– Дядя! – Ора радостно приветствовала родственника широкой улыбкой.

Красивый мужчина лет тридцати на вид, одетый в строгий костюм, улыбнулся девушке в ответ, приобнял ее, а потом слегка нахмурился:

– Устало выглядишь, детка, – сказал он, разглядывая привлекательную синеглазую брюнетку в синем дорожном комби.

– Много работы, – отмахнулась племянница, – но я рада, что выбралась к тебе.

– Расскажешь? – дядя заглянул Оре в глаза, усадил в кресло, и буквально тут же девушке подали ее любимый травяной чай нужной температуры.

Подавал напиток молодой человек в черной рубашке и черных брюках, прикрытых длинным черным фартуком. Его лицо скрывала черная полумаска, подчеркивая белизну кожи, таинственный блеск глаз и прихотливый изгиб пухлых губ. Смазливый красавец с красивой мужской фигурой привлек бы внимание любой девушки, но Орнелла лишь безразлично скользнула по нему взглядом – так в элитном клубе «Сладости для радости» одевались все официанты. На первых трех этажах они вообще передвигались без рубашек, но там лэрина Тамплир была лишь однажды – дядя Тиррон считал, что бары и закусочные первого уровня недостаточно хороши для его племянницы.

– «Хрустальная слеза», – вздохнула Орнелла, чувствуя, как с каждым глотком расслабляются мышцы шеи и плеч. Умеет все же дядя создать нужную атмосферу – напряжение ее покидало, а чай возвращал силы после перелета.

– Прости, этот термин мне незнаком, – искренне повинился дядюшка, движением брови отсылая официанта.

Ора тепло улыбнулась родственнику и в который раз удивленно подумала о том, как хорошо он ее понимает и поддерживает. Отец в подобном случае сделал бы вид, что все знает, мама пожала бы плечами, ожидая объяснений, и только дядя прямо спросил, да еще так, что ей захотелось поделиться своими планами.

– Это всегалактический конкурс ювелиров, – объяснила она. – Проводится раз в десять лет. Претенденты отбираются со всей галактики и соревнуются в дюжине номинаций – обработка минералов, редкоземельных металлов, уникальность, художественное решение и прочее, – девушка сделала изящный жест рукой, охватывая им все аспекты ювелирного искусства в мире, в котором любое творчество является сплавом полудюжины наук.

– Ты отправляешь свои работы на этот конкурс? – уважительно произнес Тиррон Дейрен. Будучи управляющим самого большого развлекательного комплекса на планете, он неплохо разбирался во многих вещах. Спиртное, скачки, дорогие каромобили, красивые женщины и вкусная еда. Ювелирные изделия занимали не последнее место в списке, ведь они отлично подчеркивали статус, а еще служили вложением средств и ставками в азартных играх. Рейс Тиррон Дейрен гордился тем, что его племянница выбрала такую профессию и уже известна на своей планете как мастер, умеющий сотворить нечто способное подчеркнуть индивидуальность заказчика.

– Пока готовлю, – призналась девушка, зная, что ни одно слово не уйдет из этой уютной гостиной. Даже маме дядя докладывал не все, и его любовь к племяннице порой граничила с поклонением. А ведь у Оры было три старших брата!

– Нужна помощь? – сразу спросил родственник, заметив неуверенность в ее голосе.

– Нет, – замотала головой девушка, – пока справляюсь.

– Но ты обязательно ко мне обратишься, если у тебя возникнут трудности! – утвердительно сказал Тиррон.

– Обращусь! – пообещала Орнелла и пустилась в объяснения: – Последний срок приема работ через полтора года. Не каждый мастер может принять участие более двух или трех раз…

– Почему так мало? – уточнил дядя, подливая племяннице чай.

– Чтобы подать свою работу на «Хрустальную слезу», нужно стать призером местных конкурсов, – сморщила нос Ора, – притом с другими изделиями. Разрешается не более пятидесяти процентов совпадения по материалу и не более шестидесяти – по технологии. По сути, чтобы попасть на «Хрустальную слезу», нужно два-три года работать только на конкурсы, на обычные заказы времени и сил не остается.

Тиррон сочувственно вздохнул. Он знал, что дочь сестры как раз в прошлом году выиграла планетарный конкурс молодых мастеров, представив публике бионическое платье с живыми кристаллами. Он сам добывал на черном рынке альениты и кианиты для стабилизации кристаллической решетки изделия, да и расчет бионической части делали его «мальчики» из программного отдела. И все же Ора справилась с непростой задачей – оживление ювелирного изделия.

– Высокая конкуренция, сложные задачи, бессонные ночи, нервы и расходы, – дядюшка придвинул племяннице тарелочку с ее любимым ягодным рулетом. – Ты так увлеклась всем этим, что позабыла про свой юбилей!

– Дядя, – укоризненно ответила Ора, наслаждаясь каждым кусочком безвредной для фигуры выпечки. Все же так готовить меренговый рулет умел только дядин повар. – Я потому и примчалась на Лерай! Мама просила передать тебе бумаги и разрешила мне отметить день рождения в твоем развлекательном центре.

– Не просто день рождения, а двадцатипятилетие, – скрупулезно поправил Тиррон. – Мой клуб всегда открыт для тебя, но двадцатипятилетие – особенная дата.

– Знаю, знаю, – отмахнулась Ора, делая еще глоток чая, – совершеннолетие на вашей с мамой родине. Но я гражданка Сорайи, так что уже получила документы о всех трех стадиях взросления.

Дядя покачал головой, но спорить не стал. В галактический союз входили планеты с различным сроком совершеннолетия. Общепризнанным считался срок в восемнадцать лет, но при этом на каждой планете были свои законы, которые учитывались в случае правовых ситуаций. Например, на Лерае мужчина признавался совершеннолетним в шестнадцать, а женщина – в двадцать пять лет. На Сорайе первое совершеннолетие у всех детей наступало в четырнадцать – срок уголовной ответственности и возможности официально работать. В восемнадцать можно было заключать брачные союзы, подписывать кредитные обязательства и рожать детей. А в двадцать один – занимать официальные государственные должности, покупать спиртное и голосовать.

Тиррон точно знал, что на Бете можно было жениться на восьмилетней, а планета Гриаз не разрешала браки раньше сорока. Мелт привлекал любителей табака и спиртного, доступного к покупке и употреблению с десяти лет, а Хорт не разрешал ввозить даже жвачку и таблетки без рецепта. Но во всем разнообразии законов действовало одно важное правило – гуманоид подчинялся законам планеты, на которой он родился.

Ора считала себя гражданкой Сорайи – ведь там жила ее семья, там родился ее отец, там родились и выросли ее братья. Но девушка не знала, что на двадцатой неделе беременности ее мать прилетела на Лерай и оставалась на родной планете до самых родов. Поэтому все документы о совершеннолетии Орнеллы были недействительны. Как гражданка Лерая, она повзрослеет только послезавтра.

– Я рад, что ты выбрала мой клуб для своего праздника, – улыбнулся Тиррон. – Расскажи мне, как ты хочешь его отметить, кто приглашен и что ты хочешь в подарок?

Ора вздохнула:

– С деньгами у меня не очень, я все вложила в материалы для конкурса, но все же я пригласила подруг…

– Смелее, – подбодрил ее родственник, – расскажи мне, как ты видишь свой идеальный день рождения…

Двадцать пятого января в девятнадцать часов по земному времени Ора в компании подруг спустилась в главный зал развлекательного центра. Милое и довольно закрытое платье с длинными рукавами обнимало ее фигуру. Даже юбка была до самых щиколоток. Зато провокационный разрез тянулся по ноге до бедренной косточки.

Ее воспитывали достаточно строго, так что мечта о празднике была скромной – повеселиться в компании подруг, немного выпить, потанцевать и, может быть, пофлиртовать с кем-то из постоянно снующих по залу парней.

Поскольку весь огромный развлекательный центр «Сладости для радости» предназначался исключительно для женщин, ни один мужчина не мог войти сюда без дамы. Официанты, танцоры и прочий персонал заведения отличался формой – вся одежда была строгой, черной, и только на рукаве, на плече или на воротнике красовался значок в виде леденца на палочке, пирожного или конфетки.

Девушки неторопливо спускались в зал, любуясь его сложной конфигурацией. Тут было на что посмотреть. Вход располагался на самом верху огромного амфитеатра. Множество распахнутых дверей – некоторые выходили сразу в лифты, и длинная галерея, на которой стояли симпатичные молодые люди, торгующие разной мелочевкой. Маски для стеснительных, сигареты, ароматизаторы для полости рта, лубриканты, средства защиты, косметика и даже белье – здесь можно было купить все, что могло внезапно понадобиться женщине в ночном клубе.

Завсегдатаи называли этих мальчиков «леденцы», поскольку любого можно было затянуть в маленькую кабинку «примерочной» и узнать, насколько хорошо он делает кунилингус.

Правда, Орнелла об этом не знала. Она думала, что мелочами торгуют стеснительные стажеры, которым нужно набраться опыта перед должностью официанта. Девушка вообще впервые попала в «Сладости для радости» вечером. Прежде она бывала тут утром или днем, когда работали рестораны, кафе, СПА и прочие заведения, в которых истинное предназначение было прикрыто приличиями.

Теперь же Ора, широко открыв глаза, смотрела вниз, поскольку впервые видела этот зал полным.

Внизу пульсировала в такт музыке подсветка матового стеклянного танцпола. Вокруг тянулись маленькие круглые площадки с шестами, возле которых чувственно извивались стройные юноши балетных пропорций, сбрасывая с себя одежду. Они периодически спрыгивали со своих «нашестов» и устремлялись к посетительницам, норовя упасть на колени, поцеловать руку или многозначительно чмокнуть в шею. Женщины смеялись и совали купюры в крохотные трусики, украшенные стразами.

Широкоплечие парни с рельефными торсами, одетые в черные брюки и черные фартуки, разносили подносы с напитками и закусками.

Гости клуба размещались на площадках разного размера, укомплектованных диванчиками, столиками и ширмами. В любой момент одним щелчком можно было отгородить площадку от посторонних, и… все, что происходило в этом клубе, оставалось в клубе.

Ора шла медленно, слушая восторженные возгласы подруг. Они все вместе прилетели с Сорайи сегодня утром, заселились в роскошные номера гостиничного этажа и провели половину дня в СПА, готовясь к торжественному выходу в самый знаменитый ночной клуб галактики.

Изысканные прически, легкий макияж, модные платья с глубоким декольте или откровенными разрезами – все было кстати в этом море сияющих огней, пульсирующей музыки и страсти.

Семь девушек – юных, прекрасных, готовых повеселиться, осмотрелись, впечатлились и вслед за улыбчивым хозяином всего развлекательного центра прошли в центральную ложу клуба.

Ора изумлялась не меньше, а даже больше своих подруг. Дядя Рейс расстарался.

Круглый стол обрамляли шесть широких кресел особой конструкции – каждое легко откидывалось назад, поднималось выше или ниже. Широкие подлокотники были удобны, чтобы перекинуть через них что-то… или кого-то…

– Орнелла, присаживайся, – дядя сам выдвинул кресло с высокой спинкой, напоминающее трон, стоящее ровно напротив сцены.

Едва Ора присела, как дядюшка поторопил ее подруг:

– Дивы, прошу, занимайте места!

Пока девушки рассаживались, красивые молодые люди, стоящие за каждым креслом, рассказывали им о чудесной технике этого особого уголка.

– Покрытие из специальной био-кожи впитывает любые жидкости в доли секунды, – вещал смазливый блондин с острыми скулами и пухлыми губами.

– Ваше кресло всегда будет сухим, – вторил ему обаятельный брюнет с рельефными мускулами. – система капилляров моментально убирает все лишнее в нижний отсек кресла.

– Кроме того каждое кресло снабжено системой защиты авторизованного пользователя, – интимно шептал рыжий юноша с длинными волосами, собранными в «хвост», и трогательными веснушками.

– В случае проблем в клубе кресло поднимает щит, – еще один блондин, более холодного скандинавского типа.

– Прозрачный щит, способный отклонить даже удар лазерной пушки! – длинноволосый узкоглазый юноша восточного типа не улыбался и говорил преувеличенно серьезно.

– Присядьте, дива, – шатен с отчетливой алой искрой в темных волосах отодвинул кресло так, чтобы одна из подруг Оры могла сразу сесть.

Катава восторженно пискнула и немедля заняла место. Другие девушки последовали ее примеру. Парни склонились к ним и начали спрашивать, что прекрасные дамы желают выпить. Орнелла закрутила головой, отыскивая своего официанта, но дядя лично налил ей любимый травяной чай и сказал:

– Готова выбрать спутников на вечер?

– Выбрать?

– Твоим подругам я предоставил штатных работников, а для тебя приготовил маленькое шоу. Выбери хотя бы троих, чтобы не уронить престиж моего заведения!

– Дядя! Зачем мне трое? Неужели я не смогу сама налить себе вина или подвинуть тарелку с креветками?

– А потанцевать? – парировал дядя, зная, что его племянница точно не усидит на месте. – А доверить сумочку? А туфли?

Ора покраснела. Знала она за собой такую слабость – после пятого или шестого коктейля ей неудержимо хотелось танцевать, и лучше всего – босиком. Однако как хорошо ее знает родственник!

Девушка нахмурилась, и тогда дядя применил запрещенный прием – слегка надул четко очерченные губы, потупился, бросил косой взгляд, как большой ребенок, который говорит «я с тобой не играю»!

– Ой, ну ладно-ладно, поняла, – Орнелла замахала руками, – пусть будет шоу!

Рейс снова похлопал длиннющими ресницами, и Ора сдалась:

– Трое! Хорошо! Трое!

По знаку дядюшки музыка стала тише, он взял в руки микрофон, и его бархатный голос разнесся под сводами зала:

– Уважаемые гости, сегодня моя племянница отмечает свое двадцатипятилетие! По этому случаю я устроил эту вечеринку и делаю ей подарок, принятый на Лерае! Прошу поддержать выбор моей самой прекрасной дивы! После шоу жду желающих в золотой гостиной!

Дамы, сидящие за столами, зааплодировали, к ним присоединились те, кто крутился на танцполе. Все оживились, и многие полезли в сумочки за смартфонами, чтобы проверить баланс кредитки.

Ора не поняла, чем вызван ажиотаж, но задать дяде вопрос не успела – зал на глазах затихал, явно предвкушая… нечто!

Погасли софиты, привлекающие внимание публики к танцорам на шестах, огромные мерцающие шары поднялись выше, музыка звучала еле слышно – лишь настолько, чтобы заглушить разговоры и звон бокалов.

На миг свет погас вообще, а потом вспыхнул узким лучом на сцене. Раздалась легкая барабанная дробь, и в этот луч шагнул молодой мужчина. Полностью одетый в элегантный костюм-тройку от известного в галактике модельера. Короткие черные волосы элегантно растрепаны рукой мастера. Синие глаза смотрят вперед с равнодушной сдержанностью. Широкие плечи, узкие бедра, высокий рост – этот красавец несомненно был образцом мужской красоты и силы.

– Тайши Дамдин! – объявил невидимый голос.

Невероятный красавец подошел ближе к краю сцены и посмотрел прямо на Орнеллу. У девушки перехватило дыхание, и она невольно протянула:

– Хорош!

Подруги тут же выдохнули протяжное:

– Да-а-а-а!

И, кажется, вслед за ними вздохнул весь зал.

– Нравится? – дядя, как змей-искуситель, шепнул на ухо. – Берешь?

– А можно? – задохнулась от удивления Ора.

– Сегодня – все для тебя! – заверил девушку родственник.

– Хочу! Интересно, у него глаза как сапфир или ближе к лазуриту?

– После шоу рассмотришь внимательно, – улыбнулся дядюшка и подал какой-то знак.

Тайши постоял еще мгновение, потом словно что-то услышал и двинулся направо. Зал разочарованно застонал. Однако в луче света стоял уже другой молодой мужчина.

– Гефель Гьялцен! – объявил вновь голос.

Этот брюнет был одет во что-то кожаное, облегающее, а его лицо было настолько смазливым, что Ора невольно поморщилась.

– Не понравился? – чутко отреагировал дядя.

– У меня ощущение, что этот тип будет тырить мою губную помаду, – с усмешкой призналась девушка.

Рейс усмехнулся, и под рев толпы женщин Гефель ушел налево.

Потом в луче света промелькнули блондин, шатен и рыжий, но Орнелла, кажется, пресытилась зрелищем и только морщилась. Парни под веселые крики уходили налево и спускались в зал, а там их уже ждали женщины, желающие обнять горячего красавца и угостить его чем-нибудь этаким из длинного списка деликатесов, которые подавались в «Сладостях».

Орнелла дрогнула, когда в луче света очутился зеленоглазый шатен.

«Хризолиты? Или хризопразы?» – задумалась она, разглядывая его глаза. Увы, изумрудного цвета костюм сбивал восприятие цвета. Этот молодой мужчина был чуть ниже и стройнее Тайши, но его лицо выглядело таким же сдержанным и умным. А еще ему, безусловно, шел костюм.

– Шераб Тензин! – объявил тот, кто представлял мужчин.

– Кажется, это значит «мудрый сторонник учения»? – Сияна, сидящая рядом с Орой, восторженно уставилась на мужчину, и Ору внезапно кольнула ревность. Странно, почему? Это же просто хостес! На один вечер!

Орнелла потянулась за чашкой, поняла, что чай остыл, поморщилась, отодвинула посудину и спросила:

– Дядя, можно мне вина?

– Потерпи, малышка, сначала нужно сделать выбор, – ответил Рейс, – ты должна быть в трезвом уме и твердой памяти. Вот, держи свежий чай!

Свежая чашка опустилась на стол, и, вдохнув цветочный аромат, девушка повеселела:

– Этого беру! – сказала она, указывая на шатена.

Через пару секунд под разочарованные стоны Шераб ушел направо.

После него вышла парочка ангелоподобных блондинов, еще один рыжий и, к удивлению Орнеллы, парень в восточных одеждах с распущенными синими волосами.

– Джамьянг Лосанг, что значит «нежная песня доброго сердца»! – объявил диктор.

– Синие волосы? – Ора даже приподнялась, чтобы убедиться, что глаза ее не подводят.

– Знак младшего сына клана Ветров, – подтвердил дядя. – Славный парень, отличный музыкант, но несколько стеснительный.

– Беру! – сказала Орнелла, разглядывая интересные переливы цвета на голове юноши. – Все, троих я выбрала, можно мне уже коктейль?

– Уверена, что не желаешь посмотреть остальных? – подначил дядюшка. – Девушке твоего положения хорошо бы иметь пятерых спутников!

– Дядя, – укоризненно отозвалась племянница, – ты просил выбрать троих, я выбрала! Хочу коктейль!

Они немного попрепирались, и Ора все же выбила у дядюшки свой напиток, а потом, расслабившись, продолжила смотреть шоу, воздавая должное закускам и напиткам. Дядюшка сам следил за тем, чтобы тарелка племянницы была полна и бокал не пустел.

Выходили парни и яркие, и экзотичные, и миленькие, из тех, кого хотелось потискать, но как-то никто не зацепил кроме… последнего. Роскошный блондин с длинной гривой золотых волос вышел с такой же небрежностью, как Тайши. Право, он был ничуть не хуже самого первого красавца! А эти волосы!

– Норбу Ринчен! – объявили в микрофон.

Орнелла застонала от разочарования:

– Дядя! Как ты мог?! Такой красавец!

– Прости, малышка, я тебя спрашивал, – Рейс Тиррон выглядел искренне огорченным.

– Неужели я никак не могу добавить его в свою свиту? – опечалилась Орнелла.

– Можешь спуститься в зал и перехватить его лично, – подсказал родственник, – но это получится только в том случае, если Норбу сам тебя выберет. Деньги я внесу.

– Деньги?

– Когда парни спускаются в зал, они выбирают сами, но дивы платят за них заведению. Что-то вроде процента за посредничество. Не бери в голову, это же мой подарок! Главное, убеди его пойти с тобой!

У Орнеллы голова пошла кругом – она вскочила, залпом допила коктейль и ринулась вниз, абсолютно не понимая, что ей делать, как, а главное – зачем?

То ли общая атмосфера повлияла, то ли легкий алкоголь, а может, странное ощущение необходимости потрогать совершенно золотые волосы этого роскошного блондина? Девушка не знала, но шла напролом.

Ее не остановила толпа восторженных женщин, облепивших парней, спустившихся со сцены. Она их не заметила. Грохочущая музыка не тронула. Улыбки других молодых и красивых самцов, пытающихся привлечь ее внимание, пролетели мимо. Блондин стоял почти у самой сцены – там, где его перехватила дамочка с умным, голодным лицом и загребущими руками. Орнелла зашипела, как кошка, увидев, как брюнетка лет сорока ощупывает брюки блондина и шепчет ему на ухо что-то такое, от чего на невозмутимое лицо мужчины ложится тень.

Оценив ситуацию, девушка не стала идти «в лоб». Обошла, подошла со спины, обняла мужчину, утыкаясь лицом в его волосы, и негромко сказала:

– Потрясающе! Всегда мечтала окунуться в золото!

Норбу обернулся, видимо, хотел сказать что-то резкое, но, увидев виновницу торжества, сдержался и вежливо поклонился, аккуратно отодвигаясь от брюнетки:

– Дива Орнелла!

– Дядя сказал, что ты должен сам меня выбрать, – немного заплетающимся языком сказала Ора. – Выбери, а? Я таких золотых волос еще никогда не видела!

Блондин молчал, брюнетка что-то злобно шипела, но негромко – понимала, кто перед ней.

Ситуация подвисла, и тут Орнелла проделала то, что не делала, наверное, с пятилетнего возраста – она состроила умильное лицо и похлопала ресницами, а потом протянула:

– Ну пожа-а-а-алуйста!

Кажется, на парня напал смех.

Вокруг него клубились женщины разного возраста, роста, веса, цвета. Все они улыбались, подмигивали, пытались очаровать или намекали на свои доходы. Приглашали на космические яхты, в морские круизы или уединенные виллы. И тут эта девочка – хрупкая, большеглазая, трогательная, как котенок. Он при желании мог поднять ее одной рукой и посадить на плечо. Она вцепилась в него точно мелкая кошка – всеми лапами, и умильно заглядывала в глаза, запуская коготки в ткань его роскошного костюма.

– Дива Орнелла, вы уверены? Вы могли выбрать меня там! – блондин кивнул головой в сторону пустой сцены.

– Дядя сказал троих, я выбрала троих, – печально поведала Ора, – пока трезвая. Я выбрала, выпила пару коктейлей, а потом ты вышел! Такой! Такой! Я тебя очень прошу, проведи со мной этот вечер! Я просто себе не прощу, если не налюбуюсь!

И она потерлась щекой о его волосы, продолжая крепко держаться за его талию.

Что из этих сумбурных действий и слов заставило его отказаться от перспективы стать любимчиком дивы Кейраты, Норбу не понял, но, выполняя ритуал, склонился и положил руку девушки себе на голову. Она же ласково погладила его золотистую гриву, явно наслаждаясь ощущениями.

Вокруг зашумели, музыка стала громче и ритмичнее, зажглись софиты, подсвечивая бодрых и свежих танцоров у шестов. Орнелла словно очнулась, взяла Норбу за руку и потянула в круг:

– Потанцуем?

Блондин бросил взгляд наверх, туда, где за всем наблюдал Рейс Тиррон – могущественный и жестокий управляющий «Сладостей». Увидел снисходительный одобряющий кивок и двинулся за девушкой, попутно оценивая ситуацию. Дива слегка навеселе, но выглядит отлично и двигается правильно. А значит, можно выйти с ней на танцпол и показать класс, оправдывая высокую цену контракта и вложения Дейрена. Управляющий ценит такие жесты, особенно если они направлены на повышение престижа семьи или заведения.

Остановившись в центре танцпола, Норбу приобнял девушку, становясь за ее спиной. Орнелла немного напряглась, и даже хмель развеялся. «Танец теней» – его любят танцевать молодые пары, познавшие плотскую близость. Танцевать его с этим красавцем, которого она и рассмотреть еще толком не сумела? Ора слегка потянулась, собираясь обернуться и поменять позицию, но музыка уже звучала, а Норбу легко повторил ее движение и дополнил своим, скользнув длинными сильными пальцами по ее руке от плеча до запястья. Чувственные мурашки разбежались по нежной коже, и девушка невольно повела плечом, чувствуя спиной такое же движение. Тонкое платье не позволяло ей закрыться – блондин чувствовал все ее движения и повторял легко, непринужденно и красиво.

Почему красиво? Потому что очень быстро танцующие расступились и просто смотрели. Орнелла подумала было смутиться, но поймала взгляд дядюшки, удивление на лицах подруг – и, тряхнув головой, закинула руки назад, укрываясь волосами блондина, словно жидким золотом.

Интересно, стон над ухом ей почудился? И тяжелое дыхание? И руки мужчины стали еще горячее, или это просто остатки коктейля бродят в ее крови?

Танец закончился дивным аккордом. Орнелла вновь откинулась на блондина и замерла, переводя дыхание.

– Дива, позвольте проводить вас к столу? – блондин негромко шепнул ей на ухо, шевеля теплым дыханием волосы и снова запуская щекотные мурашки по обнаженной коже.

– Идем! – Ора поняла, что ей срочно нужно выпить для храбрости, а еще поговорить с дядей и подругами.

Рейс Тиррон встретил пару теплой улыбкой:

– Поздравляю, – сказал он и отступил в сторону.

Орнелла хотела подойти к своему креслу и замерла – три высоких красавца, выбранных ею, стояли возле подлокотников и очень внимательно смотрели. Как только они поняли, что девушка заметила их, все трое низко поклонились.

– Прикоснись к голове каждого, – попросил дядюшка, – в этом случае дивы не станут претендовать на твоих мужчин, даже если ты пошлешь кого-то за напитками.

Ора тихонько вздохнула и поругала себя за то, что плохо знает обычаи планеты, на которой родилась ее мать. Она же бывала на Лерае и раньше! И даже видела, как матери представляли каких-то молодых людей, и некоторым она позволяла целовать руку, а одного или двоих так же гладила по голове. Потом девушка этих парней никогда не видела, значит, этот жест что-то традиционное, вроде поклона ниппонцев.

Орнелла повторила увиденное когда-то движение и заметила, что брюнет со стрижкой очень недовольно смотрит на ее Золотко, а тот отвечает безмятежным, явно бесящим взглядом.

Хорошо, что парни «ее» только на вечер – не придется разбираться с их симпатиями и антипатиями. А если взгляды перейдут в тычки – дядя наверняка цыкнет на своих сотрудников, чтобы не портили племяннице праздник.

Между тем день рождения набирал обороты – на стол принесли еще коктейли и закуски, под громкие тосты подруги начали дарить Орнелле подарки. Поскольку все они знали, что Ора ювелир, обожающий свою профессию, то и дарили что-то нужное и полезное – горсть светящихся кристаллов с Маруи, золотую канитель, жеоду с неизвестным содержимым, огромную бумажную книгу по истории ювелирного искусства – в общем, то, что может вдохновить молодого мастера на новые свершения.

Каждое поздравление сопровождалось новым глотком коктейля, так что через полчаса у Орнеллы прилично зашумело в голове. Горячие креветки в сливочном соусе и паштет из утки с апельсиновым конфи дело не поправили – девушка ощутила необходимость освежиться и встала.

– Вас сопроводить, дива? – тут же интимно шепнул на ухо блондин, помогая Оре подняться.

Остальные парни держались немного в стороне, хотя прилежно меняли бокалы и блюда. Орнелла махнула было рукой, но покачнулась, и ее тотчас подхватил стриженый брюнет:

– Позвольте, я вас провожу, – сказал он мягко, но за этой мягкостью ощущалась стальная воля.

Девушка фыркнула, но не стала возражать, к тому же к ней присоединились подруги, и каждую сопровождал ее «кавалер», назначенный дядей.

Ору проводили до самой дамской комнаты, и уже блондин сверлил брюнету спину взглядом. Тайши игнорировал Норбу с тем же ровно-раздражающим выражением лица. Орнелла даже хихикнула тихонечко и шепнула:

– Кажется, кто-то редко вглядывается в зеркало!

Тайши вздрогнул, но девушка уже забыла о своем наблюдении – дверь хлопнула, отрезая мужчин, и подруги затискали Ору, благодаря за приглашение в такое чудесное место.

– Это волшебно, Элла! – Лидана единственная называла Орнеллу так, выбрав для короткого прозвища вторую часть ее имени. – Мой миньон такой красавчик!

– Миньон? – Ора хлопнула ресницами, не понимая.

– Так здесь называют мальчиков, которые ходят рядом, подают сумочку или платок, – улыбнулась Лидана, изучая себя в зеркале.

Надо сказать, уборные в «Сладостях» были роскошными. Здесь было все, чтобы удобно привести себя в порядок – зеркала, раковины, фены, пробники хорошей уходовой и декоративной косметики. В специальной кабинке сидела миловидная старушка, у которой можно было попросить помощи с заевшей молнией или разошедшимся швом.

Ора пожала плечами и вынула из сумочки флакончик с универсальным антидотом. Проглотила таблетку, запила водой из кулера, потом, улыбнувшись подругам, зашла в кабинку со значком капающей воды.

Даже самые лучшие антидоты имели не самый приятный эффект – этанол ускоренно выводился через кожу, покрывая ее липкой пленкой с ужасным запахом. Поэтому дамы в сложных нарядах на вечеринках антидотами не пользовались или пили совсем чуть-чуть. Орнелла же хотела повеселиться и при этом не натворить совсем уж кошмарных глупостей, но коктейли в «Сладостях» оказались коварными, поэтому пришлось идти на крайние меры.

В небольшом «предбаннике» Ора разделась, натянула на голову специальный легкий шлем и шагнула в «мойку». Тотчас с разных сторон ударили упругие струи, смывая с кожи пот и быстро выступающую слизь. Ноги мягко массировали короткие бурные фонтанчики в полу, на плечи падали прохладные капли моющего средства с ароматом фиалки. Девушка подняла руки, следуя инструкции на стене кабинки, и мягкие струи прогулялись по ребрам, помассировали спину, спустились к бедрам.

Орнелла прерывисто вздохнула – это было приятно и чувственно, а у нее давно уже не было мужчины… Как-то не сложилось.

Сначала семья перетягивала все внимание на себя, а братья строго следили, чтобы она не заглядывалась на неподходящих парней. Потом учеба. Женщины в ювелирном искусстве до сих пор вынуждены проламывать «стеклянный потолок», так что девушка тратила все силы на освоение новых ювелирных техник, игнорируя намеки других студентов и знакомых отца.

Быть ювелиром – довольно грязная и травмоопасная работа, а поход на свидание девочки из хорошей семьи предполагает как минимум безупречный маникюр, прическу, легкий макияж и элегантный наряд. На такие жертвы Орнелла шла не чаще раза в месяц, и то ради близких. Обычно она выходила куда-нибудь с отцом, братьями и мамой, так что «в порядок» ее приводили в хорошем салоне, и не нужно было самой оттирать с кожи полировочную пасту или выковыривать металлические занозы.

Правда, на выпускном балу она все же позволила себе расслабиться и закрутить романчик с одним из аспирантов лаборатории сверхтвердых металлов. Лето прошло чудесно, а осенью парень погрузился в учебу, а сама Орнелла – в работу. Их роман сам собой сошел на нет, когда девушка увидела, что Айнат снимает на комм ее заметки для очередного ювелирного конкурса.

Ора очень хотела устроить скандал с битьем посуды, но… до конкурса оставалось две недели, а ей пришлось полностью менять концепцию изделия, оставаясь в рамках заявленных характеристик.

Девушка справилась, но никого больше в свой дом и в свою постель не пускала. Ограничивалась короткими приключениями где-нибудь подальше от дома. Байкер на музыкальном фестивале, бармен на пляже, услужливый и неболтливый массажист в отдаленном СПА-отеле. Все эти парни были простыми любителями потусить либо платными сотрудниками, знающими, за что оставляют такие щедрые «чаевые».

Отец ни о чем не догадывался, братья считали, что Орнелла после «того идиота» ведет монашескую жизнь, а мама виртуозно прикрывала маленькие «загулы» дочери и даже иногда подкидывала ей подарочный сертификат в новый СПА. Просто лэра Дилара считала, что периодические «маленькие приключения» необходимы для женского здоровья. Особенно для юной девушки, еще не познавшей сложностей брака.

Так что, стоя под душем, Орнелла прекрасно понимала, что происходит с ее телом и чего ей хочется. Выхода было два – покинуть собственный праздник, уединиться в номере и поискать в «меню» развлечение на вечер. Или… просто повеселиться. Потанцевать, выпить, поорать в караоке, забыв на время, что она «приличная девочка из приличной семьи». Просто дать себе волю. Не так уж часто она себе это позволяла. Свободного времени не хватало, да и после того аспиранта, укравшего ее разработку, Ора не доверяла мужчинам.

Айнат ведь не просто копался в ее комме и бумагах – когда девушка поймала его за этим занятием, он пытался оправдаться – ты, мол, богатенькая конфетка из состоятельной семьи, с тебя не убудет. Да знал бы он! Взвилась тогда Орнелла, припоминая все подставы, кражи материалов, инструментов и пособий, а также следующие за всем этим разбирательства, которые начались уже на третьем курсе, когда стало понятно, что «куколка-заучка» не зря просиживала юбки в лекционных классах и лабораторных цехах.

Сколько раз ее пытались унизить, обидеть, вывести на эмоции, а чаще просто довести до слез, чтобы испортить работу или доказать, что «женщины ювелирами не бывают»!

В общем, покрутившись еще немного под душем, Ора решила дать себе волю! Двадцать пять лет – отличный повод позволить себе немного безумства, а дядя, если что, прикроет! Не зря же мама настаивала, чтобы Орнелла отмечала свой маленький юбилей именно здесь?

Из душевой кабинки Орнелла вышла, приняв важное для себя решение. Поток воздуха высушил ее тело, а одежду вычистил ионный шкаф, так что, стянув шлем, девушка быстро облачилась в белье, чулки и платье, надела туфельки и выпорхнула к зеркалам – нужно было умыться и освежить макияж. А потом…

Полюбовавшись собой в зеркале, Ора, улыбаясь, выглянула навстречу синеглазому брюнету:

– Хочу коктейль и танцевать! – потребовала она, кокетливо стреляя глазами.

Внутри Орнеллы все кипело, играло и бурлило. Хотелось не просто повеселиться, а устроить настоящий фейерверк! Наверное, поэтому она вдруг представила этого холеного красавчика в своей постели. Как он медленно поднимается вверх, целуя ее от макушки до пят. Как легко, одной рукой переворачивает на живот, чтобы сладко поцеловать затылок, прижимаясь всем телом… Сладкая дрожь на миг тряхнула девушку, и она с трудом удержала стон.

Странно, что это с ней? Прежде она не отличалась ни чувственностью, ни темпераментом. А уж такие фантазии…

Если бы она отмечала свой праздник в другом месте, Ора могла заподозрить в своем состоянии добавку в коктейль. Некоторые владельцы клубов не стеснялись подсыпать в напитки препараты, позволяющие забыть о правилах. Только дядя трясется над ее здоровьем больше, чем она сама, и всю еду и напитки для стола проверял лично. Да и антидот только что промыл ей кровь, выводя из организма все лишнее.

Но кажется, вместе с алкоголем из ее тела ушла какая-то тяжесть. Оковы разума? Приличия? Долга? Неясно, но хочется хихикать, целоваться и… укусить за губу этого чопорного красавца! Жаль, не дотягивается.

– Дива желает поцелуй? – Тайши склонился к ней так близко, что ей даже не пришлось вставать на цыпочки, чтобы коснуться его лица.

Приличная девочка из приличной семьи просто отшутилась бы, но тот фейреверк, который рвался внутри, требовал чего-то этакого, и Орнелла с легким стоном сделала то, что хотела – легонько куснула миньона за нижнюю губу, потом провела по ней языком, успокаивая. Тайши прикрыл глаза и позволил Оре делать все, чего ей хотелось. А ей, оказывается, хотелось многого! Трогать его гладкую кожу, ерошить короткие волосы, кусать шею, чувствуя, как мужчина вздрагивает.

– Дива позволит мне обнять ее? – едва слышный голос над ухом привел Орнеллу в себя.

Оказывается, она успела расстегнуть Тайши рубашку и уже с увлечением изучала крепкий торс парня, а он стоял почти навытяжку и только тяжело, неровно дышал.

– Ой-ой! Нет-нет-нет! Так нельзя! – кажется, она сказала это вслух?

– Диве можно все, – шепнул ей на ухо Тайши, и его прикосновение к чувствительному контуру вызвало сладкую дрожь.

– Пойдем за стол! – сказала девушка, на миг опуская веки, чтобы справиться с чувственной бурей, которая поднялась в ней.

Не помогло. Тогда она открыла глаза и уткнулась взглядом в безупречно гладкий торс стоящего перед ней мужчины. Такой… соблазн! Но тут мимо прошла какая-то дамочка и облизала Тайши взглядом. Стало неприятно. Словно кто-то залез грязной рукой в ее десерт.

– Застегнись! – рыкнула Орнелла и тут же провела рукой по лицу: – Извини, что-то меня трясет. Приведи себя в порядок. Давай вернемся к девочкам.

Миньон, храня невозмутимое лицо, быстро застегнул рубашку, одернул пиджак и, подставив Оре локоть, повел к столу. Неторопливая прогулка помогла девушке взять себя в руки. Она спокойно зашла на «остров» и осмотрелась.

Подруг за столом уже не было – кто-то отжигал на танцполе, кто-то ушел на верхние ярусы – любоваться звездным небом, а кто-то, по словам дежурного официанта, приказал подать бутылку вина и фрукты в бассейн.

Что ж, девочки тоже заслужили отдых – для того их Ора и пригласила. Пусть оторвутся и не мешают отрываться ей!

Все они дружили со школы и все выбрали разные тропки. Лидана, например, все еще училась в медицинской военной академии. Будущее светило хирургии вырвалась на вечеринку прямо с экзаменов. Сиенна – художница. Она, как и Ора, была чуть-чуть не от мира сего, когда погружалась в работу, зато тонко чувствовала свет, цвет и фактуру. Иногда Орнелла даже обращалась к ней за консультацией.

Катава закончила педагогический и занималась проблемами раннего развития детей. Регина предпочла карьеру фотомодели. Лейла в свое время поступила в юридический и теперь проходила практику в фирме по международному праву. Марайя вообще закончила ветеринарный факультет и теперь ассистировала в клинике своему отцу. Все разные, все яркие и необычные. И главное – молодые и незамужние, а значит, могут развлекаться как хотят.

Тайши щелкнул пальцами, мальчишка-официант крутанулся, и перед Орой поставили веселенький синенький коктейль с крупной черной виноградиной на шпажке. Девушка выпила его, разглядывая танцующих внизу, выровняла дыхание и посмотрела на миньонов: хороши! Но при взгляде на Тайши до сих пор что-то екает внутри, мерещатся неприличные картинки, и вообще он кажется опасным для робкого девичьего сердечка. Норбу с его потрясающими волосами тоже искушение. Нужно отвлечься… Выбрать что-то нежное, безопасное… Взор Орнеллы остановился на Джамьянге:

– Танцевать! Хочу танцевать! – сказала Ора, утягивая скромника на танцпол.

Миньон пошел за ней без разговоров.

Его костюм не предполагал диких скачек под техно или рэп, зато медленный парный танец за шумовой завесой этот парень танцевал безупречно. К удивлению девушки, тонкие руки Джамьянга оказались сильными и легко вели, поддерживали, поднимали! А еще дразнили!

В клубе не соблюдался дресс-код официальных балов, так что перчатки дамы практически не носили. Пренебрегла ими и Орнелла. Кто же знал, что ее пальцы настолько чувствительные? А пальцы музыканта настолько игривые? Каждое па завершалось касанием, и каждый раз оно было новым! То поглаживание кисти от запястья до мизинца. То мягкий нажим на точку между большим и указательным. То просто «ладонь в ладонь», сплетая пальцы, глядя друг другу в глаза, синхронизируя дыхание…

Так чувственно, так ново! Широкие рукава одеяния скрыли момент, когда Джамьянг коснулся губами шеи Орнеллы, она бы вздрогнула, но ощущала себя шелковой лентой в руках танцора – клонилась, вилась, как ему хотелось, и под шелковым покровом рукавов получала один поцелуй за другим.

Когда музыка закончилась, Ора практически повисла на мужчине, а он закутал ее в свободные полы и рукава, склонил голову, и синие волосы окружили их точно полог.

Орнелла застыла, наслаждаясь моментом. Длинные синие волосы Джамьянга пахли чем-то неуловимо знакомым, что-то было в этом такое восхитительно-невинное и в то же время – интимное. Кажется, она не обнималась так с мужчиной лет с десяти? Потом она резко вытянулась и стала стесняться объятий даже с братьями.

Джамьянг тихонечко вздохнул над ухом, и этот вздох сладко отозвался где то внутри. Грудь напряглась, губы раскрылись на вдохе, маня к поцелую, и миньон коснулся их легко-лего, а потом притянул к себе на грудь, и Ора чуть не всхлипнула от желания снова стать гибкой лентой в руках этого мужчины – только в постели! Орнелла даже всхлипнула от избытка чувств! Да что ж такое! Не компаньоны, а сплошное искушение!

На ее счастье, диджей взял микрофон и объявил паузу – на коктейль с пламенем.

Пока накачанные парни в черных брюках и фартуках разносили подносы с горящим напитком, всякое активное движение прекращалось – для безопасности.

Джамьянг ощутил ее желание уйти с площадки и деликатно отступил, давая девушке возможность самой выбрать путь. Это было приятно. Все же отец просто отдавал распоряжение, братья нередко тащили за собой, как воздушный шарик на нитке, а этот красивый, как картинка, парень слушал ее желания. Редкая эмпатия. Жаль, что это все только на один вечер…

При взгляде на сухощавые, но все равно мужские запястья Джамьянга в голове Оры внезапно закружились браслеты, похожие на наручи – что-то в духе старинных воинских доспехов. Синяя эмаль или синие камни? Музыкант – не воин, значит, ему не обязателен глухой стальной лист. Можно сделать красивый рельеф и дополнить… синим волосатиком с Кайена? Или редчайшими опалами с Земли? Нет, опалы хрупкие и стоят так дорого, что носить такие наручи никто не будет – положат под стекло, и все. А Орнелла любила, чтобы изделия ее работы носили. Потому, кстати, выбрала обычную ювелирку, а не музейную.

И все же эмаль или камень? Девушка так пристально смотрела на Джамьянга, что он… потупился! Хлопнул ресницами, слегка зарозовел щеками! Ора чуть руками не всплеснула от восторга – надо же, как красиво! Значит, белая эмаль и синие камни! И чуть-чуть красного золота и обсидиана для акцента! Нужно ведь оттенить алые губы и черные ресницы!

Хлопнув себя по бедру, где обычно висела универсальная сумка с инструментами, девушка чуть не застонала от разочарования – она ведь пришла веселиться и блокнот для эскизов не взяла!

– Госпоже что-то нужно? – прошелестел голос миньона. – Я еще плохо знаю ваши потребности, дива, но здесь смогу раздобыть почти все!

– Блокнот для эскизов, – вздохнула Орнелла, – стилус – многофункциональный, с фактурами и металликом.

– Пять минут, госпожа! Позвольте, я провожу вас к столу, чтобы старший позаботился о вашем удобстве!

Элегантно указав рукой в широком рукаве на «остров», Джамьянг с той же деликатностью проводил Ору к столу.

Девушка села в кресло, получила свой бокал с танцующими языками пламени, прибила огонь, сделала глоток и залюбовалась огоньками на ярусах. Такие коктейли – особенность дней рождения в «Сладостях», вкусно, горячо, немного остро – Орнелла довольно вздохнула и сделала еще глоток, и тут на стол перед ней лег блокнот с разнофактурной бумагой для эскизов и стилус!

– Простите, дива, – мягкий голос Джамьянга звучал над ухом как музыка, – инструмент не настроен…

Не слушая оправданий, Ора схватила стилус, бормоча себе под нос:

– Так-так-так-так! Стой, не убегай! – быстро закрепила на бумаге то, что пришло ей в голову. Наручи, эмаль, камни… Быстро-быстро, без фактур и цветов – черными линиями, зато с подробными описаниями. Потом девушка на миг прикрыла глаза, отстраняясь от шума и мелькания стробоскопов, и потому не видела, как на нее смотрят мужчины – опасливо и благоговейно.

Еще несколько штрихов, букв и цифр, после чего Орнелла захлопнула блокнот и огляделась:

– Норбу, где дядя?

– Господин Тиррон отошел по делу, – ровно ответил блондин, – если вам что-то нужно, дива, говорите.

Ора покрутила головой, вздохнула и наконец убрала блокнот под скатерть:

– Пусть лежит здесь. Проследите, чтобы никто не трогал!

– Как угодно диве, – с некоторой долей недоумения сказал блондин, кланяясь.

Выполнив задуманное, Орнелла с радостью заметила возвращение нескольких подруг и замахала им рукой, приглашая поторопиться к столу. Они в ответ тоже помахали и заспешили по ступенькам.

Молчаливые официанты освежили блюда и водрузили в центр стола жаровню, над которой истекали соком шпажки с креветками, кусочками моллюсков, осьминогами и кальмарами. Рядом выстроилась целая шеренга шотов на любой вкус – красные, синие, зеленые, украшенные лимоном, лаймом, виноградом, папайей…

Девушки поделились впечатлениями от сервиса «Сладостей», немного выпили, отведали деликатесов и, конечно, заметили странный холмик у тарелки именинницы.

– Там что? – беспардонно, как всегда, спросила Лидана.

– Наверняка эскизник, – улыбнулась Сиенна. Она, как художница, постоянно таскала с собой блокноты, стилусы, карандаши, мелки, перья…

– Угадали, – призналась Ора, весело фыркнув, оглянулась на своих миньонов, – насмотрелась тут на красоту, идеи появились.

Подруги прыснули – они прекрасно знали, что Орнелла может не есть, не пить, пропадая в мастерской часами, воплощая замысел. При этом девушка весьма строго относилась к себе и своим творениям, поэтому не каждое украшение покидало «замок папиной принцессы».

Пока подруги болтали, потихонечку подтянулись остальные – довольные, румяные, расслабленно-томные. Орнелла даже немного позавидовала им – никто не мешал, не дергал, захотели «сладенького» – и получили. Ей же по традиции следует дождаться праздничного торта и только потом можно запереться в номере с кем-то из сладких мальчиков, выбранных по каталогу.

А может, получится уговорить остаться Джамьянга? Он красивый, как дорогая кукла, и теплый. Все же Норбу и Тайши слишком огромные и холодно-высокомерные. Издалека, конечно, смотрятся сногсшибательно, но вот рядом с ними она ощущает себя беспомощной крошкой, и это останавливает. Джам другой, его хочется рассмотреть ближе, внимательнее изучить его руки, да и парень неплохо ее чувствует, откликается, с ним будет спокойно…

Мысли о грядущей ночи улетучились с появлением дяди. Рейс Тиррон пришел не один – рядом с ним вышагивал огромный белый пес. Или волк? Ора никак не могла запомнить. В общем, огромная белоснежная зверюга, дяде почти до плеча. Сколько Орнелла себя помнила, «песик» всюду ходил за дядюшкой, и в детстве она часто играла под боком у крупного белого зверя, и даже засыпала, запустив пальцы в белоснежную шерсть. Странно, что Лейса давно не было видно!

Радостно пискнув, девушка кинулась к собаке:

– Лейс! Ты где был, я соскучилась? – Ора счастливо обняла зверя, зарылась пальцами в его густую шерсть и почесала пса за ушами.

– Хм, Ора, это не Лейс! – сказал, немного смущаясь, дядя.

– Не Лейс?

– Это его сын, Снейп, – сказал родственник.

– Так похож, – девушка не спешила отпускать собаку, – а Лейс где?

– На пенсии, – хмыкнул Рейс и тут же сменил тему: – Готова разрезать праздничный торт?

– Готова!

Дядюшка подал знак, и свет в зале почти погас. Осталось лишь мягкое сияние маленьких настольных светильников и эвакуационных «дорожек», ведущих к выходу. Зазвучал туш, и в центр танцпола выехала громадная платформа, на которой разместился невероятных размеров торт.

– А сейчас, дорогие гости, вы видите праздничный торт дивы Орнеллы Дейрен! – объявил ведущий. – По желанию именинницы он имеет два яруса! Один называется Лерай и представляет собой корж из классического «женского» кекса, полного сухофруктов, пропитанных ромом. Для теста использована ореховая мука трех видов, свежайшее сливочное масло, пряности с планеты Стаккатти и горный мед!

Ведущий так расписывал торт, что Орнелла сама сглотнула слюну, хотя, в общем, у нее к тортику было только одно требование – изюм и шоколад! Остальное все сделали кондитеры «Сладостей» и его рекламщик.

– Верхний слой отдает должное Сорайе, отцовской планете дивы Орнеллы. Шоколадный бисквит с нежнейшим шоколадным кремом и пропиткой из брусничного ликера. В качестве украшений лучший кондитер «Сладостей» изготовил копии самых известных украшений дивы Орнеллы из цветной карамели и марципана!

Ора потянулась вперед, рассматривая украшения, красиво размещенные на торте между горящими свечами.

– Каждый посетитель «Сладостей» сможет получить кусочек этого невероятного торта, поздравив диву Орнеллу Дейрен с совершеннолетием! – завершил свой спич ведущий, и дядя подсказал Оре:

– Спустись вниз, нужно отрезать первый кусок и принять подарки.

– Какие подарки? – шепотом изумилась девушка. – Девчонки уже все подарили!

– Иди-иди, тут так принято – отдариваться за тортик! – дядюшка с улыбкой махнул рукой, и тотчас все миньоны как-то ловко выстроились и освободили для Орнеллы путь к платформе с тортом.

Девушка спустилась на танцпол, подошла к платформе и ахнула, оценив масштаб «трагедии». Нижний ярус торта был диаметром около двух метров и высотой в ладонь. Белую глазурь покрывали тонкие золотые узоры с карамельными «драгоценными камнями». Тут же торчали горящие свечи. Второй ярус – шоколадный и бархатистый – служил фоном копиям украшений.

– Как все это сделано? – Ора недоверчиво рассматривала подвеску, которую буквально неделю назад отправила заказчице. – Даже оттенок камня правильный!

