Опять этот мелкий, холодный, пронизывающий кожу, словно тысяча игл, дождь. Как назло плечо не давало о себе забыть уже второй день. В такую погоду старые раны начинают напоминать о прошлых совершенных ошибках. Я пристегнул на пояс небольшой нож Хиндерер ХеллФайр от Ka-Бар[1], поежился, накинул на голову капюшон ветровки и вышел в промозглое утро северной Шотландии. План на день был предельно простой - доехать до магазина в Дорнохе на Хай-стрит, купить еды для кота, заполнить пустые канистры соляркой для генератора, и со спокойной душой возвратиться на ферму, в то место, которое я теперь называю домом.

       Старенький Дефендер нехотя зашуршал колесами по укатанной грунтовке и, под убаюкивающий стук дождя и джазовую композицию неизвестного мне автора, отправился в путь. Дороги здесь не более чем на пятнадцать минут, но даже этого хватило, чтобы воспоминания из прошлой жизни нахлынули и поглотили мой разум и душу полностью.

       Фермой я называл старый одноэтажный каменный дом и пару сараев в пяти милях от Дорноха, которые пытаюсь привести в порядок уже второй год. До переезда в эту глушь на север я жил в Лондоне, но в какой-то момент проблемы с клиентами вынудили перебраться сюда, так сказать, привести мысли в порядок.

       Жизнь вообще странная штука, еще недавно ты отдавался безумному ритму мегаполиса и строил свое маленькое дело. А теперь приходится прозябать в сырой холодной дыре, в месте, которое и на карте найти сложно. Раньше меня звали Александр Суор. Я доставал для своих клиентов вещи, которые не так просто заполучить в старушке Англии. Кому-то нужны были документы, кому-то оружие, но в основном всем была нужна информация, которую я умел доставать, обрабатывать и успешно продавать. Официально моя фирма со штатом из одно меня занималась биржевой аналитикой. Проверяющим я показывал стабильный доход в отчетности от услуг, которые я оказывал компаниям, оформленным на меня же только в оффшорных юрисдикциях. И все были довольны: я получал спокойствие, государство налоги, а отдельные чиновники конверт с прибавкой к жалованию.

       В один из дней ко мне обратился старый приятель Альберто, наполовину алжирец, наполовину итальянец, как он себя сам называл. Альберто я знал еще по службе в составе пехотного батальона Группы наблюдателей Организации Объединенных Наций в Центральной Америке. Он часто покупал у меня информацию о морских грузах, в основном идущих в порты Испании и Италии. Он не был конечным получателем информации, а выступал своего рода посредником между такими продавцами, как я, и известными только ему покупателями. Все было как обычно: информация о судне, маршруте, пункте назначения, остановках, экипаже, владельце судна в обмен на толстый конверт. Такая информация не была секретной, и достать ее не составляло большой проблемы, главное знать, где искать. Только в этот раз все пошло не по плану. Заказчиком, как выяснилось позже, была одна из структур Ндрангеты[2], которая хотела перехватить груз конкурента, а те в свою очередь были под наблюдением Агентства внутренней информации и безопасности Италии, планировавших крупную операцию против контрабандистов оружия. В результате дело закончилось большой стрельбой с жертвами и последующими арестами.

       Понимая, как быстро может закончиться моя блестящая карьера биржевого аналитика и движимый развитым за долгие годы чувством самосохранения, я взял из сейфа, приготовленные на такой случай документы на нового меня, все наличные деньги, которых оказалась около двухсот пятьдесяти тысяч фунтов, абсолютно нелегальный в гражданском обороте в Великобритании Глок 19[3] с двумя магазинами, спрятанный под внутренней фальшь стенкой сейфа, и растворился в тумане, чтобы Александр МакФарлан мог приехать в северный озерный край, купить старый развалившийся дом на озере Флит и стать неким подобием фермера. Меня искали, но недолго и не очень упорно, и в планах было возвращение через пару лет.

       Сейчас мое хозяйство представляло меня самого и, прибившегося через два месяца после моего приезда, местного кота-раздолбая по кличке Ветти, прокорм которого и стал моей главной задачей.

       И вот опять, проклиная свою доброту и прожорливого монстра, я вынужден по непогоде тащиться за провиантом в город.

       За этими мыслями, я не заметил, как въехал в Дорнох и припарковался прямо напротив входа в местный магазин.

       Колокольчик на двери магазина радостно зазвенел, сообщая хозяину о новом посетителе. Из-за стойки продавца послышался отчетливый и тяжелый голос хозяина.

       - Добрый день, мистер МакФарлан.

       - Добрый день, мистер Росс.

       Магазином владел Виктор Росс, называвший себя отставным капитаном рыболовного флота ее Величества. До того как открыть магазин Виктор сорок лет проходил на рыболовецком траулере.

       - Мистер МакФарлан, если вы за кормом для своего питомца, то осталось всего две упаковки, они в углу рядом с мешками с углем, - сказал Виктор, не отрываясь от весящего на стене небольшого телевизора. - Специально для вас придержал, - все также пялясь в экран, добавил он.

       Пройдя между стеллажами, я взял столь необходимый мне провиант, прихватив на обратном пути пару бутылок неплохого эля Нью-Касл. И уже подходя к самой кассе, заставил-таки Виктора отвлечься от голубого экрана.

       - С вас пять фунтов, - сказал продавец и снова повернулся к телевизору.

       Задержавшись на минуту, укладывая покупки в бумажный пакет, я нехотя обратил свой взгляд на то действо, что так приковало к себе мистера Росса. По телевизору шел выпуск новостей, о беспорядках в Лондоне. Ведущая говорила о критической ситуации в городе, вспышках насилия, жертвах, неизвестной форме бешенства и карантине. Слова сопровождались чередующимися картинками из разных частей города, на которых агрессивно настроенные лондонцы нападали на посты полиции и других граждан. Затем показали военных в костюмах химзащиты, разворачивающих палатки, после этого последовала рекомендация без необходимости не покидать свои дома. Ну и конечно же шаблонные заверения о том, что ситуация под контролем военных и полиции и через пару дней все нормализуется.

       - Ни черта это не бешенство, - неожиданно сказал Росс, - Лет пять назад жил тут один венгр, он был заядлым охотником. Говорят его на охоте укусила лиса. Он никому об этом не сказал. Ходил такой с перевязанной рукой, только поведение у него изменилось. Он стал реже появляться на людях, даже избегал общества, каким-то нервным стал. Люди считали его чудаковатым и не придавали странному поведению большого значения, а через пять месяцев он просто пропал. Полиция нашла его мертвым в своем доме. Коронер сказал, что он подцепил бешенство. А то, что сейчас показали это не бешенство, это все правительство, опыты над нами ставит или террористы, - пробурчал Росс.

       - Возможно, вы и правы, не бешенство... - ответил я без всякой заинтересованности и вышел на улицу. Новости и вправду были странные. Дождь все еще шел. "Как надоела эта погода"! - сказал я про себя и загрузил покупки на заднее сидение Дефендера.

       Не спеша доехал до Стейшен-роуд, где находилась заправка. Пока я выгружал пластиковые канистры по пять галлонов, навстречу мне вышла Айлин, 16-летняя рыжая, невысокая, вездесущая дочка владельца.

       - Здравствуйте, мистер МакФарлан.

       - Привет, Айлин, а где Рой?

       - Отец уехал в Перт, завтра должен вернуться. Сегодня я здесь главная, - хитро улыбнувшись, девочка довела до меня важную информацию.

       - Раз так, беги, считай, я возьму пятнадцать галлонов в канистры и в бак до полного.

       - Хорошо, мистер МакФарлан, уже набегу ответила Айлин.

       Отдав деньги за топливо и попрощавшись я отправился домой.

       Первое, что я увидел по приезду на ферму, была наглая морда моего кота, он сидел у входной двери и злым взглядом изучал меня, еще бы час в разъездах и он, наверное, и меня бы сходу сожрал.

       - Ветти, жирный блоховоз, жди, сейчас покормлю, - сказал я, открывая пакет с кормом. Наполнив миску, я повернулся к коту и строго сказал, - совсем ты отожрался на казенных харчах, на диету сядешь у меня! Ветти даже не стал обращать внимания на мои угрозы и радостно уминал свою еду.

       Так, теперь надо перенести канистры в сарай, заправить генератор и можно передохнуть. Генератор в этих местах вещь незаменимая, свет вырубают часто, вот и приходится решать проблему энергообеспечения самостоятельно.

       Я зашел в дом, снял с пояса нож, выложил ключи и поставил купленное сегодня пиво на стол. Взглянул на него, понимая, что пить его сейчас совсем не хочется и пошел разжегать плиту, которая работала от газового баллона, поставив на нее чайник с водой. Из головы не выходил увиденный выпуск новостей, что-то в этой ситуации было неестественное, странное. Ведомый тревожными мыслями я вышел из дома и подошел к навесу у стены сарая, где лежали дрова. Отодвинул лежавшие слева поленья и из открывшейся ниши вытащил маленький пластиковый кейс с кодовым замком. Уже в доме я достал из него прихваченный из лондонской квартиры глок и спутниковый телефон, который сразу отправился на зарядку.

       Так, теперь к главному, понять что происходит. Я открыл ноутбук, интернет был через спутник и в такую облачную погоду работал медленно, но как говорится, за неимением лучшего...

       Новостные ленты и форумы пестрили сообщениями и видео с нападениями на людей, причем это происходило везде, не только в Англии, вот, например, видео, как в Мадриде полиция стреляет по мужику в окровавленной рубашке, а он продолжает двигаться в их сторону.

       - Так, все это не предвещает ничего хорошего, - сказал я сам себе. Взял телефон, который уже чуть-чуть подзарядился, и набрал номер своего товарища из министерства здравоохранения. После десятого гудка на другом конце провода мне наконец-то ответили.

       - Алло.

       - Привет, Майкл, это Алекс Суор, можешь говорить?

       - Привет, говори только быстро, а то дел куча, и где ты пропадал?

       - Пришлось уехать ненадолго, что там у вас творится, в новостях говорят про болезни, карантин и массовые убийства?

       - Никто ничего не знает толком, это все что сейчас могу сказать. Я бы рекомендовал быть осторожным и не приближаться к людям, которые выглядят странно. И еще, сейчас готовится эвакуация и это закрытая информация, как ты понимаешь.

       - Как вы собираетесь эвакуировать город?

       - А кто сказал про город, эвакуируют правительство и госорганы, и то не все.

       - Дела совсем плохи?

       - Хуже некуда, если ты сидишь в какой-нибудь дыре в Гватемале, лучше не вылезай из нее. Извини, не могу больше говорить, удачи тебе.

       - Пока.

       Вот так дела. И что делать? Первое, что пришло в голову, связаться с моим главным поставщиком всего нелегального, Абулфази. Он пакистанец, в Лондоне уже двадцать пять лет занимается торговлей оружием и увлекается скупкой краденного.

       К моему удивлению Абулфази взял трубку сразу.

       - Супермаркет дядюшки Абулфази слушает, кто ты и что тебе нахрен надо?- издевательски надменно прозвучал его голос.

       - Абулфази, это Алекс Суор, твой самый лучший и любимый клиент.

       - О, Здравствуй дорогой, сто лет тебя не слышал, говорили, ты уехал в Латинскую Америку.

       - Уехал, но не так далеко, мне нужна твоя помощь.

       - Всем нужна моя помощь в эти дни, можешь подъехать, адрес ты знаешь, но учти, товар в дефиците, цена двойная и то только для тебя по старой дружбе, на сторону уже не продаю даже.

       - В этом небольшая проблема я далеко от Лондона.

       - Совсем далеко?

       - На севере, в Шотландии, у тебя есть тут люди?

       - Дай подумать, есть человек во Фрейзербурге, но он немного того, ирландец.

       - Я думаю, выбор у меня не большой?

       - Правильно думаешь, давай свой номер попробую тебя связать.

       - Пиши. Абулфази, спасибо. И да, я тебе этого не говорил, но как можно скорее покинь город, надвигается что-то плохое.

       - Пока, обещаю подумать над твоим советом, - сказал хитрый пакистанец и повесил трубку.

       Я сам не заметил как открыл и выпил первую бутылку пива, в голове роились мысли, догадки, версии, сосредоточиться не получалось. Было очевидно, что действовать надо немедленно, но что делать и как, я понятия не имел. Недостаток информации порождал монстров у меня в голове. Где-то через час зазвонил телефон, я аж подпрыгнул от неожиданности. На другом конце провода был мужчина с киношным комичным ирландским акцентом.

       - Алекс, это из автосервиса, нам привезли автоматическую коробку для вашего авто.

       - Прекрасно, я слышал склад переехал, не подскажите куда подъехать?

       - Записывай адрес парень, тебе нужен Шор-стрит, после поворота с Бат-стрит слева увидишь ангары за забором, напротив третьего по счету есть телефонная будка, паркуйся напротив, будь там к полудню.

       - Понял, буду.

       Абонент повесил трубку. Так, и опять к размышлениям, я не знаю, куда я еду, не знаю людей, с которыми говорил, не знаю, к чему готовиться. Могут меня убить и забрать деньги? Да, легко.

       Ладно, надо идти спать, завтра нужно проехать по сто пятьдесят миль в каждую сторону, а что происходит на дорогах, я вообще не представляю.

       "Да, я вообще ничего сейчас не знаю", - сказал я уже вслух.

       Спал я плохо и под утро, когда все-таки пришел сон, меня разбудил сволочь кот, опять жрать захотел.

       "Ветти, ты скоро в двери проходить не будешь, иди лучше мышей лови".

       На часах было пять утра. Я быстро умылся, насыпал корма коту с запасом. Как без этого, сам есть не буду, а этого злодея накормлю. Полчаса потратил на сборы, проверил оставшиеся деньги, осталось около тридцати тысяч фунтов, не густо. Так, сколько взять, обычно винтовка стоит порядка трех тысяч, но как сказал Абулфази, спрос сейчас вырос. Ладно, учитывая обстоятельства, возьму половину. Теперь оружие, нож на пояс, как обычно. Что делать с глоком, носить при себе страшно, можно по глупости попасть под статью, что и не откупишься, с другой стороны, если и в машине найдут, тоже проблем не оберешься, пусть будет при мне. Я взял небольшую сумку через плечо, ее размер как раз идеально подходил под пистолет, запасной магазин на 17 патронов отправился туда же. Позавтракать я решил по дороге, сейчас не было желания, организм еще не проснулся. Маршрут - около 4 часов пути, сейчас 5:30, а должен быть на месте в двенадцать, запас есть, если ничего не случится. Поеду по 9-му шоссе через Инвернесс, дальше по 96-му, по пути будет несколько городов, их лучше объехать и закладывать нужно еще минимум минут сорок на объезды.

       Все, пора выезжать.

       Выехал я в шесть часов утра. Ехал довольно быстро, машин не было, через пятнадцать минут притормозил у моста Дорнох Ферт, навстречу пронеслась колонна из пяти бронированных машин "Вектор"[4], в зеленой раскраске. Вот уже и у нас суета началась. Интересно, откуда они и куда, ближайшая часть в ста семидесяти милях южнее, 51-я пехотная бригада, которая базируется в Стерлинге.

       Еще через полчаса начало светать, стали появляться встречные автомобили, в районе городка Тор мне пришлось обогнать неторопливо плетущуюся колонну из трех грузовиков "Ивеко", груженых 40-футовыми морскими контейнерами.

       Первые проблемы начались при подъезде к Ивернессу, на мосту через залив Боли Ферт был возведен блокпост. Из мешков с песком были сложены брустверы. Все полосы ведущие в город, кроме одной, были перекрыты бетонными блоками. На противоположной стороне моста можно было наблюдать как группа военных устанавливает заграждения из колючей проволоки. Слева от въезда на мост стояла  боевая машина поддержки пехоты "Варриор"[5], чья 30мм пушка "Рарден" была направлена в сторону дороги. На мосту стояло трое военных, судя по всему, сержант и двое солдат, чуть в стороне за бетонным блоком стояла патрульная машина, у которой болталась пара полицейских.

       Несмотря на ранний час, новоявленная застава образовала пробку, которая продвигалась с черепашьей скоростью. Учитывая наличие у меня при себе пистолета, сердце начинало безудержно колотиться, ладони взмокли от пота.

       "Так, нервы, нервы, нервы, что мне делать, как мне быть"? - сказал я сам себе. Выбора у меня особо нет, попробуй я развернуться и поехать назад, и нет никакой гарантии, что меня не попробуют остановить, а 30мм пушка "Варриора" сводила мои шансы к нулю. А потом и не объяснишь, что у меня мега срочное дело в другой стороне, я просто дорогой ошибся, а ствол достался от предыдущего владельца машины, и нашел я его под сидением только пять минут назад.

       Теперь успокоиться, сделать дружелюбное лицо, и ехать вперед, в конце концов, я мирный фермер, едущий по своим фермерским делам. Передо мной было восемь машин, останавливали каждую. Примерно через сорок минут дошла очередь и до меня. Ко мне подошел пожилой, лет пятидесяти, констебль и не представившись, спросил все ли у меня в порядке, куда я еду и зачем, а также попросил документы. Передавая полицейскому права, я на одном дыхании выдал свой, подготовленный за время стояния в очереди, рассказ о том, что у меня все прекрасно, еду я во Фрейзербург, поскольку оттуда мне следует забрать так необходимые мне запчасти для трактора. Взяв мои права, полицейский посмотрел на меня недоверчивым и усталым взглядом.

       - Не очень вы похожи на человека, работающего в поле, мистер МакФарлан.

       - А что, я должен сидеть в соломенной шляпе и грязных портках? - улыбнувшись невинной улыбкой, ответил я.

       - Ждите, - сухо сказал полицейский и еще раз посмотрел в документы, а затем на меня, после этого он удалился с моими документами в стоящую за бетонным блоком машину.

       Та пара минут, которые я провел в ожидании, показались вечностью. Я все ждал, что еще секунда и веселые парни в зеленом камуфляже, вытащат меня из машины и за известные только им мои прегрешения сбросят с моста. Но на этот раз все обошлось, констебль вернулся и отдал мои документы, пожелал хорошего пути и быть осторожней на дороге.

       - Подождите, констебль, можно спросить, что происходит, началась третья мировая война? Я тут сроду военных не видел, тем более в таких количества и с техникой.

       - Приказ проверять весь транспорт на дороге, подозрительный задерживать до выяснения. Остальное вас не касается, - сказал коп и направился к следующей машине. На том и расстались. Я проехал пятьсот метров от моста и только там понял, как сильно меня трясёт. Было без десяти минут восемь, сейчас уже должны начать работать кафе. Я свернул на перекрестке с 9-го шоссе на Лонгман-роуд и остановился у ближайшей забегаловки, ею оказалась кафе на заправке, где я быстро перехватил пару сэндвичей с сыром и большой крепкий американо. Вообще, англичане - чайная нация, и кофе здесь очень посредственный, а тем пойлом, которое здесь наливают клиентам на заправках и прочих придорожных местах, вообще можно крыс травить.

       После пережитого стресса, бурда, плескающаяся в картонном стаканчике, которую мне продали под видом кофе, казалась лучшим напитком, который я пил за всю свою жизнь. Вот так страх влияет на работу вкусовых рецепторов. Закончив утреннюю трапезу, я купил две литровые бутылки воды в дорогу и направился к машине. При выходе из дверей кафе услышал раскатистые одиночные звуки выстрелов со стороны моста. Этот звук я точно не спутаю ни с чем. Пора бы сваливать отсюда поскорее, не хочу знать, что там сейчас происходит. Надо для себя отметить, что обратный маршрут лучше будет построить в объезд.

       Через минуту я опять выехал на 9-е шоссе, а затем свернул на 96-е. Теперь мне предстояло проехать еще сто миль до припортовой зоны Фрейзербурга. Через час дороги я даже немного расслабился, стал смотреть по сторонам, вокруг простирались поля, небольшие рощицы вдоль дорог, аккуратные постройки каменных домов, возвышавшихся над садами и полями. Если бы не утренний случай, то я бы сказал, что это обычное шотландское идиллическое утро. Впереди сквозь бреши в облаках пробивались лучи солнца, которые отражались от гладкой поверхности воды. А сегодня ведь второй день весны, не календарной, а природной. Вчера был день весеннего равноденствия. И почему вдруг это всплыло в памяти. Погруженный в раздумья я проехал городок Банф, при выезде из которого, вновь увидел военную технику и солдат, выгружающих деревянные ящики из грузовиков.

       Видимо, действительно настолько все плохо, если военные берут все мосты и основные дороги под контроль. Останавливать меня никто и не думал и, дабы не искушать судьбу, я, притопив педаль газа, проследовал дальше. Дефендер медленно и неохотно, тарахтя стареньким дизелем, набрал скорость, и оставил позади трудолюбивых вояк. Дальше весь путь прошел без приключений.

       В Фрейзербург я въехал в одиннадцать часов, времени оставался еще час, и я решил медленно прокатиться по его улочкам, раньше я здесь не бывал, хотя по местным меркам это крупный город с более чем тринадцатью тысячами жителей. На удивление людей на улице было мало. Вдоль дороги выстроились двухэтажные дома из темно-серого камня. Ухоженные лужайки перед ними даже зимой оставались изумрудно зелеными, а сейчас лучи пробивавшегося сквозь тучи солнца отражались от капель воды на траве и заставляли ее блестеть. Я проехал мимо стадиона, на котором тренировалась местная футбольная команда. Покружив еще пятнадцать минут по городу и приметив для себя заправку, а заправиться мне надо, меньше трети бака осталось, я отправился к оговоренному месту встречи.

       Припарковался я в нескольких метрах от въезда в порт, не уверен, что здесь можно стоять, но и запрещающих знаков не было, и чуть дальше меня стоял припаркованный форд, который когда-то был синего цвета, но сильно выгорел на солнце и сейчас смотрелся как грязно-серый.

       Пройдясь по улице, я заметил, что промзона совсем небольшая, десяток ангаров, хозяйственные постройки, склад, где перегружают и морозят улов местных рыбаков. Чуть дальше по улице уже начинались жилые дома. Ветер был со стороны моря, что совсем не располагало к прогулкам на свежем воздухе, пришлось даже накинуть капюшон ветровки. Так вроде и десять градусов со знаком плюс, но ощущается в лучшем случае три-четыре. Побродив по порту двадцать минут и окончательно замерзнув, направился к телефонной будке, про которую мне сказали по телефону. Я понятия не имел, что должно было произойти дальше, поэтому ждал звонка, как в фильмах про шпионов с дальнейшими указаниями или что-то типа того. В час "Х" ничего не произошло. Прошло еще минут двадцать после назначенного срока, и я направился к своей машине, решив, что меня развели как последнего лоха, отправив покупать оружие у незнакомых людей за сто пятьдесят верст, то есть миль.

       "День в пустую", - вслух выругался я.

       Только я открыл дверь Дефендера, сзади со скрипом покрышек остановился серый фургон фольксваген с рекламой местной строительной компании на борту. Из боковой двери вышел здоровый парень под два метра ростом, и как мне показалось, в плечах не меньше.

       "Ты с нами поедешь", - сказал он, положив тяжелую руку мне на плечо и слегка подтолкнув меня в сторону фургона.

       Подходя к их машине, мой провожатый резко сказал: "Не дергайся", - и мощным захватом заломил мне руки, что даже дышать стало тяжело. Из фургона вышел его напарник и быстро меня обыскал. Через мгновение пистолет, нож, деньги, мобильный и спутниковый телефоны лежали на маленьком самодельном столике в кузове фургона. Дальше меня легким движение практически закинули в кузов, дверь захлопнулась и машина тронулась с места.

       Вторым оказался молодой парень лет двадцати пяти с рыжей головой. Он был среднего роста и на фоне своего товарища выглядел совсем подростком, только перебитый неоднократно нос портил впечатление. Первым тишину решил нарушить я.

       - Вы всегда так клиентов встречаете?

       - По-разному, тебя вот мы не знаем, - ответил рыжий. - Ты не переживай так сильно, хотели бы убить, уже бы сделали.

       - Меня Александр зовут.

       - Прекрасно, но нам все равно, - сказал уже громила.

       На этом наша светская беседа прекратилась, и еще минут двадцать мы ехали в полной тишине. Я пытался считать повороты, но очень быстро сбился, было ощущение, что мы вообще катаемся кругами. Далее было отчётливо слышно, как мы выехали на грунтовку и монотонный шорох покрышек сменился звонкими ударами мелких камешков о днище автомобиля. Еще десять минут тряски и фургон остановился. Я слышал, как открываются со скрипом металлические ворота, после чего фургон проехал еще пару метров. Дверь открылась и снаружи последовала команда выходить. Я вышел первым и оказался в старом ангаре, такие часто ставили на аэродромах для малой авиации. Вдоль стен штабелями лежали деревянные ящики без маркировки, в углу расположились пара продавленных диванов и потертый журнальный столик, заставленный недопитыми бутылками пива, рядом с которыми стояла пепельница заваленная окурками. Высокий и худой мужик, неопределенного возраста с уже седыми висками на когда-то абсолютно черной шевелюре подошел ко мне и протянул руку.

       - Привет, я Гарретт. Как поездка, не сильно трясло? - с ухмылкой произнес он. Акцент выдавал в нем ирландца, но ни чертами лица, ни цветом волос он не был на них похож.

       - Я Алекс.

       - Алекс, давай так, ты здесь только потому, что наш общий знакомый за тебя поручился и гарантировал, что от тебя не будет проблем. Так что закончим дело, мои ребята отвезут тебя к твоей машине, и все довольные хорошо проделанной работой, продолжим наслаждаться этим прекрасным днем каждый в своей компании.

       - Договорились, приступим.

       - Иди за мной, - сказал ирландец и вышел через импровизированную филёнчатую дверь, в небольшую комнату. Я проследовал за ним.

       - Смотри, Алекс это мой маленький шоу-рум - акцент был сделан на слове мой, как бы намекая на то, кто тут всем заправляет. - Ты что-то конкретное ищешь или пока осмотришься?

       Выбор не поражал разнообразием, в углу на деревянной оружейной стойке стояло несколько винтовок, среди которых я узнал G3A3[6] от Хеклер унд Кох, рядом стояли бельгийская FAL[7] с коротким и стандартным стволом, АК-47[8] и незнакомая мне винтовка, на которой я остановил свой взгляд.

       - Не могу идентифицировать, что это? - спросил я, крутя в руках неизвестное мне оружие.

       - Это FARA 83[9], аргентинский ствол, под 5.56, их чуть больше тысячи было выпушено, потом производство свернули. Вещь исключительно для коллекционеров и ценителей, для дела их не берут. Мне как ящик поставили год назад, ни одной не продал. Если интересно, то ствольная коробка из листовой стали, штамповка. Цевье, рукоятка и приклад пластик, приклад складной, магазины на 30 патронов. Товар не ходовой отдам за четыре тысячи.

       - Неслабо, - аж присвистнул я.

       - Так найди дешевле, говорят в Хэрродс[10] завезли на днях, - фыркнул ирландец.

       - G3 и FAL были совсем новые, даже масло не убрали с представленных демо-экземпляров. И вот я столкнулся с внутренней дилеммой, с одной стороны проще и надежней G3 мало что можно найти, и FAL, в свою очередь, отличная винтовка. Обе под 7.62мм. и весят они одинаково, чуть больше четырех килограмм. По мне, FAL поухватистей. Даже и не знаю, чувствую себя как ребенок, не знаю какую конфету выбрать.

       - Гарретт, что скажешь, G3 или FAL?

       - Обе бери.

       - Ты и так тройную цену выставляешь, не потяну финансово.

       - Бери G3 ломаться там нечему, гвозди можно заколачивать, эти, что у меня, Рейнметалл[11] произвел, считай эталон.

       - И сколько хочешь за нее?

       - Дай подумать, только для тебя моя обычная тройная цена, короче шесть тысяч.

       - Слушай, так ей цена в базарный день тысяча.

       - Я тебе уже сказал, хочешь дешевле, вперед! Ты сам сюда приехал, тебя никто силком не тянул.

       Я сделал вид что задумался, хотя, что тут думать, столько проехал, ствол нужен, хотя и не понимаю пока зачем, и других предложений у меня нет. Одним словом торг не задался.

       - Ладно, уболтал, а патроны и магазины к ней есть?

       - Есть, сколько надо?

       - Смотря сколько стоят.

       - Патроны по фунту, магазины только на 20 патронов, других нет, по двадцать пять фунтов отдам.

       - Тысячу патронов и десять магазинов возьму.

       - Ок, иди, присядь в офисе, сейчас все сделаем, - сказал ирландец указывая мне на старый диван.

       - Гарретт, бумажник-то мой у твоих ребят остался, - на всякий случай решил уточнить ситуацию.

       - Считай, что в банк положил, - засмеялся продавец, а затем начал раздавать указания.

       - Эй, Нолан, G3, десяток магазинов, тысячу патронов, - крикнул он здоровенному парню, который меня скрутил у фургона. - Винтовку сюда тащи, остальное в сумку и в машину сразу. Понял?

       - Без проблем босс, сейчас все сделаю.

       Через десять минут передо мной лежала новая в пушечном сале винтовка. Точно со складов сперли, первое, что пришло на ум. Судя по клеймам, 1973 года выпуска, не первой свежести, с другой стороны, что ей будет при правильном хранении. И тут я вспомнил, что забыл самое главное, чистить- то ее надо чем-то.

       - Гарретт, я забыл спросить, а набор для чистки у тебя найдется?

       - Я тебе уже положил в сумку, подарок от фирмы.

       - Спасибо.

       Потом последовали расчеты, мои запасы стали меньше на 7250 фунтов. Оставшиеся деньги, телефоны, глок и нож были сложены вместе с покупками в китайскую матерчатую сумку, которая лежала на полу фургона.

       Быстро попрощавшись, я залез в машину и назад уже ехал в кузове один. Дорога назад показалась быстрее, но именно что показалась. Через четверть часа я уже грузил увесистую сумку, в багажник своей машины. Сев за руль, я задумался, надо планировать, что делать дальше, продумать маршрут к дому, при этом учитывать блокпосты, которые стали появляться кругом, как грибы после дождя и обязательно заправить машину, бак почти пуст.

       Урчание в животе напомнило мне, что в последний раз я перекусывал на заправке шесть часов назад и поэтому я немедля отправился искать место, где меня накормят. Прокатился по центру, обратил внимание, что народу на улицах прибавилось. С виду все было как всегда, обычная жизнь: "Может и минует нас напасть", - на секунду мелькнула мысль в голове. Покружив еще по центру, я поставил машину на большой по местным меркам парковке на Мид-стрит, к слову, свободное место нашел без проблем, несмотря на то, что это самый центр. Городок небольшой, многие пешком ходят, в машине особой надобности нет. Припарковавшись, я открыл китайскую сумку, достал из нее остатки денег, а оставалась половина от того, что взял собой утром. Деньги отправились в карман куртки, нож на пояс. Посмотрел на пистолет и решил не брать, на меня тут нападать никто пока не собирается, и только в этот момент до меня дошло, что патронов у меня к нему только два магазина, а спросить у ирландцев про наличие у них 9мм-вых не догадался. А теперь уже поздно кусать локти, с ними у меня связи нет, в прошлый раз сами звонили. Номер на моем спутниковом телефоне не определяется в принципе, для других целей создан.

       Пройдя триста метров пешком, я зашел в первое понравившееся кафе. Внутри оно выглядело очень просто. В небольшой комнатке стояли деревянные столики из Икеа, накрытые клетчатыми красно-белыми скатертями, напротив входа стояла массивная дубовая барная стойка, над которой возвышались два пивных крана. Через большие деревянные окна от пола до потолка отлично было видно улицу и мою машину на парковке. Собственно, по этой причине мой выбор и пал на это заведение, да и желудок требовал срочно его наполнить, а не слоняться еще час в поисках лучшего ресторана в городе. Я выбрал столик напротив телевизора, надо же восполнять пробелы в знаниях. Подошла официантка, или это была хозяйка? На вид лет сорок - сорок пять, на бейдже написано имя Одри.

       - Добрый день. Что-нибудь сразу закажете? - спросила она.

       - Здравствуйте, мадам, бутылку минералки, и мог бы я взглянуть на меню?

       - У нас нет меню, сегодня могу предложить пирог с почками, черный пудинг и рыбный суп. Из гарниров овощи в любых вариациях и картофельное пюре. Быстро перечислила ассортимент хозяйка. Я все-таки решил, что это владелица заведения.

       - Небольшой у вас выбор, - вежливо ответил ей.

       - Так вы рано подошли, еще ничего не готово, после семи будет и хаггис[12], и десерты напеку к тому времени.

       Она еще и сама готовит, точно хозяйка. Хаггис я не любил, и вообще не понимал, как можно есть нарубленные потроха, сваренные в желудке, по мне гадость, хотя местные обожают. Из предложенного ассортимента остановился на рыбном супе и пироге. Собственно их и заказал.

       По телевизору шел футбольный матч, и я попросил хозяйку включить новости, поскольку я был единственным клиентом, возразить никто не мог.

       - И что вы хотите там услышать? - поинтересовалась Одри, - В новостных выпусках третий день одни и те же картинки крутят, только прогноз погоды меняется.

       - Так напасти какие-то в столице, а я и не знаю ничего, вот пока ехал три раза военных видел.

       - Да у нас в городе тоже теперь патрули ходят, вот смотрите, раздают брошюры. Одри взяла из стопки газет и журналов на барной стойке пополам сложенный лист А4 и принесла его мне.

       Брошюра была напечатана на дешевой серой бумаге. "Где нашли еще такого хренового качества? На том же складе, где моя винтовка почти сорок лет лежала", - сам себе ответил на поставленный мной же вопрос. Информации было крайне мало, или лишнего боялись написать или сами не знали, с чем столкнулись.

       Информация была доведена крайне сжато, что не давало возможности составить общую картину происходящего, можно сказать, в части, касающейся гражданского населения. Коротко было приведено описание "инфицированных", так прям и написали, ни словом больше. Неуверенная, шаткая походка, движения нескоординированные, наличие на одежде и теле следов крови. Наличие серьезных ран, это было выделено жирным, является явным признаком "инфицированного". Дальше следовало предупреждение, что указанные индивиды крайне опасны и агрессивны, и если вы встретили такого на улице, то ни в коем случае не следует предпринимать попытки вступить с ними в контакт или оказать помощь. Инструкция предписывала немедленно покинуть место встречи с "инфицированным" и сразу же сообщить информацию в полицию или по указанному ниже номеру. Дальше следовали стандартные рекомендации на случай чрезвычайных ситуаций: не выходить из дома без необходимости, иметь запас продуктов и воды на неделю, фонарики, спички и т.д.

