалась вашими достижениями в медицине. Вчера мы обсуждали программу курса на следующий год. Для тех, кто решит продолжить обучение в Эль Кастильо вместо колледжа. И у нас рекордно малое количество желающих пойти в медицину, — посетовал целитель.

— Школу закроют? — испугалась Лея.

— Нет, что вы, мисс? Только не по этой причине. Но на курс нам нужно хотя бы трое учащихся — у нас всего двое. Директор предлагает записать вас.

— Меня? Но я ведь не подхожу. Ни по возрасту, ни по знаниям, сэр.

— Да, но в отличие от остальных у вас есть дар.

— Или проклятье, — вспомнила Лея слова Сильвии МакБраун.

— Не обязательно сдавать экзамен. Достаточно просто присутствовать. Экзамен сдают только те, кто точно будет поступать в университет при Сант-Бессетт. К сожалению, не все продолжают идти этой дорогой, мисс.

— Понимаю. Но стоит ли мне тратить на это время, если я не стану целителем?

— Почему? Ваш дар...

— Мой дар, как проклятье. Он мешает мне.

— Нужно всего лишь научиться его использовать, мисс.

— Тётя против. Это ослабляет меня. Когда я использую его... То есть, когда он сам вылезает наружу... потом мне плохо. Больно и... Я не хочу быть целителем, месье Леру. Простите.

— Не отказывайтесь сразу. Ответ нужно дать в конце мая.

— Тогда у вас ещё есть время развернуть рекламную кампанию по привлечению желающих. Я могу идти?

— Да, конечно, мисс. Хорошего дня.

Весь день 24 апреля шёл дождь. Поэтому шахматные состязания собрали много зрителей.

Соня сделала удивлённое лицо, когда открыла конверт с именем соперника.

— "Сара МакБраун", — прочитала она вслух. — Эй, она же меня порвёт просто в этой игре. Лея, а ты с кем?

— Я не смотрела имя. Стол номер четыре. Пусть будет сюрприз.

После игры девочки столкнулись в дверях.

— Эй, ну рассказывай. С кем играла? Дальше прошла?

— Ты не поверишь. С Оливией. Я победила, — довольно улыбнулась Лея.

Соня рассмеялась:

— Клара тебе этого не простит.

— Не страшно. А ты...

— Эй, ну конечно, Сара уделала меня в два счёта! Кто бы сомневался. Так что я выхожу из игры. Схожу с дистанции. Вылетаю из турнира...

— Соня, ты полуфиналистка! В любом случае, это хороший результат.

— Эй, конечно. Но поворчать?

Девочки рассмеялись.

— Эй, пойдем-ка обрадуем Дэна.

— Ты... одна иди. Я не могу. Мне готовиться надо.

— Эй, уроков-то не задавали на этой неделе, — возмутилась отказу подруга.

— Ну и что. Мне надо. Это... в общем, одна сходи. Я... мне... голова что-то... — соврала Лея. — Я к месье Леру.

— Открываю поединки сильнейших! — МакГрегори начала свою торжественную речь. — Финал пройдёт в два этапа. Проигравшие в сегодняшней партии завтра  поспорят между собой за третье место. Победители — сразятся друг с другом за звание чемпиона. Итак, первая пара — Сара МакБраун и Люмус Дарк. Вторая пара — Лея Ли и Марк Шольц.

— Эй, Лея, посмотрела бы я, как ты уделаешь Сару, — вместо напутствия сказала Соня, похлопав по плечу.

— Но я играю с Марком.

— Эй, я же про завтрашнюю игру, — подруга подмигнула.

Соперник попался сильный. На год старше её. Сначала она думала, что победа за ним, но в какой-то момент удалось переломить ход игры. Вечером очень хотелось отдохнуть, но пришлось успокаивать Соню, которая переживала из-за проигрыша сестры. Масла в огонь подливала Каприс, которая радовалась за победу брата.

Субботний день начался с неприятной боли в плече. Лея уже знала, что метка человека в чёрном снова дала о себе знать. Только бы это не помешало выиграть. Ну или хотя бы достойно завершить турнир, а не свалиться под стол, скорчившись от чужой боли. И если до начала партии ещё теплилась надежда, что вот-вот всё пройдёт, то по мере того, как игра набирала обороты, становилось только хуже. Несколько последних ходов Лея вообще не помнила — так ей было плохо. Фигуры расплывались в глазах. Как и сосредоточенное лицо соперника. Его самоуверенная ухмылка и наглый взгляд. Всё смешалось в непонятную сюрреалистичную картину.

— Кишка тонка играть против меня, ха, — Дарк вальяжно откинулся назад и, пафосно сделав последний ход, презрительно усмехнулся. — Шах и Мат, Рыжая.

— ...жински хочет сделать страшные вещи! Поистине страшные, — открыв дверь в медицинское крыло, услышала Лея голос цыганки.

— Будьте спокойны, госпожа Касперович, я ничего ему не дам. Все ингредиенты надёжно... Серафим Всемогущий! Мисс Ли! — старый лекарь шаркающей походкой двинулся навстречу.

Лицо его выглядело испуганным. Но непонятно чем. То ли словами Касперович, то ли состоянием самой Леи.

Красная лента выскальзывает из пальцев. Ветер уносит её вверх, расправляя над горизонтом алым закатом. В небе над заливом сгущаются тени. Потоки воздуха треплют рыжие локоны. Лея смотрит вдаль, будто ждёт чего-то. Боль. Острые когти впиваются в плечи. Ноги отрываются от земли. Цветы, что она держит в руках, сыплются в волны. Летит в пучину и сама Лея, тут же оказываясь на старой аварийной башне. Красная лента заката алым полотном вплетается в волосы. Позади шаги. "Лейла... Лей-ла-а", — ЕГО голос. Она оборачивается, чтобы встретиться с его колючим взглядом, но между ними уже вспыхивает мощное пламя.

— ...упала мне прямо на руки, — слышится взволнованный голос месье Леру в темноте.

Плечо разрывала боль. Лея чувствовала, что лицо её всё в слезах. И подушка тоже мокрая. Вокруг кто-то суетился. Голоса сменяли друг друга. То Касперович, то месье и мадам Леру, то директор МакГрегори. Иногда казалось, что звучит такое знакомое "эй". Прикосновения. Тёплые, заботливые. Потом тишина. Только изредка шаркающие шаги и вздохи. Боль не прекращалась до рассвета.

Кое-как разлепив веки поутру, Лея обнаружила рядом скорчившегося на стуле Дэна, а на соседней кушетке Соню. Подруга лежала на животе, опасно свесившись. Рука доставала до пола. Лея попробовала сесть. Сунула ноги в туфли и, пытаясь не разбудить друзей, тихонько вышла из-за ширмы. В помещении, кроме них, никого не было. Лишь из-за приоткрытой двери в кабинет месье Леру слышалось его тихое посапывание. Часы на столе показывали 6:54. Скоро подъём.

Умывшись, Лея вернулась к своей кушетке, разбудила ребят. Они поздравили со вторым местом в шахматном турнире. Поинтересовались, что произошло. Лея хотела рассказать, но не решилась. Незачем пугать друзей своими проклятиями. Соврала, что закружилась голова. Той же версии она решила придерживаться и в общении с медиками и директором, ни слова не сказав о боли в плече. В том самом месте, где у человека в чёрном был знак.

В понедельник мистер Ланде попросил Лею остаться после английского.

— Поздравляю вас, мисс. Поздравляю. Второе место — это... это превосходный результат.

— Спасибо, сэр. Обожаю шахматы. Особенно играть чёрными, — призналась Лея.

— Понимаю. Это так похоже... похоже на...

— Лейлу Сноу?

— Да-да, мисс. Она всегда-всегда выигрывала. Как и я. Мы познакомились на общеканадском турнире. Помню-помню нашу игру, — Ланде погладил бородку, улыбаясь самому себе.

— И кто выиграл? — с интересом спросила Лея.

— Ничья. Вы так похожи на неё, мисс. Очень-очень. Те же глаза. Таланты и даже... даже золотая прядь.

— Скажите, сэр, Лейла тоже чувствовала чужую боль?

Глазки мистера Ланде забегали ещё быстрее. Он качнулся на каблуках.

— Не знаю, не знаю. Мне это не известно, мисс. А вы... чувствуете? Чувствуете боль?

— Да, сэр. Чужую. Если у кого-то рядом болит голова или... живот. Ушибы, переломы и... особенно сильно я чувствую боль мистера Снежински. Даже если он не находится рядом.

— Интересно-интересно. Почему вы думаете, что это именно ЕГО боль?

— Я чувствую это у Шато. Особенно сильно. И я знаю, ЧТО у него болит. А во время игры... я чувствовала себя ужасно, потому что... ему было больно.

— Забавно-забавно, — учитель обхватил пальцами бородку.

Быстрые глазки сделали остановку в углу и снова забегали.

— Скажите, сэр... Вы знаете... ПОЧЕМУ я похожа на Лейлу Сноу? — решилась Лея задать свой главный вопрос.

— Не знаю, не знаю, мисс. Это что-то необъяснимое. Я и сам гадаю, гадаю и не могу разгадать.

— Может быть, какая-то ошибка в дате... её смерти? И я действительно...

— Простите, мисс. Простите, что ввёл в заблуждение, — взгляд Ланде остановился на изумрудно-зелёных глазах Леи, — Лейла не могла быть вашей матерью.

— Но почему мы так похожи?

Ланде не успел ответить, в класс начали заходить первоклассники. А когда Лея вышла, он вдруг догнал её и предложил сыграть партию после уроков.

— Чур, я играю чёрными, — предупредила она.

— Хорошо-хорошо. Но разве вы не хотите задать тон всей игре? — поглаживая бородку, спросил учитель.

— Какая разница, сэр? Если чёрные всегда побеждают, — Лея с улыбкой открыла дверь класса напротив, где проходила алгебра.

— Поторопитесь, мисс, — пытаясь перекричать звонок, сказал Нестор Дельгадо.

— Лея, мы можем, наконец, поговорить? — Райс так не вовремя настиг её по пути в библиотеку.

— Дэн, прости, не сейчас. Я обещала мистеру Ланде партию в шахматы.

— Он уехал. Я видел, как он садился в машину.

— Не может быть! — Лея прислонилась к стене. — Я так надеялась узнать хоть что-нибудь о Лейле Сноу. Он был с ней знаком.

— Прабабушка тоже была с ней знакома.

— Что?

— И как я сразу не догадался спросить у неё? — мальчишка запустил пальцы в волосы. — Она ведь была директором. Не раз говорила, что суды здорово подорвали её здоровье.

— Дэн, идём в новое крыло, — Лея схватила друга за руку. — И всё расскажешь.

— Стажёров она плохо помнит, — продолжил Райс, когда ребята спустились по одной из боковых лестниц на четвёртый этаж. — Они менялись, как перчатки. Почему-то с девяностого года, когда Чёрную Тьму заметили в Канаде, мало кто надолго задерживался в Эль Кастильо. Мистер Ланде — последний из молодых сотрудников того времени. Все стремились попасть в школу на Ванкувере. Там намного теплее и выше зарплата. Но лучшие учителя всегда были именно в Эль Кастильо.

— Почему?

— На Ванкувер можно было попасть только по знакомству или по протекции кого-то из министерства. Снежински вообще не хотели отпускать из Сант-Бессетт. Но он упёрся. Каждый день обивал пороги Эль Кастильо. Умолял прабабушку принять его на работу. Но мест не было.

— Не то что сейчас.

— Да. Текучка кадров в школе началась не сразу. Только после новостей о нападении Чёрной Тьмы на учительницу и заявлений Касперович. Не только стажёров, но и персонала. Снежински приняли разнорабочим. С его-то талантами.

— А что такого сказала Касперович?

— Что Чёрная Тьма погубит Эль Кастильо.

— Почему же она сама не уволилась?

— Наоборот, цыганка устроилась в школу сразу после своего пророчества. Лейла Сноу неоднократно жаловалась на неё. Поэтому-то прабабушка и запомнила это имя. И ещё потому что за неё просил мистер Ланде. Очень просил. Ведь мисс Сноу была... статиком.

— Что? Статиком?

— Да. А в Эль Кастильо у неё вдруг стали получаться простые заклинания. Это был уникальный случай.

— Позднее пробуждение магии? — вспомнила Лея недавний спор соседок.

— Я не знаю. Но, оказывается, Лейла погибла в день своей свадьбы.

В голове роились мысли о мисс Сноу. То, что рассказал Дэн, никак не продвигало к ответам на вопросы. Да ещё девчонки снова подняли шум из-за приближающихся соревнований по хоккею. Устав от споров, Лея вышла во двор. А ведь сегодня она даже не позанималась тайцзы. Ноги сами понесли её к восточной стене старого замка. Холмы уже покрылись зелёной травой. На заливе растаял морской лёд. В лесу было всё ещё опасно из-за Хвостов дьявола. А фонтан в парке обещали включить на следующей неделе. Поэтому идти, кроме как к окнам человека в чёрном, было некуда. Главное, не нарваться на голодных молодых драконов. Лея запустила руку в сумочку, нащупала колдовской сахар и успокоилась. Навстречу ей попались оба Дельгадо, о чём-то живо беседующих на испанском. Несколько раз Лея различила слово "Снежински". Завидев её, мексиканцы переглянулись и попросили её вернуться в учебный корпус. Что Лея и сделала.

— Эй, ты слышала, как назвала меня Каприс?

— Нет.

— Она устроила Саре сцену. Снова из-за хоккея.

— Она же в команде.

— Эй, конечно. Но она недовольна стратегией капитана.

Лея вздохнула.

— Я ничего в этом не понимаю.

— Придёшь к нам на дружеские матчи?

— Сонь, я не знаю. Правда. Много дел. Тётя поставила задачу подтянуть все предметы. Особенно практику. Я боюсь не справиться.

— Эй, да брось. Я помогу тебе. Кроме алхимии. Тут я пас.

— Мисс Ли, — Лея удивилась, услышав в холле окликнувший её голос, когда она опаздывала на игру. — Мы можем вернуться к занятиям?

— Вы не явились на вторую тренировку, мистер Снежински. Не вижу смысла заниматься с таким подходом.

— Я выполнял поручение директора.

— Прошёл почти месяц, а вы говорите мне об этом только сейчас. Будь мы в Тибете... Вас бы никогда не допустили...

— Мы не в Тибете. Но я чувствую... Мне нужно это. В ответ я бы мог... помочь вам с алхимией. У вас ведь неважные оценки.

— Пытаетесь манипулировать?

— Пытаюсь договориться.

— И нарушить Устав, — намекнула Лея.

— Я ведь не предлагаю вам завысить оценки по географии. Впрочем, они у вас и так неплохие.

— Вот именно. Сэр.

— Я предлагаю бартер. Вы учите меня секретам тайцзы. Я учу вас секретам алхимии. Поверьте, Я их знаю гораздо больше, чем мистер Хорс.

— Меня не интересуют снадобья. Мне нужно подтянуть практику. Особенно защитную. В этом вы можете помочь? — Лея ожидала отрицательный ответ.

— Вполне.

— Снова ложь, сэр. А я опоздала на матч.

— К чёрту хоккей. Вам ведь не это интересно. А вон та дверь, — он указал под лестницу. — Едва вы увидели её открытой, как в ваших глазах вспыхнул огонь. Все ваши мысли там — за тёмным коридором, в холодном холле. Вы спите и видите, как пробраться к статуям или в мою комнату. Но бесполезно. Никто вам не расскажет о Лейле Сноу. Никто. Всё, что с ней связано, кануло в Лету. Кроме этого, — он потянул пальцем за чёрную цепочку на шее, и из-под его чёрных одежд выскользнул медальон в форме капли.

Лея рванулась к Снежински, но он ловко увильнул и скрылся за дверью под лестницей.

Из спортивного зала раздался радостный крик с трибун. Кто-то забил гол. Но Лею действительно интересовало вовсе не это. Не надеясь на успех, она толкнула дверь. Но вопреки ожиданиям её встретила холодная темнота.

Двенадцать ступеней вниз. Наощупь. В кромешной темноте голос человека в чёрном:

— Зажгите свет.

— Люкс, — яркая полоска в руке.

В плотном мраке тёмная фигура. Приближается. По спине липкий страх.

— Мой фонарь погас, мисс, — протягивает руку.

— Огонь. Огонь, — безрезультатно.

— Больше уверенности, мисс, — Лея почувствовала его дыхание совсем рядом.

В подвале снова кромешная тьма.

— Люкс, — тусклый свет выхватил из мрака лицо Снежински.

Как можно чувствовать себя увереннее под его колючим взглядом? Он поднял фонарь.

— Ещё. Раз, — его тихий голос отразился от стен пустого подвала.

— Огонь, — наконец получилось.

В мерцании фонаря лицо человека в чёрном выглядело пугающим. Лея прошлась по периметру, зажигая керосинки на стенах.

— Матч закончится не скоро. Вся школа там. Нас никто не побеспокоит, — Снежински поставил фонарь на пол и соединил правый кулак и левую ладонь в приветственном жесте. — Я готов, Мастер.

— Вы неплохо запоминаете движения, сэр, — похвалила Лея своего ученика после тренировки. — Только не ждите, что сможете избавиться от боли быстро. Пока вы не управляете своей Ци...

— Да, я помню, что вся соль тайцзицюань в особой философии. И без вас мне её не постичь, — чёрные глаза умоляюще посмотрели в зелёные.

— Завтра так же, во время матча, — сказала Лея.

— Я оставлю дверь открытой.

— Хорошо, а теперь... верните мой медальон, сэр, — она решительно протянула руку.

— И не подумаю, — он машинально сделал шаг назад.

— Что значит... — Лея не ожидала такой реакции.

— Мы договаривались на ключ.

— Но медальон мой! — негодовала Лея.

— Он нужен мне. Для... эксперимента.

— Мне он тоже нужен, — чуть не плача сказала Лея.

— Пока безделушка останется у меня. В качестве гарантии продолжения наших занятий. Алхимией в том числе.

— Будь по-вашему. Люкс, — со светящейся палочкой в руке Лея двинулась наверх.

Вдруг она почувствовала прикосновение к своим волосам.

Оглянулась и увидела, как Снежински захлопнул медальон и спрятал под одежду. Потом взял фонарь и пошёл следом, чтобы закрыть дверь.

До конца мая у Леи не оставалось ни минутки свободного времени. Даже с Дэном поболтать было некогда. Чему она немного радовалась. Ведь именно этого хотела тётя. Если придётся покинуть Эль Кастильо навсегда, мальчишке будет не так больно. Турнир по хоккею подходил к концу. Оставалась пара матчей. "Белые лебеди" и "Синий кит" снова были в лидерах. Но и "Летящие белочки" не отставали. Разгромив соперников, эта команда ждала итогов субботнего матча, чтобы побороться с победителем за первое место и Кубок. Как раз перед игрой Лея получила первое после каникул письмо от тёти. В нём несколько купюр и краткое сообщение о том, что Ворон собрался на лето в Нью-Йорк. Конечно, и о медальоне Чунь Шэн не забыла напомнить.

Сунув письмо в карман, Лея спустилась в холл. Народ валом валил в спортзал. Фанаты "Китов" с синими шарфиками, в синих остроконечных шапочках, в синих жилеточках. "Лебедей" поддерживать шли ребята с белоснежными крыльями за спиной, белыми шариками, белыми шарфиками. Во всей этой толпе слишком мало было зрителей в простой школьной форме. Удивительно, но даже Дэн вырядился в синюю остроконечную шляпу. Наверняка это была идея Сони.

Как Лея ни старалась остаться незамеченной, стоя за колонной, от глаз Райса ускользнуть не удалось. Как хорошо, что мест рядом не оказалось. Лея села повыше. Она не пожалела, что пришла сюда. Шоу групп поддержки с тотемными животными было очень впечатляющим. А человек в чёрном подождёт. Как Лея ждала его, когда он не пришёл. Матч начался. Капитаны Дарк и МакБраун поприветствовали друг друга. "Киты" открыли счёт. Первый гол принадлежал Соне. Но дальше наблюдать Лея не могла. Игра была жёсткой. Чувствовать боль других не хотелось. Только бы Дэн не заметил, что она ушла. Не хватало ещё, чтобы он поплёлся за ней следом. Выйдя в холл, Лея немного постояла, прислонившись к колонне, чтобы прийти в себя после шумного стадиона. Интересно, человек в чёрном ещё ждёт?

Быть Мастером ей нравилось. Но только когда они занимались с тётей. А человек в чёрном... Его Лея по-настоящему боялась. Он являлся к ней во снах в образе убийцы. Не просто так. Снежински и в самом деле был когда-то под следствием. Но суду так и не удалось доказать его причастность к смерти Лейлы Сноу.

— Нет, сэр. Вы не должны поднимать плечи. И этот прогиб. Так не правильно.

— Вчера было правильно, — проворчал человек в чёрном.

— На этапе запоминания последовательности движений я не стала придираться, — призналась Лея. — Ладони вот так.

Мужчина отдёрнул руки, едва она его коснулась, и злобно зыркнул.

— Если я не поправлю ваши движения, то дальнейшие занятия бессмысленны. Сэр. У вас очень зажаты плечи, — Лея попыталась пальцами размять его мышцы, но они были будто из камня.

Снежински тихо выругался и сделался ещё более угрюмым и скованным.

— В следующие выходные занимаемся расслаблением. Имейте в виду, что вам придётся лежать на земле. Вы знаете места в лесу, где нас не увидят? Сэр.

— Разумеется, — недовольно процедил он.

— На сегодня закончим, — с разочарованием проговорила Лея.

Она достала из сумочки сложенный вчетверо листок и протянула учителю.

— Вот моё задание по алхимии.

Он пробежался глазами по написанному.

— Ну и нахимичили вы, мисс. Тут же всё не верно.

— Я же говорила, что не понимаю эту дурацкую...

Человек в чёрном зыркнул на неё исподлобья ТАК, что Лея решила лучше замолчать.

— Невнимательность к деталям, мисс, ваш враг. Вы не учли одно из условий задачи. Переделать, — он вернул листок с работой. — Обратите внимание на изначальную температуру раствора.

— Спасибо, сэр, — промямлила Лея, запихивая бумажку в сумочку. — Я поторопилась.

— В понедельник после географии сдадите.

— Угу, — Лея направилась к лестнице из подвала.

Она слышала, что Снежински плёлся следом, чтобы запереть за ней дверь.

Двенадцать ступеней... От острой боли Лея вскрикнула. Нога подкосилась, и она рухнула прямо на человека в чёрном. Последнее, что она слышала, был звон разбившегося стекла, и всё вокруг погрузилось во мрак.

— Мистер Ланде про тебя спрашивал, — Дэн понуро сидел у кровати Леи в своей остроконечной синей шапочке.

— С чего бы? — спросила она, пытаясь сдержать улыбку. Так забавно выглядел приятель в дурацком наряде.

— Ты ведь обещала ему партию в шахматы! — его серые глаза округлились.

— Я? Это он обещал. Но, как всегда...

— Сказал, неотложные дела. А сегодня он в школе весь день и готов...

— Директор просила меня дождаться её здесь. Дэн, сними дурацкую шапку.

Мальчишка повиновался.

— Надеюсь, Крису не придёт в голову искать меня в больничном крыле.

— При чём здесь он? — не поняла Лея.

— Мы поспорили, — Райс вздохнул. — И я проиграл. Как и моя команда. "Лебеди" вышли в финал. Почему ты ушла?

— Дэн, я... Мне было больно наблюдать за игрой. Я чувствую все удары. Будто это меня толкают и... Просто ужасно!

— Какой редкий дар, — оживился мальчишка.

— Не говори никому. Тётя просила... держать в секрете.

— Ладно. А ты не говори Крису, что я снимал дурацкую шапку, — лицо Дэна озарилось очаровательной улыбкой.

— И сколько ты должен её носить? — еле сдерживаясь, спросила Лея.

— До вечера воскресенья.

— Бедняга.

— Ерунда. Моя участь уж полегче, чем у Дарка, — усмехнулся он.

— А что с ним? — без особого интереса спросила Лея.

— Ногу сломал. За несколько минут до конца игры. Но "Лебеди" всё равно выиграли. Завтра решающий матч.

От Сони скрываться было бесполезно. Подруга крепко держала под ручку и кричала громче всех на стадионе, поддерживая команду "Летящие белочки". Клара, сидевшая по другую сторону, напялила белые крылья и размахивала белым шарфом. Лея чувствовала себя между двух огней. Да ещё и расположились они слишком близко к ледовой арене. "Лебеди" играли "больно". Но признаться подругам Лея не могла. Не могла и сбежать. Цепкая хватка Сони не ослабевала ни на минуту.

Надежды ускользнуть в перерыве тоже не было. Пришлось сказать полуправду.

— Девочки, можно я пойду? Не очень хорошо себя чувствую.

— Эй, куда ты пойдёшь одна? Все лекари здесь. На поле. Вон, смотри, месье Леру.

Во время второго перерыва Соня потащила Лею к старику.

Тот сказал ожидать его в кабинете. Или обратиться к волонтёру.

— Вот возьмите, — лекарь что-то нацарапал в блокноте и вырвал лист.

— Что это?

— Рецепт на травяную настойку, мисс, — добродушно произнёс старик.

— Эй, я провожу, — вызвалась Соня. — И если надо, до конца с тобой буду.

— Да брось. Ты ведь хотела посмотреть матч.

— К чёрту матч. Есть вещи поважнее хоккея.

Неожиданно было слышать такое от Сони.

Тем временем уже начался последний, решающий, период игры. Лее и самой было интересно узнать, кто победит. Но терпеть боль было уже невозможно.

За столом в большой палате сидел Эндрю Миллер. Увидев девчонок, он оживился. Что ни говори, а сидеть дежурным в медицинском крыле, когда идёт финальный матч, скукотища.

— Эй, а Сара разве не с тобой? — удивилась Соня.

— Да, она здесь, — поправляя очки, сказал Миллер.

Пока Эндрю разбирался с рецептом и выдавал Лее целебный напиток, Соня внезапно испарилась. Но вдруг откуда-то из-за ширмы послышался её возмущённый голос. А Сара попросила сестру вести себя потише.

— Погоди. Ты должна расписаться в журнале, — Миллер показал, где именно.

— Угу, — Лея поставила закорючку, похожую на её инициалы.

Пока Соня была с сестрой, Лея болтала с Эндрю. Оказалось, что там, за ширмой, лежал под обезболивающим Дарк. Сара винила себя, что, будучи капитаном команды соперника, допустила жёсткую игру по отношению к нему.

— Но ведь в прошлом году он сломал ей рёбра, — шепнула Лея, наклонившись к Эндрю.

— Я говорил ей то же самое, — так же тихо ответил Миллер. — И месье Леру. Нам не удалось убедить её. Через две недели Дарк будет бегать, как ни в чём не бывало.

— Волшебники неплохо научились справляться с переломами.

— Это если без смещения.

— А у него? — зачем-то спросила Лея.

— Не знаю. Я не интересовался.

Вскоре привели с ушибом девчонку в белой форме, из команды "Лебедей". Лея чувствовала, как болела её спина. И как стало легче, когда подействовало обезболивающее.

В палату ввалилась недовольная Клара и с порога объявила:

— "Дохлые белки" выиграли Кубок!

Она прошла к брату, который, услышав новость, выругался.

— Сонь, идём, — позвала Лея подругу, заглядывая за ширму, где лежал Дарк.

— Это ты! Ты виновата, Рыжая, — заявил он.

— Люмус, не говори ерунды, — вступилась Сара.

А он злобно смотрел на Лею.

— Я видел. Это ТЫ сглазила меня. От вас, рыжих, одни неприятности.

— Эй, полегче, — кулаки Сони сжались.

— Мелкая, уймись, — Дарк и на неё посмотрел со злобой, а потом его взгляд вновь обратился на Лею.

Чёрные глаза из-под белой чёлки смотрели с яростью.

— Ты ответишь... Ответишь за то, что лишила меня Кубка, — он плюнул на пол, чуть не попав в Клару, от чего та поморщилась.

— Лея, ты должна понять — Люмусу сейчас тяжело, — говорила Сара, когда девочки поднимались по центральной лестнице к себе на пятый. — Он так мечтал о Кубке. А вынужден лежать с переломом. Это очень больно.

— Угу, — в памяти всплыли страдания самой Сары.

Лею передёрнуло.

— Эй, Дарк повёл себя гадко, — Соня обогнала компанию и пошла спиной вперёд, чтобы всех видеть. — Нечего на других вину перекладывать. Лея его не глазила. Ведь так?

— Угу.

— Конечно, не сглазила, — ехидно вставила Каприс. — Ей не дано.

— Эй! — Соня преградила Кларе дорогу. — А ну извинись. И брату своему непутёвому передай.

— МакБраун...

— Так, минус пятьдесят мэджиков, — строго осадила Сара. — С каждой.

— Эй! — возмутилась младшая сестра.

— Драки мне ни к чему. Забыли? Я староста. С меня директор и тьюторы спрашивают обеспечение порядка. Никаких скандалов. Поняли?

— Поняли, — понуро промямлила Соня и зло посмотрела на Клару.

Та лишь хмыкнула и быстро ушла вперёд.

Но тем не менее Лея мучилась чувством вины до вечера. Поэтому и пошла после отбоя в медицинский корпус.

Боль Дарка она почувствовала с порога. Настройка на внутренний покой лишь немного её притупляла. Кое-как добравшись до пострадавшего, Лея увидела, что он не спал, хотя и лежал с закрытыми глазами. Гримаса боли на его лице вызывала жалость. Угораздило же парня сломать большую берцовую кость.

Ладони Леи чесались и горели. Она уже понимала, что это значит. Чужая боль звала её. Будто умоляла прикоснуться. Приложив руки к гипсу, Лея ощутила облегчение в собственной ноге. Из центра ладоней шло тепло, превращаясь в осязаемый шар. Целебная Ци проходила сквозь боль и возвращалась, обжигая руки. Как же это вытерпеть? Закрыть глаза. Остаться с этой болью наедине. Развеять её.

— Рыжая! Ты чё тут делаешь? — услышала Лея голос Дарка и открыла глаза. — А ну отвали!

— Пришла сказать, что не я тебя сглазила. Я не владею таким даром, — спокойно ответила Лея.

— Сказала? Теперь кыш!

— Полежи спокойно. У тебя перелом. Со смещением. Это серьёзно, Люмус, — Лея растёрла ладони и снова прикоснулась к загипсованной голени Люмуса. — Здесь.

— А ну убери от меня руки, — он дернулся, но тут же его лицо исказила гримаса боли, и парень обмяк. — Отойди от меня. Позови лекаря.

Лея не шелохнулась. Под ладонями чувствовался жар.

— Мне больно! — заорал он. — Месье Леру! А-а!

— Что за крик? — послышался голос с французским акцентом. — Сегодня моё дежурство.

За ширму заглянула круглолицая Надин Леру.

— Уберите её от меня, — прошипел блондин.

— Месье Дарк, эта юная мадмуазель мигом вылечит вашу травму.

— Директора позовите, — грубо скомандовал пациент. — Мне нужна помощь квалифицированного специалиста. А не этой. Как там тебя, недоучка? — он попытался приподняться, но снова сморщился от боли.

— Мадмуазель Ли, — добродушно подсказала мадам Леру. — Вам следует извиниться, молодой человек.

— Ещё чего, — буркнул парень. — Э, Рыжая, слышь? Отвали по-хорошему.

Лея не обращала внимания. Её ладони по-прежнему обхватывали место перелома.

— Ещё пара дней, и будешь бегать, Люмус, — она убрала руки с ноги Дарка и улыбнулась.

— Рыжая, ты издеваешься? Не смей меня трогать больше! А то я тебя так трону, мало не покажется.

— Минус пятьдесят мэджиков за оскорбление, месье Дарк, — тон мадам Леру стал строгим. — Идёмте, мадмуазель, этот персонаж не стоит вашего внимания. Пусть валяется с переломом месяц, как простолюдин.

— Не месяц. Дольше. У него смещение, — уже за ширмой поделилась Лея.

— У него экзамен на носу. Миссис Каприс не переживёт, если он снова останется на второй год.

— Ему нужно в больницу, мадам Леру, — Лея и в самом деле беспокоилась за блондина.

— Да, директор уже отправила уведомление его матери и в клинику Сан-Бессетт. Давайте я смажу ваши ладони противоожоговым, — целительница уже знала, как действует чужая боль на Лею.

— Угу. У вас не найдётся чашечки лавандового чая?

В понедельник после английского мистер Ланде в очередной раз извинился перед Леей за несостоявшуюся партию в шахматы и пообещал сыграть с ней в субботу. И на удивление сдержал слово. Но не вовремя. Сорвав встречу с человеком в чёрном. Придётся Снежински заниматься самостоятельно.

Поднимаясь из холла в библиотеку, мистер Ланде сказал, что в прошлую субботу был в школе из-за матча.

— Жена. Жена попросила подвезти её. Не мог же я... Не мог же я отказать ей. Она медик.

— В Сант-Бессетт? — не ожидая другого ответа, спросила Лея.

— Нет, мисс, нет. Глория работает в министерстве. В министерстве магического здоровья.

Леонард Ланде вышел из игры победителем. Пожав Лее руку, он очень хвалил её.

— Это талант. Настоящий талант, мисс. Буду рад как-нибудь ещё сыграть с вами. Буду рад.

— Угу. Спасибо, сэр. Вы, действительно, великолепно играете. Интересно, а в схватке с директором кто из вас победит? — заговорщицки понизив голос, спросила Лея.

— О, конечно, конечно МакГрегори. Она бесподобна.

Лея почувствовала, что краснеет, вспомнив, как сама обыграла директора несколько раз подряд. Хотя, возможно, та поддавалась. Или просто... играла только белыми. Ведь побеждают чёрные.

Непривычно было видеть человека в чёрном за обедом. Ох, уж этот взгляд с укором! Лея знала, что виновата перед ним. Мастер не должен пропускать тренировку.

— Люмус! — Сара, сидевшая лицом ко входу, вскочила.

Лея обернулась — Дарк скакал на костылях. Недовольный, хмурый. Но увидев, как Сара спешит к нему, блондин заулыбался. Девушка помогла ему добраться до стола мальчиков. Там и осталась, о чём-то с ним болтая.

Снежински пролетел мимо. Лея посчитала до ста и, попрощавшись с девочками, вышла. Дверь под лестницей открыта. Ключ в замке. В подвале пусто. Закрыв за собой, Лея поспешила в Шато.

Он ждал в холле, заложив руки за спину и прохаживаясь вдоль статуй взад-вперёд.

— Диана! — воскликнула удивлённо Лея. — Я так переживала за вас. Где вы были?

— В западной части, — сухо ответил за молчащую статую человек в чёрном.

— Вы нашли её, сэр?

— Нет. Дельгадо.

— Сеньор? — на всякий случай уточнила Лея.

— Мистер, — был неожиданный ответ.

Снежински резко обернулся и пристально посмотрел в глаза.

— Простите, сэр. Я играла в шахматы.

— И конечно, не выполнили моё задание, — усмехнулся он.

— Выполнила, — Лея достала из сумочки листок и протянула учителю.

— Идите за мной. Впредь будем начинать с алхимии, — он бросил скомканный лист на пол. — А тайцзы подождёт. Приготовьте сахар. Нужно выпустить дракона из комнаты.

— Эй, иди к нам! — Соня замахала руками, когда Лея вывернула из-под арки старого замка.

Толпа ребят шла к побережью. Мальчишки гоготали и кидались друг в друга чем-то блестящим. Лея подошла ближе.

— Крис! Крис! Дай-ка эту штуковину, — попросил Дэн друга и показал Лее маленький золотой шарик. — Смотри.

— Класс. А что это?

— Это я нашёл, — Лейк выхватил из рук друга безделушку и пульнул ею в долговязого одноклассника.

Шарик отскочил и затерялся в траве. Мальчишки ринулись искать.

— Нашёл! Нашёл! — завопил толстяк Тим и тут же запустил блестяшкой в Дэна.

Но не попал. Соня поймала шарик на лету и долго его рассматривала, вертя в руках и глядя на свет. И никто из мальчишек не посмел отобрать у неё. Наконец МакБраун наскучила эта вещица, и она швырнула её прямо в макушку Кларе, шедшей далеко впереди с Кэтрин и Натали. Каприс погрозила кулаком. А золотой шарик так и остался лежать в траве.

— Эй, Крис! А где ты нашёл это? — задумчиво спросила Соня.

— В кустах у южного входа в Шато, — ответил мальчишка, поднимая из травы свой трофей. — Столько веток пришлось переломать, чтоб добраться до этой штуки.

— Лея тебе не кажется странным, что кто-то обронил этот шарик там, где никто не ходит? — задумчиво спросил Дэн.

— Не кажется. Дверь только на первый взгляд заколочена. Но на самом деле... А что это за шарик вообще? — сменила тему Лея, не желая посвящать друга в свои тайны.

— Не знаю. Я вроде бы где-то видел такие, но... не могу вспомнить. А что с дверью?

— Она открывается. Доски только крепятся к ней. Хитро придумано, чтобы создать видимость.

— Жаль, ключ не подходит. Неужели я напутал в формуле?

— Может, у Дельгадо ключ от подвала Шато? Или какой-нибудь другой двери, — предположила Лея и сунула руку в карман.

Улыбнувшись, она потянула мальчишку обратно к старому замку.

Пройдя под аркой и мимо восточной стены, они расположились на углу под башней.

— Смотри, что у меня есть! — Лея вытащила из кармана сложенный вдвое листок.

— Ключ?

— От двери под лестницей. Но я тебе этого не говорила, — листок отправился обратно в карман.

— Откуда?

— Не важно. Главное, теперь можно попробовать найти оставшиеся статуи. Кстати, Диана на месте.

— Мне бы с Федерико и Альбертом Кастильо поговорить, — Дэн мечтательно посмотрел на верх башни, и вдруг сделался хмурым.

Лея подняла голову. Человек в чёрном. Стоял, облокотившись на парапет.

Ребята молча обогнули южную сторону замка.

— Как думаешь, он слышал про ключ? — тихо спросил Дэн.

— Не знаю.

— На всякий случай не будем рисковать. Пусть думает, что мы не собираемся в замок, — предложил Райс.

— Угу, — согласилась Лея, улыбаясь самой себе.

Ведь теперь она могла посещать Шато ежедневно. А если удастся быстро расквитаться со сдачей долгов, то и гулять по замку в отсутствие мистера Снежински. Попытаться выяснить у статуй основателей информацию о Лейле Сноу и Чёрной Тьме.

— Ли, ну ты сегодня отличилась, — подсмеиваясь, сказала Каприс в коридоре после урока. — Три мэджика заработала и пять потеряла. Просто алхимик года.

Лея задержала готовую ринуться в бой Соню, а сама с благодарностью вспомнила о человеке в чёрном. Если бы не его помощь, не видать бы и тех трёх мэджиков за тест по теории. А ведь через неделю контрольная за триместр. Потом ещё и годовая. Мистер Хорс уже не раз предупреждал о том, что у Леи проблемы по его предмету. Особенно по практике. За весь курс выходит слабая тройка с натяжкой. И только Касперович не переставала на каждом уроке хвалить свою любимицу. Даже на бытовой магии, где у Леи редко что получалось с первого раза. Несмотря на верно заученное произношение и плавные движения кистью.

Защитная магия получалась ещё хуже. Нет, Лея блестяще сдавала теорию. И готовилась всегда основательно, выискивая в библиотеке то, о чём не говорят на уроках. МакГрегори только благодаря этому выводила за триместры крепкую тройку или очень слабенькую четвёрку.

— Миссис Мария, есть весточка от тёти? — спросила Лея директора после урока.

— Нет, мисс Ли. Думаю, вам не стоит волноваться. Есть время до каникул.

— Я так боюсь за неё. Вдруг что-то случилось?

— У вас есть какая-нибудь вещь, магически обработанная миссис Ли?

— Нет, — соврала Лея, прекрасно помня о том, как тётя Чунь колдовала над книгами и рюкзаком. И теперь приходилось таскать половину этой тяжести ежедневно. — А почему вы спрашиваете?

— Некоторые виды магии отменяются, если... обрывается жизнь волшебника. Много нюансов, но... часто это верный показатель. И если бы у вас было что-нибудь...

— Понятно. Я... поищу. Может быть, я о чём-нибудь забыла.

С началом зачётной недели мистер Ланде снова пообещал Лее партию в шахматы. Она, конечно, согласилась, не сильно надеясь на встречу. Поэтому даже не стала переносить занятие тайцзы и алхимией со Снежински. Зуб дракона легко превращался в нужный ключ за считанные секунды. Всё-таки Дэн неплохо научился составлять формулы для трансформаций.

— Крис, оказывается, хорошо разбирается в артефактах. Он сегодня сдал зачёт лучше всех, — в четверг вечером сообщил Дэн девочкам, сидя в их холле.

— Странная форма работы у Принц, конечно, — недовольно заметила Клара. — По группам. Даже и не знаешь, с кем дружить.

— Эй, наоборот, удобно. Сидишь в отдельной секции и делаешь задания. И никто не отвлекает.

— МакБраун, ты, как всегда, против, — скрестила руки Каприс. — Училка носится по библиотеке как ненормальная. А пока она контролирует одну группу, в другой играют в карты.

— Ни разу не играла в карты на артефактах, — заметила Лея.

— Ой, да ты вообще, Ли, странная. Начиная от внешности и заканчивая отсутствием логики. Впрочем, как и МакБраун. Вы нашли друг друга. И Райс. Все как на подбор.

В холл заглянул Дарк. Он передвигался уже с помощью одного костыля.

— Э, слышь, — громко сказал он, стоя в дверях. — Там матушка приехала.

— Скажи, сейчас приду. Учебник возьму только.

Блондин скрылся.

— Эй, и чего это ты натворила, что родителей вызвали? — Соня радостно потирала руки.

— Да ничего. Мать к зачёту поможет подготовиться. Она же судья. Разбирается в праве.

— Клара хорошо придумала, — почесал затылок Дэн. — У меня ведь тоже мама в суде работает, а я и не догадался помощи попросить.

— Эй, брось. Зато ты своим умом до всего доходишь, — успокоила Соня. — А Клара часто списывает.

— Угу. Я видела. На астрологии, — подтвердила Лея.

— Не беспокойтесь, мисс. Из пансионата вас никто не выселит. Мы не имеем права, — успокаивала директор. — Если миссис Ли не объявится до конца учебного года, вы переходите под опеку школы.

— Неделя до конца июня, а её всё нет, — у Леи на глаза уже наворачивались слёзы, и она их еле сдерживала.

— Позвольте предложить вам травяного чаю, мисс, — мягко сказала директор, встав со своего места и приобняв Лею за плечи.

— Угу.

— Мне всегда помогает. Работа директора очень нервная, знаете ли.

— Угу.

— И отчислять вас тоже нет оснований, — МакГрегори поставила чашку перед Леей. — Вы хорошо справились с контрольной по алхимии. За год, конечно, всё равно вышла только тройка. Но прогресс налицо, мисс. Я очень довольна. Что вы думаете о медицинских курсах?

— Я... не знаю. Тётя была против... Но если...

— Только вы решаете, мисс. Кем вы хотите быть. Это ваша жизнь. И ваш дар, — такого доброго лица у директрисы Лея ещё ни разу не видела.

— Угу.

— Я слежу за успеваемостью каждого ученика. И то, что вижу у вас, меня радует.

— У меня по спорту двойка, — вздохнула Лея.

— Не переживайте. Это не профильный предмет. В аттестат идёт только зачёт. И уж поверьте мне, мистер Хит ещё никого не подвёл, — она заговорщицки подмигнула.

— Угу, — Лея отставила кружку.

— Жаль, что нельзя отправить вас на спортивный турнир, — посетовала директор.

— Меня?

— Разумеется. Вы блестяще играете в шахматы.

— Спасибо, миссис Мария. Мистер Ланде тоже меня хвалил. Мы играем по субботам. И завтра тоже. Я надеюсь. Если он будет в школе.

— Уж поверьте, будет. Принимать долги и исправлять двойки. Такая уж у нас работа в конце каждого триместра. И мистер Ланде не исключение.

— Хотел подарить тебе цветы, но их нельзя рвать, — вздохнул Райс.

— Правда? А Клара ландыши несколько раз приносила.

— Их можно. Душу Феникса нельзя.

— Дэн, — у Леи дыхание спёрло, — они уже расцвели?

— Да, сегодня. Ты не видела?

— Нет. Хочу посмотреть.

— Ладно, пойдём.

Навстречу ребятам попалась директор. Предупредила, что за порчу редких цветов грозит серьёзное наказание.

— Миссис Мария, мне писем не приходило?

— Нет, мисс, — лицо МакГрегори сделалось мрачным. — Триместр ещё не окончен. А вот вам, мистер Райс, бандероль, — Дэн удивлённо округлил глаза. — Я как раз направляюсь в кабинет. Могу выдать прямо сейчас.

— Встретимся у развалин, — сказала Лея и поспешила на улицу.

Сделав круг по парковой зоне, она вернулась на холм, где среди зелёной травы виднелись нежно-сиреневые лепестки редкого цветка. Какие-то росли по одному, какие-то группой. И вокруг то тут, то там торчали жёлтые и белые головки одуванчиков. Лея прошла к развалинам и взгромоздилась в ожидании Дэна на остатки каменной стены. Глядя на цветущий холм, она не заметила, как к ней подошёл Дарк, уже без костылей.

