Хагос Лоссеиваль шел следом за дедом по темным, пыльным коридорам и невольно морщился от слишком громкого звука шагов. После пятилетнего отсутствия дом казался чужим. Пусть Хагос покидал его не в лучшие времена, но все же в памяти родной дом оставался живым. А вернулся – в склеп, где царят запустение и бедность.

Конечно, этого следовало ожидать. Утратив магию, дед не мог следить за домом, как положено, проводить должные ритуалы, да и для внешнего мира он все равно что умер. Былые связи, влияние, толпы прихлебателей и подхалимов – где они? Всем нужен был архимагистр Гарсин Лоссеиваль, богач и аристократ, глава Королевского Совета магов и первый советник короля, а не беспомощный, сломленный старик.

Деду бы еще тогда передать титул главы старшему внуку. Что ж, лучше поздно, чем никогда. Жаль только, что пришлось обращаться в Гильдию ритуалистов и проводить церемонию там. Лишнее напоминание себе и людям, что глава великого дома лишен магии – боги, как унизительно! И только теперь, когда Хагос стал главой, он может ввести деда в родовой ритуальный зал. Поддержать, вернуть хотя бы малую часть магии. Первый крохотный шаг на пути к возрождению.

– Величие Лоссеивалей.

Портальный пароль жестоко бил по гордости: что осталось от величия? Только память и пустые слова. Но менять пароль Хагос не стал бы, даже если бы мог. Пусть жестокое, но напоминание. Былое величие он вернет. Вернет и приумножит! Дом Лоссеивалей вновь станет таким, каким и должен быть: могущественным, опасным и уважаемым, первым после королевского. Он, Хагос, новый глава рода, довершит то, что не сумел сделать дед. Отомстит за отца, уничтожит врагов, заставит всех помнить о Лоссеивалях и бояться! Займет подобающее ему место у трона. А там, как знать… у короля подрастают сыновья, а у него будут дочери. Не исключено, что кому-нибудь из его внуков достанется корона.

Ритуальный зал должен был встретить людей тишиной и сонным покоем. Но нет: пространство звенело от бушевавшей здесь совсем недавно магии, а родовой камень, казалось, выл от боли.

– Что за… – не договорив, Хагос кинулся к деду: тот побелел и пошатнулся, хватаясь за сердце. Поддержал его под локоть, спросил: – Ты понимаешь, что здесь произошло?

– Делсен, – выплюнул дед. – Проклятый мальчишка. Сбежал.

– Сбежал?

Да, Делсен мечтал о свободе и не скрывал этого. Для него величие рода оставалось пустым звуком. Он почти открыто позорил фамилию, занимаясь презренной торговлей и поддерживая дружбу со всяческим сбродом. Внешне приличия оставались соблюдены: ходил за товаром и считал монеты не Делсен Лоссеиваль, а безликий и безымянный авантюрист. Чары личины, глупая кличка… Но все, кому надо, знали! В дом великого рода приходили за товаром, словно в какую-нибудь мелочную лавку! Конечно же, новый глава рода намеревался пресечь это непотребство и уже предпринял определенные шаги.

Хагос был уверен, что предприимчивый младший братец как раз сейчас занят продажей добытого в последней экспедиции товара. Он должен торопиться: сегодня первое, а четвертого истекает срок оплаты по заключенному им договору. А если успел узнать, что глава рода потребовал перенести срок на сегодня? Тогда или скандалит с цвергами, требуя вернуть прежний договор, или сбывает все по дешевке, лишь бы успеть. Хотя это ему не поможет: став главой, Хагос получил власть приказывать и добиваться повиновения. Это дед, утратив магию, не мог призвать распоясавшегося внука к порядку. Теперь деньки своеволия для младшего кончились.

Но «сбежал»? Куда? Как? Зачем, демоны его дери?! Неужели не понимает, что глава рода везде его отыщет?

– Отрекся. Поторопись, – вырвал из размышлений севший голос деда.

– Но… – в ритуале, ради которого они сюда пришли, от деда требовалось слишком много сил. Рискованно, а в таком состоянии – почти наверняка смертельно! – Давай отложим. Вернемся в дом, я вызову целителя. Тебе станет лучше, разберемся с Делсеном. Вернем его.

И тут окончательно дошло: «отрекся». Можно найти, можно даже наказать, но принудить к чему-то уже не получится. Делсен получил желанную свободу. Правда, сорванная сделка с цвергами оставит его нищим, но, видят боги, невелика разница.

А у рода остался теперь только он, Хагос. Один. Глава… голова без тела.

– Не будь слюнтяем, внук! Отступника не вернуть, но мы еще можем обратить ситуацию на пользу роду, если не упустим время. Ты проведешь другой ритуал.

– Какой? – не настолько же дед выжил из ума, чтобы предлагать себя в жертву?! Теперь, когда появилась возможность помочь ему?

– Не разочаровывай меня. Ты глава рода. Если у тебя не хватает ума, знаний или решимости, значит, я ошибся, передав тебе свое место.

Хагос выпрямился, задрав подбородок. Хоть и глава теперь, перед дедом по-прежнему чувствовал себя щенком, но знал – показать это будет неправильно.

– Не думаю, что потерять тебя будет разумным решением. Все мои знания и вся решимость мало стоят без твоего опыта. Ты мне нужен. И мы ведь уже все решили! – почти сорвался на истерический вопль.

– Слюнтяй. Так или иначе ты скоро меня потеряешь. Я стар, а значит, мои дни в любом случае сочтены, с магией или без. Но сейчас у меня есть возможность умереть с пользой. Я и не мечтал уже…

Хагос молчал, и дед, отстранившись и выпрямившись, отчеканил:

– Я решил. Уважь мое последнее решение, новый глава великого рода. Прошу тебя.

Он не хотел. Все в нем протестовало, но сказать сейчас «нет»… Хагос Лоссеиваль достаточно знал своего деда. Откажешь – оскорбится и все равно сделает по-своему.

– Будет так, как ты желаешь, – Хагос склонил голову. – Но объясни. Почему?!

– Твой брат… теперь уже бывший брат, – медленно заговорил дед. – Оборвал связи с родом. Отрекся здесь, в родовом ритуальном зале, перед краеугольным камнем рода. Разве ты не слышишь, как плачет камень? Оборванные связи – это больно. Сейчас, пока раны не заросли и магия отречения не успокоилась, легко привязать к оборванным нитям новую душу.

– Легко, – согласился Хагос, – но зачем? У нас нет кандидатов на вхождение в род, а если появятся, ритуал достаточно прост.

– Прост – для человека. И ты еще найдешь достойных, я верю. Но сейчас тебе нужна сила. Нам нужен демон.

– Что?! Дед, ты… – «с ума сошел» замерло на губах, не мог Хагос высказаться настолько непочтительно. Но и ничего другого на язык не шло. Наконец выдавил: – Зачем нам сила, которая при малейшей ошибке обратится против нас же?

–Ты учился пять лет, – дед неодобрительно поморщился. – Конечно, этого мало, чтобы стать умелым демонологом, но неужели ты остался настолько невежественен, что не подумал о привязке и клятве? Я разочарован.

Хагос не стал говорить, что сам он разочарован своим обучением в принципе и считает большой ошибкой то решение пятилетней давности. Чего ждал дед, отправляя его к старому другу без денег, без ценных артефактов или ингредиентов, без раритетных книг, только с письмом в дырявом кармане? Неужто и впрямь надеялся, что магистр Арссах окажется достаточно дальновиден и сделает ставку на будущие победы своего ученика и его благодарность? Если так – значит, и Гарсин Лоссеиваль может фатально ошибаться, потому что Арссах предпочитал оплату немедленно, а не в далеком и прекрасном будущем, и на старых друзей, растерявших силу и влияние, ему было плевать. Он взял Хагоса в обучение на правах нищих приемышей, которые отмывают пол до и после ритуалов, выгребают нечистоты, таскают дрова и воду для кухни и купален, и только после того, как вся работа переделана, имеют право заглянуть в книги и задать два-три вопроса мессиру. Хагос и эти пять лет продержался на чистом упрямстве. Но однажды понял, что Арссах получает удовольствие, нагружая Хагоса Лоссеиваля, вполне состоявшегося мага, старшего магистра боевой магии, самой грязной работой наравне с младшими учениками. Что «старому другу» деда нравится топтаться по его гордости и выдавать крохи знаний так, словно подает милостыню. И тогда он ушел. Вернулся домой, чтобы найти дом почти умершим. Пять потерянных лет – ради чего?!

Ничего, он еще припомнит «господину магистру» это обучение. Вернет роду былую славу и влияние, отыщет себе другого наставника, выучится, и тогда…

– Твой друг оказался не слишком хорошим учителем, – сказал он, чтобы сказать хоть что-то. – Я не понимаю, о какой привязке ты сейчас говоришь. Лучше бы ты сам меня учил. Хотя бы теории.

– Теория ничто без практики. Вызвать демона ты сумеешь?

– Да. – Сам, с нуля, не сумел бы, но здесь, на готовых ритуальных схемах с запиткой от родового камня – справится.

– Хорошо. Остальное предоставь мне. Смотри и запоминай. Ты не останешься один. Получишь младшего члена рода. Сильного, опасного и абсолютно преданного. Распорядись им с умом, – дед помолчал, сжав иссохшие губы в линию и надменно вздернув подбородок. И добавил словно через силу: – Я надеюсь на тебя, Хагос. Весь наш род на тебя надеется. Не подведи.

Конечно же, среди прочих схем здесь была «ловушка демонов» – демонологи в роду пусть редко, но случались, а афишировать подобные занятия не всегда уместно.

– Тебе сюда, – указал дед на место призывающего, сам же занял круг жертвы внутри ловушки.

– Ты уверен? – голос все-таки дрогнул, как ни старался Хагос говорить ровно. Дед зыркнул сердито, скомандовал:

– Начинай.

Оставалось только подчиниться. Отбросить эмоции – он все же боевой маг и глава рода, не должен уподобляться нервной барышне. Решение принято, сомневаться поздно.

Рваные строки древнего ритуала казались тяжелыми, словно налитыми свинцом. Падали к ногам, разбегались алым огнем по линиям пентаграммы, по запирающим и подчиняющим символам. Когда «ловушка демонов» вся заполыхала адским пламенем, дед достал кинжал, полоснул по руке и окропил своей кровью круг призыва. Ровно в тот миг, когда Хагос произнес последние слова ритуала вызова. Идеально.

Ткань мира разошлась, открывая портал в иной мир, порыв чуждого ветра пронесся по ритуальному залу – жарко-пряного, тревожащего. Хагос невольно сморгнул, а когда открыл глаза, портал исчез, а в круге призыва стоял демон.

Демоны, которых призывал Арссах, являлись, все как один, в боевой ипостаси. Этот же словно застрял между двумя формами – фигура и облик человека, без устрашающих когтей, хвоста и крыльев, но объятый пламенем, с давящей, зловещей аурой. Хагос ощутил его внимательный, оценивающий взгляд – право же, так должна чувствовать себя рыба на базаре, когда покупатель проверяет, не тухлая ли она. Но тут заговорил дед.

– Ты в нашей власти, демон. Ты в ловушке. Проверишь?

– Вижу, – отозвался тот, все еще рассматривая Хагоса. – И что?

«Это неправильный демон», – ошарашенно подумал Хагос. Веди разговор он, сейчас и не знал бы, что сказать. Демон! Существо по определению жуткое, невероятно опасное, почти бессмертное, обладающее знаниями, какие и не снились людям! Те, которых усмирял Арссах, швырялись огнем и молниями, насылали кошмарные видения, пытались замутить разум и обмануть чувства. В первые минуты после усмирения сыпали проклятиями – не бранью, а вполне действенными, отборными проклятиями, от которых тоже нужно было уметь защититься! А этот… Будто шпана с рынка! Разве только вполне культурное «что», а не тягучее, сквозь зубы и в шелухе от семечек «чё-о», хотя презрительной насмешки не меньше.

– Желаешь остаться запертым навеки?

Голос деда оставался уверенным, а Хагос впервые в жизни чувствовал себя по-настоящему беспомощным. Демонолог! Ха! Недоучка. Он представления не имел, как себя вести с таким демоном. Как торговаться, если тот снова сейчас выдаст свое издевательское «и что»? Надо было запретить деду… утащить домой, вызвать лекаря… обговорить спокойно, как действовать, как преподнести в обществе бегство Делсена… все-таки вернуть его, в конце концов! Зачем сразу кидаться в крайность, в настолько отчаянные методы?

Демон уселся на пол, скрестив ноги, поерзал и сказал насмешливо:

–Уютненько. С радостью понаблюдаю, как вы справитесь.

– Зачем же наблюдать, – отзеркалил насмешку дед, – я расскажу. С радостью. Схема, как можешь видеть, поддерживается энергией пленника. Нужно не много, тебе это не доставит отдельных неудобств, может, даже и не почувствуешь оттока. Будешь тут сидеть, скучать… Нам, конечно, тоже пользы мало, разве что детворе за монетку показывать. Но с паршивого пса хоть какой толк.

Демон повертел головой – не иначе, оценил схему. Кивнул:

– Когда начнем? С радостью полюбуюсь на вашу детвору и особенно на процесс собирания монеток. Кто собирать будет, сам глава высокого рода? По медячку или по серебрушке?

Хагос едва не задохнулся от ярости.

А дед… дед рассмеялся. Покачал головой, сказал:

– Вот почему, внук, я в юности мечтал учиться на демонолога. Вот почему предложил выучиться тебе. Разве это не прекрасно?!

– Что прекрасного ты находишь в этом… этом… этой хамской дипломатии?! – на ум шли совершенно не те выражения, которые уместно произносить в доме великого рода.

– Ты сам ответил. Восхитительная, выводящая из себя, блестяще наглая дипломатия. С такой манерой вести переговоры… Ты уже в тупике, верно?

– Нисколько, – зло процедил Хагос. – Я всего лишь готов перейти к силовым методам.

– Да, – дед закаменел лицом. – Вижу, я в самом деле совершил огромную ошибку, отправив тебя к Арссаху. Жаль, что у нас нет времени показать тебе на практике, к чему приведут силовые методы. Поверь на слово. Перед тобой высший демон, а не мелкий жулик, который хорохорится, пока не получил хорошего тычка. Все его слова – только ради того, чтобы вывести нас из себя. Надеюсь, ты понимаешь, зачем? Или даже основы основ остались для тебя тайной?

– Вывести из себя, – пробормотал Хагос. Что-то такое попадалось в одной из книг… если бы у него тогда еще оставались силы на нормальное, вдумчивое чтение! – Утратить самоконтроль – стать уязвимым. Пустить демона в душу. Но ведь он все равно в ловушке!

– Что ничуть не мешает ему изучать нас, искать уязвимые точки, проверять реакцию на уколы и продумывать стратегию и тактику освобождения. Второе имя любого демона – обман, а ты принял его игру за чистую монету.

Почему тогда демоны, которых вызывал Арссах, вели себя совсем иначе? Но не спрашивать же об этом сейчас!

– Но к делу, – дед собрался, сосредоточился. Почудилось, или запертый в ловушке демон тоже напрягся? – Запомни, внук, в обмане людям с демонами не тягаться. А вот честность может принести плоды. Демон, я предлагаю честную сделку. Выслушаешь?

– Излагай, смертный, – без тени насмешки ответил демон.

– Ты станешь Лоссеивалем. Членом рода. Глава – мой внук, будешь ему подчиняться. Будешь честным с ним. Будешь действовать во благо рода Лоссеивалей. Женишься на человеческой девушке равного с Лоссеивалями положения, обеспечишь ей не меньше двух здоровых и магически сильных детей. Наложницы тоже не возбраняются, если пожелаешь, но их дети должны быть приняты в род. Можешь отправляться обратно к себе не раньше, чем все твои дети получат должное воспитание и образование, а род обретет силу и уважение.

– Ты многого желаешь.

– Я знаю цену и не считаю ее низкой.

Несколько мгновений демон и Гарсин Лоссеиваль смотрели друг другу в глаза, и для Хагоса эти секунды показались вечностью. Жуткой вечностью, наполненной отблесками адского пламени, ожиданием чего-то, несомненно, страшного, и приводящим в бешенство осознанием, как ничтожно мало он знает.

– Хорошо.

Единственное слово, произнесенное демоном, упало тяжело и остро, как топор на шею.

И снова повисла тишина, но в этот раз ее разбил смех демона.

– Смертный, ты же не думаешь, что я дам клятву, не получив платы? Ты знаешь цену, значит, должен знать и правильную формулу.

Дед на мгновение склонил голову, словно извиняясь. Заговорил спокойно и размеренно:

– Я, Гарсин Лоссеиваль, находясь в здравом уме, добровольно и без принуждения, в оплату за оговоренное и после принесения тобой клятвы о выполнении условий, вручаю свою душу тебе, пойманный демон. Я сказал.

– Я, – демон встал, – стоящий перед тобой, клянусь стать Лоссеивалем, членом рода, подчиняться твоему внуку – главе рода, быть с ним честным, действовать во благо Лоссеивалей, жениться на человеческой девушке равного с Лоссеивалями положения, обеспечить ей двух или больше здоровых и магически сильных детей, а если у меня появятся дети от других женщин, проследить, чтобы они были приняты в род. Когда они получат должное воспитание и образование, а род обретет силу и уважение, я стану свободен от этой клятвы, и никто не вправе будет задерживать меня далее. Я сказал.

Больше всего Хагос хотел проснуться. Но, увы, происходящее не было сном.

– Свидетельствую, – выдавил он сквозь внезапно пересохшее горло.

Почудилось, что огненная когтистая лапа вспорола грудь деда и вынула сердце. Да, почудилось: дед ведь продолжал стоять, как ни в чем не бывало. И даже сказал что-то, но пламя взревело, помешав услышать его слова. В огненном смерче две фигуры рассыпались прахом и искрами, а на их месте возникла одна. Зазвенели невидимые цепи, приковывая суть демона к родовому камню.

И все стихло. Погасло пламя, из «ловушки демонов» шагнул молодой мужчина с явными фамильными чертами Лоссеивалей: черные кудри, резкие черты лица, чуть тоньше, чем у самого Хагоса, но в родстве никто не усомнился бы. Вот только улыбка у него была… демонская! Ядовитая, издевательская. И слова – чистый, концентрированный яд:

– Загнанных лошадей пристреливают, не правда ли, мой новый глава?

Если лето началось с приключений, наверное, глупо думать, что закончится оно скучной, утомительной и непрестижной работой в университетских теплицах. Но я, вот честное слово, к продолжению приключений не стремилась! Мне хватило. Знаете, когда обещанная легкая прогулочка в соседний мир («Оденься красиво, Элсина Грейзен, феи любят симпатичных девушек!») превращается в кошмар с землетрясениями, прыжками через пропасть, полетами на диких грифонах и ритуалами, о которых вряд ли стоит рассказывать нашему декану – уж лучше теплицы. Тем более что профессор Айнастеи готова вдалбливать дополнительные знания практически круглосуточно. Перерывы на сон и еду не считаются: за обедом можно читать, а ночь – отличное время для повторения пройденного. Даже во сне.

Да я за эту практику, на которую, кстати, сама и напросилась, узнала больше, чем за два года учебы! Попытайтесь пару раз сварить зелье не в лаборатории, а в дикой природе, в котелке над костром, используя только то, что сумеете найти, и не ради галочки в журнале метрессы Айнастеи, а потому что это зелье, будь оно неладно, вот прямо сейчас вам критично нужно. Прекрасный стимул, чтобы перестать балду пинать на нелюбимом предмете. Здравствуйте, я Элсина Грейзен, и я чувствую себя сумасшедшим бобром, который грызет гранит науки и никак не может остановиться. Каникулы? Нет, не слышала.

А теперь – внимание, вопрос: почему же я радостно кинулась на шею двум безбашенным авантюристам, заявившимся по мою душу? Тем самым, что обеспечили прыжки через пропасть и полеты на грифонах, втянули в ритуал, который даже пятикурсники изучают только факультативно… спасли, помогли, да просто стали хорошими друзьями! Нет, заполненная учебой жизнь вовсе не казалась мне слишком пресной. Но я по ним скучала.

Красавчик и нахал Улейв, откровенно донимавший меня ухаживаниями – хорошо, я быстро поняла, что он это не всерьез, это был его способ отвлечь и приободрить. Молчаливый и резкий Коготь, оказавшийся вовсе не безродным авантюристом, а самым настоящим аристократом. Хотя называть его по имени – Делсен – я не успела привыкнуть. Сначала они меня вытащили из-под рушащейся горы, потом мы вместе уходили пешком от эпицентра землетрясения, и, честное слово, тогда я была уверена, что день, когда мы расстанемся, станет для них праздником. Я старалась не создавать проблем, но растерянная девчонка в диких горах – обуза по определению. Но, оказывается, совместные приключения действительно сближают. Я, по крайней мере, считала Когтя и Улейва друзьями.

И они, оказывается, тоже обо мне не забыли! Вот хоть убейте, не поверю, что Коготь не мог найти ритуалиста поближе. Там, у себя. У них целая Гильдия есть, уж точно выбрал бы кого получше, чем недоучка-второкурсница! Но ведь прилетели… за мной! И, чего уж, когда он сказал: «Мне нужен ритуалист, ты подходишь», – я чуть не завизжала от счастья. При всем уважении к метрессе Айнастеи, я все-таки не алхимик. И у меня будет летняя практика по основному профилю, а не по выращиванию и сушке полезного сена!

Жемчужинка, моя грифоница, заклекотала, сверкнув фиолетовым глазом. Похоже, и она радовалась встрече.

С какой же радостью я снова оказалась в небе! Стремительно ушли вниз теплицы, смеющийся Дарнэ, разозленная Инда. Интересно, что она наболтает о моем эпичном отбытии? Наверняка наврет с десять коробов, но я не жалела. Всегда приятно, когда садится в лужу тот, кто специально пришел позлорадствовать.

Под грифоньими крыльями крыши университетских корпусов сменились горными склонами, и тут же я ощутила скачок магофона. Будто… будто стояла под едва работающим душем, и вдруг на голову обрушился водопад. Вот он, другой мир! Так быстро! Интересно, куда мы летим?

Почти сразу грифоны пошли на снижение. Я вертела головой, пытаясь высмотреть если не жилье, то хоть какие-то следы присутствия людей, но местность внизу оставалась совершенно дикой: мохнатая зелень леса, желтоватый плюш луговин, белые, бурые и серые проплешины голого камня, сверкающие серебром нити ручьев…

Все ниже, ниже… Картина изменилась в одно мгновение: там, где только что отчетливо виделись деревья, возник двухэтажный дом под острой двускатной крышей, приземистые каменные строения рядом, голубая клякса крохотного озерца, а вокруг, волнами по склонам гор – алые, багряные, карминные всполохи. Бесконечные переливы всех оттенков красного. Что это? Покрасневшая отчего-то листва, цветы?

Жемчужинка опустилась на землю, и я с любопытством завертела головой.

Дом не был эталоном архитектурного вкуса, но мне понравился. Из серого камня и потемневшего от времени дерева, покрытый серой с зеленоватым отливом черепицей, с широкими окнами, с балконом, который широким козырьком прикрывал крыльцо, он выглядел старомодно, солидно и надежно. Воплощение устойчивости и безопасности. Двухэтажным он казался сверху, теперь же я разглядела, что со стороны фасада этажей было четыре, а задней стеной дом словно врезался в склон горы.

Делсен помог слезть с грифоньей спины. Меня слегка пошатывало то ли после полета, то ли от непривычно высокого магофона. А воздух здесь пах… розами?!

Еще взгляд вокруг, и я поняла. Ало-багряное полыхание, так удивившее меня. Вокруг дома, не вплотную, а скорее по периметру усадьбы, раскинулся бесконечный ковер цветущих роз, густых, невероятно пышных. Откуда они здесь?! Кто развел такую красоту, кто ухаживает за ними? Уж точно не Делсен с Улейвом! Магия? Может, здесь есть дриады? Метрессе Айнастеи точно бы понравилось такое.

– Добро пожаловать в Шаррот, Элсина. Тебе здесь рады.

– Спасибо… Делсен? Или Коготь? Как тебя сейчас называть? – я помнила, что он теперь тот, кем пытался казаться в нашу первую встречу: безродный авантюрист. Сама ведь помогла в ритуале отсечения от рода.

– Делсен Шаррот, – он обозначил легкий приветственный поклон. – Пойдем, покажу твою комнату.

Комната мне понравилась. На втором этаже, небольшая, очень светлая, с широким окном и видом на бесконечные карминно-алые розы. Но гораздо больше невероятно красивого вида привлек стоявший у окна стол, на котором скромно лежали три старых, толстых, потрепанных книги. Конечно же, я потянулась посмотреть.

«Общие защитные ритуалы», «Ритуалы для охраны и защиты дома» и «Родовая магия».

– Потом почитаешь, я их для тебя принес, – сказал Делсен, – для твоей практики. Ритуальный зал в подвале, тебе понравится. Дом пришлось восстанавливать, здесь были руины. А подвал сохранился, там защит наверчено одни демоны знают каких и сколько. Не вздумай лезть без меня или Улейва, можешь не выжить.

– А вы как выжили?

– Хозяйский допуск – слышала? Ты на гостевом. Дом я тебе потом покажу, здесь не только подвалы закрыты для гостей. А пока – обедаем и отправляемся за покупками. Подумай, что тебе понадобится.

Тут-то меня и накрыло. Нет, это ж надо было так рвануть навстречу приключениям, что из всего необходимого с собой только расческа! Ой, всё! Позорище!

– И не стесняйся, – добавил Делсен, – мы тебя сдернули, нам и обеспечивать, чтобы тебе было удобно и хорошо. Ах да, еще вопрос оплаты и дополнительных условий. Думай. Готов обсудить в любой момент. Тебе что-нибудь нужно прямо сейчас?

– Руки вымыть, – буркнула я. Вот ведь бесы зеленые, даже искупаться не могу: переодеться не во что! Умница, Элсина, образец здравомыслия и эталон «приличной девушки».

Делсен коротко хмыкнул.

– Пойдем. И, о чем бы ты сейчас ни подумала, выкинь эту ерунду из головы.

Ой, ладно! В чем-то он прав, угрызаться поздно, я уже здесь. Значит, буду обдумывать покупки, а еще лучше – вопросы, на которые обязательно хочу получить ответы. Покупки планировать заранее – это же лишать себя половины удовольствия! Тем более что в этом мире я не была ни в одном магазине, или что у них вместо…

И с чего начать?

– Делсен, а давай ты мне расскажешь для начала самое основное? Хотя бы что это за дом, почему ты хотел выкупить именно его, да и вообще, что у вас здесь происходило, пока меня не было? И почему вдруг вам нужен не здешний ритуалист, а недоучка-студентка из соседнего мира, а?

– Все расскажу, – пообещал он. – Да, держи накопитель. Дарю.

Взял мою руку в свою и вложил в ладонь кольцо. Ничего себе! Это что, намек?! Спасибо, хоть не на палец надел!

Я повертела кольцо, рассматривая: почему-то захотелось сделать вид, что меня больше интересует не сам Делсен, а его подарок. Красивое, очень. Совсем не такое, каким меня снабдил в прошлый раз Улейв, то было мужским, широким, его пришлось носить на большом пальце, чтобы не уронить. И я вернула его Улейву перед возвращением домой. Это же будто для меня делали. Тонкий золотой ободок, три ярких синих камня как три лепестка в изящной цветочной чашечке. Взгляд не отвести! И «дарю»…

– Когда я отправлялась сюда в прошлый раз, с Дарнэ, он предупреждал меня быть очень осторожной с местными, – медленно, все еще любуясь колечком, сказала я. – Чтобы случайно замужем не оказаться.

Делсен коротко рассмеялся.

– Элси, подарок без подвоха, клянусь. Да, я заказал кольцо под твой размер. Да, я вспоминал твои глаза, когда выбирал камни. Но это всего лишь накопитель. Если боишься принимать подарки, считай частью платы за работу.

– Ладно, как аванс – пусть. Спасибо. – Колечко село как влитое, я полюбовалась игрой света в камнях и сконцентрировалась на магофоне. – Никакой разницы не ощущаю, это нормально?

– Здесь – да. Весь избыток магии забирает дом. Стационарные накопители пусты, защите нужна подпитка, бытовые чары тянут часть резерва, в общем, есть на что. Тебе должно быть комфортно здесь, даже зелья варить сможешь, как дома. – Я кивнула, вспомнив давние объяснения: алхимикам нужен фон слабый, но стабильный. А Делсен закончил удовлетворенно: – Но лучше не снимай. Перепады случаются. А разницу ты почувствуешь в Доноварте.

– Это что?

– Город, в который лучше всего отправляться за покупками.

– Или продавать, – добавил невесть как оказавшийся рядом Улейв. Ой, оказывается, мы дошли до столовой, я и не заметила.

Обеда не заметила тоже. Нет, голодной не осталась, наоборот, было вкусно, много и сытно, но процесс еды прошел мимо сознания. Делсен и в одиночку прекрасно умеет завладеть вниманием собеседника, а уж с Улейвом вдвоем – я только успевала слушать и вопросы задавать!

Зато наконец-то разобралась в ситуации.

Делсен ничуть не преувеличил, ритуалист ему нужен был даже не срочно, а очень срочно. Желательно – месяц назад! Но он, видите ли, постеснялся звать меня на руины, хотя задние комнаты дома, те, что были высечены в толще горы, вполне годились для проживания. Ох уж эти мужчины с их страхом потерять лицо перед девушкой! К счастью, привязка и базовые защитные ритуалы шли в комплекте с покупкой, но ведь только их – мало, это даже я со своими двумя курсами знаю!

У Делсена был друг в Гильдии ритуалистов, но гильдийцы обязаны отчитываться в своей работе. А род Лоссеивалей очень хотел найти и наказать отступника. Конфиденциальность? Да, есть, но в некоторых случаях на ее нарушение смотрят сквозь пальцы. Будь Лоссеивали немного сильнее или не будь у них более серьезных проблем, Делсен мог и не дожить до того счастливого дня, когда дом был отстроен, энергия для удержания стабильной тропы накоплена и стало возможным отправиться за мной.

– Самое поганое, – хмуро говорил Делсен, – что у Лоссеивалей после моего ухода случилось что-то странное. Ты же деда помнишь?

Я кивнула: еще бы не помнить! Мрачный, высохший обитатель склепа с неестественно прямой спиной, гордо задранным подбородком и голосом, полным яда.

– Он так давно не выходил на люди, что никто много лет даже не задавался вопросом, жив старый Лоссеиваль или нет. О нем попросту забыли. И вот, смотри: возвращается Хагос, они с дедом отправляются вдвоем в Гильдию, дед передает Хагосу титул главы рода. Что должно происходить дальше, как думаешь?

