— Ну как, Лиам, прошел? — окликнул моего напарника какой-то толстяк.

— Да, Бэзил. А ты сомневался? — весело ответил ему Лиам, махнув рукой.

— Ребята, он прошел! — радостно воскликнул Бэзил так, словно кто-то мог не услышать самого Лиама.

— О, Лиам, какой ты молодец! — а это уже какая-то девица. — Перед тобой несколько пар уже вышли, сказали, что завалили. Ты пока первый!

Все кинулись поздравлять лучшего студента с успешным испытанием, оттесняя меня, его напарницу, в сторону.

— Стойте, стойте. — Нахмурившись, Лиам перехватил меня за руку, не дав сбежать. — Я же не один прошел, а с Мирой.

— Вот именно. Прошел не один, а еще и с таким балластом, как Крайт! — восхищенно присвистнули в толпе. — Не зря он первый в рейтинге, даже Крайт в качестве тормоза выиграть не помешала.

— Что ты сказал? Кто тут тормоз? — попытался вступиться за меня Лиам, а я, улучив момент, выскользнула из его хватки и просочилась сквозь толпу.

Спорить с остальными студентами и что-то доказывать не хотелось. Да и зачем?

Я, Мириам Крайт, — худшая студентка академии, Лиам Онд — умница и отличник. Пусть и дальше думают, что он выбрал меня в напарницы для того, чтобы покрасоваться и забрать все лавры победителя себе, а не делить с кем-то.

А правда… кому нужна правда? Уж не мне точно.

— Мира? Мира, ты где? — Лиам, видимо, потерял меня из виду и теперь пытался позвать, но я уже продвигалась к выходу и не собиралась оглядываться. — Эй, ребят, я, конечно, очень рад, что вы все переживали за меня, но дайте уже пройти…

На спине тем временем зашевелилась моя демоническая подружка — змейка. Да уж, сегодня из-за нее я была близка к провалу как никогда, но благодаря ей же нам удалось пройти отбор и получить доступ к турниру.

Чувствует мое сердце, профессор Молан будет подозревать меня в связях с демонами еще сильнее. Нужно быть с ним осторожнее.

— Смотрите, насколько Крайт довольная, интересно, что она Онду за спасение от отчисления пообещала? — донесся смех других студентов.

Сплетни меня никогда не заботили, а потому я даже не обернулась.

Да и потом. Лиам меня в некоторой степени действительно спас. Тем, кто проходил отбор для участия в турнире Четырех стихий, экзамены за первый семестр ставили автоматом. Самой бы мне их ни в жизни не сдать.

В детстве надо мной провели ритуал, подселив в мое тело демона, это давало дополнительные силы и возможности, но также накладывало ограничения. Так, например, большая часть «обычной» магии, которую изучали в академии, мне была недоступна.

— Внимание! Внимание! — на весь коридор зазвучал усиленный голос. Студенты моментально стихли. — Это не учебная тревога. Всем срочно эвакуироваться из третьего корпуса. В зоне проведения отборочных испытаний обнаружен демон. Внимание! Это не учебная тревога. Всем срочно эвакуироваться…

Я замерла, чувствуя, как земля уходит из-под ног, а волосы на голове встают дыбом.

«Хос-сяйка, нас рас-скрыли», — то ли утвердительно, то ли вопросительно произнесла змейка мысленным импульсом.

Вдох. Воздух застрял где-то в горле, мешая сделать выдох.

Ашакура! Нет, нет, невозможно. Ведь я же была так аккуратна! Неужели это из-за первого испытания, где я использовала свою питомицу? Проклятье!

Со всех сторон послышались испуганные возгласы, девушки растерянно визжали, парни бледнели. Студенты бросились врассыпную.

— Демон?!

— ДЕМОН!

К чести воспитанников академии, так действовали не все. Кто-то просто спокойно отправился к лестнице, кто-то пытался прорваться в зону проведения отбора, чтобы посмотреть на демона лично. Но дверь туда была закрыта и на чары не поддавалась.

— Внимание! Внимание! — продолжал вещать громкоговоритель. — Это не учебная тревога. Всем срочно эвакуироваться из третьего корпуса…

«Хос-сяйка, что будем делать? — волновалась змейка. — Тех, кто с-связан с демонами, разрешено убивать на мес-сте. Если тебя поймают, даже с-суда не будет! Надо срочно бежать».

Я была согласна с подругой на все сто процентов. Ашакура! Кто бы мог подумать, что учеба в академии оборвется так быстро. Ну почему именно сейчас, когда мы с Лиамом прошли испытание и были зачислены на турнир?!

Закон подлости, не иначе.

Все пойдут по лестнице. Преподаватели и стража, которой надлежит схватить меня, наверняка будут ждать там. Значит, нужно обойти лестницу через четвертый этаж и попытаться выйти по пожарному спуску…

Я развернулась и прошла в противоположную от толпы сторону. Но не успела сделать и пары шагов, как меня за плечи схватили сильные руки.

Резко развернулась, на автомате попытавшись применить силовой прием, но противник ушел от удара и снова меня обнял.

— Успокойся, это я. Демона испугалась? — Это был Лиам.

Подняла на него лицо. Он не знает, что я связана с демонами. Не знал… Но сейчас вполне мог сложить два плюс два, как тот же профессор Молан. Нельзя недооценивать лучшего студента академии.

— Нам туда. — И он подтолкнул меня в ту сторону, куда шли остальные.

— Нет! — мотнула я головой, вывернувшись из его рук.

— Не глупи, — нахмурился Лиам. — Что ты…

— Ты не тупи, — перебила я сердитым шепотом. — Мне туда нельзя.

На лице парня ярко выражалось недоумение вкупе с явными сомнениями в моем рассудке. Но вот он вздрогнул, нахмурился, всматриваясь в меня пристально и недоверчиво, словно ожидая, что я скажу, будто просто дурачусь. Глаза расширились, озарившись осознанием, а губы беззвучно шевельнулись, выдавая что-то явно матерное.

— Твой козырь в рукаве. И это не метафора… — простонал он, бросив взгляд на мое плечо, словно ожидая, что там ткань сейчас взбугрится и в вырез выползет моя змейка. — Уверена, что охота на тебя?

— Каковы шансы, что из давно уничтоженного культа Змеи уцелело две жрицы и обе сейчас находятся в академии? — раздраженно рыкнула я, в то время как сердце бешено колотилось в груди, а змейка затихла на всех уровнях, чтобы, не приведи боги, не засекли нашу ментальную связь. Кто знает, как работают их датчики обнаружения демонической энергии.

— Ты змеиная жрица? — удивленно округлил глаза Лиам. — Это многое объясняет.

— Нет, ашакура, уборщица. Полы мыла в культе, вот меня за хорошую службу демоном и наградили! — прошипела я, украдкой оглянувшись, опасаясь, что кто-нибудь услышит наш разговор.

И как этот бездушник умудрился столько времени скрывать свою страшную тайну, если такой любитель трепать языком? Ну ладно, это я уже придираюсь — перепуганные студенты ломанулись к выходу, и сейчас в коридоре находились лишь мы. Но оставаться здесь долго мы не можем, рано или поздно все равно нужно пойти туда же, куда и все. Мне конец…

Нахмурившись, Лиам обернулся и потащил меня в одну из ниш. Я задергалась, не желая оказаться загнанной в угол.

— Там есть нечто вроде тайного хода, ведущего во двор. Если таковым можно назвать то, о чем передают из уст в уста уже демон знает сколько поколений студентов… О, прости, наверное, демонами ругаться неэтично при твоем?.. — нес какую-то чушь Лиам, вызывая волны раздражения. Но зато от его болтовни чувство страха ушло, и я доверилась, позволяя парню тащить меня на выход.

— Если уже засекли, значит, знают наверняка, что это я, — покачала головой я.

— Да с чего ты взяла, что дело в тебе? Будь так, тебя перехватили бы сразу после отбора. А тут сигнал прозвучал после того, как мы вышли, успели получить поздравления… Ты же в этот промежуток не магичила ничего с привлечением своего помощника? — уточнил он, нажимая на какие-то выбоины в каменной стене ниши.

— Нет, зачем бы мне это делать?

— Вот именно. А теперь сама подумай: культ Змеи был самым могущественным, но не единственным. И если ты уцелела в своем, кто знает, кто уцелел в других? Возможно, как раз тот, кто проходил испытание уже после нас, — успокоил меня Лиам, пуская точно выверенный магический импульс в стену. Все точки, которых он коснулся до этого, на несколько мгновений засияли мягким светом, после чего стена сдвинулась, открывая нам путь. — Прошу.

— А тебе самому не страшно находиться рядом с той, кто заключил союз с потусторонней тварью? — спросила я, остановившись в проеме. Только сейчас до меня дошло, что Лиам, безусловно, удивился, узнав правду обо мне, но и только. В остальном, кажется, ничего не поменялось в его отношении ко мне. И это не вписывалось ни в какие рамки.

— А тебе не страшно шантажировать того, кто тратит бесценную энергию своей души ради могущества? — оскалился он в ехидной улыбке. — У каждого свои методы, до которых наше консервативное зашоренное общество еще не доросло.

Я смерила его внимательным взглядом и только открыла рот, чтобы продолжить дискуссию, желательно уже по пути на улицу, как снова раздался тот же противный звон.

— Внимание! Внимание! Внимание! Отбой тревоги, демоническая энергия обезврежена, — пророкотал голос на всю академию.

— Ты не выглядишь обезвреженной, — выдал Лиам, пробежавшись по мне быстрым взглядом.

— Придурок, — закатила я глаза, но на всякий случай мысленно потянулась к своему симбионту.

«С-страшно, хос-сяйка», — откликнулась змейка и снова затихла, явно не желая никому давать повод себя засечь. Я же выдохнула с явным облегчением.

— Можем возвращаться, — неуверенно предложила я.

— Или же продолжить путь. В глазах всех мы пара, а еще ни одного свидания не было. Роль нужно поддерживать, — заметил парень нравоучительным тоном и таки потащил меня в туннель.

— Да катись в пропасть и эта роль, и свидание, и… — аж задохнулась от возмущения я.

— И я? — перебил Лиам, прижавшись ко мне теснее, когда туннель начал сужаться.

— Ты пока не катись, нам еще в турнире побеждать, — проворчала я и, поморщившись, сняла с плеча плотный клок паутины с запутавшимся в ней пауком. И не удержалась от подколки: — Странные у тебя понятия о том, где следует проводить романтические свидания.

— Какая пара, такая и романтика, — фыркнул он насмешливо и нажал на какой-то рычаг, открывая проход к живой изгороди. Час от часу не легче. К счастью, Лиам потянул за ветку, и между кустами образовался вполне широкий проход.

— Прямо сейчас все равно не скажут, что там за демон был и демон ли вообще, а завтра и так вся академия будет знать мельчайшие подробности. Смысла ожидать вместе со всеми нет. Так почему бы не отпраздновать нашу победу? — предложил он уже нормальным тоном без капли издевки. И, подумав, я не нашла причин отказать.

Пропуска за территорию академии у меня, как у отстающей в учебе, не было, а потому мы решили пойти в небольшой сквер, располагавшийся между спальными корпусами. Мы отправились на берег пруда, который, по слухам, был выкопан первыми студентами еще лет пятьдесят назад. Их отправляли на работы по благоустройству территории в качестве наказания. Не то что сейчас: чуть что — сразу навоз за пегасами убирать и стойла чистить.

Пруд был большим, а потому нам не составило труда спрятаться от чужих глаз в тени пышных ивовых кустов, росших по берегам.

Лиам нагрел воздух вокруг чарами, а потом попросил немного его подождать. Минут через пятнадцать он принес пледы, теплые кофты и корзинку с едой. Неужели успел еще и до академической столовой сбегать?

— Ничего себе. Последний раз я на пикнике была… Никогда.

Лиам усмехнулся.

— Я пару раз был, нужно было втереться в доверие к одной чиновнице в сприграничном городе по приказу Учителя. Пришлось подыграть, — начал он, но резко оборвал себя.

Это был не первый раз, когда он упоминал при мне некоего Учителя, а однажды он даже предположил, что и я тоже каким-то образом связана с его наставником. И похоже, сейчас, в свете вновь открывшейся информации, он начинал понимать, что это не так.

— Я думал, ты узнала о моем секрете от Учителя, что ты тоже работаешь на него, — произнес Лиам, подтвердив, что мы думаем об одном и том же. — А оказывается, все гораздо проще. Это из-за демона, с которым ты связана: демонов притягивает искалеченная душа бездушника, мы же это на демонологии проходили. И как я не догадался…

— Устанавливать связь с демонами запретили больше полувека назад. Все кланы, которые это делали…

— Правильнее говорить «культы», — поправил Лиам. — Они все там были религиозными фанатиками и делали страшные вещи.

— И это мне говорит бездушник, — проворчала я, скрестив руки на груди.

— В точку, — засмеялся парень. — Но вообще многое теперь встало на свое место. Демоны порождают хаос.

— А еще боятся соли, мяты, устойчивы к ментальным чарам и питаются чужими слабостями, — перечислила ему я. — Ничего не забыла? Ах да. Еще человеческого тела не имеют.

— Нет, я не об этом. А о том, что из-за связи с демоном твои магические потоки спутываются и у тебя не выходит использовать чистую энергию стихий. Олена сказала, — я поморщилась, когда он упомянул мою одногруппницу, — что, когда обучение только началось, от тебя ждали, что ты будешь отличницей, резерв-то у тебя хороший. Но в итоге ты стала худшей на потоке.

Я нахмурилась, еще раз прокрутив в голове его слова. Почему мне никогда это не приходило в голову самой? Неужели действительно все дело в том, что в детстве надо мной провели ритуал связи с демоном, отрезав меня от пути изучения «обычной» магии?

— Зря я об этом начал. Прости. И вообще, мы ведь пришли сюда праздновать. — Напарник попытался отвлечь меня от грустных мыслей. — И я принес… — Он приоткрыл корзинку. — Та-дам!

В одной руке он держал кусок мяса, положенный сверху на хлеб. А в другой — металлическую флягу.

— Что там? — с сомнением уточнила я, кивая на флягу.

— Компот, — невинно улыбнулся парень.

— Просто компот? — Я взяла ее и, открутив крышку, принюхалась.

Аж глаза защипало. Сколько же здесь градусов?

— Ну… — Кажется, лучший студент академии в кои-то веки не знал, как правильно ответить. — На факультете теоретиков ведь нет таких жестких тренировок, как у вас на боевом, пронести проще, так что… и вообще, мы же праздновать собрались. — Он насупился. — Ладно, зря я принес, не хочешь — отдай.

Он попытался отобрать у меня флягу, но я отдернула руку, заведя ее назад.

— Эй, я даже не попробовала, — прыснула я. — Надо же раскрыть секрет лучшего студента академии. Секрет сдачи экзаменов на отлично.

— Когда ты успела стать такой язвой? — Он снова попытался забрать «компот».

— Да ладно, я все время такой была. — Смех разбирал меня все сильнее. — Зато я нашла, чем буду тебя шантажировать. Подумай, что скажут преподаватели, когда узнают, чем балуется их любимый студент Онд. Какой скандал! Комиссия по нравственности…

Очередная попытка парня забрать флягу закончилась тем, что мы оба упали, Лиам вдруг оказался на мне сверху в весьма недвусмысленной позе.

— …будет в шоке, — медленно договорила я, от неожиданности не сразу среагировав, но уже перестав смеяться.

Лиам же завороженно смотрел в мое лицо, и его глаза становились все ближе и ближе.

— Крайт, Онд! — Громкий окрик заставил нас вскочить на ноги. Лиам задвинул меня за спину, вставая в боевую стойку, однако перед нами, скрестив руки на груди, стоял профессор Молан, кутаясь в серый преподавательский плащ. — Хорошая реакция, студент Онд, — скучающим тоном выдал профессор, оглядывая место нашего «пикника». — Мы, значит, вас двоих всем преподавательским составом ищем, а вы… — он наклонился и подобрал с земли флягу, из которой уже успела вытечь часть содержимого, — предаетесь разврату в компании соответствующих напитков. Вы в курсе, чем чревато подобное поведение?

— Это все я, профессор. Мира ни в чем не виновата. Если кто и заслуживает выговора, то только я, — тут же взял вину на себя Лиам.

Ну да. Если лучшему студенту академии светит только выговор, то меня, как отстающую, сразу попрут без возможности объясниться. Правда, злиться на него за то, что притащил выпивку, все равно не получалось. Да и волновало сейчас совершенно другое.

— Заступаетесь за напарницу? — хмыкнул профессор. — Похвально.

— Зачем вы нас искали? — спросила я.

Молан перевел взгляд на меня и выгнул брови:

— На турнире произошел выброс демонической энергии, нужно было проверить, что никого из участников соревнований не зацепило.

Тревога, всполошившая всех, оказалась ложной — какой-то придурок умудрился притащить на испытание старый бытовой артефакт. Причем действие там банальное, всего-то высекает огонь. Видимо, студент совсем не владеет стихией огня, вот и подстраховался заранее, воспользовавшись слитой кем-то информацией. Но, на его беду, при создании конкретно этого артефакта когда-то использовалась демоническая энергия. Ее была совсем капля, и раньше системы академии ее не могли засечь.

А тут во время отбора что-то пошло не так, и артефакт взорвался, выпустив ту каплю махом. В общем, как бы там ни было, в ситуации разобрались, остатки артефакта забрали для исследований, студента же дисквалифицировали как того, кто смухлевал во время прохождения первого испытания.

Обидно, должно быть. Хотя кто знает, может, он во время первого испытания и взорвался. Так-то не факт, что участник прошел следующие два этапа.

Лиам до сих пор не понимал, как они сами с Мирой умудрились это сделать.

Профессор Рок, встретивший его после второго испытания, был более чем убедителен.

— Ваши результаты выше всяческих похвал. Более того, на данный момент вы показали один из лучших показателей по времени. Дисквалифицировать вас лишь потому, что ваша напарница подвела вас…

Он сообщил, что Мира провалилась и Лиам единственный из их пары, кто прошел отбор, а потом предложил:

— Турнир — не место для личных отношений и связок по расчету. Поэтому всем участникам, кто прошел второй этап, но остался без пары, мы предлагаем выбрать себе нового напарника из списка. Готовы сделать выбор?

Как хоть кто-нибудь на этом демонском отборе мог пройти это «испытание»?

Кому вообще могло прийти в голову, что отказаться от участия в турнире из солидарности со своим напарником — это показатель высоких моральных качеств?

По мнению Лиама, это было показателем временного помешательства, которое с ним тогда и случилось. Да ладно он — ему в принципе этот турнир не слишком-то и сдался, а вот то, что Мира также решила не проходить вперед без него, — это было чем-то на грани фантастики.

Она ведь не скрывала своего цинизма и намерения идти к цели любой ценой. Лиам так и не смог добиться от нее адекватного ответа, почему она отказалась, получив заманчивое предложение. Побоялась, что дальше не сумеет пройти? Да ладно, учитывая ее демонический козырь в рукаве. Такая как раз далеко пойдет. И почему же тогда? Ответ не находился.

Поморщившись, Лиам попытался выбросить все странные мысли из головы. Нечего забивать ее такой ерундой перед встречей с Учителем.

Еще раз пустив диагностирующее заклинание в коридор перед заброшенной башней, парень лишний раз убедился, что никого нет. Было бы верхом неудачи именно здесь наткнуться на такого же нарушителя правил академии. Простая перестраховка на самом деле — в этом крыле и днем-то никто особо не ходит. Что здесь бродить, если коридор ведет к наглухо заблокированной двери в старую заброшенную башню? О тайном ходе в нее же мало кому известно. Не зря Лиам навешал на него столько маскирующих и защитных заклинаний. И сейчас осторожно снимал их одно за другим, справедливо опасаясь, что сильный отток магии может привлечь нежелательное внимание охранной системы академии.

Без происшествий проникнув в башню, бездушник привычно двинулся к условно чистому и свободному пятачку у разбитого окна. В это время ночи луна очень удачно освещала его, позволяя в своих лучах прятать нити запретной магии.

Не в первый раз Лиам проводил здесь ритуал связи с наставником, отчитываясь о своих достижениях и ожидая следующих приказов. Никогда лучший и любимый ученик Учителя не испытывал волнения перед встречей, всегда безукоризненно выполняя распоряжения. До сегодняшнего дня.

Лиам знал, что ничего не нарушил, но он и не получал даже намека на то, что от него ожидают участия в турнире. И сейчас он неожиданно волновался, понимая, что страшится услышать приказ отказаться от дальнейшего прохождения испытаний… Так странно. Лиам в принципе не мог вспомнить, когда он о чем-нибудь переживал…

Нити силы засияли ярче, подтверждая, что ритуал сработал как надо. В центре рисунка завихрились темные частицы, за несколько мгновений складываясь в знакомую фигуру. Иллюзия надменно приподняла бровь, сверкнув сталью глаз, и губы Учителя расплылись в улыбке, которая в исполнении этого мага всегда больше пугала, чем успокаивала.

— Лиам, мой мальчик, — произнес он, лениво растягивая слова. — Чем порадуешь?

Парень на несколько мгновений уважительно склонил голову, с некоторым самодовольством подумав, что давно в прошлом те времена, когда ему, как и большинству приспешников Учителя, приходилось стоять на коленях, едва ли не распластавшись по полу. Но мысль надолго не задержалась в голове, Лиам понимал, что не бывает ничего вечного и, сколь бы ни было высоким его положение, достаточно одной ошибки, чтобы скатиться в самый низ. Посему парень принялся скупо и безэмоционально отчитываться о выполнении предыдущих приказов.

— И есть шанс получить ключ от архива библиотеки, — закончил он.

— Шанс? Мы не в лотерею играем, мой мальчик, — отозвался Учитель вроде бы с усмешкой, но у Лиама на коже выступили мурашки от ярко выраженной угрозы, что скрывалась за этими словами.

— Не так выразился, простите, — поспешил исправиться он, снова склонив голову. — Я получу этот ключ, как только пройду первый этап турнира Четырех стихий.

— Не слышал, чтобы за участие давали такую странную награду, — негромко хмыкнул мужчина. По его виду сложно было понять, доволен он или его разозлило самоуправство студента.

— Это условие моей напарницы. Я участвую с ней, она дает мне ключ, — произнес Лиам как можно более безразличным тоном.

— Даже так… С каких это пор ты идешь на сделки без моего ведома? — опасно прищурился Учитель.

— С момента, как подумал, что вас порадует наличие ключа и мое участие в турнире. Это возможность заявить о себе, заработать дополнительное влияние в обществе. Эта девчонка — простая недоучка, которая даже сдать сессию не в состоянии, вот и пытается улучшить свое положение за счет турнира. Для моей роли лучшего студента это только в плюс — покажет меня защитником сирых и убогих, — уверенно произнес Лиам, не позволяя себе ни на миг усомниться в сказанном.

— Ты пошел на отбор без моего приказа, — констатировал Учитель, и Лиам напрягся, ожидая услышать свое наказание за самоуправство. Но вместо этого мужчина пожелал узнать, как проходил отбор. Лиам в общих чертах рассказал обо всех трех испытаниях, не акцентируя внимания на том, как именно они их с Мирой прошли. И пока эти вопросы не всплыли, поспешил заодно рассказать о выбросе демонической энергии.

— Хм… — Учитель выдержал паузу, впившись в Лиама чересчур пристальным взглядом. — За то и ценю тебя, мой мальчик. Готов проявить инициативу там, где следует. Узнай у той девчонки, откуда у нее этот ключ и нет ли еще чего такого же ценного и древнего.

— Будет исполнено, господин. — Лиам склонил голову еще ниже, внутренне переведя дыхание оттого, что его участие в турнире Учителя не расстроило. Еще больше радовало, что особа Миры того, кажется, не заинтересовала. Тем удивительнее было услышать следующее:

— Победи в этом турнире и принеси мне кубок.

Первой парой на следующий день были основы безопасности магической деятельности. Вообще, курс этого предмета был рассчитан всего на месяц занятий в самом начале учебного года. Там нам объяснили технику безопасности, провели краткий ликбез по тому, что в академии можно, а что нельзя, показали парочку приемов оказания первой медицинской помощи, поставили дружно всем зачет автоматом только на основании посещаемости и на этом курс закончили.

Но, видимо, переполошивший всю академию инцидент с обнаружившимся демоническим артефактом требовал от руководства предпринять хоть какие-то меры, поэтому нашей группе влепили с утра пораньше дополнительную лекцию на тему «Что такое хорошо, а что такое плохо». Остальным, как я знала, также добавили по паре, но в другое время.

Когда я подошла к аудитории, в коридоре уже было полно студентов, и заметили меня не сразу.

— Даже Крайт отбор прошла, чем я хуже? — услышала я стенания одной из подружек Олены Стоун, моей самой главной «фанатки».

— Ей помогал Лиам, Миранда, ничего удивительного, — фыркнула Олена. — А так все знают, что Крайт ни на что не годная пустышка.

— На втором этапе отбора задания были отдельные для каждого участника, — возразил ей Марк Дионий, еще один наш одногруппник. — Так что совсем уж пустышкой ее считать не стоит…

— Она наверняка жульничала, — закатила глаза Олена. — Как тот парень с артефактом. Понятно? Только его поймали, а ее нет. Ей повезло, что чужой косяк отвлек от нее внимание.

Я на это могла только фыркнуть. Да уж, повезло так повезло. Подумать только, из-за чужого косяка едва не выдала себя. Профессор демонологии Молан давно меня подозревает, даже как-то напоил меня чаем с мятой, на который у всех демонов аллергия, проверяя «на вшивость».

— Вспомни демона… — прошептала я, когда увидела приближающегося к аудитории профессора Молана.

Не здороваясь, он прошел мимо студентов и открыл дверь кабинета, перед которым мы все собрались.

— Доброе утро профессор. — Олена, как всегда, заговорила первой. — У нас в этом кабинете ОБМД, мы ждем профессора Мерлиниуса.

— Сегодняшнее занятие, — улыбнулся Молан, — вне рамок программы, так что проводить его буду я. Профессор Мерлиниус занят с другими группами. Заходите.

Студенты нестройной толпой зашли в аудиторию. Я была последней.

«Только еще больше занятий с Моланом мне для полного счастья не хватало. Класс», — раздраженно подумала про себя, усаживаясь на последнюю парту.

— Итак, кто знает, для чего мы здесь с вами собрались? — без предисловий начал профессор, даже не дожидаясь, когда все окончательно затихнут.

— Напомнить, что жульничать плохо? — спросил Алехандро Менсо, усевшийся вопреки обыкновению впереди.

— Предупредить об опасности использования демонических артефактов? — так же с места предположила Дарина Маркус.

Профессор Молан на это лишь доброжелательно улыбнулся:

— Думаю, вы, детки, и сами все это знаете. По крайней мере, должны. В теории. Я здесь по просьбе руководства академии, чтобы напомнить вам об уголовных сроках, которые светят за некоторые правонарушения. А также о смертной казни и случаях, когда она применяется. — Он говорил это таким голосом, каким взрослые рассказывают детям сказки. Ласковым, неспешным. И это так не вязалось со смыслом, который был в этих самых словах заключен, что невольно вызывало диссонанс и оторопь.

Судя по всему, не у меня одной, потому что расслабившаяся было группа моментально стихла и насторожилась. Ну еще бы, они (и я вместе с ними) считали, что тут будет просто очередная проходная лекция, по которой еще и зачет сдавать не надо будет.

— Итак. В нашем королевстве имеются два типа магических правонарушений, за которые предусмотрена смертная казнь, — на этих словах профессор выразительно посмотрел на меня. — Первое — это подселение в тело человека демонической сущности.

Я опустила взгляд и принялась старательно записывать, хотя вместо слов на бумаге оставались какие-то каракули.

Он все еще меня подозревает? А что, если не было никакого артефакта, а объявление о появлении демона он сделал нарочно, чтобы выманить меня?

— Об этом мы с вами подробно уже беседовали на моих лекциях по демонологии, так что не вижу необходимости останавливаться подробнее, — продолжал тем временем профессор. — Далее, к тяжким и особо тяжким преступлениям, за которые положено до пятидесяти лет лишения свободы, относятся…

— А какое второе? — осмелился перебить Алехандро Менсо.

— О чем вы?

— Профессор, вы сказали, что два преступления заслуживают смертной казни. Первое — вселение демона, а какое второе?

— Правильно говорить не «вселение», а «подселение», — поправил профессор. — А что касается второго преступления, то это — использование магии души для причинения вреда другим людям. Причем тут не важна степень вреда. Даже если маг не убил никого, а просто, скажем, покалечил, то он все равно заслуживает смертной казни.

— Почему?

— В смысле — почему? — удивился профессор. — Студентка Стоун, уж от кого, от кого, а от вас я подобных вопросов не ожидал. Вы спрашиваете, почему магия души находится под запретом?

— Нет, профессор Молан. — Олена тут же встала со своего места, продолжая задавать вопрос уже стоя. Ну как «задавать вопрос»? Скорее, хвастаться своими знаниями. — Все знают, что, когда маг использует магию души, он калечит свою душу, поэтому эта магия была запрещена, несмотря на то что заклинания с ее помощью выходили мощнее и гораздо менее энергозатратные, чем обычные. А на искалеченную душу мага уже слетались демоны. Поэтому в древности бездушники часто с ними сотрудничали, — пересказала она словно заученный абзац из учебника. — Мой вопрос в другом. Почему смертная казнь не за любое использование магии души, а именно за использование ее во вред?

— Студентка Стоун, вы вроде бы умная… — Было заметно, что профессору Молану отнюдь не улыбается проводить лекцию на отвлеченную тему, но, видя, как заинтересованно смотрят на него студенты, ожидая ответа, он все же сдался и вздохнул. — Хорошо, давайте возьмем отвлеченный пример. Представим, что стихийная магия, которой мы все с вами пользуемся, — это кухонный нож. Им очень удобно выполнять всякие бытовые дела. Но при этом можно ли им убить или покалечить? Разумеется. Значит ли это, что кухонные ножи стоит запретить? Нет, не значит.

Магия души в нашем примере будет очень острым мечом. И возможно, для каких-то бытовых дел меч даже удобнее, чем нож. Но при этом все согласны, что необходимо ограничить ношение мечей в общественных местах.

Если от человека с ножом вы в теории еще отобьетесь, то от человека, который бежит на вас с мечом, отбиться гораздо сложнее.

Проблема магии души в том, что если человек применяет ее только для того, чтобы разогреть себе чай, к примеру, то он никакого вреда для себя не почувствует. Из этого может возникнуть ложное желание разрешить «мечи» для всех. Но грань очень тонка.

Если хоть раз применить эту магию со злым умыслом, причинить кому-то вред, толкнуть в коридоре не понравившегося вам одногруппника, испортить чужую домашнюю работу, то она оставляет отпечаток на душе мага. Крохотный, но оставляет. А дальше остановиться просто невозможно, постепенно она сводит с ума.

Возвращаясь к нашим мечам и ножам. Если тебя поймали на хранении меча — это одна статья. А вот если ты когда-либо бросался с мечом на других людей — тут только высшая мера наказания. Запомните: одним разом никогда не ограничивается. Бездушники, раз ступив на эту дорожку, рано или поздно оказываются в полной тьме.

Я, как и все, слушала его слова, затаив дыхание, и не могла перестать думать о Лиаме. Получается, демонов притягивает не просто магия души, а именно этот самый «отпечаток»? А значит, Лиам не просто использует запрещенные практики, он использует их во вред другим?

— Так, что же, — профессор Молан громко хлопнул в ладоши, — раз этот момент мы с вами прояснили, давайте вернемся к теме нашей встречи сегодня. Итак, к тяжким и особо тяжким преступлениям, за которые положено до пятидесяти лет лишения свободы, относятся…

Сегодня утром тренировку провести не удалось. Лиам сослался на какие-то неотложные дела, я, разумеется, выспрашивать не стала. Правило «откровенность за откровенность» никто не отменял. Несмотря на то что мы уже успели узнать друг о друге, уверена, у каждого хранится далеко не один скелет в шкафу. В лучшем случае — в фигуральном смысле.

Было решено забронировать полигон вечером. Вот только не мы одни такие умные оказались, так что свободное место нашлось только во время ужина, что не прибавляло хорошего настроения. Так что теперь я стояла на тренировочной площадке академии, где густой туман утопал в темноте. Еще и накрапывал мерзкий мелкий дождик, оседающий сыростью, казалось, в самом нутре. Поднятый воротник формы не особо спасал.

Зато Лиам аж лучился довольством, в открытую практически наслаждаясь погодой. Еще и умудрялся запрокидывать лицо вверх, будто ему совсем не холодно. Купаясь в мелких то ли капельках, то ли мокрых снежинках, отчетливо видных в свете магического фонаря.

— Сосредоточься, Мира, — сказал он твердо. — Ты можешь это сделать. Просто повтори рисунок заклинания за мной.

И нарисовал в воздухе светящуюся фигуру, очень медленно напитывая ее магией.

Я раздраженно выдохнула. Серьезно? Думает, я не заучила ее еще на первом занятии и лажала на всех практиках только лишь потому, что мозгов не хватило повторить рисунок?!

— Ну-ну, не пыхти так громко. Это не все плетение. Поверх него добавляешь еще вот эти три петли и вот такую загогулину. Попробуй, — добавил он, вырисовывая новые детали.

Я непонимающе нахмурилась. Это все еще выглядело как стандартное боевое заклинание Адера, и все же было не оно. Так, вот эту петлю я знаю, проходили на стихиях. Отвечает за огонь. В то время как заклинание Адера воздушное. Хм… А росчерк, если я правильно помню руны, идет как связка в заклинаниях, рассчитанных на двойное действие. Например, в бытовых, когда нужно не только очистить картофель от кожуры, но и выковырять глазки и удалить гниль…

— Ты объединяешь все стихии? — осенило меня.

— Да, но если выполнить петли технично друг за другом, то никто даже не заметит, что ты их использовала. Вернее, заметит, что заклинание усложнено, но кому придет в голову, что до такой степени?

— А разве земля не сведет действие воздушного заклинания на нет по сути?

— Нет, если ты включишь ее в последовательности первой и перекроешь петлей воды. Но придется отточить движения. А так — заклинание, которое мы проходили на занятиях. Только теперь оно объединяет в себе воздух, огонь, воду и землю. Попробуй, должно получиться.

Некоторое время я недоверчиво всматривалась в рисунок, не особо веря в успех, но… Тренировка на то и тренировка, что мы учимся что-то делать. Да и до турнира в любом случае нужно успеть взять все возможное.

Вздохнув, я закрыла глаза, пытаясь сконцентрироваться. Напитать чары магией стихий проблемой не было, в отличие от самого плетения: требовалось выполнить его так, чтобы оно выполнило всю работу за меня — закрыло землю водой, нейтрализовало воду огнем и оставило лишь воздух, усиленный за счет энергии от перекрытия остальных стихий.

Это было все равно что натягивать гетры через голову. Теоретически возможно, если они очень хорошо тянутся, но вот практически…

В первый раз ничего не получилось. Как и во второй. Да и в третий.

— Все получится, я в тебя верю! — излишне жизнерадостно воскликнул вдруг Лиам. Зло выдохнув, я открыла было рот, собираясь высказать, куда ему следует запихнуть эту веру. Но вместо этого бросила усовершенствованным заклинанием Адера. Неожиданно для самой себя.

Но не для Лиама, который, смеясь, отскочил в сторону, совсем не пораженный такой моей реакцией. Не удивлюсь, если окажется, что его фраза была чистой воды провокацией.

— Ну что, теперь время нормальной тренировки? У нас время до конца ужина.

Вместо ответа я одарила его злым взглядом и бросила еще один боевой пульсар. В этот раз на его создание я потратила меньше сил, уловив принцип напитки линий. Правда, и от него Лиам уклонился играючи.

— Давай так. Если сумеешь победить, с меня ужин в «Мече и пульсаре», — предложил он миролюбиво.

— Как благородно с твоей стороны. Только у меня нет пропуска, забыл? — скривилась я.

— Зато у меня есть. Постараюсь принести ужин поскорее, чтобы не остыл. Что скажешь? — сверкнул белозубой улыбкой Лиам.

— Отличник и умница Лиам в качестве личного доставщика еды? — протянула я, смакуя эту мысль. — Заманчиво.

И только я это сказала, как Лиам атаковал меня серией заклинаний. В груди забурлил азарт. Уклоняясь от пульсаров, я бросала в ответ свои, стремительно перемещаясь по полю. Был соблазн использовать свои козыри, но я понимала, что правильнее будет отрабатывать новое заклинание. Впрочем, и Лиам использовал лишь те, что нам показывал профессор Рок.

Что не мешало мне пытаться достать Лиама подсечкой или даже банально бросить горсть песка, метя ему в глаза. Впрочем, он на это лишь улыбнулся шире и едва не подловил меня, молниеносно избавившись от куртки и кинув ее в меня. Стоит признать, в качестве отвлекающего маневра крутой финт. Наша тренировка теперь больше напоминала опасный танец, пропитанный магией, где каждый шаг был тщательно продуман и быстро исполнен.

В какой-то момент у меня словно открылось второе дыхание, теперь я не тратила время на построение нового плетения и насыщение линий магией. Я будто отпустила свое внутреннее «я», действуя интуитивно. Я чувствовала, как сила моих заклинаний увеличивается, окутывая Лиама сверкающими вихрями магии, в то время как мой резерв не опустел и наполовину. Наоборот, я давно не чувствовала себя такой сильной. Умом понимала, что это всего лишь одно заклинание, да и то мне показал его Лиам, и все же эта мелкая победа над собой пьянила. И это чувство усилилось, когда бездушник понемногу начал отступать, уворачиваясь от моих атак. Похоже, начал уставать…

Не успела я додумать эту мысль, как Лиам сделал обманный маневр, полностью открываясь для удара. И я попалась, бросилась в его брешь! И чуть не потеряла равновесие, оказавшись в его захвате. Теперь мы были лицом к лицу, его горячее и быстрое дыхание ощущалось на моей коже. Мое сердце бешено колотилось, и я чувствовала, как магия между нами создает странное притяжение. Или дело не только в ней? Змейка, это ты шалишь? Но моя подруга не отозвалась, затаившись еще до начала боя.

Мгновение казалось вечностью, и я могла почувствовать каждый его вздох, каждое его движение. Его губы почти касались моих… Но в следующий момент Лиам резко отступил, прерывая этот момент, и меня обдало снопом безвредных искорок.

— И тут ты могла бездарно проиграть, попавшись на детскую уловку, — заявил он, нагло улыбаясь, будто только что ничего не произошло.

Внутри меня бурлили разнообразные эмоции. Пусть между нами было расстояние в пару шагов, я видела, как он невольно облизнул губы, да и улыбка самую каплю отдавала фальшью. Как и его чуть дрогнувший голос.

Прищурившись, я шагнула к нему. Он напряженно замер, активировав пульсар, но пока не отправляя его в полет. Я показала ему пустые руки.

— Я усвоила урок, магию больше использовать не буду, — произнесла я примиряюще, сделав к нему еще шаг. — Но мне бы хотелось подробнее обсудить «детские» уловки.

Мой голос приобрел вкрадчивые нотки, когда я практически вернулась в исходную позицию.

— Что именно? — попытался улыбнуться Лиам, но потемневший взгляд выдавал его с головой. Я же вновь ощутила то самое влечение. Флер от использованной им магии не давал мне покоя, будоражил, подталкивал к нестандартным действиям.

— Что в твоем понимании проигрыш, Лиам? — прошептала я, положив руку на его грудь, обтянутую тонкой тканью безрукавки. Несмотря на отсутствие куртки, от него прямо веяло жаром.

— Конец всего, — честно ответил он, наблюдая за тем, как моя ладонь ползет по его груди выше к шее.

Улыбнувшись, я приблизила свои губы к его и, практически касаясь их, прошептала:

— А для меня — шанс попробовать еще раз…

И, не в силах себя сдерживать, поцеловала. Парень с готовностью ответил на поцелуй, перехватывая инициативу, но уже секунду спустя возмущенно вскрикнул, отстранившись. На моих губах расцвела довольная улыбка. А у его шеи было острие моего кинжала, который я держала в рукаве.

— Убит. Без магии, как и обещала. Что там по ужину? Слышала, у них очень вкусные бараньи ребрышки в вишневом соусе. Надеюсь, ты верен своему слову и принесешь все теплым, — подмигнула я, отступив.

И едва сдержалась, чтобы не рассмеяться от возмущения на лице Лиама. Хотя веселье и довольство собой были далеко не единственными эмоциями, которые я испытывала в этот момент. Но за ними так легко скрыть собственную растерянность. Ибо как раз поцелуй в моем обманном маневре и не планировался…

Возмущение и едва ли не обида на лице Лиама сменились уважением и заинтересованностью.

— Пусть будет так. Только я не обещал, что принесу ужин в твою комнату и только на тебя. Через два часа в моей комнате. — И он позерски склонил голову в поклоне. Подхватив куртку с земли, подмигнул мне и первым покинул полигон.

Я же озадачилась еще больше. Почему у меня такое чувство, что в этом раунде победа осталась как раз не за мной?

Лиам считал себя мастером неожиданных ходов, так почему же в этот раз он не смог предугадать действия этой девчонки? И кто тут с кем играет?

Прежде ему уже доводилось соблазнять женщин. Это всегда было по приказу Учителя, с определенными целями. Найти компромат, подкупить, создать повод для шантажа (если речь шла, например, о замужних дамах, которым он мог угрожать потом приданием их связи огласке).

Но здесь, с Мирой, все было по-другому. С ней не было нужды притворяться. Она знала, кто он, он знал, кто она. И эта иллюзия открытости невероятно будоражила и ударяла в голову адреналином.

Она могла сдать его в любой момент с потрохами, отправить на казнь одним своим словом. Давно ли он перестал строить планы, как и когда он уберет ее? Давно ли простил ей ее шантаж?

И почему же от короткого прикосновения девичьих губ он испытал куда больше эмоций, чем от всех своих предыдущих связей, вместе взятых?