— Слышь, Рыжая, МакБраун не видела?

— А? Она в спортзале, — машинально ответила Лея.

Дарк, прихрамывая двинулся на луг.

— Ой, Люмус, нет! — выкрикнула вслед Лея. Парень обернулся. — Тебе же старшая нужна? Сара в комнате досуга к экзамену готовится.

Дарк побродил по лугу, пиная отцветшие одуванчики, от чего их семена разлетались по ветру. Потом посмотрел по сторонам и принялся рвать цветы. Те самые. Редкие.

— Люмус, стой! — Лея спрыгнула со стены. — Их нельзя трогать. Директор сказала...

— Рыжая, слышь, отвали, — грубо ответил блондин. — Расскажешь кому, пожалеешь. Поняла?

— Они в Красной книге.

— И чё? Толстяк ещё посадит. Отвали, говорю, — Дарк оценил букет, достал палочку и трансформировал его в несколько сухих веток. Усмехнулся и двинулся в сторону школы, насвистывая уже знакомую мелодию.

Таким взволнованным и растрёпанным Дэна Лея никогда прежде не видела. Он нервно теребил свою сумку. Пока они гуляли по лугу и парку, удалось выяснить, что отец прислал ему ключи от дома в Бич Пойнт. Потому что Аллу-Викторию снова увезли в больницу. И Дэну какое-то время придётся пожить в деревне одному.

Но как бы ни хотелось поддержать друга, нужно было готовиться к последним контрольным по ботанике и зоологии. Особенно по зоологии. Ведь сеньор Дельгадо обещал практические задания. Лея очень надеялась, что ей не попадётся кормёжка крупных драконов.

Нарвав одуванчиков, ребята вернулись в жилой корпус. В комнате досуга почти никого не было, и Лея решила готовиться к ботанике здесь. Она расположилась у камина, в котором потрескивали дрова. Даже летом приходилось поддерживать тепло в этой комнате без окон.

— Лея, как хорошо, что ты здесь, — послышался за спиной голос старшей МакБраун. — Директор тебя искала. Она уехала. Просила передать тебе письмо.

Сара пригласила в свою комнату, ничем не отличавшуюся от спальни Леи. Только окон было два. Кровать девушки располагалась слева от двери, у камина. В воздухе витал приятный и такой знакомый запах. На тумбочке Лея заметила букет сиреневых цветов.

— Люмус подарил, — проследив за взглядом, сказала Сара. — Не говори никому.

— А девочки? В курсе?

— Никого нет. Я одна. Они не стали ждать результатов в школе. А у меня остались только экзамены по специализации. Психология, право и география.

— География? — искренне удивилась Лея. — Ты разве не по геометрии будешь стажироваться?

— Нет.

— А как же Снежински?

— Не знаю. Все вопросы к директору. Знаю только, что на геометрию преподавателя она уже нашла. МакГрегори ведь знала заранее, что миссис Санни идёт в декрет.

— Лишь бы Эль Кастильо не закрыли, — забеспокоилась Лея.

— Не закроют. Пока точно не закроют. Правда, красивые цветы?

— Угу.

Сара погрузила лицо в букет. Потом достала из тумбочки тонкий ровный конверт и протянула Лее. Кольца на пальце девушки больше не было.

"...не забудь прочитанные книги и медальон. Ли Чунь Шэн", — так заканчивалось короткое письмо от тёти. Лея сложила листок в сумочку. Ей предстояло пожить пару недель в Эль Кастильо. Интересно, МакГрегори в курсе? Ведь на конверте нет данных отправителя. Только надпись "для Леи". Это могло означать, что послание было вложено в письмо, адресованное директору.

Контрольная по ботанике оказалась совсем лёгкой. Уверенная в заслуженной пятерке Лея готовилась к встрече с дикими животными. Самым сложным было использование заклинаний. Здесь теория не поможет. И поблажек, доступных статикам, не будет. Раз за разом повторяя движения кистью и произнося нужные слова, Лея всё больше убеждалась, что за экзамен ей грозит неуд.

Хлопнула дверь в спальню. Вошли МакБраун и Каприс.

— Сонь, что-то случилось? — подруга была сердита.

— Стоило Эндрю уехать, Дарк снова пристаёт к Саре.

— Так уж и пристаёт, — усмехнулась Клара. — Они ходят в обнимку. Или ты не заметила, что она и сама на него вешается? И колечко-то сняла, — блондинка расположилась на широком подоконнике.

— Эй, это ОН её заставил!

— Соня, не преувеличивай, — приняла Лея сторону Клары. — Сара не маленькая девочка...

— Эй, ты-то куда? Дарк хитростью заставил.

— Вот! И после этого ты продолжаешь утверждать, что твоя сестра не глупая? — ехидно заметила Каприс.

— Эй, — МакБраун мигом подлетела к подоконнику, но Лея преградила путь.

— Хватит, — решительно сказала она. — Соня, поговори с сестрой.

— Да она слышать ничего не хочет! Слишком взрослой себя считает.

— Она и есть взрослая. Ей семнадцать. Она закончила школу. Она даже может водить машину. И не отрицай. Ты думаешь, я забыла вкуснейшие пирожные, которыми Сара угощала всех, когда права получила?

— Эй, это другое. Тут же налицо незаконное подчинение воли! — не унималась Соня.

— А папаша ваш не подчиняет волю, заставляя её замуж выходить? — из-за спины Леи пробухтела Каприс.

— Не болтай ерунды. Сара прекрасно понимает перспективы с Эндрю.

— У Люмуса тоже место в министерстве забронировано, — парировала Клара. — Не беспокойся. Только вот не понимаю, зачем она ему, когда вокруг полно девчонок, готовых на всё.

— Эй, это разве не ответ? Попользоваться и бросить. Как других.

— Это разве не подтверждает, что твоя сестра реально глу...

Клара не успела договорить, потому что Соня, схватив её за волосы, стащила с подоконника.

Через несколько минут девочки, растрёпанные, сидели каждая на своей кровати, держась за плечи и с недоумением глядя на Лею. Первой заговорила Каприс:

— Ли, ты в самом деле ненормальная. Теперь я верю, что ты Люмуса сглазила.

— Эй, хватит!

— Я и сама готова поверить. Девочки, простите, что обожгла вас. Я не специально. Я... испугалась просто, — Лея готова была заплакать от горечи и от боли.

Её ладони были красными. Она не понимала, как так получилось, что разнимая подруг, она навредила им.

Клара встала.

— Эй, ты куда?

— В медкорпус. Или мне с ожогом на плече ходить?

— Стой. Мы ведь Лею подставим. И школу.

— Почему? — стало ещё страшнее.

— Ли, ты ненормальная. Вот почему, — ответила Клара.

— Ненормальный здесь только твой брат, — Соня снова вскочила.

— Не начинай, МакБраун. Твоя сестра проиграла пари. Вот и всё.

— Эй, какое ещё пари?

— Снять кольцо за букет Души Феникса, — усмехнулась блондинка.

— Что за бред! Их нельзя рвать, — не поверила подруга.

Клара хмыкнула и вышла.

— Соня, скорее всего, это правда. Я видела в комнате Сары те цветы, — призналась Лея. — И Дарка видела. Пыталась остановить, но... сама понимаешь.

— Эй, да он просто невменяемый нахал.

— Возможно. Пойдём к месье Леру.

Ожидая в среду 26 июня в приёмной директора, Лея очень боялась, что её исключат из Эль Кастильо. Время тянулось очень медленно. Даже присутствие Дэна не помогало справиться с волнением. Из кабинета вылетела рассерженная Клара, но табличка на двери продолжала светиться красным.

— Ли, это ты разболтала директору про цветы? — набросилась соседка на Лею.

— Я ничего не говорила.

— Врёшь! МакБраун не могла сдать. Иначе Саре тоже грозит... А кроме нас пятерых, больше никто не знал, — блондинка топнула ногой и выскочила в коридор.

— О чём речь? — поинтересовался Дэн.

— Дарк сорвал Душу Феникса, — вздохнула Лея. — Для Сары.

Дверь снова открылась, и Лея услышала голос миссис Каприс.

— ...оставить её в покое.

— Да она сама эти цветы попросила. Забери заяву, а.

— Люмус, хватит. Ты, как и планировалось, едешь в Монреаль, — строго ответила она.

— Ма, ну ма, ну чё ты, а? Ну забери, а? — парень грохнулся на колени.

— Люмус, прекрати цирк, — процедила женщина и, обойдя его, гордо направилась к выходу.

Дарк, казалось, только сейчас заметил, что в приёмной они были не одни. Ошеломлённо зыркнув на ребят, он поднялся и выскочил вслед за матерью.

Лея, попросив Дэна не ждать, прошла в кабинет директора.

В четверг был праздник. Прощальный бал для выпускников. Все ученики собрались в общем зале. Лея и Дэн — единственные, кто пришёл в школьной форме. Поэтому на финальную часть их не допустили. Ребята не слишком расстроились и провели время, гуляя по парку.

— Ты точно не хочешь домой? — в очередной раз спросила Лея.

— А ты точно хочешь остаться в школе одна? — хитро сощурился мальчишка.

— Конечно, нет.

— И я не хочу сидеть в доме один. Нет, я могу приготовить поесть и убраться, если нужно. Но...

— Будешь скучать по бабуле.

— Буду. Поэтому лучше останусь с тобой. Вместе веселее.

— Угу.

— Так ты не поделишься, что сказала директор?

— Нет, прости, Дэн. Это только для тёти.

— Клара говорит, ты её обожгла.

— Дэн, — Лея остановилась и серьёзно посмотрела в его глаза, — Каприс лжёт. Я её пальцем не тронула. Просто... Мы все переругались. Из-за цветов... Так глупо. Извини. Я пойду.

Возвращаясь в школу одна, Лея сожалела о том, что пришлось обмануть Дэна. Возможно, если она научится управлять стихийной магией, то всё ему расскажет. Но не сейчас. Только бы тётя решила, что можно остаться и продолжить обучение в Эль Кастильо.

Войдя в холл на пятом этаже, Лея вдруг повернула обратно. До конца нового крыла здания она шла с нестихающей тревогой. Если цыганки сейчас нет, то вряд ли предоставится случай поговорить с ней до каникул. Набравшись смелости, Лея постучала.

— Госпожа Касперович, м-можно? — стесняясь спросила Лея, когда в приоткрытую дверь выглянула как всегда растрёпанная голова цыганки.

Женщина, щурясь, смотрела сквозь монокль. Будто не могла разглядеть Лею в темноте коридора.

— А, это вы. Проходите, милочка. Я что-то задремала невовремя. Ждала вас. Ждала...

— Меня? — в нос ударил терпкий запах трав.

— Вас. Я ведь всегда знаю, кто нуждается.

Но, судя по бардаку в комнате, этим вечером цыганка точно гостей не ждала.

— Чаю с клубникой?

— Угу.

— Садитесь, — Касперович придвинула к столику табурет, а сама, порыскав по карманам в поисках волшебной палочки и не найдя её, пошла к шкафу за чашками.

Раздался звон битого стекла.

— Ох ты ж, дырявая память!

Лея увидела, как хозяйка собирает и спешно закидывает на полки золотые шарики. А они всё катятся и катятся. По ковру, по всей комнате. Один остановился у ножки стола. Лея взяла его в руку. Точь-в-точь как тот, что нашёл Крис.

— Что это, госпожа Касперович?

— Память. Ох ты ж, память моя, память, — приговаривала она, не обращая внимания на гостью.

Потом побежала в спальню и вернулась с палочкой в руке. С помощью магии Касперович в считанные секунды навела порядок в гостиной. Причесав немного волосы, она уселась рядом за стол, сверкнув своими золотыми зубами.

— Так что беспокоит, милочка?

— Волнуюсь. Вернусь ли я сюда после каникул? Можете сказать?

— Меркурий в ретрограде, милочка. Приходите в новолуние. Память моя, память, — в очередной раз пробормотала цыганка и, взяв из рук Леи оставшийся шарик, сунула в карман цветастого платья. — Угощайтесь печеньем, милочка.

Утром, проводив друзей на автобус, Лея и Дэн решили прогуляться до тайного хода. Как раз был отлив. И человека в чёрном вызвала к себе директор. Но дверь под лестницей в Шато заперта. А ключ, который ребята преобразовали из кулона по формуле Дэна, не подошёл. Пришлось вернуться на побережье. Райс выглядел очень расстроенным, но говорить ему о ключах в замок Лея не решилась. Ведь она обещала Снежински сохранить тайну доступа. А ещё ежедневные занятия тайцзы, для чего нужно было отвязаться от мальчишки.

— Дэн, как ты думаешь, что имела в виду госпожа Касперович, когда говорила "память"?

— Она всегда так странно изъясняется, — Райс почесал затылок. — Но, возможно, это буквально означает память.

— Какая память, Дэн?

— Самая обыкновенная. Как для компьютера флешка. У тебя... есть компьютер?

— Нет. У тёти ноутбук. Но... она не подпускает меня.

— Жаль, что тебе нельзя покидать школу. Я бы показал. Здесь ведь гаджеты не работают.

— Ладно. Предположим. Но... как?

— Кто-то из старшеклассников рассказал Крису, что некоторые волшебники могут извлекать воспоминания о событиях, чтобы поделиться ими с другими. Особенно это актуально для следователей.

— То есть... кто угодно может извлечь воспоминание у кого угодно? — Лее стало жутко.

— Не совсем так. Ментальная магия регулируется государством. То есть только по запросу суда. Поэтому Снежински и отпустили. Не нашли ни единого воспоминания, связанного с Лейлой Сноу.

— Но ведь он её ЗНАЛ! — воскликнула Лея. — У него фотки. Он называет Лейлой МЕНЯ!

И снова пришлось пожалеть о сказанном, увидев реакцию Дэна.

— Странно это всё. Прабабушка тоже подтвердила, что они были знакомы. И на суде говорила то же самое.

— Поэтому человек в чёрном живёт в заброшенном замке? Скрывается от наказания?

— Не знаю. Я уже не уверен в его невиновности. Будь осторожнее. Не оставайся с ним наедине. Вне класса особенно.

— Угу, — пообещала Лея, но отменять занятия со своим взрослым учеником не собиралась.

— Не зря ведь твоя тётя напала на него, — продолжал мальчишка.

— Но он её не помнит. Представляешь? Лейлу помнит, а тётю не помнит!

— Он и Лейлу не помнит. Наверное, — предположил Райс. — По крайней мере, во время следствия не помнил. Что-то произошло, но что?

— И чьё воспоминание нашёл Крис...

— И как его просмотреть... — задумался мальчишка.

— Мы должны узнать как можно больше об этих шариках. Как извлечь, как хранить, как вернуть.

— Придётся зависнуть в библиотеке, — согласился Дэн.

— Угу. Ты иди, а я... посмотрю в китайских источниках, — соврала Лея.

Расставшись с другом в холле, она купила в буфете творожный кекс, не надеясь вернуться к чаю. Затем трансформировала кулон в нужный ключ и открыла дверь под лестницей.

— Хорошо, что вы предложили позаниматься на свежем воздухе, сэр, — возвращаясь с тренировки, говорила Лея человеку в чёрном.

— Это место гармонизирует. И скрыто от посторонних. Но сегодня я устал.

— Потому что вы не тренируете стояние столбом самостоятельно.

Снежински косо посмотрел на Лею. По его взгляду она поняла, что была права.

— Я всё равно чувствую большой прогресс. Я чувствую... Ци.

— И ваши пальцы больше не леденеют, — улыбнулась Лея.

— Потому что мы не в подвале, а сегодня плюс тридцать, — проворчал мужчина.

— Просто нам удалось убрать старые застои.

Снежински закатил глаза.

— Пусть так.

— Такое чувство, что вы не верите в тайцзы. Зачем тогда занимаетесь?

Он оставил этот вопрос без ответа. Тем временем они вышли к парковой зоне.

— Здесь нам лучше распрощаться, мисс. До завтра.

— Мне нужен медальон. Тётя заберёт меня через неделю. Она просила вернуть его.

— Медальон останется в Эль Кастильо, — решительно сказал человек в чёрном.

— Что?

— Это очень мощный артефакт. К тому же... вы обещаете сохранить это в тайне?

— Угу.

— Тогда я должен вам показать его в действии.

Войдя в замок через южную часть, Снежински проводил Лею в свою комнату. Ту, где он жил летом. Дракона на лежанке не было. Мужчина достал из ящика стола продолговатую резную коробочку. Аккуратно снял крышку.

— Волшебная палочка! — вырвалось у Леи.

— Цейлонский эбен, — он провел пальцами по чёрному дереву. — Самая ценная вещь, что у меня когда-либо была. Не знаю, чего стоило МакГрегори вернуть мне её.

— Очень красивая.

— Пятнадцать лет она была для меня не более, чем куском деревяшки. Но... сейчас, — он обхватил рукоятку и извлёк палочку из коробочки, — я снова чувствую магию.

Лея наблюдала за человеком в чёрном. С каким трепетом он смотрел на артефакт.

— Колдовать не могу, — с горечью продолжил мужчина, укладывая палочку в коробку. — Но уже чувствую.

— Эм-м... Поздравляю. Сэр, — Лея не была уверена, стоило ли что-то говорить.

— Это началось после того случая... Когда я коснулся ВАШЕЙ палочки. Она... обожгла меня мощной магией. А моя — едва вы ушли, я достал её — лишь немного обогрела пальцы. Но и это был прогресс.

Он закрыл крышку и убрал коробку в ящик стола, заперев его на ключ.

— Медальон придаёт мне сил. С ним я... чувствую былую связь с моей палочкой.

— Я понимаю, как это важно для вас, сэр, но... тётя просит вернуть медальон.

— Он ведь не её! Вы говорили, она... нашла его... или украла. Возможно даже...

— У вас? — вдруг осенило Лею.

— Я не знаю. Просто он есть в моей памяти.

— Памяти...

— Но я всё ещё не могу понять, почему миссис Ли напала на меня.

— И я не могу. Но, сэр, на вас не было медальона в тот вечер, когда вы коснулись моей палочки. А они очень трепетно относятся к своим владельцам. Не приемля чужую руку. Нам рассказывали на уроках.

— Верно, мисс. Я надеюсь разгадать это. Сам или с вашей помощью, но я намерен вернуть магию. И с тайцзы я на верном пути. Директор опасается, чтобы это не стало известно посторонним.

— Она знает о наших уроках? — Лея почувствовала, что краснеет.

— Нет. Я не вдавался в подробности. К тому же она предупредила, что в школе могут быть предатели. Но мы не знаем кто. Они называют себя Сторонниками силы и носят такой знак, — мужчина обнажил плечо с уже знакомой серой татуировкой в виде перевёрнутого треугольника, вписанного в круг.

— Разве нельзя проверить всех?

— Мы в мире магии, мисс. Каждый, получивший метку, знает, как её скрыть от посторонних. Если, конечно, он умеет колдовать, — горько усмехнулся он.

— Почему я должна вам верить?

— Я не прошу вас верить, мисс. Но глупо отрицать, что мы оба замешаны в одну историю.

— Верно. Вы действительно не помните, кто такая Лейла Сноу?

— Нет. Только имя и... её глаза. Ваши глаза, мисс. Директор говорит, что... кто-то помог мне всё забыть, но...

— Я не доверяю директору, — Лея не ожидала от себя этого внезапного признания.

— Не говорите ему, что я ещё в замке, — попросила Лея статуи.

— Не нравится мне это, — проворчал Цезарь.

— Как иначе она найдёт параллельную комнату? — парировала Бланка.

— Поспешите, мисс. Боюсь, дракон его не надолго задержит.

Взволнованный шёпот Дианы заставил действовать.

Лея поспешила спрятаться в тёмном боковом коридоре западной части. Но, кажется, Снежински не выходил в холл. Скорее всего, он покинул замок через южную часть. Стоять в темноте Лее надоело, и она пошла прямо. Свернув за дверью в конце коридора направо, оказалась в пространстве, полном мебели и прочего хлама. Свет сюда почти не проникал. Узенькие оконца были плотно увиты плющом. Пришлось использовать магию, чтобы пробраться к винтовой лестнице. Лея решила ещё раз исследовать третий этаж. Должна же наконец найтись эта комната, если она была. Статуям незачем обманывать. Тем более Диана подтвердила слова детей. Параллельная комната существует.

Лея ступала медленно, боясь, что старая лестница может не выдержать. И чуть не выронила палочку, когда услышала скрипучий визг и почувствовала жжение на лодыжке. Она тоже вскрикнула и схватилась за перила свободной рукой, чтобы не упасть. Эхо было сильным. Только бы человек в чёрном не услышал. Если он, конечно, ещё в замке.

Опустив палочку вниз, чтобы посмотреть, что с ногой, Лея увидела на ступеньке краснозобого крошку. Видимо, бедняга свалился сюда через разбитое окно. Хорошо, что с собой был колдовской сахар. Дракон пускал дым, пока Лея медленно-медленно подносила к его рту кусочек лакомства. Малыш принюхался. Тихонько пискнул и лизнул сладкий кубик.

— Бедняжка, я наступила тебе на хвостик, — вспомнив, что эти создания очень умны, Лея решила поговорить с дракончиком.

Сеньор Дельгадо рассказывал на уроках, что колдовской сахар обладает удивительным свойством — усмирять диких животных. Крупных — лишь немного, давая волшебнику запас времени, чтобы скорректировать свои действия. Мелких, таких как восточные краснозобые драконы или птицы, и вовсе может усыпить.

Когда сахара осталось чуть меньше половины кусочка, малыш осел на задние лапки и зевнул. Лея взяла его и аккуратно посадила на ладонь. Глазки бусинки, сонные, смотрели отрешённо. Прохладные лапки щекотали. Что же делать? Всего несколько ступеней до выхода на третий этаж. Но как быть с этим крохой? Он ведь может погибнуть в замке. Отсюда не выбраться. Лея начала спуск. Так же осторожно. Ступенька за ступенькой. Подсвечивая себе палочкой.

Неожиданно дракон чихнул. Огнём и дымом. Испугавшись, Лея оступилась. Но не упала. Зато упал дракон. И как же его теперь найти среди хлама?

А найти нужно обязательно, ведь он может устроить пожар. Стало по-настоящему страшно. Лея светила палочкой и приманивала малыша, держа в пальцах остатки сахара. Несколько раз удавалось его обнаружить и один раз даже схватить за кончик хвоста. Но испуганный дракон вырвался и попытался взлететь. Приземлился на комод. Перелетел ещё куда-то. Лея следом. Вот он вскарабкался по спинке старого, разодранного дивана и снова куда-то завалился. А высота нагромождения мебели в этом помещении местами доходила почти до третьего этажа. Лея была в отчаянии. Особенно, когда случайно повалила старый шкаф без одной дверцы. А он по цепной реакции захватил ещё несколько столов и кресло. Раздался такой жуткий грохот, что Лея испугалась не на шутку. Очень не хотелось оказаться заваленной старым хламом. Наконец дракон выдохся. Как и Лея. Между ними была всего пара кресел и комод. В высоту. Но дракон сидел смирно, опустив крылья и тяжело дыша.

Чего стоило Лее добраться до него! И страх, и усталость, и чувство долга смешались в ней. Но настоящий восторг она испытала, осознав, что восточный краснозобый вцепился своими маленькими коготками в макушку статуи Федерико Кастильо.

Прижимая ещё раз накормленного сахаром малыша к груди, Лея кое-как пробралась к выходу. Такого сильного волнения она не испытывала, даже когда спустя долгое время встречалась с тётей Чунь или дядей Хенгом. По коридору хотелось бежать, но темнота и нагромождение балок и камней преграждали путь. Наконец Лея оказалась у центральной лестницы. Теперь можно и бегом.

— Я нашла! Нашла его! Вашего отца! Основателя. Федерико! Я нашла его! Слышите? — Лея радостно прыгала у статуй, но они и глазом не повели.

Стояли как истуканы. Пляши перед ними, трогай — бесполезно.

Вдруг на плечо легла тяжёлая ладонь, и Лея вздрогнула.

— Что это у вас в руках, милочка? — раздался за спиной голос Касперович.

— Спасибо, что не выдали меня директору, — сидя на продавленном диване, говорила Лея. — Один поход в Шато чего стоит. А ещё этот дракон.

— Вы, милочка, спасли его, — цыганка повернула краник самовара. — Провидение привело вас в замок. Не иначе. Не иначе.

— И вас, — чашка задребезжала на блюдечке в руках Леи. — Вы точно не скажете директору о статуе основателя?

— Не беспокойтесь. Только сеньору Дельгадо. Мы должны вернуть Федерико на место.

— Бланка и Цезарь будут счастливы. И Диана.

— Угощайтесь печеньем, милочка, — учительница, взмахнув волшебной палочкой, пододвинула к дивану журнальный столик.

Без зелёного сукна он смотрелся убого, был исцарапанным и обшарпанным. Лея пригубила чай — горячо.

— Госпожа Касперович, скажите, вам известно что-нибудь о параллельной комнате?

— Параллельной комнаты не существует, — сухо ответила цыганка, чем очень удивила Лею.

— Вы уверены?

— Уверена, милочка. Печеньице... Угощайтесь.

— Угу.

Непривычно было пить чай молча. Обычно Касперович любила поговорить. Но сейчас она была напряжена.

— Почему же статуи сказали, что она есть? — не выдержала тишины Лея.

— Она была, — цыганка залпом осушила кружку.

— А что с ней стало?

— Уничтожена. Страшная ночь была. И всё повторится! — глаза Касперович расширились.

Она схватила Лею за руку. Да так больно и неожиданно, что на ноги и ковёр пролился остывающий чай.

— Чёрная стая летит. Сила тьмы множится. Битва неминуема.

— Я везде искал тебя, — когда Лея пришла в буфет на ужин, шепнул Дэн.

— Была у Касперович. М-м... Сегодня манго на десерт. Как дома.

— Кстати, я нашёл кое-что о воспоминаниях. Извлекать их могут менталисты. Но не только у себя. А ещё там целая технология консервирования и хранения. Я не дочитал.

— Хранить в шкафчике для посуды — это не технология, Дэн. При технологиях вряд ли золотой шарик оказался бы под кустом.

— Это выглядит странным, — мальчишка почесал переносицу. — Хочешь составить мне компанию? Вместе почитаем про память. Ты могла бы изучить способы воспроизведения, пока я...

— Нет. Я устала. Лягу пораньше спать, а с рассветом на зарядку. Утром расскажешь. Мне бы ещё про новолуние не забыть.

Мальчишка вздохнул.

— Может, попробуем проникнуть в Шато? — предложил Дэн, когда они вышли на улицу.

— Нет. Не стоит. Погуляем, пока жара спала.

— Можно завтра на пляж сходить.

— У меня крем от солнца заканчивается. Дотянуть бы до приезда тёти. Иначе придётся сидеть в комнате безвылазно.

— Ты точно не пойдёшь в библиотеку?

— Точно. Ты иди. Я ещё кружок вокруг фонтана сделаю.

Едва Дэн спустился с холма, Лея бегом кинулась к южной стороне старого замка. Проникнуть в него труда не составило. Только бы не наткнуться на человека в чёрном. Оказавшись внутри башни, Лея сразу свернула в левый коридор. Пугающие рамы без картин в вечернем полумраке. А вот и юго-западная башня. Кажется, тут давно никого не было. Свежих следов нет. Лея прошла вдоль правой стены и свернула в широкий коридор. Здесь она ещё ни разу не была. Высокий потолок. Ни одного окна, но много света. Дверей тоже нет. Лея почувствовала себя как в большом каменном мешке. На удивление здесь было очень чисто и никаких разрушений. На стенах висело шесть портретов. Пять основателей и какая-то красивая женщина. Под её портретом надпись подтёрта. Но всё же удалось разобрать несколько букв и сложить их в имя "Ева Кастильо". Лея поёжилась, вспомнив старуху из "Таверны призраков".

В этом замкнутом коридоре была обнаружена одна странность. В районе портрета Евы сквозило, чего не наблюдалось у других картин. Может, где-то здесь вентиляционная шахта? Чтобы проверить догадку, Лея попыталась приподнять или сдвинуть раму. Поток воздуха, прохладного, усилился. Интересно, а если пошевелить другие картины, тоже будет дуть? Жалея, что не позвала с собой Дэна, Лея заглянула под портреты каждого из основателей. А потом вернулась к Еве Кастильо. Рама сдвинулась влево и вниз. А ветер перестал дуть. Это показалось не менее странным. Поэтому Лея снова взялась за уголок картины, и она словно дверца отвалилась в сторону, явив проход с каменной лестницей. Стоило только заглянуть внутрь, как вместо пугающей тьмы вспыхнул свет. Лея на всякий случай достала палочку и шагнула вперёд.

Лестница вела на второй этаж, где располагался точно такой же каменный мешок, но с высокими узкими окошками без стёкол. С противоположной стороны внутреннего дворика виднелись разбитые окна-витражи, а за ними — центральная лестница. Все стены замка слева и справа были увиты плющом. Лея прошла к восточной части. Коридор заканчивался несколькими ступенями вверх. Дальше был большой провал. Но Лея заметила, что уровень этого каменного мешка находился как бы между этажами по сравнению с восточной частью.

С западной стороны, наоборот, была лестница вниз. Точнее, несколько уцелевших ступеней, а слева — часть разрушенной стены, достаточно широкой, чтобы пройтись по ней. Она уходила вверх и, скорее всего, вела на третий этаж. А вот и знакомая дверь вникуда. Болталась на ржавых петлях на ветру. То открывалась, то захлопывалась. А на пятачке пола перед ней перекатывался золотой шарик. Моля небо, чтобы не разбиться, Лея спрыгнула со стены и оказалась прямо перед дверью. Пол здесь был выложен квадратной плиткой. За спиной — фрагмент вертикальной перегородки. Будто зависший в воздухе. Лея только сейчас обратила на это внимание. Но, возможно, с обратной стороны стена имела опору.

Так и тянуло прикоснуться к серебристой ручке. Или... золотой. С каждым хлопком двери ручка будто бы меняла цвет. Изнутри какие-то вспышки, как искры. Дверь снова щёлкнула и открылась. Шарик закатился внутрь. Хлопок. Три шарика выкатились к ногам Леи. Она наклонилась и подняла один из них. Сунула в сумочку.

Стоп. Откуда они могли катиться, если дверь болталась в воздухе? Дальше обрыв. Лея это точно помнила. Как помнила и то, с каким трудом карабкалась сюда, и всё напрасно — попала в тупик. Она открыла дверь и заглянула, подсветив палочкой, — так и есть, часть разрушенной стены идёт лесенкой. Ещё одна безуспешная попытка найти параллельную комнату. В расстроенных чувствах Лея попыталась залезть туда, откуда спустилась. Слишком высоко. Да и на улице стемнело. Дверь снова хлопнула. Придётся выбираться через неё. Проходить через спортзал, комнату с мебелью и две южные башни. Лея протянула руку, и вдруг ей показалось, что дверь открывается в обе стороны. Улыбнувшись самой себе, она села на входе и свесила ноги. Затем развернулась, упёрлась в стену и спустилась на разрушенную часть каменной кладки.

Наконец пришло время прощаться с Эль Кастильо. Лея знала, что вернётся. Так сказала Касперович, когда гадала в новолуние.

— Мисс Ли, сеньор Дельгадо уже забрал ваши вещи? — МакГрегори спустилась в холл.

— Да, директор. Он только что вынес чемодан. А рюкзак у меня с собой. Он не тяжёлый, — соврала Лея, радуясь, что смогла хотя бы немного сжать книги. Несколько фолиантов пришлось оставить у Снежински. Всё равно тётя просила их уничтожить после прочтения. А Лея к ним даже не прикасалась. Только оглавления просмотрела. Оказывается, в книгах было примерно то же самое, чему учил её МастерБот.

— Что ж, не будем заставлять миссис Ли нас ждать, — улыбнулась директор.

— Угу.

Волнительно до дрожи в коленях. За мостиком нагнали сеньора Дельгадо. Он признался, что останавливался передохнуть. Дальше он снова проворно посеменил на своих тоненьких ножках. Так забавно было наблюдать за ним. Хороший учитель, Лее он понравился с самой первой встречи.

— Миссис Мария, — обратилась она к директору, — вы снова будете проверять документы?

— Разумеется, мисс. Безопасность превыше всего.

— Тётя говорит то же самое. Поэтому и напала на мистера Снежински. Испугалась за меня. Но разве он преступник?

— Мисс Ли, — в голосе МакГрегори зазвучал металл, — преступники сидят в изоляторе Торквемады. В Эль Кастильо работают только те, кто заслуживает доверия. Моего в первую очередь.

— Простите, — стало очень неловко за свои слова.

Действительно, если директор так печётся о безопасности... Но разве Алла-Виктория Райс заботилась об этом меньше? По мере приближения к воротам Лея всё больше и больше сомневалась в том, что директору стоит доверять.

"Как хорошо, что Дэн согласился взять на хранение шарик памяти", — думала Лея, глядя, как тётя вытряхивает содержимое её сумок в центре просторной комнаты.

— Где. Медальон, — строго спросила она.

— В Эль Кастильо, — из последних сил сдерживая слёзы, ответила Лея.

О том, что артефакт остался у человека в чёрном, она решила не рассказывать.

— Ты обещала...

— Я помню. Но у меня было мало времени. Уроки. Контрольные. Книги. Тайцзы. А просить Дэна о помощи ты запретила. Я вернусь в сентябре и найду медальон. Осталось немного мест, где я ещё не искала.

— Если я узнаю, что это ложь... — тётя отбросила рюкзак в сторону.

— Ты не хочешь узнать, как прошла ночь проклятья?

— Нет. Собери вещи.

— Угу, — глотая слёзы, ответила Лея.

— Я расписала подробную инструкцию для директора. И верю, что всё прошло гладко, — тон Чунь Шэн смягчился. — Ведь так?

— Угу. Меня разместили в палате для девочек в младшей школе. Там никого не было. Дэн даже ничего не слышал. Иначе рассказал бы.

— Дэн. Дэн. Дэн. Снова Дэн. Сколько раз говорить тебе? Никаких привязанностей.

— Мы учимся в одном классе. Я и так избегаю его. Но... это ведь не должно вызывать подозрений?

— Не должно. Ладно. Помни правила.

— Безопасность превыше всего. Знаю, — Лея собрала наконец все свои вещи с пола.

— Переложи книги, которые прочитала, в мой чемодан, — попросила Чунь Шэн.

— Угу. Сходим на пляж вечером?

— Конечно. И в зоопарк. И на материк съездим. Время есть.

— Почему ты решила провести лето на Ванкувере?

— Дядя Хенг сюда приедет. Он просил передать тебе привет.

— Постараюсь в ноябре забрать тебя. Но не обещаю. Нужно найти место. В "Таверне призраков" слишком опасно. Но знай, если я не приеду, тебе придётся признаться директору. Она не в курсе о втором проклятии.

— Угу.

— Держи. Чемодан. Рюкзак, — Чунь Шэн закрыла крышку багажника. — Учись хорошо. Я верю в тебя.

— Угу.

— И помни, никаких привязанностей. Никаких. Это очень важно. Ворон не пощадит твоих друзей. Ты ведь не желаешь им зла?

— Никому из них.

— Иди.

Лея сделала несколько шагов в сторону шлагбаума. По мере приближения к магической территории вместо него проявлялись очертания ворот. Бросив вещи на дорогу, Лея вернулась и крепко обняла тётю.

— Я буду скучать.

— Надеюсь, что тебе будет некогда, — с улыбкой ответила Чунь Шэн. — Посвящай больше времени учёбе. И тайцзы.

— Угу.

Притормаживая перед шлагбаумом, к ним приблизился дорогой автомобиль. За рулём была женщина в очках. Лицо её показалось Лее знакомым. На пассажирском месте сидел мистер Ланде. Его быстрые глазки округлились от удивления. Он будто бы не ожидал увидеть Лею за пределами школы. Женщина тоже смотрела с интересом. Машина почти остановилась напротив джипа Чунь Шэн, но потом резво рванула к воротам.

Лею встретил сеньор Дельгадо. У него она и спросила, кто привёз мистера Ланде.

— О, сеньорита, — ответил мексиканец, — это его жена. Глория. Очень серьёзная сеньора. Большая честь для нас, что она согласилась вести заочников.

— Заочников?

— О, да. Курс для будущих лекарей.

Сунув чемодан и рюкзак под кровать, Лея первым делом побежала к развалинам старого замка. Заглянула в щель в дверях главного входа. Всё по-прежнему. Наведалась к восточной стене. Попыталась рассмотреть сквозь заросшие плющом окна комнату человека в чёрном. Постучала по стёклам. Потом вприпрыжку направилась к южному входу. Пришлось подождать, пока Снежински откроет дверь.

Воспользовавшись отсутствием учеников, они на берегу позанимались тайцзы. Лея похвалила своего подопечного. За каникулы он ничего не забыл. Наоборот, его движения стали более плавными.

— Как ваша магия, сэр? — возвращаясь к замку, спросила Лея.

— Колдовать ещё не получается, но чувствую, что прогресс есть. Что сказала ваша тётя о медальоне?

— Что на нём много тёмной магии, поэтому лучше вернуть его Ворону.

— Вернуть Ворону, — задумчиво повторил Снежински. — Но ведь внутри ВАШИ волосы. Не Ворона. Ваши.

— Я тоже не понимаю, что значит вернуть. Но была бы рада, если бы вы вернули его МНЕ. Сэр.

— Обязательно, — пообещал он.

— Старика Кастильо так и не нашли?

— Нет. Как сквозь землю провалился. А ведь его искали по всему замку.

— По всему?

— Разумеется. Даже внутренний дворик перелопатили. А Федерико нашли в северо-западной башне.

— На том месте была башня?

— Да. Самая высокая. Рухнула.

— Жаль. Вы будете вести у нас уроки?

— Естественно. МакГрегори говорит, от меня зависит существование школы. Мог я отказаться? Всего хорошего, мисс, — они как раз дошли до южного входа.

Снежински скрылся в замке, хлопнув дверью. Лея вернулась в учебный корпус. Банк уже открылся. Сегодня деньги меняла дама средних лет с белыми крашеными кудрями.

— Вы что-то рано, мисс, — сказала она. — Своим ходом?

— Угу.

Обменяв канадские доллары на мэджики, Лея отправилась к себе. Галдёж был слышен ещё с лестницы. Двери хлопали, что на четвёртом, что на пятом этажах. Предвкушая встречу с подружками, Лея вошла в центральный холл. Нестор Дельгадо пытался утихомирить третьеклассников средней школы. А место Луны Санни возле него занимала Сара МакБраун. Постояв в уголочке, Лея узнала, что Сонина сестра временно исполняет обязанности тьютора. Дэна среди ребят не было. Видимо, он тоже приедет своим ходом. Сара выдала всем памятки с расписанием и пожелала успехов в новом учебном году.

Собрание вскоре закончилось, и Нестор Дельгадо ушёл вместе с группой мальчишек.

— МакБраун, смотри не лопни от собственной важности, — съязвила Каприс. — Это сестра, а не ты тьютор.

— Эй, прекрати. Или если тебя назначили старостой, то можно докапываться до всех?

Клара хмыкнула.

— Странно, что не тебя. Ты же теперь у нас... приближённая. Ли, ты ведь давно здесь?

— С утра.

— Календарь в спальне почему не перевернула? Долго у нас июль висеть будет? Третье сентября на дворе, а у нас лето болтается.

— Эй, ну так переверни сама, — огрызнулась Соня.

— А вот пойду и переверну.

— Эй, ну как отдохнула? — Соня взяла Лею под ручку, и они расположились на подушках на полу у окна.

— Мы были с тётей на Ванкувере. Приезжал дядя. Знаешь, я теперь умею уменьшать вещи и расширять пространство.

— Класс! Сара тоже умеет.

За обедом стоял такой гвалт. Ребята не могли наговориться друг с другом. Директор несколько раз призывала к тишине. И не только ради того, чтобы сказать приветственную речь. Но и чтобы снизить уровень шума в помещении. Внезапно в общем зале начался переполох. Кто-то из старшеклассников увидел в окно, что во внутреннем дворике заполыхало пламя. Ребята повскакивали с мест. Началась толкучка, каждому хотелось посмотреть, что и где горит. МакГрегори пыталась всех успокоить и организовать, при этом отправив учителей Дельгадо, Хорса и Ланде разведать обстановку.

— Серафим Всемогущий! — переживала директор. — Сеньор Дельгадо так заботился о своих рябинах. И тут такое несчастье!

Выяснилось, что мексиканец пропал. Суета нарастала. Нестор вместо того, чтобы идти во двор тушить пожар, бегал в поисках дяди Рикардо. Директор спешно удалилась в кабинет, и вскоре вся школа услышала объявление по громкоговорителю о пропаже мексиканца и эвакуации учеников.

Тем временем Лея искала в толпе Дэна, но ей на глаза попался круглый живот Дельгадо. Она поспешила к выходу, чтобы сообщить миссис Марии, но не успела, столкнувшись с ней в дверях. МакГрегори застыла на месте, увидев мексиканца посреди зала.

— Рикардо, что происходит? У вас пожар! — взволнованно воскликнула директор.

Но тот лишь расплылся в улыбке:

— О, идёмте же скорее!!! Они наконец-то горят! Я так этого ждал! В прошлом году не получилось показать из-за празднования Дня рабочего. Но сейчас мы все можем видеть чудо. О, надо поторопиться.

— Стоп. То есть вы в курсе пожара? — ошеломлённо произнесла МакГрегори.

— О, конечно, — радостно ответил круглый мексиканец. — Это ведь и есть чудо! Горящая рябина Sorbus Rubeus. А теперь идёмте скорее, а то пропустим самое интересное. Да и Душа Феникса ждёт удобрения. Её нужно будет посыпать золой от рябины.

— Серафим Всемогущий! — воскликнула миссис Мария. — Вы столько лет ухаживали за садом и день и ночь, чтобы просто сжечь?

— О нет, нет. Sorbus Rubeus не сгорает. Семена я поливал слезами феникса. Делал всё, как написано в инструкции.

Переполох ощущался до самого вечера. Лея смотрела в сад из окна спальни. Так вот почему в прошлом году она видела кучки пепла под рябинами Дельгадо. Когда ребята, наводнившие внутренний дворик и помогавшие мексиканцу, двинулись на ужин, она тоже поспешила туда. Но задержалась в холле. Девочки-первоклашки попросили показать дорогу в столовую. Тут же бродила Соня.

— Эй, где ты ходишь? Идём.

Девочки вошли в общий зал.

— Эй, смотри, Дэн нам машет.

— Где?

— Да вон же. Ты чего?

И только тут Лея узнала в высоком парнишке Дэна. За лето он вытянулся, сменил причёску и стал казаться более взрослым. Лея улыбнулась ему в ответ, и время будто остановилось. Гул голосов заглушил учащённый стук сердца.

— Эй, — Соня потянула её за рукав, — ну, идём уже ужинать.

Вечером в спальне, лёжа на кровати, Соня изучала новое расписание.

— Эй, завтра спорт первым уроком. Как же я соскучилась по хоккею!

— МакБраун, ты забыла, что весь сентябрь спортивное ориентирование? Я-то помню, как твоя глупая сестра заблудилась в первый же день, а ты впала в истерику, — Каприс засмеялась.

— Такая дылда вымахала, а ума ни грамма не прибавилось, — проворчала Соня. — У вас это семейное? Братец твой опять второгодник?

А Лея внутренне напряглась, готовясь разнимать девчонок.

— Люмус взял педагогический курс.

Вопреки ожиданиям, Соня заливисто рассмеялась.

— Будет учить министров правильно работать? Или с тёплым местом при мамкиной юбке не срослось?

— Большой мальчик может сам решать свою судьбу. Не то что некоторые. Мать — медик, и у детей выбора нет.

— Эй, у нас есть выбор. Сара ведь не пошла по её стопам.

— Удивительно. При её-то умственных способностях.

— Эй!

Лея и глазом не успела моргнуть, как Соня подлетела к Кларе и чуть было не вцепилась в её белые волосы. Но Каприс молниеносно отразила нападение с помощью магии, оградив себя прозрачным золотистым куполом. МакБраун отпрянула и смотрела с нескрываемым восторгом. Клара, когда подруга успокоилась, отменила защиту и, задрав нос, вышла из спальни. Соня продолжила изучение расписания. И делала это вслух очень громко, так что Лея могла в своё даже не заглядывать.

— Эй, зачем идти в библиотеку? Если у нас только спорт был. Нечего учить.

— Соня, нам нужно отметиться у миссис Сальмы, — напомнила Лея. — А дальше можем почитать что-нибудь.

— Лучше уж отпроситься на улице погулять.

— Мы только с улицы, Сонь, — заметила Лея.

— Эй, ну и что? Прогулок много не бывает. В библиотеках зимой киснуть будем.

Отметившись у миссис Принц, Лея решила просмотреть подшивки "Магического вестника" за лето. С Соней договорились встретиться в парке.

