Глава 1.1

Я мечтала о взаимности, а он просил не влюбляться в него…

Глава 1.2

Афина

Незнакомец аккуратно усадил меня в машину. Обоняния тут же коснулся приятный запах кожи и мужского парфюма. А ещё немного табака, совсем ненавязчиво.

В ушах по-прежнему звенело. Да и бедро ныло. Наверняка синяк будет.

Но это, должно быть, мелочи, на фоне того, что могло бы быть.

Насколько поняла, задел он меня не сильно, успел затормозить. Но всё равно немного припечатался бампером своей тачки в мой.

Когда хлопнула дверь со стороны водителя, всё же открыла глаза.

Немного проморгалась и посмотрела влево.

За рулём сидел парень, лет двадцати пяти навскидку. Ну, может, чуточку старше. Сложно понять, я в этом не спец.

Брюнет, с потемневшим взглядом. На щеках суточная щетина. Бровь рассечена неровным шрамом. Нос с небольшой которая совершенно его не портит. Даже наоборот. Плотно сомкнутые губы, потому не могла понять, пухлые они у него или нет.

Поняв, что непозволительно долго и внимательно его рассматриваю, резко вскинула взгляд и напоролась на ответный. Пристальный и тоже изучающий. А ещё, злой.

Наверняка, я покраснела. Прям чувствовала, как полыхают щеки. Над Костиком в душе посмеялась, что его лицо как спелый помидор, а теперь сама не лучше.

– Привет. – произнесла невпопад и виновато поморщилась.

Блин, не думала, что из-за неловкости захочется из теплого салона обратно под дождичек.

Незнакомец мою приветливость не особо оценил. Всё так же сверлил взглядом, расщепляя на атомы.

– Жить надоело? Ты какого хр… рожна под машины кидаешься?

А голос у него и правда красивый и приятный, мне не послышалось. Значит, не в бреду была.

Так, стоп! Что он там сказал? Что я делаю?

– Я дорогу переходила! Так-то по пешеходному переходу и на зелёный сигнал светофора! – искренне возмутилась его прямолинейной наглости.

Это, по его мнению, я ещё и виновата?

– Там был красный. – чуть прищурил взгляд, продолжая мысленно меня расчленять.

Несмотря на напряжение и злость, что от него исходили буквально волнами, говорил спокойно. Голос не повышал, интонациями не давил.

И отчего-то от этого только ещё больше было не по себе.

– Я переходила на зелёный. Я это прекрасно помню, хоть и приложилась головой об асфальт. Вообще, вы меня убить могли, так-то. Радуйтесь, что жива осталась. А то бы всё, твоё дело труба: небо в клеточку и друзья в полосочку.

Я откровенно нарывалась. Под конец своей пламенной речи даже не заметила, как перешла на «ты».

Видно, услышанное в баре всё же сказалось на моём настроении сильнее, чем я думала. Теряю контроль над эмоциями.

Но с другой стороны, я ведь реально на зелёный перебегала. Пусть и мигающий. Это он нетерпеливый, проскочить хотел.

– Так, ладно. Пристёгивайся, поехали. – отрезал категорично и, заведя машину, тронулся с места.

От него исходило ледяное спокойствие и одновременно огненный жар.

На меня больше не смотрел. Всё внимание устремлено на дорогу.

Что ж он за ней так не следил, когда меня чуть не угробил? Выводы сделал? Похвально.

– Куда мы едем? – поинтересовалась, кажется, уже слишком поздно. От того злополучного светофора мы отъехали уже на несколько километров.

И тут два варианта: или в лес, чтоб прикопать и замести следы, или всё же в больницу.

– В больницу. – ответил сухо, перестраиваясь в другой ряд.

Не стала явно демонстрировать облегчение. Спорить тоже не стала. В больницу, так в больницу. Главное, что не в лес.

Пусть лучше проверят меня на целостность, чем потом ещё что-то вылезет из-за полученных травм. Хотя и травмами я их называла с большой натяжкой. Так, испугалась больше.

Но, лучше перестраховаться, да. Может, какое обезболивающее вколят, чтоб бедро так не ныло.

Снова посмотрела на незнакомца. Привлекательный он, конечно. Мужественный. И какой-то отстраненно-хладнокровный.

На Костю вообще непохож. Хотя что я о нём знаю? Да ровным счётом ничего, даже имени отчего-то не спросила.

Вспомнив о Косте, снова сникла.

Ну вот как так можно было в человеке ошибиться?

Хотя меня и саму иногда посещали мысли, а не выскочить ли мне замуж? Вот просто взять и сменить свой статус?

Раньше всегда казалось, что такие решения принимаются только по огромной любви. Хотелось так же, как у мамы с папой. А сейчас настолько устала, что эта позиция уже не кажется мне такой уж принципиальной.

Дядин контроль сильно давил. Он очень жёсткий человек. А ещё нечист на руку, и всегда и во всём ищет выгоду. Сейчас его выгода – я. Недаром он в меня вцепился мёртвой хваткой. Установил кучу ограничений и наказаний.

Только за счёт того, что он сейчас в командировке, я и сорвалась с ребятами из поискового отряда. Потому и задержалась на встречу с ребятами. Хотя лучше бы вообще не ходила.

Или нет? Нет, хорошо, что пришла. Так, хотя бы перестала быть дурочкой, которой «грамотно льют в уши».

– Приехали. – незнакомец заглушил двигатель и вышел из машины.

Моя дверь распахнулась, и он помог мне выбраться. Приехали мы в частную клинику. Довольно популярную в узких кругах.

Сейчас шла на своих двоих, но да, от ноги даже в поясницу отдавало.

– О, Ратмир, какими судьбами? – поприветствовал парня мужчина средних лет в белом халате.

– Всё нормально. Обследуете? – кивнул на меня, тихонько стоящую рядом.

– Да не вопрос. Обижаешь.

Собственно, после того, как мужчины переговорили между собой, этот врач проводил меня в кабинет.

Рентген, куча уточняющих вопросов. Рекомендации к лечению. Ну и да, обезболивающее мне всё же вкололи.

В итоге из кабинета вышла с заключением на руках: лёгкий ушиб мягких тканей. Сотрясения, благо, нет.

Ратмир сидел в холле больнице. Теперь хотя бы имя его знаю. Ему идёт.

Ноги широко расставлены, локти в колени упёр. Задумчиво смотрел в одну точку.

– Я всё. – протянула ему листочек с заключением.

– Назначения где? – спросил, пробегаясь взглядом по заключению.

Отдала ему и их.

– Сможешь такси мне заказать? У меня телефон сел. – спросила Ратмира, когда вышли на крылечко.

Что-то не готова я была добираться до дома своим ходом. Дождь-то кончился. Вот только я не высохла.

– Я отвезу. Пошли. – и не дожидаясь меня, пошёл к машине.

Спорить не стала. Пусть везёт.

Помог мне сесть в машину. Захлопнул дверь и сам остался на улице, докуривая.

А потом дорога в тишине. Остановка в аптеке, где он купил мне все лекарства по списку.

– Меня, кстати, Афина зовут. – ляпнула невпопад.

Хотя он и так это наверняка знает, если внимательно заключение читал. Ратмир никак не отреагировал.

Ну, что ж, ладно.

– Можно я твоей зарядкой воспользуюсь?

– Бери. – о, чудо. Ответил.

Достала свой телефон и подключила его шнур.

Как только телефон включился, пожалела, что решила его зарядить. Он тут же начал звонить. Дядя.

Сначала не хотела брать. Но потом подумала, что тем самым только хуже сделаю.

– Да. – ответила несмело.

– Ты где шляешься, соплячка? – Меня буквально снесло от его ора и ухо заложило. А там и так звон только прекратился. – Опять со своим отрядом? Я тебя на неделю дома запру, чтоб не позорила нашу фамилию!

Как же мне всё это надоело, кто бы только знал.

– Не вижу в этом никакого позора. – тут же ощетинилась.

Отряд – это моя отдушина. Мы людей потерявшихся ищем. Мы помогаем. И отказываться я от этого не собираюсь. У меня на это свои причины есть.

– Ты мне ещё поприрекайся. Живо домой! Вернёшься, я с тебя по полной спрошу. Больше туда ни ногой! – и не пытаясь меня выслушать, сбросил звонок.

Получается, дядя раньше с командировки вернулся? Не хорошо.

После этого разговора на Ратмира смотреть не хотелось. Как-то некомфортно было. Наверняка ор дяди было слышно даже через динамик.

Самое паршивое, я знала, он слов на ветер не бросает. Методы у него жёсткие. Как есть деспот. От этого сделалось ещё грустнее.

Я живу этим поисковым отрядом. И если у меня заберут эту возможность помогать… не знаю, что буду делать.

Если честно, я очень устала так жить. Под постоянным гнетом. В строгих рамках и жёстких наказаниях.

Подъехали к моему дому. А я не торопилась выходить. Подвисла. Да и вообще не тянуло домой. Уже предполагала, что меня ожидает, стоит переступить порог.

Вот почему дядя вернулся раньше именно сейчас? Закон подлости, не иначе.

Но Ратмир, по всей видимости, расценил моё поведение по-своему.

– Сколько хочешь, чтоб без заяв и прочей волокиты? Назови сумму. – впервые со звонка дяди, посмотрела ему в глаза.

Смотрел выжидающе. Серьёзный, безэмоциональный.

Решение пришло почти молниеносно.

– Деньги мне не нужны. Женись на мне. – выпалила, пряча все эмоции. Смотрела так же в ответ: серьёзно и запрятав все эмоции поглубже.

Была ни была.

Глава 1.3

Афина

– Всё же зря ты от МРТ головного мозга отказалась. – ответил с кривой ухмылкой.

У него ни один мускул не дёрнулся. Правда, взгляд изменился.

Нет, ну я ожидала, что Ратмир не бросится ко мне с объятиями, выкрикивая «конечно, да»! Вряд ли он мечтал связать себя узами брака с той, которую знает пару часов от силы.

Но то, что он будет смотреть на меня как на городскую сумасшедшую, тоже не предполагала.

Хотя, чего я, собственно, хотела? Нет, чего-то определено хотела.

Можно ведь обсудить всё. Условия там всякие. Отнестись к моему предложению как к бизнес-схеме.

Лучше так, чем как с Костей.

Тут бы сразу на берегу всё обсудили, нюансы, подводные камни, плюсы и минусы. Предельно честно и открыто.

– Я не шучу. – повторила упрямо.

А что ещё остаётся? Уж раз начала, нужно идти до конца.

Тоже в ответ его прицельным взглядом сверлила. Думает, он один так умеет? Не тут-то было.

– Я тоже. – блин, непробиваемый.

– Да хватит. Я же на полном серьёзе говорю. Или ты несвободен? – тут же спохватилась, не подумав об этом раньше.

Ну, конечно. Наверняка у него кто-то есть. Ну не может такой концентрированный сгусток тестостерона быть один. Это я, наивное детя Чукотки.

Уже успела расстроиться, когда услышала уверенное:

– Свободен.

И воодушевилась сразу. Правда, в голове назойливо вертелась мысль: да как так? Быть не может! Но он ведь сам сказал.

Снова приосанилась.

– Я предлагаю сделку. – произнесла максимально деловым тоном. – Мы распишемся. Чисто формально. А дальше каждый будет жить своей жизнью. Никаких претензий, проблем и прочего. Все в плюсе.

– Да? И какой плюс от этого у меня? – убивал меня своим скепсисом.

– Я заплачу. Ну, только, правда, после росписи. – замялась, думая, как бы более доходчиво и кратко изложить свою ситуацию.

– Я похож на того, кто нуждается в деньгах? – почему-то сейчас он смотрел на меня так, будто ему было просто забавно за мной наблюдать.

Может, конечно, я и надумываю. Но, сложилось именно такое впечатление.

– Нет. – тем не менее, оптимизма не теряла.

Да конечно, он не нуждается в деньгах. Одна машина чего стоит. Поэтому да, я явно сморозила глупость.

Но мне вроде как простительно, я ведь головой ударилась?

– Ну вот ты и ответила на вопрос. Для меня в этой бестолковой бредятине плюсов нет.

– Просто… мне нужно выйти замуж. Моим опекуном является дядя, до двадцати одного года. Ну или я могу обрести свободу раньше, выйдя замуж. Он мало того, что невыносим, так ещё деньги моих родителей прикарманивает. Потому и держит меня возле себя, чтоб не перекрыла доступ к кормушке. Если я выйду замуж, то дядя больше ничего не сможет сделать. – выпалила на одном дыхании.

Подробности его тирании осознанно оставила при себе. Не хочу жалости.

Господи, сама понимаю, как бредово звучит мой рассказ. Как детский лепет с примесью глупости.

– Вы тут что, в средневековье живёте?

Вот и я так говорю. Средневековье чистой воды. Хоть в чём-то мы с Ратмиром сошлись.

– Блин, ты меня так-то сбил. Я по доброте душевной, заявлять не стала. Хотя могла бы. – пошла вобанк. – Так что ты мне должен! Ты меня так-то чуть по асфальту не размазал.

Самой от себя сейчас противно было. Никогда раньше до подобного не опускалась. Гадко с моей стороны. Но слова уже сказаны.

И, судя по всему, Ратмиру они не пришлись по душе.

Он снова стал максимально серьёзным, сосредоточенным и безэмоциональным. Ну вот, сама виновата. Кто только за язык тянул?

Ну понятно же, что ему это не нужно. Да и сказать по правде, если бы он согласился, я бы усомнилась в его адекватности. Потому что никто адекватный на такое не пойдёт. Особенно при наших вводных.

– Ну, раз должен, держи. – нагнувшись в мою сторону, потянулся к бардачку. Достал оттуда достаточно пухлую пачку денег и швырнул мне на колени. – Теперь в расчёте. Под резинкой визитка. Будут проблемы со здоровьем оттого, что я тебя чуть по асфальту не размазал, звони, договорюсь в клинике.

На меня больше не смотрел.

Похоже, я его обидела. Или как минимум оскорбила. Ну, конечно.

Он ко мне по-человечески. Здоровьем озаботился, в клинику отвёз, мазей с таблетками накупил. А я дальше грожусь его за решётку упрятать.

Хотя нет, такие как он не обижаются. Слишком самодостаточный. Тут скорее другое. Ему просто неприятно теперь рядом со мной находиться. Вот это ближе к истине.

– Извини. Я перегнула палку. Просто день сегодня паршивый. Я не должна была так говорить. В любом случае спасибо, что не бросил и помог. – посчитала нужным извиниться. Потому что самой неприятно было.

Выпалив всё это, открыла дверь и быстро вышла из машины.

Щёлкнула резинкой, доставая оттуда визитку. Зачем она мне? Не знаю. А вот сами деньги бросила на пассажирское, прежде чем захлопнуть дверь. Не нужны они мне.

Засунув прямоугольник из плотной бумаги в карман, пошла к дому.

Чем ближе подходила, тем медленнее это делала. Это инстинкт самосохранения бунтовал.

Дядя буквально на пороге встретил.

А ведь раньше он таким не был. Всегда добрый, заботливый. Своих детей у него нет, и ко мне он относился чуть ли не как к дочери. А потом всё резко поменялось. Как раз после того, как родители пропали. Будто теперь передо мной незнакомец.

– Натаскалась, оторва бестолковая? Ещё раз узнаю, что и дальше продолжаешь меня ослушиваться, запру дома и переведу на домашнее обучение. Света белого не увидишь. Совсем берега попутала. – аж багровыми пятнами покрылся, как надрывался.

Так говорил, будто я не по лесу ходила в поисках потерянного человека, а по всем злачным местам шарохалась в непотребном виде. Вообще, не понимала, чем моё безобидное занятие, так ему претит. Будто кость в горле.

– Дядь Пётр, вы же знаете, я не брошу это. – сама взгляд в сторону отвела.

Зря я сейчас заикнулась.

Что-то я сегодня сначала говорю, а потом думаю. Сначала с Ратмиром, потом вот с дядей.

– Рот закрыла и быстро к себе в комнату. Сегодня без ужина. – взревел он дурниной. – Ещё раз решишь перечить, напомню, как больно иногда за это бывает!

Пулей побежала к себе.

Знаю я, как больно бывает. Он не гнушается отходить меня кожаным ремнём, когда пытаюсь отстаивать себя. Часто даже в жару хожу в одежде с длинным рукавом, чтоб на руках не было заметно следов от ударов.

Вот так и живу.

Но ничего. Всё равно что-то придумаю.

В этот момент я и подумать не могла, что решение проблемы само в скором времени буквально попадёт ко мне в руки. И встреча с Ратмиром была не последней.

Глава 2

Афина

– Саш, я не знаю, получится у меня или нет. – металась по комнате из угла в угол.

Сашка, наш координатор, позвонил после того, как на сообщение я ответила, что сегодня не смогу к ним присоединиться. И из-за этого на душе неспокойно было. Не могу я так!

– Афин, там ребёнок четырёх лет, девочка. Поиск резонансный. Сбежала из интерната, уже шесть часов прошло. Сама знаешь, как это дохрена для ребёнка.

Знаю, конечно, знаю. Если пропадает ребёнок и не дай бог, это криминальная составляющая, то там самые ценные первые два часа. Да вообще, для ребёнка хоть в природной среде, хоть в городской, масса опасностей.

– Саш, скинь мне координаты и ориентировку. Попробую что-то придумать. – сказала товарищу, с силой зажмурив глаза.

Пока я собиралась, Саша оперативно всё прислал.

Ещё раз проверила содержимое рюкзака и убедившись, что ничего не забыла, перекинула его на плечо.

Такси уже ждало внизу.

Осталось самое сложное: выскользнуть из дома незамеченной дядей.

Я прекрасно понимала, что последует, когда он узнает. Но не могла я так. Сидеть дома, пока там девочка маленькая возможно замерзает, потому что вечера и ночи холодные, ей страшно и её могут обидеть.

Максимально бесшумно вышла из своей спальни. Миновала длинный коридор и спустилась по лестнице на первый этаж.

– Далеко собралась? – раздалось за спиной, когда уже обхватила рукой дверную ручку.

Да что ж ты будешь делать! Как будто тут сидел и караулил. В голове пронеслась масса нецензурщины.

– Скоро вернусь. – ответила, не оборачиваясь.

– Рюкзак сюда дай. – прозвучало не менее агрессивно.

– Нет. – качнула головой и поджала губы.

За спиной шаги, а я резко дёрнула дверь и выбежала на улицу. По факту сбегала из собственного дома. Дома, где когда-то было очень хорошо, тепло и уютно.

Зато сейчас сорвалась и сверкала пятками так, что дядя наверняка пылью захлебнулся. Хорошо бы, если так.

Ожидаемо он вслед проклятиями сыпал. Про угрозы тоже не забывал. Куда уж без них.

Плевать.

Если не сейчас, то позже всё равно нашлось бы за что меня наказать.

Подумаю об этом после. Сейчас сконцентрируюсь на другом. На помощи.

В такси буквально запрыгнула.

Сорок минут и я на месте.

Наш поисковый отряд организовал штаб прямо недалеко от интерната, из которого убежала маленькая девочка.

Сейчас никто не задавался вопросами, как именно так получилось. Приоритетная задача другая – главное, найти. Найти живой. А для этого нужно торопиться.

– Афин, держи рацию. Эти квадраты уже отработаны или распределены. Бери Славку и проверяйте вот тут. – Саша ткнул пальцем на карту.

– Принято, Саш. Мы пошли.

Народа на поиски Машеньки, с которой я успела познакомиться по листку ориентировки, собралось много. Но всё равно казалось, что недостаточно.

Мы со Славкой прочёсывали местность. Сегодня мы не в лесу, а в городе. Но это совсем не облегчало задачу. Везде есть свои нюансы.

Безрезультатно отработав первый квадрат, приступили ко второму.

Меня трясло всю. Всегда страшно не успеть. Но мы всегда и до последнего верим в благополучный исход. В нашей работе без надежды никак.

– Слав, подожди. Мне кажется, я что-то вижу. – окликнула напарника и сорвалась с места в сторону беседок, расположенных у небольшого городского парка.

Надеюсь, это не обман зрения. И я действительно вижу детский розовый рюкзачок, едва выглядывающий из-за перекладины беседки.

Чем ближе подходила, тем больше убеждалась – не обман зрения.

Сорвалась на бег. В потом резко встала, как вкопанная.

– Афин, что там? – крикнул спешащий за мной Славка.

Чтоб не напугать девочку, в ответ кричать не стала. Показала жестами.

А сама подошла к ней.

Малышка спала на лавочке, свернувшись калачиком. Маленькая такая. Хрупкая. Уже вечер и достаточно прохладно, а она в одном лишь платьице.

– Машенька. – села на корточки и погладила малышку по головке. – Просыпайся. Мы тебя нашли.

Нашли. Нашли…

Клянусь, если бы не опасения напугать ребёнка, разрыдалась бы белугой.

Девочка открыла глазки и абсолютно спокойно на меня посмотрела.

– Замёрзла?

– Да. Я папу искала. Но не нашла. А потом устала и захотела отдохнуть. – малышка поделилась со мной причиной своего побега.

Я как никто другой понимаю её. Я своих родителей тоже искала. И продолжаю.

– Иди ко мне. – быстро сняла с себя тёплую толстовку и закутала в неё малышку.

Она без колебаний пошла ко мне на руки. Славка смотрел на нас с улыбкой. Ещё бы.

Опомнившись, прижимая одной рукой девочку, достала рацию.

– Саш! Саша, нашли. – чуть ли не кричала, когда наш координатор принял сигнал. – Девочка найдена, жива!

Было прекрасно слышно, как ликуют от радости все, кто был у штаба и слышал новость.

Ещё бы! У меня и самой внутри фейерверки били.

На Славкиной машине приехали к штабу.

Не успела передать девочку врачам скорой, как увидела знакомое лицо. Честно сказать, удивилась.

– Маша! – громко крикнул Ратмир и бегом рванул к нам.

Не такой уж он и безэмоциональный, как показалось мне на первый взгляд. На лице и во взгляде чётко читалось беспокойство и страх. Страх за ребёнка, который сейчас был у меня на руках.

Это что, его девочка? И почему она тогда в интернате была?

Но на часть моих вопросов ответила сама Машенька.

– Крёстный! – закричала она, когда Ратмир к нам приблизился.

Тут же заелозила, желая перебраться к нему на руки. Я передала малышку ему.

– Я к папе хотела и потерялась. А Афина меня нашла. – да, мы с ней уже успели познакомиться и неплохо поладили. Даже чаем её напоили. У Славки термос с собой был.

Хорошо, что девочка не пострадала и её состояние стабильно. Но в больницу всё равно надо, конечно.

– Привет. – немного скованно махнула рукой Ратмиру.

А он, кажется, только сейчас меня заметил. Его брови в удивлении поползли вверх.

– Ты? – даже уголок губ приподнялся.

Не ожидал? Я так-то тоже, чего уж там! Реально неожиданная встреча.

Но теперь он хотя бы не смотрел на меня так, как делал это вчера. Сейчас во взгляде читалась явная благодарность.

– Да. Не зря говорят, как тесен мир. – даже не пыталась сдержать улыбку.

– Это точно. Спасибо. – кивнул на Машеньку, притихшую у него на руках.

– Я рада, что всё обошлось.

Ратмира уже облепили врачи скорой. Малышку нужно было осмотреть.

Решив не мешать, на прощание махнула рукой, намереваясь уйти.

– Днём завтра дома будешь? – Ратмир задал неожиданный вопрос.

– Да. – ответила, не пряча растерянности и удивления.

– Я заеду. Дай свой номер. – судя по всему, не шутил. Реально заедет.

– Зачем? – да он меня сегодня добить решил? У меня удивление и так на высшей планке, а он ещё и ещё подкидывает.

– Поговорим. Есть о чём. – ну заинтриговал, чего уж там.

– Я дозвон кину, у меня визитка осталась. А сейчас идите. – кивнула на врачей.

Ну вот, сегодняшний день завершаю на приятной ноте. И поиск с положительным результатом. И Ратмира вон встретила.

Отчего-то реально была рада его видеть, несмотря на то, что расстались мы с ним далеко не на позитиве. Ещё и после такого сомнительного знакомства.

И всё бы хорошо. Но только теперь нужно домой возвращаться. А там меня уж наверняка не ждёт ничего хорошего.

Глава 3

Ратмир

Девчонка, как и обещала, скинула дозвон вчера. Ещё и сообщение написала после, что это она.

Признаться, никак не ожидал увидеть её вчера.

Первое впечатление о себе она оставила неизгладимое, если уж начистоту. И далеко не в позитивном ключе.

А вот вчера удивила. Девочка с претензией на мажорку, оказалась волонтёром. Пазл не сошёлся, и картинка в корне поменялась, встав с ног на голову.

Но окончательные выводы пока рано делать.

Прекрасно помнил, куда подвозил её тем вечером. Так что до дома её добрался без проблем.

Припарковавшись возле ворот, достал телефон и написал сообщение, что на месте.

Пока ждал. Вышел из тачки и, выбив из пачки сигарету, прикурил.

Уже давно завязал с куревом, но в свете последних событий, начал снова. Нервы ни к чёрту.

Взрываюсь от малейшей искры. Клинит не по детски.

Выбросив окурок, сел за руль. Сжав пальцами переносицу, попытался сбросить с себя сонливость.

Но в ближайшее время о нормальном сне можно только мечтать. С этим смирился. А вот с остальным нет.

Вчера, после того как Маруську осмотрели в больнице, в очередной раз пытался договориться с руководством интерната.

Поехал туда вместе с крестницей. Да и как иначе? Она вцепилась в меня мёртвой хваткой.

Но в очередной раз меня отбрили как какого-то щенка. Клянусь, чуть не разнёс к херам их учреждение. А именно кабинет руководства.

«Не положено».

Эту фразу мне твердили, как на заезженной пластинке.

А как по мне, у них просто на всё положено. Хер они клали на ребёнка, который и так на стрессе, а ещё заперт в этой тюрьме для детей. Иначе я не назову.

Машка, она ведь домашняя. Не удивительно, что сбежать пыталась в поисках отца.

От понимания, что всё равно бы не нашла, зубы сводит. Марк сейчас в коме. Прогнозы неутешительные, но надежда всё же есть.

А матери у Маруськи никогда не было. Нет, она-то как раз живая. Просто бросила её сразу после рождения, написав отказ. И укатила хрен знает куда, что и след остыл.

Марк тогда в шоке был. Не знал, что с младенцем делать. Полная растерянность и шок.

Но тем не менее справился. Маруську он любит. За двоих любит.

Мы с парнями с нашей компании помогали, как могли. То нянчились по очереди, когда Марк на смену уходил. Потом с сада порой её забирали, если у него вдруг форс-мажор. Но он всегда старался как можно больше времени проводить с этой непоседой.

А теперь авария. Когда какой-то пьяный мудозвон вылетел на встречку. Ему ничего, отделался лёгким испугом. А вот Марк в коме. Хорошо в машине был один, без Маруськи.

Машку из сада сразу определили в учреждение. Я кинулся туда.

Даже временную опеку оформить не дали. Одинокий мужик, не родня по крови, хрен вам, а не девочка под опеку. На то, что крестница она моя, всем было плевать.

Уже и взятку впихнул, но директор принципиальная, не взяла.

Видимо, судьба у тех бабок такая. Афина их тоже не взяла тогда.

Я в тот вечер как раз из интерната ехал, когда чуть не «размазал её по асфальту». Так она вроде бы выразилась?

Кстати, о ней.

Дверь с пассажирской стороны открылась, и девчонка ловко запрыгнула в салон.

– Привет. – тут же разбавила своим голосом гнетущую тишину, в которой я варился.

– Привет.

– Как Машенька? – спросила искренне и участливо. А меня флешбэками в нокаут отправило.

– Нормально. – ответил, сцепив зубы.

Снова перед глазами картина, как она надрывно кричала вчера и вырывалась от воспитателей, прося забрать её с собой и не оставлять.

Тут и близко не нормально. Ситуация – дерьмо.

– Хорошо. Я вчера полночи о ней думала. Никак уснуть не могла. – выпалила Афина, положив руки на колени, как прилежная ученица.

Верю. Уж как никто другой, верю.

В этот момент из кармана её толстовки выпал мобильник и залетел куда-то под сиденье.

– Блин. – проворчала и, согнувшись в три погибели, начала шарить рукой под сиденьем.

Наблюдал за её потугами, пока взгляд не зацепил полоску кожи на спине. Толстовка прилично задралась.

Кожа на её пояснице была сплошь покрыта красными бороздами вперемешку с синяками. Предполагаю, выше та же картина.

– Фух, достала! – улыбнулась и, поправив одежду, снова удобно уселась.

– Синяки на спине откуда? – спросил строго.

Взгляд девчонки тут же потух. Отвернулась, глядя в окно. Ладошки сжала в кулаки.

Девчонка сделала пару вдохов и вернула себе на лицо маску безмятежности.

– Ты поговорить хотел? – проигнорировала мой вопрос.

Я только покачал головой, давая понять, что так разговор у нас не будет клеиться. Заданный мной вопрос требует ответа и никак иначе.

– Дядя ремнём отхлестал! – выпалила со злостью.

Сука. Опять вскипел, с трудом гася вспышку гнева.

Теперь не удивительно, что Афина норовит поскорее от него слинять, предлагая замужество незнакомому мужику.

С радостью бы накинул этому дяде ремень на шею. Чтоб в мозгу отложилось, девочек бить нельзя.

Скоро познакомимся, уверен, он запомнит.

– За что? – по факту, причина не так важна. Какой бы она ни была, это дикость.

– За то, что вчера на поиски ушла. Он против моей работы в отряде. – сказала и тут же сникла.

Раз у них в семье такая постановка вопроса, то, скорее всего, это не первые синяки на её теле.

Непохожа она на ту, кто будет беспрекословно слушать этого самого дядю.

– Если замуж выйдешь, дядя отвалится?

– Да. Нам не нужно будет проживать совместно, и я не буду от него зависеть.

Ощущение, что я лезу в петлю и сам затягиваю её на своей шее потуже.

Но этот брак убьёт двух зайцев. Девчонка получит свободу, а я беспрепятственно заберу Маруську. И она не будет жить в интернате, пока Марк не придёт в себя.

А он придёт. Иначе я его собственными руками достану оттуда.

– Паспорт с собой? – спросил, глядя на неё в упор.

– Нет. То есть, дома лежит. А зачем? – тут же нетерпеливо заелозила на сидении.

Сама как ребёнок, ей-богу.

– В ЗАГС поедем. – произнёс холодно, до сих пор не веря, на что подписался.

Её лицо нужно было видеть в этот момент. Такие живые эмоции и неподдельная радость.

Я этой радости не разделял, но за ней наблюдать было забавно.

– Не самое романтичное предложение, конечно. – задрала нос и тут же расплылась в улыбке. – Но так уж и быть, я согласна.

Глава 4

Афина

Думала ли я над тем, что сказал Ратмир? Вообще, нет.

Я мысленно уже рвала когти в сторону дома, чтоб взять паспорт.

Глупо с моей стороны? Ну, да, вполне возможно.

Зато это мой шанс! Шанс отделаться от дяди. После вчерашнего, я его, кажется, ненавижу.

И когда мне кажется, что я думаю так с горяча, боль в спине напоминает, что нет. Реально ненавижу.

Поэтому предложение Ратмира восприняла чуть ли не как дар свыше.

Для чего ему такая спешка? Почему вообще согласился? Узнаю потом.

– Не против, если с тобой схожу? – спросил, когда я реально собралась бежать за паспортом.

– Нет, пойдём. – неопределённо пожала плечами, не имея ничего против.

Дядя гостей не любит. Нет, к нему-то иногда приходят коллеги и какие-то приятели. Это он моих на порог не пускает.

Крепко он меня выдрессировал. Что даже сейчас думаю о том, что вроде как страшно идти домой с Ратмиром. А потом вспоминаю, что скоро отделаюсь от дяди. И вроде как легче становится. Страх плавно отпускает.

В дом зашли молча. Дядя тут как тут. Ну кто бы сомневался.

Мне иногда вообще кажется, что на мне трекер GPS стоит, и он определяет моё приближение как бурёнку с колокольчиком на шее.

Глупости, конечно. Но вот то, что он караулит вечно, бесит.

– Я тебя здесь подожду. Давай недолго. – равнодушно произнёс Ратмир.

Не сдвинувшись с места, настороженно посмотрела на Ратмира. Потом на дядю, у которого все мысли на лице написаны были.

– Иди-иди. Нормально всё. – постучал пальцами по циферблату часов, Ратмир дал понять, чтоб поторапливалась.

И если сначала я думала, как представить друг другу мужчин, то в этот момент в целом перехотела это делать.

К себе поднялась бегом. Как-то не по себе было, что оставила Ратмира там одного. Кто знает, что успеет наговорить дядя.

Я, конечно, не думаю, что он как-то сможет пошатнуть душевную организацию Ратмира. Он явно не похож на рафинированного мальчика, который растеряется или оскорбится. Но вдруг он передумает? Мало ли?

Поэтому собиралась так, будто сдавала нормативы.

Стоило подумать, какой будет реакция дяди, когда я его носом ткну в свидетельство о браке, и хотелось с ликованием потирать ручки.

Но это сюрпризом будет. Сейчас и слова не пророню на тему замужества.

Паспорт и так был в рюкзаке. Я перепроверила. Три раза.

А потом, не знаю, какая бешеная муха меня укусила, но рванула к шкафу. Вытряхнула из коробки туфли и тоже впихнула их в рюкзак. Попутно в четвёртый раз проверив на месте ли паспорт.

В шкафу в чехле висели платье. В выпускном классе участвовала в конкурсе красоты среди учениц одиннадцатых классов.

Тогда я первое место не заняла. Стала второй. Но зато сейчас чувствовала, что это платье победителя по жизни! Ну не меньше.

Нет, ну мало ли когда я потом ещё соберусь замуж, когда мы с Ратмиром разведёмся? Вдруг это вообще мой единственный поход в ЗАГС в статусе невесты? Ну мало ли?

А платье белое, красивое. Плечи открытые, края обрамлены кружевом. Сидит как влитое. Ну, сидело во всяком случае. Хочется верить, что фигура не сильно поменялась.

А оно буквально манит «возьми меня». Ну кто я такая, чтоб противиться внутреннему зову.

Да и Ратмир одет вполне подобающе. Белая рубашка, чёрные брюки, туфли. И я… потёртые джинсы, бесформенная толстовка. Ну нее-ет.

В общем, схватила чехол и перекинула его на сгибе локтя.

На всё про всё у меня ушло всего несколько минут.

Как залетела в комнату, так и вылетела из неё, оставляя после себя шлейфом лёгкий сквознячок.

Зато уже на последних ступеньках притормозила немного. Какая-то пугающая тишина внизу. Давящая.

Напрягло.

Неужели, Ратмир уехал?

У меня от мысли об этом, всё тело холодной испариной покрылось.

В гостиную вошла с опаской.

А нет, на месте он. Сидит в кресле, как ни в чём ни бывало.

А дядя… а вот тут я чуть было не свалилась от неожиданности. Даже звук какой-то странный издала, похожий на бульканье.

Дядя сидел на диване, в стороне от Ратмира. Красный как… когда-то Костик. Весь взъерошенный, помятый. Шея красная, будто даже со следом от… Шире распахнула глаза, видя, как у него под ногами валялся его же ремень.

Твою ж дивизию, тут что было-то, пока меня не было? И почему я ничего не слышала?

Снова перевела потрясённый взгляд на Ратмира.

Он сидел, широко расставив ноги и уперев локти в колени. С серьёзным и сосредоточенным видом изучал что-то в телефоне.

Офигеть он непробиваемый. Остаётся только позавидовать.

– Ты всё? – поднял на меня взгляд и после посмотрел на часы на запястье. – Нам бы поторопиться.

– Д-да. Всё. – как-то неестественно растягивала гласные, спотыкаясь о согласные.

– Тогда поехали. – прежде чем выйти, обратился к притихшему дяде. – Приятно было познакомиться.

Мне кажется, Пётр даже вздрогнул.

Я до самой машины шла как в трансе. Даже споткнулась пару раз на ровном месте.

– Ты что, реально его ремнём? – почему-то шёпотом спросила, когда мы отъехали от дома.

– Кого? – не отрывая взгляда от дороги.

– Дядю моего.

– Не понимаю, о чём ты. – ну точно непрошибаемый. И бровью ни повёл.

Ладно, не хочет говорить, не надо. Я уже поняла, что разбалтывать его – бесполезное занятие и пустая трата времени.

Я не злой человек. Не радуюсь, когда кому-то больно или плохо. Но сейчас испытывала приятное томление в груди оттого, что за меня заступились.

Может, я и ошибаюсь в причинно-следственной связи, но воспринимала это именно так. И едва сдерживала какую-то совершенно нелепую улыбку.

Глава 5

Афина

По дороге в ЗАГС, Ратмир в общих чертах обрисовал мне причину своего желания вступить в фиктивный брак.

Признаюсь, и подумать не могла, что у него тоже такие проблемы. Точнее, даже не у него, а у Машеньки.

Он рассказал, а я уже тихонько слезами умывалась. Бедный ребёнок.

А я ещё тогда задавалась вопросом, как так получилось, что Ратмир не забрал её из интерната, раз она оттуда как раз и убежала. А оказалось, не отдали.

Честно, попроси он меня о такой женитьбе, согласилась бы, даже если б самой не нужно было.

Мы много детей ищем. Такие поиски, к сожалению, случаются часто. За каждого переживаем. Но Машенька мне как-то по особенному в душу запала. Прям ангелок, не иначе.