«В конце концов, нужно думать о деле. — Он постарался мысленно поставить точку в бесплодных размышлениях. — Учитель приказал добыть ему кубок. Я не могу его подвести. А мои отношения с Мирой — просто приятное дополнение к процессу получения кубка. Пока они не мешают делу, я могу себе это позволить».

Может себе позволить… Эта мысль отдалась глухой тоской в области сердца. За всю свою жизнь он все и всегда делал только для Учителя. Неужели в этот раз он действительно хочет чего-то только для себя?

«Она знает, кто я. Значит, я должен держать ее близко, чтобы контролировать. Это не отношения — это вынужденная необходимость, чтобы наилучшим образом исполнить волю Учителя», — эта мысль наконец принесла облегчение и ясность. Да, все так. И это не он сошел с ума, а просто обстоятельства сложились подобным образом.

За территорию академии его пропустили без проблем, правда, напомнили о комендантском часе и о том, что менее чем через час он уже должен вернуться.

До «Меча и пульсара» было рукой подать, а потому Лиам не переживал об опоздании. Вот только едва он свернул на улицу, на которой располагалось заведение, как услышал в одном из проулков подозрительный шум.

«Это меня не касается…» — сцепил он зубы, желая пройти мимо. Ведь это было не его дело. Но тут до него тихим эхом добрались слова:

— …тварь одноногая, гони деньги…

«Не тот ли это тип, что был послан господином?»

Он свернул в проулок. Тут было гораздо меньше света, чем на широкой улице, пришлось набросить на себя чары ночного зрения, чтобы глазам не пришлось долго адаптироваться к темноте.

Пройдя чуть вперед, он увидел, как три хмурых оборванца обступили одноногого жалкого мужичка, привалившегося к стенке.

— Это наша территория, не смей тут просить подаяние, — произнес самый тощий, державший в руках трость, которую обычно носили слепые. На голове была сбившаяся повязка, из-под которой виднелись вполне здоровые глаза.

— Долго же ты от нас скакал на одной ноге, но теперь прыгать тебе больше некуда, — вторил ему самый уродливый из компании, со шрамами, обезобразившими все его лицо.

— Этот идиот сам себя в ловушку загнал, — хохотнул третий, самый низкорослый, практически карлик. Он держал в руках отнятый у одноногого костыль.

— Простите, господа, — перебил их Лиам, шагнув вперед и привлекая к себе внимание. Его голос был спокойным, но в нем чувствовалась уверенность. — Не кажется ли вам, что трое против одного — немного нечестно?

Трое оборванцев обернулись к нему, измеряя взглядом. Самый тощий из них, тот, кто держал трость, ухмыльнулся.

— Ты кто такой? — набычился на него лжеслепой. — Иди отсюда, пока ноги не переломали.

Лиам улыбнулся, его улыбка была холодной и предвкушающей. Наконец-то подвернулся хоть кто-то, на ком можно выместить раздражение. Он сделал еще один шаг вперед.

— Добрый господин… — услышал он голос одноногого, — прошу вас, не вмешивайтесь, мне стоило больших трудов загнать их сюда так, чтобы никто не заметил.

— Это кто кого гнал, падаль? — взвизгнул карлик и замахнулся костылем, чтобы ударить нищего, но тот неожиданно перехватил палку, резко повернул так, что вцепившийся в нее руками и не успевший вовремя отпустить человечек рухнул на землю. После этого одноногий вскинул костыль и резко опустил его, протыкая тело палкой насквозь. Послышался чавкающий звук, а затем короткий крик, быстро перешедший в булькающий хрип. Тип умер почти мгновенно.

Двое других перекинулись взглядами, поняли, что численного преимущества у них больше нет, и попытались сбежать. Лиам сделал пасс, вызывая магию души, и отточенным движением сбил ублюдков с ног.

Одноногий достал свой костыль, в один прыжок навис над уродливым оборванцем со шрамами и мощным ударом проломил ему голову.

Кровь брызнула во все стороны. Лиам сделал шаг назад, но мелкие капли все равно угодили и на его одежду.

— Я же просил не вмешиваться, — заметив это, сказал одноногий. — Нашему господину это не понравится.

— Если Учитель пожелает меня наказать, я смиренно и с радостью приму его наказание, но не вам мне указывать, что делать, — ледяным тоном произнес Лиам. Магия души еще кипела в нем, желая быть примененной еще и еще. Нужно было сделать над собой усилие, чтобы подавить внутри себя это сладкое томное желание разрушения.

«Остался еще один. Ты можешь поразвлечься с ним… — шепнула сила внутри, подталкивая действовать. — Ну же, давай, тебе понравится».

— Этот должен остаться в живых, — произнес одноногий, заметив взгляд Лиама. — Господин просил найти незаметного исполнителя, от которого потом можно будет легко избавиться.

«Учитель что-то задумал здесь? — нахмурился Лиам. — И не поручил это мне?»

Раньше он всегда был в курсе планов Учителя, прежде всего чтобы предупредить любые желания, стать лучшим из лучших. Правой рукой, приближенным и самым любимым, незаменимым учеником. Лиам предполагал, что за время нахождения в стенах академии неизбежно перестанет держать руку на пульсе всех планов Учителя, но слышать об этом все равно было неприятно.

— На помощь, убивают! — закричал лжеслепой, отползая к стене.

— На тупике чары. Только тот, кто применяет магию души, сможет услышать, что тут творится, — оскалился одноногий, оборачиваясь к своей жертве. — Как думаешь, сколько бездушников бродит по округе и сколько из них решат прийти тебе на помощь?

— Прошу вас, не убивайте меня… — сменив тактику, захныкал мужчина. — Я сделаю все, что вы скажете.

— Конечно сделаешь. — Одноногий выпустил в него желтый луч чар. Глаза несчастного тут же остекленели, он заткнулся, смотря невидящим взором куда-то перед собой. — Прежде всего забудь все, что ты сегодня видел.

— Забудь, что видел… — зачарованным голосом повторил лжеслепой.

Сила внутри Лиама все еще требовала выхода. Одноногий повернулся к нему спиной, проводя манипуляции со своей жертвой и зачаровывая ей сознание.

Губы парня изогнулись в усмешке. Он никому не позволит занять его место рядом с Учителем. Если что-то происходит, он должен это узнать, чтобы предвосхитить желания своего повелителя.

Пальцы сами собой сложились в руны, необходимые для ментальных чар. Одноногий в последний момент словно почувствовал что-то и обернулся, но не успел защититься, когда магия угодила прямиком в него.

Этот тип явно был не простым нищим. Далеко не первая ступень в иерархии. И даже не середина.

Подавить чужую волю оказалось непросто. Вокруг воспоминаний было расставлено множество ловушек, маяков, обманных крючков, на которые было так легко попасться. Эти метки были едва заметны и тонки, словно паутинка, их расставлял профессионал, не иначе. И что-то подсказывало, что попытайся Лиам копаться в них — Учитель тотчас же об этом узнает.

Не то чтобы тот не одобрял грызню слуг между собой, скорее даже поощрял — ведь выживает сильнейший. Но вот что определенно точно Учитель не одобрял — это срыв планов. А потому Лиам просто ограничился коротким вопросом:

— Какой у тебя приказ?

— Следить и передавать сообщения, — монотонно отчеканил нищий.

— Зачем ты поймал его? — Лиам кивнул на лжеслепца.

— Его задачей будет вынести кое-что из города.

Хм… Имеется в виду кубок? Учитель заранее готовится помочь Лиаму с поручением?

— Что за предмет? — Для экстренных перемещений к Учителю всегда использовались незарегистрированные порталы.

Сейчас у Лиама не было ни одного, да и откуда бы такому взяться в академии? Это лишний риск, но в любом случае переносить через портал магические приборы нельзя — можно сбить точку прибытия или вообще телепортироваться по частям. Следовательно, раз речь про то, что предмет придется из города выносить, значит, он магический.

— Господин желает получить демонический артефакт, который наделал шума в академии на отборе в турнир.

Что? Но у него не было приказа добывать тот артефакт. Лиам сцепил зубы, борясь с желанием причинить боль одноногому. Магия души требовала выместить на другом вспыхнувшую ревность. Учитель доверил это кому-то, кроме него? Кто-то еще в академии также работает на Учителя?

Если бы Лиам узнал об этом на пару дней раньше, то подумал бы на Миру, но теперь-то он знал, что это точно не она. Но тогда кто?

— Кому приказано это выполнить?

Из носа посыльного потекла струйка крови. Глаза начали закатываться. Очевидно, на имена был поставлен блок, и если Лиам не прекратит давление, то человек попросту умрет.

Короткое заклинание — и парень убрал чары.

Одноногий тут же пришел в себя, затряс головой.

— Как ты посмел… — прорычал он.

— Чем-то недоволен? — холодно бросил студент. — Можешь на меня пожаловаться. — Лиам отступил, намереваясь покинуть проулок. — И да, когда будешь жаловаться, передай Учителю, что я сам выполню его поручение и добуду ему артефакт.

Через два часа, как и договаривались, я торчала под дверью Лиама… А его не было дома! Еще несколько дней назад я бы посчитала это изощренной злой шуткой в духе Олены. Сейчас же внутри меня шевельнулась… злость? Не похоже. Скорее… беспокойство?

Да ну. Аж самой стало смешно от такого предположения. Беспокоиться о бездушнике, серьезно? Тоже мне…

С другой стороны, что его могло задержать? Комендантский час с минуты на минуту, ворота академии закроют и до утра никого не пустят. Лиам же не из тех, кто будет нарываться в таких мелочах, портя свою безукоризненную репутацию. Это не уже говоря о его бесящей педантичности и пунктуальности. Ни разу не было такого, чтобы он опоздал куда-нибудь хоть на минуту.

Наверное, самое правильное, что я могла сейчас сделать, это просто развернуться и уйти к себе. Не так уж я и голодна, в конце концов. Да и серьезно, не я назначала время. Раз его нет, значит, появились какие-то свои дела, и оставаться здесь и дальше попросту глупо.

Размышляя подобным образом, я устроилась на подоконнике напротив, свесив одну ногу. Торопиться мне все равно некуда. Десять минут роли не играют.

Удар гонга, заклинанием пронесшийся по всем уголкам академии, заставил вздрогнуть. Все, ворота закрыты. А еще через час повторный гонг даст сигнал отбоя. Пора возвращаться в свою комнату. Душу мерзкими щупальцами опутало разочарование.

— Стой-стой, я почти успел! — прозвучало у меня за спиной, стоило мне соскочить с подоконника. Обернувшись, я с удивлением уставилась на запыхавшегося Лиама, в руках которого был большой сверток с эмблемой таверны на промасленной бумаге.

— Не представляешь, какой там ажиотаж под вечер. Все торопятся сделать заказы до закрытия, — обезоруживающе улыбнулся он, снимая защитное заклинание со своей двери.

Я подошла ближе, оценивая непривычный образ растрепанного и взмыленного Лиама, должно быть бежавшего последние метры пути… И удивленно уставилась на мелкие алые капли на его рубашке. Мне даже показалось, что я ощутила характерный сладковатый запах с металлическими нотками, от которого у меня всегда кружилась голова. Змейка беспокойно завозилась где-то под кожей, то ли уловив мои ассоциации, то ли тоже что-то почувствовав.

— Проходи, — улыбнулся Лиам тем временем, распахивая передо мной дверь.

— Вишневый соус? — уточнила я невинно, задержавшись в проходе, и кивнула парню на пятна.

— Именно, — улыбнулся чуть шире он. И пусть его голос звучал искренне, да и улыбка выглядела естественной, я успела уловить тень досады, на миг мелькнувшей в его глазах.

— Надо же, с какими трудностями порой приходится сталкиваться, всего лишь выйдя за едой. Так рискуешь потерять свое почетное звание педанта, — заметила я нейтрально и вошла в комнату. Мы знали слишком много друг о друге, чтобы не понимать — у каждого за спиной остался еще не один сундук со скелетами. И не факт, что в фигуральном смысле.

— На что не пойдешь, чтобы сделать девушке приятно, — отозвался Лиам в тон.

Я осмотрелась, оценивая аскетичную обстановку комнаты. Две кровати, заправленные одинаковыми серыми покрывалами так, чтобы не было ни единой складочки. Письменный стол, рассчитанный на двоих, но тетради и писчие принадлежности лежат лишь на одной стороне, выстроенные под линеечку. Книжная полка заполнена книгами вся. Не удивлюсь, если они там стоят по алфавиту. Шкаф и два стула завершали перечень мебели.

Ни единого носка, висящего на спинке стула, смятого листа, упавшего под стол, пыльного угла, в конце концов. Да что там, постер любимой группы на стене, любимая подушка, листовка, приколотая к шкафу, или даже забытый дезодорант на подоконнике — ничего подобного здесь и близко не было. Словно в этой комнате провели грандиозную уборку, выставили казенные вещи, да так и забыли кого-то заселить.

Пусть комната была гораздо меньше нашей с девчонками, но, несмотря на наличие двух кроватей, здесь явно жил один Лиам.

— А где твой сосед? — все же спросила я.

Комментировать обезличенную обстановку не стала. И так понятно, что педант он, похоже, во всем. А что не оставляет личные вещи… В этом мы с ним похожи. У таких, как мы, не может быть дома, а значит, и одомашнивать свое временное пристанище не имеет никакого смысла.

— Не ужились, — несколько кровожадно ухмыльнулся Лиам, показывая свою истинную натуру, не имеющую ничего общего с пай-мальчиком, которым его считает большинство.

— Да ладно? И после этого тебе не подселили другого соседа? — справедливо усомнилась я.

— Подселяли. И не одного. Но представляешь, почему-то никто со мной не уживается. — Он показушно развел руками, состроив невинное выражение лица, и добавил с горестным вздохом: — Видать, карма у меня такая.

Не выдержав, я рассмеялась.

— Позер, — покачала я головой и заинтересованно потянулась к вкусно пахнущему свертку. — Давай, показывай, что у тебя там вкусненького. Мне еще нужно успеть вернуться к себе до отбоя.

Фыркнув, Лиам сдвинул две кровати вместе и прямо на покрывале принялся раскладывать еду. Я блаженно улыбнулась, заметив вожделенные бараньи ребрышки.

— Не боишься, что вишневый соус испачкает постель? — невинно поинтересовалась я.

— Я всегда аккуратен, — отозвался Лиам, доставая еще запеченную картошку, круглые булочки, посыпанные зеленью, и какое-то мясо, нанизанное на длинные шпажки.

Мой взгляд вновь метнулся к пятнам на его одежде. Здесь можно бы его и подловить, но…

— А я — нет. Ответственно предупреждаю: твоя постель под угрозой с моей стороны, — сообщила я со всей возможной пафосностью, аккуратно устраиваясь на ближайшей кровати так, чтобы ничего не завалить. Скрестив ноги, откинулась на подушку, сминая ее. Лиам метнул на меня заинтересованный взгляд, его губы дрогнули в легкой улыбке. Но он промолчал и шепнул какое-то бытовое заклинание.

— Все, можешь пачкать, — прокомментировал парень. — Приятного аппетита.

Какое-то время мы ели молча, наслаждаясь неповторимым вкусом высококачественных блюд. Я сама в дорогих тавернах никогда не бывала, но теперь понимала, почему за их блюда требуют столько денег.

— Как ты можешь это есть? Я думал, ты шутила, — не выдержал Лиам в какой-то момент, наблюдая, как я с наслаждением слизываю потекший по пальцам мясной сок вперемешку с вишневым соусом.

— А что не так?

— Нормальное мясо должно быть замариновано в адекватных специях. Сладко-кислое мясо — это извращение, — заявил Лиам авторитетно.

— Ну и пусть, зато вкусно, — фыркнула я. — Не идет ни в какое сравнение с той пересоленной гадостью, что у тебя в руках.

Лиам удивленно посмотрел на свое мясо на шпажке.

— Да нормально тут по соли, попробуй, — предложил он.

— Нет уж, уволь, — замотала я головой. — Не слышал разве, что это белая смерть?

— Разве это не про сахар? — усомнился Лиам.

— Один хрен. Что то, что то создано лишь для того, чтобы перебить истинный вкус блюда, — скривилась я.

— Так понимаю, в твоей жизни был период, когда ты достаточно долго жила в лесу? — неожиданно сделал правильные выводы Лиам, отчего я даже поперхнулась. И ведь в точку попал!

— Как ты догадался?

Я даже не стала отпираться, желая узнать, на чем базируются его выводы. Только лишь на том, что я последняя жрица? Так я не рассказывала, как именно стала последней и что случилось с предпоследней. Да и при чем тут тогда разговор о еде? Ментальное воздействие я бы почувствовала. Как минимум змейка предупредила бы.

— Лес полон пищи, там можно долго жить и ни в чем не нуждаться. Ягоды, грибы, мясо, рыба — все есть, нужно лишь уметь добыть. А вот со специями негусто. И если поначалу ты, вероятнее всего, страдала от отсутствия да хотя бы элементарной соли, то постепенно привыкла. На это явно ушел не один месяц. А учитывая, что и сейчас тем привычкам не изменяешь, ты успела привыкнуть, что так правильно. Наверное, это даже больше года. И с какого возраста тогда? Говорят, детское сознание податливое и, если вбить нужные установки в раннем возрасте, они останутся на всю жизнь. Как же ты там оказалась и почему не спешила идти к людям, к родным?

Аппетит моментально пропал. Лиам зацепил те струны, что отозвались болью в душе. Впрочем, откровенность такая штука, что в нее можно играть вдвоем.

— Твои родители. Где они? Как отнеслись к тому, что ты бездушник? Или они же и научили тебя всему, что знаешь? — в тон ему спросила я, криво усмехнувшись.

На лице Лиама на несколько мгновений отразились боль, гнев, раздражение. И сменились пониманием. Натянуто улыбнувшись, он кивнул.

— Я понял, прости, — произнес он, заставив меня несколько растеряться.

— Не извиняйся, — дернула плечом я. У каждого из нас был собственный груз боли и воспоминаний, который не так просто было отпустить.

Лиам улыбнулся уже более искренне, протянул руку, коснувшись краешка моих губ.

— Ты испачкалась. — Ео голос звучал хрипло, а палец невесомо скользнул по коже.

Короткое прикосновение моментально вызвало целую бурю эмоций. Змейка на спине зашевелилась, сладко потягиваясь, словно на нее упали солнечные лучи и она теперь нежилась в них, наслаждаясь светом. По коже пробежали мурашки. Я сама с трудом подавила желание прильнуть к его ладони и потереться о нее щекой.

«Магия души…» — широко распахнув глаза, поняла я.

Демоническую часть меня влекла эта проклятая сила. Вот только отголоски применения запрещенных заклинаний были не такими, как прежде. Они были свежими, яркими, волнующими, ощущались колючей щекоткой на кончике языка, так что хотелось попробовать их на вкус.

Кровь на его одежде связана с тем, что он применял магию души? Что с ним случилось, пока он ходил до таверны?

— Ты все еще ждешь, что я расскажу тебе свою историю? Не надейся. — Я отстранилась, неуклюжей шуткой стараясь перебить неловкость.

— А ты не надейся, что я поделюсь своей, — ответил он, и я, не удержавшись, прыснула, пусть и немного нервно.

Затем тряхнула головой. Было что-то освобождающее в осознании, что у каждого из нас есть своя темная сторона, свои демоны прошлого.

Если я сама ему не доверюсь, то какое право я имею спрашивать о том, что скрывает он?

— Я не помню своих родителей. Я вообще ничего не помню из своего детства. Мое первое воспоминание — это ритуал, на котором ко мне подселили демона. Было очень больно. — Я говорила спокойным тоном, почти безэмоциональным. — Мне тогда лет пять, наверное, исполнилось…

Лиам накрыл мою руку своей, заглянул в глаза. По коже тут же поползли искорки. Что же он такое колдовал сегодня, что пришлось прибегать к магии души? На него кто-то напал и ему пришлось защищаться? Или он напал на кого-то? Вот только зачем? Не последний же обед в таверне отбирал?

— Ты не обязана рассказывать, если не хочешь.

— Но я хочу, — пожала я плечами, убирая руку, чтобы потянуться за салфеткой. — Как же вкусно… Так вот, ритуал. После него я жила с бабушкой. Я не знаю, родная я ей была внучка или приемная. Да и про моих родителей она никогда не рассказывала. Только про весь культ в целом. И что мы с ней остались последними. — Лиам слушал внимательно и ни разу не перебил. — Она учила меня чтению, письму, колдовству. Самым азам. Но в один день мы пошли на рынок, и там ее узнали стражники. Она велела мне бежать, а сама вступила с ними в бой, чтобы задержать их и скрыть мой побег. Ее убили, а я осталась одна на улице.

Я закончила бодрым тоном, не слишком вязавшимся со смыслом слов. Грусть в душе попыталась поднять голову, но я затолкала ее куда подальше. Смысла лить слезы по давно минувшим событиям тоже не было. Я достаточно оплакала смерть своей бабушки еще в детстве и до сих пор была благодарна ей за все, что она для меня тогда делала. Вряд ли бы ей понравилось видеть меня страдающей до сих пор.

Натужно улыбнулась, пытаясь вспомнить, с чего вообще начался этот «откровенный разговор».

— В общем, в лесу я жила около полутора лет. На самом деле не совсем в лесу — рядом была деревня, и я периодически выходила туда, чтобы продать собранные грибы и ягоды, заготовленный хворост. Купить на эти деньги мало-мальски пригодную одежду. Без обуви тоже было бы совсем печально. А потом в этой деревне одна женщина потеряла зрение и предложила мне пожить с ней, помогать по хозяйству в обмен на кров. Я ее тетушкой все звала. Два года назад тетушка умерла, у нее сразу же объявились наследнички и выгнали меня взашей из места, которое я привыкла называть домом. Какое-то время опять бродяжничала, а потом… — я раскинула руки в стороны, показывая на обстановку вокруг себя, но имея в виду всю академию в целом, — оказалась тут.

Я замолчала, ожидая его вердикта. На самом деле это была сильно урезанная версия моей истории, без лишнего и ненужного драматизма, без голодных ночей и дней, без подробностей о том, как приходилось спать где придется, есть что придется, защищать себя любыми методами. Скрывать свою личность, бояться быть пойманной и отправленной на казнь. Мир бывает жесток. Но Лиаму ли об этом не знать? И вместе с тем на моем пути ведь встречались и хорошие люди. Моя бабушка, приютившая меня женщина. Да и сам Лиам.

— Знаешь, — вдруг произнесла я, — я никому прежде про себя не рассказывала, а это, оказывается, так приятно. Смотришь на свою жизнь словно со стороны и думаешь: а вроде и ничего. Ведь были и светлые моменты.

Парень смотрел на меня странным взглядом, словно видел впервые.

— Знаешь, — начал Лиам после паузы, отставляя пустую тарелку в сторону, — мы с тобой и вправду похожи больше, чем кажется.

Я кивнула, чувствуя неожиданную тяжесть в груди.

— Возможно. Помни об этом, когда будешь отстирывать постель от жирных пятен, которые я тут наставила, — фыркнула я. — И не смей ругать меня за них даже мысленно.

Он рассмеялся, в глазах появился озорной блеск.

— Этого не обещаю.

— Тогда, как истинная жрица культа Змеи, я буду вынуждена наслать на тебя демона, который будет преследовать тебя и мучить за каждую плохую мысль в мою сторону. — Я ткнула указательным пальцем в середину его лба, поддаваясь заразительному смеху.

— Пусть вся моя одежда будет навечно покрыта жирными пятнами, если я хоть раз упрекну тебя за них, — он произнес это с таким торжественным выражением лица, что я едва не повалилась на матрас, давясь распирающим меня весельем.

— Звучит как серьезное проклятие. Ладно, я пощажу тебя… пока.

— Ты меня пощадишь? Эй, это я вообще-то страшный и опасный бездушник, такими, как я, родители детей пугают, это ты должна просить меня о пощаде, — и с этими словами он принялся меня щекотать, мы оба повалились на кровать, захлебываясь от смеха.

В какой-то момент Лиам оказался сверху. Глаза в глаза. Мы затихли, чувствуя, как сердца начали биться в унисон.

Снаружи раздался колокол — осталось двадцать минут до отбоя.

— Мне нужно возвращаться к себе, — произнесла я тихо, затем кивнула в сторону еды, которая перевернулась от нашего веселья. — Остаткам ребрышек уже хана. Как и твоей кровати.

Лиам не двигался с места, в его взгляде появилась тоска.

— Я не хочу тебя отпускать, — признался он шепотом, в котором сквозило какое-то отчаяние. Куда подевался тот нахальный самоуверенный тип, который своей неприступностью свел с ума всех студенток от первого до последнего курса?

— За ночевку вне комнаты могут выписать предупреждение, — попыталась вразумить его я. — А я и так в «расстрельном списке» из-за успеваемости. Мне нельзя нарываться. Иначе меня отчислят. Я ведь тебе уже говорила об этом.

Он молчал, лишь продолжать нависать надо мной, ища что-то в моем лице.

— Лиам… — Я попыталась мягко отстраниться, но он не дал. — Мне правда пора идти.

В конце концов он кивнул, встал, протянул мне руку, помогая подняться. Взъерошил пятерней свои волосы.

— Ты права. Я тебя провожу, ты не против?

В жизни Лиама всегда все подчинялось правилам и было рассчитано по секундам. Каждое действие отточено. Каждое слово продумано. Каждая эмоция старательно срежиссирована.

И какое имеет значение, что правила меняются десятки раз за день? Просто новый уровень сложности, где важна реакция и способность к адаптированию.

Жизнь и свобода никогда не принадлежали Лиаму, да и как иначе, если не он их себе давал? Подчинение всем правилам — гарантия безопасности. По крайней мере, это снизит риск умереть от руки Учителя.

Для Лиама это было понятно и естественно, как дышать. Что может быть проще? Он презирал слабаков, не выдерживающих такого образа жизни и предающих Учителя, пытаясь что-то скрыть от него. Их кара была заслуженной, а поступки непонятными… До сего дня.

Нет, Лиам не терял голову, не пытался что-то скрыть сейчас или в будущем, все было как прежде… Вроде бы. Бездушник и сам не мог сказать, что изменилось. Почему ему рядом с Мирой дышалось так свободно, чувства обострились, а в голове возникали странные мысли и желания? Никогда прежде он не чувствовал себя настолько живым, настолько целостным… Она что-то сделала с ним? Приворот, заклинание? Чушь! Он бы почувствовал. Да и знает, как это должно ощущаться.

Лиам все еще видел все ее недостатки, слабости, что-то, может, даже раздражало… Или должно бы раздражать. Ну вот как можно есть так, чтобы соус стекал по рукам, капал на колени, на кровать? И какого демона это вызывает у Лиама не ярость и брезгливость, а смех и что-то совсем непонятное, отчего в груди теплеет?

Сигнал к отбою прозвучал как нельзя более вовремя. Лиам едва не… Не что? Не проболтался? Нет, он себя контролировал. В ответ на откровенность Миры он планировал выдать ей усеченную версию того, что хранилось в его прошлом. Кусочек, который сам по себе не имеет значения и не выведет ни к чему конкретному даже самого искусного шпиона, за спиной которого все имперские дознаватели.

Тогда почему он испытал одновременно и облегчение, и жестокое разочарование оттого, что момент упущен? Лиам не знал ответа на этот вопрос. На автомате предложил проводить Миру до ее комнаты и сейчас тщательно анализировал каждое слово, действие, испытанную за этот вечер эмоцию, силясь найти ответ. Которого не было. Или же?..

— Я хочу получить свою награду, — выдохнул Лиам, перебив Миру на полуслове, когда они уже почти дошли до женского крыла общежития.

— Что? — растерянно моргнула девушка, уставившись на него с недоумением.

— За то, что мы прошли отбор. Ты обещала, помнишь? Ключ, — напомнил он, чувствуя, как его затапливает облегчение.

Он сделал все правильно. Он все еще любимый ученик Учителя и выполняет его задание. Вот ради чего все это… Внутри шевельнулся росток сомнений, одновременно с этим на краткий миг душу охватило ощущение брезгливости к самому себе. Но не успел он ухватиться за эту эмоцию покрепче и разобраться в причинах ее возникновения, как все прошло.

— О, точно. Прости, надо было сразу взять с собой, — хлопнула себя по лбу Мира.

— Мы можем сейчас взять ключ, и я пойду туда. Просто загляну внутрь, до отбоя целых двенадцать минут, — непринужденно улыбнулся Лиам у самой ее двери. Но, похоже, что-то сделал не так. Легкая улыбка исчезла с лица Миры, в ее глазах мелькнула быстрая эмоция. И вроде все как прежде, но ощущение единения, близости, тепла в конце концов, испарилось.

— О. Ясно, — кивнула она каким-то своим мыслям. И добавила с некоторой ехидцей и вызовом: — Только я совсем забыла упомянуть о расставленных там защитных заклинаниях и ловушках десятого уровня. И это только то, что видно в открытую дверь. Понятия не имею, чем охраняют сами стеллажи и есть ли там что за ними. Но искренне желаю тебе удачи.

И мрачно ухмыльнулась, ожидая его реакции. Лиама же неожиданно это развеселило, изнутри начал подниматься азарт.

— Этого стоило ожидать, — подмигнул он опешившей Мире. И сразу, без перехода, неожиданно для них обоих предложил: — Как насчет того, чтобы составить мне завтра компанию в попытках проникнуть внутрь… партнер?

— И с чего мне вдруг соглашаться? — фыркнула она насмешливо. Но Лиам был готов поклясться: в ее глазах он увидел отражение испытанного им азарта.

— Обещаю: будет очень опасно. Возможно, даже смертельно, — выдал он наобум, понизив голос до соблазнительного шепота.

— Мм, знаешь, чем купить девушку, — ответила Мира ему в тон, дразняще улыбнувшись. И продолжила уже нормальным тоном: — Я подумаю. Завтра на утренней тренировке еще вернемся к этому разговору. Сейчас вынесу ключ.

Ее не было буквально пару минут, а улыбка так и не желала сходить с лица бездушника. Его затапливало предвкушением. И оно было гораздо ярче, чем когда он думал, что просто откроет дверь и заберет то, что нужно Учителю. Мелькнувшая мысль, что он совершает ошибку, беря с собой Миру, была отброшена как бессмысленная. Что так, что так он просто выполняет поручение Учителя. А Мира — сильный компаньон, который поможет ему обезвредить заклинания и ловушки. И одновременно мелькнула противоречащая этому мысль: «Я сумею защитить Миру». А вдогонку совсем бредовая полувопросительная: «Это свидание?»

Улыбка на лице Лиама стала еще шире. Почему бы и нет? В его понимании это было гораздо идеальнее пустого трепа ни о чем с той же Оленой в самой дорогой таверне.

— Держи.

Выскочившая из комнаты Мира пихнула ему в руку нагретый ее теплом кусочек металла. Лиам неосознанно задержал ладонь девушки в своей. Удивительнее, что и она не спешила отпускать его.

— Если вдруг надумаешь наведаться туда без меня и не явишься на утреннюю тренировку по причине своей весьма болезненной и нелепой смерти, я обижусь, — заявила она, смешно нахмурив брови. — А обидевшись, найму некроманта, чтобы оживил твое бренное тело. И накостыляю тебе так, что твоей душе больше никогда не будет покоя, понял?

— Я учту, — искренне улыбнулся Лиам, вновь испытав все то же тепло. — И так просто тебе от меня не отделаться, это могу обещать совершенно точно. До встречи на тренировке!

И, подавив желание прижать Миру к себе и поцеловать, как под конец их последнего спарринга, он крепче зажал ключ в кулаке и ушел. У него оставалось еще целых семь минут до отбоя…

В спальне вместе со мной жили две студентки-третьекурсницы. Если в начале моего к ним заселения они еще пытались изображать дружелюбие, то сейчас, к концу первого семестра, все наше общение сводилось к «доброе утро», «спокойной ночи», «кто следующий в душ занимал?».

Меня это целиком и полностью устраивало, но, побывав в спальне у Лиама, я все же испытала легкую зависть. Жить одной было бы очень здорово.

Когда я вошла, соседки еще не спали, а о чем-то шушукались, сидя на кровати одной из них.

— Мира, привет. Ты так рано уходишь, поздно приходишь, мы тебя и не видим почти, — хихикнула белокурая пышногрудая Дана, махнув мне рукой в приветствии.

Я даже не сразу поняла, что это ко мне обращаются.

— Да, Мира, мы тебя так и не поздравили с прохождением отбора. Ты молодец. Мы очень рады за тебя, — заговорила Нинель, высокая и тощая брюнетка со стильным каре. — Расскажешь, как все прошло?

Рады они, как же! Я бы, может, им даже поверила, если бы не слышала сама, как они ночью, думая, что я уже сплю, обсуждали, как будет здорово, если меня отчислят. Тогда весь остаток учебного года они будут жить только вдвоем, ведь после первого семестра обычно никого нового не зачисляют и не подселяют.

— Спасибо, девочки. — Я постаралась изобразить самую доброжелательную улыбку. — Расскажу, но в другой раз, очень уж спать сейчас хочется.

— А мы так надеялись, что ты нам расскажешь что-нибудь про Лиама Онда.

— Да, он такой сексуальный, — хихикнула Дана, начав показательно обмахиваться руками. — И как только вы с ним сговорились?

— А правда, что вы с ним встречаетесь? — шепотом уточнила Нинель, будто нас могли подслушать.

— Я не… — Я хотела было как обычно все отрицать. Мне ни к чему лишние проблемы с влюбленными в Лиама девушками. Хватит того, что не так давно Олена чуть не поколотила меня в раздевалке из-за тренировки с бездушником.

А потом вдруг подумала. Какого демона? Мы целовались? Целовались. Время вместе проводим? Проводим? Даже уже ужинали вместе, после чего он меня провожал.

— Вот видишь, Дана. Я же говорю: они не вместе. Ты же сама с ним на свидание как-то ходила. Что, думаешь, он бы запал на…

— Да, мы встречаемся, — перебила ее я.

— Что?! — хором переспросили они обе, уставившись на меня круглыми от удивления глазами.

— Не надо делать вид, что не услышали. Мы с Лиамом пара, — повторила я чуть жестче.

Мои слова повисли в воздухе словно тяжелый дым. Дана и Нинель переглянулись, каждая пыталась понять, поверила ли мне другая, а затем они снова повернулись ко мне. Выражения лиц менялись от недоверия к изумлению, а потом к эмоции, которую я определила как зависть.

— Да что он в тебе нашел? — наконец прошептала Дана, ее голос звучал почти сдавленно. — Ты же всегда такая замкнутая, странная…

«Ну как тебе сказать, — усмехнулась я про себя. — Оказалось, что он еще более странный, чем я».

Я улыбнулась, чувствуя, как внутри меня растет уверенность. Мне понравилось видеть их в таком состоянии — ощущалось мое преимущество.

— Ну ладно, — сказала я, видя, что разговор зашел в тупик. — Мне действительно нужно спать. Доброй ночи.

Умылась, переоделась и легла спать, накрывшись одеялом. Уснула далеко не сразу. Какое-то время ворочалась, улыбаясь при воспоминании о том, как исказились лица Даны и Нинель. Не нужно быть отличницей, чтобы знать наверняка, что завтра об этом разговоре услышит все общежитие. И если раньше меня лишнее внимание бы беспокоило, то сейчас было все равно.

Внутри меня разгоралось нечто новое, чего прежде я никогда не испытывала. Захватывающее, странное, неправильное, но такое желанное.

Я проснулась в отличном настроении. С утра мы договорились встретиться с Лиамом на тренировке. Вот только при выходе из общежития меня встретил Бэзил Свон, одногруппник Лиама. Зевая, он передал мне записку: «Планы поменялись. Тренировки не будет. Встретимся после пар в библиотеке у шестнадцатой секции».

Вот же!

Вместе с раздражением в душе шевельнулось беспокойство. С ним что-то случилось? Он сунулся в архив без меня и пострадал от защитных заклинаний? Или это как-то связано с тем, что он применял запрещенную магию души вчера вечером?

— Когда он тебе это передал? — потребовала я от Бэзила, который уже собирался уходить.

— Так утром и передал. Сказал, что не выспался, всю ночь маганализ делал и на тренировку сил у него нет.

— И ты согласился так рано встать, чтобы предупредить меня?

— Так он мне за это списать даст то, что он ночью решал, — улыбнулся толстяк, но улыбка смазалась мощным зевком.

— Что ж. Спасибо, передай Лиаму: пусть высыпается, — улыбнулась я и ненадолго вернулась в общий холл общежития подождать, пока Бэзил скроется из виду.

В то, что Лиам всю ночь делал домашку и поэтому опоздал, я не поверила ни на секунду. Но что же тогда произошло?

Ашакура! И дернуло же меня передать ему этот ключ сейчас. Договорились же пойти посмотреть на архив сегодня вечером, нужно было вечером и отдавать. Мог ли он нарушить свое слово и все-таки сунуться туда один?

Сам ключ оказался у меня совершенно случайно. Если, конечно, кражу можно считать случайностью.

В начале учебного года, когда я еще была на хорошем счету у преподавателей и моя полная неспособность к обычной магии еще не вскрылась, меня попросили помочь перетащить в одиннадцатую секцию книги, которые с этого года попали в перечень запрещенных из-за ужесточений в правилах. Мне нужно было просто пройтись по библиотеке со списком и выбрать нужные тома. Ничего особенного среди них не было. В основном под раздачу попали книги, в которых упоминались названия наркотических веществ или техники бездушников без негативной окраски.

Из-за постоянных атак, которые совершали последние на мирных горожан в королевстве, законы на их счет ужесточались с каждым годом.

Разумеется, в сам архив меня никто не пускал, хотя, когда дверь туда открывали, я успела разглядеть множество защитных заклинаний и барьеров, которые были наложены. Просто в какой-то момент я осталась одна, библиотекарь ушла внутрь архива, а ключ оказался вопреки всем правилам безопасности воткнут в дверь и без присмотра. Кто будет опасаться такую старательную помощницу-первокурсницу?

Изначально я не собиралась его красть! Просто вытащила из замка, чтобы рассмотреть, какие на нем магические плетения.

А когда услышала шаги возвращающейся библиотекарши, машинально сунула в карман.

— Я тут вроде ключ оставляла… — спросила меня пожилая женщина.

— Нет, вы его с собой забрали… — Я сказала это в надежде, что она пойдет обратно проверить, а я тем временем выкину ключ из кармана на пол. Вот только она, к моему удивлению, состроила страдальческое лицо.

— Я его, наверное, вместе с книгами упаковала… Точно. — Женщина тоскливо поглядела на защитные заклинания. — Это сейчас снова идти открывать, закрывать… — Тряхнув головой, она решительно закрыла дверь. — Ладно, потом как-нибудь. У меня дубликат есть. Только не говори никому, поняла?

Она строго посмотрела на меня, и мне ничего не оставалось, кроме как торжественно пообещать:

— Никому. Только между нами.

Вот только, получив ключ, что с ним делать, я не представляла. Не с моим уровнем владения магии лезть в подобное место.

Но похоже, Лиама защитные чары не остановили. Если узнаю, что он без меня полез…

Весь день мысли о Лиаме не выходили из головы. Не сказать, чтобы я сходила с ума от беспокойства или нечто подобное — раз сумел передать записку, значит, как минимум ноги ходят, руки работают, голова соображает. Зато злость расцвела в полной мере. А вместе с ней раздражение на такое его безрассудство. И, может, самую каплю обида, что пошел без меня.

Конечно, этого стоило ожидать, не зря он просил прогуляться к архиву перед отбоем. И, отдавая ему ключ, я нечто подобное подозревала. Предполагала, что если и не сунется внутрь, то хотя бы посмотрит на плетения ближайших заклинаний. Вот это самое понимание и бесило больше всего. Да и злилась я больше на себя, что надумала тут невесть что и никак не могу заставить дурацкие мысли и эмоции исчезнуть.

Хотя нет. Я могла сказать совершенно точно, почему это вызывало такую бурю возмущений: он ради каких-то своих прихотей пренебрег нашей тренировкой! Сам же говорил, что нам нужно ловить каждую свободную минуту для усовершенствования моих навыков боя. А тут саботирует и отменяет!

Стоит ли удивляться, что к вечеру я накрутила себя до такой степени, что готова была сорваться на Лиаме за любую мелочь? Мы договорились встретиться в шестнадцатой секции, где пылились без дела мемуары всех выдающихся личностей, когда-либо обучавшихся в стенах нашей альма-матер. Сюда забредали разве что парочки, желающие уединения. Впрочем, за таковую в случае нужды и мы всегда сможем скосить. Зато отсюда можно по прямой между стеллажами выйти к тому самому архиву и проникнуть так, чтобы никто не увидел и не услышал.

— Привет. Прости, не вышло сегодня, — кивнул Лиам, едва увидев меня.

Но его бледное лицо с залегшими тенями под глазами меня ни капли не тронуло, разве что раззадорило еще больше. Еще и змейка ворочалась под кожей, науськивая.

«Бес-с нас-с, хос-сяйка! Нес-справедливо».

— И ты считаешь это нормальным? Времени все меньше! — набросилась я на него, выплескивая разом бурлившие во мне эмоции. — Или тебе главное было получить ключ от архива — и все, дальше можно не напрягаться?

Едва сказав эти слова, я поняла, насколько глупо выглядит мой наезд. Стоит вспомнить только, с чего все началось. Мой шантаж — угроза выдать его, если не станет мне партнером на турнире. И мои же слова, что мне главное — попасть на первый этап, а дальше уже не его заботы, каким образом я собираюсь идти к финишу… Со своей стороны он выполнил сделку. Мы прошли отбор, в качестве бонуса я отдала ему обещанный ключ от архива, выдавать и так не собиралась. И даже если во время прохождения турнира Лиам просто встанет в стороне, не пытаясь и пальцем пошевелить, чтобы мне помочь, он будет в своем праве. А все, что было сказано в последние несколько дней, — просто слова, которые ни на что не влияют. И уж точно не касаются нашей с ним сделки…

Видимо, все это отразилось на моем лице. Лиам грязно выругался и от души так саданул кулаком в стену, что посыпалась штукатурка.