– Никак не думаю! Я же говорила, у нас родовую магию проходят на пятом курсе факультативно. Я ничего, ни-че-го в ней не смыслю! Объясни уже без наводящих вопросов.

– Это он так психует, с вопросами, – заявил Улейв. – Нет чтоб сказать просто и от души все, что думает. Босс, ну в самом деле! Элси, я тебе сейчас объясню кратко и доступно. Хагос, как новый глава, мог вернуть деду магию.

– И, по-хорошему, именно этим должен был заняться в первую очередь, – зло добавил Делсен.

Улейв посмотрел на меня и принялся объяснять уже подробнее:

– Старикан был архимагистром и первым советником короля, считай, второе лицо в государстве. Чего ему не хватало, большой вопрос, но однажды старый гриб ввязался в заговор. Он, конечно, был силен, но у короля нашлись и другие маги, не слабее, так что заговорщиков повязали, допросили, а дальше понятно что – открытые суды и показательные казни. У Лоссеиваля было два малолетних внука на руках, по нашим законам детей нельзя отрезать от камня рода, а без хотя бы одного взрослого связь разорвалась бы. Родственников, которые могли принять род, не было, поэтому старого Лоссеиваля помиловали. Но, оцени сама, своеобразно помиловали, по-королевски. Конфискация семейных счетов, лишение всех постов и регалий и – главное – блок на магии. Чтобы мог обеспечить внукам связь с магией рода, но сам не сумел и свечу силой зажечь. Это после силы архимагистра, соображаешь?

Я снова кивнула: понятно теперь, с чего старик такой сухой и злобный.

– И вот, смотри, какой замкнутый круг получился. Старикана оставили главой рода. Родовые ритуалы должен вести глава рода, но этот – не может даже войти в ритуальный зал. На магии блок, предъявить нечего. Понимаешь?

– Стой-стой-стой, – я выронила вилку и вскинула руки. – Погоди. Сейчас мысль поймаю.

Не зря, ой как не зря грызло меня ощущение подвоха, когда Делсен просил провести для него ритуал! Вот что было не так! Мы вперлись в родовой ритуальный зал – без главы рода, даже без его разрешения! Ой, мамочки… да нас там размазать могло!

– Делс-сен… – я встала, опираясь ладонями о стол. – Ты соображал, что творил, когда притащил нас в ритуальный зал Лоссеивалей? Ой, конечно, ты как раз соображал. Это я недоучка из мира, где родовая магия уже почти анахронизм, а вы здесь должны понимать. Нет, каких бесов?! Ладно, вам, кретинам, жить надоело, а я при чем?! Как так можно, а?! Я ж вам верила!

Губы дрожали, я готова была сорваться в слезы. Сжала кулаки, ногти впились в ладони, вот только успокоиться это не помогло. Нет, правда, как так?! Ладно, они оба на головы ушибленные, смерти не боятся, но меня-то за что?! За что? Я думала… думала, мы друзья… а меня просто использовали? Выживет – хорошо, нет – не жалко? И плевать, что сами они тоже рисковали. Своей жизнью каждый вправе распоряжаться, а вот чужой…

– Элси, тш-ш, тише, – Улейв, вот уж точно на голову ушибленный, перепрыгнул через стол, обнял меня. Руки у него были горячие, и сам горячий, и я тут же вспомнила, каким он виделся мне в ритуале, там, у Лоссеивалей – изменчивое, текучее пламя, обжигающее и ласковое. Смертельная ловушка для мотыльков вроде меня. А Делсен… Делсен тоже был ловушкой – ледяной, а может, и алмазной. Прочный, опасно-острый, клинок идеальной заточки, дотронься – без руки останешься. Я, похоже, осталась без головы.

Нет, правда. Зачем я с ними снова? Друзья? Ха! Эта дружба родилась в моем слишком буйном воображении. Мало ли что спасли, вытащили, помогли. Вложение, которое вернулось с процентами, вот что я такое.

– Тш-ш… Тише, не плачь так. Ты девушка-несчастье, Элси, что ж тебя так разобрало…

Я попыталась вырваться, но Улейв только обнял еще крепче, теперь я рыдала, уткнувшись в его плечо, а он гладил по волосам, и у меня даже не было сил отстраниться.

– Элсина, успокойся, – ой всё, еще один подошел. Нужны мне их утешения, как… как… – Элси, я клянусь, не было никакого риска. Для тебя, – добавил после совсем крохотной, но все же заметной паузы. – Элсина, что бы ты ни думала сейчас, но я не свинья и не идиот. Ритуал мог пойти неудачно, но в этом случае ответка легла бы на меня. И то… ничего особо страшного, неприятно только. Да послушай же! – похоже, женские слезы действовали ему на нервы, вот и хорошо, пусть я не одна страдаю. – Элси, клянусь, я лично проведу для тебя курс родовой ритуальной магии! Ты убедишься сама, слышишь, не с моих слов, а сама поймешь, почему у нас тогда все получилось, почему обошлись без главы рода, и что ты рисковала максимум истощением – тоже. Сама же сказала – я соображал, что делал!

И тут Улейв прижал в моим губам горлышко фляги и запрокинул голову. Обжигающая жидкость полилась в рот, я закашляла, вырвалась, отплевалась и заорала:

– Убери свою гадость к зеленым бесам!

– О! – обрадовался Улейв. – Ожила. Элси, давай ты не будешь топить нас в слезах, откручивать головы или еще как-нибудь убивать? Честное слово, мы не виноваты!

– Клоун, – я вытерла слезы и высморкалась. Кстати… Надо оценить, наверное, что Делсен не пытался успокоить меня ментальным воздействием, он ведь умеет. Ладно, зачтем в плюс. Но объяснения с него. Точные и подробные.

– Ешь, – вздохнул Делсен. – Плохая была идея рассказывать все это за обедом.

– А когда? – я пожала плечами. – Времени мало. Теперь еще меньше, потому что от курса родовой магии я не откажусь. Хотя бы ради того, чтобы снова вот так не вляпаться.

– Сегодня и начнем, – пообещал он. – Потому что почти все ритуалы, которые мне от тебя нужны, именно оттуда. И нам совсем не нужно рисковать, если можно обойтись без риска.

– Не нравится мне твое «если», – проворчала я.

Вот чего не ожидала, так это того, что он серьезно ответит:

– Мне тоже.

Никто из нас не спешил продолжать тяжелый разговор. Хотя ясно было, что вернуться к нему придется, но сначала, похоже, меня собрались если не развеселить, то хотя бы успокоить. Сразу после обеда Делсен заявил, что мы отправляемся за покупками. Судя по их с Улейвом лицам, эти два болвана всерьез верили, что мне поднимет настроение длительный поход по магазинам. Хотя я бы предпочла на пару часов завалиться в тенек на травку с книгой.

М-м-м, а может, не буду их разочаровывать? Пусть я и не любительница этого «законного женского развлечения», но другой мир все-таки. Интересно же! Я даже состроило серьезное лицо и предложила взять грузового грифона – мало ли, вдруг покупок окажется слишком много?

– Зачем гонять грифонов, все проще, – и меня повели вглубь дома. Там, в одной из высеченных в скале комнат, а скорее, пещере – огромной, с высоченным сводчатым потолком – сиял рунами готовый, под завязку запитанный магией стационарный портальный круг. Большой, мощный, явно избыточный для жилого дома. Через такой можно грузовики гонять колоннами.

– Ой ничего себе размах! – не сдержалась я.

– Каплю крови, Элсина, сделаю тебе допуск, – предложил Делсен.

Конечно, я не стала отказываться!

В портал мы шагнули втроем.

– Доноварт, Сиреневый квартал, – скомандовал Делсен.

Перенос не был гладким, тряхнуло ощутимо. Я не специалист в порталах, но, кажется, так бывает, когда при перемещении происходит резкий перепад магофона. А в Доноварте магофон точно был выше, чем в Шарроте, я даже с накопителем ощутила. Магия здесь кипела и бурлила, так же, как бурлила толпа на сравнительно небольшом пятачке, окруженном лавками, палатками, лотками и небольшими магазинами.

Я с любопытством осматривалась. Местечко действительно выглядело иномирным, даже больше, чем город, увиденный мной в прошлом путешествии. Там удивляло только то, насколько город трехмерный: высокие башни с паутиной переходов-галерей, дома, раскиданные по горным склонам, и не то чтобы полное отсутствие улиц, но ясное понимание, что долететь быстрее, чем дойти. Здесь же удивлял не ландшафт, не строения, а сама толпа. Лица с нечеловеческими или не совсем человеческими чертами, да и не только лица, мелькали и вполне явные представители волшебных народов, и не только знакомые мне цверги и дриады. Крылья, перья, хвосты, странные лица, сумасшедшее разнообразие в одежде, мешанина незнакомых языков, в первые мгновения я так растерялась, что безотчетно вцепилась в своих провожатых, обоих сразу.

– Расслабься, милая девушка Элси, – подмигнул Улейв. И добавил серьезно: – Здесь безопасно. Ну что, босс, я в гильдию?

– Давай, – кивнул Делсен, – удачи.

– Эта дамочка всегда со мной, – хохотнул Улейв. Как он исчез, я не заметила. Спросила шепотом у Делсена:

– Личный портал?

– Нет, это его… – Делсен запнулся. – Родовое умение, можно сказать.

Непонятно. Ладно, спрошу дома. Может, просто не хочет говорить среди толпы.

– А мы куда теперь?

– По магазинам? Говори, что тебе надо. Сиреневый квартал – лучшее место, где можно полностью одеться. За всякими мелочами – в Пурпурный переулок, если хочешь посмотреть зачарованные вещи и амулеты – нужен Сапфировый тупик, ингредиенты и зелья, как бы банально это ни звучало, в Башне алхимиков, а для остального нужно знать конкретные места. Скажешь, если тебе что-то интересно, покажу.

– А где банк цвергов? Ну, тот, в котором у меня счет за остатки пыльцы?

– Мы же договорились, все, что тебе нужно, оплачиваю я.

– Что нужно! А если меня на излишки потянет? Амулеты, сувениры, мало ли?

– Вот когда потянет, тогда и поговорим. Но, чтобы тебе было спокойнее, портальный адрес – «Контора Гароха». Ты же помнишь почтенного Гароха? Он тебя точно помнит, ты его поразила в самое ценное.

– В кошелек? – я еле сдержалась, чтобы не засмеяться, только фыркнула. – А почему контора? Как-то несолидно звучит. Почему не банк?

– Это с твоей точки зрения несолидно. У вас банки отдельно, нотариусы отдельно, аукционы отдельно, а у нас все это в руках у цвергов, так зачем им разделять услуги по разным адресам?

– Откуда ты знаешь, как у нас?!

– Интересовался. Элси, я же торговец, ты забыла?

– Я думала, ты только здесь торговец. Сам же говорил, к нам тропу держать дорого.

– Зачем мне своя тропа, если можно договориться? Хоть с теми же цвергами, хоть с твоим приятелем Дарнэ. К тому же, – он понизил голос, – у меня есть тропа в другой мир. С некоторых пор. Пришли.

Под разговор я сама не заметила, как мы оказались у дверей крохотного магазинчика, втиснутого между обувной лавкой и прилавком шляпника. Честно говоря, если бы Делсен не вел меня сюда решительно и целенаправленно, прошла бы мимо, даже не заметив.

– Входи, – поторопил он.

Я посмотрела на него с сомнением.

– Ты уверен, что нам сюда? – ой, даже если уверен! Что мужик может понимать в одежде для девушек?! Привел, наверное, куда ближе, им ведь все равно, платье – оно и есть платье, а модный брендовый салон или барахолка – несущественные детали.

Делсен молча распахнул дверь, подхватил меня под руку и ввел внутрь. Я даже не успела ему сказать, что мы вдвоем в такой конурке не поместимся!

В глаза ударил голубоватый яркий свет, я зажмурилась, моргнула. А когда открыла глаза…

Конурка?! Роскошному залу, в котором мы стояли, позавидовал бы любой столичный салон от самых именитых и дорогих брендов. Мрамор и хрусталь, очень много света, несколько мягких диванчиков. Два ряда манекенов. Никаких вешалок, полок, рядов и стопок готовой одежды. Снова захотелось спросить, уверен ли он, что нам сюда – только спросить совсем с другим чувством! Но рядом с нами уже возникла миловидная девушка с нечеловечески золотыми глазами, улыбнулась как дорогим гостям:

– Добро пожаловать в «Сиреневую вуаль». Чем могу помочь?

Я и рта открыть не успела! Ответил Делсен:

– Полный летний гардероб для моей гостьи.

Причем он сумел сказать это и уверенно – будто имел полное право покупать для меня одежду! – и на удивление не обидно. Без тех ноток мужского покровительства, которые вызывают не вполне пристойные ассоциации.

– Вы не бывали у нас прежде? – улыбнулась мне девушка. – Пойдемте.

Куда и когда испарился Делсен, я не заметила. Но почему сбежал – поняла. Редкий мужчина выдержит увлекательный процесс выбора даже одного платья, а тут целый гардероб в планах! Я, конечно, не собиралась злоупотреблять, мне много не надо, но Делсен-то этого не знал. К тому же выбрать немногое – это, вы же понимаете, вдвойне сложная задача! Так что пусть, в самом деле, подождет где-нибудь в сторонке, нервы целее будут.

Процесс выбора оказался… магическим. По мановению руки моей спутницы вокруг манекена возникла зеркальная круглая стена, огородившая нас от зала. Еще жест – и безликая кукла приобрела мои фигуру и внешность. А дальше на ней начали сменяться наряды. Некоторые исчезали быстро, стоило мне подумать или хотя бы ощутить: «Не то». Другие манекен показывал со всех сторон, точно имитируя мою походку, движения, даже любимые жесты! Цвет, длина, мелкие детали менялись, белое строгое платье обзаводилось кружевами и рюшами, меняло цвет на розовый, сиреневый, темно-лиловый, блузка делового кроя превращалась в романтическую, рукава-фонарики сменялись тонкими бретельками… Меня так заворожил процесс, что и выбирать не хотелось, ведь это значило – остановиться!

Ощутимая разница в магофоне, грифоны, ритуалы… честное слово, банальный поход по магазинам гораздо яснее показал, насколько отличаются наши миры. Магофон скачет и у нас, грифоны и ритуалы – это нечто действительно магическое, а покупки – что может быть обыденней?! Волшебство в повседневных делах впечатляет больше, ведь без него так легко обойтись… Это вам не высшая магия.

Ой, боюсь представить, что могут называть в этом мире высшей магией!

Но даже очень вдумчивый и неторопливый подбор гардероба нельзя растянуть до бесконечности. Не знаю, час прошел или два, а может, и побольше, время пролетело незаметно. Но в конце концов пакет был собран, мне выдали гарантию на чары очистки, несминаемости, устойчивости к дождю, пятнам, кошачьим когтям и целому списку других повреждающих факторов и вывели пред ясны очи Делсена.

Тот сидел на диванчике и читал книгу. Так увлекся, что тоже, кажется, потерял счет времени, и мое появление заметил не сразу.

Вы никогда не замечали, как меняются лица людей, полностью поглощенных чтением? Делсен, насколько я успела его узнать, так сроднился с образом холодного аристократа, что даже в роли бродячего торговца оставался сдержанным, немногословным и корректным. А сейчас… Не знаю, что он читал, но явно что-то очень увлекательное! То хмурился, сжимая губы и нервно постукивая пальцами по мягкому подлокотнику, то вдруг улыбался или кривился, что-то беззвучно шептал… Отлистал на несколько страниц назад, вернулся… Я стояла тихо, смотрела, и прежний образ Делсена Лоссеиваля рушился окончательно и бесповоротно, да и торговца Когтя, пожалуй, тоже. Делсен Шаррот был гораздо симпатичнее их обоих. Такой живой и настоящий!

Наверное, он почувствовал мой взгляд. Поднял голову, оглядел меня, спросил:

– Ты не стала переодеваться?

– Отложила это удовольствие до дома. Послушай, мне нужны еще кое-какие женские мелочи, и я не хочу, чтобы за них платил ты. Это… немного неприлично.

Он фыркнул что-то себе под нос. Спрятал книгу, встал, подал мне руку:

– Ладно, не стану спорить с твоими понятиями о приличиях. Контора Гароха.

И мы оказались в знакомом мне банке.

– Как?! – прошептала я. – Портала ведь не было?

– Смотри, – Делсен показал под ноги: мы стояли на портальном круге. – Достаточно адресного амулета. Я сделаю тебе, если хочешь.

– Ты артефактор?!

– Нет, но кое-что простое умею. – Посмотрел на мое ошарашенное лицо и добавил с усмешкой: – Могу и тебя научить. Это легко.

– Научишь! – жадно согласилась я. Кто бы отказался?! Не знаю, на каком курсе учат такому наших артефакторов, но в программе ритуалистов амулетов такого уровня точно нет. «Легко», ха! С их уровнем магии многое легко. Представляю, какие глаза будут у моих однокурсников, если показать такой амулетик и сказать небрежно: «Сама сделала!»

В банковском отделе конторы я купила зачарованный от воров и потери кошелек, набила его деньгами этого мира и сразу почувствовала себя уверенней. Делсен тем временем решал какие-то свои дела в кабинете с табличкой «младший поверенный» («Раз уж нас сюда занесло, не возражаешь, Элсина?»), меня попросили подождать его в небольшом зале-приемной. Здесь, собственно, начиналась контора, сюда выходили двери всех кабинетов и отделов, и народу здесь толпилось изрядно. Самого разнообразного, так что меня снова настигло ощущение иномирности, и я, делая вид, что читаю буклетик о завтрашнем аукционе, тайком рассматривала посетителей.

Стремительно проползла огромная изумрудная с черным змея, у дверей кабинета превратилась в высокую статную женщину в изумрудном платье. Нагиня, я и не знала, что они такие красавицы! Залетела прямо в окно горгулья, сложила черные шуршащие крылья и поковыляла вразвалочку, цокая по полу стальными когтями. Пробежал рысью молодой цверг, стажер, наверное. Но эти, явные, все же были исключениями, большая часть посетителей выглядела как люди. Вот только, если присмотреться… У кого-то зеленые дриадские глазищи, или золотые, как у той девушки в магазине, я даже не знаю, какой именно народ отличается такими глазами. У кого-то не вполне человеческое телосложение, или черты лица, или движения. Чем дольше смотришь, тем больше видишь различий. Кто есть кто, от кого чего ждать и как с кем себя вести? Попрошу Делсена с Улейвом объяснить. Ведь даже у нас к тем же цвергам надо обращаться не так, как к людям, у них свои приветствия, свои традиции. А здесь я и не знаю, кого могу встретить и на что этот кто-то может оскорбиться.

И тут в мельтешении лиц я увидела знакомое. Слишком, чтоб его, знакомое! Хагос! Старший брат Делсена – или они теперь не считаются братьями? – нынешний, как я поняла, глава рода Лоссеивалей. Такой же красивый, надменный и самоуверенный, каким я его запомнила по короткой прошлой встрече. Он приостановился в дверях, осмотрелся и неторопливо, с чувством собственного достоинства прошел сквозь толпу к одной из дверей. К счастью, не к той, за которой был Делсен.

Дверь закрылась, я перевела дух и только теперь поняла, что не дышала, пока этот памятник собственному величию шествовал здесь, словно король на выходе. Заметил он меня или нет? А если заметил – мог не узнать? Ой, вряд ли! Одна надежда, что я затерялась в толпе, а он не слишком пристально всматривался в лица.

Но что делать теперь? Ясно, что Делсен не должен столкнуться с ним здесь. Неизвестно, во что выльется такая встреча, вдруг в массовое убийство? Хагосу плевать на всех, если он чего-то хочет, я отлично помнила его попытку меня приворожить! Да и он вряд ли забыл, чем я ему ответила…

Нехорошо, конечно, врываться и мешать делам, но… Я подошла к кабинету «младшего поверенного», решительно постучала и тут же, не дожидаясь ответа, вошла и закрыла за собой дверь.

На меня уставились, кроме Делсена, сразу три цверга и два незнакомых мне человека. Ой, всё, вот влезла так влезла!

– Доброго дня всем. Простите, что отвлекаю, Делсен, ты, наверное, должен это узнать. Сюда Хагос пришел. Только что.

– Элсина, – он встал, подошел ко мне. – Бояться нечего. Конторы цвергов традиционно нейтральны. Здесь ничего не может случиться. Если Хагос позволит себе хоть один откровенно враждебный выпад, его вычеркнут из числа клиентов до конца жизни. Но, если хочешь, могу отправить тебя домой прямо сейчас.

– Домой – это…

– В Шаррот, конечно, – уловил он невысказанный вопрос.

Я посмотрела на Делсена, на свой пакет с одеждой, подумала обо всем списке еще не купленного, о том, что «дома» можно будет прямо сейчас выкупаться, а магазины никуда не убегут…

– Отправляй.

Он взял со стола карандаш, по-моему, первый попавшийся, как-то хитро крутанул его в пальцах и протянул мне.

– Держи и скажи: «Шаррот».

Я сжала карандаш в кулаке. Это шутка, нет?

– Шаррот.

Кабинет цвергов сменился тем самым портальным залом, который так меня потряс в доме Делсена. Мягко и мгновенно. Портальный амулет из какого-то примитивного карандаша. За секунду, чтоб его! Как так, а?!

Если этот бесов портал получился еще и многоразовым, брошу университет и попрошусь в ученицы.

Ждать одной в пустом доме – не слишком спокойное занятие. Я довольно много времени провела в купальне, еще более роскошной, чем в особняке Лоссеивалей. Интересно, весь этот мрамор и резьба, чары подогрева и очистки, минеральный источник в дополнение к обычному бассейну остались от прежних хозяев, или Делсен решил, что уход из семьи – не повод отказываться от привычного с детства уровня удобств? По крайней мере, чистые новехонькие полотенца и коллекция баночек, пузырьков и коробочек – соли, пенки, мыла, шампуни, крема – точно не могли ждать новых хозяев в руинах!

Я искупалась и переоделась, нашла кухню, изучила контур подогрева на плите – интересные чары, я о таких только в теории слышала. Испробовала на практике – понравились. Повторить бы дома, это ж какая экономия на электричестве! Вопрос только, сколько магии понадобится… Нашла битком набитый едой шкаф под чарами сохранности – ну да, не сами же себе готовят два вечно занятых своими делами мужчины! Разогрела мясное рагу и блинчики на десерт.

Сытая и разморенная, завалилась на травку с книгой о родовой магии. Пришло время разобраться, что я не поняла или не так поняла!

Книга оказалась занудной и запутанной. Никакого сравнения с академической ясностью учебников. Похоже, что автор этого «научного труда» вообще никакого представления не имел о научном стиле изложения, системном подходе или хотя бы логичной разбивке по темам. Практические советы, теория вперемешку с философскими рассуждениями, описания ритуалов – только описания, без малейшего теоретического обоснования, не говоря уж о расчетах! Да и философия какая-то сомнительная, в духе «во имя рода можно всё, а кто этого не понимает – тупые смерды». Пара часов чтения, и я кипела от злости. Зачем, хотелось бы знать, Делсен подсунул мне эту муть?!

И не спросить – его все не было и не было, да и Улейв тоже до сих пор не вернулся. На долину легли длинные вечерние тени, еще немного, и солнце спрячется за горами. Что происходит? Чем там заняты эти два авантюриста? А вдруг Делсен наврал, что встреча с Хагосом для него безопасна? Не зря же быстренько отправил меня оттуда…

В конце концов я захлопнула книгу и решила прогуляться. Недалеко и недолго, просто захотелось посмотреть ближе на розы. Все-таки чудилась в них какая-то неправильность. Ни для гор не подходят, ни для руин. За месяц даже магией такую плантацию не вырастить, агрономический справочник метрессы Айнастеи тому порукой. Или Делсен занялся выращиванием роз еще до того, как официально оформил покупку? Ой, не верится! Он, вроде, боевой маг, а не цветовод.

В нескольких шагах от розария резко, скачком усилился магофон. Я остановилась. Если эти насаждения – часть защиты, тогда становится понятнее… и интереснее! Что за защита такая? Ни о чем похожем не слышала и не читала!

Розы выглядели самыми обычными, такие же, как в нашем университетском парке. Разве что слишком густые, роскошные кусты, не знавшие обрезки, усыпанные раскрывшимися цветами. Землю под ними укрывали опавшие алые лепестки, свежие, ничуть не увядшие. В свете закатного солнца казалось, что долина полыхает огнем. Красиво и очень опасно. То есть, конечно, любая незнакомая тебе защита опасна по определению, но сейчас меня словно толкало назад, хотелось если не убежать, то хотя бы отойти подальше.

Что-то с каждым моим шагом в этом мире вопросов становится все больше и больше. Когда наконец начну получать ответы?! Я оглянулась – дом совсем потерялся в сумраке, ни одно окно не светится. Но как же быстро стемнело, я и не заметила… Да, Элси, это тебе не столица, с вечера до утра залитая огнями ярче, чем днем.

А когда снова обернулась к розам, склон пылал без всякого «кажется». Языки пламени беззвучно рвались к темнеющему небу, сплетались, танцевали, каждый цветок, каждый лепесток превратился в огонь. Защита? Нарушитель там тоже был, темная мужская фигура двигалась прямо ко мне. Высокий, широкоплечий, быстрый. На миг показалось – Хагос, но… нет, не он. Походка другая. И пугает – больше. Опасностью от него веяло такой, что дыхание перехватило, а за шиворот словно сыпанули пригоршню льда.

Проверять, устоит ли защита, совсем не хотелось. Умней всего было бы развернуться и бежать что есть сил, закрыться в доме и на всякий случай приготовиться удирать через портал. Но меня словно приморозило к месту, не могла заставить себя шевельнуться. Только на кончиках пальцев ждало готовое щитовое заклятье, хоть я и сомневалась, что поможет.

Незнакомец подошел ближе и остановился. Огонь обтекал его, не причиняя вреда, наоборот, словно ластился. Смотрелось жутко, если честно.

– Не бойся, – в звучном голосе отчетливо слышалась усмешка. – Я пришел как гость, по крайней мере, в этот раз. Только хозяева встречать не торопятся.

– Не согласовал визит? – съехидничала я, не иначе, от страха.

– Не согласовал. Ничего, подожду, – он повел ладонью, и пламя опало, осталось едва заметным алым флером. А я разглядела его лицо и невольно шагнула назад. Не зря мне почудилось сходство! Моложе Хагоса, тоньше, да и выражение не то, и все равно в родстве не усомнишься.

– Лоссеиваль? Я думала, у Делсена только один брат… был.

– Встречалась с Хагосом? И как он тебе?

«Отвратительно», – подумала я, но вслух сказать не успела: гость кивнул.

– Вот и мне так же.

– Мысли читаешь?

– Это родовой дар Лоссеивалей. Ты не знала?

«Да я вообще тут ничего не знаю!»

Хотя… были ведь кое-какие моменты. И Делсен, и Хагос – оба на меня воздействовали. Один хотел спасти, а второй пытался приворожить.

– Все-таки не шарь в моей голове. Пожалуйста.

– Я думал, умчишься с визгом. Я не лезу в твои мысли, но поверхностный фон невозможно не воспринимать. Даже если ты сейчас заткнешь уши, все равно услышишь, если буду говорить громко. Понимаешь?

– И что ты там уже вычитал?

– Тебе интересно, кто я.

– Для такого вывода мысли читать не нужно, достаточно банальной логики. И кто ты?

– Грас Лоссеиваль, – он слегка поклонился. – Позвольте узнать и ваше имя, прекрасная незнакомка.

– Эл… – я запнулась. Словно что-то в мозгу с громким щелчком встало на место, нет, словно коробка с перемешанными кусочками мозаики встряхнулась хорошенько, и каким-то чудом разрозненные части сложились в цельную картинку. А все из-за «прекрасной незнакомки», точно так же обратился ко мне Улейв при первой встрече. Не только слова, еще и взгляд, интонация, что-то неуловимое, чего я не встречала ни у кого больше. И разговор с Улейвом, когда он застал меня подслушивавшей встречу Делсена и Хагоса, а следом – кое-что из подслушанного. «Участок с тропой в мир демонов. Твоему полукровке-демону нужна магия того мира, Делсен?»

Тогда я не испугалась. И после того, как дома почитала кое-что о демонах, Улейва все равно бояться не начала. Но этот… Грас Лоссеиваль? Правда, Лоссеиваль? Так вот, он – другое дело. Он опасен, мы не друзья, и демонам нельзя называть свое имя.

– Эл? – с насмешкой переспросил демон. Или все-таки нет? Могла я ошибиться? – Могла. Вывод на основе ассоциаций… интересно работает твоя интуиция, Эл.

А еще в той книге постоянно повторялось, что второе имя демона – обман. Но Улейву я все равно верила. Ведь если человек – ну, или не человек, неважно, – не режет тебе правду-матку в глаза по поводу и без повода, а иногда и хитрит или умалчивает о чем-то, важно, почему он так поступает. Хочет он тебе зла или добра, а может, на тебя ему вообще плевать. В конце концов, в моих соседках по общаге точно нет демонской крови, а вот уж кому я никогда и ни за что не поверю! И не надо рассказывать, что та подстава с зачетом была всего лишь шуткой.

Все эти мысли промелькнули мгновенно и даже, кажется, одновременно. А следом, с запозданием, пришла еще одна: что гость, пока я не поняла, кто он, вызывал ровно такое же доверие, как Улейв.

– Не будь предвзятой, – вполголоса сказал он, – я же сказал, что пришел как гость.

– Так все-таки я правильно догадалась? Ты…

«Демон» застряло на языке.

– И да, и нет. И, поверь, от этого «нет» я мечтаю избавиться. Знаешь, Эл, – он ядовито ухмыльнулся, – тебе, наверное, было бы интересно почитать, что демоны пишут о людях.

На язык рванулось одновременно: «А о нас пишут?!», «Как, демоны пишут книги?!» и «Дай почитать!» – но, как водится, победил пусть самый глупый, зато самый короткий вопрос.

– Что?

Ответил он с усмешкой и сразу на все:

– Да, пишут. Почему бы демонам не писать книги, чем мы хуже людей? Почитать, прости, не выйдет. Но, если тебе интересно… – Помолчал немного и заговорил совсем другим тоном, медленно, размеренно, явно цитируя: – «Второе имя человека – жадность. Бойтесь попасть в их ловушку – освободитесь вы не раньше, чем в полной мере насытите эту не насыщаемую страсть».

– Неприятно, – вздохнула я.

– Правда редко радует.

– Но ведь… не все?

