Очередное солнечное утро я встретила с улыбкой на губах и точным пониманием того, что жизнь прекрасна, как ни крути. А крутить её я уже научилась.

Может и не идеально, но пока у меня получалось всё, что я планировала и за что бралась, а значит всё делала правильно. Может, не безупречно. Может, не быстро.

Но, как говорят знающие люди: тише едешь — дальше будешь.

А у меня на эту жизнь грандиозные планы!

В идеале мне бы вообще себя клонировать, чтобы успевать как можно больше, но…

А почему бы, собственно, и нет?

Новая идея захватила меня так сильно, что я обдумывала её всё то время, что потратила на прогулку с Локи и разминку. Нет, это не будет классическим клонированием, наука этого мира ещё не настолько развита, но если создать гомункула-компаньона нужного роста и комплекции и сделать его своей идеальной копией хотя бы внешне, то таким образом я убью сразу двух зайцев! Во-первых, не расстрою своим исчезновением профессора, когда сменю пол, во-вторых, сменю этот самый пол намного раньше, чем через год-другой, когда достигну всех поставленных целей, и в-третьих, что немаловажно, заполучу себе идеально послушного партнера во всех своих махинациях. Включая охоту на аномальных монстров.

Черт возьми, да это гениально!

И поможет мне в этом профессор. Он уже вырастил меня, теперь он вырастит мне замену. Но уже под моим чутким руководством. И с ма-а-аленьким нюансом.

О котором буду знать только я.

Чувствуя невероятный душевный подъем, я заскочила домой, покормила Локи, сделала завтрак для профессора и Карепановых, и с о-о-очень большим трудом пригасила немного нездоровый энтузиазм, когда Матвей соизволил продрать глаза и составить мне компанию.

По дороге на другой конец деревни я вкратце проинструктировала его, что пса зовут Полкан и гладить его не стоит, если руки не лишние, а отставного майора зовут Тюменцев Роман Игоревич и… Да, его тоже лучше не гладить.

— Смешно, — фыркнул Карепанов, но я видела, что он не так спокоен, как хочет казаться.

В итоге стучала я, калитку распахивала я и майора звала я, потому что Полкан первым делом преградил нам путь, увидев незнакомца.

— Доброе утро, Роман Игоревич! — кикнула погромче, когда заметила Тюменцева рядом с площадкой. — Встречайте гостей, пока их не съели!

— Полкан, место! — грозно рыкнул хозяин и пес моментально отошел к будке, словно не он только что недобро хмурился на напряженно замершего Карепанова. — Проходите, парни. Не укусит.

— Целиком заглотит, — хохотнула я вполголоса, на что Матвей сдавленно хрюкнул, явно соглашаясь с тем, что этому песику подобное под силу.

И это он ещё не знает, что одного из гостей недельной давности на тот свет отправил именно Полкан. Пожалуй, не буду об этом говорить. Ни Тюменцеву, ни Карепанову.

Познакомив мужчин и отойдя к турнику, чтобы начать обязательный утренний комплекс по подтягиваниям и отжиманиям, я старательно делала вид, что не подслушиваю чужую беседу, но ловила каждое слово, произнесенное даже вполголоса.

Пока вроде бы всё складывалось хорошо. Майор не особо лез в прошлое, выяснив лишь род войск, в которых служил Карепанов, и особые тактико-технические умения, поинтересовался уровнем владения холодным оружием и предпочитаемый вид, а затем предложил продемонстрировать это со мной в паре.

В принципе… Почему бы и нет? Матвей ранен в левое плечо, да и я не буду бить в полную силу, так что слегка размяться можно.

— Только у меня ничего своего пока нет, — запоздало предупредил Матвей, а я как никогда кстати вспомнила, что у меня в канализации как раз припрятан десяток-другой вариантов колюще-режущего на любой цвет и вкус.

— У меня кое-что есть на случай острой необходимости, — успокоил его майор раньше, чем я успела вставить свои пять копеек, и ушел в дом.

Ну а я, подумав, всё же высказалась:

— У меня тоже есть запасец… Разного. На городской квартире. Сегодня если минутка выдастся, привезу. Подберешь на первое время, хотя бы для тренировок. Но ближе к вечеру. Так что не переживай, без оружия не останешься. Как плечо?

— Знаешь, неплохо. — Матвей специально подвигал рукой, слегка морщась, а потом залихватски усмехнулся. — Если не будешь по нему бить, то уделаю тебя на раз-два.

— Не говори «гоп», — покачала головой, усмехаясь. — Ты всё-таки не гипножаба.

— При чем тут гипножаба? — не понял моего сравнения мужчина, но я лишь загадочно усмехнулась снова, оставив его вопрос без ответа.

Из дома вышел Тюменцев, неся в руках классический палаш, который был, конечно, подлиннее моего гладиуса, но в то же время и поуже. Как раз на комплекцию Карепанова, который был выше меня сантиметров на десять и тяжелее килограммов на двадцать, но в бою это не главное.

Главное — правильно оценить противника и выбрать верную тактику.

— Разминаться будешь? — поинтересовалась у Матвея, но тот отрицательно качнул головой, хотя и сделал несколько пробных замахов клинком, примеряясь к его весу. — Что ж… К бою.

Мы прошли на площадку, а майор, наоборот, отступил к дому, чтобы не попасть под случайный удар, если вдруг забудемся и разойдемся в полную силу. Что ж… Момент истины!

Для начала мы обменялись простейшими ударами.

Неплохо…

Затем Карепанов обозначил классическую атакующую связку по корпусу и я с легкостью её отбила. Настал мой черед атаковать и мужчина показал «класс», вовремя парировав все удары.

Следующие десять минут мы прощупывали друг друга вполсилы. Никуда не торопясь и действуя по классической схеме дружеского спарринга. Атака-защита-расходимся. И снова то же самое, но со сменой ролей.

Хм, а если так?

Слегка ускорившись и изменив конец связки на совсем другой, успела увидеть, как расширились зрачки Карепанова, в глазах которого буквально в самый последний момент мелькнуло осознание того, что он не просчитал меня и не успевает ни отразить удар, ни отскочить, но в итоге мой меч остановился буквально в миллиметре его шеи, а я сама громко и выразительно поцокала, давая понять, что «уделать» меня Матвею всё-таки не удалось.

— Молодец-молодец, — проворчал он, нехотя принимая своё поражение и с болезненной гримасой поводя раненым плечом. — Подловил, хвалю. Приду в себя, возьму реванш.

— Ловлю на слове, — усмехнулась и отступила на шаг, опуская меч. Посмотрела на задумчивого майора и вопросительно кивнула: — Ну как? Что скажете, Роман Игоревич?

— Есть над чем поработать, — заявил он и огорошил: — Обоим. Но база хорошая, нареканий нет. С завтрашнего дня помимо физической разминки и тренировок с оружием начнем разбирать прежде всего характеристики и поведенческие маркеры тварей из ближайших разломов, чтобы вы понимали, с чем придется столкнуться. Будем обговаривать роль каждого, чтобы в момент столкновения не возникло проблем и недопониманий: кто в атаке, кто в защите, а кто на подхвате. Раз мы планируем работать в команде, слаженность действий должна быть безупречна. Это ясно? Возражений, надеюсь, нет?

— Никаких, — качнула головой.

— Согласен по всем пунктам, — кивнул Карепанов.

— Рад слышать, — скупо улыбнулся Тюменцев и обратился непосредственно к Матвею: — В течение недели подбери себе боекомплект и обмундирование. Если есть вопросы, обращайся, подскажу. Аптечка с меня, заодно проведу вам медицинский инструктаж на случай, если кто-то будет ранен. Основы ведь в армии преподавали?

— Да, конечно, — подтвердил Матвей.

— Отлично. На сегодня пока всё, приходи в себя, боец. До завтра.

Попрощавшись, мы вышли за ворота и только тогда Карепанов вполголоса пробормотал:

— Жесткий тип. Чем-то командира Пахоменко мне напомнил. Только тот ещё с матерком любил разговаривать. Я только не пойму… Мы чего так быстро закончили?

— Да нормально, — пожала плечами я. — Он не в форме, ты не в форме… Мне одному за вас отдуваться? — фыркнула. — Познакомились, присмотрелись, для первого раза достаточно. А ты чего ожидал? Сразу марш-бросок на двадцать километров в полной выкладке? Так вроде не в армии.

Хохотнув, Матвей с пониманием кивнул.

— И это прекрасно! Армейки мне в своё время хватило. Ладно, раз уж так быстро отстрелялись, пойду позвоню бригадирам, пусть подъезжают. Обсудим с ними мои хотелки и их возможности. Ты в город?

— Да, поеду пораньше. Заодно по своим делам заскочу. К обеду вернусь.

Заранее вернув мужчине оружие и сумку с наличностью, при нем отсчитала себе деньги за все те дни, что они у нас прожили, не забыла авансом прихватить деньги на оборудование для Алеси, учтя и комиссионные за свои услуги, после чего приоделась посолиднее и отправилась в Москву на Газели. Днем я в коллектор всё равно не полезу, это привлечет слишком много внимания, так что наведаюсь в то место уже ближе к ночи, но Газель мне нужна сейчас для другого. А именно для специальных стоек под оружие, которые тоже вообще-то немаленькие.

Без проблем добравшись до нужного магазина и в два счета закупившись всей той техникой, список которой мы утвердили с Карепановыми сообща, я проехала в оружейный магазин и, мысленно прикинув, сколько чего мне надо (и сколько чего у меня есть), приобрела три секции под огнестрел, три секции под холодняк и пару стеллажей для боеприпасов.

Насчет взрывчатки я сомневалась, стоит ли вообще её забирать. Хомяк требовал тащить в нору всё, жаба на удивление благоразумно возражала, что не всё полезно, что в рот залезло, а дракон их внимательно слушал и выразительно поглаживал пустую сумку на животе.

В при-и-инципе… Сам по себе пластид не взрывался, то есть был достаточно безопасен, если не разбрасываться гранатами в месте его хранения. Для активации необходим детонатор.

И следуя этой логике… Да, пожалуй, его я заберу тоже. Фух. Аж полегчало!

Времени хватало и я, припарковавшись неподалеку от особняка Карепановых, прогулялась вдоль улицы, заинтересованно поглазев на видимые глазу разрушения, которые были на удивление умерены. Видимо, из гранатомета по дому стрельнули лишь раз, максимум два, а затем бои велись уже менее разрушительным методом.

Отметила, что здание старательно опечатано полицейскими лентами и вроде бы даже стоит некая электронная сигнализация, так что сразу внутрь лезть не стала, решив провернуть это под покровом ночи. Да, ночка мне сегодня предстоит плодотворная…

Ну а пока стоит уже поехать домой. Лапшичный суп сам себя не сварит!

В итоге в деревне я была уже в двенадцать, выдав радостно пищащей Алесе все её высокотехнологичные игрушки и даже пообещав помочь настроить, когда она окончательно переедет в свою комнату (в их новом доме не было веранды, зато имелось аж четыре комнаты помимо кухни и санузла), ну а пока, сменив пиджак на фартук с надписью «Никогда не ешь то, что может подмигнуть тебе в ответ», я приступила к приготовлению обеда.

Справилась быстро, всё-таки с ловкостью у меня было всё отлично и продукты я закупила четко по списку, так что ближе к двум с кухни во все уголки дома распространялись такие манящие запахи, что я заранее порадовалась за себя и свою предусмотрительность — утром я обошлась без кофе, чтобы посидеть вместе со всеми за столом и, если придется, сгладить острые углы возможного конфликта между профессором и бабой Варей.

Старушка не подвела. Приятно поражая пунктуальностью, она постучалась в калитку за минуту до двух, держа в руках блюдо с шарлоткой, которое я перехватила сразу же, как мне на это намекнули, и громко позвала к столу остальных, точно зная, что оба Карепанова в доме, потому что на их кухне не было пока даже кастрюль, молчу уж про холодильник.

Визиту бабы Вари удивились все. Причем Матвей выглядел настороженным, Алеся восторженной, Бельков хмурым, но вслух все были вежливы. На правах почти хозяина представила им Варвару Тимофеевну по имени-отчеству, тем более официально окружающие вроде как знакомы не были, и пригласила к столу, который почти успела накрыть. Оставались буквально нюансы.

— Хм, и впрямь смог… — одобрительно качнула головой знахарка, сняв пробу с супа. — Ох, Сашка. Золотые у тебя руки! Надо тебя с моей правнучкой познакомить. Красивая девка, умная, а кавалеров совершенно выбирать не умеет. Дом вам свой отпишу, науке своей научу… — говоря это, она поглядывала на меня с хитрым прищуром, — Мосинку свою завещаю…

Тут же сообразив, что «Мосинка» — это легендарная винтовка Мосина, практически раритет прямиком из прошлого века, с усмешкой качнула головой и, краем глаза заметив, как насупилась Алеська, ответила:

— Баб Варь, ну что такого плохого я вам сделал? Не надо меня женить раньше времени, я ещё так мало для себя пожил!

— Юморист, — беззлобно фыркнула она. — Дуняша моя тоже так говорит, а потом оглянуться не успеешь — а уже старик. Да, Назар Демидыч? Давно ли босоногим пацаном по улице бегал? А сейчас морщина на морщине и морщиной погоняет. Руки-то мне свои покажи, артритные… Тьфу, бестолочь! Почему сам не подошел?

Буркнув что-то невразумительное, профессор посмотрел на меня, явно что-то заподозрив, но знахарка уже расписывала, чем будет его лечить и как долго, в приказном порядке велев сдать кровь на развернутый анализ и сделать рентген рук и поясницы, после чего прийти со всем этим к ней.

— А не придешь — пеняй на себя, хрыч старый! Заберу Сашку себе и нормально пацана воспитаю, пока ты ему дурь свою не привил. Понял?

— Понял, — буркнул Бельков и посмотрел на меня с легкой тревогой, словно и впрямь думал, что меня так легко забрать.

Подмигнула ему, подбадривая, и профессор вроде бы понял, что сильно бояться нечего. Но на анализы я его, пожалуй, свожу уже завтра. Сама. И проконтролирую от и до!

В целом же обед прошел хорошо. Я сняла пробу и с супа, и с яблочного пирога, при этом не забывая тщательно контролировать объем съеденного, но разрешенный максимум вроде бы не превысила, хотя с непривычки в желудке было тяжеловато.

Вкусно, зараза, но тяжко.

Специально после обеда хорошенько прогулялась по округе и ещё раз изучила выкупленные участки, прикидывая, с какой постройки начать свою разрушительную деятельность, потому что моя душа эстета была категорически против оставлять эту рухлядь без внимания. Даже ради конспирации. Я лучше всю территорию лавандой и подсолнухами засажу, всё красивее будет!

Кстати, мысль. Надо будет подумать, чем именно засеять территорию, чтобы не косить сорняки каждый месяц. Ибо растут они просто с феноменальной скоростью!

Пока же, перегнав Газельку поближе к погребу, я перетащила в него шкафы и стеллажи, установив их в дальней комнате, и получилось просто отлично. Справа шкафы под огнестрел, слева шкафы под холодняк, прямо — стеллажи под остальное.

Уже на днях я займусь проводкой и привезу универсальные книжные стеллажи, которыми закрою проход между комнатами, сделав центральный с сюрпризом. В виде откатной двери. Пусть окружающие думают, что мой погреб состоит всего из одной комнаты. Понятно, что если за поиски примутся профессионалы с обученными на поиск запрещенки собаками, то все мои ухищрения будут разгаданы только так, но я всё равно это сделаю. И дополнительно подстрахуюсь артефактами сокрытия. Авось прокатит.

И вообще, кому и что тут может понадобиться? Я охотник с лицензией! У меня всё легально!

Ну, почти…

Кривовато усмехнувшись и прекрасно понимая, что я сама по себе одна концентрированная запрещенка, закрепила на новые петли распашные двери на входе, куда поставила врезной замок с секреткой, и на этом мой рабочий день подошел к концу.

Сегодня мне предстояла не менее рабочая ночь, стоило отдохнуть заранее.

Вот только когда я вернулась домой, то там меня ждали сразу два приятных сюрприза: Карепановы съехали, а Димитро написал программу, которая вырастит в моём магически модифицированном теле нужные органы. Всего их два. Первый располагается в гортани и позволяет издавать звуки настолько высокой частоты, что их не улавливает обычный человеческий слух. А второй располагается в ушах и как раз позволяет их улавливать, срабатывая, как эхолокационный прибор.

В общем…

Программа ценой в двести тысяч установилась за семь минут и я, перетерпев умеренно неприятный зуд в горле и ушах, действительно обрела способность «видеть» ушами.

Это было… необычно.

— Ну? Как? Работает? — забросал меня вопросами профессор, когда я зажмурилась и, слегка приоткрыв рот, издала высокочастотные звуковые волны, которые почти моментально отразились от стен и вернулись ко мне призрачной картой обстановки.

Фантастика…

— Работает, — улыбнулась, не скрывая своего восторга. — Спасибо, пап! Ты не представляешь, как это всё… удивительно!

Не удержавшись и порывисто обняв старика, который, помедлив всего секунду, тоже приобнял меня за плечи, я отстранилась и увидела в его глазах блеск подступивших слез. Правда, он быстро справился с эмоциями, да и я уже отстранилась сильнее, чтобы ему было проще это сделать, ну а потом забросила крайне аккуратный пробный шар.

— Пап, насчет Левашова…

Бельков моментально подобрался и посмотрела на меня с легкой тревогой.

— Я уже изучил всю доступную по нему информацию в сети и прокрутил в голове несколько вероятных схем, так что скажу сразу — будет непросто. Я хочу просить тебя о помощи. Скажи, как быстро можно вырастить ещё одного гомункула? Мне понадобится напарник. Точнее напарница. Деньги не проблема.

— Напарница? — Нахмурившись, но не став сразу идти в отказ, Бельков внимательно меня изучил и всё-таки уточнил: — Почему именно напарница, а не напарник?

— Всё просто, — усмехнулась, подготовив аргументы заранее: — Во-первых, женщин не воспринимают всерьез. Во-вторых, от них не ожидают решительных действий и особого подвоха. Особенно если она молода и выглядит привлекательно. Ну и в-третьих, я собираюсь внедриться в НИИ под видом разнорабочего. Сантехника, электрика, дворника. Напарницу можно устроить уборщицей. Согласись, мало кто заподозрит молоденькую девчонку-уборщицу в шпионаже. А как только мы соберем достаточно данных по этому выродку, то устроим ему такой информационный коллапс, что его уничтожат свои же. Ну или император отправит к нему Тайную Канцелярию, которая не то что всю правду — душу вытрясет. Что скажешь?

— Какой же ты у меня… умный! — Губы профессора дрогнули, а в глазах сиял такой восторг, что мне стало даже слегка неловко из-за того, что я обманываю его в главном. В том, что новый гомункул заменит меня в роли Саши Белькова, а девушкой стану я. И никак иначе. — Уверен, вместе мы вырастим тебе помощницу с первого раза! Тело растет примерно месяц, но нужно не меньше миллиона на подготовку и еще примерно столько же на программы, которые я в прошлый раз заказывал Димитро. Только на этот раз надо тщательнее выбрать личность, с которой он будет делать копию! Ошибиться нельзя!

— Не волнуйся, — притормозила его. — Пожалуйста, только не волнуйся. Это всё я беру на себя. Скажи, какое оборудование надо привезти и что ещё докупить. Я всё сделаю. И с программами тоже не торопись. Я уже разобрался со своими и смогу скопировать их на внешний носитель без потери качества. Исправим ряд нюансов, чтобы имитировать именно женский архетип поведения, ну а если что криво сядет, подкорректируем в процессе адаптации.

— Да… Да! — Всё равно перевозбудившись и начав расхаживать по комнате, профессор то замирал на одном месте, пристально изучая стену, то коварно посмеивался, потирая руки, а то и вовсе грозил кулаком кому-то невидимому.

Я даже волноваться начала о том, что у него окончательно протекла крышечка, но тут Бельков взял себя в руки, остановился напротив меня и улыбнулся, но иначе. По деловому.

— Саша, завтра нам надо съездить в город и подготовить оборудование из подвала к транспортировке. Привезем, что получится, сюда, я всё настрою и потом составлю себе список недостающего. Когда сможем поехать? Желательно на твоей Газели. Ты сам видел, оборудование там крупногабаритное.

Да, оборудование там действительно немаленькое…

Кивнув, заверила старика, что завтра в районе одиннадцати, сразу, как только у меня закончится тренировка у Тюменцева, мы отправимся в город. Но сначала в клинику!

— Сдались вам эти анализы, — недовольно засопел старик.

Но я строго возразила:

— Пап, вот тут даже не пытайся спорить! Твоё здоровье важнее всего остального. Приоритет! Понял?

— Да понял я, понял, — всё ещё супился Бельков, но уже иначе, с благодарностью, а потом и вовсе высказал её вслух. — Спасибо, Саш. Спасибо тебе… — Он неловко улыбнулся и добавил: — За всё.

— Пожалуйста, пап, — улыбнулась в ответ. — Ты — всё, что у меня есть. Моя семья. Ты для меня важнее всех.

И в этот момент я говорила чистую правду.

— Ох, Сашка… — окончательно расчувствовался профессор и стиснул меня так крепко, что я поразилась реальной силе его рук.

К счастью, ненадолго, так что уже через десять минут я переодевалась в одежду безо всяких надписей: спортивные штаны и черная футболка, с собой взяла худи и балаклаву, чтобы прикрыть лицо, затем сменную одежду, ломик, бутылку с чистой водой и полотенце, мешки и охотничий нож на случай, если что-то пойдет не так.

До Москвы и нужного мне переулка, где находился канализационный люк, я добралась без приключений. Убедилась, что поблизости никого, и сначала отправилась на предварительную разведку.

Мой расчет оказался верным и за прошедшее время перепрятанным добром никто не заинтересовался — у бандитов хватало забот и без исследования канализационных недр. Потихоньку перетащив всё добро поближе к лестнице, дождалась, когда окончательно стемнеет, и загрузила фургон оружием, не забывая перекладывать гремящее железо мешками. Не ахти маскировка, но хоть какая-то.

После этого, переодевшись в чистую одежду, чтобы не выдать себя канализационным запахом, ополоснула волосы прямо из бутылки с водой и проехала к особняку Карепановых, благоразумно не подъезжая впритык.

Район радовал тишиной и обманчивой респектабельностью, но я прекрасно понимала, что это может измениться в любой момент.

И никуда не спешила.

Сначала изучила визуально, активно пользуясь в том числе новой способностью эхолокации. Поначалу было непривычно и местами непонятно, даже отчасти неудобно, но когда приноровилась, то быстро оценила открывающиеся передо мной перспективы. Эхолокация не только «видела» предмет, она помогала понять его текстуру! Разные материалы откликались на звуковые волны по разному и мне ещё придется хорошенько попотеть, чтобы составить персональную классификационную таблицу материалов, но уже сейчас даже в ночи я прекрасно «вижу» все щербинки и неровности текстуры.

И это открывает передо мной грандиозные перспективы!

В будущем.

Сейчас же я предельно аккуратно подключилась к охранной сигнализации участка, выяснив, что сигнализаций на самом деле несколько и пускай они простейшие, явно бюджетные, но поставлены с умом и достаточно не заметить одну, как тут наверняка станет горячо от желающих проверить, кто тут такой чересчур смелый.

И нет, я не стала их отключать, подозревая, что охранка настроена на удаленный сервер и может сигнализировать даже в момент отключения. Вместо этого я сместила контуры, дополнительно ослабив их настолько, что они не будут воспринимать мой объем и вес, как критичную величину, и спокойно проскользнула в дом через выбитую дверь, поднырнув под полицейские ленты.

Благодаря новой способности, свет мне не требовался, но и так я увидела безобразный погром, который начинался прямо в холле и расходился по всему дому в разные стороны. Следы от пуль, переломанная мебель, разбитые вазы, засохшие лужи крови — даже на мой не особо профессиональный взгляд картина произошедшего была ясна.

Так-так-так…

Для начала пройдясь по первому этажу и выяснив, что погром устроен далеко не везде и в целом обстановка не так уж и тронута, то есть при желании можно вынести даже целую мебель и продать её через скупщика, пока не стала пороть горячку. В самом деле, ну зачем размениваться по мелочам?

Меня интересуют прежде всего более реальные ценности.

И я поднялась на второй этаж.

Оценила уровень разрухи в хозяйской спальне, где было раскурочено пол уличной стены, да и другие серьезно пострадали, а кровать так и вовсе превратилась в окровавленное мессиво, откуда, подозреваю, выскребли не всего Карепанова-старшего. И пускай кровь уже засохла, в комнате всё равно стоял тяжелый запах гниения.

Да уж, хреновая судьба… Никому такого не пожелаешь.

При этом я не торопилась выходить из комнаты, тщательно изучив её прежде всего эхолокацией. Спальня — это еще не кабинет, но тоже очень… личная комната. Любой нормальный человек проводит в ней треть, минимум четверть жизни. А значит, именно в спальне многое может быть под рукой. Коммуникатор, оружие… тайник.

И ведь я его нашла!

Он был не на виду и не на самом очевидном месте — тайник в полу в гардеробной под полкой для обуви, но он был.

И был не тронут.

Не сразу, но найдя механизм, который бы сдвигал в сторону фальшивую секцию ламината, я вынула из ниши два аккуратных и ничем не примечательных кейса, набитые деньгами. Навскидку в каждом было миллионов по десять и мои фантомные друзья тут же удовлетворенно разулыбались, но…

Что-то мне подсказывает, что мы только начали!

Следующим помещением, где стоило осмотреться внимательнее, был кабинет. Увы, он был разгромлен. Аккуратно и явно профессионалами, но главное его достояние — сейф — стоял с распахнутой дверцей и внутри было абсолютно пусто.

Досадно, но ожидаемо. Если не бандиты, то следствие постаралось.

Что ж…

А нет ли какого тайника и в этой комнате?

Придирчиво изучив пол, стены, полуколонны, перевела внимание на массивный стол и уделила время ящикам. Они были ожидаемо пусты, но…

Да!

И снова моя интуиция оправдала надежды — массивным стол был не просто так. Не только для красоты. Столешница оказалась с сюрпризом и скрывала в себе потайной ящичек. Практически плоский, под документы, и в щель влезла буквально одна папка, но достаточно пухлая, чтобы хомяк одобрительно похлопал, а я прихватила её для дальнейшего изучения.

Больше в кабинете ничего ценного не было.

А вот соседняя комната заставила меня застыть на пороге.

Библиотека! Персональная библиотека! Шик!

Мой внутренний дракон, который оказался не только эстетом, но и книжным гурманом, тут же категорично заявил «берем!» и я не смогла ему отказать. И пускай пришлось экстренно решать проблему упаковки и транспортировки, потому что в комнате стояли полноценные восемь стеллажей от пола до потолка, причем не каких-то там дешевых бульварных романчиков, а классика русской и иностранной литературы (подарочные издания!), плюс мировые энциклопедии, касающиеся буквально всего, но по большей части оружия и шедевров мировой культуры, а ещё меня удивила внушительная подборка книг по магии, касающихся буквально всех ветвей: от ментала до тверди, от воды до целительства.

А этот мужик знал толк в ценностях, слушайте!

В итоге я напрягла мозги и нашла кладовку, а в кладовке ящики и следующие три часа только упаковывала величайшие ценности всех времен и народов.

Книги!

Моя пре-е-елесть!!!

Более того, именно благодаря своему хомячизму, я обнаружила за одним из стеллажей ещё один тайник, где снова лежали документы, и прихватила их тоже. Если они были в тайнике, то точно ценные!

Не рискуя откладывать главное на потом, я перетащила все свои находки в фургон и только потом снова вернулась в дом.

Заглянула в комнаты Матвея, но ожидаемо ничего ценного там не нашла, хотя гардеробная у него была забита сплошь брендовой одеждой и обувью на все случаи жизни. Хм-м… Пожалуй, намекну ему на то, что можно будет кое-что вынести. Ту же дубленку на зиму. Пару деловых костюмов, которые явно не копейки стоят. Обувь ручной работы. Смысл тратиться, если можно забрать?

Следующей комнатой по списку стала спальня Алеси, где хаоса было подозрительно много. Много всего лишь для торопливых сборов. Хм-м, кажется, кто-то тут побывал ещё.

Что искали?

Увы, на этот вопрос никто не спешил отвечать, но я тоже поискала хоть какие-то ценности и удивилась, когда нашла.

Это был полноценный сейф в гардеробной. Уж не знаю, как его не обнаружили до меня, и кто в принципе догадался прятать его за ростовым зеркалом, но стоило распахнуть его, как дверцу, как я обнаружила за ним встроенный в стену сейф. Ага…

Замок был электронным, что меня искренне порадовало, но не самым простым — пришлось попотеть, подбирая к нему подход, но всего минут через двадцать мои усилия увенчались успехом и раздался щелчок разблокировки.

Как я и надеялась, в сейфе находились украшения. Не так много, как можно было предполагать, буквально три гарнитура из золота с драгоценными камнями, плюс серьги, браслеты и подвески россыпью, но я сгребла всё, не забыв прихватить и девичий дневник, на обложке которого красовалась феечка в сердечках, понимая, что лучше его возьму я, чем бессердечные дяди в погонах. Или кто похуже.

Немного подумав, сгребла всю косметику, включая крема и совсем непонятные вещи, плюс заколки-резиночки, фены-плойки и даже скребок для пяток.

Одежду пока трогать не стала, решив сначала прояснить этот момент у хозяев. Вдруг и впрямь им это больше не надо?

Напоследок ещё раз вдумчиво прошлась по всем без исключения комнатам, по итогу насобирав ещё пять коробок добра. Там вазу, сям картину. Тут статуэтку, из минибара коллекционный коньяк, который, уверена, оценит профессор…

В общем, прибарахлилась я знатно.

За окном уже светлело, когда я закончила с сигнализацией, возвращая её к прежним настройкам, и выдвинулась в деревню. Немного волновали гаишные посты, которых на дорогах хватало, но то ли план у них был уже выполнен, то ли моё лицо не выглядело подозрительно, то ли стражи дорожного порядка просто разленились под утро, до дома я добралась без проблем, но выдохнула напряжение, только когда заехала на свой участок, где находился погреб.

Фух! Смогла!

И ерунда, что футболка на спине мокрая, хоть выжимай! Ерунда, что спать хочется и от нервной слабости аж руки трясутся…

Ерунда!

Зато мой внутренний дракон доволен! Про остальную живность и говорить нечего — оба в полном и безоговорочном экстазе!

Увы, расслабляться было рано и первым делом я перетаскала из грузовика взрывчатку и огнестрел, следом холодняк, затем кейсы с деньгами, коробки с книгами — всё это я убрала в дальнюю комнату, как величайшую ценность, попутно активировав артефакт климат-контроля, чтобы ничего не отсырело и не заржавело.

Последними вынула коробки с антиквариатом и безделушками, да вещи Алеськи, поставив их отдельно. Насчет украшений ещё раздумывала, отдавать или сдать в ломбард, но потом поняла, что лучше спрошу у хозяйки. Воровать совсем в открытую — нехорошо. Одно дело — деньги и документы отца, о которых они не в курсе, совсем другое — личные вещи. Как говорит молодежь на местных форумах — зашквар. И в целом люди правы.

В общем, подремать мне не удалось, но бодрости пока хватало, да и от кристалла я подзарядилась, так что можно было встречать утро с новыми силами, что я и сделала.

Завтрак для профессора и Локи, бодрящая кружечка кофе себе (м-м, блаженство!), отложить три клинка для Матвея, чтобы ему было с чем тренироваться, и бегом на пробежку и разминку. Естественно, вместе с волчонком.

За эти пару недель он подрос ещё сильнее и пускай был ещё меньше Полкана, но до размеров обычного хаски оставались считанные дни. При этом дури в нем было столько, как в полноценной ораве щенков, и требовалось уделять ему ещё больше внимания и начинать воспитывать уже всерьез. Не только бегать-играть и учить элементарным «фу» и «ко мне», но и таким серьезным и действительно полезным вещам, как «свой-чужой», «место», «замри» и прочее.

Клятвенно пообещав себе, что займусь этим уже завтра, после прогулки завела его на участок, прихватила клинки и отправилась для начала в гости к Карепановым.

Старший уже встал и разминался у себя во дворе, причем в одних спортивных штанах, и я невольно оценила великолепный экстерьер. Рост, мускулы — всё было при нем.

Одного не пойму…

— Привет, — махнула рукой, спокойно заходя на участок через незапертую калитку, и сходу задавая интересующий меня вопрос: — А ты почему не женат?

Матвей аж с ритма сбился и уставился на меня с нескрываемым возмущением.

— Не понял. А это-то тут при чем?

— Ну, вообще, логично. — Я пожала плечами. — Тебе уже двадцать семь. На морду симпатичен, при деньгах и связях… — хмыкнула, — был. Так в чем подвох? Мне просто интересно.

— Интересно ему, — проворчал Карепанов, подходя ближе и начиная чрезмерно внимательно изучать клинки, которые я разложила на лавочке. И с видимой неохотой, но добавил: — Была девушка. Три года встречались. Потом узнала, кто мой отец, устроила мне истерику и разорвала все отношения. Это было в том году. Новую пока не нашел. Такую, чтобы жениться хотелось. Подружки были, но так… одноразовые.

— А мать ваша где?

Ну а что? Раз уж пошли такие откровения!

— Убили, — окончательно помрачнел Матвей, глянув на меня искоса. — Алеське три года было, как её убили из проезжающего мимо авто. Из автомата. В упор. Мелкую чудом не задело. Не знаю, что она видела и помнит ли это, но целый год потом не говорила. Отец её по психологам водил, даже по бабкам возил. Потом потихоньку отпустило и к школе она стала нормальной. Ну… — он хмыкнул, — в целом.

После чего посмотрел мне в глаза и тихо, но проникновенно попросил:

— При ней только такие вопросы не задавай. Хорошо?

— Хорошо, — кивнула. — Я же не отморозок какой…

После чего кривовато усмехнулась и невинно поинтересовалась:

— Кстати, проезжал под утро мимо вашего дома… Не удержался, заглянул. Погром, конечно, знатный, но при желании можно съездить и забрать одежду. Ты как?

Сначала недоверчиво замерев, следом Матвей закидал меня вопросами. Преимущественно, конечно, бестолковыми. Ну какая ему разница, что я там делала? Любопытство утоляла!

— Вечером съездим, — в итоге решил Карепанов, сосредоточенно морща лоб. — Алеська мне уже весь мозг выклевала, что ей косметика и одежда нужна. А мы, сам знаешь, не то, чтобы на мели, но деньгами разбрасываться просто так тоже не хочется. По мебели вчера только на пол ляма приценился, еще думать буду, да ремонт тоже в копеечку выльется. Сейчас с минуты на минуту бригадир подъедет, за сантехнику примутся, чтобы не страшно было душ принять, а потом остальное. Ты, кстати…

Вот тут он слегка замешкался и, как мне показалось, даже слегка смутился.

— Не против, если мы ещё пару дней у вас столоваться будем?

Ну… Ожидаемо. Учитывая, что ни он, ни Алеська ни разу не гуру кулинарии, то мне даже немного интересно, как они планируют решать эту проблему потом. Но, пожалуй, не буду спрашивать.

— Десять тысяч в сутки на двоих и обеды-ужины будут вашими, — решила не мелочиться, тем более готовила я хорошо и разнообразно.

— По рукам! — искренне обрадовался Карепанов и протянул ладонь для рукопожатия. — О, а вот и бригадир!

К их участку и впрямь подъехал микроавтобус, за рулем которого сидел деловитый мужичок лет сорока с пышными соломенными усами, а в салоне ехали еще трое работяг. Относительно молодые, всем чуть за тридцать.

Перезнакомившись со всеми и выяснив, что бригадира зовут Федор Михалыч, а рабочих Андрюха, Паха и Денис, и они могут буквально всё, причем за разумные деньги, отошла чуть в сторонку, чтобы не мешать Матвею раздавать указания на сегодняшний день, и краем глаза заметила, как мелькнула в окошке заспанная мордашка Алеси.

Увидев меня, девчонка тут же просияла, на что я заранее мысленно закатила глаза (опять ей что-то от меня надо!), и не ошиблась.

Выпорхнув к нам буквально через три минуты в коротком платьице и босиком, она сходу защебетала:

— Саша, как хорошо, что ты зашел! Помнишь, ты мне обещал помочь настроить технику? Ты не мог бы уделить мне внимание прямо сейчас?

— Прости, прямо сейчас не могу, — качнула головой, отмечая, что мужики притихли и все как один заинтересованно пялятся на Алеську. Матвею аж пришлось выразительно прокашляться, чтобы работяги изобразили повышенное рвение к работе. — Сейчас у нас тренировка, потом надо дядю свозить в город в клинику. Сама слышала, ему надо сдать анализы и сделать рентген. Но потом вернусь и всё сделаю. Терпит же?

— Ну… да, — было видно, она расстроилась, но не критично. Потому улыбнулась и даже поблагодарила: — Спасибо, буду ждать.

И тут же выдала очередной шедевр:

— А можно у вас чай попить? Просто у нас тут даже чайника нет, молчу уж про кружки.

— Алеся, — с укором осадил её брат.

Но она повернулась к нему и удивленно спросила:

— Ну а что такого? У нас и впрямь совсем ничего нет. Ни посуды, ни продуктов. Я помню, что ты обещал закупиться всяким уже к обеду, но я-то сейчас есть хочу. Тем более Саша не против. Да же?

И снова повернулась ко мне, ища в моём лице поддержку.

Рыбка. Как есть рыбка.

Но вслух я лишь сказала:

— Конечно. Мы уже договорились с Матвеем. Обеды-ужины с меня. На завтрак сегодня каша и сырники. Дядя еще не ел, так что имей в виду.

— Спасибо! — просияла Алеся и даже заявила: — Ты просто замечательный сосед и самый лучший друг! Да же, Матвей?

Карепанов угукнул, поглядывая на сестру с подозрением, но она уже упорхнула в сторону дома Бельковых, да и нам тоже пора было идти, так что он закончил инструктировать рабочих, подхватил оружие и мы отправились к майору.

Тюменцев встретил нас недовольным прищуром единственного глаза. Пускай мы и не договаривались четко на восемь, но всё равно опоздали минут на двадцать и нам об этом было заявлено.

— Дисциплина — залог победы! Возражения есть?

Мы благоразумно согласились, что командир всегда прав, после чего я снова размялась на турниках и мы устроили с Карепановым небольшой спарринг, отрабатывая связки уже в паре и тем самым нарабатывая опыт реального боя.

Матвей снова показал неплохое владение клинком, на этот раз выбрав саблю, но всё равно ему это не помогло, и в итоге он признал безоговорочное поражение. Понятно, что ему мешало ранение и он не мог двигаться так же проворно, как я, тем более меня серьезно выручала высокая выносливость и скорость, присущая всем гомункулам, да и магические способности усиливали тело, так что ни возраст, ни рост, ни вес моего противника не спасали.

Я была лучше.

После получасового спарринга, когда с нас обоих пот лил градом, майор объявил перерыв, разрешив даже умыться в своей ванной, а потом мы сели в гостиной поудобнее и он начал рассказывать про Мавринскую аномалию. Подробно, обстоятельно, никуда не торопясь. Начал буквально с основ, но никто из нас не возражал. Даже если часть слов прозвучала зря, мне всё равно было интересно послушать опытного охотника и сравнить его наблюдения со своими.

Закончил Тюменцев рассказом о скорпионах, как о самой оптимальной добыче этой аномалии. Плодились они быстро, повадки имели типичнейшие, ценность каждой крупной твари исчислялась сотней тысяч, и единственное, чего стоило опасаться — это яда на кончике хвоста.

Ну, помимо клешней и банального лобового удара.

— Хотите сказать, что кабанчики, анаконды и гипножабы посильнее будут? — не поверил Матвей. — Да ладно!

— Разъяренный кабан может запросто раскидать команду магов уровня магистр, — со знанием дела ухмыльнулся майор. — Шкура у него запредельной крепости, уязвимых мест практически нет. Глазки настолько крохотные, что попасть по ним едва ли возможно, а до мозга через них копать и копать. Только кабан ждать не будет. Ну и потом, завалишь ты его… А дальше? Весит он под три тонны, целиком хрен вытащишь. Вскрывать на месте — заи… кхм, задолбаешься. Ценным у него считается сердце, печень и бивни. — Тюменцев пожал плечами. — В общем, такое себе развлечение, на любителя. Анаконды похлипче буду, но ценности в них мизер и хрен выследишь. Прячутся среди густой листвы или прямо в болоте. А там уже жабы и москиты. Если от москитов ещё отмахаться можно, то жаба…

Я невольно вспомнила свою и тут же губы закололо фантомными иголочками онемения.

Бр-р-р!

— На жабу меньше чем впятером лучше не ходить. И только под амулетами против ментального воздействия, — подытожил майор. — Самое ценное в них икра, но проблема в том, что она есть не в каждой, и может так получиться, что вложений под триста тыщ, а выхлоп нулевой. Вот такие дела.

На этом урок был закончен и мы, попрощавшись, разошлись каждый по своим делам.

Дома меня ждал нетерпеливый профессор, но сначала я убедилась, что вчерашнего супа ещё хватает на сегодня, и только потом, приняв душ и переодевшись во все свежее (и футболку с надписью «Добро пожаловать отсюда»), я скомандовала по коням и мы отправились в Мытищи на Газели.

Сначала в клинику. С регистратурой я созвонилась ещё вчера, записав дядю на анализы и рентген, но тут внезапно оказалось, что кровь надо сдавать до десяти и натощак (а мне вчера не сказали!), на что я им, конечно, высказала пару ласковых, но до рентгена мы всё-таки дошли.

Так как клиника была частная и платная, то особых очередей тут не наблюдалось и нам не только почти сразу выдали снимки, но я ещё и к профильному специалисту на прием заскочила, прихватив и профессора, где нам рассказали про все его болячки, видимые на снимке, назначили кучу лекарств и дополнительных анализов (естественно в их клинике), и уже хотели записать на повторный прием, но я пока отказалась. Сначала сдадим кровь и проконсультируюсь у бабы Вари, а потом видно будет.

Лечиться, безусловно, надо, но больно мне не понравилось халатное отношение работников регистратуры и навязчивость доктора. Будто половины из того, что он наговорил, даже близко не надо. Да, я понимаю, что ему надо зарабатывать деньги, но… Совесть-то тоже надо иметь!

В общем, решив, что кровь мы будем сдавать в другой клинике, тут же нашла в сети другую, созвонилась-записалась на самое утро на завтра, и только после этого повезла Белькова на квартиру.

За время нашего отсутствия там ровным счетом ничего не изменилось. Разве что стоило проветрить помещения, но в целом было неплохо. Перетаскав всё самое необходимое в Газель, причем преимущественно в одни руки, потому что грузчик из старика был так себе, застопорилась рядом с купелью, которая весила под полтонны. Да уж… одна я её точно не вынесу.

Хотя…

Стоп! У меня ж был артефакт облегчения веса. А я ещё думала, что ерунда полнейшая! Черт, и почему сразу не сообразила с собой взять?

В итоге мы сделали одну ходку полупустые, но я всё равно сначала всё выгрузила, оставив старика разбирать оборудование по углам, и вернулась в Мытищи уже одна, но с артефактом. Он был не особо мощным, рассчитан на восьмидесятипроцентное облегчение веса до тонны, то есть благодаря ему купель весила теперь «всего» сто килограммов, но для меня это был вполне подъемный вес.

Неудобно только… Но я справилась!

Фух! Ох, мой будущий братец! Должен будешь!

В итоге окончательно в деревню я вернулась лишь в районе четырех, порадовала профессора центральным элементом нашей задумки, оставив его составлять список того, что понадобится нам для незаконного выращивания ещё одного гомункула в домашних условиях, а сама, поставив в духовку запекаться мясо с картофелем «по-деревенски», отправилась в гости.

Выполнять обещание, данное Алесе.

У Карепановых было «весело».

Рабочие, стимулированные вероятной премией за срочность, уже разгромили ванную комнату, вынеся оттуда абсолютно всё, включая старую сантехнику (то есть и раковину, и унитаз), и сейчас один из мужчин выравнивал стены под плитку, второй занимался спальней Алеси (Матвей решил, что ей нужнее), третий менял пол на кухне, а бригадир лично проверял электрику по всему дому.

Карепановы сидели в гостиной, причем каждый в своём коммуникаторе, но стоило мне войти, как тут же отложили гаджеты в сторону и оба уставились на меня.

Та-а-ак…

— Чего я не знаю?

— Ты правда был у нас дома? — первой выпалила Алеся.

Я с укором взглянула на Матвея. Ну и зачем он ей сказал?

Карепанов поморщился, признавая свою вину, но дело было уже сделано, и я лишь вздохнула, кивая.

— Да, был. Дом опечатан… — Я покосилась на рабочего, который прошел по коридору, но вроде бы никто меня сейчас не подслушивал. Тем не менее я стала говорить тише и только общими фразами: — Опечатан, в общем. Днем туда лучше не соваться. Мы с твоим братом съездим туда вечером, глянем, что к чему. Что хотела?

— Одежду! — выпалила она первым делом. — И косметику!

И-и-и…

Не дождавшись продолжения, с легким удивлением уточнила:

— И всё?

— Остальное скорее всего уже вынесли, — мрачно произнес Матвей. — Район там, конечно, престижный, но «доброжелателей» тоже хватает. Одежду вряд ли тронули, а что-то действительно ценное скорее всего уже разошлось по рукам.

— Ясно, — кашлянула, на миг ощутив себя немного неловко. Ведь именно по моим рукам это самое «ценное» частично и разошлось. — Ладно, притащу всё, что смогу. Надо будет только на рынок заскочить за вместительными сумками-баулами.

— Спасибо! — Алеська снова просияла и посмотрела на меня, как на настоящего героя. Да что там говорить, она не смотрела на меня так, даже когда я спасла её от насильников.

Ох, уж эти женщины…

— А что с техникой? — Кивнула на коробки с аппаратурой. — Помогать?

— Нет, — Алеся смешно сморщила нос. — Прости, я поторопилась. Матвей говорит, что сначала нужно комнату отремонтировать, чтобы по два раза не настраивать. Сразу установим там всё так, как удобно. Сейчас там грязь, Денис обои обдирает. Надо будет и потолок белить, и пол красить. В общем, не до блогерства. Да и снимать мне пока нечего.

— Ясно. Что ж, как всё будет готово, зови. Матвей, можно тебя на пару слов?

Удивленно дернув бровями, но кивнув, Карепанов вышел следом за мной на улицу и мы немного прошли вглубь участка, где точно никто не мог нас подслушать, и я, строго глянув на фантомных жителей своей головы, приоткрыла часть своих карт:

— Я вчера вынес кое-что из вашего дома. Ну так, по мелочи…

— А знаешь, я догадался, — кривовато усмехнулся мужчина. — Сам бы не удержался. И как? Много вынес?

— Ну… так, — качнула головой. Естественно, я не планировала говорить про деньги и документы, а вот про остальное сказать было можно: — Пару картин, ваз, статуэтку с конем. Пару бутылок коньяка. В холле погром, в кабинете тоже сейф был открыт, так что, подозреваю, всё самое ценное уже ушло в «добрые» руки. Единственное, что я вынес действительно хорошего, это книги из библиотеки и нашел в гардеробной Алеси сейф за зеркалом. Там лежали драгоценности. Вот о них я хотел спросить. Почему твоя сестра о них не упомянула? Они ей настолько безразличны?

— Удивишься, но да, — хмыкнул Карепанов, продолжая изучать меня с подозрительным прищуром. — Гарнитуры — нашей матери, отец их просто ей отдал, но она никогда их не надевала. Она вообще больше по бижутерии фанатеет, считает, что это более молодежно. Но ты меня удивил… Отдашь?

— Отдам, — кивнула, тихонько пиная печально квакнувшую жабу. — Но только драгоценности. Книги не отдам.

— Книги? — почему-то удивился Матвей и глянул недоверчиво. — Любишь читать?

— Очень.

Мужчина усмехнулся и кивнул.

— Хорошо. Книги оставь себе, я не против. Сам я не любитель классики и не маг, да и отец собирал эту библиотеку скорее для статуса, чем реально для дела. Не поверишь, но меня сейчас намного больше интересует мультиварка, чем томик стихов Пушкина. Пусть даже коллекционное издание.

Точно! А на кухню-то я не заглядывала!

Рассмеявшись с облегчением, заверила Карепанова, что помогу вынести ему даже столовые приборы, если на них еще никто не покусился, после чего мы договорились, что отправимся в Москву не раньше десяти вечера, потому что лезть в дом раньше полуночи бессмысленно.

Ну а пока стоило поспать хотя бы часика три, а лучше все пять. Всё-таки я не бессмертный пони и вторую ночь без сна вряд ли потяну. Не хочется облажаться в решающий момент!

Более того, завалившись отдыхать не в гамак, а на кровать, я умудрилась проспать аж до девяти — разбудил меня неугомонный Локи, возмущающийся тому, что мы не идем гулять. Пришлось экстренно приходить в себя, умываться, пить кофе и вспоминать, какой сегодня день и час. Ага… Точно!

Пока гуляли, проснулась окончательно, попутно накидав в голове план-минимум, так что, когда к десяти на наш участок подошел Карепанов, одевшийся попроще, я была уже готова.

— Поедем на Газели, — предупредила на всякий случай. Свой автомобиль Матвей уже перегнал на свой участок, причем сразу в гараж, но один момент прояснить стоило. — Оружие брал?

— Пистолет, нож, — кивнул мужчина.

— Пистолет лучше выложи, чтобы соблазна не было, — качнула головой. — Там лучше не шуметь.

— А если засада? — нахмурился Матвей.

— Поверь, — усмехнулась, — ножа хватит.

Точнее меня хватит.

— Ну, смотри…

Карепанов был недоволен, но послушался, и мы отправились в город.

По дороге заехали в круглосуточный гипермаркет, где купили сразу дюжину сумок формата «баул безразмерный» и пару десятков картонных коробок под всякие там кастрюли-тарелки и прочую мелочовку, которую в сумку не положишь.

На месте были в половину двенадцатого, предусмотрительно встав в конце улицы, и сразу стало ясно, что мы нацелились на особняк не первые — я заметила мелькание фонарика в окне второго этажа, на что тут же указала Матвею, и тот, зло стиснув зубы, процедил:

— Вот же… уроды! Ворье?

— Наверняка, — кивнула, думая в этот момент о том, что воришки могли криво отключить сигнализацию, и совсем скоро тут будут те, кто её установил. И поэтому задерживаться тут опасно! — Подождем немного. Надо понять, что с сигнализацией и кто может подъехать. Её тут вокруг дома натыкано, как грибов после дождя.