Несколько раз пройдя вокруг фонтана и не найдя подругу, Лея решила прогуляться по лесу. Ноги сами привели её на любимую полянку за кустами черёмухи. Здесь было так тихо. Полное умиротворение. И места достаточно, чтобы повторить комплекс из 24 форм, не натыкаясь на кочки муравейников и норки грызунов.

На обратном пути, когда Лея снова шла через парк, её обогнал Дарк. Парень куда-то так сильно торопился, что, споткнувшись, чуть было не упал. Лея поймала на себе его злобный взгляд. Чёрные глаза будто буравили её. Мотнув головой с длинной чёлкой, блондин зашагал дальше.

— Эй! — окликнула Соня с развалин. — Иди к нам!

Лея спустилась к соседкам, кормившим восточных краснозобых сахаром и одуванчиками. Каприс позвала её присоединиться. А получив отказ, начала насмехаться над трусостью. Лея же сидела на остатках каменной стены и смотрела туда, где были расположены окна человека в чёрном. Вдруг почувствовала на своей ноге огромное насекомое. Испугавшись, хотела поскорее смахнуть с себя надоедливую живность. Но вовремя остановила руку, увидев кожистые крылышки. Лея боялась даже дышать, глядя на дракончика. А он с интересом смотрел на неё, склонив на бок головку. Переминался с лапки на лапку. Попискивал. Лея протянула руку и сорвала одуванчик, чтобы угостить кроху. Наевшись, малыш чихнул дымом с искрами. А когда девочки засобирались на алгебру, дракон улетел на стену и спрятался в зарослях плюща.

— Нет, у Сары не было такого, чтобы в один день, да ещё и подряд по два урока у одного преподавателя!

— Ну скажешь, МакБраун. Дельгадо не подряд. А между английским и латынью — обед.

— Но боевая магия после шахмат.

— Не знаю. Кто хотел, уже научился играть. Зачем только время занимать? Лучше бы больше практики давали, — Каприс надула губы. — Почему волшебники должны подстраиваться под каких-то недоделанных статиков?

— Да, кстати, что статики будут делать на защитной и боевой магии? — задумалась Лея.

— Тыкать друг в дружку своими игрушечными палочками, — съязвила Клара, изобразив этот процесс, и девочки рассмеялись.

В четверг с утра снова в библиотеку идти необходимости не было. Только отметиться. Лея немного опоздала. Воспользовавшись тем, что в спальне осталась она одна, позанималась тайцзы. А потом, проходя мимо исторической секции, с удивлением обнаружила за столом Дэна и Клару, сосредоточенно читающих одну на двоих толстенную книгу. Каприс, заметив Лею, высокомерно зыркнула на неё, а мальчишка так увлёкся, что даже не поднял головы.

Следующим уроком как раз была история. Старушка Александра Бих вызвала Дэна с докладом. А Клара во время его выступления с помощью магии визуализировала картинки на доске. Получалось у неё неплохо. Ребята заработали по семь мэджиков. Лея не была в восторге от истории начала 20 века. От объема информации начала болеть голова. Да ещё и от картинок Каприс рябило в глазах до конца урока, который Соня благополучно проспала. Растормошив подругу, Лея попросила её посмотреть, какой следующий предмет и где.

В кабинете геометрии всё было по-прежнему. Только на учительском столе стоял какой-то продолговатый блестящий заварник. Казалось, вот-вот войдёт миссис Санни в розовом облаке пышных юбок и тряхнёт своими белыми кудряшками. Но нет. Геометрию же вести будет кто-то другой. Неужели Сара МакБраун?

Зазвенел звонок, а учителя всё ещё не было. Ребята, естественно, галдели. Пока не раздался крик. Кэтрин, сидевшая также за последней партой, указывала пальцем в сторону учительского стола. В широко раскрытых глазах — ужас. В классе стало настолько тихо, что был слышен едва уловимый звон. Будто от заварника. Несколько девчонок и мальчишек вскочили со своих мест, нацелив на странную вещицу волшебные палочки. Звон прекратился, но из носика пошёл голубоватый пар. Он поднимался выше и выше, становился объёмнее, закручивался в спираль. Пока наконец не начал принимать человеческие очертания.

— Джинн... Джинн. Джинн! Джинн!!! — пошёл по классу шёпот.

А над носиком заварника уже оформилась стройная девичья фигура. Острый носик, пышные ресницы, длинные волосы, покрытые косынкой. Тонкие руки в длинных и объёмных прозрачных рукавах. Одежда похожа на платье, только вот сама фигура, сильно сужаясь к коленям, стояла в носике заварника.

— Салам алейкум, — бойко сказала барышня. — Я ваш новый учитель геометрии и артефакторики Хавва Абади.

Ребята сели. Все с удивлением смотрели на бледно-голубую немного прозрачную фигуру. О джиннах они, конечно, знали ранее. Но вряд ли кому-нибудь из класса доводилось видеть их живьём. Впрочем, можно ли применить слово "живьём" к джиннам? Такого на уроках не рассказывали.

После обеда третьеклассники по привычке пришли на урок об артефактах в библиотеку. Но оказалось, что он будет проходить в том же классе, что и геометрия. Ведь Хавва Абади, будучи заключённой в заварник, не могла передвигаться самостоятельно. Как раз это и обсуждали ребята, спускаясь с пятого на второй этаж. Первый шок от преподавателя у них уже прошёл, и теперь можно было присмотреться к ней повнимательнее. Ведь по джинну так сразу не определишь, добрый он или злой.

— Эй, надеюсь, преобразования это синее чудо не будет у нас вести. Там же волшебная палочка нужна, а у неё нету.

— МакБраун, двойка тебе по курсу защитной магии за второй класс, — ехидно заметила Каприс. — Посредники в виде палочек и артефактов джиннам не нужны. Они и так обладают неограниченной магией. Могут колдовать руками.

— Или без рук, — добавила Лея. — Силой мысли. Это единственное, что я знаю о джиннах. Просто... — она вовремя очнулась, вспомнив, что о Вороне и тем более его способностях никому рассказывать нельзя.

Ребята удивились, обнаружив в классе преобразований Сальму Принц.

— Послушай-ка, МакБраун, — после урока сказала Клара. — Что-то я твою сестру не вижу среди учителей. Или она настолько глупая...

— Эй, твоего безмозглого братца тоже что-то среди грамотных не видать, — вопреки ожиданиям, Соня просто прошла мимо, оставив выпад соседки без возмездия.

Сеньор Дельгадо ждал третий класс у дверей в холле. Улыбка на лице мексиканца говорила о том, как он рад всех видеть.

— О, вы так выросли за лето! Совсем взрослые. Ещё немного, и можно будет обучать вас полётам на животных.

Глаза Сони азартно вспыхнули.

— Эй, сеньор Дельгадо, а сегодня мы пойдём к летающим лошадкам?

Для Леи третий год оставалось удивительным, как этой девочке сходило с рук обращение к учителям на "эй". Впрочем, брат Клары тоже особой вежливостью не отличался, но тем не менее продолжал обучение.

— О, сеньорита, сегодня я покажу вам кое-что интереснее крылатых коней, драконов и единорогов. Сегодня мы будем призывать тотемное животное, — круглый мексиканец всё с той же радостной улыбкой открыл перед ребятами дверь. Класс вывалил во внутренний дворик. Погода была прекрасная. Облачно с прояснениями и очень тепло.

В буферной зоне между парком и заповедником Твиццатвон сеньор Дельгадо остановился. На небольшой полянке между кустарниками и тремя высоченными клёнами он поставил ребят в круг и попросил их стоять тихо-тихо.

— О, я надеюсь, на астрологии вы уже изучили все гороскопы от зороастрийского до славянского. И если помните, каждый предлагает какого-то тотема. Так вот, — Дельгадо сделал театральную паузу, — сеньоре Касперович это не понравится, но забудьте это всё. Забудьте! Ибо тотемное животное выбирает нас при рождении. Оно есть у всех. Даже у статиков и простолюдинов. А вот призвать его может далеко не каждый волшебник. Тотем приходит на свет, исходящий из вас. Если на сердце тьма, животное не придёт, как ни зови. О, тут я должен сказать, что статики будут тоже учиться призывать тотема. Не раз в моей практике я видел такое.

— Но ведь это особо мощная магия, сеньор Дельгадо, — возмущённо заметила Клара.

— О, сеньорита Каприс, магия сильная. Но никто не знает, почему статики могут вызвать своего тотема. То ли магия в них с возрастом просыпается, то ли животное приходит самостоятельно. Никто не знает. А теперь смотрите.

— Эй, это странно. Я думала, у сеньора Дельгадо тотемное животное слон, — возвращаясь с урока на улице в школу, пробормотала Соня.

— А я ожидала увидеть у толстяка бегемота. Ну или кабана, — поддакнула Каприс.

— Или кита, — продолжала рассуждения МакБраун.

— Или панду, — присоединилась Лея. — Но разве не удивительно, что его тотем — колибри?

— Эй, а вы раньше видели тотемы, до школы? — поинтересовалась Соня.

— Мой отец умеет призывать мышь, — призналась Натали, чем вызвала смех Клары.

— Это потому что мыши любят сыр, — хохоча сказала Каприс.

— Ты сама-то видела? — с вызовом спросила Ламбер у Клары.

— Не твоё дело, — поджала губы та.

Дальше ребят ждал предмет маг-технологии. И вёл его тоже сеньор Дельгадо. Лея особо ничего не запомнила, потому что приходилось много писать. Осмысливать материал просто не хватало времени. Главное, законспектировать, чтобы потом было что учить.

Ребята, уставшие на последнем уроке, сразу спустились в буфет. Всем классом.

— Ой, Ли, неужели ты берёшь что-то дороже дешманской булочки и стакана кипятка? — хихикнула Каприс.

— Соскучилась по пирогу с малиной. Но насчёт кипятка ты права, Клара. Свёл с ума аромат мелиссы, — отшутилась Лея.

Она постеснялась подойти к Дэну из-за того, что он был в компании мальчишек, и они что-то бурно обсуждали. Пришлось наблюдать, как к ним присоединилась Клара и переключила внимание на себя. Лея иногда встречалась взглядом с серыми глазами Дэна и улыбалась его улыбке.

Расправившись с пирогом, она попрощалась с Соней и поспешила к южному входу в старый Шато. Снежински предложил провести тренировку в юго-западной башне. На удивление, там стало значительно просторнее. Более-менее целые предметы мебели, вазоны и скульптуры выстроились вдоль стен, освободив пространство в центре. Стало не так пыльно. Поломанных вещей здесь больше не было.

— Директор решила восстановить старый замок, — пояснил человек в чёрном. — Сюда часто наведывается Дельгадо. Так что... не стоит вам пользоваться южным входом, мисс.

— Угу.

— После занятия провожу вас к побережью.

— Угу. Как ваши успехи, сэр?

— По-прежнему. Чувствую магию всё ярче, но ничего не могу с этим сделать.

— Тётя говорит, что мои способности развились благодаря комплексу двадцать четыре формы.

— Так научите меня, — загорелся Снежински.

— Простите, но вам рановато. Сэр, вы ещё не готовы. В исходную позицию, — скомандовала Лея.

— Ли, ты почему суёшь нос в чужие дела? — недовольная физиономия Клары показалась у края полога, когда Лея уже приготовилась ко сну.

— Я?

— Ты.

— Когда?

— Сегодня. Перед ужином. Мы гуляли с Райсом, а ты влезла.

— Дэн и мой друг тоже.

Каприс закатила глаза.

— Ли, у нас было свидание. Не делай так больше.

Каприс задёрнула полог кровати Леи.

За окном давно стемнело, но сон не шёл. Ничего особенного Клара не сказала, но почему так неприятно на душе? Почему хочется плакать? Ясно почему. Но никаких привязанностей, Лея Ли. Никаких. Закрой глаза. Видишь? Красная лента заката дрожит на ветру. Алая лента вплетается в рыжие локоны. Повсюду цветы. И вот их нет. Они не твои. Не твои. С залива идёт большая волна. Чёрная. Нет, то не вода, то летит за тобой чёрный ворон и впивается когтями в плечи. Ты не спишь. Ты стоишь на вершине башни старого Шато. Алая лента в твоих волосах превращается в пламя. Дрожит на ветру. Обжигает плечо. Больно. И шёпот "Лейла..." усиливает эту боль во сто крат. И нет сил кричать. Только слёзы.

В пятницу из новых предметов появилась только магофизика предпоследним уроком. Вела Касперович. И снова много писанины. Но здесь было сложнее конспектировать. В отличие от сеньора Дельгадо цыганка делала лирические отступления и долго говорила не по теме. Иногда вообще прерывала лекцию на полуслове и пристально вглядывалась в каждого ученика через свой монокль. Отчего её волосы будто ещё больше наэлектризовывались. Затем учительница судорожно причёсывалась и продолжала урок, постоянно спрашивая, на чём она остановилась.

А вот на магической медицинской помощи Лею ждал сюрприз. Её не оказалось в списке класса. Месье Леру и так и эдак вертел журнал, но чуда не случилось. Так что начисленные семь мэджиков она могла получить на свой виртуальный счёт только через директора.

После чая Лея битый час просидела в приёмной. Несколько раз то порывалась уйти, то была полна решимости ворваться в кабинет МакГрегори. Наконец дверь распахнулась. Мимо прошагал блондин, сопровождаемый апельсиновым шлейфом.

— Мистер Дарк, — громко позвала директор из кабинета, — вернитесь. Вы не расписались в повестке.

Парень тихо выругался и круто развернулся. Через минуту снова вышел. Пальцами зачесал чёлку назад. Наконец-то директор освободилась. Лея распрямила скатанную в трубочку записку от месье Леру и направилась в кабинет. Под подошвой почувствовала что-то округлое. На светлом ковролине лежала серебристая пуговица с выгравированной буквой D.

— Люмус! — окликнула Лея блондина. — Не твоё?

— А? — он подошёл.

— У тебя пуговка отвалилась, — Лея увидела, что это действительно от его пиджака.

Дарк плотно обхватил её пальцы. Ладонь его была горячая.

— Рыжая, ещё раз сглазишь — пожалеешь. Поняла? — тихо прошипел он, вырвал пуговку из пальцев Леи и вылетел из приёмной.

— Представляешь, Дэн, директор без моего ведома зачислила меня на медицинский курс! — негодовала Лея, сидя с другом в холле на четвёртом этаже. — А я не хочу.

— Может, это пойдёт тебе на пользу.

— Мне и так некогда. Французский занимает всё моё время. А ещё магические предметы. Ты ведь знаешь, практика — не мой конёк.

— Слушай, если, как ты говоришь, им не хватает слушателей, то... наверное, тебя фиктивно записали. И можно не ходить, — Райс почесал переносицу.

— Если бы! Я спросила об этом. Но нет. Ходить нужно. Обязательно. По вечерам и в субботу целый день.

— Ну... в этом есть и плюсы. У тебя хотя бы будет сертификат.

— Дэн, да пойми ты, я не сдам экзамены.

— По-моему, ты себя недооцениваешь, — улыбнулся Райс.

— Просто я не собираюсь их сдавать. Мне ведь только пятнадцать исполнится в этом году.

— Прости, забыл, что допуск только с шестнадцати лет. Завтра начинаешь?

— Угу, — Лея готова была заплакать от расстройства.

— Райс, я готова, — из-за спины прозвучал надменный голос Каприс.

— Да, идём, Клара, — Дэн поднялся. — Лея, извини, нам пора.

— А как же библиотека?

— Я уже всё сделал, пока ты была у директора, — объяснил Райс.

Лея вышла за ними на лестничную площадку.

— Ли, тебя не звали, — Каприс обернулась, спускаясь под ручку с Дэном.

В холле пятого этажа Сара развлекала девчонок, показывая магические фокусы. У неё получался очень яркий тотем. Лея уже видела это волшебство, когда только поступила в Эль Кастильо. Старшая МакБраун — любительница показывать своё мастерство. Золотистая косуля — её тотемное животное — била копытцем, бегала по воздуху и мотала головой по приказу девушки, чем вызывала восторги и бурные аплодисменты. А также просьбы научить такой магии. На что Сара отвечала отказом.

— Девочки, это в третьем классе будет. Потерпите. Сеньор Дельгадо мне не простит, если я лишу его работы, — МакБраун засмеялась. — Лея, вы уже изучили формулу?

— Угу, — со слезами бороться стало легче.

Шоу немного отвлекло.

— Получается вызвать? — спросила Сара.

— Нет. Только золотой пучок мелькает. Ни у кого ещё не получилось, — ответила Лея, всхлипывая.

— Не повод, чтобы расстраиваться, — весело прощебетала девушка. — Здесь важен настрой, намерение и... чувство. Думайте о том, что вы защищены родом. И всё получится. Тотем — это родовой хранитель. Достаётся нам от предков. Или от человека, которого любишь.

На следующей неделе в расписании появились новые предметы. Теорию и практику алхимии поручили вести Всеволоду Снежински. Судя по тому, как самозабвенно он рассказывал ребятам о всевозможных веществах, катализаторах и особенностях приготовления растворов, предмет этот он любил. И хорошо в нём разбирался. Многого из того, что он говорил, в учебнике не было, или упоминалось вскользь. На уроках его царила тишина. Только маг-перья шуршали по тетрадям. Всё-таки хорошо, что волшебники не использовали обычные карандаши и ручки. Не приходилось отвлекаться из-за мелочей в виде потёкших чернил или сломанных кончиков. Да и выделять главное ребят научила Касперович. С помощью намерения можно было одним маг-пером пользоваться как целой палитрой.

Уроки Касперович сменили название на домоведение, а по содержанию почти ничего не изменилось. Осваивали применение магии в быту. Но со второго триместра цыганка обещала научить ребят эту самую магию скрывать от простолюдинов. К астрологии добавились основы гадания на таро.

А вот культурологию вместо миссис Луны преподавал её муж Нестор Дельгадо. На нём же была и экономика маг-мира.

Новый предмет снадобьеведение преподавала Надин Леру. Лея очень любила эту учительницу и её уроки. Только вот, несмотря на отличные успехи в ботанике и кулинарии, приготовление отваров и настоек поначалу давалось с трудом. Постоянно что-то просыпалось, разливалось или перекипало. Страх ошибки усугублял ситуацию. И Лея совсем разочаровалась в своих способностях. А ведь на медицинских курсах тоже нужно уметь создавать растительные лекарства.

— Мы теперь так редко видимся, — сетовал Дэн неделю спустя, когда ребята расположились в нише на четвёртом. — Во сколько у тебя заканчиваются лекции?

— В три часа, — ответила Лея.

— Отлично! — обрадовался Райс, на его лице засияла улыбка. — Сходим вместе на залив?

— Извини, я уже занята в это время, — большого труда стоило не заулыбаться в ответ.

— Что ж... — Райс почесал затылок. — Тогда после чая?

— После чая у меня семинар. А потом, — не дала Лея и рта раскрыть, — я буду выжата как лимон.

— В воскресенье.

— Пригласи Клару. Она свободна.

— Сердишься?

— Нет, — соврала Лея.

— Я не хочу гулять с Кларой. Я хочу гулять с тобой.

— Правда? — с улыбкой бороться было уже невозможно.

— Конечно. Ты сомневалась?

— Каприс каждый вечер рассказывает, что вы пара, что вам вместе очень хорошо, и она твоя девушка.

Дэн рассмеялся.

— Нам задали несколько докладов на двоих и практическую работу. Так что пришлось гулять с ней в лесу, собирая материал.

— Правда?

— Правда. Если бы у меня и была девушка, то это была бы только ты.

Лея чуть не бросилась ему на шею. Хотя и не смогла сказать ни слова.

— Ну, так что? Ты согласна?

— Угу. В одиннадцать. В воскресенье, — пропищала Лея.

— Нет, ты не поняла. Ты... хочешь быть моей девушкой?

Серые глаза ждали ответа. А Лея снова вспомнила наставление тёти. Никаких привязанностей. Так не вовремя. Никаких...

— Дэн...

— Извини. Я не тороплю с ответом. Просто... если... вдруг "да", то дай мне знать.

— Угу.

После лекций по медицине Лея побежала к дикому северному пляжу. Убедившись, что её никто не видит, она юркнула в тайный ход между корней и вскоре была в подвале Шато. Поднявшись по шаткой лестнице, прислушалась, нет ли кого в холле. Тихо. Дверь была заперта. Но формулу Лея знала, и ей не составило труда попасть в замок. Поздоровавшись со статуями, она спустилась вниз. Человек в чёрном работал за столом. Он взвешивал сушёные бутоны цветов и раскладывал их по бумажным пакетикам. Увидев Лею, кивнул, но продолжил свою работу.

— Помочь вам, сэр? — бутонов оставалось немного.

— Если бы я был уверен, что вы не повредите лепестки.

— Нет. Работать с растительными ингредиентами у меня получается. А вот составлять снадобья, — Лея вздохнула, — ни разу не получилось. Хоть я делала всё по рецепту.

— Здесь дело не в рецепте. А в опыте и... Перенесите эти пакеты в средний ящик вон того шкафа, — Снежински указал в угол. — И не берите так много. Не больше двух. Если повредите лепестки, магии не случится.

— Угу.

Лея ловко расставила пакетики в ящичке. Человек в чёрном даже похвалил её за аккуратность.

— Теперь я готов к тайцзы. Лейла, дракониха, где-то шастает по замку. Позанимаемся здесь.

— Угу.

После тренировки настала очередь Леи хвалить своего ученика. На удивление он схватывал всё быстро и даже не сопротивлялся, когда она разминала его плечи. Особенно левое было сильно зажато и никак не хотело расслабляться.

— Клара, а куда делся твой брат? — спросила Лея, когда девочки собирались в воскресенье на завтрак.

— Уехал в Монреаль. Тебе-то что?

— Ничего. Просто.

— Эй, Сара тоже собирается. Только в Ванкувер. Это по учёбе, — пояснила Соня. — Зато Эндрю в декабре приедет. На стажировку. Вот бы у них всё наладилось.

— И не мечтай, МакБраун. Кажется, твоя сестра влюблена в кое-кого другого, — игриво произнесла Каприс.

— Да в Красавчика почти все девчонки влюблены, — сказала Натали.

— И ты что ль? — фыркнула Каприс.

— Нет. Мне Марк нравится, — призналась Ламбер, залившись румянцем. — А вам кто?

Впрочем, и щёки Кэтрин Стоун тоже заалели. Но девушка промолчала.

— Лично мне нравится Лейк и Райс, — вдруг выдала Клара. — Оба из хороших семей волшебников. Родители при министерстве. Не могу выбрать.

— Может, стоит обратить внимание и на других парней? — предложила Лея.

— Например?

— Эй, не время думать о мальчишках, — выпалила МакБраун. — Пора подумать о завтраке.

Девочки засмеялись. Они гурьбой спустились в холл. И обомлели: двери столовой были украшены аркой из воздушных шаров и огромных — с человеческую голову — белых лилий.

— Праздник что ль какой... — пробормотала Соня.

Зал тоже приобрёл торжественный вид. Директор восседала в белой мантии-накидке и белой остроконечной шляпе. Девочки переглянулись и уселись на свои места. Столы ломились от вкусностей.

МакГрегори сообщила радостную весть. Вечером в субботу 21 сентября миссис Луна Санни родила мальчика. В честь них банкет. Сеньор Дельгадо тоже не был обделён вниманием. Его поздравили с тем, что он теперь может называться дедушкой. Круглый мексиканец даже прослезился.

В понедельник Лея обратила внимание, что чёрная цепочка на шее Снежински отсутствует. И сразу в её голове созрел план. Четвёртым уроком до обеда стояла алгебра. А поскольку Нестор Дельгадо отпросился, чтобы навестить жену с новорождённым сыном, целый урок у третьего класса был свободен. Лея пробралась в Шато. Первым делом она планировала осмотреть большую комнату. Удостоверившись, что поблизости нет дракона, закрыла за собой дверь, призвала магию света и подошла к столу. Все ящики оказались на замках. Отпирающие заклинания, которым научила их Касперович, не работали. Лея сочла это странным. Но решила, что человек в чёрном использует заколдованный ключ. Ведь сам он всё ещё лишён магических сил.

Далее ящички шкафов. На них замков не было. Тот, в котором лежали бутоны в пакетиках, Лея открывать на стала. А вот в верхнем с удивлением обнаружила пару золотых шариков.

Боясь столкнуться с человеком в чёрном, она поспешила в учебный корпус. Из двери под лестницей вышла как раз в тот момент, когда раздался звонок с урока.

На алхимии Лея прятала глаза. Боялась даже смотреть на Снежински. Казалось, что он видит её насквозь. И запросто прочтёт по глазам о том, что она нарушила обещание не рыться в его вещах.

К концу урока Лея неожиданно для себя получила целых два мэджика. И ей стало ещё более совестно, что она проникла в комнату Снежински. Но ведь надо найти медальон. СВОЙ медальон.

Вместо ботаники снова пришлось болтаться по школе.

На сей раз Лея решила сэкономить время и воспользовалась дверью под лестницей. Напрасно провозившись с ящичками и не найдя ничего интересного, она просто бродила по комнате. Пролистала лежавшее на столе пособие по приготовлению снадобий. Взгляд упал на матрас. Точно! Что если человек в чёрном прячет медальон под подушкой?

Нет. Ни под подушкой, ни под самим матрасом артефакта не было. Как не было и на раковине и в рукомойнике. Лея в отчаянии стояла посреди комнаты, когда заметила мелькнувшую тень в окне сверху. Заинтересовавшись, она подошла ближе. Забралась на выступ стены, вцепилась пальцами в подоконник. И чуть не упала, увидев в окне бледно-голубые глаза.

Лея выбежала из комнаты. Преодолела подземный коридор, но побоялась открыть дверь. Вдруг кто-нибудь есть в холле? Прислушалась. Вроде бы тихо. Замок щёлкнул, Лея на цыпочках вышла и закрыла за собой дверь. Чуть дыша прошла по ступеням вверх и услышала за спиной.

— Ли, стой! — Каприс быстро пересекла холл.

Она была раскрасневшаяся от бега, как и Лея.

— Что ты там делала? — задыхаясь, спросила Клара.

— Где? — очень не хотелось выдавать себя.

— В комнате Снежински.

Лея промолчала. Лишь нервно сглотнула застрявший в горле ком.

— Я всё видела. Ты была там. Это были ТВОИ глаза. Что ты делала в Шато?

— Замок закрыт. Туда нельзя, — Лея развернулась, чтобы уйти.

— Я всё расскажу. И Снежински и директору, — настаивала Клара.

— Расскажешь о чём?

— Что ты была в его комнате.

— Я не была в его комнате, — продолжала врать Лея.

— Я видела. Не пытайся лгать мне. Бессмысленно, Ли, — холодно заметила Каприс. — Директор применит к тебе извлечение памяти или сыворотку правды, и ты не отмажешься.

Лея промолчала в ответ. Обвинение было действительно серьёзным. Нужно срочно как-то выпутаться.

— Но если ты хочешь это скрыть... — продолжала Каприс. — Я ничего не скажу. Только с условием. Ты больше не гуляешь с Райсом.

— Я вижу, ты определилась? Отличный выбор, Клара.

Каприс сверилась с наручными часами.

— Через минуту прозвенит звонок, а через пять вся школа будет знать, что ты была в комнате Снежински.

— Я не была в комнате Снежински, — твёрдо сказала Лея. — А школе будет интересно узнать, КТО заглядывал в его окна.

На всякий случай Лея решила пока ничего не отвечать Дэну. Вдруг Каприс и правда разболтает директору. Но самое страшное, если узнает человек в чёрном. Тренировки тайцзы у них только по выходным. Ведь все вечера Лея занята на курсах. С удивлением для себя она обнаружила, что втянулась. Вместе с ней учились две девушки. Обе знахарки из инуитов. Потому-то руководство школы так уговаривало Лею на этот курс. Нельзя было отказать коренным народам в государственной программе. Но и нанимать преподавателя ради двух студентов министерство тоже запрещало. А учиться им приспичило именно в Эль Кастильо. Ивон Эчакван из Квебека переехала в Бич Пойнт и в субботу вечером уходила домой до понедельника. А Шерри Бойер — уроженка Британской Колумбии, поэтому жила при пансионате. Девушки разговаривали между собой на французском и держались вместе. Лею обходили стороной с самого первого дня, шептались за спиной. В глаза не смотрели и отводили взгляд.

В середине октября вернулся Дарк. Парень проводил дни на пятом этаже. То в библиотеке, то в холле девочек. В окружении старшеклассниц, вальяжно развалившись на диванчике у камина, он рассказывал о Монреале. Пел на французском "Вечную любовь" и имел успех. Только Сара ни разу не была замечена в компании блондина. Неужели она выбрала Миллера? Но кольца-то на пальце так и нет. Соня каждый вечер переживала по этому поводу, и Лее приходилось успокаивать подругу. Хотя после дополнительной учёбы чувствовалась вселенская усталость. Единственная отдушина — это тайцзы по выходным. Человек в чёрном больше не казался таким страшным. К тому же иногда он улыбался, и щёки его розовели. Но в классе он был строг к Лее, как никто другой. Стали даже ходить слухи, что это из личной неприязни.

— Вы каждый урок начисляете мне мэджики, — как-то раз сказала она ему. — Это может вызвать подозрение.

— Действительно, мисс. Может показаться, что я занижаю вам оценки. Ведь вы по праву зарабатываете свои монеты. Если и дальше так пойдёт, за триместр дотянете до твёрдой четвёрки.

— Без дополнительных уроков я бы не справилась, — призналась Лея.

Снежински усмехнулся.

— Я уж и забыл, когда это было. Как вы вообще выдерживаете такие нагрузки? Медицина ещё потребует от вас жертв.

— Я не хотела. Но пришлось. Это из-за девочек. МакГрегори не могла отказать индианкам. Не имела права. Иначе... сами понимаете...

— Могла бы предложить кандидатуру постарше. Например, Дарк. Какая разница, на каком курсе штаны протирать?

Лея засмеялась.

— Он говорит, что я его сглазила. Представляете? Сэр.

— Ничего удивительного, мисс. Ваши глаза... необыкновенные. Точь-в-точь как у неё...

— Лейла Сноу... Я третий год в Эль Кастильо, а ни на шаг не продвинулась к разгадке, почему я на неё похожа, — в отчаянии сказала Лея.

Мужчина усмехнулся.

— Третий год. Я здесь уже... А сколько я здесь? — он задумался. — Семнадцать. Семнадцать лет!

— Это много.

— И до сих пор... — он исподлобья посмотрел на Лею. — Вас проводить, мисс?

— Нет. Я сама.

Лея вышла в холл Шато, мысленно ругая себя. Она так и не сказала ему, что Каприс заглядывает в его окна. Впрочем, как и когда-то она сама. Из статуй разговаривала только Бланка. Объяснив это тем, что остальные фигурки находятся на чистке. Те экземпляры, что стоят в кабинете директора.

— Как же я скучаю по дедушке, — казалось, статуя плакала.

По деревянному лицу шли тёмные полосы, будто дорожки слёз.

Близился Хэллоуин, и школа стояла на ушах. Лея же не принимала участия во всеобщей подготовке. Праздник этот она никогда не отмечала и не горела желанием. А вот задуматься о рождественских подарках для преподавателей уже пора. Девочки собрались в холле пятого этажа и бурно обсуждали варианты, тянули жребий те, у кого не было идей.

— Я могу связать что-нибудь для малыша миссис Санни, — предложила Лея. — Но... у меня почти не осталось пряжи.

— Я могу купить в следующие выходные, — пришла на помощь Кэтрин.

— Отлично, девочки, — взяла слово старшая МакБраун. — Ну а самой миссис Луне что мы подарим?

— Книгу о младенцах? — предложила кудрявая девочка-мулатка, перешедшая в среднюю школу в этом году.

— Эй, хорошая идея. А мне попался Дельгадо. Нестор. Ума не приложу, что ему дарить.

— Волшебную палочку, — Каприс засмеялась. — Он же статик.

— С чего ты взяла? — спросила Лея.

— Ли, ты хоть раз видела, чтобы он колдовал?

— А мне вообще Хавва Абади попалась, — фыркнула Натали. — Что ей дарить?

— Что-нибудь, что поместится в заварник. Пакетик чая? — Каприс скорчила гримасу.

Со стороны камина раздался звон, словно писк тысячи комаров.

— Ой! — вскрикнула Сара. — Муаллима здесь!

— Кто? — переспросили девочки.

— Учительница. Это на арабском, — шёпотом ответила Сара и громко добавила: — Простите, мисс Абади.

Девушка поднялась и подошла к каминной полке. За вазой с цветами Лея рассмотрела тот самый заварник. Но как он там оказался? Тем временем голубоватый дымок уже вовсю валил из носика. Изогнувшись под цветами, сбоку от камина возникла полупрозрачная девичья фигура.

— Мисс Сара, лучше бы я осталась в учительской, — вокруг головы джинны извивались в воздухе две пышные косы, выбившиеся из-под косынки.

Тело Абади поднялось выше, так что ноги её стали видны по щиколотки.

— Если хотите, я вас отнесу, — Сара схватила заварник обеими руками, и учительница мгновенно схлопнулась голубым дымком внутрь. И уже оттуда донеслось приглушённое:

— Будьте так любезны.

Старшая МакБраун бережно сняла заварник с полки и вышла.

В субботу Лея попросила Соню помочь подготовиться к контрольной по французскому. Но подруга была так занята докладом по алхимии, что посоветовала обратиться к Саре.

— Она разве не уехала на стажировку?

— Эй, сегодня второе, а не двенадцатое.

— И где она? В библиотеке?

— Наверное, в спортзале. Она хотела покататься.

Лея спустилась на первый этаж. В огромном зале на льду тренировались мальчишки. На трибунах сидели несколько девчонок. Не найдя среди них Сары, вернулась в комнату досуга уговаривать Соню. Подруга согласилась при условии, что Лея поможет ей с алхимией. Вот тут-то и пригодились дополнительные знания, полученные от Снежински.

Когда девочки разбирали диалог на французском, в комнату досуга влетела разъярённая Каприс.

— Ли, ну теперь-то ты не станешь отрицать, — блондинка упёрла руки в бока. — Ты снова его сглазила.

— Кого? — не поняла Лея.

— Люмуса.

— Не говори ерунды, я его даже не видела.

— Как это не видела? А кто в спортзал заходил недавно?

— Я искала Сару.

— Не важно. Ты посмотрела, и он упал. Люмус! Упал! На ровном месте! Это нонсенс, Ли! — Клара орала так громко, что лицо её раскраснелось, а из комнат повыглядывали девочки.

— Эй, так ему, балбесу, и надо, — тут же выпалила Соня.

— А с тобой я вообще не разговаривала, — грубо ответила Каприс. Потом злобно зыркнула на других девочек. — И с вами тоже. Ли, прекрати насылать на брата сглаз. А то будешь, как глазливая Долли.

Двери комнат резко захлопнулись.

— Кто? — переспросила Лея.

— Ну ты и отсталая, — презрительно скривилась блондинка и, задрав нос, ушла в спальню.

— Эй, ты не знаешь эту легенду?

— Нет.

— Долли — лондонская ведьма. Бежала на корабле с мореплавателями от преследований. Она обладала мощнейшим даром сглаза. Только посмотрит — человеку сразу дурно делается. Сильный отойдёт через время, а слабые и вовсе с ума сходили.

— Так разве бывает? — скептически спросила Лея.

— Эй, ну конечно! А как иначе объяснить, что после встречи с ней прачка Маргарет Николсон чуть не зарезала короля Георга Третьего?

— Совпадение.

— Если бы! — Соня округлила глаза. — Сам король, увидев Долли, тронулся умом. Но ему удалось оправиться. Только потом в него стреляли. Я не удивлюсь, если и здесь эта ведьма была замешана.

— Погоди-ка, это про него Дэн в начале октября доклад делал? — задумалась Лея. — Георг Безумный?

— Эй, про него, конечно! А говоришь, не знаешь. Так вот, это глазливая Долли с ума его свела. Несчастья так и сыпались на короля.

— Бедная.

— Кто? — опешила Соня, её кофейный взгляд был прикован к Лее.

— Долли. Тяжело, наверное, приносить одни несчастья.

— Эй, ей-то что?

— Тебе разве не хочется любимым людям радость доставлять?

— Хочется.

— И ей наверняка хотелось. А не могла. Может, её прокляли?

— Эй, я не знаю, — Соня подпёрла голову руками. — Но скрыться от бед она не могла. Стала носить повязку на глаза. И уплыла в Америку. Да корабль-то потонул на полпути.

Весь следующий день Клара называла Лею не иначе, как глазливая Долли. Но если Сони рядом не было. МакБраун не давала подругу в обиду. Даже другой подруге. И Каприс рисковала потерять часть волос.

К ужину вернулись ребята, которые взяли экскурсию по острову. Но вот нескольких учеников всё же недосчитались. Директор призвала не беспокоиться. Ребята взрослые, часть из которых уже закончила основной курс обучения. Но дело в том, что среди них была и Сара МакБраун. И всё бы ничего, но и Дарк тоже отсутствовал. Несмотря на ушиб, парень не отказался от развлечений вне школы.

Соня была намерена снова сидеть в комнате досуга допоздна. Но, лишь немного задержавшись после отбоя, старшая МакБраун вернулась. Она вошла на негнущихся ногах. Взгляд застывший, испуганный.

— Эй, что случилось? — Соня помогла Саре добраться до ближайшего диванчика.

Девочки собрались вокруг сестёр МакБраун.

— Мы видели безумное привидение, — бесцветно пробормотала девушка, смотря перед собой невидящим взглядом.

— Где? — Соня обняла её.

— В "Таверне призраков".

Услышав это название, Лея обомлела. Она смотрела на Сару, звуки вокруг превратились в неясный гул. И вдруг отчётливо услышала голос Каприс:

— Ну вот, ещё одна зомби. А нет, две. Это что, заразно? Сидят, как три овечки. Овечки Долли.

Понедельник начался с географии. Лея села рядом с Дэном за первую парту, а Крис перебрался к Соне. Хотя Клара предлагала ему место рядом с собой. Человек в чёрном начал урок с того, что пристально посмотрел в глаза Леи, будто ища ответы на какие-то свои вопросы. Цепочки на его шее до сих пор не было. Да и во время занятий тайцзы он пресекал любые попытки спросить о медальоне. Неужели артефакт пропал?

— У тебя всё в порядке? — участливо спросил Дэн после урока.

— В полном, — соврала Лея и попыталась улыбнуться. — Просто не выспалась.

— Я сегодня отпросился домой. Вернусь утром. Принести тебе шарик?

— Что? А, память? Нет, пусть ещё полежит у тебя. Она ведь надёжно спрятана?

— Конечно. В отдельном флаконе и подписана. Бабуля не станет её смотреть. И нам не советует. Лучше её вернуть.

— Дэн, её некуда возвращать. Там просто дверь на петлях болтается в воздухе.

— Но ведь откуда-то шарик выпал.

— Я не знаю. Может... ветром принесло. Ветер сильный был.

— Странно это. Как из параллельной реальности, — Райс почесал переносицу.

— Параллельной, — медленно повторила Лея.

— Я так устала, а ещё два урока.

— Ли, прекрати ныть. Мы наконец-то приступили к практике, — осадила Каприс. — Старый Хорс был такой тягомотный.

— Эй, зато Снежински нас не щадит. Требует, как в институте, — высказала недовольство Соня, не любившая дополнительные нагрузки.

— МакБраун, не ты ли жаждала знаний? — усмехнулась Клара.

— Но не с такой же интенсивностью! Отдыхать-то когда? И спортом заниматься. У меня тренировки, а тут зубри сиди, придумывай, доклады готовь, — проворчала МакБраун.

— Радуйся, что развиваешь мозг. А то будешь тупая, как овечка. Долли, — Каприс хихикнула и посмотрела на Лею.

— Эй! — Соня толкнула Клару в плечо.

Вдруг пол будто поплыл. Но, несмотря на отчаянные попытки удержаться на ногах, Лея растянулась посреди коридора, больно ударившись. Начался переполох. Кто-то визжал, кто-то заливисто смеялся, кто-то гоготал. Перевернувшись на бок, Лея попыталась подняться, но руки и ноги скользили.

— Шоу "Овечка Долли на льду", — услышала она сдавленный голос Каприс.

Лея оставила попытки подняться, потому что каждая из них вызывала новые приступы смеха у зевак.

— Допрыгалась, Рыжая? — перед лицом остановились белоснежные начищенные ботинки.

Лея подняла глаза. Дарк присел на корточки.

— До тебя туго доходит?

— Эй, Дарк, отвали от неё! — из-за спины послышался голос подруги.

— Отвалю, когда извинится и перестанет насылать сглаз, — парень поднялся и нацелил палочку на Соню, приготовившись отражать удары. — Не заставляй меня ждать, Рыжая, — проговорил он, не глядя больше на Лею.

— Но я ничего тебе не сделала.

Его презрительный взгляд из-под косой белой чёлки снова устремился вниз.

— Ты сглазила меня. Несколько раз. Электро, — палочка резко опустилась, и Лея почувствовала неприятное щекотание в плече. Будто тысячи пауков пробежали под кожей.

— Нордвинд!

Ледяное дуновение, и вдруг блондин отлетел в сторону. Лея ощутила, как больно он ударился пятой точкой о каменный пол. Совсем как пару минут назад она сама. Мимо прошагал Дэн, держа Дарка на прицеле.

— Извинись, — сказал он парню.

Тот лишь заржал в ответ.

— Слышь, мелочь, не мешайся под ногами, — блондин поднялся, отряхнулся и отодвинул Дэна в сторону. Лея снова попыталась встать, но безуспешно. Зевак становилось всё больше.

— Огонь, — атаковала Соня, но парень загасил искру на подлёте. — Эй! Клара! Верни палочку! — вдруг недовольно выкрикнула она.

Тем временем Дарк применил проклятие скользкого пола и для Райса. Мальчишка, падая, схватил блондина за грудки, и они повалились на пол вместе. Что-то звякнуло. Лея поморщилась от боли. Соня протянула ей руку, помогая подняться.

Дарк снова был на ногах. Прицел, и Лея снова заскользила. Парень вытянул высоко руку, а Дэн, тоже вставший, пытался отобрать у него палочку, которую тот отнял у него.

— Позовите директора, — прозвучал отчётливо голос человека в чёрном, и действие магии прекратилось.

Дэн забрал свою палочку. А Дарка Снежински затолкал в учительскую. Палочка блондина так и осталась бы валяться на полу в коридоре, если бы Клара её не подняла.

Когда ребята спускались на второй этаж, прозвенел звонок. Но вместо ботаники пришлось идти в медицинское крыло.

Освободившись после лекции по медицине, Лея, измученная, поднималась на пятый этаж. У стеклянных дверей её поджидал Райс.

— Дэн, я так устала.

Вместо ответа мальчишка взял её под руку и повёл на четвёртый этаж в их излюбленную нишу. И только там начал говорить.

— Видел Дарка. У него огромный фингал под глазом. Я думаю, это Снежински его отделал.

— Преподавателям нельзя бить учеников, — скептически заметила Лея.

— Преподаватели живут в Эль Кастильо или приезжают на машине, как Ланде. А этот... Слушай, он никогда не числился преподавателем. Документы сгорели при пожаре. И вряд ли он их восстанавливал. У него даже палочки нет.

— Есть, — выпалила Лея и зажала рот ладонью.

— Колдовать он всё равно не может. Да и дело его не закрыто.

— С чего ты взял?

— Спросил у мамы.

— Когда?

— Сегодня. Я же говорил, что пойду домой. Только решил вернуться раньше. До завтра я ждать не мог. У Дарка медальон, как на Федерико Кастильо. Круглый.

— Металл? — Лея даже подскочила на месте.

— Да, серебристый такой. Когда мы падали, я ухватился за него и случайно порвал цепочку. Клара, кажется, подобрала.

— В музее семьи Уайетт я видела медальон с символом Огня. Дэн, а тебе не попадался элемент Земли? Квадратный. Жёлтый или коричневый. Или...

— Нет, — выпалил он, не дослушав. — Закроем тему. Крис предлагает в воскресенье снова идти в заброшку. Он звал Клару. Но она сказала, что собирается с братом в "Таверну призраков".

— Десятого? — Лея судорожно сглотнула, понимая, что для ночи проклятья нужно срочно искать другое место.

— Да. Вечером. Они идут с пляжа. Я хочу проследить за ними.

— Зачем?

— Краем уха слышал про какой-то обряд.

— Не ходи туда, Дэн. Дарк тебе не простит...

— Он меня не увидит, обещаю, — улыбнулся Райс. — Только бы Крис согласился перенести заброшку на субботу. Пойдёшь?

— Я спать хочу. Эти курсы сведут меня с ума. Я уже ничего не соображаю. Такая каша в голове.

— Почему директор не освободит тебя от школьных уроков помощи?

— Не знаю. Меня нет в списках, но посещать обязана. Я пойду, ладно?

Она машинально чмокнула Дэна в щёку, осознав, что сделала, только на подходе к комнате досуга.

На прикроватной тумбочке её ждал бланк вызова к директору. Время назначено на субботу в аккурат после лекции.

— Эй, ты была у Касперович?

— Нет. Почему спрашиваешь?

— Она искала тебя. Я сказала, что у тебя лекция. Цыганка что-то пробормотала и ушла. Я думала, ты её видела.

— Нет.

— Потише можно? — из-за полога раздался недовольный голос Каприс.

