Иллюстрация на обложке AceDia

© Виата Л., 2026

© Оформление. ООО «Издательство «Эксмо», 2026

Мужчина медленно поднёс ко рту бокал и сделал глоток золотистого виски. Лёд ударился о стеклянные стенки, разрушив тишину помещения. Он вздохнул и потёр лоб рукой. Его охватила дьявольская усталость. Организация последнего шага к его мечте заняла больше десяти лет. К счастью, всё уже почти завершилось.

Мужчина поставил бокал на красный дубовый стол, откинулся на мягком кресле и посмотрел на огромную доску во всю стену, на которой висело множество фотографий политиков, врачей, полицейских, военных, банкиров, адвокатов, судей, деятелей культуры и бог только знал кого ещё. Он вдруг вспомнил, как бывшая возлюбленная ругала его за эту древнюю привычку вести расследование по старинке, используя доску, а не хранить всё в компьютере под паролями, и усмехнулся. Было что-то приятное в вывешивании очередной фотографии. Мужчина ощущал контроль над жизнью очередного глупого человека и упивался им.

Впрочем, это работало не со всеми. Он перевёл взгляд на вторую доску. Фотографий там висело поменьше и без присущего большой доске хаоса. Мужчина прищурился. Их он повесил, чтобы ни в коем случае не забыть об этих людях. Будто это было возможно.

Он взял бокал со столика, торжественно поднял его, будто собираясь сказать тост, и посмотрел в бледно-зелёные глаза своего брата-близнеца.

– За тебя, Ноа. Если всё продолжится в том же духе, думаю, скоро встретимся. – Мужчина осушил бокал залпом.

По горлу вниз распространился жар. Мужчина поморщился. На самом деле он не любил алкоголь и пил его крайне редко, но сегодня был особенный день, ознаменовавший начало и конец всего одновременно. При этом мужчина не ощущал ни волнения, ни сожаления, ни даже привычного удовлетворения. Он чувствовал себя как мечтающий о плюшевом мишке ребёнок, купивший его себе через несколько лет на совершеннолетие. Милое, но уже довольно бесполезное и несвоевременное приобретение.

Мужчина откинул голову на спинку кресла и посмотрел на металлический потолок. Во всём убранстве комнаты только он напоминал ему, что он сидит далеко от земли. Его заботливый секретарь даже повесил картины, заменяющие вид из окна. Этого, конечно, было мало, но он не привык жаловаться.

На лицо упала прядь длинных волнистых чёрных волос, выбившихся из низкого хвоста. Мужчина небрежно смахнул её и постучал пальцами по подлокотнику. Если он правильно всё рассчитал, то скоро к нему должны прийти с новостями.

– Три… два… один… – посчитал он вслух.

Раздался стук. Мужчина нажал на кнопку, и массивная железная дверь отъехала в сторону. Внутрь вошёл бородатый мужчина, выполняющий роль не только секретаря, но и местного врача.

– Всё прошло успешно? – уточнил мужчина.

Секретарь вздохнул и поправил тонкие очки на переносице.

– Естественно. Неужели мне действительно требовалось сообщать вам об этом? – с вызовом спросил он.

Мужчина мягко улыбнулся. Он знал, что его секретарь одобрял не все методы его работы, но всё равно искренне доверял ему.

– Прошу, не давай мне повода разочаровываться в тебе. Мы не для того готовились столько времени, чтобы пустить всё на самотёк и проиграть, – сказал он.

– Вероятность нашего проигрыша составляет 0,01 %, – сверившись с данными на планшете, заявил секретарь.

– Нельзя списывать со счетов лёгкие неожиданности. – Мужчина напряжённо посмотрел на фотографию брата.

Секретарь проследил за его взглядом и прищурил свои карие глаза.

– Ваш брат гоняется за нами уже почти двадцать лет, но не достиг успеха. Он неудачник, – сказал он.

– Никогда не недооценивай своего врага. Ноа не так умён, как я, но он хитёр. Вы продолжаете слежку за ним? – спросил мужчина.

Секретарь кивнул.

– Он сидит в офисе и собирает информацию о наших мелких сошках. Думаю, он даже не подозревает о том, что мы замышляем. Волноваться не о чем, – произнёс он.

Мужчина в ответ нахмурился. Интуиция подсказывала ему, что братец может внести в его план неожиданные корректировки, а он привык доверять своим ощущениям.

– Продолжайте следить за ним, – приказал он.

– Принято, – отозвался секретарь и увидел на его столе пустой бокал. – Вам подлить?

– Пожалуй, воздержусь. Алкоголь сильно туманит рассудок. Не люблю это чувство, – ответил он.

– Тогда я могу идти? – уточнил секретарь.

Мужчина кивнул, но, когда сотрудник подошёл к двери, окликнул его.

– За теми, кого он пытался завербовать, мы тоже следим? – спросил он.

– Конечно. У вас есть особые указания насчёт них?

Мужчина задумался на мгновение, а потом ответил со всей своей уверенностью:

– Да. Если будут создавать проблемы – устраните на месте.

Секретарь вновь кивнул и ушёл. Дверь с шумом закрылась, отрезав мужчину от остального мира. Ничего. Уже скоро наступит время покинуть убежище и предстать перед новым, очищенным ими мире во всей красе.

Уже некоторое время у Пенелопы настойчиво звонил телефон, а она отчаянно пыталась найти его в сумке, но находилось всё, кроме него, – паспорт, салфетки, ключи, зарядка и даже давно забытые конфеты. В высшей степени раздражения она высыпала всё на стол и схватила мобильный. Звонили из школы.

– Слушаю, – произнесла она, поднеся аппарат к уху.

– Здравствуйте, миссис Хейзел. Вас беспокоят из администрации школы, – произнёс приятный женский голос.

Пенелопа, впрочем, от него только сильнее напряглась. В её голове уже появился миллион причин, вызвавших этот звонок. К сожалению, ни один вариант не был приятным.

– Что она опять натворила? – Пенелопа тяжело вздохнула.

– Поставила фингал своему однокласснику, – без предисловий выложила собеседница.

Пенелопа почувствовала, что у неё начинается мигрень – в висках застучало, как от барабанного боя.

– Я сейчас приеду, – известила она и положила телефон на свой, бывший до поисков аккуратным, рабочий стол.

Светловолосая красавица Лора отвлеклась от своего компьютера и посмотрела на Пенелопу.

– Оливия снова отличилась? – спросила она.

Пенелопа кивнула.

– Когда там должно уже стать легче справляться с ребёнком? – проворчала она, жалуясь на людей, постоянно ей твердивших, что, когда малыш немного подрастёт, с ним будет проще.

– Когда он съедет, и то не факт, – ответил недавно похудевший и уже изрядно седой Боб.

Его дочь в поисках лучших вариантов для будущего переехала к родственникам в столицу Тесвиерии Исслен и сейчас готовилась к поступлению. Боб и его строгая жена Мелани звонили ей каждые три часа, как по расписанию, чем жутко раздражали девочку-подростка. Они прекрасно об этом знали, но ничего не могли с собой поделать. Когда Пенелопа думала о том, что когда-нибудь Оливия уедет, то ощущала дикий ужас, подозревая, что дочку придётся вытаскивать из тюрьмы через месяц пребывания в другом городе в одиночестве.

Она вновь вздохнула, покидала всё обратно в сумку и поспешно встала.

– Вы же без меня справитесь? – спросила она, и без того зная ответ.

За последние семь лет Сент-Ривер разросся как на дрожжах, из-за чего пришлось увеличить штат полицейских. Даже в следственном отделе, состоявшем ранее из трёх-четырёх человек, сейчас работало десять сотрудников. Спасаясь от постороннего шума, Пенелопа выбила себе, своему заместителю и лучшей подруге Лоре, а также умудрённому опытом Бобу отдельный кабинет, где они сейчас и заседали. Пространство не содержало ничего лишнего – три стола, кресла и компьютер, большой шкаф с документами, а единственным украшением был наполовину умерший кактус на подоконнике.

– Не вопрос, шеф. – Боб шутливо отдал ей честь.

Пенелопа искренне улыбнулась и убрала с лица выбившуюся из элегантного каре каштановую прядь. Её уже несколько раз приглашали работать в элитные участки Тесвиерии на более высокие должности, но Сент-Ривер стал для неё незаменимым, поэтому она продолжала работать здесь на должности главы следственного отдела.

Она вышла в соседнее помещение, занятое другими сотрудниками отдела, и потонула в хаосе и звонках. По большей части молодые ребята не обратили на неё никакого внимания, когда она прошла к выходу. Когда здесь только укомплектовали новый штат, они постоянно подпрыгивали при её приближении, с чем пришлось очень долго бороться. К счастью, теперь уже эта их университетская привычка сошла на нет.

Она вышла в коридор и столкнулась нос к носу с Клейтоном. Начальник участка за семь лет изменился мало. Он всё ещё предпочитал носить чёрное, редко мыл свои тёмные волосы и смотрел на всех с презрением и высокомерием, но хотя бы цепляться по пустякам перестал.

– По-моему, рабочий день ещё не закончился, миссис Хейзел. – Клейтон хищно улыбнулся.

– Мне позвонили из школы и попросили срочно приехать, – отчиталась она.

– Это, безусловно, важно, но…

– Недельный отчёт уже закончен. Мы закрыли дело о похищении – человек нашёлся в соседнем городе. Работа над делом о загрязнении реки аммиаком ещё ведётся, но все улики у нас уже на руках, думаю, Лора подготовит документы сегодня к концу рабочего дня. Что касается дела о крупном хищении средств сотрудником банка, то его задержали и везут сюда. Зак и Ришель будут проводить допрос. Если хотите, можете поприсутствовать, но виновный ещё при задержании написал чистосердечное. В общем и целом моё присутствие здесь сейчас необязательно. Я могу уйти раньше? – резко прервала его Пенелопа.

Клейтон нахмурился, из-за чего его глубоко посаженные глаза стали выглядеть угрожающе.

– Если ты продолжишь делать свою работу так же хорошо, то меня сместят, – проворчал он.

«Буду этому очень рада», – подумала Пенелопа.

– Сочту за комплимент, – ответила она.

– Иди. – Клейтон махнул рукой и пошёл дальше.

Пенелопа проводила его тёмную фигуру взглядом и поспешила на парковку. Весна в этом году пришла поздно, поэтому все успели истосковаться по тёплому солнышку и запаху цветов. Поддавшись порыву, она подставила лицо под лучи и на мгновение закрыла глаза. В такую погоду было бы неплохо погулять семьёй в парке, а не работать или тем более ехать в школу по срочному вызову. В конце месяца должно было состояться знаменательное событие – солнечное затмение, и куда ни глянь были развешаны плакаты и листовки. Даже Пенелопа успела проникнуться и ждала этого события, так же как её муж и дочь.

Она села в свой красный «Феррари», завела двигатель и выехала с бульвара Ирисов на улицу Лилий, а оттуда свернула на улицу Тюльпанов и остановилась около высокого школьного забора. Там её встретил охранник, который, смутившись, попросил её оставить машину за территорией.

Пенелопа отнеслась к этому спокойно. Пусть её здесь знали многие, но она не считала осторожность лишней. Она вышла из автомобиля и прошла во внутренний двор с фонтаном и милыми изящными лавочками с изогнутыми ножками. Со спортивной площадки послышался шум и смех. Занятия уже успели закончиться, и дети решили устроить небольшой футбольный матч.

Она зашла в главное здание, поднялась на третий этаж и без проблем нашла кабинет директора, дорогу к которому за первый год обучения здесь Оливии успела идеально запомнить. Помещение встретило её запахом деревянной мебели и духов с бергамотом, которые любила использовать директриса в годах.

Оливия съёжилась и неловко помахала ей рукой. Пенелопа едва глаза не закатила. На противоположных креслах от дочери сидела агрессивная на вид Эрика Хаммер, чуть младше Пенелопы, и держала за рукав своего недовольного сына Эндрю с наливающимся синяком под правым глазом, а впереди за массивным столом расположилась директриса – Камила Верон.

– Здравствуйте. Извините за опоздание, – спокойно сказала Пенелопа и села рядом с дочерью.

Эрика фыркнула. Её серые глаза метали молнии.

– Вы всегда опаздываете, – проворчала она.

– Да, потому что работаю главой следственного отдела, а не домохозяйкой, – парировала Пенелопа.

Эрика надулась, готовясь разразиться гневной тирадой, но Пенелопа не позволила ей это сделать.

– Что произошло? – спросила она у Камилы.

Старушка тяжело вздохнула и сцепила пальцы перед собой. Пенелопе, если честно, было её жаль. Миссис Верон представляла собой доброго, спокойного и совершенно неконфликтного человека. Она очень любила детей и только поэтому до сих пор не ушла на заслуженную пенсию.

– Оливия, не расскажешь нам свою версию? – спросила директриса.

– Опять? – недовольно воскликнула Лив, но поймала грозный взгляд Пенелопы и откашлялась. – Я его ударила за то, что он украл мой и Мишель портфели.

– Я их не крал! – сразу вскинулся Эндрю.

– Да ну? Я видела тебя с ними, Энди, – с нажимом продолжила гнуть свою линию Оливия.

Мальчика от этой фразы всего перекосило.

– Не называй меня «Энди», – выплюнул он.

– Хорошо, Эндичка. – Оливия усмехнулась.

Такое обращение мальчику понравилось ещё меньше. Он весь пошёл пятнами от злости и раздражения.

– Оливия Хейзел, – тихо, но серьёзно одёрнула её Пенелопа.

Улыбка вмиг сползла с лица дочери.

– Вот. Я же говорила, что опять эта девчонка виновата. Её нужно исключить! – заверещала Эрика, так резко повернувшись к директрисе, что по её плечам запрыгали медного цвета волосы.

Камила чуть отклонилась назад от такого напора и с тревогой посмотрела на Пенелопу в поисках помощи.

– Какую версию произошедших событий можешь нам рассказать ты? – спросила Пенелопа у мальчика.

Он замялся и смущённо потупил такие же серые, как у матери, глаза.

– Я увидел, как Ник и Брюс своровали их портфели, и попытался их вернуть, но Оливия не так поняла меня и ударила, – сказал он.

Пенелопа перевела взгляд на дочь.

– Ты спросила у Эндрю, почему он взял ваши портфели, до того, как его ударила? – уточнила она, но растерянный взгляд зелёных глаз Оливии сказал всё за неё. – Понятно. Лив, ты должна извиниться.

– Но…

– Немедленно. Признание своих ошибок – это очень важное личностное качество, – произнесла Пенелопа.

– А что, если он врёт? – Лив упрямо встретила её взгляд.

Пенелопа посмотрела на смущённого мальчика.

Эндрю был тихим отличником с гиперопекающей мамой, а Оливия росла настоящей хулиганкой. Впрочем, Пенелопа не спешила делать выводы, основываясь только на характерах детей.

– Если ты действительно в этом уверена, то я встану на твою сторону, но если твои слова в итоге окажутся лишь необоснованным упрямством, то я удвою твоё наказание, – сказала она.

Лив мгновенно повернулась к Хаммерам.

– Простите, я была неправа. Мне не стоило бить, не разобравшись в ситуации. Я постараюсь загладить вину, – сказала она.

Пенелопа почувствовала, как у неё задёргался глаз. Несмотря на свой юный возраст, Лив отлично умела играть на нервах, проверяя границы дозволенного, но, к счастью, не заходя за их пределы.

– Одними извинениями дело не исправить… – пропела Эрика.

Пенелопа спокойно выловила из сумки чековую книжку, оторвала лист и протянула его истеричной мамаше.

– Можете вписать сюда сумму лечения и морального ущерба, установленные в соответствии с законами Тесвиерии, – сказала она.

Эрика закрыла рот, но по-прежнему выглядела злой. Пенелопа не обратила на неё никакого внимания. Она попрощалась с директрисой, взяла Лив за руку и покинула кабинет.

– Ты очень злишься? – осторожно спросила Оливия, когда они выехали с улицы Тюльпанов обратно на улицу Лилий.

Пенелопа тяжело вздохнула.

– Я не злюсь. Скорее расстроена тем, что ты ударила кого-то, не разобравшись в ситуации. Ты же понимаешь, что поступила неправильно? – уточнила она.

– Я знаю, что виновата, поэтому извинилась перед Энди, – проворчала Лив, сложив руки на груди. – Папа бы просто сразу встал на мою сторону и давить не стал.

«Именно поэтому из школы позвонили мне, а не ему», – подумала Пенелопа.

Её муж и отец Оливии, Итан, славился своей безумной и безусловной любовью к дочке. Он никогда её не ругал и был готов сделать что угодно ради её улыбки, чем жутко избаловал.

Лицо Оливии стало таким грустным, что сердце Пенелопы дрогнуло. Остановившись на светофоре, она взлохматила каштановые волосы Лив.

– Эй! – возмутилась она.

Пенелопа широко улыбнулась и убрала руку.

– Милая, может, это не всегда заметно невооружённым глазом, но я тоже очень тебя люблю и кого угодно готова порвать на части за тебя, – сказала она.

Оливия скептично подняла одну бровь. У неё это получалось так выразительно, что она вмиг становилась очень похожей на Итана. Пенелопа пожала плечами, как бы говоря, что у неё нет доказательств своим чувствам.

Они тем временем преодолели шлагбаум, занавешенный постерами о солнечном затмении, и въехали на элитную улицу Роз с шикарными домами, расположившимися на огромных частных территориях. Пенелопа подъехала к их дому и увидела около ворот ворчливую соседку – Веронику Никсон, использующую столько лака для волос, что причёска у неё даже после сна никогда не менялась. Около неё сидели два взрослых корги, нюхающие цветы в круглых клумбах у забора.

– Тетушка Никки! – радостно воскликнула Оливия, выбираясь из машины и подбегая к женщине.

– Оливочка, – нежно сказала соседка, раскрывая для неё объятия.

Пенелопа фыркнула. Их обоюдная любовь до сих пор выглядела для неё очень странной. Оливия росла беспокойным и болезненным ребёнком, сводящим с ума весь штат нянь Сент-Ривера, однако с Вероникой всегда вела себя как маленький ангелочек.

– Как прошёл твой день? – спросила Вероника.

– Нормально, – промямлила Лив, кинув недовольный взгляд на Пенелопу.

– Правда-правда? Ты выглядишь такой худенькой. Тебя плохо кормят? – Вероника взяла лицо Лив в ладони и нахмурилась.

Корги рядом обеспокоенно заскулили. Пенелопа откашлялась.

– Оливия хорошо питается, – заявила она.

– А то я не вижу. Детям необходимо много полезных веществ, потому что они постоянно растут. Вам наверняка некогда следить за этим, – ответила Вероника, презрительно прищурившись.

Пенелопа приложила все усилия, чтобы не нагрубить. Да, она была известным трудоголиком, но семье теперь уделяла столько же внимания, как и работе. Времена, когда она без раздумий бежала на встречу с опасностью, давно прошли.

– Спасибо за совет, но нам как раз пора ужинать. Мы пригласим вас на чай как-нибудь в другой раз, – произнесла она.

Вероника фыркнула, попрощалась с Лив и отправилась дальше по улице выгуливать корги. Пенелопа первой зашла в дом и сразу угодила в объятия Итана. Муж прижал её к себе и сладко поцеловал.

– Что-то вы сегодня долго. Я даже успел соскучиться, – сказал он.

Она улыбнулась и убрала с его лица чёрную прядь волос, закрывшую зелёные глаза.

– В школе возникли проблемы, – ответила она и почувствовала, как Итан напрягается.

Его руки застыли на её талии, и без того крепкие мышцы стали каменными, а глаза угрожающе заблестели. Возраст его только красил, хотя сам Итан так бы не сказал. Он старался закрашивать первые седые волосы до того, как кто-то из домашних их увидит, и боролся с морщинами с помощью увлажняющих масок. Как итог, выглядел почти так же, как в день, когда они начали встречаться. Пенелопе тоже многие говорили, что выглядит она очень молодо, и, чтобы придать своему внешнему виду серьёзности, ей пришлось сменить прическу.

– Кто-то обидел Лив? – спросил Итан.

– Нет, скорее она обидела одноклассника. – Пенелопа вновь вздохнула.

Он поднял одну бровь.

– Я расскажу за ужином. – Она принюхалась и уловила приятный запах мяса и макарон. – У нас сегодня лазанья?

– Она самая. По идеальному рецепту Доротеи, – с улыбкой заявил Итан.

Несколько лет назад их большой дом обслуживали милая старушка-горничная Доротея и глуховатый садовник Григорий, но они оба уволились. Доротея – из-за преклонного возраста, а Григория убедил переехать в столицу его сын, уже давно там обосновавшийся. Пенелопе и Итану было сложно расставаться с ними, и первое время они постоянно звонили им, чтобы узнать рецепт какого-то блюда или как поливать то или иное растение. Тогда Доротея и Григорий написали для них две небольшие книжечки по готовке и садоводству, которые семья Хейзел очень берегла.

Пенелопа прошла вслед за Итаном в столовую, помыла руки, напомнила Лив сделать то же самое и села за стол. Лазанья на вкус оказалась ещё прекраснее, чем пахла, а ещё вызвала небольшую ностальгию. Она вспомнила, как впервые попробовала её в этом доме, даже не подозревая, что скоро сама будет в нём жить. Итан явно вспомнил о том же, ей сказал об этом его понимающий и немного мечтательный взгляд. Оливия фыркнула.

– Если вы начнёте целоваться, то я сбегу в свою комнату, – известила она.

Пенелопа перевела на неё взгляд и нахмурилась.

– Ты расскажешь папе о произошедшем, или мне самой рассказать? – спросила она.

Лив потупила взгляд и выпалила:

– Я не разобралась в ситуации, ударила Эндрю, а потом извинилась.

Итан задумчиво кивнул.

– Молодец. Признавать ошибки – важно, – ласково произнёс он.

Оливия заметно расслабилась. Пусть Итан всегда потакал ей во всех хотелках, но его разочаровать она боялась куда больше, чем маму.

– Если мы всё разрешили, то можно мне пойти и немного поиграть? – с надеждой спросила она.

– Нет, – жёстко ответила Пенелопа. – Ты обязана получить своё наказание, чтобы лучше запомнить урок. Так как ты извинилась и признала свою вину, то следующий месяц игровое время будет снижено всего на час. И да, тебе сначала придётся делать домашнее задание, а потом уже играть в игры.

Оливия поджала губы и с надеждой посмотрела на Итана. Он отвёл взгляд. Дочь поняла, что помощи ждать неоткуда, и протянула:

– Хорошо, мам.

Пенелопа улыбнулась, наклонилась и поцеловала её в щёку.

– Спасибо за понимание, – произнесла она.

Оливия кивнула, встала и побежала наверх. Итан открыл рот, чтобы заступиться за неё, но Пенелопа резко прервала его:

– Даже не думай. Наказание и так очень мягкое. Видел бы ты фингал Эндрю.

Итан закрыл рот и умоляюще посмотрел на неё. Пенелопа почувствовала, как её уверенность даёт трещину.

– Я посмотрю на поведение Лив и, возможно, сниму наказание досрочно, – устало уступила она.

Итан радостно улыбнулся, подвинулся к ней ближе и страстно поцеловал. Её окружили запах его шампуня и мягкие прикосновения пальцев к спине. По её телу прошла волна тепла.

– Спасибо, любимая, – тихо выдохнул он, когда оторвался от её губ.

Вместо ответа она подалась ближе и углубила поцелуй. Итан с удовольствием ответил. Сидя в столовой собственного дома в объятиях любимого мужчины, Пенелопа чувствовала себя до безумия счастливой.

Итан вздохнул и глянул на наручные часы. Его рабочий день закончился десять минут назад. По идее, он должен был уже ехать за Оливией и Мишель, чтобы отвезти девочек на праздник в честь дня рождения Лоры в кафе «Маргарет», но ещё сидел в своём небольшом строгом офисе и смотрел на девушку в красном мини, заливающую его стол слезами.

– Он убьёт меня! – убивалась она.

Тушь на её лице поплыла, а губы, и без того большие благодаря ботоксу, стали выглядеть ещё больше. Про себя Итан решил, что они теперь похожи на те, которые случайно засосал старый пылесос.

– Простите, но я ничем не могу вам помочь, – вновь попробовал он достучаться до неё.

– Как это не можете? В полицейском участке сказали, что можете. Мне нужны деньги. – Девушка хлюпнула носом, продолжая рыдать навзрыд.

Итан сцепил перед собой руки, пытаясь не сорваться на грубость, и проклял Райана уже, наверное, в десятый раз за день. Изначально эта девушка, сравнимая по интеллекту с тумбочкой, пошла именно к нему и устроила скандал в попытке вернуть несколько миллионов, которые перевела мошенникам. Она провела там всё утро, пока Райан не сдался и не отправил её к Итану, прервав его чтение новостей за чашкой кофе.

Не выдержав, Итан взял в руки телефон, набрал Райану короткое сообщение: «Я тебя убью» – и перевёл взгляд на газету на столе. «Забастовки на мясокомбинате – помешательство приближающегося затмения?» – гласил заголовок статьи, которую он так и не успел дочитать. В последнее время таких новостей в Тесвиерии стало слишком много, что очень настораживало, и дело было отнюдь не в затмении. По всей Тесвиерии вспыхивали огни недовольства властью, хотя он не мог сказать, что Николь Шейрон, будучи президентом не первый срок, ничего для людей не сделала. Она вложила много средств в медицину и образование, активно поддерживала малый бизнес и не допускала резкого роста цен. Отсюда и всплывала странность в поведении людей. Будто кто-то влиятельный приложил руку к беспорядкам.

Девушка вновь хлюпнула носом, привлекая к себе внимание. Итан тяжело вздохнул.

– Повторяю в последний раз – ваша проблема не входит в мою компетенцию, но вы можете обратиться в банк…

– Нет! – Девушка резко вскочила на ноги. – Там мой пусечка работает. Если он узнает, что я взяла его заначку, то он меня убьёт. Трупы уже входят в вашу ком… ком… комплектацию?

У Итана начал дёргаться глаз. Он понял, что достиг предела своего терпения.

– Да, трупы входят в мою «комплектацию». Обратитесь, пожалуйста, когда умрёте, – с улыбкой на лице сказал он.

Девушка настолько оторопела от его ответа, что перестала плакать.

– Тогда… Тогда дайте мне в долг! – приказала она.

Итан поднял одну бровь.

– Я знаю, что вы на улице Роз живёте, значит, богаты. Дайте мне в долг всего пару миллионов, а ещё лучше подарите. Мне они нужнее. – Девушка сложила руки в молящем жесте.

Итан от такой наглости даже злиться перестал.

– Зачем мне это делать? – брякнул он.

– Зачем? – Девушка задумчиво накрутила на палец светлый локон. – Затем, что я красивая. И в постели хороша. В общем, натурой расплачусь!

Она схватилась за подол своего мини-платья и, прежде чем Итан успел её остановить, стащила его через голову, оставшись в красном кружевном белье. Взгляд Итана неловко прошёлся по груди девушки, и раздражение вернулось в десятикратном размере.

– Оденьтесь немедленно, пока…

Дверь в кабинет приоткрылась, и внутрь заглянула его рыжеволосая коллега Нэнси, которой лет пять назад все пророчили карьеру модели, но она выбрала семью и детей.

– Пока никто сюда не зашёл, – договорил Итан, осознавая, что опоздал.

– Я помешала? – уточнила Нэнси.

– Нет, – сказал Итан.

– Да, – сразу откликнулась девушка.

Итан состроил страдающее выражение лица. Нэнси, к счастью, поняла его без слов. Она открыла дверь кабинета настежь.

– Извините, но контора закрывается. Я попрошу вас уйти, – грозно произнесла она.

– Но…

– Живо! – рявкнула Нэнси и хищно улыбнулась. – Иначе за волосы выволоку прямо в нижнем белье.

Девушка скривилась, будто Нэнси накормила её лимонами, взяла платье и с гордым видом покинула кабинет Итана. Он с облегчением выдохнул.

– Спасибо.

– Будешь должен. – Нэнси пожала плечами, послала ему воздушный поцелуй и задумалась. – Я от такого зрелища даже забыла, что хотела у тебя спросить. Ладно, приду позже.

Она развернулась и, звонко цокая каблуками, вышла. Итан ухмыльнулся. Если бы его сердцем не завладела Пенни, то он вполне мог бы влюбиться в яркую и дикую Нэнси. Она была в его вкусе.

Телефон в его кармане завибрировал. Райан прислал ему штук десять извиняющихся смайликов подряд. Итан предпочёл его проигнорировать.

Он и без того жутко опаздывал.

На улице его встретили тёплое солнце и птичье щебетание. Радость пришедшей весны витала в воздухе и кружила голову. Он быстро дошёл до своего любимого «Роллс-Ройса» и сел за руль. В последний год машина начала немного барахлить, но он даже не подумал менять её. Она была дорога ему как память о любимом дедушке.

Заведя автомобиль не с первого раза, он поехал к школе за Оливией и Мишель. Едва завернув за угол, он увидел свою маленькую хулиганку, машущую ему руками изо всех сил. Её густые каштановые волосы Пенни сегодня заплела в два озорных хвостика, которые сейчас прыгали из стороны в сторону. Лямка её рюкзака сползла с плеча, джинсы и футболка были перепачканы в засохшей грязи, а кофта, повязанная на поясе, почти доставала до земли, но Лив радостно и счастливо улыбалась.

В контраст ей рядом спокойно стояла дочь Лоры и Саймона – Мишель Чериез. Её пшеничные волосы были уложены в аккуратный колосок, белая рубашка сияла чистотой, а на пышной чёрной юбке не было ни единой лишней складочки. Мишель была самой красивой девочкой в садике и быстро завоевала всеобщее обожание в школе благодаря своему спокойному и довольно покладистому характеру. Единственной её проблемой была излишняя стеснительность. Из-за неё Лора и Саймон отдали дочь в школу на год позже нужного.

Оливия, имеющая природную внимательность, отличную память и любовь к своей лучшей подруге, смогла упросить их с Пенни отдать её в школу чуть раньше, чтобы быть рядом с Мишель. Сначала Итан очень переживал за свою малышку, оказавшуюся самой маленькой в классе, но быстро понял, что она могла дать фору любому, что постоянно доказывала, защищая Мишель.

Итан остановил машину рядом с ними и улыбнулся.

– Запрыгивайте, – сказал он.

– Ты опоздал, – отругала его Лив, усаживаясь поудобнее на заднем сиденье.

– Здравствуйте, – тихонько поздоровалась Мишель, аккуратно пристраивая рюкзак на коленях.

Итан подмигнул ей и посмотрел на дочь.

– Прости, дела задержали. Зато сейчас прокатимся с ветерком. – Он ухмыльнулся и надавил на газ.

Мишель боязливо пискнула.

– Да! – радостно воскликнула Лив, открывая окно рядом.

Её волосы сразу разметались, что вызвало у Лив ещё одну волну смеха.

– Моя причёска. – Мишель попыталась придержать волосы, но это оказалось тщетным занятием.

Итан круто вошёл в поворот с улицы Лилий на улицу Георгин. Оливия помогла Мишель не удариться носом о стекло. Они промчались мимо парка со статуями и прудом, вновь повернули на улицу Шафран и остановились около розового кафе «Маргарет».

– Мы прибыли на бал, принцессы, – известил девочек Итан.

– С такой ездой на бал вместо севших в автомобиль принцесс только служанок доставить можно, – проворчала Мишель. – Моя причёска испортилась.

Итан поймал на себе недовольный взгляд синих глаз девочки и смутился.

– Зато было весело, да? – с широкой улыбкой спросила Лив.

Мишель посмотрела на неё и, вздохнув, сменила гнев на милость.

– Да, было весело, – признала она.

Итан с облегчением выдохнул и сверился со временем. Они успели приехать почти вовремя.

Пенелопа сверилась со временем и недовольно цокнула языком. Итан опаздывал, а она уже начала волноваться. Вдруг что-то случилось с ним, Лив или Мишель?

– Если так переживаешь, то позвони ему, – сказала Лора, потягивая клубничный молочный коктейль через трубочку.

Сидя в розовом кафе «Маргарет» за миленьким столиком в коралловом платье, подруга походила на маму куклы Барби. Пенелопе здесь очень нравилось. В кафе всегда царила уютная атмосфера, а кормили и того лучше. Её элегантный образ в коричневом миди-платье явно контрастировал с обстановкой кафе, но никто не обращал на это внимания. Жаль, что сама основательница, Маргарет, стала слишком старой для самостоятельного ведения дел, поэтому в кафе и его зелёном филиале в торговом центре появлялась редко.

За окном остановился красный «Роллс-Ройс», не дав Пенелопе ответить.

– А вот и они, – прокомментировал муж Лоры, Саймон.

Пенелопа хмуро глянула на них, поражаясь их спокойствию.

– Там, между прочим, ещё и ваша дочь, – напомнила им она.

Саймон и Лора переглянулись, а потом синхронно пожали плечами. Саймон, в отличие от Лоры, постарел куда сильнее и обзавелся небольшим круглым пузиком.

– Не вижу причин разводить панику из-за пятиминутного опоздания, – сказала Лора.

Пенелопа неубежденно фыркнула.

– Ты, как никто, должна понимать, что Сент-Ривер давно перестал быть обычным тихим городком в горах, – произнесла она.

– Брось. Мы уже семь лет работаем без неожиданностей в виде маньяков и психопатов, – ответила Лора.

Внутри Пенелопы всё сжалось. Она понимала, что подруга права, но почему-то никак не могла расслабиться. Все эти семь лет она просидела как на пороховой бочке, ожидая всё не наступающего взрыва. Одно хорошо – это время позволило ей разобраться в себе и хоть немного приглушить чувство вины. Она вместе с мужем начала помогать детскому приюту. На выходных они частенько играли с малышами или помогали советами детям постарше. За семь лет они оплатили несколько необходимых ребятам операций, а ещё купили небольшую студию в университетском городке Нортгрейлен парнишке, ставшему сиротой за несколько дней до своего совершеннолетия. У его родителей не было ни недвижимости, ни накоплений, зато была алкогольная зависимость. Они не очень любили сына и закончили плохо, но их смерть всё равно стала для него ударом.

Пенелопа тяжело вздохнула. Колокольчик на двери приветливо звякнул, и внутрь вбежала счастливая Лив.

– А вот и мы. Заждались? – спросила она.

Пенелопа критично осмотрела неопрятный вид дочери и подавила порыв закатить глаза. Интересно, она хоть когда-нибудь начнёт заботиться о внешности или нет?

– Конечно, мы вас ждали, – подтвердил Боб и протянул Лив конфетку.

Пенелопа попыталась перехватить сладость, но её опередила Мелани.

– Сначала ужин, а потом конфеты, а то посадите себе желудки, – заявила она.

Никто спорить с врачом не стал. Мишель робко поздоровалась, попросила у Лоры расчёску и скрылась в уборной. Оливия села на стул и замотала ногами.

– Я голодная, как слон. Торт же тоже будет? – спросила она у Лоры.

– Какой же день рождения без торта? – рассмеялась та.

Итан подошёл к Пенелопе и поцеловал её в щёку.

– Прости за опоздание. Я не специально, – сказал он.

– Как и всегда, – отозвалась она и перевела взгляд на дочь. – Ты ни о чём не забыла?

Оливия перестала махать ногами и задумалась.

– Надо помыть руки? – робко уточнила она.

Пенелопа кивнула. Оливия спрыгнула на пол и побежала в уборную к Мишель.

– Ну и что тебя так задержало? – спросила она у Итана.

Он скривился, но ответил:

– Нудизм и человеческая тупость.

– Заинтриговал, – задумчиво сказал Саймон, посмотрев на Итана синими глазами, точно такими же, какие были у его отца.

Итан понял, что завладел всеобщим вниманием, вздохнул и принялся рассказывать. Когда он дошёл до раздеваний, Пенелопа чуть не подавилась, а Боб и Саймон рассмеялись. Едва он закончил свою приукрашенную повесть, вернулись дети, поэтому градус разговора пришлось снизить.

Работники кафе приготовили ужин. Пенелопа с удовольствием съела свою порцию карбонары и закусила несколькими брускеттами с красной рыбой и творожным сыром. Оливия умудрилась разлить сок, чуть не испачкав Лору, которая послала ей убийственный взгляд. Мишель не отлипала от Мелани, расспрашивая её о работе в больнице. Пенелопа вспомнила, что Лора как-то рассказала ей о мечте Мишель стать врачом. Она восхищалась ими почти как супергероями. А вот Оливия… Пенелопа перевела взгляд на компанию мужчин, обсуждающих автомобили и компьютеры. Лив сидела рядом с ними, внимательно слушала и даже иногда вставляла свои комментарии. Кем она захочет стать в будущем, Пенелопа затруднялась ответить.

Вечер пролетел как один миг. Вот только вынесли торт со свечками, а на улице уже стемнело. Лив и Мишель стал одолевать сон, и взрослыми было принято решение разойтись. Пенелопа специально не стала брать утром машину, чтобы иметь возможность выпить за здоровье подруги, поэтому в приподнятом настроении села на переднее сиденье и глянула назад.

– Ты не установил детские кресла, когда вёз девочек? – прошипела она Итану.

Он виновато почесал затылок.

– Мне было немного некогда. Да и ничего же не случилось, – тихо ответил он.

Пенелопа хищно прищурилась. Лив чуть не упала, сонно потерев глаза, поэтому она посадила её к себе на колени. Итан вздохнул, вытащил из багажника кресло и установил его. Пенелопа усадила туда заснувшую дочь, закрепила ремни безопасности и поцеловала её в щёку.

– Сладких снов, дорогая, – произнесла она и вернулась на переднее сиденье.

Итан завёл двигатель, и они покатились по улице Шафран в направлении дома. Пенелопа устало зевнула. За окном мелькал обычный однотипный пейзаж. Они уже почти доехали до блокпоста улицы Роз, когда раздался громкий хлопок. Машину унесло в занос. Пенелопа вцепилась в дверь. Итан выругался. Резко проснувшаяся Лив закричала. «Роллс-Ройс» опасно вильнул, выехав на встречку. Впереди показался свет приближающихся фар.

В попытке выровнять автомобиль Итан утопил педаль газа в пол. Машина отозвалась рычанием. В самый последний момент он успел вернуться на свою полосу. Проезжающая мимо легковушка снесла ему зеркало, засигналила, но даже не остановилась. Руки Итана затряслись, а сам он побледнел. Пенелопа чувствовала себя точно так же нехорошо – сердце у неё заходилось в бешеном припадке.

– Пронесло, – прошептал он, смотря в зеркало заднего вида.

– Столб! – рявкнула она.

Итан посмотрел вперёд, но уже было поздно. Он понял, что они неизбежно врежутся, и резко крутанул руль. Машина ушла в очередной занос. Оливия закричала громче и закрыла лицо руками. «Роллс-Ройс» въехал в столб. Вылетели подушки безопасности. Внутрь полетели осколки выбитых стёкол. Бок машины смялся. Их тряхнуло. Повинуясь силе сопротивления, автомобиль откатился и свалился в кювет, перевернувшись на крышу. Пенелопа ударилась затылком о дверь. Перед глазами у неё помутилось, а в ушах зазвенело. Ей стало невыносимо сложно дышать. Она с трудом посмотрела на Итана. Он был без сознания. По его лбу вниз стекала струйка крови.

Пенелопу охватил ужас. Не обращая внимания на боль, она повернулась, стараясь увидеть Лив. Если с ней что-то случилось, то она этого не переживёт. С её места оказался виден только край её кресла.

– Оливия, – позвала она, но ей не ответили.

Пенелопа выругалась и попыталась отстегнуть ремень безопасности, но его заклинило. От безысходности у неё полились непрошеные слёзы. Она попадала во множество опасных ситуаций, но впервые чувствовала себя такой ничтожной.

Кто-то открыл дверь со стороны Оливии. Пенелопа подняла голову, ощутив прилив надежды.

– Помогите. Моя дочь… – Она закашлялась.

– Она жива, – произнёс смутно знакомый голос.

На неё накатило облегчение. Адреналин немного схлынул, уступив место боли.

– Мне не хотелось этого делать, но вариантов не осталось. Он начал действовать, – сказала незнакомка странную фразу, отдавшуюся барабанным боем в ушах.

Пенелопа услышала звук отстёгиваемого ремня и вновь попыталась увидеть лицо дочери, но луна осветила другое. Точную копию её – скулы, нос, подбородок, губы, цвет волос и глаз.

– Полина? – растерянно прошептала Пенелопа.

Силы уже начали покидать её. Она чувствовала, что держится на голом упрямстве. Полина в ответ поджала губы, взяла Оливию на руки и поспешила скрыться за тенью деревьев.

Пенелопа почувствовала, что должна остановить её, но не могла уже пошевелить ни пальцем. Где-то вдалеке завыла сирена скорой помощи. Перед глазами у неё всё окончательно поплыло. Она сделала болезненный судорожный вдох и закашлялась кровью. Картинка померкла, и все звуки вдруг стихли. Она неохотно потеряла сознание.

У него болела каждая частичка тела, голова пульсировала, а в ушах стоял неприятный писк. Предприняв усилие, он попытался нащупать будильник на тумбочке, но запутался в каких-то проводах. Он недовольно простонал что-то неразборчивое.

– Очнулся наконец, – произнёс строгий холодный голос.