— Ладно, как скажешь, — нехотя согласился Карепанов и ушел в машину, а вот я подобралась поближе, чтобы изучить состояние сигналки вблизи.

Хм-м… А воришка-то непрост!

Выяснив, что три из пяти сигналок в принципе не тронуты, одна аккуратно переключена в режим «белый шум», а последняя просто сдвинута, отчего можно спокойно пройти через черный ход, я на свой страх и риск проникла в дом и прислушалась к обманчиво звенящей тишине. Но вот наверху послышался едва уловимый шелест шагов, я затаилась за лестницей, и когда воришка оказался внизу, просто вырубила его четким ударом по шее, перехватив и его, и его груз.

А что так легко?

Удивившись, во-первых, легкости тела, одетого во всё черное, включая «шапочку вора», которая закрывала на только волосы, но и лицо, оставляя на виду только глаза, а во-вторых, легкости заплечной сумки, где награбленного было от силы пару кило, первым делом я сунула нос в сумку и удивилась еще сильнее, обнаружив там лишь пару безделушек-статуэток с камина из змеевика, да флакон туалетной воды из комнаты Матвея.

Ну и совсем эпичным стало моё изумление, когда я стащила с головы незадачливого воришки шапочку и выяснила, что умудрилась вырубить… девчонку. То-то мне показалось, что тельце чересчур тощее!

Ну и что с ней делать? Точно не тут оставлять!

Чертыхнувшись, потому что девушка выглядела от силы на шестнадцать и была коротко стриженой мелкой блондинкой (но симпатичной!), я тяжко вздохнула… и понесла свою ношу на улицу. В машину.

Я, конечно, не гений дедукции, но что-то мне подсказывает, что флакон с туалетной водой в ее сумке оказался не просто так.

Стоило мне подойти к Газельке с ношей на руках, как из нее тут же выскочил Карепанов и молча уставился на меня. Сначала молча. Потом он внимательнее рассмотрел мою добычу и его лицо забавно вытянулось.

— Светка? Откуда…

— Знаешь её? — почти не удивилась, но всё равно с интересом ждала ответа.

— Ну да. — Мужчина выглядел смущенным. — Дочка нашей домработницы. Помогала матери иногда по дому.

И тут же помрачнел, кажется, что-то вспомнив.

— Прислуга в доме обычно не ночует, но в тот вечер Наталья Геннадьевна задержалась допоздна и я, если честно, не знаю, ушла ли домой вообще. У них есть своя комната отдыха, пару раз она оставалась с ночевой. Ты думаешь…

— Понятия не имею, — оборвала его. — Думаю, нам стоит привести в чувство твою юную поклонницу и спросить подробности у нее.

— Поклонницу? — нахмурился Матвей, но что-то в его тоне мне подсказало, что Карепанов лукавит. И явно в курсе, что девчонка к нему неравнодушна.

— Кстати, сколько ей лет?

— Семнадцать, — кривовато усмехнулся мужчина, быстро сообразив, к чему я веду. — И сразу отвечу на твой вопрос: нет. Между нами ничего не было. Она ж ребенок совсем!

— Некоторым это не мешает… — пробормотала вполголоса, вспоминая Голубева.

Надо будет, кстати, поискать по нему информацию в сети. Чем там дело кончилось?

Но сейчас стоит сосредоточиться на другом.

В итоге я аккуратно уложила девчонку на передние сидения Газели, похлопала её по щекам, но тоже аккуратно, сунула под нос ватку с нашатырем из автомобильной аптечки и наконец добилась того, что она начала приходить в себя.

— Что… я… — Она была явно дезориентирована, сначала медленно сев и уставившись на нас немного мутным взглядом, но потом несколько раз моргнула, узнавая Матвея, её глаза распахнулись, смешно округлились и она тихонько, но счастливо пискнула: — Живой!

И тут же разрыдалась, тихонько подвывая:

— Живо-о-ой…

Ну всё, это надолго.

— Ладно, успокаивай свою принцессу, а я пока пойду Алеськину одежду соберу, — усмехнулась, видя, что девчонку аж колотит от испытанного стресса, а Матвей совершенно не представляет, что делать с этим и куда девать руки, потому что Света уже повисла у него на шее. — Не скучай, скоро буду.

Не забыв прихватить из кузова сумки и коробки, я ещё раз внимательно изучила сигналки, отметив, что сработано невероятно грамотно и даже с меньшими усилиями, чем я сделала это вчера, после чего отправилась собирать вещи, начав с гардеробной Алеси.

В итоге одной только одежды оказалось четыре баула, под сумки-обувь ушло ещё два, а седьмой я набила самым разным, начиная с плюшевых игрушек, заканчивая полотенцами, гелями-шампунями и маской для сна. Между прочим, тоже деньги! Проще взять из дома, чем покупать новое. Дешевле точно.

Подхватив по сумке в каждую руку, вернулась к машине, не забывая поглядывать по сторонам, чтобы вовремя заметить опасность, но пока всё было тихо. Отлично!

За время, пока меня не было, Света успела успокоиться, но сейчас сидела на переднем сиденьи, насупившись, как мелкий хомячок. Кстати, у Алеси это получалось достовернее, у Светы просто не было таких пухлых щечек, как у Карепановой.

— Ну а теперь что? — поинтересовалась со смешком, начиная находить ситуацию откровенно смешной.

— Эта дурында хочет ехать с нами, — мрачно выдал Матвей. — Иначе грозится рассказать всё отцу.

— М-м… — хмыкнула. — И кто он? Нам есть чего опасаться?

И выразительно присмотрелась к цыплячьей шейке девчонки.

Уж не знаю, что она рассмотрела в ночи на моём лице, но разом подобралась и буркнула:

— Мой папа — Шмель!

— Прикольно, — хмыкнула. — А ты, значит, Пчелка? А маму, случайно, не Цветочком звать?

— Не смешно! — выпалила она, забавно краснея и посмотрела на Карепанова, который действительно старательно покусывал нижнюю губу, чтобы не рассмеяться. — Матвей, скажи ему!

— Нет, ну определенная доля юмора в его словах есть… — протянул мужчина, не выдержав, и всё-таки рассмеялся. А когда успокоился, то сначала потер плечо, куда прилетело острым кулачком, и только потом объяснил мне: — Её отец — Шмелев Иван Борисович. Наш автомеханик. Он из бывших боевиков отца, но отошел от дел по ранению. У него своя автомастерская. Ну и…

Он слегка нахмурился и бросил недовольный взгляд на притихшую Свету:

— Связи у него остались. Во многих кругах. Света, мне не надо, чтобы люди знали, что я жив, цел и всё остальное. Понимаешь?

— Но почему⁈ — выпалила она, явно делая это не первый раз, потому что Карепанов тяжело вздохнул и закатил глаза. — Мы же беспокоимся! Все мы!

— Так уж и все, — скривился Матвей.

— Ну… — Света тут же поникла и совсем тихо произнесла: — Кто выжил…

— Так, ребят, — привлекла я внимание, снова чувствуя, что такими темпами мы ни до чего не договоримся. — Давайте уже что-то решать. Дом большой, я один. Нахера вы тут булки мнете, пока я там один суечусь? Мне больше всех надо или как? Матвей, соглашайся уже и пошли поможешь. На крайний случай я просто придавлю её по дороге и выкинем в овраг. Лады?

Оба уставились на меня, как на исчадие ада, ну а я, просто прихватив ещё коробок, отправилась в дом, слыша за своей спиной робкое:

— Матвей, он же пошутил?

— Не уверен…

Как бы то ни было, парочка сумела договориться и меня догнали ещё до входа в дом, причем я сразу заметила, какой легкий шаг у Пчелки и как уверенно она держит за руку Матвея, ведя мужчину так, чтобы он не задел невидимые нити магической сигнализации.

Ага… Значит, не показалось. Девчонка-то одаренная! Самый мизер, но это не чистая интуиция. Это воздух!

Очень полезная стихия, кстати. И опасная. Овладев воздухом на уровне мастера, можно доставить врагу тьму неприятностей, просто лишив его доступа к этому самому воздуху. И он задохнется у тебя на глазах.

Гениально? А то!

Понятно, что это требует определенных навыков и безжалостности, но с последним у меня в принципе всё отлично, а первое я старательно нарабатываю почти каждый день.

— Так, Матвей, — распорядилась я, когда мы вошли в холл. — На тебе три сумки, собирай пока свою одежду. А мы с Пчелкой пошуршим на кухне. Если она тут каждую поварешку знает, то обязательно подскажет, что лучше брать. Да же?

И выразительно посмотрела на девчонку, как маньяк на будущую жертву.

Стоит отдать ей должное, сначала она прижалась к Карепанову, но потом вздернула подбородок, посмотрела на меня с вызовом и уверенно кивнула, первая выбрав верное направление. Я пошла за ней, ну а Матвею не оставалось ничего другого, как уйти наверх.

А на кухне меня уже ждала сердитая Пчелка и допрос…

— Ты кто вообще такой? — прошипела она, моментально снимая маску милой маленькой девочки и превращаясь в разъяренную фурию. — Откуда взялся? И не называй меня пчелкой! У меня вообще-то имя есть!

— Ух, пробрало! — усмехнулась и сунула ей в руки первую коробку. — А ты злючка. В курсе, что мужчины любят добрых и покладистых девушек?

— Ты меня не интересуешь! — возмутилась она, причем искренне.

— Не поверишь, — хохотнула, но приглушенно, понимая, что действовать нужно не только быстро, но и тихо, — ты меня тоже. Но я сейчас не о себе, а о твоем беглом принце. Так что давай, язычок под замок, жало в штанишки и собирай сюда всё, что может понадобиться на среднестатистической кухне из посуды. Можешь начать с кастрюль. М-м… А это что? Вафельница? Круто!

— Ты… Ты… Ты отвратителен! — наконец выпалила она, но уже распахивая дверцы нижнего шкафа и начиная невероятно ловко и бесшумно вынимать из него кастрюли и крышки к ним.

— Я великолепен, Пчелка, — фыркнула, не собираясь оставлять последнее слово за ней. Да и нравилось мне дразнить эту пигалицу. — Офигенно… Электрогриль! Хочу! А это что? Хм-м… О, понял! Су-вид. Клевая штука. Берем!

Недоумение за моей спиной росло, я заполнила всякими полезными приборчиками и лопатками-поварешками уже третью коробку, когда Светочка не выдержала и недоверчиво спросила:

— Ты реально в этом разбираешься? Ты же парень!

— И что? — Я обернулась к ней. — Ты что, из тех, кто привержен гендерным стереотипам? Так разочарую тебя, Пчелка, мужиков-поваров намного больше, чем женщин. Особенно ресторанного уровня.

— Хватит называть меня пчелкой! — снова возмутилась она.

— Тогда прекрати жужжать, — парировала. — Не хочешь помогать, так хоть не мешай.

Сердито рыкнув… малявка показала мне язык, после чего сосредоточилась на деле и следующие двадцать минут мы старательно упаковывали по коробкам всё, на что падал наш взгляд.

К сожалению, коробок было меньше, чем вещей, но в принципе всё самое основное мы взяли, а ещё полтора десятка кастрюль и ковшиков нам точно не нужны.

Крупные агрегаты наподобие кофемашины я выносила прямо так, без коробки. Причем пока только в холл, чтобы потом подъехать на машине и погрузить всё одним махом. Прихватила четыре стула, чайный столик, удобную тумбу… Всё вперед!

За это время Матвей закончил собирать свою одежду и прихватил со второго этажа так же несколько картин, чью художественную ценность я в прошлый раз не оценила, но он заявил, что они стоят серьезных денег и их можно будет хорошо продать ценителям… кхм, прекрасного.

По мне так мазня мазнёй. Но «ценителям» яно виднее.

Из техники мы забрали один телевизор и стереосистему, помимо этого Карепанов обнес весь отцовский бар, забрав даже початые бутылки, а на мой скептичный взгляд буркнул:

— Бутылка этого коллекционного вискаря стоит сотку. Тысяч если что.

М-м… Ну да, это всё меняет.

Уверена, будь его воля, он бы и кровати забрал, но увы, у нас под боком была лишь полуторатонная Газель, но никак не фура, так что пришлось ограничиться малым. Но подушки, одеяла и офисное кресло я среди вещей заметила.

При этом Светочка, старательно игнорируя меня, не менее старательно приносила пользу в целом, это я признавала. Была шустрой, ловкой и послушной, под конец пробежавшись по комнатам первого этажа контрольный раз и заявив, что ничего действительно ценного кроме диванов и прочих крупногабаритных шкафов в доме не осталось.

Отлично!

— А теперь марш домой к мамке с папкой, — шлепнула её по заднице, отгоняя от машины, чтобы сесть и завести мотор.

— Я еду с вами! — возмутилась она, при этом старательно глядя именно на Матвея, а не на меня.

Но ответила ей я:

— Не едешь. А вздумаешь сейчас дурить, я тебя раздену догола и для верности заберу коммуникатор. Куда ты после этого поедешь — бо-о-ольшой вопрос…

— Ты… этого не сделаешь! — выпалила она, уставившись на меня широко распахнутыми глазами.

Я посмотрела в ответ максимально тяжелым взглядом, через секунду выгнула бровь и хмыкнула:

— Проверим?

— Ты… — прошипела, отступая на шаг, — подонок!

— Я полон достоинств, — кивнула и наконец села в машину, заводя мотор. — Матвей, время! Или ты тоже остаешься?

Я специально не прислушивалась к тому, о чем говорили эти двое, но по выражениям лиц понимала, что Пчелка пытается продавить Карепанова, а тот злится, но не может настоять на своём. В итоге девчонка всё-таки психанула и, топнув ногой, развернулась и побежала прочь, а Матвей с тяжким вздохом залез на пассажирское сиденье и без сил откинулся на спинку, закрывая глаза.

— Слушай, как у тебя так получается быть отморозком, а? Научи.

— О, это целое искусство, мой юный падаван, — хохотнула, трогаясь в путь. — Дано оно, увы, не каждому.

Подумала и добавила:

— И не тебе.

Хмыкнула и добавила ещё:

— А с другой стороны, если бы все до единого мужики были такими отморозками, как я, то кого бы тогда любили девушки?

— Ты не поверишь, — скривился Карепанов. — Как раз к отморозкам девчонки липнут только так. Бандитская романтика, все дела.

— Да, женщины, они вообще… забавные существа, — согласилась, думая в том числе о том, что Пчелка так и утащила в своей сумке туалетную воду Матвея.

И далась она ей?

— Кстати, — заявила уже подъезжая к деревне. — Я сегодня скорее всего задержусь. Мне надо дядю в клинику свозить. Вчера по времени не успели, кровь надо сдавать с самого утра натощак. Я его на половину восьмого записал, так что в целом должны успеть, но можем задержаться. Предупредишь майора?

Сонно кивнув, потому что умудрился задремать по дороге, Карепанов уточнил:

— Тебе грузовик как быстро нужен? Ничего, если я его в течение дня потихоньку разгружу? Просто нам сейчас не стоит комнаты заставлять, сам знаешь.

— Пара дней у тебя есть, — порадовала его. — А может и больше. Пока вроде никуда больше не надо. Давай только к тебе на участок загоним, чтобы на улице на маячила…

Шел седьмой час утра, когда я заглушила мотор грузовика и вышла на улицу, разминая слегка затекшие ноги и шею. Перед тем, как пойти к себе, предупредила Карепанова, что занесу коробки с косметикой и украшениями чуть позже, пусть не теряет, и только после этого отправилась выгуливать Локи.

Пускай он в принципе бегал по нашему участку на самовыгуле, для волка это было маловато. Ему в принципе требовался простор.

А ещё… Мне кажется, стоит подумать о строительстве собственного дома. Для меня и брата. Тот, где сейчас живем мы с профессором, уже для двоих мал, ведь из второй спальни он сделал лабораторию, а ставить кровати в гостиной как-то глупо. Где тогда собираться для приватного общения? Веранда тоже исключительно летний вариант.

Тем более сейчас делают такие каркасные проекты, которые можно заказать уже в частичной сборке, её привезут и поставят буквально за пару недель. Да, не самый долговечный вариант, но как времянка на ближайшие лет пять-десять — почему бы и нет? И по деньгам не слишком дорого — дом из трех комнат с кухней и ванной обойдется около миллиона. Плюс сантехника и мебель ещё тысяч пятьсот.

А вот если ставить капитальный каменный дом схожего размера, то придется выложить раза в три больше. Плюс капитальный подвал.

А подвал нам нужен капитальный. Комнат так на пять! Чтоб наверняка!

Поулыбавшись своим глобальным мыслям и далеко идущим планам, в районе семи разбудила профессора и разрешила только умыться, после чего усадила в машину и повезла в клинику. На этот раз вышло просто идеально — нас приняли сразу, как только мы вошли, выдав бахилы. Белькова зарегистрировали, взяли кровь и пообещали прислать результаты анализа уже после двух на почту.

Прекрасно!

Обратно в деревню мы приехали уже в десять минут девятого и я, на скорую руку пожарив ему яичницу, побежала на тренировку к майору. Матвей уже был там, успев предупредить Тюменцева, что я задержусь по уважительной причине, так что на меня никто не ворчал и не сердился, и сама тренировка прошла на позитиве.

Более того, майор уже укрепил мой меч, сделав то же самое и с тренировочной саблей Карепанова, так что искры летели только так, причем вес оружия практически не изменился и сам меч лежал в руке даже лучше, чем прежде.

После физической тренировки мы разобрали ряд ситуаций и тактических моментов, которые могли возникнуть в процессе схватки со скорпионами, если их вдруг будет значительно больше одного за раз. По всему выходило, что обычно они друг другу мешают и возникает даже определенная неразбериха и куча мала, так что наша первоочередная задача — не лезть в самую гущу, уничтожая прежде всего одиночек и тех, кто заходит с флангов. Они могут быть чуть мельче основной группы монстров, но в то же время шустрее и агрессивнее.

— А есть разница: самец или самка? — задала я вопрос, ответ на которой на форумах не нашла.

— Никогда не задумывался, — пожал плечами майор. — Я в принципе крайне слабо представляю, как определить их пол. Особенно в бою.

— Но вы же сами говорите, что крупные предпочитают кучковаться в центре и переть тараном, а более мелкие — шустрее и агрессивнее. И любят нападать с фланга. Получается, это условно два вида? То есть самцы и самки?

— Ну, если так рассматривать… — Тюменцев задумался и в итоге неопределенно дернул плечом. — Знаешь, Саша, я не зоолог. Но наблюдение, конечно, любопытное. И как понять, кто из них кто?

Мы полезли в дебри скорпионологии, и выяснили, что однозначного ответа нет. Только обычных, не аномальных скорпионьих видов почти две с половиной тысячи и они отличаются не только по месту обитания, цвету и размеру, а так же ядовитости, но и нет у скорпионов четкого ответа, кто из них папа, а кто мама. В том смысле, что у одного вида больше самцы, а у другого — самки. У одного вида клешни (по научному хелицеры) больше у самцов, у другого — у самок. Хвосты тоже могут быть толще и тоньше, но опять же у каждого вида — своё.

А как обстоят дела у аномальных скорпионов, кажется, никто не интересовался.

Нда…

— В общем, предлагаю не мучиться, — подытожил Тюменцев, — и просто запомнить, что те, кто помельче — опаснее в плане скоростной атаки. И на сегодня на этом закончим, жду вас завтра. Саша, как дела у дяди? Болеет? Если надо чего, говори, связей хватает.

— О, нет, — отмахнулась. — Ничего критичного. Артрит и остеохондроз. Я уже заручился поддержкой бабы Вари, после обеда будет готов анализ крови, там будет видно, чем конкретно его поить и мазать. Просто держу ситуацию на контроле, сам он лечиться не хочет.

— Ты молодец, — похвалил меня майор. — По себе знаю, что до последнего тянуть буду, пока не прижмет…

Он невесело усмехнулся, но развивать тему не стал, и мы разошлись.

Первым делом я, как и обещала, принесла три коробки с Алеськиными вещами Матвею, попросив при мне глянуть гарнитуры, чтобы потом не было вопросов. Сама Алеся, как мне показалось, была рада лишь своему дневнику, который выхватила из рук брата, моментально краснея щеками и бросая на меня взгляд, полный подозрения, но я не поленилась признаться:

— Внутрь не заглядывал, клянусь.

Мне вроде бы поверили, только после этого сунув нос по остальным коробкам и смущенно поблагодарив за честность, после чего я могла с чистой совестью идти домой. Готовить обед.

Сегодня я решила замахнуться на уху, сразу накрутив на вечер котлет с пюрешкой и накрошив салат, чтобы не отвлекаться от облагораживания погреба, а когда обед был готов, съездила за своим заказом в Сергиев Посад и забрала сборные полки под книги, но пока в виде досок из ЛДСП, нарезанных по моим размером.

Ближе к вечеру собрала три центральных стеллажа, закрыв ими прежде всего проход во вторую комнату, и по памяти расставила часть книг, начав с энциклопедий, продолжив поэтами и закончив литературой по магии. Да, неплохо смотрится. Осталось собрать ещё пять и заняться уже проводкой.

Заодно стоит прикупить ковер на пол, раскладное кресло, старинный торшер… Поставить в углу тумбочку с минибаром для достоверности и начинать уже проводить вечера в праздности, а не со взмыленной шеей!

Усмехнувшись, проведала профессора, перекинув с его почты на свой коммуникатор результаты анализа крови, прихватила снимки и отправилась к бабе Варе на консультацию. В целом вердикт был не особо ужасен. Дорогостоящие операции не требовались, как и не менее дорогостоящие лекарства, можно было вполне обойтись настойками и мазями, но…

— Парочка редких трав мне нужна, Саша, — спокойно произнесла знахарка, глядя на меня со значением. — Из аномалии. В лесу они растут, близ болот. Называются марвельник и кровавник. Знаешь такие?

— Знаю, — заверила её. — Достану. Как быстро надо?

— Тут тебе решать, — пожала она плечами. — Но без них мазь для спины не сделаю. И делать её ещё три дня. Так что считай.

Мысленно прикинув, что майор с Матвеем в лес точно не захотят идти, потому что лес близ болота — это тройное бинго, ведь там можно встретить и кабана, и анаконду, и гипножабу в компании москитов, сразу поняла, что придется идти одной.

И никому ничего не сказав.

— Хорошо, — нейтрально кивнула старушке, пока не став раскидываться обещаниями, потому что совсем не факт, что именно завтра я дойду до нужного места и найду нужные травы. Иногда вообще проще купить, но… В самом деле, я охотник или где⁈

В итоге на следующее утро, невозмутимо отзанимавшись под чутким руководством Тюменцева и в компании с Карепановым, я забрала гладиус домой, проверила наличие обеда-ужина, предупредила профессора, что до вечера отъеду по делам, села в машину и отправилась в Мавринскую аномалию.

Сегодня мне снова повезло встретить на КПП знакомых дежурных, в том числе сержанта Юдина, который отсалютовал мне издалека, пока меня оформлял другой вояка. При этом на воротах ощущался некий нездоровый ажиотаж, служивые старательно изображали повышенное рвение и о чем-то переговаривались вполголоса, но сколько я ни прислушивалась, главного так уловить и не смогла. Вроде бы кого-то ждут. Кого-то особенного. Но кого…

— Кого ждете-то? — спросила в итоге сама, не сумев сдержать любопытства.

— Княжеская семья на кабана охотиться изволит, — кривовато усмехнулся Юдин, подошедший ближе. — Только опасное это дело — кабаны… Постоянно кого-нибудь переломаного выносят, а то и не одного. А тут целый князь с княжичами.

— Ого, — хмыкнула, внутренне морщась, потому что они могли помешать моим планам, ведь мне тоже в тот район. — А которые?

— Оболенские, — без особого восторга выдал сержант. — Отец, два сына и дочь. Все маги воздуха. Молодежь — магистры, а сам князь — архимаг.

— Мощно, — качнула головой.

— Да если бы… — поморщился Юдин и доверительно пожаловался: — Против кабана в идеале надо твердью ходить или металлом. Воздух, он…

Не став договаривать, сержант качнул головой, а потом кто-то выкрикнул:

— Едут! Едут!

Отойдя чуть в сторонку, чтобы посмотреть на самых настоящих светлых князей (аж семья целая!), я с нескрываемым интересом рассматривала полноценный кортеж из пяти машин, который быстро приближался к посту. При этом княжеская семья ехала в одном автомобиле, в остальных ехала охрана и просто сопровождение. Причем не совсем понятно, зачем. Судя по одежде и вооружению, внутрь войдут от силы шесть бойцов плюс князья (и княжна), причем из шести один точно высококлассный целитель как минимум уровня архимаг — это ощущалось по его ауре.

Князь меня… Не особо впечатлил. Самый обычный мужчина лет сорока. Тут же нашла информацию в сети, выяснив, что ему уже шестьдесят четыре, а значит сохранился он исключительно благодаря прекрасно развитым магическими каналам. Не особо высокий, не особо мускулистый, светловолосый, сероглазый. С аккуратными усами и небольшой бородкой, Святослав Олегович гораздо больше походил на какого-нибудь врача, чем на князя.

Его старший сын Дмитрий выглядел лет на тридцать. Был чуть повыше отца, с усами, которые на мой взгляд ему совершенно не шли, и надменным взглядом истинного наследника. Второй сын, Даниил, гладко брился и выглядел лет на двадцать семь. Выглядел он даже покрепче старшего брата, хоть и пониже буквально на сантиметр, но отсутствие спеси и широкая улыбка шли ему просто безумно.

Княжна Дарья на их фоне была совсем девчонкой. Прелестная голубоглазая блондинка с точеной фигуркой. Из сети я уже знала, что ей всего девятнадцать и вела она себя соответствующе — ей было всё безумно интересно и даже мне досталась парочка заинтересованных взглядов. Впрочем, так она смотрела абсолютно на всех, кто сейчас в этот момент находился на пропускном пункте.

Но вот дежурный сержант оформил группу, зачитал им правила по элементарной технике безопасности, предупредил, что в аномалии в это время года темнеет уже после семи, и взмахнул рукой, веля открыть ворота.

Правилами не запрещалась нескольким группам заходить одновременно, да и служивым было удобнее открыть ворота лишь раз, так что я пристроилась в конце группы, но стоило нам всем только миновать туман, как сразу направилась к горной гряде, решив повторить свой прошлый путь. По крайней мере в самом начале.

Вслед мне правда донесся озадаченный вопрос княжны:

— А этот мальчик совсем один? А так разве можно?

Но что ей там ответили спутники, я уже не слушала. Да и какая разница? Вряд ли я когда-нибудь увижу их снова. Где я и где светлые князья? Совершенно иная лига.

Кстати, вопрос о том, могут ли простолюдины стать аристократами, я уже изучала. На досуге.

Так вот!

Могут.

При этом титул может пожаловать лишь император и делается это крайне редко. Раньше бывало чаще. За военные заслуги перед отечеством, за особые заслуги перед императорской семьей и… в принципе всё. Хотя нет. Ещё за передовые открытия в особо важных для империи областях наук. Например, в своё время Ломоносову (профессор химии) был пожалован дворянский титул. Именно за заслуги в продвижении этой непростой науки.

Правда, обычно, это ненаследное и безземельное дворянство, то есть фактически красивая бумажка, не более. Великим князем таким образом не стать. Великим князем можно только родиться. Как, впрочем, и графом.

А вот дворянином, баронетом и бароном можно стать, в том числе раскрыв свой магический потенциал. И на комиссии предъявить сразу два развитых дара.

И по идее я бы могла рискнуть… Но не стану.

Потому что прежде всего я гомункул. Существо изначально искусственное, рожденное на сплаве магии и технологии. С процессором в голове.

Самое смешное, в остальном я от человека совершенно ничем не отличаюсь. Та же плоть и кровь, тот же состав хромосом, та же цепочка ДНК. А если вырастить женские детородные органы, то даже ребенка смогу родить от человека. Но при этом сама являюсь вещью.

Логика? Нет, не слышали.

Впрочем, не до неё сейчас. Чую скорпиона!

Благодаря укрепленному мечу, чья острота стала как минимум раза в три лучше, а ещё не в последней степени благодаря тренировкам и теории от майора, в течение двух следующих часов я без особых усилий одолела пятерых дремлющих в теньке тварей плюс-минус среднего размера, стараясь не искать приключений намеренно, но и не оставляя за спиной явную опасность.

Естественно, это притормаживало моё продвижение, тем более я задерживалась и для того, чтобы вырезать их сердца (тридцать-сорок тысяч за каждое!), да и жала тоже обрубала, но вот траву, которой сегодня в списке не было, собирать не останавливалась. Всё-таки день не бесконечен, а карман на пузе моего дракона исключительно виртуальный.

Как бы то ни было, я методично двигалась в сторону болота и оно уже виднелось прямо по курсу, так что можно было потихоньку сворачивать налево, чтобы добраться и до леса.

И вот тут я ощутила, как земля под ногами начала вибрировать…

— Что за… — пробормотала вслух, не в силах обуздать своё изумление, и лишь через несколько секунд поняла, что это не землетрясение.

Это кабан!

Мне повезло — я стояла на возвышенности, и поэтому почти сразу увидела, как дрожат деревья со стороны леса примерно в километре от того места, где я нахожусь, а потом на равнину выбежал он. Мегакабан!

Эта тварь точно была размером со слона и весила никак не меньше пяти тонн!

В высоту как минимум три метра, а то и все три с половиной, он развил поистине нереальную скорость под пятьдесят километров в час и выглядел при этом, как ожившая гранитная скульптура цвета черного кофе с коричневыми подпалинами. При этом верхние толстые бивни выступали над мордой как минимум на полметра, а нижние торчали немного в стороны и вперед, отчего сразу становилось ясно, что товарищ ни разу не травоядный.

Ещё бы! Такую тушу нажрать!

Анакондами поди питается? Подозреваю, что и гипножабами не брезгует…

Рассматривая аномального монстра, который бежал не совсем ко мне, а скорее немного по косой и в сторону болота, далеко не сразу заметила на его загривке наездника. Точнее наездницу.

И так меня это поразило, что гримасу ужаса на милом личике княжны я увидела в самом конце.

Ну и какого черта её вообще туда занесло⁈ Как? Как???

Уже догадавшись, что её банально парализовало от ужаса, а спутники не успевают бежать с той же скоростью, что и кабан, отстав далеко позади, хотя княжичи вроде бы и стараются поддерживать высокий темп бега благодаря своему воздушному дару, но кабан был уже почти на границе с болотом и буквально в пятидесяти метрах от меня, а княжеское семейство только-только показалось из леса.

Не успеют. Ничего не успеют.

А в болоте москиты и гипножаба… Подозреваю, кабан в курсе.

И я, охреневая от собственных действий, скинула рюкзак, обнажила меч и рванула твари наперерез, воспользовавшись тем, что меня не заметили изначально, а ещё тем, что перед самым болотом тварь начала потихоньку притормаживать, явно планируя угробить всадницу, но не угробиться самой.

А тут я. Вся такая красивая, наглая… И с почти острым мечом.

В итоге, совершив рывок с ускорением, а под конец и вовсе акробатический кульбит, я приземлилась задницей прямо на вытянутую морду кабана, который аж охренел от моей наглости, и со всей дури вогнала свой меч ему в глаз, под конец пуская импульс молнии максимальной мощи, на которую была способна.

Длина клинка моего гладиуса была ровно шестьдесят сантиметров. К счастью, этого хватило, чтобы коснуться его острием мозга и закоротить тварь до смерти, но вот с мечом скорее всего мне придется распрощаться — он тупо застрял в глазной кости. Или как правильно называется кость вокруг глаза? В общем, в черепе.

Всё это пронеслось в моей голове за доли секунды, когда кабан уже собрался заваливаться набок, чтобы подгрести под своей тушей окаменевшую от страха княжну, так что пришлось выбирать: меч или девушка.

В любой другой ситуации я бы выбрала меч, но… Изначально я вроде как бежала спасать девушку, так что, пожалуй, стоит довести дело до конца.

И я, рванув девчонку на себя за плечи, буквально выдрала её с кабаньего загривка… И кувыркнулась назад.

Прямиком в вонючую жижу болота.

К счастью, там было неглубоко. То есть достаточно для того, чтобы я в принципе рискнула это сделать, и недостаточно, чтобы утонуть. Вынырнув первой, тут же схватила свою протеже покрепче, буквально закинув на плечо, и потащила прочь от болота, ни в коем случае не желая встретиться ни с москитами, ни с гипножабой.

Спасибо, прошлого раза хватило.

Девчонка, стоит отдать ей должное, вела себя тихо. То ли до сих пор в себя не пришла, то ли её нырок в болото оглушил, но следующие пятьдесят метров она совершенно не мешала мне бежать в сторону возвышенности подальше от болота, и только когда мне показалось, что можно немного выдохнуть напряжение и сесть прямо на скалы, тем самым скрывая предательскую дрожь ног (да и всего тела в целом, выложилась я практически до донышка!), тихонько опустилась рядом на колени и обняла себя руками, дрожа всем телом.

С нас обоих текло, оба дышали так тяжело, словно только что пробежали недельный марафон, и никто не хотел заговаривать первым. Мне в принципе нечего было сказать этой дурынде, а княжна, подозреваю, была ещё не способна мыслить связно.

И тут нас обступили княжичи и их свита…

Добежали-таки. Молодцы. Пряник на полке.

Устало приподняв голову, посмотрела на них всех по очереди и глухо поинтересовалась:

— Водички не найдется? Желательно чистой. В болоте мы уже были, там ничего такого нет.

Кто-то сдавленно хмыкнул, кто-то приглушенно хрюкнул, кто-то даже протянул фляжку, с которой я полила себе прямо на голову, подставляя лицо, но тут к нам приблизился князь и первым делом изобразил строгого папашу:

— Дарья, ты что творишь⁈

Кусая губы и, подозреваю, из последних сил сдерживая слезы подступающей истерики, княжна молча дернула плечом и торопливо приняла поданную руку среднего брата, тут же оказываясь на ногах, чтобы посмотреть на князя прямо.

— Простите, отец, — произнесла она отчетливо дрожащим голосом. — Я переоценила свои силы и признаю это. Пожалуйста, окажите всю необходимую помощь этому юноше. Если бы не он, я…

На последних словах её голос дрогнул особенно сильно и ей пришлось выдохнуть и снова вдохнуть, чтобы суметь договорить.

— Я бы не справилась с монстром.

Как она изящно произнесла «я б сдохла». Высший пилотаж!

В этот момент к княжне торопливо подступился целитель и она с видимым облегчением позволила себя приобнять и отвести в сторонку, пока остальные бойцы сопровождения решили отойти к кабану, чтобы проверить, как его самочувствие (шутка, он был мертв), а вот рядом со мной остались все трое.

Князь и оба княжича. И вроде бы надо на ноги встать… Но я просто не могу. Вот только надо через не могу! А то тоже целителя на меня натравят, а мне нельзя. Специалист такого уровня мигом поймет, что у меня в голове есть пара лишних железок, а в животе не хватает органов!

В общем, исключительно на силе воле я поднялась на ноги, стараясь контролировать своё тело, чтобы не завалиться, вежливо поклонилась и на всякий случай представилась первая, соблюдая вроде как полагающуюся вежливость:

— Добрый день, ваши светлости. Охотник Бельков Александр. Рад, что княжне удалось избежать… травм.

И пускай очень многое хотелось добавить ещё, особенно из области нецензурного, я предпочла изобразить скромного парня. Очень скромного парня. И смотреть вниз, а не в суровые лица князей.

— Александр, — задумчиво произнес князь, то ли пробуя моё имя на вкус, то ли решая, что со мной делать дальше. — Защитник, значит. А ты молодец, Александр. Не растерялся. Мы видели, как ловко ты пошел твари наперерез и воспользовался ситуацией в свою пользу. Дарью спас, кабана завалил. Что хочешь за свою помощь, Александр?

А вот так некрасиво делать, князь… Очень некрасиво. Запрошу мало — решишь, что оценил твою дочь дешево. Запрошу много, решишь, что чрезмерно нагл.

— Мне бы меч свой обратно, ваша светлость, — дернула я плечом и глянула в сторону кабана, которого общими магическими усилиями вытягивали из болота, куда он успел слегка погрузиться передней частью туши.

Благо гипножабы пока видно не было.

— Ну а в остальном как сами решите. Я человек простой, ваших возможностей и щедрости не знаю.

Судя по заинтересованному хмыку, такой ответ князя вполне устроил и своё решение он вынес с должным пафосом:

— Ты благоразумен и скромен, Александр. Хорошее качество для мужчины и… мага. Ты ведь одарен, я правильно понимаю?

— Всё верно, ваша светлость. Мой дар совсем мал, это молнии.

— Ты служишь какому-нибудь аристократическому роду?

Ну что за допрос, а? Скажите уже «спасибо» и отчаливайте, светлости! Мне ещё траву искать!

Но пришлось отвечать на четко поставленный вопрос:

— Нет, ваша светлость.

— Отчего же?

Гр-р-р!

— Так получилось, — пожала плечами.

Подозреваю, князь догадался, что я не жажду откровенничать, да и вокруг кабана вроде как зрела более интересная суета, так что напоследок мне вынесли особую княжескую благодарность за спасение жизни единственной дочери (да, он произнес это вслух!), и заявили:

— Думаю, нам стоит встретиться снова, Александр. Как придешь в себя, позвони моему секретарю и обсуди с ним дату встречи. Желательно на следующей неделе.

Мне вручили глянцевый прямоугольник с одним-единственным номером, на что я поклонилась и поблагодарила, и сиятельное семейство потеряло ко мне всяческий интерес, отправившись любоваться кабаном. Хотя нет… Проходя мимо, младший княжич вполголоса одобрительно произнес:

— Это было великолепно. Высший класс!

Ну хоть кто-то оценил…

Скупо улыбнувшись, но уже в спину княжичу, я с искренней благодарностью приняла из рук подошедшего ко мне бойца свой меч, который оказался почти цел, разве что кончик был нехорошо оплавлен, да у гарды виднелись зазубрины, оставленные костью кабана, но в остальном меч был цел.

Как и я. Пока.

И, пожалуй, свалить бы мне отсюда по хорошему…

Доковыляв до своего рюкзака, который я оставила чуть выше по склону, по дороге нащупала во внутреннем кармане кристалл и аккуратно подпиталась от него, стараясь делать это как можно более незаметно, ну а потом просто направилась в сторону леса.

И никто меня не остановил. Да и зачем? Я не в их команде и пришла сюда по своим делам.

— А где… мальчик?

Придя в себя только минут через двадцать, выпив успокоительное и восстанавливающее зелье, потому что использовала свой дар самым глупейшим образом, пустив все силы на то, чтобы банально не упасть с монстра, светлая княжна Дарья растерянно осмотрелась, под конец вопросительно глянув на Василия. Отцова лекаря.

— Мальчик? — сухо переспросил мужчина, который ей никогда не нравился за высокомерный нрав, но выбирать не приходилось.

— Мальчик, который меня спас, — твердо произнесла княжна, начиная раздражаться. Это происходило всегда, стоило ей оказаться рядом с Василием дольше пары фраз.

— Ушел твой герой, — легкомысленно заявил подошедший Данька, держа в руках нижний клык твари, который был больше её руки. — Вот это монстр, это я понимаю! Тварюга, а?

— Куда ушел? — снова растерялась княжна и зачем-то начала озираться, но парня нигде не было видно.

— В лес, — небрежно пожал плечами брат. — Я так понимаю, у него свои интересы в этой аномалии и мы их едва не порушили. На диво неразговорчивый парнишка. И скромный. Но ты не переживай, будет ещё шанс лично сказать ему спасибо. Отец дал ему свои контакты и настоял на новой встрече. Парень одаренный, думаю, будет звать на службу.

— В лес… — растерянно повторила девушка, словно не услышав остальное, и подняла ничего не понимающий взгляд на брата. — Один?

Даниил перевел озадаченный взгляд на сестру, заметил на её щеках подозрительный румянец, приподнял брови… Но предпочел оставить свои наблюдения при себе. Дарья в принципе была впечатлительной девушкой. И он обязательно подшутит над ней… Но потом. Наедине.

Точно не сейчас, когда она была на волоске от смерти.

А Саша Бельков его тоже заинтересовал. Есть в парне стержень. И потенциал есть. Роду такие нужны. Осталось понять, что нужно самому Саше…

Почему он ходит по не самой простой аномалии один?

Благодаря тому, что кабан и княжеская кодла распугали всех тварей на ближайшие километры, я без труда нашла нужные травы, набрав с запасом, и отправилась на выход из аномалии, не рискуя испытывать судьбу и задерживаться дольше необходимого.

В сухую и чистую одежду переоделась уже снаружи, с разрешения служивых воспользовавшись их душевой (она была доступна для всех охотников), и успела уехать с КПП до того, как высокородные гости закончили развлекаться.

А ведь, если подумать, кабана завалила я. И вся добыча с него моя.

Вот только я не настолько чокнутая, чтобы заявлять об этом князю! Хотя… Обидно. Но самую малость. По большому счету я в принципе не рассчитывала на приключение такого уровня. Выжила — уже хорошо!

А ведь могла и просто спрятаться… Не вмешиваться. Зверюга явно не моего уровня. То, что я завалила его фактически с одного удара — чудо. Ну и холодный расчет.

Глаза — его единственное более или менее уязвимое место. Повезло, что кабан уже был не в себе и не ожидал подвоха с моей стороны. Зациклился на всаднице.

Повезло, да… Очень сильно повезло. Безумно!

Вот только что мне теперь делать с интересом князя?

Не звонить? Так ведь и обидеться может… А обиженный князь — не то, что нужно нелегалу наподобие меня. Сам он, конечно, искать меня не будет, чтобы высказать своё сиятельное фи, но может приказать сделать это специально обученным людям, и они запросто не просто найдут меня, но и парочку моих незаконных махинаций.

Нет, тут надо… думать. Сильно думать!

Но, пожалуй, не сегодня.

Первым делом доехав до бабы Вари и вручив ей столько травы, сколько она сама захотела взять (где-то половину от собранного), остальное я отвезла Фельдштейну, в общей сложности выручив за сегодняшний поход в аномалию чуть меньше трехсот тысяч. Неплохо.

При этом Яков Моисеевич очень удивился, увидев среди моей добычи именно эту траву, даже уточнил, где именно я её взяла и почему именно её, а узнав, что я выполняла частный заказ и это излишки, одобрительно покивал и взглянул на меня по-особому заинтересованно.

— Александр, вы таки радуете мои глаза и уши. Мало кто из охотников желает тратить время на сбор именно лекарственных трав. Сами знаете, риски высоки, а цена намного ниже, чем за органы тварей. А не желаете ли взять индивидуальный заказ именно на эти и сопутствующие им травы? Один мой знакомый аптекарь будет вам за это особо благодарен.

— Заказ срочный?

— О, нет-нет, юноша. Мой знакомый будет рад травкам в любое время. А если получится поставлять их на регулярной основе, его благодарность будет выражена особым образом.

— Это каким же? — поинтересовалась, заинтригованная обещанием.

— Скажем… — Фельдштейн заговорщически понизил голос, — он может предложить вам особые товары, которые предлагает только проверенным клиентам. Например, зелья выносливости или магического восстановления высокой очистки. Иные лекарственные препараты, недоступные широкой общественности и изготавливаемые обычно под заказ… Понимаете меня?

Ага…

— А вот такое ваш знакомый делает?

Я нашла в сети изображение разноцветных ампул, которые лежали в аптечке майора.

Бросив на них один-единственный взгляд, Яков Моисеевич многозначительно улыбнулся и едва заметно кивнул.

Отлично! Не сказать, чтобы я в этом остро нуждалась, но свой аптекарь, готовый продавать уникальные лекарства — вещь хорошая.

— Договорились, — улыбнулась, заранее предвкушая длительное продуктивное сотрудничество.

— Рад слышать, Александр. Вы не только удачливы, но и благоразумны. Редкое качество для столь юного охотника. И тем радостнее мне знать, что я с вами знаком. А вот списочек, чтобы вам было удобнее радовать не только меня.

Мне вручили листок с не менее чем дюжиной пунктов, что меня нисколько не удивило (Фельдштейн тот ещё ушлый тип!), после чего мы распрощались и я отправилась обратно в деревню.

Пока ехала, как раз выдалась минутка подумать о том, что стоит начать приводить своё тело в порядок. Деньги есть и они не должны лежать мертвым грузом. Случись что — и придется подаваться в бега прямо в том, что на мне. Понятно, что доводить до крайности не стоит, но и тянуть с принятием самого главного решения в моей жизни тоже.

Сейчас в моей груди есть только легкие, сердце и желудок. Минимальный набор гомункула. Кишечник, печень, почки, селезенка… Щитовидка! Всё это в идеале надо приобретать комплексно, чтобы сразу встало на свои места. Сейчас в моём животе аморфная биомасса, заполняющая пустоты. Что-то вроде мышц, но не совсем. При этом покупать внутренности лучше лицензионные, чтобы не было ни малейшей ошибки в момент преобразования и у меня не вырос третий глаз на месте пупка или рога на затылке.

Стоит это всё великолепие не то чтобы сильно дорого, но и не копейки — около миллиона. Для меня сейчас вполне подъемные деньги. При этом пол желательно выбрать сразу, потому что мочеполовая система очень сильно взаимосвязана и одно без другого… ну, бывает, конечно, но нежелательно. Те же яичники, матка и прочее тоже должны где-то разместиться. И лучше сразу, чем потом, вытесняя в иные места кишечник и мочевой.

Грудь вот можно оставить на самый последний этап, как и задницу. Это не критично.

А вот остальное… Пожалуй, выкуплю к концу недели. Максимум через две. Когда начнем выращивать мне замену и я удостоверюсь, что всё идет четко по плану.

И дом. Надо ставить дом. Но тоже после того, как решим вопрос с новым гомункулом.

До темноты я успела не только вернуться в деревню в отличном настроении, но и закончить сборку всех без исключения книжных стеллажей, намертво прикрутив их по периметру первой комнаты кроме центрального, который закрывал проход. Его я оформила в виде двери, снизу прикрутив крошечные колесики, чтобы стеллаж легко скользил по полу в момент открытия, но при этом поставила внизу механическую блокировку на самовольное открытие.

Не электронную, ни в коем случае. Её можно обнаружить приборами, а мне не нужно, чтобы у людей возникали лишние вопросы. Механику, как ни странно, обнаружить намного труднее.

К полуночи последняя книга заняла своё место на полке и я с гордостью осмотрела итог своих усилий. Из-за стеллажей комната стана немного меньше, уже не три на четыре, но места ещё хватало. Например, для мягкого кресла. Для маленького углового столика. Для того, чтобы расположиться со всем комфортом и погрузиться в удивительный мир, полный букв и смысла.

Решено. Завтра же куплю ковер с мебелью, закончу с проводкой и завершу этот проект. И может даже выпью кофе с капелькой коньяка?

Усмехнувшись, бросила ироничный взгляд на ещё не разобранные коробки с ценностями, вынесенными из дома Карепановых. Там остались картины и вазы, да статуэтки. Тут им места не нашлось, все до единой полки заняли книги. И это правильно. Что ж, придержу их для дома.

На следующее утро, отзанимавшись на участке майора под легким моросящим дождичком, я приготовила на обед рассольник, запланировав на ужин тушеную курицу со сложным гарниром, но не успела улизнуть в город за ковром и мебелью для погреба, как меня перехватил профессор и вручил не самый короткий, но лаконичный список из девяти пунктов. Перечень того, что требовалось для выращивания нового гомункула.

Но заинтересовал меня лишь один…

— В смысле семенная жидкость? — уточнила, опешив.

Я может что-то не так понимаю?

— Что-то не так? — невозмутимо уточнил Бельков.

Хм, ну…

— Сперма? — уточнила снова.

— Да.

— Зачем⁈

На меня посмотрели с не меньшим удивлением. Лишь через несколько секунд профессор смущенно кашлянул и проворчал:

— Прости, Саша. Совсем забыл, что ты не в курсе основ. Видишь ли, гомункул — это не просто магически искусственная копия человека. Это прежде всего живое существо. А всё живое рождается от слияния яйцеклетки и сперматозодила. Двух клеток. Понимаешь? И если искусственную яйцеклетку ученые уже научились выращивать, то сперматозоид нужен настоящий. Живой. Натуральный. Со всем набором классических хромосом и цепочкой человеческого ДНК. Понимаешь?

— Понимаю… — протянула, пока крайне слабо представляя, как добыть этот… кхм, натуральный компонент. А потом спросила: — А меня ты из чьей семенной жидкости вырастил?

— Из своей, — слегка поморщился Бельков. — Проблема в том, что я не молодею. И, подозреваю, предыдущие неудачные варианты могут быть связаны в том числе с качеством материала. Но сейчас нам никак нельзя ошибиться, Саша!

Он посмотрел на меня так строго, что я невольно кивнула. Да, нельзя. Ошибка обойдется минимум в миллион. У нас их, конечно, хватает, но время тоже не бесконечно. И ещё год-два я ждать не хочу.

Что ж…

— Хорошо, я всё достану. Остальное готово?

— Да, — тут же обрадовался профессор и указал на бумажку. — Тут в основном компоненты для амниотической жидкости, в которой будет расти плод. Плюс микропроцессор последнего поколения с встроенными накопителями для хранения установочных файлов. И хотя бы десяток энергетических кристаллов для подпитки купели. Остальное всё есть. Как быстро справишься?

— Постараюсь сегодня, — кивнула. — Край завтра. Садись обедай, я… прогуляюсь.

Выйдя на улицу и пробормотав растерянное «пу-пу-пу», какое-то время я просто стояла и пялилась в пространство перед собой.

Как? Где? Кого ограбить на биоматериал⁈

Черт, вот так задачка из квантовой физики…

— Саша, привет! — нарядная Алеся с макияжем и красиво уложенными волосами вошла на наш участок и тут же помахала мне рукой, приближаясь. — Как я тебе?

И красиво покрутилась, как самая настоящая модель.

Следом за ней вошел Матвей, ту же закатив глаза на кривляния сестры, но по доброму. Тоже посмотрел на меня, иронично выгнув брови. Мол, давай, выкручивайся.

— Красотка, — не стала кривить душой. — По какому поводу принарядилась?

— Я въехала в свою спальню! — просияла девушка. То ли от моего комплимента, то ли от озвученной информации. — Работники Федора Михайловича — такие молодцы! Всего за два дня привели в порядок ванную и мою спальню! Представляешь? Полы поменяли, потолок побелили, обои поклеили! А утром ещё и кровать со шкафом собрали, которые Матвей из Москвы заказал. Так что теперь я не бездомная! Придешь ко мне сегодня технику настраивать?

М-м, точно…

— Да, можно. Ближе к вечеру, хорошо? Лучше после ужина. Мне в город надо смотаться, дядя заказал кое-что для своих экспериментов.