Лея и сама была не против лечь спать пораньше.

Алая лента вплетена в рыжие косы. Ну где же он — тот, кто перенесёт её на вершину башни. Пусть... пусть впивается когтями в плечи. Но несёт её. Туда, где слышен шёпот "Лей-ла-а..." Где чужое дыхание касается её щеки. Где пальцы скользят по шее так отчётливо, как наяву. И останавливаются под левой ключицей, причиняя острую боль.

Ночь. Ветреная. Бессонная, мучительная. Не приносящая отдыха.

Наутро Лея чувствовала себя такой разбитой. Тёмные круги под глазами. Непреодолимое желание спать. Даже завтрак не придал бодрости. Лея поднялась за рюкзаком в спальню. Обессиленная, она опустилась на кровать, ощутив головокружение.

— Сколько времени? — открыв глаза и потянувшись, спросила она у сидящей напротив Сони.

— Полдесятого.

— Я проспала культурологию?

— И таро. Я не стала тебя будить.

— Ты прогуляла урок из-за меня?

— Хороший повод лишний раз не видеть безумные глаза Касперович, — усмехнулась подруга. — Не удивлюсь, если она примчится сюда после звонка.

Но цыганка не пришла. Оказалось, что незадолго до конца урока она вылетела из класса, и больше её никто не видел. А после обеда выяснилось, что она не может вести уроки. По школе поползли слухи, что женщина бредит и беспрестанно плачет.

Каприс уверяла всех, что это явные признаки алкоголизма Касперович. А обратного никто и не доказывал.

Сон Леи повторялся каждую ночь и сопровождался невыносимой болью. Наутро под ключицей появлялось покраснение, к которому невозможно было прикоснуться. Иногда Лея не могла вовремя встать. Не было сил даже реагировать на шуточки Клары.

— Овечка Долли, видимо, уже того. Пора новую клонировать.

Соня сжимала кулаки, но терпела, чтобы не шуметь. Она молча шла в столовую и приносила что-нибудь поесть. Но всё равно Лея не успевала прийти в себя к первому уроку. А иногда и ко второму. Странно, что ни директор, ни новая тьютор, ни учителя не спросили о причине прогулов. Лея Ли словно перестала существовать для всех, кроме Сони, Дэна и язвительной Клары.

— Э, Рыжая, стой! — услышав голос за спиной, Лея обернулась.

Дарк отделился от стены и шагнул к ней. Синяк под левым глазом почти сошёл, оставив бледно-зелёный след.

— Расскажешь старухе — пожалеешь. Поняла?

— Нет, — честно ответила Лея.

— В понедельник ты сама упала. Теперь ясно?

Он навис над ней.

— Я уже и забыла, — пожав плечами, она продолжила путь.

В приёмной никого не было. Директор, судя по всему, свободна. Лея постучала.

Усевшись в кресло на тоненьких ножках, она поёрзала, не зная, чего ожидать от этой встречи. От предложенного чая отказалась. Ведь уже скоро будет ужин. А Лея хотела больше спать, чем есть.

— Мисс Ли, мы посовещались и решили освободить вас от школьных уроков первой помощи до конца триместра. Курсы во многом перекликаются. Но с января вам придётся возобновить посещение занятий с классом.

— А спорт? Можно? Тоже отменить.

— Сожалею. По нормативу вам бы не мешало ещё и добавить физической активности.

Лея вздохнула.

— Я очень устала, миссис Мария. Очень. А ещё... Писем от тёти не было?

— Нет. Была телеграмма на моё имя. Она просит вывести вас завтра из школы.

— За нами снова будут следить?

Лицо директора удивлённо вытянулось.

— С чего вы взяли... — пробормотала неуверенно она.

— Я хочу остаться в школе. Завтра ночью ЭТО снова повторится.

— Завтра? — голос МакГрегори дрогнул.

На лице женщины явно читался испуг.

— Завтра, — подтвердила Лея. — И я думаю, мне лучше находиться под медицинским наблюдением.

— Но ваша тётя проходила курсы.

— Пожалуйста. Мы... мы останавливались в "Таверне призраков", — закрыв от стыда глаза, призналась Лея. — Там ужасно. И там... полиция.

— Это серьёзный аргумент, мисс, — директор откинулась в кресле. — Если вы попадётесь, миссис Ли запретят посещать провинцию Остров Принца Эдуарда. А в случае ещё одного рецидива — и в Канаду путь будет закрыт. Так что нельзя допустить новое дело.

— Вы поможете не допустить, миссис Мария? — с мольбой произнесла Лея.

— Разумеется, мисс. Теперь расскажите мне...

— Я проспала эти уроки. Простите. Очень устаю.

— Я понимаю. Поэтому никаких санкций к вам не применено.

— Серафим Всемогущий! А если я просплю географию?

— В воскресенье вы можете лечь спать пораньше, — улыбнулась МакГрегори.

— Угу, — Лея задумалась.

— Так что за инцидент произошёл у вас с Дарком? — задала директор самый неприятный вопрос.

— Да ничего особенного. Я шла и упала. А он смеялся.

— Упала.

— Угу.

— Смеялся.

— Угу.

— А кто применил к вам проклятие "электро"?

— Эм-м... Я не видела.

— Не бойтесь, мисс. Мне уже всё рассказали. Но по протоколу я должна услышать подтверждение и от вас.

Сразу стало легче, и Лея выложила всё, как было.

За ужином директор объявила о роспуске средней школы на выходные в связи с предстоящим в понедельник Днём Памяти. И только Лея знала истинную причину столь поспешного решения — ночь проклятия. Чтобы о страшных муках узнало как можно меньше людей. Да и медицинской службе придётся нелегко. А мало ли кто из учеников пострадает? Оставить их без помощи директор не могла.

— Я направила уведомления голубиной почтой. Так что сегодня-завтра вас заберут родители. По острову, начиная с четвёртого класса, вы можете перемещаться самостоятельно. Если на вас есть заявление, разумеется. Мы планируем провести в школе масштабную дезинфекцию, — сообщила директор.

— Эй, никогда такого не было, — шёпотом сказала Соня, когда МакГрегори села, и все приступили к трапезе.

После ужина Лея вынуждена была отказать Дэну в прогулке из-за обещания, данного человеку в чёрном. Сегодня она планировала познакомить своего ученика с комплексом 24 формы. Хотя и не была уверена в том, что он готов. Решила действовать по ситуации.

Снежински мерил шагами холл Шато, когда Лея вышла из-под лестницы со светящейся палочкой в руке. Возле статуй стоял керосиновый фонарь. Блики на лице человека в чёрном придавали его образу устрашающий вид.

— Мисс Ли, завтра и в понедельник занятий не будет, — вместо приветствия сказал он.

— Да, я слышала про дезинфекцию, — подыграла Лея.

— Отлично. Будем заниматься здесь?

— Нет. Слишком холодно. Лучше в большой комнате.

— Там не натоплено. А в малой — дракон.

— Тогда спустимся в подвал, — предложила Лея.

Снежински поднял с пола лампу. Свет скользнул по лицам статуй. И где же Альберт Кастильо? Куда его могли спрятать, унеся вверх по лестнице? Может, стоило поискать в восточной части замка? Она уцелела почти полностью. Удивительно, но Лея там ещё ни разу не бывала выше первого этажа.

После тренировки пришлось снова подняться в Шато. Человек в чёрном хотел что-то показать Лее. Они вместе вошли в его большую комнату. Снежински поставил фонарь на стол и достал из ящика коробочку с палочкой.

— Вы должны пообещать мне, что это останется в тайне. Огонь, — искра попала в камин, но тут же погасла. — Что ж, недавно я и этого не мог.

— Огонь, — от заклинания Леи наконец разгорелось пламя.

— Огонь, — Снежински зажёг горелку под котелком, стоявшим тут же на столе. — Я слышал, вы не справляетесь с нагрузкой, мисс.

— И чего это я не справляюсь? Я справляюсь, — возмутилась Лея, не желая казаться слабой.

Мужчина усмехнулся.

— Разумеется, мисс. У вас есть с собой блокнот?

— Угу.

— Запишите рецепт. Прокипятить десять минут травяной сбор, состоящий...

Лея зафиксировала всё, что он сказал, на последнем листе своего дневника. Раньше она сдавала свои записи тёте. Но теперь... надо что-то придумать. Там столько личного, сокровенного. О себе, о школе, о Дэне. И конечно, о Снежински. Подробности сна, не дающего высыпаться уже неделю. О боли. И о странном магнетизме между...

— Дайте я проверю, верно ли вы записали.

Лея вырвала листок и протянула человеку в чёрном, спрятав дневничок в сумочку. Мужчина пробежался глазами по написанному и вернул рецепт.

— Не потеряйте, — сухо сказал он и погасил пламя под котелком. — У меня всего одна кружка, мисс.

— Угу. Я помню. Сэр.

— Не обожгитесь. Она металлическая.

— Угу.

Он стоял так близко, что Лея чувствовала его дыхание. Как во сне. Пальцы коснулись пальцев. Дрожь. Только бы не обжечься.

— Не бойтесь, это не яд. Тонизирующий напиток. Но каждый день принимать нельзя. Запомните.

— Угу, — она смотрела в его чёрные бездонные глаза.

— Да и на ночь не стоило бы принимать.

— Кошмары будут сниться?

— Нет. Просто бодрит.

После тонизирующего напитка Лея почувствовала прилив сил и даже сходила на прогулку с Дэном. Ребята долго бродили по парку, держась за руки. Даже без перчаток с Райсом было тепло. Особенно, когда он обнимал её под раскидистым клёном и улыбался так, что казалось, светит солнце. Вот бы и он уехал завтра. Нельзя ему знать о проклятии.

— Дэн.

— М?

— Я согласна быть твоей девушкой.

Он подхватил её и закружил, а потом оставил на щеке робкий поцелуй.

Зря Лея доверилась человеку в чёрном и выпила тонизирующий напиток. Сон никак не шёл. Даже мерное сопение поздно угомонившихся девчонок не способствовало успокоению. Внутри всё ликовало. Хотелось летать и петь, а щёки горели после мимолётного прикосновения губ.

— Тебе ведь некуда идти? Хочешь, я тоже останусь в школе? — утром предложил Дэн.

— Н-нет. Не стоит. Передашь прабабушке привет от меня. И ещё... Мне нужно кое-что. Вот, — Лея положила перед парнишкой список ингредиентов, недостающих для приготовления тонизирующего напитка.

Она намеренно решила не просить тётю, чтобы не вызывать лишних вопросов. Про посещение дополнительных медицинских курсов Чунь Шэн тоже не суждено было узнать. Лея Ли больше не послушная овечка. Теперь у неё есть свои секреты. И самый главный — сидящий рядом и смотрящий на неё с теплотой Дэн.

— И ещё... мне нужен блокнот. Сможешь принести?

— Конечно. Без проблем.

Приготовив уроки на вторник, ребята вышли из библиотеки. Лея дождалась, когда Дэн соберёт рюкзак, и проводила его до ворот. Они долго не могли распрощаться. Предстоящие сутки разлуки казались вечностью. А Лее особенно. Ведь каждую ночь проклятия она ждала как последнюю. После неё жизни будто не существовало.

— Ты не против, если я расскажу бабуле? — Райс нежно погладил пальцем по щеке.

— О чём?

— О нас.

Она, смущаясь, уткнулась лицом ему в грудь.

— А не рано? — подняла глаза.

— Никогда не рано, — спокойный серый взгляд внушал уверенность.

— Расскажи. И привет не забудь.

— Конечно, — Дэн убрал пальцем под шапку её золотую прядь.

— Молодые люди, — голос директора вернул в реальность.

— Ну, мне пора, — с грустью сказал парнишка.

— Угу, — разрывать объятья так не хотелось.

Она махала ему вслед, а на кончиках пальцев осталось последнее прикосновение.

— Стая собралась, — едва Лея переступила порог школы, заявила Касперович.

Пошатываясь, она стояла посреди холла. Куталась в шаль и приглаживала ладонью свои взлохмоченные волосы. Сумки ведьмы на ней не было.

— Эсмеральда, прекратите нагнетать обстановку. Нас и так ждёт тяжёлая ночь, — директор закрыла за собой дверь. — Идёмте, мисс Ли.

— Соединятся двое и проклятье спадёт, — цыганка обхватила голову руками и, покачиваясь, поплелась в сторону буфета, продолжая что-то бормотать себе под нос.

Лею директор попросила подождать в приёмной, а сама через свой кабинет отправилась в младшую школу. Вскоре вернулась в сопровождении Надин Леру. Целительница принесла с собой чемоданчик.

— Мадмуазель, сегодня не получится разместить вас в младшей школе. Первоклассники остались практически в полном составе. Я боюсь, они перепугаются.

— Хорошо. Но как быть с месье Леру? Мне бы не хотелось, чтобы... — Лея опустила глаза.

— Не беспокойтесь, Оливье этой ночью в корпусе не будет.

Леру и МакГрегори переглянулись.

— Тогда, мисс, после чая я выйду к воротам поговорить с вашей тётей.

— Мадмуазель, дайте руку, — мадам Леру раскрыла чемоданчик. — Измерим давление и температуру. В девять вечера ожидайте меня в больничном крыле средней школы.

— Угу.

— Как хорошо, что вы пришли, Надин, — навстречу целительнице вышел месье Леру. — Сегодня тяжёлая ночь, а у меня пациенты. Мистер Лейк сломал ногу, а мисс Каприс палец. У мисс Ламбер отравление. Госпожа Касперович снова не в себе. А тут ещё мисс Ли с котомочкой сидит, вас ждёт. Мне так и не удалось узнать, на что она жалуется. Но вид у неё неважный.

Мадам Леру вздохнула.

— Сожалею, но ни я, ни мисс Ли не можем остаться. Позовите директора или кого-нибудь с медкурса.

Лея слышала разговор, сидя на кушетке за ширмой. Она прижимала к груди рюкзак и чуть не выронила его, когда мимо проскользнул золотой кролик — тотемное животное старого лекаря.

— Мисс Ли, план меняется, — прежде румяное лицо целительницы сейчас выглядело бледным.

— Мы идём в начальную школу? — Лея поднялась.

— Мы идём в Шато, — ответила Надин Леру уже в коридоре.

— А как же мистер Снежински?

Женщина с подозрением посмотрела на Лею.

— Не думаете ли вы, что месье живёт в разрушенном замке?

— Нет, конечно, нет, — и как можно было так подставить и себя и его? — Простите. Но я... кажется, видела его на старой башне.

— Кажется, — всплеснула свободной рукой Надин, нёсшая огромный чемодан.

— Меня точно никто не услышит?

— Не услышит и не увидит, мадмуазель.

Идти по подземному коридору было так волнительно. А статуи? Что они подумают? Статуи вообще могут думать? Да, эти — могут. Проходя через холл, Лея обратила внимание, что дедушки так и нет. А в глазах остальных членов семьи ужас. Несмотря на то, что статуи даже не шевельнулись, было понятно, что они всё видели. Но почему так напуганы?

— Осторожнее, мадмуазель. Смотрите под ноги.

— Угу.

Они вошли в маленькую каморку. Ту самую, где пряталась Лея прошлой зимой от тёти.  Здесь было натоплено. Лежанка в углу пуста. Интересно, мадам Леру знает о драконе? Что если человек в чёрном всё же войдёт сюда? Или его разместили где-то в замке? Как много вопросов, а вместо ответов только боль, вонзившаяся под левую ключицу. Надин Леру подготовила постель и подбросила дров в камин.

— Измерим давление.

Лея покорно протянула руку.

В комнатке становилось невыносимо душно. Пространство уплывало, тонуло в серой дымке и возвращалось обратно. От боли иногда хотелось выть. Кричать. И казалось, замок отвечает ей эхом. Будто настоящим человеческим голосом, стонущим от невыносимой боли. Будто она не одна здесь. Будто страшное проклятье нависло над каждым, кто находится на магической территории. И даже больше — над всем островом Принца Эдуарда.

— Здесь боль, — бормотали иссохшие губы. — Смерть и боль. Не моя. Чья боль? Чья? Там... Там. За стеной смерть.

Дальше в памяти провал. Наутро Лея с трудом вспомнила, где она провела эту ночь. Огляделась. На раскладной кушетке напротив камина дремала Надин Леру. Дверь закрыта. Дракона нет. Но его ведь и не было? Только лежанка смята и кажется тёплой, будто зверюга спала здесь не более минуты назад. Лея прислушалась. Ни единого звука, кроме потрескивания огня в керосиновом фонаре на полу. Только бы человек в чёрном не слышал её. И не узнал, что она была здесь. Но почему он стоял рядом? Да, этой ночью. Она отчётливо помнила его лицо. Оно было молодым. Как на фото из розового альбома. Испуганный взгляд. Ладонь зажимала рану под ключицей. Кровь сочилась сквозь пальцы. Он беззвучно умолял исцелить его.

Лея не стала будить мадам Леру. Оделась, подошла к двери. Открыла. Оглянулась — целительница спала крепко. Вышла. Сегодняшняя ночь была особенной. Никогда прежде она не чувствовала источник боли так близко. Будто сама смерть караулила за стеной. Может быть, это дракониха? Ведь она очень стара.

Возвращаясь из туалета под открытым небом, Лея решила подойти к большой комнате. Если драконихи больше нет, снова можно почувствовать разрушительную Ша. Тихонько ступая, она приблизилась к двери. Приложила ухо и чуть не провалилась внутрь. На пороге стоял ОН. Бледный, уставший, растрёпанный, на рубахе в месте раны — запёкшаяся кровь.

— Вы? — только и смогла сказать Лея, после чего заметила за его спиной точно такую же раскладную кушетку, на которой спал старик Леру.

В кабинете директора пахло валерианой. Сама МакГрегори при этом заметно нервничала. Лея сидела в кресле на тонких ножках с чашкой имбирного чая в руках и испытующе смотрела на пожилую женщину.

— Я не должна вам этого говорить, — наконец произнесла директор с дрожью в голосе. — Но, видимо, придётся.

Лея сделала глоток. По внутренностям пробежало тепло, а потом снова тело пробил озноб.

— Мистер Снежински живёт в Шато, потому что его мучает смертельное проклятие. Чтобы не пугать учеников...

— Неужели ничего нельзя сделать? И вообще, почему я ощущаю это? Причём с рождения. Как и смерть Лейлы Сноу. Ведь именно её я чувствую. И похожи мы, как близнецы. Какая между нами связь?

— Я не могу ответить на этот вопрос, мисс. Ваша тётя строго-настрого запретила это делать.

— Что? Моя тётя? Она знает ответ?

— Боюсь, что всегда знала.

— Нет, — дрожь в руках мешала держать чашку.

Разум, и без того уставший, отказывался принимать всерьёз слова МакГрегори.

Чай пролился на коленки и обжёг ноги.

— Потому и напала на мистера Снежински прошлой зимой, — продолжила она.

— Выходит, они знакомы. Но он говорит, что не помнит её.

— Он и не вспомнит, — директор встала, открыла сейф позади стола и достала большую прозрачную банку, полную золотых шариков. — Некоторые моменты можно забыть, но не уничтожить и не стереть. Те, что ушли в подсознание, мисс. Мистер Снежински сжёг свои воспоминания. Но те, что были его сердцу особенно ценны, восстановились из пепла. Как возрождается феникс.

МакГрегори достала из ящичка стола фарфоровое блюдце, налила в него немного воды и стала по очереди доставать шарики из банки. Каждый она макала в воду и смотрела на образовавшуюся рябь. На пятом остановилась. Взяла палочку, произнесла длиннющее заклинание на латыни, а потом разбила шар, как яйцо, и взявшись за две половинки, будто вывернула его наизнанку.

Комната поплыла. Густой туман, поваливший из золотого шарика, мгновенно заполонил пространство.

— Директор, — испуганно пролепетала Лея.

— Не бойтесь, мисс, — прохладная рука легла на запястье. — Просто наблюдайте.

Стало светло. Туман рассеялся, и Лея вместе с директором оказались на зелёном холме у Шато. Из раскрытых окон замка звучали радостные голоса, а над стенами возвышались две башни. Арка внизу была целая, и у неё топтался юноша.

— Это же мистер Снежински, — чуть дыша сказала Лея.

— Да. Он нас не видит.

— Мы попали в прошлое?

— Почти. Это его воспоминание. Двадцать первое июня тысяча девятьсот девяносто седьмого года. То, каким он запомнил этот день.

Тем временем из арки выпорхнула девушка. У Леи защемило сердце. Так вот как она будет выглядеть в 21.

— Лейла! — выкрикнул он ей вслед.

Девушка тряхнула рыжей головой и ускорила шаг. Юноша рванул за ней. В сторону малого здания на берегу. Директор и Лея поспешили следом.

— Что ещё я должен сделать, чтобы ты перестала избегать меня?

Девушка молчала. Они обошли малый корпус, который был ещё цел, и остановились у стены.

— Лейла...

— Сев, я замуж выхожу.

Его губы дрогнули. Даже издали было заметно, что он крайне огорчён.

— Он не любит тебя! — в сердцах выпалил юноша.

— Брось. Ты просто завидуешь Лео. Что я выбрала его, а не тебя, — ответила девушка.

— Но мы... были обручены.

— И что? Я поняла, что с ТОБОЙ не хочу связывать жизнь. Мы можем остаться друзьями, если ты, конечно, хочешь.

— Друзьями, — горько усмехнулся он.

— Друзьями, Сев, — девушка развернулась и пошла прочь.

— Стой, — Снежински догнал её. — Если помолвка расторгнута, ты должна вернуть медальон.

— Этот? — она потянула за чёрную цепочку на шее, и из-под одежды выскользнула уже знакомая тёмно-синяя капля. — Ты подарил мне его. Так что...

Их заволокло туманом, а голоса превратились в невнятный гул. Лея снова оказалась в кресле напротив стола директора.

— Тётя жила с Лейлой в одной комнате.

— Да, мисс, — подтвердила МакГрегори.

— Выходит, она... украла медальон у Лейлы? Из-за этого и сбежала на Ванкувер? Но... мне сказала, что он попал к ней значительно позже. Не в ту ночь.

— Разумеется, не в ту, — уверенно подтвердила директор. — В ту ночь медальон вернулся к мистеру Снежински.

Лея подскочила.

— Так это... ЕГО медальон?

— Совершенно верно. Только он этого не помнит. У него не осталось ничего, кроме прошлого, в котором нет Лейлы Сноу.

— Теперь понятно, почему мистер Снежински и тётю не помнит. Он потерял память, — догадалась Лея.

— Он не потерял память. Его её лишили.

— Кто лишил?

— Я.

Лея быстро нашла в чемодане записку с адресом прабабушки Дэна. Взяв горсточку семечек, она быстро побежала уже известным маршрутом на голубятню. Птиц было немного. Лея протянула ладонь. Два белых голубка сели ей на пальцы. Одному из них она прицепила к лапке записку и назвала адрес. Затем, одевшись потеплее, вышла к воротам на границе магической территории. Райс не заставил себя долго ждать. Сквозь прутья решётки Лея видела, что он приехал на такси. Когда машина исчезла за поворотом, парнишка постучал палочкой по замку. Не успели ворота закрыться, как Лея бросилась ему на шею.

— Я так и не понял, что случилось. Память взял, как ты и просила.

— Дэн, директор — менталист.

— Нет, я не думаю, — спокойно ответил юноша, взяв её пальцы в свою тёплую ладонь.

— Я тебе точно говорю. Это она лишила памяти человека в чёрном. А час назад пыталась проделать то же самое и со мной.

— С чего ты взяла? — не поверил Райс.

— Она думала, что ввела меня в транс. Чтобы изменить память. Но... Дэн. Мастер Ло научил меня не поддаваться гипнозу. МакГрегори внушала мне уверенность, что мне всё приснилось.

— Что "всё"?

— Точно. Прости, не рассказала.

По пути до парка Лея передала другу события последних нескольких часов. Как вместе с директором они просмотрели воспоминание Снежински.

— Ты помнишь заклинание?

— Нет. Оно длинное. Но зато все движения могу повторить, — призналась Лея.

— Тогда мы сможем посмотреть этот золотой шар. Если, конечно, хватит магии.

— Ты сильный волшебник, Дэн.

Парнишка смутился.

— Что ты? Вот Крис... Колдует, как взрослый.

— Твой "нордвинд" был сногсшибательным, — засмеялась Лея.

— Это да, — Райс почесал затылок.

Учащиеся возвращались. Кто вечером, кто рано утром. Соня появилась только к концу дня во вторник. Сказала, что провожала Сару на стажировку.

— Наконец-то она будет рядом с Эндрю, — мечтательно потянулась подруга. — И кольцо вернётся. И летом свадьба будет.

— Сара хорошая девушка и достойна счастья. Эндрю, правда, классный, — сказала Лея.

— Эй, конечно, отец бы не потерпел никудышного зятя. Он не отдаст нас кому попало.

— А если влюбишься? В кого попало, — спросила Лея.

— Ну нет, дудки! Я вообще пока не собираюсь влюбляться. Нужно школу закончить. Поступить куда-нибудь. Папа не очень одобряет спорт. Надо искать компромисс, — поникла Соня.

— Понимаю. Тётя Чунь не одобряет медицину.

— Эй, ну и что? Ты же ходишь туда вынужденно.

— Да, но... Кажется, мне это интересно. У меня получается.

Подруга усмехнулась.

— Тогда тёте придётся смириться.

— Угу. Как и твоему отцу. Я думаю, со временем он примет твоё увлечение.

— Тут уж смириться придётся мне. Он видит меня медиком. А у меня даже манекены дохнут.

Девочки засмеялись.

— Ты могла бы лечить спортсменов, — предложила Лея.

— Эй, ну уж нет. Быть так близко к игре и не выходить на лёд — смерти подобно. Уж лучше, как Сара. Учить пойду. Хоккею.

— Это хорошая мысль!

— Но не для моего отца.

После лекций в субботу Лея не смогла пойти на тренировку к мистеру Снежински. Дэн поймал её у двери под лестницей.

— Отлично, у тебя есть ключ, — радостно сказал он.

— Тише, пожалуйста.

Райс юркнул за ней в подвал. Теперь ни о каких занятиях тайцзы не могло быть и речи. Может, это и к лучшему. Лея не видела человека в чёрном с того самого утра, как узнала об их общем проклятии. Наверняка ему тоже будет неловко рядом с ней, как и ей самой рядом с ним.

— Я принёс память, — Дэн достал из сумки два золотых шарика. — Второй я выменял у Криса на баночку териака.

— Я не запомнила заклинание.

— У меня записано. Прабабушка поделилась.

— Она тоже менталист?

— Нет, что ты! Просто сильная ведьма с обширными познаниями. А менталистам не нужны заклинания. Они читают по глазам. Вот, держи. Это латынь. Но помни, произнося, ты должна знать перевод. Запомни и думай о нём во время колдовства. Здесь, на обратной стороне.

— Откройся, время и пространство, яви разум по воле иль неволе, допусти до правды и сохрани потомкам. Амен, — прочитала Лея написанное красивыми закруглёнными буковками. — Амен? Что за ерунда? Никто не говорит "амен" в магии. Это же не молитва.

— Я не знаю. Прабабушка так написала. Значит, так надо.

— Директор не говорила "амен". Кажется, — Лея уже не была уверена.

— Не забудь произнести три раза. И в конце "амен" не забудь, — предупредил Дэн. — Три раза.

— Стоп, ты разве не поможешь мне? Я боюсь, что не очень хорошо справляюсь со своей палочкой. Она слушается через раз.

— Я бы помог. Но не знаю движений. И это нужно делать одному человеку.

— Ладно. Возьми бумажку, — Лея, держа шарики в раскрытой ладони, направила на них палочку и забормотала заклинание.

Каждый раз добавляя "амен", она произнесла его трижды в конце, потому что движения палочки должны быть синхронны тексту. Так она запомнила действия директора. Стукнула по шарикам. Но видимо сделала это слишком сильно. Райса отбросило взрывной волной, а дым повалил сам, да такой плотный, что мгновенно стало ничего не видно.

— Дэн! Дэн, ты где? Дэн! Отзовись. Ты слышишь меня?

Ответа не было. Только гул. Дым рассеялся, а темнота осталась. По полу перекатывались сотни золотых шариков. А внутри них будто мелькали кадры. В глазах рябило. Лея отчётливо видела только тень от своих ног в прямоугольнике света.

— Она сказала, ты должен сделать это сам, Всеволод, — за спиной раздался голос МакГрегори.

Лея вздрогнула. Оглянулась. Директор похлопала испуганного юношу по плечу и вышла за дверь. Молодой Снежински поднял палочку. Лее показалось, что он целится в неё. Юноша оглянулся. Вдруг поднял один из шариков и сунул в карман. А потом уверенно произнёс:

— Огонь! Призываю тебя. Повинуйся мне. Огонь! Покажи свою мощь. Огонь! Испепели, отмени, исцели. Стихийное Пламя!

В Лею полетели красные пылающие языки. Она не почувствовала жара, но испытала такой страх, как испытывала в ночи проклятия. Паника и боль. Она рванула к выходу. Дверь захлопнулась. Остановиться Лея уже не могла. Приготовилась к удару, но прошла, будто призрак, сквозь дверной косяк и оказалась на площадке, выложенной мелкой плиткой. Снежински и МакГрегори рядом не было. Идти было некуда — кругом провалы и запах гари. И дым, будто что-то тлеет совсем рядом. Сизой пеленой затянуло всё пространство вокруг.

Через несколько секунд Лея увидела, что стоит у входа на башню. Оказалось, тлели перекрытия. На полу в куче пепла копошился человек в чёрном. Что-то искал. Лея заметила, что он плакал. Наконец Снежински вытянул за чёрную цепочку медальон в форме капли. Оттёр от пепла. Дрожащими руками открыл крышечку, зарыдал. Потом коснулся губами рыжего локона внутри медальона.

Мимо промчалась Касперович. Бросилась к человеку в чёрном.

— Уходите. Уходите, Всеволод! Сюда уже идут. Ланде всё потушил. Уходите. Вы в опасности.

Цыганка помогла мужчине подняться. Но он снова рухнул на колени:

— Лейла. Лейла!

Белая пелена скрыла его страдания, и Лея увидела перед собой керосиновую лампу на стене подвала школы. А под ней человека в чёрном. Он стоял как вкопанный и ошалело смотрел на неё.

— Что это было? — потирая локоть и прихрамывая, подошёл Дэн. — Ты несколько минут находилась в белом коконе из дыма. Я напугался... Здравствуйте, мистер Снежински.

Человек в чёрном перевёл взгляд на парня.

— Меня тоже поглотил этот кокон. Но что, чёрт возьми, я видел?

— Ваши воспоминания, — ответила Лея.

— Выходит, я их сам сжёг, — удручённо проговорил Снежински. — Но зачем?

— Сходите к месье Леру, сэр, — посоветовала Лея.

— Он может ответить?

— Он даст вам успокоительное. У вас тахикардия и...

— К чёрту, — Снежински махнул рукой и скрылся в темноте подземного коридора.

— Он не снял с нас штрафные баллы? — удивился Дэн, когда шаги человека в чёрном смолкли.

— Не до баллов, видимо, — пожала плечами Лея. — Выйдем на воздух. Мне нехорошо.

— Вот они, голубки, — через перила свесилась Клара. — Где взяли ключ?

— Какой ключ? — Лея сделала удивлённое лицо и вдруг почувствовала, как Дэн сжал её ладонь.

— Райс, у тебя?

— Нет, — ответил парнишка.

— Ли, не глупи, — Каприс спустилась с лестницы. — Вы оба вышли из этой двери.

— Тебе показалось, — как можно беззаботнее сказала Лея, в ответ сжав пальцы Дэна.

Клара выставила ладонь.

— Дай ключ, или я расскажу директору, что вы незаконно проникли в подвал. И вообще... ЧТО вы там делали?

— Где? — Лея продолжала играть роль.

Каприс ухватилась за цепочку на её шее и потянула. Как хорошо, что ключ успел превратиться обратно в зуб дракона.

— Но я видела, — выплюнула Клара и, одарив парочку злобным взглядом, убежала прочь.

Таких противоречивых чувств Лея никогда прежде не испытывала. Ей было приятно держать ладонь Дэна, находиться с ним рядом. Но вместе с тем очень хотелось остаться одной и бежать в Шато. К двери вникуда. Ведь если не там параллельная комната, то где? Нужно проверить. И не осталось ли там ещё шариков памяти Снежински. И что это вообще за комната такая? Чем она поможет расследованию? С этими мыслями Лея ходила за руку с Райсом вокруг фонтана, односложно отвечая на его вопросы. Иногда лишь возвращаясь в состояние здесь и сейчас, когда он стоял близко-близко и обнимал её, смотрел в глаза, касался её кожи. Его дыхание было таким родным. А парфюм Дэна переносил её в то время, когда они были ещё просто друзьями, детьми. Но теперь... теперь всё серьёзно.

— Давай завтра в заброшку сходим, — предложил парнишка.

— Угу. Крис пойдёт?

— Не знаю. Позвать?

— Как хочешь.

— А ты КАК хочешь?

— С вами вместе я бы чувствовала себя более уверенно, но... Дэн, мы так редко можем побыть только вдвоём.

— Тогда не пойдём в заброшку. Погуляем.

Они сделали ещё круг по парку. Потом по лесной дорожке вышли к школе.

— Давай возьмём Криса, — согласилась Лея.

— Можно и девочек позвать, — предложил Райс. — Соня как-то спрашивала меня, правда ли в заброшке есть библиотека.

— Соня? — от удивления Лея даже остановилась. — Вот не ожидала от неё.

— Почему?

— Не замечала за ней интереса к библиотекам.

Райс улыбнулся, и так захотелось обнять его, этого милого парнишку с серыми глазами. Такого тёплого, родного... любимого.

В комнате досуга у камина грелась Каприс.

— Ли, прекрати вешаться на Райса, — ультимативно сказала она.

— Имею право. Дэн — мой парень.

Клара громко засмеялась.

— Ну разумеется, Ли. Мальчишка из богатой семьи с аристократической родословной заинтересовался бедной сироткой. Ты сама-то себе веришь?

— Не говори ерунды, Клара. Какая родословная? Двадцать первый век на дворе.

— Ну ты и глупая, Ли. Магическая ДНК должна передаваться дальше, не смешиваясь с простолюдинскими.

— Я ведь волшебница.

— Да какая разница, если ты не знаешь своих корней. Кто ты? Кто твои родители? Какой дар они тебе передали? Имеет ли твоя магия вектор, или тебе суждено быть статиком? Уважающий себя волшебник предпочтёт статичку из известной магической семьи, чем проявленную безродную ведьму.

— Почему? — не поняла Лея.

— Потому что волшебники должны закреплять и усиливать ДНК магии в роду. Особенно сейчас, когда в популяции так много статиков.

— Не морочь мне голову, Клара. Близкородственные связи ведут к вырождению. Не это ли ответ на вопрос о статиках? — уверенно парировала Лея.

— Да что ты понимаешь, Ли, в генетике?

— Многое. Мой дядя — великий учёный. Он работает с ДНК.

— И чем же он знаменит?

— Он клонирует животных.

— Пф-ф, зачем? — закатила глаза Каприс. — Никогда этого не понимала. И не пойму. Глупости.

— Вовсе нет. Это очень востребовано. Многие не могут пережить смерть своего питомца и обращаются к дяде Хенгу. Спустя время получают точную копию любимчика. Видела бы ты их радость. Это невозможно передать словами. Но знаю точно, дядя Хенг делает людей счастливыми.

— Постой. Он ведь... китаец?

— Да. Сейчас живёт в Гонконге.

— Профессор Ли Хенг Ан?

Лея округлила глаза. Даже дыхание спёрло.

— Ты знаешь его?

— Читала как-то в газете. Он выступал на конференции по репродуктивным технологиям. Здесь, в Канаде.

— В газете?

— В газете, Ли. Ещё про тебя вспомнила, — усмехнулась Клара. — Подумала, вдруг родственники. Потом смотрю, он-то китаец, а ты... Кто ты, Ли?

— Я не знаю, — устав от разговора, Лея направилась в спальню.

— Ты — овечка Долли, — захохотала вслед Каприс.

Рано утром Лея ушла в библиотеку. Она решила подготовить доклад по династии Габсбургов. Как близкородственные браки привели к вырождению. Эти волшебники должны узнать правду. А то живут, как в каменном веке. Но научный прогресс давно шагнул вперёд. Жаль только, информации по теме было очень мало. Да и то, что Лея нашла, не соответствовало действительности. Так что доклад она писала, в основном, по памяти со слов дяди Хенга, рассказов тёти и статей в некогда прочитанных научных журналах. Получилась довольно объёмная работа. Осталось только в понедельник договориться с миссис Бих о дате выступления. Лея была уверена, что старушка учительница будет не против. Дэн ведь регулярно что-то рассказывал на уроках.

— Так и знал, что найду тебя здесь, — запыхавшийся Райс плюхнулся рядом. — Ребята не дождались. Ушли без нас.

— Прости, я увлеклась докладом. Минуту. Закину рюкзак и переоденусь.

Забравшись через окно в малое здание, Лея и Дэн немного побродили по первому этажу.

— Бабуля говорит, тут жили студенты и практиканты. Но с приходом Чёрной Тьмы всё превратилось в руины. Она несколько лет терроризировала американский континент. В Канаде несколько волшебников и волшебниц пострадали.

— Как?

— Она вселялась и управляла ими.

— То есть, волшебник становился безумцем?

— Типа того. Как инфекцией заражала собой.

— А сейчас она где?

— Не знаю. Никто не знает. Давай руку, — Дэн помог перебраться через отвалившийся кусок стены. — Смотри, там тоже лестница. Пойдём?

— Угу.

— Кстати, ты поняла, кто такая эта Чёрная Тьма?

— Сумасшедшая ведьма. Но она что, правда, бессмертная?

— Это чума.

— Что?

— Прабабушка так говорит. Инфекция. Но не болезнь от микробов, а болезнь души. Очернение помыслов. Человек теряет себя, полностью подчиняясь ей. Кто-то заболевает и умирает, а кто-то... сам становится Чёрной Тьмой. И заражает других.

— Как так "становится"? — не поняла Лея.

— Буквально. Меняется внешне. Взгляд. Помыслы. Даже возраст. Крис говорит, что узнал от деда, как в его времена Чёрная Тьма вселилась в старуху, и та помолодела. Ходила по городу с красной тряпкой.

— С красной?

— Да. Есть такая легенда о чуме.

— Я читала в сборнике медицинских баек монаха Лао Фу. Красный шёлковый шарф. Знаешь... Ладно, не важно.

— Слышишь? Там ребята. Идём скорее.

— Угу.

Они быстро преодолели коридор и оказались у входа в библиотеку. Соню было хорошо слышно. Она очень громко комментировала всё, что видела.

— Я не верю ни в какую Чёрную Тьму, — говорила она. — Это просто сказки.

— МакБраун, ты ведь видишь. Это её пытались сжечь, откуда-то из-за стеллажей слышался голос Клары.

— Ага, поэтому затопили, — засмеялась Соня. — Это всего лишь инфекция. Чума. Так мама говорит.

— Удивительно, что не Сара, — с усмешкой сказала Каприс.

— И она тоже, — буркрула в ответ Соня и, увидев вошедших, помахала рукой.

— На самом деле тут был огонь, — подошёл Крис. — А водой его тушили. Но почему забросили здесь всё, не понятно. Вы где бродите? — обратился он уже к Лее и Дэну.

— Смотрите-ка, — из-за стеллажей громко позвала Клара. — Оказывается, жена мистера Ланде жила здесь. Ли, а это не твоя тётя? Чунь Шэн.

Лея была уверена, что цвет её лица, как бумага. Настолько ей стало дурно. Если бы не поддержка Дэна, она могла рухнуть в обморок.

— Какая прелесть, — пропела Клара. — Тут и наша овечка Долли есть.

— Дэн, там Лейла, — тихонько сказала Лея.

Парнишка поспешил за стеллажи, оставив её посреди библиотеки. В разбитом окне виднелась башня Шато. Лея смотрела на неё и будто бы видела бушующее пламя. И слышала голос: "Огонь. Только огонь, Снежински. Стихийный огонь". Кто говорил, не понятно, но так отчётливо звучало, будто говорили за спиной. Лея оглянулась — никого. Даже голоса друзей померкли в гуле испепеляющих языков пламени. И сквозь него отчаянный крик "Лейла! Лей-ла-а!"

— Тебе лучше остаться здесь, — Дэн пытался удержать Лею от опрометчивого шага — сбежать из-под медицинского наблюдения. — Месье Леру будет ругаться.

— Пусть. Я должна идти. Я обещала, — настаивала Лея.

— Кому?

— Дэн. Мне нужно.

— Неужели идёшь на свидание? — он хитро посмотрел на неё.

— Нет. Ты чего? Ты — мой парень.

— И имею право знать, что за тайные встречи посещает моя девушка, — ласково сказал он.

— Я не готова тебе рассказать. Потом. Попозже, Дэн. Ничего противозаконного. Правда, — изумрудно-зелёные глаза умоляюще смотрели в серые.

Райс сдался. И Лея, приняв порцию напитка для восстановления жизненных сил, побежала в холл. Удивительно, но там никого не было. Юркнув под лестницу, она преобразовала зуб дракона в ключ и, ещё раз удостоверившись, что никто не видит, открыла дверь в подвал. Темно. Спустившись на ощупь, Лея только внизу использовала магию света. Вот только заклинание огня на керосинки не действовало. Это было странным, как и непривычный запах здесь. Неужели видение из заброшки её так дестабилизировало? Нужно повторить комплекс 18 форм для восстановления сил. Снежински, наверное, её уже ждёт. За спиной шорох, и чья-то сильная рука обхватила сзади за шею.

— Рыжая, ты слов совсем не понимаешь? — тихо произнёс Дарк и, стукнув своей палочкой по палочке Леи, погасил её.

Подвал погрузился во мрак.

— Что на этот раз, Люмус? — она старалась говорить уверенно, но колени её дрожали.

— Много чего. Ходи и оглядывайся, Рыжая. Я этого просто так не оставлю. Поняла меня?

— Предположим.

— Ха. Не играй со мной. И Клару не трогай. Поняла? — продолжал Дарк.

— Я её не трогала.

— Не красиво врать, Рыжая. На тебя регулярно жалобы поступают. И меня ты сглазила. Но я купил оберег. Теперь твоя очередь страдать, — он резко отпустил её и толкнул.

В темноте Лея полетела на пол и больно ушибла колени. Дуновение ветра, и все керосинки зажглись.

— Проси прощения, Рыжая, — Дарк подошёл.

— И не подумаю. На мне нет вины, Люмус.

— Ты пожалеешь, — он наклонился и намотал на палец золотую прядь.

Лея зажмурилась.

— Молодой человек, что происходит? — раздался старческий голос.

— Ха, мистер Хорс, — развязно начал блондин, выпрямившись. — Думал проучить малолетку, чтобы не лазила по подвалам, сэр.

— Вы можете идти, мисс? — Корнелиус Хорс протянул Лее руку, помогая подняться.

— Не знаю. Наверное.

Тем временем человек в чёрном подлетел к Дарку и, схватив его за шиворот, поволок вверх по лестнице. Мистер Хорс проводил Лею в медицинский корпус, где она в ожидании месье Леру помогла себе сама, приложив ладони к ушибленным коленкам.

В этот же день, поздно вечером, Лея была вызвана в кабинет директора. Там уже шёл ожесточённый спор между МакГрегори и тьютором заочников Леонардом Ланде. Решалась судьба находившегося здесь же Люмуса Дарка, который смиренно сидел на стуле, понурив голову. Рядом с ним расположилась миссис Каприс. Вдоль стены раздражённо расхаживал человек в чёрном, чем явно нервировал мистера Хорса, потому что делал это практически у него перед носом.

— Мистер Дельгадо, мисс Ли, прошу садитесь, — пригласила МакГрегори.

Они расположились рядом с Корнелиусом Хорсом, и Снежински отошёл в сторону:

— И всё же я настаиваю на исключении мистера Дарка из Эль Кастильо, — сурово произнёс он.

Блондин посмотрел на человека в чёрном исподлобья.

— Я думаю, директор... — вкрадчиво вступился за юношу Леонард Ланде. — Думаю, стоит учесть положение миссис Каприс и дать... Дать мистеру Дарку шанс. Он блестящий! Блестящий ученик и спортсмен. Мы не можем... Не можем из-за юношеской шалости лишить мальчика будущего.

МакГрегори резко встала.

— Это вопиющий случай, мистер Ланде. Люмус Дарк должен понести наказание и за этот и за прошлый инцидент. Не правда ли, миссис Каприс?

— Да, директор, — высокомерно заговорила женщина. — Вы можете выбрать меру наказания для моего сына, но это не может быть исключение из школы. Проникновение в подвал... знаете ли...

— Проникновение в подвал? — негодовала МакГрегори.

— Это было нападение, — поддержал её Снежински. — Я свидетель. И мистер Хорс.

Старый алхимик вяло кивнул.

Мистер Ланде обратился к человеку в чёрном:

— Всеволод, вы ведь... Вы не видели, с чего всё началось.

— Моя дочь Клара, — снова заговорила миссис Каприс, — утверждает, что в тот раз девчонка сама спровоцировала его.

