Я была готова на все, чтобы заполучить собственного дракона, вернуть расположение отца и навсегда стереть ухмылку превосходства с лица своего вечного соперника Лео Гросса. Ведь лишь один из нас двоих, уроженцев маленькой Сциллии, мог триумфально вернуться из Академии Драконьего Союза полноценным наездником. Но чего я не ожидала, так это того, что у крылатого будет свое мнение.
Эликсир был отвратительным. Представьте худший вкус, который только существует на свете, и смело возведите в десятую степень. И если желудок не захочет вывернуться наизнанку, значит, фантазия оказалась недостаточно реалистичной.
Я скрючилась посреди комнаты, стиснув зубы и крепко зажав руками рот, борясь с инстинктивным порывом выплюнуть все обратно. Кожа покрылась испариной, из глаз потекли слезы. Но я держалась из последних сил.
«Давай, Кассия Бернарди! Не будь слабачкой! Не справишься, и все, что о тебе думают, окажется правдой. Насмешливые взгляды, перешептывания о богатой южанке с посредственными способностями, которой семья проплатила место в академии, чтобы заполучить дракона. Все будет зря. В лучшем случае еще год-два придется ждать нового шанса. А если и он окажется неудачным, что тогда? Вернешься, поджав хвост, в родную Саталию? Ты же знаешь, отец никогда не смирится с поражением. И тогда…»
Нет! Этого я допустить не могла! А значит, нужно держаться. Не так, как три дня назад, а до конца!
До конца…
Воспоминание о недавнем провале до сих пор было свежо в памяти, заставляя кулаки самопроизвольно сжиматься. За несколько дней до ритуала среди кандидатов в драконьи наездники устраивалось что-то вроде неформального испытания. Задача была простая: схолары, собранные в Академии Драконьего Союза со всех уголков мира, приносили самую отвратительную еду своей родной страны и радостно скармливали ее товарищам по несчастью. Тот, кто отказывался или не выдерживал, считался слабаком, непригодным для установления прочной связи со зверем. На официальный допуск к ритуалу это, само собой, не влияло. Все прошедшие отбор схолары вне зависимости от происхождения, статуса, учебных оценок и личных предпочтений на специальной лодке переправлялись через пролив из Стермоя, где располагалась академия, на соседний остров Беррой. К драконьим горам и дикой арене, называемой так потому, что она была выстроена в естественной пещере. Но так как немалая доля успеха в процессе установления связи с драконом зависела от настроя, подорвать уверенность публичным опорожнением желудка перед одногруппниками никому не хотелось.
Еду распределяли путем жеребьевки среди всех участников. И, дабы не упрощать жизнь товарищам, схолары извращались, кто во что горазд. Ограничений было немного. Главное, блюдо должно было быть съедобным и по возможности максимально мерзким, чтобы подготовить кандидатов к тому, с чем придется столкнуться после глотка эликсира Расширения разума. За проведением испытания тщательно следили схолары со старших курсов, уже как минимум один раз проходившие настоящий ритуал, пусть и далеко не всегда успешно. У них же при необходимости можно было приобрести подходящую гадость с национальным вкусом, запахом и колоритом.
Испытания, проходившего прямо в помещении общественных купален – чтобы, если что, было куда бежать отмываться, – я ждала с содроганием. При одной мысли об экзотических угощениях и возможном позоре желудок подкатывал к горлу. Уповала лишь на удачу – вдруг Крылатая окажется ко мне милосердной и я вытяну листок Эйи. Соседка по женскому крылу, уроженка Инляндии, показала мне присланную из дома черную тянучку и даже отщипнула кусочек на пробу. Гадость первостатейная, но перетерпеть можно. Остальные варианты, как я подозревала, были куда хуже.
Мой собственный экземпляр тошнотворной кухни – сыр, прогрызенный и переваренный личинками, – я бы, признаться честно, даже ко рту поднести не смогла. Секретарь отца, чья записка была приложена к посылке, утверждал, что это своего рода деликатес, несмотря на отвратительное содержимое. И Ран, светловолосый схолар-старшекурсник из мелкого северного княжества, пару лет назад получивший своего дракона и в этом году отвечавший за испытание, блюдо одобрил, добавив со зверской усмешкой:
– Видела бы ты, что выбрал Гросс. Сам обещал приготовить прямо к испытанию. Не такая изысканная мерзость, как твоя, но я тебе скажу, фантазия у парня что надо. Кому-то придется очень несладко.
Я скривилась, как будто уже попробовала неведомую гадость. Упоминание успехов Лео Гросса вызывало у меня не меньшее раздражение, чем предстоящая дегустация. Проще было бы совсем не замечать его, но нет. С тех пор, как в академии оказалось целых два ментально сильных сциллийца, претендовавших на единственное для маленькой страны место драконьего наездника, нас сравнивали все, кому не лень.
Золотая девочка, дочка мэра сциллийской столицы, и бедный парень из трущоб. Посредственная ученица, добившаяся средних успехов лишь за счет упрямства, зубрежки и, как утверждали некоторые, отцовских денег, и один из лучших схоларов на курсе.
Скауты отыскали его на год позже, чем меня, и тем не менее он умудрился перескочить через курс, за три года освоив обязательную программу. Учеба давалась ему легко – там, где мне приходилось ночами штудировать книги и наматывать лишние круги по тренировочной площадке, он достигал тех же результатов без видимых усилий. Наставники уважали его, девчонки строили глазки. Высокий, статный и черноволосый, как и полагается коренному сциллийцу, он не мог не притягивать взгляды. И никого не смущало, что семья Гросса держала захудалый трактир, а у него самого не было ни гроша за душой. Если он добудет для Сциллии дракона, деньги и статус появятся сами собой.
Что до меня, в случае провала отец меня просто убьет.
Так что проигрывать я не собиралась.
***
На испытание, назначенное после заката, незадолго до комендантского часа, мы пришли бледные, но решительные. На лице Эйи читалась обреченная уверенность в провале, два парня с севера, где ферментированная рыба считалась деликатесом, смотрели на всех с оттенком снисходительного превосходства. Остальные держались где-то посередине. Украдкой я бросила взгляд на Лео, но сциллиец выглядел невозмутимым, ничем не выдавая волнения.
Признаться честно, это немного пугало.
Четверо старшекурсников уже ожидали нас. На столе рядом с ними стояли десять подносов, закрытых плотной магической крышкой, не пропускавшей запахи.
– Итак, – объявил Ран, пересчитав собравшихся претендентов, – да начнется битва самых стойких носов и луженых желудков! Победитель получит зелье от несварения и прилив уверенности в успешном прохождении ритуала. И пусть Крылатая рассудит, кто из вас достоин подчинить себе ее детей.
Первой свое блюдо открыла Эйя – видимо, решив, что от Крылатой не убежать. И первой же сдалась, с визгом отшвырнув поднос, на котором лежал жареный паук.
– Фу-у! Гадость какая!
– И ничего не гадость, – обиделся Руни, смуглокожий схолар из маянов, который уже во второй раз проходил ритуал. – На вкус уж точно приятнее той серой бурды, которую нам подают за завтраком.
Кто-то хихикнул, но смешок был нервным.
– Ну что ж, – постановил старший. – Первая слабачка у нас есть. Надеюсь, мелкая, на ритуале ты ни в кого не зашвырнешь склянкой. Расширитель разума – штука дорогая. Не захочешь пить, лучше откажись сразу. Следующий.
Один за другим схолары принялись открывать крышки. Двор наполнился жуткой смесью тошнотворных запахов. Кому-то достались личинки насекомых в соусе, на соседнем подносе подрагивало что-то, похожее на вонючий комок соплей. Руни получил миску заплесневелых бобов.
Я медлила, дожидаясь, пока Лео покажет свою добычу.
«Только бы не черная тянучка, Крылатая, только бы не черная тянучка!»
Не может же ему везти абсолютно во всем!
Наконец он соизволил поднять крышку.
Я мысленно возликовала: Крылатая все-таки услышала мои молитвы. На подносе Лео лежал кусок ферментированной рыбы, блюдо в каком-то смысле легендарное. Среди драконьих наездников считалось, что этот тухлый шедевр северной кухни наиболее близок по мерзости к ритуальному зелью. Так что Лео получит сполна.
Удовлетворенная, я потянулась к своему блюду.
Хватило секунды, чтобы радость сменилась ужасом.
На подносе обтекало… и воняло… нечто, напоминавшее по виду кусок тонкого теста с размазанной сверху начинкой. В качестве последней выступала не слишком свежего вида сельдь – не такая убийственная, но явно идейно родственная деликатесам с северных островов. Сверху рыба была полита чем-то маслянистым, вызывавшим почти безотчетное отвращение.
От вида капавшего на поднос жира меня враз замутило.
– Что это за мерзость? – вырвалось невольно.
Лео, наблюдавший за мной с противоположной стороны круга, хохотнул.
– Неужели не признала родное блюдо? – выгнул бровь он. – Это же традиционная сциллийская пицца с луком и сельдью, пожаренная на рыбьем жире. Сам готовил. Любимая еда всех наших моряков. Очень полезный продукт, знаешь ли. Улучшает умственную деятельность.
Кто-то из парней заржал, углядев в словах Гросса жи-ирный такой намек на мои затруднения с учебой. В глазах еще парочки отчетливо читалась насмешка – ну как же, откуда мэрской дочке знать, чем питаются простые люди? Небось задранный нос обзору мешает.
Кулаки сжались. Щеки запылали. К горлу подкатил комок, как будто организм отторгал стряпню Лео, даже не попробовав.
Я окинула парня ненавидящим взглядом.
«Вот что ему стоило промолчать?»
А Гросс лишь подлил масла… жира в огонь, ухмыльнувшись еще шире.
– Не дрейфь, Бернарди. Считай, тебе повезло. Все-таки родное сциллийское блюдо, а не какая-нибудь заморская гадость.
Я скрипнула зубами.
«Чтоб тебе тухлятиной подавиться, мерзкий… селедочник!» – пожелала про себя от души.
Но Лео давиться не спешил. Даже наоборот – подцепив двумя пальцами бледный кусок ферментированной рыбы, он преспокойно закинул его в рот, прожевал и проглотил, даже не поморщившись.
Все, за исключением меня, зааплодировали.
– С такой выдержкой, парень, ты далеко пойдешь, – одобрительно хлопнул Гросса по плечу Ран. – Если сумеешь удержать все в себе, считай, слияние пройдет как по маслу.
Худшие слова, которые я только могла услышать.
Злость придала сил. С ненавистью глядя на самодовольное лицо Гросса, я решительно сгребла кусок пиццы и засунула в рот.
«Проклятое пламя!»
Я зажмурилась, изо всех сил стараясь не думать о том, что только съела. Механически работала челюстями, дышала через раз. Противно было донельзя. А Лео все смотрел – выжидающе так, со снисходительной ухмылочкой.
Под его взглядом мне кое-как удалось сглотнуть, проталкивая комок гадости вниз по пищеводу. Желудок протестующе сжался, но я проигнорировала рвотный позыв.
«Не сейчас. И уж точно не перед Гроссом».
Дождавшись, пока первая волна дурноты схлынет, я обвела торжествующим взглядом одногруппников. Трое уже выбыли, сбежав в купальни. Рейф, парень с западного побережья, которому я пару лет назад отказала, и с тех пор он смотрел на меня косо, не стесняясь подкалывать при случае, никак не мог подступиться к розоватой кашице чьих-то мозгов. Эйя держалась гордо, всем своим видом демонстрируя желание быть выше мерзких и жестоких детских игр. Остальные пятеро, включая меня, кое-как держались, мысленно проклиная нерешительность последнего испытуемого.
– Ну давай, Рейф, – подбодрил приятеля Гросс. – Немного мозгов тебе не помешает.
Бросив на Лео уничижительный взгляд, схолар пересилил себя. Маленькая порция кашицы исчезла во рту. Рейф сглотнул, как-то странно икнул и со всех ног бросился в купальни, присоединившись к товарищам по несчастью.
Ран проследил за ним разочарованным взглядом.
– Что ж, испытание объявляю закрытым. Победил Лео Гросс из Сциллии. Вот награда, как мы и обещали. – Он метким движением бросил парню склянку с мутно-зеленой жидкостью зелья от несварения. – Остальным придется справляться самим. Удачи на испытаниях, мелюзга. И да осенит вас Крылатая своим благословением. А теперь вон отсюда. Кого поймают после комендантского часа, тот сам будет объясняться со смотрителем академии. Свободны.
***
Вместе с другими счастливчиками, хоть как-то стоявшими на ногах, я покинула темное здание купальни. Эйя, по понятным причинам чувствовавшая себя лучше остальных, остановилась рядом и с беспокойством заглянула мне в глаза.
– Касс, ты как? Может, к лекарю?
– Не… надо… – Я качнула головой, стиснув зубы. Дурнота то накатывала, то отступала, и было непонятно, удастся ли удержать в желудке отраву, самолично приготовленную Лео не иначе как с целью устранения конкурентов. – Прогуляюсь… немного. Может… легче станет.
– Ну, как знаешь, – пожала плечами подруга.
Не желая навязываться, Эйя ушла. Я немного отдышалась и тоже поковыляла следом. Вот только добраться до жилого корпуса, где обитали схоларки, не удалось. Организм, искренне ненавидящий и всячески отторгающий тяжелую пищу, окончательно проиграл сельди с рыбьим жиром. Я едва успела добежать до памятника Огюсту Свирепому, за которым и скрючилась в мучительном спазме, отчаянно жалея, что на суровой почве Драконьего архипелага не растут высокие деревья и раскидистые кусты, где можно было бы с чистой совестью уединиться.
«Будь проклят этот Лео с его ухмылкой, намеками и луженым желудком, способным, наверное, переварить даже камень! Не хотела бы я когда-нибудь оказаться вблизи их трактира. Если это у них считается нормальной едой, мне жаль тех, кто вынужден там питаться!»
Крылатая, как же плохо!
– Волосы подержать? – раздалось над самым ухом.
Если бы я не стояла, согнувшись в три погибели, то непременно дала бы нарушителю чужих личных границ локтем в печень. И потом коленом добавила по самому ценному, чтобы знал свое место. Но так оставалось только невразумительно стонать.
– Гросс… Уйди…
– Да ладно. Уже и помочь нельзя? Я же от чистого сердца.
– Сгинь! Чтоб тебя… проклятое пламя пожрало… с такими… кулинарными навыками…
– Эй, – фыркнул он даже как-то обиженно. – Хорошая вообще-то пицца… была.
