«Мир погружён во тьму, и я — её самое мрачное воплощение.

Моё сердце, душа, вся суть моего существования…

Всё во мне — тьма. Я не могу вырваться к свету.

Есть лишь одно — единственная искра света

в этой бездонной пропасти отчаяния.

И у этой искры есть имя. Его зовут Кайл Картер.»

ПРОЛОГ

Ли

Я проснулась от самого мучительного кошмара, вся в холодном поту, в кромешной тьме. Воспоминания о том, как я лежала на полу ванной, истекая кровью, и осознание того, что я потеряла, снова нахлынули на меня.

Я судорожно ловила воздух и нащупала выключатель на прикроватной тумбочке.

Щёлкнув лампой, я снова погрузилась в свой кошмар и инстинктивно прижала руки к животу.

Я была в порядке. Нужно было просто успокоиться.

Но я не могла заснуть. Каждый раз, закрывая глаза, я снова видела кровь. Я думала о ребёнке, которого никогда не возьму на руки.

Я видела тот разбитый взгляд в стальных голубых глазах, к которым так привыкла. Кайл…

Я была потеряна.

Казалось, будто меня разорвали на куски. Я сомневалась, что смогу снова себя собрать.

Я была разбита, я скорбела, была в смятении — всё это смешалось в один бурлящий вихрь эмоций, пронизывающих разум и душу.

Я не знала, должна ли радоваться. Не знала, чувствую ли вообще хоть каплю радости. А потом — чувствовала вину за то, что не чувствую счастья.

Я была так запутана.

Схватив телефон с тумбочки, я посмотрела на время.

Шесть тридцать утра. Официально — Рождество.

Этот год определённо станет худшим в списке всех Рождеств. Девятнадцатое Рождество я встречала в больнице — беременная и одинокая.

Кэм оставила мне свой телефон, уходя вчера вечером, с приказом звонить Дереку, если что-то понадобится. Но я не собиралась звонить. Они и так сделали слишком много. Теперь я была одна. И так должно было быть.

— Принцесса?

Я замерла.

Это слово. Это одно мучительное обращение заставило моё сердце сорваться с места и удариться о рёбра. Я резко повернула голову к двери палаты.

— Что ты здесь делаешь? — прошептала я.

Кайл закрыл за собой дверь и медленно подошёл ко мне.

Я не могла отвести от него взгляд.

Я смотрела на него иначе — не только потому, что он вырвал моё сердце, но и потому, что часть его теперь жила во мне.

— Я слышал, как ты плачешь за дверью. Я волновался, малышка.

Он придвинул пластиковый стул к кровати и сел. — Как ты себя чувствуешь? — Голос его звучал неуверенно.

Его взгляд скользнул с моих глаз на живот. Я неловко натянула одеяло повыше.

— Запуталась, — ответила я.

Запутанность — это было то, что я ощущала сильнее всего. Особенно сейчас, когда он сидел передо мной.

Кайл вздрогнул и опустил голову. — Да, понимаю. А физически? Тебе не больно?

Я сомневалась, что когда-нибудь снова почувствую себя «в порядке».

Я кивнула и посмотрела на него.

Он выглядел усталым — нет, разбитым. Наверное, отражал то, что чувствовала я.

Его голубые глаза были покрасневшими — от недосыпа или от слёз, я не знала.

Светло-голубое худи было смято, на подбородке — лёгкая щетина, что было странно: Кайл всегда был выбрит начисто.

Потёртые джинсы — те же, что были на нём в ночь вечеринки. Я знала, потому что видела, как он надевал их перед тем, как уйти от меня.

— Почему ты здесь? — тихо спросила я. — Я же сказала тебе уйти.

Он тяжело вздохнул, покачал головой. — Я ушёл… но не смог далеко уйти. Всю ночь сидел у твоей двери, малышка. Я могу всё объяснить. Только дай шанс. Всё не так, как ты думаешь.

Я не хотела знать. Не хотела слышать его оправданий. Я знала, что он скажет.

Он снова попытается выкрутиться. Но на этот раз — ничего, что он скажет, не сделает это правильным.

Ничто не могло это исправить.

Кайл оставил меня ради Рэйчел. И почему я вообще удивлялась? Я ведь была предупреждена.

Кэм, Майк, даже сама Рэйчел — все предупреждали меня держаться подальше от Кайла Картера. Надо было послушать. Тогда я бы не лежала здесь.

Было больно думать, что Кайл находился в одном городе со своей злобной бывшей, не говоря уже о том, что они могли быть вместе… пока я теряла одного из наших детей — на полу его ванной.

Кайл воспринял моё молчание как приглашение говорить.

— Мне нужно рассказать тебе, что произошло два года назад с Рэйчел. Ты должна знать всю правду, чтобы мы могли двигаться дальше.

Я вздрогнула от звука её имени.

— Я не хочу это слышать, Кайл…

— Ты услышишь. Ты должна знать правду. Всю.

Правда не могла мне помочь. Я была слишком сломлена.

Кайл выпрямился, глубоко вдохнул.

— Я встречался с Рэйчел на втором курсе колледжа. Ничего серьёзного — несколько свиданий. Мы были близки всего один раз, и я не собирался ничего продолжать. Мне было двадцать, и я просто наслаждался жизнью.

Я наблюдала за его лицом. Он явно пытался преподнести мне «очищенную» версию событий.

— Когда умер мой дед, я остался в его доме в Денвере, пока юристы занимались бумагами. С тех пор, как закончились занятия, я не видел Рэйчел — и не скучал. Она не была для меня важной, просто ещё одна девушка.Я решил заночевать в дедовском доме после оглашения завещания. За два дня до Рождества, шёл снег. Мне не хотелось возвращаться домой, не хотелось видеть сочувствие Кэм и Дерека.

Он помолчал, явно возвращаясь мыслями к той ночи.

— Когда я вошёл в дом, Рэйчел была на кухне. Занималась сексом с моим братом.

Я резко втянула воздух.

Этого я не ожидала. Моё сердце предательски дрогнуло.

Он покачал головой, провёл рукой по лицу, словно заново переживая ту ночь.

— Оказывается, это продолжалось месяцами, — сказал Кайл. — Так что, по сути, изменяла она ему, а не мне.

— Что ты сделал?

— Я взбесился, Ли. До безумия. Орал, обвинял. Мне было больно. Брат предал меня. Отца я всегда ненавидел, но брат… он был единственным, с кем я ладил. Я чувствовал себя обманутым.

— И что ты сделал потом?

— Ушёл. После того как брат наорал на меня, обвинив, что я «спал с его девушкой и украл наследство», я просто свалил.

Он посмотрел на меня.

— Рэйчел побежала за мной, села в машину. Я был в ярости. Гнал её вон, но она не вышла. Я завёл двигатель и рванул, как псих.

— Хотел напугать её, заставить выйти. Она не пристегнулась, а я гнал слишком быстро. Пролетел на красный. — Он поёжился. — Мы врезались в грузовик. Удар пришёлся с её стороны. Её сильно ранило, сделали экстренную операцию.

Кайл замолчал. Следующие слова прозвучали едва слышно:

— Помнишь, я говорил, что моя мама умерла, когда мне было три?

Я кивнула, растерянная.

— Да. От передозировки. Поэтому ты попал в приёмную семью. А при чём тут мама?

Кайл кивнул. — Причём тут? И при чём тут всё. Наркотики были частью, но умерла она не от этого. Она погибла в автокатастрофе.

Он попытался сохранить лицо, но это явно давалось ему нелегко.

Кайл нахмурился. — В автокатастрофе, которую она устроила сама. Чтобы покончить с собой.

Я резко села.

Моё сердце сжалось.

— Боже мой, Кайл…

Я прикрыла рот рукой, боясь сказать что-то не то — или заплакать. Если бы начала, то уже не смогла бы остановиться.

Кайл горько усмехнулся. — Подожди, ты ещё не слышала лучшую часть.

Я нахмурилась, не понимая, что тут «лучшего».

— Я был в машине, когда это случилось.

Я не могла осознать услышанное.

Это было слишком. Значит, она пыталась убить и его? Ему ведь тогда было всего три года.

— Да, — тихо сказал Кайл, угадав мои мысли. — Она пыталась забрать нас обоих. Видимо, что-то пошло не по плану, раз я всё ещё здесь.

Он усмехнулся безрадостно. — Хотя, если бы она вколола мне хоть десятую часть того, что принимала сама, ей бы удалось.

Я не знала, ударить его или обнять.

Он говорил о таком кошмаре так спокойно, будто это не имело значения.

Только в его глазах — в этих голубых, потускневших глазах — я видела ту самую боль.

Я потянулась и взяла его за руку. Это было всё, что я могла сделать.

Мы, оказывается, были похожи больше, чем я думала. У нас обоих — ужасные родители.

Я знала, что отец Кайла — подонок. Женатый мужчина, бросивший шестнадцатилетнюю беременную девушку.

Кайл вырос в приёмных семьях, пока его отец наслаждался жизнью, благодаря семейной империи отелей.

Если бы дед не нашёл его, когда Кайлу было двенадцать, и не оставил ему всё состояние — его жизнь сложилась бы иначе.

Но мать… как можно пережить подобное?

Только оттолкнув всех. Не подпуская никого слишком близко.

— Значит, ты рассказываешь мне всё это, потому что авария с Рэйчел напомнила тебе о той ночи? — тихо спросила я.

Он сжал мою руку. — Да и нет. Я должен был рассказать это давно. Прости, малышка. Но ты должна знать — ты единственная, кому я вообще говорил о матери.

Я ответила на давление. Я знала, как трудно ему открываться. И да, этот разговор должен был состояться давно.

— После той аварии я был в ужасном состоянии. Голова совсем поехала. Вина, воспоминания… всё смешалось.

Он резко вдохнул и продолжил:

— Когда мне наконец разрешили увидеть Рэйчел после операции, она сказала, что потеряла моего ребёнка.

— Она была беременна? — я не поверила своим ушам. — От тебя?

Моё сердце застыло. Я выронила его руку, уставившись на него.

— Так она сказала, — мрачно произнёс он. — Удобно, правда? Особенно после того, как дед оставил мне наследство. Она разыграла карту беременности, а я был молод и поверил. Видимо, я был её билетом к богатству.

Я вздрогнула. Он заметил. Неужели он думает то же самое обо мне?

Он накрыл мою руку обеими ладонями, наклонился ближе.

— Она играла со мной, Ли. Со мной — ради удовольствия, с моим братом — ради выгоды. Просто просчиталась. Думала, что наследство достанется им.

Он тяжело вздохнул. — Не могу её винить. Кто бы поставил на меня? Даже я сомневался в решении деда.

— Возможно, это был его способ извиниться за сына, — пробормотала я и прикрыла рот ладонью. — Прости, не должна была говорить.

— Может быть, — мягко улыбнулся Кайл, опуская взгляд на наши руки.

Его большой палец нежно скользил по тыльной стороне моей ладони.

Мне было слишком приятно.

Я выдернула руку.

Он нахмурился, но ничего не сказал.

Вместо ответа он продолжил, углубляясь в самые тёмные уголки своего прошлого — того, из которого слишком долго держал меня подальше.

ГЛАВА 1

Ли

У меня было решение, которое нужно было принять. На самом деле — не одно. Первое, и, возможно, самое важное, я уже приняла, когда вчера вечером сделала тот звонок. Теперь я просто надеялась, что это решение не обернётся для меня неприятностями.

Я провела рукой по коже, натянутой на моём вздувшемся животе, и вздохнула. За последние шесть недель я прошла через ад и обратно — но я выжила. И, что самое главное, выжил ребёнок, растущий внутри меня.

— Всё взяла, Ли? — раздался голос.

Я улыбнулась. Слабо, но это было всё, на что я сейчас была способна.

— Да, — ответила я, застёгивая молнию на дорожной сумке.

Майк Хендерсон стоял в дверях моей палаты — высокий, красивый и пугающе уверенный в себе, но при этом он предлагал мне выход. Пусть и временный, но всё же выход из той запутанной жизни, в которую я умудрилась вляпаться.

Когда я позвонила ему вчера вечером и попросила об одолжении, я не собиралась причинять боль его брату или расстраивать друзей. Мне просто нужен был кто-то, с кем можно поговорить — кто не станет судить меня и не будет предвзят из-за моих глупых поступков.

Было больно даже думать, почему я оказалась в больнице.

ГЛАВА 2

Ли

Я проснулась в той же длинной, мешковатой футболке, в которой вчера уехала из больницы, с тошнотворной болью в животе и безумным желанием в туалет.

Сбросив с себя незнакомое одеяло, я вскочила с кровати и рванула через коридор в ванную.

Мне нужно было в туалет слишком сильно, чтобы задумываться, откуда взялось это одеяло.

Я дошла до двери ванной, но рука застыла на дверной ручке. Не смогла. Просто не смогла туда войти.

Меня вывернуло от одной мысли о том, чтобы снова оказаться в этой комнате.

Я развернулась и, перепрыгивая через ступеньки, помчалась вниз — к ванной Кэм и Дерека. Даже не постучала — просто влетела туда.

К счастью, там никого не было, и я овладела искусством одновременно писать и блевать.

— Ли, ты жива там? — услышала я голос Дерека, и дверь приоткрылась.

— Боже, Дерек, только попробуй сюда войти! — почти закричала я, быстро приводя себя в порядок.

Снаружи послышался нервный смешок, а потом — удаляющиеся шаги.

Я остановилась перед зеркалом и поморщилась.

Выглядела я ужасно.

