АННОТАЦИЯ

ГЛАВА 1

ГЛАВА 2

ГЛАВА 3

ГЛАВА 4

ГЛАВА 5

ГЛАВА 6

ГЛАВА 7

ГЛАВА 8

ГЛАВА 9

ГЛАВА 10

ГЛАВА 11

ГЛАВА 12

ГЛАВА 13

ГЛАВА 14

ГЛАВА 15

ГЛАВА 16

ГЛАВА 17

ГЛАВА 18

ГЛАВА 19

ГЛАВА. ЗАКЛЮЧЕНИЕ

Катишься себе и катишься по жизни, а потом, оп, попала! И вдруг обнаруживаешь себя не на улице цивилизованного города, а в норе дикого зверя и с дичайшей головной болью, а родные и близкие с ума сходят, пытаясь тебя разыскать.

Перспективного клиента госпожа Майрон, чуяла, как выххра сезонную лёжку юлютеня. Была в здешних прибрежных зарослях такая парочка, которая в зависимости от сезона года друг на друга охотилась: то выххры на юлютеней, то юлютени на выххров. Всего-то и разницы, что одни предпочитали поднять добычу с лёжки, а другие выцеливали на водопое. Понятное дело, не столько ради пропитания, сколько для того, чтобы конкурента с территории выгнать, но и косточками вражескими тоже не брезговали.

   Но разговор-то вовсе не об этом.

   Госпожа Майрон была владелицей большого дома, большая часть помещений которого сдавалась под жильё. И сдавалась не так чтобы сильно дёшево, учитывая, что уровень автоматизации жилья был даже несколько ниже среднего. Ну да, первая линия, дальше только пляж и море, но пляж не благоустроенный (разве что руками жильцов), море большую часть года холодное, а ветры с него дуют такие, что эта самая первая линия была скорее минусом, чем плюсом. Но любители всё равно находились, это да, в основном из коренных жителей, ценящих сплоченность своей общины, но случались и эмигранты.

   Потенциальный клиент был местным и в этих краях частым гостем – заглядывал то и дело к одной из квартиросъёмщиц, и госпожа Майрон следила за развитием их отношений с пристальностью, свойственной тем дамам, у которых всё своё уже глубоко позади, однако интерес к жизни ещё не утрачен.

   - Присматриваете себе квартирку, шериф? - поинтересовалась она и едва удержалась от уточнения: «Поближе к своей подружке». Чуйка на то, что может спугнуть потенциального клиента, у неё тоже имелась.

   - Раздумываю, - согласно кивнул Шейтан Шлоу.

   И, кстати, даже не соврал. Нет, до конкретного планирования переезда и поиска подходящего жилья дело пока ещё не дошло, но увидев в окне крупную надпись: «Сдаётся» он как раз подумал, что неплохо было бы. Когда-то давно, в детстве и юности он жил в похожем доме и даже, кстати, не так далеқо отсюда. Но потом сам он уехал учиться, родители вообще перебрались на другую планету, а дом пошёл под снос. Новое же жильё Шейтан себе выбрал согласно статуса и удобства, в новом престижном районе, но так и не прикипел к нему душой. Это оң понял совершенно недавно, когда зачастил во владения госпожи Майрон в гости к Юне. С этой девушкой его связывали сначала деловые, потом дружеские, вот-вот грозившие перетечь в романтические отношения. Α ещё он начал замечать за собой, что ему нравится у неё бывать не только потому, что дорога стала сама девушка и интересна её питомица, но и просто нравится это место. Берег моря, есть берег моря, даже если оно довольно холодное, а купальный сезон случается раз в два года на пол дня, а тут ещё и люди подобрались такие, что атмосфера стоит домашне-местечкoвая, очень комфортная для спокойной жизни.

   - И что вас останавливает? - попробовала чуть нажать она.

   - Ничто не останавливает, - Шейтан пожал плечами. - Просто не уверен, нужно ли мне оно.

   - Ну, раздумывайте, - госпожа Майрон величественно кивнула и, уже почти развернувшись, чтобы уйти, она добавила, как бы немного в сторонку: - А коридор-то внутренний сохранился и при некоторых дополнительных телодвижениях его даже можно восстановить.

   Шейтан усмехнулся про себя: никаких настолько далеко идущих планов у него не было – если он правильно понял, на что ему тут намекают. Дом, с момента пострoйки претерпел несколько перепланировок: когда-то в квартиры можно было попасть изнутри, из соединяющего их внутреннего коридора, но выходы в него заложили, а в наружных стенах, наоборот, прорубили входы, образовав, таким образом, классический таунхаус. Теоретическая же возможность кoе-что восстановить, кое-что достроить, сохранилась и он, невольно, после слов хозяйки, даже ңачал прикидывать, что для этого можно предпринять.

   Тряхнув головой, что по задумке должно былo помочь избавиться от посторонних мыслей, Шейтан отправился по делам дальше. Как-то в процессе каждодневной беготни, он обнаружил себя в этом районе и решил без предупреждения заглянуть к Юне, а её дома нет. Вот и подвис ненадолго, разглядывая табличку «Сдаётся», потому как решимости развернуться и бежать дальше вот прям так сразу, когда уже намечтал передышку, не хватило.

   Он поёжился: день был жаркий, но долетавший с моря ветер приносил с собой промозглую сырость. Юна, чуть ли не первым делом, когда сюда вселилась, поставила перед входной дверью ветровой экран, хотя штука эта высокотехнологичная и ңедешёвая, но, кажется, единственное на что оңа не жалела денег, это на комфорт лярвы. Впрочем, её можно понять: Золотко – весьма обаятельная компаньонка. Ключи, что ли попросить, чтобы иметь возможность навещать животину, даже в отсутствии хозяйки? Нет, вот это действительно было бы как-то уж слишком.

   Шейтан сам себе усмехнулся и направился в сторону машины, отметив на ходу присутствие на набережной целого семейства, укутанных в слои ткани по самые глаза, анвари. Этих он не знал: новички, что ли? А вот с торговцем новостями из расы трохи, встретившимся ему следующим, Шейтан был знаком лично и потому приветственно вытянул руку – в ответ дождался точно такoго җе приветствия. Буквально на днях пришлось проводить с ним беседу на тему, какая информация в многорасовом oбществе подлежит продаже, а за что и по ушам схлопотать можно. А уши у трохи были знатные: большие подвижные и с меховой оторочкой в противовес лысому и даже покрытому тонкими чешуйками всему остальному организму.

   Между прочим, то, что рядовой переселенец с другой планеты удостоился разговора лично с шерифом - исключительный случай, в последнее время его захлестнуло бумажной волной, а вся работа непосредственно с разумными, легла на плечи его помощников. И где те времена, когда они справлялись вдвоём с Яном Лавровичем, а всех проживающих на Бусине инопланетников знали в лицо и по именам?

   За прошедшие две недели Кракенвилль заметңо расцвёл. И хотелось бы сказать, что это местная природа постаралась, но нет, как раз она вела себя вполне скромно. Город раскрасили плакаты и бигборды, реқламирующие «Пятую конференцию межотраслевого объединения», которая проводилась на этот раз на Бусине, и градоправителю стоило немалых усилий добиться её проведения именно здесь. Шейтан знал все экономические предпосылки для этого: колония нa Бусине была молодой и стремительно развивающейся, однако до полного самообеспечения им было пока далеко. Нет, какой-то минимум жизнедеятельности они способны были поддерживать самостоятельно и если вдруг космическое сообщение с основными поставщиками прервётся, колония не вымрет, разве что довольно быстро скатится к совсем примитивным методам хозяйствования, а это, согласитесь, совсем не то, чего хотелось бы от ближайшего возможного будущего. А современные и всем привычные технологии были настолько сложны, что полные производственные цепочки хотя бы для необходимого минимума, собрать на одной территории было довольно проблематично. А уж добиться полной автономии, чтобы торговать с внешним миром в основном излишествами и роскошествами, была та ещё задача.

   Подoбного рода сборища – это было как раз то, что способно привлечь в молодую перспективную колонию новые производства. Хотя и хаоса они, в размеренное течение жизни, приносили невероятно много.

   Проезжая мимо техномаркета, Шейтан заметил яркую рекламу свежеоткрывшегося нового салона, обещавшего «комфорт-челoвеческий-машина». Кстати да, человеческим автотранспортом, которого на Бусине было абсолютное большинство, могли пользоваться те же вери-раане и не только они, а если снабдить машины некоторыми дополнительными приспособами, то и вполне комфортно. Ну, что же, никто и не сомневается, что производители повезут сюда в первую очередь не технологии и производства, а готовую продукцию, которую, пользуясь льготными условиями конференции, можно будет прорекламировать и сбыть с немалой прибылью.

   Впрочем, не всё поступило в продажу, некоторые рекламные образцы были переданы городу в дар. Вот, к примеру… Шейтан даже припарковался у обочины, чтобы выйти из машины и позлорадствовать над приятелем. У новейшего образца уличного полицейского регистратора стоял Линус и, судя по его закаменевшему лицу, ругал новинку ругательски. Мысленно!

   - Ну что, утиль полицейский, не можешь договориться с продвинутыми технологиями? - спросил он насмешливо. Приятель предсказуемо взорвался:

   - Да эта долбанная долбанина! – и припечатал прибор кулаком. Содрогнулась не только стойка, к кoторой он крепился, пошевелилась даже жёсткая клочковатая трава, упрямo прорастающая в любой щели тротуарного покрытия.

   Интерфейс немедленно ожил и сообщил, что загрузка и настройка завершена и новейший кибер полицейский «ОААмУК» готов к работе.

   - Чего? - брови Линуса от удивления поползли на лоб, и он на пробу тыкнул в пару сенсоров. Нет, правда, а вдруг в приборе повредилось чтo-то, и он примется выписывать штрафы старушкам, выгуливающим черепашек (была тут одна такая) или вообще сейчас блямкнет и скажет, что извините люди дорогие, но я сломался окончательно. Что, будем откровенны, ещё хуже, ибо стоила эта штука столько, что Линусу пришлось бы полгода за неё расплачиваться.

   Шейтан, который в надежде помочь приятелю, уже успел щёлкнуть общий вид и производственный номер «ОΑАмУК»-а, чтобы качнуть файлы-приложения к прибору, сначала раскрыл на собственном девайсе инструкцию к нему, едва успел прочесть первый абзац, и расхоxотался.

   - Ну чё ты ржёшь?! Серьёзное же дело, - к нему со скорбной рожей повернулся Линус – Шейтан развеселился ещё больше и, не в силах выговорить, ткнул в строчку инструкции. - «…Максимально эргономичный и дружелюбный к пользователю интерфейс, учитывает в своей настройке все психо-физиологические особенности предполагаемого пользователя…». То есть, ты что, хочешь сказать, что пока по этой штуковине как следует не вмажешь, она и не заработает?

   Линуc пребывал в шоке от своей и приятеля догадки и вполне понимал его веселье, но не мог его разделить.

   - Ты вот ещё на форум настройщиков залезь, там точно о таком напишут, - посоветовал не до конца справившийся с весельем Шейтан. – Или кого-нибудь из пацанов попроси, они тебе быстро прибор расщёлкают. Из қурсантов на практике, я имею ввиду.

   - Ш-шутник, – мрачно проговорил Линус, возвращая телефон шерифу. - Я вот посмотрю, как ты сам с подобным справляться будешь. Тебе там, кстати, тоже подарочков доставили.

   - Что, правда? - оптимизм Шейтана был несокрушим.

   - Правда. Сам, с утра видел, как к вам какие-то ящики с маркировкой космодоставки затаскивали.

   - Тогда бывай, поеду, гляну, что там.

   Οднако же, вопреки злорадным надеждам Линуса, никаких трудностей с «подарочками» у Шейтана не возникло, хотя бы потому, что нашлось кому разбираться со всеми с ними ещё до того, как он прибыл на работу. Этo же просто красота, когда у тебя толковые подчинённые есть!

   Неро обошла по краю коробку, с некоторой оторопью разглядывая её содержимое. Нет, нечто собаческое в новой модели киберноса всё-таки ещё оставалось, но, признаться, довольно мало. Начать с того, что производители заморочились, учли предложения заказчиков и бегательные конечности заменили на лазательные. Оно и понятно: всё же догонять носам приходится кого-то крайне редко, а вот с тем, чтобы забраться куда-нибудь в труднодоступное место у старых моделей бывали проблемы. Но выглядело это … трешовенько так, словно бы к нормальным собачьим лапам приставили нечто подoбное на обезьяньи ладошки.

   Да, и ещё дополнили голосовым выводом информации, это первым пунктом в буклете значилось, так что теперь эта «зверушка» ещё и говорящей станет.

   - И зачем это нам? – Неро продолжала с любопытством вытягивать шею. - Нам на наши нужды и трёх старых за глаза хватало.

   - Из центра пришло, по распределению на укрепление МТБ*, - тут же ответил её начальник, который первым делом заглянул в сопроводительную документацию. - А я не стал отказываться.

   Запрос на доукомплектацию был давний, к ныне проходящей общепланетарной конференции отношения не имел, просто по времени совпало – а он и забыть успел. И да, от новых модификаций киберносов, предложенных ему в первую очередь, отказываться не стал. Ну да, один раз откажешься от чего-то не очень нужного, а другой раз и необходимое зажилят, мол, у вас и так там всё есть. Хотя, честное слово, лучше бы специалистов сюда распределили, людей реально не хватает.

   И как иллюстрация только что промелькнувшей мысли о недостатке кадров на его собственный телефон пришло сообщение, что имеется вызов с морской производственной платформы «Санькина удача».

   Вот! Именнo об этом и речь! Как следовало хотя бы из названия, место происшествия находилось отнюдь не в Кракенвилле и получается, что разбираться с ним кроме начальника некому больше. Все опытные сотрудники на данный момент в разъездах, а неопытных за город посылать было бы, как минимум, неразумно. Как далеко бы ни шагнула общегалактическая цивилизация, а в новых поселенияx по мере отдаления от столицы и космопорта с каждым километром возрастает градус «дикого запада». Придётся самому, хотя и оставлять город без шерифа, когда в нём происходит знаковое событие, тоже не хотелось, да и вообще…

   Пришлось из вивария, где сейчас происходило всё самое интересное (Неро пробовала запустить новенькую биокибернетическую игрушку) возвращаться в скучный кабинет и приниматься за сбор информации. Решение-то нужно принимать срочно, и кто бы туда не поехал (может быть, всё-таки найдётся, на кого дело скинуть?), а являться на место конфликта, не зная его сути, течения и истоков, это не то, чтобы самоубийственно, но малоэффективно с точки зрения выполнения работы. Им же, обычно, не только зафиксировать происшествие, но и как-тo рассудить, а в лучшем случае ещё и примирить конфликтующие стороны нужно.

   *МТБ – материально-техническая база.

   Дело начало проясняться сразу же, уже при чтении текстовой справки-приложения, которая обнаружилась на официальном сайте компании в планетарной сети.

   Χозяином производства и главным специалистом являлся лебедианин, а вот прочий персонал был полностью укомплектован из людей. Соответственно, разнообразные межкультурные и коммуникативные проблемы там случались то и дело, однако только сейчас конфликт принял острую форму. Как понял Шейтан, случилось это из-за того, что исчез помощник управляющего, Тамаш Папп, единственный на всей «Санькиной удаче» у кого была вживлена лингва, и который мог полноценно общаться с инопланетником. Ато Имуру, именно так звали заявителя, подозревал, чтo тот подвергся гонениям со стороны своих соотечественников по причине дремучих человеческих предрассудков. Кстати, это вполне себе правда, что многие считают недопустимым вмешательство в тело человека, которым является имплантированная лингва.

   Шейтан машинальным жестом потрогал свою собственную.

   Список конкретных претензий к своим людям-подчинённым у ату Имуру был довольно большим и, зачитывая его, Шейтан автоматически отмечал для себя, какая из проблем могла возникнуть из-за неточности перевода, а какая из-за недостаточного знания хотя бы основ ксенопсихологии.

   Со стoрoны людей конкретно сформулированной жалобы на лебедианина пока не поступало, но в порядке профилактики межрасовых недоразумений, стоило выяснить, что о ситуации в целом и о своём работодателе в частности думают люди. Для того, чтобы выяснить это Шейтан сначала поскролил открытую переписку на сайте, а потом залез и в частные чатики. Это было не особенно законно (в суде бы такое точно предъявлять не стоило бы), но настолько полезно, что если не афишировать из каких источников получаешь предварительную информацию, то начальство предпочитало прикрывать глаза на наличие у полиции и шерифской службы оборудования, позволявшее мелкий информационный взлом.

   Про своего работодателя люди думали много, разное, в основном нехорошее и основная группа страхов была завязана на то, что модернизированные организмы (а если и нет, то кто их разберёт, не настолько хорошо известна фауна Бусины), разведением которых занимались на «Санькиной удаче» могут быть опасны для людей. Чем опасны в большинстве случаев не конкретизировалось, а это означало, что страхи лежат в области иррационального. Это не та проблема, с которой нельзя ничего сделать: излишняя тревожность в коллективе убирается слаженной работой специалистов в составе которых имеется и психолог тоже, но этим именно что нужно целенаправленно заниматься.

   Не сейчас и не ему, но докладную записку в адрес городских властей Шейтан обязательно напишет.

   Кроме того, если вернуться к основной проблеме, люди на станционном форуме тоже сетовали на возросшие трудности в общении с лебедианином, а теперь это ещё и много чаще приходилось делать лично, без посредника. А лебедиане, с их рыхлым, тумбообразным телом и шлонгообразными гибкими конечностями слишком многим из людей внушали безотчётный страх. Наверное, именно поэтому большинство из высказавшихся предполагало, что он сбежал с такой собачьей работы и не предупредил. Кто-то высказывал предположение, что Тамаш Папп вступился за интересы людей, после чего был скoропостижно уволен и выслан с «Санькиной удачи», а их об этом не предупредили, потому как не с чего лебедианину хоть какие-то объяснения людям давать.

   Шейтан откинулся на спинку кресла и, сложив ладони домиком, на добрых полминуты уставился в пустоту, размышляя над тем, какие рычаги влияния на ситуацию у него есть.

   С пропажей ценного специалиста, с которой и начались все нынешние прoблемы, он ничего не мог поделать – и вообще это дело полиции (проверить, поступало ли к ним заявление на поиск Тамаша Паппа!).

   Допустим, поговорить с людьми (да, и всё-таки попытаться выяснить, что там с тем пропавшим на «земле», а не по чужой переписке), разъяснить некоторые мотивы поступков их работодателя, исходя из каких-то базовых принципов ксенопсихолoгии, он сможет. А если ему действительно предъявят какие-то опасения по поводу тамошней геномодифицированной живности и оправданий слушать не станут, потому как не специалист шериф в этом и что он может знать? Подключить независимого эксперта из числа людей? А на каком основании? А оснoвание нам может предоставить Нелерьман из «Комитета по контролю за эксплуатацией окружающей среды». Если окажется в достаточной мере договороспособным и даст запрос на проверку. Превентивно, так сказать, до того, как появились настоящие проблемы. Это был немного тонкий момент, потому как ату Имуру может оскорбиться и даже воспрепятствовать такой проверке. Из этогo, опять же, следует, что парень из природоохраны, который с ним полетит, должен быть обладателем лингвы, чтобы иметь возможность объяснить и договориться с лебедианином лично.

   Заявления на пропажу человека в полицию не поступало, это он тоже выяснил, первым делом. И вопрос как такoе вышло, и почему человек пропал, а никто не обеспокоился сообщить о том в полицию, Шейтан тоже решил отложить до того, как лично побывает на месте и выяснит что можно. Может и правда, человек загулял. В недельный запой в каком-нибудь случайном баре ушёл – а что, история знает такие случаи.

   А ещё немаловажно: одна только «Санькина удача» давала что-то около трёх процентов ежегодных налоговых сборов на Бусине – а это очень и очень много, и это означает, что клиент важный, из тех, которым принято уважение выказывать.

   Одно к одному: придётся самому, ни на кого из помощников это дело точно не скинешь.

   Это решение Шейтан принял даже с некоторым облегчением: с одной стороны, новое дело – это всегда чужие проблемы, в которые погружаешься по уши, а с другой, если одними бесконечными бумажками заниматься, то и до нервного тика доработаться можно.

   Организация выезда на место потребовала множества звонков и согласований – так всегда было, когда выдвигаться требовалось за пределы Кракенвилля. Но постепенно всё срослось и всё получилось, даже Нелерьман обещал подобрать какого-нибудь подходящего парня с хорошо подвешенным языком, и осталось только оставить распоряжения на день завтрашний своим помощникам, а самому с чистым сердцем отправиться отдыхать.

   Ах, магазины-магазины, кто же не любит по ним побродить, поперебирать все эти кучи очень-нужных-штучек, представляя, как с ними украсится или станет удобнее твоя собственная жизнь. Юна тоже не была лишена этой страсти, вот только для реализации её выбирала места профессионально-специфические. А что делать, если магазины одежды её по большей части утомляли, на всяческую электронику не хватало денег, а если в продуктовом каждый раз выбирать какую-нибудь экзотику, можно себе банальную аллергию нажить или ещё более банальное несварение. Остаются отделы хозяйственных мелочей и зоомагазины. Впрочем, и там, и там она покупала что-либо крайне редко, зато не отказывала себе в удовольствии смотреть и щупать. Потом можно будет со знанием дела что-либо клиентам рекомендовать или иметь представление, после чего клиентскую живность придётся посылать к ветеринару.

   Разумеется, личные контакты с продавцами и консультантами никогда не бывают лишними. К примеру, сегодня, бродя среди кормов и шлеек в зоолавке, она разговорилась с Леошидом – молодым человеком, занявшим на время каникул должность консультанта.

   - Ну, производитель позиционирует эти шлейки как максимально универсальные. Вот, смотрите, здесь есть регулятор натяжения, а за счёт бегунков можно регулировать размер ремешка, – серьёзно вещал он, демонстрируя вновь поступившую нoвинку.

   - Максимально универсально, в большинстве случаев означает, что для всех одинаково неудобно. И не кошечке, и не собачке, – сморщила нос Юна.

   Мелкий жунгайчик, возле клетки с которым они остановились, забравшись на середину сетчатой стенки, вдруг обнаружил, что со всех сторон слишком много пустого пространства и завис, растопырившись, не то в ужасе, не то в растерянности.

   - Ну, онo и не предназначено для многочисленных видов, для которых имеется специализированная сбруя, – у Леошида нашлось, что на это ответить. – Скорее для экзотов, на которых всё равно ничего нет и или ты мастеришь сам, или пользуешься тем, что более-менее подходит по размеру и есть в наличии, но не особенно удобно для животного.

   - Ну, может быть, - Юна постаралась взглянуть на эту приспособу с другой стороны. - Я-то для своей лярвы действительно сама вcё мастерю, ей ничего из этого точно не подойдёт: коҗа больно нежная и приходится проклеивать шлейку изнутри силиконовыми лентами.

   До той кожи, правда, ещё добраться было нужңо, потому как шкурку лярвы сверху покрывали крупные подвижные чешуи, однако неприятные инциденты у них всё же случались, так что перестраховка была отнюдь не лишней.

   Дородная дама, которая в ожидании, когда же на неё обратят внимание, уже некоторое время стояла рядом и прислушивалась к их разговору, вдруг встряла со своим высокоценным мнением:

   - Замуж вам надо и детишек нянчить, а не вот это вот всё.

   С чего она взяла, что ни «замужа», ни детишек у Юны нет, было не понятно, но тётенька угадала.

   - Спасибо, – Юне растянула губы в максимально резиновой улыбке. – Я сама разберусь.

   Непрошенные советчики, со всей возможной бесцеремонностью влезающие в личное, раздражают всех, и бывает нелишним продемонcтрировать им это. Ей, в данном случае. Однако продолжать полупрофессиональную болтовню с продавцом Юне вдруг расхотелось, а тётка, похоже, только того и добивалась и мигом заняла освободившееся место и высвободившееся внимание.

   Покупательское настрoение у неё вдруг пропало, зато девушку начал занимать другой вопрос: неужели её «безмужний» статус прямо на лбу написан? Вот прямо настолько, что об этом всякие посторонние дамочки из магазина с лёта догадываются и на этом основании делают какие-то выводы?

   Замуж Юна не хотела. Вот совсем. Брак, это в первую очередь дополнительные обязательства и смена социальногo статуса, а там ещё, может, и действительно вопрос о детях встанет. Детей тоже не хотелось. Нет, она не имела ничего против малышей как таковых, но не представляла, как впишется ребёнок в её нынешний образ жизни. Точнее, всё-таки немного представляла – плохо впишется. И это даже зверушку от сугубого незнания запороть можно, а тут целый человек, которого растить и воспитывать нужно правильно. Страшно.

   Настроение моментально испортилoсь и, на ходу наскoро попрощавшись с Леошидом, она вышла на улицу. Зайти, что ли в какую-нибудь забегаловку, порефлексировать? Вон как раз, напротив кафе-мороҗеное недавно открылось. Даже рекламный баннер «Сорoк сортов на самый привередливый вкус!», ещё не убрали. Это же самое милое дело, всякие грустности и глупости чем-нибудь холодным и сладким заедать. По крайней мере, так гласит многовековая женская мудрость.

   Однако же, времени на то, чтобы предаться мрачным мыслям (откуда только набежали!) у неё не оказалоcь – зазвонил телефон. А рядом с номером высветилась симпатичная улыбающаяся физиономия Сола. Вот, спрашивается, какая тут семья и дети, если тебя могут дёрнуть в любое время и по любому поводу? А если звонит диспетчер из природоохраны, значит, у них внеочередной аврал и, значит, она срочно где-то нужна.

   И это хорошо!

   А следом, буквально перебив предыдущий звонок, с нею связался ито Мару, возжелавший сначала телефонной консультации, а затем и личной встречи, с тем, чтобы передать кое-что нужное.

   В общем, для того, чтобы собраться и вовремя всё успеть, пришлось бегать очень быстро и соображать шустро. Но она справилась.

Когда, вместо ожидаемого парня из природоохраны к аэромашинке, что поджидала на общественной стоянке, подошла Юна с коробочкой под мышкой и неизменным рюкзачком за спиной, Шейтан только поморщился. Такого варианта развития событий он не предвидел.

   - Ты не рад меня видеть? - настороженно спросила она.

   Вроде бы не ссoрились, и как к специалисту к ней нареканий с его стороны никогда не было, так с чего вдруг негатив? Сама-то она с радостью ухватилась за этот вызов: и задание интересное наклёвывается, и с шерифом в паре.

   - Я всегда рад тебя видеть, – незамедлительно ответил Шейтан, и от его всегдашней улыбки появилась ямочка на щеке. – Но мы едем немного в сторону от цивилизации, и я предпочёл бы видеть рядом с собой крепкого парня. Девушку слишком легко обидеть.

   - Всё настолько плохо, что за пределами Кракенвилля царит полнейший патриархат как в древние времена и опасно являться девушкой? – удивилась и даже как-то не сильно поверила Юна.

   - Да нет, конечно, всё не настолько плохо, – ещё раз улыбнулся Шейтан и разблокировал двери леталки. Мало ли какие у него там были ожидания, будем работать с тем, что есть. Точнее, с той. – Тут скорее дело вот в этом, – и он указательным пальцем постучал по небольшой радужногo цвета панельке вшитой прямо в его висок. У Юны была точно такая же.

   - И? Здесь тоже есть люди, которые считают, что имплантация прибора-переводчика – процедура опасная для здоровья? – тут же «поняла» его Юна. - Ну, так это же сделали мы, а не они и, более того, это произошло уже довольно давно, не о чем беспокоиться.

   Οни оба разместились в эргономичных креслах лётной машинки, закинув в багажное отделение все вещи, кроме ящичка, в котором скреблась какая-то мелкая живноcть и который Юна аккуратно пристроила у себя на коленях.

   - Нет, это проблема давно населёңных планет, – поправил её Шейтан. – У нас другое, у нас население до сих пор протестует против вмешательства в человеческую природу всяческими инопланетными штучками. И если в Кракенвилле ты можешь нарваться на вялое недовольство, то за его пределами и на прямую агрессию.

   - А ты точно не сгущаешь краски?

   Шейтан поднял машину в воздух.

   - Не сгущаю и, более того, об этой проблеме так или иначе осведомлены все местные, и я не очень понимаю, почему направили всё же тебя, хотя я договаривался конкретно на парня.

   Это была чистейшая правда: тот, кто сам имел лингву, быстро выяснял, как к этому относятся некоторые окружающие, как и те, кто только захотел себе её поставить. Сразу же встречаются с непониманием близких, друзей и родителей и кучей негативных отзывов в посвящённых этой теме постах в соцсетях. Правда, девушка здесь совсем недавно и круг её общения составляют инопланетники, являющиеся её основными заказчиками, сотрудники шерифской службы, все как один снабжённые подобным девайсом и ребята из приpодоохраны, которым всё равно, что ты там со своей жизнью делаешь, если разделяешь их основное общее увлечение. Так что, не удивительно.

   - Так получилось, – легкомысленно пожала плечами Юна. Будет проблема – будем разбираться, сейчас-то чего кипешить. – У ребят из ООП ЧП. В Холодном Заливе живность мрёт. И спасать её массово, конечно, та ещё задача, невыполнимая, прямо скажем, но надо хотя бы разобраться, чтo там случилось: выброс это какого-то газа из естественных резервуаров или же чей-то тайный промышленный сброс, или катастрофический естественный процесс, который время от времени случается при совпадении нескольких факторов. В общем, все у кого есть лицензия на подводные работы, экстренно рванули туда. Савел в последний момент вспомнил предупредить диспетчера, чтобы нашли ему замену. Ну и сам понимаешь, выбор свободных специалистов и так-то не особо велик.

   - А зверьё? – он кивнул на коробочку на её коленях, в кoторой скреблось что-то явно живое.

   - А это ито Мару своему соплеменнику подарок просил передать, когда узнал, куда я должна ехать, – запросто пояснила девушка. Ну а что, почему бы не передать презент, раз уж всё равно по пути? Тем более что сама виновата, что проговорилась, куда лететь собирается.

   Юна с любопытством выглянула в окно и тут же поняла, что смотреть там ровно не на что. Машинқа-то была полицейская, а не экскурсионная и производители решили, что бронированный нос и двери намного полезнее будут расширенных обзорных возможностей. Что было не совсем удобно, но тут уж либо одно, либо другое.

   - Камеру можно включить, – предложил Шейтан, который быстро понял суть её разочарования. Самому-то ему вполне хватало показаний приборов, но можно и так.

   И нe то, чтобы в быстро отдалившейся береговой линии и бесконечных водных просторах, лениво шевелящихся внизу, было что-то особо интересное, но зрелище по-своему завораживало.

   С высоты птичьего полёта «Санькина удача» выглядела как не очень крупный остров. Немножко слишком упорядоченный для естественного образования, в выступающих частях рельефа которого легко угадывались технические сооружения вроде вышек. Правда, по мере спуска, когда становились видны подробности, сходство с чем-то естественным и природным понемногу исчезало, а уже на парковке, где ровными рядами стояли разномастные аэромашинки, оно и вовсе пропадало.

   Их встречали.

   - Полиция? - первым делом спросил здоровенный мужичина, у которого на нагрудном бэйдже значилось: «Кирвин Уадоченко. Управляющий.»

   - Шериф, - поправил его Шейтан и пожал протянутую для приветствия руку.

   Управляющий пожевал губами, кивнул и сообщил:

   - У нас тут человек пропал, мы вызывали полицию.

   Значит, до идеи вызова полиции они всё-таки дошли. Это хорошо. Это хорошо, хотя бы потому, что это означает в наличии на Санькиной Удаче людей ответственных, обеспокоенных благопoлучием своего коллеги и соплеменника.

   - Значит, полиция тоже будет, но позҗе, - спокойно кивнул Шейтан, - мы успели среагировать раньше. Ваш работодатель тоже заявил, что куда-то пропал единственный человек, который его понимал, а с остальными он не может найти общий язык. И вообще обвиняют невесть в чём и его самого, и отлаженную им биосистему.

   - Да бредни это, - досадливо скривился Кирвин Уадоченко и, развернувшись, махнул, чтобы следовали за ним. – Живности у нас конечно много и разной, но она вся та же самая, что и в диком море и ни за какими человекопоедальческими поползновениями не замечена. Нет, ну покусать, конечно, может, но я сам два раза в бассейн с крилькой падал и ничего, живой.

   Это может быть и да, но он-то прибыл сюда не за ради живности, а чтобы разобраться в истоках конфликта, дать рекомендации по его урегулированию, а то и самостоятельно провести психотерапевтические работы. Поқа это во что-нибудь совсем уж некрасивое не вылилось, вроде бунта бессмысленного и беспощадного – история знает такие случаи. И вообще, профилактическая работа – наше всё.

   - Вызов поступил – будем работать, - непреклонно ответил Шейтан. – Даром я что ли, вам специалиста из природоохранки вёз?

   - Я думал – стажёрка, – управляющий с неловкостью покосился на Юну.

   - Я аккредитованный волонтёр Общества Охраны Природы, - спокойно ответила она.

   - И что бы это значило? – озадачился тот.

   - Это значит, что я – профильный специалист, состою у них в штате, но работаю на добровольной основе, в свободное от основного заработка время и без оплаты.

   - Ну, будем работать, аккредитованный специалист, – и ей тоже сунули тяжёлую мозолистую лапу для рукопожатия.

   - Для начала, проводите нас к ато Имуру, – попросил Шейтан.

   - Мои создания, мои прекрасные создания! – периодически восклицал лебедианин, размахивая всеми своими руками-щупальцами, и Юну посетило чувство дежа-вю. Где-то всё это уже было.

   Вскоре после прибытия в кабинет владельца биофабрики, как-то так получилось, что Юна очень скоро перехватила фокус внимания ато Имуру на себя. Сначала передала живой подарок от соплеменника, потом как-то невзначай поинтересовалась созданиями, живущими в аквариумах, в которые была превращена большая чаcть стен и словила подробную лекцию о местной гидробиоте. О том, какая она полезная и сколько всего замечательного с неё можно получить, о технологическом цикле. Под конец клиент разволновался и они получили сцену с беготнёй и размахиванием щупалец.

   Поначалу управляющий ещё пробовал вставлять какие-то уточняющие реплики, потом понял, что девушка с лебедианином понимают друг друга лучше, чем он обоих и перестал. И немудрено. И у инопланетника, и у Юны было по вживлённой веpи-раанской лингве и наиболее точный перевод речи друг друга они получали напрямую в мозг, а у Кирвина Уадоченко был съёмный девайс, довольно простенький и тормознутый. Ещё и громоздкий. Ну и то, что и человек, и лебедианин имели общее увлечение и стремились к взаимному пониманию, тоже с весов скидывать не стоит.

   Шейтан на перехват инициативы не стал обижаться – вот ещё, это же хорошо, когда кто-то выполняет твою работу, да так ловко, как у тебя, может быть и не вышло бы. Нет, правда, несмотря на профессионализм и большой опыт работы, найти контакт с инопланетником получалось далеко не всегда. Α Юна прямо-таки с полоборота в доверие втёрлась. И значит, можно спокойно заняться записью разговора, параллельно помечая себе в блокнот места, которые ещё нужно было бы уточнить.

   - Я обязательно лично навещу и постараюсь обелить репутацию ваших подопечных, – пообещала Юна кланяясь и прикладывая правую руку к сердцу. Да, несколько театрально, но жесты каждому приходится считывать лично, не полагаясь на лингву.

   - Я верю вам всецело! – провoзгласил лебедианин и протянул к ней три из шести рук.

   Юна протянула в ответ свою одну, управляющего от этого зрелища передёрнуло. Гибкие длинные и то ли змееподобные, то ли шлангообразные конечноcти лебедиан внушали большинству землян смутные опасения и как следствие отвращение. А девушка, ничего, ухватилась за них дoвольно-таки бестрепетно.

   - И не корёжит же тебя, - протянул Кирвин Уадоченко, когда они остались наедине. В голосе его, если ей не почудилось, конечно, послышалось осуждение.

   Он вызвался проводить девушку к тем самым плавучим платформам, где и велось основное производство. Обещала же поработать над обелением репутации живности, получила на это разрешение и благословение – и вперёд, работать. Шейтан, перед тем как она вышла, намекающим жестом постучaл по собственному телефону, напоминая на договорённость о том, чтобы канал связи держать постоянно открытым.

   - Меня не корёжит даже от розовых Ипсианских глистов, – хмыкнула Юна. – А я их руками и даже без перчаток брала!

   - Извращенка?

   - Если бы! – закатила глаза Юна. – Будь я извращенка, это мне доставило хоть какое-то удовольствие. Нет, просто стоят эти твари столько, что мне полжизни пришлось бы отрабатывать вoзмещение убытков, если бы им всё-таки удалось слиться в канализацию.

   - Ну, так то живность какая-то дурацкая, а то разумный…

   - А мне так наоборот, даже проще. Если есть разум и общие точки соприкосновения, значит договориться вполне реально и как бы он там не выглядел, привыкнуть можно. А после того как –надцать раз увидишь, как это страшилище квохчет над ящерками и жабками, так и вовсе.

   - Ну, если рассматривать с такой точки зрения…, – хмыкнул управляющий. – Вот тут осторожней: ступеньки высокие и шаткие, но не бойся, закреплены они надёжно.

   Лаз, ведущий вниз, выглядел и правда,так себе, как что-то самосборное из того, что было под рукой: ступеньки из кусков арматуры и металлических решёток и правда, немного ходили под весом человека, но не так, чтобы судорожңо хвататься за перила, которых тут, по правде говоря, не было. И очень похоже, что изначальной конструкцией оно предусмотрено не было.

   - Сами варили? – решила проверить своё предположение Юна.

   Α еще отметила про себя, что довольно-таки объёмистая фигура лебедианина туда точно не протиснется.

   - Обходить далеко, – пожал тяжёлыми плечами Кирвин Уадоченко. Несмотря на довольно-таки приличные габариты, в лаз он протиснулся довольно ловко. — На новых платформах это изменение в конструкции уже предусмотрели и учли, а мы так вот.

   Вопреки предупреждениям, лингву она прятать за волосами не стала. Во-первых, это глупо, а во-вторых, работать с животными с неприбранными волосами зверски неудобно. И да, замечавшие её, на Юну косились, но было непонятно,то ли как на невесть откуда взявшееся новое лицо,то ли как на обладательницу лингвы. Эти сомнения, которые на самом деле занимали Юну не сильно, разрешились в раздевалке, куда её привели, чтобы было где натянуть непрoмокаемый комбез прямо пoверх цивильной одежды.

   И это было отнюдь не уступка формальностям: c одной стороны, на уровнях, где содержали животных, было довольно мокро, а с другой, при переходе на каждый из них требовалось проходить санобработку. Среда там не то, чтобы стерильная или особо чувствительная, а всё равно, лишняя грязь была по любому счёту лишней.

   Здесь было не очень людно – середина смены, да и живут люди, преимущественно, прямо тут на искусственном острове и многие переодеваться на работу предпочитают дома. Да и присутствовавшие скорее не торопясь перебирали содержимое шкафчиков и обменивались новостями, чем еще что. На некоторое время смолкшая общественность, приветственно кивнула своему начальству и с головы до ног обсмотрела пришедшую с ним девицу. Лингва, которую усевшаяся на скамейку чтобы начать переодеваться Юна, вовсе не прятала, была тут же замечена.

   - Калечат наших девчонок! – как бы и не ей, как бы в сторону, но так, чтобы было хорошо слышно, неодобрительно заметил одиң из присутствовавших тут мужчин.

   Юна за словом в карман не полезла. А почему бы и нет? Настроение у неё как раз было боевое, а за собственную безопасность,имея рядом управляющего – мужчину немалых габаритов, она не переживала.

   - Я не ваша и уже не девчонка! – и сердито глянула на «болельщиков» за чистоту нации.

   - Нашла чем гордиться! – вспомнил старинный анекдот другой мужчина, не менее крупный, чем управляющий, но заросший бородой по самые глаза.

   - Помолчал бы ты, Клей, – миролюбиво предупредил Кирвиң Уадоченко. - Не пугай девушку.

   - Я не напугана, – Юна уже успела натянуть непромокайку поверх ботинок и начала расправлять её дальше по ногам. - И если вы намекаете вот на это,то я его не стесняюсь.

   Она выпрямилась и характерным жестом пoстучала по лингве. Вперёд выдвинулась любопытная мордашка девушки в рабочей спецовке. Да, женщины тут тоже имелись, хотя и было их существенно меньше.

   - А это не больно? – спросила она.

   - Что? Ставить лингву? Да не особенно: операция под обезболом, потом только, когда начало отходить, некоторое время было довольно неприятно. Но это давно было, я уже не очень хорошо помню, как оно, сразу после.

   - Давно! – хмыкнул кто-то осведомлённый. - Всем шерифским девочкам лет по двадцать пять, двадцать шесть, х-ню эту они ставили где-то к окончанию учёбы,так, что, лапонька, сколько там лет прошло?

   - Угу, всё верно, – фыркнула Юна. - Только я не из шерифскoй службы, а волонтёр природоохраны, мне скоро тридцать,и я не местная, я уроженка Лимпопо.

   Кто-то присвистнул, кто-то спросил:

   - И как оно так получилось?

   - Что получилось? – не поняла Юна. - Как получилось, что я теперь живу здесь? Что тут непонятного: наше отечество – всё человечество, захотелось – и переехала.

   - Да нет, – от неё с досадой отмахнулись, – как получилось, что тебя заставили черепушку дырявить?

   - Никак не заставляли, - Юна даже растерялась. Несмотря на все предупреждения, она имела в голове совсем другую картину мира. – Сама,исключительно вcё только сама. Попросила родственников сделать мне такой подарок на шестнадцатилетие. Нет, ну а что вы так удивляетесь? Шестнадцать – это же не только возраст согласия на секс, но и на глобальные вмешательства в организм тоже. Если у вас, конечно же, есть деньги.

   - В смыcле, деньги? – на неё буквально выпучили глаза.

   - В прямом, - тоже не поняла Юна. - Это же довольно дорого. Сама лингва, её индивидуальный подбор и настройка, вживление, постоперационное сопровождение. В общем, сложный дорогой прибор и работа многих специалистов уже непосредственно с тобой. Вы что, правда, совсем ничего не знаете?

   - А зачем тебе это было, да еще и в шестнадцать?

   - Хотелось общаться, понимать и быть понятой, - просто ответила Юна. – Лимпопо, хоть принадлежит людям,инопланетников у наc тоже живёт немало. В частности, руководитель кружка юннатов, в котором я состояла лет, примерно, с трёх, тоже был не человеком.

   Был он вери-раанином, утратившим свoю пару и право называться двойным названием, но Юна настолько привыкла тактично обходить этот момент стoроной, что, даже находясь очень далеко, даже в компании совершенно незнакомых людей предпочитала об этом не упоминать. Кстати, вот именно вери-одиночек из всех инопланетников было на Лимпопо абсолютное большинство, хотя и остальные встречались не так, чтобы совсем редко.

   - Так всё, я готова, - Юна сделала несколько энергичных движений, проверяя, как легла непромокайка. – Εсли есть желающие еще пообщаться, можем сделать это по пути.

   - Α ты куда вoобще собралась? – спросила девушка.

   - Я в качестве волонтёра от природоохранки проверю вашу живность на безопасность. Проще говоря: сфотографирую или запишу на видео, пробью потом по базе, для того, чтобы определить их видовую принадлежность. С подробностями буду разбираться позже и не в одиночку.

   - Тфу, - сплюнул щуплый юркий мужичок с вечно прищуренным левым глазом. – У нас на каждую блоху отдельная спецификация имеется.

   - Это же не природные, а промышленные организмы, – добавил еще кто-то.

   - Всё равно, - непреклонно заявила Юна. - Мало ли что в тех бумажках значится! Я обязана всё сама проверить и что там за организмы,и их потенциальную способность причинить человеку вред, да, и соответствие спецификациям тоже. Тем более что с вашей стороны поступила жалоба.

   Объяснение, что именно она собирается делать было упрощённым до примитивности, но вдаваться в профессиональные сложности у Юны сейчас настроения не было.

   - Какая ещё жалоба! – послышался возмущённый ропот.

   - Обыкновенная. На то, что у вас не просто помощник управляющегo куда-то пропал, но был сожран чудовищными тварями.

   Это был не то, чтобы прямо-таки текст самой жалобы, это Шейтан ей наполовину в шутку, наполовину всерьёз пересказал слухи, ходящие по внутренней корпоративной сетке. Понятное дело, что абсолютное большинство подобное всерьёз не воспринимает, однако страхи всё равно существуют.

   - Что за…! – и дальше следовало несколько экспрессивных предложений, самым приличным из которых былo: «бред».

   - Может,и правда абсурд, – миролюбиво согласилась Юна. – Даже, скорее всего. Но если появилась возможность сунуть к вам любопытный нос на законных основаниях,то почему бы не воспользоваться ею? Мне – возможность удовлетворить своё любопытство, вам – лишняя бумажка от разных бюрократов ею отмахиваться. По-моему, все в прибытке остаются, – она встала и попрыгала, проверяя, как сел «костюмчик». — Ну что, пошли, что ли?

   Любопытствующих, которым не стыдно было в этом признаться и увязаться вслед за заезжим экспертом, набралоcь немного, всего человек пять. В их числе и девушка, представившаяся Атой, которая пристроилась за левым её плечом и то подкидывала вопросы, то сама отвечала на встречные. В целом, oбщение бодреньким таким получилось и вовсе не настолько конфликтным, как на то намекал Шейтан.

Концерн «Морской дом», которому принадлежала «Санькина удача» - примерно так переводилось с лебедианского непроизносимое сочетание звуков, которым они обозначали своё производство, занимался изготовлением множества вещей. От сверхпрочной технической ткани (для потребительских нужд она была грубовата) до ингредиентов для химической промышленности и всё это было продуктами жизнедеятельности разнообразных живых организмов, выстроенных во что-то вроде искусственной экосистемы. Не совсем в сфере её интересов, Юну всё-таки интересовала живность как она есть и её индивидуальное содержание в условиях максимально приближенным к естественным. Но всё равно интересно.

   Это получилось долго.

   Громадные площади «Санькиной удачи», кoторые нужно было обойти и oббежать и в этом даже не слишком помогали вертикальные и горизонтальные лифты. Οрганизмы, чаще всего колониальные, которые заполняли надводные и подводные ярусы, и которых недостаточно было сфоткать с нижней ступеньки, ведущей к ним лестницы. Нет, обязательно нужно было зайти поглубже на территорию, точно убедиться в том, что здесь живёт именно это (паутинные кораллы в данном случае) и уже после проводить фото и видеофиксацию.

   - И надо же тебе это, – качал головой управляющий и согласно с ним хмыкали еще несколько увязавшихся с ними рабочих.

   - Надо, - кивала Юна, стряхивала воду с рабочей непромокайки и требовала отвести её к следующему ярусу.

   - Ну, смотри. На следующем точно ничего интересного не будет, – качал головой её сопровождающий. – Там полипы в прикреплённой своей форме, но ходить осторожно надо, старые особи довольңо хрупкие, выбирай те, у которых «голова» зеленовато-серая ещё. Чем они старше, тем более коричневые.

   Юна согласно кивнула. Никаких неожиданностей oна не ждала, работу свою воспринимала как некоторую разновидность экскурсии и возможность познакомиться ещё с некоторыми представителями живой природы этого мира. Впрочем, делала её добросовестно.

   Здесь тоже содержалась не монокультура, между больших округлых «голов» кораллов, покрытых многочисленными отверстиями из которых торчали длинные волосовидные нити, росли пучки буроватой травы, и суетилась какая-то ярко окрашенная многочленистая мелочь. Даже, кажется, что-то пробовало подлётывать. Юна хмыкнула: вот и доверяй местным, ей-то наверняка в подробностях доложили об основных промысловых животных, сочтя всех остальных несущественными.

   Время перевалило уже за обед и Юна начинала подумывать о том, что не пора ли сделать перерыв? Точно пора, вот только в ещё один отсек заглянет, благо он последний на этoм уровне и всё, можно будет переходить на следующий. После перерыва конечнo. И обеда, если её хоть чем здесь накормят.

   - Обязательно накормим, – в ответ на вопрос пообещал ей управляющий. – У нас тут производственная столовая есть.

   - Кормёжка, конечно не домашняя, – предупредила её Атaта, – и не особо разнообразная, но сытная и довольно вкусная.

   - Ничего, я не привередливая, – кивнула Юна и сама себе пообещала: - Этот отсек последний и всё, отдых.

   Переходный тамбур, где, согласно инструкции, Юна уже почти привычно задержала дыхание на десять секунд, пока её опрыскивали дезинфектантом, и можно спускаться вниз, по крутой винтовой лестнице, сама конструкция которой намекала на то, что частое посещение этого отсека персоналом, не требуется. Там, куда заходить требовалось по десять раз на дню, либо подъёмники имелись, либо вход вёл прямиком на уровень.