– У нас роспись во сколько? Я хотела в уборную отлучиться. – спросила Ратмира, когда мы подъехали к месту.

– Через двадцать минут. – игрек, мазнув взглядом по часам.

– Я тогда быстренько. Успею. – и не теряя времени, схватила свой рюкзак, достала оттуда паспорт и протянула Ратмиру. – Возьми тогда, мало ли сейчас нужен будет. – он убрал его в карман брюк, а я, тем временем, схватила платье и под непонимающим взглядом будущего мужа, сорвалась с места.

Будущий муж. Отчего-то улыбнулась.

Муж, конечно, по сути липовый, как и роспись. А вот нервничала я очень даже натурально.

Мне кажется, даже на роль фиктивного мужа я выбрала очень достойную кандидатуру. Как-то прониклась Ратмиром.

Он для меня вообще, с другой стороны открылся. И от дяди защитил, и ради крестницы вон так старается. Это подкупает.

И если с Машенькой всё понятно, то я-то ему вообще посторонняя. А он вон как радикально с дядей познакомился.

Вспомнила его «приятно было познакомиться», которое он небрежно обронил дяде перед выходом, и немного истерично хихикнула.

Ладно, что-то не туда меня понесло. Мы сейчас распишемся, съездим в отдел опеки и, оформив все документы на Машеньку, разбежимся в разные стороны. Каждый со своими делами, проблемами и заботами.

Закрывшись в кабинке туалета, вытряхнула из рюкзака туфли. Платье тоже из чехла вытащила. Спасибо, что не мятое.

Проскочили мысли, что всё же это лишнее и не стоило. Но отогнав их прочь, начала переодеваться.

Хорошо, что следы от ремня в основном на пояснице и ниже. И в платье с открытыми плечами не видно этого ужаса.

Управилась быстро. Даже немного волосы уложила. Ну как, стянула резинку с хвоста, и слегка подвзбила волосы пальцами.

В целом, красиво. Не как настоящая невеста, но и не так, будто из постели только что выбралась.

Одно, конечно, портило общую картину – спортивный рюкзак в руках. Вот вообще не сочеталось.

Можно подумать я его к себе, как самое родное прижимаю, заместо букета невесты.

Может, Ратмир успеет его в машину кинуть? А если нет, то и ладно. Чего уж теперь.

Внешний вид будет соответствовать самой росписи. Везде немного «недо». Недоневеста. Недосвадьба. Нормально. Главное ведь не это.

Когда вышла из уборной, Ратмир ждал меня в просторном холле, облокотившись плечом о колонну.

– Успела? – даже немного запыхалась.

– Успела. – повернулся ко мне и… Господи, его лицо нужно было видеть. – Я смотрю, ты не ищешь лёгких путей?

Вот, теперь я знаю, какой он, когда удивлён.

Прошёлся по мне изучающим взглядом. Лицо, шея, грудь, бёдра. В обратном порядке. И снова сверху вниз. Судя по заинтересованному взгляду, остался доволен увиденным.

А я что-то даже смутилась немного, хотя не подала вида.

– Ну, знаешь. Событие-то памятное. Я, может, ещё и фоточку совместную затребую. Уже на правах законной жены. – игриво похлопала ресницами.

Ратмир даже улыбнулся и покачал головой.

– Пошли уже. Ещё не расписались, а меня уже под каблук загоняют. – ввернул ответку, не оставаясь в долгу.

Не такой уж он и бука, каким казался в вечер знакомства.

Нас как раз вызвали. Хорошо, что рюкзак из моих рук забрал Ратмир.

Я ожидала простую роспись без какой-либо официальной части. Но отчего-то женщина, регистрирующая брак, решила пройтись с нами по всему сценарию.

– Молодожёны, можете обменяться кольцами. – сказала она, глядя на нас с умилением.

Упс.

Переглянулись с Ратмиром. Как-то никто из нас не подумал о кольцах. Для нас как бы нужды в этом не было. Зачем?

– Мы потом… обменяемся. – брови женщины приподнялись в изумлении. – Дома забыли. Так к вам торопились. Нам же так хотелось поскорее расписаться. Всё из головы вылетело. – начала тараторить, пока Ратмир молча искоса на меня смотрел.

– Понимаю. – снова улыбнулась нам и как-то многозначительно мазнула взглядом по моему животу.

Зря я платье надела. Сейчас на его фоне я наверняка слишком контрастирую. Кожа, покрытая красными пятами, оттенена тканью цвета слоновой кости. Ммм… красота.

Я настолько погрязла в самокопании, что больше не слышала женщину. Вынырнула на поверхность, только когда услышала:

– Жених, можете поцеловать невесту.

И снова неловкая пауза.

Вроде хорошая женщина, доброжелательная. А как-то раздражать стала не на шутку.

Если с кольцами я и ляпнула какую-то ерунду, то тут благоразумно помалкивала.

Теперь очередь Ратмира отдуваться.

Но он, похоже, не такой замороченный, как я. Повернулся ко мне, обхватил ладонью затылок и притянул к себе.

Сообразить ничего не успела, как он коснулся моих губ своим.

Это даже поцелуем назвать сложно. Такой мимолётный контакт. Но меня, как током прошибло. Ещё немного и ноги бы подкосились.

После того как забрали свидетельство о браке, переоделась обратно, и мы пошли к машине.

Кожу на губах до сих пор словно покалывало. На Ратмира старалась не смотреть. Но он, судя по всему, не придал особого значения нашему мимолётному поцелую.

Снова собранный, сдержанный. Короче, как обычно.

– В опеку? – спросила его, всё же решив нарушить молчание.

– Да, если ты не торопишься никуда.

– Нет, конечно! Давай оформим всё сразу, и ты Машеньку заберёшь поскорее.

А я уже предвкушала, как после оформления документов на временную опеку, поеду домой и помашу свидетельством о браке перед лицом дяди. И уже не страшно было. Волнительно, да. Но не страшно.

Почему-то уверена была, что после «приятного» знакомства с Ратмиром, дядя не рискнёт поднять на меня руку.

Глава 6

Афина

Сегодня у меня крайне насыщенный день. Встала пораньше, чтоб всё успеть.

Во-первых, мне нужно попасть на встречу с семейным юристом. Мы созванивались с ним, договорились.

Не зря же я замуж выходила? Пора мою независимость оформить документально.

А во-вторых, после этой встречи, мне нужно ехать к Ратмиру.

После посещения опеки мы договорились, что во время их выхода к нему на адрес с плановым обследованием, я буду присутствовать.

Как нам объяснили, они придут сейчас, потом через месяц и далее в течение первого года каждые три месяца.

Так что мне совершенно не составит труда помелькать перед ними своим милым личиком на территории Ратмира. Ну и перед ним самим тоже.

Самой, конечно, интересно посмотреть, как он живёт. Его квартира в моём представлении виделась олицетворением его самого. В сдержанных тёмных тонах. С минимумом мебели, прям как и он с минимумом слов, произносимых вслух. Как-то так.

В общем, чисто девчачье любопытство.

А ещё, мне кажется, он перфекционист. И по итогу, полная противоположность мне.

Проверим сегодня, насколько я близка к истине.

Что-то часто я стала о нём думать. И когда думаю, немного пульс сбоит. Странная реакция, которую я никак не контролирую.

Не теряя времени, быстро позавтракала и заказала такси. До офиса юриста мне ехать около получаса.

А я прям не могу. Пятки горят, как хочется поскорее всё решить.

Единственное, чего мне так и не удалось сделать, это ткнуть дядю носом в свидетельство. Он как чувствовал, умотал по делам к моему возвращению домой. И как я поняла со слов приходящего повара, потом улетает в командировку. Даже удивительно.

Ну, в любом случае, без сюрприза я его не оставила.

Поменяла замки дома и код от сигнализации и, собрав все его вещи, с его же водителем отправила в его квартиру.

А то что-то загостился. Пора и честь знать.

Кто бы только знал, с каким удовольствием я трамбовала его шмотки! Всю ночь не спала, была при деле. Как пчёлка, трудилась, не покладая рук.

Мы с ним ещё встретимся, конечно. И естественно, он это так не оставит. Все самые громкие разборки впереди. Скорее всего, и угрозы, и оспаривание.

Я ж не дурочка, понимаю это прекрасно. Кому хочется терять такой лакомый кусок, в виде халявных денег. Дяде точно не хочется.

Но, придётся.

А сейчас я буквально позволила себе быть смелой без оглядки на страх.

Хватит, пожила в страхе и прессинге. Наелась на всю оставшуюся жизнь. Аж тошно.

Провалившись в мысли, даже не заметила, как доехала до места. Поблагодарив таксиста, рванула в здание.

Будто физически чувствовала, как отрастают и расправляются крылья. Бежала, земли не чуя под ногами.

Меня уже ожидали. И это очень хорошо! Потому что ждать я сейчас была не способна на физическом уровне. Меня буквально распирало от нетерпения.

– Доброе утро, Павел Олегович! – заглянула к юристу, которого знала чуть ли не с детства.

– Афина! Проходи, присаживайся. Чай, кофе? – наградил меня тёплым взглядом.

Павел Олегович давно работал на моих родителей. Невысокий, полный мужчина лет шестидесяти. В своём деле настоящий питбуль с мёртвой хваткой. А так и не скажешь. Внешность бывает обманчива.

– Нет, спасибо. Я бы хотела поскорее перейти к своему вопросу. – сев напротив, нетерпеливо достала из рюкзачка свидетельство о браке.

– Могу поздравить? – улыбнулся, беря в руки документ.

– Однозначно можете. Павел Олегович, я собственно, по какому вопросу. Так как я вышла замуж, то хотела бы официально оформить документы, что дядя больше не будет являться моим опекуном и что я имею право самостоятельно распоряжаться своим имуществом.

Павел Олегович понимающе кивнул.

– В связи с тем, что ты вышла замуж, опека прекращается автоматически. Но если нужно, можем это прописать. – я утвердительно кивнула. Нужно-нужно. Двумя бумажками я буду ещё бодрее размахивать перед лицом дяди. – А вот с остальным могут возникнуть сложности.

Моментально напряглась. Как-то к сложностям я уже не готовилась.

По моему первоначальному плану они должны были остаться далеко позади.

– Кого именно рода сложности? – как-то подобралась по инерции.

– В настоящее время готовятся документы в суд, о признании твоих родителей безвестно отсутствующими. – я знала об этом, хотя это претило. Я всё равно по детски верила, что их найдут. Надежда ведь последней умирает. – Твой дядя подал иск. Я так понимаю, хотел подстраховаться, чтоб распоряжаться всем не только как твой опекун, но и как доверительный управляющий имуществом твоих родителей.

Гад продуманный! Ну как есть гад.

Пока я мысленно костерила дядю на чём свет стоит, юрист продолжил:

– Если бы изначально не было документов с условием его опеки над тобой, то всё было бы гораздо проще. А так, собирается целая цепочка из ограничений и обязательств.

– Господи, не томите. Мне уже нехорошо.

Что-то и правда дурно становится. Будто из просторного кабинета откачали весь воздух и я сижу не в тридцати квадратах, а заперта в консервной банке.

– Первое, брачный союз должен продлиться не менее полугода, прежде чем ты сможешь полноценно владеть имуществом.

– А пока полгода не пройдут? – уточнила осторожно и напряженно.

– Счета твоих родителей на этот период будут заморожены. Предприятия будут работать в штатном режиме, с выплатой заработной платы сотрудникам не будет никаких проблем.

– А на что я жить буду? – радовало, конечно, что и дядя обломится. Но то, что обломлюсь и я, такого никак не ожидала.

Я не гонюсь за деньгами, нет.

Но просто чувствую, что это ещё не все подводные камни. И далеко не самые огромные. Какой-нибудь неподъёмный булыжник наверняка припрятан.

– Согласно договору, на средства супруга. Собственно, и проживать вы должны совместно, вести общий быт и хозяйство. Так как жилья оформленного лично на тебя нет, то проживать ты будешь на его территории.

– А можно как-то обойти эти пункты? – это именно тот момент, когда даже надежда корчится в предсмертных муках. Но не спросить я не могла.

– Афина, это в целях твоей же безопасности. Люди бывают разные. Так, ты хотя бы минимально обезопасена от мошенников и аферистов. Если мужчина, надевает кольцо на палец своей женщины, то берёт на себя обязательства и ответственность за неё. – юрист лишь добродушно развёл руками.

С трудом сдержала нервный смешок.

Кольцо? Обязательства? Ответственность?

Хотелось застонать в голос. Ничего из этого и в помине не было. Даже того самого кольца не было. Ни-че-го!

Оно мне и не нужно было. Но сейчас эгоистично захотелось хотя бы его.

Видимо, во мне говорило отчаяние. Буквально вопило.

Из офиса юриста вышла словно под неподъемным грузом. Ноги ели держали. Пару раз накатывали слёзы.

«Всё в силе?» – когда ехала в такси в сторону дома, на телефон упало сообщение от Ратмира.

«Да. К двенадцати буду на месте». – кое-как текст набрала, потому что пальцы не слушались.

Следом пришло ещё одно сообщение от него с адресом.

Заблокировав экран, с ужасом поняла, что сама себя в ловушку загнала.

Уже приехав домой, поднялась к себе.

Мысленно надавала себе оплеух и подзатыльников!

Радоваться должна, что от Петра избавилась. Это уже победа. А остальное?

Пффф…

Но ведь одну проблему решила? Значит, и вторую смогу? Так ведь?

Я же никогда не включала заднюю на полпути. Так с чего вдруг сейчас должна это сделать?

И почему я сейчас испытываю стойкое чувство, что Ратмир меня прибьёт?

Глава 7

Ратмир

– А к папе мы поедем? – спросила Маруська, ковыряя вилкой омлет.

– Поедем, кнопка. Но не сейчас. – нервным движением взъерошил волосы.

И не завтра. И хер знает когда.

Как объяснить ребёнку, что её отец сейчас в таком состоянии, что к нему элементарно не пустят? Что он в принципе где-то на пороге, между жизнью и смертью.

Понимаю прекрасно, что такие подробности ей ни к чему. Но вот как объяснить элементарное?

Она знает, что он в больнице. Но не знает почему и как надолго. Второго, к сожалению, не знает никто.

У нас с Маруськой всегда был полный коннект в общении. А сейчас у меня язык будто глубоко в заднице.

– Я по нему скучаю очень. – посмотрела на меня не по годам осмысленным взглядом.

– Знаю. Но потерпи немного. Договор? – протянул руку ладонью вперёд, и малышка отвесила мне «пять».

– Договор. – согласно кивнув, продолжила завтракать.

Сегодня была первая ночь, когда я смог выспаться. Отпустило немного, после того, как вчера Машку из интерната забрал.

Одной проблемой меньше.

Вчера она от меня вообще не отлипала. Хвостом ходила, как приклеенная. Будто опасалась, что есть риск вернуться обратно.

Сегодня уже расслабилась. А вместе с ней и я.

Включив кофе машину, посмотрел на часы.

Где её носит? Скоро опека приедет, а её нет.

Договаривались, а эта заноза, уже не впервые заставляет напрячься и вскипеть. Связался на свою голову. Потом перевёл взгляд на Маруську и немного успокоился. По крайней мере, Афина помогла мне её забрать. С остальным разберусь, похер.

Стоило допить кофе, в дверь позвонили. Кинув кружку в раковину, пошёл открывать.

– Привет, муж! Немного опоздала. Но глобально не опоздала же? Скажи, что нет и они ещё не приходили? – закусила губу, смотря на меня взволнованным взглядом.

Афина затараторила, а я перевёл взгляд с её лица на чемодан, в ручку которого она вцепилась до побелевших костяшек.

– Это что?

– Реквизит. Опека придёт, а у тебя в доме ни одной моей вещи. Подумала, так будет правдоподобнее.

В голове масса вопросов, которые я, к сожалению или к счастью, не успел задать. Потому что в коридор выбежала Маруська.

– Афина! – малая бросилась к гостье, чуть ли не визжа от радости.

– Привет, моя хорошая. – присев на корточки, раскрыла объятия для Машки.

Виделись всего раз, а обе радуются так, будто полжизни знакомы и ещё столько же не виделись.

Малая была в курсе, что Афина сегодня приедет. Мы с ней поговорили, я максимально доступно объяснил ей ситуацию. Она согласилась подыграть, готовая навешать с три короба проверяющим. Командная работа.

Афина прошла внутрь, а я запёр следом её чемодан. Хер знает, чего она туда напихала, но не уверен, что всему этому место в моём доме.

Не думаю, что проверять будут наши шмотки. Упор на Машку.

А её временную комнату мы забили вещами и игрушками основательно. Когда ехали из интерната, сделали крюк через их с Марком квартиру.

Маруська тут же потянула Афину за собой, показывая и рассказывая, как устроилась. Щебетала, не замолкая. А я с какой-то опаской смотрел на этот гроб на колёсиках, именуемый чемоданом.

Было какое-то необъяснимое чувство, что вся моя спокойная и привычная жизнь похоронена именно в этом чемодане. Недаром, глядя на него, такой ассоциативный ряд выстроился.

– А у тебя уютно. Почти так, как я и представляла. – Афина зашла на кухню, и засунув руки в задние карманы джинсов, пенка выдалась с пятки на носок.

Нервничает. От неё буквально фонит волнением.

– Обычно. – пожал плечами.

Квартира у меня небольшая. Двушка. Можно было бы расшириться, но не видел смысла. По крайней мере, пока.

Одному вполне хватает. Да даже с Маруськой, прекрасно разместились.

– Мы сможем потом поговорить? – смотрела на меня с испугом во взгляде.

– Можем и сейчас. – нахмурился, глядя, как она отводит в сторону взгляд.

– Нет, лучше потом. После опеки. – гулко сглотнула, будто у неё в горле першило.

Ответить ничего не успел, в дверь позвонили.

Переглянулись с Афиной, а потом вместе мазнули взглядом по чемодану, стоящему в прихожей.

– Открой пока. – неосознанно рявкнул и понёс чемодан в спальню.

Нервы ни к чёрту. Вроде Машка у меня. А все эти проверки невольно накаляют. Будто какого подвоха жду.

Афина, натянув на лицо милую улыбочку, встретила «гостей». Вышел к ним, когда она показывала им кухню и наличие продуктов для Маруськи.

Вела себя так, будто сама часом ранее забивала холодильник под завязку. Актриса, блин. Но нужно признать, хорошая.

Через минуту к нам выбежала Маруська. Как и договаривались, лапши навешали проверяющим с три короба. Дружно подключились к пиздежу.

Афина тоже не отставала. Ещё и чая проверяющим предложила. Гостеприимная хозяйка, блять.

Слава богу, они отказались. Проверили комнату, которую занимает Машка, сделали какие-то пометки в документах. Задали ещё парочку уточняющих вопросов и направились к выходу.

– Следующее плановое обследование будет проведено в течение месяца. Надеюсь, на внеплановое, нам не придётся выходить. – сказала проверяющая такой интонаций, будто вопросительной.

– Не придётся. – будь моя воля, уже вытолкал бы их поскорее. Напряжение достигает пика. Жду какой-то подставы то и дело.

Кажется, вздохну спокойно, когда уйдут.

Примерно так и получилось. Никаких замечаний с их стороны не последовало, и они ушли в закат.

– Ну, вроде бы не так страшно. Нормально же прошло всё? – спросила Афина, после того, как закрыл входную дверь за замок.

– Думаю, да. – размял шею, склоняя голову то вправо, то влево.

– Поговорим тогда?

– Ну, давай поговорим.

– Я сегодня была у юриста, снимала с себя опеку. И там всплыли некоторые детали, о которых я до этого не знала. – начала тараторить как пулемёт. – Честно не знала. Я сама в шоке.

– Ближе к делу. – поторапливал, ещё не улавливая степень пиздеца, но чувствую его неминуемое приближение.

– В общем. Нам нужно жить вместе. Точнее не просто вместе, а мне у тебя. Но это всего на полгода, не больше. Я обещаю, мешать не буду. Хочешь, готовить буду, убираться. За Машенькой могу приглядывать и заниматься с ней. Мне даже в удовольствие. – она ещё что-то чесала, а я чувствовал, как начинает срывать резьбу.

Не туда я думал, когда чувствовал подвох. Всё на проверяющих спихивал. Но там чётко прошло. А вот беда пришла, откуда не ждали. И имя ей – Афина.

– Нет. – ответил твёрдо, глядя на неё в упор.

Если до этого пасовала и глаза прятала, то сейчас, так же как и я её, в упор взглядом расстреливала. Мой злой, против её просящего.

– Но Ратмир. Ну, пожалуйста. Очень тебя прошу. У меня реально безвыходное положение. Мне, кроме тебя, никто не поможет.

И самое паршивое, что понимаю, не поможет. Было бы кому помогать, помогли бы раньше, и девчонка не бросалась с предложениями о замужестве к незнакомому мужику.

Но жить вместе? Это перебор, мать вашу. И дело не в том, что она мне мешаться будет. Не будет.

Но рядом с ней у меня наглухо отключается самоконтроль. Она в считанные секунды может разогнать до двести двадцати по встречке.

Не понимаю, почему так реагирую. Да и не стремлюсь понять. Хотя, в целом, деваха толковая. Неглупая. Пошутить может. Общается легко. Да и свою часть нашей сделки довела до конца.

Но это подстава, как ни крути.

– Дядя Мир, а Афина будет с нами жить? – Маруська визжа от радости, влетела к нам и повисла на моей руке.

Ну и как жить в этом девичьем царстве?

Глава 8.1

Афина

Не верю, что он согласился. Просто не верю.

Пока соглашался, ожидаемо, меня взглядом расчленял. Но это такие мелочи на фоне всего происходящего в моей жизни в последнее время.

Но Ратмир то и дело зарабатывает очки в копилочку. Причём явно не преследуя такой цели. Просто выручает меня, хоть и ворчит.

Да и пускай ворчит, я потерплю. Незначительная плата за нормальное будущее, не правда ли?

Остаток дня провели на удивление мирно. Я в основном всё время с Машенькой была. Мы с ней и конструктор пособирали, и железную дорогу. Покормили куклу Катю, поели сами.

Все втроём за кухонным столом сидели. Прям как «семья». Говорила в основном Маша. Ратмир задумчивый, ел молча. Изредка кивал, но попробуй пойми: то ли Маше, то ли каким-то своим мыслям.

После ужина Машенька искупалась, я ей почитала сказку, и она благополучно уснула.

Но лучше бы ещё пободрствовала. Прям чую, когда мы с Ратмиром один на один останемся, он затеет разговор.

Ну, так, собственно, и вышло. Начал плавно и пошёл по нарастающей.

– Давай сразу на берегу. Никаких розовых соплей и прочей ванильной херни. – говорил твёрдо, пока я в освобождённом им шкафу раскладывала шмотки на выделенные мне полки.

– Я понимаю. – молча кивнула, выражая согласие.

– Никакой влюблённости и воздыханий. Мы партнёры, Афина. Влюбляться в меня не стоит, я не оправдаю ожиданий. Уж поверь.

– Да больно надо! Пффф… Смотрю, самомнение родилось вперёд тебя. Офигеть, блин!

Возмущалась искреннее. Да, конечно, он выглядит так, что влюбиться можно с полувзгляда. А при условии, что он помогает бескорыстно, то это ещё один плюсище, который подкупает. Но он и в целом человек неплохой. Ну, как мне кажется.

Но и я тоже не дурочка. Суть нашего брака мне ясна. Я ведь сама первой озвучила такого же рода условия. Ещё в день свадьбы.

По сути, Ратмир сейчас повторяет их, в связи с новыми вводными.

– Раз уж нам как минимум полгода разыгрывать из себя семейную пару, то имей в виду, все связи на стороне советую оборвать. – а вот это уже что-то новенькое. – Мне нахер не упали слухи, что я олень, а жена у меня слаба на передок. – у меня чуть ли глаза на лоб не полезли.

– Ты серьёзно? – ресницами хлопала, переваривая. Он нормальный, вообще?

– Более чем. – вот ведь зараза невозмутимая.

Совсем, что ли, берега попутал? За кого он меня принимает? Он что, думает, у меня между ног, как форточка в летнюю жару? Круглые сутки нараспашку? Да это… уму непостижимо!

– Ну раз так, то и ты, будь так любезен, держи ширинку застёгнутой. Или ты думаешь, все условия только на меня распространяться будут? Ну уж нет. Я оленем тоже не горю желанием быть.

Ввернула ему ответочку. Даже немного легче стало.

Мне то что? Пусть хоть в узел себя завяжет. Но это не игра в одни ворота.

я бы и не возмутилась его словам, всё равно у меня нет никого. Но меня возмутила форма, в которой он все это сказал. Какая-то ультимативная и "носомтыкательная".

Ратмир явно хотел что-то сказать, но осёкся, когда зазвонил его телефон. Посмотрел на экран и даже в лице изменился. Во взгляде полная пустота и стужа. Аж мурашки.

– Слушаю? – принял вызов, будто слегка дёргано и раздражённо. – Нет. Тон сбавь. Потому что плевать. Да, плевать.

Не знаю, с кем он там разговаривает, но разговор ему явно не по душе. Да и собеседнику, судя по всему, то же. Но я наверняка уловила, что это девушка. Слишком много децибел в голосе, что через динамик слышно.

Не прекращая говорить, Мир вышел из спальни. Мне кажется, если бы не спящая за стенкой Маша, то шарахнул бы дверью, как следует.

От него фонило недовольством и агрессией. И отчего-то уверена, что основная причина не во мне.

Я предпочла считать, что наш с ним разговор себя исчерпал, и усугублять на ночь глядя мы не будем.

Продолжила раскладывать вещи. Делала всё как-то неторопливо.

Думала, Ратмир пошёл говорить по телефону. А он, оказывается, и душ за это время принять успел.

Как я это поняла? Пффф…

По капелькам воды, стекающим по его груди и по наличию полотенца, обмотанного низко на бёдрах. Да он издевается!

Стараясь слишком откровенно не пялиться, уткнулась носом в шкаф. Волнительно как-то.

– А спать мы вместе будем? – только сейчас осенило. Уверена была, что ответ на этот вопрос я знаю.

– А у тебя есть какие-то другие варианты? – произнёс Ратмир, подойдя к комоду.

– Нет. Просто… – резко проглотила оставшиеся слова.

Стоя ко мне спиной, Мир небрежным движением скинул с себя полотенце, роняя его на пол у своих ног. Достал из комода тёмно-синие трусы.

А я невольно залипла. Подтянутая задница, крепкие ноги. Широкий разворот плеч и узкая талия. Татуировки на руках и спине, которые я раньше не видела.

– Всё рассмотрела? – меня привёл в чувства насмешливый голос мужа.

– Ты бы хоть так откровенно орехом своим не светил. И смотреть бы не пришлось.

Ощетинилась, говоря с ним сквозь зубы.

– Я у себя дома. Привыкай. – надев трусы, повернулся ко мне. Улыбался так, будто ему доставляло удовольствие моё замешательство и смущение.

Привыкай. Ну хорошо, спорить не буду.

Оставшиеся вещи просто запихнула в шкаф на вторую свободную полку. Потом разберу.

Выудила оттуда белье и тоже в душ пошла.

Это был слишком долгий день, пора закругляться.

Позаимствовав у Ратмира шампунь с гелем, шустренько помылась.

Мысленно пометку сделала, не забыть завтра свои гели и другие баночки-скляночки привезти. Обрадую мужа.

В комнату вернулась, когда Ратмир уже лежал в постели прямо поверх одеяла. С расслабленным видом скроллил в телефоне.

Подойдя к шкафу, открыла его и точно так же, как и Мир до этого, сдёрнула полотенце, бросая его на пол.

Я хоть и захотела подразнить в ответ, но столько смелости, чтоб вообще голой, у меня не хватило. Так что в общей картине моей наготы мелькали чёрные стринги.

Зачем мне его вообще дразнить? Хороший вопрос. Как-то само собой вышло. Видимо, дурной пример заразителен.

Нагнулась максимально симпатично, и подняла с пола полотенце. Кинула его на спинку стула, туда же, где и его болталось.

Со спины услышала покашливание.

– По спинке постучать? – надев одну из своих длинных футболок, предназначенных для сна, повернулась к Миру лицом.

– Один-один, жена. Уделала. – Ратмир усмехнулся и совершенно не стесняясь, поправил член, ощутимо натянувший ткань синих боксеров.

Похоже, уже два-один и не в мою пользу.

– Привыкай. Я так-то у мужа дома. – стараясь не демонстрировать смущения, показала ему кончик языка.

Блин, теперь бы ещё как-то выспаться с ним в одной кровати. Щёки огнём горели. Как и вся сама целиком.

Глава 8.2

Афина

Просыпалась с непривычным чувством тяжести. Будто на грудь что-то давило.

Разлепив веки, дёрнулась всем телом от неожиданности.

Чужая квартира, чужая спальня, чужая кровать.

Когда засыпала, прекрасно понимала, где и с кем нахожусь. А вот проснувшись, немного потерялась.

Лежала на боку. Со спины ко мне прижимался Ратмир.

Горячий как печка. Руку мне на талию закинул, из-за чего и ощущала непривычную тяжесть.

Сердце в груди трепыхалось, как у загнанной дичи. Хотя и не чувствовала себя таковой.

Меня пугало другое! Например, тот факт, что нравится вот так вот чувствовать мужа. Фиктивного, блин, мужа…

Но, тем не менее, мне было комфортно. Уютно, что ли.

Ну вот, осталось ещё лужицей перед ним растечься. Сама ведь в день росписи громче всех кричала о голом партнёрстве, о том, что у нашей семьи есть срок годности и определённый свод правил. Вчера Ратмир мне об этом лишь напомнил.

И что я вижу? Пшик и сама готова подзабить на собственные инструкции? Молодец Афина, ничего не скажешь.

Немного поелозила в постели и почувствовала, как к щекам приливает жар. Твою ж.

– Ты можешь лежать спокойно? Вставать только через полчаса. – раздался из-за спины хриплый и сонный голос.

– Могу. – откашлялась, прочистив горло. – Просто между нами слишком твёрдая прослойка.

– Это стояк, Афина. – произнёс всё так же сонно.

– Я прекрасно знаю, что это. Мужская физиология, утренняя эрекция и все дела. Но вот почему ты в меня им тычешь? – тихим шёпотом ворчала.

Прекрасно я знаю… Ну если брать в расчёт видео и различную литературу, информацию в пабликах и так далее. То, да, знаю.

На деле я далека от всего этого. Вживую ни разу не видела. И уж тем более не чувствовала.

– А ты тут ещё кого-то видишь?

– Нет, но…

– Афина. – шумный вздох с нотками раздражения. – Это всего лишь утренний стояк. Ты слишком много внимания уделяешь тому, что не имеет к тебе никакого отношения. Можешь не переживать, я к тебе не притронусь. Не сейчас, не позже. – сказав всё это, просто перевернулся на другой бок.

Спустя пару минут он уже размеренно и глубоко дышал. Явно снова отключился. А вот я оставшиеся полчаса, лежала не сомкнув глаз.

Даже не знала, что чувствовала в этот момент. Вроде радоваться должна. Ратмир честно соблюдает условия, о чём открыто заявляет.

А как ни крути, обидно было.

Не притронусь. Не сейчас, не позже. Не имеет к тебе никакого отношения.

Обидно такое слышать. Вот несмотря на договорённости, всё равно обидно. Я же девочка.

Девочка, которая как-то странно стала реагировать на фиктивного мужа. Будто по взмаху волшебной палочки подменили мои же реакции.

Я реально думаю над тем, чтоб он нарушил слово? Реально? Чтоб говорил прямые противоположности тому, что сказал сейчас?

Быстро я поплыла.

Как только прозвенел будильник, рванула из кровати, как ужаленная.

А потом всё завертелось, что некогда было присесть.

Утро, так сказать, было… бодрым!

Разбудили Машеньку, потом быстрый завтрак в составе нашего небольшого и липового семейства.

Избегала прямого взгляда на Ратмира. Сама себя раздражала своим поведением. Ну вот что за ерунда?

Откуда столько неловкости и смущения? Не скажу, что это привычное мне поведение. Да и раздражало это, как ни крути.

После плотного завтрака на скорую руку, начали собираться. Кто куда.

Маша в садик. Ратмир, полагаю, на работу. А я… мне бы не помешало поехать в университет. В последнее время как-то зачастила с прогулами, что не есть хорошо.

А после, ещё бы заскочить в свой прежний дом и взять кое-какие вещи.

Ратмир любезно предложил побыть моим водителем. Ну, отказываться не стала, разумеется.

Первым делом завезли в сад Машеньку. Потом уже в университет.

– Если успею, то заеду за тобой после занятий. Если нет, перенесём поездку за вещами на другой день. – произнёс Ратмир, плавно выруливая с парковки сада.

– Да я и сама могу за вещами съездить. Туда своим ходом, обратно на такси.

– Не терпится территорию пометить? – хмыкнул, глядя на дорогу.

– Конечно. Горю нестерпимым желанием твою холостяцкую берлогу разбавить яркими красками. – мечтательно закатила глаза.

Когда Ратмир не грузился в своих мыслях, с ним было очень легко общаться. И не подумаешь, что может быть хмурым букой.

– Звучит пугающе. – улыбнулся краешком губ. – Тебе кофе взять? – уже серьёзно, заезжая на заправку.

– Можно. Капучино.

Пока Ратмир заправлялся и покупал нам кофе, листала новостную ленту в телефоне. Пыталась отвлечься от мыслей о том, что в универе встречусь с Костей и остальными ребятами. Мы после того случая в баре не виделись. И вот вообще не скажу, что скучала.

Только сейчас заметила, что Ратмир забыл свой телефон на приборной панели.

«Ответь! Нам нужно увидеться!»

Именно так звучало сообщение, пришедшее от некой Карины.

А потом последовали звонки от неё же. Один за другим. После четвёртого телефон затих.

Я прекрасно понимаю, что муж он мне ненастоящий. Но вот чувство, отдалённо напоминающее ревность, казалось вполне реальным. С чего бы?

Чисто собственнические инстинкты?

– Держи. – дверь с моей стороны неожиданно открылась, и Мир протянул мне большой стаканчик с кофе.

– О, спасибо, муж. – тут же вцепилась в него двумя руками.

– Аккуратнее, горячий.

– Там тебе какая-то Карина на телефон бомбит с пугающей частотой. – произнесла якобы невзначай, когда Мир занял место за рулём.

Моментально нахмурился, превратившись в того самого буку. Взял в руку телефон, посмотрел на экран, поводил по нему пальцем и, нервным движением откинул его обратно.

Больше ни слова не проронили, пока ехали к университету. Нет, я пыталась пару раз заговорить, но от Ратмира не было никакого отклика. Он будто ушёл в себя. Опять на лице безэмоциональная маска.

Не знаю, о чём думал он всю дорогу, но лично меня съедали любопытство и нездоровые отголоски ревности, которых, по сути, быть не должно.

Они будто слегка покусывали исподтишка. Неприятно, но пока не смертельно и терпимо. Пока.

Глава 9

Афина

На первую лекцию влетела буквально бегом. Потому что опоздала. Хорошо, что не только я, но и преподаватель. Потому моё опоздание было не замечено.

Принципиально не села туда, где сидела раньше. Потому что сидеть рядом с Мариной и Лизой не было никакого желания.

Они, может, и не сделали мне ничего плохого. Но вот то, что смеялись за спиной, зная о планах Кости… В общем, не дружба это. Таких друзей, на хер и в музей, как говорил когда-то папа.

Мама всегда ворчала на него, за подобные высказывания. А я в такие моменты тихонько посмеивалась, наблюдая за их перепалками, которые были какими-то милыми, что ли.

Села на первый ряд. Кожей ощущала прицельные взгляды. Аж между лопатками пекло.

Потом забылась немного, погружаясь в тему лекции.

Во время второй пары девочки ко мне не подходили. Как и Костя. Хотя то и дело ловила на себе его взгляды.

А вот во время перерыва, в столовой, Лиза с Мариной всё же ко мне подошли. Аппетита их появление не прибавило.

– Привет. Обижаешься на нас? – подсев ко мне за столик, первой заговорила Лиза.

– Нет. А должна? – вскинула не неё взгляд и отпила горячий чай.

– Ну, думаю, да. – подала голос Марина. – Некрасиво вышло.

– Некрасиво. – кивнула согласно. – Но я не обижаюсь. Просто выводы сделала.

– Какие?

– Что то, что я ошибочно принимала за дружбу, на самом деле ей не являлось.

Откинулась на спинку стула и с усмешкой посмотрела на «подруг».

– Афин. Ну, извини нас. Ну просто… – начала было Лиза, но я перебила.

– Просто вам было весело наблюдать за тем, как меня, дурочку, пытаются развести. – пожала плечами.

На самом деле я не была настолько равнодушной, какой пыталась казаться.

Но это всё лирика.

В какой-то степени я могу сказать спасибо и им, и Косте. Если бы тот вечер не закончился так, как закончился, я бы вряд ли встретила Ратмира.

Неожиданное стечение обстоятельств и я нашла то, что искала. Помощь и защиту.

Ратмир не Костя.

Сейчас кажется противоестественным то, что Костя был мне симпатичен. И где были мои глаза?

– Да не так там всё было. – психанула Марина.

– Да мне не особо интересно, как было. Всё что нужно, я увидела и услышала. И лучше так, чем дальше заблуждаться, ошибаясь в людях.

Хороший жизненный урок. Я его запомню. Как говорится, не всё то золото, что блестит. Так и с дружбой вышло. Ну ничего. Где-то убудет, где-то прибудет.