Итан приоткрыл глаза и чуть не ослеп от белизны помещения. Сначала всё было расплывчатым, словно нарисованным карандашом, а потом контуры приобрели чёткость. Он несколько раз моргнул и увидел около себя Мелани с её обычным пучком из светлых волос на голове и в белом халате. Рядом с ним стояла капельница, а пищали, как оказалось, медицинские приборы.

– Почему я здесь? – спросил Итан пересохшими губами.

Мелани подошла к тумбочке и наполнила стакан водой.

– Ты ничего не помнишь? – спросила она.

Итан сосредоточился. Его мысли метались между прошлым и настоящим. Он попытался собрать их по кусочкам, но они всё равно были обрывочными и зыбкими, словно хлопья утреннего снега, тающие в ладонях.

– Что я должен помнить? – уточнил он, приняв стакан и осушив его залпом.

Воспоминания пришли ударом молнии. Ночь. Машина. Дорога. Занос. Авария. Пенни и Лив! Эмоции нахлынули волнами: страх, отчаяние, недоумение… Сердце застучало так громко, что он отчётливо услышал его даже сквозь гул аппарата мониторинга пульса. Итан попытался вскочить на ноги, но Мелани удержала его на кровати за плечи.

– Тебе нельзя пока вставать, – заявила она.

– Что с моей женой и дочкой? – спросил он.

Мелани поджала губы, а у Итана опустилось сердце. Неужели он убил их? Мир рухнул мгновенно, превратившись в кромешную тьму. Время остановилось, замерло вместе с дыханием, голосом и мыслями. Руки у него затряслись, а перед глазами появился образ улыбающейся жены и дочери. Это его руки были крепко сжаты на руле. Это его ноги нажимали на педали. Это его голова принимала решения, поворачивала, ускорялась, тормозила. Теперь именно эта самая голова гудела от раскаяния. Его мышцы напряглись, руки судорожно сжались, а зубы заскрипели от напряжения. Зачем он сел за руль вчера? Почему поехал именно по этой дороге? Он ни за что и никогда этого себе не простит.

– Успокойся, – заметив его начинающуюся панику, сказала Мелани. – Пенелопа жива и даже почти не пострадала. Всего лишь сломала ребро. Ты, если тебе интересно, отделался шишкой на голове, царапинами и сотрясением. Вас кто-то будто свыше уберёг. Обычно в таких авариях последствия бывают куда хуже.

Итан ощутил волну облегчения, а потом почувствовал, как кто-то опять берёт сердце в кулак. Мелани случайно или намеренно, но не сказала ничего о дочери.

– Что с Оливией? – задал он прямой вопрос.

Мелани вздохнула.

– Я скажу, но пообещай не делать глупостей, – предупредила она.

Итан в ответ нахмурился, так ничего и не пообещав. Мелани устало потёрла виски пальцами.

– Она пропала, – произнесла она.

– Как пропала? – удивлённо переспросил Итан, ожидавший услышать что угодно, кроме этого.

– Ушла, похитили, исчезла. Я не знаю. – Мелани пожала плечами.

Опустилась тишина, разрываемая только писком приборов. Итан пытался переварить услышанное, но голова отказывалась соображать.

– Сколько я был без сознания? – спросил он.

– Около десяти часов, – ответила Мелани.

Итан предпринял ещё одну попытку встать. Мелани не стала его останавливать, понимая, что это бесполезно. Голова у него тут же закружилась. К горлу подступила тошнота. Ему понадобилось несколько долгих секунд, чтобы прийти в себя.

– Где мои вещи? – спросил он, рассматривая свою больничную робу в розовый цветочек.

Мелани указала рукой на тумбочку. Итан вытащил оттуда заляпанную кровью рубашку, брюки, телефон, бумажник и ключи от автомобиля.

– Моя машина…

– Больше не на ходу и вряд ли когда-нибудь поедет, – ответила Мелани.

На мгновение Итану стало не по себе. «Роллс-Ройс» был подарком дедушки – почти единственного кровного родственника, который вёл себя по отношению к нему как семья. Этот автомобиль прошёл с ним огонь, воду и медные трубы. Был с ним, когда он влюбился в Пенни, когда на ней женился и когда родилась Лив. Для него это был не просто бездушный механизм, а полноправный член семьи со своим характером и требованиями.

Он сжал ключи в кулаке и постарался выбросить эти мысли из головы. Сейчас куда важнее найти Оливию. Если ради этого нужно отправить все эти воспоминания в топку, то он это сделает. Исключительно ради своей маленькой хулиганки, которой должно быть сейчас очень страшно и одиноко.

Он взял телефон и набрал номер Лоры. Она ответила через пару гудков.

– Как ты себя чувствуешь? – спросила она без приветствий.

– Как черепаха, перевернувшаяся на панцирь в собственном доме, – заявил он.

Лора хмыкнула.

– Раз ты можешь шутить, то всё не так уж плохо, – сказала она.

– Мне нужно осмотреть место аварии. Кто-нибудь может меня туда отвезти? – уточнил он.

Лора замялась, размышляя, стоит ли позволять ему вмешиваться в это дело или нет.

– Моя дочь пропала. Вспомни, как ты себя чувствовала в такой ситуации несколько лет назад, – размеренно произнёс Итан.

– Я попрошу кого-нибудь поблизости захватить тебя и привезти сюда. Помощь, если честно, не помешает, потому что я немного в растерянности. – Лора устало вздохнула, а Итан вдруг понял, что она сегодня даже не ложилась. – И да… мы найдём её. Обещаю.

Голос Лоры прозвучал настолько обнадёживающе и успокаивающе, что это сработало даже на нём. Итан почувствовал себя комфортнее. Он собрался переодеться в грязную одежду, но был остановлен Мелани.

– Я принесу врачебную униформу, – сказала она и скрылась за дверью.

Итан возражать не стал. Вид у него, конечно, будет тот ещё, но лучше так, чем заявиться туда в окровавленной рубашке. Он глубоко вдохнул и выдохнул. Голова работала со скрипом, а тело всё ещё продолжало болеть. Как Пенни умудрялась работать даже при таком самочувствии? Итан нахмурился и решил сделать всё, что сможет, ради Лив.

Мелани нашла для него тёмно-синюю рубашку и белые штаны. Итан без возражений переоделся, пережил приступ головокружения и немного пообнимался с туалетом. Затем Мелани настояла на том, чтобы он поел. Он попытался воспротивиться, но она пригрозила ему тем, что не отпустит. В итоге он сдался. Незнакомая ему молодая девушка, медсестра в массивных очках, принесла ему некое подобие каши и порезанное яблоко. Он попробовал первое блюдо и чуть вновь не поспешил к белому фаянсовому другу. Каша оказалась холодной, склизкой и явно пересоленной.

Итан очень сильно пожалел, что не может выключить восприятие вкуса. Не жуя, он проглотил всю порцию, а потом заел божественным на вкус сладким яблоком. В этот момент ему позвонил новенький из следственного отдела. Итан никак не мог вспомнить, как его зовут – Ник или Мик. Посчитав это неважным, он вышел из палаты и, прежде чем уйти, заглянул к Пенни.

Она всё ещё не пришла в себя, но Мелани сказала, что это случится с минуты на минуту. Его жене ничего не угрожало. Пенни лежала в палате, идентичной его. Рядом с ней мерно пищали приборы, говоря о том, что всё идёт хорошо. Он вздохнул и погладил её по руке.

– Я постараюсь найти её до того, как ты проснёшься, – прошептал он.

Она ему, ожидаемо, не ответила. Итан поцеловал её в щёку, подавил желание задержаться и поспешил ко входу.

Сегодня людей в больнице оказалось на удивление много. Около стойки с сотрудницей ругался старик с явным маразмом, на лавочке ревел мальчишка, осторожно держа на весу неестественно болтающуюся руку, рядом с ним расположилась семейная пара с маленьким ребёнком, а ещё чуть дальше толпились кучкой подростки, которых привели на стандартный медицинский осмотр учителя.

Итан кое-как протолкался к двери и вышел на крыльцо. Его мгновенно ослепил яркий солнечный свет. На улице оказалось очень тепло, что соответствовало обычной весне Сент-Ривера. Рядом цвела пышная клумба. На небе не оказалось ни облачка. Итан предпочел бы в такую погоду устроить семейный пикник, а не лежать в больнице после автокатастрофы, не имея ни малейшего понятия, что случилось с дочерью.

Итан подавил приступ нервозности и разочарования и осмотрелся. Ему приветливо посигналил старенький серебристый «Форд». Итан дошёл до него и сел на переднее сиденье.

– Здравствуйте, мистер Хейзел, – сказал парнишка, пытающийся выглядеть серьёзным.

Получалось это у него так себе. Полицейская форма была ему велика и болталась, заставляя его казаться ещё худее, чем есть на самом деле. Короткие каштановые волосы топорщились, а спина была неестественно прямой. Парень определённо волновался.

– Привет. Эм… – Итан замялся.

– Микаэль, – подсказал он, заводя автомобиль.

«Значит, всё же Мик», – сделал Итан мысленную пометку.

– Микаэль, – повторил он ради приличия.

Они выехали на проспект Ландышей и направились в сторону домов на улицу Магнолий. На Итана нахлынула ностальгия. Когда-то давно он снимал в одном из этих скромных домов студию, чтобы жить по соседству с Пенелопой, тогда ещё будущей женой. Весёлое было времечко.

– Ты первый раз будешь работать в поле? – спросил Итан, когда они съехали с улицы Магнолий на Бромелию.

– Да, сэр, – чётко ответил парень.

Итан кивнул.

– Не стоит так переживать. Дело несложное. – Он попытался его успокоить.

– Я бы так не сказал, сэр, – после небольшой паузы произнёс Мик.

«Форд» выехал с Бромелии на Шафран. До места аварии осталось совсем недалеко.

– Почему? – уточнил Итан.

Мик растянул губы в тонкую линию, размышляя, стоит ли ему рассказать или нет.

– Вы сейчас сами всё увидите, сэр. – Мик кивнул головой, указывая на перевёрнутый «Роллс-Ройс» и несколько полицейских машин спереди.

Сердце Итана сжалось. Он выскочил из «Форда» ещё до полной его остановки. Первое, что бросилось ему в глаза, – его автомобиль. В темноте оценить повреждения оказалось задачей непосильной, но сейчас он увидел, что у «Роллс-Ройса» отсутствовало одно из боковых зеркал, был примят бок за сиденьем Пенни от столкновения с фонарным столбом и почти полностью сложилась крыша. Смотреть на родной и дорогой автомобиль в таком состоянии причиняло боль.

Кто-то сзади положил руку ему на плечо. Итан резко обернулся и увидел Лору. Она сменила своё вчерашнее розовое платье на джинсы и футболку. Причёска у неё растрепалась, а под глазами появились небольшие синяки. Они точно испортили ей день рождения. Не говоря ни слова, Итан наклонился и обнял её. Лора смахнула со щеки слезу.

– Господи, как я рада, что вы живы. Иначе это стал бы самый худший мой день рождения из всех, – промямлила она.

– Прости за беспокойство. Я не справился с управлением, – виновато признался Итан.

Лора отстранилась. Её взгляд карих глаз вдруг стал очень серьёзным.

– Это не твоя вина, – заявила она.

Итан покачал головой.

– Лора, у нас лопнуло колесо. Из-за меня мы чуть все не погибли…

– Нет. – Лора вскинула руку, останавливая его на полуслове. – Оно не просто лопнуло, Итан. Кто-то это подстроил.

Он застыл, не веря своим ушам.

– Что ты имеешь в виду? – уточнил он.

Вместо ответа Лора развернулась и поманила его рукой идти за ней. Он молча подчинился. Они преодолели хаотичный тормозной путь «Роллс-Ройса», оставшийся разводами на асфальте. Лора присела на дорогу и подняла с земли ленту с шипами. Итан растерянно взял её и покрутил в руках.

– Кто-то пытался вас убить, – заявила она.

Он нахмурился и покачал головой.

– Может быть, но точно не с помощью аварии. Я не знаю, почему лопнула только одна шина, но нас явно хотели просто остановить, – сказал он.

Лора неожиданно улыбнулась и встала.

– Второй шип застрял в переднем колесе, а из-за твоих навыков вождения вы не налетели на шипы задними колёсами. Думаю, вчера ты спас своей семье жизнь, – произнесла она.

Итан ощутил невероятное облегчение. Как оказалось, чувство вины весит порой больше тысячи фунтов.

– Ты считаешь, что кто-то подстроил всё это, чтобы похитить Лив? – спросил Итан.

– Я почти уверена в этом, – отозвалась Лора и задумалась.

– Что вы успели найти? – продолжил расспрашивать он, заметив её реакцию.

Лора тяжело вздохнула.

– Давай вернёмся к машине, и я всё тебе расскажу по порядку, – произнесла она.

По ощущениям Итана, они шли до машины вечность. Его нервировало абсолютно всё: голоса полицейских, яркое солнце и запах леса, который расположился недалеко от дороги.

– Привет. Как самочувствие? – спросил Боб, когда они подошли к одной из полицейских машин.

Он сидел на переднем сиденье и читал документы. Итан вздохнул. Этот вопрос начал его раздражать.

– Как у человека, прокатившегося на потерявшем управление автомобиле, – ответил он и сразу перевёл тему: – Вы узнали что-нибудь о похитителе Лив?

Боб замялся и посмотрел на Лору. Она кивнула, разрешая ему поделиться информацией.

– Это пока всё, что мы нашли. Для непосвящённых будет выглядеть дико, но… В общем, посмотри сам. – Боб протянул ему папку.

Итан взял её и внимательно изучил фотографии. На первой странице красовался его перевёрнутый «Роллс-Ройс» во всех ракурсах внутри и снаружи. У него внутри всё застыло от вида покорёженного металла и крови. Он поспешил открыть вторую страницу. На ней сфотографировали крупным планом шипы и следы, которые нашли около деревьев. Нога похитителя определённо была женской. Он открыл рот для вопроса, но Лора его опередила:

– Следы дошли до магистрали и исчезли, поэтому можешь не терять времени. Лучше глянь на третью страницу.

Итан послушно перелистнул и замер. На фотографии его дочь с женой сидели в ресторанчике быстрого питания и уплетали гамбургеры.

– Эта фотография с камеры в Кивере была сделана несколько часов назад, когда… – Лора напряжённо замолчала.

– Когда я и Пенни лежали в больнице без сознания, – закончил он за неё и ощутил прилив дикой ярости.

Как и сказал Боб, непосвящённый человек мог подумать о двух вариантах. Первый: у Пенелопы есть сестра-близнец. Это неправильный вывод. Она была и до сих пор оставалась единственным ребёнком в семье. Второй: фотография – фейк. И это тоже не соответствует действительности. Изображение на сто процентов было настоящим.

Несколько лет назад один из преступников с помощью пластической хирургии сделал почти идентичную копию его жены в попытке её подставить и убить. Его поймали, а копию отдали под надзор ФСБ России. Итан не видел её и ничего о ней не слышал уже почти десять лет.

– Чем они там в России занимаются? – рявкнул он, заставив Боба и Лору вздрогнуть.

– Не знаю. Мы имеем только сухие факты. Полина находится в Тесвиерии, и она зачем-то подстроила аварию и украла вашу с Пенни дочь, – сказала Лора.

Итан стиснул зубы до скрипа.

– Если с Лив что-нибудь случится, то я им весь их паршивый офис разнесу, – прошипел он настолько злобно, что Боб неловко поёжился.

Друзья явно не ожидали от него подобной реакции. Обычно Итан старался сохранять хладнокровие и здравомыслие, но сейчас сознание накрыла красная пелена. Кто-то тронул самое дорогое и ценное, что у него есть, и поплатится за это. Оливия не сможет сама за себя постоять. Она ещё слишком мала, а Полина умеет ловко манипулировать. Она наверняка обманом заставила её пойти с ней.

– Зато есть и хорошая новость, – подал голос Боб.

Итан перевёл на него пылающий взгляд. Боб неловко поёжился.

– Оливия точно жива и, судя по фотографиям, хорошо себя чувствует, – заметил он то, что ускользнуло от внимания Итана.

Его злость лопнула, как мыльный пузырь. Он вгляделся в фотографию внимательнее. Оливия улыбалась. Что ж, ей там действительно пока ничего не угрожало. Это принесло ему небольшую толику облегчения.

– Вы уже связались с ФСБ? – спросил он.

Лора отрицательно покачала головой.

– Не имеем права. Этот вопрос можно решить только через стервятника, – сказала она.

Итан многозначительно кивнул. Главу полицейского участка сотрудники из-за его привычки придираться по пустякам и язвить очень недолюбливали. У него же с ним не было никаких проблем. Ещё когда он преподавал ему в университете, Итан умудрился поставить его на место, и Клейтон до сих пор его побаивался.

– Понял, – ответил он и оглянулся в поисках парнишки, который его сюда привёз.

Он заметил его неподалёку от своего многострадального «Роллс-Ройса», открыл рот, чтобы позвать, и вдруг понял, что опять забыл, как его зовут. Поморщившись, он с надеждой посмотрел на Лору.

– Мик, подвези Итана до участка и заодно занеси документы в отдел, – крикнула она, поняв его без слов.

Парень мгновенно выпрямился и кивнул.

– Так точно, миссис Чериез, – произнёс он.

Лору всю перекосило. Она выставила вперёд кулак и хищно прищурилась.

– Ещё раз назовёшь меня так, поставлю фингал под глазом, – сказала она.

Итан фыркнул. Когда Лора только вышла замуж за Саймона, то «миссис» ей очень льстило, а со временем она начала воспринимать это слово в качестве намёка на свой постепенно увеличивающийся возраст. В этом вопросе Итан совершенно её не понимал. Из них всех Лора была младшей и не имела ни одной даже крохотной морщинки на лице.

– Прошу прощения, мисс Чериез, – сразу откликнулся парень, поняв, в чём провинился.

Лора мгновенно сменила гнев на милость и выдавила из себя улыбку, которая переросла в зевок. Итан попрощался со всеми и поспешил обратно к «Форду» Мика. Парень молча завёл двигатель и направил автомобиль по дороге в направлении полицейского участка, расположившегося на бульваре Ирисов.

Они проехали по улице Шафран, свернули на улицу Георгин, проехали мимо парка и повернули на бульвар Ирисов. Итан нетерпеливо выстукивал по двери пальцами какой-то ритм. Когда они остановились, он без раздумий зашёл в участок и направился прямиком к кабинету Клейтона. Его тут хорошо знали, поэтому никто даже не попытался остановить. Вернее, большинство поздоровалось и попыталось задать вопросы об аварии (Итан их проигнорировал), а испуганный Райан при его приближении запрыгнул в каморку и прикинулся мёртвым. Итан со всеми событиями уже и забыл, почему он на него недавно разозлился, и оставил его бегство без внимания. Он поднялся на этаж выше, нашёл нужную дверь и вошёл без стука.

– Мой кабинет не проходной двор, – резко высказался Клейтон, не поднимая взгляда от документа в руках.

– Знаю, но подумал, что ты меня примешь без очереди по старой дружбе. – Итан улыбнулся.

Заслышав его голос, глава участка вздрогнул и положил бумаги на массивный деревянный стол рядом с монитором компьютера и гигантским фикусом, который с годами становился всё больше.

– Мы не друзья. – Лицо Клейтона стало совсем мрачным.

Обычно Итана забавляла такая реакция мужчины на его реплики, но сейчас ему было совсем не до веселья.

– Мою дочь похитили, Белтон, и я сейчас готов сделать что угодно, чтобы найти её. Смекаешь, к чему я это говорю? – Он даже не попытался скрыть угрозы в голосе.

Клейтон напрягся всем телом. Маленькая комнатушка наполнилась напряжением и скрытой агрессией. Они сверлили друг друга взглядами, проверяя на прочность, но победитель и так был им обоим заранее известен.

– Хорошо, – первым сдался Клейтон. – Чего тебе от меня надо?

– Достань-ка для меня номерочек русской ФСБ, а дальше я уже сам как-нибудь справлюсь. – Улыбка Итана стала совсем уж кровожадной.

Глава участка вздохнул и вытащил мобильный телефон из кармана. Ровно через полчаса Итан вышел из кабинета с номером Леонтия Котикова и стойким желанием его при встрече придушить.

Пенелопа открыла глаза и растерянно осмотрелась. В голове была тяжёлая, густая вата, сквозь которую с трудом пробивались обрывки мыслей. Тело болело от макушки до самых пальцев ног. Рядом неприятно пищали медицинские приборы. Сил совершенно не было.

В открытое окно залетал приятный ветерок. За окном смеялись дети, но этот звук почему-то показался ей нереалистичным. Что-то с ней точно произошло, но она не могла вспомнить, что именно.

Каждый вдох отдавался болью в груди. Душа была полна непонятного беспокойства и тревоги. Пенелопа поймала себя на мысли, что ей хочется услышать чей-то голос, увидеть знакомое лицо, почувствовать тепло человеческой руки. Тишина палаты заставляла её чувствовать себя брошенной, одинокой и потерянной.

Прошла, казалось, целая вечность, пока в коридоре не раздались торопливые шаги и голоса. Сначала люди говорили довольно тихо, и она не могла разобрать слов, но по мере приближения они становились громче.

– Как можно быть настолько тупым? – услышала она голос.

Из туманной дымки неохотно пришло узнавание. Говорила жена Боба – врач Мелани Харрис.

– Простите. Я не знаю, почему результаты перемешались, – пролепетал испуганный голосок.

– Зато я знаю. У тебя просто руки из жопы растут! – огрызнулась Мелани.

Дверь в палату открылась с таким грохотом, что у Пенелопы зазвенело в ушах.

– Спящая красавица очнулась, – прокомментировала Мелани, глянув на неё.

Пенелопа болезненно поморщилась. Мелани подошла ближе и провела беглый осмотр. Краем глаза Пенелопа заметила, как внутрь палаты вошла молоденькая низенькая девушка с красными и опухшими глазами.

– Выглядишь бледнее поганки, но в целом ничего критичного не вижу, – сказала Мелани, вновь привлекая к себе внимание.

– Что произошло? – еле ворочая языком, спросила Пенелопа.

– А что ты помнишь? – последовал вопрос вместо ответа.

Пенелопа нахмурилась. Из тумана в голове послышался крик, звук бьющегося стекла и удара. Она сосредоточилась сильнее. Голова отозвалась дикой болью.

– Если вспоминать пока сложно, то лучше…

– Авария, – неожиданно для самой себя сказала Пенелопа, прервав Мелани.

После этого в голове будто дамба прорвалась. Пенелопа вспомнила день рождения Лоры, свет фар на встречке, попытку Итана уйти от удара и лицо, похожее на её собственное. Она вздрогнула и с трудом села.

– Вижу, всё вспомнила. Прежде чем ты начнёшь впадать в панику, как твой муж, уточню – он жив и даже практически здоров, а Оливия…

– Её похитили, – вновь прервала она Мелани на полуслове.

– Ну, может, и не похитили, – осторожно сказала она, но Пенелопа покачала головой.

– Я знаю, кто это сделал. Мне нужно поговорить с Лорой. – Она попыталась встать, но грудь пронзила резкая боль так сильно, что она чуть не согнулась пополам.

– Я бы посоветовала тебе отлежаться, но ты меня слушать не станешь, поэтому принесла обезболивающие. – Мелани протянула ей таблетки, которые Пенелопа сразу выпила.

– Я сильно пострадала? – на всякий случай уточнила она, раздумывая, как часто ей придётся пить обезболивающие.

– Ну, как тебе сказать… – Мелани перевела взгляд на девушку, которая съёжилась от её взгляда. – Вот это чудо в перьях поставило тебе перелом ребра, но после повторной проверки мы выяснили, что у тебя всего лишь ушиб. В общем, жить будешь.

– А Итан? – спросила она.

– У него небольшое сотрясение, синяки и царапины. Он очнулся раньше и уже куда-то ускакал. – Мелани открыла стоящую у кровати тумбочку, вытащила оттуда телефон Пенелопы и протянула его ей. – Звони куда хочешь.

– И даже не будешь убеждать остаться в больнице? – Удивлению Пенелопы не было предела.

Мелани язвительно хмыкнула.

– Можно подумать, ты меня хоть раз слушала. Даже когда беременна была, полезла в очередную фекальную яму, никого не спросив, – проворчала она.

Пенелопа искренне улыбнулась. Мелани действительно знала её очень хорошо. Она взяла телефон и набрала номер Лоры. Раздались гудки. Мелани и запуганная девушка, поняв, что больше не нужны, ушли.

– Я знаю, кто похитил Оливию, – сказала Пенелопа, едва подруга подняла трубку.

Лора тяжело вздохнула.

– Вы с Итаном действительно два сапога пара, – проворчала она. – Если ты хочешь сообщить, что видела недавно Полину, то мы уже в курсе о её нахождении в Тесвиерии.

Пенелопа удивлённо распахнула глаза. Она никогда не сомневалась в своей команде, но в этот раз они буквально превзошли все ожидания. Ей даже не пришлось ничего делать.

– Предугадывая твой следующий вопрос, отвечу сразу: Итан несколько часов назад уехал к Клейтону за телефоном ФСБ. Думаю, скоро должен будет приехать к тебе в больницу, – добавила Лора.

– Хочешь сказать, что для меня дел не осталось? – спросила она.

– Почему же? Одно точно есть – лежать и поправляться. По сообщённой мне информации, у тебя сломано ребро, – сказала подруга.

Пенелопа хмыкнула.

– Твоя информация устарела. У меня всего лишь ушиб. Болит, конечно, знатно, но я вполне могу работать, – произнесла она и почувствовала, как Лора закатывает глаза.

За столько лет одно осталось неизменным – подруга продолжала ругать её за излишний трудоголизм.

– Прежде чем куда-то бежать, позвони Итану. Он будет рад тебя услышать. И да, если судить по фотографиям, с Оливией всё пока в полном порядке, – сказала Лора.

Пенелопа почувствовала, как тугой комок в горле немного расслабился. Она всё ещё не понимала мотивов Полины, но тот факт, что Оливия хотя бы со взгляда со стороны выглядела хорошо, успокаивал.

– Всё будет нормально. Мы найдём их, – добавила Лора само собой разумеющееся.

На душе у Пенелопы стало чуть теплее от поддержки подруги.

– Я знаю, – твёрдо ответила она и отключилась.

Тишина палаты перестала казаться ей слишком уж невыносимой. Она набрала номер Итана, но позвонить не успела. Дверь в палату открылась, пропуская внутрь её взволнованного мужа.

– Как ты? – одновременно спросили они и неловко друг другу улыбнулись.

Итан подошёл к кровати, сел и нежно взял её за руку. По телу Пенелопы разлилось приятное тепло. Её окружил хвойный запах его парфюма. Муж серьёзно посмотрел ей в глаза, и она сдалась, начав говорить первой:

– Я в порядке. Врачи ошиблись с диагнозом. Мои рёбра целы, но я получила хороший ушиб. Он, впрочем, в больнице меня не удержит, и даже не спорь с этим, – сурово закончила она.

Итан тяжело вздохнул.

– Даже если бы я попробовал с этим поспорить, то ты бы не стала меня слушать, – ответил он. – У меня диагностировали небольшое сотрясение. Тошнит жутко, и голова кружится, но в остальном я как огурчик… правда, немного маринованный.

Не сдержавшись, Пенелопа улыбнулась дурацкой шутке и легонько толкнула его ладонью в плечо. Итан сухо рассмеялся.

– Что ты успел узнать? – серьёзно спросила она.

Взгляд зелёных глаз Итана потемнел, а лицо приобрело суровый вид.

– Ты уже разговаривала с Лорой? – спросил он и, когда она кивнула, продолжил: – Значит, уже знаешь о Полине.

– Я видела её до того, как потеряла сознание в автомобиле, – добавила Пенелопа.

Итан нахмурился.

– Ещё лучше, – проворчал он и откашлялся. – Я сходил к Клейтону и попросил его связаться с ФСБ.

– Что он, конечно, с радостью сделал, – скептично произнесла Пенелопа.

На лице Итана появилась самоуверенная ухмылка.

– Мне бывает сложно отказать. – Он пожал плечами, а она в ответ закатила глаза. – Ему пришлось постараться, но его всё-таки связали с ФСБ…

Итан вдруг замолчал, а на Пенелопу нахлынуло нехорошее предчувствие.

– Так что ты узнал? – поторопила она его.

– Я узнал, что Полина сбежала от них две недели назад. Поймать её поручили Лео, но он перестал выходить на связь почти сразу, как покинул Россию, – известил он.

– Считаешь, они могут быть заодно? – сразу сделала предположение Пенелопа.

– Не знаю, но если он в этом замешан, то мне будет на ком отработать боевые приёмы, – холодно произнёс Итан.

Пенелопа задумалась. Ситуация действительно показалась ей странной. Лео мог производить впечатление нерасторопного и недалёкого человека, но таковым на самом деле не являлся. Да и в ФСБ вряд ли брали работать идиотов. Они точно проверили его, прежде чем отпускать в Тесвиерию. Варианта здесь оставалось два. Либо он смог всех обвести вокруг пальца, либо он с действиями Полины не связан.

– У нас есть возможность узнать, где находится Лео? Рядом с Полиной или нет? – спросила она.

Итан на мгновение задумался, а потом кивнул.

– В участок недавно прислали фотографию Полины и Лив из кафе. Можно попробовать связаться с заведением и спросить, не было ли с ними мужчины, – сказал он, доставая телефон из кармана. – Лора уже разговаривала с участком в Кивери, и полицейские прошерстили округу, но следов Полины или Оливии не нашли. Не думаю, что нам имеет смысл туда ехать.

– Хорошо. – Она задумчиво убрала с лица прядь каштановых волос.

Никто из медицинского персонала не предоставил ей расчёску, и спутанные волосы ужасно мешались. Пока Итан разговаривал по телефону, она наблюдала за ним. Он выглядел бледнее обычного и часто хмурился. Ещё до того, как он закончил говорить, Пенелопа поняла, что Лео никто не видел. Она взяла свой телефон и набрала Лоре сообщение: «Жду тебя и Боба в больнице. Срочно!»

– Либо Лео хорошо скрывается, либо его с ними нет, – вернулся к их разговору Итан, убрав мобильный в карман.

– Для нас будет лучше, если правдой окажется второй вариант, – сообщила она.

– Почему? – растерянно уточнил Итан.

Он успел потерять ход её мыслей.

– Потому что поймать Лео будет куда проще, чем Полину. Он придёт сюда сам, – сказала она.

– Предлагаешь устроить ловлю на живца? – Лицо Итана приобрело хищное выражение.

– Именно. – Пенелопа серьёзно кивнула.

Никто не имел права трогать их дочь. Перейдя дозволенные границы, Полина и Лео подписали себе приговор.

Лора и Боб приехали через двадцать минут. Увидев их в палате, Пенелопа испытала острое чувство дежавю. Когда-то давно она так же попала сюда из-за взрыва, ей грозило увольнение, а из помощников остались только Итан и её команда, сейчас уменьшившаяся на одного человека. Перед её глазами всплыло строгое лицо синеглазого Нестора Чериеза, бывшего начальника следственного участка. В последние годы она редко вспоминала о нём. Он хранил тёмный секрет в своём прошлом, но это никак не повлияло на её отношение к нему. Нестор остался для неё хорошим, надёжным и добропорядочным человеком, который всегда помогал ей по мере своих сил и возможностей.

– Допустим, Лео приедет в Сент-Ривер в поисках Полины, но я очень сомневаюсь, что он захочет с нами говорить. Если ситуация такова, что он скрывается от ФСБ, значит, и нас будет избегать, – сказала Лора, выслушав предположения Итана и Пенелопы.

– Ты права, однако не только Полина умеет играть роль другого человека, – заявила Пенелопа.

Лора задумчиво прикусила губу.

– Не думаю, что притворяться ею – это хорошая идея. После истории с хирургом её, конечно, не посадили, но сейчас наверняка дали Лео приказ стрелять на поражение в случае её сопротивления, – осторожно произнесла она.

Повисла гнетущая тишина. Все как один уставились на Пенелопу, зная её привычку рисковать собой по поводу и без.

– Вот поэтому я и попросила вас приехать. Мне нужна помощь, – спокойно сказала она.

– Не напомнишь, кто из вас двоих головой сильнее приложился, а то у меня сомнения вдруг появились. – Лора перевела растерянный взгляд с Пенелопы на Итана, а потом обратно.

Пенелопа в ответ недовольно закатила глаза.

– Я знаю, что в прошлом не всегда думала о своей безопасности, но Лив нужна здоровая и живая мама, поэтому помогите мне справиться без лишних рисков, – серьёзно сказала она.

– Мы только за, шеф! – с энтузиазмом отозвался Боб. – Скажите, что делать.

Лора и Итан синхронно кивнули. Пенелопа ощутила прилив воодушевления и позволила себе полностью переключиться на роль следователя. Если она права, то Лео сейчас должен находиться на полпути к Сент-Риверу в поисках Полины, значит, ей нужно придумать хороший план по его задержанию как можно быстрее.

Пенелопа плотнее закуталась в чёрную толстовку и проверила капюшон на голове. Надёжно ли он скрывает её лицо? В момент аварии она плохо смогла рассмотреть Полину, но была уверена, что с возрастом изменения между ней и бывшей копией должны стать более очевидными, ведь нельзя стареть одинаково. Радовало только то, что она увидела её одежду, повторить которую не составило никакого труда.

Ветер прошёлся по макушкам деревьев и взъерошил её распущенные каштановые волосы. Пенелопа с раздражением убрала их изо рта. Несмотря на ветер, весенняя ночь оказалась до ужаса жаркой. Пенелопа чувствовала, как по спине течёт пот, но толстовку всё равно не сняла.

Вокруг царила тишина. Луна скрылась за облаками, ограничивая обзор. Пенелопа несколько раз чуть не оступилась, перешагивая через ветки. Рёбра на каждое движение отзывались острой болью, вышибающей воздух из лёгких.

С их встречи с Лорой и Бобом в больнице прошло всего несколько часов. Пенелопа искренне надеялась, что её шитый белыми нитками план сработает. Только из-за него она сейчас шла вперёд, скрипя зубами. На поясе у неё висели кобура и предательски молчавшая рация. У них не было никаких причин предполагать, что Лео явится в Сент-Ривер сегодня, но она почему-то в этом практически не сомневалась.

Рядом ухнула сова, заставив её вздрогнуть и выругаться. Птица испуганно упорхнула. Пенелопа сделала несколько глубоких вдохов. Нервы у неё были напряжены до предела. Она двигалась с трудом, а вскоре, возможно, придётся бежать, что она и сделает ради своей семьи.

Из рации послышались помехи. Пенелопа сняла её с ремня и услышала напряжённый голос Боба:

– В Сент-Ривер только что въехала незнакомая машина с номерами из Исслена.

– Чёрный «Ауди»? – уточнила Лора.

– Да, – ответил Боб.

– Вижу его со своего поста. Он проехал улицу Тюльпанов и свернул на улицу Лилий. Направляется на улицу Шафран? Итан, ты его видишь? – взволнованно спросила Лора.

Заминка показалась Пенелопе настоящей вечностью. Сердце у неё застучало как бешеное, а руки затряслись от адреналина.

– Вижу. «Ауди» остановился около «Роллс-Ройса». Из него вышел мужчина… Не могу сказать, Лео это или нет, но он явно что-то там ищет.

Пенелопа заставила себя идти дальше. Она уже почти дошла до поляны около ферм – конечной точки пути. Если Лео не заглотит наживку, то все старания пойдут к чёрту. Пусть полицейские Кивери, где видели Полину и Лив, и прошерстили всю округу, но у неё всё равно сидела в голове идея съездить туда лично и поискать следы. Впрочем, перспективы поимки Лео сейчас казались ей более результативными.

Она вышла на поляну, и из-за тучи появился осторожный лучик луны. Он выхватил из темноты несколько елей и вновь скрылся. Ветер донёс до Пенелопы запах животных из хлева неподалёку.

– Рыбка на крючке. Приступаем ко второй фазе, – известил всех Итан.

Каждая мышца в теле Пенелопы напряглась. Она замерла среди теней, прижавшись спиной к шершавой коре старого дуба. Её сердце стучало настолько громко, будто пыталось вырваться наружу, а дыхание стало едва слышимым шёпотом, сливающимся с шелестом листьев.

Каждый посторонний звук казался ей громким и значимым, заставляя сосредотачиваться всё сильнее. Время тянулось кошмарно медленно.

Мысленно она прокручивала сценарий предстоящей встречи, стараясь подготовиться ко всему, что могло произойти. Но страх провала всё же оставался рядом, холодком пробегая по спине и сжимая горло.

Рядом хрустнула ветка, прорезав густую тишину. Сердце Пенелопы забилось быстрее, рука инстинктивно потянулась к пистолету, глаза впились в темноту, пытаясь разглядеть движение. Она была готова мгновенно отреагировать на любую угрозу, но ничего подозрительного так и не произошло.

Немного расслабившись, она заметила приближение тёмной фигуры. Не думая ни мгновения, она выхватила пистолет и направила его на человека впереди себя. Он зеркально повторил её позу. Наступил момент тягучего молчания. Пенелопа не видела лица мужчины, но была почти уверена в его личности. Окончательно её убедил голос.

– Опусти пистолет и давай спокойно поговорим, – на чистом русском сказал Лео.

Пенелопе пришлось очень сильно напрячь голову, чтобы быстро перевести его слова. Когда-то она была вынуждена пройти экспресс-курс по изучению русского языка, но сейчас едва успела освежить знания перед встречей с Лео, поэтому вспоминала слова с трудом.

Она медленно покачала головой. Рука Лео дрогнула.

– Я не хочу причинять тебе вред. – В его голосе прозвучали боль и печаль, которые Пенелопа не поняла.

Что Полина успела натворить?

Она вновь покачала головой, понимая, что акцент выдаст её Лео с головой. Налетел ветер, растрепав ей волосы.

– Я ничего не понимаю. Зачем ты сбежала и почему вынуждаешь преследовать тебя? – неожиданно зло спросил Лео.

Пенелопа напряглась. Неужели он совсем ничего не знает и приехал только из-за задания ФСБ? Как им тогда искать Полину? На неё накатила паника.

Лео надоело ждать, и он попытался приблизиться. Пенелопа сделала выстрел по ногам. Лео встал как вкопанный. Неподалёку замычали потревоженные коровы.

«Сначала схватим, потом будем разбираться», – приняла она решение.

Лео открыл рот, чтобы сказать ещё что-то, но не успел. Прямо на поляну ворвался её красный «Феррари». До того, как Лео понял, что происходит, она преодолела разделяющее их расстояние и ударила его по голове пистолетом. Он свалился на землю без сознания, а Пенелопа согнулась пополам от боли в рёбрах. Такие нагрузки больным явно не полагались. Итан вышел с водительского места и поспешил к ней.

– Я в порядке… – сказала она, подняла голову и застыла.

Перед ней стоял не Итан, а незнакомый ей молодой парень-азиат. Не говоря ни слова, он брызнул чем-то ей в лицо. Она попыталась задержать дыхание, но опоздала. Перед глазами всё поплыло, а тело перестало слушаться. Она упала на траву около Лео и потеряла сознание.

Где-то неподалёку настойчиво капала вода. Этот звук действовал на нервы, но Пенелопа никак не могла заставить себя открыть глаза. Она чувствовала, как ужасно болят ребра, голова кружится, а у горла стоит ком желчи – состояние в целом просто отличное.

– Пенни? – услышала она тихий голос Итана и поморщилась.

Просыпаться отчаянно не хотелось.

– Пенни, – более настойчиво позвал Итан.

Она неохотно приоткрыла глаза и увидела перед собой тёмное помещение с серыми стенами без окон. Пахло сыростью и плесенью. На неё нахлынули воспоминания. Лео. Автомобиль. Азиат. Она попыталась встать, но обнаружила себя привязанной к стулу.

– Где мы? – спросила она пересохшими губами.

– Понятия не имею. – Итан пожал плечами и печально рассмеялся.

Муж выглядел не лучше её. Он был такой же бледный и связанный. Пенелопа заметила по правую руку от себя ещё один стул, на который усадили Лео. Плохой знак. Значит, зачинщик не имел отношения к России.

– Как ты здесь оказался? – спросила она у Итана.

– Следуя плану, я поехал на поляну, но на улице Петуний мне под колёса бросился мальчишка-азиат. Пришлось применить экстренное торможение. Вроде как потом я открыл окно, чтобы отругать его, и… темнота. Ничего больше не помню, – ответил он.

Пенелопа поёжилась. Ситуация начинала ей нравиться всё меньше и меньше. Она кратко рассказала мужу о встрече с Лео и азиатом. Он выслушал молча, а потом выругался.

– Кажется, дело оказалось серьёзнее, чем мы думали, – вынес он вердикт.

Пенелопа мысленно с ним согласилась, но ответить ничего не успела. Лео пришёл в себя и протяжно застонал.

– Где я? Зачем ты меня сюда притащила? – по-русски спросил он, злобно уставившись на Пенелопу.

– Боюсь, я не могу ответить на твои вопросы. – Она потрясла связанными руками.

– Пенелопа? – с удивлением спросил Лео.

– Она самая, – ответил Итан.

Лицо Лео приобрело совсем уж недоумённое выражение. С годами он изменился довольно сильно. В чертах его лица появилась, поддерживаемая морщинами и ухоженной бородкой, брутальность, а в карих глазах – усталость и мудрость. Только копна рыжих волос осталась нетронутой данью молодости.