Серые глаза красные по краям, кожа бледная, губы потрескались. Сняв резинку и растрепав кудри, я снова собрала волосы в небрежный хвост. Помыла руки, плеснула водой в лицо и направилась на кухню — переодеваться наверх не пошла.

Моя скромность закончилась, и хотя футболка не скрывала полностью шрамы на бёдрах, оставленные отцом, я уже не чувствовала прежней необходимости их прятать.

Невольно пришлось признать — за это я должна благодарить Кайла. Все те ночи, когда он покрывал поцелуями каждую отметину, каждую царапину и шрам на моём теле, исцелили неуверенность, которая годами разрушала мою самооценку.

Когда я дошла до кухни, Кэм и Дерек сидели за столом, погружённые в разговор.

Я прочистила горло, прежде чем войти. Моё появление прервало их обсуждение.

— Кофе? — спросил Дерек, быстро вставая и избегая смотреть мне в глаза.

— Нет, спасибо, Дерек.

Кофе я больше пить не могла — и это было ужасно. Доктор Эшкрофт говорил, что изредка чашка не повредит, но все журналы о беременности, которые я перечитала в больнице, категорически не рекомендовали.

— Где Бруно? — спросила я, садясь напротив Кэм.

— Гуляет с Кайлом, — ответил Дерек без обычного сарказма. — Кофе тебе, Кэм?

Кэм покачала головой, глядя в чашку. Я попыталась поймать её взгляд, но она была явно чем-то занята — яростно мешала ложкой напиток.

Ох, начинается...

— Привет, Кэм, — тихо сказала я.

Её блондинистая голова резко поднялась. — Привет, Иуда, — бросила она.

Ага, она зла.

— Думаю, ты злишься, что меня забрал Майк, да? — пробормотала я, стараясь не отводить взгляд от своей рассерженной подруги.

Даже злой и колючей Кэм оставалась безумно красивой: прямые волосы, идеальная кожа, завидные черты лица.

— Майк? О, нет, ну как я могу злиться, что тебя из больницы забрал Майк? Ведь я-то всего лишь сидела с тобой, держала за руку каждый чертов день шесть недель подряд! — драматично произнесла Кэм. — Нет, вовсе не злюсь. Ни капельки.

Окей, она злее, чем я думала.

Когда Кэм злилась, это было очевидно: суженные глаза, тяжелая ирония, холодный тон. Всё это я сейчас получала сполна.

— Кэм, оставь её, она только вернулась домой, — тихо сказал Дерек.

Я резко обернулась к нему. Он стоял, оперевшись об дубовую стойку, и смотрел на Кэм с прищуром.

Такого я ещё не видела.

Никогда прежде Дерек не спорил с Кэм. Я не хотела, чтобы они из-за меня ссорились.

— Майк не несёт за неё ответственность, Дерек. Ей не стоит на него полагаться, — огрызнулась Кэм, метнув в него взгляд.

— Нет, Дерек, она права, — быстро вмешалась я. — Прости, Кэм. Я не хотела задеть тебя. Это было не специально.

Напряжение в её плечах немного ослабло.

Она вздохнула и кивнула.

— Извинения приняты, — сказала она и встала. — У меня съёмка через полчаса. Увидимся позже.

Она вышла, не оглянувшись.

Дверь громко хлопнула, и мы с Дереком одновременно выдохнули.

Я знала, что она соврала про съёмку.

Кэм действительно подрабатывала моделью, чтобы оплачивать учёбу и счета, но никогда не снималась по субботам утром. По субботам она ходила по магазинам. Это было её святое — её церковь. И обычно она тащила туда меня. Но, очевидно, сегодня — нет.

Я повернулась к Дереку.

— Понятия не имеешь, что это было? — спросила я, больше удивлённая её резкостью к нему, чем к себе.

Я заслужила, но он-то при чём? Они ведь всегда были самой любящей парой, какую я знала.

— Она уже недели ведёт себя так, — вздохнул Дерек, качая головой. — Пойду за ней. — Он похлопал меня по плечу и поспешил к выходу.

— Подожди, — крикнула я, заметив его ключи на столе, но хлопок входной двери подтвердил — он не услышал.

Я взяла кружку Кэм и занялась посудой.

На часах было только половина десятого, а выходные уже начинались паршиво.

Наливая воду в раковину, я мыла тарелки и думала о том, что у Кэм и Дерека, похоже, проблемы.

Никто из них не говорил об этом, когда навещал меня.

Да и, если вспомнить, Дерек в последнее время редко появлялся, а Кэм была какая-то отстранённая.

Она злилась на него? Или я опять что-то сделала, кроме истории с Майком? Что вообще произошло, пока меня не было?

Я подпрыгнула, когда раздался звонок в дверь.

Вытерев руки, поспешила в коридор и открыла — думая, что это Дерек вернулся за ключами.

Это была Рэйчел.

Её ухоженные брови взлетели, лицо искривилось.

Кажется, она была так же поражена, увидев меня в доме Кайла, как и я — её.

И что, черт возьми, она надела?

Белое платье в обтяжку, сквозь которое просвечивали грудь и всё остальное.

— Я пришла к Кайлу, — процедила она, проходя мимо меня — уверенная, хищно красивая, как всегда.

— Его нет. — Я закрыла дверь за ней, выпрямившись, стараясь выглядеть уверенно, хоть и была намного ниже.

Она возвышалась надо мной на своих убийственных сапогах до бедра.

— Я догадалась, деревенщина. Я сказала — к нему, а не где он. Я знаю, где он.

Дерек говорил, что Кайл гуляет с Бруно, и мне до боли хотелось спросить, откуда она это знает. Но гордость удержала — я не дам ей повода наслаждаться моей болью.

— Как хочешь, Рэйчел, — тихо бросила я, подавив резь в сердце от осознания, что Кайл всё ещё с ней на связи.

Я прошла на кухню, она последовала за мной — слишком близко.

— Что-то поправилась, Ли? — протянула она с насмешкой.

Я заставила себя не реагировать и бросила на неё усталый, скучающий взгляд. Не дам себя втянуть. Не снова.

— Да, наверное, — ответила я спокойно.

Голос звучал легко, хотя внутри было всё, кроме лёгкости. Этот «пирожок», который Кайл оставил у меня в духовке, явно XXL размера.

Рэйчел смерила меня взглядом, в котором плескалось отвращение.

Откинув рыжие волосы за плечо, она процедила:

— Я знаю, что ты сделала. Он мне всё рассказал.

Я примерно понимала, кого она имела в виду под «он», но пожала плечами:

— Я много чего делаю, Рэйчел. Если бы ты знала всё, это было бы уже странно.

Горжусь собой. Месяц назад я бы даже слова не выдавила в её присутствии.

Хорошо, что я уже не та девочка. Теперь у меня есть хоть немного храбрости.

— Я знаю, что ты его поймала на крючок, но это не сработает, — прошипела она, склоняясь слишком близко.

Пальцем ткнула в мой живот: — Эта ошибка не поможет тебе удержать Кайла. Более того — уже не помогла. Угадай, с кем он был прошлой ночью?

Дыхание перехватило.

Она знала, как больно ударить. И это действительно болело. Слова резали по живому.

— С тобой, — ответила я ровно, хоть это и стоило огромных усилий.

Рэйчел моргнула, поражённая тем, что я не поддалась.

— Какая проницательность, — усмехнулась она. — Думала, вдруг ты наконец пришла в себя.

— В смысле? — спросила я, хотя уже жалела, что повелась. Любопытство сгубило кошку.

— Хотела узнать, помог ли тебе твой маленький «детокс» пересмотреть мечты о счастливом будущем с Кайлом.

Я уставилась на неё. — Мой детокс? Ты серьёзно называешь то, через что я прошла, детоксом?

Рэйчел злобно улыбнулась. — Именно. Хотя, похоже, сработало не до конца — раз ты всё ещё беременна. Жаль, что не всё «вышло» как положено. Разве не в этом смысл детокса — избавиться от мусора?

Меня затрясло.

— Ты… ты реально больная, — выдохнула я, сдерживая слёзы. — Ты — самое злобное, мерзкое и мстительное создание из всех, кого я встречала. И знаешь что? Несмотря на то, как я тебя ненавижу, а поверь, ненавижу я тебя лютой ненавистью, я бы никогда не пожелала того, через что прошла, даже тебе.

Я прошла мимо неё в коридор — нужно было уйти, пока не сорвалась.

Рэйчел схватила меня за руку и дёрнула к себе — я в ужасе схватилась за живот.

— Если бы не ты, мы с Кайлом всё ещё были бы вместе! — зашипела она, вцепившись в меня. — Ты всё испортила! Он мой! Не смей тянуть к нему свои жадные руки, маленькая шлюха!

Выдернув руку, я отступила к двери.

— Он ни чьё «достояние», Рэйчел. Кайл — сам по себе. И, между прочим, называть меня золотоискательницей — это просто смешно, — выкрикнула я, распахнув дверь.

— Сдавайся, Делия. Если решишь бороться — проиграешь, — крикнула она вслед.

— Прощай, Рэйчел. Сказать “хорошей жизни” не могу — пусть она у тебя будет чертовски ужасной, — бросила я и захлопнула дверь.

КАЙЛ

Я решил составить новый план.

Прошлый — был дерьмовым до невозможности.

Ну, умение принимать правильные решения никогда не было моей сильной стороной.

Эти качества принадлежат спокойным, рассудительным членам общества.

А мои сильные стороны идут рука об руку с моими недостатками.

У меня вспыльчивый характер — я предпочитаю называть это «страстью» — и это никогда не изменится.

Я горяч, шумен и, временами, до одури туп.

Этого не изменить.

Но кое-что я мог изменить.

Я мог открыться.

Пустить её в себя.

Показать свою уязвимость.

И она будет единственной, кто это увидит.

Да, вот мой новый план.

Боже, надеюсь, сработает.

Но я не мог просто сидеть дома всё утро, пока Ли не проснётся.

Я был на ногах с семи утра, ждал, когда она встанет, чтобы поговорить.

Но постоянные перепалки Кэм и Дерека довели меня — пришлось выйти.

Нужно было проветрить голову: пройтись, пробежаться, сделать хоть что-то, чтобы избавиться от их драмы и подготовиться к битве всех битв.

Сегодня я собирался вернуть Ли.

Без вариантов.

— Ну давай, приятель, — проворчал я, глядя на Бруно, коричневого лабрадора Ли, к которому я уже успел привязаться.

Бруно снова поднял лапу — наверное, уже сороковой раз за час.

Господи, когда я наконец всё улажу с Ли, надо будет отвезти его к ветеринару.

ГЛАВА 3

Ли

Мне нужно было выбраться из этого дома, но, идя по улице, я понятия не имела, куда направиться.

Все, кого я знала в Боулдере, жили в том доме. Я судорожно перебирала в голове возможные варианты, но список выходил до обидного коротким.

Пожалуй, я могла бы пойти к Мо и Диксону. Формально мы были друзьями… ну, друзья через друзей. Но, с другой стороны, Диксон был слишком навязчивым, и, если честно, он меня немного пугал. Нет, эту идею я сразу вычеркнула.

Оставались только Линда и Майк. Майк сегодня работал, значит, он должен быть в отеле — и Кайла там точно не будет, ведь я оставила его в своей спальне меньше часа назад.

О боже...

О чём я только думала? Целовать Кайла, трогать его… Я была дома меньше суток и уже почти оказалась с ним в постели.

Отвращение и злость пронзили всё тело. Отвращение к себе — за то, что я такая слабая, и злость на Кайла — за то, что он стал причиной этой слабости.

Я не могла справиться ни с Кайлом, ни с тем, что чувствовала к нему. Во мне копилось слишком много горечи, и я боялась того, что может вырваться наружу, если Кайл зайдёт слишком далеко…

ГЛАВА 4

Ли

Будильник прозвенел. Я поднялась и надела единственное, что хоть как-то на мне сидело — длинное чёрное платье в пол.

Погода была слишком холодной для платьев, но я не собиралась идти в больницу в джинсах, которые не могла застегнуть.

Сегодня утром у меня было дородовое обследование, и я хотела выглядеть хотя бы немного прилично.

Тихо выскользнув из комнаты, я спустилась вниз и вышла на крыльцо — ждать, пока Майк заедет за мной. Я даже не рискнула просить его постучать в дверь — не хотела устраивать ещё одну схватку между двумя братьями.

Мне не хотелось видеть Рэйчел в нашем доме, и, хотя ситуация была другой, я понимала: Кайл точно так же не хотел видеть здесь Майка.

К счастью, я не сталкивалась с Рэйчел с прошлой недели — и, если судьба хоть чуть-чуть ко мне благосклонна, больше не увижу её никогда. И даже «никогда» — это слишком мало.

Я была дома уже неделю, и напряжение в воздухе только росло. Не знала, из-за чего именно — меня и Кайла, меня и Кэм, или Кэм и Дерека, — но никто ни с кем не ладил.

Это было невыносимо.

Каждая ссора почему-то упиралась в моё имя, и не нужно было быть математиком, чтобы понять — я стала корнем всех проблем. Единственным, с кем ещё можно было нормально поговорить, оставался Дерек.

Старый добрый Дерек…

— Что ты делаешь на улице, Ли? — спросила Кэм, выходя на крыльцо с чашкой кофе и захлопывая за собой дверь. — Сейчас семь тридцать утра.

— Жду машину, у меня через полчаса приём в больнице, — ответила я, внутренне поморщившись: знала, что сейчас она опять начнёт.

Кэм кивнула, плотнее запахивая свой фиолетовый халат.

ГЛАВА 5

Ли

Я бродила по дому, умирая от скуки.