– У господина Рейса очень искусный кондитер, – шепнул на ухо Джамьянг. – Помочь вам задуть свечи, дива?

Торт был таким огромным, что задуть двадцать пять трехдюймовых свечей по периметру казалось невозможным. Орнелла оценила перспективу, хихикнула и заявила:

– Мальчики, встаем по кругу и дуем дружно! – подождала, пока миньоны распределятся, незаметно толкаясь и ставя подножки, а потом под грохот музыки задула, сколько смогла. Остальные свечи просто снесло мощным выдохом четверых здоровых мужчин и бурными аплодисментами.

Подруги спустились вслед имениннице и дружно хлопали вместе со всеми, а потом подставляли тарелки для угощения.

– Первые куски раздаются самым близким, – шепнул дядя, тут же получил тарелку с огромным ломтем торта и чуть не прослезился.

Целую стопку роскошных фарфоровых тарелок и позолоченных десертных вилок вывезли на сервировочном столике вместе с ножами и лопатками, так что Орнелле страшно стало от перспективы всем этим воспользоваться. Однако глаза боятся – а руки делают. Ювелир она или нет?

Ора быстро оделила тортиком подруг, потом своих миньонов, даже для себя отрезала изрядные кусочки каждого уровня и попросила Тайши унести к столу. Миньоны, кстати, свои кусочки не ели – но составили как-то хитро на руки Тайши, чтобы он унес их заодно с тортиком для дивы.

Решив, что дело сделано, Орнелла собралась вернуться на свой «остров», но ведущий снова заорал в микрофон и объявил, что «дива Алрина дарит диве Орнелле на совершеннолетие полет на атмосферной яхте на пятерых!»

И теперь дива Ора должна своими собственными руками отрезать благодарственный кусочек тортика! Норбу стоял за спиной Орнеллы и подсказывал:

– Узкий красивый ломтик, дива, но не совсем тоненький, желательно ровно на ширину лопатки. Нижний слой, верхний слой, и обязательно с улыбкой передать красивому официанту в черных брюках и фартуке.

Ора выполнила все требования, старательно сохраняя приятную улыбку на лице, и тут же услышала новое объявление:

– Дива Мвангрин дарит диве Орнелле недельный отдых на собственных курортах семьи Мван!

Снова кусочки под шепот Джамьянга и передача официанту с почтительным поклоном.

К тридцатому куску Ора поняла, что зря радовалась огромному торту. У нее уже сил не осталось нарезать аккуратные, практически одинаковые ломтики и с почтительным видом вручать официантам тарелки! Но надо. Миньоны рассказывали, кто делает подарки, и если верить их словам, в «Сладостях» этим вечером собрались сливки Лерая! И все они почему-то спешили поздравить Орнеллу с днем рождения и что-нибудь эдакое подарить!

Когда от огромного торта осталось меньше половины, желающие подарить подарок кончились.

– Теперь вы должны передать нож и лопатку Норбу или Тайши, – шепнул Джамьянг, – и можно вернуться за стол!

Ора с огромным облегчением сунула «инструменты» Тайши и развернулась, чтобы идти к столу. Торт откатили в сторону – шепот над ухом пояснил, что завтра остатки торта продадут на благотворительном аукционе. Большая честь отведать «торт совершеннолетия». Говорят, он приносит удачу! Орнелла только вздохнула, в очередной раз ругая себя за то, что плохо знает обычаи Лерая.

Девушка успела пройти вперед несколько шагов, когда ее внимание вдруг привлек светловолосый, очень худой мужчина в странной серой одежде, похожей на пижаму. Он, как и все мужчины, стоял за спиной какой-то дамы, но при этом сверлил Ору тяжелым взглядом. Девушка нахмурилась, прошла еще немного вперед, стараясь побыстрее вернуться на свой «остров», и тут за спиной что-то яростно взвыло, и с потолка упала тяжелая решетка, отсекая миньонов, подруг, официантов…

Орнелла успела обернуться, удивиться и уловить краем глаза движение серой размазанной тени. Не странный мужик в серой пижамке – поджарый серый волк летел на нее, целясь в горло! И не было времени даже вскрикнуть или увернуться! Застыв, как статуя, Ора широко распахнула глаза, готовясь встретить смерть, но… Белая молния метнулась наперерез серой! Волка сбил на подлете белый пес!

Звери сцепились и покатились клубком, терзая друг друга, гостьи завизжали, причем некоторые с азартом, а по молочным плиткам танцпола размазались алые пятна…

Орнелла, наверное, рухнула бы в обморок, но дядя и миньоны сразу начали кричать:

– Беги! Ора! Беги! Ты мишень! Уходи! Мы сейчас выберемся!

Пока все вопили, Норбу и Тайши молча разгибали прутья. Дураки, нужно было делать это вдвоем!

Орнелла смотрела на себя словно со стороны – стоит тут в клубах жуткого белого дыма, который ползет откуда-то снизу. Темный силуэт – почти идеальная мишень. Все кашляют, кричат, что-то требуют, и звери катаются вот тут, прямо у ног, и серый все равно рвется к ней, хрипя и щелкая страшными зубами.

Думай, девочка, думай! Да, ты ювелир и привыкла к тишине мастерской, но у тебя три брата, отец, дядюшки со стороны отца… Они все учили тебя! Вспоминай, что умеешь и знаешь! Срочно!

На все эти мысли Орнелле хватило доли секунды. Потом ступор прошел, и девушка забормотала себе под нос, как привыкла:

– Дядя хвастался тебе, что в этом зале идеальная система безопасности! А еще такая же в твоем кресле! Срочно туда!

Буквально взлетев по лестнице к своему креслу, Ора упала в него и сжала подлокотники. Тут не должно быть ничего сложного, ведь правда?

Едва пальцы нащупали какие-то кнопки, как над креслом взметнулся молочного оттенка купол. В зале кто-то ахнул, потому что через долю секунды после появления полусферы в нее ударили цветные лучи. Окрасили в розовый, лиловый, зеленый… Очень похоже на цветомузыку, только это были огоньки прицелов и боевых лазеров! Счастье, что купол не блестящий – лучи не рикошетили, раня посетителей и официантов, а впитывались в матовую пленку, делая ее толще и еще менее прозрачной.

Ора стиснула подлокотники сильнее, и вдруг ее слегка затошнило – кресло воспарило в воздухе! И не просто воспарило, а еще и закружилось! Ох, кажется, она зря пила столько коктейлей! Что там за кнопки? Орнелла убрала руки с кнопок, и вращение замедлилось. «Цветомузыка» тоже прекратилась, пусть и не сразу. Теперь с высоты зал был как на ладони, и девушка, прижав ладонь к губам, пыталась понять, что происходит.

Странно, но суета уже практически прекратилась. Официанты и миньоны – не все, но большая часть – организованно выводили из зала женщин, прикрывая собой. В клетке зияла дыра, внутри остался только торт. Дяди не видно, миньонов самой Оры тоже. Ой, нет, Шераб – красавец с изумрудными глазами – стоит у стола, держа в руках что-то убойное и огнестрельное, и даже его спина выражает уверенность и спокойствие.

Остальные… Где остальные?

Орнелла зачем-то подняла голову и увидела Джамьянга! Синеволосый красавец оседлал штангу с прожекторами и медленно парил над залом, держа в руках натянутый лук! И выглядел при этом совсем не котенком – хищным котом со вздыбленной шерстью!

Проследив за ним взглядом, девушка среагировала на безупречный золотой цвет волос Норбу. Красавец-блондин рубился с кем-то сразу двумя короткими изогнутыми клинками – где только взял? Его противник был в черной одежде, и разглядеть его в темном зале было трудно.

Впрочем, кто-то уже добрался до рубильника и включил яркий белый свет. Не «кто-то» – Тайши. В руках у рослого брюнета красовался тяжелый меч с широким изогнутым лезвием. Ора даже вздрогнула, когда увидела его. В голове всплыло название «фламберг».

Ее второй брат увлекался историей оружия и часто хвастался каталогами, моделями, а позже и реальным клинковым оружием. Орнелла знала, чем порадовать Рикардо, и всегда готовила для него запонки, галстучные булавки или зажимы для бумаг в виде различных клинков.

А где же белый волк? Девушка вздрогнула и перевела взор на танцпол. Белый, покачиваясь, стоял над серым… Вернее, над тем, что от серого осталось. Под взглядом Оры алые и серые клочья вдруг зашевелились, поплыли, и через миг на залитых кровью молочных плитках лежал худощавый мужчина в серой «пижаме». Белый пошатнулся, заскулил, начал падать, но его подхватил вынырнувший откуда-то дядя:

– Врача! – крикнул он, не давая волку упасть на пол.

Сбоку вдруг вынырнули Лидана и Марайя с оберегающими их миньонами. Обе синхронно полили руки водкой с ближайшего стола и засыпали волка льдом из ведерка с шампанским. Потом быстро разорвали на бинты скатерть, а чистые салфетки, взятые с сервировочного столика, стали тампонами для остановки крови.

– Капельницы нужны… Большая кровопотеря! – донеслись до Орнеллы слова подруг, и она вдруг поняла, что уже хватит висеть над залом, как принцесса в заколдованной башне. Мужчину в серой пижаме уже связали и куда-то повели, клетка со скрежетом поехала наверх, и вообще, сколько можно тут торчать?

Девушка попыталась нажимать кнопки, но не понимала, какая для чего. Тогда просто обратилась к стоящему перед ее креслом Шерабу с просьбой о помощи. Миньон быстро объяснил ей, что и как, но предупредил:

– Вам пока лучше оставаться там, госпожа. Кто-то очень хотел вам навредить!

Ора насупилась. Поняла, что миньон смягчил свои слова. Не навредить ей хотели, а убить. Причем самыми разными способами.

Когда свет включили, она заметила нескольких «черных», пришпиленных к стенам длинными хищными стрелами с синим оперением. Лазеры, волк, «черные», валяющиеся повсюду. При этом посторонних жертв практически не было – мелкие ранения, подвернутые ноги, ушибы. Больше всех пострадал белый волк, но рядом с ним ее подруги, а значит, все будет хорошо.

Вспомнив наставления мамы, Орнелла постаралась сохранить лицо и величественно поднялась с приземлившегося кресла:

– Отведи меня к волку, Шераб, хочу поблагодарить его за спасение, – сказала Ора так, что возражать миньон не посмел.

Они спустились по широкой лестнице к танцполу. Волк лежал на боку и шумно дышал. Под ним торчала скатерть, брошенная на пол вместо подстилки, рядом стояли два официанта, держа в руках пакеты, от которых к лапам волка тянулись трубочки капельниц. Марайя и Лидана спокойно сидели рядом и наблюдали за тем, как буквально на глазах затягиваются раны зверя. Орнелла подошла и остановилась чуть в стороне, чтобы не мешать лечению:

– Как он, девочки? – спросила она подруг.

– Нормально, кровотечение остановили, кроветворное залили, глюкозы второе ведро льем, – хмыкнула Лидана. – Думала, шить придется, но скобками обошлись, дальше сам.

– Регенерация улет, – довольно покивала Марайя, – и аптечка тут шикарная!

Орнелла знала, что к больному и раненому зверю приближаться нельзя, но все же подошла чуть ближе, встала возле спины и аккуратно склонилась к волку:

– Спасибо, Снейп, – сказала она и тут же услышала забористую ругань Лиданы. Подружка лихо выдергивала иголки капельниц и выражалась, как портовый грузчик. Зверь на глазах поплыл, вытянулся, и через минуту на полу лежал не волк, а беловолосый парень, весь покрытый розовыми вспухшими рубцами.

– Снейп! – гаркнул дядя, выныривая откуда-то снизу, кажется, из кухни. – Быстро назад!

Парень уставился на шокированную Орнеллу и с мучительной гримасой снова стал волком. Дядя присел над ним и тем же тоном сказал:

– Совсем дурак? Тебя порвали в клочья! Чудо, что вообще залатать смогли, а ты тут хвостом виляешь!

Волк и правда легонько вильнул хвостом, дернулся, когда Лидана снова загнала ему под кожу иглы капельниц, а потом подтянулся и уткнулся мордой в ладонь Орнеллы.

– Вот оно что, – вздохнул дядя и тут же строго взглянул на Шераба: – Подушку моей племяннице найди. И покрывало. Эй, там, на кухне! Подносы сюда! Два с рубленым парным мясом и яйцом, еще парочку с чаем и закусками. Придется, Ора, тебе тут посидеть, пока этот Ромео восстановится.

– Дядя, а Снейп – он… кто?

– Кто-кто, сама видишь, оборотень, – вздохнул Рейс Тиррон. – У них своя планета есть, в закрытом секторе. Я когда-то его отца спас, тот все мечтал мне вернуть жизнь. Когда сам постарел, сына прислал. Сын, как видишь, вернул, – дядя цепко оглядел племянницу, словно хотел убедиться, что она не пострадала.

Орнелла тихонько погладила белого волка по морде и хотела спросить про серого зверя, но тут вернулся Шераб с напольной подушкой и покрывалом и долго усаживал Ору поудобнее, забрав туфли, сумочку и часть шпилек из прически. За миньоном парочка официантов привезла на сервировочном столе таз рубленого мяса и первый поднос, полный чашек с чаем и закусок. Лидана с радостным воплем схватила чашку и онигири с тунцом, Марайа предпочла колбаски с гарниром, и вопрос задать не удалось.

Орнелле пришлось кормить волка мясом, пить чай, успокаивать подруг, которым разрешили вернуться в зал. Потом прибыли гравиносилки, и волка увезли куда-то – уже вполне целого, но спящего. Тогда девушка посмотрела вокруг и сказала:

– День рождения получился незабываемый! Дядя, если я тут больше не нужна, пойду спать.

– Да, детка, иди, – рассеянно отозвался Рейс. Он постоянно общался с подчиненными через наушник, через комм-браслет или раздавал распоряжения лично. Орнелле отчаянно хотелось узнать, кто же так невзлюбил ее или дядю, но девушка понимала, что сейчас с этим лучше не лезь. Поэтому в компании четверых миньонов дошла до своих апартаментов, пожелала парням спокойной ночи и закрыла дверь. Сегодня она к постельным утехам точно не расположена!

Уже в комнате Орнеллу затрясло. Она обхватила себя руками и с мучительным стоном опустилась на пол прямо возле двери. Вся ее уверенность, вся сила осталась там, в праздничном зале. Среди клочьев белого и серого меха, брызгов крови и пришпиленных к поверхностям черных фигур.

Девушка плакала – недолго, но громко. Она не стеснялась – знала, что лучшие покои «Сладостей» звукоизолированы и хорошо защищены.

Когда слез не осталось, Ора медленно встала, сбросила с ног надоевшие туфли на каблуках и босиком отправилась в ванную.

Огромная ванна с бурлящей водой наполнялась медленно, так что девушка успела избавиться от одежды и, стоя на теплом полу, склонилась над корзинкой с различными косметическими средствами. Это тоже был комплимент от дяди – стандартный набор стоял на полках, а корзинка на сервировочном столике – рядом с бутылкой шампанского, букетом нежнейших пионов и красивейшей клубникой со сливками.

Добавив в воду расслабляющую лавандовую пену, Орнелла осторожно вошла в воду, уселась на удобный стульчик, откинула голову на специальную подушечку и закрыла глаза. Вода бурлила уже у колен, тепло постепенно обволакивало ее, унося напряжение. На миг девушка представила, как было бы здорово, если бы ноги ласкали не упругие струйки воды, а, например, сильные пальцы Тайши… Но тут же отогнала это видение. Миньонов дядя приставил к ней на один вечер, и этот вечер закончился.

Девушка долго лениво сидела в воде, потом неспешно вымыла волосы и тело, почистила зубы и в одном полотенце пришла в спальню. Там просто рухнула на широченную постель и уснула.

Проснулась от кошмара.

В ее сне серый волк рвал белого, и мир вокруг становился алым. Тайши и Норбу не могли выбраться из клетки, и странный желтый туман затягивал зал, заставляя всех падать и синеть…

Убедившись, что это был только сон, Орнелла прошла в ванную, умылась холодной водой, чтобы согнать сонную одурь, надела купальный халат, потуже затянув поясок, и, понимая, что не заснет сейчас, решила заказать любимый травяной чай. Можно было позвонить ночному администратору или сделать заказ на специальном планшете, лежащем тут же, на столике, но девушка решила выйти из номера и лично дойти до стойки на этаже – вдруг там есть уже горячий чайник и пакетик ее любимых трав?

Дверь открылась легко, но, собираясь сделать шаг, Ора застыла. Они все были здесь. Тайши, Норбу, Джамьянг, Шераб и даже Снейп! Белый волк лежал на подстилке, а рядом стояла стойка для капельницы, полная бутылей и пакетиков.

– Это что такое? – шепотом спросила Орнелла, разглядывая миньонов.

Они успели снять свои нарядные костюмы и облачились во что-то похожее на домашние брюки и рубашки.

– Дива Орнелла, – улыбнулся, вставая с пола, Тайши, – мы пришли сюда, чтобы охранять вас!

– Охранять меня? – переспросила девушка, разглядывая мужчин.

– До сих пор не удалось выяснить, кто именно нанял наемников и Гриввела.

– Гриввела?

– Того оборотня, что напал на вас первым, – пояснил брюнет.

– Почему тогда Снейп здесь? Он же должен быть в больнице!

– Снейп… Волки накрепко привязаны к паре. А сейчас он вообще не может быть далеко от вас, дива.

Ора потерла лицо и попыталась отыскать островок спокойствия внутри себя. Что сделал бы отец? Мама? Братья? Отец наверняка нарычал бы на всех, чтобы шевелились и думали сами. Мама… вот мама была спокойнее, но при этом гораздо практичнее. Братья… эти обалдуи устроили бы пикничок в коридоре. Не вариант. Это, конечно, вип-этаж, но где-то рядом комнаты подруг, и вообще, мало ли кто сюда явится?

– Тайши, Норбу, Шераб, заносите Снейпа в номер! Джамьянг, раздобудь мне, пожалуйста, травяной чай и закуски. Очень хочется пить, и голова болит.

Четкий приказ не вызвал никаких возражений – волка тотчас занесли в гостиную и уложили на ковер поближе к дивану. Тайши вполне профессионально поменял пакет капельницы и сказал:

– Дива, если вы пока не собираетесь спать, сядьте рядом со Снейпом. Можете ноги на него поставить или просто погладить. Ему будет легче.

Ора сглотнула, радуясь тому, что белый волк укрыт стерильной зеленой простынкой, и устроилась на диване поближе к нему. Ноги ставить не собиралась, но между ушей тихонько погладила. Волк заскулил, потянулся и лизнул ее руку.

– Тихо, тихо, лежи, – шикнула на него девушка, – тебе нужно поправляться!

Снейп затих, и тут вернулся Джамьянг и прикатил с собой сервировочный столик, полный самой разнообразной еды. Но главное – он привез сразу два чайника травяного чая! Орнелла радостно вцепилась в чашку и, сделав несколько глотков, уставилась на Тайши:

– А теперь еще раз: почему вы ночуете у меня под дверью?

– Дива, а где мы еще должны быть? – изумился в ответ миньон. – В свою спальню вы нас не пустили, комнату для гарема не открыли…

– Комнату для чего?

– Для гарема!

– Еще раз! – Орнелла поставила чашку, чтобы не уронить, так сильно затряслись у нее руки. – Какого гарема? Для чего он мне? Я думала, дядя приставил вас ко мне на вечер, чтобы я повеселилась!

Мужчины замолчали и обменялись быстрыми взглядами. Потом все дружно уставились на девушку недоверчиво и тяжело.

– Дива, – подал голос Джамьянг, – вы правда не знаете? – синеволосый смотрел сочувственно и мягко.

Ора смогла только потрясти головой.

– В день совершеннолетия гражданка Лерая покидает материнское гнездо и выбирает себе своих собственных мужчин. Их могут подарить, купить или передать родственники, но чаще дива посещает аукцион женихов. Сегодня в «Сладостях» проходил как раз такой. Лучшие семьи Лерая предоставили своих сыновей. Самых красивых, сильных, обученных… Ваш дядя заплатил выкуп за каждого из нас, а Норбу согласился стать вашим женихом добровольно, так что его семье все равно придется заплатить…

– Выкуп? Женихи? Дядя? – Ора залпом выпила свой чай, как коньяк, и уставилась на Джамьянга почти жалобно: – Повтори! Только учти, я гражданка Сорайи!

– Нет, госпожа, – покачал головой музыкант, – моя семья тщательно проверила все бумаги. Существует даже видеодоказательство. Ваши братья рождены на Сорайе, поэтому не могут стать женихами знатных див без личного согласия, а вы абсолютно точно рождены здесь.

– Этот аукцион женихов был самым большим за последние пять лет, – дополнил слова музыканта Тайши, – потому что многие семьи мечтали породниться с вашей и предложить мужчину. Мать задержала меня в своем гареме на три года, чтобы представить вам!

Ора схватилась за пустую чашку, и Шераб тотчас налил в нее чай, а Норбу добавил каплю горьковатого горного меда.

– Так вы все мои… кто? – девушка недоверчиво обвела мужчин взглядом.

– Пока мы все мужчины вашего гарема, дива, – почтительно ответил Джамьянг. – Выше статус у Тайши, он из очень знатной семьи, а еще Норбу вы выбрали после главного отбора, и потому он тоже считается старшим.

– А… Снейп?

– Снейп отныне ваша часть, – качнул высоким узлом на макушке музыкант. – Оборотень, признавший хозяйку, никуда от нее не денется. Может только умереть.

Орнелла схватилась за голову и решительно взялась за комм:

– Пожалуй, мне стоит поговорить с дядюшкой!

Дядя на вызов ответил не сразу. А когда все же ответил, голос его звучал устало:

– Что случилось, моя девочка?

– Дядя, – смутилась Ора, – я знаю, ты устал, но… мне нужны твои объяснения.

– До полудня потерпишь?

– Я просто не знаю, как быть с моими… миньонами! – кое-как выкрутилась Орнелла, понимая, что мужчины внимательно прислушиваются.

Ей показалось, или дядя Рейс ругнулся?

– Я понял, – в голосе родственника звучало некоторое смущение, – дай мне Тайши и ложись спать. Они тебя не потревожат.

– А Снейп?

– Прикажи ему отдыхать, – ответил родственник строго.

Девушка вздохнула, передала комм брюнету и взялась за чай – уходить, пока мужчины будут обсуждать ее, она не собиралась.

Тайши молча выслушал дядю, потом вернул коммуникатор Оре и, слегка поклонившись, сказал:

– Господин Рейс навестит вас, как только освободится, но не раньше двух часов пополудни. Пока он предлагает вам отдохнуть, а утром навестить банный комплекс, бассейны и СПА. Вашим подругам передадут приглашения.

– Понятно, – Ора криво улыбнулась.

В голове мелькнуло воспоминание, как отец напряженно отмахивается и говорит:

– Дилара, прости, мне некогда! Возьми Ору, и сходите в СПА, отдохните там. Клянусь, как только все закончится, мы с вами выберемся в отпуск!

Матушка тогда с трудом удержала улыбку, ее оскорбило то, что от нее отмахнулись. Однако вида она не подала, а как только отец и старшие братья умчались на службу, тут же взялась за комм. И СПА ее активности не стал помехой. Помнится, именно там Дилара Тамплир отыскала инвестора, полезного для супруга. Что ж, если дядя посылает ее в СПА, она пойдет в СПА. Хорошо, что там будут подруги. Главное – коммы не забыть!

Поставив чашку, Орнелла вежливо пожелала миньонам «спокойной ночи» и направилась в спальню. Волк дернулся за ней и получил приказ лежать и выздоравливать:

– Если будешь молодцом, завтра погуляем в парке. А теперь спи и восстанавливайся! – строгим тоном сказала девушка, взъерошивая короткую плотную шерсть на лбу зверя. При этом все мужчины повели плечами, словно им тоже хотелось ощутить хозяйскую ручку на загривке, но Ора сделала вид, что ничего не заметила.

Она вновь забралась в постель и, покрутившись немного, уснула.

Во сне все непонятки, которые она замечала прежде в семейной жизни родителей, вдруг начали складываться, будто пазлы.

Отец был крупным бизнесменом – жестким, властным, а мать производила впечатление уютной семейной дамы, вот только… Инвесторов для спасения бизнеса нашла она. Ремонт их старинного поместья делала она – то есть искала реставраторов, антиквариат, редкие натуральные материалы и мебель. А еще матушка все это оплачивала! Правда, не говорила, из каких средств.

Именно мама позволила самой Оре заниматься тем, чем она сама желала, и оплатила дополнительный курс по геммологии. А еще настояла на курсах психологической подготовки, выживания и критических ситуаций. Поэтому девушка не впала в панику, когда началась стрельба и все прочее в зале. Ее подруг миньонам пришлось буквально уносить – кто-то застыл статуей, кто-то визжал на одной ноте, а Сиенна вообще упала в обморок!

Мама исподволь подталкивала сыновей к выбору необычных и сложных профессий, подходящих им по темпераменту. Вместо безликих экономистов и юристов ее братья выбрали узкие технические специализации, не скупились на дополнительные курсы и расширение кругозора – в результате братья Тамплир стали весьма известными в узких кругах специалистов и трудились там, где хотели.

В общем, вопросы накопились, так что, открыв глаза, Орнелла испытывала нетерпение. Увы, часы в комме показывали только десять часов утра. Дядю предстояло ждать еще долго, но… Подруги! СПА!

Вскочив, Орнелла бодро прошла в ванную, приняла душ, вернулась в спальню и задумалась. Вообще, она собиралась провести у дяди неделю, поэтому кое-что с собой привезла. Нарядное платье, стильный комбинезон, расшитый стразами, вечерний туалет для посещения концерта или оперы… Что надеть в СПА?

Перебрав одежду, Ора остановилась на классике – черные брюки, белая рубашка, длинный велюровый плащ темно-голубого цвета и ровно такого цвета камешки-капельки в ушах, на тонкой цепочке на шее и в браслете на запястье. Украшений немного, они тонкие, легкие, практически незаметные – и все же дают нужный акцент. К тому же это работа самой Орнеллы, а значит, своеобразная реклама!

Выйдя в гостиную, девушка остановилась.

За ночь миньоны никуда не делись. Им принесли завтрак и чистую одежду. Они где-то помылись и выглядели безупречно, взволнованно поглядывая на Ору. Даже волку поменяли подстилку и простынку и вычесали из шерсти запекшуюся кровь.

Чтобы скрыть смущение, девушка первым делом подошла к Снейпу.

– Привет! Ты как? Доктор уже был? Что сказал?

Волк поднял голову и лизнул ей руку.

– Доктор был, – отрапортовал Тайши. – Сказал сегодня до вечера лежать, есть, пить, спать. Чтобы не разошлись внутренние швы и не образовались спайки.

– Вот и хорошо, значит, погуляем вечером, – Ора потрепала защитника по тусклой белой шерсти. – Джамьянг, можешь узнать, мои подруги уже проснулись или нет? А потом передать приглашение в СПА. Дядя сказал, что для нас будет резерв.

Музыкант поклонился и вышел из номера. Остальные мужчины пристально наблюдали за Орнеллой, и она поняла, что должна что-то сказать. Для этого девушка отошла к окну, чтобы видеть сразу всех и чтобы рослые, безупречно красивые миньоны не давили на нее своим совершенством.

– Я пока не разобралась в ситуации, – сказала она, – поэтому воздержусь от действий и слов. Сначала я должна поговорить с дядей, собрать всю информацию и выяснить, кто пытался меня убить. Только после этого я буду готова к серьезному разговору. Кстати, если есть способ вам вернуться к вашим семьям и вы этого желаете, я никого держать не буду. Я не планировала даже помолвку, что уж говорить о браке или целом гареме. Если я кому-то не нравлюсь, лучше уйти сейчас.

После некоторого молчания все мужчины остались на месте. Ора скрыла тяжелый вздох. Она надеялась, что сногсшибательные красавцы исчезнут в коридорах развлекательного центра, и ей не придется жалеть о сорванном празднике. Но все трое упрямо смотрели на нее и не собирались уходить. Волк тоже поднял голову, но под строгим взором уложил обратно. Паузу прервал Джамьянг:

– Дива, ваши подруги уже проснулись и готовы посетить банный комплекс в вашей компании.

– Замечательно! Я пошла, вы остаетесь здесь.

– Но мы должны сопровождать госпожу… – заикнулся было Норбу.

– Нет! – сказала Орнелла и быстро вышла из номера.

Да, это походило на бегство, но только в коридоре девушка сумела перевести дух. Все же такое количество неприлично красивых и огромных мужчин изрядно давило на психику.

Из соседних номеров начали выходить подруги. Они, в принципе, уже пришли в себя, даже Сиенна выглядела вполне бодрой. А уж Марайя и Лидана вообще целовались в дверях со своими миньонами и ничуть не переживали о том, что им пришлось спасать оборотня практически в полевых условиях.

– Девочки, – Ора обвела подруг взглядом, – мне нужна ваша помощь и совет!

Огромный, великолепный банный комплекс «Сладостей» занимал целый этаж.

Здесь располагалось десять видов бань, парилок и термокапсул, способствующих очищению тела. Слева переливались голографическими значками уединенные «покои» с массажными столами и косметическими креслами. Возле каждой комнаты на стульчике сидел миловидный массажист или косметолог. Дамы могли выбрать не только услугу, но и внешний вид специалиста.

Справа тянулись чаши джакузи, массажные бассейны, купели с минеральной водой, отварами трав, молоком и целительной грязью. Там дежурили качки в белых брюках и белых майках – они отвечали за безопасность клиенток и, сменяя друг друга, подавали напитки, полотенца, патчи для глаз или дополнительные косметические средства.

Возле панорамного окна раскинулась зона отдыха – широкие низкие диваны, тропические растения, столики для кофе и чая. Тут прямо на ковре, у ног посетительниц сидели приятного облика молодые люди в зеленых шароварах и зеленых фесках с кисточками. Разноцветные жилетки на голое тело добавляли яркости этому царству роскоши и неги.

– Дива Орнелла? Для вас зарезервирован сапфировый зал! – поклонился мужчина постарше, одетый в зеленые брюки с черной рубашкой.

Ору и ее подруг с поклонами проводили в просторную комнату с круглой чашей джакузи в центре. Мозаика всех оттенков синего и молочного украшала стены, пол и ступени, ведущие в воду.

Вокруг бурлящего гейзера горячей воды стояли шезлонги, и возле каждого – свой красавец в зеленых шароварах.

– Для каждой гостьи наши косметологи разработали индивидуальную программу, – мужчина постарше протянул Орнелле планшет со списком уходовых процедур.

– Делайте все, я доверяю вашим специалистам, – улыбнулась девушка, – но лишних ушей не нужно. Нам нужно поговорить!

Администратор поклонился и сообщил, что специально для такого случая к ним будут приставлены слабослышащие косметологи и слепые массажисты. Ора только кивнула – у нее не было слов. Она и не знала, что в «Сладостях» есть такие услуги.

Для начала девушкам предложили легкую очищающую сауну, потом фитобочки и только после этого – обертывания.

В сауне поговорить не получилось – десять минут активного истекания потом не способствовали беседам. Фитобочки были куда приятнее, но начинать разговор Орнелла не спешила, поэтому спросила, как подругам понравились миньоны. Марайя и Лидана бодро заявили, что ночь прошла прекрасно.

– Стресс снимали долго, ярко и со вкусом, – заявила беспардонная Лидана, не поднимая головы с уютно свернутого полотенца.

– Да-а-а, мальчики способные! – подтвердила Марайя.

– Мальчики? – хихикнула Сиенна.

– Мне показалось, что одного будет мало, так что я прихватила официанта из зала, – спокойно призналась Мара.

Лейла хмыкнула и приветственно подняла чашку с фиточаем:

– Одобряю! Когда еще получится так отдохнуть?

Девушки дружно рассмеялись, и только Катава и Сиенна покраснели и промолчали. Кажется, они не пустили миньонов в номер.

– А ты, Ора, сумела расслабиться? – Лидана, как всегда, рубила сплеча.

– Не очень, – призналась именинница, по самые плечи погружаясь в отвар трав. – Легла спать одна, а утром обнаружила всех миньонов в коридоре под дверью.

Подруги ахнули.

– Об этом я и хотела с вами поговорить, – призналась Орнелла. – Моя мама родом с Лерая, но я почти ничего не знаю об обычаях и традициях этого мира. Росла-то я на Сорайе! А теперь… все миньоны, которых я выбрала вчера, уверяют, что они мой гарем!

– Что? – хором произнесли подруги.

– Я собираюсь поговорить с дядей, но он очень занят после вчерашнего. Поэтому я хочу узнать сейчас максимально много, чтобы понять, что с этим делать. Поможете?

Подруги тут же полезли в свои коммуникаторы, и вскоре раздались ахи, охи, вздохи и даже присвистывания.

– Не томите, – попросила Ора, нетерпеливо ерзая в своей бочке.

Ее коммуникатор, привычный к поиску ювелирных штучек, выдавал «драгоценные ошейники для наложника, жениха или мужа», «плеть с рукоятью, инкрустированной перламутром», а также драгоценные кликеры, штанги и лабреты для «украшения мужских тел проколами».

– Совершеннолетие мужчин наступает в шестнадцать, – сразу начала Лейла. Ее комм сразу выдавал ссылки на законы и прецеденты. – Возраст согласия для мужчин – четырнадцать лет, для женщин – восемнадцать. Женское совершеннолетие – двадцать пять…

– Девочки воспитываются матерями и живут с ними до совершеннолетия, – это уже Катава подключилась, – мальчиков стараются побыстрее сбыть с рук, но некоторые заботливые матери продлевают программу обучения сыновей, чтобы пристроить их выгоднее. Программы обучения серьезно отличаются.

– Чем? – обреченно спросила Ора.

– Я пробежалась по списку, – ответила Катава, – у девочек уклон в бизнес, управление, экономику. У мальчиков – искусство, домоводство, косметология…

– Медицина, кстати, тоже делится, – примкнула к обсуждению Лидана, – считается, что мужчины более деликатны и осторожны, поэтому они работают в акушерстве и гинекологии, большая часть неонатологов и педиатров тоже мужчины.

– А хирурги – женщины? – со смешком догадалась Ора.

– Большинство, – ответила Лидана, яростно листая список вакансий.

– Это все хорошо, но при чем тут гарем? – вздохнула Орнелла.

– А, вот, нашла! – Лейла взмахнула своим коммом и чуть не уронила его в бочку. – Согласно закону совершеннолетняя женщина должна взять под опеку минимум троих мужчин.

– Под опеку? – от ужаса Орнелла чуть не уронила в воду свой комм. – Они что, дети?

– Слу-у-ушай, – Лейла аж подпрыгнула, высунувшись из ароматной воды по пояс и нисколько не стесняясь банщика, залипшего взглядом на ее груди. – Оказывается, тут мужчина не может жить один. Таких «социальных сирот» прикрепляют к почтенным дамам как воспитанников, либо за них несет ответственность государственное учреждение!

– Так эти сногсшибательные красавцы мне достались как сиротки? – совершенно запуталась Ора.

– Не-е-ет, тут что-то другое. Они же взрослые! – чуть не хором стали говорить подруги.

– Здесь очень сложные формулировки, – Лейла пролистала несколько страничек и потрясла головой, – у меня специализация «законодательство Сорайи». Так что извини, от меня помощи мало.

– В общем, понятно, что ничего непонятно. Надо разговаривать с дядей! – сделала вывод именинница.

– А маме позвонить не хочешь? – неуверенно спросила Катава.

– Мама далеко, да и по комму не объяснишь всего. А увидимся мы только через месяц.

– Тогда дядя надежнее, – подвела итог Лидана, – давайте-ка коммы отложим и насладимся отдыхом. Вчера напряглись, сегодня нужно расслабиться!

Идея нашла отклик – коммы сложили в корзинку, и еще несколько часов девушки беззаботно болтали, возлежали, обернутые то листьями, то простынями, на топчанах, пили фитококтейли, делали масочки и всякие женские приятности.

Пока над Орнеллой не склонился в поклоне администратор:

– Дива, ваш дядя ждет вас у себя. Мне поручено проводить!

Ора в пять минут смыла очередную маску, приняла душ, высушила тело и волосы «штормовым ветром» и запрыгнула в одежду, не позаботившись о макияже. Растрепанные волосы девушка просто собрала в пучок, закрепив предложенной администратором шпилькой, и поспешила за сопровождающим на административный этаж.

Дядя выглядел плохо. Бледный, с темными кругами под глазами. Рубашку и костюм он сменил, да и в душе наверняка побывал, но все равно было заметно, что Рейс Дейрен не спит вторые сутки.

– Привет, малышка! – родственник обнял Орнеллу. – Хорошо выглядишь. Успела отдохнуть?

– Успела, но вопросов накопилось много. Ты готов ответить?

– Частично! Присядь!

Ора села в глубокое кресло, привычно подогнула ноги, и дядя, как всегда, налил ей любимый травяной чай, только на этот раз плеснул в него ложечку апельсинового ликера.

– Давай я сначала коротко тебе кое-что расскажу, а потом отвечу на твои вопросы? – предложил он, придвигая племяннице блюдце с кусочком меренгового рулета.

– Слушаю, дядя.

– Подарить гарем на твое совершеннолетие было моей идеей. Моя сестра возражала, хотела, чтобы ты сначала познакомилась с претендентами, но… по нашим законам, если женщина, достигнув двадцати пяти лет, не обзавелась хотя бы тремя мужчинами, ей полагается государственная разнарядка. Сама понимаешь, умников, трудолюбивых и красивых там нет. В лучшем случае сироты или овдовевшие старики.

Ора поперхнулась глотком чая, но справилась с собой.

– Да, мы с твоей матерью скрывали, что ты родилась на Лерае, а твой отец не подозревал о разнице в законодательстве. Он встретил Дилару на другой планете и был уверен, что ты гражданка Сорайи.

– Но почему вы скрывали? – пискнула Орнелла, теряясь от того, что ее мать все знала.

– Потому что на Лерае охота за девочками ведется с рождения. Каждая амбициозная и властная мать мечтает обручить сына с колыбели. Невест мало, особенно достойных.

– А я достойная? – невольно вырвалось у Оры.

Дядя ей улыбнулся, как маленькой неразумной девочке:

– Ты из хорошей, состоятельной семьи. «Сладости», вообще-то, принадлежат твоей матери. Я только управляющий.

У Орнеллы неприлично открылся рот. Она всегда считала, что «Сладости для радости» – собственность дяди!

– Но как? Почему?

– Мужчина на Лерае не может жить без покровительства. Твоя мать взяла меня в свой гарем, когда мне исполнилось шестнадцать.

– В гарем?

– Под свое покровительство, – усмехнулся дядя. – У нас с Диларой разные отцы, так что ее опека была для меня единственным выходом.

– Но почему?

– Я родился с дефектом, не красавец и не блистал талантами. Достойный брак мне не светил, а становиться слугой в другой семье я не хотел. Дилара разглядела во мне потенциал и решила, что мне нужно найти дело по душе.

Орнелла покачала головой – да, мама умела находить таланты.

– В итоге Диля вложила приличную сумму в мое образование, – с легкой улыбкой объяснял дядя, – а потом выделила деньги на «Сладости». Сначала это был просто маленький ресторан. Потом клуб. Потом СПА-комплекс. И только через двадцать лет я начал строительство этого здания, когда доказал всем, что сын дивы Дейрен что-то может.

Ора недоверчиво покачала головой – для нее дядюшка был образцом ума, мужественности, красоты и таланта. Просто… как ювелир, девушка прекрасно понимала, что не все то золото, что блестит.

– Тогда почему мама никогда мне этого не говорила? Почему я выросла на Сорайе и абсолютно не представляю, что мне делать с гаремом и зачем он мне вообще сдался? – возмутилась Орнелла.

Дядя потер глаза и признался:

– Я надеялся, что Дилара сама поговорит с тобой.

Племянница молчала, но смотрела строго и с вопросом.

Можно было кричать и возмущаться, но девушка давно усвоила – проще объяснить, что тебя не устраивает, спокойно.

– Да, твой праздник стал не только днем совершеннолетия. Таким образом дива Дейрен представила тебя как свою наследницу.

– Наследницу? – Орнелла сглотнула.

Вообще, папин бизнес должен был наследовать старший брат Рамден. Средний, Рикардо, увлекся высокими технологиями и работал по найму, но зарабатывал столько, что совершенно не беспокоился о завтрашнем дне. Младший – Райян – вообще с первого взгляда казался плейбоем и адреналинщиком, но на деле неплохо зарабатывал на рекламе оборудования и считался спецом по всевозможным карабинам, канатам и курткам с подогревом. Ора выбрала свой путь и не предполагала ничего… такого!

– Наследницу.

Дядя весомо помолчал, потом, не скрываясь, подошел к бару и плеснул себе в бокал чего-то крепкого.

– Понимаешь, по законам Лерая ты единственная наследница своей матери.

– А братья?

– Мужчины не наследуют собственность. Им могут оставить содержание или счет в банке, но все, что есть на Лерае, принадлежит женщинам.

Ора залпом допила свой чай и сунула чашку дяде:

– Налей и мне чего-нибудь. На трезвую голову мне все это кажется бредом!

– Понимаю, – слабо улыбнулся Рейс, – ты выросла на другой планете.

– И все же почему мама родила меня здесь, а братьев – на Сорайе?

– Мальчикам не стоило считаться гражданами Лерая, слишком много проблем, – дернул плечом дядя.

Ора продолжала сверлить его взглядом, и даже бокал с легким коктейлем не сделал ее добрее.

– Когда Дилара была тобой беременна, еще были живы ее сестры по матери. Наследниц хватало, и к тому же Диля была уверена, что тетки не обидят ни меня, ни ее детей. Твое рождение здесь стало, скажем так, подстраховкой. На всякий случай. Но с той поры прошло больше двадцати лет. Алрина и Тиана погибли, не оставив дочерей, так что больше некому принять «Сладости» из рук Дилары. Вариантов не осталось.

– Тетя Алрина… Я ее помню. Она ведь старше мамы?

– Да, Алрина была самой старшей, но женщины на Лерае живут дольше. Двести, иногда триста лет. И пусть врачи уверяли, что оторвался тромб… Я не верю, что это случайность. Особенно учитывая то, что случилось вчера.

– Дядя, ты меня запутал! – простонала Орнелла. – Я поняла. Я наследница. Вечеринка превратилась в шоу. Но при чем тут миньоны? Кто на меня напал?

– Я устроил традиционный отбор женихов, – усмехнулся Рейс. – Лучшие семьи Лерая представили своих кандидатов. Ты выбирала сама, будучи трезвой и вменяемой. Норбу ухватила под градусом, но этот красавчик сам согласился стать твоим, отвергнув интерес дивы Кейраты, так что все законно.

– А Снейп?

– Оборотни выбирают сами. Принуждать их бессмысленно. Зверь просто не даст забеременеть женщине, которая не сумеет родить нового оборотня.

– О, Боже! – Орнелла потрогала горячий висок. – Так кто мне все эти мужчины?

– Они числятся в твоем гареме, – терпеливо пояснил дядя. – Брак будет считаться заключенным после рождения ребенка.

– Ребенка? – у Оры началась тихая истерика. О детях она пока не думала совсем! У нее конкурс! Планы! Перспективы!

– С детьми можно не спешить, но на Лерае нет понятия «муж», есть понятия «отец сына», «отец дочери», остальные мужчины гарема называются миньонами. Они могут быть временными, принятыми в семью по контракту, или постоянными, если был подписан договор с матерью.

– У меня от всего этого голова кругом, – призналась Орнелла, – но я рада, что мне не надо с ними спать!

Дядюшка рассмеялся:

– Половина наших лучших работников числится в гареме твоей матери, – сказал он. – Они приняты в семью по моей рекомендации, и она их видела в лучшем случае два раза – при знакомстве и при подписании бумаг. Принятие в гарем не гарантирует ничего, кроме обеспечения жизни и здоровья. Но я очень надеюсь, что парни тебе понравятся. Я выбирал лучших из лучших!

Орнелла поморщилась, припоминая некоторых мужчин на подиуме. Если это – лучшие… Впрочем, она ведь выбирала на свой вкус, и вполне возможно, они с дядюшкой в этом не сходятся.

Между тем Рейс Тиррон немного успокоился и лукаво спросил:

– Хочешь взглянуть на их личные дела?

– Личные дела? Любопытно! – Ора выпила уже достаточно, чтобы почувствовать кураж.

Дядя открыл небольшой сейф и вынул оттуда пять папок.

– На Снейпа личное дело тоже есть. Правда, как на работника «Сладостей».

Орнелла отхлебнула еще глоточек коктейля и открыла первую папку…

Досье оказались на диво подробными.

Однажды Орнелла вместе с отцом побывала в гостях у его бабушки на отдаленной планете. Бодрая старушка была страшно рада правнучке и немедля вынула из шкафа огромный бумажный фотоальбом, весь исписанный подробностями жизни сына и внука. Было даже неловко читать, во сколько «Сашенька» пошел, заговорил или освоил горшок.

Разглядывая снимки «УЗИ» своих миньонов, Ора испытывала похожие чувства. Медицинское заключение о нормотипичной беременности. Описание родов, отпечатки рук и ног, первое видео… Это все казалось чрезмерным и в то же время любопытным. Оказывается, здоровяк Норбу родился совсем крошкой. А темноволосый Тайши – блондином. А синие волосы Джамьянга посинели только в подростковый период.

Кроме отчетов о здоровье, в каждой папке лежали отзывы и рекомендации педагогов, психологов и мастеров различных искусств. Мальчиков с детских лет прилично нагружали спортом, знаниями, творческими занятиями.

– Дядя, – осмелилась спросить Орнелла, – у вас всегда такое плотное расписание для мужчин?

– Только для лучших, – усмехнулся Рейс. – Если семья готова вкладываться в мальчика, уповая на его будущий брак, то да, учат его всерьез. Но, как в любом деле, хватает лентяев, бесталанных или имеющих физические недостатки. Мастер, выбирая ученика для индивидуальных занятий, получает глину и лепит из нее то, что считает нужным. Не всегда результат нравится заказчикам, но с мастерами не спорят.

Ора хмыкнула:

– Любой из моих миньонов превосходит меня по всем параметрам! Я даже не представляю, что такое «владение боевым веером» или «игра на пяти музыкальных инструментах».

– Не говори так, – покачал головой дядюшка, – ни один из них не сумеет родить ребенка. Ты сокровище нашей семьи!

Орнелла скептически покачала головой.

Она всегда пыталась здраво оценивать свои умения и навыки. Девушка знала, что «молодой мастер» – это в некотором роде аванс. Пусть ее работы стали известными в узких кругах, но до выхода на межпланетный уровень ей далеко. Вот когда ее изделия начнут узнавать по одной только фотографии, тогда можно будет сказать, что она достигла уровня «мастер».

– Я поняла, какое сокровище мне досталось, – сказала Ора, откладывая папки, – а теперь расскажи мне, кто на меня напал? Кто тот серый волк, что пытался вырвать мне горло?

Дядя Рейс снова отхлебнул свой напиток, потер лоб и устало сказал:

– Пока мои люди не обнаружили заказчика. Серого заставили напасть на женщину, отдавая долг жизни. Оборотни вообще не нападают на женщин и детей. Это противно их природе. Их можно заставить, что и проделал заказчик. Правда, этот серый не хотел на тебя нападать, потому и привлек внимание.

– Он погиб? – голос девушки невольно дрогнул. Она помнила странный, лихорадочный взгляд серого.

– Погиб. Не мог не отдать долг жизни, поэтому предпочел проиграть. Впрочем, со Снейпом он не мог всерьез состязаться. Он был старше и опытнее, а Снейп защищал тебя.

– А что сказала женщина, с которой этот серый пришел?

– Ничего, – развел руками дядя, – допрашивать диву мы не имели права, так что она только сказала, что «подобрала интересный экземпляр на улице и решила похвастаться перед подругами». Служба безопасности и полиция не могут ей ничего предъявить.

Орнелла склонила голову к плечу и попросила:

– Дай мне, пожалуйста, данные этой особы. Не хочу столкнуться с ней случайно.

– Все здесь, – дядюшка вручил Оре еще одну папку.

– А те, в черном, которых отстреливал Джамьянг, они кто? – продолжила задавать вопросы девушка, разглядывая фотографии очаровательной блондинки с глазами голодного крокодила.

– Наемники. Наняты анонимно, оплата внесена наличными, приказ убить тебя именно в зале вместе с фотографией лежал в пакете с деньгами.

– Вы нашли всех? – Орнелла поежилась, внезапно ощутив себя маленькой, уязвимой и хрупкой.

– Нет, увы, – покачал головой дядюшка, – еще были предприняты попытки диверсии на кухне.

Ора вскинула ресницы, бодрясь и поторапливая родственника:

– Дай угадаю – кто-то пытался испортить мой торт?

– Угадала. Торт – важный символ на Лерае. Его размер показывает богатство семьи. Состав торта – это личный вкус новой дивы. Как ты понимаешь, интерес вызывает несомненный. Считается, что кусок именинного торта приносит удачу, так что за действительно хороший торт платят неплохие деньги. Портили все – от муки до карамели. Мой кондитер пять раз начинал все сначала.

Орнелла неприлично присвистнула. Ликер помог девушке расслабиться, и она вспомнила, чему ее научили братья.

– Кроме того, мои люди нашли кольцо из мини-зарядов под твоим островом, петарды под креслом и некоторое количество разнообразных ядов в еде и напитках.

Ора сглотнула:

– Меня пытались отравить?

– Ора, мои повара и официанты головой отвечают за каждый кусок и глоток, который подают тебе, – успокоил ее дядя. – Миньоны тоже прошли специальную подготовку, ты можешь спокойно им доверить свою жизнь. Они знают, как много потеряют, если с тобой что-то случится.

– Потеряют? Подробнее? – девушка напряглась сильнее.

– Ни один из них еще не стал отцом, а значит, по закону их вернут семьям. Если же семья откажется принимать неудачников, не сохранивших свою диву, им дорога в социальное учреждение… Для таких красавцев это, скорее всего, будет бордель, замаскированный под спортцентр или СПА.

– Ого! – Орнелла потерла переносицу, пытаясь осознать масштаб ответственности.

