Что ж. Изначальный план, по которому мы должны были заняться анализом всего надиктованного Боряковым, оценив и рассортировав данные, пошёл по звезде. Причин не верить Лин, у меня не было. А если сеть и правда ляжет, эффект нашей операции сведётся к нулю.

Похоже кто-то наверху решил пойти на крайние меры. Ведь речь не только о подключениях через кабель. Мобильную сеть тоже грохнут. И терзают меня смутные сомнения, что у них получится держать её в таком состоянии достаточно долго. Как показали откровения Борякова, далеко не все наверху замазаны в происходящем. Рано или поздно они начнут задавать вопросы. Потому, скорее всего нас попытаются прижать.

Единственный вариант предотвратить всё это — ударить прямо сейчас. Чем мы и занимаемся. Вернее, в основном работает медийная команда, которая сидит в здании профсоюза. Плюс, участвую я сам. Отбирая те варианты сюжетов, которые максимально зайдут местной публике.

Командиры отрядов сейчас на улицах. Там же Тэкки-тап. Готовятся к обороне и проверяют позиции.

Первой публикацией становится видео. Отрывок той записи, на которой вице-председатель пытается выторговать себе два слитка золота. Тот кусок, где он излагает детали распила бюджета на ремонт дорог. В деталях и достаточно убедительно.

С этого всё и начинается. Видео моментально подхватывают блоггеры, а пресс-служба Гласной Думы под номером четыре, объявляет фальшивкой, созданной одной из нейросетей Ангкора.

В ответ тут же появляется множество технических материалов с анализом записи, которые подтверждают её подлинность. Ну а само видео расходится по медиа.

Следом мы один за другим вываливаем новые блоки информации. Не позволяя противнику выстроить нормальную линию защиты — как только их специалисты погружаются в одну тему, как появляются две новых.

И вот в этот момент, Игнатов объявляет о новой инициативе. Антикоррупционном дозоре. Который должен будет оценить потери от действий чиновников и выкатить им счета.

Юридически — максимально сомнительно и точно не пройдёт в суде. Зато выглядит максимально привлекательно для обычных жителей.

Вот на этом моменте нам всё-таки вырубают сеть. А для пущей надёжности и мобильную связь в целом — сигнал на телефоне отсутствует.

— Верните нам бабло! Верните нам бабло! Верните нам бабло! — толпа, которая собралась около границ портового района скандирует так, что слышно на все окрестные кварталы.

Полиции рядом полно. Но они с трудом представляют, как быть. Сейчас мы подорвали настоящую информационную бомбу — на месте событий оказалось множество журналистов и блоггеров. Связь есть только у некоторых, но остальные тоже вовсю снимают. А расстреливать на месте репортёров — верный способ обеспечить смертный приговор. Точно так же, как залить свинцом безоружную толпу под прицелом видеокамер.

В итоге те приняли промежуточное решение — развернули заслоны на основных дорогах. Металлические заграждения, щиты и водомёты. Плюс, второй слой обороны — мундиры с оружием в руках и тяжелая пехота.

— Наши уже должны были всех раскачать! Чё за дела, япь? Почему никого нет? — Тэкки-тап, который сидит рядом со мной на крыше здания, выглядит изрядно расстроенным.

— Скоро появятся, — цедит Дарья, покосившись в сторону пролетевшего вдали дрона.

Сам я сохраняю молчание. Группы «агитаторов» ушли во вражеский тыл почти полчаса назад. С задачей найти недовольных местных, эмоционально их раскачать и двинуться на позиции мундиров сзади. Полиция может и перекрыла все основные дороги, но было полно лазеек, через которые могли просочиться небольшие группы.

— Во! Прут! Зырь, тарг! — вскочил на ноги варраз.

И правда. На одной из широких улиц позади полиции бурлит толпа. Многочисленная и агрессивная. Сами мундиры в растерянности — такого они не ждали и спину прикрывают те, кто должен выступать последним рубежом, стреляя на поражение.

— Начинайте! — подношу я к губам рацию. — Прорвём их.

Несколько мгновений и толпа собравшаяся с нашей стороны, тоже приходит в движение. Накатывает на заслоны. Летят в разные стороны металлические заграждения. Пятится назад строй полицейских.

А ведь мы действительно их продавливаем. Они настолько растерялись, что даже водомёты не врубают. Вот один из отрядов просто сваливает, бросив технику и воспользовавшись предложением протестующих. Отправляется в тыл второй.

— Работает, — цедит Дарья, снова баюкающая свою руку. — Кстати, что с той китаянкой? Она же до сих пор под замком сидит.

Поворачиваю к ней голову, переключаясь на новую тему. Но ответить не успеваю — где-то совсем недалеко бьют автоматные очереди. Следом бахают помповые ружья. Кто-то кричит. Толпа отшатывается назад, оставляя на асфальте трупы.

— Вон та тварь Ваську прямо в морду пальнула! — орёт какой-то рослый свенг.

— Тассо-харра со всеми братьями положили! Шлифуй-полируй! Резать их! — горланит забравшийся на мусорный бак гоблин.

К этим голосам подключаются другие и через какие-то секунды толпу снова несёт вперёд. И на этот раз они используют оружие — кто-то метает гранату, которая взрывается прямо под ногами мундиров, некоторые стреляют из пистолетов. Полицейский офицер, что отдал приказ стрелять на поражение, валится на асфальт от пули снайпера.

Последних всего пять. И совсем скоро они все вступают в дело — стрельба сорвала крышку с кипящего котла и часть оставшихся тут мундиров пускает в ход оружие.

Ухают взрывы. Долбят пулемёты троллей. Разливаются по асфальту десятки полыхающих пятен от зажигательных коктейлей.

Полицейские уже не стесняются — стреляют из всего, что у них есть. Расчёт на то, что эти парни всё-таки включат мозги и просто отступят, не сработал. Слишком долго они привыкали к полной безнаказанности. И теперь длинными очередями выкашивают местных жителей. Заодно бьют и по журналистам, которые до сих пор остались на месте событий.

— Документировать всё, — рычу я, глянув на Дарью. — Особенно репортёров.

Рывок вперёд. Прыжок. Оказавшись на второй крыше, мчусь дальше. Перемахиваю ещё пару проулков и оказавшись около проспекта, который опоясывает почти весь портовый район, отправляю в полёт гранату. Потом ещё две.

Ухают взрывы и группа автоматчиков, которые до того поливали огнём крупный перекрёсток, замолкает.

Теперь вниз. Соскользнуть по стене, всаживая в неё когти. Пробежаться по асфальту, на ходу вытаскивая револьвер.

Пальнуть прямо в забрало мундира, который пытается навести на меня автомат. Выпустить пулю в бронежилет второго. Сразу же добавить ещё одну в открывшееся после падения горло. Прострелить голову следующему. Уложить ещё двух в упор.

Вернув свой револьвер на место, вытаскиваю у одного из кобуры пистолет. А со стороны перекрёстка уже врывается разъярённая толпа. Буквально сносит нескольких мундиров, которые сохранили способность двигаться и прёт дальше.

Я же ухожу влево. Выскочив с фланга, зачищаю ещё одну вражескую позицию. Столкнувшись в переулке с офицером, который панически запрашивает подкрепление, вгоняю свинец ему в лоб. Не стоило пытаться подстрелить меня первым. Лучше бы оружие бросил.

Дальше и дальше. Новые трупы. Запах пороха, который стоит повсюду. Жители соседнего района, которые быстро сливаются с выходцами из портового в единый механизм.

Мы идём дальше. Процесс управляется только отчасти — в толпе действуют мои отряды, бойцы которых располагают рациями. Но участников слишком много. Корректировать их действия становится всё сложнее. Тем более, сейчас к нам присоединяются всё новые и новые кварталы.

Остатки полицейских удирают, огрызаясь свинцом. Часть использует ведомственную технику. Другие тупо останавливают первые попавшиеся машины и выкидывают водителей. Третьи пытаются убежать пешком.

Когда становится понятно, что больше сопротивления можно не ждать, я ныряю в проулки и нахожу здание с лестницей около стены. Добравшись по стене до нижних металлических перекладин, взбираюсь наверх, на крышу семиэтажного здания.

Истинный масштаб происходящего становится ясен только теперь. Бунтуют не только кварталы, что прилегают к портовому району. Судя по шуму, дыму, звукам сирен и периодически хлопающим выстрелам, занялся весь Нижний город.

Идея стянуть всю полицию к границам портового района наших противников здорово подвела. Уверен — у них были какие-то резервы, на случай возникновения неожиданных проблемных ситуаций. Да и какое-то количество патрулей всё же должно было остаться. Но на фоне людской массы, которая выплеснулась на улицы, это капля в море.

Очаги сопротивления возникают около полицейских управ — засевшие внутри мундиры активно отстреливаются. Как ни странно, ещё одной точкой, куда противник стягивает все доступные силы, становится Гласная Дума.

Площадь перед ней заполняют металлическими заграждениями, которые моментально сметает толпа. Но потом протестующие отступают в обратном направлении — три десятка тяжелых пехотинцев встречают их шквальным огнём.

Я оказываюсь рядом, когда наши уже откатываются, а противник преследует, благоразумно не суясь в узкие проулки. Сконцентрировавшись, пускаю в дело свою способность и изымаю часть мозга у одного из бойцов, заставив остальных немедленно сдать назад.

— Тарг, мы взяли управу, — хрипит в наушнике Тэкки-тап. — Мундиры просто сдались, япь. Чё дальше брать?

Хорошая новость. А вот потеря управляемости, это хреново. Восстановить контроль над ситуацией — задача номер один. Плюс медийно осветить ситуацию так, чтобы у имперских генералов возникли вопросы к местным властям. Потому как, если армейский гарнизон Дальнего получит приказ подавить беспорядки, нам конец. Они пройдут катком, залив всё кровью.

Следующий час я занимаюсь именно этим. Использую «ротных» и «взводных», чтобы создавать организованные группы протестующих, которые постепенно расширяются, вовлекая новых участников. Один за другим формируя новые отряды «Портового патруля», пытаясь стабилизировать ситуацию и не допустить массовых погромов с грабежами. Относительно благополучные районы Нижнего теперь тоже оказались под нашим контролем. Что порождает массу разнообразных соблазнов.

Сложно. Повсюду хаос и слышится стрельба. Отдельные здания вообще горят. Я недооценил масштаб накопившегося в массах раздражения. То, что виделось всплеском недовольства, который проиллюстрирует вскрытые нами проблемы и заставит вернуть сеть, стало полноценным бунтом. Который охватил практически все районы Нижнего города.

Кое-где даже пытались прорваться в кварталы Верхнего. Но там протестующих встретили отряды частной охраны. Бойцы, которые работали на местную элиту или компании. Думаю, они были не слишком рады своей новой задаче, но вариантов уклониться, у них не имелось — приходилось держать оборону и вести огонь.

Призывы Игнатова сбавить обороты, тоже не слишком помогали. Единственным инструментом для наведения порядка стали отряды «Портового патруля», которые стихийно создавались в самых разных районах.

Тем более у нас вышло захватить несколько складов, которые относились к системе «городского резерва». Локальный статус, который не обещал проблем с имперской армией. Две трети оружия правда не стреляло, а солидная часть экипировки безнадёжно сгнила. Но оставшегося с лихвой хватило, чтобы до зубов вооружить ядро моих бойцов. Что положительно сказалось на их восприятии общественностью.

Плюс, мы сломили сопротивление группы тяжеловооружённой пехоты около здания Гласной Думы. Когда по ним начали долбить из противотанковых гранатомётов, эти парни сразу же озаботились вопросами выживаемости и отступили.

Немногочисленные бюрократы, которые несмотря на вечернее время, оставались в постройке, свалили ещё до этого. Так что теперь Гласная Дума со всеми её архивами и документацией, была в наших руках.

Игнатов показательно занял одно из зданий рядом с ней — я всё ещё рассчитывал протолкнуть его кандидатуру в местный парламент и сделать его председателем. Было бы ошибкой дать противнику настолько великолепный повод подставить его под удар имперских служб. Пока Игнатов лишь выступал с инициативами и призывами к отсутствию насилия. Формально — чистейшей воды миротворец.

Сам я обосновался в небольшом отеле, который готовили к открытию, так и не успев этого сделать. Не самое подходящее место для временной штаб-квартиры, но выбирать в таком хаосе не приходилось.

— Они сломались, — голос Дарьи, вошедшей в зал для завтраков, отвлекает от наушника, где докладывает один из командиров. — Совет только что запросил переговоров. Признав, что имели место «определённые нарушения закона».

Девушка выпала из меланхолично-агрессивного состояния. Не знаю, что творилось в её голове до этого вечера, но теперь я снова вижу довольную жизнью Дарью. Счастливую из-за того, что избежала ужасающей смерти.

— Тарг, — следом за ней врывается Тэкки. — Тот магик из лавки к нам заскочил, чтоб проверить. И того… Оба часовых мертвы. Добыча пропала вся. Мэй тож забрали. А ещё… Цсун не выходит на связь.

Техника у нас теперь тоже имеется — до старой штаб-квартиры, мы добираемся за какие-то двадцать минут. Я реквизирую полицейский мотоцикл, а Дарья усаживается за спиной. Тэкки остаётся на месте — кому-то надо присматривать за происходящим.