— Такого ты обо мне мнения? — зло процедил он. — Сказал же! Пройдем турнир до конца, я помогу тебе одержать победу. Завтра проведем тренировку и утром, и вечером. У меня могут быть и свои дела!

Лиам говорил негромко, но каждое его слово было пропитано такой мешаниной эмоций, что на какой-то миг я даже растерялась.

— Если у тебя нет желания идти в архив, иди в свою комнату. Пропущенные тренировки наверстаем позже. Все успеем, как я и обещал, — добавил он усталым тоном гораздо спокойнее, не глядя на меня.

Я же заметила то, что в первый момент ускользнуло от моего внимания. Постоянно одетый с иголочки педантичный Лиам всегда держался непринужденно, расслабленно, каждым жестом источая хищную грацию и пластичность, оправдывая свое звание харизматичного красавчика. Но сейчас он стоял неестественно прямо, каждое его движение было скупым, отточенным, почти деревянным. Да и рубашка на нем была чересчур свободная, явно на размер больше, чем нужно. Раньше я бы никогда в жизни не придала этому значения. Сейчас же…

А главное, я заметила, как на миг перекосило его лицо, будто от боли, когда он ударил стену кулаком. Ну логично, мягким этот удар не назвать, костяшкам здорово досталось. Вот только и я в жизни повидала многое, язык боли известен мне слишком хорошо. И основной источник был точно не в руке. Да и учитывая практически социопатичную способность Лиама давить эмоции, показывая в большей мере то, что ему выгодно, подобный срыв в картину не вписывался.

Разве что новой болью он хотел перекрыть ту, что уже живет в нем на данный момент. Желая проверить свою догадку, я шагнула к Лиаму ближе, дождалась, когда он повернет ко мне голову, взглянет в глаза… Нет, злости в нем не было. По крайней мере, на меня. Больше похоже было на… снедающую его вину, неудовлетворенность чем-то или кем-то, решительность, переходящую почти в отчаяние.

Не разрывая зрительного контакта, я резким движением дернула край его рубашки вверх и шумно выдохнула, успев увидеть кошмарный ожог на его боку, частично захватывающий живот.

Лиам дернулся, с трудом подавив желание оттолкнуть меня, а то и использовать против меня боевое заклинание. В его глазах зажглась ярость, на скулах заиграли желваки.

— Утолила любопытство? — процедил он, ядовито ухмыляясь.

— Ты ночью сунулся в архив один и нарвался на ловушку? — спросила я первое, что пришло в голову.

— Да. Поплатился за свою глупость. Ты была права: стоило дождаться тебя. Но я в порядке, до завтра все заживет, у меня хорошие противоожоговые зелья с магической начинкой. Ну что, пойдем? — быстро ответил Лиам, покаянно вздохнув, и развел руками.

Я не стала ничего уточнять или укорять его, добивая своим «я же говорила». Как минимум потому, что успела заметить, как засветились его глаза облегчением, стоило прозвучать моему нелепому предположению. Такая удобная отмазка, грех не воспользоваться.

Я лишь понимающе кивнула, грустно улыбнувшись. Взяв его за руку, на миг провела ею над тем местом, где находилась рана. С трудом сдержала пораженный вздох. Характер раны свидетельствовал о том, что ее нанесли с очень близкого расстояния. А форма… как раз такая, как если бы он сделал это сам.

Какой должна быть сила воли, чтобы сотворить с собой подобное? Зачем он это сделал?

— Пообещай больше не совершать… такие глупости, — попросила я, пытливо заглянув ему в глаза.

Лиам нахмурился, в его взгляде отразилась опаска, настороженность, снова те же искры злости вперемешку с отчаянием.

— Вся моя жизнь посвящена тому, чтобы их не совершать, — отозвался он со всей возможной искренностью. И сейчас я ему верила.

Никто из нас ничего не должен другому. Мы работаем вместе, пока наши цели совпадают. И не имеет значения, насколько близко мы подбираемся к тайнам друг друга, насколько ощущаем их как свои, находя отклик в собственном прошлом. Последняя жрица культа Змеи, связанная с демоном, и тот, кто рано или поздно останется пустой оболочкой, истратив последнюю каплю энергии своей души. Для таких, как мы, существует лишь здесь и сейчас, и грех упускать это время.

— Пойдем, ловушки архива сами себя не обезвредят. До отбоя не так много времени, а ты мне обещал смертельные опасности, — фыркнула я своим обычным тоном и потянула Лиама за собой между стеллажами, так и не отпустив его руку.

И на моих губах расцвела довольная улыбка, отозвавшаяся щемящим теплом внутри, когда я услышала его голос:

— Я всегда держу свои обещания. И имей в виду — это свидание…

— Своеобразное у тебя представление о том, как должно проходить свидание, — подколола я, но скорее чисто из вредности.

Едва заметив на лице Лиама появившуюся тень сомнения, тут же показала ему язык.

— Спорим, я там первая найду что-нибудь ценное?

— Ты туда сначала попади, — щелкнул меня по носу Лиам, а затем дернул за рукав. — Давай быстрее, пока ужин не закончился и все в столовой тусуются.

Мы обогнули стеллажи, направляясь к нужной двери. Я понизила голос до шепота:

— А зачем мы вообще идем туда сейчас? Может, подождать отбоя?

— Если нас поймают после отбоя, то это явно умышленное проникновение и проблем будет больше. Если поймают сейчас — можно будет состроить из себя дурачков и сказать, что нашли ключ под одним из стеллажей и решили посмотреть, что там за дверью. Да и на выходе будет проще смешаться с толпой. Ночью же на библиотеке дополнительные чары, настроенные на обнаружение движения.

— Но нас, разумеется, не поймают, — уточнила я.

— Разумеется, — подмигнул мне Лиам.

Он приблизился к двери, машинально накладывая сканирующее заклинание, затем вставил ключ. Створка бесшумно открылась.

— Проходи, я захлопну за нами дверь и сделаю ее прозрачной изнутри, чтобы мы видели, кто рядом, когда будем выходить, — поторопил меня парень.

«Он и так может!» — мелькнула уважительная мысль, но тут же была вытеснена другими эмоциями.

— Сколько же тут защитных плетений! Аж воздух вибрирует… — пораженно выдохнула я.

Лиам закрыл за нами дверь. На то, чтобы зачаровать ее, у него ушло минут пять.

— Готово, — самодовольно улыбнулся он, демонстрируя стеллажи с книгами, виднеющиеся с той стороны. — Что ж, а теперь приступим.

Мы шагнули вперед, в огромный зал, который по размерам не уступал, кажется, всей остальной библиотеке. Вокруг витали ароматы старой кожи и пыли.

Я наивно рассчитывала увидеть пару-тройку книжных шкафов, посвященных преимущественно демонам в целом и демоническим культам в частности, что и было моей целью. Но малость не учла, что за последние несколько десятков лет что только не попало под запрет. А если прибавить к этому, что хранились здесь отнюдь не одни лишь книги…

— Смотри. — Лиам указал на стенд с какими-то банками, в которых плавали уродливые существа с серой кожей. — Кажется, они живые.

Я вытянула голову, стараясь рассмотреть, что там за твари замаринованы. Неужели действительно это не трупики? В этот момент одно из существ резко крутанулось вокруг своей оси и прильнуло к стеклу мутными выпученными глазами.

Я испуганно отшатнулась. Лиам перехватил меня за руку.

— Осторожнее. Смотри, тут начинаются сигнальные чары. Ты чуть не наступила. Сначала мы должны их распутать.

Он опустился на одно колено и принялся выводить пассы. Я же с любопытством и все возрастающим возбуждением оглядывалась. Мне хотелось прикоснуться к каждой книге, осмотреть здесь каждый артефакт, да даже тех сереньких уродцев на полках. Интересно, их тут кормят? Вряд ли, на банках такой слой пыли, что, кажется, их не открывали целую вечность. Как же они тогда выживают?

— Попробуй пока настроиться, — попросил меня вдруг Лиам. — Может, почувствуешь здесь демоническую энергию?

Так вот зачем я ему здесь? Ему нужно что-то связанное с демонами. Но сейчас эта мысль не вызвала нелепую обиду и возмущение, испытанные ранее. Нужно и нужно, грех не воспользоваться подвернувшейся возможностью. Тем более что я понимала: откажись я — он бы все равно полез сюда один.

— Я так не умею, — признала я с сожалением.

— Не умеешь или просто не пробовала? — проницательно уточнил Лиам.

— Хм… — Змейка на спине зашевелилась. — И то и другое?

«Мы так умеем?» — мысленно спросила я у своей демонической подруги.

«Демоничес-ская энергия дает с-сигнал с-собратьям, что мес-сто занято и с-стоит ис-скать с-себе другое, — прошелестела в ответ змейка. — Так что да, мы так можем».

— Так, кажется, у меня получилось. — Лиам сделал большой шаг вперед. Затем резко прыгнул в сторону. — Иди за мной след в след.

Я двинулась за ним сквозь лабиринт стеллажей, шкафов, сундуков, нагромождений каких-то странных конструкций. Адреналин блуждал по венам, подстегивая ощущения. Каждый уголок здесь таил в себе какие-то опасности. В неясном приглушенном свете я увидела на одной из книжных полок знак культа, в свое время тесно сотрудничавшего со Змеиным. А значит, там вполне могло быть что-то и о нашем…

— Осторожнее, не трогай. — Лиам выставил вперед руку, оттаскивая меня от полки с книгами. — Смотри, вот тут, видишь? Желтоватое свечение. Это ловушка. Я о таком читал. Если на этот свет упадет тень, то она сработает.

— Может, попробуем ее обезвредить? Смотри, какие тут книги. — Я пробежалась взглядом по названиям ближайших, не относящихся к нужной мне теме. — «Злейшие чары на свете», «Как заставить элементаля исполнять желания», «Тридцать три приворотных зелья, подходящих для нежити».

— Хочешь приворожить нежить? — фыркнул Лиам.

— Уснуть не смогу, если не буду знать, как это сделать, — произнесла я своим самым серьезным тоном. И с удивлением поняла, что в самом деле не отказалась бы почитать такую книжонку на досуге. Ну а кто бы устоял?

— Лучше все же постарайся настроиться на демоническую энергию… — Не успел он договорить, как позади нас раздался щелчок.

Лиам ухватил меня за талию и толкнул в сторону сваленных в кучу старинных мундиров и лошадиной амуниции. Куча была настолько большая, что мы смогли скрыться за ней целиком.

Парень приложил палец к губам, призывая молчать. Послышался звук цоканья по полу. Кто-то зашел внутрь, и у этого кого-то были каблуки.

Я высунула голову, пытаясь рассмотреть, кто это. Вдалеке мелькнул женский силуэт.

— Это не библиотекарша, — шепнула я Лиаму на ухо.

Тот напряженно кивнул.

— Подождем, пока она зайдет глубже в залежи старья, и свалим? — предложила я едва слышным шепотом.

Лиам сглотнул, что-то обдумывая, а затем отрицательно мотнул головой.

Мысленно вздохнула. Ну что за упрямый бара… студент? Почему из него все надо буквально чарами вытягивать?

— Ты ищешь что-то конкретное?

Он кивнул.

— Это что-то связано с демонической энергией?

Еще один кивок.

Нельзя было это сразу сказать?!

— Ты будешь должен мне еще один ужин. Хотя нет. Целую неделю ужинов, — едко прошептала я, а затем прикрыла глаза, пытаясь увидеть содержимое зала не глазами, а внутренним чутьем.

Это было похоже на то, как вспоминать сон после пробуждения. Образы замелькали в воображении, но среди них оставались постоянные — темные пятна энергии в глубине зала.

— Их тут несколько… — Я распахнула глаза и заметила, что Лиам внимательно на меня смотрит. — Там самый темный.

Парень кивнул, и мы медленно, пригибаясь и прячась за шкафами, двинулись в указанном направлении, стараясь ни обо что не споткнуться. Женский силуэт исчез, видимо, кто бы это ни был, сейчас она пошла в другую сторону.

Наконец мы остановились перед большой металлической полкой, прикрученной к стене. Вокруг нее были вырезаны символы, которые я видела в учебнике по теоретической демонологии.

— Тут нет пыли, — заметила я, затем провела рукой, сканируя чары. — И заклятия совсем свежие. Его только недавно сюда принесли.

На полке лежал один-единственный артефакт: небольшая коробочка, на которой была нанесена руна огня.

Моя змейка взволнованно зашевелилась, ощущая близость источника силы.

— Значит, это точно оно, — прошептал Лиам, облизывая губы. У него даже глаза заблестели от предвкушения. — Отойди, я постараюсь снять защитные чары.

— Ты уверен, что получится? Судя по количеству демонической энергии, это что-то мощное. Так что запечатывала явно не библиотекарь, а кто-то из преподавателей…

Лиам меня уже не слушал. Он старательно выводил пассы, то и дело задействуя желтые искры магии души. На лбу у него выступил пот, лицо побледнело.

Воздух вокруг нас начал сгущаться, в ушах послышался гул.

Сейчас же сигнализация сработает! Я нервно огляделась. Вряд ли удастся отмазаться тем, что мы зашли сюда случайно, если нас поймают за высвобождением такой мощной штуки.

— Лиам!.. — Я едва удержалась от того, чтобы вскрикнуть. Из уха у парня потекла кровь, сосуды в глазах полопались.

Если попрошу его остановиться, он все равно не послушает. Осознание было таким же четким, как и то, что сам Лиам находился сейчас на пределе. Помочь со снятием чар я вряд ли могла. Тут нужна была тонкая работа, а не я со своей спутанной энергией, постоянно находящейся в хаосе. Но что же тогда сделать?

— Две недели ужинов… — прошептала я, говоря это скорее себе, а затем, вскинув руки, призвала силу и направила ее прямиком в солнечное сплетение Лиама, туда, где находилось переплетение всех магических потоков мага.

Моя энергия устремилась к парню, поддерживая изнутри, давая ему силы завершить то, что он начал, не допустив истощения. Я задохнулась от обилия впечатлений, ментально коснувшись его души. Точнее, того, что от нее осталось. Кровоточащая, искалеченная, истерзанная — и все еще такая сильная, такая яркая, такая живая… Боги, сколько боли, должно быть, Лиам чувствовал каждую секунду своего существования. Или правда в том, что ее было чересчур много и он с ней просто свыкся, абстрагировался, перестав реагировать? Потому временами и ведет себя как черствый сухарь? Потому что чувствовать — это больно…

Лиам вздрогнул от неожиданности, его глаза на мгновение расширились, но лицо обрело решимость, желтые искры вокруг рук стали ярче, собираясь в единый поток магии.

Защитные чары вокруг артефакта вспыхнули яростным огнем. На мгновение показалось, что это поражение, но затем огонь угас, словно его высосали изнутри.

Лиам опустился на колени, дыша тяжело.

— Ты в порядке? — Мой голос дрожал.

Он кивнул, все еще пытаясь перевести дыхание.

— Спасибо, — глухо бросил он. — Без тебя я бы не справился.

Я хотела было обнять его, но едва двинулась навстречу, как он уже поднялся и подошел к артефакту, забрал его и запихнул в карман.

— Давай теперь уберемся отсюда поскорее… — Его улыбка была вымученной.

Но ответить я не успела.

— Какая хорошая идея, — прозвучал над моим ухом женский голос. Под лопатки ударило заклинанием, парализуя все тело. Блеснул металл. — Нож отравлен. Один маленький порез — и твоя подружка умрет. Так что будь умницей, отдай мне артефакт.

В глазах Лиама мелькнула отчаянная борьба с самим собой. Он было дернулся в нашу сторону, то ли собираясь отдать артефакт, то ли намереваясь как-то исправить ситуацию. Но сам же и остановился. Его губы сжались в строгую нитку, лицо побледнело еще сильнее.

— Стоило догадаться, что это была ты, — процедил он, обращаясь к той, кто меня держал. В ответ на эти слова женщина ехидно расхохоталась.

— Куда уж тебе? — фыркнула она, не скрывая презрения. — Тоже мне, любимчик нашелся. Ну, твое решение? Я начинаю терять терпение.

— Учителя не порадует лишняя шумиха в академии. Смерть студентки нагонит сюда имперских ищеек, и выполнять другие задания станет почти невозможно, — медленно произнес Лиам непривычно холодным тоном. Тем, которым он разговаривал со мной во время моего шантажа. На меня бездушник сейчас не смотрел.

— Мне-то что? Свое задание я выполнила, — отозвалась она. Но ее голос самую малость дрогнул, выдавая сомнение.

— И это стоит того, чтобы нарушить планы Учителя? — вкрадчиво поинтересовался Лиам. — Не думаю. Мы в одной команде, нет нужды играть друг против друга. Я добыл артефакт, я его и отнесу Учителю.

Незнакомка в ответ больно дернула меня за волосы, поворачивая мою голову так, чтобы я смотрела на нее. Я с удивлением поняла, что уже видела ее. В библиотеке, когда Лиам подставил меня, пустив слух, что мы пара. Да и у полигона после нашей с ним тренировки… И когда я искала книгу по культу Змеи, тоже была она с каким-то парнем! Но тогда я ее не рассмотрела толком, а сейчас поняла, где слышала ее голос прежде.

— Ты слышишь его? — весело поинтересовалась девушка, неприятно улыбаясь. — Что, дуреха, нафантазировала с ним счастливое будущее, а? А вот так подстава — сейчас ему важнее выслужиться перед Учителем, принеся артефакт, который даже не ему поручили добыть. И плевать, что на кону твоя жизнь… Впрочем, о чем это я. Когда его волновали такие мелочи? Правда, Лиам?

— Хватит, Дениз, — глухим от злости голосом потребовал Лиам. — Позубоскалила, и достаточно. Оставь ее в покое, и можем прямо сейчас вдвоем пойти отчитаться Учителю. Я сам сотру ей память за последние полчаса. Ты же знаешь, для меня это не проблема.

— Полчаса? Не проблема… Но есть одно «но»… — Дениз намеренно выдержала паузу. — Я хорошо умею читать человеческие эмоции, за что и ношу звание его лучшего шпиона. За время нашего разговора твоя куколка испытала целый калейдоскоп эмоций. Опаска, гнев, раздражение, снова гнев… очень много гнева, как для такой слабачки. Еще так по мелочи, вроде разочарования, обиды. Даже желание отомстить мелькнуло, представляешь? А знаешь, чего мне не хватило?

— Умираю от любопытства, — буквально выплюнул Лиам, пылая яростью.

— Удивления. Хотя бы самую малость. Все же не сопоставить одно с другим и не понять, о чем мы говорим, может лишь непроходимая тупица, которая даже с твоей помощью не прошла бы отбор. Следовательно, получасовым стиранием памяти не обойтись. А теперь внимание, умница и отличник Лиам, к тебе вопрос: как Учитель поступает с ненужными свидетелями? И вдогонку еще один: как он поступает с предателями, выдавшими себя хотя бы в малости?

— Подавись своим артефактом, — выплюнул Лиам, приняв решение. И бросил коробочку к ногам гадины, в открытую наслаждавшейся ситуацией.

— Поздно. Я передумала, — ехидно протянула она. — Гораздо слаще будет увидеть твое падение. Ох, как же Учитель будет разочарован… Зато, возможно, у него появится взамен предавшего его ученика любимая ученица. Как знать.

— Ты же понимаешь, что я не дам тебе уйти после таких слов? — почти спокойно поинтересовался Лиам.

И от этого спокойствия даже моя змейка испуганно пискнула где-то на ментальном уровне. Я все еще могла призвать ее. Но толку с того, что она ужалит эту стерву, если та в любом случае успеет оцарапать меня ядовитым ножом? Да и кто знает, может, из-за парализующего заклинания как только змейка обретет свое тело, то тоже окажется парализованной? В подобную ситуацию мы еще не попадали. Нет уж, лучше выждать нужный момент, и потом…

Раздавшийся над ухом искренний торжествующий смех заставил меня вздрогнуть. В нем отчетливо были слышны полубезумные нотки.

— А ты понимаешь, что я бы не стала с тобой тут болтать, если бы не нуждалась в выигрыше времени? — протянула Дениз и продемонстрировала Лиаму что-то, что мне было не видно.

— Откуда он у тебя? — выдохнул Лиам, в глазах которого отразилась тревога.

— Одноногий Бернард подарил… вместе с некоторой информацией о тебе. Зря ты с ним поссорился. О, как удачненько, настройка на мою и ее ауру завершена. Можно активировать, — пропела она, бросая на пол какой-то шарик с клубящейся в нем темнотой.

В том месте возникла бездонная на вид дыра.

— До встречи у Учителя, не забудь свой артефакт, — воскликнула Дениз за миг до того, как толкнуть меня в провал и прыгнуть за мной следом. И все поглотила тьма…

Падение казалось вечным. Темнота была густой, казалось, она проникает прямо под кожу.

Внезапно падение прекратилось. Мы с Дениз оказались на твердой земле, зрение медленно возвращалось, но перед глазами все еще плясали мушки. Я быстро вскочила на ноги, стараясь адаптироваться к новой обстановке.

Дениз была рядом, стояла на коленях, низко опустив голову. Заметив, что я на ногах, бросила на меня быстрый взгляд, но тут же дернулась обратно, скороговоркой пробормотав:

— Учитель… Я не выполнила задание. Прошу, накажите меня.

Я проморгалась, наконец получилось рассмотреть место, где мы оказались. Небольшая мрачная комната. Каменный пол, каменные стены, пахло сыростью. Единственная мебель — огромный каменный трон с высоченной спинкой. По бокам от кресла — мужчина и женщина в красной униформе. Стоят на одном колене, но при этом выглядят как сторожевые псы, готовые броситься на любого, кто подойдет близко.

На троне восседал тощий высокий мужчина. Очень длинные шелковистые черные волосы сделали бы честь любой красавице, на бледном лице ярко выделялись кроваво-красные губы и такого же цвета глаза — у обычных людей не бывает такой радужки. Черты лица можно было назвать красивыми, вот только красота эта была жуткой и пугающей.

Нежить какая-то? Это и есть их Учитель? Сильным он не выглядел. Скорее болезненным. Мужчина молча скользнул по Дениз глазами, затем его пристальный немигающий взгляд остановился на мне. Я почувствовала, как змейка беспокойно дернулась на моей спине.

«Хос-сяйка…» — зашептала она, но мужчина хищно прищурился, и змейка резко замолчала, словно тоже почувствовала его взгляд.

— Любопытно… — Красные глаза прожигали насквозь. — Кого ты с собой привела, Дениз?

Вопрос был задан спокойным, даже доброжелательным и заботливым тоном. Вот только Дениз дернулась от него и задрожала еще сильнее.

— Я пошла выполнять задание, что вы мне поручили, но Лиам… помешал мне.

— Ты так пытаешься оправдаться за свой провал? — На его непроницаемом лице едва дернулись ноздри. Но тон при этом не изменился, оставаясь все таким же спокойным. — Я задал другой вопрос.

Дениз нервно сглотнула:

— С ним в архиве была эта девушка. Она его напарница по турниру, Мириам Крайт. Чтобы выполнить ваше задание вперед меня и заработать ваше одобрение, он сдал ей всю информацию о себе и о вас, Учитель. Я знаю, что в провале виновата только я, мне следовало подойти к приказу тщательнее. Но я должна была выполнить свой долг и сообщить о предательстве Лиама.

— Любопытно… — Учитель встал с трона и медленно, кошачей походкой направился в нашу сторону. Проходя мимо женщины у его трона, он невесомо коснулся рукой ее головы, и я видела, как та, словно в экстазе, закатила глаза от удовольствия и шумно вдохнула.

Красноглазая нежить остановилась рядом с Дениз и подала ей руку, на миг отвлекшись от меня.

«Хос-сяйка… пос-смотри…» — только и успела шепнуть мне змейка, но мужчина, будто услышав, резко повернулся ко мне, и она опять замолчала.

Что я должна посмотреть?

Дениз приняла ладонь Учителя, тут же припала к ней губами и только затем встала. Голову же, однако, она держала опущенной.

— Что… что вы скажете на это, Учитель? — робко спросила девушка.

— Что ты ошиблась в частном, но на удивление права в сути, — усмехнулся мужчина. — Но я уверен, Лиам бы не осмелился выдать себя, пойдя против моего прямого запрета.

— Но, Учитель, когда мы столкнулись, она знала. Она точно знала обо всем… Я клянусь… — Красноглазый лишь поднес указательный палец к губам, и Дениз резко замолчала.

— В этом я тоже не сомневаюсь. — На его губах расплывалась улыбка. — Как и в том, что теперь и мой маленький секрет ей тоже известен.

Это о чем он? Какой еще секрет? Это как-то связано с тем, что змейка сказала мне посмотреть? Но что я должна увидеть? Как?

Дениз выглядела еще более озадаченной и не рисковала что-либо говорить. Лишь бледнела с каждой минутой все сильнее.

— Но Лиам несомненно должен быть наказан. Столько времени скрывать от меня… — Его голос похолодел, в нем прорезались стальные нотки. Он повернулся к своей ученице: — Ты правильно поступила, что привела ее. За это я прощу твой сегодняшний провал и не буду тебя наказывать. А сейчас всем уйти. Оставьте меня с ней.

Дважды повторять было не нужно. Дениз, глубоко поклонившись, пулей вылетела из зала. Те, что сидели у трона, также встали и, изобразив какой-то затейливый жест, вышли.

«Хос-сяйка, вс-спомни, как ис-скала в библиотеке…» — наконец услышала я змейку, когда красноглазый отвлекся.

Стараясь не терять самообладания, закрыла глаза, пытаясь воспроизвести то, что делала рядом с Лиамом. И тут же снова их распахнула.

— Любопытно, правда? — подмигнул он мне.

Потому что прямо передо мной оказался огромный вихрь черной демонической энергии. Я всего второй раз пользовалась этим зрением, но каким-то шестым чувством моментально поняла, что это значит.

— В вас тоже… — Голос отказывался слушаться, но я все же договорила: — В вас тоже находится демон.

Красноглазый развернулся и вновь зашагал к трону. Он демонстративно поворачивался спиной, показывая, что совсем не боится меня. Да и что бы я могла ему сделать? Наверняка за пределами комнаты куча его людей. Попытайся я хоть как-то навредить ему — меня сразу схватят.

— Мириам Крайт… — задумчиво повторил он имя, что назвала ему Дениз. — Тебе удалось удивить меня.

Оказавшись снова на троне, он перекинул ноги через подлокотник и устроился на нем в нарочито вальяжной позе. Судя по всему, убивать сразу меня не собирались.

— А как вас зовут? — Я постаралась улыбнуться, но наверняка получилось жалко.

«Ворон ворону глаз не выклюет, а демон демону?» — нервно подумала я, хмыкнув собственному каламбуру. Опыта взаимоотношения с другими носителями демонов у меня прежде не было. Разве только бабушка, а она на этот счет ничего не говорила. Интересно, он тоже член культа Змеи? Или были и другие культы, что приручали демонов? Что мне теперь делать? Что этот тип от меня хочет? И почему все вокруг так перед ним пресмыкаются?

— Это тело носит имя Тайвин Яо, — хмыкнул Учитель.

Он о себе в третьем роде? Ну и псих.

— Господин Тайвин Яо. — Я чуть кивнула в знак уважения. В конце концов, пока он ничего плохого мне не сделал, всегда оставалась возможность договориться. — Раз уж вы поняли, что Лиам ничего мне про вас не рассказывал и о том, что он бездушник. я узнала сама, то, может быть, вы меня отпустите? Как вы понимаете, я-то уж точно болтать не стану.

Губы Тайвина искривились в легкой усмешке.

— Отпустить тебя? — Его голос был полон издевки. — Ты думаешь, я просто позволю тебе уйти?

Я стиснула зубы, стараясь сохранять спокойствие, хотя внутри все кипело. В голове не было ни одной идеи насчет того, как выбраться отсюда. Да и потом, «отсюда» — это откуда? Где я, ашакура побери, нахожусь?

Кроме того, Дениз использовала портал в охраняемом архиве библиотеки. Наверняка это заметили. И если поняли, что кто-то переместился, могут ведь проверить, все ли из студентов академии на месте. Что будет, когда поймут, что меня нет? А Лиам? Удалось ли ему выбраться?

Пауза затянулась, Тайвин смотрел на меня выжидательно. Прочистив горло, я уклончиво ответила:

— Вы, конечно, можете запереть меня, возможно, даже убить. Но какой вам от этого прок? Ментальные чары на меня не действуют, так что до ваших секретов в моей голове никто не доберется, а я сама, как уже сказала, готова поклясться молчать.

— Какой прок? — Он расплылся в хищной улыбке. — Как ты уже могла заметить, я испытываю тягу к коллекционированию питомцев. Ты можешь быть весьма интересным экземпляром. Если приручить как следует.

Питомцем? Это он так о своих последователях? О Лиаме? Внутри вскипел гнев, щедро сдобренный неприязнью и отвращением. Кем этот тип себя возомнил? Рабовладельцем?

Змейка болезненно дернулась в ответ на эти эмоции, и я тут же попыталась взять их под контроль, осознавая, что Тайвин может понять, что мне противны его слова, и тогда я окажусь еще дальше от своей цели — выбраться отсюда.

Но похоже, у меня не слишком хорошо получалось, потому что мужчина насмешливо протянул:

— Что? Не хочешь быть питомцем?

— Мне в целом такая концепция взаимоотношений с людьми не очень близка, — это было самое вежливое и нейтральное, что пришло в голову.

— Ты думаешь, я плохо с ними обращаюсь? — Он затряс головой. — Что ты. Собака радуется, когда видит хозяина. И счастлива выполнять для него трюки. Я никого здесь не держу силой.

Первой неприятной мыслью, царапнувшей внутри, было: «А Лиам знает, что его Учитель сравнивает его с собакой?» А следующей: «Он только что угрожал, что не отпустит меня. А теперь вдруг никого не держит. Сам себе противоречит?»

— Вижу возмущение на твоем лице. — Голос Тайвина наполнился лукавыми нотками. — Но ты ведь наверняка чувствовала ту сладкую дрожь, которую вызывает прикосновение к расколотой душе. Скажу тебе по секрету. Как тварь твари. — Он понизил голос до шепота. — Ты можешь вернуть его, демонический эфир способен на миг снова сделать душу цельной, и это для них мука и удовольствие. Ни с чем не сравнимый наркотик. И чем больше они используют магию души, тем сильнее тянутся ко мне.

Его признание ошарашило. Все то время, что в академии нам рассказывали про бездушников, про то, насколько плоха и запретна их магия, я представляла себе сумасшедших нестабильных психов, вот только Тайвин внес в эту картинку совершенно иной оттенок.

— О, вижу, ты и правда об этом не знала, — продолжал тем временем мужчина. Мои ответы ему словно не требовались совсем. — Впрочем, ничего удивительного. В этом мире демонов начали истреблять давно. Я уже два десятка лет не встречал таких, как мы с тобой. Не скажу, что я сильно против этого. Если бы нас было много, я такую… — он задумался на мгновение, — назовем это организацией, не построил бы.

— Не любите конкурентов?

— Не люблю, — согласился он. Его взгляд словно пригвоздил меня к полу. — Поэтому мне не столько интересно, откуда ты такая взялась, сколько любопытно другое. Кто ты для меня?

— Точно не конкурент. У меня нет в планах создавать… организацию, — ответила я его же словом. — Во главе с собой.

Мне одна мысль о подобном была противна. Как и обо всем, что творилось в этих стенах. Этот тип, похоже, создал секту и упивался тем, как задурил людям голову.

— Что, нет планов даже на Лиама? — Голос был веселым и беззаботным, вот только цепкий взгляд говорил о том, что мужчина очень ждет ответа.

«Если не считать планом открыть Лиаму глаза на то, что ты за тварь», — мысленно произнесла я, но вслух, конечно же, сказала другое:

— Мы с ним лишь напарники в турнире Четырех стихий.

Я ждала, что он продолжит давить, начнет провоцировать, но его следующий вопрос застал врасплох:

— Зачем тебе эти соревнования? — Он снова улыбался, как будто знал наверняка.

Сердце на мгновение остановилось.

Финальное состязание в турнире — сражение с настоящим демоном, которого призывают под контролем преподавателей. Для этого они используют древний артефакт, один из немногих оставшихся в королевстве, способных разрывать пространство между мирами. Большинство из них были уничтожены, и тайна создания подобных считается утерянной.

Причиной, по которой я вообще пошла в академию, было желание выкрасть этот артефакт. И с помощью него восстановить культ Змеи. Сделать то, о чем в свое время мечтала бабушка, и таким образом исполнить перед ней свой долг за ее доброту, за ее заботу.

Но сейчас, смотря на человека перед собой, я впервые усомнилась в своей цели. Действительно ли восстановление культа стоит риска, что в мире, кроме таких людей, как моя бабушка, могут появиться такие, как Тайвин?

— У меня проблемы с чарами, я не могу использовать чистую силу стихий. А студентам, которые прошли отбор на турнир, экзамены выставляют автоматом независимо от оценок. — В конце концов, это была идеальная причина. Убедит ли она Тайвина?

— Хм… — Он сделал вид, что задумался. — И это все?

Я почувствовала, что обстановка в комнате неуловимо изменилась. Сейчас решалась моя судьба. Мне нужно убедить его в том, что я не опасна, что я ему не конкурент. Но при этом и в том, что я могу быть ему полезна, как бы тошно ни было от этой мысли. Иначе мне отсюда не уйти.

— Господин Тайвин Яо, я уже сказала, что у меня совершенно нет амбиций на то, чтобы претендовать на что-либо. Моя наставница, которая провела надо мной ритуал и одарила связью с демоном, погибла, когда я была еще ребенком. Я долгое время скиталась, жила одна то в лесу, то на улице. Сейчас я учусь в академии. У меня есть крыша над головой и есть что поесть. Мне этого достаточно. — Я перевела дух. Так, самоуничижения хватит, теперь можно пустить в ход немного лести. — Но то, чего сумели добиться вы, действительно восхищает.

— Восхищает? — Его голос звучал скептически, но я заметила тень удовольствия в глазах.

— Да, — кивнула я, стараясь сохранить уверенность в голосе.

— И ты думаешь, что твоя цель — просто выжить? Просто иметь крышу над головой и еду на столе? — Голос Тайвина стал мягче, но в нем все еще сквозила подозрительность.

Он медленно поднялся со своего кресла и начал медленно обходить меня, словно оценивая с каждой стороны. Мне ничего не оставалось, кроме как кивнуть.

— Интересно… — наконец произнес он. — Возможно, ты и правда можешь оказаться мне полезной.

— Я смогу быть полезнее, если продолжу учебу и вернусь в академию… — когда я произнесла это вслух, сразу же осознала, что манипуляция слишком уж очевидная.

Мои слова вызвали у него искренний смех. Прервался он так же резко, как и начался. Немигающий взгляд алых глаз буквально пригвоздил меня к месту.

— Это уже мне решать. И не с тобой, а с моим любимым учеником. С тобой же… Считай, что знакомство состоялось. — Тайвин хлопнул в ладоши, и дверь комнаты тут же открылась. Нас подслушивали, чтобы явиться по первому требованию? Смысл тогда был всех выгонять?

Учитель неприятно улыбнулся и, не отводя от меня взгляда, отдал приказ кому-то из своих приспешников:

— Заприте ее.

— На ярусе экспериментов, господин? — осторожно спросил какой-то мужчина, согнувшись в поклоне. Тайвин выдержал паузу, продолжая смотреть на меня, изучая мои реакции. Уголки его губ дрогнули в ответ на его мысли.

— Как невежливо, — укоризненно поцокал он языком. — Мириам — моя гостья и подруга нашего Лиама. Комната адепта подойдет.

Мужчина кивнул и двинулся ко мне. Я бросила на него злой взгляд, прикидывая, что в бою, вероятно, мало что смогу противопоставить бездушнику, но змейка успеет нанести смертельный укус. О том, что в присутствии Тайвина она может побояться материализоваться, я предпочитала не думать.

— Милая Мириам, уверяю, это лишнее. Я бы с удовольствием поболтал о тебе, твоей семье, общине, планах на будущее и прочем, но Лиам уже рядом. Он так спешил сюда, некрасиво будет заставлять его ждать, ты так не думаешь?

Мне не оставалось ничего иного, как подчиниться. Только в книгах герои устраивают бои с противником, превосходящим их числом и умениями, и выходят из такого боя победителями. А я и на роль героини не особо тяну. Остается надеяться, что «гостей» здесь не принято истязать. А также что «наказание», о котором Тайвин обмолвился ранее, больше фигура речи и Лиаму ничего не грозит. Не зря же он любимый ученик?

Мы долго шли темными коридорами, ведущими куда-то вниз, пока не остановились перед потемневшей от времени стальной дверью. От неприятного скрипа, с которым она открылась, я поморщилась и замешкалась на пороге, пытаясь рассмотреть, что там. Но бездушник не стал ждать и попросту пихнул меня в спину, заталкивая внутрь. С не менее противным лязгом дверь захлопнулась. И потянулись томительные минуты ожидания.

Тишина угнетала, заставляя всплывать в голове картинки худших возможных раскладов. Комнатушка, в которой меня заперли, была крошечной. Толстые каменные стены, от которых веяло холодом и сыростью, не внушали оптимизма. Как и набитый соломой тюфяк, брошенный на такой же каменный пол. В углу копошились мокрицы.

Я не рассчитывала на радушный прием и королевские покои, и все же даже в казематах его императорского величества обстановка побогаче и поуютнее будет. И это у них «комната адептов»? В такой жил Лиам, когда только попал к своему Учителю? Жуть. На фоне этого моя землянка в лесу удивительно уютное и гостеприимное место.

Единственным окошком была зарешеченная широкая щель в стальной двери. Но сквозь нее можно было рассмотреть лишь небольшую часть пустынного коридора и висевший на противоположной стене магический факел.

Сердце шумно колотилось в груди. Тот, кого называли Учителем и кого боялись, уважали и обожали одновременно, вызывал двоякие чувства. С одной стороны, что-то внутри меня едва ли не ликовало в его присутствии, тянулось к нему, вызывая чувство сродни тому, что испытывают глупые щенки, падая на спину и подставляя пузо взрослому псу. С другой, хотелось забиться в какую-нибудь щель подальше от него и никогда-никогда не привлекать внимание того, кто носит в себе демона, как и я.

К Лиаму накопилось множество вопросов. Знал ли он, кто его Учитель? Планировал ли меня познакомить с ним? Может, потому и согласился с условиями и мой шантаж тут ни при чем? Заодно вспомнилось, как Лиам когда-то на полигоне отреагировал на использованное мной заклинание, решив, что ему меня научил его Учитель…

Нет, не сходится. Тогда он как раз был уверен, что я такая же ученица-бездушница, как и он. Тогда Лиам даже не подозревал о моей связи с демоном. А после… А после мы уже прошли отбор на турнир и вломились в архив. Поводов сомневаться в Лиаме нет. А поводов для беспокойства? Не зря этот Учитель так ждал его появления. Да и триумф и предвкушение в глазах Дениз не обещали ничего хорошего для того, кого она так не любит, если не сказать — ненавидит.

Я попыталась использовать заклинание отмычки, которое срабатывало хорошо если через раз, зато задействовало все четыре стихии. Но то ли сегодня выпали как раз проигрышные разы, то ли из-за волнения не получалось сделать все как надо, то ли комната была экранирована от магии. И снова оставалось лишь ждать непонятно чего…

«Хос-сяйка, что-то проис-сходит», — оживилась вдруг змейка впервые с момента, как меня заперли.

«Что именно?» — отозвалась я так же мысленно, не уверенная, что нас не подслушивают. Впрочем, Тайвин мог услышать и этот разговор, если бы находился где-то рядом. В свою очередь, думаю, и я бы ощутила его присутствие. Уловив его ауру раз, сложно пропустить подобное.

«Не с-снаю. Но я с-слышу его удовлетворение и предвкушение. Легкий интерес-с. Ас-сарт? Прос-сти, я с-слишком юна и не понимаю эмоции», — покаянно призналась змейка.

Но и того, что она сообщила, даже если часть интерпретировала неверно, было достаточно, чтобы насторожиться. Да что там происходит, ашакура его побери?! Сколько я ни прижималась к окошку двери, по-прежнему ничего не видела и не слышала. Зал, куда меня телепортировала Дениз, находился слишком далеко от места, где держали пленников.

«Хос-сяйка, я могу обос-стрить твои органы чувс-ств», — предложила змейка.

Она понимала, что это не сильно улучшит ситуацию, в которой мы оказались. Но хоть что-то.

«Давай», — отозвалась я.

Меня словно пронзили сотни раскаленных игл одновременно. Больно было настолько, что я даже не смогла заорать. К счастью, это длилось всего несколько мгновений. И когда боль схлынула, я несколько секунд пребывала в прострации, пытаясь свыкнуться с обостренными чувствами. Я могла рассмотреть до мелочей каждую трещинку и впадинку стены коридора, слышала, как копошатся мокрицы в своем углу. Как мерзко скребутся их лапки по каменной поверхности. Одежда давила на ставшую чересчур чувствительной кожу. Это не было больно или неприятно, скорее, очень уж непривычно. Множество запахов вызывали нестерпимое желание чихнуть. Со звуками тоже была беда. Я то слышала насекомых, то чьи-то голоса, то какие-то щелчки, шорох камешков под чьими-то ботинками, стон Лиама… Стоп, что?

Резко выдохнув, я попыталась абстрагироваться от всех посторонних шумов и сосредоточиться на одном-единственном звуке, что путеводной нитью выведет меня куда надо.

Непонятные щелчки стали громче. Вместе с ними был слышен голос Тайвина. И все же змейка не всесильна, сосредоточиться настолько, чтобы разобрать четко все, что тот говорил, оказалось слишком сложно. Еще один стон, который совершенно точно принадлежал Лиаму, заставил вздрогнуть и яростно выругаться. Овладевшая мной злость каким-то образом помогла ухватиться за голоса покрепче и разобрать отдельные слова.