Убрала в комнате, пропылесосила первый этаж, постирала два барабана белья и приняла безумно долгий душ в ванной на первом этаже, прежде чем устало потянуться обратно в свою комнату.

Я была раздражена.

Этим утром я звонила Линде по поводу возвращения на работу. И после долгого и настойчивого допроса — с моей стороны — она в конце концов подтвердила мои догадки: причиной того, что меня не поставили в график, был Кайл.

Кайл сказал Линде словами, которые я запомнила: Не важно, как ты это провернёшь, Линда, — только держи её подальше. Я серьёзен: Ли не включается в расписание. Никаких исключений.

Какой придурок, контрол-фрик.

У него хватило наглости. Мне нужно было зарабатывать — мой животик сам себя не прокормит. Я уже начинала выглядеть так, будто жду близнецов.

Тебе стоило бы иметь двоих. Но ты не смог их сохранить...

Буду ли я смотреть на этого ребёнка и постоянно помнить о его погибшем брате? Интересно, думает ли об этом Кайл. Может и думает, а может и нет. Он слишком занят — раздаёт приказы направо и налево…

— Ты вообще слушаешь меня?

Голос Дерека застал меня врасплох, и я подпрыгнула на кровати.

— Боже, Дерек, ты меня напугал. Что сказал?

Дерек широко улыбнулся и высунул голову в дверной проём.

— Интересно, не хочешь ли ты, беременная моя, бутерброд с беконом и вареньем?

Я швырнула в дверь подушку, едва не попав Дереку в ухмыляющееся лицо.

— Не называй меня беременной, — прохрипела я, идя к двери.

Дерек ухмыльнулся.

— Ох давай, моя маленькая гормональная бомбочка, может, любимый бутерброд поднимет тебе настроение. И всё это запьёшь чашкой горячего кофе. Ой, подожди — ты же не можешь.

— Тебе нравится это, да? — уставилась я на затылок его сбритой головы, пока мы спускались вниз.

Дерек засмеялся.

— Я только дразню. Больше всего мне нравится наблюдать за реакциями Кайла. Крикни «роды» — и он почти в обмороке.

Я последовала за ароматом жирного бекона на кухню.

Ммм, вот почему я люблю Дерека. Он — мессия еды.

Я вгрызлась в свой бутерброд с беконом и ежевичным джемом. Если не задумываться о сочетании, вкус был божественным.

Кайл и Кэм обычно покидали комнату, когда я ела это, а Дерек — герой. К тому же именно он познакомил меня с этой смесью. Я беременна — какое уж тут у него оправдание?

— Какие у тебя планы на сегодня? — спросил он, усаживаясь рядом и наливая молоко в кофе.

— Как обычно, — буркнула я. — Абсолютно ничего.

— Ты говоришь это так, будто это плохо, — засмеялся Дерек, мечтательно уставившись на стену. — Чёрт, как я бы хотел сидеть дома весь день и чтобы какая-нибудь миллионерша содержала меня.

Содержать? Так вот, значит, это со мной происходит?

— Ты правда думаешь, что я хочу так жить? — возмутилась я. — Ты думаешь, я мечтаю быть чьей-то содержанкой, любовницей-миллионерши?

Дерек фыркнул.

— Ты читаешь слишком много дешёвых романов, Айc.

— Не называй меня Айс, — прорычала я.

— К тому же, — махнул рукой Дерек, — Кайл — перебывший плейбой-миллионер. И он посылал тебе цветы на День святого Валентина пару недель назад.

— Да, Дерек, он прислал мне цветы. То есть он был слишком ленив, чтобы купить их сам; ему их доставил флорист.

Дерек уронил бутерброд на тарелку и нахмурился.

— Ты когда-нибудь думала, что Кайл мог просто испугаться? Боже, Ли, для умной девушки ты иногда такая медлительная.

Я подняла бровь.

— Снова говоришь?

Дерек закатил глаза, но не ответил.

— В любом случае, — быстро сменила я тему, — у тебя же сегодня пары. Почему ты не в колледже, Дерек?

Дерек пожал плечами и глотнул кофе. У меня почти потекла слюна.

— Да вроде ничего важного не пропускаю.

Я в это не верила.

До выпуска у Дерека оставалось пару месяцев. Ему нужно было ходить на занятия.

— Мне не нужна нянька, Дерек, — рявкнула я, прямо говоря о настоящей причине его прогулов. — Кайл — контроль-фрик. Я беременна, а не умираю.

— Не говори так, — пробормотал он и поморщился.

Я поняла: он вспомнил ту ночь, когда у меня был выкидыш. Я едва не умерла тогда. Если бы не он, меня бы не было.

— Извини, — пробормотала я.

Дерек пытался улыбнуться, но улыбка была натянута.

— Ты не можешь винить Кайла за сверхзащиту, или нас с Кэм тоже. Мы чуть-чуть не потеряли тебя тогда, Ли. Мы потеряли одну тебя. Кайл — он никогда этого не переживёт полностью, знаешь? Факт, что он не был рядом, что вы… он тоже что-то потерял той ночью. Думаю, эта вина будет с ним всегда.

Мне стало слишком тяжело. Я не хотела думать о той ночи. Вот почему мне нужно было уехать из этого дома, вернуть себе работу, а не сидеть и всё переобдумывать.

Я ни разу не заходила в ту ванную с тех пор, как меня увезли в скорой. Я еле могла пройти мимо двери. К счастью, Кайл держал её постоянно закрытой.

Я не могла туда зайти. Не буду.

— Знаешь что, если ты действительно в порядке, мне лучше идти — схвачу последние пары, — сказал Дерек, вставая и заканчивая разговор, который стал слишком тяжёлым для нас обоих.

— Хорошая идея, — согласилась я, задаваясь вопросом, когда станет легче.

Воспоминания и образы той ночи висели над нами, словно чёрное ливневое облако.

Останется ли оно когда-нибудь? Уйдёт ли оно из наших голов?

Ну, на пару часов я могла от этого отдохнуть.

Я помчалась наверх и быстро переоделась. Пора заняться чем-то полезным — я должна была давно навестить Кайла.

Хватая сумку и ключи, я вышла на улицу. Я не могла взять с собой Бруно — как и мои смены на работе, его поводок странным образом исчез, когда Кайл уходил из дома этим утром и в каждое другое утро за последний месяц.

На улице шёл проливной дождь, и холод пронзал до костей, но я шла дальше.

Если бы я умела водить, всё было бы проще…

В девятнадцать лет у меня должны были быть права, чёрт возьми; должен был быть и диплом. У меня не было ни того, ни другого.

Я дошла до конца улицы и подумала, по памяти прокрутив расписание Кайла на пятницу. Глянула на часы — два тридцать. Он должен быть на занятии.

Я усмехнулась про себя и свернула налево.

Посмотрим, как ему понравится, когда в его распорядок вмешиваются. Ох, Кайл и я ещё поговорим.

Игра началась.

КАЙЛ

Экономика — отстой.

Я откинулся на спинку стула и сделал вид, что слушаю.

Боже, мне срочно нужна смена карьеры. Не представляю, как проживу в этом дерьмовом ритме следующие сорок лет.

Экономика была обязательной для моей степени, поэтому я терпел и приходил на занятия профессора Питерсона. Хотя смысла в этом было мало — он нес полную чушь, с которой я сталкивался каждый чёртов день в отеле.

Отели… спасибо тебе, Фрэнк.

Жизнь была бы куда проще, если бы дед оставил сеть отелей Майку или нашему отцу.

Но нет — он должен был нанести последний удар плетью. А я оказался мальчиком для битья. Он «выселился» навсегда, а мне оставил разруливать всё это дерьмо…

Я поднял глаза, когда дверь аудитории распахнулась, и увидел миниатюрную брюнетку в зелёном пальто, стоящую на пороге, с раскрасневшимися щеками и каплями дождя на волосах.

— Вау, — пробормотал парень рядом со мной, и я напрягся. — Чёрт, Картер, видишь эту цыпочку? Я бы не прочь откусить кусочек.

Я стиснул челюсть и вцепился в край стола, изо всех сил стараясь не встать и не снести ему голову к чёрту.

Драки на парах — одно, но драка на паре Питерсона — прямой билет на отчисление.

— Чем могу помочь, мисс? — нахмурился профессор Питерсон, глядя на Ли.

Она вспыхнула до кончиков ушей, сложила руки на животе. Пальто скрывало округлившийся живот, но я-то знал — он растёт с каждым днём.

— Простите, что прерываю занятие, сэр, но это важно. Мне нужно поговорить с одним из ваших студентов.

Парень рядом со мной заёрзал.

— Пусть это буду я, пусть это буду я, — пробормотал он.

Он получит кулаком в морду, если не заткнётся.

Чёрт, чувство собственничества вспыхнуло мгновенно.

Я зыркнул на него, но он даже не заметил. Его глаза, как и глаза всех парней в аудитории, были прикованы к моей девчонке.

Что она вообще здесь делает? Ей плохо? Нет, выглядит не больной. Наоборот — злой.

Её взгляд нашёл меня — серый, острый, как нож, обещающий бурю. Я съёжился в кресле.

Да, она зла.

И, чёрт возьми, это было чертовски горячо. Разъярённая, беременная Ли — с когтями.

— Уверен, ваше мелодраматическое происшествие может подождать до конца пары. Я не терплю нарушений дисциплины, юная леди.

О, нет. Он не сказал это ей.

Я закинул книги и тетради в сумку, не сводя с Ли глаз. Думал, она сейчас убежит или заплачет. Но нет.

Она выпрямилась и вперила взгляд в профессора.

— Благодарю за вашу поверхностную способность классифицировать женские кризисы, профессор, но мне нужно поговорить с папочкой моего ребёнка, — сказала Ли, показав пальцами кавычки.

Святое дерьмо.

Она правда это сказала? Я не ослышался?

— Пусть это буду не я, пусть это буду не я, — снова пробормотал сосед.

Я фыркнул.

Щёки Питерсона покраснели, он уставился на неё, ошеломлённый. Ли стояла, не мигая, и, чёрт, она выглядела настолько потрясающе, что я едва сдержался, чтобы не застонать.

Прочистив горло, он ослабил галстук и повернулся к аудитории.

— Хорошо, кто бы из вас ни был ответственен за эту девушку — марш из класса, — произнёс он.

Тишина.

Можно было услышать, как падает булавка — никто не шевелился.

Я медленно поднялся и взял сумку.

— Брат, — тихо сказал парень рядом. В его голосе было сочувствие.

Я ухмыльнулся.

Если Ли хотела меня пристыдить — не вышло. Я был горд. Никогда бы не отрёкся от неё.

Аудитория зашепталась, раздались свистки и смешки, когда я прошёл мимо рядов и спустился по ступенькам к ней.

Её глаза распахнулись, она прикусила губу.

Она нервничала? Думала, я зол?

Я подошёл, обнял её за плечи и притянул к себе. Тело у неё было напряжённое, но я всё равно опустился и поцеловал мокрые волосы. Она пахла дождём, персиками и клубникой или чем-то таким.

Посмотрев на Питерсона, я ухмыльнулся.

— Прошу прощения, профессор, но мамочке моего ребёнка нужно со мной поговорить.

Глаза Питерсона расширились, он покачал головой, явно разочарованный.

— Мы поговорим позже, Кайл.

— С нетерпением жду, Ларри, — сказал я, придерживая дверь для Ли.

ГЛАВА 6

Ли

Я была дома уже два месяца — два чертовых месяца — а Линда всё ещё не поставила меня обратно в расписание на работу.

ГЛАВА 7

Кайл

У меня была надежда.

У меня была огромная, чертова куча надежды, бурлящей внутри меня, и всё это было из-за девушки, свернувшейся у меня на коленях.

Я не мог поверить, сколько мелких деталей я забыл за эти месяцы с тех пор, как в последний раз держал Ли на руках.

Я забыл о маленькой родинке в форме клубники за её ухом, скрытой под мягкими каштановыми локонами.

Маленький серебристый шрам на мизинце ноги, где она сказала, что ей наложили два шва в детстве; я и это забыл.

Я не ценил, как идеально её голова ложится в изгиб моего плеча, или мягкость её волос.

Её кожа была как шелк и пахла клубникой.

Больше никогда я не забуду эти мелочи.

Ли пошевелилась, и я молился, чтобы она продолжала спать. Я не был готов её отпустить.

С тех пор как я — пусть и с опозданием — признался ей в своих чувствах на прошлой неделе, мы проводили вместе много времени.

Она старалась, и я уважал это до чертиков.

Мы почти ничего не делали, кроме поцелуев, но это меня нисколько не смущало.

Ну, разве что доставляло неудобство моему члену, и мне пришлось принять несколько холодных душей, но это — провести время с ней, лежать рядом с ней — стоило всех неудобств.

— Привет, — прошептала она, вытягивая тело, прежде чем свернуться к моей стороне. — Похоже, я так и не увижу конец этого фильма.

Я улыбнулся и прижал её ближе — Ах, знаешь, что говорят, третий раз — счастливый.

Это была вторая ночь подряд, когда мы смотрели «Дневник памяти».

Ну, фильм смотрел я; Ли засыпала на середине, оба раза, слава богу, потому что я плакал, как девчонка, когда умирала старая Элли, оба раза…

— Мне нужно вернуться в свою комнату, — тихо сказала она, и я крепче прижал её к себе.

Это был момент, которого я каждый вечер боялся.

— Не уходи, — прошептал я. — Останься со мной сегодня ночью.