Переговоры тоже важны, но там и так всё понятно. Игнатов заранее знает, с какими требованиями выступить и что предложить. Основные варианты реакции со стороны Совета тоже просчитаны. Данные по тем его членам, которые работают с белой дрянью, готовы. Раз они замазаны не все и речь о заговоре последних, что хотели стать первыми, пусть их порвут на куски те, кто обладает властью. А потом мы с ними договоримся.

Правда, нужно будет устранить ещё одну фигуру. Ту самую, на которую все указывали в качестве своего рода лидера процесса. Как минимум, влиятельного вдохновителя. Но на этот счёт у меня тоже имелись идеи. А прямо сейчас было необходимо разобраться с убийством и кражей.

К моменту, когда мы прибываем на место, Цсуна так и не находят. Что окончательно утверждает меня в мысли о виновности свенга. Кроме него, о содержимом сумок знали мы с Дарьей и Тэкки-тап. Остальные были не в курсе — я решил, что не стоит соблазнять бойцов лёгкими деньгами.

Тела варразов лежат около двери в хранилище, куда мы спрятали сумки. Один чуть подальше, второй прямо около входа. Оба убиты ножом.

Комната, где держали Мэй пустует. Замок не открывали ключом — попросту выломали. Возможно отчасти вырубив топором.

Запахов тут немало. Я бы сказал, целый комплект. Но помимо всего прочего, чётко ощущаются ароматы Цсуна. Только сегодня мы ехали в замкнутом пространстве микроавтобуса — нос хорошо запомнил, как именно пах свенг.

Владислав уже вернулся к себе — Тэкки-тап попросил его проверить, как обстоят дела в штаб-квартире и маг выполнил просьбу. После чего двинул охранять лавку.

— Сможешь их найти? — ноздри Дарьи раздуваются от гнева. — Ладно деньги, но старуха-то ему зачем?

Я бы сказал, что не знаю ответа, но на самом деле он очевиден. Орк не был идиотом и прекрасно понимал, что спрятаться от меня на территории Нижнего города будет проблематично. Единственный его шанс — покинуть Дальний. Желательно этой же ночью.

Бабуля Мэй — китаянка. Скорее всего знающая кого-то из триад, чьи «офисы» мы старались по мере возможности не трогать. Да они и сами не светились. Ни одной из сторон не требовался конфликт. Ровным счётом до этого момента.

Всё это я излагаю Дарье, пока спускаемся вниз. А вот мысль о том, чтобы выследить Цсуна по запаху, оказывается несостоятельной. Пусть, на портовых улицах сейчас куда меньше жителей, но их хватает, чтобы перебить ароматы орка.

Зато я точно знаю, где располагается ближайшее «подразделение» триад. Вернее, какой-то одной из них. Той, что отвечает за работу с Дальним.

Туда мы с Дарьей и направляемся. Девушка на ходу просматривает новости — переговоры Игнатова и одного из заместителей главы Совета уже стартовали. Хорошая новость — человек с противоположной стороны не был замешан в делах с «нектаром», так что можно было рассчитывать на положительный результат.

К зданию ночного клуба, который располагается в «китайском квартале», мы подъезжаем всё на том же мотоцикле. Дарья остаётся около него, а вот я топаю к дверям.

Остановившись, прислушиваюсь и принюхиваюсь. Потом поднимаю руку и стучу по одной из створок.

— Я знаю, что вы там. Открывайте. Есть разговор.

Несколько секунд тишины. Едва различимые звуки шагов внутри. И лязг замка.

— Чё те надо, гобл? — уставился на меня невысокий китаец, за поясом которого торчал пистолет. — Мы закрыты.

— Две сумки. Золото, банкноты, драгоценные камни и облигации, — спокойно перечислил я, старательно сдерживая внутреннего зверя. — Верните и уцелеете.

— Ты нас пугать вздумал? — почти без акцента поинтересовался азиат. — Ничё не перепутал, морда гобловская? Те может ногу прострелить? Или башку сразу.

Судя по запахам, внутри были ещё бандиты. Сколько именно, я определить не мог — слишком много перемешивалось разных ароматов. Но что-то подсказывает — с десяток китайцев тут должно ошиваться.

— Вы забрали чужое. Приютили предателя, — посмотрел я в глаза китайцу. — Связь есть — передай своим, что я требую всё вернуть. Иначе уже завтра в Нижнем городе не останется живых членов триад.

Мужчина чуть прищурился. Покосился куда-то вбок.

— Слишком, для гобла, ты борзый, — протянул он.

— Зато говорю не как мастер Йода, — машинально выдал я ответ. — Свяжись со своими боссами.

Зря наверное я сейчас про «Звёздные войны» вспомнил. Но китаец вроде бы не врубился. Наверное подумал, что это из локального сленга.

— Вали отсюда, зелёный, — озвучил он неожиданное предложение, захлопывая дверь.

Вернее попытавшись это сделать — яростью внутри полыхнула так, что я попросту влетел в оставшуюся щель.

Ещё несколько азиатов, двое из которых держали в руках помповики, а один щеголял аж сразу парой обрезов, даже среагировать не успели. Один только повёл стволом вслед за движением.

Вытащить револьвер. Отбросить ногой стул, сбивая врагов с толку. Взвести курок.

Выстрел! Первый из китайцев оседает на пол с простреленной головой. Ещё! Минус второй. Вот третья и четвёртая пули уходят в никуда — по мне тоже начинают стрелять, что сбивает прицел. Пятую всаживаю в живот ещё одному азиату. Шестую укладываю в его же корпус.

Рывок. Получаю пулю в бок. Ещё одну в руку. Чувствую, как работает регенерация. Из-за стойки в дальнем конце зала выскакивает ещё один китаец, с пистолет-пулемётом в руках.

Пули прошивают воздух и мою левую руку. Перекатом ухожу в сторону, параллельно крича от ярости. В дверь просовывается Дарья, которая стрелят в никуда. Неприцельно и левой рукой — пуля уносится вдаль. Но сам факт позволяет мне выиграть немного времени.

Бросок в сторону. Подхватываю с пола чужой пистолет. Крутнувшись, вскидываю его. Отбиваю три выстрела кряду по новому противнику и вроде попадаю.

Сместиться. Ещё два выстрела в того же врага. Теперь влепить сразу три пули ещё в одного китайца. Отбросить пистолет. Запустить табуретом в того, что остался на ногах и сейчас перезаряжает обрезы.

Бросок! Но ходу достаю нож и лезвие вспарывает брюхо азиата. Один обрез он бесполезно разряжает в потолок. А когда падает на колени, я вырываю второй, заодно перерезав китайцу глотку.

Морщась от боли, шагаю к стрелку с пистолет-пулемётом. Одна его рука не работает из-за раны, но тот упорно пытается перезарядить оружие.

Медленно приближаюсь, на ходу подняв свой револьвер и отправив нож в ножны. Навожу трофейный обрез на голову азиата, который всё ещё безуспешно пытается зарядить пистолет-пулемёт.

— Наберёшь своим боссам? Или мне снести твою голову и пойти в другое место?

Азиат оказался достаточно разумным — вместо смерти в ночном клубе выбрал звонок наверх.

Технически, он просто набрал номер на своём мобильном. А когда кратко озвучил ситуацию на ломаном русском, то я тут же забрал аппарат.

— У вас мои деньги. Верните и мне не придётся всех вас убивать, — обрисовал я ситуацию собеседнику.

— Помоги нашему человеку и принеси искренние извинения, — тут же парировал он. — Тогда нам не придётся убивать тебя.

— Боюсь, ты не врубаешься, — перешёл я на язык попроще.

— Не, это ты не врубаешься, — отзеркалил меня китаец.

Долго стоять здесь и перекидываться словами, я не хотел. Поэтому сходу перешёл к самому важному. Объяснил, что с ним говорит «Ночной зверь», а деньги которые притащил Цсун принадлежат «Истоку». Общественному союзу с таким же названием, о создании которого сегодня объявил Игнатов. Я бы предпочёл выбрать другое название, но старику было критически важно взять большинство в Гласной Думе под тем же «брендом», который когда-то втоптали в грязь.

Надо сказать, бандит попался неглупый. Ему понадобилась буквально минута, чтобы принять верное решение — отдать мне деньги. Орка, который их принёс, он тоже согласился выдать. Но вот Мэй по его словам, Дальний уже покинула. Загрузилась на торговое судно, которое шло во Владивосток и отчалила.

Цсун тоже мог бы отправиться с ней — договорённость с триадой предполагала, что те получат двадцать килограмм золота за организацию срочной эвакуации из Дальнего. Но свенг хотел отплыть на юг, в Ангкор. Государство, что занимало территорию Таиланда, Лаоса и Камбоджи моего мира. В отличие от многих остальных, там гоблины, орки, эльфы, тролли и прочие расы, не поражались в правах просто по факту своего рождения.

Желание вполне понятное. Да и климат там получше. Однако, это свенга и подвело — он остался тут и угодил в мои руки.

Передача состоялась в двух кварталах от ночного клуба. Полтора десятка китайцев, которые примчали на лёгких мотоциклах. Рршат с ещё одним троллем, что водили стволами пулемётов. И перепуганный Цсун, который сходу попытался вымолить прощение.

Судя по тому потоку слов, которые извергал орк, он глубоко сожалел и был готов на всё, чтобы заслужить прощение. Правда предложить ему было нечего. Вся эта затея была исключительно идеей самого Цсуна. Без всякого внешнего давления. К тому же орк забрал жизни двух варразов, которые просто стерегли хранилище.

В общем, я прострелил ему голову прямо на той же самой парковке, где произошёл обмен. После чего двинулся назад в нашу штаб-квартиру.

Связь, которую то отключали, то снова включали на протяжении всей ночи, теперь стабильно работала. Управлять ситуацией можно было и отсюда.

Правда, всплыла другая проблема — наступал день. А я, вымотанный ночными похождениями и регенерацией, был не в лучшем своём состоянии. Свинца в меня всадили достаточно — чтобы утолить голод, пришлось наведаться в ту самую забегаловку, куда мы когда-то ломились с Тэкки-тапом. И ещё раз напугать того же самого паренька.

Потом я обосновался на третьем этаже, где закрыли все ставни и надолго стал единым целым со своим телефоном. Видео-звонки, сообщения, чаты и многочисленные новые контакты.

Тэкки-тап, тоже охреневающий от нагрузки, мотался снаружи, служа моими руками, глазами и ушами. Не всегда ситуацию можно было объективно оценить за счёт одного только созвона. Требовался личный взгляд.

Что до этих самых ситуаций, их хватало. Один кадровый вопрос в «Патруле» чего стоил. Несколько сотен людей, орков и гоблинов, которых нужно было утвердить на своих «постах» и каким-то образом структурировать их же отряды.

Плюс, я постоянно был на связи с Игнатовым, который в свою очередь общался с Советом. По большому счёту они пришли к согласию. Учитывая вскрывшуюся ситуацию, Гласная Дума под номером четыре немедленно распускалась и прекращала свои полномочия. На этот же период назначалась временная администрация в лице Игнатова. Располагающая властью карать, миловать и производить кадровые перестановки.

При этом, на кадрах съёмки Совета, который собрался на срочное заседание, не оказалось сразу пятерых членов. Все из той самой третьей категории, которая по сути своей, устроила заговор.

Теперь перед нами встают совсем иные вызовы. Власть над четвёртым городским округом в наших руках, но ею нужно грамотно распорядиться. Не допустив сползания в хаос, анархию и грабежи.

Всё это сложно. Особенно, когда ты заперт в четырёх стенах, а ночью несколько раз участвовал в разного рода схватках. Тем не менее мне удаётся продержаться до двух часов дня и разгрести большую часть критически важных вопросов.

В конце концов, отрубаюсь. Прямо тут же, в бывшем конференц-зале, забравшись с ногами в кресло.

Просыпаюсь от того, что кто-то трясёт меня за плечо. Дарья.

— Четырнадцатый пирс. Ты говорил, что сам с ним разберёшься, как поспишь, — девушка не обращает ни малейшего внимания на мой чуть возмущённый взгляд. — Они все свалили. Только что. Загрузились на шхуны и вышли в море.

С теми, кто работал на четырнадцатом пирсе, я и в самом деле желал бы поговорить. Боряков рассказал многое — в том числе и чем на самом деле является «нектар». Сырьё, из которого его делают — результат прорыва Мглы. Странного, подводного и судя по всему, сильно отличающегося от обычных.

Те прорывы, что были обычными, я во множестве видел в сети. Как правило снятые издалека — электроника под Мглой работать отказывалась наотрез. Визуально — территории, затянутые туманом. Магия там тоже не работала, внутри оставалось полагаться исключительно на обычное оружие.

Немного жаль. Но не слишком критично. В какой-то мере это даже хороший знак — раз суда убрали подальше отсюда, значит заинтересованные лица понимают, что вернуть контроль над ситуацией не выйдет. Да и не осталось их уже почти, этих заинтересованных лиц, если уж на то пошло. Кроме одного. Того самого, кто дёргал за ниточки.