— Спасибо-спасибо! Ты настоящий друг!

Друг, да…

И тут мой взгляд упал на Карепанова.

Симпатичный. Крепкий. Здоровый.

Мужик!

Заметив мой интерес, Матвей чуть приподнял брови, но я качнула головой, хотя мысленно уже потирала руки. Да. Есть кандидат! Осталось лишь обставить всё так, чтобы у него не возникло ненужных вопросов. И, пожалуй, после обеда. Не буду портить Моте аппетит!

Беззвучно посмеиваясь, я пустила гостей в дом, я сама отправилась на небольшую прогулку. Сидеть с ними за столом и не есть — не вариант. Подловлю его на пути от нашего дома до его. А пока, пожалуй, стоит глянуть одним глазком, как развиваются события вокруг Голубева-младшего…

Ага! Ха-ха!

Без труда найдя далеко не одну статью о вскрытых махинациях папаши в борделе и уже ожидающем суда сыночке, пробежалась глазами по самым ярким обвинениям и удовлетворенно кивнула. Неплохо, неплохо… очень даже неплохо. Да я просто герой! Гнилой нарыв вскрыла, полиции работу подкинула, чтобы не скучали, журналистам опять же работу дала, читателям сплетню для обмусоливания… Сплошной профит!

Пока оставалось время, поискала в сети информацию по Оболенским, но княжеское семейство было возмутительно законопослушно. Либо подчищало хвосты до того, как они становились достоянием общественности.

Князь — член Совета при императоре, а ещё Министр магического образования. Старший сынуля — гордость и опора. Кавалер ордена мужества, командир взвода, успевший поучаствовать в местечковой заварушке на Кавказе. Средний тоже не промах, выпускник Московской академии магии, официально управляющий родовым фармацевтическим концерном. Младшенькая — вовсе неземная прелесть. Умница, красавица, официально признана «Первой Леди Академии» первого курса, этот титул дают самым отличившимся ученикам, у кого по всем предметам стоят оценки «отлично» и хватает энтузиазма участвовать во внеурочных общественно-значимых мероприятиях.

Помимо всего прочего князь курирует личный императорский проект «доступное обучение», по которому ведется набор в академию на бюджетные места одаренных из числа простолюдинов. Ещё каких-то лет двадцать назад в академию в принципе брали только аристократов, потом ввели дополнительный платный набор для простолюдинов, но по таким конским ценам, что мало кто мог себе это позволить (разве что отпрыски богатых купеческих семей), а пару лет назад начали активно продвигать программу бюджетного обучения именно для малоимущих одаренных из простых семей.

Молодцы, молодцы…

Ох, как же не хочется идти на новую встречу с князем! Ох, как не хочется!

Почему-то мне кажется, что князь всенепременно начнет предлагать мне как минимум своё покровительство, как максимум — будет продвигать в сторону академии. Мол, престиж, все дела.

А зачем? Мне и своих знаний за глаза хватает, а тратить пять лет жизни на то, чтобы каждый день смотреть на лощеные рожи аристо — не особо интересно. Старательно размышляя, как без потерь выбраться из этой опасной ловушки, потому что обычный прямой отказ может быть воспринят превратно (и как личное оскорбление!), я решила, что подумаю об этом чуть позже и после того, как решу текущую проблему.

Ну а пока…

— Матвей, подожди! — Идеально подгадав по времени и окликнув Карепанова уже у его дома, куда вошла Алеся, махнула рукой и, когда мужчина подошел, сначала поинтересовалась: — Что по грузовику? Уже освободил?

— Да, буквально пара коробок осталась с кухонной техникой, — слегка поморщился Матвей и тут же усмехнулся. — Вынесли мы, конечно, капитально. Только я половины названий даже не знаю, а применять и вовсе не умею. Может, себе заберешь? Мы этим точно пользоваться не будем.

— Не вопрос, — обрадовалась. — Ты меня знаешь, если что касается кухни, я фанат. Но у меня к тебе просьба… Так сказать, по-дружески. Выручишь?

— Конечно. Что такое? Говори.

Изобразив на лице легкое смущение, потерла переносицу и зашла слегка издалека.

— Ты же знаешь, дядя у меня профессор. Раньше работал в НИИ, где исследовали человеческие возможности, связанные с магией, ну и всякое такое. Сейчас он у меня уже на пенсии, но всё равно проводит опыты. От скуки. Ну и… — я кашлянула и иронично закатила глаза, — попросил он меня обеспечить его исследовательским материалом. Так сказать для чистоты опыта.

— И? — Явно не понял моего затруднения Карепанов. — В чем загвоздка?

— В биоматериале, — ухмыльнулась. — Сперма ему нужна. Поможешь?

— Э-э… В смысле? — Матвей так сильно опешил, что мне пришлось приложить серьезные усилия, чтобы не расхохотаться.

— Биоматериал, — повторила ровно. — В виде мужской семенной жидкости. Сам понимаешь, в магазине такое не купишь. Была бы кровь-слюна, я бы сам по улицам вечерком пробежался, у гопоты насобирал, с со спермой так не получится.

— Ну… Да, — сдавленно хрюкнул Карепанов, явно представив процесс извлечения нужной жидкости из донора. После чего взглянул с иронией уже на меня и кивнул. — Ладно, выручу. Тебе как? В стакане, в пакетике?

И сам же не удержался, расхохотался. Я тоже поулыбалась, но потом пообещала привезти ему из города специальную баночку под анализы и на этом договоренность была заключена.

Супер!

Грузовик тоже забрала, причем вместе с кофемашиной, су-видом, электрогрилем, кухонным комбайном, тестомесом и другими высокотехнологичными устройствами. Мне всё надо!

Вещи выгрузила пока на веранду, где освободилось место, когда я убрала вторую кровать, а сама отправилась в Москву на Газельке. Увы, в Сергиевом Посаде не было нужной фирмы, которая торговала специализированными составами для фармакологов, да и кристаллы стоило приобрести именно в крупном специализированном магазине.

Ковер и мебель я купила уже на обратной дороге, как и несколько потолочных светильников, условно-антикварный торшер и небольшой магический электрогенератор.

Вернувшись в деревню, первым делом вручила Матвею тару под биоматериал, многозначительно попросив не затягивать и принести лично мне, затем выгрузила всё четко по списку профессору, клятвенно пообещав предоставить позицию по пункту номер девять в самые кратчайшие сроки, и остаток вечера посвятила погребу.

Провела освещение в обе комнаты, подключила его к генератору, для которого нашлось местечко на самой нижней книжной полке в углу, прикрыла его тумбой, за которой отлично встал изящный торшер, расстелила ковер, занесла кресло…

И развалилась в нем с нескрываемым удовольствием, поглядывая на окончательно готовую комнату взглядом довольного барина.

Ляпота-а-а… Но кружечка кофе не помешает!

В итоге в тумбочку отправился коллекционный коньяк, который я так и не отдала профессору (здоровее будет!), я сходила до дома и сварила себе честно заработанную кружечку кофе, вернулась вместе с ней в погреб и насладилась удовольствием на полную катушку, выбрав для ознакомления томик по ментальной магии.

Час пролетел только так!

Чувствуя, что вполне способна просидеть в своем персональном бункере сутки-другие, нашла в себе силы прерваться и уделила внимание Локи. Волчонок встретил меня восторженным повизгиванием и так и норовил допрыгнуть до моего лица, чтобы сделать его немного чище (или слюнявее?), так что первые полчаса прогулки мы больше бесились, чем действительно гуляли.

Но всё равно это было здорово!

А когда мы уже возвращались с прогулки, ко мне подошел весь из себя загадочный Карепанов и сначала молча вручил баночку с белесым содержимым, а потом многозначительно заявил:

— Искренне надеюсь, что об этом никто и никогда не узнает.

— Никто и никогда, — заверила его, заговорщически подмигнув. — Наука у тебя в долгу.

— Шутник, — хохотнул мужчина и, хлопнув меня по плечу, ушел.

Ну а я, в два счета добежав до профессора, торжественно передала ему последний ингредиент очередной величайшей аферы века. Выяснила, что моя помощь не нужна…

И отправилась к Карепановым. Помогать Алесе с настройкой оборудования.

Ну и что, что время уже к десяти? И да, я банально забыла! Имею полное право, между прочим. Всё-таки я не программа, а живой человек.

Что бы там ни думали остальные!

К счастью, Алеся меня еще ждала и даже не спешила обижаться, что я заглянула к ним настолько поздно. Комнату ей брат выделил большую, светлую. Свежий, качественный ремонт без претензий на излишнюю роскошь — больше лаконично, чем по-девичьи. Персиковые стены в легкий узор «изморозью», рабочий стол с мягким офисным креслом, качественная двуспальная кровать, застеленная персиковым покрывалом, длинный платяной шкаф почти во всю стену до потолка, так что можно запихать роту солдат и ещё место останется. Ростовое, но удивительно компактное зеркало на колесиках.

В общем, комната мне понравилась. Уютная, светлая, функциональная.

С настройкой оборудования я справилась в два счета, расставив всё так, как просила Алеся, чтобы вести съемку рядом с зеркалом, затем соединила всё в систему, провела пробную запись и скачала на ноутбук пару программ, которые будут полезны для обработки фото и видео.

К счастью, в этом плане Алеся дурочкой не была и разбиралась, куда «тыкать», чтобы получалось «красиво», так что не было ещё и одиннадцати, как я закончила и, поймав на себе чрезмерно задумчивый и откровенно оценивающий взгляд, ретировалась за пределы опасной зоны.

Спасибо, но нет. Я не по девочкам.

Следующие несколько дней прошли спокойно, даже в чем-то скучно. Хотя тут как посмотреть. Мне точно было не до скуки!

Уделяя должное внимание правильному питанию окружающих, с самого утра я выгуливала Локи и бегала, затем ходила на тренировки, а после этого приводила в порядок участки. Косила траву, разбирала домишки-развалюшки, по вечерам почитывала книги и дресировала Локи, а ещё не забывала заглядывать в лабораторию и интересоваться у профессора прогрессом в деле выращивания нового гомункула. Буквально вчера он вырастил универсальную магическую яйцеклетку и подсадил ей идеально здорового сперматозоида, которого выбрал среди тысяч тех, кого нам любезно предоставил Карепанов, после чего поместил в инкубационную камеру, где следующие три дня зародыш будет обрабатываться особым образом, чтобы выросла не аморфная кракозябра, а именно типичный гомункул модели УМА-13Ц, после чего Бельков внедрит в его структуру микропроцессор и переместит в купель, где в течение следующих трех недель сантиметровый червячок вырастет в полноценного универсального солдата.

При этом мы сразу проговорили важный для меня нюанс, что он должен стать моей идеальной копией, и только после контрольного тестирования и установки всех полагающихся программ, в том числе имитирующих личность, будем вносить нужные изменения.

При этом саму программу имитации личности и уникальную операционную систему всё-таки пришлось заказывать Димитро. В отличие от всех остальных, которые были установлены на мой процессор, эти два пункта оказались защищены от копирования и сколько я ни билась с этим вопросом, решить его не смогла.

Уж не знаю, что за гений скрывается за этим не совсем русским именем, но руки у него реально золотые.

Правда, и берет дорого… Восемьсот тысяч!

Но оно того определенно стоит.

В один из вечеров нас проведала баба Варя, принеся настойку и мазь с четкой инструкцией, как пить и куда втирать, причем денег с меня не взяла, потребовав лишь, чтобы я следила за тем, чтобы профессор выполнял её рекомендации от и до, и я клятвенно заверила, что буду контролировать каждый прием, а спину мазать ему буду лично.

Старушка поулыбалась и ушла, Бельков поморщился, но возражать рисковать не стал.

Вместе мы отправились в лабораторию, на дверь которой профессор ещё две недели назад поставил электронный замок с двухступенчатой идентификацией, настроенный на нас двоих, и теперь просто так в комнату было не попасть.

На «сестричку» я взглянуть не отказалась, пускай и видела её буквально вчера, но снова отметила, что рост идет не по дням, а по часам, и сейчас это уже полноценный новорожденный младенец.

Всё-таки до чего наука дошла… Поразительно.

Понятно, что подобное доступно очень и очень немногим, а если примут закон, который продвигает князь Трубецкой, то подобные домашние эксперименты и вовсе станут незаконными, но пока такое не произошло, любой обеспеченный гений может вырастить себе компаньона. Или компаньонку.

Телохранителя, собутыльника, любовницу. Суррогатную мать своих детей.

Да, удовольствие это очень и очень недешевое, и первый попавшийся сантехник Василий никогда не сможет позволить себе такое, но любой более или менее состоятельный купец, граф и князь — вполне.

Остаток вечера я посвятила… себе.

Для начала скачала на коммуникатор программку подбора уникальной внешности, сфотографировала своё лицо анфас и начала прикидывать, что мне придется изменить, чтобы остаться собой, но стать девочкой.

Для начала подбородок. Уже и легче. Губы — нижнюю полнее. Нос — слегка тоньше, изящнее. То же самое с бровями. Глаза хочу голубые. Ярко голубые!

И напоследок волосы. Более яркого, солнечного оттенка и длинные. Всенепременно длинные!

М-м, да я красотка!

Запомнив каждый шаг, нашла соответствующие приложения на официальном сайте, выяснила, что по факту простейшая корректировка внешности обойдется мне в полмиллиона (кошмар!), а под конец кинула в виртуальную корзину грудь второго размера (с маленькими розовыми сосками!) и округлую попу.

О, и талию. Талию обязательно!

При этом чат-бот порекомендовал мне пересмотреть параметры фигуры в целом и я… Мысленно согласилась, что совет полезный. Благодаря тому, что я пока «подросток», изменения будут не такими значительными, если бы я была уже взрослой особью, но всё равно кое-что придется подправить.

Ещё за миллион!

Да это вымогательство какое-то!

И нет, я не рискнула скачивать подобные дополнения-расширения с пиратского сайта. Мне не надо, чтобы у меня вырос хвост или шестой палец на руках. Мне всё надо по уму.

Да и денег пока хватает.

В итоге до самой поздней ночи я моделировала уже фигуру, окончательно утвердив её в районе четырех утра, но выспаться всё равно успела.

Встала в половину восьмого, уделила время разминке и завтраку, сунула в рюкзак сменку и перекус, выгуляла Локи, встретила строителей с мастером и, перезнакомившись с работягами, выдала им карт-бланш на строительные работы.

Сама переоделась в охотничий комбинезон, повязав на голову бандану, предупредила профессора, что еду на заработки в аномалию, закинула на плечо рюкзак, не забыла меч и отправилась на встречу с командой.

Несмотря на то, что к участку майора я подошла без трех девять, Матвей был уже там, причем одетый с иголочки во всё новое, но по уму. Классический охотничий костюм камуфляжного цвета с защитными вставками в районе груди, локтей и колен, удобная перевязь под меч (он так и остановился на сабле), крепкие ботинки из толстой кожи и вместительный станковый рюкзак.

Сам хозяин был уже в гараже — заводил свой внедорожник.

Обменявшись рукопожатиями и без вопросов сев на заднее сидение рядом с Карепановым (рюкзаки закинули в багажник), я не стала возражать и тогда, когда Тюменцев предложил:

— Саша, аптечка сегодня на тебе. Ты уже показал себя опытным медиком, да и в принципе самый шустрый и мобильный из нас. Даст бог, нам ничего не понадобится, но в аномалии зарекаться не стоит. Идем сначала вдоль хребта, в шахту не полезем, тренироваться там неудобно. Смотрим в оба с первой секунды после входа. С другими командами не конфликтуем, если видно, что территория уже занята — идем дальше.

Инструктаж был четок и ясен, мы уже обговаривали это на днях, но я всё равно кивала, как и Матвей. Лучше сто раз услышать и запомнить, а затем выполнить, чем забыть в самый неподходящий момент и накосячить.

В аномалии это может закончиться плохо.

Как мы и рассчитывали, погода сегодня стояла отменная — тепло, но не жарко, с переменной облачностью, так что я совсем не удивилась, увидев, что мы сегодня не первая команда, решившая поохотиться, пока не зарядили осенние дожди. На стоянке у КПП наш внедорожник был аж восьмым, причем судя по автомобилям, это были далеко не князья, а обычные работяги.

Точнее охотники.

— Гефест! — обрадовались нашему майору служивые, среди которых я заметила и сержанта Юдина. — Снова в строю? Молодец! А это кто с тобой? Туристы? О, Санёк, приветствую!

В общем, встретили нас тепло и даже снабдили информацией по тем, кто уже внутри. Казалось бы, всего четыре команды, но это могло стать проблемой, потому что две из них Гефест знал и они обычно охотились именно на скорпионов, а значит сегодня это наши гипотетические соперники, ещё одна команда точно пошла на гипножабу, служивые подслушали их разговор, а четвертых не знал никто. Вроде бы уже не молодые, всем к тридцати, один даже маг тверди, но в этих краях их раньше не видели. И на кого они пошли охотиться, дежурные не знали.

— Что ж, будем смотреть на месте, — нахмурился Тюменцев, как и мы, уже сообразивший, что на всех скорпионов может не хватить.

И либо придется лезть высоко на склон, либо вовсе идти на кабана.

Ну а пока мы просто прошли сквозь туман и осмотрелись. В пределах лично моей видимости никого постороннего не мелькало, ни людей, ни тварей. Майор тоже окинул окрестности орлиным взором своего единственного глаза и скомандовал:

— Вперед.

До склона добрались без проблем и приключений, но стоило подняться чуть выше, буквально на пятнадцать метров, как сразу стало ясно, что тут уже кто-то побывал — об этом четко дал понять выпотрошенный скорпион.

— Вот это туша, — присвистнул Корепанов, который ни разу не видел тварей живьем.

— Это ещё мелкий, — «успокоила» его. — Взрослые твари в три раза больше.

— Я так рад, — скривился Матвей, но больше для поддержания разговора, чем действительно испугавшись.

— Идем по восточной тропе, — в итоге решил майор и показал рукой наверх. — Там есть удобный подъем. Глянем, что и как. Если команда пошла именно туда, то сразу и спустимся, а если встретим хоть одного…

Договорить Тюменцев не успел, оборвав себя сам, потому что, стоило нам чуть подняться и завернуть за валун, как стало окончательно ясно — как минимум одна из команд пошла именно наверх. Ведь чуть левее выбранного нами пути валялся ещё один выпотрошенный скорпион.

— Досадно, — цыкнул командир и махнул рукой. — Ладно, идем ближе к болоту. Там тоже есть неплохая точка.

Часовой марш-бросок до новой контрольной точки был быстрым и не результативным.

Нет, скорпионов мы видели… Но уже дохлых. Всего троих, но они четко показывали, что совсем недавно тут прошла другая команда. Правда, пока непонятно, каким именно маршрутом и где конкретно они свернули (и одна ли команда тут шла?), так что прогуляться определенно стоило.

— А сколько вообще скорпионов водится в аномалии? — поинтересовался Матвей, когда мы увидели ещё одну выпотрошенную тушу. — Два десятка, три? Сотня?

— Не меньше сотни точно, — уверенно заявил майор. — Есть как минимум три очага их основного скопления плюс более или менее крупные щели по всему склону. В шахте их больше всего, но идти туда нужно уже сработанной командой. Плюс новый выводок подрастает в среднем недели за две-три. Максимум месяц. Так что считай сам.

— То есть, если их не трогать год, то тут будет не протолкнуться от тварей? — предположил Карепанов.

— Нет, Матвей, так оно не работает, — усмехнулся Роман Игоревич. — Популяция сама себя блюдет, как бы странно это ни звучало. Если тварей становится слишком много, они начинают активно жрать друг друга и перенаселения не происходит.

— Жесть… — вполголоса пробормотал Карепанов и всмотрелся вдаль. — А там уже болото, да? Кажется, там кто-то есть…

— А тебе не кажется, — пробормотала уже я, прикладывая ладонь ко лбу и тоже всматриваясь в горизонт. — Ребятки выманили гипножабу и играют в пятнашки. Хм-м… Жаба в ударе, один уже минусанулся. Командир, будем поглядеть поближе? Как бы она там всех не перецеловала…

— Не хотелось бы, — скривился Тюменцев, старательно щуря свой единственный глаз и тоже пытаясь понять, что происходит на границе с болотом. — У меня-то хоть какая-то магическая защита от её ментального дара есть. А у вас?

— А у нас есть амулеты, — ухмыльнулась я, вынимая из рюкзака сразу два и перекидывая один удивленному Матвею. — Вот как знал, что пригодятся.

Спасибо товарищу Селиванову, из его лавки запасец.

— Хм, неплохо, — одобрительно кивнул майор, пока Карепанов вполголоса уточнял, сколько он мне должен. — Ладно, выдвигаемся.

Взяв высокий темп, но не слишком, чтобы не устать раньше времени, минут за десять мы дошли до места ведения боевых действий. Метров за пятьдесят скинули рюкзаки, уже видя, что из пятерых бойцов на ногах более или менее только двое, а остальные пускай и подают признаки жизни, но крайне вялые. Один точно с переломами (попал под жабу), один явно парализован слюной, а вот третий непонятно — лежит на спине и пялится в небо, но вроде дышит.

— Ну что, каков план? — мрачно уточнил Матвей, внимательно глядя на то, как гипножаба за один только прыжок с легкостью преодолевает пять метров, то и дело выстреливая языком по охотникам, которые пока успешно играют с ней в пятнашки, в первую очередь уведя прочь от выбывших из строя коллег, но при этом отчетливо видно, что их действия не особо эффективны. Сами-то они уворачиваться успевают, но ни бить в ответ, ни спасать товарищей у них сил и времени уже не хватает.

— План… — вздохнул майор, — простой. Выманиваете тварь на меня, я надеваю броню, а когда это чучело пытается меня облизать, делаю ежа. Метод проверенный. Энергии, правда, тратится многовато, ну да ладно. Всё равно толковой охоты сегодня уже не будет, так хоть жабу завалим… Готовы?

— Саня?

— Готовы, — кивнула и мы направились к жабе, слегка расходясь в стороны, чтобы точно привлечь её внимание.

Это удалось нам довольно быстро, достаточно было лишь подбежать к ней ближе и нагло помахать перед её мордой мечом. Гораздо сложнее оказалось избежать чересчур меткого поцелуя, но в этот раз ловкость была на моей стороне, а там и майор не сплоховал.

Заранее покрыв своё тело металлической броней, он специально подставился под язык гипножабы, а когда та, ошалев от тяжести и размеров добычи, тем не менее попыталась пропихнуть её в рот, превратился в «ежа». То есть преобразовал свой доспех в невероятно длинные и острые иглы толщиной с палец и длиной до полутора метров.

— Была жаба… И кончилась, — прокомментировала я увиденное, поражаясь тому, насколько всё-таки опасны сильные и опытные маги.

— Фух! Ребят! От души! — Первым к нам подошел более молодой охотник. Парень на вид лет двадцати пяти, невысокий, шустрый и раскрасневшийся от непрекращающихся салочек. — Я Игорь. Великанов. Отряд «Куница».

— Тоха. Иванов, — представился второй охотник, выглядевший постарше и посолиднее, когда дошел до нас, слегка прихрамывая. — Парни, спасибо. Выручили.

— Икра пополам, — мрачно подытожил майор, убирая иголки и спрыгивая на землю. — Если вообще будет.

И тут же грозно рявкнул:

— Какого хрена на жабу без амулетов пошли? Нервишки пощекотать захотелось?

— Да с амулетами мы были, Гефест! — тут же попытался оправдаться Тоха, который, судя по всему, был знаком с майором. — Вот! На каждом!

Он тут же выудил из-под амуниции шнурок с висящим на нем кулоном. Таким же, как у нас с Матвеем.

— Но сработали только два из пяти! — снова выпалил охотник. — Коляна сразу срубило, еще на подходе, — взмахнул рукой на тело, любующееся небом, — а Федька с Михеем через пару минут вялыми стали. Вернусь в лавку Геннадьича, всё там к чертям собачьим разнесу!

И тут же, сбавив обороты, сменил тон на просительный:

— Гефест, выручай. Своими силами мужиков не вытащим. Пока до КПП, пока обратно, их тут просто сожрут.

— Должен будешь, — буркнул Тюменцев и махнул рукой мне. — Саша, глянь пока переломанного, надо хотя б кровотечение остановить, пока совсем кони не двинул. Матвей, давай за рюкзаками. Игорь, Антон — в дозор.

Раздав всем указания, сам майор примерился к жабе и, выразительно размяв руки, взялся за меч.

— Ну а я займусь вскрытием…

И да, икра внутри была. Не так много, как в прошлый раз в моей, но литров девять точно.

Лишь раз скосив глаза на майора и то, как ловко он вскрывает брюхо твари, я сосредоточилась на внезапном пациенте. Дела его были плохи, без прикрас. Перелом обеих ног ближе к тазу, вывернута кисть руки, вдавлена грудина, а значит с ребрами тоже всё не очень хорошо, хриплое дыхание с кровавой пеной на губах…

Жив мужчина (но без сознания) был исключительно потому, что был магом камня, а они изначально парни крепкие. Но медицинская помощь ему нужна как можно быстрее.

Первым делом вколов обезбол и энергетик, чтобы внутренние ресурсы организма пошли на оздоровление, я внимательно осмотрелась и сбегала до ближайших невысоких деревьев, срубив сначала два крепких шеста для носилок, а затем веток потоньше для шин. Обе ноги, рука… Грудину перевязывать нет смысла, сейчас её главное не передавливать.

При этом в качестве ткани между шестов прикрутили пласт кожи с жабьей шкуры, причем мясом наружу. Вырезал её лично майор, потому что только его меч брал эту прорезиненную тварь. Пока суть, да дело (носилок надо было две штуки), я снова успела пробежаться по округе и надрать пару стогов лекарственной травы из списка Фельдштейна. В самом деле, зря что ли сходили? Икра — это, конечно, хорошо, но четыре литра на троих — смех один. А так еще соточка. Плюс-минус.

При этом на мою беготню остальные смотрели кто скептично, кто снисходительно, но меня чужие взгляды мало волновали. Мне реснички надо, губки. Ноготочки красивой формы!

Так что нет, мужики. Ваши взгляды меня не трогают.

Кстати, с жабы майор вырезал не только икру и кожу на носилки, но и подъязычную железу с нейротоксином, которая, кстати, тоже стоила денег. Тысяч семьдесят, если не путаю.

К этой минуте более или менее пришел в себя Николай, который попал под ментальную атаку жабы, так что была надежда, что идти он будет сам, пускай и с поддержкой. Мужчина был вялым, дезориентированным, но коллег признал и встать смог.

В итоге Коляна вел Антон, мы с Матвеем несли переломанного Федора, а Игорь с майором — парализованного Михея. Рюкзаки контуженых распределили между собой, периодически меняясь, причем я намеренно не светила своими силами, чтобы не вызывать лишних вопросов, и держалась со всеми наравне.

Обратный путь занял три часа с двумя привалами на отдохнуть и перекус. По дороге я с искренней радостью укоротила на пару хвостов вылезших встречать нас скорпионов, потому что мы специально держались ближе гряды и подальше от леса. Всё-таки против кабана мы сейчас вообще не выстоим. А вот скорпионы — это не только сотня-другая кило хитина, но и минимум полста тыщ навара!

— Саня, всё-таки ты двужильный, — с отчетливой завистью скрипнул зубами Матвей, когда я, идя впереди самым зорким дозором, скомандовала очередной «стоп» и метнулась вперед, наперерез скорпиону, пока он не сделал то же самое. — Ты как их вообще умудряешься замечать⁈

— Деньги нужны, — ухмыльнулась, возвращаясь уже с жалом и сердцем. — Приедет сестра, а мне даже в кафе сводить её не на что. Что я за брат такой?

— Сам готовь! — хохотнул Карепанов и покачал головой. — Ладно, потопали.

В целом же сходили мы неплохо. Жабу грохнули, мужиков вытащили. При этом я сразу понимала, что выручку со скорпионов мы будем делить на троих, это обговаривалось изначально.

И что с того, что убивала их я? Шли-то командой. Тем более остальные тоже без дела не прохлаждались, а защищали раненых. И если бы у меня в заднице кое-что не свербело и в защиту поставили меня, то скорпионов всё равно бы убил кто-то другой. Не майор, так Карепанов.

У них просто выхода бы не оставалось.

Ну а так все довольны: и я размялась, и сходили не зря.

При этом, стоило нам только выйти на КПП, как Антон вызвонил бригаду скорой прямо к аномалии и уже через тридцать минут приехали сразу две машины: один реанимобиль за Федором и одна просто карета скорой медицинской помощи, куда уложили обоих контуженых.

Мы же, обменявшись контактами с Игорем и Антоном, загрузились в машину майора и отправились в Москву — сдавать ценности в пункт приема. По моей просьбе отправились именно к Якову Моисеевичу, который обрадовался майору, как родному, деловито поздоровался с Матвеем и восторженно вскинул руки, когда помимо икры, железы и скопионьих жал-сердец, я вручила ему ещё и траву.

— Александр, вы мой спаситель! Только сегодня мне Йося задал вопрос, как поживает его любимый поставщик, а вы тут как тут! Моё почтение. Извольте…

В общей сложности мы вынесли из аномалии товара на семьсот тридцать тысяч плюс сотня за траву. Из тех семисот тридцати — двести двадцать майор сразу отправил перечислением Антону. Их доля за икру. На мою персональную сотню в принципе никто не претендовал. В итоге на троих раздербанили полмиллиона с мелочью, и получилось сто семьдесят тысяч на руки. Без учета травы.

Ну… По меркам среднестатистического рабочего — заработок за три месяца. Для меня, привыкшего к большему, мизер.

Но тоже не совсем копейки, будем честны.

Да и дело доброе сделали. Всё плюсик в карму.

— И всё-таки предлагаю пойти ещё и завтра, — предложил майор, когда мы уже ехали обратно в деревню. — Как таковой командной работы сегодня у нас не было, а практику нарабатывать надо. Согласны?

— Абсолютно.

— Да.

Дома мы были в районе четырех и я, подумав (а заодно глянув прогноз погоды), набрала номер, выдавленный на княжеской визитке.

— Приемная князя Оболенского, секретарь Петр Васильевич Соколиков, слушаю вас.

Ух ты!

— Здравствуйте, — произнесла не менее вежливо, решив хоть немного соответствовать моменту. — Это Александр Бельков. Где-то с неделю назад эту визитку вручил мне лично его светлость Святослав Олегович… В Мавринской аномалии.

— Да-да, Александр, — поспешил обозначить свою осведомленность секретарь. — Меня уже предупредили на ваш счет. Могу записать вас на встречу в этот четверг на девять утра. Раньше, к сожалению, не получится. Вы сейчас в Москве?

— Я живу в деревне неподалеку. — Не став говорить точный адрес, прикинула, что четверг — это идеально. Как раз через три дня, когда мы уже решим вопрос со строителями по предварительной подготовке площадки, да и команду заранее предупрежу, что у меня этот день занят.

— Чудесно. Значит, сможете подъехать к министерству образования по адресу…

Убедившись, что я всё запомнила, включая этаж и кабинет (а вообще на входе меня встретят), секретарь вежливо со мной попрощался, но всё равно у меня сложилось впечатление, что обо мне остались невысокого мнения.

Ну или просто у Соколикова манера разговаривать такая. Да и черт с ним!

Остаток вечера я провела в вальяжной лени и праздности, немного позанимавшись с Локи и почитав книгу по менталистике. За прошедшие дни я еще два раза активировала свои эмпатические способности, причем стараясь делать это именно рядом с волчонком, и пока вроде бы всё шло неплохо. Локи не был агрессивен, пока ещё оставаясь больше щенком, чем волком, считая меня вожаком своей стаи, да и магическая железа у него ещё не активировалась, так что в глобальном смысле переживать пока было не о чем.

К тому же я подсчитала, что с каждым разом срок восстановления способности сокращается где-то на пару часов и теперь составляет не четверо суток, а немногим меньше. Примерно три с половиной. Да, в глобальном смысле это долго, но месяца за два, думаю, получится сократить этот срок до суток. Тем более ядро моё тоже потихоньку растет, молнии становятся мощнее и «злее», ну а показательный бой с кабаном дал понять, что в случае чего даже одного разряда достаточно, чтобы одержать верх и над таким серьезным противником.

Второй командный заход в Мавринскую аномалию прошел поудачнее. Сегодня мы выехали пораньше, аж в семь и были первыми, причем майор сразу решил повести нас в шахту, предварительно закупив налобные алхимические светильники, которые можно было повязать на головы, как ленты, и освещали они пространство приятным рассеянным светом где-то метров на семь. Срок службы такой ленты был часов шесть, сама она была одноразовой и стоила три тысячи. По меркам заработка охотников — копейки.

В шахту заходили клином: вперед майор, как основная ударная сила, способная облачиться в крепчайшую броню за долю секунды, справа от него Карепанов, а слева я, как амбидекстр.

Первый скорпион вылез на нас только метров через сто — вчерашние группы хорошенько проредили численность обитающих тут тварей и лично я, пока мы шли, насчитала останки как минимум двадцати особей. Может и больше, но конкретное число подсчитать было сложно — их туши всего за одну ночь уже распотрошили сородичи, сожрав всё самое питательное.

В итоге первого сработали быстро и чисто — пока майор принимал скорпионье жало на мгновенно выросший на руке металлический щит, Матвей рубанул по правой клешне, я по левой, ну а Тюменцев отсек твари голову.

В течение следующих трех часов эту комбинацию мы повторили ещё тринадцать раз, причем сами скорпионы действовали исключительно по одной схеме и предугадывать их действия было не сложно, а вот четырнадцатый оказался чуть мельче и намного проворнее своих предыдущих собратьев, выскочив на нас откуда-то чуть ли не с потолка и едва не рубанув Матвея жалом по шее, но майор успел в последний момент подставить свой меч, да и я не медлила, подскочив сбоку и лишив шустряка его буйной головушки.

Фух… Это было нервно!

— На сегодня всё, — подытожил Тюменцев, внимательно изучив бледного Матвея, который только сейчас понял, что был на волосок от смерти. — Начинаем уставать, не дело. Ещё обратно выбираться. Саша, что с мечом? Мне показалось или затупился?

— Есть такое, — согласилась. — Процентов на десять хуже стало, уже не как по маслу идет.

В общем, наглеть и впрямь не стоило, да и мы довольно далеко углубились в шахту, а по словам опытного Тюменцева, совсем в её глубинах могло таиться всякое. В том числе полноценный рой на полсотни рыл, против которого мы точно не выстоим.

А ведь мы, если подумать, по полмиллиона сегодня уже заработали. Осталось довезти и обналичить!

На этот раз Тюменцев решил сдать товар своему постоянному скупщику. Товарищ держал пункт приема в Люберцах, что в принципе было поближе, чем лавка Фельдштейна, но тут уже вопрос личных предпочтений. Как бы то ни было, господин Кац Давид Соломонович расплатился с нами по четкому прайсу одним переводом на счет майора, а уже потом он сам перекинул нам с Матвеем по нашей доле.

Пока ехали домой, начал накрапывать дождик, превратившийся в полноценный ливень, когда мы въехали в деревню, причем синоптики грозились, что циклон простоит у нас дня два, не меньше, а значит, мы всё успели вовремя.

Более того, я сразу предупредила, что четверг у меня занят и мы договорились пересечься ближе к пятнице. Если с утра будет хорошая погода, то сразу на тренировке. Если не очень, то просто чай-кофе выпьем, обсудим перспективы.

— А меч я возьму, — подытожил майор и я без разговоров отдала ему гладиус. — Гляну, как подправить. Матвей, как сабля?

— Ещё в порядке, спасибо.

На этом разошлись по домам и вечером мы с Локи даже гулять не пошли — ливень и не думал утихать, да и волчонок сам не горел желанием мочить шкуру.

Следующие два дня мы тюленили. Валялись, спали, ели. Профессор привычно пропадал в лаборатории, контролируя рост гомункула, который выдавал идеальные результаты. Три раза в сутки я вытаскивала его на кухню, не забывая контролировать, чтобы он пил настойку, а по вечерам мазала ему спину мазью. Помимо этого я не забывала медитировать и готовить, а ещё подписалась на канал Алеси, которая уже начала выкладывать коротенькие забавные ролики о жизни юной красавицы в деревне.

В среду вечером я заранее проверила чистоту рубашки и костюма, придирчиво изучила своё отражение в сети, отметив, что в целом выгляжу неплохо, но подстричься не помешает (вот только я не буду!), в остальном же на первый взгляд нареканий нет.

Дождь перестал лить лишь под утро, но из деревни я всё равно выезжала по глубоким лужам. К счастью, нигде не увязла, и в Москве была вовремя. Министерство образования нашла на карте заранее, так же заранее проложив в голове маршрут до нужной улицы, и в итоге в нужное здание входила за семь минут до назначенного времени.

Холл министерского здания впечатлял. Высокие потолки, величественные колонны, мрамор, лепнина… Это был полноценный дворец!

Более того, на входе меня встретил молодой сотрудник в строгом костюме, а узнав мою фамилию и цель визита, пригласил проследовать за собой.

Немного удивило отсутствие охраны и то, что меня не проверили на оружие, но идя по гулкому коридору, я вдруг ощутила некое магическое сканирование, пробежавшееся по моему телу и коснувшееся кожи.

Ага… Ну, что-то такое я и предполагала. Надеюсь, в трусы и голову не полезут? Их очень удивит их содержимое!

Кабинет князя, в который мы попали, пройдя мимо строгой дамы-секретаря, располагался на втором этаже и был настолько большим, что я задалась логичным вопросом: зачем? В нем запросто можно быстро устроить светский прием человек на тридцать. С танцами.

Но нет, князь занимал кабинет один.

Провожатый, кстати, впустив меня в кабинет и представив князю по имени-фамилии, словно тот этого не знал, оставил нас одних, а Святослав Олегович, на миг оторвавшись от подписания документов, небрежным жестом предложил подойти мне ближе.

Но не сесть.

По его действиям я догадалась, что в немилости. С чего бы? Потому что затянула со встречей или есть иная причина? Впрочем… Так даже лучше.

Уделив документам ещё минут семь (я как раз успела окончательно заскучать), князь, наконец, отложил ручку в сторону, и взглянул на меня поверх узких очков. Скупо улыбнулся, кивнул. И удивил.

— Прошу прощения, Александр, дела государственные не терпят отлагательств. Минутку…

Он нажал на одну из кнопок на внушительном аппарате, который располагался на правом краю стола, и деловито произнес:

— Аделина Карловна, заберите бумаги, я закончил. И принесите мне чай.

Мне достался вопросительный взгляд, но я отрицательно качнула головой. Не хочу создавать доверительную атмосферу, я тут не за этим.

Аделина Карловна проскользнула в кабинет спустя секунд тридцать, причем уже с чаем, и, поставив кружку с блюдцем перед князем, забрала подписанные документы, не забыв бросить на меня оценивающий взгляд. Уж не знаю, что она там оценивала, но я ей, кажется, не понравился.

— Александр, присаживайтесь, что же вы… — обманчиво мягко пожурил меня князь, причем я точно знала, что если бы села раньше, он мог бы поставить мне это в вину.

Простолюдины при аристократах должны были стоять, если те не позволяли иное. Методичку по этикету я уже изучила вдоль и поперек, пока шли дожди.

— Благодарю, — кивнула и только после этого села в одно из кресел для посетителей.

— Итак… — Судя по задумчивому взгляду и тону князя, он всё пытался понять, какой подход ко мне сработает, но к единому мнению прийти не смог. И тут он решил ошеломить меня вопросом: — Александр, скажите, вы хотели бы обучаться в магической академии?

— Нет. — Мой ответ был мгновенным, твердым и честным.

И князь это понял. Удивился.

— Отчего же? Вы одарены, я чувствую. Дар невелик, но за пять лет обучения даже уровень ученика можно подтянуть до мастера. При должном старании.

— То же самое можно сделать и вне академии, — пожала плечами. — Не вижу смысла тратить пять лет жизни на то, чтобы протирать штаны на студенческих скамьях в то время, когда мне нужно зарабатывать деньги, чтобы содержать семью. К тому же бесплатное обучение вряд ли мне светит, а платное, уж простите, я не потяну.

— О, вот в чем дело… — Князь с умным видом покивал. — Понимаю, понимаю… А что, если я скажу, что помогу вам поступить именно на бюджет? С очень заманчивой стипендией в пятьдесят тысяч ежемесячно.

Смешно…

— Спасибо, нет, — качнула головой.

— Что ж… Жаль. — Князь сдвинул брови и задумался. — Я так понимаю, предлагать своё покровительство тоже бессмысленно? Вы из тех, кто считает, что вольная жизнь и сиюминутная выгода важнее далеко идущих перспектив?

Так уж и далеко идущих? Стать псом на цепи или остаться волком на воле? Да, действительно, выбор нереально сложен.

Шучу.

Для меня всё ясно.

— Ваша светлость, — заговорила я, тщательно подбирая слова, — ваша протекция мне безусловно льстит, но я действительно так считаю. Обучение в академии полезно тем, кто желает продолжить работу в государственных службах. Ну и аристократам, само собой. Выгодные знакомства, межклановые договоренности, связи. Может даже брачные союзы. Но я не аристократ. Зачем мне это? Я изначально буду белой вороной среди обучающихся. Да и дар мой настолько мал, что я лишь недавно о нем узнал и начал развивать. Не хочу занять место того, кто действительно этого заслуживает.

— Похвально, — хмыкнул Оболенский и посмотрел на меня с интересом. — А вы не глупы, молодой человек. В столь юном возрасте уже понимать то, что не осознают даже некоторые выпускники… Что ж, я уважаю ваше право на собственное мнение. И всё же… Вы спасли мою дочь. Не колеблясь, не задумываясь. Я просто не вправе отпустить вас без благодарности. И пускай деньги — это всего лишь инструмент достижения цели, я искренне надеюсь, что ваша цель будет достойной.

С этими словами он вынул из верхнего ящика стола чековую книжку, вписал в чек некую сумму (с моего места не было видно), размашисто расписался и протянул мне, добавляя:

— И всё же, подумайте, Александр. Служба княжескому роду — это не ярмо, а привилегия. Если вдруг ваше мнение изменится, номер моего секретаря у вас есть. А сейчас прошу простить… Дела.

Быстро догадавшись, что на этом аудиенция завершена, я торопливо поднялась, поклонилась и вышла из кабинета, тихо, но плотно затворив за собой дверь. И лишь выйдя в том числе из приемной, глянула на чек.

Хм, а недурно… Оказывается, жизнь княжны стоит три миллиона. Недурно…

Юноша вышел из его кабинета, но князь ещё какое-то время просидел в кресле, размышляя о том, что тут только что произошло.

И да, он был недоволен итогом встречи.

Казалось бы, он всё просчитал, но… В итоге просчитался.

Парень оказался не дурак. Далеко не дурак…

Светлый князь Оболенский считал, что прекрасно разбирается в людях, но этот Саша… Александр. Был тем ещё крепким орешком.

Мальчишка из-за Урала. Как принято говорить в Москве, «с периферии». При этом держится достойно и размышления такие… Здравые. Это говорит о том, что Бельков амбициозен.

И что в итоге? Отказ. Отказ во всём.

А значит… У него на уме что-то другое. Но что?

Ещё и Дарья расстроится…

Поморщившись, князь качнул головой. Дочь была его слабостью. Об этом мало кто знал и Оболенский старался не показывать это лишний раз даже внутри семьи, но сам отчетливо это понимал. Самая младшая, самая юная и нежная. Его маленькая девочка.

А ведь она уже всё распланировала. Собралась даже взять над мальчишкой шефство, когда он поступит на первый курс. Сделать его своим протеже. Верным пажом.

Нда…

— Эх, Саша, Саша… — задумчиво пробормотал князь вслух, постукивая карандашом по пустому листу бумаги. — Что же с тобой делать?..

А минуту спустя в огромном кабинете раздался приглушенный треск сломанного карандаша…

Обломки полетели в мусорку, а князь поднес к уху коммуникатор и сухо произнес:

— Петр Васильевич, пришли ко мне Гаврилу. Есть для него дело.

Выйдя на улицу из здания министерства образования, секунд десять постояла на его широких монументальных ступенях, прокручивая в голове произошедшее. Князь явно ожидал другого… И явно остался недоволен итогами встречи.

Как бы это не аукнулось мне в дальнейшем!

Но если бы всё повторилось вновь, я бы сказала то же самое. Как поступить иначе, я просто не представляла. Но мне и впрямь не нужна академия. Смысл? Это ведь пришлось бы ездить на уроки каждый день. Терпеть высокомерных заносчивых выродков, среди которых обязательно бы нашлись такие, которым бы захотелось показать, где моё настоящее место. А там — мордобой, разбирательства, штрафы, исключение… Нет. Не стоит оно того.

К тому же книг мне хватает, а упорства и своего не занимать.

Сомневаюсь, что князь бы обрадовался, узнай, что я гомункул. А это бы обязательно вскрылось. Однажды.

Нет. Я поступила правильно. А вздумает лезть в мою жизнь… Я что-нибудь придумаю. Обязательно!

Ну а пока стоило проехать в Центральный Имперский Банк, чтобы обналичить чек князя и положить деньги на свой счет. К счастью, проблем не возникло и уже совсем скоро я стала богаче на реальные три миллиона, а не нарисованные.

Всё-таки как удивительна жизнь! Ещё недавно я грабила гопников, чтобы заработать себе на коммуникатор и одежду, а сегодня оперирую миллионами.

И это прекрасно!

Настроение было отличным, да и погода радовала — омытые дождем улицы, трава и деревья сияли свежестью, все дела этого дня были переделаны и можно было слегка отвлечься-развлечься. Например, сходить в кино. Или посидеть в кафе. А может и прогуляться в парке?

В итоге я сделала всё это, из принципа отключив голову и получая искреннее наслаждение от происходящего. Я свободна. Я молода.

Я богата!

Совсем скоро я выращу себе замену и смогу стать собой. Может, не до конца, но смогу. Смогу носить платья и каблуки, начну красить губы и ресницы. Проколю уши и куплю себе миленькое колечко с брюликом!

Даже рассмеялась от этой мысли, качнув головой.

Куплю. Обязательно куплю. Закрою все гештальты. Отомщу за семью Белькова, выведу на чистую воду мерзавца Левашова, и буду жить в своё удовольствие.

Может даже заведу роман?

С мужчиной!

Только ни в коем случае не с аристократом. Нет. Этого «добра» мне не надо.

Пренебрежительно хмыкнув, глянула на часы, где шел шестой час. Да, пора возвращаться.

Но сначала я заехала за продуктами, подумав о том, что пора намекнуть Карепановым, что всему есть предел. Ремонт в их доме, насколько знаю, подходит к концу, по крайней мере кухня отремонтирована от и до. Пусть уже сами готовят. На крайний случай ищут кухарку.

Понятно, что в такую глушь мало кто согласится ехать на постоянное место жительства, но почему бы не нанять приходящую? Будет им готовить сразу на два-три дня впрок.

На самом деле готовить мне не сложно… Мне не нравится то, что они ходят к нам домой минимум два раза в день. Плюс Матвей выбалтывает сестре абсолютно всё, что слышит от меня, а у той в принципе ни такта, ни понимания.

Черт с ним, я даже сама им кухарку найду! И собеседование проведу, и остальное!

Да, мысль, определенно дельная…

Удивительное дело, но после ужина Карепанов сам поднял этот вопрос, причем сначала предложив прогуляться. Мол, разговор есть. Заинтригованная, я кивнула и мы, отойдя по быстро сохнущей дороге к реке, на удивление оба залюбовались окрестностями, от которых так и дышало свободой и умиротворением.

— Эх, красота… — блаженно выдохнул мужчина, щурясь, как кот на солнышке. — Знаешь, нехорошо звучит, но я рад, что всё так повернулась. Не моё это было. Совсем не моё. А тут как глаза открылись. Как я живу, где… За чей счет? А тут всё сам. Своими руками. По совести.

Тихонько хмыкнув, я не спешила перебивать чужие откровения. Что ж, можно только порадоваться за него. Хоть одним, но хорошим человеком в мире стало больше.

— Знаешь, мне же Светка звонила… — вдруг произнес он совсем другим тоном, чуть морщась. — Она всё-таки выболтала всё отцу и матери. Шмель в принципе мужик не простой. Из старой гвардии. Правильный, с понятиями. Я уже с ним переговорил. Крыс давно нашли, да они и не скрывались. Свои же порешили, когда стало ясно, из-за кого ребята погибли. Правда, своих осталось… — Он снова поморщился. — От силы десятка два. Сейчас передел глобальный идет, все наши затаились. У кого свой более или менее бизнес есть, те ещё на плаву, а рядовые боевики… — Он дернул плечом и посмотрел на меня. — В общем, есть шестеро ребят. Правильные пацаны, без гнили. Я с ними сегодня встречался, обсудили наши перспективы. Хотят рискнуть и пойти в охотники.

Я слегка приподняла брови, не понимая, при чем тут я.

— Ну, я же понимаю, что без тебя и майора такие решения принимать не стоит, — усмехнулся он кривовато. — Двое семейные, остальные так… Просто толковые. Думаем, может в деревне ещё пару участков выкупить? Под строительство, а? Будет у нас свой охотничий поселок. Места тут роскошные. Да и от города по факту недалеко. Накопления у ребят кое-какие есть, да я на первых порах помогу. А вот с перспективами… Не особо. Мы же все Гольяновские, а это все равно что клеймо.

Он скривился и уставился куда-то вдаль.

Снова Матвей заговорил только минут через десять.

— Понимаешь, мы же не все до одного на голову отбитые. Система, она… Неоднородна. Да, есть профессиональные мошенники и ворье. Есть домушники и медвежатники, есть даже такие отморозки, у кого руки по локоть в крови, а то и больше. И даже свои спиной поворачиваться опасались. А есть просто пацаны, которые охраняли точки. Выполняли бумажную работу. Сопровождение. Та же наёмная охрана. Наталья Геннадьевна — вообще домработница. Не поверишь, просится к нам с Алеськой хотя бы приходящей кухаркой. Шмель даже возить её готов пару раз в неделю. В общем… Разные люди на нас работали.

— Хорошо-хорошо, — оборвала я не самый связный поток сознания. — Ключевую мысль уловил. Давай так, завтра с утра обсуждаем это с майором, если он готов выдать им кредит доверия, то я не против. Организуем тут своего рода пункт обучения будущих великих охотников всея Руси. Как тебе идея? Выкупим земли, поставим базу, тренировочный полигон. Аномалии тут жирные, без добычи в любом случае не останемся. Хоть на юг, хоть на север, хоть на запад двинь — в любом случае в аномалию попадешь. Опять же нам поспокойнее будет, если свои люди рядом поселятся.

Я развивала мысль и она всё больше казалась мне привлекательной.