— Кайл, — вздохнула она, поднявшись на локте, чтобы посмотреть мне в лицо. — Это не лучшая идея. Мы должны действовать медленно. Маленькими шагами…

— Я не буду тебя трогать, — пообещал я, держа её за шею. — Я не коснусь тебя ни пальцем, если ты не захочешь. Просто поспи со мной в моей кровати, мне нужно, чтобы ты была рядом прямо сейчас.

Ли простонала — Я хочу, чтобы ты меня трогал. В этом проблема.

Покачав головой, она поцеловала меня в лоб, прежде чем сбросить одеяло и встать с кровати — Спокойной ночи, Кайл.

Стонущие, я повернулся на живот, прижимая себя руками к кровати, пытаясь скрыть своё возбужденное состояние и удержаться от того, чтобы схватить Ли и вернуть её в кровать.

ЛИ

Собрав всю свою смелость, я направилась по коридору отеля к офису Кайла.

Я надеялась обсудить с ним возвращение на работу через несколько дней.

Я чувствовала себя хорошо, хотя ноги немного отекли из-за лишнего веса, но я определённо была достаточно здорова, чтобы работать.

И учитывая, что у нас с Кайлом были гораздо более дружелюбные отношения — отношения парня и девушки — я решила, что сейчас самое время действовать.

К сожалению для меня, Кайл отсутствовал последние четыре дня.

В Нью-Йорке возникла чрезвычайная ситуация в отеле, и он улетел туда в прошлое воскресенье, чтобы решить проблему.

Он звонил мне на новый телефон бесчисленное количество раз каждый день, но я не могла набраться смелости, чтобы спросить его напрямую. Он сказал, что вернётся в четверг, и вот я здесь.

Собравшись, я разгладила своё синее расклешённое платье длиной до колен и постучала в дверь его офиса. Я услышала шорохи, а затем его знакомый голос пригласил меня внутрь.

— Это должно быть важно, — пробормотал Кайл, наклоняясь над бумагами на своём столе.

— Привет, — сказала я, когда он не поднял взгляда.

Голова Кайла резко поднялась. Его лицо выражало удивление.

— Принцесса, что ты здесь делаешь? Всё в порядке?

Он отодвинул кресло и попытался встать.

— Нет, садись, пожалуйста, — настаивала я, подойдя к его столу на шатких ногах и неловко устроившись на стуле напротив. — Я пришла по делу. У меня к тебе предложение.

Кайл нахмурился на мгновение, морщины на лбу стали заметны, пока он тянулся спиной. — Ладно… Говори.

Я глубоко вдохнула, чтобы собраться, и начала.

— Во-первых, я хотела бы поблагодарить тебя за гостеприимство, за то, что позволил мне остановиться у тебя, и за твою щедрость в оплате моих больничных счетов. Но я чувствую…

— Постой, — прервал Кайл, подняв руку. — Ты хочешь поблагодарить меня за что?

— За твою щедрость и гостеприимство, — повторила я, желая перейти к сути моего предложения.

Кайл дёрнул галстук и покачал головой. — Да, я подумал, что ты так сказала.

Встав, он провёл рукой по волосам и закатал рукава рубашки до локтей. — Почему?

Почему?

Я растерялась, не зная, что ответить. Мне казалось, я уже сказала ему.

— Эм, за то, что разрешил мне жить у тебя дома и оплатил мои счета.

Кайл медленно покачал головой. — Нет, детка, тебе придётся быть чуть конкретнее.

Хорошо, я не имела ни малейшего понятия, что именно он хочет услышать.

— Я не понимаю тебя, — призналась я, потерев лоб.

Кайл обошёл стол и остановился передо мной.

— Я хочу знать, почему ты пришла через весь город в своём состоянии, чтобы поблагодарить меня — твоего парня и, кстати, отца твоего ребёнка — за что-то такое, чёрт возьми, абсурдное, как моё гостеприимство.

Моя спина напряглась. — В моём состоянии?

Я встала, чувствуя удушье, и зашагала по комнате, стараясь успокоиться. Этот разговор совсем не должен был развиваться так.

— Я не больна, я беременна. Я пыталась быть вежливой, — сказала я.

— И? — добавил Кайл, сложив руки на груди.

Я упрямо положила руки на бёдра и уставилась на него… Ну, вверх, учитывая нашу разницу в росте.

— И я хочу вернуть свою работу.

— Абсолютно нет, — сказал он окончательно.

Я широко раскрыла глаза и с трудом сдержалась, чтобы не топнуть ногой.

— Ты даже меня не выслушал, придурок. Я не собираюсь возвращаться на прежнюю должность. У меня есть предложение для тебя.

— Мне не нужно слушать, — резко ответил Кайл. — Можешь говорить сколько хочешь, дорогая, это ничего не изменит.

Он шипел, махнув рукой на меня. — Ты на тридцать второй недели беременности. Ты слышала, что сказал доктор Эшкрофт. Ни за что я не позволю тебе работать.

— Позволишь мне работать? — возмутилась я. — Ты не мой начальник, Кайл Картер.

Кайл ухмыльнулся. — На самом деле, детка, в каком-то смысле я им и являюсь.

— Э-э, — пробурчала я, раскинув руки. — Ты ведёшь себя как чёртов контроль-фрик.

— Нет, — спокойно сказал он. — Я просто защищаю, забочусь о том, что моё. Это разные вещи. А ты ведёшь себя иррационально, детка.

Я сжала кулаки, стараясь не сорвать его бумаги со стола. — Ты старомоден и невероятный сексист.

Кайл выпрямился и ухмыльнулся мне. — А ты прямо сейчас невероятно сексуальна, принцесса, — промурлыкал он, поглаживая мою щёку.

Я раскрыла рот от удивления. — А ты… что… Не пытайся переводить тему, Кайл.

— Я думал, мы перечисляем черты характера друг друга, — засмеялся он.

— Я констатировала факты, — огрызнулась я, слегка ударив его по груди.

Кайл поймал мою руку и притянул меня к себе.

— Так и я, — прошептал он, наклоняясь так близко, что его дыхание обдало мне лицо.

— Кайл, — предупредила я, но это была слабая угроза, и голос выдал моё волнение.

Его руки обвили мою талию, пульс забился быстрее, глаза сами закрылись.

Это была непроизвольная реакция моего тела на его близость. Он был опьяняюще притягателен и абсолютно опасен.

— Ты пришла в мой офис, вся раздражённая и требовательная, и ожидаешь, что я буду спокоен, — он сжал меня крепче, вызывая у меня тихий стон. — Я так чертовски возбуждён прямо сейчас, принцесса.

Я попыталась оттолкнуть его, но мои руки каким-то образом нашли его волосы.

Глаза закрылись, грудь тяжело дышала, тело сжалось в предвкушении, когда губы Кайла коснулись моего уха.

Я знала, что нужно оттолкнуть его, этот разговор не должен был развиваться так… но я не могла.

Моё тело отказывалось отступать.

— Я хочу тебя, — прошептал он, кусая мою мочку уха зубами.

Я почувствовала его эрекцию, давящую на мой распухший живот, и промокла между ног.

— Кайл, — выдохнула я, едва слышно.

Я смотрела в его наполненные желанием голубые глаза, и мозг отключился.

Я не могла думать ясно; он подавлял мои чувства.

Его лицо в моём поле зрения, голос в моём ухе, запах в моих ноздрях, тело рядом, волосы в моих руках…

Я была сжата спиралью страсти, в пылком предвкушении.

Его губы коснулись места на моей шее, где бился пульс.

— Я хочу тебя так чертовски сильно, я не могу думать прямо, Ли, — прошептал он.

Он провёл языком по моей шее, а потом поцеловал челюсть, и в состоянии возбуждения я вскрикнула — Да.

Повернув меня в своих объятиях, он прижал своё тело к моей спине, скользя пальцами по моим бокам, затем обхватил и прижал мои ноющие груди.

Моя голова откинулась на его грудь, глаза закрылись, рот открылся.

Я громко стонала, когда его пальцы обвели контур моих сосков, натягивая на себя моё платье для беременных.

— Чего ты хочешь, принцесса? — прошептал он у моей шеи.

Его правая рука скользнула вниз по моей ноге, задирая платье, чтобы обхватить моё пылающее желание.

Сжав бедра, я терлась о руку Кайла, и жажда, чтобы он оказался внутри меня, превратилась в почти безумное состояние страстного желания.

— О, пожалуйста, — умоляла я, теряя рассудок, пока Кайл стимулировал каждое нервное окончание моего тела.

— Хочешь кончить, детка? — прохрипел он, просовывая руку в мои трусики, играя с моими влажными складками опытными пальцами. — Хочешь, чтобы я поиграл с этой горячей маленькой киской?

Я застонала и кивнула.

— Пожалуйста, — умоляла я, отталкивая его руку своими руками.

Кайл рассмеялся у моей шеи. — Тсс, детка, я с тобой, — и он действительно был с мной.

Введя два пальца внутрь меня, Кайл массировал клитор большим пальцем. — Тебе нравится, да, принцесса?

Я осела на него, ноги слабеют, когда волны чистой эйфории пронеслись через меня.

— Тебе нравится, когда я глубоко внутри тебя, — подбадривал он, поднимая моё платье свободной рукой. — Мои пальцы, мой член, мой язык…

Выдернув руку, Кайл повернул меня и поднял на свой стол, срывая с меня платье и бросая его на пол.

— Тебе повезло сегодня, принцесса, — прорычал он, прижимая меня на спину. — Оказывается, я голоден и возбужден. Раздвинь эти сексуальные ноги. Сейчас.

Мои ноги сами раздвинулись, и голова Кайла опустилась на меня, его рот наслаждался мной.

— О, боже, — вскрикнула я и попыталась сомкнуть ноги, когда его зубы коснулись моей чувствительной зоны.

Кайл сжал мои бёдра, раздвигая ноги шире, пока его язык искушал меня.

— Трахни меня, детка, — выдохнул он. — Трахни мой язык этой узкой маленькой киской.

Я кричала его имя, выгибая бёдра, пока Кайл работал со мной пальцами и языком.

— Вот так, детка, — хвалил он, вводя ещё один палец. — Сожми мои пальцы, ты такая узкая… Такая чертовски сексуальная.

Моя спина выгнулась, бедра дрожали, и я кричала, когда оргазм накрыл меня.

Кайл доводил меня до исступления пальцами, пока тело не стало слабым.

— Ты такая чертовски сексуальная, — хрипло сказал Кайл, задыхаясь, целуя мою шею. — Я больше не могу ждать, детка. Мне нужно быть внутри тебя сейчас.

Я стонала, возбуждение поднималось для второго раунда, наблюдая, как Кайл расстегивает ремень.

Наклонившись, он поцеловал меня в губы, затем отстранился, чтобы взглянуть на меня.

— Беременная и раздвинутая на моём столе, — пробормотал он, снимая штаны. — Всё, что мне нужно теперь, это ты босиком на моей кухне.

— Подожди, Казановa, — сказала я, отталкивая его грудь, желание покинуло меня. — Что, чёрт возьми, это значит?

Бровь Кайла нахмурилась на мгновение. — Я шутил.

— Какая шутка, Кайл, — пробормотала я.

Соскользнув со стола, я быстро оделась.

— Ли, куда ты идёшь? — Он потянулся ко мне. — Давай, детка, это была шутка.

Я вырвалась от него.

— Ты собираешься вернуть мне мою работу? — спросила я, руки на бёдрах.

Кайл зашипел и провёл рукой по волосам.

— Не начинай…

— Ты собираешься? — настаивала я.

— Нет, — прорычал он, принимая такую же стойку, как я.

— Ладно, — рявкнула я, развернулась на каблуках и выскочила из комнаты.

Я остановилась у двери и резко повернулась к нему. — Я собираюсь работать, Кайл.

— Через мой труп, — ответил он.

— Посмотрим, — сказала я.

КАЙЛ

— Она там? — спросил я в неверии, стоя у двери люксового номера для молодожёнов на верхнем этаже моего отеля.

— О, да, она там, малыш, — кивнула Линда в сторону двери номера. — Она отказывается уйти, пока не поговорит с тобой.

— Как, чёрт возьми, она сюда попала? — спросил я, смесь растерянности и нервозности охватила меня.

С тех пор, как произошёл последний инцидент в моём офисе, я приказал охране вывести Рэйчел с территории.

Но вот она здесь, снова в моём отеле, и в свадебном люксе, чёрт побери. Мне реально немного страшно было заходить.

— Карен, новая уборщица, пустила её наверх, — сказала Линда.

Кто-то сейчас точно вылетит с работы.

Открыв дверь, я шагнул внутрь и застонал.

— Я тебя ждала, — промурлыкала Рэйчел.

— Уверен, — пробормотал я, закрывая глаза рукой. Я видел достаточно её обнажённой попы, чтобы хватило на всю жизнь. — Что ты делаешь, Рэйчел?

Я направился к окну, нужно было на что-то смотреть, кроме рыжеволосой в чёрных трусиках.

— Кайл, посмотри на меня, пожалуйста, — сказала она, подойдя ближе и прижав свои груди к моей спине.

Всунув руки в карманы моих штанов, она провела по моему полуэрегированному члену, который с тех пор, как Ли была у меня, уже находился в возбуждённом состоянии.

Я зажал переносицу. — Прекрати, пожалуйста.

Я сделал шаг в сторону, пытаясь отойти, но Рэйчел предугадала моё движение и прижала меня к окну.

Опустившись на колени, её пальцы напали на пряжку моего ремня, а мои бёдра сами напряглись, без участия моего мозга.

— Рэйчел, тебе нужно… остановиться, — простонал я, пытаясь оттолкнуть её голову от себя.

— Ты такой твёрдый, — промурлыкала она, обхватывая мой член рукой, и я закрыл глаза.

Моя голова откинулась на стекло окна.