– Все, Эл. Смотри на вещи шире. Кто-то жаден до денег, а кто-то до любви. Прежний глава Лоссеивалей, да и нынешний тоже, жаден до славы и величия, а ты, Эл, до знаний. Я не сказал, что любая жадность плоха. Никакая не плоха, на самом деле, – теперь его усмешка меня испугала: я вдруг подумала, что «не плоха» – для него, наверное, а не для человека. А он рассмеялся: – Ты умна. Да, на жадности прекрасно можно играть. Оцени, я сейчас абсолютно честен. О, а вон и хозяева спешат.

Я оглянулась, и с души даже не камень свалился, а целая гора. В окнах дома горел свет, а к нам шли Делсен и Улейв. Наконец-то!

– Спасибо, что скрасила мне ожидание, Эл, – демон снова слегка поклонился.

– Мне уйти?

– Не настаиваю.

Делсен тоже не настаивал. Просто взял меня за плечо и отодвинул назад, а сам встал так, чтобы оказаться между гостем и мной.

– Тот самый непонятно откуда взявшийся Грас Лоссеиваль? Я знал, что с тобой не все чисто, но не подозревал, насколько.

Я отошла вбок: все-таки хотелось видеть обоих, а не любоваться на широкую спину Делсена. Рядом тут же оказался Улейв. Они что, боятся? Оба?!

– Тот самый, – ответил демон. – И что?

Это «и что» прозвучало абсолютно издевательски. А Делсен вдруг рассмеялся и пожал плечами:

– Да ничего. Меня теперь не касается. Пусть у Хагоса голова болит.

Несколько минут оба молчали. Совсем как мальчишки, затеявшие игру в «кто кого пересмотрит». Сдался Делсен: почему-то оглянулся на меня и спросил:

– Что же привело вас в мой скромный дом, господин Лоссеиваль?

– Разум? – все так же издевательски предположил демон. А я вдруг поняла, что даже мысленно не называю его тем именем, которым он представился. Почему-то не получается.

Улейв громко фыркнул.

– Хватит вам уже… меряться. Господа Лоссеивали, бывший и нынешний, – и вот это точно прозвучало с отменным ехидством! – Грас, давай клятву, что не навредишь, и пойдемте в дом. Нет охоты всю ночь здесь торчать.

– А я бы не отказался, – демон провел ладонью по верхушкам роз, и лепестки пламени вспыхнули ярче, потянулись за его рукой, как щенок за лаской. – Ладно, дела наши сами не сделаются. Я, зовущийся сейчас Грас Лоссеиваль, клянусь не вредить жителям и гостям этого дома ни словом, ни мыслью, ни действием, ни бездействием, иначе чем в целях самозащиты.

– Услышано и принято, – Делсен протянул демону руку, ладони встретились в крепком пожатии. Пламя взметнулось и опало, розы снова стали розами, а среди цветов стоял самый обычный человек, молодой мужчина, похожий на Делсена, как брат на брата. – Добро пожаловать в Шаррот, Грас Лоссеиваль. Будь моим гостем.

– И пойдемте наконец ужинать, – сбил градус пафоса Улейв.

– Можешь объяснить, что происходит? – спросила я Улейва. Мы шли в нескольких шагах позади «господ Лоссеивалей», и я очень жалела, что в обеденном разговоре не выяснила всего. И упрекнуть некого, сама виновата. Дернуло в истерику срываться!

– Сам только теперь понял, – признался Улейв. – Когда Делсен ушел из семьи, откуда-то взялся этот… Грас. Его представили как введенного в род бастарда, сына старика. Вот только у старика бастардов не было.

– Ты так уверен?

– Уж поверь. Есть способы контролировать, и в высоких родах ими не пренебрегают. А старый Лоссеиваль был фанатиком родовых традиций. Ну да теперь ясно…

– Что ясно? – я вот совсем ничего не поняла!

– Ты не знаешь. Хагос учился на демонолога. Очевидно, выучился. Итог, как говорится, налицо.

– Неуч ваш Хагос, азов не знает, – не оборачиваясь, бросил демон. – Все сделал старик, от идеи до воплощения. Привязал меня, стребовал клятву и честно расплатился. А я теперь вынужден подчиняться самоуверенному высокомерному идиоту. Смогу вернуться домой не раньше, чем род обретет силу и уважение, но с таким главой Лоссеивалей ждут только новые проблемы. Если мой срок жизни в сотни раз больше вашего, это не значит, что я готов выбросить пару веков на помойку.

– Пару веков? – переспросила я.

– Маги живут долго, – объяснил Улейв. – У вас разве не так?

– Нет. Ну, может, немного дольше. Сто лет, а не восемьдесят, как-то так. И то не все, – мне, слабосилку, долгожительство точно не светило, но об этом я промолчала. Демону, наверное, что сто лет, что двести – без разницы, короткоживущие букашки-«смертные», которые копошатся себе на «помойке». Но и его понять можно. Мне тоже было бы обидно потратить лето на ерунду. Можно представить – занимаешься какими-то своими делами, даже не так уж важно, серьезными или просто отдыхаешь, и тут бац, выдергивают, засовывают в человеческое тело, связывают клятвой, и вместо своих дел придется заниматься чужими, ни разу тебе не нужными.

Гость остановился на пороге столовой, осмотрелся. Кивнул:

– Неплохо. Видно, что хозяин этого дома был сыт по горло жилищем Лоссеивалей.

Прошел к столу, а я попыталась посмотреть его глазами. Обеденный зал в прежнем доме Делсена я помнила. Пыльная древняя роскошь с привкусом склепа. Там могли бы пировать человек с полсотни, не меньше, и в прежние времена, наверное, так и было. Званые ужины, балы, чем еще развлекаются «высокие семейства»? Здесь поместилось бы не больше десятка гостей, зато комната была светлой и воздушной, с высоким потолком без вычурной лепнины и позолоты, с легкими белыми шторами на широких окнах. Да и сервировка не вызывала ощущения, что ты вздумал поесть в музее, воспользовавшись раритетными экспонатами. А уж то, как Улейв накрывал на стол… Блюда просто прилетели по воздуху по мановению его руки! И приземлились на скатерть не слишком-то аккуратно. Нет, ничего не разбилось и не выплеснулось, но мне показалось, что этот раздолбай просто забавляется, еще немного, и заставит тарелки скакать друг за дружкой и перебрасываться кусками мяса!

Ужин начался в абсолютной тишине, которую нарушал только негромкий стук приборов. Первые минуты мне было не по себе, общее молчание давило, казалось, еще немного, и даже воздух заискрит. Но вдруг, словно по щелчку выключателя, напряжение исчезло. Делсен сдержанно улыбнулся, спросил:

– Итак, Грас, я в целом понял, в чем твоя проблема, но чего ты хочешь?

– «И зачем ты здесь?» – с усмешкой продолжил вопрос демон. – Я хочу домой, вот такое примитивное желание. А для этого должен разобраться с проблемами Лоссеивалей, потому что твой бывший братец с ними не разберется. Умом не вышел, уж прости. Боевик он, наверное, неплохой, но интриги, торговля, переговоры – не его стезя. Как глава рода – абсолютная бездарь. А вот у тебя получилось бы. Я вижу.

– Не продолжай! – воскликнул Делсен. – Я не…

– Прежде чем напомнишь, что ты уже не Лоссеиваль, скажу одно, – демон положил вилку, сцепил пальцы в замок и обвел всех нас пристальным, откровенно оценивающим взглядом. – Ты ушел, чтобы защитить себя и своих людей. На тот момент решение было оправданным, но теперь ставки изменились. Ты защитился от власти главы рода, а взамен получил врага, который мечтает тебя уничтожить. Не ради выгоды, не для престижа, только из мести.

– Мы с Хагосом никогда не ладили, – равнодушно сообщил Делсен.

– От «не ладить» до «желать смерти» больше одного шага. Даже если это твой шаг прочь от семьи.

Я даже о еде забыла, так и сидела с наколотым на вилку куском мяса, кстати, очень вкусного. Ладно демон, что я о них знаю? Почти ничего, а «живьем» и вовсе первый раз в жизни встретила. Может, все они такие огненно-ядовитые, с сарказмом, до которого даже нашему Дриадскому Кошмару метрессе Айнастеи расти и расти, а может, наш гость такая вот уникальная ехидна. Мне, в общем, без разницы, разве что любопытно. Но Делсен меня поразил. За его ледяным, показным равнодушием бурлило столько чувств! Злость, раздражение, тягостное ожидание, будто вот сейчас он услышит что-то категорически неприятное. Мрачная радость, что успел уйти, и Хагосу не так просто теперь будет достать его. Снова радость, другая… торжествующая, что ли? И направленная, кажется, на меня и мою практику. Интересно…

Но тут взгляд Делсена остановился на мне, и все ушло. Как будто на какой-то миг я заглянула в его разум, а он почувствовал и закрылся. Но я ведь не могла? Это у Лоссеивалей способности к менталке, а у меня их сроду не было.

Странно. Но к этой странности можно вернуться позже, а пока…

– Хорошо, что ты предлагаешь? – спросил Делсен.

– Сначала ответь, как далеко ты готов зайти сейчас? Согласишься ли на смерть твоего бывшего брата ради безопасности своих людей?

– Прекрати, – поморщился Делсен. – Я сыт по горло этическими вилками.

– Он же демон, этические вилки его хлеб с мясом, – хохотнул Улейв. – Босс, я уже говорил и скажу снова: не хочешь марать руки, я сам разберусь. Мне Хагос не брат.

– Если зайдет так далеко, что другого выхода не будет, – Делсен пожал плечами. – Но я бы предпочел найти выход. Хм-м… – Он прикрыл глаза и замер, и вдруг широко улыбнулся и сказал с откровенной насмешкой: – Готов поспорить, что хитроумия демона на это не хватит.

– Поспорить? – на лице демона нарисовалось вполне человеческое изумление. – Клянусь матушкой Бездной, настолько явно и непринужденно меня еще не подкупали. И на что спорим, господин Шаррот? На Дом Лоссеивалей?

То ли день выдался слишком насыщенный, то ли я слишком простодушна для таких разговоров, но с каждым словом я понимала все меньше и меньше. Только чувствовала, что вначале разговор был с двойным дном, а сейчас как бы уже не с тройным. А опасность от Хагоса все-таки, наверное, сегодня была, не зря я запаниковала.

Тут демон наклонился ко мне и сказал вполголоса:

– Не страдай, Эл. Я объясню потом, если тебе интересно.

–Своей гостье я могу объяснить и сам, – резко возразил Делсен.

Ой, всё! Только этого не хватало.

– Подеритесь еще, – я встала. – Пойду чаю сделаю. Кто-нибудь хочет блинчиков?

– Я хочу, – подмигнул Улейв. – Пойдем, помогу.

И выметнулся вслед за мной. Честное слово, я буквально спиной ощутила провожавшие нас недовольные взгляды!

– Пусть поговорят, – Улейв щелчком пальцев зажег огонь под чайником. – Ты, значит, разобралась с кухней, пока нас не было?

– Есть захочешь, разберешься, – я выбрала среди запасов блинчики с яблочным джемом. – Вот скажи мне, это я совсем глупая, или у них там разговор не для средних умов?

– У них разговор для далеко не средних интриганов, расслабься. Тебе перевести на понятный язык?

– Да уж пожалуйста! Хотя бы в двух словах.

– В трех. Первое: демону мешает Хагос. Был бы он вменяемым, нормальным главой рода, они бы договорились к обоюдной выгоде, но, очевидно, договориться не удалось. Да ты сама знаешь, как он договаривается. «Я так хочу, значит, будет по-моему», – и точка.

Я кивнула: Улейв верно сказал. Помнила я Хагоса, он из тех людей, кто слышит только себя и свои желания. Надо же, даже демона вывел из себя.

– Второе: Хагос, похоже, допек нового младшего Лоссеиваля настолько, что тот прямым текстом предложил тупо и без затей его убить. И, скажу тебе честно, милая девочка Элси, я бы согласился. Но босс, знаешь, самую малость сентиментален, ему претит хладнокровное убийство бывшего родича, даже такого гов… кхм… неприятного.

Мне вдруг стало как-то не по себе. Как-то… дико? Если вот так просто убивать каждого, кто тебя допечет… Да наш универ уже опустел бы!

Улейв тем временем погасил огонь, достал заварку и сыпанул прямо в чайник. Варвар! А я и остановить не успела… Да и не до чая мне было.

– Вот так сразу взять и убить? Значит, это правда, что демоны не воспринимают человеческую мораль?

– А есть какая-то особенная человеческая мораль? Которой нет у цвергов, дриад, нагов…

– Ой, хватит! – я подняла руки, сдаваясь. – Я тебя поняла. Но, прости, это не ответ, не совсем ответ.

Он пожал плечами:

– Демон, человек… какая разница? Поверь, любимые способы решения проблем зависят не от того, кто ты. Или, по крайней мере, не только… Элси, что ж ты такая чувствительная, а? Третье объяснять, или с тебя хватит?

– Нет уж, говори.

– Босс предложил заплатить за то, чтобы найти способ нейтрализовать Хагоса без убийства, и наш гость назвал свою плату.

После этого шедеврального заявления в кухне стало очень, очень тихо. Я смотрела на Улейва, пытаясь понять, он так пошутил или все серьезно? А тот любовался на мое ошарашенное лицо и, по-моему, только колоссальным усилием воли не ржал в голос.

– Какую плату? – спросила я. Остальное, припомнив разговор, более-менее поняла, но что там могло быть о плате?!

– Дом Лоссеивалей, конечно же.

– В смысле?!

– Пойдем, – он подхватил чайник, и мне ничего не оставалось, как взять блинчики и побежать следом. – Смыслов может быть много, послушаем, до чего они там доторговались.

Первое, что мы услышали, было сердитое:

– Что бы ты ни придумал, я Шаррот, а не Лоссеиваль. Связь с родом оборвана.

– И что? – демон мазнул по мне взглядом и взял блинчик. – Мой дорогой бывший Лоссеиваль, пойми одну очень простую штуку: твои цепи сейчас на мне. Перекинуть их обратно – дело техники, было бы желание. Кто вел обряд? – вопрос хлестнул неожиданно жестко.

– Вел я, – ответил Делсен. – Проводящим была Элсина. Улейв – свидетель.

– Все здесь, отлично, – кивнул демон. – Можно сказать, кворум.

– Второй раз я не полезу в ритуал, о котором ничего не знаю, – открестилась я. – Кто-то здесь обещал заняться моим обучением?

– Займемся, – сказали они в один голос. Р-родственнички!

И посмотрели совершенно одинаково, с оценивающим предвкушением, будто обещая вложить мне в голову столько знаний, что весь преподавательский коллектив нашего университета дружно удавится от зависти.

– Стойте-погодите, – встрял Улейв, – чего я не понял, босс? С какой радости вы о привязке к роду заговорили?

Эти двое переглянулись и опять же совершенно одинаково фыркнули. Точно, родня!

Ответил Делсен:

– Сущий пустяк. На самом деле не ожидал от деда такого прокола, видно, он и вправду из ума выжил на старости лет. Вникни в формулировку клятвы, Улейв. Послушай внимательно и взвесь каждое слово. Грас, повтори для него.

Демон ухмыльнулся и проговорил размеренно:

– Стать Лоссеивалем, членом рода, подчиняться твоему внуку – главе рода, быть с ним честным, действовать во благо Лоссеивалей, жениться на человеческой девушке равного с Лоссеивалями положения, обеспечить ей двух или больше здоровых и магически сильных детей, а если у меня появятся дети от других женщин, проследить, чтобы они были приняты в род. Когда они получат должное воспитание и образование, а род обретет силу и уважение, я стану свободен от этой клятвы, и никто не вправе будет задерживать меня далее.

Ой, всё! Даже я поняла, в чем прикол… то есть, прокол. Делсен-то, какую бы ни носил сейчас фамилию, все равно остается внуком старику Лоссеивалю! Хотя не удивлюсь, если Улейв и оба «Лоссеиваля» заметили гораздо больше лазеек, чем я. Вот хоть «обеспечить детей», например, это ведь совершенно не значит, что дети должны быть от него и вообще кровными? Да хоть из другого мира притащи! А «равное положение»? Какое вообще у Лоссеивалей положение? Сейчас, если я правильно все понимаю, ниже некуда, так что кто угодно подойдет. А дедуля-сноб наверняка имел в виду аристократку!

– Кстати, Эл, хочешь стать моей женой? – со смехом предложил демон.

Че-его?! Нет, он не с Делсеном р-родственничек, а с Улейвом! Еще один бабник-шутник на мою голову.

– Не хочу.

– А ты подумай. Будешь госпожа Лоссеиваль…

– Я еще не совсем сдурела.

– Не лезь к ней, – одновременно со мной сказал Делсен. – Найдешь себе другую жену, не проблема.

Во-от, «не проблема»! Значит, я правильно поняла.

– Да, имя нашей проблемы Хагос Лоссеиваль, а не Элси, – поддакнул Улейв. – Или, пока закипал чайник, вы успели найти решение?

– Было бы что искать, – отмахнулся демон. – Мой нынешний глава сам прекрасно решит нашу проблему имени себя, главное – не мешать ему творить глупости.

– Практика Элси закончится через месяц, – напомнил Делсен.

– Вы, господин Шаррот, должны бы понимать, сколь многое можно успеть за такой приличный срок.

Несколько мгновений они сверлили друг друга взглядами, потом демон примиряюще вскинул руки и сказал:

– Три дня, мой будущий глава. Дай мне три дня. И да, если ты настаиваешь, это не будет смертельным случаем. Пострадает только его гордость. – Он развел руками и добавил: – Мне, в конце концов, не нужна его смерть. Что в ней толку? Достаточно, чтобы он перестал мной командовать.

Никогда прежде жизнь Хагоса Лоссеиваля не была настолько отвратительной. Потерять деда и заполучить демона – крайне неравноценная замена, и вовсе не в пользу демона. Несмотря на все клятвы и на страшную плату, Хагос чуял неладное, чуял обман. Как, в чем, понять не мог, но головой готов был ручаться, что призванный демон, новый, чтоб ему обратно в бездну провалиться, член рода Лоссеивалей, отыскал какую-то хитрую лазейку и ведет свою игру.

Как же не хватало деда! Опыт политика и архимагистра, старые знакомства, да хотя бы понимание, как именно нужно сейчас действовать – ничего этого теперь у Хагоса не было, и он чувствовал себя беспомощным. Отвратительное, унизительное ощущение! «Возродить славу рода» – такие понятные, правильные слова, за которыми нет плана действий. Совсем нет. Легко было мечтать, воображать себя победителем, а в жизни все оказалось не так. Былые друзья отворачивались, не смотрели в глаза, шарахались, будто от прокаженного. Хагос, боевой маг, привык полагаться на силу и идти напролом, дипломатия не была его стезей, он пытался найти союзников, а выставлял себя неумным солдафоном, скандалистом и наглецом. Репутация Лоссеивалей и так давным-давно разрушилась, иначе она покатилась бы в бездну при таком главе.

Все попытки зацепиться при дворе провалились с треском, даже рядовым гвардейцем и то не взяли, даже помощником придворного мага! Хагос уговаривал себя, наступил на собственную гордость, для Лоссеиваля так низко пасть – позор! Готовился ставить условие «как только появится что-нибудь более достойное»… А услышал – «много чести»! И, будто этого мало, пришлось поклониться и уйти, надменные сановники даже вызова на дуэль от Лоссеиваля не приняли. «Докажите для начала, что достойны, юноша»… у-у-у! Убил бы!

Одно цеплялось за другое, а там – третье, пятое, десятое… Традиции требовали устроить прием, но, помилуйте, звать гостей в унылый, обветшалый дом?! Развлекать засохшим зимним садом и пением ветра в пустых, холодных каминах, угощать капустными пирогами и дешевым травяным чаем? Получится не заявка на скорое возрождение, а признание в окончательной деградации, после такого проще сразу сбежать на край света и никогда не возвращаться. Хагос планировал взять денег у брата, но Делсен не захотел вкладывать силы и финансы в род, отрекся от семьи, предпочел легкую жизнь авантюриста без корней. Отступничество требовало мести, нет – возмездия. Но не может же он, Хагос, разорваться! Есть дела и посрочнее. А с другой стороны, разве он не должен заявить о себе как о человеке, с которым лучше не спорить и от которого не сбежать? Значит, показательная расправа с отступником нужна, и поскорее. Только для начала придется отыскать, в какую щель он зарылся.

А этот… младший родич! Разве он не должен помогать?

Хагос передернулся, в очередной раз вспомнив первый спор с демоном.

– У тебя осталась сила демона? – спросил он.

– Конечно, – ответил тот. – Разве не ради этой силы вы все и затеяли?

Хагос не стал говорить, что «все затеял» дед, а он даже предположить не может, на что именно тот хотел бы направить эту силу. Слишком быстро все тогда случилось. Но ведь теперь глава он, так?

– У нас есть враги. Мой отец был втянут в заговор и убит. Я доверю тебе месть, и постарайся, чтобы все, от короля до последнего нищего, поняли нашу силу и ужаснулись.

– Ты дурак?

Хагос поперхнулся дальнейшими словами. Он как раз собирался перечислить имена врагов, и, разумеется, ожидал повиновения! Разве не об этом был договор?

– Ты обязан слушать мои приказы! – рявкнул он.

Демон ответил спокойно:

– Я выслушал. Но я поклялся действовать во благо Лоссеивалей, а не во вред. Следовательно, если твои идеи принесут вред роду, я не должен их исполнять. – Он шагнул к Хагосу вплотную и неприятно, издевательски, мерзко улыбнулся. – А жаль, мой новый глава. Поверь, я с большим удовольствием выполнил бы этот приказ. И уже завтра мог быть дома, потому что невозможно заботиться о благе рода, который окончательно перестал существовать.

– Что ты несешь? – Хагос инстинктивно отшатнулся.

– Правду. Быть с тобой честным я тоже поклялся.

С тех пор так и пошло. Что бы Хагос ни предложил, демон говорил «нет». А на вопрос, как бы действовал он сам, отвечал с усмешкой, полной презрения:

– У Лоссеивалей есть глава, пусть он и думает. Я вообще из другого мира, если ты забыл.

– Но хотя бы найти Делсена ты способен?!

– Почему нет. Но сначала докажи, что это пойдет на пользу роду.

В ответ Хагос выдал все, что думает о престиже рода, справедливом возмездии, возвращении влияния. И услышал даже не презрительное, а брезгливое:

– Совсем дурак.

Наверное, исключительно от отчаяния вместо того, чтобы настоять на своем, Хагос рыкнул:

– Займись тогда хоть чем-то полезным!

На что демон шутовски поклонился:

– Слушаюсь и повинуюсь, мой новый глава.

И, в самом деле, чем-то занялся. Начал уходить из дома, пропадал иногда несколько часов, а иногда и несколько дней. На вопрос, чем занят, ответил небрежно:

– Знакомлюсь с обстановкой.

Вот только взгляд «младшего родича» испугал тогда Хагоса до ледяного озноба. А командовать тем, кого боишься…

И Хагос отступился. Сделал вид, что никакого младшего Лоссеиваля вовсе не существует. Клятва есть, навредить демон не сможет. По той же клятве он обязан найти достойную жену, завести и обучить детей. Наследники младшей ветви, гарантированно сильные, с должным воспитанием – уже хорошо. Исполнит, и пусть проваливает.

А он, Хагос, никогда больше не станет связываться с демонами.

***

«Младший Лоссеиваль» мысли и чувства своего главы читал, словно раскрытую книгу. И не только читал. Талант к менталистике – палка о двух концах, разум менталиста чуток, и воздействовать на него легко. Нужно всего лишь быть сильнее, но кто в этом мире сравнится по силе с демоном? Уж точно не амбициозный недоучка Хагос.

Припугнуть, а на хвосте страха вложить мысль – не лезть, не мешать, махнуть рукой на слишком самостоятельного «родича». Жаль, клятва сдерживала, иначе демон попросту сжег бы «главе» мозг. Невелика потеря! Зачем мозги тому, кто не пользуется великой способностью любого разумного – думать, анализировать, искать варианты, да хотя бы учиться? Но он обязан был действовать на благо рода, а потому не спешил. Для начала следовало разобраться, в чем благо.

О-о, Хагос, как и его дед, наверняка представлял это самое «благо» вполне однозначно: близость к трону, богатство, влияние. Гарсин Лоссеиваль, судя по словам навязанной демону клятвы, и помыслить не мог, что кто-то может трактовать «благо» иначе. Потому и не уточнил, чего, собственно, новый «младший родич» должен добиваться. Прекрасная, почти безграничная свобода маневра!

Хагос представил его обществу: Грас Лоссеиваль, признанный бастард старого Гарсина Лоссеиваля. От навязанного имени корежило, но приходилось мириться. И с именем, и с клятвой, хоть и полной даже не лазеек, а дыр, и с неумным главой. Заводить знакомства, пока мимолетные, случайные: примелькаться, прощупать, кто чем дышит, разузнать, кто есть кто. Понять, куда идет местное общество и какие в нем перспективы у Хагоса и у Лоссеивалей без Хагоса. Жену себе выбрать, в конце концов!

А еще, как ни хотелось пустить вопрос на самотек, пришлось помешать Хагосу в выборе жены, причем грубо, резким и прямым ментальным воздействием. Потому что этот недоумок нацелился ни много ни мало на королевскую троюродную племянницу, одну из самых завидных невест королевства. Никто ниже, видите ли, не достоин его чистой крови великого рода! Ясно, что высокородный Тансар Сальтин, пятый наследник короны, не отдал бы дочь нищему внуку опального заговорщика, так ведь и «не отдать» можно по-разному. Хагос вполне мог поплатиться головой за то, что разинул рот на кусок не по чину.

Так и получилось, что вместо сватовства он отправился к цвергам договариваться о кредите. Ну в самом деле, откуда-то нужно же брать деньги? Финансировать Лоссеивалей из своего кармана демон не собирался, такого клятва не предусматривала. Упустил старик.

Зная и цвергов, и Хагоса, предугадать ход переговоров было легко: долгая торговля «ни о чем», тупик, и в последний момент – некое предложение, от которого, конечно, Хагос волен будет отказаться и на всплеске фамильной гордыни непременно откажется, но через пару-тройку дней, остыв, вернется и согласится. А вот что это будет за предложение… Как говорится, возможны варианты. Но пока демона ждал другой визит, о котором Хагос ни в коем случае не должен был узнать.

Грас Лоссеиваль очень хотел посмотреть на Делсена Шаррота.

Посмотрел. И понял, что отыскал свой шанс. Делсен – умный, рациональный, умеющий держать себя в руках, твердо знающий, чего хочет и на что ради этого готов и не готов пойти – вполне подходил на роль главы рода. А еще у него обнаружилась преотличная уязвимость, которую сам он пока не осознавал. Элсина, Эл. Чудная девушка. Милая, добрая, без предубеждений, с жаждой знаний и стремлением к независимости.

Осталось решить, как избавиться от Хагоса за три дня.

Не знаю, что за дела были у Делсена с цвергами, но, похоже, он полностью их решил. Потому что наутро вспомнил о вчерашнем обещании и, едва дождавшись конца завтрака, спросил:

– Учиться будем? Я обещал тебе курс родовой ритуальной магии.

– Можешь начинать, – кивнула я, дожевывая булочку.

– Не так быстро. Пойдем, прогуляемся. Надо обговорить несколько моментов.

Улейв подмигнул:

– Не огорчай Элси, босс, сегодня никто не поможет тебе утирать ей слезы.

– А кружкой по башке? – мрачно пошутила я. За вчерашний срыв до сих пор было стыдно.

– Не догонишь, – этот шут вскочил и тут же оказался у дверей. – У меня дела далеко-далеко отсюда, так-то, милая Элси. Но если очень захочешь выплеснуть эмоции, босс в твоем распоряжении. И все кружки, какие здесь у нас есть, тоже! Пользуйся.

Делсен с каменно-спокойным лицом подхватил меня под руку, мы вышли на лужайку перед домом и свернули к озеру. Узкая тропинка, обсаженная высокими кустами роз, вынуждала идти вплотную друг к другу, но меня это не беспокоило. Просто прогулка. И разговор, скорей всего, исключительно деловой. В конце концов, вчера мы многое не успели обговорить, слишком суматошный день получился.

Ослепительно-голубое зеркало озера морщилось мелкой рябью под порывами холодного ветра с гор. Я поежилась, Делсен спросил:

– Замерзла?

– Да, надо было кофту накинуть. Но наша жара хуже. И вообще, лето в большом городе – это ужасно. Здесь хоть дышать есть чем.

Дышалось и вправду легче, чем в знойном асфальтово-бензиновом мареве летней столицы. Хотелось пить свежий, насыщенный незнакомыми и почему-то волнующими ароматами воздух, и смаковать каждый глоточек.

Делсен между тем свернул с тропинки вверх. Пришлось немного попрыгать по камням, и в паре десятков шагов обнаружился небольшой грот, а в нем – выбитая в камне лавка с толстым деревянным сиденьем. Казалось бы, довольно слабое укрытие от непогоды, но, наверное, усиленное чарами: здесь было тепло, а лавка так и манила присесть.

– Тебе удобно? – спросил Делсен.

– Да, здесь хорошо, – дерево было отполировано до шелковой гладкости, и вид на озеро открывался чудесный: края грота, словно рама, отрезали лишнее, оставив голубую водную гладь, в которой отражались белые облака и снежные вершины. – Приятное место. Только, скажи, зачем ты меня сюда привел, разве с ритуальной магией не в ритуальном зале надо разбираться?

– Ритуальный зал будет на втором этапе. – Делсен помолчал и вдруг спросил: – Ты мне доверяешь?

Кажется, я покраснела. Очень уж ярко вспомнилось, как он задал мне тот же вопрос в прошлый раз. И тут же рассердилась:

– Не вижу под ногами пропасти. Или ты снова задумал какую-нибудь авантюру вроде смертельно опасного ритуала?

– Сколько повторять, он не был смертельно опасным! И сейчас ничего опасного не будет.

– Тогда почему такие вопросы?

– Потому что я собираюсь применить к тебе ментальную магию, а для этого нужно доверие.

– Ну знаешь! – возмутилась я. – Раньше ты у меня разрешения не спрашивал. И не говори, что ты на меня ни разу еще не воздействовал – не поверю! Я, по-твоему, совсем ничего не замечаю?

– Я на тебя воздействовал только в смертельно опасных ситуациях, – нахмурился Делсен. – Только ради твоего и нашего спасения. Если ты в самом деле так наблюдательна, как говоришь, то должна это понимать.

– Может, и понимаю, но это не отменяет вопроса. Раньше ты разрешения не спрашивал и о моем доверии не беспокоился. Что изменилось?

Он пожал плечами:

– Сейчас речь не идет о жизни и смерти. Напрямую и немедленно, – добавил, подумав. – Хотя в перспективе нехватка знаний вполне может убить.