– Еще и издеваешься?
Сельдь снова попросилась наружу – скучала, наверное, по далекому синему морю. Новый спазм согнул меня так, что чужие руки, вовремя подхватившие мои длинные темные волосы, пришлись очень кстати.
Признавать это было противно.
– Ты в порядке? – раздался позади ненавистный голос. – Даже Рейфа, отведавшего мозгов, полоскало меньше.
– А ты, что ли, всем волосы держишь? – хрипло огрызнулась я. – Развлекают чужие страдания?
Но вместо того чтобы ответить колкостью, Лео взял… и протянул мне снятую с пояса флягу. Внутри что-то булькнуло.
– Вот. Вода. Попей, полегчает.
Я вяло оттолкнула его руку. После пиццы с сельдью доверия к подачкам от Гросса не было.
– Пошел ты…
– Бери, бери. – Он и не подумал отступить. – И не дуйся так. Волосы я держал только тебе. У Рейфа же коса. Ему и так удобно. А у тебя – ммм…
Замах в попытке заехать непрошеному помощнику по лицу получился неубедительным. Меня снова согнуло. Тело категорически отторгало жирную пищу.
Так было всю жизнь. От булочек с маслом, сливок и сладкого крема я отказывалась столько, сколько себя помнила. А тут рыбий жир. И мерзкая, мерзкая, мерзкая селедка…
В этот раз приступ дурноты длился дольше. На ногах я не устояла, рухнув прямо на колени Огюста. Мраморные глаза памятника герою Драконьего Союза укоризненно смотрели на схоларку, осквернившую его постамент.
Лео обеспокоенно наклонился.
– Эй. Ты чего?
– Ненавижу… – выдохнула сквозь стиснутые зубы. А потом зачем-то добавила, хотя не обязана была оправдываться перед бесящим меня Гроссом. – Жирное… Терпеть не могу.
Парень хмыкнул.
– Вот, значит, почему ты такая тощая. Ладно. – Он протянул мне выигранное зелье. – Держи.
Я гневно отвернулась.
«За кого он меня принимает? За слабачку?»
– Проваливай в огненную бездну, Гросс.
– Вот вместе и пойдем. В день ритуала. Надо только сперва привести тебя в порядок.
– А тебе до меня какое дело? О себе лучше переживай. То, что ты так запросто жрешь тухлую рыбу, не означает, что дракон с такой же радостью не сожрет тебя. Хрум-хрум! Так и войдешь в историю академии как единственный схолар, прошедший испытания, но запоровший ритуал. Вот смеху-то будет, ха-ха!
Из груди действительно вырвалось что-то похожее на смешок, быстро перешедший в нездоровое бульканье, вынудившее снова свеситься с колен бедняги Огюста. А когда приступ прошел и позволил наконец поднять голову, в губы совершенно неожиданно и бесцеремонно ткнулось горлышко бутылки. Сильная рука легла на плечи, не позволяя отстраниться.
– Так, все, хватит. Пей.
Командирский тон мне не понравился. Я дернулась в крепкой хватке. Захотелось выплюнуть насильно втиснутый подарок прямо на сапоги Гросса, но здравый смысл возобладал. Признав поражение, я сглотнула.
Ладонь покровительственно хлопнула по спине.
– Умница.
Лео за такое искренне хотелось убить, но сил не было. Дурнота отхлынула, на место нее пришла усталость.
«Вот бы так и уснуть…»
Внезапное осознание полной неуместности происходящего выдернуло меня из забытья. Я вздрогнула, стряхивая оцепенение.
– Пусти!
– Да не бойся, – ехидно хохотнул Гросс. – Я никому не расскажу, как ты со мной обнималась. И Огюст, думаю, не заложит.
«Что?!»
Меня аж подбросило от самодовольства в его голосе. Вырвавшись из наглых рук, я выпрямилась, обжигая Гросса испепеляющим взглядом.
– Я с тобой не обнималась!
Он только фыркнул.
– Рад, что тебе лучше. Проводить?
«Ага, конечно! Как будто у нас какое-то дурацкое романтическое свидание! С ужином, посещением укромных закоулков с понятными целями и прогулкой до жилого корпуса».
– Да пошел ты!
– Да-а, где-то я это уже слышал… – Лео покачал головой. – Повторяешься, Бернарди.
– А ты издеваешься!
– Отрадно видеть тебя такой оживленной.
– Да п… – Я вовремя заткнулась, поняв, что ничего нового сказать действительно не могу. Но что поделать, если других слов для Гросса у меня не было?
Так что заканчивать не стала. Сунула растерявшемуся парню бутылочку с остатками зелья, развернулась и решительно пошла вон, ни разу не оглянувшись.
«Проклятое пламя, как же он бесит!»
Волна ярости, поднявшаяся внутри от воспоминаний о Гроссе и отвратительном провале, привела меня в чувство. Собрав волю в кулак, я сделала глоток, кое-как протолкнув жгучую, горькую до тошноты жидкость в горло.
Старшие и кураторы, готовившие нас к ритуалу Расширения разума, предупреждали, что главное – перетерпеть первые несколько секунд. Если удастся сглотнуть, потом станет легче.
Что ж, как по мне – чушь полная!
Эликсир начал действовать практически мгновенно. Стены комнаты рядом с драконьей ареной, куда меня отвели для подготовки к ритуалу, дрогнули – боковые сузились, а та, что была передо мной, отдалилась на расстояние поля для легкоатлетических игр, где проходили обязательные занятия по физической подготовке. Краски стали ярче, звуки – острее. Собственное дыхание казалось громким, будто северный шторм, сердце грохотало в груди барабанным боем. Каждое прикосновение – трение рукава огнеупорного защитного костюма о запястье, дуновение ветра, выбившийся из прически волосок, скользнувший по коже, – было как удар по оголенным нервам.
«Расширение разума – шутка опасная, – вспомнились слова преподавателя по теории ментальной связи. – Алхимики, разработавшие ритуал слияния, получают эликсир из магических желез дракона. Человеческий организм за редким исключением отторгает это вещество. Только ментально сильные молодые люди в состоянии принять в себя Расширитель разума, не лишившись при этом рассудка. Да и те – ограниченное число раз. Поэтому мы не даем вам пробное зелье и собираем в стенах академии всех потенциальных наездников, чтобы каждый мог один-два раза испытать себя в ритуале. Это непредсказуемо и может закончиться смертью. Но иначе нельзя. Для того чтобы установить ментальный контакт с драконом, требуется использовать все возможности разума на максимальном, запредельном уровне».
Стать чем-то большим. Не просто человеком, чьи способности видеть, слышать и чувствовать ограничены возможностями слабого тела.
Я хотела доказать, что могу быть драконьей наездницей.
Хотела… больше всего на свете.
Я замерла, привыкая к новым ощущениям.
«Спокойно, Касс. Дыши. Медленно, осторожно, как учили на занятиях. Эликсир – всего лишь очередной этап ритуала. И ты его пройдешь. Не имеешь права не пройти».
Вдох. Выдох.
Вдох. Выдох.
Шаг.
Еще один.
Короткая вспышка паники уступила место уверенному расчету. Существовать в измененном мире было странно, но… возможно. Я поняла, пусть и не сразу, как двигаться и дышать, а главное – как направлять внимание не внутрь себя, а вовне, сосредоточившись на установлении контакта с чужим разумом.
Первое испытание не заставило себя ждать. Я еще не дошла до двери, как почувствовала, что в коридоре кто-то есть. Ощущение, надо признать, было необыкновенным – как будто я вдруг обрела способность видеть сквозь стены. Я могла точно сказать, что мастер стоял, скрестив руки. И – в измененном сознании эта мысль уязвила особенно сильно – он не ждал моего появления еще как минимум четверть часа, предполагая, что адаптация займет больше времени. А то и вовсе закончится провалом, и имя Кассии Бернарди пополнит длинный список схоларов, не сумевших справиться с эффектом эликсира.
Что ж, мне было не впервой не соответствовать чужим ожиданиям.
Увидев меня, практически твердо стоявшую на ногах, в дверном проеме, мастер удивленно вздрогнул – как будто это у него, а не у меня в голове грохотали громовые раскаты от щелчка дверного замка.
– Г-го-от-то-ов-вы-ы? – Голос мужчины эхом разнесся внутри черепной коробки.
Сдержав желание поморщиться, я кивнула.
Мастер посторонился, пропуская меня в коридор. А я едва смогла сдержать бушевавшее в душе ликование.
Первый этап испытания был пройден.
***
Шли недолго. На практических занятиях по драконоведению мы время от времени плавали на Беррой и посещали драконью арену – правда, в основном выдолбленные в толще скал технические помещения, где требовались крепкие руки для уборки, чистки пустых гнезд, мытья бассейнов и доставки свежей рыбы. Будущих наездников, как самую многочисленную и физически развитую группу схоларов, часто использовали для грязной работы. Взаимодействие же с живыми драконами было сведено к обязательному минимуму – сто часов налета на старике Руннаре, невесть сколько десятилетий служившем в качестве наглядного крылатого пособия, да редкая помощь скаутам, приписанным к академии.
Зато на ритуале мы сполна отыгрывались за четыре года зависти к лекарям, алхимикам, драконологам и исследователям магии. Святая святых арены – драконье гнездо – открывало для нас тяжелые кованые двери. Здесь, под высокими сводами природной пещеры, где залегала магическая руда, а пол прогревался вулканической лавой, жили крылатые рептилии Академии Драконьего Союза. Отдыхали, вили гнезда, плескались в подземном озере, подкреплялись оставленной людьми пищей, заряжались магией.
И ждали.
Ждали таких, как мы.
В первое мгновение, как только нога коснулась гладкого черного камня арены, меня оглушила какофония звуков, образов и ощущений. Глубоко внизу бурлила огненная бездна, из отверстия в потолке доносился рев ветра. Что-то пищало, шуршало, хлопало. Перекатывались со скрипом камни. У соседних входов суетились мастера и одногруппники. Каждый человек воспринимался измененным сознанием как комок звуков и противоречивых эмоций, от которого хотелось отгородиться.
А потом… я почувствовала их.
Драконов.
Нет, точнее даже не их, а ощущения, с трудом складывавшиеся в привычные разуму мысли и образы.
Под сводами послышались хлопки. Два крылатых ящера взмыли в воздух из темноты скрытых альковов, не желая участвовать в ритуале. Я проводила их разочарованным взглядом. Мастера предупредили, что на десятерых потенциальных наездников есть только шесть готовых к слиянию драконов. Что ж, теперь на арене осталось всего четыре зверя.
Шанс провалиться возрос как никогда.
«Давай, Касс! Нельзя облажаться! Только не сейчас!»
Отбросив мешавшие мысли, я сосредоточилась на главном, обострившимися чувствами ища спрятавшихся во тьме рептилий. Самый маленький золотистой молнией метался под потолком, излучая целый спектр эмоций от недовольства до радости, да так ярко, что мысленно это было похоже на незатихающую какофонию звуков. Еще двое – зеленый и синий, размерами превосходившие коня-тяжеловеса, – медленно приближались к нам по арене. Последнего дракона нигде не было видно, но краем сознания я чувствовала присутствие чего-то мощного и внушительного, наблюдавшего за возней собратьев и муравьев-человечков с ноткой снисходительного любопытства.
«Значит, остались один подросток, два средних и гигант. Не лучший расклад».
Среди схоларов, готовящихся к ритуалу, ходило немало теорий о том, какого дракона оседлать лучше всего, – как будто это мы, а не крылатые, должны были делать выбор. Считалось, что с мелкими рептилиями, в первый раз проходящими ритуал, лучше не связываться. Летать на них до достижения драконьей зрелости было невозможно в силу небольшого размера, они плохо слушались, не до конца осознавая природу связи с человеком, обладали огненным во всех смыслах темпераментом, да и вообще куда больше походили на щенков, чем на крылатых хозяев неба. Обучение их длилось долго – иногда наездник и дракон задерживались под присмотром наставников в академии на десятилетие, а то и не одно. Так что для быстрого триумфального возвращения в родную Сциллию круживший над головой золотой малыш точно не подходил.
Гиганты, пережившие не одно слияние, тоже казались сомнительным вариантом. Где гарантия, что прошлый наездник не оставил в драконьем разуме неизгладимый след, затмить который юной схоларке, толком даже не закончившей обучение, не удастся? Да и вообще, как общаться с существом, чей жизненный опыт превышает твой в несколько раз? Драконы хоть и были чудом природы и средоточием магии с развитыми ментальными способностями, все же оставались обыкновенными рептилиями. А где это видано, чтобы лошадь была умнее всадника и сама выбирала, куда скакать и у какого постоялого двора делать привал?
Мне показалось, будто воздух пошел мелкой рябью – как будто кто-то засмеялся, не издавая ни звука. Но стоило тряхнуть головой, как наваждение исчезло. Остались лишь два дракона, за это время успевшие достигнуть середины арены. Зеленый угрожающе шипел, синий излучал недоверчивый, осторожный интерес.
«Да! То, что нужно!»
Определившись с выбором, я выцепила из полутьмы дракона, от которого исходило едва уловимое желание выйти на контакт с нарушившими его покой людьми, и бросилась прямо к нему – тем более что с другой стороны на перехват синему уже спешил Гросс.
Я ускорилась, хоть сделать это в измененном сознании было ох как непросто.
«Думаешь, уступлю? Не дождешься!»
Увы, эффект от нашего с Гроссом совместного рывка оказался прямо противоположным ожидаемому. Решив, что его загоняют в капкан, синий взвился на дыбы и захлопал крыльями, направляя в нашу сторону поток воздуха. Я сгруппировалась и вскинула руку в защитную стойку, закрывая лицо. Ощущение было такое, словно в грудь ударил таран, а Расширитель разума довел дискомфорт до абсолюта.
«Как будто кожу живьем сдирают. Бр-р!»
Но я была бы не я, если бы это меня остановило. Не для того будущие наездники тренировались на стадионе до потери пульса, чтобы спасовать перед первым же живым драконом. К тому же, боль я давно научилась терпеть.
Перекат, чтобы выйти из зоны поражения. Стремительный подъем на ноги. И снова вперед, не отводя взгляда от беснующейся рептилии. Главное – не оставлять попыток установить зрительный контакт.
Ближе.
Ближе.