Боже, что со мной происходит…?

— Ты как камень; дай мне положить его в рот. Я сделаю это очень хорошо для тебя.

Звук расстёгивающейся молнии на моих штанах вернул меня в реальность, и я вырвался из её рук.

— Тебе нужно немедленно уйти отсюда, — прорычал я, застегивая штаны.

— Ты же хочешь меня, Кайл, — надула губы она, шагнув ко мне, её грудь подпрыгивала. — Почему ты отказываешь себе в удовольствии, когда знаешь, что оно будет приятным. — Она улыбнулась. — Ты помнишь, что я умею делать языком, да?

Мне нужно было уходить отсюда как можно быстрее.

Я покачал головой и рванул к двери.

— Ну и как? — спросила Линда, когда я пронёсся мимо неё.

— Вызови охрану, — пробормотал я.

Мне нужно было домой и принять холодный, чёртов, душ.

ГЛАВА 8

Кайл

Дверь моего офиса открылась, и я поднял голову от стопки бумаг на столе, которые делал вид, что читаю.

— Всё кончено, — объявил Дерек, шагая к мини-бару в углу моего офиса. — Всё, чёрт возьми, кончено, Кайл.

Он схватил бутылку «Джека» с бара и тут же начал глотать прямо из неё.

— Хочу ли я знать? — спросил я, развернув кресло к нему.

Чёрт, он выглядел ужасно.

— Не знаю, — с трудом выдавил Дерек. — Хочешь узнать, как Кэм только что вырвала моё чёртово сердце из груди?

— Она рассталась со мной, — продолжил он, вытирая слёзы с глаз. Сделал ещё один глоток виски. — После двух лет, она, чёрт возьми, меня бросила, и сделала это через чёртово сообщение.

Чёрт.

Я встал и подошёл к нему, но, чёрт возьми, я не знал, что сказать.

Я ограничился неловким похлопыванием по спине.

— Пойдём напьёмся? — спросил я.

Дерек тяжело вздохнул. — Да, чувак, я реально хочу.

ЛИ

Я решила сходить за покупками.

Вызвав такси, я поехала в город и почти весь день провела в детских отделах всех магазинов, какие только попадались.

Когда я вернулась домой с покупками, было уже после семи.

Я накупила целую гору детских бодиков и костюмчиков — и всё ещё не могла прийти в себя от цен на подгузники.

Даже несмотря на то, что я брала всё по скидкам и выбирала самые дешёвые бренды, мой «необходимый шопинг» почти полностью обнулил мои сбережения. По моим подсчётам, у меня оставалось около трёхсот долларов.

В голове противно зашевелилась мысль:

ГЛАВА 9

Ли

— Вы уверены? — спросила я медсестру, нервно, пока она прижимала к моему животу датчик для прослушивания сердцебиения.

— Да, абсолютно уверена. Слышите, Делия? Это сильное, здоровое сердцебиение, — мягко успокоила она меня.

Слава Богу.

Я проснулась утром с ноющими спазмами в животе и сразу же поехала в больницу.

Такси, за которое я заплатила, чтобы добраться сюда, полностью съело мои скромные сбережения, но деньги были последним, о чём я думала.

Эта боль была мне слишком хорошо знакома, и я не собиралась больше рисковать. Не с этим ребёнком.

— Всё в порядке? Вы совершенно уверены? — спросила я снова.

Мне нужно было подтверждение. Я боялась до дрожи. Я слишком сильно хотела этого ребёнка.

— Милая, — сказала медсестра мягко, — вы чувствуете себя нормально? У вас не было сильного стресса в последнее время?

— Немного, — пробормотала я, вспомнив имя Рэйчел.

Проверив моё давление, медсестра недовольно цокнула языком и нахмурилась.

— Я сейчас вернусь, — сказала она. — Полежите спокойно и постарайтесь расслабиться.

Через двадцать минут дверь палаты распахнулась, и у меня отвисла челюсть.

— Что ты здесь делаешь? — спросила я, вскакивая с кровати и поправляя рубашку.

Глаза Кайла тут же нашли меня, и он бросился ко мне.

— Господи, детка, — выдохнул он, обнимая меня.

В его голосе звучала тревога, когда он поцеловал меня в макушку. — Мне позвонили из больницы, сказали, что ты здесь. Что случилось? Ты в порядке?

Я была ошеломлена. Абсолютно поражена. Я не могла пошевелиться от шока из-за его появления.

— Я в порядке, — пробормотала я, неловко похлопав его по спине. — Утром почувствовала боль, вот и решила провериться.

Даже мой голос звучал растерянно, пока я пыталась успокоить Кайла, чьё мощное тело дрожало рядом со мной.

— Прости за Рэйчел. Прости, детка.

Я отстранилась, убрав руку со спины и толкнув его.

— Я не хочу говорить о ней. Никогда. Не упоминай её в разговоре со мной. Никогда.

— А, мистер Картер, спасибо, что приехали так быстро, — сказала медсестра, которая осматривала меня раньше. — У меня есть некоторые опасения по поводу Делии, и, проверив её карточку, я увидела, что вы указаны как её ближайший родственник и отец ребёнка. Это так?

Кайл выпрямился и кивнул. — Да, верно, — подтвердил он, пряча свои эмоции. — Что с ней? Что-то с ребёнком?

Я только и могла, что хлопать глазами, глядя то на медсестру, то на Кайла.

С каких это пор Кайл значился моим ближайшим родственником?

Я хотела видеть эти чёртовы документы.

— С ребёнком всё хорошо, — заверила медсестра. — Меня беспокоит сама Делия.

— Я? — переспросила я в тревоге. — Что, чёрт возьми, происходит?

КАЙЛ

— Я вызвала вас, потому что беспокоюсь о Делии. У неё довольно высокое давление — не критично, но достаточно, чтобы меня волновал уровень тревожности и стресса, который она испытывает, — сказала медсестра.

Моё сердце ушло в пятки, и чувство вины охватило меня, пока медсестра продолжала.

— Как вы уже знаете, Делии всего девятнадцать, и у неё была травматическая беременность. На тридцать шестой неделе беременности я не могу не подчеркнуть важность спокойной и свободной от стресса среды.

— Возможно, вы не знаете, но преэклампсия — это распространённое, а во многих случаях смертельное, медицинское осложнение на поздних сроках беременности, особенно для девушек таких, как Делия.

— Но я в порядке, да? — спокойно спросила Ли, слишком спокойно, подбирая сумочку со стула. — Я в порядке, и ребёнок тоже?

Медсестра медленно кивнула. — Давление у вас слегка повышено, но да, вы и ребёнок в порядке.

— Тогда, — пробормотала Ли, двигаясь к двери, — если это всё, я хочу домой.

ГЛАВА 10

Ли

Мы попрощались с Бруно в одно воскресное утро мая, разбрасывая его прах в парке Шато-Кока, пока водянистое солнце мягко светило нам в лицо.

Кто-то мог бы посчитать это глупым жестом, но это только показывало, что они ничего не понимают.

Бруно был моим лучшим другом, и я его любила, и всегда буду скучать по нему.

Он защитил меня от насильника, составлял мне компанию, когда я была одинокой и испуганной маленькой девочкой, и подарил мне почти тринадцать лет безусловной любви и преданности.

Мало каких человеческих отношений можно было бы так описать.

Все три моих соседа по квартире пришли в парк, чтобы молча проститься и отдать дань уважения.

Никто из нас не говорил ни слова.

Я стояла рядом с Кэм,

Дерек стоял рядом с Кайлом.

Полиция не предъявила Рэйчел обвинений из-за отсутствия доказательств.

Но я знала, что это была она.

Я знала.

ГЛАВА 11

Ли

Майк и Кэм?

Я не могла поверить.

Я не верила.

Я приехала прямо из кампуса C.U. в квартиру Майка — и не могла поверить своим глазам.

— Что, черт возьми, здесь происходит? — спросила я, стоя в дверях.

Кэм стояла у входа, закутавшись в полотенце.

Майк стоял позади неё — в одних боксёрах.

Я даже не знала, зачем задала этот вопрос.

По их виноватым лицам и почти голым телам и так всё было ясно. Поэтому я задала другой:

— Переформулирую: как долго это продолжается?

Кэм вздрогнула, в её глазах выступили слёзы.

ГЛАВА 12

Ли

Схватки в животе были уже настоящими.

Я пыталась сохранять спокойствие и не показывать остальным, что, возможно, начинаю рожать — в машине, посреди чёрт знает где.

Кайл сидел за рулём своего Мерседеса, напевал под радио и постукивал пальцами по рулю, пока машина глотала километры по этой забытой дороге.

Кэм и Дерек дремали на заднем сиденье, а я готова была закричать от боли.

Мне было так невыносимо, что просто сидеть на месте стало невозможно.

Я извивалась, пыталась откинуться назад, потом повернуться боком — вдруг станет легче.

Не стало.

Боль снова накатила, живот сжался, и я посмотрела на часы на панели.

Схватки шли уже часто — каждые две минуты.

— Кайл, — прошипела я сквозь сжатые зубы, стараясь дышать медленно и глубоко.

Когда он не ответил, я сорвалась: — Кайл! Замолчи хоть на секунду!

— А? Тебе не нравится, как я пою, принцесса? — улыбнулся он.

Улыбка тут же спала, когда он встретился со мной взглядом, и сменилась тревогой.

— Господи, ты вся в поту, — пробормотал он и нажал кнопку, открывая моё окно. — Так лучше?

Несмотря на то что в лицо ударил горячий, липкий воздух — словно открыли дверцу духовки, — это было облегчением после духоты в салоне.

Было так чертовски жарко, что я готова была сорвать с себя это лёгкое платье.

Пот стекал по лбу, живот напрягся, превратившись в камень.

Когда боль отпустила, я выдохнула с облегчением и откинулась на сиденье.

Роды ожидались только через две недели, и я не знала, что теперь будет.

За последние месяцы я начиталась статей про первые роды — обычно они долгие и медленные.

Схватки начались ещё утром, за завтраком, но я была так рада предстоящей поездке, что решила, будто это просто тянущие ощущения или тренировочные схватки. Да и не хотела давать Кайлу повод сказать: «А я ведь говорил».

С тех пор боль из лёгкой превратилась в раздирающую, и я из последних сил старалась не стонать и не ёрзать.

— Да, хорошо, помогает, — выдохнула я, вытирая пот со лба.

Кайл дёрнулся, резко повернув голову ко мне.

— Смотри на дорогу, — зарычала я, когда новая волна боли пронзила тело.

Я тяжело дышала, натягивая подол платья так сильно, что ткань затрещала под пальцами.

Боль накрыла с головой, я застонала, раздвинув ноги, пытаясь хоть как-то облегчить это жгучее давление внизу живота.

Спина болела так, что мне казалось — я умру.

— Чёрт, становится хуже, — прошипела я, стискивая зубы.

— Хуже?! — взвизгнул Кайл тонким голосом.

Он свернул на обочину, заглушил мотор и повернулся ко мне с тревогой в глазах.

— Думаешь, это уже роды, детка?

Я кивнула, когда очередная боль пронзила живот. Попыталась задержать дыхание — стало только хуже.

— Блядь, — прошипел он, расстёгивая ремень и вытаскивая телефон.

— Чёрт, нет сети на этой грёбаной штуке! — рявкнул он и швырнул телефон в панель.

Он разлетелся на куски, батарея покатилась под сиденье.

Отлично, Кайл. Просто гениально.

— Не ори на меня, придурок! — заорала я, хватаясь за живот, когда очередная волна чистейшего, первобытного ужаса накрыла меня.

Боже, я умру.

Я умру на обочине дороги, ругаясь как сапожник, а мой парень устроит нервный срыв.

— Я не ору, детка. Всё хорошо. Всё под контролем, — твердил он, откидывая с моего лица мокрые пряди. — Мы всего в часе от города, максимум. Времени полно, я уверен. Поедем дальше, пока не найдём сигнал или больницу.

Бормоча себе под нос, Кайл завёл двигатель и сорвался с места с такой скоростью, на которую я бы в любой другой день уже орала.

Но сейчас... сейчас я хотела только одного — врача, чистую постель и грузовик обезболивающих.

КАЙЛ

Я смотрел, как Ли выливает себе на лицо целую бутылку воды. Её лицо было таким красным, что я даже не знал, за что хвататься первым — за роды или за обезвоживание.

— Не трать воду, детка, пей, — приказал я, протягивая ей ещё одну бутылку.

Я ехал уже час с тех пор, как она сказала, что у неё начались схватки, и, чёрт возьми, я понятия не имел, где мы вообще находимся.

Должно быть, я где-то свернул не туда, потому что вокруг — только бескрайние поля.

— Не указывай мне, что делать, ублюдок, — прорычала она, тяжело дыша. — Это всё твоя, блин, вина!

Я знал это. И если честно — её злость меня пугала.

Она реально пугала меня до усрачки.

— Прости, детка. Я просто хочу помочь. Ты горишь вся, — сказал я, похлопав её по колену.

Плохая идея. Очень плохая.

Ли схватила мою руку и сжала её с такой силой, какой у неё никогда не было. Её ногти вонзились мне в ладонь.

— Конечно, я горю! У меня человек пытается вылезти из моей ВАГИНЫ, Кайл Картер! И ты его туда засунул!

Я попытался выдернуть руку, но она держала мёртвой хваткой.

Святой боже.

Я уставился на дорогу и стал тихо повторять дыхательные упражнения — просто чтобы справиться с той болью, что причиняла мне она.

— Да заткнитесь уже, я тут пытаюсь поспать, — проворчал Дерек с заднего сиденья.