А ведь это идея. Реально хорошая идея! Практически своя ЧВК, а? Уже не охранное предприятие, но ещё не гвардия аристократа. При этом всё легально!

Надо будет только прикинуть, что нужно для лицензии… И сделать всё по уму изначально. Уверена, майору моя идея понравится!

Близилось утро, и пускай я заранее предупредила окружающих, что на этот день мне нужен выходной, медлить не стоило. Поудобнее расположившись в кресле, я закрыла глаза и запустила персональные изменения. Сначала лицо. Подбородок, губы, нос, глаза. Затем ресницы, брови и волосы, которые полезли из головы просто в феноменальной скоростью, отчего неприятно зазудела кожа и на миг захотелось даже откатить именно эту часть программы, но я сумела перетерпеть.

Впереди были ещё более глобальные изменения.

Шире тазовые кости, уже грудину, меньше стопу. Тоньше голосовые связки, не такой явный кадык. Тоньше талию, круглее попу. Больнее всего оказалось отрастить грудь. А ведь казалось бы, обычная жировая ткань! Но нет…

Не сдержавшись и тихонько простонав сквозь зубы, неожиданно услышала похожий стон, доносящийся со стороны кушетки.

Распахнула глаза, тут же встречаясь с затуманенным взглядом своей точной копии, и не меньше минуты мы просто смотрели друг на друга.

Не знаю, о чем думал новорожденный, а вот я пыталась понять, всё ли прошло хорошо. Как ни крути, а ему пришлось перетерпеть просто бешеные нагрузки на организм всего за одну ночь. Всё то, что я устанавливала на себя в течение двух месяцев.

Неожиданно я заметила, как пошевелились его губы, словно парень пытался что-то сказать, но в итоге то ли не смог, то ли просто не умел.

И я, подключившись через его Советника, написала ему прямо в мозг:

«Здравствуй, Саша».

Его взгляд тут же замер, а брови дернулись, словно в изумлении.

«Советник, полный расклад по происходящему», — потребовала я, запуская в теле парня заранее скопанованный информационный файл о том, кто такой Саша Бельков и что он делал все это время.

Взгляд гомункула окончательно затуманился, а я, не забыв покряхтеть, как столетняя старушка, поднялась с кресла и прошла в ванную комнату, чтобы посмотреть, что стало со мной.

О, да-а-а… Со мной всё отлично!

Фигура — сто процентов женская, но при этом все реакции и мышцы на месте. Пожалуй, мышц даже многовато, надо будет сбавить интенсивность тренировок. Ни к чему девушке кубики на прессе и объемные бицепсы. Я, конечно, и так старалась не увлекаться, но под грозным взглядом Арзамаса-Кроноса это было невозможно.

Вернувшись в лабораторию, где лежали в том числе заранее подготовленные женские вещи, я безо всякого стеснения сняла одежду Саши, краем глаза заметив, как он сам повернул ко мне голову и внимательно за мной наблюдает, но не придала этому особого значения. Не уверена даже, что он в полной мере осознает происходящее. Помнится, в прошлый раз я пришла в себя где-то за сутки, для начала и вовсе пытаясь отвлечься уборкой.

Кстати!

— Держи.

Уже натянув трусики, я подошла к парню и сунула ему в руку энергетический кристалл, который должен был помочь ему окончательно прийти в себя. Помнится, мне в прошлый раз помогло.

Сама же, вернувшись к стеллажу, продолжила одеваться.

Пока ничего сверхъестественного: спортивный лиф, футболка с надписью на груди «Я Багиня» и джинсы-скинни. На ноги удобные спортивные кроссовки. Волосы собрать в пучок, потом разберусь, что с ними делать.

Закончив одеваться, снова вернулась к парню, отмечая, что он уже смог самостоятельно сесть, и сейчас внимательно рассматривает прежде всего комнату, но цепляя взглядом и меня.

Встала напротив, дождалась, когда его задумчивый взгляд остановится на мне, и произнесла:

— Меня зовут Ева Белькова и я твоя сестра. Старшая.

— Я знаю. — Голос парня был хрипловат, но только поначалу. — Меня зовут Александр Бельков, я твой брат. Назар Демидович — наш дядя. Мы находимся в деревне Зубцово. Я лицензированный охотник и мы тут… — он прикрыл глаза, словно к чему-то прислушивался, и кивнул, — создаем учебную базу для друзей Карепанова.

Он снова посмотрел на меня и опустил взгляд на мою грудь. Явно прочел надпись…

Кивнул.

— Я Арес. А ты?

Впервые задумавшись об этом, сначала просто пожала плечами, а потом иронично предположила:

— Афина или Артемида? Выбирай. Вообще не принципиально.

— Афина, — удивил твердым ответом Саша, а когда я приподняла брови, добавил: — Брат и сестра — боги войны.

— Логично, — улыбнулась и подмигнула. — А сейчас оденься, мой голожопый брат. Нам надо съездить в город. Сделаем мне полный пакет документов, а тебе стрижку.

Кивнув, Саша принял из моих рук одежду и оделся. Делал он это так невозмутимо, так спокойно и буднично, что я даже немного забеспокоилась. Что-то у него с эмоциональностью не очень…

— Почему ты на меня так внимательно смотришь? — спросил он, когда уже обулся и выпрямился, встав напротив. — Я делаю что-то не так?

Внимательно изучив лицо, которое ещё недавно видела в отражении, не стала скрывать:

— Эмоции. Ты слишком скуп на эмоции.

— Об этом в инструкции ничего не было.

Черт, точно. То-то мне казалось, что я что-то упустила…

— Мой косяк, — сморщила нос. — Ладно, по ходу дела разберемся. Идем, надо уехать, пока основной народ спит. Не стоит сейчас попадаться им на глаза.

Не забыв написать профессору записку, что всё получилось и мы уехали в город за документами, о чем договорились с нужными людьми заранее, но пока без имен и фото, я прихватила немного наличных на одежду и прочее, Саша сам сел за руль и мы отправились в Москву.

Сначала… мы позавтракали. Шел восьмой час утра и мало что в это время работало. Только круглосуточные гипермаркеты и буквально парочка кафе, в одном из которых мы и дождались десяти.

И первым делом зашли в парикмахерскую, где ему сделали стрижку точь в точь, с какой еще вчера ходила я. Мои отросшие до талии волосы тоже нуждались в небольшом подравнивании, и я сделала себе роскошный «каскад» до середины спины, который можно было без проблем уложить в абсолютно любую прическу. Там же проколола себе уши.

Заехали мы и за документами в один неприметный офис, где нас встретил невзрачный мужичок и в обмен на стопку пачек наличных уже через двадцать минут выдал мне полный пакет документов на Белькову Еву Александровну. Заглянули в банк, где открыли счет и положили наличные на карту.

А потом мы отправились по магазинам!

Я целый месяц этого ждала!

Платья и штаны, майки и юбки, блузки и шорты… Трусики и лифчики! Ещё больше трусиков и лифчиков! Коммуникатор, сумки, косметика, обувь…

Колечко!

Умом я понимала, что часть этих вещей скорее всего останется не востребованной, но просто не могла остановиться и призвать себя к порядку. Мне хотелось всё и сразу! Больше, ещё больше красоты и женственности!

— Ева, это слишком, — вдруг заявил Саша, когда я затащила его в салон вечерних платьев и вышла из примерочной в роскошном алом безобразии, которое облепило меня, как перчатка, практически не оставляя простора для воображения. — Куда ты собралась в нем идти?

— Ой, да мало ли вариантов? — отмахнулась, принимая модельные позы перед зеркалом и нагло крутя попой. — С Локи вон, погулять, на полигон опять же… В аномалию!

Пару раз моргнув, Саша подумал и аккуратно уточнил:

— Это шутка?

— Шутка, шутка, — фыркнула и подошла к нему ближе, внимательно заглядывая в глаза. — Да, юмора тебе действительно не доложили… Надо что-то с этим делать. Как думаешь, есть дополнение «великий юморист»? Надо глянуть!

— Не надо, — вдруг качнул головой Саша и его губы изогнулись в ироничной и такой знакомой ухмылке, которую я не раз наблюдала в отражении. — Я справлюсь своими силами. А ты сними это блядское платье, выглядишь в нем, как шлюха.

— Саша? — Я аж опешила, уставившись на него широко распахнутыми глазами.

— Я серьезно, — произнес он таким тоном, что шансов на недопонимание не оставалось. Он правда так считал. — Моя сестра такое носить не будет.

— Да ла-а-адно… — хмыкнула, пытаясь понять, что за имитация личности такая мне попалась. Чрезмерно заботливая! — И как ты себе это представляешь?

— Я сильнее… — В его серых глазах в этот момент мелькнуло странное. — Если я не смогу убедить тебя словесно, то докажу свою точку зрения силой, сестренка.

— Ну-ну… — пробормотала я.

И ушла в примерочную. Раздеваться.

Нет, я не испугалась его заявления. С какой стати? Я тоже вообще-то не кисейная барышня и могу за себя постоять!

Просто… Зачем доводить до конфликта? Платье и впрямь блядское. Покрасовалась перед зеркалом и хватит.

— Я всё! — заявила, выходя из примерочной всё в тех же джинсах и футболке, в которых выехала из деревни. Но сразу добавила: — Тут всё. Сейчас заедем в охотничий магазин, подберем мне экипировку и меч. Гладиус больше не хочу, мне надо что-то полегче и поуже. Наподобие палаша, но женский вариант. А ещё я хочу стать воином поддержки. Например, арбалетчиком. Что скажешь?

— Разумно, — кивнул Саша. — Едем, подберем тебе что-нибудь четко по руке.

Благодаря тому, что я была не одна, а в компании с парнем, который умудрялся выглядеть не просто сурово, а действительно значимо, в специализированном магазине никто не помешал нам подобрать сначала экипировку по моим размерам, а затем и оружие.

Сначала мы нашли арбалет. Небольшой, но мощный, с тремя видами болтов, которых я сразу взяла с запасом: обычные, утяжеленные и с зазубренными наконечниками.

С мечом провозились дольше, пришлось даже ехать в другой магазин, где продавались именно клинки. В итоге я и вовсе предпочла не меч, а саблю. Классическую пехотную саблю с небольшим изгибом. Не уверена, что она станет моим постоянным оружием, но пока мне всё нравится: и вес, и баланс, и гарда.

В деревню мы вернулись лишь ближе к четырем и сразу отправились к профессору. Он уже встал и успел похмелиться, встретив нас хмельной и веселенький, так что особо пообщаться не получилось. Я лишь представилась ему Евой, выразила радость знакомства и родства, позволила себя рассмотреть-покрутить, и на этом всё наше общение сошло на нет, а вот Саше Бельков задал тот самый вопрос:

— Когда возьметесь за Левашова?

— Недели через две, — ответил ему мой заместитель, ведь этот вопрос мы уже успели обсудить с ним в течение дня. — Сначала мне нужно убедиться, что Олимп не нуждается в моём ежедневном внимании. Мне не нужно, чтобы они отвлекали нас с Евой по пустякам.

— Придумали же… Олимп, — пьяненько расфыркался профессор и его взгляд остановился на моей груди, после чего он тяжко вздохнул. — Да уж, создал богов на свою голову… ладно, идите. Чо уж там… Творите новый мир. Старый дерьмо.

И мы ушли.

— Странный он, — вполголоса произнёс Саша, когда мы вышли на улицу и, пройдя на свой участок, наконец уделили внимание Локи, которого я предусмотрительно заперла в новом доме.

— Кто? — Не совсем поняла его замечание, наглаживая волка, который признал меня сразу, а вот к Саше настороженно принюхивался, чувствуя, что это совершенно другой человек.

— Профессор.

Бесстрашно протянув руку к морде Локи, Саша дождался, когда тот её обнюхает, в потом просто положил пятерню на голову волку и тот мигом притих, при этом глядя ошалелыми глазами почему-то на меня.

Я тоже на всякий случай напряглась, не совсем понимая, что сейчас делает брат и зачем. Но всё равно спросила:

— Почему ты так думаешь?

— Он называет нас богами. Причем не в шутку.

— Тебе показалось, — усмехнулась, хотя сама задумалась над этим непростым вопросом. Но потом решила, что это слишком сложно, да и глупо. Ну, какие мы боги? — Что, кстати, хочешь на ужин? Сегодня у тебя официальный выходной, надо провести его с пользой до самого конца.

— Нам нужно распределить обязанности, — вдруг заявил Саша, убирая руку с головы Локи и переводя внимательный взгляд серых глаз на меня. — Чтобы не возникало конфликта интересов и недопонимания. Ты хочешь, чтобы я заменил тебя во всём или планируешь что-то оставить себе?

— Давай подумаем вместе, — предложила, снова с интересом изучая стоящего напротив парня, которому специально оставила широкий коридор свободы, чтобы он мог принимать самостоятельные решения, но только те, которые будут вести к нашей главной цели. — Что тебе категорически не нравится из того, чем раньше занималась я. Чем ты не хочешь заниматься сам? Есть такое?

Хорошенько задумавшись, Саша неопределенно дернул плечами.

— Я могу делать всё, мне не сложно. Но в последнее время ты взвалила на себя слишком много обязанностей. На себя и саморазвитие совершенно не оставалось времени. Надо грамотно делегировать и готовить окружающих к тому, что скоро мы займемся другими делами. Матвей неплохой руководитель среднего звена, можно вменить ему снабжение. Пусть берет в заместители Шмеля, уверен, тот не будет против. Пчелка — гипотетическая шпионка. Пусть собирает информацию. Заодно не останется времени на ерунду. Купить ей мощный ноутбук, отправить на курсы программистов, чтобы лучше разбиралась в сети и программах в целом, и поставить четкую задачу. Уверен, она справится. Медведя можно продвинуть в заместители майору. Он основательный и рассудительный, подмечает за остальными их сильные и слабые стороны, отличные качества для командира.

Внимательно слушая любопытные рассуждения Саши, я вдруг задалась вопросом: откуда это в нём? Эти аналитические способности? А ведь моя личность совсем другая…

И, дождавшись, когда он замолчит, спросила:

— Саша, а ты кем себя осознаешь? Мужчиной или женщиной?

Он посмотрел на меня с искренним удивлением и не сразу, но ответил:

— Я мужчина.

Фух. Вот и хорошо!

— Почему ты это спросила?

— Да так… — неопределенно качнула головой и поспешила перевести разговор в нужное мне русло. — Значит, давай сыграем в классическое гендерное поведение. Я беру на себе готовку и уборку, а так же базовое стратегическое планирование наших личных целей, а ты полностью замещаешь меня в Олимпе. На охоте ты в атаке и прикрытии, я поддержка и медик. Твари на тебе, трава на мне. Не против?

— Хорошо, меня всё устраивает, — кивнул Саша. — Что мне делать с теми, кто захочет завязать с тобой более близкое знакомство?

— В смысле? — Приподняла брови.

— В деревне более дюжины одиноких мужчин. — Мне посмотрели в глаза. — А ты очень красива. И без обязательств. Мне пресекать или не мешать?

— Нда… — озадачилась, почему-то ни разу не подумав об этом прежде. — Знаешь, интересный вопрос. Лучше пресекать. Мне не нужны отношения. Тем более по легенде я вроде как недавно рассталась с бывшим, за которого планировала замуж. А он оказался козлом. — Я иронично усмехнулась, прикрывая глаза. — Так что я разочарована в мужиках и вообще радикальная фемка. Богиня войны, между прочим!

— Ясно. Хорошо. Так будет проще.

И резко сменил тему.

— Приготовь на ужин что-нибудь вкусное, но простое. С мясом. И сладкое. Принесу пока из машины твои покупки…

Выйдя из дома в некоторой прострации, Саша дошел до машины, но вместо того, чтобы открыть багажник или вынуть пакеты с заднего сидения, сел за руль и какое-то время просто смотрел перед собой.

Происходящее казалось ему бредом…

Да что там, оно было бредом!

Очнувшись в странной комнате под лавиной информации, которая поначалу была просто бесконечным потоком не всегда понятных слов, более или менее пришел в себя, только когда ему сунули в руки кристалл.

Энергетический магический кристалл.

Кажется, в этот момент он что-то вспомнил… А потом сразу забыл.

Но при этом четко понял, кто он и что происходит.

Он гомункул. Искусственно выращенное существо. Его цель — стать Сашей Бельковым.

И новая лавина информации уже о Саше…

На этот раз уже гораздо более понятная, четко структурированная. С фото и звуковым сопровождением. Знакомые, друзья, соратники.

И его сестра. Ева.

Ева, которая ещё вчера изображала Сашу.

Да, гомункулы умеют и так.

Но сейчас она Ева. Так надо. И он должен стать ей братом. Должен помогать. Защищать. Стать верным напарником и надежным защитником.

Да, это он умеет. Умел…

Нет, умеет.

А потом они отправились в Москву. Огромный шумный город, где жили тысячи людей. Миллионы!

Нет, он не смотрел на них. Он смотрел на Еву.

Смотрел. Запоминал. Анализировал.

Вроде бы вел себя так, как надо. Но не всегда.

Вдруг вспылил, увидев на ней это красное пошлое платье. Что-то перемкнуло. Он снова что-то вспомнил… Но не смог удержать в памяти. Кажется, нагрубил.

Но непоправимого не произошло.

Она была веселой. Естественной. Как человек.

И она хотела того же от него. Но… Разве так можно?

Он ведь гомункул. Вещь.

Или… Нет?

Просидев в машине ещё минут двадцать и решив, что пока надо вести себя естественно и именно так, как хочет Ева, Саша уже гораздо увереннее вышел из машины и начал вынимать вещи. Месть — это хорошо. Это правильно. Родные не должны оставаться не отомщенными.

Но когда они достигнут этой цели, он поставит перед собой другую.

И он уже четко знает, какую именно.

Саши не было минут тридцать, но я старалась не переживать, отвлекая себя приготовлением ужина. Хотя всё равно переживала. Парень, можно сказать, только-только родился.

Как он с этим справляется? И справляется ли?

А вдруг его коротнуло? Вдруг баг какой словил? Мы же гомункулы модели УМА-13Ц, в нас это по умолчанию встроено!

Не удержалась даже и попробовала найти его удаленно, настроившись в первую очередь на капсулу контроля, и почувствовала, что он уже подходит к дому. Фух! Вот и хорошо.

Войдя в прихожую, парень уточнил:

— Вещи на кровать положить или сразу разобрать?

— Ой, нет! Я сама! — Я даже рассмеялась, но немного нервно. — Надо понять, что из всего этого мне действительно нужно.

Всего за три ходки (но на этот раз без задержки) он принес всё остальное, а я уже вынимала из духовки сладкие безешки, которые готовились легко и быстро. На плите дотушивалось жаркое из свинины, а ещё меня интересовал вопрос:

— Саша, а ты что больше любишь? Чай или кофе?

— Кофе, — последовал мгновенный ответ и парень вошел на кухню, успев освежиться в душе и надев после него лишь свободные домашние брюки.

Великолепно!

Это я про кофе, если что.

Поймав себя на том, что бессовестно пялюсь на брата, причем просто вдумчиво изучая, словно не видела его полностью голого только утром, перехватила его внимательный взгляд в ответ и улыбнулась.

— Всё-таки хорошо, что Алеська к нам больше не заходит.

— Почему?

— Ты у меня такой секси! Вроде бы ничего особенного, но всё настолько гармонично, аж дух захватывает. — И тут же со смехом щелкнула пальцами, ловя за хвост озарение. — Точно! Надо скачать себе дополнение «Художник» и начать, наконец, воплощать мечты в жизнь! Будешь моим натурщиком?

— Если хочешь, — он кивнул и подошел ближе, чтобы открыть шкафчик с посудой и начать накрывать на стол. — Ты любишь рисовать?

Какой хороший вопрос…

Увы, я не могла на него ответить, но всё равно зачем-то пробормотала:

— Не помню…

После чего резко спохватилась и помешала жаркое в кастрюле, чтобы не подгорело.

— Позовешь профессора?

— Конечно.

Накинув одну из футболок с надписью «Не верьте слухам, я еще хуже», Саша ушел за Бельковым, но вернулся уже через три минуты с отрицательным результатом.

— Он уже напился и спит. Откуда у него алкоголь? Он ведь не ездил в город.

Ох, черт!

— Я вчера оставила в холодильнике водку, — поморщилась, признавая свою вину. — Брала с запасом литровую бутылку, чтобы хватило на вечер, а ему и трехсот грамм хватило. Ну…

Вздохнув, развела руками.

— Зато он точно отдохнет. Последнюю неделю сам не свой был. Всё лучше, чем нервный срыв.

— Почему?

— Переживал, — вздохнула и посмотрела на Сашу, немного неловко улыбаясь. — Гомункулы нашей модели не прошли контрольное тестирование комиссии и не были допущены к массовому производству из-за множественных отклонения в процессе эксплуатации. Он беспокоился, что ты окажешься бракованным.

Саша нахмурился и как будто прислушался к себе. Затем посмотрел на меня и тихо спросил:

— Но это не так?

— Это не так, — помотала головой и даже с жаром добавила: — На нас стоит уникальная операционная система. Я не знаю, как это работает но оно работает.

— Операционная система, значит… — странно хмыкнул парень и снова прислушался к себе. Или не к себе, а к своему Советнику. Поднял глаза на меня и удивил вопросом: — У нас есть душа?

И вот тут мне стало малость не по себе. Неужели…

Я аж чуть мимо стула не села, но Саша шагнул ко мне и придержал, тут же резко отодвигая стул от стола, чтобы усадить меня на него. А я впилась в него требовательным взглядом.

И выпалила:

— Ты тоже помнишь, что ты человек?

Его зрачки дрогнули, а взгляд зашарил по моему лицу. Я же замерла, почему-то боясь даже вздохнуть, а Саша всё молчал.

Ну же⁈ Ну!

— То есть… — произнес он тихо и словно не веря, — ты тоже… Но получается…

Парень оборвал сам себя и прикрыл глаза, снова заговорив только через пару минут, когда я уже начала дышать от недостатка кислорода.

— Мне кажется, я помню… отголоски. Чего-то. Что со мной происходило раньше. До того, как я стал Сашей. Но ничего четкого. Это может быть баг системы?

Задав вопрос, он уставился мне в глаза, а я, прикусив губу от волнения, качнула головой.

— Нет. Не баг. Но ты не торопись. И не зацикливайся. Иначе можно сойти с ума. Иногда мне кажется, что я вообще жила не тут. Не сейчас. И была кем-то… Кем-то совсем другим. Женщиной. Художницей. Модницей. Я… — с моих губ сорвался нервный смешок, — я в шоке… То есть, получается, мы куклы, которым повезло обрести чужие души? Или души, которым повезло обрести новое вместилище? Но как⁈

— Уникальная операционная система? — предположил Саша то же, о чем думала и я в своё время. — Нам нужно пообщаться с этим гением, который их создает. Кто он? Где живет? Как на него выйти?

Я нахмурилась, но ответила:

— Его зовут Димитро. У профессора есть его контакты. Но без адреса, только номер телефона и имя. Я пыталась пробить номер, но он как-то слишком по умному его шифрует, чуть ли не через Парагвай. Не смогла найти реального хозяина. Пыталась расспрашивать Белькова, он только сердится. Попробуй ты, может получится.

— Обязательно, — твердо кивнул Саша и посмотрел в сторону плиты. — А сейчас давай поедим. Мне кажется, нам обоим есть о чем подумать.

Да уж… если бы! Лично в моей голове такая каша, что в принципе ни одной связной мысли!

Но поесть и правда надо.

Вечер прошел тихо. Я наконец разобрала вещи, попутно с досадой выяснив, что треть точно носить не стану. Перед сном по привычке хотела пойти выгулять Локи, но Саша напомнил, что это вообще-то его волк и пришлось идти вместе. Мы не разговаривали, каждый был погружен в свои мысли, а когда мы уже возвращались обратно домой, я поняла, что мне надо узнать главное.

— Саш…

— М?

— Ты поможешь мне довести дело до конца?

— Ты про Левашова?

— Да.

— Конечно. Помогу. Семья — это важно.

— Спасибо.

Мы уже зашли в дом, когда молчание нарушил уже сам Саша.

— Ева…

— Да? — обернулась, уже стоя на пороге своей спальни.

— Когда мы доведем дело до конца, — он внимательно смотрел мне в глаза, не моргая, — удалишь блокиратор?

Вот… черт!

Не став задавать глупые вопросы, откуда он о нем знает (он же чертов цифромаг, дура!), я слегка сморщила нос, чувствуя себя неловко, и торопливо кивнула.

— Да. Удалю.

— Спасибо.

Удивительный день. Удивительный разговор.

Поразительное открытие, способное перевернуть всё моё представление о вселенной…

А что если мы такие не одни?

Уже лежа в кровати и перебирая в памяти все нюансы этого непростого дня, а потом и прошедших недель, я вдруг вспомнила, что в торопливой суете и попытке успеть все, я совершенно забыла о документах, которые вынесла из дома Карепанова. Вот чучундра! А если там что-то важное?

Ну вот и кто я после этого?

Даже шикнула на себя, а потом, чувствуя, что всё равно не усну, пока не выясню детали, оделась в спортивный костюм и кеды, вышла из комнаты… И замерла, с удивлением отмечая, что Саша не спит, а сидит в гостиной перед телевизором, на котором выключен звук, а картинка мелькает быстро-быстро, в режиме интернет-слайдов.

— Не спится? — спросил, даже не повернув ко мне головы, на что я с досадой сморщила нос.

И призналась.

— Ага. Вспомнила, что не изучила бумаги, которые вынесла из разрушенного особняка Карепановых. Они у меня в тайнике в погребе. Вот, хочу глянуть, что мне всё-таки повезло прихватить. А ты что смотришь?

— Исторические мировые новости. — Картинка на экране замерла, а Саша повернул ко мне голову. — Пытаюсь понять, кто я и откуда. Пока никаких ассоциаций. Так что там за документы? Идем, мне тоже интересно.

В итоге пришлось брать братца с собой и сначала показывать ему «библиотеку», от которой он пришел в полный восторг, аж гордость за себя взяла. Затем показала ему систему, которая блокировала секцию. Парень одобрительно покивал.

Ещё больше ему понравилась вторая комната и он надолго завис рядом со стеллажами, где стоял огнестрел, но мечам тоже уделил внимание, хотя и поменьше. Под конец неопределенно качнул головой, оценив количество взрывчатки, ну а потом просто забрал папки и мы вернулись домой.

Всего их было три, одну я нашла в потайном ящике стола в кабинете, две другие в потайной секции в библиотеке. В итоге первая содержала в себе документы на недвижимость, которой владел Карепанов… Точнее его дети. В основном квартиры, всего четыре. В элитных районах Москвы. Подозреваю, сами дети этого не знали. Как не знали и иные доверенные лица главаря не самой маленькой группировки. Помимо квартир имелось и иное имущество, сдаваемое в аренду. Парочка салонов красоты, кафе, бутики с одеждой. Всё в долгосрочной аренде, плата поступала на универсальный частный счет, зарегистрированный на Матвея.

Интересно, он сам в курсе?

Кроме этого была ещё одна квартира, которой владел некий Круглов Анатолий Эдуардович, причем тут же лежал паспорт на это имя, а на фото был изображен Карепанов-старший. Я так понимаю, паспорт — фальшивка, а квартиру он явно для чего-то использовал. Надо будет проехать по адресам, посмотреть, что к чему.

Две другие папки оказались куда как интереснее. В них был собран компромат! На мелких и крупных чиновников, на главарей других банд и даже на нескольких аристократов среднего звена! Граф Денисов, барон Хохорин, граф Остерман…

Я запоем изучала бумаги, чтобы понимать, можем ли мы использовать их себе во благо. Всё-таки полезно знать чужие грешки! Ими можно так удачно оперировать в сети, отвлекая от себя внимание…

Увы, про графа Левашова не было ни слова, но в целом документики оказались полезными.

— Что будем делать с квартирами? — спросил у меня Саша, когда я дочитала последний обличительный опус про барона Мельникова и его трех несовершеннолетних содержанок, двое из которых уже успели родить ему детей.

— Не знаю, — пожала плечами, потому что вопрос действительно был непростым. — По уму надо просто отдать документы Карепановым и пусть делают, что хотят. Но Алеська в этом плане глуповата, может учудить, а разгребать за ней мне уже надоело. Матвей… Вроде поумнее, но тоже может задаться ненужными вопросами. Давай пока придержим. Присмотришься к ним сам и решишь. Может, удачный момент подгадаешь, может ещё что. Если найдем Алесе толкового мужа, то можем вручить, как приданое. Она не деревенская девчонка, тут ей тяжело. Вот эту только показывать точно не будем, — я ткнула в документ на фальшивую фамилию. — Пока непонятно, зачем он так сделал, надо разобраться. Вдруг у него там вторая семья?

Саша иронично приподнял брови, а я пожала плечами.

— Нет, ну а что? Чем он хуже Мельникова? Съезжу завтра, гляну, что к чему.

— Вместе съездим, — заявил братишка. — Причем по всем адресам. Надо понимать, что к чему, прежде чем разбрасываться настолько ценными активами. А сейчас иди спать, завтра нам ещё с людьми знакомиться.

Подумал и добавил:

— Заново.

Вот тут да, день будет непростым и очень насыщенным!

— Спокойной ночи, Саша.

— Спокойной ночи, Ева.

На этот раз я уснула практически сразу, причем с настолько довольной улыбкой на губах, что не могла бы объяснить её даже самой себе. Но зачем что-то объяснять? У меня просто было хорошее настроение!

Замечательный брат, настоящий единомышленник. Умный, рассудительный, здравомыслящий.

Мы с ним, можно сказать, на одной волне! И это здорово.

Более того, утром мы снова вместе выгуляли Локи, заодно размявшись сами пробежкой и элементарными упражнениями, затем я проверила профессора, который ещё отсыпался после «горячительного» вечера, оставив ему в холодильнике завтрак и побольше морса, затем мы перекусили сами, оделись в спортивные костюмы и отправили в «Олимп».

На утреннюю тренировку.

Моё появление произвело настоящий фурор, ведь я сразу пришла с оружием, взяв и саблю, и арбалет с болтами, чтобы потренироваться всерьез, но первое, что услышала, когда вошла на полигон, был восторженный свист и чей-то радостный возглас:

— О, Арес подружку привел! А почему только одну? Нам тоже надо!

И дружный хохот, последовавший за этим заявлением.

Кто это у нас такой звонкий? Присмотревшись к говоруну, поняла, что это Влад — один из самых молодых и дерзких друзей Матвея. В целом нормальный парень, но больно уж зацикленный на теме секса. До сегодняшнего дня с нами занималась одна-единственная девчонка — Пчелка, но её отец, Шмель, сразу предупредил, что если кто позволит себе лишнего, раздумывать не будет. Сразу на голову укоротит. Но сначала оскопит. Чтобы, значит, проникся перед смертью. К тому же сама Пчелка была мелкой и ещё не особо оформившейся девчонкой, да и тренировалась поскольку постольку, в основном сидя на теоретических лекциях и метая кинжалы, так что мужчины держали себя в руках.

Алеся на тренировках в принципе не появлялась и за сестру Матвей тоже мог лишить окружающих не только достоинства, но и жизни. Да и просто народ понимал, что своих трогать нельзя. Табу.

А тут какая-то краля, да ещё и с сабелькой… М-м, почти приятно.

С иронией покосилась на Сашу, отмечая его чересчур пристальный прищур на Влада, но потом братишка перехватил мой взгляд, усмехнулся и мотнул головой, предлагая пройти в сторону тренеров. Все трое собрались у стоек с тренировочным оружием, которое мы закупили специально для отработки ударов на манекенах и во время спаррингов. Оно было не самое новое и качественное, в зазубринах, но для тренировочного больше и не надо.

— Доброе утро, — поздоровался Саша со всеми сначала словами, а потом и пожал протянутые руки, пока я мило улыбалась и позволяла мужчинам рассмотреть себя со всех сторон.

— Здравствуйте, — улыбнулась ещё шире.

— Моя сестра, Ева, — снова произнёс братишка, уже представляя. — С этого дня она будет заниматься с нами. И нет, это не вопрос, это констатация факта.

Ух, как он жестко!

— Женщина… — мрачно пробасил прапор Кронос.

— Девушка, — поправила его невозмутимо и подошедшие к нам бойцы заухмылялись. — Вы имеете что-то против моего пола, Арзамас Ибрагимович?

— Зачем вам это, Ева? — замогильным шепотом прошелестел капитан Орешкин, глядя на меня своими практически белыми глазами. — Вы привлекательная бойка девушка. Мужчины способны это оценить. Твари аномалий — нет. Найдите себе мужа, родите ему детей, занимайтесь семьей и бытом. Зачем рисковать своей жизнью там, где смерть может поджидать под каждым кустом?

Ого, сколько слов! Чего это он сегодня такой разговорчивый?

Внимательнее присмотрелась к мужчине, невольно активировав свой эмпатический дар, который как раз восстановился после последнего применения, и вдруг почувствовала, что ему действительно важно услышать мой ответ. И связано это с чем-то… очень личным. С личной трагедией.

Однако!

И я ответила почти правду.

— Мне нравится убивать.

И улыбнулась.

На миг на полигон опустилась ошеломленная тишина, которая уже в следующую секунду сменилась недоверчивыми возгласами, доносящимся со всех сторон, и лишь Орешкин молча смотрел на меня, а в его эмоциях я расслышала разочарование. Прости, дед. Вот такая я не идеальная.

— Значит, убивали… И кого? — прошелестел он снова, когда эмоции окружающих пошли на спад.

— Тварей, — небрежно пожала плечами. — За них хорошие деньги дают.

— А людей?

— Людей? — переспросила, делая вид, что раздумываю, и в итоге качнула головой. — Нет, людей не доводилась. Смысл? За них не платят.

Кто-то поперхнулся воздухом, кто-то смешно крякнул, и лишь Матвей, подошедший к нам в компании остальных, изумленно пробормотал:

— Нда, они реально родственники…

— Так, всё! — Майор звонко хлопнул в ладоши. — Пошутили и хватит. Пять разминочных кругов, потом продолжим работу в спаррингах. Ева, если хотите заниматься вместе со всеми, я возражать не буду. Александр привел вас сюда, а значит понимает, что делает. Но в аномалию пойдете не раньше, чем сдадите мне экзамен по повадкам тварей.

— Как скажете, Роман Игоревич. Вы командир, — согласилась я с ним, прекрасно понимая, что по первости ко мне будет ну очень предвзятое отношение.

Яждевочка!

Но я всё равно не жалею об этом!

В итоге разминочные пять кругов мы бежали вместе с Сашей, держась поближе друг к другу и умудрялись общаться мысленно. Точнее через своих Советников, отчего сообщения появлялись в текстовом виде прямо перед глазами.

Несмотря на то, что я передала братишке все важные сведения по людям, которые жили и тренировались со мной бок о бок последние недели, кое-что всё равно оставалось за кадром не такого уж и длинного отчета. И Саша не скупился на вопросы. Кто где живет, кто с кем дружит, у кого какие предпочтения в оружии и тактике ведения боя.

Я понимала, что поначалу ему придется нелегко, всё-таки слишком много лиц одним махом, но Саша держался на диво хорошо, а окружающие фокусировались сегодня на мне, позволяя ему держаться чуть в тени моего первого явления народу, и оценивать этот самый народ со стороны.

В целом же всё прошло хорошо. Поначалу самые молодые ещё пытались как-то шутить и привлекать моё внимание, но Кронос быстро рявкнул на самых шутливых и говорливых, и тренировка пошла своим чередом. Пчелка так и вовсе присоединилась к нам уже после обязательной для мужчин пробежки, удивительным образом нашла в моем лице соперницу и с вызовом предложила посоревноваться в метании кинжалов.

Наивная!

Она правда думала, что её магия ветра ей поможет. Вот только гомункулы хороши во всем, что на них скачано. А я себе ещё пару недель назад подгрузила, кажется, всё о доступном для людей оружии. И расширение «метание острых предметов в мишень» там тоже было. Причем имелись в виду именно острые предметы, как таковые. Не только ножи и кинжалы. Вилки, гвозди, осколки стекла и куски арматуры. Всё, что можно воткнуть в мишень.

Естественно, за нашим соревнованием следили все! Это же так увлекательно — наблюдать за тем, как соревнуются девчонки. Подозреваю, если бы тут была яма с грязью, а мы были бы одеты в купальники, интереса было бы немногим больше.

Откуда у меня вообще такие ассоциации возникли? Это что вообще за вид спорта такой?

Нет, не помню…

— Кому-то надо больше тренироваться, — усмехнулась я, когда мой кинжал снова лег в десятку, а вот у Светы рука дрогнула и её кинжал попал только в девятку. — Ну да ничего, подрастешь, и у тебя всё получится.

Скрипнув зубами и бросив на меня откровенно ненавидящий взгляд, Пчелка дернулась и ушла, причем не просто отошла от меня, а вообще ушла с полигона, а вот мне помимо поздравлений достались почему-то и осуждающие взгляды.

В том числе от Матвея.

— Что? — удивленно приподняла брови.

— Это было грубо.

— Нда? — удивилась ещё сильнее. Задумалась, анализируя произошедшее, и хмыкнула. — Да нет, вроде. Я не жульничала и никого не оскорбляла. В чем ты нашел грубость? Или я должна была поддаться и проиграть, потому что она младше и твоя подружка?

— Света мне не подружка, — нахмурился Карепанов. — Ты просто…

Он замялся, подбирая слова. Саша подошел ко мне ближе, выразительно сложив руки на груди, остальные мужчины тоже притихли, бросая заинтересованные взгляды на нашу троицу, и в итоге Матвей сморщил нос и мотнул головой.

— Просто можно было вести себя не так вызывающе. Неприятно на это смотреть.

Вот как…

Снова задумавшись, кивнула. Мне действительно было приятно дразнить эту мелкую выскочку. Но что поделать? Вот такая я не безупречная.

Но всё равно произнесла:

— Извини. Я постараюсь вести себя более сдержанно. Просто… — Я изобразила милую девочку и посмотрела на окружающих по очереди. — Я тоже волнуюсь. Новый коллектив, как-никак. На самом деле я хорошая и маленьких девочек на завтрак не ем.

Сначала раздались разрозненные смешки, затем более дружный смех, Карепанов тоже кривовато усмехнулся, а потом к нам подошел Кронос и разогнал по парам, чтобы мы отрабатывали удары в спаррингах. Для начала в рукопашном бою.

По большому счету выходить против тварей врукопашную нельзя, многие из них ядовиты и их невозможно вырубить ударом в челюсть, но эти тренировки нужны были прежде всего для выносливости и отточенных реакций. Да и просто для разминки всех мышц.

Не рискуя мной, как новичком, Кронос поставил меня в пару с братом и первые минут пятнадцать мы прощупывали друг друга базовыми связками. М-м, неплохо… Саша двигался прекрасно и явно был не новичком в боевых искусствах. Либо схватывал всё настолько на ходу, что можно было только порадоваться за скорость его процессора и идеальное взаимодействие между нейронами.

— Ускоримся? — предложила.

— Давай, — согласился он.

И мы начали драться почти всерьез. Не сдерживаясь, без полумер.

Один раз по его бедру попала я и он стал прихрамывать, затем по плечу прилетело мне и на какое-то время я перестала ощущать руку, но в то же время мы оба вошли в раж и лично я ощущала азарт и ток адреналина по венам, чувствуя, что наконец нашла себе подходящего соперника.

А потом мы ускорились ещё. И ещё немного. И ещё чуть-чуть!

Ох-х!

Умудрившись замешкаться буквально на долю секунды и не успев поставить блок на удар ногой в грудь, я отлетела, наверное, метров на пять назад, снеся кого-то из мужчин, кто спаринговался рядом с нами, и только поэтому не пропахала спиной и без того вытоптанную траву, а упала на что-то мягкое.

Ну, относительно.

И это что-то подо мной начало стонать.

При этом надо мной склонился резко побледневший от беспокойства Саша и выпалил:

— Ты как?

— Завещаю тебе все свои футболки… — прошептала через силу, потому что боль в груди была нешуточной. — И трусики…

— А книги? — обиделся братишка, но я увидела в его глазах облегчение. Видимо, решил, что если хватает сил шутить, то жить буду.

— Не, ну наглеть-то не надо, — фыркнула и тут же скривилась от резкой боли.

— Ева, мне, конечно, ужасно приятно под тобой лежать, но может тогда хоть лицом повернешься? — поинтересовался кто-то подо мной и я с изумлением опознала по голосу Карепанова, а затем и вовсе ощутила его руки на своих бедрах.

— Обойдешься, — рыкнул Саша, бросая поверх моего плеча настолько убийственный взгляд, что даже меня проняло.

И чужие руки с моих бедер пропали в тот же миг.

Меня, правда, подняли на диво аккуратно, причем сразу на руки, но далеко не понесли. Буквально до лавок, куда уложили предельно осторожно, сразу интересуясь самочувствием. Причем майор тоже подошел и смотрел на нас обоих с нескрываемым осуждением.

Да-да, виноваты. Оба виноваты. Заигрались… Забылись.

Но как же это было здорово!

— Я в порядке, — заверила всех. — Полежу минут десять и хватит. Правда.

— Целителя бы нам своего, — уже не в первый раз мечтательно вздохнул Матвей, подходя тоже и отчетливо прихрамывая на левую ногу. — Только дорогое это удовольствие… Жива?

— Ой, да что мне будет? — усмехнулась беспечно, но пока старалась глубоко не дышать. — Подвернул?

— Не, ушиб, — отмахнулся мужчина, но рядом присел, пока остальные вернулись к тренировкам, но уже с оружием. — Ева, а хочешь я тебя со своей сестрой познакомлю?

Я скептично сдвинула брови. Это что ещё за намеки?

— Она примерно твоего возраста, тоже в деревне живет, — продолжал соблазнять меня Карепанов. — Будете друг к другу в гости ходить, об увлечениях своих сплетничать…

— Она у тебя разбирается в оружии? — «обрадовалась» я, старательно изображая повышенный интерес.

— Нет, — поморщился Матвей.

— А в повадках аномальных тварей?

— М-м, нет, — кисло повторил мужчина.

— Ну хотя бы готовить любит?

На этот раз он просто мотнул головой, глядя на меня с нескрываемым сожалением.

— Ну и о чем мне с ней общаться? — «расстроилась» я.

— Она блог ведет. Про косметику, макияж, наряды… — начал перечислять Карепанов, а я изобразила лицом «какой кошмар!». Он даже попытался обидеться. — Ну, она у меня вообще-то нормальная девушка. И интересы у нее девчачьи.

— Здорово, — улыбнулась одними губами и тут меня осенило. — Слушай, а ты найди ей подружку из числа подписчиков. Ну или себе подружку из числа её подписчиков. Женись на ней и пусть живет с вами. Мысль, а?

На меня посмотрели… скептично.

А потом он всё равно задумался. Я видела. Видела!

Не, ну дельная же мысль, а? Дельная!

В общем, умудряясь не скучать даже на лавке, я полежала ещё минут пятнадцать, а когда поняла, что могу уже не просто нормально дышать, но и двигаться, ещё успела пострелять из своего арбалета, найдя его вполне годным оружием, но с саблей размяться уже не получилось.

Напоследок шло теоретическое занятие по тварям Мавринской аномалии и мужчины разбирали оптимальную тактику боя против гипножабы. Мне тоже было интересно послушать, причем майор разбирал ситуацию, когда в команде нет мага, и по всему выходило, что в таком случае на жабу в принципе лучше не ходить.

Протестую! Я вот практически не была магом, но как-то же справилась с тварью!

Правда, не помню, как… Но это уже детали.

Но вот уже время подошло к полудню, лекция подошла к своему логическому завершению и бойцы начали расходиться по своим участкам, чтобы уделить внимание и семьям. А у кого их не было, после обеда в обязательном порядке собирались на общественную стройку.

Да, можно было нанять профессиональных строителей, благо деньги были, но… Зачем? У нас своих мужиков хватает! А это и по деньгам экономия, и они без дела по деревне не шатаются. Сплошная польза!

У нас с братцем на этот день тоже были запланированы дела, причем в Москве (квартиры, помним, да?), о чем он заранее предупредил Тюменцева и получил на это добро. В итоге, по очереди приняв душ и пообедав, а ещё переодевшись попредставительнее — Саша в брюки с рубашкой и пиджаком, а я в славное длинное платье насыщенно-синего цвета — мы отправились по адресам тех квартир, о которых узнали из бумаг Карепанова-старшего.

Все пять квартир находились в центральных округах столицы, в весьма живописных местах и престижных районах. Каждая — более сотни квадратных метров в красивыми видами. Все (кроме одной) в новых домах, построенных буквально в течение последних пяти лет. Сами здания до семи этажей, что снова говорило об их элитарности — цены на жилье в центре Москвы просто зашкаливали. При этом на первом этаже располагался общий холл с консьержем, а сами здания были просто напичканы электроникой по последнему слову техники.

При этом в сами квартиры попасть получилось без особых проблем. А всё потому, что мы цифромаги! Каждый жилой комплекс оказался подключен к системе «Умный дом», взломать которую оказалось не так уж и сложно. Понятия не имею, почему застройщики поскупились на действительно толковую электронную защиту системы, но в даркнете я нашла все необходимые ключи и универсальные пароли для взлома системы, и мы просто поставили напротив каждой из квартир пометку «в аренде», указав моё имя, и хватило всего лишь предъявленного паспорта консьержу, чтобы получить запасной комплект ключей и добрые пожелания «чувствовать себя, как дома».

Ха!

— Этот мир такой сложный и одновременно такой… беспечный, — задумчиво пробормотал Саша, когда мы поднялись в первую из квартир.

Меблированная застройщиком трешка была сдана «под ключ» три года назад и с тех пор внутрь не ступала нога человека, так что пыль стоило протереть, но в остальном — заходи и живи.

— Да, я тоже заметила, — согласилась с ним. — Такое ощущение, что цифромагов просто не воспринимают всерьез. Как реальную угрозу. Либо они сами не подозревают о том, на что способны, либо патологически честны…

— Их просто очень мало, — в целом справедливо заметил Саша, подходя к окну и задумчиво глядя вдаль. — Я уже посмотрел статистику по ним и магам в целом. Магов в принципе не больше пяти процентов от общего числа людей, а цифромагов — намного меньше процента. Это довольно свежее ответвление от общего магического потока. Не развитое, недооцененное. Люди просто не знают, как его применять. Это мы с тобой, — он обернулся и посмотрел на меня с иронией, — мыслим нешаблонно и в своих интересах. Сочетаем в себе здоровый эгоизм и трезвый расчет. Не боимся преступить закон и пройтись по краю. Остальные люди… — он тоном выделил слово «люди», — в большинстве своём живут по канону. Следуя букве закона. Дом, семья, работа. Им просто незачем взламывать все эти системы и вредить окружающим. Ну а те, кто живет так, как Карепанов-старший, действуют всё-таки немного иначе. Более грубо. Либо… — он тонко усмехнулся, — так же, как мы сейчас. Но никто не кричит об этом вслух. И мы, пожалуй, тоже не будем. Поехали дальше.

По оставшимся трем официальным квартирам находилось примерно то же самое, менялся лишь район, этаж и количество квадратных метров. Последнее — незначительно. При этом мы не поленились выяснить, что коммунальные платежи проплачены авансом до конца года, а значит хотя бы об этом не нужно беспокоиться, и отправились дальше.

В квартиру, которая была куплена на фальшивую личность.

От предыдущих она отличалась тем, что находилась в исторической части города и доме старой постройки. Раньше это был доходный дом купца Рябчикова, но в прошлом столетии купец проворовался и здание продали на торгах, сделав из него обычный многоквартирный дом на пару десятков квартир. Три этажа, старинное оформление фасада, высокие потолки, толстые стены и непривычно узкие окна. Без консьержа. Без электроники.

В итоге мы спокойно поднялись по лестнице на третий этаж, прошли до конца коридора и нас встретила массивная дверь, запертая на три мощных замка.

Ага…

— Придется повозиться, — поморщился Саша, озвучив и мои мысли. — Как думаешь, где он мог хранить ключи?

— Не видела, — покачала головой, старательно морщась и вспоминая всё, что мы вынесли из особняка Карепановых в свой второй заход. — Наверное, в сейфе, но когда я там была ещё в первый раз, он был уже пуст.

— Но при этом папка с документами лежала в тайнике? — задумчиво проговорил Саша и потер подбородок. — Нет, не сходится. Давай ещё раз заглянем в особняк и поищем тайники. Мне кажется, ты могла найти не все.

Могла бы и поспорить, но… не стала. Я ведь действительно нашла самые явные тайники. Вдруг были посложнее и получше спрятанные?

В итоге лишь уточнила:

— Сегодня?

— Да. Дождемся ночи и заглянем в гости. Кстати, ты заметила за нами слежку?

— Слежку? — Кажется, у меня даже лицо вытянулось, а вот Саша снисходительно усмехнулся и кивнул. — И ты только сейчас об этом говоришь⁈

— Сначала думал, показалось. — Он пожал плечами. — Но потом почувствовал касание к ауре. Это определенно менталист и его интересую я. Кому успела дорогу перейти?

— Ещё и менталист⁈ — Мне аж поплохело, но разумом я лихорадочно искала причину стороннего интереса.

И не находила!

— Где он сейчас? Далеко? Мы можем его перехватить и допросить?

— Менталиста? — Саша посмотрел на меня так скептично, что я поморщилась, уже и сама понимая, какую чушь сморозила. — Сомневаюсь. Но нам надо понять, кто его за мной послал и зачем. Менталисты, знаешь, ли в принципе штучный товар и принадлежат преимущественно императору. Максимум светлым князьям…

— Да, я знаю, — нахмурилась, ловя за хвост странную мысль, пришедшую в голову, но… — Я знаю лишь одного князя. Оболенского.

— Рассказывай.

В файле, который я подготовила для ознакомления с жизнью Саши Белькова, Оболенского я упоминала лишь вскользь, как и его дочь, которую спасла от аномального кабана, но сейчас пришлось вспомнить все нюансы и подробности обеих встреч. Особенно второй.

— Да, это вполне может быть с его подачи, — нахмурился братишка. — Но зачем?

— Не знаю, — нахмурилась тоже. — Мне показалось, он недоволен итогом второй встречи. Но менталист? Это слишком…

— Слишком, — согласился Саша. — И избавиться от него надо как можно скорее, пока мы с тобой ещё никак себя не проявили.

— Мы уже засветились по четырем адресам, где я якобы снимаю квартиру, — скривилась, костеря себя последними словами. Как я не заметила слежку⁈

— В этом нет ничего криминального, — возразил мне Саша. — Тем более квартиры официально принадлежат Карепановым, сделки чистые, я проверил. Да, странность есть, но предъявить нам нечего. Тем более князь сам вручил нам три миллиона, есть с чего шиковать. И знаешь… Пожалуй, сегодня мы никуда не полезем. Торопиться не стоит. Посмотрим, что предпримет менталист, может и сам отсеется. А пока…

Он очаровательно улыбнулся, посмотрев на меня совсем иначе.