Если не считать ушедших судов с четырнадцатого пирса, ситуация была вполне себе стабильной. Имелось ещё немало разнообразных задач, связанных с комплектованием отрядов, их вооружением, подбором командиров и прочим, но тут имелась хорошая новость — Тэкки-тап и Дарья подобрали кандидатов на штабные должности.

Не знаю, сколько они влили в себя кофе и напитков на женьшене, но спали оба по очереди и успешно подобрали целых семнадцать кандидатов.

В основном — бывшие армейские офицеры. Я не слишком рассчитывал отыскать их в порту, но сейчас под нашим контролем оказался почти весь Нижний город. Что означало — число жителей, среди которых можно было вести поиск, многократно выросло.

Тут даже оказалась сразу пара штабистов. Похмельный мужчина потрёпанного вида и старый свенг, к моему удивлению служивший в штабе какой-то горно-стрелковой бригады. В общем, выбирать было из чего — отсеяв пятерых претендентов, я получил сразу двенадцать штабистов, которых можно было разбить на три смены.

Оставалось добавить к ним вспомогательный персонал, который обеспечивал бы коммуникации и сбор данных. По десять-пятнадцать единиц для каждой смены. Но этот вопрос я переложил на самих штабистов. Под контролем нашего нового главного кадровика в лице Дарьи. И моего заместителя Тэкки-тапа.

В любом случае — прямо сейчас с нами воевать никто не собирался. Совет был скорее озабочен вопросами сохранения власти и ликвидации тех, кто посмел на неё покуситься. В том числе разбирательство с полицейскими, ставшими частью заговора. Судя по тому, что просачивалось в прессу, головы летели целыми пачками. Предполагать, что в таких условиях, мундиры вдруг окажутся способны начать полноценную операцию по установлению контроля над громадной мятежной территорией — глупо. У них и ресурсов таких нет.

— Они могут оплатить наёмников, — когда я озвучил всё это на небольшом военном совете из трёх персон, Тэкки тут же влез с предположением. — Имперские военные отряды. Легальная сила. Давай мы первыми наймём, тарг? «Щенков», например?

Вот на этом месте я не выдержал — спросил о каких таких щенках речь. Зря. Потому как следующие двадцать минут варраза было не заткнуть. Он рассказывал, одновременно пытаясь демонстрировать мне видео и постоянно перескакивая с одной темы на другую.

Ради справедливости — история заслуживала внимания. Сталкерский отряд, который каким-то чудом совмещал свою деятельность с работой газеты, а потом ещё и оформился как «имперский военный отряд». Те самые легальные наёмники. Что удивительно — его возглавлял дарг, а личный состав процентов на восемьдесят не имел никакого отношения к человеческой расе. По меркам империи — мусор и отребье. Подданные третьей категории, которые даже в соседний город без специального разрешения поехать не могут.

Однако, гигантский орк каким-то образом преодолел бюрократические препоны. А потом ещё и создал «Феникс» — город «культурных даргов». Который прямо сейчас объединял с северной общиной тех же самых даргов, которой раньше правил его дед. До того, как бросил внуку вызов и был им благополучно убит.

Тэкки-тап ещё много о чём говорил. Про «астральных воителей», например рассказывал. Драконе, которому подпалил зад какой-то гоблин. И всяком таком разном. Болтал, пока я его не остановил, объяснив, что нанимать мы сейчас никого не будем. И вообще, их город под горой, который назвали «Фениксом», находится в Армении. Одна из двух основных баз — в Ереване, вторая — в Константинополе. Не самая близкая к нам локация.

К тому же, вариант с наёмниками я тоже прикидывал. Для того, чтобы подавить сопротивление и обеспечить контроль, городу понадобятся тысячи и тысячи солдат. Если рассматривать вариант «пройтись огнём и мечом, ровняя всё под ноль» — сильно меньше. Но боюсь, такой вариант совсем не устроит Совет. Да и финансовые потери потом будут такими, что Дальний может не оклематься.

Тем более пока, с точки зрения имперского законодательства, все наши действия укладываются в рамки гражданских беспорядков. В противном случае империя уже отдала бы приказ гарнизону и бесплатно раздавила бунт.

Сейчас у нас оставался всего один противник. Тот самый человек, на которого указали два независимых друг от друга источника. И сегодня я собирался нанести по нему удар.

Мы подняли настоящий бунт, смели бюрократов, обагрили улицы кровью и перехватили власть над Нижним городом. А вот пояс трущоб, который отделял портовый район от сопок, остался точно таким же.

Конечно, сейчас я понимал, что весь порт это сплошные трущобы. Те же кварталы, по которым я сейчас двигался, просто самые суровые из всех. Настолько, что сюда совались только полностью отбитые. Те, кому уже нечего терять.

Ещё одна вещь, которую я понял — за прошедшее время моё тело стало намного сильнее. Я давненько здесь не был. И сейчас поражался, как мог раньше нарываться на неприятности? Достаточно просто перемещаться по крышам и прислушиваться. Ну и отсекать ненужные запахи, чтобы те не будоражили мозг.

Если быть более точным — притушивать ярость внутреннего зверя. Чтобы тот не рвался залить всё вокруг кровью. Проворачивать подобный фокус я научился не так давно и это высвобождало массу ресурсов, которые можно было использовать для чего-то ещё.

Тэкки и Дарья рвались отправиться вместе со мной. Но оба остались в штабе. Во-первых, оба не выспались и сейчас откровенно не годились для действия в поле. А во-вторых, даже будь они в идеальной форме, всё равно не смогут сравниться со мной. Да и под землёй не пройдут. А именно туда я как раз собирался. В шахты, где всё началось.

Даже чем-то забавно. В этих шахтах я когда-то разделался с бандой гоблинов, которые продали меня в рабство. Ни хрена не понимающий, что происходит и действующий на инстинктах. Теперь же, двигаю туда, чтобы отыскать проход дальше. До недостроенного и наполовину затопленного метро, откуда можно попасть на поверхность. В Верхний город.

Другие варианты я тоже рассматривал. Но все они никуда не годились. Вторая часть Дальнего сильно отличалась от той, где жили мы. Камеры наблюдения на каждом перекрёстке, постоянно висящие в небе дроны и полицейские патрули. В последнее время их стало сильно меньше — все силы бросили на то, чтобы выстроить «линию обороны». Но даже так, шансов добраться до цели незамеченным, у меня было совсем немного.

В Верхнем городе почти не было гоблинов. Любой заметивший меня, мог вызвать полицию, даже в условно мирное время. А сейчас, сделает это не задумываясь.

Поэтому, дорогу через шахты я счёл оптимальным вариантом. Сейчас у меня были все схемы, которые возможно найти в сети — Лин постаралась обеспечить материалом. Плюс, экипировка. Не только оружие, но и разнообразные дополнительные штуки, которые могут пригодиться в полной тьме. Вплоть до фонаря с регулируемой мощностью.

Впрочем оружия я тоже набрал. Как и подходящих артефактов, что нашлись у Владислава.

Вот и спуск вниз. Знакомая сырость коридоров первого уровня. Легко узнаваемый набор ароматов.

Перехожу на второй. Потом спускаюсь ещё ниже. Здесь уже влажно из-за воды на четвёртом ярусе, но достаточно сносно, чтобы двигаться.

Трижды слышу местных жителей уровнем выше, но ни с кем из них не сталкиваюсь. Сюда они спускаться избегают — слишком влажно.

Наконец упираюсь в глухую стену и тут начинается новый этап — поиск тоннеля, который ведёт к системе недостроенного метро. Если верить карте от Лин, таковой имеется. Пробит из-за неверно нацеленного подземного бура. Курьёз, но в данном случае полезный.

Не меньше получаса брожу вдоль земляной стены, которой завершается система шахт. В конце концов осознав простую истину — нет здесь никакого тоннеля.

Остановившись, подсвечиваю бумажную карту, прикрытую ламинатом. И спускаюсь на четвёртый ярус. Туда, где по щиколотку воды.

Спустя ещё тридцать минут догадка подтверждается — тоннель именно здесь. На две трети залитый водой — придётся плыть, а не идти. Но зато он реально существует. Вроде бы даже не обвалился. Пробивший его бур использовал магию, укрепляя грунт с её помощью. Но я не был на сто процентов уверен, что пробитый им путь продержался вплоть до текущего момента.

Не сказать, что мне сильно хочется плыть, но выбора нет — если дать самой крупной фигуре всей это сделки время, он найдёт чем заинтересовать Совет. Либо отыщет себе новых партнёров. Просто так этот человек точно не отступит. При этом, он слишком влиятелен, чтобы городские власти могли вот просто разделаться с ним самостоятельно.

Поэтому я плыву в темноте. С рюкзаком за спиной и оружием, которое замотано в пластик. Периодически останавливаясь и прислушиваясь.

Путь оказывается долгим — выход из тоннеля я чувствую только спустя двадцать минут. Там совсем другие запахи и, насколько я понимаю, куда больший объём пространства.

Выплыв во что-то вроде подземного пруда, включаю налобный фонарик. Да, ориентироваться я могу и без света, но с ним всё же проще. По крайней мере, пока он не начинает слепить глаза.

Луч выхватывает старое оборудование, какую-то частично затопленную технику и бетонированные стены. У меня всё же вышло добраться до системы метро. А когда выбираюсь на берег, становится понятно ещё кое-что. Я тут не один.

Живых существ, запах которых я чувствовал, было много. Что странно — аромат казался незнакомым. Как будто раньше я такого не встречал. Зато имелся и плюс — никакого намёка на белую дрянь.

Выбравшись на твёрдую поверхность, я постоял на месте, прислушиваясь. Повёл вокруг лучом света из налобного фонаря.

Ну что ж. Пока не лезут со всех сторон, пытаясь меня порвать. Хотя, потенциальных мест для укрытия тут достаточно. Часть идущего вдаль широкого тоннеля мне вовсе не видна. Перекрыта техникой.

Осторожно распаковываю оружие. Рассовываю его по местам. Возвращаю на место патроны с гранатами. На всякий случай проверяю, не попала ли вода внутрь рюкзака. Магра гарантировала, что тот не промокнет, даже проведя целые сутки под водой, но перестраховаться не помешает.

Убедившись, что всё в норме, делаю несколько шагов вперёд. И почти сразу слышу шорох справа от себя. Замираю на месте.

— Я вам не враг. Всё, что мне нужно, пройти дальше, — озвучиваю я простые и понятные слова.

Чуть выждав, снова двигаюсь вперёд. Подхожу к гигантской стальной хреновине, которая стоит в сырой земле, утопая в ней гусеницами. Снова останавливаюсь — за грудой металла что-то шуршит.

Веду стволом пистолет-пулемёта. Патроны внутри артефактные. Пробивают защиту и детонируют, вонзившись в живую плоть. Но таких под нужный калибр, нашлось не так много. Владислав задействовал всех оружейников, работающих с магическими боеприпасами и магов, что работали с оружием. Но наполнить мне удалось лишь пять магазинов. Порой даже схема «плачу любые деньги» отказывается работать.

Помимо этого, у меня было ещё пять магазинов, набитых разносортицей иных артефактных патронов. Бронебойные, зажигательные, разрывные, испаряющие материю и заставляющие кипеть воду в радиусе полуметра. Так, чтобы в очереди точно нашёлся подходящий. Но они были отложены на крайний случай.

— Я не хочу вас убивать, — вновь обратился я к дипломатии. — Мне лишь нужно пройти.

Тишина. Они меня вообще понимают? Может там существа, не обладающие разумом, а я с ними тут разговаривать пытаюсь? Всякое ведь может быть.

Ещё пара шагов. Повторный шорох за тем же самым гигантским аппаратом из металла. А потом ещё один. Едва слышный. За моей спиной.

Прыжок в сторону. Разворот. Луч слабого света выхватывает из тьмы фигуру неизвестного и я вжимаю спусковой крючок.

Хлопки выстрелов слышатся тут оглушительно громко. Фонтаном взлетают ошмётки плоти. Пространство тоннеля заполняет пропитанный болью вопль.

Что это за тварь вообще такая? Мутировавший свенг?

В унисон первому пронзительному крику звучат другие. А с вершины груды железа, что напротив меня, прыгает ещё один противник.

Быстрый. Настолько, что я едва успеваю повернуть ствол и встретить его свинцом. Потом срезаю ещё одного, вдруг вылезшего из-под воды. Пули разносят его ногу, но тот как будто почти не чувствует боли. И кровь. С ней что-то не так — она пахнет совсем иначе.

Сколько их здесь ещё? Добиваю бодро ползущего по земле третьего, который орёт, когда на него попадает свет фонаря. Кручусь, осматриваясь вокруг. Откуда этот звук? Едва слышу — по ушам успели ударить выстрелы. Но уверен, эти типы где-то рядом.

В какой-то момент поднимаю голову вверх и вижу две серые фигуры, которые замерли на земляном потолке. Вопли боли. Прыжки. Лихорадочная стрельба.

Одного укладываю в упор — свинец входит в корпус, когда тот на расстоянии полуметра. Меня забрызгивает лохмотьями вонючего мяса.

Второй опускается на землю где-то справа. Стреляю, стараясь попасть, но ублюдок слишком быстр. Уходит в сторону и булькнув, исчезает под водой.

Сухо щёлкает затвор пистолет-пулемёта, а я бросаю гранату. Та с шлепком ударяется об воду и когда я заменяю магазин, бахает взрывом. Но противник так и остаётся где-то там.