Допив чай, которым чуть было не обожгла нёбо, встала из-за стола и, взяв поднос, просто ушла.

Не вижу смысла и дальше вести праздные беседы.

Девочки молча за мной наблюдали, больше не пытаясь оправдаться.

Да и ни к чему это. Зачем оправдываться?

Перед последней парой написала Ратммру, во сколько закончу. Он прочёл, но ничего не ответил.

Когда занятия закончились, вышла на улицу. Знакомой машины видно не было. Набрала номер мужа. В ответ услышала гудки. Ладно.

Решила подождать минут десять. Если не приедет, съезжу за вещами сама. Хотя мог бы и сказать, что приехать не получается. Чарапнуло такое безразличие с его стороны.

– Поговорим? – раздался за спиной знакомый голос.

– Вас всех сегодня прорвало, что ли? – обернулась и небрежно скользнула взглядом по Косте.

Ребята стояли на крыльце и с любопытством смотрели в нашу сторону.

– Афин. Ну хорош. Ну, был не прав. Но и ты как-то уж слишком лихо взбрыкнула.

– Не думаю. – отрицательно покачала головой.

– Да ладно тебе. Ну, сморозил глупость, с кем не бывает? Забудем.

– Забудем, конечно. – огонь во взгляде Кости вспыхнул так же быстро, как и погас. – Я тебя уже забыла. Сделай также в отношении меня, будь "другом".

– Э, нет. Так дела не делаются. Я что, зря тебя окучивал столько времени? – тут же начал психовать самопровозглашённый претендент в мужья.

– Я не просила.

– Да мне плевать. Ты мне должна. – подступил на шаг ближе.

– И чего я тебе должна? Билет в эротическое пешее путешествие?

– Ну как минимум я тебя трахну. Или ты думала, так просто соскочишь и я схаваю?

От его слов по телу прошёлся неприятный озноб. От одних только слов противно стало.

Хорошо, что мы на университетской парковке. Вряд ли он осмелится что-то сделать здесь.

– Этому тебя тоже отец научил? Спасибо, неинтересно. – несмотря на неприятный внутренний холодок, старалась держать лицо.

– Посмотрим, как ты будешь говорить, прыгая на моём члене? – противно усмехнулся, сканируя взглядом моё тело с ног до головы липким взглядом.

– На члене? Спасибо, конечно. Я люблю минимализм, но не настолько. Отвали, Кость. – сказала запальчиво, отступая назад.

Далеко, правда, не ушла, он тут же перехватил меня за руку.

– Отпусти, мне больно. – дёрнулась, пытаясь вырваться.

– Ты меня кинула, Афина. Меня это не устраивает. У меня, знаешь ли, были планы. – продолжал напирать, крепко держа.

А меня, несмотря на многолюдность, окутало паникой.

– Руки, блять, от неё убрал. – неосознанно с облегчением выдохнула, увидев приближающегося к нам Ратмира.

Шёл быстро, уверенно. Одним только взглядом расчленял Костю.

– Афина, а это ещё кто вообще? – спросил Костя.

Он или дурак, или у него напрочь отсутствует инстинкт самосохранения. Или тут незавидное комбо.

– Это? Мой муж. Так что ты бы реально с руками поаккуратнее, если не лишние.

– Муж? – переспросил, но руку отпустил. – Вот так, да? На меня обиду кидала, а этому продалась? А, нет, точнее будет сказать, купила!

Это было последним, что сказал Костя, прежде чем упасть на асфальт. Ратмир одним точным ударом снёс его с ног. Будто играючи. Хотя Косте явно было не до смеха.

– Ты охренел? Ты знаешь, кто мой отец? – взвыл Костя, вытирая рукавом толстовки кровь из разбитого носа.

Все, кто стоял на крыльце университета, смотрели в нашу сторону, раскрыв рты. Но никто не решался вмешиваться.

Ни одной мне не повезло с «друзьями». У Кости они тоже, судя по всему, так себе.

– Похуй. – Ратмир взял его за грудки и, встряхнув как тряпичную куклу, поднял на ноги. – Даже не дыши в её сторону.

Мне бы зажмуриться или испугаться из-за всего происходящего. А у меня как у ненормальной бабочки в животе.

Ратмир похлопал Костю по лицу, как-то особенно унизительно и перевёл взгляд на меня.

– Поехали?

– Да. – тут же кивнула и пошла следом за ним.

– У тебя не будет из-за него проблем? – спросила Мира, когда мы выехали с парковки.

– Не будет. – ответил, перестраиваясь в левый ряд. – Что ему от тебя нужно?

Коротко пересказала мужу нашу с Костей не долгоиграющую историю. Как есть, без прикрас и преуменьшений.

– Бедовая ты девка, Афина. – покачал он головой, мазнув по мне взглядом.

– Есть немного. Зато теперь у меня есть ты.

Только сказав это вслух, поняла, какую глупость сморозила.

Благо Ратмир проигнорировал мои слова, полностью сосредоточившись на дороге. Правда пальцы на руле сжал особенно сильно, до побелевших костяшек.

Глава 10

Ратмир

Афина достаточно плотно оккупировала мою территорию.

На удивление её присутствие не напрягает.

Разве что раздражает по утрам. Раздражает всё, что ниже пояса. Можно списать на физиологию. Но, скорее всего, просто давно не спускал пар. Давно не было такого перерыва в сексе. Ещё немного и яйца при ходьбе начнут звенеть.

Но Афина не про секс. Нет, я бы её трахнул, не будь она женой.

Пиздец, как нелепо звучит.

Но в нашем с ней случае это всё только усложнит. Договор.

Но и отрицать очевидное не имеет смысла. Девочка красивая, ладная. Без напускной жеманности. Естественная. И в своей естественности ещё более привлекательная.

Попал так попал. Полгода, мать его.

Посмотрел на часы. Уже девятый час, а я всё торчу на работе. Хотя раньше, я бывало, оставался здесь ночевать.

По первости, когда только раскачивал первый автосервис. Порой зависал здесь на ночь и вместо сна, вкалывал как пришпареный. Иногда просто ночевал, потому сил на то, чтоб тащиться домой уже не оставалось.

Это сейчас всё устаканилось, развернулся немного. Вместо одного захудалого сервиса, сеть мастерских и автомоек.

Но сегодня я не ехал домой не потому что до хрена дел. Всего одно. Предстоящая встреча с Кариной.

За последнюю неделю она оборвала мой телефон звонками и сообщениями. Истерила, психовала и всячески тянула фокус внимания на себя.

Ну, будем считать, что дотянула и сегодня мы встретимся.

Потупив в собственных мыслях ещё минут тридцать, взял документы, ключи и спустившись со второго этажа, закрыл сервис и пошёл к тачке.

До бара-ресторана, где договорились о встрече с Кариной, добрался минут за сорок. Я хоть и не опоздал, но она уже была на месте.

– Привет. – поздоровавшись, присел напротив. – Давно ждёшь?

– Не очень. Просто получилось приехать пораньше. – Карина как-то вымученно улыбнулась, при этом смотрела на меня неотрывно.

Отвлёкся на пришедшее сообщение.

«Маруську уложила. Ужин убрала в холодильник. Зелёный лоток на нижней полке».

Наверное, стоило написать ей, что задержусь. В этом нет ничего такого.

Но мозг почему-то то и дело дорисовывал стоп линию и красные флаги.

Будто специально противился, не давая стать ближе даже в чисто человеческом отношении.

Хотя не уверен, что это поможет и рано или поздно мы не окажемся в одной плоскости. Полгода!

«Спасибо»

Вот и весь мой ответ Афине.

Заблокировав телефон, отложил его в сторону экраном вниз.

– Ты реально женился? – спросила Карина, постукивая пальцами по бокалу с водой.

Посмотрел на неё, пытаясь понять, для чего мы вообще здесь сидим. Обсудить мой статус?

Как по мне, глупо и несвоевременно.

– Женился. – ответил на тон суше.

– А ещё месяц назад ты делал предложение мне. А сегодня уже женат на другой. – Карина грустно улыбнулась и покачала головой.

Месяц назад… Месяц назад всё было по-другому. Я с чёткими планами на будущее, Марк, на своих двоих. Сейчас всё в точности наоборот. Ни долго идущих планов, ни друга рядом.

– Ты сама выбор сделала. – ответил нейтрально, откинувшись на спинку стула.

– Скажи мне правду? Ты назло мне, да? Захотел по носу так щёлкнуть? – смотрела на меня чуть ли не с надеждой во взгляде.

– Ради чего? – не улавливал её логики. Хотя раньше понимали друг друга с полуслова.

– Ну я же задела твоё эго. Прошлась по самолюбию своим отказом. Думаешь, я этого не понимаю? – немного повысила голос и, поджав губы, смотрела на меня с нескрываемой злостью.

– Ты от меня сейчас чего хочешь?

– Правды.

– Правда такая, Карин. Ты отказалась, выбрав карьеру в другой стране, уезжая туда на ПМЖ. Теперь у тебя своя жизнь, у меня своя. И в мою тебе лезть не стоит. – чётко расставил акценты на наших с ней взаимоотношениях.

Мы вместе были около года. Вместе, когда Карина вырывалась, а не петляла вдоль и поперёк по земному шарику, из-за работы.

Удивительно, что сейчас она здесь, а не за бугром.

Предложение я делал взвешенно. Марк тогда был здоров, и нужды в опеке над Маруськой не было.

Но сейчас понимаю, даже если бы нужда была, Карина вряд ли помогла. Брак в её планы не входил, это помеха карьере, как оказалось.

Я понял. Принял. А что ещё оставалось? Выбор есть у каждого. Карина свой сделала. Не в мою пользу. Но, значит, ей так приоритетнее.

– Она лучше меня, да? Отвечает всем твоим запросам? Только что бы ты ни говорил, я уверена, что трахая её, ты думаешь обо мне. – произнесла шипя, подавшись вперёд.

Приплыли, блять.

Говорить о том, что раскладываю жену во всех позах только в своей голове, не стал. Лишняя информация. Да и разговор свернул в бессмысленное русло.

– Прикрой рот, Карин.

– Так, значит? А раньше тебя мой рот возбуждал и ты наоборот, просил его открыть. – выплюнула едко.

– Меня возбуждал рот, который не нёс хуйни. Сейчас это не про тебя.

– Ну и тварь же ты, Войницкий.

На это только развёл руками.

Говорить что-либо ради провокации низко. Оправдываться, в целом не мой конёк. Может, и тварь. Что выросло, то выросло.

На какое-то время за столиком повисло молчание.

– Мы можем поехать ко мне. – выдавила Карина, смотря просяще.

– Не можем, Карин. Я женат.

И дело не в том, что я решил блюсти верность фиктивной жене. Просто пора поставить окончательную точку. Ни к чему не приведёт растягивание. Уже не привело.

– Да пошёл ты! Пожалеешь ещё. Отвечаю, пожалеешь. Меня всё равно не забудешь, не сможешь. Она, не я. Жалкий суррогат. Удачи оставаться. – встав из-за стола, поправила платье и, метнув в меня взглядом молнии, пошла на выход.

Примерно этого я и ожидал от этой встречи. Слишком хорошо знаю Карину.

Кинув на стол деньги, тоже ушёл.

Уже по пути к дому, снова зазвонил телефон. На этот раз, звонок из клиники, где лежит Марк.

Предчувствие – говно. Но принял вызов, слушая слова врача.

Глава 11.1

Афина

Открыв глаза, прислушалась к тишине.

Перевернувшись на другой бок, с шумом втянула воздух в лёгкие. На второй половине кровати пусто. Ратмир так и не вернулся домой.

Посмотрела на часы. Начало первого ночи.

За всё недолгое время, что я здесь живу, он ещё ни разу не ночевал где-то вне дома.

И вроде бы поводов расстраиваться у меня нет. Ревновать, так тем более.

Но отчего-то одна лишь мысль, что он с девушкой, неприятно скребла за грудной клеткой.

Сегодня, когда Маруську спать уложила, ещё посидела, подождала его. Потом ужин убрала и всё равно ждала.

А сама будто чувствовала, что не придёт. Ну он и не пришёл.

Сделав парочку глубоких вдохов, поднялась с постели. Сон какой-то рваный и неглубокий. Такими темпами завтра на парах я буду лбом подпирать учебный стол. Точнее, уже сегодня.

Бесшумно вышла из спальни. Пройдя на кухню и не зажигая свет, включила чайник. Надо чая с мёдом выпить. Может, уймётся внутренний мандраж.

Но не успел чайник вскипеть, как я застопорилась на месте. Сразу не придала значения, что на кухню слегка тянет сигаретным дымом. Так бывает крайне редко. Только когда Мир ночью покурить на балкон выходит. А так обычно дома не дымит, чтоб Маша не дышала.

Вглядевшись в темноту, увидела, как на балконе мелькает тлеющий огонёк сигареты.

Одёрнув длинную футболку, надетую на манер ночнушки, аккуратно приоткрыла дверь балкона и зашла внутрь. Поплотнее обратно закрыла, чтоб дым в квартиру не тянуло.

Ратмир на моё появление никак не отреагировал.

Сидел на полу, согнув ноги в коленях и положив на них руки. Затылком упирался в стену.

– Ты дома? – и судя по количеству окурков в пепельнице, уже давно.

На полу стоит начатая бутылка то ли виски, то ли коньяка. В полумраке не разобрать.

– Как видишь. – ответил не глядя.

– Что-то случилось? – спросила, обнимая себя за плечи.

– С больницы звонили. – прежде чем он заговорил дальше, у меня внутри всё обмерло. – У Марка была остановка сердца.

– Господи. – прикрыла рот ладошкой, чтоб не закричать.

– Откачали. Но сейчас оперируют экстренно. – поднеся сигарету к губам, глубоко затянулся. – Ещё не звонили.

Кажется, только сейчас дышать нормально начала.

– Но ведь жив. Это, главное. – подошла к нему и, не дожидаясь приглашения, села рядом, вытянув ноги.

– Пока, да. – выдыхая плотный и густой дым.

– Ратмир! Ты чего раньше времени друга оплакиваешь? Раз живой, значит, есть надежда. Вот за неё и нужно держаться. – попыталась достучаться до него.

А у самой внутри всё в тугой узел завязалось. Я не знаю Марка, не знакома и ни разу не видела. Но это не значит, что не переживаю. Причём не только за Марка, но и за Машеньку.

Я прекрасно знаю, как это, жить без родителей. Пусть и лишилась их в более сознательном возрасте, но от этого не менее больно. А малышка Маша ещё совсем ребёнок. У неё ведь, кроме отца и нет никого роднее.

– Иногда, одной надежды мало, Афина. – затушил окурок и потянулся к новой сигарете.

Он даже в своих переживаниях выглядел максимально мужественно. Чувствую, что хреново ему. Но всё в себе держит.

– Расскажи мне про него. Про Марка. Вы давно дружите? – хотелось хоть как-то его расшевелить.

Ратмир не спешил со мной делиться личным. Он вообще мало говорил о себе. Я по сути ничего о нём и не знаю. Так, какие-то мелочи, о которых порой говорит Маша, с присущей ей детской непосредственностью.

Когда я думала, что моя просьба останется без ответа, Ратмир всё же начал говорить.

– Это уже не просто дружба. Семья, скорее. Мы познакомились в детском доме. Сначала набили друг другу морды. – он усмехнулся краешком губ. – Потом перебесились.

– Ты вырос в детском доме? – чего-чего, а этого я точно не ожидала услышать.

Хотя теперь мне вдвойне понятно, почему он так рьяно отвоёвывал крестницу.

– Не вырос. Точнее, не с самого раннего детства. У меня была совершенно нормальная семья: мать и отец. В них, так же как в Марка, со встречки влетела тачка. Мгновенная смерть. Мне тогда тринадцать было.

Закусила изнутри щеку, чтоб не расплакаться. Как злой рок какой-то. Словно прошлое с настоящим переплелись, сталкивая со схожими трагедиями. Как в параллель.

– А потом? – повернулась к нему, глядя на мужественный профиль.

Хоть и темно, но глаза к темноте привыкли. Да и с улицы через окна, какой-никакой свет попадает.

– А что потом? Потом вырос, выпустился. Жить мне было где. Квартира от родителей и другая недвижимость остались. Марк выпустился на месяц раньше. У нас к тому времени уже был свой костяк: Марк, Илюха, Колян и я. Все оттуда. – подтянул к себе бутылку и прямо из горла сделал глоток. – Костяком и остались. Нечего особо рассказывать, Афина. Всё как у всех. Ни лучше, ни хуже.

– Я бы так не сказала. У тебя есть друзья. Настоящие друзья. Я таким похвастаться не могу. – начала говорить, погружаясь в свои воспоминания. – Из-за работы папы переезжали часто. Я просто не успевала прочувствовать вкус настоящей дружбы. Сюда, в родной город, вернулись пять лет назад. А совсем недавно те, кого я считала друзьями, оказались совсем не ими.

Пожала плечами, осознавая, насколько одинока по большому счёту. У Ратмира есть хотя бы друзья, которые ближе некоторых родственников. Взять хотя бы моего дядю. С такой роднёй, врагов не надо.

А ведь раньше дядя часто к нам приезжал, даже если мы находились за тысячи километров от него. Меня всегда баловал. Сейчас же он меня только ремнём «баловал», да и только. Как же хорошо, что это теперь в прошлом.

– Почему поисковый отряд? – перевёл на меня какой-то пустой и потерянный взгляд.

Впервые видела его таким. И увиденное мне не нравилось. Хотелось встряхнуть его хорошенечко, чтоб обратно вернул того хмурого и порой колючего Ратмира.

Но вместо этого тоже подтянула к себе колени и, сложив на них руки, упёрлась в них подбородком.

– Родители в отпуск поехали в горы. Я с ними должна была ехать, но слегла с ангиной. Они остаться хотели, но я настояла, чтоб ехали. Ведь планировали, они так хотели. – зажмурилась, до сих пор проклиная себя за то, что сама подтолкнула их в эту поездку. А ведь всё могло быть совсем иначе. – Они там пропали без вести. Просто вышли из своего гостевого домика и будто испарились. Их искали. Долго искали. Но вообще ничего. Были и нет. Никогда бы не поверила, что так бывает. Когда мне восемнадцать стукнуло, записалась волонтёром в поисковый отряд. Я бы и раньше туда пошла. Но несовершеннолетних не берут. – грустно усмехнулась, вспоминая, как обивала пороги, прося взять меня волонтёром.

– У тебя хорошо получается. – явно намекая мне на поиск Машеньки.

– Ты знаешь… Может, хоть и глупо, а я всё равно надеюсь, что родителей найдут. Ведь мы когда людей ищем, никогда не знаем, каким будет итог поиска: найден – жив или найден – погиб. Но во мне живёт стойкое убеждение, что каким бы ни был итог, каждый заслуживает того, чтоб его нашли.

Родители тоже заслужили. Но так и не были найдены…

Ратмир был единственным, кому я настолько вывернула душу наизнанку в отношении этой части своей жизни. Не знаю почему. Казалось, он меня поймёт как никто другой.

Стёрла ладошкой дорожки из слёз, бегущие по щекам. Даже не заметила, как плакать начала.

– Я так понимаю, теперь моя очередь отвлекать тебя от самокопания?

– А ты умеешь? – улыбнулась несмело.

– А ты сомневаешься? – снова повернулась к нему.

Ратмир внимательно меня рассматривал. Сканировал своим тёмным взглядом. Клянусь, я таких глаз как у него, ни у кого ещё не видела. Смотрит так, будто всё нутро наружу вынимает. Хотя у самого эмоций на лице с гулькин нос.

Если я как открытая книга, то он в своих эмоциях закрыт на несколько засовов. В нас во всём контраст.

Я люблю говорить, он не особо многословен. Он высокий, а я ему дай бог до плеча достаю. Он сдержанный, я порой излишне импульсивна. Я не умею эмоции прятать, а у него их будто нет.

Но я знаю, что есть. Уверена.

– Поцелуй меня. – произнесла то, чего сама от себя не ожидала.

Глава 11.2

Афина

– Поцелуй меня. – произнесла то, чего сама от себя не ожидала.

Мне так захотелось быть кому-то нужной. Именно сейчас и здесь. Вот в эту самую секунду. Пусть и мимолётно. Пусть не по-настоящему.

Ратмир даже бровью не повёл и не шелохнулся. Так же смотрел, как и прежде.

А я себя такой дурой почувствовала. Ну что за идиотка?

– Прости… извини. Я лучше пойду. – зажмурилась, поняв, какую глупость сморозила.

Резко раскрыла глаза, когда почувствовала, как чуть ниже затылка в волосы вплелись мужские пальцы.

Только воздух жадно хапнуть успела, когда мои губы накрыли твёрдые губы Ратмира.

Из груди глухой стон. Мой. Ещё один, который как и первый, потонул в жалящем поцелуе.

Совсем не таком, как тогда в ЗАГСе. От того горели только губы, сейчас же полыхало всё тело.

Несмело ладони ему на плечи положила, провела выше, касаясь шеи.

Какой-то дурман. Неверие. Что всё это здесь и сейчас происходит.

Ратмир дышит тяжело и гулко. В кулак мои волосы сгребает на затылке. Буквально оттягивает мою голову назад, запрокидывая. Ещё более жадно в губы врезается. Глубже, напористее.

А я отвечаю, цепляясь за него пальцами.

Грохот, звук от упавшей бутылки. Плевать. Нам обоим плевать.

Ратмир наваливается сверху, опрокидывая меня на кафельный пол. Кожу на спине через футболку холодит. А мне жарко. Горячо.

Перестаю видеть и замечать всё вокруг. Границы смываются. Рушатся. По кирпичику обваливается то, что сами воздвигали. Рамки. Запреты. Установки.

Временно? Нет? Неважно.

Мир собой придавливает. Не перестаёт целовать. Боже, как он целует. Что на ногах пальчики поджимаются, а сердце грохочет, разгоняясь до двухсот.

В промежность, прикрытую бельём, вздыбленной ширинкой упирается. Пряжка ремня холодит кожу.

Меня топит в каком-то потоке противоречивых ощущений. Эмоции кипятком окатывают каждую клетку тела.

Ни слова не произносим. Управляемые инстинктами.

Мне не хотелось отталкивать. Наоборот, прижаться к нему сильнее хотелось. Чтоб держал вот так, как сейчас и не отпускал. Крепко. Уверенно.

Толкнулся бёдрами сильнее вжимаясь, а я лишь сильнее ногтями в его шею впилась.

Отрывается от меня. Жадно футболку руками собирает, задирая ткань выше и оголяя грудь.

Ловлю его взгляд. Пытаюсь не дрожать так открыто. А тело протестует, не позволяя сдерживаться.

Не ощущаю и толики стыда. Нет. И близко нет.

Обхватывает ладонями грудь. Сжимает, пальцами затвердевшие соски оттягивает.

– Блять. Я ведь не железный. – снова между ног вжимается, заставляя жадно хватать ртом воздух.

Сам к груди склонился. Очертил влажную дорожку языком, задевая ареолу и вершинку соска. Втянул в рот, постукивая языком.

Дыхание перехватывает. Сердце вот-вот между рёбер выскочит.

В голове проскальзывает мысль: нет, нельзя.

Здравая мысль.

Но она тут же теряется в ярком фейерверке незнакомых эмоций.

Ратмир энергетикой своей бешеной с ног сносит. Движения немного грубые и резкие. Уверенные. Боль не причиняют. Наоборот, распаляют только сильнее.

Мы ненормальные, раз сейчас реально поддаёмся спонтанному искушению. Запретному. Как оказалось, желанному.

Мне не страшно. Мне… хорошо.

Немного скованно себя ощущаю. Но расслабляюсь, снова чувствуя вкус его губ.

Язык мне в рот проталкивает. Порочно. Жадно. Отвечаю как могу. Как умею. Так, как хочется с ним.

Боже, меня ведь повело на нём. Не сегодня. Не вчера. Раньше.

Когда. Не помню. Просто сейчас понимаю, что это во мне есть.

Ратмир просовывать руку между нашими телами. Не спрашивая разрешения, отодвигает в сторону влажную полоску белья. Господи, какая же я мокрая. Пальцами меня касается там. Топит их во влаге.

На клитор давит, массирует.

– Ммм… – сама к нему навстречу подаюсь.

Себя не узнаю. А он уверенно исследует моё тело. Касается там, где никто и никогда не касался.

– Я же сейчас тебя трахну. – рычит, топя в темноте своего взгляда.

Что-то нечленораздельное в ответ мычу и мямлю. Тянусь к нему.

Какой же он открытый сейчас. Подкупает. Манит.

Сама пытаюсь за пряжку его ремня ухватиться. Пальцы подрагивают. Руки не слушаются.

Лязг пряжки ремня. Цепляюсь пальцами за язычок молнии на ширинке и резко вздрагиваю от громкого звука.

Замираем оба, тяжело дыша и гулко сглатывая.

– Блять. – Ратмир чертыхаясь, приподнимается.

Больше не ощущаю приятной тяжести, исходящего от него жара.

Мир шарит рукой по полу и окончательно от меня отстраняется.

Пока он принимает вызов, поправляю одежду, одёргивая футболку.

Ратмир говорит недолго. Дежурные фразы, уточняющие вопросы. Это точно из больницы.

Подбираюсь невольно.

– Операция прошла успешно. – говорит мне севшим голосом, завершив разговор.

Снова сидя на полу, прикусываю губу. И снова влага на глазах.

Уже не понимала, от чего накатывают слёзы. То ли от переизбытка эмоций, в которых меня буквально утопил Ратмир, то ли от того, как резко всё началось и также резко закончилось, то ли из-за радости за его друга. А может, из-за всего и сразу.

Ратмир поднимается на ноги. До сих пор возбуждённый и разгорячённый.

Протянул мне руку, помогая подняться, а у меня ноги дрожат. С трудом держат и чуть ли не подкашиваются.

Вот она, первая неловкость. Кусается.

– Иди спать, Афина. – сказал, глядя в глаза, откашлявшись, будто у него першит в горле.

Снова вернул себе ту безэмоциональность. Только скулы заострились.

– А ты? – Господи! Да я такими темпами себе все губы в кровь изжую.

– Я тоже. Скоро. – снова прикурил, глядя через окно в темноту ночи. – Иди.

С балкона вышла чуть ли не спотыкаясь. Везде, где он меня касался, кожа вспыхивала и покрывалась мурашками.

Придя в спальню, плюхнулась на постель. Провела кончиками пальцев по губам. Улыбнулась как ненормальная.

Мне было вкусно. А ему? Тоже? Я ведь не словила галлюцинации, и он меня… хотел?

Понятия не имею, как теперь дальше всё будет. Но чувствую, что точно не так, как раньше.

Лично я, вопреки своим же убеждениям, так как раньше не хочу уже.

Глава 12.1

Афина

Ночью Ратмир пришёл и молча лёг в постель. Я ещё не спала, но старательно делала вид, что десятый сон досматриваю.

Уверена была, что момент упущен, и продолжения не последует. А мне… хотелось бы.

Мне понравилось. Впервые ощущала такие откровенные ласки и это не пугало. Странно и иррационально.

Успокаивала себя тем, что это ведь муж. Ну фиктивный, да. Но упрямо опускала эту немаловажную деталь.

Утро прошло по привычному сценарию. Завтрак, сборы в сад, на учёбу и работу. Кто куда.

Заплела Маше два колоска, закрепив их резинками с объемным бантиками. Такая она классная. Степень милоты зашкаливает.

– Папа мне тоже косички заплетал. Ратмир не умеет, а папа у меня мастер. – похвасталась Маруська.

– Я не обещаю так же хорошо, как и у папы, но думаю, вышло недурно. – подмигнула малышке, поправляя завёрнутый воротничок на ярком платьице.

– Мне нравится. У тебя тоже хорошо получилось. – смущённо поцеловав меня в щеку, побежала обуваться.

Вчера её отец был на волосок от смерти. Страшно всё это.

Эти воспоминания запустили механизм, и на смену этим, пришли другие. Где Ратмир жадно сминал моё тело и агрессивно целовал.

Тело моментально жаром окатило, и чувствовала, как горят кончики ушей.

Чувствовала смущение рядом с мужем. Но всячески запихивала его куда подальше. Вела себя непринуждённо. Будто ничего не произошло.

Уверена, что сам Ратмир и дальше будет строить из себя невозмутимого эмоционального импотента. Но это совсем не так. Я-то в этом убедилась вчера. Там и эмоций вагон, и импотенцией не пахнет.

Пффф. Давай, Афина, соберись уже. Хватит летать в облаках.

Как обычно, Ратмир сначала завёз в сад Машу, а потом меня в универ. Привычный маршрут.

После того, как он навалял Косте, меня больше не задирали.

Смотрели криво, конечно. Но делали это на расстояние. Тот же Костя обходил меня по широкой дуге. Хочется верить, что так всё и останется.

После занятий вышла на крыльцо универа. Дождь как из ведра, блин. Вот везёт мне. Поёживстсь и, накинула на голову капюшон.

Вздрогнула от сигнала машины. Перевела взгляд левее и увидела знакомую до боли машину. Готова была в ладоши хлопать. Но в действительности, взмахнула рукой и пулей устремилась к машине.

– Привет. – поздоровалась с мужем, устраиваясь на пассажирс . – Не думала, что ты приедешь.

– Тоже не думал. Ты без зонта? – посмотрев на меня, прибавил температуру в обогреве.

– Да. Как-то не подумала, что будет такая подстава.

Сняла с себя успевшую намокнуть толстовку, оставаясь в укороченном топе.

Ратмир мазнул по мне взглядом и тронулся с места.

А у меня опять мурашки.

Весь день чувствовала какой-то странный трепет. Будто у меня в животе не бабочки, а табун гиппопотамов.

Стойкое понимание, что не хочу больше возводить незримую стену. Не хочу, и всё тут.

Мне вообще начинает казаться, что я влюбляюсь в собственного мужа. Помню прекрасно, что фиктивного! Но хочу забыть об этом.

А вот о том трепете, который испытала с ним, забывать отказываюсь в короне. Упрямо не хочу. Наоборот, гоняю эти мысли и воспоминания, как на репите.

Со мной такое впервые. Да вообще всё впервые.

– А ты на сегодня закончил? – спросила, сев в пол-оборота.

– Типа того. Заезжал в больницу, обратно в сервис уже не погнал.

– За Машей потом или сразу заберём?

– Потом съезжу.

Блин, что ж ты не разговорчивый-то такой? Как клещами всё тянуть приходится. И почему-то кажется, что со мной он ещё более молчаливый и закрытый, чем с другими. Это огорчает, если честно.

Когда в квартиру зашли, Ратмир бросил на комод ключи от машины и помыв руки, пошёл в спальню.

Я следом. Переодеться бы.

Когда зашла, Мир стоял в спальне в одних боксерах. Тоже переодевался. Но такой его полуобнажённый со вид стал для меня почти привычным. Как ни как спим в одной постели.

Взяв сменную одежду, решила переодеться в ванной.

– Афина. – окликнул меня уже в дверях. – То, что произошло вчера, было импульсивно с моей стороны.

Не думала, что он вообще об этом заговорит. А тут начал. И мне совсем не нравилось, куда он клонит.

– Стоп! Стоп, не говори ничего. Остановись. – вскинула руку, жестом прося не продолжать.

– Не хочу, чтоб ты что-то надумала. Сорвало от напряжения и бухла. – произнёс невозмутимо.

А у меня все нервы как струны натянулись. Того гляди лопнут.

Ничего не ответила. Вышла из комнаты с трудом сдержав желание от души шарахнуть дверью.

Зайдя в ванную, закрылась на замок. В зеркало на себя посмотрела. Злая. Раздражённая. Во взгляде какая-то потерянность вперемешку с решимостью. Одним словом, дурная какая-то.

Сорвало его. Не хочет он, чтоб надумала. А поздно уже. Я и надумала, и нафантазировала, что с ним у нас как-то иначе всё может быть. Мне, оказывается, много не надо, чтоб прикипеть и почувствовать.

Разделась, оставаясь в одних трусиках. Зажмурилась. Стояла так какое-то время, сжимая и разжимая кулаки.

Я наверняка пожалею. Наверняка сгорю со стыда. Но… неизвестно откуда взявшаяся решимость меня как пинком под зад из ванной выкинула. Точно ненормальная.

Вошла в спальню как есть, в одних лишь трусиках. С трудом перебарывала желание прикрыться. Руки сами тянулись к груди. То и дело себя одёргивали.

– Оденься, Афина. – произнёс после короткой паузы.

Смотрел на меня. На скулах желваки ходуном ходили. Взгляд острый, сильный, доминантный.

Если и удивился, то как обычно, попробуй разбери.

– Нет. – подавляя предательская дрожь в голосе. – Хочу, чтоб снова сорвало.

Заявила так, будто предлагала кофе выпить. Подбородок задрала. Ладони по-прежнему в кулаки сжаты. Да так, что неприятно покалывало ладони, с врезавшимися под кожу ногтями.

– Ну и дурная же ты. – от него это прозвучало как комплимент.

В два шага ко мне приблизился.

Как и вчера сжал в кулак волосы на затылке и запрокинул мою голову.

– Какая есть. – прикусила пересохшую от волнения губу, смачивая её языком.

– Я уже понял. – в своё тело впечатал, выбивая из груди рваный вдох и судорожный всхлип.

Глава 12.2

Афина

Ратмир ничего не говорил. И я молчала. Оба дышали глубоко. Шумно. У обоих грудная клетка ходуном ходила.

Смотрел на меня внимательно. Так и держал за пучок, запрокидывая мою голову. На губах залип, что чувствовала, как горят.

Какое-то мгновение и его губы накрыли мои. Ратмир врезался в мой рот жалящим поцелуем. Агрессивно, уверенно, жадно.

Подстраивалась его напору, вспоминая как было вчера.

Фиксируя мою голову, проталкивал язык мне в рот. Отвечала, цепляясь за его плечи руками. Дрожала.

Свободной рукой Мир оглаживал мою талию, рёбра, коснулся груди. Ладони большие, горячие, слегка шершавые. Сжал грудь, коснулся пальцами соска.

Перед глазами вспышки. Дышим в унисон.

Оторвав меня от пола, обхватив за талию, сделал несколько решительных шагов.

Буквально свалились на застеленную постель. Покрывало заложило кожу. Мир согревал. Телом своим.

Навалился сверху, упираясь на согнутый локоть. Домашние трико его возбуждения не скрывали от слова совсем.

Хотелось трогать его, изучать. Чувствовать и подстраиваться.

– Никогда не предлагай себя сама, Афина. – негромко и севшим голосом.

Покрывал влажными дорожками от поцелуев шею и ключицы. Проводил языком по груди, поочерёдно втягивая в рот возбуждённые соски.

Его слова как-то вскользь меня прошли. Смысл уловила, а осознать до конца не смогла.

Страшно, а предвкушение топит с головой.

Прогибалась в пояснице, подаваясь навстречу его ласкам.

Кусая губы, дрожала всем телом. Пальцами нервно покрывало комкала. А сама к нему тянулась.

Мир, как и вчера, своей энергетикой сносит. Если бы стояла, то наверняка бы ноги подкосились.

Трогает меня, уверенно, бескомпромиссно.

Между бёдер пульсирует. Разгорается и словно печёт. Приятные и одновременно с тем, невыносимые ощущения.

– Мне хорошо с тобой. – шепчу, жадно хватая воздух ртом.

Обнимаю мужа за шею. К себе ещё ближе притягиваю. Ответа не жду.

Прижимаюсь к нему теснее, касаясь его груди, своей обнажённой с затвердевшими сосками.

Мир прикусывает кожу на шее. В том месте, где бьётся и пульсирует жилка.

Пульс долбит, как отбойный молоток.

Отстраняется. Смотрит почерневшим взглядом. Касаясь пальцами кромки трусиков, уверенно стягивает их вниз. Смотрит туда полыхающим взглядом. Рефлекторно пытаюсь свести бёдра, прикрыться. Не позволяет. Касается пальцами пульсирующей и влажной промежности. Проводит пальцами, утопая во влаге.

Я, конечно, не ханжа. Мастурбировала и не раз. Но эмоции разнятся настолько, что даже сравнивать, нет смысла. Прикосновения мужа как импульсы тока, наполняют меня напряжением, готовым вот-вот вырваться наружу.

– Везде охрененно красивая. – ухмыляется. Улыбка больше на оскал похожа. Хищная, предвкушающая.

У меня от его слов пальчики подгибаются, и щёки горят.

Давит коленом, заставляя шире развести ноги.

Воздуха мало, кислорода не хватает. Словно мы выжгли его во всей комнате.

Внизу живота ещё жарче. Печёт, там, внизу.

Ощущаю его член. Бархатная кожа, влажная крупная головка. Скользит членом вдоль половых губ, двигая бёдрами. Словно дразнит. Сама чуть шире ноги развожу. Хочу его чувствовать.

– Пожалуйста. – произнесла судорожно и на выдохе. Сама не понимала, о чём именно прошу.

Всё тело сводит судорогой. Ещё немного и меня разорвёт от переполняющих эмоций. Всё так непривычно и ново. Немного страшно и волнительно.

Но я сама сделала выбор. Дурной мозг не даёт подумать, правильный он или нет. Я просто хочу. Мужа своего чувствовать хочу. Ближе к нему стать, тоже хочу.

Всё остальное потом, после. Знаю, не обидит. Но не могу произнести вслух слов о том, что он будет первым. Оттолкнёт и прервётся? Молчу упрямо, принимая всё, что делает с моим телом.

Мир жадно моё тело сминает. Целует. Бёдрами толкается. Задевает клитор, давит на вход. Головка слегка сама в меня проскальзывает, стоит ему хоть немного вперёд податься. Туго, давяще, горячо. Влажная настолько, что физически чувствую, как там мокро.