       И что мне дала эта брошюра, собственно ничего, кроме того, что от "инфицированных" надо бежать, как черт от ладана. Я и без их ценных рекомендаций так бы поступил.

       К тому моменту как я закончил изучать листовку, мне принесли суп, на вид жирный и наваристый, с крупными кусочками рыбы. Разделавшись с первым и приступив к пирогу, по телевизору начали передавать срочное сообщение о введении комендантского часа. Все жители городов, оказавшиеся на улице после 21:00, независимо от причины, будут задерживаться до выяснения тех самых причин.

       Вот тебе и номер, сейчас уже 15:30 точно не успею до темноты, и не дай бог особо ретивый патруль решит задержать машину нарушителя, а там, опа, и стволы - неприкрытый криминал, однако.

       Хозяйка расстроилась новостям не меньше моего, девять вечера самое клиентское время, заведение битком, а тут явная угроза ее доходам со стороны государства. Шотландцы вообще недолюбливают англичан и английское правительство в частности, а здесь еще власти в карман залезли, хоть и не прямо в виде налогов, но от этого не легче.

       - Одри, - обратился я к хозяйке - А не предложите мне пива? Судя по всему, сегодня я уже никуда не поеду, - грустно добавил я. Тут же вспомнил, что дома животина не кормлена и завтра меня на британский флаг порвет за такое халатное отношение к моим обязанностям.

       - Могу предложить вам темного эля от нашего пивовара, утром только бочонок привезли.

       - Отлично, давайте сразу пинту.

       Доедал я пирог уже под пиво с толстой пенкой, которое подали в широком бокале.

       Завершив трапезу, я снова обратился к хозяйке.

       - Одри, еда была просто великолепна, если бы тут жил, только у вас и питался, - искренне сказал я.

       - Спасибо за добрые слова, сэр, заходите еще.

       - Одри, может, вы порекомендуете какой-нибудь отель поблизости?

       - Есть неплохое место, называется "Солтон Инн", у них обычно можно снять номер без предварительной брони, а сейчас не сезон, туристов нет, так что с гарантией разместят. Значит, выходите на улицу, идете направо в сторону Брод-стрит, на перекрёстке вам надо налево и метров через пятьсот увидите вывеску. У них и парковка напротив, если вы на машине, - добавила хозяйка.

       Расплатившись за ланч и поблагодарив радушную хозяйку, я отправился к Дефендеру. Несмотря на выпитое пиво, решил доехать до отеля на машине, тут недалеко, да и у полиции с этим комендантским часом сейчас заботы поважнее, чем ловить подвыпившего водителя. Дорога заняла всего пару минут, расстояния-то небольшие. Поставив машину на небольшой площади, я взял сумку и уверенным шагом направился к входу гостиницы. Лобби отеля не отличалось роскошью. Интерьер был выдержан в рыбатско-морской тематике. Потолок был декорирован сводчатыми деревянными арками, которые, видимо, должны были вызывать у клиентов ассоциации с трюмом судна. В углу над камином висели три гарпуна разного размера, стулья в баре были сделаны в форме бочек, с закрепленными на них сверху мягкими подушками, интересно, удобно ли на них сидеть или в жертву интерьеру принесли комфорт клиентов.

       За стойкой меня встретил невысокого роста мужичек, сильно раздавшийся в боках, что вместе с появляющейся на голове лысиной, делало его похожим на бочонок. Он представился Андрэ. За то время пока я заполнял форму для гостиницы, на меня был вылит просто поток информации. Все больше это были жалобы на количество работы, да еще и в не сезон, на то, что почти все номера в городе сняла армия и разместила тут солдафонов и ему, конечно, не заплатили за это еще ни пенни, а кормить и обслуживать их надо, дальше он разразился ругательствами на еще что-то. К тому моменту я уже потерял к нему интерес и перестал его слушать.

       Передав заполненную форму и сорок фунтов за номер, я получил ключ от комнаты с массивной деревянной биркой в форме поплавка с номером пятнадцать и короткую инструкцию о том, как мне добраться до него. Когда я уже направился от стойки регистрации в сторону лестницы на второй этаж, человек-бочка окликнул меня и сообщил, что завтра суббота и завтрак будет не раньше восьми. Поблагодарив его, я побрел в свой номер.

       Сил дизайнеров или средств владельца хватило только на интерьер в холле, номера же были абсолютно обычными, единственное, что их связывало с общей концепцией гостиницы - это картины на стенах с морскими пейзажами и шхунами. В номере была двуспальная кровать, которая и занимала почти все пространство. Пара прикроватных тумбочек, письменный стол, в который был вмонтирован шкафчик для холодильника с мини-баром, на поверку оказавшимся пустым. Ванны не было, был душ, но мне большего и не надо. Окна выходили на площадь с парковкой, где я оставил машину, но вид на нее загораживала вывеска с названием гостиницы, которая была смонтирована на небольшом козырьке. Просматривать улицу я мог только через небольшие бреши между буквами, складывающимися в название отеля. Хорошо хоть неоном не светится, а то ночью мешать будет.

       Следующие два часа я провел за чисткой, сборкой и разборкой G3, прав был Гарретт, когда сказал что машинка надежная, конструкция упрощена до невозможности. Переводчик режимов огня находится слева, одновременно являясь предохранителем. Положений три: "предохранитель", "одиночный огонь" и "очередь". Корпус - штампованная сталь, крепится к ствольной коробке штифтом и при разборки откидывается вниз и вперед, заменить ствол можно в полевых условиях на коленке, был бы запасной только.

       Закончив с чисткой, я зарядил все десять магазинов. А вот о том, как их носить не подумал, когда покупал, и сейчас распихал четыре штуки по карманам куртки. Получилось неудобно и выглядело комично. Надо завтра по пути найти охотничий магазин, может, удастся купить какой-нибудь разгрузочный жилет или хотя бы подвесную.

       Сложив обратно в сумку почищенную винтовку и снаряженные магазины, взглянул на часы, на них уже было 18:30. Есть особо не хотелось. В случае чего напротив отеля я разглядел китайский ресторанчик, если голод прижмет, возьму у них на вынос.

       Единственной интересной для меня информацией, полученной на стойке регистрации от Андрэ, была про военных, которые заняли почти все номера. Это значит, что те из них, кто заступили на дневное дежурство, должны скоро вернуться в место временной дислокации, то есть в отель. А что делает солдат после тяжелой службы, когда от него в трех шагах бар? Правильно, пьет, не книгами же в библиотеке ему стресс снимать? Значит, мне надо спуститься вниз, заказать пива и постараться разболтать служивых и хоть что-нибудь полезное выведать. Заранее поставив на телефоне будильник на половину восьмого утра, я спустился в бар.

       В баре сидела пара постояльцев из числа гражданских и тихо между собой что-то обсуждала, на столе у них стояли два стакана виски и стандартная барная закуска в виде чипсов и жареного арахиса. Подойдя к стойке, я попросил бармена налить пива, при этом уточнил, нет ли у него эля от местного пивовара, который так понравился мне за обедом. Оказалось, что есть, к моей нескрываемой радости. Взял я пол пинты, было непонятно, сколько мне тут сидеть, а напиваться не хотелось, да и нельзя было, завтра предстоит долгая дорога домой. К пиву мне в довесок вручили пиалу с орешками, и я направился в зал к среднему столу у стены. Место удобное, с трех сторон свободные столы. Один из них точно должны занять нужные мне люди. Сидел я долго и уже успел выпить два бокала пива, перекинуться парой слов с барменом, о жизни и о погоде, наконец, не выдержав заказал местный салат из овощей и сыра, обильно политого горчичным соусом, и уже ближе к восьми в гостиницу начали возвращаться постояльцы. Что мне сразу бросилось в глаза, так это наличие у солдат при себе оружия. Странно, почему после дежурства не сдали. Возможно, некуда сдавать или номер у них под оружейную комнату отведен, туда сейчас и сдадут. Не знаю.

       Спустя пятнадцать-двадцать минут постояльцы-военные стали спускаться в бар, на что я и рассчитывал, и к началу комендантского часа, объявленного через громкоговорители, установленные на проезжающих по улице патрульных Лендроверах, в зале не было уже свободных мест. Даже диваны при входе в гостиницу были заняты отдыхающими солдатами. Пили они исключительно пиво, хотя в баре было много напитков покрепче. В общем шуме сложно было разобрать слова даже рядом сидящих соседей, но я все же краем уха уловил "ключевые" для себя. Группа молодых ребят, всем не больше двадцати пяти, через столик от меня очень бурно, в красках с эмоциями описывали сегодняшние события своему сослуживцу.

       Собрав всю волю в кулак, а она уже была сильно подавлена, выпитым пивом, я, как ни в чем не бывало, будто старый приятель, подошел к нужному столику и попытался начать диалог.

       - Привет, не помешаю? - больше утвердительно сказал я, садясь за стол.

       - Привет, хором ответила компания, - видимо такого наглого вторжения постороннего в частную товарищескую беседу они не ожидали, и от этого не смогли возразить.

       - Алекс, - представился я, и сразу добавил, - Пиво будете, я угощаю, - ребята с недоумением посмотрели на меня, но отказываться не стали, и я, чтобы не упустить инициативу, выцепил из толпы бармена, который уже разносил по залу кружки с пивом в огромных количествах. Жестами я показал ему, что нам четыре и больших. В ответ он кивнул, не став уточнять больших чего. К тому моменту как нам принесли пенный напиток, мы уже немного познакомились и разболтались с моими неожиданными уже знакомыми. Звали их Десмонт, Оскар и Джон, все они были рядовыми. Десмонт и Оскар, служили вместе в 4-й пехотной бригаде, которая находится в трех милях от Ричмонда в северном Йоркшире, а это очень и очень далеко отсюда. Джон служил в 51-й бригаде, считай местный. Выпив вместе еще по кружке пива, Десмонт продолжил свой рассказ о сегодняшнем дежурстве.

       - Короче, нас же инструктировали про этих "инфицированных", говорили не приближаться, что в случае угрозы для личного состава и гражданских стрелять на поражение, - начал он.

       - Ну да, - кивнул Джон, делая глоток.

       Я старался записать в память своего уже пьяного мозга каждую крупицу информации, поэтому сидел и молча кивал в такт остальным.

       Так вот, продолжил Десмонт, сегодня мы патрулировали Сандхайвен и нам от соседей поступил сигнал о странном поведении одного из местных жителей. Мы с Оскаром были ближе всех, - сделав еще глоток, он продолжил, - и вот мы на месте, вышли из машины, я иду первым, Оскар страхует. И передо мной открывается следующая картина, - Десмонт театрально развел руками, - стоит, значит, мужик в пижаме, на боковой дорожке своего дома, и тупо пялится в стену. Стоит, не шевелится. Ну я его окрикнул, ноль реакции, сделал несколько шагов в его направлении, снял свою L85[13] c предохранителя, а этот или это резко повернулся в мою сторону и пошел на меня, я чуть полные штаны не навалил. И этот его взгляд, от него мороз по коже. Я предупредил, приказал остановиться, а он все шел и шел. И Оскар не даст соврать, я ему в грудь две коротких очереди дал, а он их даже не заметил. Тут к разговору подключился Оскар, до этого сидевший молча и только кивавший в нужные моменты повествования.

       - Именно так и было, две очереди, я даже видел, как пули выходили из спины, насквозь его прошило, а ему пофиг пер как танк, хорошо, что медленно.

       - И что дальше? - это спросил уже я.

       - А дальше я выстрелил очередью ему в колено, оно подломилось, и он завалился на бок, а Оскар добил выстрелом в голову. Десмонт закончил рассказ, вместо него продолжил Оскар.

       - Мужики, вот если бы сам не увидел такое, не поверил бы никогда, натуральный, блин, зомби, как в кино. Еще этот его взгляд, до сих пор как вспомню, до костей пробирает.

       - Да гоните вы все, мужик просто обдолбался чем-то, вот и не чувствовал боли, - махнув рукой, в разговор включился уже изрядно подвыпивший Джон.

       - А как ты объяснишь дюжину пуль в грудь? - возмутился Десмонт.

       - И то, что его тело ребята в костюмах приехали забирать, - добавил Оскар, - мы потом еще два часа подробнейшей рапорт писали, чуть ли не поминутно, что, где, как делали.

       - Не знаю, как объяснить, - начал оправдываться Джон, - но зомби это перебор, например, когда курице голову отрубают, она еще продолжает бегать, мышечная память, может и здесь он по инерции шел на вас.

       Далее разговор стал сходить на повседневные темы и уже к полуночи я распрощался с новыми приятелями и, слегка пошатываясь, проследовал к себе в номер.

       И что в сухом остатке: на сон меньше восьми часов, завтра будет болеть голова, и да "зомби", которых хрен убьешь. Не веселая перспектива вырисовывается. Теперь спать, длинный день был, насыщенный на события, и вот не уверен я, что завтра будет легче.

       Будильник поднял Роя в семь утра. За окном гостиницы "Кловер Инн", располагавшейся на Джеймс-стрит 17, была нормальная для ранней весны в Шотландии облачная погода. "Ну, хоть без дождя", - подумал Рой, и, зевнув, проследовал в ванну, старые доски на полу поскрипывали при каждом его шаге. Сам отель располагался в старом здании, которое многократно перестраивалось, реставрировалось, менялись хозяева и каждый привносил что-то свое в его интерьер. От этого возникало странное ощущение недоделанности окружающего пространства. Например, старый деревянный пол в комнате просто не мог сосуществовать с зеркальным потолком в ванной, как и старые настенные светильники в коридоре с хромированными современными перилами на лестнице. Это странное окружение не особо тревожило Роя, основным фактором при выборе отеля была доступная цена и центральное месторасположение.

       Настроение было приподнятым, все дела сделаны, встреча с представителем банка прошла успешно, и кредитор согласился реструктурировать заем, увеличив срок погашения еще на пять лет, тем самым уменьшив ежемесячные платежи. Это давало хороший шанс сохранить свой бизнес, заправочную станцию вместе с маленьким магазином, и при этом не умереть с голоду.

       Ухудшавшаяся с конца прошло года экономическая ситуация ударила по всем, доходы сократились, а операционные расходы выросли, вот и крутись, как хочешь. В случае Роя, его спасла жадность банка. Менеджер, который вел кредитное дело, прекрасно осознавал, что если клиента сейчас зажать в угол, то завтра, возможно, банк не увидит очередного платежа, и как итог, в погашение кредита банк заберет заправку в богом забытом месте, которая будет висеть мертвым грузом на его балансе до конца времен. Вряд ли сейчас найдется хоть один идиот, который захочет купить такое имущество у банка даже за копейки. Так что к взаимному удовлетворению, стороны быстро нашли взаимоприемлемое решение. С паршивой овцы... как говорится.

       После завтрака оставалось еще полтора часа до поезда. Не сидеть же в номере, подумал Рой и, сдав ключ и рассчитавшись за постой, отправился гулять по улочкам древнего города. Из вещей у него был небольшой рюкзак с одной широкой лямкой через плечо, в котором и были все те немногие вещи на два дня и документы по кредитному делу.

       Дойдя неторопливым шагом до парка, Рой присел на скамейку напротив искусственного пруда, вдохнул несколько раз полной грудью влажный воздух и закрыл глаза. Пахло мокрой травой, свежей и немного сладкой. Со стороны дороги доносился шум машин, на которые Рой не обращал внимание. Мозг будто сам отсекал и блокировал раздражающие звуки, он слышал утреннее щебетание птиц, которые пели совсем по-весеннему. Несмотря на холодную и зябкую погоду, на душе у него было тепло, ведь вчера появилась надежда выкрутиться из продолжительных финансовых трудностей, ему дали второй шанс, который нельзя упускать. А если, еще подтвердится предложение старого знакомого Ирвина Белла, с которым Рой раньше работал в одной мастерской: организовать на пустыре, который относился к заправке, станцию техобслуживания, тогда не вкладывая живых денег, Рой мог получать треть от его прибыли. Неужели семь лет беспрерывного барахтанья в болоте и в борьбе за выживание кончатся, что можно будет расслабиться и больше не ждать с ужасом наступления тридцатого числа месяца, когда надо платить банку по закладной.

       Пятнадцать минут такого отрешенного, медитативного состояния в мыслях о будущем, придало сил и уверенности, как будто кто-то заменил батарейки и смазал старый скрипучий механизм.

       Рой взглянул на часы, пора бы и к вокзалу двигаться, благо тут минут десять пешком. Вокруг здания вокзала стояла толпа людей. Эта масса людей, слившаяся в единый организм, то шумела и кричала, то, как будто, просила о чем-то невидимых вершителей их судеб. На таком расстоянии слова невозможно было разобрать. По настрою и интонациям людей было очевидно, что что-то произошло, и это что-то могло сорвать его сегодняшние планы.

       Рой подошел к стоящему рядом с толпой пожилому мужчине в бежевом дорогом пальто и спросил, - Извините, сэр, вы не в курсе, что здесь происходит?

       - На вокзал никого не пускают, ничего не говорят толком, попробуйте прорваться к ограждению и узнать там. Я уже не в том возрасте, чтобы расталкивать плечами толпу, молодой человек, - с ухмылкой сказал старичок.

       Рой, полный энтузиазма, начал проталкивался через толпу, с разных сторон доносились недовольные возгласы страждущих: "Наглец", "Ты куда прешь", "Самый умный", - и это были еще самые безобидные высказывания в его адрес. Обстановка была нервной и накалялась с каждой минутой. Казалось, что воздух пропитался какой-то невидимой энергией, и буквально малейшая искра могла превратить ее в огненный шторм, сметающий все живое на пути.

       Наконец удалось добраться до металлического заграждения, образующего периметр у входа на вокзал. Примерно в пяти метрах за заграждением, стояли вооруженные часовые, наверное, чтобы у самых несдержанных не возникло желание перескочить ограждение и побежать к поезду. Вдоль заграждения ходили полицейские, пытавшиеся успокоить толпу. У них это не особо получалось, пассажиры оставались на своих местах и никто не думал расходиться. Рой обратился к проходящему мимо бобби: "Извините, офицер, что происходит, почему нас не пускают, у меня поезд в 9:10"? - прибавив жалости в голосе, спросил Рой. Полицейский ответил монотонным безразличным голосом, ту фразу, которую он повторял с утра каждому второму, на лице служителя закона было написано, что это его сильно бесит: "Сэр, сожалею, но вокзал закрыт для проведения профилактических мероприятий, связанных с безопасностью. Сегодня вы уехать не сможете. Завтра в кассах вокзала вы сможете обменять ваш билет, и спокойно отправиться туда, куда вам надо. От имени полицейского управления города Перт приносим извинения за доставленные неудобства". Больше полицейский ни сказал не слова и проследовал дальше вдоль ограждения, призывая собравшихся разойтись. Легкая растерянность не покидала Роя, и что теперь, ночевать здесь и ехать завтра, или искать альтернативный вариант?

       Левее входа на вокзал буквально в двадцати метрах от раздраженной толпы, стоял полицейский экипаж, который разворачивал всех желающих проехать на парковку у вокзала. Въезд был перегорожен тентованым грузовиком, полностью перекрывавшим его. На парковке была суета, люди в синих рабочих комбинезонах то ли грузили, то ли выгружали огромные деревянные ящики, работали погрузчики, и все это действо происходило под пристальными взглядами вооруженных охранников. Впрочем, Рою до этого не было дела. Была проблема, которую следовало решить. Он подошел и поздоровался со стоящим патрулем, а затем спросил, как ему добраться до автобусного вокзала. Получив короткую инструкцию, надо было решить идти туда пешком или доехать на автобусе, до остановки которого в любом случае минимум 15 минут хода.

       Автобусный вокзал находился на западной окраине города, на большой парковке "Парк энд райд", выходило так, что до нее около часа пешком. Вариант доехать на автобусе Рой отмел сразу, во-первых до него все равно идти, во-вторых он не знал ни расписания, ни маршрута. "Может получиться, что по времени ничего не выиграю, а так прогуляюсь, воздухом подышу, если заблужусь, добрые люди подскажут дорогу", - подумал Рой.

       Перейдя мост над железнодорожными путями, Рой двинулся по Гловер-стрит, а потом свернул на широкую Глазго-роуд, которая вела из города и плавно переходила в 93-е шоссе. По дороге он любовался аккуратными домиками по краям улицы, думая, что когда-нибудь купит такой же. В какой-то момент дома закончились, с левой стороны показались сначала заросли кустарника, а потом небольшой пролесок, скрывающий за собой поля, обозначавший границу города. Буквально за поворотом он увидел главный ориентир, говорящий, что его цель уже рядом. Над полем, на столбах, высотой метров пять-шесть, возвышался логотип Макдоналдса. Вот она глобализация во всей красе: поля, одноэтажные домики вдалеке и Макдоналдс. До него было не больше мили.

       На месте Рой без проблем нашел билетную кассу. Отстояв очередь, ему удалось выяснить, что билеты на ближайший автобус до Инвернесса, который отходил в 12:00 распроданы, и если он хочет уехать сегодня, ему могут предложить билет на шестичасовой рейс. Хотя Автобус нужно было ждать еще почти семь часов, Рой согласился и отдал пятнадцать фунтов. Заняться здесь было абсолютно нечем, вокруг находились лишь парковка, поля, заправка Эссо и Макдоналдс. Правда был еще придорожный отель, но Рой и так уже потратил лишнего. "Надо позвонить дочери, а то будет волноваться, я же должен был приехать сегодня к обеду, а буду в лучшем случае глубокой ночью, если не завтра" - подумал Рой. Из Инвернесса предстояло еще добраться до Дорноха. А это опять ждать автобуса или ехать на такси, но это совсем уж крайний случай.

       Время в ожидании тянулось очень медленно, Рой пытался найти себе занятие: поиграл в футбол пустой банкой из-под кока-колы, сидел на скамейке и пытался сосчитать количество верхушек деревьев, в том пролеске мимо которого шел. Даже посетил Макдоналдс. В какой-то момент он начал корить себя за жадность и думал отправиться в придорожный отель, но маленький Соломон в его сознании, который отвечал за бюджет и ведение бухгалтерии, не допустил такой расточительности с его стороны. Так прошли самые бесполезные семь часов жизни Роя, а затем еще три. Автобус приехал почти в девять вечера, водитель объяснил опоздание неожиданной поломкой в пути. Вид у него был усталый и замученный, что даже не возникало малейшего желания высказать свое негодование.

       Примерно в 21:30 пассажиры погрузились в автобус, Рой быстро нашел свое место и, усевшись на него поудобней, сам не заметил как уснул.

       Разбудил его скрип тормозов, резкий толчок и последовавшие за этим проклятья водителя и недовольные возгласы пассажиров. В полусонном состоянии, он не сразу понял, где находится, сколько проспал, и что происходит. Из автобуса вышел водитель и два пассажира, которые сидели ближе всего к двери. Потом были крики, какая-то возня на улице. Через пару минут по ступенькам в автобус поднялись водитель, держась за руку, с которой не просто капала, а лилась ручьем кровь. В полумраке автобуса кровь казалась бордово-черного цвета. Затем один из вышедших с водителем пассажиров помог подняться по ступенькам второму, который сильно хромал и на его правой ноге была отчетливо видна глубокая рана. В салоне началось волнение, еще не паника, но некоторые пассажиры не на шутку испугались, многие в растерянности уставились на разыгравшуюся драму, грузной женщине неопределенного возраста при виде крови стало плохо, и она медленно сползала вниз по своему креслу.

       Хуже всего было водителю, видно, что у него шок, но держался он не плохо. Опираясь плечом на водительское кресло, он здоровой рукой потянул рычаг и закрыл дверь автобуса. Водитель что-то говорил, но было неслышно. В автобусе уже стоял гул. Со всех углов были слышны вопросы: "Что случилось, что вообще происходит?". Раненого парня усадили на пол рядом с местом водителя, а второй пассажир, высокий мужчина с военной выправкой, перетягивал его раненую ногу выше колена своим ремнем.

       Рой дрожащими пальцами набрал на телефоне 999 - номер службы спасения. Он ждал наверное минут пять, до того как на другом конце линии не ответил оператор. Молодой женский голос спросил, что у него случилось, требуется ли медицинская помощь? Рой попытался дать максимально точный ответ: "Я нахожусь в междугороднем автобусе, у нас двое раненых водитель и пассажир, что случилось не понятно, похоже попали в аварию". Потом уточнил, что в момент столкновения в салоне все были целы, а травмы получили после того, как вышли из автобуса. Следующий вопрос поставил Роя в тупик.

       - Где вы находитесь?

       - Понятия не имею, я спал и проснулся в момент столкновения.

       - Вы можете дать трубку водителю, он в сознании?

       - Секунду, - ответил Рой оператору и подбежал к водителю, бесцеремонно задевая сидящих впереди пассажиров, которые от любопытства высунули свои головы в проход. Водитель был бледен, но находился в сознании, раненую руку, теперь удалось рассмотреть вблизи: была повреждена ладонь, мизинец висел на узкой полоске кожи, остальные пальцы похоже были сломаны. Сейчас его рукой занимал тот самый высокий мужчина, минуту назад перевязывавший второго пострадавшего. Им был молодой парень, крепкого телосложения. Ему тоже не слабо досталось. Из салона не было видно, что с его ногой, вроде рана казалась не большой и кровь из нее фонтаном не била, но сейчас Рой мог в полной мере оценить серьезность его состояния. Даже невозможно представить, какой зверь может нанести такую глубокую рану. На ноге со стороны икры не хватало куска плоти, из салона этого не было видно. От увиденного Роя чуть не стошнило, такое не в каждом фильме ужасов покажут.

       Рой обратился к водителю: "Сэр, вы можете говорить, у меня служба спасения на линии"? Водитель кивнул и взял сильно трясущейся здоровой рукой телефон. Голос его звучал тихо и казалось, что с каждым словом становился тише и тише, как будто вместе со словами из него уходила жизнь.

       Водитель отлично знал маршрут, по которому он ездил каждый день, и быстро объяснил оператору, где мы находимся. По его словам, мы были в полу миле от моста через Финдхорн ривер, рядом с местечком под названием Томатин. Действительно, слева вдалеке можно было разглядеть огни домов. На вопрос о самочувствие водитель ответил оператору, что все нормально, рука только немного болит.

       Водителя звали Уиллем, имя было написано на его карточке, которая была закреплена на солнцезащитном козырьке, он передал телефон, и девушка оператор продолжила давать указания уже Рою. Сперва она попросила успокоить пассажиров и сказать, что в вашу сторону направлена служба спасения, и будут они не позднее чем через двадцать минут. Что он и объявил громким голосом, срывающимся на крик. Дальше последовало указание ни в коем случае не покидать автобус до прибытия служб. После этого были вопросы о состоянии пострадавших. Когда Рой попытался дать описание травм, тот самый высокий мужчина попросил у него телефон и сам описал повреждения. Судя по всему, он имел медицинское образование, многие термины, которыми он оперировал в своей речи, были не знакомы Рою. Потом он отошел с телефоном к двери автобуса и последующую часть их разговора Рой разобрать уже не смог.

       Салон автобуса как-то притих, были слышны перешептывания между соседями, упавшую в обморок женщину привили в чувство сидевшие рядом пассажиры. Сейчас она сидела, облокотив голову на боковое стекло, и пила мелкими глотками воду, из бутылки, которую держал ее сосед. Хорошо, что в автобусе не было детей, не пришлось никого успокаивать, хотя иногда и взрослые устраивают такие истерики, что дадут фору самым капризным детям. Водителю плохело с каждой минутой, в любой момент он мог потерять сознание. Это было странно, потому что, я точно знал, что его рана не смертельная, люди и в худшем состоянии оставались на ногах. Поймав мой растерянный взгляд, пассажир-доктор спокойным голосом пояснил мне, что это торпидная фаза травматического шока, и здесь он не может ничего сделать, и остается только ждать помощь. Раненый парень сидел, слегка похрипывая, уставившись в потолок, было видно, что он страдает и испытывает нечеловеческую боль, по его лбу стекали капли пота, а пальцы на руке содрогались в такт биения сердца.

       Из-за лобового стекла доносились шорохи, как будто перед машиной кто-то ерзал по земле.

       Отойдя от первого шока, Рой протянул руку своему соседу и тихо представился.

       Попутчик ответил крепким рукопожатием: "Я - Филипп Стоун".

       - Филип, что там случилось? - Спросил дрожащим голосом Рой, выдавливая из себя каждое слово.

       - Рой, я не могу это объяснить, - совершенно искренне ответил Филипп. - Мы вышли на улицу и увидели человека перед автобусом, точнее это было похоже на человека. Оно было зажато бампером автобуса и пыталось выбраться, когда наш водитель подошел ближе чтобы помочь, эта тварь вцепилась ему в руку. Можешь представить, у этого зубы были похожи на когти орла и были пару сантиметров в длину. - Сказал он уже шепотом, что даже Рой его еле слышал. - Мы с трудом оторвали "это" от руки, а когда мы уже развернулись и уводили водителя, тварь как-то извернулась и вцепилась в ногу этому парню. Вот что там случилось.

       - А это еще там? - Рой задал по-детскому глупый вопрос.

       - Скорее всего.

       - И что нам делать? - Это был второй глупый вопрос.

       - Не думать, - сказал Филипп.

       От утреннего заряда бодрости не осталось и следа, к горлу подступал комок, хотелось убежать, спрятаться, просто раствориться в пространстве. Ноги становились ватными, а плечи и руки казались тяжелыми, медленно сползая, Рой уселся между раненым парнем и водителем и смотрел в пустоту.

       Из прострации его вывел звук приближающегося автомобиля, рокот двигателя становился все сильнее, словно он отражался от темноты и усиливался с каждым разом. Его разум кричал, выключите это, мне нужен покой.

       После этого тьму разорвала яркая вспышка мощных фонарей, которая ослепила находящихся в салоне пассажиров. Прозвучало несколько выстрелов, и Рой услышал стук со стороны двери. Отреагировал Филипп, он перегнулся через раненого парня, потянул рычаг, открыв тем самым дверь. В салон ворвалась ночная прохлада.

       Рой смотрел на человека в дверном проеме и не видел его, перед ним стояло очертание, тень. Голос вошедшего он слышал так, словно звук шел из глубокого колодца.

       В салон автобуса вошел крепкий мужчина и поставленным, командным голосом объявил, что все в порядке, вы теперь в безопасности, и скоро вас всех отправят домой.

       В салоне началось движение, кто-то попытался встать, на что голос прикрикнул: "Пожалуйста, оставайтесь на своих местах, мы скажем вам, когда можно выходить. Салон опять погрузился в тишину, никто не пытался возразить".

       - Кому требуется медицинская помощь? - Никто не ответил.

       Рой слышал разговор, но не вдумывался в смысл слов, это был просто поток звуков, доносившийся откуда-то извне. Потом что-то мощное подхватило его под руки, подняло вверх и дернуло в сторону, а затем опустило вниз, прислонив спиной к чему-то холодному. Сознание вернулось на улице, сначала резкий едкий запах нашатырного спирта обжег ноздри, а уже после он отчетливо слышал обращенные к нему слова: "Сэр, посидите здесь, с вами ничего серьезного, мы вами займемся позже".

       Он сидел на земле, опираясь спиной на колесо автобуса. Через пару минут зрение сфокусировалось, и он стал отчетливо видеть окружающий его мир. Из автобуса вынесли парня, а затем и водителя, обоих положили на носилки и пронесли мимо.

       К нему подошел тот же доктор, который привел его в сознание, он светил карманным фонариком в лицо, так, что Рой ничего не видел. Он посмотрел на Роя и спросил: "Вас не тошнит"?

       - Нет, - доктор услышал неуверенный ответ.

       - Гематома у вас на лбу большая, но не смертельная, жить будете. В понедельник вам нужно будет обратиться к своему терапевту.

       В момент столкновения Рой, все-таки, приложился головой о впереди стоящее кресло, и сразу этого не осознал, а после было уже не до того.

       Рою помогли подняться и проводить к стоящему параллельно автобусу внедорожнику. Он уселся в пол оборота на заднее сидение и снова остался наедине с собой. Сразу за машиной, в которую усадили Роя, стоял фургон темного цвета, а за ним большой грузовик. Ничего похожего на автомобиль неотложной помощи он не увидел. Носилки с ранеными лежали на земле, рядом с фургоном. Непосредственно место столкновения, было сейчас затянуто плотной сеткой, похожей на ту, которой строители закрывают фасады зданий при их ремонте. Потом было слышно, как отъехала в сторону дверь фургона и в образовавшийся проем положили носилки с ранеными, а после туда же закинули черный пластиковый мешок, который вынесли из-за сетки.

       Рой почувствовал прилив злости, его начало разрывать чувство возмущения, хотелось крикнуть: "Что вы делаете, сволочи, как так можно обращаться с пострадавшими?" Но сил сказать это вслух у него не было. Рой опять сидел и смотрел в пустоту.

       Неожиданно фургон подорвался с места и через мгновение исчез в темноте.

       Про Роя забыли, все были чем-то заняты. Он не понимал сколько прошло времени, казалось, что уже начало светать и еще он чувствовал холод поэтому и сидел съежившись, пытаясь глубже вжаться в сидение, время от времени, поток ледяного ветра задувал через открытую дверь, обжигал лицо, заставляя зажмуриться.

       В темноте появились два круглых ярких пятна, которые приближались и увеличивались в размерах, затем стал отчетливо слышен звук двигателя, и через пару минут за автобусом остановился второй, куда стали пересаживать пассажиров. Слева Рой услышал голоса, которые решали, что делать с этими двумя. Кто эти двое он не понял. К Рою подошел, тот самый человек, который первым зашел в автобус, по крайней мере, он был уверен, что это тот же человек, хотя Рой тогда был в полуобморочном состоянии.