— Это неправда! — Лея вскочила. — Мы вышли из класса, и он напал со спины! А сегодня...

— Вы лжёте, мисс. Директор, давайте пригласим Клару в качестве свидетеля, — ледяным тоном проговорила мать Люмуса.

— Миссис Каприс, — у МакГрегори даже перехватило дыхание от негодования. — Вам не кажется странным, что выпускник, практически взрослый мужчина, нападает на ребёнка? Вы считаете это нормальным?

Мать Люмуса резко встала, но не найдя, что ответить, снова села и обняла сына.

В это время из-за двери послышался шум и торопливые шаги. Лея узнала голос Сони:

— Нет уж, тебе не удастся отделаться от меня. Иди давай.

Соня втолкнула Клару в кабинет, а затем затащила переминавшегося с ноги на ногу Дэна.

— Директор, вот. Привела. Она не хотела идти. Она лгунья.

— Мамочка! — Клара бросилась к миссис Каприс. — МакБраун вырвала мне клок волос.

— Эй, это ты ещё легко отделалась, — бойко заявила Соня.

Около полуночи разборки закончились. Ничем. Всё осталось, как было. Дарка не исключили. Можно сказать, просто пожурили. Истерика Клары и миссис Каприс сделала своё дело. Дарк вышел из кабинета директора, высоко задрав голову, как и всё семейство. Ланде быстро скрылся в неизвестном направлении. И как ему удавалось быть таким неуловимым? Соня вызвалась сопроводить Клару до комнаты. Снежински ещё задержался у МакГрегори. Корнелиус Хорс отправился к себе на пятый в новое крыло. Лея видела его, когда стояла с Дэном на лестничной площадке четвёртого этажа. Дарк вернулся позже всех. Видимо, провожал мать.

— Бойся, Рыжая, — зло прошипел он, входя через стеклянные двери в холл мальчиков.

— Не обращай внимания, — успокоил Дэн. — Он больше не посмеет. Ты же слышала, что сказала миссис Каприс. Последнее предупреждение. А она дама жёсткая.

— Откуда ты знаешь?

— Мама с ней работает. То есть, иногда по работе пересекается.

На следующий день Лея сделала нечто, что вызвало недоумение и восторг на лицах некоторых учителей. Завтрак уже подходил к концу. Ученики с аппетитом уплетали десерты, когда Лея, будто что-то вспомнив, встала и решительно подошла к столу мальчиков, где глумился и строил гримасы Дарк. С грацией маленькой птички она легко вскочила на стол и пошла, роняя посуду и давя пирожные, прямо к тому месту, где блондин ржал в компании дружков, тоже не выпустившихся из школы. Остановившись над ним, она чётко и громко произнесла: "Я прощаю тебя, Люмус Дарк! И не боюсь".

"Боишься", — прочитала по его губам Лея.

Она развернулась, грациозно спрыгнула и покинула общий зал в оглушающей тишине.

А Дарк каждый раз при встрече беззвучно произносил только одно слово: "Боишься". Каких-то явных выпадов в её сторону он больше не предпринимал. Только задевал локтем, чтобы она обратила внимание. На его беззвучные слова. Каприс язвительно хихикала. Но Лее было всё равно. Она знала, что в школе не одна. У неё есть защитники. Дэн, Соня и... человек в чёрном.

В воскресенье 1 декабря вернулись Сара и Эндрю. Как и предполагала Соня, на пальце девушки вновь красовалось кольцо. С приездом старшей МакБраун Дарка будто подменили. Блондин перестал задирать младших, запугивать Лею и вообще всячески изображал из себя пай-мальчика. Даже к Миллеру перестал проявлять агрессию. И только Соне это не нравилось. Клара подсмеивалась над подругой, говоря, что разве не об этом та мечтала?

Лея очень ждала каникул. Три учебных недели декабря были самыми "жаркими". Зачёты, проверочные, контрольные, а главное, сессия по трём предметам медицинских курсов. На тайцзы и Дэна времени не оставалось совсем, как и на мысли о тайнах Шато. Но больше, чем уроки, её беспокоила боль. Изнуряющая. Будто кто-то ногтем ковырял под кожей. Слева, от плеча и до ключицы. Каждый вечер изводила её. Не оставляя возможности мыслить, отнимая последние силы. Лея знала, чья это боль — человека в чёрном. Но что с ним? Почему он так мучается? Ответа не было. Не знал его и он сам, когда она однажды спросила после урока. Как стыдно было признаваться в своих страданиях, но и молчать — не выход.

— Эй, как тебе пришло в голову написать про ДНК? — после доклада Леи по истории спросила Соня. — Это так интересно! И современно.

— Нам ведь дома совсем другое рассказывают, — подтвердил Крис.

— Не знаю. Уже и не помню. Доклад давно готов. Но миссис Бих дала мне только эту дату. На последнем уроке.

— Зря старалась, Ли, — встряла Клара. — Твоя писанина нисколько не поможет нам написать контрольную.

— Нужно лучше готовиться, а не лезть в чужие дела, — ответила Лея.

— Кто бы говорил, — пропела Каприс и, задрав нос, отошла от ребят.

— Эй, как бы мне домоведение не завалить, — сокрушалась Соня по пути на английский.

— А я больше всего контрольной по зоологии боюсь, — призналась Лея. — Если мне попадётся практический вызов тотемного животного, я пропала. У меня из палочки только малюсенькое облачко выскакивает.

— Для третьего класса это нормально, — успокоил Крис.

Лея заметила, что Лейк стал чаще бывать в их компании. Раньше он предпочитал общество других мальчишек, а теперь почти все перемены проводил с лучшими друзьями Леи. Как и Каприс, которая снова отдалилась от девочек статиков. И пыталась влезть в компанию, но постоянно задевала Лею или Соню. А вот к Дэну и Крису блондинка была более благосклонна.

В середине декабря пришло долгожданное письмо от тёти. Она обещала забрать Лею на каникулы после католического Рождества. А уже в январе истекал срок запрета на посещение магической территории Эль Кастильо. И чтобы увидеться, не придётся больше бегать к воротам в сопровождении директора. Тем более МакГрегори нельзя доверять. Она лишила памяти человека в чёрном. Кто знает, на что ещё способна эта женщина?

Последняя учебная неделя настолько вымотала, что Лея вместо того, чтобы пойти на рождественскую вечеринку, предпочла выспаться. Конечно, она заранее предупредила Дэна и передала подарок для малыша миссис Луны и мистера Дельгадо через Сару. Удивительно, как вообще удалось закончить его в срок.

Наутро, когда уезжавшие на каникулы ученики рассаживались в автобусы, выяснилось, что и Райс не ходил на праздник, а сидел в своей комнате и читал, практиковал вызов тотемного животного.

— Морская черепаха, — восторженно произнесла Лея, увидев, как золотистое облачко, выпущенное палочкой Дэна, превращается в животное.

— Она очень медленно передвигается. Не то что косуля Сары, — смутился парнишка.

— Зато очень красивая. Как настоящая, Дэн. Научи меня. Сколько ни пытаюсь — не получается. Хорошо, что мне попались змеи на контрольной. Мы как раз на курсах проходили недавно их использование в медицине. И мне удалось получить высший балл у сеньора Дельгадо.

— Ты умница. Я горжусь тобой, — он заправил ей под шапку выбившиийся золотой локон.

За улыбку Дэна Лея могла бы отдать половину мира. А за его слова — весь мир целиком. Она была в этот момент по-настоящему счастлива. Ей всегда хотелось услышать эти же слова и от тёти. Но Чунь Шэн была скупа на проявления чувств. Обнимала, но Лея никогда не чувствовала от неё материнского тепла. Не осуждала. Ведь, по сути, они чужие друг другу. Но как же хотелось...

— Ты плачешь? — испуганные серые глаза Дэна вернули её из размышлений. — Я что-то не то сказал? Сделал?

— Это от холода, — смахнув слезинку, соврала Лея.

Видимо, Дэн походил на мать. Потому что отец его был темноглазый, черноволосый, с горбинкой на носу. Он больше напоминал Карэна Апресовича, который являлся уроженцем Армении и очень этим гордился, чем на бабушку Аллу-Викторию. Лея хорошо знала старушку и, когда мистер Райс приехал за сыном в школу, очень удивилась, что этот мужчина — отец Дэна. Хотя она ведь не видела других его родственников. Возможно, кто-то из них обладал такой же яркой внешностью. Но глаза у Дэна явно прабабушкины. Серые, глубокие и необычайно добрые.

Возвращаясь от ворот к зданию, Лея увидела, что на стоянке только одна машина — мистера Ланде. Остальные учителя разъехались по домам на каникулы. Отмечать Рождество. Только МакГрегори, Касперович и сеньор Дельгадо оставались в Эль Кастильо. В этом году даже из учеников никого, кроме Леи, в школе не было. Решив не сворачивать на мостик, она пошла вдоль залива. Эта дорога вела к зарослям с южной стороны Шато. Ноги сами несли её туда. Размышляя о семье Дэна, Лея даже не удивилась, что дверь в замок приоткрыта. Она смело шагнула внутрь и сразу свернула налево, туда, где висели на стенах пустые рамы. Миновав юго-западную башню, где уже было намного просторнее, но всё ещё слишком пыльно, она прошла в параллельный коридор с огромными портретами семьи Кастильо. И только здесь, перед изображением Евы, замешкалась, ощутив дрожь в коленях. А вот настоящий страх, с мокрыми ладонями и тахикардией, её настиг на пятачке выложенного мелкой плиткой пола, у двери вникуда. Холодный ветер пронизывал насквозь. Лея коснулась ручки. Подёргала. Дверь не поддавалась. Примёрзла к косякам. Использовать заклинание огня слишком опасно. Если бы начался пожар, от двери могло вообще ничего не остаться, и комната действительно была бы потеряна навсегда. Но пока был шанс, нужно пробовать плавить лёд другими способами. Тётя когда-то делала это. Но что же она говорила? Как двигалась её палочка? Лея попыталась изобразить движения. И после нескольких попыток ощутила тепло под окоченевшими пальцами. Значит, она нашла нужную формулу. Но на каком языке тётя использовала слово "плавить"?

Стоя на пронизывающем ветру и наблюдая медленные капли, стекающие по двери и косякам, Лея продолжала посылать силу намерения через руку и палочку. Успех придавал уверенность. Тепло под пальцами усиливалось. А тело бил озноб. От холода и предвкушения. Наконец от особенно сильного порыва ветра открылась дверь.

Ничего. Стена и камни лесенкой. Неужели ошибка? Дверь хлопнула. По ней всё ещё текли растаявшие капли и, не добегая донизу, превращались в лёд. Ветер продувал старенький пуховик насквозь. Лея взялась за ручку и приоткрыла дверь. За ней — темнота. "Люкс" — свет пронзил пространство большой комнаты, открывшейся взору. Сделав глубокий вдох, Лея шагнула вперёд. Дверь хлопнула за спиной. Внутри было тепло и сильно пахло гарью. На полу пепел. В нём жёлтые вкрапления — память. Стены — чёрные, в саже. На них керосинки. "Огонь", — Лея повела волшебной палочкой и они вспыхнули. В комнате стало светло. Окон здесь не было. Только стены, выложенные крупными прямоугольными камнями. Прямо по центру — что-то огромное под чёрным полотном. Лея не стала искушать судьбу. В волшебном мире лучше не трогать незнакомые предметы. Безопасность — превыше всего. Но и любопытство никто не отменял. Обойдя это нечто огромное, но плоское, Лея с удивлением обнаружила... потерянную статую Альберта Кастильо.

С какой радостью она выбежала в холл Шато. Помня об инциденте с краснозобым драконом и Касперович, огляделась и тихонько коснулась основателей.

— Я нашла дедушку.

Статуи ожили.

— Где? — спросила Бланка, хлопая в ладоши.

— В параллельной комнате, — улыбнулась Лея.

— Молодец, — похвалил Цезарь.

А Федерико пробасил:

— Сообщу директору.

— Нет, — почти выкрикнула Лея. — Я не доверяю ей. Она не пускает тётю. Она... она лишила памяти человека в чёрном. И мне кажется, она охотится за медальоном.

Статуи переглянулись.

— Мисс Ли, что... что вы здесь делаете? — у лестницы в тёплой чёрной накидке стоял учитель латыни.

— Мистер Ланде, я... я ищу ответы. Но нашла пропавшую статую.

— Вы не должны... Не должны говорить об этом никому. Особенно... Особенно директору, — быстрые глазки учителя остановились на Лее.

— Вот. Я же говорила, — обратилась она к статуям.

Ланде погладил бородку.

— Вам лучше вообще забыть. Забыть обо всём, что здесь происходило.

Из цокольного этажа вылетел человек в чёрном. Широкими шагами пересёк холл и встал между Леей и Ланде.

— Всеволод, не надо. Не надо глупостей. Дело... твоё дело не закрыто.

— Мне нечего терять, — ответил тихо мужчина.

— Ой! — взвизгнула Бланка и застыла изваянием.

Ланде нацелил на Снежински палочку. Тот шагнул вперёд, на коллегу. И только теперь Лея увидела в руках человека в чёрном огромный нож и спряталась за статуи.

— Напрасно, девочка, — пробасил основатель. — Беги.

— Помогите! — в холле пусто и тихо. — Кто-нибудь! — Лея запнулась о первую ступеньку и упала.

Бег никогда не являлся её сильной стороной. Выносливость к физической нагрузке была, но бег... Бег Лея ненавидела. И вот сейчас пришлось преодолеть холмы. По снегу. Но до школы она добралась. А дальше что? Никого ведь нет. Превозмогая боль, она кинулась в медицинское крыло.

— По... по... могите! Месье... месье Леру! — чуть не падая на старика и задыхаясь, произнесла Лея.

— Мисс, в чём дело?

— Там... в Шато. Они... убьют друг друга... Снеж... Снежински... и... и... Ланде. Они...

— Серафим Всемогущий! — старик вернулся в свой кабинет, снял сумочку кросс-боди с крючка, накинул на плечи тёплый широкий шарф, взял керосиновый фонарь и пошаркал из палаты.

А Лея, немного отдышавшись, решила позвать и других учителей. Касперович, например. Ох, и тяжело подниматься на пятый. Хорошо, что был короткий путь, ведущий от санузлов больничного крыла прямо к двери цыганки. Им Лея и воспользовалась.

Комната Эсмеральды была закрыта. На стук никто не открывал, хотя, если прислушаться, изнутри доносилось пение. Что же делать?

"Библиотека!" — осенило Лею.

Сальма Принц сегодня должна была проводить инвентаризацию. Но что, если там и директор тоже? Не важно. Главное, успеть предупредить. Снова бегом. По бордовому ковролину. Дверь открыта. Какая удача!

— Миссис Глория!

Выслушав рассказ о происходящем в холле Шато, жена Ланде попыталась успокоить Лею.

— Мисс Ли. Всё в порядке. Они соперничают ещё со школы. Лео понимает положение мистера Снежински и не причинит ему вреда. Просто обезоружит его. Не более.

Женщина улыбнулась и поправила очки изящным жестом.

— Лео? — переспросила Лея, когда миссис Ланде усадила её на скамью у длинного стола.

— Лео. Леонард, — весело подтвердила Глория и, тряхнув русыми волосами, удалилась.

Лея гуляла, когда увидела отъезжавшую машину четы Ланде. Она бросилась к ним, чуть не попав под колёса.

— Мистер Ланде! Мистер Ланде! Как вы? — стучала она по стеклу.

— В порядке, мисс. В порядке, — улыбнулся учитель, опустив стекло.

— Снежински не ранил вас?

— Нет-нет. Директор... Директор пришла.

— Но почему...

— Простите. Простите, мисс. Мы спешим. Всё в порядке. В порядке, — торопливо ответил он и, подняв стекло, медленно надавил на газ.

Видимо, опасался, что Лея снова бросится ему под колёса. Глория, сидевшая рядом с ним, оглянулась. Ну где же Лея могла видеть эту женщину раньше? До того, как она появилась в Эль Кастильо.

— Мисс Ли! — директор махала с мостика. — Как хорошо, что вы здесь.

— Как мистер Снежински? — спросила Лея, когда МакГрегори приблизилась.

— Он в порядке. Почему вы спрашиваете?

Неужели директор не в курсе последних событий?

— Я... я просто... слышала предсказание Касперович, — нашлась Лея.

— Не обращайте внимания. Эсмеральда часто бредит. Идёмте к воротам.

— К воротам? Зачем? — доверия к этой женщине больше не было.

— Наверное, миссис Ли вас уже заждалась, — с улыбкой ответила МакГрегори.

— А как же вещи?

— Я распоряжусь, чтобы сеньор Дельгадо доставил ваш чемодан.

— Нет-нет. Не надо. Я ведь вернусь.

Каникулы Лея проводила в магическом квартале в Монтегю. Боль в плече не отпускала её. Каждый вечер, как по расписанию, начиналась с лёгкого жжения и заканчивалась неприятной пульсацией. Глядя в окно на уличное кафе "Старый Эдвард", Лея так мечтала увидеть там Дэна с прабабушкой. Но напрасно. Парнишка в Монреале. Как же это далеко! Дальше, чем Эль Кастильо с проклятой болью человека в чёрном. Но что его заставило взять нож?

— Тебе придётся вернуться в школу немного раньше, — заявила однажды тётя. — Постарайся найти медальон до следующих каникул.

— Ты хочешь перевести меня в другую школу?

— Нет. Эль Кастильо хорошо охраняется. Пока ты останешься там.

— Летом навестим дядю Хенга?

— Возможно. Он скучает по тебе, Мэй-Мэй.

— И я. Знаешь... Он ведь... клонирует животных?

— Угу. Он получил премию за это. В Штатах, — добавила тётя.

— Давно этим занимается? — спросила Лея.

— Конечно. Ещё в школе интересовался генетикой. Горжусь, что я его дочь. Жаль, мы редко видимся. Из-за Ву. Я тоже очень скучаю. Но больше всего профессор Ли скучает по тебе, — Чунь Шэн улыбнулась.

— Если дядя Хенг так скучает, скажи, а не мог бы он клонировать меня? — в шутку спросила Лея.

Тётя побледнела.

— Не говори ерунды, — нахмурившись, сказала она.

— Жаль. Было бы здорово.

— Ты думаешь? — с подозрением спросила Чунь Шэн.

Лея пожала плечами.

— Не бросай тайцзы, — сидя в машине перед шлагбаумом-воротами, сказала тётя.

— Угу. Ты приедешь?

— Обязательно. Сейчас мне нужно в Монреаль. Получить разрешение на посещение твоей школы.

— Только не нападай больше на Снежински. Я очень испугалась тогда, — призналась Лея.

— Не буду. Директор объяснила мне, что он больше не опасен.

— Ты думаешь, он никогда больше не научится колдовать?

— Я не знаю. Но держись от него подальше, Мэй-Мэй.

Лея решила не говорить о возвращающейся магии человека в чёрном. Чтобы тётя не забрала её из Эль Кастильо.

— Не беспокойся, он даже не живёт в школе.

— Хорошо. Никогда его не прощу. Он украл медальон Лейлы.

Лея округлила глаза, вспомнив то, что видела в воспоминаниях.

— ОН?

— Он. Тебе уже пятнадцать. Думаю, можно кое-что рассказать, чтобы обезопасить тебя.

— Угу, — на всякий случай выразила полную готовность Лея.

— Снежински преследовал её. Был одержим. Подарил ей семейную реликвию. Мощный артефакт. А когда она собралась выйти замуж за другого, он... — тётя замолчала и, закрыв глаза, откинулась на спинку кресла.

— А медальон? — напомнила Лея.

— Медальон принял её своей хозяйкой.

— Это как?

— Она хранила внутри пучок своих волос. Это было бы невозможно, если бы сам артефакт не позволил. Мне так и не удалось заменить её волосы на твои. Магия стихий очень мощная. В медальоны семьёй Кастильо вложена могущественная энергия пяти элементов. Ворон это тоже знает. Поэтому ищет. Обладая всеми, он станет необычайно силён и, возможно, даже бессмертен. Сможет управлять миром... Он всегда об этом мечтал.

— Но при чём здесь я? — не поняла Лея.

Вместо ответа тётя Чунь вышла из авто, обошла его и открыла пассажирскую дверцу.

— Тебе в школу пора, Мэй-Мэй, — сухо сказала она. — Береги себя. Никаких привязанностей. Безопасность превыше всего.

— Помню. Но как... медальон оказался у тебя?

— Я забыла его вовремя вернуть. А потом оставила. В память о ней. Теперь нужно отдать его Ворону. Я устала скрываться. Жизнь проходит. А я будто и не жила. Иди, Мэй-Мэй. Иди. Будь воином. Однажды он придёт за тобой. И ты должна выстоять.

— Я не отдам ему медальон. Иначе не смогу победить. Логично же?

— Ты сама — медальон. И даже сильнее. Только учись. По боевой магии ты должна стать лучшей. Иначе у тебя нет шансов.

Чунь Шэн вернулась на водительское место и резко сдала назад, оставив Лею у ворот-шлагбаума.

До начала триместра оставалось два дня. МастерБот снова пошёл в дело. Как и книги, оставшиеся непрочитанными из-за большой нагрузки. Хорошо, что не пришлось врать тёте о курсах. Разговора о книгах она не заводила. В основном, наставляла не заводить привязанностей. Но Лея уже была так крепко привязана к Дэну, что все слова Чунь Шэн пролетали мимо ушей.

В Шато идти было страшно. Но не терпелось увидеть старика Кастильо на прежнем месте и радость на лицах его семьи. А больше всего её интересовало, почему Снежински выбежал в холл с ножом и угрожал мистеру Ланде.

Человека в чёрном Лея встретила в парке вечером. Он одиноко бродил вокруг фонтана, заложив руки за спину. В свете тусклого фонаря он выглядел очень угрюмо. Даже подходить не хотелось. Но и стоять Лее надоело. Она уже замёрзла. А он методично нарезал круг за кругом. Вдруг остановился — заметил её.

— Вы не встречали Дельгадо, мисс? — вместо приветствия спросил он.

— Которого?

— Рикардо.

— Нет, — ответила Лея, хотя ни одного из них не видела.

— Зверюга чуть меня не укусила. Сахар закончился. Дельгадо обещал принести.

— У меня есть немного, — Лея полезла в сумочку. — Три кусочка, думаю, хватит, чтобы она не поужинала вами.

Снежински усмехнулся.

— Без вас мне пришлось бы замёрзнуть на улице, мисс.

— Откуда у вас этот дракон?

— Не знаю. Дельгадо мне не говорил. Но давно уже мы с Лейлой... Простите, назвал единственным именем, не выходившим из головы.

— Наверное, я не должна спрашивать, но... почему вы живёте в Шато? — они отошли от фонаря, и в темноте было немного проще задавать неудобные вопросы.

Снежински вздохнул.

— Привык. Раньше не имел права. А теперь и не хочу. Кто будет ухаживать за драконом? Разбирать завалы? А иногда... я пугаю окружающих, когда...

— Когда нет сил терпеть боль?

— Да, мисс. Как вы оказались в замке в ту ночь?

— Я чувствую ваше проклятье. Всю боль... Это ужасно.

— Может, вам стоит уехать из Эль Кастильо? — с грустью сказал человек в чёрном.

— Это происходит с рождения, сэр. И здесь, наоборот, мне немного легче это переносить.

— Проводить вас до корпуса?

— Нет. Но... если можно... я бы хотела увидеть статуи, — попросила Лея, сложив ладони. — Теперь, когда семья в сборе...

— Их по-прежнему четверо, мисс, — был ответ.

— Я не знаю, почему директор не вернула дедушку, — чуть не плача, говорила Бланка. — Ведь я сказала ей, что он в параллельной комнате.

— Знаешь... Возможно, она не может туда попасть. Дверь замёрзла и... вообще находится в таком труднодоступном месте, — пояснила Лея. — Я сама еле проникла туда.

— Мисс Ли, — Снежински выглянул из коридора. — Можно вас на минуточку?

— Сейчас, сэр.

— Не ходи, он убийца, — прошипел Цезарь.

— Я буду осторожна, — пообещала Лея.

Человек в чёрном снова жил в маленькой комнате. Большая просто была открыта, и на полу у двери мерцал керосиновый фонарь. Дракониха возилась на лежанке, зевая.

— Скоро уснёт, — сказал мужчина, выходя из каморки. — Я хотел попросить вас помочь с воспоминаниями. Сам не могу посмотреть, к сожалению.

— Это ВАШИ воспоминания?

— Я не знаю.

Он достал из ящичка шкафа несколько шариков.

— Они летали по замку после сильного ветра осенью, — пояснил он.

— Вы точно хотите, чтобы... я увидела это?

— Кроме вас, мне не к кому обратиться. Не Дельгадо же просить, — фыркнул человек в чёрном.

— Хорошо, — Лея порылась в сумочке и, достав бумажку с заклинанием, сунула её в руки мужчине. — Подержите. С какого начнём?

— С любого, — он передал Лее золотой шарик.

Когда белый плотный дым развеялся, они оказались у красивого двухэтажного дома в долине на фоне заснеженных горных вершин.

— Это Смизерс, — тихо сказал Снежински рядом, в то время как молодой он сидел на крылечке с хорошенькой рыжей девушкой.

Золотая прядь падала ей на лицо. А её изумрудно-зелёные глаза невозможно было перепутать ни с чьми другими. Несомненно, это была Лейла. Она держала на коленях тёмно-красного дракончика.

— Когда-нибудь у меня будет дюжина таких, Сев, — смеясь сказала она, гладя зверюшку по спине.

— Я думал, ты хочешь быть целителем, — скептически заметил юноша, сторонясь животного.

— Если не поступлю на магозоолога, то обязательно, — девушка звонко засмеялась, когда дракон ткнул её носом в шею.

— Прости, что напоминаю, но ты — статик.

— Это так важно для тебя? — она вскочила.

Дракон плюхнулся на траву. — Если бы ты не был моим соседом, я бы послала тебя к чёрту.

Парень поднялся.

— Лейла, для тебя опасны эти твари. А в медицине ты могла бы реализоваться.

— Не очень хочется нюхать отвары. Но ты прав. Ладно. Прощаю тебя.

— Так где ты его взяла? — он кивнул на дракона.

— Это она. Лео подарил, — Лейла подобрала питомца на руки.

— Лео, опять Лео. Этот выскочка.

— Ревнуешь?

— Предположим, — глядя ей в глаза, сказал юноша.

Даже Лею передёрнуло от этого взгляда. Взрослый же Снежински, казалось, даже забывал дышать, наблюдая за сценой.

— Лео подарил мне дракона. Дракона, Сев. Чем можешь ТЫ доказать свою любовь? — хитро сощурилась Лейла.

— Я поэтому и здесь. Мне пришло уведомление. Меня утвердили на должность куратора. Я теперь профессор клиники Сант-Бессетт.

— Мило. Поздравляю.

— Если... не поступишь на магозоолога... Приходи учиться ко мне. Я помогу поступить.

— Как? Подделаешь документы? — усмехнулась девушка.

Парень вздохнул.

— Ты не должна знать. Иначе нас вычислят менталисты.

— Сев, не говори ерунды. Их по пальцам можно пересчитать.

— Зря смеёшься. Многие просто скрывают свой дар.

— А я думала, наоборот, выпячивают, — она поднялась на крыльцо. — Так когда ты уезжаешь в Монреаль?

— Послезавтра.

— Прощай, Сев.

— Лейла, я...

Окончание фразы утонуло в гуле налетевшего дыма. И снова Лея и Снежински оказались в его холодной комнате. Он молча протянул второй шар.

— Не сегодня, — потупив взгляд, ответила Лея. — Это требует сил. Магических.

Она вышла, не прощаясь, из комнаты. Проходя мимо каморки, где спала дракониха, тихонько приоткрыла дверь. Зверюга мирно сопела, свернувшись на лежанке.

Дэн вернулся раньше всех. Это было в воскресенье. Лея как раз спускалась на обед, когда он взбегал по лестнице. Радостно бросилась ему на шею.

— Я так боялся, что тётя перевела тебя из Эль Кастильо.

— И я. Но пока я здесь.

— Пойдём в наш холл. Мне нужно закинуть рюкзак. Поедим и погуляем.

— Угу. Я столько тебе должна рассказать! О человеке в чёрном, — шепнула на ухо.

— И мне. Я нашёл у бабули старые газеты. Случайно. Увидел знакомое лицо. Леонард Ланде. Его наградили за спасение школы.

— Когда?

— Тридцатого июня тысяча девятьсот девяносто седьмого года он потушил стихийный огонь на юго-восточной башне. Если бы не он, за ночь от Эль Кастильо и Твиццатвона остался бы только пепел.

Дэн ушёл за стеклянную дверь, а когда вернулся, они обсудили здоровье прабабушки и планы на выходные. И только выйдя на улицу, Лея рассказала об увиденном в Шато. О параллельной комнате, о воспоминании Снежински и том, как тот выбежал с ножом на Ланде.

— Пожалуйста, не ходи туда больше, — обеспокоенно сказал Дэн, держа Лею за руку.

— Всё в порядке. Человек в чёрном просто нарезал ингредиенты, когда услышал подозрительный шум. Вот с ножом и выскочил. А мистер Ланде испугался не на шутку. Кстати, они со школы знакомы. А ещё я только недавно поняла, что миссис Ланде — та самая девушка, что жила в одной комнате с Лейлой и тётей Чунь.

— А я узнал, что Чёрная Тьма заразила нескольких учителей в Монреале и на Ванкувере. Представляешь, как раз во время международной магической олимпиады.

— Я даже не знала о её существовании, — призналась Лея.

— Лишь однажды это было в Канаде. Многие страны отказались от участия из-за слухов о Чёрной Тьме. Вот только это были вовсе не слухи. Алый шарф видели в Британской Колумбии.

— Алый шарф? — переспросила Лея, вспомнив свой сон.

— Да. Есть легенда о чуме. Её представляли в образе молодой девушки, которая ходила по городам Европы с красным шарфом. Кто его коснётся, тот сразу заболевает. Что в те времена означало верную смерть.

— Дэн, я так и не поняла, Чёрная Тьма — это ведьма или инфекция?

— Я склонен думать, что и то и другое, — серьёзно ответил Райс. — Только в случае заражения простолюдина — это обычная история болезни. А в случае заражения волшебника... катастрофа.

Уроки начались 6 января в понедельник. Первой была география. Снежински выглядел хмурым и задумчивым. Он без повода цеплялся к ребятам, называя тугодумами тех, кто сходу не мог показать на физической карте границы провинций Канады.

Лея подошла к нему после звонка.

— Сэр, я готова сегодня помочь вам с воспоминаниями, — тихо сказала она, когда класс опустел.

— Не стоит, мисс. Теперь я и сам не готов. То, что я видел... Будто не со мной. Я не помню этого. Как кино посмотрел, — взгляд его чёрных глаз был печальным. — Лучше займёмся тайцзы. Вы так и не показали мне двадцать четыре формы.

— Покажу. Без пятнадцати пять я буду у южного входа.

— Оставлю дверь открытой.

Теперь нужно было занять чем-нибудь полезным Дэна на это время, и Лея придумала ему задание — найти информацию про Карибский кризис. Вот только она заставила мистера Снежински ждать. В зарослях с южной стороны бродили Каприс и Лейк. Они что-то искали в снегу. Лея не стала к ним подходить, а дождалась, пока ребята уйдут. Дверь действительно была открыта. Ключ висел на месте. На гвоздике у входа. Заперев за собой, Лея двинулась через восточный коридор к комнатам человека в чёрном. Он был в большой. Толок в ступке какие-то ароматные семена.

— Что это, сэр?

— Тмин, — не поднимая глаз, ответил он.

— Мне подождать?

— Как хотите.

— У вас каждый вечер плечо болит.

Мужчина взглянул на неё и снова вернулся к тмину.

— Сейчас меньше. Я надеваю медальон. С ним эту боль хотя бы можно терпеть.

— Медальон снимает боль? — удивилась Лея. — Не замечала.

— Мне кажется, да. Вчера я пересмотрел фотографии, — он снова уставился на Лею. — Те, которые вы... видели в моём шкафу, — вернулся к тмину. — Выходит, Лейла всё же не поступила на магозоолога.

— Она училась у вас. Как и моя тётя.

— Но это не объясняет, почему она напала на меня, — чёрные глаза снова смотрели в упор. — И я не помню вашу тётю.

— В пятницу... Когда я вернулась в Эль Кастильо... — Лея опустила голову. — Тётя рассказала мне кое-что. Вы... Нет, я не могу. Она говорит, вы украли медальон у Лейлы.

— И как он оказался у вашей тёти? Простите, забыл её имя, — человек в чёрном отставил ступку в сторону.

— Чунь Шэн Ли, сэр. Она говорит, что случайно взяла и забыла вернуть.

— Взяла у кого? У Лейлы? Мы ведь видели тогда в подвале, что...

— Может, у вас? — Лея посмотрела в его глаза испытующе.

— Предположим, я сжёг воспоминания о Лейле. И догадываюсь почему. Читал в газетах. Меня обвиняли. Таскали по судам. Приходили за мной в больницу. Но что, чёрт возьми, я там делал?

— Я не знаю, сэр.

— И я не знаю. Но ни в одном обрывке памяти нет вашей Чунь Шэн. Кроме общей фотографии — ничего. Что я ей сделал?

Лея пожала плечами.

— Скорее всего, ничего. Может, месть за Лейлу. Они, кажется, дружили. И этот медальон.

— И медальон. И вы. Похожая, как две капли воды. Скажите, у вас есть родинка на правом бедре под коленкой?

Лея округлила глаза.

— Есть, — ответила нерешительно.

— Я помню только одно, — человек в чёрном достал бумажный пакетик и принялся пересыпать в него истолчённый тмин. — Мне лет шестнадцать. Лейле чуть меньше. Она выглядела совсем как вы в тот день, когда мы впервые столкнулись на развалинах. Мы гуляли в горах за Смизерсом. И вдруг на нас вышел медведь. Я взял её за руку, чтобы увести. Мы побежали. Лейла упала и поранила ногу. Медведь подошёл. Я думал, что это конец, но она... Она поднялась навстречу животному и... что-то произошло. Она... говорила с ним. Медведь ушёл. Мы вернулись домой. Я помогал обработать раны и увидел... Родинку. Хорошо это помню. А потом... Мне часто снится Лейла. Взрослая. Я зову её по имени на юго-восточной башне. Я вижу её, те же глаза, волосы, золотая прядь и улыбка, веснушки. Но это... не она будто. Вы? — спросил он и, не дождавшись ответа, произнёс: — Вы — Лейла.

— Я не Лейла. Я не могу ею быть. Это невозможно. Я ведь не... — Лея заплакала. — Не овечка Долли.

— Я могу практиковать двадцать четыре формы самостоятельно? — спросил Снежински после тренировки.

— Конечно, сэр. Но чуть позже. Когда я буду видеть, что каждое движение верно. Пока только восемнадцать практикуйте.

— Завтра в то же время, мисс? — уточнил человек в чёрном, открывая дверь из замка.

— Да. Курс лекций возобновляется с февраля. Поэтому можно сказать, что я свободна. Даже несмотря на огромное задание на каникулы. Я справлюсь. А тайцзы поможет.

Лея выбежала на мороз, заметая за собой следы с помощью чар ветра.

Райс ждал у фонтана.

— Прости, ты, наверное, замёрз, — Лея обняла парнишку.

— Я окоченел, — Райс прижался к ней.

— Прости-прости. Давай вернёмся в школу. Посидим в холле. Или спрячемся где-нибудь, — Лея поглубже натянула на его голову шапку и потащила к корпусу.

Они нашли укромный уголок на лестничной площадке за статуей большого кота на третьем этаже. Просто стояли рядом, согревая руки друг друга.

— У тебя необыкновенные глаза. Я говорил тебе? — прошептал Дэн.

— Угу.

— Я счастлив, что ты со мной, — парнишка улыбнулся.

— И я, — Лея положила голову ему на плечо, и он начал перебирать пальцами её медно-рыжие локоны.

Она закрыла глаза. Хотелось, чтобы этот момент длился вечно. Момент нежности, которой ей так недоставало в жизни. Всё померкло: и тётя, и Ворон, и Лейла Сноу.

— Дэн, может, чаю? Ты ведь замёрз, а я... Прости. Идём в буфет. Потом на четвёртом посидим. Или у нас.

— Ладно.

Они шли по третьему этажу к центральной лестнице, держась за руки. Из учительской появилась директор. Мило улыбнулась и отвела взгляд.

На следующий день Надин Леру оставила Лею после урока снадобьеведения.

— Мадмуазель Ли, вам необходимы дополнительные занятия. Поговорите с мистером Хорсом. Пока не начались лекции, успеете подтянуть предмет.

— Я ведь хожу на курсы только из-за... девочек. Я не сдаю экзамены. К тому же и так сильно устаю.

— Мадмуазель Ли, — голос учительницы сделался непривычно жёстким, — в ваших интересах к концу года набрать максимальное количество баллов. По некоторым предметам вы отстаёте.

— Это из-за нагрузки, мадам Леру, — попыталась объясниться Лея, но женщина была непреклонна.

— Это из-за вашего нежелания трудиться.

В класс стали стягиваться ученики. Лея выскочила вон. Внутри всё кипело. Да как эта противная француженка смеет так разговаривать? Что она понимает вообще?

— Эй!

На бегу Лея налетела на Соню.

— Я уже иду тебя искать. Ты чего? — спросила подруга.

— Ничего, — буркнула в ответ Лея. — Ненавижу снадобьеведение.

Соня пожала плечами.

— Да нормальный вроде предмет.

— Предмет, может, и нормальный, а вот училка...

— Эй, да какая муха тебя укусила?

Лея дулась целых два урока, и только на зоологии её немного отпустило. Она вспомнила Лейлу. Её восторженный взгляд при виде дракона. Как девушка хотела посвятить жизнь работе с магическими животными. Сама Лея таким желанием не горела. Она вообще не горела никаким желанием, кроме обнимашек с Дэном. Наедине. И чтобы рядом ни души. Вдыхать его такой родной запах. Зарываться лицом в ворот его кашемирового свитера. Обнимать и даже...

— Эй, ты что творишь? — возмущённо воскликнула Соня, вырвав Лею из приятных мыслей.

— А? Ой, прости, я не заметила.

— Ты расцарапала ему шею гребнем. А я получила крылом по макушке, — продолжала возмущаться Соня. — Аккуратнее нужно быть, когда расчёсываешь эту лошадку.

— Я задумалась, — Лея приложила ладони к царапине на шее крылатого коня. К концу урока ранка затянулась. Хорошо, что рядом была Соня. Она орудовала гребнем ловко. Будто всю жизнь это делала. И животное стояло спокойно.

Вечером Лею вызвала директор. Как страшно было идти к ней. Вдруг МакГрегори будет ругать за повреждение летающего коня? Или за сегодняшние штрафные баллы по преобразованиям и маг-экономике. Или за дерзкий ответ Надин Леру. Или... да мало ли за что можно поругать. Тётя, например, всегда может найти повод, чтобы быть недовольной результатом. И тоже постоянно требует лучше учиться. И никаких привязанностей.

— Входите, мисс, — директор стояла у камина, вытянув руки к огню. — Холодно сегодня. Чаю?

— Угу, — Лея недовольно плюхнулась в кресло на тонких ножках.

МакГрегори молча налила чай и предложила к нему сахарное печенье.

— Сегодня ко мне обратилась Надин Леру, — начала директор, сев напротив.

Лея удручённо вздохнула.

— И я согласна с ней, — отпив чай, продолжила МакГрегори. — Вам необходимо подтянуть снадобьеведение.

— Но когда, миссис Мария? У меня всего месяц свободных вечеров. А потом нон-стоп. И ещё обязательно школьную медицину посещать. Едва ли я дотяну до марта с такой нагрузкой.

— Понимаю. Поэтому могу предложить заменить некоторые предметы заочной формой. Например, астрологию и таро. Зачем вам эта лженаука? Да и от шахмат можно отказаться. Вы прекрасно играете.

— Я просто соглашаюсь играть чёрными. А они всегда побеждают, — ответила уверенно Лея, чем вызвала улыбку на лице МакГрегори. — А таро и астрология мне нравятся. Я не хочу пропускать, миссис Мария.

— Что ж. Это ваш выбор.

— Я могу идти?

— Нет. Я получила письмо на ваше имя. Лежало в конверте с адресом школы, — директор открыла сейф и достала коробочку, полную писем. — Да где же оно? А, вот. Прошу, мисс. Послание полно магии. Вскрыть можете только вы.

— Теперь я могу идти? — не очень вежливо спросила Лея, поднимаясь и пряча письмо в сумку, даже не взглянув на него.

— Миссис Ли просила следить за вашей перепиской, даже если письмо от неё. Ведь оно может быть ЯКОБЫ от неё, — спокойно ответила МакГрегори.

— Меня ждут.

— Мистер Райс никуда не денется, — слова директора вывели Лею из себя, но она постеснялась грубить в присутствии семьи Кастильо.

Снова плюхнувшись в кресло, она достала конверт из сумки. Само письмо было на китайском.

"Мэй-Мэй Ли!

Прошли годы и пройдут ещё, прежде чем мы встретимся. Это неизбежно. Твоя магия должна созреть. Для меня. Потому что ты — мой проект от начала и до конца. Моё творение, которое у меня пытаются отнять. Но тебе не скрыться. У меня есть то, что указывает путь к тебе, где бы ты ни была, моя девочка. Ты — моя Ци и моя Ша. Осталось найти того, кто наградил тебя такой безграничной силой. И тогда мы встретимся. Чёрные победят. Береги себя!

Ли Ву Сан"

Лея еле сдерживала дрожь. Она понимала, что тётя, если узнает о письме, сразу переведёт её в другую школу на другой конец света. Это означало разлуку с Дэном. Навсегда. Поэтому ожидающей информации МакГрегори Лея зачитала свою версию послания:

"Дорогая Лея! Мы так давно с тобой не виделись. Но мы встретимся. Я знаю, что тебя ищет Ворон, но мы не отдадим тебя ему.  Ты под защитой, где бы ни была. Ты сильная ведьма. Скоро встретимся. Береги себя! Ли Хенг Ан"

Директор, судя по всему, осталась довольна информацией. А правду узнать суждено было лишь Дэну. Только с ним она могла разделить свои переживания. И то не все. О проклятиях парнишка до сих пор был не в курсе. Лея боялась, что узнав о них, он её бросит. Найдёт себе более достойную кандидатуру. Например, Каприс, которая постоянно вертится рядом. Девушка из богатой семьи, умная, перспективная, аристократка по происхождению. Вряд ли в её родословной есть хотя бы один простолюдин или даже статик.

Возвращаясь из нового крыла в библиотеку, ребята столкнулись с мистером Хорсом. Оказывается, старик был уже в курсе того, что Лее рекомендованы дополнительные занятия по снадобьеведению. И судя по всему, сам учитель был тоже не в восторге от этой идеи. Дал задание и сказал приходить в субботу в десять в класс алхимии.

— Не буду ничего делать, — призналась Лея. — Тогда он и заниматься со мной не станет.

— Напрасно, — Райс почесал переносицу. — Тебе стоит подготовиться. Мистер Хорс считается одним из лучших преподавателей по снадобьям. Прабабушка всегда хвалила его. Учиться у него — большая честь. Кстати, Снежински один из немногих, кто практиковался у него. Лучший ученик школы. Ты была в музее на третьем?

— Я видела дверь, но там всё время закрыто.

— Нужно записаться у тьютора.

— Дэн, я должна записываться у заварника?

Парнишка смутился.

— Попробуй подойти к мистеру Дельгадо, — предложил Райс. — Хочешь, вместе приготовим твоё задание?

— Угу. Но не сейчас. Завтра после спорта. Я хочу просто побыть с тобой.

Парнишка улыбнулся. Лея запустила пальцы в его каштановые волосы. Скорее бы закончились холода, и можно было гулять в парке допоздна.

До отбоя они то бродили по этажам нового крыла, то прятались за портьерой в холле на четвёртом, рассматривая узоры на стёклах.

— Как ты думаешь, кто наградил тебя безграничной силой? — вдруг спросил Дэн.

— Без понятия. Родители, наверное. Но я никогда их не знала. У тёти спрашивать бесполезно. Я пыталась. А теперь ещё и Лейла Сноу, с которой мы похожи, как две овечки Долли.

— Может, вы всё же родственники? Давай поищем в библиотеке в заброшке. Крис был там. Нашёл что-то о своей семье. До десятого колена предков узнал. И все боковые линии. Книга волшебная. Сама всё пишет. Только... нужно удостоверить свою личность.

— Как?

— Кровью.

— Входите, мисс Ли, — поприветствовал мистер Хорс. — Я подготовил небольшую проверочную работу. Давайте я посмотрю ваше задание.

Лея сунула в руки пожилого учителя реферат и взяла листки с тестом. Вопросы, в основном, были по ботанике. С этим предметом проблем у неё не имелось. А вот по части алхимии иногда приходилось отвечать наобум. Уроки с человеком в чёрном снова пригодились. Мистер Хорс выдал Лее небольшой котелок, мешочек с ингредиентами и попросил сварить средство от спазмов и мышечных болей. А сам принялся проверять её тест.