– Как? Почему? Зачем? – выдавил он из себя.

Пенелопа с Итаном переглянулись, а потом синхронно кивнули и рассказали Лео о похищении дочери. Он в ответ застонал, как раненый зверь.

– Простите, но я не смогу вам ничем помочь. Последний месяц в России Полина вела себя странно. Она постоянно дёргалась и оглядывалась, будто за ней следят. Две недели назад она проникла на самолёт Тесвиерии и исчезла с радаров. Мне дали задание найти и в случае угрозы устранить её. Прибыв в Тесвиерию, я получил от неё записку. Она не объяснила мне ничего, но дала подсказку, где её искать. Я пошёл по следу и в итоге приехал в Сент-Ривер, нашёл ещё одну подсказку в сломанной машине, но встретился не с тем, с кем планировал. Про похищение вашей дочери я вообще впервые слышу. Почему никто из России со мной не связался? – сокрушённо спросил он.

– Они сказали, что с тобой пропала связь, когда ты оказался в Тесвиерии, – осторожно произнёс Итан.

Лео пару раз недоумённо моргнул.

– Но это бред. Я отправлял отчёты. Хотите сказать, что ни один из них до России не дошёл?

– Верно. Мы все их перехватили, – сказал новый голос с акцентом, заставив их всех вздрогнуть и посмотреть в тёмный угол комнаты.

Азиат сделал шаг вперёд, выйдя в свет единственной слабой лампочки. Пенелопа напряглась. Она не услышала ни звука открывания двери, ни шума шагов. Он стоял там с самого начала?

– Прошу прощения за подслушивание. Я никак не мог найти подходящего момента вмешаться, – сказал он и поправил манжеты белой рубашки.

Итан оказался прав. На вид парнишке было не больше двадцати. Строгий классический костюм смотрелся на нём даже немного комично.

– А за похищение извиниться не хочешь? – выплюнул Итан.

– Оно было необходимым, – холодно ответил парень и окинул их своими почти чёрными глазами. – Позвольте мне для начала представиться. Меня зовут Игараси Сакура. Я приехал в Тесвиерию два месяца назад по специальному правительственному заданию от АССН…

– Что Азиатскому союзу свободных народов могло от нас понадобиться? – с удивлением уточнил Лео, перебив Сакуру.

– Нам? Ничего. В связи с определёнными обстоятельствами АССН заключил соглашение с Тесвиерией, и он захотел привести вас сюда на разговор, – спокойно ответил парень.

– Тогда почему вы просто не прислали приглашение? – спросила Пенелопа.

– А это пусть объяснит вам ответственный за операцию лично, – произнёс Сакура и сделал шаг назад.

Невидимая ранее дверь отъехала в сторону, пропуская внутрь коротко стриженного черноволосого мужчину в трениках и футболке. При одном только взгляде на него кровь в жилах Пенелопы застыла. Она подавила желание выругаться. Время будто остановилось. Шершавая верёвка на запястьях вдруг приобрела немыслимый ранее вес, заставляя прочувствовать всю глубину их отчаянного положения.

Её взгляд лихорадочно заскользил по стенам в поисках выхода, но они оказались гладкими и ровными. Бежать некуда.

Пенелопа знала, на что способен этот человек перед ней, и не была уверена, что сможет противостоять ему. Он опять оказался на шаг впереди неё.

– Давно не виделись, Хейзел. Скучала? – с насмешкой спросил Ноа, подходя к ним. – Разговор будет длинным, поэтому убедитесь, что вы расположились здесь со всеми удобствами.

Итан с недоумением посмотрел на свою замолчавшую жену. Он прекрасно знал, что такой её взгляд не сулил присутствующим ничего хорошего. Она была готова в любой момент кинуться в бой. Более того, зашедший бомжеватого вида мужчина откуда-то уже знал Пенни. Итану понадобилась одна очень долгая минута, чтобы сопоставить информацию и прийти в ужас.

– Кто вы вообще такой? – с подозрением спросил Лео.

– Меня зовут Ноа Аслин, и я… минуточку… – Мужчина похлопал себя по карманам и вытащил небрежно смятый лист бумаги на свет.

На пол упало несколько крошек от печенья. Итан поморщился. Он никогда не славился невероятной опрятностью, но такое пренебрежение к гигиене даже для него было слишком. Ноа тем временем спокойно разгладил лист и сунул его под нос Лео.

– Что это? – удивлённо спросил он.

– Ты читать не умеешь? – Ноа раздражённо поднял одну бровь.

Лео в ответ напрягся и прищурился. Он явно не собирался идти на поводу у этого странного мужчины.

– Хорошо. Я озвучу основную суть. Это письмо, которое мне недавно пришло из кабинета президента Тесвиерии. Если посмотришь внимательнее, то увидишь на нём подписи президента России и начальника ФСБ. В общем, если верить этой бумажке, то ты обязан со мной сотрудничать, – сообщил Ноа.

Лео застыл. Всё его тело транслировало в воздух сигналы недоверия.

– Будь это правдой, то моё начальство уже донесло бы до меня эту информацию, – процедил он.

– Ну, они пытались. Мы аннулировали все их попытки, поэтому сейчас ты числишься пропавшим. Пришлось немного поизгаляться, чтобы доставить тебя сюда в обход внимания Фабиана, – ответил Ноа и посмотрел на азиата. – Сакура, будь любезен, развяжи нашего русского гостя и дай ему поговорить со своим начальством. Думаю, это должно быстро уладить недоразумение между нами.

Парнишка кивнул. В следующую секунду Лео уже освободили от верёвок. Он грациозно поднялся и посмотрел на Пенелопу и Итана.

– А что будет с моими друзьями? – спросил он.

– Для начала я хочу с ними поговорить, а дальнейшее будет зависеть уже от них, – ответил Ноа.

Итан сжал руки в кулаки. Ноа ему совершенно не нравился. Он вёл себя непринуждённо и расслабленно, но одного его взгляда хватало, чтобы понять – этот человек искусный обманщик и манипулятор. Ноа искренне наслаждался сложившейся ситуацией. Она его забавляла.

Сакура подошёл ближе к Лео и указал на открывшуюся дверь.

– Сюда, пожалуйста, – сказал он.

Лео кинул ещё один встревоженный взгляд на Пенелопу и Итана, понял, что сейчас не может им помочь, и вышел. Дверь за ним закрылась с тихим щелчком.

– По-моему, ты так и не ответила на мой вопрос, Хейзел, а я, между прочим, пытался проявить вежливость, – наигранно обиженно сказал Ноа.

– Нет. Я по тебе не скучала, – холодно ответила Пенни, возвращаясь к их разговору.

– Ох, твои слова разбивают мне сердце. Может, тебе стоит проявить ко мне чуть больше доброжелательности? Я, знаешь ли, могу вам помочь. – Улыбка мужчины стала кровожадной.

– Помочь с чем? – спросил Итан, неотрывно следя за каждым движением Ноа.

– С поисками некой несовершеннолетней девочки – Оливии Хейзел. Знакомы с такой?

Ноа насмехался над ними, что сработало на Итана как красная тряпка на быка. Он прищурился и напрягся всем телом.

– Спокойнее. – Ноа вскинул руки, почувствовав от него волны опасности. – Я действительно хочу только вам помочь. Вы же не знаете, где искать Полину?

Итан сжал зубы до скрипа. Ноа умело прошёлся по всем их мозолям. Они просчитались. Лео ничего не знал, а Полина уже наверняка успела замести следы. Найти её теперь будет очень непросто.

– Ты знаешь, где она находится? – спросила Пенни, умеющая контролировать эмоции чуть лучше Итана.

Итан знал, что она тоже злится, а ещё боится этого мужчину, но её голова продолжала соображать и сопоставлять факты. Мысли Итана же вертелись только вокруг того, что он хочет найти дочь и от души врезать Ноа.

– Нет, но могу узнать. Мои источники позволят это сделать быстро и без проблем. – Ноа пожал плечами.

– И чего ты хочешь взамен? – уточнила Пенни.

– Помощи, – просто ответил он, вогнав их в ступор.

Итан прекрасно помнил, как несколько лет назад Ноа испытывал Пенни и, по её словам, остался не очень доволен её способностями. Что должно было произойти, чтобы такой гордый человек вдруг попросил их о помощи?

– Вы видели последние новости? – вдруг перевёл тему Ноа.

Итан и Пенелопа переглянулись, а потом помотали головами. Ноа вздохнул, достал из кармана телефон и зачитал несколько заголовков:

– «Рабочие в столице отказываются строить дома», «Забастовка на нефтедобыче», «Дефицит молочных продуктов»…

Итан недоумённо моргнул. Он вспомнил о том, что всё это уже слышал. Да, в последнее время Тесвиерии приходилось несладко. Подобные статьи выходили уже несколько месяцев почти каждый день. К счастью, в Сент-Ривере продолжал царить покой.

– Ты хочешь, чтобы мы избавили Тесвиерию от экономического кризиса? – с удивлением спросил он.

– Почти. – Лицо Ноа приобрело холодное нечитаемое выражение, а в глазах появился блеск стали. – Я хочу, чтобы вы помогли мне убить моего брата – Фабиана Аслина.

Повисла напряжённая тишина. Ноа ждал ответа, Итан пытался сообразить, о ком идёт речь, а Пенни неожиданно заливисто рассмеялась.

– Мы похожи на смертников? – спросила она.

– Нет, – серьёзно ответил Ноа.

– Тогда почему ты предлагаешь нам поймать влиятельного и хитрого главу преступной организации самим? Хочу напомнить, ты пытался сделать это двадцать лет и не достиг успеха. – Пенни определённо злилась.

До Итана же только сейчас дошло, о чём именно идёт речь. Они столкнулись лбами с государственной благотворительной организацией довольно давно и уже успели сильно пострадать из-за их преступных действий, но ещё ни разу даже мельком не видели таинственного Фабиана. Пытаться его найти и схватить в их положении, как и сказала Пенни, равносильно самоубийству.

– Внесу поправку. Я хочу, чтобы вы помогли мне, а не пошли искать его самостоятельно. Поверьте, если этого не сделать сейчас, то мир, который вы знаете, скоро может полететь к чертям. – Конец предложения Ноа прорычал.

Он сделал несколько тяжёлых вдохов. Сердце Итана сжалось от плохого предчувствия. Важность происходящего навалилась на его плечи неподъёмным грузом. Он хотел услышать продолжение слов Ноа, но одновременно боялся этого. Итан чувствовал, что слова этого человека могут перевернуть всё с ног на голову.

– Почему мир может полететь к чертям? – чуть слышно уточнила Пенни.

Её трясло, хотя в помещении было совсем не холодно. Итан хотел бы обнять её сейчас, но мешали верёвки на руках.

Ноа поднял на них тяжёлый взгляд бледно-зелёных глаз и озвучил новость, как приговор:

– Фабиан планирует спровоцировать войну между странами. Если его не остановить, то всё живое вскоре умрёт в угоду его амбициям.

Пенелопа смотрела на белый потолок с золотистой росписью без какого-либо интереса. У неё жутко болели рёбра и голова. Мысли проносились хаотичным вихрем. Почему всегда всё сваливается сразу? Что, если она не выдержит тяжести и упадёт?

Она вздохнула и перевернулась на бок. Мягкая голубая кровать податливо прогнулась под весом её тела. Итан спал рядом. Ей хотелось поговорить с ним, но она так и не решилась разбудить его. Последние дни у них обоих вышли сумасшедшими.

После того как Ноа вывалил на них весь ворох информации, он попросил Сакуру развязать их и проводить в комнаты для гостей. Выйдя из тёмной крохотной комнатушки, Пенелопа сразу поняла, где они находятся (резные двери, картины и статуи не оставили никаких сомнений), – Ноа притащил их в резиденцию президента Тесвиерии. На немой вопрос Пенелопы он пожал плечами и сказал:

– Если хочешь спрятаться, делай это на виду.

Она не могла с ним не согласиться. Парнишка проводил их в чистую просторную комнату с большим балконом, стеклянным столиком, коричневым диваном, кроватью и ещё одной дверью, за которой оказалась ванная. Им предоставили даже чистую одежду и ужин. Пока Итан мылся, Пенелопа съела свой стейк так быстро, будто её месяц не кормили, а потом поменялась местами с мужем в ванной. Когда она вышла, он уже спал как младенец. Она легла рядом и, несмотря на беспокойство, сразу уснула.

Проснулась она от настойчивого щебета птиц за окном. Жизнь продолжала идти своим чередом. Она вздохнула и прикусила губу. Если распределять задачи по степени важности, то Оливия всегда будет для неё на первом месте. Впрочем, угрозу войны игнорировать глупо. Если она спасёт дочь, а на Тесвиерию грохнется бомба, то в этом точно не будет ничего хорошего. Ноа сделал им предложение, от которого они никак не могут отказаться.

Итан сонно приоткрыл зелёные глаза, поморщился от яркого света, увидел её рядом и улыбнулся.

– Доброе утро, – хрипло сказал он.

– Доброе, – мрачно отозвалась Пенелопа.

Какое-то время они лежали друг напротив друга и всматривались в знакомые и любимые черты. Пенелопа не могла не признать, что возраст изменил их. На лице Итана между бровями залегла складка, а в его чёрных волосах она порой замечала седые волоски, о которых ему не говорила. Сколько ещё опасных дел они смогут закрыть, прежде чем здоровье подведёт их?

– Я знаю, о чём ты думаешь, – вдруг сказал он, прервав тишину.

– И о чём же? – Пенелопа подняла одну бровь.

– О том, что твой муж – очень сексуальный и красивый мужчина, – самодовольно изрёк он.

– Ты не угадал. – Пенелопа широко улыбнулась.

– Зато добился своей цели – немного тебя развеселил. – Он придвинулся ближе, обнял её за талию и прислонил свой лоб к её. – Всё будет хорошо. Мы со всем справимся так же, как делали это всегда. В этот раз нужно всего лишь спасти мир от суперзлодея. Плёвое дело!

Пенелопа услышала в его тоне саркастичные нотки. Итан тоже сильно переживал. Ему в силу характера было намного сложнее контролировать эмоции, но он делал это ради неё. Рядом с ним она всегда ощущала себя любимой, защищённой и невероятно желанной женщиной.

– Тебе стоило украсть моё сердце намного раньше, – произнесла она, погладив его подушечками пальцев по колючей щеке.

– Как мы оба знаем, вор сердец из меня получился так себе. Спасибо, что помогла, – выдохнул Итан, поймал ладонь и поцеловал её.

По телу Пенелопы побежали мурашки, а сердце застучало быстрее. Итан производил на неё возбуждающий эффект вне зависимости от обстоятельств. Время в комнате будто остановилось. Пенелопа знала, что, как только они встанут с кровати, оно вновь понесётся, круша всё на своём пути. Дело им предстояло сложное, и она отчаянно старалась не думать о том, что кто-то из них может в этот раз не выкарабкаться.

Она подалась ближе и поцеловала его. Итан ответил сразу, углубив поцелуй и прижав её к себе. Она запустила руки в его мягкие волосы. Он провёл горячей ладонью по её ноге, погладил бедро и стянул выданную ей сорочку. От прикосновения к спине Пенелопа вздрогнула. Итан ухмыльнулся. За столько лет совместной жизни он успел выучить все её чувствительные точки.

– Это нечестно, – кое-как выдавила она из себя, чувствуя, как по телу проходятся волны наслаждения.

– В любви как на войне, – рассмеялся Итан.

Она оторвалась от его губ и стала покрывать поцелуями шею. Её руки скользнули вниз на мускулистый торс, опустились ещё ниже, и теперь уже Итан издал рваный выдох, прикрыв глаза. Пенелопа довольно улыбнулась.

– Ты совершенно прав, – промурлыкала она.

Что-то неразборчиво проворчав, Итан перевернул её на спину и прижал к мягкой кровати. Пенелопа остро почувствовала их единение на духовном уровне. На этот краткий миг в этом мире были только они.

Она закрыла глаза, позволяя ощущениям наполнить каждую клеточку тела. Тепло его рук, нежно скользящих по её коже, рождало волны блаженства, расходящиеся от сердца к кончикам пальцев. Её дыхание стало глубоким и ровным, словно океанские волны, мерно накатывающие на берег. Их души соприкасались, сливаясь в одно целое, наполняясь гармонией и любовью.

Итан замер над ней, внимательно посмотрев в глаза. Его взгляд проникал глубже любых слов, читая мысли и желания, скрытые глубоко внутри. Она чувствовала себя понятой, принятой целиком, без остатка и знала, что он ощущал себя так же. То, что они нашли друг друга в этом огромном мире, было для них самым огромным счастьем.

Когда всё закончилось, Пенелопа ощутила почти физическое разочарование. Она постаралась заглушить мысли, но они не желали уходить. Одеяло тревог вновь накрыло её с головой. Итан почувствовал перемену в её настроении. Он ещё раз поцеловал её и лёг рядом. Не говоря ни слова, она погладила его по волосам. Сейчас им не нужны были слова для разговора. Они поддерживали друг друга прикосновениями, взглядами и печальными улыбками.

В дверь постучали, прерывая их идиллию. Настало время вернуться в реальный мир с его странными и порой отвратительными правилами игры. Им надо во что бы то ни стало найти Оливию и остановить Фабиана.

Сакура проводил их по многочисленным коридорам на один из подземных этажей со специальным уровнем допуска. Роскошные ковры и картины сменились функциональной серостью. Итан мрачно заметил, что их держали в куда менее защищённом месте. Ноа явно не воспринимал их в качестве угрозы. Он мрачно усмехнулся. В нём постепенно росло желание пересчитать мужчине зубы и кости, но он держался.

Полина умела скрывать следы и своё присутствие. Вполне может так статься, что им с Пенни не удастся поймать её самостоятельно, а Ноа предложил помощь. Единственной загвоздкой были его собственные цели и планы. Итан искоса глянул на жену. Они не обсуждали услышанное, но он уже знал, какое решение она приняла. Видимо, в этот раз им придётся гнаться за двумя зайцами сразу.

Парнишка набрал код, открыл тяжёлую металлическую дверь и легонько поклонился.

– Сюда, пожалуйста, – сказал он.

Итан вошёл первым и чуть не споткнулся о груду бумаг, сваленных около прохода. Несмотря на большие размеры кабинета без окон, он был завален хламом. Повсюду лежали неровными стопками бумаги, мусорная корзина ломилась от упаковок из-под чипсов, булочек и энергетиков, на единственном длинном столе с одной стороны стояли грязные чашки из-под кофе. Удивительно, что пахло здесь не так уж плохо. Видимо, кто-то любезно иногда проветривал эту свалку.

Ноа развалился на крутящемся стуле, положив ноги на стол, и спал. Итан внимательнее посмотрел на его сложенные на груди руки и напряжённую шею, а потом хмыкнул. Мужчина только делал вид, что спит. Он наблюдал за их реакцией.

Пенни зашла в эту свинарню и недовольно поморщилась. Она ценила порядок и чистоту больше, чем Итан. Он галантно подал ей руку и проводил к столу наиболее расчищенным маршрутом. Пенни с подозрением ощупала стул в поисках чего-нибудь подозрительного. Итан осмотрел свой. Пара тёмных пятен не выглядела опасно. Он осторожно сел и уставился на Ноа. Пенелопа откашлялась. Мужчина продолжал тихо сидеть.

Итан ощутил укол раздражения. Чтобы бесить людей одним своим присутствием, точно нужно иметь к этому талант. Доведя напряжение до предела, Ноа потянулся, сладко зевнул и только после этого окинул их внимательным взглядом.

– Сакура, когда я говорю, что встреча назначена на 10, это означает, что раньше этого времени я никого видеть не хочу, – проворчал он.

– Советую вам поговорить с ними до того, как соберутся остальные, – сухо произнёс парнишка.

Ноа нахмурился и хищно взглянул на него. Сакура, всё ещё стоящий около двери, ответил уверенным взглядом. Если раньше Итану показалось, что азиат здесь выполняет роль шестёрки, то теперь эта уверенность пошатнулась. Парень проявлял знаменитую азиатскую вежливость по отношению к главе операции, но не слушал его беспрекословно. Он был готов обнажить клыки и когти, если того потребует ситуация. Ноа тоже это понимал, как и то, что в этот раз уже ему придётся пойти на уступки.

– Чёрт бы вас всех побрал, упрямые узкоглазые, – недовольно прорычал сквозь зубы Ноа и вновь посмотрел на них с Пенни. – Давайте угадаю? Вы решили присоединиться к операции, но вам нужна информация о поиске вашей дочери? Я вам её предоставлю.

– Не только это. Мы должны дать знать родным и друзьям, что с нами всё в порядке, – сказала Пенелопа.

Ноа махнул рукой направо.

– Третья стопка, шестой документ с середины, – произнёс он.

Пенни и Итан удивлённо переглянулись. Что это ещё за шарады начались? Итан нашёл нужную стопку и вытащил бумажку с пятном от кофе. Груда документов опасно зашаталась, но устояла. Он поднёс документ на свет так, чтобы жена тоже могла его прочитать. Это оказалась официальная бумага о временном назначении Лоры главой следственного участка. Написана она была почерком Пенни, и даже её подпись кто-то умудрился подделать.

Пенни скривилась от увиденного так, будто съела лимон. Она положила документ на стол.

– Эта бумажка никого не успокоит, – произнесла она.

– Поэтому вместе с ней я попросил направить несколько менее официальных писем. За сентиментальность отвечал не я, но если очень интересно содержание записулек, то можете попросить дубликаты у моего помощника. – Ноа указал рукой на дверь.

Итан был знаком с этим мужчиной меньше суток, но почему-то имел крайнюю степень уверенности в том, что Ноа уже всё решил, не узнав их мнения.

Ноа не привык получать отказы, а они сейчас оказались вынуждены играть по его правилам.

– Что нам предстоит делать? – спокойно спросил Итан.

Ноа тяжело вздохнул и посмотрел на часы на запястье. Итан вдруг вспомнил, что им так и не вернули телефоны.

– Думаю, там уже столпотворение в коридоре началось. Придётся начать собрание раньше. Сакура, запускай это стадо. – Ноа щёлкнул пальцами.

Парнишка кивнул и открыл дверь. Внутрь зашли несколько смуглых мужчин, среди которых Итан узнал жителей Индии, Китая и Кореи. Следом за ними вошёл хмурый, как грозовое небо, Лео в сопровождении шикарной блондинки с голубыми глазами и не менее красивой шатенки в годах. Замыкали процессию толстый низенький пакистанец и широко улыбающийся мускулистый парень с холодными карими глазами.

Они все поморщились от вида комнаты, но спокойно сели на свободные места за большим столом и уставились на Ноа. Итан ещё раз окинул взглядом разношёрстную толпу. Что между ними есть общего? Разный пол, рост, возраст… Погодите, если предположить, что девушки приехали сюда из Англии и Франции, то здесь собрались представители стран, обладающих ядерным оружием.

Итан вздрогнул, посмотрел на вмиг помрачневшую жену, а потом поймал насмешливый взгляд Ноа. Он определённо наслаждался сложившейся ситуацией. Глава операции широко улыбнулся и озвучил самые страшные мысли собравшихся:

– Всё верно. Нам грозит далеко не обычная война, а самая опасная из всех – ядерная. Надеюсь, все здесь знают английский и готовы выслушать меня, не задавая лишних вопросов?

Люди, которые никогда бы не встретились без вмешательства Ноа Аслина, синхронно кивнули. Итан подавил тяжёлый вздох. Разговор им действительно предстоял очень тяжёлый.

Ноа окинул собравшихся внимательным и напряжённым взглядом, убеждаясь в том, что все согласились его выслушать, а затем кивнул и щёлкнул пальцами. С середины стола в разные стороны разъехалась скрытая панель, обнажив экран, почти сразу принявший вертикальное положение. Пенелопа напряглась, готовясь услышать долгожданную правду.

– Почти тридцать лет назад я, мой брат и ещё несколько людей создали некую организацию, известную вам сейчас под сокращённым названием ГБО. Главной её целью стало очищение мира от ненужных ему людей – преступников и коррупционеров. Какое-то время мы занимались тем, что раскрывали их злодеяния. Однако далеко не все из виновных смогли получить своё наказание за совершённое. Их прикрывали правительство, мафия, влиятельные друзья и бог знает кто ещё. В тот момент Фабиан предложил пересмотреть стратегию. Он решил внедрить своих людей в различные структуры и добыть информацию. Нам пришлось испачкаться в крови, но это сработало.

Ноа говорил так буднично, будто о погоде за окном, но Пенелопу это не обмануло. Этот мужчина был скуп на информацию, и раз он решил рассказать о своей жизни стольким людям – дело дрянь.

– Но Фабиану этого оказалось мало. Он решил получить власть более сильную и устойчивую во времени, чем давала должность президента. Он собрал угрозами в команду тех, кого поклялся упечь за решётку, и дал им возможность действовать. Кровь полилась ручьём. Начали умирать невиновные. В тот момент я и ещё несколько человек поняли, что находимся рядом с ненасытным чудовищем. Вот только в своих суждениях мы опоздали.

Ноа сделал мрачную паузу, от которой у Пенелопы побежали мурашки. Она с лёгкостью могла представить себе всё, что они творили. Собранные Рабрионом в «Голден Роке» преступники вдруг показались ей невинными овечками.

– Фабиан объявил на нас охоту. Мне и ещё двоим людям, имена которых я здесь называть не стану, удалось выжить лишь чудом. Мы затаились, зализывая раны и готовясь остановить его. Фабиан тоже не стал сидеть на месте. Он расширил сеть влияния, нанял опытного хирурга и начал делать копии влиятельных людей из преступников, захватывая всё новые сферы деятельности. Мы больше не могли никому доверять.

Пенелопа судорожно сглотнула. Мало кто знал, но те двое других сбежавших от Фабиана были ей знакомы. Одна из них сейчас являлась действующим президентом Тесвиерии – Николь Шейрон. Жестокая и почти безжалостная дама со строгими принципами. Однако свою работу она знала хорошо, поэтому сейчас сидела свой третий подряд срок в президентском кресле.

Второй человек был для Пенелопы как отец. К сожалению, Нестор Чериез умер почти восемь лет назад. Она была уверена в том, что с тех пор, как его дороги с Ноа и Николь разошлись, он перестал гоняться за Фабианом и стал всё внимание уделять своему болезненному сыну. Встреча с её копией в Сент-Ривере стала для него таким же сюрпризом, как и для остальных, а упоминание ГБО разбередило старые раны. Нестор скрывался и одновременно с этим пытался замолить свои грехи, помогая другим всем, чем мог. Пенелопа запомнила его светлым, добрым, умным и справедливым человеком, которого в прошлом обстоятельства вынудили творить зло.

Вверх взметнулась женская рука с идеальным френч-маникюром. Ноа недовольно нахмурился, но в итоге кивнул блондинке, позволив той задать вопрос.

– Что вы иметь в виду, когда говорить «копия»? Клонирование людей запрещено законом, – гнусаво произнесла она.

– Я говорю не о прямом клонировании, а о пластической хирургии, – ответил Ноа.

Низенький мужчина насмешливо фыркнул.

– Зачем же вы тогда нагоняете ужаса, коли ж это всего лишь пластика? – спросил он.

– Из-за этой «пластики» меня чуть не посадили, обвиняя в грабеже, – вмешалась Пенелопа, привлекая к себе всеобщее внимание. – У моей копии было идентично почти всё – лицо, телосложение и даже родинки. Хирург предусмотрительно прижигал преступникам пальцы, чтобы их было сложнее опознать, а его сообщники давали копиям информацию о жертвах, чтобы они могли без проблем внедриться в их жизни. Да, оставалась проблема с голосом, но замена всегда происходила посредством какой-то трагедии с воздействием огня. После этого родственники редко интересовались у пострадавшего, почему у него немного изменился голос и повадки. Чтобы исключить дальнейшие подозрения, копия отдалялась ото всех, закрывалась, часто переезжала и переводила огромное состояние жертвы Фабиану или выполняла действия, которые он от неё требовал сделать. Всё было продумано до мелочей.

– Вы говорить «было». Почему? – сразу уточнила блондинка.

– Потому что мы с женой нашли и арестовали главного хирурга Фабиана, лишив того возможности создавать копии, – ответил Итан.

Девушка удовлетворённо кивнула, а Ноа фыркнул.

– Если вы закончили, то я могу продолжить рассказ? – скептично спросил он.

Ответом ему стала тишина.

– Как вы уже успели услышать, Пенелопа и Итан Хейзел сыграли в деле ГБО далеко не последнюю роль. Встретившись с копией в Сент-Ривере, они разрушили планы Фабиана. Общественности открылось истинное лицо ГБО, и брату пришлось уйти на дно. От него не было вестей десять лет, но сейчас он снова начал действовать.

Рука блондинки вновь поднялась вверх. Ноа раздражённо поднял одну бровь. Пенелопа призналась самой себе, что тоже хотела бы задать ему вполне очевидный вопрос, который Ноа тут же озвучил:

– Хотите узнать, откуда у меня появилась подобная информация? – Он обвёл всех взглядом бледно-зелёных глаз, выдерживая напряжённую паузу. – Фабиан мне недавно позвонил.

Итан скептически поднял бровь. Первое, что пришло ему на ум, – кто-то умело использовал искусственный интеллект, чтобы подделать голос Фабиана. С подобным преступником они с Пенни тоже сталкивались несколько лет назад. Смог один – значит, могут и другие.

– Это была не подделка, копия или творчество искусственного интеллекта. Я слишком хорошо знаю своего брата, чтобы быть уверенным, – он наслаждается игрой на моих нервах. Фабиан – искусный манипулятор. Он умён, хладнокровен и безжалостен, – произнёс Ноа.

«А ещё напоминает кое-кого не только внешне», – пришла вторая мысль, заставившая Итана внутренне содрогнуться.

Он слишком хорошо знал людей, чтобы не заметить очевидной параллели. Если всего на секунду предположить, что у Ноа нет и не было никогда брата-близнеца, то ситуация приобретёт совершенно другие краски. Кто вообще мог бы подтвердить личность Ноа? Нестор? Он давно мёртв. Николь? Кто знает, в какие игры она вынуждена теперь играть, занимая президентскую должность. Её показаниям нельзя доверять.

Итан прищурился и по-новому посмотрел на Ноа. Мужчина выглядел наигранно спокойно. Его внимание и напряжённость выдавали глаза. Никаких признаков раздвоения личности Итан с первого взгляда не заметил. Может, доверить ему поиски дочери – плохая идея? Он сжал руки в кулаки под столом в попытке подавить желание уйти и заняться делом о похищении самостоятельно. Если Ноа действительно ответственен за пропажу Лив, то ему не стоит знать о его подозрениях.

– Я вижу на ваших лицах сомнение. Что ж, оно обоснованно. – Ноа вновь щёлкнул пальцами, экран потемнел, и пространство заполнил похожий на его голос.

– Дорогой братец, я наконец имею удовольствие позвонить тебе. Должен признать, что соскучился. Надеюсь, ты меня ещё ищешь? – В тоне говорящего слышалось неприкрытое веселье и превосходство.

– Зачем ты звонишь мне, Фабиан? – прорычал второй голос.

– А ты не догадываешься? Может, я просто хочу узнать, как идут дела? Хорошо ли ты себя чувствуешь? – Фабиан холодно рассмеялся.

У Итана возникло неприятное чувство в груди. Кем бы ни был этот Фабиан, он точно был психологически нездоров. Это могли определить все сидящие в этой комнате лишь по двум его фразам, даже без врачей. Ноа сказал правду – его брату нравилась игра в кошки-мышки. Более того, он пока в ней выигрывал.

– Слишком мелкая цель для тебя. – На этом моменте Ноа успел взять себя в руки, и его голос прозвучал куда спокойнее.

– Ты прав. Я звоню сказать, что мне надоело прятаться. Я начинаю действовать. Попробуй остановить меня, если сможешь, – с томным придыханием произнёс Фабиан и положил трубку.

Раздались гудки, отозвавшиеся колокольным боем в голове Итана. Он отчаянно пытался проанализировать услышанное, но то ли слух подвёл, то ли он не услышал ничего подозрительного. Неужели самый грозный злодей может вот так просто позвонить главе специального подразделения Тесвиерии и остаться непойманным?

– Да, мы отследили звонок, но, когда прибыли на место, нашли только руины. Фабиан исчез, но оставил подсказку в мусорной корзине. – Ноа щёлкнул пальцами, и на экране появилось изображение мятого листа бумаги с цифрой двадцать семь. – Пойдя по следу, мы выяснили, что он планирует устроить массовый теракт на международном саммите в столице Тесвиерии Исслене двадцать седьмого марта. Президент Тесвиерии оказалась вынуждена запросить поддержку у ваших стран, поэтому сейчас вы все находитесь здесь. Меня заверили, что каждый из вас – лучший из лучших в своём деле. Вам придётся это доказать.

Воздух в комнате вмиг потяжелел, а атмосфера стала мрачной. Ноа удовлетворённо кивнул и вновь щёлкнул пальцами. Рядом с каждым из присутствующих отодвинулась панель в столе. Итан заглянул туда и заметил стопку документов и флешку.

– Здесь вся информация о саммите и нашем плане, а также запись моего разговора с Фабианом, если вы хотите проверить её на достоверность. Больше мне вам пока сказать нечего. – Ноа встал и, лавируя между стопками бумаг, подошёл к двери.

В проходе он замер и посмотрел на Пенни.

– Ах да. В ваши документы я добавил одно любопытное личное дело знакомого вам человека. Ознакомьтесь на досуге. – Он махнул рукой и вышел.

Представители стран начали потихоньку уходить, пока в помещении не остались только они с Пенни и Лео.

– Он вам ничего не сделал? – спросил Лео.

Итан и Пенни синхронно помотали головой. Лео облегчённо выдохнул.

– Это хорошо, а то меня уже начала грызть совесть за то, что я вас там оставил.

– Ты не мог поступить иначе в сложившейся ситуации, – утешила его Пенни. – Лучше скажи – Ноа нам не соврал? Россия в курсе твоего нахождения здесь?

Лео кивнул.

– Не могу раскрыть все детали, но я поговорил со своим начальством. Они подтвердили цели Ноа, хоть и не пришли в восторг от методов моей доставки сюда, – проворчал он.

– У меня одного возникло ощущение, что нам не стоит всецело доверять этому человеку? – уточнил Итан, имея в виду Ноа.

– Нет. Он опасен и для друзей, и тем более для врагов, – подтвердила его мысли жена. – Впрочем, сейчас мы вынуждены играть по его правилам.

Она взяла документы из ниши и встала.

– Предлагаю изучить документы, а потом переговорить где-нибудь, – сказала Пенни.

– Тут есть общая столовая. Не ахти какая, но, думаю, сойдёт в качестве места сбора, – известил Лео.

– Хорошо, тогда будем ждать тебя там, – Итан оценил количество страниц для изучения, – часика через два.

Лео согласился, они вышли из комнаты и разошлись в разные стороны. Итан искоса глянул на жену. Она шла прямо и смотрела перед собой, переваривая услышанное. Он мысленно сделал пометку рассказать ей о своих подозрениях, как только они останутся наедине в безопасном месте.

Стоило им с Итаном зайти в выделенную им комнату, как Пенелопа села на диван и погрузилась в документы. С каждым прочитанным словом её настроение становилось всё хуже. Если судить по написанному, то Фабиан представлял угрозу мировому порядку даже без учёта вероятной войны.

Используя свои связи, он умело манипулировал людьми не только в Тесвиерии. Забастовки рабочих возникли во всём мире. Фабиан прижал к ногтю мировые СМИ и распространял нужную ему информацию, которая, в свою очередь, привела к дефициту товаров, напряжению и недовольству населения. Он умело связал правительствам разных стран руки. Его подсадные люди заполучили невиданную ранее власть. Теперь стало совершенно понятно, почему Ноа осторожничал и притаскивал людей к себе обходными путями.

– Пенни? – осторожно позвал муж.

Она вытянула вперёд руку, молча прося его подождать. Итан вздохнул, подошёл ближе и выхватил из её рук документы.

– Эй! Я ещё не дочитала, – воскликнула она и потянулась за ними.

– Нам нужно поговорить, – хмуро заявил Итан.

Оценив его напряжённо сжатые челюсти, она недоумённо застыла.

– О чём? – уточнила она.

– Что ты думаешь о Ноа? – спросил Итан.

Пенелопа задумалась. Ноа, без сомнений, умный, опасный и безжалостный человек. Он пойдёт на всё ради достижения своей цели, что уже успел доказать не раз. Возможно, только такой человек сможет найти и остановить Фабиана.

– Мы вроде это уже обсудили? Я думаю, что рядом с ним стоит проявлять осторожность. Если мы вдруг окажемся по разные стороны баррикад, то он без раздумий нас застрелит, – мрачно отозвалась она.

Итан поджал губы и неловко почесал затылок. Он определённо хотел что-то ей сказать, но, видимо, не мог найти подходящих слов.

– Не тяни и просто скажи прямо, – приказным тоном произнесла она.

Итан вздохнул и сел рядом с ней.

– Ты уверена, что Ноа и Фабиан не являются одним человеком? – выпалил он.

У Пенелопы от такого заявления удивлённо распахнулись глаза.

– Ты подозреваешь его в раздвоении личности? – уточнила она.

Итан напряжённо кивнул. Она вновь задумалась. С Фабианом она, к счастью, ни разу не встречалась лично, но описание Ноа могло соответствовать ему самому. Тогда почему он не убил её, когда мог, и устроил сейчас весь этот цирк с людьми из других стран? Конечно, он мог быть отъявленным психопатом, но её чутьё молчало. Она медленно покачала головой.

– Я не могу сказать это с уверенностью, но Ноа пока не производит на меня впечатления больного человека. Впрочем, думаю, что стоит присмотреться к нему поближе и не верить на слово всему, что он говорит. – Пенелопа взяла в руки флешку. – А начать мы можем с этого. Здесь наверняка найдётся кто-то, кто сможет нам сказать, является голос Ноа идентичной копией голоса Фабиана или нет.

– Хорошо. Тогда поищем компьютерного гения на обеде, – согласился Итан, отдал ей часть бумаг, а сам стал читать оставшиеся.

Пенелопа нервно закусила губу. После предположения Итана она никак не могла сосредоточиться. Если хотя бы на минуточку допустить вариант, что Ноа и Фабиан – одно целое, то они приняли самое худшее решение о сотрудничестве из всех не только для себя, но и для Оливии. В голове запульсировала боль от начинающейся мигрени. Пенелопа постаралась выкинуть ненужные пока мысли и вновь погрузилась в чтение.

По данным разведки, у Фабиана имелась вооружённая группа сепаратистов. Он собрался использовать её на международном саммите мира в Тесвиерии, свалив вину на правительства нескольких стран и саму Тесвиерию. По плану Ноа его маленькая группа должна была разделиться и остановить сепаратистов ещё на подходе. Звучит просто, но на деле наверняка всё будет не так уж и легко.

Пенелопа отложила свои листы в сторону и потёрла виски. Было бы куда проще жить, если бы проблемы вставали в очередь и не беспокоили по пустякам.

Она посмотрела на Итана. Муж сосредоточенно что-то читал. Между его бровями залегла складка. Широкая спина и руки были напряжены. Судя по всему, ему тоже чтиво не нравилось. Пенелопа подалась ближе, вдохнула приятный запах его ещё не до конца выветренного хвойного парфюма и заглянула через его плечо на листы.

– «Семнадцать убийств…» Что ты читаешь? – спросила она, выхватив из текста отдельное словосочетание.

– Досье, – буркнул он.

В душе Пенелопы всё похолодело. Панический страх сковал грудь, лишая воздуха. Она вырвала у него из рук документы и судорожно раскрыла страницы.

Первым делом её зацепил заголовок, на котором значились имя и фамилия – Ирэн Айситт. Родилась в тот же год, что и они с Итаном. Окончила школу в Клифтоне на севере Тесвиерии. В университет так и не поступила, но к двадцати годам уже успела прославиться. Дальше шёл список её преступлений, состоящий из грабежа, различных финансовых махинаций и убийств.

Читая всё это, Пенелопа никак не могла отделаться от странного беспокойства, проходившего неприятным покалыванием вдоль позвоночника. Она перевернула страницу и кинула взгляд на последний абзац, от которого у неё бешено заколотилось сердце.

«После вмешательства Виктора Печкина сменила имя и фамилию на Полину Савицкую и переехала в Россию под надзор ФСБ».

Перед глазами поплыли чёрные круги, ладони покрылись липким потом, а комната завертелась вокруг неё безумным водоворотом. Ощущение собственной ничтожности захлестнуло волной с головой. Оливия была в огромной опасности, но Пенелопа ничего не могла для неё сейчас сделать.

Она почувствовала, что начала задыхаться. Итан притянул её к себе и крепко обнял. Руки у него тоже тряслись. Он не сказал ей ни слова, но его молчаливая поддержка придала ей сил. Паника схлынула, уступив место злости. Если Полина хотя бы подумает о том, чтобы причинить их дочери вред, то ей это с рук не сойдёт. Она лично об этом позаботится.

Итан чувствовал себя загнанным в ловушку, и ему это дико не нравилось. Внешне он выглядел как обычно, но внутри задыхался и метался из стороны в сторону. Ему отчаянно хотелось всё бросить и пойти спасать Лив, но он не мог оставить Пенни в одиночестве, а ещё очень сомневался, что его могут отпустить просто так. Он уже знал слишком много. В итоге оставалось только корчить приятную физиономию при отвратительной игре.