— …кричать? Упорствуешь, чтобы она не слышала? — вкрадчиво спросил Тайвин. Щелчки на фоне не прекращались, навевая смутные ассоциации.

— Ты ведь знаешь, что так будет лишь хуже. Я могу подумать, что мой урок пропадает впустую и нужно приложить больше усилий, — продолжил он. Щелчки стали еще громче, четче. Прозвучал еще один глухой стон Лиама.

— Она заперта далеко, человеческий слух не способен улавливать звуки на таком расстоянии. Ну же, расслабься, мой мальчик, отпусти боль вместе с криком, иначе не сумеешь выдержать наказание до конца и придется начинать все сначала, — с насмешкой протянул Тайвин.

— Я в нее… верю, — выдохнул Лиам измученным тоном с едва уловимыми нотками свойственной ему упертости. — И в себя… Учитель.

— Как знаешь. Еще два десятка, — с показным равнодушием отозвался Тайвин одновременно с особенно звонким щелчком. А до меня с ужасом дошло, что может издавать такой звук. Плеть?! И Лиам терпит молча, подозревая, что я могу услышать?

«Вс-се, хос-сяйка, не могу больше», — прошелестела змейка одновременно с тем, как восприимчивость всех моих органов чувств вернулась в свои рамки.

В этот миг я, пожалуй, этому была благодарна. Слышать, как истязают того, кто тебе дорог, все же чересчур.

Я позволила себе на мгновение зажмуриться, пытаясь обрести хоть какое-то душевное равновесие. То, куда угодил Лиам, — садистская секта, возглавляемая психопатом, цель которой — терроризировать жителей королевства. До этого когда я слышала о нападениях бездушников, то могла предположить, что за их деятельностью стоит какая-то политическая цель, просто методы они выбирают сомнительные. Но какая может быть внятная программа у того, кто прямо заявляет, что собрал вокруг себя толпу наркоманов ради собственного удовольствия?

Я принялась мерить шагами комнату. И только тут поняла, что небольшой ножик, который я взяла с собой для проникновения в архив, все еще закреплен у меня в кармане брюк, расположенном на голени. Интересно, почему меня не обыскали?

Вспомнив про нож, я почувствовала себя увереннее, вот только ни замок на двери, ни решетки на единственном окошке с его помощью сломать было нельзя — разве что ждать, что кто-то войдет, и броситься на него. Но какой в этом смысл? Только ухудшу свое положение.

Неожиданно прозвучал удар гонга. Я вздрогнула от неожиданности, когда со всех сторон послышался лязг металлических дверей. Прижалась к решетке, пытаясь рассмотреть. Повсюду одна за одной открывались двери камер, которые я до этого посчитала пустыми, и оттуда выходили люди. Подростки, взрослые, даже парочка детей лет десяти. С безучастным видом, одетые в серые невзрачные робы, они выстраивались друг за другом и шли в одном направлении.

«Хос-сяйка, с-смотри, — шепнула мне змейка, — наверх».

Я задрала голову и заметила зеленый огонек над дверью. Что это значит? Меня выпускают? Подергала ручку — та не поддалась.

Как назло, все универсальные отпирающие чары — одностихийные.

— Эй! — крикнула я сквозь решетку. — Куда все? Как дверь открыть?

Но те, кто выстраивались в колонны, меня не слышали, ну или усиленно делали вид, что не слышали. Сколько бы я ни звала, никто не отвечал.

Когда колонна почти скрылась, я заметила двух женщин. Они были одеты в строгие наряды: кофты с воротами до самого подбородка, длинные широкие штаны, делавшие фигуру бесформенной.

Они одну за другой обходили камеры, проверяя их. В пустые просто заглядывали, а некоторые открывали, выпуская людей в сером (видимо, адептов, раз Тайвин говорил, что это их комнаты).

Может быть, и меня сейчас выпустят?

Но женщины прошли мимо.

— Эй, а как же я? — Пришлось повысить голос, чтобы меня услышали.

Женщины чуть замедлили шаг и повернули головы. Их лица были разными, как день и ночь. Разные черты лица, форма носа, губ, одна — смуглая брюнетка, другая — бледная и рыжая. И вместе с тем выражения лиц делали их практически сестрами. Они были одинаково безжизненные.

— Нельзя обращаться к старшим без разрешения. Хочешь, чтобы тебя выпороли? — бросила рыжая безразличным голосом. — Встань на колени и повтори десять раз здравицу Повелителю.

— Я ее не помню на построении. Она новенькая? — с сомнением протянула брюнетка. Она сделала несколько шагов в мою сторону и наклонила голову, рассматривая меня.

— Да, я тоже ее не помню, — кивнула рыжая. А потом вдруг требовательно гаркнула: — Все новые адепты проходят через согласование со мной, как ты тут оказалась?

«О, а порученцы Тайвина, похоже, те еще косячники, не только не обыскали, но и местным смотрящим не доложились. Что же ты так плохо своих слуг дрессируешь, господин Яо?» — ехидно подумала я. Злость, бурлившая во мне, помноженная на невозможность помочь Лиаму, наконец-то нашла выход.

— Думаю, вопрос не по адресу, — мрачно улыбнулась я. — Спросите у своего Повелителя.

Первое впечатление о безэмоциональности бездушников оказалось ошибочным. Впрочем, я сколько знаю Лиама, можно было сделать вывод хотя бы по нему. Скорее, у них всех эмоции притуплены, плюс обучены контролировать их, показывая лишь требуемые, но если подобрать нужный ключик…

— Да как ты смеешь поминать Его всуе! — аж задохнулась от гнева она. Все рыжие обладают свойством мгновенно краснеть. И эта бездушница не оказалась исключением: стоило ей проявить хоть каплю эмоций, как лицо мгновенно залилось краской. — Кто твой поручитель?

Вот оно! Фанатичная преданность, граничащая с одержимостью, — то, что заставляет ее терять самообладание. В отличие от брюнетки, оставшейся такой же безучастной к происходящему и просто терпеливо ожидающей, когда ее соратница даст отмашку идти дальше.

Что же, есть смысл на этом сыграть.

«Змейка, твой выход», — скомандовала я. И лишь улыбнулась шире, ощутив боль от материализации своей верной подруги.

— К чему мне поручитель? У меня долгов перед ростовщиками нет, — пожала плечами я, подначивая, открыто провоцируя показной наглостью, явно противоречащей всему, что они тут вдалбливают своим адептам. Тем временем змейка по рукаву спустилась к моему запястью. Стоит этой рыжей отпереть мою дверь и коснуться меня, как змейка ужалит ее. От брюнетки избавлюсь так же. Хм… А дальше что?

В любом случае разговор с рыжей отвлекал от беспокойства о Лиаме. Кроме того, никак не шли из головы слова Тайвина о демоническом эфире. Интересно, а смогу ли я использовать этот эфир на ком-нибудь из бездушников? Попытаться так их контролировать? Для этого мне все равно нужно, чтобы кто-то вошел сюда или выпустил меня.

Правда, оставался открытым вопрос: как быстро Тайвин узнает об этом, если у меня получится? И следом другой: это его разозлит или в какой-то мере порадует? Сейчас я уже не была уверена ни в одном варианте…

— Кто взял на себя ответственность привести тебя? Перед Повелителем и всеми нами? — вклинилась в разговор брюнетка.

Мысли снова свернули к Лиаму. Что отдуваться за меня перед своим садистом-мучителем сейчас приходится ему, не было никаких сомнений.

— Лиам Онд. Знаете такого? — буквально выплюнула я, чувствуя, как изнутри вновь поднимается удушающая волна ярости. На ситуацию, на, чтоб его, Учителя, да даже на Лиама, который умудрился вляпаться в это все. Но больше всего на этих двоих, что сейчас мозолили мне глаза.

— Что? — Рыжая, услышав имя, отступила на шаг и заметно передернулась. Да и брюнетка явно насторожилась. — Кто ты такая, чтобы Первый за тебя ручался?

«Первый»? Это какая-то кличка Лиама? Да он, похоже, местная знаменитость.

— Почему бы вам у него не спросить? — ядовито процедила я. — Он сейчас общается с вашим Повелителем. Заодно поинтересуетесь, как так вышло, что о моем появлении вам никто не сообщил.

Меня устраивал любой исход событий после этой фразы. И если они захотят войти в камеру — змейка наготове. И если в самом деле пойдут к Тайвину, чем, надеюсь, прервут экзекуцию Лиама и переведут гнев уже на себя.

— За идиотов нас принимаешь? — неприятно усмехнулась женщина. — Не знаю, где ты услышала это имя, но уверена — он в сторону такой швали и не посмотрел бы, не то что поручиться. Твоей магии недостаточно даже для того, чтобы банально отпереть дверь и после гонга к обеду пройти в зал с остальными. Так что я вижу только один выход: бить тебя до тех пор, пока не сознаешься, как сюда попала! Или уже сейчас назовешь имя предателя, решившего, что ты достойна звания адепта? Подумай хорошенько. В таком случае наказание разделите на двоих и, возможно, выживете после него…

Какого демона? У меня от такой логики глаза на лоб полезли. Я-то думала, это в академии настоящий серпентарий, разве подобные секты не должны показывать сплоченность?

— А что, у вас тут часто посторонние шастают? — изобразила я удивление.

— Не заговаривай мне зубы, — процедила рыжая и обратилась к брюнетке: — Кара, открой.

Кара поспешила выполнить указание. Я ощутила, как змейка напряглась, готовая по моему приказу скользнуть на пол и, метнувшись к рыжей, ужалить ее в ногу, впрыскивая парализующий яд. Убивать не рискну — этого их Повелитель точно не оценит, а нам с Лиамом еще как-то выбираться. Но пока я медлила. Разжиться кое-какой информацией совсем нелишне. И пока рыжая болтает, нет смысла ее прерывать. А вот подначить еще, выбивая на эмоции…

— За что? За то, что вы плохо выполняете свою работу? Вместо того чтобы пойти узнать обо мне и разобраться с теми, кто вам не доложил, пытаетесь переложить ответственность на меня. — Я картинно ахнула, приложив ладонь к груди, и ехидно усмехнулась, заметив, как женщина снова пошла пятнами от злости. И вообще, если так разобраться, то здесь я оказалась по приказу Тайвина. Может, тогда сказать, что это он за меня поручился? Ее тогда точно разорвет от злости. Впрочем, пока я и так справлялась. — Придется попросить Лиама, чтобы он поставил перед Учителем вопрос о вашей компетенции.

— Смеешь мне угрожать? — окончательно рассвирепела рыжая и щелкнула пальцами, вызывая желтый луч заклинания в мою сторону.

Щит с вкраплениями демонический энергии возник передо мной мгновенно. Спасибо тренировкам с Лиамом, благодаря которым я узнала, как защищаться от подобного.

И тут бы рыжей отступить, но отбитое заклинание только сильнее ее раззадорило и разозлило.

Она шагнула ко мне, намереваясь вытащить из камеры, но в этот момент послышался окрик:

— Что тут происходит? — В темноте коридора стоял… Лиам!

Я не видела его лица из-за плохого освещения, но голос его звучал уверенно. Значит, он в порядке? Его не сильно потрепало?

— Неучтенный адепт, Первый, — кивнула рыжая. — Ее привели без моего ведома. Говорит… говорит, что это ты сделал. Я собираюсь всыпать ей плетей за наглую ложь. — Она снова дернулась в мою сторону.

— Стоять. — Команда была негромкой, но даже я невольно замерла от того, насколько властно она прозвучала. — Лайла, а где ты была, что не видела, когда привели нового адепта? Разве не твоя работа — курировать это крыло?

— Я… я… — та начала заикаться от волнения, — была здесь. Просто не заметила…

— Ах, не заметила, — вкрадчиво повторил Лиам. От его негромкого, слегка укоризненного голоса я невольно сглотнула, на коже проступили мурашки. — Зачем тогда тебе глаза, если ты не используешь их по назначению? Может, стоит их у тебя вырвать?

Вопрос прозвучал задумчиво, спокойно, словно речь шла о какой-то мелочи вроде выбора между кофе и чаем. Но рыжая затряслась и тут же бухнулась на колени.

И это Лиам? Я никогда не думала, что он может быть настолько пугающим.

— Пожалуйста, Первый, — запричитала женщина. Ее товарка же попятилась к стене и не пытаясь вступиться, видимо, боялась, что тогда и ей достанется. — Пощади. Я действительно заслужила наказание, десять плетей… нет, двадцать.

— Пятьдесят, — припечатал Лиам и повернулся ко второй: — Проследишь, чтобы она их получила.

— Спасибо… — Рыжая поспешно вскочила на ноги.

— Мира, подойди ко мне. Для тебя есть задание от Учителя. — Голос Лиама заметно потеплел.

— Так она и правда…

Бросив на этих двоих презрительный взгляд, я поспешила к Лиаму, взяла его за руку и только тут поняла, как он напряжен, что он фактически опирается плечом на стену, но при этом издалека этого почти не видно. Ашакура, да как он вообще на ногах держится?

— Приготовься к перемещению. — Он выбросил на пол портал.

После недолгого полета мы оказались в небольшой комнате — судя по безликой обстановке, какой-то отель. Парень не устоял на ногах и упал на пол.

— Лиам! — Я бросилась к нему, помогая встать.

— Я в порядке… — хрипло ответил он. — Нужно скорее добраться до академии. Отсюда до малых ворот всего минут пятнадцать идти… Тебе запрещено выходить, если кто-то заметит отсутствие…

В итоге вместо пятнадцати минут дорога заняла около часа. У самых ворот академии выдержка Лиаму совсем изменила, и он практически повис на мне. С виду достаточно худощавый парень оказался удивительно тяжелым. Впрочем, видела же его накачанное тело, стоило догадаться. И сейчас он навалился на меня всем весом, едва не распластав на дороге. Благодаря симбиозу с демоном я выносливее обычного человека, но не настолько же!

— Прости, — прохрипел Лиам. — Сейчас я…

— Заткнись, — грубо оборвала я его, призывая на помощь всю свою выносливость. — Береги силы. Если потеряешь сознание, я тебя не дотащу.

И ведь мне даже известно бытовое заклинание облегчения веса, но оно одностихийное, мать его так! Гребаная стихия земли!

— Нельзя… чтобы кто-то… — снова попытался что-то сказать Лиам, но я недовольно шикнула на него, вызвав слабую улыбку на посеревшем лице.

— Сама знаю! — огрызнулась, испытывая целую бурю эмоций.

Боги, когда я в последний раз так беспокоилась о ком-то? И ведь он даже не умирает. Знаю же наверняка, что с ним произошло. Но…

Шаг за шагом мы продвигались к корпусу общежития. Лиам больше не пытался говорить, зато в какой-то момент шепнул заклинание, и мне стало легче поддерживать его.

Я хотела было возмутиться, что он сразу не использовал заклинание облегчения веса, но одного взгляда на его лицо было достаточно, чтобы устыдиться порыва. Парень явно пребывал на грани потери сознания, не факт, что вообще осознавал, что происходит вокруг и где мы. И мне совсем не нравилось его хриплое дыхание, вырывающееся через раз. Могла ли плеть быть смазанной каким-то ядом? В отношении этого садиста Учителя уже ни в чем нельзя быть уверенным!

— Боже, ну и стыдоба! Я говорила, что общение с тобой его до добра не доведет. Это же надо было так накидаться! — раздался писклявый голосок Олены откуда-то справа, стоило нам оказаться в холле общежития.

Я грязно выругалась. Только ее нам не хватало! И ведь немало студентов вокруг, всем плевать, куда мы идем с Лиамом практически в обнимку!

— Выдать бы вас… — протянула Олена мечтательно, пристроившись рядом с нами и не скрывая своего триумфа. — Надо же, какой скандал: неумеха первокурсница в состоянии алкогольного опьянения…

— Как раз я и трезва. А Лиама подставишь. Конечно, как лучшему студенту ему будет максимум выговор, а то и вовсе устно мягко пожурят. Но угадай, какое у него отношение будет к той, кто его выдал? Если ты рассчитываешь, что он мной наиграется, бросит и вернется к тебе, не с того начинаешь, — пропыхтела я на автомате, испытывая к дурехе лишь легкое раздражение. Страха, что она в самом деле кому-то накапает на нас, не было. Возможно, он появится позже, но сейчас меня больше беспокоило то, что Лиам с каждым шагом становился все тяжелее, а значит, заклинание спадало.

— Вот еще! Нечего мне делать, — фыркнула Олена, противореча самой себе. — А от тебя воняет плесенью и затхлостью. Фу! Наверняка потому и напился, иначе твое присутствие рядом выносить невозможно.

И, довольная собой, она свернула в боковой отрезок коридора. У меня мелькнула отстраненная мысль-сожаление, что я не прихватила с собой из подземелья горсть мокриц. Как было бы здорово забросить ей такой подарочек в волосы… Мм… Надо бы сохранить эту идейку на будущее.

На лестнице Лиам все же вырубился. Я едва успела прислонить его боком к стене. Он по ней и сполз, но хотя бы не упал. Казалось, будто просто присел отдохнуть. Хорошая новость — как раз в этот момент посторонних здесь не было. Но нам требовалось подняться еще на два, будь они прокляты, этажа!

— Лиам! — легонько похлопала я его по щекам. — Лиам, очнись, пожалуйста. Остался последний рывок, ну же!

Но парень не реагировал. Его лицо выглядело расслабленным, несмотря на искусанные до крови губы. Он наконец-то спрятался от боли.

Я с отчаянием покосилась на ступеньки. Нет, при всем желании я не смогу затащить его наверх. Хотя бы выйти на ровную поверхность. Но ступеньки…

— Лиам, прошу тебя! Еще не время отдыхать. Давай же, вернись в себя и активируй заклинание. Я тебя не дотащу.

И по-прежнему никакого результата. Что же…

— Прости, Лиам, — шепнула я и, изловчившись, подтолкнула его так, чтобы он прижался спиной к грубой кладке стены, и одновременно с этим приложила ладонь к его губам.

Однако вместо ожидаемого крика боли из его уст вырвался лишь едва слышный глухой стон, словно кипятком по моим нервам. Лиам распахнул глаза, в которых плескался океан боли с искрами обиды, стоило ему рассмотреть меня.

— Заклинание облегчения веса. Я не дотащу. Еще совсем немного, — протараторила я скороговоркой. Лиам замедленно моргнул и закатил глаза.

Я негромко с чувством выругалась, но тут почувствовала, что вес в самом деле стал легче. Значит, у меня есть несколько минут, чтобы довести его хотя бы до коридора, ведущего к его комнате. По прямой будет не так тяжело при любом раскладе.

Тут я недооценила Лиама. Даже в таком состоянии ему удалось удержать концентрацию на заклинании, и я его дотащила до самой двери, где он окончательно потерял сознание. И, ашакура, я его не удержала! Он свалился на пол и все равно не пришел в себя. Силы окончательно покинули его!

— Нет, нет! Я не смогу войти в твою комнату! — простонала я с отчаянием. Но Лиам больше не реагировал.

«Хос-сяйка, я могу вытянуть его магию ис охранного с-саклинания», — прошелестела змейка.

«Как? Он же не дурак использовать энергию души», — огрызнулась я.

«Не имеет с-сначения. Это его вкус-сная магия. Даже универс-сальная имеет его вкус-с», — непонятно отозвалась подруга.

Я, не став вникать, махнула рукой. Плевать на мотивы и как именно это работает, если это поможет.

Убедившись, что никого нет, выпустила ее, позволив сползти под кофтой к моему запястью. Коснулась двери так, чтобы змейка могла касаться языком окутывающей ее магии.

«Вс-се… Больше нельс-ся, иначе ус-снают о нас-с. Ломай», — произнесла она голосом, слегка пьяным от переизбытка энергии.

И неспешно поползла обратно. Я с трудом сдержала крик боли, когда она безумно медленно входила в татуировку. И пораженно выдохнула, ощутив после этого небывалый прилив энергии. Это сколько же она высосала, что смогла поделиться со мной?

Магическое зрение мне показало хлипкую охранную перегородку, которую тронь — и она сломается. Что я и сделала, просто кинув в нее маленький шарик сырца. С негромким хлопком, не громче, чем лопается мыльный пузырь, охранное заклинание развеялось. И я, толкнув дверь, сумела затащить Лиама внутрь.

Спустя поток ругательств с моей стороны я наконец-то дотянула его до кровати и даже разместила там на животе, ощущая, как противно подрагивают руки. Или это больше от волнения?

Первым делом я стащила черную кожаную куртку Лиама. Благо она была не застегнута, да и по ходу нашего продвижения и так уже сползла с плеч. А дальше я не сдержала длинного потока ругательств. Мне кажется, я за всю предыдущую жизнь не материлась столько, сколько за сегодняшний вечер. Светлая рубашка парня на спине была вся пропитана кровью. Хуже, что местами кровь подсохла, а значит, ткань пристала к ране и просто так ее не снять.

Несколько раз глубоко вдохнув и выдохнув, я взяла себя в руки. И в самом деле, чего это я? За свою жизнь видела и худшее… Интересно, такая реакция вызвана тем, что меня из-за демонического симбионта тянет к его энергии души и я испытываю все эти эмоции чисто из собственнического принципа защитить свое? То, что мне вкусно и что на подсознательном уровне, где правит змейка, считаю своим? Или же это беспокойство о напарнике, без которого мне не выиграть турнир? Или же…

Лиам глухо застонал, не приходя в себя, и это окончательно вымело все лишние мысли из моей головы. Кинжалом, который я всегда носила с собой и который у меня не отобрали бездушники, я разрезала рубашку парня. Им же срезала куски ткани, не приставшие к ранам. Что сказать, выглядело все кошмарно. Спина представляла собой сплошное кровавое месиво.

— Змейка, давай каплю паралича, — приказала я подруге, выпуская ее. И указала место на измочаленной спине парня: — Вот сюда.

Пусть Лиам будет лишен подвижности ближайшие пару часов, зато и боли не будет чувствовать. Точнее, она скорее притупится. А это уже позволит мне хотя бы промыть раны и очистить их от грязи и возможного постороннего мусора.

Змейка без лишних споров выполнила требуемое, но возвращаться не спешила. Впрочем, и я не настаивала, позволив ей исследовать жилище Лиама. Что защищено магией, она и так не тронет. В остальном же — надо было лучше прятать.

Гонг пробил, обозначая, что до отбоя осталось всего ничего. Выругавшись, я поняла, что мы и так чудом успели вернуться в академию вовремя. И все же я не могла оставить Лиама одного, тем более без надлежащей помощи.

— Последи за ним, — приказала я змейке, решившись.

Выскользнув за дверь, поспешила в свою комнату. И, несмотря на то что удача — это явно не про меня, сейчас она мне улыбнулась. Моих соседок еще не было. Решение созрело молниеносно. Из подушки, запасного одеяла, книг и пары объемных теплых свитеров я соорудила иллюзию того, что на кровати кто-то дрыхнет, укрывшись с головой. Не бог весть что, но для отвода глаз сойдет — проверять, сплю ли я на самом деле, никто из соседок все равно не станет. Подхватив свою походную аптечку, я поспешила обратно к Лиаму.

Промыть раны чистой водой из кувшина на столе, обеззаразить, очистить, нанести заживляющее средство. Что может быть проще? Тем более что мне известно одно четырехстихийное заклинание, исцеляющее раны. Не пробовала еще его, но когда, если не сейчас?

Лиам очнулся, когда за окном была ночь, а я орудовала пинцетом, извлекая последние ниточки ткани из ран. Я уловила его пробуждение по сбившемуся дыханию и попыткам пошевелиться. Поднять голову и что-то сделать руками он мог, а вот в остальном паралич змейки сработал на ура.

— Ш-ш-ш, — поспешила успокоить его я. — Это я, Мириам. Все хорошо.

— Я связан? Где мы? — хриплым голосом спросил Лиам и надсадно закашлялся.

— Сейчас, погоди, — спохватилась я и бросилась к кувшину на столе. Набрав в стакан воды, помогла Лиаму напиться.

— Мы в твоей комнате. Магический огонек я не зажигаю, чтобы не привлечь ничье внимание. А мне и света луны достаточно — бонусы симбиоза. А паралич — это обезболивание от змейки. Она впрыснула яд, который притупил боль, — быстро пояснила я, отвечая заодно и на незаданные вопросы.

— С ума сойти… — пробормотал Лиам, без сил снова опустившись лицом в подушку. И тут же сдавленно зашипел, когда я потащила очередную ниточку.

— Ты точно видишь или тыкаешь наобум? — выдохнул он.

— Вижу. Ты уже чувствуешь все, что ли? Думала, надольше хватит. Тогда и подвижность вернется через пару минут. Сейчас попрошу змейку…

— Не нужно. Я предпочту боль обездвиживанию, — заявил он категорично.

— Твои вкусы весьма специфичны, — фыркнула я, принимая его выбор.

— Сказала та, кому нравится обездвиживать парней, — проворчал Лиам.

— Есть в этом своя прелесть, — не удержалась я от подколки, рассчитывая на продолжение шутливой перепалки. Но Лиам не поддержал, перейдя на серьезный тон.

— Спасибо.

— За что? Тебе спасибо, что вернулся за мной.

— Не начинай, — недовольно дернул он головой. — Ты там оказалась из-за меня.

— Сомневаюсь, что Тайвин рано или поздно не узнал бы обо мне, — поделилась я своими подозрениями и выругалась, когда Лиам излишне резко дернулся, попытавшись обернуться ко мне. — Спокойнее, сам же сетуешь на мою неаккуратность. Ткну тебе еще куда-нибудь не туда…

— Он назвал тебе свое имя?! — выдохнул Лиам, проигнорировав мои слова.

— Он много чего мне сказал, что мне не терпится с тобой обсудить. Но позволь мне сначала закончить с твоей спиной, ладно? За что он тебя так, кстати? Просто потому, что не сообщил о встреченной тобой последней змеиной жрице? — предположила я. Лиам промолчал, на несколько мгновений буквально окаменев. — Спасибо.

— Зря. Если бы я знал, что это важно для Учителя, я бы не стал скрывать, — упрямо мотнул головой Лиам, больше не пытаясь обернуться ко мне. И добавил с затаенной застарелой горечью: — Я же его лучший и любимый ученик…

Не удержавшись, поддавшись какому-то игривому настроению, совсем не соответствующему моменту, я наклонилась и легко коснулась губами нетронутого участка кожи на его плече. Просто чтобы стереть эти его эмоции… А может, вывести на другие, с которыми я знаю что делать.

— Тебе не стоит оставаться здесь со мной, — с усилием произнес он спустя пару минут ошалелого молчания.

— Ничего себе заявочки! Я его тут спасаю, лечу, а он меня выгоняет на ночь глядя после комендантского часа. Совесть совсем не завезли?! — утрированно возмущенно воскликнула я.

— Постой. Сейчас совсем ночь, не поздний вечер? — пораженно выдохнул Лиам. — И ты осталась со мной, чтобы…

— Чтобы ты потрепал мне нервы… ну и заодно утолил любопытство. Раз уж твой Учитель отпустил нас обоих, значит, секреты между нами не предполагаются.

— Ты не понимаешь! — зло рыкнул парень и шумно втянул воздух, когда я вынула очередную ниточку из его раны. Додумался тоже, натягивать рубашку сразу поверх свежих ран. Хотя, а какой был выбор? Полуголым телепортироваться со мной в отель, а потом в таком виде идти через всю академию? М-дя. Вариант с тем, что ему мог кто-то оказать помощь на месте, похоже, и вовсе не стоит рассматривать. Наоборот, мне бы радоваться, что он подоспел вовремя и мне не пришлось вступать в открытое противостояние с той рыжей…

— Не понимаю, — легко согласилась я. — У тебя как раз замечательная возможность просветить меня, пока я занимаюсь твоими ранами.

— Он никогда не отпускает никого просто так. У нас с тобой конкретное задание: выиграть турнир, — глухим голосом ответил Лиам, уткнувшись лицом в подушку. — Зря ты решила взять в компаньоны именно меня.

— Ну во-первых, компромат у меня был только на тебя. А во-вторых, и что поменялось в наших планах после озвученного задания? Я и так планировала победить, — преувеличенно оптимистичным тоном заявила я, щедро плеснув на очищенные раны обеззараживающего средства. Лиам не подвел — крик он сдержал, а стон заглушила подушка, в которую он вовремя вжался плотнее.

— Прости, самое страшное и болезненное позади, — подбодрила его и помогла напиться воды, когда он поднял на меня измученное лицо с искусанными губами.

— Ошибаешься. Мой Учитель… — с усилием начал парень, тяжело и часто дыша от пережитой боли, но сам прервался, поморщившись. — Ты его совсем не боишься? Ведь не можешь не понимать, на что он способен. Видела же наших…

— Видела, — невольно передернулась я. — Убить меня не должен хотя бы из любопытства, в остальном же… Я ему не конкурент.

— Кон… Что? Ты о чем вообще? — Лиам извернулся так, чтобы видеть меня. В его глазах ярко светилось сомнение в моем душевном здоровье.

— Я о том, что он имеет демонического симбионта, — пояснила я и, увидев шок в глазах парня, поняла, что для него это открытие.

— Нет, он не мог, он же… — начал яро протестовать Лиам, но замолчал на полуфразе, а его лицо осветилось озарением. Похоже, какой-то кусочек мозаики встал на место. Беззвучно пошевелив губами, он недоверчиво покачал головой и, скривив губы в горькой усмешке, опустился обратно на подушку.

Я не стала никак комментировать это, продолжив обрабатывать его раны. Бережно промокнула излишек влаги, смешанный с кровью Лиама, протерла целые участки кожи. Невольно подумалось, что снова из-за меня его постель испачканная.

Его спина все еще выглядела ужасно, но по крайней мере кровь остановилась, да и можно не опасаться, что начнется воспаление. Взгляд перетек на его ожог, виденный мной ранее. Еще одно наказание? И хотелось спросить, и, честно говоря, не хотелось слышать это наверняка. Да и какие тут варианты? Видела уже, как у них все устроено. Тайвин приказывает, его адепты делают.

Покачав головой, достала из своей аптечки противоожоговое средство, которое меня научила делать еще бабушка. Его особенность в том, что в состав входит капля яда моей змейки.

— Что ты делаешь? — вскинулся Лиам и накрыл мою ладонь своей, стоило мне начать наносить мазь там, где сбоку был виден ожог.

— Его тоже стоит залечить.

— В шкафу, в нижнем отделе у самой стенки, заживляющая настойка. Вряд ли твои снадобья справятся лучше нее, — пробормотал Лиам, смирившись.

— И насколько она хороша? — уточнила я, тем не менее поднялась и подошла к шкафу.

— Через пару дней сможем продолжить наши тренировки. Может, поначалу буду слегка скован в движениях, но к концу недели восстановлюсь полностью.

Я скептически нахмурилась, уставившись на шрам на его плече, похожий на то, словно кто-то когда-то хлестнул плетью так, что задел и плечо. Думаю, не ошибусь, предположив, что и под этим кровавым месивом были похожие шрамы. Если только в целях конспирации Учитель не потратился на косметическую магию для Лиама, убрав самые яркие следы своего, чтоб его, «воспитания». Впрочем, и мое противоожоговое не убирает все подчистую. С другой стороны…

— Есть еще один вариант. Я знаю одно целительское заклинание, оно четырехстихийное.

— И каков результат? — приподнял бровь Лиам.

— Не было случая проверить, — честно призналась я.

— То есть ты на полном серьезе предлагаешь мне роль подопытного? — скептически нахмурился он.

— Cкорее, партнера по эксперименту. — Я постаралась придать своему голосу легкомысленности и уверенности. Затем вздохнула и добавила: — Что ты теряешь? Никогда не слышала о серьезных побочных эффектах от целительских заклинаний. В крайнем случае — у нас просто не получится.

— То, что ты о них не слышала, значит одно: ты просто слишком мало изучала эту тему. Я как-то в детстве пытался заживить себе сломанную кость — в итоге срослось все так, что даже суставы на ноге перестали двигаться. В итоге Учитель… — Он говорил запальчиво, но едва стоило упомянуть Тайвина, как оборвал себя и замолчал.

Я легла на кровать рядом с ним, чтобы наши лица оказались на одном уровне, и постаралась заглянуть в глаза.

— Он над тобой издевался? — осторожно коснулась его плеча, погладив кончиками пальцев. Приятное тепло от соприкосновения с бездушником разлилось по коже. Тайвин говорил, что я могу вернуть его, использовав демонический эфир. Но с Лиамом не хотелось пробовать это без его разрешения. Почему-то казалось неправильным.

— Нет. И не говори так, пожалуйста, — нахмурился он. — С самого детства Учитель был единственным, кто заботился обо мне, он всегда выделял меня, позволяя чувствовать себя особенным. Это придавало всему смысл.

Даже после того, как Лиам узнал, что его дражайший Учитель связан с демоном, парень ни на миллиметр не сместил свое мнение о нем. Похоже, открыть ему глаза на происходящее будет гораздо труднее, чем я думала.

«Но ведь точно так же он не ис-сменил с-свое мнение о тебе, когда ус-снал, что ты с-сама с-связана с демонами. Рас-све это плохо?» — пришла неожиданная мысль от змейки.

— Так здорово, — вдруг улыбнулся мне парень. — Говорить вот так вот. Не переживать о том, что ты подумаешь обо мне плохо, если я скажу что-то не то. Не бояться показать слабость, потому что иначе это будет стоить мне места подле Учителя. — В его глазах светилось недоверие пополам с чем-то похожим на отчаянную надежду. Лиам понизил голос и спросил хриплым шепотом: — Сейчас мне кажется, что тебя не существует и я тебя выдумал. Мира, ты правда настоящая? И тебе действительно все равно, кто я? Чем занимался? Что еще могу сделать?

— Для меня главное, что ты — это ты. — Я продолжала лежать рядом и рисовать пальцами невидимые узоры на его плече. — Студент-ботаник. Опасный соперник, надежный напарник, сумасшедший бездушник. Ловелас, разбивший множество женских сердец в академии. — Я щелкнула его по носу. — Ты — это ты. За какой бы маской ты ни прятался.

Он вдруг изменился в лице, перехватил мою руку.

— Попробуй.

— Что?

— Ты хотела попробовать на мне заклинание, давай. Я готов. — Он спрятал голову в подушку.

— Хорошо… — Я постаралась не выдать своего удивления.

Встала перед Лиамом, сосредоточенно дыша и пытаясь вспомнить каждый жест заклинания, которое вычитала в библиотеке. Чары текли сквозь меня, наполняя комнату энергией стихий: земли, воздуха, огня и воды. Вокруг спины парня словно сформировался светящийся кокон.

Когда закончила, он лежал неподвижно. Воспаленные раны затянулись корочкой и выглядели намного лучше, как будто им минимум неделя-две, а не несколько часов. На мгновение охватил страх: что, если я сделала что-то не так?

— Как ты себя чувствуешь?

— Лучше… — тихо ответил он, смачно зевнув. Я, не удержавшись, зевнула в ответ, слишком уж заразительно это было. — Больше не болит.

Тиски, сдавливающие грудь, наконец разжались, стало легче дышать. И вместе с тем накатила такая усталость, что я поняла, что просто-напросто вырубаюсь. То ли чары оказались настолько энергозатратными, что даже «выпитая» змейкой энергия уже не спасала, то ли просто сказывалась бессонная ночь.

Я снова опустилась на подушку рядом с Лиамом.

— Тогда я полежу пять минуточек и попробую еще раз, может быть, получится заживить еще лучше… — Я снова зевнула, уже не в силах цепляться за ускользающее сознание.

— Проверка администрации! Студент Онд… — Я резко подскочила, когда услышала стук от ударившейся о стенку двери, машинально прикрывая себя одеялом.

Лиам, лежащий рядом со мной, выглядел не менее растерянным. Хорошо, что за ночь он тоже успел перебраться под одеяло и никто из вошедших не видел ран на его спине.

Перед нами в дверях комнаты Лиама стояли несколько профессоров и работников с кафедры теоретиков.

— Студентка Крайт? — возмущенно воскликнул вышедший вперед профессор Рок. — А что вы тут делаете?

— Я хочу спросить то же самое… — пробормотала я, до конца не понимая, что это за внеплановая проверка.

— Что ж, по крайней мере, теперь можно снять вопрос, куда она делась, — усмехнулся профессор Молан и тут же пояснил в ответ на мой недоуменный взгляд: — Мы обнаружили на вашей кровати имитацию и решили, что вас нет на территории академии.

На меня словно вылили ведро холодной воды. Похоже, вчерашние «приключения» не остались незамеченными. Меня в чем-то подозревают.

— А в чем вообще дело? — наконец заговорил Лиам. — Насколько я помню устав, нельзя обыскивать комнаты студентов без веской причины.

— Не беспокойтесь, Онд, — басовито произнес Рок. — Причина у нас более чем веская: вчера на территории академии был использован незарегистрированный портал, а также обнаружена пропажа одного из хранящихся в архиве артефактов. Так что у нас есть полномочия проверить, все ли студенты находятся на своих местах.

— Что это? — вдруг нахмурился профессор Молан, подходя к кровати. От того, как я натянула одеяло, закрывая им себя, обнажилась простыня, и теперь на ней были видны следы крови.

— Мы переспали, — заявил Лиам.

— А кровь — это?…

— Это был мой первый раз, — выпалила я, поддерживая то, что сказал парень. И спрятала лицо в ладонях. Пусть думают, что я смущаюсь и мне неловко об этом говорить.

Судя по тому, как затихли вошедшие в комнату маги, неловко говорить об этом было не только мне.

— Какое бесстыдство. — Ан нет, все же одна из пожилых работниц кафедры нашла, что именно нужно сказать. — В мое время тебя бы сразу исключили из академии за распутство. Нужно срочно написать заявление в комиссию по нравственности.

— Это моя вина, — начал тут же оправдывать меня Лиам. — Это я вчера уговорил Миру остаться у меня… Она не хотела, но я настаивал и принудил ее. Если кто и должен отвечать, то только я.

— Я правильно понял ваши слова, студент Онд? — Голос Молана звучал насмешливо. — Вы только что признались, что взяли девушку силой?

— Нет! Все было добровольно! — запротестовала я, пихая Лиама в бок.

Ну что за идиот? Как он мог вообще такое ляпнуть?

Молана явно вся эта ситуация забавляла, и тем не менее он был единственным, кто повернулся к остальным и сказал:

— Господа, что ж, мы удостоверились, что эти двое находятся на территории академии. Думаю, все остальное может подождать, когда они приведут себя в порядок.

Маги начали покидать комнату. Молан вышел последним.

— Сегодня начинается первый этап турнира. Будет жаль, если из-за сегодняшнего инцидента кто-то из вас будет отчислен и вы на него не попадете. Так что постараюсь назначить рассмотрение на следующий день. Можете не благодарить.

Прежде чем выйти, он выразительно посмотрел на меня.

Плохо дело. Если Лиаму комиссия по нравственности вряд ли грозит чем-то серьезным, то у меня уже два предупреждения. Еще одно — и я вылечу.

Комната на какое-то время погрузилась в молчание.

— Прости. — Лиам выглядел виноватым. — Я не допущу, чтобы тебя отчислили. Я что-нибудь придумаю.

— Тебе придется. Иначе провалишь задание от своего Учителя, — пожала я плечами.

— Что? — Он потряс головой. — Я даже не думал об этом.

— А о чем ты думал?

Лиам посмотрел на меня, его глаза наполнились решимостью. Он встал и начал поспешно одеваться.

— Просто дай мне немного времени.

Еще до завтрака новость о нашем «соитии» разнеслась по всей академии. После первой пары ее обсуждали в каждом углу, щедро сдабривая подробностями от «очевидцев». Во время обеда десятки пар глаз внимательно следили за тем, что и как я ем, и делали ставки, стошнит ли меня от запаха рыбы, или срок беременности слишком маленький.

Впрочем, после обеда я с удивлением узнала, что ребенок у меня был раньше и непонятно от кого, а на Лиама я как раз хотела повесить отцовство. Для чего связала его, накачала определенными снадобьями и скакала на нем как раз в момент, когда в комнату ворвались… Ну, если пересчитать всех по сплетням, то минимум половина академии ворвалась. И еще с десяток со свечками стояли вокруг кровати.

К счастью, на этом все и закончилось, ибо после пар вся академия собралась на полигоне, где должен был пройти первый этап.

Каждый раз задания турнира менялись, ни разу не было ни одного похожего. Сделано это было для того, чтобы, во-первых, все участники были в равных условиях и те, кто мог себе финансово позволить частных тренеров, не подготовились заранее к определенному испытанию. И во-вторых, чтобы турнир не потерял зрелищности.

Тройка финалистов турнира академии отправится на имперский турнир, где будут участвовать такие же финалисты из всех других академий. Помимо этого, за креативность заданий турнира академия может получить дополнительное финансирование от императора.

Правда, кто определяет эту самую креативность, история умалчивает. Допускаю, либо в каждой академии в зрительных рядах находится человек императора, который следит за этим. Либо ведется запись на кристалл. В любом случае участников это волновало меньше всего. Разве что таких, как Олена, которые желали любой ценой засветиться где-нибудь перед сильными мира сего.

Мои же мысли были вокруг первого задания. Потихоньку начинал бить мандраж от того, что я снова могу налажать, не сумев активировать простейшее заклинание. А если еще вспомнить об утреннем происшествии…

— Выше нос, справимся мы с первым этапом, — шепнул мне Лиам, пока мы все стояли в большом шатре у боевого полигона, ожидая пока нашу пару вызовут.

— Мне бы твою уверенность, — поморщилась я, чувствуя, как от волнения внутренности завязываются узлом.

— Сама же сказала, что первый этап будет оформлен в виде игры, — напомнил парень. — А кто, как не ты, привык воспринимать всю свою жизнь как игру? Да и я люблю игры…

Судя по тому, сколько раз Лиам повторил это слово, он и сам не был на сто процентов спокоен. Однако ему удивительным образом удалось меня несколько подбодрить.