Вода, огонь, сушёные корешки и ягоды. Что-то здесь явно лишнее. Учитель не дал ей рецепта. Но в теории Лея встречала это лекарство. Оставалось вспомнить пропорции. Так, свойства каждого ингредиента известны. Не долго думая, Лея решила сварить средство на глаз. Всё равно она не горела желанием заниматься дополнительно. Учитель, видимо, тоже не был заинтересован в увеличении нагрузки.

— Почему вы не показывали такие способности в прошлом году, мисс Ли? — учитель зачерпнул снадобье и перелил в пиалу. — Превосходный результат. Вы проходили его на курсах?

— Угу, — машинально ответила Лея.

— Удивительно. У вас хорошая память. И возможно, чутьё. Я даже начислю вам десять мэджиков за сегодняшний урок.

— Спасибо, сэр, — предвкушая, как угостит Дэна лимонным кексом в буфете, ответила Лея.

— Пока будем заниматься по субботам двойным уроком. А дальше по ситуации. У вас ведь лекции начнутся, — мистер Хорс пригладил остатки волос на макушке.

— Угу, — обречённо вздохнула Лея.

— У нас мало часов, поэтому запишите домашнее задание. А я пока подготовлю ингредиенты для отвара от ядов, и будем учиться анализировать симптоматику отравлений.

Лея нехотя достала блокнот.

На удивление Райс ждал её под дверью.

— Что-то вы долго, — почесав затылок, сказал он.

— Два урока! Дэн, это мука.

— Прогуляемся?

— Да, нужно проветрить мозги. Пойдём.

Ребята утеплились и вышли во двор. Тут же подошла Каприс. Дэн сразу дал понять, что они с Леей хотели бы погулять только вдвоём.

— Может, на берег?

— Пойдём. Посмотрим, что там с южной стороны, — согласился парнишка.

Проходя мимо торца здания школы, они столкнулись с человеком в чёрном. А у западной стены Лея напомнила Дэну, что сейчас замок пуст. Ребята бегом кинулись к двери в зарослях кустарников. Лея преобразовала зуб дракона, и, заметя следы, они вошли внутрь.

— Прохладно, — поёжился Дэн.

— Угу. Идём, что-то покажу.

Лея провела его через коридор с пустыми рамами и юго-западную башню к портретам семьи Кастильо.

— Никогда прежде не видел молодую Еву, — Райс с интересом смотрел на картину. — Ты что задумала?

— Помоги, — Лея сдвинула угол рамы.

— Ого! Шато полон сюрпризов, — воскликнул Дэн.

— Скоро ты увидишь самый главный, — хитро прищурилась Лея.

Идти по каменной лестнице за руку с Дэном было гораздо спокойнее, чем одной. Да и путь был ей хорошо знаком. На втором этаже Райс захотел посмотреть восточную часть. Он заметил, что за проломом виднеется лестница.

— Там путь на башню. Стой! Я думаю, где-то рядом должно быть секретное место. Отец рассказывал, что однажды он попал в какое-то странное помещение. Это было в первом классе средней школы. Заблудился и... вместо башни попал туда. Он право и лево перепутал. Представляешь?

— Угу, — бодро ответила Лея.

— А потом он думал, что нашёл это место, но, открывая дверь, всегда упирался в каменную стену.

— Угу, — Лея уже еле сдерживала улыбку.

— Ты явно что-то задумала, — сощурился парнишка.

— Угу.

— Хочешь показать мне дракона?

— Хочу показать старика Кастильо, — тихонько, чтобы даже ветер не мог подслушать, шепнула она.

Взяв Дэна за руку, Лея повела его в другую сторону. Конечно, Райс остановился, чтобы посмотреть на внутренний дворик и разбитые стёкла напротив. Но вскоре ребята стояли на маленьком пятачке, выложенном мелкой плиткой. Везде был снег, но не здесь. Дверь примёрзла в приоткрытом виде. Вдвоём они быстро справились с обледенением.

— Ты готов?

Райс кивнул. Его серые глаза смотрели уверенно.

Лея коснулась ручки. Её пальцы накрыла тёплая ладонь Дэна. Вместе они приоткрыли дверь. Взору предстала стена и заснеженные камни лесенкой.

— Ещё раз, — сказала Лея.

Захлопнули и открыли дверь. Впереди темнота и запах гари. Парнишка осветил пространство палочкой.

— Параллельная комната... — восторженно произнёс он. — Крис давно мечтает попасть сюда.

— Нет, Дэн, нет. Это только наше место. Понимаешь?

Она обняла парнишку. Свет погас.

— Ты не боишься, что дверь снова заледенеет? — прошептал Райс.

— С тобой — нет. Здесь мы можем побыть наедине без посторонних глаз. Жаль, что тут ужасный запах и неуютно.

— Да, было бы неплохо, если бы тут оказалась обстановка, как в нашей гостиной. Камин и диваны.

— Книги и шахматы, — продолжила Лея.

— И пара тёплых пледов, — закончил Дэн.

Пространство мигнуло голубым и зелёным, и стало светлеть. Помещение преображалось, превращаясь в уютную гостиную. Только вот нечто большое, укрытое чёрным полотном, не исчезло вместе с пеплом. Как и безмолвная статуя Альберта Кастильо.

Лея и Дэн полюбили это место. Парнишка пообещал никому не рассказывать о параллельной комнате. Согласился сохранить тайну волшебного пространства только для них двоих.

— Что, если однажды сюда нагрянет тот, кто спрятал здесь статую и эту штуку? — Райс кивнул на чёрное полотно.

— Не знаю. Пока никого не было. Директор знает о Кастильо. Ей Бланка рассказала. Но, как ты видишь, старик всё ещё здесь.

— Это странно.

— Стоп. Ты думаешь, в исчезновении статуй она сама замешана? — осенило Лею.

— Не исключаю. Но всё же... исключено. Кстати, давай устроим свидание. Здесь. На день влюблённых.

— Дэн, это пятница. Я буду выжата как лимон.

— Знаешь, старшеклассники продают бодрящие напитки перед праздниками. Я не пробовал... Но...

— Что? Это же очень опасно! Несертифицированный продукт.

— Согласен, но это, оказывается, пользуется спросом у ребят. Некоторые не спят всю ночь.

— Ну нет. Я наоборот не отказалась бы от нормального сна. Постой-ка, я ведь... У меня есть рецепт тонизирующего напитка, — просияла Лея.

— Откуда? Мы ведь ещё не проходили, — насторожился Райс.

— С дополнительных уроков, — почти не соврала Лея, скрыв только, что вовсе не мистер Хорс научил её этому рецепту.

— Как у тебя успехи по снадобьям?

— Неплохо, — Лея не стала говорить, что уроки ей помогает готовить человек в чёрном. Ведь тогда придётся и про тайцзы рассказывать. Об их частых встречах в подвале школы или Шато. О том, что её панический страх перед ним превратился в восхищение. О том, что к Снежински возвращается магия. Не могла Лея предать чужие тайны. Потому что к своим относилась слишком трепетно.

Спокойный январь закончился, и начались лекции на медицинских курсах. В Эль Кастильо вернулись девушки инуитки.

— Ли, помоги-ка, — скомандовала Каприс.

Лея застегнула пуговицы платья на её спине и колье.

— Эй, куда ты так наряжаешься? — Соня оценивающим взглядом окинула Клару.

— На свидание.

МакБраун присвистнула.

— С Лейком. Пока с ним. Потом, может, с Райсом...

— Что? — Лея не дала договорить. — Дэн не пойдёт с тобой на свидание.

Каприс усмехнулась.

— Не обольщайся, с тобой он тоже не пойдёт, — задрав нос, ответила блондинка.

— Эй, это ещё почему? — встала на защиту Соня.

— У неё на лице написано. Она же... страшненькая.

Лея потеряла дар речи. А Соня набросилась:

— Сама ты страшная, Клара! Лея в конкурсе красоты прошла дальше тебя.

— Это не показатель. Фигура у неё ничего. Но веснушки... Очень на любителя, — томно ответила Каприс. — И то, таких ещё поискать надо.

МакБраун усмехнулась.

— Лея, не слушай её.

— Да я и не слушаю.

На самом деле, веснушки не давали покоя. Она их стеснялась. И Клара нажала на болевую точку. Лея взяла свою заколку, чтобы справиться с выбивающейся золотой прядью. Щёлкнула зажим пальцами, и он развалился пополам.

— Эй, давай починю. До вечера запаса магии хватит, — предложила Соня, и Лея согласилась. Сегодня практика по снадобьям. Волосы не должны мешать. Собрав пучок на затылке, она закрепила его своей волшебной палочкой, как спицей.

— Ты правда красивая. Не слушай Каприс, — Соня завалилась с книгой на кровать.

А Лея отправилась в медицинский корпус, по пути заглянув в холл мальчиков, чтобы хоть на минуточку увидеть Дэна.

— Как же мне надоело таскать этот чёртов заварник, — Клара немного проспала, поэтому быстро собиралась, швыряя вещи в поисках нужных.

— Эй, ты же так хотела быть старостой, — Соня потянулась.

— Наверное, интересно общаться с джинном, — поддержала беседу Натали.

— Да кто с ней общается? Кто она такая вообще? — психовала Каприс, заправляя кровать с помощью магии.

— Учительница, — ответила Кэтрин.

— С неограниченной магией, — поддакнула Натали.

— Вот именно. В вас-то её нет совсем. Вы и завидуете, в рот ей заглядываете, — Каприс перекинула через голову ремешок сумочки. — Посмотрела бы я на вас, если бы ВАМ пришлось ни свет ни заря бежать таскать этот дурацкий чайник.

— Заварник, — хором поправили девчонки.

— Заварник. Скорей бы Сара приехала. Это по ней работёнка. Знай себе бегай. Ума не надо.

Клара вышла, хлопнув дверью.

— Эх, в пятницу уже четырнадцатое, — мечтательно протянула Натали. — Вот бы Марк пригласил меня на свидание.

— Эй, сама пригласи, — предложила Соня.

— Хорошая идея, — согласилась Кэтрин.

— Ты-то своего пригласишь? — Соня взяла расчёску.

— Да мне некого, — смутилась Стоун.

— Эй, ты же говорила, что тебе кто-то нравится.

— Я не говорила, — шатенка покраснела.

— Отстань от неё, — попросила Натали.

— Ладно, а ты, Лея, встречаешься с Дэном?

Вопрос Сони поставил в тупик. Не хотелось выдавать свои чувства. Но, наверное, пора уже открыться.

— Ну мы... гуляем вместе... — Лея почувствовала, как щеки заливаются румянцем.

— Целовались? — полюбопытствовала Натали.

— Нет, — призналась Лея.

— Ну тогда это не считается, — решительно заявила Ламбер.

Казалось, неделя тянулась целую вечность. К пятнице Лея действительно была выжата как лимон. Но предвкушение свидания с Дэном придавало сил и бодрости. Надин Леру даже пообещала отпустить девочек пораньше с лекции. Всего на 20 минут, но и этому они порадовались. Нагрузка была бешеная.

Райс ждал в холле у школьного банка. В руках он держал большую белую розу.

— Ты очень красивая, — он восторженно смотрел на Лею. — Ты не взяла шапку? Холодно на улице.

— Не налезает с этой причёской, — она повернулась, показывая пучок, закреплённый палочкой на затылке. — У меня есть капюшон.

— На улице сильный ветер.

Райс размотал свой широкий шарф и предложил Лее. Тёплый и такой мягкий. И пахнет Дэном. Цветок парнишка поместил в магический шар, удивив Лею.

— Этому меня отец научил. Он маме всегда так цветы зимой приносит. И простолюдинам не видно.

— Здорово.

— Я думаю, прабабушка не сдержалась и рассказала ему. Про нас.

— Ладно. Он не ругался?

— Ты что? Нет, конечно. Обрадовался. Мы долго разговаривали.

— О чём?

Дэн покраснел. Почесал затылок.

— Ну, может, пойдём?

— Угу.

На улице почти никого не было. Редкие парочки, и те направлялись в сторону пансионата. Следы можно было не заметать, с этим справлялся ветер, неся позёмку. Южный вход оказался незапертым. Ребята вошли и прислушались — ни звука, кроме завываний ветра. У портрета Евы Кастильо постояли немного. Лея сняла с головы шарф и вернула Дэну. А сама натянула капюшон.

— Как думаешь, можно будет попросить у комнаты музыку? Хочу танцевать с тобой, — Лея коснулась кончиком носа его щеки.

— Давай попробуем. Но мы можем порепетировать и в тишине. Ты ведь пойдёшь со мной на праздник?

— Угу, — Лея обняла парнишку.

В толстом пуховике Дэн напоминал ей медвежонка.

— Замёрзла? — он держал её за талию одной рукой. В другой — роза.

— Нет.

— Я с собой ещё термос взял. В параллельной комнате нет еды.

— Супер. Пойдём скорее, — Лея взяла цветок, а Дэн слегка сместил картину, открывая проход, в котором сразу же стало светло.

Ребята двинулись на второй этаж. Прошли к разрушенной стене и по ней спустились на площадку, выложенную мелкой плиткой. Растопили обледеневшие подтёки. Открыли дверь. За ней провал и стена с заснеженными ступенями. Ничего необычного. Нужно было просто повторить ещё раз. Но сколько бы ни закрывали и ни открывали её ребята, за дверью ничего не менялось — провал и стена с заснеженными ступеньками.

Лея чуть не плакала от отчаяния.

— Может, магия не всегда работает? — Дэн пытался снова и снова. — Может, комната сломалась? Или дверь? Или фаза луны не та? Или с нами что-то не то? — он почесал переносицу.

Лея зажгла погасшую палочку и осмотрела каждый сантиметр двери.

— Всё так же, — констатировала она. — Что будем делать?

— Вернёмся в школу. Посидим где-нибудь.

— Где? Там полно народу. Я с тобой хочу побыть, — она обняла парнишку и положила голову ему на грудь.

Начинал пробирать холод. На пронизывающем ветру стоять было уже невыносимо. И ребята вернулись на первый этаж.

— Хочешь покажу, где нашла Федерико Кастильо?

— Пойдём.

Лея привела Дэна в помещение с винтовой лестницей, заваленное мебелью.

— Здесь так холодно, — сказал Райс.

— Да. Северная сторона. Хочешь подняться?

— Темно и поздно. Давай вернёмся в школу. Посидим в буфете. Я бы не отказался от чего-нибудь посытнее чая.

— Угу.

Сказав Дэну, что освободится только перед ужином, Лея сразу с лекций отправилась к южному входу в Шато. Дверью под лестницей она пользовалась, только когда в холле было безлюдно. Сейчас же ребята толпились у входа, обсуждая сегодняшние поездки в музей семьи Уайетт и на материк.

— Эй, а вы знали, что мост Конфедерации почти тринадцать километров? Он самый длинный из построенных над покрывающейся льдом водой в мире! — говорила кому-то Соня, когда Лея пробегала мимо.

Хорошо, что подруга была занята своими впечатлениями от экскурсии. Иначе не удалось бы от неё просто так скрыться. Оставляя глубокие следы в свежевыпавшем снеге, Лея поспешила на тренировку в Шато. Человек в чёрном её, наверное, заждался. Она постучала в дверь пять раз. Он открыл. Юркнула внутрь и увидела, что позади Снежински стоит дракон и принюхивается.

— У вас есть сахар, мисс?

— Угу, — Лея достала коробочку. — Но совсем чуть-чуть. Ваша зверюга много ест. Мне не хватит до весны. Сеньор Дельгадо просил беречь сахар для крылатых лошадок.

— Он обещал подкармливать дракона, но делает это всё реже и реже. Никогда не любил зверьё.

— Я тоже. Просто я их боюсь.

— Хоть в этом вы не похожи на Лейлу Сноу, — мужчина усмехнулся.

Он удостоверился, что дверь заперта, и предложил Лее позаниматься в юго-западной башне. Но там оказалось слишком холодно, и они переместились в его большую комнату.

— Я вижу, вы запомнили очерёдность движений, сэр. Но "поймать воробья за хвост" у вас ещё не получается, — сказала после тренировки Лея.

— Самое запутанное движение. Как вы это делаете?

— На самом деле, не так уж и сложно. В следующий раз разберём эту форму подробнее, — Лея достала новый блокнот, который ей принёс Дэн из Бич Пойнт. — Посмотрите, я сделала конспект по алхимии, и ещё мистер Хорс задал приготовить любое снадобье от тахикардии.

Снежински удивлённо поднял брови.

— Это очень сложные составы, мисс. Что будет, если вы не справитесь?

— Мистер Хорс откажет мне в дополнительных уроках, — радостно ответила Лея.

Человек в чёрном усмехнулся.

— Вы этого и добиваетесь.

— Нет, что вы, сэр. Я очень хочу заниматься, — соврала Лея.

— Разумеется, мисс Ли. Маленькая лгунья вовсе не заинтересована в прогулках с мистером Райсом.

Снежински смотрел так серьёзно. Взгляд в упор, будто в самую душу.

— Просто я... Мне правда интересно, что это за средство. У дяди Хенга бывает тахикардия, и я могла бы... его вылечить. И ещё нужно... что-нибудь для головы.

— Считайте, что вам удалось меня убедить, — Снежински подошёл к шкафу и долго рылся на полке.

Наконец он достал увесистый справочник.

— Здесь можно найти по запросу "тахикардия" список снадобий и... — он взял три толстенных фолианта и положил на стол, — и выбрать что-то подходящее. А я, если вы не против, пойду погреюсь в соседней комнате.

— Угу, сэр, — Лея, листая справочник, уже дошла до буквы "К", когда её взгляд остановился на слове "копия".

— Дэн, представляешь, чтобы приготовить копирующее снадобье, нужно не так уж много ингредиентов, — встретившись с парнишкой вечером, рассказала Лея. — Оно кажется таким простым. А выпьешь, и ты похож на другого человека. Может, моя... мама... пила такое средство, когда носила меня? Поэтому я и похожа на Лейлу Сноу?

— Погоди-ка, вряд ли оно могло подействовать. Если девушка беременна, её сразу должно... стошнить. Потому что нельзя. Ребёнку вредно. Да и ей. Кажется, что-то такое припоминаю, мама рассказывала. Был суд над бандой, незаконно промышляющей подобными напитками. Они ведь запрещены. И вот они нарвались на беременную. Она попала в больницу, и всё вскрылось. Так что... нет. Ты похожа на Лейлу Сноу не поэтому, — уверенно закончил Райс.

Лея обречённо вздохнула.

— Теперь снова ни одной зацепки.

— Помнишь, я рассказывал, что Крис говорил, как нашёл в библиотеке заброшки книгу, составленную Альбертом Кастильо? Она заколдована особым образом. Любой волшебник может узнать свою родословную.

— Дэн, я родилась в Китае. Откуда Кастильо знали моих предков? Опять же, они ведь давно умерли, — скептически заметила Лея.

Райс вздохнул и, хитро сощурившись, спросил:

— А ты точно волшебница?

— Дэн...

— Что-то я не вижу твоей веры в магию. Без веры волшебства не происходит. Ты ведь сама знаешь о силе намерения.

— Дэн, мой дядя — учёный. То, что он творит — настоящая магия. Как я могу в неё не верить?

— И что же такого удивительного он делает? — парнишка скрестил руки.

— Клонирует животных, — серьёзно ответила Лея. — Без всяких снадобий копирования, между прочим. И при этом он простолюдин.

— Вот. А ты не веришь в то, что можно вписать своё имя в волшебную книгу и узнать своих предков.

— Мистер Райс, за вашу бесподобную улыбку вам можно простить абсолютно всё, — пародируя директора, произнесла Лея и обняла Дэна. — Покажешь книгу?

— Спрошу у Криса, как её найти. Но сейчас мы всё равно никуда не пойдём. Там слишком холодно для обряда.

— Для обряда?

— Конечно. Ты же не думаешь, что имя нужно писать маг-пером? — его руки легли на её талию.

— А чем?

— Иглой североамериканского дикобраза. Нам придётся идти в Твиццатвон.

— Нам?

— Нам. Но после того, как прекратят активность "дьявольские лианы".

В воскресенье Лея появилась в Шато чуть пораньше. Она не пошла сразу в комнату человека в чёрном, а осталась поболтать со статуями, к собственному удивлению обнаружив на обычном месте Альберта Кастильо.

— Кто вас вернул, сэр? — спросила старика она.

— Директор.

— Но как она попала в параллельную комнату? Она ведь передвигается с палочкой, а там... Там кругом провалы.

— Директор пользуется ковром-самолётом или метлой, девочка, — пробасил Федерико, ответив вместо отца.

— Понятно. Я хотела спросить у вас о той книге. Кажется, вы упоминали её. Где можно узнать предков, — нерешительно сказала Лея.

— Нам стоило большого труда создать её в том виде, в котором она есть, — сказала Диана. — Всё, что нужно, — это капелька крови.

— Книга анализирует ДНК?

— ДНК? Что это? — спросил Цезарь, нахмурившись.

— Понятно, — пробормотала Лея. — Как работает эта книга, по-вашему?

— Я заколдовал её с помощью пяти медальонов, обладающих мощнейшей магией стихий. В каждом есть эти энергии, их мы получаем от предков.

— Преднебесная Ци! — радостно воскликнула Лея. — Теперь понятно, ведь кровь — мать Ци.

Статуи молчали, недоуменно переглядываясь.

— Я читала в "Нань Цзин" — "Каноне о трудностях", — пояснила Лея. — В общем, книга точно работает?

— Будь уверена, девочка, — Федерико гордо задрал голову.

— Хорошо. Я очень рада, что вы все вместе, но мне пора. Как-нибудь прибегу с вами ещё поболтать.

Лея помахала рукой и направилась в сторону цокольного этажа.

— Не ходи туда, — услышала за спиной голос Бланки.

— Почему?

— Лучше спрячься, — подтвердил Цезарь.

— Я выйду через южную часть, — соврала Лея, подстёгиваемая любопытством.

Тихонько она подошла к каморке. Приоткрыла дверь и заглянула внутрь. В камине тлели угли. Дракониха спала на подстилке.

А из большой комнаты слышались голоса. Снежински и Касперович. Постояв в нерешительности, Лея всё же вошла. Ведь приближалось время урока. Цыганка же сама ходит сюда в тайне от директора, поэтому не станет выдавать — Лея была уверена. Заглянув внутрь, она услышала знакомые слова, произносимые с пафосом Касперович: "Откройся, время и пространство, яви разум по воле иль неволе, допусти..." Входя в плотный белый туман, Лея осознала, что оказалась в чужом воспоминании. Как Снежински, когда они пытались с Дэном открыть золотые шарики.

В небольшой комнате душно и почему-то растоплен камин. Сквозь занавески видна алая полоска заката над заливом. На продавленом диване сидит молодой Снежински. Напротив, на полу, Касперович. Между ними низенький столик, застеленный зелёным сукном. На нём и таро, и чашка с кофейной гущей, и хрустальный шар, и какие-то астрологические карты, свечи, амулеты. Как это всё добро помещалось здесь — загадка.

— Вы вместе будете. Созданы друг для друга. Но твоя ошибка дорого стоит.

— Что я сделал не так?

— Ещё не сделал. Но вы вместе будете. Такова воля звёзд, — цыганка воздела руки к небу.

Снежински усмехнулся:

— Вместе. Она сегодня замуж выходит, — он с грустью посмотрел в окно. — Этот корабль дальше плывёт без меня. Посмотрите ещё, госпожа Касперович, может, где-то ошибка.

— Карты не врут! — она поднесла монокль к одному глазу, к другому, к каждой карте поочерёдно. — Истинно говорю. Вы две половины единого целого. Она не выйдет сегодня замуж.

Снежински вскочил. Лея заметила, как от волнения дрожат его руки.

— Я видел. Видел в её глазах. Она влюблена. В него. Она уже... уже в белом платье. Алая лента в волосах. Она... — он рухнул на диван и обхватил голову руками.

— Судьбу не изменить. Она уже идёт.

Из коридора и вправду раздавался быстрый стук каблучков. Дверь открылась, и в комнату влетела запыхавшаяся Глория — девушка с русой косой. Она была в очках.

— Чёрная Тьма здесь, в Шато! — выпалила она.

Снежински и Касперович, казалось, потеряли дар речи. Цыганка медленно поднялась и приложила к глазу монокль. Подошла к девушке. Та, немного отдышавшись, продолжила:

— Я предупредила Лео. Он места себе не находит.

Снежински резко встал и, чуть не опрокинув столик, подлетел к девушке. Он пристально смотрел в её глаза. Долго. Так, что даже Лее сделалось не по себе. Но Глория выстояла.

— Всеволод, вы владеете стихиями. Её нужно ликвидировать. Срочно. Иначе она заразит всех нас. Аманде и Чунь Шэн чудом удалось спастись. А Лейла...

— Лейла? Что с ней? — Снежински вцепился в плечи девушки, будто обезумев.

— Она... она... Чёрная Тьма.

— Я... я не смогу... ЕЁ... — Снежински в ужасе отпрянул.

— Таков путь, — обречённо молвила Касперович за его спиной.

— Она здесь, рядом, на юго-восточной башне. Беги туда. Я предупрежу остальных.

Когда цыганка осталась в комнате одна, всё заволокло белым туманом, который вскоре схлопнулся в золотой шарик в ладони Касперович. Лея стояла за её спиной, а напротив на неё всё тем же безумным взглядом смотрел Снежински.

— Ой, милочка, какая неожиданность, — Касперович оглянулась и заулыбалась золотыми зубами. Волосы её снова стояли дыбом, и она принялась их приглаживать.

— Я... я просто... просто задание принесла на проверку. По алхимии, — нашлась Лея и полезла в сумочку за блокнотом.

Дэну она ни слова не сказала об увиденном. И вообще, всячески пыталась отвлечься от мыслей о том, что Лейла Сноу стала Чёрной Тьмой. Было безумно её жаль. Как и Лео. Остаться без невесты в день свадьбы. Может, поэтому Ланде так суетлив? Будто боится, что случится что-нибудь страшное. С ним, с семьёй. Глория... хорошо, что она оказалась рядом и смогла его утешить. Они неплохо смотрятся вместе. Особенно, когда она без очков. Ну не идёт ей эта оправа.

— Благодаря твоим курсам и я подтянул снадобьеведение, — сказал Дэн, закрывая книгу.

— Устал? — поинтересовалась Лея.

— Очень. Ты отпустишь меня пораньше? — Райс запустил пальцы в волосы.

— Конечно, иди. Я ещё право почитаю, — Лея чмокнула его в щёку, и мальчишка покраснел.

Этой ночью не спалось. Мысли о Лейле не давали покоя. Что же случилось там, на башне? Откуда пепел? И медальон. Он ведь был у Лейлы. Лею передёрнуло. Неужели Снежински уничтожил её? Огнём. Лейлу. Или всё же... Чёрную Тьму? Ведь она должна была преобразить девушку. Сделать её подобием себя... Копией. Лею передёрнуло.

Наутро, разбитая, она стояла у кабинета 2-22. Дверь была заперта, поэтому ребятам пришлось торчать в коридоре.

— Эй, ты не была на завтраке, — обеспокоенная подруга сунула яблоко. — Съешь хоть это.

— Угу. Спасибо, Сонь. Тошнит. И спать хочется.

— И Снежински почему-то нет. Странный он. И злой. Слышала, что первоклассники от него просто воют. Не удивлюсь, если ночами после его уроков они писаются в постель.

— Соня! — возмутилась Лея.

— Эй, да ладно. Ты сама не в восторге от алхимии.

— И от права, — вздохнула Лея. — Дэн, поможешь?

Парнишка подошёл ближе.

— Конечно. Могу написать за тебя домашку.

— Нет-нет, я сама писать буду. Ты только... будь рядом.

— Буду, — улыбнулся Дэн и обнял Лею.

Соня закатила глаза и отвернулась.

— Я сейчас, — сказал Райс девчонкам и отошёл к Лейку. Они недолго о чём-то перешёптывались. И вот Дэн подвёл Криса к Лее и Соне. Белокурый парнишка выглядел смущённым.

Соня рассмеялась.

— Ты чего смеёшься? — спросил растерянно Крис.

— Выглядишь, как будто привидение увидел. Или ещё кого, — и она снова заливисто засмеялась.

— Можете заходить, — дверь класса открылась, и на пороге показался человек в чёрном. Он злобно зыркнул в сторону ребят.

— Ну, пойдёмте, — выдохнул Крис.

— Нет, — ответил Дэн. — Соня, Крис хотел тебе кое-что сказать. Давай, — он подтолкнул товарища поближе к МакБраун и отвёл Лею в сторонку. — Подождём, пока они поговорят.

— Эй, ну чё хотел-то? — громко спросила Соня, от чего румянец на щеках Лейка стал ещё ярче.

— Я... Э... Ты... В общем... Я хотел сказать... Давай дружить...

— Да мы вроде и не воевали с тобой, — она, смеясь, похлопала парнишку по плечу.

— Эм... Ну... Нет... Я хотел сказать... То есть это... Ты классная...

— А, ну спасибо. Я знаю. Это всё?

— Э... Нет... Может... Может... ты согласишься... Ну... Быть... — он собрался с духом и выпалил, — быть моей девушкой, — и ещё больше покраснел.

Улыбка сползла с лица Сони. Она уставилась на него удивлёнными глазами:

— Это в смысле... За ручку ходить, как эти? — она кивнула в сторону Леи и Дэна.

— Ну-у да, — ответил Крис.

Соня помолчала.

— Ну так... Ты... Мы... Будем дружить? — повторил Крис.

— Э-э... Ну... Я не знаю... Давай попробуем, — с сомнением сказала Соня.

На лице Криса мгновенно расцвела улыбка.

— Ну... тогда... это... Пошли?

— Э-э... Да... пойдём...

Они вместе вошли в класс.

— Как это мило, — прошептала Лея. — Но разве нам можно было подслушивать?

— Крис просил в случае чего вмешаться. Идём на урок.

— Угу.

Зимние уроки зоологии на улице Лея не очень любила. Особенно, когда дул сильный ветер. Но учитель, видимо, был к нему не восприимчив.

— О, держитесь вместе. Снег глубокий. Идём только по тропе, — сеньор Дельгадо остановился на развилке, пересчитал учеников и указал дальнейший путь.

В этой части леса Лея ещё не бывала. Но точно знала, что если бы они свернули направо, то вышли бы к полянке в зарослях черёмухи, где она любила заниматься тайцзы. А левая тропинка вела вглубь Твиццатвона. Деревья здесь росли плотнее, были выше и казались грозными. Будто в их кронах водились злые духи. Жуткое место! Слева остался большой овраг. Лею передёрнуло от воспоминаний о "дьявольских хвостах". А круглый мексиканец уводил их всё дальше и дальше. Наконец дремучий лес расступился, открывая взору низенькие кустарники у подножия холма. А на нём паслись единороги. Сеньор Рикардо говорил тихо, чтобы не спугнуть редких животных.

— О, это наша особая гордость. Когда-то я сам привёз сюда несколько особей, и они прижились. О, это счастье. Иногда они выходят ближе к замку. Но в морозы прячутся в сугробах.

— Эй, я видела одного, — достаточно громко сказала Соня, и единороги подняли головы. — Когда гуляла за спортплощадкой.

— О да, сеньорита. Единороги не боятся людей. Пока их кто-нибудь не обидит. У них очень хорошая память.

— А что они едят зимой? — спросил толстяк Тим.

— Ветки. О, для них это лучшее лакомство, — Дельгадо погладил свой круглый живот и развернул ребят обратно, чтобы успеть вернуться в школу к вечернему чаепитию.

У фонтана Лея отпросилась погулять и постаралась незаметно улизнуть в старый замок. Но Дэн увязался за ней. Пришлось взять его с собой в Шато. Парнишка мастерски заметал следы, поэтому до статуй добрались быстро. Райс не упустил возможность обсудить с ними историю строительства замка и открытия в нём школы для волшебников. А Лея рисовала носком ботинка на покрытом изморозью полу.

— Дэн, может, пойдём? — наконец сказала она, опасаясь, что человек в чёрном застанет их.

— Ты замёрзла? — спросил парнишка.

— Нет, — призналась Лея, поздно осознав, что это был бы хороший повод выманить его из Шато.

— Ещё минуту, — улыбнулся Дэн.

Статуи подняли такой шум, наперебой рассказывая Райсу о том, как они чертили проект замка, что не было слышно, как скрипнула дверь под лестницей. Лея заметила мелькнувшую чёрную тень. Взгляды её и Снежински встретились. Мужчина кивнул, приглашая в западную часть.

— Дэн, не теряй. Я похожу тут.

— Хорошо.

Лея прошла в коридор вслед за человеком в чёрном.

— Какого чёрта вы притащили сюда мальчишку? — прошипел он, когда они оказались в пространстве, заполненном мебелью.

— Он сам пошёл следом. Мне не хотелось его обманывать, сэр, — призналась Лея.

— Но придётся. Идёмте.

Они обошли замок по периметру и оказались у двери, ведущей в коридор с комнатами Снежински. Из холла доносились голоса. Говорили о строительстве современного здания Эль Кастильо.

— Я хочу посмотреть ещё одно воспоминание.

— Закройте плотнее дверь, сэр, — попросила Лея.

— К чёрту. Мальчишка сюда не сунется. А кроме вас, больше некому, — он широкими шагами пересёк комнату и достал шарик воспоминаний.

Когда окутавший их белый туман рассеялся, они оказались в зале суда. Напротив входа в кресле с цепями и за решеткой сидел молодой Снежински. Напротив него амфитеатром располагались скамьи. По центру восседал судья в мантии — очень старый, сухонький, с орлиным носом и выцветшим глазами. Светлый зал был полон разношёрстной публикой. Стражники, ещё люди в форме и перешептывающиеся наблюдатели, среди которых Лея узнала Эсмеральду Касперович, Марию МакГрегори и Аллу-Викторию Райс.

— Суд принял во внимание, — заговорил старик скрипучим голосом, — показания обвиняемого и свидетелей, изучил материалы следствия. Нами рассмотрены протоколы допроса под сывороткой правды и извлечённые воспоминания. Ни одно из них не связано с гибелью Лейлы Сноу. Но государственное обвинение настаивает на принятии во внимание показаний свидетелей, которые говорят о том, что обвиняемый, мистер Всеволод Снежински, виновен в предумышленном совершении преступления. Действовал один, без сговора с третьими лицами. Убийство совершено на почве ревности.

— Протестую, — встала женщина, тоненькая, хрупкая шатенка. По-видимому, адвокат. — Лейла Сноу уже не была Лейлой Сноу. На момент убийства она была Чёрной Тьмой. Убийство Чёрной Тьмы — не преступление, а героический поступок. Требую освободить подсудимого из-под стражи.

— Протестую, — взял слово мужчина в форме. — Обвинение настаивает на том, что Чёрная Тьма не успела поглотить жертву.

Женщина снова встала.

— Этот процесс необратим. От Чёрной Тьмы нет спасенья волшебникам.

— Прошу заметить, мисс Сноу была статиком. А её якобы проснувшиеся магические способности ни что иное, как простолюдинские фокусы.

Старик судья ударил молоточком. В зале воцарилась тишина. Лея обратила внимание на подсудимого. Он, истощённый, сидел отрешённо. Будто ему было плевать на свою дальнейшую судьбу.

— Мистер Снежински, ваше последнее слово, — обратился старичок судья. — Вы признаёте свою вину?

— Я не знаю. Я не помню ничего. Мне всё равно, — понуро ответил мужчина.

— Суд удаляется для принятия решения.

Старик вышел в боковую дверцу, за ним вереница помощников. В зале загудели голоса. Подсудимый закрыл глаза, и картинка исчезла, сменившись кромешной тьмой. Лея испугалась. Но вдруг взору снова предстал тот же зал. Судья уже был на месте и готовился зачитать приговор. Он поправил очки на носу и начал:

— Мистер Всеволод Снежински, Суд постановил: Дело об убийстве Лейлы Сноу приостановить. До вынесения окончательного решения вам запрещается покидать территорию Канады, занимать медицинские и преподавательские должности, работать с детьми. По делу о разрушении замка Эль Кастильо признать мистера Всеволода Снежински виновным. Назначить в качестве наказания исправительные работы в течение двадцати четырёх месяцев в распоряжении директора школы-пансионата "Эль Кастильо". Также Суд постановил лишить обвиняемого волшебной палочки на срок пять лет. Наложить арест на имущество на срок пять лет.

Последние слова судьи утонули в гуле и белом густом тумане. Лея и Снежински оказались вновь в его большой комнате. Человек в чёрном забрал у Леи золотой шарик, и она молча вышла. Его воспоминания оказались для неё слишком тяжёлой ношей.

— Дэн, идём. Я замёрзла, — всё же соврала Лея, оказавшись в холле.

По пути в жилой корпус парнишка рассказал о том, что ему удалось узнать от статуй.

— Мистер Альберт считает, что Чёрная Тьма собирает медальоны. Все пять. Чтобы возродиться навсегда. Она их чувствует, как источник самой сильной магии. Понимаешь? Её ведь можно уничтожить. А имея силу пяти стихий, она станет бессмертной.

— Ци будет течь по кругу, — задумалась Лея. — Но если её можно уничтожить, то как она возрождается? Из пепла?

— Из чумной палочки. Ты забыла? Эта инфекция катастрофична для волшебного мира. Поэтому маги вынуждены были изолироваться от простолюдинов. Но произошло это во время второй пандемии.

— Понятно... То есть... Но при чём здесь медальоны?

— Чёрная Тьма, как любая инфекция, стремится к максимальному распространению. Обладая медальонами, она станет неиссякаемым источником чумы.

— Нас ждёт новая пандемия?

— Не сомневайся.

— Дэн... В двадцать первом веке? Пандемия? — Лея скептически посмотрела на спутника.

— Простолюдинов можно будет вылечить, а вот волшебники...

— Не думай о плохом. Скорее всего, чума больше не вернётся. Если она была уничтожена в роковую ночь.

— Из магического источника не вернётся, — подтвердил Райс. — Но можно заразиться от простолюдина. Ты знаешь, что ежегодно около двух с половиной тысяч человек заболевают чумой?

Лея вздохнула:

— Зря я тебя не послушала тогда. Надо было брать историю эпидемий для доклада.

— Мы должны быть начеку. И не расслабляться, даже если в волшебном мире пока не выявлено ни одного случая с тысяча девятьсот девяносто седьмого года. Так прабабушка говорит.

— Я думаю, ей стоит верить.

— Посидишь со мной в буфете? А то я уже проголодался.

— Если угостишь блинчиками с джемом.

Парнишка улыбнулся.

— С радостью.

Войдя в здание, ребята обомлели. Холл был полон учеников, а в центре танцевала Касперович. Она хлопала в ладоши, пела "ай-на-нэй, на-нэй" и периодически выкрикивала: "Стая летит! Чёрная стая! Собирается с силой. Тьма наступает!"

В начале марта в Эль Кастильо вернулся Эндрю Миллер. Парень заметно возмужал. Нет, он был всё таким же тощим, только держаться стал увереннее и сменил форму очков. Лея с удивлением увидела его на вечерней лекции по снадобьеварению. Девушки инуитки косились в его сторону и перешёптывались. Миллер был прилежным учеником, круглым отличником и в целом очень интересным эрудированным парнем. Он с первого дня сел рядом с Леей и часто помогал с заданиями. Юноша неплохо разбирался в теории приготовления снадобий. Как и Лея, идеально. А вот с практикой они оба часто мудрили. И потом вместе смеялись над содержимым своих котелков.

— Слушай, ты ведь общаешься с Соней МакБраун? — сказал как-то Эндрю на перерыве.

— Угу.

— Поговори с ней. Она замучила меня расспросами о Саре, — парень поправил очки. — Если честно, я устал ей объяснять, что всё зависит не только от меня. Ну, то, что у нас не складывается, — щёки его заалели.

— Соня правда спрашивает тебя об этом? — удивилась Лея.

— Да. И очень часто. Мне нравится Сара. Но я не вижу от неё взаимности. Боюсь, что помолвку придётся разорвать.

— Соня не обрадуется.

— Как и мистер МакБраун, — вздохнул Миллер.

— А твои родители?

— Не знаю. На каникулах поеду домой. Нужно будет посоветоваться. Стоит ли бороться за неё или лучше поискать другую невесту.

— Так что передать Соне?

— Что Сара предпочитает шумные вечеринки тихому семейному ужину. Боюсь, у нас ней не может быть общего будущего.

— Жаль.

— Ещё как. Последний шанс всё исправить — после каникул, — парень вздохнул. — Ты поняла новую тему?

— Если честно, нет, — призналась Лея. — Как думаешь, в школьной библиотеке есть хоть что-нибудь об этих катализаторах?

— Давай поищем, — предложил Эндрю.

— Опять сидеть до полуночи. Ну что ж. Пойдём. Других-то вариантов нет.

— Видела бы ты библиотеку Монреальского университета магических наук! Просторная, светлая и тёплая. И доступны электронные книги.

— Да ты что? — не поверила Лея.

— Нововведение этого года. Есть специальная комната, где работают гаджеты. Там не протолкнуться. Так что я читал привычные книги.

— А почему вернулся сюда?

— Надин Леру хвалят среди снадобьеведов. И вообще, Эль Кастильо даёт лучшую базу. Ну и... здесь ведь Сара.

— Да. Я и забыла. Соня говорила, она в апреле вернётся.

Когда Лея шла в спальню, из комнаты досуга на неё выскочила Натали. Она прыгала от радости. Глаза блестели.

— В субботу мы с Марком идём на свидание, — радостно прощебетала Ламбер, схватив Лею за плечи.

— Здорово, — попытка улыбнуться не удалась.

— Ты не рада за меня?

— Рада. Я устала просто очень. А ты почему не спишь?

— Как можно спать?

— Просто подумай, что, лишив себя полноценного отдыха, в день свидания ты увидишь на носу прыщ.

Натали застыла в изумлении.

— Это разве как-то связано? — с недоверием спросила она.

— Угу, — зевнула Лея. — Мы на курсах по медицине проходили.

Она направилась в спальню. Вслед за ней тихонько пошла и Ламбер.

Видимо, соседку не порадовала перспектива отправиться на свидание с прыщами.

Белые пальцы перебирают тонкий шёлк. Алое полотно треплет ветер. Лея стоит у кромки воды. В отражении страшная старуха, седые космы, морщинистые костлявые руки. Только глаза яркие, изумрудно-зелёные. Отражение лжёт. Кожа её по-прежнему бела, а на лицо падают медно-рыжие локоны с золотой прядью. Острые когти разрывают плоть до крови. Капли падают в воду. Она и сама летит следом, оказываясь вновь у парапета на башне. Стоя в груде пепла по колени, она слышит за спиной стоны и плач: "Лейла... Лейла... Лей-ла-а..." И нет сил ни оглянуться, ни проснуться.

Лея проспала библиочас. Но всё равно, когда она встала, Натали ещё только-только открыла глаза. Видимо, она пролежала полночи, глядя в потолок. Других девочек в спальне не было. На тумбочке ждал кекс и яблоко, а рядом записка от Сони. Подруга, как всегда, позаботилась. Лея улыбнулась, взяла еду и вышла в комнату досуга, чтобы налить чаю. В камине привычно потрескивали дрова. Следующая неделя зачётная... Скорее бы каникулы. Усталость уже валила с ног. Даже с утра.

— Эй, я бегу тебя будить, а ты уже проснулась, — в комнату досуга ворвалась Соня.

— Спасибо за кекс. Будешь чай с жасмином?

Подруга кивнула, сбегала в спальню за своей кружкой и плюхнулась рядом. С пачкой чипсов вышла сонная Натали. Девочки болтали о планах на каникулы и зачётах.

— Я, наверное, вообще не буду готовиться, — сказала Лея. — Просто нет сил. По медицине очень сложная тема. Выпускники не понимают, а то я. А сдавать надо. Повторю, пожалуй, только право и алхимию. Сонь, поможешь?

— Эй, в чём вопрос? В субботу и воскресенье готова, — отозвалась подруга.

— Ты разве не идёшь на свидание? — спросила Натали.

— Чёрт! Да. Но ничего. Отменю. Перенесу. Не страшно.

— А если Крис другую пригласит? — округлила глаза Ламбер.

— Эй, ну и что? Пусть приглашает. Мне-то что?

Когда девочки спускались на историю, увидели на лестничной клетке Дэна и Клару. Блондинка стояла насупившись, а парнишка что-то ей тихо говорил. Завидев одноклассниц, Каприс быстро побежала вниз. Лея осталась с Дэном.

— О чём вы говорили с Кларой?

— Я просил её извиниться перед Тимом.

— А что случилось?

— Он сказал, что она ему нравится.

— Так это же здорово! — обрадовалась за подругу Лея. — Тим классный.

— Да, вот только Клара так не считает. Обозвала его жирным нищебродом, а когда он расстроился, ещё и нытиком.

— Стоун, ты будто одними лимонами питаешься. Прекрати ходить с кислой миной. Смотреть противно, — фыркнула Каприс субботним утром.

Кэтрин всхлипнула и выбежала из спальни.

— Эй, ты на себя-то посмотри. Сама дуешься всё время, — кинулась Соня в нападение.

— МакБраун, что за привычка всюду лезть, где не просят? Вон, бери пример с Ли. Молчит овечкой, пока не спрашивают. А иногда и когда спрашивают, молчит. На уроках, — блондинка хихикнула и вышла.