Сбив хвостом подбиравшегося со спины третьего схолара, синий грозно зарычал и повернулся ко мне. Обсидианово-черные глаза застыли на моем лице. В голове набатом стучало считываемое с крылатого еле сдерживаемое недовольство. Но я ликовала.
Вот он, мой шанс!
– Тише, – проговорила я, гипнотизируя взглядом замершего в стойке дракона. – Тише. Тише. Тебе ничего не угрожает.
Я подняла руки, демонстрируя синему пустые ладони. А потом так же медленно опустила их.
– Вот, – старательно повторяла я, не отвлекаясь на предупреждающие оклики мастеров, кричащую в голове интуицию и опасный блеск в драконьих глазах. – Вот так. Тише. Тише.
У меня не было сомнений, еще немного – и он послушается. И тогда…
Сосредоточившись на чешуйчатой морде и попытках поймать взгляд синего, я совершенно упустила из виду, что хорошему наезднику нужно держать в поле зрения всего дракона целиком. И особенно – лапы и крылья. А еще живот, который надувался, точно барабан, за секунду то того, как огнедышащая рептилия изрыгала пламя.
Так что удар лапой и последовавший за этим огненный залп стали для меня полнейшим сюрпризом.
К своему стыду, я не успела среагировать. И неизбежно закончила бы ритуал на больничной койке с обожженным лицом и подпаленной косой, если бы не Гросс. Даже под действием зелья он двигался намного более ловко и реагировал куда быстрее, чем я. Сильные руки парня вцепились в мои плечи, рывком вытаскивая из зоны поражения. Струя пламени ударилась о каменный пол в шаге от моего сапога.
– Проклятье! – Я дернулась, не сводя взгляда с разъяренного пропажей добычи синего. Руки Гросса на теле ощущались слишком остро для того, чтобы позволять ему прикасаться ко мне хоть одну лишнюю секунду. – Пусти!
– Да куда ты, дура? – Лео крепче сжал пальцы. – Не видишь, что ли? Он не принимает тебя!
– А тебя как будто бы примет! – огрызнулась я, вырываясь из хватки Гросса. – Не лезь! У меня все под контролем!
– Оно и видно. Хочешь, чтобы я позволил тебе превратиться в аппетитный шашлык?
– Не твое дело!
– А я считаю, что мое.
– Да пошел ты!
Очередной огненный плевок заставил нас отпрянуть друг от друга. Я перекатилась через бок, краем глаза отметив, что Гросс, целый и невредимый, успел укрыться за ближайшим камнем.
– Тише! – Я вновь вскинула руки, пытаясь установить ментальный контакт и увести синего от Лео, который явно вызывал неудовольствие дракона. – Не нужно сопротивляться. Все хорошо.
Тщетно. Крылатый больше не слушал. Он зашипел, затряс головой. Хвост щелкал по полу плетью.
Обернувшись, я увидела позади себя Гросса.
«Ох, ну конечно!»
– Да что ты пристал ко мне? – Я грубо толкнула парня в грудь. – Не видишь, что ли, он бесится, когда ты рядом!
– Да? Что-то я не заметил, чтобы к тебе он проявлял благосклонность.
– Отвали!
– Обязательно! Как только ты перестанешь лезть в пасть к хищнику!
Дракон взревел, обрывая наши пререкания, и, отогнав нежеланных наездников струей огня, свечкой взмыл в воздух.
У меня внутри все оборвалось.
«Нет. Только не это…»
Но худший кошмар сбывался. Синий дракон – мой шанс, моя мечта – улетал к светлому кругу неба.
Отчаяние подкатило к горлу.
«Все пропало. Все пропало! Жизнь кончена».
Уйти с арены без дракона – худшего позора и представить нельзя. И как теперь возвращаться? Отец со свету сживет…
– Вернись, – одними губами прошептала я, глядя вслед улетающему дракону. – Вернись… Вернись…
Если синий и услышал, то не отреагировал. Крылатый силуэт мелькнул и исчез в световом окне купола.
У меня опустились руки. Взгляд скользнул по темной арене. Эффект эликсира Расширения разума постепенно сходил на нет, но я все еще чувствовала как минимум двух драконов, а рядом – тех, кому удалось установить с ними прочную связь. Маленькая золотая молния и грозный зеленый угощались рыбой, спокойные, усмиренные.
Внутри все сжалось. С губ сорвался тихий всхлип, руки опустились. Даже тот факт, что среди счастливчиков не было ненавистного Гросса, не радовал.
«Отец точно достанет ремень и будет пороть… – тоскливо пронеслось в голове. – Хорошо, если не всю кожу сдерет, а то в прошлый раз лекарь едва справился, чтобы следов не осталось… Феличчия так ругалась…»
Что-то толкнуло меня в спину, но я лишь отмахнулась. Сейчас мне точно было не до чужих замечаний или фальшивого сочувствия.
Все было кончено. Мне больше ничего не хотелось. Разве что…
Я замерла.
Что? Глупость какая! После проваленного ритуала одна мысль о еде вызывала тошноту.
Но голос внутри настойчиво твердил одно.
«
Это были не мои желания.
Это был…
Я обернулась.
Глубокие черные глаза серебристого гиганта глядели прямо на меня. Взгляд светился мудростью и спокойным любопытством. Дракон не дышал огнем, не пытался наброситься. Лишь смотрел, чуть наклонив большую треугольную голову и высунув раздвоенный язык.
Сердце в груди замерло. Зелье почти перестало действовать, но я чувствовала серебряного – так же отчетливо, как саму себя.
Слияние, случившееся целиком и полностью по воле древней разумной рептилии, произошло.
Я стала настоящей драконьей всадницей.
Я.
Смогла.
Я…
На подгибающихся от счастья ногах я попятилась, не сводя взгляда с крылатого, одна голова которого была с меня ростом.
– Да-да, – зачастила я, думая и проговаривая одновременно. – Сейчас. Бегу.
Желая угодить прошедшему слияние дракону, я бросилась к сваленным в таз подношениям, выбирая нужную рыбу. У каждого крылатого были свои предпочтения в еде, и всаднику полагалось поддерживать рацион.
Угорь отыскался не сразу. Заметив гибкий хвост, я вцепилась в него, выдергивая рыбу из кучи. И чуть не упала, когда осознала, что не единственная нацелилась на добычу.
С другой стороны таза стоял Гросс, держа угря за голову.
Я потянула рыбу на себя.
– Отдай! Тебе-то она зачем сдалась? Бери свою любимую селедку!
– Это не мне, – коротко откликнулся парень.
Мы с Лео одновременно уставились на нетерпеливо подергивавшего хвостом дракона.
А потом – ошарашено – друг на друга.
– Проклятое пламя, – озвучил наши общие мысли Лео Гросс.
Я такой выдержкой похвастаться не могла.
– Ты! – раненым драконом взревела я и, выпустив хвост угря, перемахнула через рыбный таз, сбивая Лео с ног. Ритуал, испытание, серебряный, нетерпеливо переминавшийся на арене в ожидании подношения – все в один миг оказалось забыто. Остался только Гросс, после появления которого в Академии Драконьего Союза вся моя жизнь пошла наперекосяк. – Какого?..
Удара в челюсть он не ожидал и потому даже не подумал отбиваться. Зато кулак, целившийся в наглый глаз, перехватил почти без усилий.
– Эй! Ты чего?
Искреннее недоумение в его голосе лишь сильнее распалило клокотавший внутри огонь.
– Нет! – Он что, серьезно не понимает, в чем проблема? – Это ты чего! Что ты хотел сделать с моим драконом?
– Игниваром?
– Что-о-о?! – Из груди вырвался придушенный писк. – Ты еще и по имени его зовешь? Что тебе от него надо?
– Хм... – Гросс увернулся от очередного удара. – Мне казалось, ты поняла.
– Что поняла? Что ты пытаешься забрать у меня дракона? Угря своровал, имя вызнал! Все хочешь отнять! Ты-ы!..
Расстановка сил изменилась быстрее, чем я успела врезать Гроссу как следует. Казалось, всего секунду назад инициатива была на моей стороне – я сидела на парне верхом, дав волю своему гневу, а Лео успевал лишь блокировать сыпавшиеся на него удары. Как вдруг Гросс вывернулся из-под меня и точным движением прижал к каменному полу. Крепкие ладони зафиксировали над головой запястья, бедра попали в тиски чужих коленей. Я попробовала брыкаться, но тщетно.
– Пусти!
– Тихо, тихо.
– Да п...
– Если продолжишь кричать, – пригрозил Гросс, – есть хороший способ тебя заткнуть.
По глазам Лео было видно, что он не шутит. Правда, после его слов посмотрела я совсем не в его глаза, а... немного ниже. Ведь и вправду, несмотря на то, что руки у парня были заняты, существовал еще один верный и безотказный вариант...
«Крылатая, о чем я только думаю?..»
Но, надо признать, Гросс таки добился своего. Сбитая с толку его угрозой и двусмысленностью нашего положения, я действительно замолчала и перестала вырываться.
– Вот так, – уже тише и спокойнее проговорил парень. – А теперь, надеюсь...
О чем он хотел поговорить, я так и не узнала – наблюдавшие за ходом ритуала мастера и драконьи киперы, следящие за рационом и состоянием магических рептилий, наконец опомнились и стащили с меня Лео.
– Бернарди! Гросс! – рявкнул старший мастер, отталкивая нас друг от друга. – Проклятое пламя! Что на вас нашло?
– Это он! – Я успела заговорить первой. – Он! Хочет установить связь с моим драконом! Вор!
– Дура! – не сдержавшись, заорал в ответ Гросс. – Я слышу его так же хорошо, как и ты!
– Не верю!
– Так и я не верю! Но...
– Не желаю ничего слышать! Заткнись, заткнись, заткнись!
Струя горячего пара, просвистевшая между нами, заставила нас и наставников отпрянуть в разные стороны. Пять пар глаз одновременно уставились на серебряного дракона.
Игнивар, вмешавшийся в человеческий конфликт, махнул хвостом.
Мы с Гроссом вздрогнули, одновременно получив ментальный приказ.
Мастера переглянулись. Старший неопределенно кашлянул, переводя взгляд с нас на дракона.
– Кажется у нас проблема... – как-то очень подозрительно буркнул он.
***
На остров Стермой, где возвышалась меж гор, пустошей и водопадов Академия Драконьего Союза, я возвращалась со смешанными чувствами. Часть души ликовала – с первого раза я обрела то, что оставалось недостижимой мечтой для большинства ментально сильных схоларов. Вместе со мной на корабле плыл мой дракон, и это меняло все. Теперь взгляды соучеников из завистливо-пренебрежительных превратятся в откровенно завистливые, у меня появится личный наставник, новое расписание и много-много часов полета. А потом я с триумфом привезу серебряного гиганта в Сциллию, где он станет защитником, хранителем и гордостью нашей маленькой страны. Отец подарит мне дом и огромный надел земли. Может быть, я даже заслужу его одобрительную улыбку. Но...
Треклятое «но», стоявшее между мной и радужными мечтами, носило имя Лео Гросс. Парень с рассеченной моим кулаком губой стоял у противоположного борта. Рядом хмурил брови мастер. Рука его покоилась на плече схолара, не удерживая, но предупреждая, что случится, если Гросс надумает сделать хоть один шаг в мою сторону.
Последнее я успела выяснить на собственном опыте. Точно такой же надсмотрщик из числа мастеров возвышался надо мной, в любой момент готовый применить силу. Я не дергалась. От предыдущей попытки плечо до сих пор болело. И оставалось только скрипеть зубами от несправедливости.
Крылатая, как же обидно быть сейчас не в центре корабля рядом с Эйей, Руни и серебряным Игниваром, а где-то в углу под надзором! Подруга установила связь с шустрой золотой молнией, а маян, пока мы прыгали вокруг синего, успел приручить его зеленого приятеля. Оба теперь стояли победителями в компании своих драконов.
В отличие от нас.
Хотя, если подумать, хорошо хоть к неудачникам не отвели. И на том спасибо.
Корабль меж тем успел войти в бухту. На причале было не протолкнуться – всем хотелось увидеть новых драконов и их молодых наездников. Из толпы слышались радостные крики, к которым примешивался негромкий рев, похожий на далекие раскаты грома. Крылатые, живущие на территории академии под защитой магического купола, приветствовали собратьев.
– Трое! – различила я чьи-то возбужденные разговоры. – Целых три крыла, надо же! В прошлый раз из восьмерых схоларов повезло лишь одному.
– Смотрите, с ними золотой! Такой малыш, а уже созрел для полноценной связи.
– И гигант есть. Вот алхимики обрадуются! Столько магии им теперь перепадет.
– Зато грумеров остается только пожалеть, ха-ха. Чем больше дракон, тем больше г...
– Эй, а серебряный случаем не Игнивар? Слышал я про него...
– Точно! Крылатый сводник.
– Интересно, кто сегодня с ним...
– Да как будто и никого. В центре только двое и три дракона.
– Быть того не может. Кто-то что, заарканил сразу двоих?
– Если тот курчавый, надо бы заглянуть к нему сегодня ночью. Раз двоих ящеров смог соблазнить, значит, на меня с подружкой точно силы хватит.
– Ммм...
Я отвернулась, внутренне кипя от раздражения.
Ну почему все сложилось так неправильно?
Почему, почему, почему?
«
Я бросила взгляд на дракона, смирно лежавшего на плоской палубе.
Зря? Ох, если бы...
Корабль вспорол днищем серый песок, замерев у причала. Толпа взорвалась криками.
Начиналась новая жизнь... Но совершенно не так, как я хотела.
***
К магистру Теодору Штерну, главе факультета драконьих наездников и первому претенденту на место следующего ректора Академии Драконьего Союза, нас доставили спустя три часа после завершения ритуала – злыми, помятыми и слегка подкопченными от вмешательства Игнивара. Моя коса растрепалась, на скуле Гросса медленно наливался алым будущий синяк. Огнеупорные костюмы из драконьей кожи сидели криво.
Да уж, не в таком виде я мечтала предстать перед одним из самых влиятельных людей в академии.
– Так-так… – Магистр Штерн обвел нас выразительным взглядом. Синие глаза, поразительно яркие для немолодого мужчины, смотрели внимательно и цепко. – Довожу до вашего сведения, схолары, что в академии не поощряется насилие.
Старший мастер откашлялся. Выглядел он ничем не лучше, чем мы, и, кажется, сам был не рад, что именно его отрядили для нашего сопровождения.