       - Сэр, у вас есть ID? - В ответ Рой кивнул, а потом добавил: "В рюкзаке, в автобусе, слева седьмой ряд, кажется". После этого ему помогли встать и проводили в новый автобус.

       Автобус заехал за шлагбаум на территорию полицейского участка Инвернесса на Бернетт-роуд. Раньше Рой только проезжал мимо и внутрь никогда не заходил. Это было современное здание из светлого кирпича, со стеклянной входной группой, внутри было пустынно, только перед самым входом сидел сонный, скучающий полицейский. Он не обращал внимания на ввалившуюся к нему толпу и продолжал изучать что-то в своем телефоне. Рой стоял у самого входа, прислонившись к стене, когда к нему подошел средних лет мужчина со смуглой кожей и темными вьющимися волосами, одет он был в джинсы и белую рубашку.

       - Мистер Дервил?

       - Да, - немного удивился Рой.

       - Проследуйте за мной в переговорную, пожалуйста.

       Переговорной оказалась комната для допросов. Интересно, это было такое своеобразное чувство юмора?

       - Присаживайте, пожалуйста.

       Рой сел на металлический стул, прикрученный к полу, в углу на стене напротив него висела камера.

       - Меня зовут Аугустин Силва, если вы не возражаете, я задам вам пару вопросов.

       Рой ответил кивком.

       - Вас зовут Рой Дервил?

       - Да.

       - Вы родились в городе Джеймстаун в 1971 году?

       - Да.

       - Где вы находились в момент аварии?

       - Я сидел на своем месте.

       - Можете уточнить?

       - Седьмой ряд, слева, место у прохода, у меня где-то билет остался.

       - Это не нужно. Вы помните момент аварии?

       - Я задремал, помню толчок, я не сразу сообразил что происходит.

       - Вашу травму получили тогда?

       - Какую травму? - озадачено спросил Рой, но потом быстро поправился, и уточнил, что да, скорее всего, просто сразу не заметил, что ударился.

       - Хорошо, вы видели как водитель и двое пассажиров выходили из автобуса?

       - Да.

       - Вы видели у них травмы или раны, когда они выходили.

       - Нет. - Ответив, Рой подумал, что за глупый, странный вопрос?

       - Можете описать, что было дальше?

       - Кое-как, могу. На улице был шум, потом крик, а после этого в салон вернулись водитель и пассажиры. Водитель держался за руку. Один из пассажиров шел сильно хромая, опираясь на второго.

       - С вашего места, было видно, что произошло?

       - Нет.

       - В службу спасения звонили вы?

       - Да.

       - Вы видели, чтобы кто-нибудь еще из пассажиров выходил из автобуса?

       - Не видел.

       - Вы знали мистера Филиппа Стоуна до того, как оказались в автобусе?

       - Нет. Мы познакомились уже внутри.

       - Вы знаете, чем он занимается, кем работает?

       - Нет. А почему вы задаете такой странный вопрос?

       - Мистер Дервил, мне инструкцией предписано задавать определенный перечень вопросов в зависимости от ситуации. Я следую инструкции, эти вопросы я не могу не задать. Собственно у меня их больше к вам нет, вот моя визитка, если что-то еще вспомните, позвоните. Ваши вещи находятся у дежурного.

       - А как дела у водителя и второго парня?

       - Их не удалось спасти.

       - Так... - Рой не успел закончить свою фразу, мистер Силва уже покинул комнату.

       Рой вышел в коридор и там столкнулся с Филиппом, выходящим из кабинета напротив, видимо его тоже опрашивали.

       - Доброе утро, сказал Рой.

       - Доброе утро, - ответил Филипп, его лицо не выражало никаких эмоций. Он не был настроен на продолжение разговора, а Рой не стал предпринимать попыток продолжить общение. Филипп направился к выходу, и Рой медленно пошел следом.

       Рой вышел из здания полиции, когда уже совсем рассвело. Все на улице было окутано густым туманом. Постояв растерянно пару минут, он побрел в сторону центра города по абсолютно пустой улице, где не было ни людей, ни машин.

       На ближайшей автобусной остановке он присел на скамейку, и из его глаз текли слезы. В этот момент он ничего не чувствовал: ни эмоций, ни сожалений, ни страха. На остановке сидела пустая потерянная бездушная кукла. Сидела и плакала.

       "Сколько времени я провел на этой остановке? Что я здесь вообще делаю?" - вдруг всплыли вопросы в голове Роя. Надо срочно позвонить дочери, она, наверное, меня уже разыскивает. Он набирал Айлин очень долго, то ли это проблемы с мобильной связью, то ли с телефоном. К счастью у него получилось, и он услышал в трубке знакомый голос.

       - Привет, папа ты где? Ты не отвечал на звонки. Я тебе раз десять звонила! Ты уже должен был давно приехать, - чуть не рыдая сказала девочка.

       - Айлин, привет, все хорошо, просто автобус сломался по пути. И со связью какие-то проблемы, я с трудом дозвонился. Я уже в Инвернессе, дождусь автобуса и буду дома.

       - Ты не знаешь? - удивленно спросила Айлин, - автобусы вчера перестали ходить.

       - В смысле, перестали?

       - Просто перестали, я вчера вечером ездила прогуляться в город, думала будет классно если еще и ты приедешь вечером, и мы вместе поедем домой. Когда я собралась назад, на станции мне сказали, что автобусы в ближайшее время ходить не будут и больше ничего не объяснили. А еще кругом военные, сам увидишь, когда поедешь домой. А домой меня подбросил мистер Олофсон, он как раз с женой возвращался из кино и увидел меня.

       - Айлин, хорошо не переживай, я сейчас позвоню кому-нибудь из ребят, чтобы меня подбросили.

       - Хорошо, папа, я тебя очень жду.

       - Пока, дочка.

       "И кто меня сейчас может подвести?" - немного подумав Рой начал набирать всех знакомых в городе. Первому позвонил Ирвину. После долгих попыток и мертвой тишины на линии телефон прозвонился и в трубке пошли гудки. Ирвин так и не снял трубку. Следующие три попытки не увенчались успехом, телефоны абонентов просто были выключены. Рой набрал еще один номер и наконец, на другом конце провода ответили.

       -Ало! Ало! Алекс привет...

       Утро встретило меня будильником, похмельем и туманом за окном. Я еле продрал глаза, организм требовал еще хотя бы час сна. В ванной меня ждал очередной сюрприз. Ночевку я не планировал, и у меня не было ни зубной щетки, ни пасты, ни даже зубной нити. А ощущения во рту, будто кошки насрали. Надо было вчера включить мозги, ведь проезжал мимо магазина. Пришлось долго поласкать рот водой. После холодного душа мое состояние существенно улучшилось. Сам процесс приведения себя в порядок затянулся и на завтрак я спустился только в 8:15, на удивление, я был первым и единственным посетителем. В зале обнаружился Wi-Fi и пока я сидел с чашкой чая, набросал обратный маршрут. Для себя отметил три супермаркета по пути и десяток заправок.

       Первой точкой маршрута стали заправка и супермаркет, находившиеся рядом друг с другом при выезде из города по Уотермилл-роуд. Сегодня суббота и раньше десяти магазины не откроются, так что спокойно сижу и допиваю свой чай.

       В кармане джинсов завибрировал телефон, обычный мобильный, спутниковый остался лежать в номере, я сразу и не сообразил с похмелья, что происходит. На экране высветился номер моего приятеля Роя. Это наверное был единственный человек на новом месте, с которым я хоть как-то общался, даже скорее дружил. Остальных людей, с кем приходилось сталкиваться, я сторонился, они были для меня скучны и не интересны. Они как машины, которые осуществляли по расписанию заранее установленную кем-то программу: дневную, недельную, месячную, годовую. Их жизнь не менялась, все было известно заранее. Нет, я, конечно же, со всеми здоровался, мило улыбался, спрашивал как у них дела или как прошел вечер, но все общение я ограничивал короткими беседами на отстраненные темы, такие как погода или новости. Вот Рой отличался, он был авантюристом-неудачником, который никогда не терял надежды. Его по-детски добрая натура была его проклятьем и благословением одновременно, восемьдесят процентов проблем, которые он из последних сил пытался преодолеть, создавал он сам. При этом это был первый человек, встреченный мной за много лет, который видел только хорошее в людях и который искренне верил в людей. И этот внутренний оптимизм по невидимым нитям передавался другим, заряжал их, давал им силы. Одним словом, в обществе Роя я мог находиться несколько часов, при этом не испытывая дискомфорта. Моменты, когда мне приходилось долго общаться с людьми по деловым вопросам, были не в счет.

       Я ответил на вызов и не успел сказать и слова, как услышал трясущийся голос Роя из трубки.

       - Алло! Алло! Алекс, это Рой, ты можешь мне помочь?

       - Привет, не суетись, и не кричи, у меня голова чугунная, что стряслось?

       - Много чего стряслось, извини я просто на нервах весь. Я застрял в Инвернессе, я не совсем понимаю, что происходит, связь скачет, дозвониться ни до кого не могу, ты первый, точнее второй, я с дочерью час назад смог поговорить, автобусы не ходят, из города или пешком или искать машину. Ты мог бы меня забрать?

       - Да мне в принципе не сложно. Только я сейчас не дома, мне до Ивернесса ехать сто миль, а сейчас просто сесть и поехать, может не получиться.

       - Я понимаю, - грустно ответил Рой.

       - Ладно, слушай, давай так, я буду в Инвернессе к вечеру, в лучшем случае. Если тебе время терпит, жди, если решишь свою проблему раньше, сообщи мне. На случай если мобильная связь совсем упадет, запиши мой номер и звони на него с обычного телефона. Если я до 20:00 не приезжаю и не выхожу на связь, ищи другой способ, как себя доставить.

       - Хорошо, договорились, спасибо.

       - Ладно, давай записывай номер.

       Вот не было проблем. Что за детский сад? В сорок с лишним лет не может добраться до дома. Мне в Инвернесс совсем не надо, хоть и по пути. Бросить его тоже не хорошо, ладно, может, до того, как я подъеду, он уже сам доберется. Или придумаю что-нибудь за это время. А, может, меня за поворотом пристрелят или сожрут, и тогда проблема сама отпадет.

       "Пойду собираться...", - с этой мыслью я встал из-за столика и пошел в номер за вещами.

       Нищему собраться, что подпоясаться. Повесил на пояс нож. Дослал патрон в глоке и убрал его в плечевую сумку, молнию застегивать не стал специально, положу на пассажирское сидение, и видно не будет, если специально не лезть, и вытащить оперативно смогу. Взял в руки китайскую сумку с оружием и пошел вниз по лестнице. На ресепшене никого не было, и я недолго думая просто оставил ключ на стойке, заплатил я еще вчера, вопросов не возникнет.

       В девять часов я остановил машину на заправке и вошел в магазинчик, супермаркет откроется только через час, а чем-то полезным себя занять надо. На входной двери весела табличка, что 95-го бензина нет. Странно, нетипичная ситуация, что бензина нет.

       Вернувшись с места нападения и доложив предварительную версию случившегося полковнику Грацу, Даниель сидел в своем кабинете и готовил доклад к утреннему брифингу. Осталось дождаться детального отчета от взрывотехников. Это формальность, и так уже все понятно, но Грац, в свойственной ему форме, будет требовать эту информацию со всеми деталями. В кабинет постучался и вошел радист - молодая девушка лет двадцати пяти из числа гражданского персонала, который набрали совсем недавно, чтобы закрыть дефицит кадров, сейчас они проходили обучение на местах.

    - Добрый вечер, сэр, извините, что так поздно, я - София из службы связи, - смущенно сказала девушка, - у меня на линии полицейское управление Инвернесса, они сообщают, что утром им поступил приказ информировать обо всех происшествиях, и они просят срочно поговорить с ответственным офицером.

       - Спасибо, София, пойдемте, послушаем, что у них там такого срочного случилось.

       Даниель пошел за девушкой в помещение пункта связи, точнее это было несколько морских контейнеров, объединенных в единое пространство. Девушка протянула ему массивную черную трубку: "Можете говорить, сэр".

       - Добрый вечер, это майор Стенсон, рассказывайте, что у вас произошло!

       - Добрый вечер, сэр, я дежурный детектив Силва, полицейское управление Инвернесса. Извините, что в столь поздний час, не думаю что это дело вашего уровня, но раз приказали уведомлять обо всех инцидентах, я не могу не сообщить.

       - Ничего страшного детектив, продолжайте.

       - Полтора часа назад мы задержали двоих мужчин за незаконное хранение оружия, при себе один из задержанных имел пистолет глок, со следами свежего нагара, а при обыске их автомобиля, была обнаружена винтовка Хеклер унд Кох.

       - Детектив, можно поподробнее, что за винтовку вы обнаружили?

       - Хеклер унд Кох, новая G3, вместе с ней обнаружено десять заряженных магазинов и несколько сотен патронов россыпью.

       - Очень интересно, вы уже их допросили, детектив?

       - Да сэр, то есть, нет, утром я допрашивал одного из них, Роя Дервила, он был одним из пассажиров автобуса, попавшего в аварию прошлой ночью.

       - Детектив, вы правильно сделали, что сообщили. Задержанные у вас находятся в разных камерах?

       - Нет, сэр.

       - Детектив Силва, изыщите возможность поместить их в разные камеры, они не должны иметь возможности общаться.

       - У нас все камеры разделены между собой только решеткой, но я что-нибудь придумаю, сэр.

       - Придумайте, будьте так любезны. И не проводите никаких следственных действий до приезда наших представителей. Еще мне нужно, чтобы вы отправили всю информацию по задержанным, и сфотографируйте винтовку, мне нужны номера и клейма, сделайте их крупным планом. Сколько вам нужно на это времени, детектив?

       - Сэр, через полчаса все будет у вас, вы только скажите куда направить.

       - Я сейчас дам трубку милой девушке, и она вам все расскажет.

       - София, помогите детективу, пожалуйста, - сказал майор смущенной девушке, передавая трубку.

       Теперь надо доложить Грацу и направить кого-нибудь в Инвернесс.

       Грац до сих пор был не в своей тарелке и срывался на крик при малейшем поводе, идти к нему совсем не хотелось. Даниель постучался в дверь кабинета Полковника: "Сэр, разрешите доложить"? - Спросил Даниель в полуоткрытую дверь.

       - А, это вы майор? Проходите, - неожиданно любезно ответил Грац. Его стол, как обычно, был завален бумагами. Что отличалось, так это бутылка виски стоящая на нем.

       - Майор, давайте за ребят, сказал полковник, протягивая стакан и показывая, что отказ он не примет. Сделав глоток, Стенсон начал докладывать.

       - Полковник, сэр, только что я получил доклад из Инвернесса, местная полиция задержала двух человек, при них, предположительно находилась винтовка, аналогичная найденным нами на месте засады. Сейчас я жду от них фотографии и материалы по задержанным, после этого смогу сказать наверняка. Утром я направлю в Инвернесс следователя для проведения допроса.

       - Майор, я вам доверяю, и поэтому прошу вас лично допросить задержанных. Не вижу смысла ждать утра, берите вертолёт и направляйтесь в Инвернесс сейчас, я подпишу разрешение на вылет.

       - Сэр, если позволите, перед тем как ехать, я хотел бы запросить Скотланд-Ярд, у них в архивах может быть информация о задержанных.

       - Стенсон, делайте, как считаете нужным, но прошу поспешить, чтобы утром вы были уже в Инвернесс, доклад подождет.

       - Так точно, сэр, разрешите идти?

       - Можете быть свободны.

       Вот ведь влип, и все из-за Роя, вот точно его кто-то проклял, все дерьмо к нему липнет. Если получится выбраться из этой передряги, сам его пристрелю и это исключительно из гуманных соображений.

       Дверь открылась и двое копов завели в помещение, где располагались камеры, слегка подвыпившего нарушителя комендантского часа. Когда они возвращались назад и проходили мимо моей камеры, я задал вопрос, который меня волновал последние полчаса.

       - Офицеры, а когда у вас тут полагается завтрак?

       - Сиди, накормят, - ответил один из них.

       Завтрак мне никто так и не принес, зато через час мне объявили, что для моего допроса прибыла какая-то большая шишка. "С чего так много чести?" - подумал я и под конвоем проследовал в комнату для допросов.

       В кабинете меня ожидал среднего роста мужчина. На вид ему было хорошо за пятьдесят, голова вся была в седине, лицо было усталым, а взгляд острым и пронзительным. Форма на нем почему-то была военная. Меня посадили за стол и наручниками пристегнули к стулу, намертво прикрученному к полу.

       - Доброе утро, мистер Суор, как провели ночь, хорошо выспались? - начал ехидничать следователь. Что меня удивило, он обратился ко мне по моей "старой" фамилии, а я думал, что все в базах подчистил. - Что вы так удивились? Мы тоже умеем работать, - продолжил следователь.

       - Простите мою бестактность, но вы не представились, а еще вы назвали меня чужим именем, мистер...? - ответил я, в попытке перехватить инициативу.

       - Прошу прощения, мистер Суор, меня зовут Даниэль Стенсон. И от того удовлетворят ли меня полученные от вас ответы, будет зависеть как с вами поступят дальше.

       - Ну, в новых условиях тюрьма не самое плохое место, а срок в три года или пять лет не играет особой роли, и почему вы обращаетесь ко мне Суор? - иронично ответил я.

       - В новых условиях, мистер Суор, речь идет не о трехлетнем сроке, а о расстреле. И если вам будет комфортнее, я могу обращаться к вам мистер МакФарлан.

       - Расстрел, за ствол? Я пропустил какую-то законодательную инициативу, детектив Стенсон?

       - Ну, во-первых, из изъятого у вас пистолета недавно стреляли, во-вторых -Стенсон сделал паузу и достал из кейса, стоящего у его стула, толстую папку и положил ее на стол, - Во-вторых, мистер МакФарлан-Суор, вы замешаны в контрабанде, подделке документов, торговле оружием, мне продолжать? - спросил Стенсон, а затем добавил - ах, да, самое главное, вы подозреваетесь в нападении на колонну, при котором погибли семьдесят четыре военнослужащих.

       - Это бред какой-то, какая еще колонна? Вы хотите сказать, что я в одиночку убил семьдесят четыре человека, к тому же профессиональных военных, вы очень высокого мнения о моих способностях, детектив.

       - Мистер Суор, давайте прекратим играть в эти игры, это не в ваших интересах, если вы сейчас мне ответите на мои вопросы, и ответы на них мне понравятся, я вам обещаю подарить вот эту папку и отпустить на все четыре стороны.

       - Детектив, раз мы теперь с вами друзья и собираемся помогать друг другу, могу я поинтересоваться насчет моего имущества?

       - Какого имущества, не совсем понимаю, мистер Суор?

       - Мой автомобиль, продукты, которые были в нем, деньги, телефоны, нож, пистолет, винтовка с десятью магазинами и одну тысячу патронов, - попытался я взять быка за рога.

       - Какой вы мелочный, мистер Суор.

       - Ну, какой есть.

       - Я обещаю подумать над этим. Только о винтовки не может быть и речи, это вещественное доказательство по другому делу.

       - Дайте замену.

       - Мистер Суор, не испытывайте судьбу, мы сейчас говорим о вашей жизни, а вы пытаетесь выторговать у меня непонятно что. Давайте приступим к вопросам?

       - Если вы настаиваете, задавайте.

       - Расскажите, откуда у вас, изъятая винтовка?

       - Приобрел у торговца оружием в Фрейзербурге позавчера, 21 марта.

       - Кто вам ее продал?

       - Некто Гарретт, фамилии не знаю.

       - Вы можете показать место, где вы встречались с Гарреттом?

       - Нет, меня везли туда, в кузове фургона, в котором не было окон.

       - Откуда вас везли, кто вез, сколько примерно времени вы ехали, опишите фургон и водителя?

       - Меня забрали в порту Фрейзербурга, водителя я не видел, в кузове меня сопровождали двое. Один под два метра ростом, широкоплечий, на вид сорок лет, шатен, Гарретт обращался к нему Нолан. Второй, молодой парень, рост где-то метр восемьдесят, рыжий, нос сломан, имени не знаю. Фургон был серого цвета, номера не запомнил, на борту была реклама какой-то строительной компании, был нарисован подъемный кран. Дорога заняла двадцать пять минут, я засекал на обратном пути, когда ехал один в кузове, и еще сначала дорога была асфальтирована, а потом мы съехали на грунтовку. Само место описать?

       - Разумеется, у вас хорошо получается, - сказал детектив, делая пометки в блокноте.

       - Ангар, такие для небольших самолетов используют, при въезде были металлические ворота, описать не могу, я их не видел, только слышал, как они открываются. Ангар был завален деревянными ящиками. На выбор мне предлагали G3, Fal, Ак-47 и какую-то аргентинскую винтовку, не запомнил название.

       - Что-нибудь еще, возможно какие-то плакаты, надписи, что-то, что привлекло ваше внимание?

       - Все что вспомнил, я рассказал.

       - Хорошо опишите, Гарретта и, как и когда вы с ним познакомились?

       - Ростом примерно, как и я, метр восемьдесят пять, волосы черные с седыми висками, старше пятидесяти, крепкого телосложения, сильный ирландский акцент. Узнал я о нем за день до встречи, я разговаривал со старым лондонским знакомым. Раньше я покупал у него...- я на секунду задумался, а стоит ли говорить, что я покупал, но потом решил, что уже и так достаточно наговорил и еще одно признание ситуацию не ухудшит, - оружие, - закончил я фразу. - 21 марта я позвонил ему, разыскивая кого-нибудь, у кого я мог бы купить оружие. Оставил ему номер телефона, по которому со мной можно связаться. Через час мне перезвонили, назвали время и место встречи, остальное я уже рассказал.

       - Мистер Суор, а зачем вам нужно было оружие?

       - Для самообороны.

       - Если вам угрожала опасность, вам следовало обратиться в полицию, а не нарушать закон.

       - Ха... Очень смешно.

       - Это не смешно, а печально. Но вернемся к нашей проблеме. У вас есть номер этого вашего друга?

       - Я его помню.

       - Давайте мы сейчас ему позвоним?

       - Прежде чем я начну звонить, мне хотелось бы получить гарантии того, что после нашей сегодняшней встречи меня освободят.

       - Я Вам обещаю, что после того, как мы получим информацию об этом Гарретте, вы сможете быть свободны.

       - Хотелось бы чего-то более материального.

       - Моего слова разве не достаточно?

       - А должно быть достаточно?

       - Увы, вам придется поверить мне. Если вы не передумали, давайте продолжим.

       - Хорошо, принесите мне мой телефон, и я сделаю то, о чем вы просите.

       - В этом нет нужды, - сказал детектив и протянул мне практически такой же спутниковый телефон фирмы "Иридиум"[28] как был у меня.

       Попытка оказалась безуспешной, абонент был недоступен.

       - Мистер Суор, вы знаете, как найти вашего друга, кстати, а как его имя?

       - Имя столь важно? Адрес я не помню, я всегда приезжал к нему на склад в промзоне.

       - Где эта промзона, расскажите, пожалуйста? Чем больше деталей, тем лучше.

       - Это восточный пригород Лондона, прямо на границе города рядом с Темзой, в районе моста "Елизаветы Второй". Не вижу смысла описывать, я могу показать на карте и скорее всего его уже там нет.

       - Хорошо, дам вам карту, а сейчас вы меня извините, мне надо сделать срочный звонок, - Стенсон вышел из комнаты, а я так и остался сидеть, пристегнутый к стулу.

       Детектив вернулся минут через сорок, - Не соскучились мистер Суор?

       - Если только совсем немного, - ответил я колкостью на колкость.

       - Мистер Суор, сейчас слушайте меня очень внимательно. Я сделаю вам предложение, а вы мне дадите свой ответ прямо сейчас. Вы можете, конечно, отказаться, но тогда я вам помочь не смогу. И так, вы должны, отправиться в Лондон, найти вашего друга, и получить от него информацию об этом Гарретте. Если вы согласитесь, то сейчас мы отправимся в Эдинбург, откуда вас переправят дальше.

       - Вы издеваетесь? Может просто прямо здесь меня и пристрелите?

       - Если вы настаиваете?

       - В Лондоне больше восьми миллионов человек, насколько я знаю, весь этот кошмар начался там. Это чистой воды самоубийство. А если, там никого нет, вы отправите меня еще куда-нибудь?

       - Вот это и надо выяснить, не переживайте вы так, вас будут охранять. И я повторюсь, вы можете отказаться. Сейчас ваш приятель единственный, кто может подтвердить ваши слова, если вы не хотите мне помочь, тогда оставайтесь здесь пока мы не найдем вашего друга. Решайте уже, у меня очень мало времени!

       - Я согласен при условии.

       - Каком?

       - Вы сейчас выпустите Роя, он заберет мою машину, со всем содержимым, включая оружие.

       - Я уже говорил, винтовка доказательство по другому делу, со всем остальным я согласен. К мистеру Дервилу у полиции вопросов нет.

       - Тогда дайте ему другое оружие, такого же калибра.

       - Я боюсь, в полиции Инвернесса не найдется ничего под 7.62мм. И мистер Суор, давайте закроем эту тему, то, что вашему другу оставят пистолет, уже серьезное нарушение закона, и еще пару дней назад такое невообразимо было представить. А мы бы вообще с вами не торговались. Нас уже ждет вертолет, вы или едете, или нет.

       - Еду, только... - я показал руку, пристегнутую к стулу.

       - Сержант, - детектив обратился к стоящему за дверьми полицейскому, - Освободите нашего друга, будьте так любезны.

       Вертолет доставил меня на территорию какой-то строительной площадки, обнесенной металлическим забором, превращенной в некое подобие военной базы. Из нагромождения контейнеров были собраны временные дома, в некоторых из них были прорезаны окна, больше похожие на бойницы. У забора стояла военная техника, а на площадке в центре шла работа по погрузке ящиков и коробок в грузовики. Похоже, что мои новые наниматели сворачивали лавочку.

       - Мистер Суор, сейчас мой помощник и ваш тезка, проводит вас в наш офис и даст посмотреть картотеку Скотланд-Ярда, возможно, ваш Гаррет есть в базе, и вы его узнаете. Это бы облегчило всем жизнь. После этого вам необходимо пройти краткий инструктаж о сложившейся ситуации, Александр вас проводит. Чуть не забыл, к пяти часам должны прибыть ваши сопровождающие, так что времени у нас мало, поторопитесь.

       Просмотр картотеки занял несколько часов, но не принес желаемого результата, я не нашел в ней никого похожего на Гарретта. После этого меня отвели в комнату, похожую на архив и передо мной положили файлы с информацией о том, что сейчас происходит в стране. Из нее я почерпнул много нового и интересного. Оказывается, первый случай был зафиксирован 19 марта. В аэропорту Хитроу пассажиру рейса в Париж, Чарльзу Смиту, стало плохо, и его увезли в Госпиталь имени Королевы Елизаветы с предварительным диагнозом острая сердечная недостаточность. В 18:10 врачи констатировали смерть, в морге он "воскрес", а затем напал на медсестру, охранника и пациента. Приехавшая полиция пыталась его задержать, поскольку подозреваемый был крайне агрессивен и не выполнял приказы, патруль открыл огонь на поражение. Полицейские произвели 23 выстрела в подозреваемого. Только после попадание в голову он "успокоился". Трое полицейских получили ранения, одного из них оставили в той же больнице. Дальше ситуация начала ухудшаться в геометрической прогрессии. На следующий день после первого инцидента, полиция Лондона пыталась задерживать агрессивных граждан, а скорая увозила пострадавших в больницы. По оценкам потери личного состава полиции и пожарных в первый день эпидемии составили 28%, сотрудников медицинских учреждений 41%. 21 марта в ситуацию вмешались военные, был введен карантин. Также, 21 числа были зафиксированы случаи нападения на людей в других крупных городах, таких как Манчестер, Бирмингем, Ливерпуль, Йорк, Портсмут.

       Заражение происходит воздушно-капельным путем, достаточно находиться рядом с инфицированным. Сам вирус в организме живого человека безопасен для носителя, также, по неподтвержденным пока данным, вирус начинает бороться с другими вирусами и бактериями, защищая организм носителя. В случае смерти носителя, вирус поддерживает функционирование нервной системы на самом примитивном уровне, высшая мозговая деятельность подавляется. Этим объясняется их поведение. Вирус, находясь в организме мертвого носителя, способствует быстрым мутациям у отдельных особей. Природа мутаций на данный момент не ясна. Зафиксированы случаи серьезных изменений мертвых носителей, таких как: увеличение мышечной массы, изменение формы конечностей и так далее. Предположительно изменения зависят от внешних факторов и условий, в которых находится мертвый носитель. Эти процессы находятся в стадии изучения. Данные особи представляют чрезвычайную опасность.

       Мертвые носители крайне агрессивны, их нападения носят хаотичный характер. Предпочитают нападать на "живых" особей своего вида, но при отсутствии таковых, могут напасть на любое живое существо. На сегодняшний день зафиксированы нападения мертвых собак и крыс на людей. Мертвые носители не атакуют друг друга, предположительно из-за особых выделений, имеющих ярко выраженный запах, напоминающий растворитель или ацетон. Также, они крайне чувствительны к окружающей температуре, в ходе эксперимента температура в помещении с "зараженным" была понижена до нуля градусов, в результате физическая активность исследуемого объекта снизилась. Единственным способом уничтожения организма "мертвого" носителя является повреждение головного мозга.

       Примерно в 16:30 на базу прибыла группа, которая должна была меня сопровождать. И сейчас они вместе с детективом направились на инструктаж. Видимо, меня рассматривали как балласт, и ставить в известность о предстоящих планах не считали нужным. Да и черт с ними.

       Роя перевели из камеры и поместили в комнату для допросов еще вчера вечером, это была не та комната, в которой он утром беседовал с детективом. Помещение было значительно меньше, в нем было тесно и душно. Когда дверь открылась, вошедший констебль скомандовал: "На выход"! Дежурный передал ему пластиковый прозрачный пакет с изъятыми у него и Александра вещами. Первый шок вызвал пистолет и запасной магазин в пакете:

       - Что это? - испуганно спросил Рой у дежурного, боясь притронуться к пакету. Дежурный просто пожал плечами, сунул Рою под нос ведомость и сказал подписаться.

       - А что с Александром, парень который был со мной? - вдруг спросил Рой у дежурного.

       - Улетел час назад, - безучастно ответил дежурный, а затем добавил, - Машина во дворе на служебной парковке, в ней пропуск на выезд, отдадите патрульным на мосту.

       Рой откопал в пакете брелок с ключами от Дефендера, автомобиль пикнул и приветственно заморгал фарами. Он подошел к двери и увидел заваленное продуктами заднее сидение, вчера он не успел на это обратить внимание. Рой сел за руль и повернул ключ в замке, но трогаться было страшно, это был тот страх, когда ты боишься неизвестности, не понимаешь, что вокруг тебя происходит, с тобой играют в игру, правил которой ты не знаешь. "И что теперь делать, почему меня отпустили, где Алекс, почему мне отдали его пистолет"? - вопросов в голове Роя было больше чем ответов, страх его не оставлял. На подкорке мозга вертелась мысль, вдруг это подстава, Алекса взяли, при нем было оружие, я вроде бы не причем. Сейчас меня остановят на посту, найдут оружие и вернут в клетку. "Выбросить пистолет!" - пришла в голову мысль.

       Рой выехал со служебной парковки полицейского участка и направился в сторону набережной реки Несс. Не доезжая метров пятисот до поворота на мост, он остановился, не глуша двигатель, вышел из машины и выбросил пистолет вместе со вторым магазином в воду. Оглядевшись по сторонам, он бегом вернулся в машину и поехал к выезду из города. На мосту была пробка, на блок посту досматривали весь транспорт и Рой встал в длинную очередь. Ужас и паника то накатывали на него, то отступали, несколько раз он хотел развернуться и ухать прочь, но тот же страх его останавливал. Чем дольше он стоял в пробке, тем страшнее ему становилось. Когда подошла его очередь, и полицейский приблизился к его машине, паника полностью овладела Роем. Его тело одеревенело и отказывалось слушаться, он не мог сказать ни слова и просто сидел, вцепившись в руль обеими руками. Пропуск лежал на приборной панели и полицейский, подойдя к машине, только с третьей попытки, уже перейдя на крик, добился от водителя, чтобы тот передал ему пропуск. Рой вышел из ступора и как только, услышал от полицейского заветное "проезжайте", нажал на педаль и рванул из города, он знал, дома его ждет дочь, а о том, что происходит вокруг, и что делать дальше он пытался не думать. Он бежал от ужаса прошедших двух дней, ища безопасность и надежду в слове дом.

       23 марта. 17:00 Конференц-зал. Временный координационный пункт программы "Крепость". Джон МакАлистер.

       - Добрый день, подполковник, хорошо, что вы так быстро смогли приехать, - поприветствовал МакАлистера Даниэль Стенсон, - пожалуйста, идите за мной, я введу вас в курс дела.

       В конференц-зале на стенде уже была подготовлена карта с подробными маршрутами. На столе лежали снимки со спутников, и фотографии города.

       - Подполковник, посмотрите, какой информацией мы обладаем на данный момент, вот эти снимки мы получили сегодня утром, как видно со спутников большинство трасс, ведущих из города, блокированы транспортом. К сожалению, мы не обладаем всей информацией, сейчас на город дует южный ветер, и дым от пожаров не позволяет сделать четкие снимки северных районов города, для нас это, так сказать, терра инкогнито, - рассказывал Стенсон, раскладывая снимки со спутников на столе.

       - Майор, кто-нибудь уже готовил план операции?

       - Только предварительный, ждали вас.

       - Расскажите, что у вас есть?

       - Подполковник, прошу вас взглянуть на карту. Вот здесь, в аэропорту Саусэнда, наш последний опорный пункт в районе Лондона. Туда вас доставят бортом отсюда, из Эдинбурга, самолет уже готов и ждет вылета. Дальше есть несколько маршрутов. Мы точно можем сказать, что полосы, ведущие в город на 13-м шоссе свободны. Проблемы начинаются на пересечении с трассой М25, окружная дорога забита в обоих направлениях. Второй маршрут проходит по Артериан-роуд, на снимках за городом дорога свободна, но вот что творится за развязкой с окружной дорогой, мы не знаем. Третий маршрут через Западный-Таррок, самый удобный с точки зрения логистики - прямая дорога до склада. Главная проблема заключается в том, что маршрут проходит через жилой пригород, а там все меняется очень быстро и невозможно предсказать, с чем вы там столкнетесь. Оптимальным вариантом является водный путь до моста "Елизаветы второй", а после, в пешем порядке до склада в промзоне, - закончил докладывать Стенсон.