Очень неудачный момент.

Ли повернулась к нему с такой скоростью, какой я не видел за ней уже месяцы, и схватила его за рубашку.

Притянув ближе, она зарычала: — Только попробуй, Дерек Портер, тронуть меня хоть словом.

Пока она отвлеклась, я быстро выдернул руку.

Господи, я не чувствовал пальцев.

Ли застонала, отпуская рубашку Дерека, и снова начала судорожно дышать.

— Больно, Кайл. Очень больно, — простонала она, обхватывая живот одной рукой и протягивая мне другую.

Я приготовился и снова взял её за руку, пока длилась схватка.

Они шли уже так часто, что я перестал понимать, сколько времени проходит между ними.

— Чувак, она что, прям сейчас рожает? — заорал Дерек, тряся Кэм, чтобы та проснулась. — Где, чёрт побери, мы вообще? — он обернулся к окну. — Отлично. Мы потерялись. Молодец, Кайл. Мы, блядь, в километрах от цивилизации.

— Не помогаешь, — рявкнул я, пытаясь вести машину одной рукой.

Хотя это было непросто — Ли дёргала меня за руку так, что я едва держал руль.

Но Дерек был прав. Мы заблудились.

— Проверь телефон, Дерек, есть сигнал?

— Чёрт, чувак, — пробормотал он. — Кажется, я забыл его дома.

Просто замечательно.

Я хотел передать ему свой, но батарея валялась под ногами, а экран треснул.

Чёрт побери.

Кэм, уже окончательно проснувшись, наклонилась вперёд и начала массировать Ли плечи.

— Всё хорошо, Ли, ты справляешься, детка. Как часто схватки?

— Я уже не знаю, — заплакала она. — Меньше минуты, кажется.

Она снова застонала, прошипела сквозь зубы.

— Боже, — выдохнула она, сжимая мою руку ещё сильнее.

— Что? — закричали мы все разом.

Я глянул на её покрасневшее, вспотевшее лицо. Она кусала губу, нахмурив брови.

— Кажется, у меня отошли воды. Или я просто описалась, — прохрипела она.

Я посмотрел вниз — её платье и сиденье были залиты прозрачной жидкостью.

Святой Иисус Христос.

Всё по-настоящему. Прямо тут, на просёлочной дороге, посреди ничего

Я сейчас сам приму роды.

Одна мысль об этом заставила меня похолодеть.

Не стоило нам ехать так далеко от Боулдера, особенно за две недели до срока.

Я знал, что это была дурацкая идея.

Надо было настоять.

Я всегда был осторожен — и вот теперь…

Ли рожает, а рядом с ней — я, Кэм и, блядь, Дерек.

— Кайл, останови машину, — спокойно, но уверенно приказала Кэм.

Я съехал на обочину, молясь, чтобы Кэм хоть что-то знала о родах.

Она же девушка — должна знать больше, чем я.

Кэм выскочила из машины и начала отдавать приказы: — Кайл, помоги Ли перебраться назад и уложи её. Дерек, достань полотенца из моего чемодана в багажнике. И аптечку — я видела её под сиденьем Кайла. Нам понадобятся ножницы.

Дерек выбрался наружу и полез в багажник.

Я обошёл машину и присел перед Ли.

— Мне страшно, Кайл, — призналась она, её серые глаза расширились.

Я погладил её по щеке, убрал влажные локоны с лица.

— Не бойся, принцесса. Я не позволю, чтобы с тобой что-то случилось. Клянусь.

Она кивнула, и я осторожно помог ей встать.

— О, чёрт, — простонала она, согнувшись и уткнувшись в меня. — Кайл, я… я хочу в туалет.

Я застыл.

Оглушён до онемения.

Я не знал — смеяться или реветь.

Это вообще нормально?

— Ладно, ладно, всё хорошо, — выдавил я, пытаясь сохранять спокойствие, хотя внутри у меня всё переворачивалось. Я где-то читал про это — значит, она уже готова тужиться.

— Она тужится, — крикнула Кэм где-то рядом, подтверждая мои худшие опасения.

Я ничего не видел. Только паника.

— Кайл, быстро на заднее сиденье!

Ли снова застонала, держась за живот. Я обнял её, гладя по спине.

— Давай, милая, — пробормотал Дерек, подхватывая её с другой стороны. — Чувак, тащи её в машину, пока ребёнок не выскочил!

Я кивнул и попытался сдвинуть её, но она упрямо стояла на месте.

— Кайл, я серьёзно. Мне реально надо в туалет, — простонала она, глядя на меня.

Я растерянно огляделся. Ни знака, ни строения — ничего.

Только поле и дерево.

Я уже собирался отвести её туда, как Кэм ворвалась вперёд.

— Господи, вы оба идиоты, — зарычала она. — Ей тужиться надо, а не в туалет! Пусть лучше сделает это в машине, чем на обочине!

Подойдя к Ли, она потянула её за руки, и Ли, дрожа, залезла на заднее сиденье.

Её тело тряслось, а звуки, которые она издавала, были до ужаса животными.

— Кайл! — вскрикнула она.

Я услышал страх в её голосе и рванул к ней.

— Я здесь, детка, я рядом. Ли, ляг на спину, слышишь? — сказал я, помогая ей повернуться.

— Молодец, детка, отлично. Ты справляешься, — подбадривал я, присев у двери.

— Кто-то должен проверить сигнал, вызвать помощь, — сказала Кэм.

— Нет, я не отойду от неё ни на метр, — отрезал я.

— Надо вызвать скорую.

— Кайл, не уходи, — взмолилась Ли, вцепившись в мою рубашку.

Я крепко сжал её руку и поцеловал в лоб.

— Я никуда не пойду. Кэм, иди сама. Я справлюсь.

Это была моя девушка. Мой ребёнок.

Я сделаю это.

Адреналин прогнал страх.

Ли улыбнулась сквозь боль, потом лицо снова исказилось.

— Я быстро, — сказала Кэм и побежала по дороге, держа телефон перед собой.

— Останься с ними, Дерек. Кайлу нужнее помощь, чем мне, — крикнула она ему.

Ли вскрикнула.

— Мне… нужно тужиться, — прохрипела она, расправляя ноги.

О, святая мать божья.

Дерек, вернувшийся к машине, ляпнул самое идиотское, что можно было в этот момент:

— Может, ты как-то… потерпишь? Ну, пока Кэм не вернётся или скорая приедет?

— Заткнись, дебил. Не можешь смотреть — проваливай, — огрызнулся я и задрал Ли платье до пояса.

— Отвернись, — приказал я Дереку, разрывая край её белья.

Устроившись между её ног, я попытался говорить спокойно, хотя внутри всё дрожало.

— Вот так, детка, ты молодец. Горжусь тобой. Если чувствуешь, что надо — тужься.

— Что мне делать? — сипло спросил Дерек, забравшись за её спину.

— Терпи, чувак. И держи её, — буркнул я.

— Боже, жжёт! — заорала Ли и вцепилась в ухо Дерека.

Он побледнел, как мел.

— Отлично, принцесса, продолжай, — подбадривал я.

Я старался не смотреть на кровь и прочее — только на то, чтобы помочь ей.

Она тужилась, и я увидел — голову.

— Я вижу головку, детка! Продолжай!

— Правда? — выдохнула она.

Я кивнул, хотя знал — стоило ей перестать тужиться, и головка снова спряталась.

Она напряглась и снова потужилась, и теперь я видел её ясно.

— Отлично, Ли. Ещё немного.

Я держал её ноги, схватил полотенца.

— Дерек, аптечку давай!

Она заорала, и — голова вышла.

Святой Христос.

Темноволосая головка, вся в прозрачной кровавой слизи.

Я больше никогда не притронусь к желе.

— Это самая отвратительная хрень, что я видел, — пробормотал Дерек и кинул аптечку мне под ноги, потом зажал рот и убежал блевать.

— Не обращай внимания, детка, — сказал я мягко. — Один последний толчок — и мы увидим малыша.

— Я устала, Кайл, — заплакала она. — Я больше не могу.

— Нет, ты можешь. Ты уже почти всё сделала. Давай, детка. Или я сам туда полезу и достану его.

Она застонала, собралась и потужилась.

Всё случилось мгновенно.

Крик, толчок — и я держу на руках крошечный комок крови и слизи.

Самое совершенное существо, которое я когда-либо видел. Тёмные кудри. Голубые глаза.

— У нас дочь, — прохрипел я, едва сдерживая слёзы.

— С ней всё в порядке? — спросила Ли, дрожа от усталости.

— Идеальна. Как мама, — ответил я.

Дрожащими руками я завернул малышку в полотенце и осторожно положил ей на грудь.

— Спасибо, — прошептал я и поцеловал Ли в лоб. — Ты справилась, детка. Я так тебя люблю.

— Мы справились. И я люблю тебя больше, — прошептала она, улыбаясь сквозь слёзы.

Я отступил, чтобы перевести дух.

Стоял у машины, дрожа, рыдая как ребёнок.

Не заметил, как рядом оказался Дерек — обнял за плечи и покачал головой.

— Вы двое… невероятные. Прости, что не помог больше.

— Всё нормально, брат. Ты сделал, что мог, — ответил я, хлопнув его по спине.

— Кайл, посмотри, — позвала Ли.

Я снова наклонился — и увидел, как она кормит нашу дочь.

— Она взялась, — сказала Ли поражённо. — О, Кайл, мне нужно вытужить послед и перерезать пуповину.

Я уставился на неё, не в силах осознать.

Одно дело — принять роды. Но что делать дальше, я не имел ни малейшего понятия.

И тут я услышал звук сирены, приближающейся с дороги.

Спасибо тебе, Кэм.

ЛИ

— Ли, детка, скорая приехала. Они сейчас тебя приведут в порядок и отвезут нас в больницу, — услышала я голос Кайла за спиной. Он обнимал меня, но я не могла повернуться — все мое внимание было приковано к малышу на моих руках.

В тот момент я чувствовала столько всего, что, казалось, сердце сейчас просто разорвется.

ГЛАВА 14

Ли

— Пожалуйста, останься ещё ненадолго. Повеселись с Дереком, — сказала я в телефон.

— Ты что, пытаешься от меня избавиться, принцесса? Завести здесь какого-то мальчика-игрушку, пока меня нет? — фыркнул Кайл с того конца линии.

Я рассмеялась.

— О, да, — пошутила я. — Потому что мне именно этого не хватало дома — ещё один мужчина с избытком тестостерона.

— Ладно, ладно. Буду в семь, — вздохнул Кайл.

— Хорошо, спасибо. Увидимся тогда.

— О, принцесса?

— Да? — улыбнулась я, услышав насмешливый тон в его голосе.

— Может, стоит проверить дом и найти немного клейкой ленты.

— Что? Зачем, что сломал? — растерялась я.

— Клейкая лента для твоего рта, потому что к концу вечера ты будешь орать так, что весь дом услышит, — громко рассмеялся Кайл.

Ох…

Линда вошла в кабинет Кайла, и я покраснела от смущения.

— Ладно, — пробормотала я. — Я разберусь, пока, люблю тебя.

— Большое спасибо, что занимаешься этим, — сказала я, толкая коляску с Хоуп к ней.

— С удовольствием, дорогая, — ответила она, не отводя взгляда от спящей малышки, уютно укутанной и такой милой.

— К тому же, — подразнила Линда, — с Кайлом, который всё внимание уделяет ребёнку, я едва успеваю что-то сделать.

— Да, он просто невероятен, — кивнула я. — То, как он заботится о Хоуп, просто растопило моё сердце.

— Я упаковала шесть бутылочек, не то чтобы тебе нужны все. Плюс подгузники, салфетки, крем, смесь, четыре смены одежды…

— Ну, идём уже, — усмехнулась Линда. — И не переживай, это не первый раз, помнишь.

— Огромное спасибо, — сказала я, внезапно чувствуя вину. — Может, мне не стоит…

— Стоит, — твердо сказала Линда, выгоняя меня из комнаты. — Увидимся с утра. А пока — наслаждайтесь молодостью и любовью.

Я улыбнулась про себя, ощущая безграничное счастье. Наслаждаться Кайлом Картером — именно это я и собиралась делать.

ГЛАВА 15

Кайл

Жёлтая пластиковая лента окружала здание.

— Чёрт возьми, — выругался Дерек, бросаясь к дому.

Я не мог говорить — был слишком занят, проталкиваясь мимо парамедиков и копов.

— Сэр, вы не можете туда войти, — сказал мне полицейский, выставив руку перед грудью. — Это официальное место преступления, пожалуйста, отойдите.

— Да пошёл ты! Это мой дом! Моя девушка и ребёнок там!

Я рванулся вперёд, но двое других офицеров подбежали и удержали меня.

Я слушал, как один из них говорил в рацию:

ГЛАВА 16

Кайл

Я уже не помнил, когда в последний раз моргал, не говоря уж о том, чтобы спал.

Должно быть, прошло больше нескольких дней с тех пор, как я последний раз спал… меньше недели? Я не был уверен.

Время больше ничего не значило.

Где-то глубоко внутри сидел страх — цепкий, парализующий страх, что если я закрою глаза хоть на минуту, она исчезнет.

Я не сводил взгляда с монитора рядом с её кроватью, отслеживающего сердцебиение, и только это давало мне хоть какое-то утешение — несмотря на кислородный аппарат, который прокачивал воздух в её лёгкие, её сердце всё ещё билось.

Моя прекрасная принцесса…

Ли, бледная, измождённая, лежала без движения на больничной койке, подключённая к большему количеству проводов и аппаратов, чем я когда-либо видел.