Ещё раз прикусив кожу в районе груди, Мир отстранился.

Затаив дыхание наблюдала за тем, как тянется к тумбе, достаёт из неё фольгированный квадратик. Рвёт его зубами. Гулко сглатывая, смотрела, как надевает презерватив, раскатывая его по твёрдому члену, опутанному паутинкой из выделяющихся вен.

Направил себя рукой, снова накрывая меня своим телом. Тугое давление на вход. Не дышу. Пытаюсь только чувствовать, не думать.

Мысленно готовлюсь к боли.

Одним точным движением он вгоняет в меня член.

Негромкий вскрик, саднящая боль и наверняка испуг и паника во взгляде.

Закусив губу, прикрыла глаза, с силой их зажмурив.

– Блять! Афина. – подался назад и посмотрел вниз.

Наверняка на презервативе кровь осталась.

– Прости… прости меня. – ответила дрожащим голосом и по-прежнему не глядя.

Он меня сейчас за такой сюрприз убьёт, да? Боже, нужно было сказать.

– Афина, посмотри на меня. – покрутила головой, отказываясь – Афина, не будь ребёнком и открой глаза! – разомкнула веки, глядя на него с примесью страха. – Почему не сказала?

– Боялась, что не согласишься. – сказала честно, не контролируя дрожь в голосе.

– Дурная. Как есть, дурная. – вернулся ко мне, нависая сверху, упираясь на локти.

– Мир… Не останавливайся, пожалуйста. – за плечи его хваталась, боясь не удержать, если уйдёт и откажет.

– Если бы и хотел, уже не смог бы. Напряглась, когда снова ощутила тугое давление. – Расслабься, дальше будет легче.

Доверилась.

Снова туго, но не настолько больно. Закинув на себя мои ноги, начал двигаться.

Толчок. Ещё один. Ещё. Снова. Пока Мир двигался внутри меня, царапала его плечи. Выгибалась мостиком, в шоке от происходящего. Чувствовала его. Немного больно, непривычно, но ни за что бы не остановилась.

– Да… вот так, Афина. Горячая девочка. В тебе охуенно. – каждое слово сопровождал глубокими толчками.

А у меня получилось расслабиться. Мир сначала плавно двигался. Когда понял, что внутри меня он не почувствует сопротивления, брал меня уже чуть резче.

Рывок. Рывок. Во мне до основания. Яйцами о промежность бьётся. Снова в меня. Опять глубоко и резко. Раз, второй, пятый. Больно немного с непривычки и новых ощущений. Но это такая боль, которая на грани с наслаждением. Царапалась, кусалась, извивалась. Снова в меня. Череда быстрых движений. Опять. Опять. Глубже. Агрессивнее. Казалось, ещё немного и кончим оба.

Мне остро и жарко. Мир как печка, горячий и обжигающий.

Прогибаюсь в пояснице с глухим стоном.

Тело напряжено. Внизу словно электрические импульсы клубятся.

Стоило Миру просунуть между нашими телами руку и коснуться клитора, как разлетелась на атомы. Перед глазами вспышки. Стон. Протяжный и глухой.

Чувствую, как Мир кончает в меня, наполняя спермой презерватив.

Замер во мне, продолжая губами и языком терзать мой рот.

– Горячая девочка. – произнёс, завершая поцелуй и скатываясь с меня в сторону.

Снял презерватив и, взъерошив волосы, направился к выходу из спальни. Как есть, абсолютно голый.

Остановился в дверях и, обернувшись, посмотрел на меня так, будто не он кончал минутой ранее.

– Я в душ. Компанию составишь?

– Д-да… – кивнула, прижимая к себе покрывало и пытаясь сдержать дурацкую улыбку, от которой вот-вот щёки треснут.

Глава 13

Ратмир

Прижимал хрупкую фигурку к стене, покрытую плиткой с каплями воды.

Думал, сдрейфит. А, нет. К моменту, как я настроил воду, Афина, пусть и неловко, но забралась ко мне в ванну. Задвинула перегородку и, обхватив себя руками за плечи, смотрела на меня снизу вверх.

Взгляд перепуганный и напряжённый. Но ещё и упрямый, с примесью интереса и предвкушения.

Эту черту её характера давно просёк. Упрямая до чёртиков.

Да в целом нестандартная в своих реакциях девочка.

– Болит? – положив ладонь ей на щёку, провёл подушечкой большого пальца по губе, слегка надавливая и приплюскивая её.

Не отказался бы, чтоб вместо пальца она так же плотно губами обхватывала член. стоит представить, как член болезненно подрагивает.

– Скорее непривычно. Но боли как таковой нет. – будто с вызовом сказала.

Но, вроде не врёт. Коснулся её там, палец ввёл. Не зажималась и не всхлипывала от боли. Только щеки румянцем покрылись.

Ближе подошёл, придвигаясь вплотную. Член уже колом. Можно подумать, не я трахался несколько минут назад.

Нет смысла отрицать очевидное. У меня стоит на жену. Крепко. Перманентно.

Девочка красивая, складная. Далеко не дура.

Хотя после сегодняшней выходки начинаю в этом сомневаться.

Додумалась, а?

То, что я её порвал, понял сразу. И по ощущениям непривычным, и по крови на резинке. Первый. А она молчала. Себе же хуже сделала.

С девственницами дел до этого не имел, но как минимум, был бы немного аккуратнее.

Тесная, узкая. Пиздец, приплыли.

Можно было бы закончить всё и забыть как сон. Но какой смысл, если уже присунул и дефлорировал?

Прибить её хотелось, да. Но и саму её хотелось не меньше. Поэтому отмёл все разговоры на потом.

Предполагаю, что зря мы сблизились. Не лучшее решение. Возможно, ещё пожалеем. Но хочу её до зубного скрежета и ломоты в яйцах.

Мы с ней обязательно ещё поговорим, но позже. А сейчас… сейчас протолкнул ей в рот большой палец.

Плотно его губами обхватила, втягивая внутрь. Смотрит, не отводя взгляда. Порочная, предвкушающая. И попробуй скажи, что двадцать минут назад ещё девственницей была!

Уверен наверняка: мы на одной волне.

Вжался в неё, зажимая между телами стояк. К животу её впалому прижался.

Дрожит. Палец зубками острыми прикусила, ресницы дрожат.

А меня сносит к херам. Коротит всего, как с сорванными клеммами.

– Ещё один заход? – вынимая палец изо-рта, проверь языком по губам.

– Ну я сюда явно не спинку тебе тереть пришла. – дерзкая коза.

Вся дрожит и вылупается. Но говорю же, дикая смесь.

– К этому мы ещё вернёмся. – хмыкнул и, резко крутанув её в руках, повернул спиной к себе.

Ладошки в стену упёрла. Попка сердечком, которую призывно отклячила. Надавил на поясницу, заставляя ещё немного прогнуться. Чтоб максимально доступно и открыто.

Чуть отстранился и взял со стеклянной полки презик. Порвал упаковку зубами и не теряя времени раскатал тонкий латекс по всей длине.

Всего потряхивало от нетерпения. Дымился, бля.

Чуть согнул колени и приставил головку ковходу, предвкушая близость с этой чертовкой. За шею её прикусил и вместе с тем рывок сделал.

В неё сразу и на всю длину. Уверенно член вогнал. Афина вскрикнула и всем телом задрожала.

А я понять не мог: меня так от неё потряхивает как в цепной реакции или же само по себе треморит?

Рывок. Ещё глубже в неё. Снова. Ещё и ещё. Руки ей на талию положил, сжимал крепко, мёртвой хваткой вцепился.

Афина стонала и приподнималась на цыпочки, сточно от моих толчков по стене выше карабкалась.

Кожа нежная, бархатная. Пахнет цветами и чем-то сладким. Я как грёбаный извращенец зарываюсь носом в волосы. Воздух в себя тяну жадно. Упиваюсь.

– Не больно? – спросил между рваными вздохами и отрывистыми движениями.

– Нет… нет, всё прекрасно. – стонала, сама неумело подмахивала.

Даже в своей неопытности была чертовски привлекательна.

Несмотря на то, что совсем недавно разрядился, снова кончил в два счёта.

Особенно когда почувствовал, как кончает Афина. И так тесная, а сжала ещё сильнее, как тисками в себе затянула.

Плотно сжимала, задыхалась. Спазмы её вперемешку со своими ощущались

Не спешил из неё выходить.

Теперь, когда кровь отлила от паха и выше, в состоянии немного думать. И то! Не всегда и не в последнее время.

Вышел из неё и снял резинку. Афина тут же ко мне лицом развернулась.

Блуждает по мне поплывшим взглядом. На ногах еле держится. Если бы рукой не прижимал к себе, давно бы коленями по полу в ванной ползала.

– Как самочувствие? – задал вопрос, внимательно вглядываясь ей в лицо.

– Будто только что летала. Без страховки. – улыбнувшись, прижалась ко мне. Плотно-плотно.

Стоит ластится, нежничает. А у меня сердце как отбойный молоток. Частит на максималках.

С Афиной хорошо, комфортно. Кто бы мог подумать, да?

Но ведь это не панацея. А у меня от этого на душе кошки секрету.

Разговора нам с Афиной не избежать. Остаётся подумать, как и когда. Ранить её я хочу меньше всего.

Я не уверен, что смогу дать ей то, что она в полной мере заслуживает.

Но поздно я этим обеспокоился.

Вчерашний срыв показателен. Сегодняшний, тем более. Держать себя в руках уже не выходит.

Глава 14

Афина

Совместный душ напрочь все силы из меня выжал.

Вижу, что Ратмир ко мне тянется. Но в то же время словно отгораживается невидимой стеной. Специально.

Это… ранит.

Я всё прекрасно понимаю. По щелчку пальцев Мир в меня не влюбится. Но мне-то хочется.

Я не наивная дурочка. Но сердцу не прикажешь. Хочется чего-то большего. Чтоб он не пытался закрываться.

– Почему ты сказал не предлагать себя? – задала вопрос, когда Мир собирался ехать в садик за Машенькой.

Эти слова сначала прошли вскользь. А сейчас, когда первые эмоции немного улеглись, память подкинула эту фразу.

– Потому, что скорее всего, мужик согласится. Уверена, что тебе это нужно? – ответил Мир, застёгивая ремень на брюках.

Красивый, зараза. Хоть в одежде, хоть без неё. Без неё он мне теперь даже чуточку больше нравится, чем в ней.

Боже, о чём я думаю?

– Ну ты согласился ведь. А раз я сама, значит, нужно.

Вышло немного дерзко.

Потому что хоть убейте, не пойму, какое это отношение имеет к нам.

Всё уже было. И в конце концов, я ведь не к первому встречному подошла. А к мужчине, к которому неравнодушна.

Если уж на то пошло, другого первого раза я бы не хотела. Точно не с другим. Для меня всё было так, как я того хотела. И Ратмир тоже хотел, чего бы ни говорил.

– Согласился, Афина. Но если по правилам, то стоило бы отказаться. Меня это точно не красит. – положил в карманы документы и ключи от машины. Обведя взглядом пространство, схватил с комода пачку сигарет и зажигалку.

– Почему? – продолжала стрелять в него вопросами.

– Потому что наш брак не про отношения. А ты девочка совсем. Влюбишься, не заметишь как. А я не уверен, что эта тема про меня. – сказал всё это, глядя в глаза.

Он не пытался специально зацепить или обидеть. Нет. Просто сухая констатация фактов. И в чём-то он был прав, как бы мне ни хотелось это отрицать.

Только проблема в том, что я уже. Уже влюбилась. Но только ему это знать пока не обязательно.

– Невысокого ли ты о себе мнения? Я помню, что ты говорил не влюбляться. Я и не планирую. – фыркнула, пытаясь прикрыться защитной реакцией.

Мир только снисходительно улыбнулся. Тепло и без издёвки.

Вот как он это делает? Одновременно раздражает и заставляет растекаться сахарной лужицей.

– Девушки секс воспринимают сложнее и глубже мужиков. У нас нет и половины тех загонов, которые парят вас.

Снова словами бьёт прямо в цель.

Не думаю, конечно, что для него секс со мной был совсем уж обыденностью. Во всяком случае, надеюсь.

Но, да. Наверное, я ко всему отношусь более трепетно. Да блин, он мой первый мужчина! Конечно, я воспринимаю всё сложнее. Я и не отрицаю. И не считаю, что это плохо.

– Может быть. Но не все. Ты говоришь, что наш брак не про отношения, я и не спорю. Можно просто заниматься сексом. Не вижу в этом ничего криминального. – продолжала гнуть свою линию, которая по факту, шла вразрез с ожиданиями и мечтами.

А что ещё оставалось? Уж точно не истерики закатывать. Это было моё взвешенное решение. И мне понравилось.

Мир посмотрел на меня с явным сомнением. Не верит?

Ну, логично. Я и сама не особо прониклась собственной речью.

Момент упущен. Я уже по уши. И тут два варианта. Или возвращаемся в прежний формат. Или обживаемся в новом. А там, может быть, и Ратмир дрогнет. Да, секс – это не всегда про любовь. Но ведь иногда просто секс – перерастает во что-то большее.

– Афина. Не пытайся быть для меня удобной. Будь собой. Если порой я поступаю и говорю как мудак, говори вслух об этом. Твоё предложение я оценил и поверь, отказываться мне не хочется.

– Это хорошо. Потому что мне тоже. А сейчас давай уже езжай за Маруськой. Я пока ужин приготовлю. И да, про мудака я учту. – состроила рожицу и, отвесив ему воздушный поцелуй, пошла на кухню.

Мир тут же вышел из квартиры, не скрывая улыбки.

Принялась готовить ужин. А все мысли только о Ратмире. Делала всё на автопилоте.

Хочется верить, что в дальнейшем я не пожалею. Не очень хочется падать вниз, когда только-только начали отрастать крылья.

Несмотря на непростой разговор с мужем, всё равно словно порхала. Такую непривычную лёгкость ощущала.

Вроде бы всё та же я, а будто другая.

Внизу живота немного тянет. Между ног слегка печёт. Всё напоминает о том, что случилось совсем недавно. Непривычно. Но мне нравится.

Закончив с ужином, отвлеклась на телефон.

Пришло сообщение.

Сашка, наш координатор. Все наши собираются на поиск.

Раньше бы я задумалась. В ночь было сложно выходить на поиски, потому что дядя был дома. Ну, за исключением тех раз, когда он отчаливал в командировки. А сейчас?

А сейчас мне ничто не мешает.

Оставив еду на плите, пошла собираться, предварительно написав Саше, что буду.

Мира с Машей решила не дожидаться. Ему тоже написала, что уезжаю на поиски.

Уже на пороге получила от него ответ.

«Удачи, Афина. Если что, я на связи.»

Приятно, чёрт возьми.

Из дома убегала с какой-то шальной улыбкой.

Ещё какой-то час назад мне казалось, что я без сил. А сейчас испытала мощнейший прилив новых. Будто второе дыхание.

Глава 15.1

Афина

Уезжая на поиск, не могла заранее предположить, что в итоге домой ночевать не вернусь, да и утренние занятия в универе придётся прогулять.

Когда из дома уходила, была в невероятно приподнятом настроении. А сейчас, возвращаясь, всё было в точности наоборот. Вымотанная, без сил и морально опустошённая. Как-то так.

Переступив порог квартиры, тут же поняла, что дома нахожусь не одна.

Маруськиных туфелек не было. А вот кроссовки Ратмира стояли.

Странно. По идее, мир должен быть на работе. Разве нет?

Разувшись, прошла в квартиру. Первым делом помыла руки и умылась.

Выйдя из ванной комнаты, тут же наткнулась на мужа.

– Привет. А ты чего дома? – спросила, стараясь не смотреть на него заплаканными глазами.

– Тебя ждал. Ты как? – Мир подошёл вплотную и, подцепив пальцами подбородок, буквально вынудил смотреть на себя.

– Ты знаешь? – в удивлении распахнула глаза шире.

Он в ответ лишь кивнул. При этом оставаясь предельно серьёзным.

Я даже спрашивать не стала, откуда он знает.

У меня снова на глаза слёзы навернулись. Едва сдерживалась. Напряжение достигло пика, что даже нижняя губа дрожала.

– Тихо. Иди сюда. – Мир притянул меня к себе и крепко обнял.

Уткнулась ему в грудь и даже не пыталась подавить всхлип. Пальцами вцепилась в ткань его толстовки, с силой сжимая.

Оказывается, мне так была необходима поддержка кого-то близкого. А ближе Мира у меня, получается, и нет никого.

Поиски с исходом – найден погиб, всегда морально сложные. Сегодняшний, не исключение.

– Мы, получается, не успели, Мир. – шмыгнула носом, негромко говоря.

– Расскажешь? – даже слегка покачивал меня в руках, будто убаюкивал.

Такой сильный, крепкий, горячий, надёжный. Ещё больше и отчаяннее хотелось к нему прижаться.

– Да нечего рассказывать. – жадно схватила ртом воздух. – Бабушка в лесу потерялась. С телефоном, тепло одетая. Сама позвонила дочке и сказала, что заблудилась. Дочка сразу же вызвала нас. Ты понимаешь, мы нашли её, в целом, быстро. Она, как села на какой-то пенёк вес, с которого дочери звонила, так на нём и осталась. Сердце остановилось. Скорее всего, она испугалась сильно. Стресс. – пока говорила всё это вслух, дрожала всем телом.

Такая бесконтрольная дрожь. Легче становилось, только тогда, когда Мир крепче стискивал в своих руках.

– Афин, ты же понимаешь, что вашей вины здесь нет? – Мир аккуратно задал вопрос, положив подбородок мне на макушку.

Так непривычно было видеть его в таком амплуа. Чувствовать заботу и не безразличие. Это подкупало.

– С одной стороны, понимаю, что мы ничего не могли сделать. А с другой стороны, всё равно понимаешь, что не успел. Не успел и точка.

Вот так меня внутри и терзало. Да, каждый должен быть найден. Каждый этого заслуживает. Но до чего же тяжело находить людей при трагических обстоятельствах.

Должно быть, к такому невозможно привыкнуть. Если только совсем не зачерствеешь. Но в нашем отряде таких нет. Поэтому, скорее всего, все наши сейчас переживают. Каждый по-своему. Но точно не равнодушно.

– Откуда ты узнал? – шмыгнув носом, спросила мужа.

Это и правда очень неожиданно. Я и подумать не могла, что его поддержка окажется такой значимой и весомой.

Тепло оттого, когда понимаешь, что не безразлична. Что не одна.

– Твой координатор с отряда звонил. Предупредил. – объяснил Ратмир.

Да, когда мы с Миром расписались, я внесла в свою анкету данные супруга. Такой порядок. На всякий случай, мало ли.

И, видимо, случай этот настал, раз Саша позвонил Ратмиру.

– С работы приехал. – даже прозвучало не как вопрос.

– Приехал. – Мир подтвердил мои слова.

Саша, когда меня до дома подвёз, сказал: «беги давай, получай свой антистресс».

Теперь понимаю, что он имел в виду. Точно антистресс.

– Спасибо, Мир. – произнесла максимально искренне.

От понимания того, что ему не всё равно, сердце зашлось в дикой тахикардии.

Постояв так ещё какое-то время, всё же заставила себя отлипнуть от мужа.

Мне бы в душ сходить. Поэтому первым делом взяла сменную одежду и снова пошла в ванную.

Настроила воду погорячее. Стояла под струями воды, фантомно ощущая прикосновения мужа.

Кожа в этих местах словно горела.

Когда после душа зашла в спальню, Мир как раз закончил говорить по телефону.

– Собирайся. – произнёс бескомпромиссно, стоило меня заметить.

– Куда?

– Сейчас Маруську заберём, и погнали гулять. Развеемся немного.

Огорошил своим предложением. Мир и погулять? Но спорить с ним не хотелось совершенно.

Я, оказывается, очень хотела с ним погулять, провести время и ещё немного сблизиться.

Глава 15.2

Афина

– А мороженое купим? – лепетала Маруська, сидя сзади в кресле и болтая ножками.

– Купим. Но сначала заедем нормально поесть. – ответил ей Мир.

– Не хочу есть. – тут же скуксилась малышка.

– Нет, Марусь, без этого никак. Мы тебя с сада забрали раньше, поесть по-любому нужно. А потом и мороженое, и всё что хочешь.

– Прям всё-всё? – она тут же оживилась.

Мне нравилось наблюдать за Ратмиром, когда он общался с крестницей. Мне в целом нравилось за ним наблюдать. Но когда он разговаривал с малышкой, у меня внутри всё замирало.

Уверена, когда у него будут дети, он будет замечательным отцом. У него так легко налажен с ней контакт, будто от природы дано.

Жаль толь, что все эти его качества не по мою душу. Хотя, как знать. Вдруг?

Как говорится, надежда умирает последней.

Как и говорил Мир, сначала мы заехали в уютное семейное кафе. Маруська пусть и нехотя, но всё же съела паровую котлету и пюре.

Пока мы ели, часто ловила на себе задумчивые взгляды мужа. Сама тоже его разглядывала, пока он не видел.

Тянет к нему дико. И хоть ты тресни. Ничего не могу с этим поделать. Да и не особо стараюсь.

– Куда мы дальше? – спросила у Мира, когда вышли из кафе.

– Считай, что это сюрприз. – усмехнулся он, пропуская меня вперёд, положив при этом руку на талию.

Приятно так. Каждое его прикосновение.

Даже не верится, что ещё вчера мы занимались сексом. Не один раз.

Стоит об этом вспомнить, как по телу волны жара проносятся.

Я сейчас отчётливо понимаю, что хочу повторения.

– Ну, заинтриговал. – ответила, не пряча улыбки.

Я действительно не имела ни малейшего понятия, куда нас везёт Мир.

Правда, для меня это не имело особого значения. Главное, что конкретно сейчас мы проводим время вместе. А где – это уже вспомогательный момент. Суть не в том, где. Суть в том, с кем.

И если честно, мне уже немного легче стало. Уже получилось отвлечься и переключить мысли в более позитивное русло.

– Да ладно? Аттракционы? – во все глаза смотрела на Мира, паркующегося на стоянке.

– Боишься? – посмотрел на меня с лёгким прищуром и приподнял уголок губ.

– Да вот ещё! Не дождёшься! – засмеявшись, выскочила из машины и помогла выбраться Маруське.

– Ну сейчас проверим, на ком я женился: на трусишке или нет. – выдал мне в ответ.

А у меня от его слов «на ком я женился», по венам сладкая патока потекла.

Господи, я реагирую на него как ненормальная.

В ответ на его слова фыркнула и наигранно закатила глаза.

Да у меня уже пятки горели, как я хотела поскорее оказаться там, где есть аттракционы и сладкая вата.

У Маруськи тоже глаза горели. Пока шли, она засыпала нас вопросами и активно рвалась вперёд.

Мир только посмеивался, глядя на нас. Ну да, мои реакции ни чуть не уступали реакциям непоседливого ребёнка.

И да, первым, до чего я дорвалась, была сахарная вата.

Уминали её с Машей, как оголодавшие.

Потом мы с ней катались на детских аттракционах, куда её без сопровождения взрослых не пускали. Но на некоторых она и самостоятельно каталась.

Вдоволь нарезвившись на аттракционах, Маруська запросилась в детскую зону с батутами и остальными атрибутами. Там за малышнёй присматривал аниматор.

Мы же с Миром стояли в стороне и наблюдали.

– Пойдёшь? – Мир неожиданно задал вопрос, кивнув в сторону аттракциона.

Высоченная башня со свободным падением.

Вообще, жутковато, если честно. И не представляю, чтоб меня туда загнали по доброй воле. Но, язык мой, враг мой. Как говорится, мысль пошла, а рот закрыть не успела.

– Пойду. – ответила на удивление твёрдо, гордо вскинув подбородок. А у самой поджилки ходуном. Кому чего доказать пытаюсь. – А ты? М?

– Одна боишься? – усмехнулся, а у самого черти в глазах плясали.

– Я? Ни в коем случае. Просто интересно, я вышла замуж за трусишку или нет? – вернула ему его же подкол.

В ответ на это брови мужа взметнулись вверх.

Усмехнувшись, взял меня за руку и повёл к кассе.

Я, конечно, всем видом показывала, что не боюсь. Но внутри был мандраж такой силы, что дыхание спирало.

Чем ближе момент полёта на аттракционе, тем ощутимее колотилось сердце. Физически его удары ощущала.

Мы с Ратмиром заняли места рядом друг с другом. Пока поднимались вверх, было ещё более менее сносно. Но от понимания, что вот-вот неожиданно сорвёмся вниз, хотелось кричать.

Перестав строить из себя бесстрашную, вцепилась в руку мужа. С такой силой, что готова была ему пальцы поломать. Не нарочно, конечно же. Просто боялась, что отпустит.

– Кажется, ты всё же женился на трусихе. – выкрикнула ему, когда мы практически достигли предела высоты. Ещё и какой-то смешок нервный издала.

– Ну, мы с тобой квиты. – засмеялся муж. – Не могу сказать, что мне здесь зашибись.

Только он успел договорить, как мы сорвались вниз.

Какие-то секунды свободного падения, а я орала до боли в голосовых связках. Адреналин в кровь конскими дозами вбрасывался.

Боже, да я так, как сейчас, в жизни не орала. Эмоции через край. Пульс долбит так, что оглушает.

– Я тебе руку не сломала? – смотрела на него шальным взглядом, когда мы после пережитого, стояли на земле. О, чудо.

– Разве что пару пальцев. – открыто надо мной насмехался.

– Да ну тебя. – шутливо толкнула его кулачком вбок.

Сами не поняли, как начали дурачиться. А потом так получилось, что я каким-то образом оказалась в объятиях мужа.

И снова пульс зашкаливал.

– Это… это было офигеть как круто! Страшно сначала, а потом хочется ещё. – поделилась с ним своими впечатлениями, обнимая его за шею в ответ.

– Да ты у меня адреналино-зависимая?

– Для меня это тоже открытие. – посмеивалась, закусив губу.

А потом атмосфера вокруг нас как-то резко поменялась.

Воздух будто наэлектризовался, сгустился. Все звуки, голоса, словно фоном проходили мимо. Смотрели с ним в глаза друг другу. Безотрывно. Глубоко. С замиранием.

Оба плавно друг к другу навстречу подавались, приближаясь.

Чувствовала на губах его дыхание. Оно обжигало и воспламеняло.

Первое лёгкое касание. Второе. И вот уже его язык проталкивается мне в рот. Бескомпромиссно, уверенно, жадно.

Собственный пульс глушит, а тело льнёт ближе.

Мир целовал с напором, даже с какой-то лёгкой агрессией. Колени подгибались, а внизу живота сладкие судороги и спазмы.

И я уже не рада, что мы в общественном месте, а не наедине.

Цеплялись друг за друга жадно. Торопливо. Будто боялись не успеть. Чувствовала, что он возбудился. Да и я не отставала.

– Тормозим. – разорвав поцелуй, Мир проговорил мне прямо в губы.

– Ещё хочу.

– Давай до дома, малыш. Здесь не лучшее место, а сдерживаться, пиздец, как тяжело.

Понимала, что он прав. Но ничего не могла с собой поделать.

Но всё же пришлось отлипнуть от мужа. И весь остаток вечера я только и думала, как мы оба откажемся в спальне.

И когда я только успела так резво влиться в мир порока и соблазна?

Глава 16

Афина

Домой вернулись и я, буквально рухнула. Усталость предыдущего дня, адреналиновый всплеск сегодня и всё, пупсик сдулся.

Меня хватило только на душ. Искупалась сама и после, искупала Машу. А спать её укладывал уже в итоге Мир.

У него это, к слову, отлично получается.

Я до спальни добрела и только до подушки. Отключилась, как по щелчку.

А сейчас чувствую, как бедра касается рука мужа. Как скользит выше, собирая гармошкой тонкую ткань ночной сорочки.

Слегка заворочавшись, открыла глаза. Темно, ещё точно ночь, даже не раннее утро.

– Ты ещё не ложился? – спросила у Ратмира, повернувшись к нему лицом.

– Ложился. Уснуть не смог. – даже в темноте видела, как внимательно меня рассматривает, не на секунду не прекращая меня касаться.

– Ну, я теперь тоже вряд ли усну. – произнесла шёпотом, задыхаясь от ощущений.

Мир по-хозяйски изучал ладонями моё тело. Гладил. Сжимал. Сминал.

– На то и расчёт. – прямо сквозь ткань поочерёдно сжал чувствительные и затвердевшие соски.

По телу будто разряды молнии. Каждое нервное окончание поразило.

– Ты точно не просчитался. – подалась вперёд, первой его целуя.

Сон как рукой сняло. От усталости не осталось и следа. А вот новая порция адреналина прямо сейчас волнами вбрасывалась в кровь.

Мир тут же ответил, углубляя поцелуй и проталкивая язык мне в рот. Посасывал мой, ласкал губы.

Не разрывая поцелуя, сменил позу, наваливаясь на меня сверху и вжимая лопатками в матрас. Чувствовала его возбуждение. Налитый кровью член, выпирающий сквозь ткань боксеров. Твёрдый. И даже так, ощутимо горячий.

Оба хотели одного. Оттого движения были резкими, решительными и торопливыми. Стягивали друг с друга немногочисленные клочки одежды, будто боялись куда-то опоздать.

Полностью обнажённые и разгорячённые. Дыхание глубокое, одно на двоих.

Прервав поцелуй, Мир приподнялся на локтях, внимательно вглядываясь в моё лицо.

– Тормози меня, если для тебя слишком. – произнёс севшим голосом и оттолкнулся от постели.

Сменил позу. И если сначала я не поняла, о чём он и почему я должна его остановить, то сейчас отчётливо поняла, чего он хочет.

Возвышаясь надо мной, жадно сминал грудь. Вздыбленный член покачивался возле моего лица.

Но только останавливать его я не хотела от слова совсем. Наоборот, была готова пробовать новое. Потому что с ним не страшно, а предвкушающе. Да, в чём-то пока ещё неловко. Но это поправимо.

Взяв мои ладони в свои руки, накрыл ими мою же грудь, зажимая между полушариями член.

Сердце в груди долбило, как отбойный молоток. Во рту сухость. Легкоё волнение и дрожь по телу.

Протолкнул член между грудей, совершая первое движение бёдрами. Смотрел на меня потемневшим взглядом. Не глаза, а чёрные затягивающие воронки. Я как под гипнозом.

Двигался сначала неторопливо, но уверенно. Сердце стучало где-то в районе горла, не давая нормально поглощать кислород.

Проталкивал член вперёд, практически касаясь крупной головкой губ и подбородка.

Ощущала, как завожусь ещё сильнее. Внизу живота печёт и горит. Тугими спазмами стягивает и топит чувственностью.

Действовала на голых инстинктах, не задумываясь о том, что правильно, а что нет.

По факту, я ничего толком не умею. Но стремлюсь погрузиться в мир порока, который открывает для меня муж.

Открыла рот и высунула язык. Кончика языка коснулась головка. Во рту терпкий и солоноватый привкус. Хотелось большего.

Едва обхватила губами головку. Плотно. Втянула в себя, заглатывая чуть глубже, насколько позволяла поза. Мир начал двигаться резче, чем до этого. Сильнее вперёд подаваясь. Проталкивал член мне в рот, углубляя проникновение. Всю головку захватывала, плотно смыкая губы. Слюна обильно выделялась.

Выскользнув из грудей, Ратмир придвинулся ещё немного ближе. Провела языком по машонке и всей его немаленькой длине, задержавшись на уздечке.

Разомкнула губы, пропуская его внутрь. Мир сам погрузил в меня головку, а потом и сам член. Губами его плотно обхватывала, и всё это, пока он трахал меня в рот, вжимаясь яйцами в подбородок.

Мир толкнулся в последний раз и отстранился.

Я же пыталась отдышаться, чувствуя насколько сильно сама возбуждена.

Муж жадно меня рассматривал, стоя на коленях между моих разведённых ног.

Проведя пальцами по моему лобку и вдоль половых губ, подался вперёд, вклиниваясь между моих разведённых ног.

Едва не вошёл в меня, проскользив членом по половым губам и протолкнув крупную головку во влагалище.

Настолько мокрая, что он без труда проскальзывает внутрь. Снова назад.

Тугое давление, проникновение. Не сильно. Снова только головкой в меня вошёл, ошпаривая нервные окончания.

Горячо и как же остро.

Я предвкушала чувствовать его полностью. Огнём горела. Мир начал проталкиваться глубже. Неторопливо. Будто кайф растягивая. И меня, под себя. Слегка назад и снова медленно и плавно вперёд. Назад, выскальзывая из меня. Снова вперёд, опять подгружая головку.

Тугое давление и распирание ощущаю. Сжимаю его там плотно.

Рывок. Снова решительно. Мой тихий вскрик и осознание. Толчок. Ещё один. Ещё. Снова. Пока Мир двигался внутри меня, с трудом проглатывала собственные стоны. Старалась быть тише.

Тянулась к мужу, в стриженый затылок пальчиками забиралась, дышала ему в губы. Чувствовала его.

– В тебе охуенно. – каждое слово Ратмир сопровождал глубокими и резкими толчками. – Узкая.

– Да, боже. Мир. Мне так хорошо с тобой. М-м-мммм. – кусала губы, прогибаясь в пояснице и прижимаясь к нему грудью.

Обхватив ладонями мои бёдра, буквально начал насаживать на себя. Резко, агрессивно. Врезался в горячее лоно с пошлыми влажными звуками. Таранил.

Я царапалась, кусалась.

Мой оргазм захлестнул с головой. Сжимала его стенками. Сокращалась на обнажённом члене. Чувствовала пульсацию. Рывок. В меня. Опять. Бился головкой в самую матку. Опять в меня. Запрокинув голову, открыла рот в немом крике.

После того как первые волны оргазма стихли, Мир резко из меня вышел. Напряженный, сосредоточенный. Дышит глубоко и шумно.

Потянулся к прикроватной тумбе, беря оттуда защиту. Надорвав упаковку зубами, раскатал презерватив по всей длине и снова вернулся ко мне.

А мне понравилось чувствовать его на живую. Было в этом что-то запретное, оттого и желанное.

Направив себя рукой, снова вошёл.

– От тебя крышу сносит. – хрипло произносил мой муж, наращивая темп.

Глубже. Резче. Увереннее.

Распластанная под ним, с ума сходила от ощущения наполненности и тугого давления. Он будто ещё больше и твёрже становился.

Череда быстрых движений и Мир замер. Даже сквозь защиту, чувствовала, как пульсирует, изливаясь внутри меня. Горячий.

Отдышаться оба не могли.

– Буди меня так почаще. Я не против. – улыбнулась мужу, когда тишина немного затянулась.

– Моя горячая девочка. – хмыкнул муж, подтягивая меня ближе. – Спи давай. Времени ещё полно.

– А ты?

– А я, если опять к тебе не пристроюсь, то тоже. – своими словами вызвал улыбку. А ещё тем, что назвал своей.

Глава 17.1

Ратмир

Когда проснулся, Афины в постели уже не было. А судя по аппетитному запаху, разносящемуся по всей квартире, она вовсю суетилась на кухне.

Рывком поднявшись с постели и поправив утренний стояк, пошёл в душ.

Член колом. Будто не я ночью с Афиной отрывался.

Горячая девочка. Перед такой сложно устоять. Да я и не пытался. Только по-первости. А когда сорвался, тормоза обратно уже не возвращал.

Когда после душа вошёл на кухню, немного завис.

Афина, стоя у плиты, что-то тихонько напевала и двигалась в такт мелодии. И было это нисколько не сексуально. Скорее уж весело и задорно. Лопаткой размахивала, ножкой притопывала. Вся в движении.

Невозможно не улыбаться. Не девчонка, а кладезь сюрпризов.

Первым порывом было подойти к Афине и заграбастав её в охапку, поцеловать в висок. Провести носом вдоль шеи и вдохнуть запах её кожи.

Тормознул себя. Лишнее. Вне рамок.

Не факт, что если идти на поводу у своих желаний, мы придём туда, куда следует.

Есть риск увязнуть. А я пока не уверен, что нам это нужно.

Хотя сейчас, помимо физического желания к жене, у меня проскакивает и нечто иное. Не углубляясь в самокопании. Но факт останется фактом.

Но Афина, судя по всему, на своей волне. И она в корне отличается от моей.

Потому что стоило мне появиться в её поле зрения, как она, не задумываясь, подлетела ко мне, бросив все дела.

Руками за шею обвила и сразу на цыпочки встала, подставляя чувственные губы для поцелуя.

Пойдя на поводу её желаний, накрыл её губы своими.

И снова чувство, будто не дрочил в душе пятью минутами ранее. Ширинка натянута, причиняя лёгкий дискомфорт в области паха.

Манкая девочка. Искрит от неё.

Прервав утреннее приветствие, шлёпнул её по попке и начал помогать накрывать на стол.

Маруську будить не стали. Сегодня выходной, пусть отсыпается после насыщенного дня.

– Мне нужно будет на работу заскочить ненадолго и в больницу, поговорить с лечащим Марка. Часа на два-три. Вернусь, можем в кино сходить. – сказал жене, сидя за столом.

Не то чтоб я собирался ставить её в известность обо всех своих передвижениях, но как-то само собой выходило. Она не спрашивала, а мне почему-то хотелось сказать. Будто считал нужным это сделать.

Странная херня.

– Я только за. Как раз Маруська проснётся, успеем собраться не спеша. – Афина сразу воодушевилась.

Если и до этого в приподнятом настроении была, то сейчас и вовсе светилась.