— Кэт влюбилась безответно, — пояснила Натали. — Только Каприс не говорите.

— Угу, — пообещали девчонки.

Натали рассматривала себя в зеркало.

— Ну, прыщей вроде нет, — сказала она самой себе. — Девочки, какое платье на свидание выбрать? Жёлтое или красное?

— Тёмно-синее, — предложила Соня. — Ты в нём на празднике была.

— Думаешь?

— Эй, ну конечно! Красное вызывающее. Жёлтое... Да ты в нём замёрзнешь. Оно летнее. А это по фигуре. Идёт тебе.

— Спасибо, Сонь. А сама почему по выходным платья не носишь?

— Не удобно. Скорей бы четвёртый класс, и можно будет в брючном костюме ходить. А то эти юбки... — Соня неожиданно выругалась.

Лея, немного поболтав со статуями, спустилась на цокольный этаж. Человек в чёрном прохаживался по своей большой комнате, заложив руки за спину. Поприветствовал кивком головы и указал на стол. Он уже приготовил два немаленьких котелка и два набора ингредиентов.

— Я обещал заниматься с вами алхимией, мисс. Вчера посмотрел ваши оценки. Вы снова съехали, — бесцветно сказал он.

— Я устаю.

— Сегодня я научу вас готовить заживляющее средство.

— Мы недавно его прошли, и оно у меня получается. Займёмся тайцзы. Сэр.

— Получается. Тогда скажите мне, сколько капель масла чайного дерева вы добавляете в снадобье? — словно ток, пронзил его чёрный взгляд.

— Нисколько. В рецепте приготовления этого ингредиента нет, — гордо ответила Лея.

— Что и требовалось доказать, — процедил он. — В рецепте нет. А при оценке качества выполнения работы — есть. Ровно одна капля, мисс. Попробуйте, и вы почувствуете, что именно этого ингредиента вам не хватало для идеальной консистенции.

— Почему же его не пишут в рецепте?

— Потому что одной капли на объём учебной тары — много. Зачем же переводить ценный продукт? Далеко не каждый ученик станет практикующим фармацевтом в будущем. А тот, кто станет, увидит этот ингредиент в технологической карте. Если, конечно, будет работать по заказу Сант-Бессетт. Помойте руки.

Он засучил рукава и, достав свою волшебную палочку из коробочки, разжёг горелки под котлами.

— Воды нужно ровно полтора литра, — скомандовал он. — Отмерьте и дождитесь, пока котелок хорошо прогреется.

— Мы готовили это средство ровно на литр.

— Верно. Теперь считайте, сколько нужно ингредиентов на полтора. У вас ведь отлично выходит по алгебре.

— Угу, — почему-то смутилась Лея и заколола палочкой волосы, чтобы не мешали.

Приготовление ранозаживляющего средства заняло почти полтора часа.

— Да уж. Это больше, чем в классе.

— Зато идеально, — довольно произнёс мужчина.

— Оно получилось немного желеобразное. Я видела такое у Сони. Но в классе оно было другой консистенции.

— Разумеется, — хмыкнул человек в чёрном. — Теперь тайцзы, Мастер?

— У нас совсем мало времени, сэр. Повторим только восемнадцать форм.

— А я надеялся, что вы оцените по достоинству мою "ловлю воробья за хвост".

— В другой раз. Я завтра приду, и повторим двадцать четыре.

— На завтра я запланировал просмотр памяти.

— Мистер Снежински, я... пока не готова к этому. Это очень... тяжело для меня. И дело не в сходстве с Лейлой Сноу. Просто... просто я... Мне неприятно присутствовать при разрушении вашей жизни. Неловко, — она опустила взгляд, не ожидая от себя такой откровенности.

Вообще, можно ли ему доверять? Он ведь... преступник. С него не сняты обвинения. Дело не закрыто.

С навязчивыми мыслями помог справиться комплекс тайцзы. После тренировки Лея возвращалась в школу в приподнятом настроении и будто отдохнувшая.

К контрольной неделе, которая началась 17 марта, Лея готовилась все выходные. Безвылазно. Дэн был рядом. Они вместе повторяли право, французский, алхимию и географию. Проходило по четыре контрольных в день. И обычные уроки никто не отменял. А у Леи ещё и лекции, которые она посещала, будучи уже не в состоянии усваивать новый материал. И только в выходные Эндрю помог разобраться ей с конспектами.

— Как закончила триместр? — поинтересовался парень по пути в библиотеку.

— Ужасно. Отлично только по географии, астрологии, алгебре и ботанике. Да, и шахматы. Но их я не считаю. Это факультатив.

— Но все ходят, — усмехнулся Миллер.

— Попробуй пропустить урок директора.

— Я пропускал несколько раз.

— И как?

— Получил выговор. От родителей. Пришлось вернуться. И я не пожалел.

— Как бы мне право сдать? У меня неуд. И французский как-то снова забросила.

— Слышал, директор взяла на работу джинна.

— О, муаллима Абади чудесная. Хоть и синяя. И носить в заварнике её приходится. Но она правда классная. Весёлая и очень эрудированная. И ещё она обладает неограниченной магией. Взмахнёт рукой — и перед тобой, как наяву, изображение. Ей бы географию вести. Она как-то показывала нам места, где жила до Канады. Так здорово!

— Мне даже вернуться в школу захотелось.

— Эндрю, ты и так в школе.

Ребята рассмеялись. Они ещё немного поболтали ни о чём и принялись за подготовку к зачётам на медицинских курсах.

— Эй, Лея, ты где была? — Соня сидела в комнате досуга воскресным вечером.

— Гуляла с Дэном. А ты чего не спишь? Поздно уже.

— Географию я сдала. Могу и прогулять, — подруга была не особенно вежлива. — Ты можешь не встречаться с Эндрю?

— Что? Я с ним и так не встречаюсь. Ты забыла? Мой парень Дэн.

— Вот с ним и зубри уроки. Или со мной.

— Сонь, это по медицине. Мне больше не с кем. Не бойся, я не собираюсь уводить у твоей сестры парня. У меня есть свой.

— Обещаешь? — насупившись, Соня поднялась и серьёзно посмотрела в глаза.

— Ну конечно. Тебе не кажется, что Эндрю для меня... староват?

Подруги засмеялись.

— Эй, он в самом соку. Ему девятнадцать.

— А мне пятнадцать. С половиной, — зачем-то добавила Лея.

— Скоро магическое совершеннолетие.

— Угу. А я до сих пор не могу призвать тотема.

— А у меня знаешь кто? — с восторгом Соня полезла за палочкой.

Несколько взмахов, и по комнате летала золотая птица.

— Это сорока. Она такая шустрая. И лапы, смотри, какие у неё сильные.

— Я думала, у тебя будет косуля, как у Сары. Или лань. Или что-то такое же быстрое.

— Эй, моя сорока очень быстрая.

В последнюю учебную пятницу, когда Лея сдала МакГрегори свою письменную работу по праву, директор попросила дождаться её. Она собрала все листочки в папку.

— Идёмте, мисс, — закрыла кабинет на магический пароль, взмахнув палочкой.

— Весточка от тёти? — с надеждой спросила Лея.

— Да. И небольшая бандероль.

Каменный феникс расправил крыло, открывая проход в стене. В приёмной сидел Марк.

— Мистер Шольц, пройдёмте, — пригласила директор.

Марк вошёл вместе с ними. МакГрегори вручила ему огромный конверт, и парень удалился. Лее директор предложила травяной чай.

— Спасибо, миссис Мария.

— Миссис Ли сообщила мне в письме, — МакГрегори уселась напротив и пристально посмотрела на Лею над стеклами очков, — что некто Ли Ву Сан знает о вашем местонахождении.

Ладони вспотели. В ожидании краха надежд на продолжение обучения в Эль Кастильо Лея поставила чашку на стол.

— Это Ворон.

— Да, я поняла, мисс. Ворон знает, что вы здесь. Боюсь, это подвергает школу дополнительной опасности.

— Простите.

— Не стоит извиняться. Вашей вины нет в том, что за вами охотится псих, — фыркнула директор.

— Он мой дядя.

— Не важно. Я уже распорядилась усилить меры безопасности и попросила дополнительную охрану. Ах, да, письмо.

МакГрегори достала из ящичка стола конверт и небольшой свёрток. В нём лежал крем от солнца. В письме Чунь Шэн сообщала о том, что с неё сняли запрет на посещение магической территории Эль Кастильо, и на каникулах она заберёт Лею на несколько дней в Бич Пойнт. Пообещала съездить на экскурсию по дюнам в северной части острова Принца Эдуарда. А также выразила надежду на высокие баллы за триместр. И передала привет от дяди Хенга. Лея зачитала письмо вслух. Но споткнулась на постскриптуме, где тётя просила быть осторожной и не забыть медальон.

— Отметки у вас хорошие, мисс, учитывая нагрузку. Да, есть некоторые проблемные предметы, но ещё неделя впереди. Будет возможность закрыть долги и неуды.

Лея вздохнула.

— Боюсь, их слишком много. А у меня аттестация на медкурсах. Обязательно нужно всё сдавать?

— Мисс Ли, — директор сняла очки, и взгляд её стал казаться более ласковым, — имеет ли смысл нагружать себя, работая на износ, и не получить при этом никакого сертификата? Будто вы и не учились вовсе. Семь дней. Всего семь, и вы свободны.

— Свободна всего лишь на семь дней.

— Третий триместр очень короткий. А дальше лето. Скажите, вам удалось найти свой медальон?

— Да.

— Не могли бы вы показать?

Лея напряглась.

— Нет. У меня его нет. Но я знаю, где он.

— Хорошо. Тогда у меня всего один вопрос, — директор встала, прошла к шкафу с артефактами, открыла нижний ящичек и достала альбом. Положила перед Леей раскрытым на изображении с медальоном стихии Огня. — Не это ли ищет ваш дядя Ву?

— Нет. Этот стихии Огня. А у меня другой. А почему вы спрашиваете?

— Дело в том, что этой ночью он был украден из дома-музея семьи Уайетт.

Лея побледнела.

— Не может быть...

— К сожалению, это правда. Я получила уведомление, как хранитель, — пояснила директор, забирая альбом.

— Хранитель чего?

Директор не ответила. Вместо этого она открыла страницу с изображением другого медальона.

— Красивый, — отметила Лея.

— Вам известно что-нибудь о нём?

— Кроме того, что он принадлежит стихии Земли, ничего, миссис Мария.

— Скажите, может ли ваш дядя Ву искать его?

— Я не знаю. Не знаю, хочет ли он найти их все. Но определённо, сейчас ему нужна стихия Воды. С неё начинается круг.

— Круг? — директор захлопнула альбом.

— Да, изображение системы у-син из пяти элементов или движений Ци.

— У вас глубокие познания, мисс, — директор положила перед Леей картинку с изображением ЕЁ медальона.

— Возможно, но это никак не помогает мне получать высокие баллы.

— Выходит, ЭТО ваш медальон? — выцветшие серо-зелёные глаза смотрели пристально.

— Да, — Лея не могла сопротивляться этому взгляду.

— Что ж... Интересно, — МакГрегори убрала альбом в шкаф и снова села напротив. — Как же он оказался в вашей семье?

— Не знаю. Тётя говорит, я нашла его в её столе и... активировала. Не знаю как. Случайно. С тех пор Ворон нас и разыскивает. Меня и медальон.

— Вашей тёте неплохо удаётся скрываться, — похвалила директор.

— Ну не знаю... он же меня нашёл.

— А ваша тётя ГДЕ взяла этот медальон?

— Я узнала только недавно. Он как-то связан с... Лейлой Сноу.

— Связан. Это медальон мистера Снежински. Принадлежал семье его матери. Единственная ценная вещь в доме. Древняя реликвия. И он подарил его Лейле Сноу, — директор вздохнула.

— Значит, это ЕЁ медальон.

— К сожалению, нет. Она умерла. Реликвия принадлежит прежнему хозяину.

— Тётя Чунь рассказала мне зимой, что внутри медальона до сих пор пучок волос Лейлы. Значит... Это всё ещё ЕЁ медальон?

Директор ничего не ответила. Она как-то странно смотрела на Лею. Потом на фигурки основателей. На огонь в камине. И снова на Лею.

— Этого не может быть, мисс.

На последней неделе перед каникулами нагрузка заметно уменьшилась. Лее оставалось сдать несколько предметов, по которым она не успела нормально подготовиться вовремя и получила неуд. А также зачёты по маг-медицине, маг-фармакологии и практика по снадобьеварению. В Шато Лея стала наведываться во время обеденного перерыва. Снежински выходил из столовой чуть раньше и ждал её под лестницей, если в холле было пусто. Если нет, то встречал у южного входа.

— Завтра пересдача по праву и последний зачёт по снадобьям. Я так боюсь, — призналась она человеку в чёрном.

— Жаль, я в праве не силён. Уже совсем ничего не помню, кроме того, что с незакрытым делом жизни нет, — горько усмехнулся он.

— Соня обещала помочь. А вот по снадобьям нам выдали список. Я пробежалась. Вроде бы всё знакомое. Но вот "Антиволк" и "Стопвампир" мы даже не проходили. Как их готовить?

— Я думаю, здесь вам нужно будет лишь назвать ингредиенты, основные этапы приготовления и применение на практике. Эти препараты только в Сант-Бессетт изучают. И то я не уверен, готовят ли их нынче.

— Соня говорила, что нет.

— Нет... Удивительная вещь — память. Тут помню, тут не помню. Будь у меня ингредиенты, я бы мог... А, к чёрту, — он махнул рукой. — Если вопросов нет, то может, тайцзы? Мастер.

— Угу. А потом я бы хотела повторить практическую подготовку ингредиентов и сварить снадобье под номером три. Мы изучали его в самом начале, и я уже не помню.

В конце занятий Снежински отправил Лею вымыть руки после работы с условно ядовитыми веществами. Тщательно. Но экономно. Лея так увлеклась, что не сразу обратила внимание на повторяющиеся и усиливающиеся звуки из коридора. Такие знакомые.

"Директор!" — одними губами прошептала она. — "Что делать?"

Человек в чёрном пожал плечами. Он переливал снадобье в бутыльки, когда вошла МакГрегори. С порога она заявила радостным тоном:

— Всеволод! Это какое-то чудо! Мне только что пришло уведомление из министерства маг-юстиции. Ваше дело закрыто. Мисс Ли? — развернувшись, увидела Лею у рукомойника.

— Мы так и не отрепетировали наш танец, — посетовала Лея Дэну, когда гуляла с ним по парку в среду вечером.

— Не страшно. Как последний зачёт? — спросил парнишка.

— Не знаю. Мы делали письменную работу. Результаты объявят завтра. Как и за практику. Образцы отправили в лабораторию.

— Я думаю, у тебя всё получилось. Ты ведь хорошо подготовилась, — ободрил Райс.

— Угу. Но я и право долго зубрила. А толку...

— Знаешь, иногда кажется, что его и в министерстве маг-юстиции не все понимают, — усмехнулся он.

— В практике я почти уверена. Повезло, что на зачёт нам выдали большие котлы. Я смогла добавить секретный ингредиент в своё снадобье. На маленькую тару его не добавляют. Так что... Надеюсь, сертификат о прохождении курса я заслужу к концу года.

— Я уверен. Последний триместр будет проще. Световой день длинный. И тепло. Не то что зимой. Всё время спать хочется.

— Да, только годовые контрольные. И почему у нас не так, как по всей Канаде — никаких аттестаций? — посетовала Лея, вспомнив слова Сони.

— В младшей школе их и нет. Но владение магией — это большая ответственность. Поэтому для волшебников экзамены и контрольные очень нужны. Дисциплинируют.

Лея вздохнула.

— Придётся поднапрячься. Завтра нужно обязательно танец пройти.

— Может, попробуем открыть параллельную комнату? — предложил Дэн.

— Не надо. Я боюсь даже приближаться к Шато после того, как столкнулась там с директором.

— Ты была в замке без меня? — сощурился парнишка.

— Да. Так вышло. И... директор очень ругалась. Просила не соваться туда. Вот скажи, почему?

— Я не знаю. Прабабушка говорит, МакГрегори всегда поддерживала Эль Кастильо. И когда Сторонники силы внедрили своих людей в штат...

— Сторонники силы? — перебила Лея.

— Да. Отец подозревает, что они как-то связаны с пришествием Чёрной Тьмы. Но прабабушка не согласна. А я не знаю, кому верить. Так вот, когда они появились в школе, именно МакГрегори настояла на массовом увольнении. И назвала имена...

— Погоди. А вдруг она тоже... из них? Просто... сдала своих... чтобы остаться. Потому что... я видела Сторонников в нашем лесу.

— Что?

— Да. Помнишь? В тот день, когда ты выносил тёте поддельный медальон... Тогда я ещё не знала, кто это. Но я видела их метку. А теперь... Дэн... Это очень страшно... И ещё... Такой же знак есть у человека в чёрном.

— Не может быть! Ты должна сказать директору. Но... как ты узнала?

— Не важно, Дэн. И я не доверяю директору.

— Слушай... Что если обвинения со Снежински не сняли именно из-за этой метки? И он... действительно виновен? — в серых глазах парнишки мелькнул ужас.

— Не хочу тебя расстраивать, но... — Лея огляделась, не подслушивают ли их. — Обвинения с него сняты. Дело закрыли.

— Что?

— Именно для этого и приходила директор в Шато, чтобы сказать ему, — призналась Лея.

— Но как об этом узнала ТЫ?

— Просто... подслушала, — соврала она, пряча глаза. — Давай вернёмся. Холодно.

На пятницу 28 марта был назначен бал. Директор в этот раз решила провести праздник пораньше, сразу после традиционного чаепития в пять часов. Лея, одевшись в школьную форму с белой блузкой и заколов палочкой пучок на затылке, встретилась с Дэном незадолго до мероприятия.

— Я сдала право, — радостно сообщила она. — Директор даже похвалила меня. На самом деле, мне просто попалась лёгкая тема. А куда мы идём?

Парнишка вёл её за руку, но вовсе не на первый этаж, а на третий.

— В наше любимое место. Я очень надеюсь, что мы придём туда первыми.

— Почему?

Райс шёл очень быстро.

— Потому что... скоро узнаешь, — улыбнулся он, и Лее не оставалось ничего иного, как полностью довериться ему. — Закрой глаза, — шепнул он, едва ребята завернули за статую большого кота.

Чувствовать ладонь Дэна на своей талии было приятно. С ним так спокойно. Можно не открывать глаза и уверенно шагать рядом. Этот парень не подведёт, не предаст.

Потянуло сквозняком. Над ухом раздался голос Райса:

— Тьма. Можешь открывать глаза.

Мерцающие разноцветные искорки плясали в воздухе. Никогда прежде на лестничной площадке за статуей большого кота не было такой темноты: густой, тягучей, будто нереальной. Дэн взмахнул палочкой.

— Рукопись, — и по его команде искорки выстроились в слово "Лея" и рядом сердечко.

— Это очень мило, — восторженно шепнула она ему на ушко. — Как ты это сделал?

— Признаюсь, довольно сложная магия. Но я справился. Мой отец — хороший учитель.

Лея почувствовала поцелуй на своём виске. В голове зашумело. Удары сердца — ритмичные, как удары трости о каменный пол. Голоса, слова, которые почти невозможно различить.

— ...онники разыскивают этот медальон. Вы знаете, ЧТО это значит, — взволнованный голос директора. — Ведь у вас тоже есть эта метка. Я не могу позволить завладеть артефактом кому-либо ещё. Тем более ЕЙ. Иначе мне придётся сделать это снова. Мы все сейчас находимся под кол...

Фраза превратилась в шум. Тьма вокруг развеялась, и Лея могла видеть серые глаза Дэна. Такие же испуганные.

Праздничное настроение как ветром сдуло. Лея дрожала. От страха. Райс обнимал. Тонкий аромат с кедровой нотой успокаивал. Будто обволакивал заботой.

— Мы должны идти, — наконец сказал Дэн шёпотом.

— Угу, — согласилась, но объятия разрывать не хотелось.

Удостоверившись, что коридор пуст, ребята вышли из укрытия и отправились на первый этаж, где в холле уже толпились парочки. На входе Сальма Принц пропускала строго по двое. Если ученик шёл в одиночку, ему предлагалось срочно найти спутника из таких же, как он.

В общем зале, где столы сдвинули к стенам, уже вовсю веселилась Соня. Рядом топтался Крис. Он робко махнул рукой. Дэн ответил.

За одним из столов болтали Натали и Марк. Директор стояла в углу и разговаривала с долговязым Нестором Дельгадо. Оба были сосредоточены.

Дэн предложил сначала подкрепиться, а потом пойти танцевать. Так ребята пропустили первый медленный танец. И когда наконец вышли на танцпол, в зал вкатился мексиканец. Подбежал на тоненьких ножках к директору и племяннику, что-то сказал и так же быстро удалился, чуть не столкнувшись в дверях с Кларой Каприс. Блондинка шагала под руку с толстяком Тимом Джонсоном. Парнишка смотрел на неё с нескрываемым восторгом. А она только выше задирала нос.

Неспешно кружа с Дэном, Лея не заметила, как ушла директор. Два медленных танца в объятиях Райса. Его лицо так близко. Дыхание. Прикосновение щеки к щеке. Хотелось продлить этот момент до бесконечности. Смотреть и смотреть на НЕГО... Спокойные серые глаза, пышные ресницы. Густые каштановые волосы. Улыбка, пушок над верхней губой. Лея закрыла глаза, растворяясь в прикосновении, окутанная музыкой и кедровым ароматом.

Как же больно! Как во сне. Цепкие пальцы впились в плечо, вырывая из мечты в реальность. Лея открыла глаза. Словно привидение из страшной сказки, перед ней стояла Чунь Шэн.

— Идём. Нет времени, — отчеканила она и обратилась к парнишке. — Извините.

Вырвав Лею из его объятий, поволокла за собой.

— Мигом за рюкзаком и сюда. У тебя три минуты, — строго сказала тётя уже в холле. — И не реви, — заметила слёзы. — В машине поговорим.

Лея поднялась в спальню. Если нужно взять только рюкзак, значит, учёба в Эль Кастильо продолжится. Это не могло не радовать.

— Кэтрин, а ты почему не на празднике? Пары не хватило? — позволив себе задержаться у кровати подружки, спросила Лея. — Каприс и то нашла. А меня тётя забирает...

— Мне не нужен никто, — сдавленно ответила Стоун. — А тот, кто нужен... — она всхлипнула. — Никогда со мной не пойдёт.

Девушка отвернулась к стене. Лея вздохнула и вышла. Спустившись вниз, обнаружила, что Чунь Шэн в холле нет.

— Её вызвала директор, — пояснила миссис Принц. — Можете вернуться на праздник.

— Не хочу. А Дэн ещё там?

— Нет, мистер Райс сразу же ушёл.

— Наверх?

— Да, а потом домой.

— Мэй-Мэй... Я просила тебя, — устало сказала тётя уже в машине.

Она смотрела на Лею через зеркало заднего вида. Вздохнула и включила поворотник. Машина тронулась. Путь до Бич Пойнт занял несколько минут.

— Безопасность превыше всего? — спросила Лея, отказываясь выходить из авто. — Ты не разрешаешь мне бывать тут с классом, но каникулы мы проторчим здесь? Где логика?

— Мне жаль тебя, Мэй-Мэй. Ты — цель. И Ву Сан её достигнет. Где бы ты ни была. Ты в безопасности только со мной или в школе.

— В школе? Поэтому ты не дала мне станцевать медляк?

— Я просила "никаких привязанностей". Ты ослушалась, — в голосе тёти металл.

— Я не ослушалась. Я... я не привязана. Просто вечеринка в честь окончания триместра.

— О да, меня-то не обманывай, — смягчилась Чунь Шэн. — Я всё видела. Этот парень хороший. Будет жаль, если и он попадёт под раздачу. Ворон никого не пощадит. Ты ужинала?

— Угу.

— Знаешь, иногда вспоминаю свою первую любовь, — по пути к арендованному домику вдруг призналась тётя Чунь. — Красавец. Он в столовой сидел всегда напротив в другом ряду со своим факультетом. После стажировки я хотела признаться в чувствах. А он... Представляешь? Женился на преподавательнице с правового. Старше его. Да ещё и с... — тётя жестом показала, какого размера был живот у той преподавательницы.

— А как ты познакомилась с Куан Бао? Или... с тем норвежцем? — спросила Лея в надежде узнать новые подробности и о своём происхождении от внезапно разоткровенничавшейся тёти.

— Отец познакомил.

— Дядя Хенг?

— Угу. Куан был сотрудником в его лаборатории. Мы... впрочем, неважно.

— Нет. Расскажи. Расскажи, — умоляла Лея.

Они вошли в дом, включили свет. Уютная комната с камином, кухня и санузел на первом этаже. На втором две спальни.

— Не побоишься спать одна?

— Нет.

— Хорошо. Спокойной ночи.

— Тётя, — Лея взяла её за руки. — Расскажи. Я ведь большая уже.

— Я часто вспоминаю его. Мы могли быть счастливы, иметь детей... Если бы не разрушительная сила Ву и... Спи, милая. Потом. Потом всё узнаешь.

В четверг 3 апреля Лея была уже у ворот школы. Тётя держала её за руку. Мистер Дельгадо открыл дверь. Это было так непривычно. По дороге до здания школы выяснилось, что в Эль Кастильо приехала его жена с маленьким сынишкой. Кроху назвали Александром. А дедушка Рикардо сократил его имя до Сан. Так и звал — Сан Санни — по фамилии матери.

— Малышу полгодика, — восторженно рассказывал счастливый отец. — Он уже готовится ползать. Стоит на четвереньках и раскачивается. А как смешно он усаживается набок из этого положения! И потом сразу заваливается. Мы с Луной не перестаём умиляться.

— Миссис Санни будет снова работать? — поинтересовалась Лея.

— Нет. Перед приездом учащихся, она с малышом вернётся домой, в Смизерс.

Лея вздрогнула. Тётя наверняка это почувствовала.

— Смизерс? Вы... вы знали Лейлу Сноу? — на свой страх и риск спросила Лея и почувствовала, как крепко Чунь Шэн сжала её ладонь.

— Нет, мисс. Мы совсем недавно купили там дом. Мне не знакомо это имя. Она ваша родственница?

На сей раз вздрогнула тётя Чунь и отпустила руку Леи.

Во внутреннем дворике здания школы МакГрегори помогала сеньору Дельгадо обрабатывать деревья специальным составом от вредителей. Тут же гуляла миссис Санни с коляской. Она радостно помахала прибывшим рукой. А директор попросила пройти в её кабинет Лею с тётей.

— Спасибо, миссис МакГрегори, — поблагодарила Чунь Шэн за чашку травяного чая. — Я как раз хотела с вами обсудить учёбу Леи.

— Какое совпадение, — директор села в своё кресло.

— Я категорически против дополнительной нагрузки, — заявила тётя, и Лея довольно улыбнулась. — Но с другой стороны... Эти бурлящие подростковые гормоны... Вы понимаете. Когда вместо учёбы одни мальчишки на уме... Меня это тоже не устраивает, — она поставила чашку на стол, а Лея вжалась в кресло, ожидая самого ужасного — исключения из Эль Кастильо. — Я бы хотела написать заявление. Чтобы Лея не посещала медицинские курсы. Нам не нужен сертификат. Ей нельзя быть лекарем.

— Почему? — одновременно спросила и Лея и директор.

— Это очень сложно объяснить. Дело в тёмной стороне её магии.

— Но, миссис Ли, если не разбавлять тьму светом... Девочка может пойти по стопам...

— Вы не понимаете! — перебила Чунь Шэн, вскочив с места. — Я её опекун. И несу ответственность. Ворон не просто так её ищет. Нам не нужны эти курсы. Найдите ей другое занятие. Французский, латынь, может, спорт, — слова тёти расстраивали Лею. — Больше практики по боевой защите, преобразованиям... Но никакой медицины. Что я должна подписать?

— Ничего, миссис Ли, — уверила директор.

— Хорошо. Лея, через пару-тройку недель, когда растает морской лёд, я приеду навестить тебя. Съездим вместе на побережье.

— Угу.

— Но если будешь усердно учиться.

— Угу.

— Миссис Ли, у нас планируется шахматный турнир. Лея, надеюсь, будет участвовать? — спросила директор.

— Конечно, будет, — подтвердила тётя Чунь, не дав и рта раскрыть.

Ребята вернулись 6 апреля, в воскресенье. Дэн — на день раньше. Лея ничего не сказала ему о противоречиях с тётей. Когда Райс рядом, абсолютно всё равно, кто и что думает об их отношениях. Они много гуляли, а вечерами сидели у камина на диванчике и обнимались.

— Мне так тебя не хватало, Дэн. Ты пахнешь домашними плюшками. М-м-м...

— А бальзам для волос — яблоком, — засмеялся он.

— Ты мой яблочный пирожок. Я тебя съем.

— Не ешь меня, красивая ведьма, — Дэн изменил голос. — Я тебе ещё пригожусь.

Ребята рассмеялись.

— Конечно, пригодишься. Кто же будет меня обнимать?

— Только не зови меня пирожком при посторонних, — попросил парнишка.

— Разумеется. Я ведь не Чёрная Тьма. Не сошла с ума, — улыбнулась Лея, перебирая густые каштановые волосы Дэна.

В холл вошла Сара на высоких каблуках. Деловито поставила заварник с джинном на каминную полку и направилась к комнатам. Тут же открылась стеклянная дверь с лестничной площадки.

— Э, котёнок, ты куда? А погулять? — громко сказал Дарк.

— Люмус, мне некогда. Нужно вещи разобрать. И переехать в другое крыло. Я буду стажироваться в младшей школе.

Вечером девочки впервые за долгое время увидели улыбку на лице Кэтрин Стоун. Девушка так и не рассказала, чему радовалась. Но видеть её в приподнятом настроении было приятно. Она только слегка смутилась, когда Клара обозвала её толстухой. Что было неправдой. Кэтрин обладала пышными формами и при этом тонкой талией. В ходе перепалки блондинки с Соней девушки пришли к выводу, что костлявая Каприс просто завидует соседке.

Идти на географию к Снежински было неловко. После того случая, когда её застала директор в его комнате. Лея села на уроке рядом с Дэном. Человек в чёрном на неё даже не взглянул ни разу. Рассказывал о ресурсах разных стран. А Соня то и дело перебивала, задавая вопросы, особенно, когда речь заходила о России.

— Повезло нам с учителем, — говорил Дэн по пути на историю. — Мистер Снежински невероятный! Уровень его эрудиции впечатляет. Он очень изменился за эти три года. Теперь я всё больше склонен думать, что он был виновен.

— Почему?

— Слишком умён. Такой способен обвести вокруг пальца следствие.

— А мы в него землёй кидались, — вспомнила Соня, которая плелась рядом.

— Ты кидалась, МакБраун. Ты, — заметила Каприс.

— Эй! А разве не с твоей подачи?

Клара хмыкнула:

— Это потому, что ты глупая. Вот я бы не согласилась.

Блондинка ушла вперёд, задрав нос.

После чая Лея обнаружила Дэна в холле на четвёртом. Парнишка играл с Крисом в шахматы. Райс сидел спиной к выходу. Приложив палец к губам, чтобы предупредить его напарника, она тихонько подкралась и закрыла ладонями глаза парнишки.

— Лея, — с нежностью сказал Дэн, — я тебя из тысячи узнаю.

— Угу, — она радостно обвила его шею руками и чмокнула в висок.

— Но почему ты не на лекции?

— А я больше не хожу. Мне тётя запретила. Прогуляемся? Твоя партия безнадёжна. Ты играешь белыми.

— Ты всё ещё веришь, что чёрные побеждают? — усмехнулся Лейк.

— Всегда, — уверенно ответила Лея.

Райс поднялся.

— Извини, Крис. Появилось неотложное дело. Доиграем позже. Если подождёшь.

— Ну не-ет. Мы будем гулять до самого ужина. Ты обещал научить меня вызывать тотема.

Дэн положил руку ей на талию. За ним она готова была следовать куда угодно, но очень удивилась тому, что парнишка привёл её в медицинское крыло.

— Не знаю, чем руководствуется твоя тётя, но прабабушка говорит, что нельзя отказываться от своего дара, — глядя в глаза, сказал Райс.

— Так я и не отказываюсь, Дэн. Если у тебя заболит нога или голова, или будет порез, я мигом это вылечу. Мне не нужны курсы. В этом триместре у них четверо учащихся. Мне необязательно ходить.

— Послушай, — серьёзно начал парнишка, — если ты не реализуешь свой дар в плюс, он выведет тебя в минус. История знала случаи, когда люди творили большие беды вместо добра. Потому что не нашли полезного применения своим способностям. Та же Чёрная Тьма...

— Дэн, хватит, — перебила Лея. — Я устала об этом говорить. Или ты не хочешь быть со мной?

— Я хочу быть с тобой. Именно поэтому я привёл тебя туда, где твоё место. А твоё место на светлой стороне магии. Дар — это большая ответственность. Здесь силу воли тренировать надо. Иначе есть опасность...

— Дэн, — снова перебила Лея, — я устаю. Просто... наизнос живу. Тётя озабочена моей успеваемостью.

— Это ерунда. На самом деле. Мой отец всегда был троечником. Потому что основной упор делал на развитие дара. И это помогло ему не скатиться.

— А какой его дар?

— Ясновидение.

— Ого!

— Нет, он не предсказывает будущее и не ищет преступников, но ему хватает одного взгляда на человека, чтобы узнать его боль. Примерно, как у тебя... Но не физическую, а душевную. И он помогает людям. Он очень добрый. Невероятно добрый, — Райс улыбнулся.

— Дэн, если он добрый, то он... добрый, — скептически заметила Лея.

— Если бы он не прокачивал свой дар, не действовал с добром... Он натворил бы столько зла... Ведь, зная слабые места человека, его болевые точки, можно искусно манипулировать. По головам идти... Надеюсь, я тебя убедил.

— Я не знаю. Никогда не задумывалась. Впрочем, я же занимаюсь восточными практиками. Не могу я попасть в лапы тьмы. Не бойся, — она повисла на его шее.

— Ты уже там, — сощурился Дэн. — Лень, прогулы, искушения... Только начало.

— Ну и хитрый ты. Так и скажи, что хочешь отыграться, ведь Крису оставалась пара ходов, чтобы объявить тебе...

Райс приложил палец к её губам, призывая замолчать.

— Пожалуйста, Лея... Продолжай курсы. Я... буду помогать с уроками.

— Ну Дэнчик, пирожочек, почему ты пытаешься меня уговорить? Неужели тебе не хочется со мной гулять?

— Гулять хочется. Но вряд ли это поможет нам в будущем. А вот полезные навыки, профессия — да.

— Не рано думать о профессии? Интересы могут поменяться. Нам ещё по пятнадцать лет.

— Мне уже шестнадцать.

— Ладно. Но...

— Никогда не рано подумать о будущем. Мы могли бы неплохо устроиться в Монреале.

— Фантазёр. Я не говорю на французском.

— Учи.

— Дэн, — Лея начала сердиться. — Почему ты...

Он снова приложил палец к её губам.

— Я люблю тебя.

Пришлось возобновить вечерние занятия. Теперь, помимо девушек инуиток, на лекциях присутствовала и Сара с Люмусом. Для педагогов обязательным был курс "Введение в магическую педиатрию". Ведь на уроке могла возникнуть необходимость оказания первой медицинской помощи, и учитель должен знать, как правильно действовать в таких ситуациях. Лея и сама не заметила, как увлеклась курсом. С увеличением количества слушателей лекции стали интереснее. Или тема захватила Лею. Но теперь она, несмотря на появившуюся к концу недели усталость, посещала дополнительные занятия с удовольствием. И даже сама напомнила мистеру Хорсу о субботних практических уроках.

Дэн, как и обещал, был рядом. Выходя из общей палаты, где проходили лекции, она неизменно встречала его в коридоре. Вместе они допоздна готовились к урокам. Часто Лее даже не приходилось искать информацию. Она приходила в библиотеку, а книги, раскрытые на нужных страницах, уже ждали её. Оставалось только прочитать и выписать нужное.

Как оказалось, Эндрю Миллер посещал курс права. Поэтому Дарк и старшая МакБраун очень сблизились. Они тоже вместе готовили уроки. А однажды Лея увидела их целующимися. Соне ничего не сказала. Вдруг это ложная тревога? Ведь кольцо с пальца Сары не исчезло.

С понедельника 14 апреля начались игры шахматного турнира. Они проходили во время школьных уроков. МакГрегори просто отбирала лучших в классе и назначала время на выходные. Тогда уже нужно было сразиться за место в четвертьфинале. Несколько игр для зарабатывания баллов. Надо ли говорить, что Лея оказалась среди лучших. Зрителей было много. Как и участников — слушатели медицинских курсов тоже были допущены до турнира.

В выходные в школу приезжала тётя Чунь поддержать Лею. Может, поэтому ей удавалось с лёгкостью обходить соперников в отборочных турах. А ещё она точно знала, что за неё болеет Дэн, хотя он и не прошёл в четвертьфинал, уступив Саре МакБраун по количеству баллов.

Ко времени игры в библиотеку стали стягиваться ученики всей школы. Толпа, как река, лилась на пятый этаж в новое крыло. Лея с соседками шла неспеша. Старшеклассники позади них гоготали. Громко звучал голос Дарка, обсуждающего фигуру какой-то девчонки. Хорошо, что Сара этого не слышала. Наконец парни обогнали подружек, задев идущую с краю Кэтрин.

— Ай, — вскрикнула она, схватившись за плечо.

Дарк обернулся, присвистнул и чуть было не завалился на низкорослого приятеля из пятого класса.

— Опять скажет, что я сглазила, — прыснула Лея.

Соня засмеялась. А Клара шикнула:

— В твоих интересах, чтобы он этого даже не подумал.

— Эй, там Дэн с Крисом, — Соня помахала мальчишкам, стоявшим у входа. — Идёмте к ним.

— Привет, малыш, еле нашёл тебя, — сквозь поток учеников протиснулся Марк, приобнял Натали, и они вдвоём ушли.

Кэтрин высматривала кого-то в гуще толпы в библиотеке. Только Каприс топталась рядом, пока её не позвала миссис Принц. Оставив Соню с Крисом, Лея отвела Дэна в сторону.

— Слушай. В субботу снова приедет тётя Чунь. Пожалуйста, продолжай делать вид, что мы не вместе.

Райс почесал затылок.

— Зачем?

— Пожалуйста. Не спрашивай, — не хотелось врать любимому парню.

— Я думал, мы дружим семьями.

— Дэн. Дружить — это одно. А у нас... всё более серьёзно. Может, тётя считает меня слишком маленькой для отношений. Я не знаю. Но старайся смотреть на меня как можно реже.

— Правда, не понимаю. Зачем обманывать тётю, ведь рано или поздно нам придётся открыться.

— Не в этот раз, Дэн. Слушай, может, тебе притвориться, что ты с Кларой? Она с радостью поддержит.

Райс вздохнул. В его глазах читалось смятение.

С Сарой МакБраун Лея сразилась в четвертьфинале 26 апреля. И, к великому удивлению Сони, разгромила её. Также в полуфинал прошёл Эндрю Миллер, обыгравший Ивон Эчакван, Тим Джонсон, победивший в партии с Оливией Кру, и Люмус Дарк, сыгравший вничью с Шерри Бойер.

— Эй, многое бы отдала, чтобы увидеть, как тебе проиграет нахал Дарк, — мечтательно произнесла Соня, когда девочки выходили из библиотеки, где проводился полуфинал турнира.

— Надеюсь, мне в пару попадётся кто-нибудь другой в этот раз, — сказала Лея. —

— Как думаешь, они переиграют партию? — спросила шедшая рядом Кэтрин. — В полуфинале не может быть пять участников.

— Эй, будь на месте Дарка кто-нибудь другой, предпочтение отдали бы девчонке из коренных народов. Но этот... — Соня выругалась.

— Может, МакГрегори будет судить по суммарному количеству баллов? — предположила Лея.

— Если так, — сказала Стоун, — то в полуфинале будет играть Люмус. Он лидирует по баллам.

— Жаль, — вздохнула Лея. — Он неприятный противник. Наверное, снова займёт первое место. Вопрос лишь в том, на каком этапе вылечу я. Ведь в любом случае придётся с ним играть.

С самого утра 27 апреля в библиотеке яблоку негде было упасть. Лея разгромила Тима Джонсона, а значит, вечером должна была сразиться за первое место с победителем второй пары. И она не обрадовалась, когда узнала, что снова придётся играть с Дарком.

Тётя Чунь весь день провела в школе. Даже на обеде. И после небольшой прогулки сопроводила Лею на финальную партию. Желающих посмотреть кто кого собралось очень много. И основная их масса сосредоточилась именно возле пары, разыгрывающей первое место.

— Эй, ты должна победить! Я верю в тебя. Сделай его, — подбадривала Соня.

В то время, как с другой стороны её сестра поддерживала блондина. Он выглядел уверенно, даже нахально.

Игра началась. Дарк пытался сбить с толку и запугать Лею. Но сегодня она была точна и сосредоточена. И когда пара Миллер — Джонсон завершила партию победой Эндрю, на доске Леи и Люмуса продолжался ожесточённый бой. Шахматные армии громили друг друга. Под столом Лея постоянно чувствовала ноги блондина. Он отвлекал её, как мог. Мешал сосредоточиться. Надменно усмехался. Лея сначала чувствовала себя неуютно под жёстким взглядом Дарка. Но потом ей удалось сконцентрироваться на игре. И весь окружающий мир с его гулом голосов будто растворился. Существовала только шахматная доска. Только её изрядно поредевшая мини-армия в чёрной форме. Только боевой дух. Только победа.

— Шах и мат, Люмус Дарк, — Лея встала и с улыбкой протянула руку сопернику.

Но блондин вскочил, схватил доску и разбил её об угол стола. Он был разъярён. Немыслимо! Какая-то низкосортная третьекурсница превзошла его! Его — чемпиона по хоккею и троекратного победителя межшкольных шахматных турниров.

Дарк даже не стал слушать поздравительную речь МакГрегори. Он вылетел пулей из библиотеки, расталкивая по пути толпу зевак.

— Мисс Ли, это было превосходно, — директор светилась от счастья, вручая награду — мешочек мэджиков и золотую фигурку шахматной лошади. — Дарк — сильный противник.

— Супер! Как тебе это удалось? Люмус грязно играет. Подавляет морально, — Дэн, забыв об уговоре, тряс руку Леи.

— Это просто. Нужно быть спокойной, находиться здесь и сейчас, и главное, помнить, что чёрные всегда побеждают, — она подмигнула ему и, высвободив руку, ушла вместе с Чунь Шэн.

Перед ужином, когда Лея прощалась в холле с тётей, к ним подошёл мистер Ланде. Пожал руку, поздравил с победой в шахматном турнире. Его быстрые глазки бегали, то и дело останавливаясь на Лее или на Чунь Шэн.

— Вы одолели очень... очень сильного противника, мисс. Это... это о многом... о многом говорит.

— На самом деле, мне было тяжело. Но повезло, что я играла чёрными.

— Ясно-ясно, мисс. Чёрные всегда-всегда побеждают.

Учитель раскланялся и убежал на улицу.

— Его фамилия случайно не Ланде? — наморщив лоб, спросила Чунь Шэн.

— Да. Знаешь его? Он работал в Эль Кастильо вместе с... Лейлой.

— Угу. Припоминаю. Лео почти не изменился.

— Он и тогда так разговаривал?

— Как?

— Суетливо, — Лея пожала плечами.

— Сейчас и не вспомню. Ну я пойду, — тётя посмотрела на часы. — У меня самолёт утром.

— В Гонконг? — с грустью спросила Лея.

— Лондон, — слегка приобняв её, ответила Чунь Шэн, после чего направилась к выходу.

Чуть не сбив тётю с ног, в холл влетел Дарк.

— О, Рыжая, ты чё, невыездная? Старушка отправляет меня на общеканадский турнир, ха! Но проигрыш я не забуду. Вернусь и стану твоим ночным кошмаром. Поняла? — он был на голову выше и угрожающе навис над Леей.

— Извини, Люмус. У меня уже есть кошмар, — откинув с лица золотую прядь, спокойно ответила она.

Дарк вернулся через неделю, когда Лея и думать про него забыла. В аккурат к началу чемпионата по хоккею. Блондин, видимо, так сильно уставал на тренировках, что даже Сару оставил в покое. А она, наоборот, так увлеклась преподаванием, что, назначив капитаном сестру, забросила спорт вообще. В библиотеку ходила с Миллером, но поглядывала в сторону Дарка. Это беспокоило Соню. Но в целом подруга проявляла меньше агрессии в сторону блондина. Зато Каприс регулярно доставалось. Ведь соседка перешла в команду "Белые лебеди", где капитаном по-прежнему оставался Люмус Дарк.

— Стоун, — заявила как-то Каприс, — ходят слухи, что ты влюбилась.

Кэтрин широко раскрыла свои и без того большие глаза.

— Я? Н-нет. Ни в кого я не влюбилась, — испуганно ответила она, порозовев.

— Впрочем, какое моё дело? Лишь бы не в волшебника, — хмыкнула блондинка.