Да, каждый раз задания были разные. И все же прослеживалась определенная закономерность. По крайней мере что касается первых этапов. Почему-то все они были так или иначе связаны с настольными играми. Возможно, как дань уважения первому императору, и придумавшему устраивать эти турниры. Говорят, он был любителем всяких диковинных настолок.

— Пара номер восемь! Лиам Онд и Мириам Крайт! — прозвучали наконец наши имена.

Полог шатра откинулся, пуская внутрь яркий дневной свет. А я уж было подумала, что нас вызовут последними. Но нет, внутри остались еще две пары.

Хотела бы я сказать, что стоило нам выйти на полигон, как зрительские ряды взорвались овациями. Увы. Боевой полигон накрывал прозрачный купол, отсекающий, так понимаю, любые попытки помешать или помочь участникам соревнования магией, а заодно не пропускающий звуки.

Само поле теперь было расчерчено на квадраты одинакового размера. Чем-то это напоминало шахматную доску, особенно учитывая, что клетки посередине поля пустовали. А вот в крайних уже кто-то стоял. Разумеется, там были семь пар участников, вышедшие на полигон раньше, три клетки ожидали, пока их займут. А в остальных же рычала и бесновалась нежить разных видов. Благо выйти за пределы своей клетки они не могли, судя по тому, с каким неистовством некоторые особи бросались вперед и их отталкивало обратно невидимой силой.

— Пожалуй, не стоит надеяться, что все эти твари окажутся заперты до конца первого этапа, да? — пробормотала я с кислой миной.

— Пройдите на подсвеченную клетку, — скомандовали нам.

Мой взгляд выхватил на преподавательской трибуне человека, который что-то вдохновенно рассказывал, обращаясь к толпе. Должно быть, комментатор. Жаль, не слышно, что именно он говорит. С другой стороны, а не все ли равно? Все, что нужно, нам все равно сообщат из динамиков.

— Участники, правила просты, — прозвучал все тот же голос, стоило последней паре занять свою клетку. — Поле расчерчено на сорок девять ячеек равного размера. С каждым ударом гонга вы можете переместиться на любую соседнюю клетку. Ваша задача — добраться до конца поля. Стенки вашей текущей клетки исчезают ровно на десять секунд. Вы можете остаться на месте или даже шагнуть назад, но тогда потеряете два балла. Шаг на пустую ячейку равен одному баллу. Если там кто-то находится, вам предстоит принять бой. Победа над нежитью дает максимум пять баллов, минимум один балл. В зависимости от полученных ранений в результате боя. Сноп белых искр в воздух означает, что вам необходима помощь и вы отказываетесь от дальнейшего участия в этом этапе. Все ваши баллы аннулируются. Победа над вашими соперниками не дает никаких баллов, но в случае проигрыша пара участников теряет пять баллов.

— Я даже половину этой нежити не знаю, — простонал парень через клетку от меня.

Если не ошибаюсь, он из параллельной группы, боевой маг. Его напарница, одногруппница Лиама к слову, шепнула ему что-то ободряющее. Ну да, теоретики как раз и должны разбираться во всех этих классификациях. А значит, и бездушник наверняка знает, как одолеть каждую из тварей.

Хм. Нам повезло? Ну, если забыть на секундочку, что большинство заклинаний боевой магии, направленных на уничтожение определенных видов нежити, одностихийные. И, соответственно, мне неподвластны…

— Ты же помнишь те петельки, которые я тебе показывал на схеме? Которые добавляют оставшиеся три стихии в заклинание? — шепнул Лиам, прямо встретив мой взгляд и едва ли не прочитав мои мысли. Вместо ответа я лишь согласно прикрыла глаза. На душе стало спокойнее. Я не беззащитна. Теперь уже точно нет.

Да и, признаться честно, больше смущал пристальный взгляд Олены, находившейся на противоположном краю поля, направленный на меня. Судя по ее озлобленному выражению лица, она сейчас явно вспоминала боевые заклинания не против нежити. Подгадить ближнему своему — это же ее кредо по жизни! Впрочем, судя по оценивающим взглядам еще парочки участников, некоторые разделяют ее позицию. Не имеет значения, насколько плохо ты выступил и как налажал, если твой соперник набрал меньше баллов, чем ты, проиграв тебе бой.

Гонг прозвучал громко и резко, отдаваясь эхом в груди. Стенки клетки исчезли, и я на мгновение почувствовала себя уязвимой, но в уме уже начала просчитывать возможные варианты маршрута. Мы с Лиамом быстро переглянулись, прежде чем сделать первый шаг. Пустая клетка справа от нас казалась логичным выбором, но… вместо этого мы выбрали клетку перед нами, где злобно ворчала нежить.

Огромный волк, глаза которого горели неестественным светом, злобно оскалился и утробно зарычал. Из уродливой пасти капала зеленая ядовитая слюна.

Пронзительный писк — барьеры вокруг клеток снова закрылись, оставляя нас один на один с этой тварью.

— Наверное, надо было спросить тебя, кто он, до того, как мы тут оказались… — произнесла я, пассами призывая четырехстихийный щит.

— Это кроволун. Он очень опасен и почти неуязвим все дни, кроме полнолуния, — на ходу плетя чары, ответил Лиам. — Но у меня уже есть идея, главное — не давай ему приблизиться…

«Зачем же мы пошли сюда, если он неуязвим?! — раздраженно подумала я. — Ладно я в классификации нежити не сильно разбираюсь, но ты-то умник!»

Лиам не успел договорить, потому что существо бросилось на него. Я мгновенно перенесла свой щит с себя на парня, давая ему время.

Нежить отступила, но, кажется, лишь от неожиданности, испугавшись света щита, а затем бросилась в атаку снова. Я ушла в контратаку, соображать надо было быстро, и я не нашла ничего лучше, кроме как запустить стандартное боевое заклинание Адера, которое научилась применять благодаря Лиаму.

Каково же было мое удивление, когда оно просто пролетело кроволуна насквозь, даже чихнуть того не заставив.

— В основе Адера стихия земли, сколько ни добавляй другие, а против кроволуна нужен огонь! Чистый, без примесей. Не убьет, но отпугнет, — крикнул мне Лиам, что-то старательно кастуя. — Тяни время, я почти закончил.

Заклинания с ведущей стихией огня я применять не умела. Вернее, теоретически, раз сработало с Адером, можно было догадаться, каким образом перекрыть все остальные стихии, но это надо было посидеть, подумать, а сейчас на это явно не было времени.

Сам прогулял последнюю тренировку со мной, а теперь вот мне выкручиваться…

И, не найдя ничего лучше, я сделала то, за что меня всегда ругал профессор Рок: запустила в кроволуна сырцом. Чистая магия лишь легонько покачнула зверя, он замотал мордой, словно отмахиваясь от паутинки.

Да что ж ты за тварь такая неуязвимая!

— Готово! — крикнул Лиам.

Из-под его пальцев вылетел огромный сияющий круг, окруженный дымкой, он всплыл над нашей клеткой, стало заметно темнее.

Кроволун задрал голову кверху и… уселся на пятую точку, виляя хвостом и высунув язык, совсем как домашний пес.

— Ты что, превратил его в щенка? — не поверив своим глазам, спросила я. Вокруг вибрировало магическое поле и пахло дымом и жареным мясом — видимо, кто-то из других пар свою нечисть решил просто сжечь. — Но как? Ты же даже не задел его колдовством.

— Луна нейтрализует агрессию и подавляет темные инстинкты кроволуна. Как видишь, даже иллюзия луны работает.

Кроволун начал игриво подпрыгивать вокруг нас, пытаясь поймать свой хвост, и это было очень неестественно для существа, которое еще минуту назад хотело нас разорвать.

— Надеюсь, это засчитают нам победой. Сколько у нас минут до того, как откроют переход? — Я начала озираться по сторонам. — Куда пойдем дальше?

Впереди и справа были пустые клетки, а вот наискосок слева — дюжина, а может и больше, возрожденных скелетов, одетых в лоскутные обрывки.

— У тебя хватит резерва, чтобы спалить огнем их всех? — спросила я с досадой, уже заранее зная ответ. Их слишком много, нечего и пытаться туда шагать.

Ничего страшного, пойдем просто вперед. Или даже правее, чтобы скелеты сами к нам случайно не сунулись…

Лиам отрицательно мотнул головой, подтверждая мои мысли о том, что с таким числом нежити нам не справиться, нечего даже думать об этом.

Прозвучал сигнал снимаемых с клеток щитов, я дернулась вправо, но напарник, схватив меня за руку, потянул в сторону скелетов.

— Эй, ты что делаешь? Куда?! — Я попыталась вырваться, но было уже поздно.

— Есть идея! — Глаза Лиама ненормально заблестели, выдавая его безумие. — Смотри!

И с этими словами он взмахнул рукой, утягивая иллюзию луны в нашу сторону. Кроволун навострил уши и прыгнул следом.

Снова писк — щиты опустились.

Скелеты всей толпой шагнули в нашу сторону. Их глазницы пустовали, но я чувствовала на себе их взгляд, полный голода и ярости.

Лиам закрутил иллюзию луны, и та сдулась, словно воздушный шарик, исчезнув между рядов нежити.

Кроволун подбежал к ним, обиженно тявкнул, мол, вы что, ее съели? А в следующий момент остатки умиротворяющего воздействия окончательно пропали, и, утробно зарычав, зверь кинулся на ближайший скелет, сбивая с ног. Битва была жестокой и яростной. Скелеты бросились на кроволуна всей толпой, протыкая и раздирая своими костяными пальцами плоть, пытаясь задушить. Однако, кажется, ядовитая зеленая слюна действовала и на них, потому что едва острые клыки смыкались на каком-нибудь из оживших трупов, как тот начинал замедляться и ошибаться в движениях. Но их все равно было слишком много на одного кроволуна.

— Поможем ему? — Я сделала несколько пассов, вызывая искры магии, но Лиам удержал меня.

— Чтобы он нас со скелетами перепутал и тоже сожрал?

Здравое зерно в его словах имелось, те же сомнения одолевали и меня. Но и стоять в сторонке казалось как-то неправильно, что ли. К тому же было видно, что скелеты побеждают, а как только они расправятся с кроволуном, бросятся на нас.

— Никто не заставляет нас кидаться в самую гущу. Скелетам сейчас не до нас, у них главный враг — кроволун, который уменьшает их поголовье. Но скольких он завалит? При самом лучшем раскладе треть. И то я бы делала ставку на пятую часть от силы. Кроволуна не станет, а скелеты относятся к тому виду нежити, который не ведает усталости. Что после одного противника, что после десятка, если повреждений нет, силы у них те же, — заметила я резонно.

Лиам нахмурился, просчитывая шансы на успех. Неохотно кивнул.

— И что ты предлагаешь? Вмешаемся — можем оказаться сразу против двух противников, — поделился своими опасениями он.

— В наших интересах проредить ряд скелетов, которые уже имеют повреждения. Они не нападут на нас, не закончив с кроволуном, а кроволун сможет двинуться дальше к тем, кто еще целехонек. Главное — не зацепить его, чтобы фокус внимания не перебросился на нас. И по итогу, кто бы ни остался победителем — ослабленный едва живой зверь или значительно поредевшее скелетное войско, справиться с ним не составит труда, — закончила свою мысль я.

Пока говорила, скелеты окружили своего врага, и действовать следовало прямо сейчас, иначе все решится само собой и нам придется сражаться с костлявым противником.

Да, из лекций профессора Рока я помнила, что поднятые трупы, вне зависимости от того, есть у них плоть или уже истлела, легко победить огнем. Вот только на тесном пространстве клеток иметь дело с несколькими двигающимися факелами — удовольствие ниже среднего. Как минимум следует сначала раскрошить их, лишая возможности двигаться, и лишь потом поджигать.

— Магия кроволуну не вредит. Полагаю, он сейчас даже не заметит, если сквозь него пролетит какое-либо заклинание. То есть я могу просто кинуть сырой магией, без заклинаний. Слабенькой волной, сбивающей с ног. Этого достаточно, чтобы кроволун получил преимущество, — предложила я. — И как только он покончит со скелетами, ты снова создашь иллюзию луны.

— Действуй, — кивнул Лиам после секундной паузы.

Я оказалась права в своих предположениях. Силы я пожадничала, справедливо опасаясь, что она мне еще понадобится в бою с другими противниками, но этого оказалось достаточно, чтобы раскрошить двух скелетов и опрокинуть еще пятерых. Кроволун с утробным рычанием бросился на них. Один из уцелевших скелетов обогнул зверя и двинулся к нам. Я только прикидывала, куда стоит ударить поприцельнее и с какой силой, когда Лиам использовал какое-то заклинание. Нежить с силой отбросило на стенку щита. Прозрачная пленка на миг стала видимой, переливаясь радугой, а в следующий миг стрельнула искрами в скелета. Это его не убило и даже не ранило, но, как и в случае с попаданием слюны кроволуна, основательно замедлило.

— Проверил заодно теорию, — пояснил Лиам в ответ на мой немой вопрос. — Похоже, щит бьет энергетическим импульсом, несколько оглушая того, кто коснется его. Пригодится на будущее.

Следующие несколько минут мы действовали молча, помогая кроволуну расправиться с оставшимися скелетами. Краем глаза я отмечала сражавшихся в других клетках участников. В какой-то клетке сцепилась лишь нежить между собой, студентов там не было и близко, явный недочет организаторов, зря давших возможность двигаться нежити. Через одну клетку от нас пара участников с интересом наблюдала за нашим боем, то ли изначально заняв пустую ячейку, то ли быстро расправившись со своим.

Вскоре и мы справились с задачей. Едва дышащий кроволун повернулся к нам и оскалился.

— Делать луну? — уточнил Лиам, хотя мы уже это обсудили. Но теперь и я сомневалась в принятом решении. Беглым взглядом оценив повреждения едва дышащей нежити, резко выдохнула и метнула в него один из своих ножей, который вошел четко в глазницу. Зверь издал удивленно-обиженный тявк и завалился замертво.

— Не жалко? Он сражался на нашей стороне, — заметил Лиам нейтральным тоном.

— Жалеть нежить? — фыркнула я. — Штатный некромант поднимет его обратно в случае необходимости или создаст еще такого же. Или студенты-практиканты отловят в лесах подобного на замену. А сражался он на своей стороне. Глупо оставлять баллы практически на блюдечке для следующей команды, — пояснила я, кивнув на пару участников, наблюдавших за нами. Сейчас на их лицах отражалась досада. Явно рассчитывали, что мы не захотим связываться и вновь воспользуемся заклинанием иллюзии. А через один-два хода они сами встретят кроволуна и оборвут его жизнь.

— Куда дальше? — спросила я, заметив, что на поле в одной клетке все еще кипел бой, что давало нам время обсудить дальнейшую стратегию.

— Две клетки перед нами свободны. Можно по ним пройти. Но, вероятно, на ту же клетку пойдет химера. По бокам от нее нет ничего интересного, а ближайшая к ней пара не захочет с ней связываться. И тогда после химеры нам останется всего ничего до выхода, можно будет захватить стаю выгрызней, если они там еще будут, и одну из баньши. Отсюда не могу разобрать, какая из них к какому виду относится, — произнес Лиам, проанализировав ближайшие клетки.

— Угу… Так понимаю, сейчас самое время узнать, почему с химерой не хотят связываться? И какие в таком случае шансы, что она пойдет в другую сторону и нам удастся избежать боя?

— Я бы тоже предпочел с ней не связываться, — скривился Лиам. — Нет, будь это не соревнования под наблюдением и артефактами, то пожалуйста. — Он обвел глазами стадион. — Но тут, сама понимаешь, не все мои умения оценят.

Я кивнула, прекрасно понимая, что речь идет о запрещенной магии души.

— Тогда давай думать, как обойти ее. Мы для нее не остались незамеченными, вон как она голову к краю защитного поля прижала. Только и ждет, когда его снимут.

— Химеры инстинктивно чувствуют, где больше добычи, — продолжил Лиам, его глаза сужались, когда он размышлял о стратегии. — Хм…

Он посмотрел на лежащее рядом с нами тело кроволуна, а затем на меня.

— Ты думаешь о том же? — Парень невинно улыбнулся и принялся наводить чары, по его пассам я поняла, что сейчас в ход пойдут чары облегчения веса.

— Только не говори, что ты хочешь скормить его ей.

— Я уже говорил, что ты идеальный напарник? Уже даже мысли мои читаешь! — восхитился Лиам.

— Она займется ужином и останется на месте, пока возможность перехода снова не закроют. — Теперь и мне самой эта мысль казалась отличной.

Прости, кроволун, придется тебе помочь нам еще один раз.

— Давай я попробую левитировать, а потом, как откроют проход, ты пульнешь сырцом и придашь туше ускорения? Идет? — скомандовал Лиам.

Огромное мохнатое тело приподнялось над землей. Было видно, что, несмотря на чары облегчения веса, удерживать его на весу было совсем не просто.

— Раз, два… — В этот момент сработал сигнал, означающий открытие защитных стен. — Три!

От напряжения я выдала куда больше энергии, чем планировала изначально. Туша, получив удар, подлетела вверх, словно от пинка, и оказалась над самой головой огромной химеры. Та моментально потеряла интерес ко всему остальному. Ее разномастные головы задрались, пытаясь ухватить мясо острыми зубами, но то было слишком высоко.

— Пошли! — Лиам дернул меня за руку, уводя на переднюю клетку. На этот раз пустую.

Химера, взбудораженная неожиданным подарком, начала издавать утробные рыки, которые отдавались эхом по всему стадиону, как и последующее довольное чавканье.

Прости, кроволун, но я бы не хотела оказаться на твоем месте.

Впрочем, наверное, сейчас каждый участник соревнований, что уловил эти звуки, ощутимо напрягся.

И снова сигнал опускающейся преграды. Мы оба опустились на землю, пытаясь перевести дыхание. Лиам смотрел на меня с восхищением.

— Ты молодец, — сказал он, его голос дрожал от адреналина. — Я думал, мы не докинем! Но ты справилась. Туша-то тяжеленная, даже под облегчением еле держал.

— То есть ты даже был не уверен, что твой план сработает? — Я легко стукнула его в плечо, чувствуя, как мое сердце все еще колотится в груди. Волнение отступило на второй план, уступая место азарту и стремлению победить.

— Нет, не был, — легко признался Лиам. — Но в тебя верил.

Я покачала головой и мотнула в сторону следующих клеток:

— Пока химера занята, у нас есть шанс пройти дальше, не привлекая к себе лишнего внимания. Какой путь выберем?

Лиам задумчиво взглянул на лабиринт перед нами, его глаза быстро скользили между различными путями, просчитывая вероятности.

— Пойдем направо, — наконец решил он.

— Но через клетку от этого квадрата — еще одна группа участников. Что, если они тоже туда придут?

— Если придут, то закончат турнир досрочно, — фыркнул парень.

И действительно, когда на следующем переходе мы ступили на выбранный квадрат, к нам в клетку зашла еще одна парочка. Две девушки с растрепавшимися прическами и в подпаленной одежде. Кажется, им путь сюда дался еще тяжелее, чем нам. Зачем тогда выбрали сражение с нами? Я прищурилась, пытаясь вспомнить их на отборе. Вроде бы и видела, но имен не помнила.

Лиам уже стоял в боевой стойке, готовый к любому исходу.

— Может, найдем компромисс? — предложила я, делая шаг вперед. — Все мы здесь за одним и тем же. Нет смысла тратить силы друг на друга. Победитель баллов не получит.

Одна из девушек, пухленькая и кудрявая, казалось, была со мной согласна и попыталась утянуть свою подругу в другой квадрат, пока путь не закрылся, но поздно. Сигнал и опустившиеся защитные стенки решили дело.

— Зато у проигравшего будет сразу минус пять, — заявила вторая девушка, высокая, с короткой мальчишеской стрижкой. — Я не дам вам занять первое место.

— А мы на первом? — заинтересовался Лиам, покрутив головой. — Тут где-то общие баллы видно?

Но высокая вместо ответа запульнула в него заклинанием. Я не стала тратить время на подбор заклинаний, а просто бросилась на вторую, на ходу достав один из своих ножей. Вот только ее реакция стала для меня неожиданностью.

— Сдаюсь-сдаюсь! — запищала она и, даже не пытаясь сопротивляться, упала на пол и закрыла голову руками.

Я растерянно замерла, не зная, как действовать дальше. Это считается, что я победила? Или я расслаблюсь и она нападет на меня? И что тогда делать? Не думаю, что распорядители ожидали реального смертоубийства между участниками турнира. И как тогда определить победителя?

К счастью, организаторы в самом деле продумали этот момент. И когда я уже прикидывала, не воспользоваться ли помощью змейки, парализовав девчонку буквально на пару минут, над ее головой вспыхнула алая сфера.

— Проигрыш одного участника автоматически означает проигрыш команды, — озвучил Лиам и опустил магический щит. Его противница грязно выругалась.

— Тряпка! — зло прошипела она своей напарнице и отошла в дальний угол.

— Прости, — только и пискнула та девчонка, пока не пытаясь подняться на ноги. Я же удивленно взглянула на Лиама.

— А когда озвучили это правило? Я что-то пропустила?

— Возможно, пока мы были в палатке, что-то говорили. Или преподаватели перед самим этапом. Если честно, я сам не слышал. Просто видел, как на том конце поля подобная ситуация была у другой пары команд. Ну и как видишь, девочкам тоже известен этот момент, — кивнул он на них.

Оставшийся отрезок времени до открытия стенок прошел в тишине. Стоило наступить «зеленому коридору», противница Лиама, что-то сердито шикнув, подхватила напарницу под локоть и потащила вправо, по пути попытавшись пихнуть меня. Но я не дала ей такого удовольствия, вовремя отступив. За что удостоилась еще одного озлобленного взгляда.

— До конца поля не так много. И можем захватить несколько не особо страшных особей, — кивнул Лиам на предполагаемую траекторию нашего продвижения, пока мы находились в очередной свободной клетке.

— Ты имеешь в виду Олену с ее напарником? — нервно хохотнула я, заметив эту пару не так далеко от нас.

— Какой смысл им идти к нам? Перед ними более удобный путь, а если последуют за нами, потеряют очки на одном только количестве клеток. Да и удобной для сражения нежити здесь нет. Чисто попытаться подгадить нам? Глупо и бесполезно, — покачал головой бездушник. Я не стала комментировать его слова, надеясь, что он прав. Ибо Олену я знала уж точно не как уравновешенную и продуманную особу.

К счастью, тут мои опасения не подтвердились. За что следует сказать спасибо напарнику блондинки. Как только стенки клеток опустились, она дернулась в нашу сторону, но ее напарник, даром что сухощавый невысокий теоретик, ухватил ее за предплечье и буквально на буксире потащил в нужную им ячейку. Конечно, если бы он действовал одной лишь голой силой, это только разъярило бы Олену и она бы настояла на своем. Но парень попутно что-то втолковывал ей и сумел переубедить.

Остаток пути мне не запомнился чем-то особенным. Нежить, на которую мы рассчитывали, перешла в другие ячейки. Участники, которые могли быть в клетках на нашем пути, уже давно покинули их и пробирались на противоположную сторону поля. Так что мы беззаботно прошли несколько пустых клеток и сразились с роем практически безобидных завриков, получив лишь пару несущественных царапин от их жестких крылышек. За ними еще две клетки по прямой и… Все?

— Лиам Онд и Мириам Крайт прошли первый этап! — раздалось над нашими головами, а следом я услышала шум сотни зрителей с трибун. Мы покинули купол. И… мы сделали это первыми?

Они повернулись к трибунам, лицом к зрителям. Комментатор продолжал что-то выкрикивать, а к ним уже подбежали несколько человек, уводя с поля в подсобные помещения.

— Не ранены? Медицинская помощь нужна? — Молодая медсестра пощелкала пальцами рядом с головой Миры. Затем провела вдоль тела магическим сканером. — Ну надо же. Даже почти без царапин.

— Слышала, вам судьи за финт с химерой пару баллов накинули, — зашептала вторая медсестра, которая осматривала Лиама. — Молодцы, хорошо прошли.

После того как медсестры заверили, что Лиам и Мира в полной боевой готовности, напарников отправили в зону ожидания, где они должны были находиться до объявления результатов.

Минут через пять к ним присоединились две девочки — те самые, что оказались с ними в одной клетке. Они сразу нашли себе место у стены и обиженно посматривали друг на друга, игнорируя всех остальных.

Еще через какое-то время появилась Олена с напарником. Правда, их тут же увели под тем предлогом, что «корреспонденты «Белого листа» просят комментарий от участника турнира».

Лиам невольно хмыкнул. Ну да, кто бы сомневался, что его возьмут именно у дочери владельца этой газеты.

Одна за другой вернулись и остальные пары, кроме двух.

В зал вошел профессор Рок, держа в руках планшет с результатами. Тишина, которая воцарилась в помещении, была настолько густой, что казалось, можно было бы разрезать ее ножом.

— Уважаемые участники, — начал судья, его голос был строг и деловит. — Позвольте поздравить каждого с участием в первом этапе. Некоторые из вас продемонстрировали исключительные навыки и стратегии, которые заслуживают особого внимания. Некоторые, к сожалению, получили травмы, не позволяющие продолжить соревнования.

Мира с предвкушением подалась вперед. Ее волнение было видно невооруженным взглядом. Лиам сжал ее руку в знак поддержки, и девушка инстинктивно так сильно стиснула ее в ответ, что он наклонился к ней и шепнул:

— Ты мне руку так сломаешь, спокойнее…

Но он не успел договорить, потому что профессор Рок объявил:

— Первое место в первом испытании занимают Лиам Онд и Мириам Крайт. — По его лицу было видно, что он и сам удивлен этому.

Некоторые участники обменялись мрачными взглядами. Мира же зажала себе рот, чтобы не крикнуть от накатившей волны радости. Лиам сам едва держался, чтобы не расплыться в непривычной для него широкой улыбке. У них действительно получилось? Пусть это всего один этап, но они все равно сумели проявить себя.

— И, студентка Крайт, я видел ваше исполнение стандартного боевого заклинания Адера сегодня, — добавил профессор Рок. — Сделано коряво, но ведь сделано! Так что не смейте больше изображать из себя неумеху на парах. Вы поняли? — Он строго глянул на Миру, затем опять вернулся к планшету. — Второе место — Олена Стоун и Крис Хоуп. Третье место — Валентайн Соман и Рон Ост. Таблица баллов будет вывешена к вечеру. Рядом с фамилиями тех, кто не прошел дальше, будут отметки. Тем, кто вышел из игры из-за травмы, мы желаем скорейшего выздоровления.

Когда объявление результатов завершилось, Лиам с Мирой обменялись взглядами.

— Отпразднуем? Я, кажется, задолжал тебе еще мяса в кисло-сладком соусе, — предложил бездушник быстрее, чем эта мысль сформировалась в его голове. Почему-то показалось правильным устроить Мире праздник. Выложилась на все сто и даже больше, заслужила.

— Теперь свободны. До следующего этапа два дня. Покажите себя не хуже, чем сегодня, — подвел итог профессор Рок.

Все складывалось наилучшим образом, Учитель будет доволен. Но привычная мысль, которая должна была принести Лиаму удовлетворение, почему-то кольнула непонятной эмоцией, больше всего похожей на… досаду?

— Хорошо, — легко согласилась Мира на его предложение отпраздновать. — С тебя мясо. И еще хочу салат. Но в этот раз, пожалуйста, обойдись без задержек. Зимний день и так короткий, вон, солнце уже скрылось, а еще даже пяти нет. Я хочу начать наш праздник до того, как погаснут фонари во дворе.

— А разница? — невольно усмехнулся Лиам, и не планируя задерживаться нигде, но логику Миры хотелось проследить.

— Так вид лучше, — подмигнула она заговорщицки и прежде, чем парень спросил ее, какой вид, добавила: — И сегодня я выбираю место для ужина.

— В твоей комнате? — скривился он. — Не хочу никого обидеть, но тебе не кажется, что там чересчур людно? Лучше у меня.

— Я за то, чтобы открывать новые места, — фыркнула она и, шагнув к нему, быстро стрельнула взглядом куда-то в сторону и закинула обе руки ему за шею. Понизив голос, произнесла: — Так что буду ждать тебя в заброшенной башне.

Лиам, быстро оценив окружающую обстановку, заметил вернувшуюся после интервью Олену, практически с ненавистью уставившуюся на их пару. Учитель всегда был против открытых конфликтов, тем более публичного привлечения внимания там, где это не имело смысла. Но Лиаму захотелось поддержать игру Миры. Посему он опустил ладони на ее талию и стиснул покрепче, привлекая к себе еще ближе. В конце концов, в глазах окружающих они влюбленная пара.

— Ты забыла об одной мелочи: вход туда запирает охранная печать, — шепнул Лиам, почти касаясь губами ее уха.

— Надо же! Умница Лиам не найдет способа проникнуть туда? — картинно ахнула Мира, насмешливо блеснув глазами.

— Я-то найду… — протянул Лиам, с удовольствием любуясь такой живой и такой настоящей девушкой, количество скелетов в шкафу которой не уступало его собственному. Что будоражило и манило с каждым днем все сильнее.

— Тогда увидимся там. А мне еще переодеться надо. — Девушка двумя пальцами брезгливо оттянула ткань своей куртки с прилипшими ошметками какой-то нежити. — И тебе тоже не помешало бы.

С этими словами она отстранилась от него и, подмигнув, поспешила скрыться с полигона. Краем глаза Лиам заметил, как к нему торопится Олена, сияя гаденькой ухмылкой. Явно ничего хорошего не скажет. Может, даже позлорадствует по поводу их возникших проблем с комиссией по нравственности. Но… у них с Мирой как раз будет вечер наедине, где помимо всего прочего они смогут обсудить и это.

И бездушник, сделав вид, что не видит идущую в его сторону блондинку, покинул полигон следом за Мирой. В конце концов, ему еще нужно успеть переодеться в чистое и забрать из таверны их ужин. И Мира права: вид из башни на горящий сотнями огней город должен быть потрясающим.

В этот раз все прошло без эксцессов. Никто не возникал на его пути, не передавал новых поручений Учителя, не пытался с ним что-либо обсудить. Очереди в таверне и той не было, Лиаму удалось получить свой заказ за считаные минуты.

Удача ему благоволила и по дороге в башню, помогая добраться туда незамеченным. Проникнув своим способом внутрь, он почти не удивился, увидев там сидящую на подоконнике Миру.

По своему обыкновению девушка свет не зажигала, хотя сумерки уже давно опустились на землю. И правда видит все благодаря симбиозу с демоном?

Благо из-за туч выглянула почти полная луна, давая достаточно света внутрь башни, чтобы не активировать заклинание ночного зрения. В луче света что-то блеснуло в пыли под ногами.

— Осторожнее, не наступи на змейку. Она дама мстительная, — предупредила Мира.

И Лиам пораженно замер, увидев обычную на вид небольшую змейку, шустро убравшуюся с его пути.

— Постой, это твоя змейка? Твой симбионт? — выдохнул он, проследив, как она отползла чуть в сторону и следит за каждым его движением глазками-бусинками.

— Верхний этаж башни не лучшее место, чтобы здесь завелись змеи естественным путем, — фыркнула Мира, беспечно болтая ногой в воздухе. — Что тебя удивляет?

— Что она отдельно от тебя.

— Ты же и так знал, что она обретает материальность, — пожала плечами девушка.

— Да, но я думал, что она при этом должна касаться твоего тела, быть как бы его продолжением, а тут… — помотал головой Лиам, принимая новую информацию.

— Как мало ты знаешь о демонах, — фыркнула Мира, опасно отклонившись спиной в оконный проем. — А еще по демонологии высший балл.

— А то ты сама не знаешь, что учебная программа касательно демонов безжалостно обрезана на корню. И от того, что вполне легально преподавали раньше не только в академиях, но и в школах, осталась едва ли пара процентов, — недовольно дернул плечом Лиам, прикидывая, за сколько секунд успеет добраться до Миры, вздумай она начать падать. Или не ждать, а лучше сразу ее оттащить от опасного места подальше?

— Знаю, — мгновенно посерьезнела она.

Не выдержав, Лиам все же подошел к ней и попытался снять с подоконника.

— Ты всегда так рискуешь? — спросил он, гоня от себя ассоциацию с курицей-наседкой.

— Только когда уверена в своем партнере, — ответила она с улыбкой, которая заставила его сердце забиться сильнее.

Лиам смутился, дернул Миру на себя, и она оказалась в его объятиях. Глаза в глаза, дыхание, которое смешивалось одно на двоих.

Слишком близко… слишком неправильно. Или наоборот? Только так и правильно?

Она доверчиво потянулась к нему, прикрывая глаза…

— Я должен узнать больше о демонах, — кашлянув, произнес он. Нужно было что-то сказать, иначе он бы не сдержался и…

А что бы, собственно, произошло? Они бы поцеловались. Так ведь они целовались уже. И у него Мира далеко не первая девушка. Почему он тогда так робок? Почему все всегда не так, когда речь заходит о ней?

— Эм… — Мира нахмурилась, явно не ожидая сейчас подобного вопроса. И вообще любых вопросов. — Почему бы тебе не спросить о них у своего Учителя?

Учитель. Его упоминание привело Лиама в чувство, он выпустил Миру из рук и отступил на шаг.

— Да, точно… — Лиам покачнулся, чувствуя себя опустошенным. — Нужно отчитаться, что мы выполнили первый этап. Он будет доволен.

Парень прислонился к стене, а затем сполз по ней вниз. Его похвалят, снова будут ставить всем в пример, а другие адепты будут называть его почтительно Первым, он должен радоваться этому, разве нет? Лиам ведь не делает ничего плохого, Учитель знает про Миру и даже уже простил его за утайку сведений. Почему же тогда на душе сейчас такой раздрай?

Мира вдруг осторожно присела рядом с ним на колени и коснулась кончиками пальцев его щеки.

— Лиам… Лиам?.. — позвала она, но он не отвечал, сосредоточившись на переживаниях внутри себя, даже глаза закрыл.

Теплая волна прошлась от его лица колючими искорками по коже, теплой щекоткой где-то в районе груди, успокаивающим поглаживанием, от которого стало так хорошо.

Он распахнул глаза, удивленно уставившись на девушку.

— Ты же спрашивал о демонах? Факт номер один: демонический эфир способен смягчить терзания поломанной души. Не знаю, вызывает ли он привыкание, но, учитывая, что около твоего Учителя целый культ собрался, предполагаю, что еще как вызывает.

Он не сразу понял, о чем она говорит. Пришлось несколько раз прокрутить в голове сказанное.

Бездушники привязываются к демонам из-за эфира? Звучит как бред. Он-то уж точно привязался к Учителю не из-за этого.

Но при этом впервые за долгое время, с момента поступления в академию, не меньше, он чувствовал себя… целым, целостным. И полностью умиротворенным, так что не нашел в себе желания спорить, возмущаться, опровергать. Только заглянул в ее невозможно чистые голубые глаза и попросил:

— Сделай так еще раз…

Снова теплая волна энергии омыла его, исходя от Миры. Внутренний хаос, сомнения и тревоги растворялись в этом потоке, оставляя после себя лишь уверенность.

Мира медленно подняла руку и легко коснулась кончиками пальцев его лба. Это прикосновение было невесомым, Лиам перехватил ее руку, потянул на себя и прижался к ее губам своими.

— Вот теперь я буду думать, что вызвала у тебя привыкание… — пробормотала она, но слова потонули в нежном поцелуе, с каждой секундой становящемся все более настойчивым и требовательным.

Каждая клеточка его тела откликалась на этот поцелуй, как будто весь мир сократился до них двоих, здесь и сейчас. Он обвил руками ее тонкую талию, прижимая Миру ближе к себе, стирая последнее расстояние между ними. Она первая запустила руки под его футболку, ее пальцы холодили кожу и одновременно разжигали пламя внутри него еще сильнее. Она дернула вверх его одежду, и тогда он окончательно перестал сдерживаться…

— Кто-то идет… — услышал он чей-то шепот словно со стороны. — Лиам, кто-то идет. — Мира попыталась отстраниться, но он не желал отпускать ее. — Лиам!

Девушка стукнула его кулаком в плечо, приводя в чувство.

— По ступенькам кто-то поднимается. — Она швырнула в него футболку, а сама метнулась к маленькой змейке. Та скользнула по руке, скрываясь под одеждой девушки, которую Мира тут же начала поправлять. Затем пошевелила плечами, поморщилась, словно от мимолетной боли. — Эй, слышишь меня? Одевайся.

Тут чужие шаги услышал уже и он.

Лиам быстро натянул футболку, пытаясь восстановить свой обычный вид. Его сердце все еще бешено колотилось, но теперь не только от страсти. Он посмотрел на Миру, которая уже встала и пыталась выглядеть как можно более невинно, хотя ее взъерошенные волосы и покрасневшие щеки говорили сами за себя.

Кто там может идти? Кто-то из преподавателей заметил, как он сюда пробирался? Какие-то сигнальные чары сработали, когда Лиам или Мира проникали внутрь?

Вот только он не угадал, и из-за поворота вывернул совсем не тот, кого он думал увидеть.

— Дениз?

Перед ними стояла хмурая студентка, по совместительству еще одна шпионка Учителя в академии.

Ее глаза скользнули между Лиамом и Мирой, и на ее лице появилась презрительная усмешка. Она перекинула рюкзак через плечо, явно демонстрируя, что не собирается задерживаться.

— Увидела, что ты поднялся сюда, и решила проверить, дорогой Лиам. Вдруг у тебя тут поручение Учителя и нужна помощь, — елейным голоском практически пропела она. — Но, судя по опухшим губам, вы тут оба победу празднуете.

— Не твое дело, что мы тут празднуем. — Лиам попытался закрыть Миру собой. — Мира здесь, потому что Учитель так решил. Не тебе ставить под сомнение его решения.

— Где здесь? В академии или у тебя на коленях? — гадко хихикнула она. — Нет, если он тебе в награду ее в качестве подстилки отдал, то какое я имею право осуждать…

Лиам натуральным образом зарычал, ощущая, как его сила клубится внутри, норовя вырваться смертоносной волной. Дениз, осознав, что перешла черту, побледнела и вскинула руки в защитном жесте. Но в ее глазах светилась обреченность…

Последняя фраза только-только повисла в воздухе, как что-то неуловимо изменилось. Руки Лиама сжались в кулаки, но не как обычно бывает под влиянием эмоций или перед тем, как вступить в рукопашный бой. Он явно собирался выпустить какое-то заклинание. И, учитывая, что для плетения ему обычно хватало одной руки, это что-то должно было быть масштабным, мощным, чем-то таким, что не только выдаст наше присутствие здесь, но и, возможно, поставит Лиама под угрозу раскрытия.

Змейка в эфире лишь издала громкое шипение, даже не попытавшись выразить его словами. Оно было пропитано в равной доле ужасом и… восхищением? Значит, я не ошиблась в своих выводах: что бы Лиам ни планировал сейчас выпустить в Дениз, оно явно относилось к запрещенной магии. Оставались считаные мгновения до непоправимого.

И я сделала единственное, что мне пришло на ум. Точнее, то, чего я никогда бы не сделала в здравом уме раньше. Какой дурак полезет к оружию, которое вот-вот выпустит свой смертоносный луч? Конечно же, я!

Положив ладонь на предплечье Лиама, отчего он вздрогнул, я продолжила подтверждать звание самой безрассудной особы и еще и демонстративно потерлась щекой о его плечо. Прижалась к нему так, словно мы давно состоявшаяся влюбленная пара. Почти физически ощутила, как от него волнами исходит недоумение, переходящее в растерянность, а напряжение понемногу отпускает тело. Но сейчас я смотрела лишь на Дениз.

— А что так? Завидно? — протянула я со всем возможным ехидством. — Тебе ведь не светит быть на его коленях… Или ты предпочла бы перед ним встать на колени?

— Что? — От шока бездушница, приготовившаяся сражаться с Лиамом за свою жизнь, сразу не нашлась что сказать. Я же продолжила. Что-что, а уколоть словом я умела… да и любила, что скрывать.

— Не стесняйся, делись фантазиями. Возможно, если будешь послушной, возьмем поучаствовать… Ты как, Лиам? Я люблю смотреть, — протянула я искушающим тоном и взглянула на него, продолжая крепко держаться за его предплечье. Попутно повторила то, что сделала незадолго до прихода этой гадины: послала успокаивающие волны демонического эфира. Самую каплю, больше ради поддержки.

Парень, успевший хорошо узнать меня, никак не ответил на мои слова. Его взгляд больше выражал вопрос: «Ты что творишь?» И все же я заметила в нем смешинки.

— Что за бред ты несешь?! — выдохнула Дениз вне себя от злости. Но вместе с тем она выглядела как кошка, унюхавшая где-то рядом сочную свежую рыбку. Чувствует эманации демонического эфира, даже если они не направлены на нее? Это объясняет мелькнувший в ее глазах жадный голод.

— Такой уж бред? — лениво протянула я и продолжила вкрадчивым тоном, сладким ядом текущим в ее уши: — Сколько бы ты ни пыжилась, выслуживаясь перед Учителем, любимый ученик у него один. Что бы он ни натворил, его рано или поздно простят. Ты же… Да ладно, Лиам не то что имени твоего не знал до этой встречи, а и лицо не запомнил. В то время как тебе известно все о его достижениях. Учитель дал тебе свое задание в академии, в него не входила слежка за Лиамом. И тем не менее, куда бы мы с ним ни шли, теперь вспоминаю, везде была ты. Можешь обманывать себя тем, что ты просто хотела подставить его… или даже для себя понять, почему именно он Первый. Оправдывай как хочешь, правду мы все прекрасно знаем. Иначе зачем ты сейчас пришла сюда?

— Затем, что Учитель приказал разобраться с вашим проколом с комиссией по нравственности! — практически взвыла Дениз, теряя самообладание. Ее лицо раскраснелось то ли от гнева, то ли… от стыда? Неужели я попала в точку со своими рассуждениями?