После завтрака помог ей убрать со стола и пошёл собираться.

Уже на выходе из квартиры тормознул. Афина тут как тут.

– Ты когда подъезжать будешь, набери. Чтоб мы собрались и долго не ждать.

– Договорились.

Снова порыв, который в этот раз сдержать не удалось.

Перед тем как выйти за дверь, сгрёб волосы жены пятернёй, и подтолкнул к себе. Недолго думая, ворвался языком ей в рот.

Отвечает. Кайфует. И я тоже.

И снова член на дыбы. Я такими темпами с ней, буду перманентно со стояком. Хоть гирю подвешивай.

Уже ехав в тачке на работу, прокручивал в голове происходящее.

Может, зря я постоянно в мыслях блок держу в отношении нас? Есть ли в этом смысл, если сам же срываюсь? Похоже, никакого.

Хорошо ли мне с ней? Однозначное да.

Это и удивительно. Даже с Кариной, с которой отношения начались нормально, а не с договорных, были иными. Такой мощной тяги не было даже в начале, когда чувства на подъёме.

Хотя не имеет никакого смысла сравнивать Карину и Афину. Разные совсем. И это хорошо.

На работе проторчал недолго. Решил пару срочных вопросов, которые пришлось отложить вчера из-за состояния Афины, и рванул в больницу.

Давно не был. А руку нужно держать на пульсе.

Пока ехал в клинику, телефон ожил от входящего.

Карина.

Недолго думая, сбросил звонок. Мы уже обо всём поговорили. Точки поставлены. Ничего менять я уже не хочу. В какой-то степени отпустило.

У неё своя жизнь, карьера, заграница. Я её за этот выбор не виню. В конце концов, она долго к этому шла. Просто в какой-то момент вектор наших отношений поменял направление в противоположные стороны.

Бывает такое, что на одних чувствах далеко не уедешь.

После того, как она ещё раз не смогла дозвониться, пришло сообщение.

«Мир, я улетаю завтра. Нам нужно встретиться и поговорить».

Следом ещё одно.

«Не игнорируй, пожалуйста. Это важно. И прости за ту истерику».

Шумно вдохнув, заблокировал телефон и зарубил на парковку клиники. Потом. Всё потом.

Где искать лечащего врача Марка, прекрасно знал. Я здесь частый гость, если не считать последнее время.

– Ратмир, здравствуй. Проходи. – пригласил меня к себе в кабинет док.

Пожав ему руку, сел напротив.

– Какие прогнозы? Есть хоть какие-то улучшения?

– Да, очень хорошо, что ты приехал, как раз тебе звонить думал. По плану, выводить твоего друга из медикаментозной комы. Все показатели в норме.

– А как же остановка сердца совсем недавно? – до сих пор потряхивает, стоит вспомнить.

– Угроза миновала. Операцию провели, кое-какие сопутствующие нарушения устранили. Та операция и так бы состоялась, просто пришлось делать всё в экстренном режиме.

– Что от меня нужно? – спросил серьёзно.

– Пока ничего. Вечером, после того как он придёт в себя, я позвоню. Ехать сюда не нужно, он после пробуждения вряд ли будет способен кого-то узнать и мыслить здраво. А вот на следующий день, вполне можно и приехать.

– Дочь к нему, когда можно будет привезти?

– Если всё пойдёт по плану, то завтра. – кивнул док каким-то своим мыслям.

Из клиники вышка в приподнятом настроении. Заранее Маруське ничего говорить не буду. Но если всё будет хорошо, то совсем скоро она сможет увидеться с отцом, по которому невероятно сильно скучает.

Подъезжая к дому, набрал Афине. Но на звонок она не ответила. Так сборами на прогулку заняты?

Не став больше названивать, припарковал тачку и зашёл в подъезд.

Когда открыл квартиру и прошёл внутрь, напрягся. Как-то тихо, и атмосфера в воздухе, будто тяжёлая.

Маруська играла у себя в комнате. Афину же я нашёл в нашей спальне. Сидела на краю кровати и смотрела на свои пальцы, которые без конца нервно заламывала.

– Что случилось? – спросил у жены, нахмурившись от непонимания, в чём дело.

Афина вскинула на меня поникший взгляд. Глаза покрасневшие, будто плакала совсем недавно. Но сейчас сдерживается.

– Мир ответь, только честно. До того как мы расписались, у тебя были отношения? – смотрела на меня сосредоточенно.

А я, кажется, уже начинал понимать, откуда ветер дует.

– Были.

– Это из-за нашего брака они распались? Я заняла чужое место, да? Влезла в чужую, практически уже, семью? – задала вопрос дрожащим голосом и губу закусила.

Глава 17.2

Ратмир

Смотрел на Афину, охреневая от постановки вопроса. Влезла? В семью? Что за дичь?

– Откуда эта ересь в твоей голове взялась?

Спросил строго, надеясь привести её в чувство.

Не та тактика. Но сейчас меня злость изнутри выжигала. И нет, не на Афину. Совсем не на неё.

– Не уходи от вопроса. – потупила взгляд в пол и тихонько шмыгнула носом.

Ну, приплыли. А так утро хорошо началось.

– Афина, откуда, я спрашиваю?

– Тётя Карина приходила. – раздался позади нас тонкий голосок Маруськи. – Она так кричала на Афину. Громко очень. Я сказала, чтоб она уходила, но она меня не послушала.

Маруська никогда не любила мою бывшую. Как-то не срослось. Зато к Афине прикипела. Моментально причём. Удивительно, но факт.

Было чувство, что сейчас ещё и Маша разревётся. Для красочности пиздеца. Мне бы с одним потопом справиться.

Скрипнув зубами, опустился на корточки напротив крестницы. Взяв в руки маленькие ладошки, вымучил из себя улыбку.

– Ты всё правильно ей сказала. Всё хорошо, Марусь. Не расстраивайся. Дашь нам с Афиной поговорить недолго? А потом я к тебе приду.

Говорил максимально спокойно. Внутри цунами, снаружи штиль.

– Да. Ты только не ругайся на Афину. Она хорошая. – доверчиво заглядывала мне в глаза.

– И не думал ругаться.

Маруська кивнула каким-то своим мыслям и прежде чем уйти, обняла меня за шею.

Когда мы с Афиной снова остались одни, подошёл к ней.

Равно как и минуту назад, опустился на корточки. Только уже не перед крестницей, а перед женой.

– Что она тебе сказала, Афин? – заправил ей за ухо, выбившуюся прядь волос.

– Правду? – полуответ, полувопрос. И столько безнадёги в голосе. Аж самому тошно.

– Правду ты услышишь от меня. А сейчас я хочу услышать, что за дурь тебе вложили в голову, пока меня не было.

– Она приехала, чтоб с тобой поговорить. – начала нерешительно, то и дело поглядывая на меня, наблюдая за реакцией. – А когда меня увидела, сорвалась на оскорбления. Сказала, что вы готовились к свадьбе. Что у вас, серьёзно всё было. И сейчас на моём месте должна была быть она. Что я своим появлением практически влезла в семью. И что таким как я, обязательно воздастся. Мир, я не хотела быть разлучницей. – снова на глазах слёзы навернулись. Смотрела на меня, словно боясь моргнуть, иначе сорвётся.

– Ты не разлучница. Выкинь эту дурь из головы. Да, у нас с ней действительно были отношения. Но закончились они ещё до того, как мы с тобой встретились. Каждый на своем законном месте. – говорил ровно и максимально убедительно.

Не пытался приукрасить. Всё как есть.

Я категорически не желал, чтоб Афина занималась самоедством на пустом месте.

То,что было у меня с Кариной, осталось в прошлом. Я перегорел и отпустил.

Да, вначале было паршиво. Но и это прошло. Возможно, отчасти потому, что в мою жизнь ворвалась Афина. Как маленькая стихия, захватившая мысли.

Фиктивная, блять, жена.

– Она сказала, что ты ей предложение сделал. – так внимательно на меня смотрела, будто желая считать любую ложь, если такая будет.

– Сделал. – и эту часть своей биографии подтвердил. – Она отказалась, по своим причинам. Каким – не столь важно. На этом мы в итоге разошлись. Была поставлена точка.

– Ты её любил, да? – задав вопрос, испуганно округлила глаза. – Прости. Я, наверное, не туда лезу.

– Думал, что да. Сейчас сложно ответить на этот вопрос. – пусть и уклончиво, но зато честно.

И тоже, ведь, не лукавлю.

Тогда наши отношения с Кариной вызывали всплеск эмоций. Разных. Сейчас мне кажется, что нихрена это не про любовь было. Удобство, комфорт, привычка? Скорее да, чем нет.

– Перед тем как уйти, она сказала, что у нас с тобой всё равно не надолго. И когда ты наиграешься, вернёшься к ней.

Говорила, а у самой плечи подрагивали.

Вроде боевая девчонка. Сейчас же, сама на себя непохожа.

Не надолго? Как знать. Я отчего-то уже вообще ни в чём не уверен.

Как это часто в жизни бывает: договаривались об одном, а на деле всё совсем иначе. Я так-то и сближаться с Афиной не планировал. А сейчас сижу напротив неё с единственной мыслью: лишь бы не изводилась и слёзы не лила.

Потому что меня накаляет от мысли, что ей хреново. Анализировать собственное поведение уже не берусь.

– Во-первых, я не играю. Во-вторых, и к ней я не вернусь. Потому что всё. Ну и в-третьих, забудь всё, что услышала от Карины. Обнулись и живи спокойно, как это было «до». Даже если бы ты не появилась, мы бы с ней уже не сошлись обратно. Просто помни это, и не изводи себя пустыми загонами.

– Ты же говоришь всё это не только ради того, чтоб я своими соплями и слезами общую кровать не затопила? – вот, уже и надежда в голосе ощущается. Улыбка, пусть и робкая.

– Слёзы бы я ещё пережил, но сопли… увольте. – произнёс наигранно серьёзно. – Успокаивайся давай. Не накручивай. И не будь такой доверчивой. Ну?

– Постараюсь. – и сбивчиво закивала, в подтверждение собственного ответа.

– Посиди пока тут. Сейчас чай принесу. Будешь?

– Буду. – снова улыбнулась и плавно стекла с края кровати прямо мне в руки.

Поза не самая удобная. Но оторвать сейчас её от себя, было бы верхом цинизма.

Переложив Афину на кровать, пошёл на кухню. Думаю, запланированный поход в кино ещё можно спасти.

Включив чайник, вышел на балкон. Достав из кармана телефон, выбрал номер абонента в списке неотвеченных. Один гудок. Третий.

– Что, Мир? Для того, чтоб ты перезвонил, нужно было проехаться по твоей… жене? – Карина выдала едко и без предисловий.

Чувствовал по голосу, что тоже плачет. А у меня… ничего. Пусто. Не цепляет.

То ли я конченый мудак, то ли так и должно было быть.

– Чего ты этим добилась? – выбил из пачки сигарету и прикурил. – Какого хуя, Карин? Ты без тормозов совсем или тупо на грубость нарываешься?

– На грубость? Да куда уж грубее. – тихо рассмеялась, севшим голосом. – Знаешь, я ведь пожалела. Хотела отмотать назад. Думала, отказаться от поездки, карьеры. Нас выбрать хотела.

– Для этого приехала? Мы уже всё решили, всё обсудили. Такие жертвы ни к чему. У каждого своя жизнь. И советую больше не лезть в мою. Не порти нормальное впечатление о себе. Не выводи.

– Я приехала поговорить, Мир. Серьёзно поговорить. А там эта твоя. – она про своё говорила, будто слыша меня лишь наполовину. – Когда-нибудь ты пожалеешь, что сделал неправильный выбор. Помяни моё слово. Только будет поздно. Упущенное время не восполнишь. Моменты не повторишь. Я улетаю. Счастливо оставаться, молодожёны. – не сказала, а выплюнула дрожащим голосом, попутно шмыгая носом.

Сама отключилась.

Докурив, пошёл на кухню наливать обещанный Афине чай. Маруське тоже налил.

Пора приводить девчонок в чувство и всё же собираться в кино. Пусть и не с первой попытки.

Глава 18

Афина

Честно считала, что сегодняшний вечер безнадёжно испорчен. Мне так паршиво было после визита Карины. Будто меня в грязи изваляли и все жизненные силы вытянули. Отвратные ощущения.

Воскрешая в памяти разговор с ней, неприятно ёжусь. А ведь у неё получилось пошатнуть мою уверенность в себе.

Хотя я никогда не была особо робкой и излишне доверчивой. Импульсивной, да. Но точно не той, кто так запросто ведётся на манипуляции.

Но, наверное, многие установки летят к чертям, когда дело касается чувств. Во всяком случае мне было больно только от мысли, что Мир до сих пор её любит.

Она столько гадостей мне наговорила. А я холодной испариной покрылась. Примерила на себя озвученную ею роль, и мне не зашло.

Мне и паршиво было оттого, что я в чужие отношения влезла, пусть непреднамеренно и невольно. И больно от понимания, что Мир ко мне совсем ничего не чувствует.

Это потом, когда он вернулся домой, умело вправил мне мозги.

Я не разлучница. Я не занимаю чужое место. И не так уж и равнодушен ко мне муж, каким изначально он хотел казаться.

Когда он меня успокаивал, буквально на физическом уровне ощущала, что далеко не безразлична ему.

Как же это понимание согревало. Как печка.

Я не планировала жаловаться Ратмиру на Карину. Но как-то всё само собой вышло. Он буквально вытянул из меня каждое слово.

Да и Маруська, находка для шпиона. Резво выдала, о визите незваной гостьи. Ну и после этого признаваться было проще. И даже легче стало. Не висело чувство вины камнем на сердце и не терзали мысли о безответных чувствах.

– О чём задумалась? – вырвал меня из размышлений голос мужа.

Мы сидели за столиком в зоне фуд-корта. Маруська резвилась в игровой, а мы пили кофе.

– Да так. Не обращай внимания. – отмахнулась, не желая погружаться в подробности.

– Снова загоняешься? – тут же нахмурился и, подавшись вперёд, взял мои ладошки в свои руки.

– Не-ет. – как-то неоднозначно протянула.

Каждый раз, когда касается меня, у меня внутри фейерверки. Залпы, вспышки, ликующие взвизги.

– Афин. Мы же все обсудили. Если у тебя остались вопросы, то лучше задай их сразу.

Как всегда, серьёзен. Взгляд такой, что мурашки табунами по телу носятся.

Вот как у него так получается? Или же это я такая, и реагирую слишком эмоционально.

– Да нет, Мир. Я узнала всё, что должна была. Остальное – это процесс переваривания. Но всё нормально. Правда.

Посмотрел на меня с сомнением во взгляде, но настаивать больше не стал.

Уверена, пройдёт немного времени, и я перестану думать об этом.

Да, не самый приятный эпизод. Но это всего лишь эпизод. Проходящий.

Главное, чтоб то, что между нами, не проходило. С остальным уж как-нибудь справлюсь.

– Как скажешь. – рук моих так и не отпустил.

Спустя минуту, к нам подбежала Маруська. Растрёпанная, запыхавшаяся.

– Можно я ещё там поиграю? – затараторила, глядя на нас поочерёдно.

– Можно, конечно. – ответил Мир, вопросительно на меня глядя.

Я кивнула. Почему нет? Ей весело, и нам вроде как хорошо сейчас.

– Тогда можешь мне причёску переделать? Я вся лохматая! – выпалила возмущённо и сложила губки бантиком.

Переглянувшись с мужем, постарались сдержать подступающий смех.

Усадив Маруську на свободный стул, распустила волосики и принялась заново переплетать колосок.

– Ну вот. Готово. Красоточка. – прогладив её по головке, помогла слезть со стула.

Маруська, сказав находу «спасибо», тут же рванула в игровую.

Мы сидели практически напротив. Специально выбрали это место, чтоб наблюдать и не терять её из виду.

– Вы отлично поладили. – сказал Ратмир, выглядев при этом немного задумчивым.

– А могло быть иначе? Она классная. – искренне улыбнулась, снова поглядывая на девчушку.

– Тут не поспорить. Помню, как первое время Марк не знал, что с ней делать и с какой стороны подступиться. А потом, так же как и ты сейчас, косички плёл и платья отглаживал.

– А ты никогда не думал о детях? – спросила и тут же смутилась.

Будто сейчас на себя намекаю. Блин. Я ведь не о том совсем. Как же неловко.

Если Ратмир и подумал что-то не то, то виду не подал. Возможно он вообще ничего такого не подумал, а я себя накрутила как по щелчку.

– Скорее нет, чем да. – ответил немного помедлив. – Не отрицаю, что когда-то обзаведусь потомством. Это естественно. Но делать это хочу осознанно и с той девушкой, в которой буду уверен в прицеле на будущее. Я бы не хотел, чтоб мой ребёнок жил отдельно от меня. Я сам определённую часть жизни прожил в детском доме. Да, это немного разное, но тем не менее определённый отпечаток наложило.

Получается, та его Карина, была именно такой? Раз он делал ей предложение? Или это другое?

Пффф…

Пока окончательно не закипела, предпочла не думать о его бывшей. Хватит уже.

– Ты бы не бросил своего ребёнка?

– Однозначно, нет. И это не только в глобальном контексте. А в целом бы пытался быть рядом максимально много. В идеале, всегда. Поэтому пока не думаю о детях. Но если соберусь, какой-никакой опыт уже имеется. – усмехнулся, глядя на то, как Маруська скатилась с горки в бассейн с шарами и тут же рванула обратно на подъём к горке.

Уверена, у Мира получилось бы быть прекрасным отцом. Это прям на сто процентов. Нет, на тысячу!

Я же пока вообще о детях не думала. Мне бы универ закончить, в жизни устроиться.

Ладно. Всему своё время.

Не хочу забегать вперёд. Хочу жить здесь и сейчас.

Потому что Мир рядом. И, как бы это слащаво и приторно ни звучало, он для меня как центр вселенной.

Отвлеклась на свой телефон. Взяла его в руки.

В это время телефон Ратмира тоже прозвенел от входящего сообщения.

Оба сосредоточенно всматривались в текст.

– Марк пришёл в себя.

– Дядя подал в суд на оспаривание завещания.

Выдали одновременно.

И если голос мужа сочился неподдельной радостью, то мой, в отличие от его, был пропитан тревогой.

Глава 19.1

Афина

Прошло чуть больше трёх недель, после того, как мы узнали о том, что Марк пришёл в себя, и что мой дядя подал в суд.

В итоге эти недели выдались насыщенными на события. И очень выматывающими.

Суды, больница, учёба, отряд, консультации у юриста, ещё и опека с проверкой приходила. Благо, всё без эксцессов обошлось. Но тем не менее волнительно было. А это тоже отняло определённые ресурсы у организма.

Мне в какой-то момент показалось, я просто взорвусь от перенапряжения. Было чувство, что я ничего и нигде не успеваю. И при этом без сил.

И это ведь при условии, что Ратмир полностью подключился к моим проблемам. Везде ездил со мной, присутствовал на встречах с юристом. А ещё, лично пообщался с дядей.

Уж не знаю, о чём именно они разговаривали, но дядя перестал атаковать меня звонками. В памяти сразу всплыл день, когда Мир и дядя впервые встретились. Если муж общался с ним на манер того дня, то не удивительно, что дядя отвалился со своим навязчивым и тираничным вниманием.

Потому что если после моего замужества он словно пропал с горизонта, то после подачи иска в суд, будто активизировался.

Он словно пытался меня морально задавить. Так, как это делал раньше.

Только сейчас у меня была поддержка в лице мужа, и дядя этого явно не учёл.

Видимо, решил, что брак фиктивный, и впрягаться за меня никто не будет. Ну, прав он был отчасти.

Да только дело в том, что я наш брак уже не ощущаю как фиктивный. Для меня он стал настоящим. Самым настоящим.

Мне иногда кажется, что и Мир стал иначе относиться к нашему статусу.

– Я же говорил, всё нормально будет. – приобняв меня за плечи, успокаивающе говорил Мир.

Мы выходили из зала суда, где как раз завершилось слушание по моему делу. Дяде отказали. До сих пор, поверить не могу.

Казалось, это всё растянется на неопределённое время. Но, нет. Чуть меньше месяца, и всё.

– Я не любитель спиртного, но сегодня готова напиться. – сказала в шутку, издав нервный смешок.

– Ну, у тебя такая возможность будет. – Мир поддержал меня приободряющей улыбкой.

Выйдя на улицу, прикрыла глаза и сделала глубокий вдох. Физически ощущала, как за спиной крылья раскрываются.

– Коза малолетняя. – раздался голос дяди, нещадно портя момент. – Не думай, что теперь на всём готовеньком заживёшь припеваючи.

– Так как это делал ты всё время? – обернулась и полоснула по нему ненавидящим взглядом.

– Рот закрой. Не доросла ещё! Сиповка. – рявкнул на меня и не спеша пошёл дальше, спускаясь по ступеням.

– В машине подожди меня, Афин. – Ратмир вложил в мою руку брелок от машины и надавил взглядом, так как я не сдвинулась с места.

Решив с ним не спорить, сделала, как он сказал.

Наблюдала за ним из окна машины. Смотрела, как он догнал моего дядю и остановил.

Говорил ему что-то, отчего лицо Петра пошло багровыми пятнами.

Зато Мир полностью расслаблен, спокоен и уверен в себе.

Муж стоял напротив дяди, засунув руки в карманы брюк. Мне кажется, сделал это специально, чтоб избежать соблазна заехать Петру по физиономии.

Уж я-то знаю, что порой его спокойствие обманчиво.

Похлопав моего дядю по плечу, Мир направился в мою сторону.

Молча сел в машину и завёл двигатель.

– Всё нормально? – поинтересовалась, с трудом переборов желание, начать заламывать пальцы.

– Всё отлично. – хмыкнул, мазнув по мне взглядом и снова вернув его на дорогу.

У меня под рёбрами такое сладкое тепло разливалось, что на лице блуждала какая-то инфантильная улыбка.

Приятно, когда есть кому заступиться. Когда есть тот, кто не даст в обиду.

Из суда поехали в сад за Маруськой. По плану у нас теперь больница.

Марка отпустили на выходные. Ну, точнее, он сам настоял. А в понедельник обратно в больницу.

Мы с ним вживую ещё ни разу не виделись. Маруську всегда отвозил к нему Марк.

Первая её встреча с отцом прошла немного болезненно.

Помню, как успокаивала её перед сном в тот день. Плакала малышка. Просто молча слёзки роняла, но без истерик. Держалась, как кремень.

Просто перенервничала. Да и со слов Ратмира, Марк пока ещё не в самом лучшем виде.

Мы уже подумали, что, может, зря Машу к нему пустили. Но после второй встречи дочери с отцом, поняли, что не зря и всё сделали верно.

Марку предстоит ещё длительное лечение и восстановление. Но он настоял, чтоб на выходные его отпустили домой.

Забрав Маруську, погнали в больницу.

Маша вперёд нас неслась по больничному коридору, предвкушая встречу с папой.

Мы с Миром только посмеивались.

Когда зашли в палату, Маруська уже сидела на койке рядом с Марком.

– Привет. – подала голос, после того, как муж пожал другу перебинтованную руку.

– Привет. – обернулся ко мне Марк. – Ты, я так понимаю, и есть та самая Афина. – просканировал меня взглядом, по-доброму улыбаясь.

– Ну, видимо, да.

От такого пристального внимания чувствовала себя немного скованно.

Пока Маруська рисовала для папы рисунок, мы втроём общались. Спустя минут пять я уже смогла расслабиться и не смущаться.

– На сегодня всё в силе? – спросил Марк у Мира, медленными и плавными движениями складывая кое-какие вещи в спортивную сумку.

– Да. Парни подтянутся на место к семи вечера. – видимо, заметив мой вопросительный взгляд, Мир решил пояснить. – Мы с парнями сняли базу отдыха на выходные. Отметить возвращение Марка в строй.

– А, понятно. – кивнула в ответ.

– Ну а так как ты думала сегодня напиться, то такой шанс тебе выпал. Сейчас домой заедем и все вместе рванём на место. – продолжил Ратмир.

– Да ладно. Вы там своей компанией собираетесь. Не хочу мешать. – ответила, немного растерявшись.

Я ведь никого из друзей мужа так и не узнала. Ни с кем не знакомилась. Марка и то увидела только сейчас.

– Глупости не говори, Афин. – Мир тут же нахмурился. – Ты моя жена. Не забыла?

– Забудешь тут. – прошептала себе под нос, чувствуя, как по щекам ползёт румянец.

Марк же поглядывал на нас поочерёдно, смеясь одними глазами.

Глава 19.2

Афина

– Да не было такого! Я что, совсем на отбитого похож? – возмущался Илья, пока все в компании разразились громким смехом.

Мы сидели в огромной беседке, на территории базы отдыха, где сняли несколько домиков.

Ребята травили истории из подросткового возраста. Парочку таких я и о Ратмире услышала. В тот момент я была похожа на одно большое ухо. Не хотела пропустить ничего из того, что как-то связано с мужем.

Я здесь никого не знала. Только заочно Илью и Колю, про которых мне иногда рассказывал Ратмир. Ну и Марка, с которым вскользь успела познакомиться.

Кто-то из ребят был с девушками, кто-то один. Но общение со всеми было лёгкое и душевное. Никаких косых взглядом или недобрых подколов.

– А ты, Мир, чего так долго такую красавицу от нас прятал? – Коля шутливо толкнул моего мужа вбок, указывая взглядом на меня.

– Чтоб слюни не пускали. – хмыкнул Мир, закинув руку на спинку диванчика, и приобнимая меня ладонью за плечо. – Налить тебе ещё? – спросил у меня, глядя на пустой бокал, который я держала в руке.

– Можно. Только чуть-чуть. – ответила, отдав ему бокал из-под вина.

Я по привычке то и дело искала взглядом Маруську. Привыкла уже не выпускать её из вида. Как рефлекс.

Но сегодня она как села на одно место, так и сидела.

От отца не отлипала, как приклеенный хвостик. Прижималась к Марку. Он и сам, видно было, дочкой надышаться не может. Вроде и с нами, а по факту весь в дочери.

Чувствую, когда в понедельник он снова вернётся в больницу, слёз нам не избежать. Тяжело малышке будет опять врозь, после выходных, проведённых вместе.

– Не хочешь прогуляться? – склонившись, спросил Мир негромко.

– Давай. – тут же согласилась, не думая.

Провести с ним время наедине? Да тут и думать не нужно. Я всегда «за».

– Уходите? – спросил Марк, когда мы поднялись и вышли из-за стола.

– Вернёмся скоро. – ответил муж, обнимая меня за талию.

– У тебя очень классные друзья. – произнесла, когда отошли от беседки.

– Поэтому большую часть вечера ты просидела молча? – усмехнулся Мир, обняв меня одной рукой.

Отошли уже достаточно далеко. Мне кажется, даже за территорию базы вышли. Озеро, лес вокруг. Тут даже дышится иначе.

Или это потому что Мир впустил меня в ещё один уголок своей жизни?

– Просто непривычно. Скажем так, не до конца освоилась в новой компании. И я больше слушала. – хитро стрельнула в него глазами.

– Забудь всё, что они рассказали обо мне. Половину из всего, нещадно приукрасили и приврали.

– Да рассказывай теперь. Ага. – вскрикнула, когда муж ущипнул меня за талию.

Не поняла, как наша прогулка и спокойный разговор переросли в шутливую потасовку. Мир пытался меня защекотать, я его щипала и визжала от смеха. Кажется, ещё немного и икать начну.

– Блин-блин! Хватит! Сдаюсь! – верещала сквозь смех.

– Сдаёшься, говоришь? – Мир прекратил пытку и резко развернул меня лицом к себе. – Ну, сдавайся. – склонив голову, коснулся моих губ своими.

Моментально весь воздух из лёгких вышибло.

Твёрдые губы, настойчивый язык, жадный поцелуй. Сразу целовал напористо и обжигающе. У меня колени подгибались.

Цеплялась пальцами за его плечи, царапала ноготками шею и затылок.

Поцелуй набирал и набирал обороты. Невозможно устоять и не поддаться. Невозможно не хотеть и не желать его. Мир – мой змей-искуситель.

Подхватив меня на руки, уложил на стриженую траву на берегу озера.

Спину слегка холодило. Зато грудью прижата к крепкому и горячему телу.

Мир на коленях стоял между моих разведённых ног, возвышаясь надо мной.

Вечер пусть и тёплый, но мне казалось, что я сейчас распластана под палящим солнцем. Горела и пылала.

Внизу живота тугая спираль.

– Нас тут кто-нибудь заметит. – произнесла дрожащим голосом, когда Мир уверенными движениями расстёгивал пояс моих джинсов.

– Не заметят. Расслабься и не думай ни о чём. – сказал уверенно, стягивая с меня нижнюю часть одежды и подстилая джинсы под мои ягодицы.

Тряслась и дрожала. Но совсем не от холода, нет. От страха.

– Охуенно. Какая же ты охуенная.

Склонился, снова набрасываясь на мои губы.

Движения резкие, торопливые.

Отодвинув в сторону ластовицу трусиков и провёл пальцами по промежности. Сама чувствовала, как его пальцы утопают во влаге и скользят.

– У меня нет с собой защиты. В домике осталась. – хриплым голосом, прямо мне в губы.

– Я тебе доверяю. – ответила, касаясь кончиком языка его губ.

Мир на пару секунд завис, будто сам с собой вёл какой-то мысленный диалог.

– Что ж от тебя крышу-то так рвёт. – резкими движениями расстёгивал ремень и ширинку на своих джинсах. Приспустил их вместе с бельём, высвобождая налитый кровью член.

Меня всю знобило от предвкушения.

Чувствовала, как упирается головкой, скользя вдоль половых губ. Как рукой себя направляет.

Тугое давление.

Рывок.

Вскрик.

Прогнулась мостиком, плотнее прижимая к Миру грудью.

Сразу быстрый и уверенный темп. Врезался в меня до основания. Растягивал меня под себя.

Движения у обоих резкие. Мы с ним как дикие друг на друга набросились.

Мир задрал мою кофту вместе с лифчиком. Терзал грудь губами, поочерёдно прикусывая соски. Руками сминал мягкую плоть.

Царапала его плечи, подаваясь бёдрами на встречу.

Стоны. Хриплое дыхание. Влажные шлепки.

– Нахрен с тобой голову теряю. – врезался в меня резче, сопровождая каждое произнесённое слово мощными толчками.

– Мир… Боже, Мир… – захлёбывалась воздухом и собственными стонами.

Внизу пожар, я как пружина, которая вот-вот выстрелит. Рывок. Ещё один.

Мой громкий стон, потонувший в его поцелуе.

Всё тело сотрясало от пережитого оргазма.

Ратмир напряжённый. Каждая мышца ощущается под ладошками. Как каменный. Глажу его, цепляюсь как за самое сокровенное.

Снова рывок. В меня. Опять и опять. Быстро, ритмично, резко. Пульсировал. Ещё твёрже становился.

Снова череда глубоких и быстрых движений.

Замер во мне. Снова рывок. Плавно назад и опять в меня, с силой вжимаясь пахом. Чувствовала, как тяжело ему сдерживаться.

По виску капля пота. Взгляд острый, горящий.

– Блять! – прохрипел и резко вынул.

Тут же почувствовала обжигающие выплески горячей и густой спермы, на лобке и чувствительной промежности.

Чувствовала, как семя стекает по половым губам и капает на подстеленные под меня джинсы.

– Сейчас, подожди, не шевелись.

Мир похлопал себя по карманам и достал пачку салфеток, которые обычно мы оба таскали с собой для Маруськи.

Помог привести меня в порядок.

Поправив бельё, надела джинсы. Мир к этому времени тоже расправил одежду и застегнул брюки.

– Я с тобой в животное превращаюсь. – проговорил негромко и, обняв, поцеловал в макушку, после проведя носом по виску.

– А мне нравится. – в ответ на это он лишь хмыкнул. – Мне кажется, когда мы вернёмся, все поймут, что мы делали.

– Поверь, всем похрен. Там уже давно и крепко все сидят на сексе. Этим никого не удивить. Но если хочешь, можем пойти в домик.

– А это удобно? Ты ведь сказал, что мы вернёмся.

– Нормально всё. Нам тут ещё почти два дня быть. Успеем пообщаться. Если голодная, то принесу тебе в домик мясо с салатами.

– Нет, не голодная. – растянула губы в улыбке. Приятно было от его заботы. Даже под рёбрами щекотно от тех самых бабочек.

Не хотелось мне возвращаться в беседку. По большей части, потому что как ненормальной, мне хотелось как можно больше времени проводить с ним наедине.

Глава 19.3

Афина

– А можно мне самой попробовать? – смотрела горящим взглядом на квадроцикл.

У нас в отряде некоторые ребята на похожих, на лесные поиски ездят. Но, естественно, там не те обстоятельства, чтоб кого-то просить научить им управлять.

– Можно. Но давай смешанную местность проедем и у же на открытом участке? – Мир в целом не возражал. Что радовало.

И я чуть ли не в ладоши хлопала.

Сегодня по плану прогулка на квадроциклах, баня и шашлыки. Марк с Маруськой, естественно, с нами не поехали. Дожидаться нас на базе будут.

А вот все остальные ребята в основном по парам разбились.

Ребята сами строили маршрут. Я просто тихонько рядом с Миром стояла. Глаз от него отвести не могла.

Было чувство, что с каждым днём я вижу в нём что-то новое и завораживающее.

Когда обсудили конечное место встречи по маршруту, все расселись по квадрикам.

Мир помог мне усесться, сел сам. Прижималась к нему со спины, обхватив руками торс. Вечно бы так ехала.

Нравилось чувствовать под ладонями стальной пресс. Силу, мощь. А ещё тепло его тела.

Мы пока ехали, у меня сердце клокотало как шальное. Когда выехали на открытый участок местности, Мир наконец-то уступил мне место водителя.

Внимательно слушала всё, что он мне говорил. Оказывается, в управлении квадроциклом куда гораздо больше тонкостей, чем я могла подумать.

В какой-то момент уже хотела спасовать и отказаться. А потом подумала, что не хочу выглядеть в глазах мужа трусихой.

В конечном итоге, ехала как черепаха. Но, зато сама.

Мир не подгонял. Терпеливо сидел, выполняя роль штурмана. В итоге, когда доехали до следующего перелеска, я была вдоволь напичкана адреналином.

– Всё, дальше сам. Я, пас. – еле слезла с него.

Ноги затекли и будто онемели.

Мир говорил, что чем выше скорость, тем больше нагрузка на ноги. Потому что по факту, в «седле» держат именно они.

И, вот судя по тому, как у меня болят ноги, можно подумать, что мы ехали на запредельной скорости, а не плелись как черепахи.

– Молодец, у тебя отлично получается. – подбодрил муж, снова меняясь местами.

– Ну уж не льсти так явно. Отлично – это ты лихо загнул, конечно.

– Ты себя недооцениваешь. – и не дожидаясь моего ответа, сорвался с места.

Естественно, вернулись на базу мы последними.

Парни уже собирались в баню, Мир тоже планировал. Марк с Маруськой читали книгу загнездившись на качелях, а девчонки готовили ужин. Салаты, закуски.

Быстро приняв душ и переодевшись, пошла к ним, чтоб помочь.

– Карина? – раздался голос одной из девочек.

Резко затормозила, услышав знакомое имя.

– Ну, да. – недовольно произнесла Альбина, девушка Ильи. – Ладно, отвечу.

Я вся обратилась вслух. Понимала кто это и о ком речь. Сама, как натянутая струна.

Девушки поздоровались, и Альбина негромко заговорила. До меня

долетела только часть их разговора. Жаль, Карину слышно не было, и оставалось только предполагать, что она говорила. Но контекст в целом был понятен.

– Да, здесь. – продолжала Альбина. – Карин, давай ты меня в свои разборки не будешь впутывать? Как-нибудь сами там разбирайтесь.

Ну вот, только я перестала о ней думать, как опять её имя на одной с нами частоте замаячило.

– Карин, ты мне для чего позвонила? У тебя контакты есть? Вот и звони. – судя по всему, Карина вызов сбросила.

Вот почему так происходит? Когда очень хорошо и чувствуешь себя словно в невесомости, не думая о всяких неприятностях, происходит какая-нибудь подобная правда?

Понятно, что настроение мне это не испортит. Но вот не задуматься, чего она ещё хочет, я точно не смогу. Тот с ней разговор снова как вспышками в памяти пронёсся. Мало приятного.

– Чего она хотела? – спросила Оля.

– Да пойми, чего она хотела? Спрашивала, на базе ли Мир. И один он или со своей.

– Она откуда вообще в курсе, что у нас встреча? Вроде же никто из наших с ней не общается? Она же улетела уже.

От мысли, что эта Карина уже далеко от нас, становилось чуточку спокойнее. Чем дальше, тем лучше.

Хочется верить, что вернётся она нескоро. А когда вернётся, ей уже будет глубоко фиолетово на своё прошлое, в лице Мира.

– Улетела и давно. – подтвердила Альбина. – Ну, скорее всего, я в соц. сети выложила фотки с базы, она увидела и набрала. Непонятно только, зачем.

Мне тоже непонятно. И как-то волнительно немного из-за этого. Хотя, вполне вероятно, я себя накручиваю.

– А чего тут непонятного? Её же наверняка не отпускает, что Мир женился. Вот представь, ещё вчера тебе сделали предложение, ты отказала, и сегодня твой мужик уже женат на другой. – завершил фразу неловкий смешок Оли.

– Ну так сама виновата, что отказала. Неужели, думала, что незаменима? – Альбина, судя по звукам, продолжала нарезать салат.