— Эй, это почему? — тут же бойко спросила Соня.

— Ой, МакБраун, тебе ли объяснять... Вот ты сама могла бы влюбиться в статика? Ну?

Кэтрин закрылась пологом и зарыдала. Соня и Натали пытались её успокоить, но тщетно. Лея погладила девушку по голове и спине, выискивая акупунктурные точки. Рыдания стали реже и тише.

Следующая неделя была очень напряжённой. Ни разу не встретившись с Дэном наедине, Лея зубрила уроки и готовила доклады. С лекций выходила как выжатый лимон. Сил едва хватало, чтобы доползти до кровати. А преподаватели уже начали пугать концом года и важными контрольными. Не выдержав такого пресса, Лея проспала первую лекцию в субботу.

Вечером она попросила Сару переписать конспект и объяснить пропущенную тему.  Но девушка лишь сунула ей тетрадь, сказав вернуть позже через сестру.

— Лея, мне совсем некогда. Подойди к Эндрю.

— Я видела его, он уехал по делам.

— Вот и хорошо.

— Ты говорила, что всегда готова помочь.

— Да, так и есть, но не сегодня.

— Я расскажу Соне, что ты целовалась с Дарком, — выпалила в отчаянии Лея.

Сара застыла, потом повернулась.

— Ей пора отвыкнуть лезть в мою личную жизнь. Пусть занимается своей. Видела её с парнем. Тоже блондин.

МакБраун упорхнула, оставив Лею в библиотеке. Кое-как разобравшись с темой лекции, а потом с французским и маг-экономикой, она вернулась в спальню. Девочки ещё болтали.

— На самом деле, Шольц не хочет серьёзных отношений, — уверенно говорила Каприс, сидя на подоконнике.

— Отстань, Клара, я тебе не верю, — отмахнулась Натали, заправляя кровать.

— Он сам мне признался. У вас нет будущего. Ты для него временное развлечение, — продолжала блондинка.

Натали, похорошевшая за этот год, снова отмахнулась.

— Знаешь. Мне только шестнадцать. Ему семнадцать. И я не питаю иллюзий, что эта любовь на всю жизнь.

— Эй, Клара, поняла? Можешь больше не плеваться ядом, — Соня читала лёжа в кровати.

Лея села на свою.

— Девочки, давайте спать. У меня завтра допурок, — сказала она и легла не раздеваясь.

— Ли, у нас-то выходной. Почему мы должны подстраиваться под тебя?

— Эй, потому что мы её друзья. Разве нет? — ответила Соня.

— Тебя не спрашивали, МакБраун, — Каприс спрыгнула с подоконника. — А где Стоун? Неужто на свидание пригласили?

— Кэт читает в холле, — отозвалась Натали.

— Её там нет. Там никого. И в комнате досуга тоже, — сказала Лея, закрыв глаза от усталости.

Соня тут же вскочила.

— Эй, разве мы не пойдём её искать?

— Да куда она денется? — фыркнула Каприс. — Нагуляется и придёт. Гаси свет. А то Ли спать мешаешь.

МакБраун затушила огонь в керосиновом фонаре и легла, пожелав всем спокойной ночи. Вскоре девочки засопели. Только Натали ворочалась. Лея слышала её сквозь свой беспокойный сон. Несмотря на усталость, полноценного отдыха не получалось. Только она задрёмывала, как её будили звуки с улицы: то ночная птица кричала, то гоготали парни. То какие-то шумы из комнаты досуга. Голоса. Может, где-то на четвёртом было открыто окно. Потом щёлкнул замок двери. Натали вскочила.

— Кэт, это ты? — взволнованно позвала она.

Лея подняла голову, присела, сдвинула полог у подножья кровати. В голове всё шло кругом. Но в светлом квадрате дверного проёма фигуру Кэтрин невозможно было не узнать. Натали стояла рядом с подругой, тормоша ту за плечи. Лея сунула ноги в туфли и зажгла фонарь. Соня, пробормотав что-то во сне, отвернулась.

Стоун застыла в дверях и смотрела вперёд невидящим взглядом. Лея подошла ближе и поднесла фонарь к её лицу.

— Что это с ней? — в ужасе прошептала Натали.

— Не знаю, — рассматривая расширенные зрачки Кэтрин, так же тихо ответила Лея. — Но, по крайней мере, у неё ничего не болит.

— Ты уверена?

— Угу.

Девушка молчала, сжимая в кулак расстёгнутую на груди блузку. А на шее её виднелось тёмное пятно, похожее на синяк. Когда она наконец моргнула, Лея и Натали переглянулись. Они ещё немного молча постояли. Ничего не изменилось.

— Отведём её в больничное крыло? — предложила Лея.

— Давай лучше уложим спать, — зевнула Натали.

— Угу, — на самом деле, очень не хотелось тащиться среди ночи по спящей школе.

А с девушкой на первый взгляд было всё в порядке. Вдвоём они довели Кэтрин до её кровати и усадили.

— Нужно снять обувь. Ой... У неё что, кровь на туфле? — Натали зажала рот ладонью, а глаза её наполнились ужасом.

— Кэт, — Лея поводила рукой перед лицом соседки, — Кэт, ты в порядке? Слышишь меня?

Стоун медленно кивнула.

Девочки выдохнули.

— Может, она просто лунатит? Как раз полнолуние совсем скоро, — задумалась Лея. — Кэтрин, хочешь спать?

В ответ она лишь покачала головой. Посмотрела ошеломлённо на девочек и снова уставилась перед собой. Натали осталась с подругой, а Лея погасила фонарь и залезла под одеяло. Сон не шёл.

— Кэт, ты хочешь лечь или ещё посидишь? — послышался в тишине голос Ламбер.

И едва различимый ответ Стоун:

— Всё равно.

— Я. Хочу. Спать, — Лея лениво отмахивалась от чьих-то цепких пальцев.

— Эй, ты проспала свой урок. Уже десять. Вставай же, — Соня выругалась.

— Фу, МакБраун, как некрасиво, — голос Каприс смешивался с гулом в голове и звучал не совсем привычно.

Лея кое-как продрала глаза и поднялась. Сонная Натали расчесывала волосы.

— Как Кэт?

— Спит, — зевнув, ответила Ламбер.

— Конечно, до рассвета сидела, — сказала МакБраун.

— Потому что пришла под утро, — заявила Каприс.

— Мистер Хорс не любит ждать, — Лея нашарила у кровати туфли.

— Объясни ему... Попроси перенести на одиннадцать. Хочешь, я пойду с тобой? — предложила Соня.

— Нет, лучше после обеда с французским помоги.

Подруга изобразила усталую гримасу.

Лея встретила мистера Хорса в коридоре. Попыталась уговорить его вернуться в класс. Но безуспешно. Спасло её то, что на лестнице их окликнула директор и попросила учителя всё же провести практическую алхимию.

— Мистер Хорс сказал, что ещё одно опоздание, и он откажется вести дополнительные уроки, — поделилась Лея с Дэном после чая.

— Может, обратиться к директору? Попросить перенести на более позднее время? — парнишка почесал переносицу.

— Он о другом времени и слышать не хочет. Суббота у меня очень напряжённая. А сегодня я ещё и не выспалась. Из-за Кэтрин.

Лея вкратце рассказала парнишке о ночном происшествии. Но, что случилось с соседкой, так никто и не понял.

— Она молчит. Улыбается и молчит.

— Совсем молчит? — уточнил Дэн.

— Нет. Говорит, что всё хорошо. И уходит от разговора. Натали призналась, что Кэт влюбилась.

— Это же здорово, — улыбнулся Райс.

— Угу. Если взаимно. Надеюсь, сегодня мы вовремя ляжем спать. Иначе я просплю географию.

— Крис думает, что Кэтрин видела оборотня, — парнишка серьёзно посмотрел на Лею.

— Откуда он вообще знает, что с ней было?

— Соня рассказала. Глаза Стоун показались ей странными.

— Да. Зрачки... огромные, — от воспоминания похолодело внутри.

— Она обращалась к лекарю?

— Не знаю. Некогда было спросить. Вечером поговорю с ней. Если получится.

— В заброшку когда пойдём?

Лея вздрогнула. Всё же она боялась. Несмотря на то, что отчаянно жаждала узнать своё происхождение.

Кэтрин снова вернулась в спальню поздно. Не так, как вчера, но после отбоя всё равно сильно задержалась. Даже Каприс была уже в кровати, а Соня вообще уже спала. Только Натали ходила взад-вперёд по комнате в ожидании подруги. Чем сильно раздражала Клару, не давая ей задремать. Лея тоже лежала без сна. Её не отпускала тревога. Если всё повторится, то сегодня точно нужно будет отвести Стоун в медицинское крыло.

Дверь щёлкнула, когда ресницы Леи уже летали вверх-вниз, предвещая сон. Она сразу же встрепенулась.

— Кэт, где ты была? — обеспокоенный голос Ламбер.

— Какая разница? — ответ Стоун.

Лея поднялась и вышла к девочкам.

— Кэт, ты как? — спросила она.

— Прекрасно, — на лице девушки дрогнула улыбка, а щёки покрылись румянцем.

Она прошла к своей кровати. Лея — за ней.

— Посмотри-ка на меня, — попросила она и взяла соседку за подбородок.

Зрачки большие, но не такие, как вчера. Лея зажгла палочку и поднесла к лицу девушки. Маленькие чёрные точки в центре дымчато-серых радужек. Надо же, какие красивые у неё глаза!

— Ну что? — спросила Натали. — Как она?

— С ней всё в порядке, — констатировала Лея, почувствовав себя лекарем. — Спокойной ночи, девочки.

Она зевнула и вернулась к себе.

— Кэт, ты так и не нашла пуговицу от блузки? — тихий голос Ламбер.

— Не-а, — зевнула Стоун.

Как хорошо, что есть Соня. Подруга не дала проспать географию, разбудив перед завтраком. Так что Лея даже перекусить успела.

Человек в чёрном был сегодня какой-то особенно нервный. И при этом несобранный, чего раньше за ним не наблюдалось. Несколько раз он спрашивал на уроке Кэтрин. И если на первый вопрос девушка ответила, то потом вставала и просто молчала. Минус 15 мэджиков! Это антирекорд.

— Эй, чего это он до тебя докопался? — спросила Соня соседку.

— Не знаю, — захлопала пышными ресницами та, а потом быстро ушла.

— Стоун стала такой хорошенькой, — глядя ей вслед, заметила МакБраун.

— Интересно, в кого она влюбилась. Ты не знаешь? — обратилась к подруге Лея.

— Эй, этого даже Натали не знает. Если уж Кэт от неё скрывает... Нам точно ничего не светит. А следить за ней я не собираюсь.

— Угу. Когда-нибудь, может, узнаем. Дядя Хенг говорит, что тайное со временем проявляет себя.

— Да уж. Например, тамплиеры или масоны. Секретные ведь, а про них известно, — МакБраун вздохнула. — Как же я не люблю историю.

— Хорошо, что Дэн тебя не слышит.

— Чего не слышит Дэн? — Райс поравнялся с девчонками.

— Прости, но мы не скажем, — улыбнулась Лея.

История прошла настолько интересно, что Соня даже не зевнула ни разу. Вот только Кэтрин... не присутствовала. Девушка появилась только к следующему уроку. И то вошла в класс со звонком. Мистер Ланде чуть было не отнял у неё баллы, но прислушался к Каприс, которая некрасиво пошутила про мировой антирекорд.

А потом Кэт отпросилась с середины алгебры и не вернулась. Обеспокоенная Натали собрала её вещи. Не было соседки и за обедом. Она даже умудрилась сильно опоздать на урок к директору. Была крайне не собрана и загадочно улыбалась. Выходя на перемену, Лее показалось, что её волосы пахнут цитрусом.

Дальше по расписанию снова урок у Снежински. Учитель раздал ребятам тетради с проверенной лабораторной работой. В своей Лея обнаружила вчетверо сложенный листок. Развернула она его только на перемене, спрятавшись ото всех на лестничной площадке за статуей большого кота.

На листе была нарисована большая капля. А в ней дата и время — ближайшее воскресенье 10 часов. Что же хотел этим сказать Снежински? Сложив бумажку в карман, Лея поспешила на улицу, где уже ждал ребят мистер Дельгадо.

Думать о загадочном послании человека в чёрном у Леи совсем не было времени. Спросить его она тоже не могла из-за чрезмерной загруженности. И усталости. Высыпаться ей мешали поздние приходы Кэтрин Стоун, которая продолжала исчезать с уроков. На вопросы соседок сначала пыталась отшутиться, а потом стала отвечать агрессивными выпадами. В комнате повис надоедливый запах сливочной карамели — у Кэт появились духи. Со слов Каприс, очень дорогие.

В пятницу после магофизики Эсмеральда Касперович попросила Лею задержаться.

— Милочка, сегодня ночью мне было видение, — цыганка качнулась и театрально поднесла к глазу монокль. — Вы идёте во тьму.

Лея вздрогнула, когда учительница повела руками прямо перед её лицом.

— Вы по верному следу идёте. Верной дорогой. Но вы на краю обрыва. Вас поглощает тьма. И вы... — она шумно вдохнула, а её волосы так наэлектризовались, что встали дыбом. — Вы в опасности. Оставайтесь на месте. Не делайте шаг...

Казалось, цыганка Лею уже не видела, глядя куда-то сквозь неё. И вдруг уставилась прямо в глаза. Приложила монокль, прищурилась.

— Нет. Вы должны знать. Идите, милочка, идите, — цыганка небрежно сделала выметающий жест рукой. — Завтра вечером жду у себя. Если тайна захочет открыться, вы узнаете. Узнаете, — Касперович полезла в сумочку за расчёской.

После урока у месье Леру Дэн отозвал в сторонку и сообщил, что завтра идёт с Крисом в Твиццатвон добывать иглу дикобраза.

— Ты с нами?

— Не знаю. У меня под вопросом семинар. Если преподаватель приедет. Если нет... Дэн, я правда не знаю, — Лея планировала пойти к человеку в чёрном, чтобы спросить, что он хотел сказать своей запиской. И перенести встречу, чтобы не пропускать урок у мистера Хорса.

— Ладно. Мы идём в два. Попробую уговорить Криса на более позднее время. Но ты же знаешь, он очень пунктуален. Если сказал в два, значит, в два. И ни минутой позже.

— Кажется, я знаю, кто может помочь, — задумалась Лея. — Но она тоже очень упёртая. Скажет не пойду, значит...

— Соня?

— Угу.

— Она очень милая, — улыбнулся Райс. — Соня не откажет.

Семинар по детским инфекционным болезням всё же состоялся. Вести его приехала Сильвия МакБраун. Эта хрупкая женщина так интересно провела лекции, что Лея буквально загорелась медициной, почувствовала своё призвание. Особенно приятно было получить похвалу в свой адрес. Эта хрупкая женщина так держала аудиторию, что не хотелось уходить.

— Завтра в одиннадцать проведём семинар за следующую субботу, — закончила она.

Чёрные глаза задержались на каждом слушателе. Лея заметила, что Сару смутил взгляд матери. Дарк же продолжал держаться раскрепощённо и даже слегка нахально. Но, по крайней мере, хотя бы сегодня он не позволял себе шуточек и выпадов в сторону девушек инуиток, что случалось довольно часто. Они сидели впереди него, и он то пинал их стулья, то тыкал маг-пером в спины.

Миссис МакБраун попросила не расходиться, пока не поговорит с каждым. Первыми подошли Ивон и Шерри. Тихонько пообщались. Видимо, медик дала им какое-то задание. Девушки записали что-то в блокноты и скрылись за дверью.

— Мистер Дарк, — позвала лектор.

Блондин вразвалочку прошёл мимо Леи, присвистнув.

Затем настала очередь Эндрю Миллера, сидевшего рядом с Сарой.

— Люмус, ты сменил духи? — Сара, приготовившись идти следующей, поравнялась с Дарком.

— Ха, не. Просто с карамельками переборщил. Пора завязывать?

Сара прыснула.

— Ну ты и сладкоежка! То шоколад, то карамельки.

— Да, я такой, ха, — блондин подмигнул и вальяжно покинул кабинет.

Эндрю дождался Сару, и они ушли под ручку.

— Мисс Ли, — Сильвия МакБраун улыбнулась.

Лея подошла. Чёрные глаза женщины, как бусинки, буравили её. Но от этого взгляда не хотелось скрыться, а наоборот — поддаться его обволакивающему плену.

— У вас есть какие-то пожелания по теме следующего семинара?

— Н-нет. Я не знаю. Может... может, что-нибудь о траволечении или...

— Возьмите вакцинацию, — предложила лектор.

— М-м... вакцинацию? — удивлённо переспросила Лея. — Я думала волшебникам это не нужно.

— В чём-то вы правы, мисс Ли. Но есть нюансы. У вас есть пропуск в секцию с ограниченным доступом?

— Нет.

— Сейчас выпишу. Разовый.

— Угу.

— Предъявите его библиотекарю. Имейте в виду, что войти туда вы можете только один раз.

— Угу. Спасибо, — пропищала Лея.

— Хорошего дня, мисс. Я очень рада, что вы получаете медицинское образование. Люди с особым даром очень нужны системе. Приходите к нам на практику, — она улыбнулась.

— Угу.

— Эй, мы тебя заждались, — в распахнутую дверь шагнула Соня. — Ой, мам, привет. Лея, Дэн сказал, это тебе.

Подруга быстро пересекла просторную палату и сунула в руки шевелящийся свёрток.

— Что это?

— Дикобраз. Еле поймала, — она вытерла чумазое лицо рукавом и подошла обнять мать.

— Сонь! Он шевелится. Я его боюсь.

— Эй, ну ты даёшь, — подруга взяла свёрток и чуть-чуть приоткрыла край ткани, в которой Лея узнала кофту подруги. — Дёргай.

Миссис МакБраун с помощью магии вернула столы и стулья в угол, а сама села заполнять журнал. Когда она закончила, Лея всё ещё возилась с дикобразом, который никак не хотел делиться с ней своей иголкой.

— Тяни сильнее, — скомандовала Соня.

— Ему ведь будет больно. Может, отрезать?

— Девочки, прекратите мучить животное, — Сильвия МакБраун подошла к ним.

— Ну мам! Я что, зря ловила его?

Женщина улыбнулась.

— Я к директору. Увидимся за ужином.

Просидев допоздна в секции с ограниченным доступом, Лея так проголодалась, что уже не могла думать ни о какой вакцинации. Доклад она закончила, но на глаза ей попалось несколько интересных книг о знахарстве, целительном слове и даже тоненькая брошюрка о тайцзы. Последняя, к великому разочарованию Леи, была на французском.

На выходе из библиотеки встретилась Касперович. Лохматая, в цветастом платье до пят.

— Милочка, а я вас жду, жду...

А Лея совсем забыла, что цыганка её звала.

— Я готовила доклад, госпожа Касперович.

— Ну ничего. Я сейчас. Вы идите. Ждите у двери. Я сейчас приду. Только... только миссис Принц книжку сдам.

Из подмышки у цыганки торчал томик в красной обложке. Из букв виднелось только окончание "-анга".

— Угу, — кивнула Лея и повернула направо.

Тусклый коридор. Находиться в нём неуютно. Как-то с трудом верится в то, что здесь живут преподаватели. Интересно, у сеньора Дельгадо тоже комната на пятом этаже? Как он ходит по лестницам? Не тяжело ли? А мистер Хорс или Александра Бих? Совсем ведь старенькие.

Лея прошла мимо кучки парней старшеклассников. Высокий и двое низкорослых. Они что-то тихо обсуждали и взрывались хохотом, от чего становилось не по себе. Высокий пошёл вслед за Леей, но дружки его вернули. Ближе к концу коридора блондин — Дарк — стоял, упёршись рукой в стену и разговаривал с... Кэтрин Стоун, не сводя глаз с её декольте. Лея прошла мимо. Потом вернулась.

— Кэт, ты как? — спросила она, не обращая внимания на парня.

— Прекрасно, — глаза девушки и без того большие, расширились. — А что?

— Ну, просто... Ладно, — Лея встретилась взглядом с Дарком.

Чёрные глаза из-под косой чёлки смотрели с насмешкой. Хотелось бежать от этого взгляда, но Лея не могла. Ноги будто вросли в пол.

— Идёмте, милочка, идёмте, — плеча коснулась рука Касперович.

— Угу, — встретившись глазами с Кэтрин, Лея наконец смогла сдвинуться с места.

— Люмус, ну ты скоро, а? — крикнул кто-то с другого конца коридора.

— Да иду я, — блондин выругался и зашагал прочь.

Кэт осталась стоять у стены.

— Ещё капельку, милочка, — Касперович добавила травяной настойки в чашку. — С вашими нагрузками... Пейте-пейте. Луна на убыль идёт. У вас нет сил.

— Угу, — согласилась Лея, поднося напиток к губам.

Цыганка взяла колоду таро.

— Тяните карту, милочка, — она наставила монокль на изображение. — Тайна вам откроется. Ещё карту, — волосы учительницы стали наэлектризовываться. — Вижу... вижу тяжело принять будет. Ещё, — подставила колоду чуть ли не в лицо и вплотную приблизилась к карте с моноклем. — Время сделать выбор пришло, — безумный взгляд устремился на Лею.

— Какой выбор, госпожа Касперович?

— Завтра будет знак, — широко раскрытые глаза цыганки приблизились к глазам Леи.

Она отпрянула и чуть не упала.

— Спасибо за чай. Я... пойду?

— Идите, милочка. Завтра будет знак. Выбор. Помните о выборе...

Притворив за собой дверь, Лея прислонилась к прохладной каменной стене и закрыла глаза. Откуда карты знали, что Лея собиралась идти к человеку в чёрном вместо урока по алхимии? Если она так сделает, на продолжении обучения у мистера Хорса можно поставить крест. А ещё сегодня вдруг по-настоящему захотелось лучше разобраться в медицине. Думать обо всём одновременно было так тяжело, что у Леи начало давить виски. Отклеившись от стены, она медленно пошла по коридору. Керосинки здесь горели через одну, давая тусклый свет. Из-за двери — с изображением птицы — раздавалась задорная музыка в стиле кантри. Она вызывала улыбку и помогала прийти в себя после представления Касперович. В холле девочек сидели все три МакБраун и Эндрю Миллер — пили чай. Лея кивнула им и прошла в спальню. На удивление Кэтрин уже спала, и Натали попросила не шуметь. Каприс отсутствовала. Задёрнув полог, Лея легла.

— Эй, ты как? — едва открыв глаза, услышала она обеспокоенный голос Сони.

— Не выспалась. Сколько времени?

— Девять. Поешь, — подруга кивнула на тумбочку, где стояло блюдо с бутербродами и котлетой.

— Угу. Спасибо.

— Ты стонала и плакала.

Лея вздохнула.

— Тяжёлый сон. Часто снится. И боль.

Она взяла зеркальце и посмотрела на ключицу — краснота, как при ожоге, и невозможно прикоснуться. Такая же отметина и на левом плече.

— Идёшь на урок?

— Угу, — машинально ответила Лея, не будучи уверенной, куда именно она отправится. — Сонь, есть монета?

Подруга порылась в кошельке и протянула 1 цент 2012 года. Лея повертела его в руках и решила, что если выпадет королева Елизавета II, то следует пойти на урок, а если кленовые листья, то в Шато. Монета подлетела в воздух.

Ровно в десять Лея постучала в дверь.

— Удивительно, что мистер Хорс отпустил вас, — усмехнулся Снежински.

— Он не знает.

— Этот прогул станет последней каплей его терпения, — мужчина пригласил внутрь. — Раз уж вы здесь, мы могли бы пройти комплекс тайцзы, Мастер.

— Угу. Только в одиннадцать мне нужно быть на семинаре.

— Тогда мы не успеем приготовить противовоспалительное снадобье.

— В следующую субботу я свободна. Пока свободна.

— Отлично. Приступим? — он занял исходную позицию.

— Угу. Только вряд ли ваша записка говорила о тайцзы, сэр.

— Разумеется, нет.

Повторив комплекс 24 формы, Лея отметила, что движение "поймать воробья за хвост" получается у её ученика почти идеально.

— Сэр, можно я приду к вам после семинаров?

Мужчина удивлённо поднял брови.

— Неужели оставите Райса без внимания?

— Я хочу научиться готовить это снадобье. Сэр.

— Приготовим через неделю, — отмахнулся он. — Вам ведь всё равно до фонаря эти курсы.

Лея почувствовала, как покраснела, и опустила глаза.

— На самом деле я... Мне... кажется, правда, интересна медицина.

— Как же, — усмехнулся он.

— Вчера я вдруг поняла... Миссис МакБраун так интересно рассказывает. Так легко. Понятно... Мне понравилось.

— Тогда будьте готовы к немалым жертвам, мисс, — он пристально посмотрел в глаза, и под его взглядом Лея вздрогнула.

— А что с запиской, сэр?

Мужчина вздохнул.

— Видимо, я поторопился. Но раз уж вы настаиваете...

Он подошел, снял с шеи чёрную цепочку с медальоном в виде капли. Когда артефакт лёг на ладонь, Лея почувствовала тепло. Корпус переливался от тёмно-синего к чёрному. Она откинула крышечку — внутри по-прежнему медно-рыжая прядь.

— Простите, что не отдавал так долго.

— Ваш эксперимент окончен?

— Не совсем, но... Вы можете забрать медальон.

— Не надо. Он же ваш, — Лея протянула артефакт, держа за цепочку.

— И ваш тоже, — человек в чёрном убрал руки за спину.

— НАШ медальон. Пусть он пока будет у вас. Сэр. Иначе... я верну его тёте. А она — Ворону.

— Разве не этого вы хотели, мисс?

— Стоило мне коснуться медальона и... Я ни за что на свете не отдам его. Никому, кроме вас. Я... не стала вам говорить... Простите... Тётя Чунь рассказала, что она... В общем, это ваша вещь. Мне чужого не нужно.

Снежински нерешительно протянул руку. Их пальцы соприкоснулись на мгновение. По телу будто прошёл разряд, а медальон приобрёл глубокий синий оттенок.

— Интересная вещица, — усмехнулся человек в чёрном и надел на шею Леи чёрную цепочку. — Я подарил медальон Лейле. Он не мой больше.

— Но тётя сняла его с вас. Случайно. И забыла вернуть. Это было на Ванкувере, когда... Я не знаю, помните ли вы это... И должна ли я говорить... Когда вас уку... Постойте, так это ВЫ тот волшебник, о котором нам рассказывал сеньор Дельгадо? Потерявший магию после... укуса животного?

Снежински вяло кивнул.

— Простите, сэр. Кто это... Кто это был?

— Змея, — он расстегнул пару пуговиц и обнажил левую ключицу, под которой виднелся укус — следы от зубов. А совсем рядом — на левом плече — серая отметина в виде перевёрнутого треугольника.

— Я часто чувствую вашу боль, сэр, — Лея попыталась коснуться его шрама, но мужчина отстранился и застегнул рубашку.

— Эта боль проклята, мисс. Каждый год приходится заново умирать в муках. И будто возрождаться заново.

— Как феникс.

— Как феникс. И как мои воспоминания. Что мы только с ними не делали, — он вздохнул. — Некоторые вещи невозможно забыть. Идите. У вас семинар.

— Угу, — спрятав медальон под одеждой, Лея вышла в коридор.

По пути к зданию школы она думала о том, почему Чёрная Тьма выбрала именно Лейлу. И не могла придумать иного объяснения, кроме наличия у девушки этого медальона. Артефакт, как маяк, привлекал к себе темнейшую силу. Не сыграет ли он и сейчас ту же роковую роль? Возможно, тётя была права — лучше избавиться от безделушки.

— Миссис МакБраун меня похвалила, — поделилась с Дэном Лея, встретившись с ним после семинара в буфете. Даже десять мэджиков начислила.

— Значит, медицина — это всё-таки твоё, — уверенно произнёс парнишка.

— Ты знаешь, мне понравилось, как она ведёт. А ещё рассказывала про клинику Сант-Бессетт. Она, оказывается, огромная. Несколько корпусов. Со всей Канады туда приезжают волшебники. И даже из-за границы.

— Бабуля как раз у миссис МакБраун лечилась. Кажется, — Райс наморщил лоб, пытаясь вспомнить. — Общепринятый язык там — английский, хотя клиника в Монреале. Она ведь международная.

— Хорошо. Если я когда-нибудь попаду на практику...

— Вот и повод подтянуть французский.

— Шутишь? — Лея сделала вид, будто рассердилась.

— Сегодня всё в силе? — вдруг серьёзно спросил Дэн.

— Если ты о заброшке... Я не знаю. Должен быть какой-то знак. Если верить Касперович, — отмахнулась Лея.

— Если верить, — Райс скрестил руки на груди и склонил голову на бок. — Кажется, именно ТЫ хочешь узнать о своих предках.

— Угу. Но...

— Согласен. Это может разделить жизнь на до и после, но зато будет о чём поговорить с тётей. Когда она приезжает?

— Первого, кажется.

— Отлично. Идём, — он протянул раскрытую ладонь. — Зря мы что ли дикобразов гоняли?

Лея улыбнулась. Под взглядом его серых глаз так спокойно. Конечно, теперь она готова идти за ним даже в самые опасные места. Не то что там в какую-то заброшенную библиотеку.

Пробраться внутрь здания труда не составило. Летом, конечно, нет сугробов — пришлось залезать через другое окно. То, в которое росла толстая ветка дерева. С помощью Дэна это оказалось очень легко. Поднявшись на второй этаж, ребята осмотрелись.

— Зря не позвали Криса, — почему-то шёпотом произнёс парнишка.

— Угу, — Лея крепче сжала его пальцы.

— Нам туда, — Райс направился в левую часть огромной библиотеки. — Это где-то в самом конце. В отдельной секции. Должна быть жёлтая дверь.

— Угу, — Лея вертела головой по сторонам. — Вон, — указала в сторону окна.

— Странно, — парнишка остановился и почесал затылок свободной рукой. — Она же на уровне окна. То есть стены... То есть...

— Давай проверим. Других жёлтых дверей я не вижу.

— Мы не всё ещё обошли.

Ребята исследовали каждый закуток, но жёлтая дверь действительно была одна. И судя по расположению, вела прямо за окно. Каково же было удивление ребят, когда, открыв её, они оказались в небольшой комнатке. В центре стояла кафедра, а на ней — книга. На деревянной обложке надпись: "Открой, и кровь расскажет, кто ты". Лея и Дэн переглянулись. Парнишка перевернул обложку. Под ней была всего одна страница — каменная. Совершенно чистая. Молочно-белая.

— Я боюсь, — шёпотом призналась Лея.

— Тогда начну я.

Райс достал иглу дикобраза и уколол палец. Выступила капелька крови. Он приложил палец к каменной странице.

"Ваше имя..." — проявились красные буквы.

Аккуратно кончиком иглы парнишка вывел "Дэниэл Райс". От надписи пошли линии. "Лилия Грин — мать", а от неё тянулись ниточки к бабушке и дедушке. Но Лея больше никого не запомнила. Она искала глазами Аллу-Викторию Райс. И очень обрадовалась, когда нашла её со стороны отца. А тем временем красные нити поднимались уже над каменной страницей вверх, как дерево. Дэн вдруг стёр ладонью капельку своей крови. Все надписи исчезли.

— Ничего не понимаю, — парнишка почесал переносицу. — Всё верно. Вся родословная, кроме имени отца. Его зовут Маркус, а не Антонио.

— Может, поменял имя? Или... как у меня. Тётя редко зовёт меня Лея. В основном, Мэй-Мэй.

Парнишка пожал плечами.

— Ты будешь узнавать?

— Угу.

Капля коснулась холодного камня. "Ваше имя..." Рука вывела тонкой иглой "Лея Ли", но чуда не произошло. Никаких линий. Ребята переглянулись.

— Может, она сломалась? — предположил Райс.

Лея стёрла капельку ладонью и попробовала снова, на сей раз написав "Мэй-Мэй Ли". Ничего.

— Ладно, пойдём. Прости, что так вышло, — парнишка развернулся к выходу, вытягивая за собой Лею.

— Подожди.

На молочно-белой странице она вывела вопрос: "Кто я?"

Капля расползалась нитями, складывающимися в имя "Лейла Сноу".

Единственным местом, где можно не бояться задавать вопросы, была комната Эсмеральды Касперович. Хорошо, что Дэн догадался привести именно сюда.

— Входите, милочка, входите. И вы, молодой человек, — цыганка пристально посмотрела на Райса через монокль сначала одним глазом, потом другим.

Выглянула в коридор. Плотно закрыла дверь и защёлкнула на три замка.

— Помогите нам разобраться, госпожа Касперович, — попросил Дэн, без приглашения усаживая Лею на продавленный диван.

— Может, чаёк? — цыганка улыбнулась золотыми зубами и подскочила к самовару, около которого уже ждали своего часа три чашки. — Милочка, вам был знак?

— Знак? — отрешённо повторила Лея, всё ещё осмысливая недавнее происшествие в заброшенной библиотеке.

Цыганка проворно придвинула столик, накинув на него зелёное сукно, наполнила чашки и села на пол напротив ребят. Дэн обнимал Лею за плечи, поглаживая.

— Мне вернули это, — она потянула за цепочку на шее, медальон выскользнул из-под одежды.

Глаза цыганки округлились, а волосы встали дыбом.

— Вот куда летит чёрная стая! — она вскочила. — Чувствует тьму!

— Вы знаете, ЧТО это за артефакт? — спросил Дэн.

Цыганка схватилась за монокль. Лея видела её безумный взгляд, рассматривающий медальон сквозь линзу.

— Один из пяти символов, привезённых Кастильо из Китая.

Ребята переглянулись.

— Но как он оказался у Снежински? — спросила Лея, убирая тёмно-синюю каплю под одежду.

Цыганка осела на пол. Залпом выпила горячий чай, отчего от её шевелюры пошёл пар.

— Всеволод — потомок доверенных лиц Кастильо. Хранителей, которым они завещали артефакты.

— Разве он имел право дарить медальон Лейле? — спросила Лея.

— Вы правы, милочка. Такие вещи должны храниться в одной семье и передаваться по наследству. Мистер Снежински сделал предложение мисс Сноу. Но семья его давно обнищала. Он был вынужден платить долг отца. На кольцо денег не хватало. Поэтому подарил медальон.

— А она вышла замуж за другого, — вздохнула Лея.

Касперович вновь поднесла монокль к глазу и долго рассматривала ребят.

— Она не вышла, — наконец произнесла цыганка каким-то не своим, загробным голосом. — Только собиралась. Но... была убита.

— Она стала Чёрной Тьмой, — произнёс Дэн.

— Карты не лгут, молодой человек! — театрально закатив глаза, почти выкрикнула Касперович.

— А книги... лгут? — спросил парнишка.

— Да, госпожа Касперович, книги... Мы нашли одну, — Лея переглянулась с Дэном. — И нам кажется, она лжёт.

— Не может быть! — учительница, театрально взмахнув руками, хлопнула себя ладонями по груди.

— В заброшенном здании есть библиотека, — начал рассказ парнишка. — А в ней комната с одной единственной книгой.

— Именно о ней мне рассказывали статуи Кастильо. Я уверена, — подтвердила Лея.

— Книга перепутала имя моего отца. Остальные данные родословной верны.

— А мне вообще написала, что я Лейла Сноу. Но я не Лейла Сноу. Я не могу быть ею. Она умерла. До моего рождения. Мы даже не родственники.

Касперович переводила взгляд то на на Лею, то на Дэна и моргала глазами. Волосы её превратились в воронье гнездо. И как она будет их распутывать? Повисла тишина. Вдруг цыганка хлопнула себя по лбу.

— Знак! — она встала и подошла к шкафчику. Достала пакетик с золотыми шариками и блюдце. Так же, как и МакГрегори, она опускала в воду каждый и смотрела внутрь. Наконец оставила только два.

— Возьмитесь за руки, — скомандовала она.

Ребята послушались.

Вскоре после произнесённого цыганкой заклинания комнату заволокло белым дымом. Лея и Дэн оказались сидящими на скамье в приёмной директора. Тут же Касперович и сама МакГрегори. Свет приглушён. Видимо, дело было поздним вечером.

— Проходите, Эсмеральда, — устало произнесла директор.

Цыганка безумным взглядом посмотрела вокруг. Потом на МакГрегори через монокль.

— Везде уши. Карты не лгут. Нас и так слышат двое. А в кабинете ещё больше.

Директор вздохнула.

— Надеюсь, у вас действительно важное дело. А не Лев в знаке Скорпиона.

— Всеволод... Он погибнет в тюрьме. Вы должны что-то сделать, это же ваш...

— Разумеется, я хочу его спасти. Но как? Если он действительно виновен, — директор говорила чуть не плача и в отчаянии заламывала руки.

Лея и Дэн подошли ближе.

— Есть способ, — тихо сказала цыганка, посмотрев по сторонам через монокль. — Вы должны лишить его памяти. Изъять каждое воспоминание о НЕЙ. А затем уничтожить. И это должен будет сделать он сам. Своей рукой. Тогда они не смогут доказать его виновность.

— Всеволод не пойдёт на это, — уверенно заявила МакГрегори. — К тому же я не менталист. Боюсь навредить.

— Пора делать выбор, Мария. Спасти жизнь или погубить. Время не ждёт. Пока директор в Монреале...

— Миссис Райс вернётся утром. С маг-полицией.

— Тогда нужно действовать прямо сейчас, — цыганка пригладила ладонью торчащие волосы, и приёмную заволокло белым дымом.

Кабинет директора, но в кресле Алла-Виктория Райс. Те же добрые серые глаза, седые волосы. Прабабушка Дэна не сильно изменилась с годами.

— Разложите ваши карты, Эсмеральда. Пропажа медальона Воды — серьёзное происшествие. Но мы не можем заявить в полицию. И вам известно почему.

Касперович достала из сумочки расчёску, перстень, хрустальный шар и, наконец, колоду таро.

— Вода... Испаряется с поверхности залива, изливается дождями на землю. Стекает ручьями... Медальон вернётся. Принесёт его Смерть. Много времени пройдёт. И будет битва. Всё повторится! Чёрная Тьма накроет Эль Кастильо, когда воскреснет феникс.

— Феникс... Последний раз я видела эту птичку ещё в молодости, — губы Аллы-Виктории тронула улыбка, такая же милая, как у Дэна.

— Карты не врут, — цыганка шустро собрала колоду.

— Если медальон попал в плохие руки, то придётся мне не сладко, — с каминной полки раздался знакомый голос Альберта Кастильо.

— Медальон вернётся. Как возвращается вода к источнику в природе, — сказала Касперович, театрально закатив глаза.

— Мисс Сноу погибла в огне. Сгорела, как феникс... — вздохнула миссис Райс.

— Значит, медальон принадлежит прежнему хозяину.

— Мистер Снежински на грани. Я была в Сант-Бессетт. Его состояние без изменений. Последняя надежда на ваше пророчество о том, что он поправится.

Кабинет заволокло белым дымом, а когда он рассеялся, ребята вновь сидели на продавленном диване в комнате Касперович. На Лею указывал палец цыганки с огромным перстнем.

— Вот он — феникс! — взвизгнула она. — Медальон... Дайте мне, медальон, милочка.

Лея сняла цепочку с шеи и протянула учительнице. Та его разглядывала и так и эдак, и левым и правым глазом через монокль. Попыталась открыть — не вышло. Пришлось сделать это за неё. Цыганка принялась изучать пучок волос внутри медальона. Провела по нему пальцем, и Лея почувствовала прикосновение.

— Это подлинник, — заключила Касперович.

— Не показывай его никому, — сказал Дэн, когда ребята вышли от цыганки.

— Угу. Мне нужно вернуть его тёте. Ой... Я не знаю, что делать.

— Спросим у Касперович?

— Нет. Я скажу, что не нашла медальон.

— Так нельзя. Это будет ложь, — серые глаза смотрели с упрёком.

— Но как иначе? Он ведь попадёт к Ворону.

— Слушай, — парнишка почесал затылок, — а этот твой Ворон не знаком случайно со Сторонниками силы?

— Я не знаю.

— Они снова активизировались, как и тогда... В середине девяностых. Кстати, Снежински был из их числа. Ты знала?

— Угу.

Попрощавшись с Райсом, Лея вернулась к себе. В комнате пахло цветами. На тумбочке Кэтрин стоял букет больших белых роз. Сама девушка читала учебник по магическому праву.

Всю следующую неделю она почти не задерживалась после отбоя. И Лея перестала переживать из-за соседки. Нужно было сосредоточиться на себе. В субботу её ждал желанный отдых. Всего одна лекция, и весь день свободен. Конечно, пришлось потратить его на библиотеку, но и с Дэном погулять Лея успела и позаниматься тайцзы в Шато. И даже рассказать Снежински об ошибке в книге.

— Вы представляете, сэр? Альберт Кастильо уверен, что книга не может лгать. Выходит, отец Дэна сменил имя, а моя ДНК совпадает с ДНК Лейлы Сноу? Но это не возможно!!! Мы даже не родственники.

— Странная и запутанная история, — медленно проговорил мужчина.

— Завтра приезжает тётя. Я чувствую, что она всё знает, но не говорит. И Ворону нужен медальон, чтобы использовать мою Ци.

В кабинете директора пахло лавандой. Лея и Чунь Шэн сидели в креслах на тоненьких ножках.

— Миссис МакГрегори, я ведь просила отменить курсы по маг-медицине для Леи. Это очень большая нагрузка. Она не успевает учиться нужным вещам, нарабатывать магическую мощь, — возмущалась тётя.

— Миссис Ли, дело в том, что Лея сама решила продолжить занятия, — парировала директор. — Мы не имеем права препятствовать.

Под строгим взглядом Чунь Шэн было очень сложно сознаться, но пришлось. Лгать перед директором нехорошо.

— Лучше заниматься медициной, чем выискивать информацию о себе. Я была в библиотеке в заброшке.

— Когда-то мы жили в этом здании. Там есть архив, — сказала тётя.

— Угу. И комната. С книгой о родословной. Знаешь, что я там узнала?

— Что? — натужно улыбнулась Чунь Шэн.

— Что меня зовут Лейла Сноу.

Повисло молчание. Тишина звенела тысячами комаров. Тётя побледнела.

— И... что? — наконец проговорила она.

— Как такое возможно?

— Действительно, миссис Ли, как? — поддержала вопрос директор и нажала на лапки фигурки феникса на столе.

— Если бы ты принесла медальон, я бы объяснила, — ответила тётя.

— Угу, — Лея вытащила артефакт из сумочки.

Глаза Чунь Шэн расширились.

— И давно он у тебя?

— Неделю.

— Отлично. Давай, покажу, — она подставила ладонь, в которую Лея опустила каплю на чёрной цепочке.

— Открой. Видишь? Это волосы Лейлы. Если медальон был на тебе... — начала тётя.

— Не знаю как, но книга проанализировала мою ДНК. Из капли крови. Как в лаборатории дяди Хенга. Значит, мы с Лейлой идентичны. Как две овечки Долли.

— Знаешь, я устала, — тётя поднялась и закинула медальон в сумочку. — Когда-нибудь ты должна была узнать. Вы и есть овечки Долли. Вернусь за тобой тридцатого, — Чунь Шэн направилась к выходу.

— Верни медальон, — Лея преградила путь.

Силуэт тёти начал расплываться — в глазах собирались слёзы. — Он не твой. Ты должна его вернуть.

— Я верну его. Ворону, и он отстанет от нас, — тётя взяла за плечи.

— Я не верю, — ответила Лея.

— Я тоже не верю, миссис Ли, — вокруг Чунь Шэн образовался кокон.

— Выходит, вы из Сторонников силы? Пособники Чёрной Тьмы! — выкрикнула Чунь Шэн и принялась орудовать своей волшебной палочкой, чтобы избавиться от кокона, но директор продолжала удерживать его.

— Это медальон мистера Снежински, — спокойно произнесла МакГрегори. — Мисс Абади.

Со стороны камина, где стояли фигурки основателей, потянулся голубой дымок. И только сейчас Лея заметила, что там стоял заварник джинны. Хавва беспрепятственно проникла в кокон и, не открывая сумочки, извлекла медальон. Чунь Шэн пыталась его поймать, но учительница вместе с ним схлопнулась в носик заварника.

— Пока артефакт останется у меня, — строго сказала МакГрегори.

Отдать медальон Ворону? Или директору Эль Кастильо? Нет, Лея не могла допустить ни того, ни другого. Она молниеносно подлетела к полке, взяла заварник и выбежала с ним прочь. Даже не подумав, почему открыта дверь кабинета. Она слышала, как позади тётя плюхнулась на пол и, возможно, вступила с МакГрегори в схватку. Но что же делать с заварником? И джинном с неограниченной магией. Влетев в учительскую, Лея резко затормозила. За столом сидела Сара и заполняла какую-то таблицу.

— Ли? Ты чего? Тебе сюда нельзя.

— Муаллима просила... — Лея сделала несколько шагов вперёд и поставила заварник на стол. — Просила спрятать её.

Сара успела закрыть дверцу шкафа, когда за спиной Леи щёлкнул замок.

— Вы здесь, милочка? — вошла Касперович. — И как я могла не поверить хрустальному шару? — она неестественно засмеялась, обнажив золотые зубы.