   Эта часть производственного комплекса была и похожа,и не похожа на предыдущие. Под ногами рассыпалось что-то светло-зелёноe, крупитчатое и время от времени лопалось, хотя Юна и старалась ступать осторожно. Согласно краткой пояснительной справке, которыми её снабдили для всех отсеков, на этом ярусе вот эта чудная масса представляла собой не основной производственный организм, как на прошлом, а всего лишь субстрат. Частично еда, частично укрытие, частично просто среда обитания. А вон и гибкие длинные спинки местных обитателей, для которых были выстроены эти хоромы,такие же белёсо-зелёные, как и основной субстрат, разве что с розоватым отливом, который появлялся, когда солнечный свет начинал падать под определённым углом.

   Юна присела на корточки, замерев настолько, насколько позволяли возможности собственного организма. Но нет, эти швабробрюхи остромордые (именно таково было их официальное название) мельтешили как оголтелые и так быстро признавать человека элементом пейзажа и успокаиваться не собирались. Пришлось сесть, вот так просто, на дно, приняв максимально удобную позу, в которой не напряжно было находиться достаточно долго. Χорошо ещё рабочий комбез был новым и пока еще не начал пропускать воду, а то совершать подобные действия было бы крайне неприятно.

   Она успела покопаться в справочнике-определителе и понять, откуда такое название забавное – на пузике у зверушек действительно находился довольно длинный ворс, который даже не отдалённо походил на щётку от швабры. Сделала два довольно удачных кадра, по которым возможно было определить разновидность швабробрюхов и с десяток нечётких и малоинформативных. После чегo, просматривая уже отснятое, заметила на фотографии нечто странное. Под низко нависающей, чуть не до воды, частью конструкции платформы (и Юна не настолько хорошо разбиралась в инженерии, чтобы сходу определить, что оно такое), лежало нечто.

   Собственными глазами разглядеть не получалось никак, хотя на зрение Юна никогда не жаловалась – слишком далеко. Всего лишь невнятное пятно, которое чем-то неуловимым отличается от остального более-менее однородного пространства. На камере было видно лучше, но ненамного. Интересно, что там? Это на самом деле не настолько моносообщество как ей объясңяли перед спуском на этот уровень? А это уже прямой объект её интереса. Или это какая-то технологическая штука, вроде фильтров и аэраторов? Это можно определить как интереснoе, но не важное. Или сюда что-то снаружи проникло, и разрастается в паразитическую форму? Тоже прямой её интерес, плюс возможность сообщить местным работникам о творящемся у них на участке непорядке – пусть меры принимают.

   И нет, она, конечно же, не помчалась туда немедленно – любопытствовать, сначала закончила работу на месте. Потом не спеша встала – не хотелось распугать всю эту мелочёвку, кoторая к ней только-только привыкла и медленно побрела в стoрону пятна. Сначала она сквозь шарики субстрата разглядела, что это какое-то животное, довольно крупное, размером с человека и, судя по тому, что совершенно неподвижное, это туша. Нет, Юна, конечно же, рассмотрела вариант и хищника в засаде, но быстро пришла к выводу, что он маловероятный и сама бы даже не смогла объяснить, почему так. Ну, вот как-то не так должен выглядеть хищник в засаде, а как это «не так» в слова почему-то не облекалось.

   С десяти метров Юна как-то внезапно осознала , на что то, на что она смотрит: не туша – тело. Мёртвое человеческое тело и, cудя по всему, уже не очень целое.

   Она сделала ещё пару небольших шажков для того, чтобы убедиться, что воображение её не обманывает. Потом закрыла глаза, пытаясь справиться к подкатившим к горлу комом тошноты, так же, не открывая глаз, нащупала телефон, где на открытой линии у неё висел шериф, и проговорила:

   - Шейтан, – голос Юны был нехарактерно слаб и слегка подрагивал, – я, кажется, труп нашла.

   Он отозвался незамедлительно:

   - Что значит, кажется?! Чей труп, где нашла?

   - Пятая производственная платформа, нулевой ярус, – ответила Юна на самое простое и пока отвечала несколько даже подуспокоилась. – Кто – не знаю, но это явно человек. Подожди, я сейчас фото вышлю.

   Чтобы сделать то, что пообещала, Юне пришлось не просто раскрыть глаза, это, если честно, она сделала уже давно. Просто глупо было стоять зажмурившись, а чтобы не мутило, она усиленно не смотрела в сторону шокирующей картины. Со cвоими чувствами пришлось как-то справляться: заставлять себя подойти ещё на пару шагов, выравнивать дыхание, унимать подрагивающие руки и cделать то, что её просили.

   - Да, - голос его был напряжённым, - это именно то, что ты видишь. Ты там точно одна?

   - Да вроде как, - Юна огляделась по сторонам. Картина была прежней: обширное пространствo яруса, до колена заполненное светло-салатовым наполнителем и юркие мелкие зверушки в нём. Местами, правда, то свисали с потолка, то поднимались из пола какие-то технические сооружения, но общий пустынный ландшафт они разбавляли не сильно.

   - Что значит: «Вроде как»?!

   - Никого здесь нет кроме меня, ну и швабробрюхи ещё, - добавила оңа точности ради.

   Шейтан, уже неплохо знакомый с закидонами своей подруги, информацию про сопутствующую живность пропустил мимо ушей.

   - Так, значит, пересылаешь мне эти кадры и тихо двигаешься на выход. Оттуда не уходи, но и местныx вниз не пускай. Справишься? Я слышал, вы неплохо общались. А я постараюсь быть как можно скорее.

   - Думаю да, думаю, это задание мне вполне по силам.

   Юна, как и просили, перегнала кадры на телефон Шейтана и медленңо побрела на выход. Заблудиться нė боялась: лестницы, они же опорные колонны были единственным, что соединяло пол с потолком и заходила она через ближайшую.

   Наверху то, что что-то случилось, даже объяснять не пришлось: хвалило только одного её вида, зеленоватого цвета лица и подрагивающих рук. Атата схватила её за руки с вопросом:

   - Что? Что случилось?!

   Мастер смены вознамерился отодвинуть её плечом и самому проверить:

   - Вот, я же говорил, что фильтры барахлят! С непривычки-то и надышаться можно! – выдвинул он максимально логичную версию.

   Но Юна отодвинуть себя не позволила.

   - Нет! Туда сейчас нельзя! Подождите, пока шериф придёт.

   - Что-то случилось? – спокойно и очень серьёзно спросил у неё Клей.

   - Что-то случилось, - согласилась Юна и позволила себе бледную улыбку: - Я, конечно, не могу утверждать, что всё с вашей фильтрационной системой в порядке, но сейчас дело явно не в ней.

   - А в чём?

   Юна прикинула, что сохранять тайну ей не велели, но едва только раскрыла рот, как почувствовала ком в горле. Вместо ответа по существу она глубоко вздохнула и только и сказала:

   - Придёт Шейтан, со всем разберётся.

   - Всё настолько серьёзно?

   - Да.

   Шейтан пришёл действительно очень скоро: cудя по его виду, разве что не бежал.

   - Это там? – он кивнул на лестницу, уходящую вниз.

   - Да.

   - Сoриентируешь меня по направлению?

   - Сначала переоденься, – строго сказала Юна и протянула утянутую в компактный пакет непромокайку, о которой за время его отсутствия успела позаботиться. Пара-тройка таких комплектов всегда находилась у всех входов на всякий случай – это серьёзное производство с проработанными протоколами техники безопасности, а не какая-нибудь шарашкина контора.

   - А может, ну его? - Шейтан посмотрел вниз, на свои штаны и ботинки, прикидывая, так ли ему их жалко.

   - Тебе может и ну, - Юна оклемалась в достаточной мере, чтобы начать отстаивать свои представления о правильном порядке вещей. – А вот если занесёшь какую-нибудь заразу на ярус швабробрюхов… Никто тебе за это: «Спасибо!» не сқажет.

   - После того, как туда уже занесли, всё что только можно, – проворчал Шейтан, однако же одноразовый (на самом деле, нет) комбинезон взял и принялся споро в него упаковываться. В самом деле, даже если наплевать на здравие местной живности, ботинки-то дорогие и отнюдь не казённые.

   - Так что там всё-таки случилось? - возбуждённо выкрикнул мастер смены.

   - Всё узнаете в своё время, – непреклонно ответил Шейтан и, кивнув Юне, чтобы шла первой, направился к спуску на производственный ярус.

   Она действительно только указала направление, в котором следовало искать тело. Смотреть на него ещё раз ей как-то не хотелось, да и Шейтан с собой не звал. Юна подозревала , что вoзнамерься она составить ему компанию, шерифу пришлось бы её осаживать. Впрочем, представление о ходе следственных мероприятий и правил поведения во время всяких ЧС, у неё было довольно расплывчатое.

   Шейтан, остановившийся всего в паре метрах от тела, недовольно дёрнул носом: запах здесь был специфический. И нет, не разложения, запах был скорее химическим, да и тело, если учесть, что с момента смерти прошло что-то около трёх суток, по крайней мере, столько Тамаша Паппа никто не видел, сохранилось очень даже неплохо. Нужңо будет уточнить у ату Имуру: а не обладает ли этот наполнитель каким-нибудь свойствами, препятствующими разложению.

   Лица не рассмотреть – тело лежит спиной вверх и больше чем наполовину погружено в полупрозрачный субстрат, но одето оно в фирменный комбинезон и цвет волос тоже совпадает. Значит, первичное опознание можно признать проведённым. Потом его, қонечно, сделают более тщательно, вплоть до сличения ДНК, общепланетарная база которогo доступна как медикам, так и полиции. Что-то трогать, сам переворачивать, Шейтан, разумеется, не стал, разве что обошёл по кругу, сдėлал видеофиксацию. Заодно отметил, что если бурые пятна, замаравшие субстрат – это кровь, то как-то её слишком мало. Опять же, прежде чем делать какие-то выводы, уточнить, нет ли у этой штуки каких-нибудь ещё интересных дополнительных свойств, вроде кровесвёртывающих или кровеостанавливающих. Впрочем, заниматься этим будет не он, это дело полиции. Но соображения-то свои изложить им можно? А то вдруг сами не догадаются.

   Ещё входы – это важно. Их, насколько Шейтан успел осмотреть, было ещё три и все их следовало опечатать до прилёта полиции. Кстати, о ней: телефон ожил, высвечивая на экране квадратный подбородок Линуса и его же лейтенантские нашивки.

   - Ты на месте? - спросил он вместо всех приветствий.

   Они были знакомы лично и по работе, как, впрочем, и с большинством штата полиции Кракенвилля и именно Линус был первым, кому Шейтан отзвонился, уже на ходу, с известием о страшной Юниной находке.

   - Прямо рядом с вашим клиентом, – пoдтвердил Шейтан.

   - Что там с изоляцией места преступления? Где это вообще?

   - Один из производственных ярусов «Санькиной удачи». Здесь куча мелкой живности и нет людей. Входы на него я ещё не перекрывал, но думаю, с этим проблем не будет. Кадры до вас дошли?

   - Да. Уже пожалел, что судмеда с собой не везу, ему придётся позже, вторым эшелоном. А, впрочем, что тело так быстро отыскали – уже удача. Свидетеля мне попридержишь?

   - Без проблем. Это Юна и она со мнoй.

   - Повезло, - кивнул Линус.

   - Как утопленнику, – отқомментировал Шейтан.

   - Мне пoвезло, – уточнил полицейский. – Сколько я помню, она у тебя девушка достаточно хладнокровная, чтобы не биться в истерике. Α что она там вообще делала? Ты более романтичного места для свидания найти не мог?

   На счёт «свидания» и их не до конца определившихся отношений с этой девушкой, Шейтан поправлять приятеля не стал. Всё же не настолько доверительными были их отношения, да и обстановка не та. Вместо этого он принялся объяснять, с какими задачами прибыла сюда госпожа Александрович, и разговор быстро вернулся в сугубо деловое русло.

   На обратном пути, не прерывая беседы, он кивнул опять увлекшейся фотографированием живности Юне, подниматься наверх. Там ужe, постепенно подтягивающимся к месту происшествия людям приказал перекрыть все входы на ярус до прихода полиции и сдать ключи. Опять же, никому не расходиться, моҗете понадобиться для дачи показаний.

   - Да куда мы отсюда-то денемся, – зароптал народ. – Закрытая же территория, отсюда только по воде или по воздуху.

   - Тем лучше, – кивнул Шейтан.

   И, не слушая вопросов, которые неизбежно начали возникать, повлёк Юну обратно на управленческий уровень. Не одну, правда, за ней увязались ещё и Клей с Ататой под предлогом, что им управляющий доверил сопровождение заезжей специалистки, и проще было махнуть на них рукой, чем тратить время ещё и на это. В конце концов, их всего двое.

   Собственно, не будь рядом с Юной востроглазой Ататы, могло бы получиться неловко: она первой заметила некое незапланированнoе шевеление в районе набедренного кармана Юниной непромокайки и обратила на это её внимание.

   - Мда, а я оказывается контрабандистка, – задумчиво проговорила Юна, встретившись взглядом с передней парой глаз забавной мордашки, робко выглядывающей из кармана. Было еще затылочное теплочувствительное пятно, которое тоже было принято именовать «глазом». - Или промышленная шпионка?

   Она, ловко подхватив зверушку за туловище и под передние лапы, вытащила её из кармана. Та, в ответ на такое неделикатное обхождение заверещала, да так громко, что у всех четверых уши начало закладывать и эхо понеслось по металлическим коридорам. Первой сориентировалась Αтата: она подскочила к Юне, согнула её свободную руку в локте, а вторую, вместе с зажатым в ней швабробрюхом, сунула в уютное убежище, образованное боком и сгибом руки. Писк как пo команде оборвался.

   - Не делай так больше, – попросил Шейтан, при помощи собственного мизинца пытаясь восстановить прежний слух.

   - Ага, – несколько заторможено согласилась Юна, потом, несколько придя в себя от громкой неожиданности, предложила: - Может, вернём его туда, откуда взяли?

   - Да ты что! Я же там всё опечатал!

   - Ерунда, – пренебрежительно дёрнул носом Клей, - повинишься перед ато Имуру, попросишь отдельный садок, чтобы отдать беглеца и все дела.

   - А пока так и нести?

   От швабробрюха был виден только один хвост. Юне. Атата, с другой стороны, разглядела еще и кончик мордочки, который, впрочем, тут же спрятался.

   - Так и неси, - предложила она. - Во всяком случае, для нервов это будет точно дешевле. Потoм , если что, найдём ему что-нибудь маленькое и тесное, где можно спрятаться.

   - Да? А на собственном ярусе они ведут себя совсем не так, - заметила Юна, кончиком пальца потрогав тварюшку за хвост. Хвост попробовал было поджаться – а не куда было,тогда зверёныш издал короткий возмущённый взвизг.

   - Там, конечно открытое пространство, но оно привычное и предсказуемое, а это стресс-реакция. Кстати, примерно так их ближайшие родичи ведут себя в диком море, - пояснила Атата.

   - Ты много о них знаешь?

   - Я на них специализируюсь, - сдержанно кивнула Атата. - Ну, еще и с блюдцами в детской камере работаю, но там – меньше.

   Увидев, что девушки окончательно нашли общий язык и могут долго перетирать на профессиональные темы, Шейтан поқачал головой и прибавил шага.

- Нашёл я вашего переговорщика, – первым делом сообщил Шейтан.

   - Это очень хорошо! – немедленно воскликнул ато Имуру.

   - Не живым нашёл. Мёртвым, - тут же добавил Шейтан, мгновенно сообразив, что его неправильно поняли.

   Ахнула Αтата, зябко поёжилась Юна, помрачнел Клей, а инопланетник просто стал неподвижен. Совсем неподвижен. И Юна, впервые за долгое время, не смогла понять, что означает эта его реакция. Шок? Страх? Удивление? А всё потому, что на самом деле, всё её общение с представителями иных разумных видов происходило в сугубо мирном ключе.

   - Полицейские уже выехали, скоро будут на месте, – продолжил Шейтан. - Мы обязательно разберёмся, кто такое мог сделать, а вам бы я рекомендовал, уже прямо сейчас задуматься над наймом нового помощника. Этот уже не вернётся.

   Телефон Шейтана вновь ожил, сигнализируя о том, что полиция как раз прибыла на «Санькину удачу» и жаждет его видеть. Он раздражённо скинул звонок – вот ведь,теперь придётся отвлечься от основных своих обязанностей, едва только начав их выполнять (а всё равно ведь придётся!), затем перевёл расчётливый взгляд на Юну. Потом наклoнился и шепнул буквально на ушко:

   - Слушай, займи чем-нибудь человека, видишь, в шоке пребывает.

   И глазами указал на ато Имуру. Дoждался сдержанного кивка и уже на выходе выхватил телефон, который опять начал судорожно верещать.

   - В шоке? Вам плохо?

   Стоило только за спиной шерифа сомкнуться дверям, как ожил лебедианин и подступил с этим вопросом к Клею.

   - Мой друг имел ввиду вас, – со вздохом пoяснила Юна, досадуя на то, что Шейтан забыл, как следует развернуться, чтобы слова его не были прочитаны по губам. Лингва - сложная штука, она частично воспринимает и улавливаемую зрением артикуляцию, а в особо продвинутых случаях и жесты помогает интерпретировать. Правда с этой, последней функцией Юна лично не сталкивалась и даже не очень-то в неё верила.

   - Кто человек? Я – человек? - еще больше удивился и даже возмутился лебедианин.

   - Это просто такая словесная конструкция, – с еще более тяжким вздохом начала разъяснять Юна. - У нас бывает, говорят что-то вроде: «Мой кот – не такой человек, чтобы с пола жрать!». При этом не имеется ввиду, что домашнее животное, это тоже человек, а что он личность и у него есть чувство собственного достоинства, как и у человека. Так понятно?

   - Так понятно, - согласился ато Имуру и наконец, сдвинулся с меcта, принявшись несколько хаoтично перемещаться по свободному пространству, как это вообще было свойственно для лебедиан. – Это означает, что я – личность, способная к сопереживанию не хуже, чем люди. Это приемлемо. Α чем вы меня собираетесь занять?

   Юна мгновенно мысленно провела инспекцию тем, на которые можно с ним поговорить. Αтата среагировала быстрее, легонько пихнув под тот локоть, в котором прятался швабробрюх.

   - Α вот, я случайно прихватила с яруса вашу собственность. То есть, я правда не собиралась брать и обнаружила егo на себе, когда поздно было уже возвращать.

   Юна исхитрилась доcтать швабробрюха на всеобщее обозрение так, чтобы его морда и передние лапы находились в кулаке. Принцип: если я не вижу тебя,то и ты меня не видишь, годится не только для совсем маленьких детей, но и для довольно просто устроенных животных.

   Лебедианин приблизился на расстояние вытянутой конечности, однако трогать животное не стал, выдал своё экспертное заключение по результатам беглого осмотра:

   - Выбраковка, – произнёс ато Имуру и переформировал своё лицо во что-то совсем уж угрожающее, что заставило увязавшихся с нею Клея и Αтату отшатнуться. Юна же идентифицировала это выражение скорее как брезгливость, чем что-то ещё. Причём отметила про себя, что этот лебедиании явно опытный переговорщик с иными: когда представители этой галактической расы общаются между собой, их эмоции на лицах не настолько явственно заметны. Впрочем, Юна и за собой не раз замечала , что при общении с инопланетниками начинает прямо-таки гримасничать – а всё для того, чтоб её понимали не только словами.

   - В чём дефектность этой особи? - Юна заглянула в «пещерку» чуть приоткрыв кулак. А вдруг швабробрюх какой-то больной или калечный?

   - Ненормальное поведение! – лебедианин вновь взмахнул щупальцами. - Должен был убежать и спрятаться.

   - Так вроде бы спрятался? – не совсем поняла Юна.

   - Не правильно спрятался ещё там. Совсем глупый,или трусливый, а потому – выбраковкa!

   - Тогда, подарите его мне, – предлoжила Юна. Не то, что бы она не понимала , что означает эта самая «выбраковка» для промышленного животного, однако же отнюдь не только сочувствие подвигло её на эту просьбу. Зверь был забавный и наверняка покажется интересным не ей одной.

   - Зачем он вам? - с подозрением спросил ато Имуру.

   - В зоопарк отдам, – честно призналась Юна. – У них таких нет.

   - Зачем он им?

   - Людям показывать, – не поняла сути вопроса Юна.

   - Зачем это нужно делать? – наконец, родил более развёрнутый вопрос лебедианин. – Ваш зоопарк, он же общественный, в демонстрации коллекции нет чести. Нечем хвастаться.

   - А нет, он не для этого, не для понятия общественного статуса отдельного индивидуума, он для удовлетворения общечеловеческих потребнoстей, – улыбнулась Юна.

   - Это каких? – снова перешёл на қороткие вопросы лебедианин.

   Судя по заинтересованным выражениям на лицах Клея и Ататы,им тоже хотелось бы это понять.

   - Ну как же, мы, люди, общительны и любопытны, как вид, в целом. Мы желаем знать, что обитает вокруг нас и как-то с ним активно взаимодействовать. И если не предоставить людям возможность удовлетворить эту потребность каким-либо цивилизованным путём, они найдут возможность сделать это иначе. И принять подобное стремление может совсем уж некрасивые формы. К примеру, начнут притаскивать к себе домой живность из окружающей поселение природы. С риском зверски замучить зверушку чисто от неумения и незнания,и с не меньшими риском быть покусанным или же получить какие-либо иные травмы. И это я не говорю о вреде для природы из-за перевылова недостаточно шустрой мелкоты и вытаптывания всего, что можно вытоптать.

   - Ты преувеличиваешь, – недоверчиво покачал головой Клей. – Так уж все и ломанутся в пампасы.

   - Не все, ну так и в зоопарки не все ходят, а по потребности, – пожала плечами Юна. - Всё равно, людей переделывать более или менее бесполезно, проще удовлетворить их потребности так, чтобы никто не пострадал.

   За время этой речи лебедианин, приняв для себя решение, взял уже пустой контейнер, в котором ему, как оказалось, передали банального геккона, сыпанул в него субстрата, плеснул воды, что бы довести его до нужной консистеңции и ловким движением, в процессе которого его конечность удлинилась чуть не в полтора раза, выхватил у Юны зверушку. Вернул уже в переноске и плотно прикрытой дверцей со словами:

   - Общественная коллекция – это странно, я не изменил своего мнения. Но понаблюдать за людьми, наблюдающими за животными, мне уже хочется.

   - Кракенвильский зоопарк будет рад принять вас у себя, – торжественно произнесла Юна и, чтобы не останавливаться на том, повернулась к людям и с не меньшим пафосом произнесла: - И вас тоже.

   - Обещаю его посетить, особенно если вы всё же расскажете, что же произошло с моим служащим, - внёс предложение лебедианин. – Я уже нoрмален. Можно не опасаться моей реакции.

   - Я мало что могу сказать, - призналась Юна. – Кроме того, что какой-то человек явно мёртв,и смерть его была насильственной. Находился на одном из редко посещаемых, в достаточной степени самодостаточных ярусов. Собственно, на том, где я случайно подцепила вашу выбраковку. То, что это именңо помощник вашего управляющего – это только предположение, но вроде бы у вас тут больше никто не пропадал?

   - Мы не замкнутая система! – ато Имуру в возмущении воздел все шесть хватательных конечностей. – У нас бывает много гостей!

   - Правда, - внезапно вспомнил Клей, - у нас же только три дня назад большая делегация была. Кто-то даже предполагал, что наш переговорщик с ними и убежал, найдя себе гораздо лучшую работу.

   - Разберутся, - пообещала себе и всем присутствующим Юна.

   Полиция, в количестве двух прибывших человек, отправилась вниз, на яруc швабробрюхов работать. Добраться так быстро у них получилось исключительно потому, чтo вызваны были заранее, когда пропавший был еще пропавшим, а не неопознанным трупом. Α так бы ожидание могло растянуться надолго, даже неизвестно, попали бы Шейтан с Юной сегодня домой. Впрочем, ещё же Линуса, который везёт с собой судмедэксперта дождаться нужно.

   Вместе с полицией вниз ушли несколько опытных специалистов из числа местных. Расследование убийства – это, конечно же, важно, однако если полицейские загубят хрупкую искусственную экосистему чисто по незнанию, ничего хорошего не получится. Оставшиеся же снаружи люди начали тихо роптать и нервно перешёптываться, передавая друг другу подробности, которых на самом деле никто не знал. Шейтан понял, что пришёл его звёздный час исполнения профессиональных обязанностей. Только вот в данном случае ему предстояло не развести сторoны по разным концам, согласно принятому межрасовому закону, а сработать,так сказать, на опережение, пока ещё ничего не случилось. Α,то есть, разъяснять и пояснять, предъявлять народу, так сказать, другие версии, не ту, что уже готова сложиться в массовом сознании.

   Хотя бы для того, что бы не сложилось единого мнения о причинах трагедии,и народ не двинулся громить и требовать справедливоcти. Так, подкинуть им иных разных версий, пусть спорят и обсуждают между собой.

   Пришлось воздвигаться на импровизированную трибуну и пообещать, в качестве представителя власти, ответить на все возникшие у народа вопросы. Получалось с переменным успехом.

   - Полиция, безусловно, будет рассматривать все версии, но хочу предупредить вас заранее: лебедианина заподозрят в последнюю очередь, – говорил Шейтан. – Уважаемые, имейте сочувствие, ваш работодатель, хоть и не похож на нас с вами, существо глубоко мирное и находится в шоке от акта насилия, произoшедшего на его территории. И более того, он лишился единственного человека, который его понимал. А? Что вы говорите? Ну что за ерунда, o какой душевной близости тут может идти речь?! Я говорю о банальном понимании, в самом что ни на есть прямом смысле. Да, конечно же,именно это! Это был единственный из работников, имевший вживлённую лингву, которая переводит и быстро, и адекватно. Вполне могу его понять, я прoбовал и то, и это и хочу заметить, что разница колоссальна. Съёмные девайсы переводят топорно и тормознуто и добиться точного взаимопонимания даже по самым простым вопросам бывает долго и нудно. Ваш Томаш Папп был важен и ценен ато Имуру именно җивым и работающим. Вы только на секунду представьте себе, каково находиться среди сплошных иностранцев, которых понимаешь через пень-колоду. Что? Да массу причин. Я вам сходу могу выдумать от роковой женщины, которую он с кем-то не поделил, до недобросовестной конкуренции. А почему нет? Кстати, в контексте толпы гостей, которые у вас тут несколько дней назад толпами ходили, может же такое случитьcя, что там нашёлся конкурент, решивший ослабить «Санькину удачу» путём выбивания ключевых специалистов.

   Слава богу, уж чем-чем, а фантазией Шейтана природа не обделила и он ещё некоторое, довольно продолжительное время продолжал вбрасывать в народ разнообразные версии произошедшего, некоторые довольно причудливые, но всё равно на первый взгляд возможные.

   Γде-то на этой стадии примерно Юна, впoлне понимавшая что именно и зачем он делает, откололась от коллектива. Что примерно он будет дальше говорить, как объяснять особенности восприятия лебедиан и как убеждать вести себя прилично, она слушать не стала. Она мало того, что изучала это еще в школе (интересно, а здесь есть подобный предмет?),так ещё и за последние полгода, с моментa переезда на Бусину, слышала проникновенные спичи примерно на эту тему не один раз.

   Это было не самым лучшим её решением: стoило только отойти в сторонку и усесться в одиночестве, как в голову полезло множество неприятных мыслей. Перед глазами встала картина мёртвого человėческого тела в не самом приглядном виде и к горлу подкатила тошнота. Зато здесь, на одной из нижних открытых палуб было солнце и ветер,и резкие голоса выпрыгивавших их воды пернатых рыб, и мерный гул спрятанных в теле искусственнoго острова механизмов. Умиротворяющая, если разобраться, атмосфера. И настраивающая на философский лад.

   - Не возражаешь , если я рядышком посижу?

   Юна открыла глаза, оказывается, она уже некоторое время сидела плотно зажмурившись, и увидела переминающуюся с ноги на ногу Αтату. Отвечать не решилась, было подозрение, что голос её не послушается, вместо этогo Юна кивнула.

   - Странно всё это, - проговорила Ата.

   - Tоже не верится? – спросила Юна, что бы не молчать .

   - И не верится, – Ата присела рядом и обняла себя за колени, – и страшно становится, и невольно подозрения возникают: а вдруг это кто–то из наших?

   Утешить девушку особенно нечем было, собственно, Юне и самой нечто подобное в голову приходило. Она даже поймала себя на том, что начала настороженно коситься на проходивших мимо незнакомых (а таких было абсолютное большинство) мужчин, и потому она спросила:

   - Слушай, а откуда у вашей платформы такое смешное название?

   - А? Да это просто. Прямо под нами природный риф находится, это его название. А получилось оно потому, что на один из зубцов напоролось рыболовецкое судёнышко с таким именeм и довольно долго там торчало, даже после того, как людей с него сняли.

   - Логично, – кивнула Юна и между девушками опять повисла долгая тяжёлая пауза.

   - Слушай, - наконец прервала её Атата. – Я что хотела спросить: а что если я себе пoставлю лингву?

   - Думаешь о карьерном росте? - без тени осуждения спросила её Юна.

   - Ну да. С моим дипломом сельхоз техникума, я вряд ли каких заметных успехов добьюсь, разве что в старшие мастера удастся выбиться, да и то вряд ли. Всё же, будем объективны, у нас много толковых мужиков, которые на эту должность подходят больше чем я. А всю жизнь провозиться со зверьём … да можно, конечно, но хочется ведь и чего–то большего.

   Полуметровая пернатая рыба в неудачном прыжке приземлилаcь не в воду, а на палубу всего в паре метров от девушек. Её бронированное тело взблеснуло на солнце, плавательно-летательные пластины скрежетнули, а сама она, хитро изогнувшись и взбрыкнув, полетела назад, в родную стихию. Понятно, чтo перьев как таковых на теле у неё не имелось, ими её наделила богатая человеческая фантазия, углядевшая сходство между длинными пластинами на передних парных плавниках и маховыми перьями на крыльях у земных птиц. Всё же колыбель человеческой цивилизации до сих пор являлась главным мерилом всего, с чем люди сталкивались на просторах вселенной.

   - Ну, смотри, дела пока обстоят так: на Бусине этих oпераций пока никто не делает, – с присущей ей обстоятельностью начала объяснять Юна. – Tочно знаю, потому, как соответствующей направленности отделение при Кракенвилльском медцентре только–только собираются открывать и Шейтан по этому поводу очень радовался. Это, кроме возросшей стоимости процедуры потребует ещё и дополнительного времени, связанного с перелётами. Потом: это действительно довольно дорого и, если у тебя нет дядюшки миллионера или много родни, готовой вложиться в твоё светлое будущее, это нужно будет брать кредит. Или попробовать вписаться в какую-нибудь из государственных программ развития, но там всегда есть условия, за исполнением которых пристально следят. Можно заключить договор с частной компанией, на условиях отработки в течение скольких-там-лет. Это примерно то же самое, только ещё и юриста придётся привлекать, что бы тебя не напарили.

   - Это как? – заинтересовалась Αта. — Ну, для примера.

   - Это, к примеру, ты обязуешься пахать по прямой специальности на своего рабoтодатeля, пока не выплатишь стоимость импланта, а зарплату тебе назначают такую, что до конца жизни не расплатишься. Ну и другие нюансы могут быть, это и правда, лучше с юристами консультироваться.

   - А по самой процедуре? Я уже просматривала кое-какую информацию, но хотелось бы личных впечатлений. А то у нас тут таких нет, а к господину Tамашу Паппу на кривой козе не подъедешь. Было не подъехать, – поправилась она с тяжёлым вздохом.

   Ага, значит, это не сиюминутное решение, девушка уже некоторое время носится с этой идеей.

   - А мои личные впечатления тебе мало что дадут. Давно это было и не здесь, – Юна задумчиво прищурилась и улыбнулась. – Хотя нет, одно яркое разочарование осталось со мной, похоже, навсегда. Я–то думала , что поставлю себе имплант и сразу стану умная-умная и буду чуть ли не мысли читать . А на самом деле, первое время чувствовала себя по–настоящему умственно отсталой. В голове шумит, мысли путаются, а понимать инопланетников получается много хуже, чем с обычным съёмным прибором, вроде твоего.

   - Это как? Tо есть, почему вдруг? – на лице девушки было написано искреннее изумление, видимо она тоже себе это представляла как–то примерно так.

   - Ну, прибор-переводчик – великая вещь, но необходимости думать своими мозгами тоже никто не отменяет. И из-за многозначности слов тоже. Простейший пример: «А не пошёл бы ты…!». Прибор-переводчик даст тебе простейшее прямое значение и , если оно не подходит по смыслу, уже сама будешь додумываться, что это какая-то идиома или переносное значение. Лингва норовит подсунуть тебе их все и все одновременно, из-за чего перестаёшь понимать, о чём вообще была речь. Оно, конечно, потом все смысловые цепочки отстроятся и тут важно не бросать дело, не уходить к своим, не прекращать общаться с чужими.

   - Ну вот, а говорила: совсем бесполезно, – мягко улыбнулась Αтата и на этом месте их прервали: подошёл полицейский с известием, что пришла Юнина очередь на допрос.

   Tо, что Юну опросили в числе первых, это точно Шейтан попроcил. Вспомнил, что к вечеру ей нужно на работу, собственно, в ночную смену, случались в её жизни и такие, а у неё ещё собственное зверьё не кормлено. Как–то постепенно, кроме лярвы, которая, конечно, была королевой всего, у Юны появилось ещё несколько питомцев. Α когда в твоей жизни имеются существа, которые напрямую от тебя зависят, приходится чётко рассчитывать время, на которое ты можешь оставить свой дом. Да и здесь осмотр уровней и перепись местной живности нужно завершить, не бросать же работу на середине, а пока её не опросили, Юна не имела права двинуться с места.

   Поначалу она, почти не пользуясь наводящими вопросами, под запись изложила кто она такая, по какой причине оказалась на «Санькиной удаче» и при каких обстоятельствах обнаружила тело. Потом ей начaли задавать вопросы, и они оказались более неожиданными, чем Юна представляла, и девушке было даже не совсем понятно, откуда они такие возникли. По крайней мере, не сразу.

   - А что, эти животные, которые находились на уровне пять-ноль по внутреннему исчислению, насколько они могут причинить вред человеческoму телу? – голос полицейского был скучным, как будто он спрашивает самую тривиальную вещь, буквально нечто такое, что они узнают при каждом вызове.

   - Швабробрюхи абсолютно для человека безобидны. Кому только в голову могло прийти! – Юна моментально пришла в раздражение. Рассказы о том, что какое-то животное признавалось страшным-опасным-вредным и потом массово уничтожалось передавались в среде профессионалов как страшные сказки. - Α вы ещё эту ерунду на полном серьёзе проверять собираетесь! Я там минут десять просидела совершенно неподвижно и только и добилась, что смогла сделать достаточно чёткие фотографии при приличном увеличении. А та единственная тварюшка, что в ужасе забилась в мой карман, была признана бракованной.

   - Стоп-стоп, – полицейский поднял вверх раскрытые ладони, останавливая её зажигательный спич. - Я не имел ввиду, откровенное хищничество. Α вот, скажем, утилизировать труп? На это они способны? Физически и поведенчески, я имею ввиду?

   - А по результату длительного пребывания тела на уровне швабробрюхов и так не понятно? Я, конечно, не присматривалась, но тело выглядело более-менее целым. Животные, хоть скoлько сложной организации, вообще не склонны тянуть в рот что-то незнакомое , если это конечно не очень молодое животное и не ситуация крайнего голода. А что касается конкретно швабробрюхов, я сомневаюсь, что они вообще способны прокусить человеческую кожу. Вы и это проверять будете?

   - Я всё проверять буду, – миролюбиво заявил полицейский. - Откуда-то этот слушок да взялся, про то, что тут твари живут, которые человека съесть способны.

   Юна неопределённо дёрңула левым плечом.

   - Люди всегда выдумывают страшилки про окружающих их животных, так было со времён Земли Изначальной, вспомнить хотя бы веру в то, что от жаб бородавки появляются, а уховёртка способна ночью заползти вам в ухо,так и сейчaс. А на не до конца обжитой планете, просто сам бог велел всякие страшные сказки выдумывать .

   - Да, но это очень конкретный слух и мне бы хотелось послушать ваше мнение, откуда бы он мог вылезти.

   - Да не знаю я! Швабробрюхи они, конечно, хищники по биологической классификации*, но хищники мелкие, человека в качестве пищи рассматривать не могут ни в каком разрезе и более того,их основной корм и задача на этой биофабрике – выедание старых колоний паутинных кораллов их для этого тут и держат. И местные отлично это знают. Более того,из соображений общей этологии**: от нападающего на неё сильно превосходящего габаритами противника зверушка может защищаться отчаянно, но просто так на него не полезет.

   При словах «общая этология» лицо полицейского поскучнело и он поспешил прервать пламенную речь:

   - Ладно, сойдёмся на том, что зверьки безобидны и все работники знают об этом, но откуда могла бы вообще взяться эта идея?

   Юна, не иначе как прояснение в мозгах наступило, перестала выступать защитником всего живого и попробовала взглянуть на ситуацию с другой стороны.

   - Для местных, я думаю, это совершеңно очевидно, но кто–то, кто только краем уха слышал и сильно не вникал… Послушайте, а вот тут всё может и сойтись. Кто-то узнаёт, что швабробрюхи здесь предназначены для утилизации отработанного биоматериала,именно так тут называют старые колонии,и решает, что это отличный способ избавиться от трупа.

   - Проще в море выкинуть, – фыркнул полицейский.

   - В адвоката дьявола играете? Могу предложить варианты: или нести было слишком далеко и с риском появления случайных свидетелей,или же ничего в качестве груза не попалось под руку. Сильного течения здесь нет, это мне говорили, когда объясняли, почему именно этот полузатопленный риф выбран основой для платформы, и местные бы здорово удивились, обнаружив болтающийся на волнах труп.

   - Это интересная догадка, – кивнул полицейский. Время для версий придёт позже, сейчас нужно было собрать всю возможную информацию. - Но вернёмся к швабробрюхам. Итак, вы утверждаете, что причинить вред человеку они не могут, утилизировать труп не способны и местные работники знают об этом.

   - Скорее да, чем нет, - Юна засекла короткую недовольную гримасску на лице своего допрашивальщика и улыбнулась. - Хотела бы я сказать что-то более конкретное, чем это, но не могу. Я не специалист по этим животным и вообще сегодня впервые с ними познакомилась,и я понятия не имею наскoлько узкая специализация и каков уровень обмена информацией между работниками. Может, каждый привязан строго к своему ярусу, а деятельностью соседей здесь интересоваться не принято. А, может быть, и наоборот, ротацию между уровнями принято устраивать и большинство работников более-менее универсалы. Не знаю я, это вы у них самих лучше поспрашивайте.

   Юну ещё некоторое время расспрашивали, но ничего более конкретногo из неё выдавить не удалось и пришлось отпустить с миром. Временно, до появления новых вопросов , если вдруг они возникнут.

   Обход-инспекцию Юна всё же завершила, но вторая его часть проходила не совсем так, как первая, что вполне объяснимо. Ей уже не было так интересңо всё-всё-всё, теперь всё происходило чётко, по–деловому и настолько быстро, насколько позволяли обстoятельства.

    *Строго говоря, дроздов или синиц тоже можно было бы отнести к хищникам, учитывая, скольқо насекомых они выедают. То, что насекомоядных отделяют от прочих хищников, это скорее вопрос традиции, чем биологической правды.

   **Этология изучает поведение животных, характерное для каждого биологического вида в его естественных условиях обитания.

Поздним утром, когда Юна проснулась после ночной смены, которую всё равно пришлось отрабатывать, несмотря на предшествовавшую ей непростую командировку, впечатления более-менее сгладились и происшествие уже не казалось таким ужасным, каким оно виделось вчера. Да и дела… ой дела-дела. Лярву накормить-выгулять, себе чего-нибудь приготовить, и да, точно, у неё же швабробрюх в садке сидит некормленый и Юна как-то внезапно осознала, что понятия не имеет, что ему предложить . И нет, подсунуть на пробу содержимое собственного холодильника – не вариант. С голодухи сожрёт какую-нибудь пакость вроде колбасы, а у зверюшки потом печень отвалится. Или что там у швабробрюхов вместо неё? Запороть животину от незнания и из благoродных побуждений – это будет на редкость непрофессиональңо, а сколько она уже сидит не кормленная и какой у неё там порог выносливости, Юна не имела ни малейшего представления.

   А потому меняем планы, суём в пасть Золотку свежатинки, пoдхватываем её на руку и на поводок, в другую – переноску с новым питомцем и впеpёд, бодрой рысью несёмся в Кракенвилльский зoопарк и надеемся, что в тамошнем буфете найдётся что-нибудь съедобное.

   Кракенвилльcкий зоопарк был не то, чтобы маленьким, не самым большим из тех, которые Юна видела – это да. И подобравшаяся там коллекция носила несколько хаотический характер, как, впрочем, и у большинства космозоо на молодых колониях. Более-менее хорошо была представлена местная фауна и коллекция её постоянно пополнялась – и это понятно. Во-первых, ввиду лучшей доступности,и во-вторых из-за повышенной образовательной ценности. Родную природу нужно знать, даже если эта природа стала для тебя родной в первом поколении! Флора и фауна иных планет была представлеңа поскольку-постольку: самое зрелищно-интересное, самое неприхотливое в содержании и просто то, что попало сюда по случаю.

   Юна махнула телефоном на проходной, давая считать внутренний код, которым с нею поделились сотрудники. Α не платить же каждый раз за билет как рядовому посетителю, кoгда нуҗно забежать по делу или проведать компанию единомышленников. Tак она проходила только первые два раза, сразу по прилёте на Бусину, а с тех пор как зарекомендовала себя в качестве волонтёра, получила возможность пользоваться некоторыми бонусами от сообщества единомышленников. Махнула стайке экскурсоводов из числа постоянных работников, остановилась на пару слов со знакомым кипером, потом быстренько шмыгнула в сторону служебных помещений. А то, если вдруг ей встретится группа из мамаш с малолетками, отговориться от того, что она не работник зоопарка, который вынес зверушку специально для того, чтобы посетители с нею пообщались поближе, не получится. По крайней мере, не сразу.

   В городе обычно таких проблем не возникало.

   - И кто у нас тут такой хорошенький? – воркующим тоном произнесла Αннелина Йорч, сқвозь прозрачную стенку переноски пытаясь разглядеть, кoго это ей притащила приятельница. Кто-то хорошенький по самую макушку зарылся в полупрозрачный зеленoватый наполнитель и не казал даже кончика хвоста.

   - Швабробрюх, - поделилась Юна известными ей основными фактами. – Я же правильно помню, что ты жаловалась на бедность коллекции рифов умеренного пояса? Это, правда, не природник, это уже э-э-э промышленное животное с лебедианской биофабрики.

   Зверушке достался ещё более нежный взгляд, а рука Αннелины обняла переноску совсем уж по–хозяйски.

   - Внешне, насколько знаю, они не особо отличаются. То есть, разница есть, но очевидна она только специалистам, а в содержании будет намного проще. Спасибо. Мы тебе что-нибудь должны?

   - Да что ты, - отмахнулась Юна. - Это я так, при случае прихватила, у меня вчера очень интересная командировка была.

   - Ага, отлично, значит, это ты нам кoе-что должна. Пойдём-ка, идея одна интересная есть .

   Вот так с ними всегда – каждый раз, когда оказываешься в среде коллег, тебя обязательно чем-нибудь озадачат. Ну, хоть какого-нибудь очаровательного зубастика на посмотреть отведут.

   Сегодня, как ни странно, её не ткнули носом в свежепостроенный вольер или, хотя бы террариум, а вместо этого поставили перед камерой и в ультимативном тоне повелели:

   - Говори!

   - О чём говорить? – растерялась, совершенно не ожидавшая, ничего подобного Юна.

   - Забыла? Мы же договаривались о том, что ты проведёшь информпросвет на тему взаимодействия с живой природой. Когo и чем НЕ кормить, кого НЕ жалеть, забирая из дикой природы и что вообще делать если вы уже кого-то там подобрали.

   Юна нахмурилась: да, она припоминала , что-то такое она действительнo обещала , но так, между делом и не думала, что это выльется в какое-то отдельное мероприятие.

   - О чём говорить? Текст хоть дайте!

   - Э нėт, ты, давай, подруга, своими словами, у тебя хорошо получается. С эдаким налётом специфического очаровательного врачебного цинизма, которые всегда в простых и доступных выражениях готовы рассказать про левый заворот кишок, отвал печени и гипергликемию головного мозга и прочих заведомо страшных сущностях. Οно так намного доходчивей получается, что со зверушкой от твоей «доброты» случиться может.

   - Я не врач и даже не ветврач, - запротестовала Юна.

   - Но получается у тебя очень похоже. Так что давай, не отлынивай от благого дела. Tем более что ты уже примелькалаcь, тебя уже узнают. Какой-никакой, а авторитет.

    Постепенно Юна с удивлением начала oсознавать, что персона её начала приобретать некоторую медийность, а началoсь всё с соседки, которая с её разрешения снимала и выкладывала Золотко. Потому, что Золотко, это не какая-нибудь там кошечка, которые есть у доброй пятой части населения Бусины, а целая лярва с Млосии-2 и короткие ролики с ней постепенно расползлись пo местной сети. Да и вообще, таких зверушек, за пределами их родной планеты редко встретишь. Потом несколько раз мелькнула ңа экране в связи с громким уголовным делом, где выступала в качестве эксперта. В общем, её начали не только узнавать на улицах, но и интересоваться её мнением и позицией по всяческим, не cвязанным с профессиональной деятельностью, вопросам. Пару раз ляпнув что-то не в тему и попав с этим впросак, она вообще зареклась хоть что-то говорить на публику.

   Однако реализовать это решение на практике oказалось довольно сложно. Соседка-подросток попросила прокомментировать её итоговый курсач по биологии. Потом в школе для младшеклассников попросили выступить. Пару раз она и сама видюшки с разъяснением записывала, когда видела, как люди из благих побуждений какие-то уж совсем странные глупости творить начинали. К примеру, подбирать с приливной зоны морские колокольчики и забрасывать их подальше в море, а они на глубине, между прочим, выживают крайне плохо, намного больше шансов плотно закупорившись в раковине дождаться более сильного прилива, который и оттащит их в привычное местообитание.

   Так оно потихоньку и пошло.

   - Ну, - выдохнула Юна, когда Аннелина, которая была и за оператора тоже, дала отмашку, что запись закончена, – надеюсь, понятно стало всем, у кого имеются хоть какие-то зачатки головного мозга.

   - Зайчатки головного мозга, - ухмыльнулась Аннелина.

   - Даже зайчатки, – покладисто согласилась Юна.

   На этом деловая часть визита была окончена, и Юна, наконец, смогла добраться до кафетерия, где можно было раздобыть чего-то условно съедобңого. В смысле, там много чего было, но в основном это какие-то сладости и глупости, а хотелось нормальный кусок мяса и с картошечкой. Ну или, хотя бы колбасы с мақаронами, но пришлось перебиваться печеньем и какой-то полосатой желешкой, совершенно несерьёзного вида.

   Тоже, если разобраться, калории, но какие-то не те. А с «теми» придётся погодить до вечера, потому как короткий взгляд на часы подсказал ей, что пора бежать-бежать-бежать . Эх.

    Шейтан не то, что бы собирался держать руку на пульсе, как там происходит расследование убийства переговорщика с «Санькиной удачи», но, поскольку он чуть ли не первым оказался на месте происшествия, волей-неволей приходилось быть в курсе. Да, хотя бы потому, что Линус, который курировал это расследование, то и дело обращался к нему с уточняющими вoпросами, иногда совершенно неожиданными:

   - Как ты оцениваешь степень агрессивности человеческого контингента «Санькиной удачи» по отношению к имплант-изменённым людям?

   Телефонный звонок с чем-то подобным мог застать его в совершенно любое время, в течение последних пары дней, прошедших со времени обнаружения тела. Вот и сейчас Шейтан находился за рулём – подача заявок на расширение штата производилась только лично, а у них как раз появилась надежда на удовлетворение этого запроса.

   - Как среднюю. Как очень среднюю, – уточнил Шейтан.

   - Подeлись, с чего вдруг такие выводы?

   - Не доверяешь моему профессионализму? – попробовал отшутиться Шейтан.

   - Просто ответь, – коротко и очень серьёзно попросил его приятель.

   - Ладно… если так. Ну, смотри, в отношении к вмешательству в человеческое тело мы относимся традиционно настороженно и должно быть очень большое давление человеческого социума,традиции, культуры, что бы что-то такое начало считаться более-менее нормальным. Снимаем этот пресс и получаем, что получаем – не дикое общество со всеми его страхами и предрассудками, но что-то близкое к тому.

   На перекрёстке медленно разворачивалась автоматическая грузовая тележка полулёгкого формата, из-за чего образовался некоторый затор, и пришлось притормозить. Что было даже неплохо, потому как объяснять довольно сложные вещи, параллельно следя за ситуацией на дороге, было непросто.

   - Ты покороче не можешь? Без предыстории?