В местную столовую с панорамными окнами, шёлковыми скатертями и меню с красной икрой их проводила милая молоденькая девушка, наученная не задавать лишних вопросов. Она лучезарно улыбалась и чем-то напоминала ему Марию, которая раньше работала на ресепшене курорта «Голден Рок». Насколько он помнил, после его захвата преступником девушка уехала из Сент-Ривера куда подальше.

Лео уже ждал их за одним из столиков. Он меланхолично крутил бокал с кроваво-красным вином и смотрел куда-то сквозь него. Их русскому другу нахождение здесь явно нравилось так же сильно, как и им. Интересно почему? Его дочь уж точно никто не похищал. Как минимум потому, что у него её нет. Итан попытался вспомнить, женился ли за всё время их разлуки Лео, но не смог. Впрочем, эта информация была сейчас совершенно не важна.

– С каких пор ты называешь подобные места «не ахти какими»? – с усмешкой спросил Итан, отодвигая стул для жены.

Лео вздрогнул и наконец заметил их присутствие рядом.

– Последний раз я был здесь десять лет назад. Признаю, кое-что успело поменяться, – ответил он и поставил бокал на стол.

– Например, наличие у тебя бороды? – Итан скептически поднял бровь и занял последнее место за столом.

Лео выдавил из себя измученную улыбку.

– Я её не отращиваю. Просто из-за некоторых обстоятельств не мог побриться неделю или две. – Он пожал плечами.

– Каких обстоятельств? – сразу зацепилась за его слова Пенелопа.

Лео замолчал и хмуро посмотрел на неё. Над их столиком вдруг повисло непонятное напряжение.

– Вы уже прочитали переданные вам Ноа документы? – спросил он.

– Да. Если судить по ним, то Фабиан действительно представляет угрозу…

– Я говорю не о нём, а о Полине, – резко сказал он.

Всё внутри Итана вытянулось в струну. Он угрожающе прищурился и процедил:

– Ты тоже читал её досье?

Лео медленно кивнул.

– Я понимаю, что вы оба сейчас злитесь и переживаете, но хотя бы выслушайте меня. – В его тоне проскочили умоляющие нотки.

Итан и Пенелопа переглянулись. Они подсознательно поняли, что сказанное Лео им не понравится, но кивнули.

– Я проработал с Полиной девять лет. Она не раз прикрывала мне спину. Более того, я до сих пор готов доверить ей свою жизнь, не раздумывая ни секунды…

– Хочешь сказать, что Ноа нам соврал? – с угрозой спросила Пенни, прервав его.

Лео задумался, а потом покачал головой.

– Не думаю, что в досье написана ложь, но и не могу сказать, что это стопроцентная правда, – ответил он.

– Что ты имеешь в виду? – продолжила допрос Пенни.

– В переданном вам и мне досье Полины нет ни слова о причинах её действий, – отозвался Лео.

Итан задумался. В перечне её преступлений действительно не было указано ни одного мотива.

– Поэтому мы должны поверить в то, что она – невинный ангелочек? – с сарказмом уточнил Итан.

– Нет, но в критической обстановке люди могут меняться. Кому, как не вам, об этом знать? Или история Нестора вас ничему не научила? – отчеканил он, заставив их вздрогнуть и с удивлением посмотреть на него.

Лео в ответ снова пожал плечами, схватил со столика бокал и сделал большой глоток.

– У нас тоже есть свои глаза и уши в Тесвиерии, а я уже вроде упомянул, что методы Ноа моё начальство не оценило. Вот оно и поделилось интересными сведениями, – ответил он на невысказанные вопросы.

Пенелопа откашлялась.

– Зачем ты всё это нам говоришь? Разве это не секретная информация? – спросила она.

Лео наклонился ближе и посмотрел на них в упор.

– По двум причинам. Первая – мы друзья. Я не хочу, чтобы вы зря переживали, и уверен в том, что Полина не причинит вреда вашей дочери. Готов ручаться за свои слова головой, – твёрдо заявил он и замялся.

– А вторая какая? – сразу уточнила жена.

– Вторая… Что бы ни задумала Полина, она моя напарница. Я не хочу, чтобы она пострадала из-за своих необдуманных действий. – Лео недовольно поморщился.

Он явно не понимал мотивов поступков Полины, поэтому чувствовал себя подвешенным в неизвестности. Неприятное, но вполне понятное Итану чувство.

– Только лишь напарница? – выпалил он до того, как успел подумать.

Лео недоумённо моргнул, и маска сурового сотрудника из большой системы безопасности России с него слетела. Итан увидел в нём уставшего, но совершенно точно влюблённого мужчину. Друга выдали заметно покрасневшие щёки. Теперь всё в их отношениях с Полиной и решениях Лео стало Итану совершенно понятным и логичным.

В столовую вошли несколько представителей других стран. Они о чём-то так громко переговаривались, что все сидящие за их столиком неосознанно напряглись. В животе Итана заурчало.

– Я предлагаю всё же поесть, а потом продолжить разговор, – сказал он, поднимаясь на ноги.

Лео и Пенни синхронно кивнули.

– Я, кроме этого напитка, ничего из съедобного не брал, поэтому буду благодарен, если захватишь мне чего-нибудь у стойки, – сообщил Лео.

Итан поднял одну бровь, поняв, что он хочет поговорить с его женой наедине. Что ж, почему бы и нет? Он развернулся и пошёл за едой. На душе у него от слов Лео стало немного спокойнее. Ему отчаянно хотелось верить в то, что их русский друг не ошибается насчёт своей странной подружки.

Пенелопа тяжело вздохнула. Годы работы в следственном отделе Сент-Ривера отучили её верить в сказки с хорошим концом. Каждый встречный хотел кого-то использовать или кому-то навредить. По этой причине ей в благие намерения Полины не верилось. Сердце рвалось к дочери, но она оставалась сидеть на месте, из-за чего боролась ещё и с чувством вины.

– Я знаю, что тебе поверить в мои слова будет труднее, чем Итану, поэтому хотел поделиться одной теорией, – прошептал Лео.

Пенелопе пришлось наклониться над столом, чтобы его расслышать. Он осмотрел помещение и перешёл на русский язык.

– Я думаю, что Полина работала в ГБО, – медленно произнёс он, давая её голове привыкнуть к смене языка.

Пенелопа поморщилась. В последний раз она говорила по-русски почти десять лет назад, поэтому слова вспоминались с трудом. К счастью, помогла фотографическая память.

– Досье, – нашла она подходящее русское слово, намекая, что сказанное Лео было и так ей известно.

– Нет. Она работала там до того, как попала под нож хирурга, – уверенно ответил он.

Она скептически фыркнула и сложила руки на груди.

– У меня есть причины так думать. Полина порой вела себя странно, будто знала больше, чем говорила. Она разбиралась в технике, системах и компьютерах, а ещё имела отличную физическую подготовку. Если бы в досье написали, что она окончила полицейскую академию или работала в военной сфере, то картинка бы сложилась, но она этого не делала. Ноа нет смысла врать нам о таких мелочах. – Лео пожал плечами, а Пенелопа серьёзно задумалась.

Сказанное им действительно выглядело странно. Если рассудить логически – верит ли она Ноа? Нет. Верит ли она Лео? Пенелопа осмотрела друга с ног до головы. В прошлом он очень помог ей, но до этого успел неплохо так подставить. Значит, её ответ на второй вопрос – возможно. В любом случае всю эту информацию придётся перепроверить.

– Еда подана, – сказал муж, ставя на столик аппетитно пахнущий стейк с картофельным пюре.

Почувствовав насыщенный запах жареного мяса, Пенелопа поняла, что очень проголодалась. Она с удовольствием положила в рот кусочек. Мясо оказалось хорошо прожаренным, со специями, не сухим и с хрустящей корочкой – ещё лучше, чем вчера. Она даже прикрыла глаза от наслаждения, позволив себе выбросить все мысли из головы на время трапезы.

Лео и Итан рядом с ней так же молча поглощали еду, думая каждый о своём. Когда они закончили есть, Итан спросил у Лео:

– Ты не знаешь, кто здесь разбирается в компьютерах и аудиозаписях?

Друг задумался, а потом посмотрел на людей за другими столиками. Пока они ели, вся команда Ноа успела собраться в столовой. Большинство из них предпочли отобедать в одиночестве, но всё равно неосознанно разбились на азиатов и европейцев.

– Думаю, вам лучше обратиться с таким запросом к Сакуре, – в итоге ответил он на тесвиерийском.

Пенелопа глянула на невысокого, миловидного и крайне молодого паренька. Он меланхолично ковырял вилкой стейк.

– Почему к нему? – спросила она.

– Потому что он сдал сложнейший экзамен АССН в тринадцать на самый высший балл, в пятнадцать окончил экстерном университет технологий, в шестнадцать был приглашён в секретные органы безопасности своей страны. Он гений, – пояснил Лео.

Пенелопа переглянулась с мужем. Если это правда, то Сакура действительно может им помочь. Они попрощались с Лео, договорившись вместе поужинать, и подошли к столику Сакуры. Он неохотно поднял на них взгляд, оторвавшись от мяса на тарелке, и вежливо предложил им сесть. Удивленным он при этом не выглядел. Будто ждал, когда к нему подойдут.

– Не любишь мясо? – спросил на английском Итан, чтобы завязать хоть какое-то подобие диалога.

– Я пацифист и вегетарианец. Считаю, что убивать – это отвратительно. Тем более животных. Они зачастую бывают куда лучше людей, – ответил парень.

Пенелопа откашлялась.

– Мы узнали у нашего друга, что у тебя хорошо получается обращаться с техникой, и хотели узнать…

– …не является ли запись Ноа подделкой, записанной им же? – договорил за неё он, заставив Пенелопу удивиться.

Впрочем, она быстро взяла себя в руки и заметила важную деталь в его фразе, которая её насторожила.

– Считаешь, Ноа мог нам соврать? Почему? – спросила она.

– Не знаю. Ноа не внушает мне доверия, поэтому решил перепроверить его слова.

Пенелопа кивнула. Интуиция у парнишки работала отлично, но ему, видимо, не хватило опыта, чтобы разглядеть сходство не только голосов, но и личностей Ноа и Фабиана.

Сакура вытащил из кармана пиджака флешку и положил на стол.

– Здесь результаты схождения голосов Фабиана и Ноа. Если кратко – они разные. Возможно, – сказал он.

– Почему «возможно»? – уточнил Итан.

– В записи Ноа есть помехи. Мало кто мог бы их заметить, но они есть. Не исключаю вероятность, что Ноа мог подделать запись. Однако для этого ему бы потребовался компьютерный гений в команде, умнее меня. – Сакура говорил спокойно и без какого-либо хвастовства или высокомерия, что очень импонировало Пенелопе.

– Почему ты решил помочь нам? – выпалила она до того, как успела подумать.

Сакура вдруг широко улыбнулся.

– Я сирота, поэтому ещё в глубоком детстве научился разбираться в людях. Вы двое мне очень даже симпатичны. Если что – обращайтесь. Постараюсь помочь, – искренне ответил он, взял поднос, вежливо кивнул и удалился.

Итан взял флешку со стола и задумчиво покрутил её в пальцах. Пенелопа вздохнула. Обед выдался странным. Они получили ворох разнообразной информации, но при этом ни на шаг не приблизились к правде.

Примерно через час после обеда Ноа попросил всех собраться в «тренировочном зале», представлявшем собой целый подземный комплекс с различного вида и назначения комнатами. Никто из их группы не опоздал. Сам же Ноа обнаружился лежащим на матах в горе фантиков и с потрёпанным романом в руках. Итан был этому даже не удивлён. Кажется, он уже начал привыкать к причудам вынужденного начальства. Ноа тем временем смерил их снисходительным взглядом, прежде чем встать и отряхнуться.

– Как думаете, зачем я вас сюда позвал? – спросил он.

– Чтобы проверить наши навыки, – сразу отозвалась блондинка.

Ноа нахмурился и тихо проворчал на тесвиерийском:

– Вот ведь баба. В каждой бочке затычка.

– Что, простите? – уточнила девушка.

– Говорю, что вы правы, – вновь перейдя на английский, ответил Ноа. – Чтобы распределить вас в наиболее подходящие группы, мне нужно увидеть собственными глазами, на что вы способны.

Он подошёл к беговым дорожкам, рядом с которыми стояли медицинские аппараты с проводами. Итан скептически поднял одну бровь. Чем Ноа помогут знания их пульса при беге и уровня кислорода в крови?

– Прошу не обманываться внешним видом этих аппаратов. Они – новейшая разработка наших учёных. По этой причине принцип действия я вам объяснять не стану. Ваша задача – нацепить на себя датчики и следовать указаниям. – Ноа постучал пальцем по экрану монитора. – Всё ясно? Кто хочет пойти первым?

Объяснение звучало просто, но никто даже шага в направлении дорожек не сделал. Дозволение ставить на себе непонятные опыты звучало как не самая лучшая идея в мире. Ноа смерил их всех взглядом блёкло-зелёных глаз, отчего у Итана по спине поползли мурашки. Мужчина снова испытывал их, а Итан не привык жить по чужим правилам. Не думая больше ни секунды, он вышел вперёд, заметил испуганный взгляд жены и мягко улыбнулся.

– Всё будет хорошо, – одними губами произнёс он.

Пенни поморщилась, но в итоге кивнула. Он дошёл до Ноа, глаза которого теперь сверкали как-то совсем уж хищно. Мужчина помог установить холодные и немного липкие датчики на кожу. Итан приложил все усилия, чтобы при этом не вздрогнуть. Он чувствовал, что если сейчас проявит настоящие эмоции, то Ноа сможет начать диктовать ему свою волю. Этого точно не будет ни сейчас, ни позже. Он выдержал давление своей семейки, значит, взгляд Ноа уж точно переживёт.

Когда Итан расположился на беговой дорожке, а датчики запищали, начав измерение, Ноа включил монитор.

– Беги, – озвучил женский механический голос команду.

Дорожка пришла в движение, и Итан подчинился. Благодаря своей жене, ужасно любящей утренние пробежки, он успел неплохо прокачать свою выносливость, поэтому первые десять минут чувствовал себя совершенно отлично.

– Быстрее, – вновь раздался тот же голос.

Итан неохотно прибавил темп, но всё ещё чувствовал себя комфортно.

– Быстрее, – почти сразу сказала машина.

Итан нахмурился, но подчинился. В лёгких перестало хватать воздуха при дыхании через нос, поэтому он подключил к процессу рот.

– Быстрее.

Итан мысленно обругал машину, ускорившую дорожку самостоятельно. У него напряглись все мышцы и закололо в боку. Он понял, что достиг предела в скорости.

– Уклоняйся, – выговорил новую команду голос.

Итан недоумённо моргнул и чуть не запутался в ногах. От чего ему нужно уклоняться? Ответ нашёлся быстро. Из правой боковой панели резко выскочила палка. Итан успел обогнуть её в последний момент. Затем появилась такая же с левой стороны. Потом стало ещё веселее. Оказалось, что палки здесь располагались на разной высоте и имели разную толщину и длину. Пару раз Итану пришлось даже подпрыгнуть. Лёгкие уже стали гореть огнём, когда голос сказал:

– Бей.

В лицо ему выстрелила доска. Он успел ударить в неё чисто на рефлексе. Эта пытка продолжалась ещё около пятнадцати минут. Когда он уже решил, что вот-вот упадёт без сил, дорожка остановилась. Ноги у него тряслись, по шее и спине лился пот, но он постарался не подать вида, что устал.

– Итан Хейзел. Максимальная скорость 15 км/ч. Индекс ловкости 76 %. Ударная сила 503 кг, – объявила машина.

– Неплохой результат, но, как по мне, весьма посредственный, – скучающе прокомментировал Ноа.

Итан фыркнул и доплелся до лавочки. Сил огрызаться у него не осталось.

На взволнованный взгляд жены он показал большой палец. Ноа продолжил свою экзекуцию и предложил остальным участникам группы занять оставшиеся беговые дорожки. Они неохотно подчинились, и началась проверка.

Итан немного отдышался и от скуки попытался вычислить наиболее способных. Американец, имя которого, если верить монитору, было Джон Смит, показал недюжинную силу. Каждый его удар по доске разносился над залом глухим эхом. Англичанка, Эмили Тейлор, будто вообще костей не имела. Она с почти нечеловеческой ловкостью и быстротой уклонялась от препятствий.

Результаты этих двоих оказались ожидаемыми. Ударная сила Джона перевалила за 1000 кг, а индекс ловкости Эмили составил 98 %. Результаты остальных, кроме двух последних участников, оказались вполне сопоставимы с теми, что показал Итан, поэтому он даже не потрудился запомнить их имена. Дольше всего пришлось ждать Пенни и корейца, Ким Чжон Хёна. Система Ноа никак не могла подобрать им подходящую скорость. В итоге Пенни заняла второе место, показав результат в 25 км/ч. Кореец же выдал 31 км/ч.

Ноа сделал какую-то пометку в грязном блокноте, что-то пробурчал себе под нос и сказал:

– На сегодня всё. Вас ждут в столовой через полчаса на ужин. Завтра утром вы должны снова явиться сюда для прохождения остальных тестов. Желаю приятного отдыха.

На этом он развернулся и ушёл. Все люди без исключения проводили его крайне недовольными взглядами. Работа под его руководством с каждым часом становилась всё веселее.

Несмотря на все переживания, заснула Пенелопа после первого тестирования быстро. Дурацкая машина заставила её выложиться на полную, а она даже не заняла первого места по скорости. Впрочем, с на удивление длинноногим корейцем ей было не тягаться. Только немного утихнувшая боль в рёбрах вновь вспыхнула.

Ей снилась какая-то странная олимпиада, где каждого члена группы Ноа нарядили в объёмные костюмы борцов сумо и заставили проходить полосу с препятствиями. Толпа вокруг ликовала и, когда кто-то падал, воодушевлённо аплодировала. Пенелопа дико устала. Она чувствовала жару и духоту. Пахло потом, но она не могла заставить себя остановиться. У неё почему-то было ощущение, что если она это сделает, то случится что-то ужасное.

– Мама… – донёсся до неё слабый голос, который сразу потонул в криках безликой толпы.

Пенелопа судорожно осмотрелась, но никого не увидела.

– Мама, – повторил голос чуть ближе.

– Оливия? Ты здесь? – крикнула она, замедляясь.

– Не останавливайся! – Голос дочки испуганно задрожал, но было уже поздно.

Толпа и участники неожиданно исчезли. Тишина ударила по ушам больнее любого резкого звука. По спине Пенелопы пополз холодок. Костюм сдулся, обтянув её второй неприятной склизкой кожей. К горлу подступил дикий панический ужас. Воздух похолодел и загустел, словно кисель. Стало невыносимо холодно, а пространство вокруг начало казаться чужим и неестественным.

– Оливия? – позвала она.

Голос прокатился эхом и вернулся к ней, заставив поёжиться.

– Мама… – прошептала дочь совсем рядом, справа от неё.

Пенелопа резко обернулась, готовая поклясться, что пару секунд назад никого рядом не было, и испуганно замерла. Оливия стояла там. Она была одета во всё ту же одежду, в которой попала с ними в аварию. На голове у неё царил форменный беспорядок, однако совсем не это привело Пенелопу в ужас. Дочь была бледной, как покойница, и прозрачной, будто сотканной из утреннего тумана. Оливия смотрела прямо ей в глаза, но взгляд её зелёных глаз был пустым и неподвижным, как отражение в разбитом зеркале.

– Почему ты не ищешь меня? – с обвинением в голосе спросила она.

– Я пытаюсь делать это…

– Перекладывая мой поиск на других людей? Лора сделала для меня больше, чем ты. Ты меня бросила! – рявкнула дочь.

Пенелопа обхватила дрожащие плечи руками. По её лицу вниз заскользили слёзы.

– Прости, я знаю, что сделала для тебя недостаточно, – промямлила она. – Мне нужно стараться больше.

Оливия мрачно кивнула, удовлетворённая ответом.

– Найди меня, пока не стало совсем поздно, – прошептала она.

– Дай мне хотя бы один намёк, где тебя искать, и я обязательно приду за тобой, – с жаром произнесла Пенелопа, отчаянно пытаясь справиться с дрожью.

Дочь молча посмотрела на неё стеклянным взглядом, будто размышляя, стоит ли ей отвечать. В итоге её губы едва заметно шевельнулись, произнеся одно слово:

– Здесь…

Сердце Пенелопы сжалось от непонятного страха. Она протянула руку, пытаясь коснуться дочери, но пальцы нащупали лишь прохладный воздух. От этого прикосновения образ девочки начал таять, превращаясь в туман, который быстро рассеялся в пустом пространстве.

Теперь Пенелопа осталась одна. Совсем одна. Сердце бешено колотилось в груди, дыхание сбивалось, мысли путались. Её душили рыдания. Она не смогла уберечь самое ценное, что у неё было. Что, если она опоздает? Что, если никогда больше не сможет увидеть Лив? Как она тогда сможет продолжать жить? Ради кого?

И тут снова раздался тихий, одновременно пугающий и дающий надежду шёпот:

– Я здесь… Мама…

Голос звучал теперь сразу отовсюду, уходя всё дальше негромким эхом. Пенелопа вскинула голову и попыталась рассмотреть хоть что-то вокруг себя, однако ничего не было видно. Повсюду плавали густые тени, скрывающие неизвестность.

Шагнув вперёд, Пенелопа почувствовала, как почва уходит из-под ног, погружая её в вязкую тьму. Она отчаянно дёрнулась в попытке вырваться, но только глубже увязла. Темнота поглотила её ноги и перекинулась на талию, когда она почувствовала дыхание на своей щеке.

– Обязательно найди меня, – едва слышно сказала Оливия ей на ухо.

Пенелопа попыталась обернуться, но не успела. Тьма поглотила её с головой. Она подскочила на кровати и попыталась отдышаться, ощущая пульсирующую волну ужаса, проходящую сквозь тело. По её лицу текли слёзы, а за окном уже начал заниматься рассвет. Сон оставил её обезоруженной перед собственным чувством вины и тревожностью.

«Нужно успокоиться», – подумала она, прижимая ладони ко лбу.

Всё вдруг на мгновение показалось ей бессмысленным. Страх потерять дочь проник в сознание, усиливая чувство одиночества и слабости.

Итан рядом сонно поднял голову, увидел её трясущиеся плечи и сразу сел.

– Что случилось? – спросил он.

– Мне приснился кошмар. Там была Лив… – Пенелопа всхлипнула, не в силах рассказать мужу обо всём, что увидела и почувствовала.

Итан молча обнял её и стал гладить по спине и волосам. Сердечный ритм Пенелопы постепенно выравнивался, возвращая способность трезво мыслить, однако ощущение потери осталось всё таким же острым и болезненным. Её уверенность следовать за Ноа дала трещину, но у него действительно было куда больше средств и возможностей найти Лив. Пенелопа выругалась.

– Я чувствую себя бессильной и бесполезной, – сказала она в ответ на вопросительный взгляд мужа.

Итан хмыкнул.

– Прекрасно тебя понимаю. Кажется, мы оба попали в свой персональный ад, – полушутливо произнёс он.

Пенелопа выдавила из себя улыбку и постаралась собраться. Менять план сейчас им уже никто не позволит. Они успели слишком многое узнать о Фабиане и его планах. Значит, придётся сжать зубы, идти вперёд и надеяться, что Ноа сдержит слово и найдёт Лив до того, как случится что-нибудь непоправимое.

Тесты следующего дня оказались ничуть не легче предыдущего. Для начала Ноа проверил их координацию на шатающемся бревне. Здесь хорошие результаты показал китаец Ли Вэнь. Он единственный смог пройти всё бревно до конца, ни разу не упав. Потом следовало тестирование на логику и знание современных технологий и оружия. Игараси Сакура из АССН побил все рекорды в первой части испытания, но уступил во второй пакистанцу Мухаммаду Али Хану и индийцу Радживу Шарму, которые набрали одинаковое количество баллов по знанию оружия. Больше всего присутствующих удивила уже знакомая всем бойкая француженка Мари Дюпон, оказавшаяся мастерским стрелком. Её борьба с Лео оказалась очень напряжённой, но он в итоге проиграл.

Когда Ноа сделал последнюю запись в свой блокнот, часы показывали за полночь. Итан устало зевал. Прошлой ночью ему, как и жене, не удалось выспаться. Всё тело ломило, а голова казалась неподъёмной. Он уже и не помнил, когда в последний раз так сильно уставал.

– Ну что я могу вам сказать, – протянул Ноа, окидывая сидящих на матах уставших людей. – Вы показали вполне сносные результаты. Опираясь на них, я разделил вас на две группы. Первая займётся наблюдением и слежением за приборами и камерами. Их главной задачей будет как можно быстрее распознать угрозу и доложить об этом второй группе, которая её нивелирует.

Вверх взметнулась изящная ручка Мари. Ноа демонстративно закатил глаза и кивнул, давая ей разрешение говорить.

– Как вторая группа должна попасть на саммит? – спросила она.

– Они пройдут под прикрытием. Будут изображать из себя часть охраны президента Тесвиерии, – ответил Ноа.

Мари кивнула. Ноа откашлялся и заглянул в блокнот.

– В общем, распределение получилось таким. Первая группа – Игараси Сакура, Мухаммад Али Хан, Раджив Шарм, Леонтий Котиков и Итан Хейзел. Ответственный за группу – Игараси Сакура. Вторая группа – Мари Дюпон, Джон Смит, Ли Вэнь, Эмили Тейлор, Пенелопа Хейзел и Ким Чжон Хён. Ответственная за группу – Пенелопа Хейзел, – объявил он, заставив Итана вздрогнуть.

Идея разделиться с женой ему совершенно не понравилась.

– Есть вопросы? – уточнил Ноа.

– Да. Почему мы с Пенелопой в разных группах? Наша работа в команде была отработана годами, и нам будет куда эффективнее пойти на операцию вместе, – сказал он.

– Во-первых, ты не годишься для работы во второй группе из-за своих скудных для этой миссии физических данных. Во-вторых, твоим главным орудием является наблюдательность. Ты хорошо читаешь людей и будешь полезен в первой группе. В-третьих, у твоей жены присутствуют приемлемые навыки в организации работы. Лишать её руководства второй группой глупо. В-четвёртых, мне шуры-муры на саммите не нужны. Найдёте другое место помиловаться, – с пренебрежением отозвался Ноа.

Итан скривился и услышал за спиной смешок. Обернувшись, он посмотрел прямо на улыбающегося Джона. Тот ни капли не смутился и подмигнул ему. На Итана нахлынула волна злости и раздражения. Он хищно улыбнулся, готовясь вступить в перепалку, но был остановлен ладонью жены, которую она положила ему на плечо. Итан недовольно фыркнул и отвернулся. Пенни слабо ему улыбнулась. Она, в отличие от него, даже и не подумала спорить с Ноа, зная о бесполезности этого занятия.

– Ещё вопросы есть? – вновь спросил он и, когда все промолчали, добавил: – Чудесно. Жду вас всех на парковке через час. Вам уже подготовили форму и оружие. Помойтесь и переоденьтесь. Спать будете по дороге на место.

– Почему мы использовать машины, а не самолёты? – с недовольством уточнила Мари.

– Потому что скрыть машину проще, чем грёбаный самолёт! – не сдержавшись, выругался Ноа.

Француженка его явно раздражала куда больше всех остальных присутствующих. Мари в ответ надула губы и обиженно сложила руки на груди. Ноа глубоко вздохнул, открыл рот, чтобы что-то сказать, но в итоге лишь махнул рукой и вышел. Люди стали потихоньку расходиться. Это только с первого взгляда могло показаться, что часа слишком много для сборов. На самом деле время летело как сумасшедшее.

Итан и Пенелопа потратили пятнадцать минут, чтобы дойти до их комнаты. Ещё полчаса они принимали душ, быстро переодевались в чёрную форму и проверяли всё, что выдал им Ноа. Состав был интересным: рация, диктофон, фонарик, швейцарский нож, кастеты, пистолет, несколько дополнительных обойм с патронами, газовый баллончик, бронежилет, электрошокер и дымовые шашки. У них явно планировался поход не в парк развлечений.

Итан краем глаза посмотрел на свою любимую жену. Её лицо было сосредоточенным, а губы плотно сжаты. Она была прекрасна даже в таком напряжённом состоянии. Его сердце ёкнуло, и едва заметная улыбка тронула губы. Он чувствовал волнение, смешанное умелым барменом, жившим в его нервной системе, с тревогой.

Сейчас, на пороге неизвестной ещё опасности, он думал лишь о том, насколько сильно любит свою жену. Эти мысли одновременно успокаивали его и волновали ещё сильнее.

– Ты готова? – тихо спросил он, стараясь звучать уверенно.

Она кивнула, взгляд её карих глаз был твёрдым и решительным, но в уголках губ мелькнул тот самый знакомый ему мягкий изгиб, говоривший больше, чем любые слова. Пенни тоже беспокоилась о предстоящей миссии.

Её рука легонько сжала его ладонь, нежно переплетая их пальцы друг с другом. Это было знакомое чувство близости и поддержки, которое они испытывали множество раз раньше, и сейчас оно тоже наполнило сердце Итана теплом.

– Пока ты рядом, я готова ко всему, – прошептала она.

Итан осторожно погладил кольцо на пальце жены – символ их любви и верности. Оно блестело тусклым светом, отражаясь в его зелёных глазах. Они вместе пережили огромное количество испытаний, значит, справятся и сейчас. Страх перед неизвестностью немного отступил, уступая место чувству защищённости рядом друг с другом.

Итан наклонился вперёд и запечатлел на губах Пенни быстрый нежный поцелуй. Она в ответ чуть прикусила его губу. Время на сборы истекло. Глубоко вздохнув, он отстранился, повернулся к двери и решительно вышел из комнаты первым.

Поездка прошла относительно спокойно, если не считать тот факт, что их водитель получил указание от Ноа выбрать самые неизвестные другим людям дороги. Даже крепкий желудок Пенелопы не выдержал двух суток прыганья на кочках по лесным тропинкам, которых даже на карте никто не нарисовал. В итоге вся вторая команда успела позеленеть, когда чёрный фургон наконец остановился. Они вышли из машины и постарались отдышаться.

Первым, что заметила Пенелопа, стало до безобразия голубое небо без единого облачка и стройные ряды пальм. Лайтсайд, находящийся рядом с курортным Сен-Шэром, представлял собой то самое промежуточное состояние, где офисные высотки соседствовали с шезлонгами и милыми кафе у океана.

По своему рабочему долгу ей один раз пришлось наведаться в Лайтсайд, чтобы разобраться со сбежавшим из Сент-Ривера дебоширом. Здешние полицейские нашли его довольно быстро, что её очень впечатлило. Она почти ничего не ждала от ребят в разноцветных пляжных рубашках и шлёпках. Так на работу даже жители Сент-Ривера не позволяли себе приходить. Тогда она сделала вывод, что жители этого города живут так, как им комфортно. У них имелась очень бурная ночная жизнь, включающая множество баров и казино с серьёзной охраной, а также двухчасовой обеденный перерыв днём, чтобы иметь возможность искупаться и позагорать.

Несмотря на густую населённость и постоянный приток туристов, Лайтсайд имел самый низкий процент преступности в Тесвиерии. За ним шли ещё несколько городов чуть больше Сент-Ривера, а потом и он сам. Пенелопу в целом это устраивало. Чем меньше будет неожиданных сюрпризов от местных, тем лучше.

– Это вам, – сказал водитель с седыми висками, протягивая ей карту.

– Спасибо. – Пенелопа взяла её и развернула.

Ноа оставил несколько важных деталей и уточнений по миссии на самый последний момент. Доверием между ними даже не пахло.

Она изучила все важные точки и перевела взгляд на свою команду, неожиданно почувствовав тоску по Лоре и Бобу. Вот уж кому она могла доверить свою жизнь без раздумий.

– Проверьте аппаратуру и настройтесь на одну волну. Я хочу, чтобы мы все постоянно оставались на связи, – скомандовала она.

Спорить никто не стал. Все послушно вытащили рации. Защёлкали переключатели. Водитель тем временем попрощался и уехал. Дальше им всё равно предстояло идти пешком.

Убедившись, что всё работает, Пенелопа внимательно всмотрелась в лица своего странного отряда. Никто не выражал ни капли страха или волнения. Ноа действительно собрал профессионалов своего дела. Это немного её успокоило.

– Если верить данным Ноа, то здесь должен быть секретный подземный ход, который приведёт нас непосредственно в место, где пройдёт саммит. Потом нам нужно будет разделиться. Мари и Ли Вэнь займут точку с самым широким обзором. Эмили и Чжон Хён возьмут под контроль северный вход, а я и Джон – южный. В случае чего стреляйте на поражение и докладывайте обо всём подозрительном, – объявила Пенелопа.

Мари тут же подняла руку.

– Что можно считать подозрительным? – уточнила она.

Пенелопа мрачно нахмурилась.

– Всё, – ответила она, заметив, как остальные напряглись.

«Хорошая реакция», – удовлетворённо подумала она и подошла к одной из пальм.

Потрогав шершавый ствол, она нащупала маленький рычажок и потянула за него. Стоящий неподалёку огромный валун отъехал в сторону. За ним оказалась ведущая вглубь пыльная лестница. Пенелопа спустилась первой, не дав другим даже подумать о том, чтобы опередить её.

В нос ударил запах отходов и фекалий. Она неприязненно поморщилась и осветила фонариком пространство вокруг. Секретный ход оказался вполне обычной канализацией с невысоким закруглённым потолком.

– Юу, – услышала она неприязненное восклицание Эмили.

Они с Мари заткнули рукавами носы, пытаясь спастись от запаха. Парни оказались чуть более толстокожими. Чжон Хён морщился, но не пытался ничем перегородить себе обзор. Ли Вэнь вообще никак не проявил своё отвращение, а Джон продолжал лучезарно улыбаться, будто вообще ничего не чувствовал.

Пенелопа собралась идти дальше вглубь, но была остановлена внезапно возникшим перед ней американцем.

– Если позволите, то я бы хотел пойти первым, – впервые за всё время обратился он к ней.

– Хорошо, – согласилась она, уступая ему эту роль.

Джон подмигнул ей. Сверху раздался неприятный скрип. Камень встал на место, отрезая им путь наружу и погружая пространство в темноту.

Пенелопе от этого стало как-то совсем уж не по себе. Она почувствовала себя пойманной в ловушку. Сердце резко застучало быстрее, ноздри жадно втянули неприятный запах канализации.

Где-то вдали тихо заскрипело что-то железное, и раздалось низкое шипение, которое начало расти, проникая в уши и становясь громче и настойчивее.

«Что это?»

Пенелопа выхватила из темноты недоумённые лица команды и подавила порыв выругаться.

«Неужели это всё же ловушка?»

Каждый её нерв напрягся, ожидая скрытой угрозы, нависшей в кромешной мгле. По коже побежали мелкие иголки страха, ладони покрылись испариной, пальцы судорожно схватились за оружие.

«Давай, неведомое нечто. Прояви себя!»

Пенелопа прислушалась и, наконец, различила звук льющейся воды. Он приближался и нарастал. Кто-то открыл старые вентили!

– Бежим! – рявкнула она и нырнула вслед за Джоном в проход.

В её голове осталась только одна мысль: «Надо выбраться из туннеля и вернуться к Итану живой».

Итан устало потёр глаза. Спать хотелось ужасно, но уснуть надолго у него так и не вышло. В голове проносилось слишком много мыслей. Он ужасно переживал за Лив и Пенни. С тех пор как они покинули резиденцию президента в Исслене, его не покидало нехорошее предчувствие.

«Что, если Ноа собрал здесь агентов из разных стран, чтобы убить? Если он и Фабиан – один человек, то это облегчило бы ему жизнь в будущем», – размышлял он.

Рядом с Итаном всхрапнул темнокожий Али, попросивший называть себя так для краткости. Он, как и Раджив, никаких проблем со сном не испытывал. Сакура что-то сосредоточенно печатал на небольшом ноутбуке, а Лео, как и Итан, устало пялился в окно. Один раз Итан заметил, как друг вытащил телефон из кармана и долго вглядывался в экран. В отражении окна Итан, приглядевшись, увидел силуэт девушки, что только укрепило его подозрения насчёт личных отношений Полины и Лео.

Единственное, чего он до сих пор не мог для себя решить, – это как ему относиться к подобным новостям. С одной стороны, он понимал, что любовь зла.

«Сколько раз я пытался выкинуть Пенни из головы, гуляя по ночному Лайтсайду и предаваясь самым смелым развлечениям? Впрочем, я это делал не только из-за неё, но ещё и чтобы позлить отца», – думал он.

Во времена обучения в университете он чувствовал себя очень плохо. Рана от смерти любимого дедушки ещё не зажила, отец и мачеха совсем перестали стесняться и в открытую смешивали его с грязью прилюдно, а понравившаяся девушка не замечала. Он чувствовал себя потерянным и одиноким. Не видел ни света, ни перспектив. Если бы не его решение присмотреть за Пенни, то он бы, наверное, даже университет не закончил. Разбился бы на очередных сумасшедших гонках на улицах, о которых он никогда и ни за что не расскажет ни жене, ни дочери.

Итан встряхнул головой, прогоняя меланхоличные мысли.

«Вот только самокопания мне сейчас не хватало», – подумал он.

Машина, заехав в переулок около высоток, остановилась. Сакура наклонился к водителю, и они о чём-то тихо переговорили. В итоге азиат кивнул.

– Мы приехали. Прошу всех покинуть машину, – объявил он.

Али в ответ в очередной раз всхрапнул. Итан пихнул его локтем в бок. Мужчина сразу подскочил и болезненно поморщился.

– Что? Где? Как? – спросил он.

– Мы приехали, – повторил Итан, открыл дверь и вышел на улицу.

В лицо ему ударил солёный океанский воздух, смешанный с запахом цветов и хот-догов. Итан вдохнул его полной грудью, вновь ощутив себя двадцатилетним мальчишкой.

«Как же быстро идёт время», – подумал он.

Сакура дождался, пока все покинут фургон, и отпустил водителя. Машина тут же скрылась за поворотом. Сакура разложил карту прямо на асфальте и внимательно её изучил. Итан заглянул ему через плечо. Там было отмечено несколько диспетчерских и вышка. Азиат фыркнул и достал свой ноутбук. На его экране тоже светилась та же карта, но точек на ней оказалось четыре, а не три.

– По плану Ноа мы должны занять три основных наблюдательных пункта. Я с ним согласен, но хотел бы внести свою корректировку. Все эти точки, – Сакура обвёл их рукой, – расположены довольно далеко друг от друга. У нас на подхвате должна быть вторая группа, но что, если что-то помешает им прийти на помощь вовремя? В общем, я предлагаю отправить одного из вас под прикрытием в самый эпицентр.

Итан кивнул. Слова Сакуры показались ему логичными. Остальные также протестовать не стали.

– Отлично. Тогда роли распределим так: я и Мухаммад Али займём главную диспетчерскую, Раджив возьмёт под контроль запасную на западе, Леонтий будет отвечать за вышку, а Итан попадёт на саммит в роли гостя, – объявил азиат.

– Во всём этом плане есть маленькая проблемка. Меня без приглашения точно не пропустят, а я очень сомневаюсь, что Ноа предупредил охрану о том, чтобы они нас пустили в другие места, кроме указанных, без крайней необходимости, – сказал Итан.

– Вы правы, – согласился Сакура и улыбнулся. – Поэтому, пока мы ехали, я сделал поддельное приглашение и внёс его в систему.

Он нажал на несколько клавиш, и телефон Итана завибрировал. Достав его из кармана, он увидел электронное приглашение.

– Не хотел бы я стать твоим врагом, – удивлённо произнёс он, рассматривая хрупкого на вид мальчишку.

– Сочту за комплимент. – Сакура вежливо склонил голову.

– Я правильно понимаю, что с этого момента мы расходимся? – уточнил Лео.

Сакура кивнул.

– Не забудьте проверить и настроить рации, – сказал он.

Все занялись этим, а потом по одному вышли из переулка.

Итан решил идти последним. Ему как минимум предстояло ещё сменить наряд, иначе его форма будет очень выделяться среди других политиков и гостей.

Он выглянул из переулка и оценил обстановку. Их довезли почти впритык к полицейским, перекрывшим дорогу. Вокруг них толпились не приглашённые на саммит журналисты и простые зеваки, надеющиеся хоть что-то отсюда рассмотреть.

Итан ловко смешался с толпой, зашёл в первый попавшийся магазин с изображением смокинга и осмотрелся. Помещение было выполнено в исконно мужском стиле: тёмно-дубовый паркет, мебель, обтянутая зелёным бархатом, удобное и логичное расположение стендов и запах табака.

– Здравствуйте. Чем могу вам помочь? – спросил мужчина примерно его возраста с густой бородой на лице.

– Здравствуйте. Я ищу костюм, чтобы надеть его прямо сейчас, – ответил Итан.

Мужчина кивнул и, не задав больше ни одного вопроса, предложил ему несколько вариантов костюмов и чашечку кофе, от которой Итан отказался. Недолго думая, он взял классический чёрный, в котором почти не виднелся бронежилет, и разложил всё, что смог, по карманам. В итоге при нём остались рация, пистолет и нож. Остальное он завернул в футболку и штаны и выкинул в ближайшую урну, рассудив, что политики на международный саммит с пакетами не ходят.