       - Какой транспорт нам предоставят?

       - В вашем распоряжении будет два легкобронированных патрульных автомобиля "Хаски"[29], на одном установлена пулеметная башня. На ваш выбор можем установить крупнокалиберный пулемет под 12.7 мм или единый под 7.62мм. Этот вопрос решайте на месте с комендантом базы в Саусэнде. Также они располагают лодками зодиак, если вы вдруг решите воспользоваться рекой. Предвосхищая ваш вопрос, сразу скажу, доставить вас воздухом мы не сможем. Авиатранспорта, способного высадить вас на месте, в Саусэнде попросту нет.

       - Хорошо, если вы не возражаете, я возьму подготовленные вами материалы и уже на месте определюсь с планом.

       - Они в вашем распоряжении, подполковник.

       Стенсон нашел меня в местной столовой, в которой мне любезно предложили пообедать, это было весьма кстати, учитывая, что своего "завтрака в камеру" я так и не дождался.

       - Александр, познакомьтесь, это подполковник Джон МакАлистер, он и его люди будут вас сопровождать.

       Я протянул руку и поздоровался с моим сопровождающим, испытывая при этом смешанные чувства, с одной стороны они должны охранять меня от мертвецов, а с другой стороны, "охранять", чтобы я не сбежал.

       Стенсон прекрасно понимал, что у него нет ни одного рычага, чтобы заставить меня исполнить нашу договоренность, и контролировать меня он мог, только приставив охранников.

       Подполковник очень кратко рассказал, что нам предстоит, и после этого стал задавать уточняющие вопросы, касающиеся непосредственно склада, куда мы направляемся.

       Я честно признался, что был там последний раз более двух лет назад. Я описал помещение, как мог, сообщил, что там всегда была вооруженная охрана. Еще о паре мелочей, которые я вспомнил. Затем МакАлистер спросил, умею ли я обращаться с оружием, на что я ответил, что когда-то служил. В этот момент в разговор вмешался Стенсон и заявил, что о доверии мне оружия не может быть и речи. На что подполковник ухмыльнулся и кивнул: "Пойдемте, Александр, познакомлю вас с командой".

       Группа состояла из шести человек, включая командира, я был седьмым. Подполковник представил мне всех по очереди:

       - Это Адам, - показал он на высокого валлийца, - Он наш медик, если порежете палец, это к нему, позывной "Док". А это наш лучший пулеметчик в полку, - МакАлистер подошёл к огромному как гора индусу, - познакомьтесь, Нишант, позывной "Изумрудный". Наши штурмовики Бенджамин, он же "Музыкант", и Вик, позывной "Локи". А вот это наша звезда, моя гордость и самая опасная женщина на этом проклятом острове, Маргарет, наш снайпер, на поле боя - "Герцогиня". Меня можете звать Джоном, так проще, позывной "Старик". Когда знакомство закончилось, МакАлистер объявил пятнадцать минут на сборы, а сам отправился к стоящим у стены базы грузовикам.

       - Полковник Грац, сэр, вас срочно требует командующий объединёнными силами Вице-адмирал Кеннет, - вбегая в кабинет, скороговоркой выпалил запыхавшийся адъютант полковника, лейтенант Купер, - Он на связи в конференц-зале.

       - Вот принесла его нелегкая, сейчас буду, - Грац быстрым шагом, практически бегом, направился в импровизированный конференц-зал, где по утрам он устраивал разгоны подчиненным, сейчас разгон будут устраивать ему, Вице-адмирал просто так не стал бы его искать.

       - Добрый вечер, полковник, - начал разговор Вице-адмирал, - как продвигается ваше расследование?

       - Добрый вечер, сэр, работа идет, мы уже достигли результатов, через пару дней мы надеемся выйти на исполнителей, сэр. - Грац нервничал, он чувствовал себя как школьник на экзамене, опытный бюрократ знал, что вот именно в этот момент решается его дальнейшая судьба. Он очень хотел сообщить хорошие новости руководству, доложить, как благодаря его работе посылка найдена, а виновные наказаны. Но, по большому счету, у Граца ничего не было, кроме версий и домыслов.

       - Раз вы добились успехов, полковник, докладывайте.

       - Нападение было спланировано профессионально, банда байкеров была нужна, чтобы пустить нас по ложному следу. - Полковник, - остановил Граца Вице-адмирал, - Вы только, что сказали, что у вас есть результаты, а то, о чем вы сейчас рассказываете было в первом донесении! - Кеннет перешел на крик, - С каждым днем ваша компетентность вызывает все больше сомнений у меня!

       - Простите, сэр, вы неверно меня поняли, я сообщил эту информацию для полноты картины, сэр разрешите продолжить?

       - Продолжайте, полковник, на этот раз постарайтесь сообщить мне что-то такое, чего я не знаю!

       - Так точно, сэр, вчера вечером был задержан гражданский, некто Александр Суор, он же МакФарлан, при нем было обнаружено оружие, идентичное найденному на месте инцидента. В результате допроса установлены место, где задержанный приобрел оружие и лица, которые могут быть причастны к поставке оружия исполнителям. Я отдал приказ, направить группу специалистов вместе с задержанным в Лондон для выяснения личности торговца оружием. Кроме того, сэр, нам удалось проследить маршрут, по которому ушли нападавшие и найти место, где они базировались. Там были найдены остовы пропавших грузовиков. Посылка была перегружена, судя по всему, на гражданский грузовой транспорт, сэр.

       - Полковник, а теперь я вам сообщу важную информацию, хотя и не обязан этого делать. Сегодня по пути в Глазго было задержано одно из ваших гражданских транспортных средств, найдена часть груза, водитель и сопровождающий арестованы и дают показания. Вот это, полковник, называется результат, а то, что мне сообщили вы, демагогия и сотрясание воздуха.

       - Простите, сэр, мне, наверное, не успели доложить, это техническая заминка. Простите, сэр, посылку удалось вернуть?

       - Полковник, техническая заминка это вы, а то, что был задержан грузовик с частью груза, это полковник, добросовестная и профессиональная работа временного центра в Глазго. И, отвечая на ваш вопрос, посылку пока не нашли, в машине были только золотые слитки. Полковник Грац, вы зря отправили в Лондон и подвергли риску своих людей, мы уже знаем имена исполнителей, и тех, кто за этим стоит. А ваша работа, которую вы пытаетесь преподнести как что-то выдающееся, на мой взгляд, имитация бурной деятельности. И последнее, если вы провалите передислокацию лаборатории доктора Кель, самым ответственным заданием для вас будет подъем шлагбаума на КПП. Я уделил вам слишком много времени, подумайте о своем будущем полковник, доброй вам ночи.

       - Добрый ночи, сэр, - Грац опустил трубку, самое страшное, что могло произойти случилось сейчас, решение о его снятии с должности просто вопрос времени. Грац вернулся в свой кабинет, запер дверь и достал из ящика стола уже открытую бутылку виски, ему срочно нужен был план, как себя реабилитировать перед руководством, но ни одна идея не приходила в голову.

       В самолете я немного познакомился с моими конвоирами, то есть сопровождающими. Половину полета я проспал, хотя пластиковое жесткое кресло транспортного самолета отличалось от сидений первого класса. По прилету нас уже ждали. Сразу после посадки началась подготовка к утренней вылазке. Пока военные решали между собой вопросы материального обеспечения, я прогулялся по базе, точнее базой это не было, территория взлетного поля была огорожена сетчатым забором, за которым шли ряды колючей проволоки. Вышка авиадиспетчера превращена во что-то вроде штаба, вокруг нее были сложены баррикады из мешков с песком, а чуть в стороне стоял транспорт местных военных.

       Периодически с разных сторон доносились звуки выстрелов. Со стороны Лондона поднималось красное зарево пожаров, город горел, и на этот раз тушить его ни кто не собирался. Иногда, порывы ветра приносили с собой едкий запах дыма и гари. Вид умирающего города дамокловым мечом висел над головами всех обитателей базы. В воздухе витало какое-то неуловимое ощущение безнадежности, находившее отражение в подавленных и испуганных взглядах солдат, несущих тут службу.

       МакАлистер вышел из вышки авиадиспетчера, свистнул и махнул рукой. Вся команда спешно подошла к нему и встала полукругом.

       - Итак, дама и господа, это сержант Кит, он со своими людьми будет обеспечивать нам поддержку.

       - Сержант, у меня к вам большая просьба, вы можете обеспечить седьмого члена нашего клуба, снаряжением и оружием? - Сказал подполковник, показывая на меня рукой.

       - Что-нибудь придумаем, Сэр.

       Тут уже я обратился к МакАлистеру - Джон, а разве Стенсон не был категорически против того, что бы я был вооружен?

       - Александр, а вы видите тут Стенсона? Можете ему позвонить и пожаловаться на меня, - засмеялся подполковник, - Мы тут не в игры играем, за этим забором смерть в прямом и переносным смысле, мне не нужен в команде человек, которого надо защищать, рискуя жизнями своих людей не понятно ради чего. Если вы решили, что с легкой руки Стенсона, вы скатаетесь на экскурсию в мертвый город, вы ошиблись. Не так давно вы сказали, что служили, вот и вспоминайте, чему вас учили на службе.

       - Теперь шутки в сторону, у нас много работы, - подполковник достал карту, которую положил на мешок с песком, - Вот мы, а вот тот самый склад, про который говорил мистер Суор. Место, по рассказам сержанта Кита, наидерьмовейшее, прямо напротив входа открытая площадка, за ней метрах в пятидесяти находится контейнерная площадка за двухметровым забором, поверху колючая проволока. Чуть правее от входа есть здание, что там, мы не знаем, по документам консервный завод. Сейчас это единственное место, где можно незаметно укрыться. У нас будет два легкобронированных внедорожника "Хаски", вот они стоят, подполковник показал рукой на два автомобиля.

       Армейские внедорожники были дополнительно подготовлены для рейда, поверх лобового бронестекла были наварены куски арматуры, образовывающие своего рода решетки, колеса были дополнительно прикрыты дугами, сваренными из той же арматуры. На одном из внедорожников спереди был сделан отвал из кусков шести миллиметровой стали, уже покрывшихся слоем ржавчины, и это явно местное творчество, а не заводская комплектация "конец света".

       - Из всех вариантов маршрута самым безопасным мне видится маршрут по 13-му шоссе. Если мы не сможем съехать на окружную, то проедем по нему дальше и свернем на Артериан-роуд, - подполковник секунду подумав, добавил, - Сержант для подстраховки пусть бойцы с базы отправятся по воде на лодках и будут ждать нас на Темзе в районе моста. Если мы не сможем выбраться на машинах, будем пробиваться к лодкам.

       - На месте мы не будем подъезжать к складу, а остановимся на параллельной дороге за контейнерной площадкой, если получится заехать на территорию, будет проще, в противном случае придется пройти пешком пятьсот метров. Мы занимаем позицию в этом здании, возможно, там будут мертвецы, зачищаем, используем только пистолеты с глушителями, сержант об этом позаботился. В этом районе сейчас регулярно стреляют, но все равно не стоит привлекать лишнего внимания. Мистер Суор звонит в дверь, когда ему открывают, идем на штурм, расстояние тут большое, так что надо действовать быстро.

       - Герцогиня, ты займешь позицию на крыше, и как только дверь открывается, снимаешь открывшего. Дальше, Александр, очень важно чтобы вы сработали четко, от вас требуется, как только открывший дверь упадет, забросить свето-шумовую гранату внутрь и уйти от двери влево и как можно дальше. Музыкант и Локи вы входите и зачищаете. Помните, всех валить нельзя, увидите худого пакистанца с лысиной, берите живым. Мы с Изумрудным прикрываем на случай, если вам попробуют помешать. Док, ты на транспорте, если вдруг потребуется срочная эвакуация. Всем все ясно?

       - Подполковник, - привлек я внимание к себе - я давно знаю этого человека, если мы его сейчас прижмем, он умрет, но ничего не скажет. Я предлагаю следующий план. Я зайду к нему в гости, мы посидим, попьем чаю, и я аккуратно вытяну из него информацию.

       - Александр, то, что вы сейчас предлагаете, неоправданно рискованно, вы там останетесь один. Кроме того, Стенсон просил присматривать за вами, он считает, вы попытаетесь сбежать.

       - Джон, куда сбежать, в Лондон? Лучше сразу застрелиться. Если боитесь отпускать меня одного, пусть ваши люди пойдут со мной. Вик, например, подходит на роль моего охранника, а Маргарет - моей спутницы. Маргарет скорчила такую гримасу, что я уже был готов взять Изумрудного на роль моей девушки, лишь бы сохранить яйца. - И еще, в таком виде заявляться нельзя, нужна гражданская одежда и тачка. Машину думаю достать не проблема? - обратился я к Сержанту Киту. В ответ он кивнул.

       Следующий час прошел в подготовке к утренней операции. Подъем был запланирован на 7:00, потом быстрый рейд в магазины одежды в терминале аэропорта, машину решили взять там же на парковке. А дальше по плану. Только теперь было решено взять один внедорожник "Хаски", тот, что с отвалом, а второй машиной должна была стать "одолженная" с парковки.

       МакАлистер объявил отбой, и мы расположились в спальниках в грузовом отсеке самолета. Как оказалось, на обратном рейсе весь гарнизон с аванпоста отправится с нами.

       Спать в спальном мешке на жестком полу было удовольствие не из приятных. К тому же раздражала постоянная стрельба. Даже в камере полицейского участка Инвернесса было комфортней. И так в полудреме, с постоянными пробуждениями прошла вся ночь.

       Утро началось с импровизированного душа: кто-то один стоял с большой пластиковой бутылкой воды, а второй умывался. Питательный английский завтрак был представлен сухим пайком. Готовую кашу, разогретую с помощью химической горелки, есть было невозможно, и пришлось довольствоваться крекерами с джемом и растворимым кофе.

       А вот дальше был лучший аттракцион в моей жизни, нам была выдана монтировка и предоставлен закрытый для посетителей терминал аэропорта для разграбления, прямо мечта детства. Собственно, мне ничего и не нужно было, но удержаться я не смог, азарт победил, и как заядлый мародер, сломав хлипкий замок на металлических жалюзи, бодро вошел в магазин одежды. До одежды мне не было никакого дела, был важен сам процесс. Чувства свободы и безнаказанности овладевали мной. Вот он я, а вот он мир, и делаю я в нем все, что душе захочется. Прибывая в эйфории, я вдруг подумал, что это неправильно вламываться в магазин и уходить с пустыми руками, должен быть стимул, оправдывающий приложенные усилия. На вешалке с верхней одеждой я отыскал демисезонную парку в стиле парамилитари от известного бренда, в ней привлекало наличие большого количества карманов и то, что она была с влагоотталкивающей пропиткой, если верить этикетке. В итоге я вышел из магазина довольным и с обновками. Бойцы МакАлистера тоже прибарахлились, причем все, даже те, кому гражданская одежда не требовалась.

       На парковке аэропорта оказалось не так много машин, а подходящих для поездки к торговцу оружием всего две, серебристый Ягуар XF, такой же, какой был у меня, когда я жил в Лондоне, и Лэндровер Дискавери черного цвета. Мне хотелось поностальгировать и я, конечно, выбрал Ягуар, но МакАлистер, назвав меня идиотом, был категорически против. Его доводы были разумны, если в дороге будут препятствия, а они сто процентов будут, низкий Ягуар даже на бордюр не заедет.

       Угон занял, больше времени, чем планировалось, машина напичканная электроникой никак не хотела заводиться, орущая сигнализация привлекала слишком много ненужного внимания и живых и мертвых. Военным даже пришлось пристрелить появившихся откуда-то из кустов двоих мертвецов. Машину удалось завести только через час невероятными усилиями местного механика, который, кстати, и переделывал "Хаски" под рейды. Транспорт был заведен и готов, рулевая колонка и центральная консоль были разворочены, а место кнопки "старт-стоп" заняла пара проводов, замыкание которых запускало двигатель.

       Перед самым отъездом мне вручили Зиг Зауер Р226 с двумя дополнительными магазинами, разгрузочную систему PLCE[30] и стандартную штурмовую винтовку L85A1. Винтовку с разгрузкой я решил оставить в машине, я все-таки бизнесмен, едущий на переговоры, а не солдат. Сопровождающих меня Вика и Маргарет пришлось долго убеждать поступить, как я, и оставить винтовки в машине. Согласились они только после приказа МакАлистера, и то неохотно. Вик заявил, что охранник вполне может быть с дробовиком, спорить не было ни сил, ни времени. "Пусть охранник будет с дробовиком", - согласился я. Машины тронулись и выехали через служебные ворота аэродрома в сторону города.

       Аэропорт Саусэнда вплотную примыкал к жилой зоне, маршрут проходил через плотно заселенные пригороды Лондона. До границы Большого Лондона было почти двадцать миль, но разрушения и упадок добрались уже и до этих мест. Район был застроен двухэтажными домами и дуплексами. Во многих домах были выбиты окна, какие-то люди грузили пожитки в машины, вытаскивая их из домов, сейчас уже и не поймешь, хозяева это или мародеры. "Вот как бывает, когда в повседневную и привычную жизнь врывается необъяснимое и нежданное нечто и все планы, надежды, мечты рушатся, как карточный домик", - думал Алекс, сидя на пассажирском месте и обозревая окрестности.

       Дорога то расширялась до четырех полос, то опять сужалась до двух, по пути стали попадаться брошенные машины. Пришлось объезжать по обочине аварию. По мере приближения к городу, внутри нас росло напряжение, то, что сейчас происходило вокруг, было прелюдией к чему-то ужасному. Вдоль дороги я стал обращать внимание на тени, силуэты, и уже не понимал, была ли это игра моего воображения, навеянная страхом перед неизвестностью, или действительно вдоль дороги что-то было.

       До пробки на 13-м шоссе в направлении из города мы добрались минут за пятнадцать, причина была банальная, развозной грузовик Мерседес лежал на боку, перегородив полторы полосы. В стоящих в пробке за ним машинах, были открыты двери, люди уходили или убегали из этой ловушки пешком.

       Наша колонна сбросила скорость, и я мог в деталях разглядеть все последствия бегства из многомиллионного города. На асфальте между машинами валялись дорожные сумки, у некоторых машин были разбиты стекла. Следы крови были повсюду: на машинах, на земле. Между стоящими друг за другом микроавтобусом и Фордом на асфальте лежали обглоданные добела кости. Мне несколько раз показалось, что в машинах кто-то шевелился. Впереди над дорогой нависала Тойота Хайлэндер, водитель, видимо, хотел пробить или перелететь через ограждение, разделяющее встречные потоки, но вместо этого его автомобиль застрял, зацепившись днищем кузова за металлический отбойник, а передние колеса повисли в воздухе.

       Страшная картинка делала свое дело, с каждым пройденным метром ехать дальше хотелось все меньше, страх сковывал разум. От кошмара внешнего мира нас отделяло только тонкое стекло. Затрещала рация, из нее послышался голос едущего в первой машине Дока. Он предупредил нас о том, что нечто большое выпрыгнуло из под машин, перескочило ограждение и скрылось в кустах на обочине и следует быть внимательными.

       Подъезжая к развязке с окружной, мы остановились наверху эстакады, чтобы изучить обстановку. Внизу, между остановившихся уже в вечной пробке машин, брела толпа мертвецов, это зрелище и завораживало и пугало одновременно, я не мог представить, что можно противопоставить этому движущемуся потоку, сметавшему все живое на пути. Окажись мы внизу, не имея возможности быстро уехать, армию мертвецов пополнили бы семь новых рекрутов.

       Подполковник подошел с картой в руках, и сказал: "Здесь пытаться съехать бесполезно, проедем до перекрестка с Артериал-роуд, если получится там свернуть, то едем через Парфлит до Лондон-роуд. В противном случае возвращаемся и пробуем проехать через Западный Таррок. Мы заняли свои места в машинах и продолжили путь.

       На Артериал-роуд лежал перевернутый бензовоз, вокруг него крутилось с десяток мертвецов, как только мы приблизились и сбросили скорость, чтобы проехать между ограждением дороги и перевернутым бензовозом, два десятка глаз повернулись в нашу сторону и медленно побрели к нам. Сейчас в чреве машины, мы были недосягаемы для них, но от самого факта, что эти твари на улице только и ждут возможности, чтобы откусить от тебя кусок, в жилах стыла кровь. Они подходили вплотную к машинам, пытались ухватиться, бились в стекло. Путь в пятьдесят метров казался бесконечно длинным, наконец, проехав сложный участок дороги, обе машины ускорились и оставили голодных монстров позади. Они еще какое-то время плелись за машинами, но быстро отстали. Мы въехали в Парфлит, это даже не пригород, а скорее квартал, очень странно разделенный на три части промзоной. Близость жилых домов совершенно не вызывала энтузиазма. Ситуация здесь была еще хуже, чем в Саусэнде, сказывалась близость к Лондону. Орд зомби, конечно, здесь не было, но все равно приходилось объезжать вышедших на звуки мотора мертвецов. Доехав до перекрестка, мы разделились, часть команды отправилась вдоль железнодорожных путей, объезжая забор, искать въезд на территорию контейнерной площадки, а мы с Виком и Маргарет выждали пять минут и отправились к главному входу на склад Абулфази.

       Мы остановились в двухстах метрах, не доезжая до ворот на склад. Первым из машины вышел Вик, прихватив с заднего сидения дробовик, он осмотрелся и махнул нам рукой, мол, выходите. Я направился к входной двери склада, звонка на двери не было, только камера над дверью. Я постучал в металлическую дверь, через минуту электрический замок щелкнул и дверь открылась.

       С прошлого моего визита обстановка сильно изменилась, теперь вместо просторного помещения мы попали в маленькую, видимо недавно пристроенную комнатку, которая выполняла роль шлюза, впереди была еще одна дверь, а сбоку маленькое окошко. Под потолком в углу весела камера. Когда мы зашли внутрь шлюза к окну подошел бородатый смуглый мужик в вязаной черной шапочке, на пакистанца он был совсем не похожий, и скорее больше походил на араба. После того как внешняя дверь была закрыта и мы фактически оказались в ловушке, араб спросил кто мы, и зачем пришли.

       "Скажи хозяину, что приехал Алекс Суор!" - ответил я.

       Бородач, снял с пояса рацию и что-то передал в нее, о чем он говорил, я не понимал, наверное, сообщил о незваных гостях. Закончив, он обратился уже к нам и потребовал передать имеющееся оружие ему через окошко. Мы переглянулись, Вик вопросительно посмотрел на меня, на что я только пожал плечами. Развитие событий не нравилось никому, и мне в первую очередь. Но выбора у нас не было и пришлось выполнить требование. Мы передали оружие через окошко стоящему за ним арабу, к слову, передали не все, у Вика остался пистолет за поясом.

       На внутренней двери шлюза щелкнул замок, и за открытой дверью нас уже встречал Абулфази. С нашей последней встречи он почти не изменился, все тоже худое лицо с высокими скулами, скрытое седой бородой. Он улыбался, и явно был рад встрече.

       - Алекс, дорогой, проходи, располагайся. Я смотрю ты сегодня с друзьями.

       - Абулфази, старый друг, за столько лет ты совсем не изменился, когда-нибудь я узнаю твой секрет долголетия, - я подошел к нему, и мы обнялись.

       - Алекс, познакомь меня с твоими друзьями, - сказал Абулфази, усаживая меня на диван, стоящий в закутке.

       - Малик, - обратился он к арабу, - Принеси нам чаю.

       Когда Вик и Маргарет уселись рядом на диван, я по очереди представил их.

       - Абулфази, познакомься, слева Вик, он мне помогает и охраняет, а это моя подруга Маргарет, - Маргарет кивнула в ответ, улыбнувшегося ей, пакистанцу.

       - Алекс, вот помню, раньше ты никогда не боялся, всегда полагался только на себя, а тут вдруг охранник, - Абулфази пристально смотрел мне в глаза.

       - Времена меняются, ты же тоже раньше брал на работу только родственников, а сейчас я смотрю, ты взял под свое крыло весь Ближний Восток, - кивнул я в сторону араба стоящего в стороне.

       - Ты прав, времена изменились. Так что тебя привело ко мне, оружие, как я смотрю, тебе не требуется?

       - Я хотел поговорить об одном нашем общем знакомом.

       В этот момент из рации, стоящей на столе, что-то сообщили. Пакистанец, взяв ее, начал отвечать. Он говорил на урду, поэтому, о чем идет речь мы понять не могли.

       - Хм, можно и поговорить, ты меня только извини, у меня сейчас клиент, мне надо подготовить груз, вы пока будьте гостями, посидите, отдохните.

       - Малик, проводи гостей на кухню, и пусть их накормят, - распорядился Абулфази уже на английском, и направился руководить погрузкой.

       МакАлистер со своими людьми ехал по железнодорожным путям вдоль забора, скрывающего за собой контейнерную площадку. Через две сотни метров железнодорожная ветка ушла влево, и внедорожник подполковника уперся в мощные металлические ворота, закрывающие въезд на площадку. Автомобиль остановился и из него вышел Изумрудный. Осмотревшись по сторонам, он подошел к воротам и попытался их сдвинуть: "Старик, это бесполезно, либо ищем другой въезд, либо дальше пешком". МакАлистер на пару секунд задумался, а потом скомандовал - "Выходим"! Группа выбралась из машины. По первоначальному плану Док должен был остаться в машине, но в последний момент МакАлистер решил, что ему не повредит лишняя пара глаз.

       В том месте, где ворота не примыкали вплотную к забору, они проскользнули через небольшую щель. На территории никого не было, только длинные ряды контейнеров. Проходы между рядами отлично просматривались до самой воды. На противоположном конце площадки виднелся причал с пирсами и установленным на нем краном. Судя по картам, причал охватывал не только контейнерную площадку, но и тянулся дальше в обе стороны. Группа, ощетинившись стволами, быстрым шагом двинулась в направлении здания, в котором они планировали организовать наблюдательный пункт.

       Преодолевать двухметровый забор с колючей проволокой им не пришлось, в нем обнаружилась дверь, которая запиралась на металлический засов, как раз с их стороны. Засов скрипнул, дверь на ржавых петлях открылась, и МакАлистер со своими людьми оказался с задней стороны нужного им здания, прикрывавшего их сейчас от склада Абулфази.

       Вход внутрь оказался с правового торца постройки, он хорошо просматривался со стороны Темзы и склада пакистанца. Если дверь заперта, что скорее всего, их обнаружат, когда они начнут вскрывать замок. Риск был слишком высок, чтобы идти на него.

       "Наконец дома!" ---- --- Рой поставил машину на парковке около двухэтажного дома, в котором он снимал квартиру. Айлин сидела на втором этаже у окна и, увидев отца, выбежала на встречу.

       - Папа, привет! - бросилась на шею отцу Айлин.

       - Айлин, привет, как ты тут справлялась?

       - Все нормально, только за тебя переживала, у нас тут столько всего случилось, на улицу после девяти вечера нельзя выходить, военные везде в городе, и они еще запретили продавать топливо и сказали закрыть заправку. Я с ними спорила, честно!

       - Пойдем в дом, там мне все расскажешь.

       Квартира Роя представляла собой часть дома на три семьи, с тремя отдельными входами. Помимо самой квартиры в его распоряжении также был маленький сарай за домом, где хранились инструменты. Не лучшее жилье, не в лучшем месте. Сам дом был старым и постоянно требовал ремонта, зато аренда была невысокой. На первом этаже была кухня, объединенная с залом, а на втором этаже две маленькие спальни. Особых изысков в интерьере не было, простая мебель, минимум техники, а на стенах висела пара ярких картин и постеров, которые Рой купил на блошином рынке.

       Рой поставил чайник на плиту и пошел в ванную, чтобы умыться. Последние события до сих пор не укладывались у него в голове, все произошедшее казалось кошмарным сном. Сначала этот автобус, потом полиция и история с Алексом. Последние два дня перевернули мир с ног на голову и никак не вписывались в жизненные шаблоны и представления Роя, и это не давало покоя.

       Рой вернулся и сел за стол, Айлин заварила чай, и, поставив кружки на стол, продолжила рассказывать новости про то, что школу закрыли, магазины не работают, а продукты теперь раздают военные каждое утро у Кафедрального собора, а также про отключение электричества и стрельбу в городе, которую она слышала два раза.

       Рой слушал, что рассказывала ему дочь. От новостей становилось страшно, он очень хотел найти выход и что-нибудь сделать, но решения не было.

       - Айлин, давай уедем? - неожиданно для самого себя сказал Рой.

       - А куда и зачем?

       - Помнишь, мы лет семь назад гостили на ферме у твоего дяди в Холкерке, поедем, поживем там, пока все не образуется.

       - Вот так просто возьмем и уедем, а как же заправка?

       - Ну ее же закрыли военные, верно?

       - И когда мы выезжаем?

       - Давай завтра утром, только заедем к мистеру МакФарлану на ферму.

       - А это же его машина? - Айлин озвучила вопрос, который хотела задать сразу, как приехал отец, но в суете забыла.

       - Да это его машина, ему нужно было уехать, и он отдал ее пока мне. - Рой решил не рассказывать историю своих злоключений.

       Вечер прошел в сборах, помимо вещей Рой собрал фонари, спальные мешки, палатку, инструменты, которых набралось на две пластиковые коробки, и даже старый аккумулятор. После этого он сел на кухне и за чашкой чая стал писать письмо Александру МакФарлану. По улице проехала машина, через динамики оповестив жителей, что через пятнадцать минут начинает действовать комендантский час. Едва он закончил писать, как во всем районе отключили электричество, Рой одним глотком допил остывший чай и пошел спать.

       Канви-Айленд был пригородом Лондона, не самым богатым, но и не иммигрантским гетто. Жил в нем преимущественно средний класс. Этакий образец типичной Англии. Как и везде здесь были улицы получше и похуже, но в целом это было спокойное место, застроенное двух и одноэтажными домами.

       Канви-Айленд потому так и назывался, что был расположен фактически на острове, на который вели три дороги. С юга и востока он омывался водами Темзы, с севера протекала река Хадли Рэй, а вот с запада была даже не река, а скорее ручей Хейвен-Крик, который летом часто пересыхал. За ним располагалась пойма реки Темзы, изрезанная маленькими речушками, прудами, ручьями. Эта территория считалась природным парком, и единственной застройкой на ней был Центр Уота Тайлера, предводителя крестьянского восстания в четырнадцатом веке. Большим преимуществом Канви-Айленда были порт на юге острова со складами и самое главное нефтехранилищем, а также поля на западе, которые в теории были пригодны для выращивания зерна.

       Полицейский участок находился рядом с начальной школой и пожарной станцией в центре города на Лонг-роуд, главной и центральной улице в Канви-Айленд. Местной полицией последние восемь лет руководил старший инспектор Брюс Уолкер. Он начинал работать простым констеблем, не любил интриги, был всегда прямолинеен и честен с собой и окружающими, возможно, поэтому блестящей карьеры он не сделал. За более чем тридцать лет службы в полиции Уолкер дорос до старшего инспектора и возглавил полицейский участок Канви-Айленда. Еще три дня назад под его началом служило двадцать три человека, сейчас осталось пятнадцать.

       События, которые происходили сейчас, не были описаны в инструкциях, директив и внятных разъяснений от руководства так и не поступило. Организации взаимодействия между службами не было. Вчера в город приезжали военные, отдали пачку листовок и сказали распространить среди населения. Этими действиями центральные власти и ограничились. Город, округ, страна скатывались в хаос. На западе полыхал Лондон, столбы черного дыма, поднимавшегося в небо, и были хорошо видны отовсюду. А стрельба не прекращалась вторые сутки, и уже стала неотъемлемой частью окружающей действительности, как весеннее пение птиц. Проблема "инфицированных" была не единственной для полиции, в округе уже появились банды мародеров, которые почувствовали свою безнаказанность. Местные жители были в панике, телефон в участке не умолкал. Людей, оружия, топлива катастрофически не хватало.

       Еще вчера Уолкер с оставшимися у него людьми обходил дома, местных жителей, в попытке организовать местное население, и хоть как-то взять ситуацию под контроль. К вечеру в местной школе, рядом с полицейским участком, собралось больше семидесяти человек, согласившихся помочь полиции. Уолкер объявил собравшимся о создании ополчения из добровольцев для защиты города, в которое все желающие могут вступить. Он обратился ко всем с просьбой обойти своих соседей и подготовить списки тех, кто сейчас остался в городе и желающих присоединиться к ополчению. Объяснить им, что теперь только от них зависит судьба их близких и нашего города. Также Уолкер попросил выбрать по одному представителю от каждой улицы в городе и завтра утром прийти в полицейский участок для принятия решения о дальнейших шагах.

       Хотя Уолкер не был великим оратором, ситуация заставляла собравшихся жителей его слушать и соглашаться с его доводами, пока он был единственным представителем власти, который хоть что-то предпринимал.

       На следующее утро в полицейском участке собралось двадцать шесть человек, включая представителя муниципалитета, пожарных, врачей и местных жителей.

       Уолкер начал с того, что рассказал все, что ему было известно об инфицированных и про банды, которые стали появляться в округе. В ходе долгих обсуждений удалось договориться о создании пяти патрулей, в каждый из которых входили двое полицейских и восемь гражданских. Поскольку оружия было критически мало, ополченцев призвали вооружиться всем, чем только возможно. После этого были определены объекты на острове, работу и охрану которых надо было обеспечить в первую очередь.

       Когда шеф полиции закончил доклад, он попросил присутствующих поделиться любыми своими предложениями. Слово попросил Дейл Воган, работавший на одном из складов в порту сторожем, он сказал, что сейчас на вверенном ему объекте находится шесть новых школьных автобусов для школ Бенфлита и около сотни легковых автомобилей Пежо, из которых можно сделать баррикады на мостах, ведущих на остров. Потом поступило предложение как можно скорее взять под контроль дамбу на реке Хадли Рэй, потому что: во-первых, по ней можно было попасть на остров, а, во-вторых, мощности ее турбин должно было хватить, чтобы обеспечить электроэнергией основные объекты на острове. Присутствующие люди начинали чувствовать, что они могут стать хозяевами острова, обезопасить и оградить его от внешнего мира, все это давало надежду и подталкивало людей к активным действиям.