– Магистр Штерн, видите ли, сегодня на арене…
– Понимаю, мастер Норт. – Глава факультета кивнул. – На арене всякое бывает. Адреналин, напряжение, обостренное Расширением разума, нервы на пределе. И все же… – Взгляд, брошенный на меня магистром, был красноречивее любых слов. – Будущим драконьим наездникам следует держать себя в руках.
– Видите ли… – Вперед выступил Гросс. – Кассия не виновата. Она…
Вот уж чего я не могла стерпеть, так это попытки Лео меня защитить – а скорее выставить полной дурой – перед магистром.
– Он пытался украсть моего дракона! – перебила я парня, чтобы успеть донести до главы факультета нужную точку зрения.
Увы, вместо понимания я получила лишь ощутимый тычок в бок от мастера Норта.
– Бернарди! – разъяренно шикнул он мне в самое ухо. – Тебя что, домой отослать с позором? Как ты разговариваешь с заместителем ректора?
Я потупилась, ощутив острый прилив стыда, смешанный с раздражением. Крылатая свидетель, я хотела вести себя прилично, но близость Гросса не оставляла мне ни шанса!
– Простите, магистр Штерн, – проговорил мастер, больно сжав мое плечо, чтобы не высовывалась. – Схоларка Бернарди немного не в себе.
– Однако не похоже, что она не понимает, о чем говорит, – резонно возразил магистр. – Что вы имели в виду, говоря о краже дракона?
Я приосанилась.
Ну наконец-то кто-то решил меня выслушать!
– Магистр Штерн, на арене я установила связь с серебряным гигантом. Однако схолар Гросс утверждает, что тоже может слышать голос моего дракона. Но ведь такое…
– Невозможно? – Синие глаза проницательно сверкнули.
Я кивнула.
– Дайте угадаю, речь идет об Игниваре?
Что-то в его тоне и взгляде мне очень не понравилось.
– Уважаемый магистр, – решилась задать вопрос я. – Что вы имеете в виду?
– Видите ли, схоларка Бернарди… – Глава факультета драконьих наездников мягко вздохнул. – Игнивар – необычный дракон. До того, как он вернулся к нам в академию, его наездниками была семейная пара. Видимо, с тех пор он не поменял предпочтения.
– Что? – возмущению не было предела. – Никакая мы не пара! Чтобы я и он?..
– Соглашусь, – поддержал меня Гросс. – Это какая-то ошибка.
– Что можно сделать? Может быть, есть какое-нибудь зелье? Или ритуал? Я на все согласна! Мой отец богат. Если вопрос в деньгах, я ему напишу и он все решит. Не хочу делить дракона с… этим…
Магистр пожал плечами.
– Драконы мудры, особенно такие старые, опытные... пусть и несколько эксцентричные… как Игнивар. Деньги тут не помогут. Он сам выберет достойного. И тогда связь со вторым наездником угаснет сама собой. Нужно только подождать.
Я приободрилась. В душе робким цветком распустилась надежда.
– Значит… связь можно разорвать?
– Да, – подтвердил магистр Штерн. – Если и дракон, и второй наездник этого захотят.
– А ускорить это никак нельзя? – поинтересовался мастер Норт, заметив, как загорелись мои глаза. – Боюсь, если мы затянем процесс, эти двое переубивают друг друга.
– Не переубивают, – хмыкнул глава факультета. – И я даже знаю многоопытного наставника, который им в этом поможет.
– Нет, – мгновенно отреагировал мастер Норт. – Нет.
– Хотя, конечно, будет жаль разбивать выбранную Игниваром пару.
– Нет! – вторя свеженазначенному наставнику, хором заорали мы с Гроссом.
***
Ни. За. Что.
В Лео я вцепилась сразу же, как только мы оказались за пределами видимости магистра и пререкавшегося с ним мастера Норта, который до последнего не оставлял надежду избавиться от назначения. Схватив парня за горловину форменной куртки, я решительным шагом потащила его к манежу, куда Эйя и Руни отправились заниматься обустройством и кормить своих подопечных. Туда же дежурные киперы академии повели и Игнивара.
Гросс не сопротивлялся. Даже умудрялся зубоскалить, несмотря на сдавливавший шею узкий ворот.
– Если хочешь узаконить наши отношения, Бернарди, ближайший храм в другой стороне, в городе. Не уверен, конечно, что его жрец имеет достаточно полномочий для проведения ритуала над схоларами, но можно попробовать. Я бы, правда, сначала помылся и переоделся – важный день все-таки. Или что, так не терпится? Так можно и до брака…
Я скрипнула зубами. Поток отборного бреда, который нес Гросс, действовал на нервы, и без того расшатанные неудачным ритуалом.
– Слушай, а как ты думаешь, если мы с тобой теперь считаемся за одного, чья фамилия будет использоваться для обозначения нашего тандема с драконом? Как по мне, Игни-Гросс звучит неплохо, но я готов рассмотреть варианты. Нужно определиться, пока газетчики не придумали все за нас. Зато представь себе, какая будет новость! Шутка ли? Два сциллийца в академии – и оба оказались достойны связи с одним из старейших драконов!
Это было уже слишком. Я развернула Лео к себе так резко, что едва не уткнулась ему в грудь.
– Так, слушай сюда, – прошипела сердито. – Сейчас мы с тобой отправимся в манеж, и там ты скажешь этому чешуйчатому шутнику, что хочешь отказаться от вашей связи! Тебе все ясно?
Медленно, медленно уголки губ Гросса дрогнули.
– Нет.
Я не сразу осознала, что он сказал.
– Что значит – нет?
– То и значит, – повторил схолар с усмешкой. – Я не собираюсь отказываться от Игнивара только потому, что ты так хочешь. Скажу даже больше, я начинаю получать удовольствие, любуясь, как ты бесишься. Продолжай в том же духе, и я решу, что готов так всю жизнь прожить.
У меня кулаки зачесались стереть с лица парня эту наглую, гадкую ухмылку. Тем более что на одной скуле Лео синяк уже был. Надо бы сбалансировать картинку.
– Вот я тебя сейчас убью, – пригрозила, взглядом примеряясь к чужой челюсти, – и необходимость выбирать отпадет у дракона сама собой!
Гросс серьезностью предложения не проникся.
– Не-е, сомневаюсь, что это сработает. Драконы страсть как не любят терять всадников. Когда Игнивар узнает, что ты меня прикопала под каким-нибудь дальним камушком – а он, как ты понимаешь, узнает, – он сам от тебя откажется. И остальным скажет, чтобы держались от такой агрессивной особы подальше. Так что лучше тебе быть со мной поласковее. И понежнее.
В качестве ответа я сунула парню под нос сжатый кулак.
– Так я и прошу, Гросс. Ласково. Нежно. Вежливо. Откажись, мать твою!
– Нет. Сама откажись.
– Я? Да ни за что!
– Ну тогда пусть Игнивар сам решает, кого из нас носить на спине. Раз ни ты, ни я уступать не готовы.
Даже не знаю, каких сил мне стоило сдержаться. Если бы не угроза потери дракона, одним синяком Лео бы точно не отделался.
– Ты об этом пожалеешь, говнюк, – рявкнула я, чтобы хоть так оставить за собой последнее слово.
Лео хмыкнул.
– А может, и нет. Вдруг на самом деле мы идеальная пара, а ты и не подозреваешь.
Я чуть не задохнулась от возмущения.
– Я? С тобой? Да никогда! Скорее Мунцибелло потухнет, чем я признаю, что ты мне нравишься!
– Но-но! – Гросс шутливо вскинул руки. – Не шути со стариной Мунци. Если из-за твоего упрямства Сциллия останется без любимого вулкана, этак нам ни одного дракона на попечение не дадут. Будем как инляндцы содержать своего теплолюбивого хранителя у соседей в гейзерной долине.
– Не говори ерунды.
– Ну, знаешь, это не я тут разбрасываюсь опасными клятвами. Что, мэрской дочке не пристало водиться с босяками?
– Да! – меня было уже не остановить. – Откуда мне знать, вдруг у тебя блохи?
– Так проверь, – расхохотался парень. – Хочешь, разденусь, чтобы удобнее было?
– А-а-а-а! – Я сорвалась на крик. Видит Крылатая, с Лео Гроссом просто невозможно было разговаривать нормально. – Да пошел ты! Хотя нет! – Я фыркнула, точно разъяренный дракон, увидев, что наглец даже не сдвинулся с места. – Сама уйду!
Резко развернувшись на каблуках, я бросилась прочь – как можно дальше от ненавистного Гросса. Но не прошла и десяти шагов, как поняла, что иду не туда. Манеж был в той стороне, где остался Лео. А там, между прочим, ждал голодный дракон.
Не определившийся с фаворитом голодный дракон.
Осознав, что оставила Лео на десять шагов ближе к победе, я опрометью бросилась назад. Поравнялась с парнем, взяла за плечи, развернула в противоположную сторону.
– Так, нет. Это ты идешь во-он туда прямиком в проклятую бездну. А я направляюсь кормить своего дракона. И не смей – слышишь? – не смей идти за мной!
Парень только хмыкнул.
***
Наставники на курсе по теории ментальной связи рассказывали, что первое кормление является важным шагом к установлению прочной связи между крылатым ящером и его наездником. Дракон транслирует свои предпочтения, проявляет доверие к человеку, разрешает прикоснуться. Упустить такой шанс было бы непоправимой глупостью. Хватало и того, что нас с Лео насильно утащили на разборки с магистром, тогда как остальные счастливчики уже вовсю контактировали с выбравшими их драконами.
Пора было наверстывать упущенное.
В крытом манеже, куда заселяли всех драконов академии, было тихо. Двое новоиспеченных наездников общались со своими крылатыми, процесс контролировали мастер и два дежурных кипера. Несколько ящеров наблюдали за новенькими из гнезд и с площадки для кормления, вытянув любопытные разноцветные морды.
Первой я увидела Эйю. Подруга чесала за ухом лежавшую у нее на коленях золотую молнию. Рядом с ней ошивался Ран. У дальнего гнезда Руни кормил зеленого.
Серебряный гигант Игнивар лежал в паре десятков шагов от кормушки, гипнотизируя немигающим взглядом угощение. Дракон не предпринимал попыток есть самостоятельно, как будто хотел дождаться правильного завершения ритуала.
Мое приближение он почувствовал сразу же. Большая треугольная голова повернулась, из приоткрытой пасти высунулся раздвоенный язык.
«
Я закивала, направляясь к рыбной куче. Взяв корзину для кормления, выбрала, преодолев внутреннюю брезгливость, двух угрей, раз уж Игнивар еще во время ритуала дал понять, что предпочитает именно их, и на всякий случай добавила крупного тунца, считавшегося в Сциллии деликатесом.
Любимому дракону – все самое лучшее!
Глаза Игнивара заблестели. Однако стоило мне предложить ему корзину с рыбой, дракон… отвернулся. Я чувствовала, что он голоден – наша связь это позволяла. И тем не менее...
Решив не спорить с рептилией, я перетащила корзину – мало ли, вдруг у крылатого на старости лет шею защемило и со свернутой головой есть удобнее? Ситуация повторилась.
И еще раз.
И снова.
Стоило мне опустить перед серебристой мордой тяжелую, между прочим, корзину, как дракон перемещал пасть в противоположную сторону.
Он был голоден. Но при этом наотрез отказывался есть.
«Да что это с ним?»
За спиной раздался смешок. Обернувшись, я увидела, что мои пляски вокруг дракона привлекли немало ненужного внимания. Киперы шушукались, и даже Эйя, отвлекшись от чесания золотой молнии, поглядывала на меня со сдержанным любопытством.
Я только зубами скрипнула. И без того противно возиться со склизкой вонючей рыбой, а тут еще и это?..
«Ну почему – почему? – у меня все вечно не так, как у людей? Эйя и Руни получили каждый по дракону. Никаких дополнительных связей и наглых напарников, бесящих неудачными шутками и готовых по первому писку дракона бежать в храм. Неужели хоть раз не могло повезти? А отец… Крылатая, только бы он не узнал о случившемся раньше, чем я избавлюсь от Гросса…»
Мастер, наблюдавший за кормлением, оторвался от стены и под шепотки и смешки направился ко мне.
– Проблемы, схоларка Бернарди?
– Никаких, – жизнерадостно оскалилась я. – Справляюсь.
– Оно и видно. – Мастер не стал делать вид, что поверил. – Где Гросс?
– А он тут зачем? – бросила сердито. – Это мой дракон, мне его и кормить.
Игнивар выразительно чихнул. На морде рептилии отчетливо читался вполне человеческий скепсис. Даже без ментальной связи не понять его было невозможно.
– Не очень-то он и твой. Полагаю, у Гросса бы лучше получилось.
– Что, уже вся академия в курсе нашей ситуации? – кисло поинтересовалась я.
– Разумеется. Развлечений на Стермое особо нет, а тут такое зрелище.
Дракон чихнул еще раз, когтистой лапой аккуратно опрокидывая корзинку.
На усилившиеся смешки я решила не реагировать. Хотя очень хотелось.
– Ты специально? – спросила я дракона.
Треугольная голова кивнула.
– Издеваешься?
Покачивание.
– Хочешь, чтобы я привела Гросса?
Новый кивок.
– А может, просто поешь как хороший дракон? Без таких вот фокусов?
Вместо ответа дракон заурчал – низко, утробно, словно большой кот. Сознание затопило волной любви с капелькой вины. Будто Игнивар извинялся за свою выходку... но давал понять, что позиции не изменит.
Сердиться на него, чувствуя то, что чувствовал сам крылатый ящер, было невозможно. Я выдохнула, сдаваясь. Игнивар потянулся ко мне, подставляя под ладони гладкое светлое горло.
– Ну и что мне с тобой делать? – спросила я урчащего от почесываний дракона.
«
Последнее прозвучало как-то по-особенному, с оттенком удовлетворения и радости. Так что мне даже оборачиваться не пришлось. И без того было ясно, кого принесло в манеж.
– Я же сказала тебе держаться отсюда подальше.
Лео только хмыкнул.
– А я не послушал. Тем более мне сказали, что Игни тут отказывается от еды. Так что я решил забежать на кухню и там кое-что достал. Вкусно, да?
«
Почему-то это задело. Со мной Игнивар так себя не вел.
Я отстранилась от парня и дракона.
– Знаешь что? Ну и корми тогда его сам, раз вы такие друзья.
– Эй... – начал Гросс, но я уже зашагала прочь.