— Учитель озаботился проблемой Миры? — вырвалось у Лиама удивленное. Он даже забыл перейти на ледяной, вымораживающий тон, каким общался со всеми бездушниками.

— Что сказать. Я умею произвести впечатление, — нервно хмыкнула я, ошарашенная не меньше.

Лиам первый взял себя в руки, оправдывая свою репутацию.

— И? Готова отчитаться об успешном улаживании проблемы или же мне передать Учителю, что ты снова облажалась? — поинтересовался он, не скрывая презрительно-брезгливых ноток в голосе.

Дениз на это высокомерно скривилась.

— Залезть в голову преподавателям и членам комиссии слишком рискованно, но если бы вы не сидели тут весь вечер, то уже узнали бы то, о чем гудит вся академия.

— Что ты сделала? — настороженно спросила я.

Губы девушки расплылись в коварной улыбке.

— Оргию устроила.

— Что?! — хором переспросили мы с Лиамом, вытаращившись на нее, как на умалишенную.

Она вздохнула и вздернула подбородок.

— Племянник ректора, внучка грымзы из этой самой комиссии, еще несколько студентов из первой десятки списка и даже какой-то дальний родственник Молана — все были застуканы в одной из пустых аудиторий в весьма компрометирующих позах. В общем, в ближайшее время комиссии по нравственности будет не до вас. Ну и поскольку об этом происшествии уже гудит вся академия, то вы на их фоне — почти святые. Спали только вдвоем, в кровати и застукавших вас педагогов соблазнить и утянуть на свою вечеринку не пытались.

На последних словах я закашлялась, едва представив себе эту сцену. Ну ничего себе, сколько мы всего пропустили.

— И как ты это устроила? — хмуро спросил Лиам. — Ментальное воздействие? А если на них обнаружат следы магии души? С них ведь станется перетряхнуть всю академию, проверить каждого студента артефактом. О чем ты вообще думала?

Я покосилась на него. А не он разве только что чуть не использовал магию души на Дениз? Причем такой силы, что весь преподавательский состав уже через минуту был бы тут, и никакого артефакта бы не понадобилось — все сразу же знали бы, кто это сделал.

— Пф-ф. Я не вчера родилась, Онд, — закатила глаза девушка. — Магию души не использовала, подсыпала зелья, причем не своими руками. — Она скрестила руки на груди. — Ну как, я выполнила задание Учителя? Прикрыла ваши задницы?

Лиам смерил ее оценивающим взглядом с головы до ног, не спеша выдать свой вердикт. Я же, быстро прикинув, что открытая конфронтация добром не закончится, выступила вперед и протянула ей руку.

— Ты молодец, — торжественно произнесла я. — Если бы еще не пришла сюда без приглашения и не начала с оскорблений, то вообще было бы отлично. Ну как, мир?

Дениз скосила глаза на протянутую руку, затем фыркнула и развернулась на месте, так ее и не пожав.

Я пожала плечами и убрала ладонь. Нет так нет, меня это все равно не задело.

Дениз ушла из башни первой, мы с Лиамом спустились еще через полчаса.

Бездушница была права. Вся академия буквально гудела. По сравнению с шепотками о моей беременности новая новость произвела эффект разорвавшейся бомбы.

Лиам и я шли мимо толп студентов, которые обсуждали последние события с таким оживлением, будто это было самое значимое событие года. Я заметила, как некоторые из них смотрели на нас, но уже без какого-либо интереса. Видимо, на фоне последних событий наши проступки казались детскими шалостями.

— Как думаешь, это долго продлится? — спросил Лиам, когда мы вышли на улицу, вдыхая прохладный вечерний воздух.

Я пожала плечами.

— Не знаю. Но Дениз точно знает, как перевернуть внимание всей академии на сто восемьдесят градусов.

— Посмотрим сначала, как пройдет заседание комиссии по нашему делу, — недовольно буркнул Лиам.

«Чего он такой мрачный?» — не сразу поняла я, но потом вдруг до меня дошло.

— Ты что, переживаешь, что она хорошо выполнила задание и теперь Учитель похвалит ее, а не тебя?

Лиам нахмурился, на лице показалась недовольная гримаса, он дернул плечом.

— Не говори ерунды.

— Ерунды? — Меня это вдруг начало веселить до такой степени, что я едва не расхохоталась. — Да я угадала! Ты сейчас бесишься не из-за того, что сказала Дениз в башне, а из-за того, что этот план придумал не ты.

Я никогда не была в академии отличницей, поэтому мне было не понять этих чувств. Но я прекрасно видела, как бесилась Олена, когда кто-то другой получал оценку выше, чем она. Неужели и в отличнике Лиаме это есть? Настолько важно всегда и во всем быть первым?

Парень прикрыл глаза, а затем наконец произнес:

— Хорошо, может быть, ты права. Может быть, мне действительно не нравится, что кто-то оказался на шаг впереди меня. Но это не означает, что я не могу признать хорошую работу, когда вижу ее. Идем, я провожу тебя в твою комнату.

Вызов на заседание комиссии нам пришел на следующий день. Всего за час до самого заседания.

Вот только когда мы туда пришли, все, что там нас ждало, — это устный выговор о недопустимости нарушения правил академии.

Та самая злобная старушка, которая громко возмущалась тем, что нас с Лиамом застукали в одной кровати, скороговоркой зачитала нам написанное на бумажке решение: в качестве наказания мы оба не имеем права покидать территорию академии в течение следующей недели.

Можно ли считать это наказанием в отношении меня, если у меня пропуска и так не было?

Один из плюсов участия в турнире — освобождение от занятий до его окончания. В общем-то, для участников в них и не было смысла. Все зачеты и экзамены засчитываются автоматом на основе твоего рейтинга в турнирной таблице. И то минимальная оценка для участников — «хорошо». Да и занятия в академии сейчас были больше повторением пройденного и подготовкой к той самой сессии.

Вот только, похоже, не все были рады освобождению. По крайней мере, уже четвертый день подряд Лиам был сам не свой. Я его не трогала, ожидая, когда он либо сам переварит свои мысли и успокоится, либо поделится со мной. Но сегодня это сказалось на нашей тренировке. И когда Лиам пропустил совсем уж детский прием в моем исполнении и повалился спиной на песок, я прервала тренировку.

Махнув ему рукой, отошла к пустым трибунам, где мы оставили верхнюю одежду. Невольно улыбнулась, заметив заботливо припасенный для меня термос с несладким крепким кофе. Жестом предложила Лиаму глоток, но тот, вместо привычного возмущения моими вкусовыми предпочтениями, молча сел на лавку и, упершись локтями в колени, опустил голову на сложенные руки.

— Какой смысл давать неделю на подготовку к следующему этапу, если все равно никто не знает, что там будет? — неожиданно выдохнул Лиам раздраженно.

— Что в этом плохого? — пожала плечами я.

— Ненавижу ожидание, — признался Лиам, недовольно дернув щекой. Я бросила на него удивленный взгляд, закручивая крышку термоса.

— Разве не этим ты занимался здесь по приказу Учителя? Ожидал непонятно чего, получая образование? — нахмурилась я. Поболтала термос, на звук определяя, сколько там еще осталось горячего ароматного напитка. Запихнула под наши куртки по старой привычке, дабы сберечь тепло. Знала, что магическая начинка термоса и так сохранит жидкость обжигающе горячей, но так морально надежнее.

— Это другое. Обучение в академии и было главным приказом Учителя, все остальное — это сопутствующие задания, — не согласился Лиам и задрал голову к небу, позволяя редким мелким снежинкам опускаться на разгоряченную кожу.

Небрежно стерев ладонью тонкий слой снега со скамьи, я присела рядом на холодную обледенелую поверхность. Мой костюм не обладал повышенной термостойкостью, как у Лиама, но я с детства привыкла к низким температурам, пусть и не любила зиму. Впрочем, за пару минут отдыха все равно ничего не произойдет, а дальше, надеюсь, мы продолжим тренировку.

— Тебя не ожидание бесит, а то, что ты не можешь быстро выполнить приказ Учителя, — осенило меня. И судя по тому, как перекосило лицо Лиама, я поняла, что угадала.

— Нет. Или да. Я не знаю, — неожиданно честно признался Лиам. Порывистым жестом стер с лица снежинки, превратившиеся в мелкие капли. — Все слишком запутанно. И эта запутанность, наложенная на ожидание, раздражает.

— Я бы охарактеризовала скорее как «бесит», — фыркнула я, окинув его оценивающим взглядом. — Как бы там ни было, относись к этому проще. Время дано нам для того, чтобы повысить свои навыки в бою, подтянуть теоретическую часть по монстрам, кому надо. Вспомни хотя бы, сколько досадных ранений получили наши оппоненты банально из-за незнания видов нежити. И потом, это самое время дано в первую очередь для них, чтобы все раны успели зажить перед следующим этапом. Ну а мы больше раскачаем мои способности к созданию заклинаний высших уровней.

На последних словах я показала ему язык и, встав с лавки, кинула небольшим снежком, который успела скатать, пока говорила.

— Эй, так нечестно! — возмутился Лиам, отряхиваясь, точь-в-точь как большой кот, на которого ветром струсило снег с ветки.

— Нечестно филонить во время тренировок со мной. Особенно когда надвигается снегопад. Смотри, какие тучи, — кивнула я ему на небо. — Давай, соберись. До турнира осталось три дня, и я хочу выжать из этого времени все возможное, чтобы доказать, что я лучший боец, чем ты.

— Ах ты… — аж задохнулся от моей наглости Лиам, но на его губах появилась предвкушающая улыбка, окончательно стирая хмурость и раздражение с его лица. — Ну берегись теперь, пощады не жди…

— Берегусь, — ответила я ему в тон и ехидно подмигнула, активируя четырехстихийный щит.

Что-то мне подсказывало: сегодняшняя тренировка у нас будет ярче предыдущих. А ставки те же. Моя победа равна ужину из любой выбранной таверны. И это уже проблемы Лиама, кого попросить выбраться в город и доставить нам заказ…

Больше всего в академии профессор Молан ненавидел деканат. Вокруг царил хаос — преподаватели то и дело пробегали мимо его стола, обсуждая учебные планы, жалуясь на зарплату или перегруженность работой. Кто-то сплетничал о студентах, кто-то ругался из-за очередного отказа в финансировании очередного исследовательского проекта, кто-то с энтузиазмом составлял списки на пересдачу или отчисление.

Но к сожалению, артефакты, на которых велась трансляция турнира, располагались только здесь, так что приходилось терпеть всю эту суету, чтобы просмотреть записи.

Он вновь и вновь прокручивал кадры, на которых одна из студенток первого курса, Мириам Крайт, использовала стандартное боевое заклинание Адера. Чары были выполнены неумело, много лишних суетливых движений, и тем не менее получились достаточно мощными. Однако профессор Молан раз за разом проматывал эту сцену и не мог понять, что именно его смущает.

— О! Да это ж Крайт! — хохотнул выросший из-за его спины Адриан Рок, профессор боевой магии. — Тоже не ожидал от нее, а, старина Стефан? — Он ударил Молана по плечу, отчего у того едва не выбило дух. Вот уж правду говорят: сила есть — ума не надо. — Я уж думал, девка совсем пропащая, отчислим, и дело с концом, а она вон как себя показала! Моя школа! Не зря на нее время на занятиях тратил.

— Да при чем тут ты, Рок? — послышался голос старого зануды Корна, профессора экономики. — Это все влияние Лиама. Вот уж где действительно подающий большие надежды молодой человек. Надеюсь, в будущем он свяжет свою жизнь с экономикой.

— С чего это?! — возразил еще один старикашка, преподаватель основ безопасности магической деятельности Мерлиниус. — Студенту Онду нужно выбрать специализацией именно мое направление — оно самое перспективное!

— Для кого перспективное? Для таких неудачников, как ты? — фыркнул Рок, а дальше начался натуральный гвалт, ругань всех со всеми, переходящая в личные оскорбления.

«Как их только сюда на работу взяли?..» — брезгливо подумал Молан, выключая артефакт. Все равно сейчас, пока в деканате столько народу, не сосредоточишься толком.

До следующих занятий, которые он проводил, у него оставалось окно, и хотелось потратить его с пользой. «Вернусь в свой кабинет», — решил профессор, вот только стоило ему подойти к помещению, как он увидел девушку, прислонившуюся к стене.

— Студентка Стоун? — протянул Молан. — Не припомню, чтобы у вас были долги по моему предмету.

— Профессор… можно с вами поговорить? — опустив глаза, тихим голосом спросила та.

Профессор Молан остановился, изучая девушку. Ее семья была очень известной и влиятельной. Девушке прочили блестящие перспективы, а учитывая ее способности, можно было предположить, что в будущем она многого добьется.

Сам же Молан, хоть и считался признанным экспертом в своей области, происхождением не блистал. К тому же демонология сейчас находилась в упадке, а потому особо никого не интересовала. Тут или переквалифицироваться, или смириться, что должность преподавателя в академии средней руки — твой потолок.

Самого профессора это никогда не смущало, он всегда «горел» своим направлением. И всегда сожалел о том, что практическая демонология сейчас под запретом.

Что же могло от него понадобиться такой, как Олена Стоун?

Девушка между тем смотрела куда угодно, только не на него.

— Конечно, Стоун. Пройдемте в мой кабинет, там мы сможем поговорить без посторонних ушей, — сказал Молан, открывая дверь и пропуская ее вперед.

Войдя в кабинет, студентка опустилась на стул напротив стола профессора. Она казалась напряженной и одновременно решительной.

— Чем могу помочь? — спросил Молан, садясь напротив нее и складывая руки на столе. Его голос был мягким, призывая девушку открыться.

— Профессор, я… — начала она, нервно перебирая пальцами. — Это касается Мириам Крайт!

— Крайт? — Молан от неожиданности закашлялся. Не такого разговора он ожидал.

— Да. Профессор, вы больше всех в академии знаете толк в запрещенных чарах. Скажите, разве может человек, который в начале года и двух рун сплести не мог, к концу семестра занять первое место на этапе кубка? И ладно бы ее прогресс проходил постепенно! Так нет же, просто вдруг стала сильной по щелчку пальцев. Пожалуйста, профессор, помогите мне доказать, что эта выскочка жульничает! — Олена выпалила все это на одном дыхании и теперь выжидательно уставилась на преподавателя горящим праведным гневом взглядом.

Профессор Молан на мгновение замер, но вскоре вернул на лицо привычную дружелюбную маску.

— Интересно, — произнес он медленно, опирая подбородок на руку. — Вы правы по крайней мере в том, что изменения в магической мощности крайне редки без внешнего воздействия. Но насколько я знаю, у Мириам Крайт уже при поступлении фиксировали высокие внутренние резервы.

— Она на практике только сырцом кидаться и умела. Даже простейшие чары на одну стихию не давались. А тут вдруг на испытании четырехстихийный щит запросто показала?

В голове словно звоночек прозвенел. Нет. Не может быть, чтобы все было именно так, как он подумал. Вот только мелкие детали одна за другой вдруг начали складываться в объемную картинку.

— Профессор Молан, я переживаю, что из-за нее кто-нибудь может пострадать. Ее напарник… Лиам Онд. А что, если она не только всех нас дурит, но и ему приворотное зелье подлила? — продолжила тем временем Олена.

«Так вот в чем дело, — ухмыльнулся про себя мужчина. — Похоже, у нас тут любовный треугольник… Но возможно, мне это только на руку?»

Демон среди студентов? И кто же подселил его к Крайт? Как давно это случилось?Если это действительно так, то у него появится объект для изучения. И кроме того, он сможет исполнить свою давнюю мечту — получить симбионта собственного.

Из демонолога-теоретика стать наконец демонологом-практиком.

— Стоун, я обещаю вам: мы обязательно докопаемся до истины.

После того памятного разговора на полигоне Лиам расслабился, и… напряглась уже я. Потому что «расслабленный» Лиам — это Лиам, который вознамерился за оставшиеся три дня выковать из меня универсального бойца! Клянусь, я ожидала начала второго этапа как спасения от этого чокнутого трудоголика! В какой-то момент я уже готова была предложить ему поменяться ролями — я пойду зубрить в библиотеку и выполнять роль теоретика, а он возьмет на себя любимую боевку…

Какой ашакуры он вообще подался на теоретика, какой идиот в преподавательском составе решил, что это его стезя?! Да даже я изначально не планировала в боевые маги идти, рассматривая для себя скорее артефакторику или алхимию. Это уже приемная комиссия принялась петь дифирамбы моему резерву и предложила иную специальность.

Ну да ладно. Рассуждения о том, что могло бы быть, все равно ничего не изменят. Как бы там ни было, а день следующего этапа наступил. С утра над академией зависли тяжелые свинцовые тучи, грозясь вот-вот просыпаться метелью над полигоном. Но стихийники по приказу ректора отогнали тучи подальше, очищая небо. Зачем им понадобилось так заморачиваться, стало понятно, когда все участники прибыли к месту испытания.

Место, где благодаря Лиаму я практически жила последние несколько дней, теперь было не узнать. Тут уже природники постарались, за ночь вырастив живую изгородь. Точнее, так понимаю, перед нами был лабиринт. И вряд ли задание заключалось лишь в том, чтобы спокойным прогулочным шагом найти из него выход. Явно же заселили всякой зубастой пакостью, а то и наставили ловушек! Только какой тогда смысл в зрителях? Ну серьезно, что они увидят с трибун — как мы входим туда? Ну ладно, те, кто на самых верхних рядах, возможно, увидят картинку сверху. И то это не точно. Ибо для этого следует иметь артефакт дальнезоркости. Или же в совершенстве владеть аналогичным заклинанием настолько, чтобы его действия хватило до конца испытания.

Вопрос отпал сам собой, когда ассистенты профессора Молана вынесли нам охапку артефактов.

— Эти артефакты нельзя снимать. Если повредите или потеряете, получите штрафные баллы, а то и дисквалификацию, — принялся пояснять профессор Молан, пока хмурые помощники (кто там из студентов проштрафился на его паре) цепляли каждому участнику на предплечье небольшую магическую коробочку на ремешках. — Настроившись на вашу ауру, они будут транслировать зрителям картинку того, что видите вы.

— А то, что мы говорим? — деловито поинтересовалась Олена.

— Разумеется. Или вы рассчитываете, что зрителям будет интересно безмолвное зрелище? — скептически приподнял бровь профессор Молан.

— И наши мысли? — испуганно пискнул кто-то за моей спиной.

Хмурый взгляд профессора сразу же метнулся туда.

— Вам повезло, что в вашей паре вы отвечаете за силу, — ехидно прокомментировал мужчина. — Ерунды не говорите. Артефакт транслирует картинку и звук. Все, что вы видите и что слышите.

— Профессор Молан, а в чем состоит само задание? — подал голос Лиам. — Пройти лабиринт, обезвредив ловушки и победив там всех тварей?

— Не всех, а конкретно ваших, — сделал непонятный намек преподаватель. — Подробнее вам сейчас расскажет профессор Рок.

Как и в прошлый раз, полигон накрывал прозрачный непроницаемый купол. Кто знает, с какой целью в этот раз. Может, чтобы зрителей не задело шальным заклинанием или же чтобы мы не отвлекались на шумы, не пытались прислушаться к голосу комментатора, используя его слова как подсказку? Впрочем, может, все варианты верны.

— Студент Онд суть передал верно. Ваша задача — покинуть лабиринт как можно скорее с минимальными потерями. Но что касается тварей, тут вы не угадали. Здесь не будет нежити, о которой, безусловно, подумал каждый из вас. Зато вам предстоит встретиться с вашими магическими зеркальными двойниками, цель которых — охотиться на того, по образу кого его создали, — произнес профессор Рок и на несколько секунд замер, наслаждаясь произведенным эффектом.

Заклинание зеркального двойника считается одним из высших уровней магии. В свое время шли длительные дебаты насчет того, вносить ли это заклинание в перечень запрещенных. Но ввиду того, что мало кто из магов способен на его создание, споры на некоторое время поутихли, а заклинанием долгое время никто не пользовался… Либо же их на этом не ловили. Одно время в академии ходили слухи, что у нашего ректора есть брат-близнец, иначе как объяснить то, что его несколько раз видели в разных местах одновременно? И вот мы все получили доказательство этих слухов. Точнее, того, что слухи взялись не на пустом месте.

Профессор Рок тем временем продолжил, просто добивая нас новыми подробностями испытания:

— В пределах лабиринта двойник бессмертен: сразите его — и через некоторое время он появится снова. С каждым разом время восстановления будет короче. Также лабиринт изобилует ловушками. Их можно обойти или же обезвредить. Выиграет тот, кто придет первым. Сейчас вас телепортом раскидает по разным точкам лабиринта, находящимся на равном удалении от выхода. Удачи!

И как только он это сказал, перед нами засветилось окно телепорта, который и переместит каждую пару в их точку.

Мир вокруг меня на мгновение исчез в ярком свете портала, оставив после себя лишь ощущение легкого головокружения. Когда я снова смогла сфокусировать взгляд, мы оказались в темном затхлом пространстве лабиринта.

Кругом — живые изгороди и деревья. Если не знать, что мы на полигоне академии, ни за что бы не подумала, что вокруг не джунгли.

Мы с Лиамом старались двигаться максимально тихо, чтобы не привлекать лишнего внимания.

— Может, использовать поисковые чары, чтобы определить направление? — спросила я, но Лиам перехватил меня за руку.

— Нет. Нельзя. — Он выглядел обеспокоенным.

— Ты что-нибудь ощущаешь? — одними губами спросила я. Видимо, Лиам раньше меня почувствовал ловушку.

— Нет, даже магическое поле не могу уловить, — мотнул головой он. — И это плохо.

— Плохо? Почему? — нахмурилась я. — Если нет магического поля, значит, поблизости, скорее всего, нет и магических ловушек.

— Потому, что любая магия в таких условиях будет подобна маяку. Скорее всего, сразу после этого объявятся двойники, — предположил он, морщась. — Правда, непонятно, как тогда нам ориентироваться.

— Ты шутишь? — прыснула я, не в силах удержать веселье.

И пусть время для смеха было совсем неподходящее, но, похоже, сказывалось постоянное напряжение последних дней. Редко удается увидеть такую его растерянность. Вот оно — дитя прогресса, выросшее пусть и в трущобах, но в одном из самых крупных городов нашей империи. Практически в самом сердце цивилизации.

— Что смешного?

— Ты забыл, я жила в лесу… — Я осеклась, вспомнив, что каждое произнесенное слово слышат зрители. — В смысле — в деревне рядом с лесом. Ориентироваться без магии? Проще простого!

Лиам взглянул на меня с изумлением, затем его лицо озарилось улыбкой. Он кивнул и отпустил мою руку.

— Что ж, тогда веди нас.

Я сделала глубокий вдох, пытаясь почувствовать ветер и запахи этого искусственно созданного, но все же живого лабиринта. Закрыв глаза на мгновение, я позволила инстинктам, приобретенным за время жизни в лесу, пробудиться.

Я задрала голову, вспоминая, как выглядел лабиринт, когда мы смотрели на него со стороны, стоя рядом с профессором Моланом. Определила положение солнца. Затем взгляд упал на мох, который, как я помнила, всегда растет на северной стороне деревьев. Даже если рост местной флоры ускорен магически — он все равно подчинялся законам природы.

— Нам в ту сторону, — уверенно прошептала я.

Лиам кивнул, и мы начали двигаться, изгибаясь и приседая, чтобы миновать густые заросли и избежать потенциальных ловушек.

Минут пятнадцать все было спокойно. Разве что иногда в стороне слышался шум и приглушенные крики. Несколько раз мы видели снопы красных сигнальных искр — первые вылеты. Но кому так не повезло, мы не знали.

Вдруг на нас из-за поворота выбежала одна из участниц. А следом за ней — ее двойник.

Они были так похожи, что на мгновение я замерла от удивления. Вот только если у самой студентки на лице был написан страх, то глаза ее копии были холодны и безжизненны. Двойник, не колеблясь, направил на девушку стрелу из лука.

— Помогите! — закричала студентка, и я немедля метнула в сторону двойника спрятанный на поясе нож.

Двойник исчез, как только нож его коснулся, оставив после себя лишь клубы дыма. Лиам подошел к участнице и помог ей подняться.

— Где твоя напарница? — спросил он, пока девушка пыталась спрятаться за его спину.

— Понятия не имею. Я заблудилась! Можно мне с вами?

Мы с Лиамом обменялись настороженными взглядами. Каждый из нас понимал, что нет ничего хорошего в том, чтобы тащить с собой балласт в виде явно растерявшейся девушки. Которой, по сути, и не грозит опасность, ведь в любой момент она может просто отказаться от дальнейшего участия в соревновании.

А вот ее двойник, пусть и не должен бросаться на других участников, может посчитать нас препятствием для того, чтобы добраться до своей жертвы. И это мы еще своих не встретили.

Плюс не стоит сбрасывать со счетов человеческий фактор. Мы здесь не на дружеских посиделках собрались. Нам нет смысла тащить в финал своего соперника. Зато у нее появится возможность в любой момент ударить нам в спину.

— Вы не можете меня здесь бросить, — гораздо увереннее заявила она. — Нельзя быть настолько бездушными!

На этом моменте Лиам невольно поперхнулся воздухом, а я услышала на ментальном уровне шипящий смех своей змейки. Но главное было, что при этом девушка обращалась не столько к нам, сколько к записывающим артефактам, явно рассчитывая, что мы, испугавшись всеобщего осуждения, потащим ее с собой.

Я пренебрежительно фыркнула, не оценив этот ход. Будто меня когда-то волновало, что обо мне подумают другие. И осеклась на этой мысли. Меня не волновало. Что касается Лиама, который уже столько времени носит одну конкретную маску…

— Увы, правила турнира неизменны. В нем участвуют пары студентов. Ни мы не можем взять себе третьего, ни ты не можешь продолжать борьбу одна. Если в ближайшее время ты не найдешь своего напарника, то будешь дисквалифицирована автоматически. Максимум того, что в наших силах, это оказать медицинскую помощь сопернику, который в этом нуждается. Но ты, если не ошибаюсь, и так целитель, — произнес Лиам, умудрившись этой тирадой и отказать, и не выглядеть в глазах зрителей подлецом.

— Но я боюсь и не могу идти дальше! — полуистерично воскликнула девушка.

— В таком случае я не могу пройти мимо и обязана оказать тебе помощь согласно правилам турнира, — почти мило улыбнулась я и выпустила над ее головой красные искры. — Не волнуйся, сейчас тебя заберут в безопасное место и тебе не придется идти дальше.

— Что? Да как ты смеешь? Тварь! — воскликнула девушка, мгновенно преображаясь. Страх трансформировался практически в ненависть, ее лицо исказилось от яростью.

— Коммуникация не твоя сильная сторона, — пробормотал Лиам. Я хотела было отмахнуться от него или сказать что-нибудь язвительное в тему. Но тут…

— Кто бы говорил, — прозвучал хорошо знакомый голос. Который принадлежал двойнику… меня, появившемуся из-за поворота. На губах этой копии змеилась неприятная язвительная улыбка. Словно кривое зеркало.

Неудачливую участницу забрал автоматический телепорт. Но мы с напарником даже не заметили, в какой именно момент это произошло. До меня только сейчас дошла истинная опасность этого этапа турнира. Наши копии знали про нас все и, обладая возможностью говорить, были совсем не обязаны хранить наши секреты. Наоборот, они были запрограммированы делать все нам во вред…

— Зря ты в искры свою магию вложила… — запоздало заметил Лиам, пятясь назад.

— Ну а чего ты ожидал, когда брал в напарницы такую тупицу, как она? — хохотнул мой двойник, а затем без предупреждения метнул в меня шматом неразграниченной энергии.

Я едва успела увернуться, живую изгородь позади взорвало на мелкие щепки. В воздух взвилась земля, пыль.

— Гляди-ка, твои любимые приемчики знает… — ошалело отозвался напарник. По выражению его лица было понятно, что он отчаянно пытается придумать, чем мне помочь.

— Не вздумай колдовать! — выпалила я, защищаясь четырехстихийным щитом от еще одного энергетического удара. Щит едва удержался, тревожно мигнув в момент соприкосновения.

Лиам вскинул бровь, но слова мои были не приглашением к действию, а предупреждением. Понимая, что каждое его колдовство может быть обращено против нас, он отступил на шаг, давая мне место для маневра.

И вот чего профессор Рок ругался на меня, когда я сырцом бросалась? Со стороны это ашакурительно эффектно выглядит.

Мой двойник, однако, не собирался на этом останавливаться. Его улыбка стала еще шире.

— Похоже, ты забыла, с кем имеешь дело. — Голос двойника звучал вызывающе. — Я знаю все твои слабости.

— Какие, например? — не выдержала я, принимая очередной удар сырца.

Странно… почему она кидает только им? Разве демоническую энергию использовать было бы не эффективнее?

«Хос-сяйка, я не чувс-ствую в ней демона», — шепнула мне змейка.

Я удивленно моргнула. Тайвина моя подруга распознала сразу. С другой стороны, демон — это ведь отдельная сущность, разве нет? Ее нужно было отдельно копировать?

— Да ты одна сплошная слабость. В тебе нет сильных сторон. Худшая ученица академии, первая кандидатка на вылет. Распутница… — Двойник резко замолчал, когда ему в середину лба прилетел нож. Секунда — и вот вторая «я» уже рассеялась, будто и не было.

— Прости, что прервал сеанс самоуничижения, слушать это было невозможно, — фыркнул Лиам. — Я твой нож нашел.

Тяжело дыша, я поднялась на ноги. Лиам поднял оружие и передал мне.

— Оставь себе. Раз уж мой двойник объявился, то тебе он пока нужнее. — Я покрутила головой, ориентируясь. — Нам в ту сторону.

Мы рванули с места, на этот раз уже не стараясь двигаться так скрытно или осторожно, это был только вопрос времени, когда вторая «я» выйдет на меня вновь.

— Как думаешь… а они… — стараясь не сбить дыхание, говорила я отрывисто, — мысли читают?

Понятно, что мысли двойники не читали, вопрос был о другом. Но не могла же я спросить прямо: знают ли наши двойники, кто мы? Являются ли они тем же?

— Думаю, нет. Скорее всего, они просто копия того, что намерил артефакт силы при поступлении. Ну и прикрученная к этому самообучающаяся магическая система, — не удержался от очередной лекции Лиам. — Скорее всего, преподаватели загрузили общую характеристику, и та уже смоделировала поведение…

— Соскучились по мне? — Из-за очередного поворота на нас выскочил мой двойник. Предыдущая смерть, кажется, нисколько на нем не сказалась.

На этот раз лже-Мириам кинулась боевым заклинанием Адера. Тем самым, что я использовала на первом испытании. Вот только без дополнительных петель — самое обычное исполнение. Похоже, Лиам был прав. Я снова выставила щит, а напарник кинул в нее нож, но на этот раз копия была готова.

— Думаете, я два раза на одно и то же попадусь? — Слушать собственный голос со стороны было жутко. — Ску-учно! — протянула она.

— Не смей разговаривать моим голосом в такой противной манере!

А что, если?..

Лже-Мириам знала мои слабости, но я также знала ее. И в отличие от остальных участников обладала тем, чего у копии не было.

Я выпустила шмат сырца, добавив в него нить демонической энергии. Совсем как на нашей первой тренировке с Лиамом.

Копия закрылась щитом… Который демоническая энергия пробила насквозь.

— Как так… — пискнула она, отлетая в сторону и растворяясь, едва коснувшись земли.

— Ты всегда умеешь удивить, — сказал Лиам, подходя ко мне и кладя руку на плечо. — Мне лучше не спрашивать, как ты это сделала? — Я уловила в его взгляде искорку гордости.

— Просто… интуиция, наверное.

«И немного демонической хитрости», — закончила я про себя.

Мы перекинулись понимающими взглядами, времени на обмен любезностями не было. И продолжили путь, ожидая новых препятствий.

— Далеко до выхода? — поинтересовался Лиам, осматривая хитроумную ловушку, состоящую из десятка других примитивных ловушек.

Основная заковырка состояла в том, что нельзя было использовать контрзаклинание на все сразу, только по очереди. И вот эту самую очередность Лиам и пытался сейчас вычислить. Если дернет не то заклинание, спровоцирует взрыв другого, а то и всех сразу. Такого типа ловушек здесь имелось очень много. Видимо, они и были рассчитаны больше на то, чтобы задержать участников как можно дольше в лабиринте, давая возможность нашим копиям возрождаться раз за разом и нападать на нас.

— Я тебе что, магический компас, который отсчитывает оставшиеся метры и командует, где повернуть налево? — возмутилась я. — С последнего твоего вопроса ничего не изменилось. Выход в той стороне. Учитывая, сколько мы уже прошли, мы одолели больше половины пути. В ту сторону идти нет смысла, там тупик.

— С чего ты взяла? — удивился Лиам и, подняв голову, посмотрел на коридор, который на первый взгляд ничем не отличался от других.

— Слишком много заломов на кустах. И песок взрыхлен, словно там прошла не одна драка, — указала я на очевидные, как мне казалось, вещи.

— И что? — непонимающе нахмурился он.

— А то, что там явно удобное место для засады. А где удобнее всего драться, как не в тупике?

Лиам окинул меня заинтересованным взглядом, но никак не прокомментировал это заявление, лишь кивнул, соглашаясь.

— Давай, может, помогу? — предложила я, заметив, что на обезвреживание этой ловушки Лиам тратит больше времени, чем на предыдущие.

С одной стороны, это обнадеживало. Зачем тратить силы на то, с чем участники могут и не столкнуться? Вероятнее всего, мы выбрали правильный путь и туда ведет как раз это ответвление лабиринта. С другой — почему же так долго? И больше всего нервировало, что с последнего боя с моим двойником прошло минут десять, если не больше. Да, я не использовала за это время магию, но у копии мои навыки, она умеет читать следы не хуже моего, судя по всему. Да и рассуждает в том же русле, что и я. Так что знает наверняка, в какую сторону мы двигаемся. Нет, потерять нас она точно не могла. Тогда что задумала?

— Сейчас. Я исключил семь вариантов. Осталось два. Еще пара минут — и буду знать наверняка, тогда и активируешь заклинание, рисунок которого я покажу, — произнес Лиам. Дело двигалось бы быстрее, если бы он сам произносил контрзаклинания. Но не стоило забывать о пока еще так и не объявившемся двойнике Ли…

Додумать мысль я не успела, ибо сглазила. Точнее, все резко стало хуже, чем мы могли ожидать.

— Соскучилась? — ехидно пропела моя копия, так и лучась удовольствием. — А я тут погуляла немного и нашла себе друга. Вместе веселее, не правда ли?

— Несомненно, дорогая, — в тон ей ответил, чтоб его, двойник Лиама. И в подтверждение своих слов приобнял мою копию за талию и резким властным движением привлек к себе, чтобы впиться в ее губы отнюдь не целомудренным поцелуем. Да и моя копия не осталась в стороне, с готовностью откликаясь на поцелуй.

— А вот сейчас даже как-то неловко стало, — пробормотал Лиам, шокированный не меньше моего. — Кажется, я подцепил конец заклинания.

— Так активируй его сейчас же! — поторопила я. Смысла скрывать его магию больше не было.

Лиам кивнул, быстро изобразил последовательность магических пассов, активируя заклинание. Светлая вспышка озарила коридор из живых изгородей, и ловушка перед нами исчезла, как будто ее и не было. Но победа была короткой. Копии уже разошлись, и их взгляды скрестились на нас.

Двойник Лиама приготовился к бою, его руки окутались мерцающими искрами магии.

— У нас нет времени на долгий бой, — прошептала я, чувствуя, как напряжение наполняет воздух. — Мы должны быстро прикончить их и двигаться дальше.

— На этот раз тебе со мной не справиться! — пропела моя копия. — Мой резерв, как всегда, полон!

И она снова запульнула шматом сырой энергии. Похоже, ее резерв действительно восстанавливался каждый раз после «перезагрузки».

Я едва успела отскочить в сторону. Как же мне надоело играть с ней в «увернись от тарана», где тараном была она, а мне приходилось скакать с проворностью кузнечика.

— Не хочешь поменяться? — воскликнула я в сердцах, создавая очередной щит.

Лиам, не глядя на меня, кивнул, а затем резко крутанулся и выстрелил серией атакующих чар в лже-Миру. Мне не оставалось ничего, кроме как направить свою энергию на двойника Лиама.Стрелять сырцом — действительно мой любимый прием. И в этот раз он не подвел: едва шмат чар попал на копию моего напарника, как та растворилась в воздухе.

Мой собственный дубликат тоже долго не продержался.

— Может быть, в этом и смысл? — Я вскинула брови. — Чтобы мы сражались с дублями друг друга?

— Возможно, — задумчиво проговорил Лиам, вытирая пот со лба. — Или нам просто повезло, — продолжил он, уже двигаясь дальше по лабиринту.

Продвигаясь вперед, мы обнаружили, что коридоры становятся уже, а воздух — плотнее. Впереди показалось слабое мерцание света.

— Пожалуйста, пусть это будет выход… — прошептала я, скрещивая пальцы за спиной.

— Скорее, очередная ловушка, ты же сама сказала, что нам идти еще столько же.

Внезапно живые изгороди расступились, открывая перед нами небольшую поляну, озаренную ярким светом. Метрах в двадцати виднелась арка, излучающая теплый приглашающий свет.

— Может, это портал? — предположила я. — Проходишь сквозь арку — и победил.

— Или ловушка, — пожал плечами Лиам. — Проходишь сквозь арку — и дисквалифицирован. Хм… что-то жужжит. Ты слышишь?

— И что нам делать? — Дальше за аркой продолжались заросли, с разных сторон на поляну вели еще несколько тропок. Где-то вдалеке и правда слышалось низкое гудение.

— Отойти в сторону и не мешать! — Я инстинктивно отклонилась, когда над головой пролетело боевое заклинание, врезавшееся в ствол дерева рядом.

Первой мыслью было, что нас снова нашли двойники, но голос был другой.

— Стоун, Хоуп? — Лиам уже начал выплетать на кончиках пальцев контрчары.

Я наконец подняла голову. Со стороны одной из тропинок на нас неслась пара участников, Олена и Крис, а за ними — огромный жужжащий рой пчел.

Их одежда была изодрана, а лица покрыты мелкими порезами. Вид у них был такой, будто они уже бегут несколько часов.

— В сторону! — крикнула Олена, ее голос был хриплым.

Крис пытался оборачиваться назад и при этом бежать, что делало его движения неуклюжими. Он что-то прошептал, и из его рук вылетела серия магических залпов, но пчел это лишь немного замедлило.

Где они тут улей нашли?

— Огонь! — выпалила я быстрее, чем эта мысль сформировалась в голове. — Пчел отпугивает огонь!

— Это магические пчелы, ни ашакуры они не боятся! Я стреляла в них огненными пульсарами! — заорала Олена, в подтверждение своих слов бросив в рой огнем.

И точно. Насекомые на мгновение отлетели в сторону, позволяя огню беспрепятственно пролететь мимо. И, загудев еще агрессивнее, устремились к нам. Твою ж за ногу!

— Плевать, какие они, обязаны подчиняться базовым инстинктам! — не согласилась я, выуживая из памяти далекий эпизод из детства, когда я пыталась добраться до улья и забрать мед, который должен был заменить мне ужин.

— Вот эту самую боязнь огня у них и отключили, чтобы они могли напасть на того, кто не справится с ловушкой, — практически простонал Крис, запуская в рой ряд еще каких-то заклинаний. В какой-то мере это не прошло бесследно — парочка пчел сложила крылышки и упала замертво… Оставив за собой сотню своих товарок.

— Все инстинкты не отключить, — упрямо мотнула головой я и запустила огненный пульсар в ближайший к пчелам куст. Тот, вместо того чтобы вспыхнуть, зачадил едким дымом.

— Какая же ты бездарная! Сил не хватило даже на то, чтобы поджечь изгородь! — воскликнула Стоун, аж сочась ядом.

— Дым, точно! — выдохнул Лиам, уловив, для чего я это сделала. И послал поток воздуха в сторону куста, чтобы дым окутал рой. Вместе с этим он скрыл насекомых от наших глаз, и мы напряженно замерли, прислушиваясь.

— Кажется, гул становится тише, — озвучил общую мысль Крис. — Сработало?

— Ты убила их дымом? — скептически скривилась Стоун.

— Не убила. Активировала базовые инстинкты. Попадание едких паров внутрь улья сигнализирует пчелам, что рядом начался пожар. Это не прямой огонь, боязнь которого им отключили наши преподаватели, а нечто более глобальное, что просто так не искоренить. Если только это не безвредная иллюзия, — пояснила я. Мой взгляд тем временем был устремлен на одну из стенок живой изгороди. Мне показалось или между плотно сплетенными ветками есть просветы? Крошечные, буквально в волосок шириной, но, если зрение меня не подводит, за этой стеной не просто еще один коридор. Там должно быть достаточно много хорошо освещенного пространства… Как, например, на полигоне у трибун.

— Не иллюзия, — плаксивым тоном отозвался тем временем Крис, почесывая укус на шее. — А мы снова здесь. Ходим по кругу!

— Заткнись, придурок, — шикнула на него Олена.

— Так, значит, вы здесь уже были, — подхватил Лиам. — И какой путь выбрали?

— Вон тот, левый, — быстро ответила блондинка. Я бы даже сказала, чересчур быстро для той, кто говорит правду. Да и удивленный взгляд Криса был в пользу того, что она лжет. И какой в этом смысл? Разве что…

— Угу. Так понимаю, вы вошли в арку, — пришел к тем же выводам Лиам.

— Если бы мы прошли в телепорт, то уже выбрались бы из лабиринта! — фыркнула она, сдувая непослушную челку.

— Если только он не ведет куда-то вглубь лабиринта, — сощурилась я.

Крис, опасаясь Олены, в этот раз промолчал. Но то, насколько грустно он вздохнул после моих слов, наталкивало на определенные выводы.

— Все же ловушка, гадство! — поморщился Лиам.