– Я понимаю, что тебе сложно, мы с Диларой не предполагали, что придется объявить тебя наследницей. Но у нас нет выхода. Если бы мы не сделали этого… Враги твоей матери могли подать в суд за сокрытие наследницы. Могли оспорить право владения… В общем, много чего.

Ора только вздохнула:

– Больше всего меня беспокоит то, что я не знаю обычаев и традиций. На Сорайе я как рыба в воде, а тут… Напрягает.

– Я всегда готов прийти на помощь, да и парни не подведут. Не стесняйся, спрашивай.

Дядя опять взъерошил волосы, зевнул, и Орнелла поняла, что ей сейчас лучше уйти. Все равно Рейс Тиррон ничего не скажет. Только куда податься? В СПА? Подруги, наверное, уже закончили процедуры и разбрелись по номерам на обед. Да и ей пора перекусить. Только вот в номер ей совсем не хочется. Там эти невероятно красивые, высокие и сильные мужчины, от которых у нее сразу начнет сбиваться дыхание. Лучше почитает папки где-нибудь в зимнем саду или на крыше!

Вызванный дядюшкой официант с готовностью проводил диву на крышу.

Там красовались элегантные стеклянные пузыри, под которыми прятались столики. Для сохранение приватности некоторые купола были внутри увиты девичьим виноградом и какими-то ползучими цветами. Другие просто блестели, как зеркало, третьи смотрели на тусклое зимнее солнце коричневым стеклом светофильтров. В общем, норки-убежища тут были на любой вкус.

Орнелле предложили на выбор купол, затянутый изнутри зеленью, и зеркальный. Девушка выбрала «зеленый» и с радостью разместилась в своеобразной уютной беседке, вытянув ноги на велюровом диванчике.

Официант подал меню, и Ора лениво его пролистала. Чего ей хочется после вчерашних излишеств и стресса? Супчика! Помнится, отец, когда у него были неприятности, сам шел на кухню и варил огромную кастрюлю густого мясного супа на костях. Ел его и с новыми силами брался за дело. Но такого супа не хотелось. Вот ухи бы…

– Сливочный рыбный суп, – сделала выбор Орнелла, – к нему сырную доску, подсушенный хлеб и пасту из авокадо. Еще свежие огурчики и зелень!

Парень в черных штанах и черном фартуке ушел, а Орнелла с интересом принялась смотреть из своего зеленого гнезда на город.

Лерай отличался от Сорайи, и сильно. На планете, где Ора провела большую часть жизни, центром столицы был район небоскребов. Огромные бизнес-центры, торговые площадки, правительственные учреждения и социальные центры – все тянулось к этим огромным зданиям из стекла и бетона.

Жить в центре было дорого – очень дорого! Но все же самая дорогая недвижимость располагалась за городом. В таком тихом месте, окруженном лесом, стоял их загородный дом. В городе была квартира, в которой родители и старшие братья Орнеллы волей-неволей проводили рабочую неделю. А на выходные они все собирались в доме, который помнил их первые шаги, первые слова, первые линии на светлых стенах детских…

– Эх-х, – девушка уютно завернулась в плед и попросила заглянувшего к ней официанта подать горелку и сварить кофе. Пока красивый бармен в алой жилетке на голом торсе колдовал над туркой, Ора снова погрузилась в воспоминания.

После школы она с неохотой уезжала на учебу. Увы, лучший университет с отделением ювелирного дизайна располагался далеко от столицы – зато поближе к шахтам. И все равно на каникулы и праздники она рвалась домой – поближе к маме, папе и братьям.

В итоге родители выделили в поместье флигель под мастерскую, так что Ора с удовольствием проводила в родительском доме все свободное время.

Нет, конечно, после завершения обучения она поехала в столицу, сняла там крохотную студию в «человейнике», отыскала мастерскую в субаренду прямо в торговом центре и принялась за воплощение своих идей.

Но… скажем честно – ей не нужно было паять бесконечные порванные цепочки и браслеты, чтобы заработать на хлеб насущный. Не требовалось выкупать «на лом» сомнительного происхождения кольца, чтобы найти материал для своих украшений. Все это Орнелла делала только для того, чтобы приобрести нужный опыт. Изготовив два-три варианта своих украшений из недорогих материалов, она брала выходной, приезжала к родителям, творила в своей мастерской нечто изумительное и отдавала на конкурс.

Один конкурс, второй, пятый, десятый… Вскоре о ней заговорили. «Молодой талантливый мастер», «перспективная девочка», «а вы знаете, кто ее родители?». И вот последнее раздражало Орнеллу больше всего.

Да, ее родители известные люди. Да, она имеет возможность творить и не умрет с голоду, если очередной браслет или колье «застрянут» на выставке. Только это ведь не умаляет ее способностей и таланта!

Девушка скрывала все свои бурные мысли и вкладывала эмоции в новые творения. Ее пленяла эпоха Арт-деко, так что она пошла по этой стезе, используя новые доступные ювелиру средства выразительности.

Слоновую кость нельзя было достать даже на черном рынке. Вернее – можно. Но выставить изделие из нее на всеобщее обозрение – нельзя. Зато в лесах планеты Майлер росло дерево, которое местные жители использовали для строительства жилищ. Выбеленное солнцем и ветром, оно становилось прочным, и неспециалист не смог бы отличить настоящий слоновий бивень от бревнышка из куокора.

Ора использовала куокор вместо слоновой кости, сама изготавливала эмали, зарисовывала всевозможные растения, чтобы в их формах обрести вдохновение, и шаг за шагом продвигалась к своей мечте – участию в галактическом конкурсе ювелирного мастерства.

Она позволила себе недельную передышку, чтобы отметить свой маленький юбилей, а теперь не знала, как быть. Судя по всему, ей придется задержаться на Лерае – хотя бы для того, чтобы решить вопросы с внезапно возникшим гаремом. Да еще эти покушения…

Орнелла знала, что отец, мать и братья не пренебрегают охраной и контуром безопасности. Ее саму явно не охраняли, но ее комм имел обязательную тревожную кнопку, в тело сразу после рождения были вживлены «плавающие» чипы идентификации, а на всем багаже, украшениях и мелочах стояли ее инициалы, которые, по сути, тоже были метками.

Если бы Ора выросла в других условиях, ее, возможно, напрягала бы такая плотная «слежка», но девушка привыкла ко всему этому, как рыба привыкает к воде, в которой живет, и не замечала.

Бариста поставил перед нею чашечку кофе и птифур с шоколадным кремом:

– Суп будет подан через восемь минут, дива, желаете еще что-нибудь?

– Попросите принести из номера мой эскизник и стилус, – попросила девушка с улыбкой, делая глоток ароматного латте.

Бариста поклонился и вышел. Купол закрылся, но внезапно раздалось шипение, в глазах Орнеллы потемнело, и стол очень больно ударил ее по лбу…

Очнулась девушка под мерное попискивание каких-то медицинских приборов. Во рту было сухо, голова болела, под веки словно песка насыпали, а еще ныло горло, как будто она целиком проглотила сахарную карамель. Хотелось пить, а еще почему-то жалобно бурчал желудок. Ах да, она же не успела поесть!

– Дива? – над ней склонился Тайши. – Хотите пить?

– Да, – практически одними губами прошептала девушка.

К ее губам тотчас поднесли поильник, и восхитительно вкусная вода потекла в рот.

– Не торопитесь. Пить вам можно, сколько хотите.

– Что это было? – уточнила Орнелла, опустошив целый стакан жидкости.

– Покушение, – помрачнел миньон.

– Как? – одного вопроса хватило. Мужчина, к удивлению Оры, не стал ничего скрывать.

– Капсулы с ядовитым газом были заложены во всех куполах. Спрятаны в декоративных камнях. На самом деле газ почти безвредный, он просто на короткое время отключает сознание.

– Но? – девушка поняла, что все не так просто.

– Вторую часть яда добавили в вашу тарелку. Если бы вы успели съесть суп…

Ора помолчала и хмыкнула:

– Активатором было тепло или аромат кофе?

– Кофе, – слегка улыбнулся Тайши. – Традиционно дивы пьют кофе после обеда, вы нарушили все правила и выжили. Ущерба здоровью нет.

– А почему так болит горло? – с некоторым сомнением спросила Ора.

Вот тут миньон смутился:

– Ваша подруга, дива Лидана, настаивала на промывании желудка…

– О, Данка может. Спасибо, что все рассказал, Тайши. Скажи, мне уже можно есть?

– Да, дива, хотите куриный бульон?

Орнелла простонала, но делать было нечего – после варварской процедуры ей можно было только бульон с парой сухариков, овсянку-размазню и желе.

Тайши заботливо следил, чтобы ей было удобно, подавал салфетку, витаминный напиток, менял тарелки и заодно развлекал болтовней. Сообщил, например, что все миньоны дежурили возле дивы по очереди, и он счастлив, что Ора очнулась именно в его дежурство.

– А где дядя? – спросила девушка, пока чашку с бульоном меняли на тарелку с кашей.

– Господин Рейс занят делами. Он сказал, что заглянет к вам вечером.

– А мои подруги?

– Для них организовали поездку на водопады, – как прилежный ученик отчитался Тайши.

– Как долго мне тут лежать?

– Сейчас вы поедите, и я вызову врача. Он проверит показатели. Если все в порядке, вас отпустят. На водопады мы уже не успеем, но я могу устроить прогулку в парке, у нас здесь очень красивые оранжереи.

Орнелла задумалась. Хотелось на водопады. Она очень любила воду. Но оранжереи тоже неплохо. Только вот…

– Оранжерея – это тяжелый влажный воздух и закрытый стеклянный купол? Нет! Лучше парк!

– Как скажете, дива!

Под болтовню Ора быстро расправилась с едой, Тайши нажал кнопку вызова врача, и вскоре в палату вошел на удивление некрасивый мужчина. Вот даже страшненький! Девушка невольно принялась его рассматривать.

На фоне вереницы писаных красавцев он казался даже интересным этой своей некрасотой. Близко посаженные маленькие глаза неопределенного цвета. Явно сломанный когда-то нос. Большой бугристый лоб и при этом выразительный подбородок с ямочкой. А еще доктор был уже немолод – короткая стрижка блестела сединой, лоб и щеки прорезали морщины.

Однако работал доктор легко и быстро – проверил приборы, поводил пальцем перед лицом, бросил взгляд на пустые тарелки и заявил, что дива может идти.

– Пару дней не перегреваться и не переохлаждаться. Умеренное питание без острого-соленого-экзотического. Секс допустим, но без нагрузок. Поберегите себя, дива, чтобы мне не пришлось снова вас лечить.

– Благодарю, доктор… Бурнак, – Ора нашла на лацкане халата табличку с именем. – Постараюсь больше к вам не попадать!

Как только доктор ушел, Тайши помог девушке спуститься с высокой кровати и отвел в небольшой санузел.

– Простите, дива, у всех палат стандартные санузлы, – повинился он.

– Мне хватит, – отмахнулась Ора, – принеси мне чистую одежду и белье.

– Дива, одежду принесут… Вы позволите вам помочь с купанием?

– Нет! – вот тут девушка была тверда.

Слишком ошеломительно действовали на нее миньоны. Гормоны кипели даже после неприятного «приключения», а больничная палата наводила на неприличные мысли. Можно ведь надеть на Тайши медицинскую форму, а самой остаться в тоненькой больничной сорочке… У этих кроватей так удобно меняются высота и наклон…

В общем, Ора сбежала в душ и привела себя в порядок, насколько сумела. Одежду, кстати, принесли правильную – просторное платье-балахон из мягкого пестрого шелка. К нему простое хлопковое белье, шпильку для волос, сандалии и браслеты. Получилась этакая дива на отдыхе – то ли идет в СПА, то ли возвращается оттуда. И не догадаешься, что из больничной палаты.

Тайши мрачно подпирал стену рядом с дверью, но, увидев Ору, улыбнулся:

– Вы прекрасны как всегда, дива! Позволите сопроводить вас в номер?

– Лучше в парк! И попроси принести мой эскизник! – решила Орнелла.

Лежать в номере и страдать ей не хотелось совсем. Лучше уж любоваться цветами, дышать свежим воздухом и зарисовывать новые идеи!

Тайши поднял к безупречным губам браслет комма и неторопливо повел Ору к лифту. Зеркало в просторной кабинке предоставило девушке возможность полюбоваться своим спутником.

Сегодня черноволосый красавец был одет гораздо проще, но выглядел даже лучше. Темно-синяя рубашка, более темного цвета брюки, удлиненный жилет в узкую, почти незаметную полоску и шейный платок – элегантно, стильно, и его точно не перепутают с официантом из «Сладостей».

Орнелла уже заметила, что здесь ранг мужчины легко определяется по одежде – чем больше на тебе ткани, тем выше статус. Мальчики-торговцы носили лишь скудные набедренники, да иногда еще повязки на волосах. Им даже обувь не всегда полагалась. Официанты – туфли, брюки и передники. Торсы оставались обнаженными. Бариста, бармены, крупье, администраторы – в жилетах. И если под жилет надевалась хотя бы сетчатая рубашка или майка – это говорило о том, что мужчина тут в почете.

Тайши был прикрыт с головы до ног и тем выделялся. Пока они шли в парк, Ора поймала несколько пристальных взглядов на миньона, но, заметив ее, дамы вежливо отводили взгляд. Или не отводили, и тогда Орнелла мрачно взирала на нахалку, напоминая ей о том, что вот этот конкретный мужчина – занят! Кстати…

– Тайши, я совсем не знаю обычаев Лерая. Расскажи мне, как дать понять, что мужчина занят?

– Герб на одежде или на украшениях. Герб на плече – сын. На предплечье – слуга рода. На запястье – жених. Если герба два, значит – отец дочери.

– А кольцо? – уточнила Ора, припомнив дядюшкин любимый перстень.

– Кольца выдают тем, кого в род принимают родственницы – братьям, дядюшкам или овдовевшим отцам.

– Понятно, – девушка задумалась. – А у вас есть браслеты с моим гербом?

– Нет, – смутился Тайши, – их надевают после… приглашения в постель.

Орнелла хмыкнула. Так вот на что рассчитывал дядя! После коктейлей и диких танцев она вряд ли пригласила бы в свою постель всех четверых, но одного… или даже двух мужчин… Могло получиться!

– Но у этих браслетов тоже есть разница? – уточнила девушка, наметанным взглядом разглядев браслеты у пары мужчин постарше, работающих в парке.

– На браслетах есть значки, обозначающие первого мужа, второго, любимого или отца сыновей, – пояснил Тайши, – если диве интересно, я найду нужную литературу.

– Интересно и очень нужно. Дядя пока молчит, но я так понимаю, мне придется задержаться на Лерае.

– Дива, вы… планируете жить не здесь? – осторожно спросил Тайши.

Они как раз подошли к раскидистому дереву, под которым Джамьянг, Норбу и Шераб разложили плед, накидали подушек и теперь расставляли на подносе тарелочки и бокалы для маленького пикника.

– Вообще-то, я выросла на Сорайе, – сказала Ора, благодарно всем улыбаясь. – Там у меня мастерская, квартира и родительская семья. Мне кажется, это всем известно!

– Мы о вас почти ничего не знаем, – красиво потупился Джамьянг.

Девушка сделала удивленное лицо:

– Неужели ваши семьи ничего не узнали обо мне, прежде чем отправили вас на мой день рождения?

– Договор на отбор подписывали матери, – Норбу говорил спокойно, но чувствовалось в его тоне что-то такое… неуютное.

– А в поисковой сети Лерая о вас ничего нет, – добавил Шераб.

Орнелла покачала головой:

– Так я о вас тоже ничего не знаю. Вот и будет нам занятие – побольше узнать друг друга. А то вдруг я вам не подойду? Пока браслет не надет, вы же можете отказаться?

– Можем, – кивнул Тайши, – но не станем. Если мы вам не подойдем… оставьте нас у себя, дива. Мы… прокормим себя сами. Просто нам лучше числиться в вашем гареме, чем с позором вернуться домой.

– Я… поняла. Давайте перекусим, и вы мне немного расскажете о себе. Садитесь же!

Пока Ора проводила время на пикнике со своими женихами, ее дядя буквально рыл землю, разыскивая тех, кто покушался на его племянницу. Спровадив девушку в компании ее гарема на прогулку, Рейс Тиррон ушел в маленькую комнатку межпланетной связи, задраил дверь и набрал знакомый код.

Экран засветился, становясь окном в уютный рабочий кабинет. Красивая черноволосая женщина сидела за столом, просматривая какие-то бумаги, и не сразу заметила, что засветился экран. Когда же уловила мерцание, подняла голову и улыбнулась:

– Рейс! Как там наша малышка?

– Дилара… все не очень хорошо, – признался управляющий «Сладостями», нервно ероша длинные волосы, отчего его прическа быстро превратилась в стог сена.

– Так, братик, оставь свои волосы в покое и рассказывай!

Мужчина тотчас выпрямился, одним движением пригладил волосы и начал отвечать, как школьник на уроке:

– Сначала все шло хорошо, Ора веселилась, выбрала себе мужчин, собиралась разрезать торт, а вот дальше… все пошло не по плану!

Пока Рейс Тиррон докладывал, Дилара Квардера Дейрен-Тамплир сидела молча, постукивая карандашом по стопке бумаг. Когда единоутробный брат перечислил женихов дочери, женщина улыбнулась:

– У девочки хороший вкус! Отбила Норбу? Умница! Парень не только писаный красавец, но и звезда технического сектора. Полезное приобретение!

Услышав о привязке оборотня, Дилара кивнула одобрительно – такой мужчина может стать украшением гарема. Правда, ему придется родить ребенка, но волки любят сыновей, да и бойцы из них получаются превосходные.

А вот отравление, нападение и прочие «сюрпризы» мать не порадовали:

– Рейс, ты обещал полный контроль!

– Ди, я сделал ВСЕ! Орнелла жива и даже здорова. Сейчас она знакомится с гаремом. Я просто не понимаю, кто это был? Мы перебили исполнителей, но это все наемники, причем – инопланетные. Местных мне сдали бы сразу. Плюс ты сама знаешь уровень безопасности «Сладостей», однако больше половины нападавших удалось пробраться внутрь! Я подозреваю, что им помогают.

Женщина задумалась и кивнула:

– Я поняла, Рейс, кого ты имеешь в виду. Племянники?

– Именно! Алрины и Тианы нет, но их сыновья работают у меня. И… я думаю, они все еще надеются стать отцами наследниц.

Дилара вздохнула.

Да, в свое время мать не стала делить наследство – оставила все троим дочерям с условием распределять доходы поровну. Ленивых и дур среди сестер Дейрен не было. Они провели оценку собственности и разделили направления, внося в «общую копилку» определенную сумму на развитие и поддержку общей собственности.

Дилара создала «Сладости», а потом познакомилась на выездной конференции с Александром Тамплиром и полностью изменила свою жизнь. Стала женой бизнесмена патриархальной планеты. Изысканной куколкой в пастельных нарядах с ниткой жемчуга на шее. Дела вела через единоутробного брата и вполне успешно привлекала в экономику Лерая новых инвесторов, заодно поддерживая бизнес супруга.

Гарем оставался на ее родной планете.

Иногда она откликалась на просьбы подруг и брала в гарем мальчиков, которым хотелось учиться, не отвлекаясь на семейную жизнь. Потом они находили работу в разветвленной структуре «Сладостей» или уходили с рекомендациями в другой гарем. Некоторые улетали на патриархальные планеты и занимали должности в фирме Тамплира. В общем, все было взаимовыгодно и удобно.

Потом погибла одна из сестер, не оставив дочерей. Дилара и Тиана разделили гарем сестры, подхватили ее бизнес и, в общем-то, продолжили свою жизнь – рожали детей, участвовали в благотворительности, продвигали свои продукты на рынках услуг. Все шло по накатанной до внезапной смерти Тианы.

Дилара тогда напряглась и даже выслушала несколько неприятных слов от тех, кто считал, что младшей Дейрен мало денег, ведь у Алрины тоже не было дочерей – только сыновья! Гарем сестры Диларе пришлось взять под свою опеку.

Племянники, слегка избалованные матерями, получили от Рейса несколько болезненных тычков по самолюбию и отправились на службу в «Сладости». Нет, не постельными мальчиками – для этого им не хватало квалификации, да и учить было поздно. Рейс подобрал для них тихие должности без доступа к документам, паролям и счетам. Но постепенно парни поняли свои ошибки, начали учиться и активно участвовать в бизнесе семьи. Так что допуск их стал выше, а контроль – мягче.

Дилара понимала подозрения брата – племянники считали, что тетка не дает им расти. Однако в другие гаремы уходить не спешили – понимали, что там придется все начинать с нуля, и никто не будет их гладить по головке и отправлять поплакать в уютную квартирку с собственной прислугой.

Несколько лет назад у парней появилась новая идея – они решили, что смогут стать отцами наследницы. Дело почетное, но большая часть известных и состоятельных дам уже имела наследниц. Тогда племянники подкатили к тетушке – мол, у вас же есть наследница, почему бы не породниться через брак? Все сестры были только единоутробными, да и отцы у племянников были разными – родство получалось не такое уж близкое, а на Старой Земле, по слухам, двоюродные братья и сестры вполне себе вступали в брак и заводили детей!

Дилара тогда скрипнула зубами и приказала Рейсу устроить родственникам курс по генетике, сделав упор на близкородственные связи. Она не зря искала себе мужчину для рождения детей за пределами Лерая. За тысячелетия существования планеты ее обитатели так перемешались между собой, что только приток свежей крови в космическую эпоху спас планету от вымирания.

Лекция не помогла – Рейс докладывал сестре о том, что племянники не оставили надежд и пытались подкатывать с предложениями к другим наследницам. Но услышав о тетке, готовой дать приданое, дивы Лерая почему-то не торопились забирать молодых мужчин в свой гарем. Да, парни хорошо выглядели, умели себя выгодно подать, стильно одевались. Не экономили на аксессуарах и косметике. Вот только таких, как они, в «Сладостях» было полно. И обходились миньоны куда дешевле.

Мальчишки из небогатых кварталов вцеплялись в свой шанс зубами – развивались ежеминутно. Рвали мышцы на тренировках, учили языки, осваивали манеры и сложные техники в сексе. Младшие мужчины семьи Дейрен считали, что они сами по себе ценный приз, и потому не котировались. Однако одному из них – Орфею – все же удалось стать мужем наследницы семьи Риваз. Дама была слегка странная, и, как они сошлись, никто особенно не вникал. Однако Дилара знала, что Бекка Риваз беременна, и, скорее всего, дочерью – очень уж носятся с нею многочисленные родственники. А значит…

– Рейс, если нападение на Ору организовала семейка Риваз, я должна об этом знать, – сделала вывод Дилара. – Если Орфей или его братья этому способствовали, я должна знать. Пока ты работаешь над этим, я сверну все дела и прилечу. Тайно. Не нравится мне суета вокруг Оры. И… предупреди ее мужчин, что, если с ней что-нибудь случится – я их лично кастрирую!

Рейс содрогнулся и молча склонил голову.

Именно кастрация считалась на Лерае достаточным наказанием для мужчины, по вине которого пострадала женщина. В старые времена наказание проводилось публично и жестоко – с фонтаном крови и кусками плоти, выброшенными на помост. Теперь же доктор цивилизованно отсекал семенные канатики, и лишь в самом крайнем случае – по настоянию семьи пострадавшей – могли удалить семенники, и то под наркозом и в стерильной обстановке. Но Дилара пообещала все таким тоном, что даже брат содрогнулся и представил себе окровавленный помост!

Не подозревая о разговоре матери и дяди, Орнелла неплохо проводила время в саду. Мужчины не очень охотно, но все же рассказывали ей о себе.

Лучше всего получалось у Джамьянга. Музыкант рассказывал, словно пел песню или читал поэму. Прикрыв глаза, Ора могла представить себе излучину реки, на которой стоял родовой дом семьи Лосанг, и тянущиеся вокруг тутовые рощи. Оказывается, семья занималась шелком и всем, что с этим связано. Джамьянга учили не только музыке, пению, стрельбе из лука и прочим «девяти достоинствам мужчины». Он умел собирать и обрабатывать коконы, изготавливать шелковую ткань и шелковую бумагу, расписывать веера и плести пояса.

– Это красиво и сложно, – Орнелла задумалась и наконец сумела сформулировать комплимент, который был уместен на Лерае: – Твоя мать очень заботилась о тебе!

– Это так, – польщенно склонил голову Джамьянг, – обычно младшими сыновьями занимаются мало, торопятся пристроить в гарем подругам или родственницам, но матушка считала, что каждый ее сын достоин стать отцом дочери. Поэтому лично проверяла, как нас учат.

Норбу поделился байками из жизни студента-технаря. Ора долго хихикала и припомнила в ответ несколько баек из своих учебных будней.

Тайши рассказал о том, как нелегко красивому мужчине приходится в армии.

– Старшие офицеры – практически все младшие дивы хороших фамилий, а вот младшие офицеры – дамы из простых семей, желающих повысить свое благосостояние.

– Женщины служат в армии? – изумилась Ора. Она знала, что в армии Сорайи женщины служат медиками, секретарями, иногда поварами, завхозами или прачками, но офицерами?

– На Лерае дивы занимают все ответственные посты. Мужчин в армии не более десяти процентов, и то это технические работники, обслуживающий персонал или канцеляристы, – ответил Тайши. – Именно мужские подразделения встречаются редко, но мне повезло, я попал в мужской отряд быстрого реагирования. Для деликатных ситуаций с мужчинами.

Ора оторопела. Она слышала про спецподразделение для работы с женщинами – кажется, туда набирали психологов, социальных работников и некоторое количество крепких дам для улаживания конфликтов. А на Лерае все это делают для мужчин?

Тайши подтвердил ее предположение и заверил, что для женщин такие службы тоже существуют, но женщины редко к ним обращаются. Дивы выясняют отношения на дуэлях, а нервные переживания сбрасывают в тяжелой работе, на охоте или во время занятий спортом. Вот мужчинам сложно – они эмоциональные, трепетные натуры, поэтому всевозможные службы поддержки на Лерае существуют именно для них.

Орнелла так изумилась сообщением о дуэлях, что пропустила совсем короткий рассказ Шераба. Тот просто сказал, что занимался спортом и достиг в нем некоторых успехов, но потом получил травму и ушел в работу с детьми.

Ора задумалась, разговор угас, и вскоре по сигналу Тайши принесли десерт. Очаровательные креманки-шарики из разноцветного стекла, в которых «плавали» рыбки из фруктового мармелада в синем море голубичного мороженого. Многослойное фруктовое желе в хрустальных стаканчиках, наколотые на шпажки ягоды и кусочки фруктов в различных сочетаниях, и тут же напитки в узкогорлых кувшинах, и хризантемы из крохотного удлиненного печенья разных цветов.

Вот цветочками Орнелла и залюбовалась – она уже видела такую подачу, и ей очень захотелось отведать печенья. Но едва она протянула к угощению руку, как Норбу перехватил ее пальцы и отвлек, интимно целуя запястье. Тайши принюхался к десерту и растер один «лепесток» пальцами.

– Простите, дива, – слегка склонил он упрямую голову, – но это угощение испорчено.

– Испорчено? – Орнелла нахмурилась – блюдо выглядело свежим и очень красивым.

– Повар добавил для аромата настойку дикого миндаля, – безмятежно ответил брюнет, – забыв, должно быть, что ее нельзя сочетать с красителем из семян эверии.

Девушка прикусила губу, но спросила:

– И какие бывают последствия от такого неаккуратного сочетания?

– Паралич, – ответил мужчина, высыпая все красивые «цветы» на поднос и накрывая полотенцем.

Ора подозрительно посмотрела на другие десерты:

– И что, мне теперь следует питаться яйцами в скорлупе и целыми фруктами?

– Фрукт тоже можно отравить, – безмятежно подсказал Норбу, добираясь поцелуями до локтя. – Сделать укол в сочную мякоть или смазать ядом нож.

Девушка тоскливо вздохнула. Аппетит пропал.

Впрочем, заскучать ей не дали – Джамьянг взялся за музыкальный инструмент, похожий на гитару с длинным грифом, Шераб собственноручно почистил яблоко, а Тайши вылил сок из кувшина, промыл его в фонтане и принес воды, заверив, что вся вода в фонтанах питьевая.

– Гости «Сладостей» любят иногда купаться в фонтанах или устраивать в них праздники, – пояснил брюнет, – поэтому вода соответствует всем стандартам чистоты. Иначе нельзя.

Орнелла только головой покачала – в заведениях столь высокого класса она бывала только с родителями, но это были чопорные представительские отели или безумно дорогие арендованные виллы, которые снимали разово, для мероприятий. «Сладости» же имели много лиц, и все они были разными. Шумный ночной клуб и роскошный СПА, тихий парк, больше похожий на сад, и вечеринки в фонтанах. Уютная квартирка дяди и роскошные номера для гостей – и все это в одном месте!

Под музыку разговор увял, да и Ора устала, так что вскоре она задремала, уютно свернувшись на толстом покрывале и положив голову на колени Тайши. Потому и не видела, как мужчины переглядываются и переговариваются одними губами.

А поговорить им было о чем.

Женихов Орнеллы трудно было назвать юношами – все они по разным причинам задержались дома и по меркам Лерая считались перестарками.

Дивы из хороших семей предпочитали брать в гаремы юных мальчиков, которых можно было обучить всему необходимому, или уже сложившихся взрослых специалистов, которым уделяли внимание по расписанию.

Отбор женихов для наследницы семьи Дейрен дал парням хороший шанс попасть в сильный клан, да еще в «ближний круг» наследницы. Известно же, что девушки привязываются к первым любовникам сильнее, чем к прочим.

Однако подводные камни у этого отбора оказались очень велики.

Покушение прямо во время отбора – редкость. Матери оберегали своих сыновей и вовсе не были равнодушными самками, как их порой представляли вербовщики, вывозившие с планеты мальчишек.

А тут Тайши сам видел, как во время подготовки женихов к выходу на сцену люди Рейса скрутили пару красавцев и увели без особых слов. Значит, были подозрения. Фальшивые женихи не вернулись – значит, подозрения подтвердились.

Сама наследница оказалась абсолютно не готова к своей новой роли – не жила на планете, не знала обычаев, традиций и особенностей воспитания мужчин. С одной стороны, женихам было проще – можно было объяснить все девушке так, как выгодно им. С другой – Ора могла подставить себя и свой гарем от незнания реалий.

Оставалась последняя возможность отказаться от этой сделки – официально отречся от покровительства семьи Дейрен, и тогда… Ничего хорошего не ждет, но можно обратиться в организацию, которая помогает одиноким и брошенным мужчинам. Можно попытаться вернуться в свою семью с существенным понижением статуса. Можно пойти в «комнатные собачки» престарелой капризной дамы за еду и постель. В общем, варианты были, но все они предполагали не жизнь, а существование.

Норбу сразу заявил, что отказываться от покровительства семьи Дейрен не станет.

– Я уже сделал выбор, – отрезал блондин, с нежностью глядя на спящую Орнеллу. Во сне девушка казалась особенно трогательной и хрупкой.

– Дива выглядит хрупким цветком, но дух ее силен, – задумчиво сказал Тайши, с трудом удерживая свои пальцы, чтобы не погрузить их в блестящие черные локоны. Ора вынула шпильку, и ее длинные волосы укрыли ее до самых бедер. – Я хочу, чтобы мои дочери имели такие же красивые кудри.

Джамьянг аккуратно перебирал струны ситара, создавая легкий фон для беседы, и казалось, не участвовал в обсуждении ситуации, однако после слов Норбу он поднял голову и четко проартикулировал губами:

– Я остаюсь с госпожой. Она плохо знает наши обычаи, но относится к ним с уважением. Дива будет беречь нас, а мы ее. Сборщиков шелка у моей семьи достаточно.

– Я никуда не уйду, – Шераб высказался последним. – Вы знаете, почему я пропустил отборы. Те, кто знает о моем прошлом, никогда не возьмут меня в гарем, а здесь у меня есть шанс стать мужем.

На том обсуждение закрыли. Если их дива пожелает узнать их прошлое, ей наверняка доложат. А пока… каждый сам строит свои отношения с женой.

Молчание разбил белый волк – осторожно, чтобы не подогнулись ослабевшие лапы, он шел к Оре, а за ним на некотором расстоянии шла пара медбратьев, наблюдая за зверем. Подобравшись к ногам девушки, волк с видимым облегчением упал на покрывало и нагло уткнулся мордой в колени дивы. Она не проснулась, только запустила пальцы в белую шерсть и сладко вздохнула во сне.

Медбратья подошли ближе и, увидев выразительный жест Тайши, как можно тише и деликатнее подключили волка к переносной системе – видимо, повреждения оказались слишком значительными, так как оборотень не мог восстановиться быстро и все еще нуждался в лекарствах.

– Долго ему еще лечиться? – одними губами спросил Тайши.

– Доктор ломала ему кости и сделала несколько разрезов, – шепотом ответил медбрат, – сказала, что он повредил себе во время оборота. Так что еще сутки на восстановление и полный комплекс витаминов и минералов внутривенно. Если обернется, дива Латифа обещала оторвать волку, хм, все лишнее!

Тайши кивнул, дернул прикорнувшего волка за ухо и показал ему кулак:

– Только попробуй обернуться и напугать госпожу! Порежу на кусочки!

Волк блеснул глазами, уткнулся в ладонь девушки носом и снова уснул.

Ора поерзала во сне, подтянула волка выше, кутаясь в его шерсть, и Джамьянг тут же снял верхнюю одежду, чтобы прикрыть госпожу. Шераб так же тихо собрал посуду, а Норбу сложил в корзину остатки трапезы, вручил медбратьям и властным жестом указал на здание развлекательного центра. Женихи не желали лишних глаз рядом.

Вскоре все посторонние ушли, оставляя этот уголок парка пустым. Особая, редкая тишина накрыла раскидистое дерево словно купол. Все звуки большого города и шумного пригорода доносились словно из неведомой дали.

Мужчины молча любовались спящей Орнеллой, чувствуя, как их начинает объединять нечто невидимое, неосязаемое, но ощущаемое если не душой, так сердцем. Именно сейчас они из разрозненных капель мироздания становились новой ячейкой – семьей. И объединяла их эта хрупкая девушка, неведомо как успевшая зацепить каждого.

Когда капельница волка кончилась, все дружно решили возвращаться в здание – солнце садилось, поднялся холодный ветер.

Нести сокровище семьи доверили Норбу. Блондин был самым высоким и мощным из женихов. В случае необходимости мог бы убежать с госпожой на руках. Впереди шел Шераб. Он заранее изобразил самое зверское лицо, чтобы те, кто помнил о его репутации, убирались с дороги. Волк шел слева, Джамьянг – справа. Замыкал «коробочку» Тайши.

К удивлению женихов, они благополучно добрались до номера дивы, не обнаружили ничего опасного при проверке и даже умудрились уложить Орнеллу в постель, не потревожив – ее наряд вполне позволял это. Правда, одна прядь золотых волос Норбу оказалась крепко зажата в ее кулаке, а волк немедля взобрался на постель и улегся в ногах, так что оставшиеся трое переглянулись и легли рядом, окружив свое сокровище. Никто не желал уступать ни минуты, ни пяди, ни единой возможности стать ближе к наследнице семьи Дейрен.

Одного мужчины не учли – Ора не привыкла спать в «гнезде». Ей быстро стало жарко, и она принялась, не просыпаясь, расталкивать «женихов». Они спали крепко – перенервничали, но даже во сне сползались к центру огромной кровати, тянулись к тонкому аромату гиацинтов, мягкому женскому телу и уютному теплу.

В результате, не одолев «мамонтов» в постели, Орнелла проснулась. Тихонечко сходила в туалет, умылась, собрала волосы на шпильку, вышла в гостиную и обнаружила на столике свой новый эскизник и стилус. Что может быть лучше в два часа ночи?

Она увлеченно дорисовывала мужское колье-галстук с изумрудами, когда в гостиную выпали запаленные мужчины.

– Дива? – выдохнул быстрее других пришедший в себя Тайши. – Мы напугались.

Ора хлопнула ресницами и снова погрузилась в работу, небрежно махнув рукой:

– Идите спать, я еще посижу!

Женихи переглянулись – оставлять будущую жену в одиночестве нельзя, но и мешать ей явно чревато. Что делать? В итоге вперед скользнул Джамьянг. Он в своем синем одеянии выглядел как дух и умудрялся сливаться с воздухом. Едва слышно подошел ближе к Орнелле, придвинул к ее руке тяжелый хрустальный стакан воды с лимоном, чуть ближе положил пушистый плед, после чего сел на ковер, затейливо сложив ноги, и замер не то в полусне, не то в медитации, успев показать Тайши два пальца. Старший жених все понял – дежурство по два часа.

Мужчины вернулись в спальню и улеглись в кровать.

Только волк остался лежать в гостиной, перекрывая своим телом дверь в номер, но Ора этого не заметила – она творила! Стилус порхал по бумаге, придавая колье нужный цвет и блеск. Матовое строгое золото – с темной искрой алмазной насечки, и благородные изумруды. Всего три, но расположенные так, чтобы изобразить «бабочку». Может, не изумруды, а черные ираглионы? Нет, у Шераба зеленые глаза, и такое колье очень ему подойдет!

Закончив прорабатывать эскиз, Орнелла сладко потянулась и снова свернулась клубком на диване. Вот теперь можно спать! А завтра нужно снова поговорить с дядей – ей нужно вернуться в мастерскую!

Девушка так увлеклась мечтами и мыслями, что не заметила, что возле диванчика сидел уже не Джамьянг, а Норбу. Впрочем, Ора так устала, что заснула, едва закрыла глаза.

Утром Ора вскочила рано – самочувствие восстановилось, энергия бурлила, и ей хотелось как можно быстрее увидеть дядю, чтобы договориться о возвращении домой. Однако, вставая с диванчика, девушка чуть не запнулась о дремлющего Тайши! Удивилась, потом вспомнила все, что случилось ночью, и нахмурилась. Принесли в номер – хорошо! Зачем в постель забрались?

Этот вопрос она и задала Тайши. Миньон смутился:

– Дива, волк не мог спать отдельно, Норбу вы крепко держали за волосы, а мы… не могли уйти. У всех должны быть равные шансы завоевать вас!

Оре очень хотелось закатить глаза, но она сдержалась. Спросила только:

– А здесь почему сидишь?

– Охраняю. Мы дежурим, – признался брюнет, изображая на лице что-то такое, что Орнелла моментально ощутила неловкость. Ощутила и тут же затолкала в дальний угол.

«Три брата! – напомнила она себе. – Манипуляции у мужчин в крови, особенно у тех, что выросли в полной зависимости от женщин. Если я сейчас на это поведусь, миньоны будут крутить мною как захотят!»

Тайши стоял, опустив голову, но краем глаза ловил реакцию девушки на его заявление. Обычно дивам льстит то, что их берегут. Некоторые любят подчеркивать публично, что не нуждаются в заботе и охране, а вот в личных покоях млеют, когда миньоны проверяют комнаты или пробуют их пищу. Но их дива иная – стоит, зажмурив глаза и сжав кулаки, и что-то шепчет одними губами.

Орнелла действительно шептала сама себе: «Не ведись, не ведись!»

Потом разжала кулаки и сказала спокойным холодноватым тоном:

– Сейчас мне нужно в ванную, потом я буду одеваться, чтобы встретиться с дядей и решить несколько вопросов. Я привыкла жить одна. Вы мне здесь не нужны! Никто не нужен!

Тайши молча поклонился и, едва дива скрылась в ванной, отправился будить женихов. Воля дивы – закон. Да и неплохо бы им привести себя в порядок перед новым днем.

Орнелла позволила себе долгий душ. Ей хотелось подумать.

Взрослая устоявшаяся жизнь вдруг перевернулась с ног на голову. Наследница, покушения, мужчины… Суета, непривычная для ее устоявшегося расписания. Нет, она не была затворницей, но любила тишину родительского дома и сада, выбираясь в мегаполис по делам. Одно дело весело покутить в клубе, пусть и с продолжением. Другое дело – жить в развлекательном центре постоянно.

А между тем выходные подошли к концу – девочки сегодня улетают домой, и ей тоже пора на Сорайю. Только вот как быть с женихами? В общем, требовалось поговорить с дядей, чтобы понять, что делать и как поступить.

Рейс Тиррон принял племянницу сразу. Правда, пришла она к нему с белым волком, потому что одну ее миньоны не отпустили даже прогуляться по этажу. Спорить девушка не стала, но запомнила.

– Садись, птичка, – сегодня дядя выглядел лучше и даже вспомнил про любимый травяной чай племянницы. – Рассказывай.

– Дядя, праздник закончился, – осторожно сказала Ора, пробуя напиток, – мои подруги сегодня улетают домой. Я пришла к тебе, чтобы узнать, что мне надо сделать, чтобы мой… гарем остался на Лерае и мог самостоятельно существовать?

Дядюшка взъерошил волосы, стянутые в хвост, нервно пробежался по своему кабинету и заявил:

– Прости, Ора, но ты пока не можешь уехать!

– Что? – подпрыгнула племянница, чуть не наступив на лапу волку.

– Дело в том, что Дилара передала тебе контроль над всеми предприятиями семьи, расположенными на Лерае.

– Что-о-о-о? – Орнелла захлебнулась вопросом.

Еще во время учебы отец выделил ей содержание, чтобы дочь научилась сама управлять расходами. Ора научилась. Потом с каждым курсом содержание увеличивалось, а уже к пятому девушка сама начала зарабатывать на конкурсах и небольших частных заказах: мелочи вроде изготовления колец выпускников или замены дешевого жетона учащегося на серебряную копию с кантом из полудрагоценных камней. Шутки состоятельных людей иногда требовали от ювелира немалого мастерства и фантазии.

Однако Орнеллу никогда не подпускали к семейному бизнесу. Собственно, о существовании у матери гарема и предприятий на другой планете она узнала буквально два дня назад! Отец считал, что его любимой дочери довольно ее собственных дел, и так оно и было. Теперь же Ора чувствовала себя раздавленной и потому переспросила:

– Дядя, скажи еще раз. Что сделала мама?

– Передала тебе контроль над всем семейным бизнесом как наследнице семьи, – четко и раздельно повторил дядя.

– Что это значит для меня? – Орнелла еще держалась, но уже чувствовала острую потребность выплеснуть эмоции. Мама, значит, передала контроль… А у дочери спросила? Надо ли ей это?

– Тебе нужно подписать бумаги, принять дела, проехаться с инспекцией по всем предприятиям семьи, включая «Сладости» и филиалы. Еще, как нынешняя глава семьи Дейрен, ты должна устроить официальный прием и пригласить на него всех, кто подарил тебе подарки на совершеннолетие. На приеме будут сделаны предложения от крупных семей принять в гарем их сыновей. Нужно будет поблагодарить и пообещать рассмотреть…

– А если я сегодня улечу вместе с подругами? – спросила, прищурившись, Ора.

– Все твои мужчины пока «женихи», – вздохнул Рейс, – значит, ты не имеешь права покинуть планету, пока не обзаведешься хотя бы одним мужем. Тебя остановят в космопорту.

– Так мне надо переспать с одним из миньонов, чтобы улететь домой?

– Все еще сложнее, – снова взъерошил волосы дядюшка, – переспать мало, нужно убедиться, что ты не беременна или беременна мальчиком. Девочки должны рождаться на Лерае.

Орнелла застонала и уткнулась лицом в сложенные ладони. Волк встал, тихонько заскулил, сочувствуя ей, и лизнул пальцы, собирая соленые капли. Впервые за несколько лет Ора плакала от безысходности. Ей отчаянно хотелось домой, но… она не могла покинуть эту странную планету!

Впрочем, слезы вскоре высохли. Лучше всего Орнелле помогала работа, так что девушка решительно высморкалась в очередную салфетку, деликатно подсунутую дядюшкой, и заявила:

– Раз я здесь надолго, значит, жить в номере, пусть и в «люксе», мне неприлично! Что семья Дейрен может предложить наследнице?

Дядя одобрительно улыбнулся и развернул кресло так, чтобы Оре удобно было смотреть на большой настенный экран:

– Да, «Сладости» хороши как временная резиденция или приемная для особых посетителей. Наследнице хорошей семьи прилично жить в центре.

Тут на мониторе поплыла съемка уютных двух– и трехэтажных особняков, окруженных парками.

– Официальный дом семьи Дейрен, – сказал наконец Рейс, с некоторой ностальгией разглядывая белое здание, напоминающее своим видом бриллиант.

– Хм, а почему такая сложная форма? – удивилась Орнелла, разглядывая белые стены, сложно изогнутые крыши и элегантные портики.

– Дом считается одноэтажным, – объяснил дядюшка. – Это… престижно. Просторный невысокий дом требует много земли, а в центре она невероятно дорогая. Дива Тиана скупила три особняка, чтобы начать строительство.

– Значит, особняк не старинный? – с интересом уточнила Орнелла.

– Как сказать, – хмыкнул Рейс. – Внутри одного из крытых двориков стоит первый особняк семьи Дейрен. Он является исторической реликвией, безусловной ценностью семьи и охраняется государством, поскольку это один из трех домов, сохранившихся со времен императрицы Корваны.

Орнелла непочтительно присвистнула. Вообще-то, на Лерае давно уже правили главы семей. Совет глав собирался виртуально каждую неделю и в реальности каждые полгода-год. Устраивались публичные обсуждения по различным вопросам, заключались сделки, помолвки и прочее. Мама, помнится, каждую неделю устраивалась у монитора, чтобы принять участие в этом всем.

– Мне тоже придется? – в ужасе прошептала Ора.

– Пока нет, – успокоил дядюшка, – твоя мать со всем справляется. Но представительские функции – на тебе!

Было трудно удержать в себе непечатные выражения, но Орнелла справилась и вернула внимание экрану:

– Официальный дом. Он же не пустует? Кто там сейчас живет?

– Дом не пустует. Там сейчас живут мужчины из гарема Дилары. Не все, а те, кому удобно оттуда ездить на службу, или старики из гаремов твоих тетушек. Ди хотела перевезти их в загородное поместье, но им часто требуются визиты врачей, да и ментальное здоровье… В общем, ее отговорили.

– Значит, для меня и моего гарема места нет! – сделала вывод девушка.

– Есть! – возмутился дядя. – Покои наследницы пустуют. Твоя мать занимала их до получения наследства, но, по сути, там никто не жил!

– Пустые темные комнаты с запахом искусственных ароматизаторов? – поморщилась Ора. Ее мучением было довольно тонкое обоняние. В детские годы ей даже предрекали карьеру парфюмера, но ювелирное искусство победило. Зато осталась ненависть к искусственным ароматам и привычка оценивать место обитания по запаху. Дядя это прекрасно знал, поэтому сразу поднял руки, сдаваясь:

– Я предупредил персонал, там должны были навести порядок! А вообще, если хочешь, можешь там все переделать по своему вкусу!

Орнелла поморщилась:

– Дядя, мне некогда заниматься ремонтом! У меня конкурс на носу! Мне нужна мастерская! Плюс место, чтобы есть и спать, можно прямо в мастерской! Еще место для мужчин, раз уж я не могу их отправить к мамам!

Рейс поморщился. Его маленькая племянница выросла на другой планете, а говорит, точно как Дилара! До встречи со своим Тамплиром сестра вообще не стремилась использовать гарем «по назначению», набирая туда друзей детства, братьев и нужных для семьи специалистов.

– Посмотри хотя бы! – взмолился Рейс Тиррон, включая видеообзор комнат наследницы и ее гарема в тайной надежде на то, что Оре все же понравятся комнаты, отделанные когда-то для ее матери.

Девушка нехотя посмотрела ролик и покачала головой:

– Дядя, это огромный дом, полный незнакомых мне людей. Уверена, каждый из них будет пытаться со мной общаться. Кому-то даже покажется, что я им что-то должна. Нет. Мне нужна квартира в удобном месте – и только моя. Комната под мастерскую с разрешением на оборудование. Комнаты для мужчин. Одна общая, что-то вроде кухни-гостиной, и моя спальня. Все с хорошей охранной системой и условиями для выгула крупного пса поблизости!

– Крупного пса? Оборотни не животные! – буркнул дядя.

– Ты это скажи ему, – повела плечом Ора, указывая подбородком на волка. – К тому же уверена, ему нужно активно двигаться в обеих ипостасях!

– Тут ты права, – вздохнул родственник и потрепал Снейпа по макушке. – Что ж, смотри, в собственности семьи есть несколько квартир в крупнейших городах планеты. Однако первое время тебе все равно лучше быть в столице. Тут сосредоточена большая часть предприятий семьи. Точнее, их «витрины».

– «Витрины»?

– Магазины, офисы, точки распространения. Производства семьи располагаются в родовых землях, там, где это удобно либо выгодно. Их немного. Основной доход приносят «Сладости» и филиалы.

– Значит, столица, – повела плечом Ора.

– Три квартиры в трех элитных комплексах. Раньше они были «холостяцкими гнездышками» твоей матери и ее сестер. Пустуют. Иногда сдаются для представительских функций. Смотри!

Орнелла с интересом уставилась на экран.

Квартира Тианы выглядела очень технологичной – металл, белые поверхности, стильные кресла сложных форм. Жаль, она почти не знала тетушку, возможно, они бы подружились.

Алрина предпочитала другой стиль – темная старинная мебель, парчовая обивка стен… Эта тетушка словно выпала в техномир из эпохи императриц и, судя по ее ростовому портрету в гостиной, очень любила себя.

Третья квартира Ору поразила тем, что четко делилась пополам – деловая часть, состоящая из кабинета и гостиной в немного устаревшем стиле, полном стекла, серого велюра и ярких всплесков абстрактных картин, и уютная кухня-гостиная в сельском стиле, а рядом три спальни в том же стиле, полном солнца, дерева и натуральных тканей.

– Эта мамина? Жаль, нет места под мастерскую, – вздохнула Орнелла.

– Можешь занять кабинет, – пожал плечами дядя, – тут есть встроенная гардеробная, можем за счет нее расширить пространство с минимальными переделками.

– Мужчинам хватит двух спален на пятерых? – все еще сомневалась Орнелла.

– Если один будет спать с тобой – хватит, – хмыкнул Рейс.

Племянница посмотрела на него с укоризной и попросила еще раз показать квартиру тетки Тианы. Там спален было четыре, плюс гостиная, кухня и кабинет.