Ушла, правда, недалеко, остановленная рукой появившегося следом за Лео мастера Норта. Наставник был мрачен – очевидно, разговор с магистром Штерном пошел не по плану. Но от навязанных обязанностей уклоняться не стал.
– Куда собралась? А дракон?
– Да ну его. – Я махнула рукой. – Упрямая рептилия.
Но взгляд почти против воли потянулся к Игнивару. И уходить сразу резко расхотелось. Потому что ничто не могло быть приятнее, чем наблюдать за Гроссом, прыгавшим вокруг отворачивавшего морду дракона.
И правда, какое развлечение…
– Перемещайся быстрее, Гросс. – Мой голос эхом разнесся по манежу. – Вдруг поможет?
Он оторвался от попыток сунуть под нос крылатому новопринесенных угрей.
– Не понимаю. Почему он не ест?
– Потому что ты ему не нравишься, – съязвила я, за что немедленно получила подзатыльник от мастера.
– Можно подумать, ты ему нравишься, – буркнул тот. И, повысив голос, добавил. – Похоже, Игнивару важно, чтобы вы с Гроссом были тут вдвоем. Раз привязка сработала на обоих, Игнивар не воспринимает вас поодиночке. Так что вперед. Кормите вместе.
«Что ж… Раз делать нечего, почему бы не воспользоваться сложившейся ситуацией?»
Увернувшись от нового подзатыльника, я бодро зашагала обратно к Лео и Игнивару.
– Ладно уж, – объявила с видом, что делаю обоим одолжение. – Давай сюда своих угрей, Гросс. Перемешаем и посмотрим, что будет.
Отобрав у парня корзинку, я высыпала его добычу в общую кучу. Угорь смешался с тунцом.
Дракон заурчал от возбуждения, облизываясь.
«
Дождавшись, пока крылатый отвлечется, я повернулась к Лео.
– Не надейся, что я еще хоть раз подпущу тебя к Игнивару, – прошипела сквозь зубы.
Гросс ухмыльнулся.
– Посмотрю, как тебе это удастся. Ты же видишь, дракон хочет видеть нас двоих.
– Ненадолго.
Тонкая ниточка связи зазвенела от беззвучного смеха.
С этого дня спокойная – если, конечно, до этого ее можно было назвать таковой – жизнь закончилась. Окончательно и бесповоротно.
Началось все достаточно невинно. С расписания, которое мастер Норт подготовил на следующий день после инцидента с первым кормлением Игнивара.
– Вот. – Он положил передо мной расчерченный лист. – Новый учебный план согласно выбранной для вас специализации.
Я поморщилась. Унизительное «для вас» царапнуло сердце, намекая, что все мое обучение было предопределено отцом еще в тот момент, когда скауты выявили ментальный потенциал у дочери мэра Саталии.
А потом я увидела, что именно мне предполагалось изучить перед назначением на должность хранительницы сциллийского дракона. Список предметов пришлось прочесть дважды. С первого раза я решила, что это какая-то шутка.
– Прошу прощения, наставник Норт.
– Прощаю, схоларка Бернарди. – бесстрастно кивнул мужчина. – Что-то не так?
У меня чуть язык не отнялся от изумления.
Что-то? Все!
– Мастер Норт, а где... я даже не знаю, с чего начать. Почему в моем расписании нет уроков полета? Где курс по боевой магии? Откуда появились две дополнительные пары по истории Драконьего Союза? Я думала, у наездников этот курс заканчивается в следующем месяце! И что такое, Крылатая меня раздери, продвинутый этикет? Я что, проучилась четыре года и выдержала ритуал слияния для того, чтобы в академии меня учили правильно держать вилку?
Наставник поморщился. На усталом лице отчетливо читалось едва сдерживаемое раздражение.
«Так и знал, что с вами будут проблемы», – словно говорил его взгляд.
Тем не менее, голос мужчины звучал ровно.
– Схоларка Бернарди, ваше расписание полностью соответствует учебному плану, выстроенному для подготовки церемониального наездника. Эта роль не предполагает участия в спасательных или боевых операциях. От вас потребуется четкое соблюдение традиций, участие в протокольных мероприятиях и поддержание магического уровня Сциллии на утвержденном Советом Драконьего Союза уровне.
– Но... Отец... Отец сказал...
– Ваш учебный план полностью одобрен господином Бернарди.
Что-то внутри сжалось. Я до боли впилась ногтями в ладони, чтобы не заплакать.
Глупо, но я всегда верила, что стоит мне обрести дракона, как вместе с ним придет и самостоятельность. Но нет. Я все еще зависела от решений отца, и даже состав учебного курса за меня выбрали заранее. Никаких полетов, никаких тренировочных площадок и учебных миссий. Только скучное зазубривание ритуалов – кто куда встает, перед кем первым склоняет голову и когда дракон испускает магию.
– А Гросс? – осторожно поинтересовалась я. – Ему тоже придется изучать церемониал?
Закономерное «чтобы, в случае чего, занять мое место хранительницы Сциллии» вслух решила не произносить, чтобы не сглазить.
К моему изумлению, наставник коротко качнул головой.
– У схолара Гросса индивидуальный учебный план, направленный на общую подготовку.
– Что? – У меня аж дыхание перехватило от возмущения. Уж не знаю, почему, но я была уверена, что раз Игнивар достался двум сциллийцам, его назначение предопределено по умолчанию. – Как это так? Быть того не может!
– Вы сомневаетесь в моих способностях составить верное расписание? – выгнул бровь наставник. Но взгляд его почти неосознанно на секунду метнулся к листу, лежавшему поверх документов на рабочем столе.
Большая ошибка!
Я ухватилась за бумажку, выдернув ее из-под руки мастера Норта. И буквально взвыла от осознания жесточайшей несправедливости.
Полеты. Отработка ментальной связи. Тренировочные задания на полосе препятствий.
Все, о чем я только могла мечтать…
– Хочу такое же!
Наставник, пришедший в себя, забрал у меня чужое расписание.
– Ваши занятия уже согласованы, схоларка Бернарди.
– Плевать! Хочу такое же расписание, как у Гросса. Вы же сами сказали, что наездники имеют право участвовать в составлении своего учебного плана. Вот я и участвую. Прямо сейчас.
Наставник нахмурился.
– В вашем случае это не самое оптимальное решение… – осторожно начал он.
Но я не дала ему закончить.
– С отцом я разберусь, мастер Норт, – сказала как можно тверже, чтобы наставник купился и доверил переговоры мне вместо того, чтобы, не приведи Крылатая, жаловаться самостоятельно. – Прошу, пожалуйста, переделайте мое расписание. Так, чтобы у меня было столько же часов с драконом, сколько и у Гросса. В конце концов, – добавила, надеясь, что хоть этим пройму несговорчивого мужчину, – это будет справедливо.
На такое возражений не нашлось.
***
Я точно видела, что первое практическое занятие Гросса было поставлено на утро в середине недели. И потому не смогла сдержать ликования, когда узнала, что это время перешло ко мне.
Лео уведомили в последний момент. Мы столкнулись у драконьей площадки – он, недовольный, что зря проснулся с утра пораньше, уходил в жилой корпус, а я, сияющая, словно начищенная монетка, шла в сторону манежа, насвистывая веселенький мотивчик. Кислая гримаса на лице схолара еще сильнее подняла мне настроение.
– Доброе утречко, Гросс.
– Доброе, – буркнул он.
– Что, занятие отменилось? Ах, какая досада. Мог бы спать и спать…
Раздражение сверкнуло в светлых глазах, когда он догадался, кто стал причиной изменений в его расписании.
– Не переживай, – утешила его я. – Меньше бессмысленных занятий, о которых придется жалеть, когда дракон выберет другого наездника.
– Не торопи события, Бернарди.
– Да я и не тороплю, – сладко пропела я. – Хотя нет, тороплю. Это у тебя свободное время, а мне пора на занятие.
Темные брови сошлись у переносицы.
– Значит, война?
– А у нас что, был мир? – хмыкнула я с улыбкой, достойной сциллийской барракуды.
А дальше покатилось по нарастающей.
Для практического занятия с алхимиками мне понадобилась чешуйка дракона. Однако когда я появилась в манеже, оказалось, что Гросс уже отпустил Игнивара на прогулку. Дозваться серебряного, кружившего где-то над островом, было невозможно. К счастью, дежурный кипер подсказал поискать в гнезде, где я действительно обнаружила несколько сброшенных тонких пластинок. Забрав добычу, я побежала на практикум и отлично поработала, извлекая магическую эссенцию.
Конечно же, этим дело не кончилось.
Утром дракона снова не было на месте – улетел охотиться с разрешения наездника, как любезно сообщил мне парень, убиравший соседнее гнездо. Я заскрежетала зубами. Если вчера мне хватило пары чешуек, то сегодня требовался дракон целиком. С утра у нас с Эйей – единственных девушек среди молодых наездников – были занятия по физической подготовке, на которых наставник обещал преподать нам азы взаимодействия с крылатыми ящерами. Вот только из-за выходки Гросса мне ничего не оставалось, кроме как наблюдать за тренировкой подруги, наматывая бессмысленные круги по стадиону.
К концу неудачного занятия я твердо решила, что просто так этого не оставлю.
План мести готовила тщательно. За пару золотых мне удалось раздобыть полное и актуальное расписание индивидуальных занятий Гросса – Рейф недолюбливал удачливого одногруппника даже сильнее, чем меня, и был готов насолить тому и бесплатно, хотя от денег, конечно, отказываться не стал. Я тщательно изучила исписанный лист, пока наконец не нашла то, что искала – дополнительное занятие по уходу за драконами. Лео должен был встретиться со старшим шорником, чтобы снять мерки для седла.
Что ж, не в этот раз.
Так что в назначенное для Гросса время дракона в гнезде не оказалось. Плановая встреча с лекарями, ах-ах, какая досада.
Я злобно потирала руки, наблюдая, как бесится Лео, обнаруживший пропажу. На всякий случай в ожидании ответной гадости свои мерки я сняла заранее, так что когда Игнивара внезапно забрали на практикум младшего курса драконьих наездников, нисколько не удивилась и преспокойно занялась подгонкой собственного седла.
Ну а чего еще ожидал Гросс? Может, ему и летать-то на Игниваре не придется. Если дракон быстро определится с выбором, до сдачи летного экзамена, предшествовавшего активной практике, дело не дойдет.
Но выбирать серебряный ящер не спешил. И в наше противостояние не вмешивался, предпочитая наблюдать со стороны и принимать удвоенную заботу. Иногда мне казалось, что дракона это забавляло, но на прямые вопросы крылатый отвечал загадочным молчанием.
Попробуй догадайся, что у этого существа в голове!
И мы продолжали.
Перед занятием Гросса по драконьей магии я дала Игнивару слишком много волшебной руды, чтобы заклятый напарник мучился, пытаясь взять разбушевавшуюся силу под контроль.
На следующий день Лео забрал из библиотеки все книги по драконоведению, чтобы я не успела написать работу об особенностях парной связи. Пришлось выдумывать на ходу, а потом мучительно краснеть перед магистром Штерном, принимавшим зачет. За пятнадцать минут позора я успела тысячу раз проклясть свою лень, из-за которой отложила задание на последнюю ночь. Еще больше проклятий досталось на долю Гросса, подло воспользовавшегося моей слабостью.
Унижения я простить не смогла, подговорив Рейфа подменить соседу по комнате согревающую мазь на перцовую смесь. Поступок был так себе, с какой стороны ни посмотри, так как на вводное занятие по летной практике Гросс не пришел. Я была одна и смогла полностью посвятить время Игнивару, научившись закреплять седло и надевать сбрую. Дракон не сопротивлялся, однако смотрел так пронзительно, словно был ожившим воплощением моей совести. Я утешала себя тем, что от жгучего перца еще никто не умирал. Вроде бы.
В качестве своеобразного извинения я решила, что следующий удар Гросса приму молча и с должным смирением. Вот только его не последовало. Ход сделал Игнивар.
***
Дежурный кипер нашел меня в библиотеке за подготовкой к занятию по истории Драконьего Союза.
– Схоларка Бернарди, после учебы жду в манеже, – бросил он и, развернувшись, ушел, ничего не добавив.
Сердце в груди застучало набатом.
«Неужели Игнивар… выбрал?»
Я мысленно потянулась к тонкой ниточке нашей связи с драконом и возликовала еще сильнее, осознав, что все еще чувствую ее.
Время до вечера тянулось бесконечно. Едва только преподаватель захлопнул тяжелый том учебного пособия, я опрометью бросилась из аудитории и, не переодевшись, помчалась к драконьему манежу. За спиной точно выросли крылья. Я готовилась к лучшему – иначе зачем бы киперу искать меня среди дня, чтобы пригласить лично.
Вот только реальность в виде ведра и щетки быстро опустила меня с небес на землю.
– Где гнездо Игнивара, ты знаешь. – Кипер мрачно ткнул пальцем в темноту, передавая мне инструменты и светильник с сияющей магической рудой внутри. – Постарайтесь управиться до комендантского часа.
– Но… – Подозрительное «постарайтесь» и плеск мыльной воды заставили меня напрячься. – Есть же младшекурсники. И грумеры…
– В первое время за драконом ухаживает его наездник, – пресек мои попытки переложить на кого-то неприятную работу кипер. – Это нужно для укрепления связи. Так что вперед, Бернарди. Не трать время, у тебя его и так немного.
Возразить было нечего. Пришлось брать ведро и щетку и уныло плестись к гнезду под строгим взглядом дежурного по манежу.
Я искренне надеялась, что ничего особенного делать не придется. Может, немного отполировать чешую или застелить свежее сено. Что-нибудь простое. Чистое. Подходящее высокому статусу драконьего наездника.
Так сильно я еще не ошибалась.
Запах я почувствовала метров за десять до гнезда Игнивара. Дракон занимал крайнюю нишу на нижнем ярусе манежа, где располагались самые просторные гнезда для крупных рептилий. Сейчас в академии таковых было трое – мой серебряный, старый учебный Руннар и Штормер, зверь магистра Штерна. Последние двое отсутствовали, так что списать вонь на чужих драконов не получилось бы при всем желании.
«Крылатая, что же такого учудил Игнивар? Съел что-то несвежее и теперь мучается несварением? Искупался в сероводородном озере? Нашел за территорией академии яму с дохлой рыбой и потоптался там всласть?»
Как оказалось, все сразу.