Пройдя через несколько переулков, он подошёл к главному входу и показал угрюмому охраннику своё приглашение. Мужчина отсканировал его QR-код и открыл Итану дверь.

– Благодарю, – сказал он, заходя внутрь.

Его сразу ослепили софиты и вспышки фотоаппаратов. Он как будто оказался на красной дорожке. Всё вокруг сверкало и блестело. Итан постарался выдавить из себя улыбку и быстро преодолеть коридор, но замер на полпути. Наверху лестницы в тёмно-синем костюме и с уложенными в высокую причёску волосами стояла Полина. Он неожиданно понял, что всё самое сложное для него только началось.

Вода прибывала с невероятной скоростью, а запах отходов усилился настолько, что заслезились глаза. Вся вторая группа бежала по небольшому туннелю так быстро, как только могла. Около развилки Джон притормозил и неуверенно посмотрел по сторонам.

– Направо! – скомандовала Пенелопа.

– Уверена? – перекрикивая шум воды, уточнил он.

– Да. У меня фотографическая память. – Она обогнула его и ринулась дальше по пролёту.

Команда побежала за ней. Сердце Пенелопы колотилось, как отбойный молоток, но голова оставалась холодной. За свою жизнь она попадала и в ситуации похуже. Уж из канализации выберется.

Несколько развилок привели их к лестнице и закрытому люку. Вода уже дошла им до груди. Пенелопа отчаянно старалась не смотреть на то, что плавает рядом.

Чжон Хён вскочил на лестницу, в мгновение ока поднялся и попытался повернуть крышку.

– Заела, – сделал он неутешительный вывод.

– Отойди, – приказал Джон.

Кореец спрыгнул с лестницы в воду, уступая дорогу американцу. Джон поднялся, ухватился двумя руками и напряг мышцы. Пенелопа ощутила, что больше не может стоять на ногах. Их время стремительно заканчивалось. Крышка люка нещадно скрипела, но не поддавалась. Джон прорычал что-то на своём языке от натуги. Вода почти дошла до потолка небольшого прохода.

– Вдохните поглубже, – скомандовала Пенелопа.

Через пару секунд они все погрузились под воду. Искать другой выход уже бесполезно. Во-первых, не хватило бы времени. Во-вторых, если судить по карте, то его не было. Он не должен был быть закрытым!

Пенелопа отчаянно щупала стены в надежде найти рычаг или скрытую кнопку, но ничего не находилось. Перед глазами у неё стали появляться чёрные точки. Она нахмурилась в попытке собрать все силы. Нельзя терять сознание или поддаваться панике. Как только она глотнёт воды, всё для неё закончится. Должен же быть какой-то выход? Она обязана вернуться к Итану и Лив.

Кто-то вдруг схватил её за шиворот и куда-то потащил. Сил сопротивляться уже не осталось. Спустя мгновение она оказалась на воздухе и громко закашлялась. Вытащивший её Джон сделал глубокий вдох и опять нырнул.

Пенелопа подтянулась на дрожащих руках и выбралась на мокрый асфальт из люка. Она отползла немного в сторону и попыталась отдышаться. Джон тем временем вытащил на поверхность Мари и Чжон Хёна. Они оба закашлялись. Пенелопа подползла к ним ближе и протянула руку, помогая выбраться.

Джон нырнул в третий раз. Мари едва слышно начала шептать какую-то молитву на французском языке. Пенелопа задумчиво посмотрела на тёмную воду канализации. Может, стоит помочь Джону?

– Не советую нырять. Там ничего не видно, – произнёс Чжон Хён.

Немного подумав, она кивнула. Даже если нырнёт, то будет скорее мешать Джону, чем помогать. Через секунд десять он снова выплыл, держа за шкирку китайца. Ли Вэнь оказался без сознания. Джон помог вытащить его и устало облокотился на стену переулка.

Мари проверила пульс Ли Вэня и переглянулась с Чжон Хёном. Вместе они начали делать закрытую сердечно-лёгочную реанимацию.

– Где Эмили? – спросила Пенелопа.

Джон отрицательно покачал головой.

– Не знаю, – выдохнул он. – Я всё обшарил. Она, скорее всего…

Договорить он не смог, но Пенелопа поняла его и прикусила губу. Миссия ещё не началась, а они уже потеряли одного человека. Хороший же из неё лидер! Она злобно уставилась на люк и заметила неподалёку от него сломанный амбарный замок.

Не думая, она взяла его и покрутила в руках. Кто-то знал о том, что они будут добираться до саммита этим путём, поэтому подготовил ловушку. Был это Ноа или Фабиан – сейчас Пенелопу не волновало. Умер невинный человек, и преступник должен будет за это ответить по всем нормам закона.

Ли Вэнь у неё за спиной закашлялся и выплюнул воду изо рта. Пенелопа почувствовала облегчение. Потерять ещё кого-то она уж точно не желала.

– Каков дальнейший план? – спросил Чжон Хён и посмотрел на неё.

Пенелопа задумалась. Преступник, скорее всего, знает о большей части их плана, значит, будут ещё «приятные» сюрпризы. Неужели они настолько сильно мешают ему?

От внезапной догадки по телу Пенелопы прошлись мурашки, а сама она пошатнулась и чуть не упала.

Фабиан никогда не планировал нападать на политиков. Его целью изначально был особенный отряд Ноа. Он хочет показательно уничтожить его и доказать политикам, что даже самые лучшие специалисты их стран не в состоянии противостоять ему. Провернув подобное, он развяжет себе руки на куда более зловещие деяния, потому что страны начнут с ним осторожничать.

Посмотрев на лица команды, Пенелопа поняла, что не только она догадалась об истинных намерениях Фабиана. Атмосфера вокруг стала гнетущей и напряжённой. По уставу Пенелопа должна была сейчас связаться с Ноа и доложить ему о произошедшем, но она ему совсем не доверяла. Значит, разбираться придётся самостоятельно.

– Пойдём на обговорённые ранее места. Думаю, нас там уже ждут, – мрачно заявила она. – Перенастройте рации, но постарайтесь использовать их только в крайнем случае. Их, скорее всего, прослушивают.

Команда кивнула. Сложившаяся ситуация Пенелопе совсем не нравилась, но тревога ушла, уступив место железной уверенности. Она вдруг поняла, что ожидала от плана Ноа чего-то подобного. Теперь, когда информации стало больше, можно придумать свой план, чтобы переиграть всех. С таким раскладом работать будет уже легче.

Стряхнув оцепенение, Итан приложил все усилия, чтобы не кинуться к Полине. Его руки непроизвольно сжались в кулаки. Если она здесь, то может ли Лив тоже оказаться неподалёку? Повинуясь этой мысли, Итан осмотрел журналистов. Сзади кто-то откашлялся. Он вздрогнул, повернулся и встретился взглядом с высоким мускулистым охранником.

– Что-то случилось? – спросил мужчина.

– Нет. Всё хорошо. – Итан натянул на лицо свою самую обворожительную улыбку.

Охранник настороженно кивнул. Итан поспешил убраться из коридора. В зал проведения саммита журналистов, к счастью, не пускали. Перед глазами у него всё ещё плавали пятна от вспышек, поэтому рассмотреть помещение удалось не с первого раза.

Высокие сводчатые потолки с лепниной, облицованные мрамором стены, в круг расположенные места для допущенных до саммита людей и, посреди помещения, овальный стол. Последний привлекал больше всего внимания. Он был массивным, покрытым жёлтой суконной тканью, символизирующей единство и сотрудничество. Около него разместились мягкие белые кожаные кресла с позолотой и флаги всех участвующих стран.

Часть кресел уже оказалась занята главами нескольких государств. Итан узнал президентов Тесвиерии, России и Америки, уже начавших о чём-то разговаривать. В обычной ситуации он бы остался в восторге от этого зрелища и постарался бы занять место в первом ряду, чтобы не пропустить ни одного слова от людей, решающих судьбы миллионов, но сейчас его куда больше волновал другой человек.

Итан ещё раз осмотрел помещение, освещённое хрустальными люстрами, в попытке найти Полину, но она как будто сквозь землю провалилась. Он нащупал в кармане рацию и задумался о том, стоит ли кому-нибудь сообщить о ней или нет. Полина вполне может работать на Фабиана. Не зря же она сказала Пенни, что он начал действовать. С другой стороны, эта женщина скорее являлась его, Пенни и Лео проблемой. Остальным знать о похищении его дочери не требовалось.

Итан опустил руку и задумчиво посмотрел на охрану, расположившуюся у стены. Интересно, какое приглашение ему состряпал Сакура, раз его даже досматривать не стали? Этот азиат начинал его не на шутку пугать.

К столу подошло ещё несколько глав государств. Саммит скоро должен будет начаться, значит, времени на поиск Полины у него немного. Итан прошёлся по помещению и заметил небольшую дверцу за шторой. Не думая ни секунды, он открыл её и вошёл в тёмное подсобное помещение. Ничего важнее дочери сейчас для него не существовало.

Полина обнаружилась сидящей на пыльном столе. Она меланхолично рассматривала старинное зеркало справа от себя, не беспокоясь о своём внешнем виде.

– Что ты здесь делаешь? – вдруг спросила она, разрывая тишину.

– Могу задать тебе тот же вопрос, – парировал Итан, рывком преодолел разделявшее их расстояние и навис над Полиной. – Где Оливия?

Годы внесли свои корректировки в работу хирурга. Полина всё ещё была похожа на Пенни, но уже точно не являлась её полной копией. Итан заметил на её щеке небольшой шрам и точно мог сказать, что у Пенни было куда меньше морщин.

Полина встретила его натиск холодным спокойствием. Она заглянула ему в глаза и отчеканила:

– В безопасности.

Итан мрачно и злобно рассмеялся.

– В безопасности она была дома рядом со мной и её мамой, – заявил он.

Полина подняла одну бровь.

– Если ты в это веришь, то ты наивный дурак, понятия не имеющий о способах Фабиана добиваться своего.

Её слова обронили в его душу семечко страха и тревоги. Она знала больше его? Неужели действительно работала раньше на ГБО? Или она только притворяется, что что-то знает?

– Меня не интересуют твои игры, Ирэн, – сказал он, намеренно подчёркивая её настоящее имя.

Полина вздрогнула.

– Давно меня никто не называл этим именем. Теперь оно уже звучит для меня чужеродно, – с печалью в голосе произнесла она.

Терпению Итана пришёл конец. Поддавшись эмоциям, он вытащил пистолет и приставил его к виску женщины.

– Повторю свой вопрос в последний раз. Где находится моя дочь? – прохрипел он сдавленно, ощущая волну горячего гнева, который заполнил каждую частицу его тела.

Сгустившееся напряжение можно было потрогать руками. Итан едва боролся с охватившей его яростью и желанием пристрелить её. Полина же вела себя так, будто происходящее её совсем не касалось.

– Поверь, тебя сейчас должна волновать другая проблема, – размеренно сказала она ледяным тоном.

Итан прижал дуло пистолета к её голове.

– О чём ты говоришь? – прорычал он, почувствовав острую боль в челюсти от напряжённых мышц лица.

– О том, что если ты сейчас же не придёшь ей на помощь, то твоя жена умрёт. Ты этого хочешь?

Слова Полины отдались колокольным боем в голове Итана. Злость потухла, будто кто-то потушил фитиль. На её место пришли липкий ужас и страх. Стоит ли ему ей верить?

Полина подалась ближе и прошептала, едва касаясь его уха губами:

– Советую поспешить.

Итан выругался, убрал пистолет и достал рацию.

– Третий вызывает первого. Ответьте, – произнёс он, но услышал только статические помехи.

Внутри его зародилось беспокойство. Нервы напряглись до предела.

– Сакура, всё идёт гладко? – спросил Итан.

Никакого отклика. Только продолжительные щелчки и треск в эфире. Холодный пот покрыл спину Итана.

– Чёрт возьми, – пробормотал он сам себе, осознавая, что ситуация становится хуже с каждой секундой.

Что-то определённо шло не так. Пенни действительно может сейчас оказаться в опасности? Итан повернулся к Полине и смерил её ненавидящим взглядом. Она знала, где сейчас находится Лив, но не собиралась этого говорить. Он мог заставить её, но потерял бы время. Может, выстрелить ей в ногу, испачкав тёмно-синий костюм кровью, ради профилактики?

За окном раздался глухой раскат мощного взрыва. Итан коротко выдохнул и выбежал из комнаты, понимая, что, возможно, совершил самую большую ошибку в своей жизни.

Пенелопа ожидала чего угодно – засады, саботажа, выстрелов, но не происходило ровным счётом ничего. Охрана лениво скользнула по ним взглядами, кивнула и пропустила на территорию саммита. Там они разделились согласно ранее обговорённому плану. Мари и Ли Вэнь пошли к центральному зданию, Чжон Хён – к северному входу, а она и Джон – к южному.

Джон молчал и так же, как она, внимательно рассматривал всё на пути. Людей вокруг было очень много. Туда-сюда сновали сотрудники разного назначения и громко ругались репортёры, которых, по их словам, несправедливо не пустили на саммит. Когда они наконец дошли до пункта назначения, Пенелопа немного расслабилась. Обзор с этой точки открывался отличный – она прекрасно видела всех входящих и выходящих из центрального здания и южных ворот. Их смотровую площадку при этом закрывали с трёх сторон здания, мешая возможным стрелкам их зацепить. Она также на всякий случай проверила каждый угол рядом, но не нашла ничего подозрительного. Значит, опасность ждала в другом месте. Фабиан уж точно не стал бы надеяться, что их всех остановит потоп в канализации.

Пенелопа открыла карту и ещё раз всмотрелась в неё, подмечая детали и выискивая места, куда Ноа мог отправить первую группу. Им тоже стоило узнать о произошедшем, но пользоваться рациями сейчас слишком опасно.

– Останься здесь, – скомандовала она Джону.

Американец неохотно кивнул. Видимо, идея оставить девушку наедине с неизвестной опасностью ему не понравилась. Пенелопа убрала карту и вновь посмотрела на Джона.

– Спасибо за то, что спас меня и ребят, – сказала она, вспомнив, что никто так и не поблагодарил его.

– Это моя работа, – равнодушно ответил он.

Пенелопа кивнула и поспешила к диспетчерской на западе. Неприметное серое здание нашлось практически сразу. Оно умело маскировалось среди других, но при этом выделялось огромной надписью «только для персонала». Она подошла к нему и заметила, что дверь приоткрыта. Выхватив пистолет, она заглянула внутрь и выругалась. Прямо на панели лицом вниз лежал Раджив, а на пол капала его кровь.

Пенелопа подошла к нему и убедилась, что мужчина мёртв. Кто-то выстрелил ему прямо в затылок. Экран перед ним мигал красным, говоря о какой-то ошибке. Пенелопа осторожно отодвинула мужчину в сторону, чтобы рассмотреть неисправность повнимательнее.

– Проблема с генератором, – прочитала она, и внутри у неё похолодело.

Кто-то из первой группы наверняка направился в главную диспетчерскую, где и стояли все основные генераторы. Что, если там сейчас находится Итан?

Пенелопа выбежала из здания и побежала так быстро, как только могла. Сердце колотилось, кровь стучала в висках, а время поджимало. Едва нужное ей здание показалось в поле зрения, как кто-то схватил её за талию и свалил на асфальт. Пенелопа зарядила локтем злоумышленнику меж рёбер. Он крякнул, но не отпустил её. Мгновение спустя прогремел взрыв. Диспетчерская разлетелась на кусочки, отозвавшись звоном в ушах. Завыли сирены, и её наконец отпустили. Пенелопа отползла в сторону и узнала в напавшем Лео. Друг с болезненным видом ощупывал свою грудь. За его спиной расположились Сакура и Али.

– Итан? – бесцветным голосом позвала она.

– В безопасности. Наверное. Он должен находиться в центральном зале на саммите, – ответил Лео.

Облегчение Пенелопы можно было потрогать руками. От таких переживаний у неё даже голова разболелась.

– Как вы… – Она замолчала, пытаясь корректно сформулировать вопрос.

– Узнали, что диспетчерская рванёт? – дополнил Али. – Этот парень заметил неисправность генераторов.

Он кивнул в сторону Сакуры. Азиат смущённо передёрнул плечами. Пенелопа перевела взгляд на Лео.

– А меня чуть не убили на смотровой площадке. Кое-как спасся и решил доложить обо всём Сакуре. К счастью, они перехватили меня до того, как я зашёл в диспетчерскую, – сказал Лео.

– Да. Спасибо, что остановил меня, и прости за синяк, – произнесла Пенелопа и посмотрела на Сакуру. – Ты знаешь, что сейчас происходит?

– Думаю, изначальным планом Фабиана являлось не убийство политиков, а наша смерть, – озвучил он ту мысль, которая пришла в голову Пенелопе чуть раньше.

– Верно. Нас заперли в секретном ходе и открыли вентили с водой. Эмили мертва, как и Раджив. Ему кто-то пустил пулю в затылок в западной диспетчерской, – сказала она, заметив, как бледнеют мужчины.

– И что теперь нам делать? – спросил Лео, когда тишина затянулась.

– Для начала я хочу найти своего мужа, – твёрдо произнесла Пенелопа.

Сакура кивнул и указал пальцем на здание неподалёку.

– Мы передислоцируемся туда и попробуем разработать план. Какая частота у ваших раций? – уточнил он.

Пенелопа сверилась с цифрами и назвала ему комбинацию.

– Я пойду с тобой, – вдруг заявил Лео.

Немного подумав, она согласилась. Вдвоём будет чуть безопаснее. Они завернули за угол и направились прямиком к центральному зданию, когда она краем глаза заметила в толпе журналистов человека, похожего и одновременно не похожего на Ноа. Она резко затормозила и растерянно осмотрелась, пытаясь отыскать его.

– Пенелопа? – позвал её Лео, увидев, что она отстала.

Сбросив наваждение, она пошла дальше. Сердце захватило в тиски нехорошее предчувствие. Лео подошёл к перегородившему путь охраннику и стал спорить с ним о том, чтобы тот пропустил их дальше. Пенелопа обернулась, чтобы вновь посмотреть на людей, и увидела его. Человека с бледно-зелёными глазами, длинными кудрявыми чёрными волосами и надменной улыбкой.

Внутри её всё похолодело от страха, когда он приоткрыл лёгкую куртку и она увидела на нём взрывной механизм. Фабиан стоял посреди толпы, напрямую угрожал им всем и получал от этого удовольствие. Пенелопа бросила быстрый взгляд на Лео, думая, как ему об этом сообщить. Фабиан поймал её взгляд, приложил палец к губам и обвёл взглядом толпу. Намекал, что убьёт всех, если Лео его увидит?

Пенелопа нахмурилась, но оставила идею о том, чтобы втянуть друга в опасность. Не стоит так рисковать. Фабиан уловил её настрой, широко улыбнулся и поманил идти за собой. Пенелопа положила руку на рукоять пистолета и направилась прямиком навстречу дьяволу.

Пенелопа шла медленно, стараясь сохранять спокойствие. Каждый шаг отдавался эхом в её голове, усиливая напряжение. Журналисты вокруг казались погружёнными в собственные мысли, никто не обращал внимания на происходящее. Они толкались и спорили, желая занять наиболее выгодный ракурс, лишь несколько взглядов скользнули по ней.

Фабиан наблюдал за ней, наслаждаясь каждым мгновением. Его бледно-зелёные глаза блестели, отражая мрачное удовлетворение. Пенелопа знала, что ей нельзя показывать страх, иначе это лишь усилит его уверенность в своём контроле. Она старалась держать себя в руках, хотя сердце бешено колотилось. Нужно было действовать очень осторожно, чтобы не спровоцировать его.

Когда до него осталась пара метров, Фабиан сделал шаг назад, развернулся и завернул за угол одного из зданий. Пенелопа пошла следом. Они преодолели проулок и вышли на многолюдную улицу. Фабиан шёл расслабленно и, кажется, насвистывал какую-то детскую мелодию, обрывки которой действовали Пенелопе на нервы.

«Сколько это может продолжаться?» – подумала она, когда он в очередной раз остановился, чтобы рассмотреть витрину магазина.

Фабиан никуда не торопился, а она не могла ничего ему сделать, потому что он специально выбирал места, полные людей, и не убирал руку с кнопки детонатора. Она находилась так близко, что могла при желании схватить его за локоть. Он знал это и упивался её бессилием, периодически бросая издевательские взгляды.

Преодолев очередной поворот, Фабиан неожиданно замедлился и обратился к ней таким тоном, будто они очень хорошие друзья, вышедшие на прогулку:

– Ты любишь чизкейки? Здесь неподалёку раньше была очень милая кофейня. Я бы хотел туда заглянуть.

От подобного заявления Пенелопа чуть не споткнулась и широко распахнула глаза. Улыбка Фабиана превратилась в усмешку.

– Приму молчание за знак согласия, – сказал он и вновь вырвался вперёд на пару шагов.

Пенелопе не осталось ничего другого, кроме как идти за ним и гадать, про какую «кофейню» он говорил. К её удивлению, под этим словом Фабиан имел в виду вполне обычное заведение, спрятанное в небольшом уголке Лайтсайда около офисных высоток.

Его интерьер был выполнен в нежных пастельных оттенках, стены украшены винтажными картинами и милыми постерами. Маленькие столики покрыты белоснежными скатертями, а рядом поставили мягкие кресла. Над головой нежно мерцали лампы с абажурами, создавая мягкое освещение. Повсюду были расставлены горшки с цветами, придающие помещению свежесть и живость. Аромат свежей выпечки и кофе наполнял воздух.

Здесь царила атмосфера спокойствия и гармонии, выглядевшая сейчас в глазах Пенелопы насмешкой. Она села напротив Фабиана, выпрямив спину и устремив на него цепкий взгляд. Он, наоборот, улыбался и с любопытством осматривался вокруг.

– Как же здорово, что тут всё осталось по-старому. Раньше я частенько посещал это место. Они уделяли особое внимание таким мелочам, как фарфоровые чашечки и десертные тарелочки ручной работы, – с энтузиазмом сказал он. – А какая здесь музыка.

Фабиан блаженно прикрыл глаза, а Пенелопа нехотя прислушалась. Играло что-то спокойное и ненавязчивое.

– Здравствуйте. Что будете заказывать? – спросила дружелюбная женщина в годах, напомнившая Пенелопе Маргарет.

– Мне, пожалуйста, капучино и кусочек шоколадного торта, а миссис Хейзел будет мокко, – в тон женщине ответил Фабиан, заставив Пенелопу вздрогнуть.

Он назвал её самый любимый напиток отнюдь не просто так. Таким образом Фабиан расставлял границы, давая понять, что знает о ней даже такие мелочи.

Женщина кивнула, записала заказ в блокнотик и ушла.

– Зачем ты меня сюда привёл? – спросила Пенелопа.

Фабиан сделал вид, что задумался.

– Я хотел бы сделать тебе предложение, от которого ты вряд ли сможешь отказаться, – ответил он.

Сердце Пенелопы пропустило удар, а руки вспотели. Она совершенно не понимала этого мужчину, но знала, что он опасен. Это нервировало и изводило её.

– Для начала я хотел сказать тебе, что восхищён твоей работой и тягой к справедливости. Мы похожи в этом, – произнёс Фабиан.

– Очень в этом сомневаюсь, – фыркнула Пенелопа.

– И я могу понять, почему ты так думаешь. Наши методы достижения целей слегка различаются. Я готов пожертвовать несколькими десятками человек, чтобы спасти тысячу, а ты не предприняла ни одной попытки убить меня, пока мы гуляли. Впрочем, думаю, что смогу убедить тебя изменить методы работы, – сказал Фабиан.

Пенелопа внезапно почувствовала себя маленьким диким зверьком перед лицом браконьера. Она знала, что он скоро накинет ей петлю на шею, но бежать уже поздно.

К их столику опять подошла официантка с двумя чашками кофе и кусочком торта. Пенелопу замутило от сладкого запаха.

– Спасибо, – вежливо сказал Фабиан, принимаясь за еду.

– Если буду ещё нужна, обращайтесь, – произнесла женщина, прежде чем оставить их.

Фабиан быстро поглощал торт с выражением наслаждения на лице.

– Как же давно я не ел ничего сладкого, – промычал он. – Заставила же ты меня поиграть в прятки.

Пенелопа сложила руки на груди и его фразу никак не прокомментировала. Фабиан закончил есть и сделал большой глоток кофе.

– Прошу прощения за свою несдержанность. О чём мы говорили? Ах да, о целях и методах. Скажи мне, Пенелопа, неужели в твоей жизни нет людей, ради которых ты готова разрушить мир к чертям? – спросил он.

В мыслях Пенелопы сразу всплыли лица Итана и Лив. Неужели он имеет отношение к похищению дочери? Фабиан заметил перемену в ней и усмехнулся.

– Да. Ирэн работает на меня и похитила твою дочь по моему приказу, – подтвердил он её мысли.

Внутри Пенелопы всё зазвенело от нахлынувшей злости.

– Зачем она тебе понадобилась? – сквозь зубы спросила она.

– Она? Ни за чем. Мне нужна ты. Я предлагаю обмен – жизнь твоей дочери на наше долгое и перспективное сотрудничество. – Фабиан протянул руку, которую Пенелопа проигнорировала.

Её сердце стучало глухими ударами, словно отбивая ритм последних секунд перед решающим выбором. Взгляд затуманился от нахлынувших эмоций, а в голове пульсировала одна мысль: «Что важнее – долг или кровь?» Каждый вдох отдавал болью, сжимающей рёбра железным кольцом.

Оливия была частью её самой, её маленькой вселенной и центром мироздания. Только одно воспоминание о её нежных объятиях, улыбке и смехе наполняло её силой и придавало смысл каждому дню. Ради неё она готова была рискнуть и забыть обо всём остальном. Ведь какой прок от справедливости, когда теряешь самое дорогое?

Но Пенелопа знала и другую правду, которую не могла игнорировать: её профессия обязывала бороться с преступниками и защищать от них общество. Если отступится сейчас, значит, предаст саму идею правосудия и принципы, которыми жила всю жизнь. Она не сможет стать преступницей, как бы Фабиан того ни желал. Её задача – остановить зло, а не примыкать к нему.

И вот теперь перед ней встал выбор, разрывающий сердце. Любовь матери тянула назад, удерживала возле дома, семьи, тепла домашнего очага. Долг звал вперёд, требовал найти способ поймать Фабиана, готового проливать кровь невиновных в угоду своим принципам.

Пенелопа глубоко вздохнула, собирая остатки воли, готовая выбрать путь, который в любом случае сломает что-то внутри её. Она боялась за дочь и мужа и злилась на свою беспомощность. Что она вообще может сделать в таких обстоятельствах? Что, если он действительно убьёт Лив? Нет. Она не может рисковать ею ни при каких обстоятельствах, но и так просто не сдастся. Сейчас главное – выиграть немного времени.

– Добавлю ещё условие. Ты оставишь команду Ноа в покое и отзовёшь своих людей с саммита, – процедила она, наклонившись ближе.

– Хорошо. Я ожидал от тебя подобного и подготовился, – ответил Фабиан и посмотрел на свою до сих пор протянутую руку.

Пенелопа медленно и осторожно пожала её, ощущая себя испорченной с головы до ног. Одному Богу теперь известно, что заставит её делать этот мужчина. Улыбка Фабиана стала кровожадной. Пенелопа почувствовала резкую боль в ладони. Перед глазами у неё всё поплыло, и она потеряла сознание.

Итан вылетел в главный зал, где уже царила паника. Люди метались из стороны в сторону, не понимая, что происходит. Охрана бросилась к окнам, пытаясь оценить ситуацию снаружи. Президенты были мгновенно окружены своими телохранителями и начали спешно покидать свои места.

В этот момент система оповещения здания взвыла сиреной, заставив всех замереть на месте. Механический голос объявил об эвакуации.

Итан бросился к выходу, но путь оказался перекрыт паникующей толпой. Он выругался и метнулся к запасной лестнице, которую заметил ещё при входе. Позади него раздались крики и грохот падающей мебели.

«Сакура, ответь! Сакура!» – безнадёжно кричал он в рацию, но в ответ слышалось лишь шипение статических разрядов.

Выбежав на улицу, Итан потерянно осмотрелся. Часть журналистов сменила курс и пыталась прорваться не к политикам в центральный зал, а к месту взрыва. Оценив столпотворение, Итан ощутил укол раздражения. Пробраться сквозь эту толпу невозможно. Что же делать?

Безумная идея пришла неожиданно. Он круто развернулся и, перескакивая через две ступеньки, поднялся на второй этаж, а оттуда вывалился на балкон. Подняв большой палец, оценил расстояние отсюда до крыши пристройки. Далековато, да и надеяться, что толпа подхватит его, как рок-звезду на концерте, не приходилось.

«Если ты сейчас же не придёшь ей на помощь, то твоя жена умрёт. Ты этого хочешь?» – застучали в голове слова Полины.

Итан выругался и забрался на тонкие перила, которые сразу опасно зашатались под его весом. Он проигнорировал это, сгруппировался и прыгнул. Покрытие соседней крыши оцарапало ему руки и порвало рукав пиджака, но он справился. Адреналин бурлил и выливался через край нервной усмешкой.

«Джеймс Бонд отдыхает», – подумал он, ища способ перебраться дальше.

Прыжок на следующую крышу прошёл не так удачно – он больно ударился плечом и в последний момент успел прикрыть голову. Зато теперь можно было относительно безопасно спуститься и подойти к месту взрыва, что он сразу и сделал.

Водосток не выдержал его веса, когда Итан спустился уже наполовину, и ему пришлось спрыгнуть. Ноги отозвались болезненной судорогой и покалыванием. Не дав себе времени на передышку, он побежал дальше. Едва спереди замаячил дымок, он вытащил пистолет и снял предохранитель, но это оказалось бесполезным занятием. Около обломков диспетчерской не было ни души. Даже огонь уже успели потушить.

Итан нервно и потерянно осмотрелся. Если Пенни грозит опасность не здесь, тогда где? Он нервно вытащил рацию и включил её дрожащими руками.

– Сакура, чёрт тебя побери, ответь немедленно! – со злостью в голосе произнёс он и застыл от посетившей его мысли:

«Что, если азиат мёртв?»

– Попрошу вас воздержаться от грубостей в мой адрес, мистер Хейзел. Моё положение сейчас ничуть не лучше вашего, – сказал знакомый голос за его спиной.

Итан обернулся, увидел потрёпанного, но вполне живого Сакуру и немного расслабился. Ему бы не хотелось, чтобы жизнь этого молодого и талантливого мальчишки прервалась так глупо.

– Что происходит? – спросил Итан, убирая рацию.

Сакура напряжённо осмотрелся и жестом попросил его идти за ним. Итан послушно зашёл в соседнее здание, оказавшееся складом. Там он столкнулся взглядом с Али, который поприветствовал его мрачным кивком.

– Ноа неправильно понял план Фабиана и сыграл ему на руку, собрав нас всех под своим началом здесь. Эмили и Раджив мертвы. Рации прослушиваются, – кратко известил азиат.

У Итана голова закружилась от хоровода ворвавшихся туда мыслей.

– Ты хочешь сказать, что Фабиан изначально планировал избавиться не от политиков, а от нас? Зачем? – недоумённо спросил Итан.

Парнишка задумался на пару мгновений, прикусив губу.

– Представьте себе ситуацию, что у вас есть телохранитель, сильнее которого вы никого не знаете и которому безоговорочно доверяете, – начал он издалека. – А теперь представьте, что кто-то играючи убил его у вас на глазах. Как вы будете себя чувствовать? Будете ли готовы принять условия убийцы, чтобы спасти свою жизнь?

Итан нервно сглотнул, поняв, к чему клонит Сакура. Фабиан хотел показать представление главам государств и преуспел в этом. Теперь он может выдвинуть свои требования, а они не смогут отказаться от их рассмотрения. Более того, он, кажется, ещё не закончил.

– Где должна стоять вторая группа? – спросил он.

– Если вы переживаете о том, что они не в курсе происходящего, то спешу заверить – это не так. Фабиан нанёс первый удар по ним. Я вроде уже сказал, что Эмили мертва, – наигранно спокойно ответил азиат.

Сакура так сильно сжал руки в кулаки, что они побелели. Видимо, корил себя за то, что не смог предугадать всего. Итан понимающе кивнул.

– Тогда скажи мне, где сейчас находится моя жена. Мне нужно к ней, – сказал он.

Сакура и Али переглянулись.

– Она пошла искать тебя минут двадцать назад. Вы не пересеклись? – спросил Али.

У Итана всё сжалось в комок от нехорошего предчувствия. Он медленно покачал головой.

– Она пошла одна? – уточнил он.

– Нет. С Леонтием, – ответил Сакура.

Итану стало чуть спокойнее. Лео он вполне доверял. Хотя если тот увидит Полину, то, без сомнений, сразу бросит Пенни в одиночестве.

Он резко развернулся и взялся за ручку.

– Погодите. Ходить одному сейчас опасно, – попытался остановить его Сакура.

Итан ответил ему своей фирменной усмешкой.

– Без глупых рисков мне жизнь не в радость, – сказал он и вышел.

Путь назад занял у него куда меньше времени. Всего несколько поворотов – и он упёрся в толпу. Защёлкали затворы фотоаппаратов, ослепив его. Итан приложил руку к глазам и попытался скрыться от назойливого внимания, но был грубо остановлен охраной.

– Никто не войдёт, – сказал грозный на вид мужчина.

– Но я гость, – запротестовал Итан.

Мужчина наклонился к нему ближе и отчеканил каждое слово:

– Никто. Не. Войдёт.

Итан сжал руки в кулаки, готовясь прорываться с боем, но был остановлен твёрдой рукой на плече. Обернувшись, он увидел того, кого здесь быть определённо не должно. Ноа мягко улыбался, цепляясь соколиным взглядом за всё происходящее.

– Простите. Мой друг немного не в себе из-за страха, – сказал он и потащил его прочь от входа.

Итан предпринял попытку вырваться, но Ноа усилил хватку и оказался дьявольски сильным.

– Прекрати привлекать внимание, иначе у нас потом будут проблемы, – отругал он его, будто Итан был ребёнком, закатившим в магазине истерику из-за дорогой игрушки.

– Там находится моя жена, – прошипел он, не желая сдаваться.

– Пенелопы там нет, – спокойно ответил Ноа и отпустил его.

Итан рефлекторно дёрнул плечом и уставился на Ноа.

– Тогда где она?! – рявкнул он, окончательно потеряв терпение.

Ноа поморщился от его резкости.

– Там, где должна была оказаться. Всё идёт по плану, – известил он.

Итан истерично рассмеялся, осознав, что Ноа знал план Фабиана изначально, но не удосужился известить их о нём. Он играл в свою игру и видел впереди исключительно Фабиана, позабыв обо всех остальных.

– Люди умерли из-за тебя, – клокоча от злости, произнёс Итан.

– Люди постоянно умирают из-за меня или по другим причинам. – Ноа равнодушно пожал плечами, отчего у Итана окончательно сорвало крышу.

Он кинулся вперёд, схватил его за грудки и прижал к стене переулка, куда Ноа его притащил против воли.

– Я спрошу в последний раз, и поверь, тебе лучше мне ответить. Где находится моя жена? – с угрозой сказал он.

Ноа в ответ поднял одну бровь.

– Я не намерен ничего говорить тебе сейчас. Давай продолжим разговор, когда ты успокоишься, – холодно ответил он.

Итан сжал кулак и приготовился к удару, когда вдруг ощутил ужасную слабость. Перед глазами у него всё поплыло. Последнее, что он почувствовал, прежде чем потерять сознание, – как Ноа подхватил его, не дав упасть на асфальт.

Пенелопа чувствовала себя отвратительно. Её мутило, кружилась голова, и пропала способность ориентироваться в пространстве. Она чувствовала, что её куда-то везут, но не могла даже приоткрыть глаза.

Когда она смогла вновь начать хоть немного контролировать свои действия, то обнаружила себя лежащей на матраце в небольшой серой комнатке без окон. Единственным источником освещения была керосиновая лампа, которую кто-то заботливо оставил рядом на полу вместе с бутылкой воды.

Кое-как дотянувшись до последней, она осушила её залпом. Лучше от этого не стало. К горлу подступил рвотный позыв. Пенелопа легла обратно на матрац и подождала, пока комната перестанет крутиться перед глазами.

Дверь со скрипом открылась, и внутрь вошёл крепкий на вид мужчина с кейсом в руках. Она внутренне напряглась. Он в ответ вскинул руки в успокаивающем жесте.

– Спокойнее. Я не собираюсь причинять вам вред. Я – врач, – произнёс он и выставил вперёд кейс.

Пенелопа наконец разглядела нарисованный на нём красный крест.

– Пожалуйста, позвольте мне вас осмотреть. Фабиан использовал на вас не испытанную ранее на людях разработку, но, думаю, что смогу вам помочь, – мягко сказал он и сел на пол.

Голова у неё соображала плохо, но даже так позволять незнакомцу прикасаться к себе в подобных обстоятельствах показалось ей не лучшей идеей. Собрав остатки сил, она отодвинулась к стене. Мужчина тяжело вздохнул и задумчиво погладил чёрную бороду.

– Давайте тогда так… – Он пошарил в карманах, вытащил небольшой складной нож и протянул его ей. – Возьмите его. Только осторожно – он острый. Если вам покажется, что я делаю что-то подозрительное, то можете его против меня использовать. Хорошо?

Пенелопа заглянула в карие глаза незнакомца и поняла, что он не шутит и не играет с ней. Мужчина выглядел очень серьёзным, а её тошнота начала усиливаться. Она взяла дрожащей рукой нож.

Мужчина улыбнулся, открыл кейс, поправил очки на переносице и вытащил стетоскоп. Он задумчиво и долго слушал её дыхание, затем проверил реакцию зрачков и пробормотал что-то себе под нос.

– Не всё так страшно, как казалось, – с энтузиазмом сообщил он, убрал оборудование, порылся в кейсе и вытащил упаковку таблеток. – Они помогут от головокружения и тошноты.

Пенелопа безэмоционально посмотрела на белые кругляши. Её голову будто кто-то накачал воздухом – ни одна мысль не задерживалась. Мужчина тем временем взял одну таблетку и откусил кусочек.

– Они безопасны, – прокомментировал он своё действие.

Пенелопа слабо кивнула и позволила помочь ей сесть и выпить две таблетки. Перед глазами у неё всё вдруг расплылось.

– Забыл сказать. Таблетки имеют сильный снотворный эффект. Не волнуйтесь, вы проснётесь через пару часов… – услышала она голос мужчины как из-под воды и отключилась.

Когда она проснулась во второй раз, у неё не болело ничего. Мужчины рядом не было, но рядом вновь появилась полная бутылка с водой. Пенелопа встала на ноги и прошлась. Тело ощущалось лёгким, да и голова чувствовала себя прекрасно.

Ради любопытства она толкнула входную дверь, ожидая, что та окажется запертой, но она со скрипом открылась. Пенелопа кинула взгляд на матрац в поисках ножа, но его там не обнаружила. Конечно, никто не стал бы оставлять ей оружие. Хорошо хоть, что подлечили.

Она выглянула в коридор и увидела только непроницаемую темноту. Взяв лампу, она пошла вперёд. Пространство было ей совершенно не знакомо. Металлические пластины на стенах, потолке и полу наводили на мысль о бункере. Отсутствие окон только подтверждало её теорию. Узнать бы ещё, где она находится.

Пол под ногами качнуло. Не ожидавшая этого Пенелопа чуть не упала. Она в последний момент успела схватиться за стену и выругалась.

«Что происходит?» – растерянно подумала она и осмотрелась в поисках ответов.

Коридор остался таким же тихим и невзрачным. Пенелопа вскинула руку с лампой и пошла дальше. Коридор закончился массивной металлической дверью с электронной панелью. Пенелопа внимательно изучила её со всех сторон и заметила, что некоторые места на панели были более грязными, чем другие.

Недолго думая, она попробовала первую пришедшую на ум комбинацию из заляпанных цифр. Панель приветливо пиликнула, и дверь отъехала в сторону.

Пенелопа вошла в уютную комнату с большим дубовым столом посередине. Развалившийся на мягком кресле Фабиан поприветствовал её стаканом с водой так, будто это было шампанское, и дружелюбно улыбнулся.

– Ты как раз вовремя. Присаживайся. – Думаю, нам есть что обсудить, – сказал он.

Пенелопа поняла, что у неё нет сейчас другого выбора, поэтому закрыла дверь и послушно села на свободное кресло, скрестив руки на груди. Её сердце билось тревожно и быстро. Страх перед неизвестностью смешивался с острым чувством опасности, витавшим в воздухе. Взгляд непроизвольно скользил по предметам вокруг, пытаясь уловить малейший намёк на угрозу или подсказку, способную изменить ситуацию в её сторону, но она видела только огромную пустую доску во всю стену и несколько незначительных мелочей, таких как ручки и карандаши.

Она понятия не имела, чего ждать от мужчины напротив, и, если честно, никогда не хотела бы оказаться в подобной ситуации, но судьба распорядилась иначе. Теперь ей придётся подстроиться под новые правила ведения этой убийственной игры, надеясь лишь на собственную смекалку и удачу. Глубоко вздохнув, Пенелопа попыталась успокоиться, стараясь выглядеть собраннее, чем чувствовала себя внутри. Её и Лив жизни зависели теперь от каждого произнесённого ею слова и принятого решения. Ей ни в коем случае нельзя оплошать. Она непременно должна найти способ переиграть Фабиана, пока он не убил её.