– Тогда я выбираю эту, – со вздохом решила Ора. – Кабинет переделать под мастерскую, мужчины пусть сами решают, как они будут размещаться. Мне вот эту спальню!

– Уверена? – Рейс скептически посмотрел на небольшую комнату в синих «мужских» тонах.

– Уверена, я люблю работать по ночам, а здесь самые плотные шторы, – отмахнулась Орнелла.

– Хорошо, отдам команду, чтобы там все проверили, загрузили продукты и прочее. Напиши список оборудования для мастерской и необходимые тебе материалы. К вечеру все найдем!

Орнелла написала список, передала его дяде и сказала:

– Отправь, пожалуйста, туда парней, пусть устраивают там для себя все сами. Я пойду попрощаюсь с девчонками.

– Ора, – нахмурился родич, – мне бы не хотелось оставлять тебя без охраны!

– Здесь полно твоей охраны, – возразила девушка, – к тому же Снейп останется со мной. А парням точно надо развеяться. Выдай им денег на обустройство, сколько там полагается, и пусть едут.

Рейс не посмел возражать, просто коротко поклонился. Орнелла вздохнула и положила ладонь на загривок волка:

– Ну что, пошли? Проводим мои разбитые надежды?

Приказ самостоятельно ехать обустраиваться на новом месте застал миньонов новой дивы семьи Дейрен врасплох. Впрочем, приказ передал Рейс Тиррон, он же вручил «женихам» карточки с ежемесячным содержанием и хмуро напомнил, что дива Орнелла выросла на другой планете и местных правил не знает.

– Накупите ерунды, сами будете мучиться. Клининг я туда отправил, с доставкой еды справитесь сами. Главное – проследите за мастерами, которые будут переделывать кабинет в мастерскую! Вот требования.

Вручив миньонам распечатки, Рейс Тиррон, ворча, удалился в свою берлогу – немного выпить, чтобы успокоить нервы. Вот уж Дилара в свое время потрясла деловой мир Лерая, теперь ее дочь начинает с ниспровержения основ. Мужчины обустраиваются сами! Невероятно!

Между тем сами миньоны недолго пребывали в растерянности. Прибыв на место, они обнаружили команду мужчин из службы клининга. Те бодро отмывали, очищали, пылесосили и хихикали, обнаруживая в углах упаковки от контрацептивов, а на матрасах подозрительные пятна.

Увидев это, Тайши посмурнел лицом, набрал Рейса Тиррона и некоторое время разговаривал с ним в кухне, а когда вышел, строго сказал остальным мужчинам:

– Неприлично привести диву в такое место. Кажется, управляющий совсем запустил квартиру или сдавал ее мимо кассы. Я поговорил со старшим мужчиной семьи. Он задержит диву Орнеллу в «Сладостях», чтобы мы успели привести дом в порядок. Приоритет – мастерская и спальня дивы.

Все тут же разошлись по комнатам.

Для Орнеллы единогласно выбрали прежнюю опочивальню госпожи Тианы. Увы, эта комната явно нравилась арендаторам больше других, поэтому в ней пришлось менять все и даже сделать легкий косметический ремонт.

Кабинет нуждался в серьезной переделке и полной замене практически всей мебели. В мастерской ювелира предполагается работа с горелками, кислотами, плавлением металлов, поэтому в помещении нужна была замена вентиляции, установка принудительной вытяжки, системы пожаротушения, смена всех покрытий на огнеупорные, ну и, конечно, устройство стоек для баллонов с горючими смесями, замена сейфа и двери.

Хорошо, что Рейс Тиррон не экономил на любимой племяннице! Посовещавшись, мужчины вызвали две бригады строителей-отделочников и поставили перед ними задачу.

Из спальни вынесли всю мебель, ободрали ковровое покрытие, проверили проводку, вентиляцию, окна, полы, двери, и после этого, обсудив стоимость срочных работ, бригада мужчин в возрасте до самой ночи приводила помещение в порядок.

Кабинетом занимались женщины. Там требовалось более серьезное вмешательство, да еще работа с высокоточным инструментом.

Первые же этапы подготовительных работ преподнесли сюрпризы – уже через час Тайши же докладывал родственнику дивы о найденных «жучках», высокотехнологичных камерах и прочем оборудовании. Рейс ругался и удивлялся – ведь, судя по «культурному слою», все «закладки» были сделаны в разное время! Некоторые еще при ремонте, устроенном дивой Тианой!

Кстати, специально вызванный из «Сладостей» специалист обнаружил такие «сюрпризы» и в других помещениях – включая ванную, кабинет и спальни мужчин. Теперь уже не оставалось сомнений – гибель сестер Дилары не случайна. Кто-то планомерно пытается извести женщин семьи Дейрен, только кто? Вредитель не представился.

Ночевать миньоны вернулись в «Сладости», и на входе их тщательно проверили специалисты по безопасности, а после встретил взволнованный Рейс:

– Орнелла ушла к себе не в самом лучшем состоянии. Идите к ней. Хотя бы проверьте, что жива и здорова! – потребовал дядя. – Я к ней не сунусь, она просила не беспокоить, а вы вроде не в курсе!

– Что-то случилось? – сразу озвучил общую мысль Тайши.

– Подруги улетели, девочке одиноко, – Рейс бросил на женихов многозначительный взгляд. – Это ваш шанс стать мужьями! Только не делайте глупостей!

Миньоны переглянулись и чуть не бегом направились к лифту.

Диву они нашли в полутемной гостиной. Горел лишь один тусклый светильник у самого входа.

Ора стояла с бокалом вина у панорамного окна и смотрела туда, где вспыхивали разноцветными искрами сигнальные огни шаттлов.

– Вернулись? – не оборачиваясь, спросила она, заметив их отражение в холодном стекле.

Миньоны молча поклонились.

Белый волк подсунул свою голову под руку дивы, и Ора легонько погладила его, словно отмечая свою единственную связь с реальностью.

От всей фигуры Орнеллы веяло горечью. Даже ее аромат ее духов полынью оседал на языках мужчин. О, теперь они осознали, отчего так волновался всемогущий Рейс Тиррон! Женщина в горе, в тоске, в унынии способна на многое!

– Не скажу, что рада вас видеть. Что-то срочное? Ваши комнаты отдали постояльцам, и вам негде ночевать?

Мужчины стояли молча, боясь, что их немедля отошлют, если дива узнает, что их комнаты свободны.

Чувствовалось, что Орнелла не хочет сейчас слышать слов. Ей больно, и эта боль рвется наружу чем-то отчаянным и острым – истерикой, загулом, криком… Вот только воспитание – строгое воспитание семьи Дейрен не позволяет отпустить тормоза. Поэтому Ора стояла, смотрела на мужчин и ждала ответа.

От ее взгляда им хотелось попятиться.

Однако уйти и оставить диву в таком состоянии миньонам не позволяли воспитание и опасение – что если их новая госпожа решит испытать на прочность панорамное стекло? Внизу три десятка этажей и очень твердое покрытие парковой аллеи. Найти бы предлог задержаться…

Младшие начали посматривать на Тайши, ведь ему, как старшему, полагалось вести разговор с дивой. Но брюнет слегка растерялся – ему не приходилось еще успокаивать женскую истерику не-родственницы.

К счастью, Ора сама пришла мужчине на помощь. Слегка нахмурилась и сказала:

– Дядя сообщил мне, что переезд в квартиру задерживается. Там все действительно так плохо? – девушка сделала большой глоток из бокала и продолжила смотреть в темное окно.

– Завтра ваша спальня и мастерская будут готовы. К вечеру, – осторожно ответил Тайши.

– Значит, сегодня можно выпить! – она повернулась к ведерку с бутылкой шампанского. Миньон услужливо перехватил обтянутое фольгой горлышко и наполнил опустевший бокал.

– Вы можете остаться здесь, если вам некуда идти! – махнула на миньонов рукой дива. – Только ведите себя тихо и не мешайте.

– Дива, – снова поклонился Тайши, принимая удар на себя, – разве вам не скучно пить в одиночку? Мы с радостью присоединимся к вашей вечеринке! Джамьянг может сыграть или спеть, Норбу отлично танцует. Я знаю много смешных историй, а Шераб умеет метать ножи с закрытыми глазами. Может быть, вы позволите нам остаться и… тоже немного выпить? Мы не успели отметить подписание контрактов…

Тайши рисковал. Но ему так хотелось стереть горечь из прекрасных глаз Орнеллы, что он пошел ва-банк, предлагая любые, даже самые дикие развлечения, только бы Ора разрешила им остаться.

– Выпить вместе? Это мысль, – дернула уголком рта девушка. – Никогда не видела, чтобы вы пили! Что предпочитаете? Бар там!

– На Лерае мужчинам не принято пить крепкое или в большом количестве, – Тайши открыл дверцу шкафчика и осмотрел бутылки и бокалы.

– Почему не принято? – удивилась Орнелла.

– Семенная жидкость… Она регулярно обновляется, но ведь мужчина не может точно знать, когда дива призовет его в постель и пожелает зачать от него, – немного беспечным тоном ответил Тайши. – Конечно, после пирушки можно, хм, сбросить балласт, но риски велики.

– Так вот почему бармен спросил, мужского или женского вина я хочу, – покивала сама себе Ора. – Пейте, что хотите, парни, сегодня мы просто провожаем мою счастливую холостяцкую жизнь! – девушка снова подняла бокал и опустошила его в несколько глотков.

Тайши спрятал укоризненный вздох и налил себе немного пряного ежевичного ликера. Норбу выбрал искристое «шелковое» вино с южных гор, Шераб – травяную настойку, а Джамьянг – вишневое вино севера. Орнелла налила себе еще шампанского и махнула рукой на диваны:

– Садитесь, где хотите. Сегодня никаких серьезных разговоров. Я пью и плачу. Вы можете делать что хотите, главное – не мешайте! – выпив очередной бокал, девушка потянулась за бутылкой и чуть не упала.

Ну да, она забыла пообедать, прощаясь с подругами, выпила только чашку кофе, а от ужина отказалась, желая провести время в одиночестве и с бутылкой вина. Она-то ладно, а ее мужчины? Они ведь целый день где-то были. Волка при ней кормили, а их?

– Вы ели? – спросила Орнелла, обводя миньонов взглядом.

– Не успели, дива, – ответил за всех Тайши.

– Закажите ужин из ресторана, – девушка кивнула на планшет, – и мяса для Снейпа. Ему рекомендовано еще несколько дней оставаться волком.

Мужчины занялись заказом, а Ора развернула кресло к темному стеклу и снова уставилась на огоньки космопорта. Тоскливо. Душа рвется на Сорайю, к маме, к папе, к братьям… Еще неделю назад она с радостью проводила время на Лерае, а теперь он казался ей тюрьмой! Даже мысли о конкурсе перестали радовать, а ее задумка потускнела. Может, вообще не стоит продолжать? Девушка отхлебнула еще вина и покачала головой – не пьянит, только голова тяжелая, да координация не очень. И все же ей хотелось напиться до беспамятства, чтобы принять ситуацию, заглушить тоску, погрузиться в темную-темную ночь, а потом встретить новое утро…

Тут отворились двери, Джамьянг и Шераб приняли столики с едой. Сняли колпаки с блюд. Вкусно запахло жареным мясом, выпечкой, свежими овощами. Ора невольно сглотнула и прижала руку к животу. Зазвенели приборы – мужчины накрывали на стол.

– Дива, присоединитесь к нам? – аккуратно поклонился Тайши, пряча взгляд.

Орнелла посмотрела на красиво накрытый стол и оценила соблазнительный натюрморт из ее любимых блюд. Джамьянг зажег много маленьких свечей, Шераб поставил на край стола тарелку, Норбу придвинул ближе блюдо с отличными стейками, а Тайши поставил на пол миску с мясом для Снейпа.

– Присоединюсь, – вздохнула девушка.

Ее кресло с почтительным бормотанием тут же развернули к столу, подали салфетку и налили в бокал что-то похожее на гранатовый сок. К мясу напиток подходил идеально, хотя Ора не могла понять, что это. Пока ела, хмель почему-то потихоньку выветрился. Мужчины разговаривали о погоде, природе и красоте цветущих садов. Такая беседа не напрягала, не заставляла чувствовать себя глупой или лишней, поэтому вскоре Орнелла расслабилась, а Джамьянг взялся за инструмент, который ему принесли вместе с ужином.

Под легкие переборы струн тоска начала отступать. Огоньки свечей завораживали, а мужчины в мягком полумраке рядом с живым огнем стали выглядеть немного иначе. На лице Шераба вдруг проступили следы страданий. Норбу, золотой мальчик, прятал страх. Тайши – безусловный лидер и красавец – показался очень юным и одиноким. А Джамьянг… Орнелла вдруг поняла, что певец и музыкант уже любил, но его любовь… есть ли она еще на этом свете?

Ей вдруг стало интересно – а что сейчас написано на ее лице?

– Дива, вы позволите развлечь вас танцем? – шепнул Норбу, протягивая руку.

Ора засомневалась, но миньон подал ей свернутую салфетку. О, этот танец был ей знаком! Его танцевали на маленьких, почти семейных вечеринках, и обязательно предлагали станцевать помолвленным. У танца было два варианта – глаза завязывали партнерше, и мужчина вел ее, кружил, показывая, что проведет женщину по жизни, не уронив. Или глаза завязывали мужчине – и тогда женщина указывала путь, жестами, движениями, словами прокладывая дорогу.

Норбу давал Орнелле выбор – доверять или принять доверие.

Девушка глубоко вздохнула. Можно отказаться. Можно уйти в спальню, закопаться в подушки, накрыться с головой одеялом и поплакать, а потом уснуть. Можно. Только… Все это будет историей совсем другой девушки. Что она скажет близким? Испугалась новой жизни? Ответственности? Гарема? Братья будут хихикать и подкалывать, отец нахмурится, а мама… обиднее всего будет, если мама устало вздохнет и махнет рукой – мол, ладно, дочь, приеду, прилечу, приплыву…

Мысли промелькнули чередой и заставили Ору выпрямиться. Она решительно взяла салфетку и… завязала глаза себе.

– Сегодня я не могу вести сама, но готова довериться вам, – сказала она.

Музыка тотчас изменилась. Тайши включил встроенную систему, и объемный звук накрыл комнату куполом, стирая другие звуки. Орнелла застыла на миг, чувствуя, что теряет ориентацию в пространстве – девушка даже покачнулась, но ей тут же подставили руку, потом приобняли за талию и неспешно повели, наклонами тела подсказывая, куда можно шагнуть.

Да, это Норбу. Его запах, его шелковистые волосы скользят и щекочут то шею, то щеки. Да и сам танец напоминает их «танец с тенью». Неизвестно, что поселило страх в его сердце, но благодаря вечной настороженности этот роскошный блондин чутко реагировал на каждый ее вздох! Это было приятно, легко и предсказуемо. Они танцевали в паре, но мужчина откликался на каждое ее движение, и пусть направлял он, шли они так, как хотела она.

Наверное, это было даже красиво, но вскоре Ора устала и захотела прервать танец. Для этого она резко повернулась в сторону и… Внезапно ее протянутую руку перехватили другие пальцы. Чуть грубее, плотнее, с мозолями от оружия. Руки Оры сами взлетели вверх – коснуться широких плеч, оценить длину волос. Шераб. Странно. Она думала, что ее рискнет перехватить Тайши – как старший. Однако брюнет уступил, и теперь Орнеллу вел шатен с изумрудными глазами.

Танцевал он хуже Норбу, зато схитрил – поставил ее ноги на свои стопы и медленно кружил по комнате, периодически наклоняя, приподнимая или разворачивая. Такая игра в живую куклу, но деликатная. Пожалуй, Орнелле понравилось. Можно было отдохнуть, повиснуть на мужчине, как обезьянка, положить голову на широкую грудь и слушать, как бьется сильное сердце.

Шераб просто шел, куда считал нужным, и нес ее на себе, как ценный груз. Ора внезапно вспомнила, как отец учил ее ходить, так же ставя крохотные ножки дочурки на свои огромные ступни. Пожалуй, Шераб и пах, как отец в то время – немного цитрусом, немного оружейной смазкой… Благодаря за воспоминания, Ора дотянулась и чмокнула «жениха» в щеку. Заслужил.

Однако это действие вызвало какое-то бурление в комнате, и ее перехватил Тайши. Вот уж кто был решительным и смелым. Сначала он двинулся вперед едва ли не с сокрушающей силой, но… Ора кое-что заметила там, за столом. Юность. Одиночество. Возможно, его напор неплохо скрывает все это от других миньонов, но для близкой женщины это не тайна. Одним движением девушка переместилась за спину мужчины. Прижалась. Обняла. Всем телом давая понять: «ты не один, я с тобой, ты мне нужен». Ох, кажется, перестаралась! Брюнет с короткой стрижкой замер, словно пораженный громом. Потом погладил ее руки на собственной талии, потянул на себя и… взял на руки. Не как ребенка – как любимую и оберегаемую женщину. Порошинку в глазу. Занозу в сердце. Ценнейшее сокровище!

Они танцевали некоторое время. Бесконечное и очень короткое. Потом Тайши сам поцеловал Ору в макушку и с легким вздохом поставил на ноги. По лодыжкам девушки скользнули шелковые полы. Джамьянг! Певец, музыкант, художник… Тонкий и звонкий, как струна или стрела.

Он в своем танце соблазнял. Дразнил прикосновениями – то ли шелка, то ли волос, то ли легчайшими поцелуями. Ему не нужна была «мамочка», не требовалась «дочь», даже сестер у него хватало, если судить по досье. И еще он умел любить. Знал, что это такое, и четко разделял сердечную боль и желания тела. Все это он высказал своим танцем, обещая Орнелле наслаждение и эксперименты в постели. А сердце… разве у того, кто пронизал его струнами, есть сердце?

Ора прислушалась к ощущениям. Хорошо, сладко тянет внизу живота, бабочки порхают по всему телу, радостно собираясь там, где ее ласкает не то рука, не то кисть шелкового пояса. Сердце не задевает, но… она ювелир и знает, как осторожно иногда приходится работать, например, с опалами. Хрупкие, нежные, безумно красивые. Кажется, что камни, носящие в себе частичку мира, не нуждаются в обрамлении – ими и так можно любоваться. Но оправа для этой хрупкой красоты еще и защита. Как любящие объятия для истерзанного сердца. Вот только нельзя сразу собирать кусочки в сетку из золотых или платиновых нитей. Сначала нужно рассмотреть их все. Полюбоваться. А после решить, как действовать…

Усмехнувшись своим мыслям, Орнелла прижалась щекой к щеке Джамьянга, а потом так же легко коснулась его губ своими. Их дернуло, словно искрой, и тут же между ними втиснулась лобастая голова волка.

– Ты тоже хочешь танцевать, Снейп? – пальцы Оры пробежали по белой шерсти. – Тебе нельзя обращаться, а я уже устала… А если так?

Девушка легла на спину волку, обнимая его за шею, и он осторожно-осторожно прошелся по комнате и даже попал в ритм музыки!

Орнеллу качало, словно на волнах, и вызванное Джамьянгом возбуждение почти затихло. Почти, но не совсем! Чтобы улечься на спину волку, девушке пришлось снять туфли. Шерсть приятно щекотала пальцы, но как только Снейп остановился, кто-то тут же прижался губами к розовой пятке Оры!

А потом ее сняли с волка и… Она не сразу поняла, что очутилась в тесном кругу мужчин. Они зажали ее своими телами – не агрессивно, не жестко, просто заключили в круг, обнимая и поддерживая.

Некоторое время они стояли так молча, давая Орнелле почувствовать безмолвную поддержку, а потом осторожно и нежно принялись целовать, ловя соленые дорожки, стекающие из-под завязанной на глазах салфетки.

Это было слегка безумно и походило на сон. Ора не хотела просыпаться – ей нравилось быть центром этого удивительного круга. Ее гладили, обнимали, легонько целовали – предельно невесомо и нежно. Именно так, как ей сейчас хотелось, как было нужно. И в голове билась одна-единственная мысль – эти мужчины ей сейчас нужны. А она нужна им. Здесь и сейчас.

Правда, когда платье поползло вниз, Орнеллу внезапно накрыло смущение, и она попыталась удержать ткань на месте. Джамьянг первым уловил этот момент и шепнул:

– Дива, горят лишь две свечи, и, если вы прикажете, мы закроем глаза. Но… позвольте нам видеть вас, чтобы доставить удовольствие!

Ора порадовалась тому, что салфетка все еще закрывает половину ее лица, и сдалась – развела руки в стороны, полностью доверяясь мужчинам.

Голос разума что-то вопил, топал ногами и призывал немедля сбросить оцепенение, настучать по мужским конечностям, бежать отсюда подальше – под защиту дяди, но усилием воли девушка заставила его замолчать. Она хочет сейчас изменить свой взгляд на ситуацию. Принять ее. Стать частью новой реальности. А значит… нужно сделать шаг вперед.

Не ждать трусливо в своей спальне, пока миньоны выберут смельчака и отправят к ней парламентером. Не прятаться за авторитет матери или дяди – идти вперед. Таять, как масло, в руках мужчин. Ловить нежные поцелуи и целовать в ответ.

Повязка на глазах – дань ее скромности и патриархальному воспитанию – пусть станет той изюминкой, которую она себе позволит. В остальном – никакой слабости. Понравился поцелуй – прогнись и покажи, что понравился. Поймай губы того, кто целовал, и поцелуй в ответ! Прижмись всем телом к тому, чьи мускулы или аромат тебя восхитили – пусть чувствует, как увлажнилась твоя кожа, пусть слышит, как бьется сердце!

После того, как, невесомо щекоча кожу, как-то незаметно уползло платье, Ора не думала долго оставаться на ногах, но мужчинам, кажется, понравилась ее открытость. Кто-то особенно широкоплечий – Шераб? – прислонился к стене, а к нему – горячему и рельефному – прислонили Орнеллу. И мужчины получили простор для воображения и действий.

Джамьянг – это точно он! – моментально упал на колени, чтобы поцеловать аккуратный холмик, по моде Сорайи покрытый короткими черными завитками. Ему не мешали, девушка расслышала, как Тайши едва слышным шепотом предупреждает других миньонов о сенсорной перегрузке – и, кажется, не только словами, потому что младшему никто не мешал. Только Шераб позволял себе обнимать Ору и дышать ей в макушку. Да еще его крепкий член упирался девушке в поясницу.

Музыкант настраивал диву, как инструмент – отыскивал чувствительные точки, гладил, целовал, шептал:

– Я слушаю ваше дыхание как музыку, госпожа!

Орнелла прислушивалась и извивалась, отвечая на искусные ласки. Джамьянг и впрямь был хорош – не спешил, не давил, не пытался укусить или сразу залезть лицом в самую середину. Легонько целовал, играл языком, поглаживал пальцами и сумел распалить Ору до сладкого стона.

А после – исчез. Вместо него Орнеллу обнял Тайши.

Старший жених увлеченно целовал шею и плечи, ласкал языком чувствительную кожу, а его руки бродили по телу Оры, разжигая тот огонь, который запалил Джамьянг.

– Тай, – девушка вцепилась в крепкие руки, изогнулась и просительно потерлась животом о крепкий стояк мужчины, – не тяни! Хочу!

Отвечать черноволосый красавец не стал, приподнял одну ногу Оры, положил ее себе на талию, потом вторую. Убедился, что дива крепко держится и Шераб прижимает ее к себе надежно, а потом под тихое «Ах!» – медленно, буквально по миллиметру начал входить в узкий проход.

Орнелла не торопилась. Наслаждалась этой медлительностью и плавным скольжением. Хотелось, ох, как хотелось сорваться и насадиться на такую крепкую, горячую плоть, но зачем же портить себе удовольствие? Вот сейчас она оценит старшего жениха «на ощупь», приноровится к его осторожным толчкам и чуть сильнее согнет ноги, чтобы потереться самой чувствительной точкой и получить свое удовольствие… Не успела! Рука Шераба вдруг переместилась на ее венерин холм, бережно раздвинула кудряшки и нашла ту самую точку! Накрыла, погладила, придавила, и Орнелла сама подалась вперед, прижимаясь к этим горячим пальцам – ей хотелось вот сейчас-сейчас!

Оргазм рухнул как лавина! Орнелла задрожала, застонала, выгнулась в руках мужчин и, трепеща, прижалась к Тайши, ловя отголоски того удовольствия, что еще секунду назад сотрясало ее тело. Старший жених переждал ее взрыв, а потом в несколько толчков догнал, шепча слова восторга и благодарности. По спине стекло что-то горячее – кажется, Шераб тоже не остался равнодушным к первому единению дивы и миньона.

Пока получившие удовольствие мужчины немного заторможенно выпрямлялись, Норбу выдернул Орнеллу, как цветок из вазы, обтер влажной тканью и уложил на диван:

– Госпожа позволит? – шепотом спросил он.

Оре захотелось стянуть повязку и заглянуть в глаза золотого блондина, но ее остановило ощущение, что это изменит многое. Поэтому девушка удержалась и, чуть раздвинув ноги, прошептала:

– Удиви меня, мой золотой красавец!

Удивил! Норбу лег рядом, обнял Орнеллу со спины так, что девушка ощутила себя в уютном коконе и даже захотела спать, вот только как заснуть, если ее целуют, ласкают и даже слегка прикусывают?

А тут еще волк – облизывает шершавым языком пальцы ног и потихоньку подбирается к коленям!

И все же двигаться не хотелось. Разве что закинуть назад руку, чтобы поймать золотую прядь и провести ею по губам – лаская их. Кажется, это стало последней каплей – Норбу вздохнул, поднял ногу Оры, согнул, закинул узкую лодыжку себе на бедро и приставил головку к горячей скользкой дырочке.

Второе проникновение было и легче, и сложнее одновременно. Сжавшиеся после ослепительного оргазма внутренние мышцы уступали неохотно, зато чувствительность налившихся кровью нижних губок стала выше, и Орнелла чутко реагировала на каждое касание.

Волк успел добраться выше, и его язык очень осмысленно играл с раскрытым «цветком», добавляя тягучей сладости к ее ощущениям.

Когда же Норбу с хриплым стоном кончил, Ора разочарованно вздохнула – ей нужно было еще чуть-чуть. Непривычная поза отодвинула удовольствие. Девушка перевернулась на живот, собираясь встать, но ее плечи тут же перехватил кто-то другой. Стянул ниже – на пол? – и на протяжном, сладостном выдохе усадил девушку на себя.

– О-о-о! – не удержалась она, упираясь ладонями в сухощавые плечи.

Член, который растянул ее, был гораздо толще, чем у Норбу, и желание вновь плеснуло горячей волной в живот. Некоторое время Ора просто сидела, легонько покачиваясь, ожидая, пока кольцо мышц приспособится к новому размеру, потом сладко потянулась, прижимаясь лобком к лобку, и, виляя попой, куснула лежащего под ней мужчину за сосок и задвигалась в удобном для себя ритме.

Как же это хорошо – быть сверху! Можно напрячь живот, усиливая собственные ощущения, можно стиснуть партнера мышцами, как кулаком, и слушать его сладкие стоны, а можно сжать сфинктер и получить целую россыпь сладостных мурашек… Ой! Кто-то решил помочь ей – по темной расселине скользнули длинные тонкие пальцы музыканта! Да не просто так скользнули – с них буквально капала смазка!

– Нет-нет! – хотелось крикнуть Оре. – Я пока не готова к таким сложным экспериментам!

Ее поняли и без слов – успокаивающе погладили, чмокнули в ямочки на пояснице, погладили еще и крепко сжали талию. В ответ лежащий под ней мужчина вдруг резко вскинул бедра, буквально подбрасывая «наездницу», сжал ее соски, слегка выкручивая, и это стало последней каплей красивого и долгого оргазма.

Пережив последние сладкие судороги, девушка сползла на мужчину, обняла и шепнула на ухо:

– Оборачивайся, тебе пока нельзя!

– Уже можно, дива, – ответил хриплый голос, – соитие с парой исцеляет.

Орнелла только вздохнула и покрепче прижалась к мужчине. Костлявый, конечно, лежать неудобно, но теплый. А она почему-то очень устала, и глаза закрываются сами собой…

Проснулась Орнелла в кровати. Рядом кто-то едва слышно дышал.

Стоило девушке пошевелиться, как этот кто-то тут же настороженно вскинулся. Ора открыла глаза и посмотрела на худощавого парня со снежно-белыми волосами:

– Снейп, доброе утро, – девушка безмятежно улыбнулась и потянулась под легким одеялом, с радостью ощущая свое тело. Что ни говори, хороший секс прочищает мозги! По крайней мере – женщине!

Оборотень смотрел на нее желтыми глазами и молчал. Однако его взор буквально кипел эмоциями.

– Где все? – Ора села, убедившись, что одеяло прикрывает грудь, и посмотрела на волка в ответ так же открыто. Она не собиралась стесняться. Вот сейчас – точно нет.

Когда она плакала после расставания с нечистым на руку аспирантом, мама оплатила ей первую поездку в СПА с дополнительными услугами и заодно объяснила, что всех «мальчиков на одну ночь» следует выпроваживать из спальни желательно сразу после завершения процесса. Утро нужно встречать либо в одиночестве, либо в компании того, кто тебе безусловно приятен – даже с нечищенными зубами и растрепанными волосами. И перед кем ты сама можешь появиться в таком виде.

Почему-то рядом со Снейпом девушка была уверена в своей привлекательности и желанности. Может, потому что его мягкие домашние штаны выразительно топорщились, а он смотрел на нее голодно и открыто?

– Другие, – оборотень нехотя махнул рукой, – уехали на стройку. Сказали, готовят сюрприз. Меня оставили охранять. Завтрак сейчас пришлют!

Тут волк нажал несколько кнопок на браслете комма, вероятно, отправляя заказ на кухню «Сладостей». Орнелла улыбнулась и, обнаружив на стуле рядом с кроватью пеньюар, потянулась за ним, не придерживая одеяло. Тяжелая ткань упала, обнажая грудь, украшенную кое-где следами от слишком крепких поцелуев. Снейп сглотнул, но остался на месте, крепко вцепившись когтями в простыни. Девушка ушла в ванную, улыбаясь. Приятно знать, что тебя желают, даже если получили желаемое буквально несколько часов назад.

После купания Ора вышла в гостиную. Тут царил безупречный порядок, на столе красовались подносы с завтраком, а на полу возле стола, свернув ноги в крендель, сидел мужчина.

– Ты можешь принять душ тут, – поняла его колебания девушка, – одежду и завтрак тебе принесут. Заказать мясо? Или лучше обычную еду?

– Спасибо! Хватит обычной. Дверь не открывать, в случае опасности – кричать!

Ора кивнула, и Снейп тенью проскользнул в спальню, оставив открытыми все двери – даже в купальню.

Вернулся через несколько минут – чистый, с влажными волосами и с полотенцем на бедрах. Орнелла облизнула мужчину взглядом и спросила:

– Ты очень похудел, это из-за ран?

– Да, – Снейп отвечал коротко, как будто не привык говорить много.

– Что нужно, чтобы восстановить форму?

– Мясо и движение, – пожал плечами волк.

– Угощайся, я не рискнула заказывать больше, но тут принесли на пятерых, – девушка махнула рукой в сторону подносов.

Снейп, не церемонясь, сел к столу. Они дружно ели, потом за Орой пришел дядя и позвал племянницу заниматься делами. Оборотень сменил ипостась и всюду следовал за своей парой, не позволяя никому приближаться.

Бумаг было море – принять все дела в один день не представлялось возможным. Орнелла читала каждый документ, вникала в подробности, приглашала для консультаций юристов – и часам к пяти чувствовала себя выжатой как лимон.

– Всё, дядя! – подняла она руки. – На сегодня – хватит! Голова почти отключилась!

Рейс Тиррон не стал спорить. Он отвел на передачу дел два месяца, но племянница так споро и четко взялась за дела, что он не сомневался – уложатся в месяц. И делу точно будет польза.

Ора уже заметила кое-какие несостыковки в формулировках и цифрах, видимо, сказывалась дружба с юристом. А еще посоветовала родственнику добавить в контракт обязательный медицинский осмотр не только «сладких мальчиков», но и всех работников «Сладостей». Заболевший повар может натворить дел больше, чем танцовщик.

– Пойдем перекусим, – потянулся Рейс, – скоро твои женихи вернутся. Уже решила, как распределишь браслеты?

– Браслеты? Подробнее! – потребовала Орнелла.

– У тебя сейчас пять мужчин. Снейп, безусловно, супруг, но не старший, потому что рожденные от него дети будут оборотнями, и, насколько я знаю, их лучше рожать на их родной планете.

Ора потрепала волка по голове, и тот ткнулся ей носом в ладонь, подтверждая слова дяди.

– Снейпу браслет лучше в виде кулона сделать. Повесомее бляху на толстой цепи, чтобы не рвалась, когда он ипостась будет менять.

Девушка кивнула, запоминая.

– Браслет старшего супруга обычно пошире, помассивнее, – Рейс Тиррон залез в шкаф-сейф и вынул коробку с пятью браслетами – явно стандартными. Ора поморщилась, разглядывая незатейливую штамповку. Один браслет действительно был пошире, остальные одинаковые.

– Они одинаковые? – спросила девушка, изучая украшения.

– Пока да, – пожал плечами дядя. – Индивидуальные браслеты заказывают для любимых мужей, отцов дочерей или для родственников.

– Дядя, – Орнелла взяла коробку, – надеюсь, моя мастерская уже готова? Если нет, нельзя ли арендовать у кого-нибудь на пару дней? Вместе с материалами?

– Сейчас узнаю, – Рейс взялся за комм, – но что ты хочешь делать?

– Не могу же я, ювелир, надеть своим мужчинам это…

Девушка брезгливо ткнула пальцем в коробку.

– Парни говорят, им нужно еще несколько часов, – сказал дядюшка, прочитав сообщения, – зато потом они ждут тебя в квартире. Может, пока поужинаем? А потом можешь заглянуть в СПА, Снейп за тобой присмотрит.

Орнелла повела затекшей шеей и решила:

– Ужин, бассейн и массаж! Потом квартира.

На том и договорились.

Ужинали без разговоров – и дядя, и племянница проголодались.

В бассейне Орнелла просто плавала, разминая стянутые долгим сидением мышцы. Снейп молча плыл рядом и чуть сзади, чтобы хорошо видеть девушку и других посетителей бассейна. Взгляд его ощущался тяжестью в затылке, но неприятных чувств не вызывал. Напротив, щеки Оры слегка румянились от воспоминаний о прошедшей ночи. Пусть сам волк изрядно отощал, но на фоне его сухощавой фигуры член смотрелся еще выразительнее, а уж когда его головка в ней надулась, как спелая слива, и задела нужную точку… Такого сладкого оргазма у нее давно не получалось!

Плывущая по соседней дорожке женщина понимающе улыбнулась и сказала:

– Если женщина так улыбается днем, значит, мужчина старался ночью, рада за вас, дива!

Орнелла смущенно улыбнулась и поплыла дальше. Посетительницу она не знала, но была практически уверена, что эта холеная дама была на праздновании ее юбилея.

Рейс Тиррон предлагал закрыть бассейн для посетителей, пока там Ора, но племянница воспротивилась:

– Дядя, я так совсем одичаю! Мне нужно видеть людей – хоть иногда!

Родственник поморщился, но признал ее правоту:

– Собственно, будет неплохо, если тебя увидят посетители. После покушения было много разных слухов.

– Вот и славно! – Орнелла любила воду и плавала с удовольствием. Потом отдалась умелым рукам массажиста, предупредив: – Мне сегодня еще работать, так что легкий разминающий массаж – и только. Остальное позже!

Слепой массажист размял пальцы и за полчаса «замесил» девушку от макушки до пяток. Довольная Орнелла похвалила профессионализм парня и, переодевшись в стильный брючный костюм, в компании волка отправилась смотреть свое новое жилье.

Местоположение ей понравилось.

Жилой комплекс недалеко от центра города с видом на красивый зеленый парк. Этаж не слишком высокий, широкие светлые коридоры, прочная дверь. За дверью Ору встретили ее миньоны. Выглядели они потрясающе – в простых домашних брюках и футболках с длинными рукавами. Различались костюмы только цветом и принтами, но фасон был один, и девушка заподозрила, что это что-то вроде гаремной униформы.

Все дружно поклонились, а Тайши сказал:

– Дива, позвольте показать вам ваш дом!

Орнелла только кивнула. В просторной прихожей пахло штукатуркой, быстросохнущей краской, деревом и клеем, но пол сиял безупречной чистотой, и вообще никаких следов ремонта не наблюдалось.

Из квадратной прихожей во все стороны разбегались двери. Слева, как выяснилось, располагалась гардеробная для верхней одежды и обуви. Удобная квадратная комната с вешалками, ящиками и подставками. Судя по всему, тут же в отдельном шкафчике хранились средства для уборки.

Дальше – кухня. В этом помещении витали аппетитные запахи, и пусть Ора плотно пообедала с дядей, она все же принюхалась:

– Пахнет вкусно! Заказали?

Парни помялись, но потом все же признались:

– Мы все умеем готовить, дива, решили пока дежурить на кухне по очереди.

Девушка пристально взглянула на Тайши и поняла. Безопасность.

– Люблю домашнюю кухню, – сказала она тоном заговорщика, – но сама готовить практически не умею. Так, что-то быстрое вроде каши в коробке или омлета. Надо будет дежурному написать список, что я не люблю и что мне нельзя.

– У вас есть аллергии, дива? – сразу насторожился Норбу. Похоже, сегодня именно он готовил ужин.

– Нет, аллергий нет, есть рекомендации по питанию и то, что я есть могу только от голода, – ответила девушка. – Но тут пахнет так вкусно, что после осмотра я, пожалуй, попробую все, что приготовлено.

Мужчины расслабились и повели Орнеллу дальше.

Гостиная оказалась просторной полупустой комнатой с панорамным окном. Окно Оре понравилось, а отсутствие мебели удивило.

– На видео тут было куда больше всего, – сказала девушка, осматриваясь. Светильники, система воспроизведения с огромным монитором и пара роскошных диванов – вот и все. Ни барной стойки, ни стеллажа с алкоголем, ни стеклянных шкафчиков с безделушками…

– Дива, тут пришлось многое убрать, – немного смущенно сказал Тайши. – Вы можете посмотреть каталоги, выбрать то, что хотите тут видеть, и мы закажем. Диваны вот заказали и систему. Больше не успели.

Ора хмыкнула и улыбнулась. Ее братья тоже заказали бы самое важное для них – большой экран, чтобы смотреть спорт, и диваны, чтобы смотреть спорт с удобством. Еще бы столик добавили – и только.

– Столик забыли для чипсов и напитков, – хмыкнула девушка, – завтра сами закажете. Я гостей приглашать не собираюсь.

После гостиной через прихожую вошли в коридорчик, в который тоже выходили двери. Ближайшая к выходу оказалась входом в санузел. Следующая вела в узкую, как пенал, спальню, в которой помещались только кровать, шкаф и письменный стол.

– Эту комнату мы оставили для волка, – сказал Тайши, – у него самый чуткий сон, и дверь ближайшая к выходу.

Белый зверь тут же все обнюхал, фыркнул и сел, постучав хвостом, показывая, что согласен.

Дальше располагались комната побольше – для Джамьянга и Шераба, и еще одна такая же – для Тайши и Норбу.

Следующая дверь вела в просторную комнату с огромной кроватью, туалетным столиком и отдельным санузлом. Ора сразу поняла, что это ее спальня, но осмотрела комнату мельком – видно, что все новое и свежее, остальное потом.

Больше всего Орнеллу притягивал кабинет прежней хозяйки, превращенный теперь в ее мастерскую. Она и тяжелую сейфовую дверь открывала осторожно – с предвкушением.

Женихи, или теперь уже мужья, расстарались. Пол был гладким и словно каменным. Когда успели? Ора точно видела в кабинете ковер на паркете. Присев, девушка, не стесняясь, коснулась пола и довольно улыбнулась – жидкий гранит. Хорошая штука, пусть и неприлично дорогая.

– Молодцы, что не стали формовать всякими плиточками, – похвалила она парней, – гладкий пол удобнее. Ничего не затеряется.

Миньоны активно закивали, и Ора спрятала усмешку. Она сообразила, что времени на формовку гранитной смеси было ничтожно мало, поэтому пол оставили гладким. Но это действительно было плюсом в ее работе.

Тяжелый стол из гранита, металлический столик для инструментов, наковаленка, направленный свет, письменный стол из каменного дуба у окна, сейф, загородка для баллонов с кислородом, газом, кислотами… В общем, все, что Орнелла отчаянно хотела устроить во всех своих мастерских, но получилось только в родительском доме.

– Это прекрасно! – девушка жмурилась, как кошка, поглаживая рабочие поверхности.

– Рейс Тиррон прислал нам видео из вашей домашней мастерской, – признался Тайши, – мы постарались сделать все так же, как там.

– Спасибо, спасибо! – выпалила девушка. – А теперь принесите мою сумку из коридора и займитесь своими делами! Мне нужно поработать!

Должно быть, слова про работу были на Лерае чем-то вроде заклинания, как в семье Орнеллы, потому что миньоны немедля вымелись вон, а через пару минут в дверь заглянул Тайши и, как хрустальную, поставил на пол огромную сумку на колесиках и пропал.

Ора потерла руки и потянула чемодан к рабочему столу. Хороший ювелир, конечно, может работать любым инструментом, но предпочитает своим личным, многократно проверенным!

Переделка браслетов заняла всю ночь.

В итоге измученная Ора уснула на кушетке в мастерской, забыв о своем обещании поужинать с мужчинами. Проснулась от гудения комма – программа напомнила ей, что пора размяться и поесть. Да, она установила для себя такое приложение, потому что знала, что, увлекшись работой, забывает обо всем.

Потянувшись, девушка поморщилась – тело затекло, плечи и шею ломило, сейчас ей больше хотелось в туалет и в душ, чем на пробежку. Впрочем – одно другому не мешает.

Выйдя в коридор, Орнелла остановилась – белый волк чутко вскинулся на ее появление.

– Снейп, ты что, всю ночь тут караулил? – удивилась девушка. – Ладно, раз такой заботливый – тебе первому подарочек!

Ора вернулась в мастерскую и прихватила коробку с браслетами.

– Держи! – на шею волка легла широкая плоская двойная цепь с подвеской в виде герба семьи Дейрен, украшенного желтым топазом. – Цепочка специально двойная и с кольцом. На волка ляжет в один слой, на человеке можно будет подтянуть в двойной ряд. Понял?

Волк потрогал герб лапой и кивнул.

– Вот и отлично! Я пошла в душ, потом завтракать. Если парни дома, пусть подойдут за браслетами на кухню!

С этими словами Ора ушла в свою спальню и не видела, как волк обернулся худощавым беловолосым мужчиной. Он ощупал новое украшение руками, подтянул цепочку так, чтобы герб не болтался на уровне пупка, потом снова оброс шерстью и с удовольствием послушал скрип цепочки – стоило мощной волчьей шее натянуть плетение, как она с легким шелестом развернулась в однорядное кольцо. Снейп вернул себе человеческий облик и отправился на кухню – предупредить других мужчин и похвастаться новым украшением.

Дежурил по кухне Джамьянг. Рядом торчал мрачный Норбу. Вечером миньоны долго ждали появления дивы, но не дождались.

Хитрее всех оказался волк – он сменил ипостась и улегся под дверью мастерской – охранять. Остальные торчали в гостиной и чуть там не уснули, поэтому с утра все были раздражены и дергались, не зная, чего ожидать от госпожи. Волк с новеньким гербом на шее вызвал у мужчин глухое раздражение.

Насладившись косыми взглядами и скрежетом зубов, Снейп, сохраняя каменную физиономию, сказал:

– Госпожа велела передать, что после душа придет завтракать и сразу раздаст браслеты.

Миньоны приободрились. Они не рисковали покидать квартиру, заказывая все необходимое курьерам, чтобы не угодить под ненужное внимание других див. Пока на мужчине нет кланового или семейного знака, он вполне может «случайно» угодить в чужой гарем!

Вскоре на кухне появилась Орнелла. Девушка пришла на завтрак в легком спортивном костюме с коробкой в руках. Улыбнулась и сказала:

– Я не знаю, как у вас принято вручать браслеты – по старшинству?

Тайши шагнул вперед и просто протянул руку. В его семье мать каждый раз устраивала маленькую церемонию, надевая браслет новому мужчине, принятому в семью, но сейчас он готов был просто получить украшение и отойти. Слишком измучился своим непонятным статусом.

Ора открыла коробку, улыбнулась и выудила широкий мужской браслет с черным сапфиром под гербом:

– Держи, я решила, что камешек в цвет глаз тебе подойдет. Нравится? – тут же спросила девушка, щелкнув замочком.

Тайши залюбовался украшением. Вариантов мужских браслетов существовало великое множество – от узеньких детских до наручей, но дива изготовила такой браслет, который он точно будет носить с удовольствием. Собранный из угловатых платиновых «перьев», он повторял стиль его прически, да еще горел камушком и четким изображением личного герба дивы внутри герба семьи. Красивая, дорогая и статусная вещица.

– Норбу! – позвала Орнелла, вынимая из коробки браслет из белого золота – точно в цвет к волосам второго мужа.

Блондин сглотнул и протянул руку. Ора надела ему украшение и залюбовалась. В этом браслете не было камня, но часть поверхности усыпала бриллиантовая крошка.

– Шераб! – красное золото с двумя изумрудными ромбами отлично легло на широкое запястье третьего супруга.

– Джамьянг!

Младший дрогнул, когда Ора вынула из коробки самый настоящий наруч из синеватой темной стали! Брачный браслет был обозначен серебристой полосой с черным камнем, а в остальном…

– Ты любишь лук, мне кажется, тебе понравится такой подарок! – с этими словами Орнелла вынула и второй наруч, уже без полоски браслета.

Музыкант рассыпался в восторженных благодарностях, но дива отмахнулась:

– Мне необходимо поесть, потом прогулка, пробежка или бассейн. После работы мне нужна хорошая тренировка, чтобы не слабело тело. Снейп может побегать со мной, кажется, тут рядом есть парк. Потом покажете мне каталоги, хочу кое-что добавить в свою мастерскую.

Тут Ора прервала свою речь и сглотнула слюну, потому что Джамьянг поставил перед ней большое блюдо, разделенное на секции. В каждом углублении лежала небольшая порция чего-то свежего и приятного – ягоды, зелень, творог, мед, орехи, кусочки лепешки, немного рыбы и креветок.

– Я не знал, что именно вы предпочитаете на завтрак, дива, – поклонился музыкант, – поэтому вот эта часть заполнена традиционными блюдами нашей семьи, а эту часть я приготовил по рекомендациям личного повара господина Рейса.

– Мне все нравится, – ответила девушка, вооружаясь десертной ложечкой, чтобы намазать на лепешку мед. – А вы чего стоите? – спросила она мужчин. – Уже завтракали? Если нет – присоединяйтесь!

Они с радостью выстроились к разделочному столику, заполняя свои тарелки таким же набором разнообразных закусок. Потом Джамьянг подал Орнелле любимый ею травяной чай, а мужчины предпочли морс, и все занялись едой.

Закончив, девушка поблагодарила повара, потянулась и спросила Снейпа, завтракающего вместе со всеми:

– Побегаем? Или тут есть бассейн?

– Есть дорожка вокруг дома, обсаженная деревьями, есть спортзал в подвале и еще один на крыше. Бассейн в подвале.

– Сначала прогулка вокруг дома, – решила Ора, – потом спортзал с бассейном! А вы чем будете заниматься? – спросила она мужей.

– Я займусь приготовлением обеда, – слегка поклонился Джамьянг, – продукты уже заказаны.

– Через два дня меня ждут в «Сладостях», – сказал Тайши, – господин Рейс представит меня тем, кто работает на клан. Но сегодня и завтра я рад быть с вами, дива, – говоря это, брюнет поймал взгляд Оры, и ей на миг показалось, что в его темных зрачках отражается свет двух свечей и длинные тени на потолке и стенах. Но главное – ее тело в объятиях старшего мужа.

– Меня тоже ждут только через два дня, – поклонился Норбу.

– И меня, – присоединился Шераб.

Орнелла вздохнула, понимая, что прогулка в одиночестве ей не светит. Впрочем, если вспомнить, что делала мама, когда братья внезапно вваливались в ее кабинет, ломая планы…

– Что ж, тогда, Тайши, вот мой рацион, – девушка нажала пару кнопок на комм-браслете. – То, что я не люблю, выделено красным. Проверь аллергии и нелюбимые блюда остальных и сделай закупку продуктов на неделю. Разошли заказы в лавки так, чтобы нам еженедельно доставляли свежие продукты. Принимать будет дежурный по кухне, меню выбирайте сами с учетом рекомендаций докторов и прочего!

Брюнет поклонился, пряча вздох.

Не так он планировал провести утро с госпожой.

В мечтах Тайши Орнелла вышла из своей мастерской, увидела их всех и поманила его за собой в спальню. А уж там на мягких плотных простынях мужчина надеялся показать свои умения. Его не зря готовили в мужья – опытные наставницы научили сына семьи Дамдин доставлять женщинам удовольствие. Любой женщине.

Орнелла же была молода, хороша и очень отзывчива – Тайши на миг прикрыл глаза, вспоминая, как плотно ее внутренние мышцы охватили его член. Как ему было горячо, как пьянил аромат возбужденной женщины, и как хотелось погрузить пальцы в эту атласную сладость, чтобы потом еще долго носить на них аромат дивы… Его дивы!

– Норбу! – голос Оры звучал ровно и строго, так что золотоволосый блондин подобрался. – Разберись со столом в гостиной, пройдись по квартире, посмотри, что нужно докупить. Не забудь про ваши комнаты – как только закончится передышка, которую дал дядя, я вернусь к работе над семейными делами, отвлекаться будет некогда.

Норбу кивнул, и в его глазах отразилась та же тоска, что и в очах Тайши. Он был готов встретить свою диву подносом с чашечкой травяного чая и тостом. Чтобы потом слизнуть крошки с ее пальцев и пышной груди, чтобы целовать ее губы и ритмично вжиматься напряженным стволом в ее сжатые бедра, а потом убедить диву встать на четвереньки и дать ему доступ к знойному местечку между ног… Норбу мечтал, как ворвется внутрь на всю длину и услышит сладкие всхлипы… А может, дива предпочтет взять его член в рот? У нее такие пухлые, манящие губы и ловкий язык! Долгий поцелуй ниже пояса – утренняя радость любого мужчины!