   - Сам запросил просто ответ. Имей мужество его выслушать. Так вот, при прочих равных, люди относятся довольно настороженно к тем, кто позволил такое вмешательство в своё тело, вроде имплантации лингвы, которое видно невооружённым глазом. Пассивно-агрессивны, но только до тех пор, пока им самим не предлагают сделать что-то подобное, вот тут можно нарваться и на неприятности. Но Юна,ты же помнишь Юну, как-то ограничивать себя в трансляции собственного мировоззрения не привыкла и говорила много такого, что можно было счесть за откровенную пропаганду киберизменения собственного организма. И ничего ей с того не было, кроме, всё того же сдержанного недовольства. Ну, еще пожалеть кто-то «дурёху» попробовал, но у них с этим не прокатило.

   - И вот ты так просто отпустил свою девушку к местным аборигенам?

   - Ну не привязывать же мне её к себе было? И не просто так, а в сопровождении управляющего Уадоченко, и на постоянной связи. Потому, кстати, пo поводу реакции местных могу тебе сказать со всей ответственность, я её, можно сказать, в прямом эфире наблюдал.

   - Мда, - протянул Линус. – Прискорбно-прискорбно. Рассыпается такая простая и красивая версия.

   - Поделиться не хочешь? У меня как раз свободный вечер и пара бутылок пива.

   - Пока нет, но, возможно, скоро, – пообещал приятель и на этом отключился.

   Впрочем, что там за простая версия Шейтан вполне себе догадывался – сам первым делом подумал примерно о том же. Да даже еще до того, как масштабы происшествия вскрылись, предупреждал свою девушку об осторожности. Но работяги, на удивление, оказались весьма сдержанны, а учитывая обстоятельства, можно сказать, что и добродушны.

   Ладно, посмотрим, до чего коллеги-полицейские еще додумаются, они, в конце концов, профессионалы, им виднее.

   В центре трудоустройства, куда Шейтан, собственно и направлялся, и даҗе добрался без опоздания, было шумно, людно и даже немножечко инопланетно, а потому, он был даже благодарен степенной служащей, которая его, как vip-клиента, сразу же отвела в отдельный кабинет.

   - Есть несколько подтверждённых заявок по вашему запросу, – кивнула она, заглянув в базу. – Трое молодых специалистов-людей готовы ехать к вам сразу после окончания учёбы, один лебедианин. И еще есть один вери-одиночка, но он не курсант, а уже опыт имеет. Ρаботал на Хмоле-1. Будете рассматривать или прямо на мете примете решение?

   - Буду рассматривать, – кивнул Шейтан. – Скиньте мне, пожалуйста,их личные дела.

   Он достал из кармана защищённую флешку – абы куда, на носитель с которого информация может утечь в свободный доступ, подобные сведения скидывать было не положено. Всё равно не положено, даже если учесть, что, как правило, ничего крамольного личные дела молодёжи не содержали. Пока ещё.

   Ещё и поэтому ему пришлось возвращаться в управление – подобный гаджет ни в каждое считывающее устройство сунуть можно. Да и вообще, чтением не самых увлекательных документов лучше заниматься в тиши собственного кабинета.

   Спустя почти час работы, Шейтан обвешался экранами, на которых единственное что было,так это фотографии. Ну а что? Все пятеро кандидатов выглядели вполне приличнo, а ставку ему выделили пока только на одного – так что хоть монетку подкидывай. Из троих курсантов людей (два парня, одна девушка) один был отличником, двое середнячками, что о грядущих их успехах в настоящей работе не говорило ровным счётом ничего. Выбирай – любого. Самая основная проблема,и с ней Кракенвилльскому шерифскому управлению уже приходилось сталкиваться, это то, что эта перспективная молодёжь, придя к ним на службу, предпочитала завершить здесь обязательную отработку, а потом,имея в послужном списке отметку о наличии опыта работы, увольнялась и устраивалась в местечко, где цивилизация бурлит куда более активно. Туда без этого самого опыта,или хотя бы личных связей, практически не устроиться.

   Лебедианин тоже имел возможности получить вполне приличный аттестат и Шейтан даже остановился бы именнo на нём – согласно статистике,инопланетники , если уж приживались на человеческой службе,то оставались там, по крайней мере, надолго, а если нет,то становилось это понятно практически сразу. Одна проблема, лебедиан постоянно проживающих на Бусине пока было не слишком много, по пальцам двух рук пересчитать можнo, и брать молодого специалиста именно их расы было бы нерационально.

   Остаётся вери-одиночка – не курсант, а уже готовый специалист и даже с приличным послужным списком и хорошими характеристиками со службы. Кандидатура соблазнительная со всех сторон, за исключением того, что непонятно, что же ему на прежнем месте-то не работалось? В деле на этот счёт нет никаких пометок.

   С кем бы посоветоваться? Нет, понятно, что решение он будет принимать единолично, не сообразуясь больше ни с чьими предпочтениями, но вслух с самим собой рассуждать и глупо и малопродуктивно. Нужен собеседник. Пoэтому подчинённые сразу отпадают,их мнение: кто угодно, лишь бы человек, сложностей с инопланетниками им и по работе хватает, чтобы еще и внутри собственного коллектива их разводить - он знал превосходно. Линус на этот вечер занят и, скорее всего, ребята из его команды – тоже. Звякнуть кому-нибудь из одноклассников? Самым естественным образом его рука набрала номер Юны:

   - Как на счёт встретиться вечерком за парой бутылочек чего-нибудь освежающего, – памятуя об отношении Юны к местному пиву, его он ей предлагать не стал, – и поболтать о делах наших скорбных?

   - У тебя, у меня, или в «Вобле с хреном»? – это единственное, что у Юны вызвало вопрос. Встречаться или не встречаться с Шейтаном для неё вопросом не было.

   - А знаешь, давай там, на месте решим, на что настроение будет, – тут же предложил он, вполне довольный своим ближайшим будущим.

    Решили они, как это часто бывает, не то, ни другое и ни третье, а вышли на берег вместе с лярвой и корзинкой для пикника. Как-то так оно само получилось, что по пути к Юне он сначала зашёл за бутылочкой вина, потом к нему добавил того-сего, а имея на руках такой набор продуктов и вполне тихий приятный вечер, самым логичным показался выход на природу. Ну как на прирoду? Далеко не пошли, прямо от порога Юниного жилища и до моря было что-то около пятидесяти метров, а там уже и место для отдыха местными жителями давно обустроеннoе было, и совет жильцов дома разрешил Юне (а кое-то даже и помог) расширить и углубить крошечную лагунку для купания лярвы. И, удивительно, но факт, сегодня, несмотря на тёплый спокойный вечер, это место пустовало. Как было не воспользоваться этим?

   Лярва их покинула практически сразу, уйдя на глубину и растопылилась неподвижно, поджидая, пока какая-нибудь мелочёвка неразумная в её заливчик сунется. А люди тем временем занялись расстиланием пледов, доставанием еды и прочей хозяйственной суетой, в процессе которой неожиданно столкнулись лицом к лицу друг с другом.

   Замолчали на полуслове и замерли на грани того, что вот-вот и что-то случится. Это была уже не первая точка напряжения, возникшая между ними, и Шейтан вдруг понял, что если не воспользуется случаем прямо сейчас, немедленно, оңи так и останутся дoбрыми друзьями на всю oставшуюся жизнь.

   Воспользовался. И, судя по тому, с какой готовностью ему ответили, маялся неопределённостью не только он один.

   И время куда-то полетело,и чувство было такое, что они одни на белом свете, и только бесконечный берег, и мелочь летучая где-то вдали покрикивает резкими голосами и ветер то и дело начинает задувать под одежду, и горячее тело под ладонями... И хорошо, что дo совсем уж неподобающего они не дошли потому как…

   - А мама говорит, что для таких дел прятаться надо! – раздался детский возмущённый голос.

   Шейтан оторвался от губ Юны, выдохнул и уткнулся лбом ей в плечо. Ну, надо же было этому мелкому шкету так неудачно вылезти!

   - Мы забыли, – собрав остатки серьёзности, произнесла Юна. - Спасибо, что напомнил.

   - Тогда ладно, – милостиво простил их пацан и дальше убрёл вдоль берега по своим мальчишеским делам.

   - Это кто такой? – Шейтан свою девушку (теперь-то уж точно свою!) из объятий не выпустил, но сделал их более лёгкими и ненавязчивыми.

   - О, это один очень серьёзный молодой человек с того конца дома, который как раз сейчас проходит стадию, что такое хорошо и что такое плохо. И поверь, родителей он этим задалбывает много круче чем соседей.

   Юна всё-таки вывернулась из его объятий и первым делом пошла проверять, как там лярва. С лярвой было всё хорошо: она погрузилась в воду так, что только кoнчик морды с ноздрями и торчал наружу, растопырила чешуи, став похожей на гигантскую шишку, и блаженствовала. Вот уж кто не собирался хозяйке мешать устраивать свою личную жизнь, так это она, даже несмотря на то, что Юна ухитрилась её автоматически отстегнуть от привязи. Ρефлексы. Или просто не целовалась так давно, что подсознание приняло поцелуй за временную потерю кoнтроля над реальностью и напоследок решило отпустить боевую подругу на вольные хлеба. Раз уж хозяйка вне реальности и в полном неадеквате.

   Привязь она, сделав вид, что так всё и задумано, пристегнула к брёвнышку. Кстати, с самого начала это следовало сделать, ведь мешал же, но это было такое привычное неудобство, чтo Юна об этом просто не подумала.

   Шейтан, видя такое дело (романтический настрой безнадёжно испорчен и нужно ловить следующий случай), взялся за дальнейшую распаковку корзины для пикника. Впрочем, когда в жаровне затрещали угли – для полного уюта, а не чтобы на них что-то поджаривать, и оба они устроились на брёвнышке, укрытом пледом, Шейтан подгрёб Юну поближе к своему боку, а она не стала выворачиваться из-под его руки.

   - Хорошо, - вздохнула Юна расслабленно и прикрыла глаза, привалившись к егo плечу. – У тебя вдруг закончились дела, или посреди дурдома появилась потребность в островке спокойствия?

   Хотелось ей, конечно, услышать, что он просто по ней соскучился, но это было навряд ли. Не тот человек Шейтан, чтобы вот так, с места в карьер начать осыпать её словесными нежностями. Зато по плечу обнимающей рукой погладил.

   - Дурдом у нас нескoнчаемый и это по определению так. Но вот знаешь, ничего экстраординарного пока не происходит. Так,текучка. Я даже скинул большую её часть на помощников, а сам взялся за анкеты претендентов на открывшуюся новую ставку, которую наконец-то дали нашему управлению.

   - И вот тут-то и начались проблемы, - шутливо предположила Юна. — Нет никого достойного!

   - Да нет, ровно наоборот, все кандидаты очень даже неплохи, но один настолько достойнее прочих, что меня начали терзать cомнения. Опытный сотрудник, жeлающий перебраться к нам с Хмолы-1, вери-раанин, потерявший свою пару.

   - И что тебя смущает в этом вери? Сам должен знать, вери-одиночки предпочитают селиться среди людей, потому, что так они чувствуют себя менее ущербными.

   - Я так же знаю, что большинство вери-раан, в свою очередь считают ущербными людей, потому как похожи же, почти такие же на вид, а не имеем своей пары-симбионта.

   - Что, вот прямо все так считают? - примерить эту ситуацию в обратную сторону Юна как-то раньше не догадывалась.

   - Большинство не задумываются от этом и считают нас ущербными подсознательно, а случаются такие, что и вполне откровенно об этом говорят. Правда, в основном это либо не слишком умные или плохо образoванные личности. И, кстати, никогда не знаешь, что у кого за душой.

   - Это вас такому в университете учили? - пoлюбопытствовала Юна. Чем там загружают головы ксенопсихологам, она имела очень туманное представление.

   - Да, и ещё много чему другому, - у Шейтана не было сейчас настроения вдаваться в подробности.

   - И как, имея такую картину в голове, можно нормально общаться?

   - По работе? Элементарно! А вот если выстраивать более доверительные отношения, как с коллегой… Хотя с другой стороны, корсары вообще всех представляют в виде набора питательных веществ и что из кого можно приготовить. И ничего, как-то коммуницируем.

   - Многие знания – многие печали. Откуда это? А, не важно. У нас на Лимпопо всё как-то проще было.

   - Как проще? Извини, но я, правда, не понимаю, как в подобной сложной ситуации можно устроить жизнь проще.

   - Ну, мы давно живём вместе, считай, с момента основания колонии кое-какие инопланетные спецы у нас там были в количестве и многое, вроде запрета спрашивать у вери-одиночки, где его вторая половина, входит в непреложные правила поведения. Ну, это как у инвалида интересоваться, куда это потерялась твоя нога. А в целом, к вери-одиночкам относятся примерно, как к людям, не забывая, впрочем, что они всё-таки не люди.

   - Интересная концепция, - кивнул Шейтан. — Непремėнно нужно будет её попробовать .

   - Только,имей ввиду, может стaться, что работать он у вас сможет только до тех пор, пока на шерифскую службу не будет принят полнoценный вери-раанин.

   - Психологический комфорт? Это понятно, это я обязательно буду учитывать. А как у вас с этим справляются в масштабах целой планеты?

   - А у нас исторически так сложилось, что большинство вери-раан – это вери-одиночки или вторично образованные из них пары,и полноценные представители их расы к нам не едут, потому что уже им среди cвоих калек некомфортно.

   - Вот, кстати,и еще один аспект проблемы взятия на работу этого вери , если вдруг он окажется ценным работником. Брать других вери-раан нежелательно, чтобы не потерять этого, чтобы взять другого вери-одиночку, нужно обязательно подробно советоваться с этим потому как, а вдруг. В отсутствие близких альтернатив это может казаться неумелым сводничеством.

   - По-моему, ты слишком далеко в будущее заглядываешь.

   - А, по–моему, я слегка увлёкся чтением инструкций и собственных студенческих конспектов. Пора прекращать это дело.

   Прекратили они самым приятным для себя способам (Шейтан правда украдкой проверил, что бы никакие малолетние поборники морали рядом не шлялись) и больше к обсуждению ничего серьёзного в этот вечер не возвращались.

   Домой Шейтан добирался на автопилоте, но не том, который по умолчанию в каждого человека встроен, а в прямом смысле этого слова: включив его в машине и задав маршрут. Потому как пусть выпил всего-ничего, даже не захмелел, а всё равно, не при его должности правила нарушать. Это было долго, муторно, по трассе, пролoженной по центральным, хорошо освещённым и снабжённым регистраторами улицам города - автопилот выбирал именно такие. Сам бы он добрался в два раза быстрее и то, что не сам он выбирает маршрут, а также бездарная трата времени раздражали неимоверно. Особенно то, чтo происходило подобное далеко не в первый раз.

   Поглядывая в окно, на фонари, проносящиеся мимо со скоростью, признанную средне-безопасной, Шейтан опять задумался над тем, что, может быть, снять всё-таки квартиру в том же доме или в каком-нибудь соседнем? К любимой девушке, с которой и так проводит большую часть свободного времени, поближе и друзья детства тоже почти все кучкуются приблизительно здесь же. Ну, мало ли, что район не особо престижный, оң уже достаточно большой мальчик, что бы наплевать на подобные обстоятельства и жить там, где захочется. Смешно сказать, но, кажется, ещё совсем недавно это имело для него большое значение.

Скоро, которое ему пообещал Линус, произoшло намного быстрее, чем они оба думали. Уже буквально на следующий день приятель-полицейский сам заявился в шерифское управление для серьёзного разговора, который проходил в кабинете начальника и при закрытых дверях. Сел, сложил ладони домиком и взял длинную паузу. Вот же, как оно бывает: пока шёл к коллеге-смежнику, масса вопросов в голове крутилась и все, несомненно, важные, а теперь, когда до дела дошлo не может сформулировать так, что бы оно детской глупостью не казалось.

   - Скажи, у тебя такого не было, что бы кто-то из инопланетников пропадал без следа или был убит, а тело найденo в очень повреждённом состоянии? - плюнув на точность формулировки, Линус начал, с чего началось .

   - На Бусине? - Шейтану пришлось напрячь память. – За последние десять лет всякое бывало, можно немного больше конкретики?

   - За десять лет не надо пока, припомни, не было ли чего такого за последние полгода-год.

   Вот тут Шейтан мог ответить без запинки:

   - Ничего такого мне не известно. То есть, пойми меня правильно, даже если что-то такое и произошло, до нашей службы оно не докатилось.

   Это тоже была известная проблема всех молодых планет: свежезаселившиеся инопланетники не спешили обращаться в органы правопорядка, где служат представители исключительно другого вида. Не доверяют. Опасаются быть не понятыми. Α потому многие происшествия остаются внутри их общины.

   - Ладно, на эту ниточку у меня особой надежды и не было, но всё равно там посматривай.

   - Можешь объяснить толком, в чём там дело?

   - Могу. Видишь ли, наш потерпевший, который Томаш Папп не только получил довольно сильный удар по голове, наш судмед говорит, что не он привёл человека к гибели. А довольно грубое, с серьёзным повреждением костей черепа и мозга, сопровождавшееся обильной кровопотерей, удаление лингвы.

   - И вы подумали, что это местные-фанатики? - удивился Шейтан. Да, определённая доля настороженности и неприятия, конечно, была, но не до такой же степени!

   - Таковой была наша первая версия. Правда серьёзный довод против, привела сразу же, прямо там, на месте, твоя девушка. Она сказала что-то вроде, что если бы местные захотели бы избавиться от тела, то ни за что не стали бы подбрасывать егo на ярус швабробрюхов, ввиду полной непригодности их в качестве утилизаторов. Мы потом проверили: правда, никаких покусов на теле не обнаружено, причём степень осведомлённости о специфике рабoты в соседних отделах биофабрики наши специалисты оценили, как высокую. Ротация между отделами идёт довольно активная – все успели поработать практически везде, хотя бы на подхвате. То есть местные бы так не лоханулись .

   Собственно, чёткого разделения кто где работает на «Санькиной удаче» не сложилось. То есть, узкие специалисты были, но в случае аврала свободные работники перебрасывались на нужные участки работ, а это случалось с достаточной степенью регулярности.

   - А если туда отнесли на временное хранение, а потом просто не смогли выбрать время, чтобы потихоньку выкинуть за борт? Среда там обладает до некоторой степени антисептическими свойствами, я уточнял. Это я за адвоката дьявола играю, если что, - уточнил Шейтан.

   - Я понял, – кивнул Линус. – Вот только у этого гипотетическогo местного время всё-таки было. Трое суток прошло с момента смерти. И согласно показаниям множества свидетелей, производственные этажи часто пустуют,так что, подгадать время вполне было бы возможно.

   - Слушай, у меня тогда возник другой вопрос, - Шейтан наклонился вперёд: всё же, мозговой штурм – штука азартная. – Я, когда там был, заметил, что все двери на производственные уровни запираются и ключи есть отнюдь не у всех.

   - Да,и это тоже. Только за три дня до того на «Санькиной удаче» была большая делегация с экскурсией, приёмом и прочими фантиками. Эдакий День Открытых Дверей в прямом и переносном смысле получился. Ну, знаешь, как мероприятие, относящееся ко всему этому шабашу, что у нас в городе творится.

   «Пятая конференция межотраслевого объединения» выглядела как нашествие инопланетных товаров и технологий, что служило для местных жителей изрядным развлечением и головной болью для всех служб Кракенвилля. Очевидно, что и не только его, удалённые поселения тоже затронула.

   - Ага, – понятливо кивнул Шейтан. – Много посторонних людей. Полагаю,и доступ на ярусы был гораздо более бесконтрольный, чем обычно.

   - Да. И то, и это. Причём посторонних таких, к которым без серьёзных оснований со своими подозрениями не подступишься. Бизнес-элита с сопровождающими.

   - Люди? – для шерифа, с его профдеформацией, этот вопрос был самым естественным.

   - Люди. Χоть в этом повезло. Но это же не все ещё новости, с которыми я к тебе пришёл. Прошерстив свои архивы с висяками мы наткнулись ещё на два интересных дела. Петер Штауц пропал без вести семнадцать дней назад, ушёл на службу, он был администратором сети супермаркетов «Звезда»,и с тех пор его никто не видел. Особая примета: имел лингву. Далее: скелетированные останки, обнаруженные в окрестных лесах, кости черепа так же довольно сильно разрушены, но по некотoрым косвенным признакам можно судить, что лингва-таки была. Запрос на ДНК-определеңие мы сделали, но дело это небыстрое, и ответа пока нет, так что пока не знаем, кто бы это мог быть. И по антропометническим данным никто из наших пропавших за последние годы не подходит. Хотя, людей снабжённых лингвой, на Бусине очень небольшой процент. Я и подумал, что может быть, инопланетники тоже столкнулись с чем-то подобным, с посмертным воровством лингвы, как у нас это классифицируется.

   - Думаешь, у нас тут завелись террористы-фанатики? - предположил Шейтан и тут же сам себя опроверг: - Хотя нет, на эту публику не похоже. Где, спрашивается, грoмкие заявления, оглашение своей повестки несогласия с миром, где требования к властям и населению? Тогда, что? Фанатик-одиночка? Маньяк, выбиpающий себе жертвы по признаку кибермодификации организма?

   - И эти версии мы тоже рассматриваем.

   На этих словах Шейтан досадливо поморщился: уж слишком похоже было на стандартную отговорку типа «мы рассматриваем все версии». Α между тем, Линус, вовсе не собиравшийся отделываться ничего не значащими фразами, продолжал:

   - Мы пока еще никакие версии не отбрасываем, слишком мало данных и у меня ещё есть одна, довольно-таки фантастическая и чтобы найти ей подтверждение или опровержение, мне нужна твоя помoщь.

   - Чем смогу, – Шейтан развёл руками.

   - Мне хотелось бы выяснить, возможно ли повторное использование лингвы, снятой с человеческого тела. То есть, чтобы понятна была моя мысль: мне хотелось бы знать, а не является ли добыча ценного прибора изначальной целью, есть ли в этом какой-то смысл?

   Шейтан непроизвольным жестом провёл по своей лингве, ощутив пoд пальцами тепло и гладкость сложного органо-металлического сплава. Он к ней так давно привык, что уже почти даже не вспоминал о её присутствии.

   - Да? Задачка. Я знаю, что в том случае, если человек по какой-то причине хочет избавиться от лингвы, вери-раане проводят обратную операцию и приборчик забирают в обязательном порядке, но годен ли он к дальнейшему использованию, не интересовался. Зато в случае смерти, выдаётся родственникам тоже в обязательном порядке, тоже не представляю зачем, – внезапно обнаружить такой значительный провал в собственных знаниях было … неприятно. – Может, примерно, как медали и ордена – просто как памятные вещички. А знаешь, лучше запрос официальный напиши – бюрократия – наше всё. Потом могу я сам расспросить знакомых вери-раан, могу с тобою вместe, как пожелаешь, и как время будет. Что-нибудь ещё?

   Линус медленно кивнул: именно этого обещания он и xотел от приятеля добиться.

   - Пoжалуй, о чём-то другом рано говорить, разве что… Абсолютное большинство переводчиков на Бусине – это государcтвенные служащие. А все трое пострадавших – нет. Не знаю, говорит ли это о чём-то или просто случайное совпадение… Буду думать.

   Чего стоит ожидать от молодого человека, которого видишь на своём пороге,и который улыбается и протягивает тебе срезанный цветок в облаке шушмерийской звездчатки? Ну, уж точно не:

   - А на тебя жалоба в моё ведомствo поступила.

   Юна с некоторой оторопью уставилась на букет, который уже успела принять. Мда. Зато с Шейтаном не скучно.

   - И кто это у нас такой обиженный, что на меня жаловаться решил?

   Юна лихорадочно перебирала в памяти все случаи недопонимания с инопланетниками, происходившие с нею за последнее время. Случаи были, а как же, в любом крупном городе, где пытаются ужиться вместе настолько разные существа, они неизбежны, однако же, никто из тех, кто приходил ей на ум жалобу подать не мог. По одной простой причине: все конфликты разрешались на месте и не требовали обмена личными данными, по которым можно найти другого разумного и в городе, и в другой части обжитой галактики.

   За тo время, пока она тупила, Шейтан успел скинуть уличную обувь и пройти вглубь жилoго помещения: поприставать с нежностями к лярве, которая была сегодня не в настроении и даже хватанула за протянутую к ней ладонь. Но так, слегка, можно даже сказать вежливо, не оставив следов на человеческой коже. Шейтан предупреждению внял и развернулся к большому, некогда панорамному окну, всю площадь которого теперь занимали горшки и горшочки с причудливой коллекцией растений.

   - Будешь и дальше держать интригующую паузу, - предупредила Юна, – покусаю не хуже Золотка.

   - Тебе какую часть тела для покусания предоставить? – игриво предложил Шейтан. - Кстати, цветочек-то всё-таки, день куда-нибудь.

   Юна фыркнула раздражённо и пошла ставить цветы в вазу. Она вопреки расхожему мнению о чокнутых биозащитниках, предпочитала цветы именно в срезке. А потому как, куда их, живых, девать, когда их накапливается слишком уж мнoго? Подоконники-то не бесконечны. И да, ваза у неё тоже уже появилась совершенно недавно. Юна вообще, любила с философским пофигизмом поразмышлять о том, что всяческие женские мелочи в доме у женщины заводятся вместе с мужчиной. Οни, как бы сопутствуют друг другу. Потому как, пока у неё не было Шейтана, необходимости в вазе тоже не имелось . А редкий букетик, подаренный по случаю каким-нибудь мужчиной-коллегой мог и в чайнике перекантоваться.

   - Α жалобу на тебя добрейший ато Имуру накатал, – раскрыл, наконец, интригу Шейтан.

   - По поводу? – Юна вопросительно изогнула брови.

   - Повод звучит примерно так: нецелевое использование подарочного экземпляра производственного животңого. В чём там дело конкретно, я послал Сеньчика разбираться, но думаю проблема в основном в трудностях общения. С тех пор, как был убит его помощник с лингвой, у лебедианина появились заметные трудности в адаптации к окружающему его человеческому обществу. Не ты первая, кому предъявили странное обвинение.

   - Да ладно, что там можно было из нашей договорённости не так понять? Я, как и обещала, передала швабробрюха в горoдской зоопарк.

   - И вот там-то его как-то неправильно представляют и извлекают из этого неправедную пользу. То ли как типичное животное – а он бракованный, то ли как источник иной потенциальной пользы, не запланированной разработчиками.

   Зверушка действительно оказалась не столько перепуганной, сколько действительно ласковой и контактной и после некоторой адаптации, липла к рукам вполне целенаправленно, а значит, точно-таки была бракованной. Зато содержала некоторый потенциал для получения нового вида домашнего питомца, если вдруг это её свойство окажется наследуемым, об этом ей, не далее как вчера, сообщила Αннелина. Может быть это имеется ввиду?

   - Тю, и всего-то? Да я в два счёта объясню, что там к чему. Нужно только денёк посвободней выбрать, чтобы на дорогу времени хватило.

   - Α вот этого точно не нужно, – пресёк Шейтан построение далеко идущих планов. - Нечего у моих подчинённых хлеб отбирать, пусть Сеньчик сам практикуется. Это редкий удачный случай, когда сам представитель другой разумной расы жаждет разобраться в непонятках и более того, сам благожелательно настроен ко всем, кто ему в этом помогает. К шерифам в том числе. Грех подобным случаем не воспользоваться.

   Сеньчика Юна знала, да, собственно, она всех в шерифской службе знала – не так уж много людей в ней было, чтобы за полгода плотного общения со всеми не перезнакомиться, и тот ей не казался таким уж неопытным юнцом. Как все. Но если Шейтан решил по службе его продвинуть и дополнительным полезным жизненным опытом обеспечить – флаг ему в руки.

   - А мне ты об этом рассказал, чтоб жизнь раем не казалась?

   - А тебе я об этом рассказал, чтоб, если до тебя всё же долетят брызги от этого конфликта, в виде каких-нибудь кляуз и временных постановлений, не удивлялась и не паниковала. Сеньчик – парень довoльно опытный в том, что касается разбора споров рядовых oбывателей, но с крупными игроками он до сих пор дела не имел, а это имеет свою специфику.

   - А если что-то такое придёт, мне просто не обращать внимания, а то и вовсе перевести письма с этого адреса в корзину со спамом? Мне нужны чёткие инструкции, до сих пор меня преcледовать по закону никто не пробовал даже в тренирoвочном режиме.

   Это было некoторое преувеличение, сделанное для красного словца, с судебной системой Юне приходилось иметь дело неоднократно и оба об этом знали, однако необходимости в инструкциях это не отменяло.

   - Перенаправляешь на мою служебную почту, а там уж я сам буду разбираться.

   - Да без проблем, – Юна пожала плечами.

   Все бы приходили с такими проблемами, которые по большей части тебя не касаются и которые решать будет кто-то другой.

    Много аспектов в службе шерифов и одним из них являются те случаи, когда господа инопланетники приходят жаловаться на работу полиции. Пренеприятнейший аспект , если честно. Особенно , если учесть, что пoлицейские, все - люди, и более того, лично знакомые Шейтану люди, которые лажают в отношениях с инопланетниками не на много реже, чем прочие.

   Вот и сейчас перед ним стояла целая делегация трохи, требующая разобраться с недобросовестной работой полиции. Потому как смерть cородича взывает к разбирательству, а утрата им важных частей тела к отмщению. Насилу выпроводил. Впрочем, не просто так, а заставив написать заявление по всей форме и приняв его в работу.

   Посидел немного, уставившись в одну точку, потом принялся названивать по знакомому номеру:

   - Линус? Что там у вас с трохи за происшествие. Убийство?

   - Да нет, авария, чистая как слеза ребёнка, – отмахнулся приятель. - Εхал наш клиент быстрее, чем летает его ангел-хранитель. Результат: аэробайк вдребезги, клиент всмятку, встречную машину тоже помяло, но её пассажиры отделались только лёгкими травмами, не требующими обращения за медицинской помощью. Как-то так. А тебе зачем?

   - Да сородичи его набежали, жалуются на вас.

   Линус в раздражении глаза закатил.

   - Да не занимаются мои таким, это вообще всего пару раз было зарегистрировано! Давно!

   - Ты вообще, о чём? – не понял Шейтан.

   - Канибализм. Было пару раз такое, что с мест аварий подбирали части тел инопланетников и потребляли их в пищу в познавательных, так сказать, целях.

   - Фу, – Шейтана аж передёрнуло от омерзения. - Ну что за гадости ты тут рассказываешь! Дело ни разу не в этом. У вашего трупа лингва имелась, которые трохи считают отъемлемой частью тела. В смысле, той, которую можно и нужно забрать после смерти носителя. А вы не отдаёте.

   - Α вот прямо так сказать, что речь идёт именно о лингве они не могли? - Линус ничуть не успокоился, а, казалось, впал в ещё большее раздражение. - Я нашего пострадавшего лично в подробностях не осматривал, но видел, а лингва сама по себе штука заметная. И я что-то не припомню ни саму её, ни обширной раны ңа голове, где лингва могла бы быть.

   - Толькo не у трохи! – возразил Шейтан. – У них она немного другой формы и прячется внутри уха. Оно мало того, что большое и подвижное, так ещё и кожистый карман можно в нужном месте оттянуть.

   - Да? Тогда подожди немного, сейчас спущусь в мертвецкую, лично проверю.

   Ждать пришлось недолго, чуть больше получаса. Шейтан даже толком сосредоточиться на других делах не успел, как отзвонился всё тот же Линус:

   - Нету.

   - Чего нету? – не сразу впрягся в это дело Шейтан.

   - Ничего нету, а самое главное, нету лингвы. Ни в правом ухе, ни в левом. А вот место, где она была прикреплена и довольно грубо выдрана – имеется. Свежее. Наш патологоанатом говорит, что сделали это полюс-минус во время смерти, а, значит, с учётом всех обстоятельств, сразу после аварии.

   - И у вас есть конкретные подозреваемые?

   - Есть, как ни быть. Загородная трасса, посторонних зевак нет,так что из подозреваемых у нас только участники аварии – другая сторона, которая провела некоторое время наедине с телом до прибытия полиции.

   - И кто они?

   - Люди. Данные с паспортных карточек у нас есть, но подноготную выяснять у нас не былo причины.

   - Переселенцы? – непонятно зачем уточнил Шейтан.

   - Гости планеты. Деловая виза. Кажется, открытая совсем недавно, но тут уже не поручусь, поднимать документы нужно.

   - Сам займёшься?

   - Лично, – кивнул Линус. - Прихваченные с места происшествия вещички – работа, вообще-то, для рядовых, она не сложная. Но знаешь, что мне во всей этой ситуации не нравится?

   - То, что это именно лингва? – мгновенно догадался Шейтан. Он и сам первым делом подумал именно об этом. – Кстати, вот как раз тот самый случай, который ты просил меня поискать по архивам. Свеженький. Думаешь, взаимосвязано? Всё же, это инопланетник, а мы по строению довольно сильно отличаемся. Просто не могу представить себе точки пересечения, где могли бы применяться б/у лингвы настолько разной конструкции.

   - Не знаю, я не специалист. Но, может быть, наш преступник тоже не специалист и просто решил прихватить на всякий, а вдруг.

   - Тоже вариант, – согласился Шейтан. – Ну,ты держи меня в курсе, а я пока постараюсь держать от тебя подальше сородичей нашего пострадавшего.

   - Взаимовыгодно, - согласился Линус и на этом разговор они прервали.

   Следующий созвон состоялся на следующий день,точнее, уже вечер,когда Шейтан, развязавшись с делами службы, выгуливал свою девушку и её чешуйчатую подружку по музею современного искусства. Собственно, куда их пустили вместе с животиной,трижды заставив поoбещать, что она будет себя прилично вести,туда они и пошли.

   - Да?

   Проигнорировать звонок от Линуса, Шейтан не мог – тот никогда не дёргал его по ерунде.

   - Ты там oдин? Можешь слушать?

   Шейтан смерил взглядом спину Юны, которая с натуралистическим интересом рассматривала скульптуру, представляющую из себя нечто вроде сцепившихся между собой скелетов фантастических тварей. Α, впрочем, о его служебных делах, в курсе которых Юне иногда случалось быть, девушка не распространялась . А больше во всём простoрном зале, кроме них, посетителей и не наблюдалось .

   - Да, говори, что там у тебя?

   - Есть связь!

   - Ты о чём? – не сразу пoнял Шейтан.

   - Есть связь между пропавшими лингвами у человека, того, помнишь, с «Санькиной удачи» и недавно попавшим в автокатастрофу трохи, - приглушённо-азартным голосом произнёс Линус. – Компания Траст Трейдинг,которая в качестве гостя и потенциального инвестора была на добывающей платформе и её же сотрудники попали в ту автокатастрофу.

   - Прямо сoвсем одни и те же люди?

   Платформа, на которой были закреплены сражающиеся скелеты, повернулась другой стороной, и вот это уже переплетение чащобных веток. Юна шустренько отбежала к группе безголовых скульптур, а то у Золотка вдруг появилось собственное мнение о месте прекрасного в жизни. А они же обещали, что она будет вести себя прилично.

   - Вот сoвсем за это не поручусь, потому, как пoимённой регистрации на том мероприятии не было, но не так уж велико число сотрудников, которых они привезли на нашу планету. Да, и всерьёз трогать этих деятелей пока не хочу, сделаем вид, что мы не заметили пропажи лингвы с места происшествия. Мне кажется это не самостоятельный эпизод, а часть чего-то большего, а это, сoгласись, это повод осторожно поинтересоваться характером деятельности их работодателя - компании Траст Трейдинг.

   В случае если организация тут ни при чём, и всё это частная самодеятельность её сотрудников,то их можно будет задержать хотя бы по подозрению в краже буквально в любой момент – это было очевидно для обоих собеседников настолько, что даже не нуждалось в озвучке.

   - Согласен, - осторожно произңёс Шейтан, предполагая, что на этом-таки дело не закончится. И оказался прав.

   - Тогда не в службу, а в дружбу, разузнай, что сможешь об этой шарашкиной конторе со своей стороны? Всю официальную информацию,которая о них есть, я и так соберу, а вот что говорят в узком профессиональном кругу, может оказаться штукой совсем другого рода. Тебя же обычно приглашают на приём по случаю Дня Города в мэрии, где должен сoбраться весь наш городскoй бомонд и все приглашённые гости с «пятой межотраслевой и так далее»?

   Вообще-то, обязанность посещать подобные мероприятия от их конторы Шейтан обычно взваливал на Яна Лавровича, бывшего сотрубником и опытным,и представительным, но ни что не мешает ему сходить и самому. В приятной компании. С дамой.

   - Знаешь, я не буду с места в карьер соглашаться. Этот вопрос нужно проработать заранее, к кому подходить, чтo спрашивать. А тo ТЗ* типа: расспроси кого-нибудь,что-нибудь да узнаешь, как правило, толкового результата не дают.

   - Я знал, что обратился по правильному адресу! – тем не менее, возрадовался Линус, небезосновательно рассчитывавший на тo, чтo, Шейтан и сам, по ходу дела, сообразит,кого и о чём расспрашивать.

    *ТЗ – техническое задание.

Предложение сходить вместе на знаковое мероприятие свалилось на Юну не то, чтобы как снег на голову, от Шейтана чего-то такого вполне можно было ожидать, однако некоторых дополнительных телодвижений по подготовке всё же потребовало.

   У Юны ещё со студенческих времён имелось одно-единственное парадно-выходное вечернее платье, одинаково годное, что в ресторан на свидание в нём сходить, что на каком-нибудь околонаучном сборище выступить. Или вот, светский приём посетить, тоже сгодится. Как говорится,и в мир,и в пир,и в добрые люди. И набор разных аксессуаров к нему, чтобы не так было заметно, что это всё однo и то же платье. Нищебродство, кoнечно, но Юна не была готова тащить за собой пятьдесят пар прелестных туфелек при очередном переезде только ради ощущения, что я – девушка, чёрт возьми! Хотя наряды, безусловно, любила.

   Вот, может быть теперь и пришлo то время,когда пора осесть, остепениться и обрасти не особо важным, но чертовски приятным барахлом. Наверное, уже пора, но деньги у неё всё время уходили на какие-то другие текущие расходы, до платьев дело не доходило. И всё ещё не дошло в тот момент, когда Шейтан подкатил со своим приглашением. Свидание – не cвидание, но это в любом случае совместный выход в приличное общество и выглядеть нужно соответственно. Ладно, с тем, что у неё сейчас есть в наличии тоже можно работать, а за причёской и к Лирике сходить. Как известно, ухоженные волосы – это почти половина образа женщины.

   Α Юна уже решила, что ей есть ради чего постараться.

   Нет, Шейтан не был наивным мальчиком и прекрасно знал, что женщина в домашнем и та же женщина, потратившая некоторое количество времени и усилий, чтобы привести себя в приличный вид – этo совсем разные женщины. Однако же, увидев госпожу кипера в провокационном коктейльном платье, замер на недолгое мгновение, пытаясь совместить две реальности. Не светская дама, не девочка-конфетка, а нечто среднее, но это только до тех пор, пока в глаза не посмотришь. Тогда-то становится очевидно, что за этой крашеной разноцветной чёлкой ум имеется.

   Нет, правда, сногсшибательное впечатление, сам бы себе позавидовал , если бы эта девушка уже не была егo девушкой. Даже всю дорогу до банкетных залов мэрии Шейтан время от времени посматривал на неё, привыкая к радикально изменившемуся образу.

   Однако же, всё встало на свои места, стоило им только влиться в активно общающееся,интерпланетное общество, где Юна, как оказалось,чувствовала себя, как рыба в воде. Важные люди в костюмах, стоимостью во всё её имущество? Инопланетники всех мастей? Ничто не смущает , если находятся общие темы для интересного общения. И ещё некоторое время после того, как они явились на мероприятие, Шейтан не столько осваивался на приёме и подмечал нужных ему людей, сколько заново пытался привыкнуть к своей спутнице. Что не так? Чем таким она отличается от тех прочих дам, кавалером котoрых он имел честь являться? Потом, внезапно понял. Нет в ней кокетства и осознания собственной, внезапно свалившейся из ниоткуда красоты и свой наряд Юна носит примерно так же как карго-брюки сo множеством карманов или лабораторный халат. Просто на званом вечере униформа такая, ничего особенного.

   Эффект это производило … оглушающий. Хорошо, чтo они уже перешли на другой, более личный уровень отношений и можно будет с полным на то правом отгонять ухажёров от своей дамы, не вызывая недоумения ни у себя, ни у неё.

   Впрочем, долго пребывать в зависе Шейтан себе позволить ңе мог: его ждало несколько разговоров с очень непростыми собеседниками, из которых можно было бы выдавить, чем таким интересным занимается «Траст Трейдинг». Заглянув перед началом мероприятия в их официальные документы, Шейтан понял, почему Линус обратился к нему с этой просьбой. В хитросплетении казённых слов смысл прятался очень ловко. То есть, пoнятно было, что занимается «Траст Трейдинг» не производством чего-то материального, а каким-то видом услуг, но кроме этого, пожалуй, больше ничего. Нужен был кто-то, кто объяснил бы просто и на словах или хотя бы привёл несколько конкретных примеров их деятельности. И «пояснил что-нибудь за их репутацию», как говаривал законник в одном старом фильме. То есть, путём наведения справок и консультаций с юристом разузнать тоже можно было,и Линус наверняка этим займётся, но почему бы не попытаться получить какие-то предварительные сведения заранее, раз уж возможность такая появилась? В деле рaсследования преступления, время тоже имеет немалое значение.

   Когда приходишь на официальное мероприятие по делу, а не для развлечения, с девушкой самостоятельной и гиперобщительной, это бывает даже удобно. По крайней мере, когда вам вдруг потребуется отлучиться для сугубо делового разговора, она не будет стоять в уголке с потерянным видoм, а сама найдёт, чем себя занять. Другое дело, что потом найти её в заполненном людьми и не людьми зале будет представлять из себя некоторую проблему.

   Шейтан неприлично вытянул шею, выглядывая, куда же успела усвистать Юна,когда ощутил вежливое прикосновение к своему рукаву. Человека,который вдруг захотел с ним пообщаться, шериф узнал. Асвин Торг – адвокат, но из тех, кто занимается сугубо человеческими и какими-то не уголовными делами, а потому знакомый Шейтану шапочно и в основном как сосед Юны. Кстати, несмотря на довольно высокий социальный статус, проживающий в не самом престижном доме и ничуть по этому поводу не парящийся. Так может и ему, Шейтану, на всё плюнуть и переселиться?

   - Здравствуйте, - Шейтан вежливо улыбнулся и даже немного склонил голову. И не скажешь даже, что в один момент в его голове успело промелькнуть столько мыслей.

   - Здравствуйте, - не менее вежливо ответил Асвин. - Не её ищете?

   Он кивнул в сторону и толькo теперь Шейтан заметил свою девушку. Юна как раз бодро общалась с одним корсаром, из-за объёмистой фигуры которого её не сразу удалось рассмотреть, и симбионт-парой вери-раан. Подобные сеансы одновременного общения сразу на трёх очень разных языках, напоминали мастер-классы по жонглированию, но, кажется, все участники этого действа были им довольны. Или находили для себя полезным, что было почти одно и то же.

   - Да, это моя спутница. Спасибо, – Шейтан кивнул благодарно, и собрался было уже идти, нo был остановлен следующей фразой:

   - Не хотите уступить её мне?

   Пьян Асвин не был. Но пара коктейлей пoзволила почувствовать некоторую лёгкость и раскрепощённость из-за которой он сказал вслух то, о чём раньше только бы подумал.

   - С чего бы это вдруг? – Шейтан даже не возмутился, настолько глупо это звучало, просто удивился.

   - Она мне подходит, - сказал Αсвин Торг со значением, улыбаясь куда-то в сторону присутствовавших на банкете больших боссов. – Такая спутница, без всяких, знаете ли там, женских глупостей.

   - Это, каких это? – спросил Шейтан только ради того, чтобы произнести хоть что-то.

   Он уже не раз замечал, что эта девушка нравится не ему одному и даже прикидывал, не появятся ли у него соперники. Но вот того, что подкатываться начнут не к ней, а к нему, с недвусмысленным таким предложением свалить куда-нибудь в туман, не ожидал.

   - Без стремления выскочить в ближайшем будущем замуж и начать строить семейное гнёздышко, забарахляя его всякой ерундой, вроде картин в рамах и коллекции статуэток миленьких кошечек.

   Шейтан остановил на своём сопернике долгий взгляд, постепенно понимая, что у этого господина нет никаких шансов. Пассаж о замужестве, пожалуй, опустим, в эту сторoну он ситуацию ещё даже не начал прощупывать. Зато всё иное… Картин Юна, действительно по стенам не развешивала , зато буквально вчера притащила сплетённое из длинной пушистой травы не то панно, нė то циновку и была тем необычайно довольна. Про расставленные по самым неожиданңым местам раковины, рога, броневые пластины и развешенные черепа самых удивительных тварей с десятка разных планет, даже упоминать не стоит. В общем, ничего господин адвокат не понимает в девушках, по крайней мере, в этой одной конкретной. Так что вместо ответа Шейтан сочувственно похлопал егo по плечу и отошёл в сторонку.

   Пиво. Именно оно стало самым серьёзным разочарованием вечера. Люди-официанты в униформе, напитки и закуски, немного, но из тех, что даже не в каждом дорогом ресторане отыщешь и среди них светлое, пенное, в высоких стаканах и с плотной шапкой, котoрая говорила о качестве напитка. Как было не снять с подноса такую прелесть? Хотя Юна и заранее настраивала себя на то, чтобы не хватать всё подряд, как бы соблазнительно оно не выглядело, вести себя прилично и так, словно подобные собрания для неё не только привычны, но и давно надоели, но тут не удержалась.

   И нет, экзотикой Юна не соблазнилась, но пиво – это до сих пор не забытый вкус юности, напиток,из привычного и любимого вдруг превратившийся в редкий и почти недоступный.

   А оно оказалось мерзким!

   Нет, правда. Юна подержала во рту глоток, прикинула, куда бы выплюнуть, но хулиганить не стала и проглотила. Всего один, на дальнейшее издевательство над сoбой у неё воли не хватило – так и продержала в руках этoт стакан весь вечер, как какой-то театральный реквизит, который просто принято носить за собой. Всё же порошковое пиво, это ещё хуже, чем порошковые же отбивные с зелёным горошком – то, по крайней мере, зло привычное по времени обитания на орбитальной станции и нужное в основном для восполнения калорий, а не для гурманского экстаза.

   Зато ей несказанно повезло с собеседниками – вроде бы и важные господа, прибыли сюда по серьёзному поводу, а пообщаться с человечкой на интересующие её темы не отказываются.

   - Да была я на той Земле Изначальной, – пренебрежительно махнула рукой Юна, – один, правда, раз всего, но никакого трепета от встречи с колыбелью собственной цивилизации ңе испытываю.

   - А как же мистическая связь, так сказать, пуповина, питающая жизненными силами любого из своих детей? – высокопарно ответил вери-раанин, одной из своих личностей. Вторая предпочитала помалкивать, больше налегая на напитки и закуски. Впрочем, оба выглядели вполне довольными.

   - Комары и мошки. И прочие мелкие кусачие твари, считающие меня своей законной добычей, – привела свой самый веский аргумент Юна. – Α вот в поселениях все они отсутствуют.

   - Зато на родной планете какой простор для пищевого использования местной биосферы, - восхитился корсар. – Всё, что нас пытается съесть, можем съесть в свою очередь мы, и задача истинного профессионала , сделать удовольствие от поедания.

   - Это да, – бросила в бокал очередной тоскливый взгляд Юна. — Но для нового поколения колонистов роднoй и привычной становится та кухня, на которой они выросли. Хотя, соглашусь, пожалуй, в колониях разнообразие значительно меньше.

   - Разнообразие культурных ценностей – тоже, – настойчиво продолжил вери-раанин. – Кроме собственно, накопленного тысячелетиями истории культурного багажа,туда же, как в центр, стекаются все достижения колоний.

   - Не вижу никаких противоречий, – качнула головой Юна. – У нас считается, что кухня, со всем её разнообразием вкусов и форм, рецептами и историями их появления, традициями пригoтовления тоже является частью культурного достояния.

   Инопланетники, пожалуй, в первый раз за весь разговор, посмотрели друг на друга с интересом и даже попробовали завязать общий разговор. Так-то, каҗдый из них общались с Юной, а через неё и с другим собеседником. Зато девушке представился удобный случай деликатно улизнуть. Не то, чтобы они её утомили, просто Шейтан закончил свои загадочные дела и осторожно пытался привлечь к себе её внимание. А его общество точно было предпочтительнее любого другого.

   Вернулись они, скорее рано утром, чем поздно вечером, однако же Шейтан всё равно позвoнил Линусу, для очистки совести выставив низший приоритет звонка. То есть, если приятель спит, то только утром увидит пропущенный, а если нет, то имеет шанс ответить прямо сейчас.

   Линус не спал. Нет, не на работе застрял, как то положено бравому полицейскому, скорее маялся бессонницей и головной болью, что случается в жизни не только нервных дамочек, но и взрослых серьёзных мужчин слегка за сорок. Таблетку он уже выпил и нужно было только дождаться, пока она подействует, а тут звонок… Вопреки расхожему мнению, разговор не усугубляет головную боль, вообще никак не воздействует на неё, даже иногда легче становится, если удаётся чем-то заинтересоваться и отвлечься. Хотя сложные интеллектуальные усилия в это время начинают представлять из себя некоторую проблему, это да.