– Да тут не в незаменимости дело. А в ущемлённом самолюбии. Он ей, может, и не нужен уже сто лет в обед. А конкуренцию почувствовала. В которой, к слову, проиграла и вот результат. Вообще, мне кажется, неспроста она всё на горизонте маячит.

– До сих пор удивляюсь, как они сошлись. Она Ратмиру вообще не подходила, как по мне. Вот с Афиной он даже сам по себе другой. Позитивнее стал.

Несмотря на то, что про меня девочки не говорили ничего плохого, идти к ним перехотелось.

Как-то была против попадать в самый эпицентр сплетен. Уши погрела и хватит.

Вообще, в моём восприятии поведение Карины было немного странным. Ну, во всяком случае, мне так казалось.

А ещё у меня вдруг какая-то повышенная тревожность проскочила. Будто что-то должно произойти.

Единственное, что успокаивало – тот разговор с мужем. Когда он заверил меня, что всё прошлое, в прошлом. Так бы сейчас в край извелась.

Выйдя из кухни, направилась в сторону качелей.

Надеюсь, девочки не обидятся, что вместо того, чтоб им помочь, я проведу время с Маруськой.

Но не могу я туда пока возвращаться. Претит мне это, на каком-то внутреннем уровне. Хотя к девочкам отношусь нормально, вроде как и они ко мне.

Глава 20

Афина

– Привет, Афина. – произнёс Марк, открывая мне дверь. – Спасибо, что забрала её.

Маруська тут же юркнула к нему.

Сегодня из сада её забирала я. Марка не так давно выписали, и теперь он дома. Пытается вернуться к привычной когда-то жизни. И это не всегда бывает просто.

Мы с Миром на подхвате. Илья с Колей тоже. Правда, Маруську доверяют только нам с мужем.

– Да мне несложно. Звони. – поцеловав Машу в щёчку, попрощалась с её отцом и зашла в лифт.

Непривычно теперь дома без этой маленькой торпеды с моторчиком.

С одной стороны, мы с Миром теперь дорвались друг до друга в полной мере. Секса стало ещё больше. И теперь мы набрасываемся друг на друга не только в спальне и ванной. Теперь, где дорвались, там и сорвались.

В этом однозначно что-то есть.

Но, тем не менее, по Маруське я очень скучаю. Вижу, что и Мир тоже.

Вообще, как-то быстро и незаметно время пролетело. Только вчера Марк пришёл в себя, а сегодня он уже дома.

Но это только кажется. Потому что на самом деле, срок прошёл немаленький.

И я даже всё чаще и чаще стала ловить себя на мысли, что с радостью бы растянула время и отсрочила границу наступления шести месяцев.

По сути, я теперь Ратмиру невыгодна. И связывает нас на данный момент только пункт моего завещания. То есть, то, что необходимо мне в этом браке.

Не знаю… Мир никак не даёт понять, что озадачен этим вопросом. Живём и живём. Тема эта не поднимается. Ни слова, ни полслова.

Сказать по правде, спрашивать в лоб мне немного страшно. Трусливо, да. Но иначе пока не выходит.

Лучше я буду трусишкой, но рядом с Ратмиром. Чем смелой, но без него. Зачем ворошить что-то, если сейчас у нас всё хорошо. И нам вместе хорошо. То, что для Мира это тоже так, я не сомневаюсь. Чувствую.

Доехав до дома на такси, пошустрому поднялась в квартиру.

Мир скоро должен с работы приехать, как раз ужин приготовлю. Он звонил, предупредил, что немного задержится, но не критично.

Пока готовила, все крутила в голове мысли о нашей с мужем жизни.

Может так получиться, что те условия, из-за которых мы изначально связались, станут судьбоносными? И мы уже окончательно, даже в памяти и воспоминаниях перестанем быть фиктивной семьёй? А станем самой настоящей.

Я этого очень хочу.

Карина, кстати, о себе больше никак не давала знать. Ну или просто я была не в курсе. Не знаю.

Но почему-то она упрямо не шла у меня из головы. Каждый раз, неожиданно для самой себя, думала о ней и какой-то тревогой непонятной закручивало.

Сейчас не исключение.

Тряхнув головой, постаралась прогнать ненужные мысли. Какая-то мнительная я в последнее время стала.

Услышав щелчок дверного замка, вытерла руки и рванула встречать мужа.

– Приве-ет! – тут же обвила руками шею и привстала на цыпочки.

– Привет. – поцеловал в губы и легонько шлёпнул по попке. – Маруська у Марка?

– Да, я её с сада забрала, она сразу домой запросилась.

Взгляд мужа многообещающе сверкнул. Предвкушающе, я бы сказала.

Ужинали мы, как обычно шумно. Дурачились, смеялись.

Доедала я, уже сидя у Ратмира на коленях. А он кормил меня со своей вилки.

– У тебя телефон звонит. – сказала ему, поднимаясь с колен.

Встав, взял телефон со столешницы, посмотрел на него и, выключив звук, положил экраном вниз.

– Случилось что-то? – тут же спросила, видя, как он изменился в лице.

– Всё нормально. Иди пока в душ, я после тебя. Покурю пока. – взяв пачку сигарет, притянул меня к себе, поцеловал в висок и пошёл на балкон.

Снова аж под ложечкой сосало. Неспокойно.

В ванной взяла себя в руки.

Когда вышла, Мир по-прежнему стоял на балконе. Говорил по телефону и курил.

Не став стоять над душой, пошла в спальню.

Расчесав волосы, собрала их в косу. Расстелила постель. Но сколько бы неждала Мира, он так и не шёл.

В спальне он появился спустя минут двадцать. И судя по виду, в душе так и не был.

Сдержанный, задумчивый.

– Мир. – поднялась с постели, и подошла к нему. – Точно всё нормально? Что у тебя происходит?

Какое-то время он стоял молча. Просто буравил меня взглядом. Обхватила себя за плечи и нервно закусила губу.

– Мне нужно улететь ненадолго. Вылет завтра в шесть утра. – сказал глухо, глядя мне в глаза.

Или это в меня уши заложило. Что он сказал? Вылет завтра?

– Куда? Из-за чего? – выдала растерянно, бегая встревоженным взглядом по его лицу.

– По работе. Это ненадолго. Максимум неделя.

– А мне с тобой можно?

Возможно, нет ничего страшного в командировке, но мой голос дрожал. Я нутром ощущала, что что-то происходит. И это не просто рабочая поездка.

А в чём тогда дело? Я понятия не имела. Хочется верить, что накручиваю себя на пустом месте. А если нет?

– Не стоит. Я буду занят. А ты больше нужна здесь. – намекал он на друга и его дочь.

Мир? Это ведь нерабочая поездка?

– Рабочая, Афин. Глупостями голову не забивай.

Говорил уверенно. А я никак не могла понять, верю ему или нет?

Ночь прошла беспокойно, практически без сна. Помогла мужу собрать немногочисленные вещи. Билеты, оказывается, он уже купил.

Его настроение до того, как я ушла с душ и после, как две перпендикулярные.

В итоге уснуть я так и не смогла. Провожала его в аэропорт, с трудом сдерживая слёзы.

Глава 21

Афина

Мира нет уже неделю. И положа руку на сердце, это, наверное, самая длинная неделя в моей жизни.

Я безумно сильно соскучилась по нему. Засыпать одной – настоящая пытка. Никогда бы не подумала, что спать одной мне когда-то будет настолько неуютно.

Раньше это было нормой: раскинуться звездой на полкровати. А теперь жмусь к пустующей подушке мужа, как мокрый котёнок.

В ночь перед отъездом мужа, мы занимались любовью. И это было так… по-особенному, что ли. Обычно у нас этот процесс получается каким-то диким и необузданным, хоть искры высекай. А в тот последний раз Мир был по-необычному нежен.

Я в ту ночь окончательно потерялась в собственных чувствах. Они с головой поглотили. Не поддаются контролю.

И как после этого ночевать в одиночестве? Да невыносимо.

– Смотри, что я нарисовала? – вырвала меня из мыслей подбежавшая Маруська.

Марк сегодня поехал в клинику, у него реабилитация полным ходом идёт. В такие моменты он привозит Машу к нам, а потом, после процедур, забирает.

– Ого. Это ты с папой? – взяла в руки протянутый ей альбомный лист.

Немного кривые человечки, солнце, дом и что-то отдалённо напоминающее маленького щенка.

– Да. А это пушистик. – ткнула маленьким пальчиком на щенка. – Папа пообещал, что когда полностью поправится, мы купим собаку.

– Здорово. Ты уже, получается, и имя придумала?

– Конечно. – сказала с важным видом.

Деловая такая.

Когда у меня будут дети, я бы хотела, чтоб они были похожи на Маруську. Такие же жизнерадостные и контактные.

Я, если честно, рада, что Марк за эту неделю уже в третий раз привозит ко мне свою дочку. Иначе бы я совсем свихнулась одна в квартире. Не так давно в этих стенах вовсю кипела жизнь, а сейчас я одна слоняюсь из угла в угол. Как привидение, ей-богу!

Мне кажется, я даже похожа стала на собственную тень. Взгляд тусклый, под глазами тёмные круги. Состояние подавленное и какое-то обессиленное.

По утрам еле глаза открываю, насколько валюсь с ног.

– А вот, кажется, и твой папа приехал. – подмигнула Маруське, когда раздался звонок в квартиру.

Маша вперёд меня к двери бросилась.

На пороге действительно стоял Марк. С умилением смотрела на то, как Маша, аж захлёбываясь словами, рассказывает отцу о том, как мы провели время.

– Она тебя не совсем укатала? – спросил Марк, поглаживая дочь по волосикам.

– Нормально. Мы отлично провели время. У меня, кстати, ужин готов, Маша поела уже. Ты будешь?

– Спасибо. Но мы помчим. Повезло Миру с женой. И где он только тебя нашёл такую?

– Где нашёл, уже больше нет. – усмехнулась и пожала плечами.

– Жаль. – подмигнул, и опустился на корточки, помогая Маше завязать шнурки на ботиночках.

Переминаясь с ноги на ногу, поборола волнение и всё же решилась спросить у Марка то, что не решалась до этого.

– Ратмир же не по работе поехал, да? – произнеся эти слова вслух, была готова зажмуриться.

– С чего ты взяла? – Марк вскинул на меня серьёзный взгляд. В глазах уже не было тех смешинок и лёгкости, с которыми он зашёл в квартиру.

А как ему объяснить, с чего? Наверное, из-за того, что Мир все эти дни не особо разговорчивый. Какой-то чересчур сдержанный, даже для привычной версии себя, слишком молчалив.

А ещё, когда в один из наших созвонов я услышала посторонние звуки, было очень похожи на то, что он находился в больнице.

Я извела себя догадками, что у мужа что-то со здоровьем и он не хочет мне об этом рассказывать. Что ещё могла подумать?

Попыталась у Ратмира аккуратно уточнить, но он быстро свернул разговор, сославшись на занятость.

– Просто ответь, ты же знаешь, что у него произошло? Он ничего мне не рассказывает! А я чувствую, что что-то не так.

– Насколько я в теме, он скоро прилетит. Лучше вам поговорить самим, без вмешательства третьих лиц. Дай ему возможность объясниться с тобой самому. Афин, прости, но…

– Но он твой друг, и ты не станешь говорить за него. – прервав его, договорила сама.

– Как-то так. – смотрел на меня уже с какой-то примесью вины во взгляде. – Прости.

Выдавила из себя подобие улыбки.

В конце концов, на Марка я точно не должна обижаться. Он точно здесь ни причём. И да, он прав. Все ответы на вопросы я должна получить лично от мужа.

Собственно на этой ноте попрощалась с Марком и Маруськой.

Ближе к десяти вечера позвонил Мир.

– Привет. – тут же ответила на звонок, который ждала.

– Привет. – послышался уставший и любимый голос.

А у меня мурашки по всему телу.

– В пятницу прилечу.

До пятницы ещё три дня. Семьдесят два часа. В минуты даже переводить не берусь, слишком большое число для моего расшатанного восприятия.

– Хорошо. – почему-то такую неловкость испытывала. Странно.

Мы будто откатились назад, за это время.

А ещё понимала, что спрашивать о чём-либо его, мне страшно.

– Как ты? – послышалось из динамика.

– Нормально. Сегодня с Маруськой сидела. Марк забрал её вечером. – немного помолчав, добавила. – Я соскучилась. Очень сильно.

– Я по тебе тоже. – произнёс спустя несколько секунд молчания.

Глава 22

Афина

Такого нервного напряжения я не испытывала давно.

Меня всю потряхивало.

Пары прогуляла. От выезда на поиски отказалась.

А это со мной впервые. Бывало, что не могла присоединиться к отряду, но обычно это было из-за дяди. Когда он совсем перекрывал кислород.

Сегодня же, я никуда не поехала по двум причинам.

Одна из них выбила меня из колеи с самого утра. А вторая – это возвращение Мира.

Теперь ожидание мужа стало ещё более волнительным.

Я знала, что его самолёт уже приземлился. Ещё совсем немного и он переступит порог квартиры.

Господи, да как себя взять в руки?

Чтоб хоть немного совладать с эмоциями, заварила себе чай с ромашкой. Но и пары глотков сделать не успела, как услышала щелчок замка входной двери.

Подорвалась с места как ужаленная.

– Ты вернулся! – налетела на него, чуть ли не сбив с ног.

Повисла на шее. Прижалась всем телом.

– Привет. – бросив дорожную сумку на пол, крепко меня обнял.

А у меня сердце в груди трепыхалось на разрыв. Ещё немного, и грудную клетку проломит.

Не уверена, что с таким сердцебиением вообще живут.

– Я так соскучилась. – голос ломался, дрожал.

Едва ли не слёзы из глаз.

Как же я его ждала. Как же мне его не хватало.

Вдыхала его запах, уткнувшись носом в грудь. С каждой секундой будто оживала.

Не уверена, что снова выдержу такую разлуку, если он вдруг опять куда-то улетит.

Это какая-то ненормальная зависимость.

С трудом отлипла от мужа.

Только сейчас заметила, каким уставшим и вымотанным он выглядел. Будто немного осунулся. Взгляд тяжёлый.

– Как ты слетал? – спросила его, когда он после быстрого душа, вышел на кухню.

Накрыла на стол, поставила тарелки с едой. Наверняка ведь, голодный.

– Не так, как планировал изначально. – сев напротив меня, сложил руки в замок.

Я буквально физически ощущала напряжение, витавшее в воздухе.

– Что-то пошло не так? – спросила с беспокойством.

Мне хотелось забраться к нему на колени как маленькой. Прижаться и согреваться в тёплом коконе из его рук.

Но не двигалась с места. Не знаю почему, но было ощущение, что Мир будто дистанцию держит.

Да, как только приехал, обнял, прижимал. Но всё это с какими-то нотками напряжения. Он ведь не поцеловал даже. Хотя раньше, всегда это делал. Каждый раз, когда мы встречались после моей учёбы и его работы. Это уже вроде как нормой стало, для наших изначально нестандартных отношений.

– Мне нужно будет вернуться. – сказал, сканируя меня всё тем же тяжёлым взглядом.

Для меня его слова прозвучали как выстрел в упор.

Никто из нас двоих так и не притронулся к еде. А у меня, если честно, мгновенно пропал аппетит.

– Когда? Надолго? – смотрела на него во все глаза. – Да что случилось, Мир? Я вообще ничего не понимаю!

А сердцебиение опять на разрыв. Даже кончики пальцев немели от напряжения.

Только вернулся, а уже об отъезде говорим. Дурость какая-то.

– Афина, нам нужно поговорить. – произнеся это, Мир вышел из-за стола.

Подошёл к балкону и, похлопав себя по карманам спортивок, достал пачку сигарет.

– Нужно. Я бы хотела, чтоб ты мне по-человечески объяснил, в чём дело. Потому что я ничего не понимаю. И уже потом, я бы тоже хотела тебе кое-что сказать.

Сжала губы, прикусив их изнутри.

Не так я представляла себе его возвращение. Совсем не так. То, что происходит сейчас, даже в страшном сне увидеть не могла.

Мир вышел на балкон и открыв окно, прикурил.

Я встала в проходе, не заходя к нему.

– Я улечу сегодня в ночь. Утрясу сейчас кое-какие моменты с работой, перекину что смогу на парней. Когда вернусь – не знаю.

– В смысле, не знаешь? – Меня холодом обдало от его слов. Вся будто ледяной коркой покрылась.

– В прямом.

– А я? Я могу с тобой полететь? – задавая этот вопрос, я, кажется, уже знала ответ. Но всё равно в глубине души надеялась на что-то.

– Нет. Ты останешься здесь. До установленного срока в полгода осталось не так уж и много. Ты можешь жить здесь. Финансовые обязательства на мне. После, подадим на развод.

– Я ничего не понимаю. – стеклянным взглядом смотрела на мужа.

На то, как играют желваки на челюсти. Как затягивается и выпускает струйку дыма в открытое окно.

– Тебе и не нужно ничего понимать. Всё так, как было оговорено изначально. – говорил, а сам даже не смотрел в мою сторону.

– Мир. Ты ведь шутишь сейчас, да? Ты же не поступишь так со мной? Это розыгрыши какой-то? Если так, то мне вообще не смешно. Я ведь тебя люблю, неужели ты не понимаешь?

Никогда бы не подумала, что впервые признаюсь ему в чувствах при таких обстоятельствах.

Не могла не сказать. Но оттого, что сказала, стало только больнее.

– Я же просил тебя не влюбляться. Уж я этого точно не заслуживаю. – как-то криво и невесело усмехнулся Ратмир, затушив сигарету и выбив из пачки следующую.

Говорил. Он всегда был со мной предельно честен.

Всегда, кроме единственного раза, когда улетел, прикрываясь работой.

Но разве я виновата, что не смогла и всё же влюбилась? И как дура, мечтала о взаимности.

И ведь я была уверена, что мои чувства взаимны. Видела это, ощущала. Но не мог он так притворяться. Притворяется он сейчас! А тогда был настоящим!

– Но ведь у нас по-настоящему всё было. – смотрела на него сквозь пелену из слёз.

– Афина, у нашей семьи изначально был срок годности. Ты сама это знаешь. В первую очередь, это было твоим же условием. – впервые с начала этого разговора, посмотрел на меня.

А во взгляде тьма. Как бездна. И возможно, сожаление. Хотя я могла всё это придумать. Выдать желаемое за действительное.

– Давай всё переиграем! Оговорим другие условия. – не унималась, сама себя унижая сейчас.

И плевать! На всё плевать! На всё, кроме нас!

– Нет.

– Могу я хотя бы узнать причину? – уже не сдерживаясь, проливала дорожки из слёз.

Ратмир молчал. Какое-то время смотрел на горизонт. А потом снова на меня взгляд перевёл.

– Карина беременна. Срок уже довольно приличный. Я улетаю к ней.

Прозвучало, как очередной выстрел. Только теперь, как контрольный в голову.

– Ты уверен, что ребёнок от тебя? – произнесла дрожащим голосом, уже толком ничего не видя за пеленой из слёз.

– Уверен. Я сделал ДНК тест. Прости меня.

Я как-то хаотично затрясла головой. Один всхлип. Второй.

– Поздравляю. – это всё на что хватило сил.

Сказав это, сжала ладонь, засунутую в карман толстовки. Скомкала пальцами тест на беременность, который сделала сегодня утром. Тест, который показал мне две полоски.

Похоже, мои новости и разговор с Миром, уже не имеют смысла.

Глава 23

Ратмир

Сука, всё нутро наизнанку.

Уже которые сутки без нормального сна. Но беспокоит вообще ни хрена не это. Если бы все проблемы можно было решить отсутствием сна, я бы уже давно это сделал.

Улетать из дома было до невозможности паршиво. Основная причина – Афина.

Как бы мне ни хотелось признавать, но я к ней привязался. Влип, по самое не балуй. Просто наглухо залип на девочке.

Похер было на договор. На условия и условности. Уже не думал об этом. Просто жил.

Не думал… зато в итоге её припечатал всем этим с размаху. Наотмашь.

Но пусть лучше ненавидит, чем становится заложницей обстоятельств. В которых, я вообще не понимал, какую роль ей отвести.

Переболеет, забудет. Встретит кого-то, для кого будет на первом месте. Для меня, к сожалению, сейчас это не так.

Хотя только от мысли о том, что она будет с кем-то другим, хотелось зубы скрошить в труху.

Ничего не бывает вовремя, судя по всему. Не вовремя встреча с Афиной. Не вовремя беременность Карины.

Когда Карина позвонила и всё рассказала, не поверил. Но каким бы не прошибаемым я ни был, всё равно сорвался к ней. Проверить наверняка я должен был.

Проверил, блять.

Как оказалось, улетая, она уже знала, что беременна. Так мне и выдала при встрече:

– Я тебе тогда сказала, что ты пожалеешь. Что потеряешь многое. Ребёнок для тебя – это много или мало? Что скажешь, Мир? Я думаю, много. Ты выбрал её, а не меня. За это и поплатился. – буквально выплюнула в лицо.

– Ты сама замуж выходить отказалась. Нахера беременность скрыла? – смотрел на неё, лежащую в больничной палате, на круглый живот и будто в другой реальности пропал.

Я в целом был удивлён тогда, что беременность она сохранила. Не в её духе. Оказалось, я ни черта её не знал.

– Отказалась. Потому что не была уверена, что не пожалею. Что брак с тобой – это навсегда. И могла потерять шанс с карьерой. Беременность дала бы мне гарантии, что ты в любом случае от меня никуда не денешься. Но узнала я о ней, уже после того, как мы разошлись. Я ведь не первый месяц прокалывала презики и перестала пить противозачаточные. Ты детей не хотел. А получилось всё вот так.

Детей я действительно в обозримом будущем не планировал и всегда следил за контрацепцией. Хуёво следил, нужно признать.

– Ты сама себе противоречишь. Хотела гарантий, а в итоге, скрыв беременность, улетела. Бредово звучит, не находишь? – до последнего не прослеживал логики в её поступке.

– Да мне плевать, как это звучит. Ты меня обидел. Унизил. Я захотела отыграться. Если бы ты не выбрал её, если бы вернулся ко мне, всё было бы иначе. Ты сам во всём виноват. Только ты! Если бы не обстоятельства, ты бы знать не знал, что у тебя ребёнок есть. Потом бы локти кусал. Хорошая месть, не находишь? Я, конечно, порой порывалась рассказать. Но потом представляла твоё лицо, когда ты увидишь подросшего ребёнка, и останавливалась.

Даже то, что она загремела в больницу, не останавливало её от выбросов желчи.

Шею ей свернуть хотелось. Не знаю, каким чудом сдержался. От выплеска эмоций тормозил её округлившийся живот и состояние в целом.

– Ты, блять, конченая.

До мелочей помню разговор с этой сукой. Иначе язык не повернётся её назвать.

Неосознанно сравнивал её и Афину.

Жена согревала, тепло дарила. В мою жизнь как-то незаметно просочилась и заняла там важное место. Голову рядом с ней терял. К ней тянуло.

Но себе на горло наступил и оставил её там. Одну.

И в итоге, я для неё теперь мудак, который не оценил. Растоптал чувства и выбросил из жизни за ненадобностью.

Только мне известно, что это ни хрена не так. Без Афины дышать, сука, тяжело.

Карине на слово не поверил. Провели анализ ДНК, потому и пришлось задержаться.

Как результат, ребёнок мой.

И осознание, что если бы не обстоятельства, я бы реально не знал, что мог стать отцом. Ярость закипала. Я как вулкан, того гляди извергаться начну. И хуй спасёшься от этого бедствия.

Мало того, что эта новость, в целом, как обухом по голове, как тут ещё и отягчающие.

Я говорил с лечащим врачом Карины. У ребёнка обнаружили патологии. И будь это на раннем сроке, то скорее всего, беременность пришлось прервать.

Сейчас по факту, вообще не известно, выживет он при родах или нет.

Для Карины это тоже стало неожиданностью. Узнала она об этом случайно, когда сама загремела в больницу из-за проблем с сердцем.

Тут целый букет из проблем. Которые нужно решать. И делать это нужно мне.

Как итог, я улетел сюда. Оставил всё и всех и улетел.

Развод с Афиной тоже неизбежен. Сразу после него, мне придётся узаконить отношения с Кариной.

Юристы в один голос сказали, что в случае чего, я не буду иметь никаких прав для принятия жизненно важных решений. Случись что с Кариной во время родов из-за сердца, ребёнку я никто.

А ему, тоже потребуются операции и лечение. И то не факт, что это поможет.

В итоге, я связан по рукам и ногам.

Что будет дальше, вообще неясно. Нет никаких прогнозов и гарантий.

И для чего всё это Афине? Мучаться? Растягивать неизвестность? Жить на вторых ролях, потому что первую я ей сейчас отвести никак не могу? Ни к чему хорошему это не приведёт.

Отпускать сложно. Отталкивать ещё сложнее. Но как говорят, если любишь, то иногда лучше отпустить, чтоб дать возможность быть счастливой с кем-то другим. Вот я и дал.

А теперь готов на стены лезть и на людей бросаться. Хуёво.

Уже полчаса сижу в арендованной тачке возле клиники, где лежит Карина, и курю без остановки. Только легче не становится.

Прежде чем идти к ней, набрал Марку.

– Привет, брат. – ответил практически сразу.

– Как она? – один вопрос и внутренности тугим узлом стянуло.

– Тебе правду и напиздеть?

Мы договорились с Марком, что хотя бы первое время он будет присматривать за Афиной. Держать руку на пульсе. В случае чего, сразу говорить мне.

Меня это неведение накаляет. Ожидаемо, со мной Афина не общается. На звонки не отвечает.

А чего я хотел? Да и не стоит ей долбить звонками. Сам нагнетаю этим клубы нескончаемой боли.

– Правду. – ответил, прикрыв глаза и уперев затылок в подголовник.

– Хуёво. Общаться особо не хочет. Собралась документы с универа забирать.

– Нахера? – потянулся к пачке и снова прикурил.

– А этого я не знаю. Я до сих пор не уверен, что ты поступаешь правильно. Вы как два барана, не хотите нормально поговорить. Ты должен был ей всё объяснить и предоставить право выбора. Как и она должна с тобой объясниться. – на последнем предложении он осёкся.

– Ты что-то знаешь? – тут же невольно напрягся.

– Что-то знаю. Но советую перестать творить хуйню и поговорить с ней. Блять, прислушайся.

– Разберусь. Звони, если что.

Попрощавшись, докурил и вышел из тачки.

В противовес желаниям, пошёл в клинику.

Сначала очередной разговор с врачом, потом встреча с Кариной, только от мысли о которой кровь сворачивается.

А потом… а хуй знает, что потом.

Может, Марк и прав.

Глава 24

Афина

Когда Мир улетел, я впала в какое-то коматозное состояние. Не жила, а существовала. Всё из рук валилось.

Беременность уже не пугала, как случилось тогда, когда я только о ней узнала.

Теперь, мне кажется, не будь я беременна, морально мне было бы ещё в разы сложнее. А так… есть за что держаться.

Есть, ради чего через силу запихивать в себя еду, которая лезет с трудом.

Есть, ради чего не лить сутками напролёт слёзы. Хотя нет-нет, а накатывает всё же.

С отлётом Мира, от меня будто какую-то жизненно важную часть оторвали. С мясом вырвали. Должно быть, эта часть меня называлась сердцем.

Сейчас уже пожалела, что не рассказала ему о том, что беременна.

Это я уже после провела аналогию. Получается, о беременности Карины он не знал. И мне совсем не хотелось поступать с ним так же.

В любом случае, выбор был бы за ним. Я своё положение приняла. Принял бы он или нет? Не знаю.

Но говорить об этом по телефону, казалось мне неправильным.

Только когда состоится наша встреча? Большой вопрос. И состоится ли вообще?

Ну, вот опять, начинаю думать о Ратмире и глаза на мокром месте.

Да кого я обманываю? Я и не перестаю о нём думать. Даже во сне покоя не даёт.

Со временем всё пройдёт. Должно пройти. Только где найти ресурсы, чтоб это время выждать и не свихнуться в край.

Закончив с обедом, помыла посуду. Снова через силу в себя еду запихивала, то и дело повторяя про себя, что нужно.

Когда раздался звонок в дверь, уже понимала, кто пришёл. Наверняка Марк.

Открыла дверь. Так и есть, на пороге стоял отец Маруськи. Правда, её самой с ним не было.

– Привет, проходи. – шагнула в сторону, пропуская его в квартиру.

Квартиру Мира, в которой я по-прежнему жила. По уму бы съехать. Но что-то держит, и это даже не обстоятельства и условия завещание. Другое.

– Привет. Ну ты как? – спросил Марк, разувшись и пройдя на кухню.

В руках объёмные пакеты с продуктами, которые он поставил на пол возле холодильника.

– Средней паршивости. – сказала ему как есть.

От него уже вообще нет никакого смысла что-либо скрывать.

Так получилось, что и о беременности моей он тоже знает. Он знает, а Мир нет.

Я Марку не говорила. Просто в тот же день, когда улетел Мир, Марк приехал ко мне. Знаю, что по просьбе друга.

Застал меня в жесточайшей истерике. Я и забыла, что на журнал ном столике тест лежал, глядя на который я лила слёзы.

Он его когда увидел, смачно выругался. По взгляду моему всё понял.

Он вроде как не курит, но взяв пачку Мира, лежащую на балконе, закурил.

Потом ко мне вернулся. А я разрыдалась пуще прежнего. В голос белугой выла.

– Дуй в комнату и переодевайся, поедем паршивость минимизировать. Я пока продукты разложу.

– Не нужно было, Марк. Я и сама могу всё купить. – мне как-то неудобно было. – Давай я тебе деньги отдам.

– Афин, давай без этого, хорошо? Переодевайся. – отмахнулся от меня, начав раскладывать продукты.

– Спасибо. – вздохнула обречённо. – А куда собираться?

Совсем заторможенная в последнее время. Вроде слышу, что мне говорят, а воспринимаю не сразу. Вот и сейчас.

– Главное, оденься удобно и потеплее. Погода сегодня отстой.

Погода… Я уже несколько дней на улице не была. Понятия не имею, что там вообще происходит. Более того, сейчас поймала себя на мысли, что элементарно даже в окна не смотрела.

Не заморачиваясь с одеждой, переоделась. К моменту, как вышла из комнаты, Марк уже закончил наполнять холодильник продуктами и пил чай.

– Погнали?

Я в ответ только кивнула. Пока ждали машину такси, он успел допить чай и находу закинуть в себя печенье.

А мне его даже угостить не чем. Не готовила ничего. А что было, доела сама перед его приходом. Как-то даже неудобно стало.

Сели в такси и поехали… куда-то. Марк так и не сел за руль, после выписки. Наверное, его можно понять. Да и как он говорит, не до конца восстановился пока.

– Так куда мы? – всё же решила уточнить.

– Да ничего особенного, не переживай. В кино пойдём?

– Можно. – немного поразмыслив, задала вопрос. – Это он тебя попросил за мной присматривать?

Если так, то не понимаю, зачем? Ему не всё ли равно, что со мной? Он так хладнокровно меня вышвырнул из своей жизни, что теперь будто сам себе противоречит.

– Врать не буду, такая договорённость между нами есть. Но с учётом последних новостей. – Марк мазнул взглядом по-моему пока ещё плоскому животу. – Можно считать это моей личной инициативой.

– Ты же не говорил ему?

Когда Марк узнал, я слёзно просила его молчать. Видела и понимала, что согласиться ему было непросто. Он, наверное, в какой-то степени меня осуждал. Но, тем не менее, пошёл у меня на поводу.

А я… я скажу Миру, честно. Но не сейчас.

– Нет. Афин, не хочу тебя учить и капать на мозг. Но ведь и сама понимаешь, что молчать не вариант. Я сам отец. И если представить, что я бы не знал о Маруське с самого начала… ну, так себе перспектива.

– Знаю. Я скажу.

– Ты в консультацию ещё не записывалась?

– Записалась. Завтра в десять приём.

– Отлично. Вместе съездим.

Спорить не стала. А всё потому, что мне было очень страшно ехать одной. Не знаю почему. Но страшно, и всё тут.

Мы с Марком, по итогу, неплохо провели время. Иногда даже забываться выходило. Не думать об одном лишь Мире и всём, что с ним связано.

– Марк, как он? – спросила у него, когда после кино и кафешки, вернулись домой. Точнее, я домой, а Марк вызвался проводить.

– Мне иногда вас двоих так встряхнуть хорошенечко хочется. Что один, что вторая с одними и теми же вопросами. Ну вы реально друг друга стоите. – усмехнулся к концу своей речи.

Получается, Ратмир тоже обо мне спрашивает?

От понимания этого, почувствовала прилив тепла и одновременно с этим вязкой горечи. Ну почему всё так сложно?

– Он реально выбрал её? – я прекрасно понимаю, что Марк знает значительно больше меня.

И не уверена, что прося его молчать о беременности, вправе требовать ответов на свои вопросы, касательно мужа.

– Там всё непросто. Единственное, ты просто знай, что если бы не обстоятельства, хрен бы он от тебя куда делся.

– Это он так сказал?

Конечно же, нет. Через розовые очки я уже давно не смотрю. Но вопрос сам по себе вылетел, прежде чем успела до конца его осмыслить.

– Это я так говорю, видя всю ситуацию со стороны.

Часто закивала, проваливаясь под толщу эмоций.

– Спасибо за сегодняшний день. – искренне его поблагодарила.

– Ладно, ты давай не кисни. Завтра заеду утром, а пока погнал за Маруськой в сад.

Оставшись одна, снова неосознанно сникла.

Мне было так плохо без Мира.

Спала на его стороне кровати, утыкаясь носом в подушку, хотя она пахла не им, а кондиционером для белья.

Когда во сне снова переживала наш с ним последний разговор, вздрагивала и просыпалась. Невыносимо.

Я ведь документы из универа решила забрать. Помимо того, что как факт, скоро мне будет не до учёбы, было ещё кое-что.

Сначала вообще думала уехать куда глаза глядят. Потом тормознула эту мысль.

Даже если и сбегу, то после того, как скажу. Не раньше. Если не нужны ему будем, то тогда с чистой совестью уеду.

Хотя о чём я? Причём тут мы? Я ему уже не нужна, это он ясно дал понять. Теперь очень страшно, что малыш внутри меня, тоже не нужен.

А с ещё большим страхом я думала о том, что до истечения срока в шесть месяцев, осталось не так уж и много. А потом? Потом развод, как разрыв последней связующей ниточки.

Как же я этого боялась. Стоило подумать и дыхание перехватывало.

Глава 25

Ратмир

Смотрю на Карину, на её объемный живот и не пойму что чувствую.

Хотя с Кариной всё ясно. Не припомню человека в своей жизни, к которому я бы испытывал настолько сильную неприязнь, как к ней.

Воротит не по детски. Раздражает и злит.

Сейчас её отказ от брака воспринимаю совсем иначе, как было изначально. Сейчас хочется сказать, что отвело.

Если бы не одно «но». Беременность.

С этим тоже смешанные чувства.

Если бы случилось так, что беременной от меня оказалась Афина, я был бы рад. Даже несмотря на то, что не планировал в ближайшем будущем обзаводиться детьми.

Здесь же всё сложнее.

Как бы хреново это ни звучало, я не хотел этого ребенка, я его не планировал. Но он уже есть. И я несу за него ответственность. И буду нести.

И наверное, будь это случайный залёт, всё воспринималось бы иначе. Но Карина превзошла саму себя, забеременев в обход меня.

Гнетет обман. Раздражают условия, в которых оказались. Опять же, потому что умолчала.

Можно было бы растить ребенка и при этом жить каждому своей жизнью. А теперь я по рукам связан. Это тоже выбивает из равновесия.

Совесть и принципы не позволят слиться. Но и не отпускает чувство, что быть я должен не здесь. Хотя так же понимаю, что здесь нужен.

– Так и будешь смотреть на меня как на пустое место? – произнесла Карина.

Сегодня я снова у неё в больнице. Вчера у неё открылось кровотечение.

Как сказали врачи, если бы она не находилась в стенах больницы, возможно бы всё закончилось иначе. А так, они предотвратили неблагоприятные последствия.

– А как ты хочешь, чтоб я на тебя смотрел? – с трудом сдерживался, чтоб не наорать.

– Как раньше.

– Как раньше, уже никогда не будет. Ты сама это понимаешь. А вот чего не понимаю я, так это чего ты ждешь от меня, после всего того, что сделала.

– Ты изменишь отношение, когда ребенок родится. – продолжала Карина.

Уже не впервые роняет эта фразу.

А что в её понимании должно измениться?

Что я привяжусь к ребенку и по люблю так, как любит родитель своё продолжение? Да, это скорее всего так и будет.

Что я посмотрю на саму Карину иначе? Нет, не посмотрю.

Давно всё отмерло по отношению к ней. Не осталось ничего теплого. Даже то хорошее, что когда-то было, словно испарилось.

– Я уже говорил тебе. Скажу ещё раз. Между нами уже ничего не будет. Есть я, есть ты. Мы не вместе и вместе не будем. Ребенок нас связывает, но совсем не так, как тебе бы того хотелось.

– Посмотрим. – выплюнула недовольно.

Это уже привычный формат общения между нами. А другого не предвидится.

Я понимаю, что мне не помешало бы порой быть более сдержанным. Но не всегда выходит. Увы. Мой прокол.

– Завтра меня не будет. Если нужно что-то привезти, говори сейчас. – произнёс, прежде чем уйти.