Итан чувствовал себя максимально униженным. Его запихнули за шкирку в машину, как нашкодившего котёнка, а потом заперли в уже знакомой ему комнате в резиденции президента. Он всё чувствовал, быстро придя в сознание, но не мог пошевелиться. Он был без понятия, что сделал Ноа, но это сработало отлично.

В итоге ему осталось только тихо лежать в комнате, ожидая, когда спадёт эффект. Его раздражало всё – недомолвки Ноа, отсутствие информации о дочери и жене и собственное бессилие. Они с Пенни и раньше попадали во всевозможные переделки, но ещё ни разу не оказывались обычными пешками в игре кого-то посильнее. Впрочем, Итан не мог утверждать, что его жена не чувствовала себя так же при первом столкновении с Ноа. Этому мужчине нельзя доверять. Он преследует исключительно свои цели.

Когда к рукам и ногам вернулось хотя бы подобие подвижности, Итан встал с кровати и, держась за стену, постучал в дверь. Никто, ожидаемо, не ответил. Он нагнулся и осмотрел небольшой замок. Выглядел он крайне ненадёжно, значит, его можно взломать. Недолго думая, он нашёл несколько невидимок Пенни в ящике и с третьего раза открыл дверь, которую до этого никто не закрывал. Он расплылся в победной улыбке. Всё-таки он ещё не забыл свои навыки, которые приобрёл в юности в поместье Хейзелов.

Итан вышел в коридор и побрёл прямо к убежищу Ноа, в котором надеялся его застать. По пути ему, к удивлению, никто не встретился. Команду распустили, и они разъехались по своим странам?

Кое-как добравшись до двери, он занес руку, чтобы толкнуть её, но она открылась и без этого. Итан встретился взглядом с уставшим Ноа, занимавшим своё привычное место за огромным столом. Мусора вокруг него стало ещё больше. С последнего раза прибавились ещё коробки из-под пицц и бургеров.

– И вот чего тебе на месте не сидится? – недовольно уточнил Ноа.

– Мы не закончили разговор, – процедил Итан, входя и садясь на первый попавшийся стул, стряхнув с него бумаги на пол. – Где сейчас находится Пенелопа?

– Полагаю, что у Фабиана, – спокойно отозвался мужчина.

Итан застыл, широко распахнув глаза. Всё его тело напряглось, а сердце будто кто-то взял в тиски. Время замедлилось, все звуки пропали, оставив только звон в ушах. Даже спёртый воздух показался ему разреженным. Он отчаянно пытался сделать вдох, но лёгкие стали отвергать весь поступающий в них кислород. В голове отчаянно запульсировал настойчивый вопрос: «Что это значит?»

– Прежде чем ты начнёшь снова истерить, как ребёнок, выслушай меня. – Ноа вскинул руку в попытке его успокоить.

Итан до боли сжал руки в кулаки и с дикой ненавистью посмотрел на Ноа. Теперь он окончательно убедился в том, что этот мужчина – психопат. В его глазах не было ни угрызений совести, ни эмпатии. Привязанности же он принимал за слабость и сейчас винил в их наличии Итана. Дешёвая и глупая манипуляция, которая, впрочем, заставила его разозлиться ещё сильнее.

– Да. Я знал, что Фабиан нанесёт удар на саммите по вам, а не по политикам. Да. Умерло несколько специалистов своего дела, но поверь – всё могло бы обернуться куда хуже. Ради демонстрации силы Фабиана могли пострадать обычные невооруженные люди. Признаюсь, я питал надежду, что вы справитесь куда лучше, но вы всё равно допустили несколько смертей…

– Расскажи ты заранее об изменениях в плане, то, может, никто бы и не погиб, – прорычал Итан.

– Возможно. – Ноа пожал плечами. – А ещё возможно, что кто-нибудь бы запаниковал и выдал Фабиану нашу осведомлённость в его планах. Сейчас мой брат считает, что идёт на шаг впереди – роковая ошибка, которая в итоге может стоить ему жизни.

– Мне плевать на ваши игры! – рявкнул Итан, ударив кулаком по столу. – Пусть хоть вся Тесвиерия сгинет. Верни мне мою семью.

Итана трясло от обжигающей изнутри злости. Он чувствовал прилив энергии, готовой в любой момент выйти из-под контроля. Его ненависть к Ноа росла с каждой секундой этого бессмысленного разговора.

– Боюсь, сейчас я бессилен, – всё так же спокойно ответил Ноа, и Итан не выдержал.

Он сорвался с места, опрокинув стул, и припечатал голову Ноа к столу, скрутив ему руки за спиной. К его удивлению, он не стал сопротивляться.

– Я тебе не верю, – оскалившись, сообщил Итан.

– Ты прав. Думаю, мне стоит перефразировать сказанное. Я ничего не буду делать сейчас ни при каких обстоятельствах. Возможно, это будет самая большая ошибка в моей жизни, но я поставил на Пенелопу Хейзел всё. Если и она меня разочарует, то это будет конец всему, – глухо произнёс Ноа.

Итан почувствовал себя как выброшенная на берег рыба. Он окончательно перестал понимать этого мужчину.

– Что ты имеешь в виду? – спросил он, надавив на его шею сильнее.

Ноа закашлялся.

– Мне немного неудобно говорить в такой позиции…

– Потерпишь. Отвечай, – отчеканил Итан.

Ноа резко и со свистом выдохнул. Итан немного ослабил хватку.

– С тех пор как Пенелопа, ещё будучи Стилсон, разрушила план Фабиана, я знал, что он положил на неё глаз. Только этот факт до сих пор оставлял её в живых. Сейчас брат готовится окончательно переломить ситуацию в свою пользу, поэтому он пришёл за ней, – ответил Ноа.

– Пенелопа не станет работать на него. – Итан фыркнул от абсурдности его слов.

– Станет, чтобы спасти вашу дочь, – опроверг его слова Ноа.

По спине Итана прошёл ледяной холод. Если Фабиан действительно поставит вопрос таким образом, то Пенелопа наступит себе на горло, а потом всю оставшуюся жизнь будет ненавидеть себя за это.

– Как я и сказал, сейчас всё зависит от Пенелопы. За все эти годы я так и не смог найти логово Фабиана. Если она выдаст его нам, то…

– Скорее всего, умрёт, потому что вы не успеете добраться до неё быстрее Фабиана, – закончил Итан ужасающую правду.

– Ни одна война не обходится без жертв, – флегматично заявил Ноа.

Итан отпустил его и сделал шаг назад. Руки у него дрожали, а мысли спутались. Он не имел ни малейшего понятия, как теперь вытаскивать жену из подготовленной Ноа и Фабианом западни.

Находиться рядом с этим мужчиной ему стало до ужаса неприятно. Он круто развернулся и направился к двери.

– Подожди минутку, – попросил Ноа, растирая шею.

Итан оглянулся, окинув его презрительным взглядом. Ноа тем временем достал из скопления бумаг небольшую карточку с адресом и протянул её ему.

– Советую тебе съездить туда, – произнёс он. – История порой имеет свойство повторяться.

Итан холодно вырвал карточку, спрятал её в карман и вышел, хлопнув дверью. Можно ли сказать, что его семейная жизнь с этого момента официально пошла к чертям?

Фабиан внимательно посмотрел на Пенелопу и заметил её напряжение. Он медленно поставил стакан обратно на стол, сделав небольшую паузу перед началом разговора.

– Я понимаю твои чувства, Пенелопа, – начал он мягко. – Но поверь, мы оба хотим одного и того же.

Она осторожно посмотрела на него, стараясь уловить малейший признак лжи или манипуляции. Однако в голосе Фабиана звучала искренняя заинтересованность.

– Очень в этом сомневаюсь, – холодно ответила она.

Фабиан глубоко вздохнул и откинулся назад в своём кресле.

– Давай начнём сначала… – тихо произнёс он, погружаясь взглядом куда-то внутрь себя. – Думаю, ты знаешь о том, что я вырос в приюте в одном из неприметных городков Тесвиерии?

Пенелопа недоумённо кивнула, не понимая, к чему он клонит.

– В те времена я был вполне обычным мальчишкой. Любил играть с друзьями в футбол, а хлеб с маслом казался мне самой вкусной едой на свете. За нами присматривали милые женщины, и в те времена я был действительно счастлив. – Фабиан мечтательно улыбнулся.

Пенелопа отметила про себя, что он до сих пор ни разу не упомянул своего брата. Неужели Итан прав? Ноа и Фабиан – это один человек? Она внимательнее всмотрелась в лицо Фабиана. Оно зеркально отражало внешность Ноа – тот же длинный прямой нос, тонкие губы, выделяющиеся скулы и бледно-зелёные глаза. У них даже телосложение и манера поведения были почти аналогичными. Различалась разве что длина волос, что можно списать на парик, и любовь к уборке. Кабинет Фабиана блестел от чистоты, а в воздухе едва уловимо пахло ванилью.

– Но всё изменилось, когда одному богатею захотелось построить на месте приюта ещё один завод. Он подделал документы и выгнал нас, маленьких бедных сирот, на улицу. Я поклялся добиться справедливости. Рискуя жизнью, нашёл доказательства денежных манипуляций этого человека, принёс их в полицию, и этот человек был… оштрафован. – В бледно-зелёных глазах Фабиана блеснуло что-то угрожающе-опасное. – Всего лишь оштрафован! Тогда в моей голове зародилась мысль, что только власть и общественный вес могут позволить наказать виновных по заслугам. Я долгие годы разрабатывал различные планы действий в зависимости от реакции властей, собрал команду из своих друзей и знакомых, и мы вместе стали работать на благо общества. Мы были семьёй, которая порой шла против всех правил и законов в погоне за справедливостью. Ничего это тебе не напоминает?

Фабиан оценивающе посмотрел на неё. Пенелопа стойко выдержала его взгляд. Рассказанное им действительно было похоже на её работу в полицейском участке Сент-Ривера, однако оставалось одно большое «но».

– Я никогда не провоцировала самосуд и не использовала невинных людей в своих целях. Мы разные, Фабиан, и ты не сможешь убедить меня в обратном, – жёстко сказала она.

– Что ж, возможно, ты права. Со временем я ожесточился и стал действовать куда грубее, ориентируясь на благополучие большинства, но цель у меня осталась той же. Я хочу для всех справедливого мира без коррупции и несправедливости. Разве ты не хотела бы, чтобы твоя дочь росла в таком мире? – спросил он.

От упоминания Оливии Пенелопа дёрнулась, как от пощёчины, и сжала руки в кулаки. Её захлестнула жаркая волна злости.

– Не смей спрашивать меня о ней, – тихо, но с угрозой произнесла она.

Фабиан миролюбиво вскинул руки.

– Прости, если разозлил. Я уже понял, что ты слишком упряма, чтобы так просто пересмотреть свои взгляды. Думаю, тебе понадобится чуть больше времени на это. Давай сменим тему и поговорим, например… – Фабиан сделал вид, что задумался, – о любви.

Пенелопа чувствовала, что он играет с ней, отслеживая реакцию, но ничего не могла поделать. Угрожай он только ей, она бы уже давно ему врезала.

– Будет странно спрашивать у замужней женщины, влюблялась она когда-нибудь или нет, поэтому расскажу о своём, увы, не очень удачном опыте. – Фабиан дружелюбно улыбнулся. – Когда я был молод, то встретил совершенно необыкновенную девушку. Сильную, упрямую, справедливую и до безобразия красивую. Я влюбился, как самый обычный мальчишка, а потом она предала меня, сбежав с важной информацией о моих планах и попытавшись передать их полицейским. На этом мою историю о первой любви можно было бы закончить, но спустя много лет девушка вдруг вернулась и признала, что раньше была неправа. Она умоляла принять её обратно и простить.

Фабиан наигранно вздохнул, а Пенелопа насторожилась, пытаясь понять, к чему он клонит.

– Чтобы доказать свою верность мне и моим идеалам, она реализовала план, который привёл тебя ко мне. Разве это не чудесно? – Улыбка Фабиана стала насмешливой.

Мозаика сложилась перед глазами Пенелопы. Видимо, она с таким удивлением посмотрела на Фабиана, что он рассмеялся.

– Верно, я говорю про Ирэн Айситт. Она мастерски устроила небольшую аварию и похитила твою дочь. Мне даже ничего делать не пришлось, – самодовольно подтвердил он.

Пенелопа сжалась, пытаясь удержать лавину подступающей паники под контролем. Её знобило и трясло.

– Где сейчас находится Оливия? – сквозь зубы спросила она.

Фабиан раздражённо цокнул языком, продолжая издевательски ухмыляться.

– Я не могу сказать тебе об этом сейчас. Мы ещё недостаточно подружились, – открыто насмехался он. – Впрочем, если будешь хорошо себя вести, я вскоре дам тебе с ней поговорить.

От неожиданно вспыхнувшей надежды сердце Пенелопы сжалось, а потом заколотилось с удвоенной силой. Она до боли прикусила губу.

– Что-то я заболтался. Меня ждут дела, а тебе я советую вернуться в комнату и немного отдохнуть. Кто знает, когда ещё для этого выпадет возможность, – произнёс он.

Пенелопа мгновенно поняла, что это не просьба, а приказ, поэтому медленно встала и на ватных ногах покинула кабинет Фабиана. Внутри её всё горело от злости, разочарования и страха. Она не узнала ничего и никому не помогла своим решением примкнуть к монстру, отчего чувствовала себя глупой и беспомощной.

Пенелопа ударила себя ладонями по щекам, приводя в чувство.

«Предвидеть опасность – уже наполовину избежать её», – подумала она.

В их противостоянии пока ещё не поставлена последняя точка.

Итан вернулся в комнату, кипя от ярости. Его сердце бешено колотилось, внутри бурлила смесь гнева и отчаяния. Хотелось уничтожить всё вокруг, но он заставлял себя сохранять спокойствие, нервно расхаживая из угла в угол. Это лишь усилило его напряжение.

Тогда он бросился под ледяной душ. Холодные струи воды хлестали по коже, словно пытаясь вырвать из него остатки злобы. Постепенно тело начало оживать, разум прояснился, смывая вместе с грязью и усталостью остатки раздражения. Когда он осмотрел своё отражение в зеркале, заметил огромные синяки и глубокие царапины, но это было последнее, что занимало его мысли.

Вытершись полотенцем, Итан натянул старую, привычную одежду. Затем начал лихорадочно собирать вещи. Сумка быстро наполнилась предметами первой необходимости, которые им тут любезно выдали. Взгляд упал на пистолет и электрошокер, лежавшие рядом. Их никто не удосужился забрать – огромная ошибка, ведь теперь они были именно там, где должны были находиться, – в руках Итана.

Перед уходом он задумался над вещами жены. Она наверняка больше сюда не вернётся, поэтому её личные вещи тоже отправились вслед за остальными. Проверив содержимое сумки последний раз, он утвердительно кивнул сам себе. Всё готово.

Но что делать дальше?

Его рука автоматически потянулась к карману брюк, доставая оттуда карточку. «Мидлтон. Харбоу-стрит, 7А». Вероятно, это ловушка, но выбора особо не оставалось. Сидеть и ждать развития событий было невозможно. Нужно выяснить, зачем Ноа послал его туда.

«Ладно, посмотрим, что этот урод замышляет», – подумал он.

Решительность вернулась к нему мгновенно. Несмотря ни на что, он знал одно: отступать нельзя.

Итан открыл дверь и нос к носу столкнулся с Лео, от неожиданности отпрыгнув в сторону.

– Стучать не учили? – недовольно спросил Итан.

– Я как раз собирался. – Лео кивнул в сторону своей занесённой для этого действия руки. – Мне надо с вами поговорить. Где Пенелопа?

Друг с любопытством оглядел комнату. Итан напрягся, сжав челюсти и лямку сумки. Отвечать на вопрос Лео ему совершенно не хотелось. Друг тем временем перевёл взгляд на него и, наконец, увидел сумку.

– Куда-то собираешься? – спросил он.

– Типа того. – Итан неопределённо пожал плечами.

Лео прищурился, поняв, что произошло что-то серьёзное.

– Я пойду с тобой, – вдруг сообщил он, заставив Итана растеряться.

– Зачем? – удивлённо спросил он.

– Затея Ноа провалилась. Моё начальство, как и большинство других, дало отбой операции. Здесь разве что Сакура остался, но его прислали скорее для обмена опытом, а не для участия в театре Ноа. Мне же приказали вернуться к первоначальной цели – поимке Полины. Думаю, ты тоже собираешься её искать. Возможно, вместе дело пойдёт быстрее, – честно всё изложил Лео.

Итан замер, пристально глядя на него. Внутри нарастала внутренняя борьба: принять помощь друга или действовать самостоятельно. Он понимал, насколько опасным может оказаться путь впереди, но мысль о поддержке оказалась неожиданно привлекательной. Если Лео пойдёт с ним, то, возможно, удастся избежать необдуманных решений. Ведь в одиночку Итан вполне мог совершить нечто такое, о чём позже ему придётся пожалеть.

– Хорошо, идём вместе, – тихо произнёс он, признавая правоту Лео.

Друг уверенно улыбнулся в ответ.

– Для начала нам нужно найти транспорт, – известил Итан.

Лео погладил свою небольшую ухоженную бородку.

– Сюда должны были доставить мой автомобиль, только я понятия не имею, где его искать, – сказал он.

– Найдём, – коротко ответил Итан и вышел в коридор.

По его прикидкам, гараж должен был находиться в одной из нескольких пристроек слева. Туда они и направились. Ни один охранник даже не подумал остановить их. Более того, им никто даже ни одного вопроса не задал. Подозрительно. Итан краем глаза глянул на Лео. Выглядел он таким же потрёпанным и уставшим. Друг молчал, но Итан видел в его глазах море невысказанных вопросов. Нет, Лео определённо пришёл к нему не из-за Ноа. Он, конечно, мог отлично играть дурачка, но сейчас был совершенно серьёзен. Что же опять задумал Ноа?

Чёрная «Тойота» Лео нашлась без особых проблем. Кто-то даже любезно повесил ключи на крючок рядом. Лео взял их, открыл автомобиль и сел на водительское сиденье. Итан с недовольством уселся на пассажирское.

В его голове вновь всплыли картинки разбитого «Роллс-Ройса», но он сразу их выкинул. Сейчас нет времени горевать из-за машины. Есть проблемы куда серьёзнее. Он всё ещё не знал, где находится его дочь, а теперь ещё и жена.

Лео выехал из гаража и без проблем преодолел пропускной пункт.

– Куда мы едем-то? – уточнил он, выезжая на основную дорогу из резиденции.

– В Мидлтон, – сухо ответил Итан.

Лео кивнул, настроил навигатор и повернул в сторону города. Итан глянул на экран и поморщился. До Мидлтона они будут ехать полтора часа. Ну что ж. Есть время утонуть в своих мыслях и впасть в депрессию.

Лео откашлялся.

– Я понимаю, что ты не очень хочешь сейчас разговаривать, но мне нужно кое-что узнать, – начал он издалека.

Итан тяжело вздохнул.

– Спрашивай, – разрешил он.

– Полина была на саммите?

– Да, – тут же без раздумий подтвердил Итан.

Руки Лео сжались на руле.

– Ты говорил с ней? – отрешённо уточнил он.

– Да. – Он не стал скрывать очевидного.

– Она в порядке? – Голос Лео дрогнул на последнем слове.

Итан оскалился, вновь вспомнив о разговоре с этой преступницей.

– О да, – хищно ответил он.

Лео напряжённо кивнул и замолчал. Итан повернулся к окну. Они уже успели выехать из столицы и сейчас катились по магистрали мимо полей с редкими деревьями по периметру. Однотипный пейзаж быстро укачал его, и Итан сам не заметил, как провалился в глупый беспокойный сон.

В маленькой комнатушке было совершенно нечем заняться. Пенелопа успела прошерстить весь матрац и измерить длину помещения шагами, до того как ей принесли скудный обед. Или ужин? Отсутствие окон и часов не позволяло ей сориентироваться во времени.

– Как вы себя чувствуете? – спросил смутно знакомый ей мужчина с длинной густой бородой.

Она скептично подняла бровь, решив, что он издевается. Как может чувствовать себя законопослушный гражданин, попавший под руководство психопата, который готов убить кого угодно ради своих целей? Например, отвратительно? Её потряхивало от волнения и неопределённости. Что он заставит её теперь делать, оставалось только догадываться.

– Нормально, – выдавила из себя Пенелопа.

Он кивнул и дружелюбно улыбнулся. До носа Пенелопы дошёл запах жареной курицы и картошки-пюре. В животе заурчало.

– Рад это слышать. Состояние у вас было не очень хорошим, когда вы сюда попали, – сказал он, а она наконец вспомнила, что именно этот мужчина представился ей ранее врачом. – Вам стоит поесть.

Мужчина протянул ей поднос. Она послушно взяла его.

– Если вам ещё что-то понадобится, то можете обратиться ко мне. Меня зовут Генри, – произнёс он.

– Хорошо, – сухо откликнулась она.

Генри печально кивнул, уловив её настрой, и удалился. Пенелопа села на матрац и осторожно принялась за еду. Курица оказалась пряной, с копчёным послевкусием и вполне свежей. Решив, что силы ей пригодятся, Пенелопа поела.

Всё её внимание обратилось на дверь. Никто так и не запер её, но она не осмеливалась выходить, подозревая, что это проверка. Пока ей будет лучше не привлекать к себе лишнего внимания. Любопытство, впрочем, унять оказалось не так просто. Пенелопа уже раз семь прокрутила воспоминания об устройстве коридора и кабинета Фабиана, пытаясь понять, где находится. Каких-то определённых мыслей пока не было.

В дверь неожиданно постучали, заставив её вздрогнуть. Пенелопа не предприняла ни одной попытки встать и открыть дверь, но стучавший этого и не ждал. Спустя секунду внутрь, чуть пригнувшись, вошёл высокий мужчина. Пенелопа окинула его взглядом, заметив крепкие мышцы, и напряглась, поняв, что значит его визит. Его точно прислал Фабиан в качестве сторожевого пса.

– Меня зовут Калум. Я буду твоим напарником в ближайшие пару дней, – холодно сообщил он.

Пенелопа подавила порыв поморщиться. Калум был на две головы выше её и шире почти втрое. Сбежать от такого будет трудно. Мужчина в ответ осмотрел её серыми глазами. На его лице с выделяющимся большим носом не дрогнул ни один мускул. Напряжение между ними сгущалось. Пенелопа не выдержала первой. Она откашлялась и встала.

– Меня зовут Пенелопа, – представилась она и замолчала, не зная, что добавить.

Бессовестно врать о радости такого сотрудничества ей не хотелось. Калум кивнул, блеснув лысиной.

– Иди за мной.

Пенелопа вытянулась в струну и вышла в коридор. Шум их шагов вторил её резко усилившемуся сердцебиению. Руки вспотели от волнения. Калум не обращал на неё никакого внимания. Он завернул за угол, остановился около неприметной дверцы, открыл её и жестом пригласил Пенелопу войти.

Она осторожно шагнула за порог так, будто впереди могло оказаться минное поле, но в крохотной комнатушке стояли только хлипкие стол и стул, старенький компьютер и лампа. Пенелопа села на стул и услышала, как сзади закрылась дверь.

Страх окутал её тело липким туманом, сжимая горло узкими объятиями. Она огляделась вокруг: металлические стены и пол выглядели чистыми.

Компьютер мерцал тусклым серым светом экрана, вошедшего в режим ожидания. Её пальцы задрожали над мышкой. Глубоко вздохнув, она решилась прикоснуться к кнопкам, понимая, что теперь пути назад нет. Компьютер ожил, предлагая ей запустить неизвестное видео.

Пенелопа нервно сглотнула и нажала на пуск. Перед её взором появилась запись с камеры наблюдения – грязная комната, похожая на подвал, и связанный на полу человек. Она внимательно вгляделась в незнакомца, пытаясь понять, видела она его когда-нибудь или нет. Вспыхнувшее перед её носом окно заставило её подпрыгнуть и выругаться.

Кто-то любезно прислал ей досье этого человека, оказавшегося одним из мелких чиновников. Список его прегрешений оказался не очень длинным. Там в основном значились воровство и взяточничество. Обычный коррупционер. Зачем Фабиан решил ей это показать?

На новое всплывшее из ниоткуда окно Пенелопа отреагировала уже спокойнее, прочитала его содержимое и застыла.

– Да он издевается, – истерично пробормотала она себе под нос, ещё раз прочитав сообщение, состоящее из одного вопроса и двух вариантов ответа: «Помиловать? Да. Нет».

Мидлтон был прославлен двумя выдающимися особенностями. Прежде всего, своим внушительным средневековым замком, возведённым в XVI столетии одним из представителей королевского дома Тесвиерии. Замок сохранился практически в первозданном облике, позволяя посетителям насладиться величественными крепостными стенами, старинными пушками и глубокими рвами. Помимо осмотра оборонительных сооружений, гости имели уникальную возможность заглянуть внутрь замка, посетить действующую кузницу и небольшой музей, покататься верхом на лошадях, попробовать себя в работе на традиционном ткацком станке и отведать местные деликатесы – знаменитый мидлтонский хлеб и ароматный сыр ручной работы.

Второй достопримечательностью Мидлтона стали живописные озёра различного размера, окружающие город со всех сторон. Эти водоёмы придавали местности особый шарм и создавали атмосферу настоящей сказки, делая прогулку по городу незабываемым приключением среди природных красот.

Раньше Итан очень хотел побывать в этом милом историческом городке с семьёй и частенько рассматривал картинки с его ярмарок в интернете, но сейчас он показался ему серым и скучным. Ни одно даже самое красивое здание не могло поднять ему настроение.

До пробуждения ему снилось, что он тонет в тёмном липком болоте. Вода заливалась в нос, рот и уши. Лёгкие горели огнём от недостатка воздуха. Ноги держала мягкая земля. Он отчаянно пытался вырваться, но ситуация становилась с каждой секундой всё хуже. В итоге он проснулся в холодном поту, как раз в тот момент, когда Лео въехал в Мидлтон.

Друг бросил на него взволнованный взгляд, но ничего спрашивать не стал, за что Итан оказался ему очень благодарен. Изливать душу у него не было никакого желания.

Они проехали мимо замка почти до самой отдалённой части города и остановились около неприметного домика с синей крышей. Итан вылез из «Тойоты», глубоко вдохнул влажный воздух с отголосками свежего хлеба и цветов и осмотрелся. Харбоу-стрит представляла собой обычную улицу со средним достатком. Отдельные двухэтажные домики без заборов выстроились в одну разноцветную линию. Около каждого из них был посажен пышно цветущий куст сирени. Зрелище немного напомнило ему улицу Георгин в его родном Сент-Ривере. Эта улица была очень милой и спокойной. На детской площадке смеялись дети, мимо прошли мужчина с радостно вилявшей хвостом собакой и женщина с пакетом.

Итан вдруг осознал, что попал на обычную улицу тихого городка, где жизнь шла своим чередом, совсем его не замечая. Внутри его бушевали чувства: смятение, неприкаянность и ощущение полной отчуждённости. Глядя на людей, он чувствовал себя незваным гостем, случайно затесавшимся в чужой праздник. Скинув наваждение, он подошёл к дому и постучал, но никто ему не ответил.

– Извините, вы не подскажете, кто здесь живёт? – дружелюбно спросил Лео у женщины около детской площадки, указав на нужный им дом.

Она окинула его долгим взглядом и пробурчала:

– Он заброшен уже несколько лет.

– Спасибо, – удивлённо произнёс Лео.

Женщина вновь обратила всё внимание на игравших детей.

– И что дальше? – спросил Лео, подходя к Итану.

Итан молча попробовал открыть дверь, что получилось сделать без особого труда.

– Войдём внутрь, – ответил он и сделал шаг вперёд.

Его встретил толстый слой пыли, запах затхлости и спрятанная под грязной тканью мебель.

– Что нужно искать? – уточнил Лео, осматриваясь.

– Что-то, что мог оставить нам Ноа, – откликнулся Итан.

– Чудно. Значит, моё любимое «что угодно», – проворчал друг.

Итан открыл ближайшую к нему дверь и обнаружил лестницу в подвал.

– Осмотрись здесь, а я гляну, что находится внизу, – произнёс он.

– Угу. – Лео звучно чихнул, приподняв ткань, которой был накрыт диван.

Итан осторожно спустился и попробовал включить свет. Он, ожидаемо, даже не мигнул. Солнечных лучей, проникающих внутрь через крохотное грязное окно, не хватало, поэтому он вытащил телефон и включил фонарик.

Подвал выглядел совершенно обычным: пустые полки в покосившихся шкафах, небольшая горка мусора в уголке и закрытая банка с заплесневевшим содержимым. Итан повернулся обратно к проходу и заметил небольшую странность. Около шкафа с закрытыми дверцами обнаружились довольно свежие царапины на полу. Он открыл её и постучал по задней стенке шкафа. Раздался звонкий звук, который означал, что за шкафом есть пустое пространство.

– Бинго, – сказал себе под нос Итан и поднялся наверх, чтобы сообщить о своей находке Лео.

Русского друга он нашёл в ванной, внимательно всматривающегося в зеркало.

– Там в подвале… – Лео зашипел на него, заставив замолчать.

Итан оторопело замер и тоже посмотрел на пыльное круглое зеркало. Что с ним не так? Лео осторожно протёр его часть рукавом кофты, и Итан заметил глазок камеры. Кто-то, скорее всего, прямо сейчас наблюдал за ними. Что ж, это ожидаемо. Ноа точно не стал бы подкидывать ему простую задачку.

Они с Лео переглянулись, молча вышли из ванной и спустились в подвал. Итан указал на царапины. Лео понял его без слов. Взяв тяжёлый шкаф с двух сторон, они отодвинули его в сторону. Перед ними открылся вид на тёмный длинный туннель. Всё так же молча они включили фонарики и ступили на холодную землю.

Туннель извивался зигзагами так резко, что Итан дважды испытал приступ паники, подумав, что они возвращаются туда, откуда пришли. Но когда впереди обнаружилась глухая стена, его накрыло волной ярости.

– Чёрт возьми! Вот этого только и не хватало! – выплеснулся наружу весь накопившийся стресс.

Лео попытался сгладить ситуацию:

– Ну… может, тут есть ещё какой-нибудь тайный ход?

Итан скептически оглядел тёмный коридор:

– Если и есть, значит, надо его искать.

Разделившись, они принялись внимательно изучать каждую трещинку в стенах. Через минуту Лео взволнованно воскликнул:

– Эй, я нашёл кнопку…

Итан не успел ничего ответить, как Лео уже нажал на неё. Потолок содрогнулся и грозно завибрировал, засыпая их песком и камнями.

Итан мгновенно понял всю серьёзность их положения:

– Отличная идея, друг мой! Нам теперь даже не придётся платить за место на кладбище.

– Я… прости… – выдавил Лео, отчаянно пытаясь оправдаться.

Земля продолжала сыпаться сверху, угрожающе приближаясь к ним. Они прижались спиной друг к другу, стараясь сохранять самообладание. Итан судорожно пытался вспомнить, что нужно делать в таких случаях, но в голову ничего не приходило. Страх смерти сковал его, заставляя сердце бешено колотиться.

«Неужели они действительно здесь умрут?»

И тут чья-то сильная рука резко потащила его вбок. Ноги скользнули с земли, и он полетел головой вперёд в неизвестность. Почувствовав твёрдый камень под собой, Итан услышал рядом дыхание тяжело приземлившегося Лео.

Проход за их спинами обрушился, отрезая им путь к отступлению. Рядом с ухом Итана послышался щелчок предохранителя пистолета.

Подняв взгляд, он встретился глазами с решительной Полиной, крепко сжимавшей в руках оружие.

– Не советую рыпаться, мальчики, – уверенно сказала она.

Её холодный тон ясно давал понять, что сопротивление бесполезно. Итан мысленно обругал Ноа на чём свет стоит и медленно поднял руки.

Горячая волна негодования нахлынула на неё, обжигая внутренности. Губы превратились в тонкую линию, а кулаки непроизвольно сжались. Как он мог посметь предложить ей решать судьбу другого человека?

Страх перед последствиями выбора сковал разум, заставляя вновь и вновь перечитывать вопрос, надеясь увидеть какой-нибудь скрытый смысл. Но ничего, кроме холодного равнодушия к чужой судьбе, она не находила.

Ей было очевидно, что именно хочет от неё Фабиан. Он жестоко и мучительно проверял её готовность идти наперекор моральным принципам, по которым она жила всю свою жизнь.

Дрожащими пальцами она провела по экрану, останавливаясь на каждом варианте ответа. Сердце отчаянно забилось быстрее, угрожая выпрыгнуть из груди. Она почувствовала себя игрушкой в руках Фабиана. Интересно, смеётся ли он сейчас, наблюдая за её метаниями?

Пенелопа отклонилась от экрана и сложила руки на груди. Её мыслительный процесс зашёл в тупик. Она не сможет убить пусть и не самого хорошего, но всё же человека. Значит ли это, что теперь ей придётся сидеть в этой комнате до самой смерти? Может, кто-то из людей Фабиана сжалится и убьёт её, чтобы не мучилась?

На экране пошла рябь, привлекая её внимание. Изображение вдруг погасло, и на его месте появилось другое. Пенелопа напрягла зрение, чтобы рассмотреть хоть что-то в почти непроницаемой темноте. Когда кто-то любезно включил свет на той стороне, она замерла. Волна злости схлынула, оставив после себя дикий неконтролируемый ужас. Пенелопа увидела большую собачью клетку, где сидела её дочь.

– Оливия, – хрипло выдохнула она.

– Мамочка! – крикнула Лив, кинувшись на стенку клетки.

Раздался неприятный звук скрежетания металла о кафель. Сердце Пенелопы дрогнуло. Оливия похудела. Её лицо, руки и одежда были грязными, а волосы спутались. Что ещё хуже, её стойкая и дерзкая девочка сейчас плакала.

– Мне страшно! Спаси меня! – вновь крикнула Оливия.

Пенелопа почувствовала, как у неё опускаются руки. Её душило собственное бессилие.

– Я спасу тебя! – пролепетала она скорее самой себе, чем Лив.

Экран резко погас.

– Оливия! – крикнула Пенелопа, подскакивая на ноги.

Она схватила экран руками и потрясла его, но ничего не изменилось. Машина осталась безучастна к её эмоциональным всплескам. Ноги Пенелопы перестали держать её, и она упала обратно на стул.

Намек Фабиана был более чем понятен: сделай выбор, иначе твоя дочь пострадает.

– Будь ты проклят! – рявкнула Пенелопа, зная, что он её слышит.

Воздуха в лёгких стало не хватать. У неё появилась одышка, а мысли испарились. Отчаянно захотелось свернуться клубком и ничего не делать.

Экран вновь загорелся, выводя злополучное сообщение: «Помиловать? Да/Нет».

Пенелопа истерично рассмеялась. По щекам у неё потекли слёзы. Она нащупала мышку и, собрав всю волю в кулак, резко выдохнула и нажала на кнопку. Эмоциональный взрыв, накопившийся внутри, вылился тихим рыданием, сотрясшим её душу. Решение принято, обратного пути больше нет. Она нажала на «нет» и заставила себя поднять голову.

В комнату, где находился этот несчастный человек, начал поступать газ. Мужчина задёргался и замычал, а потом вдруг затих и перестал шевелиться. Пенелопа обхватила себя руками, взвыв от осознания своего поражения.

Она сползла со стула на пол и закричала в попытке выплеснуть эмоции. Это не помогло. Совершённое тяжким грузом легло на её сердце. Она чувствовала себя мерзким чудовищем, преследующим только собственную выгоду. Предполагала ли она, что Фабиан может заставить её сделать нечто подобное? Да. Однако подозревать и пережить в реальности – вещи совершенно разные.

От рыданий у неё разболелась голова и заложило нос. Что-то внутри сломалось, обнажая ту слабую Пенелопу, которую она годами скрывала за маской сильной и принципиальной женщины.

Дверь открылась, и кто-то вошёл внутрь, но ей было всё равно. Она закрыла руками лицо в попытке сохранить хотя бы остатки своей гордости.

– Поверь, всё не так плохо, как тебе кажется. После сна станет лучше, – холодно сказал Калум.

– Где моя дочь? – рявкнула Пенелопа, ощутив вдруг прилив адреналина.

Она вскочила на ноги и попыталась ударить его, но была грубо остановлена. Мужчина схватил её за руки и прижал к металлической стене.

– Отпустите её немедленно! – продолжила вопить Пенелопа.

Калум скривился, будто съел что-то кислое.

– Успокойся, иначе я…

Пенелопа не стала слушать. Она извернулась и плюнула ему в лицо. Мужчина гневно выругался и лёгким движением руки ударил её в солнечное сплетение. Из Пенелопы выбило весь воздух. Она упала на колени и судорожно попыталась вдохнуть его ртом.

– Поспи, – произнёс Калум и надавил ей пальцами на сонную артерию.

Мир перед глазами Пенелопы погас так же резко, как экран злополучного компьютера.

Как оказалось, замысловатый туннель из дома на Харбоу-стрит вывел их в мрачные коридоры мидлтонского замка. Электричество сюда решили не проводить, чтобы сохранить средневековую атмосферу, поэтому единственным источником света стало заходящее солнце. Всё быстро погружалось в потемки. Наручники натёрли запястья, да и приставленный между лопатками пистолет совсем не радовал.

– Может, поговорим? – робко спросил Лео, когда они завернули за очередной поворот.

На прицеле Полина держала только Итана, но своему бывшему напарнику руки тоже связала.

– Обязательно поговорим, но не здесь, – холодно ответила она.

Лео послал ей взгляд побитой собаки. Полина успешно его проигнорировала, ткнув замедлившегося Итана в спину.

– Иди быстрее, – приказала она.

Итан кое-как подавил желание выругаться. Мало того что он уже дальше носа почти ничего не видел, под ногами периодически попадались неровности, заставляющие его спотыкаться, а Полина требовала, чтобы они передвигались чуть ли не бегом.

Он с тоской подумал про рации, которые Полина у них забрала и сразу разбила. Помощь бы сейчас пригодилась. Возможно, он мог бы принять её даже от Ноа.

Преодолев очередную картину с напыщенным кудрявым мужчиной, Полина схватила Итана за шиворот, заставив остановиться. Не сводя с него дула пистолета, она сделала шаг назад к стене и нажала на маленькую, незаметную с первого взгляда кнопку. Картина отъехала в сторону. Итан и Лео увидели уходящую в глубину тёмную лестницу.

– У меня только что возникло чувство дежавю, – нервно хмыкнул Итан.

Полина вновь заняла место позади него и ткнула пистолетом в спину, но он не сдвинулся с места.

– Если не хочешь нашей смерти из-за падения с лестницы, то хоть фонарик включи, – проворчал он.

Полина негодующе вздохнула, но просьбу выполнила, заставив Итана держать его между шеей и плечом. Поза оказалась максимально неудобной, но теперь он хотя бы видел, куда наступает.

Лестница закончилась быстро, и впереди замаячила дверь. Итан напрягся, совершенно не представляя, что его там ждёт: камеры, пыточная или логово Фабиана?

Дверь резко распахнулась, и его ослепил яркий свет. Через мгновение сердце замерло от неожиданности, когда что-то тяжёлое врезалось прямо в живот. Он пошатнулся, но чьи-то цепкие пальцы молниеносно впились в его тело, удерживая мёртвой хваткой на месте.

– Папа… – вдруг услышал он знакомый детский голос, заставивший сердце бешено забиться в груди.

Он мгновенно узнал свою маленькую хулиганку, и внутри вспыхнуло пламя невероятных эмоций – от всепоглощающего счастья до ледяного ужаса перед будущим.

– Л-лив?.. – спросил он дрожащим голосом, едва способный произнести хоть слово.

– Да, папа, это я, – тихо прошептала девочка, внезапно расплакавшись.

Её маленькая фигурка прижалась к нему, крепко держась за рубашку. Итан замер, не в силах пошевелиться от нахлынувших чувств. Сзади раздались два характерных щелчка – наручники сзади разомкнулись, возвращая свободу его рукам. Не колеблясь ни секунды, он заключил дочку в крепкие объятия, гладя её растрёпанные, но чистые волосы и проверяя её на наличие ран.

Она была цела, жива и здорова!

Итан почувствовал, как колени начинают предательски дрожать, будто земля уходит из-под ног. Медленно проведя рукой по мокрым щёчкам дочери, он попытался улыбнуться самой широкой улыбкой, какую мог из себя сейчас выдавить, надеясь своим видом придать ей уверенности и успокоить.

– Всё теперь будет хорошо, малышка, – мягко сказал он, чувствуя солоноватый вкус собственных слёз радости. – Ты больше не одна, я здесь…

Лив энергично закивала, а потом уткнулась лицом ему в грудь и сжала крохотные пальчики вокруг него ещё сильнее.

– Не хочу прерывать трогательный момент, но нам лучше войти внутрь, – сухо сказала Полина, заставив Итана вздрогнуть.

«Верно. Ещё ничего не закончилось», – подумал он, резко обернувшись и стерев непрошеные слёзы.

Полина убрала пистолет за пояс и спокойно вошла в комнату. Лео, с которого она тоже сняла наручники, поспешил за ней. Итан подхватил дочь на руки и вошёл внутрь.