— Поужинаем в кафе? Угощаю.

Это было неожиданно, но так… приятно, что я сначала неуверенно улыбнулась, а потом рассмеялась и кивнула. В самом деле, почему бы и нет?

В итоге мы отправились не просто в кафе, а в кафе, которое принадлежало родителям Руслана. Того самого мужчины, который продал мне легковушку целую вечность назад.

Грузинская кухня впечатлила нас обоих обилием блюд, приготовленных на вертеле и мангале, причем это было не только мясо, рыба и дичь, но и овощи, и даже сыр, так что лично я была искренне обеспокоена своей фигурой. Всё предложенное выглядело и пахло настолько вкусно, что из-за стола, боюсь, я выкачусь колобком!

Если вообще выкачусь!

— Вина? — предложил чернявый и улыбчивый официант, когда мы для разогрева заказали по шашлычку с разными соусами и легендарному хачапури, всерьез подумывая ещё о паре десятков блюд.

— Нет, — моментально отказался Саша, ведь был за рулем, но потом вопросительно взглянул на меня.

— Нет, спасибо, — отказалась тоже, не желая туманить разум, когда за нами слежка. — Лучше чаю. Какой у вас самый вкусный чай?

— Секунду!

Мне тут же предложили чайную карту и посоветовали зеленый чай с жасмином и цитрусами, которые прекрасно оттенят вкус мяса. Хм, неплохо…

— Да, давайте вот этот.

Для верности заказав ещё и по кебабу с овощами на гриле, мы обменялись заговорщическими взглядами и не знаю, как удержался от соблазна братишка, но я заказала себе и традиционные грузинские сладости — виноградный пеламуши, гозинаки и конечно же, пахлаву. И пускай это было скорее восточное лакомство, чем традиционно грузинское, тут его тоже подавали.

Пока ждали заказ, я с интересом осматривалась, отмечая, что обстановка тут с налетом национальных особенностей и мне очень нравится. На стенах аккуратно оформленная кирпичная кладка, между столиками декоративные ажурные колонны с традиционным орнаментом и резьбой по дереву, сами столики деревянные и в целом много натурального. Под старину.

Народу пока немного, мы пришли рановато, не было ещё и шести, но пока ждали заказ, люди начали подходить и минут через сорок большинство столиков были уже заняты. Что примечательно, в основном черноволосыми и носатыми представителями этого дружественно русским народа. Кавказ, насколько я знала, уже давно входил в состав этой империи, но всё равно оставался сложной территорией со своими традициями и особенностями. Помимо прочего они граничили с османами, которые то дружили с нами, то не очень, и вооруженные конфликты вспыхивали с регулярной периодичностью раз в три-пять лет.

Заметила я и менталиста, который присел у барной стойки минут через десять после того, как мы вошли в кафе. Саша написал о нем в нашем внутреннем чате. Мужчина был ничем не примечателен и мне было сложно на него смотреть прямо, словно на нем стоял некий магический отвод глаз, но краем глаза кое-что получалось.

Так вот. Ничем не примечательный мужик! Совершенно!

Лет сорока, среднего роста, среднего телосложения… средней внешности, русоволосый и голубоглазый. Если бы Саша на него не указал, я бы никогда и ни в чем его не заподозрила. И это был тревожный звоночек. Как давно он за мной следил? Сколько чего успел узнать?

Мне было откровенно не по себе…

«Расслабься, ты слишком напряжена, это видно», — посоветовал мне братишка в нашем системном чате, на что я сморщила нос и откинулась на спинку мягкого стула, прикрываясь кружкой с чаем.

«Почему именно менталист?» — задала вопрос, который мучил меня уже не первую минуту.

«Думаю, совсем скоро мы это узнаем», — предположил Саша. — «Он явно показался нам на глаза не просто так, а значит планирует идти на контакт. Не волнуйся, у меня всё под контролем».

Угу. Не волнуйся. Легко сказать! И как вообще может быть под контролем менталист? Это же… менталист!

Гаврила скучал. Новое задание князя оказалось до зубовного скрежета скучным, но помотаться по губернии пришлось. Пацан, интересующий Святослава Олеговича, оказался, с одной стороны, невероятно шустрым и деятельным, а вот с другой — ничем не примечательной посредственностью. Ещё не пустышка, но близко. Совсем не то, что может пригодиться роду. У них таких двенадцать на дюжину.

За эти две недели, что менталист следил за парнем, Бельков занимался преимущественно организационными вопросами по созданию своего охотничьего отряда и тренировочной базы, а ещё помогал переселяться в деревню людям. Да, их он тоже пробил. Ну так, поверхностно. Чтобы понимать, почему именно они.

Ничего примечательного, осколки банды Гольяновских. Сам Карепанов, но не старший, а младший, уже жил в деревне, причем вместе с сестрой, так что в целом ничего удивительного.

Немного выбивался из этой картины отставной майор Тюменцев с позывным Гефест. Но и тут всё было объяснимо. Взял шефство над пацанами и наставляет на путь истинный. Молодец. Всегда уважал таких людей, которых не смогла сломить ни система, ни собственные демоны.

Карамазов, Орешкин… Команда подбиралась непростая, с историей. И на их фоне Александр Бельков смотрелся совсем бледно. Никак.

Да, неплохой организатор. Пробивной. Бойкий.

Но и только.

А потом появилась сестра… Одним днем. Раз и есть.

И вроде бы ничего особенного, у любого могут быть неучтенные родственники, но… Было в ней что-то странное. Цепляло что-то его профессиональную чуйку. Вроде бы обычная, но…

В чем именно было «но», Гаврила не мог объяснить даже себе. И это раздражало. Не любил менталист того, чего не мог объяснить. Опять же она совершенно не вписывалась в схему, которую Гаврила уже собирался провернуть, потому что приказ князя был однозначен: пацан должен служить роду. Точка.

И в то же время именно на родственных связях можно было сыграть настолько идеальную композицию, что любой дирижер обзавидуется. И, пожалуй, стоило уже потихоньку начинать воплощать план в жизнь.

Князь требовал результат.

Так, а это еще что за неучтенный фактор?

Нам уже принесли горячее и я впилась зубами в сочнейший бараний шашлык, аж прикрыв глаза и замычав от удовольствия, сидящий напротив Саша тоже оценил жареное на углях мясо, отправив в наш семейный чатик кучу восклицательных знаков. Неожиданно к нашему столику подошел смутно знакомый мужчина, в котором я лишь через несколько секунд признала Руслана Мамедова — он отпустил небольшие усы и бородку, буквально недельной небритости, но ему это удивительным образом шло.

А вот Сашу Руслан признал сразу, хотя и мне достались по-мужски заинтересованные взгляды, но сначала он радостно поприветствовал моего братца.

— Вай, дорогой, какая встреча! Выбрался таки наконец в наши гостеприимные края!

Торопливо маякнув Саше, что это Руслан, бывший владелец его нынешней машины, который зазывал его в это кафе, принадлежащее родителям, внешне я оставалась умеренно безучастной, не мешая «мужской беседе».

При этом сам Саша не терялся, выбрав иронично-доброжелательную манеру поведения, и первым делом заявил, что это самый роскошный шашлык, который он ел в своей жизни. Ещё бы! Вообще-то ему просто не с чем сравнивать. Но Руслану было приятно.

В итоге слово за слово, нас пригласили за общий стол, который был накрыт чуть дальше, и там собралось уже не меньше десяти мужчин разных возрастов и все грузинской национальности. К счастью, женщин тоже хватало и пускай их было всего шестеро, но я сразу для себя отметила, что каждая — красотка, пускай некоторым уже за пятьдесят, и держатся дамы с таким достоинством, словно каждая вторая — княгиня, я каждая первая — императрица.

При этом одеты были… Разнообразно. Мужчины опрятно, но обманчиво просто: в брюки и рубашки. Женщины в длинные платья с национальным колоритом и жакеты с вышивкой. Золотые украшения были у всех.

При этом Руслан сразу предупредил, что это обычное «семейное» застолье, хотя родным был лишь брат и их общие родители, а остальные оказались кузенами-кузинами и дядями-тетями, собравшимися на ужин в «узком» семейном кругу.

Сашу он представил родне, как друга, хотя убей, не понимаю, когда он успел им стать, ну а Саша, в свою очередь, был вынужден представить меня, как свою сестру.

И вот тут я поняла, что проблемы подкрались незаметно… Сразу три горячих горца, не связанные брачными обязательствами, включая самого Руслана, решили прощупать почву в моём направлении и начали не только активно заваливать комплиментами, но и вовлекать в разговор, не позволяя даже толком поесть.

Минут через десять это стало настолько явным, что на мужчин даже прикрикнула мама Нонна, шутливо, но в то же время строго заявив:

— А ну, угомонились, бестолочи! Накинулись на девочку коршунами, поесть не даете! Я вас разве так воспитывала? А ты кушай, милая, кушай. Вот, попробуй ещё ягненка запеченого, сама готовила.

И тут я поняла, кто поможет мне спастись от ненужного мужского внимания!

Потихоньку и крайне ненавязчиво я начала расспрашивать женщину об особенностях приготовления того или иного блюда, искренне восхищаясь вкусовым разнообразием представленных на столе яств и не забывая анализировать работу своих вкусовых сосочков. Зря что ли «гурмана» себе установила?

— Это изумительно! — восторгалась я едой и приятной беседой с женщиной, которая большую часть жизни провела у плиты. — А это что за соус? Какой насыщенный вкус! Это что-то ягодное, да? Нет, не пойму…

— Ежевичный соус по нашему семейному рецепту, — с гордостью призналась Нонна и подвинула мне блюдо с тушеной телятиной. — Попробуй вот с этим мясом, детка. Клянусь, ничего вкуснее в жизни ты не пробовала!

И я пробовала. Телятину с ежевичным соусом. Шашлык с магрельской аджикой, в составе которой были орехи. Запеченную утку с зеленым ткемали и кебаб с красным.

Чувствуя, что ещё немного, и будет уже перебор, а на столе ещё как минимум десяток не перепробованных блюд, я поняла, что нужно принимать меры. И срочно!

Ох, как же не хочется…

— Нонна, — я доверительно склонилась к женщине и изобразила дикое смущение, — не подскажете, где у вас дамская комната? Мне нужно… на минутку.

— Конечно, дорогая. Идем. Провожу.

Прошло от силы минут тридцать с момента, как мы оказались за их столом, но женщина уже уверенно взяла надо мной шефство, пресекая все мужские попытки завладеть моим вниманием. Как я уже успела понять, в их семье росло три сына и куча племянников, но при этом ни одной дочери и племянницы. Были, правда, уже внучки, но пока ещё слишком маленькие, чтобы сажать их за «взрослый» стол.

А тут я.

Ох, как бы мне таким образом не попасть из огня, да в полымя! В оборот меня, как я погляжу, уже взяли… Понятно, что я и сама не промах, но скорость образования нашей «дружбы», конечно, впечатляет.

Ну а пока…

От души поблагодарив Нонну, когда меня проводили до дамских комнат, и заверив, что дорогу обратно найду самостоятельно, я заперлась в индивидуальной кабинке, убедившись, что конкурентов на горизонте пока нет… И самым ужасным образом избавилась от уже съеденного, вызвав у себя рвоту.

Да, было неприятно. Причем вдвойне. Если не втройне! Во-первых, это всё действительно было вкусно. Во-вторых, сам метод удовольствия не доставлял. Ну и в-третьих… Желудок я, конечно, опустошила, и стало полегче, но вот на душе скребли кошки.

Люди старались, готовили. Угощали от всей души!

А я все их старания в унитаз… Но что поделать? Если не избавиться самой и вовремя, то неровен час, оно полезет обратно без моего ведома! Всё-таки желудок у меня небольшой, к обильному застолью не приучен.

В итоге повздыхав, но настроив себя на позитив (в меня влезет сладкое!), я ополоснула лицо и руки, изучила своё отражение в зеркале, отмечая, что нет ни единого намека на то, что я тут действительно делала, высушила руки под прибором, который гонял теплый сухой воздух, и вышла из туалета, но лишь для того, чтобы тут же попасть под прицел пронзительного взгляда менталиста.

Ох, черт!

Мы стояли в небольшом закутке, который надежно отрезал нас от шума и толпы, но вместе с тем не позволял мне позвать на помощь. А то, что мне не «привет» пришли сказать, я уже поняла.

В итоге я успела лишь обманчиво растерянно отпрянуть, прикидывая, куда лучше бить, чтоб наверняка, а мужчина уже схватил меня обеими руками за плечи, прижимая к стене, и вперился в меня ярко засветившимися глазами.

«Внимание, зафиксирована попытка установки стороннего приложения, не одобренного пользователем. Внимание, попытка установки отклонена, подозрительная программа помещена в карантин для дальнейшего анализа.»

Ого… Оно реально работает!

Не рискуя сопротивляться и на всякий случай расслабившись, а ещё изобразив отсутствующий вид, сама я послала сигнал SOS Саше, потому что понятия не имела, почему менталист решил взяться за меня и что именно он пожелал на меня установить.

Что-то внушить. Наверняка. Некую программу поведения. Или ложное воспоминание. Или ещё что. Но хватка у него, конечно, железная.

— Эй, что тут происходит⁈

Саша, мой умничка-брат и самый надежный защитник, сообразил явиться мне на выручку не в одиночестве, а с Русланом. Тут же застонав и изобразив умирающую лебедь, над которой планировали надругаться самым грязным образом, я сползла вниз… А менталиста уже запинывали ногами, не стесняясь в выражениях.

М-м, ну просто музыка для моих ушей!

— Ева, ты как? — с нескрываемым беспокойством спросил Сашка, поднимая меня с пола, куда я стекла с видом настолько умирающим, что, кажется, даже он поверил.

В это время Руслан уже позвал братьев и кузенов, на полном серьезе решая, на сколько частей резать этого мерзавца, покусившегося на честь их гостьи прямо в стенах семейного кафе, так что пришлось мысленно заверять братика, что я симулирую, а ему стоит вмешаться. Если этот менталист действительно человек князя, то его смерть нам не простят.

В итоге, с видимой неохотой передав меня в надежные руки Нонны, которая тоже примчалась на шум, как и другие её родственницы, сам братишка ловко обшмонал бедолагу менталиста, потерявшего от боли сознание (отпинали его смачно), нашел паспорт на имя Третьякова Гаврилы Иннокентьевича, коммуникатор… Смог его взломать и тут же нашел целый ворох фотографий, которые этот человек сделал за последние пару недель. На всех кроме последних, где мы были уже вдвоем, он снимал только Сашу.

В деревне, на тренировке, на прогулке с Локи, на встречах по вопросам покупки земли и строительства комплекса…

Как я могла не замечать его всё это время⁈ Как???

Мужчины галдели, требуя добить этого гада и вывезти из столицы по кусочкам, женщины (далеко не все!) взывали к благоразумию, а Саша продолжал изучать его коммуникатор и наконец добрался до чата сообщений. В том числе чата с князем.

Пробежался по нему глазами, не показывая остальным, зло хмыкнул и нажал на сигнал вызова, при этом подняв руку и прося у окружающих тишины.

Удивительное дело, но стало так тихо, что я услышала стук своего сердца, а потом и голос князя, донесшегося до меня из динамика коммуникатора.

— Да, Гаврила. Что опять? Ты отвлекаешь меня от семейного ужина.

— Какая жалость, — саркастично произнес Саша. — К сожалению, ваш Гаврила не может с вами побеседовать, ваша светлость. Устал. Кстати, не подскажете, какой сейчас срок дают за попытку изнасилования и ментального вмешательства? Моя сестра подверглась нападению вашего человека, что могут подтвердить многочисленные гости кафе, где мы сейчас находимся, и не планирует спускать ему это с рук. Не желаете объясниться?

Судя по тому, какое тяжелое молчание установилось на том конце трубки, такого эпичного провала с князем не происходило ни разу. И лишь секунды через три он сухо и отрывисто произнес:

— Александр, я приношу вам с сестрой искренние извинения за действия своего человека. Он жив?

— Пока да… — многозначительно хмыкнул брат.

— Александр, — посуровел Оболенский, — я прошу не принимать поспешных действий. Уверен, ты здравомыслящий человек и понимаешь, что у каждого действия могут быть свои последствия. Я сейчас же пришлю за вами машину. Прошу, примите моё предложение. Нам нужно поговорить. О вас с сестрой и вашем будущем. Клянусь честью рода, вам ничего не грозит. Всего лишь разговор.

Снова хмыкнув, Саша нажал отбой и посмотрел на меня, а в его взгляде мелькало столько всего, что я не дала бы сейчас за жизнь князя и ломаного гроша. А он у меня жесткий… Даже, наверное, жестче, чем я.

Но если бы напали на Сашу, я бы тоже миндальничать не стала. Так что я его понимаю.

Мамедовы снова загомонили, давая понять, что нельзя верить князю, на которого работают такие беспринципные люди, но Саша резко вскинул руку и, о чудо, снова наступила тишина. Словно кто-то магически выключил звук.

— Руслан, друг, — весомо произнёс братишка, глядя при этом на сурового грузина, — это не твоя война. Не горячись. Спасибо, что пришел на помощь в решающий момент, я не забуду.

Он приложил ладонь к груди и чуть поклонился.

Следом обратился к старшему поколению:

— Ираклий, Нонна, вы невероятно душевные люди и я бесконечно рад знакомству с вами. Побывать за вашим столом — честь для меня. Но это не ваша война, прошу, не вмешивайтесь. Вы мудрые люди, не стоит навлекать на себя гнев князя.

Судя по задумчивому кивку старшего Мамедова и скупой, но одобрительной улыбке хозяйки, им нравилось, как Сашка берет на себя ответственность за происходящее. Уверена, они бы обязательно помогли всем, чем могли, но прекрасно понимали, что князь действительно серьезная величина на политической арене страны. И даже всем родом им его не одолеть.

А потом братишка посмотрел на меня, но уверена, произнёс следующие слова для окружающих:

— Мы встретимся с ним и выслушаем его предложение. Но если солжет и вздумает нам навредить, пусть пеняет на себя.

После этих слов горцев снова прорвало, но на этот раз подбадривающими возгласами. В итоге менталиста куда-то уволокли, причем вроде бы даже не добивать, а просто в сторонку, чтобы людей не тревожить почем зря, а мы снова оказались за столом.

В самом деле, не у стеночки же людей князя ждать? К тому же Сашка уже успел шепнуть в наш с ним общий чатик, что в сообщениях Гаврила упомянул место, где мы находимся, так что где нас искать, князь знает.

Ну а пока люди Оболенского мчались к нам через всю Москву и её вечерние пробки, мама Нонна окружила меня такой заботой, уже в открытую называя «дочка» и подкладывая самые вкусные кусочки десертов, что я была уже не прочь и сама прокатиться до князя. Посмотреть в бесстыжие глаза Святослава Олеговича и поинтересоваться «какого хрена, уважаемый⁈».

Хотя какой он после этого «уважаемый»… Псина позорная!

А ведь мой Советник уже расшифровал то, что на меня пытался установить менталист! Тварь дрожащая! Уж не знаю, почему мой организм воспринимает чужие ментальные волны, как программный код, но этот гад собирался сделать из меня свою послушную куклу, которая бы выполняла его ментальные приказы. И для начала склонила бы Сашку к службе у князя! Всеми, черт возьми, правдами и неправдами, включая истерики, угрозы и даже шантаж!

Вот только что-то мне подсказывает, что этим бы дело не закончилось… Извращенец старый!

Сколько раз он уже это проворачивал? Вот бы сделать с ним то же самое!

И тут меня осенило.

Менталист хотел вложить в мою голову программу. Готовую ментальную программу! Программу, которая сейчас лежит у меня в карантинном боксе.

А могу ли я вложить эту программу… Ну, допустим, в него? Так сказать, отзеркалить воздействие! А?

Тщательно обдумав этот вопрос и со стороны наверняка выглядя откровенно отстраненной и рассеянной, в итоге поняла, что скорее всего нет. Не смогу. Менталистика — это всё-таки не чистое программирование. Хотя тут как посмотреть. Принцип схож, но методы воздействия разные. Менталисты управляют тончайшийми энергиями, воздействуя непосредственно на разум. То, что мой разум способен трансформировать это воздействие в код — моя особенность. Обратно код уже не послать.

То есть фактически, благодаря этой буферке с перехватом я обрела иммунитет к ментальному воздействию. Супер! Но при этом энергии уже перестали быть ментальными, а трансформировались в нечто совершенно иное. В цифромагию!

А если отзеркалить их до того, как я помещу эти энергии в карантинный бокс? Это вообще реально? Не захватывать, а отторгать сразу при получении. Советник?

«При нынешних исходных данных подобное невозможно», — последовал незамедлительный ответ. — «Программа-перехват всегда сначала перехватывает и помещает в карантинный бокс».

Хм, досадно… Да и ладно! Не стала безвольной куклой — уже хорошо.

А ещё лучше то, что эта же программа стоит и на Саше. Её я скопировать смогла.

Несмотря на то, что за столом меня активно отвлекала от «тяжелых дум» Нонна, а Саша невозмутимо общался с мужчинами, словно ничего не произошло, я без труда смогла расписать в нашем с ним общем чате все свои находки и выводы, под конец поздравив нас с ним наличием иммунитета на ментальное воздействие. Как минимум на ментальное!

Правда, вряд ли оно будет обладать схожим действием, если на нас попытаются воздействовать стихиями, но… Надо будет при случае проверить. Смогла же я преобразовать в код молнию, которой меня шандарахнул грозовой волк!

Может и с другими стихиями подобное возможно?

И этот вопрос я тоже озвучила в нашем семейном чате. Сашка умный. Пусть думает. Все не мне одной страдать!

В момента звонка князю прошло минут сорок, когда в кафе вошли ничем не примечательные мужчина и женщина. Лет тридцати, привлекательные, хорошо одетые. С лицами, на которых застыли маски безупречной строгой вежливости.

Мужчина темноволос и покрупнее, определенно военный, о чем говорит профессиональная выправка. Женщина… Тоже непроста и явно знает, что такое командная работа.

Они подошли к нашему столу, за которым резко стихли все веселые разговоры, и первым делом женщина скользнула оценивающим взглядом по мне, а мужчина обратился к Саше:

— Добрый вечер, Александр. Позвольте представиться, Гордей Наумов, сотрудник его светлости Князя Оболенского. Моя спутница, Глафира Разина. Прошу вас, пройдемте с нами, князь желает побеседовать с вами и вашей сестрой.

Не торопясь вставать и выказывать иное рвение, Саша слегка наклонил голову, внимательно изучая посланников князя, и мужчина, словно запоздало спохватившись, торжественно добавил:

— Его светлость гарантирует неприкосновенность вам и вашей сестре. Это всего лишь беседа. Мы вернем вас обратно сразу, как она завершится.

— Мы будем ждать, — многозначительно произнес Мамедов-старший, всем своим видом давая понять, что слова посланца услышаны и если он их не сдержит, то пусть пеняет на себя. — Саша, уважь людей. Всё-таки старались, ехали.

Уверена, абсолютно все услышали в его словах иронию, а то и издевку, но на лицах Гордея и Глафиры не дрогнул ни единый мускул. А неплохо их князь выдрессировал… Такие и убьют, глазом не моргнув.

— Исключительно из уважения к вам, батоно, — с отчетливым уважением кивнул братишка Ираклию и на лице грузина расплылась довольная улыбка.

Только после этого Саша кивнул мне и мы вышли из-за стола.

Как оказалось чуть позже, к кафе подъехали не только Гордей и Глафира, но и команда медиков, которым уже выдали Гаврилу, о чем нам сообщил Руслан, который вышел нас провожать, да мы и сами увидели, как мужчину, который до сих пор находился без сознания, укладывают на специальные медицинские носилки и уносят в специализированный автомобиль. Что примечательно, это была не городская карета скорой медицинской помощи, а что-то похожее, но явно частного происхождения. Впрочем, не принципиально.

— Брат, я буду ждать, — снова многозначительно повторил Руслан, пожимая Саше руку и заглядывая в глаза. После улыбнулся мне и немного неловко добавил: — Ева, не хочу, чтобы у тебя оставались о нашем кафе негативные воспоминания. Возвращайтесь и мы устроим настоящий праздник. Будем петь песни, танцевать и пить настоящее грузинское вино.

Рассмеявшись, я заверила его, что мы обязательно вернемся, потому что вино, песни и танцы — это серьезный аргумент, после чего мы дружно прошли к представительному внедорожнику, сев в него вчетвером (мужчины впереди, а Глафира рядом со мной), и отправились в городскую резиденцию князя Оболенского.

По крайней мере именно об этом сообщил нам Гордей, севший за руль.

При этом всю дорогу ехали в молчании, тишину нарушало лишь приглушенно мурлыкающее радио на ретро волне, которое с нашего разрешения включил водитель. Ну просто образец предупредительности! Интересно, в какой должности они работают на князя?

Я даже повернула голову к Глафире, проявляя чудеса бестактности и внимательно изучая её невозмутимое лицо, строгую прическу и деловой костюм, состоящий из белой блузы рубашечного кроя, юбки ниже колена и жакета темно-синего цвета.

— Вы хотите меня о чем-то спросить, Ева? — спокойно поинтересовалась женщина приятным, хорошо поставленным голосом, и посмотрела вроде бы доброжелательно, но таким таким, откровенно оценивающим взглядом, что я задумалась сильнее.

И спросила:

— А вы кем служите у князя?

— Специалист по переговорам, — одними губами улыбнулась женщина.

М-м…

— А вы маг?

— Всё верно.

— А какой направленности? — Ну да, я ощутила в ней дар, но понять его природу не могла, как ни старалась. Кажется, она дополнительно экранировалась амулетами и артефактами, причем они были не на виду.

И ответ меня очень сильно удивил.

— Я целитель.

— Целитель? — Я даже переспросила. — Зачем на переговорах целитель?

Нет, ну я как бы догадалась сама… Но нужно же поддерживать беседу, да?

— Целители способны лечить не только телесные травмы, но и психологические, — скупо улыбнулась женщина, продолжая изучать так внимательно, что конечно же заметила, как неприязненно скривились мои губы.

— Мозгоправ, значит, — процедила я, намеренно показывая своё негативное отношение к её специализации. — Значит, вы с этим уродом заодно? Тоже собираетесь покопаться в моих мозгах?

— Ни в коем случае! — поспешила выпалить женщина, в глазах которой я рассмотрела досаду. Что такое? Не ожидала, что я могу именно так вывернуть твои откровения? Ха! Я еще и не такое могу! — Мы не желаем вам вреда, Ева. Ни вам, ни вашему брату. Произошло досадное недоразумение…

— Хватит лгать, — ледяным тоном осадил её Сашка с переднего сидения. — Я видел переписку Гаврилы с князем. Он лично приказал ему внушить Еве определенную программу поведения, чтобы она уговорила меня работать на князя. Мне всё известно.

— Это… — Глафира явно пыталась подобрать нужные случаю слова, чтобы обелить князя, но в итоге поморщилась и повторила: — недоразумение…

— Ну да, ну да… — саркастично похмыкал Сашка и в машине снова установилась тишина.

Но на этот раз уже более вязкая и напряженная.

Но я еще не закончила!

— Гордей, а вы тоже маг?

— Маг, — не сразу и максимально ровным тоном ответил мужчина, не отрывая взгляда от дороги.

— А какого направления?

— Я кинетик.

У-у… опасный дядя! А учитывая, что его я тоже «прочитать» не могу, он как минимум мастер. А то и магистр! На князя же работает, а тот кого попало содержать не будет. Нас вообще вернут обратно или где-нибудь прикопают между делом? Что-то мне уже малость не по себе…

Как бы то ни было, до княжеской резиденции мы доехали целые и невредимые. Машина въехала на территорию особняка через распашные ворота, которые открылись при нашем приближении сами, проехала непосредственно до здания и Гордей заглушил мотор.

В сам дом нас сопровождали оба переговорщика, причем двери нам открыл всамделишный дворецкий, сообщивший, что князь ожидает нас в своём кабинете. Дом… скорее даже дворец, потолки в котором были никак не ниже четырех метров, а со всех сторон на нас сияло мрамором и позолотой, оказался настолько большим, что до кабинета мы добирались минут десять, не меньше.

А когда оказались внутри, то я словила дежавю — снова огромное помещение и один-единственный занимающий его человек.

У князя комплексы? Или положение обязывает? Даже не знаю, какое из предположений вернее!

Как бы то ни было, в кабинет мы прошли вчетвером, что меня немало удивило, причем сам князь не сидел за столом, ожидая нашего прибытия, а стоял у окна и обернулся сразу, как открылась дверь. Он был одет не по домашнему, но и не слишком строго — темные брюки прямого кроя и голубая рубашка с длинными рукавами. Пара верхних пуговок расстегнуты.

На лице выражение деловитой озабоченности, а вот в глазах… в глазах ледяная решимость и холодный расчет.

Тут же маякнула Саше в чате, что дело пахнет керосином и он согласился, что нужно быть настороже. Это же князь! Царь и бог на отдельно взятом клочке земли. Стоит ему подать знак — и нас ликвидируют только потому, что так захотелось его левой пятке. И никакие Мамедовы ничего ему не сделают…

И всё же для начала он решил поиграть в гостеприимного хозяина.

Сам подошел к нам ближе, приветствуя кивком и словами, жестом пригласил присесть на диваны, которые стояли полукругом напротив зажженного камина, в котором танцевало пламя, и когда мы сели (мы с Сашей на крайний диван слева, он в центре, а его люди на крайний диван справа), то первым делом предложил напитки, а когда услышал отказ, произнес:

— Я прошу прощения за действия своего сотрудника. Уверен, это было недоразумение и все виновные обязательно понесут наказание.

У меня аж бровь дернулась от столь вопиющей лжи. Он себя наказывать что ли собирается? И каким, простите, образом?

Сашка тоже приглушенно хмыкнул и достал из кармана коммуникатор менталиста.

— То есть это не вы отдали ему прямой приказ о ментальном воздействии на мою сестру?

Князь внимательно изучил гаджет в руке моего брата и качнул головой.

— Нет. Я не отдавал ему подобный приказ.

Недоверчиво приподняв брови, Саша разблокировал устройство… И усмехнулся, качая головой, а я увидела, что коммуникатор мертв. Просто мертв. Его нутро выжжено и вынуть из него какие-либо данные невозможно.

Заба-а-авно… Когда успели? В машине или пока мы шли этими бесконечными коридорами? Это был артефакт или… цифромаг?

— Браво, — неприязненно скривился Саша, отбрасывая бесполезный кусок пластика на стоящий между диванами чайный столик, — отлично подчищаете свои промахи. А теперь к делу. Зачем вы нас пригласили?

— Ох уж эта нетерпеливая молодежь… — покачал головой князь, при этом глядя на нас, как на пыль под своими ногами. — Категоричные, непримиримые… Не видящие дальше своего носа. У меня к тебе предложение, Александр. И раз уж ты так любезно заглянул ко мне в гости со своей очаровательной сестрой, то… Грех этим не воспользоваться.

На меня посмотрели взглядом расчетливого дельца, а я вдруг ощутила, что не могу двигаться. Ни моргнуть, ни рот открыть, ни пальцем пошевелить. Что за…

«Внимание, зафиксировано внешнее воздействие!» — сообщила мне система перехвата. — «Внимание, воздействие перехвачено и перемещено в карантинный бокс для анализа».

На миг я снова почувствовала, что могу шевелиться, но уже в следующий всё повторилось.

«Внимание, зафиксировано внешнее воздействие. Внимание, воздействие перехвачено и перемещено в карантинный бокс для анализа…»

Какого черта⁈

Пока я недоумевала, а у меня перед глазами вспыхивали и гасли сообщения, князь протянул Саше тонкую папку с бумагами.

— Ознакомься и подпиши.

Нахмурившись и явно заподозрив князя в некоем злом умысле, тем не менее Сашка взял документы и начал внимательно их читать. Попыталась хотя бы скосить глаза в ту сторону, но увы, у меня ничего не вышло — пауза между онемением и освобождением была слишком короткой, а перед глазами уже рябило от однотипных сообщений.

Нет, я уже догадалась, что на меня воздействуют. Но кто и чем? Это… Паралич?

Советник, анализ воздействия!

«Секунду…» — отозвался мой невидимый помощник и в итоге прошло пять, когда он пробился сквозь новые сообщения системы, сообщив: — «Чистое магическое воздействие кинетического спектра. Цель программы — полное обездвиживание объекта».

Вот же… твари! Теперь понятно, зачем они тоже тут! Но какой в этом смысл? Я имею в виду глобально. Ну сижу я на попе ровно. А дальше что? Или это лишь начало?

Сумев скосить глаза на Гордея, вдруг отметила, что мужчина выглядит бледно и по его вискам катится пот. Пока это заметила лишь я, да и он сам. Князь сосредоточился на Саше, Глафира пристально наблюдает за мной, а вот Гордей… Кажется, не справляется. Ещё бы! Ведь я перехватываю каждый его импульс и ему приходится воздействовать на меня снова и снова, прикладывая всё больше усилий. Ха! Так тебе, гад!

Искренне радуясь, что программа-перехватчик способна нивелировать и воздействие кинетических волн, которые тоже при контакте со мной превращаются в программный код и удаляются в карантин, пока не стала говорить об этом Саше, предпочтя поинтересоваться, что же там такого интересного написано в документах.

Меня же сейчас любопытство сгрызет!

«Ничего интересного», — отписался братишка. — «Меня всего лишь хотят взять в рабство служения».

Закончив читать, Саша закрыл папку и внимательно посмотрел на обманчиво расслабленного князя, которого выдавал напряженный взгляд.

— Ваша светлость, мне казалось, в прошлую нашу встречу мы решили этот вопрос. Я отказался, а вы согласились с моим решением. Что изменилось?

— Я дал тебе время подумать, — нагло заявил Оболенский. — От таких предложений не отказываются, Александр.

— И всё же позвольте сказать вам «нет», — ровно произнес братишка, откладывая на столик и папку, после чего поднялся на ноги. — Я свободный гражданин Российской империи и приказывать мне вправе лишь император. Не вы. Мы уходим.

— Что ж… — Князь неприязненно скривил губы и слегка прикрыл глаза. — Иди. Но твоей сестре, как мне кажется, по душе моё гостеприимство… Думаю, она останется. Кстати, для неё у меня тоже есть предложение. — На меня перевели по-мужски оценивающий взгляд. — Уверен, она намного благоразумнее тебя и обязательно на него согласится. Верно, Ева? Прошу, кивни, если согласна.

Ха! Размечтался, старый козел!

В этот момент на меня смотрели все. Кинетик со злостью, ведь он никак не мог установить над моим телом четкий контроль, действуя уже на пределе сил. Целительница настороженно, то ли отслеживая моё самочувствие, чтобы её напарник не перестарался, то ли что-то уже заподозрив. Князь с предвкушающим торжеством…

А Саша капельку хмуро.

И тут же мне в личку прилетело сообщение:

«Почему ты настолько неподвижна?»

Я медленно повернула голову к нему, воспользовавшись тремя микроскопическими паузами между воздействиями, но ответила в чате, потому что говорить пока не могла. Да и не успела бы.

«Кинетик пытается взять контроль над моим телом, пока ведем равный счет. Глянь на него, он аж вспотел и скоро сознание потеряет. Прикольно, да?»

Судя по мрачной ярости, которая мелькнула в его серых глазах, он так не считал.

При этом он бросил косой взгляд на Гордея, моментально увидел его состояние, граничащее с обмороком, зло усмехнулся… И сел обратно, слегка приобнимая меня за плечи, отчего уже следующее воздействие кинетика растеклось по обоим нашим телам и магу стало в два раза тяжелее.

— А знаете, ваша светлость, у вас весьма любопытные представления о гостеприимстве. Где учились? Неужели в академии магии? Или именно этот предмет вам преподавали индивидуально?

— Дерзишь, — нехорошо прищурился князь.

Я чувствовала, обстановка накаляется с каждой секундой и Оболенский не тот человек, который отступится от своих целей просто так, но как выскользнуть из этой ситуации без потерь, уже не представляла. Нас либо сейчас прогнут… Либо убьют, чтобы никто не узнал, что прогнуть не получилось.

И тут случилось непредвиденное.

Дверь кабинета распахнулась и в него стремительно ворвалась светлая княжна Дарья.

— Папа! — заявила она, буквально подскочив к нам. — Ты… Как ты мог⁈

Её прелестное личико полыхало праведным негодованием, а глаза блестели от подступающих слез.

— Как… Как ты мог⁈ — снова выпалила она дрогнувшим голосом, пока я по мысленной команде Саши художественно сползла в обморок, пускай и не понимая, зачем, но не став спорить. Он явно понимал больше меня и уже что-то задумал. — Гордей, прекрати сейчас же! Мерзавец! Ты… Ты убил её⁈ Убил сестру человека, который спас мне жизнь⁈

— Дарья, прекрати! — строго осадил её князь, резко поднимаясь на ноги. — Что ты несешь⁈

— Что я несу⁈ — выпалила она и я, бессовестно пользуясь эхолокацией, увидела, как она подскочила к чайному столику, схватила с него бумаги, торопливо перелистала и обличительно затрясла ими в воздухе. — Что ты творишь⁈ Угрожаешь! Шантажируешь! Ты… Я всё маме расскажу!!!

Нда. А поможет?

Уж не знаю, насколько суровой была эта угроза, но тут Дарья выпалила:

— Мы уходим! Сейчас же! И только попробуй нас остановить! Ненавижу тебя! Тиран и самодур!!! И не вздумай больше трогать моих друзей, отрекусь!

Князь, подозреваю, впал в ступор, не сказав ни слова, потому что в полнейшей тишине Саша подхватил меня на руки и мы вышли из кабинета князя. Воздействие на моё тело прекратилось ещё пару минут назад, когда я «потеряла сознание», но пока по мысленной просьбе Саши продолжала изображать обморочную, хотя не забывала отслеживать путь, по которому мы шли.

Шли мы… Далековато. Коридорами, лестницами, галереями… В итоге пришли, подозреваю, в покои княжны, где она дрогнувшим голосом предложила положить меня на свою кровать и вызвать её личного целителя. Последнее, правда, было произнесено неуверенным тоном, а потом она и вовсе… Расплакалась.

Тихо, скромно. Отвернувшись к окну и обняв себя руками.

Мне аж не по себе стало.

Подозреваю, не мне одной, потому что Саша, положив меня на кровать, подошел к девушке и просто обнял безо всякого подтекста, начав аккуратно поглаживать её по спине.

И тут она разрыдалась в голос, начав вываливать на него не особо приглядные подробности деспотичного характера отца, который вместо того, чтобы окружить её нормальной родительской заботой, превратил её жизнь в ад и золотую клетку.

Общаться только с теми, кого одобрит он. Учиться именно там, где решил он. Носить только то, что нравится ему. Вести себя так, чтобы не позорить его…

Даже Саша, как я поняла из её сбивчивого местами бессвязного лепета, понадобился только потому, что Дарья хотела бы видеть его рядом. Он показался ей… надежным. Тем, кому можно доверить спину. Тем, из кого получится прекрасный персональный телохранитель. После соответствующего обучения.

Но чего девчонка точно не хотела, так это принудить парня ко всему этому против его воли. Она… просто сказала отцу, что была бы не против. Если бы князь предложил и поспособствовал. А Оболенский уже все переиначил на свой лад.

Ну, в целом расклад ясен. Я одно не пойму, откуда она узнала, что мы в кабинете?

Задав этот вопрос Саше в нашем с ним чате, увидела ответ:

«Я ей написал. В личные сообщения. Когда прочел содержимое папки и понял, что простые пути отхода нам отрезали.»

Ага… Ну ты и стратег! Я в восторге! А телефон где взял? Вряд ли её номер есть в свободном доступе.

«Да, пришлось… постараться»

Отписка была короткой, но я подозревала, что постараться ему пришлось очень хорошо. И может быть даже на пределе сил. Поразительно…

Я за это время успела лишь ровно посидеть! Кажется, всё-таки отращивая волосы, грудь и задницу, женщины теряют нечто важное. Скорость принятия решений, способность стратегически мыслить и всё такое прочее. Даже как-то неловко перед братом.

Виновата-то в происходящем я!

Дождавшись, когда княжна начнет успокаиваться, я тихонько простонала и начала приходить в себя. Дарья тут же торопливо вытерла последние слезы и поспешила ко мне, присаживаясь на край кровати и обеспокоенно заглядывая в мое дезориентированное лицо.

— Ева, как вы? Понимаете меня? Что-то болит?

— М-м, нет… — выдала тихо и не очень уверенно, осматриваясь с растерянностью. — Где я? Что… что произошло?

— Ты упала в обморок, — заявил Саша с самым что ни на есть невозмутимым видом. — Переволновалась. Позволь познакомить тебя с княжной Дарьей Оболенской.

— О… — Я попыталась встать, но Даша оказалась на диво заботливой девушкой и положила на моё плечо ладонь, всем своим видом давая понять, что мне стоит ещё немного полежать. — Простите… Рада знакомству.

— И я, — немного натянуто кивнула девушка, глядя на меня с нескрываемой виной в заплаканных голубых глазах. — Очень рада. Вы точно в порядке? Может, позвать целителя?

— Нет! — выпалила и позволила ей увидеть свой страх.

Естественно, это моментально её расстроило и уголки красиво очерченных губ дрогнули и опустились, ну а я, всё же аккуратно сев на кровати, вопросительно взглянула на Сашу, всем своим видом намекая, что пора и честь знать. И он, коротко кивнув мне, обратился к Дарье:

— Ваша светлость, позвольте нам уйти. Нас ждут друзья, которые волнуются за итог встречи.

— Друзья, да… — Девушка торопливо встала и, немного судорожным движением поправив волосы, кивнула. — Да, друзья — это очень важно. Ева, вы точно в порядке? Сможете сами идти?

— Да, я… — Саша подошел ближе и подал руку, помогая мне встать. Приняв его помощь, я изобразила, что внимательно прислушиваюсь к своему самочувствию, после чего уже более уверенно кивнула. — Да, я в порядке. Простите, что так… Неловко вышло.

— Ничего… — Княжна явно чувствовала за собой особую вину. Но вот она рвано выдохнула и заявила: — Я провожу вас. Идемте.

И снова мы шли бесконечными коридорами, галереями и лестницами, в итоге очутившись в центральном холле, где неожиданно, а может наоборот, не случайно, пересеклись со старшими княжичами, которые как раз вышли из бокового коридора.

— Дарья? — удивился Даниил, мазнув по нам с братом искренне заинтересованным взглядом. — У тебя были гости?

— Да, — с подозрительным вызовом заявила девушка, слегка приподнимая подбородочек. — Вы знакомы, это Саша…

Мой брат почтительно склонил голову перед княжичами, не подавая руки, ведь был простолюдином и не имел на это права.

— О, действительно, — обрадовался Даниил, пока старший Дмитрий лишь слегка дернул бровью, причем с явным неодобрением. При этом средний первым шагнул к нам и протянул Саше руку для рукопожатия. — Александр, рад встрече.

И выразительно глянул на меня.

— Позвольте представить мою сестру Еву, — с едва заметным напряжением произнёс братишка, верно расшифровав взгляд княжича.

— Прекрасное имя для обворожительной девушки, — ещё шире улыбнулся Даниил и неожиданно завладел моей рукой, оставив на запястье легчайший формальный поцелуй.

Мне аж неловко стало. Чего это он? Я даже не безземельная дворянка!

При этом он снова сосредоточился на моём брате и вроде как в шутку поинтересовался:

— Как успехи в аномалии? Скольких ещё кабанов удалось завалить?

— Пока ни одного, — вежливо улыбнувшись, качнул головой Сашка. — Наша группа специализируется на скорпионах. Это не так зрелищно, но более прибыльно.

— Группа? — заинтересовался княжич. — У тебя есть свой отряд?

— Да, повезло найти единомышленников. Мы создали отряд и сейчас активно тренируемся на учебной базе «Олимп», которую курирует отставной майор Тюменцев, более известный в узких кругах, как Гефест.

— Ого! Да, слышал, что какие-то энтузиасты открыли ещё один тренировочный центр, — удивил своей информированностью княжич. — Молодцы. Мы, кстати, на следующей неделе снова планировали пойти в Мавринскую аномалию… Да, Даш? — Он подмигнул вдруг резко смутившейся сестре. — Так сказать, поработать над ошибками. Может, присоединитесь?

— Этот вопрос лучше обсудить с командиром, — дипломатично заметил братишка.

— Без проблем, — заявил Даниил. — Где вы находитесь? Подъеду завтра с утра, заодно гляну саму базу. Может что подскажу, как коллега коллеге? — Он подмигнул мне, словно хотел заручиться и моей поддержкой. — Мы тренируемся на домашнем полигоне, но только с лучшими специалистами. Думаю, обмен опытом будет полезен. Что скажешь?

Я видела, Саша колеблется, и понимала, почему. С одной стороны, нам совершенно не нужно внимание княжеской семьи. Учитывая то, кто мы на самом деле и какие цели преследуем помимо развития охотничьей базы. Но с другой… Если мы заручимся поддержкой не только Дарьи, но и Даниила, князь поостережется подсылать к нам новых «доброжелателей».

Думаю, Саша тоже это понял, потому что в итоге скупо улыбнулся и кивнул, озвучив Даниилу и адрес базы, и номер своего коммуникатора, чтобы звонил в случае чего.

В итоге распрощались мы чуть ли не лучшими друзьями, по крайней мере Даниил вел себя именно так, а вот Дмитрий всё это время простоял с каменным выражением лица и скукой в глазах. Вроде бы и присутствовал, но явно вынужденно.

При этом Дарья лично распорядилась, чтобы нас отвезли в кафе на служебном автомобиле рода, который подали прямо к крыльцу, и всё то время, пока мы наслаждались поездкой в комфортном салоне люксового авто, я пыталась понять, каков всё-таки итог визита к князю.

Можно слегка выдохнуть или пора паковать чемоданы и рвать когти в Норильск?

Сидя в кабинете в полном одиночестве с бокалом столетнего коньяка и пытаясь понять, когда умудрился допустить ошибку в воспитании единственной дочери, которая посмела выставить его в неприглядном свете при посторонних, великий светлый князь Оболенский Станислав Олегович больше любовался отблесками пламени в тягучем яндаре напитка, чем действительно размышлял.

Но поразмышлять было о чем…

Убить выскочек и тем самым уничтожить следы позора? Или проявить стратегическую мудрость и ослабить поводок? Мальчишка нагл… Но умен. Как он сообразил воспользоваться его дочерью? Когда? Наверняка связался ещё в кафе… Щенок!

Но как сыграл, а? Как по нотам!

Злясь и восхищаясь чужой изворотливостью, князь был слишком умен, чтобы только злиться. Да, он был восхищен. Дерзостью. Беспринципностью. Предусмотрительностью!

Далеко пойдет… Таки люди роду нужны. Пожалуй… Да. Пусть немного повзрослеет. Если не убьют другие, из него будет толк. Год, два, три… Он снова уделит внимание этим самородкам. А пока пусть думает, что он о них забыл.

Девчонка тоже непроста. Персональная способность? Неизвестный его роду артефакт? Уникальная магия, ослабляющая стороннее воздействие? Ни Гаврила, ни Гордей не смогли использовать её так, как планировалось.

Удача или… неизвестный ему фактор?

Официально девчонка цифромаг. Как и брат.

Но может ли быть такое, что эти двое дуалы?

А ведь это многое объясняет! Но кто конкретно? Неужели… Менталисты?

Нахмурившись, потому что подобный поворот сулил немалые проблемы в будущем (бесхозные менталисты!), князь снова изучил свой бокал на просвет и после короткой паузы кивнул сам себе. Да. Даниил справится. Кем бы ни оказались эти двое, сын выведет их на чистую воду.

Он этому обучен, как никто.

До кафе мы добрались без приключений, причем Саша заранее отписался Руслану, что мы едем и беспокоиться не о чем, но всё равно встретили нас, как героев, вернувшихся с войны, а потом… Потом было обещанное застолье, песни, танцы с национальным колоритом и, конечно же, восхитительное грузинское вино.

Говорились красивые тосты и подавались изумительные кушанья, играла живая музыка, невестки Нонны приятно поражали удивительными голосами и знанием стольких незнакомых мне песен, что становилось завидно, но вместе с тем я понимала, что и так уже выделилась, не стоит совсем уж звездиться. И позволяла блистать другим.

При всем этом Руслан снова активно намекал, что я похитила его горячее южное сердечко, приглашая на медленные танцы каждые двадцать минут, но в какой-то момент Саша отозвал его в сторонку, и Мамедов поумерил пыл.

Даже спросила, что он ему такого наговорил, на что братишка отписался в нашем с ним чате:

«Объяснил, что ты только недавно тяжело рассталась с парнем, а ещё упомянул сегодняшний эпизод с менталистом. Ты у меня вообще-то нежная и впечатлительная. Не до отношений тебе сейчас. Особенно в такой агрессивной манере»

Мысленно похихикав, не забыла поблагодарить. Руслан и впрямь был чрезмерно напорист и я бы может и не отказалась расслабиться в приятной компании, но что-то мне подсказывало, что уже на следующее утро меня потащат в ЗАГС. Причем мама Нонна и потащит.

А оно мне надо?

В общем, я веселилась, но в меру, не забывая следить за уровнем промилле в своей крови, чтобы не натворить лишнего, однако всё равно сумела получить ни с чем несравнимое удовольствие от прекрасного вечера и замечательной компании.

Это было так… здорово! Быть среди людей. Быть человеком! Быть красивой, юной, беспечной! Быть в центре внимания доброжелательных женщин и галантных мужчин!

Ах! Как же я сегодня счастлива!

В итоге застолье продлилось глубоко за полночь и расходиться окружающие начали только ближе к двум. Саша тоже намекнул, что пора и честь знать, я в принципе тоже это понимала, но это совершенно не помешало мне на прощание вдоволь пообниматься с Нонной и её невестками Софико и Мариам, обменяться контактами и пообещать однажды позвать их к себе в гости, чтобы угостить уже традиционными русскими блюдами, которые я приготовлю сама.

Ну не смогла я удержать язык за зубами, само вырвалось!

Руслан, нагло пользуясь суматохой прощания, так же, как и женщины семьи Мамедовых, расцеловал меня в обе щеки, хотя точно знаю, метил и в губы, но мне удалось избежать непоправимого, и он лишь мазнул губами по самому уголку, не справившись с досадой, промелькнувшей в глазах. Ох, горячий южный парень! Куда ж тебе так неймется?

Но вот, наконец, мы оказались в машине и Саша, заведя мотор, вырулил со стоянки, почему-то хмуря лоб.