– Почему? Какие дела у тебя здесь могут быть? Или ты улетишь? – последним предположением попала в точку.

Улечу. Уже билеты взял.

Ситуация с Афиной не отпускает ни днем, ни ночью. Я физически здесь, а мыслями там.

– Карин, тебе нужно что-то или нет? Давай по существу.

– Ты к ней летишь, да? Думаешь, ты нужен ей будешь с ребенком? Ты снова делаешь не верный выбор, Ратмир! – тут же взвилась, повышая голос.

Но вся суть в том, что я уверен, Афине я был бы нужен любым. Хоть с ребенком от другой женщины, хоть без. Хоть с деньгами, хоть с дыркой в кармане.

Афина про другое – про чувства. Про верность. Про честность. Про поддержку.

Наверное, это и было одной из причин, почему я так поступил. Потому что не хотел обрекать её на неизвестное ожидание и жизнь на вторых ролях. Конкретно в этот момент, именно так и было бы.

Она бы ждала. Я это знаю. Пусть и звучит самоуверенно. Но я достаточно хорошо успел её узнать, чтоб делать подобные выводы.

– Тебя не туда несет. И в целом, моя личная жизнь тебя никак не касается. Усвой ты это наконец и всем сразу станет легче. Сейчас я здесь. Я делаю всё, что от меня зависит, чтоб помочь, чтоб уберечь. Но это не значит, что я вернусь к тебе, нет. На мне ответственность, я её принял. Сделай тоже самое.

Вроде доходчиво объяснял. Но все слова как в пустоту пролетали.

Я ведь, несмотря на злость и прибитость, пытался сначала по человечески всё объяснить и расставить границы. Не вышло.

Карина в своих мнениях и желаниях переобувается в воздухе. Порой мне кажется, что она сама не знает чего именно хочет. То хотела скрыть беременность, теперь надеется ей привязать меня к себе.

– Я тебя не прощу, если ты опять к ней полетишь! – снова вынос мозга. Снова какие-то неуместные манипуляции.

– А я и не извиняюсь, если ты не заметила. – ответил сухо. – Ладно. Если ничего не нужно, то я поехал. С твоим лечащим я на связи.

Не дожидаясь нового потока дерьма, вышел из палаты.

Бессмысленно что-то объяснять.

Сука, как же я заебался.

Одно то, что я здесь, а не рядом с Афиной, все жилы рвало.

Наверное, поэтому и сорвусь завтра домой.

Марк прав. Я долго крутил его слова в голове.

То что я поступил как мудак, тоже неоспоримо. В тот момент, те решения и действия, казались выходом.

Сейчас же, взглянув со стороны спустя время, я уже не так уверен в правильности.

В любом случае. Это не телефонный разговор. Наворотил дерьма лично, лично и дальше разбираться.

Глава 26.1

Афина

Каждое моё утро начинается с того, что я рассматриваю снимок УЗИ.

Срок уже семь недель. Установили точно, после приему у гинеколога. Я, если честно, в последнее время совсем за циклом не следила. И не ожидала, что беременна уже почти два месяца. Я предполагала, что срок у меня ещё маленький совсем.

Да, он и сейчас не большой. Но всё же.

Видимо, как минимум, отсутствие токсикоза не навело на мысли о том, что могу быть беременной.

Мы с Ратмиром почти всегда предохранялись. Бывали редкие исключения. Ну, видимо, редкие и меткие.

Убрав чёрно-белый снимок УЗИ в ящик прикроватной тумбы, плавно поднялась с постели.

Стоит вспомнить, как волновалась при первом походе в женскую консультацию, даже улыбаюсь невольно.

Спасибо Марку, который поддержал и поехал вместе со мной. Он вообще меня поддерживает плотно.

Я теперь понимаю слова Мира, когда он говорил, что это не просто дружба, это уже семья. Наверное, так оно и есть. Неважно что не по крови. Не каждый родной, готов в любой момент плечо подставить.

Я для Марка вообще чужой человек, а из-за Ратмира он со мной носится. Хотя, возможно, ещё и из-за благодарности за Маруську.

Но какой бы ни была причина, я ему благодарна. Зщзж

По Маруське, кстати, соскучилась уже. Марк мне её в последнее время не привозит. Днем если приезжает, то один, а вечером, пока есть время, он сам с дочерью.

Ну, очередной комплекс реабилитации начнется на следующей недели. И тогда, скорее всего, уже я буду на подхвате.

Приняв душ, заварила чай с мятой и сварила яйца всмятку. Жуть как захотелось съесть их именно так. Не омлет, не глазунья, а именно варёные.

Поглощала их с каким-то особенным удовольствием.

Когда допивала чай, зазвонил телефон.

– Привет, Марк. – ответила, сделав последний глоток.

– Привет. Ты дома? – сходу поинтересовался он.

– Дома. Где ещё мне быть? – ответила слегка напряженно, будто какой-то подвох ожидала.

– Отлично! Сейчас подъеду тогда. Новости есть. – торопливо сказал и сбросил вызов.

У меня отчего-то непонятное чувство тревоги тут же образовалось.

Марка ожидала как на иголках.

Было ощущение, что он приедет и ничего хорошего с его стороны я не услышу.

Звонок в дверь раздался спустя минут пятнадцать. Которые для меня, к слову, растянулись на какой-то неопределенный временной отрезок.

– Ты как? – спросил он, уже с дня на кухне.

– Сносно. Кофе будешь? – хотелось чем-то занять руки.

– Давай. – Марк наблюдал за мной внимательно. А у меня из рук всё валилось.

Да что ж это такое?

– Ты ведь сказать что-то хотел? Не тяни, а то я изведусь сейчас.

– Ратмир планирует прилететь. Точнее, уже прилетел и очень скоро объявится. – резюмировал он, внимательно за мной наблюдая.

– Зачем? – спросила с замиранием сердца.

У меня был только один вариант, ради которого Мир мог прилететь. И это тот вариант, который причинял боль.

– Наверняка знать не могу, но догадываюсь. – очередной ответ, а у меня по телу россыпь из мурашек.

– Чтоб развестись, да? – спросила, а сама, стоя спиной к Марку, зажмурилась.

Ну естественно, зачем ему ещё сюда лететь? Ответ очевиден.

Что чувствовала по этому поводу?

Досаду.

Боль.

Это ведь закономерно всё. Просто не ожидала, что он не сдержит слово и решит сделать это немного раньше положенного срока.

Все мои движения стали дергаными, резкими и вспыльчивыми. Пока добавляла сахар в кофе Марка, два раза уронила ложку.

Чертыхаясь, продолжила делать то, что делала.

Когда на этот раз уронила крышку сахарницы, с силой зажмурилась.

Слёзы накатывали чуть ли не волнами.

– Эй, посмотри на меня. – Марк поднялся с места и, развернув меня за плечи к себе лицом, внимательно всмотрелся. – Поговори с ним. Просто поговори.

И понимаю, что Марк прав, а у самой будто язык к небу прирос.

А ещё наравне со всеми эмоциями меня душила обида.

Само понимания, что кого-то предпочитают тебе, непременно выбивает из колеи. Сколько об этом не думай, все равно остаешься не готовой. Ведь где-то в глубине души надеешься на что-то иное. Пусть это и глупо. Наивно.

– Ну ты чего? Сырости развела столько.

Марк лишь головой покачал. А в следующее мгновение заключил меня в крепкие дружеские объятия.

Прижавшись к нему, не сдержала предательского всхлипа. Ещё одного.

Ну почему я такая размазня? Думала, уже начала худо-бедно справляться, а на деле, ни черта я не начала.

Не могу отпустить ситуацию. Не получается переболеть. И тем более, не выходит разлюбить.

Мысли о том, что последнее связующее нас звено порвется, прививают панику.

Марк меня поглаживал по спине и то и дело говорил всякие глупости, которыми явно хотел меня расслабить и развеселить.

– Не помешаю? – вздрогнула, когда услышала голос мужа.

А когда, выглянув из-за плеча Марка, увидела его прямо перед собой.

От него импульсами отходили агрессия и раздражительность.

Буквально прожигал взглядом.

Глава 26.2

Афина

Ратмир с шумом и не глядя, бросил связку ключей на комод. Всё его внимание было обращено на нас.

Пусть я благодаря Марку и ожидала увидеть мужа. Но на деле получилось, что не ожидала.

Или просто не готова была.

Марк тут же меня отпустил. Я и сама на шаг отступила.

Странное чувство. Ничего плохого не делала, а будто лёгкий укол с чувством вины испытываю. Хотя с чего бы, да?

Марк поздоровался и как ни в чём не бывало, подошёл к Ратмиру. Протянул другу руку, которую Мир пожал не сразу. Как-то посмотрел на друга, будто готов был вытолкать его из квартиры.

Они о чём-то негромко переговорились, после чего Марк обернулся, подмигнул мне при этом искренне улыбнувшись. У него во взгляде буквально читалось «скажи ему всё Афина».

Знаю, что он категорически против того, что я молчу о ребёнке. Я всё знаю! И Марк никогда этого не скрывал. То и дело говорил об этом. И я соглашалась.

Но это только в мыслях кажется, что всё просто. На деле же, значительно сложнее и волнительнее.

Потому что можно сколько угодно фантазировать на тему его реакции, как на деле всё будет, не известно.

Марк вышел из квартиры, похлопав друга по плечу и оставляя меня наедине с мужем, от которого я не знаю что ожидать. Вернее, предполагаю что именно и не готова.

– Привет. – он первым нарушил тишину, в которой мы варились непродолжительное время, лично для меня показавшееся вечностью.

– Здравствуй. – ответила односложно.

Я словно в ступор впала.

Сейчас, мы с Ратмиром оба были далеки от проявления эмоций. Во всяком случае, не самых позитивных. И если со мной всё очевидно, то причину его настроя понять не могла.

Просто смотрели друг на друга, блуждали изучающим взглядом.

Можно подумать, будто не видели друг друга целую вечность. Хотя это совсем не так.

Никогда бы не подумала, что в его присутствии буду чувствовать такую скованность. Даже в самом начале наших отношений, мне было проще.

Я много раз представляла себе нашу с ним встречу, и в мыслях я была более решительной. Сейчас же… будто я не я.

– Смотрю, вы с Марком сблизились? И как? – задал вопрос, неторопливо проходя внутрь и двигаясь в мою сторону.

– Что, как? – тут же как-то подсознательно ощетинилась.

– Успешно? – Мир смотрел на меня каким-то не своим взглядом.

А до меня, наконец-то дошел смысл его слов в полной мере.

Это ревность? Мир меня ревнует?

Но меня это ни черта не радовало. Злило. Тут же вся робость и неуверенность испарились, будто и не было их.

– А ты имеешь какое-то право на ревность? Серьезно? После того как улетел к другой девушке? После того как оставил меня здесь, сказав всё то, что сказал?

Если бы во мне было хоть чуточку меньше сдержанности, уже чем-нибудь в него бы запульнула.

– Блять. – Мир провел пятернёй по волосам, и будто встряхнул головой. – Прости! Я не имел права так с тобой говорить.

Но меня уже понесло. Видимо, нервное перенапряжение получило выход.

– Ты же собирался и хотел разводиться? За этим прилетел? Разводись.

От собственных слов сердце сжалось.

Ступила туда, где самой было страшно. Как по тонкому льду.

Сейчас он скажет, что да, за этим и прилетел. И я после буду собирать себя по кусочкам.

– Уже не хочу. – произнёс глядя мне в глаза. Снова на шаг ближе.

Даже не сразу осмыслила его слова.

– А ты меня спрашивал, чего хочу я, когда просто бросил? – голос дрожал, пальцы подрагивали, из-за чего пришлось сжать ладони в кулаки.

Вопреки бушующим внутри эмоциям, меня уже сложно было остановить.

Он не хочет разводиться! Не хочет! Но вместо облегчения от этого, я испытала ещё большую злость и обиду!

Я же не игрушка! Не мячик для пинг-понга. Хочу оттолкну, хочу переиграю всё. А ты Афина подстраивайся. Так что ли получается?

– Тогда так было нужно. – продолжал наступать Ратмир.

– А что поменялось сейчас? – гордо вздернула подбородок, не желая уступать.

– Ничего не поменялось. Кроме того, что мне без тебя пиздец как хреново. – говоря все это, неотрывно на меня смотрел.

Его слова на живую резали. Боль причиняли.

Одна часть меня готова была броситься ему на шею и задушить в крепких объятиях. Но была ещё и другая часть меня. Та, которая была обижена очень сильно.

Он же бросил меня. Хладнокровно и без эмоционально. Просто показал всем своим видом, будто я просто эпизод.

И забыть такое очень сложно. Простить, ещё сложнее.

Но он пока и не просит его простить. Опять меня понесло впереди планеты всей.

– А ты думал о том, каково было мне здесь всё это время? Хоть на секунду задумывался? Ты что думал? Прилетишь весь такой хороший и я тебе сразу в ноги упаду? Чтоб ты ещё раз по мне ими потоптался?

Блин, всё. Не смогла я эмоции удержать. Опять то чувство боли настигло, как и тогда. Вторая наша встреча за последнее время и мы опять выясняем отношения, стоя на этой самой кухне.

И снова мне тяжело морально настолько, что не могу удержать слёз.

– Всё время думал. – подошел в пилотную и, обхватив моё лицо ладонями, большими пальцами стёр слёзы. – Я о тебе вообще думать не переставал. Я во многом не прав, Афина. Я этого не отрицаю. Хотел как лучше, но и тут облажался. Знаю, что сделал больно. Знаю, что по сути, предал тебя.

Я смотрела на него, сквозь мутную пелену из слёз. От каждого прикосновения вздрагивала.

– Не знаю, кому лучше, но точно не мне.

Он так смотрит сейчас, что вся душа наизнанку. Зачем он так?

– Нам нужно поговорить. И сделать это без претензий и намёков на неопределенность. А открыто. – говорил ровно и уверенно.

– Не поздно, Мир? Что тебе мешало сделать это сразу?

Мне дурно было только от мысли о том, что поздно. Потому что стоило подумать, что он и Карина вместе… всё это время… Боже, да с меня будто кожу живьём сдирают.

– Ничего не мешало. Просто я долбоёб. Но то, что я тебя люблю, знаю наверняка.

Бах.

Бах.

Сердце на максимально допустимой отметке бьется. Грохочет, оглушая своими ударами.

Бах.

По щекам слёзы бесконтрольно.

Это не слуховая галлюцинация… нет?

Как о неопределенно головой закивала, а из груди рваные вдохи вперемешку с всхлипами.

Глава 26.3

Афина

Я так давно мечтала услышать от него эти слова, что сейчас услышанное казалось шуткой разума.

– Люблю, слышишь? – он будто понимал, что с первого раза я не в состоянии воспринять.

А я и не в состоянии. Его слова настолько разнятся с поступками, что поверить сразу не выходит.

Но хочется. До жгучей боли под ребрами. До спазмов и дрожи.

– Почему тогда бросил и уехал? – беспрерывный контак глаза в глаза.

Меня ломает сейчас нереально. Так, что едва ноги держат. Хочется рухнуть на пол.

Упрямо жду ответ. А самой страшно. Что он сейчас скажет? Добьёт меня окончательно или нет?

Сама я не в состоянии предугадать его ответ. Всё это время не могла.

– Потому что думал, что так будет лучше. Думал, что это правильно. Что я мог предложить? Жить на вторых ролях? – Мир говорил будто через силу.

Чувствовала, что в отличии от предыдущего раза, когда он уезжал, сейчас он не хотел бить словами.

Наоборот, будто пытался подбирать каждое, чтоб не сделать ещё хуже чем есть.

– Это из-за Карины, да? – спросила, а у самой тут же ком в горле образовался.

Меня всё это время топила такая жгучая ревность, что словно разъедала изнутри.

– Это из-за ребенка. Там всё сложно, Афин. Беременность с патологией. Я не знал, что она беременна. Да и не узнал бы, возможно, не случись то, что случилось. – напряженный, на челюстях желваки ходуном ходят.

Я слушала его, не дыша. Пыталась воспринять всё не через призму ревности, а иначе.

Чем больше Ратмир говорил, тем шире распахивались мои глаза.

Он ничего не объяснил мне тогда, но сейчас, судя по всему, рассказывал всё как есть.

И про то, как Карина забеременела. Про саму беременность и риски. Про ту ответственность, которую принял для себя за ещё неродившегося ребенка.

Я просто все слова разом растеряла. Меня потряхивало основательно. Хотелось поддержать Мира, одновременно с эти раздирала жгучая ненависть к Карине. Сочувствие к ребенку. И… как бы это ни звучало… жалость к себе.

Потому что да, при таких исходных, я действительно остаюсь на вторых ролях.

А ведь я так и не сказала Миру, что беременна.

И сейчас не представляю, как он отреагирует.

Обрадуется? Скажет, что не вовремя?

Сейчас очень отчетливо понимала, как сильно боюсь второго варианта развития событий.

Но что бы он не сказал, как бы не отреагировал, я для себя уже давно приняла единственное верное решение.

Хотя чего скрывать? Конечно я хочу, чтоб его решение и мнение, совпали с моими.

– Что теперь будет? – задала вопрос, не сумев справиться с дрожью в голосе.

Я прекрасно понимаю сложность ситуации. Тут ведь даже выбора не стоит по сути. Просто теперь это не что-то не неизвестное, происходящее у меня за спиной. Теперь есть ясность. От которой, правда, не легче.

– Мне нужно будет снова улететь туда. Как на долго? Я не могу сказать. Но и тебя оставлять в неведении, я тоже больше не хочу. Я бы хотел сейчас сказать тебе что-то более конкретное, но не могу. Заставлять тебя ждать, тоже не буду. Это неправильно. Да, я хочу быть с тобой. Да, для меня наша семья уже давно перестала быть фикцией. Но, нужно ли тебе всё это, при таких вводных?

– А тебе? Тебе самому нужно?

Говорила, а у самой сердце до сих пор галопом.

Любит. Он сказал, что любит.

А сама я и так уже давно, основательно и бесповоротно в него по самые уши.

– Мне ты нужна. Отсюда все остальные вытекающие. Тоже нужны. Если ты думаешь, что мне нужна Карина, то это не так. Между нами с ней ничего нет и не будет в том плане, в котором ты бы могла подумать.

Господи, ещё немного и мне обеспечен разрыв сердца.

Я должно быть полная дура, что готова вот так взять его и простить.

Забыть, как тяжело и плохо мне было без него. Каждую ночь, каждое утро.

Забыть, как утопала в ревности, думая о нём и Карине. А я думала. Так часто думала, что уже слёз не осталось.

Забыть, какие слова мне наговорил при последней встрече. А я, к сожалению,

А главное, принять всё то, что он сейчас мне рассказал. Принять. Снова отпустить туда. Но только теперь терпеливо ждать его назад. Доверившись его словам.

Смогу?

Теперь у меня право выбора есть. Запоздалое, но есть.

– Ты мне тоже нужен. – всхлипнув, попыталась отвернуться, но Ратмир не дал мне этого сделать. – И всё это время нужен был. Если бы ты только знал, насколько сильно. Ты даже не представляешь.

Горячие дорожки из слёз по щекам. Струились каким-то бесконтрольным потоком.

– Тихо. Давай, успокаивайся. Я знаю, что обидел. Знаю, Афин. С этим понимаем тоже не просто живётся. Но также прекрасно понимаю, что тебе сложнее.

– Пообещай, что не бросишь больше.

Я сейчас, должно быть, была похожа на маленького плаксивого ребенка.

– Обещаю. Даже если гнать будешь. Иди ко мне. Успокаивайся. – говорил негромко сцеловывая с моих щёк слезы.

Губами мокрой кожи касался. А у меня будто всё тело мелкими оболочками покалывало.

Плавно перемещался губами от щек к моим губам.

Первое касание и из груди рваный вдох. Второе. И я отвечаю.

Разомкнула губы, пропуская в рот язык. Мир сильнее руками сжал, к себе прижимая. Целовал с каждой секундой настойчивее.

– Мир. Мир, подожди. – негромко, прерывая поцелуй.

– Что такое? – оторвался, продолжая вжимать меня в себя.

– Мне тоже нужно тебе кое-что сказать.

Лицо горело. Сердце трепыхалось. Каждый нерв, как натянутая струна.

Сейчас. Сейчас нужно сказать. Дальше молчать нельзя.

– Что-то случилось? Ты чего так напряглась?

– Мир, я… беременна. – сказала и с силой зажмурилась.

Секунды тишины и оглушающий удары сердца. Кажется, ощущала не только своё, но и его.

Пересилив панику, всё же открыла глаза.

Мир смотрела на меня потемневшим взглядом. А на губах… улыбка. Он улыбался!

– Ты скажешь что-нибудь? – смотрела в ответ, закусив припухшую от поцелуя губу.

– Я сейчас охренеть как рад. – запрокинув голову, он негромко рассмеялся. – Ты умеешь удивлять Афина.

Я ещё и любить умею. Сильно, с отдачей. Но он ведь это знает. Должен чувствовать.

Подхватив меня на руки, усадил на стол и встал между моими разведёными ногами.

– Правда рад? Я так боялась сказать. – даже немного терялась от частоты и количества поцелуев, которыми он усыпал мои щеки, губы, шею. И все это сквозь улыбку.

– Правда. Не верится до конца, но я рад. Ты давно знаешь?

– В тот день узнала, когда ты сказал, что уедешь и что мы… больше не вместе. Хотела тебе сказать. Но после всего… не решилась.

Мир тут же напрягся. Отстранился. Снова серьезный взгляд.

Нет. Нет, верни улыбку. Я хочу всё как было.

– Пиздец. Афина, прости меня. Я реально кретин. Прости, если сможешь. – обнял крепко, прижимая к груди и поглаживая по волосам. – Прости.

– Мир?

– М?

– Я тебя тоже люблю. Сильно.

Глава 27.1

Ратмир

За всю ночь толком глаз не сомкнул.

Чем занимался? Лежал и гипнотизировал спящую рядом Афину.

И столько мыслей в голове, что впору рехнуться.

Беременна. Поверить до сих пор не могу.

Я не соврал Афине, когда сказал, что рад.

Наверное именно так и должна выглядеть радость, которую испытал я. Мне есть с чем сравнить.

Только от мысли о том, что я свалил от неё, оставив беременной, кишки в узлы наматывает.

А если бы не сорвался сейчас к ней? То, что? Был бы лютый пиздец.

Наверное, теперь до конца дней буду думать о том, как с ней обошелся. Хотел обрубить всё, дав ей возможность двигаться дальше.

А по итогу что? Чуть было не перечеркнул будущее. То самое, о котором хочется думать, представлять забегая вперед.

Несмотря на то, что Афина сильная девочка, она девочка. Ей нужна поддержка, опора, тыл.

И сейчас мне впору разорваться надвое. Здесь беременная Афина, к которой тянет с неимоверной силой. Там, ребенок от Карины, женщины, от которой откровенно потряхивает.

Только тот ребенок тоже не виноват, что его мать наглухо отбитая.

Пока ещё не знаю как, но в первоначальные планы будут внесены коррективы. Оставить Афину одну я тоже не могу. Да и не хочу.

Стоило домой вернуться, будто ожил. Эти ощущения сложно передать словами.

Пока я как примагниченный пожирал Афину глазами, она заворочалась и перелегла на другой бок.

Красивая, что в башке дурман и всё дымится ниже пояса.

Будто не я этой ночью брал ее два раза подряд. Мне дай волю, я бы и дальше не остановился и пошел на новый заход.

Но и так, то и дело тормозил себя в процессе, борясь навредить и перегнуть. Пришлось без фанатизма. Сложно, при условии как по ней изголодался.

По запаху, прикосновениям, нежной коже и голосу. По всей целиком, с головы до ног.

Пока не пришпорил стояком матрас, аккуратно поднялся с постели.

Как бы мне ни хотелось, но вставать придется.

На сегодня ещё есть дела. И хотелось бы их решить побыстрее, чтоб больше времени провести дома, рядом с женой.

Жена. Тоже момент, который предстоит решить и переиграть.

Теперь развод с Афиной кажется настолько противоестественным, что вслух произносить противно. Меня и до известия о беременности, эта перспектива не радовала. Теперь и подавно.

Но и с Кариной нужно что-то решать.

Сейчас заеду к Марку, потом к знакомому юристу. Может, получится извернуться и найти альтернативу. Надеюсь, что да.

На часах восемь утра. По идее, Марк уже должен был отвести Маруську в сад и вернуться домой.

Отлично. Поговорим наедине. Мне есть что сказать. И есть, что спросить.

В спешке выпил крепкий кофе, переоделся и, оставив Афине записку, что скоро вернусь, вышел из квартиры.

Пока ехал к Марку, позвонил ему, предупредил, что скоро буду.

– Ну как ты? – открыв мне дверь, друг пожал руку и похлопал по плечу.

– В норме. – разувшись, прошел внутрь и, зайдя на кухню, сел на стул. – Ты знал?

Сразу перешел к делу. Смысл тянуть, если вопросы так и крутятся на языке.

Задал вопрос, ответ на которой предвидел с точность в девяносто девять и девять процентов. Но, тем не менее, хотел услышать лично от друга.

– О чём? – посмотрел на меня с прищуром.

– Шлангом не прикидывайся. О беременности Афины. Знал?

– Значит, наконец-то рассказала. – хмыкнул, заняв место напротив. – Так можно поздравлять?

Бля, ты нормальный? Ты почему мне не сказал, когда узнал?

– А почему я Афине ничего не рассказал о твоих обстоятельствах, когда она спрашивала и просила? Наверное, потому что ты просил молчать. О том что она беременна, я узнал случайно. Она хотела сама тебе всё сказать, я дал слово не лезть. В конце-концов, Мир, ты мой друг. Но извини, и Афина теперь не чужая.

– Это я уже понял по вашим крепким объятиям. – смотрел на друга, а самого ревностью подрывало.

И знаю наверняка, что Марк не тот, кто нож в спину воткнет. Это не про него. Афина тоже не предаст. Уверен в этом. Но когда увидел их на кухне, внутри все вспыхнуло.

Не думал, что в принципе способен на такую ревность. Это чувство для меня чуждо.

Но, видимо, привычные установки не работают, если речь заходит о Афине.

– Да не уж-то ты ревнуешь? Охренеть. Вот это заявочка. – присвистнул друг.

– Сам в ахуе. – усмехнулся, крутя в пальцах солонку, стоявшую на столе.

– Не, насчет меня ты, конечно, зря булки напряг. Девочка друга – табу. Жена, тем более. Но я даже рад, что тебя через жернова провернуло. В следующий раз будешь лучше думать, принимая решения. Вот свалил бы ты и не одумался, а Афина девочка видная. Ты и не заметил бы, как её сгреб какой-нибудь хер с горы. А ты бы уже вроде и не удел был. И то что ты приревновал её ко мне, показалось бы истинной херней, на фоне другого.

– Ты когда таким умным стать успел? Бесишь. – всё же отпустило и уже не злился. Усмехался в ответ.

– А потому что знаешь, что я прав. – засмеялся друг.

В том то и дело, что да, знаю. Это я понял задолго до того, как озвучил Марк. У меня кровь в жилах стыла, стоило только подумать, что рядом с ней будет кто-то другой. Видимо, в каждом из нас живет эгоист. Сам ведь свалил тогда.

О чем сейчас очень жалею. Нужно было иначе все решать. Не так.

– Спасибо, что рядом с ней был. – произнёс искренне.

Понятия не имею, каково бы было Афине всё это время, не будь рядом Марка с Маруськой.

– Да забей. Семью за такое не благодарят. Дальше что делать будешь?

– Не знаю. Предложу поехать со мной. Не уверен что это правильно для Афины, но и тут оставлять не хочу. Насколько все затянется? А мне кажется, и ей самой легче, если находиться физически рядом. – произнёс задумчиво.

Хватит, побыли врозь. Лично я этим расстоянием и разрывом нахавался досыта. Повторять нет никакого желания.

Обсудили с Марком ещё несколько моментов и я сорвался на встречу с юристом.

Но на полпути к месту, зазвонил телефон. Номер клиники, где лежала Карина.

Глава 27.2

Ратмир

– Да, слушаю. – тут же принял вызов, не отрывая взгляда от дороги.

Какое-то паршивое предчувствие в груди шевелилось. Как будто сидел там своеобразный зародыш тревоги.

Хотя чему я удивляюсь? Если вопрос на прямую или косвенно касается Карины, то напряжение не беспочвенно.

– Добрый день. Вы просили звонить сразу, при каких-либо экстренных ситуациях. – сходу начал врач.

Чутье не подвело. В нашем случае, экстренные, равно лютый пиздец.

– Что-то с ребенком? – спросил, с силой сжимая челюсти.

– В том-то и дело, что мы не знаем. Карина Юрьевна самовольно покинула клинику, буквально двадцать минут назад. Во время обхода её уже не было, проверили по камерам, она просто собралась и ушла.

Врач говорил немного торопливо. А у меня кровь в жилах стыла, от подобной новости.

– Как скоро ей нужно вернуться в клинику?

– Конкретно в её случае, лучше её было не покидать. Она должна быть под наблюдением круглосуточно. Капельницы, уколы, доплерография. Поймите, здесь двойная угроза: как для неё, так и для ребенка. – мужик говорил аккуратно, будто по минному полю ступал.

А меня сорвало. О чем она, мать вашу, думала вообще?

Было желание найти ее, приволочь обратно в клинику, ремнями к койке привязать, чтоб не рыпалась никуда.

Только проблема в том, что я здесь, а она там.

– Я вас услышал. Постараюсь этот вопрос решить как можно скорее. – ответив, разъединился.

Наверное, иначе у меня сейчас не может быть. Когда было очень хорошо, должно стать очень плохо.

Ещё утром я чувствовал себя так, будто второе дыхание открылось. А сейчас мне не хило зарядило поддых.

Тут же набрал Карине. Первый звонок ушел в никуда. Ещё раз. Ещё. На третий раз она ответила.

– Зачем звонишь? – тут же прилетело из динамика.

– Ты куда уехала? Карина, ты если о себе не думаешь, о ребенке подумай. – старался говорить спокойно.

Но самого конкретно так подбрасывало.

Стоило уехать, как там всё по одному конкретному месту пошло. Всего сутки! Долбаные сутки, как меня нет там.

А она умудрилась натворить херни. Иначе не назовешь.

– А я как раз подумала. И знаешь, я погорячилась. Не хочу себя обрекать и растить больного ребенка. – отвечала севшим голосом.

– Ты сейчас о чём? – спросил осторожно, напрягшись всем телом.

– Я? А не твоего ума дело. Ты же всё равно меня не выберешь. Я думала ты разведешься с этой своей мышью, на мне женишься. И моим будешь! Моим! А я как не была тебе нужна, так и не стала нужной. Только ребенок!

С силой сдавив телефон в ладони, в очередной раз погасил в себе вспышку гнева. Нельзя на неё кричать. Нельзя многое, из того, что хочется.

Предчувствие паршивое. И главное, Карина для меня как ящик Пандоры. Я понятия не имею, что от неё ожидать можно.

Она стала непонятной и иррациональной. Порой мне кажется, что она сама не до конца понимает последовательность своих действий.

– Карин. Успокойся. – старался говорить спокойно и примирительно. – Ты сейчас на эмоциях. Давай я прилечу и мы поговорим? Сегодня? Не совершай каких-либо поступков и действий, о которых потом придется жалеть.

– А я уже все что хотела, сделала! – прокричала в трубку, начав рыдать.

– Где ты сейчас? Карин, скажи и я прилечу. – говорил с ней, как с душевнобольной.

– Правда приедешь? – поменяв тон, всхлипывала в трубку.

– Конечно. – ещё немного и моё мнимое спокойствие разлетится в труху.

– Я дома. У себя дома.

Получив нужную информацию и завершив разговор, тут же позвонил её врачу. Адрес её я помнил, ездил как-то раз за вещами ей в больницу.

Сошлись на том, что он вызовет туда бригаду неотложки.

Я же рванул к дому. Пока стоял на гребаных светофорах, купил себе билет на ближайший рейс.

В мыслях, полный хаос. Ещё предстоит объясниться с Афиной. И я бы многое отдал за то, чтоб не тревожить её. Но и врать не хочу. Я обещал.

Припарковав у подъезда тачку, практически бегом рванул к дому. Время поджимает.

Я не знаю, что именно имела в виду Карина, сказав, что всё сделала. Но явно ничего хорошего и адекватного.

В квартиру влетел и по одному моему виду Афина всё поняла.

– Что-то случилось, да? – стояла напротив меня с обеспокоенный видом.

– Афин, я сам ещё толком ничего не знаю. Но, да. Карина сбежала из больницы. Я хотел предложить тебе полететь со мной. Ещё можно купить билет, но рейс через два с половиной часа.

Говорил немного сбивчиво, забирая документы.

– Я полечу. – ответила твердо, кажется, даже не раздумывая.

Вскинул на неё взгляд.

– Ты уверена? Если не готова сейчас, я могу купить тебе билет на завтра.

Я не отговаривал её. Нет. Но хотел дать возможность принять взвешенное решение. Нужно ли ей это всё там?

– Я полечу с тобой. Сейчас. – подошла вплотную и положив ладонь мне на щеку, грустно улыбнулась. – Не хочу больше без тебя. Купи на меня билет, я пока соберусь. Я быстро.

– Я люблю тебя, знаешь? – посмотрел на неё с теплом и коснулся губами кончика носа.

– Слышала, как-то раз. Но совсем не против, чтоб ты об этом напоминал. – встав на цыпочки, чмокнула в губы.

Короткий, едва ощутимый поцелуй, а меня как током прошибло.

И как я, в здравом уме, мог от неё отказаться? Точно кретин.

Понятия не имею, что ждёт меня по прилету. Но одно знаю наверняка: без Афины я теряю вкус ко всему. Только рядом с ней ощущаю, что живой.

Главное всё вывезти.

Глава 28

Афина

Перелёт был спонтанным и сумбурным. Но я ни секунды не думала, лететь с Ратмиром или нет.

Я хочу быть рядом, когда ему сложно. Про любовь, это ведь не только когда всё хорошо. Помимо хорошо, бывает и сложно, и плохо. Сейчас именно такой момент. И в моем понимании, мы должны быть рядом друг с другом.

Судя по всему, Мир пришёл к такому же заключению. Его прилёт и откровенный разговор, инициатором которого был он, тому подтверждение.

Когда мы прилетели, Мир сразу же рванул в клинику. Я же, осталась в гостинице.

С того момента прошло уже около восьми часов. Мы с мужем всё это время поддерживали связь.

И новости… неутешительные.

Ребенка Карина потеряла. И сама сейчас не в лучшем состоянии.

Никогда не испытывала к ней теплых чувств. Но… сейчас она и вовсе вызывает отвращение.

Я не делаю ей плохого. Но, насколько ненормальной нужно быть, чтоб накачавшись наркотиками, улечься в ванную, чуть ли не с кипятком.

Мир говорил, что беременность не была простой. Там и осложнения, и патологии. А после такого…

Я, если честно, всё это время места себе не нахожу. Это всё настолько жутко и страшно, что словами не передать.

Я не хочу, чтоб Мир винил себя. А он, я уверена, будет. Просто вслух не скажет.

Я знаю только то, что о случившемся сообщили и на работу Карины. Видимо, она оставляла какие-то данные в карте. Потому что привезли её туда же, откуда она сбежала.

Как оказалось, запрещенными веществами она злоупотребляла на протяжении всей беременности. Об этом Миру рассказал юрист организации, где работала Карина. Он и приехал в больницу. Предполагаю, чтоб замять возможную шумиху, если такая будет.

У меня это в голове не укладывается! Как? Как можно было так относиться к себе и к малышу?

Сейчас, будучи беременной сама, боюсь любое резкое движение сделать. Да, до фанатизма не доходит. Но, как ни как, стала более внимательной к себе. Потому что навредить страшно.

Теперь я только сильнее убедилась в том, что полететь с Ратмиром, было верным решением.

Остается только дождаться его. Понятия не имею, что он будет делать дальше, но поддержу его в любом случае. А как иначе?

Пытаясь себя хоть как-то отвлечь, пробовала почитать, посмотреть фильм. Но по итогу, вроде смотрю на строчки или картинку фильма, а мыслями вообще не там. Всё будто мимо меня проходит.

Лежала, поглаживала свой ещё плоский живот. Рука сама по себе к нему тянулась. Клала ладошку чуть ниже пупка и будто тепло растекалось.

Думала о нашем с Миром малыше. Понимала отчетливо, что если бы не сказала ему о беременности, это было бы огромнейшей ошибкой с моей стороны. И как хорошо, что она не была допущена.

Он искренне был рад. Я это видела и чувствовала. Только зря боялась и накручивала себя.

Но ведь наперед ничего не узнать. И тогда, у меня были основания думать иначе. А сейчас понимаю, как далека была от истины.

Нужно было сразу Марка слушать и не загонять себя.

Когда дверь гостиничного номера открылась, тут же поднялась с постели.

Мир зашел внутрь, скинул туфли. Бросил ключи на тумбу, возле двери.

Отстраненный. Весь в своих мыслях. По карманам себя похлопал, потом головой мотнул.

Предполагаю, что хотел достать сигатеры. Но с момента, как мы встретились после разлуки и он узнал о моей беременности, я не видела его с сигаретой.

Подозреваю, что сейчас бы он хотел закурить.

А я стояла напротив. Наблюдала за ним и в груди всё сжималось. Все слова разом растеряла. Да и не знала я, что говорить в подобных ситуациях. У самой ком в горле.

На Ратмира смотреть страшно. Было ощущение, словно он не спал несколько суток.