       Вечером Уолкер связался с коллегами из Койртона, Тандерсли и Южного Бенфлита, убеждая их перебраться в Канви-Айленд. Они должны были прибыть на следующий день, и теперь шефу полиции предстояло решить не простой вопрос, где разместить тридцать полицейских с семьями.

       Брюс был доволен собой, сегодня ему удалось сделать что-то действительно важное, то, что и должны делать полицейские - защищать граждан.

       Рой проснулся в холодном поту еще до восхода солнца. Ему снилось, как нечто невидимое для глаз преследует его, и он, спотыкаясь, бежит на свет фар спасительного автобуса, в лобовом стекле которого он видел грустное лицо водителя, подзывающего его к себе израненной рукой. И чем ближе он подбегал к автобусу, тем тяжелее становились его ноги.

       Рой встал с кровати, щелкнул выключателем, электричества до сих пор не было. За окном улицы не освещались, и только вдали виднелись яркие пятна света, наверное, от прожекторов.

       В темноте Рой, два раза споткнувшись, дошел до ванны и в полной темноте встал под чуть теплый душ. Умывшись, он пошел готовить завтрак и только уже на кухне осознал, что не сможет этого сделать, так как электричества нет. "Ну что же, все упрощается, на завтрак будут хлопья с холодным молоком", - сказал Рой сам себе.

       Айлин проснулась в семь утра. После завтрака Рой с дочерью накинули куртки и вышли на крыльцо. Трава на лужайке была покрыта инеем, воздух был свежим, бодрящим, птицы пели утренние песни, и, если судить по облакам, сегодня должен быть хороший солнечный день. Они быстро перенесли в машину собранные вечером вещи и отправились в путь, первой точкой которого была ферма на озере Флит.

       Двенадцать минут по пустынной дороге и Рой с Айлин были на месте. Рой не знал, зачем он приехал, зачем написал письмо, в глубине души что-то ему подсказывало, что он просто должен это сделать.

       Ключ от дома был на обычном месте, на крючке, вбитом в потолочную балку крыльца, над головой. Рой не успел открыть дверь, как из образовавшейся щели выскочил кот, и в два прыжка оказался на крыше Дефендера. В доме был бардак, который устроил домашний питомец, на полу валялось все, что не было прочно прикручено, в раковине кот оставил сюрприз для хозяина в назидание за долгое отсутствие. Надо отметить, что характер у этого зверя был под стать его хозяину, если не хуже. Рой положил письмо на стол и вышел на улицу и закрыл дверь, кот все еще сидел на крыше автомобиля, не желая слезать, он шипел, фыркал и скалил зубы.

       - Айлин, найди на заднем сидении какую-нибудь еду, которую будет есть кот, пожалуйста.

       - Консервированные сардины подойдут?

       - Не знаю, давай попробуем.

       Айлин передала отцу через опущенное боковое стекло банку сардин. Рой открыл ее и, положив с крыши, отошел на три шага назад. Кот, увидев еду, спустился на капот, и стал принюхиваться к открытой банке, после долгих раздумий, голодный зверь в одно мгновение уничтожил ее содержимое. Видимо, скромное подношение его устроило, и кот сменил шипение на жалобное мяуканье. В след за первой были безжалостно съедены еще две. И только после этого животное спустилось с машины подошло к Рою и позволило себя погладить. "И что теперь с тобой делать"?

       - Пап, давай возьмём его с собой, - и, когда Айлин вышла из машины, наглый кот запрыгнул в открытую дверь, а потом перебрался назад и разлегся на куче консервов.

       С моря дул легкий утренний бриз, разгоняющий утреннюю дымку. Там, за горизонтом, всего в пятидесяти милях находилась Ирландия. Гарретт стоял на берегу и молча смотрел на холодную воду. С самого утра он был не в настроении. Один из автомобилей, перевозивший захваченное золото, был остановлен патрулем и в назначенное место в Ошенкерне прибыл в сопровождении военных. Агентам, которые должны были передать дальнейшие инструкции, с трудом удалось уйти. "Сейчас закончится загрузка последних ящиков на три семиметровые лодки "Зодиак" и работа здесь будет сделана", - думал он. В одиннадцати милях от берега, в бухте у острова Арран, стоял рыболовецкий траулер, который и должен был доставить груз в Ирландию.

       - Командир, мы закончили погрузку, - доложил подошедший с пляжа Арти.

       - Отправляйте, мы свою работу сделали, теперь это головная боль экипажа "Скитальца". Людей отпусти и отправь кого-нибудь проверить, что происходит на базе во Фрейзербурге.

       24 марта. Аванпост в Саусэнде. Александр МакФарлан.

       Фургон остановился около ворот аэродрома, они были закрыты, что в принципе нормально, а вот отсутствие поста у них настораживало. Самолета, на котором мы прилетели, кстати, тоже не было.

       "Все, мальчики, конечная!" - объявила Маргарет.

       Мы с Виком выбрались наружу и как два барана, уставились на закрытые ворота.

       - И как это понимать? - Вик выглядел удивленным и растерянным.

       - А это, мой друг, боевое братство и семья, про которые ты мне рассказывал. Нас кинули, в прямом смысле, - я специально с издевательской интонацией произносил каждое слово.

       - Да заткнись уже, - прикрикнула Маргарет, - иди ворота открывай!

       "Вот, совсем докатился, мной теперь баба командует", - подумал я, но вслух не произнес.

       Ворота были не заперты, а просто прикрыты, рядом на земле валялась цепь с замком, на который их раньше запирали. Когда Маргарет завела фургон на территорию аэродрома, я закрыл ворота и замотал их цепью, замок вешать уже не стал, так и оставив его на пыльной земле. До башни авиадиспетчеров я пошел пешком, хотелось размять ноги, которые начали затекать из-за неудобных лавок внутри фургона, и немного освежить мозги. План наших оловянных солдатиков провалился, и нужно было придумать свой. - "Интересно, почему они так резко приняли решение о сворачивании своей деятельности здесь? Допустим, они нашли нападавших, и я больше не нужен и меня тут бросили, но своих людей могли бы дождаться, все это очень странно. Что-то мне подсказывает, что отсюда лучше побыстрее сваливать".

       Из башни на встречу вышел МакАлистер и молча поздоровался со всеми, махнув рукой. Не могу сказать, что он был расстроен, скорее был погружен в свои мысли. Я же не один такой умный и красивый, подполковник, наверное, тоже пытается найти причину столь поспешному отбытию с базы. Вик и Маргарет, кажется, обрадовались этому. Вик даже бросил на меня недобрый взгляд и ухмыльнулся.

       - Джон, мы все сделали, как я и обещал, - сообщил я подполковнику, а затем достал из фургона папку с досье на Ирландца.

       - Молодцы. Давайте поднимемся наверх, а то на улице уже становится прохладно,- МакАлистер развернулся и первым вошел в двери.

       Уже наверху, Вик первым задал волновавший всех вопрос о том, что здесь случилось, и почему самолет так срочно улетел без нас.

       - Да присядьте вы уже, наконец, сейчас расскажу, - голос подполковника был усталым и тихим. - Из Эдинбурга поступил приказ об эвакуации базы, как всегда неожиданно и без объяснения причин. Когда мы сюда прибыли, гарнизон уже загружал имущество на борт. Спорить было бессмысленно, они выполняли приказ, единственное, чего я от них добился, это оставить нам транспорт, оружие и амуницию. Ребят я отправил, Изумрудный был ранен, они как раз за ним присмотрят. Собственно, вот ответ на ваш вопрос. О природе и предпосылках такого приказа не знаю.

       - Сильно его? - уточнила Маргарет.

       - Не очень, жить будет, - ответил МакАлистер.

       - Подполковник, я хочу узнать ваше мнение, не кажется ли вам вся эта спешка странной? - спросил уже я.

       - Это армия. Только со стороны кажется, что там полный порядок и контроль, а фактически зачастую левая рука не знает, чем занимается правая, хотя, в общем, ты прав, обычно такого не бывает. Мне тоже не нравится здесь сидеть, но ехать ночью, сейчас, нравится еще меньше.

       Забрав оружие из машины, и заперев вход в башню, каждый занялся своим делом. Лично я решил подробно изучить досье на Ирландца. Гарретт Фиджеральд родился в Дублине 1964 году. В 1982 году поступил на службу в Королевский военно-морской флот, служил в Портсмуте, пилот морской авиации, 1990 уволился со службы. Работал на частные военные компании в Ираке, Афганистане, Судане. После общих данных шла уже интересная информация о сделках заключенных с Абулфази, выходило так, что Ирландец покупал часто и помногу. Дальше были сведения о его счетах и контактах. Оказалось, что Кайл, утренний гость Абулфази, часто работал с Ирландцем.

       - Александр, разрешите взглянуть, за кем мы гонялись? - спросил подошедший МакАлистер.

       - Пожалуйста, - Я передал папку подполковнику.

       МакАлистер переплеснул первые страницы и уставился в фотографию.

       - Мать вашу, так вот ты где всплыл.

       - Знакомый?

       - Не так чтобы очень. Скажем так, он чертовски хороший и хитрый солдат, я встречал его пару раз в Ираке, в основном он охранял конвои BP[35]. В первый раз я с ним встретился в 1991. Он тогда командовал группой частных контракторов, участвовавших в организации выкупа родственника высокопоставленного Кувейтского чиновника у иракцев. Заложника они забрали, но на обратном пути попали в засаду. Так вот, они умудрились уйти из-под обстрела, в пустыне найти укрытие и занять оборону, продержаться шесть часов до прихода помощи и не потерять ни одного человека, при этом его люди оставили лежать в той пустыне семь иракцев.

       - А спасали его, я так понимаю, вы?

       - Да, так с ним и познакомились. К тому моменту, как мы прибыли, бой закончился. У иракцев был наблюдатель, которого мы не заметили, и к нашему прибытию от них осталось только пылевое облако вдали.

       МакАлистер установил дежурства. В десять вечера Вик и Маргарет пошли, спать, а мы с Джоном заступили на пост. Сменить нас должны были в три ночи. Генератор мы выключили, чтобы не шумел, да и свет привлекал бы много внимания. Первые три часа прошли спокойно, если не считать взрыва, произошедшего около часа ночи на северо-востоке, совсем рядом с нами, здесь, в Саусэнде. После это наступила опять относительная тишина, мы в полголоса разговаривали, я рассказал историю, как меня втянули в эту авантюру. МакАлистер ответил, что на моем месте тоже поехал бы за оружием.

       Уже ближе к концу смены я решил выпить чашку кофе, а то скоро пришлось бы спички вставлять в глаза. Чайник стоял на противоположной стороне башни, и, когда я шел по кругу, что-то огромное ударило в стекло башни, а потом шмякнулось на землю. Я со страху резко дернулся к центру комнаты, больно ударился ногой о стоящий у стены стол и завалился на пол. Вызывать МакАлистера не пришлось, он слышал удар и когда я, ругаясь, вставал на ноги, он уже подбегал ко мне.

       - Что случилось?

       - Я не знаю что это было, посмотри на стекло, оно ударило в него, а потом свалилось на землю.

       - Это невозможно, мы на высоте двадцати метров от земли.

       - Сам посмотри!

       МакАлистер осветил подствольным фонарем стекло, оно не разбилось, но пошло трещинами. Подполковник, вызвал по рации Вика, чтобы они вставали и с оружием бежали наверх. До конца ночи мы не спали, я возможно и отключался пару раз, но ненадолго. Когда утром поднялось солнце, мы сверху осмотрели периметр, но ничего и никого не увидели. Только, на земле внизу были разбросаны в стороны мешки с песком, из которых еще вчера были сложены укрепления.

       Выехать мы решили на одном из внедорожников "Хаски" с установленной башней стрелка, для двух машин нас было слишком мало. Второй комплект оружия и ящики с патронами МакАлистер перенес в машину еще до нашего возвращения, и мы в принципе уже были готовы к отъезду.

       На карте мы проложили несколько маршрутов. Первой его точкой должен был стать Колчестер, где базировалась 16-я десантно-штурмовая бригада. Часть гарнизона была переброшена в первые дни, а остальные ожидали эвакуации, по крайней мере, так было еще два дня назад. И если они еще там, то это сильно облегчило бы нам задачу. До места около сорока миль, раньше такое расстояние можно было преодолеть за час, сколько потребуется времени сейчас сложно прогнозировать.

       Теперь надо было выйти из здания, сесть в машину и уехать, все просто, если бы не ночное приключение. Сомневался не только я, МакАлистер с опаской выглянул на улицу, осмотрелся и сказал: "Давайте лишний раз не рисковать, я добегу до машины и подъеду к входу. А вы смотрите, чтобы по пути меня не сожрали. Крутя головой во все стороны, подполковник рывком бросился к машине и, когда до нее оставалось метров тридцать, из ворот ангара, находившегося в пятистах метрах от башни, вырвалось что-то крупное и метнулось наперерез МакАлистеру.

       "Старик, справа!" - закричал Вик. Подполковник едва успел заскочить на заднее сидение "Хаски", как огромная туша врезалась в крыло, сдвинув на пару метров шести тонный автомобиль. Мы втроем, начали стрелять в "это". Пули попадали в тело, разрывая ткани и выбрасывая куски плоти, любое живое существо уже бы давно было мертво после такого, а "это" мало того, что продолжало атаковать автомобиль, но, похоже, даже не замечало попадающих в него пуль. В тот самый момент, когда мы с Маргарет меняли магазины, Вик закричал: "Назад, наверх по лестнице". Я, подняв голову, увидел, как тварь развернулась и бежит уже к нам, потеряв интерес к добыче в машине. Мы бросились вверх по лестнице, а "это" на полном ходу влетело в дверной проем, выбив дверь, и, врезавшись плечами в проем, сбило с внутренней стороны стены штукатурку. Тут затрещали рации, МакАлистер приказал нам уйти от двери и укрыться за стеной. Начал бить пулемет, установленный на турели "Хаски", мы слышали, как пули, дождем стучали по стене. Тварь не издавая ни звука, развернулась и направилась к машине, но добежав только до половины пути, ее передние лапы подломились и "это" завалилось на бок.

       Выходили мы из здания нервно, посматривая по сторонам, каждый контролировал свой сектор. Тварь лежала и не шевелилась, но МакАлистер на всякий случай направил ствол пулемета на тушу и держал ее в прицеле.

       "Это", а другое слово подобрать сложно, было размером с крупного быка, только вместо копыт были вытянутые пальцы с когтями. Задние лапы были массивней и длиннее передних, голова была с плоским лбом, глаз мы не нашли вообще. Клыки торчали наружу и были длиной с мой указательный палец, все тело было покрыто входными отверстиями от пуль, а еще "это", воняло так, что когда мы приблизились, меня чуть не вывернуло. Мы стояли, уставившись безумным и испуганным взглядом на монстроподобную тушу. Очень хотелось верить, что рядом нет ее друзей, второго раунда мы можем не выдержать. Я достал телефон и сделал несколько фотографий с разных ракурсов.

       "Хватит фотографировать трофей, давай уже в машину", - сказала Маргарет необычным для нее высоким голосом.

       Мы сели в машину, и еще не отойдя от шока, услышали шум турбин. Южнее, над Темзой в сторону Лондона пролетело звено из трех истребителей Тайфун[36]. И через пару минут мы услышали взрывы, над рекой поднялись вверх грибовидные облака, сначала одно, потом второе. "Уничтожают мосты", - предположил подполковник. Второе звено истребителей не заставило себя долго ждать, пыль от первых взрывов еще не успела осесть, как все повторилось, только на этот раз столбы пыли поднялись чуть дальше по течению реки.

       "Наблюдать будем за фейерверком или поедем уже, кто-то вроде спешил", - съязвила Маргарет.

       Остров Гернси, площадью семьдесят восемь квадратных километров, находится в проливе Ла-Манш у северного побережья Франции и является, точнее уже "являлся" "коронной землей" британской короны, но частью Великобритании не был.

       Раньше Кайл "Дикий гусь" Лоуренс владел здесь недвижимостью и оффшорными компаниями, через которые проходили деньги по его контрактам. Теперь его стараниями остров превращался в пристанище для искателей приключений и его основную базу. Пока островом формально управляли местные власти, но полный контроль над территорией был вопросом времени.

       Благодаря его доле в захваченном золоте, Лоуренс умудрился за два дня привлечь сто пятьдесят бойцов, большей частью из остатков Французского иностранного легиона и это было только началом, новости о свободном острове распространялись очень быстро, особенно в определенных кругах. Сейчас его армия составляла 367 человек, и он полностью взял под контроль и охрану самый крупный порт на острове и разместил здесь свой штаб в замке Корнет.

       Оружия, купленного у пакистанца, сейчас хватало на два батальона. В его распоряжении также было три судна, включая один сухогруз. Последний сейчас забирал груз во французском Гавре и должен был прийти вечером. Благодаря старым связям Лоуренс умудрился купить за десять килограммов золота пять снятых с вооружения французских БМП AMX-10P.

       Когда Дикий гусь высадил полторы сотни своих людей в порту столицы острова, местная власть направила в туда весь личный состав столичной полиции. Тридцать полицейских без единого выстрела сдались людям Лоуренса. Дикий гусь пообещал не трогать население, зачистить и защитить город от мертвецов и формально оставить местную администрацию на своем месте. В новых реалиях это была не самая плохая сделка для островитян. Люди получили защиту, а Лоуренс остров. Сдавшиеся полицейские, после непродолжительных переговоров, согласились составить костяк первого добровольческого отряда самообороны острова. Порт-Сент-Петер сейчас зачищался от мертвецов, их было немного, это все-таки не Лондон. Следующей целью Лоуренса стал единственный аэропорт на острове, к которому направился отряд из 50 легионеров. Кайл строил наполеоновские планы, он хотел увеличить свою армию до тысячи человек, взять остров полностью под контроль, очистить его от немногочисленных мертвецов и все это до конца недели.

       Покинув аэродром, мы направились на север по Черри-Орчард-уэй, дорога проходила мимо бесчисленного количества торговых центров, автосалонов и складов оптовых компаний. Сразу за парковками автосалонов, мы увидели место ночного взрыва, справа от нас в стене местной больницы, зияла не малых размеров дыра. За забором, на территории медучреждения толпилась целая орда мертвецов, такого большого скопления зомби в одном месте никто из нас еще не видел. Когда мы проезжали вдоль забора, отделяющего территорию больницы от улицы, за нами увязался с десяток мертвецов, один из них бежал как олимпийский спринтер. Я толкнул в бок сидящего рядом МакАлистера и кивком головы показал в сторону больницы. Подполковник перегнулся через меня, выглянул через узкое бронированное стекло.

       - А наш утренний приятель мог вполне быть отсюда. Как раз сразу после взрыва появился, - вернувшись на место, озвучил свое предположение подполковник.

       - Почему нет, вон какой шустрый за нами, были бы пешком, в момент бы догнал и сожрал, - добавил Вик.

       - А как они вообще такие получаются, почему мутируют, в методичке на базе про это не было ни слова, только сам факт приведен, что да, дескать, есть и все? - задал я риторический вопрос.

       - Это вопрос не к нам, мы по другому профилю, - Вик ответил за всех.

       - Ага, я заметил. Кстати, поправьте меня, если я не прав. Мне сейчас показалось, что мертвецов прибавилось, по сравнению со вчерашнем днем.

       - Так и есть, если бы ты внимательно изучал материалы на базе, то увидел бы модель распространения заражения. По оптимистичным подсчётам, до конца этой недели в крупных городах на территории Эссекса и Уэльса останется не больше пяти процентов живых, а в Шотландии пятнадцати процентов, - начала язвить Маргарет. Реагировать на выпад в свой адрес я не стал, а то она и так нервная, еще запульнет чем-нибудь.

       Мы проезжали Халбридж, очередной мертвый городок.

       - Вик, Вик, тормози!

       - Что еще? - Вик ударил по тормозам.

       - Вот туда смотрите! - я показал в сторону квартала одноэтажных домиков. На параллельной улице стояло три машины: два пикапа и фургон, в который сейчас заталкивали людей. МакАлистер достал бинокль: "Вижу четверых, трое точно вооружены. Вик, пять метров назад сдай, а то могут заметить".

       - Что будем делать, сейчас ввяжемся, не разобравшись, а потом окажется, что у них тут ролевые игры? - задал вопрос подполковник.

       - Вот и узнаем! - Маргарет была явно не в настроении сегодня, даже на своего командира рычала. Из-за домов послышались одиночные выстрелы.

       - Ну что расселись, пойдемте, посмотрим, - судя по голосу, идея ввязываться в драку без плана не нравилась МакАлистреру. - Проверьте оружие и на выход, - добавил он. - Герцогиня, видишь домик с флигелем наверху на перпендикулярной улице?

       - Да.

       - Отлично, поскольку ты сегодня самая умная и отзывчивая в отряде, вместе с Суором, сейчас беги туда, убедись, что там никого нет, и займите позицию наверху, только тихо все делайте.

       - Да, сэр.

       - Вик, ты давай за мной, пройдем в проход между дальними домами и посмотрим, возможно, сможем незаметно перейти на другую сторону улицы. Связь на третьем канале!

       "Ни минуты покоя" - подумал, когда бежал вслед за Герцогиней-Маргарет. Вроде не старый, и физическими нагрузками себя не ограничивал, а бежать было тяжело, и, когда мы достигли торцевой стены нужного дома, я уже тяжело дышал, а на лбу проступили капли пота, несмотря на холодную погоду. Маргарет повернулась ко мне и на ее лице появилась издевательская улыбка. Это был первый, когда я смог по-настоящему рассмотреть ее лицо, и первый раз, когда я увидел, что она все-таки умеет улыбаться. Ее грозный внешний вид в зеленой куртке, хоть и гражданской, но с одетым поверх разгрузочным жилетом и закинутой по диагонали за спину винтовкой, черных карго штанах и высоких армейских ботинках никак не увязывался с тонкими чертами лица. При этом от ее серо-голубых глаз, подчеркнутых четкими линиями скул, исходил поток холода. Это был взгляд хищника, смотрящего на свою добычу. Она не стала дожидаться, пока я отдышусь, выглянув сначала из-за угла и убедившись, что там никого нет, подбежала к входной двери. Отмахнувшись от неожиданных возникших мыслей, я двинулся за ней, чтобы не отставать. Вламываться в дом нужды не было, замок в двери разворотил кто-то до нас. Мы заглянули в приоткрытую дверь и, не увидев ничего представляющего опасность, зашли внутрь. Постояв минуту в тишине и не услышав подозрительных звуков, мы прошли дальше мимо гостиной с камином, в доме все было перевернуто, ящики открыты, вещи разбросаны по полу. Маргарет направилась на второй этаж, а я остался осматривать первый, заглянул в кабинет и комнату, которая выполняла роль прачечной, проверил заднюю дверь, оказавшуюся не запертой. Везде картина была одинаковой, все было перерыто и разбросано. Я уже поднимался по лестнице, когда Маргарет вызвала меня по рации. Ускорив шаг, я поднялся на второй этаж, и увидел, стоящую в коридоре напарницу.

       - Что случилось? - в полголоса спросил я, обратив внимание на странное выражение лица Маргарет

       - Иди, сам посмотри, - Маргарет указала стволом своей винтовки на одну из комнат.

       В комнате было три трупа, Двое взрослых и маленькая девочка, лет пяти, всех их убили выстрелами в голову, у взрослых были связаны руки. Я подошел ближе, резкий запах разлагающейся плоти ударил в ноздри так, что заслезились глаза, они тут лежали дня три, не меньше. Сдернув простыню с кровати, я накрыл ею тела и поспешил назад. Когда я вышел из комнаты, Маргарет вопросительно на меня посмотрела, на что я просто закрыл дверь и молча пошел в начало коридора. Странно, но в ее взгляде что-то изменилось, если бы я не знал, что передо мной профессиональный убийца, я бы подумал, что она расстроена и напугана увиденным. Комментировать и обсуждать ситуацию не было ни времени, ни смысла. Все было и так понятно - какие-то отморозки пришли сюда грабить и застав дома семью просто всех убили. Мы осмотрели оставшиеся комнаты и поднялись по складной лестнице во флигель. Внутри были сложены коробки со старыми вещами, а в углу стоял мольберт, больше ничего тут не было. Маргарет, сдвинула вверх старую скрипучую раму, запустив в маленькое душное помещение уличную прохладу. Отсюда, были видны практически все дома и дворы вокруг.

       - Как думаешь, это они их убили? - спросила Маргарет, имея в виду людей внизу.

       - Я не знаю, да и неважно, они или другие, думаю, сейчас многие потеряли голову от свободы и безнаказанности, и я уверен, что это не последняя такая семья у нас на пути.

       - И ты так спокойно об этом говоришь?

       - Ну а как мне говорить? Я не могу влиять на события, творящиеся вокруг. Если я тут начну оплакивать убитых, кому это поможет? Ты думаешь, что мне все увиденное не противно, ты ошибаешься. Просто сейчас не время для эмоций.

       - Козел.

       - Дура, - быстро обменялись мы любезностями, не отрываясь от процесса наблюдения за людьми внизу.

       - Старик, Герцогине. Прием.

       - Старик в канале. Прием.

       - Мы на позиции, наблюдаем противника. Прием.

       - Герцогиня, продолжай наблюдение. Прием.

       - Принято, продолжать наблюдение. Конец связи.

       МакАлистер и Вик следили за происходящим через живую изгородь из высокого можжевельника. Находились они достаточно далеко, и разобрать, о чем разговаривают бандиты, не могли. Вик насчитал семерых. Один сидел на водительском месте пикапа Ниссан Навара, двое курили около фургона, а еще четверо были внутри дома. На улице лежало пять трупов, по внешнему виду которых сразу было понятно, что умерли они не в первый раз, одежда на телах была грязная замазанная засохшей кровью, у ближнего к нам трупа недоставало большей части шеи.

       - Какие приказания, Старик? - спросил рвавшийся в бой Вик.

       - Ждем, если начнем сейчас, те, что в доме окапаются внутри, а я их выбивать оттуда не хочу.

       - Герцогиня, Старику. Прием.

       - Герцогиня в канале. Прием.

       - Герцогиня, наблюдаешь двоих противников у Фургона? Прием.

       - Наблюдаю. Прием.

       - Герцогиня, как только мы начинаем, эти твои, как поняла? Прием.

       - Исполню в лучшем виде. Прием, - в глазах Маргарет вспыхнул огонь скорого и неминуемого возмездия.

       - Герцогиня, конец связи.

       МакАлистер, закончив сеанс связи, отполз от кустов, поднялся на колено, и перевел переключатель в режим "автоматического огня".

       - Вик, я возьму выходящих из здания, а на тебе водитель, закончишь с ним, поддержи меня огнем.

       - Да, командир.

       Все было закончено за пару минут. Когда бандиты, появились на крыльце дома, вынося коробки, МакАлистер с Виком одновременно выбежали из-за здания и открыли огонь, каждый по своим целям. Курившие у фургона даже не успели повернуть головы в сторону первых выстрелов, которыми Вик убил сидящего в машине водителя, Герцогиня, с разницей в долю секунды, отправила каждому по пуле в голову. Упали они одновременно. МакАлистер сделал длинною очередь на половину магазина в сторону выходящих бандитов. Трое из них завалились на землю, а четвертый, бросив коробку, побежал в сторону фургона, получив пулю от вошедшего в азарт снайпера.

       Один из бандитов, в которых стрелял МакАлистер, еще был жив и сейчас он корчился на земле в луже собственной крови, пули попали в живот и правое предплечье. Вик схватил его за шиворот и оттащил к крыльцу дома, облокотив его к стене. Бандит стонал, но его страдания никого не заботили.

       - Ну что, грабить, убивать сюда пришел? - Вик прижал ногой раненое предплечье так, что раненый закричал на весь квартал.

       - Давай рассказывай, кто вы такие? Чем вы тут занимаетесь и так понятно. Бандит вместо ответа сплюнул кровь на ботинок Вика, за что получил второй удар по раненой руке.

       - Послушай, с такими ранами как у тебя, люди умирают по несколько дней, я никуда не спешу и могу беседовать с тобой еще очень и очень долго, подумай еще раз над моим вопросом.

       - Меня зовут Томас, брат Томас, мы из Брейнтрии, ищем припасы, - кашляя и сплевывая на землю начал отвечать бандит.

       - Зачем людей похитили?

       - Мы их не похитили, мы их спасаем.

       - Странный способ спасения?

       - Они не хотели идти, а если бы мы их не спасли, демоны забрали бы их души.

       - Что за чушь ты несешь?

       - Преподобный всех спасет, а вас приспешников дьявола покарает.

       Раздались два одиночных выстрела, Вик обернулся на звук и в этот момент раненый схватил его за ногу и резко дернул на себя, Вик не удержался на скользкой траве и упал на спину. Бандит пытался подняться, но в тот же момент был убит МакАлистером.

       - Ну ты чего разлегся, вставай, - подполковник подал руку Вику и помог ему подняться.

       - Герцогиня, что у тебя за стрельба, прием? - запросил в рацию МакАлистер.

       - К вам со всех сторон идут мертвецы, сворачивайтесь быстрее, прием!

       - Принял, возвращайтесь к транспорту!

       - Вик, найди ключи от фургона, на нем поедем.

       - Подполковник, а пленники?

       - Потом с ними разберемся, сейчас нет времени, пусть потерпят немного.

       Пока Вик искал по карманам убитых ключи от машины, которые оказались в замке зажигания, МакАлистер сделал каждому из лежащих на земле бандитов по контрольному выстрелу. В начале улицы двигалась процессия из мертвецов, на машину они не обращали внимания и сразу направились к лежащим на земле телам. Наблюдать малоприятное зрелище МакАлистер с Виком не стали и свернули за угол, оставив мертвецов наедине с их обедом.

       Поравнявшись со стоящим на обочине "Хаски", МакАлистер показал рукой следовать за ним и проехал вперед. Выехав из городка и проехав милю, машины остановились на пустой дороге среди поля.

       Вик открыл задние двери фургона, у стены на полу сидели, привязанные к приваренной металлической трубе, две девушки. Вид у них был испуганный, они забились в дальний угол, а после того, как Вик забрался в кузов, начали кричать. Успокоить их получилось после пары пощечин каждой, до этого они даже не давали их освободить. Оказавшись свободными от веревок, они резко бросились с кулаками на Вика, который не знал, как на это реагировать и просто старался уклоняться от ударов. Бардак прекратила Маргарет, выстрелив в воздух из пистолета.

       - А ну успокоились, курицы! - заорала она, заставив бывших пленниц опять вжаться в угол и замолчать. - Вы, обе, быстро из машины! - продолжила Маргарет.

       Девушки, рыдая, вылезли из кузова и, как вкопанные, встали на дороге. Девушек звали Саманта и Ева. Дом, из которого их вытащили, они арендовали. Работали реставраторами в Халбридже и занимались восстановлением местного собора шестнадцатого века. Вытягивать из них информацию оказалось непросто, при малейшей возможности они срывались в истерику и приходилось их успокаивать. С большим трудом, потратив полчаса, они рассказали, что люди, забравшие их, приезжали на их улицу второй день подряд, вчера они выносили вещи из домов вначале улицы и не успели добраться до их дома. Сегодня, когда они приехали снова, девушки пытались спрятаться, но их нашли и затащили в фургон, при этом, напавшие на них, бандиты оправдывали свои действия тем, что якобы они их спасают и несли всякую религиозную чушь про демонов и спасение.

       После того, как девушки немного пришли в себя, им отдали фургон и отпустили на все четыре стороны. Мы предложили им поехать следом до ближайшей военной базы, но они не изъявили никакого желания, развернули машину и уехали назад по направлению к Халбриджу.

       Усевшись по своим места, мы продолжили путь. По дороге Вик пересказал содержание беседы с раненым бандитом, сопоставив его рассказ со словами девушек, выходило, что в районе появилась какая-то религиозная секта. Вполне ожидаемое явление, фактически наступил апокалипсис, вот блаженные и повылезали из своих нор. Надо проинформировать местных военных, а то фанатики, убежденные в своей правоте и избранности, могут наворотить дел.

       Центр Брейнтри, старого городка в Эссексе, украшала старая готическая церковь Святого Михаила, еще два дня назад она была католическим приходом во главе с преподобным Джерольдом Стоуном, пока в полдень 24 марта в здание не ворвались вооруженные люди, называвшие себя "Истинными свидетелями последних дней". Служителей силой выгнали из церкви, и вечернюю мессу для своих последователей с кафедры церкви читал новый мессия, Благословенный Джейкоб.

       Яков Соломонович Леирман, ставший теперь Джейкобом Леирманом, эмигрировал в 1989 году из Советского Союза, где был аспирантом Одесского инженерно-строительного института. Строительство Яшу интересовало мало, зато он преуспел в фарцовке польской одежды. В 1988 году он чудом избежал ареста за незаконные валютные операции, и уже через год иммигрировал сначала в США, а потом в Великобританию.

       На новой родине он пробовал заниматься "бизнесом", начиная с типографии и заканчивая курсами для домохозяек. Тюрьмы избежать ему все-таки не удалось, и в 2000 году Магистратский суд Эссекса приговорил его к 12 месяцам тюрьмы за махинации со страховками. Освободившись, Яша пробовал себя в качестве продавца подержанных автомобилей, агента по недвижимости, свадебного консультанта. Вся эта деятельность не приносила ощутимого дохода. Однажды судьба свела Леирмана со старым мошенником, Генри О'Саливаном, который зарабатывал на жизнь, катаясь по стране с проповедями, в ходе которых собирал пожертвования на восстановление церквей и соборов, помощь бездомным и пострадавшим от стихийных бедствий по всему миру. Яша начал работать с О'Саливаном играя роль брата Якова из монастыря Святой троицы в Сербии. Был ли на самом деле такой монастырь или нет, аферистов не интересовало, главное, что сборы на его восстановление хорошо пополняли их бюджет. Проработав так два года, Яша решился на новый шаг и основал свою церковь "Истинных свидетелей последних дней". Ему ловко удавалось играть на страхах и предрассудках людей. Сделав своей аудиторией выходцев из бедных и малообразованных слоев общества. Яша умело обирал их, отпуская грехи, благословляя и спасая души заблудших. За шесть лет напряженной работы Леирман сколотил неплохое состояние, собрал вокруг себя круг верных ему последователей, и стал брать подряды по возврату долгов, естественно все во славу Господа, а деньги выбивал исключительно у грешников. Случившаяся катастрофа стала подарком судьбы, и сейчас Яша мог реализовать весь свой потенциал.