В отличие от него, я ощущала себя как никогда довольной, и последний глоток вина плескался во мне безграничным легкомысленным счастьем.

— Саш…

— Да?

— Ты чего такой серьезный?

— Всё нормально, — поморщился.

Вот только я прекрасно видела, что всё далеко не нормально. И тоже посерьезнела, повернувшись к нему всем корпусом.

— Саша, рассказывай. Что не так? Тебе не понравились посиделки? Или насчет князя переживаешь?

— Посиделки? — задумчиво переспросил братишка. — Да, нет, нормально…

На долю секунды он скосил глаза на меня и выразительно вздохнул.

— Не вздыхай, — фыркнула, понимая, почему он это сделал. — Просто расскажи. Саш, ты знаешь, я могу тебя заставить. Но не буду. Что ты хочешь от меня скрыть и почему?

Он нахмурился сильнее. Не нравится, что напомнила о капсуле контроля? А что поделать? Мне нужен союзник, а не парень, который решил начать что-то от меня скрывать. Так ведь и до тотальной размолвки недалеко. А мы ещё не отомстили за семью Белькова!

И словно подслушав мои мысли, Саша твердо произнес:

— Это не касается нашей основной цели. Это… Личное. Пожалуйста, — он надавил тоном, — оставь мне хотя бы иллюзию самостоятельности. Хорошо?

— А вот сейчас обидно было… — Я нахмурилась. — Я в принципе тебя не контролирую и ты прекрасно это знаешь. Мы сотрудничаем на равных.

— Но при этом ты угрожаешь мне капсулой контроля, — криво усмехнулся он, не отрывая глаз от дороги.

Хм, а он за словом в карман не лезет… И это явно его бесит.

Но могу ли я позволить себе быть доверчивой настолько, чтобы убрать контроль прямо сейчас?

И что изменится, если я удалю блокиратор именно сейчас?

Не знаю, что повлияло на мои следующие действия: выпитое в кафе вино или иррациональная обида на Сашку, который вообще-то был не прав, но я просто вынула из бардачка охотничий нож, примерилась к своему запястью, точно зная, где именно под кожей находился контролирующий чип, и безошибочно резанула кожу.

— Ты что творишь, полоумная⁈ — рявкнул Сашка, выворачивая руль к обочине и тормозя так резко, что меня бросило вперед, но ремень безопасности удержал на месте и непоправимого не произошло.

— Ничего, — хмыкнула, убирая нож обратно и спокойно выдавливая из пореза крошечный микрочип, который протянула ему на подушечке окровавленного пальца. — На. Ты свободен. Счастлив?

— И дали же боги сестру, — процедил он, глянув на меня так зло, что я искренне удивилась.

Ну а сейчас что ему не так?

Сашка же, раздраженно дернув дверку бардачка, вытащил из него упаковку влажных салфеток и не просто бросил ею в меня (хотя я была уверена, что он поступит именно так!), а сам вынул из пачки пару салфеток и одной сначала вытер натекшую на кожу кровь (её было относительно немного, я знала, как резать), а вторую обернул так, чтобы закрыть ею ранку.

Чип он у меня так и не забрал. Даже не взглянул на него.

Закончив с раной, Саша снова сосредоточился на дороге и до самой деревни не произнёс ни слова, сжимая руль так сильно, что на руках выступили вены.

А я всё пыталась понять, что с ним происходит.

Что за психоз на ровном месте? Быть под контролем ему, значит, не нравится. А когда я избавила его от контроля, ему снова что-то не так. Так может дело не в контроле, а в самом парне?

В итоге я не выдержала и когда братец заглушил мотор, снова повернулась к нему всем корпусом и абсолютно серьезно спросила:

— Саша, у тебя всё в порядке с нервами?

Шумно вздохнув, он посмотрел на меня искоса, умудрившись одним взглядом передать всю глубину своего раздражения, но потом отвел взгляд и ответил:

— Всё у меня в порядке, Ева. Конкретно сейчас мне не понравилось то, что ты причинила себе боль. Для меня это личный… — он сморщил нос, — триггер. Я не помню его причину, но он есть. Не делай так больше. Спасибо, что… — он снова шумно вдохнул и медленно выдохнул, глядя перед собой, — сделала меня свободным. Для меня это действительно важно. Я не отказываюсь от наших планов. Левашов сдохнет. И сдохнет всеми презираемый. А сейчас идем уже домой. Поздно.

И всё же я отметила, что он не рассказал мне про первопричину своего дурного настроения, но настаивать не стала. Смысл? Всё равно не скажет. Только зря время тратить. Вместо этого я переоделась из платья в спортивный костюм, выкинув в мусорное ведро салфетки, потому что порез уже затянулся, и отправилась выгуливать Локи.

Не успели мы выйти за ограду, как к нам молча присоединился Саша, так же переодевшийся в спортивное, но уже минут через десять неторопливой прогулки под луной парень спросил:

— Что там с программами, которые заблокировал перехватчик? Разобралась? Я смог перехватить последнюю попытку воздействия кинетика, но это даже не стазис, а попытка зацепиться за твоё тело, минуя моё.

— Глобально ещё не разбиралась, — я подхватила его деловой тон, понимая, что не в моих интересах дуться на напарника. — Хотя начала, да. С менталом более или менее понятно, он пытался установить в моем сознании четко прописанный алгоритм действий. Мой процессор опознал это как индивидуально прописанную программу и в целом смысл ясен. Я имею в виду понятно, как магический код стал цифровым. Это ведь разновидность волн и пускай источник разный, итог един. Я могу перехватывать такие программы и скорее всего всё ментальное воздействие, но ни отражать, ни отправлять обратно не смогу. Во мне нет способностей к менталу, чтобы создавать волну нужной частоты. А устанавливать наши цифровые программы на людей невозможно.

— Уверена?

Я удивленно повернула к нему голову.

— Как ты себе это представляешь? Когда мы взаимодействуем с цифровой техникой, то воздействуем прежде всего на электронные чипы. В людях их нет. Отправить-то можно… наверное. Но куда оно встанет? И как? Подозреваю, скорее всего это будет обычная энергетическая волна. Ну или необычная. И её итог… — я качнула головой, — боюсь, предугадать невозможно. Она может и никак не сказаться, а может и стать причиной взрыва мозга.

— Хм, может… — согласился Саша некоторое время спустя. — Мы можем протестировать это на мышах. У нас есть свой профессор цифромагии. Почему бы не подкинуть ему новую задачку? Чем он сейчас вообще занят?

— Ну-у…

Я даже лоб потерла, старательно вспоминая наличие у Белькова хоть какой-то занятости после завершения выращивания гомункула. О, точно!

— Он анализирует наши с Локи мозговые волны, чтобы сделать его моим фамильяром.

— То есть моим, — хмыкнул Саша.

И я поморщилась. Вот да. Этот момент я не продумала.

— И как успехи?

— Не знаю, — пожала плечами. — В последнее время он фокусировался на тебе. Чуть ли не ночевал рядом с купелью.

— А Локи, я так понимаю, уже запечатлелся на тебе сам, — предположил парень, в этот момент посмотрев на волка, который ещё три минуты назад бегал по полю, тревожа ночных грызунов, но стоило нам заговорить о нем, как моментально вернулся и пристроился рядом, внимательно заглядывая мне в лицо. — Он послушнее собаки.

— Он умнее собаки, — не смогла не заметить и погладила своего волчонка по макушке, на что он тут же блаженно прикрыл глаза, не сбиваясь с шага. И пускай волчонок уже вымахал крупнее Полкана, он всё ещё был волчонком. — Знаешь, иногда мне кажется, что ещё чуть-чуть — и мы сможем общаться с ним мыслеобразами. В те разы, что я смогла коснуться его эмоций, они были невероятно яркими и понятными.

— Думаю, это из-за его магии, — предположил Саша. — В его основе электричество. Природное, но всё же электричество. Импульс, понятный нам, как код. Возможно, он считает тебя своей стаей, и я не стал бы отрицать наличие эмпатической связи между магическими особями одного вида. Ты ведь получила своё ядро от удара молнией. Сама стала в каком-то смысле грозовым волком…

И тут же спросил:

— А что по кинетику? Тоже программы в виде четкого кода?

— Ну да, — кивнула и мысленно заглянула в карантинный бокс, усмехнувшись. — За неполные двадцать минут воздействия он пытался схватить меня своей силой более пятисот раз. Примерно раз в две секунды. Бедолага…

— Можешь перекинуть мне одну программу?

— Зачем?

— Хочу кое-что проверить.

— Что?

— Ева, — Саша цокнул, — ты в кого такая дотошная? Просто перекинь мне программу. Я хочу установить её на себя и проверить, интегрируется ли она в ядро соответствующей способностью. Это ведь чистое силовое воздействие. Всё тот же магический программный код, схожий с цифромагией. Не стихии, а именно энергетические волны.

Хм-м… А ведь я тоже об этом думала. Но не рискнула. Да и когда? Не в кафе же.

— Давай сначала домой вернемся, — предложила, хорошенько обдумав его просьбу и возможные последствия. — Если тебя закоротит, не хочу тащить твою тушку на плече.

— Да, это будет… неловко, — хмыкнул и кивнул. — Хорошо.

И снова безо всякого перехода поинтересовался:

— А как тебе княжич Даниил Оболенский?

— В каком плане? — удивилась.

— Ну, он весьма галантен и приятен в общении, — прищурился Сашка. — В отличие от старшего, не сноб. Ну и на лицо вроде симпатичен. Девушкам такие нравятся.

— А ты откуда знаешь? — улыбнулась с иронией.

— Провел сравнительный анализ в сети примерно миллиона парней его возрастной группы, — удивил меня своим заявлением Сашка. — Да и просто поискал о нём информацию. Так что?

— Что?

— Что думаешь о нем?

— Да я в принципе о нём не думаю, — пожала плечами, удивляясь дотошности братца. — А что?

— Мне кажется, он будет к тебе подкатывать. — Саша был предельно серьезен и я снова уставилась на него с изумлением. — Что? Это было видно. По мимике, жестам, повороту корпуса. Подозреваю, завтра он явится в том числе для того, чтобы снова увидеть тебя. Спорим, пригласит как минимум в кафе?

— Да ну тебя, — хмыкнула, вдруг смутившись, хотя что душой кривить, мне было лестно, что мной заинтересовался привлекательный молодой княжич. — Ты же знаешь, мне не нужны отношения. Только время терять. Нам сейчас надо «Олимп» до ума довести, чтобы всё работало, как часы, да сосредоточиться на НИИ Левашова.

— А потом?

— А что потом?

— Дашь ему шанс?

— Саш, ты сейчас серьезно? — Я посмотрела на него, как на идиота. — Шанс на что? Завалить меня на сеновале и поставить в своём списке побед очередную галочку? Кто он и кто я? Он, конечно, довольно мил для аристо и даже не наследник, но и не барон из глубинки, который может позволить себе жену-простолюдинку. На что угодно готова спорить, что у него уже есть невеста из его круга. К тому же… — я цинично усмехнулась, — я слишком молода для серьезных отношений. Вот уничтожим Левашова и уйду в загул по кабакам и борделям. А потом по аномалиям. Оторвусь…

Я мечтательно прикрыла глаза, подумала ещё и добавила:

— И платье себе куплю. Белое-белое…

— И платье себе куплю Белое-белое…

По тому, как Ева это произнесла, Саша понял, что это не просто мечта. Это что-то очень личное.

И не стал расспрашивать.

Будет ей платье. И белое, и не белое…

Начиная с момента, как на неё напал менталист, Саша отчетливо понял, что готов не просто убивать.

Он готов уничтожать.

Всех. Любого.

Любого, кто смеет причинить ей вред.

Увы, приходилось сдерживать себя. Это не тот мир, где ему простят убийство без видимой причины. А он не тот, кто способен повелевать армиями.

Хотя нет, он способен. Но армий у него нет. Ни армий. Ни легионов. Ни даже гвардейцев рода.

Ведь он не аристо.

Чертов князь… Саша понимал, что их не оставят в покое. Не после такой пощечины самолюбию.

Что он предпримет в следующий раз? Наверняка затаится. Неделя, две, месяц. Может даже год? Но все равно захочет взять реванш.

Что ж, они не будут ждать. Изменить внешность гомункулу легко. Достаточно приобрести программу по изменению внешности. Купить фальшивые документы тоже не проблема, этот мир погряз в преступности и коррупции.

Но будет ли в этом смысл? Ева, она… Такая яркая. Живая. Просто магнит для неприятностей.

Матвей, Влад, Руслан, Даниил…

Он всё видел. Видел, как смотрят на Еву эти мужчины.

И отчетливо понимал, что не готов с этим мириться.

Не готов.

Вот только она считает его братом, а родственные отношения в этом мире табу.

Ладно хоть чип контроля удалила. На удивление легко. Вот только способ… Аж в глазах потемнело, когда увидел, с какой легкостью она себя режет. Теперь надо удалить свой, чтобы наверняка. Потом удалить Левашова.

А потом…

Потом он обязательно что-нибудь придумает.

А платье они купят вместе.

Мы уже возвращались к дому, когда Саша резко метнулся в высокую траву и вернулся оттуда довольный, сжимая в руке… мышонка.

Я озадаченно приподняла брови, а он приглушенно рассмеялся.

— У тебя такой вид, словно ты сомневаешься в моем рассудке.

— Есть немного, — усмехнулась. — Что ты собираешься с ним делать?

— Рядовой Мыш станет добровольцем в нашем эксперименте, — с серьезной миной заявил Сашка, но в его глазах мерцала ирония. — Установим на меня программу и буду пытаться понять, удалось ли мне стать кинетиком. Пробовать воздействовать на тебя бесполезно, подвергать риску Локи я не хочу, а вот мышонок вполне подойдет. Как думаешь?

— Подойдет, — кивнула, снова приятно удивляясь тому, как Саша думает наперед, и махнула рукой, уже заходя в дом. — Давай к тебе. Ложись на кровать, чтобы не упасть, если поведет. Сейчас принесу контейнер для рядового.

Через пять минут, отправив Локи спать на коврик в гостиной, мы устроились в Сашиной спальне. За эти два дня он ничего в ней не делал и она оставалась такой же безликой, как и в его отсутствие. Идеально застеленная кровать, ни одной вещи вне шкафа, дверцы которого закрыты до упора.

А вот я, когда переодевалась, просто бросила платье на кровать, а сумочку на комод. Да и на самом комоде у меня не так чтобы порядок…

Так, кажется я чрезмерно отвлекаюсь. Нервничаю.

А ну, успокоилась!

Сунув мышонка в небольшой контейнер, который закрыла не наглухо, оставив щелку для воздуха, я поставила его на тумбочку, а сама села на край кровати, куда уже улегся Саша, сняв кофту и оставшись в одних спортивных брюках и футболке. Она была темно-синей, с надписью на спине и я точно знала, что написано именно на этой.

«Я не ищу легких путей, мне лень».

Забавно…

Не знаю зачем, но я спросила:

— А ты носишь мои футболки потому, что тебе всё равно или тебя это забавляет?

— Ты про надписи? — сразу догадался братишка и я кивнула, а он усмехнулся. — Мне нравится. Есть в этом что-то… вызывающее. Дерзкое. А что?

Я качнула головой и в тот же миг отправила через своего советника файл, содержащий одиночное кинетическое воздействие на моё тело.

Саша моментально посерьезнел, прикрыл глаза, через секунду рвано выдохнул и поморщился, а через три открыл глаза и слегка потер грудину.

— Что? — спросила обеспокоенно.

— Дискомфорт, — снова поморщился Саша. — В ядре. Сложно оформить в ощущения. Слегка жжется и вместе с тем распирает. Где тем наш рядовой?

Я качнула головой в сторону тумбочки и Саша, сев, скрестил перед собой ноги в позу лотоса и уставился на мышонка.

Тот пискнул…

И лопнул.

— Ох! — выпалила, тут же переводя обескураженный взгляд на Сашу.

— Перебор, — цыкнул он и глянул на меня слегка виновато, но потом его губы медленно расплылись в улыбке. — Это работает, Ева. Это реально работает!

— Что? Что именно? Что ты сделал? — забросала его вопросами.

— Я теперь кинетик, — ухмыльнулся он ещё шире и в его глазах мелькнуло неприкрытое торжество. — Начинающий, правда, но это реально работает! Попробуй сама!

С какой-то стати дико разволновавшись, я по совету братишки тоже прилегла и разрешила установку одной из тех пятисот перехваченных программок, которые ждали своего часа в карантинной зоне.

Миг — и в груди действительно жжется. Словно что-то инородное хочет проникнуть в моё магическое ядро, затем проникает… И распирает его изнутри, увеличивая на пару процентов. Ох…

А в моей голове появляется Знание. Знание, как направить свои энергопотоки так, чтобы зафиксировать предмет. Сжать. Переместить.

Ошеломленно моргнув и осмотревшись, не увидела ничего, что можно было бы использовать в качестве тренировочного предмета. Хотя…

Мой взгляд вернулся к контейнеру и я, для верности помогая себе рукой, «взяла» его невидимым энергетическим потоком и «переставила».

— Да! — выпалила, когда поняла, что и мне это доступно. — Да, черт возьми!

Эмоции бурлили и просто зашкаливали, сидящий рядом Сашка улыбался во все свои безупречные тридцать два, а я стиснула его в объятиях так крепко, что он шутливо запросил пощады. Но при этом я тоже ощутила его руки на своей талии и какое-то время мы просто обнимались.

И я была так счастлива! Просто… Просто словами не передать!

Потом, правда, стало не очень удобно, ведь мы сидели боком друг к другу, так что пришлось отпускать собрата по счастью, но улыбка с моего лица, подозреваю, сойдет ещё не скоро.

— Как думаешь, реально освоить таким методом и другие виды магий?

— Надо пробовать, — заявил Саша. — Экспериментировать. Понять, как преобразовывать чужую магию в установочные файлы. В нашем распоряжении три мага: металла, тверди и воздуха. Попробую завтра расспросить об их способностях и понять, какое из воздействий будет опознано перехватчиком, как информационный поток. Думаю, что-то связанное с чистой стихией. Не камнем в лоб и не воздушным серпом по шее, а что-то попроще. Но я сам, хорошо? Я смогу оформить просьбу, как вариант тренировки, и никто не ужаснется, если во время неё получу травму, а вот с тобой это будет выглядеть слишком жестоко. Лучше удели время разминке и стрельбе. Договорились?

— Ну вот, — надула губы, цокая под конец. — Всё самое интересное — мимо. Этот мир несправедлив!

— Согласен. А теперь дуй к себе, надо ещё успеть выспаться.

— А ты чего раскомандовался? — возмутилась, но больше в шутку, уже поднимаясь с его кровати.

— Я мужчина, — ухмыльнулся он.

— И что? — фыркнула. — Я старше.

— И что? — скопировал он меня. — Я сильнее.

Вот тут он меня, конечно, уел, но…

— А у меня Локи есть!

— А у меня героически погибший рядовой Мыш, — хохотнул Сашка и взял в руки окровавленный изнутри контейнер. — Всё, дуй спать, старушка.

— Малолетка! — парировала и показала ему язык, тут же взвизгнув и метнувшись за дверь, когда он изобразил бросок, но… Догонять меня братец не стал.

Тихонько усмехнувшись, покачала головой. И всё-таки хороший мне брат попался. Не без тараканов, но хороший. Интересно, кем он был раньше? Вспомним ли мы когда-нибудь об этом?

Уже лежа в кровати перебирая в памяти события этого невероятно насыщенного дня, я вдруг вспомнила, что хотела скачать себе дополнение «Художник». Снова об этом забыла.

А может пора уже? Если я действительно задумываюсь об этом не впервые… Может, когда начну рисовать, вспомню хоть что-то? В итоге минимум минут тридцать я потратила на анализ доступных дополнений и расширений, тщательно прислушиваясь к микроподсказкам своей памяти, и в итоге выкупила и установила на свой процессор сначала общую программу «Художник», а к ней ряд расширений: графический рисунок, композиция, декоративно-прикладное искусство, мировые стили и живопись. Своего рода краткий курс академии художеств.

М-м… больновато.

С досадой потерев занывшие виски, попутно очистила карантинный бокс практически от всех накопленных программ, оставив там буквально десяток «подарочков» от кинетика и ту, которую пытался вложить в меня менталист. Передам их завтра профессору или Саше, пусть проводят опыты на мышах. Нам действительно надо понять суть происходящего. И сделать это как можно раньше.

Ну а пока пора уже расслабиться и поспать. Завтра снова будет непростой день. Надо быть к нему готовой!

Утром проснувшись привычно рано, неожиданно унюхала яркие ароматы кофе со специями и так этому удивилась, что едва не отправилась на кухню, как спала, голышом. Буквально в последний момент сообразила надеть новую домашнюю розовую туничку чуть ниже попы с роскошной надписью «командовать должен кто-то одна» и только потом вышла.

Ага…

— Чего не спишь? — удивилась, увидев Сашу за столом, причем он не просто пил кофе, а полноценно завтракал сложным омлетом с колбасками и томатами, а сверху всё это великолепие было посыпано сыром и зеленью.

Причем порций было две, как и кружек с кофе.

— Не спалось, — ответил он лаконично, салютуя кружкой и на миг задерживая взгляд на моей груди, где красовалась надпись. — Нда… Скромность — это не про тебя.

— Ой, не будь занудой, — рассмеялась и села напротив, с удовольствием изучая содержимое тарелки. — Купи себе тоже что-нибудь новенькое. Скинуть сайт фирмочки, которая лепит надписи на всё, что сам ткнешь пальцем?

— Да, давай, — охотно согласился братишка и я тут же мысленно перекинула ему информацию со своего нового коммуникатора на его, которым стал мой старый, но Саша им спокойно пользовался, явно не собираясь менять. — Кстати, я тут глянул одним глазом в твои книги, — он качнул головой на знакомый фолиант, явно принесенный из библиотеки-погреба, — конкретно в талмуды по менталистике, кинетике и цифромагии, и нашел одну любопытную зацепку, о которой рассуждали написавшие их профессоры. Они предполагают, что магия как таковая едина, а уже люди зачем-то начали делить её на стихии и прочее. Это как с профессиями. Кому-то проще даются точные науки, кому-то творческие. Но в начале всего этого находится человек. Личность. И в начале магии тоже находится единая энергия. А значит именно люди умудрились трансформировать её внутри себя, подстраивая под свои желания и способности.

— То есть?

— То есть стать мультимагом не так уж и сложно, — подытожил Саша, — как считается на текущий момент. Надо просто понять суть самой магии и не загонять себя в рамки. Хочешь создать воздушный поток? Создай. Хочешь высечь искру? Высекай. Это всё чистая энергия. Как свет. Как звук. Как движение. Понимаешь?

— Ага… — пробормотала, раздумывая над его словами, которые в целом звучали логично. — То есть, иными словами, нам достаточно написать программный код и запустить его в работу, придав магический импульс, чтобы он стал чистой магией?

— Точно! — Саша щелкнул пальцами. — Именно! Так, не отвлекай меня минут десять…

После этого его взгляд затуманился и я догадалась, что он окунулся в мир цифромагии, а то и вовсе в мировую сеть, но при этом Саша не забывал завтракать и пить кофе.

Я тоже задумалась над тем, какие уникальные возможности нам откроются, если мы сможем найти «тот самый» код, но в тоже время не торопилась с головой окунаться в программирование и поиск идеального рецепта всемогущества. В самом деле, пусть этим Саша занимается. Кто в нашей семье мужик?

А я буду им любоваться!

Поймав себя на мысли, что действительно любуюсь сидящим напротив парнем, поняла, что вместе с тем уже прикидываю, с какого ракурса, в каком освещении и антураже он будет смотреться выгоднее. Ага! Проснулись мои творческие способности? Ох, не догадалась вчера купить хотя бы скетчбук и карандаши! Я бы его уже сейчас зарисовала!

Впрочем, я ведь могу для начала его сфоткать. Чтобы прицепить к номеру коммуникатора, а?

— И что это такое ты сейчас делаешь? — озадачился Саша, когда я, сбегав в спальню за своим коммуникатором, выбрала идеальный по своему мнению ракурс и запечатлела в памяти гаджета лик своего божественного родича.

— Фотографирую тебя, — улыбнулась беспечно и вернулась за стол, одним махом допивая последний глоток кофе и подмигивая Саше. — Буду любоваться тобой сутки напролет!

У него так забавно вытянулось лицо, что я расхохоталась и покачала головой.

— Ладно-ладно, шучу. Не буду. В смысле сутки напролет. Но ты правда такой хорошенький у меня получился. Мне нравится на тебя смотреть, — я улыбнулась ему беспечно и, заметив, что он слегка смущен, доверительно добавила: — Я наконец скачала себе художника. Хочу на днях тебя нарисовать. Поможешь мне?

— Да, конечно. — Он всё ещё неловко кивнул, отведя взгляд в сторону и делая вид, что внимательно изучает дверной косяк. — Скажешь, что надо, сделаем.

— Са-аш, — протянула игриво и, дождавшись, когда он искоса на меня взглянет, снова рассмеялась. — Ну ты чего? Не смущайся ты так сильно.

И видя, что словами тут не помочь, поспешила перевести тему:

— У тебя что-нибудь получилось? По кодированию магии.

— Пока нет. — Он охотно поддержал разговор. — Не могу уловить главный принцип. Надо больше информации. Думаю, сегодня получится поработать с магами на тренировке, что-то да прояснится. В идеале бы пообщаться с Димитро… Постараюсь раскурить профессора на его контакты. Думаю, этот гений знает намного больше, чем мы. Ты поела? Давай выгуляем Локи, скоро на тренировку. Кстати… — он посмотрел мне в глаза, — не ходи по дому без белья. Пожалуйста. Я всё-таки мужчина.

Упс. И как он рассмотрел? Туника же ниже попы!

Или он про лифчик?

Тут же опустила взгляд вниз, отмечая, что соски и впрямь видно, даже слегка смутилась, морща нос, и молча ушла умываться-переодеваться.

Мужчина он… Он мой брат!

Хотя генетически мы не родственники. Хм-м… Но он-то не знает!

Или знает?

Задумавшись над этим, решила, что скорее всего нет. Он ведь не знает, из чего создаются гомункулы. Я вот тоже не знала, пока профессор не рассказал. Так, ладно. Не об этом сейчас надо думать.

Решив пока не брать сабельку, потому что понимала — в аномалию меня официально пустят ещё не скоро, я переоделась в спортивный костюм, долго выбирая футболку, и в итоге надела ту, где на груди витиеватым шрифтом шла довольно провокационная надпись «в моём омуте черти топятся».

И понимай, как хочешь!

Пока застегнула молнию, все-таки на улице по утрам было уже прохладно, градусов двенадцать не больше, и мы отправились выгуливать Локи. Пока бежали трусцой, я баловалась своими новыми способностями, аккуратно выясняя пределы своих возможностей. Тут упавшую шишку подняла одной силой мысли и кинула вперед, чем тут же заинтересовался Локи и кинулся её догонять. Там сорвала травинку и сунула под нос смешливо фыркнувшему Сашке. Сям подхватила плоский камушек и кинула в речку, отчего он забавно запрыгал по водной глади…

— Развлекаешься? — одобрительно кивнул братец, тоже периодически отшвыривая с нашего пути веточки, шишки и камушки, но больше в хаотичном порядке. — Кстати, мне кажется, у тебя получается лучше. Именно тонкие манипуляции. Давай после обеда проведем пару сравнительных тестов. Может сразу в аномалии? Вдвоём. Заодно разомнемся и посмотрим, на что мы реально способны. Без контроля со стороны майора.

— А давай! — обрадовалась. — У нас же пока никаких срочных дел нет?

— Особо срочных нет, — согласился Саша. — Сегодня начну озадачивать Карепанова и Медведева новыми для них должностями. Заодно намекну Шмелю, что Пчелке нужна более полезная квалификация, чем воровская. Надо понять, заинтересует ли её это саму. Потому что, если нет, особого толка не будет.

Я с умным видом покивала, после чего мы завели Локи домой, взяли оружие и, проведав профессора, который ещё спал (мы оставили ему завтрак), отправились в сторону «Олимпа».

Там нас уже ждали, причем будущие великие охотники не только весело приветствовали Сашу, но и поулыбались мне. На всякий случай братец предупредил Тюменцева, что в течение дня возможны высокопоставленные гости, в двух словах объяснив, кто такие и откуда они знакомы, после чего присоединился на пробежке к нам и тренировка началась.

Сегодня на удивление никто в мой адрес излишне не зубоскалил и клинья не подбивал, так что первая часть разминки прошла в штатном режиме, но когда пришла пора делиться на пары, чтобы отрабатывать удары в спаррингах, меня отправили разминаться на турники.

Хах! Чего испугались? Что снова покалечусь? Фантазеры! Мысленно показав Арзамасу язык, внешне изобразила пай-девочку и преспокойно прошла на брусья. И та-а-ам… Там-тадам!

Скинув кофту, начала разминаться.

Сначала простейший гимнастический комплекс, чтобы прислушаться к своему организму, который работал, как часы. Затем чуть посложнее. Стойка на руках, кувырок и эффектная «ласточка».

Сальто назад и снова стойка на руках с разворотом и переходом в поперечный шпагат.

Вуаля!

— Белькова! — рыкнул Карамазов в своей привычной грубой манере. — Что за гребаная клоунада? Разминайся нормально!

Фу, зануда.

— А мне нравится, — смело заявила Дарья, которую окружающие заметили только тогда, когда она заговорила. — Между прочим, акробатика требует превосходного владения телом, изумительной координации, выносливости и задействует абсолютно все группы мышц. Да же, Дань?

— Именно, — с восторженной улыбкой подтвердил её брат. — Ева, вы великолепны. Занимались где-то профессионально?

Они подошли со стороны административного здания, явно оставив машину как минимум за углом, потому что мы не слышали шум мотора, и были лишь вдвоём, без сопровождения. Одеты обманчиво просто, в спортивные костюмы нейтральных цветов и кроссовки, но я догадывалась, что их одежда стоит как весь наш тренировочный комплекс. Если не дороже! Всё-таки княжичи… Им положено держать марку даже в мелочах.

— Нет, сама, — улыбнулась, но не слишком широко, решив не поощрять и впрямь чрезмерный интерес княжича к своей отнюдь не скромной персоне. И подошла к гостям ближе, как и остальные присутствующие. — Доброе утро, ваши светлости.

— О, давайте без этого, — небрежно отмахнулся мужчина, внимательно изучая не только мою футболку с надписью, но и всех нас и, кажется, проводя даже некий анализ увиденного. — Мы с частным визитом, как коллеги к коллегам. Имен будет достаточно. Кстати, позвольте представиться, — он нашел взглядом майора и первым протянул ему руку, — Даниил Оболенский. Охотник с лицензией категории М-1.

Хм-м… М-1 — это маг с опытом регулярного посещения аномалий не менее пяти лет. Удивлена. Думала он так, балуется… А он реально охотник. У нас с Сашкой вообще категории ещё нет. Появится, только когда пройдет не меньше трех лет с момента выдачи и мы сможем документально подтвердить не менее десяти вылазок. Тогда дадут пятую. Если за три года их будет не менее пятидесяти, то дадут сразу третью. К пяти годам, чтобы дали первую, их должно накопиться не меньше сотни. То есть по двадцать в год. Примерно по две в месяц. Ага…

Дарья тоже представилась мужчинам, с особым теплом улыбнувшись Саше, но когда Даниил попросил окружающих провести себе экскурсию по полигону, девушка нашла взглядом меня и подошла ближе.

— Ева, а вы тоже тут тренируетесь? Честно говоря, не думала, что вы тоже охотник.

— О, это всё Саша, — нагло перевела я стрелки на братца. — Он с таким упоением рассказывал про аномалии, что я не удержалась и тоже решила стать охотником.

После чего попросила княжну мне не выкать (она ж всё-таки княжна!), и мы как-то совершенно незаметно перебрались в сектор для стрельбы. При этом я похвасталась Дарье своим арбалетом, а она смущенно призналась, что всегда обожала стрельбу из лука, но в аномалии с таким оружием делать нечего. Стрелы — не та убойная сила, которая остановит крупного хищника.

— А вот про арбалеты я не думала… — пробормотала она, когда я выпустила три стрелы одну за другой в идеальную десятку. — Можно попробовать?

— Конечно.

Приноровилась девушка быстро. И если первый болт кое-как зацепил тройку, то последующие довольно кучно ложились в семерки-девятки. Щечки княжны порозовели, глаза блестели азартом, да и в целом она выглядела искренне увлеченной. И очень хорошенькой.

Подозреваю, мужчины завершили экскурсию рядом с нами в том числе поэтому, но я сама отвлекаться не собиралась, принимая из рук Дарьи свой арбалет, чтобы сделать следующий выстрел.

И снова в десятку!

— Изумительно! — воскликнул княжич, тогда как остальные просто одобрительно зашумели-засвистели. — Просто изумительно! Ева, да вы настоящая Артемида!

Скосила на него вопросительный взгляд, передавая арбалет Дарье, а княжич улыбнулся во все свои тридцать два и рассмеялся.

— Да, меня уже просветили насчет вашей традиции давать прозвища присутствующим по именам богов из греческого пантеона. Возьмете меня в свою компанию? Думаю, мне подойдет имя Эфир. Что скажете?

Прекрасно зная, что Эфир — бог воздуха, а княжич маг именно воздуха, не торопилась заверять Даниила, что именно его нам и не хватало. Ещё чего?

— При всем моём уважении, Даниил, — я мило улыбнулась, — вы не олимпиец. Да и не мне решать такие вопросы. Кстати, я Афина. Артемида предпочитала лук.

И подмигнула Дарье, которая внимательно нас слушала. Как впрочем и остальные присутствующие. Думаю, девушка догадалась, на что я сейчас намекнула, рассмеявшись первая. Даниил тоже вежливо поулыбался, пряча за улыбкой досаду, ну а потом и Саша к беседе присоединился.

— Ева права, Даниил. Уж насколько я рад видеть в нашем захолустье настолько высокопоставленных гостей и просто опытных охотников, мы с вами в некотором роде всё-таки конкуренты. Из разных команд.

— Хм, верно, — иронично усмехнулся Оболенский и загадочно прищурился, после чего его осенило. — Что ж, воспользуюсь оказией и присвою себе право рассмотреть список имен из римского пантеона! Как говорится, те жа яй… — он кашлянул, обрывая фразу и скосив ироничный взгляд на нас с Дашей, и ещё веселее договорил, — только в профиль. Надеюсь, никто не против?

Естественно, дураков не нашлось, и пускай это выглядело уже как фарс, тем не менее Оболенский довел его до логического конца.

— Нарекаю себя Аквилоном!

Ну… Нормально. Римский Аквилон — это греческий Борей, бог северного ветра.

— Тогда я Диана! — весело выпалила Дарья, быстро уловив смысл происходящего и назвавшись римской версией Артемиды.

Решив, что никому не будет плохо, если я поддержу этот цирк, с улыбкой поинтересовалась:

— А как называется ваша команда?

— Вообще-то «Оболенские», — немного смутилась княжна, при этом с надеждой глядя на брата. — Но в свете происходящего надо подбирать новое название. Дань, что думаешь?

Вот тут княжич озадачился всерьез, а наши ребята начали набрасывать предположения: «Небеса», «Пантеон», «Римляне»…

— Спартанцы? — предложил Саша и княжна радостно захлопала в ладоши. Судя по её реакции, название пришлось Дарье по душе.

— Хм, а почему бы, собственно, и нет… — протянул Даниил, иронично улыбаясь. — Не патриотично, конечно, но только в Москве зарегистрировано не меньше дюжины «Витязей», «Соболей» и прочих «Бабров». Будем выделяться из серой массы как минимум названием. Так что там по ближайшей вылазке? Когда планируете?

Тут уже слово взял Тюменцев, как командир всего этого безобразия, и сразу предупредил, что квалифицированных охотников тут только двое: он и Саша, а когда я выразительно покашляла, намекая на то, что лицензии есть ещё и у меня (и у Матвея), он сделал вид, что не услышал, и добавил:

— Так что смотрите сами, Даниил. Всё зависит от того, что вы хотите. Короткую развлекательную прогулку или поход на весь день с целью максимального охвата территории.

— Конечно, на весь день, Роман Игоревич, — оскорбленно воскликнул княжич и бросил внимательный взгляд на меня. — Но вы ничего не сказали об остальных ваших подопечных. неужели больше ни у кого из них нет лицензии охотника?

Он знает. Он точно знает.

А значит… Он специально собрал о нас всю доступную информацию.

Вопрос: зачем?

Хм-м… Праздное ли это любопытство или задание князя, его отца? А ведь он не такой рубаха-парень, каким пытается казаться. Он умнее. Очень сильно умнее. И расчетливее.

Надо держать с ним ухо востро!

— Лицензии-то есть, — нехотя признал майор, тоже взглянув на меня, причем нахмурившись, — но лично я не уверен в должной квалификации этих ребят. К тому же Мавринская — не самая легкая аномалия. Что ни тварь — то с подвохом.

— Ну а мы с вами на что? — возразил Даниил. — Отец вот тоже считает, что Дарье можно ходить максимум в Аляпьевскую, где их хищников одни мелкие саблезубые хомряки. Но какой в этом смысл? Как она станет толковым охотником, если не биться против действительно сильного противника? К тому же я успел убедиться, полигон у вас оборудован грамотно, да и теорию вы наверняка даете им не ту, о которой пишут в сети, а наработанную личным опытом. Так что давайте, Роман Игоревич, позвольте и новичкам себя проявить. Я возьму пару опытных бойцов и целителя, они точно не позволят никому пострадать. Гарантирую.

А теперь вопрос. Нахрена ему мы?

Подозреваю, об этом подумала не одна я, когда Даниил с невозмутимой улыбкой добавил:

— Да и Дарье будет полезно поработать в команде с новыми бойцами.

Да-да. Именно о сестре он и печется. Мы именно так всё и поняли.

В итоге мужчины договорились на послезавтра, предварительно сверившись с прогнозом погоды, после чего Дарья с улыбкой поблагодарила меня за чудесно проведенное время, робко улыбнулась Саше, а Даниил, прощаясь с моим братом за руку, снова остановил взгляд на моей груди и с улыбкой поинтересовался:

— Это где такие забавные футболки продают, не подскажете?

— Мне брат подарил, — снова нагло прикрылась Сашкой и уже он был вынужден обещать Оболенским скинуть ссылку на сайт.

А мне в личку прилетело:

«Врушка»

«И заметь, нисколько по этому поводу не комплексую», — легкомысленно парировала я и изобразила повышенное рвение, когда Тюменцев сурово скомандовал завершение физической тренировки и переход к теоретической лекции по тварям именно Мавринской аномалии.

Как я и подозревала, сегодня майор был особо дотошен и хмур, беспокоясь о нашей безопасности в предстоящей вылазке, но я понимала, что успокаивать его словами бесполезно. Всё покажет практика.

Или не покажет.

Тем не менее к полудню нас отпустили и мы с Сашей, не сговариваясь, отправились к профессору. Стоило озадачить его делом, чтобы старик не заскучал и не ушел в запой.

При этом говорил Саша, я с умным видом помалкивала. Для начала рассказал о том, что спас на охоте княжну, но просто откупиться деньгами князю показалось мало и он решил заполучить себе перспективного слугу в его лице. Для чего натравил на меня сначала своего менталиста, а потом и кинетика. Нет, они не поняли, что мы гомункулы, иначе бы вели себя иначе. И нет, мы не будем уходить в подполье прямо сейчас, это вызовет лишь больше вопросов.

— Пап, — обратился Саша к Белькову так, как подсказала ему я, когда профессор начал суетливо метаться по гостиной, отчетливо нервничая, — успокойся. У нас всё под контролем. Я тебе больше скажу, мы уже освоили кинетическую ветвь магии. Пока мизер, но…

По одному взгляду Саши я с ювелирной точностью подняла с чайного столика вазочку с букетом подсохших полевых цветов, которые стоило обновить, сделала ею круг почета по комнате и вручила в изумленно подставленные руки Назара Демидовича.

— Понимаешь? Это только начало. Если мы сумеем закодировать всю остальную магию, то станем намного сильнее. Намного! Это будет полноценный прорыв в исследованиях. Мы тебе собственный институт откроем. Хочешь?

— Так уж и институт, — вдруг растерялся-засмущался Бельков, но в его глазах я увидела главное — жажду действий. Новый смысл жизни. — Сашка, какой же ты у меня всё-таки… Гений!

В итоге Саше достались крепкие объятия, а мне только ваза. Стало даже немного обидно, но не сильно. Я прекрасно понимала, что сама виновата, обманывая старика в главном. Так что нужно быть готовой к тому, что почет и слава достанутся не мне, а моему заместителю.

Да и ладно. Главное, чтобы у нас все получилось!

При этом Саше даже не пришлось уговаривать профессора дать ему контакты Димитро, чтобы уточнить пару нюансов, но тут нас ждало внезапное и сокрушающее фиаско.

— Номер в сети не найден, — растерянно озвучил Бельков то, что увидел на экране, когда попытался написать в секретный чат гениальному программисту. — Это как так?

— Судя по всему, Димитро решил залечь на дно, — нахмурился Саша, бросая тревожный взгляд на меня. — С чего бы? А никаких других контактов у тебя нет? Откуда ты вообще его знаешь?

— Да, как-то… — озадачился профессор, пожимая плечами, — он сам на меня вышел года два назад, когда я искал… кхм, — Назар Демидович слегка замялся, явно подбирая нужные слова. — В общем, когда искал тех, кто поможет мне с программами для гомункула нестандартной модели. Дал свои контакты посредникам в даркнете, а те уже по своим, так сказать, новость распространили. Так он на меня и вышел.

— А что за посредники? Их контакты остались?

— Да! Да, сейчас…

К сожалению, и эта ниточка вела в никуда. Почтовый домен был отключен уже не первый день, а другой, который мы самостоятельно нашли в сети, не факт, что вел к тем же людям.

— Да уж, странность на странности, — задумчиво пробормотал Саша, продолжая рыскать в сети и искать хоть какую-то зацепку.

И в конце концов нашел!

— Дела-а-а…

— Приняли, значит, — скривилась я, читая о том, что великий светлый князь Трубецкой буквально вчера протащил в третьем чтении законопроект, запрещающий выращивание гомункулов вне императорских клиник и специализированных НИИ, прошедших императорскую аттестацию. Помимо этого следом за ним шел запрет на нелицензионное программное обеспечение на гомункулов, причем в качестве наказания были не просто сумасшедшие штрафы и для разработчиков, и для торговых площадок, а самые настоящие тюремные сроки вплоть до высшей меры наказания — расстрела.

Хуже всего, что этот же Трубецкой уже анонсировал новый проект, в котором рассматривалось дополнительное обязательное императорское чипирование уже выращенных гомункулов, чтобы заведомо опасные существа не несли вред империи и её устоям, а те владельцы, которые будут сопротивляться, так же подвергнуться серьезным санкциям. Вплоть до внушительных тюремных сроков и лишения дворянства.

— А вот это опасно, — нахмурился братишка, когда я указала ему на статью. — Если начнут шерстить мелким гребнем с какими-нибудь приборами, способными обнаружить в гомункулах процессоры, придется реально уходить в подполье.

— Как ты себе это представляешь? — скривилась скептично, но и сама ощущая реальность нависшей над нами угрозы. — Не будут же они ходить со сканерами по квартирам и тыкать ими в граждан.

— По квартирам может и не будут, — согласился Саша, — но могут запросто оборудовать какими-нибудь высокочувствительными сканерами общественные места. Входы в метро, учебные заведения, банки, гипермаркеты. Ты даже не будешь знать, что пройдешь сквозь этот сканер, а он тебя уже сфотографирует и отправит все данные на центральный сервер. Властям останется лишь выехать по адресу и арестовать гомункула и его владельца.

— Вот ты сейчас какие-то совсем страсти говоришь, — насупилась я и вздохнула. — Но в целом… логичные. Реализовывать это будут явно не один месяц, но если не знать подробностей, попасться можно даже на мелочи и в первый же день. И что нам делать?

— Мы обязательно что-нибудь придумаем, — пообещал мне братишка, как мне кажется, желая прежде всего успокоить профессора, который, прочитав все эти новости, снова впал в уныние. — Пап, это не отменяет наших планов. Слышишь? Просто мы будем ещё осторожнее. Это всего лишь законопроект. Пока его примут, пока реализуют — мы уже десять раз всё успеем. Сейчас нам важно понять, сможем ли мы с Евой оцифровать и другие виды магий. Ты ведь поможешь нам?

Угрюмо вздохнув в последний раз, Бельков взял себя в руки и решительно кивнул.

— Да, сынок. Помогу. У нас всё получится, по другому никак. Итак, давайте для начала систематизируем всё, что вы уже натворили…

В итоге мы провели в домашней лаборатории профессора ещё часа два, подробно рассказав всё, что узнали и освоили, после чего Назар Демидович снова снял все доступные показатели сначала с Саши, а затем и с меня, чтобы получить больше данных для анализа, а потом и вовсе отправился в Москву. За мышами и кое-какими дополнительными приборами, которые помогут ему вести этот научный проект.

К сожалению, сегодня братишка не успел попросить наших штатных магов использовать на нем простейшие заклинания их стихий, этому помешал визит Оболенских, так что, приготовив обед и сразу ужин на скорую руку, чтобы было чем перекусить, когда вернемся, мы с ним отправились в Мавринскую аномалию — тестировать наши новообретенные кинетические способности.

К сожалению, проблемы начались ещё до входа в аномалию.

Меня не хотели туда пускать!

Сегодня дежурила другая смена, не та, где работал сержант Юдин, так что даже Сашу пытались высмеять «опытные» бойцы КПП, отчего я уже всерьез раздумывала, а не проредить ли ряды дебилов, но потом кто-то явно неравнодушный к человеческим жизням на небесах сжалился над вояками и старший смены раздраженно махнул рукой:

— Пропускай, Васильич. Лицензии вроде настоящие, не имеем права не пускать. Убьются — сами виноваты.

— Девку жалко, — скривился мужик, названный Васильичем, при этом не забывая щупать меня оценивающим взглядом, а стоящий рядом со мной Саша отчетливо скрипнул зубами. — Хотя… Ладно, хрен с ними. Иваныч, открывай ворота!

В общем, внутрь мы вошли спустя каких-то двадцать минут бестолковых споров о том, что мы в своём праве, после чего я сразу направилась в сторону шахты, на ходу вынимая саблю.

Сейчас кому-то будет больно…

И нет, не мне!

— Не спеши. — Саша перехватил меня за плечо, тормозя. — Гнев плохой советчик. Успокойся. Дыши, как я.

Сначала дернулась, но братец держал крепко, и я, поморщившись, признала его правоту. Но всё равно буркнула:

— А вот когда была я парнем, ни одна скотина так на меня не пялилась!

— Я уже завирусил их телефоны чернушными порносайтами, — доверительно сообщил мне Сашка, а когда я вскинула на него изумленный взгляд, подмигнул. — Ты у меня самая лучшая. Не обращай внимания на идиотов. Ну вот, уже улыбаешься. Идем, проредим жителей подземелья и покажем, кто тут на самом деле крут. Спорим, я убью больше?

— Ха! Обойдешься!

В общем, настроение у меня выровнялось и в пещеру я вошла всё ещё с желанием убивать, но не со злобным, а с азартным.

Благодаря тому, что мы оба обладали способностью ориентироваться в полнейшей темноте с помощью эхолокации, нам не требовались ни ручные фонари, ни налобные, а внимание не отвлекали пляшущие по стенам тени. Наоборот, в полной темноте оказалось ориентироваться намного легче, полагаясь лишь на слух и эхолокацию, которая срабатывала идеально и выдавала местонахождение тварей только так.

Более того, сегодня мы были единственными посетителями в шахте, выбрав после развилки не правый туннель, как в прошлый раз, а левый, более узкий и неудобный для группы, но для нас с Сашкой он был идеален. Мы оба были мельче и проворнее майора, мы оба не боялись драки, а жаждали её и мы оба чувствовали друг друга так, словно являлись продолжением друг друга.

Это был не поход за трофеями, а роскошная прогулка, благодаря которой я с легкостью сбросила напряжение последних дней и наконец проверила своё тело на прочность.

Тело радовало.

Новые способности кинетика помогали не так чтобы сильно, сдавить ими чрезвычайно крепкий панцирь скорпионов не вышло ни у меня, ни у Саши, но по мелочи магия помогала быть нам ещё проворнее и успешнее противника.

Ко всему прочему я стала немного легче. Изменился центр тяжести и баланс. Пускай саблю мне майор не успел укрепить и заострить, как надо, но я изначально выбрала оружие подороже и качественнее, чем гладиус, так что особых нареканий не было. Правда, к девятнадцатому скорпиону она уже подзатупилась и стоило отдать её специалисту на заточку, но…

— Это было здорово! — заявила я довольно, присаживаясь рядом с последней зарубленной тварью, пока Саша вскрывал ей спинную пластину, чтобы вытащить сердце. — Хм-м, а это что?

— Где?

Сашка моментально обернулся и проследил за моей рукой, но я уже сама подошла к стене, в которой зияла сорокасантиметровая вертикальная щель разлома. Его нутро ощущалось в эхолокации чуть иначе, чем остальные каменные стены.

— Жила, — произнес брат первым, пока я просто с интересом всматривалась в непроглядную темень и изучала торчащие из породы мелкие кристаллы. — Напомни, что тут добывали?

— Железную руду, — произнесла уверенно. — Но это не железо. Это…

— Платина, — ухмыльнулся Сашка. — Самородная магонасыщенная кристаллическая платина. Понимаешь, что это значит?

— Пу-пу-пу… — пробормотала я, пока процессор в моей голове подсчитывал количество нулей в стоимости нашей находки, дракон с хомяком вооружались кирками, а жаба аккуратно намекала на грядущие неприятности. — Сашенька, а давай никому говорить об этом не будем, ага?

— Никому-никому? — усмехнулся он, присаживаясь и пытаясь сковырнуть ближайший кристалл кончиком ножа, который вынул из ножен, чтобы не испортить меч. — А продавать как?

— И продавать пока не будем, — нахмурилась я, тоже уже вооружившись ножом и ковыряя соседний кристаллик размером не больше ногтя моего мизинца. — Сначала основное дело. Я вот как-то даже Фельдштейну уже не очень доверяю. Если народ узнает, что мы нашли самородную жилу с магонасыщенной платиной, нас тут же и кончат. Надо тщательно спланировать всё от и до. Может даже выставить парочку кусочков через аукцион. Анонимно. А?

— Согласен, — кивнул братишка. — Давай сейчас самые явные сковырнем, чтобы никто на них не наткнулся, а как появится время, возьмем нужные инструменты и поковыряемся тут уже более качественно. Заодно изучим законодательство в этой сфере. Это вообще законная добыча или не особо?