Под глазами залегли тени. Мрачный. Изнуренный. Отстраненный. Будто осунулся. Хотя только утром был совсем другим.

Да всё было по другому.

Всего один день, а такие разные эмоции. Как на качелях.

Так и не сумев ничего произнести, просто сделала шаг.

Ещё один.

И ещё.

И так до тех пор, пока не подошла вплотную.

Обхватила его талию руками, в грудь носом уткнулась.

Мир тут же в ответ обнял. Прижал к себе крепко. Подбородком мне в макушку упёрся. Потом, чуть сменив положение, потерся о меня щекой.

Запах такой родной. Только сейчас с примесью больничных отголосков.

– Как ты? – спросила, не разрывая объятий.

– Нормально. – произнёс севшим голосом.

– А…? – не успела задать вопрос.

Мир и без того понимал, что именно я спросить хотела. Для этого, как оказалось, не обязателен полный набор слов.

– Её прооперировали. Сейчас в медикаментозной коме. Через пару дней выведут. Прогнозы на её счет не плохие. – Мир говорил, будто сквозь стиснутые зубы.

Нутром ощущала исходящие от него волны агрессии, направленные на Карину.

Я не хотела как-либо комментировать её личность. Всё очевидно и без этого. Слишком очевидно.

Когда всё же расцепили объятия, Мир первым же делом отправился в душ.

Ужинать отказался. Но я всё равно на всякий случай заказала и на него немного. Я и сама не горела аппетитом. Но, надо.

– Афин, когда вернемся домой, я хочу, чтоб ты прошла полное обследование. – сказал мне, когда лежали в постели.

Всё так же молча и обнимаясь. Сейчас мы в основном говорили на тактильном языке. И даже этот немой диалог, казался необычайно громким.

– Пройду, конечно. Скрининг через две недели. Анализы. – поспешила его заверить.

– Нет. Я не только про стандартный перечень процедур. Я хотел бы ещё более детального. – поглаживал мои позвонки, проводя костяшками согнутых пальцев от поясницы до основания шеи. Прям так, через тонкую ткань футболки.

Понимала, откуда ноги растут. Боится повторения с патологиями? Скорее всего.

– Ты же понимаешь, что дело скорее всего не в генетике? – заметила осторожно.

– Да. Но мне так было бы спокойнее. Если, конечно, ты не против.

Зря Мир приписывал к себе сложности с беременностью Карины. Как по мне, она сама себя наказала. Всем и во всем. А патология – это последствия её действий.

И как ни крути эту информацию и не подавай её , смысл останется прежним.

– Не против. Обследование? Значит, обследование. – согласилась не задумываясь.

Как бы там ни было, я хочу чтоб муж был спокоен и не думал о том, что его может ждать ещё один подобный опыт, с разницей лишь в том, что я не Карина.

Глава 29

Ратмир

Мы вернулись домой на следующий день. Смысла и дальше оставаться там не было.

Кариной занимаются специалисты, подключились с работы. А я… а я думать о ней не хочу.

Она заигралась. Решила вершить чужие судьбы. Мне все внутренности скрутила. Ещё и ребенка угробила.

Да, я его не планировал. Точно не с Кариной. Но он уже был. И он был моим.

И понимание, по какой именно причине его не стало, заставляло кровь вскипать.

Сложно с точностью передать, что именно чувствовал. Это и злость, и смятение, и отчаяние.

Ту ночь перед возвращением домой, практически не спал. Просто как по щелчку отсекло эту потребность.

Лежал рядом с Афиной, смотрел на неё беспрерывно. Надышаться ей не мог. В мою жизнь ворвалась, как снег на голову. А теперь без неё не представляю себя.

Вся моя и для меня. А я весь с потрохами её.

Афина была уверена, что с беременностью все в порядке. А мне не спокойно. Убедиться хочется. Чтоб наверняка знать, что ни ей, не ребенка ничего не угрожает.

Мозгами понимаю, что не должно быть никаких патологий. Как сказала сама Афина, что это не генетика. Да, скорее всего так и есть. Но если есть хоть малейший риск, то я должен держать руку на пульсе. Быть готовым всех на уши поставить и вверх дном перевернуть, лишь бы они были здоровы.

Лучше перестраховаться. С недавних пор это мой пункт.

Да и как ни крути, я Афине подкинул не хилый стресс, когда улетел. И дело не в самом отлете, а в словах, которые сказал тогда.

Если ее нервы и переживания из-за меня могли как-то сказаться, вряд ли когда-то это себе прощу.

Стараясь не думать об этом и не накручивать ещё сильнее, смотрел на то, как собирается Афина.

Мы вернулись домой три дня назад. Первым, что я сделал, была запись на прием в клинику.

Собственно туда мы и собираемся сейчас.

Афина сразу согласилась на полное обследование. И не потому, что в чём-то сомневалась сама. Нет.

Из-за меня.

И признаться, меня сейчас не хуёво так потряхивает. Нервы ни к черту.

Раньше бы я вышел на балкон и закурил. Чтоб хоть немного отпустило, хотя это скорее самообман.

Теперь нет. На кой черт Афине дышать дымом? Чувствовать запах табака от меня.

Перетерплю.

– Я готова. – подошла ко мне и, встав между моих разведенных ног, положила ладони на плечи.

– Отлично. – провел ладонями по округлым бёдрам и рывком поднялся с кресла. – Поехали. – поцеловал в кончик носа.

– Я уверена, что всё будет хорошо. Вот увидишь. – с мягкой интонацией произнесла Афина, когда мы уже сидя в машине, ехали в клинику.

– Так и будет. – с ощутимой надеждой согласился с её словами и вложил её ладонь в свою.

Ехали до самой клиники, не расцепляя рук.

На месте нас уже ожидали.

Афина безропотно выполняла все, о чем говорили врачи. Анализы, различные манипуляции. Осталось только УЗИ провести и всё. Ждать результаты.

– Ты как? Устала? – обнял Афину, пока стояли под дверью кабинета, ожидая когда вызовут.

Из рук её выпускать не хотелось. Нежная, трепетная.

Мне кажется с беременностью она даже поменялась что ли? Взгляд другой. Утонуть в нём можно. Что я, собственно, и делаю.

– Спать немного хочется. Но это привычное состояние. – отмахнулась с улыбкой. – Меня теперь постоянно клонит в сон.

Состроила смешное выражение лица. Сам невольно заулыбался.

– Сейчас закончим, заедем перекусим, а потом спать. – поцеловал её в висок, продолжая обнимать.

Руки сами тянулись. Я бы, наверное, вообще не не отпускал ни на минуту.

– Ооо, поесть я бы тоже не отказалась. – хмыкнула, обнимая в ответ.

Ещё бы. Из-за предстоящих анализов она не завтракала. Я с ней за компанию. Так что перекусить после клиники нужно будет обязательно. А то мне с моими загонами ещё не хватало Афину с ребенком голодом морить.

– Войницкая, проходите. – послышалось из-за двери кабинета и мы тут же вошли.

Ряд коротких вопросов, на которые Афина отвечала с легкостью. Я же слушал, впитывая абсолютно каждое её слово.

После, она заняла место на кушетке, задрав кофту и слегка приспустив брюки. Сел рядом с ней.

Наблюдал с какой-то жадностью за всеми манипуляциями.

Когда помещение наполнилось ритмичными и частыми звуками, посмотрел на врача.

– Сердцебиение в норме.

– Такое частое? – тут же задал вопрос.

– Так и должно быть. А вот и ваш малыш. – врач указала на монитор, а я к нему буквально прирос взглядом.

Черно-белая картинка. Не скажу, что для меня на ней все понятно, но у самого, наверное, сердце билось в том же частотном ритме, что и у ребенка.

Чувствовал, как пальцев касается рука Афины. Перевел на неё плывущий взгляд. А у неё глаза глаза на мокром месте. Крепче ладошку её сжал.

У самого в горле запершило.

Наверное, для нас обоих этот момент по-настоящему особенный и важный. И не только из-за сути обследования.

Афина до этого, переживала новость о беременности в одиночку. Я только сейчас по-настоящему, если можно так сказать, познакомился с ребенком.

И это очуметь как волнительно. Я не привык транслировать эмоции наружу, а сейчас они из меня буквально рвались.

– Ну что, молодые люди. Расширенная генетика будет готова через три дня. По УЗИ никаких вопросов нет, развитие в пределах нормы. Так что, пока не в жу причин для беспокойства. – стало ли мне легче после этих слов? Однозначно да. – А, и вот ещё что. Пол ребенка по крови определять будете или нет?

– А так можно? – тут же встрепенулась жена, салфеткой вытирая с кожи гель.

– Да, вполне. Срок позволяет.

Мы с Афиной переглянулись и все без слов понятно было.

– Да, будем. – произнёс, откашлявшись.

Врач сделал какие-то пометки, после чего, мы были свободны.

Какое-то время с Афиной просто молчали. Но оба улыбались.

– Я так рада, что ты все увидел. На первом УЗИ я об этом мечтала. Чтоб ты рядом был. – произнесла Афина уже на улице, когда мы стояли возле машины.

– Я теперь всегда буду. Можешь не сомневаться. Обещаю. – снова притянул её к сете и крепко обнял. Носом в волосы на макушке зарылся.

Никуда больше не отпущу. Даже если гнать будет.

Глава 30.1

Афина

– Может, посидите ещё? – предложила Марку, который приехал к нам с Миром вместе с Маруськой.

– Да нет, поедем. Завтра в клинику с утра. После, может, заскочу. – натянуто улыбнулся друг мужа.

Да он уже и мне друг.

Мир когда-то говорил, что его друзья – это практически семья. Теперь убедилась на собственной шкуре, что так оно и есть.

Марк нервничал. Это было очень очевидно и ощутимо. Завтра у него обследование, на котором ему скажут, возможна ли пересадка кожи или ещё рано.

Во время той аварии он сильно пострадал. Помимо многочисленных шрамов, были ещё и ожоги. Не только на теле, но в том числе и на лице. Не сильно, но всё же.

Для нас всех это не то, на что стоит обращать внимание. Но как он сказал когда-то:

– Не хочу чтоб дочь немного повзрослев, возможно, меня стеснялась. С такой-то рожей.

Он скорее отшучивался. Потому что из-за множественных спаек на коже, некоторые движения причиняли боль и дискомфорт. И это скорее вынужденная мера, нежели прихоть.

Ратмир, проводив друга и крестницу, вернулся ко мне на кухню.

– Сядь отдохни, я сам все уберу. – поцеловав меня в макушку и проведя носом вдоль шеи, усадил меня на диванчик на кухне.

А у меня мурашки по коже. И так всегда, когда он ко мне прикасается. Даже не знаю, что это.

То ли оттого, что мы на конец то вместе и я не могу им насытиться, то ли игра гормонов. Но я как спичка. Загораюсь рядом с ним молниеносно.

Мы постоянно касаемся друг друга. И это не обязательно крепкие объятия, хотя и они у нас не в дефиците. А даже лёгкие касания. Будто наверстать пытаемся. И это все настолько трепетно, что сердце в диком ритме заходится.

После того как я прошла полное обследование, Ратмир, кажется, окончательно выдохнул. С беременностью всё прекрасно.

Анализы, если не идеальные, то близки к этому показателю. Все более чем прекрасно. Хоть в космос.

Наше выстраданное счастье не несет под собой рисков и опасений. Больше нет.

Пока наблюдала за тем, как Ратмир наводит порядок на кухне, на телефон пришло сообщение.

Написал Саша, координатор нашего отряда.

Я к своему стыду, после новостей о беременности, уже не так активно принимаю участие в поисках. Теперь больше как инфорг, занимаюсь размещением информацией о потерянных людях в социальных сетях.

– Ты чего сникла? – Мир тут же уловил смену моего настроения.

С ним всегда так. Улавливает во мне малейшие изменения.

– Сашка написал. Собирают добровольцев на поиск восьмидесятилетнего дедушки. Потерялся в городе, но из-за деменции поиски осложнены.

Отряд – это то, чем я долгое время жила. Для меня они тоже своего рода семья. И да, я безумно скучаю по волонтёрству.

Но так же головой понимаю, что не стоит мне рисковать из-за беременности. Пока нужна пауза.

Поиски – это не всегда безопасно. Часто условия бывают экстремальными, где нужна выдержка и ресурсы собственного организма. Раньше меня ничего не останавливало. А сейчас будто барьер стоит.

Хотя, эти в городской среде, и можно было бы…

– Дай посмотреть. – вытерев руки о полотенце, Мир подошёл ко мне и взял телефон.

Внимательно вчитывался в сообщение моего координатора. Хмурился, пробегаясь взглядом по тексту.

Потом посмотрел на меня. Внимательно и будто вглубь меня.

– Напиши ему, что я сейчас подъеду и скинь мне всю инфу на телефон. – сказал более чем серьезно.

Поверить не могла в услышанное.

– Ты сейчас не шутишь? – смотрела на него во все глаза, подскочив с диванчика.

– Похоже, чтоб я шутил? Буду тебя подменять по возможности, пока вы растете. – произнёс, положив ладонь мне на живот.

Он стал едва заметным. Как будто небольшой бугорок внизу живота. Но если не знать, то и не заметишь, что беременна. Но мы-то знаем. Знаем и оберегаем.

Меня эмоции переполняли. Того гляди расплещутся через край.

После моих счастливых возгласов, Мир пошел собираться. А я, как он и просил, переслала ему всю информацию и предупредила Сашку.

Часто, в такие моменты, вспоминаю строчку из песни, посвященной одному из поисковых отрядов: найти того, кто заблудился, гораздо проще, чем найти того, кто захочет искать.*

Волонтеры нужны всегда. Каждый человек, принимающий участие в поиске, важен.

Поцеловав меня на прощание, Мир вышел из квартиры.

Без сомнений могу сказать, что у меня самый лучший в мире муж.

Я, несмотря на то, что дома удаленно следила за поисками, испытывала определеную степень беспокойства.

Запрещала себе волноваться и нервничать. Но чем больше времени проходило и муж не выходил на связь, тем сильнее я волновалась.

Щелчок замка от входной двери и я тут как тут.

Мир вернулся домой около полуночи. К тому моменту я уже знала, чем закончились поиски: найден-жив.

– Спасибо тебе. – уткнулась лбом в грудь мужа.

– Ну, нашла за что благодарить. Давай завязывай с такими эмоциональными качелями. – поглаживал меня по спине и чуть выше между лопаток. – Сейчас в душ схожу, расскажу тебе всё.

Мир быстро вернулся из ванной. Я только успела расстелить постель и забраться под одеяло. Ужинать муж отказался.

Несмотря на уставший вид, лёг ко мне и, прижав к груди, негромко рассказывал, как проходили поиски. А я слушала его затаив дыхание.

Ощущалось всё так, будто была там вместе с ним.

К тому моменту как Мир закончил, меня и вовсе распирало от радости. И гордости за мужа.

– Все равно спасибо. – чтобы он не говорил, а благодарить его есть за что.

Потянулась к его губам. Мир тут же считал мои действия, и поменяв положение, навис сверху.

Ещё мгновение, и его губы накрыли мои.

Целовал нежно и в тоже время требовательно.

– Моя девочка. – шептал севшим голосом, покрывая каждый участок моего тела коротким поцелуями.

– Люблю тебя. – отвечала, готовая расщепиться на атомы от остроты момента.

– Только от этого кончу сейчас. – усмехнулся Мир, качнув бёдрами. – Тоже люблю.

А меня снова на эмоциях подбрасывало. А ещё желанием захлёстывало с головой.

Глава 30.2

Афина

Буквально захлебывалась эмоциями, ощущая близость мужа.

Нависал сверху, опираясь на один локоть.

Раньше я вес его тела ощущала более отчетливо. Сейчас же он будто сам себя контролировал, борясь навредить и придавить.

Судя по всему, он мысль о моей беременности ни на секунду не выпускал из головы.

Клянусь, е ли бы он не целовал меня так, что воздух из груди вышибает, улыбнулась бы.

Но сейчас совсем не до улыбки было.

От того, как Мир меня ласкал, хотелось парить в облаках. Жадно, ненасытно и одновременно с этим, нежно и трепетно. Никогда бы не подумала, что так можно: совмещать не совместимое.

Меня откровенно потряхивало. С ним каждый раз как в первый. Эмоции зашкаливают.

– Я так люблю тебя. – судорожно шептала, практически не разрывая поцелуя.

Мне его всегда будет мало. Боже, как же я его люблю. И хочу.

– Я тебя тоже, малыш. – произнёс севшим голосом, прикусив меня за губу и оттягивая её зубами.

На секунду Ратмир отстранился, стягивая по моим ногам мокрые насквозь трусики.

Меня потряхивало.

Следом на пол отправилась моя майка.

Оттянув вниз резинку белых боксеров, Мир высвободил вздыбленный член. Провел по нему рукой, сжатой в кулак. Вверх. Вниз. Обнажая крупную, насыщенно розового цвета головку. Не отрывал от меня взгляда.

Моя грудь высоко вздымалась.

Смотрела на него, а у самой сердце из груди рвалось.

Мир провел пальцами по моей промежности, неотрывно следя за каждой моей эмоцией.

Выгнулась слегка в пояснице, чувствуя насколько возбуждена. Каждое его прикосновение, как разряд на двести двадцать.

Ловким движением, Ратмир поменял нас местами. Еще секунду назад я лежала на постели, а сейчас сидела на нём верхом.

Муж сминал мою чувствительную грудь с затвердевшими сосками. Уверенными движениями отлаживал талию и бедра. Сминал ягодицы.

А я, вперед ладони в его грудную клетку, скользила влажными складками вдоль члена.

Господи, да я ведь так кончить могу. Даже толком не успев начать.

– Охрененно красивая. – прожигал меня муж темным взглядом.

Затягивал в водоворот чувств, эмоций и ощущений.

Оперевшись коленями о матрас, приподнялась и направила член в себя. Крупная головка уперлась во вход.

Опустилась, слегка погружая в себя головку. Потом снова приподнялась, позволяя члену практически выскользнуть.

Снова слегка опустилась, вращая тазом.

Не знаю, кого больше дразнила: его или себя. Но отказать себе в этом не могла.

Нравилось видеть, как высоко вздымается грудь мужа, как тяжелеет дыхание, как сжимает челюсти до проступающих желваков.

Снова приподнялась и потом уверенно опустилась, принимая в себя всю немалую длину. Не без помощи Мира, который толкнулся бёдрами навстречу и сжал ладонями мои ягодицы, направляя на себя.

– Чертовка моя. Такими темпами меня на долго не хватит. – произнёс, когда я начала на нём двигаться.

– А мы потом ещё повторим. – склонившись к нему, провела кончиком языка по его губам.

Обхватив меня за затылок рукой, не позволил отстраниться. Врезался в мои губы требовательным поцелуем.

Как два обезумевших. Буквально пожирали друг друга, сплетаясь языками и изредка стукаясь зубами.

Двигала тазом, вжимаясь в его пах и насаживаясь на всю длину максимально глубоко.

Чувствовала как туго сжимаю его внутри себя. От чувства наполненности дурела.

Мой. Весь мой. А я вся его.

Темп увеличивался. Напор усиливался. Чувствовала, что уже близка к разрядке. Внизу живота скапливалось тягучее напряжение. Вот-вот и рванет.

Мир сам вколачивался бёдрами мне навстречу. Таранил снизу, пока я прыгала на нём верхом.

Ускоряясь, сбивалась с ритма. Ещё пара особенно глубоких движений и перед глазами россыпь из звёзд. Оргазм такой силы, что из груши рвались протяжные и громкие стоны.

Мир кончил следом за мной с глухим стоном. Изливался глубоко в меня. Наполнял собой до отказа.

Рухнула ему на грудь, пытаясь отдышаться.

Он всё ещё во мне, оставаясь твёрдым. Поглаживал пальцами вдоль позвонков.

А мне так хорошо с ним. От близости с ним. Как физической, так и душевной.

– Всё нормально? Не слишком? – спросил положив ладонь мне на живот, когда перелегла рядом с ним.

– В самый раз. – приподнявшись, поцеловала его в плечо.

Его беспокойство согревало. Он настолько открыт в своих эмоциях в такие моменты, что невозможно быть равнодушной и воспринимать как должное. Саму всю теплом наполняло.

Мир поцеловал в ответ и приподнялся на кровати. Пошарил рукой по полу, нащупал свои джинсы.

А я лежала и наблюдала за ним с улыбкой.

А потом почувствовала, как взял мою руку и надел на палец… кольцо?

Несколько секунд тишины и замешательства, прежде чем я включила ночник с приглушенным тёплыми светом.

– Что это? – уставилась на свою руку.

На безымянном пальце красовалось кольцо. Невероятно красивое с одиночным камнем.

Даже в таком освещении прекрасно видела, как переливается камень.

– Выйдешь за меня? – Ратмир смотрел на меня со всей серьезностью.

Улыбнулась краешком губ. Потом ещё чуть шире.

Мой, уже муж, делает мне предложение?

– Мы ведь и так женаты. – смотрела на него, а у самой наверняка глаза дурным огнём горели.

– Женаты. – медленно кивнул Мир. – Но изначально этот брак был фикцией.

Воспоминания волной окатили. Наша сумбурная роспись. Сдержанный и почти не выражающий эмоций Мир. Статус фиктивных супругов с подобием семьи у которой был срок годности. Всё это было. И всё это привело нас к тому, что имеем сейчас.

– Но ведь сейчас всё по настоящему. – произнесла сквозь мешающий в горле ком.

– Поэтому и предложение я делаю по настоящему. Пусть и с запозданием. Так что? Будешь моей женой без фикции, недомолвок, и так, чтоб на всю жизнь? М?

Снова нависнув надо мной, провел кончиком носа по моему.

А у меня отчего-то вдруг слёзы на глазах. Такие, которые от счастья.

– Ты ещё спрашиваешь? О большем и мечтать не могла. – почему-то произнесла практически шепотом.

– Тебе не нужно об этом мечтать. Я люблю тебя, Афина. До одури сильно. И поверь, ты от меня уже не отделаешься.

– И не подумаю отделываться. Ты мой космос, Мир.

Муж улыбнулся и нежно поцеловал в губы. Коротко, но до умопомрачения чувственно.

– Если хочешь, можем отпраздновать как полагается. С платьем, рестораном и гостями. – сказал, уложив мою голову себе на грудь.

– Не хочу. – произнесла сквозь смешок.

– Уверена? – в его голосе сквозило сомнение.

Да вот только я не сомневалась в том что говорю. Ни на йоту.

– Более чем. Для меня главное не праздник, а то что ты рядом. По настоящему. Без сроков и условностей.

– Никаких больше сроков. – ответил негромко, крепче прижимая к себе.

Эпилог

Афина

Сегодня мы с Миром приехали поздравить Маруську с днем рождения.

А я смотрю на неё и думаю о том, что скоро у нас с мужем тоже будет такая непоседливая кнопка.

Мы ждали дочку. Сначала узнали пол по анализу, уже немного позже подтвердили на УЗИ.

– Я попросила у папы собаку, как у Амелии, но папа сказал, что собаку подарит, когда я немного подрасту. – чуть ли не захлебываясь эмоциями, тараторила Маруська.

– Амелия – это твоя подружка в саду? – спросила её, поправляя съехавший бантик на одном из хвостиков.

– Нет, это наша с папой подружка. – ответила со всей важностью. – Она взрослая. И у неё такая классная собака. Она разрешает мне с ней играть, когда мы с папой приходим к ней в гости.

Мы с мужем переглянулись. Он судя по удивленному лицу, тоже впервые слышит о подружке Марка и Маруськи. Даже любопытно. Нужно будет потом попытать друга. Тихушник.

Но если в их с дочкой жизни появилась девушка и там все сложится, я только порадуюсь.

Ещё немного пощебетав, Маруська побежала к детям, которые во всю резвились на батутах.

Растерев поясницу, положила голову на плечо мужу.

– Ты как? Если тяжело, давай домой? – шепнул Ратмир.

А я пока не пойму, тяжело или нет. Вроде и нормально, но живот странно тянет в компании с поясницей.

У меня уже срок родов на днях стоит. Мы до последнего думали, ехать нам на праздник или нет. Но я не могла пропустить день рождения малышки. Так что решили всё же не на долго съездить.

– Да вроде терпимо пока. – ответила улыбнувшись.

Говорить о своих странных ощущениях пока не стала. Иначе Мир тут же наведет суеты.

Как оказалось, он та еще наседка. Чем больше у меня был срок, тем сильнее я ощущала себя хрустальной вазой. Не сама, а из-за отношения мужа.

Когда Мир сделал мне предложение во второй раз, я не хотела торжеств на широкий размах. Мы ведь и так уже женаты.

Но потом все же решили обозначить это событие. Перелеты мне не были противопоказаны. Поэтому, мы устроили скромную церемонию на берегу океана. Только я и он. Тихо, уютно и по своему интимно.

Несмотря на то, что я уже давно и полноправно владею всем причитающимся мне наследством, обратно в свой дом не вернулась.

Поняла вдруг, что мой дом там, где Мир. Слишком многое мне стало дорогим для сердца в его квартире, ставшей нашей.

Дядя так и не смог смириться с тем, что лишился всех благ, которые, по сути, не имели к нему никакого отношения.

Ну, за это в итоге и поплатился.

Помню свой шок и панику, когда нам сообщили, что дом моих родителей пострадал от пожара. Благо соседи быстро сориентировались и вызвали пожарную службу. Ремонт там мы сделали, но так и не переехали.

А позже, расследование показало, что это был поджог. Дело раскрыли быстро.

До какой же степени отчаяния дошел дядя, что своими руками полез его поджигать?

Как сказал Мир, что руководили моим дядей явно слабоумие и отвага. Тут я полностью согласна.

– Сейчас вернусь. Я до уборной. – сказала мужу и встала из-за стола.

Мир будто что-то чувствовал, и смотрел на меня с подозрением и беспокойством.

Я же, выдавила из себя улыбку. Хотя, если честно, сама начинала паниковать.

Стоило мне сделать пару шагов, как я резко остановилась.

Обернулась к мужу. У меня на лице все написано было. Зато Мир нахмурен.

А потом и на его лице отразилось неподдельное беспокойство. Виной тому, мокрое пятно на подоле моего платья. У меня отошли воды.

– Мир. – произнесла еле слышно.

Муж, не говоря ни слова, тут же оказался рядом и подхватил меня на руки.

– Не переживай. Все в порядке. Сейчас в клинику поедем. – говорил твердо и отрывисто.

А я чувствовала, как подрагивают его пальцы и как напряжено тело.

А меня и саму потряхивало. Мне казалось, морально я была на все сто готова к родам. Как же я, оказывается, заблуждалась.

Мир аккуратно усадил меня на сидение машины и бережно пристегнул.

– Вы куда? Случилось что-то? – послышался голос Марка.

– Да, рожаем. – ответил ему Ратмир и пожав руку, оббежал капот машины.

Марк легонько постучал по стеклу с моей стороны и показал мне поднятый вверх большой палец. Я натянуто улыбнулась.

После, Ратмир без промедлений сорвался с места.

– Как думаешь, всё хорошо пройдет? – чем ощутимее становились схватки, тем больше я нервничала.

– Всё пройдёт отлично. Не паникуй, Афина. Я всегда буду рядом. – ответил без запинки. – Думай о том, что совсем скоро мы возьмём на руки нашу дочь.

Об этом я мечтаю уже который месяц. Быть беременной мне нравилось и я не подгоняла время. Но родить поскорее хотелось именно из-за того, что мечтала взять на руки крошку. А так бы ходила и ходила с животиком.

– Интересно, на кого она больше похожа будет? – я часто представляла её. И всегда она виделась мне копией папочки.

– Скоро увидим. – Мир взял мою ладонь в свою и поднёс к лицу.

Не отрывая взгляда от дороги, прижался губами к тыльной стороне моей ладони. Сам при этом улыбался.

Знала, что нервничает и переживает. Но никогда этого не покажет.

После Карины, он окончательно расслабится, только когда дочь на руки возьмёт. Это я тоже понимаю.

Она исчезла из нашей жизни. Не донимала больше Мира. Насколько знаю, она лежала в рехабе и после, найдя новую работу, в страну больше не вернулась. И я этому рада. Пусть все прошлое останется в прошлом.

До клиники, где планировали рожать, доехали быстро. Там нас уже ожидали.

Если до этого момента мы с Ратмиром периодически спорили, будет он присутствовать на родах или нет, то сейчас я вцепилась в руку мужа мертвой хваткой и не планировала отпускать.

Мир и до этого, на протяжении беременности настаивал на том, что будет рядом. Я же противилась по личным убеждениям.

Сейчас же я только рада, что не остаюсь одна и меня будет поддерживать муж.

Дальше всё как в тумане. Схватки. Ратмир, массировавший мне поясницу. Его слова поддержки. Мои болезненные стоны. Суета врачей.

Мне казалось, прошла целая вечность, а на деле, роды были практически стремительными.

– Давай малышка, ещё немного. – Мир стоял позади меня и склонившись, говорил со мной, касаясь губами кожи. – Ты у меня такая умница.

Мне кажется, я ему уже все пальцы выломала. Но он терпел и даже бровью не повел.

Ещё одна потуга и родильное отделение наполнилось громким и пронзительным криком.

Смотрела на малышку, и слёзы из глаз. Мир смотрел на дочь с таким же выражением лица, как и я. Глаза поблескивают, на губах улыбка.

– Молодцы. Отлично справились. – положив дочь мне на грудь, сказала акушерка. – Без разрывов. Папа молодец, хорошо постарался и растянул.

Господи, лицо Мира нужно было видеть в этот момент. Он и смущение? Я запомню это навечно. Даже улыбку не сдержала.

Когда мы остались одни, Мир не отрывал взгляда от дочери. Смотрел на неё, как на главное сокровище. А она именно такой и была для нас.

Маленькая, с темным пушком волос на голове. Пальчики крошечные. Ротик открывает, морщится.

– Она прекрасна. – произнёс муж, немного откашлявшись.

Коснулся пальцем крошечной ладошки.

– Спасибо тебе. – произнесла и ощутила лёгкий поцелуй.

– Тебе спасибо. Что простила и подарила нам эту кроху. Люблю вас. – Мир всё так же безотрывно смотрел на дочь.

– А мы тебя. Папочка. – меня топило теплом, умиротворением и счастьем. С головой захлестывало.

Когда-то наша семья была со своим сроком годности. Временной. Фиктивной. А теперь она самая настоящая и в уже новом, расширенном составе. Теперь у нас любовь без срока годности. Навсегда.

Ратмир

Буквально заставил себя выйти из палаты, где спали Афина и Ангелина. Имя дочери мы выбрали практически сразу, как узнали пол.

Я бы и не уходил от них, но нужно съездить домой и привезти девчонкам вещи. Сумка для роддома осталась в квартире. Кто же думал, что мы с праздника сразу рожать уедем.

Я ни черту не сентиментальный. Во всяком случае, именно так думал до сегодняшнего дня. Но стоило взять дочь на руки, аккуратно прижать к груди, как меня затопило какими-то чувствами, которым даже не мог дать определение. Безграничная любовь, тепло, трепет.

Никогда не позволял себе плакать. Во всяком случае лет с тринадцати. А сегодня и эта установка дала сбой. Глаза щипало, в носу свербело.

Афина подарила мне не только семью, себя и дочь. Она подарила мне лучшую версию меня же.

Настолько целостно я не ощущал себя, кажется, никогда. Ураганом в мою жизнь ворвалась и научила жить. Научила любить.

Ради них я горы сверну, однозначно.

Курить давно бросил, но сейчас, выйдя на улицу, было желание затянуться. Перенервничал, хоть и транслировал внешне спокойствие. Но нет, бросил так бросил. Больше никакого никотина.

Увидел на стоянке машину друга. Марк и Маруська стояли на улице. Увидев меня, малая рванула навстречу.

– А правда у нас с твоей дочкой день рождения в один день? – щебетала, смотря на меня радостным взглядом.

– Правда. Ангелина родилась в твой день рождения. – усмехнулся, только сейчас поняв это.

Бывает же.

– Ну что, поздравляю вас, брат. – Марк сгребает меня в охапку и похлопал по спине.

– Спасибо. – а я до сих пор будто пришибленный.

Улыбка то и дело на прощается на пол лица.

– Афина как?

– Хорошо. Устала очень, но хорошо. Сейчас спят, а я за вещами поеду.

– Давай-давай, папашка. Будем ждать выписку, познакомимся с Войницкой Ангелиной Ратмировной.

Друг как никто другой понимал мои чувства. Он пусть и растил Маруську один с самого рождения, но явно получал от этого кайф. Теперь и у меня есть дочь.

– Договорились. С Маруськой знакомится приедете или ещё Амелию с собой прихватите. – сказал и посмотрел на него с прищуром.

– Маленький партизан доложил? – усмехнулся друг, скосив взгляд на Маруську. – Там пока сложно, не уверен.

Допытывать не стал. Сам расскажет, когда посчитает нужным.

Ну а я, попрощавшись с другом и крестницей, сел в тачку. Было одно желание, поскорее забрать вещи и вернуться обратно.

Здесь у меня сейчас целая вселенная, в лице двух очаровательных девчонок: жены и дочери.

Всё таки я чертовки везучий. Не иначе.

Бонус

Интервью с нашими героями

Афина

1. Сколько лет вы с Ратмиром в браке?

– Шесть с лишним лет. Скоро уже будет семь.

2. Ты счастлива?

– Более чем. Разве может быть иначе, когда рядом со мной такой мужчина? Не захочешь, все равно счастливой сделает. У него это мастерски получается. (Растянув губы в улыбке, отвела в сторону смущенный взгляд)

3. Кем ты видишь себя через десять лет?

– Счастливой мамой и женой. Ну и не теряю веры в то, что между декретами все же смогу полноценно поработать по профессии.

4. Между декретами? И сколько их?

– Первый с Ангелиной. Ей уже шесть лет. Второй декрет с Артёмом. Ему три. Ну и через пять месяцев будет третий. Пол не знаем, так что кого ждём на этот раз, пока загадка.

5. Ого. Плодотворно вы подошли к улучшению демографии в стране. А как складываются дела с волонтерской деятельностью?

– Сложно. Сама я уже не занимаюсь поисками напрямую, разве только как инфорг. Мне на смену пришел муж и его друг Марк. Если есть время, они на подхвате. Как-то так.

6. А что насчет образования? Ты ведь брала академ?

– Да, было дело. Но я доучилась в перерыве между первым и вторым ребенком.

7. Сложно было? Разница между детьми маленькая.

– Нет, не сложно. Если бы не помощь мужа, то да, было бы сложнее. А так, справились на ура. Ратмир, пока дети были совсем маленькими, работал по возможности удаленно. Я скорее была незаменима только как передвижная молочная кухня. В остальном, муж наравне со мной, купал, переодевал, укладывал и подскакивал ночами.

8. Ну тогда неудивительно, что и за третьим пошли. Или это не предел?

– Не хочу загадывать. Но всё возможно. В общем, время покажет. Надо для начала этого малыша родить. (Положила ладонь на едва заметный животик)

9. А что с наследством?

– Оно есть. Фирма функционирует и приносит прибыль. С недвижимостью? Недвижимость тоже на месте. В дом, в котором я выросла мы приезжаем как на дачу, если можно так сказать. Полноценно живём в новой квартире, которую купил Мир, четыре года назад. В любом случае, всё что есть, рано или поздно достанется детям. Так что не пропадет. А в остальном, все потребности семьи полностью обеспечивает муж. (Произнесла не без гордости)

10. Какими тремя прилагательными ты могла бы охарактеризовать Ратмира?

– Надёжный. Лучший. Любимый.

Ратмир

1. Какие у тебя планы на жизнь?

Да ничего особенного, если честно. Растить детей, любить жену. Обеспечивать их и защищать. Базовые планы.

2. Когда вы с Афиной и детьми в последний раз были в отпуске? И были ли вообще? Если да, то где?

Четыре месяца назад в Греции.

3. Как отдохнули?

Отлично отдохнули. Улетели вчетвером, возвращались уже впятером. (Усмехнулся и приподнял уголок губ)

4. Какой импульсивный поступок ты совершал в жизни, который оказался в последствии правильным?

Женился. Мне кажется, это очевидно. Изначально я не предполагал, что фиктивный брак заключенный в спешке, обернется реальным и крепким союзом. Мне однозначно повезло.

5. Если бы ты мог отмотать время вспять, поменял бы что-то?

Нет. Разве что не морозился от Афины как было вначале, а сразу бы окольцевал её как надо. Ну дурак был, что уж теперь.

6. Ты как-то поменялся внутренне и снаружи, после того как встретил Афину?

– А на заметно? (Иронично приподнял бровь). Во многом поменялся. Когда есть ради кого становиться лучше, этих изменений зачастую не замечаешь в процессе. На мне ответственность за семью, за их спокойствие и комфорт. Но если раньше я был просто трудоголиком, то сейчас приходится лавировать между работой и домом. Хотя домой жуть как тянет постоянно. Стал проявлять больше эмоций. Но не для всех, разумеется. Только для семьи. Да Афина вообще что-то такое из меня вытянула на поверхность, о чем я и сам не догадывался.

7. Ты считаешь себя счастливым человеком?

Конечно. У меня всё для этого есть: жена, дети и даже собака, которую выпросила дочь на день рождения. Моя семья – моё счастье.

8. Какими тремя прилагательными ты можешь охарактеризовать жену?

Любима. Красивая. Нежная. Заботливая. Добрая. Умная. Мудрая. Смелая. Ласковая. Ответственная. Любящая. На самом деле я ещё долго могу накидывать характеристики Афины. Но главное, что она моя и со мной.