Выдержки, чтобы зайти в гнездо, мне не хватило. Бросив на грязного и довольного дракона осуждающий взгляд, я зажала платком нос и уже собралась бежать за помощью, но не успела сделать и шага, как наткнулась на Гросса, вооруженного ведром, щеткой и тряпкой.
При виде меня на лице парня отразился целый калейдоскоп эмоций. Удивление сменилось негодованием, но в следующую секунду обида за перцовую мазь преобразовалась в едкую усмешку, стоило только парню увидеть, что я держала в руках.
– Ну, привет, – хмыкнул он.
Я же впервые обрадовалась Лео как родному. Казалось бы, только что думала, кого бы привлечь к наведению чистоты в гнезде, а тут такая удача.
– Гросс! – Спрятав ведро за спину, я расплылась в приторно-любезной улыбке и попятилась бочком, пропуская Лео к стойлу. – А Игнивар тут как раз тебя ждет. Что ж, приятного времяпрепровождения. Оставлю вас вдвоем…
– Постой-ка.
Я застыла как вкопанная. Не из-за слов Гросса, само собой, а от мысленного приказа Игнивара. Дракон четко обозначил, что хочет видеть сегодня нас обоих.
Что будет, если я не послушаюсь, объяснять не требовалось.
Спрятав эмоции поглубже, я медленно повернулась.
– Хотя ладно, – проговорила, не отнимая платка от лица. – Так и быть. Составлю тебе компанию.
– Ну-ну. – Ухмылка стала шире. – Ну, пойдем, раз так. Девушки вперед.
Скрипя зубами и проклиная все на свете, я шагнула к гнезду, стараясь осторожнее ступать на покрытый неизвестно чем пол. Вонь стояла такая, что легко пробиралась через платок. Голова кружилась, ужин просился наружу. Хотелось выплеснуть мыльную воду под ноги, чтобы хоть один пятачок поверхности стал чистым, но я сомневалась, что это поможет.
Игнивар встряхнулся. Запах усилился.
– Фу-у!
Гросс, наблюдавший за моими мучениями, насмешливо изогнул бровь.
– Да ты, я смотрю, настоящая принцесса. Можно подумать, за четыре года ни разу не видела грязного драконьего гнезда.
– Вот еще. – Я фыркнула, гордо задрав подбородок. – Зачем убирать экскременты, когда для этого есть другие люди?
– Что-то я не слышал, чтобы наставники и киперы освобождали кого-то от обязательных работ.
– Главное, найти правильный подход.
– О-о-о… – Лицо парня вытянулось в ехидном удивлении. – О-о-о! Я-то гадал, врут слухи или нет, что кто-то из наших нанимает младшекурсников для чистки гнезд. А оказалось, что это ты.
– Завидуй молча.
– Чему, Бернарди? Кто же мог подумать, что ты с самого начала не планировала иметь дракона. Чего тогда тянешь? Откажись поскорее, и все.
– Что?! – Я аж взвизгнула от такой наглости, едва не выронив платок. – Вот еще! С чего бы? Чтобы чистить и убирать за драконами, существуют грумеры. Бред какой-то – использовать схоларов как уборщиков.
– А вдруг денег на грумеров не будет? – хмыкнул Гросс.
– Фи. Я ж не ты.
– Так и крылатые выбирают наездников не по толщине кошелька. Уважение дракона деньгами не купишь. Чем хороша Академия Драконьего Союза – здесь шанс дается всем.
– А зря.
Мои слова его задели – я видела это по сузившимся глазам и дернувшимся уголкам губ. Сердце царапнула совесть. Не то чтобы я действительно считала себя лучше других благодаря высокому положению – в академии не смотрели на деньги и статус, собирая в своих стенах всех ментально сильных схоларов из стран Драконьего Союза. Да и ритуал я прошла безо всякой протекции со стороны отца.
Но это не значило, что я жаждала выполнять грязные дела вроде чистки гнезда или чистки рыбы. Зачем, если есть специальные люди, готовые этим заниматься за небольшое вознаграждение?
Игнивар, подслушивавший мои мысли, фыркнул, обдав меня потоком горячего пара. Специальные люди, очевидно, были ему не слишком интересны.
– Ты же даже не пробовал, – буркнула я дракону. – Посмотрим, как изменится твое мнение, когда твою шкуру натрут до блеска и умаслят дорогими эссенциями.
Но ящер лишь мотнул треугольной головой.
«
Я не собиралась сдаваться.
– Эй, Гросс, – повернулась я к парню. – Вот он, твой шанс. Игнивар сказал, что хочет, чтобы его помыл ты.
Гибкий чешуйчатый хвост щелкнул меня по спине – ври, да не завирайся. Лео, к моему сожалению, ответ дракона тоже слышал. Так что стоило мне отвернуться, как во второе плечо прилетела мокрая тряпка.
– Язви, сколько хочешь, Бернарди, а поработать тебе придется, если не хочешь лишиться крыльев, – ухмыльнулся Гросс, глядя, как я с отвращением смотрю на забрызганный форменный жакет, который я, в отличие от него, не успела переодеть. – Вперед, белоручка. Кто последний, будет мыть хвост.
– Не дождешься!
Взвизгнув, я бросилась к драконьей голове, чтобы быстрее закрепить за собой чуть более чистую часть Игнивара. И лишь на полпути поняла, что забыла ведро. Пришлось возвращаться, макать ткань в воду и, разбрызгивая мыльную пену, бежать обратно. Стоявшего на пути Гросса я сердито оттолкнула прочь… выпустив из рук многострадальную тряпку.
Шлеп!
Крылатый сердито фыркнул, давая понять, что не позволит прикоснуться к своей шкуре – чисто из вредности, так как сам был не сильно чище, чем пол в гнезде. Делать нечего, пришлось снова идти к ведру. Вода в нем мгновенно помутнела, вызвав новый всплеск драконьего неудовольствия.
«Да что ж такое!»
Я сердито топнула ногой.
– Эй!
Лео, натиравший крыло, вытянул голову.
– Чего тебе?
– Вода грязная.
– И что?
– Принеси новую.
Парень иронично выгнул бровь.
– У меня для тебя новость, Бернарди. Я тебе не слуга.
– Я заплачу.
– Оставь себе. Будет на что заказать новую шелковую рубашку и кружевное бельишко.
Насмешливый взгляд, брошенный на мою испачканную униформу, был красноречивее любых слов. Я покраснела, осознав, насколько неопрятной я выгляжу.
Стыд, да и только!
– Проклятое пламя… – выругалась сквозь зубы, пытаясь кое-как привести одежду в порядок.
Не вышло.
Поняв, что любимую рубашку не спасти, я решила смириться с неизбежным. Чем быстрее закончу, тем быстрее окажусь в женской купальне с кувшином розовой воды и мыльным корнем.
Обреченно вздохнув, я подняла взгляд на Гросса.
– Хорошо. Где взять чистую воду?
– Вот ходила бы на занятия, а не платила малоимущим, – съехидничал парень, – то все бы знала и умела.
– Заткнись.
– Ладно, ладно. – Лео сменил гнев на милость. – Вода рядом с поилкой. Хоть это-то место ты знаешь?
– Знаю.
Бурча под нос проклятия, я потащилась к поилке. Каменная чаша размером с небольшой фонтан ежедневно наполнялась из подземных источников, которыми изобиловал остров. Сейчас она была почти пустой, зато рядом нашелся резервуар поменьше, где плескалась чистая вода. Чуть выше на крючке висел черпак с длинной ручкой и мешок с мыльным корнем.
Ну вот! Другое дело!
Обрадовавшись, я плюхнула грязное ведро и тряпку прямо в чашу. Вода, еще секунду назад прозрачная, немедленно помутнела. Поверхность затянуло бурой пленкой, по которой плавали тонкие соломинки.
Только тогда до меня дошло, что я сделала.
– Да чтоб тебя!
Я смотрела на грязные хлопья мыльной пены и чувствовала, как к горлу подступает отчаяние. Кто бы мог подумать, что полноценный драконий всадник должен уметь делать вещи, для выполнения которых в доме Бернарди был целый штат слуг? Несправедливо! Гросс и так лучше справляется с учебной нагрузкой и тренировками, а теперь еще и его трактирное прошлое оказалось не позором, а преимуществом. Драконы, как выяснилось, любят тех, кто не боится замарать руки.
«Уважение дракона деньгами не купишь, – насмешкой прозвенело в голове. – Чем хороша Академия Драконьего Союза – здесь шанс дается всем».
Я позорно шмыгнула носом.
«Слабачка…»
Вот чего мне стоило хоть немного поучиться таким вещам? Но, увы, Феличчия Бернарди, жена отца, ненавидела домашнюю работу и с детства внушала мне, что высокородной женщине неприлично опускаться до уровня простой служанки.
«Ты же не хочешь, – говорила она, – стать такой же, как твоя мать, оказавшаяся недостаточно хороша для того, чтобы полноценно войти в семейство Бернарди, правда ведь? Докажи, что отец взял тебя не только из-за ментального дара. Будь достойна фамилии, которую носишь, и крови, что течет в твоих жилах».
И я слушала и старательно усваивала, как нужно одеваться, краситься, укладывать волосы и вести себя в обществе первых семейств сциллийской знати… даже не подозревая, что в Академии Драконьего Союза мне потребуется совершенно другое.
– Ну и чего ты тут застряла? – раздался за спиной голос ненавистного Гросса. – Потеряла черпак? Ведро утопила?
Я быстро утерла выступившие слезы.
– Тут грязно.
– Ого! – Подошедший ближе Лео присвистнул. – Ты чего, вылила туда воду из ведра? Крылатая! Как тебе такое вообще в голову пришло?
– Ну, это же не я до поступления в академию сутками напролет драила отхожие места в трактире. Нет у меня такого… опыта.
Подколку Гросс проигнорировал.
– Да-а, – задумчиво протянул он, осмотрев грязную поилку. – Проблема. Чтобы вода
обновилась, потребуется пара часов, не меньше… А Игнивар наполовину в пене. Ему явно не понравится, если мы его таким оставим.
– Так, может, отведем Игнивара в купальни? – предложила я. – Сразу и его вымоем, и себя. Там чистой воды хоть залейся…
– Ты вообще представляешь, как подгадишь студентам, которые захотят помыться после того, как мы выполощем в источнике огромного дракона?
– Да плевать на них!
– А на преподавателей?
– И на них, – упрямо ответила я, хоть уже и не так уверенно. Ссориться с мастером Нортом не слишком хотелось.
Лео хмыкнул.
– Полагаю, ты изменишь свое мнение, когда тебя отчислят.
– За одно невинное купание? Скажешь тоже!
– Невинное или нет – зависит от того, с какой стороны посмотреть. В любом случае, мы еще никогда не летали на Игниваре. А без опыта полетов забираться на спину покрытого пеной дракона без седла – слишком бредовая идея даже для такой, как ты.
Я хотела уже обидеться, но не стала, понимая, что Гросс прав.
– А ты что предлагаешь?
– Носить воду из купален.
– Ага! И до ночи ходить туда-сюда через всю академию с грязными ведрами? Все будут над нами смеяться.
– А тебе так важно, что о тебе думают другие?
– Да… – Я удивленно посмотрела на Гросса. – А тебе, что ли, нет?
– Нет.
– Ну и таскай сам. А я подожду у Игнивара.
Но оказалось, что идти никуда не надо.
Я даже пикнуть не успела, когда на загривок опустилась когтистая драконья лапа. Вторая такая же сгребла за шкирку удивленного Гросса. С шорохом раскрылись огромные кожистые крылья.
А в следующее мгновение Игнивар взмыл к световому окну, вырываясь за пределы защитного купола академии и унося нас с собой в серое закатное небо.
– А-а-а-а-а-а-а!
Вопль ужаса вырвался из груди, заглушаемый ревом ветра и хлопаньем крыльев. Юбка хлестала по ногам, грозя сорваться с бедер и отправиться в самостоятельное путешествие, когти Игнивара больно впивались в плечи. Даже пошевелиться было страшно. Я зажмурилась, боясь, что, если открою глаза, то заору еще громче, и дракон, не разобравшись, сбросит меня прямо на острые скалы.
Да, я мечтала о полете на своем драконе. Но точно не в качестве груза, болтающегося под серебряным брюхом!
«Проклятая бездна, как же…»
Плечу вдруг стало свободно и холодно. Воздух, который до этого бил преимущественно в лицо, ударил в живот. Юбка прилипла к ногам.
От внезапности этих перемен глаза распахнулись сами.
– Йяа-а-а-а-а! – завопила я, судорожно размахивая руками так, будто они могли превратиться в крылья.
Без толку. Синий круг воды, окутанной паром, стремительно и неотвратимо приближался, грозя поглотить выпущенную из драконьих когтей добычу.
«Игнивар, подлая ты рептилия! Ну я тебяа-а-а-а-а-а!..»
Бульк!
К моему удивлению, удар оказался не таким сильным, как я опасалась. Я погрузилась метра на полтора в теплую солоноватую воду и сразу же заработала ногами, всплывая вверх. Юбка мешалась, но не настолько, чтобы тянуть ко дну.
Фыркая и отплевываясь, я вынырнула на поверхность. Секунду спустя из воды показалась голова Гросса. Выглядел парень не лучше, чем я себя чувствовала, – лицо было бледным, с чуть зеленоватым оттенком, губы плотно сжаты, брови сведены у переносицы.
Это вызвало внутри удовлетворение и немного примирило меня с реальностью. Не одна я чуть душу Крылатой не отдала от такого приключения и теперь вынашивала план мести своевольной серебряной рептилии.
Будет кого взять в сообщники, если что.
«Хотя нет, фу! Только не союз с Гроссом!»
Сердито встряхнув мокрой головой, Лео подплыл ко мне.
– Касс, ты как?
Я закатила глаза – а то сам не видит. Мы мокрые, болтаемся неизвестно где в компании крылатого нахала. Академия далеко, вокруг только скалы да водопады. Солнце почти село. Одним словом, полная и беспросветная мгла хуже той, что под хвостом у дракона.
Выслушав мою тираду, Гросс только хмыкнул.
– Зато не холодно. – Он провел ладонью по водной глади. – И диких зверей в окрестностях быть не должно – драконы давным-давно остались единственными доминирующими хищниками на архипелаге.
– А мы в таком случае добыча?
– Скорее персональные грумеры. У нас же была проблема с водой. Вот Игнивар и нашел подходящий свободный источник. Этот дракон умнее нас обоих.