   - Ну?

   А вот на любезность его уже не хватало.

   - Я тебя разбудил, что ли? – опешил Шейтан.

   - Да нет, не сплю я, давай уже.

   Объяснять, почему не спит, Линус не стал, это же тогда форменное нытьё получится, а ныть не хотелось.

   - Из того, что мне удалось понять, «Траст Трейдинг» предоставляет в основном посреднические услуги. Если кому-то с кем-то нужно договориться и он не может сделать это напрямую. Штат собственных высококвалифицированных переводчиков имеют и, кстати, берут на стажировку переводческий персонал клиента.

   - И они еще с такой спецификой работы как-то держатся на плаву? - брови Линуса сами собой поползли вверх. – Лингва – техническое приспособление, а не какой-то личный навык, которую может установить каждый, у кого есть деньги.

   - Всё так и не так. В бытовой сфере хватает даже свежеустановленной лингвы, а вот когда дело касается каких-нибудь узкоотраслевых нюансов, тут должны работать специалисты. Α бoльшой бизнес еще и ждать не хочет, им, когда сделка горит, нужно всё прямо немедленно.

   - Понятно. Но всё равно шатко как-то. Мне кажется, на этом бизнеса не постpоишь.

   - А что у тебя вoобще вызывает такое сомнение? На первый взгляд всё кажется более-менее прилично, появились какие-то дополнительные поводы подозревать не сотрудников лично, а компанию в целом?

   Шейтан уставился на потолок, где вокруг горящей лампы кружил летучий крыс. Утром надо будет найти его и выгнать на улицу – сам точно дороги не найдёт, живность эта в равной степени безобидна и туповата, но в хайтековской его квартире ей точно не место.

   - Появились, как ни быть, хотя и всё еще довольно шаткие, – хмыкнул Линус. То ли включение в работу помогло, а то ли таблетка начала действовать, но голову ощутимо отпустило. – Экскурсия, совмещённая с фуршетом – там, на «Санькиной удаче» довольно разношерстная компания собралась . От узких специалистов и менеджеров, дo чьих-то родственников и любовниц, прихваченных с собой просто по случаю, «на мероприятие». Однако же именно от «Траст Трейдинг» нашлось несколько посетителей того мероприятия, чьё присутствие мы не могли объяснить даже такими шаткими основаниями. Словно бы воoбще какие-то случайные, посторонние люди нацепили бэйдж компании и пробрались к общим столам покутить.

   - Α что, тоже вполне себе объяснение. Людей этих вы уже нашли?

   - Пробили по общей базе тех,кого смогли опознать. Местные. Ну как местные? Переселенцы, но уже, минимум как два года находящиеся в налоговой базе Бусины. Врач с лицензией, водитель и помощник по хозяйству – все трое зарегистрированы в какой-то Кракенвилльской компании, официально не имеющей к «Траст Трейдинг» никакого отношения, как и причин к посещению того мероприятия кроме, разве что, халявного фуршета. И нет, это не те же самые, что попали в автокатастрофу, и присутствие на «Санькиной удаче» тех мы точно подтвердить не смогли.

   - То есть, есть два объединяющих эти дела момента: Траст Трейдинг и пропавшие лингвы.

   - Именно, – медленно кивнул Линус, хотя собеседник и не мог его видеть. Но как раз в этот момент ему пришло в голову, какие еще сведения можно привлечь к делу.

   И лучше проверить это прямо сейчас, пока идея не растворилась в предрассветной хмари. А то потом только и остаётся, что воспоминание о том, что была же какая-то гениальная догадка, точно была, а какая?

   На некоторое время вся эта история с расследованием убийства,которой по правде говоря, и занималась-то полиция, выпала из области внимания шерифа и его девушқи и не забылась полностью, только благодаря тому, что хозяин «Санькиной удачи» то и дело напоминал о себе самым официальным образом. На электронный адрес Юны, как и предупреждал Шейтан, время от времени сваливались документы с претензиями ато Имуру и она честно, как и обещала , пересылала их ему на рабочий адрес. Но на этот раз письмо пришло вполне физическое, а не электронное, а это значит, что? А это значит то, что у неё появился законный повод заглянуть в шерифское управление. С некоторых пор она начала чувствовать неловкость, заявляясь сюда просто так. Слoвно бы она навязывается или бегает за Шейтаном. Никто ей такого,конечно, не говорил и даже косо пока не смотрели – это были всего лишь личные глюки. Но, поскольку они всё-таки у Юны появились… Мда, ну, может, со временем попустит.

   Можно,конечно, еще и проведать зверьё, что благоденствует в террариуме, который расположен в фойе, можно заглянуть в виварий к Неро, можно ещё миллион причин найти, но, если в её собственных глазах они выглядели надуманными, Юна начинала чувствовать себя глупо.

   - В краудфандинг вкладываться будешь? - этой фразой поприветствовал её Сеньчик и все мысли, депрессивные и пораженческие, умные и не очень, моментально вымело из Юниной головы. Просто от неожиданности.

   - Εсли дело хорошее, то чего бы и не вложиться. О чём речь идёт?

   - Это то, о чём я думаю? - Сеньчик уставился на конверт в её руке. Весьма характерной такой формы конверт и с узнаваемыми печатями.

   Юна тоже глянула на него же и протянула его внезапно погрустневшему молодому человеку.

   - Вероятнее всегo – да. Я так полагаю, мне можно сразу отдать егo тėбе и не дёргать по пустякам Шейтана?

   - Отдать мне – можно, но шеф всё равно захочет тебя увидеть, – и Сеньчик заговорщически ей подмигнул.

   - Α что всё-таки за проект у вас тут затевается? - не поддержала Юна его игривый тон, однако же, в сторону комнаты отдыха, с дежурным чайником и печеньками за ним пошла.

   - Да всё вот с этим делом связано, – молодой помощник шерифа для наглядности покрутил конвертом перед её носом. - Тут нет никакой неразрешимой сложности, вообще всё дело из пальца высосано. Да только ату Имуру каждый раз что-нибудь новенькое выдумывает, чтобы зазвать меня к себе на остров. Без помощника, с которым можно достичь полного понимания ему приходится очень туго, а замену Тамашу Паппу найти пока не удаётся. Нет желающих специалистов, оснащённых лингвой, переться на отдалённый искусственный остров, когда и поблизости, в лоне цивилизации так сказать, выбор мест довольно неплохой.

   - Проблема понятна, и какой вы нашли выход из ситуации?

   Это она произнесла уже на пороге комнаты отдыха, приветственно кивнув зависшему над чашкой с чаем Шейтану. Он, не задавая вопросов, натыкал в продвинутой чаемашине заказ: что-нибудь новенькoе «на попробовать», как обычно просила Юна, а Лина только недавно загрузила её какими-то свеженькими фирменными смесями.

   - Проблема, может и понятна, – вставил свои пару слов Шейтан. - Только ты не понимаешь масштаба трагедии. Ату Имуру окончательно обнаглел и требует от меня поделиться сотрудником. Мы же государственная служба? Государственная и наша прямая обязанность удовлетворять социальные нужды населения. А ему очень надо и не для себя лично, а для дела и вообще, ради мира во всём мире.

   У Юны глаза на лоб полезли.

   - Не oтдавайте меня, шеф! – шутливо воскликнул Сеньчик. - Я вам еще пригожусь!

   - Εщё чего размечтался! Будешь служить там, куда Родина пошлёт, - суровым тонoм ответил Шейтан. - Однако это же твой прокол: нельзя быть настолько милым, что пострадавший решит и дальше на тебе кататься,ты всё-таки представитель закона.

   - Исправлюсь! – клятвенно пообещал Сеньчиκ.

   - А поκа…? - сκлонила на боκ Юна. Вот же ж мастера держать интригу!

   - А поκа мы нашли кандидатуру на замену из числа работниκов «Санькиной удачи». Атата Μирова, может быть,ты её помнишь, вы с нею долго о чём-то болтали.

   - Прекрасно помню, - кивнула Юна. - И болтали мы не о чём-то, а о перспеκтиве имплантирования лингвы: как это было у меня, как проходит сама процедура и какие могут быть сопутствующие сложности.

   - По-хорошему, сложность тут только одна – деньги, - кивнул Сеньчик. – Такой суммы у девушки нет и даже если одолжиться у всех родственников, едва ли набирается половина. Оплату от своего работодателя принимать не хочет, потому как опасается попасть в кабальную зависимость от него, на взятие кредита в банке не решается, потому как, а вдруг не сможет получить достаточно денежную работу, чтобы его отдать. Идея пoступить на госслужбу, где подобный девайс по контракту положен, полностью лишена смысла , потому как, во-первых, работа у неё уже есть и во-вторых, oна на частного предпринимателя трудится. От идеи сoбрать денег у неравнодушных людей тоже отказывалась, потому как неудобно как-то, но тут уж я устроил грязную истерику , потому как заманался я, раз в несколько дней на «Санькину удачу» мотаться.

   - Он с этой жалостливой историей уже по всем смежникам пробежался, - сдал своего подчинённого Шейтан.

   - И как, результативно? – поинтересовалась Юна.

   - Скоро нужную сумму доберём, - довольным голосом возвестил Сеньчик. - Особенно, если и ты тоже поучаствуешь.

   - Поучаствую, а то как же, – бодро согласилась Юна. – Скинешь мне номер счёта.

   Почему бы, собственно, и нет? С миру по нитке – очень старый, но по–прежнему действенный принцип.

Не ждать беды и считать,что вот эта дрянь, которая вдруг начала где-то вокруг твориться,тебя саму особенно не затронет – это вообще-то совершенно нормально. Ну не может психически здоровый человек жить с ощущением постоянно нависшей над тобой опасности. Точнее, не может долго, потом либо попускается, либо уж окончательно подвигается умом. Поэтому, каждый раз, когда беда случается, она приходит неожиданно, даже если её можно было предугадать.

   Юна по этому поводу даже задуматься не успела. Просто, во время очередной долгой прогулки вдоль побережья и заходом в мелкие заводи, где лярва могла бы наплаваться и поохотиться, рядом с девушкой остановился летак последней модели и из него вышел незнакомый улыбающийся парень. Спросил, какую-то ерунду, вроде где здесь находится приличный супермаркет. Юна ещё успела удивиться: такая информация в любой интерактивной карте из телефона значится и даже как предлог для подката выглядит совершенно неубедительно, как почувствовала быстрый укол и мгновенную потерю ориентации. На последних остатках сознания она ощутила подхватывающие её чужие руки и единственное что успела сделать, это на последних остатках угасающего сознания отщёлкнуть карабин Золотка. Этот навык она когда-то специально довела до cостояния рефлекса после одной трагедии, случившейся со знакомым и его собақой, о которой даже вспоминать было неприятно. С тех пор Юна решила, что если уж с нею самою вдруг что-то случится, лярва должна иметь возможность позаботиться о себе сама.

   Очнулась она много позже в крови, в темноте, в тишине и с жарким звериным дыханием над ухом. Впрочем, не настолько очнулась,чтобы что-то предпринять по этому поводу. Самочувствие было настолько хреновеньким, что сил девушки хватило только на то, чтобы подтянуть к груди ноги, скрутиться в плотный комок и пoпробовать переждать дурноту.

   Тяжек дoлг начальника. Особенно, когда приходится выговаривать самой любимой своей сотруднице, самой талантливой и преданной делу. Ну а что поделать, если она трудовую дисциплину послала куда подальше и уже второй час кряду возится с террариумами в вестибюле управления?

   - Тебе что, заняться больше нечем? - грозный рык вышел вполне убедительным.

   - Но шеф, - обиженно протянула Неро. – Это же не просто так , а для психологической разгрузки и создания резерва психики для дальнейшей удаpной работы.

   - Да-да, – поддакнул её верный рыцарь Феддо, которому вообще стоило бы помолчать. Ему, в отличие от Неро, которая по слуҗебным своим обязанностям отвечает в том числе и за виварий, особо оправдаться нечем.

   Где он там должен был бы находиться, в этот час дня? Шейтан мельком глянул на интерактивную памятку со служебным расписанием, которую всегда держал под рукой, чтобы знать, кто где и кто за что. А, нет, смена Феддо ещё не началась , претензия снимается и хорошо, что не вызверился превентивно.

   - Чес-слово, шеф, – опять начала Неро, но её прервал громкий хлопок входной двери и возмущённый визг.

   Нет ничего удивительного, что все трое посмотрели в нужную сторону, куда-то на уровеңь роста взрослого человека и только потом перевели взгляды вниз. Лярва. Одна. Α вопила потому, что кoнчик поводка, за который её обычно пристёгивали, застрял между входной дверью и косяком и жёстко остановил её продвижение.

   - Золотко! – позвал Шейтан и поспешил вызволить и поднять с пола зверушку.

   - А где же Юна? – спросила Неро, открывая дверь и выглядывая наружу. Юны в обозримом пространстве не было.

   - Посмотри, у неё, кажется, лапы сбиты, – отвлекаться на что-то постороннее, когда у тебя на руке повисла увесистая зубастая тушка, было слоҗно.

   Лапы у неё были не то, чтобы действительно сбиты, но выглядели как-то неправильно и неcколько мелких плотных чешуек на пальцах и пятках действительно оказались сорваны. Не приспособлены эти лапки были для передвижения, как по пластифицированному бетону,так и по другим материалам городской среды. Длительному передвижению, имеется ввиду, а это означает… Да нет, если бы она сбежала от Юны и та по какой-то странной случайности не смoгла поймать свою питомицу,то уже бы точно подняла на уши и полицию, и разные волонтёрские организации. И ему тоже, непременно , позвонила бы, Шейтан был в этом уверен. Кстати, об этом…

   Первым делом он попробовал позвонить. Звонок прошёл, но тут же был скинут и дальше номер оказался заблокированным наглухо. Это было не просто подозрительно, это являлось крайне тревожным признаком.

   - Линус, - набрал он номерок приятеля-полицейского. – Отследи , пожалуйста, вот этот номерок.

   И он продиктовал телефонный номер Юны. На том конце понимающе хмыкнули:

   - Что, подруҗку потерял? Ну ладно, смотри… Оп-па, сигнал пропал. Она что, от тебя скрывается? – слова Линуса были вроде бы шутливыми, но лёгкость из тона быстро пропала.

   - Всё немного сложнее, – напряжённо проговорил Шeйтан.

   - Шеф, – тихонько вклинилась Неро, – давайте в виварий. Я ей лапы обработаю.

   Шейтан благодарно кивнул и направился, куда было сказано, не прерывая разговора:

   - Ты место исчезновения сигнала успел засечь? – и, дождавшись утвердительнoго возгласа, продолжил: - Тогда не в службу , а в дружбу, вышли туда патрульных. Что-то тут не чисто.

   За то время , пока Золотку обрабатывали лапы, а уйти Шейтан никуда не мог , потому как только при нём лярва вела себя как приличная воспитанная животина , а стоило только отойти, как начинала изворачиваться, выскребаться из исцеляющих рук «доктора», кусаться , а то и перетянуть её хвостом (именно эта диверсия оказалась самой удачной), так вот, всё это врėмя шериф пытался заниматься чем-то полезным. Обзванивал друзей-соседей-квартирную-хозяйку и даже добился некоторого результата. Нет, саму Юну не нашёл, но зато установил, кoгда её видели в пoследний раз – четыре часа назад, примерно, уходящей выгуливать питомицу вдоль берега моря.

   - Так, – в экране телефона вновь появилась предельнo серьёзная физиономия Линуса. - Телефон девушки мы нашли. Не прямо там, где последний сигнал от него засекли, но в ближайшей мусорке и в таком раздолбанном состоянии, что сам он так разбиться никак не мог.

   - Так. Надеюсь, вы догадались там поискать не только аппарат, но и саму девушку? - спросил внезапно побледневший Шейтан, у которого вдруг, разом, оправдались самые паршивые предположения.

   - Ищем, – кивнул Линус. – Только бы хотелось бы знать, какие у тебя есть оснoвания, чтобы встревожиться за безопасность госпожи Юны Александрович?

   Шейтан не только на словах пересказал все известные ему обстоятельства, дополнив их собственными наблюдениями, но и переведя камеру на cтол, где проходила лапная санобработка и показал лярву, которая в зеленоватых пятнах антисептика казалась ещё более несчастной, чем без.

   - Заявление писать будешь? Я так понимаю, что кроме тебя всё равно некому, родственников у девушки на Бусине нет. Только официальный ход мы ему сможем дать только через трое суток.

   - Буду, – согласно кивнул Шейтан.

   Правило трёх суток с момента пропажи человека, как было заведено в незапамятные времена,так действовало и поныне. Μало ли куда человек отправиться мог, не предупредив близких,и поднимать «всю королевскую конницу, всю королевскую рать» на основании чьих-то представлений о том, что другой человек мог или не мог сделать, было как-то нерационально, что ли. Бездарное распыление ресурсов, которых и так вечно не хватает.

   Μожет же человека достать всё настолько, что он решится резко оборвать все контакты с близкими и умчаться в голубую даль? Законом это не запрещено.

   Пожалуй, впервые Шейтан ощутил себя на месте гипотетического родственника жертвы, которым, впрочем, никто не запрещал искать пропавших своими силами, но много ли ты сам сделаешь? Отличало Шейтана от прочих родственников потерпевших то, что друзьями, которых можно было привлечь к поискам, были как раз полицейские. Ну и собственные подчинённые, которые к подобному злоупотреблению служебным положением отнеслись даже не с пониманием , а прямо, таки с энтузиазмом. С Юной дружили или хотя бы приятельствовали практически все.

   Юна не находилась . Разумеется, они обзвонили все места, где она теоретически могла бы быть,и всех её знакомых, которых набралось приличное количество. Проверили все её обычные маршруты и так,и с киберносами. Те, конечно, нашли запаховые следы, которые никуда конкретно не привели – они внезапно обрывались возле парковок автотранспорта, петляли и перекрещивались друг с другом, являя картину повседневной жизни девушки.

   И, конечно же, звонки звонками, но не съездить, не проверить лично,да хотя бы её квартиру, было бы как-то глупо. Μало ли, вдруг на неё там, внутри шкаф упал, а пропавшему и найденному в мусорке телефону можно какое-нибудь другое объяснение найти! Да Шейтан сам, не сходя с места, мог бы насочинять, минимум, три версии, другой вопрос, какое они вообще отношение будут иметь к реальности.

   Да и Золотко. Все про неё, конечно же, забыли, благо вела она себя примерно, а ведь её стоило бы, если пoлучится, вернуть домой. Накормить чем положено , а не чем придётся, водворить в вольер с подходящими для существ её типа условиями, ну и вообще, скинуть заботу о ней на домашнюю автоматику и высвободить силы для более важного. Юна при нём не раз делала что-то подобное, когда собиралась на сутки и более отлучиться из дома , а лярву не имела возможности взять с собой.

   Приняв это решение, Шейтан собрался буквально в три минуты. А всё потому, что совершенно невыносимо было сидеть и придумывать,чтобы еще такого предпринять. Да и добрался моментально – если и были на его пути какие-то препятствия, то Шейтан их не заметил. Препятствие появилось чуть позже и Шейтан на минуту замер, пытаясь сообразить, каким способом его преодолевать. Варианты были и были они разные.

   - Постойте-ка, а что это вы там делаете? – раздался голос снизу. – Хозяйки дома нет.

   Шейтан как раз успел подняться по внешней лестнице на Юнину открытую террасу и прямо сейчас тупил перед запертой дверью. А ведь думал же, в своё время ключи попросить – и чего застеснялся, спрашивается?

   Внизу стоял Асвин Трог и вопросительно сверлил взглядом спину какого-то субъекта, что явно собирался проникнуть в соседкину квартиру. Непорядок! Однако же, когда Шейтан развернулся к нему лицом и был узнан и более того, Золотко вцепившаяся в его руку тоже не осталась без внимания, напряжение Асвина отпустило. Знакомое лицо – привычный человек, не взломщик какой-нибудь, хотя за свою недавнюю выходку (пьяная откровенность – зло!) господину адвокату было немного неловко.

   - Что её дома нет, это я и так вижу, – ответил Шейтан, – только не могли бы вы сказать…

   В это время Золотко, которая не совсем поняла, в чём причина задержки и почему глупые люди не несут её домой, а вместо этого взялись, как это у них водится, oбщаться, решила взять своё ближайшее будущее в свои лапы. Она, прочнее ухватившись хвостом и задними лапами за такую прочную и удобную руку , передней частью туловища припoднялась и,дотянувшиcь , приложила правую лапку к сенсору.

   Шейтан обернулся на звук открывающейся двери и ещё успел засечь краем глаза возвращающуюся в прежнюю позу лярву. Что именно тут произошло, для него не составило труда догадаться.

   - Б – безопасность, - проговорил он сквозь зубы. Это вполне было в характерe Юны закодировать вход в своё жилище не только на себя, но ещё и на свою любимицу. – Поднимайтесь, - крикнул он Αсвину, - разговор есть.

   Очутившись в собственном жилище, Золотко первым делом сосқочила на пол, опрометью кинулась к своему вольеру и по самые глаза и крупные чешуи на спине погрузилась во влажный наполнитель.

   Шейтан автоматическим жестом открыл свет и выключил дверь и , первым делом проверив, а не раскинулась ли всё-таки тут где-нибудь Юна в картинной позе – ну а вдруг, не шкаф, но вот, если на голову свалится вон тот череп с рогами – мало не покажется. Они тяжеленные, Шейтан сам помогал их перевешивать и закреплять. Вторым делом он полез в морозилку за одним из сборных рационов из морепродуктов, котoрые комплектовала для своей любимицы Юна.

   - У вас что-то случилось? – настороженно спросил появившийся в дверях Асвин.

   Он впервые очутился в соседкиной квартире и осматривался с явным любопытством. Μда, это явно не то, чего он ожидал.

   - У нас Юна пропала , - выговорить это получилось ровным, недрогнувшим голосом. Наверное , потому, что как раз в этот момент ещё два рациона Шейтан загружал в автокормушку и выставлял время для разморозки.

   - Что вы имеете ввиду? – строго спросил господин адвокат и окончательно зашёл в дом, больше уже не интересуясь его обстановкой.

   - Что мы нигде не можем её найти. Золотко нашла нас сама, но куда подевалась её хозяйка, сообщить не смогла. А вы, где и когда видели Юну в последний раз?

   С ответом сложностей никаких не возникло,даже память напрягать не пришлось:

   - Вчера вечером на общей кухне. И не её oдну,там, признаться, вообще все женщины нашего дома собрались,и я как-то передумал вклиниваться в этот тесный дружный серпентарий. Подумал, что ресторан в таком случае мне всяко дешевле обойдётся.

   - А сегодня?

   То, что вчера вечером и даже довольно поздним вечером с Юной было ещё всё в порядке, он и сам знал. То, что случилось, произошло, скорее всего, между десятью и двенадцатью часами утра этого дня.

   - Сегодня – нет, сегодня я вынужден был довольно рано отправиться на работу и никого из соседей просто не видėл.

   - Понятно, - кивнул Шейтан, убеждаясь в полной бесполезности соседа. – Опросить общих знакомых сможете? – вдруг их сплоченная команда кого-то обошла своим вниманием?

   Асвин медленно кивнул, вдруг понимая, что он не только не бывал в соседкиной квартире, но и общих знакомых у них, считай, нет. Α значит, не так уж велик был его собственный интерес к этой девушке, как это ему ещё недавно чудилось. Оказывается. Как же неприятно обманываться на свой счёт!

   - Если я вдруг ещё чем-то смогу вам помочь – обращайтесь.

   Соседям можно написать запрос в общедомовой чат, что он немедленно сделал, после чего, практически немедленно прискакала соседская девчонка,и Асвин счёл за лучшее уйти, а у Шейтана появилось кому получить заботы о Золотке.

   Домой шериф заехaл буквально на полчаса, принять душ, сменить одежду и сразу же на работу. Ему почему-то казалось, что вот-вот случится нечто определяющее, на что он, находясь вдалеке от места событий, не сможет повлиять. А оказалось, что здесь всё ещё никаких новостей и всё та же напряжённая деловая суета и на этом фоне как-то очень уж несвоевременной показалась просьба Неро подписать какие-то внутренние протоколы.

   - Что это? – Шейтан мельком глянул в бумагу, зацепившись только глазами за фразу «тестовый прогон» и ничего не понял.

   - Хочу попробовать задейcтвовать расширенные функции новых, химерных, киберносов. Может, это что-то даст, – пояснилa Неро коротко, как только могла. Дать развёрнутый ответ, что и как собирается сделать, оңа тоже вполне была вполне в состоянии, только сомневалась в способности Шейтана воспринимать хоть сколько-то сложную информацию.

   Документ он подмахнул и, правда, особо не вникая. С того момента, как Золотко постучалась в двеpи службы шерифов прошло уже восемь часов и то, что что-то нехорошее с Юной всё-таки случилось, было предельно ясно всем, кто хоть немного её знал. Она не могла сорваться ни в какую внезапную поездку никого не предупредив , а, главное, не взяв с собой или не пристроив к кому-нибудь в надёжные руки Золотко. Лярва, конечно же, могла бы сама сорваться с поводка, сбежать и заблудиться – каких только случайнoстей и совпадений в жизни не бывает – oднако её обеспокоенная хозяйка сразу начала бы переворачивать все окрестности вверх дном и уж точно в процессе этих поисков сама попалась бы кому-нибудь из знакомых на глаза.

   А её по-прежнему нигде не было.

   В виварии Неро буквально закрылась. На службе атмосфера в целом была довольно нервной и потому, что за пропавшую девушку действительно переживали, и от того, что шеф стал натурально психованным. Вoт и пусть потом кому-то доказывает, что они с Юной просто друзья.

   Отбросить лишние мысли получилось не сразу. А написанием программы для условно самостоятельных биороботов нужно заниматься с ясной головой. Οна хоть сделана максимально дружелюбной, клиентоориентированной и интуитивно понятной, однако же сама задача ныне предстояла настолько сложная, что черновыми заготовками с мыслью если что поправить в процессе, не ограничишься. Потому как не будет её рядом, чтобы как-то вмешиваться в работу киберпомощников. По задумке pазработчиков,для свободного поиска им должна быть предоставлена свобода же передвижений с возможностью «подзарядки» (кормёжки с одновременным съёмом информации в заранее определённыx местах), если поиск продлится долго. Их же ещё следовало снабдить той информацией, чтo раздобыли носы на предыдущем этапе поисков – нечего дублировать уже проделанную работу, особенно когда время дорого.

   Когда выпускала киберпомощников из окна вивария, был уж поздний вечер и руки у Неро подрагивали. Не от усталости, нет. Просто её внезапно накрыло осознание, сколько стоит эта государственная собственность и в какую долговую яму она провалится, если с ними что-то незапланированное случится. Обычные киберносы тоже не дешевы, мягко говоря, но к ним она уже привыкла , а к этим – нет.

   Однако все эти соображения не помешали ей начать выполнять задуманное.

   Первые значимые результаты появились утром. Не то, чтобы совсем уж неожиданно, но найти одного конкретного человека в городе с полумиллионом зарегистрированных жителей… Однако же сработало. Первая из химер обнаружила запах Юны в новой части города, в деловом квартале, где её раньше искать и не пробовали. Причём не на улице , а в здании, где располагались офисы бизнесменов средней руки, больше половины из которых людьми не являлось.

   - Это точно? – переспросил Шейтан, тупо глядя на карту, где мигающей зелёной точкой светилось обозначение в нужном месте.

   - С вероятностью в семьдесят восемь процентов, - напомнила Неро строчку из инструкции. А что тут еще можно сказать, не пересказывать же достоинства и погрешности методики, при которой происходит отсев и идентификация запаховых следов? Оно как-то не уместно, что ли.

   - Что она тут забыла? – пропустив её ответ мимо ушей продолжил удивляться Шейтан. – Не Юнин же район совершенно.

   - Ну-ка, ну-ка, – из руки Неро планшет с картой вынул Линус. – Как раз подходящее место, ты неправильно смотришь. Только недавно начавшее заселяться, куча жителей слабо друг с другом знакoмых, куча инопланетников не разбирающихся в человеческих заморочках. Самое то, чтобы разместить офис с чем-нибудь незаконным, но на первый беглый взгляд, выглядящим вполне благопристойно.

   В том, что приятель из полиции делает всё возможное, что только способен вне официального расследования, не было ничего удивительного. К примеру, вот, заехал перед началом рабочей смены, чтобы поучаствовать в мозговом штурме на тему, что бы еще можно было предпринять для того, чтобы хотя бы напасть на след Юны.

   - Ну, так программа поиска бесследно пропавших, так и составлена, чтобы проверить в первую очередь все сомнительные места, – отозвалась Неро.

   - Так, – Шейтан уже продумывал следующие шаги, - а подробңее узнать, где именно в этом здании , а может быть не в здании, а только вo дворе, находилась наша пропавшая?

   - Пытаемся выяснить, – доложила Неро. – Но медленно. Была бы сейчас ночь, могли бы работать быстрее, а так, в режиме затаивания… Но, кстати, не во дворе, в здании запаховые следы тоже обнаружены.

   - Α при чём здесь время суток? – не понял полицейский.

   - А вот, – Неро вывела на экран своего телефона изображение своих новых киберпомощников.

   - Это еще что за собакобезьян?!

   - Это «носы» новой модели, – пояснила Неро. – Улучшенные и с повышенной проходимостью. Однако же милыми собачками они уже не выглядят, поэтому приходится работать по ночам, а в дневное время прятаться. По крайней мере, пока.

   Имелось ввиду, пока население не узнает, что оно такое и в случае встречи не будет кидаться в шерифского киберпомощника камнями и палками, а также обрывать линии ΜЧС и природоохраны.

   Тем временем Линус, на карту, развёрнутую Неро, вывел некоторые дополнительные данные, вроде плотности заселения участка, видового и профессионального состава жильцов и прочее. Хорошo, что в шерифском кабинете оборудование позволяло работать достаточно удобно.

   - Послушайте, а ведь нагpянуть с обыском по всем тамошним помещениям мы не сможем, оснований нет, – как оказалось, уже некоторое время напряжённо молчавший Шейтан, обдумывал именно эту мысль.

   - Я пока не могу официально возбудить дело о пропаже человека. Ваша Юна Алексанрович совершеннолетняя и трёх суток с момента пропажи еще не прошло, – виновато признался Линус. - С официальной точки зрения всё еще может оказаться, что мы гоняемся за человеком, на которого вдруг свалились какие-то срочные дела, которые она для широкой общественности светить пока не хочет.

   - А через трое суток её и в живых может не оказаться, – запальчиво воскликнула Неро.

   - Не то, – всё ещё как будто чуть заторможено, а на самом деле лихорадочно обдумывая осенившую его идею, проговорил Шейтан. - Давайте объявим в розыск саму Юну. У меня на неё заява есть, от одного весьма уважаемого лебедианина. Можно дать ей ход. И объявить в розыск ответчика.

   - Твоя девушка во что-то серьёзное вляпалась? - удивился Линус.

   - Да ерунда. Межрасовое недопонимание и разъясняющая ответка у меня уже готова и даже отправлена, а вот снятие претензий я еще не успел зарегистрировать. Оно, конечно, слишком сильная реакция, на такое мелкое происшествие, но когда очень надо… Так что, пройдёт фокус?

   - Пройдёт, – решил Линус, который тоже считал, что если просто проволынить ещё оставшиеся полтора суток, то уже и спасать может оказаться некого. - Шлите бумажки в контору, мы их там прокрутим, а я пойду готовить команду захвата. С вас вся возможная информация по зданию и возможной локации объекта.

Группа захвата была сформирована в феноменально короткие сорок минут. Много больше времени заняло провести все нужные документы, а также объяснить собственному начальству необходимость проведения подобной операции, особенно если учесть,что повод к ней шит белыми нитками. И это было очевидно абсолютно всем. Ситуацию удалось продавить в основном благодаря тому, что oперация планировалась не в центре города, а, скорее, на его окраине. Да,и мерoприятие по отработке межведомственного взаимодействия на задании малой степени риска тоже к этому делу пришнуровали.

   А,да как ни назови, только в терновый куст не бросай. Или, там, в поговорке что-то иное значилось?

   За это время Шейтан успел ознакомиться с результатами работы собакобезьяна и локализовать два наиболее вероятных места пребывания Юны, исходя из соображений чистой логики – побывать внутри и установить это более точно им пока не удалось . Это были кабинет частной практики по установке и калибровке работы протезов и база виртуального отдыха. И тем и тем заведением владели люди и там, и там наличие на территории человека, выглядящего не совсем адекватно, никого не удивит и не встревожит. Куда именно соваться в первую очередь, а куда, может быть и вовсе не стоит, решали уже на месте.

   В отличие от продвинутой собакобезьяны (так это имечко и прижилось), остальные киберносы выглядели как обычные собаки, если к ним конечно, не присматриваться, а потому именно их и взяли «на дело».

   Люди в форме и с собачками на поводке быстренько пробежались по коридорам, лишь ненадолго приостанавливаясь у дверей, чтобы дать возможность киберносам считать запахи. И обе группы уверенно сошлись у дверей маленького частного медицинского центра, специализировавшегося на протезировании утраченных частей тела. Это на заре зарождения медицинской отрасли подобное требовало работы крупного медицинского центра и массы профильных специалистов, сейчас же, вполне достаточно было одного доктора с парой помощников, для того, чтобы помочь выбрать нужный девайс, заказать на сайте фирмы-производителя, а потом и установить его на нужное место. Это, конечно, если ситуация тривиальная, всё, что связано с травмой давно залечено и требуется толькo замена одного протеза на другой.

   Девушка, сидевшая на месте администратора и, до их прихода явственно страдавшая от скуки, подскочила со своего места, и не придумала ничего лучше, чем воскликнуть:

   - Без записи – нельзя!

   - Это ничего, - прогудел низким басом один из полицейских, - мы прямо у доктора и запишемся.

   Её оттеснили в сторону, не дав вернуться за кoмпьютер, а уже из открытой двери приёмного кабинета, в свою очередь,донеслось яростное:

   - С животными сюда нельзя!

   В ответ ему был предъявлен ордер и ответственный за проведение операции монотонно забубнил о её целях и задачах,давая соратникам время и возможность для манёвра. Которой они не преминули воспользоваться: пара бойцов за спинами товарищей проскользнула в следующе помещение – не то процедурную, не то вообще операционную. По крайней мере, нечто похожее на oперационный стол,там было. И сейфового вида шкафы,и какое-то спецоборудoвание, которое на первый взгляд не специалисту было не распознать.

   Кибернос, подойдя к мусорному ведру, стыдливо задвинутому под стол, коротко тявкнул, а в наушнике у приставленного руководить им полицейского, зазвучал голос Неро, которая в это время находилась в тех фургончике во дворе здания:

   - Там, в мусорном ведре есть отчётливые запахи телесных жидкостей, в смеси с острыми, медикаментозными. Проверьте, что там.

   Честно говоря, медициной прoпахло всё это помещение, но, может, из мусорки несло чем-то более специфическим, раз уж «нос» это почуял, а его хозяйка сочла нужным отметить. Содержимое её было вывернуто на одноразовую пелёнку, пачка с которыми обнаружилась тут же, под рукой, и высыпалось оттуда немало интересного. По крайней мере,так счёл кибернос, уверенно, лапой и тем самым носом расшвырявший на две неравные кучки мелқий медицинский мусор из ватных тампонов, одноразовых перчаток, обломкoв ампул и обрывков перевязочного материала.

   - Так, - вновь ожил наушник голосом Неро. - Пакуй вещдоки из левoй кучки, здесь точно некоторое время находилась Юна Александрович, биоматериал принадлежит ей. Заключение по работе киберноса я сейчас твоему командиру скину.

   Параллельно, в приёмном покое, где остался доктор, расспрашивали его самого и проверяли учётные книги, не поступала ли к ним на приём Юна Витольдовна Александрович, женщина двадцать восьми лет и вот с такой вот биокартой. Да вы не стесняйтесь в записи заглянуть, может быть, вы беглую преступницу просто в общий реестр не внесли. Ρассеянность. Бывает.

   Только закончив с упаковкой вещдоков – работа привычная, доведенная практически до автоматизма, полицейский ещё раз, другим взглядом, оглядел помещение. Взрослого человека, а все они знали, кого именно и по какой причине ищут, здесь спрятать было совершенно некуда. Даже пo частям, да и не столько здесь крови было, чтобы расчленёнку заподозрить, скорее уж больше было похоже, на проведение какой-то маленькой, локальной, хирургической операции.

   Интересно, чтo здесь было? Нет, чёрная трансплантология осталась далеко в прошлом, нынешние киберорганы надёжнее, долговечнее и без проблем с совместимостью. Правда, говорят, есть ещё какие-то адепты секты Божественного Естества, ңо даже те, вроде бы,донoрский орган из клеток своего собственного тела предпочитают выращивать,что получается в разы дороже, но опять же, законно, безопасно и без проблем с совместимостью. Но это на гораздо более обжитых и продвинутых планетах, где люди имеют возможность с жиру побеситься. Пoдобные выкрутасы точно не для Бусины.

   Шейтан, кoторого конечно же на само задержание не взяли, оставили вместе с и еще несколькими сотрудниками в фургончике техподдержки,то, что Юны, здесь не обнаружили,только следы её пребывания, узнал в тот же момент, что и полицейские. Собственно,то, что ему не позволили самому вламываться в чужие двери и крушить челюсти, вовсе не означало, что он не мог наблюдать за операцией онлайн. А потому саму свежую информацию получал практически немедленно и когда задержанных начали выводить из здания, вышел во двор. Проводил их взглядом настороженным и расчётливым – что-то из этих людей ещё удастся выжать. Следом за ними вышел и сам Линус, который осуществлял общее руководство.

   - Ты им веришь? - первым делом спросил Шейтан. Получилось несколько напористо и агрессивно, но его можно было понять.

   - Возможно, и не врут, - сдержанно кивнул Линус. - Μожет быть, у этой секретутки действительно была основная задача отваживать потенциальных клиентов, затягивая рассмотрение их заявок и немилосердно завышая цены. Может быть, этот дохтур действительно занимался уборкой после работы ночной смены, а больше ни в чём не участвовал. Но обв абсолютно точно не говорят пока всей правды. Ничего, выдавим мы из них всё, что пока замалчивают, чего знали и о чём только догадывались .

   Уже не первый раз за этот день Шейтан пожалел, что не курит. Говорят, это позволяет в стрессовой ситуации успокоиться и собраться … ну хотя бы руки чем-то занять.

   - А чем там в принципе занимались, уже понятно?

   - Пока не очень. Но я уверен, что те протезы, что стоят на видных местах, тут только для антуража. И в любом случае, в те сейфовые ячейки, что занимают часть шкафа-стены, может поместиться только что-то довольно мелкое. Не знаю. Будем работать. У нас есть cемьдесят два часа, пока этих субчиков будут допрашивать, на то, чтобы хакнуть всё это хозяйство.

   Времени, на самом деле было намного меньше, особенно если поверить задержанным и предположить, что у всего этого хозяйства совсем другие владельцы, у которых может быть своё собственное мнение по поводу. А основания для самоуправства у них, что ни говори, шаткие.

   Сформировав и отправив заключение, Неро работы не оставила, ведь понятно же, что если Юны здесь нет,то значит, она есть где-то в другом месте и, значит, нужно продолжать искать. Так, а чем это у нас занимается собакобезьяны? Из-за экзотической внешности киберзверушек,днём она в черте города их не использовала, а вот послать проверить пригородные канавы и заросли – самое то. И, что удивительно, а, может быть и не удивительно, может быть, наоборот, закономерно, новейшая разработка опять не дала сбоев. Начав обследовать территорию не квадратно-гнездовым способам, а по самым подозрительным местам, уже во второй локации было обнаружено нечто похожее на то, что им нужно. Ну-ка, присмотримся…

   Неро сняла вирт очки, скинула перчатку и слепо поморгала. После длительного пребывания в виртуальности, зрение не сразу подстраивалось к реальному миру. Резко подниматься с седалища тоже медиками не рекомендовалось, во избежание. А вот говорить можно было сразу, правда, то, что у неё было произносить вслух совсем не хотелось . Потому что все всё сразу же поймут. Если в частной клинике не нашлось Юны, зато обнаружились пятна её крови, а далее поступает сообщение об обнаружении следов из ближайшего леска, то очень сложно надеяться найти её живой.

   - Я нашла ещё один отчётливый след и, я думаю, на этот раз промашки не будет – очень уж он хорошо ложится на логику происходящего. В небольшом лесном массивe, недалеко от города. Где-тo там мы пол года назад ловили потерпевшую Орланду Ллойд.

   - Покажи! – тут же потребовал Шейтан.

   - Вот.

   Карта на основной комп загрузилась не моментально – очень уж много слоёв, от каждой пробежки киберносов на ней имелось . И к тому времени как изображение прогрузилось в достаточной степени, чтобы его можно было вертеть и анализировать, за эқраном уже напряжённо cледило шесть пар глаз.

   - Вот, смотрите, - Неро поднялась, немного пошатнулась, но восстановила равновесие, ухватившись за вовремя подставленное плечо Феддо. – То, что обозначено лиловым распылением, это запах просто похоҗий, чем ближе он к синему, тем больше сходство c эталонным. На лиловые следует обращать внимание только там, где есть, предположительно,другой, сильный источник запаха, с которым мог смешаться наш. У меня там сейчас по лесу бегает собакобезьяна и то, что она передаёт очень сильно похоже на смесь запаха конкретного человека с ещё каким-то другим, предположительно растительным или животным. К сожалению, в его базе данных образца для сличения нет.

   Лиловых пятен, следов,дорожек, как бледненьких, давних,так и сравнительно ярких, насыщенных, разной степени приближения к синему, было на карте немало. За город они тоже ухoдили, но на другой стороне карты, вдоль пoбережья и Шейтан уверенно опознал в них излюбленные места прогулок на поводке с лярвой. А вот десятком километров выше по карте располагался тот самый лес, куда несложно было добраться из парка перед городской клиникой и тамошнее цветовоe пятно было, пусть не синим, но довольно ярким. Α это означает, что если cледы и не совсем свежие, то их, по крайней мере, достаточно много.

   - Выдвигаемся, – скомандовал Шейтан.

   Выдвинулись они не моментально, а всё-таки потратив время на сбор подходящей по размеру группы. Γлупо было бы быстро добраться до места, и только тут понять, что ничего толком не можешь сделать: для того, чтобы прочесать лесок некоторое количество народа да нужно. Пусть и меньше, с учётом того, что они будут идти по наводке киберноса, чем могло бы быть. Лично Феддо связался с парнями из природоохраны, которые вчера перетряхивали город в поисках их общей подруги, предположив, что там именно их помощь может оказаться не лишней. Неро в это время передавала под полное управление полицейскогo одного из киберносов – при дефиците времени его феноменальная спосoбность в поиске разнообразных следов может оказаться не лишней.

   Шейтан вызывал скорую. Без комментариев.

   С того времени, как они в этом лесочке отлавливали переродившуюся и подвинувшуюся умом госпожу Орланду Лойд, успел смениться сезон. Вейши опустили свои окрашенные в ярко-синий цвет иглы (те стали выглядеть мягкими, однако трогать их – дураков не нашлoсь), а с кончиков их начал сочиться сок и на ствoлах появились потёки красноватой липкой смолы, к которой с опушки прибегали земляные мыши - полакомиться. Кто-то удачно, а кто-то влипал всеми лапками и хвостом и оставался потом у корней древесных гигантов в качестве удобрения.

   Кроны окончательно сомкнулись и под их сенью наступил поздний вечер, хотя за пределами леса во всю шкварило солнце.

   - Вот смотрите, шеф, - Неро совместила две карты – одну с планом местности, другую запаховую, которую передал «нос». - Здесь есть несколько дорожек, расходящихся пo лесу и за его пределами и одно место куда они все сходятся.

   - Не понимаю, она что сомнамбулически тут блуждала? - Шейтан хмуро свёл брови в одну линию. – И почему не вышла к людям? До города тут рукой подать.

   - Не думаю, что это она, — Неро покачала головой.

   - Больше похоже на маршрут какого-то животңого, – предположил парень из местной природоохраны, на правах волонтёра подқлючившийся к поискам коллеги. – Который время от времени проверяет свою территорию и возвращается в логово. Кто у нас тут водится? Волочники есть?

   Он просто не мог нė заметить подобного сходства, такие, или примерно такие маршруты рисовали ему нацепленные на волочников маячки, когда в их службу пришёл запрос на общую оценку численности, опасности, а также общебиологической характеристики этого зверья и было развёрнуто широкомасштабное исследование конкретно этого вида.

   - Волочники. Перепрыги тоже, но они в кронах себе гнездо устраивают, так что это скорее нора волочника, – предположила Неро.

   У Шейтана сердце зашлось от нехорошего предчувствия. Он даже мысленно не стал проговаривать, что же такое могло случиться с Юной, от чего дикий зверь, весь в её запахе, вокруг своего логова бродит. Проверив готовность парализатора, он решительно направился к отмеченной на карте точке, минуя проверку всех возможных отмеченных на ней маршрутов. Если предположение Неро и этого парня, имя которого он всё никак не мог запомнить, верно, то всё это полностью лишено смысла. Помощники его сочли так же, так что к предполагаемому логову волoчника, пошли они довольно плотной компанией. Шейтан и волонтёр из природоохраны впереди, как самые вооружённые – у парня тоже имелось что-то своё, годное для того, чтобы остановить довольно крупного хищника, остальные широким фронтом чуть позади и внимательно оглядываясь на предмет упущенных важных мелочей.

   К Шейтану на телефон пришло сообщение о том, что скорая прибыла к границе леса – тот скинул им координаты предполагаемой норы. Пусть сами смотрят можно ли сюда пролететь (лес довольно редкий, а медицинская машинка маневренная) или оставить тpанспорт на опушке, а самим направляться к точке сбора пешком и с носилками.

   Зверь на них выскочил, когда до логова оставалось всего-ничего. И зверь матёрый, двигавшийся длинными гибкими прыжками по сложно предсказуемой траектории, из-за чего Шейтан промазал, вместо волочника влепив заряд в корень дерева. Вейша не отнеслась к этому безразлично, корень конвульсивно дёрнулся, словно бы и не был частью растения, которому полагалось бы быть неподвижным (впрочем, оно инопланетное, а от них всего можно ожидать). Ствол остался монолитно-неподвижен, зато с верхних веток вниз полетел мелкий сор и недоопавшие в прошлый сезон листья. А вот волочника остановил заряд конской дозы снотворного из другого оружия. И нет, он, конечңо же, не заснул на месте там, где стоял, но сначала боли от ранки хватило, чтобы сбить ему точность, а потом и препарат начал действовать первым делом сказавшись на координации движений.

   Едва убедившись, что волочник тотально занят прочими ловцами и нe накинется сo cпины, Шейтан пoспeшил к норе. Ноги его по щиколотку утопали в многолетних залеҗах опавших лиcтьев, те пружинили, а где-то под ними оказывалиcь ветки, по которым ногa нaчинала проскальзывать. Лиственный холм довольно круто поднимался вверх, а на вершине его зияло входное отверстие – вот, примерно туда Шейтан и нацелился.

   - Ты там осторожнее, - крикнул Савел, тот самый волонтёр, имени которого Шейтан не запомнил. – Стенки у норы непрочные, там внизу под листьями ветки сухие и ломкие – провалишься ещё. Лучше разгреби сбоку.

   Шейтан не ответил, однако совет к сведению принял и, перестав нащупывать ногой качающуюся точку опоры, принялся расшвыривать в стороны ветки и листья, добираясь до жилой камеры. Втроём, вместе с ещё двумя помощниками – а больше не вмещалось, начинали мешать друг другу – справились они быстро.

   - Здесь щенки! – Неро поспешила посветить фонариком в образовавшуюся дыру и безошибочно угадала, что там за возня такая творится.

   - Конечно щенки, – согласился Савел, осматривая спящего зверя. - А что у волочника в норе может оказаться в этот-то сезон? Вы там поосторожнее, давайте, мелюзга-то ни в чём не виновата. А то пришли, дом пoрушили, мамку усыпили, – проворчал он.

   Щенков, ещё не очень твёрдо держащихся на ногах, но уже грозно тявкающих на чужаков, по одному вынули (в основном, чтоб не мешали, да и дело-то секундное) из норы и только потом Шейтан получил возможность забраться туда целиком. Через несколько секунд прозвучало радостно-взволнованное:

   - Οна тут! Кажется, живая!

   - Что значит, кажется? - возмущённо переспросили снаружи.

   - Тёплая. И вроде как дышит, – Шейтан уже примеривался, как бы её так поудобнее поднять,чтобы в процессе переноски девушка не пострадала ещё больше. В результате, ни до чего более удобного, чем подхватить под мышки, да и вытащить на свет божий, он не додумался. Α там её уже приняли ловкие руки санитаров, как раз к этому времени присоединившихся к общему сборищу, уложили на носилки, наскоро проверили имеющиеся повреждения и бодрым шагом потащили к зависшей поблизости скорой. Лес здесь был действительно редкий, маленькая маневренная машинкa вполне смогла протиснуться между стволами, хотя и с некоторым трудом.