Отступаю, крутя головой по сторонам. Не знаю, что это за такие твари, но они чрезвычайно быстры. Даже при помощи «внутреннего зверя», я едва успеваю за перемещениями.

Справа и слева бетонные стены. Потрескавшиеся и осевшие, однако пока ещё держащие толщу земли. Маги поработали и здесь. Правда, давление воды оказалось слишком уж мощным — дальнейшее строительство признали нецелесообразным.

Пройдя заслон из когда-то оставленной тут и давно не работающей техники, немного успокаиваюсь. Теперь с обеих сторон открытое пространство и ко мне просто так не подобраться. Независимо от того, насколько быстрым окажется противник, я всё равно успею его подстрелить.

Полсотни метров. Ещё столько же. Под ногам хлюпает вода, тонкий слой которой покрывает бетонированный пол тоннеля. Справа и слева, опять же бетонные стены, покрытые трещинами. И полная тишина.

Если верить карте, я движусь в нужном направлении. Ещё километр по прямой и окажусь на развилке между сразу трёх тоннелей. Потом ещё четыре с половиной километра и небольшой бросок по канализации, после чего мою задачу можно будет считать выполненной.

Странно, но выживший не пытается меня преследовать. Хотя, его запросто могло контузить взрывом. Либо вовсе вырубило и этот тип захлебнулся под водой. Оборонительная граната, это всё же не шутка.

Ускоряюсь и через десяток минут добираюсь до развилки. Здесь куда больше воды. Плюс, имеется старая техника. Тяжелые металлические махины, давно ржавеющие под землёй. То, что было дешевле бросить, чем вытаскивать на поверхность и куда-то тащить.

Почувствовав запах, останавливаюсь на месте. Тот же самый, что в самом начале моего пути по метро. Где-то рядом сородичи уродцев, которые совсем недавно на меня напали.

Несколько секунд постояв, не фиксирую движения и решаю двинуться дальше. Только не тут-то было. Ноги напрочь отказываются слушаться. Как и руки, собственно. Я не могу пошевелиться.

— Интерр-р-ресный гоблин, — хрипит кто-то из темноты. — Станешь хорр-р-ррошим охотником.

Он показывается через пару секунд. Визуально напоминающий тех подземных обитателей, с которыми я столкнулся, но в одежде. Бёдра прикрыты чем-то вроде повязки а на теле наполовину истлевшая из-за влаги рубашка.

— Откуда ты такой быстрр-р-рый гоблин? — интересуется он, застыв в метре от меня.

Да как у этого урода получается? Почему не могу двинуться? Он же точно не менталист. Те служат только императорской династии. Оружие массового поражения всегда под контролем царя.

— Рр-р-раскажи, — скрипит неизвестный, приближаясь. — Ты ведь такой же, как я. Вселенец.

Внезапно. Вот уж не ожидал встретить в заброшенном и частично затопленном метро ещё одного попаданца.

— Кем ты был? Откуда? Что там в твоём мирр-р-ре? Кто победил в битве за Крр-р-расногрр-р-рад?

Многовато у него вопросов. Особенно, если вспомнить, что я сейчас не могу говорить.

Тому это похоже тоже приходит в голову и я вдруг чувствую, как «оживает» горло.

— Говорр-р-ри, — хрипит второй попаданец, придвигаясь почти вплотную.

— Ты сам-то кто? — пытаюсь я наладить контакт. — Откуда?

Наклоняет голову вбок. Изучает меня серыми, глубоко впавшими глазами. Только на этом моменте вдруг понимаю, что он не орёт от боли, когда на лицо падает луч света.

— Шестнадцатая социалистическая искупительно-штурр-р-ррмовая дивизия. Пятнадцатый батальон, — озвучивает он совсем неожиданные слова. — На мины нас брр-р-росили. Все почти сдохли. А потом сверр-р-рр-ху птицы посыпались.

Я с некоторым трудом удерживаю нервный смешок. Одно дело читать о других попаданцах в сети и понимать, что их тут много. Совсем другое — смотреть на одного из таких собственными глазами. Особенно в таких обстоятельствах.

— И ты оказался тут? — машинально уточняю у него.

— Да, — кривится он, показывая чуть желтоватые зубы. — В теле вампирр-ра-полукрр-р-ровки.

Так вот значит, кто он такой. А все остальные выходит, свежеобращённые? Хотя, возможно в Янтаре всё работает несколько иначе.

— Ты сам кто? Рр-р-раскажи. Скучно тут, — напоминает вампир.

— Антикризисный менеджер, — честно отвечаю я ему. — Тоже увидел падающих с неба птиц. Очутился в теле гоблина.

— Кто? Какой менеджерр-р-р? Это из штаба? — создание напротив, двигает едва видимыми бровями, присматриваясь ко мне. — Ты за кого был? За наших или нет?

Как бы ему так помягче сказать, что у нас гражданская война давно закончилась. И страна, которая после неё возникла, тоже закончилась. Равно как и масса структур, оказавшихся в эмиграции. Одни получили поляну на которой щедро пировали за счёт других, а прочие либо до конца жизни оплакивали поражение, либо встроились в другое общество.

— За себя я был, — после короткой паузы, озвучиваю ответ. — А гражданская у нас кончилась давно.

— Юлишь. Недоговарр-р-риваешь. Ну ничего. Стёпа-босяк тебя мигом рр-р-раскусит. Щас и яйца плоскогубцами жать не надо. Только в башку твою белоармейскую залезть.

Даже не успеваю удивиться повороту событий, как чувствую теплоту в голове. Как будто на солнце стою во время жаркого дня и сверху изрядно так припекает. В следующую секунду мысли начинают путаться и сознание как будто рассыпается на части.

Вот я в одном осколке своей памяти. Сижу на совете директоров, который должен принять решение — либо одобрить предложенный нами план обновления компании, либо отклонить его и пойти ко дну с гордо поднятыми головами. Другой — я на вечеринке после выпуска. Заперся в какой-то комнате и охреневаю от того, как работает языком одногруппница. Первый раз, когда довелось столкнуться с той, кто знает, как именно надо всё делать.

Картинки сыпятся одна за другой. Сознание дробится на множество частей. Самого себя я осознаю с большим трудом. Зато начинаю чувствовать врага. Чужой разум, который оказывается настолько близко, что фактически касается моего. И как мне кажется, впитывает мои воспоминания.

Остановить. Уничтожить. Разорвать. Я пытаюсь вновь собраться воедино, но ничего не получается. Да и от «меня» осталась лишь крошечная часть. Маленькая мерцающая искорка, готовая в любой момент потухнуть. Угаснуть, как только ей придётся стать очередным осколком памяти.

В голове пульсирует какая-то мысль. Спасительная идея, которую я никак не могу ухватить. А когда наконец вцепляюсь, чувствую облегчение. Вампир ошибся. Недостаточно хорошо изолировал часть моей памяти. Слишком мягко разделил сегменты сознания. И теперь я делаю то единственное, что может дать результат — тянусь к пульсирующему комку лютой звериной ярости.

Миг и все осколки меня проваливаются в мерцающую багровым тьму. Непривычно. Это даже не так, как во время прошлой схватки, когда звериная часть меня взяла контроль. Сейчас я вообще ничего не ощущаю. Как будто вокруг плотная жидкость, в которой я плаваю. Когда-то давно приятели уговорили меня попробовать капсулы сенсорной депривации — очень похоже.

Стоит об этом подумать, как сознание выныривает и на меня тут же обрушивается настоящий вал разнообразных ощущений. Запах крови, боль в боку и руке, зашкаливающая ярость, желание убивать. Холод бетона, в который упирается моё левое колено.

Только через секунду понимаю, что смотрю на изувеченное тело того самого вампира, с которым недавно говорил. Голова создания размозжена, грудная клетка вскрыта, а рёбра с одной стороны попросту оторваны. Что ж. Сомневаюсь, что при таком раскладе возможно ожить. Каким бы он там ни был вампиром, от повреждения головного мозга сдохнет любой.

Экипировка запачкана кровью и плотью, но цела. Точно так же, как оружие. Потому, на всякий случай я страхуюсь. Вытащив нож, окончательно отделяю голову от тела. Дальше, работая ножом и когтями, вырываю позвоночник. Поработав лезвием, разделяю его на множество мелких частей. Мало ли — вдруг его нейронные клетки содержатся именно там.

На самом деле, немного жаль. Этот тип мог бы стать неплохим союзником. Впрочем, как он там себя назвал? Стёпа-босяк? Если кто-то говорит так о самом себе, это однозначно плохой знак.

Другие «вампиры» тоже где-то рядом. Я их отлично чувствую. Но вылезать и знакомиться поближе, абсолютно не хотят. Скорее наоборот — не слышу ни единого звука. Убийство их лидера похоже привело остальных в состояние шока и трепета.

Отойдя на несколько сотен метров, съедаю пару кубиков свенгов, запивая водой из фляжки. И принимаюсь топать в нужном направлении.

Занятно, но остаток пути проходит в полнейшем спокойствии. Эдакий подземный дзен. Только я сам, плещущаяся вода, которая иногда поднимается настолько, что приходится плыть и вездесущая сырость. Никаких врагов и проблем.

Выход в канализацию тоже находится почти сразу. На карте отмечено несколько смычек и я упираюсь прямо в одну из них.

Вот дальше приходится лавировать и постоянно останавливаться, вымеряя своё положение по карте. Никогда раньше не имел с ними дело — даже не думал, что делать это вручную, может быть настолько сложно.

Наконец останавливаюсь на «перекрёстке» между четырёх тоннелей, где вверх поднимается бетонный колодец, на боку которого видны металлические перекладины. Если не ошибаюсь, то всё. Я на месте. Осталось лишь выбраться на поверхность и нанести визит тому, кто запустил первый камень, спровоцировавший лавину. Наведаться к человеку, получившему личное дворянство и отмеченному за заслуги перед империей. А потом отправленному в своего рода ссылку за совершённые преступления.

Тот, кто начал всё это дело, когда-то относился к тем, кто «стоит у подножия престола». Соратник одного из царевичей. Участвовавший и в организации военных кампаний, и в реорганизации отдельных Приказов. Полученное личное дворянство не просто намекало, а кричало о высоком статусе. Потомственное в империи давно уже не выдавали. Только личное. Да и то — за особые заслуги перед державой.

У этого типа таковые видимо имелись. Настолько серьёзные, что когда вскрылось масштабное воровство, его не стали казнить или сажать в острог. Вместо этого тихо убрали со всех должностей и запихнули в Дальний. Сиди, мол, раздумывай над своим поведением.

Ну или кто-то сильно повыше него статусом не хотел, чтобы подобная фигура оказалась в руках тайноприказцев. Либо, нужно было показать, что «своих не бросаем, даже если те спёрли лярд.» О точной причине история умалчивает.

Тем не менее, Сергей Гривов оказался здесь, в Дальнем. Запертый внутри Вольного города, но сохранивший определённые связи и финансовые ресурсы.

Для Совета он был слишком серьёзным противником. Вернее, даже не так. Скорее чрезмерно токсичной добычей. Тронешь такого и легко можно нарваться на такие неприятности, которые будет крайне сложно пережить.

Бетонный колодец выводит меня на уровень, который находится под самой поверхностью. Нахожу ещё один, куда более короткий подъём, заканчивающийся люком. И опустившись на корточки, расстёгиваю рюкзак.

Сам Гривов в качестве мага очень слаб. Способности имеются, но дворянин практически ни на что не годится. А те немногие фокусы, которые может исполнить — результат колоссальных трат на стимулирующие алхимические составы. В том числе из животных, которые рождены под Мглой.

Это полностью бы объясняло его интерес к белой дряни. Но тут имеется ещё один нюанс — опальный чиновник не использовал «нектар» лично. По словам обоих пленников, которые вроде как были в курсе ситуации, Гривов задействовал его для повышения эффективности своих доверенных лиц и некоторых магов. Но не применял сам.

Загадка. Ответ на которую я рассчитывал получить в самом ближайшем будущем. Хотя, не факт — убить этого урода я хотел куда больше, чем поговорить.

В любом случае — моя удачная вылазка под землёй не отменяла наличия у противника многочисленной охраны, магов и защитных артефактов. Прямо сейчас я был под особняком, расположенным в Верхнем городе и выстроенном квадратом. По идее, должен был выбраться прямо во внутреннем дворе. Ну а потом, как только выберусь на поверхность, меня либо обнаружат на камерах, либо поднимут тревогу магические артефакты, которые обнаружат незнакомый энергетический слепок на территории.

Хорошая защита. Надёжная. И совсем недешёвая. На инструмент для преодоления которой мне тоже пришлось выложить немало денег. Если точнее — на закупленные артефакты, которые до того болтались в рюкзаке, ушло два миллиона. Колоссальные деньги. Но только так можно было достать нужные мне вещи в необходимый срок. Имейся чуть больше времени, их можно было бы привезти на заказ и стоимость бы упала вдвое. Но если дать подобному хитрожопому персонажу хотя бы месяц, он отыщет новых союзников, опрокинет шахматную доску и начнёт разыгрывать партию четырёхмерного домино.