– Трудно не согласиться, – буркнула я.

– Я могу дать тебе книгу и объяснить, что захочешь, а могу вложить тебе свои знания напрямую. Это принципиально другой уровень воздействия. Глубже и агрессивней. Не наведенная эмоция, не трансляция какой-то мысли, а быстрая имплантация всей системы знаний. Если передать таким способом мое мнение о чем угодно, ты начнешь считать его своим, понимаешь?

– Ты можешь дать магически подкрепленную клятву, что не станешь так делать, – быстро сказала я. – Насчет мнений. Только знания.

– Не могу, – покачал он головой. – Это не так работает. В голове – не книга, в которой можно перелистнуть или вырвать ненужные страницы. Это знания, опыт, понимание. Я не буду ничего лишнего вкладывать специально, поставлю все возможные фильтры, но твердых гарантий дать невозможно. Подумай. Оставить тебя одну?

– Ненадолго, – согласилась я.

Он кивнул и ушел, а я забралась на лавку с ногами и замерла, глядя на озеро.

«Ты мне доверяешь?»

Почему я так разозлилась от этого вопроса? Нет, в самом деле? Я ему доверяю? Если бы не доверяла, меня бы здесь не было сейчас, разве нет? Я полетела сюда без тени сомнений, стоило ему позвать…

И, если не считать того опасного ритуала, других поводов для недоверия ни Делсен, ни Улейв не давали. А тогда – я ведь сама согласилась. Для них это было важно. Может быть, на самом деле вопрос жизни и смерти. Я чувствовала это и хотела помочь. Ну… можно признать, что совершила глупость, а можно сказать: «Но ведь все обошлось, ничего страшного не случилось».

И я действительно слишком мало знаю, чтобы понять, могло ли оно, это страшное, случиться. А когда не хватает знаний, все упирается в доверие. Могу я верить, что Делсен – авантюрист, серый торговец, человек, провернувший, как я понимаю, нерядовую интригу ради того, чтобы вырваться из семьи, – могу я верить, что он не попытается как-то на меня воздействовать?

Да ни разу.

Зато Хагосу точно верить нельзя. Он агрессивно и нагло повел себя со мной, и я точно не хотела, чтобы он мог приказывать Делсену и Улейву. Вот казалось бы, какое мне дело? А даже думать о таком тошно. И, Элси, будь с собой честной, если бы ты сейчас вернулась назад в тот момент – разве твое решение было бы другим?

По-хорошему, мне бы собраться и рвануть домой. Обратно в теплицы метрессы Айнастеи… А не хочется! Почему я не могу считать Делсена опасным? Почему снова хочу ему помочь?!

Так, ладно. Подойдем к вопросу с другой стороны. Зачем ему как-то на меня влиять? Ради чего? Единственная зацепка: предупреждение Дарнэ, что в этом мире ценятся невесты из нашего мира и нужно быть осторожной, взвешивать слова и обещания. Но у Хагоса не получилось меня приворожить. А Делсен и не пытался, хотя, наверное, мог. Да и Улейв, если подумать, ухаживал за мной как-то не всерьез, будто поддразнивал. С какой стати это должно измениться? Нет, здесь бояться нечего.

Внушить более легкомысленное отношение к ритуалам? Ой, Элси, себе-то не ври. Демон прав, я жадная до знаний, и любопытства тоже никто не отменял.

И, бесы все побери, я хочу наконец разобраться, что происходит! А как, как разобраться, если не знаешь азов, если нет базы?!

Я вышла из грота, поежилась под налетевшим холодным ветром. Делсен сидел на берегу, швырял камушки в воду, и мне вдруг стало… жаль его? Или неловко из-за собственных сомнений? Не знаю, но захотелось подойти, обнять и сказать, что я совсем не считаю его кем-то вроде Хагоса.

Наверное, ужасно глупо выглядело бы.

Поэтому я только вздохнула глубоко, успокаивая внезапно зачастившее сердце, и крикнула:

– Эй, Коготь! Пойдем учиться!

Вот же бесы зеленые, какая у него обаятельная улыбка! И как преображает обычно мрачное лицо…

– Я рад, Элси, – просто сказал он. – Тогда начнем?

– Прямо здесь?

Почему-то мне казалось, что уж теперь мы точно пойдем в ритуальный зал. Но он пожал плечами:

– Какая разница, где? Тебе ведь понравился грот? Давай там и сядем.

Мы снова устроились все на той же лавке, и…

Зря я думала, что это будет похоже на лекции в нашем университете. Да ладно, что я вообще знала о магии для учебы! Зелье памяти перед зачетом? Ха.

Делсен взял мое лицо в ладони, аккуратно и… нежно? Не знаю, я не успела уловить смутно мелькнувшее ощущение, потому что наши глаза встретились, и я исчезла из «здесь и сейчас». Провалилась в сумрак ритуального зала, в мельтешение символов, скороговорку обрядовых воззваний, отточенную символику жестов и слов. Я проживала ритуал за ритуалом, слушала объяснения, читала древние рукописи и современные учебники, пропускала через себя дикую магию и магию родового эгрегора, чувствовала ее и все больше понимала. В какой-то момент крохотная часть моего сознания, которая еще помнила, что я – Элси Грейзен, испугалась: новых знаний, нового опыта оказалось слишком много для меня. Голова закружилась, и оказалось, что я снова вижу Делсена и серую, ноздреватую стену грота за его спиной.

– Теперь спать.

– До ночи далеко еще, – вяло возразила я.

– Сонного зелья дать?

Я мотнула головой: в сон и без зелья клонило, будто несколько суток провела за беспрерывной учебой.

– Через пару часов проснешься как новенькая, – успокоил Делсен. – На сегодня все, завтра продолжим.

– Ладно, – я встала, придерживаясь за его плечо: мир вокруг казался слегка нереальным, плыл и покачивался, чудилось, будто я не здесь, а все еще в ритуальном зале – как будто я на самом деле там была, а не получила картинку прямиком в мозг!

– Не спеши, – Делсен вдруг подхватил меня на руки. Я ойкнула.

– Ты чего?! Я что, сама не дойду, по-твоему?

– Доползешь, не сомневаюсь, – спокойно ответил он. – Но зачем, если я рядом? Расслабься, разве я что-нибудь страшное делаю?

Ой, всё! Дожила, красавец мужчина на руках носит! И не скажу, что мне его забота неприятна. Ладно, Коготь, продолжай в том же духе! Сделаю вид, что так и надо. Главное, чтобы не начал спать укладывать и колыбельные петь.

Не начал. Все-таки понимания о приемлемых границах у него не отнять: остановился у двери в комнату, поставил меня на ноги, сказал:

– Отдыхай.

И ушел.

Даже немножко обидно стало. Чуть-чуть. Но я задумываться об этом не стала, а, как и посоветовал Коготь, легла спать.

Когда проснулась, первым делом поймала себя на том, что ужасно хочется попробовать что-нибудь из ритуалов, память о которых сгрузил мне Делсен. Нет, они не казались простыми, но сложность только раззадоривала. А ведь я, хоть и жадная до знаний, в этом демон прав, к ритуалам всегда относилась осторожно. Меня завораживала их сложность, то, как много самых разных факторов и нюансов нужно учитывать, нравились предварительные расчеты, и я твердо знала, что ритуалистика – не для азартных торопыг.

Не об этом ли предупреждал Делсен? Невольно навязанное отношение? Но уж кого-кого, а его я не назвала бы ни азартным, ни торопыгой. Наоборот, я почему-то уверена, что он просчитывает свои действия не хуже самого дотошного зануды-ритуалиста, до последней мелочи.

Хм-м… А почему я так в этом уверена? Из-за его непрошибаемо спокойного характера? Может, он просто привык держать себя в руках?

Нет, так нельзя. Чем больше я о нем думаю, тем больше запутываюсь! Да и не все ли равно? Характер Делсена – проблемы того же Делсена. Ну, еще Улейва. Может быть, всех Лоссеивалей. Но не мои! Я на практике. Та же метресса Айнастеи тоже не лапочка, и ничего, сработались. Он же не требует ничего невозможного или опасного.

Не требует же?

Я уселась на подоконник, рассеянно глядя на алое полыхание роз на склоне. Красиво. Но теперь я знала, что эти розы – первый, внешний, охранный контур. Знала сложнейший ритуал, которым связали обычные вроде бы цветы, огненную стихию, магию демонов и душу дома, который носит имя Шаррот. А еще знала, что Коготь мне не соврал, тот ритуал с его отсечением и в самом деле был полностью безопасен для меня. На тот момент Делсен Лоссеиваль оставался единственным из рода, кто мог войти в ритуальный зал, а значит, допущенным «по умолчанию». Хотя момент тонкий: если бы Хагос вернулся раньше, если бы он, как новый глава, пожелал наказать младшего члена рода за своеволие… Мне все равно ничего не грозило, а вот самого Делсена родовой мощью могло раскатать в блин! Если там еще оставалась мощь, что тоже не факт. Все-таки столько лет глава рода был без магии, а дом стоял практически заброшенным. А ведь дому тоже нужна магия, чтобы жить. Он впустил бы Делсена и раньше, если бы дед хоть на время куда-нибудь делся. Да что «впустил», силой бы притянул!

– Да-а, все сложно, – я спрыгнула с подоконника и пошла искать Делсена. Азарт азартом и осторожность осторожностью, а кое-какие охранные ритуалы действительно нужно провести как можно скорее. И чего он тянул, спрашивается? Объяснениям о недоверии к гильдии я что-то не очень верю. Тот его гильдейский друг – это ведь он тогда предупредил о Хагосе и передаче титула главы. Не стал бы он Делсена предавать. Похоже, эта уверенность тоже пришла телепатическим путем. Ха! Бойся, Коготь, скоро я вызнаю все твои маленькие секретики!

– Зачем тянул? – переспросил Делсен. – Элси, все просто. Я хотел, чтобы эти ритуалы провела ты.

– Почему? – я растерялась и, чего уж, смутилась. Слишком похоже на комплимент. Такой очень особенный комплимент для студентки-ритуалистки, которая мечтает стать первоклассным специалистом.

– Какая разница? Просто хотел. Интуиция. Или каприз, считай как хочешь. А ты сама разве против? – пошел он в атаку. – Считай, обеспечиваю тебе практику.

– Хорошо, обеспечивай, – я демонстративно потерла ладони. – Пойдем.

– Куда?

– Как «куда», в ритуальный зал, конечно. Дашь мне допуск, и начнем.

– А сил хватит?

– Как будто завтра их станет больше, – отмахнулась я. – Накопитель есть. Улейва берем свидетелем, если вдруг что, сможет подстраховать. Если он не против, конечно.

– Да и я смогу, – торопливо сказал Делсен. – Это умею.

– Ну вот, а зачем тогда спрашивал? Все решаемо.

Нет, в самом деле, что за дела?! Сам хотел, чтобы я ему ритуалы провела, а сам тянет? Или я снова чего-то не понимаю?

Но Делсен уже подхватил меня под руку и повел вглубь дома, вниз по узкой винтовой лестнице, тонко звеневшей от охранных чар, уходившей, казалось, куда-то в немыслимую глубину.

– Не портал? – машинально спросила я. В ритуальный зал дома Лоссеивалей мы попали порталом.

– Только ножками, никаких порталов, – усмехнулся Делсен. Добавил серьезно: – Минус – потеря времени, здесь не проведешь ритуал экстренно, срочно, очертя голову и в последнюю секунду, как мы сделали в прошлый раз. Плюсы – защита глубже и мощнее, убраны все посторонние магические воздействия, а портальный круг их дает, полностью не уберешь. Меня устраивает. Хотя, думаю, со временем нужно будет сделать второй зал. Экстренный.

Каменные ступени мягко светились, под ногами и на стенах переливались всеми оттенками огня руны и незнакомые мне знаки. Тянуло рассмотреть, но все-таки я здесь в гостях, даже то, что меня в принципе допустили в эту часть дома – невероятное доверие. Не стоит наглеть. Над головой вспыхивали и гасли огненные всполохи. Вряд ли просто освещение, скорей всего, тоже какая-то защита.

– А странно, знаешь, – сказала, чтобы не молчать, потому что тишина стала вдруг очень тягостной. – Это ведь уже, по сути, глубина горы, а не дом? А мне совсем не страшно.

– Цверговский путь вспомнила? – понял Делсен. – Тебе тогда не потому страшно стало, что пещера, темнота, горы, на что там еще мы тогда подумали. Ты просто чуткая. Землетрясение заранее почуяла, только не поняла, почему паника. И мы не поняли, дураки.

И добавил с легкой улыбкой:

– Горы тебя любят, Элси.

Еще с полсотни ступеней, и мы остановились у высоких каменных дверей, испещренных все теми же рунами и знаками. Я невольно поежилась – здесь от них веяло чем-то недобрым, пугающим.

– Защита, – напомнил Делсен. Произнес размеренно: – Даю Элсине Грейзен доступ и разрешение творить ритуалы в моем присутствии.

Я положила ладонь на дверную ручку, влила немного магии. Защита запомнит ауру и магическую подпись, и, кстати, большое спасибо Делсену, что доступ не кровный, сдавать каждый раз пробу крови не слишком приятно.

Двери медленно и плавно втянулись в стены, открывая проход в святая святых. Делсен вошел первым, обернулся ко мне:

– Входи, Элси.

Едва мы оба переступили порог, как за спиной вновь сомкнулись толстые каменные створы дверей. Пространство зала озарилось мягким светом, я замерла, потрясенно осматриваясь. Когда-то меня изумил ритуальный зал Лоссеивалей. Но этот… Даже я, почти ничего не знающая второкурсница, видела потрясающую, колоссальную разницу. У Лоссеивалей все было сделано максимально просто, рационально, так, чтобы даже поверхностных знаний хватило. Здесь… На первый взгляд – похоже, так же расчерчены по всему огромному пространству готовые схемы, выбирай нужную и работай. Но только на первый взгляд. Кроме готовых ритуальных кругов, по залу вились цепочки усиливающих и корректирующих символов, формул призыва стихий и сущностей, что-то еще, чего я пока не могла даже приблизительно опознать, но общий смысл понимала: любой ритуал здесь можно было перенастроить, пересчитать под нужный уровень силы, внести дополнения. Этот зал был не для дилетантов, нет. Скорее уж для архимагистра.

– Ты не показывал это своему другу из гильдии ритуалистов?

– Нет, – покачал головой Делсен. – Он не выдаст, но показывать ему этот дом все равно пока не хочу.

– А интересно, какая у него была бы реакция…

– Не желаю проверять. Ну что, начнем?

Я всмотрелась в переплетение цепочек, кругов и лучей. Второй раз на те же грабли, Элси?

– Ты сам насколько здесь ориентируешься?

– Достаточно.

– То есть я нужна именно как ритуалист, Проводящий?

– Да.

– Прекрасно. Тогда расскажи, что сейчас срочнее всего, и покажи все это твоим методом. На этот раз я хочу понимать, что к чему.

– Как скажешь, Элсина.

Вот, спрашивается, почему он так откровенно улыбается? Как будто я сказала ровно то, чего он и ждал. И хотел.

Второй сеанс телепатической учебы дался гораздо легче первого. Наверное, потому что Делсен не так много показывал, как в первый раз. Всего два достаточно простых ритуала и подробная «экскурсия» по ритуальному залу. Нет, я не стала досконально разбираться во всех наворотах нанесенных там схем, но хотя бы понимала теперь, что к чему. И спать после сеанса не хотелось, но Делсен все равно настоял. Сказал:

– Несколько часов ничего не изменят, а тебе понадобится ясная голова.

– Опять вверх, а потом вниз, – слегка наигранно простонала я. Коготь, зараза, только рассмеялся. И на руках в этот раз нести не стал. Хотя, чего уж, по лестнице я пропрыгала довольно бодро.

Снились завихрения незнакомых символов, плывущие в алых огненных сполохах, и почему-то хмурый, недовольный Грас Лоссеиваль. Демон, запертый в этом мире клятвой, вырванной обманом и силой. Во сне я знала, что надо его отпустить. Придумать что-нибудь, найти способ, лазейку! Принуждать демонов – плохая, очень плохая идея.

С этой мыслью и проснулась. И очень удивилась, потому что мысль была не моя. Мне хватало своих забот, а о демонах я знала слишком мало для таких выводов. Снова побочный эффект телепатического общения? Спросить у Делсена? Или не стоит?

Все еще полусонная и под впечатлением от тревожного сна, я побрела к озеру, проветрить тяжелую голову на ветерке. Дошла до берега, бросила пару камушков в хрустально-прозрачную воду. Постояла, глядя, как разбегаются круги, слушая, как тихо плещется вода о галечный берег. В гладкой воде отражалось глубокое, сияющее голубизной небо, мелкая рябь у берега сверкала солнечными бликами, а вода была настолько прозрачна, что камни на дне виделись отчетливо до последней трещинки. Чуть глубже колыхались темно-зеленые «бороды» водорослей, мелькали крохотные серебристые рыбки. Я присела на корточки, опустила ладонь в воду. Ледяная! В такой водичке даже самый ярый экстремальщик не рискнет, наверное, устроить заплыв.

Сон таял, забывался, а тревога не уходила. Демон недоволен, я ведь и сама это видела. Хочет отделаться от Хагоса и договориться с Делсеном. И даже пообещал всего за три дня устроить так, чтобы Хагос перестал быть главой Лоссеивалей.

Как, интересно, можно такое провернуть?! А ведь один день уже прошел. Почти.

– Элси? Чем ты так озабочена? – надо же, я так задумалась, что не заметила, как Делсен подошел.

– Мне снился демон, – не стала скрывать я. – В смысле, Грас. Очень раздраженный. И почему-то на фоне твоего ритуального зала.

– Интересно. А как у тебя в принципе с предвидением?

Я пожала плечами:

– Да в общем-то никак.

– Значит, не забивай себе голову, – почудилось мне, или и в самом деле прозвучало фальшиво? Ой, неважно! Я предупредила, а дальше пускай сам думает. Он во всем этом лучше меня разбирается.

– Значит, пойдем проводить ритуалы? – спросила я.

– Пойдем, – с улыбкой ответил он.

И мы пошли.

Для ритуалиста важна не сила, а концентрация и внимание к деталям. Идеальная специализация для усидчивых и педантичных слабосилков, как говорят наши преподы. Но сейчас я поняла, что это по меньшей мере не вся правда. Я помнила, какая мощь давила на нас, когда отрезали Делсена от рода. Тогда мне совсем не помешало бы больше силы! Сейчас мы собирались усилить защиту, закрыть Шаррот от посторонних, от незваных гостей, от тайного наблюдения, перекрыть доступ любому, кто замышляет зло. Обычный набор сверх стандартной защиты первого уровня. Нас такому уже учили, вот только в нашем мире все это делалось без помощи источников и родовой магии. Ритуалы, которые показал мне Делсен, были другими. Совсем, принципиально другими! Проще по технике, затратней по силе. Красивее. И сейчас я снова ощутила ту самую мощь.

К магии обращался Делсен, как хозяин дома. Я, ритуалист-проводящий, направляла потоки магии, сплетала их в подсказанную защитными схемами сеть, выстраивала уровни защиты. В универе нам не говорили, что с магией можно работать напрямую, визуально, как будто дирижируя световым шоу. Наоборот, считалось, что работу ритуалиста можно оценить только опосредовано, по результатам. Точный расчет, тщательное исполнение, никакой импровизации. Но сейчас я очень ясно поняла, что жесткие рамки известных схем – это уровень даже не ученика, ведь ученик уже должен думать, понимать, что творит, и корректировать свои действия. А, не знаю, какого-нибудь попугая, который повторяет затверженное «Попка дур-р-рак!»

Быть попугаем не хотелось. Но вряд ли даже на пятом курсе нам покажут такую ритуалистику, какую я увидела здесь. Я ведь и не слышала ни о чем подобном! Шаррот и все его обитатели, я, Делсен стали единым целым. Я ощущала азарт и напряжение Делсена, нетерпеливое радостное ожидание Улейва, видела, как плещется алый огонь на лепестках роз вокруг дома, и так же ясно видела алую нить тропы, уходящей из сердца Шаррота вниз, в другой мир. Ощущала бесконечный яростный океан силы на том конце тропы. Слышала, как кто-то скулит там, тянется к нам, просится сюда.

Над Шарротом раскидывалась кружевная вязь защиты, нити крепились к Делсену, к родовому камню и накопителям, портальному залу и ритуальному залу, воротам и окнам, берегу озера и вольеру с грифонами… Не глухие стены, мы ведь не собирались отгородиться ото всех. Подвижная, живая система, которая заметит врага и успеет захлопнуть двери перед его носом.

Хагосу точно хода сюда не будет. А вот интересно, сможет ли войти Грас? Эх, успели бы поставить защиту до его появления, можно было бы не гадать, друг он или враг!

Об этом я и спросила Делсена, когда после ритуала мы поднялись наверх. Чувствовала я себя странно, даже очень странно: одновременно вымотанной, выжатой до предела и взвинчено-бодрой. Наверное, из-за новых впечатлений. Хотелось поговорить, обсудить и сам ритуал, и потрясающую его красоту, и нить-тропу, которая тянулась, как я вдруг поняла, не просто за пределы поместья, а вообще в другой мир. Но Грас все еще тревожил, сама не знаю, почему.

– «Не гадать»? Очень банальная ошибка, Элси, – Делсен свернул к столовой, я плелась за ним. – Ты ритуалист, ясно, что тебя тянет преувеличивать всемогущество ритуалов. Но подумай сама, как понять, друг тебе кто-то или враг, если ты с ним даже встретиться не можешь? Грас пришел тогда, сам еще не зная, станем мы врагами или союзниками. Это не только от него зависело. А значит, и защита не поняла бы, впускать его или нет.

– Получается, это узкое место? – я почти упала на стул, а Делсен выставил на стол пыльную, черного стекла бутыль и два пузатых бокала на высоких ножках. Ответил резко:

– Нет. Это зона ответственности главы рода, а не ритуалиста, вот и все. Моя, а не твоя. Выпей, поможет. Ты устала.

Наполнил бокал на треть – темным, почти черным. Я вдохнула запах лесных ягод и, кажется, можжевельника.

– Что это?

– Дриадская наливка. Не слишком крепкая, не бойся.

Я сделала крохотный глоток.

– М-м-м, вкусная. Эй, а ты почему не пьешь?

– Это лекарство, как и все остальные дриадские напитки. Хорошее, мощное восстанавливающее, если сильно выложился магически. Ты выложилась, я – нет. И ты, Элсина, сейчас поешь и отправишься спать, а я быстро воспользуюсь результатами твоих трудов и наконец перетащу сюда кое-кого из своих людей. Тех, кто хочет жить здесь, а не с Хагосом.

– А раньше?.. – я осеклась: не успела спросить, а ответ уже всплыл в голове. – Ты не был в них уверен? Ждал этих ритуалов, чтобы не смогли войти те, кто против тебя?

– Я им верю, – Коготь сел напротив, сцепил пальцы в замок. – Но, видишь ли, Элси, чем больше от тебя зависит, тем меньше нужно полагаться только на веру. Я тебе больше скажу, они и клятвы мне дали, но клятвы тоже можно обойти, если очень уж припечет. Грас тому примером. Поэтому будет еще один ритуал, для них. Привязка к дому. Но это я и без тебя смогу.

Привязка? Я кивнула: этот ритуал тоже нашелся в моих новых знаниях. Отпила еще настойки. По телу расходилось тепло, в голове образовалась непривычная легкость, но мысли оставались на удивление ясными.

– И у тебя снова будет род, так? Делсен Шаррот, глава рода Шаррот?

– Верно.

– Ты с самого начала этого хотел?

– Нет, – он коротко усмехнулся. – С самого начала я просто мечтал удрать от деда. Вдохнуть воздух свободы и все такое. Ты не представляешь, какое немыслимое счастье оказаться самому себе хозяином после многих лет, когда тебя муштруют, вбивают в голову кучу правил, приучают каждый шаг делать с мыслями о величии Лоссеивалей. А Шаррот… Пару лет назад мы с Улейвом наткнулись на развалины, задержались покопаться в здешних подвалах и нашли вход в ритуальный зал. Я не ритуалист, но оценил. А Улейв почуял почти заросшую тропу, по которой мог получать подходящую для себя магию. Такими находками не разбрасываются.

Он помолчал и добавил хмуро:

– И все-таки, если бы не ты…

Встал, не договорив, и вышел.

И что это было? Я пожала плечами, допила «лекарство» и пошла спать.

Утром оказалось, что Делсен времени зря не терял. Наверное, все эти «пару лет» собирал себе кандидатов в новый род. В сторожке у ворот поселился Газер, наг-полукровка, высокий и жилистый, белокожий, зеленоглазый, с вертикальными зрачками. Длинный флигель возле грифоньего загона заняли крепкие парни, то ли боевые маги, то ли стражники – Делсен сказал просто «охрана», а уточнять я постеснялась. В любом случае, отряд в полтора десятка человек (хотя я не уверена, что там были только люди) даже при беглом взгляде издали внушал уважение, а магией от них фонило так, что подходить ближе совсем не хотелось. В кухне теперь хозяйничала знакомая мне по прошлому походу в этот мир Ласья, кухарка Лоссеивалей. Ее дочку, Орью, малявку с дриадскими глазищами, я тоже помнила, сейчас она носилась по саду с восторженными воплями вместе с двумя белобрысыми мальчишками. А еще одна дриада-полукровка, девушка лет семнадцати на вид (что для дриады может означать от двадцати до двухсот) вовсю увивалась вокруг Улейва.

– Ты всерьез готовился.

– А как иначе? – Делсену, кажется, понравилось, что я заметила и оценила. – Мало заиметь, надо удержать. Нас обязательно попробуют на зуб.

– Хагос?

– Кроме него желающие найдутся, не сомневайся. Новый род – всегда лакомый кусочек. Но ты не бойся, я не позвал бы тебя, если бы не был уверен в безопасности.

– Зато какой материал для практики, – попыталась я пошутить. – Кстати, скажи мне, существует какой-то общепринятый комплекс охранных ритуалов для таких случаев?

– Конечно. Вчера мы с ним закончили.

– Отлично, а сверх того?

– Есть кое-что, – неохотно ответил он, – но для тебя будет сложным.

– Объясни. А лучше покажи, мне вчера понравилось. Отличный способ учиться.

– Я тоже так думаю, – и вроде бы серьезно сказал, но и в голосе, и в глазах чудилась улыбка. И что смешного?

И только в гроте у озера я поняла, что это за улыбки. Когтю нравилось! Просто! Нравилось! Вот так меня учить! И он даже не особо скрывал, знал, наверное, что я поймаю отголоски. Нет, что это за прорывы менталистики, кто бы мне объяснил?! Не спрашивать же у самого Делсена…

Ничего запредельного я в этом «сложном» ритуале не увидела. Ну да, затратный, но ведь Коготь меня подстрахует. И накопители есть. Зато как интересно! По сути, это уже ритуалистика на стыке с демонологией: мы собрались открыть тропу в нижний мир и вызвать оттуда духа-помощника. Не высшего демона вроде Граса, всего лишь мелкого беса. Ни ловушки, ни принуждения, все честно: позвать и предложить плату. Самое удивительное, что в оплату обычно шло само пребывание беса в этом мире и немного свободного времени под клятву не вредить: мелкие бесы отличались крайним любопытством, а огромное количество новой информации помогало им развиваться. Поживет здесь пару сотен лет и эволюционирует из мелкого во вполне себе крупного, а лет через тысячу – и вовсе в высшего.

А еще меня удивило, что лучшее время для этого ритуала – полдень. Время торжества света. Вызов однозначно темных созданий и уж тем более сил зла всегда проводится в полночь. Выходит, что любопытство и жажда знаний – однозначное добро? «Ученье – свет»?

– Интересно, во сколько вызывали Граса? – пробормотала я. – Демон, по идее, темнее темного, а цель?

– Казуистика, – хмыкнул Делсен. – Любую цель можно рассматривать с разных точек зрения. Что мне – добро, Хагосу – зло, и это самый простой пример. Открою тебе страшную тайну, Элси, положение солнца, фазы луны, обрядовые одежды и прочий антураж – все это почти не имеет значения. Помогает ритуалисту правильно настроиться, не больше. Вспомни, как ты отшила Хагоса. Жест, слово, эмоция, сила. Это и есть основа, остальное – костыли, подпорки, шпаргалки, но считается, что они необходимы.

– Откуда ты знаешь?! Ты ведь сам даже не ритуалист.

– Я много чего знаю. Не ты одна кидаешься на любое новое знание, как голодный на еду. Или не веришь?

– Верю, – честно ответила я. – Ты столько уже рассказал удивительного. И показал. Нас совсем другому учат.

– В вашем мире силы мало, костыли нужней. Ну что, готова? Идем?

– Конечно!

И мы отправились звать мелкого беса.

Почему-то мне было не по себе. Лезло в голову странное: а что, если и меня, и любого человека могут вот так же призвать куда-нибудь в чужой мир? Ритуалам посторонние мысли мешают, поэтому, пока спускались вниз, я вывалила эти мысли на Делсена.

– Ну ты и фантазерка. Никогда о таком не задумывался. Но, с другой стороны, почему бы и нет? Тропу между мирами открыть не так уж сложно, и… – он резко замолчал.

– Что «и»? – поторопила я.

– Интересная идея, вот что. Надо ее проработать.

– Зачем?!

– За всяким, – непонятно ответил он. Вот бесы зеленые, почему, когда не надо, я то и дело что-то ловлю от него по менталке, а когда действительно хочется знать, о чем этот тип думает, никакой связи не вспыхивает?! Обидно!

– Вредный ты.

– А ты не разбрасывайся гениальными идеями направо и налево.

Ой, всё, он меня дразнит! Зараза.

Нет, ну правда, что тут такого «гениального»? Я вздохнула: мы почти спустились, пора настраиваться на призыв беса. Ладно, не хочет говорить, и не надо. Подумаю сама, когда здесь закончим. И вообще, надо книги почитать. Знания из мозга в мозг – это, конечно, суперметод, но системный подход тоже нужен.

Призыв прошел легко и зрелищно. Тропа в «нижний мир» виделась мне уже не нитью, а багряной пылающей лентой, то сплошной, то кружащей вихрем бесчисленных искр и лепестков роз – наверное, тех самых, из защитного контура, которые так понравились Грасу. А там, внизу, плясали огоньки сущностей – крохотные, как почти погасшая свечка, и пылающие, словно мощный прожектор, солнечно-светлые, огненно-алые и фиолетово-черные, быстрые и ленивые… Ну и кто там те самые «мелкие бесы»? Отзовитесь!

– Меня, возьми меня!

– Я хочу!

– Нет, я! Готов служить, хозяйка!

Ой, это он мне? Честно, без подвоха?