Комната была светлая и современная. Там его встретила большая двуспальная розовая кровать с балдахином, милый белый диванчик напротив огромного телевизора с приставкой для игр, компьютер на столе, зона для готовки и отгороженное подобие ванной комнаты с туалетом.

– Гав, – раздалось около его ног.

Он опустил взгляд и удивлённо уставился на облезлого серого щенка, дружелюбно машущего хвостом.

– Тихо, Лорд, – сказала ему Лив. – Это мой папа.

Щенок что-то проскулил в ответ и поспешил ретироваться. Полина подошла к кухне и включила чайник.

– Вы голодные? – спросила она.

Опешившие от такого вопроса, Лео и Итан переглянулись.

– Ну, если только немного, – неловко проблеял Лео.

Полина кивнула и вытащила из холодильника сэндвичи. Оливия неприязненно поморщилась.

– Я тут подумала и решила, что суп – не самая противная еда в мире, – прокомментировала дочка.

– Мне некогда готовить, поэтому ешь, что дали, или не ешь ничего. Мне всё равно, – спокойно ответила Полина.

– Вредина. – Оливия показала ей язык.

Впервые за весь вечер на лице Полины появились раздражение и глубокая усталость.

– К счастью, теперь мне больше не нужно следить за тобой. Всё равно твой отец мне этого сделать не позволит, – сказала она и поставила на стол четыре кружки горячего чая.

Оценив обстановку, Итан осторожно усадил всё ещё не отлипшую от него Лив на стул около себя и серьёзно посмотрел на Полину.

– Ничего объяснить не хочешь? – сухо поинтересовался он.

Она меланхолично пожала плечами и сделала небольшой глоток из старой на вид чашки. Итан и Лео к своим чашкам даже не притронулись.

– Это, наверное, прозвучит дико, но я пыталась помочь, – произнесла она.

– Помочь? – Итан скептично рассмеялся.

– Именно. – Полина уверенно посмотрела ему в глаза. – Я знаю, что именно из-за Пенелопы смогла продолжить жить как обычный человек после всего, что натворила. Это был мой способ вернуть долг.

– Очень дерь… – Итан закрыл себе рот на полуслове, покосился на внимательно их слушающую Лив и поправился: – Своеобразный способ помочь кому-то.

Полина вновь пожала плечами.

– Значит ли это, что ты не работаешь на Фабиана? – уточнил Лео.

Она с такой силой поставила чашку на стол, что часть чая вылилась наружу. По столу растеклось мокрое пятно.

– Не смей при мне произносить это имя, – процедила она.

Лео беспомощно поднял руки вверх, признавая ошибку.

– Этот ублю… нехороший человек ответственен за то, что я стала преступницей. А когда я попыталась исправить ошибки, передав информацию о нём полиции, он поймал меня и отправил в тюрьму, где я бы просидела до конца жизни, если бы не вмешался Виктор. Он тоже та ещё сволочь, но с ним у меня появилась хотя бы видимость свободы. Потом я попала в руки ФСБ, и остальное вы знаете. Если до вас ещё не дошло, то я не сотрудничаю ни с тем демоном, ни с Ноа, – призналась Полина.

Лео облегчённо выдохнул, а Итан нахмурился, заметив нестыковку между рассказом Полины и реальностью.

– Если ты не сотрудничаешь с Ноа, то как он узнал, где тебя искать, что ты делала на саммите и что означала твоя фраза о том, что Пенни в опасности? – спросил он.

Полина скривилась.

– Эти братья – одна сплошная головная боль. Ноа манипулировал мной. Сначала он прислал мне письмо без обратного адреса о действиях своего брата в Тесвиерии. Оно побудило меня заняться расследованием, и чем больше я узнавала, тем больше убеждалась в том, что скоро произойдёт очередная катастрофа и погибнут невинные. – Полина бросила краткий взгляд на Лив. – Тогда я решила похитить её, чтобы никто из них не добрался до неё раньше. Однако стоило мне только это сделать, как Ноа припёр меня к стенке. Он вынудил меня прийти на саммит, поговорить с ним и перевезти Оливию в это место. Там же я узнала о том, что вы вынуждены работать с ним, и решила предупредить. Можно ли называть подобное сотрудничеством с Ноа?

Полина хмыкнула, а Итан понимающе кивнул. Ноа заботился всегда только о своей собственной выгоде и жил скорее как паразит.

– Это вся история.

Облегчённо откинувшись на спинку стула, Итан постепенно начал успокаиваться. Хотя доводы Полины звучали убедительно, доверие к ней всё ещё оставалось минимальным. Несмотря на это, желание немедленно расправиться с ней испарилось.

– У меня остался последний вопрос к тебе как бывшей участнице ГБО, – сказал Итан, сосредоточенно наблюдая за реакцией Полины. – Действительно ли эти люди являются братьями, или мы имеем дело с одним и тем же человеком, страдающим биполярным расстройством?

Настроение в помещении неожиданно стало тяжёлым и гнетущим. Лицо Полины приобрело мрачное выражение, а губы тронула горькая улыбка.

– Не могу дать определённый ответ, но я ни разу не видела их двоих вместе одновременно. Выводы делай сам.

Пенелопа проснулась в ставшей привычной комнате с лампой, матрацем и бутылкой с водой под боком и уставилась на металлический потолок. Её ужасно тошнило от воспоминаний о своём поступке. Она чувствовала себя беспомощной и ничтожной.

«Хотя бы Лив пока в безопасности», – думала она, оправдывая себя.

Дверь открылась, пропуская внутрь Калума. Пенелопа видела его краем глаза, но даже не подумала повернуть голову или сказать хоть что-то.

– Поднимайся. Тебя ждёт Фабиан, – коротко приказал он.

Всё внутри её воспротивилось его словам, но она понимала, что сейчас лучше подчиниться. Она неловко встала на ноги и проглотила подступившую к горлу желчь. Пенелопа и так уже показала себя перед этим мужчиной в нелучшем свете. Усугублять их и без того напряжённые отношения не стоило.

Калум проводил её к кабинету Фабиана, вошёл следом за ней и закрыл дверь. Пенелопа замялась. Ноги едва держали её, но она не могла позволить себе сесть без приглашения. Фабиану не стоило знать, насколько сильно у него получилось сломать её.

– Доброе утро, Пенелопа. Прости, что пригласил тебя к себе так рано, но время не ждёт. Ты выглядишь бледной. Хочешь позавтракать? – Фабиан дружелюбно улыбнулся.

От мысли о еде её замутило ещё сильнее.

– Нет, спасибо, – промямлила она.

– Ты зря отказываешься, – произнёс он, положил в рот кусочек яичницы и блаженно прикрыл глаза. – Райское наслаждение.

Пенелопа поморщилась и ничего не ответила, ожидая, когда он перейдёт к делу. Фабиан, впрочем, не торопился. Он медленно доел, вытер рот салфеткой и, наконец, указал рукой на стул.

– Я совсем забыл предложить тебе сесть. Присаживайся, пожалуйста, – всё так же дружелюбно сказал он, но в его бледно-зелёных глазах она прочитала насмешку.

Фабиан прекрасно знал, что она чувствует себя плохо, и получал от этого удовольствие. Пенелопа села и почувствовала, как дрожь в ногах стихает.

– Прости за эту глупую проверку. Я должен был убедиться, что ты настроена серьёзно, – произнёс он.

Внутри её ярко вспыхнула злость. Ей отчаянно захотелось схватить его за воротник и хорошенько встряхнуть, но этот мужчина не был похож ни на одного из пойманных ею преступников. Если она хочет победить, то ей нужно сменить стратегию поведения.

Пенелопа медленно выдохнула через нос и опустила голову, начав разглядывать свои ноги. Вся её поза начала транслировать покорность и смирение.

– Я понимаю, – промямлила она.

– Вот и чудесно. – Довольные нотки в тоне Фабиана дали ей понять, что она приняла правильное решение. – Давай перейдём к делу…

Он встал, взял со стола стопку листов, подошёл к пробковой доске и прикрепил на неё несколько фотографий. Пенелопа увидела на них знаменитые достопримечательности – Эйфелеву башню, Биг-Бен, дворец Кёнбоккун, Кремль, Капитолий, храм Лотоса, дворец Айван-е-Садрар, Запретный город, Золотую арку и башню Рейко-Гао-Йон.

Внутри её напрягся каждый нерв. Сердце бешено застучало, словно пытаясь вырваться наружу. Страх и волнение охватили тело, заставляя руки слегка дрожать.

– Что связывает эти фотографии? – тихо и мягко спросил Фабиан, внешне спокойный, но внутренне испытывавший удовольствие от напряжения вокруг.

– Объекты на них расположены в столицах государств, обладающих ядерным оружием, – уверенно ответила Пенелопа, стараясь скрыть свою растерянность.

– Отлично, моя дорогая. Ты действительно умна и внимательна, – похвалил её Фабиан, сияя довольной улыбкой, скрывающей скрытые намерения. – Ноа наверняка должен был рассказать тебе о том, что я хочу развязать войну, которая позволит мне избавиться от мусора и взять оставшихся людей под контроль.

Он достал маленькие бомбы-гвоздики и прилепил их к фотографиям. Вид этого зрелища вызвал у Пенелопы внутренний ужас. Она осознала истинные планы безумца перед ней ещё до того, как он их озвучил.

– Я собрал внушительный арсенал мощнейшего вооружения и располагаю поддержкой многочисленных союзников, готовых исполнить мой замысел. Вскоре правительства этих стран обвинят друг друга в нападениях, и наконец начнётся запланированное мною ядерное шоу, – сказал Фабиан, искривив губы в жестокой усмешке, полыхавшей фанатизмом.

– Ты хочешь, чтобы я уничтожила Золотую арку Тесвиерии? – осторожно предположила Пенелопа, чувствуя тяжесть дурного предчувствия, сжимающего горло.

– Совершенно верно. Ты отправишься туда вместе с другими людьми из Тесвиерии, – подтвердил Фабиан, задумчиво глядя на неё.

Её дыхание стало учащённым, а голова закружилась от осознания приближающейся опасности.

– Когда именно состоится операция? – едва выдавила она.

Её голос всё же дрогнул, несмотря на старания казаться невозмутимой.

Вместо прямого ответа Фабиан повесил новую фотографию, изображающую солнце. Пенелопа поняла намёк: речь шла о предстоящем солнечном затмении, ожидающемся совсем скоро. Остались лишь два важных вопроса.

– Смогу ли я остаться в живых после задания? – неуверенно поинтересовалась она, стиснув дрожащие холодные пальцы в кулак.

– Весьма маловероятно, но твой вклад останется запечатлён навечно в моей памяти, и я гарантирую дальнейшую безопасность твоей семье и друзьям, – театрально ответил Фабиан, прикладывая ладонь к сердцу.

Ситуация была такой абсурдной, что Пенелопа едва сдержала смех.

– Могу я поговорить с дочерью до начала операции?

– Не вижу смысла препятствовать этому. Калум всё подготовит и пригласит тебя на встречу, а сейчас советую тебе отдохнуть. Я буду надеяться, что ты всё же сможешь выжить, – вежливо заметил Фабиан, продолжая играть свою роль доброго наставника, но его глаза выдавали ледяное равнодушие.

Пенелопа молча покинула комнату, ощущая растущую внутри панику. Она знала, что время неумолимо заканчивается, и пока ей не удалось добиться совершенно ничего полезного. Насколько она смогла узнать Фабиана – достопримечательности точно не являлись его конечной целью. Если он хочет спровоцировать масштабную ядерную войну, то нужно взорвать что-то поинтереснее. Например, склады с ядерным оружием. А она и другие люди будут лишь приманками для отвода глаз.

Пенелопа сжала челюсти до скрипа. Ну и пусть. Если ей придётся пожертвовать жизнью, то она непременно заберёт Фабиана с собой в могилу.

После их скудного ужина Оливия утомилась и уснула, обняв облезлого щенка, а Итан кратко рассказал о скверном положении Пенелопы.

– Вот же ж дерьмо, – высказалась Полина, нервно грызя ноготь на большом пальце правой руки. – Фабиан ни за что не оставит её в живых, но до того, как убить, вдоволь наиграется. Её нужно найти и вытащить на свободу до того, как случится что-то непоправимое.

– Знать бы ещё, с чего начать её искать, – проворчал Итан.

У него от размышлений на эту тему уже глаз дёргался и пар валил из ушей, однако ничего дельного он придумать не мог.

Полина встала, вытащила из ящика стола карту Тесвиерии и расстелила её на столе.

– Мы находимся здесь, – она указала на Мидлтон, – и Фабиан точно не прячется где-то поблизости, иначе Ноа нас бы сюда не отправил.

Итан провёл пальцем по реке чуть ниже и остановился на Сент-Ривере.

– Здесь и в округе его тоже нет, – уверенно добавил он.

Полина кивнула.

– Зная Фабиана, он не станет прятаться в маленьких городах и сёлах. Также я очень сомневаюсь, что он остановился в столице. – Лео постучал пальцем по точке с названием «Исслен». – Значит, остаются такие крупные города, как Хайроуд, Нортгрейлен, Айрондейл, Лайтсайд и Оукстоун.

– Оукстоун отпадает. Не думаю, что Фабиан стал бы прятаться в самом северном и холодном городе Тесвиерии, окружённом лесом. Не его стиль, – заметил Итан.

– По такой логике я бы ещё исключил Хайроуд. Мне сложно представить этого напыщенного индюка среди заводов на равнине, – сказал Лео.

– Согласен. Центр науки и университетов – Нортгрейлен или суматошный Айрондейл подойдут для его целей лучше. – Итан кивнул.

– Вы слишком узко мыслите, – вдруг сказала Полина, покачав головой.

– Что ты имеешь в виду? – нахмурившись, уточнил Итан.

– Фабиан любит нестандартные подходы, а ещё старается держать всё под контролем. Учитывая, что Тесвиерия представляет собой большой, но всё же остров, то…

– Он бороздит Тихий океан на корабле, как пират? – скептично закончил её мысль Итан. – У нас, конечно, в правительстве те ещё клоуны работают, но они не откровенные дураки. Корабль бы уж точно заметили.

Полина бросила на него раздражённый взгляд, но спорить не стала.

– А что, если это не корабль, а подлодка? – подал голос Лео.

Полина задумчиво потёрла подбородок, внимательно изучая карту перед собой.

– Подлодка, говоришь… – протянула она медленно. – Это было бы довольно остроумным решением с его стороны. Конечно, современные средства слежения значительно улучшились, но, учитывая уровень его связей…

Она сделала паузу, давая остальным осмыслить сказанное.

– Может быть, это и выглядит абсурдно, но ведь мы говорим о Фабиане. Его поступки редко вписываются в стандартные рамки логики. По этой же причине я советую вам не сбрасывать крупные города со счетов так просто.

Итан скептично хмыкнул.

– Давайте предположим, что эта гипотеза верна. Как поймать того, кто находится под водой?

Лео и Полина недоумённо переглянулись.

– Нам понадобится больше информации, – осторожно начал Лео. – Нужно выяснить, были ли зафиксированы подозрительные передвижения водных объектов вблизи побережья около Лайтсайда.

Итан согласно кивнул.

– Если я правильно понял Ноа, то он забрал Пенелопу именно оттуда.

Полина поднялась и потянулась.

– Чудно. Значит, у нас теперь есть план или хотя бы его подобие, – произнесла она. – Осталось решить одну небольшую проблемку. Кто останется нянчиться с ребёнком?

Итан перевёл взгляд на спокойно сопящую Лив. Оставлять её с Полиной ему совершенно не хотелось. Да и сама дочь явно будет не рада их разлуке, но вариантов у них осталось немного. Он не мог позволить себе подвергать её опасности.

Он открыл рот, чтобы ответить Полине, но сказать ничего не успел. Около двери замигала красная лампочка и раздался тонкий, едва уловимый писк.

– Что это? – спросил Лео, поморщившись от неприятного звука.

– Сигнализация. Нас нашли, – коротко произнесла она, вытаскивая из-под стола сумку и скидывая туда еду.

Итан быстро поднял дочь на руки, а Лео осторожно взял пса.

– Пап? – сонно произнесла Лив, не понимая, что происходит.

Он приложил палец к губам, прося её быть тише.

– Всё объясню потом, – сказал он.

Оливия кивнула и прижалась к нему. Полина застегнула сумку и открыла дверцу шкафа, за которой оказался ещё один секретный проход.

– Да сколько же их здесь? – с удивлением спросил Лео.

– Полагаю, больше ста. Мидлтон – самый древний город Тесвиерии, – ответил Итан.

Лео что-то недовольно пробурчал и первым шагнул в туннель. Итан с Лив зашли следом. Полина закрыла за ними дверь и включила фонарик, освещая тёмный каменный коридор.

– Куда он ведёт? – шёпотом уточнил Лео.

– За город. Мы там оставили машину, – ответила Полина.

Во взгляде Лео промелькнуло неподдельное уважение. Итан закатил глаза и пихнул его локтем в бок.

– Не при ребёнке, – буркнул он.

– Я же ничего не сказал, – возмутился друг.

– Что вы от меня скрываете? – мигом уточнила Лив.

– Если вы сейчас же молча не пойдёте вперёд, то я оставлю вас здесь в темноте дожидаться людей Фабиана, – прошипела Полина, прервав разговор.

Все замолчали и поспешили как можно быстрее покинуть обнаруженное укрытие. На середине пути Лив заупрямилась, требуя поставить её на ноги, но Итан отказался. У него уже начали болеть руки, но тепло дочери рядом придавало ему сил. Впервые с момента её похищения он почувствовал, что может справиться с происходящим и вновь увидеть свою семью живой и здоровой. Осталось сделать сущую мелочь – найти и поймать одного из самых опасных людей Тесвиерии.

Вернувшись в комнату, первым делом Пенелопа решила определить, где она находится. Чувствовала она себя по-прежнему отвратительно, но злость на Фабиана подстёгивала к действиям.

Она вновь осмотрела маленькую комнату практически без мебели и пришла в уныние. Это место не наводило ни на какие мысли. Пенелопа села на матрац и задумчиво нахмурилась. Что ей в последнее время показалось странным?

В голову пришла мысль о качке в коридоре. Она вытянула вперёд руку и постучала по полу. Раздался звонкий звук. Могут ли они находиться на чём-то, что имеет возможность передвигаться? Это бы объяснило ледяное спокойствие Фабиана, который ни на мгновение не переживал о своей безопасности.

Пенелопа вновь осмотрелась, подмечая небольшие детали в виде стыковок металлических пластин. Выглядели они так, будто металл имел внушительную толщину.

«Качка и металлические пластины».

– Я на подлодке? – сделала она вывод вслух. – Почему тогда не слышно шума работы двигателя и других характерных звуков?

Она легла на пол, прислонилась ухом к полу, но ничего не услышала. Неужели они стоят всё время, пока она здесь находится? Какой тогда смысл в этой подлодке, раз с тем же успехом можно спрятаться в бункере?

– Если, конечно, подлодка не стоит в очень труднодоступном месте, – продолжила она размышлять вслух.

«Место, из которого можно попасть куда угодно незамеченным и которое сложно найти…»

– Подводные пещеры Айрондейлского залива! – пришла ей в голову простая и одновременно гениальная мысль.

За исключением Мидлтона все крупные города Тесвиерии располагались около рек, которые, в свою очередь, впадали в главную, которая начиналась как раз у залива города ста водопадов – Айрондейла. Таким образом можно было легко и с комфортом перемещаться, купив себе в качестве прикрытия туристическое судно или яхту.

Если допустить, что её теория верна, а в этом Пенелопа почти не сомневалась, то каким образом она сможет связаться хоть с кем-то, находясь на огромной глубине? С другой стороны, Фабиан мог это сделать, ведь он дал ей возможность поговорить с Лив и… решить судьбу незнакомого человека.

Пенелопу передёрнуло от неприятных воспоминаний. Она постаралась выкинуть их из головы, пока та не разболелась. Если она выживет, то у неё ещё найдётся время заняться самобичеванием. Прикрываться отсутствием других вариантов она не собиралась.

– Другие варианты… – прошептала она и вскочила на ноги от пришедшей на ум догадки.

Сердце у неё застучало так сильно, что она услышала его бой в ушах. Руки затряслись, а дыхание перехватило.

Что, если всё показанное ей в той комнате было ложью? Представлением, чтобы сломить её? Может, она на самом деле разговаривала не с Оливией?

Пенелопа ударила себя по щекам, чтобы привести в чувства. Рано радоваться. Сначала нужно убедиться в том, что её теория верна.

Дверь открылась, пропуская в комнатку недовольного Калума. Пенелопа мгновенно сгорбилась и опустила голову, продолжая разыгрывать из себя смиренную пешку в чужой игре.

– Иди за мной, – бросил он и вышел в коридор.

Она послушно поплелась следом. Калум привёл её в уже знакомое помещение с компьютером, хлипким столом и стулом и лампой. Недобро хмыкнув, он закрыл за ней дверь.

Несмотря на свои недавние размышления, Пенелопа почувствовала, как у неё внутри всё сжимается от страха. Если её крохотная надежда окажется напрасной, то велик шанс вновь скатиться в бессмысленную истерику на радость Фабиану. Ей нужны холодная голова и свежий взгляд.

Она осторожно села на стул и посмотрела на тёмный экран. Какое-то время не происходило ничего. Пенелопа побоялась трогать мышку и пытаться полазить в настройках компьютера, решив, что за ней наблюдают. Когда ожидание стало совсем уж невыносимым, экран включился, показывая ей грязную и растрёпанную Лив.

На мгновение сердце Пенелопы замерло от открывшейся перед ней сцены. Видеть свою дочь в подобном положении было действительно мучительно. Она подалась вперёд и легонько прикоснулась к экрану в том месте, где находилась щека Оливии.

– Мам, мне страшно. Забери меня о-отсюда, – дрожащим голосом произнесла дочь.

– Потерпи ещё немного. Скоро я приду за тобой, – выдавила из себя Пенелопа, понимая, что сдержать слово будет очень непросто.

– Мне не нравится Полина. Она злая. Она причиняет мне боль. – Лив обхватила себя руками.

Душевная боль накатила на Пенелопу волной, чуть не заставив задохнуться. Она до крови сжала пальцы в кулаки.

– Прости за то, что я не могу сейчас забрать тебя у неё, – искренне прошептала она.

– Это не твоя вина. – Лив слабо улыбнулась.

Сердце Пенелопы дрогнуло. Что, если сейчас она действительно разговаривает с настоящей Оливией? Сзади за дочерью раздался шум.

– Мам, мне сказали, что не позволят говорить с тобой слишком долго. Скоро они отберут телефон, – пролепетала Лив, глотая слёзы.

«Сейчас или никогда».

– Не провоцируй их. Ты у меня всегда была тихой и рассудительной девочкой, значит, и сейчас сможешь со всем справиться. Верно?

Пенелопа подавила порыв зажмуриться, ожидая ответа дочери.

– Конечно, мам. Я стараюсь вести себя так же послушно, как дома, – произнесла она, подтверждая все подозрения Пенелопы. – Мне пора идти, иначе…

Связь прервалась, и экран погас. Пенелопа резко выдохнула, разжав кулаки. Фабиан обманул её, использовав созданную искусственным интеллектом фальшивку. Возможно, он соврал ей и о том, что Полина работает на него. Если это так, то Лив может сейчас находиться в безопасности подальше от дел Ноа и Фабиана. Связаться хоть с кем-то, сидя под толщей воды, практически невозможно, значит, сначала нужно выбраться на поверхность. К счастью, Фабиан сам скоро предоставит ей возможность сообщить другим о его планах, и она её ни за что не упустит.

Итан глубоко вдохнул солёный океанский воздух и осмотрелся вокруг. Порт был переполнен людьми, которые ходили туда-сюда. Кто-то торопливо тянул тяжёлые чемоданы на колёсиках, кто-то громко переговаривался, создавая хаос звуков и голосов.

Его взгляд зацепился за группу азиатских туристов, весело щёлкавших фотокамерами и оживлённо жестикулирующих. Итан пробрался сквозь плотную массу народа, осторожно обходя любопытствующих иностранцев и уворачиваясь от тележек с багажом. Наконец, добравшись до массивных металлических ворот, он остановился передохнуть. Здесь царила тишина, нарушаемая лишь приглушённым гулом волн и мерным гудением отходящих кораблей.

Подняв голову вверх, он заметил камеру видеонаблюдения, уставившуюся прямо на него. Ему было необходимо поговорить с управляющим или хотя бы с охраной порта, но пока он никого не видел.

Лео и Полина с дозволения Итана отправились искать место, где можно спрятать Лив, а сам он попросил высадить его за несколько кварталов до порта, чтобы не привлекать лишнего внимания к машине. Дочь восприняла новость о разделении не очень хорошо, но истерик закатывать не стала. Видимо, понимала, что ситуация серьёзная. Полина быстро написала на листе бумаги свой номер телефона, который, по её словам, сразу сменит на новый после его звонка.

Итан тяжело вздохнул и потянулся. У него затекло всё тело, пока они ехали в небольшом серебристом минивэне Полины из Мидлтона в Лайтсайд через Нортгрейлен и Айрондейл. Плана он, впрочем, за всё время пути так и не придумал. Он не имел ни одного документа, который мог бы помочь ему получить информацию, поэтому решил импровизировать и разбираться на месте.

Ворота перед Итаном открылись, и оттуда вышел хмурый охранник с большим круглым животом.

– Чего ты тут ошиваешься? – буркнул он.

Итан натянул на лицо свою самую обворожительную улыбку.

– Я – следователь из Сент-Ривера, Итан Хейзел. Расследую похищение ребёнка, который был на днях замечен в вашем порту. – Он быстро достал из кармана шуточное удостоверение-сувенир «хорошему человеку», которое прикупил в ближайшем канцелярском магазине, и сразу убрал, чтобы охранник не успел ничего прочитать.

– Какое похищение? Впервые о нём слышу, – пробормотал мужчина, задумчиво почёсывая второй подбородок.

– Обычное. Кто-то умыкнул ребёнка из машины прямо под носом у родителей. Мне нужно посмотреть записи с камер за последнюю неделю, – продолжил играть Итан.

Охранник растерянно потянулся за рацией.

– Подождите минутку. Сейчас уточню у начальства…

Итан резко перехватил его руку и сжал её.

– Не советую этого делать. Скажу по секрету – следствие подозревает в преступлении ваше начальство. Это не первое похищение за последние месяцы. Знаете, где в прошлый раз нашли ребёнка? В чемодане. Разобранного по частям. Преступник сделал это, чтобы запутать след. Если новая жертва умрёт, вы возьмёте на себя ответственность? – с угрозой спросил он.

Мужчина перед ним побелел и икнул от страха. Он дрожащими руками убрал рацию обратно в карман.

– Сюда, пожалуйста. Я всё покажу, – пролепетал он.

Итан едва сдержал триумфальную ухмылку. Охранник оказался настолько легко внушаемым, что сам повёл его внутрь своей будки, показал видеозаписи и даже угостил горячим ароматным ромашковым чаем.

После долгого просмотра записей Итан почувствовал раздражение и разочарование. Все суда выглядели совершенно обыденно: каждое имело полный комплект документов, загружалось товаром и покидало порт своевременно. Ни одно из них не вызвало подозрений, и это заставило его задуматься, не совершил ли он ошибку, придя сюда?

Поблагодарив охранника, он покинул его будку и осмотрелся. Куда идти теперь и где искать Пенелопу?

– Ты неплохо соображаешь, но отстаёшь от Фабиана шагов на пять, – раздался знакомый голос сбоку.

Резко обернувшись, Итан обнаружил Ноа, спокойно восседающего на старой деревянной бочке и погружённого в чтение странного романа необычно маленького формата.

– Какую игру ты ведёшь? – напряжённо спросил Итан, понимая, что Ноа ждал его появления тут.

– Игру? Из всех мне нравятся только шахматы, но в последнее время мне стало совсем не до них. – Ноа убрал книгу в карман джинсов и посмотрел прямо на Итана. – Я никому не доверяю, Хейзел. Знаешь почему?

Он приподнял футболку с торса, обнажив довольно глубокий шрам.

– Мне его оставил последний человек, которому я решился доверить свою жизнь. Фабиан – сложный противник. Он просчитывает всё наперёд и не сводит с меня глаз. Что бы я ни делал и куда бы ни шёл – он знает всё, и я не могу помешать ему получать информацию.

В бледно-зелёных глазах Ноа мелькнуло что-то похожее на обычные человеческие эмоции. Итан отметил его усталость и недовольство и поймал себя на мысли, что вполне может понять мотивы поступков Ноа. Его взгляд заставлял сочувствовать ему, несмотря на недоверие.

– Значит, тебе нужна помощь кого-то незаметного. Кого-то, кого Фабиан недооценит настолько, что тот сможет прижать его к стене, – сделал предположение Итан.

– Как я уже сказал – ты неплохо соображаешь. – Ноа хмыкнул и повернулся к выходу, чтобы уйти. – Дам последний совет – Фабиан любит комфорт, но ещё больше любит предаваться воспоминаниям и чувствовать себя всесильным. Я сказал тебе всё, что мог. Остальное дело за тобой. Постарайся не опоздать.

Махнув рукой, Ноа быстро скрылся из виду, оставляя озадаченного Итана размышлять над услышанным. Хотя он продолжал сомневаться в искренности Ноа, разум подсказывал прислушиваться к нему. Взгляд Итана упал на одну из пришвартованных яхт. Охранник порта показал ему записи только с торговыми судами.

Без колебаний вернувшись в будку охраны, он попросил мужчину показать ему записи с частными судами, вновь неохотно доверившись Ноа.

Калум подошёл настолько близко, что Пенелопа кожей ощущала каждое его движение. Сердце застучало чаще, когда она уловила запах чеснока, исходивший от мужчины и вызывающий у неё приступ тошноты. Его руки периодически касались её груди или ягодиц, но она старалась не реагировать. Он крепил к ней взрывное устройство, пряча его под одежду. Его движения были грубыми и торопливыми, отчего Пенелопа подавляла желание оттолкнуть его прочь. Наконец, спустя несколько мучительных минут, Калум сделал шаг назад.

– Готово, – бросил он равнодушно, демонстративно отодвигаясь подальше, словно стараясь подчеркнуть своё пренебрежительное отношение к ней.

Пенелопа раздражённо поморщилась и неловко пошевелила конечностями, пытаясь убедиться, что ничего не мешает движению. Её взгляд случайно зацепился за нелепую открытку, лежащую на матраце – детскую, ярко-розовую карточку с нарисованным пушистым персидским котом. Она так сильно контрастировала с ситуацией, что это было даже почти смешно.

«Дорогая Пенелопа, у тебя и ещё нескольких моих людей будет ровно пятьдесят четыре часа на то, чтобы уничтожить Золотую арку во время солнечного затмения. Как только кто-нибудь это сделает, бомба на тебе и на них отключится. Если же вы с миссией не справитесь, то умрёте все вместе. Калум проводит тебя до точки старта и присмотрит за тобой на протяжении всего пути. Желаю успехов и удачи! Искренне твой, Фабиан».

Пенелопа скрипнула зубами от раздражения. Он даже не удосужился встретиться с ней лично, отправляя на смертельную операцию. А ведь она надеялась вытащить из него ещё немного информации.

– Предупрежу сразу – не делай глупостей, иначе умрёшь раньше времени. – Калум продемонстрировал ей пульт дистанционного управления бомбой.

Она постаралась скрыть раздражение, смиренно кивнув. Пенелопа прекрасно понимала, что её судьба теперь зависит от того, насколько быстро представится удобный случай избавиться от него.

Мужчина высокомерно улыбнулся, радуясь её покорности, и зашёл ей за спину. Пенелопа настороженно напряглась. Мужчина без предупреждения надел ей на глаза непроницаемую повязку и толкнул в спину.

– Иди, – приказал он.

Пенелопа сжала зубы, чтобы не врезать ему, и осторожно пошла вперёд. Калум вновь толкнул её в спину.

– Давай быстрее, – распорядился он.

– Мы опаздываем? – не удержалась она от вопроса.

– Пока нет, но если не прибудем на место завтра, то опоздаем, – ответил Калум, давая ей ценную информацию.

Пенелопа уже давно заметила, что её надзиратель не блистает интеллектом и Фабиан, скорее всего, не доверяет ему ничего особо ценного, но это не мешает ей попробовать разговорить его.

– Как я должна буду добраться до Исслена? – спросила она.

– Как хочешь. Меня это не волнует. – Калум пренебрежительно фыркнул.

– Разве ты не должен следить за мной? – уточнила Пенелопа.

– Я и буду, – загадочно ответил он. – Наклонись.

Она послушалась и пролезла в какой-то туннель. Проход оказался тесным, стены словно сжимались, вызывая лёгкое беспокойство и дискомфорт. Холод металла обжёг кожу ладоней, и ей пришлось стряхнуть неприятные ощущения.

– Остановись, – приказал Калум и, судя по звуку, закрыл шлюз.

Спустя секунду пол под ногами пришёл в движение. Пенелопа едва смогла удержать равновесие. Какое-то время она прислушивалась к работе аппарата, а затем их опять сильно качнуло. Они наконец достигли поверхности.

– Иди вперёд, – вновь распорядился Калум.

Она вышла и ощутила на своей коже жаркие лучи солнца, по которому уже успела соскучиться. Пахло солью и водой. Калум заставил её спуститься по лестнице и сесть на что-то мягкое.

– Сиди тихо и не снимай повязку, – сказал он.

– Хорошо, – откликнулась Пенелопа.

Мужчина ушёл. Она подавила желание ослушаться его и осталась сидеть с завязанными глазами, решив, что это может быть очередной дикой проверкой Фабиана.

Пока они плыли, Пенелопа успела проголодаться и задремать, поэтому появление Калума заставило её вздрогнуть. Сердце взволнованно застучало, бросая адреналин в кровь, а мозг мгновенно проснулся, готовый реагировать на любые изменения ситуации.

– Приехали, – объявил он и вывел её на улицу.

Пенелопа запнулась на трапе, чем вызвала у мужчины смешок, но не обратила на это внимания. Оказавшись на твёрдой земле, Калум вложил ей в руку какой-то круглый предмет, в котором она узнала обычный ресторанный пейджер.

– Как завибрирует, снимешь повязку, – произнёс он.

Пенелопа кивнула. Тёплый ветер ласково растрепал её густые локоны. Время будто остановилось, а каждая секунда ожидания превратилась в вечность, пока сердце билось неровно и тревожно, желая как можно быстрее получить хотя бы видимость свободы.

Наконец, нежная волна вибрации пробежала вдоль руки. Пенелопа быстро сорвала плотную ткань повязки, прикрывавшей глаза, и резко зажмурилась, ослеплённая ярким солнечным светом.

Она стояла совершенно одна возле широкой тихой реки, окружённой высоким глубоким карьером, переливающимся оттенками красного и оранжевого цвета в заходящем солнце. Здесь царила полная тишина, нарушаемая лишь редким шелестом ветра да журчанием струящейся воды. Она вдруг почувствовала себя крошечной песчинкой среди бескрайнего мира природы, заброшенной сюда судьбой. Настало время начать действовать.

Пока она обдумывала план действий и пыталась сориентироваться, на улице стемнело. Чистое небо усыпали яркие звёзды, а луна осветила путь. Отсюда ей придётся идти на север до столицы куда дольше выделенного времени. Придётся ловить попутку. Впрочем, сейчас у неё имелась задача поважнее.

Поискав следы, она смогла найти небольшой отпечаток ботинок Калума, который вёл на северо-восток. Скорее всего, вместе с бомбой на неё повесили маячок, но искать его времени не было.

Пенелопа осмотрелась, заметила вход в шахту и ликующе улыбнулась. Видимо, удача на её стороне. Она зашла внутрь. В нос ударил затхлый запах с нотками сероводорода. Она поморщилась, прижалась к стене и пошла дальше вглубь. Где-то неподалёку капала вода, действуя на нервы. Изо рта стал вырываться пар, и Пенелопа зябко поёжилась. Уперевшись в холодную каменную стену, она остановилась и прислушалась – никаких подозрительных звуков не было.

Понадеявшись на верность своего решения, она опустилась на пол и стала напряжённо ждать. Сердце стучало как отбойный молоток, а из-за повышенной сосредоточенности разболелась голова. Когда она подумала, что зря сюда пришла, по шахте раздались гулкие шаги. Она осторожно встала в непроницаемой темноте и прижалась к стене.

Издалека к ней пробился тонкий луч света, выхвативший из тьмы несколько валунов. Её глаза уже успели немного привыкнуть к темноте, поэтому даже с таким крохотным источником света она видела всё отлично. Калум приближался, ворча себе под нос ругательства. Пенелопа переместилась так, чтобы оказаться у него за спиной, когда он зайдёт в тупик.

Мужчина не заставил себя долго ждать. Фонарь ярко осветил стену. Пенелопа без раздумий ударила мужчину по затылку. Калум в последний момент успел немного повернуть голову, поэтому принял не весь удар и остался стоять на ногах, выронив фонарик. Он повернулся к Пенелопе и попытался вытащить пульт. Она вновь замахнулась, но в этот раз ногой, целясь в живот.

Мужчина перехватил её и отшвырнул в сторону. Она больно ударилась головой о каменную стену. Перед глазами всё поплыло, но она сразу вскочила на ноги и вновь обрушила на него удары, целясь в лицо и грудь, но он успешно их блокировал. Сгруппировавшись, Калум ударил в ответ. Не успев полностью увернуться, Пенелопа почувствовала жгучую боль в плече. Воспользовавшись её растерянностью, он схватил её за руки и прижал к стене, заставив встать на цыпочки.

– Сумасшедшая дура! – прорычал он.

– Зато всё ещё живая, – парировала Пенелопа, оттолкнулась левой ногой от стены и ударила его правым коленом в живот.

Калум от неожиданности отпустил её и на миг согнулся от боли. Этого ей хватило, чтобы вновь ударить его по затылку. Мужчина упал и замер. Не теряя времени, Пенелопа схватила фонарик и ощупала Калума, доставая рацию, телефон и пульт с единственной кнопкой взрыва. Забрав все вещи, она поспешила наружу.

Телефон поймал слабый сигнал, но, решив, что этого хватит, Пенелопа набрала номер Лоры и сообщение: «Затмение. Теракт. Достопримечательности. Столицы. Склады. Ядерное оружие».

– Знаешь, для обычного человека ты оказалась на удивление живучей, – сказал голос у входа в шахту, заставив её обернуться.

Лунный свет выхватил из темноты лицо Фабиана. Пенелопа сделала шаг назад, приготовившись к драке, и заметила странность – волосы мужчины были коротко подстриженными.

– Ноа… – выдохнула она, чувствуя, как внутри закипает ярость.

Его присутствие здесь могло значить только два варианта – он либо работает на Фабиана, либо является им.

– Вижу по лицу, что ты уже обо всём догадалась. Да, я недавно снова начал работать с братом, – спокойно сказал он.

– Почему? Тебе не жаль людей, которые доверились тебе и погибли? – спросила она, вспомнив об Эмили и Радживе.

– Ни одна война не обходится без жертв. – Ноа пожал плечами. – Зато, когда мы закончим, на планете вновь настанет справедливый мир. Люди объединятся перед лицом куда большей угрозы, чем мы.

Пенелопа истерично рассмеялась, представив будущее после ядерной войны, и незаметно нажала на кнопку «отправить» на телефоне.

– Мне больше не о чем говорить с таким, как ты, – прошипела она.

– Очень жаль, потому что мне есть что тебе сказать, поэтому слушай внимательно. – Ноа медленно приблизился к ней вплотную. – Фабиан наигрался с тобой. Прощай, Пенелопа Хейзел.

Прежде чем она успела среагировать, он вытащил пистолет и выстрелил ей в живот. Её пронзила резкая боль, перехватившая дыхание. Ноги подкосились, и она упала назад прямо в бурлящую реку.

Прошерстив все записи, Итан наконец нашёл то, что искал, – очень подозрительную яхту, записанную на одного из чиновников. Она пробыла в порту Лайтсайда совсем недолго, но камеры успели записать, как на неё погрузили большой ящик, который никто не проверил и в котором вполне можно было спрятать человека. После этого яхта отчалила, направившись на север.

В животе у Итана заурчало. В последние сутки он ничего толком не ел и почти не спал. Покинув порт, он остановился около ларька с хот-догами. От запаха еды закружилась голова. Итан то и дело успевал сглатывать слюну, пока стоял в очереди. Над головой кружились чайки, лёгкий ветерок трепал волосы. Раннее утро сменилось обедом. Итан блаженно закрыл глаза.

Яхта отплыла на север в сторону Айрондейла. Если их теория с подлодкой верна, то Фабиан должен обосноваться где-то поблизости. От Лайтсайда до Айрондейла они доберутся за час, а потом вновь продолжат поиски. Если всё пройдёт хорошо, то уже к вечеру они смогут найти логово Фабиана и вытащить Пенни.

«Если всё так просто, то почему Ноа не отыскал Фабиана сам?» – пришла ему на ум мысль, заставив насторожиться.

Предположим, Фабиан следит за Ноа и может быстро удрать от него, сверкая пятками. Почему тогда Ноа не предпринял ни единой попытки окружить Айрондейл? Если судить по его фразам, то он уже знал, что Фабиан использует реки для передвижения, а в последнее время обосновался под водой.

«Что, если его убежище находится не в Айрондейле?» – прошибла Итана неожиданная догадка.