– Не забудь пополнить запасы постельного и полотенец, – чуть рассеянно добавила Ора, выбирая печенье к чаю, – в мастерской обязательно нужны небольшие недорогие полотенца в большом количестве. После применения кислоты их лучше утилизировать!

Блондин очнулся, чуть поклонился и пообещал все выполнить.

Вообще, Ора сумела удивить своими привычками даже опытных гаремных мужчин. Когда они обставляли для нее спальню, пришлось обратиться за советом к Рейсу Тиррону. Старый хитрец словно ждал их звонка – сразу прислал список необходимого. И если бы миньоны не видели спальню дивы в «Сладостях», они бы подумали, что управляющий самого большого борделя столицы шутит.

Металлическое изголовье, допустим, не новость – многие дивы, практикующие игры со связыванием или поркой, заранее заботятся о прочной раме и надежной опоре. Ортопедический матрас определенной фирмы тоже не удивил – Орнелла выросла в состоятельной семье и привыкла заботиться о своем здоровье даже в мелочах. Но простыни? Выяснилось, что девушка предпочитает плотное бельё из натуральных тканей – лучше всего лен бежевого или золотистого цвета. Никаких шелков и кружев. Все однотонное. Узкие подушки, удобные для подкладывания под шею, и тяжелое одеяло, набитое верблюжьей шерстью или хлопком.

Старший муж даже осторожно уточнил у дядюшки Рейса – дива действительно собирается спать в таких условиях? В ответ Рейс Тиррон хохотнул и предложил мужчинам украсить шелками и кружевами собственные постели.

– Ора девочка любопытная, может, заманите ее к себе на ночку-другую, а может, и нет. Я неплохо знаю эту малышку. Она ценит только настоящее!

Озадачив Шераба поисками приходящего уборщика, Орнелла, сытая и довольная, отправилась на прогулку вокруг жилого комплекса. Снейп сопровождал ее в облике волка. Оборотней на Лерае было немного, так что его частенько принимали за крупную собаку редкой породы.

Девушка в спортивном костюме, да еще с собакой, никаких вопросов не вызывала. Ора обошла здание по кругу и отыскала на прилегающей территории удобную дорожку-змейку – как раз подходящую для прогулок или легкого бега. Дорожку обрамляли густые кусты, а изгибы создавали иллюзию уединения и удлиняли маршрут.

Прогулка превратилась в пробежку, так что часа через полтора девушка вернулась в квартиру мокрая от пота и очень довольная собой.

Проскользнув к своей спальне, она зашла в ванную и, к собственному удивлению, застала там Шераба. Шатен аккуратно расставлял на полочке пузырьки, а рядом красовалась тележка с набором моющих средств, ведро и швабра.

– Дива, прошу прощения, – поклонился мужчина, – я не знал, когда вы появитесь.

– Шер, я же просила нанять уборщика! – поморщилась Орнелла. Она все еще стеснялась своих мужчин, а ванная комната в ее представлении была весьма интимным местом.

– Я пригласил кандидатов, – ответил Шераб, сверкнув изумрудными глазами, – они прибудут позже.

– Я пришла с пробежки, мне нужно принять душ, – строгим тоном сказала Орнелла. Она все еще не разобралась, как вести себя со своими мужчинами. Одна жаркая ночь вносила в ее мысли сумятицу, стоило ей взглянуть на миньонов и вспомнить. Держать ровный тон и строгое лицо было непросто. Утром ей помогли сонливость и мысли о браслетах, но теперь, в относительно небольшом помещении, наедине, Ора остро чувствовала тонкий запах пряной туалетной воды, запах свежего мужского пота и моющих средств.

А еще Шераб был высок, широкоплеч и очень по-мужски привлекателен.

– Я могу потереть вам спину, дива, – поклонился он, бросая на девушку лукавый взгляд.

Ора напряглась. Она привыкла к тому, что мужчины исчезают из постели ночью, а утром она предоставлена сама себе, теперь же мужчины были рядом постоянно. Даже Снейп, пусть и бегал с ней в облике волка, постоянно тыкался носом то в ладонь, то в промежность, норовил лизнуть, а когда она отпихивала его морду, очень выразительно обижался.

Догадавшись о чем-то по выражению лица дивы, Шераб поклонился:

– Простите, если я вас обидел, дива. Мы счастливы тем, что стали вашими мужьями, только… нас много, и каждый будет бороться за ваше внимание, как умеет. Я готов оставаться в тени, заботиться о вашем удобстве, но… мне необходимо женское тепло.

Орнелла склонила голову набок и внимательно посмотрела на мужчину.

После пробежки мышцы тянуло, хотелось скорее в душ, а не разговоров, и даже секса хотелось не особенно. Но в чем-то Шераб прав – пятеро мужчин, не имеющих права изменять, будут всячески соблазнять ее, добиваться внимания и секса. Как с этим справляются жительницы Лерая? Составляют расписание? Разрешают мужьям посещать девиц? А на Лерае вообще есть «девицы»?

– Сейчас я хочу только душ, – честно сказала она, не собираясь вилять, – но после готова получить массаж… с продолжением.

Шераб тотчас отодвинул свою тележку уборщика и взял с полочки мягкую натуральную мочалку:

– Господин Рейс предупредил нас, что вы предпочитаете натуральные материалы, поэтому я осмелился заказать ту линейку моющих средств, что была использована в вашем номере в «Сладостях», – сказал он.

Ора не хотела раздеваться перед мужчиной вот так – когда костюм промок от пота, волосы сбились, и хочется скорее в воду. Ей казалось, что зрелище получится жалким и недостойным. Разве можно желать помятую, потную женщину?

– Отвернись, – попросила Орнелла и добавила: – Сними рубашку, намочишь!

Парень послушно встал спиной к ней и медленно начал стягивать верхнюю часть своего домашнего костюма. Девушка невольно залюбовалась и красивым треугольником фигуры, и игрой мышц. Шераб был, пожалуй, пошире Тайши, и даже Норбу проигрывал ему в рельефе. Красавец!

Вспомнив, что засмотрелась, Ора быстро стянула костюм вместе с бельем и швырнула в корзину. Вошла в кабинку, принялась перебирать настройки и не увидела, как Шераб повернулся. Ноздри его крупного носа раздулись, ловя запах разгоряченной женщины. Нет, Орнелла не пахла желанием – всего лишь чистый запах пота после нагрузки, но миньон едва удержался, чтобы не уткнуться носом в торчащие из корзины трусики. С еще большей охотой он облизал бы влажную от пота кожу и самые нежные, чувствительные места супруги. Он даже прикрыл на минуту глаза, наблюдая за силуэтом Оры через мутно-прозрачные стеклянные стены кабинки. Потом решительно взялся за мочалку – дива хотела, чтобы ей потерли спинку…

Когда Ора и Шераб вышли к обеду, мужчина собрал несколько недовольных взглядов. Орнелла сразу пресекла недовольство:

– Я сейчас знакомлюсь с вами, плюс у меня много дел с активами семьи. График установить не получится. Однако если начнете пакостить друг другу, портить красоту или здоровье – виновный останется без «сладкого», понятно?

Мужья промолчали, но выводы сделали.

Орнелла поела, проверила, как выполнены ее распоряжения, и… снова ушла в мастерскую. Девушка не собиралась терять время – до конкурса и так оставалось совсем чуть-чуть.

Мужья расстроились, однако, как только дива ушла в свой «кабинет», а Джамьянг занялся ужином, все тут же разбежались по комнатам, чтобы заняться своими делами. Свадьба свадьбой, но каждый мужчина после смены статуса переходил в семью и получал новую работу. Рейс Тиррон прислал им инструкции, документы, приложения к договорам и прочее – на изучение. Видно, старый пройдоха знал, что племянница не станет тратить драгоценное время на постель.

К ужину Орнелла не вышла.

Джамьянг постучал в дверь, но толстый металл даже не дрогнул. Миньон пожалел, что при установке двери никто не подумал о сигналке, потоптался на месте, потом лукаво усмехнулся и вернулся на кухню.

Закатное солнце красиво подсветило белый подоконник, на котором младший супруг сервировал ужин. Салфетки, серебро, изысканный алый фарфор с тонким золотым узором… Право слово, Джамьянг превзошел себя, укладывая лепестки хризантемы на салат с креветками, выкладывая чашечкой белоснежный рис, расставляя мисочки с закусками и блюдца с нарезанными овощами. Добавив к натюрморту веточку золотой орхидеи, младший сделал несколько кадров, а потом самые удачные отправил на комм супруги.

Сработало!

Не сразу, но щелкнули замки, прошлепали по полу босые ноги, и усталая Орнелла, одетая в очень несвежий домашний костюмчик, ввалилась в кухню.

– Еда-а-а! – возопила она, кидаясь к подоконнику.

– Дива, – перехватил ее Тайши, аккуратно обхватив за талию, – вы не хотите помыть руки и переодеться к ужину?

Девушка вскинула на него недоуменный взгляд и только в этот момент разглядела и красиво накрытый стол, и принарядившихся мужчин. Она застыла, склонив голову к плечу, и осмотрела всю композицию. Мужчины старались. Готовили ужин, накрывали на стол, наряжались… Теперь они ждут от нее ответной любезности – торжественного выхода к столу, приятной беседы, и наверняка каждый представляет себе перемещение в спальню…

Их пятеро, она одна. Разумнее будет уйти к себе, принять душ, натянуть что-то симпатичное и соответствовать ожиданиям. Во всяком случае, в патриархальном мире Сорайи она бы так и сделала. Нельзя заставлять мужчин ждать, следует соответствовать и прочее. Вот только здесь не Сорайя… Прогнется сейчас – и будет послушной марионеткой собственного гарема.

– Тайши, – холодно спросила Орнелла, резко выпрямив уставшую спину, – с каких пор мужья диктуют жене правила жизни в ее доме?

Красавец-мужчина вздрогнул, остальные мужчины незаметно попятились. Девушка обвела их тяжелым взглядом, как отец – подчиненных. Потом вспомнила кое-какие слухи, долетающие до нее о строгостях матриархов Лерая, и мрачно хмыкнула:

– Разве мы, – выделила голосом Ора, – договаривались устроить сегодня официальный ужин? Кто-то сообщил мне об этом утром? Помог быстрее закончить мою работу, приготовить платье, сделать прическу?

Мужчины виновато потупились. Увидев красивый ужин Джамьянга, они в один миг решили, что такая трапеза достойна красивых нарядов и сервировки. Маленького семейного праздника. А вот Ору предупредить никто не подумал.

– Давайте кое-что проясним… – голос дивы звучал холодно. – Почему вы решили, что сегодня у нас будет торжественная трапеза?

Тайши открыл рот, чтобы сказать что-то вроде: «В доме моей матери вся семья собиралась за столом каждый вечер…», но получил тычок от Норбу и застыл.

– Простите, дива, – потупился он, – мы еще не привыкли, что живем в новой семье…

Орнелла потерла лоб:

– Я рада, что вам захотелось устроить праздник, но я сегодня много работала, устала и не готова наряжаться. Максимум, что я могу перед ужином – принять душ и переодеться в домашнее. Вы можете есть.

Мужчины переглянулись и помотали головами.

– Что ж, тогда постараюсь не задерживаться, – Ора встала и направилась к двери, бросив тоскливый взгляд на ужин.

Стоило ей уйти, как мужчины принялись шипеть друг на друга, чувствуя неловкость и вину. А вот Снейп невозмутимо встал и отправился в жилую часть дома.

– Ты куда? – окликнул его Тайши.

– Сниму эти тряпки, – волк оттянул тугой воротничок рубашки, – а потом помогу диве с волосами.

– Тебя же не учили ухаживать за женщинами! – возмутился Норбу, умеющий укладывать волосы не хуже профессионального парикмахера.

– Откуда ты знаешь, чему меня учили? – с пошловатым смешком ответил волк.

В итоге все мужчины, забыв о ссоре, бросились по своим комнатам – менять одежду и ждать супругу.

Ора же, стоя под душем, поздравляла себя с маленькой победой. Руки немного тряслись, когда она включала душ, но все же она ощущала, что все сделала правильно.

Конечно, нехорошо начинать совместную жизнь с таких строгих выволочек. С другой стороны, прогибаться ей нельзя. Пять мужчин легко задавят ее тестостероном, если она позволит. Да и в целом притирка друг к другу – это нормально.

Обдумывая свои действия, девушка приняла контрастный душ, промокнула кожу полотенцем, освежила спреем с ароматом ванили и запрыгнула в уютный домашний костюмчик, состоящий из трикотажных штанов и кофточки с длинными рукавами. Волосы в высокий хвост, чуть-чуть сыворотки на кожу лица – и можно идти на ужин!

Мужчины уже ждали на кухне. Они все переоделись в домашние костюмы, и младший хлопотал у стола, вынимая из печи подогретые тарелки.

Орнелла обвела их взглядом и улыбнулась:

– Вы отлично выглядите, – похвалила девушка, – спасибо, что дождались меня. Давайте попробуем, чем нас сегодня удивляет Джамьянг. Выглядит очень аппетитно!

Когда первый голод был утолен, Ора решила, что мужчины заслуживают небольшого вознаграждения. Она спросила, чем они занимались ведь день.

Мужья наперебой делились своими успехами, только Снейп молчал. В его обязанности входила охрана супруги, поэтому, пока Ора находилась в мастерской, он проверял автомобили, флайер и прочий транспорт, предназначенный для перевозки Орнеллы. Норбу, умелый программист, помогал ему настраивать камеры, датчики и всевозможные «глушилки» для чужой техники.

Орнелла всех выслушала, похвалила их усилия и ужин, потом предложила обсудить следующий день и в случае форс-мажоров предупреждать об изменениях графика по комму. Потом сладко потянулась, вызвав у самцов непроизвольное расправление плеч и слюноотделение, и, потрепав Джамьянга по голове, вышла из кухни, бросив на прощание:

– Доброй ночи, я очень устала и хочу спать!

Расстроенные мужья чуть было не разошлись по своим комнатам – тосковать с коммами в руках, но их остановил Тайши – нужно было «передать дежурство» Шерабу, навести порядок на кухне и обсудить неудачу с праздничным ужином.

Распределив обязанности, мужчины разошлись, но каждый позволил себе бросить взгляд на тонкую полоску света, что пробивалась из-под двери спальни Орнеллы.

В постели девушка расслабилась не сразу. Она, конечно, устала, тело затекло, и она была не против скинуть напряжение легким массажем и активным сексом, но… Покрутившись, Ора нашла в гардеробе купальник, натянула поверх него чистый спортивный костюм и сделала то, за что ее неоднократно ругал дядюшка – вышла на балкон и вынула из чехла личную гравидоску.

Да, дядюшка Рейс нещадно ругал племянницу за лихачество, но сам же учил ее кататься на этом чуде научно-инженерной мысли. Сам помогал выбрать модель и сам привез и оставил ее на балконе в чехле с надписью «сноуборд».

Проверив заряд, девушка установила доску на перилах, застегнула на талии страховочный ремень и практически беззвучно скользнула вниз. Планировать с не самого высокого этажа опасно, так что Ора почти сразу включила движок и, очутившись внизу, спокойно зашла в свой жилой комплекс через дверь. Только не стала подниматься в квартиру, а прошла в подвальный этаж к бассейну.

Уже погрузившись в прохладную воду, насыщенную пузырьками кислорода, Орнелла поняла, как вымотал ее ужин. Она не привыкла держать в своих руках кого-то кроме себя. Да, ей случалось командовать работниками при ремонте ее крохотной мастерской в торговом центре, приходилось и скандалить с управляющими торговых площадок, и выбивать лучшие условия на выставках, но все это всегда касалось только ее самой. А теперь…

Проплыв туда-сюда пару десятков раз, девушка поняла, что напряжение ее отпустило, и теперь она вполне может лечь спать. Неспешно подплывая к лестнице, Ора задумалась и даже не сразу поняла, что именно Снейп накинул ей на плечи большое нагретое полотенце и вручил еще одно – маленькое, для волос.

– Ты? Откуда? – сообразив, девушка даже отшатнулась, но волк аккуратно ее придержал.

– У меня тонкий слух, – он улыбнулся одними губами.

– Как нашел? По запаху? – тут же догадалась Ора. – Остальным не сказал?

Мужчина отрицательно мотнул головой, и девушка обрадовалась.

Все же наличие сразу пятерых взрослых мужчин в ближнем окружении… напрягало. В голову лезли дурацкие байки об избытке тестостерона, «спермотоксикозе» и прочих глупостях. И даже привычный к патриархальной мерке мира мозг Орнеллы порой не справлялся. Она ведь не просто так сидела в мастерской над своим проектом – племянница нашла время позвонить дядюшке и задать несколько вопросов. Рейс выслушал и дал несколько практических советов.

– В первую очередь мужчина должен быть занят, – повторил он истину, которую Ора не раз слышала от матери. – Лучше всего, конечно, любимым делом, но можно спортом, танцами, вышивкой – хоть чем. Тогда мужчине некогда скучать, и он не будет выносить женщине мозг болтовней, истериками или капризами. Лучше всего мужчин отвлекают дети, но я так понимаю, ты не будешь спешить…

– Дядя, – Орнелла поморщилась, – мне нужно еще примерно три года. Если не выиграю «Хрустальную слезу», значит, попытаюсь взять первые места в конкурсах помельче. Ты же знаешь, как сильно влияют на женщину гормоны, связанные с беременностью и родами! Мне нельзя терять голову, пока я не достигла в профессии хоть чего-то!

Рейс Тиррон сдержанно вздохнул.

Он досконально изучил женскую природу, чтобы создать лучшее в мире заведение для женщин. В «Сладостях» существовало меню для беременных, в конце которого мягко сияла надпись «Все что угодно», чтобы никто не стеснялся заказывать селедку со смородиновым джемом или шоколад с копченой курочкой.

В отдельном подвале были устроены залы для истерик. Там стояли полки, полные посуды для битья, лабиринты пустых шкафов, кровати, заваленные подушками, и мишени на стенах, на которые можно было прикрепить любую фотографию, чтобы кидаться помидорами или яйцами.

В общем, дядюшка Рейс знал все о женщинах, но не знал, что и как нужно сделать, чтобы свободная успешная женщина захотела стать матерью.

Передав будущее семьи Дейрен в руки мужчин Орнеллы, дядюшка тогда мирно простился с племянницей, пообещав себе не поднимать эту тему. Впрочем, Ора дурой не была – отправляясь развлекаться, поставила себе маленький имплант, защищающий от беременности на год, потому и позволяла себе незащищенный секс без угрызений совести.

Вот и теперь, ощутив горячие руки Снейпа на плечах, девушка невольно потянулась, выгибая спину, и услышала глухое ворчание, от которого мурашки сами собой разбежались по прохладной коже.

Оборотни во многом жили проще людей, зато им не требовались условности. Они гораздо реже говорили словами, предпочитая доверять реакциям тела.

Просушив кожу супруги, Снейп отбросил полотенце в сторону, подхватил Орнеллу на руки и шагнул с ней в кабинку душа.

Поскольку бассейн был частью жилого корпуса, в котором жили семьи, делать отдельные «женские» и «мужские» душевые не стали. Их заменили довольно просторными закрытыми кабинами, в которых помещались мать и ребенок – или горячая парочка, желающая уединиться.

Усадив девушку на одну руку, оборотень аккуратно включил теплую воду, радуясь предусмотрительности проектировщиков. Сразу две душевые «лейки» располагались на боковых стенках просторной кабинки, а прямо у прочной капитальной стены невинно красовалась высокая «ступенька», на которую волк усадил Ору и тут же уткнулся ей в ямку под горлом, впитывая аромат кожи и биение пульса.

Орнелла устала, изматывая себя плаванием, чтобы размять сведенные статичной позой у верстака мышцы, поэтому пусть прикосновения Снейпа были приятны и вызывали ответ, шевелиться ей было лень. Она лишь немного притянула голову мужчины к себе, прикусила ему мочку уха и шепнула:

– Сделай все сам, хочу увидеть, какой ты…

Кажется, Ора нашла правильные слова, потому что волк отстранился, заглянул ей в глаза и тут же приник обратно, не целуя, а легонько проводя языком по ее коже.

Горячий, упругий язык оборотня чертил дорожку на коже, Орнелла же расслабленно сидела на ступеньке, положив руки на широкие плечи мужчины, и просто наслаждалась теплом его горячего тела.

Где-то на задворках сознания плескалась мысль о том, что температура тела оборотней выше, чем у людей, но кожа Снейпа была такой притягательно плотной и гладкой, под ней так бугрились мускулы, что думать ни о чем не хотелось.

Оборотень быстро стянул эластичный верх купальника и увлеченно начал облизывать и целовать напряженную прохладную грудь супруги. Пока Ора гладила его плечи, восхищаясь шириной и крепостью мышц, волк добрался до нижней части купальника, стянул, отбросил и, встав на колени, принялся старательно вылизывать практически сухие складочки.

О, жар желания он ощущал явно, но долгое пребывание Оры в воде смыло всю смазку, а внутренние мышцы сжались, закрывая доступ к сокровенному. Теперь же волк нежными касаниями языка смачивал нежную плоть и заодно прокладывал дорогу к внутреннему жару Орнеллы, чтобы сделать для нее проникновение приятным.

Девушка уже легонько постанывала и кусала губы, нетерпеливо подаваясь ему навстречу, когда Снейп решил, что она готова к большему – встал, закинул ее ноги себе на бедра и легонько толкнулся болезненно чувствительным от напряжения членом в распахнутые створки. Ора охнула, но не остановила супруга, а сама подалась вперед, одновременно толкая его пятками в спину, чтобы глубже насадиться на шелковистый орган. Снейп застонал, когда его сжал шелковый кулак ее плоти. Он откинул голову, ловя губами отлетающие капли воды, и замер, пережидая момент. Орнелла тоже не двигалась, наслаждаясь ощущением заполненности и даже легкой растянутости. Член оборотня так уютно лежал в ней, что даже двигаться не хотелось! Однако замерший как статуя волк привлек ее внимание, и девушка подняла голову. Снейп стоял, вцепившись в «поручни безопасности», установленные внутри кабинки, и крупно сглатывал, так что на напряженном горле ходил кадык. На миг Ора залюбовалась, а потом сообразила – да он же на грани! Еще чуть-чуть, и сорвется! Как это было… красиво!

Осторожно одной рукой девушка потянулась к лицу мужчины, провела по линии челюсти, коснулась скулы, погладила напряженную шею, потом качнула тазом ему навстречу:

– Иди ко мне, мой волк!

Снейп посмотрел ей в лицо абсолютно золотым взглядом, черты его лица обострились, он просто вжал в себя Ору и задвигался с невероятной скоростью и силой. Вот когда Орнелла порадовалась тому, что муж так хорошо ее подготовил! Она дрожала и цеплялась за мужчину, как цветок за скалу в бурю, млела от поднимающейся от низа живота до затылка горячей волны и стонала, сожалея о том, что оборотень не целует ее в губы: ей бы так хотелось выстонать его имя ему в рот! Но волк хрипел, сдерживая зверя, а еще больше – борясь с желанием укусить девушку. Человек не оборотница – от резкой и внезапной боли может дел натворить, так что Снейп стискивал жену, надеясь, что она станет его соломинкой в чувственной буре, которая его накрыла.

Орнелла не подвела – когда до пика ей осталось совсем немного, девушка крепче стиснула шею волка, сжала колени и внутренние мышцы, а потом сама куснула плоский мужской сосок, вызвав у Снейпа бурный финал, во время которого и Ора поймала волну удовольствия.

Когда буря стихла, они оба еще некоторое время стояли обнявшись, потом лениво обмылись под душем, завернулись в полотенца и дошли до раздевалок, так же оформленных в виде индивидуальных кабинок.

Зевающую, почти спящую Ору Снейп принес домой на руках и под ошеломленным взглядами других мужчин уложил в постель. Потом стал волком и нагло улегся возле кровати, всем своим видом показывая, что больше никого в кровать не пустит.

Сердитые мужчины разошлись по своим спальням, гадая – как жена умудрилась уйти незамеченной, и почему именно с волком?

На следующий день на кухне дежурил Тайши. Старший муж встретил Ору завтраком и сладким поцелуем. Девушка – сонная, уютная, в мятой пижаме – охотно прижалась к своему мужчине, радуясь его хорошему настроению и крепкому стояку под мягкими брюками.

На холодильнике висело расписание, согласно которому прочие мужья, кроме Снейпа, отбыли на работу. Собственно, комм Оры пока не разрывался от сообщений лишь потому, что на Сорайе, в той ее части, где находился офис ювелирного бренда «Ора», было шесть утра, и рабочий день еще не начался. Так что девушка позволила себе неторопливую чашку чая, яйцо-пашот, тост со сливочным маслом и свежим огурцом. Тайши пил протеиновый коктейль и поглядывал на свой комм, иногда отвечая на какие-то сообщения.

Когда Орнелла допила чай и, собственно, уже пришла в бодрое состояние, старший муж встал из-за стола и поставил перед ней блюдце с клубникой и чашечкой взбитых сливок. Отличный десерт, допустимый по всем признакам! Да еще утром! Ора подхватила ягодку, макнула в сливки, но тут комм завибрировал, отвлекая ее напоминалкой, и белая капля выразительно шлепнулась ей в вырез пижамной кофточки!

– Минуту, дива! – Тайши в тот же миг очутился перед ней, встал на одно колено, чтобы не возвышаться, как скала, и… слизнул сладкую кляксу языком, игриво пощекотав ложбинку.

Девушка отложила комм, усмехнулась, задрала кофточку и щедро прошлась по груди ягодой, смоченной в сливках! Да, пошло, отдает малобюджетным порнофильмом, но такого у нее в жизни еще не было! К тому же до начала рабочего дня время есть, а вот лишних глаз в квартире не осталось. Даже волк ушел в спортзал, оставив жену на попечение Тайши.

Брюнет на приглашение ответил полным согласием – сразу впился губами в сосок, размазывая пальцами сливки по второму. На кухонном столе еще оставалась посуда, так что, доведя жену поцелуями до исступления, Тайши уложил Орнеллу животом на высокий барный стул, одним движением стянул ее потертые штанишки и восхищенно сжал смуглыми ладонями белые ягодицы. Потом склонился, поцеловал ямочки на пояснице и аккуратно приставил головку к розовому, сочному входу. Девушка выгнулась и толкнулась ему навстречу.

Утренний «забег» получился ярким, бурным и коротким. Чмокнув мужа в губы, Ора убежала в душ, а оттуда – в мастерскую и не выходила из своей норы до самого вечера, вдохновенно работая над эскизами и даже кое-какими деталями будущего шедевра.

Утром Ора и не вспомнила, что засыпала в гостиной. Собралась и поспешила в «Сладости».

Их маленькая семья понемногу начинала входить в рабочий ритм, и у каждого мужа нашлись свои заботы. На кухне остался Шераб, и Орнелла предупредила его, что весь день будет в разъездах, и обед на нее можно не готовить. Зеленоглазый красавец огорчился, но утешился горячим поцелуем и поглаживанием вздыбленных гаремных штанов:

– Сохрани для меня настрой, – шепнула Орнелла, – вечером мне наверняка понадобится утешение.

Шатен вернул поцелуй и подлил жене кофе. Ора еще раз чмокнула его в подбородок и умчалась на стоянку флайеров – дядя уже ждал с новостями и бумагами.

Отныне каждый ее день начинался с отчетов и счетов.

Времени на ювелирное дело оставалось все меньше. Девушка несказанно удивлялась: когда и как ее родственник успевал иметь хобби, посещать скачки и светские мероприятия? Тяжесть ответственности за принятые решения буквально размазывала ее, и к вечеру не было сил куда-то идти и что-то делать. Хорошо, что были бассейн с молчаливым волком, гостиная с огнем камина и дежурный муж с флаконом масла для массажа. Иначе Ора, пожалуй, сбежала бы с планеты в первую же неделю после свадьбы.

Отдав на откуп племяннице кое-какие дела, дядя Рейс взял мужей Оры под крыло и пристально наблюдал за их вхождением в новые должности. Ничего начальствующего или управляющего – каждый начинал свой путь с низов. Хорошее образование – это прекрасно, но Рейс Тиррон считал, что руководитель должен знать, как работает все предприятие – от курьерской службы до уборщиков.

Конечно, «выскочек» не ждали. Конечно, за спиной обсуждали новую наследницу и ее мужей. Да еще шептали разные глупости – и то, что Орнелла не бережет своих мужчин, выгнав их на работу без «медового месяца», и то, что мужья не сумели угодить капризной и разборчивой дамочке, и много еще всякого.

Мужчины терпели, понимая, что это тоже испытание на прочность, но иногда срывались – били болтунам морды на площадках для дуэлей, а потом аккуратно маскировали ссадины и фингалы телесным пластырем и тональным кремом. Оре мужья ничего не объясняли – наследнице хватало своих дел. Просто упорно шли вперед, разбираясь с новыми должностями и делами.

Шераб в первый день выхода Оры на работу едва дождался своей «сладости». Девушка вернулась домой такая уставшая, что едва не заснула за столом. Пришлось «дежурному мужу» нести ее в душ, а потом в кровать, и уже там соблазнять, устроив жену на подушках, как красиво поданный десерт.

Улегшись между ног своей дивы, Шераб закинул ее бедра себе на плечи и нежно, медленно, плавно начал облизывать розовые лепестки плоти, сладко пахнущие фруктовым гелем для интимной гигиены.

Ора сначала даже не поняла, что происходит, попыталась повернуться на бок, подняла голову и поймала горячий взгляд мужа. Он не приказывал, не дерзил – умолял позволить ему насладиться «угощением».

– Шера-а-аб, – протянула Орнелла, чувствуя, как от горячего мужского языка разбегаются крохотные искорки желания.

– Моя дива, – на миг он оторвался от ее влажной тайны и снова вернулся к любовной игре.

Как ни пыталась Ора лежать спокойно, но вскоре сама начала подаваться навстречу языку и умелым пальцам мужа. В какой-то момент девушка решила, что будет здорово получить перед сном необременительный оргазм, а потом уснуть в объятиях супруга. Вот только не хотелось оставлять его без «сладкого», однако усталость брала свое…

Шераб не спешил – ласкал, целовал, покусывал и каждую минуту балансировал на грани, дразня, поглаживая, погружая язык в глубину и одновременно потирая пальцами чувствительную точку, лепестком выступающую между припухших губ.

Когда Ора уже ритмично начала подаваться навстречу его рту, шатен оторвался от пьянящей сладости, заглянул жене в глаза и спросил:

– Дива позволит войти в нее?

Орнелле казалось, что до оргазма осталось совсем чуть-чуть, и она нетерпеливо дернула бедрами:

– Да, скорее, мне надо!

Увы, толчок Шераба в ее горячую тесноту смел прежние ощущения. Ора разочарованно застонала. Опытный мужчина тут же понял, в чем дело, и опустил руку на прежнее место – к тому чувствительному кусочку плоти, который помог ему разжечь желание супруги. Немного слюны, немного естественных женских соков, ловкие пальцы и тот самый ритм, с которым жена рвалась ему навстречу, и вскоре Орнелла с довольным вздохом стиснула Шераба ногами, выгибаясь, чтобы продлить мгновения сладкой дрожи. А потом повернулась на бок и уснула, оставив зеленоглазого красавца гадать – то ли дядюшка так утомил диву своими бумагами и поездками по предприятиям семьи, то ли он, Шераб, не так уж хорош в постели, если женщину после его объятий не тянет поговорить.

Утром Ора чмокнула сонного мужа в губы и напомнила, что убегает на работу. Шераб приоткрыл глаза, полюбовался красавицей женой и своим «добрым утром», а потом, мучительно краснея, умчался в душ, чтобы «привести себя в порядок» перед рабочим днем. Коллеги, конечно, поймут, если молодожен явится на службу с «выразительным профилем» ниже пояса, но подкалывать будут до вечера!

Не ведая о метаниях супруга, Орнелла вновь провела весь день на объектах и домой вернулась поздно и в крайне напряженном состоянии.

После Шераба дежурил Норбу. Красавец-блондин не только устроил супруге расслабляющую ванну перед ужином, он открыл секрет отличного вечернего секса. После трапезы блондин разжег в камине огонь, уложил Ору на пушистую шкуру и сделал ей расслабляющий массаж. Когда мышцы шеи, плеч, спины перестали сопротивляться его касаниям, пальцы «дежурного» мужа опустились ниже, разминая ягодицы, бедра, и аккуратно подобрались к лобку. Предусмотрительно припасенная подушка позволила Оре лежать, как ей было удобно, разве что ноги пришлось развести чуть сильнее, чтобы принять немаленький «инструмент» Норбу. Разнежившись, Орнелла легко выгибалась навстречу пальцам, губам, а потом и члену. Постанывая и подмахивая, она получила свое удовольствие, но оргазм прогнал сон, так что Норбу не ушел, пока не «прокатил» жену сверху, лаская ее грудь и шею, стискивая талию и шепча на ухо разные любовные глупости.

Удачным опытом блондина воспользовались все остальные, и Орнелла очень полюбила возвращения домой.

Однажды Тайши зашел в гостиную в тот момент, когда Джамьянг ласкал Ору губами, и не мешкая присоединился. Ласки в четыре руки и два жадных рта на ее губах так понравились наследнице семьи Дейрен, что она сама поймала губами член Джамьянга, когда Тайши взял ее, поставив на четвереньки.

Девушка не подозревала, какое изысканное наслаждение доставила своим мужьям – жены Лерая считали такую позу слишком унизительной для женщин, а уж ласкать мужчину губами некоторые коренные жительницы вовсе отказывались. Ора же не имела местных предрассудков и наслаждалась тем, как длинный гладкий член музыканта скользит в ее горле, а более крупный и рельефный орган старшего мужа растягивает стеночки ее лона.

Мужья заметили, что ей понравились ласки сразу двоих, и на следующий день к Шерабу будто случайно присоединился Норбу. На этот раз они попробовали иначе – зеленоглазый шатен лег на шкуру, усадив Ору сверху, а Норбу встал рядом и предложил свой член, словно изысканное лакомство, смазав его сладким кремом. Ора отведала «угощение», но потом пожаловалась, что сладкое щекочет горло, и, усадив Норбу спиной к дивану, забралась ему на колени, принимая его член в себя и постанывая от наслаждения. Блондин не растерялся и облизал грудь своей дивы, так ловко играя языком и пальцами с сосками, что Орнелла кончила первый раз только от его ласк и ощущения наполненности.

С той поры вечерний массаж в гостиной с двумя, а то и с тремя мужчинами стал повторяться с завидной регулярностью. Только волк не участвовал в совместных ласках с другими мужьями. Он предпочитал ловить моменты в поездках. Благодаря ему Орнелла познакомилась с сексом в лифте – быстро, резко и сносит голову от ощущения, что их могут застать. Узнала, что на заднем сиденье флайера удобнее всего «обратная наездница», а в автомобиле – обычная.

Коварный оборотень умудрялся соблазнить жену то в холодном зимнем парке на скамье, то в примерочной бутика, то прямо в рабочем кабинете директора очередного филиала корпорации Дейрен. Право слово, Оре иногда казалось, что волк не злопыхателей высматривает, а новое местечко для экстремального секса!

Однажды она даже возмутилась и задала ему вопрос, на что Снейп невозмутимо пожал плечами, тряхнул белесой гривой и сказал:

– Моя госпожа, у тебя дома четверо мужчин, готовых по первому слову уложить тебя в кровать… Зачем тебе пятый?

Ора хмыкнула, хихикнула и предложила волку попробовать заняться сексом на крыше. Он только шевельнул бровью и через десять минут прижимал ее к будке лифтовой шахты с видом на деловой центр.

Кроме радостей у новой жизни Оры хватало трудностей.

Бесконечные знакомства с дивами разной степени стервозности. Красивые мужчины, постоянно строящие глазки, демонстрирующие бицепсы, трицепсы и шикарные упругие задницы.

Бумаги. Тонны бумаг, в целом на Лерае был принят электронный документооборот, но все самое важное, ценное и уникальное писали или распечатывали именно на бумаге. К тому же внезапно вернулась мода на каллиграфию, и к концу дня сумочка Оры разбухала от визиток, записок, открыток и вееров с пожеланиями, намеками, стихами и неприличными предложениями.

В первый раз вернувшись из офиса компании с такой «добычей», Орнелла чуть не впала в панику, а потом, усмехаясь, убедила заняться всем этим Джамьянга. Она, мол, не местная и ничего не понимает в изящном слоге и культуре отказа.

Младший муж повздыхал, но взвалил на себя эту обязанность, чтобы иметь возможность оставаться с женой наедине. Орнелла сперва смущалась, а потом ей даже понравилось сидеть за письменным столом, когда под ним прячется синеволосый красавец, доводящий ее до крика своими длинными музыкальными пальцами и ловким языком. Правда, Джамьянг никогда не отказывался от ответной любезности – его воспитывали как младшего мужа, «украшение гарема», так что иметь собственных детей он не рассчитывал, а вот оральные ласки очень любил.

Ора сочла такой обмен удобным, приятным и необременительным, так что музыкант половину дня проводил в студии, записывая новую музыку или сочиняя стихи, а вторую – в своем кабинете, разбирая «добычу» жены, отправляя утонченные и возвышенные ответы и отказы.

О, конечно, самые интересные предложения Джамьянг выписывал на листок и подавал этот лист диве к завтраку, но наследница семьи Дейрен сразу сказала, что в увеличении гарема не заинтересована, переговоры со свахами и нервными мамашами не ведет, а мужчин с талантом будет принимать в штат корпорации только после собеседования. А значит – всем отказ. Или почти всем.

Несколько раз младший муж пользовался своим положением и подкладывал на поднос с завтраком записку для супруги – чем тот или иной человек может быть полезен. Нет, не лично Орнелле Дейрен, а «Сладостям», или производству, или просто семье. И пару раз Ора прислушалась к его совету, пригласив кандидата на собеседование. Будет ли от этих мальчишек толк – время покажет. Но пару жестких конфликтов между знатными и богатыми семьями Лерая Джамьянг точно предотвратил и этим втайне гордился.

Так прошел месяц. Потом второй. Потом третий.

В один прекрасный день Ора выглянула в окно и застыла от удивления – все вокруг сияло зеленью после дождя! Девушка поставила чашку с травяным чаем на подоконник и вспомнила, что прилетела на Лерай в январе, чтобы отметить свой день рождения! А сейчас уже май! И до конкурса осталось не более двух месяцев, а дверь в ее мастерскую покрылась пылью – она не находила лишней минуты, чтобы заглянуть туда!

Постояв у окна еще немного, Ора взглянула на свой ежедневник, разбухший от записей, на руке тревожно пиликнул комм, напоминая, что еще чуть-чуть – и она опоздает на очередную встречу. Девушка решительно нажала кнопку, отключая напоминания, потом развернулась и отправилась в мастерскую.

В районе обеда с ней связался дядюшка Рейс:

– Ора, что-то случилось? Секретарь и помощники не дождались тебя в офисе.

Девушка аккуратно отложила инструменты, потом повернула камеру комма к себе и задумчиво спросила:

– Дядя, скажи мне, что изменилось в семейном бизнесе Дейренов за эти три месяца?

Рейс Тиррон открыл рот, чтобы поведать племяннице, как важно ее появление на Лерае, как много она успела всего изучить и проверить, но…

– Я знаю, что каждое мое решение сначала оцениваешь ты или мама, – будничным голосом сказала Орнелла, разглядывая то, что успела сделать с конкурсным украшением.

– Детка…

– Я все понимаю. Кризис, необходимость, желание мамы получить наконец внуков, но… я больше не хочу, – ровным тоном сказала девушка.

Если бы она билась в истерике, кричала или возмущалась, Рейс наверняка нашел бы слова, но вот это железобетонное спокойствие… С ним хитрый дядюшка бороться не мог. Знал, что в этом случае Ору не сдвинуть с ее решения ни на миллиметр.

– А как же мужья? – неуверенно выдвинул он последний аргумент.

– А что мужья? – вскинула брови Орнелла. – У них есть работа, регулярная половая жизнь и маленькие приключения. Думаешь, я не знаю, что они все работают на тебя? И кем?

Рейс Тиррон покраснел. Ну да, женихов он отбирал с прицелом на длительное сотрудничество. Впрочем, вины хитрый дядюшка не чувствовал. Кто бы подпустил девчонку, ни дня не прожившую на планете, к делам корпорации планетарного масштаба? Вот попугать ею персонал, встряхнуть, заключить несколько полезных союзов, да и в целом обновить состав фигур на шахматной доске – это одно. Доверять толковой малышке нити управления – совсем другое.

Одного Рейс не учел – породу. Орнелла при всей своей юности и наивности не дура. Понемногу разобралась во всем и не захотела быть ширмой.

– Какие у тебя планы? – осторожно осведомился дядюшка.

Племянница взглянула на него насмешливо:

– Работать, дядя, до конкурса осталось мало времени, – и отключилась.

Вечером Орнелла вышла к столу в глубокой задумчивости. Мужья, чувствуя необычность ее поведения, все собрались за столом. Дежурил на кухне Шераб, так что еда была простая и сытная. Все быстро поели, а потом Ора попросила мужей перейти в гостиную для серьезного разговора. Там она уведомила их о том, что работать в корпорации больше не будет.

– Думаю, светский выход один или два раза в месяц дядю устроит, но не больше. У меня есть свое дело, которое я люблю. Приносить его в жертву семейному бизнесу не стану. Вы свободны в своих действиях – можете служить в корпорации, можете искать что-то свое. Я готова вам помочь в разумных пределах, но сейчас я буду очень занята подготовкой к конкурсу.

Мужья встретили речь молчанием.

Ора повела плечом и уставилась в окно, ожидая сама не зная чего. Слов поддержки? В этом мире женщины поддерживают мужчин, а не наоборот. О любви и вовсе речи не идет – взаимовыгодное сотрудничество, секс – приятный и разнообразный, карьера… Смешно было надеяться, что за три месяца они станут семьей.

Дядюшка, правда, с первого дня намекал на рождение наследницы, но Орнелла не собиралась превращаться в инкубатор на ножках. Она считала, что для рождения ребенка нужно любить его отца, ее же с мужьями пока связывало слишком мало.

Волк, правда, стал Оре особенно близок, потому что всегда был рядом, но девушка все равно не спешила допускать его к личным переживаниям. Сначала ее отвлекали дела корпорации, а теперь – вернувшаяся мечта все же выиграть желанный приз. Поймут ли это все мужчины, выросшие в иной среде?

Посмотрев на мужей, Орнелла встала и бледно улыбнулась:

– Полагаю, вам нужно время на размышление. Доброй ночи!

С этими словами она ушла к себе и снова уставилась в окно. Лерай. Когда-то она очень его любила. Что изменилось? Планета попробовала ее на зуб? Попыталась откусить кусок жизни? Изменить то, что было до?

Оглядев просторную спальню, Ора вдруг импульсивно подошла к шкафу и вынула свою сумку – совсем небольшую, для ручной клади. Именно с ней она прилетела на планету, чтобы отметить свой день рождения. Потом прошла через потайную дверь в кабинет. Вообще, ее сделали для безопасности – кабинет был самой укрепленной комнатой в квартире. А еще там стоял сейф с ее личными вещами и особой сумкой, которую девушка всюду возила с собой.

Инструменты, камни, незаконченный проект. Кредитка – хитрая, на предъявителя. Немного наличности, документы, простая одежда и маленькая хитрость – флакон крема на голову. Смоляные кудри поникли, стали выглядеть неопрятно-грязными. В таком виде они легко спрятались под неопрятную махровую повязку, которая усиливала отталкивающее впечатление. Теперь немного грима, телесный пластырь, перекосивший лицо, и несколько наклеек-татуировок неприглядного вида.

Вскочившая на доску оторва уличного вида спланировала с балкона вниз и вполне аккуратно заскользила над улицей к космопорту.

Ора без усилий балансировала на доске, размышляя, правильно ли она поступила. Еще не поздно вернуться, принять душ и сделать вид, что этого спонтанного побега не было. Вот только… сумка подпрыгнула в руках, словно напоминая о своем содержимом. Конкурс. Мечта стать лучшим ювелиром галактики. А еще Орнелла точно знала – уже завтра дядя опомнится от ее наглости и начнет давить на мужей, заставляя их окутать строптивую наследницу вниманием и заботой. Подсыпать в чай антидот к противозачаточному уколу. Соблазнять ее ежедневно, чтобы она начала сбегать на работу, невольно показывая матриархальному миру Лерая, что фирма в надежных руках злой и чопорной девицы.

Именно такой Ора станет без любимого дела.

Что ж, выбор сделан! Не зря ее учили лучшие.

В космопорту девушка представилась курьером и отправила пакет с драгоценным содержимым космопочтой. Опустевшую сумку заполнила пакетиками с едой быстрого приготовления, тюбиками с концентратами и кое-какой одеждой, купленной тут же, в магазинчиках для небогатых туристов. Путь предстоял непростой и неблизкий, и Ора заранее морщилась, представляя его. Вот только другого варианта вырваться из цепких лап Лерая она не видела.

Занюханную дамочку с заляпанными грязью документами на корабль для сезонных рабочих пропустили быстро. Неудачники есть везде, даже на благополучном и сытом Лерае.

Устроившись на узкой трюмной койке, Ора позволила себе расслабиться и закрыть глаза. Первый этап прошел нормально. Она покинула Лерай. Все же не зря изучала местные законы. Наследницу клана с планеты не отпустят, а безродную бродяжку, решившую заработать на хлеб – запросто.

Астероидные оранжереи Лерая тянутся на многие километры. Тут выращивают всевозможные овощи, фрукты, ягоды и экзотические для планеты культуры. Технология отработана, но есть нюанс – в этих оранжереях работают только женщины. Тяжелую работу выполняют машины и роботы, а вот высаживают растения, пропалывают, поливают – только представительницы прекрасного пола. Эта работа хорошо оплачивается, так что желающие находятся всегда.

Орнелла прилетела на астероид в компании юных замарашек, сбежавших из дома или брошенных семьей, и крепких женщин, вынужденных тянуть на себе мужей и сыновей. Их всех сразу отправили в душевые, выдали форму и показали спальные места и рабочие территории.

Высадка растений, прополка, пасынкование, сбор готовой продукции. После душа Орнелла выглядела хорошо даже в бесформенной робе, так что ее поставили на сбор клубники. Огромные барабаны с кустиками, увешанными алыми ягодами, поворачивались легким движением руки. Крупные клубничины укладывались в маленькие корзинки, сплетенные из травы, накрывались листьями и ставились на тележки-холодильники. Вроде бы простая работа, от которой через час заныли руки и плечи, через два – пальцы сморщились от ягодного сока, а через три Ора готова была упасть и умереть.

Счастье, что работниц как раз позвали на обед.

Тщательно отмывая руки в просторной умывальне, девушка морщилась, чувствуя, как убегает время. Однако ничего с этим поделать не могла – кратчайший контракт с астероидами – три дня. Они нужны ей, чтобы пересидеть шумиху и потом двинуться дальше.

На время трапезы все работницы натянули перчатки, смазанные слоем крема внутри – чтобы восстановить израненную кожу рук. Некоторые еще и на лицо наложили косметические маски, но в них неудобно было есть и болтать. За столом знакомились, вели разговоры, но все сдержанно и тихо. Ора крутила головой и удивлялась. Еда была простая, но вкусная и полезная для здоровья – белое мясо, овощи, каши, молочные продукты и яйца. Все натуральное. Орнелла удивилась, и одна из немолодых крепких тетушек поведала ей, что астероиды поставляют на планету не только растения, но и мясо, и яйца. Животные перерабатывают ботву и растительные отходы, а помет идет на удобрения растениям. Конечно, изначально пришлось сделать очень много, чтобы это место стало прибыльным, но тут на стороне семьи Дамдин были знаменитые лерайские грибы.

Услышав имя семьи, Ора закашлялась и едва продышалась. Ее старший супруг – совладелец вот этого всего? Ах нет, просто родственник. На Лерае всем владеют женщины!

– Что за грибы? – осведомилась она удивленно и узнала один из секретов семьи Дамдин.

Оказывается, в давние времена этой семье достался кусочек земли с карстовыми пещерами. Место практически бесполезное – темное, холодное и мрачное. Однако одна из див клана придумала устроить в пещерах посадки грибов, привезенных с другой планеты. Грибы были так хороши, так вкусны и дороги, что их долгое время продавали на планете как импорт, заработав на поставках приличные деньги.

Когда секрет семьи раскрыли, денег и связей у Дамдин хватило, чтобы избежать суда за обман. Пещеры забрал другой клан, отдав взамен астероид, из которого давно выбрали все редкоземельные металлы.

Однако клан, который все считали раздавленным, оказался в плюсе – без мастеров и работников семьи все грибные плантации на планете погибли. А вот новые плантации, устроенные в изрытом, как кусок сыра, астероиде снова начали приносить прибыль. Да, семья изрядно вложилась в оборудование защитных куполов, доставку грузов и людей, но на орбите грибы вызревали быстрее, а вкус стал ярче. Потом появились оранжереи, скотный двор и упаковочный цех. Дамдин продавали только свежие продукты – а все, что не годилось в доставку, съедали работники или животные.

Орнелла слушала, открыв рот. Теперь она понимала, почему Тайши стал старшим мужем, дядя наверняка вел дела с кланом Дамдин, ведь «Сладости» нуждались в лучших продуктах, особенно деликатесных. А то, что продавала семья Дамдин, всегда имело лучшее качество!

После обеда девушка новыми глазами смотрела на ряды барабанов с клубникой и работала с большим интересом. Ужин, горячий душ, крепкий сон – снова в специальных перчатках и маске. Когда Ора удивилась такой щедрости семьи, та же опытная тетушка ей сказала, что семья умеет извлекать свою выгоду. Хорошие условия труда привлекают постоянных работников, соответственно, снижается нагрузка на управляющих, престиж семьи растет, и качество продукции сохраняется.

– Из доходяг и бродяжек потом ответственные матери вырастают, – поясняла тетушка, собирая ягоды на соседнем ряду. – Я-то сюда тоже пришла голенастой сеголеткой, без дивы в голове. Хотела денег подзаработать на новое платье, и только. А уж сколько лет вахтами езжу. Муж, три сына, дочка – все кормятся с моей работы.

– А почему сюда мужчин не пускают? – аккуратно спросила Ора, ставя в тележку очередную корзинку.