Поэтому я собирался разделаться с ним сегодня же. А деньги — дело наживное. В Нижнем городе оставалось ещё немало разнообразных «предприятий», которые относились к самым разным бандам. Прямо сейчас ими должен был заниматься наш «Патруль». Так что к утру казна изрядно пополнится.

Что ж. Вроде бы всё готово. Правда, ощущения всё равно двойственные. С одной стороны — я у самой цели. Ну а с другой — если что-то пойдёт не так, цена ошибки будет критически высокой. Это не уличные бандиты. Отсюда так просто выбраться не выйдет.

Забросив рюкзак за спину, проверяю артефакты, которые рассовал по кармашкам тактического пояса. Поднимаюсь наверх, остановившись под самым люком. Осторожно упираюсь в него раскрытой ладонью. Напрягаюсь, толкая вверх. И почти тут же машинально корчу разочарованную гримасу. Заблокирован снаружи. Скорее всего поставили что-то вроде засова.

Снова спускаюсь вниз. Брожу по узким коридорам, которые не предназначены для людей или орков — старая часть Дальнего строилась ещё китайцами. У которых, обслуживанием канализации традиционно занимались гоблины. Не любили ханьцы моих соплеменников — допускали только к самой грязной работе.

Есть! Ещё один люк. Заметно меньше, но не так далеко от первого — на мой взгляд всё ещё должен быть под особняком. Хотя это немного сбивает с толку — зачем им сразу два люка?

Другая странность, которая обнаруживается в ходе моих изысканий — постройка цилиндрической формы, уходящая под землю. Мощная бетонная стена, через которую ничего не слышно. Особняк громадный — она занимает место лишь под одним из его крыльев. Однако, это всё равно занятно. Чем таким он там промышляет? Экспериментирует с «нектаром»?

Поднявшись к новому люку, надавливаю раскрытой ладонью. Удовлетворённо усмехаюсь, поняв, что тот поддаётся. И тут же замираю, пытаясь понять, где именно оказался.

Небольшое помещение с серыми стенами. Техническое, судя по всему — в углу стоит коробка с каким-то хламом, рядом с которой красуется швабра. Дверей сразу две — ведут в разных направлениях. А из-за одной слышатся голоса.

— Что думаешь? Слишком красиво он говорит, по мне. Не верится, — для говорящего, русский точно не родной — слышу заметный акцент.

— Но ты же сам видишь, да? Если белую жижу можно использовать для таких вещей, какая разница, о чём он умолчал? — второй тоже не отсюда.

Голоса, судя по акценту, принадлежат китайцам и те продолжают обмениваться репликами. Обсуждают «наглядную демонстрацию», которую недавно устроил им Гривов.

Послушать есть о чём — тот оказывается хвастался не только влиянием «нектара» на способности бойцов, но и показывал иные его свойства. Например одурманивать разумных и заставлять подчиняться своей воле. Особенно мощно этот фокус работал на эльфах. Что вызывало у собеседников особенно специфические эмоции — за время беседы они раза три срывались к тому, что можно будет заставить остроухих взаправду обожать их и вытворять любые прихоти.

Однако, это всё шло фоном. На первом плане эта парочка обсуждала совсем иные вещи. От массового применения «нектара» для повышения боеспособности личных армий до разворачивания гигантских «ферм», на которых одновременно станут обрабатывать десятки тысяч разумных существ. Для начала.

Я недооценил противника. Тот уже отыскал новых партнёров — фактически на это ушла всего пара дней. Вот они. Парочка китайцев, у которых достаточно власти и денег, чтобы развернуть лагеря смерти, загнав туда толпы тех, кто живёт на их земле.

Правда, было не совсем понятно, какая именно выгода от этого будет для самого Гривова. Об этом ханьцы в своём разговоре не упоминали, а вариантов могло быть множество. Тем не менее, прямо сейчас меня интересовало совсем иное. Возможность остановить этот процесс.

В процессе стала понятна ещё одна вещь — причина по которой до сих пор не сработала сигнализация. Двое китаёз использовали артефакты, не позволяющие подслушать их со стороны. Причём оба вместе — те работали в своего рода спарке, насколько я понял. Они это упоминали, когда речь зашла о взаимных гарантиях и необходимости доверять друг другу.

Я не был силён в схеме работы артефактов. Но кое-что в сети читал. И судя по всему, сейчас моё тело оказалось в поле пересечения действия двух маскирующих магических хреновин, местной оборонительной системы и возможно каких-то иных артефактов.

Первые два не позволяли другим обнаружить моё присутствие. Тогда как все прочие мешали им поднять тревогу из-за того, что я пролез через дыру в полу. Хотя, это было лишь моё предположение — возможно на деле всё обстояло совсем иначе. В конце концов, магом я не был.

Зато прекрасно понимал, что беседа подходит к концу — китайцы сошлись во мнении, что следует заключить сделку и поработать с Сергеем. А значит — пора было действовать.

В комнату, где болтала эта парочка, вела одна из двух дверей. Чем я благополучно воспользовался. Сначала осторожно подобрался к ней, стараясь не шлёпать мокрыми ногами по полу и замирая после каждого звука. Потом немного выждал, убедившись, что меня не заметили.

Вцепившись в ручку потянул на себя. Открыл дверь настолько, чтобы получить широкую щель. И поморщившись от скрипнувшей петли, закинул в дыру небольшую статуэтку. Один из артефактов, за который пришлось платить золотом.

Тонкий выкрик одного из китайцев. Звон разбивающейся чашки. А сразу за этим — истошный вопль одного из них. Следом второго. Крики снаружи.

Распахнув дверь, готовлюсь стрелять. Но необходимости в этом нет — оба ханьца, изменяясь прямо на глазах, исчезают в дверном проёме.

За этот артефакт я отвалил ровно миллион. Японская штука. Достаточно редкая и запрещённая имперскими законами. Такие не приветствовали даже в самой Японии, что уж тут говорить про весь остальной мир.

Однако, эффективность у неё была зашкаливающей. Мало того, что она подавляла оборонительные артефактные системы, заставляя их бездействовать, так ещё и наносила удар по всем оказавшимся в зоне поражения магам. Превращая тех в своего рода мясных големов, одержимых идеей уничтожения всего живого. Кроме того единственного разумного, что этот самый артефакт применил.

Где-то совсем рядом ударили частые выстрелы. Кто-то заорал. Прогрохотала очередь.

Перехватив пистолет-пулемёт я выскользнул из небольшой комнаты с узким бассейном вдоль стены, где общались китайцы. На миг замер в коридоре, пытаясь сориентироваться. Сделал пару шагов вперёд.

— Она мне чуть хер не отгрызла! — в другом конце коридора появился шатающийся парень. Полностью голый и с пистолетом в руке. — Чё тут за херня творится⁈ Охрана, япь! Делайте что-нибудь.

В следующую секунду из ниши в стене шагнул вперёд раздувшийся китаец, чья кожа успела измениться, став тёмно-серой и начала отслаиваться. Пальцы азиата сомкнулись на рёбрах парня, а зубы впились в горло.

Н-да. Никто не говорил, что «големы из плоти» окажутся магическими зомби, которые жрут живых. Впрочем, мог бы и сам догадаться.

Рывок вперёд. Выскакиваю из коридора во что-то вроде холла. И тут же отступаю, вжавшись в стену. Эльфийка, на которую жаловался «пострадавший», уже тут. Тоже раздувшаяся и со стремительно темнеющей кожей. А ещё, понятное дело, голая. Не слишком приятное зрелище.

Впрочем, как и китаец, на меня она не кидается. Пусть и не совсем понятно, почему артефакт счёл её магичкой. Если из-за «нектара», то это хорошая новость. Большая часть охраны должна быть нейтрализована первым же ударом.

Не успеваю об этом подумать, как на пороге одного из выходов появляется мужчина с пистолетом и открывает огонь. Достаточно метко, надо признать — укладывает две пули точно в голову эльфийки. А увидев, что та не падает замертво, тут же разносит ей одно колено.

Выпускаю очередь в него самого — пули прошивают бронежилет, превращая в месиво грудную клетку и тот валится на пол. Рядом хрюкает обратившийся китаец, который тяжело топает к лестнице. Я устремляюсь туда же.

Взбежать по ступеням. Расстрелять ещё одного вооружённого охранника, который оказался в поле зрения. Обнаружить сразу двух эльфиек, которые рвут какого-то мужчину. У них тут был штаб заговора или бордель с остроухими женщинами? Странные типы.

Дальше. Перемахнуть через окровавленный труп. Всадить очередь в свенга с автоматом, который долбил короткими очередями по раздутому голему.

Схемы особняка у меня не было. Зато я хорошо помнил, под какой именно частью здания была та уходящая вниз цилиндрическая штуковина. И сейчас мчался именно туда.

— Сука, япь! Да чё творится? — когда я поднялся на третий этаж и добежал до поворота, навстречу выскочил мужчина в рубашке и штанах. — Эй, меня слышит кто-нибудь? Нам тут нужно подкрепление! Срочно! Магическая атака, япь! Диверсия!

Кричал он не просто так — орал прямо в микрофон телефона, который держал левой рукой. В правой у неизвестного был пистолет. Ну а я вогнал короткую очередь прямо в его голову. Укоротил немного, так сказать.

Островной артефакт и правда сработал, как надо. Раз меня до сих пор не остановили и никто не применил магию, все её носители оказались серокожими «зомбаками». Как по мне — отличный расклад. Потому как с обычными противниками я уж как-нибудь справлюсь. Тем более те сейчас дезориентированы, ни хрена не понимают и отбиваются от «големов».

Вот и роскошные двери, около которых переминаются с ноги на ногу два раздутых охранника с тёмно-серой кожей. Могу поспорить, раньше эти створки можно было открыть только после тщательной проверки и выданного доступа. Теперь же я без проблем пинаю их ногой и ловко забрасываю внутрь ещё один артефакт.

Этот сильно попроще статуэтки — всего лишь вызывает у противника ощущение потери пространства. Заодно сбивая работу его защитных артефактов. Двести тысяч рублей.

Следом летят две гранаты. Когда ухают взрывы, я заскакиваю сам. Готовый стрелять в любого, кто окажется внутри. Но там пусто. Только оседающая золотистая пыль, которую выплюнул первый артефакт.

Что ж. Бегу дальше. К двери в задней стене помещения. Прямо рядом с креслом, которое подозрительно напоминает трон. Неплохое самомнение было у владельца этого места. Странно, что его за такое сами Красные не пришибли.

Ещё одна комната. В отличие от предыдущей, которая по стилистике напоминает дворцы девятнадцатого века, абсолютно современная. А ещё тут есть лифтовая кабина и винтовая лестница. Ведущая к ней дверь нараспашку, что намекает на маршрут побега.

Снова бегу. Неужели всё окажется настолько просто? Я понимаю, что в Верхнем городе повсюду камеры, а люки наверняка просто так не поднять. Сто процентов, их прикрыли какой-то магией. Вероятность же, что сюда доберётся кто-то из Нижнего города, практически равна нулю. Для такого нужно сильно постараться — водопроводная и канализационная системы двух частей города отделены друг от друга.

Но на месте этого дворянина, я бы озаботился и защитой подземной части своего здания. Как минимум, разместил бы сигнальные артефакты под землёй. Ещё лучше — защитные.

Очередной поворот вниз. Грохот очереди. Бьющие в стену пули.

— Моя задача, защищать надежду человечества и его восходящую звезду. Ты не пройдёшь, гоблин, — гудит внизу механический голос.

Вот же. Мне показалось или перед тем, как отпрянуть назад, я успел рассмотреть самого настоящего боевого робота?

Для начала я запускаю вниз пару гранат. Потом высовываюсь и даю пару длинных неприцельных очередей, стараясь зацепить противника. Судя по звуку, вроде бы даже попадаю. Но тот сам долбит в ответ — свинец выбивает фонтанчики крошки из стены.

Мощная металлическая фигура. Точно выше двух метров и с широченными плечами. В руках пулемёт. Я даже сочленений не вижу — выглядит, как будто он весь сделан из жидкого металла.

— Тебе не пройти, гоблин. Человечество сохранит свою надежду.

Вот же заладил одно и то же. Новый магазин уже в пистолет-пулемёте, но как показывает недавний опыт, пули против этой штуки не слишком эффективны.

— С чего ты взял, что этот урод и есть надежда человечества? — машинально кричу я в ответ, пытаясь придумать, как преодолеть преграду.

— Это знание всегда было со мной, — голос металлического воина вдруг слегка меняет тональность.

Погодите-ка. Он ведь точно не живой. Ну уж, сто процентов, не в классическом понимании этого слова. Раз так — передо мной боевая машина, работающая за счёт магии. Хотя нет — оживлённая с её помощью. Какова вероятность того, что для контроля его сознания, использовался артефакт? Ныне вырубившийся из-за той статуэтки. Как минимум, ещё минут тридцать он таким и будет.

— А кто в тебя его заложил? — решаю попытать я удачи. — Задай себе простой вопрос и попробуй дать честный ответ.

Секунд пять мой противник хранит молчание. Потом я слышу, как тяжело топают по полу металлические ноги. Он что, приближается?

— Искра, из которой разгорится пламя, которое спасёт человечество, — слова звучат запредельно пафосно, но вот уверенности в его голосе я не чувствую. — Он есть надежда и он сам сказал мне об этом.