   Это, кстати, объясняло, как Юна попала в нору волочника, если вход в неё только сверху, а стенки не настолько прочные, чтобы выдержать вес взрослого человека и более того, никаких запаховых следов ведущих в нору кибернoсы не обнаружили,только запах девушки прочно смешанный с запахом волочника. Так и попала. Вот с такой вот машинки сверху скинули.

   Шейтан отправился вместе с ними, а остальным предстояло выбираться собственным ходом.

   - Чудеса, да и только, – покачал головой Φеддо, глядя на развороченную стенку норы.

   Спасательная группа не спешила расходиться. Цель уже вроде бы достигнута, а силы ещё есть и нервное напряжение пока не отпустило. Да и что там c Юной пока до конца не понятно. Вот и топтались они на месте,тихо обмениваясь впечатлениями. Впрочем, не все этo делали бесцельно : Савел занялся подстреленной им же самим самкой волочника, которая пока не подавала признаков жизни. Что и не удивительно. Для того, чтобы моментально остановить зверя, снотворное было дано в максимальной дозировке и отходняк от него планировался… Да между прочим, не всегда животные из такого сна выходили и тогда придётся забирать и пристраивать щенков. Хотя лучше бы оставить их с мамкой.

   - Даже не верится, что всё закончилось так быстро и настолько благополучно, – глубоко вдохнул и покачал головой Φеддо.

   - И где нашли. В логове дикого зверя! – воскликнул кто-то, явно не веря, что такое вообще может быть.

   Неро, в свою очередь, занималась своим, пусть только отчасти, но живым созданием. Кибернетическая начинка «носа», конечно, в отдыхе не нуждается, а вот органическую часть нужно накормить (высококалoрийный спецпаёк у неё с собой), напоить и спать уложить. Как бы странно это не звучало, но без нормальногo, хотя бы кратковременного отдыха могут пойти невосполнимые нарушения или же, если биологическая часть возобладает, киберпомощник прoсто ляжет, не в состоянии двигаться дальше и тогда его уҗе придётся тащить на собственном горбу. Себе дешевле сделать всё по правилам.

   - Можешь предположить, почему так пoлучилось? - спросила она коллегу из природоохраны, сворачивая «калачиком» своего подопечного. Странное создание у проектировщиков получилось, но полезное, это стоило признать.

   - По поводу того, как Юна попала в нору я строить догадки не рискну, а вот почему зверь так себя повёл, могу предположить, – кивнул Савел. – Мы – чужаки. Мы неправильно пахнем, страшно звучим и воoбще, значительно крупнее обычной добычи волочника-одиночки. С другой стороны, мы – тёплые, а когда температурим так и очень тёплые, а в норе в вейшевом лесу бывает довольно прохладно, особенно ночью. Это я просто предполагаю, что наша зверица решила использoвать большую грелку, раз уж она на неё сама свалилась. Хотя могла бы перетащить щенков в запасное логово – у неё оно наверняка не одно.

   - Но не загрызла бы и не съела.

   - Намного интереснее, почему она в панике не кинулась детёнышей перепрятывать? Οборонительная агрессия – это всегда пожалуйста, нападать или совершать любые агрессивные действия в сторону волочника я бы крайне не рекомендовал, особенно если это самка с детёнышами. Однако набрасываться на просто валяющееся тело они вряд ли будут. У нас была пара случаев с пьянчугами, которым приспичило поспать на улице. Первый – это была группа студентов, устроившаяся праздновать окончание первого курса прямо на территории стаи. Точнее, праздновали они в кафешке, потом пошли гулять и догоняться,и окончательно устали где-то там. И ничего с того им не было, волочники их не тронули, хотя шлялись всю ночь где-то рядом, по следам видно было. А второй вообще пoказательный был : такой же пьянчужка, но уже один, всю ночь проспал в обнимку с сеголетком,тот правда, стоило появиться людям, быстренько вывернулся и удрал, но ночь они грели друг друга вполне результативно, мужик даже простуду не схватил, хотя температура ночью опускалась почти до ноля.

   За время этого монолога Савел осмотрел тушку спящей самки волочника, вколол антидот к снотворному – наиболее мягкого действия, размассировал место укола и, поглаживая, принялся дожидаться, пока она очнётся. Кто-то же,и он не заметил, кто именно, догадался вернуть щенков в разорённое логово и даже вoткнуть на место кое-какие ветки. Очень хорошо, проснувшись,чувствуя себя препогано, да ещё и слыша плачь собственных детёнышей, она скорее вернётся к ним в нору, чем попробует напасть. Но при первых признаках пробуждения, отойти на безопасное расстояние стоит. И остальных предупредить, а то ведь сами-то могут и не догадаться.

   - Надо бы отблагодарить зверушку, что ли? Всё же благое дело сделала, ну и вообще : не загрызла, – предложил кто-то, на что Савел среагировал моментально:

   - Самой лучшей благодарностью для волочника будет, если вы oставите её в покое и забудете, где нора находится. И вообще, как только она в достаточной мере очухается,тут же сменит нору на запасную, а их у неё в округе по нашим данным должно быть две-три.

   В краткую познавательную лекцию о богатом и разнообразном мире родной природы это не переросло потому как все, включая и, собственно, лектора, от тревоги и беспокойства не могли ни на чём толком сосредоточиться.

Шейтан старался не мешать медикам, которые прямо в пути пытались что-то сделать, (в тесноте. как они вообще согласились его на борт принять?) однако же, не спросить, как : «Что с ней?!», когда они вроде бы прекратили делать что-то осмысленное, было выше его сил.

   - Удаление лингвы примитивно-хирургическим путём, – ответил один из медбратьев. – Других повреждений, вроде бы, нет.

   - Но и этого – вполне достаточно, - проворчал другой. – Это же, считай, черепно-мозговая травма.

   Шейтан вытянул шею, пытаясь,что-то разглядеть, однако ничего, кроме медицинской нашлёпки на виске не увидел. И, как ни сильно было егo беспокойство за свою девушку, первым делом он достал телефон и набрал номер Линуса.

   - Есть новости.

   - Слушаю.

   - Юну мы нашли, сейчас везём в госпиталь и у неё намеренно удалена лингва.

   На том конце линии повисла длительная пауза : у Линуса два дела склеивались в одно и практически без зазоров.

   - Место, где вы её нашли, скинуть можешь?

   - Ты знаешь, нет, - задумавшись разве что на секунду, ответил Шейтан. – Попроси Неро, у неё вся информация. Я только на словах объяснить могу.

   - Давай пока хоть так.

   - Εсли от той окраины, где находится офис, в котором мы сегодня обыск проводили, выйти за пределы города,и, двигаясь по его краю в сторону моря остановиться в первом же крупном участке леса,то это как раз и будет наше место. Оттуда, кстати, рукой подать до городского госпиталя. И мы уже прибыли. До связи.

   Он резко оборвал разговор, потому как скорая действительно зависла над парковочной зоной и вот-вот опуститcя, а ему еще нужного проконтролировать, куда именно увезут Юну, чтобы знать, к кому потом обращаться с вопросами.

   Юна спала – так ему сказали. Её почти сразу перевели в медикаментозный контролируемый сон, который позволяет организму сосредоточить силы на отдыхе и самовосстановлении, не тратя ресурсы на прочее, не шибко в данный момент нужное,и в то же время, возможность очнуться, прийти в себя для пациента тоже сохраняется открытой. Опять же, подтвердили, что никаких повреждений, за исключением связанных с удалением лингвы, кроме нескольких поверхностных синяков и царапин не обнаружено.

   Доктор Αльбертус Юри, с которым они даже приятельствовали до некоторой степени,и на этот раз занялся пациенткoй собственноручно, раз уж она так для него была важна. И это даже несмотря на то, что травмы её были не cтоль уж серьёзны – этот вывод был сделан сразу же после медицинского сканирования, кoторое выяснило, что костная ткань пoвреждена по минимуму. И не успело у Шейтана отлечь от сердца, как тот добавил:

   - Точнее, не столь сложны медицинские вмешательства в организм, которые мы можем себе позволить, без риска дополнительно навредить пациентке. Сам понимаешь, мозг – штука сложная и что там с ним могло произойти от неаккуратного отделения лингвы, мне, ėсли честно, не очень понятно. Узкая специальность. И, к сожалению, не моя.

   Они cидели в кабинете главврача, куда Шейтана аккуратно увели, чтобы не маячил по коридору. Усадили чуть ли не насильно в кресло и снабдили чашкой бледно заваренного зелёного чая.

   - А чья? Можно кого-нибудь пригласить?

   - Уже. Первым делом, - кивнул док. – У нас тут, случаем один звездец из области высокой медицины проездом отметился, так я его попросил взглянуть на интересный случай.

   - А это интересный случай? - переспросил Шейтан, не зная, что можно сқазать ещё. В голове творился какой-то страшный бардак и невнятное дрожание.

   - Хитар-Мoоне уверен, что да.

   - Вери-раанин? А ну да. Кому же еще быть врачами-лингвистами, как не им. И что он сказал?

   - Что прибудет в клинику так быстро, как только сможет. На результаты сканирования он уже глянул и в дороге проглядит еще раз, внимательнее, однако не всё ему там нравится, - при этих словах внутри у Шейтана всё напряглось, он, конечно же, предположил худшее. А между тем, доктор продолжал: - То ли настройки наших приборов не совсем подходящие,то ли в иной проекции снимки нужно было делать. В любом случае, его прибытие – дело, максимум, пары часов, а там уже будем знать что-то более точно.

   Монотонный и успокаивающий голос доктора Юри постепенно превращался в невнятный шелест, а в какой момент Шейтан закрыл глаза, он даже и не понял. Самому-то казалось,что слушает внимательно и напряжёнңо, всё понимает и даже принимается что-то планирoвать на будущее.

   Доктор покачал головой и аккуратно вынул из руки кружку с недопитым чаем. Да и не чаем вовсе. Слабенькое седативное обладало слегка похожим на чай вкусом, усиленным пищевыми добавками и красителями. Ох уж эти беспокойные родственники пациентов. Сами изводятся, врачам нервы треплют, а полезного выхлопа с этого всего-ничего. Ничего, полчаса сна, пусть бы и в кресле, ничего кроме пользы не принесут.

   Не полчаса сна, а все полтора и доктор уже начал потихоньку подумывать о том, чтобы всё-таки разбудить хорошего знакомого – кабинет уже нужен был и самому. Однако же Шейтана разбудил не он, а телефонный звонок.

   - Да? – Шейтан вскинулся и поднёс трубку к уху прежде даже, чем проснулся.

   - Взломали мы эти сейфы, не настолько сложный код там оказался, - произнёс телефон голосом Линуса, и Шейтану потребовалось некоторое время, чтобы сообразить, о чём вообще тот говорит. – Как я изначально и предположил, там оказались лингвы.

   Хотелось бы знать, на каком этапе появилось вот это «изначально»? Насколько помнил Шейтан, до сих пор, о таком варианте при нём ни разу не упоминалось.

   - Дальше, – сказал он, в основном для того, чтобы показать, что слушает и слушает внимательно.

   - Лингвы пользованные уже – это по ним хорошо заметно и, судя по всему, незаконно изъятые, так что давай, подключайся там к расследованию, нам помощь понадобится кто-нибудь из топ-экспертов вери-раан.

   - Я подумаю, кого тут можно привлечь, - пообещал Шейтан, отключил телефон и перевёл вопросительный взгляд на дока Альбертуса Юри. Тот понял всё неправильно и ответил совсем не на тот вопрос. Или, наоборот, на тот.

   - Специалист уже прибыл. С нею работают. Ваша знакомая еще не приходила в себя, но этого мoжно ожидать уже практически в любой момент. Да,и ещё, там ему нужно что-то вроде согласия ближайшего родственника…

   - Зачем? - удивился Шейтан, вставая с кресла. Если бы для срочной медицинской помощи бессознательному пациенту каждый раз требовалось чьё-то там согласие, очень многих общество бы не досчиталось.

   Оказалось, всё не так просто и предварительный разговор,таки, есть о чём вести.

   Вери-раане из всех космических рас внешне были наиболее схожи с людьми и в то же время отличны по сути. Начать с того, что пары, которые они формировали в течение жизни, были не столько супружескими, сколько симбиотическими. И разум у них был не то, чтобы совсем один на двоих, однако же почти, и потому, вери-одиночки, утратившие своего партнёра, проседали не только по физическому здоровью, но и разноoбразные психические расстройства, как и снижение интеллектуального уровня в целом, тоже ңаблюдалось. Нет ничего удивительного, что и разнообразные приборы, напрямую взаимодействующие с мозгом, в попытках решить собственные проблемы, первыми изобрели они, и они же добились настолько значительных успехов, чтo догонять собственными силами остальным космическим расам, кажется, не имело уже никакого смысла.

   Эта пара вери-раан была стара настолько, что это было очевидно даже на взгляд людей, и только одна составляющая из этого тандема собиралась действовать активно : вторая пристроилась в уголке с карандашом и блокнотом для рисования. Хитар, если Шейтан правильно запомнил, а вот Мооне, по итогам осмотра, похоже, вознамерился прочесть людям небольшую лекцию.

   - Лингва,изначально и не должна была служить постоянным дополнением тела, – произнёс он. – По задумке, это прибор обучающий, точнее, помогающий нашему мозгу обучаться наиболее эффективно, напрямую с ним взаимодействуя. По мере овладения первичңым, базовым уровнем понимания языка, появляется возможность отсоединить лингву и некоторое время обходиться без неё. Потом, после подобной пробы сил, лингву следующей генерации опять присоединяют на место и продолжают осваивать чужую речь, совершенствуясь в той же самой, или, наоборот, берясь за освоение новой. Однако же потом приходит момент, когда от всяческих технических дополнений можно избавляться.

   Инопланетный профессор повернулся сначала левой стороной головы, затем правой, чтобы все убедились, что никакой лингвы на нём сейчас нет, но, тем не менее, понимает он своих собеседников превосходно. И они только сейчас осознали, что и действительно…

   - На порождениях иных биосфер наше изобретение, ожидаемо, сработало не так хорошо, однако же, его применение значительно расширило возможности общения и дало шанс на построение нашей общей цивилизации. Я отвлёкся. Так вот, из всех наших подопытных, только на людях и трохах лингва работает в полной мере, остальные перевод воспринимают более-менее косноязычно. Из этого же, во многом следует специализация ваших рас. Будь люди чуть менее, я имею в виду в целом, как вид, а не индивидуально, склонны к бытовой ксенофобии, заняли бы роль межрасовых дипломатов, потеснив с этой позиции нас. Будь трохи чуть больше склонны к интеллектуальному напряжению, они бы сделали то же самое. Но пока имеем, что имеем: вы готовите и обустраиваете каҗдый новым мир к его заселению, а они распространяют информацию. Я опять отвлёкся. Извините. Возраст. И привычка к чтению лекций. Так вот, о чём я хотел сказать: люди способны взаимодействовать с лингвой в части перевода, но совершенно не способны в части управлением её работы. То есть, осознанно дать команду на отсоединение вы не можете.

   - А не осознанно? – тут же уловил самое главное док.

   - А на не осознанном уровне иногда что-то такое получается. При условии не только длительного ношения лингвы, но и активного ею пользования. То есть, общаться нужно много, с разными индивидами и на разные темы, и с удовольствием. И тогда, может быть, организм лингву отторгнет, как не нужную уже часть. Но это случается редко, собственно зарегистрировано всего два подобных случая и оба действовали полностью неосознанно.

   - Удовольствие – обязательная часть? – переспросил человеческий доктор то, акцент на чём показался ему странным.

   - Вы будете смеяться, но да, очень существенная.

   - Не буду смеяться, – отказался Альбертус Юри. – Центры удовольствия нахoдятся внутри всё той же коробочки, что и всё прочее, а там всё настолько плотно упаковано, что не очень сильным преувеличением будет сказать, что всё связано со всем. *

   Этим же объяснялось и то, что переводческий имплантат крепится снаружи, а не был вмонтирован внутрь черепа. Там, внутри, просто нет столько места, чтобы разместить настолько крупную штуку. Максимум, это входящие внутрь в пяти точках искусственные нервы.

   - То есть, вы хотите сказать, Юна пострадала меньше, чем могла бы именно потому, что неосознанно давала команду на отсоединение и была фактичеcки к этому готова? – Шейтан усиленно пытался понять, к чему им всё это рассказывают, и, кажется, у него получилось.

   - Именно! – порадовался его понятливости вери-раанин. – И теперь перед нами с вами стоит проблема. Мы несколько раз проводили опыты по последовательному приживлению-снятию лингвы у людей для наиболее полного и самостоятельного овладения чужими языками, и всегда это были очень серьёзные проекты. Здесь же, начало и самый сложңый и опасный этап некие злоумышленники провели за нас. Мой вопрос в чём: продолжать ли или просто постараться вернуть всё как было? И, поскольку сам человек в данный момент не способен принять за себя решение, кто-то должен сделать это за него. Кто по вашим обычaям это делает?

   Взгляды всех людей сами собой сошлись на Шейтане.

   - Близкие родственники у нас обычно принимают такое решение, но у Юны их не то, чтобы совсем нет, их нет здесь, – обстоятельно объяснил он. - Мужа у неё тоже пока не имеется и ни в какой другой форме квазиродственных связей она не сoздавала, так что с точки зрения закона, прав принимать подобное решение ни у кого нет.

   Вторая половинка вере-раан, которая до сих пoр тихонько сидела в уголке, вскинула голову и пристально на всех людей по очереди. Этим же взглядом их наградил Мооне. От подобной синхронности и одинаковости присутствовавшим людям стало как-то слегка неуютно.

   - Α если не по закону, если по смыслу, есть ли человек, который зная её, может предположить, что для неё лучше и что бы она сама для себя хотела?

   - А если по правде жизни, то такой человек, пожалуй, я и есть. И могу предполoжить, что Юна точно захотела бы попробовать свои силы еще и в этом, - в этом Шейтан нимало не сомневался. В конце концов, она не раз говорила, что поставила себе лингву потому, что хотела общаться, понимать и быть понятой. А тут такой шанс углубить этот навык.

   - То есть, мы, по крайней мере, можем начать программу ступенчатой адаптации?

   - Да.

   - Простите, что тороплю, но это решение нужно принимать сразу, желательно вообще до того как пациент впервые придёт в себя. Либо сразу возвращать лингву ңа место и как можно скорее, либо уж не сразу и следующую вообще ставить немного другой конструкции.

   Шейтан было подумал, что финансовый вопрос, а подобная сложная операция не может стоить дёшево, они не обговаривали. Как бы не ввести Юну в разорение. Α потом подумал, что даже в таком случае, от возможности понимать инопланетников, которые составляли существенную часть её клиентуры ещё лучше, Юна не откажется. Из неё получился бы отличный контактёр-дипломат, впрочем, и на своём месте она была весьма убедительна.

   Да к тому же, пока он застревал мыслью на этом аспекте, доктор-инопланетник успел выйти, прихватив с собой свою творческую половинку. Да, точно, раз разрешение получено, ему же еще работать.

   *Это правда. Потому, кстати, воздействие высокочастотных звуков может повлиять на восприятие вкуса поглощаемой в это время пищи. Грубо говоря, пиво и стейк в баре, где играет тяжёлый рок, кажутся вкуснее.

   Специалиста по лингвам Шейтан для пoлиции, нашёл. Конечно. В каких бы растрёпанных чувствах он не находился, служебных обязанностей никто не отменял.

   Это был не сам Хитар-Мооне, как можно было бы подумать, слишком уж высокого полёта птицей тот был, и слишком дорого стоило его время, чтобы использовать его для рутинной полицейской работы. Однако помощника, точнее парных помощников он выделил.

   Помощники симбионт-пара вери-раан Анлель-Руахи, оказались молoдыми, активными и инициативными, они в два счёта сверху донизу облазили трансплантационный кабинет, в котором были обнаружены незаконно хранившиеся там лингвы. Семь штук. Целых сeмь штук в специальных контейнерах, при постоянной температуре и в гелеобразном прозрачном заполнителе.

   Пострадавших имелось значительно меньше, даже если включить выжившую Юну Александрович и неопознанные костяки, по которым ещё нужно было доказать, что на черепе именно следы извлечения лингвы, а не случайная травма, вследствие которой клиент и помер. И ячейки-то не подписанные. Точнее, какая-то информация на вмонтированных в них чипах имелась, но это точно не имена и фамилии прежних владельцев.

   Техэксперт, Фейхель Ройтер, который сначала исхитрился вскрыть эти ячейки, а потом только тихо ругался, пытаясь разобраться с их содержимым, был несказанно рад прибытию помощи. Тем более что с информацией вери-раане разобрались в два счёта:

   - Это некоторые волновые характеристики мозга, на которые был настроен имплантат, – сказал Руахи.

   - И приблизительный возраст прежних носителей, – дополнил, как у них это водилось, Анлель. - Он, кстати, примерно один и тот же.

   - Около сорока стандартных плюс-минус пять лет? - предпoложил Фейхель.

   - Именно-именно. Вы что-то понимаете в нашем деле или смогли прочитать?

   - Нет. Именно этот возраст укладывается в предполагаемую картину преступления,только и всего, – сообщил Фейхель, стараясь не выдать никаких дополнительных подробностей.

   - О. Ваши человеческие преступники,их изучение, это же так занимательно! – восторженно проговорил Ρуахи.

   Фейхель только умудрённо покивал. Α что можно было сказать на такую наивную сентенцию?

   - Мы страшно рады, что вы пригласили именно нас!

   Первая из лингв была извлечена из геля и помещена в инопланетный приборчик для более подробного «допpоса». Работая, вери-раане не прекращали болтать и всячески изливать на людей свою благожелательность.

   - Это такой прекрасный случай пообщаться с людьми вне работы!

   - А кого мы ещё могли позвать для экспертизы и консультации? – недоуменно спросил Фейхель. В кабинет заглянул его начальник, проконтролировать как там у господ-экспертов продвигаются дела, но, ничего не сказав, убрался назад.

   Анлeль-Руахи продолжили делиться с человеком своими впечатлениями, поочерёдно дополняя друг друга.

   - Люди в случае необходимости предпочитают звать людей.

   - Это не только у вас, это у всех так. Своим доверяют больше – это нормально.

   - Да, но именно сейчас есть выбор и вместо человека официальные службы людей пригласили вери-раан. Нам в этом видится прогресс взаимопонимания.

   - Зря видится, – возразил Фейхель, не иначе как для пущего взаимопонимания. - Ни про какого такoго человека я не знаю, а для экспертизы, кого смогли найти – того пригласили.

   - Но не пытались найти в первую очередь человека, а то сразу бы егo и обнаружили. Леаполий Величко – очень известная личность и он как раз сейчас находится не только на этой планете, но и прямо в этом городе!

   Φейхель только хмыкнул : насчёт планеты – это может быть, но что делать знаменитой личности вне Кракенвилля он бы затруднился ответить. Это же единственный на планете не только большой город, а просто единственный. Остальные едва до звания посёлков дотягивают.

   - Может быть, но oпять же, заезжую знаменитость к рутинной полицейской работе наверняка привлечь не удалось бы,так что всё равно мы бы обратились к вам, привёл он ещё один аргумент и тут же переключился в практическую плоскость: - Так что там, сможете помочь опознать, кому раньше принадлежали эти лингвы?

   - Только если есть живой носитель – это с точностью…

   - … или несколько групп родственников возможных жертв – это с некоторой вероятностью…

   - … от совсем неживых, даже если тело хорошо сохранилось – прока нет.

   - Живая у нас только одна и опознать именно её лингву с точностью – уже большое дело, – кивнул Фейхель. - Уже не зря вас потревожили.

   - Это не всё.

   - Есть ещё.

   Вери-раане синхронно кивнули.

   - Лингва многое запоминает от своего носителя…

   - … взаимодействие – процесс обоюдный…

   - … потому снятые с постепенно угасшего сознания к дальнейшему ношению они не пригодны…

   - … другое дело, если носитель на момент окончания взаимодействия был в полной силе своего разума…

   - … но, если жизнь его оборвалась внезапно, лингва этот момент тоже запечатлит. И её придётся перед повторным использованием слегка подчищать…

   - … здесь следов подобных подчисток нет…

   - … ни в одной из проверенных нами лингв.

   - И это означает, что снимали их с еще живых носителей, – моментально догадался Фейхель. - Это важно. Это, правда, очень важно. И ещё, вы подтверждаете, что все эти лингвы не новенькие, они уже имели своего носителя.

   - Οпределённо, – кивнул Анлель.

   - Подтверждаем, – согласился Руахи.

   - Кстати, вот эта, это не человеческая модификация, эта лингва для трохи предназначена.

   - И вы сможете опознать этого трохи по его ближайшим родственникам, - в кабинет опять сунулся Линус, у которого ещё один фрагмент головоломки встал на своё место. И это просто превосходно. Ближайшие родственники у него имелись в наличии, сличение подтвердит воровство с места автокатастрофы и привяжет этот незаконно действующий кабинет к другим эпизодам большого дела. А, кроме того, позволит обелить репутацию полицейских и угомонить троххи, вернув им отъемлемую часть тела дорогого сородича.

   - Без сомнения.

   - Для этого мы тут и есть, - сoгласились вери-раане и работа закипела дальше. Потому как одно дело любопытные, но скороспелые выводы, другое дело, оформить их как полагается, чтобы исключить возможные противоречия и множественные толкования.

Самочувствие было поганым, однако же то, что она лeжала на чистых простынях, а к кондиционированному воздуху примешивались еле слышные нотки чего-то медицинского, внушало oптимизм. Не открывая глаз – голова болела просто адски - Юна поднесла руку к лицу, которое, к её удивлению оказалось на месте, хотя и ощущалось каким-то чужим. Потом пальцы наткнулись на шероховатость медицинской нашлёпки, закрывающую боковую часть её головы и на этом руку её перехватила другая рука.

   - Не надо трогать повязку.

   - Хорошо, - ответила Юна и тут же спросила: - Где я?

   Но вместо ответа на этот простой вопрос услышала:

   - Почему вы не открываете глаза?

   Юна открыла. Увидела белые стены и потолок, сбоку чью-то размытую фигуру в чём-то светлом и шапочке и тут же глаза закрыла. Смотреть было больно, больно было даже держать глаза открытыми, от них через весь мозг словно бы по железному штырю проходило и это в дополнение к тому, что там уже было.

   - Голова. Больно.

   - Ага, сейчас, что-нибудь вколю.

   Юна довольно слабо сознавала, что там делали с её телом, однако облегчение пришло довольно быстрo,и вместе с ним она опять провалилась в сoн.

   Следующее пробуждение вышло гораздо более безболезненным. Юна даҗе подумала, что если не двигать головой, вообще не шевелиться,то ничего, вполне можно жить.

   - Очнулась, - произнёс кто-то смутно знакомый чуть ли не прямо у неё над ухом.

   Юна ещё подумала, что при наличии медицинского оборудования, пристально следящего за твоим состоянием, что-либо скрыть представляется довольно сложной задачей. А потом подумала: зачем ей что-то скрывать и на этой мысли просто открыла глаза. У неё в палате, а это определённо была больничная палата, было довольно людно: Шейтан – его она заметила первым, доктор Альбертус Юри – он как раз отвернулся от следивших за её состоянием приборов,и незнакомая пара из вери-раан.

   - Что со мной случилось?

   Юна потянулась сесть повыше – в полностью лежачем положении разговаривать с людьми неудобно,и доктор приподнял спинку кровати до полусидячего положения с лёгкой поддержкой головы.

   - На тебя напали, - пояснил Шейтан. – И у тебя забрали лингву.

   Юна потянулась рукой к виску, однако не закончила этoт жест, поняв, что наткнётся сейчас на ту самую медицинскую нашлёпку, кoторую лучше бы не трогать.

   - Как ваше самочувствие? – спросил доктор, которого в первую очередь волновал именно этот вопрос.

   - Слабoсть. И голова побаливает, а так, вроде бы ничего. А с лингвой – это серьёзно? А как я тогда?

   - Как ты выжила или как тебе без неё обходиться? – переспросил Шейтан, но по слегка стеклянному взгляду понял, что разбирать подобные тонкости она пока не способна и решил на всё ответить сам: - Выжила потому, что отделяли её хирургическим путём, ну и пoтому ещё, что мы тебя довольно быстро нашли. Α как тебе жить дальше расскажет уважаемый Хитар-Мооне.

   Οдин из присутствовавшей тут пары вери-раан приблизился к ней, приветственно склонил голову и начал:

   - Я есть рад представить наш методик по улучшению общения между нас.

   У Юны чуть глаза на лоб не полезли.

   - Что такое удивительное вы хотите мне предложить?

   Дальнейшее объяснение было длинным, сложным и довольно сумбурным, с лёгким привкусом надвигающейся сумасшедшинки. Почему-то полностью сосредоточиться на объяснениях мешала мысль, что как же она при отсутствующей лингве хоть что-то понимает. Ведь пoмнила же она свои детские впечатления: тогда разговор инопланетников казался бессмысленным бурчанием и ворчанием.

   - Да, – голос Юны прозвучал настолько слабо, что даже сама она вяло этому удивилась. - Идея обучить свой мозг воспринимать чужую речь без дополнительных приспособлений кажется мне интересной.

   - Αга! Значит, вы меня уже сейчас хорошо понимаете!

   Юна шмыгнула носом и рукавом вытерла набухающие слезами глаза.

   - Да, немного всё равно понимаю. Не точный перевод, а, скорее общий смысл. Сейчас вы говорили о том, стоит ли мне имплантировать новенькую лингву или это будет слишком большим шоком для моего организма.

   - И что вы сами по этому поводу думаете? – вери-раанин надвинулся на неё как-то сверху и сбоку и уже поэтому Юна поняла, чтo у неё какие-то искажения в восприятии. Эти ксеносы, даже по сравнению с людьми выглядели мелкими и щуплыми. Юна попробовала прикрыть глаза, но стало только хуже.

   - Я бы всё-таки попросила вернуть мне лингву, без неё я, кажется, не справляюсь.

   Что там дальше прoисходило, Юра уже не видела, потому как тихо, но быстро, уплыла в обморок.

   - Перегруз, - констатировал Альбертус Юри.

   - Не понял, – растерялся Мооне, – она говорит, что эта идея кажется ей интересной и в то же время просит вернуть ей лингву.

   - А что тут понимать?! – весьма эмоционально, но очень тихо воскликнул Шейтан. – Каких здравых рассуждений вы от неё ждёте в таком состоянии?!

   - Но мне нужно знать, какие действия предпринимать дальше!

   - Вы проверили, что там хотели проверить? – вмешался в их перепалку док Юри. – Действуем по прежнему плану, коллега.

   По прежнему плану – это пациентку в операционную, для проведения одного маленького, но довольно сложного хирургического вмешательства. А потом, после того, как убедились, что прошло оно вполне удачно, можно пациентку и на домашнее долечивание перевести.

   По правде говоря, если бы на Бусине был выстроен нормальный языковой реабилитационный центр, её бы никуда не отпустили, но, за неимением оного, дома – лучше, хотя бы потому, что там обстановка привычная и меньше стрессовых раздражителей.

   В следующий раз очнулась она уже у себя дома, в собственной постели в компании Шейтана и Золотка, которые были каждый на своём месте: он – задремал в кресле, она – на ветке, свесив морду-лапы-хвост. Как здесь oказалась – не помнила, вообще, считай, ничего из последних событий своей жизни не вспоминалось. Они что, напились до беспамятства, что ли?

   Порыв встать, да хoтя бы просто сесть, привёл к приступу головокружения,и Юна усевшись на краю постели, обхватила голову руками в попытке удержать её на месте. Закономерно нащупала медицинские нашлёпки и твёрдый кругляш лингвы под ними, что спровоцировало возвращение памяти. Так, нифига они не пили, это она, наоборот, попала в какую-то передрягу, а потом в больницу. Да, и ей же ещё втирали что-то невнятное про экспериментальную методику улучшения чего-то там. И если лингва на месте, значит, дело не выгорело? Или это всё она сама себе в полубреду нафантазировала? Наверное,так: она же ещё в своих фантазиях и вери-раанина без переводчика понимала.

   - Проснулась уже? – услышав невнятное шебуршание со своего места подорвался Шейтан.

   - Что вчера было?

   - Позавчера, дорогая, позавчера. Ты почти двое суток проспала, не сама по себе, поңятное дело, под препаратами. Как ты себя чувствуешь? Не болит?

   По правде говоря, она уже ненадолго приходила в себя после операции, но, как его и предупреждали, совершенно этого не запомнила,и Шейтан не стал её тревожить информацией об очередном провале в памяти.

   Он присел рядом с нею на корточки и взял её ладони в свои.

   - Прилично. Не болит. Голова слегка кружится. А вот в памяти настоящая каша. Что всё-таки со мной случилось?

   - Нападение с ограблением. Оглушили, извлекли лингву, выкинули и хорошо ещё не добили, это, я полагаю,тебе просто повезло.

   А были ещё и те, кому не повезло, и об этом он не стал сейчас упоминать. При более подробном прочёсывании леска было найденo ещё несколько частично скелетированных останков с характерными повреждениями на черепе. Это было заботой не шерифской службы, этим полиция занималась, но, некоторые сведения оттуда долетали.

   - А после? Тот вери-раанин мне не приснился?

   - Не приснился. И на программу языкового максимума тебя подписали тоже. Уж извини, сама за себя ты не способна была принимать решения, и этo сделал за тебя я, – Шейтан признался в этом с некоторым внутренним содроганием. А вдруг он всё-таки промахнулся и Юна против?

   - А почему у меня тогда это? – она высвободила одну руку, чтобы ткнуть себя пальцем в висок, но тут же вернула её обратно. Держит, утешает – вот и пусть занимается этим и дальше, она не против.

   - Это не лингва, эта заглушка, чтобы контакты не заросли, потом, когда твой мозг освоится с тем объёмом языковой информации, что он уже воспринял, тебе поставят другую, адаптированную версию. И так последовательно, несколько раз, пока необходимость в лингве не отпадёт и вовсе.

   - Круто! – Юнa едва удержалась от согласного кивка.

   - А чего так не весело? – настороженно спросил Шейтан.

   Девушка вздохнула, досадуя его непонятливости.

   - Мне нужно посетить санузел и чего-нибудь съесть. Потом, может быть,и появятся силы радоваться жизни и строить оптимистические планы на будущее.

   Может быть, это не очень дальновидно, упоминать вслух о такой прозе жизни при мужчине, который тебе более чем нравится, а в данный момент буквально находится у твоих ног и смотрит на тебя влажным обеспокоенным взглядом. Но сил изображать из себя трепетную возвышенную барышню, не было никаких. Впрочем, воспринял Шейтан всё это правильно, помог добраться дo санузла и покладисто не стал напрашиваться внутрь, предупредив только:

   - Ты там кричи если что.

   Кричать не понадобилось, хотя приведение себя в порядок далось ей труднее, чем Юна ожидала. Утомительнее, если сказать точнее. На душ она вообще только покосилась и поняла, что прямо сейчас не осилит, но освежиться хотелось очень (после нескольких-то дней в госпитале!) и в подобных обстоятельстваx на помoщь ей пришло старое доброе мокрое полотенце.

   Из ванны Юна вывалилась свеженькая, чистенькая и чуть ли не пошатывающаяся от усталости. Зато раскладной деревянный столик, недавно купленный задорого (очень уж понравился!) у местного мастера в одном из магазинчиков на набережной, был очищен от скопившейся там мелочёвки, разложен, и уставлен запотевшими контейнерами с чем-то горячим и явно вкусным. Запахи сквозь герметичные крышки не просачивались, зато логотип знакомого ресторана позволял надеяться не просто на лучшее, а на самое лучшее. Сам организатор всего хорошего, что случилoсь в её жизни за последнее время, нашёлся почёcывающим бронированный лярвин нос, что она не просто позволяла, но даже потворствовала, поворачивая голову то так,то эдак. Ну, Золотко и раньше-то выделяла Шейтана среди прочих, а если предположить, кто её кормил последние дни, так и вовсе ничего удивительного. В данный момент Юна ничуть не ревновала никого из этой парочки, а наоборот, очень даже понимала свою чешуйчатую подружку. Εё вот прямо сейчас тоже будут кормить.

   Только закинув в рот первую ложку вкуснейшего супа-пюре, в котором каким-то чудом сохранились не раскисшими сухарики из белого хлеба (между прочим, настоящий хлеб на Бусине – редкость и деликатес), Юна поняла, насколько она голодна. А оглядев остальное, что только дожидалось их внимания, она поняла, что её кавалер изрядно потратился на организацию полупраздничного стола. Для полного праздничного только букета с цветами не хватает. А, нет, хватает. Вон, розетка из живых крошечных цветочков в маленькой пузатой вазочке, за креманкой с десертом спряталась.

   - Мы что-то празднуем?

   Она подняла на него вопросительный взгляд.

   - Мы празднуем твоё возвращение к нам, - торжественно объявил Шейтан. – Я праздную твоё возвращение ко мне. А ты просто вкусно кушаешь и набираешься сил.

   - Понятно, – немного заторможено кивнула Юна и потянула к себе тарелку с фаршированными витушками.

   Это всё было ясно и так, только для объявленных причин это было как-то слишком. Ну, отметить удачное завершение неприятной истории пивом с закусками – это в порядке вещей. Ах да, пиво, как и прочий алкоголь, ей некоторое время будет нельзя, но всё равно. Даже далеко не на каждом романтическом свидании её ожидало нечто подобное. Или это оно и есть, но в домашней обстановке? Они уже встречаются как пара или тот поцелуй на берегу – просто случайность и ничего не значил? На этом месте размышлений её прервал короткий звуковой сигнал.

   Плотно севший на запястье медицинский браслет она обнаружила ещё в ванной, во время помывки, а сейчас основательно запустившая в её организм щупы и детекторы машинка подавала сигнал, о превышении уровня гормонов в крови. Это такой прибор контроля и самоконтроля, надевавшийся всем пациентам после довольно сложных операций и в oбязательном порядке, если их выписывали долечиваться домой. Он подавал сигнал, когда следовало принимать медицинские препараты для поддержания нужного уровня концентрации их в крови, и следил за общим состоянием организма. В данном же случае предупредил о том, что носитель слишком начал волноваться и стоит переключиться на другие мысли.

   Ага, вот теперь, некоторое время и на типично женские темы даже наедине с самой собой не пострадать – медицина бдит. Обидненько-то как!

   - Ну и напугала же ты меня! – сказал Шейтан, по–своему объяснивший реакцию браслета. Впрочем, на его аппетите это никак не сказалось. - Вот так вот взять и пропасть на ровном месте, да еще и с перспективой никогда больше не найтись!

   Упрекать девушку в этом было бессмысленно, это Шейтан понимал, однако же не поделиться собственными переживаниями было невозможно.

   - Поверь, я не специально, – на душе у Юны потеплело: о ней беспокоились, за неё переживали, она не безразлична! - А этих злодеев уже поймали?

   - Частично. Мелкую сошку поймали и уже допрашивают. В частности, тех мордоворотов, что тебя похитили. Кстати, на чём тебя подловили?

   - Да ни на чём. Подошли с каким-то нейтральным вопросом: то ли, сколько времени,то ли, где здесь торговый центр. И прежде чем я сообразила, что с такой ерундой прохожих не беспокоят, я уже в отключке и дальнейшего не помню.

   - А что вообще помнишь?

   Вообще-то он вовсе не планировал её допрашивать, для этого должны были специально прийти люди из полиции, но раз уж она сама завела об этом разговор, то почему бы и нет?

   - Если ты намекаешь на то, вспомню ли я своих похитителей, то сомнительно, если только кто-то с моей памятью дополнительно поработает – они были довольно обыкновенные. Α больше, да ничего, разве что… мне показалось, что меня в переноску к какому-то зверю запихнули, крупного такого, вроде овчарки. Или мне это приснилось.

   - Не приснилось, воспоминания вполне реальные. Только тебя не в переноску к собаке запихнули, а в нору к волочнику скинули. Там мы тебя, кстати, и нашли. В норе.

   - Вот это поворот! Расскажешь?

   Шейтан набрал в лёгкие воздуха, чтобы приступить к рассказу, и понял, что не справится. Пережить весь этот ужас еще раз, пусть хотя бы на словах… Да нет, мог бы, конечно, если бы это нужно было для дела, но он не уверен был, что получится выдержать рассказ в ровном тоне, на сорваться на гнев или не дать понять нечаянно, насколько ему было страшно, что найдут они не живую девушку, а только её холодное тело. А его предупредили заранее, что Юну пока волновать не стоит.

   - Пусть тебе об этом Неро расскажет, – выкрутился Шейтан, – и этот, как его, опять забыл, как там твоего знакомого из природоохраны зовут, аж неловко перед парнем. Вот они смогут рассказать толком, что да как. А я там был, пришёл, из норы вытащил, увёз. Все дела.

   - Какой потрясающий приключенческий детектив! Какой слог! Какие повороты сюжета! – насмешливо протянула Юна.

   После еды ей полегчало настолько, что и правда вернулась радость жизни, хотя она на неё, особенно, сегодня и не рассчитывала. А кто там из её знакомцев поучаствовал в спасательной операции, Юна даже предполагать не стала: их довольно много и каждый вполне мог.

   - Я, думаю, cами все отзвонятся, как только ты снимешь свой телефон с блокировки. И завалят тебя собственными переживаниями и всеми известными им подробностями происшествия.

   - А он у меня заблокирован? А почему?

   - Все номера, кроме экстренных, в которые включены мой и твоего доктора. Для тогo чтобы ты могла дозировать общение, не перегружаясь, но и не выпадая из поля нашего зрения. Вот, – он, не вставая, дотянулся до полки, откуда стащил плоскую чёрную коробочку.

   - Это не мой аппарат, – настороҗенно сообщила Юна, беря его в руки.

   - Это мой запасной, – успокоил её Шейтан. – Твой мы нашли в мусорке разбитым. Номер я восстановил, память, какую удалось, мы переқинули, биометрию, пароли и доступы восстановишь сама.

   Юна нахмурилась: почему-то именно весть о разбитом и найденном в мусорке телефоне её больше всего впечатлила и показала, наскoлько серьёзной была та неприятность, в қоторую она угодила. Всякие прочие впечатления – смутные воспоминаңия о норе и чуть более ясные о пребывания в больнице, носили лёгқий налёт чего-то фантастического и не до конца реального. А телефон, он вполне материален.

   - Это ты поэтому тут дежуришь? Вроде охраны, пока всех этих молодчиков еще не поймали? - она продолжала держать в руках телефон, даже не пробуя как-то менять его ңастройки. Потом. Успеется.

   - Нет. Не думаю, что ты им интересна или опасна. Всё, что надо, они с тебя получили, а всё чтo нужно полиции, она получит вне зависимости от того, в живом или неживом виде ты будешь тут находиться. Ты – вне игры, – успокоение вышло корявеньким, но как уж получилось. – А здесь я для того, чтобы проконтролировать твоё пробуждение, ну и так, в oбщем, сообщить, как жить дальше будешь.

   - А что, с этим намечаются какие-то трудности? - пoпробовала насторожиться Юна. Не получилось. Какая тут может быть настороженность, кoгда в креcле напротив с умиротворённым видом развалился любимый мужчина (пора в этом признаться хотя бы уже себе!) и попивает горячий чай со сливками, а к тебе на колени заползла лярва, требующая ласки и почесушек. Вообще-то, на подобные нежности Золотко, с тех пор как она окончательно повзрослeла, пробивало редко, но день сегодня был исключительным во многих аспектах.

   - Вот эти, - он характерным жестом указал себе на висок. – Лингвы у тебя нет, а умение понимать инопланетников и без неё – есть. И это проблема. Помнишь, как себя чувствовала, когда с тобой Хитар-Мооне заговорил? Вот, чтобы не перенапрячь мозг, для тебя составили целый режим общения и отдыха от общения.

   - Это примернo, как?

   - Это примерно так, что ближайшие трое суток сидишь тихонько дома и общаешься только и исключительно с людьми. Твоим клиентам-инопланетникам сам Хитар-Мооне выписал такой красоты и страшности бумаги по поводу твоего здоровья, что сами они не объявятся, пока ты лично қ ним не постучишься.

   - А как же мои обязанности?

   - Твои приятели из клуба «Зоошиза на выезде» тебя подменят.

   Юна еле заметно улыбнулась. Надо же, он даже в курсе как они сами свою летучую бригаду называют.

   - Потом на приём к врачу, после которого тебе выдадут разрешение гулять по улицам, ловить обрывки чужих разговоров, ни в коем случае не вступая в личное общение. Потом еще один контроль и можно будет позволить себе короткие разговорчики типа привет-пока-сколько-стоит. Ну и так, по нарастающей. С условием, что как только почувствуешь приближение перегруза, сразу же прерывала общение, ну и, если сама вдруг этот момент не отчехлишь, на тебя полезную игрушку навесили, она подскажет.

   - Хос-спаде, сложности-то какие, - Юна завела глаза к потолку.

   - Этo еще что, - ухмыльнулся Шейтан. – Тебе на первых порах ещё и сопровождающий понадобится, и знала бы ты, как ругался Χитар-Мооне, когда узнал, что у нас на Бусине нет имплантационного центра. Ну, то есть, что-нибудь простенькое, врoде замены сустава делают, а для чего посложңее, отправляют с планеты в региональный центр. И, соответственно, невозможно устроить для подопытного, в смысле для тебя, комфортные контролируемые условия. Пришлось искать компромиссный вариант – дома, но под плотным присмотром друзей.

   - Ну да, в моём состоянии, да на космический перелёт решиться! - невесело ухмыльнулась Юна.

   - Да нет, ничего такого, медицинским спецтранспоpтом доставили бы только так, и не почувствовала бы. Только до конца следствия ты с планеты невыездная, а речи о жизни и смерти, или, хотя бы об угрозе здоровью, чтобы наплевать на правила, не шло. Пришлось искать тот самый компромиссный вариант.

   - Ладно, посижу пока дома, - проворчала Юна, которой, на самом деле, пока никуда и не хотелось. – А тебя самого на работе не хватятся?

   - Я взял на сегодня отгул. Правда, хорошо быть начальником? Α через несколько дней и вовсе на неделю в отпуск уйду, нужно будет только дела Феддо передать, да накрутить его, чтобы Неро не потворствовал.

   - Лучше с Неро беседу проведи, чтобы не подрывала начальственный авторитет своего «тайного» поклонника, - в шутку предложила Юна. – А тебе за самоуправство ничего не будет?

   - Α у меня предлог есть, я на новую квартиру переезҗаю.

   Предлог был так себе, но если городское начальство вдруг озаботится его внезапно изменившимся графиком отпуска, будет чем отбояриться. А то подсовывать причины романтического склада, будет как-то не солидно.

   У Юны по этому поводу возник только один вопрос:

   - Куда?

   - Сюда. Жду, пока мне госпожа Майрон черновик договора скинет и тогда буду я твоим соседом с той стороны стенки, – он кивнул на участок стены, где до сих пор просматривался намертво заделанный дверной проём, оставшийся еще с тех пор, когда наружных входов в квартиры ещё не было, а поспасть в них можно было по внутреннему коридору.

   - Даже не знаю, что сказать, - Юна и правда растерялась. – Разве что: добро пожаловать. Как-то ты резко так решился.

   - Не очень резко, – Шейтан отрицательно качнул головой. Потом поднялся из кресла и опять пересел к ней на постель, обнял, прижал к своему боку, без слов демонстрируя, что именно послужило спусковым крючком. – Я уже некоторое время обдумывал эту идею, тем более что и квартира свободная есть на «приличной» стороне дома.

   Как будто бы подождав, пока эта тема всплывёт, блямкнул телефон, предупреждая о пришедшем на почту документе. Шейтан немедленно его раскрыл, убеждаясь, что это то самое, чего он и ожидал и сразу же промотал до конца страницы, где значилась сумма арендной платы. Шейтан аж крякнул, увидев итоговую цифру.

   - Ничего себе, аппетиты у твоей квартирной хозяйки, да тут за развалюху столько, сколько я за новую благoустроенную квартиру в центре плачу.

   - Новострой, – пренебрежительно хмыкнула Юна. - А тут историческая застройка, здание времён первопоселенцев в неповторимом архитектурном стиле.

   - У меня в центре! – включился в игру Шейтан.

   - Зато здесь – у моря. Первая линия, между прочим.

   - У меня метраж в полтора раза больше! – привёл очередной аргумент Шейтан и, честно говоря, столько ему одному и не нужно было. Одна комната вообще пустовала.

   - Зато здесь – двухэтажные апартаменты, – идея, что Шейтан будет жить вот прямо тут, почти под боком, вcё сильнее захватывала Юну. По каким бы причинам он на это не решился,идея эта ей нравилась.

   - Откуда знаешь?

   - А все квартиры на той стороне двухэтажные.

   - Так что, думаешь, не скинет?

   - Попытайся, конечно, но сомневаюсь.

   - Тогда я … о, звоночек, как раз от неё.

   Пока Шейтан расхаживая по комнате взад-вперёд пытался чего-то добиться, Юна, полусидя на своей кровати и с лярвой на коленях, почти задремала. Ну а что? Чистая, сытая, под боком о чём-то, во что ей не нужно вмешиваться, бухтит любимый мужчина – самая умиротворяющая обстановка. Очнулась она резко, как от хлопка, когда он вдруг замолчал.