– Да тут работать надо, а не лясы точить, – хмыкнула ее соседка. – Да излучение на астероиде сильное, мужчинам нехорошо становится.

Девушка сглотнула:

– А женщинам?

– А женщинам это излучение не вредит, разве что по мужикам сильнее скучаем, зато после вахты даже у немолодых див дети рождаются, – хмыкнула сборщица ягод.

Орнелла сглотнула. Ох, кажется, не зря она выбрала самый короткий срок работы на астероиде!

Пропажу супруги мужчины обнаружили утром.

Сначала они бурно спорили между собой, пытаясь осознать ее слова. Потом решили, что молодой женщине из другого мира сложно принять их порядки. Затем признались, что привязались к Орнелле и не хотели бы менять ее на диву из другой семьи.

Признания дались мужьям тяжело, так что после этого мужчины быстро разошлись по спальням, а утром на них обрушилось небо – Рейс Тиррон не сумел связаться с племянницей и позвонил Тайши. Тот не достучался до Орнеллы и перебрался в ее спальню через балкон, а там…

Открытый шкаф, пропавшая сумка – все указывало на то, что Ора ушла сама. А уж записка в ее кабинете с просьбой не искать, не мешать жить своей жизнью, плюс разрешение на развод…

В первые минуты мужья впали в панику, но волк, прищурясь, отправился в свою комнату.

– Ты куда? – окликнул его Тайши.

– Соберу вещи, – отозвался Снейп.

Остальные мужья проводили его молчанием. Оборотень был в своем праве – без Орнеллы его ничто не держало на Лерае.

Пока остальные мужья выслушивали крики дядюшки Рейса, волк вышел из спальни – одетый в дорожный костюм, принятый на его планете. Со стороны его одеяние выглядело легким доспехом. Никто даже не удивился, когда он зашел на кухню, чтобы закинуть в дорожный мешок несколько упаковок мяса, бутылку воды и коробку универсальных витаминов. Последним оборотень прихватил шарфик Оры, который девушка надевала в прохладную погоду – чтобы не расставаться с запахом истинной.

Подняв на прощание руку, волк ушел, а мужья дивы Дейрен еще некоторое время смотрели на закрывшуюся дверь. Потом явился Рейс Тиррон в компании своих специалистов, и охота на Орнеллу началась.

Рейс кипел гневом и ужасом. Он предполагал, что Оре не понравится жизнь на Лерае, поэтому во всех ее сумочках, платьях, украшениях и даже в нижнем белье стояли крохотные метки-маяки. Но племянница умудрилась исчезнуть, надев свою старую одежду и новое белье, в которое не успели установить следилки. Ни украшений, ни сумок она не взяла, камеры ее не засекли, на корабли, покидающие планету, она не садилась. Шли часы, поступали отчеты от полиции, медиков, службы спасения и частных поисковых контор, но никто не нашел наследницу клана Дейрен. Создавалось ощущение, что взрослая девушка просто растворилась, но как?

Между тем мужья, обсудив ситуацию, поняли, что для собственного спокойствия им нужно создать впечатление, что Ора никуда не делась. Они разбежались по рабочим местам, а потом Норбу скидывал каждому звонки – якобы от супруги, оформили заказ на ужин в публичном месте, и специальная программа отвечала голосом Орнеллы на звонки в духе «простите, очень занята». Хорошо иметь в семье талантливого программиста!

Вечером собрались в квартире – мрачные, издерганные, и решили, что нужно изобразить Орнеллу для публики. Но как? Немного помучившись с вариантами «нанять актрису», «переодеть Джамьянга» или «таскать с собой куклу в одежде дивы», мужчины все же обратились к дядюшке Рейсу.

Поскрипев зубами и обозвав мужчин идиотами, Рейс Тиррон приказал Норбу смонтировать несколько роликов из записей службы безопасности так, чтобы все подумали, что Орнелла с мужьями улетела на уединенный остров, чтобы подумать о зачатии наследницы.

Блондин немедля удалился к себе – за навороченный комм с кучей мониторов и дополнительного оборудования. Остальные занялись обычными делами, но у мужчин все валилось из рук. Кажется, Ора и дома-то не бывала, проводя время в рабочих поездках или в мастерской, однако ее исчезновение сильно повлияло на всех. Джамьянг сидел за столом, заваленным приглашениями, и, перебирая их, ждал, когда на затылок опустится знакомая тонкая, но сильная рука. Когда его окутает совершенно особый запах его жены – пот, цветочные духи, окалина, иногда резкие химикаты… Она задумчиво переберет его волосы, подышит в макушку, устало разглядывая стопочки корреспонденции, потом спросит звонко и чуть устало:

– Много сегодня?

– Много, дива, – ответит он.

– Надо отдохнуть от этих чокнутых, – пробормочет она, наматывая его волосы на руку и задирая его голову для поцелуя. От этой немного жесткой ласки – Ора даже кусала его губы, помогая стряхивать оцепенение, в теле младшего супруга разгорался огонь. А жена, насладившись поцелуем и его послушанием, садилась на стол, аккуратно, так, чтобы не развалить стопки конвертов, и раздвигала ноги под тонким шелковым халатом.

И неважно, что уже после первого визита супруги Джамьянг начал скреплять стопки специальными зажимами или канцелярскими резинками – Орнелла с уважением относилась к любому труду. И в кабинет она приходила после душа – теплая, мягкая, чистая… Насладившись лаской, поднимала лицо Джамьянга и мурлыкающим голосом интересовалась:

– Чем я сегодня могу порадовать моего красивого мужа?

Ора не знала, что таким мурлыкающим голосом попала в давнее воспоминание Джамьянга, однако она заметила, что ему нравится такая интонация, и применяла ее только наедине с ним, подчеркивая интимность их встречи в кабинете.

А еще этим вопросом она передавала младшему супругу ведущую роль, что очень грело его самосознание.

После нескольких таких встреч в кабинете Джамьянг убедился – Орнелла принимала его любым. Злым, уставшим, раздраженным. Однажды он просто сунул ей в руку член и уперся лбом в плечо, мечтая о быстрой разрядке. День был паршивый, все навалилось, и не хотелось стараться даже ради себя. Ора поняла и просто сжала пальцы в кольцо, помогая ему толкаться, а потом раздвинула ноги, принимая сперму на мягкий трепещущий живот.

В другой раз она пришла вымотанная долгой поездкой и попросила просто посидеть у него на коленях, прижимаясь к его груди. Кажется, та короткая интерлюдия сблизила их сильнее, чем яростный секс на кухне!

Джамьянг закрыл глаза, надеясь призвать Ору, но все было напрасно – дверь не открылась, никто не обнял его, и, тяжело вздохнув, младший муж принялся за работу – следовало побыстрее разобрать бумаги и помочь Норбу.

Старшие мужья мучились не меньше младшего. Каждый уголок в квартире напоминал им о днях и ночах, проведенных с молодой женой. Кажется, не так уж много времени они провели вместе, но их жизнь обрела вкус Оры, ее цвет, ее запах.

Норбу тосковал, выстраивая на экране сцены с Орнеллой – ему хотелось добавить к этой фантомной девочке только себя, но по правилам рядом чаще бывали Тайши или Джамьянг. Старший муж показывал, что супруга занята делами, а младший сопровождал диву на отдыхе. Остальные мужья присутствовали на выходах как свита или в том случае, если они, как Снейп, являлись телохранителями.

Устало потерев глаза после пары часов монтажа, Норбу откинулся на спинку стула и вдруг вспомнил, как однажды Орнелла заглянула к нему в монтажную кабину «Сладостей». Он тогда работал над очередным рекламным роликом «Сладостей» и откровенно устал. Она заглянула, принесла ему молочный коктейль с витаминными добавками, а когда он выпил тонизирующую жидкость, внезапно слизнула молочные «усы» с его губ и втянула в крышесносный поцелуй.

Потом Норбу даже не понял, как его руки оказались привязанными к ручкам монтажного кресла пояском от ее платья и его шейным платком. Ора медленно расстегивала пуговицы его рубашки, легонько царапая плотную светлую кожу короткими ноготками. Склонилась, рассматривая мышцы, укусила за сосок, одновременно пощипывая второй, потерлась щекой о брюки, вызывая этим такой прилив крови к паху, что Норбу откинулся в кресле, выгнулся и застонал. Как он мечтал, чтобы жена взяла его член в рот! Представлял, как тонкая кожа чувствительной головки заскользит по ее губам, по твердости зубов, углубится в самое горло, упругое и трепетное…

Он поднял голову и замер – потолок в монтажном отсеке состоял из зеркальных пластин, и в этом чешуйчатом зеркале отражалась такая сцена, что он едва не кончил, как пацан, впервые увидевший женщину!

Ора уловила его движение, взглянула, хмыкнула и тут же расстегнула его брюки. Он получил все – и нежное касание губ, и гладкость зубов, и пожар в чреслах, когда Орнелла с силой засосала его член, одновременно поглаживая мошонку.

Когда Норбу до финала оставалась совсем немного, Орнелла отстранилась, довольно улыбнулась и забралась к мужу на колени.

– Покатаешь? – усмехнулась она, плавно опускаясь на его член.

Он дернулся всем телом, опасаясь, что вот-вот кончит от охвативших его орган тепла и влаги, Ора же замерла, сжимая внутренние мышцы. Норбу закрыл глаза и застонал, а потом сам усилием воли погнал кровь в головку, заставляя ее немного разбухнуть и дернуться.

– Крас-савчик! – Орнелла явно не ожидала такого подвоха – вытянулась как струна, замерла, и ее восхитительная грудь под тонкой блузкой оказалась прямо напротив его лица.

Ну разве можно было упустить момент? Норбу уткнулся в оборки, быстро нащупал горошину напрягшегося соска, смочил слюной ткань, помассировал сосок кончиком языка, а потом легонько прикусил. Скользкий мокрый шелк легко выскользнул из захвата, но подарил Оре столь приятные ощущения, что она тихонечко охнула и прижалась ближе. Тогда Норбу поймал зубами второй сосок и потеребил его «на сухую». Это жене тоже понравилось. Норбу отчаянно хотелось схватить пышные холмики руками, но привязь оказалась надежной, так что он лишь подался вперед, утыкаясь в это богатство лицом. Ора легонько хмыкнула, взяла его потяжелевшую голову в ладони, заглянула в глаза, провела пальцами по губам, вызывая щекотку и новую тяжесть в паху:

– Не спеши, мой Норбу! – хрипловато сказала она, одним движением задирая блузку и бюстгальтер.

Ее упругая и мягкая плоть обрушилась на его лицо, и Норбу снова застонал от восторга. Поймав сосок, он крепко обхватил его губами, взглянул Оре в глаза и толкнулся бедрами.

– Нетерпеливый, – вновь хихикнула его женушка, приподнимаясь, а потом обрушиваясь на его член своей горячей киской.

Он был привязан, но и Ора не могла отстраниться – они уставились друг на друга, и тогда Норбу легонько прикусил кончик груди, зная, что искра от легкой боли прострелит Орнеллу от затылка до пяток. Все так и случилось – застонав, Ора своими руками поднесла к его губам второй сосок, а после вцепилась в широкие плечи своего блондина, чтобы раз за разом насаживаться на его стояк, а потом взорваться оргазмом, всхлипывая и бормоча его имя.

Потом она немного посидела на нем, уткнувшись лбом в плечо, и неохотно слезла, когда он пошевелился, чтобы размять затекшие руки.

После, оказываясь в монтажной «Сладостей», Норбу каждый раз вспоминал тот секс и с затаенной надеждой посматривал на дверь – вдруг снова войдет Орнелла?

Увы, в его комнату вместо жены вошел Тайши. Спросил про готовность видео, переслал файлы Рейсу и устало потер лоб:

– Давай спать, завтра придется помелькать на предприятиях.

Норбу только кивнул, выключил комм и отправился в душ. Ему срочно нужно остаться одному и сделать что-нибудь с этой штукой, неприлично вставшей в штанах! Срочно!

Тайши вышел в коридор и, оглядевшись, на цыпочках двинулся в комнату Орнеллы. Супруга редко приглашала мужей к себе. Но однажды дядюшка настоял, чтобы она лично проверила филиал, расположенный на полюсе. И пусть всем участникам поездки выдали теплую одежду, но короткой прогулки от ангаров до флайбота хватило, чтобы промерзнуть и набраться впечатлений. Тайши тогда сопровождал супругу и уже в пути заметил, что ей нездоровится. Связался с дядюшкой, тот скинул «рецепт» и парочку пошлых смайликов.

Вообще, старший муж отвечает за здоровье жены, и Тайши прошел несколько обязательных медицинских курсов, но его Ора такая хрупкая, нежная… Он запаниковал и обратился за советом к старшему родственнику. А тот… посмеялся? Однако через минуту прислал еще одно сообщение:

– Делай все по плану, это поможет! Не сомневайся.

Вздохнув и стиснув губы, Тайши решился – вынул жену из флайбота, принес домой, скинул ее и свою теплую одежду в прихожей – младшие уберут, и понес ее в ванную. Теплый душ, любимый гель – Орнелла едва стояла и уже начинала кашлять, так что Тайши долго держал ее в наполненной паром кабинке, разминая и растирая сведенные мышцы. Потом вынес, закутав в свой огромный и теплый халат. Сам он остался обнаженным – в квартире тепло, а вот жену колотила дрожь.

Уложив Ору в кровать, Тайши принял из рук Джамьянга поднос с теплым молоком, сдобренным медом и бренди, поставил на кровать, вручил жене бокал и мягкий бисквит, а сам сбегал за аптечкой. Мазь согревающая для ног, странные штуки, которые Рейс Тиррон обозвал «шерстяные носки», витамины, еще немного молока с бренди и… объятия.

Орнелла доверчиво свернулась у него на груди и прошептала:

– Хорошо, что ты здесь, Тай, мне сейчас так одиноко!

Тайши хотел было сказать, что за дверью находятся еще четверо мужчин, которым Ора небезразлична, но девушка уже спала, сжавшись в комочек.

Полежав какое-то время смирно, Тайши тоже задремал, а проснулся, когда внезапно стало холодно. Орнелла тихонько хныкала, кутаясь в одеяло, стянутое с Тайши. На ее щеках горели пятна, волосы сбились, но глаза жена не открывала.

Инструкция говорила четко, что делать. Тайши метнулся в ванную за мокрым полотенцем. Потихонечку раскукливая жену, он обтер ее влажной теплой тканью, забрал халат и натянул свою собственную чистую футболку – просторную, мягкую и не мешающую сну.

Ора успокоилась, выпрямилась и снова заснула. Тайши убедился, что у него все готово к утру, напомнил Шерабу про завтрак и уснул. А утром проснулся от того, что озябшая после спавшей температуры Орнелла забралась на него, как на печку, и утренний стояк радостно упирался ей… куда-то.

Сонная, теплая жена сладко потягивалась, мурлыкала и терлась об утреннюю щетину Тайши, а он лежал с закрытыми глазами и понимал, что вот-вот опозорится!

Но его руки жили своей жизнью – гладили, ласкали, тискали восхитительно расслабленное тело Орнеллы. Красиво очерченные бедра, острые колени, упругие ягодицы и тут же восхитительно тонкая талия – Тайши ощущал себя скульптором, полирующим идеальную скульптуру.

Ора мурлыкала, потягивалась, а потом дотянулась до его шеи и слегка прикусила кожу. Эта легкая боль отрезвила старшего супруга, он открыл глаза, уставился на жену и увидел ее улыбку:

– Мой большой, сильный муж, – пропела Ора, зажимая член Тайши бедрами, – ты такой большой, что я даже не знаю, поместишься ли ты во мне?

Дразнилка удалась – Тайши моментально перевернул шутницу на постели, уткнул лицом в подушку и замер от восхитительного зрелища – прогиб спины, раздвинутые ноги, растопыренные ягодицы, а ниже исходящие соком розовые губки, нежные, как лепестки его любимых пионов.

Кажется, это зрелище загипнотизировало брюнета, потому что он вдруг сам опрокинулся на кровать и посадил Ору себе на лицо. М-м-м-м-м, ему хотелось стонать от наслаждения и извиваться как червяк, когда сладкие, покрытые росой нежные складки прижались к его губам. Орнелла дернулась, но Тайши уже схватил ее за бедра и простонал:

– Дива, прошу!

Она чуть приподнялась, заглянула ему в глаза и медленно опустилась ниже, удерживая свой вес на согнутых ногах.

Вот тут Тайши показал все, чему его учили! Он был нежным, жадным, аккуратным и быстрым одновременно. Ора быстро начала постанывать в такт его движениям, а потом едва удержала себя, когда он поиграл языком с ее маленькой дырочкой.

– Не могу больше! Хочу тебя! – выкрикнула она, выгибаясь в его руках.

Вот теперь Тайши следовало быть осторожным. Он действительно был крупноват для юной супруги. Если же поставить ее на четвереньки и взять сзади – так он мог контролировать глубину проникновения, придерживая себя рукой. Поэтому он деликатно перекатился на бок, укладывая жену рядом, чтобы спросить разрешения на «неприличную» позу. Но Орнелла решила все сама – просто закинула колено ему на бедро и поймала истекающий смазкой член в свои ножны. И тут же застонала удовлетворенно:

– Хорошо-о-о-о! – и ринулась навстречу.

Тайши оценил позицию и расслабился – так он точно супруге не повредит и может вбиваться в нее, сколько хочет – ноги не позволят проникнуть слишком глубоко! Толчки, стоны, сладкие спазмы и сбившиеся простыни – все было великолепно. Однако Оре немного не хватило, так что она увлеклась и собралась оседлать старшего мужа, забыв о его размере. Счастье, что Тайши не терял бдительности и поймал хулиганку в нужный момент, не позволив ей насадиться «до донышка».

Ощутив эту грань, Орнелла растерялась, застыла, округлив рот, теряя возбуждение. Боли не было, но ощущение заполненности буквально распирало.

– Ой, прости, спасибо, что удержал… – Ора поняла, что чуть не сделала глупость.

Она неловко завозилась в его руках, и тут Тай аккуратно прижал жену к себе и шепнул:

– Дива позволит мне немного похулиганить?

Орнелла закусила губу. Возбуждение отступило, но не улеглось совсем, а Тайши выглядел весьма соблазнительно. И его теплый живот между ее раздвинутых ног, и ловкие пальцы, мягко массирующие спину, и…

– Да!

Тайши ждал только разрешения – он моментально собрал подушки в стопку, уложил на них Ору животом и покрыл поцелуями ее спину. Легкий массаж, мягкие, плавные движения от затылка к копчику – и кровь снова побежала по венам, а колени девушки легко раздвинулись под руками мужчины…

На этот раз Тай предусмотрительно использовал смазку, тщательно смазав все, до чего дотянулся, и особое внимание уделяя клитору. Медленно вводя головку в напряженное кольцо мышц, мужчина почти молился – только бы не сорваться!

Ввел и застыл, продолжая поглаживать спину Орнеллы, разминать ягодицы, целовать бедра. От жены пришла нотка недоумения – и это все? Но Тайши не спешил – гладил, подбираясь к груди. Потискал нежные холмики, незаметно прижимаясь сильнее, проникая глубже, потом вернулся к чувствительной точке между ног, шепча на ухо милые непристойности. Он был терпелив и дождался момента, когда Ора раскрылась и сама качнулась навстречу с протяжным выдохом и стоном.

Вот теперь он отпустил себя – толкался, таранил, рычал и кричал, выплескивая свое желание, а потом обессиленный свалился на постель и заснул. А когда проснулся – Оры уже не было. Она улетела на работу с Норбу.

Быстро наведя в спальне порядок, Тай ушел к себе – заниматься делами, но память об этом волшебном утре хранил – вместе с футболкой, щедро вымазанной смазкой и его семенем.

Утром старший муж обнаружил себя в постели жены. Он лежал, уткнувшись лицом в ее подушку, до боли вжимаясь во вторую подушку бедрами. Осознав все это, Тайши немного полежал, обдумывая ситуацию, потом встал, сходил в душ Оры, легонько касаясь ее баночек и полотенец, а когда зашел в свою комнату, чтобы взять одежду и вновь втянуться в ежедневные заботы – застыл на долю секунды, потом решительно шагнул к шкафу и начал собираться в дорогу.

Тай не хотел размышлять – просто собрался так, как привык, бросил последний взгляд на нетронутую кровать и приоткрытый шкаф, проверил кредитку, разрешение на передвижение за пределами планеты и шарфик, прихваченный в комнате Оры. Вперед. За женой. Неважно, где она сейчас. Тайши не хочет жить эту жизнь без темных внимательных глаз и нежного аромата супруги.

Рейс Тиррон смотрел на экран своего «орлиного гнезда» и не знал, что делать. Племянница исчезла. При этом, как удалось выяснить – ушла самостоятельно, прихватив только кое-какие инструменты и материалы из кабинета. Движений денег на картах нет, документы нигде не «светились», больше того, девушка с ее параметрами фигуры не покидала планету!

Рейс прикрыл пропажу, взяв дела компании на себя и распределив часть нагрузки на мужей Оры. Вот только Тайши, на которого он возлагал свои надежды, сбежал. Решил переметнуться к другому клану? Продать секреты семьи Дейрен? Или он что-то знает о племяннице?

Поразмыслив, Рейс Тиррон приказал не трогать Тайши, но проследить за его действиями. Когда же старший муж Орнеллы предъявил таможеннику разрешение на выезд с планеты, подписанное супругой, дядюшка вновь уверился, что мальчишка едет к Оре, и подтвердил приказ – наблюдать издалека и докладывать.

Управляющий семьи Дейрен просто не знал, что Ора подписала разрешения для всех мужей – просто для удобства. Джамьянг, например, иногда встречал высоких гостей на орбитальной станции, Норбу мотался в соседний сектор за редкими живыми кристаллами, необходимыми для производства, а Шераб посещал великую Помойку – самый большой торговый центр галактики.

Крепкие дамы в невзрачных комби проводили Тайши взглядами, откровенно облизнулись на его широкие плечи и аккуратный зад, а потом, немного поторговавшись, выкупили каюту рядом с «посыльным семьи Дейрен». Пусть красавчик едет куда хочет, Рейс Тиррон не выпустит его из-под колпака.

Между тем дела требовали его внимания, как обычно, поэтому управляющий «Сладостей» отвлекся и не заметил, что еще одна искорка на карте сильно сместилась за пределы охранного контура.

Джамьянг закончил с бумагами, заглянул в свою комнату, чтобы взять верный лук, запас одежды и кое-какие бумаги, а потом, не скрываясь, отправился в космопорт – вот разрешение от жены на вылет, вот приказ приготовить все необходимое для будущей выставки шедевров конкурса «Хрустальная слеза».

– Не рано ли? – подозрительно уточнила пограничница, затянутая в грубый черный комби. Ей понравился утонченный мальчик, и женщина невольно стала искать способ задержать его на пункте контроля подольше.

– О, дива, – достоверно изобразил испуг Джамьянг, – это мероприятие отчаянно важно для моей супруги! Она готовилась к нему несколько лет! Если по моей оплошности ей достанется недостойное место или дурно выставленный свет…

Красиво задрожав четко очерченными губами, Джамьянг сделал вид, что собирается рухнуть на пол прямо в своем дымчато-сером дорожном одеянии.

Пограничница скривила губы, но тут вмешалась ее напарница:

– Айрин, пропусти мальчика. Бумаги у него в порядке. Не стоит связываться с новой дивой семьи Дейрен. Говорят, она так строга, что красавчик Норбу по струнке ходит!

Айрин присвистнула и пропустила Джамьянга в предполетную зону, всего лишь ущипнув за задницу.

Младший супруг Оры картинно подпрыгнул и захныкал. Тяжелая дверь за ним задвинулась несколько быстрее, чем полагалось.

Тут же успокоившись, Джамьянг осмотрел зал и отправился к небольшому магазину с одеждой для путешественников. Ему следовало переодеться, чтобы не привлекать к себе лишнее внимание.

В это же самое время Норбу отправил Рейсу Тиррону целую подборку видео, на которых Орнелла в разной одежде и с разными прическами гуляла по магазинам, посещала национальный парк, расслаблялась на курорте в компании мужей или бегала по спортивной дорожке возле дома в компании огромного белого волка.

Дополнив коллекцию видео короткой запиской, блондин переоделся в костюм для прогулок по лесу, вызвал флайер и улетел «погулять», оставив записку на холодильнике.

Через сутки его флайер нашли на стоянке у заповедника, а сам Норбу пропал. Еще через сутки он мелькнул на камерах ближайшей к планете космической станции.

Получив все данные, дядюшка Рейс выругался и чуть не разбил пульт управления в своей «рубке».

– А Шераб? – спросил он наблюдателей, сообразив, что все мужья Оры сбежали.

– Сидит в квартире, – пожала плечами тонкая и звонкая девушка в сером неприметном комбинезоне. – Готовит, убирает, спит…

– Готовит? А сам ест? – подозрительно уточнил родственник Орнеллы.

– Э-э-э-э, – наблюдательница бросила в переговорник несколько слов и, весьма удивившись новостям, ответила: – Не ест. Всю приготовленную еду выдерживает на плите, потом расфасовывает в контейнеры и убирает в холодильник.

– Идиотки, – скрипнул зубами Рейс, – это не Шераб! Это бытовой кадавр с Ксенона! Проверьте!

Через пятнадцать минут прилетел доклад – действительно, вместо Шераба в квартире хозяйничал бытовой робот. Куда и когда пропал один из мужей Орнеллы, никто сказать не мог.

– Прекрасно, великолепно! – бушевал дядюшка. – Сама сбежала и всех мужей увела! Идиоты легкомысленные! Что мне теперь делать?

Будто в ответ на его вопрос легонько тренькнул сигнал защищенного канала, и на экране появилась пугающая своим совершенством Дилара Квардера Тамплир.

– Рейс, – сказала она мелодичным голосом, – я не могу связаться с Орой. У нее все в порядке?

Три дня на астероиде пролетели быстро. Получив деньги и билет на шаттл, Ора вышла на космической станции и в некоторой задумчивости остановилась у списка ближайших рейсов. Ей нужно покинуть систему, чтобы запутать следы для дяди Рейса. Потом она отправится в свое тайное убежище, чтобы работать над украшением для грядущей выставки. Решать, что делать с мужьями, будет потом. После.

Хм, интересно. Ближайшие рейс на планету оборотней, и билеты есть. Это может стать интересным!

Усевшись в небольшой по космическим меркам кораблик, девушка собралась проспать большую часть полета, но к ней подсел разговорчивый юнец, тщательно обнюхал, а потом завел разговор и не умолкал до самой посадки. В итоге на планету Ора сходила с головной болью и горячим желанием упасть и уснуть.

Именно это желание подстегнуло ее отказаться от пафосных отелей известной в галактике сети и снять домик в лесу. Ловкая оборотница взяла предоплату за три дня, усадила девушку во флайер и доставила к точке назначения. Разглядев маленький темный домик посреди заснеженного леса, девушка едва не отказалась от брони. Но мелькнула мысль о том, что здесь ее никто не будет искать, и Ора со вздохом подтвердила бронь, уточнив перед посадкой:

– Еда, вода, дрова – есть?

– Все есть, лури, – сказала ей оборотница, ловко направляя флайер к земле.

Ора, едва шевелясь, вышла на полянку, открыла дверь избушки, вошла внутрь, нашла кровать, рухнула и уснула, забыв о багаже, печи, еде – вообще обо всем. Ей хотелось только спать. Во сне она видела свой будущий шедевр и потому не хотела просыпаться даже тогда, когда стало холодно.

Потом ее вновь окутало тепло, и сон стал сладким, тягучим, как карамель. Кажется, с нее стянули потрепанный комби и укутали одеялом? Или ей это приснилось?

Проснулась Орнелла от соблазнительного аромата тушеного мяса.

В домике было тепло, пахло едой и крепким травяным чаем. За плотной занавеской раздавались звуки – легкое бряканье посуды, скрип половиц, стук дверцы печи.

Девушка сладко потянулась, мурча от удовольствия. Лежать обнаженной под меховым одеялом очень, очень приятно! Тут она вдруг вспомнила, что ложилась-то спать в одежде! Но испугаться не успела – тканая занавесь откинулась, и в проеме показался мрачный Снейп:

– Есть будете, лури? – спросил он.

– Снейп? Откуда ты взялся? – переполошилась Орнелла.

– Прилетел, – коротко ответил волк. – Я воды согрел, умоетесь?

– Умоюсь! – спорить с волком Ора не стала. Ну, прилетел и прилетел. Он, собственно, к Лераю не привязан, только к ней. Возможно, получится договориться?

«Нагрел воды» означало «слегка истопил баню», так что Ора полноценно вымылась, натянула белье и была тут же закутана в огромную шубу. Ее на руках доставили в домик и вручили миску с рагу, в котором мяса было больше, чем овощей.

Плотно подкрепившись, Орнелла понаблюдала за тем, как Снейп убрал все со стола, залил тарелки горячей водой, а на стол выставил огромные кружки для травяного отвара, миску с медом и сухое печенье из запасов домика.

– Поговорим? – сказала она.

Волк медленно кивнул.

– Как ты меня нашел? И зачем?

– Нашел по запаху, – признался Снейп. – Сначала потерял, но потом на станции учуял след. Истинная для нас как… запах крови для акулы. Чуем на большом расстоянии.

Орнелла тихо кивнула. Слышала о таком, но не верила.

– Искал потому, что не могу быть отдельно, – пожал плечами оборотень. – И очень рад, что моя лури выбрала мой родной мир.

– Я тут временно, – открестилась Ора, – хотела передохнуть день-два и запутать следы. Мне нужно готовиться к конкурсу, а вся эта семейная суета мешает.

– Я не буду мешать, – сразу заявил волк, – прослежу за едой, теплом и безопасностью.

Орнелла тихо вздохнула.

Как объяснить Снейпу, что мешает не только постоянное наличие пятерых мужчин в доме? Мешает их желание, мешают их потребности в общении, мешает желание самой Оры чувствовать себя частью семьи. Все ее силы уходят на мужей, ничего не оставляя на творчество. Если же она запирается в мастерской, отсекая себя от мира и от мужчин, то потом чувствует себя виноватой и вновь откладывает то, что должно стать делом ее жизни!

Неловко, путанно, рвано, она все же изложила Снейпу то, что думала. В ответ волк подлил ей еще отвара, придвинул печенье и кивнул:

– Я понял, моя лури, постараюсь не мешать тебе творить. Но я все равно не могу оставить тебя никогда и нигде. Даже если снова сбежишь – последую за тобой. Если хочешь, можешь не замечать меня до самого своего конкурса, но потом… Потом ты родишь мне дочь.

– Дочь? – изумилась Орнелла. – Я думала, у вас больше ценят сыновей.

– Сын продолжение отца, – кивнул волк, – их воспитывают, учат хранить честь семьи, силу и навыки. А девочек можно баловать и любить.

Ора покачала головой:

– Ты же понимаешь, Снейп, что это шантаж? К тому же я могу не выиграть этот конкурс, а значит, буду готовиться к следующему.

– Волки умеют не только гнать дичь, но и караулить ее, – белозубо усмехнулся оборотень. – Я подожду, моя лури!

– Мне не нравится, когда меня пытаются заставить, – уперлась Орнелла. – Именно поэтому я сбежала от вас всех!

– Я не стану заставлять, – покачал головой Снейп, – я буду оберегать, любить и ждать, когда ты будешь готова подарить мне сокровище.

– Возможно, ждать придется долго! – неуступчиво хмыкнула Ора, а волк не стал с ней спорить – просто собрал кружки и принялся мыть посуду.

Немного понаблюдав за волком, девушка ушла в комнату – быстро заправила кровать, открыла окно, чтобы проветрить спальню после сна, и подступила к саквояжу.

Все дорогое и ценное она отправила в убежище, но ее обожаемый эскизник был тут. А еще в этом лесу была связь, так что, полазив по местным сайтам, Ора нашла немало ценных штучек для своей задумки.

Когти и клыки оборотней, кости и рога их добычи – прикупив всякого разного, девушка взялась за эскизник.

Полоска меха как основа для браслета, а по нему переплетение алмазных цепочек? Пластинки из пиленого рога и в центре каждой – темный, привлекательный и мрачно драгоценный сапфир? А если взять отбеленную кость и сделать из нее пугающе хрупкие серьги, да еще добавить рубиновые капли?

Часа через три Орнелла оторвалась от блокнота. Ей требовалась передышка, а лучше – прогулка.

Накинув куртку, девушка шагнула за порог, и ей тут же ткнулся носом в ладонь белый волк. Он, оказывается, успел изрядно наследить вокруг домика – не то сбрасывал стресс, не то просто охранял.

В компании Снейпа Ора не боялась снежной чащи, поэтому сказала оборотню:

– Хочу прогуляться. Если рядом есть река или ручей, давай сходим туда. Просто полюбуемся видом. Я слишком долго сидела.

Волк ее понял и помчался вперед, оставляя четкие следы. Орнелла пошла по ним и ощутила под свежим снегом утоптанную тропинку. Видимо, домик часто арендовали для лесных прогулок.

Снейп вывел жену к широкому лесному ручью. А может, это было начало какой-нибудь речушки. Во всяком случае, вода не замерзла и весело журчала, разгоняя легкий белый туман.

У воды стояли обнаженные кусты и деревья, виднелись крупные валуны, вероятно, вымытые водой из мягкой почвы. И в целом вид был живописный и приятный. Орнелла стряхнула снег с большого упавшего дерева, присела на него и залюбовалась.

Тихо, только вода журчит. Красиво и мирно. Совсем не похоже на мегаполис, в котором ей пришлось жить на Лерае. И пусть мужья устроили для нее все удобно и красиво, все же большой город есть большой город.

Посидев до тех пор, пока морозец не начал основательно пробираться под одежду, девушка поднялась и сказала волку:

– Домой! Пора перекусить!

Зверь охотно помчался по тропинке.

С перекусом возникли некоторые трудности – пока Ора гуляла, дом остыл, так что сначала Снейпу пришлось принести дрова и подкинуть их в печь. Поймав взгляд мужчины из серии «что бы ты без меня делала», Орнелла спокойно сказала:

– Я умею разводить костер и топить печи, носить воду и готовить на открытом огне. Отец и мама каждое лето возили нас в загородный дом без удобств и слуг. Мы часто ходили в походы с ночевками, плюс все прошли курс выживания для охраняемых персон.

Волк недовольно повел плечами. Он думал, что Ора сглупила, выбрав вместо отеля хижину в лесу, а оказывается, она прекрасно могла справиться тут сама…

Щадить самолюбие оборотня девушка не собиралась. Она сбежала, чтобы побыть одна, и не собиралась уступать ни пяди своей свободы.

Волк отвернулся и загремел кастрюльками, Орнелла же, умывшись, сунулась в запасы продуктов и, хмыкнув, вынула пачку масла:

– Печенье заканчивается, надо новое испечь. Духовка тут есть или только плита?

Снейп молча брякнул заслонкой небольшой встроенной рядом с топкой духовки.

– Вот и хорошо, – улыбнулась Ора, – печенье или пирог? Тут сливы есть мороженые и джем.

– Пирог, – расцепил зубы оборотень. На Лерае Орнелла несколько раз баловала мужей своей выпечкой, и всем она очень понравилась.

Бухнув масло в миску, чтобы растаяло, девушка села за стол, показывая, что готова ужинать. Снейп поставил две миски с мясом, две кружки с отваром и остатки печенья. Они молча поели, после чего волк сгреб посуду в таз и вышел на улицу. Ора никуда не торопилась – пила отвар и слушала удары топора по промерзшим плахам. Пусть мужчина тяжелой работой выбьет дурь из своей головы. А она займется женским делом – испечет вкусный пирог и подумает, что еще она может сотворить из местных материалов. Пакет с образцами прибудет утром, и у нее останется два дня на работу с ними.

А дальше… Если Снейп не поймет, что сейчас ей никто не нужен – придется что-то придумать.

Вздохнув, Ора сняла с печи миску с подтаявшим маслом и занялась тестом.

Пирог удался! Утром они съели половину с травяным отваром, и Снейп ушел на охоту, потому что мяса для двоих в домике осталось мало.

Ора, не заботясь об обеде – пирог есть, ей точно хватит! – получила посылку, присланную дроном, и, разложив все полученное на столе в комнате, занялась делом.

Все было интересно и сложно. Напилить правильно слоистый рог или трещиноватую кость – ой как непросто! Пришлось вспоминать лекции по обработке органических материалов, искать кипяток, масло, древесные опилки и много еще что.

Но результат того стоил – к обеду первый, самый простой комплект украшений был готов. Полюбовавшись результатом, Орнелла убрала серьги, кольцо и браслет в специальную коробку, навела на столе относительный порядок и отправилась умываться и обедать.

Снейп сидел на кухне и мрачно гипнотизировал таз, полный разделанных тушек то ли зайцев, то ли еще каких-то зверьков.

Ора спокойно прошла мимо – на традиционной охоте видывала и не такое! Умылась, причесала волосы, нанесла на руки заживляющий крем и взяла с плиты чайник, чтобы налить себе кружку отвара.

– Лури не желает приготовить обед? – низким тяжелым голосом спросил волк, кивая в сторону таза с добычей.

– Нет, – коротко ответила Орнелла, подумав про себя, что родная планета плохо действует на волка. Он внезапно забыл правила Лерая и ждет, что жена будет готовить, стирать и прибирать.

Отрезав себе кусок пирога, Ора поела под пристальным взглядом волка, убрала посуду в таз и, накинув куртку, вышла на улицу подышать свежим воздухом и полюбоваться снегом.

Неплохая получилась остановка – она узнала кое-что новое, появились идеи для шедевра. Вот только Снейп…

Поморщившись, девушка решила не возвращаться в домик, а прогуляться вокруг него. Метки крупного волка не позволят сюда явиться хищникам, а невысокий плетеный забор достаточно живописен, чтобы не мешать любоваться пышным еловым лесом.

Подмерзнув, Орнелла вернулась в дом. На печи булькал котел с мясом, печь полыхала жаром, так что, помыв руки, девушка отправилась в комнату и застала Снейпа над своим столом.

Возмущаться она не стала – видела, что волк ничего не касался, только смотрел, но все равно стало неприятно.

Поправив волосы, Ора села за стол и принялась готовить следующую новинку – меховой браслет с алмазными цепочками. После обнаружения в космосе Алмазного пояса бриллианты перестали быть символом роскоши и богатства, но все равно оставались любимым украшением во многих мирах.

Снейп еще понависал над ней, но вскоре ушел на кухню, а еще через некоторое время хлопнула входная дверь – волк ушел побегать? Или топить баню? Орнелла не знала. Ей и так было хорошо. Дело спорилось, и, кажется, она сумеет удивить своих постоянных покупателей новинкой с другого края галактики!

На ужин Снейп выставил запеченных зайцев, но Ора поела совсем немного – ее больше занимали заячьи хвостики. Девушка пыталась придумать достойное обрамление для этого меха и новую интересную форму.

Волк мрачнел все больше, щерился, брякал посудой, но девушку это не задевало – она вся была в своем новом проекте.

В баню отправились уже в темноте. Орнелла собиралась мыться сама, но Снейп мрачно буркнул, что это опасно, и пошел с ней.

В полутемном, жарком и влажном помещении волк будто с ума сошел – накинулся на Ору с поцелуями, потом вылизал ее всю, устроив на полке, и наконец нагнул над лавкой, рыча и подвывая. Девушка сладко потянулась после всего и капризным тоном сказала:

– Утомил! А я помыться хотела! Теперь сил нет! Сам мой!

Волк был счастлив – мыл, урча, и периодически целовал. Потом завернул в простыню, отнес в дом и, напоив травяным отваром, уложил в постель. Хотел и сам рядом лечь, но Ора дрыгнула ногой:

– Жарко! Ложись отдельно! Я устала!

Снейп недовольно ушел на кухню, допил оставшийся в кружке отвар и лег спать.

Выждав полчасика, Орнелла тихонько поднялась. Не зря она убрала все свои вещи в сумку. Натянуть теплую одежду – дело минуты. Правда, сапоги, куртка и шапка остались висеть у двери, но это дело поправимое – шерстяные носки, а поверх непромокаемые чехлы для обуви. Два свитера. Плотная повязка для занятий спортом на голову и легкий шарф, намотанный, как тюрбан, рюкзак на плечи, и осторожно открыть окно…

Вызванный по комму флайер завис чуть в стороне от домика и мягко сел в глубокий снег. Орнелла спокойно забралась внутрь и скомандовала пилоту:

– В космопорт!

Тот, не обратив внимания на странный наряд гостьи, уточнил:

– Аренду прерываете?

– Нет, там остался мой муж. Завтрашний день оплачен. Он желает поохотиться.

Кивнув, оборотень слегка потянул носом и поднял летающее блюдце над лесом. Ора укуталась в плед и прикрыла глаза. Да, секс со Снейпом был приятен и горяч. А еще запах матерого волка отгонит от нее всех любопытных. Сейчас она прикупит обувь и одежду в космопорту и выберет ближайший рейс на табло. А Снейп проспит часов двенадцать и проснется лишь тогда, когда она покинет планету. А нечего было строить из себя «дикого волка»!

Оборотень проснулся, когда солнце уже садилось за лес. Поднял тяжелую голову, огляделся, увидел куртку Оры на вешалке и успокоился. Поднялся, умылся из ведра холодной водой, поворошил остывшую печь, заглянул в комнату – и застыл. Жены не было! Разворошенная кровать, пустой стол, прикрытое окно… Сбежала!

Рыкнув, волк бросился обшаривать помещение, чтобы найти хоть что-то, и нашел. Под подушкой обнаружилась папочка с договором аренды домика и записка: «Прости, Снейп, но ты заигрался, а я не игрушка».

Буквально взвыв, волк выскочил на улицу и некоторое время бездумно орал в темнеющее небо. Потом взял себя в лапы, вернулся в дом и набрал номер администратора. Узнав, что его супруга заказывала флайер в космопорт, он уведомил милую оборотницу, что завершает аренду и просит прислать за ним флайер.

До прилета крылатого блюдца оставалось несколько минут, и взявший себя в руки волк методично навел порядок – собрал свои вещи и обратил внимание на маленькую пластиковую капсулу в мусорном ведре у печи. Ей суждено было сгореть, но, зацепившись за щепку, пластиковая безделушка осталась. Подцепив ее внезапно отросшим когтем, Снейп принюхался, и у него снова полезли клыки – снотворное! Вот почему ему так сладко спалось!

Что ж, Ора подстраховалась, но и он не лыком шит! Ночь с оборотнем оставила на девушке не только запах! Он очень старался, чтобы его истинная понесла, и теперь найдет ее по запаху где угодно!

С такими мыслями Снейп собрал вещи, вызвал флайер и помчался в космопорт.

Увы, «блюдце» оказалось тем же самым, в котором улетала Орнелла, и ее запах был чист. Она пахла Снейпом, но лишь его страстью, а не щенком. Ощущая ее аромат, волк чуял, как заостряются клыки. Как? Как ей удалось обойти феромоны, которые выплескивает волк, когда владеет истинной, да еще на родной земле? Ладно, на Лерае он не пользовался своей силой, но здесь? На родной планете?

В космопорт Снейп прилетел в таком состоянии, что его остановили таможенники.

– Лур, вы слишком напряжены. Прошу вас, пройдите в это помещение для беседы.

Снейп словно очнулся. Взял себя в руки, и выполнил требование. Он знал, что скандал ничего не решит. Оборотни были крайне осторожны и внимательны – волка, не умеющего держать себя в руках, просто не выпустят с планеты.

В уютной комнатке, оформленной в зеленых тонах, Снейпа ждала милая немолодая волчица. Она улыбнулась ему, представилась и сказала:

– Лур, вы весьма напряжены, датчик агрессии показал пятьдесят процентов! У вас что-то случилось?

– Да, случилось! – выпалил волк, сам от себя не ожидая. – Скажите, лури, как человеческая женщина может не понести от истинного? Здесь, на планете? Если он желает?

– О, вы расстроены, что ваша лури не понесла? – волчица аккуратно улыбнулась, выражая сдержанное сочувствие.

– Я приложил все усилия… Принес мясо… Был рядом всю ночь… А она уехала… И без щенка…

Снейп не знал, что с ним творится, казалось, в этот миг в груди образовалась огромная дыра.

– Ну-ну, лур, прошу вас, не сдерживайтесь, это даже хорошо… Вот, выпейте!

Оборотница сунула в руку Снейпа стакан воды с легким запахом мяты и сочувственно погладила по плечу. И вот тут из глаз матерого волка хлынули слезы! Слезы! Он не верил своим глазам! Да он с трех лет не плакал! Он боец, он силен! А соленая влага все текла и текла!

Очнулся волк не сразу.

Соленый поток иссяк, а вода с мятой так и стояла перед ним на столике. Выпив ее одним глотком, Снейп поднял голову и увидел теплое сочувствие в глазах волчицы:

– Вы очень долго все носили в себе, лур Снейп, и хорошо, что напряжение упало от таких простых действий. Сейчас уровень агрессии снизился до пяти процентов. Если хотите, можете продолжить путь, но… я бы вам рекомендовала задержаться. Поохотиться, подумать.

– Я хочу найти свою жену и узнать, почему она не забеременела! – буркнул Снейп, но совсем беззлобно.

– Если ваша лури не понесла от вас в ночь полной луны, значит, не хотела, – мягко сказала волчица, – вам нужно понять, почему не хотела. Возможно, вы слишком настаивали на ребенке? Или нарушили какое-то слово, данное до свадьбы?

Снейп сглотнул. Ора просила не спешить с детьми, потому что у нее запланирован конкурс! Она ведь и в избушке возилась с кожей и мехом, перебирала косточки и клыки…

– Нарушил, – прошептал он.

– Вот видите! – чему-то обрадовалась волчица. – В таком случае Первопредок не дает детей, пока не пожелает сама женщина. Вам просто нужно заслужить ее прощение и желание родить вам дитя!

Снейп кивнул, встал и поцеловал волчице руку:

– Благодарю вас, лура! Вы открыли мне глаза! Если позволите, я продолжу путь. Мне нужно найти супругу и… помириться!

– Пусть Первопредок будет к вам милостив! – ответила дама, шлепая печать разрешения на его документы.

Орнелла села на первый попавшийся рейс. Сошла на многолюдной станции, посетила несколько магазинов, отправила посылку в бутик на Сорайе и аккуратно связалась с младшим братом.

Райян сначала удивился звонку по космической стационарной связи, потом увидел сестру – и удивился еще больше:

– Ора? Ты где?

– А ты как думаешь? – задала встречный вопрос девушка, пытаясь угадать, что известно младшему.

– Мама сказала, ты принимаешь дела на Лерае, – дернул плечом братец.

– А ты не нашел времени позвонить сестренке, – ехидно напомнила Орнелла, радуясь тому, что Райян ничего не знает про ее особое замужество.

Братец потупился, а потом серьезно спросил:

– Тебе нужна помощь?

– Как ты догадался? – фыркнула Ора.

– Я ни разу не видел тебя в лиловой повязке при голубом свитере, – пожал плечами младший сын семьи Тамплир.

– Да, Рай, мне нужна карточка на твое имя. Моими счетами временно пользоваться нельзя. Вернее, так: я позвоню в бутик, прикажу перевести тебе дневную выручку, а ты дашь мне доступ к своей карте. Любой.

– Все так серьезно? – младший дураком не был.

– Объяснять долго, да и ты не поверишь, – вздохнула Ора, – но поверь, мои трудности временные. До конкурса. Закончу то, что задумала, и вернусь. А сейчас мне лучше побыть одной и подальше от всех.

– Маме и папе тоже не сообщать? – поднял брови братец.

– Им точно не сообщать! – заверила его Ора. – Приглашения на конкурс пришлю, как членам семьи, и хватит.

Рай укоризненно вздохнул, но взялся за комм, и через пять минут Орнелла стала обладательницей виртуальной карты на имя Райяна Тамплир.

– Это так называемая «женская карта», – пояснил брат, – я такие своим подружкам делаю, когда отпускаю их по магазинам прогуляться. Она безымянная и как бы кредитная. Счета потом мне придут. Отдашь, когда сможешь!

– Спасибо, Рай! Ты меня очень выручишь! Еще одна ма-а-аленькая просьба!

Орнелла старательно сделала «оленьи глазки», как называл их отец.

Райян преувеличено вздохнул:

– Веревки из меня вьешь, мелкая! Говори, что тебе надо!

– В ближайшее время можешь уехать куда-нибудь подальше? Туда, где коммы плохо берут, и куда ни один нормальный человек не сунется!

– Все так серьезно? – хмыкнул братец. Он покусал губу, почесал подбородок, залез в ежедневник и наконец объявил: – Есть у меня тут контракт на три недели в Черные горы. Связи нет, еды нет, но виды потрясающие!

– Вот и отлично, – улыбнулась Ора, – вернись дня за два до конкурса. И не забудь, я хочу видеть тебя на трибуне!

Прикоснувшись раскрытыми ладонями к экрану, брат и сестра попрощались, и связь прервалась.

Из кабинки космосвязи девушка вышла окрыленная – деньги есть, притом отследить их не получится. Кредитка с отсрочкой, счета придут братцу дня через два или три. Конечно, на карте есть лимит, но ей много не надо – снять жилье, закупить еды и закончить то, что начато. Ах да, еще нужен билет на рейс в самый консервативный и строгий город Сорайи… Остров монастырей!

Да-да, кто бы мог подумать, что беглянка будет прятаться в родном мире. Да еще в таком месте!

На Остров монастырей Ора попала во время учебы. Их возили туда, чтобы продемонстрировать сокровища ювелирного искусства, которые хранятся в монастырских ризницах или используются на службах в храмах.

Она тогда была совсем юной и не скрывала восхищения, а увидев лампаду с разорванной цепочкой, расплакалась – очень уж красивая была вещичка. Настоятельница, которая водила студентов по монастырскому музею, пожевала бледные губы, да и предложила студентке задержаться на острове на денек-другой – искупаться в целебном источнике, сделать эскизы для курсовой и вообще подышать монастырским воздухом. Причем умная дама обставила все так, что другие студенты и даже преподаватель решили, что Ору заманивают в монастырь. А что такого? Юная, невинная, не бедная…

В общем, оставили ее с трудом, а сами ушли ночевать в гостиницу для паломников. Вот тогда матушка Алевтина и попросила Ору починить лампадку.