Он резко открыл глаза и уставился перед собой. Если они ошиблись с местоположением Фабиана, то просто потеряют ценное для Пенни время в Айрондейле. Дал ли Ноа ему ещё какую-то подсказку? Кажется, он говорил что-то про ностальгию. Где находится приют, в котором выросли братья?

– Вы будете что-нибудь брать? – уточнил продавец, недовольно глядя на Итана глубоко посаженными глазами.

Он вздрогнул, вернувшись в реальность, и осознал, что уже подошла его очередь.

– Нет, – ответил он, отошёл от прилавка и осмотрелся, ища магазин электроники.

Ближайший обнаружился совсем недалеко от него. Он залетел туда с такой скоростью, будто за ним кто-то гнался.

– Мне нужен самый дешёвый телефон и сим-карта, – быстро сказал он недоумённо застывшему мальчишке-сотруднику с оттопыренными ушами.

К счастью, тот быстро пришёл в себя и дал ему всё необходимое. Итан расплатился, вышел на улицу и набрал номер Саймона.

– Алло, – раздался голос друга после нескольких непродолжительных гудков.

– Это Итан. Мне…

– Итан? Что у вас там происходит? Где вы? Лора уже с ума тут сходит из-за переживаний. Вы нашли Лив? – взволнованно затараторил Саймон.

– Мне некогда объяснять все обстоятельства. Лив в безопасности. Мне нужно узнать, где твой отец жил, когда работал на ГБО? – нетерпеливо спросил Итан.

– Сложный вопрос. Я помню, что в его документах значится, что он вырос в Сен-Шэре, но он там никогда не был, – задумчиво ответил Саймон.

– А где его похоронили? – уточнил Итан.

– Недалеко от Клифтона, – мгновенно отозвался друг. – Считаешь, он жил раньше где-то там?

Итан был почти уверен в этом, вспомнив, что по досье Ирэн тоже родом оттуда.

– Да. Мне некогда. Свяжусь с тобой или Лорой позднее, – сказал он и сбросил вызов.

Лайтсайд и Клифтон находились буквально в противоположных частях Тесвиерии. Чутьё подсказывало ему, что нужно отправляться туда немедленно. Замешкавшись на секунду, он нашёл салон с автомобилями напрокат, взял там чёрный «Логан», похожий на тот, что раньше водила Пенни, и направил его на магистраль, собираясь выжать из него всё возможное.

Как только он покинул город, количество машин сразу уменьшилось. Он втопил педаль газа в пол. И без того рычащая машина отозвалась неодобрительными звуками, заставив его вновь почувствовать тоску по разбитому «Роллс-Ройсу». На душе у него было неспокойно. Кажется, из-за знакомства с Фабианом он всерьёз рисковал стать параноиком до конца своей жизни.

На улице начали сгущаться сумерки, окрасив местность в приглушённые тона. Из-за однотипного пейзажа зрение Итана замылилось. Ему ужасно хотелось спать и есть. Он держался исключительно на упрямстве. Когда неподалёку раздался звук выстрела, он дёрнулся. Машина опасно вильнула, но он сумел выровнять её и со скрипом остановиться.

Выйдя из машины, он посмотрел на карьер и протекающую в его глубине реку. На секунду ему показалось, что около неё стоит подозрительная фигура. Итан замер, раздумывая, стоит ли ему спуститься или будет лучше продолжить путь в Клифтон?

«Как бы на его месте поступила Пенни?» – подумал он.

Она бы ни за что не оставила человека в возможной беде. Выругавшись, он нашёл наиболее безопасный, на его взгляд, спуск. Каждое его движение сопровождалось напряжением мышц. Он отчаянно прислушивался и осматривал местность, но больше ничего подозрительного не замечал.

Когда его ноги коснулись земли, он уже успел пожалеть, что ввязался в эту авантюру. Возможно, Пенни сейчас очень нужна его помощь, а он тут непонятно чем занимается. Прежде чем возвращаться, он решил всё же пробежаться около реки. Фигура незнакомца успела исчезнуть из виду, зато он нашёл следы, которые вели из старой шахты к реке. Посмотрев на тёмную бурлящую гладь, он заметил кого-то барахтающегося в воде. Не размышляя ни секунды, он прыгнул в реку.

Холод проник сквозь одежду, а тело покрылось мурашками. Пытаясь справиться с сильным течением, он судорожно хватал воздух и старался не потерять из виду силуэт человека.

Приблизившись, он разглядел знакомые черты лица и чуть не захлебнулся. Это была Пенни. Её прекрасные каштановые волосы спутались, одежда намокла и потяжелела, не давая выбраться на сушу. Потеря сознания угрожала ей каждую минуту.

Протянув руку, Итан ухватился за мокрую ткань её кофты. Его сердце бешено колотилось, а дыхание перехватило от напряжения. Выплыв на мелководье, он бережно поднял её на руки и перенёс на твёрдый грунт.

– Всё будет хорошо. Только не теряй сознание, – панически произнёс он, тяжело дыша, но это не сработало.

Пенни мягко прикоснулась к его лицу, будто не веря в то, что он здесь, и закрыла глаза. Итан почувствовал на своих руках что-то неестественно тёплое, опустил взгляд и увидел огромное кровавое пятно на её животе. Он опустил её на землю, приподнял одежду и выругался, увидев страшную рану и прикреплённую на груди бомбу.

– Держись. Я найду способ помочь, – дрожащим голосом сказал он, прекрасно понимая, что единственный способ это сделать – поднять её к машине и доехать до Нортгрейлена, который он проехал двадцать минут назад.

Пусть он уже исчерпал все силы и дрожал от страха и отчаяния, но не мог позволить ей умереть. Итан поднял Пенни на руки и направился к тому месту, где ранее смог без особых проблем спуститься, молясь всем богам, которых знал, чтобы успеть привезти её в больницу до того, как станет слишком поздно.

Итан сидел на пластиковом стуле и нервно топал ногой. Дрожащие руки он сцепил в замок и старался не смотреть на засохшую на пальцах кровь. Он привёз Пенни в больницу Нортгрейлена несколько часов назад, и её сразу забрали на операцию. Ему же сказали, что если бы он не оказал ей первую помощь, то мог бы и не довезти её досюда.

Эта информация напугала его до чёртиков. Он знал, что ему стоит как можно быстрее попасть в Клифтон, чтобы расквитаться с Фабианом, но не мог оставить Пенни одну в таком состоянии. Врачи были, мягко говоря, в шоке, когда увидели на ней тикающую бомбу. Данное условие затруднило операцию по извлечению пули, но, к счастью для Итана, дежуривший врач оказался хорошим знакомым гениального хирурга, получившего Нобелевскую премию и преподающего на старости лет в элитном Тесвиерийском университете медицины, конкурс в котором каждый год составлял пятьдесят человек на место. Туда приезжали учиться люди со всего мира.

Лампочка на двери погасла, ознаменовав окончание операции. Итан подскочил на ноги. Дверь открылась, и к нему вышел маленький худощавый старик за семьдесят.

– Всё прошло хорошо. Вашей жене нужен отдых, но она обязательно поправится, – сказал он, но Итан лишь напрягся сильнее, уловив в его тоне недосказанность.

Заметив это, врач тяжело вздохнул.

– Когда вы привезли её сюда, она уже находилась в критическом состоянии. Нам удалось спасти её жизнь, но, к сожалению, детей ваша жена иметь больше не сможет, – без предисловий выложил он всё.

Итан почувствовал, как у него от облегчения опускаются плечи. Они с Пенни пару раз разговаривали о возможности завести второго ребёнка, но к решительным действиям не приступали. Конечно, плохо, что теперь эти двери для них окончательно закрылись, но всегда можно взять ребёнка из приюта, которому они активно помогают. Главное, что она осталась жива.

– Сейчас её перевели в отдельную палату интенсивной терапии. Вы можете навестить её завтра. Когда будете уходить, возьмите с собой вещи у стойки, – произнёс врач и на мгновение задумался. – Стоит ли мне спросить у вас о бомбе? Не хотелось бы подвергать опасности персонал больницы.

– Вызовите саперов, но если они не справятся, то я с этой проблемой сам разберусь, – кратко ответил Итан, развернулся и спустился в полупустой в это время холл.

Там царила почти полная тишина, лишь играла тихая музыка и периодически зевали люди в очереди.

– Здравствуйте. Могу я забрать вещи своей жены? – спросил он у сонной девушки за стойкой.

Она молча протянула ему свёрток, в котором он обнаружил неработающую рацию, бесполезный пульт от бомбы и телефон. Последний даже включился, позволив Итану себя изучить. Там не было ни одного стороннего приложения. Лишь то, что ставилось заводом-изготовителем. Он залез в СМС, нашёл последнее неотправленное сообщение, которое явно написала Пенни, и выругался.

Выйдя на тёмную парковку, он достал свой новый простенький телефон, ощупал карманы, достал бумажку, на которой Полина наспех написала свой номер телефона, когда они решили разделиться, и набрал её номер.

– Где тебя черти носят? – вместо приветствия спросила она. – Я в няньки твоей дочери не нанималась…

– Я нашёл Пенелопу. Она в больнице Нортгрейлена с пулевым ранением и бомбой на груди, – прервал её Итан, заставив замолчать.

– Нортгрейлен? Не далековато от Айрондейла? – удивлённо спросила она.

– База Фабиана действительно находится под водой, но не в Айрондейле. Полагаю, он обосновался в Клифтоне около Оукстоуна, – сказал Итан, подходя к машине. – Объяснять детали мне некогда. Я уже еду туда. Фабиан готовит взрывы достопримечательностей и складов с ядерным оружием в столицах нескольких стран в день солнечного затмения. Предупредите всех, приезжайте в Нортгрейлен и присмотрите за Пенни. Она точно будет переживать, когда очнётся.

– Принято, – с недовольством отозвалась Полина и сбросила вызов.

Итан поморщился. Он сейчас меньше всего походил на командира. Бледный, как смерть, с дрожащими руками, запачканными кровью, и полной растерянностью в зелёных глазах, он сел за руль и вновь выехал на магистраль. Пусть он и сказал Ноа ранее, что ему плевать на Тесвиерию, но это было не так. Если он мог помочь невинным людям, то сделает это. Тем более сейчас его душа была почти спокойна за Лив и Пенни. Оставалось только разобраться с бомбой. Фабиан наверняка мог отключить таймер, значит, нужно найти его и заставить это сделать.

К следующему утру он почти доехал до Мидлтона и остановился на заправке, чтобы умыться и перекусить. Сэндвич с сомнительным составом показался ему пищей богов. Он проглотил его и даже не заметил этого. Чашка того, что здесь называли громким словом «кофе», на него не оказала никакого действия. Итан засыпал на ходу и не имел ни малейшего понятия, как в таком состоянии будет искать Фабиана в настолько сжатые сроки.

Ему срочно нужен отдых, но при этом ещё необходимо добраться до Клифтона как можно быстрее. Он разрывался между двумя задачами, пытаясь решить сразу обе. Между Мидлтоном и Иссленом находился международный аэропорт, но он только потеряет там время в ожидании рейса. Нужен другой вариант.

Его взгляд скользнул по рельсам, проходящим около заправки. Немного подумав, он подошёл к сотруднику, поздоровался и завязал разговор.

– Вы не знаете, где здесь находится ближайший вокзал? – спросил он у мужчины в годах.

– Знаю, конечно. В Исслене, – ответил тот.

Итан поморщился. В столице он потеряет столько же времени, что и в аэропорту. Видимо, придётся ехать самому, вставив в глаза спички.

– Ещё тут неподалеку торговые поезда грузятся. – Мужчина указал направление рукой чуть дальше по дороге.

Итан ощутил резкое желание обнять его на радостях, но, естественно, этого не сделал. Он поблагодарил мужчину и поехал в указанную им сторону, пока не упёрся в простенький забор.

Найдя место без камер, он легко перелез через ограждение, прошёл вглубь и заметил подъезжающий поезд с отправлением Сен-Шэр – Лейквью. Обрадовавшись ещё больше, он дождался, пока сотрудники отвлекутся, без проблем забрался в поезд, спрятался около коробок, пахнущих собачьим кормом, и мгновенно уснул.

– Ты чего здесь забыл? – грянул как гром мужской голос, заставивший Итана подпрыгнуть.

Первые несколько секунд он соображал, где находится, а потом с недоумением посмотрел на высоченного накачанного и очень недовольного мужчину, склонившегося над ним.

– Язык проглотил? – спросил он.

– Я заснул, – ответил Итан, не придумав ничего лучше.

– Это я и без того вижу. Стрёмный из тебя вор. – Мужчина хмыкнул.

– Так я и не вор. Я адвокат, – возмутился Итан.

– Моим картонным коробкам он явно не нужен, – ответил он. – Давай-ка, мистер адвокат, я позвоню в полицию, а там дальше пусть они разбираются, кто ты и что с тобой делать. – Мужчина достал из кармана телефон.

Итан быстрым движением вырвал его и спрятал за спиной.

– Слышь, ты… – с угрозой начал мужчина, но Итан его перебил:

– Я признаю, что выгляжу подозрительно, но позвольте мне хотя бы попробовать объясниться. Моя жена попала в больницу в Оукстоуне. Её оперируют уже десять часов – состояние критическое, а я застрял в Исслене. У меня украли все вещи и деньги, и я не придумал ничего лучше, чем забраться сюда. Простите, – на ходу сочинил Итан и протянул мужчине телефон. – Теперь можете звонить. Надеюсь, я успею увидеть свою жену живой в последний раз.

Он печально опустил голову. Мужчина растерянно осмотрелся и почесал затылок.

– Товар вроде весь на месте. – Он тяжело вздохнул, принимая какое-то решение. – Я тоже женат, знаешь ли… Давай иди отсюда, пока я не передумал, и поешь что-нибудь, а то едва на ногах стоишь.

Мужчина махнул огромной рукой и ушёл. Итан поспешил ретироваться. Чувствовал он себя значительно лучше, чем накануне, хотя есть действительно хотелось. Он вышел на одну из небольших улочек, поёжился от холода и уверенно подошёл к спрятанной от вида прохожих площадке таксистов. Приехав сюда впервые на поезде с Пенни и Лив к тестю, они долго искали транспорт около этих симпатичных частных домиков.

Он постучал в окно жёлтой «Хонды» и подождал, пока водитель опустит стекло.

– Подвезёшь до Клифтона? – спросил он.

– Нет. Далеко. Погода плохая, – сухо и безразлично отозвался парень с едва появившимся на лице подобием усов.

Итан поморщился. Погода в плоскогорной области Оукстоуна радовала своих жителей редко. Сегодня было холодно и пасмурно, а под ногами стелился туман. Пока почти вся Тесвиерия радовалась весне, сюда как будто уже пришла осень, миновав другие времена года.

– Заплачу по тройному тарифу, а если довезёшь за пять часов, то по пятерному, – добавил Итан.

Парень тут же расцвёл в дружелюбной улыбке.

– Садитесь, – произнёс он.

Итан запрыгнул на жёсткое заднее сиденье и попытался ещё поспать, но сон не шёл. Его телефон завибрировал – Полина прислала новый номер. Недолго думая, он набрал сообщение: «Как дела?»

Ответ пришёл быстро: «Пенелопу перевели из палаты интенсивной терапии в обычную, но она ещё не проснулась. Саперы приехали обезвреживать бомбу. Лео занимается переговорами с Россией. Они пообещали связаться с другими странами и поставили усиленную охрану к Кремлю и складам. Лив тоскует и изводит нам нервы, с собакой на пару, но физически в порядке».

Итан удовлетворённо кивнул и убрал телефон в карман. Таксист включил ненавязчивую музыку. Минуты тянулись медленно, а дорога казалась бесконечной. Наконец такси въехало в Клифтон.

– Куда ехать дальше? – спросил парень, выдав самое длинное предложение из всех им ранее ему сказанных.

Итан на мгновение задумался, а потом ответил:

– В приют.

Парень кивнул, нашёл место в навигаторе и спустя пятнадцать минут остановился около заброшенного на вид здания.

– Оплата? – спросил он.

– Картой, – откликнулся Итан и расплатился.

Парень проверил счёт и счастливо улыбнулся.

– Ждать нужно? – уточнил он.

– Нет, – отрезал Итан и вышел из машины под мелко капающий дождь.

Приют располагался на окраине города, вдали от шумных улиц и суеты. Старое двухэтажное здание из красного кирпича выглядело уютно и приветливо, несмотря на потёртость фасада. Окна были широкими, с деревянными рамами, покрытыми тонким слоем пыли. Над крышей возвышалась небольшая колокольня, придающая дому особый шарм.

Перед входом росли старые яблони, ветви которых склонялись низко над землёй, создавая тенистый навес. Во дворе стояли выцветшие от времени качели и песочница. В окнах горел свет, а на заборе висела табличка со знакомым адресом: «Харбоу-стрит, 27».

Итан скользнул вдоль стены, стараясь оставаться незамеченным. Дверь оказалась открытой. Она слегка скрипнула, когда он толкнул её. Внутренняя обстановка оказалась совсем иной, чем снаружи: грязные полы, облезлые обои, повсюду следы разрухи и запустения.

В воздухе витал затхлый запах сырости и плесени. Под ногами хрустел битый кафель. В глубине коридора слышались приглушённые движения и негромкий шёпот. Двое незнакомцев вели беседу. Итан сделал шаг вперёд и замер, почувствовав холодное прикосновение к затылку.

– Руки вверх, – произнёс грозный мужской голос.

Итан даже и не подумал подчиниться. Он пригнулся и ударил мужчину по запястью, отводя пистолет в сторону. Раздался внезапный выстрел. Итан ударил его по кадыку. Мужчина согнулся пополам, начав задыхаться. Итан поднял с пола револьвер и проверил наличие патронов – пять штук. Из-за поворота появились ещё двое амбалов. Он пригнулся, спрятавшись за столом. Слева просвистела пуля.

Все его мышцы напряглись, вспоминая давние уроки стрельбы. Он старался дышать медленно и держать голову холодной, но пульс всё равно зашкаливал. Мужчины решили разделиться и взять его в кольцо, но он быстро юркнул в соседний коридор и выстрелил в ближайшего к нему человека. Мужчина явно не ожидал от него такой прыти. Он даже не успел повернуться к нему лицом, когда Итан попал ему в плечо.

Второй кинулся за ним, но Итан сумел это предугадать. Круто развернувшись, он бросился прямо ему навстречу. Тот попытался прицелиться, но не успел. Итан выбил пистолет из его рук и отправил в нокаут ударом в солнечное сплетение. Он встал, переводя дыхание, и почувствовал удар в спину. От неожиданности он сделал шаг вперёд и позволил нападавшему выкрутить себе руки.

– Не дёргайся. Всё закончится быстро, – услышал он зловещий шёпот Ноа прямо над ухом.

Волосы встали дыбом от ужаса, а страх затопил каждую клеточку тела.

– Предатель! – рявкнул он, вложив всю ярость и негодование в этот крик.

– Никто не без греха, – вздохнул Ноа, слегка грустно усмехаясь, словно сам себя осуждая.

Затем он решительно подтолкнул его вперёд по мрачному коридору.

Потолки частично обрушились, обнажив гнилые доски и облупившуюся штукатурку. По стенам змеилась тёмная плесень, трескалась краска, сквозняк гулял свободно через щели, наполняя призрачной тишиной комнату, в которую они вошли. Отсюда веяло одиночеством и отчаянием, будто она хранила воспоминания о тех, кто здесь жил много лет назад.

Возле почерневшего очага полуразрушенного камина сидел незнакомый мужчина, лицо которого поразительно напоминало ему Ноа. Единственным различием между двумя братьями была длина волос. Фабиан уложил свои в низкий хвост, а Ноа предпочитал коротко стричься.

– Я поймал крысу, – отчеканил Ноа с ледяной жестокостью.

– Спасибо, брат. Должен признаться, твоя инициатива весьма неожиданна. Кто бы подумал, что ты вдруг проявишь её именно сейчас, – мягко протянул Фабиан, лукаво улыбнувшись, и посмотрел на Итана. – Интересно, как он сюда вообще попал. Я думал, об этом месте знаем только мы двое.

– Откуда мне знать, что происходит в его голове? – философски пожал плечами Ноа.

– Значит, вас действительно двое, – прошипел Итан, почувствовав приступ злости и страха одновременно.

Фабиан громко расхохотался, раскатистые нотки эхом отразились от потрескавшихся стен.

– Ты абсолютно прав! Давно, однако, нас никто не путал. Кажется, в последний раз это было, когда мы здесь жили? – Фабиан посмотрел на Ноа, который в ответ кивнул.

Глаза Итана лихорадочно метались между ними обоими, чувствуя, как паника парализует разум. Он попытался вырвать руки, но Ноа держал слишком крепко. Голова у него отказывалась думать, а внутри разливались страх и отчаяние. Его можно назвать смельчаком или глупцом за решение прийти сюда в одиночку? Он даже не сказал никому, куда конкретно направляется. Самонадеянный идиот.

– Ноа, избавься от мусора и позволь нам наконец обсудить важные дела. Неужели ты не хочешь побыть со мной немного дольше после стольких долгих лет расставания? Мне так недоставало твоей компании, – жалобно произнёс Фабиан.

Ноа неподвижно стоял на месте, сжав губы в тонкую линию.

– Сколько телохранителей ты привёл с собой сегодня? – спокойно поинтересовался он.

– Троих, а что? – Фабиан мгновенно потерял всё веселье.

В его бледно-зелёных глазах вспыхнули нотки настороженности и тревоги.

– Тогда ты попал в крупные неприятности, братец.

Развернувшись, Ноа толкнул Итана прочь и молниеносно вытащил оружие, направляя его прямо на брата. Тот в ответ поступил так же. Оба замерли, неотрывно глядя друг другу в глаза.

– Ты думаешь, я не мог предсказать подобного сценария? Ты вновь разочаровываешь меня, Ноа. – Голос Фабиана звенел, как холодная сталь.

Ноа лишь равнодушно приподнял бровь.

– Помнишь, что я сказал тебе в нашу последнюю встречу? Что найду и убью тебя во что бы то ни стало. Ты заставил меня за собой побегать, – сказал он.

Итан растерянно переводил взгляд с одного мужчины на другого, потеряв нить происходящего. Ноа враг или всё же друг?

– Думаешь, так просто сможешь меня убить? Ошибаешься, я всегда опережаю тебя на шаг! Ведь я прекрасно изучил твой характер, – гордо заявил Фабиан.

– Верно, поэтому я ввёл в наше уравнение две переменные, которые отлично сыграли свои роли. Семь лет подготовки принесли свои плоды, – задумчиво добавил Ноа.

Итан нахмурился, поняв, что речь идёт о нём и Пенелопе, которая едва не погибла из-за действий этих мужчин и, возможно, до сих пор находится в опасности из-за прикреплённой к ней бомбы.

– Если бы ты мог увидеть то же, что вижу я, то всех этих бессмысленных жертв можно было бы избежать. – Фабиан тяжело вздохнул, искренне огорчённый сложившейся ситуацией.

Тело Итана напряглось, когда он услышал тихие шаги позади Ноа. Он инстинктивно обернулся, но опоздал. Прогремел громкий выстрел, и Ноа рухнул наземь.

– Победа снова за мной, – торжественно объявил Фабиан, наблюдая за падением противника.

Итан схватился за пистолет, целясь во внезапно появившегося охранника, но не успел сделать выстрел. Боль обожгла ногу, выбивая воздух из лёгких. Лицо Фабиана исказилось недовольством, когда он увидел, что охранник промахнулся.

Итан выстрелил, попав пришедшему в живот, и услышал звук поднимающегося затвора пистолета со стороны Фабиана. Перед глазами у него появились улыбающиеся лица Пенни и Лив. Он зажмурился. Прозвучал очередной выстрел, но новой вспышки боли не последовало.

Он распахнул глаза и посмотрел на Фабиана. На груди мужчины появилось ярко-алое пятно.

– Я знал, что охранников здесь четверо, придурок, – сказал Ноа, держа в дрожащей руке пистолет. – И знал, что ты придёшь с оружием, хотя договор был другим.

Ноа закашлялся. Из уголка его губ стекла кровь.

– А ещё знал, что твоя самоуверенность не даст тебе надеть бронежилет. Мы в этом похожи. – Он истерично рассмеялся.

Пистолет выскользнул из его рук и упал на пол.

– Теперь это точно конец, – выдохнул он, опустил голову и застыл.

В приюте стало неестественно тихо. Поняв, что остался здесь единственным выжившим, Итан вытащил дрожащими руками телефон и вызвал полицию.

Пенелопа чувствовала себя по-настоящему разбитой. Она не понимала, где находится и зачем ей вообще нужна эта информация. От живота вверх и вниз распространялась боль. Что-то назойливо пищало над ухом.

– Почему ты мне ничего не рассказала? – услышала она мужской голос как будто из-под воды.

Что и кому она должна была рассказать, мозг соображать отказывался.

– По нескольким причинам. Во-первых, ты вряд ли смог бы мне помочь… – Женский голос замялся.

– А вторая? – подтолкнул к ответу мужчина.

Женщина тяжело вздохнула.

– Мне не хотелось подвергать тебя опасности. Если бы знала, что Россия всё равно заставит тебя в этом участвовать, то рассказала бы, – тихо ответила она.

Повисла тишина. Пенелопа, собрав все силы, приоткрыла глаза и чуть не ослепла от яркого света. Когда глаза немного привыкли, то обнаружила, что лежит на кровати в отдельной палате. Лёгкий ветерок залетает внутрь, едва колыхая шторы. Рядом сидят Лео и… Полина? Что она здесь делает? Где Лив?

– Если бы ты попросила, то я бы с удовольствием подверг себя опасности ради тебя, – уверенно произнёс он.

– Именно это и пугает меня больше всего остального. – Полина невесело хмыкнула и отвернулась.

Лео подался вперёд и взял её за руку.

– Посмотри на меня, пожалуйста, – попросил он.

Полина замешкалась, но всё же повернулась к нему лицом.

– Я должен был сказать это уже давно, но ты не давала возможности…

– Лео…

– Не перебивай! Я всё равно скажу это, хочешь или нет. Я люблю тебя, и мне совершенно всё равно, кто ты и каким было твоё прошлое. Мне достаточно того, что я увидел, пока работал с тобой. Мы уже давно не подростки, поэтому выходи за меня замуж. Я обещаю сделать всё возможное ради твоего счастья, – сказал он.

Полина прикусила губу, а Лео покраснел настолько сильно, что напомнил Пенелопе себя молодой в их первую встречу.

– Я… я не…

– Соглашайся, и пригласите нас на свадьбу, если, конечно, мы вдруг не стали врагами, пока я тут лежала, – негромко произнесла Пенелопа и закашлялась.

Сладкая парочка вздрогнула. Полина выдернула руку из ладоней Лео и отодвинулась. Пенелопа, впрочем, успела заметить румянец на её щеках. Лео потянулся к графину, налил воды и протянул Пенелопе. Она с трудом сделала пару глотков.

– Где я? Где Лив и Итан? Что случилось? Моя… – Она попыталась нащупать бомбу на груди, но её там не оказалось.

– Погоди. Давай объясню всё по порядку… – начал Лео, но его перебила резко распахнувшаяся дверь.

– Вы не видели Лорда? Он куда-то убежал, и я нигде не могу его найти, – услышала она родной голос и повернула голову ко входу.

Оливия застыла, поймав её взгляд. Дочь выглядела отлично – волосы немного растрепались, футболка и джинсы были чистыми, а щёки раскраснелись от бега. По щеке Пенелопы скользнула слеза от облегчения.

– Оливия. – Она протянула к ней свободную от капельницы руку.

– Мама, – чуть не плача, прошептала Лив и кинулась к ней.

Пенелопа зарылась рукой в её волосы и вдохнула родной запах.

– Как ты себя чувствуешь? Ничего не болит? – спросила она.

– Это мне нужно спрашивать. Тебе недавно сделали операцию, а эти двое запретили мне здесь сидеть. – Оливия с негодованием посмотрела на Лео и Полину. – Сказали, что у меня слишком мрачное лицо для ребёнка. Ещё бы оно было не мрачным! Меня похитили и таскали с места на место. Даже перестрелки были. А ещё я подобрала щенка. Мы же можем его оставить? Он совсем крохотный, но очень милый. Я покажу его тебе, как только найду.

Пенелопа счастливо улыбнулась, наблюдая, как Оливия пытается рассказать ей всё и сразу. Это убедило её в том, что она в порядке, куда лучше любых слов.

– Со мной тоже всё хорошо. Не сходишь поискать щенка? Мне бы хотелось с ним познакомиться, – сказала она.

– Да, конечно. Я мигом. – Лив выбежала в коридор, захлопнув за собой дверь.

– Теперь мне хотелось бы узнать, что произошло. – Пенелопа серьёзно посмотрела на Лео.

Он почесал бороду и выложил ей всё, что знал о том, чем они занимались в её отсутствие.

– Ты хочешь сказать, что Итан поехал ловить Фабиана в одиночку? – уточнила она, чувствуя, как холодеет кровь в жилах.

– Да, – подтвердил он.

Пенелопа резко дёрнулась, намереваясь встать, но сразу скривилась от боли.

– Тебе нельзя вставать, – серьёзно заявил Лео, укладывая её обратно.

– Я нужна Итану прямо сейчас, и никто меня не остановит, – рявкнула Пенелопа.

– Я всё же попробую, – раздался со стороны двери новый голос.

Они все с удивлением повернулись туда, увидев президента Тесвиерии – Николь Шейрон. Женщина в строгом бежевом деловом костюме стояла в проходе, гордо вскинув подбородок.

– Мне нужно поговорить с Пенелопой Хейзел, если позволите, – произнесла она.

Лео и Полина переглянулись, а потом без возражений вышли, пройдя мимо грозных на вид охранников. Николь медленно подошла к кровати, села на стул и расправила юбку.

– С фруктовой корзиной произошли сложности, поэтому её доставят уже после того, как я уйду, но, думаю, это не страшно, – сказала она, вгоняя Пенелопу в ступор.

– Простите, но мне сейчас совсем не до ваших корзинок и разговоров, – произнесла она.

– Понимаю, но выслушать меня вам всё же придётся, – непреклонно заявила Николь.

Пенелопа сжала руки в кулаки, понимая, что прогнать президента она легко не сможет.

– Не переживайте. Я надолго вас не задержу. – Николь вытащила из-за пазухи письмо и положила его на кровать перед Пенелопой. – Это письмо дал мне Ноа несколько месяцев назад. Он попросил меня отдать его вам на следующий день после затмения. Я не смогла отказать своему последнему другу в такой просьбе, даже с тем учётом, что в последнее десятилетие он выстроил между нами огромный барьер. Прошу, прочитайте.

Пенелопа осторожно взяла в руки конверт, будто он мог неожиданно отрастить зубы и укусить её.

«Дорогая Пенелопа Хейзел, если ты читаешь это письмо, то я либо уже мёртв, либо нахожусь в шаге от смерти. Возможно, эта новость даже обрадует тебя, но я не в обиде за подобные мысли. Я пишу это письмо с одной-единственной целью – извиниться. Если всё пройдёт так, как я думаю (а я в этом практически не сомневаюсь), то я причиню много бед твоей семье и близким. Поверь, знай я другой способ остановить Фабиана, то ни за что не прибег бы к подобному. Многие люди погибнут, в том числе и от моих рук. Возможно, сумей я довериться тебе, то не пришлось бы разыгрывать этот спектакль, но я не смог. Знаешь, десять лет назад я оказался так близко к Фабиану, что почти схватил его, но меня предал человек, который был моей правой рукой. Я чуть не погиб и принял решение больше никому не доверять. Фабиана нужно было остановить. Любой ценой. И я пожертвовал всем – друзьями, союзниками, душевным спокойствием, эмоциями и, в конце концов, жизнью. Я не ищу ни жалости, ни сострадания. Знаю, что в последние годы был тем ещё подонком. Это письмо – последний акт моей сгорающей в агонии человечности, которую я вырву на корню, как только поставлю завершающую письмо точку. Прости меня, если сможешь, а если нет, то прокляни настолько сильно, чтобы я избежал стояния очереди в чистилище и сразу попал в ад. Хватит с меня пустого ожидания. Я желаю тебе, твоей семье и близким всего самого наилучшего и искренне попытаюсь по мере возможности сохранить вам всем жизнь. Твой жалкий братоубийца, Ноа Аслин».

Дочитав письмо, Пенелопа застыла. Мысли перемешались в голове, не давая ей сделать выводы. Ноа сотрудничал с Фабианом и выдал её ему, нанеся психологическую травму, чтобы убить его? Эта сложная цепочка никак не хотела укладываться в голове.

Телефон Николь зазвонил, заставив Пенелопу вздрогнуть.

– Слушаю, – сказала она, поднеся его к уху.

Спустя секунду её лицо побледнело. Она сжала губы в тонкую линию и посмотрела перед собой ничего не видящим взглядом.

– Принято. Продолжайте работать, – сухо произнесла Николь, закончила разговор и повернулась к Пенелопе. – Ноа и Фабиан Аслины мертвы. Ваш муж попал в больницу Оукстоуна с пулевым ранением в ногу. Жить и ходить будет. Можно сказать, что вы отделались малой кровью.

Николь встала и вновь поправила юбку небрежным движением.

– Всего доброго. Надеюсь, больше никогда не увидимся. Поскорее поправляйтесь, Пенелопа Хейзел, – произнесла она и направилась к двери.

– Вы разве не хотите знать, что написано в письме? – остановила её вопросом Пенелопа.

Николь обернулась к ней с застывшими в уголках глаз слезами.

– Мне не нужно читать письмо, чтобы узнать, что этот справедливый, гордый и фанатичный идиот мог вам написать. Он сделал свой выбор уже очень давно. – Николь судорожно выдохнула и добавила настолько тихо, что Пенелопа так и не смогла решить, послышалось ей или нет: – В конечном итоге он всё равно выбрал не меня.

Николь вышла, мягко прикрыв за собой дверь. Пенелопа осталась одна в чистой больничной палате и почувствовала, как у неё глубоко внутри развязывается напряжённый клубок нервов. Правдиво письмо или нет, но всё наконец пришло к своему логичному завершению. Теперь им с Итаном стоит сосредоточиться только на выздоровлении и возвращении в привычное русло жизни в Сент-Ривере.

– Оливия, дедушка скоро приедет! – крикнула с первого этажа Пенелопа.

Послышался жуткий грохот сверху.

– У тебя всё нормально? – уточнила она.

– Уже спускаюсь, – отозвалась Лив.

– Может, тебе нужна помощь? – спросил Итан, подходя к лестнице.

– Нет. – Оливия выволокла огромный чемодан и стала медленно спускаться. – Я справлюсь сама…

Чемодан выскользнул у неё из рук, прокатился по лестнице, ударился в стену и открылся, извергая из себя ворох наспех затолканных ею туда вещей.

– О нет, – пробормотала Лив, кидаясь собирать их с пола.

– Что у вас здесь взорвалось? Бомба, граната? – спросил заглянувший с улицы Лукас, пытаясь поправить торчащие во все стороны мокрые чёрные волосы. Видимо, опять купался в фонтане, хотя ему это делать запретили.

– Чемодан, – меланхолично ответил Итан. – Помоги сестре собрать вещи в университет, пока она окончательно не опоздала и не подвела Мишель.

– Эй, у меня всё подсчитано. Я должна выйти из дома ровно через три минуты. – Оливия сверилась с часами. – Ладно, может, я уже немного опаздываю. У меня осталось всего двадцать секунд. Помогите!

Итан и Пенелопа синхронно закатили глаза. С возрастом взбалмошность Оливии никуда не делась.

– Я помогу, только не заставляй меня трогать твои лифчики первого размера. – Лукас наигранно поёжился.

Оливия кинула в него кофту.

– У меня не первый размер, а почти второй, и они ещё растут, – с недовольством отозвалась она.

За окном засигналил пикап Говарда. Общими усилиями они успели собрать вещи Оливии и подвели её к крыльцу.

– Веди себя хорошо, – произнесла Лив, потрепав огромного серого пса по голове.

Лорд что-то печально проскулил, не желая надолго прощаться с хозяйкой, с которой провёл вместе десять лет.

– Учись хорошо и не ввязывайся в драки, – сказала Пенелопа, поцеловав дочь в лоб.

– А если ввяжешься, то бей так, чтобы сразу отправить оппонента в нокаут, – добавил Итан, за что получил от жены тычок под рёбра.

– Буду иметь в виду. – Оливия шутливо отдала честь и поспешила к машине, в которой её, кроме дедушки, ждала лучшая подруга Мишель.

– Может, нам всё же стоит поприсутствовать на церемонии зачисления первокурсников? – спросила вдогонку Пенелопа.

– Приходить туда с предками – отстой. Я справлюсь, мам! – крикнула Оливия, помахала рукой и вышла за ворота.

Пенелопа тяжело вздохнула и погладила сына по голове.

– Хорошо, что ты ещё не скоро от нас уедешь, – сказала она.

– Хорошо, что теперь я могу занять комнату Лив, если она, конечно, не разгромила её во время сборов окончательно, – проворчал он в ответ и побежал на второй этаж осматривать свои новые владения.

Пенелопа снисходительно улыбнулась. Итан пожал плечами.

– Дети – это счастье, – сказал он.

Пенелопа кивнула, соглашаясь с ним. Несколько лет назад, узнав, что больше не сможет забеременеть, она приняла эту новость стойко. Когда же спустя год это невероятным образом случилось, они с Итаном решили, что это чудо. Спокойный Лукас стал их маленьким лучиком света и счастья, помогая преодолеть тяжёлые воспоминания минувших событий. Он, в отличие от Лив, не застал ничего плохого.

Жизнь после их возвращения в Сент-Ривер потекла как раньше – тихо и размеренно. Пять лет назад Пенелопу повысили до главы участка, а Лора заняла её место. Преступлений после этого стало заметно меньше. Никто не хотел с ними связываться, особенно когда лучший адвокат в городе при упоминании их имён говорил, что умывает руки.

Пенелопе и Итану пришлось очень постараться, чтобы восстановить «Роллс-Ройс», но не сделать этого они не могли. Эта машина хранила в себе слишком много воспоминаний.

Общественность так и не узнала ничего ни про Фабиана, ни про Ноа Аслинов. Старые шрамы, нанесённые этими мужчинами Итану и Пенелопе, иногда болели, заставляя их просыпаться в холодном поту, но время, поддержка и здоровые, счастливые дети рядом лечили. Николь Шейрон лично позаботилась о том, чтобы избавиться от всех сторонников Фабиана. Спустя столько лет от ГБО осталось только название.

– Как тебе идея посмотреть вечером прямую трансляцию из Нортгрейленского полицейского университета? В конце концов, Лив запретила нам только присутствовать там лично, а Анна Форстер отлично ведёт репортажи. – Итан хитро улыбнулся.

– Читаешь мои мысли, – произнесла Пенелопа, встала на цыпочки и поцеловала мужа, вдохнув знакомый хвойный запах.

Итан положил свои руки ей на талию и углубил поцелуй. Несмотря на то что им было немного грустно отпускать повзрослевшую Лив в свободное плавание, они знали, что этот день придёт, и были к нему готовы.

Пути Оливии и Лукаса только начинались, а Пенелопа и Итан уже нашли тихую гавань в доме на улице Роз. Здесь, в этом уютном уголке, они собирались провести всю свою оставшуюся жизнь, нежась в объятиях друг друга, помогая детям расти и развиваться, поддерживая друзей и служа людям Сент-Ривера.

Их история стала примером того, как даже после самых тёмных времён можно найти свет и счастье. Пройдя через испытания, потери и боль, они научились ценить каждый момент, проведённый вместе. Теперь их дом наполнился не только любовью, но и надеждами на будущее, где каждый новый день обещал быть лучше предыдущего.

Дорогие читатели, вот и подошла к концу эта увлекательная серия книг. Я искренне благодарна каждому из вас за внимание, поддержку и вдохновение, которые вы дарили мне всё это время. Спасибо вам за ваше терпение, за то, что верили в героев, переживали за их судьбы и радовались победам. Ваши отзывы стали для меня настоящим источником силы и мотивации продолжать писать дальше. Эта серия долгое время была частью моей жизни, и, надеюсь, она надолго останется в вашей памяти. Спасибо за ваш интерес, вашу любовь и тепло, которыми вы окрыляли меня каждый день.

Отдельную благодарность я хочу проявить трём особенным волшебным феям – AceDia за просто невероятные обложки серии, в которые я влюбилась с первого взгляда; редактору Екатерине Ирмеш за возможность расправить крылья и взлететь в издательстве «Эксмо» и редактору Екатерине Тёриной за море позитива, поддержки и расправление перышек в моих текстах и не только. Я считаю, что мне безумно повезло поработать с такими замечательными людьми, и надеюсь, что наше сотрудничество будет ещё очень долгим. Спасибо вам за веру в меня!

Также я бы хотела сказать спасибо родным и близким за поддержку. Времена были разные, и со мной далеко не всегда было легко. Спасибо, что остались рядом.

Я ни в коем случае не прощаюсь и приглашаю всех желающих присоединиться ко мне в телеграм-канале или в группе «ВКонтакте» «Писатель Лия Виата/Дневник книжного мастерства». Там публикуется много чего интересного о моем творчестве. Так вы никогда не пропустите новинки и розыгрыши.

До новых встреч на страницах моих произведений!

С любовью ваша, Лия Виата.