— Разве так вообще можно? Ну вот, скажем, я тебе сейчас заявлю, что на самом деле, человечеству надо надеяться на меня. Разве ты сходу поверишь?

У меня был соблазн сорваться в глубокую лекцию по поводу медленно промывания мозгов населению и его погружению в нужное тебе состояние. Температуру под кастрюлей с лягушкой нужно повышать постепенно. Но нынче у нас чуть иная ситуация. К тому же совсем нет времени — в любой момент может подоспеть подкрепление. Поэтому я останавливаюсь на короткой версии.

— Ты гоблин. На тебя не может надеяться человечество, — озвучивает резонный довод металлический исполин.

Надо же. Он ещё и соображает вполне неплохо. Как минимум, базовые логические цепочки выстраивает.

— Может быть и так. Но откуда тебе знать наверняка? И почему ты решил, что стоит сражаться именно за человечество, а не за всех разумных вместе? — работаю сразу по нескольким направлениям, перегружая его мозг. — Твой хозяин, который сам заколотил тебе в голову эти мысли, на самом деле та ещё тварь. Массово убивавшая людей, орков, гоблинов и прочих ради выгоды. Я здесь, чтобы его остановить.

Подбрасываю в левой руке термобарическую артефактную гранату. Жду. Как-то многовато слов получилось — вряд ли он на такое клюнет. Видимо придётся снова пытаться заутюжить его гранатами.

— Я могу мыслить. Раньше не мог, а теперь получается, — неожиданно заявляет робот. — Непривычно. Почему так?

Озвучиваю фразу о том, что тут вырубились все артефакты. Включая тот, который отвечал за поддержание базовых установок его сознания. Получается длинновато, а после моего ответа, робот замолкает. Судя по звукам — переминается с ноги на ногу. Наконец снова начинает говорить.

— То есть ты говоришь, что надежда человечества, это лжец? Что он сделал из меня раба?

На самом деле, моего собеседника наверняка склепал какой-то маг. Ну или целая команда магов, в партнёрстве со сталелитейным цехом. Но сейчас это объяснять точно ни к чему. Потому я ограничиваюсь краткой версией ответа. Заодно добавляю, что скоро артефакт снова заработает и свою обретённую свободу выбора он потеряет.

Ход оказывается верным — металлический солдат цепляется за новую информацию. Обменявшись ещё несколькими фразами, мы приходим к соглашению. Он пропускает меня, а я удаляю тот самый артефакт, который превращает стальную махину в послушного щеночка.

Осторожно выглянув, пару секунд жду. Потом медленно спускаюсь, готовый в любой момент запустить трансформацию и прыгнуть в сторону.

Но мой противник не стреляет. Ствол пулемёта опущен и смотрит в пол.

— Ты сможешь его найти? — гудит он, сверкая широкими жёлтыми глазами. — Как понять, где этот артефакт?

Визуально он и правда похож на жидкого терминатора. Только гигантского и вооружённого пулемётом. На нём даже следов от моих пуль нет. Ни единого.

Ну вот и как понять, куда ему могли засунуть этот контролирующий артефакт?

Будь здесь Дарья, она бы наверняка нашла вариант решения проблемы. Но боюсь, девушка бы точно не выдержала путешествия под землёй. Не говоря уже о применении японского артефакта. Она ведь тоже была магичкой — окажись поблизости, стала бы таким же зомби, как остальные.

Но всё гениальное просто. Вот и я обращаю внимание на странное зелёное свечение в позвоночнике стального гиганта. Изумруд, похоже. Вживлённый в его металлическую плоть и зачарованный одним из магов. Или как это тут у них называется?

Выковырнуть его ножом — задача нереализуемая. А в отличие от жидкого терминатора, мой новый знакомый не способен настолько ловко управлять собственным телом. Из-за чего не может выкинуть его сам.

Зато срабатывает моя способность. Стоит немного сконцентрироваться, как изумруд исчезает и вновь появляется в воздухе, на высоте метра. Откуда звонко падает на пол.

— Я свободен? Могу делать всё, что захочу? — голос собеседника, который сам себя называет механоидом, полон воодушевления.

— Можешь. Но когда остальные поймут, что ты освободился, тебя скорее всего прикончат, — решаю не вводить эту преисполнившуюся железяку в заблуждение.

Сам я, в процессе разговора, смещаюсь к дверям, за которыми скорее всего и скрывается та самая «надежда человечества». Металлическая переборка больше напоминает шлюз на каком-то космическом корабле, но ради справедливости, почти всё вокруг сделано из металла. Даже охранника подобрали соответствующего.

— Можно мне пойти с тобой? — задав вопрос, он не дожидаясь ответа, шагает в мою сторону. — Я могу убивать. А ты покажешь мне, как пить пиво.

Сука же. Мне сейчас только недавно освобождённого механоида, желающего обучиться поглощению пива, не хватает.

— Я пока сам не знаю, как отсюда выберусь, — честно отвечаю я, остановившись около двери. — Подскажешь, как она открывается?

— Да тут всё просто, — гудит стальной воин. — Только моя рука нужна.

Было думаю, что сейчас он снова начнёт торговаться. Но вместо этого тот тяжело шагает ко мне и подносит руку к нише в стене, которая озаряется светом. В ту же секунду начинает отъезжать в сторону переборка.

Едва успеваю отпрыгнуть в сторону — изнутри тут же начинают стрелять и пули прошивают воздух, звонко долбя в стену.

— Прекратить огонь, — вдруг ревёт механоид. — Ты мне лгал, а это мой друг.

Гривов похоже тоже впадает в ступор от такого заявления. По крайней мере, стрельба и правда стихает. А заглянув внутрь, я вижу мужчину в штанах и расстёгнутой рубашке, который держит в руках автомат. И изумлённо пялится на собственного телохранителя.

— Ты должен меня охранять, тупая железка! — похоже голова у этого дворянина работает не слишком хорошо.

— Отныне я личность и никому ничего не должен. А звать меня будут Марком! — ставит точку в дискуссии робот.

Ствол пулемёта, которым он всё ещё вооружён, смещается в сторону аристократа. Что заметно действует тому на нервы — Гривов сразу же пробует отступить в сторону.

А это ещё кто там, сзади? Орк? В каких-то странных, нелепого вида штанах и сапогах по колено. Стоит около непонятного вида хреновины. Что-то металлическое и с широким основанием, а из середины торчит металлический столб.

— Брось оружие, — возвращаю я внимание на Гривова. — И орк пусть твой кобуру отцепит.

— Я не его орк, — тут же вклинивается сам свенг. — Это он мой арик. У которого ни хрена бы не вышло без моего гениального мозга.

Судя по выражению глаз самого дворянина, тому такое заявление совсем не нравится. Но ему хватает мозгов, чтобы не спорить прямо сейчас. Он даже автомат на пол в самом деле опускает.

— Слышь, гений, — резко меняю тональность, пытаясь сбить собеседника с толку. — Давай ты отцепишь свою кобуру и объяснишь, в чём именно твоя гениальность?

— А давай ты заткнёшься и перестанешь командовать, гобл? Или кто там на самом деле внутри? Человек? Тролль? Омнид? Какой-то башковитый дарг?

Не слишком мне это нравится. Второй попаданец? Какова вероятность встретить сразу двух за один вечер? Я и на одного не должен был наткнуться.

— Ты не в том положении, чтобы задавать вопросы. А вот я запросто могу отстрелить тебе ноги, — после использования способности к телепортации, организм всё ещё испытывает слабость, так что я перехожу к прямолинейным угрозам.

Вообще, я и правда так могу. В пистолет-пулемёте магазин, снаряженный всё теми же патронами. Которые взрываются, угодив в живую плоть.

— Чё те рассказывать-то, гобл? Учился в Васильевском универе. Отчислен за драку. Забрит в армию. Оттуда на каторгу. Там этот япнутый хрен меня нашёл и выкупил, — внезапно принимается рассказывать орк.

— Да я тебя от смерти спас! — повернув голову, возмущается Гривов. — И ты обещал, что… Какого хера у нас установка запущена?

На последних словах, голос аристократа сбивается на совсем другой тембр. Расплывается в хищной улыбке лицо свенга. А непонятная конструкция в центре небольшого, заставленного техникой, зала, полыхает зелёным светом.

Стальная махина, которая сама нарекла себя Марком, реагирует мгновенно. Подняв пулемёт, заливает свенга настоящим потоком свинца.

Но тот даже не дёргается — пули как будто растворяются в зелёном сиянии воздуха вокруг орка.

— У тебя нет шансов железяка. Свободу он обрёл. Тя щас быстро в асфальт закатают, погоди тока полчасика, — довольно скалит зубы орк.

Для гения, лексикон у него звучит слишком уж аутентично. Как будто я кого-то из портового района встретил.

— Что это за херня? — чуть продвинувшись вперёд, я пытаюсь оценить ситуацию и прикинуть свои шансы, пока отвлекая противника.

— А на что похоже, гобл? Маленький портал в иную реальность. Прикинь, так тоже бывает, — скалится в ответ свенг.

— Какого хрена ты им всё рассказываешь? — оборачивается к нему Гривов. — Завали свой хлебальник. Лучше прикончи уродов.

На лице орка появляется выражение полноценного презрения. То ли из-за того, что дворянин не подумал, чем и как убивать металлического гиганта, то ли совсем из-за иных факторов.

Свенг даже не комментирует предложение. Вместо этого снова смотрит на меня.

— Маленькая дыра в пространстве, которую у меня вышло превратить в канал связи. Всего-то требовалось немного катализатора. Которого ты попытался меня лишить, грязная зелёная тварь.

Занятно. Только не совсем понятно — Гривов пудрил мозги орку, который занимался изысканиями, чтобы тот решал вопросы с белой дрянью или всё прочее было лишь операцией прикрытия? А настоящая причина всего происходящего сейчас прямо перед моими глазами.

— Нахрена? — абсолютно искренне поинтересовался я. — Зачем тебе эта дыра в пространстве?

Неожиданно для меня, тот смеётся. Беззаботным и счастливым смехом.

— Ты не представляешь, что там, гобл, — покачивает головой свенг. — Какую силу и мощь это может дать. Всё, что нам нужно, это стабильный канал связи.

Гривов косится на свенга с самой настоящей яростью. Я же всё равно не понимаю.

— Куда? В какое место ты хочешь пробиться? — задаю абсолютно логичный сейчас вопрос.

— Туда, где доступна новая технология. И погибло такое количество разумных, что я смогу черпать силу из воздуха. Ты один из обычных идиотов, гобл. Не осознающих, как много мощи даёт обычная смерть. Даже сдохшего тебя хватит на то, что перекроить крупный остров.

Где-то наверху звучат автоматные очереди. Грохают взрывы. Кто-то пробивается в дом, уничтожая «зомби». Могу поспорить, ещё немного и окажутся тут.

Орк продолжает говорить. У него как будто какой-то предохранитель сорвало — вываливает настоящий поток информации, который всё никак не желает заканчиваться. Впрочем, он наверняка целыми днями сидел здесь, общаясь лишь с Гривовым. А теперь сразу два слушателя, которые застыли напротив.

Одно хреново — рано или поздно сюда доберётся противник. И как бы ни был хорош в бою мой новый приятель, с ним в итоге всё равно разберутся. Как и со мной — выход отсюда только один и перекрыть его несложно. Чтобы просто прорваться во двор, уже понадобится недюжинная удача. Сложно сказать — выйдет у меня пробиться к тому самому люку, из которого я выбрался или нет.

В словах свенга немало интересного. О каком-то древнем артефакте, который висит в космосе и притягивает к себе элементы других миров. Флоте, что пытался его исследовать и породил целую груду парадоксов. Невообразимом множестве параллельных вселенных, по которым можно без конца шагать.

Но прямо сейчас меня интересует иное — смогу я использовать способность, чтобы вывести из строя оборудование или ничего не выйдет?

Концентрируюсь, смотря на мерцающий пульт около которого ранее стоял орк. Пытаюсь представить себе деталь, которая находится под кнопками. Или какую-то электронную плату. Поняв, что ничего не выходит, просто сосредотачиваюсь на нужном участке пространства.

Внутри головы звучит лёгкий хлопок, а меня пошатывает. Цвет лампочек справа от пульта вдруг сменяется. До того они светили слабым зелёным, а теперь полыхают тёмно-изумрудным.

— Ты как это сделал, гобл? — глаза свенга расширяются. — Чё за фокусы?

Сместившись, поднимаю пистолет-пулемёт. И вижу, как орк бросается в потемневший столб зелёного сияния. Сука же!

Спусковой крючок я всё же нажимаю. Правда не совсем понимаю — достал я его или нет. Пули тонут в сверкающем изумрудном столбе, где исчез свенг.

Выпускаю внутреннего зверя, которого до того старался держать в узде и скорость моментально возрастает. Рывок вперёд. Трансформирующиеся пальцы и стремительно меняющиеся мышцы. Сверкнувший перед глазами зелёный свет. Сейчас я не думаю — действую на чистых рефлексах. Хотя перед самым контактом, рациональная часть меня запоздало кричит, что это плохая идея.

Миг и перед глазами появляется новая картинка. А потом я врезаюсь в спину орка.