Вот так сходу я тоже ничего сказать не могла, потому что из аномалий обычно выносили тварей (преимущественно по частям) или целебные растения, а вот про металлы и минералы я такого не помню. Даже вот такие умеренно перспективные шахты никто не разрабатывал, потому что это было слишком опасно и твари плодились быстрее, чем их уничтожали охотники, и находиться в таких местах обычным рабочим было небезопасно.

Ну а привлекать к добыче обычных металлов охотников — расточительно.

Опять же техника в аномалиях не работала и вести добычу дедовским способом — своими силами и кирками в век высоких технологий — это маразм. В масштабах крупных предприятий — блажь.

А вот для частника в виде нас…

Стоимость одного грамма магонасыщенной платины колеблется от пятнадцати до двадцати тысяч рублей. И используют её исключительно артефакторы в очень и очень дорогих артефактах, чья цена исчисляется порой миллионами. За пять минут мы всего лишь ножами наковыряли четыре кристаллика общим весом граммов двадцать. Плюс-минус. Минимум триста тысяч.

Правда, их ещё нужно продать… Но это уже детали.

— И почему мы хотя бы не графья? — вздохнула угрюмо, когда мои размышления снова застопорились на этапе анонимной реализации. — Наняли бы себе собственного артефактора, озадачили бы его работой по профилю, и никто бы не посмел у нас спросить, где мы берем компоненты для артефактов.

— Ну-у-у… — задумчиво протянул Сашка и даже замер на пару секунд, обдумывая мои слова, после чего хмыкнул и предложил: — Как вариант, можем выдать тебя замуж за графа. А потом он скоропостижно скончается. Ты будешь безутешной вдовствующей графиней, а я, так и быть, буду помогать тебе управлять графством. Как тебе такое?

— А замуж обязательно? — скривилась. — Не пойми меня неправильно, но…

Я подумала ещё, потом ещё…

И вздохнула.

— Кажется, у меня какой-то пунктик на слове «замуж». Не хочу.

— Чего так? — удивился, но сдержанно, продолжая выколупывать очередной кристалл.

— Не знаю, — дернула плечом. — Видимо, плохое воспоминание из прошлого. Нет, если подходить к делу пользовательски, то в принципе махинация заманчивая. Только нам нужен уже старенький граф без наследников. Можно даже не особо богатый. Нам же главное титул, да? Это позволит нам и земли официально какие-нибудь купить, и гвардию завести. И остальное. Только…

Я прикусила губу, размышляя дальше.

— Если я не рожу графу ребенка, то грош цена такому титулу. А я, знаешь ли, как-то не хочу рожать от старика. А если выходить замуж за молодого, то вряд ли он помрет так быстро, как нам надо.

— Это смотря как стараться, — мрачно хмыкнул Сашка. — Несчастные случаи никто не отменял. А мы с тобой, если помнишь, специалисты широкого профиля.

— И вот тут на сцену выступает мораль, — скривила я губы. — Хорошего человека мне будет жалко.

— Серьезно? — Саша даже удивился и повернул ко мне голову.

— Вообще-то я не маньячка, — буркнула. — Со стариком ещё понятно, он своё отжил и годом раньше, годом позже — не принципиально. А молодой ещё пользу обществу принести может. А за мерзавца я сама замуж не хочу.

— Ох, и капризная ты…

— Уж простите! — фыркнула.

— Ну всё-всё, не дуйся, — улыбнулся братишка. — Я просто перебираю варианты. Никто тебя за мерзавца замуж не выдаст. Сам не позволю. Со стариком тоже всё неоднозначно. Наследник нужен, ты права. Вдова без законного наследника из вчерашних простолюдинок не будет иметь особого веса в обществе. Хм-м, а если… Мы найдем графа с ребенком? Ты станешь ему мачехой и официальным опекуном до его совершеннолетия. Это уже получше, чем предыдущий вариант.

— Но граф не будет старым, — возразила.

— Досадно… — цыкнул Сашка и на какое-то время сосредоточился на добыче платины. Как и я. А потом спросил: — А если самим стать аристократами? По проекту двух магий. Ещё без титула, просто безземельные дворяне, но это уже на ступеньку выше, чем мы сейчас.

— А ты не думал, что, когда нас будут тестировать на эту самую магию, то найдут и процессор?

— Точно. — Раздраженно выдохнув, брат качнул головой. — Ну что за мир, а? Желание им править есть, а возможностей нет… Хоть революцию устраивай!

— Да ладно тебе, — усмехнулась. — Нормальный мир. Ведьм на кострах не жгут, канализацию уже изобрели. Просто рай на земле!

— Да, канализация — это аргумент, — произнес Сашка и сначала усмехнулся, а потом и я расхохоталась, вспомнив, что именно через канализацию экспроприировала кучу оружия.

В общей сложности мы ковырялись в разломе часа два, наколупав граммов сто магонасыщенной платины, которую Саша сложил в самый маленький из имеющихся у нас контейнеров и сунул на самое дно своего рюкзака, после чего мы хорошенько запомнили место и отправились в обратный путь.

Уже смеркалось, когда мы вышли из аномалии под ироничные подколки «смотри-ка, живые!» и редкие облегченные вздохи дежурных, а на вопрос, на каком лугу с ромашками мы всё это время просидели, что нас никто не тронул, Саша не выдержал, молча подошел к шутнику, развязал горловину своего рюкзака, куда складывал скорпионьи жала, и жестко приказал:

— Смотри сюда, боец! Это похоже на ромашки?

К ним подошли ещё парочка вояк, чтобы заглянуть в нутро рюкзака, подошли и бойцы с пересменки, среди которых я увидела Юдина, но меня он не знал, а вот Сашу опознал сразу и тоже приблизился.

— Что за сабантуй? О, Санек, привет. Давненько тебя не видел. Что сегодня по добыче? О, жирно, жирно… Какие крупные, а? Михалыч, глянь! А это кто? — Указал одними глазами на меня и подвигал бровями. — Группа поддержки? Неужели весь день тебя тут ждала?

— Это моя сестра Ева, — весомо произнёс братишка и мужики аж притихли. — Она тоже охотник. Мы вместе ходили. Половина тварей, которых мы сегодня добыли, на её счету.

— Ну, не половина, а десять из девятнадцати, — невинно заметила я, вроде как между делом.

— Да-да, — ухмыльнулся Сашка, — ты сегодня выиграла. С меня мороженка. Но в следующий раз я обязательно отыграюсь. Ладно, мужики. Поедем мы. Нам ещё добычу в скупку сдавать. Николай, был рад увидеться. Бывай.

Уходили мы к своей машине в тишине.

И лишь когда уже сели в авто и Саша завел мотор, я расслышала чей-то приглушенный вопрос:

— Так они реально охотники? Во дают… Дети ж совсем!

— Эт чо, — ухмыльнулся Юдин. — В прошлый раз Сашка на себе раненого Гефеста приволок. Вот где я реально в осадок выпал! А ещё дело было, они вместе с Гефестом команду Антохи прямо из-под жабы вытащили! Парни до сих пор в госпитале прохлаждаются, но хотя бы живые…

Что он там рассказывал дальше, я уже не услышала — Саша тронулся в путь. Правда, минут через пять потер свой гладкий подбородок и задумчиво произнес:

— Да, есть в молодости свои минусы… Как думаешь, если я бороду отращу, солиднее будет?

— Не надо! — ужаснулась.

— Чего это?

— Не люблю бородатых! Фу!

Сашка иронично скосил на меня глаза и хмыкнул.

— Нда, аргумент. Ладно, подожду полгодика-год, глядишь и сам заматерею. Ты, кстати, какое мороженое хочешь? Можем даже в кафе посидеть. — И подмигнул. — Угощаю.

— Твоя щедрость не знает границ, — рассмеялась и чинно кивнула. — А давай. Только по мороженке и домой, у нас там голубцы в мультиварке внимания ждут, если помнишь.

— О да, голубцы — вещь! — смачно облизнулся братишка.

И так забавно у него это получилось, что я снова рассмеялась и весь дальнейший путь мы ехали перешучиваясь.

Более того, сегодня наша выручка составила более двух миллионов только за скорпионов (платину мы Якову Моисеевичу пока не стали показывать), заодно я познакомилась с торгашом заново, заверив, что искренне рада узнать, с кем именно так выгодно сотрудничает мой дорогой братец, ну а Фельдштейн в свою очередь заявил:

— А я-то как рад знакомству, милая барышня! Это ж в следующий раз вы мне в два раза больше трав принесете! Верно я говорю, Александр?

Саша вопросительно взглянул на меня, а я торопливо отписалась ему, что сотрудничаю со скупщиком в том числе по траве, благодаря чему он продает нам уникальные медикаменты. И да, в следующий раз сходим за травой. Свою жажду убийства я утолила, а травка тоже дело хорошее. Может и бабе Варе стоит свежачка принести, надо будет у неё спросить. И вообще в принципе к старушке наведаться. Давненько я к ней не заглядывала. Может из продуктов чего купить надо? Пускай у нас сейчас и магазин свой в деревне есть, но там тоже далеко не всё продается.

В итоге Саша заверил Фельдштейна, что за травой мы обязательно сходим на днях, пусть даже не вздумает беспокоиться, после чего поинтересовался, нет ли у него на примете надежного артефактора. Мол, интересует эксклюзив.

— А какой именно?

— Разное, — уклончиво ответил братишка. — Сами видите, сестра у меня молодая, красивая. Мне бы на все случаи жизни. Смотреть надо.

— Да, молодым и красивым девушкам в наше неспокойное время нужна самая качественная защита, — с умным видом покивал Яков Моисеевич и, подумав, назвал нам адрес артефактной лавки. — Там мой свояк работает. Скажете, что от меня, он вам и особый товар покажет, который не каждому доступен.

И с заговорщическим видом подмигнул.

Дружно поблагодарив скупщика за полезную информацию и протекцию (полезная вещь — связи!), сразу мы в лавку не поехали, предпочтя зайти в кафе и заказать себе по креманке с шоколадным мороженым. К нему отлично подошел кофе и следующие тридцать минут мы дружно наслаждались великолепным завершением плодотворного дня.

Вот только не мог он закончиться хорошо…

Мы уже доедали по последней ложечке, когда в кафе зашла шумная компания молодых развязных парней и всего одна девушка. Пацанам было от силы восемнадцать, может даже помладше, ничем не примечательные мальчишки, если не считать их вызывающего поведения: нарочито громкого смеха, вызывающих взглядов и пренебрежительных жестов.

А вот девушка меня заинтересовала. Во-первых, тем, как выглядела. По её миловидному кукольному личику с большими наивными глазами цвета первой зелени, безупречной коже и крупными пухлыми губами, а ещё идеально уложенным рыжим кудрям я сразу поняла, что она гомункул. Сканирование в районе головы это подтвердило — в голове девушки был встроен не только процессор, но и чип контроля.

Во-вторых, тем, как себя вела — покорно и я бы даже сказала с рабской услужливостью и отчасти неестественно. Она держала под руку одного из парней, который смотрел на остальных гоголем, делала мелкие шажочки, периодически прикусывала нижнюю губу и со щенячьей преданностью заглядывала своему спутнику в лицо.

Ну и в-третьих, одета она была… Кхм, не очень. В смысле по количеству ткани. Белая рубашка, чьи полы были завязаны выше отсутствующего пупка, оголяла идеально плоский животик, но этого было мало — верхние её пуговки были расстегнуты и выставляли напоказ кружевной лиф и бюст как минимум пятого размера.

Ниже пояса девушка была одета в микро-шортики из обтягивающего черного латекса. Спереди ещё ничего, а вот сзади они превращались практически в стринги и оголяли большую часть ягодиц.

Ну и в завершение всего этого беспредела обувь её представляла из себя алые босоножки на умопомрачительной шпильке. Как она на них ходила — просто не представляю. Наверняка благодаря установленной программе «балерина».

И вся эта компашка устроилась за свободным столиком рядом с нами, начав вести себя ещё вызывающе: требовать, чтобы официантка обслужила их прямо сейчас, бросив клиента; требовать вина и шампанского, так как у друга день рождения (при этом я не была уверена, что им всем уже восемнадцать), а ещё…

Они начали заинтересованно осматриваться и один из самых дерзких остановил своё алчный взгляд на мне. По его азартно сверкающим глазам я поняла, что мальчишки уже где-то успели выпить, придя в кафе за продолжением, и сейчас начнется цирк.

— Ты! — На меня ткнули пальцем, но я из принципа продолжала лакомиться последними капельками талого мороженого. — Эй, ты! Эй, я к тебе обращаюсь! Да, черт…

Так и не добившись моего внимания, парень поднялся и сам подошел к нашему столику, уже негодуя. Я заметила на его пальце кольцо аристократа, уже успев занырнуть вниманием в его коммуникатор и социальные сети и выяснить, что этот мальчишка — сын барона, и зовут его Никита Рыбин.

А понтов-то… Словно цесаревич!

— Девушка, — начал он с ядовитой вежливостью, — я вообще-то к вам обращаюсь.

— Юноша, — я подняла на него прохладный взгляд, — вы что-то хотели?

Его дружки, притихнув, чтобы не пропустить ни слова из нашего диалога, дружно заржали. Парень вспыхнул, неприязненно скривил губы и процедил:

— Встань, когда с тобой аристократ разговаривает!

— Вы не представились, — заметила справедливо. — К тому же это кафе, а не ваш дом, господин аристократ. А я, если заметили, девушка. Вы изучали весь этикет или только первый его абзац?

Его дружки снова засмеялись, но уже не так уверенно, явно не понимая, о чем я сейчас сказала (что взять с убогих?), а парнишка снова вспыхнул и попытался схватить меня за руку, вот только я ловко сдвинулась чуть в сторону, и в итоге он хватанул воздух.

Естественно, разозлился.

— Встань, девка!

— Господин аристократ, вы мешаете мне, — произнесла всё так же ровно, глядя на него, как на кусок дерьма.

— Я сказал «встать»! — чуть ли не взвизгнул мальчишка и на его руке появилось пламя. — Встать, сука!

— Вы угрожаете мне? — уточнила вежливо. — Вы уверены в своих действиях?

— Ты… — Его глаза окончательно налились кровью и уверена, если бы я промедлила ещё секунду, пришлось бы вызывать как минимум полицию, как максимум катафалк для одного зарвавшегося придурка, потому что со стороны Саши несло уже не просто угрозой, а смертельной яростью, но всё это время я сидела не просто так.

Я брала под контроль волю гомункула модели «компаньон».

И у меня это получилось!

Девица, на которую в этот момент никто не обращал внимания, грациозной кошечкой поднялась с диванчика, подошла к пироманту… И резко хлопнула ладонями ему по ушам, отчего парень моментально потерял концентрацию и взвыл практически на ультразвуке. Ага. Больно. А сил у гомункулов немеряно.

При этом он то ли случайно, то ли всё-таки инстинктивно, развернулся и печатал полыхнувший огнем кулак в грудину куклы, отчего та, конечно, пошатнулась, но на ногах устояла. Удар получился откровенно смазанным.

Но с огоньком.

От него моментально загорелась рубашка и запахло паленой кожей, но сама девица стояла истуканом, продолжая улыбаться и смотреть на мир стеклянными глазами.

А вот её хозяин не был так спокоен. Заорав:

— Ты что творишь, дебил⁈ Мне батя за неё голову оторвет!

Он подскочил со своего места и заметался, но потом кто-то из его дружков-водников сообразил создать струю и залил горящую девицу потоком воды. Прошло от силы секунд пять, но у неё сгорела половина рубашки и волос, пошла ожоговыми пузырями кожа на животе, но на лице не дрогнул ни единый мускул — она продолжала стоять и улыбаться.

Словно действительно была куклой, не способной даже ощущать боль.

А ведь я её больше не контролировала!

Остальные посетители кафе тоже на месте не сидели: кто-то сбежал, кто-то снимал, кто-то звонил в полицию, потому что применять магию во вред живым существам безо всякой причины было запрещено даже аристократам, а вот мы с Сашей лишь синхронно сдвинулись в сторону стены по своим диванчикам, и продолжали наблюдать за представлением.

К сожалению, чтобы пройти к выходу, надо было миновать весь этот цирк.

Полиция на удивление приехала в считанные минуты, а вот скорая запаздывала — пироман ещё сидел на полу, подвывая и прижимая ладони к ушам. Его дружки притихли за столиком, как мыши, а вот хозяин гомункула скакал вокруг девицы встревоженным козликом и никак не мог снова взять её под контроль и хотя бы увести прочь. Ну да, я снова перехватила управление и запретила шевелиться.

— Сержант Осокин! — строго рявкнул подтянутый патрульный, входя в гудящее от устроенного подростками представления кафе. — Что тут происходит?

Почуяв, что сержант слегка одаренный (наверняка спецпатруль!), я взмахнула рукой, привлекая внимание мужчины, потому что остальные участники беспредела высказаться не желали, и в установившейся тишине озвучила свою версию событий:

— Добрый вечер, сержант. Позвольте представиться, Ева Белькова, охотник. Команда «Олимпийцы». Мы с напарником отдыхали после посещения Мавринской аномалии, где удалось убить несколько скорпионов, как к нам подошел вот этот юноша, — я ткнула пальчиком в пол, — и начал вести себя вызывающе. Под конец оскорбил меня и начал угрожать магическим пламенем, хотя я не позволила себе ни единого жеста или слова, умаляющего его честь. Кстати, он не представился. И когда уже замахнулся на меня рукой, объятой пламенем, к нему подошла вот эта девушка, — я ткнула пальчиком уже в пострадавшую рыжую девицу, — и ударила по ушам, отчего парень поджег её, а сам упал.

После чего со всем уважением посмотрела на стража порядка и закончила свою проникновенную речь:

— Пожалуйста, разберитесь с нарушителями порядка по всей строгости закона, господин сержант. Это же вопиющий беспредел. Честным людям, защищающим покой добропорядочных граждан, уже и в кафе спокойно посидеть нельзя. Где это видано?

Краем глаза я видела, что нас продолжает снимать парнишка со столика наискосок, причем ведет съемку в прямом эфире, тут же выкладывая это в сеть, поэтому говорила немного высокопарно, но четко в соответствии с ситуацией.

— Благодарю за обстоятельный рассказ, госпожа Белькова, — благодарно кивнул мне сержант, наверняка отметив, что мы с Сашкой действительно сидим не в простой одежде, а камуфляже, что только подтверждало мои слова.

После чего обернулся и внимательно изучил остальных притихших посетителей кофе:

— Кто-нибудь хочет что-то добавить по существу?

— Да, можно я? — робко махнула рукой официантка, зачем-то прикрываясь пустым подносом, а когда сержант кивнул, выпалила: — Эти ребята сразу вели себя вызывающе с первой секунды, как вошли. Шумели, оскорбляли персонал, мешали другим посетителям. Оскорбили меня, требуя подойти, хотя я обслуживала другого клиента. А ещё мне кажется… — она помялась, но всё равно договорила, — они пьяны. И несовершеннолетние. А ещё требовали подать алкоголь. И вот с этой девушкой… — она опасливо ткнула пальчиком в замершую рыжую, — что-то не то. Наверное, они применили к ней какую-то магию. Вы же видите, как она обожжена. Ей должно быть ужасно больно, а она даже не пикнула.

— Спасибо. Разберемся.

И приступил к осмотру рыжей, сначала помахав перед её лицом ладонью, а потом пытаясь заглянуть в глаза.

— Да гомункул это, — неприязненно буркнул её хозяин. — Закоротило её.

— Это ваш гомункул? Представьтесь, — потребовал ясности сержант.

— Барон Алексей Варьянов, — снова буркнул парень. — Нет, не мой. Отца. Он дал… попользоваться.

— А лет вам…

— Семнадцать, — процедил парень, уже явно сообразив, что попадет ему по первое число, причем сильнее всего скорее от отца.

— Так-так…

В общей сложности нам пришлось задержаться в кафе ещё на час. Пока прибыли медики, первым делом оказав медицинскую помощь оглушенному пироману, пока во всех взяли показания…

В общем, покушали мы мороженое, ага.

И вроде бы всё завершилось в итоге хорошо, мальчишек может быть даже накажут, но… не сильно. Максимум, что им грозит — штраф. Ну и родители пропесочат.

А вот насчет пострадавшего гомункула… Бродили в моей голове самые разные мысли. А если внутри неё тоже сидит душа?

— О чем думаешь? — обманчиво небрежно поинтересовался Саша, когда прошло уже минут двадцать с момента, как мы выехали домой, а никто из нас не проронил ни слова.

— О рыжей, — вздохнула. — Как понять все ли они куклы или есть с душами и памятью прошлых жизней, как мы?

— Если и есть, то она не из их числа, — уверенно произнес Саша. — Я пробил её через госреестр, она конвейерной сборки с абсолютно лицензионным программным обеспечением от и до. К тому же классической модели «компаньон». Не маг, как мы. Не кустарной сборки. Так что нет. А вот ты, звезда моя…

— Что? — озадачилась, когда Саша многозначительно замолчал.

— Глянь по ссылке. Видео уже завирусилось.

Нырнув вниманием в свой коммуникатор, а затем и в сеть, сначала я просто внимательно посмотрела видео, которое снял тот самый парнишка из-за столика наискосок. Ну, в целом неплохо. Смотрюсь я прекрасно, речь грамотная, голос приятный…

А потом я глянула на количество просмотров и комментариев.

Сколько⁈

— Твою мать… — пробормотала вполголоса.

— Звезда, — снова хмыкнул Сашка.

А вот я с досадой прикусила губу. Триста тысяч просмотров и количество растет прямо на глазах. Больше тысячи комментариев!!!

Причем большая их часть одобрительные. Мол, доколе аристократы будут ставить себя выше нас, простых граждан? Ещё и мелкота несовершеннолетняя! Уже девушке в кафе спокойно посидеть нельзя. И ладно бы просто девушке! Так нет, в компании парня!

Охотнице!

И вот тут мнения разделились. Кто-то мной восторгался. Мол, такая молодая и красивая, а уже пользу стране приносит. Кто-то не верил, думал, что я лгу. А кто-то уже провел расследование и выяснил, что команда «Олимпийцы» действительно существует, её основал знаменитый в узких кругах Гефест и именно у этих охотников есть своя тренировочная база, где действительно готовят толковых охотников, а не так, для галочки.

При этом удивительным образом досталось и Саше. Кто-то негодовал, что он просидел неподвижным, не вступившись за мою честь. Кто-то возражал, что тогда бы аристо размазали его по стенке за нападение. Кто-то умудрялся просто назвать его красавчиком и гадал, кто он мне — просто напарник или парень?

В общем, сеть бурлила.

И за двадцать минут, которые потребовались, чтобы доехать до дома, количество просмотров возросло в три раза, а комментариев — в пять.

И тут у Саши зазвонил коммуникатор…

— Гефест, — хмыкнул он, бросая на меня многозначительный взгляд, и только после этого снял трубку. — Да, Роман Игоревич. Да, уже почти в деревне. Ага, зайдем.

После чего положил трубку, снова усмехнулся, но взгляд оставался предельно сосредоточенным.

— Он увидел видео, да? — поморщилась я.

— Скорее всего.

— Вот черт, — шикнула, уже понимая, что нас сейчас будут как минимум песочить. Ведь мы сходили в аномалию без его ведома. А он вроде как наш командир. — Вот же… задница!

— Да, некрасиво спалились, — согласился Саша и о чем-то задумался, притормаживая возле участка Тюменцева. — Говорить буду я. Хорошо?

Сморщила нос, но кивнула. Ох уж этот мир, прогнувшийся под мужчин!

Когда мы вышли из машины, майор уже ждал нас у калитки. Сам её открыл, молча пропуская нас на участок, сам закрыл и махнул рукой в сторону дома, пойдя первым и едва заметно прихрамывая. В полной тишине прошел на кухню, где до этого пил чай с пирогом, махнул рукой на подвесные шкафчики, давая понять, чтобы мы сами сообразили себе чай-кофе, и пока я ловко орудовала туркой, грузно сел за стол и уставился на нас тяжелым взглядом.

Молчание затягивалось, но лишь когда мы с Сашей тоже сели за стол со своими кружками, он сурово потребовал:

— Ну рассказывайте уже, звезды рунета. Где были, кого завалили?

— Мавринская аномалия, шахты, девятнадцать скорпионов, — невозмутимо доложил братишка.

Майор аж замер, только через секунду недоверчиво выгибая брови.

— Девятнадцать?

— Девятнадцать, — кивнул Саша. — Ходили вдвоем с Евой, у нас четко сработанный тандем. Так что очень вас прошу, прежде чем обижаться и ругаться, хорошо подумайте. Мы не глупые малолетки, которые не понимают очевидного. Не выскочки. Не легкомысленная необученная малышня. Мы профессионалы, Роман Игоревич. И я прошу относиться к нам соответствующе.

— Профессионалы они, — буркнул Гефест лишь секунд через двадцать, при этом бросая осуждающие взгляды прежде всего на меня. — Профессионалы не лезут в камеру.

— Моё упущение, — кивнул Сашка. — Надо было сразу дать этому зарвавшемуся мажору в бубен.

— И загреметь за нападение на аристократа? — возмутился майор. — Не вздумай даже! Я б тебя, конечно, вытащил, но мороки с этими дворянскими отпрысками…

Тюменцев с отвращением скривился, потом снова посмотрел на меня, вздохнул…

— Ай, ладно. Всё равно к этому шло. В общем, поздравляю с боевым крещением, боец Афина. В первый раз на скорпионов ходила?

Кивнула, не колеблясь, даже не думая рассказывать, что далеко не в первый.

— Как впечатления?

— Огромные твари, — усмехнулась кривовато. — Шустрые. Но мы шустрее. И это…

Я мило улыбнулась и, пользуясь возможностью, протянула ему свою сабельку, которую так предусмотрительно захватила из машины.

— Поправите? Слишком крепкие твари попадались. А я вам ужин приготовлю.

Сначала на меня глянули со скептичной усмешкой, но потом майор изучил саблю, похмурился, цокнул даже, найдя особо четкий скол, качнул головой и снова взглянул на меня. Оценивающе так.

А потом заявил:

— Ужин не надо, сам справлюсь. А вот борщ будет кстати. Завтра к обеду, а? Заодно в гости к вам загляну, гляну, как устроились.

Это ещё зачем? Что он там усмотреть хочет?

Но вслух конечно же сказала:

— С радостью приготовлю вам борщ, Роман Игоревич. Приходите к двум, будем вас ждать.

Неожиданно у Тюменцева зазвонил коммуникатор, лежащий на краю стола, и мужчина, глянув на неопределившийся номер, хмыкнул, но трубку взял.

— Алло.

Внимательно выслушал собеседника, скривил губы… Задумался.

Скосил глаза на нас.

Уточнил пару нюансов. Хмыкнул. И кивнул.

— Хорошо, подъезжайте завтра к девяти. Посмотрю.

После чего отложил коммуникатор и выразительно уставился на нас с Сашей.

— Уже пятый.

— Кто? — не удержалась я.

— Кандидат в олимпийцы, — фыркнул майор, откидываясь на спинку стула. — Как вышел ваш ролик и народ выяснил, что у нас тут есть база по подготовке охотников, так уже пятый желающий обучаться именно у нас. Вот, назначаю смотр на девять утра. Только что с ними дальше делать?

— Как что? — изумилась я. — Обучать!

И хитро улыбнулась.

— За деньги. В других ведь центрах подготовки за деньги обучают. Чем мы хуже? Да, Саш? Вы ведь переживали, что в убыток работаете. Вот вам будущая чистая прибыль! Наберите коммерческую группу, заключите договор на три ступени обучения, в конце каждой — экзамен лично прапору. Кто не сдаст экзамен — отчислен. Нам нужно высоко поднять планку выживаемости. Наши выпускники должны стать не просто охотниками, а теми, кто будет ходить в аномалии и возвращаться. Без травм, без потерь личного состава. Уроки по общей физической подготовке, по фехтованию, по теории. По сбору трав, потому что это тоже деньги. По координированной работе в команде и безоговорочному подчинению командиру. По медицинской подготовке!

Майор аж крякнул от моего жаркого спича. И в целом справедливо заметил:

— И где ж я столько преподавателей найду?

— На первых порах мы с Сашей можем помочь, — предложила я. — Он отлично разбирается в оказании первой медицинской помощи, а я в травах. Ну а потом найдем толковых учителей себе на замену, если проект покажет себя прибыльным. Административный корпус уже почти готов, аудиторий вы там запланировали с запасом, так что на всех хватит. Можно будет даже оборудовать каждую четко по профилю: информационными плакатами и даже методическими пособиями. Саш, что скажешь?

— Хорошая идея, — согласился он, всё это время внимательно прислушиваясь к каждому моему слову. — Особенно про контракты с трехступенчатым отсевом. Мы действительно должны задрать планку максимально высоко. Чем жестче отсев, тем престижнее будет стать выпускником. На самом деле деньги не главное, сами понимаете. Мы с Евой всего за одно посещение заработали два миллиона, так что в минус не уйдем. Своим работа всегда найдется, а вот чужие просто не имеют права выйти из наших стен посредственностью, что мигом уронит нас в глазах общественности. Пусть лучше выпускником станет всего один охотник в год, но он доживет до старости, чем сотня и половина даже не выйдет из своей первой аномалии.

— Жесткий подход — это хорошо, — согласился майор. — Вот с этим согласен от и до. А что по бумажной волоките? Кто её на себя возьмет? Скажу сразу, я пас.

— Я смогу разработать концепцию, — уверенно заявил Саша, — а Ева поможет мне с финансовым обоснованием. Мы всё сделаем за вечер, не беспокойтесь. Часа три нам хватит, потом можем позвать Леопольда Афанасьевича с супругой и вместе прийти к единому знаменателю.

— Часа три? — переспросил Тюменцев и глянул на коммуникатор, где время близилось к семи. — Хорошо, давайте. Лучше сделать всё сегодня, чтобы завтра было о чем предметно беседовать с кандидатами. Я предупрежу остальных, да и Ольховских тоже, чтобы спать пока не ложились. В десять жду у себя. Кстати, меч свой принеси. Гляну.

Не забыв поблагодарить за кофе и пирог (ну и за оружие тоже), мы отправились к себе.

Первым делом поужинали! В самом деле, с обеда толком не ели! Ну а набросать устав и коммерческие договора на обучение — дело десяти минут. При этом я планировала максимально жесткий подход к делу, но Саша убедил меня, что не стоит закручивать гайки до упора.

И стоит рассматривать не только идеальных кандидатов, но и многих других. Тех, кто ещё не служил. Тех, кто является аристократом. Тех, кому уже за тридцать. Тех, кто по недоразумению родился женщиной. Одаренным. В самом деле, отчислить можно на любом этапе. Главное, чтобы у человека был потенциал и жажда стать охотником. А не просто «все пошли и я пошел». Нет, это так не работает.

В итоге мы разработали аж пять этапов обучения, а не три, которые учитывали изначальный уровень подготовки, пол и возраст. Допустим, если кандидат в возрасте до тридцати без каких либо физических увечий успел отслужить, то это прямо говорит, что у него есть какая-никакая физическая подготовка, знание воинского устава и умение обращаться с оружием. Такой кандидат считался условно эталонным и ему предстояло обучение в три этапа.

Если кандидат не служил, то сначала шла общая физическая подготовка длительностью до полугода в комплексе с муштрой полувоенного образца, чтобы выработать рефлекс подчинения приказам командира, затем ещё полгода давалось на освоение холодного оружия, и только потом — подготовка именно в охотники.

Если кандидат был старше тридцати, то сначала он должен был предоставить справку о полном физическом и психическом здоровье, чтобы в один прекрасный момент не оказалось, что у него куча болячек и ему банально тяжело махать мечом.

Ну а если кандидат был аристократом (пускай формальным и обедневшим), то сначала он должен был подписать бумаги о том, что на время обучения он становится прежде всего учеником и не вправе выставлять учебному центру претензии по методам обучения. В ином случае контракт расторгался в одностороннем порядке, уплаченные средства не возвращались.

И да, оплата вперед.

Подобное практиковалось в военных и магических академиях, где количество аристократов на один квадратный метр порой зашкаливало, и являлось нормой. Кем бы ты ни был: бароном или сыном князя, командир всегда прав. А князем ты будешь дома.

Пункты устава и ценник я тоже взяла не с потолка, выудив примеры из сети, где были выложены уставы и прайсы схожих организаций. Чуть подправила, добавив больше военных терминов, делая упор на дисциплину и подчинение приказам командира, ну а цену выставила максимальную.

Мы никого к себе силком тянуть не будем. Наоборот, это отвадит от нас тех, кто захотел стать охотником «по приколу». Понятно, что малоимущие тоже отсеются сами, но тут уже ничего не поделать. Думаю, если майор вдруг заметит среди кандидатов самородка, он придумает, что с ним делать. Этот момент мы с ним тоже обговорим. Может даже обсудим наличие одного бюджетного места на десять коммерческих.

В итоге бумаги были готовы меньше чем за час. Естественно, я дала их Саше на проверку и пока он подправлял парочку формулировок, я занялась уборкой в доме. Помыла посуду, полы, закинула вещи в стирку… Проверила продукты.

Ага, надо съездить в город как минимум за мясом и свеклой. Думаю, займусь этим завтра с самого утра. Есть на въезде в Москву круглосуточный гипермаркет, где даже в шесть утра можно купить парное мясо и свежую выпечку. По деньгам, конечно, чуток подороже выйдет, но мы, к счастью, не бедствуем.

Заодно куплю уже себе, наконец, скетчбук с карандашами и гелевыми ручками!

День сегодня выдался насыщенный на события, но всё шло четко по плану и Даниил Оболенский, валяясь на кровати, лениво листал новостную ленту, как делал каждый вечер, отслеживая мировые новости не только по официальным каналам, но и в сетях, где порой можно было узнать гораздо больше правды и подробностей в целом.

Та-а-ак… А это ещё что?

Моментально узнав обоих Бельковых, сначала просто проглядел ролик, вникнув в суть, а потом ещё раз, но рассматривая именно Еву. А ведь хороша, чертовка. Поразительно хороша. Если б точно не знал, что простолюдинка из захолустья, решил бы, что как минимум светлая княжна. Сколько внутренней силы, сколько достоинства!

Посмотрев ролик на третий раз и убедившись, что вник в том числе и суть конфликта, скривился, изучив пострадавшего от рук пиромага гомункула. Дешевка… Как такие вообще могут нравиться? Нет, он бы никогда не стал «встречаться» с гомункулом. Робот, обтянутый кожей. Ни души, ни воли. Мерзость какая…

То ли дело живые девушки! Та же Белькова. Живая мимика, живой взгляд. Достоинства на десятерых. Харизма так и плещет! Ни слова лишнего и в то же время всё четко по делу. А каков общественный резонанс! О да, с такими, как эти баронята, только так и надо. Отребье! Не аристократы, а насмешка. Кстати, один из них вассал отца. Надо будет намекнуть, чтобы провел воспитательную работу. А ведь это пятно и на их репутации… Нет, такое надо пресекать в зародыше!

Но всё же… Хороша. Возмутительно хороша.

Переодеть бы её в платье…

А лучше без.

Да, без определенно лучше…

Сощурившись довольным котярой и уже распланировав свои следующие шаги, светлый княжич Даниил Оболенский уже прикидывал, какую безделушку подарить девушке после того, как пригласит её в ресторан. Что подкупит эту статную валькирию? Чем он сможет безошибочно завоевать её расположение? Он заметил в её ушах серьги, причем далеко не дешевку, а значит особых проблем с деньгами у девушки нет. И быть не может. Если они с братом действительно регулярно ходят в аномалии, то зарабатывают на этом далеко не копейки. Участок с домом, машина… Две! Но всё записано на брата. Хм-м…

А если и впрямь подарить ей машину, а? Она ведь будет ему за это благодарна?

Вопрос: как сильно она будет ему за это благодарна?

Расплывшись в ухмылке, когда вспомнил один такой эпизод почти полуторагодовой давности, княжич кивнул сам себе. Да, пожалуй, стоит попробовать. А не выгорит — не беда. Найдет к ней другой подход. Всё-таки это всего лишь молоденькая девчонка. Явно неискушенная подарками. Сирота вроде бы даже… К сожалению, его власти не хватало, чтобы раскопать подробности жизни Бельковых за Уралом, с князем Щегловым у них были отношения не то чтобы очень приятельские. Но вряд ли там будет что-то действительно стоящее.

Восемнадцать лет — самое начало взрослой жизни. Даже если что-то и было до него, особо пристального внимания это не стоит.

Собравшись у майора в десять, но перед этим забежав к Ольховским и распечатав несколько экземпляров подготовленных документов, мы утвердили их быстро и единогласно. Я видела, Тюменцеву понравилось, что мы сделали упор на дисциплину и многое позаимствовали именно из воинского устава, так что уже через двадцать минут собрание было завершено, а я попросила Серафиму Никодимовну глянуть, где именно мы можем приобрести учебные пособия для классов травничества и медподготовки, а ещё стоило, наконец, оборудовать полноценный медпункт, который обязательно понадобится, когда у нас начнут заниматься новички.

В идеале нам бы ещё своего фельдшера на оклад… Хм, а почему бы и нет? Подадим заявку в центр занятости, пусть шлют. Мы ему даже участочек с домиком выделим! Со временем. Глядишь, и деревня разрастется до нормального села. Почему нет? Бабу Варю поставим заведующей травмпункта! Уж она точно присмотрит за любым молоденьким выпускником, да реально учить людей научит. А лучше выпускницу! Мужчин у нас хватает, а вот с женским населением пока беда.

Я даже с Сашей этот момент обсудила, когда мы пошли выгуливать Локи перед сном, а он меня охотно поддержал.

— Да, женщин тут определенно не хватает. Можно отстроить магазин побольше и пригласить работать продавщиц, а ещё нанять помощницу на ферму. Мне тут уже намекнули, что неплохо бы и свиней своих разводить, так что, если расширяться, то надо думать и о найме работников. Коров не потянем, слишком много мороки, а вот свиньи — тема хорошая. Обсудим это завтра с Тюменцевым и Карепановым, уверен, они нас поддержат. Ты пока подумай о генплане деревни с учетом будущей администрации и базовых зданий: магазин, медпункт, ясли и ферма. Если уж начинать мыслить масштабно, то сразу по уму, ага? Заодно оставь местечко под НИИ для Белькова. Но его лучше ставить чуть в стороне, с учетом норм безопасности. Если всё выгорит, мы тут не просто село, мы тут полноценный городок построим. Свой.

Ага…

— А ты амбициозен, — заметила вполголоса, когда обдумала все сказанное.

— Есть такое, — кивнул Саша, даже не пытаясь спорить. — Знаю, прозвучит заносчиво, но то, чем мы сейчас занимаемся, это так… Мелко. Нам нужны реальные деньги, реальные люди и реальное влияние. — Он посмотрел на меня. — Только тогда ни одна мразь не посмеет даже взглянуть косо в нашу сторону. Так что готовься, сестренка…

Он широко и отчасти кровожадно ухмыльнулся.

— Работы будет много.

— Ой, — фыркнула, — напугал ежа голой жопой. Уж чего я не боюсь, так это работы. Айда до речки наперегонки!

Увы, несмотря на то, что с места я рванула первой, на последних метрах Сашка всё равно меня обогнал, причем я точно знала, что мог и раньше. Но поддался. Хотя и не до конца.

— У-у, — пихнула его кулаком в плечо, — отрастил ноги!

— Тоже заметила? — он довольно ухмыльнулся. — Уже на сантиметр вырос. В идеале хочу ещё на десять, чтобы подавлять в том числе ростом. Мелких, как ты уже заметила, уважают меньше.

— Да уж, этот мир полон противоречий, — поморщилась и присела прямо на траву у берега, уставившись на текущую воду. — Казалось бы, живи и радуйся. Но нет! Окружающим с какой-то стати хочется самоутвердиться за наш счет.

— Глупцы, — ухмыльнулся братишка. — Ничего у них не выйдет. Не позволю.

Улыбнувшись, я со смехом прижалась к его крепкому плечу и какое-то время мы просто сидели, любуясь умиротворенным пейзажем. Захотелось даже нарисовать его и я снова поставила себе очередную зарубку на память. Обзавестись скетчбуком! Срочно!

Всё-таки я не чужда прекрасного, а оно, если подумать, окружает нас везде и всюду.

Сидя рядом с Евой и видя её умиротворенное лицо, Саша ощущал себя почти счастливым.

Именно ради таких моментов и стоит жить. Он понял это уже давно, ещё в прошлой жизни. И пускай забыл её подчистую, но… В такие моменты он вспоминал главное.

Он должен быть сильным. Обязан. Он должен быть влиятельным. Богатым, успешным, предусмотрительным.

Должен опережать врагов минимум на пять шагов вперед!

Только тогда возможны вот такие моменты глубокого душевного удовлетворения.

— Идем, уже поздно, — легонько тронув девушку за плечо, добился лишь, что она вывернула голову и с улыбкой посмотрела на него своими бездонными голубыми глазами.

— Саш… — прошептала Ева тихо-тихо, аж дышать перестал, — обещай мне, что мы всегда останемся так же близки. Что бы ни случилось.

— Обещаю. Что бы ни случилось.

А самого аж в жар бросило, когда понял, что лишь чудовищная сила воли не позволила ему в этот момент её поцеловать.

Но момент был упущен и Ева, счастливо зажмурившись, уже потерлась о его плечо виском, как кошка, а потом легко подскочила на ноги и заявила:

— Идем, Саш. Надо ещё успеть поспать. Хочу с самого утра съездить в магазин за продуктами, надо поразить майора борщом в моем исполнении. А у нас ни мяса, ни свеклы. Идем. Кстати, а ты любишь борщ? Ну так…

— Не знаю, — качнул головой, сейчас думая совсем не о борще. — Но мне кажется, я люблю всё, что ты готовишь. У тебя просто не бывает невкусно.

— Ой, подхалим, — засмеялась, но он заметил, что ей приятно. И скупо улыбнулся. — Ладно, идем. Локи, домой!

Новое утро, как я и планировала, началось для меня в пять. Быстренько приняв душ и надев сегодня футболочку с надписью «Рождена всех бесить», я сварила нам с Сашей кофе, улыбнулась над его футболкой «С утра хотел быть добрым, но к обеду отпустило», после чего мы вместе съездили до гипермаркета, обернувшись буквально за час, и я поставила вариться говяжьи кости с аппетитными кусочками мяса в самую большую кастрюлю. Довела до кипения, убавила на минимум, засекла для себя таймер на три часа, и заранее почистила и накрошила все необходимые овощи. Замесила тесто на чесночные пампушки и пока оставила настаиваться.

Вместе мы выгуляли Локи, переоделись в спортивное и отправились на тренировку. Она начиналась в восемь, так что Тюменцев успел предупредить всех, что у нас сегодня намечаются гости, ну а в девять они начали подъезжать. Кто-то на такси, кто-то на своей машине, но в итоге прибыло аж девять кандидатов в ученики нашего «элитного» центра, причем лично я ещё на этапе первичного осмотра отсеяла троих. За слишком наглые оценивающие взгляды с налетом высокомерия.

Хороших охотников из них не получится.

Ещё четверо были из категории «такое себе, работать и работать», а двое на первый взгляд подходили по всем пунктам. Нормальные такие парни среднего достатка в возрасте примерно двадцати трех лет. Рослые, крепкие, к работе приученные.

Как я и предложила еще вчера, первым делом майор озвучил цену обучения в нашем центре. Народ… расстроился и отсеялось сразу двое. Один наглец и один задохлик. Затем майор пробежался по программе и срокам обучения. Расстроенно удалились ещё двое молодых, которые наивно думали, что за месяц реально нарастить десять килограммов мышц и стать профессионалом. Следом майор провел гостям экскурсию по полигону, упомянув, что в ещё строящемся административном корпусе на два этажа запланированы учебные классы по теоретическим дисциплинам и предложил кандидатам проверить свои силы в спарринге.

С самым молодым и обманчиво безобидным охотником нашего отряда.

С Сашей.

В рукопашке.

Пять боев — пять поражений. Естественно, не Сашиных. По их итогам взял время на подумать барон Гилев и тоже уехал, в итоге осталось четверо: восемнадцатилетний Артем, мелкий, но упорный и проворный; братья-погодки Петр и Павел Шубины, работающие в частной охране, но недовольные зарплатой, графиком и перспективами, а ещё Сергей Смирнов, безземельный дворянин, чей гонор серьезно поумерился, когда он понял, что тут он никто и звать его никак. И мелкий восемнадцатилетний пацан может гораздо больше него.

При этом Павел, Петр и Сергей уже успели отслужить, так что сразу приступали к третьему этапу обучения, минуя первые два, а Артема майор решил взять на бесплатное обучение с испытательным сроком. Если за три месяца покажет достойный результат, то обучение и дальше будет бесплатным, а если нет, то… нет. До свидания.

— А у вас тут есть где жить? — тут же взял быка за рога ушлый паренек, глядя на майора незамутненным взглядом. — Просто, ну… Далеко вы от города. Три раза в неделю тратиться на такси туда и обратно у меня денег нет. Я по лету подрабатывал курьером, накопил кое-что. Могу угол снять! Есть?

Внимательно изучив парнишку и выяснив, что в Москве (точнее в Подмосковье) он живет с дедом, который уже на пенсии, а родители погибли два года назад в автокатастрофе, майор удивил нас всех, предложив пожить у себя в доме. На мансарде.

— Только учти, бардак не разводить, руки держать при себе. Узнаю, что воруешь или иначе пакостишь, сходим с тобой в аномалию, — он вперил в парня тяжелый взгляд, — но вернусь оттуда я один. Ни один следователь концов не найдет. Усек?

— Усек, Роман Игоревич! — паренек старательно тянулся ввысь, изображая повышенное рвение. — Я нормальный, не из преступных низов, честно. И готовить умею, и вообще. Вы не пожалеете!

— Да уж надеюсь, — хмыкнул Тюменцев и зачем-то скосил глаза на Карепанова, который тут же изобразил искреннее недоумение. Мол, а я тут при чем? — Ладно, бойцы! Кто готов к занятиям уже сегодня, подписываем бумаги, оплачиваем первый этап, переодеваемся и приступаем к обучению. Кто не готов, те свободны. Тренировка начинается через десять минут. Арес, Афина, Гермес, Геракл и Влад, задержитесь. Остальные свободны.

Гераклом, как я узнала немного запоздало, успели наречь Медведева. Ярослав был могуч и крепок, обладал просто фантастической силой и выносливостью, но при всем этом был далеко не глуп, хотя особой красотой лица похвастать не мог. Наоборот, глядя на него, на ум приходили шутки про Иванушку-дурачка и прочих глуповатых персонажей. При всем этом у Медведя было высшее юридическое образование и зачатки дара тверди уровня ученик. Увы, сильнее он его развить не смог, но особо не расстраивался и пользовался теми преимуществами, которые ему щедро отсыпала матушка природа. А в качестве оружия мастерски овладел клевцом — это такой мощный молоток на длинной ручке, с обратной стороны которого шип.

В общем… Что я хочу сказать? То, что Медведь стал Гераклом, ничего удивительного не было. Такой не только льву и гидре пасть порвет, такой и аномального кабана спокойно в одиночку завалит!

Влад же, как впрочем и остальные ученики центра из первого бесплатного набора, был ещё стажером и, как решили наши тренеры, сможет выбрать себе «олимпийское» имя после успешного посещения аномалии. В целом он показывал очень хорошие результаты и именно его майор решил взять с нами завтра, в итоге распределив роли: он и Геракл в качестве основной ударной силы, Арес (Саша) и Гермес (Матвей) — группа прикрытия, я — поддержка и медик, а Влад — стажер.

— А на кого идем-то? — поинтересовалась я, когда роли были распределены и краткая лекция по взаимодействию озвучена.

— Точно не на скорпионов, — качнул головой майор. — Такой толпой в шахте делать нечего, да и на горном склоне мне будет тяжело контролировать всех вас. Если княжичи не предложат иного, пойдем на жабу. Заодно покажешь свои стрелковые навыки. Целься по глазам бронебойными, будет оптимально. Амулеты от ментального воздействия я возьму на всех, княжичей тоже учту. Но если пойдем на кабана, то вперед не лезьте. Легких бойцов он даже не заметит, только оружие затупите.

На кабана, ага…

— Надо будет взять копье, — заявила я Саше, когда мы уже отправились домой. — С саблей против жабы и кабана мне делать нечего. А вот до мозга я в прошлый раз отлично дотянулась через глаз. Копье будет поудачнее. Анаконд опять же лучше тормозить издали…

— Расскажи, — попросил братишка. — Максимально подробно. А то спас княжну, — он ухмыльнулся, — и даже не знаю, как.

— О, это было занимательно, — рассмеялась я и, войдя на кухню, чтобы продолжить колдовать над борщом и пампушками, в красках расписала, как я героически спасла Дарью, убив тварь всего с одного удара. — Тут повезло, конечно, он меня до последнего игнорировал. Но тварюга знатная была…

— Нда-а… А ты любишь, как я погляжу, людей спасать, — вдруг заметил Саша. — Почему?

Я даже повернулась на него с удивлением. Он спокойно ждал ответа, а я задумалась. И впрямь… Почему?

— Не знаю, — пожала плечами. — Мне кажется это правильным. Помогать тем, кто в опасности. Я могу. Я умею. Я сильнее. Почему не протянуть руку помощи тем, кто этого заслуживает?

— А как ты понимаешь, что они заслуживают?

— Ой, ну что ты докопался? — фыркнула, морща нос и возвращаясь вниманием к тесту, из которого формировала пампушки. — Не знаю. Это чутье. Ну сам посуди, если красивую, но глупую девушку пытаются изнасиловать три отморозка, то в спасении явно нуждается девушка, а не отморозки. Если у тебя на руках умирает от кровопотери парень, то с этим надо что-то делать. И нет, не избавляться от парня, а перевязать. Если тварь собирается утопить человека, то убить надо тварь, а не человека. Это же очевидно.

— Очевидно, что проще отойти в сторону и не вмешиваться, — спокойно произнес братец мне в спину, а я замерла, обдумала его слова и отрицательно мотнула головой.

— Нет, Саш. Это называется «человечность». Пусть моё тело рождено не женщиной, но разум… — я снова обернулась через плечо и посмотрела ему в глаза, — разум у меня далеко не искусственный. И в глобальном смысле слова я хочу жить по совести.

Он посмотрел на меня ещё внимательнее, чуть улыбнулся и кивнул, а я, незаметно выдохнув, вернулась к готовке. Думаю, мы друг друга поняли. Не знаю, зачем он это всё выспрашивал. Проверял или ещё что? Но я действительно считала так.