— О, да вас здесь целая банда! — прозвучал противный восторженный голосок как раз из левого коридора. Принадлежал он, правда, не нашим иллюзиям. Я думала, что и так знакома с худшей версией Стоун. Увы, я ошибалась.

— Кри-ис, ну ты же знаешь, что нельзя пользоваться магией, — осуждающе поцокал языком появившийся следом лже-Крис. И странное дело, этот лже-Крис выглядел гораздо импозантнее и харизматичнее, чем оригинал. Как это вообще работает? Почему именно наши с Лиамом двойники стали озабоченными версиями нас?

И да, стоило мне об этом подумать, как на поляне появилась и наша парочка. Уже в открытую в обнимку! И на шее лже-Миры алел засос. Это чем они там занимались, вместо того чтобы искать нас с Лиамом?!

— Да пошли вы все к ашакуре в гости! — не выдержала я и, развернувшись, выпустила львиную долю сырца в ближайшую изгородь, потратив разом почти весь свой оставшийся резерв. Сквозь образовавшийся пролом я увидела прозрачный купол, а за ним шокированных зрителей на трибунах.

Ветки кустарника тут же потянулись друг к другу, стремясь как можно быстрее зарастить пролом.

— Лиам, быстрее! — крикнула я и, схватив его за руку, рванула на всех парах к выходу.

— За ними! — истерически завопила Олена и бросилась следом.

Наружу мы вывалились все четверо практически одновременно. Буквально через пару секунд после этого живая изгородь сомкнула брешь, став такой, как и была. Но это уже не имело значения. Ведь мы выбрались из лабиринта. Разве не в этом суть?

— Лиам Онд и Мириам Крайт… Крис Хоуп и Олена Стоун… — озвучил хорошо знакомый уже женский голос, объявлявший прохождение испытаний. Вот только на наших именах все и закончилось. И что это значит?

— А если она сейчас скажет, что нас дисквалифицировали? — шепотом произнес Крис, озвучив то, что сейчас крутилось у всех нас в головах.

— Официально мы ничего не нарушили. Не было правила не трогать изгородь. Задача была выбраться из лабиринта, — так же шепотом ответила я, с замиранием сердца ожидая вердикта.

— …прошли второе испытание! Поздравляю участников!

Второе испытание прошло не так гладко, как хотелось бы Лиаму, но в целом он считал, что они с Мирой неплохо с ним справились.

Если бы не увязавшиеся за ними Хоуп и Стоун, вообще стали бы первыми.

Поэтому, когда пришел вызов от Учителя, Лиам не слишком переживал. Даже был рад тому, что тот вспомнил о своем ученике и хочет его видеть.

Он сначала хотел рассказать об этом вызове Мире, но в последний момент передумал.

Слишком уж задели его слова, сказанные ею в заброшенной башне.

«Демонический эфир способен смягчить терзания поломанной души».

Мире не нравился Учитель, Лиам это понимал, и ему не хотелось когда-либо оказаться перед выбором: верность тому, кому он служил с детства, или же Мира. А потому на ее предложение провести вечер вместе он просто соврал что-то про плохое самочувствие и необходимость выспаться. Судя по взгляду, ему не поверили, но настаивать на откровенности девушка не стала.

Запрет на выход за пределы академии, который они с Мирой получили в комиссии по нравственности, был еще в силе, а потому пришлось выбираться тайком, ночью, чтобы никому не попасться.

Одноногий Бернард передал ему по распоряжению Учителя портал. И вскоре Лиам перенесся прямиком под своды убежища, в котором располагалась вся их община.

Он перенесся прямо в главный зал. Учитель сидел на троне, рядом с ним суетились адепты, подливающие ему вино в чашу и подающие фрукты, еще одна адептка массировала ступни, другая расчесывала красивым гребнем длинные черные волосы. Красные глаза блестели в неровном свете магических огней.

Встав на одно колено, ученик поприветствовал наставника.

— О! Лиам, наконец-то ты здесь, — оживился Учитель, едва его заметил, и махнул рукой, отдавая приказ. Один из адептов тут же суетливо поднес Лиаму бокал и наполнил его вином. — Слышал, ты уже прошел второе испытание на турнире. Похвально, похвально! — Мужчина отвел свой бокал в сторону, адепт едва успел перехватить его, а затем сделал несколько медленных демонстративных хлопков. И приказал холодным, не терпящим возражения тоном: — Оставьте нас.

Когда адепты уходили, Лиам видел их завистливые взгляды и невольно усмехнулся.

Тайвин между тем встал с трона и медленно, по-кошачьи приблизился к своему ученику.

— И как все прошло? Испытание двойниками показалось мне не самым простым.

— Это были не полные дубли. Они не обладали ни нашими знаниями, ни магией бездушников в моем случае, ни демоническими способностями в случае Миры. — Лиам все еще стоял на одном колене, так как разрешения встать он не получал.

Мужчина наклонился и забрал у него бокал вина, сделал несколько глотков.

— Мира-Мира-Мира-Мира… — повторил он. — Вы ведь обсуждали меня с этой девчонкой?

— Я…

— Поднимись и посмотри мне в глаза, — жестко приказал Учитель. Едва Лиам встал, он мимолетно провел рукой по волосам парня.

Теплая волна прошлась по телу, словно летний дождь, смывая все тревоги и страхи. Даже дышать стало легче. Кожу начало приятно покалывать.

— Она рассказал мне про демонический эфир, — сглотнув, произнес Лиам. Он никогда не смел врать Учителю. — И еще говорила…

— Что же? — прищурился Тайвин, усиливая свое воздействие. Красные глаза наставника, казалось, видели душу насквозь. Тело, расслабленное внешним воздействием, грозило рухнуть на пол.

«Сейчас бы просто упасть под ноги Учителю, свернуться калачиком и уснуть… Так хорошо, так спокойно».

— Что-то про привыкание, — с трудом снова сглотнув, ответил Лиам.

— И что ты про это думаешь? — поинтересовался Тайвин.

— Ничего не думаю, — искренне ответил бездушник. Его действительно не волновало сейчас ничего, кроме переполняющего желания быть полезным своему наставнику.

— Хороший мальчик, — хмыкнул Тайвин. — В таком случае у меня для тебя следующее задание. Ты ведь знаешь, в чем заключается третье испытание на турнире?

Учитель отошел от него, возвращаясь к своему трону, и Лиам разочарованно выдохнул. Пришлось отпустить глаза, чтобы не выдать своих эмоций и не вызвать гнева.

— Нет, — ответил Лиам, кусая губы. — У меня есть предположения. Но я в них не уверен.

— Поделись ими со мной.

— Судя по записям, третье испытание как-то связано с демонами. Вроде как могут даже настоящую иномирную… — Лиам чуть не сказал «тварь», но вовремя прикусил язык, вспомнив слова Миры о том, что Тайвин тоже имеет демонического симбионта, — иномирное существо призвать, — поправился он. — Но практическая демонология запрещена, поэтому я слабо себе представляю, что это будет на самом деле.

— Раньше турнир Четырех стихий проводился, чтобы выбрать тех, кто будет уметь выявлять демонов и сражаться с ними. — Голос Учителя стал строгим и деловым. Лиам мгновенно очнулся от своего полудремотного состояния, чувствуя, что теперь нужно внимать и ловить каждое слово. — Сейчас, когда практически все артефакты призыва, да и сами носители, уничтожены, демонов почти не осталось. Но ради турнира из столицы действительно привозят один из последних артефактов. Дабы в случае, если прорыв между мирами когда-нибудь опять случится, студенты не забывали о том, как нужно действовать, чтобы противостоять… как ты тактично сказал, «существам». — Тайвин мягко засмеялся на последнем слове.

— Значит, нам действительно предстоит сразиться с настоящим демоном? Но… если Мира сама имеет симбионта, не почувствует ли призванная тварь его в ней?

Может быть, лучше отказаться от участия? Ведь тогда ее рассекретят и казнят!

А он сам? Демоны могут чувствовать бездушников, и им те даже нравятся, как сказала Мира. Что, если вместо того, чтобы сражаться с ними, тварь начнет к нему ластиться? Вот это будет поворот, когда соберется полный стадион участников и они вдвоем с Мирой выйдут на поле!

— Нет, — покачал головой Тайвин. — У меня для тебя другое задание. Артефакт, который может призывать демонов и который привезут специально ради вашего испытания, — это и есть сам кубок Четырех стихий. Мне нужно, чтобы ты похитил его и доставил мне.

Своим прохождением испытания мы произвели фурор. Причем изначально, когда мы только предстали перед хмурыми взорами наших преподавателей, каждый из нас думал только лишь о дисквалификации или как минимум штрафных очках. У Олены нервы сдали у первой.

— Это все она придумала! И потащила всех нас за собой! А я не хотела идти, я всегда следую правилам, а тут покачнулась, зацепилась за ветку, вот и вывалилась следом. Крис, скажи! — выпалила она на одном дыхании, пихнув своего напарника локтем. Тот в растерянности пискнул что-то маловразумительное. Мы с Лиамом быстро переглянулись. В моих глазах, подозреваю, светилась лишь тревога. В то время как его взгляд выражал уверенность в том, что все будет хорошо. И неожиданно она оказалась заразительной. Так что я была практически спокойна, когда слово взял присутствовавший в комнате незнакомец не из нашей академии.

— Значит, вы придумали, — протянул он, смерив меня оценивающим взглядом. — А стену кто пробил? Ее мало чем возьмешь.

— Вы разве не видели трансляцию? — вновь вклинилась Стоун. — Эта ненормальная сырцом и пробила! А я давно говорила, что ей в академии не место, не говоря уж об участии в турнире!

— Сырцом? — Худое лицо мужчины вытянулось еще сильнее от удивления. Тем неожиданнее было услышать его смех. — А я все голову ломаю, какие заклинания тут преподают, что дают возможность совершить подобное. Надо же! Потрясающе неординарное решение. Скажите, сразу запланировали подобное? Ведь следовало беречь резерв, использовать лишь самые слабые заклинания, чтобы хватило на удар такой силы… Ох, сегодня вы просто звезда, Мириам. Приятно познакомиться со столь талантливыми юными дарованиями.

Пока я переваривала услышанное, Олена поперхнулась воздухом. Меньше всего она ожидала, что меня будут хвалить. Иначе вовремя сориентировалась бы и приписала заслуги себе. Плевать, что заснял артефакт, дочь владельца газеты «Белый лист» уж точно знает, как любой факт преподнести в нужном ей свете, сгущая оттенки и добавляя новые краски.

— Ваша пара — главные претенденты в победители. Вам только лишь нужно так же феерично пройти третье испытание — и мы встретимся на главном турнире империи, куда войдут победители от каждой академии. Ладно, не буду задерживать. Вам ведь еще принимать поздравления от друзей!

И, не дав никому сказать ни слова, этот странный мужчина покинул зал. Пока я растерянно смотрела ему вслед, а Крис успокаивал едва ли не бьющуюся в припадке Олену, Лиам завел разговор с преподавателями.

— Это Николас Трестони? Главный распорядитель имперского турнира? — спросил он, чем знатно удивил меня. Я это имя слышала впервые.

— Да. Но не советую вам расслабляться. Вам всем крупно повезло, что он счел вашу выходку яркой, оригинальной и, что самое главное, не противоречащей правилам турнира. Иначе на третье испытание отправилось бы на две пары меньше. Но подозреваю, тут свою роль сыграло еще то, как вы до этого проходили лабиринт, взаимодействовали друг с другом и отражали атаки двойников, — неохотно признал профессор Рок.

— А вот у меня это вызвало еще больше вопросов к Мириам, — неожиданно встрял профессор Молан. — И я бы хотел задать их ей сегодня у себя в кабинете в восемь вечера…

— Да брось, дай детям отдохнуть! — фыркнул Рок, неожиданно встав на мою сторону. И мощной ладонью хлопнул демонолога по плечу. — До третьего испытания времени полно, успеешь устроить ей головомойку. Хотя со своей стороны я бы скорее похвалил — ведь может же, когда хочет! Что, Крайт, неуд по моему предмету — недостаточная мотивация для того, чтобы начать работать, а?

И, подмигнув нам, приобнял недовольного профессора Молана и вместе с ним покинул зал. Я успела услышать, как боевик предлагает коллеге отправиться в таверну и пропустить стаканчик-другой, отмечая, что из такого неуча, как я, они умудрились слепить достойного участника турнира.

Стоун умчалась практически сразу. Крис, извиняюще пожав плечами, поспешил за ней. Мы с Лиамом остались наедине.

— Отпразднуем? — улыбнулась я и подмигнула ему, не сомневаясь в ответе. И зря. Неубедительно соврав, Лиам покинул меня тоже. Что ж… Мы уже не просто напарники, которые вынужденно проходят турнир вследствие моего шантажа. Но по-прежнему не обязаны делиться всей подноготной. К тому же я и так догадывалась, куда он помчал. Естественно, к своему ненаглядному Учителю за порцией кнута и пряника. А, и как же я могла забыть, за порцией демонического эфира, которого ему теперь ну прям вообще больше негде взять, ага…

Тяжело вздохнув, я поморщилась. Оттого, что я мысленно сочилась сарказмом, легче не становилось. В душе царил затхлый привкус разочарования. Совсем не то, что должна чувствовать победительница второго этапа турнира.

Праздновать одной не хотелось. А кроме Лиама, у меня больше никого не было. Хм. И как давно меня это стало тяготить?

«Ес-сть я», — мигом откликнулась моя подруга.

Внутри потеплело.

«Точно. Та единственная, кто никогда меня не покинет», — подумала я с улыбкой.

В коридорах академии было не протолкнуться. Многие спешили меня поздравить с блистательным прохождением турнира. Восхищались отдельными моментами прохождения… А были те, кто кричал гадости, обвиняя в меркантильности и бездушности за то, что не взяли с собой ту девчонку-потеряшку. Но мне было абсолютно плевать и на первую категорию, и на вторую. Все, чего хотелось, это забиться в угол и никого не видеть… Ладно, вру. Раздражали они меня все, пробуждая внутри волну неконтролируемой злости, практически ярости. Просто хотелось заткнуть их всех, подавить!

Неудивительно, что через некоторое время я оказалась в заброшенной башне, ход в которую был доступен лишь Лиаму… и Дениз.

— Вы могли бы с-стать подругами, — неожиданно поделилась змейка, как только я позволила ей обрести материальность и сползти на пол.

— С ума сошла? — выдохнула я, уставившись на нее круглыми глазами.

— Ты бы давала ей демоничес-ский эфир, а она бы делала для тебя вс-се, что ты хочешь.

— Странные у тебя понятия о дружбе, — фыркнула я.

— Лучший друг — это с-симбионт, — уверенно заявила она.

— У меня уже есть симбионт, зачем мне еще один? — поддела я ее, устраиваясь на подоконнике поудобнее.

— Я выс-сший с-симбионт. Нас-с редко бывает больше одного. А нис-сших может быть с-сколько угодно. Точнее, с-столько, с-сколько ты можешь подчинить… А ты можешь многое, — продолжила странный разговор змейка, танцуя в пыли в последних закатных лучах.

— Увы. В этом мире все работает несколько иначе. Но спасибо за такую веру в меня, — усмехнулась я, ставя точку в разговоре.

Cвет заката играл на стенах заброшенной башни, создавая иллюзии движения в тени. Змейка продолжала свой танец.

А я нет-нет да и продолжала думать о том, чтобы найти Дениз и попытаться применить к ней свой демонический эфир, чтобы… Зачем мне это делать, я понять так и не смогла, но мысль почему-то упорно не желала уходить из головы. Возможно, это проделки змейки? Или мне просто интересно, смогу ли приручить ту, что меня по факту ненавидит? Заставить слушаться так же, как она слушается своего Учителя…

Тьфу, о чем я вообще думаю?

Нужно к третьему испытанию готовиться, а не вот это вот все. Иначе не видать мне кубка, как отличных оценок по предмету Рока.

Хотя после того как он сегодня меня хвалил, может, в следующем семестре он будет не так придираться в отношении меня?

— Хос-сяйка, рас-све мы планировали ос-ставаться в академии еще на с-семес-стр? — встрепенулась змейка. — У нас-с же был план.

План действительно был. То, зачем я вообще затеяла участие в турнире Четырех стихий. Вот только за всей подготовкой, общением с Лиамом, попаданием к его Учителю и прочими злоключениями я совсем забыла о нем.

— Хос-сяйка, ты что, передумала? — Змейка была явно недовольна.

— Нет, — нахмурилась я, поднимаясь со своего места, и направилась к выходу из башни, останавливаясь только затем, чтобы моя питомица могла забраться ко мне на руку.

Интересно, как Лиам отнесется к тому, что я собираюсь сделать? Или лучше вообще ему не говорить? С другой стороны, вдвоем осуществить задуманное будет проще.

Лиам вернулся в академию уже под утро. Времени хватило, только чтобы привести себя в порядок и отправиться на завтрак. Несмотря на то что пары для участников турнира отменили, ему нужно было продолжать держать маску идеального студента и выглядеть безупречно. Особенно теперь, когда к нему было приковано внимание не только женской половины младших курсов, но и вообще всей академии. Похоже, то, как они с Мирой прошли второе испытание, впечатлило не только главного распорядителя императорского турнира, но и вообще всех.

Вот только так ли это хорошо?

«Мне нужно, чтобы ты похитил и доставил мне кубок Четырех стихий». Проще сказать, чем сделать.

Они с Мирой едва не попались, когда похищали из архива артефакт с мизерной долей демонической энергии, не особо ценный, не особо охраняемый. Где находится кубок, Лиам даже не представлял (если он вообще сейчас в академии). Если Учитель прав (а Учитель всегда прав), то кубок должны вынести и активировать для призыва демона, с которым нужно будет сражаться.

Но как они с Мирой похитят его на глазах у всех? Это самоубийство, не меньше.

Ведь не мог же Учитель дать ему самоубийственное задание? Значит, при всех похищать не стоит… Вот только как тогда проходить третье испытание? Как сражаться с демоном бездушнику, которого этот демон может в любой момент зачаровать эфиром, и девушке с демоническим симбионтом внутри?

Не хватало еще, чтобы демон вылез из кубка и такой на весь стадион…

— Привет, напарник! — Лиам аж подскочил на месте, когда услышал голос слева от себя.

— Мира! Ашакура, это ты… — Он схватился за стенку, переводя сбившееся дыхание. — Ты чего так подкрадываешься?

Мира с подозрением его оглядела.

— Это не я подкрадываюсь, это ты какой-то слишком рассеянный с утра. Ты в столовую? Идем вместе, а то тебя, по-моему, слегка штормит. Спина в порядке? — На ее лице мелькнула тень беспокойства.

— Меня не наказывали… — пробормотал он, пряча лицо. — Наоборот. — А затем добавил едва слышно: — Учитель очень доволен.

— Угу. — Она отчего-то погрустнела. — То-то я и вижу, что прям чересчур доволен.

Лиам поймал взгляд Миры и попытался ей улыбнуться.

— Мира, я просто не выспался. — Лиам постарался, чтобы голос звучал как можно более непринужденно. — Не переживай за меня. Сегодня мы должны обсудить наш план на третье испытание. Я знаю, что это будет.

— Да? — моментально навострила уши она. — И что?

Впереди мелькнула белая макушка Олены, вокруг нее собралось множество студентов, которым она что-то рассказывала с важным видом.

— Не здесь. Давай сначала сядем куда-нибудь.

Столовая была полна шума и суеты, занятия начинались через полчаса, поэтому сейчас количество людей здесь было максимальным. Воздух пах свежеиспеченным хлебом и травяным чаем. Они свернули к длинной стойке с линией раздачи, за которой хмурая пожилая повариха накладывала по очереди в тарелки студентам положенное питание.

Вообще, минимальная кормежка входила в стоимость учебы, но она была однообразной и не слишком вкусной. Поэтому Лиам предпочитал обедать и ужинать по возможности за пределами академии. Но завтракать все равно было удобнее в общей столовой.

— Сразу скажу: дело дрянь, — начал Лиам, когда они уселись за стол в укромном углу столовой. — Третье испытание — сражение с демоном. Его будут вызывать при помощи кубка Четырех стихий, который на самом деле артефакт.

Мира подняла бровь, но ничего не сказала.

— Я понятия не имею, сможешь ли сразиться с демоном ты, но вот в свете той информации об… эфире, — он произнес это слово одними губами, — той, что ты рассказала, насчет себя я совсем не уверен.

— Да уж, так себе расклад. — Мира потерла виски, и Лиам уловил за ее движениями беспокойство. — Нам нельзя принимать участие в этом испытании.

— Да, похоже, придется отказаться… — протянул он, размышляя о том, когда лучше сказать ей о задании Учителя. А что, если Мира откажется ему помочь? Нет, он поймет и не будет ее в это втягивать, но с ней… его шансы на удачный исход гораздо выше.

— А что, если не придется? — Мира придвинулась к нему и зашептала почти на самое ухо: — Что, если мы найдем и подменим кубок еще до того, как начнется испытание?

«Хм… а может, и не стоит ей пока ничего говорить?»

— Хм. Тогда третье испытание не состоится. Или же его заменят на какое-то другое, — медленно проговорил Лиам, чувствуя, как в голове рождается новый план. — Найдем кубок, и я вынесу его за пределы академии. Туда, где его никто не найдет. Не беспокойся.

Все складывалось как нельзя лучше. Кубок окажется у Учителя, Мире не придется ничего рассказывать, демон им не грозит.

Лиам и сам не мог сейчас точно дать ответ, зачем от Миры скрывать новое задание. Но с некоторых пор он ощущал едва ли не стыд, когда рассказывал ей очередной аспект жизни с Учителем. То есть нет. Конечно же, Лиам не стыдился, наоборот, гордился! Но… Где-то на подкорке сознания копошилось чувство неправильности. Похожее он смутно помнил из далекого детства, когда за ним пришли друзья его родителей. Он старался не вспоминать тот случай, и долгие годы у него выходило. Почему же вспомнил сейчас? Не потому ли, что задумался: а не может ли его тогдашний выбор быть навеянным исключительно демоническим флером? Ведь именно тогда его начали обучать магии души, причиняющей ментальную боль и оставляющей ощущение пустоты…

— Эй, уснул, что ли? — Тычок от Миры вернул его из воспоминаний и заставил сфокусировать на ней внимание.

Они уже закончили завтрак и вышли из столовой в противоположную от учебных классов сторону.

Мира несколько секунд с тревогой всматривалась в его лицо, но, видимо посчитав, что беспокоиться не о чем и Лиам просто задумался, с толикой раздражения закатила глаза.

— Говорю, что ты и так много на себя взваливаешь в последнее время. Незачем ввязываться еще и в историю с кубком. Наоборот, создашь нам алиби, тебе поверят быстрее, чем мне. А я позабочусь о кубке. О нем больше никто не услышит, — повторила она и криво усмехнулась.

Лиам нахмурился. Это в его планы совсем не входило. Похоже, придется-таки раскрыть карты.

— Прости. Я сказал не всю правду. Учителю нужен в первую очередь кубок, а не наша победа, — покаянно вздохнул он. Мира замерла, ее лицо приняло жесткое выражение.

— Мм, а я думала, между нами доверие… напарничек, — практически выплюнула она.

— Ну зачем ты так? Мы ведь не всегда говорим всю правду. Какая разница? Для тебя главное было пройти как можно дальше в турнире, чтобы не вылететь из академии, для меня же… — попытался исправить ситуацию Лиам, но лучше не стало.

— Уверен? — саркастическим тоном поинтересовалась Мира. — Сейчас, узнав меня ближе, зарывшись в тайны моего прошлого и настоящего, ты продолжаешь считать, что дело именно в оценках и моей неспособности сдать сессию?

Лиам озадаченно нахмурился. До сегодняшнего дня он в самом деле особо не задумывался о ее причинах. Приняв ее в качестве напарницы единожды, больше не размышлял о ее мотивах. Сейчас же…

— Мне нужен кубок. И, в отличие от твоего Учителя, я имею на него все права как прямая наследница и последняя жрица культа Змеи, у которого этот артефакт похитили. И с его помощью я могу возродить культ, сохранить свое наследие.

Договорив, Мира холодно и цинично улыбнулась, всем своим видом показывая, что не отступится от своей первоначальной цели.

— Тогда у нас проблемы… — пробормотал Лиам пересохшими губами.

Лиам почувствовал, как его мир рушится. Он смотрел на нее, пытаясь осмыслить услышанное.

— Значит, это конец… — наконец выдавил он, — нашего сотрудничества?

Даже голос не дрогнул.

Мира посмотрела на него с холодной решимостью, ее глаза блестели в темноте коридора, как у хищника.

— Если ты намерен отдать кубок Тайвину, то да, — ответила она спокойно, но в ее голосе чувствовалась сталь. — Артефакт должен вернуться к своему истинному владельцу. И это не твой Учитель.

Планы рушились на глазах. Он не мог позволить Мире забрать кубок, но и бороться с ней он тоже не хотел.

— Мира, послушай меня, — сказал он, делая шаг вперед. — Я понимаю, что для тебя это важно. Но…

— Лиам, я поклялась, что сумею возродить культ, в тот день, когда убили мою бабулю. Я каждый день напоминала себе об этом, когда засыпала одна в лесу. Когда скиталась по улицам. Когда жила в доме тетушки. Я поступила в академию ради этого. Увидела год назад в выкинутой в мусор газете на улице — там был изображен студент, победивший в турнире, с кубком в руках. Я узнала этот артефакт. Спустя столько лет я уже не помню лицо бабули, а вот артефакт узнала сразу. Это когда-то был ее артефакт. С помощью него мне подселили демона. Он мне нужен, Лиам. Я его не отдам.

Парень слушал и не хотел верить тому, что слышит. Больше всего на свете он боялся, что придется выбирать между Мирой и Учителем. И вот этот день настал.

Хотелось остановить это мгновение. Зачем он рассказал ей? Зачем она рассказала ему?

— Мира… — начал он, еще не понимая, что именно собирается сказать, но услышал чьи-то пока далекие шаги.

Он толкнул девушку к стене, зарываясь руками в ее волосы.

— Ашакура… — зашипела она, с силой наступая ему на ноги, но хотя бы не отталкивая. — Ты что творишь?

— Кто-то идет, сделаем вид, что целуемся.

Зачем им делать такой вид, он и сам не мог понять. Они не прогуливают, ничего не нарушают. Может, он просто искал повод, хотел заткнуть ее жестокие слова поцелуем, но побоялся? С каких это пор Лиам Онд стал таким трусом?

Его губы осторожно коснулись ее мягких губ, нежное прикосновение отдавало горечью прощания.

Сердце колотилось в груди. На мгновение все остальное перестало существовать. Горечь смешалась с нежностью. Но это мгновение длилось недолго.

Шаги становились все ближе.

— Студентка Крайт? Студент Онд? — Голос принадлежал профессору Молану. Лиам с сожалением оторвался от Миры, даже не пытаясь делать вид, что его смутило появление преподавателя.

Какой смысл теперь держаться за репутацию, если ему все равно учиться осталось недолго?

— Да у вас просто талант попадаться другим в неприличных позах, — усмехнулся Молан. — Мало было одного заседания комиссии по нравственности?

— Мы просто целуемся, что тут неприличного? — Раньше Лиам никогда не позволил бы себе так отвечать преподавателям, но сейчас он был на взводе.

— Ну да, ну да, — хмыкнул профессор. — А я-то думал, обсуждаете запрещенные способы победы в турнире.

Это было вроде бы шуткой и вместе с тем попало в точку. Именно это они и обсуждали — как получить кубок в обход испытания.

— Профессор, — подала голос молчавшая до этого Мира, — простите за наше поведение, мы пойдем.

— Жаль, а я хотел позвать вас, студентка Крайт, обсудить кое-какие детали третьего задания, — мягко улыбнулся Молан.

— Только ее? — нахмурился Лиам.

— Только ее, — подтвердил Молан, не сводя глаз с Миры. — Она же боевик у вас в паре, правильно?

— И вы со всеми боевиками будете обсуждать эти самые детали? — Лиам и сам не понимал, почему так напрягся. Быть может, это не из-за странного предложения профессора, а из-за того, что теперь Мира ему уже ничего не расскажет? Особенно если новая информация поможет ей добраться до кубка вперед него.

— После того как Николас Трестони так впечатлился решением с сырцом, он кое-что сказал мне. И я подумал, что вам, Мириам, будет интересно это услышать. Так что не всем. — Профессор Молан несколько смутился. — А впрочем, видимо, в другой раз…

— Подождите. — Мира сделала шаг вперед. — Вы правы, мне интересно. Лиам, не жди, иди в библиотеку без меня.

Что он мог сделать?

— Хорошо, — ответил он, стараясь скрыть свое недовольство. — Увидимся позже.

Девушка повернулась к Молану и пошла за ним, оставив Лиама стоять в одиночестве.

Мира была готова пойти на все ради артефакта, он понимал ее мотивацию. Но разве он может подвести Учителя?

Что же делать?

Меня просто распирало от гнева и обиды. Как он мог?! Ладно. Как я могла?! С самого начала знала, кто он, позже убедилась, что для своего Учителя он готов на все. Как я могла хотя бы на минуту подумать, что у нас одна цель? Идиотка!

Купилась на то, что во многом наши взгляды совпадают? И что с того? Это всего лишь означает, что каждый из нас не отступится от своего. Мы были союзниками, пока это было выгодно. Сейчас же… Смысл напарничества, как и участия в турнире, утерян. Теперь мы порознь, по две стороны баррикад. Лиам попытается украсть артефакт, и, ашакура его побери, у него больше шансов справиться с этой задачей!

— Студентка Крайт, хватит витать в облаках. Никуда ваш возлюбленный без вас не денется, не стоит все свои мысли посвящать ему, — прозвучал насмешливый голос профессора Молана, заставив меня встряхнуться. Я и не заметила, как мы дошли до его кабинета.

— Простите, профессор Молан, я больше думаю о третьем испытании. И о том, что вам сказал Николас Трестони, — натянуто улыбнулась я.

Мужчина неопределенно хмыкнул, но не ответил. Вместо этого отпер дверь ключом и недвусмысленно открыл ее передо мной, приглашая внутрь. У меня же моментально запершило в горле и заслезились глаза.

— Ох, надо же, забыл потушить ароматическую палочку. Прогорела почти полностью, — сокрушенно поцокал языком профессор Молан, бросаясь к своему столу, где нещадно чадила какая-то дрянь на специальной подставке.

— Я открою окно, — сдавленно просипела я.

— Не стоит, на улице холодно. Да и разве кому-то может помешать насыщенный аромат мяты? — ухмыльнулся Молан, глядя мне прямо в глаза.

«Хос-сяйка, он с-снает», — панически пропищала змейка.

«Не неси чушь! Знал бы — меня бы уже волокли на казнь», — раздраженно ответила я ей, лихорадочно пытаясь найти выход. Сказать, что у меня аллергия на мяту? Не многим лучше! И все же, если не придумаю, что сказать, мне конец!

— Кстати, Мириам, вам не кажется, что здесь жарковато? Не желаете снять свою рубашку? — продолжил тем временем профессор Молан с явной издевкой в голосе.

Не выдержав, я бросилась к окну и приоткрыла одну створку. Дышать стало немного легче.

— Я приличная девушка и не собираюсь раздеваться в присутствии мужчины, — ответила я, стараясь добавить в голос побольше негодования. — Но у вас в кабинете действительно жарко. Простите, профессор, но немного свежего прохладного воздуха для здоровья не помешает.

— Ну-ну, — хмыкнул он, рассматривая меня с исследовательским интересом.

— Так что вам сказал Николас Трестони? — напомнила я, спеша сменить тему.

— Что после общения с вами у него возник некий диссонанс. Симпатичная, умная, талантливая девчонка, которая при общении не хамит и не переходит рамки… внутренне вызывает отторжение. Откуда ему знать, что такова ваша сущность? — произнес Молан вкрадчиво.

— Вы позвали меня, чтобы сообщить о моем скверном характере? — скептически приподняла бровь я, в то время как по спине пополз холодок. Змейка испуганно притихла в эфире.

— Я о том, что сарказм, черный юмор и подколки оказались удобной ширмой для того, чтобы ваша личность сама по себе вызывала негативные эмоции у окружающих. Легко не любить того, кто говорит неприятные вещи. Нет необходимости задуматься: а только ли в словах дело?

— К чему вы ведете? — холодно поинтересовалась я. — Я не обязана всем нравиться.

— Ну разумеется… И все же мой интерес вы завоевали. Посему хочу предложить вам сделку… И когда я говорю «вам», я имею в виду вас и вашего симбионта, — триумфальным тоном закончил преподаватель демонологии.

Мир вокруг меня остановился. Змейка внутри напряглась, и ее страх передался мне. Профессор Молан знал. Он знал о симбионте.

— Не понимаю, о чем вы… — хрипло ответила я, до боли сжимая оконную створку. Если сейчас он сделает хотя бы шаг в мою сторону, то я рвану в окно. Других путей не остается.

Молан усмехнулся, но приближаться не стал.

— Давайте так: вы можете делать вид, что вас все, что я говорю, не касается. — Он выдержал небольшую паузу, за которую я успела отсчитать шесть ударов собственного сердца. — Но просто выслушайте меня, возможно, мое предложение будет выгодно нам обоим.

Предложение? Он не собирается прямо сейчас сдавать меня властям? Или это какой-то трюк и тут вся комната в записывающих артефактах? У него недостаточно улик и он ждет, что я сама во всем признаюсь?

— Не понимаю, о чем вы, — повторила я просто потому, что не знала, что еще можно сказать.

— Конечно, конечно, — усмехнулся он. — Так вот. Мое предложение. Я забуду о том, что знаю ваш секрет. Помогу вам пройти третье испытание. И в целом могу и дальше прикрывать в случае возникновения каких-либо трудностей в учебе. А взамен…

Он думает, меня интересует победа в турнире и учеба? Это хорошо.

— Видите ли, Мириам, ваш симбионт — это редкость. А редкости всегда представляют интерес для науки и исследований, — продолжил тем временем Молан. — Демонология давно стала лишь теоретической дисциплиной. А мне хочется практики. Мне интересны ваши способности. Как вы взаимодействуете с симбионтом, какие у вас есть ограничения и каковы ваши сильные стороны? Каково происхождение вашей связи? Как вы ее получили? Каковы условия проведения ритуала?

Когда он говорил, у него буквально глаза блестели от возбуждения. Вот уж никогда бы не подумала, что всегда спокойный и дружелюбный профессор может оказаться таким маньяком от демонологической науки.

— Говорите так, будто сами хотите получить связь с демоном, — сказала я, стараясь сохранить спокойствие, хотя внутри меня все кипело.

Змейка шептала мне на ухо: «Не доверяй ему. Он опас-сен».

Молан усмехнулся, и в его глазах мелькнуло что-то, что заставило меня напрячься еще больше.

— Может быть, — ответил он загадочно. — Но это не главное. Главное то, что я могу помочь вам, а вы — мне. Взаимовыгодное сотрудничество. Как вам такое предложение?

— То, о чем вы говорите… — я старалась подбирать слова таким образом, чтобы в случае, если тут действительно есть записывающий артефакт, сказанное нельзя было бы расценить как признание, — относится к запрещенной науке. Я не хочу участвовать ни в чем запрещенном, так как не хочу, чтобы меня казнили. Есть какие-то гарантии, что вы не предадите меня, если вдруг я стану вам помогать в ваших исследованиях? — спросила я, пытаясь выиграть время.

Молан усмехнулся и развел руками.

— Гарантий нет. Но у вас есть выбор: либо принять мое предложение и получить шанс на победу, либо отказаться и продолжать бороться в одиночку. Решение за вами. Сдавать вас я пока в любом случае не собираюсь.

Ключевое слово здесь было «пока».

С другой стороны… он говорит, что его интересует источник моих сил. С ним у меня действительно может быть шанс добраться до кубка раньше Лиама. А после того, как кубок будет у меня, я сбегу из академии, и ничто уже не будет иметь значение.

Кажется, у меня и правда не было другого выбора, кроме как довериться Молану.

— Хорошо, — сказала я наконец. — Я могу стать вашим подопытным кроликом. И даже помочь вам обрести собственного симбионта. Но…

— Но? — нетерпеливо переспросил профессор, от предвкушения у него, кажется, даже дыхание перехватило.

— Но для этого нужен демонический артефакт. И вот удача: один такой как раз сейчас находится в академии.

Пробираясь в их заброшенную башню, Лиам подспудно надеялся застать там Миру. Поговорить с ней еще раз, переубедить, склонить на свою сторону, хотя бы просто заставить понять его и его мотивы. Он сам еще не знал, что скажет, но увидеть Миру казалось жизненно необходимым с момента их неудачного разговора. Вот только девушка явно избегала его. Куда бы он ни пошел, везде видели ее вот-вот, буквально пару минут назад.

Конечно, она не могла не знать, что в башню Лиам тоже заглянет. Но, может, потому и будет ожидать его, чтобы закончить начатый разговор?

Увы. Надежда оказалась тщетной. Никогда еще башня не казалась бездушнику настолько заброшенной, унылой и пустой. Коротко выдохнув, он приступил к основной причине, зачем сюда пожаловал.

Линии на пыльном полу ложились привычным идеальным узором, но больше не вызывали удовлетворения и предвкушения от предстоящей встречи с Учителем.

Вихрь темных частиц взметнулся ввысь, закружился, формируя фигуру наставника. Та же цинично-брезгливая улыбка, тот же саркастичный излом бровей, тот же насмешливый взгляд, та же идеальная осанка.

— Лиам, мой мальчик… — То же ленивое приветствие.

Все это сейчас вызывало больше раздражение, чем почтение и желание падать ниц. Лиам ритуально поклонился, как всегда прежде, но едва заметная заминка не ускользнула от внимательного взгляда Учителя.

— Ты уже добыл кубок? Я не ожидал так быстро, — протянул он, не сводя испытующего взгляда с лица Лиама.

— Нет, я… — мотнул головой парень, на секунду замявшись. И, не давая себе передумать, решительно выдохнул: — Зачем он вам? Что вы собираетесь с ним делать?

— С каких пор ты задаешь мне вопросы? — нахмурился Учитель. Раньше этих слов было достаточно для того, чтобы любой бездушник падал на колени и молил о прощении, заодно выпрашивая для себя наказание за совершенную дерзость. Но не сейчас.

— Разве я не заслужил это право тем, что годами оставался Первым, выполняя все ваши поручения? — упрямо вскинул подбородок Лиам и прямо встретил взгляд иллюзорной копии Учителя.

Внутренне он напрягся, почти наяву ощущая, как на него сейчас тяжелой удушливой волной прольется вся ярость и гнев. А за ними последует и расплата… Тем удивительнее было услышать глубокий раскатистый смех. Лиам с трудом удержал пораженный вздох, впервые видя наставника таким.

— А твоя юная подружка оказалась не так проста, как я думал, — фыркнул Учитель, покачав головой.

У Лиама внутри все буквально заледенело. Меньше всего он хотел привлечь внимание столь влиятельной и жестокой особы к Мире. Ведь если Учитель хоть на миг предположит, что она влияет на его планы, колебаться не станет. И самое ужасное, что в голове Лиама не было ни единой мысли, как повернуть разговор в другое русло, увести от Миры как можно дальше.

— К твоему сведению, Первый — это не заслуга, а привилегия. Как минимум потому, что ты первый ребенок, выживший после моих экспериментов с магией души. Не задумывался, почему в детстве тебя окружали только взрослые послушники? И правильно, незачем. Всепоглощающее доверие к тому, кто тебя сделал таким, заложено в саму твою суть… Было заложено, пока ты не встретил маленькую жрицу. Дай угадаю, ей тоже нужен кубок, потому ты решил спросить? — насмешливо поинтересовался Учитель, словно читая мысли Лиама, а заодно и его воспоминания.

Лиам сглотнул, подбирая слова, но Учителю и не требовался ответ. Хватило одного взгляда в глаза любимого ученика, чтобы залиться смехом.

— Тогда я просто не могу не ответить, — с нотками позерства воскликнул Учитель и взял паузу, наслаждаясь реакциями Лиама, которые тот тщетно пытался подавить. Только беспокойство и тревогу за девушку, ставшую ему такой дорогой, не так просто задавить за доли секунды. — Но отвечу я не сейчас. При нашей следующей личной встрече ты все узнаешь. А что до твоей подружки… ей следует повзрослеть и поумнеть. Не стоит стоять на дороге старших демонов.

Главное Лиам уловил: Мире позволят повзрослеть, а значит, сейчас ее жизнь вне опасности. Вот только вопросов меньше не стало.

— Приведи ее ко мне, — скомандовал Учитель своим привычным подавляющим тоном. — А после обсудим твое наказание… Или награду, если придете сразу с кубком.

И, бросив эту приманку, Тайвин прервал связь, оставив Лиама в полнейшем раздрае посреди обветшалой башни.

Тишина ночи обволакивала коридоры. Я бесшумно скользила вдоль стен, стараясь не выдать себя ни малейшим звуком. Кубок турнира Четырех стихий, древний артефакт, со слов профессора Молана, хранился в деканате под охранной сигнализацией из множества магических плетений. И я должна была во что бы то ни стало заполучить его.

— До начала третьего испытания никто не будет его проверять, — менторским тоном сказал сегодня днем профессор демонологии. — Если он действительно нужен для проведения… хм… эксперимента, то лучше времени не придумаешь. Допустим, ключи от деканата я могу вам выдать. Но вы уверены, что сумеете снять защиту?

«С-с Лиамом с-снять с-сащиту было бы проще. Но мы можем попробовать с-спутать магию, как тогда на отборе, помниш-ш-шь, хос-сяйка?» — подбодрила меня змейка.

— Вам лучше переживать за себя, — пожала я плечами. — Вдруг кто-то узнает, что я воспользовалась вашими ключами?

— А кто сказал, что я отдам вам свои? — фыркнул Молан, поднимая одну бровь. — Профессор Рок вечно теряет связку.

Я остановилась у поворота, прислушиваясь к тишине. Впереди располагалась дверь в деканат — массивная, украшенная магическими рунами.