Ох, как же хотелось посоветоваться с Когтем! Но все вопросы нужно было задавать до ритуала… ну или теперь уж после. Решение принимать мне.

Позвать и предложить плату. Я позвала. Вот и подвох! О плате нужно уговориться до того, как разрешу прийти. И о сроке службы – тоже!

– Что хочешь за службу?

– Знания. Один вопрос за одно поручение. Честный ответ.

– За одно поручение один твой вопрос и один мой. Честный ответ, честный обмен. Срок службы – тридцать дней. Если оба согласимся, потом можно будет продлить, срок оговорим отдельно.

– Согласен!!!

И какой бес меня дернул?.. Судя по его радости, я или сильно продешевила, или вообще добавила сверх запрошенного. Ну а что, может, мои вопросы для него тоже способ получения знаний? Ой, ну и ладно! Меня устраивает, это главное.

Делсен тем временем тоже с кем-то сговаривался, но с кем и о чем, я не слышала. Конфиденциальность! И, между прочим, ритуальчик только кажется простым, но при этом опровергает все, чему нас успели научить за два курса. Не уверена, что и выпускники о таком знают. Нет, все же практика в другом мире – это круто!

«Мой» дух ярким искрящимся фейерверком пробежал по алой ленте тропы, а следом, чуть медленней и как будто степеннее, поднялся призванный Делсеном – искрил он меньше, но горел ярче. И они подходили друг другу – Коготь, в энергетическом поле ритуала напоминающий острый алмазной кристалл, и холодный, голубовато-льдистый дух. Ой, интересно, а как я здесь выгляжу?

Делсен произнес завершающую формулу принятия и привязки, я подхватила выплеснувшийся поток силы, направила к эгрегору Дома:

– Подтверждаю, да будет так.

И все закончилось. Медленно таяло фантастически потустороннее световое представление, проявлялся реальный, материальный мир. Ритуальный зал с ярко светящимися схемами и накопителями, уставший Делсен. Рядом с ним стоял мужчина средних лет, даже на вид крайне опасный, с крепкой фигурой, плотно сжатыми губами, квадратным подбородком и острым, пристальным взглядом. Тот же тип привлекательности, что у Делсена и Улейва: легко представить на роли в кино. Делсен – аристократ, Улейв – авантюрист, а этот… таких подбирают на роль сурового полицейского с трудным прошлым и тяжелым характером. Ну а мне достался типичный веселый студент, запусти его в наш универ, точно приживется.

Это и есть наши «мелкие бесы»?! Выглядят самыми обычными людьми. Хотя Грас Лоссеиваль тоже казался человеком…

«Бесы, но пока они в такой форме, проще называть их слугами, – прозвучал в голове голос Когтя. – Или помощниками, если тебе претит слово «слуга».

Ой, это что, я так громко думаю?! Или дело не во мне, а в родовой способности Лоссеивалей? А самое странное, что его присутствие в моей голове не вызывает отторжения, хотя спроси кто раньше, и я бы категорически не согласилась, что такое вообще можно терпеть!

«А ты уверена, что это я в твоей голове, а не ты в моей?»

– Смеешься? – буркнула я.

– Серьезен, как цверг на оглашении завещания. Очевидная двусторонняя связь, понятия не имею, почему.

– Может, из-за уроков?

– Нет. По-твоему, я не знал, что делаю?

– Почему же тогда? – пробормотала я. Не люблю чего-то не понимать!

– Это вопрос? – сверкнул глазами мой бес-слуга-помощник.

– А ты ответишь? – изумилась я. – Откуда тебе знать?

– Откуда ты взялась такая безграмотная?!

– Элси, в их мире информация ценится дороже любых ценностей, – негромко сказал Делсен. – И уж поверь, любой из них сделает верные выводы буквально из ничего, на наш взгляд. Ответь, – приказал он.

– Вопрос на вопрос, хозяйка?

– Делсен, а как их называть? – спохватилась я. – Без имен как-то неловко, а имена… У них ведь не спрашивают, верно?

– Безграмотная, – согласился бес постарше. – Вы провели привязку. К дому Шаррот. Глава, покажи своей хозяйке, как это делается.

– Эй, почему «своей»?!

Оба сделали вид, что не услышали. Делсен кивнул и сказал:

– Ты теперь Ант Шаррот, служи этому дому верно, и дом отплатит за службу.

– Поняла? – ухмыльнулся мне в лицо «студент». – Имя даешь ты, какое захочешь, фамилия – знак принадлежности к определенному Дому. Валяй, закончим с этим и займемся твоим вопросом.

Не знаю, как насчет выводов из ничего, но повышенная ехидность – точно их общая черта! Хотя он прав, привязка без имени не работает, это я не сообразила.

– Ты теперь Борэ Шаррот, служи этому дому верно, и дом отплатит за службу.

– Отличное приобретение для Дома Шаррот, – голос Делсена дрогнул, как будто он пытался скрыть улыбку. – Поздравляю, Элсина. Мы пойдем, у меня поручение для Анта, а ты учись, заваливай Борэ вопросами, в общем, развлекайся. Будет интересно, я уверен.

– Ценю доверие, глава, – Борэ шутовски раскланялся. Повернулся ко мне: – Куда идем? Покажешь мне дом? Заодно обсудим твой вопрос. Рассказывай, в чем проблема?

Пока мы осматривали дом и ближайшие окрестности, Борэ успел вытянуть из меня всю историю, включая ответ на «откуда ты взялась такая безграмотная». Высказался о качестве образования в нашем университете и пользе путешествий в другой мир. И умудрился объяснить все странности единственной фразой, вопросом, заданным так, что я ощутила себя полной дурой:

– Тебе слова «дары фей» о чем-нибудь говорят?

Дары фей! Для каждого – свой, и ведь как раз после Долины фей со мной впервые случилась такое вот ментальная странность. Нет, ну правда, как сама не догадалась?!

Следующие несколько дней я «развлекалась» именно так, как предложил Делсен. Сам он больше со мной не занимался, я и видела-то его несколько раз мельком. По-моему, он домой являлся только спать, и то не каждую ночь. Понятно, почему: поместье мы защитили, а с остальными проблемами, сидя здесь, не разберешься. А проблем у вновь созданного рода, отхватившего жирный кусок – поместье с тропой – наверняка выше крыши.

Можно было бы порасспрашивать Улейва, но «его» дриада оказалась до ужаса ревнивой. Ей и так не нравилось, что Улейв уделяет мне внимание, даже чисто по-дружески, усугублять я не хотела. Девушка, похоже, оказалась из романтичных и всерьез вознамерилась завоевать сердце и прочие потроха этого раздолбая, а если дриада всерьез чего-то хочет, лучше ей не мешать.

Но Борэ, мой «мелкой бес», тоже оказался кладезем интересных знаний. К тому же мог служить и охранником, а потому, утомившись от непрерывного потока знаний, я наконец выбралась за мелочами, которые не купила в первый день.

Мы оба не страдали нехваткой любопытства, а денег на моем счете в цвергской «конторе» оказалось до неприличия много, поэтому прогулка по лавкам заняла целый день. И по каким лавкам! Конечно, я забежала за «дамскими мелочами», как без них, но потом! Сапфировый тупик – по-настоящему волшебное место, я даже представить не могла, что фантазия артефакторов и чароплетов настолько безгранична. То есть, к примеру, сама идея зачарованной одежды, например – понятно. Да у меня весь купленный здесь с помощью Делсена гардероб – с кучей полезных чар! Бальное платье с легкими чарами гламура и обаяния – тоже напрашивается, вместе с туфельками, в которых не устанешь танцевать хоть сутки напролет. А как насчет летнего сарафанчика, в котором тебя не тронут звери, нечисть и бандиты, обойдет стороной огонь и ураган, останешься невредима под камнепадом или лавиной, не утонешь, и даже в пропасть не упадешь, а плавно ее перелетишь?! Да еще и с безразмерными карманами? Вот бы мне такой наряд в прошлое здешнее приключение! И плевать на цену! А может, купить на будущее?

– Не залипай, – шепнул на ухо бес. – Такое надо заказывать индивидуально, а не брать ширпотреб.

Ничего себе «ширпотреб»!

– Купи лучше хороший набор накопителей, тебе пригодится.

Ой, а ведь он прав!

Но бальное платье с туфельками я себе все-таки взяла. Не удержалась. И крохотную бальную сумочку с двумя безразмерными карманами, одним для запасной одежды, а вторым – для еды и напитков. Пригодится! Выбрала, правда, зачарованное не на гламур с обаянием, а против пакостей: с нашими девчонками такое точно не повредит. Но, если честно, клюнула я не на чары, а на ткань: атласно-гладкую, переливчатую, с игрой оттенков от нежно-розового до сиреневого. Не знаю, почему, но от этой игры цветов вспоминалась Долина фей. Я безумно хотела потанцевать в этом платье!

Потом Борэ помог мне подобрать накопители, даже не один комплект, а два – один повседневный, неброский, а второй – под бальное платье. И к каждому – несколько «пустышек» – заготовок под артефакты.

– Другим незачем знать, чем ты защищена и чем можешь ответить на нападение, – сказал бес. – Это уязвимость. Твоя и Шаррота.

– Я все равно скоро к себе вернусь, – о чем он вообще говорит, ну кто здесь будет на меня нападать? Кому я нужна, кто вообще обо мне знает… разве что Хагос, но с ним я надеюсь просто не встречаться больше, да и демон обещал решить проблему. – Ой, вот как я маме буду объяснять, откуда у меня все это… Даже если не говорить, что это накопители, а сделать вид, что просто ювелирка, один такой комплектик стоит больше, чем папа за год зарабатывает.

Борэ, зараза такой, расхохотался.

– Как откуда? Подарок жениха.

– С ума сошел? Моя мама таких шуток не понимает.

Наши взгляды столкнулись, и я осеклась.

– Ты не шутишь. Ты это серьезно, про жениха. Так, рассказывай, что я на этот раз проглядела и не поняла?!

В груди разгорался гнев, будь сейчас рядом Делсен, я бы не плакала, а схватила за воротник и начала трясти, пока не вытрясу правду. Наверное… если бы он мне такое позволил. Может, и хорошо, что сейчас до него не добраться. Один раз уже поистерила, хватит.

– Борэ? Ответь.

Бес подхватил меня под руку, и мы оказались не в лавке артефактора, а на широкой, уставленной столиками террасе над бурной горной рекой. Шум воды заглушал голоса, над водой плясали в брызгах крохотные радуги. Деревянные перила потемнели от влаги, над головой хлопал на ветру тент.

– Чары конфиденциальности и анонимности вокруг каждого столика, – объяснил Борэ, усадил меня спиной к залу и сам сел напротив. – Начнут действовать, как только получим заказ. Хочешь чего-нибудь?

Я мотнула головой:

– Нет.

– Два дриадских коктейля, стейк с кровью, темное пиво, – сказал бес. Заказ появился на столе минут через пять. Все это время мы молчали; я смотрела мимо беса, на темные перила, сверкающую под ярким солнцем речку и радуги над ней. Мыслей не было, только непривычное, опустошающее ошеломление. И злость. На себя, на Делсена, даже на метрессу Айнастеи, из-за задания которой я впервые очутилась в этом мире. Разочарование – тяжелое чувство. Обида – тоже. Но тонуть в них нельзя, ни к чему полезному так не прийти. План ясен и прост. Сначала – разобраться, где и как я накосячила, потом – понять, как все исправить. И – эта мысль вспыхнула внезапно, но вцепилась я в нее, как утопающий студент в шпаргалку, – проучить Делсена. Всё, дорогой, ты нарвался.

Ой, я назвала его «дорогой»? Так, Элси, вот этого не надо! Мало ли, что он тебе симпатичен. С его привычкой использовать людей вслепую – пусть проваливает!

Стейк и высокая стеклянная кружка с пивом возникли перед бесом, два бокала с коктейлем – передо мной.

– Оба мне? – я удивилась.

– Он вкусный, тебе понравится.

– Откуда ты знаешь?

– Знаю. Прости, это не тот вопрос, на который легко ответить, – он отхлебнул пива и подцепил ножом стейк. – Просто чувствую. Бес я, в конце концов, или нет? Предпочтения смертных для меня прозрачны.

– И не только предпочтения? – вздохнула я.

– Не только.

– Даже не знаю, бояться или завидовать.

– Используй. Пока есть возможность, – он подмигнул и принялся за еду.

Я взяла бокал с коктейлем. На первый взгляд казалось, в нем чистая вода, но, если присмотреться, напиток сиял внутренним светом, а время от времени в прозрачной жидкости вспыхивали и гасли разноцветные крохотные искры. Пах он свежей весенней листвой, ягодами, летним лугом и холодным горным ветром. Я сделала крохотный глоток. Вода? Очень свежая, прохладная, изумительно вкусная вода, вроде бы без всяких привкусов, но в самом деле вкусная! С каждым глотком уходили напряжение и усталость, куда-то исчезли злость и обида, меня охватывало легкое, приятное, созерцательное спокойствие. И, что удивительно, мысли стали очень ясными.

Бес как будто этого и ждал. Отодвинул свою еду, сцепил пальцы в замок и спросил:

– Помнишь, как делала мне привязку? Слова помнишь?

Нужные слова тут же возникли в памяти.

– Ты теперь Борэ Шаррот, служи этому дому верно, и дом отплатит за службу.

– Ты повторила формулу за Делсеном.

– Ну да. А как еще?

Борэ покачал головой.

– Ты со мной договаривалась. Не Дом Шаррот, а ты, лично. Ты обещала платить мне за службу. Тебя я назвал хозяйкой. Договор – между мной и тобой. Если в привязке ты включаешь в него Дом Шаррот, это значит одно – ты сама относишься к этому дому. Право привязки есть у главы. Только. Но в некоторых домах равными правами с главой обладает его жена. Поняла?

– Делс-с-сен! – прошипела я, со стуком поставив бокал на стол. – Значит, мне не показалось, что он улыбался. Коз-зел!

– Да, он обрадовался. Ты ему нравишься, неужели не замечаешь?

– Неважно, что я замечаю, а что нет! Важно, что он сам ни слова мне не сказал!

– Девушкам важны слова, – словно в никуда бросил бес. – Но разве чувства не важнее?

– Мне важна честность! – возразила я.

– А если я скажу, что для него это тоже случилось внезапно? Возможно, он собирался сделать тебе предложение по всем правилам?

– Ну и делал бы.

– Ты успела первой. Фактически объявила себя его женой, и Дом это принял.

Еще бы не принял, дело было в ритуальном зале на всплеске силы!

– Но я ведь не знала! А он и не подумал объяснить!

– Растерялся?

– Для него это не характерно. Но даже если бы! Три дня прошло, он что, до сих пор весь такой из себя растерянный? Не смеши.

Бес придвинул ко мне ближе коктейль, подмигнул:

– Сделай паузу. Слишком долго возмущаться – только лишний шум создавать. Лучше подумай, как ответишь.

Я качнула в руках бокал. Отпила немного. Хороший способ сделать паузу, на самом деле. И как же хорошо, что все эта ерунда вскрылась не в поместье Делсена, и я, при всем желании, никак не могу устроить ему немедленный скандал. Нет уж. Хватит импульсивных поступков, на этот раз я все взвешу и обдумаю!

Глоток, еще глоток… отличная штука этот дриадский коктейль! Из чего, интересно, делают?

– Борэ, скажи, это в самом деле так серьезно? Не было же какого-то брачного ритуала, помолвки, вхождения в род, только эта привязка!

– Серьезно, – подтвердил бес. – Слово сказано. Ты практически замужем.

– «Практически»? Постой, ты же говорил «жених»? Ой, всё, я запуталась! Борэ?!

– Жених, потому что брак подтвердить надо.

– Подтвердить? – До меня не сразу дошло, о чем он, а когда дошло, я поняла, что сейчас сгорю от стыда. И тут же смущение сменилось страхом: – Погоди, это значит, он в любой момент может потребовать, чтобы я… ну…

– Он же не совсем дурак, – ухмыльнулся бес. – Ему тебя задобрить надо, приручить, а не взбесить окончательно. А еще, скажи мне, – он наклонился вперед, ко мне, – ты, вроде бы, его знаешь. Станет он брать женщину силой?

Я замерла. Покачала головой:

– Нет. Не верю.

– Правильно не веришь.

– Но это ничего не значит. Так выйти замуж я не согласна.

Глаза беса сверкнули алым.

– И что будешь делать? – вкрадчиво спросил он.

«Что делать?» Я смотрела на своего «слугу», а в голове не было ни одной мысли, только пустота и… ясность? Да. Такая странная, никогда прежде мной не испытанная ясность, когда понимание рождается без раздумий, без выстраивания логических цепочек. То ли интуиция, то ли снова дары фей?

– Тебя это волнует, – сказала я. – Почему? Ты сам чего вообще хочешь? Ты ведь не случайно насчет жениха пошутил, ты хотел, чтобы я догадалась, верно?

– А не должен был?

– Ответь, пожалуйста.

– Да, я хотел, чтобы ты догадалась, – ответил он с вызовом.

И замолчал.

Я медленно допила коктейль.

– Хорошо, я догадалась, и дальше что?

– Вот и мне интересно – дальше что?

Он нарочно меня бесит?

– Я спросила, чего ты хочешь? Чего добивался, Борэ?

– Предположим, мне интересно исследовать твои реакции. А может, я спрогнозировал их и проверяю точность своих прогнозов. Скажи, тебя на самом деле больше волнуют мои мотивы, чем собственное внезапное замужество?

Может, и не больше, но как же мерзко понимать, что и этот – еще один, снова! – тоже пытается использовать меня втемную!

С другой стороны, а зачем мне его ответ? Только ради удовлетворения любопытства? Какая мне разница, чего хочет бес? Важно, чего я сама хочу.

«Сделать паузу», вот чего. Я здесь слишком увлеклась учебой, еще бы, столько интересного! А надо не новые знания осмыслить, а наши с Делсеном отношения. То есть, как я к нему отношусь, как он ко мне, зачем он меня сюда затащил и почему я так этому обрадовалась.

Но для начала откатить назад! Даже если я с какого-то перепугу вдруг решу, что быть женой Делсена – моя заветная мечта и главная цель в жизни, все равно! Не так должна начинаться счастливая семейная жизнь.

– Борэ, а ты в ритуалах разбираешься?

– Да, но советы давать не рискну.

– Я советов и не прошу.

– А чего тогда?

– Вопрос – где взять информацию, как я могу отменить это замужество. Сама. Без Делсена.

– В твоей комнате книга лежит.

Ой, точно! «Родовая магия», я ведь ее так и не дочитала!

– Отлично! – я встала. – Значит, домой и читать. Я с этой подставой разберусь, он еще пожалеет…

Что-то кольнуло меня на этих словах. Может, смутное ощущение, что пожалеть может не только Делсен? Или та самая мысль, которую я упорно гнала – что на самом деле Делсен вообще ни при чем, я стопроцентно сама виновата, и моя злость на него – всего лишь попытка приуменьшить собственный косяк?

«Обдумаю позже», – я решительно оборвала все сомнения. Пожалею или нет, он виноват или я, но идти у него на поводу я точно не собираюсь!

Принуждать демонов к службе – очень опасная затея. Поколения людей убеждались в этой нехитрой истине снова и снова, но, удивительное дело, вновь и вновь находились дураки, уверенные, что они умнее прочих и им повезет.

Хагос Лоссеиваль, как оказалось, все же дураком не был. А может, просто быстро учился. После нескольких демонстративных «я тебя выслушал, а делать буду, что сам считаю нужным» больше не пытался натравить демона на врагов рода, отправить на поиски легкой наживы или поручить еще какую-нибудь несусветную глупость. Чаще вообще делал вид, что «младшего родича» в упор не замечает. Но Граса Лоссеиваля такое положение дел не устраивало. Свобода действий, ограниченная только клятвой, но не приказами, – это, конечно, не так плохо, как могло быть. Но не в том случае, когда у главы рода вместо разума и трезвого расчета – непомерные амбиции и святая уверенность в собственном величии. Постоянно отслеживать его телодвижения, пресекать самоубийственные глупости, сглаживать готовые вспыхнуть конфликты, опасность которых Хагос зачастую не то что не понимал, а даже не замечал – все это было крайне хлопотно, отнимало уйму времени и мешало сосредоточиться на главном.

И если до встречи с Делсеном демон еще кое-как все это терпел, то после – терпение лопнуло. А вы бы утерпели, когда вот он, руку протяни – почти идеальный глава, спокойный, разумный, способный договариваться, и единственное, что нужно – расчистить ему место?!

Конечно, обещание не убивать отсекало самые простые пути. Хорошим решением было бы не останавливать очередную глупость Хагоса и подвести его под опалу, но тогда пострадает репутация рода. Нет, Грас собирался действовать чисто, красиво, вежливо, а главное – эффективно. Так, чтобы глава, став бывшим главой, не пакостил, не лелеял планы мести, а приносил пользу.

Идею, сама о том не подозревая, подсказала Эл, забавная девчушка из другого мира. А если точнее, не она сама, а картинки, которые Грас выхватил из ее памяти. Университет, учеба, практика, несколько девиц, явно не подружек ей. Соперницы? Раздражающие сокурсницы? Какая разница, важно, что Элсина Грейзен не станет вмешиваться, если…

Грас рассмеялся своим мыслям. Да, будет красиво. Даже, можно сказать, гармонично.

В качестве необходимой подготовки пришлось поговорить с цвергами. Очень вдумчиво, долго, настойчиво, разобрав всю комбинацию буквально на молекулы. Вот же въедливый народец! Из обещанных Делсену трех дней двое полных суток ушло на переговоры с конторой Гароха, начиная от мелкого клерка на приеме и заканчивая самим почтенным Гарохом. Но на третий день колеса завертелись, наконец, в нужную демону сторону.

Приглашение из конторы пришло утром, как раз когда Хагос уселся во главе стола и велел подавать завтрак. Как всегда с утра, демон бросил на него единственный взгляд и отвернулся. Слишком ясно видел, как не хватает Хагосу почтительной толпы домочадцев, как раздражает пустота вокруг. Вроде и понятное чувство, но в исполнении этого конкретного Лоссеиваля – на редкость омерзительное. Смотреть противно. Но и оставлять амбициозного дурака без присмотра в начале нового дня – никак нельзя.

Письмо легло поверх утренней газеты, рядом с тарелкой. Хагос многозначительно хмыкнул, зачем-то отряхнул руки, проверил конверт на проклятия и чары и, небрежно вскрыв, достал лист дорогой бумаги с сероватым флером чар конфиденциальности. Пробежал глазами, снова хмыкнул и прочел вслух:

– Достоуважаемый глава Лоссеиваль, почтенный Гарох имеет удовольствие пригласить Вас и Вашего младшего родича сегодня в любое время до полудня. Несомненно, Вас заинтересует предложение, направленное к нашей взаимной выгоде.

– Что за предложение, конечно, ни намека? – равнодушно отозвался Грас.

– Это цверги. Они предпочитают вести дела лично, если ты вдруг не знал.

– Ты много им должен?

– Умеренно, – поморщился Хагос. Не соврал; а, впрочем, как посмотреть. Сумму долга рода Лоссеиваль Грас уже выяснил, «умеренной» ее можно было назвать, только имея постоянный и стабильный доход, а не сплошные расходы, как сейчас.

– Плохо. Долги надо закрывать. Уважающий себя род не должен зависеть от ростовщиков.

– Было бы чем, закрыл бы хоть сейчас, – раздраженно отозвался Хагос. – Думаешь, мне это нравится?

– Уверен, что нет, – согласился Грас. – Когда хочешь идти?

– За пару часов до полудня.

– Разумно, – кивнул демон. – И уважение проявим, и не побежим по первому свистку, как собачки.

Завтрак прошел в молчании, но, уже встав из-за стола, Хагос вдруг спросил:

– Чего они хотят? Ты можешь узнать?

– Самый простой способ узнать – спросить, – пожал плечами Грас. – Да, я могу узнать, но нужно ли? Мы выгадаем не больше часа, а цвергам мое вмешательство не понравится. Баланс не в нашу пользу. Не можешь ждать – давай нанесем им визит раньше.

Хагос посмотрел на часы.

– Будь готов через час.

– Как скажешь, – демон склонил голову, пряча усмешку. Планируя интригу, он не ожидал, что приглашение почтенного Гароха приведет Хагоса в столь сильное волнение. Где высокомерие, где непрошибаемая самоуверенность? Либо с финансовыми делами Лоссеивалей все даже хуже, чем знают цверги, либо Хагос успел за эти дни понять, что до приличного главы ему еще расти и расти.

«Все будет проще, чем я думал», – Грас презрительно скривил губы вслед уходящему Хагосу.

Через полтора часа они входили в кабинет почтенного Гароха. Старый цверг, основатель и руководитель финансово-нотариальной конторы, принял Лоссеивалей лично. Хагос мог, конечно, решить, что все дело лишь в безмерном уважении к старинному роду – что ж, тем больней оказалось бы падать. Но, к некоторому удивлению демона, глава рода поклонился первым.

– Почтенный Гарох, я благодарен за оказанную нам честь. Полагаю, дело важное, раз им занимается не рядовой поверенный, а лично глава конторы?

Седой цверг покивал, указал гостям на кресла и молча подождал, пока помощница-дриада принесет чай. Первым сделал крохотный глоток, пожевал губами, с явственным сомнением во взоре оглядывая обоих Лоссеивалей. Грас спрятал улыбку за краем чашки. Чай благоухал цветами и медом, но тонкий нюх демона улавливал едва заметный терпкий запах спор огневицы, приглушающих у людей желание спорить. Впрочем, если бы не сам Грас поделился с Гарохом этой редкостью, даже он не заподозрил бы неладного.

– Дело не столько важное, сколько интересное, – неторопливо начал цверг, когда и Хагос отхлебнул глоток. – Вам, достойнейший господин Лоссеиваль, нужны деньги. Много денег; даже я затрудняюсь определить пределы вашей нужды. Возрождение любого рода – недешевое предприятие, а мы говорим о великом роде, не так ли?

Хагос поставил чашку, сплел в замок побелевшие пальцы.

– Не нужно так остро реагировать, – покачал седой головой цверг. – Мы говорим о великом роде и о величайшем предприятии, о грандиозной задаче, которую вы взялись решить, господин Лоссеиваль. Или я не прав?

– Правы, – ответил Грас, кинув быстрый взгляд на сжавшего губы Хагоса. – Несомненно, правы, почтенный Гарох. Прошу прощения за своего главу, вы затронули болезненную для него тему. Сложность задачи не способствует его душевному покою.

«И ясности мышления», – добавил про себя.

– Чего вы от меня хотите? – выдавил Хагос.

– Процветания рода Лоссеивалей, конечно же, – бесстрастно ответил цверг. – И некоего сотрудничества между этим процветающим родом и моей конторой. К обоюдной выгоде и пользе, разумеется.

– Конкретно, пожалуйста.

– Конкретно… – цверг снова отпил из своей чашки, дождался того же от гостей. – Видите ли, господин Лоссеиваль, ваш король знает, что мой народ не лезет в дела людей, и на словах одобряет нашу позицию, но только на словах. На деле он хотел бы, чтобы мы не вмешивались только в дела его противников, при этом всячески помогая лично ему. Долгое время мы игнорировали его пожелания, но в последние годы его величество начал чинить нам препоны, создавать сложности…

– Если вы намекаете на еще один заговор…

– Нет, нет! – Гарох вскинул руки. – Заговор – предприятие убыточное и бесперспективное, поверьте, господин Лоссеиваль, я знаю, что говорю. Я и вашего деда пытался в этом убедить однажды. Он меня не послушал, и чем все закончилось?

– В таком случае я не понимаю, к чему вы клоните.

– Есть лишь один мирный способ заставить с собой считаться. Стать незаменимым. Предложить то, чего не даст никто, кроме вас. Сейчас у нас есть такая возможность, но нам нужна помощь, которую можете обеспечить вы. Или еще какой-нибудь великий дом, если вам не понравится предложение, – цверг тонко улыбнулся, выпустив в Хагоса это откровенное «я вам нужен больше, чем вы мне».

– Я думаю, мы не станем вмешивать другие великие дома, – сказал Грас. – Верно, глава?

Хагос кивнул. Отпил еще чаю, поставил чашку и спросил:

– И все же, почтенный Гарох, чего вы от меня хотите? Довольно вступлений. Что за возможность, какая помощь, что будете иметь вы и что – дом Лоссеивалей?

– Этим летом мы заключили договор о постоянной торговле с одним из гостей из соседнего мира. Из магически спокойного мира, – уточнил цверг, бросив взгляд на демона. – Вам ли не знать, господин Лоссеиваль, как ценятся изготовленные в том мире эликсиры, боевые зелья, лекарства. Алхимия – наука тонкая, наши магические шторма не способствуют качеству.

Хагос снова кивнул, в его взгляде промелькнула заинтересованность. А Гарох продолжил, слегка разведя руками:

– Беда в том, что об истинной ценности для нас их изделий алхимики того мира прекрасно знают. Договор выгоден, но не настолько, как хотелось бы. К тому же поставка товара никак от нас не зависит, этим занимается человек с той стороны. Тропу контролирует великий дом ТОЙ стороны! Тарс!

Демон удовлетворенно улыбнулся, услышав непритворный гнев в голосе цверга. Заронить в голову почтенного Гароха нужную мысль удалось не сразу, зато теперь идея укоренилась, проросла, расцвела, и цверг искренне считал ее своей.

– Любой великий дом потому и великий, что способен открыть и контролировать свою тропу, – Хагос уловил идею с полуслова. – Итак, вам нужен альтернативный маршрут? Независимый от партнеров из соседнего мира? А ко мне вы обратились, я полагаю, потому что списать долг, тем более длинный долг, менее убыточно, чем платить за проход звонкой монетой? А чем сильнее дом, тем больше он запросит за пользование тропой.

– Мое предложение несколько сложнее, – цверг вновь заговорил спокойно и размеренно. – Буду откровенен, господин Лоссеиваль. Там, на той стороне, филиал нашей конторы тесно сотрудничает с домом Тарс, который контролирует тропу сюда. Их договор не предусматривает иных посредников. Уже заключенный договор будет исполняться честно. Но никто не обещал, что он останется единственным. Это что касается моей конторы. Что же до дома Лоссеивалей, не думаю, что всего лишь списание долга очень вам поможет. Или я не прав?

– Правы, – с каменным лицом признал Хагос.

– Вот что я предлагаю. Вы откроете тропу в тот мир, отправитесь туда, найдете алхимиков и наймете их. Вы будете получать эликсиры по цене того мира. Для себя и для нас. Это весьма выгодная стратегия. Есть, конечно, определенные сложности, но они решаемы.