Да, это могло не сочетаться с моими преступными наклонностями, но-о… Я не безупречна. Я убью убийцу и спасу котенка. Просто потому, что каждый достоин своей участи. Украду у вора и помогу старушке. И нигде не екнет. И вообще… Скоро майор придет, а у меня ещё пампушки не в духовке!

В общем, я ловко долепила последний колобок, сунула противень в духовку и отправилась переодеваться, решив, что не зря купила кучу домашних платьев. Заодно сделала славную прическу, убрав волосы наверх, и поменяла сережки.

Покрутилась перед зеркалом, отправила воздушный поцелуй своему отражению, после чего заглянула к профессору и тоже позвала его на обед, предупредив, что будет майор, на что Бельков поворчал, но согласился. Тюменцев ему нравился, как профессионал своего дела, а о лишнем мы при нем не болтали.

За оставшееся время я накрыла на стол, заварила ароматный чай, накрошила простенький салат с курицей, насыпала в вазочку печенье — в общем, старательно изображала хорошую хозяйку. И нет, мне было не сложно. Мне это нравилось!

Нравилось готовить и наводить уют, нравилась чистота и комфорт, нравилось, что Саша выразительно смотрит на супницу, манящую призывными ароматами…

Ну а потом, наконец, нас почтил вниманием Тюменцев, подошел Назар Демидович и я порадовала мужчин самым лучшим супом всех времен и народов. Борщом!

— Ох, Ева… Александровна, — блаженно откинулся на спинку стула майор, съев уже вторую тарелку супа, — была б постарше, ей богу, соблазнил бы и женился. Не женщина — мечта!

Назар Демидович поперхнулся последней ложкой, Сашка тоже подозрительно закашлялся, лишь я счастливо улыбалась, прекрасно понимая, что Тюменцев шутит. Кто б ему позволил?

— Вкусный суп? — спросила с улыбкой.

— Изумительный! — подтвердил мужчина. — Сто лет такой вкусноты не ел. Я ж обычно по простому — кортохи с мясом накидаю, пару щепоток специй, вот и весь сказ. А борщ, он… — мечтательно вздохнул, — целая наука.

— Спасибо, я старалась, — улыбнулась снова.

С наслаждением искупавшись в лучах славы, пускай и в очень узком кругу ценителей, мы уделили внимание и чаю с пряниками, а потом обсудили и генеральный план развития деревни, который включал и наёмных работников. Желательно молодых работящих женщин, желающих найти ответственного работящего мужа из числа наших мужчин. Естественно, их надо было заинтересовывать не только зарплатой, которая совсем не аргумент, если придется мотаться каждый день по пятьдесят километров туда-обратно, но и участками-домами, так что было решено поставить мини-гостиницу на десять комнат, которые можно будет сдавать в том числе ученикам. Заодно пара новых рабочих мест появится, а то и больше. Это ведь надо будет найти управляющего гостиницей, кухарку, горничную…

В итоге мы решили, что гостиницу будем ставить впритык к административному корпусу учебного центра, благо земли выкупили с запасом на будущее расширение, осталось лишь прикинуть бюджет и понять, кто и из чего будет строить. Ставить сразу капитальное каменное здание — долго. Привлекать к быстрому строительству магов тверди — дорого. А значит что? Правильно! Снова звоним Олегу Ивановичу, специалисту по каркасным домам, и радуем его новым заказом! Обойдется нам это удовольствие миллионов пять в общей сложности (вместе с мебелью), но и поставят его буквально за две-три недели, еще до заморозков. А значит овчинка выделки стоит.

— Пять миллионов, значит, — с легкой досадой крякнул Тюменцев, когда мастер озвучил примерную стоимость проекта, а Саша озвучил её уже нам. — Ну, миллион мы с мужиками ещё найдем…

— Деньги есть, — отмахнулся братишка, ведь мы ещё даже не вскрывали второй кейс, вынесенный из дома Карепановых, да и первый, если уж на то пошло, ещё не весь опустошили. — Насчет этого даже не волнуйтесь. Да, проект скорее всего будет поначалу убыточный и окупится в лучшем случае лет через двадцать, но нам важно не это, а создание комфортной среды для развития деревни и учебного центра. Кстати, Роман Игоревич, я тут кое-что попросить хотел… для себя. Прогуляемся?

Маякнув мне в наш личный чат, что хочет обсудить нюанс с магическим воздействием, что снова не получилось на тренировке, Саша ушел с заинтригованным его просьбой майором. Профессор, допив чай, снова отправился в свою лабораторию, ну а я, прибрав со стола и перемыв посуду, завалилась на диван в обнимку со скетчбуком, который всё-таки купила утром, прикусила кончик карандаша… И надолго впала в ступор, не зная, что нарисовать.

Вдохновения не было.

Вот зараза!

Сашка вернулся минут через сорок, причем настолько довольный, что на миг стало завидно, а потом на меня напало вдохновение и я выпалила:

— Замри!

Озадаченно вскинув брови, Саша действительно замер, но я потребовала:

— Улаба-а-айся! Ну же!

Он цокнул, усмехнулся, но следом постарался придать лицу прежнее довольное выражение, а я уже делала первый в своей новой жизни карандашный скетч и бумага оживала прямо на моих глазах. Десяток штрихов — уже видно фигуру. Ещё десяток — довольная ухмылка и лукавый прищур. Минуту спустя — отчетливо виден дерзкий взгляд и остается лишь затенить нужные участки, чтобы получилось именно то, что вспыхнуло у меня в голове.

— Да!

— Покажи, — тут же оживился братишка и подскочил раньше, чем я успела запротестовать. — Ого! Круто. Ты молодец. Какая-то сотня точнейших штрихов — и готовый портрет.

Я смущенно сморщила нос, чувствуя, как же мне безумно приятно слышать не совсем заслуженную, но все же похвалу. Да, я не урожденный талант, мои навыки — это программы. Но тяга-то к прекрасному — моя собственная! И это невероятно восхитительно — уметь облечь её в видимый результат!

— Кстати, я тоже с отличными новостями. — Сашка плюхнулся рядышком на диван, приобнял меня за плечи, поиграл бровями и отправил мне в личку файлик. — Глянь, какая красота!

Тут же расфокусировав взгляд, я проанализировала файл, который содержал довольно сложно закодированный импульс чистейшей энергии металла, а потом перевела ошалевший взгляд на Сашку.

— Получилось!

— Получилось, — разулыбался он и, вдруг подавшись вперед, чмокнул меня в нос. — Получилось, Ева! Идем, хочу уже установить его на себя и посмотреть, что получится! Идем!

В итоге он утащил меня в свою комнату, попутно прихватив с кухни чайную ложечку, после чего скинул обувь, лег, выпрямился… И через секунду его взгляд остановился, а тело выгнулось дугой. Не успела я испугаться, как сквозь плотно стиснутые губы прозвучал стон, полный невыразимой муки, но довольно короткий, не дольше трех секунд, а потом Сашка безвольно растекся по кровати и часто-часто задышал, а я увидела, как его футболка стремительно намокает, а по вискам аж ручьями льется пот.

За это время я успела только крепче стиснуть ложечку, понимая, что лучше не вмешиваться в процесс установки, и лишь когда поймала на себе рассеянный взгляд брата, тихонько спросила:

— Ну как?

— Больно… — прошептал он явно через силу. — Ох-хренеть как больно, Ева… Погоди… Принеси попить, а?

На кухне я оказалась в считанные секунды. Руки тряслись, меня саму тоже нехорошо потряхивало, но я приказала себе собраться, налила в стакан воды и вернулась в спальню брата уже без дрожи.

Помогла присесть, придержала стакан у его губ, и помогла снова лечь.

В общей сложности прошло не меньше получаса, пока Сашка не подал голос.

— Всё, вроде отпускает… Да уж. Ощущения — врагу не пожелаешь. Думал, сдохну. Знаешь, я даже не могу описать это словами. Словно моё нутро проткнули миллиардами невидимых жгучих игл и я ни-че-го не могу с этим сделать. А они ещё прокручиваются, наматывают на себя мои жилы и кровь…

— Тебе надо триллеры писать, — поморщилась, передергивая плечами, а потом тихонько добавила: — И обезбола как назло нет…

— Поэтому сегодня ты ничего распаковывать на себя не будешь, — жестко подытожил Саша, посмотрев на меня так пристально, что я подумала… и кивнула.

В самом деле, я себе не враг. А потерпеть сутки — не сложно.

— Кстати, дай ложечку.

Я протянула ему кусочек металла и Саша, старательно её ощупав, расплылся в довольной ухмылке, а потом в его ладони расплылась и ложечка, превратившись в металлическую лужицу.

— Ты её расплавил? — озадачилась.

— Неа. Это магическое преобразование. Металл холодный. Потрогай.

Я аккуратно ткнула в центр лужицы пальцем и металл колыхнулся, но он и впрямь был холодным. Только жидким. Как ртуть!

— Здорово! — обрадовалась, причем искренне. — А что ещё можешь?

— На самом деле не очень много, — хмыкнул Сашка. — Ядро у меня подросло на пару процентов, но всё ещё не ядро подмастерья. Это накладывает серьезные ограничения по объему используемой энергии. Я расспросил майора, и он вспомнил, что на заре своего пробуждения мог лишь ощущать металл в радиусе десяти метров, да деформировать не особо большие конструкции, которых касался. Ну там… Кочергу в узел завязать и всё такое. Броня становится доступна только на уровне мастера, не меньше. Я вот думаю… — проговаривая это, он старательно гипнотизировал взглядом лужицу и она крайне неохотно вытягивалась в о-очень слабое подобие ложечки: ручку и черпачок, но такие… Грубые. Словно ребенком из пластилина слепленные. — Черт!

— Что?

— Не получается, — он поморщился, устало откидываясь на подушки. — Что-то у меня всё-таки не то с пространственным мышлением и воображением. Как говорится: ломать — не строить. В общем, о чем я? Ах, да! Как думаешь, реально увеличить ядро кодом?

— Не знаю, — качнула головой. — Классические маги увеличивают его ежедневными тренировками и медитациями. Ещё я читала, что в бою тоже растет не только мастерство, но и ядро — чем сильнее и чаще выкладываешься, тем значительнее результат. Это как с мышцами в спорте. Но если есть программа для создания энергетического ядра, то почему бы и не быть программе для его роста? Есть же программы для роста волос и тела в целом. Вот только на официальных порталах я такие не видела. В даркнете, кстати, тоже. По идее её наверняка бы смог написать Димитро… Он вообще гений. Вот только этот гений так некстати пропал с радаров, что хоть в розыск подавай, — я невесело усмехнулась. — А сама я… Знаешь, не рискну. Вроде бы и разбираюсь в уже готовом коде, но создать что-то с нуля — это совершенно иной уровень.

— Да, тут действительно нужно быть гением, — с досадой вздохнул Саша, но потом постарался улыбнуться, хотя и вышло криво. — Что ж, будем превозмогать по-старинке.

И резко перевел тему.

— Ты как? Готова к завтрашней вылазке?

Точно!

— Почти, — улыбнулась, морща нос, и поднялась с кровати брата. — Ладно, отдыхай. Пойду соберу вещички и присмотрю себе копье из наших запасов. Если что, зови.

Кивнув с таким видом, словно и впрямь будет звать, «если что», Саша прикрыл глаза и расслабился, ну а я действительно занялась сборами.

Перебрала содержимое рюкзака, взяв побольше пакетов под траву, заранее приготовила ужин и перекус на завтра, а потом и вовсе спустилась в погреб, придирчиво изучив все три копья, которые прихватила из магазина Селиванова. К сожалению, копья были не самым ходовым оружием. Тяжелые, громоздкие, да и учиться ими обращаться не так уж и легко. Но в ряде случаях именно копье способно остановить опасного противника на расстоянии.

Хм, пожалуй… Да, возьму вот это, укороченное. Даже не копье, а дротик. Древко длиной всего метр-двадцать, но металлизированное, и наконечник достаточно крепкий и острый, чтобы проткнуть им шкуру змеи. Ну или глаз кабана, а то и гипножабы.

Интересно, каким составом завтра прибудут княжичи? Вот кого точно не хотелось бы видеть, так это самого князя и его старшенького, Дмитрия. Снобы двуличные!

Данька под вопросом. Тоже не так прост, как хочет казаться. А вот Дарье точно с семейкой не повезло. Бедная девочка… Но вынуждена соответствовать. Интересно, папенька уже нашел ей мужа? Надеюсь, не такого же говнюка, как сам? Надо будет уточнить при случае. Хотя… Что это изменит? По факту ничего. Но просто интересно. Вдруг князь разрешит ей выйти замуж за любимого? Понятно, что из узкого круга предварительно одобренных кандидатов, но хотя бы не первого попавшегося толстосума, способного упрочить положение семьи.

Определившись с оружием, я решила задержаться в библиотеке, найдя среди прочих книг томик по магии металла, и присела ознакомиться с его содержимым прямо на месте. Как Саша и говорил, на ранге ученик доступен самый минимум — чувство металла в не особо большом радиусе и прямое воздействие на него при контакте. Преимущественно магическое размягчение и искривление, но не сильное. Всё зависит от размеров предмета. Вот, допустим, ложечку он смог превратить в лужицу, а с мечом бы так уже не получилось — слишком большой.

Опять же обратно сотворить из лужицы ложечку — это надо быть уже подмастерьем. Причем необходимо обладать идеальной памятью и тем самым пространственным мышлением, отсутствие которого Саша у себя заподозрил. И лишь на ранге мастер происходит реальный прорыв возможностей любого мага, в том числе мага металла. Появляется стихийная броня и получается освоить пять-семь действительно убойных техник. А по факту больше и не надо. Тут главное, чтобы энергия раньше времени не кончилась. А долбить врага можно одним и тем же заклинанием, если оно действительно качественное и убойное.

Что ж… Сдадим завтра Фельдштейну траву, надо будет выкупить хотя бы дюжину ампул обезбола. Чтобы всегда был запас. Понятно, что любую боль можно перетерпеть, но зачем, если есть альтернатива? Да и мы вроде не мазохисты…

Нет. Точно не мазохисты.

А за ужином я не удержалась и, видя, что Саша окончательно пришел в себя, спросила:

— А как получилось создать код энергии металла? Как Тюменцев на тебя воздействовал?

Братец почему-то сначала криво усмехнулся, затем дернул плечом и только потом нехотя признался:

— Я попросил его воздействовать на микрочастицы металла в своей крови. Он достаточно сильный маг, чтобы управлять даже молекулами металла на расстоянии. В итоге он отправил в меня чистый заряд энергии магии своего спектра и программа перехвата смогла опознать её, как код.

— Ты… сумасшедший! — ахнула. — А если бы он тебя убил?

— Ну не убил же, — беспечно пожал плечами Сашка. — К тому же мы сразу обсудили все нюансы и он не ставил цель именно убить. Это было скорее исследовательское воздействие. Я смог заинтересовать его нестандартным подходом и нетипичным для него способом применения магии. Ну и, как видишь, у нас всё получилось.

— Здорово, — согласилась, но как-то кисло. — А если бы он почуял в тебе процессор? Как бы ты его объяснил?

— Ева-а-а… — тон Саши вдруг стал ласковым и ироничным, — а напомни-ка мне, умница моя, склонная к панике, из чего делают микропроцессоры?

Я нахмурилась, чуя подвох. Прищурилась даже. И только потом ответила:

— Преимущественно из кремния.

Саша с умным видом кивнул, словно я сдала ему сложнейший экзамен, и спросил снова:

— А кремний у нас разве металл?

— О-о… — протянула, только сейчас понимая, что он действительно прав. — Черт… Точно. Ладно, извини. Была не права.

После чего посмотрела на него, наклонив голову, и невинно уточнила:

— А у тебя какие планы на вечер?

— Собирался помедитировать, а что?

— А хочешь помедитировать в необычной позе? — улыбнулась с хитрым прищуром.

— Попозировать тебе? — догадался Сашка.

— Ага.

— Без проблем. Сейчас?

— Чуть позже.

В итоге сначала я прибрала со стола и помыла посуду, покормила Локи и убедилась, что никаких бытовых дел на ближайшие сутки нет, и только потом попросила Сашу принять удобную для него позу и не обращать на меня внимания.

Решив не изобретать велосипед, он сел на полу в гостиной в классическую позу лотоса, расположив руки на коленях ладонями вверх, прикрыл глаза и уже в следующий миг его лицо приобрело такое непривычно одухотворенное выражение, что пару минут я просто рассматривала его, как самое настоящее произведение искусства.

Это была не классическая красота, но в то же время всё настолько гармонично, что я, как начинающий, но многому обученный художник, просто не могла отвести глаз. Это было… Завораживающе. Идеальная гармония в самом что ни на есть концентрированном виде!

Ну а потом я, наконец, отмерла и взяла в руки скетчбук. Четкий анфас, ракурс в три четверти, композиция с улегшимся рядом Локи — мои мальчики были идеальны и я не прекращала ими восхищаться. А потом неожиданно стемнело, Саша открыл глаза и заявил:

— Гулять идем?

— Идем, — улыбнулась ему, чувствуя некую эмоциональную усталость и даже опустошение. Но приятное, щедро смешанное с удовлетворением.

— Покажи, что получилось.

Я молча вручила ему скетчбук и буквально впилась взглядом в его лицо, но оно не выражало ни одной яркой эмоции. Саша был задумчив и сосредоточен.

Я даже волноваться начала. Ну что⁈ Что не так?

— Знаешь, у тебя талант, — в итоге заявил он, возвращая мне блокнот и глядя на меня так серьезно, что я даже смутилась. — Действительно талант. Мало знать и уметь, надо чувствовать. Твои рисунки, они… Живые. Мне очень понравилось. Ты молодец.

Чувствуя, как краснею, я прикусила губу и расплылась в довольной улыбке от его похвалы. Оказывается, безумно приятно, когда хвалят. Пожалуй, это мой личный наркотик. Никогда не надоест!

— Спасибо, — я наклонила голову набок и послала Саше сияющий взгляд. — В свою очередь хочу сказать, что ты изумительный объект для вдохновения. Рисовать тебя — одно удовольствие.

— У-у? — лежащий рядом с ним Локи подал голос и наклонил голову, выразительно приподнимая лохматые брови.

— И тебя, конечно, тоже! — рассмеялась я, наклоняясь, чтобы потрепать волчонка по макушке. — А сейчас идем гулять! Пора уже размять ноги, а то отсидела — совсем их не чую! Ну? Наперегонки!

Чудесно прогулявшись перед сном, причем на забывая тренироваться в применении кинетической магии, что по миллиметру, но приближало нас к следующей ступени развития дара, ближе к полуночи мы разошлись по своим комнатам, и спать я легла с улыбкой на губах. Это был замечательный день!

Впрочем, следующее утро было ещё лучше: Саша снова встал раньше и не только сделал на нас обоих горячие бутерброды, но и сварил изумительный кофе с щепоткой корицы, который позволил проснуться окончательно и насладиться завтраком в полной мере.

Пробежка, прогулка…

К восьми мы были полностью готовы и уже подъезжали к «Олимпу», ещё вчера договорившись, что мы с Сашей поедем к аномалии на своей Газели, в которой было удобно перевозить амуницию. Да и одной машины Тюменцева на всех не хватит, факт.

Сам Роман Игоревич тоже был абсолютно готов к вылазке, радовали бодростью Гермес и Геракл, немного, но в меру нервничал Влад, а за пару минут до восьми к учебному центру подъехало три автомобиля, в которых сидели княжичи с сопровождением.

Как и обещал Даниил, помимо него и Дарьи в аномалию планировали идти ещё трое: два бойца и целитель. Всех троих я видела в прошлый раз, причем сразу отметила, что целитель ехал на своей машине, бойцы вдвоем ещё на одной, а княжичей вез персональный водитель.

При этом все они не поленились выйти, чтобы поздороваться-перезнакомиться, причем всех присутствующих со своей стороны представлял Даниил, а с нашей Тюменцев. После этого мужчины сразу договорились, что идем на гипножабу, командование отрядом берет на себя именно майор, а в случае его ранения уже княжич, в мой рюкзак заранее отправилась аптечка Тюменцева, сабельку я после некоторых раздумий тоже взяла, а вот Саша по моей просьбе стал носильщиком моего короткого копья. Всё-таки он посильнее будет, да и просто мужчина.

Ну а мне достался комплимент от княжича:

— Ева, изумительно выглядите. Кстати, видел в сети ролик с вашим участием. Вы прекрасно держались и я абсолютно согласен со всеми вашими заявлениями. Эта молодежь совершенно не осознает границы дозволенного. Я уже связался по своим каналам со следователем, которому поручили разобраться в инциденте, и попросил уделить ему максимум внимания. Пусть этот урок станет им в назидание, их поведение просто недопустимо. Аристократы должны подавать пример своим воспитанием, а не позорить род и ставить себя выше закона.

М-м, как много слов… А что в итоге?

Несмотря на язвительные мысли, я мило поблагодарила княжича за комплимент и неравнодушное отношение к остро социальным проблемам общества, после чего мы погрузились по машинам и отправились в сторону аномалии.

Сегодня на КПП нас пропустили без единой проволочки, даже несмотря на то, что в команде было аж две девушки: я и Дарья. Сама Даша была сегодня непривычно тиха и задумчива, но отнюдь не рассеяна, а когда мы прошли сквозь туман и майор раздал нам амулеты от ментального воздействия, то мужчины поставили её поближе ко мне. Впереди шли Гефест и Геракл, для которого этот выход так же был первым, с флангов нас прикрывали Арес (Саша) и Аквилон (княжич), затем шли мы с княжной, причем она ближе к моему брату, а я к её, прямо за нами шли Гермес (Матвей), Влад и целитель Василий, а тыл прикрывали бойцы князя — Стас и Юра.

Шли спокойно, без спешки, но сразу взяв чуть правее центральной тропы, немного зайдя на склон, однако я догадывалась, что не просто так. Майор хотел проверить в деле наших новичков. За два часа пути до болота удалось это аж пять раз, но скорпионы были не особо крупными, меньше среднего, так что мы с Дарьей даже не думали вмешиваться — с ними прекрасно разбирались мужчины.

Пару раз Тюменцев подзывал Влада и позволял ему проявить себя в бою, так что мы могли оценить готовность кандидата стать олимпийцем. Ну и что я хочу сказать? В целом он был готов. Не трусил, не медлил, не мазал.

Осталось лишь подобрать имя… Но вот с этим уже сложнее. По большому счету в греческом пантеоне не так уж и много богов, чтобы выбирать. Ему точно не быть ни Зевсом, ни Аидом, ни Посейдоном. Это главные боги Олимпа и ими, как мне кажется, могут стать только профильные маги.

Красавчик Аполлон — бог света, искусств и врачевания. Мимо.

Гелиос — бог солнца, Геос — бог света. Тоже не то. Гименей — божество брака, Морфей — бог сна, а Дионис — бог виноделия. Вообще мимо!

Нот, Зефир, Борей, Эвр — боги ветров, Эрос — бог любви, Плутос — бог богатства, Танатос — бог смерти, Уран — вообще отец титанов!

Ну и кто остается? Пожалуй титаны и герои. Всякие там Одисеи и Аяксы, Иполиты, Гипперионы, Тесеи, Ясоны, Минелаи и прочие Полидевки.

О! Ещё Пан — бог лесов, бог-сатир.

Любвеобильный извращенец. Но что-то я сомневаюсь, что Влад захочет быть Паном. Он, конечно, весельчак и балагур, но вроде адекватный.

Черт, что ж так сложно-то?

Хм, а вот интересно. Может, Влад уже сам выбрал себе имя? И почему я не подумала об этом сразу? Вернемся, обязательно спрошу!

Ну а пока, пожалуй, стоит сосредоточиться на дороге и том, что меня спрашивает Дарья…

— А вы с Сашей давно тренируетесь?

— Да, — кивнула и слова лжи срывались с моего языка безо всякого стеснения. — Знаешь, я с детства интересовалась… всяким таким. Сначала музыка и танцы, рисование и боевые искусства. Ну а потом как-то само получилось, что переняла и увлечения брата. В городе, где мы жили, довольно много секций для самореализации даже для простых ребят, как мы. Я правда пыталась жить обычной жизнью… — усмехнулась, краем глаза отмечая, как к моим откровениям прислушивается княжич, но успешно делая вид, что зорко изучает свой фланг, — вот только ничего у меня не получилось. Слишком я люблю свою независимость и самостоятельность. В аномалии только ты отвечаешь за свою жизнь и заработок, а в обычной жизни ограничений больше, чем запятых в сложноподчиненном предложении. С женихом опять же не сложилось… — Я вздохнула и поморщилась, вроде как не желая говорить, но потом, понизив голос все равно разоткровенничалась: — Представляешь, изменял мне! С-скотина!

— Тебе? — искренне изумилась княжна и посмотрела на меня прямо. — Но ты же такая… Милая! И умная, и просто красивая. Он просто дурак!

— Мужчины, — фыркнула и пожала плечами. — Пока с ними дружишь — они ещё более или менее адекватны, а как доходит до чего-то большего, я перестаю их понимать. То им не так, это не эдак… Представляешь, требовал, чтобы я носила исключительно бесформенные длинные платья с полностью закрытой горловиной. И не красилась косметикой! Мол, на меня другие мужчины засматриваются. А сам при этом познакомился со мной в кафе, где мы с девчонками сидели в футболках и шортах. На ноги мои засмотревшись и лицо с макияжем! Где логика?

В общем, сочиняла я напропалую, Даша изумлялась и поддакивала, Даниил грел уши, Сашка старательно ухмылялся в сторону, ну а что уж делали остальные, до кого доносился мой рассказ вполголоса, я не знала — не видела.

Как бы то ни было, до болота мы добрались. Полюбовались на тучи москитов, старательно намазались маслом с лавандой, княжич показал нам класс, сумев организовать из ближайшего роя москитное торнадо, которое посекло насекомых в фарш…

А гипножаба всё не появлялась.

— Закончились что ли? — поинтересовалась вслух, немного недоумевая. — А кто знает, сколько их всего на этом болоте?

— Один раз одновременно видел трех, — задумчиво произнёс майор, вглядываясь в вонючую даль. — Но не прямо в одном месте, а так, по обозримой площади. Думаю, их тут штук восемь-десять, не больше. Давайте пройдем чуть ближе к лесу.

И мы двинулись налево, но сохраняя максимальную бдительность.

По дороге лишили жизни двух анаконд, но снова нам с княжной ничего не досталось, но минут тридцать спустя мы, наконец, обнаружили долгожданную цель совсем неподалеку — гипножаба обозначила себя сама, чуть вынырнув, чтобы полакомиться незадачливым москитом.

— Отлично! Расходимся, — скомандовал майор. — Афина и Диана — на правый фланг! Их прикрывают Арес и Аквилон. Влад и Гермес на левый, прикрытие — Геракл и Стас. Юра, на тебе целитель.

Ну а себе майор оставил роль центрального атакующего, немного отойдя назад и швырнув в гипножабу дротик из цельного металла, который создал в руке своей магией.

Жаба его заигрываний не оценила и поквакала к нам уже после третьего броска. Правда, я не заметила, чтобы эти дротики застряли в её шкуре, скорее всего они не пробивали её, как не пробивало и другое обычное оружие. То ли остроты не хватало, то ли мощности броска…

В итоге Гефест бросил в неё ещё два дротика, но жаба подставила под них своё пузо и они просто соскользнули с её резиновой кожи, не погрузившись даже на миллиметр.

Нда…

А потом она начала охоту.

Шустрая тварь прыгала, как заведенная, не уставая выстреливать языком, так что приходилось играть в пятнашки, выгадывая момент для единственного меткого броска копьем в глаз, но пока он не подворачивался.

В какой-то момент Гераклу повезло оказаться на расстоянии удара и он долбанул своим клевцом по её колену, так что гипножаба начала прихрамывать, но стала лишь злее, и её язык замелькал просто с чудовищной скоростью.

Пару раз удалось увернуться исключительно чудом, один раз её язык отвел от меня в сторону резкий воздушный поток княжича, за что я была ему искренне благодарна. Целоваться с этой тварью мне не понравилось и повторения я не хотела.

А потом не повезло Юре, который едва успел прикрыть собой целителя, но сам уклониться не успел и жаба, присосавшись своим липким нейротоксичным языком прямо к лицу бойца, рванула его на себя.

Момент был удачным и, как оказалось, так считала не только я. В один миг в гипножабу прилетело моё копье — четко в правый глаз, мощный металлический шип из чистой магии от майора — в левый, княжич от души рубанул воздушным лезвием по раненой лапе, а Саша просто подскочил к самой жабе и вставил меч меж уже сомкнутых губ, как рычаг — тварь заглотила Юру чуть ли не по колени и активно глотала его дальше.

Как бы то ни было, репку, то есть Юру, обратно мы вытянули и жабу добили.

Фух!

А в первые раз было проще… Да и во второй тоже.

Так, а это ещё что…

— Народ, не хочу никого отвлекать, но у нас гости, — заявила я громким воплем, привлекая внимание к шуршащим в тридцати метрах от нас кустам, где копошился рассерженный нашим шумом кабан.

Нападать сразу он не спешил, но было видно, что и уходить не планирует, а пока примеряется и явно накручивает себя сам, подгребая землю копытом и поддевая ближайшее к нему хлипкое деревце клыком. При этом ростика в кабанчике было метра два, то есть не самый крупный экземпляр, но учитывая крепость его шкуры… Попотеть снова придется. А копье у меня в жабе!

— Вот вечно так, то пусто, то густо, — цыкнул майор и начал вполголоса, но торопливо раздавать указания: — Гермес, прикрывай Юру и целителя, не позволяй затоптать. Стас, на тебе Влад. Остальные расходимся веером, парами: Аквилон-Афина, Арес-Диана, Геракл давай ближе ко мне.

Уже понимая, что не успею метнуться к копью и вытащить его из жабы, я торопливо зарядила свой небольшой арбалет зазубренным болтом, и когда кабан бросился в атаку на обманчиво беззащитного Гефеста, сместилась немного в сторону и вышибла твари левый глаз с первого выстрела за десять метров до майора.

Разразившись истеричным визгом, к сожалению, кабан не сдох — длины болта не хватило, чтобы добраться до мозга, но это дало возможность мужчинам перегруппироваться и ударить по носу и коленям — самым слабым в плане брони местам кабана.

Сашка вообще умудрился оббежать тварь с тыла и рубануть своим острым гладиусом сухожилия на задних ногах, да и Дарья отметилась, приятно удивив мощным потоком торнадо, который вогнала твари прямо в глотку, отчего кабан захлебнулся очередным визгом…

И сдох.

Подозреваю, магия превратила его внутренности в фарш, что подтвердил целитель Василий, подошедший, чтобы просканировать тушу.

— То есть сердце и печень искать бесполезно? — уточнила на всякий случай.

Дарья смущенно ойкнула, а потом вздернула подбородочек и мстительно пнула заваленного кабана по брюху.

— Сам виноват!

Ну, как бы возражений нет. Но это минус сотка. Хотя княжичам, наверное, деньги в принципе особо не важны… Их папа содержит!

— Бессмысленно, — скупо согласился со мной Василий за все время нашего похода произнесший от силы пару фраз. — Но бивни целые, за них можно выручить неплохие деньги.

В итоге Саше доверили потрошить жабу и обучать этому Влада, за ними присматривал Стас. Гефест в компании сильных Матвея и Ярослава выковыривали из кабана бивни, за чем с нескрываемым удовольствием наблюдала Дарья, взявшая реванш над кабаном, пускай и уже другим, целитель занимался обслюнявленным Юрой, ну а я, предупредив всех, отправилась собирать лекарственную траву.

Ко мне (кто бы сомневался!) присоединился Даниил. Мол, охранять.

— Ева, не могу не отметить изумительную точность вашей стрельбы даже по движущейся мишени, — снова завел свою восхищенную шарманку Оболенский, когда мы отошли от отряда метров на тридцать. Туда, где были самые сочные заросли нужных мне трав. — Как вам это удается?

Как-как… Ловкость скачанных на процессор программ и никакого мошенства!

— Да, как-то само, — ответила вслух, небрежно пожимая плечами. — У меня с детства прекрасный глазомер и отличная координация. А в экстремальных условиях обостряются и остальные чувства. А у вас разве не так?

— Вы правы, во время боя я особенно собран, — согласился со мной мужчина и неожиданно метнулся в сторону, чтобы разобраться с анакондой, которая нагло подслушивала нас из ближайших кустов.

Покосившись туда без особого интереса и отметив, что княжич, безусловно, крут, но больше красуется, я продолжила выискивать нужные мне растения, педантично заполняя ими пакеты. Всё-таки хорошо, что в аномалиях не только животные страдают гигантизмом, но и травы. Дюжина листьев — полноценный килограмм!

В итоге Даниил меня охранял и восхищался, я отвечала что-то нейтральное и иногда легкомысленное, но не забывала заниматься делом.

Минут через сорок нас позвали к группе — мужчины закончили разделывать туши. Стоило перекусить и выдвигаться обратно.

Выбирая путь, сначала мы вернулись ближе к склону, чтобы не нарваться по лесу на ещё одного кабана (или нескольких!), ну а тех двух скорпионов, которых походя уничтожили Матвей и Влад, даже и упоминать не стоит — они были некрупными и бойцы разобрались с ними в два счета.

При этом парализованного Юру несли по очереди на носилках, сначала Стас с Сашей, затем Влад с Матвеем. Княжич ответственно присматривал за мной и Дарьей, майор бдил по всем фронтам, Ярослав прикрывал, а целитель Василий был вроде как не при делах.

В общей сложности мы уложились где-то в шесть часов, выйдя из аномалии в районе трех часов дня. Самое то, чтобы успеть сдать собранные ингредиенты в пункт приема и вернуться домой не по ночи.

В итоге Саша уже убрал наши рюкзаки и снаряжение в кузов, туда же отправились и контейнеры с жабьей икрой, и бивни, и остальное, что удалось вынести сегодня из аномалии, чтобы сдать всё оптом в одном месте, когда к нам подошел Даниил и первым делом обратился к Саше, но поглядывая и на меня.

— Мне очень понравилось работать с вами в команде, ребята. Несмотря на ваш юный возраст, вы действительно профессионалы. Спасибо за доставленное удовольствие. И скажу сразу, на выручку мы не претендуем, сегодня я ходил в аномалию не ради денег, а ради сестры. Для неё было важно взять реванш и доказать себе, что она хороший боец. Так что всё это ваше. И ещё… — Он посмотрел с улыбкой на меня и моя пятая точка подобралась в ожидании неприятностей. — Ева, я был бы искренне рад, если бы вы согласились сходить со мной на ужин. В ресторан. Скажем… Завтра. В семь.

Ну что начинается-то? Нормально же общались!

— Даниил… — Я изобразила смущение с намеком на отказ, но договорить не успела.

Княжич меня перебил, причем вроде бы и шутливо, но в то же время с жаром:

— Богиня, прошу, не разбивайте мне сердце. Это будет слишком жестоко!

Гр-р!

«Соглашайся, пока он тут окончательно шута изображать не стал», — цинично посоветовал Сашка. — «Это слишком мерзко, мне его уже прибить хочется».

Да мне как бы тоже…

— Хорошо, — в итоге кивнула я. — Завтра. В семь. Ресторан, да?

— Ресторан «Золотая магнолия», — резко обрадовался княжич и завладел моей рукой, чтобы поцеловать. — Я заеду за вами сам. В семь. До скорой встречи, Афина.

Оболенский ушел, мы тоже погрузились по машинам, но лишь когда отъехали от КПП метров сто, Саша цинично заметил:

— А он наглый. Мягко стелет, но своё продавливает. Что думаешь?

— Козел он, — скривилась. — Скажи мне, зачем я согласилась?

— Поешь вкусно в красивом месте, — со смехом пожал плечами братец, но потом посерьезнел и добавил: — Думаю, он действует с подачи князя. Слишком напорист. Не пойму только, какая его конечная цель. Просто затащить тебя в постель, чтобы этим контролировать? Ну, такой себе способ. Я бы не стал на него полагаться. Или хочет выведать наши «секреты»? Он ведь наверняка заподозрил тебя как минимум в ношении некоего артефакта, который помог избежать ментального и кинетического контроля. Вот второй вариант мне кажется более… жизнеспособным. Что скажешь?

— Какой же ты циник, — поморщилась. — Не хочу я, чтобы меня тащили в постель! Особенно по такому мерзкому поводу. Он, конечно, миловиден, но учитывая цели… Нет не моё. Не хочу.

— Ева, — удивил ещё более серьезным тоном Саша, — я тоже не хочу, чтобы тебя тащили в постель всякие выродки, преследующие свои низменные цели. Я просто озвучиваю то, что думаю. Чтобы ты сама не заблуждалась на его счет.

— О, этого и изначально не было, — отмахнулась. — Я же говорила. Настолько высокородные аристо в принципе ничего не делают от души. У них же это в геноме прописано!

— А ты откуда знаешь?

И вот тут я задумалась. Да. Откуда?

— Не знаю, — пробормотала в итоге. — Но я почему-то уверена в этом, как в таблице умножения.

— Ты сама была аристократкой? Ну, раньше.

— Смеешься? — озадачилась. — Это как же меня жизнь помотала, что из аристо я стала гомункулом?

— Вот этот вопрос меня вообще глобально мучает уже далеко не первый день, — признался братишка. — Особенно учитывая то, что я помню вещи, которых в этом мире никогда не существовало.

— Что? — тут же заинтересовалась его словами.

— Великие битвы, — задумчиво произнес Саша. — Странные имена. События. Я определенно был магом и великим воином. Полководцем, руководителем… Правителем? Не знаю. Но для меня это так же естественно, как дышать. И эти ограничения по силе и мощи… — Он скривился. — Это убивает.

— Ого… — протянула, глядя на него широко распахнутыми глазами и в итоге завистливо вздохнула. — А вот мне только рисовать ужасно нравится. Ну и в момент битвы я чувствую себя при деле. Получается, я тоже была воином? А рисование — хобби? Или наоборот?

— Уверен, однажды мы обязательно это вспомним, — пообещал мне Саша и улыбнулся.

И в своей привычной манере резко сменил тему.

— А у тебя платье-то для ресторана есть, богинюшка?

— Тьфу ты! — фыркнула и сморщила нос. — Не называй меня так. Это звучит слишком пошло. Мне не нравится.

— Да? — почему-то удивился Саша, но спорить не стал. — Ладно, не буду. Так что с платьем?

Задумавшись, сморщила нос.

— Нет. Именно для ресторанного уровня ничего нет.

— Заедем, купим.

И так категорично это прозвучало, словно для него это было делом чести!

Ну давай заедем…

Сама я относилась к предстоящему мероприятию весьма скептично, но спорить не стала. В самом деле, я не девочка из подворотни, чтобы идти в ресторан в джинсах. Или первом попавшемся сарафане. Мне самой будет неприятно!

А вот в красивом платье, подходящих туфлях и украшениях, с прической и вечерним макияжем… Да, я этого достойна. Осталось понять, какое именно платье меня украсит завтра вечером.

Оно должно быть в меру элегантным и закрытым, должно подчеркивать мои достоинства, но не выпячивать. Ни в коем случае не старить.

О-хо-хо, это будет непросто!

А учитывая то, что мы сейчас в охотничьем камуфляже, появление таких нестандартных клиентов в бутиках вип-класса будет явно событием века!

И я не ошиблась…

Сначала мы, правда, заехали к Фельдштейну и сдали товар на умеренно приятную сумму. Он была бы безусловно приятной, если бы мы поделили её только на двоих, но сегодня в нашей команде было намного больше людей и всё было не так однозначно. Более того, как мы договаривались изначально, двадцать процентов от выручки весь ближайший год будет уходить в общую кубышку «на развитие». И это было правильно! Нам административное здание достраивать надо, людям зарплату платить. На голом энтузиазме долго не работается, неа. До этого мы просто выделили на общее дело тьму денег «в долг», но у Леопольда Афанасьевича всё записано.

В общем, что я хочу сказать?

С жабы получилось выручить чуть больше шестисот тысяч. С кабана чуть меньше трехсот. Ещё почти двести пятьдесят со скорпионов. Ну и травы на триста двадцать, её я отдельно откладывать не стала, так и быть. Всё-таки вместе ходили, пусть тоже считается общим. Итого чуть меньше полутора миллионов. Минус вклад в общее дело, затем поделить на шестерых… От силы по двести тысяч на нос.

Ну, по меркам среднестатистического гражданина — отличные деньги. Мне сегодня только на платье с туфлями, ну и на сережки может что останется.

При этом Саша сразу выкупил у Якова Моисеевича дюжину ампул обезбола и остальных тоже взял по три штучки «про запас», на что ушло явно больше двухсот тысяч, но это были обязательные траты и денег на это было ни капли не жаль.

Ну а потом мы отправились в центр, где располагались самые дорогие, самые пафосные бутики, и попробовали стать их клиентами.

Ха! У нас ничего не вышло. Я даже смеялась в голос, совершенно не скрывая своего веселья, когда на входе в один такой салон нам заступил дорогу швейцар в ярко-алой ливрее и хорошо поставленным голосом произнес:

— Господа, этот салон только для обеспеченных аристократов. Прошу вас пройти в салоны вашего уровня.

В общем, не удалось нам туда попасть, но какой-то чертенок дернул меня и я доверительно сообщила доблестному работнику:

— Меня зовут Ева, дружок. Запомни моё имя. Однажды ты сам распахнешь передо мной эти двери. Спорим?

После чего подмигнула и утащила Сашу в салон уровнем пониже, который уже пробила по сети. Там продавались просто бомбические платья, причем по вполне адекватным ценам. На нас там, правда, тоже косились, но делали это аккуратно, а когда я, выбрала из дюжины предложенных вариантов аж три, которые шли мне сильнее прочих, и Саша расплатился за них не глядя, градус радушия девушек моментально вырос на сотню пунктов и нас попросили заглядывать почаще. Причем не только в их отдел, где грядет обновление уже через пару месяцев, но и в салон верхней одежды, где продаются и пальто с меховыми воротниками, и шубки.

Шубки, значит… Ну-ну.

Запомнив это на будущее, пока я провела Сашу по остальным нужным местам, собирая себя четко по пунктам: туфли, сумочки, чулочки, косметика, духи и парочка новых украшений.

А вот хочу! Нет, не для княжича. Для себя!

— Да уж, кто бы мог подумать, — иронично усмехался Сашка, когда мы уже ехали домой, — что для всего лишь одного похода в ресторан надо выложить не меньше полумиллиона⁈

— Это я ещё не транжирила, — показала ему язык, чувствуя себя весьма довольной покупками. — Кстати, глянула я эту «Магнолию», там столики на полгода вперед забронированы, просто так с улицы не зайти. Как думаешь, как у княжича получилось?

— Ну… — Саша небрежно пожал плечами, — он княжич. Думаю, для высшей лиги, к которой он принадлежит, есть отдельная очередь. Деньги и связи решают всё, Ева. Во все времена.

Сказав это, Саша задумался, не отрывая сосредоточенного взгляда от дороги, и какое-то время мы ехали молча, размышляя каждый о своём. Я понимала, что братишка прав. Безоговорочно прав. Мы уже потихоньку обрастаем и тем, и другим, но всего этого мало. Слишком мало, чтобы быть уверенным в завтрашнем дне.

А значит стоит приложить чуть больше усилий! И стать богаче, влиятельнее, сильнее!

— Кстати, я тут тебе мужа нашел… — словно невзначай произнёс он, продолжая всё так же смотреть на дорогу, а я аж глаза на него выпучила.

Хорошо, что за рулем был он, а не я! Я бы точно аварию сейчас устроила!

— Ты… серьезно⁈

— Более чем, — тонко усмехнулся Сашка и всего на миг скосил на меня глаза. — Мне не нравится нездоровая активность мужчин вокруг тебя. Ещё больше не нравится княжич. Пока ты незамужняя простолюдинка, он будет продавливать свои интересы. И мы ничего не можем с этим поделать. А вот если ты враз станешь замужней аристократкой… Это уже другой разговор.

Задумчиво хмыкнув, я прищурилась. Он прав. Снова прав. Но…

— Давай, удиви меня. Как зовут моего будущего мужа?

— Николай Викторович Евтушенко, граф. Орденоносец и участник Кавказских событий пятилетней давности. Разведен, воспитывает сына четырех лет, так что официально наследник у него есть. А жены нет.

— А лет ему? — уточнила скептично.

— Сорок три.

— Молодой, — поморщилась.

— Я не сказал главное, — усмехнулся Саша уголком губ. — Его земли находятся относительно недалеко от нашей деревни, примерно в сорока километрах, это городок Карабаново и пара деревушек. Но самое сладкое знаешь что?

— М-м?

— Семьдесят лет назад на этой территории появилась аномалия, захватившая половину городка, три деревни, серебряную шахту и маленький, но очень заманчивый природный разломчик с энергетическими кристаллами. К сожалению, добыча полезных ресурсов на текущий день невозможна, в разломе расплодились саблезубые кролени, арахны и хомячусы, а в озере живут тританидлы. В общем, весьма сочный и разнообразный биом, есть где развернуться.

— Хм-м, — протянула задумчиво. — В чем подвох?

— И не один, — кивнул братишка. — Семьдесят лет назад род был практически уничтожен и разорен, потеряв больше половины земель и просто безумное количество людей, которые сгинули в аномалии и просто от лап и зубов тварей. На последние деньги была построена стена и выставлен кордон, удавалось даже кое-что зарабатывать своими силами. Граф и его малолетний сын — последние представители когда-то многочисленного рода. Ещё лет пять назад он сумел упрочить своё положение, сколотив кое-какое состояние именно на охоте на тварей. У него была своя команда проверенных охотников. А потом он женился…

Догадываясь, что не обошлось без сюрприза, внимательно слушала, что Саша скажет дальше.

— Женушка оказалась не только красивой, но и алчной. А ещё гулящей. — Братишка презрительно скривился. — Два года назад прогремел скандал, когда граф обнаружил в своей постели её и одного из молодых охотников своей команды. Была не то чтобы дуэль… Но стычка. По её итогам граф убил предателя, но и сам получил тяжелые раны. Сейчас он инвалид, частично парализован. Говорить может, но с трудом. Ходит с о-очень большим трудом. Сама понимаешь, боец из него уже никакой. Как, подозреваю, и мужчина. В интимном плане. С женой развелся, после чего эта дура покончила с собой, с охотниками тоже вышел какой-то конфликт, группа распалась. Новую он найти, как я понял, пока не смог. Доходы резко упали, на лечение опять же ушло много денег, а содержать дом и штат слуг надо. Сын, кстати, остался с ним, всё законно. Я бы не сказал, что он идеальный вариант, но… Да, из всех прочих он идеальный вариант.

— Хм-м… — протянула уже заинтересованно. — А есть его фото?

— Да, смотри.

Саша перекинул на мой коммуникатор фото графа в парадном мундире с какой-то церемонии награждения и я внимательно изучила Николая Евтушенко. А он ничего так… Не смазлив, а скорее суров. Вояка. Чем-то похож на майора, но помоложе. Правильные черты лица, русые волосы, аккуратные усы и бородка. Не в моём вкусе, но порода чувствуется.

— А кто он по магии?

— Воздух, магистр.

— Ого! И как при таких исходных данных он умудрился покалечиться о всего лишь охотника?

Сашка пожал плечами.

— В сети конкретики нет. Хочешь — сама спроси. Ну как? Поедем знакомиться? Можно завтра с самого утра.

— Ты куда так торопишься? — изумилась.

— Уже вечером тебя будет обрабатывать княжич, — с отчетливой неприязнью скривился Саша. — Что-то мне подсказывает, что тебе стоит позаботиться о более весомых аргументах, чем «простите, не хочу». Согласись, «у меня есть жених» звучит солиднее.

— Хм-м… А ты прав, — повеселела, когда обдумала его слова и варианты развития событий. — Но ты уверен, что граф согласится на наше предложение? Я ведь правильно понимаю? Он мне брак и титул «графини», а мы ему силовую и финансовую поддержку?

— Всё верно, — кивнул Саша. — Плюс гарантии того, что сын не останется в одиночестве, если граф умрет до его совершеннолетия. Я тут сунул нос в историю его болезни, там всё совсем не радужно. Три-пять лет — и граф сыграет в ящик. У него серьезные проблемы с мозгом, сердцем и сосудами в целом. Неоперабельные. При таком раскладе его сын станет сиротой ещё до десяти лет, а в таком возрасте дети совершенно недееспособны. Ни воевать, ни управлять. Ну и, развивая тему, несложно понять, что станет с ребенком дальше. Максимум, на что он может рассчитывать — детский дом под патронажем императрицы. Земли при таком раскладе однозначно отходят империи, как особо опасные и нуждающиеся в ежедневном присмотре военных. А вот если мы возьмем его под опеку до совершеннолетия, это уже другой разговор.

— То есть в нашем распоряжении четырнадцать лет, — произнесла задумчиво. — А потом? Я — вдовствующая графиня и юный граф, который может запросто выставить меня за порог всего того, что мы для него сделаем. Сошлет в какую-нибудь «летнюю резиденцию» в виде кособокого домика в деревне, а сам будет пожинать плоды наших стараний. Да?

— Ева, не нагнетай, — беспечно отмахнулся Саша. — Нам сейчас важен этот год. Два-три… Пять. Ты будешь графиней. Замужней дамой, защищенной от любых притязаний. Не волнуйся, я буду рядом. Как минимум личным охранником семьи. К тому же брак, учитывая состояние графа, будет практически фиктивным. Скорее договорным соглашением, выгодным для обеих сторон. Это можно будет обговорить отдельно. Ну а потом ты станешь вдовой… — Он тонко усмехнулся и буквально на миг скосил на меня взгляд. — И кто знает, может найдешь себе другого мужа? Или любовника. Никто же не заставляет тебя блюсти траур и целибат до конца жизни. Ева, брак с графом — это всего лишь ступень. И она будет такой, какой захочешь ты.

Логично.

Обдумав его слова со всех сторон, кивнула, но не могла не заметить:

— А с Левашовым мы когда разберемся? Нам постоянно не до него. Уже перед профессором неловко.

— Всему своё время, — качнул головой Саша. — Сначала безопасность и личная сила, потом месть. Левашов никуда не денется, а вот княжич с его поползновениями буквально на пороге. Сначала отсечем его. К тому же, став графиней, ты получишь право посещать светские мероприятия и, кто знает, может там удастся подобраться к Левашову и его родственникам? Постоять рядом с их коммуникаторами… М?

— А ты стратег, — рассмеялась. — Хорошо, уговорил. С самого утра едем к жениху. Майор ведь не обидится, если мы пропустим тренировку?

Книга предоставлена Цокольным этажом, где можно скачать и другие книги.

Сайт заблокирован в России, поэтому доступ к сайту, например, через Amnezia VPN: -15 % на Premium, но также есть Free.