А Кэм… Боже… она лежала в морге, на холодной плите, с дырой в затылке.

Я должен был быть здесь. Я должен был быть рядом с Ли. Больше не существовало места, куда бы я мог пойти.

Я не ел — и не собирался.

Я был уверен: если Ли не выкарабкается, я не смогу жить.

Я не смогу жить с этой виной. Не смогу жить без неё.

И не собирался. Всё просто.

— Мистер Картер, вам стоит поехать домой и немного отдохнуть, — сказала одна из медсестёр.

Не знаю, какая именно. Мой взгляд не отрывался от монитора.

— Я не уйду, — ответил я. Или, по крайней мере, думаю, что ответил.

Я уже не понимал — сказал ли это вслух или подумал.

Она не понимала. Никто из них не понимал.

Как они вообще могли ожидать, что я просто выйду из этой палаты, пойду есть, спать, жить — будто мир всё ещё крутится?

Потому что мой мир не крутился. Мой мир умирал на этой больничной койке.

Как, чёрт возьми, они могли этого не понимать?

Сжимая безжизненную руку Ли, я посмотрел на неё.

— Малышка, это я. Я здесь. Я не уходил. И больше никогда не уйду.

Кожа на моих щеках была сухой и стянутой от засохших слёз.

— Тебе нужно проснуться, Ли. Прошу, проснись, поправляйся. Я не справлюсь без тебя.

Я поцеловал её руку и опустил голову на кровать, прижимая лоб к нашим переплетённым пальцам.

— Ребёнок нуждается в тебе. Я нуждаюсь в тебе. Я не смогу… не смогу выжить без тебя. Я не хочу быть здесь без тебя. Я не хочу жизни без тебя.

— Мистер Картер… Кайл, так нельзя. Это не помогает — ни вам, ни ей…

— Я никуда не пойду! — закричал я, придвигаясь ближе к телу Ли. — Оставьте нас.

Пусть все проваливают к чёрту. Мне нужно было хотя бы две, чёртовы, минуты, чтобы придумать план.

Мне нужен был план.

Должно быть что-то… хоть что-то, что можно сделать, чтобы спасти её.

Я задавал этот же вопрос хирургу, который оперировал Ли, когда она вышла из операционной.

И он заполнил меня пустыми словами… пустыми словами и ужасом.

— Мистер Картер, состояние вашей девушки крайне тяжёлое. Нам удалось удалить пулю, остановить внутреннее кровотечение и восстановить кишечник без необходимости его удаления. Но, боюсь, рана в спине оказалась куда серьёзнее.

Пуля попала прямо в левую почку, полностью разрушив её, поэтому нам пришлось удалить орган. Мы остановили кровотечение, но, к сожалению, обнаружили большое количество осколков и в правой почке. Повреждения оказались серьёзными, её функциональность снизилась до тревожных одиннадцати процентов — слишком мало, чтобы Делия могла жить.

Мы подключили её к аппарату диализа, но, откровенно говоря, без срочной пересадки почки прогноз Делии, мягко говоря, неблагоприятен.

— Донор нашёлся? — спросил я.

Я слышал дыхание медсестры позади — значит, она всё ещё была в палате.

— Пока нет, к сожалению.

Я резко обернулся и впился в неё взглядом.

— Насколько это вообще сложно — найти грёбаную почку?! Люди умирают каждую, мать его, секунду! Неужели никто не подходит?

— Мистер Картер, вы же понимаете, что это не так просто, — спокойно ответила медсестра, как будто слышала этот вопрос десятки раз в день. И, наверное, действительно слышала.

Но сейчас всё было по-другому. Ли — была другой.

Она должна была выжить.

Да, это эгоистично. Но мне было плевать.

Всё, о чём я думал, — достать для Ли эту почку. Я сдал анализы сам. Не подошёл.

— Почему она всё ещё не просыпается? — спросил я, хотя уже знал ответ, просто хотел услышать его от врача.

— Вы знаете, мистер Картер. Организм Ли сильно ослаблен, почки работают с перегрузкой. Врачи ввели её в искусственную кому, чтобы дать телу восстановиться и снизить нагрузку.

Я снова повернулся к Ли, стараясь не утонуть в панике, которая душила меня изнутри.

— Слышишь, малышка? Они помогут тебе, ты поправишься, и тогда мы снова будем дома. Прошу тебя, Ли, умоляю — вернись ко мне, детка.

ГЛАВА 17

Кайл

Дверь открылась, и я напрягся.

В эту больничную палату без стука заходил только один человек, и от его появления у меня по коже побежали мурашки.

— Доброе утро, дорогая, — сказал Джимми Беннетт, подходя к Ли и поцеловав её в лоб.

Мне пришлось сильнее сжать руку Ли, чтобы сохранить спокойствие и не рухнуть со стула.

Хотя я оплатил ему перелёт сюда, мне всё ещё было невероятно тяжело сохранять собранность рядом с ним.

Этот мужик — сплошная грудь и кулак, и мысль о том, что когда-то он использовал свою силу, чтобы держать Ли в подчинении в детстве, вызывала во мне приступ ярости.

Каждый раз, когда я смотрел на его массивные руки и огромную грудь, во мне просыпалось безумное желание отплатить за те побои, которые он когда-то устраивал моей девушке.

— Картер, — кивнул он мне, подтянув стул с другой стороны кровати дочери, и усевшись, пристально посмотрел на меня холодными серыми глазами.

Я жёстко кивнул в ответ. — Джимми.

Джимми не любил меня.

Его неприязнь не требовала объяснений — она читалась в каждом его движении, в том, как он смотрел на меня, как сокол.

Можно было с уверенностью сказать, что моя злая энергия отвечала ему взаимностью.

— Есть новости? — спросил он, и я покачал головой.

Я знал, о чём он: Джимми тоже проверялся как донор.

— Ты не подходишь. Врач сказал мне это сегодня утром, — пробормотал он, снимая бейсболку и вытирая пот со лба.

Проведя рукой по щетинистому подбородку, он наклонился к Ли.

— Не бойся ни о чём, дорогая. Папа здесь, он тебя починит, — прошептал он, взял её руку и поцеловал её, затем уставился на меня. — Вижу, ты всё ещё не надел кольцо моей дочери на палец, парень.

— Это её выбор, не мой, — стиснул я скулы.

Я предлагал Ли выйти за меня замуж столько раз, сколько мог сосчитать; у неё были сомнения.

Джимми свистнул.

— Ну и ну, — сказал он, глядя прямо в меня. — Эта девушка умнее, чем я думал. Если она не собирается выходить за тебя, то нет причин, чтобы она оставалась здесь.

Он повернулся к Ли и улыбнулся.

— Ты поедешь с папой, правда, дорогая? Ты и моя внучка?

Я оттолкнул стул и вскочил.

— Тронешь мою дочь и ты труп. Ли может и простила тебя, но я не забыл, что ты с ней сделал. Ли и Хоуп остаются со мной.

Стул со скрежетом ушёл в стену за моей спиной, я не стал поднимать его.

Я стоял неподвижно, уставившись на седовласого отца-тирана, держащего руку моей девушки.

Ли поправится, и тогда мы вместе вернёмся и заберём Хоуп…

— Это лицемерно, малой, — проворчал Джимми. — Учитывая, что ты причина, по которой та сумасшедшая рыжая сука всадила две дырки в тело моей дочери.

Эти слова выбили из меня воздух, и я отшатнулся.

— Тебе не нравится слышать правду, да, парень? — продолжил Джимми. — Я никогда не выдавал себя за хорошего отца. Я знаю, что облажался в прошлом. Но я стал лучше, и я не позволю тебе разрушить жизнь моей девочки.

Он упёр локти в бортик кровати Ли; бицепсы напряжены, он не скрывал угрозы.

— Вот как будет, сынок. Моя девочка поправится, и я увезу её и ребёнка в Луизиану, где смогу держать их в безопасности, где смогу защитить их, потому что, чёрт возьми, ты пока что с этим не особо справился.

— Я не знал… — пробормотал я.

— Мне наплевать, что ты не знал, Картер. Ты мне не нравишься, совсем, и я не собираюсь рисковать ради Делии. Бог знает, какие ещё скелеты у тебя в шкафу.

— Ей девятнадцать, ради Христа. Она ещё ребёнок; она моя дочь. Моя подростковая дочь, которую ты оплодотворил, и теперь у тебя своя дочка. Поставь себя на моё место, парень. Подумай, что для них лучше.

— Вы их не заберёте, — рявкнул я.

Джимми пожал плечами.

— Посмотрим, — ответил он коротко.

Мне нужно было убираться от этого человека, иначе им всем очень скоро понадобилась бы ещё одна койка в этой палате.

— Я буду снаружи, — процедил я, выбегая. Мне нужно было отойти, иначе я бы взорвался.

ГЛАВА 18

Кайл

Я стоял на краю кладбища, за толпой скорбящих и репортеров, пришедших посмотреть, как гроб с Кэм опускают в землю.

Рядом со мной стоял Дерек, напряжённый и неподвижный.

Одной рукой я качал коляску с Хоуп, другой положил на его плечо.

Для него это было труднее, чем для меня. Я это знал и бесконечно сопереживал ему.

Ему было слишком тяжело стоять у могилы и наблюдать за похоронами Кэм, в то время как Майк стоял рядом с семьёй, частью которой когда-то был.

Я успокаивал себя мыслью, что хотя прошло уже девять дней с нападения, а врачи всё ещё не нашли донора почки, любовь всей моей жизни не оказалась в земле.

Она всё ещё боролась и была жива.

Мы стояли молча, пока священник не попрощался, и толпа постепенно не рассеялась.

— Готов идти, чувак? — тихо спросил я, укутывая Хоуп в одеяло.

Хотя на дворе было начало июня, воздух на кладбище был холодным. Моё сердце наполнялось теплом при виде Хоуп, и я провёл рукой по её щёчке, тихо благодарив Линду за то, что она помогла мне прийти в себя.

Я стыдился себя за то, что отказывался видеть дочь.

Страх жить без Ли, депрессия… я не хотел видеть Хоуп, потому что знал: как только увижу её, придётся жить дальше.

В первые дни после операции Ли, в своём бредовом состоянии горя, я решил, что если Ли не выживет, я тоже не хочу…

Я эгоистично исключил Хоуп из своей жизни, чтобы хоть как-то облегчить свою совесть, зная, что, увидев дочь, мне придётся жить дальше, несмотря ни на что…

Это было непростительно, и, честно говоря, тогда я не думал.

Я не думал о будущем Хоуп и о том, чего бы хотела Ли. Я был слишком поглощён чувством вины и горя, чтобы мыслить ясно.

Теперь же я думал, и я не собирался снова подводить свою семью.

Дерек вытер глаза тыльной стороной руки и кивнул.

Я сжал ручки коляски Хоуп и пошёл к выходу.

— Кайл, подожди, — раздался голос за спиной. — Мне нужно с тобой поговорить.

Я вздрогнул.

Если мне придётся ещё раз сказать какому-то репортёру «нет комментариев», я сойду с ума.

Я обернулся, и сердце забилось в груди.

Не здесь…

Мора Фрей стояла в пяти футах от меня, лицо покрасневшее, тяжело дыша.

— Миссис Фрей, — тихо сказал я. — Мне так жаль насчёт Кэмрин.

Я не знал, что ещё сказать женщине.

Честно говоря, больше ничего нельзя было сказать. Ничто не вернёт Кэм. Невозможно перемотать назад ту ночь и нажать паузу.

Мора продолжала подходить ко мне, и я готовился к пощёчине, которую был уверен получить.

Я не мог предсказать, что произойдёт дальше.

— Кайл, — всхлипывала Мора, крепко обхватив меня руками. — Прости меня, мне так ужасно жаль.

Я обнял мать Кэм, не зная, что делать.

Я бросил взгляд на сбитого с толку Дерека, а потом на лицо Моры, раздираемое горем.

Почему она извинялась? Почему она извинялась передо мной? Всё происходило как будто в обратном порядке.

— Мне должно быть жаль… — начал я, но она не дала мне слова.

— Я пыталась с тобой связаться.

Её голос дрожал, когда она просунула руку в карман своей юбки. — Надеюсь, не слишком поздно.

Она протянула мне старый, помятый лист бумаги, сложенный много раз.

Я смотрел на него, нахмурив брови.

— Я не понимаю, — пробормотал я. — Слишком поздно для чего…

Меня прервал появившийся отец Кэм.

— Мора, дорогая, прекрати это. Пусти мальчика, — сказал он жене, пытаясь освободить моё тело из её рук.

Он посмотрел на меня пустыми глазами. — Кайл, пожалуйста, не обращай внимания на мою жену, она не была собой с тех пор, как… умерла Кэмрин. Она не знает, что говорит. Она не думает ясно.

— Я думаю ясно! — закричала Мора, отстраняясь от мужа. — Впервые за девятнадцать лет я наконец-то думаю ясно.

Обратив взгляд на меня, глаза её наполнились слезами. — Как Ли? Нашли подходящую почку?

Я покачал головой. — Нет, всё по-прежнему, сказали врачи… Почему? Что здесь происходит, Мора?

Мать Кэм разрыдалась и указала на листок бумаги в моих руках. — Вот твой ответ. Иди туда, найдёшь донора для Ли.

— Господи, Мора, нельзя так делать, — прошипел Тед. — Ты не думаешь, что у парня и так достаточно проблем?

Тед начал оттаскивать Мору, и я вмешался.

— Дерек, отвези Хоуп домой. Я недолго.

Дерек кивнул, взял коляску Хоуп и направился к выходу.

Я был чертовски сбит с толку.

Мора, похоже, действительно знала, о чём говорит.