– Мне надо подумать, – Хагос поднялся, отошел к окну. Некоторое время в кабинете царило молчание. Цверг вызвал помощницу, попросил принести еще чая. Грас явственно видел отблески алчности в глубоко посаженых глазах. Казалось бы, очень простая схема, но почему-то ни почтенный Гарох, ни его столь же почтенные конкуренты до сих пор до такого не додумались. Странно. Или все дело в том, что не нашлось ни одного главы великого дома в безнадежном положении? Собратья Хагоса Лоссеиваля по принадлежности к высшей аристократии отличались, насколько мог судить Грас, изрядным презрением к сословию торговцев, финансистов, да и к самой идее «делать» деньги, а не получать их в качестве «платы за кровь» или подачек от короля. Делсен был не просто редким, а единичным исключением, воистину «дурная овца» в стаде высокомерных снобов.

Немного подождав, демон подошел к Хагосу.

– Соглашайся. Он прав, без очень больших денег род не возродить, а здесь нам деньги взять неоткуда. Только нужно выяснить, что там за сложности, которые «решаемы». И еще, глава, кроме денег, – дождался, пока Хагос повернет голову, поймал его взгляд и предложил вкрадчиво: – Почему бы тебе не поискать там жену?

– Жену?!

– Конечно. Отличный вариант, сам подумай. Здесь ты еще долго не сможешь получить девушку равного с Лоссеивалями положения. Но если найти там невесту – магически одаренную, хорошо воспитанную, из обеспеченной семьи, провести ритуал принятия в род, обвешать ее накопителями, ты получишь сильных одаренных детей.

– Почему бы тебе этим не заняться?

– Возможно, займусь. Я думал о таком. Дети растут долго, поэтому времени терять не хочется.

Хагос не ответил. Резко обернулся к цвергу:

– О каких сложностях вы говорили, почтенный Гарох?

Грас напрягся: разговор вступал в решающую фазу.

– Видите ли, господин Лоссеиваль, вам придется задержаться в том мире. Возможно, даже поселиться там на какое-то время. Наша контора поможет с легализацией, разумеется.

– Почему это… – он осекся, нахмурился и сам себе ответил: – Конечно же. Тропа. Постоянно держать ее открытой – безумие, часто открывать – безумие еще худшее. Но я глава дома! Я не могу просто взять и исчезнуть. Это абсурд! Ты! – повернулся к Грасу. – Ты этим всем займешься!

– Не смогу, – миролюбиво отозвался демон. – Магии в том мире для меня маловато, фонить буду так, что вычислят тут же. Да и в зельях ваших не разбираюсь. А чего ты запаниковал? В чем абсурд?

– Да в том, что глава нужен здесь! Появляться в обществе, отслеживать новости, ловить выгодные возможности! Ритуалы проводить!

– Чайку глотни, глава. Не ори в чужом кабинете. Подумаешь, проблему нашел. Делишь род на две ветви, и твоя великая проблема решена. И даже с пользой для рода решена: две ветви, если ты еще не забыл основы арифметики, вдвое больше, чем одна. Ритуалы я тебе все здесь проведу, какие нужны, а что касается выгодных возможностей, в этом я точно сильней тебя. В отличие от эликсиров. Так что расслабься и скажи почтенному Гароху большое спасибо. Его идея того стоит.

Хагос, кажется, готов был спорить, но напоролся на взгляд демона – и осекся.

– Если рассуждать технически, вторая ветвь – действительно отличное решение, – оживился цверг. – Нужно найти место с достаточным магофоном для родового алтаря, я дам нашему филиалу такое поручение. Какая-то пара десятков лет регулярной напитки, и можно будет поддерживать тропу с обеих сторон. Превосходное решение, господа Лоссеивали, превосходное! И как я сам не додумался, ведь давно можно было…

– Эксклюзив! – рубанул демон. – Мы заключим договор, по которому ни вы лично, почтенный Гарох, ни кто-либо по вашему прямому поручению, косвенному наущению или недосмотру не раскроет этой схемы третьим лицам и не предложит воплотить ее никому, кроме Лоссеивалей.

– До тех пор, пока мы будем получать оговоренную выгоду от тропы Лоссеивалей, – цверг склонил голову, пряча взгляд, но досаду в его голосе демон услышал. В самом деле, кто ж ему виноват, что сам не додумался? Схема-то простая, даже примитивная.

– Разумеется, – согласился уже Хагос. Вот так – стоило намекнуть, что договор может уплыть к другому, как тут же все сомнения отпали. Воистину, жадность смертных – прекрасное качество. Для демонов.

– Значит, здесь ты учишься? – Борэ, прищурившись, рассматривал теплицы, вымощенные камнем дорожки, корпуса университета поодаль. – Мне нравится. Тоже хочу.

– Приемная комиссия там, – я махнула рукой в сторону главного корпуса. – Уверена, ты сумеешь их обаять. Вперед.

– Ты разрешаешь?

– Конечно. Почему я должна запрещать тебе учиться?

– Прекрасно, тогда я пошел! – бес радостно потер руки, подпрыгнул на месте и исчез. Ого, не думала, что он и в нашем мире сможет так легко порталиться! Что ж, удачи ему, интересно будет понаблюдать.

Метрессы Айнастеи видно не было, да и вообще ни вокруг теплиц, ни в университетском парке, ни у корпусов я не заметила ни души. Ну и хорошо. Объясниться с Дриадским Кошмаром еще успею, да и подумать надо, не хватит ли с меня практики этим летом. И вообще – подумать. Обо всем.

С Делсеном я не поговорила. Даже не видела его, и только порадовалась этому: боялась в глубине души, что остановит. А вот сейчас, когда путь в соседний мир закрылся, почему-то стало жаль, что сбежала, не высказав все, что думаю, и не выслушав оправданий. Если, конечно, Коготь стал бы оправдываться. Тоже вопрос.

С неба лился жар, асфальт напоминал разогретую сковороду, и даже тень от раскидистых лип не спасала. Можно было перенестись домой порталом, но я зачем-то шла пешком. Как будто нужно было доказать себе, что я дома, что вокруг знакомые с детства улицы, а не Шаррот с его горным ветром и кружащим голову ароматом роз.

Жалела ли я, что так бездумно рванула за Делсеном «на практику»? Нет. Все-таки нет. Было интересно. Кто б мне здесь рассказал столько о ритуалах, родовой магии, охранных чарах? Кто позволил бы провести самой ритуалы, о которых у нас даже в учебниках уже не пишут? Отличная практика, если судить честно и непредвзято, мне повезло.

Но, скажи откровенно, Элси, где сейчас ты, а где непредвзятость? Обида грызла душу, обида и злость. Я чувствовала себя преданной, использованной. Обманутой. Утешало одно – ритуал «развода» я провела и без Делсена. Спасибо накопителям, сил хватило, а доступ в ритуальный зал без него мне, оказывается, давало положение «жены». Разорвала все свои связи с Домом Шаррот, символом разрыва оставила в ритуальном зале подаренное Делсеном колечко-накопитель, а напоследок перепривязала Борэ лично к себе. Он, кстати, сам подсказал. Почему-то бес хотел остаться со мной, а не с Делсеном. Мне, если честно, было все равно. То есть, я бы его и вовсе отпустила, но если хочет человек остаться… ой, не человек, конечно же, но какая разница? Хочет – пусть остается, пусть, вон, в университет в наш поступит, развлечется по полной программе. Жалко мне, что ли?

И никаких прощальных записок. Не заслужил. Тоже мне, «муж»! Отличный метод жениться!

Кипя от злости, я шла все быстрее, пока, повернув за угол, не врезалась в кого-то. Ой…

– Ой, простите, пожалу… Дарнэ? – передо мной стоял мой названый старший брат, тот самый парень, который привел меня в первый раз в мир Делсена… и который, кстати, еще тогда предупреждал об «опасности внезапно выйти замуж».

– Элси? Ты почему здесь?

– Потому что… – «Потому что ты был прав»? – Я… – «Потому что я наивная дурочка»?

– Элси? Стоп, ты плачешь, что ли?!

– Н-нет! И не думаю даже! – я уткнулась в его плечо и разревелась.

Хорошо все-таки, когда есть старший брат. Дарнэ крепко меня обнял и перенес куда-то – рывок портала так встряхнул, что слезы тут же кончились, и я, шмыгнув носом, подняла голову. Мы стояли в сквере неподалеку от моего дома, как раз напротив ларька с мороженым. Дарнэ усадил меня на лавочку, спросил:

– Тебе какое, шоколадное?

Я кивнула, и уже через пару минут уплетала мороженое, а Дарнэ молча сидел рядом. Не расспрашивал ни о чем, только навесил на лавочку легкие чары отвлечения внимания. Наверное, чтобы я не стеснялась, если снова захочется порыдать. Но мне не хотелось. Минутная слабость прошла, и к бесам все! Практика закончилась, у меня каникулы. Буду есть мороженое, танцевать, ходить в кино, и вообще, выберусь в Агран, вот! Прямо завтра с утра. Буду целый день валяться на пляже и купаться в море, пообедаю акулой на гриле, вечером схожу на танцы, отличный план!

И только я собралась спросить Дарнэ, не хочет ли он рвануть со мной на пляж, как он заявил:

– А вот теперь рассказывай.

Это он, выходит, ждал, пока я мороженое прикончу и успокоюсь?

– Нечего рассказывать, – буркнула я.

– Ты плакала.

– Я больше не буду.

– Конечно, не будешь! Но я, как твой старший брат, обязан разобраться. Ну там, с кем поговорить по душам, кому морду набить, сама понимаешь. Так что давай, колись, кто посмел обидеть мою сестренку?

– Вот так заведешь себе старшего брата, а потом не отвяжешься, – я хотела сказать это сердито, но не сдержалась, хихикнула.

– А потому что думать надо, кого заводишь, – подначил Дарнэ. – В конце концов, для чего еще братья нужны?

– Для того чтобы угощать мороженым? – пошутила в ответ я. – Ой, ладно, слушай.

Хотела рассказать в двух словах, но сама не заметила, как увлеклась. И чем больше рассказывала, тем легче становилось. В какой-то момент Делсен со своими интригами отошел на задний план, а мы перескочили на обсуждение порталов, ритуалов, конторы Гароха – Дарнэ, оказывается, тоже имел с ней дело, – амулетов и накопителей… Я совсем расслабилась, и тут Дарнэ застал меня врасплох одним коротким вопросом:

– А ведь он тебе нравится?

Я запнулась.

Нравится?

Ну… наверное. Если бы не нравился, наверное, плюнула бы и забыла, и уж точно не стала бы рыдать, злиться и прокручивать в голове все то, что хотела бы ему высказать.

– Неважно, Дарнэ. Нравится, нет, а вот так я замуж не пойду. Он себе нашел полезную дурочку, обрадовался, что она ничего не поняла, и решил воспользоваться случаем? Ну уж нет! Даже если я ему тоже как девушка понравилась, а не только как бесплатный ритуалист, все равно так не делается.

– Все-таки любая девчонка хочет, чтобы парень за ней побегал, и ты не исключение.

– Что легко досталось, низко ценится.

И тут мне пришло в голову такое… такое…

– Слушай, Дарнэ… а у тебя случайно нет какого-нибудь хорошего знакомого, который впустит нас на часок в корпус ритуалистов?

– Тебе зачем?

– Ой, ну спросил! Зачем ритуалисту в ближайший ритуальный зал? Мороженое есть, наверное!

– Элси, послушай, – Дарнэ взял меня за руку, заставил повернуться к себе и заглянул в глаза. – Я найду для тебя ритуальный зал гораздо лучше, чем в университете, только скажи, что ты собираешься там делать? Я за тебя отвечаю, а ритуалы – штука опасная.

– Ничего опасного, обещаю. Так, небольшое напоминание Делсену. Отплачу той же монетой, это будет честно, правда? В его книгах как раз был подходящий ритуал. Кстати, ты мне понадобишься.

– Зачем?

– Как старший родственник. Не папу же с работы выдергивать. Пойдем, – я вскочила и дернула Дарнэ за руку. – Пойдем, я тебе по дороге расскажу. Просто и красиво!

На этот раз я и правда уложилась в пару… ну ладно, в пару десятков слов. Дарнэ посмеялся, а потом сказал:

– На словах красиво, зачетная месть получилась бы. Но ты уверена, что на нашем магофоне это в принципе осуществимо? Ритуал из того мира, а как там, сама сравнить можешь.

Я хихикнула и потянулась к уху Дарнэ:

– У меня куча накопителей оттуда! Не под завязку, я потратила, когда уходила, но ритуальчик простенький, должно хватить. А еще можно Борэ позвать, он поддержит. Соглашайся, Дарнэ! Ну пожа-алуйста!

– Ладно, уговорила, – махнул он рукой. – Посмеемся вместе.

– Да-а! – взвизгнула я. – Дарнэ, ты лучший!

– Держись, у меня портал.

Зал, в который мы перенеслись, был… странным? Да, пожалуй. По уровню сложности напоминал ритуальный зал Шаррота, но здесь было много схем, рассчитанных не на одного ритуалиста, пусть даже с поддержкой, не на классическую триаду «вопрошающий – проводящий – свидетель», а на круг магов – в пять, семь, одиннадцать лучей. Ой, мамочки, вот где высшая ритуалистика…

– Чей зал? – почему-то шепотом спросила я.

– Цвергов.

Как интересно… Что за дела у Дарнэ с цвергами, раз они его в ритуальный зал пускают, да не просто пускают, а портал выделили? Вот бесы зеленые, мне завидно! Он ведь даже не ритуалист!

– Элси, притуши алчность во взгляде и вопрос на лице. Я ни в чем здесь не разбираюсь, кроме единственной схемы, которой меня научили пользоваться. Лучше осмотрись и скажи, есть здесь то, что тебе надо?

– Сейчас найдем.

Признаться, меня тянуло схитрить. Сделать вид, что ищу нужную разметку, хотя вон она, и искать не надо, а тем временем хорошенько все рассмотреть. Но я сдержалась: цверги хоть и радушные хозяева, но все-таки меня не приглашали. Кстати…

– Дарнэ, скажи, а за пользование залом нужно будет как-то рассчитаться? И еще, ничего, что я беса позову?

– Если не напортачишь, все нормально будет. Мне не запрещали никого приводить, условие одно – чтобы после нас был такой же порядок, как до. Чисто, аккуратно, без жертв и разрушений.

– Жертва предполагается только одна, – буркнула я. Глубоко вздохнула. Последняя возможность передумать. Просто оставить все в прошлом. Забить. Забыть. Отправить Делсена к зеленым бесам и вычеркнуть из памяти. Решай, Элси. Чего ты хочешь на самом деле?

Отомстить? Нет, месть сама по себе ничего не даст, кроме пары дней злорадного удовольствия. Забыть? Если так, нужен другой ритуал. Забвения, а не… Нет. Не хочу я забывать. С чего бы? Мой названый братец угадал, Делсен мне нравится. На самом деле я, может, и согласилась бы стать его женой. Если бы он сделал все правильно! С ухаживаниями, свиданиями, откровенными разговорами, признанием в любви, знакомством с родителями, нормальной свадьбой. Вот и пусть исправляется. А я посмотрю и подумаю.

– Борэ, явись, ты мне нужен.

Бес возник рядом с нами, пригладил вздыбившиеся волосы и заявил:

– Ты бы еще в королевскую сокровищницу вот так позвала! Ничего, что здесь защита в десять слоев?

– Ну ты же прошел. Познакомьтесь, ребята. Борэ, мой бес-помощник, Дарнэ, мой старший брат. Борэ, с тебя поддержка. Дарнэ, ты свою часть понял?

– Да.

– Хорошо. Нам сюда.

Бес присмотрелся к схеме и расхохотался.

– А ты коварная! Одобряю.

– И ничего не коварная, совсем даже. Я наивная девушка, которую нагло обманули, – рассеянно возразила я, раскладывая накопители по узловым энергетическим точкам.

– Гораздо страшнее просто коварной, – поддакнул братец.

– Ой, всё, сейчас нос задеру! Становитесь, начинаем.

Все-таки практика у Делсена многое мне дала. Еще с месяц назад я не рискнула бы браться за такой ритуал, теперь же не видела в нем ничего сложного. Главное – четко, до мельчайшей детали, представить цель. Что-то вроде испытания: тот, кто на самом деле тебе не нужен, не будет в мыслях совпадать с реальностью, и узы ритуала лягут не на реального мужчину, а на выдуманного, идеального. И ищи его потом хоть до старости, этого идеального. Умные люди придумали этот ритуал… или не люди, какая разница.

Коготь. Делсен Лоссеиваль. Делсен Шаррот. Бродячий торговец, аристократ, авантюрист, глава нового рода. Резкий и заботливый. Замкнутый, но не боящийся полностью открыться. Эх, Делсен, что же ты наделал, зачем ты так со мной?

– Я, Элсина Грейзен, заявляю права на этого мужчину, только я могу стать его женой, пока не откажусь от этой чести.

– Я, Дарнэ Гоббарт, названый старший брат девицы Элсины, по праву старшего родича – подтверждаю. Да будет так.

От беса, в принципе, ничего не требовалось, только поддержать меня силой, если бы накопители не справились. Но он тоже решил поучаствовать, уронив веское:

– Свидетельствую.

Вихрь силы взметнулся вокруг, прошел сквозь меня, заставив сердце замереть в первобытном ужасе. «Держись, держись», – почему-то вспомнился мой первый ритуал с Делсеном, каким он виделся тогда, в активном магополе. Ослепительно сверкающий бесчисленными гранями, кристально прозрачный, холодный и прочный – то ли лед, то ли алмаз. Тогда я подумала – «надежный». Я и сейчас так думаю, иначе не стала бы связывать нас снова. «Если не захочешь, отпущу, но пусть это будет честно, – мысленно пообещала я. – Честное, откровенное объяснение». Магия сгустилась, захлестнула мое запястье петлей браслета и медленно, словно нехотя, успокоилась. Я снова вспомнила, что сердце должно биться, а легкие – дышать.

– Дело сделано, и сделано неплохо, – сказал бес. Таким довольным я его еще не видела.

– Почему ты так радуешься?

– Мне нравится, как ты ответила. Теперь его ход, верно?

– Да, теперь его ход, – повторила я. – Как думаешь, долго придется ждать?

Бес пожал плечами.

– Думаю, нет. Но лучше вообще не жди – ожидание портит характер. Развлекайся, живи как обычно. Дай событиям идти своим путем.

– Отличный совет, – серьезно сказал Дарнэ.

– Согласна, неплохой. Обещаю, я им воспользуюсь.

Когда времени катастрофически не хватало и вдруг стало слишком много – только кажется, что это хорошо. Я все-таки рванула в Агран, валяться на пляже, купаться в море и танцевать по вечерам, но безделье не радовало. Как будто, пока я жарюсь на песочке и плещусь в пологих волнах Агранского залива, что-то ценное утекает сквозь пальцы, как этот песок и эта вода. Безвозвратно.

К тому же попала я сюда не слишком удачно – чтобы не сказать «заявилась не вовремя». Кто ж знал, что здесь соберутся на какой-то свой фестиваль любители уличных гонок! Обычно байкеры отжигают в столице, а тут, пожалуйста, решили разбавить бензином морской целебный воздух и ревом моторов внести нотку жизни и веселья в курортную сонную тишину! Возмущению мамочек с детьми и благообразных старушек не было предела, а ведь мамочки и старушки далеко не так безобидны, как выглядят. Если задеть их интересы, мало никому не покажется! Обычно тихий и сонный курортный городок в эти дни поражал поистине горячим темпераментом жителей и гостей, легче легкого было подвернуться кому-нибудь под горячую руку и выслушать очередную пафосную речь на тему «куда катится современная молодежь». Даже чары условной незаметности не спасали. Наверное, я слишком хорошо вписывалась в образ «современной молодежи».

Уже на четвертый день мне все надоело. Я отправилась бы домой немедленно, даже в море на прощанье не окунувшись и не кинув в волны монетку на счастье, но наткнулась на афишу «Летящей». Клуб танцев, который я – и не только я! – считала лучшим в мире, объявлял открытый вечер танго. Сегодня. Пропустить такое – да ни за что! Эх, а сложись все иначе, я бы это лето провела на практике в «Летящей», а не… нет, Делсена вспоминать не буду! Много чести. И все равно жалеть не о чем, в «Летящей», конечно, весело, натанцевалась бы вволю, но для ритуалиста там работы не так уж много, и по большей части простой – вполне по силам второкурснице. Инда Ургенс, перехватившая у меня это место, вряд ли сильно там напрягалась.

Платья для танго у меня были – дома. Но нестись к общественному порталу, оттуда по столичной жаре домой и обратно… Элси, дорогуша, не пора ли начать пользоваться всеми своими возможностями? Я вернулась в гостиницу и вызвала Борэ.

Бес явился в тот же миг, выслушал задание, исчез и через несколько минут появился с охапкой платьев. Спросил с усмешкой:

– И куда тебе столько на один вечер?

– Ты не понимаешь, это же вечер танго! Смотри, – я раскинула платья на широкой гостиничной кровати, приложила к себе верхнее, темно-алое с огненными переливами, с вызывающим разрезом до бедра, – это классическое, вообще-то в нем можно провести весь вечер. Если ничего другого нет! Но для лисьего танго лучше вот это, рыжее, звездное всегда танцуют в черном с отблесками, а для галадского обязательно нужно короткое, с открытыми коленями. Комнаты для переодевания там есть. И, раз уж купила артефактную сумочку, надо пользоваться.

– Классическое мне нравится. С удовольствием оценю, как ты в нем танцуешь, – бес смотрел одобрительно и как-то… по-мужски, что ли? Пожалуй, я хотела бы, чтобы так на меня смотрел Делсен. – Тебе ведь нужен сопровождающий?

– А ты умеешь танцевать? Танго?

– Я быстро учусь.

– Тогда пошли, только учись с другими, ладно? Не обижайся, но я хочу натанцеваться от души с хорошими партнерами.

– Только натанцеваться? – деловито спросил бес.

– Ну да, а что еще? Я, представь себе, хожу на танцы, чтобы танцевать.

– Тогда я точно тебе понадоблюсь.

– А тебе понадобится костюм для танго, – спорить я не стала, только скептически осмотрела его шорты и майку без рукавов. Смотрелся бес эффектно, не поспоришь, но не для «Летящей». – Подсказать адрес магазина?

– Сам справлюсь. Последний танец вечера оставь для меня. Оценишь успехи в обучении.

– Договорились, – а заодно обломаем ловеласов, которые ищут партнершу на ночь. Все-таки чей последний танец, тот девушку и провожает. – Встретимся на месте?

– Как скажешь. – Помедлив, бес шагнул ко мне вплотную, заглянул в глаза и спросил вкрадчивым полушепотом: – А может, Делсена позвать? Могу так устроить, что он посчитает вашу встречу случайной.

Я задумалась. Предложение было заманчивым, но…

– Нет, – покачала головой, – не сегодня. Слишком рано.

– Пусть помучается? – подмигнул бес. Кивнул одобрительно и исчез.

– Да, – сказала я в пустоту, – пусть помучается. Ему полезно. Слишком мало времени прошло. Пусть поймет, нужна ли я ему на самом деле.

Время тянулось адски медленно. Я слишком сильно ждала вечера, не хотелось ни на пляж, ни гулять, даже знаменитый Агранский рынок не привлекал, хотя я так туда и не выбралась ни разу. Ой, да что мне тот рынок после лавок другого мира!

А вот о другом мире мысли крутились. Я вдруг задумалась о том, на что раньше не обратила внимания. Как там сказал Делсен, когда звал меня на практику? «Все решили, документы оформили, метрессу Айнастеи предупредили. Полетели, Элсина, пока держится тропа». Они ведь только появились! Грифоны на моих глазах спускались с неба, и, бесы все дери, летели они не со стороны главного корпуса! Да мне ли не знать, сколько времени занимает согласование и оформление документов о практике! И метресса Айнастеи… отпустила бы она меня вот так, не поговорив? Не спросив со своим обычным ехидством, на что я решила променять такую необходимую алхимию?

И еще: «Держать тропу лишних полчаса стоит дороже, чем целый магазин ваших женских штучек».

Правда, с ними был Дарнэ. Он, наверное, все и оформил, уже задним числом, поставив всех перед фактом.

«Элси, ты слишком доверчивая», – мрачно сказала я себе.

Возразить было нечего. А вот выводы сделать стоило.

В итоге настроение к вечеру у меня было – может, и не «хуже некуда» (как говорит папа в плохие минуты, «хуже всегда есть куда»), но далеко не радужное. Совсем не для беззаботного времяпрепровождения! С другой стороны, танцы – отличное лекарство для таких случаев.

К «Летящей» я подошла немного раньше, чем было указано в билете. На широкой террасе над морем, на вымощенной разноцветным камнем набережной толпилась публика, разодетая кто во что горазд, я даже замедлила шаг, изумляясь странностям курортной моды. Мужчины в пестрых рубашках с шортами и в строгих офисных костюмах, будто перенеслись сюда порталом прямиком из столицы сразу после рабочего дня; женщины – кто в легкомысленных сарафанах, в топиках с шортиками, закрывающих ненамного больше купальника, в свободных рубашках мужского кроя, завязанных узлом над пупком, а кто в вечерних нарядах, больше подходящих для светского раута, чем для прогулки вдоль моря. Одна красотка даже меха на себя нацепила! Песцовая горжетка летом на пляже! Чары охлаждения, конечно, справятся, даже если шубу надеть, но зачем?!

По ракушечным ступеням «Летящей» я поднималась, неудержимо хихикая. Музыка тоже добавляла настроения, будоражила: навстречу входящим несся задорный ритм «Лисьего танго». В фойе раздавали коктейли, завсегдатаи развлекались болтовней, новички осматривались с восторгом на лицах. Я улыбнулась: гостей здесь встречала магия не слишком затратная, зато эффектная. Иллюзию спиральных галактик и танцующих на звездах пар создали еще при постройке клуба, поддерживал ее самозапитывающийся стабилизирующий контур – высокий магофон Аграна позволял еще и не такие изыски. Собственно, главной обязанностью здешнего ритуалиста было следить, чтобы охранные и бытовые чары не входили в диссонанс с иллюзиями. Очень много расчетов и довольно мало практики.

У шкафчиков на женской половине столкнулась с Индой. Не сразу ее заметила, а то быстро перешла бы в другую комнату, раздевалок здесь хватает. Ой, то есть здесь они называются не раздевалки, а «гостиные», как будто от красивого слова что-то изменится в сути. Нет, здесь удобно и уютно, не сравнить с нашим университетским спортзалом – шкафчики с чарами для одежды, зеркала, мягкие кресла, столики, напитки. Но никто в здравом уме не станет сидеть весь вечер в этих удобнейших креслах и дегустировать коктейли. В клуб танцев, на минуточку, ходят танцевать!

Инда выглядела на все сто. Обтягивающее платье глубокого синего цвета, лаковые туфли на шпильке, и даже чулки – не модная сеточка, как обычно, а «золотистая паутинка», хит сезона. Смотрела на меня с высоты своих шпилек, «золотистой паутинки», туго накрученных локонов и будущей должности старосты курса, и вроде бы силилась показать, насколько я ниже ее, а я снова, как бывало с Делсеном, улавливала настоящие чувства. Неуверенность, досаду, неприязнь, ревность. Но почему? Что я ей плохого сделала? Да мы вообще ни разу не пересекались по моей инициативе, всегда она первая меня цепляла!

– Гре-ейзен, – протянула Инда, – ты откуда здесь? И зачем? Неужели наша заучка решилась поискать себе хоть какого завалящего мальчика для танцев?

Ну вот, опять. Ее какое дело, кто, откуда и зачем сюда приходит?

– Ургенс, у меня каникулы, а у тебя ранний склероз, – фыркнула я. – Напомнить, какое число на календаре?

– По билетику пришла? – ой, всё, теперь эта коза в чулках решила поддеть меня тем, что именно она проходит здесь практику! Да-да, вместо меня, помню.

– Да уж не по работе, – отбила я подачу. – Могу себе позволить веселиться. А ты, дорогуша, займись, наконец, своими обязанностями, не мешай гостье одеваться. А то ведь я знаю здешние правила и вполне могу на тебя пожаловаться.

Отвернулась к шкафчику и с удовольствием послушала, как процокали к выходу шпильки. Остановившись, кстати, за дверью. Звукоизоляцию здесь принципиально не одобряют, так что…

– Ургенс, меня ждать не надо, я знаю, куда идти!

– Я провожу гостью, – сладко ответила Инда. – Ой, прости, Грейзен, уважа-аемую гостью.

Что ж, ладно. Она сама напросилась.

Огненно-алое платье, туфли в тон, артефактные серьги из купленного на практике комплекта, с защитой от менталки, меняющие цвет под одежду. Я заглянула в зеркало. Ой, Элси, а ты, оказывается, эффектная девушка! Иногда, когда не ленишься заняться внешностью. Платье сидело идеально, вспыхивало огненными всполохами при каждом движении, каплями застывшего огня горели серьги, на волосы падал медный отблеск. Яркая, как раз для танго. Я подвела губы – последний штрих для завершенности образа. Да, отлично. Улыбнулась своему отражению и пошла танцевать.

Инда и в самом деле ждала за дверью. Окинула меня оценивающим взглядом, выдавила приветливую улыбку:

– Добрый вечер, дорогая гостья, сегодня с вами я, администратор Инда Ургенс. Пока не началась программа, короткая экскурсия по клубу. Прошу за мной.

Ну предположим, администратором она могла быть разве что младшим, практикантам большего не положено, зато как звучит! Но с каких пор в «Летящей» устраивают экскурсии не для «особых» гостей, а по обычным билетам? Ой, да ни с каких, ее, наверное, отправили тренироваться на первом, кто попадется.

– Добрый вечер, администратор Ургенс, я сегодня ваше учебное пособие, верно? Мне положено капризничать, как пресыщенному клиенту? Итак, администратор Урбанс, где у вас банкетная? Мне срочно необходим глоток дриадского коктейля.

– Ургенс. Прошу сюда, буфет на третьем этаже. Кстати, обратите внимание на картины, это оригиналы. Арина Джой, наш знаменитый акварелист. В молодости была завсегдатаем «Летящей», кстати, ее первая выставка тоже прошла у нас.

«У нас»? Интересно, Ингу можно поздравить с утвержденной работой, или это часть заученного текста? Ладно, продолжу играть капризную клиентку.

Инга поднималась по ступенькам неторопливо, давая время рассмотреть акварели. Действительно, кстати, очень выразительные. Арина Джой писала танцы и магию, танцы и стихию. Ее картины можно рассматривать бесконечно. Хотя я вообще равнодушна к живописи, но вот – есть исключение.