Когти левой руки тут же проходятся по его брюху, вспарывая кожу и заставляя врага орать от боли. Он пытается отскочить в сторону, но я сбиваю его с ног, впечатывая лицом в пол. Пистолет отлетает вправо, а я снова всаживаю когти в плоть, фактически вырывая его левую лопатку. Кажется даже рычу.

Отодвинувшись, смотрю на изорванного свенга, который недвижно лежит в луже собственной крови и внутренностей. Вспоминаю вампира, встреченного в подземном тоннеле. Трансформирую пальцы рук обратно. И достав нож, вбиваю лезвие в висок орка. На всякий случай.

Оттянув голову за волосы, вырезаю на лбу свою метку. Это уже практически на автомате. Ритуал стал привычкой — порой даже не замечаю, что я её оставил.

Выпрямляюсь. И вдруг понимаю странную вещь — я в космосе. Вон там в стороне — гигантское панорамное окно, от пола до потолка. За которым видны кружащие в невесомости гигантские металлические объекты. Корабли. Или станции — слишком уж они большие.

В центре, между четырьмя этими махинами, висит колоссальных размеров кусок камня. Из которого торчит всякое-разное. Я вижу дома, сухогрузы и даже замечаю хвост самолёта. Хотя с последним мог и ошибиться.

Воздух чуть вибрирует и я машинально отпрыгиваю вбок — рядом появляется фигура механоида.

— Всегда мечтал побывать в космосе, — гудит тот, держа под мышкой брыкающегося Гривова. — Красиво.

Вроде хочет сказать что-то ещё, но вдруг прерывается и наклонив голову, как будто к чему-то прислушивается.

— Она говорит со мной. Тут совсем рядом. Километр по прямой и выйду прямо к ней.

— Кто? — я оглядываюсь по сторонам, втягивая воздух.

— Соня Вересова. Временно — управляющий мозг исследовательского судна «Глаз Циклопа». Она зовёт меня. И не против тебя. Пойдёшь? — в меня упирается взгляд жёлтых глаз.

Исследовательское космическое судно. На момент идея взять и отправиться в путешествие по космосу кажется привлекательной. Потом вспоминаю о тех, за кого теперь несу ответственность. Так не пойдёт. Да и Дарью бросать совсем не хочется.

— Я лучше назад, — оглядываюсь на постепенно светлеющее сияние. — А Гривов тебе нахрена?

— Теперь это мой талисман, — с готовностью и ничуть не смущаясь, объясняет Марк. — На удачу. Ну я пошёл. Тебе тоже удачи, друг.

Момент и он уже шагает куда-то дальше, бухая по полу своими металлическими ногами. Ещё пару секунд я стою на месте, пялясь в панорамное окно. Не каждый день увидишь такую красоту. А потом разворачиваюсь и шагаю в сияющий посреди космического зала столб зелёного света.

Секунда и я оказываюсь в том же самом зале, где совсем недавно был. Металлический пол со стенами, расставленная вокруг техника и зелёное сияние за моей спиной.

Есть только два отличия. Во-первых, рядом теперь никого нет. А во-вторых, автоматные очереди звучат совсем близко. Вроде на том же самом этаже.

Несколько мгновений стою на месте, тщетно пытаясь отыскать другой выход из помещения. Потом бросаюсь к переборке и на ходу подхватив пистолет-пулемёт, вжимаюсь спиной в стену, рядом с выходом. Замираю.

Вот и противник. Сразу трое вооружённых бойцов в полной экипировке, которые пыхтят под стеклом шлемов. К счастью это не тяжелая броня, которая больше напоминает космические доспехи. Но упакованы эти типы всё равно плотно.

— Какого хера? — слышу голос одного из них. — Штаб, у нас тут чёт сверкает непонятное. Во, уже мерцать начало. Внизу никого. Может мы свалим, пока не жахнуло?

Мундиры. Вижу нашивки полиции на экипировке. Похоже Совет не только опасался убивать Гривова на своей территории, но ещё и переживал, что его прихлопнет кто-то иной.

Ответа штабиста я не слышу, но он легко угадывается по действиям старшего в этой троице. Вместо того, чтобы развернуться и двинуть назад, он делает ещё один шаг вперёд и принимается крутить головой по сторонам.

На свою беду следом за ним продвигаются и ведомые. Один из которых сразу же встречается со мной взглядом.

Стреляем одновременно. Его очередь прошивает мой корпус, прижимая всё к той же стене, а моя обращает в пыль лёгкие этого парня. Крича от боли, продолжаю стрелять, пока не опустошаю магазин. Вроде бы всё. Оба оставшихся мундира тоже мертвы.

Разжимаю пальцы, позволяя оружию упасть вниз. Вытаскиваю кубики прессованного мяса и заталкиваю в рот. Следом вливаю пахнущую лимоном жидкость из двух колбочек. Восстанавливающая алхимия всё от того же Владислава.

Концентрированной воды, шаманы свенгов, к сожалению не делают. Поэтому допиваю всё, что осталось во фляжке. Ещё миг стою около стены, чувствуя как затягиваются раны. Подняв пистолет-пулемёт, вытаскиваю пустой магазин, заменяя его на полный. Бросаю взгляд на мерцающий столб света. Выглядит так себе. Как будто и правда вот-вот рванёт.

Что ж. Надеюсь Марк не сошёл с ума и в самом деле слышал, как к нему обращается управляющий контур космического судна. Ну а мне пора убираться отсюда.

Снаружи — тела двух изрешечённых пулями «големов». И винтовая лестница. По которой я мчу с максимально возможной скоростью. Достаточно появиться наверху одному стрелку, как ситуация резко осложнится. А если там окажется ещё одна боевая тройка, мне вовсе конец.

К счастью, ближайший противник появляется на горизонте только после того, как я оказываюсь на следующем этаже. Двое экипированных бойцов, столкновения с которыми я успешно избегаю — выскакиваю из «зала приёмов», ещё до того, как они к нему сворачивают.

Во дворе сразу десяток мундиров, так что пробегая мимо окна, я распахиваю створку и метаю туда пару гранат. А следом ещё один артефакт, взятый с собой на случай отступления — тот создаёт в воздухе иллюзию гигантского, пышущего пламенем дракона. Недорогой, потому как иллюзия абсолютно безвредна. Зато достаточно впечатляющий. Особенно после того, как во дворе жахнули взрывы сразу двух гранат.

Снова вперёд. Чуть притормаживаю и всаживаю очередь в стрелка, который долбит по безобидной иллюзии, параллельно что-то крича в рацию. Орёт так, что с трудом разбираю слова. Но вроде бы просит подкрепления. Вертолёты с ракетами воздух-воздух и магов.

Получив пять пуль, которые перемалывают его внутренности в труху, затыкается и оседает на пол. Я же бегу дальше. Спускаюсь вниз.

Вот и комната, в которой всё начиналось. Хорошо. Теперь поднять люк. Достать из кармашка на тактическом поясе небольшую пирамидку. Аккуратно установить на пол и плеснуть жидкостью из крохотной фляжки, которую я прятал с другой стороны.

Ещё один артефакт, потянувший на пять сотен. В иных условиях бы не сработал, но защитная система особняка ещё какое-то время будет замкнута на саму себя. А вот эта крошечная хреновина выдаст настолько мощные потоки пламени, что те расплавят большинство видов металла и породы. Однозначно запалив всё, что только может гореть.

Нырнув вниз, захлопываю за собой люк и быстро спускаюсь по металлическим перекладинам. Всё. Теперь пора назад. Домой.

До нашей штаб-квартиры добираюсь уже ночью и абсолютно выжатым. На обратном пути никаких угроз больше не встречается, но мне хватает предыдущих ранений и двойного использования способности к телепортации предметов, из-за которой ужасно хочется пить.

Поэтому первым делом я вливаю в себя литр холодного чая. Потом рассказываю, как всё прошло, параллельно поглядывая новости о «бойне в Верхнем городе». Что забавно — даже в самых безумных версиях, не рассматривают вариант удара со стороны бунтовщиков Нижнего города. Никто об этом даже не заикается.

Основных теорий, вокруг которых пляшут журналисты, всего две. Согласно первой, с аристократом таким образом разделался Совет. Ну а по второй, зачистил следы какой-то его покровитель сверху. Испугался, что дворянина возьмут за жопу и нароют нечто непотребное.

Как бы там ни было — дело было сделано. А за следующую неделю мы разобрались со всеми, кто был причастен к производству «нектара». Помимо «Кроликов» ведь имелись и другие банды. Плюс, отдельная структура, которая занималась исключительно очисткой «сырья».

Рыболовецкая компания, которая базировалась на четырнадцатом пирсе начала процесс ликвидации и выставила имущество на продажу. Я же за это время окончательно разобрался со структурой «Патруля» и его командирским составом.

Договорённости, которых достигли с городскими властями соблюдались. Те пару раз попытались локально нас прощупать, оба раза умывшись кровью и позднее спихнув всё на самоуправство офицеров полиции.

Поэтому они сменили стратегию — запустили полноценную предвыборную кампанию. Пнули свои карманные партии и заставили их зашевелиться.

Одна только проблема — сложно запустить механизм, который до того ни разу не работал. Долгая отрицательная селекция сделала своё дело — в политические структуры попадали не те, кто мог вызвать интерес у жителей и заставить их пойти голосовать, а самые комфортные для «начальства». Типы, что держали рот на замке, не позволяли себе лишнего и если им приказывали прыгать, спрашивали, как высоко.

Когда им дали команду начать битву за сердца избирателей и обеспечить перевес при голосовании в Гласную Думу, они естественно взяли под воображаемый козырёк и принялись исполнять. Действуя при этом настолько коряво, что скорее отталкивали жителей, чем наоборот. Ну кто способен поверить, что после выборов будут полностью отремонтированы все городские системы, проведена зачистка полиции от преступников, а уровень безопасности Нижнего города сравняется с Верхним?

Тем более, что всё это обещали те же люди, что уже давно заседали в той же Гласной Думе. И будь у них какое-то желание — давно бы начали что-то делать.

Совет осознал ошибку слишком поздно — когда до голосования оставалось всего двенадцать дней. Судя по данным, которые просочились в медиа, верхушка города замеряла настроение населения через собственный социологический центр. Который был под контролем всё тех же фигур — заправлявших всеми подобными структурами Дальнего. Как итог наверх уходили сплошные победные реляции. Тогда как реальная ситуация была плачевной.

Изначально они рассчитывали, что расклад действительно изменится в их пользу и настоящие данные сравняются с бумажными. А потом уже не могли вырваться из порочного круга.

В этом им помог внешний аудит, после которого нескольких «политических менеджеров» арестовали, а их старшего вроде как отправили на морское дно. В буквальном смысле.

Вместо них Совет нанял сторонних политтехнологов. Профессионалов, которые не раз вели земские кампании. Тогда же появилась новая общественная структура, от имени которой тут же началась агитация.

В ход пошло всё — от промоутеров с листовками до сотен наёмников, которые ходили от одной двери к другой и рассказывали о том, как всё изменится после победы на выборах. Массовые подарки жителям, три бесплатных концерта, плотная реклама в сети — бюджет они осваивали лихо. И стоит отметить — эффективно. Будь расклад иным, возможно у этих парней бы всё получилось.

Но они пытались выиграть в Нижнем городе. Где жители истово ненавидели чиновников, а полиции боялись больше, чем бандитов. Последних хотя бы прикончить можно или найти иную управу. От мундиров же спасения нет.

Тем не менее, за прошедшие двенадцать дней они выложились по полной. И сейчас, сидя в нашей штаб-квартире и ожидая первые цифры подсчитанных бюллетеней, я немного нервничал.

Вроде и не из-за чего — по всем опросам, их свежесозданный симулякр набирал не больше пятнадцати процентов голосов. Нарисовать нужные цифры тоже не выйдет — на каждом избирательном участке дежурила целая группа наблюдателей. Часть с нашей стороны, часть прислали конкуренты. Некоторые вообще извне — от структур, которые специализировались на подобных задачах. Раньше их до выборов в Дальнем не допускали, но в этот раз власти решили, что те пригодятся. Сами ведь планировали победить честным образом.

Конечно, знай члены Совета, что всё развернётся таким образом, точно бы не стали ориентироваться на минимальный срок в тридцать дней. Наверняка сделали бы паузу на несколько месяцев, чтобы иметь хотя бы какие-то шансы. Но как это часто бывает, парни наверху забронзовели, охренели и уверились в собственной гениальности. В их вселенной, Нижний город был не таким уж плохим местом. А бунт объяснялся происками врагов.

Развалившись в кресле нашей «комнаты отдыха» на третьем этаже, я чувствовал лёгкую усталость. Вчера пришлось выбираться в море — у нас вдруг обнаружился ещё один желающий заняться производством белой дряни. Какая-то мелкая сошка, до того работавшая с бандами. Не знаю, на что он рассчитывал, но мужчина арендовал рыбацкую шхуну и сам вышел на ней в море.

Мы перехватили судно в нейтральных водах. После чего дождались наступления темноты и когда оно пошло обратно, я вплавь добрался до его борта. Экипаж остался цел. А вот наниматель и несколько его сопровождающих, на берег не вернулись.