       22 марта он собрал своих последователей на мессу и объявил, что Церковью Англии управляют еретики, и только он является последователем истинной веры, и только его последователи спасутся. После этого он нарек себя Благословенным Джейкобом и спасителем человечества, призвал фанатичных последователей изгонять из церквей еретиков и спасать заблудшие души людей, даже если они этого не хотят.

       Число его последователей росло с каждым часом, за последние три дня он умудрялся проводить по пять-шесть проповедей в день, катаясь по городкам в Эссексе. Яша находил правильные слова, обещал, вселял надежду людям, взамен он требовал только безраздельной преданности богу, под которой он понимал неукоснительное исполнение всех его приказов.

       Оставив позади освобожденных девушек, мы направились по намеченному маршруту. Час ушел на объезды заторов. Местечко Сколкотт, пришлось объезжать по полю, дорога, идущая через городок, была забита несколькими сотнями мертвецов. К Колчестеру мы подъехали с юга, со стороны водохранилища Аббертон. Уже на подъезде наше внимание привлекла, непрекращающаяся стрельба, создавалось впечатление, что в городе идет настоящий бой. Сквозь непрерывный треск винтовочного огня, прорывались громкие и раскатистые звуки артиллерийских залпов. Весь Колчестер был окутан дымом, огромное черное облако расползалось от города, захватывая все новые территории. У въезда в город мы уперлись в баррикаду из лежащих на боку армейских грузовиков. Нам пришлось развернуться и отправиться дальше на восток, вокруг города. Маргарет сидела сзади и сканировала радиочастоты. В эфире были сплошные помехи, сквозь которые редко проскальзывали обрывки слов. Связаться с 16-й бригадой на стандартных частотах, которыми пользовались военные в мирное время, не получалось. Попасть в город нам удалось только по Фингринрхо-роуд. Ситуация вокруг была очень схожа с той, что мы видели в Саусэнде, все те же брошенные машины и дома с разбитыми стеклами. Свернув на Абботс-роуд, мы поехали в сторону учебного центра и казарм 16-ой бригады. В районе кладбища нас обстреляли военные, в том, что это именно они, а не люди нацепившие форму, сомнений не было, действовали они профессионально. Удивительно, что с нами не пытались связаться или остановить, просто сразу открыли огонь на поражение, этот факт добавлял еще больше вопросов о том, что происходит в городе. Уходя с линии огня, МакАлистер вывернул руль вправо, направив автомобиль в сторону кладбища. "Хаски" снес закрытые металлические ворота и на полном ходу понесся по ухоженной зеленной лужайке, между могильных плит, выехав с другой стороны. В переулке, в одном из домов были открыты гаражные ворота, в них мы и завернули. Я выскочил с пассажирского сидения и со всех сил дернул вниз ручку ворот и алюминиевые жалюзи с грохотом ударились о бетонный пол.

       В гараже стоял странный химический запах, похожий на тот, который был тогда на заправке около Инвернесса, только не такой сильный. Его почувствовали все, Вик достал из набедренной кобуры пистолет, подошел к деревянной двери, ведущей в дом, и дернул ручку на себя, отступив в сторону. Дверь открылась и мне показалось, что запах усилился, когда мы зашли в дом, со стороны лестницы послышался шум, а потом со второго этажа кубарем вниз полетел мертвый мужчина. Подняться он не смог при падении, а возможно и раньше, он переломал себе ноги и сейчас, цепляясь ободранными пальцами за пол, он полз в нашу сторону. Вик сделал шаг вперед, навел ствол Зиг Зауэра на голову мертвеца и выстрелил. Маленький коридор на мгновение наполнился кислым запахом пороховых газов, немного заглушив гнилостные запахи, от которых уже начали слезиться глаза. Дом мы осмотрели быстро, не найдя больше никого, мы поднялись на второй этаж в комнату, выходящую во двор и открыли настежь окна, чтобы не умереть от стоящей в доме вони.

       Я присел на стоявший у стены серый диван, достал, выданную в комплекте с подвесной системой фляжку и сделал три больших глотка, не знаю почему, но в тот момент очень захотелось пить. Пока я приходил в себя, МакАлистер изучал карту, пытаясь понять, где мы и как нам отсюда выбраться. За окном стрельба, то усиливалась, то стихала. Я сбегал вниз и принес четыре дневных рациона и следующие полчаса мы потратили на неспешный обед. У МакАлистера в голове похоже созрел какой-то план, он быстро проглотил содержимое сухпайка и вернулся к карте. "Я наметил примерный маршрут, после обеда пешая прогулка не повредит, заканчивайте и выдвигаемся", - сказал подполковник и вышел из комнаты. Быстро дожевав остатки обеда, мы спустились вниз и вышли на задний двор.

       - Значит так! Где мы точно находимся, я понятия не имею, нам надо вернуться к кладбищу, а от него идти на север где-то полмили, и по плану мы упремся в корпуса воинской части, - подполковник коротко ввел нас в курс.

       - Идем двойками, как и утром, Я с Виком, Алекс с Маргарет. Мы идем первыми, из зоны видимости друг друга не теряем, если разделимся, встречаемся тут, это все, вперед.

       Пешая прогулка была скорее пробежкой с полосой препятствий. Мы сориентировались и довольно просто добрались до забора кладбища, по пути мы не стеснялись стрелять, во встреченных по пути мертвецов, наши одиночные выстрелы терялись в общем шуме идущего боя. У самого кладбища мы застрелили мертвеца в военной форме, что привлекло наше внимание, так это белая повязка на правой руке прямо под эмблемой

    16-й бригады в виде белого орла на фоне красно-белого щита. Умер рядовой, точнее в первый раз умер, от пулевых ранений в грудь. Быстро осмотрев карманы убитого и ничего не найдя, мы перелезли через забор кладбища, и пошли на север. Мы прошли его на сквозь, и не встретили по пути ни одного мертвеца. Уже подойдя к параллельной улице, мы услышали звук приближающегося транспорта, и укрывшись в растущих у забора высоких кустах, наблюдали как мимо нас проехала колонна из пяти грузовиков, на борту была эмблема части, а под ней краской небрежно нарисована белая линия.

       - Командир, как это понимать? - спросил Вик, имея в виду белую повязку на трупе и полосы на машинах.

       - Самое простое объяснение - это примитивная система распознавания "свой-чужой", типа как на учениях.

       - Зачем им это? - уточнил, не понимая логику происходящего, Вик

       - Я не знаю. Ждите здесь, я пойду один проверю, а то отсюда виден только дым.

       МакАлистер перескочил через ограждение, перебежал дорогу и укрылся в неглубокой канаве, впереди перед ним была лужайка метров на двести без единого укрытия, пересекать ее было равно самоубийству, даже самый неопытный стрелок снимет его на этой открытой площадке без особого труда. Из укрытия было видно, что забор гарнизона в нескольких местах разрушен, если судить по размеру проема и по следам копоти вокруг, стреляли из чего то серьезного, как бы не из танка. Похоже, территорию гарнизона штурмовали, и явно это были не бандиты с найденными в брошенной полицейской машине дробовиками.

       Со стороны дороги стали доноситься звуки выстрелов, стреляли из пулемета очередями, потом послышался приближающийся шум двигателя, скрип колес и скрежет металла. В наушнике послышался голос Вика.

       - Старик, прием!

       - Старик, в канале!

       - В ста метрах от нас в стену врезался легковой автомобиль, из него выбежали трое военных, похоже, один ранен, бегут по кладбищу на юг, какие приказания? Прием.

       - Локи, следуйте за ними, попробуйте перехватить и не рискуйте, в бой по возможности не вступайте, я к вам присоединюсь, конец связи.

       Преследовать солдат на открытом пространстве, оставаясь незамеченными, задача невыполнимая, поэтому мы добежали до здания часовни и, прикрываясь им, дождались, пока солдаты доберутся до забора и начнут помогать своему раненому перебираться через него. В этот момент мы выбежали из укрытия, растянувшись вправо, чтобы не мешать друг другу и не перекрывать линию огня. Они попытались схватиться за оружие, но Маргарет пресекла попытку, выстрелив в землю в паре сантиметров от ноги ближайшего к ней солдата.

       - Господа, я настоятельно рекомендую вам не пытаться оказать сопротивление, у нас абсолютно нет желания вас убивать, - Вик, взял в прицел молодого парня с погонами лейтенанта и старался говорить как можно спокойней. Лейтенант, внимательно смотрел на дуло направленной в него винтовки, лицо было напряженным, кровь в висках пульсировала. В таком состоянии человек может сделать глупость сам того не понимая. Солдаты медленно подняли руки перед собой, как бы в останавливающем жесте.

       - Кто вы, я не вижу шевронов? - спросил лейтенант.

       - Пока можете считать нас нейтральными наблюдателями, если не начнете глупить, - Вик не спуская глаз со своей цели, пытался говорить максимально миролюбиво.

       - У нас раненый, и пока мы тут стоим он истечет кровью, - лейтенант кивнул в сторону сидящего на земле сослуживца. Вик беглым взглядом взглянул, на бледного бойца, который уже начинал терять сознания. В этот момент МакАлистер передал, что к разбитой машине подъехало два Лендровера "Снетч" с нарисованной белой полосой и из них высадилось шесть бойцов.

       - Берите своего, человека и быстро за нами, по вашу душу гости! Алекс, помоги им - Вик, махнул нам рукой и, не опуская винтовку, быстрым шагом направился к забору.

       Мы с лейтенантом подхватили солдата под руки и помогли ему перевалиться через забор, благо со стороны кладбища забор был около метра. С другой стороны ему помог Вик. Только мы оказались на другой стороне, как раздались выстрелы, заставив нас пригнуться. На мгновение мне показалось, что левую щеку обдало жаром. Стрельба не прекратилась, противник нас заметил и по всей вероятности старался прижать огнем.

       - Сейчас обходить будут! Запроси МакАлистера, - обратилась Маргарет к Вику. Подполковник вышел на связь первым,- Локи, Герцогиня, отходите, я их уведу, встретимся на месте! Прием.

       - Приказ понял, отходим!

       - Алекс, лейтенант, берите раненого и уходите, мы с Герцогиней за вами! Солдат, как тебя зовут? - спросил Вик у рядового.

       - Рядовой Конор Эдвардс, сэр.

       - Конор, беги к тем домам и займи позицию, мы тебя прикроем.

       - Да, сэр.

       Вик и Маргарет подняли винтовки над краем забора и каждый выстрелил длинной очередью на полный магазин. Как только они открыли огонь, мы с лейтенантом, помогая раненому солдату, перебежали дорогу и скрылись за углом ближайшего дома. Рядовой Эдвардс, практически добежал до здания, когда что-то тяжелое ударило его в спину, свалив на землю, он пытался ползти, но резкая боль во всем теле не дала ему этого сделать, ноги его не слушались. Он сжал зубы, чтобы не закричать от растекающейся по всему телу боли. Конор на мгновение закрыл глаза и больше их не открывал.

       Мы довели раненого до дома, где находился наш транспорт, я достал из машины аптечку, передав ее лейтенанту, а сам побежал назад к кладбищу.

       Подоспевший МакАлистер отвлек готовившегося к атаке противника, открыв беспорядочную стрельбу с тыла, тем самым заставив противника искать новое укрытие. Тройка бойцов короткими перебежками направилась к часовне, что само по себе было неразумно, бежали они по открытой лужайке, где единственным укрытием были могильные плиты. Маргарет, не была бы собой, если бы не воспользовалась ситуацией, она выпустила две короткие очереди на три патрона в сторону бегущих. Ответный огонь заставил ее укрыться. МакАлистер, закричал в рацию: "Какого, черта вы еще там? Уходите!", - после чего опустошил магазин в сторону предполагаемого расположения противника. Перезаряжался он уже на ходу, перебегая к следующему укрытию, которым стал старый дуб с толстым стволом. Его маневр не остался незамеченным, и противник перевел огонь в его сторону, не давая высунуться. В сторону позиции Вика и Маргарет полетела граната. Бросивший ее боец не рассчитал расстояние и она, ударившись о забор, упала на противоположной стороне. Взрыв выбил каменную крошку из забора и ближайших могильных плит. Не дожидаясь второй попытки, Вик и Маргарет в полуприсяде сместились на два десятка метров левее.

       На кладбище двое солдат блокировали любые попытки МакАлистера сменить позицию, как только он пытался двинуться, по нему открывали огонь, заставляя вернуться назад.

       Вернувшись тем же маршрутом к дому на углу Малберри и Норманди-авеню, не выходя из-за стены здания, я увидел лежащее на земле тело второго солдата. Лезть под пули было как минимум неразумно, поэтому я развернулся назад и побежал вдоль домов на Норманди-авеню, отдаляясь от кладбища. В том месте, где улица поворачивала, мне удалось перебежать на ее другую сторону. Будучи уже недосягаемым для пуль врага, я побежал в сторону Малберри-авеню, не обращая внимания на медленно идущих по улице на звуки стрельбы мертвецов.

       Окна крайнего дома по Малберри-авеню выходили на кладбище, я с разбегу плечом выбил тонкую деревянную дверь, и, споткнувшись, влетел внутрь дома, подняв себя с полу, прихрамывая я вбежал на второй этаж. После такого забега сердце колотилось с бешеной скоростью, виски пульсировали, а еще я обнаружил, что вся щека у меня в крови, хотя боли вроде не было. Кое-как восстановив дыхание, я открыл окно и пристроил винтовку на подоконнике. С моей позиции, было отлично видно Вика и Маргарет и солдат на кладбище. Первой целью я выбрал лежащего на земле, боком ко мне человека в зеленом камуфляже, который стрелял куда-то вправо. Затем, плотно упер приклад в плечо, перевел переключатель режимов стрельбы на одиночные, прицелился и на выдохе нажал на спусковой крючок. Винтовка ударила в плечо, человек в прицеле как-то дернулся и перестал стрелять. "Наверное, все", - сказал я шепотом и перевел огонь на второго стрелка, лежавшего метрах в пятнадцати от первого. Успев сделав два выстрела, меня вынудили укрыться, из-за здания часовни по мне открыли огонь. Пули влетали в окно, сбивая штукатурку с потолка и стен, заставив меня ползком добраться до коридора и спуститься на первый этаж. Уже внизу у входной двери, я чуть не столкнулся нос к носу с мертвецом. Когда зомби поднимался по ступенькам на крыльцо, он споткнулся и упал в метре от меня. Выстрелив в него три раза, и убедившись, что он не поднимется, я выбежал на улицу, мертвецов прибавилось, пока не критично, но еще чуть-чуть и они станут проблемой. Со стороны кладбища поднимался густой белый дым, застилая собой все. Этой возможностью я и воспользовался, чтобы добраться до своих. Бежал я со всех ног, когда до забора оставалось метра три, Вик резко развернулся, вскинул винтовку в мою сторону, но не выстрелил.

       - Идиот! Опознаться по рации не мог, а если бы я тебя не узнал? - заворчал Вик.

       - Меня не каждый день пытаются расстрелять и сожрать, в общем, извини, в суматохе совсем из головы вылетело, - я сделал глупую улыбку и пожал плечами.

       - Смотри в следующий раз, что другое может из головы вылететь.

       - Учту, это вы дымы пустили?

       - Нет, они сейчас либо перегруппировываются, либо отступают. В любом случае, двигаем отсюда, пока к ним подкрепление не подошло.

       МакАлистер присоединился к нам через десять минут. Когда мы вернулись, раненый солдат был мертв, лейтенант выстрелил в ему голову, чтобы тот не обратился и завернул тело в ковер, лежавший в комнате.

       - Где Конор? - спросил лейтенант с порога.

       - Убит, нам жаль, - Вик сказал это как-то дежурно, без особых эмоций. Лейтенант заметно погрустнел, из всей троицы он остался один.

       - Ваше имя? - задал вопрос МакАлистер. И действительно, мы до сих пор не выяснили, как его зовут.

       - Я, Майкл Клиффорд, лейтенант 1-го батальона Королевского ирландского полка, 16-й десантно-штурмовой Бригады. Могу теперь я узнать, кто вы такие?

       - Можете, лейтенант Клиффорд. Я подполковник Джон МакАлистер, 22-й полк SAS, а это мои люди: сержанты Вик Фэйн и Маргарет Фостер, а Александр Суор, наш попутчик. Лейтенант, если вы не возражаете, я хотел бы задать вам пару вопросов?

       - Да, сэр, спрашивайте.

       Из рассказа Клиффорда выходило, что 23 марта с базы отправился последний конвой, в расположении части оставалось пятьсот шестьдесят человек под командованием майора Уилкинсона. По приказу командования, группа должна была отобрать лучшую технику из оставшейся и вместе с ней покинуть часть, а ту, которую они не могли перевезти на север, следовало уничтожить, как и оставшееся оружие. Вечером того же дня Уилкенсону, кто-то позвонил и он объявил, что поступило выгодное предложение перебраться на остров Гернси и все желающие могут последовать за ним, таковых оказалось триста девяносто пять человек, не считая самого майора. Они погрузились на грузовики, взяли половину склада боеприпасов и оружия и направились в порт на острове Мерсия, это в пяти милях на юг от города. Командовать остался капитан Леонард Гриндайл. На следующий день, 24 марта, Майор вернулся в часть и потребовал отдать ему технику и транспорт, которую оставшиеся солдаты не могли забрать с собой. Между Гриндайлом и Уилкерсоном возникла перепалка, не получив желаемого, майор развернулся и уехал. А сегодня в пять утра он атаковал территорию гарнизона, имея численное превосходство, он быстро оттеснил защитников к учебному центру и корпусам казармы, взяв обороняющихся в кольцо. Лейтенант был в правом крыле казармы, а от него шел технический туннель к старой электроподстанции, и когда противник уже вошел в здание он с двумя рядовыми, сбежал через этот туннель, а дальше они прошли по нему до парковки, взяли его машину, и на выезде из ворот их атаковали.

       Сворачивание работы временного координационного пункта шло полным ходом, оборудование и персонал лаборатории и госпиталя эвакуировали еще вчера. Сейчас перевозили склады и архив. Последними, 27 марта, должны были передислоцировать сам штаб и группу охранения, после этого все операции в Эдинбурге официально прекращались. Полковника Граца должны были перевести в Абердин, который становился самой южной авиабазой программы "Крепость" на границе "живых территорий". Он шел на серьезное понижение, и должен был отвечать исключительно за сбор и систематизацию разведданных полученных с беспилотников.

       Док и Музыкант второй день маялись от безделья, после того как они передали Изумрудного на попечение врачам, про них забыли, никаких приказов на их счет не поступало. Формально они были на задании, так что даже вернуться в расположение своей части они не могли. Эти дни они коротали за разговорами, посещением столовой и регулярными визитами в пункт связи, ожидая хоть какую-то весточку от товарищей. Дважды они вызывались добровольцами на операции в город и дважды им отказывали. За это время они в режиме реального времени изучали изменения на тактической карте в штабе, по неизвестным причинам у них был открыт туда доступ. Получалось, что граница живых территорий теперь проходила по диагонали через всю Шотландию. Самой дальней точкой становилась оперативная база в Форте Уильям, расположенном на юго-западе. От него вдоль рек на северо-восток до Инвернесса проходила 65-ти мильная граница отделявшая "живые территории" на северо-западе от брошенных земель на юго-востоке. Инвернесс становился центром распределения переселенцев, прошедших карантин, своего рода шлюзом между территориями. На восток от него, вдоль побережья до Абердина разворачивались лагеря беженцев и карантинные зоны.

       Территория новой страны составляла немногим больше полутора тысяч квадратных миль, без территории Северной Ирландии. Поскольку о ситуации там приходили противоречивые сведения, связи с официальными представителями короны не было, а из отрывков информации следовало, что на ее территории вспыхнули беспорядки, разжигаемые IRA, этот район обозначался, как "статус неизвестен".

       В Колчестере мы решили провести ночь. Выезжать сейчас было опасно, шансы наскочить на одну из воюющих сторон были слишком велики. Бой шел еще несколько часов после того, как мы добрались до дома, в гараже которого мы спрятали наш транспорт. Боевые действия прекратились неожиданно уже на закате, как будто кто-то выключил звук. Одиночные выстрелы все еще доносились из разных концов, но они стали уже нормальным, если это слово применимо, фоном для городов.

       - Хорошо было бы разведать, что сейчас происходит на базе, - сказал Клиффорд.

       - Поздно уже, до темноты не успеем, а лазить по кустам ночью у меня желания совсем нет, - ответил Вик. МакАлистер поддержал его кивком. Маргарет, не особо интересуясь моим мнением и не спрашивая разрешения, обработала мне обработали порез на щеке. После этого, каждый занялся своим делом, это только со стороны кажется, что на войне, а мы именно на самой настоящей войне, солдаты только воюют. Обычные бытовые проблемы никто не отменял, они просто отходят на второй план. Пока солнце окончательно не село, я попробовал в первый раз почистить винтовку. L85 оказалась довольно сложной в разборке, с ней мне помог подполковник. После заката мы установили дежурства, а поскольку нас теперь пятеро, мы разбились на три смены и шесть часов сна мне были гарантированы. Заснул я практически мгновенно, сказались двое суток на ногах и бессонная ночь, так я и проспал без снов до пяти утра, пока меня не разбудила, Маргарет. Их с Виком смена закончилась, и мы с МакАлистером заступили на "собачью вахту".

       Я умылся водой из фляжки, поднял с пола винтовку, и отправился в коридор к лестнице ведущей вниз, МакАлистер остался дежурить в комнате со всеми, наблюдая за дорогой через окно. На лестнице мы соорудили баррикаду из двух столов, на случай незваных гостей. На своем посту я и встретил рассвет, в этот раз обошлось без происшествий и встреч с неизвестными науке зомбо-мутантам. Если пару дней назад вся наша авантюра мне казалась вынужденной мерой, и нужно было просто переждать, перетерпеть, то сейчас я уже спокойнее реагировал на ситуацию в целом и на дискомфорт полевых условий в частности. Ответа на вопрос, почему так случилось, я не мог себе дать. Мне даже казалось, что мой разум принял все случившиеся перемены. Возможно, на фоне бесконечной череды событий и смертей, пришло понимание, что мое положение намного лучше и выгодней по сравнению с другими, а может быть, я просто устал бороться и пустил все на самотек.

       В восемь утра лейтенант Клиффорд отправился на разведку в сторону базы. Каналы связи мы предварительно оговорили, как и пароли на случай непредвиденных ситуаций. На связь он вышел через час, сказав, что на базе есть выжившие и нам лучше подъехать к ним и поговорить с командиром.

       Мы собрали те немногие вещи, что у нас были и выехали в сторону базы. Не доезжая до ворот несколько сот метров, Мы с Маргарет вышли из машины и, найдя подходящее место в кустах у забора, заняли позицию. Вик занял место за пулеметом, после чего полковник поехал дальше.

       - Спасибо, что вчера помог, - неожиданно для меня, сказала Маргарет.

       - Да не за что, просто не хотел ехать дальше один.

       Бой был тяжелый, в учебном центре не осталось ни одного целого окна, стены были изрешечены пулями, а на плацу стояла сгоревшая техника. Более сотни тел убитых с обеих сторон были аккуратно сложены у стены и накрыты кто чем. Похоже, о нашем прибытии предупредили, и машину пропустили без проблем. Из здания вышел высокий наголо стриженый офицер и протянул левую руку, правая была вся перемотана бинтами.

       - Леонард Гриндайл, временно исполняющий обязанности командира 1-го батальона Королевского ирландского полка, точнее того, что от него осталось.

       - Подполковник Джон МакАлистер, приятно познакомиться, жаль, что при таких обстоятельствах.

       - Сержант Вик Фэйн, сэр.

       - Мне доложили, что вас четверо?

       - Так и есть, капитан, двое моих людей остались ждать нас в доме.

       - Тогда прошу вас пройти внутрь, и спасибо, что спасли моего человека.

       Нас провели в помещение бывшей столовой, которая сейчас выполняла роль штаба, лазарета и склада боеприпасов одновременно.

       - Капитан, как вам удалось отбиться? - задал вопрос МакАлистер.

       - У Уилкерсона не было цели нас тут всех перебить, как только мы отступили и окопались здесь, одна часть его людей сдерживала нас, а вторая перегоняла технику, они даже оставили здесь десяток "Снетчей" и столько же грузовиков "Ман". Как только они закончили, то сразу ушли. Но потрепали нас сильно: у меня тридцать убитых и шестьдесят один раненый, трое из них умрут в ближайшие сутки.

       - Капитан, вы с командованием связались?

       - Боюсь, это не возможно, радиоузел уничтожили первым.

       - Прискорбно, связь бы сейчас очень пригодилась.

       - Нам тоже, подполковник, я знаю, что вы направляетесь на север. Вы можете поехать с нами в колонне, сейчас мы похороним убитых и будем выдвигаться отсюда. Завтра утром планируем быть в Инвернессе.

       - Инвернесс? Почему не Эдинбург?

       - Видимо, давно вы не получали информации из центра. База в Эдинбурге закрыта.

       - Капитан, мы поедем с вами, и еще у меня к вам просьба, нам нужно пополнить боезапас, мы за эти дни хорошо постреляли, это возможно?

       - С этим поможем, подполковник.

       - Спасибо, я заберу своих людей и вернусь сюда.

       - Конечно, только старайтесь не задерживаться.

       Колонна выдвинулась через полтора часа, основной путь шел по трассе А1, с нее съезжали только когда нужно было объехать большой город. На весь путь ушло пятнадцать часов, каждые три часа колонна останавливалась для смены водителей. В Инвернесс мы въехали в четыре утра. Ранеными занялись медики, а остальных разместили в палаточный лагерь, накормить всех обещали только утром.

       В семь утра меня разбудила сирена, то ли это общегородской будильник, то ли очередная напасть случилась. С таким режимом, я скоро сам в петлю полезу. Проснулись все, из палаток выходили зевающие люди, как и я, не понимающие, что вообще происходит. МакАлистер, судя по его виду, вообще не ложился. Я махнул рукой, чтобы он меня увидел.

       - Доброе утро, Джон.

       - Доброе утро, Александр.

       - Что здесь стряслось?

       - Не знаю, нужно найти ребят, а потом выясним.

       Искать никого не пришлось, Вик с Маргарет сами подошли к нам, и задали тот же вопрос, что и я минуту назад. Сирену выключили через пять минут. После получасовых шатаний по лагерю и попыток выяснить хоть что-то, мы поймали представителя местной гражданской администрации, от которого по крайне мере узнали, где можно позавтракать. Столовая располагалась в нескольких больших палатках человек на тридцать, ассортимент предложенных блюд состоял из овсяной каши, хлеба, яблочного джема и растворимого кофе или чая на выбор. "Даже в Афганистане кормили лучше" - забухтел Вик, забирая тарелку на раздаче.

       Мы сели за металлический складной стол в углу столовой и молча приступили к завтраку. Каша на вкус была намного лучше, чем на вид, я сначала даже и не мог представить, как буду запихивать в себя эту сероватою жижу. А кофе был настоящей бурдой, допить которую я не смог.

       Закончив трапезу, мы просто сидели, болтали, рассказывали анекдоты. За этим занятием нас и нашел взмыленный сержант. Он подбежал к столу выпрямился по стойке смирно, отдал честь и попросил меня и МакАлистера пройти с ним. За территорией лагеря нас ждал Лендровер. Усевшись на пассажирские места, машина тронулась, и нас повезли в сторону центра. Город за эти дни сильно изменился, окна первых этажей практически всех домов украсили сваренные на скорую руку решетки, на перекрестках и у мостов шли строительные работы, возводили что-то похожее на доты, футбольное поле перед школой превратили в строительную площадку и там из контейнеров возводили какие-то постройки. Нас подвезли к зданию вокзала, которое я сразу и не узнал, его превратили в настоящую крепость, с двумя периметрами забора, первый сетчатый, а за ним уже бетонный, с вышками, прожекторами и пулеметными гнездами. Когда машина остановилась, сержант выскочил из нее и исчез, не сказав ни слова. МакАлистер задал вопрос водителю: "А что собственно происходит?". На что, тот просто пожал плечами.          

       Сержант появился также неожиданно, как и исчез.

       - Господа, прошу за мной, вас ожидают.

       - С кем мы встречаемся? - задал вопрос МакАлистер.

       - С командующим объединёнными силами вице-адмиралом Монтгомери Кеннетом, сэр.

       - Простите, вы сказали Монтгомери Кеннетом? - уточнил я у сержанта.

       - Да, сэр, именно так.

       МакАлистер вопросительно посмотрел на меня, на что я отмахнулся. Когда-то уже в прошлой жизни я играл по субботам в гольф с высокопоставленным офицером флота, которого звали Монтгомери Кеннет, совпадение это или один и тот же человек, скоро выясним. Холл вокзала был превращен в смесь телеграфа и казармы, вокруг бегали десятки людей, на стенах висели сводки и карты с отметками, девушки на коммутаторе без устали соединяли кого-то с кем-то. Нас проводили до бывшего зала ожиданий, где теперь разместилась переговорная комната или зал совещаний, кому как нравиться, и сказали ждать.

       - Почему ты спросил про Кеннета, вы знакомы? - спросил МакАлистер, после того, как сержант вышел из комнаты.

       - Я знал человека с таким именем, поэтому и уточнил.

       В ожидании мы провели минут двадцать до того, как в переговорную зашла целая делегация. Вице-адмирал и еще пять офицеров с ним, двое гражданских, тот самый следователь Стенсон и девушка, судя по всему стенографист.

       - Доброе утро, господа, - Кеннет пожал нам руки, а потом представил сопровождающих его военных. Среди них были его адъютант, руководитель новой службы разведки и по одному представителю от сухопутных войск, ВВС и флота. Кеннета я узнал, да и он меня, но мы оба не подали виду.

       И начался длинный на четыре часа допрос, от нас требовали пересказать все события чуть ли не по часам, где мы были, с кем общались, как добирались, встречали ли мы организованные группы гражданских или военных. Вопросы были любые, кроме тех, что касались нашего задания, хотя досье на Ирландца лежало на столе перед командующим.

       Когда все уже устали, я воспользовался заминкой и задал вопрос: "Нахрена?". Прозвучал он конечно не так, но смысл был именно такой.

       - Мистер Кеннет, вы и ваши люди задали нам миллион вопрос и не один касающейся цели нашего задания, - показал я рукой на папку. Стенсон в этот момент поперхнулся водой, и попытался взять слово, но вице-адмирал его остановил и ответил сам.

       - Мистер Суор, вашу "командировку" мы рассматриваем как нерациональное использование ресурсов и ошибки в работе руководства базы в Эдинбурге. Через пару часов после вашего отлета, мы получили всю необходимую информацию. Мы конечно, ценим ваш вклад в решение имеющейся проблемы, а добытые вами материалы приобщат к делу. Кроме того, я еще раз подтверждаю, что все договоренности между вами и мистером Стенсоном остаются в силе.

       После этого короткого отступления допрос продолжился с новой силой, руководитель разведки и следователь делали пометки в своих блокнотах. Больше всего их интересовало два события в нашей поездке, встреча с "религиозными бандитами" и мятеж майора Уилкерсона, в обоих случаях, мы знали не больше других, но вопросы из раза в раз повторялись, и мы как заведенные пересказывали одно и то же по три раза. Когда допрос был, наконец, закончен, Кеннет попросил всех удалиться кроме меня. И когда последний участник вышел из комнаты и закрыл за собой дверь, Кеннет подошел ко мне, мы пожали руки и обнялись, похлопывая друг друга по спине.

       - А я смотрю, ты неплохо устроился, старый проныра, - я действительно был рад его видеть и не только по тому, что наше знакомство могло означать окончание моих проблем.

       - Привет, Алекс, вот почему, если где-то случается какое-то дерьмо, в этом обязательно замешан ты?

       - Мой старый учитель йоги в Лондоне сказал бы, что это карма, ты лучше расскажи, как ты умудрился подмять под себя всех.

       - О, Алекс это долгая история, я ее расскажу в другой раз, возможно за игрой в гольф. А теперь давай поговорим о тебе, Алекс. Пока мы тут вас расспрашивали, у меня в голове родилась одна идея.

       - Нет, шеф, в Лондон больше не ногой, - засмеялся я.

       - В Лондон я тебя и не отправлю, а то взял моду за казенный счет путешествовать, а вот наладить диалог с анклавом в Гернси, ты бы мог.

       - Я думаю, не всех дипломатов сожрали, почему именно я?

       - Во-первых, из-за твоего таланта переговорщика и умения договариваться, а во-вторых на Гернси заправляет твой новый знакомый Кайл Лоуренс.

       - Да я его десять минут всего видел, вот так в толпе на улице встречу и не узнаю.

       - Алекс, я знаю, что ты любишь, когда тебя упрашивают, ну сейчас не те времена, просто согласись.

       - Допустим, я соглашусь, какой мне с этого интерес?

       - Если ты согласишься, мы оформим тебя как сотрудника, представляющего интерес для программы "Крепость", а это означает в первую очередь предоставление убежища на безопасных территориях, плюс армия выделит тебе довольствие.

       - Монти, ты же знаешь, мои услуги стоят дорого, а ты пока не предложил ничего.

       - Алекс, Алекс, это ты еще не осознал, что произошло, давай я поясню, через два месяца максиму три, южнее границ территории программы "Крепость" не останется ничего живого. Останутся, конечно, одиночки и отдельные анклавы, но вопрос их выживания останется открытым. По оценкам наших аналитиков еще через восемь месяцев все доступные запасы продуктов будут исчерпаны, что создаст предпосылки к голоду. Я могу продолжить, но не вижу в этом смысла. Мы предлагаем тебе кров и содержание, в новом мире это королевское предложение.

       - Монти, ответь мне на вопрос, это связано с золотом?