Никаких особых инструментов в монастыре не было, но кое-что нашлось в каморке рядом с музеем, и девушка даже какое-то время гордилась своей пайкой, пока не увидела эту же лампадку в витрине и снова с порванной цепочкой. Орнелла, конечно, задала вопрос и получила честный ответ.

Оказалось, вещица уже много лет служит своеобразным испытанием для мастеров.

Монастырские сокровища нуждаются в чистке, правке, мелком ремонте, а иногда в замене камней или замков. Но работа с драгоценностями несет много искушений, и не все их выдерживают. А эту лампадку жалеют только те, кто видят в работе не золото и камни, а красоту.

Тогда Оре все это показалось надуманным, но от работы в монастыре девушка не отказалась. Провела срочный ремонт и чистку, написала курсовую работу по ювелирным окладам икон и вернулась домой.

Но келью-мастерскую на острове за ней сохранили. Раз в год Орнелла прилетала «в гости» и восполняла отсутствие постоянного мастера. Ей нравились тишина и уединение Острова. Нравилось прикасаться к старинным сокровищам и давать им вторую жизнь, очищая и укрепляя.

Попав в странную ситуацию со своими мужьями, Ора решила слетать на Остров. Пожить там оставшиеся до конкурса пару месяцев, доделать свою работу и обдумать сложившуюся ситуацию.

Все же побег от мужей – не выход. Нужно либо признать свое фиаско в деле воспитания пятерых великовозрастных мужчин, либо сменить тактику. Где-то она что-то сделала не так. Почему объятия красавцев стали для нее клеткой?

С этими мыслями девушка заглянула в ближайшую лавку, купила несколько простых безразмерных платьев с длинными рукавами, хлопковое белье, полдюжины платков, сумку на ремне, удобную для ношения на боку, крепкие ботинки, простые тапочки и перчатки. После чего приобрела билет на следующую станцию. Три дня в пути, и она весьма аккуратно вернется на Сорайю по запасному комплекту документов. А там… будет работать и думать, надо ли ей это все?

Джамьянг не просто так был любимым сыном матери клана. Он умел слушать мир. Особое искусство, дарованное не каждому. Вырвавшись из рук пограничниц, прибыв шаттлом на станцию, он выбрал местечко потише и сосредоточился.

Внизу, на Лерае, Орнеллы точно не было. Где же она?

Невесомый, исчезающий след тянулся куда-то вправо. Что там? Увы, в космических картах поэт и музыкант не разбирался, поэтому, отыскав приблизительный вид со станции, решил, что супруга отправилась на Каримэль – небольшой закрытый мир, славный своим стеклом. Красивый кварцевый песок был тут повсюду, так что даже дома строили из матовых стеклянных блоков и дороги мостили шершавой стеклянной плиткой.

Спустившись на планету, Джамьянг был очарован уютными кварталами, полными зелени, стеклянными фонариками и фонтанами.

Побродив по торговым рядам, молодой мужчина снял комнату в семейном отеле, выпросил у хозяйки разрешение провести ночь на крыше, чтобы помедитировать и вновь отыскать супругу.

На рассвете едва видимый вибрирующий луч указал ему путь. Вскочив, Джамьянг прихватил небольшой мешок с пожитками и рванул за указателем, опасаясь, что дрожащая надежда пропадет. Увы, луч привел его в лавку с витринами.

Растерянно покрутившись среди стеклянных коробов разных размеров и форм, младший муж Орнеллы вдруг вспомнил, под каким предлогом он покинул планету. Задумался, поймал гаснущий лучик и подошел к зевающему продавцу:

– Сколько стоит эта витрина? А с доставкой в галактический выставочный центр?

Для витрины понадобились: система подсветки, демонстрационный диск, сигнализация и блокиратор. Закупив все, Джамьянг грустно хмыкнул на цифры счета, однако вернулся в снятый домик, чтобы поесть, переночевать и еще несколько дней провести на Каримэле – вдруг найдется еще что-то полезное?

В итоге набор стеклянных блоков для ванны, небьющийся стеклянный сервиз, коробка с пузырьками из кварцевого стекла, гирлянда стеклянных шариков и несколько стеклянных ваз отправились на Лерай почтовым рейсом. А Джамьянг полетел в галактический выставочный центр. Почему-то он был уверен, что Орнелла не бросит свою мечту и обязательно появится на конкурсе!

Тайши покинул Лерай последним. Сначала дисциплинированно завершил дела и отправил отчет Рейсу Тиррону прямо из зала ожидания на станции. Потом поправил просторный пестрый балахон, тюрбан и никаб и двинулся по гибкому переходу в шаттл, не отвечая на звонки взбешенного дядюшки. Ничего, старый орел Рейс несколько десятилетий управлял делами семьи, справится и еще несколько месяцев. Сейчас для Тайши важнее всего отыскать супругу и понять, отчего Ора сбежала?

Сидя в уютном просторном кресле шаттла, Тайши пытался заново пересмотреть и оценить свою семейную жизнь. Ему невероятно повезло, что Орнелла выросла на другой планете и не успела перенять дурные привычки лераек. Она старалась уделять время каждому супругу, инспектировала семейный бизнес, улаживала мелкие трения с другими семьями, вела представительскую деятельность и еще выкраивала время на занятия ювелирным делом. Только вот времени на мастерскую оставалось все меньше, мужья требовали себе больше внимания, дядюшка намекал на наследницу…

На миг Тайши представил, что это он стоит во главе семьи Дейрен. Каждый день решает, что лучше для сотен и тысяч работников. Каждый день выглядит безупречно. Каждый день уделяет внимание шестерым близким людям…

Да-да, шестерым! Рейс Тиррон звонил племяннице ежедневно и хотя бы дважды в неделю заманивал ее в «Сладости» на чашку травяного чая и беседу. А еще ежедневный секс, утренняя пробежка, светские выходы… Тайши часто сопровождал Орнеллу, но его роль всегда была вторична. Он помогал, поддерживал, подавал комм или ручку на переговорах, но на острие атаки оставалась жена.

Неудивительно, что Ора сбежала. Кажется, их маленькая стойкая супруга поняла, что теряет себя в бесконечных списках «должна».

Прикрыв глаза, Тайши задумался. Куда бы направился он, если бы понял, что нуждается в убежище? В материнский клан? Но Рейс Тиррон связывался с Диларой – Ора не появлялась в родительском доме.

Подруги? Те интересные дивы, что присутствовали на празднике в день совершеннолетия. Может, они что-то знают? Наверняка дядюшка Орнеллы им уже звонил, но вдруг…

Красивые мужские пальцы пробежали по клавиатуре комма, выискивая информацию. Лидана, Сиенна, Катава, Регина, Лейла, Марайя… Пожалуй, к юристу обращаться бесполезно – ничего не скажет, только выяснит подробности побега Оры. Медичка… тоже не стоит. Тайши помнил, как всех мальчиков мать клана ежемесячно водила на общий осмотр, и как сурово выглядели дивы в зеленых халатах!

Поизучав список еще немного, Тайши остановился на художнице. Она, кажется, особенно близка Орнелле, они даже эскизники с собой таскают одинаковые, значит, может что-то знать. Только из шаттла не позвонишь. Зато можно написать с палубы космического корабля. Не быстро, но сообщение дойдет.

Часа через два уже в каюте Тайши сбросил маскировочную накидку и, присев на закрепленную у стены корабельную койку, читал сообщения от Сиенны.

Художница не удивилась желанию Орнеллы побыть в одиночестве. Она прямо написала, что для творческих людей это важно, а уж во время подготовки к конкурсу просто жизненно необходимо.

Где подруга могла укрыться от суеты, Сиенна не предполагает, но уверенно советует Тайши поискать самое тихое место.

– Ора единственная из нас всех способна долгое время быть одна. Наверное, это потому, что у нее три непоседливых брата. В общем, ищите самый тихий и темный угол, – написала художница и попрощалась.

Тайши вздохнул. Он очень мало знал о своей жене. Но с помощью Норбу и Шераба раздобыл досье на Орнеллу, собранное конкурентами семьи Дейрен. Может быть, в этих бумагах есть ответ?

Остров встретил беглянку сильным ветром.

Тяжелый флайер, груженый продуктами и товарами для монастырской лавки, аккуратно сел на прибрежном пятачке. Ора поправила узелок просторного плата, подождала, пока на берег ступит хромой ветеран, исполняющий при монастыре должность водителя, и аккуратно вышла следом.

Флайер на Остров прилетал по расписанию – раз в неделю, так что встречать его вышли три игуменьи, три матушки-келарницы да отвечающие за лавки и туристические трапезные.

Паломники, туристы, любопытствующие и студенты приходили на остров по узкому пешеходному мосту, натянутом над узкой старицей. Металлические тросы и деревянные дощечки нещадно скрипели, раскачивались и заставляли людей задуматься о сущем. А вот товары и редких специалистов доставлял флайер.

Увидев Орнеллу, мать-настоятельница самого старого монастыря на Острове потянулась вперед и коснулась ее лба благословляющим жестом:

– Золотинка наша приехала, – сказала она мягко, – а я-то, дурная, гадала, кто будет ризу чинить!

Ора прикрыла глаза, купаясь в тепле и любви этой немолодой уже женщины.

Пока трудницы и послушницы разбирали пакеты и свертки, а сам водитель таскал на склад тяжелые ящики с провиантом и бутыли с вином и маслом, игуменья лично повела Ору к монастырской стене. Так уж сложилось, что древние военные укрепления служили приютом для редких и ценных гостей. В толще стены пряталась маленькая ювелирная мастерская, там же, насколько знала Орнелла, располагалась ризница, находились склады с запасами воска, масла и свечей. Иногда в келейках, спрятанных в стену, монахини запирались в затвор.

В общем, ненужные в космическую эпоху каменные лабиринты служили не только украшением обители и защитой от ветра для других зданий, но и давали возможность уединения многочисленным обитательницам монастыря.

Войдя в мастерскую, Ора вдохнула знакомый запах и порадовалась – судя по слою пыли на столе и подоконнике, сюда никто не заглядывал.

– Твои посылки мы на кровать сложили, – матушка показала рукой на тонкую дощатую перегородку, за которой прятался жилой уголок. – Не знали, как прибрать, сама разберешься!

– Спасибо! – расцвела девушка.

– Где тряпки и вода, сама знаешь, – игуменья ласково улыбнулась гостье, – на трапезу не опаздывай. Завтра сестра Мелитинья ризу принесет.

Поцеловав игуменье руку, Орнелла поставила саквояж на табурет и полезла в нишу, в которой был устроен простой рукомойник. Жизнь в монастыре оставалась аскетичной – сестры мылись в бане или в купальне на речке, носили воду из колодца и стирали белье в долгих корытах в старинной прачечной.

При этом в монастыре имелся водопровод, стиральные машинки и всевозможные современные удобства. Ими охотно пользовались сестры, несущие послушание в монастырской гостинице или в трапезных. Но драгоценные ткани, затканные золотом, стирать можно было только руками, в кельях не было электричества, а периодически налетающие на монастырь штормовые ветра обрывали коммуникации и даже выворачивали из земли столбы и трубы. Так что Орнелла взяла ведро и вышла из мастерской, чтобы принести воды и навести порядок.

Хлопоты по благоустройству заняли девушку до самого вечера.

Когда монастырский колокол ударил глухо и мерно, призывая насельниц на вечернюю трапезу, солнце уже практически село. Орнелла отряхнула руки, полюбовалась на чистую келью и отправилась в трапезную.

Кормили тут просто, но сытно. Овощи с монастырского огорода, рыба, выведенная в монастырских же садках. Сыр от монастырских коров и коз. Хлеб, выпеченный в просвирне, из зерна, смолотого на своей же мельнице. В свое время Ора удивлялась – как это Остров умудряется обеспечивать себя и огромное количество паломников и трудников? А после узнала, что правительство специально отвело монастырю обширные земли вдоль реки, чтобы монахини сохранили ручное производство всего, необходимого монастырю, и передавали эти знания дальше.

Попытки устроить аналогичные светские хозяйства под эгидой экологически безопасного производства или фольклорного городка проваливались очень быстро. Людям не хотелось работать руками там, где все можно было доверить машинам, а механизация приводила к забвению древние примитивные технологии.

Услышав об этом впервые, Ора страшно удивилась – зачем сохранять примитив? Игуменья тогда светло улыбнулась и спросила – зачем изготавливать ювелирные изделия вручную, если можно наштамповать колечек и цепочек на станке?

Девушка открыла рот… и закрыла, осознавая.

После ужина девушка вернулась в свою келью и принялась разбирать посылки. Тут были камушки с Лерая – самые разные, не только драгоценные. Металлы с астероида, на котором она занималась прополкой и сбором ягод. Меха, рога и кости с планеты оборотней, а также кое-какие редкости, заказанные по каталогу.

Разложив все и полюбовавшись, Орнелла забралась на узкий топчан, чтобы отдохнуть. Закрыла глаза и вспомнила всех своих мужей.

Убегая с Лерая, она постаралась сделать все, чтобы они не пострадали. Семьи у них не вышло, но все же вспоминать минувшие месяцы было приятно. Снейп только подпортил картину… Рука Орнеллы невольно потянулась к животу. Как хорошо, что мама давным-давно посоветовала ей поставить противозачаточный имплант! Безопасно, экономно, и не нужно рассказывать каждому кавалеру, что ты на таблетках. Оборотень в силе и в желании – страшная вещь. Голову сносило от его запаха, от желания быть с ним, прогибая спину и подставляясь сильным толчкам.

Счастье, что имплант быстро вычленил волну опасных гормонов и притормозил! Иначе Ора ушла бы из домика беременной. Если вообще ушла бы.

Дядюшка Рейс лет пятьдесят потом хихикал бы над ее побегом. Вернуться домой босой и беременной, под мышкой у оборотня? Такие сказки девочкам Лерая рассказывают на ночь вместо страшилок!

Вздохнув, Ора повернулась на другой бок. Тайши. Красавец. В мире Сорайи он стал бы крутейшим старшим менеджером – так ловко он помогал ей с расписанием и делами корпорации.

Норбу… Золотые локоны этого красавца были только маскировкой. Мозги там ого-го, как и талант ко всему цифровому.

Шераб. Хитрая корзинка с двойным дном. Самый спокойный, самый выдержанный… Интересно, что у него на уме? Чем сейчас занимается ее самый «домашний» муж?

Джамьянг. Тонкий красавец с капризным изгибом красивых губ. Поэт, музыкант… Ора вспомнила, с каким ледяным выражением лица он парил под потолком зала, держа в руках натянутый лук. Она как-то дотронулась до звенящей тетивы – и поняла, что натянуть эту струну стоит изрядных сил. С какой нежностью он ласкал ее губами в кабинете!

Вздохнув, молодая женщина снова повернулась на узком ложе. От работы тело устало, но мысли продолжали тесниться в голове. Как там ее мужья без нее? Дядя Рейс, наверное, орал и топал ногами… Ничего, она закончит свой шедевр, выступит на конкурсе, потом вернется на Лерай, и они поговорят! Обязательно поговорят!

Несколько недель Орнелла видела только келью-мастерскую, трапезную и реку со стены монастыря.

Такой тут был обычай – перед началом дня и вечером, завершив дневные труды, сестры, послушницы и трудницы поднимались на стену и шли по ней, с молитвой обходя обитель. Чтобы не закоснеть за столом, девушка выходила на стену вместе со всеми – и в жару, и в дождь, и в ранний снег.

Эти прогулки помогали ей держать себя в хорошей физической форме – длина стены монастыря, в котором она нашла приют, составляла около пяти километров, так что прогулка длилась час и давала необходимую нагрузку.

С утра Ора занималась своим шедевром, а после обеда принималась за чистку и полировку монастырских сокровищ. Ужин, прогулка, крепкий сон и осторожные сообщения от брата.

Связываться с родственниками напрямую девушка опасалась – знала, что тот же Норбу легко вычислит ее нахождение по комму.

Но младший был хитер. Через пару недель пребывания в Черных скалах он прислал сестре-казначее небольшой благотворительный перевод с прикрепленным закодированным сообщением. Благо матушка была мудра и быстро сообразила, о ком идет речь.

С той поры перевод стал еженедельным, как и благодарственное письмо от монастыря в ответ.

Райян сообщил, что ему написали все мужья – с разной степенью осторожности пытаясь вызнать, нет ли Орнеллы дома. Потом написал дядя. Следом мать. Дива Дилара отправила всем сыновьям короткий приказ – доложить о появлении Орнеллы и удержать ее на месте до прибытия матери или дяди.

Прочитав это сообщение, Ора нахмурилась, но следующие строчки ее порадовали. Отец. Он прислал сыновьям свое письмо с просьбой не трогать сестру и дать ей самой разобраться со своей жизнью.

– Помогите, если попросит помощи, и не мешайте Оре делать то, что она считает нужным!

Эти строки выбили у девушки слезы. Всласть порыдав над коротким сообщением, она вернулась к работе – до конкурса оставалось совсем немного времени!

Когда работа была закончена, она полюбовалась результатом, аккуратно убрала в ящик инструменты и материалы, а потом пошла к настоятельнице. Ей нужно было безопасно добраться до Моря Слез, да еще провезти с собой драгоценности стоимостью в небольшой город.

Матушка-настоятельница поддержала.

Вызвала казначею, обсудили все, связались с устроителями выставки, и через два дня с Острова взлетел флайер с четырьмя женщинами. Мать-казначея везла на выставку монастырские сокровища, двух сестер и послушницу.

Возле витрины со старинными лампадами, обложками для книг и миниатюрными иконами в драгоценных окладах будет ненавязчиво маячить коробка для благотворительных сборов.

Остров принимает туристов только летом, а зимой триста монахинь нужно чем-то кормить, возжигать в храме свечи, использовать для служб масло, хлеб и вино – и все это где-то брать.

Орнелла смотрела на монастырь с высоты и кусала губы. Ее шедевр, аккуратно упакованный в ящики с монастырскими сокровищами, лежал в багажнике. До космопорта три часа полета, потом таможня, шаттл…

На месте наверняка будут трудности.

Ора подтвердила заявку на конкурс, прислал видео процесса, описание результата и несколько макрофотографий. Но целиком ее работу не видел никто. Найдутся ли подходящие витрины? Сумеет ли она нанять охранную фирму и зазывалу? Пригласительные, фуршет, конкурс зрительских симпатий… И пусть она уже не раз выходила со своими изделиями на конкурсы, но каждый раз вся организационная суета тяжестью ложилась на плечи.

Только бы все получилось!

Между тем мать-казначея безмятежно подремывала и открыла глаза только возле космопорта. Зато там она преобразилась – вынула из саквояжа белоснежное покрывало и надела его поверх апостольника. Сестры-монахини точно по команде нацепили черные покрывала. Орнелле достался серый платок поверх белого – что в сочетании с серым платьем просто превращало ее в часть интерьера.

Багаж сложили на тележку, которую толкал хмурый «возница», и дружным клином за матерью-казначеей выдвинулись к вип-стойке космопорта.

Таможенники было встрепенулись, но, увидев мать-казначею, кисло заулыбались и шлепнули печати на документы сопровождения не глядя.

Миновав заслон, монахини разместились в отдельной секции шаттла, вынули из карманов маленькие книжечки и негромко запели, вторя гудению двигателей. Ора невольно присоединилась. За время, проведенное в обители, она привыкла к ежедневным молитвам – перед трапезой, после трапезы, перед прогулкой по стене, после прогулки. Невольно выучила повторяющиеся запевы и потому сама не заметила, как присоединилась к общему хору. Так было спокойнее. А еще в голове мелькали тоскливые мысли. Конкурс без поддержки близких…

Она, конечно, отправит приглашения маме, папе, братьям, но захотят ли они приехать после ее побега? Мама уж точно обидится и рассердится. Сумеет ли Орнелла объяснить свои резоны семье и мужьям? Еще и Снейпа обидела. Впрочем, волк сам нарвался. Куда бы она сейчас летела с токсикозом?

Успокоив сердце и мысли песнопением, девушка задремала. Разбудили ее только на подлете к гигантскому кораблю. Дальше был шлюзовый переход, каюта на четверых и снова сон.

Монахини девушку не трогали – задернули занавеску на ее кровати, отсекая свет и шум, и тихонько сидели у стола, занимаясь рукоделием. Разумная казначея взяла в дорогу целый ящик бусин и веревочек, так что, тихонько напевая молитвы, монахини собирали четки, браслеты с благословением и даже детские бусики с образками святых.

Ора проспала почти сутки и встала бодрая и свежая. Умылась, съела остывший ужин и присоединилась к общей работе. Пока руки механически нанизывали бусины, в голове складывался план. Одной будет непросто, но… она справится!

Корабль пристыковался к станции. Минуя суету, женщины вышли через вип-зону, спустились на планету и тут же угодили в руки одного из распорядителей.

– Дамы, благотворительная часть выставки проходит в павильоне на берегу. Позвольте, я провожу вас.

– Сударь, – замялась Орнелла, – я одна из участниц основного конкурса. Не подскажете, куда мне идти?

– Фамилия? – строго спросил мужчина, открывая список в планшете.

Ора на миг споткнулась, но вспомнила, что подавала заявку под своей девичьей фамилией, а потом поменяла ее на брачную.

– Орнелла Дейрен, – сказала она.

– А, ваши помощники уже все оформили и устроили. Ждут только вас. Секция три В!

– Помощники? – дернулась девушка.

– Вам туда! – бесцеремонно ткнул пальцем распорядитель, а мать-казначея взяла Ору за руку и заглянула в глаза:

– Иди, детка, потом пришлешь кого-нибудь за багажом. Вот, – женщина с проницательными глазами сунула в руку «послушницы» резные каменные четки, – отдашь посланнику, – и мягко подтолкнула в сторону огромного шатра, накрывшего озеро белым куполом.

Орнелла пошла, как зачарованная, и едва миновала короткий ажурный мостик и ступила на деревянное покрытие платформы, как рядом с ней очутился… Джамьянг!

– Дива, – радостно воскликнул он, – вы успели! Я так волновался! Пойдемте скорее! Нужно подписать бумаги на участие! Здесь такие занудные секретари, считают, что доверенности на ведение дел недостаточно!

Совершенно ошеломленная Орнелла последовала за младшим мужем к стойке регистрации.

Платок она сняла, расстегнула пуговки на платье, перекинула через плечо смоляную косу и уже совсем не выглядела монахиней. Скорее строгой барышней из хорошей семьи.

Ее опознали по отпечатку сетчатки, выдали кучу бумаг на подпись, номер в очереди на презентацию, ключи от номера в гостинице, кресла в секции поддержки и брошюры с рекомендациями.

Провозившись с бумагами почти час, Орнелла размяла затекшие руки и наконец взглянула на младшего супруга:

– Джам, как ты здесь очутился? – спросила она.

– Дива, – потупился он, – если позволите, я расскажу все в номере. Кстати, презентация вашей работы уже завтра, что нужно подготовить?

Ора приложила ладонь ко лбу и вздохнула:

– Сначала нужно забрать ящики из благотворительного павильона. Поместить их в сейф под кодовым номером. Проверить подиум. Модели у меня нет, так что придется выходить самой.

– Я не знал, – потупился Джамьянг, – простите, дива, сейчас найти достойную модель невозможно!

– Знаю, просто… я изменила комплект в последний момент, так что виноватых нет. Идем за ящиками!

– Дива, может, вам лучше в гостиницу? Вы бледны, тут жарко и шумно. А за ящиками отправим гонца.

Девушка задумалась. С одной стороны, она действительно вымоталась и устала, с другой – кому она может доверить то, над чем столько трудилась?

Девушка уже открыла рот, чтобы отказаться, но за спиной Джамьянга вырос тенью Шераб:

– Дива доверит мне? – спросил он с легким поклоном.

Ора вздрогнула и протянула супругу каменные четки:

– Подойди к матери-казначее, она в благотворительном шатре. Стойка «Острова». Скажи, что я просила отдать ящики и отвези их в сейф. Кодом сделай номер моего выступления.

Шераб молча поклонился, взял четки и моментально исчез в толпе. На его месте появился Тайши:

– Дива, вы позволите? – рядом с ним стояло элегантное креслице на колесах.

Орнелла была так поражена его появлением, что перестала сопротивляться – ее усадили, включили маленький вентилятор, вручили бокал с напитком и покатили сквозь толпу к выходу.

Прохлада и острый мятный вкус безалкогольного коктейля помогли – у входа в отель девушка пришла в себя и спросила:

– Остальные тоже здесь?

– Мы все здесь, дива, – ответил с поклоном Джамьянг. – Каждый пришел своим путем, но каждый хотел помочь вам.

Ора закусила губу, не зная, как отнестись к ситуации. Впрочем, пребывание в монастыре научило ее молчанию, так что она оставила вопросы при себе. Уютное кресло, стрекоча вентилятором, вкатилось в прохладный холл, и тут уже она не пожелала показывать слабость:

– Тайши, помоги мне встать! – сказала она, подняв руку.

Старший муж тотчас остановил кресло и помог жене подняться. Орнелла сделала несколько шагов и тут же споткнулась – кажется, сила тяжести на этой планете была чуть больше, чем на Сорайе. Ее тотчас подхватили на руки и понесли к лифту. Опасаясь падения, Ора закрыла глаза и, очутившись на руках у мужчины, ощутила знакомый холодноватый аромат. На ощупь дотянулась до собранных в низкий хвост волос, принюхалась и улыбнулась:

– Норбу!

– Я рад, что вы не забыли меня, дива, – взволнованно ответил супруг, утыкаясь в ямку между шеей и плечом. Кажется, кто-то соскучился!

Через пять минут Орнелла очутилась в гостиной роскошного номера, выделенного для участников соревнований.

Конкурс был престижным, так что на устройстве главных участников организаторы не экономили. Просто изначально построили на берегу Моря Слез три гостиницы с номерами «люкс» и «суперлюкс». В одной селили участников, в другой – членов жюри, а в третьей почетных гостей, будущих покупателей драгоценных произведений искусства, стоящих порой как целый город или даже астероид.

Судя по всему, ее мужья умудрились получить для себя один из самых роскошных номеров. Из окна открывался вид на Море Слез, но этаж был таким высоким, что шум и суета внизу казались чем-то далеким и неважным.

Норбу донес Ору до дивана и сел на него, держа жену на руках. Джамьянг скользнул за одну из дверей, и оттуда раздался шум воды.

– Дива, легкий перекус? – Тайши взялся за планшет с меню, лежащий на столике.

Девушка отмахнулась:

– Не стоит. От душа не откажусь, не думала, что там, в шатре, так душно…

– Случилась небольшая авария, климатические установки вышли из строя. К завтрашнему показу обещали все восстановить, – сказал Норбу, не выпуская Ору из кольца своих рук.

Старший муж все же заказал освежающие напитки, фрукты и сырную тарелку, а тем временем в дверях появился Джамьянг:

– Дива, ванна готова!

Ора порывалась встать, но ее на руках отнесли в просторную купальню, там поставили на пушистый коврик и благоговейно принялись раздевать. Джамьянга и Тайши не смущали ни скромное платье, ни простое хлопковое белье – они благоговейно наблюдали за тем, как Норбу снимает с жены вещичку за вещичкой, и брюки их топорщились весьма нешуточно.

Она как-то поздно вспомнила, что мужчины обходились без нее больше месяца! Она прикрыла глаза и подумала о том, что она может сделать. Отказать в близости? Запросто! Только в брачном контракте прописаны два соития в месяц. Выгнать всех из ванной? Так вроде мужья не делают ничего неприятного, пошлого или причиняющего вред.

Между тем Норбу уступил место Джамьянгу – он единственный из мужей стоял в домашних штанах и с обнаженным торсом. Младший муж опустил Ору в ванну, помог расположиться удобно и спросил:

– Дива позволит помочь с купанием?

Орнелла кивнула:

– Позволю! Но сначала дайте мне десять минут полежать в воде. Давно не было возможности принять ванну!

Мужчины отступили. Девушка прикрыла глаза, наслаждаясь тишиной, покоем и теплой ароматной водой. Джамьянг, как обычно, подобрал благовония, соответствующие ее настроению. Немного пряностей, немного фруктов… Пахло домом. Точнее, квартирой на Лерае. Примерно так пахло утро, когда она выходила на кухню, чтобы выпить кофе перед началом рабочего дня…

Орнелла так расслабилась, что не стала даже глаза открывать, когда в воду к ее ногам скользнуло гибкое тело младшего супруга. А вот когда Джамьянг взялся за ее ноги, девушка с трудом удержалась, чтобы не поджать пальцы. В монастыре салонов нет. Маникюр в ужасном состоянии, ногти на ногах она подстригла однажды, не потрудившись даже снять остатки деликатного матового покрытия – некогда было!

Однако Джамьянг и внимания не обратил на ногти – взял мочалку и начал мягко массировать кожу, поднимаясь все выше. Это было приятно и так… странно. Оказывается, тело Оры, ограниченное ежедневным трудом, скудной пищей, прогулками и коротким сном, впало в подобие летаргии. Чувственность погасла, и это было хорошо на Острове. Но тут, в окружении красивых мужчин, явно ее желающих, Орнелла вдруг ощутила себя невинной девой, впервые угодившей в руки опытного любовника.

От касаний мочалки и сильных рук музыканта по коже разбегались мурашки. Тело охватила истома, и в то же время внутри разгорался огонек желания! Что же делать?

На плечи опустились еще одни руки. Норбу.

– Дива позволит? – шепнул он, проводя намыленными руками от плеч к запястьям.

– Позволит, – шепнула Ора в ответ, поднимаясь из воды навстречу мужьям.

Норбу стоял уже в одном белье, так что он тоже шагнул в ванну и взялся за мочалку. Такое мытье в четыре руки Орнелле очень понравилось. Натирая ее гладкую кожу, младшие мужья тихонько постанывали, когда жена задевала их обнаженные торсы, туго натянутые плавки или чувствительные части тел.

Однако, покончив с мытьем ее тела, мужья отступили, пропуская в корыто Тайши. Он держал в руках флакон шампуня, Ора сразу повернулась к нему спиной и тут же охнула – всю боковую стену ванной занимало зеркало!

– Дива прекрасна, – Тайши высился позади, как безупречная скульптура. Он взял лейку душа и начал аккуратно смачивать волосы жены, а Орнелла не могла отвести взгляд от себя и присевших на борт мужей. Они ели ее глазами, и в их напряженных фигурах чувствовался такой телесный голод, что она поняла, почему они пришли в купальню в белье. Чтобы не напугать и не опозориться.

Кажется, Норбу достаточно одного прикосновения, чтобы взорваться – он именно так прикусывает губу в момент наивысшего наслаждения. А Джамьянг… музыкант вцепился в мелкую узорчатую плитку и наклонился вперед, словно вот-вот сорвется со своего места и бросится к ногам Оры.

Тайши выдавил на руки шампунь и начал осторожно втирать его в волосы супруги. Орнелла чуть не замурлыкала – так это было приятно. В монастыре она пользовалась хорошим травяным мылом, которое монахини варили сами, плюс очень чистая ключевая вода, так что волосы ее выглядели хорошо, но вот этот нежный массаж – расслабляющий и чувственный, его она была лишена.

Промыв жене волосы, Тайши аккуратно вынул Ору из воды и поставил на пушистый коврик. Норбу и Джамьянг тотчас взялись за полотенца, а потом закутали девушку в легкий бурнус из шелковистой ткани.

– Откуда? – Ора провела рукой по тонкой мягкой ткани.

– Мы… когда встретились здесь… решили приготовиться к вашему приезду, – с легким вздохом сказал Джамьянг и непроизвольно коснулся скулы.

Опытным взором Орнелла заметила слабый желтоватый след. Хорошо залеченный синяк? Она перевела взгляд на Норбу, и тот… смутился. О, похоже, встреча мужей была жаркой!

Тайши с трудом сдерживал порыв схватить диву, прижать к стене, ворваться одним движением и вытрахать всю злость, которая скопилась в нем во время поисков сбежавшей жены! Сбежала! Из уютного дома! От мужчин, которые обожали ее! И кажется, не испытывает даже смущения по этому поводу!

А они… Тай до сих пор чувствовал, как ноют ребра. Встреча мужей дивы Орнеллы получилась странной и резкой.

Первым на планету прибыл Джамьянг.

Маленький хитрец прилетел с витринами и бумагами для конкурса, поэтому его приняли как представителя дивы и предоставили небольшой номер в гостинице и доступ к павильону. Музыкант перезнакомился со всеми, выбрал лучшее место в демонстрационном зале и даже расставил витрины и подключил их к системе безопасности.

Тут его и встретил Шераб.

Второй супруг дивы Дейрен прибыл на Море Слез самостоятельно. Его помотало в пути, так что выглядел он весьма просто и, одетый в рабочий комбинезон, таскал тяжелые стеклянные ящики для других участников конкурса. Увидев Джамьянга, он едва не уронил витрину! Счастье, что Норбу поддержал!

Блондин прилетел на планету по электронному следу. Орнелла пряталась, но заявка на участие стоила денег, так что она попросила брата оплатить ее с личного счета. Вот по этому платежу, как по электронной нити, Норбу и прибыл на конкурс. Устроился айтишником и даже получил несколько предложений послужить на показе моделью. От показа отказался, а в систему безопасности конкурса залез. И максимально обезопасил разработки Орнеллы. На всякий случай.

Пока три мужа дивы Дейрен стояли, замерев посреди зала, кто-то из грузчиков или монтажников бросил легкомысленную фразу:

– Еще подеритесь тут!

И это послужило спусковым крючком!

Уставшие от одиночества, беспокойства и бесплодных надежд мужчины вволю помахали кулаками. Последним в свалку вломился Тайши – он служил в охране конкурса, и его вызвали на нештатную ситуацию в основном шатре.

Раскидав младших, он все же словил пару ударов по ребрам от Норбу и Шераба, да еще длинную царапину от ногтей Джамьянга. Но и сам помахал кулаками, отметив хорошенькое личико музыканта, да и блондину скулу поправил. Вот Шераб увернулся и от кулака, и от пинка. Но второй супруг самый старший и опытный в семье. Да и кулачный боец высокого уровня.

Потом было долгое разбирательство, отказ от претензий, увольнение… Хорошо, что до конкурса оставалось совсем немного, и Джамьянг выбил для Оры большой номер – иначе и жить изгнанным работникам было бы негде. В дни конкурса окрестности Моря Слез заполняло такое количество гостей, любопытных и туристов, что нельзя было снять и клетушку с кроватью за бешеные деньги!

И вот теперь их дива нашлась!

Прилетела, пришла, согрела их теплом своего взгляда, поманила телом, подарила утерянный смысл существования.

Глядя на то, как Норбу выносит жену из ванной комнаты и усаживает на диван, придвигая ближе поднос с напитками и фруктами, Тайши вдруг ощутил внутри себя потерянное больше месяца назад спокойствие. Он знает, что делать! Он нужен! И…

– Тай, – Орнелла не заметила его напряжения или списала все на телесное возбуждение, – модели нет, так что я сама представлю свой шедевр. Закажи, пожалуйста, в номер мастеров – мне нужно привести в порядок руки и ноги, сделать высокую прическу и депиляцию.

Старший муж сглотнул.

Дома Орнелла, как и многие женщины Лерая, непременно следила за гладкостью кожи, но несколько недель вдали от цивилизации сделали свое дело. Тайши прикрыл глаза, представляя тонкие курчавые волосы в промежности Оры, и едва сдержал стон, представив, как кудряшки трутся по его гладкой коже.

– Да, дива, я закажу мастеров, – сказал он сдавленным тоном и отошел с планшетом в руках.

Между тем Норбу уговорил жену положить ноги ему на колени и подносил к ее губам бокал с прохладительным напитком. Джамьянг кормил Ору кусочками фруктов, а в дверях уже стоял Шераб с докладом:

– Все забрал, дива, отнес в сейф. Доступ лично вам по номеру жребия. Вы позволите? – самый сдержанный муж упал на колени и начал целовать колени Оры под недовольное шипение других мужчин.

Тайши прикрыл глаза, чтобы не видеть этого безобразия и закончить переговоры с администратором. Да, мастера нужны. Да, желательно завтра с утра, до начала показа. Да, готовы заплатить двойную цену за срочность…

Между тем Орнелла перекусила фруктами, выпила освежающий коктейль и приняла решение. Просто поняла, что мужчины сходят с ума без разрядки, а ей нужна их помощь с показом. Да и ее тело соскучилось по их ласкам…

Для начала девушка поцеловала Норбу, чей стояк ощущала с первой минуты. Потом потянулась к Джамьянгу. Музыкант забыл, как дышать, подставляя красивые, четко очерченные губы.

– Пойдемте в спальню, – Ора выпрямилась и улыбнулась, – я соскучилась!

Ее унесли на огромную кровать прежде, чем Тайши успел возразить. Норбу, Шераб и Джамьянг окружили желанную супругу, целуя, лаская, шепча, как скучали. Старший муж остановился в дверях, наблюдая. Он страстно желал очутиться в постели с Орнеллой, но не желал ее делить даже с другими мужьями.

Между тем Ора поняла, что затягивать не стоит – все перевозбуждены. Так что она похлопала по одеялу и сказала Норбу:

– Ложись, хочу тебя увидеть, мой золотой муж!

Блондин моментально стянул белье и вытянулся на постели, позволяя собой любоваться. Ора склонилась над ним, щекоча своими влажными волосами. Коснулась легким поцелуем губ, потеребила зубами плоский мужской сосок, ущипнула второй, потом взяла тяжелое достоинство Норбу в руку и качнула, сжимая в кулаке.

– Не сдерживайся, – шепнула мужчине, – мы проведем тут всю ночь!

Норбу выгнулся со стоном, накрыл руку жены своей и в три движения выплеснулся обильно и густо.

Ора улыбнулась, поцеловала блондина в губы и повернулась к Джамьянгу. Тот уже разделся и расположился на кровати в элегантной, манящей позе.

Его Орнелла тоже приласкала и уложила на постель, чтобы прижаться в поцелуе всем телом. Музыкант держался лучше и кончить от пары движений не спешил, но супруга знала, как добиться своего.

Спустившись дразнящими поцелуями к пупку, Ора обвела кончиком языка раскрытую головку члена, а потом деликатно всосала горячий орган в рот. Джамьянг вздрогнул и выгнулся на постели. Он любил такие ласки и наслаждался ими, но сейчас, после длительного воздержания, все казалось слишком острым. Так что губы и язык возлюбленной жены довели его до пика в считаные минуты.

Излившись на обнаженную грудь Оры, Джамьянг прижал супругу к себе, обнял, поцеловал, шепча нежности, но своей очереди уже ждал Шераб.

Второй муж не торопился. Ложиться он не стал, вместо этого навис над Орнеллой, лаская взглядом ее усталое лицо. Даже целовать сразу не стал, просто прижался лбом ко лбу, вдохнул запах девушки, потом прикоснулся губами к виску, легонько погладил скулу, скользнул к шее, приласкал грудь. Девушка потянулась, подставляя чувствительные бутоны под огрубевшие ладони мужа, и он поймал ее грудь ртом, стискивая плечи, потом талию, потом бедра.

Как ни старался Шераб доставить жене удовольствие, его член уже сочился смазкой и требовал скорейшего погружения. Ора не стала его мучить – закинула стройные ноги на узкие мужские бедра и буквально поймала налитой орган своей «киской».

Толчок, протяжный стон, и будь на месте Шераба кто-то из младших, все закончилось бы десятком толчков. Но второй муж владел собой лучше. Он замер, глядя в глаза жене. Тяжело дышал, так что на лбу выступили крупные капли пота, но не сорвался. Медленно склонился, коснулся губами губ и втянул Орнеллу в поцелуй. Прекрасный долгий поцелуй, именно такой, какой любила дива Дейрен. А потом он вышел – до самого конца – и медленно проник обратно. И снова вышел, заставив Ору простонать и дернуться ему навстречу.

– Не спеши, прекрасная моя, – Шераб сжал кулаки и оперся на них, словно на тренировке, чтобы отвлечься от безумно сладкой волны, поднимающейся в паху. Он не сопливый юнец, он сумеет сдержать себя и подарить наслаждение супруге!

Еще несколько таких же глубоких толчков с полным выходом, и Ора захныкала, прося больше, резче и глубже. Вот только Шераб понимал, что не успеет довести ее до пика. Он уже прикрыл глаза, заранее стыдясь своего провала, но в этот момент припухший женский холмик накрыла рука Тайши.

Старший муж пришел на помощь. Его пальцы приласкали нежное местечко, губы нашли грудь Орнеллы, и вскоре молодая жена изгибалась от страсти, постанывая и поторапливая второго мужа. Шераб с радостью дал себе волю – вбился в податливое тело и кончил, заливая семенем бедра супруги.

Ора вытянулась, отдыхая, Шераб откатился в сторону, и вот теперь настало время Тайши. Он приобнял жену, прижался, собираясь насладиться ее теплом, но дверь в спальню распахнулась, и под недовольные крики мужчин на кровать прыгнул белый волк!

Снейп в ярости метался по космопорту.

Во время поисков он сумел получить весточку от побратима. Волки часто служат телохранителями, многое видят и слышат. Не зря он попросил кузена о помощи. Через него оборотень узнал о том, что его жена должна появиться на конкурсе «Хрустальная слеза». Дядюшке Рейсу пришло приглашение. Волк немедля прыгнул в шустрый торговый кораблик и примчался на планету.

Вышел из шаттла и… поймал легкий шлейф запаха Орнеллы! Она была здесь! Совсем недавно! Только где? Пометавшись по просторным залам, волк наконец уступил место человеку. Вернув холодный разум, Снейп быстро ввел в поисковик комма «место проведения конкурса „Хрустальная слеза“» и отправился на Море Слез.

Тонкий аромат жены он уловил сначала в маленьком благотворительном шатре на берегу. Обошел его весь – принюхиваясь и присматриваясь. Нашел обширную стойку Острова и застыл поблизости. Тут все пропахло Орой! Даже от незнакомых немолодых женщин пахло ею! Бусики, которые они выкладывали на бархатные подложки, несли тонкий аромат ее рук.

Стиснув зубы, оборотень простоял у прилавка несколько минут и убедился – его супруги тут нет. А вот куда она пошла? И с кем? Вновь подавив инстинкты, волк взялся за брошюры, которые выдавали на входе. Так, самый большой шатер, размещенный на глади Моря Слез – самого большого и чистого карстового озера этой планеты, и есть павильон для показов. В нем соберутся все участники и члены жюри. Орнелла ведь участник конкурса?

Быстрым шагом Снейп вышел из маленького шатра и напрямую, через торговые ряды, маленькие концертные площадки и жилые вагончики вспомогательных служб рванул к большому шатру.

Да! Тут Ора точно была! И не одна! Волк поморщился, уловив запахи других мужей. Впрочем, так даже легче ее найти…

Вскоре он добрался до отеля, но его не хотели пускать, ведь имени оборотня не было в списках участников или спутников. Счастье, что Снейп сумел прихватить документы, выданные на Лерае, в которых он числился третьим мужем дивы Дейрен!

После предъявления бумаг охрана нехотя пропустила его к лифту, и он помчался к жене, не замечая, как меняется ипостась. Влетел, вышибая двери, упал рядом с ней и жалобно заскулил, как щенок, не получивший место у соска.

Орнелла лежала на постели в окружении своих мужчин. Удовлетворенная, расслабленная. Появление волка сбило с толку всех. Джамьянг, как младший, соскользнул с ложа, чтобы закрыть выбитые двери и договориться с коридорным о вызове ремонтника. Тайши, оторванный от жены во время поцелуя, не выглядел довольным. Норбу и Шераб смотрели на волка с подозрением – просто потому, что уловили недовольство супруги.

Ситуацию пришлось разрешать Оре. Она встала с кровати, закуталась в бурнус и строго сказала волку:

– Снейп, ты ворвался без стука, грязный, как животное, и помешал мне и моим супругам. Сейчас же отправляйся в ванную!

Волк не шелохнулся – лежал, уткнувшись мордой в лапы, и тихонечко скулил. Орнелла поняла, что таким образом волк выпрашивает прощение, но покачала головой:

– Нет, в мою постель ты не вернешься. Мое требование ко всем вам было очень простым. Честность. А ты попытался сделать меня беременной и удержать на своей планете. Такое не забывается! Иди приводи себя в порядок. Ты все еще числишься моим мужем, так что можешь жить здесь, но я бы предпочла, чтобы ты вернулся на родину.

Волк заскулил особенно жалобно, но Орнелла не повелась.

– Я больше не могу тебе доверять, волк, – сказала она и ушла из спальни.

Мужья потянулись за ней. Заступаться за того, кто хотел стать отцом против воли дивы, мужчины, воспитанные на Лерае, не посмели.

В клановых домах существовала строгая иерархия – первые дети рождались от старших мужей, принося семье силу, связи с другими домами и договорные браки. Следующие дети рождались от младших мужей, одаривая род красотой и умом.

Таким нехитрым способом женщины Лерая избегали накопления генетических ошибок. Пусть мать ко времени рождения пятого или седьмого ребенка была уже немолода, зато отец юн, и его организм не успел накопить ничего дурного.

Орнелле эти тонкости не объясняли, но девушка, выросшая на патриархальной планете, очень чувствительно относилась к репродуктивному насилию. Видела несколько ситуаций, когда родители принуждали подруг выходить замуж и рожать детей, потому что им хотелось понянчить внуков, или «для продолжения рода».

Да что говорить, даже ее собственная подруга Сиенна в свое время болталась по съемным халупам и питалась сухими крекерами, потому что отказалась выходить замуж по указке родителей и немедля рожать наследников.

Снейп и не подозревал, как жестоко обидел свою жену.

Однако стоило ей уйти из спальни, как волк завыл в тоске.

У кровати остановился Тайши. Старший муж не особенно любил оборотня, но помнил, что волк не жалел себя, защищая Ору на празднике. Да еще Тай знал, что привязка волка к истинной – это навсегда. Он, наверное, сможет жить вдалеке и даже завести другую женщину, но детей от нее не будет. Да и настоящих чувств тоже.

– Не дури, – строго сказал старший муж, – приведи себя в порядок и держись тихо. Дива умеет прощать. Будешь брыкаться – вылетишь вон и останешься бирюком.

Волк поднял на мужчину больные желтые глаза.

– Будешь упрямиться, разозлишь Ору, будет только хуже. Поверь, если любимая племянница попросит, Рейс Тиррон тебя ломтями настругает или выпустит на сцену в одном фартучке танцевать. Вставай, оборачивайся и иди мыться. Потом наведи тут порядок. И будь тихим. Ты испортил нам уединение с женой после долгой разлуки. Расстроил Ору. Если все мужья ополчатся на тебя, тебе точно не понравится!

Договорив, Тайши вышел. Он сделал, что мог, остальное зависит от оборотня. Если не дурак – все поймет и постарается исправить. Если будет упорствовать… Ну что ж, на Лерае много семей, желающих породниться с кланом Дейрен. Найдется и волку замена!

Расстроенная Ора сидела в гостиной и наблюдала за тем, как ремонтировали дверь. Это было лучше, чем метаться по комнате, осыпая волка проклятиями. Что бы ни думали про нее окружающие, Орнелла искренне привязалась ко всем своим мужьям. В каждом отыскала то, за что его можно было ценить и уважать. В каждом открыла для себя изюминку. Каждого принимала не только телом, но и сердцем.

А волк… Сначала он поразил ее своей решительностью и силой. Тем, что готов был сражаться за нее до конца. Потом привлек животным магнетизмом и тем, что мог молчаливо быть рядом. Но попытка завести с ней щенков против ее воли… Это больно ранило Ору. Она ведь просила мужчин не торопить ее с детьми.

Имея перед глазами пример матери, Орнелла хотела уделять детям достаточно времени. Видеть их, качать, кормить, купать, лишь иногда уступая время нянькам. Но еще одним ее детищем был шедевр, который она готовила для «Хрустальной слезы». Пока взращиваешь одного «младенца», не стоит отвлекаться на другого – можно потерять обоих. А Снейп пренебрег ее осторожностью, пытаясь продавить беременность с помощью магии родной планеты.

К его несчастью, Ора все же нашла время кое-что прочитать про оборотней. Даже то, что на родной планете их инстинкты направлены на три вектора – внутренняя сила, внешняя и размножение. Так что уступить девушка уступила, но противозачаточный укол обновила. А потом ушла.

Теперь же волк ее нашел в самое неподходящее время – тогда, когда она должна быть собрана и решительна перед самым ответственным днем ее жизни. Нашел и все испортил! Влез в постель, расшатал спокойствие, вызвал прилив гнева. Орнелла не хотела всех этих эмоций. Жизнь на Острове подарила ей внутреннюю тишину, и девушка очень хотела ее сохранить.

– Дива, – поклонился Тайши. Остальные мужья держались в стороне, чувствуя колючий гнев супруги, – здесь, на этаже, есть маленький банный комплекс. Я зарезервировал его на ближайшие три часа. Вы позволите сопроводить вас?

Ора подняла глаза на старшего мужа и в очередной раз порадовалась своему выбору. Вообще-то, в квартире, а тем более в спальне они обращались друг к другу на «ты», по именам и даже забавным прозвищам. Но сейчас, когда она боролась с гневом, именно официальное обращение помогло ей собраться.

– Да, Тайши, – ответила она, вкладывая свою руку в его ладонь, – я позволяю тебе сопровождать меня. Мне очень нужно расслабиться. Джамьянг! – окликнула она младшего супруга. – Проследи, пожалуйста, за подготовкой к выступлению. Вот описание моей работы, речь ведущего и прочее, – девушка вынула из саквояжа изящную флешку и папку с бумагами. – Норбу, – Ора нашла в себе силы улыбнуться, любуясь своим золотым красавцем, – оцени, пожалуйста, план выхода, возможно, стоит подкорректировать свет, музыку или наклон подиума.

Блондин с готовностью поцеловал супруге руку. Короткая разрядка помогла освободить голову, и он радовался тому, что нужен.

– Шераб, – Ора улыбнулась и заглянула в изумрудные глаза второго мужа, – проследи тут за порядком, пожалуйста. И… сделай так, чтобы волк не попадался мне на глаза. Завтра важный день.

Мужчина коротко поклонился и улыбнулся, обещая, что все будет сделано.

После Тайши увел напряженную и сердитую Ору в коридор и указал на красивую арку, спрятанную за рядом одинаковых дверей:

– Прошу, дива, если позволите, сегодня я сам побуду вашим банщиком.