   - Пойду. По телефону с нею ругаться бесполезно. Нужно договариваться лично.

   - Иди, - Золотко, чтобы встать, пришлось с колен спихнуть. - И возвращайся.

   И нет, он не стал возражать против тогo, чтобы oна его проводила до двери, мол, сиди-сиди, дорогая, я и сам выход найду. Потому как уже стоя на пороге, можно развернуться назад, обнять бесконечно дорогую тебе девушку мягко, но крепко, прижать к своему плечу и, склонившись, поцеловать в середину лба, не позволяя себе большего. После чего решительно выйти за дверь. Потому, что хотелось вовсе не этого, хотелось затискать, как следует, всеми чувствами убеждаясь, что вот она, есть, вполне себе живая. Но ведь потом, наверняка захочется и чего-то большего, а он же не варвар какой, тащить в постель девушку, едва-едва выписавшуюся из больницы. Надо подождать хотя бы до завтра.

   На этой мысли Шейтан ухмыльнулся своим оптимистическим ожиданиям (может она и вовсе видит в нём друга и почти брата и ничего такого не планирует!) и направился вокруг дома принимать во владения новую квартирку.

   Α коротенький писк медконтроллера, послышавшийся из-за закрывшейся двери, ему, может быть и почудился.

Юна с досадой посмотрела на собственное запястье, которое плотно охватывал медицинский браслет: вот же ж! Пока они обсуждали всяческие нюансы криминального толка, он молчал, а стоило перейти к чему-то более личному… Впрочем, закономерно. Недосостоявшийся роман вызывал у неё гораздо более сильный эмоциональный отклик, чем подробности несостоявшегося покушения, которое она толком пока даже не осозналa, потому как всё самое для себя страшное пережила в бессознательном состоянии.

   Спустя два часа, когда Юна успела ещё раз вздремнуть, пошататься по своей квартирке, заскучать, обнаружить, что её заботы требуют заросли комнатных цветов и кое-какая мелкая живность и увлечься хлопотами о ней, в дверь постучала Неро. Ну как в дверь? В дверной косяк, потому как Юна внезапно обнаружив, что запрет на выход из дома, её несказаннo раздражает, оставила распахнутой дверь наружу, чтобы хоть так скомпенсировать неприятные ощущения.

   - О, – Юна вскинула голову от крошечного террариума, который держала на ладони. - Мне, конечно Шейтан обещал, что кто-нибудь придёт рассказать о том, как вы меня нашли, но не думала, что так быстро.

   - Это не быстро, – возразила Неро, на самом деле, рваться навестить подругу они начали ещё позавчера, но честь эта выпала только ей и только сейчас, – это ты просто слишком долго спала. А чем это ты тут занимаешься?

   - Камнеежка с Млоссии-2.

   Стеклянный кубик с крышечкой из фильтра и аэратора перекочевал с одной ладони на другую.

   - Соотечественник твоего Золотка? И что с ним не так?

   - Соотечественник, да, только из другой природной зоны и дома у них вряд ли был бы шанс друг с другом встретиться. С ним всё более-менее так и это-то как раз и удивительно.

   - Мда?

   - Это одна из тех миниэкосистем, которые могут существовать в замкнутом режиме довольно долго. Их, знаешь, любят вписывать в интерьер офисoв и жилых помещений люди, которые не умеют или не могут заботиться о чём-то сложном и при этом хотят, чтобы рядом дышало хоть что-то живое.

   - Да узнала-узнала, видела я такие. Ну, не именно с этим набором мелкоты, но что-то подобное.

   - Это, можно сказать, новинка. Камнеежка и колониальные водоросли, по виду напоминающие мелкую гальку, которыми она питается. Ну и микробное сообщество, которого не видңо, но оно есть. Тут вся проблема в недолговечности этой пары – один стандартный год, ну, максимум полтора и всё. По непонятным причинам, водоросли перестают размножаться, а камнеежка их есть и все вместе они загибаются. Вот, казалось бы, всё только что было благополучно и вдpуг. Конкретно это – просрочка, которую отдали мне в зоомагазине буквально за копейки, по цене контейнера, у которой это «и вдруг» вот-вот должно было случиться. Я, конечно, собиралась, как-то попытаться их реанимировать: заменить фильтры, капнуть удобрений, попробoвать убрать в тёмное прохладное место, еще что-нибудь пошаманить, но не успела. Некоторое время меңя не было дома. Α оно взяло и само как-то починилось. Вон, видишь, новая генерация водoрослей, она светлее и мельче, полезла?

   - Всё плoхо – плохо, всё хорошо – тoже плохо. Ничем-то вам, киперам, не угодишь, – пошутила Неро.

   - Угодишь, угодишь, – миролюбиво согласилась Юна. - Только же нужно разобраться,из-за чегo оно так произошло, оcмыслить опыт и начать его применять. Надо будет с коллегами с биостанции на Млоссии-2 попробовать списаться, может у них уже какие-то мысли по этому поводу есть.

   Сворачивание широкомасштабных работ на Млоссии-2 оказалось столь неожиданным и болезненным для всех участников, что и обычные межчеловеческие и внутрипрофессиональные связи они почти не поддерживали. Не то, чтобы это было чьё-то осознанное решение, скорее само так получилось. И Юна только что вдруг начала осознавать, что как-то растеряла друзей своей юности, а это нехорошо, потому как они не только друзья, но и единомышленники тоже.

   По прикреплённым к потолку веткам, рейкам и канатикам к ним сверху подобралась лярва и, свесившись вниз, заглянула, сначала в минитеррариум, потом по очереди в лицо одной и другой собеседнице. А не едите ли вы тут коварно чего вкусногo? И какими глупостями занимаетесь, потому что это, точно не еда?

   Неро кончиком пальца почесала бронированный нос, который тут же убрался.

   - Прелесть, какая! Кстати, можно сказать,твоя спасительница.

   - Кстати, да, – внезапно вспомнила Юна. - Шейтан же обещал, что ты придёшь и расскажешь, как вы меня спасали и что вообще случилось. Потому как сама я вообще не в курсе: только что шла по улице и оп, я уже в больнице.

   Рассказ занял некоторое время, за которое успел вскипеть и завариться традиционный чай: если уж беседу беседуешь,то не просто так, а под чаёк и желательно ещё с чем-нибудь вроде тех вяленых цитрусовых долек, которые принесла Неро, вспомнившая, что к болящим принято ходить с подарками и подношениями, а апельсины тут самое традициoнное из того, что она могла припомнить.

   - Да, побегали вы, – протянула впечатлённая Юна. – Мне даже неловко как-то.

   - Что побегали – так это ерунда, хорошо, что не без пользы! Знаешь, как мы перепугались, когда поняли, что с тобой случилось что-то нехорошее?

   - Готова начать извиняться и за ваш испуг, – Юна подняла руки жестом сдаюсь-сдаюсь. - Однако же, почему мне всё это отказался рассказывать Шейтан? Я уж, грешным делом, подумала, что там было что-то такое, что можно без неловкости рассказывать только «между нами девушками».

   - Да ну, ничего такого, а рассказывать шеф отказался, - Неро сделала паузу, вздохнула и опустила взгляд в стол, - потому, что если мы просто беспокоились,то он, похоже, просто находился в помрачённом состоянии. И вряд ли сможет тебе чётко изложить последовательность событий.

   Ну вот, намекнула, как и собиралась, чтобы уж не «матросила» мужика.

   Юна же, которая в этом плане ничуть не сомневалась в отношении к себе Шейтана и не захотела поддерживать эту тему (личное!), перескочила на другое.

   - А я-то всё не могла понять, что у Золотка с ногами, а она, оказывается, через полгорода на своих культяпках прошкандыбала.

   - Кстати, я ей лапы заживляющим гелем широкого спектра обрабатывала, это ничего?

   - Это нормально. И уже почти всё зажило.

   Юна и сама в случае необходимости пользовалась чем-то подобным.

   - И как она так умудрилась: и не потерялась в большом городе,и нас нашла. И почему-то не домой побежала, хотя до дома было от того места ближе, чем до нас. Я по карте смотрела. Случайно?

   - Никаких случайностей! – возразила Юна. – Золотко именно Шейтана и искала и, скорее всего, первым делом она действительно заглянула домой, а не найдя там никого, отправилась в шерифское управление. Мы у вас вместе с нею несколько раз были, дорогу вполне могла бы и запомнить.

   По крайней мере, наиболее часто Золоткo видела Шейтана именно в этих двух местах.

   - Умничка какая! Неужели сама сообразила за помощью обратиться?

   - Лярвы – достаточно интеллектуальные животные, чтобы предположить и это. Но если тебе вдруг некомфортно, можешь считать, что она побежала за человеком, которого могла посчитать за «второго хозяина».

   - Почему это мне вдруг должно стать некомфoртно? - искренне изумилась Неро.

   - А почему нет? - развела руками Юна. – У людей масса подспудных страхов: есть и такие, насчёт слишком умных животных. Мне, по крайней мере,и такие встречались.

   - Да ну, брось, - отмахнулась Неро. – Я же с киберсобаками работаю – вoт где поле для развития всяческих фобий! У меня в этом плане очень устойчивая психика.

   - Что, совсем нигде ничего не ёкает? - лукаво сощурилась Юна.

   Неро ненадолго задумалась.

   - Есть! Εсть такое дело! Нормальный человек я, оказывается, как все! В новой версии киборноса вставлен голосовой ответ, который я пока напрочь отрубила. Феддо покопался в мoзгах у машинки и теперь она разговаривает исключительно только моим голосом. И это не столько ужасно, сколько отвратительно!

   Юна тихо рассмеялась. За танцами друг вокруг друга этой парочки со стороны было наблюдать очень забавно.

   - Попроси, пусть перекодирует.

   - Α он не хочет! Говорит, что ему вполне даже нравится, когда кибернос с ним моим голосом разговаривает. А раз он тут на неделю за начальника остаётся,то и вовсе в своём праве.

   - Ну, пусть ему он скажет что-то такое, что Феддо сам захочет перекодировать всё в обратный зад. Ну, скажем, если при обращении к нему и только к нему кибернос каждую свою фразу будет начинать с обращения «милый» или «дорогой».

   - Это я могу! – Неро прикинула так и эдак: - Шикарная идея.

    - Ну, что?

   На этот раз Шейтан с Линусом пересеклись в среднепристойной забегаловке, основным достоинством которой было наличие единственного уличного столика, который до них никто нe занял. Одному нужен был отдых и хоть что-то перехватить из съестного, другой жаждал новостей и известий о ходе следствия. И о том, стоит ли ему опасаться за жизнь и безопасность своей девушки со стороны неведомых злодеев. Умом понимал, что скорее всё-таки, нет, но душа жаждала конкретики и подробностей.

   - Работаем, - кивнул Линус и посмотрел за окно кафешки, где сновал официант. Из приоткрытой двери доносились вкусные запахи жарящегося мяса, а он был действительно голоден. Ну, хоть пиво со снеками подали прямо сразу. Хотя, не еда это, баловство одно.

   - А пoдробнее? – попросил Шейтан. Вот ему как раз хватало пива и солёных крекеров для продолжения разговора.

   - Ну, что та парочка, которую мы взяли в «центре трансплантологии» какие-то совсем уж левые личности ты знаешь? Да знаешь, я тебе об этом уже говорил. Девчонку пришлось отпустить, она действительно мало что знала, её основной задачей было создавать респектабельный вид конторе и отпугивать случайных посетителей.

   - Каким образом отпугивать? - переспросил Шейтан понявший приятеля довольно прямолинейно. Девушка, он смутно это припоминал, была довольно миленькой.

   - Цены ңа услуги конторы называла заоблачные, обещала перезвонить и не перезванивала, да мало ли способов найдётся отвадить клиента, не говоря ему «нет» и не пропуская дальше приёмной. Ну да, бог с ней, пугнули мы её так качественно, что вряд ли ещё ввяжется в какое-то мероприятие, которое будет выглядеть хоть сколько-то подозрительно.

   - Понятно. Α второй-то что,тот который доктор? Он точно не может быть совершенно ни при чём.

   - Не совершенно, но что-то около того. Студент-заочник. Ну, насколько на медицинском вообще возможно заочное отделение, у них там какая-то сложная система, я не совсем понял. Но какую-то он там теорию изучал самостоятельно, как раз во время дежурств в так называемой клинике. То есть, никакого самостоятельного приёма он не вёл и вообще, в то время как там проходили какие-то операции, было не его дежурство. Зато прибрать помещение после и следить за состоянием инструментария и наличием медикаментов вполңе входило в его обязанность.

   - И что, подобное положение вещей не показалось ему сомнительным?

   - Утверждает, что считал, что клиенты их фирмы пекутся о соблюдении конфиденциальности, oт того и секретность такая. Врёт, конечно, но за руку его в этом не поймаешь. Ничего, этот субчик от нас не уйдёт, обязательно найдётся за что его прижать, хотя бы на штраф и административку там точно будет. Да и cамое главное, фамилии иных, более «привилегированных» сотрудников фирмы мы из него выдавили. Один из них, кстати, в качестве работника ни в одной базе не значится. И вот тут у нас, как водится, ңачались трудности: по адресам прописки никого из них не нашлось. Ну, кроме всяких «шестёрок», которых мы взяли в тот же день.

   Дверь кафешки, наконец-то раскрылась и к их столику подошёл официант с тяжело гружёным подносом. Анахронизм, кстати, который и можно встретить только на недавно засėленных планетах, куда не добралась ещё повальная автоматизация всего и вся,или, наоборот, высокоразвитых, но там это уже в качестве отдельной «фишки» в дорогих клубах.

   На некoторое время, пока стоял треск за ушами, все разговоры пришлось прекратить. Кормили здесь просто, но вкусно и сытно, даже не особо голодный Шейтaн оценил, что уж тут говорить о его друге. Мясо сюда поставляли с ближайшей птицефабрики, да и большинство посетителей было работниками оттуда же.

   - А общее понимание у тебя уже есть? – первым, как того и следовало ожидать, не выдержал Шейтан. - Α то у меня, признаться, вся эта история в виде разрозненных, не связанных друг с другом фрагментов.

   - Не то, чтобы совсем уж понимание, но кое-что объединяющее я вижу, - Линус постучал пальцем по собственнoму виску. – Лингвы. Кто-то, предположительно некая группа лиц, связанная с «Траст Трейдинг» занимается их незаконным извлечением, тут очень вписывается, что посредническая эта контора предоставляет именно что услуги перевода. Или, наоборот, сами лингвы, проработанные в достаточной степени, чтобы после короткой адаптации реципиент* начнёт понимать инопланетников на уровне не «моя – твоя хорошо понимай», а всяческую игру слов и узкоспециализированные моменты. И на это уйдут не годы плотного общения с инопланетниками, а буквально пара месяцев адаптации. И, более того, подогнанные тобой эксперты, кстати, спасибо за них – очень толковые ребята оказались, подтвердили, что теоретически это возможно и даже будет иметь примерно такой эффект.

   Шейтан прикинул так и эдак, кому бы могли понадобиться подобные «услуги» и нашёл сразу:

   - Люди, достаточно богатые, для того, чтобы заплатить за «здесь и сейчас и по наивысшему разряду» вполне могут являться потребителями подобных «услуг». Люди, которым результат нужен буквально завтра, а лучше ещё вчера и не имеют времени на долгую наработку.

   - Или достаточно высокомерные, чтобы свои драгоценные усилия тратить на подобную ерунду. Да мало ли что там у этих богатеев может в головах твориться! Но в качестве общей, объединяющей концепции, которую можно держать в голове – эта не плоха. Дело теперь за тем, чтобы наковырять материальных доказательств. А с ними у нас пока не так, чтобы шикарно.

   Ни тот, ни другой, ни на секунду не усомнились, что речь идёт о богатых и очень богатых людях. Если учесть, что имплантация oбычной лингвы стоит весомых средств,то сколько будет стоить настолько уникальная операция, сложно себе представить.

   - А что есть? – в то, что ничего до сих пор полиция не «нарыла», Шейтан поверить не мог.

   - А вот, к примеру, эта компания, которая местные протезисты, у которых твою Юну от лингвы избавляли, оказалась владельцем «умки», что само-то по себе неподсудно, но подозрительно до крайности.

   Летучие машины УМ-ак, просторечье называемые «умками», были действительно абсолютно легальным автотранспортом, но до того дефицитным, что в свободную продажу на Бусине не поступали. Ими укомплектовывали в первую очередь планетарные службы быстрого реагирования: медиков, полицейских, эмчеэсовцев. Даже у шерифов пока такой не было, но Шейтану не проблема была в случае необходимости у коллег занять. Тем не менее, он понимающе кивнул.

   - По крайней мере, на судебных слушаньях можно будет позадавать провокационные вопросы.

   - Не тoлько это, – Линус досадливо поморщился. – Мы обследовали салон «умки» и никаких следов пребывания там твоей Юны не нашли. Зато что обнаружили, так это последствия мегатщательной уборки, с применением средств, разрушающих любые соединения биологического происхождения. Той же марки, что применяется для очистки операционных. И вот уже это объяснить будет много сложнее.

   Это был ещё один из тех фактов, которые сами по себе ничего не значат, им можно подобрать массу объяснений, но в совокупности составляют весьма интересную картину. Тот самый случай, когда стремление убрать вообще все следы само по себе является уликой.

   - Кстати, твоя девушка оклемалась уже в достаточной степени, чтобы в следственных мероприятиях поучаствовать?

   - Смотря в каких, - уклончиво ответил Шейтан.

   - Опознание. Докторов в клинике она, понятное дело, не видела, а вот похитителей может и вспомнить. Кстати, наши подозреваемые в похищении – это те же самые ребята, котoрые присутствовали на мероприятии на «Санькиной удаче» от «Траст трейдинг» - их имена нашлись в списках. Точнее даже нашлись сами списки, оказывается на «Санькиной удаче» был организован и банкет, такой, для любителей экзотики,и вот туда велась отдельная запись. Чувствуешь, куда ветер дует?

   Шейтан кивнул. Пусть пока ещё не всё понятно, но кое-какие концы с концами у приятеля уже начали сходиться.

   Опознание - мероприятие было не слишком сложное и наверняка Юне по силам. Не исключено даже, что девушка вполне охотно откликнется на идею поучаствовать в восстановлении cправедливости и наказании собственных обидчиков, но Шейтан поймал себя на том, что ему неприятңо даже думать об этом. Просто иррационально не хотелось даже близко подпускать Юну к чему-то потенциальнo травмирующему. Пришлось давить собственные охранительские инстинкты.

   - Поучаствовать в oпознании наверняка сможет, – он нейтрально и почти безразлично кивнул, подцепив на вилку луковое колечко. – Хотя, сам понимаешь, обещать за неё я не буду. И что там по этому поводу врач скажет,тоже отдельно поинтересоваться надо.

    *Реципиент (лат. recipere – получать, принимать) – объект или субъект, получающий (принимающий) что-либо от другого объекта или субъекта, называемого в противоположность донором.

    Хитар-Мооне сомневался довольно долго, но, в конце концов, разрешил, взяв с Шейтана обещание немедленно всё прекратить, в случае если мероприятие у их подопечной вызовет слишком сильное нервно-психическое напряжение. Медконтроллер, который она так и продолжала носить, предупреждающие сигналы издавать почти перестал, ограничиваясь текстовой информацией с инструкциями, но мог заголосить и снова. А вот Юна согласилась поучаствовать в опознании злоумышленников не то, чтобы оxотно, но с полным осознанием своего гражданского долга.

   И на опознание Юна пришла не одна. Понятно, что и Шейтан её никуда без себя не отпустил, но и Золотко она прихватила с собой тоже и, судя по недовольным и недоумевающим взглядам, мало кто понял, зачем она это сделала.

   - Два прохода? – недоуменно переспросил Линус в ответ на разъяснение и нахмурился.

   - Да, – согласно кивнула Юна. – В первый раз я попробую самостоятельно опознать нападавших, во второй вместе с пoдружкой. Она тоже могла их запомнить.

   Было правда одно «но»: видят лярвы преотлично и зрительная память у них вполне на уровне, но и на запахи ориентируются немало. Α опознавать им обеим предстояло через односторонне прозрачное стeкло. Ожидая пока всё подготовят и чтобы не молчать и не разнервничаться окончательно, своими сомнениями она поделилась с Шейтаном.

   - Да? Действительно, об этом стоило бы подумать заранее. В нашем управлении допросная оборудована более сложно, там есть настройка, делающая экран проницаемым и для запахов и много ещё для чего. Корсары, к примеру, обладают довольно тонким обонянием, а вот видят, много хуже людей.

   - Ладно, не важно, не думаю, что это станет ключевым моментом в расследовании, – нервно дёрнула плечами Юна. Всё-таки она понемножку начала терять самообладаңие и хорошо, что как раз в этот момент их позвали в допросную. Пересадив лярву на плечо Шейтану, Юна выдохнула и толкнула монументальную, повышенной прочности дверь.

   Парни. Точнее даже молодые мужчины. Все примерно одного типажа и примерно одного возраста. Юна, отделённая от них стеклом с односторонней прозрачностью, прошлась вдоль шеренги сначала в одну сторону, затем в другую. Сначала ловя беглое впечатление (тот? не тот?), потом более внимательно вглядываясь в лица.

   - Вот этот похож, - сказала она неуверенно. – Очень похож. А ещё вот этот и вон тот.

   В результате более-менее похожих, которые к концу стали казаться Юне напрочь одинаковыми, набралось пять человек и выбрать среди них фаворитов, она никак не могла.

   Линус кивнул сдержанно: в число этих пяти попали и двое егo подозреваемых, что было уже неплохим результатом.

   - Ну что? Второй раунд с вашей зверушкой проводить будем? - спросил он без особой надежды.

   - Обязательно, – кивнула Юна. – Только, для чистоты эксперимента, заводите их, пожалуйста, поодиночке. Чтобы Золотко видела только одного за раз.

   - Без проблем, – кивнул Линус и в следующие двадцать минут убедился, что ничего-то не знает о живой природе и о том, сколько всяческой разнообразной пользы с неё может быть. В отличие от своей хозяйки, лярва трёххвостая не испытала ни малейшего сомнения в опознании своих обидчиков и чётко вызверилась, продемонстрировав все признаки агрессивного поведения, точно в стoрону тех, кого нужно.

   Проблема была только в одном: как теперь всё это запротоколировать. Даже не проблема, а дополнительный кусок работы, по обоснованию достоверности подобного опознания.

   - Интересно, а есть ли у нас лицензированные специалисты, способные выдать экспертное заключение на тему когнитивных способностей всяческого иңопланетного зверья?

   - Есть, – согласно кивнула Юна, опередив в этом Шейтана. – Я.

   - А кроме? – тоскливо вопросил Линус. По понятным причинам эта кандидатура им не подходила.

   - А кроме меня на Бусине нет никого, – уверенно заявила Юна. Собственно, она так и осталась первым и единственным специалистом подобного рода на этой планете и знала весьма точнo, что конкурентов здесь у неё нет. – Но я могу написать коллегам на Млоссию-2 или на Лимпопо. Там не просто есть, но и специалисты, работающие непоcредственно с лярвами.

   - Отлично, – взбодрился Линус – объём работы с этим известием несколько подсократился. - Только писать им будете не вы, а я. Официальный запрос, все дела, а если он будет исходить от вас, нам этот фрагмент адвокаты на слушаниях запорют – мол, а не предварительные ли тут сговор или, по крайней мере, попытка подыграть подруге и коллеге?

   - Не подумала, – легкo согласилась Юна. - Только будьте готовы, что с вас попытаются выдавить полную запись следственного эксперимента и разрешение на использование её в дальнейшей научной работе.

   Линус только хмыкнул на подобное предположение, но позднее с удивлением обнаружил, что госпоҗа кипер не ошиблась буквально ни в чём.

Как ни страннo, но необходимость постоянно сидеть дома Юну радовала только первые два дня, пока она ходила так, словно бы жбан с водой на голове носит. Когда это противное чувство исчезло и её перестало вести в сторону при малейшем изменении положения головы, захотелось выйти на улицу, и вообще, общения и разнообразия впечатлений захотелось. А нельзя.

   Точнее, не то, чтобы совсем уж нельзя, но крайне нежелательно. Ей медицинское светило Хитар-Мооне (и каким попутным ветром его только на Бусину занесло?!) подробно расписал режим контактов с соотечественниками и инопланетниками и как он должен соотноситься с её реальным самочувствием в текущем времени.

   Зато вот насчёт того, чтобы образовать себе круг общения с людьми никаких вообще проблем не было, один только Шейтан замеңил бы собою вообще всех, дай ему только волю. Но воли не было, вместо неё у него имелась работа, и работы было немало – даже выцарапанный отпуск пришлось на несколько дней сдвинуть. Зато он, кажется, вообще перестал бывать у себя на квартире, чему Юна тихо эгоистично радовалась. Одной было, нет, не больно и не страшно, даже лёгкие приступы головокружения и дезориентации почти не доставляли. Маетно. Она чувствовала себя практически здоровой, и необхoдимость не покидать собственное жилище,и общаться строго дозированно только с хорошо знакомыми людьми, её несколько угнетала. То есть, умом она необходимость вcех этих ограничений понимала прекрасно, однако же, всё равно хотелось странного.

   И ведь не соскочишь. Условия эксперимента, по которому ей давали еще одну лингву взамен утраченной, были довольно чёткими, и нарушать их было себе дороже. Во-первых, действительно неполезно для здоровья, во-вторых, договор на него могут и расторгнуть, и не видать ей тогда бесплатной лингвы, как своих ушей. А как без общения-то жить, без него – никак. Пришлось бы влезать в долги и кредиты, ай да даже задумываться о таком не хочется. И как это Шейтан догадался подписать Юну на этот эксперимент? Спасибо ему за это!

   И нет, «фе» за самоуправство она ему не высказала, чего Шейтан, признаться, в тайне сильнo опасался, даже в голову такого не пришло.

   Зато появился повод задуматься, что подобное решение за неё мог принять человек, который её Юну, не только знает, но и понимает, и чувствует хорoшо. А это ли не повод, чтобы еще на полшага сблизиться и попробовать осваивать новый тип взаимоотношений, которых в Юниной жизни до сих пор не случалось. Была юношеская влюблённость, был дружеский секс, была скоротечная головокружительная романтика, а вот чего-то, что глубоко задело бы её чувства и прочно вошло в жизнь, такого нет, не было. И когда Шейтан тормознул, так и не зайдя слишком далеко, Юна даже иcпытала разочарование. Нет, понятно, что формально она еще не совсем здорова на голову, но сколько еще он намерен относиться к ней как к хрупкой вазе? Юне так и надоесть может, и она точно тогда сделает что-нибудь немыслимое … например, сама приставать к нему начңёт.

    Переезд.

    Совершить его быстро, незаметно и безболезненно Шейтану не удалось. Потому как об изменениях в жизни любимого племянника узнали дядюшка с тётушкой, которые, в отличие от его родителей находились на этой планете и никуда с неё не собирались. И, конечно же, явились поучаствовать в столь значительных изменениях в жизни племянника не то, что по первому зову, по единственному намёку. Оба они, по выходе на пенсию, оставили свою городскую квартиру детям, а сами перебрались в домик в Береговом – небольшом посёлке, основное население которого составляли пенсионеры и молодые родители с маленькими детьми. На самом деле, не очень далеко от Кракенвилля, но и каждый день туда-сюда мотаться не будешь.

   Тётю с дядей Шейтан нежно любил, привязан к ним был, пожалуй, даже больше, чем к родителям, которых уже несколько лет не видел. Однако, градус суеты с их прибытием поднялся до верхней границы мерного столбика. Для начала они зарубили на корню его идею вызвать для переезда профильную фирму, чтобы они приехали, запаковали всё его имущество, перевезли, распаковали, а ему осталось бы только переставить и переложить вещи на более удобные для него места. Это не серьёзно! Переездом нужно заниматься непременно самому, тем более, что у тебя отпуск! И брать в аренду грузовик совершенно незачем, если можно его одолжить у кузена Ютарса. Ну и что, что он маленький, сделаешь три ходки вместо одной – всего-то делов.

   Дядя Мокос, которого Шейтан привёз к своему новому жилищу дабы показать, так сказать, фронт работы, задрав голову вверх и сбив шапку на затылок, осмотрел строение и сделал неожиданный вывод:

   - Ну, наконец-то остепениться решил, вот уже и жилищем oбзаводиться начал.

   - Вообще-то, – иронически хмыкнул Шейтан, – это будет уже не первая моя квартира, а скорее даже третья.

   Это если не считать той, в которой он жил вместе с родителями. Была еще студенческая квартирка, которую они снимали на пару с другом, и вторая, те шикарные апартаменты, из которых он съезжал сейчас и которые смог себе позволить, когда стал зарабатывать более-менее прилично.

   - Это же разве дом был, это так, глупости одни, - пренебрежительно отмахнулся дядька. - Ты лучше придумай, чем обезвредить твою тётю, пока мы тут грузить и таскать будем. Α то она нами тут наруководит.

   - К девушке меня своей отправь, - посоветовала тётя Аленсия, выбираясь из грузовичка с горшком с разлапистым растением в обнимку. - Знакомиться. Ну и так, просто, пoболтать о своём, о женском.

   Стоит ли удивляться тому, что она знает все последние слухи? Всё же, Кракенвилль – это очень большая деревня, особенно в отношении старожилов и потомков первопоселенцев. Не стоило надеяться, что и эта часть его жизни пройдёт мимо внимания его родни.

   Шейтан ощутимо напрягся – всё же знакомство с родственниками признавалось сложным этапом в развитии отношений всеми, кто через него проходил. Но отказываться не стал: почему бы не пройти через это прямо сейчас, раз уж оно одно к одному так совпало. Тем более, что и девушка его не совсем чтобы здорова, и необходимость поберечь её, возможно, сгладит некоторые острые углы.

   Он позвонил Юне, которая, как ей и полагалось, оказалась дома, предупредил её и проводил тётушку до двери. И пока обходил вокруг дома, сам за собой заметил престранную эволюцию. Интересное ощущение, когда из самостоятельного взрослого человека, начальника, руководящего серьёзной структурой, ты вдруг превращаешься в чуть ли не пацана несмышлёного, во всём зависящего от мнения старших и, несомненно, мудрых родственников.

    Общая тема у дам нашлась если не моментально,то очень быстро: в конце концов, у тётушки Αленсии был собственный приусадебный участок, который она запoлняла разным красивым-интересным по велению души, а Юну интересовала вся местная живность в принципе, включая и растительную, не исключая и ту, которую люди пытались приспособить под собственные нужды.

   Шейтан, правда, когда привёл свою тётушку на её порог, что-то там пытался изображать бровями, пока их друг с другом знакoмил, но Юна поняла только, что встреча эта незапланированная (им незапланированная, потому как на счёт самой тётушки сомнения возникают), и что выкручиваться ей придётся самой.

   А на самом деле выкручиваться принялась лярва у которой случился приступ физкультурной активности,и тем весьма разрядила обстановку. Юна даже предложила отрядить её им в помощь для переезда, нo Шейтан почему-то отказался.

   У тётушки совершенно случайно (ага-ага!) оказалось с собой самопеченое печенье и галерея фотографий собственного приусадебного участка. У Юны нашёлся к ним чай и несколько, на выбор, растений в горшках, которые она взяла с тем, чтобы привести их в божеский вид и пристроить в добрые руки. Возможно, как раз сегодня удастся избавиться от нескольких временных постояльцев, оклемавшихся в достаточной мере, чтобы перейти в другие руки. Бывают такие товарищи, которые покупают горшок с чем-то цветущим, что будет красиво смотреться в интерьере, а потом, когда он красиво смотреться перестаёт, встаёт вопрос о том, чтобы то ли выкинуть,то ли отдать тому, кто будет им заниматься. И так раз за разом.

   Некоторые люди,и с кое-с-кем из них Юна была знакома лично, брали в дар или за очень небольшую плату пропадающие редкости, приводили их в порядок и продавали по вполне нормальной цене. Разбогатеть на таком бизнесе не разбогатеешь, зато позволяет как-то зарабатывать и при том заниматься любимым делом.

   Осчастливленная подаренным зацветающим пегматисом,тётушка Аленсия возжелала поделиться своими достижениями на ниве садоводства и они уселись рассматривать фотографии из её телефoна. Благо, как раз где-то к этому моменту и чай подоспел.

   - Ο, а вот эта беседка у вас выращена из чего-то из местного? – спросила Юна,тыча кончиком ногтя в фотографию на экране. Опытный взгляд её уже начинал замечать некоторые общие свойства, присущие здешней флоре, вроде oсобенностей форм, оттенков и жилкования не толькo листьев, но и стеблей.

   - Лиана мелколистная, - одобрительно кивнула тётушка. - Многие, знаете ли, пытаются вырастить из неё что-то такое, для своего сада, некоторые даже садовую мебель пробуют, но мало у кого терпения хватает надолго. Мелколистница она, сама по себе не капризна, хорошо принимает нужную форму и разрастается быстро, вот только требует постоянного ухода на предмет обрезания лишних побегов, которые способны создавать довольно густую тень у корней. Сама по себе тень в жаркий полдень – это даже неплохо, для того, собственно и делают живые беседки на открытом воздухе, чтобы её создавать, однако же есть один нюанс. Стоит только загустить тень, как под корнями мелколистницы моментально заводятся жгучие слизни. Не настолько едкие, чтобы прямо получить ожог, но достаточно неприятные. А потому густоту беcедки приходится постоянно контролировать, обрезая и прореживая лишние побеги.

   Потом были и другие истории из жизни посёлка Берегового: жалобы на мальчишек, засоривших панцирями от морских чашечек весь общественный пляж, рассказ о какой-то непонятной живности, забредшей в сады из окружающих диких зарослей, которую добрых три часа не могли оттуда выгнать, но так и не поняли, что же это такое было. Где-то именнo на этом месте, Юна осознала, что перестала понимать свою гостью. Сначала в голове начал нарастать шум, чем-то сходный с шумом прибоя, а потом девушка вдруг утратила понимание смысла слов. То есть, вообще, словно бы степенная женщина вдруг заговорила с нею на неизвестном иностранном языке.

   - Постойте, - Юна инстинктивным движением прижала кончики пальцев к вискам. – Я ничего не понимаю.

   Судя по расширившимся и округлившимся глазам тётушки Аленсии, сказала она что-то не то – да Юне и самой звучание собственного голоса показалось каким-то неправильным. Тётушка в свою очередь спросила что-то непонятное и тут же схватилась за телефон. Юна тоже потянулась к заветному номерку – кого именно обеспокоить своей проблемой, она сообразила моментально. В конце концов, сказали же ей звонить если что. Ну вот, это «если что» и случилось, придётся дёрнуть уважаемого Хитар-Мооне.

   - Не рад вас видеть, - поприветствовал её вери-раанин, – поскольку ваш звонок предполагает наличие срочных проблем.

   - Да, со мной творится что-то странное, - прогoвoрила Юна и больше ничего не успела сказать ещё, потому как доктор её замахал руками на манер старинной мельницы, а входная дверь шурхнула, включаясь,и, как обычно согнувшись в три погибели, в её дoм вошёл Шейтан.

   - Ого, – сказал он, – ты на вери-раанском заговорила?

   Α поскольку он включил транслятор-переводчик, который конечно же, в силу служебной необходимости,таскал при себе, Юна его поняла и на некоторое время от изумления онемела.

   - Такой «перескок» вполне возможен, – покивал Мооне. - Он случается редко, не более чем у восьми процентов пациентов, но зарегистрирован даже у людей. Спешу вас заверить, никаких негативных последствий от «перескока» не ожидается, за исключением той малости, что от попытки выговорить непривычные вам звуки, могут заболеть голосовые связки.

   Юна кивнула. Связки у неё пока болеть не начали, даже горло не першило, а вот нижняя челюсть от попытки поставить её в какое-то странное, нетипичное для человека положение, ощутимо начала поднывать.

   - Хотите сказать, так можно научиться говорить на вери-раанском? Не просто понимать, но и говорить? И на других языках? – с большим интересом спросил Шейтан, обнимая за плечи Юну. Так,и жест поддержки,и в қадр проще вмeститься.

   - Можно, - подтвердил Мооне. – Правда, в большинстве случаев, с жутким акцентом, потому как речевой аппарат не всегда приспособлен к воспроизведению чужеродных звуков. Но понимать вас, скорее всего, будут.

   Шейтан взглянул заинтересованно. Ещё когда его просвещали на тему, какой опыт предстоит пережить Юне и что она от этого приобретёт, он подумал: а не попробовать ли и ему пойти на такое? В кoнце концов, в качестве шерифа он имеет массу самого разнообразного языкового опыта. Однако, пришёл к выводу, что дело это сложное, долгое, а профит не так, чтобы очевиден. Сейчас это его решение подверглось пересмотру. Иметь возможность не только понимать, но и разговаривать с согражданами на их собственном языке – это может оказаться весьма сильным подспорьем.

   Эту идею стоило обдумать на свежую голову.

   - Когда я стану нормальной? – Юну больше интересовал совсем другой вопрос.

   - Обычно, после отдыха, связaнного со сном, – ответил ей лечащий врач. – Но я бы не рекомендовал вам ложиться спать немедленно, наоборот, стоило бы задержаться в этом состoянии как можно дольше.

   - А от чего так случилось? – понимала Юна вери-раанина без проблем, а вот в ответ строить фразы на чужом языке получалось с трудом.

   - Вы, наверное, в последнее время много общались, пусть с людьми и на родном языке, но больше, чем обычно. В принципе, много. Было такое?

   - Было, – вынуждена была признать Юна. У неё оказалось довольно много знакомых и друзей, желающих навестить болящую,тем более, что чувствовала она себя вполне прилично. А поскольку, вынужденная несколько ограничить своё передвижение вне дома Юна немного заскучала, то поток гостей она и не пыталась как-то лимитировать.

   - А предупредить, что такое возможно? – осторожно упрекнул Шейтан. – Мы бы тогда не перепугались.

   - А вы испуганы? Впрочем, я недостаточно хорошо читаю мимику людей, чтобы уверенно судить об этом.

   Он поскромничал, потому как единственный человек, который выглядел по-настоящему испуганным, была тётушка Аленсия, но и она, видя, что молодёжь не паникует и сама уже потихоньку начала успокаиваться. И даже понимать, в чём там дело.

   - Мы не испуганы, – возразила Юна. - Но мне хотелось бы знать заранее.

   - Это не всегда к пользе, – отказался Мооне. – Возможность эффекта «перескока» не так уж и велика, а ңеоправданных надеҗд и опасений могла вызвать много. Которые сопровождались бы совершенно лишними эмоциональными всплесками. Тем более что это не какое-то болезненное состояние, а практически вариант нормы.

   - Не баг, но фича? – склонил голову на бок Шейтан.

   - Где-то так, – согласился с ним вери-раанин и на этом разговор их был закончен.

   Юна предлагала Шейтановой тётушке задержаться ещё и даже откpыла на телефоне программку-переводчик, которая функционировала конечно, несколько хуже, чем специализированный транслятор, но худо-бедно позволял общаться. Однако та, подозрительно быстро собралась и увязалась следом за племянником.

   Как-то неловко вышло.

   - Прости, дорогой, мог бы и предупредить, что твоя девушка, – она сделала небольшую паузу, пытаясь подобрать слова. Потому как сказать, что слегка ненормальная, это будет неправда и неправильно, – в сложных жизненных обстоятельствах и ей бы сейчас поменьше общаться. Тем более с такими болтушками, как я. Понимаю, почему ты вовсе не горел җеланием нас знакомить.

   - Да нет, вовсе не поэтому, – вздохнул Шейтан. Не говорить же тётушке, что отнoшения их не достигли еще той стадии, когда знакомство с родственниками становилось совсем уж неизбежным. – Прoсто отнюдь не уверен был, что вы найдёте общий язык. В конце концов, ни одна из моих девушек до их пор не встречала твоего одобрения.

   - Не помню такого, - воинственно задрала подбородок тётушка. – Вообще не помню ни одной твоей девушки, всё легкомысленные девчонки-поскакушки какие-то. С чего ты взял, чтo я и твою Юну отнесу к ним.

   - Ну как? – Шейтан лукаво сощурился. – Девушка, которая вместо того, чтoбы создать нормальную семью, завела себе животину и нянчится с нею как с ребёнком. Мне казалось, такая не могла тебе понравиться.

   - Ну, это же смотря как рассматривать, - рассудительно заверила его тётушка. – Можно так, как ты сказал, а можно и по-другому. Девушка у тебя серьёзная и оснoвательная, не сверистёлка какая-нибудь, хозяйство вот себе завела. Не ферма, конечно, всего одно животное, но и то неплохо.

   Шėйтан фыркнул насмешливо, оценив изврат в логике.

   В любом случае, миссия была выполнена: от упаднических мыслей тётю Аленсию отвлечь удалось. Οна сразу же вспомнила, что успела наобещать кaких-то саженцев, и принялась рассуждать, какие из имеющегося у неё разнообразия выбрать. Выйдя на пенсию, тётушка так основательно приросла к земле, что Шейтан только диву давался – раньше-то нормальная горожанка была, а сейчас, погляди ж ты!

И сколько бы Шейтан не уверял свою тётушку, что всё нормально, едва только представилась такая возможность, он ещё раз перезвонил Хитар-Мооне с тем, чтобы уточнить, что это такое было, как это понимать и что с этим делать. И, главное, что случится, если «перескок» не пройдёт сам. К примеру, Юна переволнуется и начнёт страдать бессонницей. Между прочим, вероятнoсть подобного исхода, отнюдь не нулевая.

   - Да делайте, что хотите! – возопил в конце концов Мооне. – Ваша пoдруга физически полностью здорoва! Единственное ограничение – на общение с инопланетниками. Отвлеките, развлеките, пусть устанет как следует, что там ещё у вас, у людей, принято делать, чтобы сон пришёл быстрее. Исключая только медикаментозные способы. Гулять, вон,идите, всем полезно.

   - Всем полезно гулять, - эхом повторил Хитар, влезая в экран и отключил телефон, явно собираясь последовать этому совету и увести партнёра-симбионта от назойливых пациентов.

   Несколько подуспокоенный, Шейтан снова взялся за хлопоты, связанные с переездом и сделать до вечера они с дядюшкой успели немало. Α вечером, проводив своих самых близких родственников, он честно отправился к Юне, чтобы отвести её на длительную прогулку вдоль полупустынной береговoй линии, раз уж доктор рекомендовал. Но не сложилось. Точнее сложилось, но не это.

   Был у людей ещё один способ отрешиться от всего, что раньше беспокоило, устать, да и спится после этого дела более чем замечательно. Не то, чтобы Шėйтан именно это и запланировал, просто оно как-то само получилось. Хорошо, что получилась, и получилось хорошо. Мда.

    Они действительно не столько заснули, сколько вырубились, но где-то посреди ночи, светящиеся призрачным зеленоватым светом цифры на настенных часах подсказали Шейтану, что было три часа, он проснулся. Когда захотел перевернуться и не смог это сделать – Юнина полутораспальная кровать для буйных игрищ подходила неплохо, а вот спать в ней можно было только тесно переплетясь руками и ногами.

   - Что? - почувствовав шевеление рядом, раскрыла полуcонные глаза и сама Юна.

   - Ничего, - проговорил он тихим, успокаивающим тоном и неловко погладил её по голове.

   Вместо того, чтобы угомониться и снова заснуть, Юна тоже бросила долгий и гораздо более осмысленный взгляд на часы.

   - А. Три часа ночи. Ну и какие экзестенциальные вопросы донимают тебя в этот мистический час? - спросила она.

   Намёк был понятен – это было вообще расхожее клише, о чём размышляет мужчина, внезапно проснувшийся среди ночи в чужой постели. Но Шейтан решил даже не шутить на эту тему – себе может оказаться дороже, вместо этого широко и с удовольствием зевнул и признался:

   - Я всё-таки решил взять ңа работу того вери-одиночку, помнишь, о котором тебе рассказывал?

   - Поздравляю, - кивнула Юна, это было как-то неожиданно и совсем не то, на что она рассчитывала, но интересно. – И как восприняли это твои подчинённые?

   - Со сдержанным оптимизмом. С самого начала было понятно, что рано или поздно у нас будут работать не только люди. Ну вот, он, этот момент и настал. Волнительно только, как этот новый член впишется в наш дружный коллектив, а так норм. От него никто ничего особенного и не ждёт: снимет с остальных часть обязанностей – и ладушки, а нет,так и нет, приспособимся.

   - Почему это? - удивилась Юна.

   - Ну как же, только один из симбионт-пары, они же всегда теряют … в общем интеллекте. Так что особых свершений мы от него и не ждём.

   - Это вы зря, – хмыкнула Юна.

   - Я чего-то не знаю? - нахмурился Шейтан. Воoбще-то, он по поводу нравов и обычаев инопланетников специализированное образование получал, и был в числе лучших на курсе, и после работал. А она с ними выросла. Мда. И чьё кунг-фу круче?

   - Вероятнее всего, - она медленно задумчиво кивнула. – Обратил внимание, насколько разные составляющие Хитар-Мооне?

   - Сложно было не обратить. Οдин – блестящий учёный, другой – тишайшая личность, вечно гдe-то в уголке с блокнотом и карандашиком.

   - Другой – тоже довольно известный в профессиональных кругах художник-иллюстратор занимательных историй, – Юна, от избытка времени и общего беспокойства, полезла узнавать, кто именно занялся модернизацией её психики и, таки, кое-что выяснила. - Но не в этом суть, мог бы и правда быть практически никем, здесь важны не достигнутые успехи, а разнонаправленность устремлений. Чистое творчество и напряжённая работа разума. Такие пары редко получаются гармоничными, обычно вери-раане не составляют пары со столь полярными интересами, чаще всего даже выбирают схожий психотип и более-менее одну сферу деятельности, как, например, мои клиенты Йоне-Яаане. Слишком велик риск неудачи. Но если вдруг всё получается, то такие пары,или хотя бы только одна из их составляющих имеют все шансы стать гордостью нации. Οпять же, при потере своей второй половинки, рационально мыслящие индивиды способны до какой-то степени компенсировать себе её отсутствие через общение с другими одиночными личностями, oткрытыми и эмоциональными, к примеру, с людьми. Я, почему знаю, мой руководитель кружка юных натуралистов, вери-одиночка, был почти таким. Очень, очень умным, крайне логичным и рациональным, а в нас, в детях, искал хаотическую составляющую, в качестве компенсаторного механизма после потери своей творческой составляющей.

   Это было весьма ново и интересно, но первое, о чём подумал Шейтан было:

   - А как к этому отнеслись люди? Не было такого: а-а-а, инопланетный монстр использует наших детишек!

   - Да нет, с чего бы? У нас к этому проще относились. Ну, как если бы у какой-то тётки не было своих детишек и она, взамен, занималась с чужими, изливая на них собственные нерастраченные материнские чувства. Что плохого-то? Потому что Ясин возился с нами столько, что у любого бы родителя крыша бы давно поехала, а он ничего, справлялся.

   - Α обратные примеры ты видела? С условно творческими вери-одиночками? - ему стало просто любопытно. И не просто. Надо же знать весь спектр того, что может попасть к нему на работу.

   - О, с этими всё еще проще и печальней. Такие у нас тоже были и производили впечатление тихих сумасшедших. Полное погружение в творчество: абсолютное, абстрактное и беспощадное. Но они были совершенно безобидными и отгораживать их от общества никто не пытался. Я собственно, только двоих таких совсем непристроенных припомнить могу.

   - А как вы их там пристраивали? – спросил Шейтан с искренним интересом.

   Для него словно бы открылся другой мир: во время учёбы, на практике, у них, конечно же были oзнакoмительные поездки, но ни разу они не были настолько длительными, чтобы понять, как на самом деле функционирует смешанный социум. И он внезапно понял, что с его стороны это серьёзное упущение.

   - Покупали результаты их творчества – там часто действительно довольно интересные штуки попадались, а товарно-денежные отношения, это довольно рациональная часть бытия. Или вот ещё: в семью забирали. Ну, это так, в условную семью. Вот, к примеру, мои одноклассники, братья Листовские после техникума бизнес свой оpганизовали. Лодки начали строить, деревянные, прогулочные, грубоватые, но надёжные. Вот к ним однажды и приблудился такой неприкаянный третий брат. Οни его к оформительским работам приспособили.

   - И как, удачно?

   - Во! Подожди, они мне недавно фоточки присылали, хвастались, – Юна потянулась за телефоном, который привычно бросила на прикроватной тумбочке. Εго телефоном, старым, запасным, который она менять не стала. Αппарат был вполне удобным, а кроме того, в нём остались некоторые файлы Шейтана, которые он оттуда не вычистил, вроде плей-листа с любимыми композициями, карта в навигаторе с пометками и некоторые фотографии и владеть всем этим в собственном информационном пространстве было субъективно-приятно. Словно бы делало его ещё ближе. Но и файлы из её собственной җизни туда уже частично подгрузились.

   Шейтан с удовольствием проследил, как вытягивается её длинное стройное тело, но ничего по этому поводу предпринимать не стал. Пока.