– Акварель это несколько примитивно, не находите? Масло гораздо художественней. И, простите, администратор Ульденс, меня в данный момент интересует дриадский коктейль, а не картинная галерея. Между прочим, разве «Летящая» не танцевальный клуб? Если мне захочется насладиться картинами, я, очевидно, отправлюсь в музей.

– Грейзен, у тебя денег-то хватит на дриадский коктейль? – прошипела Инга.

Упс, а он что, настолько дорогой? Я и не спросила тогда у Борэ.

– Почему нет? Я неплохо заработала на практике. Ой, что это я? Хм. Администратор Упренс, разве ваше дело – считать деньги в чужих карманах? Вопиюще непрофессионально. Кто только берет в приличные заведения таких бесцеремонных нахалок?

– Ну все, Грейзен! – Инга остановилась, повернулась ко мне. – Наслаждайся каникулами. Это твои последние спокойные денечки, заучка. Буфет на третьем этаже, зал найдешь сама.

Развернулась на каблуках и ушла.

– Я и буфет сама найду, – пожала я плечами и пошла в зал, на звуки первых тактов классического агранского танго.

Давно я не проводила время с таким удовольствием. Время летело незаметно, Инда мелькала иногда вдалеке, но снова меня доставать не пыталась. Несколько раз она танцевала с Борэ – за бесом я приглядывала. Он и в самом деле быстро учился, а как двигался! Многие мужчины в этом зале могли бы только позавидовать. Кажется, у дам он был нарасхват.

Ну а я меняла партнеров, ни с кем не танцуя больше одного раза, не поощряя флирт, молча выслушивая комплименты. Меняла платья, радуясь этой возможности вдвойне, когда заметила выражение лица Инды. Надо же, оказывается, чужая зависть может иногда и порадовать. Но под конец вечера снова надела алое. Я ведь обещала бесу последний танец, а ему это платье понравилось больше других.

Все-таки немножко жаль, что здесь нет Делсена. Ой, а он, может, вообще танцевать не любит? Умеет наверняка, раз уж получил аристократическое воспитание. Но как раз то, что в детстве вбивают насильно ради «подобающего воспитания», чаще потом ненавидят, чем любят.

– Все думаешь о нем? Лучше бы за меня вышла замуж. Пойдешь, Эл?

От вкрадчивого шепота в ухо я чуть не взвизгнула. Да и не шарахнулась только потому, что твердые мужские руки успели придержать за плечи. Грас Лоссеиваль? Серьезно?

Где в нашем мире можно ожидать встречи с демоном? На самом деле нигде, но уж точно – не на вечере танцев!

– Не хватайся за меня, пожалуйста, и не лезь мне в голову, – вполголоса попросила я.

– При одном условии, милая Эл.

– Каком?

– Танец, конечно. Мы ведь на вечере танцев.

Ой. А это интересно, танго с демоном!

– Я знал, что тебе понравится идея. И я не лез в твою голову, я не могу не слышать, когда ты так громко думаешь. Думай тише, Эл, и никто тебя не услышит. Даже я.

– Научишь?

Ой, зря я это спросила… очень уж сильно полыхнуло от Граса удовлетворением, будто он этого и ждал. Нет, будто именно ради этого он вообще со мной встретиться решил!

– Может быть, но сначала потанцуем, Эл.

Не дожидаясь ответа, подхватил и повел, и первый шаг идеально совпал с первой нотой «драконьего танго». Наверняка нарочно так подгадал!

«Драконье танго», его еще называют «торнадо». Без тягучей прелюдии агранского танго, без бойкого, ритмичного вступления «лисьего», без вкрадчивого, похожего на шепот ветра начала «звездного». С места в карьер, с земли – в ураганный полет, не танец – взрыв. Танцевать «торнадо» действительно нужно уметь, а еще – этому танцу нужно отдаваться полностью. Никаких посторонних мыслей, вообще никаких мыслей! Парни говорят, это похоже на боевой транс. Чего не знаю, того не знаю, я не боевик, а с ритуальным трансом и вправду есть что-то общее. Тебя подхватывает и несет – вихрь силы, музыки, азарта, восторга, вы с партнером – два ветра, которые спорят, чье сегодня небо. Схлестнувшись взглядами, в неистовой схватке рук, в противоречии поддержек и рывков, шорохе платья и стуке каблуков, страстном дыхании и бешеном биении сердца. А с демоном – о-о-о! Уже не просто два ветра, а в самом деле столкновение двух торнадо, бешеный ураган, и ты несешься с ним наперегонки, летишь с ним вместе… и в тебя течет часть его силы.

Непередаваемо.

Тишина обрушилась внезапно. Я глубоко вздохнула, возвращаясь в реальность.

– Прекрасный танец, Эл, – демон протянул мне бокал. – Освежись.

– Что это?

– Дриадский коктейль, тебе сейчас не помешает.

– Спасибо, – первый глоток принес в мысли прохладу и покой. – За танец тоже. Ты прав, это было прекрасно.

– Я заслужил награду?

«Да» само рванулось на язык, но я быстро глотнула еще коктейля и напомнила себе, что с демоном нужно взвешивать каждое слово. Мало ли, чего попросит.

«Умнеешь на глазах, Элси. Или дриадскому коктейлю спасибо?»

– Чего ты хочешь?

– Чего может хотеть Лоссеиваль от ритуалиста? – демон ухмыльнулся. – Помнишь, как я торговался с Шарротом? Я выполнил условие, так что придется бедняге Делсену снова сменить фамилию.

– Я не очень хочу встречаться с ним сейчас.

– Понимаю. Но ты можешь ограничиться официальной частью. Пришла, провела ритуал, получила плату, ушла. Ни одного лишнего слова. Соглашайся, Эл. Проверишь свои умения, получишь лишнюю практику, тебе ведь нравится такое. Ритуал простой, всего лишь перекинуть родовые узы с меня обратно на Делсена. Доставка туда и обратно с меня. Плата, – он склонился ко мне, глубокий голос зазвучал вкрадчиво и соблазняюще, – понимаю, одного прекрасного танца мало. Чего хочешь ты? Месть? Мужа? Знаний или богатства? Только скажи, Эл.

– Для тебя это важно, – сказала я.

– Даже не представляешь, насколько.

– Для меня важно разобраться в наших с Делсеном отношениях. Честно, без оглядки на пользу для Лоссеивалей, ценность ритуалиста для семьи, что там еще могло быть у него на уме? Я даже не представляю. Только он и я. Если я для него важна, пусть сделает все правильно. Если нет, пусть идет к бесам.

– Зачем он нам?

– Ой, – я рассмеялась. – Прости, не это имела в виду. Пусть найдет другую жену, а я буду знать, что он такой же козел, как Хагос, и успокоюсь.

– Я тебя понял. Но скажи, чего ты хочешь от меня? Я бы сам взял тебя в жены, но ты ведь снова откажешься. Тебе так важны чувства, Эл?

– Да. Мне важно, чтобы мой муж любил меня, просто меня, а не мое умение проводить ритуалы или варить эликсиры. Ритуалиста и алхимика всегда можно нанять. Или сэкономить, удачно женившись, а Лоссеивалям сейчас нужно экономить, верно?

Заиграла музыка. Спокойное, знойно-ленивое, как полдень на жарком песке пляжа, «танго летнего зноя».

– Пойдем танцевать, Эл, может, танец приведет твои мысли в порядок. Я понял, чего ты хочешь от Делсена, но никак не возьму в толк, что просишь у меня.

Кажется, демон и в самом деле хотел услышать конкретную цену, а не эмоциональные пожелания влюбленной девушки. «Танго летнего зноя» можно танцевать страстно, но в нашем танце не было страсти. Только сила и спокойная уверенность, только полное, пугающее взаимопонимание. Как, ну как ему удается?! В «Драконьем танго» мы были двумя схлестнувшимися ураганами, сейчас же – жарким песком и ленивым морем, такими разными, но не существующими друг без друга. Единым целым. Мысли ушли, я растворилась в движениях, я была волной, набегающей на берег, раскаленным песком под знойными лучами солнца, ослепительным солнцем в бездонном небе, вечностью, рядом с которой Элси Грейзен – не больше песчинки. До того мгновения, когда в размеренный ритм вечности врезался знакомый голос:

– И все же ты слишком хороша для него, Эл. Матушка моя Бездна, настоящий транс у ничему не обученной смертной девчонки!

Пологая волна разбилась об острый каменный волнорез. Я остановилась.

– Я поняла, чего хочу, Грас. Через… да, через десять дней в университете будет летний бал. Устрой так, чтобы Делсен появился там. Пусть он решит, что ли, жену себе выбрать. И выберет. Не обязательно меня. Отношения без любви лучше рвать сразу, чем мучиться всю жизнь, я просто хочу определенности. Закрыть это лето, как прочитанную книгу, и жить дальше, понимаешь? Сможешь такое устроить?

Демон думал быстро: я могла бы и вовсе не заметить несколько мгновений заминки перед уверенным:

– Смогу.

– Значит, договорились. Когда тебе нужен ритуал?

– Чем скорей, тем лучше.

Я посмотрела на плывущие под потолком, среди звезд, часы-луну.

– Если ты не имел в виду «немедленно, и критична каждая минута», давай потанцуем. Осталось примерно полчаса.

Демон рассмеялся:

– Эл, ты бесподобна! Я имел в виду «лучше завтра, чем послезавтра». Но сегодня, конечно, будет еще лучше. И знаешь, Эл…

Он таинственно замолчал, словно подначивая спросить: «что?», – но тем временем заиграло вступление к «Звездному танго», я дернулась, и демон быстро сказал:

– У меня есть предложение получше. Давай отправимся прямо сейчас, а после вернемся в этот самый момент. Что-то мне подсказывает, что после ритуала тебе захочется сбросить эмоции в танце.

– А так можно?! Время неподвластно никакой магии, нас так учат.

– Правильно учат. Представь, какой воцарится хаос, если каждый начнет играть со временем в своих интересах. Эл, я могу так сделать, этого достаточно. Больше тебе ничего не нужно знать.

И я решилась.

– Хорошо, давай отправимся прямо сейчас. А вернемся минут на пять пораньше, мне нужно будет переодеться перед звездным танго.

– О, женщины! Переодеться – это, конечно, весомый повод, серьезней не придумаешь.

Он крепко меня обнял, я только хотела возмутиться – договорились же, не хвататься! – но тут перехватило дух от резко выросшего магофона, волшебные иллюзии «Летящей» исчезли, а в спину ударил холодный ветер, насыщенный ароматом роз. Шаррот? Вот так – мгновенно?!

А я совсем не готова встретиться с Делсеном на его территории.

– Не трясись, он тоже не готов. Лучше представь, какой получится сюрприз, – сказал демон и разжал руки. Я осторожно шагнула назад и буркнула:

– Лучше я представлю, как буду здесь ходить в танцевальных туфлях на шпильке, это гораздо страшнее.

– Одно твое слово, Эл, и я отнесу тебя на руках! – в преувеличенном пафосе демона сквозило откровенное ехидство, и я ответила тем же:

– Даже если слово будет «нет»? Не надо, господин Лоссеиваль, лучше позовите господина Шаррота, и начнем.

Мы, кстати, стояли не на склоне с розами, где появился демон в первый раз, а почти у самого дома. Тем лучше. Давай, Элси, настраивайся на работу.

– А что его звать, сейчас сам примчится. Готова?

«Нет!» – хотела крикнуть я, но тут распахнулась дверь дома, и к нам выскочили Делсен и Улейв. И правда – примчались!

Делсен остановился резко, словно врезался в стену.

– Меня не предупреждали о свадьбе.

Вот гад, я ему это припомню!

– Меня тоже, представь. Из чего следует логичный вывод: свадьбы не будет.

По-моему, Делсен собрался что-то ответить, но тут встрял демон:

– Молчи, мой будущий глава, за умного сойдешь. Я привел ритуалиста, и горе тому, кто подумает и тем более скажет иное.

Улейв присвистнул:

– Да ты огонь, Элси! Впервые вижу ритуалиста, который настолько тщательно приоделся к ритуалу.

– Господин Лоссеиваль выдернул меня с танцевального вечера, так что не принимайте на свой счет. И давайте не терять времени, я хочу успеть на звездное танго.

Да! Если у нас с Делсеном все-таки ничего не выйдет, по крайней мере, смогу вспоминать его лицо в этот момент. Вполне потянет на компенсацию.

Демон подал мне руку, и я мстительно оперлась о его ладонь. Вот так, господин Шаррот, кто не успел, тот опоздал!

– Идемте, – да, и этот деревянный тон тоже буду вспоминать. Ты сам виноват, что такой дурак, Коготь. Да, накосячила я, да, это получилось случайно и внезапней некуда, но ты мог сразу всё объяснить! И тогда, наверное, все сложилось бы иначе.

Бесконечно длинную лестницу мы одолели в молчании. Только перед дверью я уточнила:

– Я – проводящий? Ведет Лоссеиваль, Шаррот принимающий, Улейв свидетель? Все верно?

– Да.

– Ничего больше? – Я посмотрела демону в глаза, перевела взгляд на Делсена: – Ты уверен? Ничего кроме?

– Элсина, говори прямо, я не понимаю твоих намеков, – с оттенком недовольства сказал он.

Я ответила резко:

– Я в курсе, что мужчины понимают только сказанное в лоб, но думала, что к умным мужчинам это не относится. Принуждать демонов – плохая идея. Ты точно не хочешь исправить ошибку своего деда?

Демон негромко рассмеялся:

– Я ценю твой порыв, Эл, но не лезь. Мы разберемся.

– Как хотите, – я пожала плечами, – тогда давайте начинать.

Делсен открыл дверь, я на мгновение зажмурилась, вдохнула глубоко-глубоко и медленно выдохнула. Сосредоточиться. Не вспоминать, в какой обиде пришла в этот зал в прошлый раз. Давай, Элси, просто уйди в транс, ты ведь умеешь.

Ритуал дался на удивление легко. По-моему, Дом Лоссеивалей радовался возвращению Делсена, да и демона отпустить был не прочь: узы соскользнули с одного на другого словно сами собой. Правда, свободным демон не стал: взамен уз Лоссеивалей на него легла привязка к Дому Шаррот, да и нить к Лоссеивалям осталась – если не путаю, это означает, что Дом Шаррот стал младшей ветвью Лоссеивалей. Похоже, демон все рассчитал и получил максимум свободы при действующей клятве. К тому же в Шарроте – тропа в его мир, наверное, это тоже важно.

– Итак, сколько я должен такому прекрасному ритуалисту? – спросил Делсен, когда магия утихла, и мы вышли из зала.

«Сколько»? Да ты талант, Коготь, одним словом разжечь в мирной девушке жажду убийства.

– А у вас принято сговариваться об оплате после работы? Не знала. Мы с господином теперь уже Шарротом обо всем договорились заранее. Ладно, господа, счастливо оставаться. Я надеюсь все-таки успеть на звездное танго.

– Господин теперь уже Шаррот обещал тебе, значит, успеешь, – ухмыльнулся демон. – А господину теперь снова Лоссеивалю я, так и быть, позже объясню, какие слова оскорбляют порядочную девушку. Но звездное танго ты танцуешь со мной.

– Конечно.

Все-таки он был прав, когда сказал, что после ритуала мне захочется еще потанцевать. Танцы гораздо полезней для поправки настроения, чем слезы в подушку и поедание шоколада.

Скажи мне кто, что танцы с демоном обладают мощным успокаивающим эффектом, на смех бы подняла! Но что есть, то есть – после вечера в «Летящей» я как-то резко успокоилась, перестала постоянно вертеть в голове ситуацию с Делсеном, да и вообще о нем почти не вспоминала. Разве что иногда прикидывала, как быть, если он и вправду заявится на наш университетский бал, но, честно говоря, так ничего и не придумала. Решила действовать по обстоятельствам.

Хорошо хоть, вопрос «что надеть» не стоял. Купленное на шопинге с бесом бальное платье наконец дождалось своего звездного часа! Платье, туфли, сумочка, накопители… магия окутала меня, на мгновение почудилось, что я снова в Шарроте. Хотя нет, там магия немного другая, более жгучая, огненная. Наверное, тропа к демонам сказывается.

Покрутилась перед зеркалом, кивнула: отлично! И просто замечательно, что мама меня не провожает, иначе точно решила бы напутствовать на ловлю жениха.

– Нет уж, сегодня пусть он меня ловит, – пробормотала я. – Борэ, отправляемся!

С бесом я договорилась сразу перенестись в бальный зал, под чарами незаметности. Я хотела осмотреться и не желала, чтобы тем временем пялились на меня. К тому же Борэ успел свести дружбу с Индой – великое дело вовремя пригласить девушку на танец! Всего-то десять дней прошло с вечера в «Летящей», а мой личный бес уже знает всех подружек Инды, секреты, обиды и тайные планы и даже заручился обещанием помощи старост, если поступит на наш факультет. Так я и узнала, что главная цель Инды Ургенс на летнем балу – месть «возомнившей о себе заучке Грейзен». Лучше бы парня себе нашла, честное слово!

– Я бы сказал, бояться тебе нечего, все пакости касаются твоего наряда, но все равно будь начеку, – сказал мне Борэ. – Не берусь предсказать, что придет в дурные головы, когда окажется, что их чары от тебя отскакивают.

– Ой, ладно! – отмахнулась я. – Скорей всего, попробуют или сами заклевать, или кого-нибудь из парней натравить, или начнут отбивать партнеров. Ерунда. Меня больше волнует Делсен. Как думаешь, он придет?

– Ты сомневаешься? – голос беса стал вдруг строгим, ничуть не подходящим для его раздолбайской человеческой внешности: – Тебе обещал высший демон. Сомневаться – оскорбительно.

– Прости. Я волнуюсь.

– Ты не осознаёшь степень его могущества.

– Я и степень твоего могущества не представляю. Ты же сам отказался рассказывать. Я искала. В нашем мире или ничего вообще не знают о демонах, да и о бесах тоже, или все эти знания закрыты по тайным библиотекам.

– Второе, – усмехнулся бес. – Не все знания стоит выпускать к широкой публике. О, а вон и твои заклятые подружки, смотри!

Инда Ургенс, уже утвержденная староста, Илана и Данси, мои соседки по комнате – пока я не сбежала из общаги обратно в родительский дом, – и Рунса, наша «заучка номер два», которая отчаянно хочет стать номером один.

– Смотри, вон та черненькая в красном плетет что-то интересное.

– Ты все время забываешь, что я не могу видеть магические потоки. – Рунса действительно плела какое-то заклятье, судя по жестам и движениям губ, но какое?

– Ерунда! Если в ритуальном зале видишь, значит, можешь научиться. Займись, мой тебе совет.

– Знать бы, как. А что она плетет, можешь определить?

Борэ помолчал, всматриваясь в группу моих «закадычных подружек», и вдруг подхватил меня под руку и повлек прочь. Вывел на балкон над парадным входом и только тогда объяснил:

– Девчонка умеет пакостить, но элегантности ей не хватает. Довольно грубо: старящие чары на одежду. Твое платье должно расползтись ветошью.

– На нем зеркальная защита.

– Именно. А потому имеет смысл попасть под ее чары в нужный момент.

– Нужный – это какой?

– Отдай ее мне, Эл, – демон возник рядом, как будто из воздуха материализовался. Я чуть не подпрыгнула.

– Ой, а ты откуда взялся?! Ах, простите! Хорошего вам дня, господин Грас Шаррот!

– Тебе того же, Эл. Отвечая на вопрос: взялся прямиком из Шаррота. Сегодня важный день. Если хочешь получить Делсена, не мешай мне, ладно?

– А я хочу его получить?

– Конечно. Он до сих пор в бешенстве после того ритуала. Как ты посмела так внезапно появиться и еще более внезапно уйти! Как я посмел помочь тебе скрыться! Почему не открывается тропа, когда она так нужна! Мы его зацепили, рыбка плотно села на крючок. Потерять тебя он не хочет. Мой тебе совет, Эл, помучай его сегодня, но не слишком. Оставь надежду, понимаешь?

– Посмотрю на его поведение, – сердито ответила я. – Он в бешенстве, ха! А я?

– А ты… – демон взял меня за плечи, заглянул в глаза и сказал приглушенно: – Ты, милая Эл, если проворонишь Делсена, станешь моей женой. Обещаю. Такую девушку упустить нельзя.

– Это угроза? – прошипела я.

– Бездна упаси! Ты что, Эл?! Угрожают тем, что наверняка испугает, а я сделаю тебя счастливой. Клянусь, ты ни разу не пожалеешь. Знаешь, – он подхватил меня под руку, зыркнул на Борэ, и тот моментально испарился, – знаешь, Эл, если мужчина и женщина совпадают в танце и получают от этого удовольствие, их супружеская жизнь имеет все шансы сложиться счастливо при минимальных усилиях. Совсем без усилий все-таки нельзя, ты ведь понимаешь?

Я завороженно кивнула. Тогда, в «Летящей», мы действительно совпали, хоть и странно называть удавшийся танец таким словом.

– А сейчас внимание, сюрприз! Центральный персонаж сегодняшней программы, без которого счастье было бы неполным, – демон аккуратно развернул меня лицом к теплицам и указал рукой на темную точку в небе. – Прибывает максимально пафосно. Не удивляйся, пожалуйста, и не убивай его сразу. Он нужен здесь сразу по трем причинам.

Точка стремительно росла: вот уже можно разглядеть человека верхом на грифоне, вот грифон стремительно снижается, вороной, глянцево блестящий, в расшитой золотом попоне, вот наконец четко видно лицо всадника… Хагос?!

– Какие три причины? Назови хоть одну, которая покажется мне достаточно веской!

Демон небрежно оперся о перила.

– Первая. Со своей манерой выставляться напоказ и привлекать к себе максимум внимания он отвлечет на себя самых наглых девиц. Иначе все они кинулись бы охотиться на твоего Делсена. И ответь честно, Эл, можно даже не мне, а себе самой: разве этого недостаточно?

«Достаточно», – молча признала я. Стоило только представить, как вокруг моего Когтя увивается Инда, и я тут же поняла, что такое ревность! Кажется, решение пустить встречу на самотек и целиком отдать выбор Делсену было опрометчивым. Уступать желанного мужчину без боя я точно не согласна!

– Хорошо, а вторая и третья?

– Вторая: Хагосу нужна жена, найти ее здесь – неплохой вариант. Третья: ему надо завязать знакомства среди ваших алхимиков. Мы задумали небольшое торговое предприятие, нужно ведь брать откуда-то средства на возрождение Лоссеивалей. Но эти две причины тебе, Эл, наверняка не слишком интересны.

Вороной грифон тем временем покружил над университетским парком и резко спикировал к крыльцу главного корпуса. Его заметили, кто-то заорал:

– Там грифон, смотрите, грифон!

– А вон, дальше, еще один!

Почудилось, или и в самом деле над деревьями мелькнул и тут же скрылся еще один всадник на грифоне? Солнце с той стороны, трудно рассмотреть.

– Не может быть! – отдельные реплики недоверчивых поглотились общим восторженным воплем, народ высыпал на балконы, прилип к окнам, а кто был на первом этаже, столпились на крыльце.

– Дешевый позер, – прошипела я. И тут же мелькнуло: у них это семейное, Делсен ведь тоже явился за мной на грифоне.

– Не пешком же было идти, – ответил демон сразу и на мои слова, и на мысль. – Эл, для них грифон – такая же обыденность, как для тебя вон та машина, – показал он на лихо затормозивший у крыльца ректорский «кросс-гепард».

– Ничего себе обыденность, самая пафосная марка, – буркнула я.

Ректор выскочил и уставился в небо: еще бы, вряд ли прибытие гостя на живом настоящем грифоне было согласовано заранее.

– Р-разойдись! – рявкнул Хагос. – Дайте место сесть!

Может, у кого-то сдали нервы, а может, какой-то идиот покрасоваться решил, но гомон любопытствующих и громкие хлопки крыльев перекрыл усиленный магией голос:

– Эй, на грифоне! Куда летишь, парковка за углом!

Вороной дернулся, захлопал крыльями, как захваченная врасплох курица, и приземлился точно на крышу шикарного ректорского авто. Да-а, кто ж знал, что грифоны у Лоссеиваля-старшего такие нервные… ну а что наш ректор тоже не знает, где парковка, это не новость!

От скрежета когтями по железу заныли зубы.

– Приятно видеть, что я в нем не ошибся, – ядовито заметил демон. – Внимание нашему главе теперь обеспечено.

В искореженной ректорской машине взвыла сигнализация, грифон шарахнулся, захлопал крыльями, заклекотал.

– Бесы вас всех дери, где здесь если не конюх, то хотя бы конюшня?! – заорал Хагос.

Ой, всё! Этот день точно войдет в анналы и хроники Университета. В раздел анекдотов.

– Какая конюшня! Какого… принесло… слепой крети… – вопли зрителей и клекот грифона заглушали ответившего воплями на вопли ректора, ухо выхватывало только отдельные слова. И тут вороной клюнул прямиком по зеркальному лобовому стеклу.

Ой, всё…

К счастью, «кросс-гепард» делается для высокопоставленных клиентов, поэтому стекла в нем укреплены чарами до уровня боевой брони. Но и грифон – та еще машина смерти. По стеклу зазмеились трещины.

– Сколько это стоит? – индифферентно поинтересовался демон.

– Больше, чем просто до звезды, – ответила я. – Влип твой Хагос. Какие ему теперь алхимики, какие невесты, вон и полиция уже мчится, сейчас протокол составят, и привет, возмещение ущерба, а у него есть чем возмещать?

– Только между нами, Эл, – демон склонился к моему уху, – так и было задумано. Сейчас они там наругаются вволю, а потом появлюсь я и предложу вариант, который всех устроит.

– Дай догадаюсь, с тем самым торговым предприятием?

– Конечно. Одно дело, когда какой-то никому не известный пришлый нахал хочет оттяпать труд ваших алхимиков в свою пользу, и совсем другое, когда половина идет в карман ректора, причем, заметь, на абсолютно законном основании. И только посмей сказать, что я не гений, – хохотнул он.

– Гений, наглец и коварный тип, – в зале грянула музыка, и я предложила: – Потанцуем?

– Что за какофония? – поморщился демон.

– Быстрый степ, – пояснила я. – Первый час только такое и будет. Кажется, устроители считают, что молодежи остро нужно сбросить лишнюю энергию.

– Брачные танцы бабуинов танцевать под такую музыку. Хотя ладно. Пошли, попрыгаем, – хохотнул он.

И мы действительно очень неплохо попрыгали, зажигательно и с импровизацией. Я так развеселилась, что даже забыла о приготовлениях «заклятых подружек». Но вот не могут некоторые просто танцевать, радоваться жизни и весело проводить время, если не испортили праздник другому! Мы налетели друг на друга в танце, и, клянусь, столкновение не было случайным! Очень уж быстро заклятье слетело с пальцев Рунсы.

Слетело, ударилось о мое платье, отзеркалилось… и шикарное алое платье моей соперницы потускнело, выцвело, уронило на пол несколько пайеток…

– Опа-на! – во весь голос сказал ее партнер. – Андеран, да ты та еще стерва.

Кто-то засвистел. Рунса всхлипнула и дернулась сбежать, но словно приросла к полу.

– Как неосторожно, – хмыкнул демон. – Не спеши. Я остановил чары, прямо сейчас твой наряд не истлеет. Поговорим. Эл, будь добра, представь нас.

«Представь»? Как мило.

– Господин Грас Шаррот, глава младшей ветви Дома Лоссеивалей. Рунса Андеран, моя сокурсница.

«Умница, Эл, все правильно поняла», – демон слегка склонил голову, а я не без злорадства понаблюдала за метаниями Рунсы: нюанс представления она уловила, а как приветствовать мужчину значительно выше ее по положению, не знала. Не руку же к поцелую протягивать! А вот ее партнер что-то сообразил. Отзеркалил приветствие Граса и сказал:

– С вашей партнершей мы незнакомы, позвольте и мне представиться. Джайэ Дробант, факультет иномирных рас.

– Дипломатия и разведка? – Грас слегка приподнял бровь.

– И другие аспекты сотрудничества.

– Замечательно, вы-то мне и нужны. Рад знакомству. Но для начала давайте проводим вашу девушку в более уединенное место и вернем ей подобающий вид.

Похоже, я здесь больше не нужна. Интересно, Грас предусмотрел такого полезного партнера, когда просил оставить Рунсу ему?

– Совпадения иногда случаются, Эл, – сказал демон. – Кстати, я тебя оставляю в надежных руках.

Сделал полшага в сторону, и я увидела идущего к нам Делсена. Не Коготь, снова Делсен Лоссеиваль: невыносимо элегантный, аристократичный, вызывающе чужой здесь.

– Они с Хагосом соревнуются, кто кого затмит сегодня?

– Не будь такой злой. Этот братец хотя бы прибыл не настолько шумно.

– На него глазеют!

– На него будут глазеть всегда и везде. Смирись или найди себе другого, – подмигнул, подхватил под локоть ошарашенную до полного онемения Рунсу и…

И, наверное, ушел делать дела и мутить интриги. Мне, если честно, резко стало все равно, потому что на зал опустилась тишина и вдруг прозвучали первые ноты танца, которого точно не было в программе. Да во всей этой толпе хорошо если хоть три пары найдется, которые смогут показать класс в звездном танго!

– Извини, Элсина, мне не понравилась музыка, и я договорился о другой. Окажешь мне честь? Приглашаю тебя на танец, – он протянул руку, и я, как во сне, вложила в его ладонь свою.

Что ж, если судить по критерию Граса, у нас с Делсеном действительно были шансы на счастливую семейную жизнь при минимальных усилиях. Танцевать с ним оказалось легко и радостно. Он вел уверенно, легко подхватывал мои импровизации, но главное, главное! – его близость в танце меня волновала. Казалось, еще немного, еще шаг, поворот, поддержка – и мы в самом деле взлетим к звездам. И где-то далеко, на самом краю сознания, слышался звонкий смех фей: «Танцуй, дитя! Слушай сердце, не танцуй чужие танцы. Приходи, когда вырастешь»…

Я выросла?

«Еще нет, дитя. Еще не совсем! Танцуй!»

Звездное танго сменилось очередным быстрым степом, потом оркестр вдруг вдарил романтичный блюзовый медляк. Обычно такое пускают под конец вечера, когда парочкам хочется потоптаться в обнимку, сейчас же танцпол остался почти пустым. Делсен выписывал фигуры, то ли импровизируя, то ли подстраивая под музыку какой-то танец своего мира, не знаю, но получалось красиво! Он вел, иногда подсказывая, мы сходились и расходились, кружили то в обнимку, то касаясь друг друга самыми кончиками пальцев. Меня захватил азарт, никогда еще я не танцевала что-то новое вот так, посреди зала на балу, под сотнями взглядов. Азарт и… благодарность? Волнение? Интерес? Делсен открывался с новой стороны, только ради этого стоило подстроить его появление здесь!