       - Я отвечу, если согласишься, - усмехнулся Кеннет.

       - Я соглашусь, но будут дополнительные условия, ничего экстраординарного, маленькие приятные бонусы для меня. И в качестве аванса, я хочу, чтобы ты мне рассказал, во что я вляпался, и что это за "Крепость" такая.

       - Справедливо. Программа "Крепость" это порождение холодной войны. Она представляет систему бункеров, хранилищ и центров управления на севере страны, построенных еще в 80-е годы прошлого века. Первоначально она была создана на случай ядерного удара со стороны СССР, но после его распада, финансирование урезали, объекты законсервировали и забыли. Когда пришел писец, то есть эпидемия, про нее вспомнили и начали претворять в жизнь. Сейчас комплекс практически полностью введен в строй и функционирует и это наша надежда на сохранение цивилизованного общества, в том виде, в каком мы его знаем. Так как без технологий и производства, даже убежище на острове Гернси лет через десять скатится, если не к средневековью, то к началу двадцатого века. А мы уже сейчас можем запустить полный цикл производства всего необходимого на уровне 80-х, 90-х годов прошлого века, от станков до прокладок. У нас есть возможность обеспечить людей медицинской помощью, питанием, работой и главное предоставить им защиту. Мы пытаемся создать приемлемые условия жизни гражданским и военнослужащим с их семьями на безопасных территориях. Нам удалось сохранить хотя бы подобие армии и не получить деморализованную кучку вооруженных и обученных убивать людей готовых на все. А главное мы дали им цель - защита их нового дома. Кто знает, возможно, нам и удастся вернуться к прошлой жизни. Теперь касательно того, во что ты влез, я надеюсь, ты догадался, что украденное золото, это меньшая из наших проблем?

       - Та нездоровая активность вокруг всего этого наводила меня на мысль, что тут не все просто. Хотя если бы у меня увели двадцать тонн золота, я бы тоже носом землю рыл.

       - Золото, это лишь часть груза, в одном из ящиков было нечто другое.

       - Монти, ты меня почти убедил согласиться работать на тебя. Так что там было?

       - На второй день эпидемии были инициированы протоколы на случай ядерной войны, один из них предписывал, что в случае невозможности нанесения ответного удара, все уцелевшие пусковые шахты должны быть запечатаны. И часть ключей от ядерного арсенала государства перевозились вместе с тем проклятым золотом. Золото взяли IRA, но до сих пор наши разведчики не подтвердили, что ключи попали именно к ним. Твой новый знакомый был подрядчиком в той операции, и существует вероятность, что ключи именно у него.

       - То есть, ты хочешь сказать, что чувак с острова взял вас всех за яйца и в случае чего может уронить атомную бомбу вам на голову?

       - Ничего он не может, во-первых он вряд ли знает, что попало к нему в руки, а если и знает, то воспользоваться этим знанием не сможет. Сами по себе ключи бесполезны. Проблема в том, что без ключей мы не можем получить доступ к ядерному оружию.

       - А зачем оно вам, воевать теперь не с кем?

       - Мы не собираемся его применять, но если в новом мире мы столкнемся с агрессией другого государства, нам хотелось бы иметь то, чем можно ответить.

       - Точно, представляю, как норвежцы в костюмах викингов с топорами высаживаются на нашем берегу?

       - Зря ты смеешься. Ты думаешь только у нас были планы на случай мировых войн и катастроф, в каждой стране есть свои бункеры и безопасные районы на всякий случай. Взять ту же Россию, да у них на складах оружия и было столько, что весь мир можно вооружить по три раза, я уже не говорю про Китай. В общем, аванс ты получил, а теперь к делу, мы отправим тебя на Гернси, легенду придумаем на днях, тебе нужно выйти на Лоуренса и выкупить или обменять ключи. Мне собственно все равно, как это будет сделано.

       - А если у него их нет?

       - Ну, тогда все то же самое ты проделаешь в Ирландии.

       - Звучит, как прокрадись и укради связку ключей, - засмеялся я.

       - Практически, только роль связки с ключами, выполняет бронированный чемодан с чипами, но суть ты уловил верно. Сейчас можешь отдохнуть пару дней, я дам приказ, чтобы тебя и людей МакАлистера разместили в гостинице. А теперь извини, очень много дел.

       Мы попрощались, и я вышел в холл, где меня дожидался МакАлистер.

       - Мистер Суор, вы полны секретов, - сказал подполковник, пародируя голос Кеннета.

       - Джон, не начинай.

       - Ничего не хочешь рассказать?

       - Ты о чем?

       - О приватной беседе с вице-адмиралом.

       - Он нанял меня для одной работы, я сам пока до конца не понимаю какой.

       - Или не договариваешь?

       - Или не договариваю. Хватит вопросов, у меня выходной, пойдем по пиву?

       - Ты не спеши, тут еще надо кучу бумаг оформить, пойдем в канцелярию.

       - Что за бумаги?

       - Для начала пропуска.

       - Ну, если без этого никак, тогда пойдем.

       Канцелярия была в том же холе, три стола с компьютерами, отделенные от основного зала железными противопожарными шкафами для документов. Работающая за столом операционистка заранее получила указания на наш счет и документы к нашему приходу были готовы, нас быстро сфотографировали, распечатали пропуска и выдали документ для гостиницы на выделение четырех номеров. Гостиница "Роял Хайлэнд" находилась в здании справа от вокзала, в метрах пятидесяти, не больше. Мы зашли в нее и передали документы администратору, а после этого отправились на поиски Вика и Маргарет.

       До лагеря мы пошли пешком, идти не близко, зато появилась возможность осмотреться в городе. По сравнению с югом страны жизнь тут кипела: магазины и кафе работали, люди ходили по улицам без оружия. Можно было бы сказать, что ничего не изменилось, если бы не патрули на каждом углу. На мосту через реку Несс вырос бетонный дот с блокпостом, на нем нас остановили, и, проверив документы, пропустили на другой берег. Чем дальше мы отдалялись от центра, тем больше менялся город вокруг. Окна домов или были закрыты решетками или вообще заложены кирпичом. Небольшие дороги и аллеи рабочие перегораживали заборами, собранные из подручных материалов, стадион в Квинс Парк теперь превратился в вертолетную площадку. А вот здание больницы стало больше похоже на тюрьму или концлагерь. Три линии забора, вышки по периметру, на расстоянии в метр друг от друга развешены знаки биологической угрозы.

       На входе в палаточный лагерь у нас проверили пропуска и запустили на территорию. Вик и Маргарет нашлись у палаток, где мы ночевали. Они сидели на вытоптанной траве, разложив вокруг снаряжение, и чистили винтовки, в том числе и наши.

       "Собирайтесь, я выторговал нам жилье получше", - сообщил я первым делом. Вик в свойственной ему форме проворчал, что-то на тему совсем его бедного загоняли, но затем ушел в палатку и вышел через минуту с оставшимися там вещами.

       В лагерь нас пустили без вопросов, а вот на выходе начались проблемы, нас с нашими пропусками выпустили, а вот Вика с Маргарет выпускать отказались, вроде как не положено, а с оружием тем более. Мне пришлось разыграть шоу с криками и угрозами, я требовал связать меня срочно с Кеннетом, вызвал на КПП коменданта, с которым я ругался еще полчаса. В итоге я заставил его связаться с дежурным офицером на вокзале, тот записал информацию и сказал ждать ответа. Комендант, с раскрасневшимся от злости лицом смотрел на нас как на врагов. Ответ пришел через пятнадцать минут, нас было велено пропустить, что еще больше его разозлило. В гостиницу мы забежали всего на минуту, оставив там вещи, после чего пошли на вокзал, чтобы сделать пропуска для оставшихся членов команды. На этот раз быстро не получилось, мы потратили больше часа на оформление и согласование разрешений. Получив, наконец, желанные пропуска мы вышли на улицу.

       - Ну что будем делать? - адресовал я вопрос ко всем.

       - Давайте хоть душ примем, а потом посмотрим, где здесь можно перекусить, - предложила Маргарет. Возражений никто не высказал, и мы вернулись в отель, договорившись встретиться внизу через час.

       Заведения в городе работали до 21:00, с началом действия комендантского часа закрывалось абсолютно все: бары, рестораны, магазины. В пяти минутах пешком от отеля располагался ресторан "Корица", в нем мы и поужинали. Еда выгодно отличалась от содержимого сухих пайков и каши в солдатской столовой. С еще одним явлением нового мира мы столкнулись, когда заказали пиво, разливное закончилось и новые поставки не планировались, а баночное выросло в цене аж в три раза. После окончания трапезы, я неожиданно вспомнил, что все мои деньги забрали в полиции и должны были отдать Рою и последние дни я обходился без них. Надо было придумать, как рассчитаться за ужин, но решение нашлось само собой, подошедший официант переписал данные наших пропусков и сообщил нам, что просто выставит счет армии. Как говорится, не отходя от кассы, я уточнил, а где еще можно таким образом расплатиться, оказалось, что практически везде. Это прям коммунизм с человеческим лицом какой-то. Обладая новыми знаниями, после ужина я попрощался со всеми и направился в находящийся рядом супермаркет, у меня элементарно не было зубной щетки и проблему гигиены полости рта все эти дни приходилось решать подручными способами. В магазине также получилось расплатиться пропуском. Вернувшись в отель, я быстро принял душ и лег спать, сил за эти дни я поистратил немало, надо было восстанавливаться.

       Ночь прошла непривычно спокойно. Разве что где-то вдалеке пару раз раздавались звуки сирены и сухим треском прозвучало несколько одиночных выстрелов. За эти несколько совершенно безумных дней, я уже успел позабыть, как хорошо спится чистым, сытым, на мягкой кровати, вдыхая ароматный запах свежевыстиранного постельного белья, а самое главное без чувства опасности и необходимости подниматься среди ночи на дежурство. Утром я встал по будильнику в девять часов, хотя легко мог проспать еще пару часов. Мои попутчики уехали в семь. Об этом я узнал у администратора, когда попросил позвонить им в номера. После быстрого завтрака я сходил на вокзал, имея своей целью выторговать на сегодня автомобиль и съездить домой. К сожалению, английская бюрократия не умерла вместе со старым миром, а просто перешла на новый виток развития. Получить автомобиль мне не получилось, единственное, о чем мне удалось договориться так это то, что меня подхватит патруль, который отправится в Кирктон в 12:00, он же меня и заберет на обратном пути. До полудня еще больше часа, надо бы заняться чем-то полезным, вот только дел особо не было. И тут в голове родилась идея. Я сбегал в отель забрал оружие и подвесную, чтобы уже быть сразу готовым к отъезду, и со всеми пожитками вернулся на вокзал и стал требовать, чтобы меня ознакомили с последней информацией по "инфицированным". Как и полагается с первого раза у меня не получилось. Вчерашняя девушка-делопроизводитель долго бегала с моим пропуском, куда-то звонила, потом снова бегала, в итоге она забрала мой пропуск и выдала новый, указав на дверь, ведущую в правое крыло вокзала. Часовой у двери считал мой новый документ сканером и пропустил внутрь. Все крыло было отведено под сумасшедший микс из библиотеки и лаборатории. Мне удалось отловить в коридоре лаборанта в белом халате, который любезно провел меня в комнату, где передал своему коллеге. Поблагодарив его за помощь, я попросил уже архивариуса, как сам же его и окрестил, дать мне последнюю информацию по "инфицированным". Получив через три минуты толстую папку, я уселся в углу и стал листать. Информации было больше чем предостаточно, помимо той, что я уже знал. Если коротко, то ученые выяснили причины мутаций. Оказалось, при потреблении в пищу биоматериала особей того же вида, что и "инфицированный", у последнего происходит резкое изменение структуры белка, что приводит к мутациям. У отдельных особей наблюдался рост уровня интеллекта, это выражалось в координации действий с другими особями при охоте, появление инстинкта самосохранения. При атаке мутировавшие особи стремятся уничтожить головной мозг жертвы, чтобы не допустить обращения последней. При этом для изменений "инфицированным" требуется потребить биоматериал еще не обратившегося "живого" существа. Дальше был раздел, посвященный методам борьбы с мутантами, в общем, все рекомендации сводились к тому, что бери патронов больше и калибр крупнее. Осилить весь материал я не успел, нужно было бежать на грузовой двор вокзала и искать тот самый патруль.

       В патруле оказался один из солдат, с которыми я пил пиво в отеле Фрейзербурга, Оскар. Он вроде даже обрадовался, когда меня увидел. За все время поездки до моего дома, он без умолку рассказывал, как он провел лето, то есть последние дни.

       И вот после часовой неспешной поездки, я, наконец, добрался до дома. Здесь все было без изменений, трава зеленая, озеро блестит на солнце, птички поют. Ни мертвых, ни мутантов, ни бюрократов, прямо идиллия. Ключ оказался там, где ему и положено быть, на крючке в балке под потолком крыльца. Я открыл дверь, а внутри меня ожидал Армагеддон местного масштаба, все было перевернуто, ботинки погрызены, те дверки на кухне, до которых смог добраться этот шерстяной монстр открыты, внутри кавардак. Не иначе как совсем с голоду одичал, хотя мог и выйти через окошко в двери да мышей наловить. Кстати, кота в доме и нет, наверно сбежал, не выдержав жестокого обращения. На столе лежал сложенный лист А4, я развернул его, оказалось письмо от Роя. В тот момент у меня совсем не было желания читать послание от него, были дела поважнее. Начать я решил со сбора вещей, не известно, куда меня судьба закинет дальше. Моя комната была заперта, что спасло ее от уничтожения яростным котом. На всякий случай я всегда имел в гардеробе одежду для любой жизненной ситуации и рядом с паркой, купленной за пять фунтов на распродаже, висел костюм сшитый на заказ за три тысячи фунтов. Все вещи я уместил в две спортивные сумки. Когда я взглянул в зеркало, я не узнал себя, за неделю на лице выросла приличных размеров уже борода, да еще теперь и эта рана на щеке. Решив пока не трогать щетину, я взял с полки бритву и отправил в ее сумку. Следующим этапом я достал из тайника оставшиеся пятнадцать тысяч фунтов, что-то подсказывало мне, что скоро их стоимость будет меньше цены бумаги, на которой они напечатаны, но пока их принимают надо тратить. Закончив сборы, я заварил себе чай, попутно обнаружив в раковине подарок от своего питомца. Характер у него всегда был сволочной, но это перебор даже для него, вот если увижу его еще, лично пристрелю.

       Патруль заехал за мной около шести вечера. Я забросил вещи в багажник Лендровера, сел на заднее сидение и меня повезли назад на базу.

       Посыльный прибыл в отель в шесть утра, позвонил от администратора в номер подполковника и проинформировал, что через час он со своими людьми должен будет явиться на совещание в штаб. В армии всегда так, вчера тебе объявили выходной, а сегодня ни свет, ни заря приказывают явиться. Но приказ есть приказ. Сказали в семь, будем в семь. МакАлистер первым делом поднял своих людей, умылся, собрался и спустился вниз. На завтрак времени у них уже не оставалось, и они отправились к зданию вокзала на совещание. Зачем ему сказали явиться с людьми, было не ясно, так как Вика и Маргарет не пустили в зал и они, как бедные родственники, сидели у дверей, ожидая командира.

       Совещание вел Кеннет, в зале присутствовали десяток военных, из которых подполковник знал только вчерашнего начальника новоиспеченной разведки. Первый час ушел на обсуждение текущих дел и рапорты офицеров. На втором часу совещания, МакАлистеру сообщили, что сегодня вечером в Инвернесс прибудут двое его людей и о том, что он временно назначается командиром гарнизона в Форт-Уильям, на самый южный аванпост. Задачи ставили масштабные, помимо организации несения службы, он должен был обеспечить соблюдение сроков строительства укреплений в Форте-Уильям и десятимильном участка на север от города вдоль реки. Помимо этого надо было заниматься разведкой и организовывать рейдовые группы на юг. И это были только основные задачи, помимо них еще двадцать минут рассказывали про всякую мелочь, которую предстояло либо контролировать, либо делать. Кеннет приказал сегодня вылететь в Абердин и организовать переброску того, что осталось от 22-го полка SAS и сводного батальона из личного состава 51-й и 4-й бригад в Форт Уильям. Получалось, что с учетом гарнизона, который уже находится в городе, под командование подполковника переходило более тысячи бойцов, что в нынешних условиях - большая сила. В конце совещания Кеннет еще попросил МакАлистера до завтрашнего утра подобрать две-три кандидатуры для сопровождения и обеспечения безопасности Александра Суора. На этом совещание было закончено. Забрав, скучающих Вика и Маргарет из коридора, подполковник направился в гостиницу.

       - У меня к вам вопрос, - подполковник начал подводить разговор к нужной ему теме.

       - Спрашивай, командир? - Вик был в хорошем настроении и не ворчал как обычно.

       - У меня новое назначение, а у вас новое задание, вы конечно можете отказаться, но тогда вы усложните жизнь в первую очередь мне.

       - Что за задание? - Маргарет напряглась, подполковник мог просто приказать, и они не могли бы возразить, а тут просьба, а не приказ.

       - Я завтра утром должен сообщить командующему кандидатуры бойцов, которые будут сопровождать и охранять мистера Суора, и как я понимаю, старшим в операции будет он. Из таких бойцов я знаю только вас двоих. Так, что думайте до вечера.

       - Подполковник, почему именно мы, у нас полно отличных ребят, кто справится не хуже? - Вику идея не очень нравилась, но отказаться сразу он не рискнул.

       - Потому что вы худо-бедно с ним сработались, и знаете, что от него ждать, а новые люди могут сломя голову броситься выполнять его приказ и эти самые головы и положат. И не переживайте, он вашей компании будет рад не больше, чем вы его, так как беспрекословного выполнения его прихотей он не дождется.

       - Подполковник, в случае если мы откажемся, то ...? - не закончила вопрос Маргарет, так как не представляла как его лучше закончить, но МакАлистер и так понимал, что ее интересует.

       - Маргарет, если вы откажитесь, то на днях отправитесь со мной в Форт-Уильям, нести гарнизонную службу и будете первые месяцы умирать от скуки. Да, чуть не забыл, Док и Музыкант приедут вечером из Эдинбурга выспавшиеся и отдохнувшие.

       - Отлично, как обычно мы делали грязную работу, а они прохлаждались, - все таки не выдержав, заворчал Вик.

       - Так, теперь приказ! До вечера все свободны, по моему возвращению из Абердина, жду от вас ответа.

       Работы по возведению обороны острова шли полным ходом. Военные объекты времен Второй мировой войны на острове, которые десятилетиями были достопримечательностью для туристов, получили вторую жизнь, в фортах и наблюдательных бетонных башнях вдоль всего побережья разместились люди Лоуренса. Немецкий подземный госпиталь превратили в склад боеприпасов и оружия. Небольшая его часть была отведена под полигон для обучения ополчения из местных жителей навыкам ведения боя в ограниченном пространстве. На телевизионной станции разместили радиоузел. Люди Лоуренса работали круглые сутки, в результате остров был практически полностью очищен от мертвецов.

       Вчера в первый раз была предпринята вылазка в порт Сен-Мало во Франции, благодаря которой флот острова пополнился десятком рыболовецких траулеров и катеров, а два контейнеровоза сейчас стояли на рейде порту, какой в них груз еще предстояло выяснить, но сейчас нужно было все, даже пустые контейнеры шли в дело.

       Следующей целью Кайл ставил захват острова Джерси, находящегося в двенадцати милях южнее. Он был больше и ближе к побережью Франции, главному объекту для мародерства. Лоуренс руководствовался следующей логикой - север Франция менее населен, чем юг Англии, а значит меньше риска при проведении операций.

       Кайл особенно гордился внедрением своего ноу-хау по организации защиты населения. Он приказал делать изолированные кварталы, закрывая проходы между домами и создавая общую территорию, которую посменно охраняли местные жители. В случае инцидента на такой закрытой территории мертвецы были ограничены несколькими домами и пространством между ними, что препятствовало распространению заразы. Были составлены реестры необходимых профессий, в порту заработала биржа, на которой могли получить работу местные жители. Города и поселки обрастали заборами, частоколами и рвами. Первое время планировалось продержаться за счет рейдов, а дальше надо обеспечивать себя самостоятельно и первыми задачами стояло обеспечение продуктами и пресной водой. Для налаживания торговли и обмена первыми партнерами должны были стать община на Канви-Айленд и чуть позже Северная Ирландия, после того, как IRA возьмет под свой контроль всю территорию региона. Туда Кайл планировал поехать лично.

       С Канви-Айлендом уже были первые договоренности, у них был огромный дефицит оружия, а Кайлу нужен был доступ к их порту. Можно конечно просто отбить его, но тогда бы пришлось постоянно держать там гарнизон, а распылять немногочисленные силы не хотелось.

       На первых переговорах Канви-Айленд представлял местный коп Брюс Уолкер, возможно он был и неплохим лидером, но торговаться абсолютно не умел, в итоге Кайл заключил более чем выгодный договор, по которому он получал беспрепятственный доступ к порту и за каждое загруженное судно он оплачивал пятью автоматами АК-47, произведенными в Пакистане, с боекомплектом к каждому. Кайлу они только мешали, занимая место на складе, он даже не знал можно ли из них вообще стрелять, но раз клиента устраивает предлагаемый товар, грех не продать. В свое время Абулфази практически насильно всучил ему двадцать ящиков по бросовой цене, называя это бонусом за покупку трех десятков немецких пулеметов MG-3[37].

       Перспектива выжить в новом мире и при этом сытым и в безопасности была отличным стимулом для жителей острова. Население под четким контролем Лоуренса самостоятельно занималось строительством, расчисткой полей под посевы и охраной своих сообществ. Кайл строил внутреннюю политику таким образом, чтобы население было заинтересовано в нем, а не он в населении. Были, конечно, и не согласные с новым укладом, но пока обходилось без стрельбы.

       Патрульные высадили меня у гостиницы. Я забрал свои вещи из багажника и направился в отель. В дверях меня перехватила Маргарет и сказала, что подполковник хочет со мной переговорить и предлагает в семь часов поужинать там же, где и вчера. Я поблагодарил ее и поднялся в номер. "Теперь хоть не ограничен в выборе наряда", - сказал я сам себе в слух и переоделся в джинсы с водолазкой, а сверху накинул клубный твидовый пиджак. На ужин из оружия взял только пистолет, а то мой сугубо гражданский вид с винтовкой через плечо мог быть неверно истолкован патрульными. В ресторан я пришел раньше всех, чтобы как-то скрасить ожидание заказал себе стакан воды с лимоном и взял у барной стойки ежедневную газету, но уже так сказать "нового формата". Сразу бросилось в глаза, что стали экономить: шрифт мельче, бумага самая дешевая из дешевых. Первые две страницы были посвящены, объявлениям, правилам и предостережениям от местной администрации. Дальше шло несколько заметок об успехах в защите мирного населения, интервью с сержантом, спасшим двух детей от обратившихся родителей, а последние страницы содержали список требующихся профессий и перечень работ дня неквалифицированного персонала. Вот выпрут меня на вольные хлеба, устроюсь в порт грузчиком. МакАлистер в сопровождении Бенжамина, Адама, Вика и Маргарет подошел к столу. Я поздоровался со всеми. И сразу же пересел со всеми за большой стол, стоявшей вдоль стены ресторана. Я не ожидал такой расширенной компании, а то бы сразу выбрал стол побольше. Мы сделали заказ, и когда официант ушел, начался неспешный разговор, который никак не хотел клеиться, МакАлистер сидел какой-то напряженный, погруженный в свои мысли, Вик вообще был не в своей тарелке. Только Адам пытался как-то разрядить обстановку.

       - Я смотрю, не уберегли тебя наши вояки? - сказал Адам, показывая на свежую рану на моей щеке.

       - Так они делали все, что было в их силах, чтобы меня угробить, боссы сказали меня беречь, а они на войну затащили, - надо было, как-то это болото расшевелить, а то, как на похоронах сидим.

       - Я вот хотел тебя пристрелить тогда у кладбища, но пожалел, в последнюю минуту передумал, - Вика видно зацепили слова, его глаза заблестели, прям как перед боем.

       - Да хватит вам! - остановил словесную баталию МакАлистер. - Ребята уже знают, один ты, Алекс, у нас в неведении. Кеннет утром поручил подобрать для твоего задания сопровождающих.

       - То есть, конвой?

       - Нет, в этот раз именно сопровождение.

       - И в чем проблема, выдели мне пару бойцов, у руководства не убудет.

       - Шустрый ты, бойцов ему выдели! Если бы я тебя за эти дни не изучил, то и проблемы бы не видел, дал бы двух спецов и в добрый путь. Только ты же и их и себя угробишь, если тебе волю дать.

       - Пока все попытки свести меня в могилу исходили от ваших людей, подполковник. Если бы не мой талант находить общий язык с людьми, нас бы еще на складе всех положили.

       - Давай, не начинай только, я завтра предложу кандидатуры Вика и Маргарет, они не охотно, но согласились составить тебе компанию, они тебя уже знают, и худо-бедно с тобой сработались. Теперь все упирается в тебя, если завтра ты возразишь, мне придется срочно искать замену, а от этого не мне, а уж тем более тебе лучше не будет. Что скажешь?

       - Ну, что я могу сказать, у нас с Виком разный взгляд на жизнь, а Маргарет вообще при первой возможности готова открутить мне яйца, ну раз ты не можешь найти им более полезного применения, пускай едут со мной.

       - За яйца не боишься? - съязвила Маргарет.

       - Боюсь немного.

       Официант принес наш заказ, пиво сегодня брал только я, остальные отказались и каждый назвал свою причину, почему не может сегодня выпить. Ну и ладно, мне больше достанется, посмотрю я на них через месяц, когда запасы баночного и бутылочного пива в мире закончатся. Вечер прошел без эксцессов, вышли мы перед закрытием по настоятельной просьбе официанта. По дороге домой нас, как полагается, остановил патруль за нарушение комендантского часа. Патруль был полицейский, и, само собой особо въедливый, но изучив наши пропуска и запросив кого-то по рации, нас отпустили с миром.

       Вернувшись в отель, я вспомнил про письмо от Роя. Сев за стол, я достал и развернул сложенный лист и начал читать.

       "Алекс, привет. Я хотел тебя поблагодарить за то, что ты приехал тогда за мной. Твою машину и все твои вещи отдали мне, хотя и не понимаю почему. За машиной я присмотрю, можешь не переживать. В полиции мне не сказали, куда тебя увезли, и что произошло, но если ты вернешься, ищи меня в Холкерке на ферме Уестфилд. P.S. Кота я забрал. Рой.".

       Четвертый день на ферме, а Рой успел и сам известись и уже начал выводить из душевного равновесия своего брата Ангуса. Рой, вроде бы, и не плохой механик, а найти себе дело он не мог. Все, что он делал на ферме, приходилось переделывать, а это страшно бесило Ангуса. Да и сам Рой был не очень рад тому, чем ему приходилось заниматься: кормить свиней, чистить хлев. Он осознавал, что надо приносить хоть какую-то пользу. А что он умел? Умел чинить технику, а в Холкерке был гараж, где возможно требуются работники. С этими мыслями с утра пораньше он выехал в город. Холкерк формально считался городом, хотя по факту был поселком, и гараж в нем был один, который, как назло, был закрыт. Военных в этой глуши не было, они, конечно, проезжали раз в день, но постоянно здесь никто не базировался, даже констебль в случае чего, приезжал из соседнего города Терсо.

       На обратном пути Рой заехал в местный супермаркет, деньги пока были. Когда он ходил между рядами наполняя тележку продуктами, из отдела, где продавали свежее мясо послышался сначала женский крик, а потом грохот падающих на пол металлических банок. Продавец, молодой парень, вышел из-за стойки кассы и быстрым шагом направился в сторону мясного отдела. Рой испытывая любопытство, оставил тележку и осторожно прошел до конца стеллажей к холодильникам. Седой мужчина в фирменной кепке магазина и фартуке мясника, странным образом изогнувшись лежал на прилавке с продукцией и пытался дотянуться до клиентки, которая стояла напротив него и истошно орала, уставившись в застрявшего мужчину, тянущего к ней руки. Подбежавший продавец оказался слишком близко к прилавку, мясник дернулся, сполз вперед, схватив рукав парня обеими руками, и стал тянуть на себя. Эта борьба продолжалась всего несколько секунд, после чего застрявший мужчина высвободился и завалился на продавца, который в свою очередь упал на кричащую тетку. Рой с изумлением и испугом смотрел на разворачивающуюся перед ним картину: со своего места он видел, как мясник вцепился зубами в руку парня и как дикое животное резкими рывками головы из стороны в сторону пытался оторвать кусок плоти от своей, бьющейся в истерике и взывающей к помощи, жертвы. Тетка выбралась из-под завалившихся на нее сотрудников магазина и, спотыкаясь, побежала к выходу, при этом продолжая кричать. Рой сделал пару шагов на встречу к барахтающимся на полу людям и, когда расстояние до них было всего пару метров, мясник отпустил продавца, повернул голову в сторону Роя и стал подниматься. Взгляд мясника пробирал до костей, страшно было не только сделать малейшее движение, а даже лишний раз вздохнуть. Из ступора Роя вывел продавец, который пытаясь подняться с полу, опрокинув на себя стенд с товарами. Рой начал пятиться назад, не отводя глаз от приближающегося к нему мясника, и как только справа показался проход между рядами, где стояла его тележка, он бросился со всех ног к выходу, опрокидывая стеклянные банки с какими-то соусами, которые со звоном разбивались о кафельный пол. Мясник неторопливо проследовал за ним, но поскользнувшись на образовавшейся на его пути разноцветной жиже и налетев на стоящую тележку, свалился, окончательно обрушив на себя ряды стоящих с обеих сторон разных банок. Оказавшись на улице, Рой рефлекторно стал набирать номер службы спасения на телефоне, при этом совсем забыв, что мобильная связь отключилась еще три дня назад. Осознав тщетность своих попыток, он убрал телефон и побежал вверх по улице, в поисках телефонной будки. Увидев дверь цветочного магазина, Рой забежал внутрь, и сбивчивым голосом спросил у немолодой продавщицы, есть ли у нее телефон. Она, испугано вытаращив на него глаза, кивнула. Рой, развернувшись лицом к стеклянной двери и придерживая на всякий случай ее руками сказал: "Позвоните в службу спасения или еще куда-нибудь! В супермаркете дальше по улице, похоже, "инфицированные".

       Военные приехали через пятнадцать минут, магазин был оцеплен, потом прогремели выстрелы, и люди в костюмах химзащиты вынесли два тела в пластиковых черных мешках и положили их в кузов грузовика. Закончив разбираться на месте происшествия и разогнав собравшуюся толпу зевак, старший из группы военных стал искать очевидцев и звонивших в службу людей.

       Дальше последовал, уже ставший привычным допрос на пару часов, после этого Роя осмотрел врач, на предмет травм и следов укусов. Личность кричащей женщины установили быстро, просмотрев записи с камер в магазине. Показав кадры с нею Рою и получив от него подтверждение, его отпустили, записав адрес, где его искать на случай, если у следователя, которому передадут дело, возникнут вопросы.

       Утром меня разбудил звонок администратора, за мной пришел аж целый лейтенант, который ждал внизу, чтобы сопроводить на совещание. Пришлось быстро умываться и выходить. Вот не понимаю я этих военных, как можно назначать важные совещания на самое утро, тем более с участием гражданских.

       На совещании помимо меня присутствовали подполковник МакАлистер, вездесущий главный разведчик, имя которого я так и не смог запомнить, и двое гражданских, их я видел в первый раз. Кеннет опоздал на пятнадцать минут. Само совещание заняло меньше часа. Вице-адмирал одобрил кандидатуры моего сопровождения, начальник разведки передал досье на Кайла Лоуренса, а гражданские, оказавшиеся бывшими работниками дипломатического корпуса, рассказали в общих чертах о моей легенде и потом передали файл с подробными инструкциями. Мы оговорили каналы связи и маршруты на случай экстренной эвакуации. На этом все разошлись, а мне было приказано явиться в отдел внешних операций для получения снаряжения. Знать бы еще, что это за отдел и где он находится. Проблема решилась, когда я выходил из переговорной комнаты, ко мне подошел сержант и попросил следовать за ним. Мы спустились в подвальное помещение с тусклым освещением, в конце которого красовалась недавно построенная кирпичная стена с металлической дверью, за которой и скрывался тот самый отдел, куда мне надо было явиться. На деле это была обычная оружейная комната, точнее не совсем обычная, ассортимент представленного здесь оружия сильно отличался от стандартного армейского набора. Сопровождавший передал меня в руки толстого, усатого сержанта и удалился. Сержант протянул мне огромную ладонь и поприветствовал меня.

       - Доброе утро, мистер Суор, меня зовут Ларри, - вот так просто без звания фамилии, просто Ларри, очень необычно для служивого человека.

       - Доброе утро, Ларри, зовите меня Алекс, - решил я не изображать из себя большого босса, раз наше общение начало строиться в неформальной форме.

       - Как скажите, Алекс, - мое имя он произнес, растягивая гласные.

       - Ларри, судя по обстановке вы мне должны здесь выдать какое-то оружие и снаряжение?

       - Должен и не только на вас, у меня заявка на трех человек, так что, возьмите тележку в углу, на себе все не утащите, - Ларри ухмыльнулся, а после добавил, - Тележку чтобы мне вернули, понятно?

       - Хорошо, верну.

       - Алекс, какие предпочтения в оружии?

       - Я без понятия!

       - Хорошо, для какой задачи оно вам?

       - Эммм. Проведение переговоров, - мой ответ на мгновение заставил усатого сержанта задуматься.

       - Переговоры, говорите, тогда давайте начнем с чего-то поменьше.

       На стол передо мной он положил четыре пистолета: Кольт NNA Гардиан[38], Беретта Нано[39], Зиг Зауер Р290[40], и Глок 36[41], Глок оказался самым габаритным из них, хотя ложился в руку лучше всех. Беретта оказалось совсем неудобной. Оставшиеся два пистолета были примерно одинаковыми, Зиг Зауер показался полегче, его и отложил. Ларри, пропав в задней комнате на пару минут, вернулся с кобурой для скрытого ношения на поясе и пять коробок по двадцать патронов калибра 9мм.