Орнелла рассеянно кивнула. Она не знала, что на этой планете банщики оказывали самые разные услуги – от простой помощи в мытье до интима. Впрочем, догадаться было легко. Войдя под арку, Тайши закрыл раздвижные двери и тут же разделся, нацепив только небольшие плавки с логотипом отеля. Убрав свою одежду в шкафчик, он взялся помогать Оре, хотя ее бурнус снимался одним движением. Еще влажные волосы старший супруг сплел в слабую косу и уточнил:

– Будем делать маски для волос, дива, или убрать волосы в узел?

Ора посмотрела на красивое помещение, уставленное шкафчиками, наполненными бутылочками, баночками, коробочками и мешочками.

– Лучше в узел, – Орнелла с некоторым опасением покосилась на армаду незнакомых пузырьков.

Тай моментально собрал косу в узел и заколол длинной шпилькой.

– Прошу, дива! – он с легким поклоном подал ей руку и распахнул дверь.

Маленький круглый зал с купелью, витражное окно и несколько дверей, украшенных витражами.

– Сухая парная, влажный пар, – перечислял Тайши, указывая на двери, – римские термы, турецкий хаммам, чорийский ароматный пар, керида и омбуль.

– Чорийский! – решила Ора.

Небольшая уютная комнатка без окон была устроена как настоящая чорийская баня. Стены выложены стеклянными панелями, вдоль них установлены распылители и узкие накрытые решетками стоки. В центре уютный диван, напоминающий огромную круглую губку.

Тайши усадил Орнеллу на диван, вручил коктейль и немного поколдовал над панелью. Чорийские бани при правильной настройке реагировали на ментальный фон посетителя, но старший муж рисковать не стал и ввел данные вручную.

Ора выбрала удобную позу, пригубила кисленький напиток и прикрыла глаза.

В этом помещении не было жарко – обычная, комфортная для тела температура. Но как только раздалась красивая трель, возвещающая начало работы, как из форсунок вдоль стен брызнули фонтанчики теплой ароматной воды. Мелкой взвесью они повисли в теплом воздухе, гуляя, перемешиваясь, наполняя воздух тонким ароматом… леса. Орнелла даже глаза приоткрыла и спросила у Тайши, сидящего рядом с ней на корточках:

– Тай, а что ты ввел на панели?

– Снятие стресса, подготовка к ответственному дню, – ответил старший муж.

Ему очень нравился аромат, выбранный чорийской баней, он напоминал редкие вылазки в лес и немного тренировочный лагерь, куда его отправляли для улучшения навыков выживания.

Орнелла расслабилась, разглядывая ароматные струйки, не долетающие до дивана. Потом встала, вручила бокал «банщику» и пробежалась по сплетению теплый струек.

Аромат тотчас сменился. Потянуло свежестью моря, потом добавился аромат цитруса и чего-то неуловимо бодрящего. Десять минут – и Орнелле захотелось танцевать. Тревоги отступили, ситуация с волком стала лишь очередным жизненным уроком, а предстоящий конкурс… важной вехой, но вовсе не пиком жизненных устремлений. Будет в ее жизни еще немало важных шагов. Даже если она проиграет, само участие – это уже успех!

Ароматные струйки притихли и наконец совсем погасли. Тайши и Ора вышли из помещения, и «банщик» нажал кнопку, запуская цикл очистки помещения от лишних ароматов.

– Куда теперь пожелает дива? – спросил Тай. – Купель? Сухой жар?

– Омбуль! – решила девушка.

Комната для омбуля была полна света. Тут окна шли по верхней части стены, а по углам прятались дополнительные светильники. Тайши быстро набрал заказ, и сверху посыпались мыльные пузыри! Мягкие, переливчатые и ароматные. Они лопались, касаясь тел, плясали в солнечном свете и наполняли воздух запахами земляники и дождя.

– Тай, можно чуть прохладнее? – спросила Ора, ловя пальцами влажные брызги.

«Банщик» поколдовал над панелью, и вскоре мыльные пузыри стали прохладнее, а иногда вообще превращались в инеистые шарики, хрупко разбивающиеся о деревянный пол.

Феерия продолжалась минут пять, потом Ора вышла и с наслаждением окунулась в бурлящую купель, смывая с себя мыло. Тайши принес новый коктейль и соблазнительно разлегся на бортике:

– Моя госпожа всем довольна?

Орнелла улыбнулась, подобралась ближе к старшему мужу и погладила его, наслаждаясь теплом и близостью. Вот только секс в воде ее сейчас не устраивал:

– Здесь есть кушетка? – спросила она.

– Есть, – голос Тая слегка охрип, – в массажном блоке.

– О, муж мой, как насчет эротического массажа?

– С радостью, дива! – Тайши помог Орнелле выбраться из купели и повел за очередную нарядную дверь.

Девушка с любопытством разглядывала то, что должно было изображать массажную кушетку. Вот только это устройство было снабжено отдельным пультом управления и, судя по некоторым деталям, легко превращалось в гинекологическое кресло или во что-то похожее. А еще там были подозрительные металлические дуги, кольца и ремни. Впрочем, Тайши быстро спрятал все лишнее, накинув на плотную кожу кушетки одноразовое покрывало.

– Прошу, дива, – он подал руку, помогая Оре взойти на пару ступенек, чтобы с удобством устроиться на широком ложе.

Орнелла легла, а муж тем временем капнул на руки массажное масло без запаха и опустил ладони на немного напряженные плечи жены. Всем мальчикам из хороших семей Лерая преподавали основы расслабляющего массажа. Кто-то осваивал их лучше, кто-то хуже. Были специалисты, подобные Джамьянгу, умеющие массажем возбудить и успокоить. Касаясь шелковистой кожи супруги, Тай ругал себя за то, что не уделял этому навыку достаточно внимания. Ему хотелось утешить Ору. Он не знал подробностей всего, что произошло между ней и волком, зато хорошо понимал, насколько такая чуткая и трепетная душа, как Орнелла, привязывается к тем, кого считает своими.

Тем не менее жена расслабилась под его руками, а вскоре, сладко простонав, развернулась и протянула руки:

– Иди ко мне, Тай! Хочу тебя!

Медлить старший муж не стал. Его член и так стоял колом, пока руки гуляли по безупречной коже Оры, но как к ней подобраться – кушетка довольно высокая… Неловко дернув коленом, Тайши нажал незаметный из-за покрывала рычаг, и жена с легким возгласом тут же очутилась у него в руках! Кушетка же преобразовалась в наклонное полукресло с какими-то выступами по бокам.

Хмыкнув, Орнелла поерзала, устраиваясь удобнее, а затем схватила Тайши за шею и шепнула:

– Так даже удобнее!

Они не стали тянуть с долгими поцелуями – крепко обнялись, и Тайши одним движением очутился в желанном теле. А вот соединившись, спешить не стали. Двигались медленно, плавно, словно в танце, наслаждаясь близостью тел. Кожа к коже, твердое и мягкое, сладкие губы и соленые капли на лбу – все смешалось и вылилось в долгий крышесносный оргазм. Извиваясь в сладких судорогах, Тай уложил Ору на кушетку и прижался к жене всем телом, словно собирался слиться в одно целое.

Потом они вместе побывали в купели и, закутавшись в просторные халаты, предоставляемые отелем, вернулись в номер. Ора дико хотела спать, но смотрела вокруг с долей опасения – что там сейчас происходит?

В гостиной их ждал накрытый колпаком ужин и записки от мужей – они все были заняты подготовкой к выступлению. Орнелла так обрадовалась, что даже есть не стала – сразу прошла в прибранную спальню, забралась в постель и уснула. А вот Тайши остался в гостиной. Связался с остальными мужьями, проверил, кто где находится и чем занимается, а потом еще и поел. Силы понадобятся, завтра у дивы ответственный день, и ничто не должно ей помешать!

Рано утром, едва Орнелла открыла глаза, в спальню заглянул Тайши:

– Дива, прибыли мастера, чтобы помочь вам собраться.

– А, да, – девушка с силой потерла лицо и огляделась. Как мужчины ни старались, скрыть следы своего пребывания в кровати жены не сумели – примятые подушки, запасное одеяло, несколько светлых волосков на простыне. – Буду через пять минут! – сказала Ора, накидывая бурнус.

Вскоре в гостиной развернулся салон красоты – маникюр, педикюр, макияж и укладка. Парикмахер первым делом спросил, для чего нужна прическа и будут ли в ней украшения. Орнелла показала фотографию и объяснила, как все это будет крепиться. Мастер покачал головой и принялся за дело.

Официальная обстановка требовала высокой прически, а учитывая количество и вес украшений, прическа должна быть плотной и гладкой. Ничто не должно отвлекать членов жюри от шедевра, сотворенного мастером!

Ора терпеливо перенесла все процедуры и, когда все было закончено, вынула из своего саквояжа очень простое платье-чулок телесного цвета. Не просто телесного – подобранного ровно в тон ее нежной кожи. Белье под платье не полагалось – только чулки и туфли на высоких каблуках.

Когда она, полностью готовая, вышла к мужьям, ей показалось, что даже сдержанный Шераб покачнулся, а Тайши молча развернул тонкий плащ с капюшоном, предлагая скрыться от посторонних взглядов. Орнелла с благодарностью закуталась в легкую ткань и сказала:

– Теперь разделяемся! Джамьянг – к организаторам, следишь, чтобы все было готово к моему выходу. Норбу в зал. Держи все под контролем, я слышала, что некоторые мастера не брезгуют испортить чужой выход, чтобы лучше показать свои изделия.

Тут Орнелла вздохнула.

Сногсшибательный блондин лучше всего смотрелся бы на сцене, но ей действительно страшно оставаться без его талантов хакера. Она не просто слышала о неудачных презентациях, она видела в записях, как мелькает свет, рушатся помосты, или установленные по периметру сцены театральные пушки вдруг засыпают моделей конфетти. В общем, так рисковать девушка не хотела.

– Тайши, Шераб, вы со мной. Наденьте белые шаровары и безрукавки, для вас тоже будут украшения.

– Дива, – осмелился просить Тайши, – позвольте Снейпу охранять вас… Он провинился, но там будет много посторонних, а нас легко отвлечь.

Орнелла задумалась лишь на миг:

– Пусть идет в зверином облике, – решила она, – и на сцену тоже. Меня беспокоит тот серый волк, который нападал на меня в «Сладостях».

Мужья синхронно кивнули, а Снейп выскользнул из гардеробной и встал рядом с женой, старательно делая вид, что он просто большая собака.

Плотной группой они дошли до шатра, обошли его по узкому деревянному настилу и зашли в ту часть, в которой собирались участники.

Тут дым стоял коромыслом! Бегали полуголые модели, за ними носились гримеры, рядом ругались мастера, и все они вздрагивали и замирали, когда звучали фанфары и на подиум выходила очередная модель, сияя украшениями.

Орнелла и ее команда тихонько скользнули к сейфам – украшения следовало получить, водрузить на место и ждать своей очереди. Джамьянг сразу убежал к пульту распорядителя, Норбу вместе со своим коммом ушел в зал и быстро прислал оттуда картинку – вся семья Орнеллы разместилась в отведенной ей, как мастеру, ложе.

У девушки даже слезы выступили на глазах:

– Отец, мама, братья! О, и дядя Рейс тут!

Услышав ее, мужья дрогнули, но устояли. Тайши и Шераб переглянулись и хмыкнули. Теперь они еще больше жаждали победы Орнеллы. Если у нее все получится, Рейс Тиррон не станет издеваться над ее мужьями. А вот если Ора проиграет… Самое мягкое – постоянные издевки с приглашением поработать в «Сладостях», а уж что может придумать старый интриган, если любимая племянница затоскует!

Между тем Орнелла подошла к сейфу и попросила мужчин поставить энергетическую ширму. Это правило соблюдалось неукоснительно – во избежание порчи изделий и банальных краж.

Каждая сейфовая ячейка была выполнена в человеческий рост, и ее дверь украшало зеркало. Первым делом Ора извлекла украшения для мужчин. Вообще, там были комплекты для всех мужчин, включая волка, но…

Примерив наручи, пояса, ожерелья, обручи для волос и накладки на сапоги, Тайши сказал:

– Дива, это так прекрасно! Прошу вас, позвольте всем вашим мужьям принять участие в показе! Поверьте, несколько минут на сцене не помешают им все организовать, а ваша работа стоит того, чтобы люди ее увидели!

Ора колебалась, но Шераб поддержал старшего супруга и сам скинул сообщения младшим. Через пять минут за ширмой уже стояли Джамьянг и Норбу. Примерив приготовленные для них украшения, мужья застыли перед зеркалами.

Орнелла уловила особенность внешности каждого.

Джамьянг был облачен в привычный ему синий шелковый наряд, и ему очень шли серебристые наручи, пояс, головной убор, похожий на шлем, накладки на обувь и строгий «воротничок» из металла и драгоценных камней. Даже зажим для длинных волос был в наличии! И длинная хищная спица-шпилька, больше похожая на стилет!

Норбу сиял золотом, но не вульгарной желтизной недорогого металла. Золото его аксессуаров было подобрано ровно в тон его локонам, да еще обработано алмазной гравировкой, что придавало металлу особенный матовый блеск.

Комплект Шераба украшали изумруды, а Тайши – черные сапфиры. Безумная роскошь, соединенная с бездной вкуса и тонкими умениями, превратило каждого супруга Орнеллы в произведение искусства. Последним штрихом стал ошейник для волка – сплетенный из льдистого орха, наложенного на алую замшу. Казалось, в белой шкуре волка блестят льдинки.

– Твой человеческий комплект я пока оставлю в сейфе, – решила Ора, – сегодня тебе лучше побыть волком.

Сама девушка надела не просто украшения – поверх телесного «чулка» она натянула тонкую кольчужную сетку, украшенную россыпью самоцветов, так что ее фигура казалась изысканно украшенной статуэткой. А дальше шел комплект, почти такой же, как у мужей – браслеты, колье, серьги, диадема, изящные браслеты для ног и сумочка! Кольчужного плетения сумочка с элегантным узором, ровно таким же, как на платье.

– Плащи! – напомнил Тайши, когда Ора потянулась к пульту, чтобы отключить ширму.

Это была его идея – накинуть поверх всего плащи и снять их только на сцене. Орнелла благодарно улыбнулась старшему супругу, и все пятеро натянули капюшоны, прикрывая даже лица. Только волк сиял ошейником, но эту малость девушка решила не скрывать. Пусть все думают, что это самое ценное и яркое украшение ее коллекции!

Вновь затрубили фанфары, и Джамьянг встрепенулся – на его комм пришло уведомление.

– Дива, пора! – сказал он и потянул Орнеллу к выходу из кулисы.

Норбу держал в ладони свой комм и отслеживал изменения в электронике шатра, а Джамьянг наблюдал за правильной последовательностью всех действий, поэтому они держались позади.

Перед ними стояла Ора в плаще, у ее ног сидел волк, а уже их двоих прикрывали широкими спинами старшие мужья.

После фанфар зазвучала музыка, а через секунду открылся выход на подиум. Мужья Орнеллы синхронно шагнули вперед, и девушка двинулась за ними, чувствуя, как сердце колотится где-то в горле. Она была даже рада тому, что в лицо бьют лучи рампы, скрывая от нее полный зал гостей и строгие лики членов жюри. Тайши и Шераб вышли вперед, под особо яркие лучи софитов, и единым плавным движением скинули плащи. Развернулись, показывая себя и свои украшения, а потом разошлись в стороны, давая дорогу жене и ее волку.

Ора было вздрогнула – откуда у мужчин такие навыки и модельные движения? Потом вспомнила, как они показывали себя в «Сладостях», и успокоилась. Теперь ее задачей было показать себя. Аккуратно, с левой ноги!

Выйдя в ту же точку, Ора сбросила плащ, перенесла вес с одной ноги на другую, погладила волка, поправила локон, демонстрируя сумочку, браслеты и кольца, а потом прошла вперед и застыла.

Сзади шли Норбу и Джамьянг. Оба не выпускали из рук коммов, поэтому до самой точки шли в плащах, а потом уронили их с великолепной небрежностью и застыли над своими коммами, бешено нажимая сенсорные панели.

Пока все стояли, специальные камеры передавали изображение украшений на огромные экраны. У членов жюри были индивидуальные камеры, способные показать даже чистоту камня или тончайшую гравировку на браслете.

Каждая презентация длилась пять минут, и за это время Норбу и Джамьянг успели взмокнуть. Один беспрестанно отражал атаки других хакеров, желающих взорвать софиты, заглушить музыку или принудительно открыть люк в подиуме. Второй же усиленно рассылал фотографии украшений, короткие видео прохода по подиуму и отбивался от попыток отменить банкет, урезать премию за уникальные фото и выяснить цену украшений на черном рынке.

На исходе пятой минуты Тайши и Шераб развернулись и медленно пошли назад. Орнелла стояла, пока они не подошли к ней. Тогда и она развернулась, беря своих мужчин под руки, а волк отступил ей за спину, чтобы прикрывать тыл. Младшие мужья с той же великолепной небрежностью двинулись к выходу с подиума, не отрываясь от своих коммов.

И все же Норбу не уследил – один из хакеров прорвался, и осветительная система вдруг взорвалась белыми искрами магния за спинами «моделей», осыпая сцену светящимся стеклянным «снегом». Эффект получился настолько потрясающий, что Норбу даже не стал тому хакеру грохать сервер – всего лишь прислал издевательскую картинку на весь экран и «завесил» комм на сутки!

Выйдя за кулисы, Орнелла слабым голосом сказала мужьям:

– К витрине! После показа публика хлынет изучать конкурсные работы в подробностях.

Орнеллу буквально донесли до просторной секции, уставленной витринами. Джамьянг собственноручно ввел коды, открывая один за другим шесть стеклянных ящиков.

– Простите, дива, – повинился он, – я совершенно не знал, что именно вы будете представлять, поэтому заказал стандартные витрины с крючками и подложками.

– Это, конечно, убавит эстетизма, – отмахнулась Ора, – зато членам жюри будет проще оценить технику обработки камней и металлов. Так, делайте, как я!

Стандартное наполнение ювелирной витрины включало в себя вертикальную стойку, которая раскрывалась крючками-распорками. Опытной рукой Орнелла раскрыла самый верхний ряд крючков и со стоном облегчения опустила на них диадему. Мужья повторили за ней. Следом повисли серьги, потом колье, наручи, пояс, само платье, сумочка, ножные браслеты.

В самое короткое время украшения очутились в витринах, как и ошейник волка. Правда, за последним комплектом пришлось вернуться к сейфу, но с этим старшие мужья прекрасно справились и без нее.

Покончив с делами, Ора выдохнула, поправила плащ на плечах и сказала:

– А теперь идемте сдаваться. Что-то мне подсказывает, что вы покинули Лерай, не уведомив дядю. Думаю, сейчас самое время неслышно появиться рядом и всех помирить!

Мужья поежились, но держались стойко.

Маленькая компания аккуратно обошла шатер по внешнему периметру и вошла в зрительный зал. О, здесь кипели страсти! Кто-то кричал слова поддержки очередному мастеру, кто-то рыдал – ведь показ сорвался из-за хлынувшей с потолка краски. Кто-то равнодушно листал биржевые сводки, прикидывая, стоит ли тратить деньги на драгоценности, которые некуда будет надеть.

Пользуясь подсказками Джамьянга, Орнелла быстро отыскала ложу своей семьи и вошла. Первой ее заметила мать. Дилара повернулась и обняла дочь, пряча блеснувшие на глазах слезы:

– Вот и ты, моя маленькая! – сказала она ласково. – Потрясающие украшения!

– Спасибо, ма! – Ора не сдержала парочки слезинок, вдохнув аромат знакомых с детских лет духов.

Отец приветствовал дочь суше – он как раз просматривал биржевые сводки. Зато братья щедро искупали сестру в объятиях и радостных восклицаниях:

– Ора!

– Ты здесь!

– Нашлась!

Последним из кресла поднялся дядюшка Рейс. Метнул на мужей племянницы мрачный предупреждающий взгляд, шагнул вперед и сгреб ее в объятия:

– Ох, девочка, что творишь? Ну неужели нельзя было просто поговорить?

– Дядя, – Орнелла слегка отстранилась и заглянула старому пройдохе в глаза, – ты знаешь, что я терпелива. Но если разговоры не помогают… – она повела плечом и добавила: – И не трогай моих мужей. Они мне очень помогли, встретив здесь. Будешь кусать – я тебя в ответ покусаю!

Грозный Рейс Тиррон хмыкнул:

– Заноза! Будешь чай с травами и рулет?

– Буду! – Орнелла приняла перемирие, села в кресло рядом с дядюшкой, и он тотчас налил ей из термоса любимого травяного чая и придвинул контейнер с десертом.

– Ешь, малышка! Осталось три презентации, и жюри отправится на совещание. Думаю, твою витрину уже облепили конкуренты. Никогда не видел чего-то настолько потрясающего!

Ора благожелательно слушала комплименты и восстанавливала силы сладким. Мужья тем временем подкреплялись кофе и бутербродами, принесенными по распоряжению предусмотрительного Тайши.

Как только завершилась последняя презентация, и жюри под громогласные завывания ведущего удалились в отель – обсуждать работы и раздавать награды, зрители толпой хлынули в зал показов.

Рейс Тиррон оказался прав – больше всего любопытных собралось возле витрин Орнеллы. Сама же виновница шумихи не спеша обходила прочие стеклянные ящики. Ей было интересно узнать, что привезли конкуренты. Мужья и родные шли вместе с ней. Полюбовавшись выставкой и сделав для себя кое-какие заметки, Орнелла пригласила семью пообедать в отеле и, если будет желание, – прогуляться по берегу Моря Слез.

– А как же результаты? – с удивлением протянул Рамден, старший брат Оры.

– Они будут спорить, пить виски и кидаться салфетками всю ночь, – отмахнулась девушка. – В любом случае объявление результатов завтра в полдень. Так что успеем и погулять, и выспаться.

– И даже послушать, как тебе пришла в голову такая идея – сбежать ото всех, – с легкой укоризной сказала Дилара.

– Мама, – строго остановила ее дочь, – сбегают из клетки, а я отправилась за вдохновением. Или ты считаешь Лерай тюрьмой?

Дилара смутилась, а Орнелла взяла под руку Тайши и неспешно направилась по берегу озера к отелю.

Ужин с семьей продлился до полуночи.

Семейного скандала избежать не удалось. Отец некоторое время терпел мужчин Орнеллы за столом как манекенщиков, а потом задал вопрос. И получил ответ.

В гневе Александр Тамплир расколотил стол и отвесил пару ледяных фраз Диларе. Мать попыталась упрекнуть дочь взглядом, но Орнелла не собиралась принимать вину.

– Да, мама, это был твой «подарок», скрывать тут нечего. И если бы не папины подарки, я бы все еще сидела на Лерае и, возможно, привязывала бы веревку к потолочному крюку. Потому что нельзя сажать живого человека в клетку и ждать, что он будет счастлив и трудолюбив.

Дилара вспыхнула, попыталась возразить, но Рейс остановил ее:

– Ди, ты ведь сама вырвалась из клетки Лерая, когда встретила Александра. Признай это и не суди девочку. Она боролась за свою свободу.

Мать смутилась, братья нахмурились, а Орнелла воспользовалась моментом и встала.

– Наверное, я опять убегаю, – сказала она, оглядывая лица близких, – но я устала и не хочу принимать участие в разборках. Кто прав, кто виноват – мне все равно. Я добилась своего – представила свои работы на конкурсе. Остальное – завтра.

Мужья встали вслед за женой и, окружив ее, повели к выходу.

Расстроенный Александр Тамплир сурово посмотрел на жену:

– Значит, наша девочка убегает от проблем? Тебе не кажется, Дилара, что ты задолжала мне объяснение?

Дива Дейрен вздохнула и подняла руки, словно сдаваясь:

– Я все объясню! Но давайте пересядем за другой стол! И пусть принесут коньяк и лимон!

К лифтам Ора шла, четко печатая шаг, а вот в просторной зеркальной кабинке расслабилась и позволила себе прижаться к Шерабу и Тайши.

Мужчины молча сгрудились рядом с супругой, обнимая, предоставляя опору, прикрывая от боли непростых семейных отношений.

Орнелла понимала, что каждый из них пережил семейный кризис, и, возможно, не один, но ее грело осознание того, что мужчины безоговорочно ее поддержали.

Лифт взлетел вверх, и, когда девушка качнулась к выходу, Шераб подхватил ее на руки, прижал к себе, позволяя уткнуться носом в плечо и скрыть слезы. Второй супруг лучше многих понимал, как иногда важно высказать все или поплакать.

Так, на руках супруга, Ора переместилась в номер.

Джамьянг снял с ее ног туфли, Тайши распустил завязки плаща, а Шераб унес в спальню и уложил на покрывало. Потом сам лег рядом и спросил:

– Воды? Чаю? Плед?

– Просто полежи рядом, – ответила Ора гнусавым от слез голосом.

Второй муж тотчас обнял, закутывая жену в свои руки, как в теплый плед, прижался, согревая и успокаивая.

Наплакавшись, Орнелла уснула, а когда проснулась в густом полумраке, поняла, что рядом лежат все ее мужья. Она сама по-прежнему обнимала Шераба, сзади прижимался Тайши, Норбу и Джамьянг устроились в ногах, а почти на голове прилег белый волк!

Выбравшись из «мужской корзинки», девушка ушла в ванную, чтобы снять расплывшийся макияж, разобрать прическу и вообще смыть напряжение минувшего дня.

Эти минуты наедине с собой были нужны ей еще по одной причине. Сегодня станет известно, получит ли она какой-нибудь приз на конкурсе. Затем некоторое время займут церемонии, переговоры с потенциальными заказчиками и поставщиками. Возможно, рекламные акции, появление в галактических пабликах и различные интервью. А потом… потом нужно будет принимать решение. Вернуться на Лерай? Получить штраф за побег, влиться в работу компаний, закружиться в круговороте обязанностей главы клана и позабыть о мечтах?

Остаться на Сорайе, продолжить карьеру ювелира и отпустить мужчин?

Или оставить их рядом, подключить к своему маленькому делу, забросив «Сладости» и все те дела, которые дядюшка Рейс прекрасно тянул без нее почти четверть века?

Или…

Погрузившись в теплую душистую воду, Орнелла предпочла играть пеной и ни о чем не думать. Поток прохладного воздуха окатил плечи, и рядом с ванной встал Джамьянг:

– Дива позволит помочь с купанием? – спросил он, длинными ресницами приглушая хищный блеск глаз.

Ора уже усвоила, что ее младший супруг вовсе даже не нежный цветочек, но умело играет хрупкую ромашку. С другой стороны, ей даже нравилось, что этот хищный дикий кот ластится к ней, безупречно соблюдает этикет и ловко прячет ширину плеч и гибкость за широкими яркими нарядами.

– Иди ко мне, Джам, – улыбнулась Ора, позволяя груди слегка выглянуть из пышной пены.

Младший муж сглотнул, стянул мягкие домашние брюки вместе с бельем и в один миг очутился в просторной ванне. Орнелла подобрала ноги, ожидая, пока мужчина согреется в теплой воде, а он уже поймал ее стопу и поднес к губам, целуя высокий подъем.

– Дива позволит подарить ей немного нежности?

Ора с легким беспокойством оглянулась на дверь, но решила, что сумеет быть тихой, поэтому кивнула.

А Джамьянг… кажется, временная потеря супруги разбудила в нем что-то такое, от чего у нее на теле невольно поднимались волоски. Его плавно-опасные движения вызывали у девушки трепет и жаркую волну внизу живота.

Нежно целуя ноги супруги, Джамьянг притянул ее ближе и медленно насадил на себя, преодолевая естественное сопротивление тела. Ора удивленно распахнула глаза – кажется, она не ожидала от него такой скорости, но это было лишь начало. Мужчина не собирался двигаться, он просто держал жену в объятиях и нежно разминал ее плечи, целовал шею, ловил губами губы и шептал стихи.

Орнелла расслабилась и поддалась интимному шепоту, ласковым касаниям и поцелуям. Ничего не надо делать – просто сидеть, плотно охватывая внутренними мышцами гладкий член супруга, и нежиться под его руками.

Только через несколько минут, когда в голове вместо мыслей заклубился четкий стихотворный ритм, Ора ощутила, что весь ее интерес сместился туда, вниз, под пленку воды и пышные шапки пены! Она вдруг остро ощутила напряженный орган внутри себя, и плавные поглаживания спины до самого копчика, и как приятно прижимается ее грудь к груди Джамьянга, и… Да, легкие покачивания его тела она тоже уловила.

Это была словно игра – потянись естественным жестом за мылом или мочалкой, ощути, как сжимаешь его внутри себя, и взглядом из-под ресниц поймай лихорадочный румянец, опасно блестящие глаза или потемневшие от прилива крови губы.

Правда, в эту игру можно играть вдвоем – и вот уже Джамьянг ловит флакон шампуня, будто случайно дважды толкаясь в тугие ножны, выливает немного на ладонь и с едва слышным стоном запускает пальцы в распущенные волосы Орнеллы. Кажется, их стон получился совместным! Неторопливо массируя голову, он чуть приподнимается, врезаясь глубже, и тут же опускается, чтобы поцеловать искусанные губы.

Такая пытка все длилась, и девушка уже сама принялась насаживаться на каменный стояк мужчины, надеясь получить разрядку, но вода не давала ускориться, и ее порыв пропал втуне, когда Джамьянг взялся за лейку душа, чтобы промыть ей волосы.

Мытье было окончено, и, вновь притушив сияние глаз длинными ресницами, Джам помог Оре встать. Она вздрогнула от образовавшейся в теле пустоты, растерянно выпрямилась, и тут муж в один момент развернул ее к борту, наклонил, помогая прогнуть спину, и врезался в нее так, что Орнелла легонько вскрикнула от неожиданности. Правда, потом она тут же расслабилась, ощущая, как заполняется ее пустота, как крепко держат за бедра горячие руки супруга, и как нежно он целует ее спину!

Короткое, бурное соитие оставило яркую вспышку внутри, и Ора наконец расслабилась, растеклась под теплыми струями душа, которыми Джамьянг нежно смыл с них следы страсти.

Покидая ванную комнату, девушка улыбалась, а ее младший муж искренне надеялся, что сумел повлиять на ее будущее решение. Лерай? Сорайя? Или совсем другой мир где-нибудь на окраине обитаемой вселенной?

К полудню в большом шатре собрались все участники. Орнелла пришла с мужьями и, к собственному удивлению, застала в ложе всю семью.

Отец и мать выглядели как обычно. Почти. Кажется, у папеньки под высоким воротничком строгой рубашки красовался засос, больше похожий на укус, а у маменьки интересно блестели глаза, а рот то и дело расплывался в глупой улыбке.

Дядюшка Рейс… дядюшка выглядел как обычно, но Орнелла слишком хорошо знала своего родича. Как и его кольцо с крупным черным камнем. Не под ним ли хранится приличная порция возбуждающего? Того самого, безопасного, о котором он ей однажды рассказывал? Дорогая штучка. Действует исключительно на половую систему, не затрагивая ничего больше. С помощью этого порошка «работают» самые несговорчивые мальчики его заведения. И, кажется, благодаря этому кольцу отец и мама решили свои разногласия.

Братья смотрели по-разному. Младший, Райян, подмигнул и поднял большой палец, одобряя внешний вид сестры и четверых мужчин за ее спиной. Средний, Рикардо, поначалу глянул хмуро, но потом разглядел за поясом у Джамьянга и Норбу клинки, уточнил характеристики и забыл обо всем. Старший, Рамден, только спросил:

– Решила, что будешь делать дальше?

– Думаю пока, – уклончиво ответила Ора, принимая из рук старшего супруга прохладительный напиток.

Объясняться не хотелось, но тут на ее счастье затрубили фанфары, и члены жюри заняли свои места.

Начинали, как обычно, с самых «мелких» номинаций. Поздравили с участием тех, кто появился на конкурсе впервые, и перечислили номинации: «огранка камней», «обработка металлов», «дизайн», «эстетика», «практичность» и, наконец, венец всего – три места вне номинаций. Абсолютные победители. Те, кто могут соревноваться только между собой.

Ора сидела напряженно, сжимая в своей руке ладонь Тайши, и слушала. Камни она использовала, металл тоже, дизайн – ее личный, эстетика… оттолкнулась от внешности мужей. Изначально в ее задумку входил только женский комплект. Появление супругов изменило направление и расширило ее интересы. Одобрят ли такое разнообразие члены жюри? Может, хотя бы за эстетизм приз дадут? Уходить с «Хрустальной слезы» совсем без приза не хотелось.

Между тем жюри перечисляли призеров, вручали дипломы, сертификаты на материалы и инструменты, иногда денежные призы от спонсоров и приглашение на работу в определенную ювелирную фирму – все это было престижно, дорого и важно, а Ора уже едва не зубами скрипела, предчувствуя горькое разочарование.

К Тайши присоединился Шераб – он стал легонько поглаживать напряженную ладонь жены, а Снейп просто рухнул ей в ноги, подставляя белый мех под взволнованные пальцы.

Орнелла держалась, но номинации подошли к концу. Встал председатель жюри, чтобы объявить трех обладателей «Хрустальной слезы».

– Хрустальную слезу на бронзовой подставке получает Иссиэрос Ардо за работу «Рыбы, плывущие в вечность»!

Зал взорвался аплодисментами. Орнелла припомнила ювелирную скульптуру, о которой шла речь. Драгоценные рыбки танцевали в магнитном поле возле веток настоящих кораллов, морской гальки и ракушек. Беспроигрышный в чем-то вариант. Такая драгоценность станет украшением дома или весьма дорогого офиса. Может, ей тоже следовало подумать о ювелирной скульптуре?

– Хрустальную слезу на серебряной подставке получает Амалиари Тунссе за работу «Золотой лев»!

Аплодисменты стали громче. Эту работу Ора тоже вспомнила. Драгоценное мозаичное панно – из кусочков золота, ювелирных камней и смальты. Тончайшая художественная работа. Безупречный вкус и стиль. И да, тоже подходит для украшения фамильной галереи или офиса.

Девушка еле сдержала слезы. Если еще и золотую подставку отдадут скульптору или дизайнеру интерьеров, она признает, что провалилась в ювелирном деле! Продаст лавку, вернется на Лерай и похоронит себя в офисе! Вот так!

– Хрустальную слезу на золотой подставке, а также приз зрительских симпатий и особый приз ассоциации ювелиров галактики получает… Орнелла Тамплир-Дейрен! За комплект украшений «Лерайская семья»!

Оре показалось, что она на миг оглохла. Пропала. Выпала из этого измерения! Только глаза ловили прыгающих в экстазе братьев, слезы на глазах матери и дяди, горделивую уверенность на лице отца! А мужья… Мужья просто обняли ее, возвращая на землю, в свое тело, а потом, поддерживая под руки, повели на сцену – получать призы, сертификаты, приглашения. Фотографироваться для специализированных изданий и ежедневных новостей. Миг торжества. Ярчайший момент жизни. И самое главное – рядом те, кто готов разделить эту радость!

Часа через два, вырвавшись из круга бесконечных поздравлений, Орнелла обнаружила себя в туалете. Точнее, в дамской комнате при банкетном зале отеля, в котором проживали члены жюри.

Сюда допускались только избранные. Точнее, победители и «покупатели» – те, кто хотел не просто купить дорогую безделушку, а кто увидел в мастере перспективу. Или оценил новый способ обработки или материал. Стиль. Что-то, что можно купить вместе с ювелиром, создавшим шедевр.

Ора стояла перед зеркалом и неторопливо поправляла прическу. Ей нужна была передышка. На победительницу обрушился шквал предложений, и, если бы не мужья, она бы откровенно не знала, что делать. Но Снейп, Тайши и Шераб стояли насмерть, не давая зажать ее в угол, запугать или обольстить. Норбу и Джамьянг принимали предложения «на рассмотрение» – брали визитки, записывали контакты, ничего не обещали, но благодарили за оказанное внимание.

В итоге Орнелла сумела даже поговорить с интересными ей мастерами, выбрать парочку поставщиков и запастись контактами некоторых производителей инструментов. Кто знает, что ей пригодится?

Поправив макияж, девушка вышла в зал, и тут зазвучала музыка. На классических приемах исполнялись классические произведения, и танцы поощрялись земные. Звучал вальс, и перед ней склонился Тайши. Разве можно было отказать старшему супругу в такой малости?

Круг с Тайши, круг с Шерабом, круг с Джамьянгом, умудрившимся обойти Норбу, и вдруг ее руку перехватил отец:

– Потанцуешь со мной, дочь? – спросил он.

– Да, папа!

Через несколько тактов Александр Тамплир заговорил:

– Я не знал, что задумала Дилара, прости.

– Ничего страшного, – отмахнулась Ора, хотя извинения отца были ей приятны и нужны.

– Что думаешь делать дальше? – спросил родитель, плавно входя в поворот.

Орнелла молчала.

– Ты выиграла престижнейший конкурс, – продолжил отец, – от предложений нет отбоя. Будешь развивать свое дело на Сорайе? Вернешься на Лерай? Или задумала что-то другое? Я готов помочь с чем угодно, Бусинка!

Ора улыбнулась. Детское прозвище навевало воспоминания.

– Спасибо, папа, – сказала она, – я задержусь тут на несколько дней, после конкурса будут торги, аукционы камней и металлов, а потом решу.

– Не забывай, Бусинка, что я всегда помогу тебе, – серьезно сказал отец, завершая круг.

Потом Ору перехватил Норбу и, косясь на Джамьянга, провел ее два круга, затем появился дядюшка Рейс. Он молчал. Не давил, не задавал вопросов, просто кружил по залу, не то давая передышку, не то напоминая о делах на Лерае. Орнелла просто молча танцевала. Ей не хотелось думать ни о ком, кроме себя. Она сделала это! Исполнила мечту! Теперь стоит придумать следующую?

Банкет завершился под утро.

Орнелла с мужьями ушла раньше. Они вернулись в номер, заказали ужин и расположились прямо на ковре в гостиной. Настало время для серьезного разговора.

Сначала Ора поблагодарила своих мужчин за поддержку. Призналась, что без их помощи не создала бы такую грандиозную красоту и, что еще важнее на конкурсе, не сумела бы ее достойно показать.

А потом сказала:

– Полагаю, теперь моя жизнь серьезно изменится, и я еще не знаю как. Возможно, я не вернусь на Лерай. Может, осяду на патриархальной Сорайе, где такие семьи, как наша, нонсенс. А может, приму одно из тех предложений набобов с отдаленных ресурсных планет. Не знаю. Поэтому я предлагаю вам свободу. Готова отпустить вас с выплатой всех положенных сумм, куда захотите. В материнские семьи, к новым супругам или в самостоятельное плавание, пока мы на другой планете.

Повисла минута молчания.

Первым высказался Джамьянг. Он распахнул свои темные глаза, потом прищурил и заявил:

– Дива, я с вами, куда бы вы ни поехали.

Ора вздохнула.

Она полагала, что музыкант первым выпорхнет из клетки, и даже сожалела по этому поводу. Все же его душа была подобна струне – пела, играла, а в нужный момент внезапно резала пальцы тем, кто тянулся к Орнелле.

– Это твой окончательный выбор? – на всякий случай спросила девушка.

– Я выбираю семью с вами, моя госпожа, – Джамьянг отсалютовал жене чашей с вином, которое он по привычке наливал в небольшие пиалы.

– Тайши? – сердце Оры трепыхнулось. Красавец. Опора. Возможный отец для наследницы. Трудно было отвести взор от его строгих глаз, но… Тайши достаточно силен, чтобы жить в патриархальном мире. Найти себе жену, завести другую семью…

– Я с вами, дива, – чуть склонил голову старший супруг, а после признался: – Мне нравится быть рядом. Быть сильным и надежным для вас!

Орнелла с легким вздохом приняла ответ и отсалютовала чашкой с любимым чаем. Мужчины на банкете не пили – занимались делами и охраной, а ей пришлось все же пригубить шампанское, так что теперь они пили вино, а она чай.

– Шераб?

Зеленоглазый шатен улыбнулся очень добро и спокойно. Как всегда. Ее тихая заводь в бурном море.

– Я с вами, дива. Когда-то матушка уверяла, что я слишком придирчив, и нет в галактике женщины, способной удовлетворить мой вкус. Я нашел вас и не хочу быть один. Никогда.

Ора сглотнула набежавшие слезы. Так просто и так остро!

– Норбу?

Блондин усмехнулся, легонько провел кончиком пальца по лодыжке жены и ответил почти шепотом:

– Я угодил в сладкие силки, моя дива, и не хочу их рвать… – потом сменил тон на абсолютно серьезный: – Те дивы, что хотели купить мой контракт, собирались делиться мной с родственницами, хвастать перед подружками, сдавать в наем на вечеринки. Чем бы я тогда отличался от мальчишек, разносящих вино в «Сладостях»?

Ора содрогнулась, вспомнив жадные взгляды тех див, которые ждали ее отказа. Пожалуй, Норбу прав. Он был ценным трофеем среди благородных семей Лерая, а хотел быть человеком. Мужем, возможно, отцом.

Орнелла поймала его руку и сжала, показывая, что понимает. В колени ей ткнулся мокрый нос волка. Оборотень не менял ипостась, словно чувствовал, что ей сложнее сердиться на зверя.

– Меняй облик, Снейп, – сказала девушка, – я хочу услышать тебя. Я знаю уже, что истинность можно заглушить. Пара-тройка уколов, и твой гормональный фон вернется в норму. Думаю, тебе будет легче, если ты избавишься от привязки ко мне!

– Нет! Госпожа, пожалуйста, не надо! Я хочу остаться в семье!

От волнения Снейп обернулся, стоя на четвереньках, запутался в ногах и повалился на ковер, опрокидывая посуду. Другие мужья недовольно похватали бутылки и тарелки, а Орнелла тяжело вздохнула.

– Снейп, – сказала она наконец, – твоего желания мало. Должно быть и мое желание. А ты меня очень обидел, сам знаешь как. Поэтому… ты на испытательном сроке. Через три месяца я или предложу тебе укол и развод, или подтвержу твое право остаться в нашей семье. Или так, или уходи прямо сейчас. Документы пришлю по почте.

– Я остаюсь! – гордый волк смиренно склонил голову, позволяя выбившимся волосам занавесить лицо.

– Хорошо! Тогда на сегодня все! Я иду спать, – тут Ора слабо улыбнулась, – действительно спать. Завтра у нас снова тяжелый день. Мы проведем тут целую неделю, делая закупки для моего магазина, для мастерской и… для пробного бутика на Лерае!

Мужчины разом расслабились. Лерай. Значит, дива все-таки возвращается туда, где им все знакомо. Переглянувшись, они с легким звоном соединили бокалы. Пусть их брачная жизнь началась непросто, зато уж точно не скучно!

Победа в конкурсе принесла Орнелле такую известность, что она заключила договоры с некоторыми крупными ювелирными концернами на массовое производство дизайнов, использованных в ее конкурсной работе.

Аванс позволил запустить маленькое производство на Лерае, и первым местом, где появился бутик «Ора Ди», стал, конечно, небоскреб «Сладостей». Со временем появилась мода на ожерелья-ошейники «от Оры» и мужские ювелирные аксессуары ее работы.

Снейп заслужил прощение жены. Пусть и не сразу.

Все время сложных переговоров, опасных встреч и подготовки к запуску нового направления деятельности он старался быть рядом. Искренне помогал, заботился, ухаживал, пытался понять, сумеет ли жить без этих синих глаз, тонких, но сильных рук, и безупречного женственного аромата? По всему выходило, что не сумеет. И тогда Снейп начал замыкать на себя некоторые связи с теми, кто курировал непростой этот бизнес. Дядюшка Рейс обрадовался появлению помощника, и быстро представил «истинного девочки» кому следовало.

К исходу назначенного срока оборотень настолько вник в дела жены, что оторвать его от охраны, помощи и просто присутствия рядом было практически невозможно! Орнелла конечно повторила свое предложение о разводе, но Снейп отказался, глядя ей в глаза и старательно «зализывая душевные раны».

Как ни сердилась Ора, но хитрый волк сумел вернуться в ее сердце и в ее постель. А потом девушка так привыкла ко всем своим мужьям, что уже и не помышляла о разводе. В ее картине мира нужны были все пятеро!

С легким сердцем переложив империю Дейрен на плечи мужей и дядюшки, Орнелла погрузилась в ювелирное дело со всем вниманием и заботой. Увлеклась так сильно, что позабыла обновить противозачаточный укол и в один прекрасный день свалилась в обморок от запаха канифоли. По-прежнему всюду сопровождающий супругу Снейп успел ее подхватить, вызвать личного доктора и оповестить мужей о недомогании супруги. Он же первым узнал о беременности и даже о том, что младенец отлично развивается, и, скорее всего, это будет девочка!

Восторг и ужас остальных мужчин клана Дейрен невозможно было передать словами. Они почти рыдали над крохотным снимком будущей наследницы и даже не попытались выяснить, кто отец – слишком велики были их чувства.

Добродушная докторица в строгом зеленом костюме перемигнулась с пришедшей в себя Орнеллой и шепотом подсказала, что тест на отцовство можно провести уже сейчас. Четыре месяца – отличный срок. Для ребенка все, без сомнений, безопасно.

Ора поколебалась и… отказалась. Пусть лучше мужчины ждут рождения ребенка, как сокровища, а тест можно будет сделать и потом.

Доктор понимающе подмигнула, оставила рекомендации по питанию, режиму дня, посещению клиники и супружеской жизни в этот период, а после отбыла на личном флайере.

Орнелла оказалась в кругу своих мужчин. Они все тянулись к ее животу, все хотели прикоснуться к той искорке жизни, которая зародилась в ее теле. Кто-то, как Джамьянг, благодарно целовал руки, кто-то, как Шераб, немедля укутал ее в плед, чтобы дива не мерзла, Тайши приложил ухо к ее животу, удивляясь тому, как же они пропустили такой большой срок?

– Как-как, – ворчливо заявила Орнелла, – заработались! Все заработались! Нужно срочно в отпуск!

На том и порешили.

Две недели на морском побережье рядом с мужьями без всяких дел и забот Орнелла запомнила навсегда.

Бесконечная нежность, ласка, чувственные радости для тела и обычные развлекательные прогулки, поездки на яхте, поцелуи на веранде до рассвета и неторопливый секс тут же на брошенном на деревянный настил матрасе.

Ора не сразу поняла, что мужья распределились возле нее на дежурство, чтобы каждому хватило ее тепла и капризов.

Впрочем, это Орнеллу не напугало – она была довольна жизнью, тошнота ей не досаждала, а животик появился за считаные дни. Прежде малышка пряталась, и поначалу Ора даже сомневалась – точно ли она беременна?

Новость быстро донеслась до ее родных и дядюшки. Отец, мама и братья дружно и шумно поздравили ее по видео, а позже прислали очень милые, душевные и абсолютно бестолковые подарки. Дядя Рейс же сначала схватился за сердце, потом за кошелек. Пообещал устроить самое шикарное торжество в «Сладостях», как только наследница родится, а пока засел за изучение новинок детского рынка – что модно носить новорожденным принцессам, какой марки должны быть коляски, кроватка и бутылочки, ах да, и где взять кормилицу, если, не дай Свет, у мамы не хватит молока?

Ора чувствовала себя королевой-матерью, смеялась и отбивалась от чрезмерно взволнованных мужчин.

В таком режиме прошли еще пять месяцев.

Став неповоротливой и плаксивой, Орнелла все равно не бросала своих ювелирных дел. Ее новыми разработками стали погремушки, бусики-держатели для сосок, слингобусы, изящные заколки для волос и безопасные броши для глубоких вырезов.

Роды застали ее дома.

После напряженного дня вся семья уже традиционно собралась на ковре в гостиной. Орнелла лежала, опираясь спиной на Шераба, разглядывала в эскизнике новый набросок, и тут у нее потянуло спину.

– Джамьянг, – попросила она, – разомни спину!

Младший муж с готовностью отложил свой планшет, подобрался ближе и начал поглаживать напряженные мышцы.

– Ох-х, как хорошо! – протянула Ора, потом охнула и схватилась за широкую рубашку домашней пижамы: – Ой! Что это?

Под очаровательными серыми штанишками расплывалась лужа.

Легкая паника, крики, стоны, и через полчаса Орнелла в компании супругов прибыла в клинику. Вот там мужчин оттеснили, честно им объяснив, что лежащие под ногами обморочные мужские тела очень мешают родам.

Несколько часов мужчины семьи Дейрен мучились в холле вместе с дядюшкой Рейсом и внезапно прилетевшим Райяном, а потом им торжественно вынесли на минутку беленький сверточек с красным зажмуренным личиком.

– А кто отец, можно узнать? – сглотнув, спросил Тайши, разглядывая сведенные светлые бровки наследницы.

– Та-а-а-ак, – акушерка заглянула в данные малышки и объявила на весь коридор: – По данным генетического анализа отцом дивы Рианны является… Тайши Дейрен!

Только хорошая реакция Снейпа и Джамьянга спасла первого мужа от позора. Волк одной рукой поймал малышку, второй придержал сползающего на пол Тайши. А Джамьянг подпер старшего с другой стороны и рассыпался в благодарностях и извинениях перед строгой медицинской дамой.

– Когда мы можем увидеть супругу? – спросил он, больно втыкая локоть в подреберье Тая.

Акушерка фыркнула:

– Мужчины! – перехватила у Снейпа девочку, оценила состояние Тайши и жестом пригласила за собой.

Уже в палате, уложив малютку на руки матери, женщина напомнила:

– Ваша дива устала, но пять минут можете с ней побыть все, потом – только один дежурный. Спокойный дежурный!

Мужья переглянулись, и все взоры скрестились на Шерабе. Тот молча склонил голову, соглашаясь.

– Домой только завтра! – тем же чуть агрессивным тоном продолжила акушерка. – И без глупостей! Папашу не спаивать, маме аллергены не присылать!

Мужчины семьи Дейрен переглянулись, хмыкнули и убедительно пообещали, что глупостей совершать не будут. Вот только поцелуют тихо сияющую Ору, погладят тонкое одеяльце на крошечном тельце дочери и, может быть, прошепчут несколько слов, благодаря Небо за тот удивительный день, когда наследница семьи Дейрен решила отметить свой день рождения в заведении своего дядюшки и получила самый необыкновенный подарок!