И мне нужно было узнать.

Развернув листок бумаги, я на мгновение растерялся.

— Что это? — крикнул я ей, но она уже ушла.

— Мора? — крикнул я, бегом догоняя их к другому выходу.

— Отпусти, Кайл, — предупредил Тед, усаживая Мору в машину. — Возвращайся к Ли, сиди с ней и молись. Держи её на руках. Я не хочу, чтобы моя жена ещё больше расстраивалась.

Я покачал головой, игнорируя Теда. Я сосредоточился на её матери.

— Что ты имела в виду, когда сказала, что я найду подходящего донора? Речь о Ли? — спросил я в панике.

Внутри меня поднялся прилив волнения.

— Вот оно? — спросил я. — Ты знаешь кого-то, кто может ей помочь?

— Ты слышал, что я сказал? — резко сказал Тед, захлопнув дверь Моры и подбежав к своей стороне машины.

— Иди домой, — сказал он, открывая свою дверь. — Ты преследуешь ложный след. Порви этот листок и вернись к своей жизни, забудь этот разговор. Ничего хорошего из этого не выйдет.

— Какая жизнь? — спросил я, доведённый до предела.

Я взмахнул руками, размахивая ими. — Вся моя жизнь медленно умирает на той больничной койке.

Наклонившись, я положил руку на окно машины. — Мора, если ты что-то знаешь, хоть что-то, что может спасти Ли, пожалуйста, просто скажи.

Мистер Фрей захлопнул дверь и завёл машину.

— Подожди… — крикнул я, ударяя кулаком по стеклу, когда машина медленно тронулась. — Ты похоронила свой мир, не заставляй меня похоронить мой.

Машина замедлилась, и окно опустилось.

— Иди туда, — всхлипнула Мора, указывая на листок бумаги в моей руке. — Найди этот адрес, и ты найдёшь Делию Беннетт.

Я покачал головой. — Я не понимаю…

— Мама Ли, — прошептала Мора. — Она жива.

ГЛАВА 19

Кайл

— Чувак, ты выглядишь как чёртов кенгуру, — хихикнул Дерек, когда я усаживал Хоуп лицом вперёд в слинг на груди.

Она немного зашумела, когда я застегнул пряжки, ненавидя ограничение мешочка.

— Тебе ещё многому предстоит научиться, Дерек, — пробормотал я, поправляя ей солнечную шляпку и поднимая ее сумку для пеленания.

На мне сейчас было столько чёртового розового, а умные комментарии Дерека совсем не помогали моей мужественности.

— Ты уверен, что это тот дом? — спросил он, указывая на белый домик.

Я кивнул, перечитывая адрес на листке в руках. — Именно он.

Дерек вздохнул. — Хочешь, чтобы я пошёл с тобой?

— Нет, — сказал я, опуская взгляд на Хоуп. — Мы справимся вместе, правда, малышка?

Я поднялся по узкой дорожке, усеянной цветами, и постучал в дверь.

Ничего.

Чёрт с этим, я не собирался сдаваться.

Я обошёл дом сзади и заглянул через садовые ворота.

— Могу я вам помочь? — спросила невысокая привлекательная брюнетка, лет сорока, из-за забора.

Вот оно.

— Да, я ищу одну женщину, Делия Беннет?

Лицо женщины побледнело, и она отступила назад.

— Нет-нет-нет, не думаю. Чего ты хочешь? Он послал тебя? Он знает?

Я открыл ворота и последовал за ней во двор.

— Меня зовут Кайл Картер. Я пришёл по поводу вашей дочери, мне нужна ваша помощь.

— Извините, у меня нет дочери, — шипела она, пробираясь внутрь через заднюю дверь.

Я засунул ногу в дверь, не давая ей захлопнуть её.

— Пожалуйста, — умолял я. — Она больна. Мне нужна ваша помощь. Я отчаянно нуждаюсь.

Глаза женщины опустились на Хоуп, и рука мгновенно закрыла рот, издав испуганный звук.

— Эти кудряшки я узнаю где угодно, — прошептала она, глядя на меня. — Она твоя?

Я кивнул.

— Да, она моя дочь, а ваша дочь — её мать.

— Он не знает, что вы здесь? — снова спросила она, отчаяние и страх звучали в её голосе.

Нужно было мало воображения, чтобы понять, о ком она говорит…

— Он понятия не имеет, — сказал я.

Я почувствовал, что хочу успокоить маленькую женщину перед собой.

— И я обещаю, миссис Беннет, если вы поможете мне, он никогда не узнает.

Она на мгновение задумалась, а потом покачала головой.

— Вам лучше зайти. И я теперь Трейси Гиббонз. Больше никогда меня так не называйте.

ГЛАВА 20

Ли

Мир был тьмой, и я была самым тёмным элементом в нём. Моё сердце, моя душа, моё внутреннее «я» и суть… Всё было тьмой. Я не могла прорваться к свету. Было лишь одно, единственное сияние в этой неизбежной яме отчаяния. Это сияние имело имя. Его звали Кайл Картер.

— Ли, малышка, слышишь меня? Давай, открывай глаза, дорогая, — слышался его голос.

Я могла… о, я могла его слышать.

Я слышала его каждый день.

Его голос составлял мне компанию в темноте. Его голос удерживал меня от падения в неё.

— Кайл, — прошептала я хрипло.

Веки были тяжёлыми; казалось, будто их зашили.

Всё тело болело.

— Я здесь, принцесса, — его голос звучал возбужденно.

Я почувствовала, как уголки губ слегка дернулись в улыбке. Отлично, по крайней мере, какая-то мимическая функция у меня была.

На мгновение мне показалось, что я сломала голову или что-то в этом роде.

Рука схватила мою, потом другая провела по лбу.

Я знала, что обе руки принадлежат Кайлу. Я знала его прикосновение. Я бы узнала его среди тысяч.

Я попыталась снова открыть глаза, и на этот раз, к счастью, они поддались.

Сильный солнечный свет ослепил меня, и мне пришлось моргнуть несколько раз, чтобы сосредоточиться на лице, наклонённом надо мной.

— Привет, красавица, — сказал Кайл, голос немного прерывался. — Давно не виделись.

Он слегка коснулся губами моих.

— Так, мой какао невкусный, да? — прохрипела я.

Кайл отпрянул, глаза широко раскрыты от шока. — Чёрт возьми, ты всё это слышала?

Я кивнула. — Отрывки… не всё. Некоторые моменты расплывчаты.

Кайл покачал головой.

— Чёрт, — пробормотал он. — Мне как-то кажется, что мне нужно мысленно повторить всё, что я сказал.

— А где Хоуп? С ней всё… нормально? — спросила я.

— Да, она проводит время один на один с дядей Дереком.

Кайл улыбнулся странной улыбкой, и я тут же насторожилась. Я внимательно следила за его лицом; он что-то скрывал.

— Что ты мне не говоришь? — спросила я.

Он покраснел и опустил голову на мгновение.

— У меня есть новости, малышка, — прошептал он.

— Ладно, давай, говори, — сказала я.

Кайл вздрогнул, и я тоже сжалась.

— Ты помнишь, что с тобой произошло? — спросил он.

Я кивнула.

Я помнила, как меня застрелили, и как Кэм потеряла сознание… Потом всё стало размыто.

— Малышка, ты серьёзно пострадала. Одну из твоих почек удалили, — прошептал он. — Но врачи были вынуждены погрузить тебя в искусственную кому, пока искали донора для другой.

— О, Боже, — прошептала я.

Неудивительно, что всё тело болело. Меня дважды застрелили и дважды оперировали внутренние органы.

— О, это ещё не самое страшное, — пробормотал Кайл. — Ли, я… я… не знаю, как тебе это сказать, кроме как прямо…

— Просто скажи, — резко перебила я.

— Твоя мать жива.

— Нет, — прошептала я, качая головой. — Она мертва. Папа сказал, что она умерла, когда я была младенцем… когда она рожала меня. Ты, должно быть, ошибаешься.

Кайл глубоко вздохнул.

Он провёл рукой по волосам. — Она жива, Ли. Жива и дышит. Я встречал её. Именно она спасла тебя, малышка. Она дала тебе почку…

— Стоп, — закричала я, нуждаясь, чтобы Кайл замолчал, чтобы я могла осознать сказанное.

— Просто замолчи на секунду, — я резко выдохнула, это было больно. — Я не могу… я не… Что ты имеешь в виду, что встретил её?

— Она хорошая, малышка, — пробормотал он. — Настоящая хорошая женщина.

— Нет, — резко сказала я. — Я не могу сейчас с этим справиться.

Я была не в том состоянии ума, чтобы воспринимать этот сумасшедший, испорченный разговор.

Лично я не верила…

— Малышка, если ты поговоришь с ней, ты всё поймёшь. Твой отец, он… о, Ли, она такая хрупкая…

— Нет, — предупредила я. — Нет, Кайл.

Кайл тяжело вздохнул и кивнул с поражением.

— Где она? — спросила я внезапно, тело дрожало от страха. — Где Рэйчел?

Кайл наклонился и держал моё лицо в руках.

— Она ушла, принцесса, — прошептал Кайл, глядя прямо в глаза. — Её арестовали. Её обвиняют в множестве преступлений. Она не выйдет на свободу в ближайшее время.

— Ты уверен? — слабым голосом спросила я, нуждаясь в уверенности, что эта девушка не вернется.

— Ли, её обвиняют в убийстве первой степени, покушении на убийство, взломе, и это лишь часть. Эта сука будет гнить в тюрьме до конца своих дней.

Воспоминания нахлынули на меня.

Её безжизненные глаза.

Кровь… Кровь, пропитывающая её красивые волосы.

Убийство первой степени…?

Кэм…

— Она мертва? — спросила я, молясь Богу, чтобы Кайл сказал «нет».

Он ничего не сказал, лишь кивнул, подтверждая, что моя лучшая подруга действительно мертва.

Я закрыла глаза и закричала.

ГЛАВА 21

Ли

Был момент — короткий, эгоистичный, пронзительный момент — когда я увидела маленький деревянный крест с выгравированным именем Кэм, и часть меня захотела лечь в землю рядом с ней.

Кайл крепко держал меня за талию, не давая упасть.

Всё, что он делал — хорошее, плохое и по-настоящему глупое — он делал ради меня.

Теперь я это понимала.

Но мысль о моей красивой, смелой лучшей подруге, лежащей холодной в земле, выжимала из меня воздух.

Это могла быть я.

Это должна была быть я.

Кэм не должна была умереть — должна была я.

Рэйчел всё спланировала идеально.

Она следила за домом, знала, что я буду одна.

Если бы её план сработал, в могиле была бы я.

Но Рэйчел не учла Кэм.

Кэм…

Дыхание застряло в горле, тело затряслось.

Я даже не пыталась вытирать слёзы — они заслуживали, чтобы их пролили. Кэм заслуживала моих слёз.

Она защищала меня всю жизнь — и теперь лежала в ящике, под шестью футами земли, потому что я не смогла защитить саму себя.

Я знала, что это не моя вина, и не вина Кайла.

Но это не уменьшало чувство вины и ответственности.

С того самого момента, как я проснулась и Кайл сказал, что Кэм мертва, единственная мысль, крутившаяся в голове, была: это должна была быть я.

Я была безмерно благодарна, что выжила.

Хоуп нуждалась во мне.

Но несправедливость и ярость из-за того, что у Кэм украли жизнь, проедали моё сердце, превращая его в чёрную дыру, наполненную только жаждой мести.

— Привет, Кэм, — всхлипнула я, делая шаг вперёд, потом опускаясь на колени.

— Принцесса, — позвал Кайл, быстро подойдя, но я подняла руку, предупреждая, чтобы он не приближался.

— Мне нужно сделать это.

Кайл кивнул и уважительно отступил, оставив мне немного уединения.

— Я всё ещё не могу поверить, что это случилось с тобой, — плакала я. — Это несправедливо. Ты такая молодая, такая красивая. Ты — моя лучшая подруга, Кэм. Что я теперь буду без тебя делать? Что будет делать Хоуп без своей тёти?

— Мы столько всего планировали, помнишь? Ты собиралась пойти с Хоуп выбирать её первый бюстгальтер. Помочь ей выбрать платье на выпускной. Посмеяться над реакцией Кайла, когда Хоуп пойдёт на первое свидание. А теперь всё это я должна буду делать одна.

Я вытерла глаза и нос.

— Почему ты это сделала, Кэм? — прошептала я.

Это был вопрос, на который я больше всего хотела знать ответ.

Почему она оценила мою жизнь выше своей, когда встала между мной и заряженным пистолетом?

Я задала вопрос, зная, что ответы похоронены вместе с моей лучшей подругой.

Я провела рукой по перевёрнутой земле её свежей могилы и достала из кармана маленький серебряный кулон-птичку.

— Помнишь, когда ты подарила мне это? — спросила я. — Мне тогда было двенадцать, и ты дала его мне в день, когда пришла сказать, что уезжаешь.

Шмыгнув носом, я покрутила кулон между пальцами.

— Я спросила тебя, почему именно птичка, а ты сказала… — я сделала паузу, стараясь перевести дыхание, — ты сказала, что всегда завидовала свободе птиц. И что, пока я держу этот кулон при себе, что бы ни случилось в жизни, никто не сможет подрезать мне крылья.

Дрожащими пальцами я положила нежный кулон под крест.

— Так вот, Кэм, сегодня я возвращаю тебе твои крылья. Лети, красавица. Лети и будь свободной.

Я медленно поднялась, приняла руку Кайла.

— Прощай, Кэмрин Фрей. Я буду любить тебя вечно.