– Тебя уж точно, – огрызнулась я.
Вместо ответа Лео взмахнул рукой, окатив меня волной воды.
Я чуть не задохнулась от возмущения.
– Чего творишь? Совсем берега попутал? Ну я тебя сейчас!
От ответного удара Гросс нырнул под воду, где попытался схватить меня за ногу. Я увернулась, встретив его всплытие брызгами в лицо.
– Получи!
– Ах, вот ты как, – не остался в долгу Лео.
Некоторое время мы оживленно плескались и гонялись друг за другом посреди дикого озера. Я так увлеклась, что на краткий миг забыла о ненависти к Гроссу. Нам просто было весело. Без этих разборок, войны за дракона и прочих условностей, требовавших от меня успеха и прославления великого рода Бернарди.
Как же приятно было… просто быть собой.
– А знаешь… – Лео смахнул с лица брызги и вдруг посмотрел на меня как-то иначе, чем прежде. – Никогда не думал, что ты…
Что именно он хотел сказать, я так и не узнала.
Бум-м!
Плюх!
Водная гладь дрогнула, и в следующее мгновение нас накрыло поднявшейся высокой волной. Игнивар, сделав круг почета, тоже спикировал в дикую купальню. А потом еще и покрутился как следует, устроив в каменной чаше настоящий шторм.
«
Я только фыркнула – тоже мне, нашел развлечение! Но рассердиться как следует на самовольного дракона не получалось. Радость Игнивара от нашего совместного купания была столь сильной, что невозможно было не разделить его чувства.
А ведь и правда, не так уж и плохо получилось.
***
Довольно быстро дракон успокоился и милостиво позволил его помыть, разлегшись на мелководье. Гросс нарвал растущий в порах туфа мох и водоросли, сделав импровизированные мочалки, против которых Игнивар не стал возражать. Ящер млел, урча, словно пригревшийся на солнышке огромный кот. Серебряные чешуйки искрили от излучаемой драконом магии, создавая вокруг нас купол неяркого света.
Все было хорошо. Ровно до того момента, как мы осознали, что на предгорья спустилась тьма. Ощутимо похолодало. А мы все еще находились неизвестно где и достаточно далеко от академии.
Первым пришел в себя Гросс.
– Игнивар, отнеси нас обратно.
Дракон лениво приоткрыл один глаз.
«
– Давай-давай! – Я решила вмешаться, шлепнув крылатого по чешуйчатому загривку. – Поднимайся, ленивая ящерица.
«
– Что за капризы? Не здесь же нам ночевать!
«
– Игнивар!
– Видишь, солнце уже село. – Я попыталась добавить рациональных аргументов. – Будет тяжело вернуться в комнаты после комендантского часа. И еще труднее – объяснить отсутствие в гнезде целого дракона.
Последнее как будто бы заставило летающего ящера задуматься. Он подобрал крылья, отряхиваясь от воды. А потом сделал то, чего ни я, ни Гросс уж точно не могли ожидать.
Оттолкнувшись от камней, выстилавших дно чаши, дракон взмыл в воздух, заложил над купальней лихой вираж и радостно полетел прочь, даже не подумав взять с собой позабытых всадников.
– Эй! – заорала я вслед удалявшейся серебряной искре. – А ну вернись! Верни-и-ись!
Гросс молчал, очевидно, пытаясь дотянуться до Игнивара через ментальную связь.
Бесполезно. И крики, и мысленные призывы остались без ответа. Дракон улетел – хотелось надеяться, что в сторону академии, чтобы нам хотя бы не прилетело за него от киперов после ночной проверки.
Порадоваться этому, впрочем, не получалось. Смысл, если за отсутствие в комнатах влетит уже нам? А все дракон, зараза, виноват! Своевольная ящерица!
Серебряная точка скрылась за горизонтом.
В купальне сразу стало неуютно и холодно. Я поежилась, растирая ладонями плечи. Лео нахмурился.
– Похоже, придется добираться самостоятельно.
– Пешком? – в ужасе пискнула я.
Мрачный кивок.
– Скажи спасибо Игнивару, что он не унес нас с острова. А то к прогулке добавилось бы еще одно купание – только на этот раз в океане.
– Вот еще! – фыркнула я. – Благодарить этого… этого! У меня даже слов подходящих нет. Ух, я ему задам, когда окажусь в академии!
– Задашь, – философски откликнулся Гросс. – Но для этого надо сперва добраться.
– Но мы все мокрые! И понятия не имеем, куда идти. Сейчас еще и окончательно стемнеет…
Последние искры магии догорали, погружая нас в непроглядный мрак. Лишь несколько оставленных Игниваром чешуек сиротливо светились на дне дикой купальни.
Лео поднял одну из них и задумчиво повертел в пальцах.
– Можно попробовать раздеться и просушить одежду.
– Что? – Я вскинулась, запахиваясь в отяжелевшую от влаги шерстяной форменный жакет. Мокрая одежда вытягивала тепло, так что решение было так себе, но терпеть взгляды Гросса, оценивавшего мою полупрозрачную рубашку, я не собиралась. – Извращенец!
– На самом деле, это здравая идея. В таком виде, как сейчас, мы далеко не уйдем. К счастью, Игнивар оставил нам немного магии. – Он подбросил чешуйку на ладони. – Воспользуемся этим, чтобы привести себя в порядок и осветить путь.
– «К счастью», – передразнила я Гросса, бурча себе под нос. – Что-то связь с Игниваром пока не сделала меня счастливой.
В угасающем сиянии магии мы быстренько прочесали купальню, собирая сброшенные драконом серебристые пластинки. Получилось не так уж и много – двенадцать штук. Три Гросс засунул в поясной кошель – по его расчетам, этого должно было хватить на дорогу. Две трети остатков пересыпал в мои ладони.
Я честно хотела возмутиться – с чего вдруг такая галантность, граничащая с издевательством? Но Лео не позволил уравнять магические силы.
– Брось, Касс. Все честно. На тебе форменный костюм, шелковая рубашка и Крылатая знает сколько еще мокрой одежды внизу. Я и без того не уверен, что собранной магии хватит на просушку всего. Могу добросить чешуйку. Или поделиться курткой.
– Вот еще! – Я фыркнула. – Себя суши, умник.
Рыцарство – это, конечно, хорошо, но ведь и сам Гросс стараниями Игнивара вымок с головы до ног. Да, с курткой ему повезло – летный дублет из выделанной кожи в сушке не нуждался – в отличие от моей формы, которая предназначалась для учебы в отапливаемых от термальных источников аудиториях, а не для экстремальных полетов, купания и прогулок по холоду. Но остальное... В сапогах Лео громко хлюпала вода, а рубашка прилипла к широкому торсу, обрисовав каждую упругую мышцу...
– Помощь нужна? – подозрительно поинтересовался парень, заметив, что я слишком уж залипла на изучении его тела. – Сможешь выделить магию из чешуи?
Я вскинулась, мысленно обругав себя за совершенно неуместный интерес. Ну что это я, в конце концов! Буквально напросилась на едкую насмешку.
– Смогу, конечно. Что я, по-твоему, делала четыре года в академии?
– Ну, знаешь, – хмыкнул Лео, – драконьи гнезда ты, например, не убирала.
Вместо ответа я ткнула его в бок и гордо удалилась за ближайший уступ. Не при Гроссе же раздеваться, в конце концов!
Заниматься сушкой одежды в походных условиях оказалось той еще задачкой. Магия слушалась плохо, не хватало огня и удобного тигля для сбора эссенции. К тому же, я не очень хорошо понимала, что делать после. К своему стыду, я мало практиковалась в алхимии, ограничившись базовыми навыками, необходимыми будущему наезднику. Могла собрать выделяемую драконами силу, могла использовать ее в чистом виде для атаки, худо-бедно умела делать целебные припарки. Огонь могла развести. Ну и, собственно, все.
В итоге, покрутившись так и этак, я решила воспользоваться булыжником, нагретым магией, чтобы выпарить из одежды лишнюю влагу. Не лучший способ, но другого варианта у меня не было. Да и времени тоже – ночь все больше вступала в свои права, и я окончательно продрогла, пока босая и полураздетая прыгала по холодным камням вокруг исходящей паром одежды.
Как там справлялся Гросс, старалась не думать.
Запас магии иссяк быстро. Торопливо натянув теплые, но не слишком сухие вещи, я прислушалась. За скальным выступом было подозрительно тихо. Если бы не свечение, можно было подумать, что Гросс сбежал, бросив меня одну. Но нет – когда я, расправляя складки на кое-как высушенной юбке, вышла из-за камня, парень сидел там же, где я его оставила. Рубашка и штаны выглядели не в пример лучше моей одежды. Чистые, сухие, ни единой лишней складочки.
Фу.
Увидев меня, он поднялся.
– Ну что? – проговорил он, протягивая мне руку. – Идем?
***
Примерно через полчаса я продрогла окончательно. Через час – выбилась из сил. Еще через четверть часа возненавидела все вокруг – и в первую очередь Лео, который возмутительно хорошо ориентировался по звездам и посмел сказать мне, что в пути мы провели не добрых два часа, а всего лишь каких-то тридцать-тридцать пять минут.
– Не дрейфь, осталось немного, – подбодрил меня он. – Пройдем перевал – а там уже знакомые места.
Я застонала. Получаса по сыпучим камням вулканического предгорья и холмам, покрытым мокрой невысокой травой, мне хватило с лихвой. Если так продолжится, дорога до стен академии покажется вечностью.
– Могу взять тебя на руки, – то ли в шутку, то ли всерьез предложил Гросс.
Целую секунду я боролась с желанием согласиться, но все-таки взяла себя в руки и гордо вздернула нос.
– С-себя понеси. – Я ускорила шаг, проходя мимо Лео по тропе, ведущей вниз от перевала.
Далеко уйти не успела. Парень легко догнал меня на сыпучей дороге. Поравнялся, зашагал рядом с довольным видом, как будто именно такого эффекта и добивался. Правда, согреться быстрая ходьба не помогла.
А ж-жаль.
Боевого запала хватило еще на четверть часа – по моим внутренним ощущениям. То есть для Гросса и всего остального мира, вероятно, прошло минуты две-три. Но под стенами академии мы все равно оказались сильно позже комендантского часа – усталые, замерзшие и отчаянно мечтающие о мягкой постели и горячей воде в купальне.
Ворота, разумеется, были закрыты.
Лео замедлил шаг. Я же наоборот решительно двинулась вперед. В начале пути из двух зол – наказание и ночь под забором – правильным казалось выбрать второе. Но прогулка по окружавшим академию холодным пустошам заставила меня пересмотреть приоритеты.
– Д-давай пост-тучим… – предложила я Гроссу, так как уже давно без остановки стучала зубами.
Парень скептически выгнул бровь.
– Хочешь получить штраф?
– Хоч-чу в т-тепло. А ес-сли с-спросят, скаж-жу, д-драк-кон виноват.
– Ага-ага, – хмыкнул Гросс. – Так они тебе и поверят. Дракон-то, небось, давно дрыхнет в гнезде.
Я зашипела.
– Ладно, пошли.
Лео махнул рукой чуть в сторону от ворот, где стена плотно примыкала к острым скалам. Интерес во мне давно замерз, но я позволила Гроссу показать, что он такое задумал. Все равно голова была тяжелая, а сил на споры с охраной академии уже не осталось.
Как оказалось, в расщелине между двумя неприметными камнями обнаружился узкий лаз, ведущий прямо за стену к подвалу мужского жилого корпуса. В другом состоянии я, наверное, удивилась бы и крепко задумалась, зачем парням потребовалось иметь отдельный проход за территорию академии, где не было ничего, кроме гор, холмов, гейзеров и дороги в портовый Дракхавн, выстроенный членами Драконьего Союза для обеспечения нужд мастеров и схоларов. Хотя... может, тут и крылся ответ?
Мысли в голове ворочались вяло, и оттого, бездумно следуя за Гроссом, я неожиданно пришла в себя только на пороге его комнаты. Спрятав в карман последнюю тусклую чешуйку, Лео открыл передо мной дверь.
– Заходи.
Вынырнув из транса, я затрясла головой.
– Н-не п-пойду я к т-тебе! Вот еще!
– Тебе нужно согреться и переодеться.
– Гд-де, в т-твоей кровати? Я тебе не портовая д-девка, которых вы таскаете сюда через этот ваш лаз! За к-кого ты меня прин-нимаешь?
– За упрямую драконью наездницу, которая скорее замерзнет, чем примет помощь, – хмыкнул Гросс. – Ладно, понял. Жди здесь. Сейчас принесу тебе что-нибудь.
– Я с-смотрю, о п-предназначении хода через с-стену ты с-спорить не стал, – поддела я парня. – Ч-что, угадала?
– Не совсем. Но...
Он неожиданно осекся на полуслове, прислушиваясь к чему-то. Я тоже застыла, и в наступившей в коридоре тишине отчетливо различила чьи-то шаги.
– Проклятое пламя! – шепотом выругался Гросс. – Обход!
***
Я бессознательно подалась к Лео. Встречаться со строгими представителями внутренней стражи совершенно не хотелось. В историю о самовольном драконе они вряд ли поверят – особенно с учетом того, что стояла я не у ворот академии, а в коридоре мужского общежития.
Да уж, попала так попала!
К счастью, Гросс соображал быстрее. Обхватив мои плечи, он почти силой втащил меня в свою комнату и на глазах у разбуженного Руни затолкал под кровать.
– Лежи тут! Только тихо!
Зашуршала ткань – Лео лихорадочно раздевался, чтобы прикинуться послушным сонным схоларом. Что-то вяло бормотал Руни. Забившись в дальний угол, я постаралась не думать о нестиранных подштанниках, забытых женских бюстье или о Крылатая знает чем еще, что могло лежать у Гросса под кроватью.
Главное, чтобы этим же самым не заинтересовалась проверка.
Кровать надо мной прогнулась под тяжестью тела. И почти одновременно с этим скрипнула дверь.
– Гросс, Арайя, – услышала я строгий голос смотрителя. – Встать. Проверка.
Послышалось шуршание. В поле зрения появились две голые ступни. Я задержала дыхание, борясь с предательским желанием пощекотать Лео за пятки.
– Слышали что-нибудь подозрительное?
– Никак нет, – нестройно откликнулись схолары.
По полу прогрохотали шаги, захлопали ящики. Но к кроватям, на мое счастье, проверка присматривалась не так тщательно.