Стараясь дышать как можно тише, вытащила ключи. Осторожно приблизившись к деканату, сунула ключ в замок для снятия первой магической защиты. Руна на двери замерцала и погасла, но при этом дверь все равно не открылась.

«Тут еще чары. Нужен отпечаток магии вошедшего», — зашипела змейка.

Я скрипнула зубами. Вряд ли Молан просто «забыл» об этом. Или он хочет меня подставить, или проверяет таким образом, на что я способна.

«Сможешь впитать эту магию? — спросила я. — Как тогда в комнате Лиама, помнишь?»

«Попробую».

На этот раз ее отделение от моего тела происходило болезненнее, чем обычно.

Моя питомица спустилась по предплечью к запястью и вылезла из рукава.

Ее движения были грациозными и бесшумными. Я почувствовала, как она начинает впитывать магическую энергию. Казалось, что вокруг змейки воздух стал вибрировать, наполняясь потоками силы.

Через пару минут она сыто покачнулась:

— Готово. — И икнула.

На этот раз ручка поддалась, и я наконец вошла внутрь.

Деканат был погружен в полумрак. Я знала, что кубок хранился в специальном шкафу в конце комнаты. Профессор Молан описал его местоположение до мельчайших деталей.

Змейка снова зашевелилась у меня на руке.

— Тут еще одна с-сащита, — предупредила она.

Я остановилась и огляделась, пытаясь понять, что именно это могло быть.

— Я чувс-ствую тонкие магичес-ские энергии. Ес-сли с-сосредоточишься, то тоже их почувс-ствуешь.

На то, чтобы сосредоточиться и понять, о чем она говорит, ушло еще минут пять. Энергетические нити образовывали сложную сеть, простирающуюся от двери до шкафа.

— Ловушка. — Если бы я пересекла эту сеть, сигнализация сработала бы мгновенно.

— Можеш-шь обойти, — предложила змейка.

Я внимательно изучила сеть нитей и нашла несколько мест, где их можно было перепрыгнуть. Вот только не успела это сделать, как услышала позади себя до боли знакомый голос:

— Мира…

Первой реакцией было выпустить поток сырца, но мне удалось сдержаться. Сделай я это — и через пять минут тут уже была бы вся академия.

— Лиам, что ты тут делаешь?

— Я… — Он растрепал рукой волосы, было видно, что парень несколько нервничает. — Я не хочу идти против тебя.

Лиам, стоящий в полумраке деканата, выглядел одновременно решительным и уязвимым.

— Тогда тебе придется быть со мной или уйти в сторону и не мешать, — прошептала я, чувствуя нечто теплое и одновременно тревожное.

Он на это только кивнул.

— С-с ним с-снять чары с-со шкафа будет проще, — напомнила мне змейка. — А то я уже… ик… переела…

— Вся моя жизнь была посвящена Учителю, и так должно было быть и впредь… если бы не ты. — Он скривился, словно от боли. — Я не могу предать его.

— А меня? — резонно заметила я, оставаясь внешне спокойной, хотя сердце в это время готово было вот-вот выпрыгнуть из груди.

— И тебя не могу. — Его лицо исказила гримаса страдания. — Послушай, мы можем все обсудить еще раз, найти общее…

Лиам сделал шаг вперед.

— Стой, тут ловушка! — Я поджала губы. Решение принимать нужно было быстро. — Время для разговоров и выяснения отношений ты выбрал самое неудачное. Следуй за мной след в след. Добудем кубок — тогда поговорим.

Аккуратно балансируя, я начала двигаться через комнату, избегая касания нитей. Сердце билось так сильно, что казалось, его стук можно услышать на другом конце академии. Но за мной шел Лиам Онд, и это, несмотря ни на что, придавало уверенности.

Не прошло и десяти минут, как мы вдвоем были у шкафа.

Пока Лиам трудился над снятием сложной системы охранных заклинаний, я сквозь стеклянную дверцу шкафа рассматривала то, ради чего вообще пришла в эту академию.

Кубок выглядел до омерзения обычным. И даже ни капли не золотым. Тусклый поцарапанный бок выдавал годы использования, но и только. Обычная чаша, в которую разве что воду наливать. Если только не знать его истинного предназначения. Интересно, во всех академиях кубок похож на этот? Или в какой-то он в самом деле выглядит величественно, выплавленный из золота и инкрустированный драгоценными камнями?

— Все, защиты больше нет. Бери, — выдохнул Лиам, еще раз проанализировав все пространство.

Моя интуиция тоже молчала, опасности не было. И все же я мешкала. Может, потому, что так долго шла к своей цели и теперь, оказавшись на ее пороге, просто пыталась ощутить сладкое чувство триумфа? Которое почему-то не спешило меня поглотить.

— Или давай я, — предложил Лиам, не дождавшись от меня ответа, и протянул руку.

— Нет, — резко отреагировала я и наконец-то взяла кубок. На миг замерла, но нигде не завыли сирены, не замигали огни тревоги. Мы справились?

— Пойдем, — поторопил Лиам.

Я молча кивнула и снова первая двинулась сквозь защитные нити. Лиам не отставал.

— Какие планы на кубок? — спросил он у самого выхода. — Я могу помочь вынести его за стены академии через тайный ход. Он ведет почти до самой стены. Только нужно дойти до места, где охранные нити провисли, и выйдем в город.

— Мне сперва нужно посетить профессора Молана, — неохотно отозвалась я. Неправильно вот так раскрывать карты тому, кто недвусмысленно дал понять, что также нуждается в кубке. Но… Это Лиам. Я видела десятки его масок, слышала не одну ложь в его исполнении. И он явно не врал, говоря, что не хочет меня предавать… Правда, это и не отменяет того факта, что не всегда удается избежать того, что ты не хочешь совершать.

— Зачем? — нахмурился он.

— Он знает, кто я, — пришлось сознаться и в этом. На лице Лиама отразились шок и беспокойство. Поморщившись, я не стала тянуть и коротко пересказала последний разговор с Моланом.

— Я ему не доверяю, — нахмурился Лиам. — Ты уверена, что стоит к нему идти?

— Нет. Но не пойти — это сразу повесить себе на хвост имперских ищеек. А так… так есть шанс.

— Я пойду с тобой, — упрямо вскинул подбородок бездушник.

— Не думаю, что Молан это оценит, — невесело усмехнулась я, свернув в нужный коридор. От двери кабинета демонологии нас сейчас отделяла лишь пара метров.

— У меня нехорошее предчувствие, — продолжил стоять на своем Лиам. Что ответить на это, я не знала, ибо сама особых иллюзий насчет Молана не питала. К тому же…

— По отношению к Молану или к тому твоему безопасному участку стены академии? — спросила я, прищурившись, и горько усмехнулась, увидев тень сомнения и раскаяния на лице парня.

— Учитель тебя не тронет, он обещал и никогда не нарушает своих обещаний, — ответил Лиам глухо, отведя взгляд в сторону. Я не сдержала саркастический смешок.

— А если я не откажусь от своей цели, буду сражаться за этот кубок до последнего дыхания, что тогда? Сумеешь нанести последний удар во славу того, кто убил твоих родителей и сделал тебя верной марионеткой? — язвительно процедила я, нарочно стремясь уколоть побольнее, отплачивая тем самым за боль, причиненную преданным доверием.

— Я никогда не причиню тебе вреда, — прошипел Лиам, яростно сверкнув глазами.

— Уверен? — насмешливо поинтересовалась я.

— Какие доказательства тебе нужны?

— Никаких. Я просто не отдам кубок и не пойду к стене академии. Что будешь делать тогда? — приподняла я бровь и прижала кубок покрепче к груди.

Лиам несколько секунд молчал. На его лице отражалась свирепая борьба навязанных ему идеалов с его чувствами. Я не торопила. Профессор Молан дождется меня в любом случае.

— Буду защищать тебя, — наконец выдохнул парень.

— Тогда дождись, когда я выйду из этих дверей, — кивнула я на двери кабинета демонологии. — И только попробуй попасться кому-то на глаза до истечения этого срока.

Не сказать, что бездушник особо оценил это. Но, не имея что предложить взамен, согласился. Ободряюще подмигнув ему, я вошла в кабинет. За моей спиной захлопнулась дверь, а в голове родились сотни ругательств, которые я так и не смогла произнести. Как и пошевелиться, что бывает под действием парализующего заклинания.

— Дважды в ту же ловушку, надо же, — восторженно пропела над моим ухом Дениз. Кто-то негодующе замычал. В глубине кабинета зажегся тусклый огонек, высветивший связанного и, похоже, так же парализованного профессора Молана. Рядом с ним стоял незнакомый мне одноногий мужчина.

— Ты говорила, она придет с Первым, — хмуро отозвался он.

— Я говорила, что Лиам предаст нас. Для этого ему не нужно ходить за ней хвостом… Но думаю, он просто ошивается где-то в коридоре, — фыркнула Дениз, вынимая из моих одеревеневших пальцев кубок.

— Лучше бы тебе не ошибиться. Этих двоих я заберу телепортом. Твоя задача — вынести кубок из академии и привести Первого к Учителю, — произнес мужчина, окидывая меня брезгливым взглядом. — Отвечаешь головой.

— Бернард, я прекрасно знаю, что мне следует делать, нет нужды напоминать, — раздраженно дернула плечом Дениз и оттащила меня ближе к Молану и одноногому. — Надеюсь, в этот раз Учитель выдаст вам обоим сполна и о вас больше никто и никогда не услышит. Но за кубок спасибо.

И в момент, когда прозвучало ее последнее слово, меня накрыло знакомой темнотой перехода…

…Земля ушла из-под ног, а в следующий момент мы оказались в незнакомой мне комнате, освещенной лишь парой свечей. Воздух был затхлым и влажным.

Молан, все еще парализованный, упал на пол рядом со мной.

Я огляделась и поняла, что мы находимся в клетке, а сама клетка вмонтирована в пол большого подвала. Звякнули решетки, за ними стоял одноногий, правда на этот раз без костылей, вместо них была пристегнута деревянная палка, на которой он неуклюже ковылял.

«Как его… Бернард?» — припомнила я, но, когда попыталась что-то сказать, из горла вырвался лишь стон. Парализующие чары все еще действовали. И видимо, они были особо заковыристыми, потому что даже змейка молчала.

— Как только доставят кубок, Учитель сам снимет с вас чары. А пока полежите тут, — фыркнул одноногий, а затем повернулся к выходу из подвала. — Не скучайте. — И он гаденько засмеялся.

Время шло, но паралич не отпускал. Разве что через какое-то время я начала ощущать легкое покалывание в пальцах, но двигаться по-прежнему не получалось.

Я могла только вращать глазами, глядя на такого же парализованного профессора.

«Ну что, хотел практической демонологии? Нате, получите и распишитесь. Сейчас будет столько практики, что…» Все, что мне оставалось, — это бессильно злиться и ожидать собственной участи.

Прошло несколько часов, прежде чем в тишину подвала ворвался лязг дверей. А вместе с ним пришел и свет.

— Учитель, пожалуйста, они вот тут. Это я все организовала. — Дениз, семенящая рядом с Тайвином, разве что хвостом не виляла. — Теперь они в полной вашей власти, как и все мы.

А потом я увидела его. Руки Лиама были связаны, и от них тянулась тонкая металлическая цепь, второй конец которой был в руках у Тайвина.

Тайвин, высокий и худощавый, с пронизывающими красными глазами, смотрел так, словно все вокруг были не более чем мусором под ногами. Он резко дернул цепь, и Лиам, спотыкаясь, сделал несколько шагов вперед.

— Посмотри, что мне приходится делать с моим любимым учеником из-за тебя, — произнес Тайвин, растягивая шипящие, смотря при этом мне в глаза.

Он снова дернул цепь, на этот раз вынуждая Лиама встать на колени, и я заметила, что вся спина парня покрыта кровавыми полосами, остатки рубашки висят лохмотьями. Взгляд Лиама был при этом пустым и полностью отсутствующим.

Горло сдавило спазмом, но даже сглотнуть этот тугой комок не получалось. Проклятые чары!

Тайвин усмехнулся и положил руку на макушку моего напарника.

— Не переживай за него, Мира. Очень скоро он снова станет послушным, да, Лиам?

— Да, Учитель… — прошептал парень на выдохе. В воздухе почувствовался тонкий шлейф разлитого демонического эфира. Дениз замотала головой, сверкая голодными глазами.

«Хос-сяйка! — наконец услышала я голос своей змейки. Видимо, эфир сумел пробудить ее. Может, она мне сейчас подскажет выход из этой ситуации? — Хос-сяйка! Дело дрянь!»

«А то я сама не знаю!» — так же мысленно ответила я ей.

Если бы я только знала, что очень скоро все станет еще хуже.

Тайвин сделал шаг вперед и провел пальцами по решетке клетки. В его глазах горел огонь безумия и жажды власти.

— Ах да. Я совсем забыл, ты же не можешь мне ответить. — Он взмахнул рукой, и паралич наконец-то спал.

Я села, разминая затекшие конечности, Молан тоже медленно начал двигаться.

Смысла кричать, плакать, требовать меня отпустить сейчас не было — Лиам не в том состоянии, чтобы мне помочь, а я даже не знаю, где ключ от клетки. Вот только что тогда сказать Тайвину, чтобы выкрутиться? В прошлый раз вроде неплохо получилось.

— Вы ведь демон? — первым нарушил молчание Молан.

— А ты догадливый малый, — фыркнул Тайвин. — А что скажешь про них? — Он кивнул на Дениз и Лиама.

— Классический пример симбиоза демонов и бездушников. Сто лет назад такая картина была повсеместной, но к началу текущего столетия и тех и других осталось мало. Демонический эфир — единственное, что способно поддерживать бездушников в адекватном состоянии, и он же одновременно является для них сильнейшим наркотиком. — Похоже, от страха профессор просто начал выдавать все, что знает.

— Садись, пять, — хихикнул Тайвин.

— Зачем мы здесь? — взяла я слово.

Тайвин смерил меня заинтересованным взглядом.

— Может, я хочу заключить сделку? — протянул он вкрадчиво, улыбаясь, как кот, загнавший мышку в угол.

— Со мной? — пораженно вскинулась я.

Удивляло хотя бы то, что его приспешники не попытались убить меня на месте. Я практически поверила, что это лишь по той причине, что Тайвин сам решил поучаствовать в умерщвлении мешавшей ему мелкой букашки в моем лице.

Тайвин негромко рассмеялся, возвращая меня к прежним мыслям.

— Дождись очереди, малышка, — фыркнул он, покачав головой. И обернулся к Молану. — Так что, профессор, что ты там хотел сделать с юной студенткой посреди ночи в запертом кабинете, на который навешаны десятки шумопоглощающих заклинаний, а?

Демонолог мигом пошел красными пятнами, дико выглядящими на его бледном лице.

— Я не… не я… ничего подобного! — наконец выдохнул он, справившись с эмоциями.

Тайвин сокрушенно поцокал языком.

— Я-то думал, ты планировал при помощи змеиной жрицы и артефакта заполучить себе собственного симбионта. А оказывается, ничего подобного, — горестно вздохнул глава бездушников. — Всего лишь прелюбодеяние…

— Да! Я хотел! Я считаю, что демонологию незаслуженно засунули в самые низы, а казнить за связь с демонами и того глупее! — закричал профессор, рванув к решетке и ухватившись руками за прутья.

— Как интересно… — протянул Тайвин. — Продолжай.

— Вы, имея собственного демона, точно не станете осуждать меня за желание заполучить и себе одного такого, — уже тише добавил Молан, настороженно сверкая глазами.

— Хм… Так ты хочешь впустить в себя демона, я правильно понял? — уточнил Тайвин, пристально разглядывая демонолога. От этого взгляда мне стало жутко. Так, бывает, рачительная хозяйка придирчиво отбирает кусок мясной вырезки на прилавке, оценивая свежесть продукта. И эту ассоциацию лишь подтвердили следующие слова Тайвина: — А скажи-ка, любознательный наш, сколько тебе полных лет?

— Тридцать один, — с готовностью отозвался профессор, а я закашлялась от удивления.

Сколько?! Да ему меньше сорока пяти не дать! Ну ладно, морщин особо нет, но лысина вон пробивается, да и цвет лица отдает нездоровой желтизной.

Тайвин, похоже придя к подобным выводам, удивленно присвистнул.

— Да уж, запустил ты себя. Уверен, что демон захочет подселяться в такое тело? — насмешливо поинтересовался он.

— Я изучил всю доступную литературу и знаю, что демон способен омолаживать и поддерживать тело, в котором обитает. Вашему телу сколько? — Молан в свою очередь с жадностью принялся едва ли не пожирать глазами Тайвина.

Тот усмехнулся, его глаза заблестели от удовольствия. Он наслаждался ситуацией, играя с Моланом, как кошка с мышью.

— Моему телу? — протянул он, делая шаг ближе к решетке. — Ну, скажем так, оно гораздо, гораздо, гораздо старше твоего, профессор.

Молан жадно сглотнул, его глаза горели страстью и завистью.

— Я готов на все, чтобы получить такого же демона, — произнес он почти шепотом. — Я готов служить вам, выполнять любые приказы, только дайте мне шанс…

— Даже так, — фыркнул Тайвин. — Похвальное стремление. Но со служением есть загвоздка. Бездушники — отличные симбионты, но вот как сосуд они не подходят. Их душа настолько искалечена, что при попытке вселения демону… скажем так, некомфортно. Одно дело — пролезть в дом, когда окно открыто. И другое дело — лезть через окно, разбитое вдребезги. Понял метафору? Нет? — Он повернулся к Дениз. — Открой клетку.

Та моментально поспешила выполнить приказ.

— Что касается тебя… — протянул Тайвин, переводя взгляд на меня, — то Лиам любезно поделился со мной твоими планами на кубок.

Я облизала пересохшие губы. Винить Лиама в том, что он что-то там рассказал, было бесполезно. Я не была уверена, что конкретно с ним случилось, но одно понимала точно: если он меня и предал, то не по своей воле.

— Ты хочешь возродить свой культ, — улыбнулся Тайвин. — И знаешь, я, как старший из нас двоих… даже могу помочь тебе в этом.

— Что? — А вот сейчас было совсем уже неожиданно.

— Ты ведь все равно никогда не проводила ритуалы сама. Я покажу тебе, как это делается, на примере нашего дорогого профессора. Ну а в дальнейшем захочешь кого-то обратить — приходи ко мне, и я сделаю это для тебя. Ну, как тебе?

Звучало… слишком хорошо. Я сейчас находилась в полной его власти, мог бы и убить, а вместо этого он предлагает дружеское сотрудничество?

— Ты серьезно? — спросила я, даже не пытаясь скрыть недоверие. — Почему ты хочешь помочь мне?

Глаза Учителя блестели от удовольствия.

— Потому что, малышка, у нас с тобой больше общего, чем ты думаешь. И потом, если ты действительно хочешь возродить свой культ, тебе понадобится наставник. Кто лучше меня справится с этой ролью? А я… Я даже не претендую на то, чтобы быть во главе всего этого. Роль серого кардинала меня вполне устраивает.

Я закусила губу.

— Тогда отдай мне Лиама.

Он усмехнулся и погрозил мне.

— Дашь ей палец, откусит по локоть. Но я не жадный. Ну так что? Кубок — мне. Лиам — тебе. И ты поклянешься никогда не идти против меня и… прислушиваться к моим советам.

На лбу выступил холодный пот.

— Это… хорошее предложение, — уклончиво ответила я. Да, я буду в какой-то мере зависеть от этого психопата, но он же не требует вассальной клятвы? Да и сейчас я целиком в его руках. Какой у меня выбор?

И тем не менее внутри все скреблось от дурного предчувствия.

— Что ты скажешь, профессор? — обратился тем временем Тайвин к Молану. — Готов стать первым подопытным в нашем маленьком эксперименте?

Молан кивнул так быстро, что я подумала, что его голова вот-вот оторвется.

— Да! — Он явно боялся, что Тайвин передумает.

Тот же только улыбнулся и повернулся ко мне.

— Отлично. Тогда приступим. Мира, иди сюда.

«В любом случае посмотреть на то, как происходит вселение, будет полезно. Если уж я сама хочу потом проводить такие ритуалы», — решила я, откладывая поиск выхода из всей ситуации.

Тайвин же махнул рукой, и подвал озарился магическим светом. Метрах в двадцати показался рунный круг и пентаграмма, вычерченные мелом на полу.

Когда он успел приготовиться? Или Учитель с самого начала предполагал, что, заполучив кубок, обратит кого-нибудь? Но кого, сам же сказал, что бездушники не подходят?

— Профессор, вставай в середину, — приказал Тайвин, протягивая Молану короткий ножичек. — А теперь капни своей крови в центр и скажи громко и четко, что все происходящее сейчас сугубо добровольно.

Произнеся это, Тайвин чуть придвинулся ко мне и шепнул:

— Согласие должно быть добровольным, но не обязательно информированным, да? — И снова засмеялся.

Я смотрела, как Молан дрожащими руками взял ножичек и сделал небольшой надрез на ладони. Капли крови упали на центр пентаграммы, и руны начали светиться ярче.

— Что сейчас будет? Ты призовешь демона? — поинтересовалась я, непонимающе глядя на то, как Молан стоит в центре пентаграммы.

Да, я мало что помнила из того, как именно провели ритуал мне в детстве. Но у меня были годы, чтобы выискивать крупицы информации из старых учебников, трактатов, записок демонологов-исследователей, да и кое-какие знания от бабули все же сбереглись в моей голове. Всего этого было достаточно для того, чтобы понять: Тайвин не прорывал портал в мир демонов, откуда смог бы дернуть как минимум ближайшего от бреши демона. Как максимум — демона конкретного вида, возле которого прицельно и пробивается ткань миров. Тогда что происходит сейчас?

— В этом нет нужды, — загадочно улыбнулся Тайвин.

— Что-то не так. Я чувствую слабость и холод, который идет будто из моего сердца, — встревоженно произнес Молан, бледнея на глазах.

Лиам же, наоборот, начал возвращать краски лица, благодаря тому, что внимание, чтоб его, Учителя сейчас было сосредоточено не на нем. В глазах понемногу начала проявляться осмысленность.

— Так бывает, когда душа покидает тело, — услужливо подсказал Тайвин. И, увидев шок в глазах профессора, снизошел до пояснения: — А куда, по-твоему, должен прийти демон? В уже занятое жилище? А еще демонолог! Нужно уделять больше внимания матчасти, тогда бы ты знал, что демон может перейти в пустую оболочку. И вот этот артефакт как раз и поспособствует тому, чтобы оболочка освободилась, но тело оставалось живым до тех пор, пока я туда не переберусь. Ибо моему в самом деле слишком много лет, да и с симбионтами пожадничал, их у меня трое…

Пока он говорил, Молан уже был не в силах стоять на ногах. Да и, возможно, не все слышал. Из его рта вырывались лишь жалобные стоны. В глазах же светился дикий ужас.

— Я не понимаю! Зачем ты врешь ему? Ты же человек с симбионтами, тот же ритуал, что был и со мной! — выпалила я, не в силах больше молчать.

— Тот же, — расплылся в улыбке Тайвин, словно узнал дико забавную вещь и готовится вот-вот поделиться шуткой с другими. — Но я сказал правду. Демона можно подселить лишь в пустое тело. Как когда-то подселили меня.

— Ты демон? — нервно сглотнула я, точно не это ожидая услышать. Но в следующую секунду раздраженно мотнула головой, оставляя эту информацию на потом. Молан был единственным преподавателем, который нормально ко мне относился, и я не хотела быть свидетельницей его такой глупой гибели. — Неважно! Молан просил симбионта, зачем ему демон?!

— Во-первых, мне плевать на то, что ему нужно, главное — чего хочу я. Конкретно сейчас — новое тело, и его мне подходит. А во-вторых… Откуда ты взяла такую глупость, что младший демон может стать симбионтом человека? — на этих словах из его груди вырвался смешок. — Симбионтами могут стать лишь два демона. Младший, как твоя змейка, и старший… как ты.

— Что? — ахнула я, чувствуя, как почва уплывает из-под ног.

— Культ уничтожили до того, как тебе открыли всю правду. Мириам Крайт умерла в возрасте… м-м-м… во сколько там проводят ритуалы в культе Змеи? Семь лет? Восемь? А ее место в этом хорошеньком юном тельце заняла ты. А чтобы юной демонессе не было так дико и одиноко в этом мире, сразу же подселили и симбионта. И все же забавно. Столько лет жить и не знать, кто ты есть. — Тайвин снова расхохотался и обернулся к корчащемуся в муках Молану. — Профессор, твой косяк. Имея в легальном доступе мизер информации, не суметь даже его поместить в голову твоей ученицы… Я уж молчу о том, что ты сам не понял, что она не просто носит младшего демона в себе.

В моей голове калейдоскопом замелькали картинки-воспоминания и накладывающиеся на них известные мне факты о демонах. Соль. Змейка не имеет физического тела, пока во мне, но я всегда ненавидела эту специю. Лиам предположил, что это из-за моего долгого проживания в лесу, но я не касалась этих белых кристалликов и задолго до того. Мята. От одного запаха накатывала слабость именно на меня, не на змейку. И к магии души тянуло в первую очередь меня, змейка ловила отголоски уже через мое восприятие. Добавить к этому невольное неприятие всех, кто хотя бы просто находится какое-то время рядом со мной…

— Он ведь врет? Он ведь врет мне, отвечай?! — крикнула я, обращаясь к своей единственной подруге, что сопровождала меня всю мою сознательную жизнь. Жизнь, которую я помнила только с момента проведения ритуала.

Лиам, услышав мой голос, вскинул голову. Мутная пелена окончательно ушла из его глаз. Зрачки чуть расширились от удивления, стоило ему взглянуть на меня.

— Мира? — хрипло пробормотал он, скривившись, будто человек, силящийся проснуться. Похоже, он только сейчас осознал, где находится и что я тоже здесь. — Ты у меня спрашиваешь? Я не понимаю…

— Нет! — Из глаз брызнули злые слезы. — Не у тебя. У нее.

«Хос-сяйка, ты с-слишком нервничаешь… — послышался наконец тихий шепот змеи. — Ведь ничего не поменялос-сь».

— Как это ничего не поменялось?! — почти кричала я, чувствуя, как внутри меня поднимается волна паники и гнева. — Все изменилось! Вся моя жизнь была ложью!

Все это время я хотела возродить культ. Получается, чтобы сделать это, мне нужно будет стать убийцей?

Хотя почему в будущем времени? Я уже убийца! Я в пять лет убила ни в чем не повинную маленькую девочку и заняла ее место. Я…

По щеке прокатилась слеза. Я порывисто смахнула ее.

Тайвин стоял, наблюдая за моей бурной реакцией с каким-то странным удовлетворением.

— Жаль, я раньше не знал, что ты так наивна, Мириам. — Он снова рассмеялся, и этот смех отозвался холодом в моем сердце. — Так забавно наблюдать за твоими метаниями.

— Учитель? Что происходит? — Лиам все силился разобраться в происходящем, переводя обеспокоенный взгляд с меня на Тайвина, Молана в пентаграмме и обратно.

— Твоя подружка наконец-то узнала правду о себе. А я в честь этого решил подарить ей тебя, Первый. Зачем мне предатель? — каверзно усмехнулся Тайвин, явно намереваясь повеселиться еще и за счет реакций Лиама. В пользу этого говорила и следующая прозвучавшая насмешливая фраза: — Готов приветствовать свою новую госпожу?

Но тут Лиам разочаровал его, транслируя лишь все то же беспокойство, направленное на меня.

— Мира? Что с тобой?.. — услышала я его встревоженный голос, пытаясь совладать с собой.

Молан тем временем уже хрипел, лежа в центре круга, а от тела Тайвина к нему тянулись черные призрачные нити. Сам же Учитель тоже начал вести себя как-то странно, движения стали резкими, дергаными, словно конвульсии или судороги, которые он пока сдерживал, но делать это становилось все труднее.

И, смотря на это, я не могла не думать о девочке, той, настоящей Мириам…

«Хос-сяйка, это ты Мириам. С-сачем ты так накручиваешь с-себя? Ты с-сильная, могущес-ственная, с-сачем тебе переживать о том, что было так давно?.. Не думай о ней. У тебя ведь ес-сть я…»

— Не смей читать мои мысли! — Я зажала уши руками и упала на колени.

«Но как же я тогда буду предугадывать твои желания и с-служить тебе? Ты ведь с-сама говорила, что я нужна тебе…»

Лиам, пошатываясь, подошел ко мне и положил руку мне на плечо.

— Мира… Мира, ты в порядке? Скажи, что мне сделать? — Его голос вклинился в мое сознание, перебивая успокаивающую чушь, что пыталась нашептать мне моя единственная подруга… Подруга ли?

Я подняла голову, и наши взгляды встретились. В глазах Лиама я увидела искреннее беспокойство, и это дало мне немного сил.

Молан уже почти потерял сознание, его тело дергалось в агонии. Я знала, что времени у нас мало. Нужно было что-то предпринять, и быстро. Я поднялась на ноги, опираясь на Лиама. Я знала, что должна сделать, но мысль еще не успела до конца оформиться в моей голове. Взгляд упал на чашу-артефакт.

Я шагнула вперед, змейка внутри меня зашипела громче. А затем резко ринулась в ритуальный круг и схватилась за артефакт. Тело пронзило потусторонней энергией, металл чаши обжег руки, но я не отпустила, потянула на себя.

Нужно было прервать это. Спасти Молана. Хотя бы ради той маленькой девочки, что жила когда-то в моем теле. Нельзя допустить, чтобы еще кто-то пострадал так же. Чтобы еще кто-то погиб, уступая свое место демону. Демону… которому нечего делать в этом мире.

«Хос-сяйка! Что ты делаешь?! Перес-стань!»

— Ах ты, маленькая!.. — зашипел Тайвин не хуже моей змейки, но сам пошевелиться больше не мог, его намертво опутали черные нити, связывая с телом уже переставшего сопротивляться Молана.

— Лиам! — крикнула я, обращаясь к парню. — Помоги мне!

— Лиам! Не смей! — тут же отдал противоположный приказ Тайвин. — Дениз! Смотри, чтобы он не вмешивался.

Лиам на мгновение замер, его взгляд метался между мной и Тайвином. Я видела, как в его глазах боролись страх за меня и покорность перед Учителем.

— Лиам, пожалуйста! — Я почти плакала, чувствуя, как сила внутри меня начинает ускользать.

Я же не окажусь сама в теле Молана, если останусь в круге еще дольше? Утянуть кубок прочь не получалось, он будто прирос к месту, но я продолжала пытаться, передавая на него магическую энергию. Кажется, он чуть сдвинулся и нити вокруг Тайвина стали тоньше и еще призрачнее… но это также могло значить, что ритуал подходит к концу.

Если Учитель проснется Моланом, сохранив всю свою силу, мало мне за мое предательство не покажется.

— Мира… — с губ Лиама сорвалось мое имя, и в этот же момент Дениз подняла руку с горящим на кончиках пальцев желтым огоньком.

— Только дернись! — прошипела она.

В ответ Лиам презрительно скривил губы, нацепив на лицо то высокомерное выражение, как тогда в подземельях в разговоре с бездушницами. И, глядя своей соклановке… бывшей соклановке в глаза, выстрелил каким-то хитромудрым заклинанием в незащищенное сейчас тело Тайвина.

— Не-ет! — заорали одновременно демон и Дениз.

С руки девушки сорвалось пламя заклинания и ударило в грудь Лиама. Миг спустя на пол неподвижно упали двое. Мой Лиам и Тайвин с навеки застывшим удивленным выражением лица. В ту же секунду линии пентаграммы потухли, а сила притяжения артефакта пропала. Но мой взгляд был прикован к неподвижной фигуре парня, поставившего на кон все, чтобы не предать меня.

Сорвавшись с места, за считаные секунды я оказалась возле него. Меня не волновали причитания Дениз, завывавшей над телом Тайвина, не затрагивал надсадный кашель Молана, пытавшегося подняться с пола. Сейчас все затмевал Лиам, в бледном лице которого не было ни кровинки.

— Ты не можешь уйти так… — прошептала я на грани слышимости, тщетно всматриваясь в его лицо затуманенными от слез глазами. — Вернись…

— Я рассчитывал хотя бы на скупую слезу и заверения, как я нужен, — с усилием произнес Лиам. Его ресницы дрогнули, и он открыл глаза.

Я же, неожиданно для себя, разрыдалась и упала ему на грудь.

— Эй, одну слезу, мне достаточно, не надо… Ну ты чего? — неловко завозился он подо мной. — И мне все еще больно. Забыла о состоянии моей спины?

Спохватившись, я отскочила от него и помогла кривящемуся от боли парню сесть. Чтобы тут же возмущенно пихнуть его в плечо.

— Только попробуй еще раз сказать, что не нужен, — выдохнула я и судорожно всхлипнула.

— Ну как ты могла подумать, что я позволю какой-то Дениз меня ранить? Или я просто так у тебя выспрашивал, какой именно четырехстихийный щит ты ставишь, что остановил тогда в аудитории мою магию души? Вот, научился, — попытался улыбнуться Лиам, вновь скривившись от боли.

Я невольно улыбнулась, вспомнив, как вытянулось его лицо, когда он в ответ на мой шантаж не сумел стереть мне память.

— Плохо научился, раз заклинание тебя все же повалило, — заметила я и помрачнела. То, что я остановила Тайвина, не отменяло моей сути. И я не имела права скрывать это от Лиама… Но сказать первой я не успела.

— Думаешь, раз тоже владеешь демоническим эфиром, сможешь подчинить весь наш культ? — заорала Дениз, подняв заплаканное разъяренное лицо. Тело Тайвина оставалось неподвижным. — Ты, жалкая подделка под демона! Убирайся с нашей территории!

Она попыталась атаковать, но вдруг резко замолчала и сама осела на землю рядом со своим наставником.

— Думаю, стоит прислушаться к ее словам. Другие бездушники могут быть настроены менее благодушно к тем, кто убил их предводителя, — просипел Молан, усыпивший Дениз чарами и теперь кое-как поднимавшийся на ноги.

— Ты слышал, что она сказала? Это правда. Я — демон, как и Тайвин, — прошептала я, глядя сейчас только лишь на Лиама.

— Это многое объясняет, — хмыкнул тот и встал с земли, после чего продолжил как ни в чем не бывало: — Профессор прав, нужно сматываться отсюда поскорее.

— И это все? Я старший демон, а моя змейка — младший… — предприняла я еще одну попытку все ему объяснить, но уже по пути к выходу.

— А я бездушник, — ухмыльнулся он и, подавшись ко мне, щелкнул зубами, будто пытаясь укусить. — Страшно?

— Дурак. И щит у тебя дырявый, по голове заклинанием явно прилетело, — пробормотала я, испытывая смесь удивления и недоверчивой радости.

— Моя голова сейчас как раз единственная часть тела, которая в порядке, — страдальчески скривился он. — Но что бы ты ни говорила, какая бы правда о тебе сейчас ни всплыла, это не меняет главного. Ты — та самая Мира, которая перевернула мой мир с ног на голову и… стала этим миром. И в таком случае что меняет тот факт, что ты демон? Кроме того, что неплохо бы убрать свидетеля.

— Я с вами! — тут же возмущенно вскинулся профессор Молан, в одной руке он держал кубок. — Если я кому-то сообщу, что Мириам демон, заодно всплывет и то, что я пытался заключить сделку и подселить демона в свое тело. Тогда болтаться мне в соседней петле. Нет уж! С демонологией я завязываю, давно мечтал попробовать себя в иной сфере. Завтра я покину академию, и больше вы обо мне не услышите.

Лиам с сомнением покосился на меня, но я едва заметно мотнула головой. Добивать того, кто и так чудом остался жив, да и в принципе мне ничего плохого не сделал? Нет уж. Пусть я демон, но это не означает, что во мне нет ни грамма человечности.

Когда Лиам и Мира совместно ударили по огромному морлоку, магический барьер дрогнул и озарился вспышкой, а затем нежить начала разлагаться прямо на глазах у толпы.

На несколько секунд вокруг арены воцарилась тишина. А затем стадион взорвался ликованием.

В воздухе раздавались радостные возгласы и свист.

Мира и Лиам тяжело дышали после сложного боя, но улыбались. Цифры на висящем в воздухе табло показывали общий счет баллов, присуждаемых за технику, скорость, количество примененных заклинаний и их сложность. Их имена были на самом верху этой таблицы. Вторые — Олена и Крис.

— Похоже, мы победили, — наконец смогла произнести Мира, а Лиам в ответ просто обнял ее.

Конечно, они победили, разве могло быть иначе?

Когда пару дней назад они вернулись вместе с профессором Моланом в академию, то вместе с собой захватили также и кубок. Профессор сказал, что проверил его и он теперь безнадежно испорчен. Так что было решено незаметно вернуть его на место, а потом снова навесить на кабинет преподавателей чары.

Хвала всем богам, профессор взял всю эту часть задачи на себя — в благодарность за свое спасение. Так что никаких проблем у них не возникло. Ну а пришедшая для третьего этапа испытаний комиссия констатировала, что артефакт от долгого хранения просто испортился. Из другой академии подобный везти было уже некогда, так что сражение с демоном просто заменили на сражение с опасной нежитью — морлоком.

И вот теперь Лиам и Мира принимали поздравления.

— Ребята, это блестяще! Блестяще! А на имперском турнире вы засверкаете еще ярче. Среди достойных-то соперников, — восхищался Николас Трестони.

— У нас тут тоже соперники весьма и весьма достойные были, — насупился профессор Рок, как всегда горой стоящий за своих подопечных, но его лицо быстро посветлело. — Но ребята, конечно, дали жару. Я сочту за честь быть их сопровождающим на следующем этапе.

— Профессор Рок, спасибо вам за поддержку, — сказал Лиам, все еще держа Миру за руку. — Мы не смогли бы достичь этого без вашей помощи и наставничества.

Профессор Рок кивнул, его лицо светилось гордостью.

— Но вы правильно сказали, что тут и без нас очень много достойных, — улыбнулась Мира. — Поэтому мы бы хотели, чтобы поехали именно они.

— Да-да. Все правильно, — снова закивал профессор. — Стоп. Что?!

— Мы отказываемся от участия в имперском турнире, — повторил Лиам.

— Как это отказываетесь? — воскликнул Трестони. — Что это вы такое говорите?

Олена, которая все это время стояла позади вместе с остальными участниками, вытянула шею и начала протискиваться вперед.

Лиам и Мира обменялись взглядами.

Они обсудили все не раз. Как бы ни хотелось блеснуть способностями — риски были слишком велики. Это не их провинциальная академия с никакой защитой на артефактах. Испортить имперские у них не получится. А рисковать выдать себя, встречаясь с демоном у всех на глазах, не хотелось.

А так они уже победители. Они остались вместе и теперь по-настоящему свободны. К чему им еще какие-то награды и кубки?

— Вот! — Лиам дернул подошедшую Олену за плечо и выставил вперед. — Олена Стоун, отличница, спортсменка и главный источник новостей в нашей академии.

— Как ты виртуозно завуалировал «сплетница», — шепнула ему на ухо Мира, давясь смешком.

— Да-да, я такая! — подтвердила Олена, не желая отдавать свой шанс. — Я готова. Мы с Крисом обещаем вам, что имперский турнир…

Николас Трестони довольным не выглядел, оборвал ее одним движением. Он все еще не мог поверить в услышанное.

— Но ведь имперский турнир — это шанс, который выпадает раз в жизни! — воскликнул он. — Вы уверены, что хотите отказаться от него?

Лиам и Мира кивнули одновременно.

— Да, мы уверены, — ответил Лиам. — Мы передаем этот шанс Олене и Крису. Они заслужили это не меньше нас.

Когда толпа начала расходиться, Лиам и Мира, держась за руки, направились к выходу с арены.

— От турнира мы отказались. Что будем делать дальше? — спросил парень.

— М-м-м… У нас ведь кончился срок наказания от комиссии по нравственности? — хитро улыбнулась Мира. — А как победительница турнира я считаюсь сдавшей сессию на отлично. Значит…

— Значит? — Лиам не сразу сообразил, к чему она клонит.

— Значит, я наконец могу покидать территорию академии! — воскликнула она. — Идем в «Меч и пульсар» праздновать!

А после празднования они поднялись в заброшенную башню и долго сидели, глядя на ночное небо, усеянное звездами, сжав друг друга в объятиях, как самое ценное, что может быть в этом мире.

— Ты знаешь, — начал Лиам, его голос был тихим и задумчивым, — когда мы отказались от турнира, я думал, что буду чувствовать сожаление. Но сейчас я понимаю, что это было лучшее решение.

Казалось, весь мир замер, чтобы дать им время насладиться друг другом.

— Никогда не думал, чем мог бы заниматься без Учителя. Никогда не думал, что может настать время, когда его не будет.

— А о нем ты сожалеешь? — осторожно спросила девушка.

Лиам сглотнул, опуская голову.

— Нет… наверное. Но что-то внутри все равно зудит. Как старая рана. Но это пройдет. — Он тряхнул головой и продолжил, глядя на звезды: — Теперь мы можем закончить академию, а потом путешествовать, исследовать новые места, изучать магию и артефакты. Мы можем делать все, что захотим… Можем быть рядом. — Он повернулся к ней, заглянул в глаза. — Об этом я точно никогда не буду сожалеть.

Его сердце забилось быстрее, когда Мира потянулась к нему. Ее глаза завораживали, словно магический артефакт.

Он ощутил легкое прикосновение ее губ, сначала нежное и робкое, словно она боялась нарушить этот хрупкий момент. Но затем поцелуй стал уверенным, глубоким. Лиам перехватил инициативу, чувствуя, как волна тепла разливается по телу, сметая все сомнения и тревоги.

Ее руки обвили его шею, а его — ее талию. Поцелуй длился вечность и одновременно миг.

— Я люблю тебя, — прошептал он едва слышно, но это прозвучало громче всех заклинаний мира.

Мира улыбнулась, ее глаза сияли счастьем.

— И я люблю тебя, Лиам. Вместе мы сможем все.