       - Так, а вашим напарникам что возьмете?

       - Хороший вопрос, они могут сами подойти и выбрать?

       - Могут, конечно.

       - Тогда я их к вам отправлю.

       - Отправляйте, только учтите, что в час у меня обед, либо пусть приходят до него или уже после двух.

       - Спасибо, я учту.

       - Теперь давайте посмотрим пистолет по крупнее и основное оружие подберем.

       На подбор оружия и снаряжения я потратил больше часа. Теперь в моем распоряжении в дополнении к маленькому Зиг Зауеру, были: Кольт М1911 под .45 калибр, бельгийский FN SCAR L[42], с восьмью дополнительными магазинами, разгрузочной системой плейт керриер от 5.11[43] с комплектом керамических плит. От шлема, штурмовых перчаток, наколенников и налокотников я попытался отказаться, но встретил сопротивление в незыблемом слове "положено". Вот тактические штаны карго и городские ботинки с невысоким 6-ти дюймовым берцем я взял безропотно. Дальше меня осчастливили рацией, гарнитурой, спутниковым телефоном Иридиум и еще десятком полезных мелочей, включая монокуляр ночного видения. И под конец Ларри не поскупился на патроны, выделив два ящика пятерки и две сотни 45-го. Минут сорок заняло оформление, с переписыванием номеров в ведомость, в которой я должен был расписаться.

       Вика и Маргарет я поймал в холле гостиницы, когда пытался затащить обновки к себе, вызвав у них неподдельный интерес. Доставив нажитое непосильным трудом в пункт временной дислокации, коим был мой номер, я на правах старшего в операции отправил Вика и Маргарет за обновками, а сам приступил к подгонке подвесной под себя. В какой-то момент, возник вопрос, что делать с армейским барахлом, которое мне выдали перед поездкой в Лондон, сдавать я его не хотел, сейчас такие времена, что все пригодится. Спустившись вниз, я нашел администратора и спросил, что будет с номером в случае моего длительного отсутствия и могу ли я оставить свои вещи там, на что он меня успокоил, сказав, что номер закреплен за мной без ограничений срока. Вернувшись в номер и закончив разбирать обновки, я сел за изучение выданных мне документов и начал с подготовленной для меня легенды.

       Если коротко, выходило, что я встретил старых знакомых, которые имеют доступ к армейским складам. Теперь я фактически являюсь их представителем и торговцем оружия. Про остров Гернси узнал случайно из слухов в около армейских кругах, и решил проверить, что происходит на самом деле. Я зафрахтовал судно, расплатившись оружием, на котором и приплыву. Моя задача установить постоянные торговые отношения и по возможности представительство. Не знаю, кто это придумал, но с первого взгляда выглядит как идиотизм. Из предложенного можно использовать только наем судна. А про происхождение товара, ни один торговец не скажет правду, да и для клиента не прилично этим интересоваться, так что буду действовать по обстановке.

       Досье на Кайла Лоуренса оказалось очень детальным, период его службы в армии расписан разве, что не по часам. Пробежав по бесчисленным цифрам и датам, я отложил в сторону папку с файлами. "Займусь этим занятным чтивом в другой раз", - сегодня еще предстояло добраться до порта и переговорить с экипажем судна, который нас повезет до острова. Я, конечно, предпочел бы самолет, но моего мнения не спрашивали при выборе транспорта.

       Прогулявшись до порта, я без проблем нашел "Морского конька" - 65 метровый траулер. Капитаном оказался высокий толстый француз, Бенуа, который рассказал про маршрут, и сообщил мне, чтобы завтра в шесть утра все были на борту.

       По дороге домой навстречу мне попался Вик, довольный как слон, свои новые игрушки он уже отнес в номер, а сейчас решил сходить на пробежку перед сном. Я ему сказал, чтобы он сильно не увлекался, потому что завтра в шесть утра мы должны быть в порту. Вик кивнул и направился в сторону парка.

       Утром в назначенное время мы стаяли у трапа траулера, с кучей баулов. Хорошо, что не пришлось тащить все на себе, Кеннет прислал за нами машину.

       На судне сложив вещи в каюты, я собрал всех в кают-компании. Плыть нам долго, до Гернси семьсот морских миль. По словам капитана, наша средняя скорость пятнадцать узлов и идти нам до места назначения двое суток.

       Колонна из трех пикапов пылила по грунтовой дороге, ведущей мимо полей на северо-запад к району Северный Бенфлит. Это был первый рейд для Брюса Уолкера за пределами Канви-Айленда. Вчерашний день весь ушел на планирование и отработку согласованных действий между участниками рейда. Группа состояла из пятнадцати человек, десять полицейских выступали в качестве силовиков и пяти водителей. Целью был небольшой склад на Кэттри-лайн.

       Два дня назад Уолкер отправил патрули в ближайшие районы к Канви-Айленду, один из них обнаружил два крупнотоннажных грузовика и экскаватор уже погруженный на платформу. Это и было основной целью рейда. Если удастся забрать еще и какой-нибудь груз, будет вообще замечательно, два зайца одним выстрелом.

       Место, где стояли грузовики, и до всех событий было мало привлекательным. Сейчас же от одного взгляда на разбитые дороги, с еще не высохшими коричневыми лужами после вчерашнего дождя, и горы мусора, возникало чувство тоски и безнадежности. Покрытые ржавчиной, некогда серые заборы давили на сознание. Они создавали впечатление замкнутости, сжимая пространство между собой, будто запирая случайно попавших в их ловушку путников в мире разложения и уныния. Напротив склада была площадка усыпанная гравием, на которой хранились сложенные друг на друга спрессованные кузова автомобилей. У дороги стоял указатель, информирующий проезжающих о том, что для того, чтобы добраться до собачьего приюта "Второй шанс", следует повернуть через пятьдесят метров налево. Об этом Уолкеру не доложили. Факт наличия неподалеку питомника, который может быть дополнительным источником риска, был достаточным поводом, чтобы свернуть операцию и вернуться. Находящиеся с ним в одной машине участники вылазки начали убеждать Уолкера в необходимости продолжить задуманное, просто быть более осмотрительными. Собаки, скорее всего, находились в вольерах, если паре из них удалось выбраться, совсем не обязательно, что они вертятся где-то в округе. После длительных уговоров Брюс сдался, при условии сворачивания операции при малейшей угрозе.

       И началось: первые две машины подъехали вплотную к забору, остановившись слева и справа от ворот. Из каждого внедорожника через люки в крыше выбрались наружу по одному полицейскому, вооруженному пистолетами. Стоя на крыше, они могли видеть, что происходит практически на всей территории склада. Мертвецов было трое, двое топтались около входа в пристройку, где раньше располагалась контора экспедитора, а третий сидел на пассажирском сидении одного из грузовиков. Выбраться наружу ему мешали закрытые двери. Один из копов постучал по крыше и показал выглянувшему в люк Уолкеру три пальца. Через мгновение третья машина подъехала задом к железным воротам, выбежавшие из нее люди продели толстую стальную цепь через проушину, специально приваренную к раме автомобиля, а ее концы, заканчивающиеся двумя крюками, закрепили за одну из створок ворот. Двигатель заревел, автомобиль, прокручивающимися на мокрой гравийной дороге колесами, поднял вверх облако из грязных капель и щебня и медленно начал отдаляться от ворот. Лист металла изогнулся и с грохотом упал на землю.

       На шум среагировали все три мертвеца, двое из них, стоявших у пристройки,  пьяной походкой направились к воротам. Чтобы не начинать стрельбу, были приготовлены рогатины из двухметровых железных труб с приваренными на конце пятью кусками арматуры. Показавшихся в проеме мертвецов встретили удары рогатин в область груди, их повалили на землю, придавив сверху, а стоявшие до этого по краям проема полицейские, орудуя небольшими туристическими топориками, разбили обоим черепа. Следующим разобрались с третьим мертвецом, сидевшим в кабине машины. Один из полицейских открыл дверь и, когда зомби вывалился на улицу, его просто добили ударом топора.

       Две пары полицейских обошли площадку по периметру в поиске потенциальной угрозы. Завершив обход они дали команду водителям выходить, которые не заставили себя ждать и побежали к стоящим на просторной площадке грузовикам. Ключи от одного из них оказались за солнцезащитным козырьком, а вот от второго найти не смогли. Обыскав карманы лежащих на земле трупов и ничего не найдя, пара полицейских направилась в пристройку склада, а еще двое встали чуть в стороне, прикрывая первую двойку. Дверь удалось выбить с удара пятого, она была закрыта изнутри на щеколду. В помещении стоял смрад, стены были испачканы кровью, причем чуть ли не до потолка. Страшно представить, что здесь творилось. Внутрь заходили медленно, прислушиваясь к каждому шороху и стараясь дышать как можно реже. Захлестнувший их до этого азарт моментально исчез, его место заполнил страх. На столе и в ящиках ключей не нашлось. В помещении была еще одна дверь, которая, судя по всему, вела на сам склад. Включив фонари, констебли направили стволы MP5А3[44] в сторону дверного проема и шаг за шагом стали продвигаться вперед. Между больших катушек с кабелем промелькнула тень, при этом полицейские не услышали ни единого звука. Возможно, это была просто игра теней и разыгравшихся нервов. Полицейские разошлись в стороны и пошли между рядами деревянных ящиков параллельно друг другу. Вторая пара осталась ждать у двери, контролируя выход. Поскольку арсенал полицейских Канви-Айленда был очень скудным, на четверых у них была пара глоков 19 и два МР5А3. Девяти миллиметровой пули вполне хватало на то, чтобы остановить мертвеца, а с более серьезными угрозами, община еще не сталкивалась. Один из констеблей обнаружил кучу костей, абсолютно белых и отполированных, без малейшего кусочка плоти на них, когда он нагнулся посмотреть, бесшумная тень проскользнула между ящиков в соседнем проходе, где находился его напарник. Из глубины склада, донеслась короткая очередь, звук от которой многократно эхом отразился от стен, от чего казалось, что он становился громче. За первой очередью последовала вторая, а затем третья. Когда он повернулся, стоящие справа от него, ящики от сильного удара упали в проход, перекрыв путь к выходу. Сверху на них практически бесшумно вскарабкалось существо, напоминающее человека, только объевшегося стероидами, одетое в обрывки синего рабочего комбинезона. Тварь открыла пасть, оголив желтые острые клыки и бросилась на полицейского, он вскинул свой МР5 и нажал на спусковой крючок, выстрелы прозвучали в тот момент, когда большая когтистая лапа, рукой это назвать было уже нельзя, ударила по стволу, выбив пистолет-пулемет из рук растерявшегося констебля и мощным ударом впечатав стрелка в стену. Полицейский, получив ударную дозу выплеснутого в кровь адреналина, не обращая внимания на раны вдоль груди, хромая на правую ногу, побежал вдоль деревянных ящиков в противоположную от входа сторону. Доковыляв до конца он обернулся, но напавшая на него тварь также бесшумно исчезла, как и появилась. Со стороны двери доносились голоса его коллег, которые не понимали, что происходит, а зайти внутрь не решались. Раненый полицейский завернул за угол и увидел лежащее на полу обезглавленное тело напарника со вспоротым животом. Переступив через тело, он бросился к выходу, в котором видел машущих ему сослуживцев, находясь уже практически в проеме, что-то сильное дернуло его назад, правый бок обожгло резкой пульсирующей болью. Он услышал выстрелы, а после этого сразу наступила темнота.

       Полицейские, находившиеся у входа, открыли огонь в непонятное существо, которое нависло над их товарищем. Опустошив магазины, они бросились к машине, на ходу размахивая руками и крича. Тварь, убившая их коллег, не стала преследовать остальных и группа, потеряв двух человек и забрав всего один грузовик, спешно ретировалась из проклятого места.

       Дорога до Канви-Айленда прошла в тишине, желания обсуждать случившееся ни у кого не возникло. Люди понимали, что они облажались, при этом все, а не только их лидер. Брюсу было хуже всего, это была первая подобная операция и первые потери, у погибших были семьи, и он не знал, как им рассказать, что их близкие больше не вернутся. Уолкер сидел на переднем сидении ведущей машины и смотрел в окно, погрузившись в собственные мысли. За окном расстилались поля, в отдельных местах еще виднелись поднимающиеся в небо черные столбы дыма от пожаров, но вот окутывающее и поглощающее небо серое облако над Лондоном уже исчезло. Когда машины проезжали мимо жилых кварталов, оставленных жильцами, то там, то здесь мелькали тени, тех, кто когда-то были людьми, чьими-то близкими, а сейчас они превратились в бездушные и безмозглые машины, бесцельно бродящие по округе. Брюс злился на себя, на судьбу, на мертвецов, на плохо спланированную операцию, на беспечность своих людей, которые полезли на тот склад, но разумом он понимал, что все случилось так, потому что не могло случиться по-другому, если бы его люди не погибли сегодня, они бы погибли завтра или послезавтра. Природа нанесла ответный беспощадный удар по человечеству, и люди продолжат погибать, и с этим надо смериться и просто принять как должное.

       Колонна пересекла мост и въехала в город. Уолкер, выйдя из машины, не говоря ни слова, направился в здание школы, которое превратилось в главное административное здание в городе, вместив в себя все службы.

       Через час он вызвал двух полицейских, что стояли в проходе и прикрывали своих коллег и долго расспрашивал про случившееся, они мало что видели, но из их рассказа получалось, что помимо зомби они теперь получили еще одну пока неизвестную угрозу, которая умнее и опаснее безмолвных мертвецов. Пару раз до них доходили слухи, что существуют мутанты. Но к ним относились как к слухам, фантазиям рождавшимся в воображение до смерти перепуганных людей.

       Закончив беседу, Брюс достал из стола листок бумаги и начал писать письма женам погибших, сказать им в лицо, о том, что случилось, он не решался. Раньше Уолкеру никогда не приходилась делать подобного, и очень долго он не мог подобрать правильные слова. Закончив письма, он прочитал их несколько раз, затем смял и выбросил в корзину. "Это неправильно прятаться за листком бумаги. В случившемся в большей степени виноват именно он и ответственность должен нести только лично он сам", - подумал Уолкер. Он вышел из здания школы и пошел в сторону, где жили семьи погибших.

       Рано утром буксир забрал Ирландца вместе с небольшим отрядом в заливе Куорри на северо-западе Англии и переправил в порт Белфаста. Отлично выполнив операцию в Шотландии, ему, как одному из опытнейших командиров, поручили организовать оборону города, точнее малой его части.

       Организованный Ирландской Республиканской Армией мятеж захлебывался, операции были плохо спланированы, ресурсов было не достаточно, а британские части, а именно 38-я Ирландская бригада, заставляла постоянно держать руку на пульсе и распылять силы. Белфаст превратился в поле битвы. Морской порт на востоке города, аэропорт имени Джорджа Беста и кварталы города, находящиеся в юго-восточное его части, начиная от берега реки Лаган до городской черты, контролировали силы IRA и добровольческие отряды, прибывшие из Ирландии.

       Ольстерские лоялисты[45] и бывшие офицеры Королевской Ольстерской полиции[46] заняли международный аэропорт Белфаста, который располагался за городской чертой, и периодически атаковали позиции IRA c севера. Центр города и вся его западная часть принадлежала мертвецам. Благодаря тому, что мосты через реку были взорваны еще в первые дни, их удавалось сдерживать. На севере линия фронта проходила по трассе М2, которая огибала порт с востока на юго-запад. В первые дни IRA, воспользовавшись неразберихой и паникой, захватила порт без потерь. Трасса проходила по высокой насыпи, которая в совокупности с ограждениями, стали естественной преградой для мертвецов. А собранные из брошенных машин баррикады не позволяли мобильным отрядам противника добраться до порта незамеченными, подходы к шоссе прикрывали снайперы и мобильные группы, вооруженные ПТРК и 81мм минометами. Этого было достаточно, чтобы сдерживать отряды Ольстерских лоялистов.

       Сил IRA было недостаточно, чтобы начать наступление, значительную часть отрядов необходимо было держать на юге, в жилых кварталах, на случай появления британской армии, да и мертвые были проблемой, их количество росло по часам, на место одного убитого на звуки выстрелов приходило двое, и так круглые сутки. Баррикады на улицах помогали их сдерживать, но не давали стопроцентной защиты. Кроме того, расслабиться не давали мутанты, изменившиеся мертвецы. Они были сильные, быстрые, они не атаковали в лоб, предпочитая подкарауливать своих жертв и нападать из укрытий. Одни из них были похожи на огромных лысых волков, другие больше походили на людей. Пока их было немного, но потери от их нападений уже исчислялись десятками. Сначала они устраивали засады на патрули, когда ночное патрулирование запретили, они напали на блок-пост, пять бойцов просто пропало, а крови было столько, что не хотелось представлять что с ними стало. Эффективной тактики борьбы с ними не было, сначала против них применяли минные ловушки с использованием "овец-камикадзе". Местное изобретение: на овцу крепили радиоуправляемый заряд, потом ее привязывали на улице и ждали. Как только тварь нападала на животное, бомбу взрывали. Пятисот граммов С4 было достаточно, чтобы разнести мутанта по окрестностям. Таким способом удалось уничтожить пять монстров, потом они перестали реагировать на овец и даже их избегали.

       Сейчас снабжение базы в порту осуществлялось только по морю, этого было недостаточно для ее нормального функционирования. Мало было окопаться в порту, надо было еще наладить снабжение. Обеспечив бесперебойную доставку боеприпасов, продовольствия, пополнения личного состава и эвакуацию раненых. Использовать южное направление было невозможно. 38-я бригада контролировала все дороги и не выбила отряды IRA из города только по одной причине - им это было не нужно. Их действия вообще не поддавались логике, они могли покинуть остров, объединиться с основными силами в Англии, могли занять Белфаст менее чем за сутки, их силы позволяли это сделать. Да, черт возьми, они могли превратить город в руины, даже не заходя в него, а в место этого они окопались в местечке Баллиган на юго-востоке, посреди полей и только отправляли к городу разведчиков, которые вели наблюдение и не вмешивались.

       Только Гарретт сошел на берег, как его срочно потребовали в штаб, расположенный в аэропорту имени Джорджа Беста. Территорию аэропорта сейчас окружала насыпь сделанная вдоль забора. Через каждую сотню метров стояли прожекторы, подключенные к генераторам. В самом конце взлетно-посадочной полосы работали люди, засыпавшие холщевые мешки грунтом, выкопанным здесь же. Когда в одном помещении собирается больше одного ирландца, любая беседа, любой диалог, превращается в балаган. Сегодняшний день не был исключением, в зале прилетов аэропорта собралось пять командиров, они, как можно было догадаться, спорили и ругались. Каждый из них был самым умным и лучше других знал, как дальше действовать, никто не хотел признавать соседа главнее себя и подчинятся его приказам. Все как всегда. Вообще IRA перестала быть единой организацией еще в конце шестидесятых, с появлением "Временной Ирландской республиканской армии". Потом появились "Официальная IRA", "Преемственная IRA", "Подлинная IRA", и бог еще знает сколько группировок, которые относили себя к Ирландской республиканской армии. Большой любви между командирами не было, каждый конкурировал с каждым, доходило даже до открытых конфликтов, которые было не принято обсуждать в прессе. Гарретт формально был офицером "Подлинной IRA", но работал и на других, при этом стараясь сохранить нейтральные отношения со всеми и избегать открытых конфликтов. Он искренне полагал, что такое положение вещей превращает организацию, борющуюся за свободу своей страны, в обычную уличную банду.

TDI Hinderer Hell Fire - Совместное творение легендарной компании Ka-Bar и Рика Хиндерера, нож с изогнутым, фиксированным лезвием с длиной клинка 87 мм. Условно можно отнести как оружие последнего шанса.

Крупная итальянская преступная группировка из Калабрии.

Самозарядный пистолет под патрон 9х19мм парабеллум, разработанный Австрийской компанией Glock в 1988 г. Glock 19 является компактной версией Glock 17. Используется спецслужбами, полицейскими и армейскими подразделениями во многих странах, в том числе и Великобритании. Имеются магазины на 15, 17, 19 и 33 патрона.

Многоцелевой бронированный автомобиль с колесной формулой 6х6 произведенный BAE Systems Land Systems. Вмещает в себя шесть человек, имеет места для установки двух пулеметов, таких как L7A2, калибром 7.62, которые приняты на вооружение в Великобритании.

Боевая машина поддержки пехоты Warrior, выпускается GKN Sankey/BAE Systems Land Systems. На вооружении Британской армии с 1987 года. Основное орудие 30мм автоматическая пушка L21A1 Rarden и пулемет 7.62мм. Экипаж состоит из трех человек, десантный отсек вмещает до семи бойцов. Вес БМП около двадцати пяти тонн.

Немецкая автоматическая винтовка, разработанная Heckler & Koch GmbH в 1959 году. Выпускается с 1964 года по всему миру более чем десятком заводов по лицензии. Имеет множество модификаций. Патрон 7.62х51 мм НАТО. Скорострельность 500-600 выстрелов в минуту. Стандартный магазин на 20 патронов.

FN FAL - легкая автоматическая винтовка. Производиться бельгийской компанией Fabrique Nationale d'Herstal с 1953 года. Патрон 7.62х51мм НАТО. Скорострельность 650-700 выстрелов в минуту. Магазины на 20 и 30 патронов. Является одной из самых распространенных винтовок в мире. Производиться в тринадцати странах, в том числе и в Великобритании до 1975 года.

Легенда, в представлении не нуждается. Автомат разработан в СССР в 1947 году Михаилом Калашниковым. Оригинал выпускается Ижевским машиностроительным заводом с 1951 года. Выпускается во многих странах, как по лицензии, так и без таковой. Состоит на вооружении в армиях 55 стран. В мире выпущено более ста миллионов экземпляров различных модификаций АК. Патрон 7.62х39мм.

Fusil AutomАtico RepЗblica Argentina 1983 -- автоматическая винтовка Аргентинской Республики 1983. Выпускалась с 1983 по 1986 год  в Аргентине на фабрике "Доминго Матеу". Патрон 5.56х45мм. НАТО.

Harrods - самый большой и известный универмаг в Лондоне.

Rheinmetall -- немецкий концерн, образованный  1889 году. Сейчас концерн является одним из крупнейших производителей военной техники и вооружения в Германии.

Традиционное Шотландское блюдо из бараньих потрохов, порубленных с луком, толокном, салом, приправами и солью и сваренных в бараньем желудке.

SA-80 L85A1 - Британский автомат, входящий в комплекс стрелкового оружия SA-80, выполненный по компоновке "булл-пап". Состоит на вооружении британской армии. Патрон 5.56х45мм НАТО. Стандартный магазин на 30 патронов.

Локхид C-130 Геркулес - турбовинтовой военно-транспортный самолёт  большой дальности. Грузоподъемность чуть меньше 19000 кг. Может вмещать 64-х парашютистов со снаряжением и вооружением. Дальность полета с грузом 5250км. 

FGM-148 Javelin - американский переносной противотанковый ракетный комплекс предназначен для поражения бронетехники и низколетящих целей.

Browning M2 - крупнокалиберный пулемет, разработанный 1932 году Джоном Браунингом. Выпускается по сей день, в том числе и в Великобритании. Патрон 12.7х99 мм НАТО. Прицельная дальность 1850 м. Вес без станка 38.22 кг, вес со станком 58.6 кг. Расчет обычно 2 человека.

Девиз ИРА (Гельский) - Наш день придет.

В данном случае речь идет о грузовике MAN HX60-01. Грузовик, построенный на единой платформе. Имеет множество модификаций, в том числе и для перевозки личного состава.

Бронированная машина "Мастиф" - Британская вариация американской машины "Коугар". Привод 6х6 Вес 25 тонн. Экипаж два человека. Вмещает до восьми пассажиров. Может быть оборудована двумя едиными пулеметами калибра 7.62мм, или крупнокалиберными пулеметами 12.7мм. Возможна установка 40мм гранатомета.

Пистолет разработан Джоном Браунингом в 1908 году. Пистолет находился на вооружении США с 1911 по 1985 год. Выпускается по сей день. Калибр .045 ACP. Магазин на семь патронов. Прицельная дальность 50 метров.

SIG Sauer P226 - швейцарско-немецкий пистолет. Был разработан в 1981 году, Стоит на вооружении Британской армии. Патрон 9х19 парабеллум. Магазин объемом от 15 до 20 патронов.

Швейцарская сеть магазинов, широко представлена в Европе.

Тяжелый военно-транспортный вертолет, разработанный компанией Боинг. Выпускается с 1962 года. Находиться на вооружении Великобритании, в частности применялся в Фолклендской войне в 1982г. Максимальная скорость 285 км/ч. Максимальная дальность 2333 км. Может вооружаться тремя пулеметами 7.62мм.

MQ-9 "Reaper" - разведывательно-ударный БПЛА. На вооружении Британских ВВС. Оснащён турбовинтовым двигателем, скорость более 400 км/час. Максимальная продолжительность полёта 28 часов. Может нести четыре ракеты воздух земля.

Бронированная машина "Saxon" на вооружении Британской армии с 1983 года. Колесная формула 4х4. Вес 10 тонн. Экипаж два человека. Вмещает до десяти человек. Используется в том числе, как медицинский транспорт. Вооружение 1 или 2 пулемета 7.62 мм. или 81 мм. миномет. С 2008 года армией официально не применяется. В книге данная техника используется армией, поскольку снятие с вооружения проходило не одномоментно и техника фактически находилась в распоряжении военных.

Легкобронированная машина 6х6, предназначеная для перевозки боеприпасов, снаряжения и грузов на поле боя. Экипаж 4 человека. Может быть установлен пулемет 7.62мм. или 12.7мм.

 Основной боевой танк. Имеет на вооружении 120 мм пушку, спаренный с пушкой пулемет 7.62мм., зенитный пулемет 7.62мм. Экипаж 4 человека. Вес 62 тонны.

Iridium - американская компания, предоставляющая услуги спутниковой связи. Спутниковая группировка компании включает 66 спутников, обеспечивающих покрытие связью всего земного шара. Одним из клиентов является Министерство обороны США.

Husky TSV - легкобронированный полноприводный автомобиль, построенный на базе грузовика International XT. Выпускается компанией Navistar Defense. Вмещает до 6 человек. На машину могут быть установлены пулеметы калибров 7.62мм и 12.7мм.

PLCE Personal Load Carrying Equipment - разгрузочная ременно-плечевая система стоящая на вооружении в британской армии.

РПГ-7 советский ручной противотанковый гранатомет, предназначен для борьбы с бронетехникой и для уничтожения защищенных позиций противника. Калибр 40мм. Прицельная дальность 700 метров.

HG85 - ручная осколочная граната. В британской армии имеет индекс L109. Разрабатывалась специально для Швейцарской армии и поставляется в Великобританию компанией Swiss Ammunition Enterprise Corporation. Вес 465 грамм. При взрыве разрывается на 1800 осколков. Радиус поражения 10 метров.

Итальянское гладкоствольное полуавтоматическое помповое ружье. Калибр 12/76. Магазин на 5 патронов. Выпускалось до начала 90-х годов.

Бразильский самозарядный пистолет. Модель 809 сделана под патрон 9х19 парабеллум. Существуют версии под патрон .40 и .45 калибров. Емкость магазина 12/15/17 патронов.

British Petroleum

Истребитель четвертого поколения, разработанный компанией Eurofighter gmbh. Эксплуатируется с 2003 года. Используется ВВС Великобритании. На вооружении 27 мм. пушка; ракеты воздух-воздух AIM-9, AIM-132, AIM-120, IRIS-T; ракеты воздух-земля AGM-84, AGM-88 и др.; бомбы. Paveway 2, Paveway 3, Enhanced Paveway, JDAM, HOPE/HOSBO.

Немецкий единый пулемет калибра 7.62мм. Принят на вооружение Бундесвера в 1960 году. Масса 11,5 кг. Дальность до 1200 метров.

NNA Gurdian пистолет последнего шанса, производимый компанией Colt. Вес 640 грамм. Эффективен на небольших расстояниях, особенно до 5 метров. Магазин на 6 патронов. Калибр .380 (9х17мм).

Beretta BU9 Nano - очередной компактный пистолет для скрытого ношения итальянского производства. Вес 500 грамм. Калибр 9мм (9х19 парабеллум, 9х21 IMI, в зависимости от модификации). Магазин на 6 патронов.

Sig Sauer P290 субкомпактный пистолет от швейцарско-немецкого концерна. Вес 570 грамм. Магазин на 6 или 8 патронов. Калибр 9 мм. (9х19 парабеллум).

Glock 36 - компактная версия глока 19. Его можно отнести к малогабаритным пистолетом, хотя фактически это полноценный пистолет. Магазин на 6 патронов. Вес 570 грамм. Калибр .45 ACP (11.43х23мм.).

FN SCAR (Special Operations Forces Combat Assault Rifle) - бельгийская штурмовая винтовка. Изначально разрабатывалась для подразделений США. Существует два варианта данной винтовки и множество модификаций. FN SCAR L (light) имеет калибр 5.56х45мм. НАТО, а NF SCAR H (heavy) калибр 7.62х39мм. НАТО. Объем магазина 30 патронов для SCAR L и 20 патронов для SCAR H. Вес чуть больше 3 кг., в зависимости от модификации. Прицельная дальность от 400 до 900 метров, также зависит от модификации и калибра.

Plate Carrier - разгрузочная система. Представляет из себя жилет со сменяемыми керамическими броне пластинами. 5.11 в данном случае, известный американский производитель снаряжения.

HK MP5 - немецкий пистолет-пулемет. Производится компанией Heckler & Koch с 1966 г. Модификация А3 имеет выдвижной приклад. Калибр 9х19 парабеллум. Магазины на 15, 30, 40 патронов. Длина ствола 225 мм. Также существуют укороченные версии с длинной ствола 115 мм в моделях с индексом К (PDW). и версия с интегрированным глушителем.

Обобщенное название движений и группировок, выступающих за сохранение Северной Ирландии в составе Соединенного Королевства. Преимущественно состоит из протестантов. Методы борьбы зачастую схожи с методами IRA. Например, группировка Ольстерские добровольческие силы была специально создана для вооруженного противостояния IRA. Помимо нее существует еще множество организаций и объединений, таких как Оранжевый орден, Ассоциация обороны Ольстера и др. Фактически данные организации ни чем не отличаются от группировок IRA, только выступают с другой стороны.

Правоохранительный орган Северной Ирландии, действовавший с 1922 по 2001 годы и подчинявшийся британскому Хоум-офису. Неоднократно критиковалась за чрезмерное насилие, превышение полномочий и тесные связи с военизированными лоялисткими группировками.

HK 417 - автоматическая винтовка калибра 7.62мм. (HK 416 - имеет калибр 5.56мм.) Производится Heckler & Koch с 2007 года. Прицельная дальность 700 метров. Магазины на 10 и 20 патронов. Главный конкурент на рынке NF SCAR.

Американская автоматическая винтовка, стоявшая на вооружении армии США в 60-х годах. Магазин на 20 патронов. Прицельная дальность до 500 метров. Калибр 7.62мм.

L109 Abbot Британская самоходная артиллерийская установка. Производилась компанией Викерс в 60-х годах. Снята с вооружения в 1995 году. Вооружение: пушка L13A1 калибром 105мм., пулемет 7.62мм. Дальность стрельбы основного орудия 17 км. Экипаж 4 человека.

L134A1 GMG - 40мм. станковый автоматический гранатомет. Производиться Heckler & Koch с 1996 года. Состоит на вооружении Британской армии. Вес 29 кг. Скорострельность 350 выстрелов в минуту. Прицельная дальность 1500 м.

HK G36 - автоматическая винтовка, пришедшая на смену G3. Производиться с 1996 года. Прицельная дальность от 300 до 800 метров, в зависимости от модификации и длинны ствола. Калибр 5.56мм. Стандартный магазин вмешает 30 патронов.

Beechcraft Baron -- семейство американских лёгких двухмоторных самолётов. Серия разработана Beech Aircraft Corporation с 1961 года. G55 имеет короткий фюзеляж, вмещает 5 человек, дальность полета 1700 км. Максимальная скорость 380 км/ч.

AR 15 - полуавтоматическая винтовка калибра 5.56мм., является гражданской версией М 16.

Winchester Model 1895 - магазинная рычажная винтовка, выпущенная компанией Винчестер в 1895 году, под различные калибры, вплоть до .50. Магазин вмещал 4 или 5 патронов.

Steyr aug - австрийская автоматическая винтовка, сконструированная с применением компоновки булл-пап. Калибр 5.56мм., но существует модификация под 9мм. Магазины на 30 и 42 патрона.

Famas - французский автомат, сконструированный с применением компоновки булл-пап. Калибр 5.56мм. Магазин на 25 патронов.

ПЗРК Starstreak - британский переносной зенитно-ракетный комплекс. Поступил на вооружение 1997 году. Радиус действия 7 км. Максимальная высота цели 5 км. Помимо носимых модификаций, ракеты могут устанавливаться на транспортные средства, в данном случае, Лоуренс хочет ПЗРК, установленные на бронетранспортеры FV4333 Stormer. Одном самоходный зенитно-ракетный комплекс несет на себе восемь готовых к запуску ракет и двенадцать в резерве.

 Фрегаты типа 23 находятся на вооружении Великобритании с 1983. Кораблей этого типа было построено 16 штук. Фрегат Ланкастер спущен на воду 1990 году. Максимальная скорость 28 узлов. Дальность плаванья около 9000 миль. Экипаж 185 человек. Вооружение: одна 114 мм. артиллерийская установка, две автоматические 30мм. пушки, ракетное вооружение противокорабельные ракетные комплексы гарпун.

Американский легкий ударный автомобиль. Вес около 2 тонн. В центре установлена турель для пулемета 7.62мм. или 12.7мм. Экипаж 3 человека.

L96 - британская снайперская винтовка со сменными стволами под патроны: .243 винчестер, 30 винчестер - магнум, 7.62х51 НАТО и .338 лапуа магнум .50 BMG. Максимальная дальность 1500 метров. Магазины на 5 и 10 патронов.

Гемостатический порошок.

Универсальная 114 мм корабельная пушка. Вес снаряда 20 кг. Дальность 22 км. Скорострельность 25 выстрелов в минуту. Выпускается с 1971 года компанией Викерс.