Нет, я не забыла о своей обиде, о желании поговорить и разобраться во всем. Но ведь разговоры никуда не убегут, а потанцевать с ним, может, больше никогда и не придется!

Отзвучали последние ноты, и зал взорвался аплодисментами. А Делсен вдруг опустился на колено и легко, едва коснувшись, поцеловал мою руку.

Кажется, кто-то из девчонок ахнул. Ой, всё, представляю, как меня задергают расспросами в первый же день занятий!

– Кое-кому не мешало бы охладиться, – негромко сказала я. Хотела строго, но получилось… ой, что получилось, то и ладно! Главное, Делсен поднялся, подставил мне руку и не забыл накинуть чары отвлечения, а то, наверное, на нас бы так и пялились и следом бы пошли всей толпой.

Мы вышли на тот самый балкон, с которого я наблюдала эпичное прибытие Хагоса. Сейчас внизу было пусто. Искореженное ректорское авто увезли, грифону нашли, наверное, какое-нибудь спокойное место вроде вольера в виварии, а время гуляющих парочек еще не настало.

– Останемся здесь или спустимся вниз? – спросил Делсен.

Мне, если честно, было все равно; вернее, меня волновало сейчас совсем другое.

– Ты любишь танцевать или просто делаешь мне приятное? – вопрос слетел сам, я ведь не собиралась устраивать разборки прямо сейчас!

– Я не против потанцевать, если меня не затащили на танцы силой, если это не прием в нашем высшем обществе и если партнерша танцует, а не демонстрирует декольте в самом выгодном ракурсе. – Пока я думала, как отреагировать на «декольте в выгодном ракурсе», он добавил: – Танцевать с тобой я, как выяснилось, люблю.

И вот что на это ответить? «Я, как выяснилось, тоже?» Нет уж. Слишком легко; а как же «немного помучить»?

Я молчала, и Делсен сказал:

– Прости, я не понял, на что ты обиделась. Объясни.

– М-м-м… на мысль, что я стала бы работать на тебя за деньги? Вроде Грас обещал тебе объяснить, или мне послышалось?

– Объяснил так, что в приличном обществе не рискну повторять, – поморщился Делсен. – Наверное, сначала я должен был извиниться за тот случай, а потом спрашивать. Но, Элсина, всего лишь неудачная фраза! Даже не фраза, единственное слово! Скажи я не «сколько», а «что», все было бы нормально, так?

– Но ты сказал «сколько». Приравнял меня к продажной девке, которой все равно, кого обслуживать, лишь бы платили. И да, не извинился.

– А тебе нужны извинения? – прозвучало резко, вот только меня снова, как несколько раз в Шарроте, накрыло чужими эмоциями, и главной в них была растерянность. Ой, всё, наш аристократ и глава Дома не знает, как вести себя с девушкой! То есть не «по этикету» не знает, а «как, чтобы еще больше не обидеть». Как мило.

– Не нужны, – так же резко ответила я, подавив неуместную сейчас улыбку. – Что толку в извинениях, если они вырваны силой? Я ценю искренность. Не хочешь – не извиняйся, переживу уж как-нибудь.

– Элсина, – он нахмурился, хотя, казалось, куда уж больше. – Я не о том вечере спрашивал. Тогда ты уже была обижена, только поэтому одно неудачное слово так сильно тебя задело. Что случилось до того? Ты сбежала со своей практики, ничего не объяснив. Почему?

Вот мы и дошли до главного.

– Потому что ты тоже ничего не объяснил! Когда привязывали бесов. Не предупредил о важности формулировки. Позволил мне привязать себя к Шарроту, по сути, самоназначиться твоей женой, и промолчал! Как там было в одной из твоих книг? «Во имя рода можно всё»? Знаете, господин Шаррот, или Лоссеиваль, мне без разницы, поищите себе другую жену. Которая согласна с таким подходом. А я себя не на помойке нашла, чтобы вот так выходить замуж. Чем ты получаешься лучше своего братца, который пытался меня банально приворожить? Пойми, пожалуйста, я обычная девушка с обычными девичьими мечтами, и я не хочу быть ценным призом с биркой «бесплатный ритуалист-алхимик»! Я хочу свидания, чувства, романтику и замуж по любви. И чтобы все как положено. Чтобы мой парень пришел знакомиться с моими родителями, понравился им, чтобы свадьба с подружками.

– С этими? – мотнул головой в направлении зала Делсен.

Это как понимать, с остальным он согласен?! Или просто утонул в моем многословии?

– Нет, конечно. По-твоему, у меня нормальных подруг нет? Просто они не в этом универе. Одноклассницы, девочки с нашего двора. Я им о тебе даже не рассказывала, между прочим!

– Почему?

– А вот по тому по самому! Что я сказать могла? «Понравился один аристократик, только козлом оказался?» Ой, всё, хватит! Завелась я, сейчас или разревусь, или надаю тебе по башке первым, что под руку подвернется. Идите, господин Лоссеиваль, потанцуйте с кем-нибудь, подумайте над своим поведением, проверьте, чем ваш братец занят, в общем, оставь меня одну, мне успокоиться надо.

И что, вы думаете, он сделал? Оставил меня в покое и танцевать пошел? Да как же, ждите! Этот авантюрист додумался крепко меня обнять, прижать к себе и сказать в макушку:

– Успокаивайся, реви, дерись, что хочешь делай, но больше я тебя не отпущу. Ты, Элси, умеешь очень быстро исчезать, и моя интуиция подсказывает, что на этот раз ты можешь исчезнуть катастрофически надолго. Я не хочу, чтобы ты исчезала из моей жизни. И поверь, Элси, совсем не потому, что ты ритуалист и алхимик. Неужели я себе ритуалиста не найму, в самом деле? Опытного, знающего все те нюансы, которые тебе с нуля объяснять приходилось. А ты интересная девушка. Ты мне нравишься, а я хочу нравиться тебе.

Я слушала это вот все, замерев от абсолютного изумления. Не ожидала от Когтя такого красноречия. Интуиция у него, ой, всё! Прорезалась, когда не ждали!

И только хотела сказать, где я видала его интуицию, ну или хотя бы спросить, где эта самая интуиция раньше была, как он возьми и ляпни:

– Выходи за меня замуж, Элси.

Ой, дура-ак…

– Не выйду, – буркнула я. – Кто так замуж зовет? Да так даже в кино не приглашают!

– Только поэтому?

– Я же тебе объясняла уже. Забыл или даже не слушал?

– Чувства, свидания и знакомство с родителями? Элсина, ты ведь не глупая. Ты знаешь о моих чувствах.

– Не знаю, – упрямо возразила я. – Мало ли что девушка вообразить может!

– Хорошо, – сказал он. – Элсина, я приглашаю тебя на свидание.

Ой, всё! Разродился.

– Куда и когда?

– Здесь и сейчас. Ты ведь любишь танцевать.

– Ой, нет! Университетский бал – точно не место для хорошего свидания.

– Но хотя бы на танец тебя можно пригласить?

– Можно, – согласилась я. И, прежде чем он успел пафосно встать на колено и выдать свое «разреши тебя пригласить», мстительно добавила: – В «Летящую». Поверь, там гораздо лучше танцевать, да и для свиданий много хороших мест совсем рядом. Спроси у Граса, он тебе расскажет.

– Элси, ты мне мстишь?

– Немножко, и не делай такие грустные глаза. Я правда не хочу, чтобы сейчас на нас с тобой пялились все мои «заклятые подружки».

– И тебя совсем не тянет потанцевать в этом чудесном платье?

– Еще как тянет, но платье никуда не денется.

Я начинала получать удовольствие от пикировки. Оказывается, неопределенность сильно меня угнетала: сколько себя ни убеждай, что плакать не станешь, а потерять Делсена я не хотела. Теперь же – гора с плеч свалилась! Он тоже не хочет меня потерять. Он позвал меня замуж! Да, позвал неловко и не слишком красиво, «нравишься», что за детский сад! Но какая разница, если честно? Ничего, еще научится говорить: «Я люблю тебя, Элси»!

В конце концов, у меня три курса впереди, так что и у моего предполагаемого мужа время для обучения есть. Я ведь не собираюсь выскакивать замуж недоучкой. Три года – отличный срок, чтобы проверить наши чувства. Ну… и все-таки немножко отомстить, чего уж!

***

Демон был доволен. Грас Шаррот, младшая ветвь Дома Лоссеивалей – вполне приемлемая позиция на ближайшие двадцать лет. Клятву, оплаченную душой, не обойти, но в рамках клятвы – почти свобода. С разумным главой, который вряд ли станет вмешиваться в его дела. С открытой тропой в родной мир. С еще одним доступным миром, в котором можно тем временем осмотреться и заложить основу будущего влияния.

Да, сейчас все это выглядит досадной потерей времени, но кто знает, как повернутся дела через двести, пятьсот или тысячу лет. Высший демон обязан думать на перспективу, превращать неудачи в возможности и извлекать выгоду даже из поражений. Демоны не проигрывают.

Не слишком мелодичная музыка студенческого бала раздражала, но накидывать полог тишины демон не стал. Незачем светить возможностями. Достаточно и того, что пришлось сотворить три кресла, на мгновение отведя смертным глаза. Почему-то устроители бала не подумали, что опоясывающие весь второй этаж здания балконы – прекрасное место для таких вот уединенных уголков.

Грас Шаррот вел неторопливую, ничего не значащую беседу со смертным студентом, тем временем мягко прощупывая его спутницу. Этот Джайэ Дробант – «дипломатия, разведка и другие аспекты сотрудничества», – мог стать очень полезным приобретением. С ним стоило поработать. А девица… ну, что девица? Мелкая пакостница с большими амбициями. Для смертной из бедного на магию мира у нее неплохой магический и ментальный потенциал. Возможно, пригодится. Но, убей его Бездна, неинтересна. Главная врагиня милой Эл, Инда, гораздо забавнее. И тоже с неплохими данными. Возможно, имеет смысл забрать Инду себе, а эту предложить Хагосу?

К слову, надо бы проверить, как тот себя ведет. Не вляпался бы снова в историю, на сегодня его лимит исчерпан.

– Однако я слишком вас задержал пустыми разговорами, вы ведь пришли сюда веселиться, – Грас встал и подал руку девушке. – В качестве извинения могу познакомить с гораздо более веселым собеседником. Если, конечно, вас интересует парень, прилетевший на бал на грифоне.

Одним движением брови развеял сотворенные кресла и бросил быстрый взгляд на соседний балкон. Тот был прикрыт отличными, мощными чарами отвлечения внимания, но для демона творение Делсена Лоссеиваля воспринималось не более чем легким флером.

Там, за этим флером, милая Эл от души развлекалась, пугая Делсена знакомством с мамой. Наивная девушка, разве потомственного аристократа смутит знакомство с матушкой своей избранницы? Но Делсену хватило ума в этот раз пойти у Эл на поводу. У этой парочки все теперь будет хорошо, на них можно не отвлекаться.

«Займемся Хагосом», – демон кивнул сам себе и усилил чары Лоссеиваля своими.

Когда-то я удивлялась зачарованной одежде для бала и для путешествий? Наивная была. Правильно мне Борэ тогда сказал: ширпотреб. Зачарованное по всем правилам свадебное платье – вот где артефакторика высшего разряда! Дарнэ, когда мое увидел, в экстаз впал и чуть не утащил «исследовать». Артефакторская зависть взыграла.

– Убери руки, маньяк! – хохотала я. – Заведи себе жену-артефактора, и исследуйте вместе. А к этому платью может прикоснуться только мой муж после свадебного ритуала.

– Элси, ты не понимаешь! Это что-то совершенно новое в охранной магии!

– Для нашего мира новое, – уточнила я. – Вот кто тебе мешал тоже на практику напроситься? Ты ж сколько лет уже туда за товаром ходишь!

– Элси, ну ты наивная, – названый братец картинно схватился за голову. – До сих пор не поняла, почему тебе так повезло с практикой? Ты Делсену понравилась, и он себя должником твоим считал после того ритуала, когда ты его, считай, спасла от Хагоса. Вот и нашел способ и отплатить, и познакомиться получше. А так – там, сестричка, только в ученичество берут, и это такие деньжищи… Я коплю, между прочим.

Молодец, Элси, три года как невеста, а до сих пор о мире жениха так мало знаешь. Стыдно.

Тут пришла мама, Дарнэ сбежал к парням, и началась та предсвадебная суета, без которой, наверное, я бы с удовольствием обошлась. Но что поделать, сама настаивала на «правильной» свадьбе, вот и получай, дорогуша…

Делсен вообще очень тщательно подошел к моему «хочу свидания, чувства и романтику». За три года мы побывали, может, и не во всех интересных местах обоих миров, но в самых романтичных – наверняка. Долина фей у них и Долина светлячков у нас, лес единорогов, праздник тюльпанов в весенней степи, озера и водопады, а главное – много, очень много мест, где можно потанцевать. Учить танцы другого мира – совершенно особенное удовольствие, особенно если помогает тебе в этом любимый мужчина.

Я медленно провела рукой по гладкой, струящейся ткани. Под пальцами вспыхнула дорожка лунного света, засияла бликами и медленно угасла. Не представляю, сколько магии вложено в простой с виду наряд. Чего уж, не только у Дарнэ был экстаз и артефакторская зависть, я хоть и не артефактор, но повеселила Делсена очень похожей реакцией. Так странно. Боюсь не узнать себя в зеркале. Это платье – для принцессы, не для обычной студентки из обычного мира. Ой, ладно, бывшей студентки: с выпускного месяц прошел, а я все не привыкла. Легко сказать: «Здравствуй, взрослая жизнь», – но перестроиться на эту самую взрослую жизнь сложней, чем мне всегда казалось. «Все, Элси, через несколько часов ты станешь замужней дамой и, между прочим, аристократкой. Уж если это не взрослая жизнь…»

– Солнышко, ты готова? Наш портал через десять минут.

– Да, мам, идем.

На самом деле давно готова: я так боялась своего вечного «не вовремя», что полностью собралась часа на два раньше, чем нужно. И как же медленно тянется время, когда осталось только дождаться начала обряда!

– А представь, как тянулись три года для Делсена, Эл, – демон, вопреки обыкновению, не возник рядом словно из ниоткуда, а мирно вошел через дверь. Он вообще старался не проявлять своих способностей рядом с людьми, я давно заметила, а когда встречался с моими родителями, откровенно прикидывался таким же слабосилком, как я. Папа, кстати, очень его уважал, а вот мама слегка побаивалась. Что ни говори, женская интуиция – это сила.

– Здравствуйте, Грас, разве вы не с женой?

– Она со всеми, ждет на месте, – отмахнулся демон. – А я занес Элсине букет невесты.

– Букет? – в один голос переспросили мы с мамой.

– Да, есть в одном из не слишком далеких миров милый свадебный обычай: после церемонии невеста, то есть уже молодая жена, кидает в толпу гостей свой букет, – Грас совершенно по-демонски ухмыльнулся. – Кто поймает, тот следующий. Говорят, верная примета.

– И в кого предлагаешь кинуть? – я прищурилась, осмотрела пышный букет дриадских лунных ромашек магическим зрением. Никаких чар не заметила, кроме легкой дымки свежести и неувядания. Что, конечно, ничего не значит: не мне тягаться с высшим демоном.

– Наугад, Эл, абсолютно наугад! Не глядя. В том и интерес, понимаешь?

– Они подходят к твоему платью, – слегка удивленно сказала мама. Посмотрела на часы: – Ой, нам пора! Скорее, Элси! Грас, вы с нами?

– Нет, у меня свой.

Демон исчез, к нам ворвался встрепанный папа с газетой в руках – ясно всё с ним, присел провести время за спортивной колонкой и зачитался. Сработал портал, и мы перенеслись в Зал свадеб.

С самого основания столицы здесь проводили свадебные обряды. С мощью накопленной за века счастливой магии никакой ритуальный зал и рядом не стоял, сыграть здесь свадьбу – все равно что благословение получить. Гости уже ждали, Делсен тоже – невеста, по традиции, появляется последней. Мой взгляд выхватил крохотную часть собравшихся: Хагос и Грас с женами (да, они все-таки заполучили себе Инду и Рунсу, не сказать, что я пришла в восторг от такой родни), серьезный Дарнэ, Улейв со своей обычной ухмылочкой и без пары, а потом вперед шагнул Делсен, и остальные перестали для меня существовать.

Он так на меня смотрел! Так смотрел, будто до последнего мгновения побаивался, что я могу передумать – ну не дурак, а?! Так, будто видел перед собой не самую обычную меня, пусть и необычайно красивую в свадебном наряде, а, не знаю, какое-то волшебное создание. Хотя нет, разве моего Когтя удивишь волшебными созданиями?

– Удивишь, – шепнул он. – Элси, ты даже не представляешь, насколько ты сегодня прекрасна и удивительна. Самое волшебное создание во всех мирах.

Ой, всё! Засмущал.

– Делсен, это всего лишь я. Просто сегодня я счастлива.

– Я рад, – он взял меня за руку, и я, поддавшись порыву, переплела наши пальцы.

А потом началось Таинство. Поверьте ритуалисту, ничего общего ни со стандартными общими ритуалами, ни даже с высшей магией! То есть, по факту, обряд общепринятый и несложный, но, когда не со стороны смотришь, а участвуешь сама, восприятие совсем другое. Как будто тебя накрыло и несет, ты в потоке, и существует только этот поток. Никаких отдельных капель – слов, жестов, символов, ритуальных действий и фраз. Это все видно со стороны, и я видела на чужих свадьбах, но – вот такой парадокс – чужую свадьбу я смогу описать, а собственную – нет. Потому что не хватит слов, есть только пронизывающее ощущение светлой, чистой магии, счастья, надежды и любви.

Единственное, что помню с абсолютной ясностью – наше с Делсеном двойное «Да» и долгий, трепетный поцелуй. И короткое видение, вспыхнувшее в тот момент: дом Лоссеивалей, ничуть не похожий на склеп, светлый, с цветущим зимним садом. Мы с Делсеном в дверях, а среди кадок с кустами и деревцами – размытые детские тени и звонкий смех. И мой голос: «Опять вся компания в прятки играет, лучшего места не нашли!» – и ответ Делсена: «Всегда можно отправиться в гости в Шаррот». «Ой, нет! – смеюсь я в деланном испуге, – если вся компашка малолетних магов начнет тренировать отвод глаз там, придется организовывать поисковую экспедицию к драконам!»

По-моему, на это последовало восторженное детское: «К драконам!» – но я не уверена, потому что видение прервалось густым басом ритуалиста:

– Теперь вы муж и жена, да будет так.

– Да будет так, – улыбаясь, повторил Делсен, и я поняла, что он тоже – видел.

А потом поймала взгляд демона, вспомнила его просьбу и, не глядя, кинула букет за спину.

Судя по грянувшему смеху и счастливому взвизгу, Грас успел всех просветить о «верно работающей примете», а букет прилетел в кого-то совсем неожиданного. Я обернулась. Неожиданного? Еще как! Улейв собственной персоной! Стоит с букетом в руках и с явственно нарисованным на лице: «А меня-то за что?!» – а его обнимает за шею ревнивая дриада.

Ой, всё…

Грас Шаррот неторопливо спускался в ритуальный зал.

Его жена в тот единственный раз, когда он брал ее с собой в это тайное сердце дома, всю дорогу недовольно пыхтела: что за бесконечный спуск, неужели обязательно нужно было пробивать путь едва ли не к центру планеты вместо того, чтобы, как все нормальные люди, устроить ритуальный зал всего лишь в надежном, изолированном от посторонних воздействий подвале? А подниматься потом и вовсе ноги отвалятся! Впрочем, от нее иного и не ожидалось: Инда, при всех ее амбициях, была – не дурочкой, нет, но и не по-настоящему умной. Идеальная жена для его случая – когда выбирать надо исключительно ради продолжения рода, причем не собственного, а того, к которому привязали на время. Пока не будет исполнена клятва: вернуть роду величие и обеспечить его продолжение в достойных потомках.

Величие… Старик Лоссеиваль, вызвавший его в этот мир и вырвавший клятву, не иначе в маразм впал, иначе не оставил бы в формулировке такого простора для толкований. Конечно, для Граса не было тайной, что понимал под величием рода сам старик: богатство, близость к трону, явное влияние на политику, куча просителей и должников, блистательная светская жизнь. То, на что он сам положил жизнь и на чем в итоге погубил род. Но Грас, будучи по природе своей демоном, а по развитию – высшим, все это считал бесполезными, а то и вредными для рода игрушками. И вел Лоссеивалей совсем к другому величию.

Из опального, нищего рода, в котором после ухода старика остались только новый глава, молодой и дурной, и связанный клятвой призванный демон, Грас лепил полноценный клан.

Пожалуй, самыми сложными были первые шаги. Пришлось убедиться, что Хагос Лоссеиваль – всего лишь ухудшенная версия своего деда, с такими же бреднями о величии и вдобавок с неуемным желанием отомстить «врагам рода». Причем во враги этот высокомерный дурачок готов был записать любого, кто посмел кинуть косой взгляд, отказать в чрезмерно наглой просьбе или занять место, на которое метил сам Хагос. Договариваться с таким главой Грас счел бестолковым делом, проще сменить на другого, благо и кандидат подходящий имелся. Но, как сказали однажды в одном далеком отсюда мире, «нет отбросов, есть кадры». Бездарно терять кровь Лоссеивалей Грас не мог себе позволить. Пришлось проворачивать аферу, результатом которой стали ветвь рода в соседнем мире (и упаси Матушка Бездна называть ее «младшей», Хагос тут же взбрыкнет!), новый глава здесь, крайне прибыльное торговое предприятие, и, самое приятное, новая фамилия и новым дом у самого Граса. Еще одна младшая ветвь Лоссеивалей, Шаррот. Дом, контролирующий тропу в мир демонов.

Лучшего подарка и представить было нельзя. Теперь тот, кто вынужден был отзываться на имя Грас Шаррот, мог жить на два мира, и, сколько бы лет ни заняло исполнение навязанной клятвы, его собственные дела не слишком страдали.

А ритуальный зал потому и находился так глубоко: там, в толще скальных пород, на заре времен бывших раскаленной лавой, избыток огненной магии соседнего мира проточил магический источник. Ни сам Грас, ни Делсен Лоссеиваль, нашедший когда-то этот дом заброшенным, так и не смогли раскопать, кому он принадлежал и кто позаботился о пути отсюда в «нижний мир». Делсен говорил, дом был разрушен, но ритуальный зал – целехонек.

Сегодня минуло ровно три года, как в этом самом зале Грас и Делсен обменялись фамилиями, обозначив и утвердив старшинство и родственные узы. Делсен стал Лоссеивалем, главой старшей ветви. Грасу достался Шаррот.

Три года – ничтожно малый срок, если говорить о возрождении рода. Но три – магическое число. А у Лоссеивалей еще и совпало – три ветви, три главы, три мира. Отличный момент для благодарственного ритуала. Еще лучший – для кое-каких закладок на будущее.

Массивные двери втянулись в скалу, пропустили хозяина и сомкнулись за спиной, оставляя его наедине с магией рода. В озарившем зал мягким свете Грас все так же неторопливо прошел к нужному ритуальному кругу, занял центральное место: сейчас он и за вопрошающего, и за проводящего, и за свидетеля.

– Из прошлого в будущее ради настоящего, желаю узреть. Лоссеивали, старшая ветвь.

Весомо упали слова, рассыпались золотыми искрами. В мозг бурным потоком ворвалось видение-знание-ощущение пути старшей ветви из прошлого в будущее. Ритуалист из людей, даже очень сильный маг, увидел бы лишь мешанину образов или, в лучшем случае, отдельные яркие эпизоды. Высший демон воспринимал информацию полностью, охватывал годы за мгновение. Делсену повезло с женой. Элсина, Эл, чудесная девушка, ритуалист-алхимик, слегка взбалмошная, жадная до знаний, любящая и верная. Грас немного поспособствовал их любви, и это, несомненно, было лучшим из его вложений в возрождение Лоссеивалей. Будущее этой пары выглядело бурным: авантюрная натура Делсена не раз будет толкать его на приключения, да и враги рода пока что никуда не делись. Грас видел стремительно несущуюся далеко внизу землю и мощные взмахи грифоньих крыльев. Видел дикие горы и чужие, иномирные города, честные дуэли и кровавые схватки в укромных закоулках, так подходящих для засад. Слышал громкий, азартный смех и тихие песни над детской кроваткой, звон монет и чеканные строки заклятий.

Им не будет легко, но они справятся.

Им даже его помощь не понадобится, хотя он, конечно, будет приглядывать.

– Лоссеивали, ветвь верхнего мира.

Эти слова развеялись голубовато-сизой, словно вечерний туман, дымкой. Туман. Будущее ветви Хагоса Лоссеиваля виделось таким же мутным, изменчивым, обманчивым. В нем чудился шелест покидающего ножны кинжала, негромкие отрывистые команды, чей-то плач. В нем витало что-то затхлое и ядовитое.

Проблемный бывший глава. Вроде и к делу пристроен, да к такому, что действительно роду на пользу, с какой стороны ни глянь. А все равно проблемный, и таким останется. Словно мина, подведенная под крепкий фундамент дома Лоссеивалей.

Амбиции. Жажда быть первым, только не в делах, а в наградах. Величие рода для Хагоса – прежде всего величие главы, а главой он видит только себя. Пока его держат не вполне налаженные торговые дела, держит молодая и пылкая жена, внимание ее подруг, ощущение, что по меркам того мира он не какой-то там середнячок, а маг из самых сильных. Но это пока. Он уже мечтает о триумфальном возвращении. И бесы бы с ним, пусть бы возвращался, но в его мечтах – «указать должное место» Грасу и Делсену. Старые обиды, они такие. У кого тускнеют и забываются, а у кого крепчают, словно выдержанное вино.

Грас недобро, жестко усмехнулся. Хагос и Рунса, они оба станут проблемой. Жена у Хагоса ему под стать, такая же амбициозная и самолюбивая. Полезная, пока они ведут дела в том мире: и сама алхимик не из худших, и связи имеются. Темпераментная. Это плюс – мужу с ней не скучно, но и минус тоже – она не готова терпеть его измен, а изменять Хагос будет. Этих проблемных придется натравить друг на друга, а потом – решать по обстоятельствам. Но в перспективе «верхней ветви» потребуется другой глава, и в интересах Граса, чтобы эта перспектива оказалась не слишком далекой. Видит Матушка Бездна, хватает проблем и без Хагоса!

И наконец…

– Дом Шаррот, младшая ветвь Лоссеивалей.

Огненные жаркие искры закружили вихрем, смерчем, ураганом. Покоя и стабильности дому Шаррот не ждать! Демонская кровь в его потомках не даст им спокойно сидеть на месте. Иные миры, сумасшедшие авантюры, интриги, войны, исследования, любовь… Вот только до потомков – дожить бы! Ураган легко снесет пока еще непрочный фундамент будущего. И у этого урагана, как принято в одном из дальних миров, женское имя. Инда.

Демоны редко ошибаются, но с женой Грас ошибся.

Он выбирал сильную магически, умную, образованную, способную рожать девицу. Не мутную серую мышь, а такую, чтобы с ней было хотя бы забавно и в постели, и в жизни. Даже амбиции были в строку: поди-ка подними род без амбиций! Но итог…

Инда слишком многого желала и слишком мало готова была отдавать. Эдакий Хагос в платье: свои амбиции выше амбиций рода, свои желания – единственно достойные исполнения, собственное удобство превыше всего. Единственное, что она сделала беспрекословно – родила наследника, но уже на второго пришлось уламывать, а ради третьего наверняка придется провернуть целую интригу.

И ладно бы только дети. Грас видел череду любовников, заведенных отнюдь не из-за страстности и неудовлетворенности, а «назло». В отместку за неисполненные капризы, обманутые ожидания, скуку во время отлучек мужа. Как скоро среди ее любовников появится тот, кто желает гибели дому Лоссеиваль? Даже не вопрос!

Интриги в собственном доме Грас не слишком уважал. А уж когда жена, жалкая смертная, пытается интриговать против него, высшего демона! Пусть Инда и не знает о его истинной природе, но должно же хотя бы банальное женское чутье сработать?! Нет, такое его давно уже не забавляло. Будущее, которое создает дому Шаррот Инда… Нет. Его не будет.

– Дом Шаррот, замена женщины, – почти прошипел демон.

В огненных всполохах закружили фигуры. Сотни лиц. Сотни голосов, и каждый о чем-то спорит, что-то просит, соглашается или упрекает, смеется или плачет…

Удивительно: именно это мельтешение помогло Грасу осознать корни собственной ошибки. Инду он выбирал для себя, а надо было – для дома. Он уйдет, но она – останется. Воспитывать детей, работать на преуспевание дома. А это – работа, неустанная, сложная, порой – опасная. Не для Инды, нет. Не жену надо искать, не женщину, с которой приятно провести время, а… управляющую? Нет. Потенциальную главу великого дома.

Возможно, после ухода Граса его жена найдет другого мужа, да он и сам поможет найти – достойного. Возможно, дом Лоссеивалей даже останется в сфере его интересов – благожелательных интересов, что важно! – когда Грас Шаррот оставит в прошлом свое нынешнее имя и вернется в родной мир.

Но для начала надо подумать, очень хорошо подумать о том, какая именно женщина нужна дому Шаррот, а с ним и дому Лоссеиваль. Как выбрать, найти, не ошибиться. Он не имеет права ошибиться снова.

Тропа домой манила.

Слишком долго Грас Шаррот запрещал себе думать о доме – о своем, родном, настоящем доме. Который тоже требовал и внимания, и вложений, где тоже ждали родные, близкие, те, кто от него зависит, кому он нужен. Что толку страдать, переживать и волноваться, пока ничего не можешь изменить? Клятва Лоссеивалю связала его лучше любых цепей. Слишком многое нужно сделать, прежде чем он позволит себе хотя бы короткий визит домой. Зато он сделал уже достаточно для того, чтобы рискнуть и отправить вестника. В конце концов…

– Дом Шаррот, возможная взаимовыгодная связь с великим домом Алайнири.

Пряный и жаркий ветер родного мира, бьющий в лицо и в распахнутые крылья. Роскошные пляжи на берегах лавовых озер, мрачные казематы фамильных подземелий, башни, стремящиеся в темное небо над пиками скал… Дом Алайнири, дом высших демонов, одержимых новыми знаниями. Безопасная тропа в другие миры и дом, где можно остановиться в своих странствиях – прекрасная плата за товары, которые могут обогатить дом Шаррот, и за поддержку, которая возвысит Лоссеивалей. Да, так и будет. В конце концов, кто помешает ему позаботиться о всех своих домах сразу?