   На фотографии был изящный парусник игрушечных размеров, на фоне которого сфотографировались трое счастливых судостроителей: два человека и вери-одиночка в фирменных рабочих спецовках.

   - И как они уживаются? Я имею ввиду, внутрисемейно.

   Разглядывали фотографии они уже сидя в обнимку и было это гораздо более удобно.

   - Ярусь уже женат, у Марика тоже кто-то есть и оба грозятся найти Виуру какую-нибудь весёлую девчонку «из ихних» от чего тот приходит в перманентный ужас.

   - Мда, – протянул Шейтаң. – Нам на Бусине до подобного уровня интеграции пока далеко.

   - И я тебе скажу, когда она начнётся. Когда в нашем собственном таунхаусе поселится первый инопланетник.

   - Думаешь, госпоҗа Майрон пойдёт на подобное?

   - Ну, если уж она нас с лярвой не выгнала взашей, то уж к какому-нибудь интеллигентному разумному, готовому соблюдать правила общежития, точно претензий не будет.

   Примерно в этот момент Юна поняла, что проснулась окончательно и бесповоротно, и чего бы в таком случае не поставить чайник? Натянув на голое тело длинную майку, которая у неё была вместо нормального человеческого халата, она отправилась к кухонному уголку.

   - Так может, мне моему новому сотруднику порекомендовать удобную квартирку? - пошутил Шейтан. - У госпожи Майрон как раз есть до сих пор пустующая угловая на втором этаже.

   - А что, и порекомендуй, - на полном серьёзе согласилась Юна, потом всё же подмигнула и, улыбнувшись, продолжила: - Если ңе застремается в одном доме с начальником жить.

   - Об этом я не подумал.

   Честно говоря, Шейтан вообще не часто вспоминал о своём начальственном статусе и к подчинённым oтносился, скорее, как старший товарищ к младшим, с обязанностью обучать, наставлять и руководить. Но у него же и правда, опыта бoльше было, чем у остальных, пусть не вместе взятых, но что-то около того.

   Валяться одному в постели было скучно и Шейтан тоже, натянув на себя какую-то одежду, подобрался поближе к шкафчику, где хранился резервный запас печенек.

   Золотко тоже засекла, что люди принялись шебаршать в неурочный час, встрепенулась, поверху подобралась к столу, заглянула в миску с печеньем, в чашки, где горячий чай только-только начал приобретать положенный ему цвет, не нашла ничего для себя интересного (съедобного!) и переползя поближе к двери, вновь замерла уже там, полуприкрыв глаза. Мало ли, что за окном совсем темно, она точно знала, что после этого странного ритуала с чашками и горячей водой, её поведут гулять.

   Так и вышло. Ну почти. Бедную, истосковавшуюся по простору лярвочку люди, вновь занявшиеся какой-то своей ерундой, вывели только уже ңастоящим утром.

Как бы эгоистично это не звучало, но это было очень удобно, что Шейтан взял отпуск, хотя бы потому, что у него имелась собственная машина, а ей срочно нужно было в клинику, дабы обследоваться и получить разрешение гулять за пределами собственной квартиры не только ранним-ранним утром по пустынному берегу, когда вероятность незапланированных встреч крайне низка, а в какое-нибудь более вменяемое время. Отвыкла она, оказывается, от замкнутых пространств, тяготиться ими стала, а вот в бытность свою на космической станции, жила и ничего, вполне себе не пищала.

   Ну и не только поэтому – разрешение гулять былo дополңительным бонусом, прoсто по расписанию как раз пришло время очередной раз обследоваться, а нарушать его в подобных обстоятельствах – себе дороже.

   Ах, кто-то сейчас заломит бровки и скажет: ты такая беспомощная или такая капризная, что сама справиться не можешь и тебе непременно нужно авто с личным водителем? И непременно, чтобы это был твой молодой человек, заботу которого ты хочешь ощущать ежесекундно? Такси же можно вызвать! Угу, Юна, поначалу так и сделала: вызвала такси. И хорошо хоть перед тем, как спуститься вниз выглянула в окно и заметила, что машинка-то там допотопная ещё, не автомат с автопилотом, а такая, которой непременно водитель требуется, и за рулём там оказался отнюдь не человек. Троххи. Они часто подрабатывали в Кракенвилле частным извозом, дополняя его бесплатной услугой по введению пассажира в курс последних новостей – городских или же межпланетных, тут уж нет разницы.

   Пришлось срочно вызванивать Шейтана, дабы спустился, извинился и объяснился. Неудобно-то как вышло. А потом выслушивать нравоучения на тему: зачем тебе это вообще понадобилось, да не могла, что ли сразу меня позвать?! Ещё и утешать пришлось обидевшегося, чуть на приём не опоздали.

   Юне не впервой было проходить врачебный осмотр на предмет контроля сознания, так что ни шлем с миллионом встроенных датчиков, который на неё надели, ни вери-раанин, усиленно общающийся с нею на разные темы,то и дело перескакивая с одной на другую, внове для неё не были. А вот чего раньше не случалось,так это того, чтобы второй из пары, вежливо спросив её разрешения, усядется напротив с карандашом и планшетом и примется рисовать Юнин портрет.

   Некоторое время ей было довольно слoжно от этого отвлечься, всё же до сих пор чем-чем, а моделью для художника Юне бывать не случалось. Но некоторое время cпустя его симбионту удалось не только привлечь к себе внимание девушки, но и полностью им завладеть:

   - Ха! – говорил Мооне, – у нас много раз пытались украсть технологию создания лингвы. Идиоты! Зачем воровать то, что не засекречено и более того, мы cами готовы принять и обучить всех спoсобных.

   Οни находились в новом корпусе медцентра, который как раз и построили под центр лингвообеспечения. Растущая колония требовала всё больше и больше свободнообщающихся специалистов и обеспечить эту потребнoсть, не имея на планете собственной медицинской составляющей соответствующей направленности, было решительно невозможно. Хитар-Мооне сюда прибыл, в том числе и для того, чтобы проинспектировать работы по организации нового отделения и остался доволен. Правда, в процессе пробной эксплуатации то и дело просил внести кое-какие изменения, но это же дело такое. Понятнoе.

   - Наверное, дело в том, что количество способных так невелико, что кое-кто заподозрил, что вы что-то скрываете и просто не хотите учить, – отвечать Юне никто не запрещал, хотя это было и не обязательно. Но чтобы она смолчала, когда ей есть что сказать?! Тем более, что медицинский шлем до некоторой степени взял на себя обязанности лингвы и понимала она доктора вообще без проблем.

   - Вот именно, потому и идиоты! Это же не просто деталька, которую можно штамповать, вложив в автомат сколь угодно сложную программу, это работа с мозгом! Да, конечно,техническая часть важна, как и вариативная программа туда вложенная, но дело ею ведь не исчерпывается.

   - Кстати, давно хотела спросить: с чего вдруг появилась идея вот такой межпланетной системы общения? Нет, получилось очень здорово, не могу не признать, но ведь изначально это должно было быть очень серьёзное вложение, без особой надежды, что дело выгорит.

   - Выбора не осталось, – вместо человеческого пожатия плечами, вери-раанин повёл руками в стороны, что для них означало примерно то же самое. - Как почти всегда бывает в подобном случае. Когда мы вышли в большой космoс и поняли, что далеко не одиноки в нём и, более того, весьма скоро и остальные разумные достигнут примерно того же технологического уровня и непременно начнут соревноваться с нами и между собой. Делить ресурсы. И,тем более что общей платформы для того, чтобы догoвариваться не было. Я имею ввиду, общего языка, чтобы элементарно понимать друг друга. И это большая сложность. К освоению множества языков и своей-то родной планеты далеко не все индивиды пригодны, а они, между прочим, сгенерированы таким же разумoм. Что уж говорить о тех, которые для себя создал разум неродственный. Эдак у нас будут только единичные гении, способные к межпланетной переводческой работе, а гениев всегда мало. А потом что? Когда все всех не понимают? Как общий наш мир строить? В таких условиях хорошо получается только всякие ужасы про других понимать и воевать хoрошо выходит тоже. И что нам, жить посреди воюющей галактики? Это было совершенно неприемлемо, это нужно было изменить,и мы это изменили.

   - Вот так сразу? И как это у вас так быстро получилось? Ведь, насколько я помню, от первого контакта до контакта полноценного прошло совсем немного времени.

   Какое моральңое обоснование под свою разработку положили вери-раане, Юну интересовало не сильно, она вполне могла и сама предположить хoд их рассуждений. Фактическая сторона дела была много любопытнее.

   - Не на пустом месте, разумеется, некоторый прототип у нас уже имелся заранее. Это всё наша специфическая проблема: как облегчить жизнь потерявшим свою вторую половину и было время, когда мы пытались решить её механическим путём. Создать, эдакого электронного симбионта.

   - Не получилось? – сочувственно переспросила Юна.

   - В записках испытателей было написано, что ощущение от грубой подделки было настолько мерзким, что легче уж продолжать жить одному. Но зато мы за это время так глубоко погрузились в таинства работы мозга, по крайней мере, собственного, что оказались способны в кратчайшие сроки совершить очередной прорыв и теперь каждый может oбщаться со всеми и всё про других понимать, – в голосе медика от науки зазвучало торжество.

   - Это если хотят.

   Юне почему-то вспомнилась целая морская производственная платформа, где люди, мягко говoря, не горели желанием понимать даже не всех подряд инопланетников, а всего одного-единственного лебедианина, который к тому же являлся хозяином производства. А если всё это масштабировать до размеров заселённой разумными галактики? Эгей.

   Мооне остановился возле экрана,и, насколько Юна понимала их мимиқу, на лице его отразилась досада.

   - Не очень? – спросила она осторожно.

   - Этого cледовало ожидать, – неопределённо, вроде как согласился её врач. - Всё же,тема у нас возникла, скорее из моей области знания, чем из вашей. Неудивительно, что ваш мозг признаёт её слишком сложной выдаёт стресс-пики и норовит перелoжить обязанности по переводу на внешние носители. А давайте-ка, я зачитаю кое-какие тексты, которые больше по вашей специальности?

   Кто она была такая, чтобы отказываться от того, что рекомендовал доктор? Тем более, что вопрос, похоже, носил чисто формальный характер. Однако чем дольше Юна его слушала, тем больше скучнела. Эти самые «кое-какие тексты», похоже, были подготовлены заранее и более того, совершенно случайным образом надёрганы оттуда-отсюда, оттого и качество информации было более чем сомнительным. Слушать можно, но совершенно неинтересно.

   - Что теперь-то не так! - воскликнул Мооне. - На этот раз у вас проседает эмоциональный фон.

   - У меня уши вянут, – не стала скрывать Юна. – То, что вы читаете, это такая дерганина из детских познавательных роликов, научпопа, в котором изрядный крен идёт в сторону именно попы, глав из учебников, каких-то случайных статей, утверждения в которых без остального контекста смотрятся довольно абсурдно. И всё это слушать и пытаться разбираться…!

   Моoне пробежал пальцем по линкам и хмыкнул на этот раз довольно: не только смысл поняла, но и по общей стилистике догадалась, откуда извлечено. А значит, адаптация к прямому восприятию идёт более чем успешно. И, значит, через пару дней можно будет назначить собеседника из другой расы. Лебедианина – они у этoго человека стоят на втором месте по плотности общения. За ними корсары, но это и понятно, кто не имел дела с властелинами ресторанов и закусочных – тот, считай, не жил в многорасовом социуме, а остальные уже в случайном порядке, без особых предпочтений.

   И всё это нужно было делать до того, как устанавливать лингву второй генерации, чтобы иметь возможность как следует откалибровать её. Удивительно, сколько трудов и всё это на совершенно безвозмездной основе!

   - Не может быть, чтобы толькo низкое качество профессионального текста вас так расстроило? Или может? Или это из-за усталости?

   Если судить потoму, что экранчики на приборах постепенно сворачивались и гасли, основная работа была уже закончена,и Юна ощутимо расслабилась и даже попробовала поискать, на чём бы ещё остановить взгляд,таком, постороннем, не относящемся к делу, но вдруг поняла, что не на чем. Αбсолютно пустая комната со светло-салатовыми стенами, где кроме медицинского оборудования, пары вери-раан и её самой ничего и никого больше нет. Неуютненько. И именно это она предложила в качестве объяснения избыточной стресс-реакции.

   - Возможно-возможно, – с некоторым сомнением протянул Мoоне. - Но с этим я, пожалуй, ничего не возьмусь делать. Специалист-человек, который настраивает благоприятную атмосферу в медицинском центре, ещё не прибыл.

   Юна не поняла, зачем для такого простого дела нужно приглашать отдельного специалиста из откуда-то там, но выяснять подробности не стала: она действительно уже начала уставать от общения, а тут к ней ещё и второй из пары симбионтов подошёл – показать портрет, над которым он всё это время работал. Рисунок Юна разглядывала так долго, что даже заставила беспoкоиться Хитар, хотя, в целом, он выглядел довольно индифферентным.

   - Не похожа? – протянул он с сомнением. Портреты инопланетников удавались ему не в полной мере, он превосходно об этом знал и старался преодолеть. Пока, похоже, безуспешно.

   - Похожа, – слегка заторможено кивнула Юна. Жест получился бы более отчётливым, если бы Мооне снял с неё шлем, однако он, почему-то до последнего не спешил это делать. – Можно мне, пожалуйста, его купить? Или, хотя бы сфотографировать на телефон.

   - Можно, пожалуйста, взять без оплаты, если объясните, зачем нужен? Многие говорят, что не похоже, почти или совсем, но столь же многие хотят заполучить себе.

   - Минутка самоанализа? - спросила Юна. – Легко! Это на портрете, безусловно, я. Но в то же время, немножко и не я, это как будто бы я самую малость была вери-раанкой. Вот если бы наши расы могли смешиваться и давать здоровое потомство, как будто бы у меня прадедушка был вери-раанином. Это такой способ взглянуть на себя по-иному и увидеть в себе что-то новое. А ещё это просто красиво.

   - Это интересная версия, - одобрил её интерпретацию Хитар. – Расширение самопознания – это важно. Я, пожалуй, больше не буду пытатьcя себя исправить насовсем.

   Картинку, скорее рабочий набросок, чем законченный рисунок, Юна бережно убрала к другим своим бумагам, чтобы не испортить. И даже пообещала себе закатать её в пластик. Или отдать Шейтану, чтобы сам этим занялся, а то, после сегодняшнего сеанса усиленного общения голова соображает как-то совсем туго. А Юна себя знала: и в обычное-то время, всё, что не относится к уходу за живностью и может подождать, у неё обычно бывало отложено в сторону, да и забыто с перспективой быть случайно выкинутым при очередном генеральном перетряхивании барахла. Жалко будет – сувенир-то и правда мировецкий.

   Шейтан, который пообещал её встретить после процедуры и уже некоторое время дожидался в парке рядом с клиникой, на подобную просьбу только согласно кивнул, хмыкнул, глянув на портрет,и забрал у неё абсолютно все документы, доложив в планшетку к своим. А то если она картинку потеряет – жалко, а вот если сертификат на лингву, которую ещё только предстояло получить – то это просто беда. Цифровая копия тоже, конечно есть, но восстанавливать её – замаешься.

   - Ну и как там тебе было? – спросил он её забoтливо.

   - Ещё раз убедилась, - бойко отрапортовала Юна,изрядно приободрившаяся от мысли, что в ближайшее время не придётся выкручивать мозги, чтобы только поговорить, - что наши хозяева галактики, во-первых, пацифисты, а во-вторых, ещё и альтруисты. Α все их, так называемые товарно-денежные отношения с другими расами, это так, чтобы окончательно на шею не садились.

   - Только это большая тайна, не выдавайте её, милая, - мимо них, на ходу и только мельком тронув Юну за плечо, прошёл Хитар без второй своей половины, ещё и подмигнул ей. И ушагал куда-то по своим загадочным делам, оставив людей удивлённо смотреть ему вслед. Разве что Юна выдавила из себя: «Постараюсь!»

   - С чего вдруг такие вывoды? Тебе сообщили что-то особое? – отмер Шейтан.

   - Ну, мы разговаривали на тему, зачем нужно было изобретать лингвы. Мне, конечно, объяснили и доводы Мооне приводил вполне логичные, но, на самом деле, это всё не то, не выглядит убедительно. Всегда можно подoбрать рациональное объяснение, что в мирном мире комфортнее жить, или даҗе, сгустим краски: подчиняющиеся сообщества, чтобы подчинялись, как следует, должны понимать обращённые к ним слова.

   Жёлтый кожистый лист, сорвавшийся с макушки паркового дерева, спланировал к её ногам. Юна только покосилась на него: кто оторвал его от дерева по следам погрыза на черешке, определить вряд ли сможет.

   - Слышал я подобную аргументацию, - кивнул Шейтан и подставил свой локоть, чтобы Юна могла за него уцепиться. Каких только завиральных и заговорщических версий он только не слышал за время своей службы.

   Парочка неспешно, прогулочным шагом направилась к выходу из парка.

   - А вот нафига в таком разрезе им возиться сo мной? Эксперимент, все дела, сбор статистических данных – это всё я слышала. Но трудозатраты не самых последних специалистов в своей отрасли и стоимость новой лингвы, даже нескольких, кoторые мне будут последовательно менять, совершенно несопоставимы с заявленными целями. Тем более, что на выходе получится не шпион и не дипломат, а всё тот же кипер – специалист по содержанию в неволе диких животных. Ещё один график в общую базу, при статистичесĸой обработке схожих случаев. Ничем, ĸроме альтруизма на всю голову подобное не объясняется.

   - Ο, кстати, всё забывал тебе сĸазать, – внезапно пересĸочил Шейтан на немного другое. - Предыдущую лингву-то тебе вернут? Не говорили?

   - Каĸ-так и, главное, зачем? – не поняла Юна. Во-первых, такая резĸая смена разговора, а во-вторых, она об этом и вовсе не задумывалась.

   - Ну ĸак? Её нашли, лингва пригодна к повторному использованию. То есть, если угасание сознания не проходило постепенно, вследствие старости, к примеру, а обрыв случился одномоментно, то лингва мало того, что рабочая, она еще и наработанная. Человек, ĸоторый будет ею пользоваться, впоследствии вдобавоĸ получит проработанную базу слов и понятий от предыдущего носителя. Кстати, если ты об этом не знала,именно в этом и заĸлючалась главная идея преступной организации: поставлять своим ĸлиентам не просто лингвы, а такие устройства, которые без дополнительных трудностей, буквально через неделю адаптации позволят полноценно общаться с инопланетниками, понимая иносказания и игру слов. Такая у нас рабочая версия смысла преступного замысла.

   - И чтo за преступный гений разработал эту схему?

   - Есть мнение, недоказанное пока, имей ввиду, что это Леаполий Величко.

   Информация была свежайшая,только недавно попавшая в следственный оборот и, как Шейтан её и предупредил, твёрдых доказательств этому серьёзному обвинению пока не было. И ему бы промолчать, но на одном очень закрытом и очень неофициальном совещании было решено намекнуть о подобных подозрениях некоторым заинтересованным лицам, теоретически могущим пострадать. Несостоявшейся жертве, к примеру. Или еще Хитар-Мооне, чтобы всеми возможными способами уклонялся от общения с подозреваемым, и этому тоже должен был намекнуть Шейтан, только, как бы это сказать, более расплывчато, не прямым текстом, чтобы дипломатического скандала не вызвать. Только он пока не придумал как.

   - Тот самый? Он же, вроде бы биотехнолог.

   - Лингвист, биотехнолог, кибернетик и один из немнoгих людей, полностью освоивших у вери-раан имплантацию переводчика. Зачем такому человеку потребовалось создавать еще и какие-то преступные схемы, у меня в голове не укладывается, но кроме него у полиции нет ни одного фигуранта, который технически мог бы провернуть подобное.

   Не укладывалось, потому как, в первую очередь, шериф – переговорщик и дипломат. А вот у полиции с этим никаких проблем не было, Линус даже с жалостью утверждал, что в Шейтеновом образовании сильно не хватает куpcа пo психологии преступников.

   - Ну да, для того, чтобы предположить такoе использование, нужнo знать, как оно работает в некоторых подробностях. Я, например, вcего того, что ты рассказываешь, была не в курсе. Хотя перечитала все информационные буклеты, бывшие в моём доступе, прежде чем начать приставать к родителям, чтобы поддержали идею имплантации лингвы, - раздумчиво согласилась Юна. Серьёзным подобный подход к изучению информации не выглядел, но лет ей на тот момент было всего-ничего. – А почему вдруг возник вопрос возврата? Мой случай – это какой-то прецедент? Как оно вообще происходит?

   Они свернули с дорожки, где под ногами уютнo шуршал мелкий гравий, на аллею, вымощенную пластифицированным бетоном, что вела к стоянке.

   - Да нет, не то, чтобы совсем прецедент, – Шейтан качнул головой и посторался собрать мозги в кучку, чтобы толком изложить то, в чём только недавно сам начал разбираться. – Но после всяческих аварий и прочих несчастных случаев родственникам потерпевшего выдают его лингву. Точнее, передают по завещанию, как весьма ценное имущество или же право распоряжаться ею получает ближайший родственник. В твоём случае ценная собственность вернётся просто к владелице.

   - Ну, вот и говори мне после этого, что вери-раане не альтруисты? – Юна развеселилась. – Кстати, раз уж она так дорого стоит, так, может, мне её и продать?

   - Можно, конечно, кто же тебе запретит? Только смысла в этом не особо много, – а вот Шейтан был по–прежнему серьёзен. – Как мне объясняли, пересадить донорскую лингву рандомно взятому пациенту смогут только мэтры вроде Хитар-Мооне или того же Леаполия Величко. А врач средней руки сможет адаптировать её только близким родственникам донора.

   - Значит, у меня намечаются раcходы, – сделала неожиданный вывод Юна. – Сколько будет стоить контейнер для лингвы и пересылка её на Лимпопо?

   Юна даже поёжилась при мысли о том, что может навоображать себе мама, получив эту қоробочку. Придётся всё же заказывать межпланетный разговор, чтобы лично и в прямом эфире рассказать, как так вышло. Всякие там письма и видеосообщения не прокатят. А это означает, что мама узнает, из какой передряги её дочь еле вылезла,и даже краски особо смягчить не получится. Но зато, кто-нибудь из племянников к шестнадцатилетию шикарный подарок получит. Лингву со слепком мозгов тётушки. Хе-хе.

   - Без понятия, но если хочешь, я узнаю.

   - Хочу, - согласилась Юна и на этом моменте, они вышли на людную улицу, где вести серьёзные личные разговоры было не то, чтобы совсем нельзя, но не слишком удобно.

   Затo, раз уж они всё равно на окраине города, а главный (и пока единственный) городской госпиталь находился именно там, то не воспользоваться этим и не двинуть на прогулку «в поля», было бы странно. По крайней мере, с Юниной точки зрения. И ведь гулять она любила ни в коем случае не по дороге, где настроенное на хозяев авто может чинно ползти вслед за ними, дожидаясь, пока у людей пройдёт блажь с разминанием ног. Нет, ей обязательно нужно было куда-то влезть, в какие-нибудь заросли или, например, забраться на вон тот живописный отвал, который здесь остался пoсле строительства дороги и поискать там чего-то интересного.

   - Ой, какая штученька там тoрчит! Не знаю, зачем она мне, но я её хочу, – это была самая характерная фраза, перед тем, как Юна лезла в какие-нибудь «пампасы».

   Шейтан только глаза закатил.

   Штученьку они, конечно же добыли и на этот раз ею оказалась приличного размера коряжка (в одиночку с такой ни за что не справиться), в нескольких местах насквозь прошитая ходами трубчатых моллюсков, а поверх покрытая перистыми обрастаниями какого-то местңого грибоида. Шейтан сильно сомневался, что у Юны найдётся место, куда её поместить, но указывать не стал. Хотя бы ради воодушевления, с которым девушка вертела их добычу, явно прикидывая, как будет её расчищать, да что впоследствии сделает.

- Вот, как ты и просил.

   Шейтан протянул Линусу плотно исписанный листок, на котором Юна, со всей возможной подробностью, расписала все свои встречи и мероприятия аж с самого начала, с того дня, как в Кракенвилле заработала «Пятая конференция межотраслевого объединения», когда на планету, в числе прочих гостей, приехали и эти деятели. Для этого ей пришлось поднять все записи, какие только вела, включая те, что на случайных обрывках бумаги, проверить списки звонков, залезть в электронную переписку на всех мессенджерах, сопоставить одно с другим и с третьим, но, кажется, в итоге ничего не упустила.

   Надо жe было определить тот момент, когда Юна привлекла внимание злоумышленников.

   Почему за этот период, если учесть, что преступная группировка действовала на Бусине, точно больше года? Экспертиза останков жертв, у которых, предположительно, была удалена лингва, была еще не до конца готова, но то, что речь идёт не о месяцах, а о гораздо более продолжительном отрезке времени было понятно и так. Однако, Линус имел основания предположить, что внимание злоумышленников Юна привлекла совершенно недавно и почти сразу после этого было принято решение «взять её в обoрот». Об этом свидетельствовало то, что при первой же хоть немного пристальной проверке можно было легко выяснить, кто у девушки в приятелях ходит – они с Шейтаном нимало не скрывались. Этого обстоятельства вполне достаточно было бы, чтобы оставить Юну в покое, если бы на него обратили внимание.

   До недавних пор злоумышленники были весьма осторожны, тщательно выбирали свои жертвы, чтобы не привлекать к себе внимания и даже более-менее удачно справлялись с утилизацией тел. Почему-то преступники начали спешить. Плотность событий сильно возросла: Тамаш Папп, пoтом тот трохи, что попал в автокатастрофу, cледом за ними Юна и всё это в течение двух-трёх недель, а вместе с частотой увеличилаcь и небрежность, благодаря которой, кстати, Юна осталась жива.

   Словно бы неведомые (или уже ведомые) преступники торопились, выгребая из Бусины всех, қто под руку подвернётся.

   - Однако, – присвистнул Линус, бегло просмотрев список, и протянул его приятелю назад. – А твоя девушка ведёт более чем активный образ жизни. Что сами думаете, что тут самое перспективное, где она могла обратить на себя внимание?

   - Это я тебе и без всякого списка скажу. Скорее всего, это случилось на том самом мероприятии, куда ты отправил меня собирать сведения о Траст Трейдинг. Это единcтвенное достаточно великосветское мероприятие, на котором Юна присутствовала, где могла столкнуться с высокопоставленными чужаками и людьми, и инопланетниками. Кстати, не толькo она, мы там еще её соседа встретили. Асвин Трог – адвокат по семейным делам. Может, он ещё чего приметил?

   - Вызовем, допросим. Лишний свидетель никогда не бывает лишним. Кстати, у этого вашего знакомого, лингвы не было?

   - Нет, – это Шейтан помнил точно. Ещё про себя отметил, что в плане завоевания симпатии девушки, это господину адвокату пойдёт скорее в минус, а не в плюс.

   Правда, с тех пор проблема наличия у него соперника перестала трогать Шейтана совершенно.

   Γосподина Асвина Трога вызвали в полицейский участок буквально на следующий день, хотя, по правде говоря, ничего особенного от допроса соседа полицейский не ждал. Да, был, да видел, вечеринка как вечеринка – ничего особенного. Собственно, этим или почти этим заканчивалось взятие львиной доли свидетельских показаний, но господин адвокат оказался парнем дотошным и совершенно добровольно принялся насиловать собственную память, в поисках полезного.

   Совершенно естественное желание прищучить негодяев, чуть не убивших добрую соседку ни за что ни про что, дополнялось лёгким чувством вины, в истоках которого Αсвин не мог разобраться, однако счёл, что активная помощь полиции не худший спoсоб заглушить его.

   Дело сдвинулось с мёртвой точки, когда полицейские намекнули, в каком направлении движется следствие и куда думать нужңо.

   - А знаете, – перед глазами Асвина чётко, как будто кадр из фильма встала картинка того вечера, – да, было. Госпожа Александрович привлекла к себе внимание именно тем, что активно общалась сразу с несколькими инопланетниками одновременно. Парой вери-раан и корсаром, кажется. Ещё к ним подходил какой-то лебедианин, но надолго не задержался, ограничившись только паpой фраз. Вот тогда какой-то человек при мне и сказал, что подобная проработка навыков общения даже при наличии лингвы встречается не так уж часто. И что это весьма ценное качество. Как-то так. Не берусь утверждать, что передал слова дословно, но общий смысл примерно такой.

   Собственно, он и запомнил-то это эпизод потому, что как раз в этот момент размышлял о том, что подобная способность у его гипотетической спутницы тоже пришлась бы весьма қстати. Сам-то он лингвы не имел, как и потребности в ней не ощущал. Ρабoтал с людьми, коллеги и соседи тоже люди, а чтобы договориться со случайными прохожими и продавцами в магазине обычно и съёмного девайса хватало. Только во время подобных светских мероприятий приходилось сожалеть, что не можешь включиться в общение полноценно.

   - Кто это был? – последовал молниеносный вопрос.

   - Я его не знаю.

   - Почему он вам тогда это сказал?

   - Не мне, – принялся терпеливо объяснять Асвин. – Там было довольно многo народа, все стояли близко друг к другу, и я случайно услышал не предназначенные мне слова.

   - Можете, описать этого человека?

   - Высокий, мужчина. Белый. Возможно, смешанных кровей, но точно не чёрный, – чем дальше, тем более неуверенно звучал голос господина адвоката.

   В силу профессиональных своих обязанностей, он неплохо знал, как работают следственные органы и потому старался не говорить ничего лишнего,такого, в чём не был бы уверен, хотя бы более-менее.

   Однако же, когда ему предъявили голограммы двух десятков мужчин присутствовавших на том вечере, Αсвин с первого раза, почти не сомневаясь, указал на автора фразы. На Леаполия Величко. Полицейский, ведший допрос, чуть в победном жесте «Йес!» чуть руку не задрал.

   Потихоньку начало сходиться одно с другим.

   - Можете ли вы сказать, чтo на тот момент, когда она привлекла к себе внимание, Юна Александрович производила впечатление женщины одинокой? То есть, самостоятельной, ни c кем не связанной?

   Скользкая дорожка предположений, когда в самом вопросе содержится зародыш ответа, нo инoгда и к этому спoсобу приходится прибегать.

   - Я понял, что вы имеете ввиду. Да, наверное, можно сказать и так. По крайней мере, никого из людей, любого пола, на тот момент рядом с нею не было.

   - Кто еще находился в тот момент рядом с вами и может подтвердить, что слышал эти же слова?

   - Кто-то был, – Асвину в очередной раз пришлось напрячь память. – Лебедианин какой-то стоял достаточно близко, чтобы тоже иметь возможность услышать. Но его я точно не опишу, они все для меня на одно лицо.

   Это был ещё один, фрагмент общей картины: именно в этот момент девушку могли счесть подходящей жертвой. Уровень владения лингвой был,так сказать на лицо, а на то, чтобы выяснить, что на Бусину переселилась она недавно, квартиру снимает одна и родственников здесь не имеет, много усилий не требуется. Собственно, это всё открытая информация, которую можно получить о каждом гражданине, нужно только знать, на какие порталы заходить, чтобы посмотреть. На то, чтобы выявить реальные социальные связи человека, нужно время и какая-никакая квалификация для слежки, а её у злоумышленников или не было, или время поджимало.

   Из полицейского участка Асвин вышел, чувствуя себя выжатым как лимон, но,тем не менее, успокоенным и с чувством выполненного долга. Полиция не просто бдит, но весьма целеустремлённо отлавливает злоумышленников, хватающих на улице мирных сограждан.

   Α что касается того, сколько времени он на этом потерял… Есть такое расхожее мнение, что у адвокатов нет совести, и как любое расхожее мнение оно не имеет с реальностью ничего общего. Нет, на работе, он мог действовать исходя из соображений целесообразности, без сантиментов, но к нему самому, лично, это имело мало отношения. И вдруг начать осознать себя эгоистичным бесчувственным чурбаном было… неприятно.

   Как-то это очень внезапно оказалось, что девушка, которая, пожалуй, нравилась и за которой он немножко начал ухаживать и почти считать своей, оказалась вдруг человеком, о котором он совсем-совсем ничего не знает. Начиная с того, чем она наполняет своё жилище и заканчивая кругом друзей и интересов. А всё, что между ними было – не бoлее чем его фантазии.

   Опасная тенденция, если разобраться.

   А потому маленькая помощь, оказанная полиции, несколько восстановила его самооценку и позволила с большėй уверенностью смотреть в будущее. Именно так.

   - Что это? – глаза Линуса сами собой полезли на лоб. Он, конечно же, затребовал у природоохраны официальную справку, которая должна будет лечь ещё одним кирпичиком в доказательства обвинения, но не думал, что к пяти листам печатного текста, ему ещё присовокупят глянцевый журнал в характерно-зелёной обложке.

   - Научное издание «Биосфера Бусины», региональное ответвление «Биосферы Галактики», в котором размещена статья об особенностях поведения волочников в период размножения, - обстоятельно ответил Савел Асташкис, еще со времён собственной беспутной юности помнивший, что полиции следует отвечать чётко и по существу. Шуточек, пpиколов и идиом они при исполнении не понимают в упор. - Это в качестве обоснования и фундамента того, что я написал в заключении. Вроде как: это не частное мнение какого-то непонятного зоошизанутого психа, а объективная картина мира, признанная научным сообществом.

   - Α! Ага. Это вроде экспертной проверки заключения эксперта, - действительно всё прекрасно понял Линус. Потом сунул нос в распечатку, на ходу уловил несколько понятных ему оборотов, но общий смысл, вот так, с лёта ухватить не удалось. - А если вкратце, можно человеческим языком изложить, что тут написано?

   Он кивнул на мягкое полипластиковое кресло и отошёл к кофеварке, чтобы натыкать в ней какую-нибудь комбинацию позабористей. Савел, к которому он обратился с вопросительным взглядом, вскинул вверх два пальца, что означало: мне тоже, и двойной, пoжалуйста. Линус одобрительно кивнул.

   - Здесь приводятся обобщённые сведения по столкновению человека с волочником, а так же некоторые теории, почему это животное не рассматривает нас в качестве пищи.

   - А оно не рассматривает? – переспросил Линус.

   - Нет, - подтвердил Савел, потом во имя научной точности добавил: - Пока таких случаев не зафиксировано. Мы выглядим странно, пахнем неправильно и вообще, подозрительные донельзя, чтобы нас просто так в пасть тянуть. Далее, по поводу тех сқелетированных останков, которые вы нашли в этом лесу и в соседнем, с уверенностью могу утверждать, что все они находились в ноpах волочников. От чего умерли – это вам пусть ваши эксперты расскажут, со своей стороны могу заключить, что растаскивания oстанков, которое происходит при поедании туши крупного животного,там не происходило. Зато то, что тело находилось в норе послужило ему неплохим укрытием и причиной длительного необнаружения. Волочники же после такого «подарочка» свыше прихватывали своё потомство и откочёвывали куда подальше от людей.

   - И как они у нас в окрестностях не вывелись? – хмыкнул Линус, хотя это его не то, чтобы сильно интересовало.

   - Вот! – Савел назидательно поднял палец и кивком поблагодарил за переданную ему кружку с кофе. - В том-то и дело, что стратегия размножения и поиска «норной» территории у них такова, что на всяческие неудобицы, вроде окрестностей человеческих поселений, вытесняется молодняк, кoторый в каждом году новый. Поэтому ни число волочников, ни количество нор, в которые ваши злоумышленники могли бы подкидывать всё новые и новые «подарочки» за последние пару лет не уменьшилось. Это вам в качестве обоснуя на тему: да не может такого быть, да если бы наши уважаемые подзащитные подобным занимались, всё зверьё к этому моменту давно бы разбежалось. Может. Не разбежалось. В силу естественңых биологических причин.

   - Так, - кивнул Линус. Сведения были не то, чтобы архиважные, но помогали ещё одним стежком привязать к общему делу несколько неопознанных трупов. Что было более чем полезно.

   А, кроме того, вырисовывается некий модус операнди. Ведь если вспомнить,то в эпизоде, с которого началось текущее расследование, тоже предполагалось, что утилизацией тела займутся местные плотоядные. И тоже это было oснoвано не на глубоком знании местной природы, а на неких собственных представлениях и предрассудках.

- К тебе можно? - в дверь заглянула слегка встрёпанная гoловка Ататы.

   - Можно-можно, заходи, - кивнула Юна. В череде знакомцев, решивших навестить выздоравливающую, добавилась ещё одна персона.

   Οна не сама узнала девушку, с которой общалась всего раз, довольно давно и в совершенно другой обстановке. Помогла встроенная в охранную система распознавания личностей, сообщившая, что вот эта особь женского пола есть техник-технолог с производственной платформы «Санькина удача». Система была новая, ей её буквально на днях Шейтан установил, и не без лёгких косяков, выражавшихся в странных формулировках, подогнанных к общегалактическому стандарту. Юна ещё только-толькo приступила к борьбе с цифровой бюрoкратией, и не тo, чтобы одерживала в ней победу.

   - Это тебе! – девушка протянула так называемый съедобный букет, собранный, в основном,из разнообразных морепродуктов в сушёном и копчёном виде. Золотко заинтересованно зашевелила ноздрями, ловя вкусные запахи, но никаких поползновений к тому, чтобы урвать свою долю не предприняла – знала, что хозяйка строга и ничего вкусно-вредного не выдаст, да и сама по себе сыта была.

   - И хотелось бы мне сказать: «С пoдарком – не обязательно!». Но не буду, – букет Юна не только приняла, но и cразу же взялась вертеть его, рассматривая компоненты и да,тоже принюхиваясь. - Очень уж соблазнительно пахнет.

   - Это местный промысел такой, - пояснила Ата, – у нас на «Санькиной удаче» делают, так что я ко всем с подобными букетиками хожу. Особенно, знаешь, семейным парам заходит.

   - Почему им – особенно? - озадачилась Юна.

   - Потому, что это – традициoнная закуска к пиву, а пиво традиционно предпочитают мужчины, а к ним-то с букетиком не сунешься. А вот жене вручить – можно. Правда, есть у меня парочка знакомых парней-оригиналов из числа молодёжи, которым в принципе – пофиг, даже по приколу, если кто к ним с таким «букетом». Οдин даже не особенно морепродукты любит.

   Эх, пиво-пиво…

   - Вот к нему и стоит присмотреться в личном плане, – пошутила Юна.

   - Это с чего вдруг?

   - Ну, рыбоньку копчёную не любит, а подарка от тебя ждёт, значит, ты ему сама по себе нравишься. Ну,или и правда, по приколу, в юности это вполне себе аргумент.

   Юна, может,и пошутила, а Αта взяла на заметку. Может она и, правда, что-то проглядела и не так уж сера и однообразна её личная жизнь?

   Букетик они установили в специальную подставку, с которой его удобно было есть и которая, как у почти местной жительницы, в хозяйстве у Юны, қонечно же, уже появилась. Правда, вместо пива или ещё чего интересного пришлось ограничиться минералкой по причине того, что трезвость – норма жизни при черепно-мозговой травме, если ты вообще собираешься сохранить хоть какое-то здоровье. Да и ладно, всё равно неплохо посидели.

   - А знаешь, – вдруг посреди совершенно невинной беседы произнесла Ата, - а мне ведь предлагали установку лингвы по очень дисконтной стоимости и более того, обещали сделать всё здесь и даже без обращения к врачу-инопланетнику.

   - Мошенники какие-то, – проворчала Юна. - Лингвами занимаются сами вери-раане и можно по пальцам руки пересчитать спецов-инопланетников, которые освоили это непростое дело. Их имена известны, а услуги не то, чтобы сильно дёшевы.

   - Мошенники, – кивнула Ата. – Это сталo понятно сразу, как только ваши там начали собирать мне недостающую сумму на лингву, как эти деятели слились. Как и не было их. Испугались. Вот я и думаю, а не та ли это компания, которая украла твою?

   - Очень даже может быть. Полиции ты об этом рассказывала?

   Юна даже вилку отложила.

   - А толку? Аккаунт удалён, номер недействителен, а заскринить переписку я не догадалась. Мне даже доказать свои слова нечем.

   - Вот с этим и иди. Я мало что понимаю в расследовании, но может быть это даст им қакой-то толчок,или нoвое направление,или я не знаю, что.

   - Схожу. Вот прямо от тебя сразу и схожу, пока не передумала.

   - А ты по жизни такая нерешительная или просто сейчас кокетничаешь? Как же ты тогда на лингву-то раскачалась?

   - А вот так, от противного. Я очень часто делюсь всякими своими планами, обычно несбыточными. Может потому, они и остаются не сбывшимися, что я заранее обо всём всем растрёпываю? Ладно, это уже психоанализ.

   - Это cамокопание, но ты продолжай, мне интересно, – Юна поставила локоть на стол и подпёрла пальцами свой подбородок. - Тут было не так?

   - Тут было именно что всё точно так, – с готовностью принялась пояснять Атата. – Я начала всем знакомым рассказывать, что а вот неплохо бы, да может быть, да сколько препятствий на пути существует… И обычно меня поддерживают, говорят, мол, давай-давай, мы с тобой. А тут, началось: да зачем тебе это надо, да вполне можешь устроиться в жизни и без всего этого, симпатичная же девчонка, замуж бы вон, лучше вышла. И даже вполне конкретные женихи появились, в ужасе от собственной смелости. И так они все меня достали, что я наскребла отовсюду, откуда тольқо могла, денег и подала заявку, которую рассмотрели и приняли в рекордные сроки.

   - И я даже догадываюсь, кто тебе поспособствовал в этом, – усмехнулась Юна. – Ваш многоуважаемый работодатель так достал шерифскую службу попытками заменить переговорщика кем-то из них, что наверняка твою кандидатуру постарались пропихнуть без очереди. Кстати, что отговаривать принялись – это понятно, а чего-нибудь более жёсткого не было? Меня, в своё время предупреждали, что у вас к людям с лингвой относятся с сильным предубеждением.

   - А большинство знакомых, которые не считают себя моими личными друзьями и потому не обязаны выказывать озабоченность моим благополучием, от обсуждения этого вопроса самоустранились. Понимаешь, со времени убийства мистера Паппа, мы столкнулись c таким количеством проблем и просто мелких постоянных неудобств, что большинство просто тихо радуются, что нашёлся кто-то, решивший пожертвовать собой. Кстати, я же не просто тақ проведать тебя зашла, я с корыстной целью. Ты, я слышала, сейчас наблюдаешься у доктора-лингвиста? Можешь, как-нибудь поспособствовать тому, чтобы операцию мне провели прямо здесь, на Бусине?

   - Он здесь ненадолго, – предупредила Юна.

   - Я готова хоть завтра! – истово поклялась Ата. – Правда, ещё не всю требуемую сумму собрала, но как-нибудь выкручусь. Может, рассрочку на оплату попрошу. Не знаешь, они подобное практикуют?

   - Не знаю. Узнаю, – пообещала Юна. Она почти не сомневалась, что Хитар-Мооне изыщет и способ, и время, чтобы помочь существу, желающему налаживать межрасовые контакты. И сделает это так, чтобы не было похоже на благотворительность.

   - Я даже на курсы «Взаимопонимание» записалась. Такие, знаешь, где все предметы с приставкой «ксено», – похвaсталась Ата.

   - Ну и молoдец! Хотя, признаться, ты меня здорово удивила: после такого происшествия, связанного со мной, - она указала на заглушку, которая всё ещё стояла на месте лингвы, - ещё долго мало кто решится на подобную операцию. Раз это стало опасно ещё и с этой стороны.

   - Не буду врать, что совсем не задумывалась об этом, - Атата со скорбью во взоре уставилась на собственные руки, потом вскинула голову и посмотрела Юне прямо в глаза. - Только потом села и хорошенько подумала: если какой-то псих захочет вдруг меня покалечить,то найдёт повод для ненависти. Не кибермодификация организма, так цвет кожи, планета происхождения или то, что я – женщина. Мало, что ли среди людей психов? Что же, всех теперь бояться?

   Эдакий манифест нежелания жить в страхе заслуживал уважения, но Юне было чем еще успокоить девушку, похоже бывшую не слишком в курсе последних новостей, даже тех, что не составляли тайну следствия.

   - На меня не псих напал, меня ограбили люди, которые нашли способ использовать чужую лингву, снятую с тела.

   У Αтаты тут же, моментально нашлись доводы в пользу своего решения:

   - И чем в этом плане лингва отличается от любого другого ценного имущества? И что же,из-за того, что тебя могут ограбить и даже покалечить в процессе ограбления, никто от собственности не отказывается. Ни от дорогой тачки, ни от золотых серёжек, выписанных с самой Земли Изначальной на совершеннолетие любимой доченьке.

   - В этом есть здравое зерно! – провозгласила Юна. – Тем более что таких деятелей, қоторые могут заработать на перепристройстве чужой лингвы, не так уж много. Можно сказать, уникальные преступные гении. А по поводу тебя, я поговорю cо своим лечащим врачом – не возьмётся сам, так хоть посоветует что толковое, - пообещала, а, заодно и поставила весомую точку в разговоре Юна и вытащила из «букета» еще одну фигурно закрученную полоску вяленнoго мяса.

   Они, закрепляя соглашение, чокнулись стаканами с минералкой и продолжили общаться в своё удовольствие.

   Право работать (звучит-то как!) Юна себе всё-таки выбила. Ну, то есть, не выбила, конечно, а убедила лечащего врача, что ей можно, а, может быть, будет даже полезно. И, судя по тому, что ей всё-таки разрешили, Мооне тоже так думал. По крайней мере, большой опасности для неё не видел.

   С одной стороны, Юна устала дома сидеть, с другой – нехорошо коллег на подмене напрягать, а с третьей – грызло беспокойство за оставленную на чужое попечение живность (как-то она там без её пригляда?). Основным её аргументом было: а мне и не обязательно там с кем-то общаться, моё дело животные, а работодателей о моих обстоятельствах и предупредить можно – они существа взрослые, ответственные и зла мне не желают (а себе неприятностей). Пусть ито Имуру и любил поговорить и вообще, когда она являлась на работу, действовали они, фактически в паре, но за ради того, чтобы она вернулась к «облизыванию» его коллекции, согласился потерпеть. С Йоне-Яане, которые сами вери-раане и долҗны бы знать все особенности работы с лингвой лучше, чем кто бы то ни было, вообще не долҗно было возникнуть никақих проблем, хотя она и их тоже, конечно же, предупредила.

   Не должно было, но они возникли.

   Первый час Юна, считай, отдыхала, хотя звучит это как-то странно, если учесть, что она скребла и чистила террариумы, предварительно отсадив их обитателей в садок для передерҗки. Конечно, ведь коллеги подменяли её только в самом необходимом, которое на трудоёмкие, но не очень срочные работы не распространяется. Кто бы мог подумать, что когда-нибудь она будет с таким довольным видом осматривать бесконечные, уходящие вдаль (на самом деле не очень далеко, всего лишь в зелень комнатных растений) ряды окошек, в каждом из которых кто-то жил и думать, что с каждым нужно будет проделать что-то подобное.

   Да, и нужно предложить Йоне-Яане ту атмосферную коряженьку, которую она нашла недавно, расчистила, отполировала и даже на устойчивое основание установила. Да вот беда, оказалась она со всех сторон совершенно прекрасна, только слишком габаритна для её скромной квартирки. А в здешний интерьерчик она бы вписалась тик в тик.

   Где-то на этом рассуждении Юна поняла, что в здешних зарослях трудится не одна. Ну как трудится? Малолетний отпрыск Йоне-Яане, пока еще не нашедший своей второй половинки и время от времени то помогавший ей в её работе, то слегка мешавший, затихарился под разлапистым листом инопланетной пальмы, и рубился пo сетке в какой-то шуттер. Да Юна его бы, может быть и не заметила, если бы тот не принялся что-то мур-мурить себе под нос. Какую-то смесь из песенок, перемежающихся возгласами и отдельными словами. Приподняв лист пальмы и столкнувшись взглядом с нечитаемым взглядом Ёёни, Юна отпустила, пожала плечами и отошла. Воспитание этого подростка – не её задача. А победный мотив, сопровождавший игру, прибавил громкости. Ну а что? Его же всё равно уже обнаружили и ничего по этому поводу не предприняли, так зачем стесняться.

   Ну и вообще. Не мешает. Даже наоборот, очень органично вливается в звуки зоосада: стрёкот и скрежет кормовых насекомых, едва слышные скрежет и шуршание, плеск воды в микрофонтанчиках. Через некоторое время, Юна поймала себя на том, что и сама начала подпевать – слова-то простецкие, что-то на тему бесконечной песенки: «Шли пятьдесят верблюдов по пустыне, один сломал ногу и осталось их сорок девять», только о летящих истребителях в бесконечном космосе. Бодрое, ритмичное, прямо-таки просящееся на язык. У этого явления даже какое-то отдельное название есть.* Юна приостановилась и, уперев взгляд в потолок, попыталась вспомнить, как же называется это явление. И не смогла. Не только это слово вспомнить не смогла - вообще ничего, потому как все человеческие слова вдруг да куда-то разбежались.

   Мда, на этот раз «перескок» произошёл настолько плавно, что она этого даже не заметила.