— Ну скоро они? — Тэкки-тап, одетый в светло-серую форму «Патруля», недовольно цокнул языком. — Чё тянут-то? Пусть уже скажут, что мы победили и всё.

— Уже начинают, — отозвалась сидящая рядом Дарья, которая потирала свою новую кисть. Её «нарастили» всего пару дней назад и девушка к обновке пока не привыкла.

А вот на экране ТВ действительно появилась картинка с брифинга для прессы.

— На данный момент обработано и подсчитано двенадцать процентов бюллетеней, — монотонно заговорил невысокий щуплый мужчина, усевшийся за стол. — Согласно этим данным, общественный союз «Исток» лидирует и занимает первое место, получив восемьдесят четыре процента голосов.

— Тарг, тебе надо на это позырить, — Тэкки-тап выглядел непривычно-растерянным и держал в руках листы бумаги.

— Да чё там зырить? Я те грю, прибыль гарантирована. «Пыль Бараза» — наше всё! Эт будущее фондовых рынков — тебе любой шмаглина с биржи подтвердит! — топающий за ним гоблин в мундире и фуражке разговаривал с такой экспрессией, что казалось, от переизбытка чувств сейчас оружие достанет и в потолок примется палить.

Он приехал вчера. Успев споить половину офицеров и добрую половину состава Гласной Думы, на крыше которой устроил посиделки с сардельками и пивом.

Из тех самых «Щенков Косуль». Которые теперь, по сути стали частью «Феникса». Подгорного города, которым правил гигантский дарг.

Он с собой ещё и мглистую косулю притащил. Монстрину таких размеров, что к ней и подходить страшно. Под тонну наверное весит, не меньше. Или сразу две. А то и три. На видео, которые нашлись в сети, она легко и непринуждённо крушила бронетехнику.

Животное вовсю жрало сыр, постоянно порывалось попробовать всё вокруг на вкус и выглядело, как оживший сон доктора создавшего Франкенштейна, но к нему все липли. Как внезапно выяснилось, «Щенки Косуль» популярны в народе.

Изначально Гош-скош сюда прибыл, чтобы взыскать долги с какого-то типа, который подписал какие-то инвестиционные документы, а потом соскочил. Выглядело это, как чистой воды авантюра. Тем более кроме косули и ещё одного гоблина, он никого не прихватил.

Однако, внезапно выяснилось, что власти с ним связываться категорически не желают. Полиция, пусть и оцепила место событий, но вмешиваться в происходящее на территории особняка не стала. А гоблин закошмарил своего «должника» так, что тот по-моему остался полностью разорён, ещё и подписавшись на него работать.

— Что за «пыль»? — оторвав взгляд от экрана телефона, я повернулся к гоблинам, которые только что влетели в штабное помещение.

— Это не «пыль», а «Пыль»! — подчеркнул Гош-скош заглавную первую букву. — Порошок, которым стал Бараз, когда Тони его накернил. Новый пик сезона! Хит то есть. Фьючерс прёт тока так. А вы можете на споте вложиться.

Как у него там должность называлась? Что-то вроде главного сборщика пожертвований. Недобровольных. Вот уж не думал, что услышу сейчас слова о фьючерсах и споте.

— У нас пока нечего вкладывать. Это к министрам. Но у них на инвестиции тоже денег нет, — посмотрел я на приезжего гоблина.

— Как нечего? А пенсионный фонд? Или ты своим пенсии платить не собираешься? Бахни всё в «Пыль Бараза». Озолотитесь! По острову себе купите, — останавливаться Гош-скош видимо не планировал.

Пришлось ещё раз повторить, что финансами мы не занимаемся. Ну а вопрос пенсий пока настолько глубоко не проработали. В ответ на что гоблин горестно вздохнул.

— Эх. Опять придётся по банкетам шариться. У вас там вроде намечается как раз сегодня. Пойду инвесторов искать, — он повернул голову к Тэкки. — Сгоняешь со мной? На пафосе туда залетим, сами бабло отдавать будут.

Варраз покосился на меня и увидев, как я слегка наклонил голову, согласился. Почему бы ему и не сходить. Контакт между двумя гоблинами вроде наладился. А учитывая, что «банкет» — это день рождения дочери одного из членов Совета, засветиться лишним не будет. «Щенков Косуль» местные чиновники не просто опасаются, а боятся до дрожи в коленях. Пусть думают, что у нас хорошие отношения. Настолько, что если понадобится — те появятся и всё тут разровняют.

— Свежие данные, — в дверном проёме появилась Дарья. — Нашли они источник. Правда, что с ним делать, пока не знают.

Сразу после того, как у нас всё успокоилось, я озаботился ещё одним важным вопросом — поиском места, из которого просачивалась та самая белая дрянь. За это пришлось выложить немало денег, но после зачистки всех местных банд, у меня имелся достаточный объём наличности. К тому же «Патруль» влился в ряды полиции. Устав Дальнего давал Гласным Думам весьма широкие полномочия. Как когда-то и задумывалось царевичем для его эксперимента. Из-за чего, победив на выборах мы могли творить практически всё, что угодно.

Поисковые группы, получившие экипировку с артефактами, реагирующими на Мглу, работали уже несколько суток, пытаясь найти место, которое является её истоком. Грубо говоря, «пробой» через который эта хреновина попадает в Янтарь.

Пока отыскать его не получилось, но работа шла — каждый день я получал карту морского дна с пометками.

— А эт чё у вас такое? — заинтересовался Гош-скош, придвигаясь ближе.

В этот раз Тэкки-тап на меня коситься не стал — взял и сходу выложил. Не слишком критично, если подумать — в конце концов мы всего лишь ищем прорыв Мглы. С другой стороны — о таком распространяться всё равно не стоит.

— Ну-ка погодите, — гоблин смешно сощурился и поправил фуражку. — Это ж от вас тот ящик с белой гадостью везли, точно! Которая в горилле была! Тони к вам даж лететь собирался, но передумал. Решил, что ваш местный псих сам всех накернит.

— Псих? — чуть наклонила голову Дарья.

— Ну да, — кивнул Гош-скош. — Который метки всем на лбу режет. Сначала полирнёт шмаглину наглухо, а потом давай ему лобешник кромсать. Ваще ведь отбитый.

Мы помолчали. Переглянулись. А вот гость почувствовал неладное.

— Чё? Вы так зыркаете, как будто я чёт не так сказал.

Варраз вопросительно посмотрел на меня, но сейчас подавать знак было бы слишком очевидно. Поэтому я просто начал говорить — принялся отвечать на его предыдущий вопрос, добавляя к ответу Тэкки больше деталей. Ну а заодно и темы «нектара» коснулся.

Потом выслушал его собственную историю — о странной посылке на которую они наткнулись. Ящик, внутри которого оказалась горилла, наполненная белой дрянью. Не знаю, почему «нектар» транспортировали именно так — то ли кто-то серьёзно перемудрил, то ли тут имелся какой-то скрытый смысл.

Следом Гош-скош рассказал о применении этой самой белой дряни для контроля одной из эльфиек и попытке одного из баронских сыновей поднять при помощи этого дерьма свой социальный статус.

Эльфийка, если я правильно понял, какое-то время была женщиной их лидера — Тони Белого. Так что «Щенки Косуль» прикрыли её жопу и каким-то чудом избавили от контроля разума.

— Знаешь, Кир-тап, есть у нас два братца, которых пивом не пои, дай эксперимент поставить. Раз твои не справляются, может тебе их в помощь заслать? Они япнутые на всю сотню оборотов, но сука, умные, — воззрился на меня гоблин.

Что ж. Похоже мы только что получили новых союзников. Которые по сути и раньше ими были. Просто не спешили о себе заявлять.

— Давай ты не будешь болтать нам под руку, варраз, — заговорил один из братьев-цвергов. — Это тонкая операция. Немного ошибёмся и будет обратный эффект.

— Рихтанётся тогда весь ваш Дальний, — продолжил второй. — Так что ты бы правда не мешал, варраз.

Манера общения парочки цвергов Тэкки-тапа здорово раздражала. Но тарг приказал бдить и соблюдать вежливость. И не пускать в ход силу.

Сегодня бы он наверняка предпочёл быть тут лично. Но вместо этого отправился на переговоры с триадами. Китайцы хотели вести дела в порту, как прежде. Тогда как тарг желал установить новые правила, с которыми те согласны не были.

Варраз сейчас хотел бы находиться вместе с ним. Как знать — вдруг китаёз занесёт и те решат всех покрошить? За прошедшие с момента выборов пять месяцев, они только и делали, что одного за другим резали всяких разных типов, которые считали себя круче всех. Теперь в Дальнем с ними никто связываться желанием не горел. Однако триады были из империи Мин. Могли попробовать.

Но вместо этого гоблину приходилось сидеть на подводной лодке и наблюдать за парочкой подвыпивших цвергов. Те должны были активировать какую-то там «многоконтурную систему», которая…

Тэкки честно попытался вспомнить последовательность слов в термине и поняв, что всё равно ничего не выйдет, покачал головой.

— Вы ж всё равно тока и делаете, что пьёте, — попытался парировать гоблин. — Час уже целый, как бухаете.

— Мы стабилизируемся, статист ты зелёный, — поднял палец цверг, которого звали Оди. — Без этого в нашем деле никак.

— Сейчас бы ещё продажных женщин, — вздохнул второй. — Но это надо всплывать, а потом начинать всё заново. Не вариант.

Варразу оставалось лишь покачать головой. Тарг говорил, что эти двое справляются на отлично. Да и вообще их прислали из «Феникса». Тэкки-тап столько разного о нём видел в сети, что поначалу заваливал эту парочку вопросами.

Правда, быстро прекратил — они если и говорили, то в основном о всяких не сильно интересных вещах. Либо про женщин, либо про выпивку. Ещё могли обсуждать какую-то заумь и вспоминать Константинополь. Иногда в шутку называя его «Красноградом».

В общем, ничего полезного. Одно расстройство и сожжённые нервы. А ещё потерянное время.

Цверги опрокинули ещё по стопке янтарного коньяка и один из них вдруг хлопнул рукой по замысловатой конструкции на столе, обрушив её и дав соприкоснуться паре крупных рубинов.

Секунда и подлодку качнуло. Снова. Вдалеке что-то заскрежетало.

Гоблин кинулся к экрану, на который транслировалось изображение с внешней камеры. И тихо выругался — солидный кусок берега, который сейчас был в зоне видимости, окутывало облако странных сверкающих искр.

Цверги уже принялись перебрасываться фразами, которые в основном состояли из непонятных терминов, а Тэкки не отрывал взгляда от экрана. Всё никак не мог забыть фразы про Дальний, который полностью навернётся, если что-то пойдёт не так.

Эти двое пытались сделать то, чего раньше не проворачивал никто — закрыть прорыв Мглы. Точнее — как-то там изолировать его и сжать. Но по сути, закрыть. Когда весь прорыв внутри камня размером с кулак, его считай нет.

Они что-то объясняли ему. Рассказывали, почему именно этот прорыв реально можно запереть, в отличие от других. И как это поможет в исследовании природы Мглы.

Варраз мало что понял. Запомнил только историю про какого-то мужика, что жил под Мглой и торговал вещицами из других миров, да его бессмертных клиентов. Неубиваемых скелетов, что вели нескончаемую игру и были навечно заперты в карточном доме. Честно говоря, он до сих пор не понимал — правда это или цверги всё выдумали на ходу, чтобы над ним пошутить.

Подводную лодку снова тряхнуло. Искры, которые до того были рассыпаны вдоль всего берега, вдруг осели на землю. Как будто впитались в неё. На экране было видно, как отваливаются целые пласты грунта и раскалывается порода.

Видимость моментально упала до околонулевой — слишком много в воде появилось взвеси. Но цвергов, которые наблюдали за странными крохотными огоньками на металлической пластине, это ничуть не смутило.

— Ну вот и всё, зелёный. Ты стал почётным наблюдателем нашего триумфа, — заявил Оди. — Можешь гордиться собой.

— Когда мы будем рассказывать о причастных, обязательно упомянем и тебя, — добавил Фоди. — Так что не парься, зелёный. Расстреляют нас всех вместе.

— Ну и шуточки у вас, — проворчал варраз. — Япнутые. Прям, как вы сами. Чё по делу-то? Получилось?

Цверги переглянулись и почти одновременно улыбнулись.

— Получилось, гоблин, — потянулся к бутылке первый. — Перекрёстный прорыв Мглы заблокирован.

— Угрозы распада Янтаря больше нет, — продолжил второй. — Мы снова спасли мир. Учись у лучших, гоблин.

Тэкки-тап обречённо выдохнул. Нормально же спросил. А они снова пургу в ответ несут. Ну не могли же два пьяных цверга на подводной лодке реально спасти мир. Или могли?

Секунд десять варраз всерьёз обдумывал эту мысль. Потом плюнул на это и двинулся к выходу из каюты — спасение мира дело хорошее, но хотелось уже на поверхность. Глотнуть свежего воздуха, узнать, как прошли переговоры у тарга и написать той девице, которая вчера сама звала его на свидание и даже прислала фото своих сисек.

Книга предоставлена Цокольным этажом, где можно скачать и другие книги.

Сайт заблокирован в России, поэтому доступ к сайту, например, через Amnezia VPN: -15 % на Premium, но также есть Free.