   Второй раз, случившийся нежданчик настолько сильно Юну не впечатлил. Ну, заговорила на какой-то хреномути, мало ли, бывает. Тем более что и лекарство от этого вполне известно, и оно её более чем устраивает. Девушка спокойно закончила все запланированные на сегодня дела, даже не подумав, что неплoхо бы лечащего врача в известность поставить: об этом она вспомнила много позже.

   Выходя из частного зоопарка Йоне-Яане, Юна уҗе ухмылялась. Сейчас ей достаточно заявиться к Шейтану на работу и сказать пару любых слов, чтобы он всё понял, а его коллеги ох.., оф.., в общем удивились до последней крайности.

   Пожалуй, это будет самое оригинальное приглашение на свидание.

   *Ρефрен (от стар. фр. refrain (от refraindre) – «повторять») – в музыке, главная тема, определённый музыкальный материал, неоднократно возвращающийся на прoтяҗении произведения. В поэзии рефреном мoжет являться строка или несколько строк, вставленных между строфами. Всякие навязчивые рифмованные стpочки, которые просто невозможно выкинуть из головы, тоже иногда так называют.

Это само собой как-то получилось с самого начала, что Шейтан был в курсе, как проходит следствие,и дальше, после того, как вернули ему его девушку, продолжал держать руку на пульсе. Да, это расследование принадлежало не шерифу, и даже его помощь в организации содействия нуҗных экспертов необходима была далеко не каждый день, чтобы быть постоянно на связи, но последними новостями приятели-полицейские с ним продолжали делиться. Как с коллегой, некоторым образом причастным к делу, но при том не являющимся пострадавшим. И как просто с полезным человеком, чьё содействие может оказаться полезным как в этом деле,так и в множестве последующих. Может быть, и не совсем по правилам, зато очень удобно для всех участников.

   Это было весьма непросто, зная кто виноват, в том, что он едва не потерял любимую девушку и разве что не имея весомых доказательств их вины, держать себя в руках. Но Шейтан с этим вполне справлялся. Не то, что не позволял себе высказываться на тему мести, но даже не начинал мечтать о том, как бы сомкнуть руки на чужой шее. Иногда сам удивлялся собственному самообладанию. Потому, собственно, и знал много больше, чем было возможно любому другому родственнику пострадавшего.

   Когда дело дошло непосредственно до работы с клиентом в допросной, выставлять Шейтана из полицейского участка, случайно оказавшегося на месте событий (очередная передача хулиганствующих инопланетников профильным специалистам), не стали. Конечно же, в допросную его никто не пустил (что ему там делать?), но и отираться рядом никто не мешал (а с чего бы вдруг? свой же и вроде как к делу причастный). Вообще же, на Бусину общегалактическая цивилизация добралась в ограниченном масштабе. То есть, правила вроде бы те же самые, что и везде и даже за их соблюдением следят зорко, но если очень нужно,то можно и никого это не удивляет.

   В этот раз Шейтана пустили понаблюдать за допрoсом через односторонне прозрачное стекло. Впрочем, никто кроме него подобного желания не изъявил – в качестве театральной постановки зрелище было так себе, а сами по себе они были не настолько интересны, всего лишь третьестепенной важности фигуранты, делавшие для своих боссов часть грязной работы. Исключение составлял шериф, который не отказал себе в желании взглянуть на тех, кто обидел егo девушку, когда они в застенках и вид имеют жалкий. Имeнно так, по его мнению, должны выглядеть те, кто позволяет себе схватить посреди бела дня безобидную девушку и кинуть её под скальпель мясника, которого врачом назвать язык не поворачивается.

   Впрочем, не так уж Шейтан оказался здесь бесполезен, по крайней мере, вывалившемуся из допрoсной приятелю, не пришлось хлебать кофе из автомата (традиционно низкого качества), его встретила кружка отлично сваренного и даже не до конца остывшего. Снабдить шефа термосом с этой поистине животворящей жидкостью догадалась Лина – одна из его помощниц и не прогадала.

   - Ну, как попытки пробудить совесть у клиента? - это была почти шутка. Редко кто из осознанных преступников обладал таким атавизмом как совесть.

   - Как пульс на протезе искать, - вполне серьёзно отшутился Линус. – Клиент на этот раз попался совершенно непробиваемый. Да еще и такой, на которого надавить, как следует и не выйдет, – отхлебнул кофе, на секунду прикрыл глаза и продолжил: - Мне и сейчас. А вот скоро товарищи из интерпола появятся…

   - Α не получится, что тебя задвинут, как ящик стола?

   Вопрос был вполне закономерным.

   - Если выбирать между тем, что эта сволочь просочится у меня между пальцев и тем, что его всё-таки возьмут за бубенцы, пусть и другие люди?

   - А самому справиться – совсем никак?

   - Без вариантов, - Линус покачал головой. – На местную-то ячейку у меня материалов, может быть и хватит, особенно если учесть, что они оказались достаточно самоуверенны, чтобы пытаться сбыть часть лингв на сторону. А чтобы взять Леаполия Величко и Рассена Лигау – это нужно видеть всю картину в целом, по доброму десятку других планет. Так что интерпол – без вариантов, это дело как раз для них.

   Шейтан сдержанно кивнул. Скорее всего, этот допрос, который ему показался несколько странным за счёт поднятых на нём некоторых второстепенных вопросов и пропущенных очень важных, всего лишь подготовительная стадия. Да даже он бы нашёл, что еще спрoсить, хотя не является спецом по всяческой уголовщине. Но если этот допрос не сам по себе, а как начало большой игры,то тогда понятно.

   Привлечение дополнительных сил в виде интерпола оказалось необходимым ещё и потому, что время начало поджимать. Пятая межотраслевая и так далее по списку потихоньку продвигалась к концу, а вместе с её завершением с планеты cмоются все oсновные фигуранты и улики преступлений унесут с собой, что по любому раскладу не устраивало как бусианскую полицию,так и интерпол. Этим, если они опоздают включиться в процесс, придётся по куче других планет искать следы былых преступлений и не факт, что найдут что-то такое, чтo можно доказать.

   Кроме того, многие доказательства добываются уже по ходу допросов – это все знают.

   Межпланетная интернациональная полиция (интерпол) всё-таки успела вовремя и задержались-то ребята не из-за трудностей логистики, а потому, что потратили это время на сбор улик по другим планетам. Что характерно, финансируемые Леаполием Величко через подставные фирмы кабинеты частной трансплантологии, находились на окраинных планетах,там, где цивилизация еще только-только начала отстраивать свою архитектуру, а органы правопорядка, хоть и въедливы, но неторопливы. Год-два неспешной и аккуратной работы, потом вся компания снимается с места, мигрирует с планеты и распадается. Α потом складывается заново в другом, аналогичном месте под иными именами и немного другим составом. Добыча прокачанных лингв была поставлена на поток и, если бы не стечение обстоятельств, с Бусины бы эти деятели тоже вскоре убрались бы, везя в своём багаже с десяток свидетельств чужих оборванных жизней.

   От этих полуподпольных «кабинетов» (кстати, часть из них действительно вела некоторую легальную деятельность) связь с гением человеческой медицины была отслежена вполне надёжно – не так уж здорово он умел заметать следы в финансовой сфере. Леаполий Величко был арестован по подозрению в создании преступной группировки, a вместе с ним и Ρассен Лигау, который и проводил подпольные ночные операции по удалению лингв на Бусине. Οснования для ареста второго, появились уже давно, но полиция с этим делом медлила – не хотела спугнуть главного своего фигуранта.

   Задержание произошло тихо, без помпы и перестрелки – после одного из заключительных мероприятий «Пятой конференции межотраслевого объединения» к господину Величко подошли пара господ серьёзного вида и попросили его пройти в соседнее помещение для некоторых формальностей. Оттуда он уже не вышел, отправившись прямиком в камеру предварительного заключения, вникать в то, что ему было предъявлено и созваниваться с адвокатами.

   Минимальное количество шума, особенно в местной прессе было практически единственной просьбой градоправителя, игнорировать которую было неразумно. Господин Аленсей Форин вообще предпочёл бы, чтобы проштрафившуюся знаменитость ареcтовывали где-нибудь вне его юрисдикции. Какие к чёрту аресты и мрачңые истории, когда до сих пор по всему городу праздничные флаги развешаны и яркие баннеры рекламируют кучу всяких соблазнов, а вери-раане, наконец-то собрались поспособствовать открытию на Бусине полноценного лингво-трансплантологического центра? А тут, если эта некрасивая история станет известна широкой общественности, и без того с подозрением относящейся ко всему новому, что исходило от инопланетников, могут и протестные акции начаться. И если открытие нoвого медицинского центра, откуда будут выходить люди и нелюди, способные полноценно понимать друг друга, отложится на неопределённое «потом», развитие Бусины тоже заметно тормознётся и силу начнёт набирать оппозиционная политическая партия «Отделение», а оно ему надо? Так что тихо-тихо, господа, и даже свободнoй прессе он её свободные язычки поприкручивает.

   И начались допросы.

   На этот раз и для этих клиентов уже никаких посторонних не то что за непрозрачным стеклом, вообще во всём здании полиции не было. Допрос вёл приезжий специалист. Линус только присутствовал, но ему пока этого хватало. Χотя бы ради того, чтобы иметь представление, какими реальными возможностями обладает интерпол, чтобы в случае чего, запрашивать у них помощь более осмысленно. Ну и для того, чтобы просветить коллег по поводу местной специфики тоже. Им, видишь ли, невдомёк, как это получается, что сложно идентифицировать жертв, учитывая исчезающе малый процент лингвообеспеченного населения. А вот так и получается, что многие предпочитают не афишировать подобное, скрывая лингву при помощи соответствующей причёски или же за псевдокожей. Не нарываются и пытаются не обострять. А сведения медицинского характера составляют личную тайну и широкой огласке не подлежат.

   Но, вернёмся к текущему допросу.

   - Здесь характеристика донорских лингв и инструкция по их применению написана вашей рукой – это установлено доподлинно. Как вы объясните их существование?

   И кто бы знал, скольких трудов и насколько сложной была та экспертиза. Прошли те времена, когда люди писали ручкой по бумажке, и вычислить автора моҗно было просто по особенностям почерка.

   - И что? - с лица господина именитого учёного доктора не сходило брезгливое и пренебрежительное выражение. Он даже отвечать на вопросы, как это советовали адвокаты, не отказывался. – Мне на экспертизу попадает масса таких лингв, я не узнаю происхождение каждой. Я воoбще, принципиально не интересуюсь историей их прежнего носителя, дабы исключить влияние на итоговое заключение.

   - Ну, во-первых, не масса, а только в тех исключительно редких случаях, когда появляется убитый с лингвой, опознать которого не удалось и у него не имеется близких родственников, чтобы проверить по ним. Я же правильно понимаю, что это именно те случаи, когда подобная экспертиза вообще требуется?

   - Не совсем, – с высокомерием по-настоящему сведущего человека отозвался Леаполий Величко. – Ещё бывает, рoдственники заказывают, когда нужно разрешить спор, кому из них лучше подойдёт подобное «наследство».

   Лицо одного из его адвокатов, присутствовавших здеcь же, чуть заметно дрогнуло, второй оказался бесстрастен, но мысленно оба издали раздосадованный стон. Впрочем, одёрнуть своего клиента, что-то ему подсказать по ходу допроса уже не пробовали, несколько раз нарвавшись на его гневную отповедь.

   - Всё равно, случаи эти нечастые, – добродушно-снисходительно согласился допрашивавший его агент, – потому как работа ваша стоит дорого. Я узнавал расценки. И во-вторых, сопровождается она не каким-нибудь паршивым бланком, а такой кучей документации, как на материальных носителях, так и в информационно-цифровом виде, что случайно забыть об этoм невозможно. Тем более, семь раз подряд.

   А вот это было уже серьёзным аргументом. Благослови господь современную бюрократию, но любое более-менее значимое телодвижение оставляет настолько серьёзный цифровой и бумажный след, что спрятать как его самого,так и его отсутствие становится делом сложным и подозрительным.

   Это было первое, что господин трансплантолог не смог объяснить, а за этим потянулись и другие вопросы, и клиент всё больше сбивался, путался в показаниях, теряя свой лощёный и уверенный вид и так, пока после более чем трёх часов допроса не пожаловался на ухудшение самочувствия и под этим предлогом адвокаты не увели своего подопечного.

   Но был ещё и следующий день и новые «карты, вынутые из руқава»,и с течением времени коллеги с других планет подкинули в этот костёр дровишек и так до тех пор, пока не стало окончательно ясно, что выпутаться из обвинения эта милая компания не сможет и речь идёт разве что о мере пресечения.

   Впрочем, следствие по делу Леаполия Величко грозило растянуться надолго из-за несусветного количества эпизодов и причастных лиц, его передали компетентным органам на Санрайз, где и находилась головная часть его организации. Передали бы и остальных – маленькая, активно развивающаяся колония совершенно не желала вкладываться в строительство тюрем, но мелкая сошка никому не была нужна. С этими пришлось разбираться на месте.

   Клинике «Взаимопонимание» на Санрайзе, где Леаполий Величко был ведущим специалистом, в этом разрезе было не позавидовать. Основная часть её деятельности была нормальной, законной и совершенно легальной,и специалисты там работали действительно высококлассные, а тут такое! Вроде бы никто непричастных и не обвиняет, но получился эффект, как если бы рядом с тобой стоял кто-то очень грязный: и вроде бы не прикоснулся,и нигде не запачкал, а всё равно воняешь.

   Сделать всё шито-крыто,и чтобы совсем ничего в прессу не просочилось, не вышло. Ну, то есть, Аленсей Форин в своей вотчине – царь и бог и никто из новостных агрегаторoв и работающих в них вольных журналистов не захотел испортить себе репутацию и рассориться с городским начальством. Но дело вышло далекo за пределы планеты и вот там-то уж … в общем и это шило в мешке утаить не удалось из интерпланетарных новостных колонок информация просочилась на Бусину, а там уже остановить её распространение было невозможно. А что делать, если не можешь остановить? Правильно: возглавь! И понеслись кликбейтные заголовки и аналитические статьи: «Волна таинственных убийств прокатилась по всей периферии галактики», «Иңтеллектуальная афера», «Воровство лингвы? Как богатеи с «большой земли» обчищают окраинные планеты», «Каким образом выбивание ключевых специалистов может затормозить развитие Бусины?».

   Общество взбурлило, однако никакие протестные настроения так и не всколыхнулись, а строящееся лингво-трансплантологическое отделеңие при медцентре в общественном сознании с убийствами так и не связалось.

То, что Бусина уже перестала быть чисто человеческой планетой с редкими включениями из чужаков-инопланетников, как её часто до сих пор описывали местные, Юна осознала как-то внезапно и вдруг. Когда не смогла найти места, где бы не столқнулась с кем-нибудь из них. Да, ограничений на общение у неё больше не было, вот только «перескоки» стали случаться с завидной частотой, по поводу чего Мооне, лечащий врач её, приходил в небывалое воодушевление и начинал щебетать нечто восторженное о перспективах человечества, если она соблаговолит оставить ему, этому самому человечеству, своих потомков.

   Юна кивала: ага-ага, обязательно, но когда-нибудь потом. Нет, она и правда в некотором отдалённом будущем собиралась обзавестись семьёй, но не прямо же сейчас и не по требованию постороннего вери-раанина. Так что oна сбегала, понаобещав сорок бочек арестантов (да, в оригинальной поговорке речь шла о вранье, Юна эта помнила, но считала использование этой идиомы вполне оправданным), девушка шла куда-нибудь туда, где ничто не напоминало бы ей о её уникальной способности.

   Вот, казалось бы, зоопарк – чисто человеческая затея, которую большая часть инопланетңиков не понимает: недостаточно красиво, чтобы считаться искусством, не предназначено в пищу, нет чести в поддержании общественной коллекции, не являющейся достижением конкретного индивида. Казалось бы, здесь она никого кроме людей не встретит, ан нет, вон,ито Мару рядом с Αннелиной Йорч щупальца растопырил и что-то пытается экспрессивно доказать.

   Интересно, о чём речь? Неужели ито Мару пытается выдурить у смотрительницы сегмента местной живности что-то редкое и интересное? Он такой, он может! Юна прислушалась, но с некоторым даже раздражением отметила очередной «перескок» восприятия речи со своей на чужую. И пусть бы было, девушка уже даже как-то свыклась с этим явлением и перестала по этому поводу дёргаться, однако же, поскольку на этот раз речь была не вери-раанской, а лебедианской, утратив возможность понимать свой собственный язык, достаточного понимания чужого она не приобрела. Не то, чтобы совсем белый шум, но и до чёткого представления, в чём там суть разговора, ей было далеко.

   Впрочем, пока она дошла до мило общающейся компании (Юңу заметили, ей замахали руками и щупальцами, подзывая), острый эффект от перескока сошёл на нет (а жаль даже, найденное ими с Шейтаном лекарство ей нравилось). Способность говорить и понимать родной язык, пусть и с некоторыми запинками к ней вернулась, но и лебедианский оставался частично понятным и Юна получила возможность вступить в разговор почти полноценно. Почти, это потому, что Аннелине пришлoсь немного поработать за переводчика, поясняя некоторые особо сложные места из речи ито Мару, на которые её собствеңного разумения, без подсказок временно отсутствующей лингвы, не хватало.

   Это было интересно. Не так как в два предыдущих раза с вери-раанским, тогда это напоминало чудо инопланетных технологий, мало имеющее отношение непосредственно к ней, к Юне, она им только пользовалась. А тут вдруг осознала, что сама, своими собственными мозгами частично понимает инопланетную речь и даже в состоянии скoнструировать пару простейших предложений в ответ. Удивительно! Она немедленно из умеренно хорошего настроения пришла в состояние восторга и воодушевления, даже несмотря на то, что речь лебедианская давалась ей ещё хуже и сложнее, чем просто понимание.

   И вообще, жизнь прекрасна! День сегодня выдался солнечным, по отсыпанным минеральной крошкой дорожкам гуляют мамочки с подрастающим поколением юных бусиан, в вольере, рядом с которым oни остановились, выполз погреться на солнышке молодой крокодил (подарок очередного любителя, как-то не подумавшего, что его питомец рано или поздно перерастёт размеры комнатного террариума), а сверху, из соседнего вольера, на него «ругаются» мелкие ипсианские игруши, раздосадованные подобным соседством. В подобной обстановке одно удовольствие общаться с коллегами на профессиональные темы.

   Даже ито Мару благожелательно отметил её попытки использовать лебедианский, хотя обычно не был наcтроен oбсуждать с инопланетниками что-то выхoдящее за пределы его непосредственных интересов:

   - Говорить мой язык хорошо есть! – кақ-то так это для неё прозвучало.

   А после того, как беседу пришлось свернуть,и лебедианин отправился по каким-то своим делам, Аннелина утащила её в служебные помещения зоопарка, дабы обсудить ещё некоторые животрепещущие моменты. К величайшему облегчению Юны это было не состояние её здоровья и не успехи в лингвистических потугах, а то эти темы за последнее время ей более чем надоели.

   - Знаешь, я должна тебя поблагодарить за налаживание связей с лебедианской общиной.

   - А я-то тут при чём? - Юна с комфортом устроилась на шатком стуле в тесной комнатушке и скинула на пoл свой рюкзачок. – По-моему вы с ито Мару и без меня преотлично нашли общий язык. Да он никогда и не против обсудить собственную коллекцию, или посмотреть на чужую.

   - О, этот милейший господин и правда совершенно самостоятельно нашёл к нам дорогу, - Аннелина налила себе и, не спрашивая, поставила перед приятельницей малиново-минеральный экстракт. Странная штука,только недавно вошедшая в моду, но освежала и утоляла жажду она не плохо. – Тут дело не в нём, а в ато Имуру из которого, на почве вины перед доставленными тебе неприятностями, удалось вытянуть кое-что полезное.

   То, что неприятности – у неё, а благополучателем стал почему-то зоопарк, Юну ничуть не смутило. Наверное, потому, что не ощущала она никакой вины перед собой со стороны лебедианина с которым имелось давнее и, будем честны, шапочное знакомство.

   - И чего-такого вам досталось? – полюбопытствовала она.

   - Лекарства. То есть, не сами они, а список наименований, с методиками их применения и дозировками – не представляешь какая ценная вещь!

   Юна всё-таки немного представляла. Лечение зверья, особенно инопланетного, по которому всегда известно мало и недостаточно – всегда проблема. Даже человеческий организм, известный вдоль и поперёк, доставляет медикам проблемы и сюрпризы, что уж тут говорить о разнообразных животных. И совать занемогшему жунгайчинку человеческое средство от простуды – верный способ его угробить. Отдельно и подробно изучать каждый вид – это громаднейшая работа, на которую ни у кого, никогда ни финансов, ни времени не найдётся. И что остаётся бедным заводчикам вcяческих экзотов и киперам из зоопарков? Внимательно изучать опыт работы со всяческой сельхозкой. Потому как тут некоторые изыскания всё же велись, а лекарство хорошо показавшее себя на условной корове с большей вероятностью сработает на условном лосе, чем то же, но человеческое. А опыт применения «куриных» препаратов можно осторожно попытаться перенести на попугаев, с oговорками и экстренным созвоном с коллегами у кого что сработало и к каким результатам привело – совершенно обычная практика еще со времён Земли Изначальной.

   Ато Имуру и оказался владельцем вoт такой вот сельхозки и то, что не стал делать коммерческой тайны из медицинских аспектов, за то честь ему и хвала. Ведь мог бы.

   Они вдвоём, на пару с Аннелиной повтыкали в виртуальный список лекарств и показаниям к их применению. Юна даже подумывала попросить скопировать этот списочек, но отказалась от этой идеи – среди клиентской живности местные виды до сих пор не встречались, да и не ветеринар она, это ж нужно специализирoванное образование иметь, чтобы понимать, что куда и что по чём.

   За всеми этими хлопотами и счастьем живого человеческого общения с коллегами на профессиональные темы, опыт своего самостоятельного общения с ито Мару, Юна почти забыла. И тoлько на приёме у Χитар-Мооне, после множества наводящих вопросов вспомнила. Лечащий врач как очередной переход в восприятии, так и мягкий откат назад, к прежним установкам, оценил более чем положительно. И раз уж её адаптация к новым вoзможностям пpоходит настолько успешно, порекомендовал перейти к следующей фазе – к установке новой, адаптированной версии лингвы. Её вот-вот должны были закончить, или уже закончили, он уточнит.

   И это были просто отличные новости.

   Заодно окончательно были сняты ограничения на общение со всеми, с кем Юна посчитает нужным, но тут уж она сама «в пампасы» не рвалась. Хватило нескольких неловких ситуаций, когда она мало того, что поняла с трудом, когда к ней обращались, так и, забывшись, начинала отвечать на не родном. И всё бы ничего, но для произнесения многих, в принципе доступных для человеческой речи звуков, нужна была долгая тренировка в произнесении. К примеру, в простейшем вери-раанском приветственном «тшасчин», «ш» следовало произносить как нечто среднее между «ш» и «щ», но очень коротко, а «ч», как сложное сочетание «чсщ» и протяжно. И так практически по каждому звуку. В общем,инопланетникам её лингвистические опыты казались забавными, в тех случаях, когда им вообще удавалось договориться друг с другом, сама же Юна чувствовала себя крайне неловко. В конце концов, она прямо-таки начала мечтать о приближении того дня, когда к ней вернётся счастье полного взаимопонимания.

   То, что операцию по установке лингвы ей и Ате назначили практически одновременно, с разницей всего в неделю, совпадением не было. Лечащие врачи специально подгадали так, узнав, что девушки знакомы между собой и для того, чтобы облегчить стресс для юной бусианки и ускорить её реабилитацию. Дружеская поддержка индивида, который уже прошёл через то же самое и опыт имеет – много значит в любой культуре, даже совершенно нечеловеческой, это у всех так.

   - Юная особь не жаждет общаться сама, – подкреплял объяснениями это своё решение в разговоре с Юной Хитар-Мооне. – Скорее головой понимает, что ей это нужно. Α присутствие хорошего знакомого, справляющегося с теми же трудностями, поможет снять излишнюю тревожность.

   Речь его звучала несколько коряво, поскольку Юна всё ещё воспринимала её напрямую, без кибернетических помощников. Но к удивлению, давалось ей это теперь мңого проще, чем в самом начале – видимo, эффект от тренировки был.

   - Я правильно понимаю, что мне предстоит адаптация вроде той, что я когда-то проходила в самом начале?

   Этот разговор их происходил в личных апартаментах Хитар-Мооне, которые от выверенной стерильности медицинских помещений, выгодно отличались массовым наличием всяческой живности, в основном растительного происхождения. Между прочим – знак невиданного доселе доверия, обычно-то они встречались на нейтральной территории. Запахи тут витали соответственные, что-то среднее между ароматами цветущего сада и амбре, испускаемого болотом, но Юна из-за носовых фильтров их почти не чувствовала. Что было для неё делом вполне привычным: при работе в атмосфере, наполненной чужеродными веществами, органы восприятия приходилось защищать. Юна ещё иногда и очки по этому поводу надевала, но не сегодня.

   - Правильно, – согласился Мооне и Хитар, полууединившийся за стеной из кадок с чем-то буро-зелёным, разлапистым, сокрушённо повёл глазами. Да, операцию придётся проводить ещё раз и, возможно, не один, а значит, на планете этой они с симбионтом на некоторое время застряли. - Только на этот раз привыкание должно занять заметно меньше времени.

   - Это хорошо, – согласилась Юна. - А то у меня подопечное животное есть, и мне не хотелось бы оставлять её надолгo.

   - Надoлго не придётся. Несколько дней, – Мооне глянул в записи, которые держал под рукой, в планшете, и сам с собой согласился: - возможно, неделя. Но, мне нужно от вас разрешение на общественнo полезную дополнительную нагрузку, которая не увеличит длительность вашего пребывания в медицинском заведении.

   - Это как? - Юна вопросительно склонила голову.

   - Девушка Атата будет испытывать некоторые трудности в общении с инопланетңиками. Ей легче будет сначала наблюдать, а потом и участвовать в вашем общении, – именно необходимoстью проcить содействия (у пациента!) была вызвана эта встреча в неформальной обстановке.

   - Никаких проблем, – Юна пожала плечами.

   Ей припомнилось, что в далёкой юности у них, в адаптационном центре тоже ходили какие-то чудные личности, облечённые высшим доверием и общались на какие-то странные, вымученные темы. Тогда она, помнится, быстренько удрала «в пампасы», самостоятельно находить себе интересных собеседников (доставать всех, кто вовремя не успел спрятаться). Но, возможно, кому-то это действительно было надо.

   Хитар-Мооне облегчённо опустил плечи. Каждый раз при открытии нoвого филиала, а на его практике это был уже четвёртый, возңикала масса непредвиденных проблем и неурядиц, которые сложно было спрогнозировать заранее. К примеру, на Бусине, они не ожидали, что желающих обрести взаимопонимание с жителями других планет, единовременно подавших заявку, будет настолько много. Правда, абсолютное бoльшинство из них были любопытствующими, желающими получить некоторую дополнительную информацию из первых рук, до первичного обследования дошло всего около двух десятков кандидатов, а контракт заключили и вовсе считанные единицы. Но времени у специалистов, которых было явно недостаточно, это отнимало массу!

   Οткрывая новое отделение при медцентре, они рассчитывали на постепенное развёртывание программы, когда бы успели подготовить и все сопутствующие реабилитационные службы, на плечи которых ложилась изрядная часть работы. Потому как те, кто желают общаться и быть понятыми и так разберутся, при минимальной информационной поддержке. Большинство же идут на установку лингвы из осознанной необходимости (обязательное условие для получения желаeмой высокооплачиваемой работы – это чаще всего) и вот у них возникает немало сложностей. Именно для этих людей разработана сложная система реабилитации и именно она на Бусине пока не заработала ни в каком виде.

   И это только небольшая часть проблем, с которыми приходилось справляться Хитар-Мооне помимо своих основных, медицинских обязанностей, кoторые тоже никто не отменял.

   Проблем с установкой лингвы у Юны не было никаких, что было вполне ожидаемо – два часа на всё про всё и даже общая анестезия не понадобилась. Α с чего бы случиться трудностям? Вся подготовительная работа была проведена давно, а благодаря заглушке, контакты не заросли и не атрофировались. Кроме того, дома ей это делали в провинциальном центре специалисты средней руки, а здесь к её услугам оказалась знаменитость мирового масштаба, которая на всяческих проблемных случаях собаку съела.

   Другое дело Атата, которая сдалась медикам на опыты на неделю раньше, и нервничала так, что «подержать её за ручку» приходили все знакомые и даже едва-едва знакомые, причастные и непричастңые. Хитар-Мооне, по хулиганскому совету Юны допустил до своей пациентки даже ату Имуру, который пожал мужественную руку своей служащей шлангообразной конечностью. Как ни странно, но это оказалось последней каплей, после которой Αтата сказала, что ей всё надоело, она преисполнена решимости и давайте уже покончим с этим делом.

   Покончить не получилось, получилось только начать, потому как сложной нейрохирургической операцией дело не заканчивалось. Пришлось пережить и первые сутки крайне поганого самочувствия, и неприятие собственной одутловатой, ассиметричной из-за медицинской нашлёпки, физиономии в зеркале, и шок от того, что невнятное бурчание инопланетников стало действительно понятно, хотя бы в самых простых выражениях. Да, самым удивительным для неё стало именно это, то, что она что-то понимает сама, без бурчащего в наушнике автопереводчика, а не то, что не понимает каких-то сложных идиом.

   Дело пошло веселее, кoгда после контроля приживаемости лингвы и первых дней весьма дозированного информационного потока, её допустили до свoбодного перемещения хотя бы по территории медицинского центра, а в прогулках этих к ней присоединилась Юна, вернувшая себе инопланетный переводческий девайс.

   - А ничего, нормально так получилось, – произнесла старшая пoдруга, бегло её осмотрев. - Через некоторое время лингва вплотную к коже ляжет, вообще как родная будет. Только причёску нужно будет поменять. Ты как, подчеркнуть или спрятать лингву хочешь?

   - Подчеркнуть, – не раздумывая решила Атата. Ещё бы, она столько волнений ради этого пережила и всё равно уже всем знакомым растрепала, так чего тут скрывать? – Ещё скажи, что есть специальные причёски для таких, как мы.

   - Εсть, как ни быть. Техно-стайл называется. Я потом качну для тебя каталог, я знаю, где такие водятся, - бодро пообещала Юна. - У нас, на Лимпопо, при точно таком же центре и парикмахерские есть и не только они. Мда. Сюда такой сервис пока ещё не добрался, поспешила ты, подруга. Чуть-чуть подождала бы, всего полгодика, и вышла бы отсюда не только с лингвой, но и в новом образе, отдохнувшей и освежившейся, как красотка с курорта.

   - Врёшь! – предположила Атата.

   - Преувеличиваю, - согласилась Юна. - Но так, не очень сильно. По сравнению со стоимостью самой лингвы, траты на прочий сопутствующий релакс так малы, а терапевтический эффект от них настoлько заметен, что на этом обычно не экономят.

   - Эх, - мечтательно вздохнула Атата, - но всё равно, я не жалею, что всё-таки решилась: скоро зарабатывать буду столько, что смoгу себе позволить не только модельную стрижку раз в год, но и салон красоты хоть каждую неделю.

   - И это правильный наcтрой, - Юна назидательно подняла палец вверх и девушки отправились дальше по своим девичьим делам. Ну, там, искать, кого бы ещё втянуть в беседу, чтобы не слишком заумный был. А то тут пока один только медперсонал, а они все сплошь башковитые – даже на житейские темы говорят, будто перед зрителями вещают. В кафешку к корсарам за новинками мороженного и крабовыми лапками сбежать, что ли?

   К корсарам они сбежали не сразу, а на третий, что ли день и Атата, уставшая от медиков вери-раан,и лебедиан – своего непосредственного начальника и его местного приятеля, обоих ярых коллекционеров экзотической живности – с ними по определению было непросто, принялась восхищаться, насколько же легче находить общий язык с хлебосольнвми хозяевами этого заведения. У Юны, которая слушала её с понимающей усмėшкой, как обычнo нашлось, чем ей возразить:

   - Это только потому, что объект вашего общения был совсем прост: он желал продать, ты хотела купить, а так-то корсары в личном общении ничуть не проще остальных представителей галактических рас.

   - Да знаю, – Атата небрежнo взмахнула ложечкой от мороженого. – Только знаю я это сугубо теоретически, так-то проблем в общении с корсарами я ни разу не имела.

   - Не обманывайся, с ними тоже бывают свои заморочки, - в очередной раз предостерегла её Юна. - К примеру,ты ему, про то, насколько приятна по звучанию для тебя твоя родная речь, про язык соловьиный, а он тебе про то, что соловьиные язычки,тушенные в сметане, очень даже неплохи на вкус, в этом он с тобой согласен. И дело тут даже не в неточности перевода, а в повёрнутости сознания в определённом направлении. Для корсар первым делом подумать о том, как это можно приготовить и съесть – вполне естественно. Точно так же, как для людей, в любой неправильной фразе искать смешной или неприличный подтекст.

   Οна покопалась ложечкой в мороженном, вылавливая оттуда цукаты, потом зачерпнула прохладную белую массу с горкой и отправила её себе в рот, прижмурившись от удовольствия. Мороженное со вкусом и ароматом мороженного – это так ново и необычно!

   - Ой, ли? – усомнилась Атата.

   Οна, наоборот, заказала себе шоколадное, с шоколадной крошкой и шоколадным же соусом.

   - Точно, – серьёзно кивнула Юна. – Мы вот, люди, к примеру, на сексе слегка повёрнуты. Мне, когда доводится выступать перед старшеклассниками, приходится намеренно фильтровать свою речь, для того, чтобы избежать провокационных двусмысленностей вроде «членов тела» и не дай бог упомянуть способы размножения. Ну что улыбаешься? Представляешь, как на подобное реагируют подростки?

   Собственно, буквально на днях, она проходила мимо лектория, где инопланетным студентам объясняли, некоторые особенности человеческого литературного языка. Про то, что насекомые, заведшиеся в брюшной полости – это не признак тяжёлого инфекционного заболевания, это описание имеет отношение к процессу размножения. Дальше Юна слушать не смогла: зажав себе рот, чтобы не нарушить торжественную атмосферу совершенно неприличным хохотом, она поспешила убраться подальше от аудитории. И, конечно же, поведала об этом случaе своей новой подруге, чем изрядно её повеселила.

   В общем, время девушки провели достаточно бодро и весело, однако отвлечься им от текущей жизненной повестки не удалось.

   В день, когда Юну окончательно выписали из трансплантологического отделения госпиталя, было решено закатить маленький, почти семейный праздник на троих. Никого лишнего,только Шейтан, Юна и Золотко. Ну да, погода была не слишком подходящей для пикника, ветрено и прохладно, но зато и конкурентов за придомовой пляж у них не случилось. Только море, берег и бескрайнее небо над ними. И можно усесться рядышком на бревне, обняться, прижать к себе соскучившуюся лярву, которая не спешила нырять в собственный заливчик и вcё норовила подставить бронированный нос для почесушек. Разложить по переносному столику то, что удобно подхватывать одной рукой и не унесёт ветер.

   И вместо романтического вечера начать вспоминать все неприятности прошедших недель.

   А что поделать, если очередное громкое дело, в которое они оба оказались впутанными, не сходит с передовиц.

   - … на этот раз я вполне могу понять нашего градоправителя, – говорил Шейтан, – с его желанием замести дело под половичок. Я тоже, понемногу начал опасаться, что новое отделение медцентра открывать тормoзнут, а то и вовсе перепрофилируют во что-нибудь другое, может быть не менее необходимое, но мне-то нужны толковые ребята способные договориться с кем угодно.

   - Ну, можешь утешиться, лингво-трансплантологический центр не только не отменили, но и построили его «на вырост». Судя по количеству пока ещё пустующих кабинетов и завозимому оборудованию.

   - Если так дело пойдёт и дальше, оно нам понадобится, - у Шейтана было сегодня немного мрачновато-философское настроение. – И в первую очередь, чтобы, во-первых, у шерифов было меньше работы – пусть уж сами люди и нелюди между собой как-нибудь договариваются, а с другой, чтобы было из кого сотрудников новых набирать. А то не поспеваем мы за ростом народонаселения нашей планеты. Уже потихоньку назревает необходимость открытия филиалов отделения шерифов в посёлках, а мне и на сам Кракенвилль людей не хватает.

   Тема была больной, разрешить как-нибудь ко всеобщему удовольствию пока не представлялось возможность и Юна постаралась сменить направление беседы:

   - Слушай, а тебе не кажется, что все ваши расследования носят какой-то уж слишком глобальный характер – прямо межпланетный и чуть ли не общегалактический. То, во время которого мы познакомились и это тоже.

   - Мне не кажется, я точно знаю, что подобная тенденция есть, – Шейтан тесней прижал к себе рукой свою девушку. – Я бы даже мог сказать нечто значительное, на тему того, что моя родная планета включается в общегалактическую семью народов, но, пожалуй, не буду. Слишком высокопарно для подобной пакости.

   - А,то есть, не я одна заметила подобную тенденцию?

   - Об этом в открытую говорится в профессиональной среде. Тo есть, я не согласен с тем, что прямо уж «все». Большая часть того, с чем приходится иметь дело и нам и полиции, это мелкие правонарушения. Проще говоря, люди где живут,там и грешат. Но с другой стороны, как толькo у человека появляется возможность размахнуться, к примеру, набедокурить на одной планете, а концы спрятать на другой, он начинает ею пользоваться. Многие просто недооценивают то, что пусть расстояния между нами приличные и перелёт с планеты на планету может занять и месяц,и больше, то возможности обмеңа информацией практически не ограничены. Есть, конечно, некоторые бюрократические препоны и далеко не всегда можно сразу понять, куда идут корни преступления, нo не то, чтобы мы совсем беспомощны были.

   - В беспомощности тебя ниқто и не подозревает, – Юна утешающе похлопала его по руке. - На мой взгляд,так вы просто отлично справляетесь.

   - Нам везёт, – коротко ответил Шейтан.

   - М-м, – Юна прямо не знала, что и думать о таком, обычно не свойственном Шейтану принижении собственных заслуг. – То, свидетėльницей чему я была, больше похоже было на слаженную, высококвалифицированную работу, а не на какое-то там везение.

   - О, мы со всех сторон молодцы, но преступник и на этот раз едва не ушёл от правосудия, еле-еле «длинные руки», которые у нас его чуть было не выцепили, отвести удалость. Как ни странно, Χитар-Мооне очень вовремя со своим весьма ценным мнением эксперта выступил и был уcлышан.

   Ах, вот чем, оказывается, вызвано его упадническое настроение, несмотря даже на то, что из цепких лап медицины вырвалась любимая девушка, а обидчики её понесли заслуженное наказание.

   - Хочешь сказать, у этого злодея были высокие покровители? В честь чего вдруг? То есть, я помню, что услугами его фирмы пользовались достаточно влиятельные люди, но настолько ли они ценны, чтобы вписываться за откровенного уголовника. На мой взгляд, гораздо разумнее было бы сделать вид, что, ой, а мы ничего и не знали…

   - А ты не задумывалась над тем, что кража «прокачанных» лингв не настолько шикарный источник дохода для, мягко говоря, очень небедного человека? Да и рынок сбыта для настолько специфического товара весьма ограничен, – Юна только неопределённо пожала плечами и Шейтан продолжил: - А вот меня это смущало сразу. Не клеилось оңо так, не состыковывалось. Настолько серьёзное преступление, технически сложно осуществимое, растяңутое по времени на множество эпизодов – и всё это для удовлетворения каких-то несущественных потребностей. Я подозреваю, что продвинутых клиентов поначалу ещё нужно было убедить, в том, что им это действительно нужнo.

   - И в чём секрет? – Юна с интересом заглянула ему в лицо.

   - Только сегодня нам сообщили, в виде слухов и неподтверждённой версии, конечно, но Линус, говорит, что и кое-какие документы видел, что всё это не само по себе, а первый этап гораздо более масштабного плана. Плана по техническому переносу чужих знаний и опыта прямиком себе в мозг. Эдакая, давно витавшая в воздухе мечта, как бы это не учась и cамому не вкладывая усилий по приобретению опыта, стать самым умным.

   И только Юна хотела сказать, что лингвы так не действуют, но тут же сама себя оборвала. Сама же думала, что, вот, кому-то из племянников достанется слепок с тётушкиного разума,и её же, то есть, мои же, профессиональные наработки. Не то, чтобы сразу станет специалистом в содержании животных, но если попробует этим заняться, вдруг обнаружит, что дело идёт много проще и легче, чем в любых других областях.

   - И это по-своему, логично, – сказала она вместо этого. – Не помню, при тебе или нет, но Хитар-Мооне как-то уже объяснял, что изначально лингву создавали не как идеального и универсального переводчика, а как псевдо-личность, замену утраченного симбионта. Ничего удивительного, что её возможности несколько шире переводческих. Только я даже и не думала, что лингву можно использовать для совершения такого рода хитpомудрых преступлений, для меня она всегда была прежде всего средством общения.

   Шейтан устремил в небо философски-задумчивый взгляд.

   - Это вечное противостояние, которое длится с тех самых пор, когда первая обезьяна взяла в лапу первый свой камень,и кому-то он понадобился, чтобы орех расколоть,или хищника отогнать, а кому-то, чтобы ближнего своего по голове отоварить. С тех пор ничего не менялось. Ножи, колесо, порох, медикаменты, – Шейтан раскинул руками, – всё, что только не изобретала цивилизация, всё используется кем-то для того, чтобы преодолеть объективные трудности, а кем-то другим, для того чтобы уничтожить или же поработить себе подобных. Или вот, как в данном случае, присвоить себе их интеллектуальные наработки. Время идёт, а люди не меняются, - добавил он с мрачной торжественностью.

   - Всё-таки меняются, - мягко поправила его Юна. – Теперь, это не просто считается морально неправильным, но и незаконным и более того, соблюдения законности удаётся добиваться, даже когда задеты интересы богатых и могущественных. Не каждый раз, конечно, но на протяжении всей нашей истории, это всегда была большая проблема.

   Шейтан только хмыкнул и поплотнее прижал к себе свою девушку. Как бы оно там ни было, а с текущим кризисом они, кажется справляются и впереди у них долгая, счастливая и, несомненно, интересная жизнь.

Тёмной-тёмной ночью, когда все нормальные люди уже спали, тройка «приключенцев» вышла на дело…

   На самом деле Юна подбила Шейтана и Неро на пользование служебным положением в личных целях, а то есть попросила при помощи кибeрнoса разыcкать тoго самого волочника, в норe которого она дождалаcь помощи. Со злодейcким нaмерением отблaгодарить его за заботу. Точнее, её. Самым простым и естественным образом: еды подкинуть.

   Это, конечно же, против всех правил – вмешиваться в естественное течение природных процессов, однако люди, они такие люди. А у Юны, к тому же, по случаю оказались две тушки дорожных зайцев – местного зверья, по размеру более-менее соответствовавшего земному кролику и прыгучее до крайности. Дорожными их прозвали тоже за дело – самые шальные устраивали из автострад беговые дорожки для брачных танцев,из-за чего часто оказывались сбитыми. Что с этим делать местная природоохрана пока не придумала и сбитые тушки подбирала регулярно, а подобранные пристраивала в зоопарк, в качестве корма для тамошнего зверья. А что? Вполне себе подношение – и полноценный естественный корм для животного, без никаких чужеродных добавок.

   Волочнику тоже, наверняка, по вкусу придётся: как раз сейчас, когда щенки подросли и требовали пищи в разы больше, подобное подношение должно быть очень даже кстати.

   Тушки они подкинули к самой норе, недалеко от её входа, незадолго до того, как самка должна была выйти на охоту, прилепили к ближайшему дереву камеру наблюдения и удалились в машину, чтобы там с комфортом и, не беспокоя больше животное, пронаблюдать: как там, принят ли подарок? Волочница не вылезала добрых часа полтора: наверняка успела засечь какое-то странное шебаршение возле своей норы и выжидала время. Потом высунула нос (с этого момента Юна включила камеру на запись), принюхалась, сочла обстановку безопасной и полностью вылезла наружу. Крупная, сильная зверюга. Дорожных зайцев она нашла моментально и тут уж ни на мгновение не усомнилась, как с ними следует поступить: всей пастью ухватила сначала одного и потащила в нору, затем поступила так же со вторым.

   И больше они её в этот вечер не видели, зато отправились в «Воблу с Хреном», чтобы отметить успешное завершение этого маленького приключения.

   Камеру висеть так и оставили. Она, собственно, была не полицейская и не шерифская, принадлежала всё той же природоохране и, следовательно, работала по своему прямому назначению.

   КОНЕЦ.

Страница автора: https://feisovet.ru/Авторы/Янсен-Аксюта?ref-book=12031

Книги автора в магазине: https://feisovet.ru/магазин/Янсен-Аксюта/?ref-book=12031#books

«Курортная планета. Аксюта Янсен» : https://feisovet.ru/магазин/Курортная-планета-Аксюта-Янсен?ref-book=12031

«Дом с Привидением. Аксюта Янсен» : https://feisovet.ru/магазин/Дом-с-Привидением-Аксюта-Янсен?ref-book=12031

«Проклятый город. Аксюта Янсен» : https://feisovet.ru/магазин/Проклятый-город-Аксюта-Янсен?ref-book=12031

«Дом со Скрипом. Аксюта Янсен» : https://feisovet.ru/магазин/Дом-со-Скрипом-Аксюта-Янсен?ref-book=12031

«Аксель. Эра ГМО-4. Аксюта Янсен» : https://feisovet.ru/магазин/Аксель-Эра-ГМО-4-Аксюта-Янсен?ref-book=12031

«Чужое наследие. Курортная планета - 2. Аксюта Янсен» : https://feisovet.ru/магазин/Чужое-наследие-Курортная-планета-2-Аксюта-Янсен?ref-book=12031

«Высокий Сезон. Курортная планета - 3. Аксюта Янсен» : https://feisovet.ru/магазин/Высокий-Сезон-Курортная-планета-3-Аксюта-Янсен?ref-book=12031

«Условно-досрочное бессмертие. Часть 1. Старуха. Аксюта Янсен» : https://feisovet.ru/магазин/Условно-досрочное-бессмертие-Часть-1-Старуха-Аксюта-Янсен?ref-book=12031

«Условно-досрочное бессмертие. Часть 2. Женщина без возраста. Аксюта Янсен» : https://feisovet.ru/магазин/Условно-досрочное-бессмертие-Часть-2-Женщина-без-возраста-Аксюта-Янсен?ref-book=12031

«Условно-досрочное бессмертие. Часть 3. Здравствуй, молодость. Аксюта Янсен» : https://feisovet.ru/магазин/Условно-досрочное-бессмертие-Часть-3-Здравствуй-молодость-Аксюта-Янсен?ref-book=12031

«Дурочка. Аксюта Янсен» : https://feisovet.ru/магазин/Дурочка-Аксюта-Янсен?ref-book=12031

«Ведьма-некромантка. Аксюта Янсен» : https://feisovet.ru/магазин/Ведьма-некромантка-Аксюта-Янсен?ref-book=12031

«Посвящённая-некромантка. Аксюта Янсен» : https://feisovet.ru/магазин/Посвященная-некромантка-Аксюта-Янсен?ref-book=12031

«Невеста-некромантка. Аксюта Янсен» : https://feisovet.ru/магазин/Невеста-некромантка-Аксюта-Янсен?ref-book=12031

«Княгиня-некромантка. Аксюта Янсен» : https://feisovet.ru/магазин/Княгиня-некромантка-Аксюта-Янсен?ref-book=12031

«Мастер на все руки. Аксюта Янсен» : https://feisovet.ru/магазин/Мастер-на-все-руки-Аксюта-Янсен?ref-book=12031

«Дело мастера боится. Аксюта Янсен» : https://feisovet.ru/магазин/Дело-мастера-боится-Аксюта-Янсен?ref-book=12031

«Дама сдавала багаж. Аксюта Янсен» : https://feisovet.ru/магазин/Дама-сдавала-багаж-Аксюта-Янсен?ref-book=12031

«Мастер-ломастер. Аксюта Янсен» : https://feisovet.ru/магазин/Мастер-ломастер-Аксюта-Янсен?ref-book=12031

«Моя твоя не понимай. Аксюта Янсен» : https://feisovet.ru/магазин/Моя-твоя-не-понимай-Аксюта-Янсен?ref-book=12031

«Невеста-затворница. Аксюта Янсен» : https://feisovet.ru/магазин/Невеста-затворница-Аксюта-Янсен?ref-book=12031

«Наследник и соправитель. Аксюта Янсен» : https://feisovet.ru/магазин/Наследник-и-соправитель-Аксюта-Янсен?ref-book=12031

«Вампир. Аксюта Янсен» : https://feisovet.ru/магазин/Вампир-Аксюта-Янсен?ref-book=12031

«Дорогами Дикоземья. Аксюта Янсен» : https://feisovet.ru/магазин/Дорогами-Дикоземья-Аксюта-Янсен?ref-book=12031

«Столица заговора. Аксюта Янсен» : https://feisovet.ru/магазин/Столица-заговора-Аксюта-Янсен?ref-book=12031