Убедившись, что ничего запрещенного у парней нет, смотритель вернулся к дверям.
– Свободны.
– Спокойной ночи, мастер Мурино, – раздался ехидный голос Гросса. – Надеюсь, вы найдете то, что так усердно ищете.
Мужчина буркнул что-то в ответ, и дверь закрылась.
Для верности Лео выждал еще минуту – по своему времяисчислению, то есть вечность по моему – и наконец наклонился, протягивая руку, чтобы помочь мне выбраться из-под кровати. На парне были одни подштанники, обрисовывающие контуры того, чем особенно интересовались девушки, отчего смотреть на него снизу вверх было несколько неловко.
Гросс, кажется, тоже почувствовал это. Смущенно кашлянув, он прикрылся сброшенной рубашкой.
– Подожди чуть-чуть, я сейчас оденусь.
Подобрав вещи, Лео скрылся за дверцей шкафа. Руни, в рубашке и штанах, окинул меня подозрительным взглядом.
– Вы с Гроссом что, парочка? – напрямую спросил он. – Поэтому серебряный выбрал вас обоих? Спалил, получается?
Если бы не помощь маяна, который не сдал меня смотрителю мужского корпуса, за такой вопрос я бы, пожалуй, залепила парню пощечину. Но Руни заслужил честный ответ.
– Н-нет. Разум-меется, нет. Ни за ч-что. Это все д-дракон виноват.
– Ага, – подтвердил голос Лео из-за шкафа. – Это все Игнивар.
– Ну да. – Руни сложил на груди смуглые руки – Ясно. Конечно. Дракон попутал.
По его тону и виду было понятно, что парень нам не поверил.
К счастью, разговор не затянулся. Гросс, полностью одетый, закрыл шкаф и вернулся ко мне. В руках у него был длинный, подбитый мехом плащ, который он опустил мне на плечи.
Я чуть не застонала от удовольствия – Крылатая, какой теплый! И где только Лео такой достал? Настоящая роскошь.
– Ну что, пойдем?
– Постарайтесь не попасться, – напутственно хмыкнул Руни. – А то мне потом влетит, что я вас покрывал.
«Не парочка, ага-ага», – отчетливо читалось в его взгляде.
– Не попадемся, – ответил за меня Гросс.
Что-то явно было лишним – либо прогулка, либо купание, либо лежание на голом каменном полу под кроватью Лео. Организм отомстил мне слабостью, тяжестью в голове и туманом в глазах на следующее же утро. Кое-как одевшись, я вышла в коридор, намереваясь отправиться на занятие по алхимии, но далеко уйти не смогла. Сознание помутилось. Идея сесть на пол внезапно показалась не такой уж дикой… тем более после вчерашнего он был уже как родной. Я устало сползла по стенке и привалилась лбом к холодному камню. Сил не было. Двигаться не хотелось.
В таком состоянии меня и нашла вышедшая из своей комнаты Эйя.
– Крылатая! – Она подбежала ко мне, помогая встать на ноги. – Касс, да ты вся горишь!
– А? – вяло откликнулась я, не вполне понимая, о чем она говорит. – Что? Алхимия…
Чувствовала я себя так, будто голова стала кипящим котлом, в котором медленно варились мозги. Мысли разбегались и путались, лицо Эйи расплывалось перед глазами.
Подруга взволнованно всплеснула руками.
– Тебе не о парах, а о здоровье думать надо. Какая алхимия? Вернись лучше в постель. И что у тебя с формой? Такое ощущение, что твою одежду прополоскали в солевом растворе. Где ты была?
– М-м-м, – вяло отмахнулась я, не вдаваясь в сложные объяснения. – Это все дракон… И Гросс… Да-а, вот кто во всем виноват. Как же было холодно под его кроватью…
Прохладные пальцы инляднки коснулись лба.
– Да ты, кажется, уже бредишь, Касс. Пойдем-ка, пойдем.
Я не сопротивлялась, когда Эйя завела меня обратно в комнату и помогла снять задубевший от купания в соленом источнике жакет, после чего взбила подушки и уложила меня обратно в кровать. Я лениво крутила головой, следя за ее движениями. Хотелось лишь одного – чтобы меня оставили в покое и дали умереть спокойно.
Подоткнув мне одеяло, Эйя выпрямилась.
– Я позову лекаря и предупрежу мастера Эфре, что ты заболела. У тебя есть кувшин для воды? При лихорадке надо пить больше жидкости. – Она обвела взглядом комнату и удивленно наклонила голову, увидев брошенный на спинку стула плащ.
– Ой. А это чей? Не помню у тебя такого.
– Гросса… – доверительно поделилась я. – Мы вчера… на горячих источниках…
– Нет, Касс, у тебя определенно что-то с головой, – обеспокоенно цокнула языком подруга. – Ты же Лео просто ненавидишь. А тут…
– Там… – Я махнула рукой в ту сторону, куда по моим прикидкам унес нас дракон. – Знаешь…
Но Эйя уже ушла, не дослушав.
***
Лекаря я ждала, пребывая в горячечном полузабытьи. И даже не сразу удивилась, когда, в очередной раз открыв глаза после непродолжительного сна, увидела перед собой взволнованное лицо Гросса.
– Ты? – Я дернула головой, пытаясь сбросить со лба его руку, и поплатилась за это болезненным шумом в висках. – Откуда?..
– Эйя сказала, что тебе плохо, а дежурный лекарь пока занят с первокурсниками, что-то взорвавшими в алхимической лаборатории. Так что я решил сам принести тебе лекарства. Они намного лучше тех, что предоставляет академия.
– Что? Думаешь, я хоть когда-нибудь еще возьму что-то из твоих рук? Мне той пиццы на всю жизнь хватило.
– Я же не знал, что ты плохо переносишь жирное. Учту на будущее. Но о снадобьях можешь не волноваться. Их готовила моя матушка. Ее микстуры любого на ноги враз поднимут. Проверено на всех моих соседях.
– Всех? А их много? – выгнула бровь я. – Вчера я видела только Руни. Я так понимаю, были и другие… до того, как ты вызвался их лечить.
Лео расхохотался, но даже сквозь замутненное лихорадкой восприятие я заметила, что смех его был несколько скованным и как будто виноватым. Парень нервничал, мялся и не знал, что сказать. Это было даже забавно – наблюдать, как обычно невозмутимый Гросс краснеет, бледнеет и теряется перед больной девчонкой.
На моем прикроватном столике меж тем выстроился целый ряд снадобий, мазей и притирок. Чуть в стороне примостился кувшин воды и кружка, которую Лео отыскал где-то среди моих вещей и, кажется, даже успел помыть – хоть я и не представляла, когда именно. Сам парень держал в руке небольшую баночку из темного стекла, собираясь открутить крышку.
Вид ее показался знакомым. Я попыталась прочитать буквы на этикетке, как вдруг осознание накрыло меня.
«Проклятое пламя!»
– Эй! – Я отстранилась от Лео как можно дальше, опасаясь возмездия, к несчастью, вполне заслуженного. – Не трогай меня!
– Ты чего? – искренне удивился Гросс. Пальцы, обмакнутые в мазь, жирно поблескивали в тусклом свету. – Это же согревающая мазь.
«Ага. Та самая, которую я попросила Рейфа подменить на перцовую смесь».
– Это не она! Не ври мне!
Лео посмотрел на меня с мягким укором.
– За кого ты меня принимаешь? Думаешь, я бы стал шутить с твоим здоровьем? Это нормальная мазь, а не перцовка, как ты подумала.
Мне стало неловко и стыдно, чем Гросс и воспользовался.
– Ну, давай. Не упрямься. Я просто хочу помочь.
Буркнув что-то невразумительное, я повернулась к парню спиной, перекинула волосы на бок и задрала рубашку. Позади раздалось сдавленное бульканье – похоже, Гросс ожидал, что я лишь немного распущу шнуровку у горловины, открывая ему шею и плечи. А тут такое…
Я только хмыкнула.
«Вот уж не предполагала, что главный предмет воздыхания половины академии такой стеснительный».
– Так… Обещаю, что сделаю все аккуратно.
И хоть что-то в голосе Лео заставляло ему верить, все равно было немного страшно ощутить жгучую перцовую смесь. Но… нет. Я почувствовала осторожное прикосновение к коже. Пальцы Гросса скользнули по спине, втирая согревающую мазь, от которой внутри мгновенно разлилось тепло.
«Ну вот, – ехидно уколола совесть. – Ты не ожидала, а Лео оказался гораздо лучше, чем ты о нем думала. Даже вот… старается».
Я закусила губу, борясь со своими чувствами. Слабым утешением служило лишь то, что и Гросс, на которого я поглядывала украдкой, выглядел крайне смущенным, нанося мазь на мою обнаженную спину.
Наконец дело было закончено. Поставив баночку на место, Лео отстранился.
– Может, тебе еще что-нибудь нужно?
Взгляд зацепился за башню из учебников и конспектов, лежавших на подоконнике. Из груди невольно вырвался тоскливый вздох – пока я лежала в постели, учеба шла вперед. Придется нагонять и переписывать у Эйи материалы пропущенных занятий, а подруга будет морщиться и путано объяснять сложные темы. Хотя, погодите-ка…
Вот же Гросс, виноватый и неприкаянный. Почему бы не воспользоваться его помощью, раз уж предлагает?
«Все равно же откажется», – подумалось с легкой грустью.
– Почитай мне.
Лео, явно ожидавший чего-то другого, выгнул бровь.
– Что?
– Вот оттуда. – Я слабо махнула на стопку книг. – Что угодно по твоему выбору. Читай с закладки. Только так, чтобы было понятно. Медленно, вдумчиво, с выражением.
– Ладно, – неожиданно согласился Гросс. – Так-так-так…
Подойдя к книгам, он принялся разглядывать корешки, пока не остановился на чем-то. В синих глазах мелькнула хитрая искра, губы растянулись в ехидной улыбочке. Это мне не понравилось.
И не зря.
Раскрыв небольшой бежевый том с золотым тиснением на нужной странице, Лео откашлялся и торжественно зачитал:
– «
У меня округлились глаза. Щеки вспыхнули.
– Крылатая, что это за дрянь?!
– Твоя книга, – с непередаваемым ехидством хмыкнул Гросс. – Читаю, как ты и просила, с закладки. С выражением. Тут, правда, есть еще несколько заметок, так что, если хочешь, я переключусь. Вот, например. О да, тоже очень даже неплохо! «
– Фу! – перебила я, прежде чем парень зачитал мне ответ этой самой Алибек. – Гросс!
– Что, опять не то? Ладно, перехожу на следующую закладку.
– Нет! – завопила я. – Хватит! Признайся, ты специально все выдумываешь, чтобы посмеяться надо мной?
– Ну что ты, – с нахальной серьезностью ответил Лео. – Как можно издеваться над больным человеком? Ты что, считаешь меня таким злодеем, Бернарди? Вот, пожалуйста, посмотри сама. Все буква в букву.
Поднеся к моим глазам книгу, он ткнул пальцем в раскрытую страницу, переложенную тонкой розовой лентой.
«
Не в силах читать дальше, я с возмущением оттолкнула книгу. Лицо пылало, в висках стучала кровь. Стараниями Гросса лихорадка лишь усилилась.
Вот и проси после такого о помощи!
– Да ладно, Бернарди. – Лео бросил на меня насмешливый взгляд. – Честно признаюсь, рад был узнать, что ничто человеческое тебе не чуждо.
– Это не моя книга! – бросила сердито.
Ехидная улыбка стала еще шире.
– Да ну? Подбросили тебе ее, что ли? Неужели опять дракон виноват?
– Да! То есть не совсем…
Книгу таллийского писателя Джио Ванни и правда подбросила… ну, то есть принесла Эйя. Подруга долго и томно охала, вздыхала и явно боролась с желанием пересказать содержимое, но потом все же справилась с собой и торжественно вручила мне свое сокровище, наказав, что я просто обязана это прочитать.
Разумеется, подарок я открыла. И честно осилила страниц пять, продираясь через витиеватые обороты северного диалекта драканто, общего языка для всех стран Драконьего Союза, стараниями автора безжалостно искаженного. Начало книги было полно размышлений, назиданий и рассказов о чуме, терзавшей пару веков назад соседнюю Таллию, и мне очень быстро стало скучно. Я понятия не имела, что подруга нашла в этой странной книжице. Бесполезно же – все то же самое, только короче, можно было прочесть в учебнике истории.
Кто бы мог вообразить, что дальше начнется… такое?
Страшно подумать, что эта гадость пролежала на моем подоконнике чуть ли не полгода, прежде чем попасться в руки Лео. А если бы отец с Феличчией приехали навестить дочь в академии и случайно нашли ее? Крылатая, проще сразу помереть, не дожидаясь наказания…
Отвернувшись от Гросса, я уткнулась лицом в подушку.
Парень за спиной хмыкнул.
– Ой, да ладно тебе, ничего в этом такого нет.
– Кто бы говорил. Сам-то как смущался, когда увидел мою голую спину.
– Это разное… Одно дело ты, а другое – литература.
– Не называй это литературой!
– Не будь так строга к Джио Ванни. Моя мама и сестры тоже читали его новеллы.
– Эту гадость? – удивилась я. А потом удивилась еще сильнее. – Подожди-подожди, а ты-то откуда знаешь?
– Когда живешь всей семьей в трех комнатах над трактиром, на личное пространство рассчитывать не приходится. И не такая уж Ванни и гадость. Ели хочешь знать, большая часть новелл скорее поучительная, чем провокационная. Так что это просто хороший роман.
– Романы – гадость.
– Ты как всегда крайне категорична, – хмыкнул Гросс. И вдруг добавил, хотя лучше бы молчал или продолжал зубоскалить по поводу непристойной книги. – А что читала твоя мама?
Глаза защипало. Во рту стало горько. Хотелось бы списать эмоции на болезнь, но нет. При мысли о матери я предсказуемо почувствовала себя паршиво, и это не было связано с обострившейся лихорадкой.
А Лео, как назло, смотрел, ожидая ответа.
Кулаки сжались.
– Да какая тебе разница? – огрызнулась, не сдержавшись. – Уж точно не такую гадость.
– А что тогда? – не отставал Гросс.
– Ничего.
– Только не говори, что жена мэра Саталии не умеет читать.
– Феличчия не моя мать, – ответила неохотно. – Она… жена отца.
– Да? – искренне удивился парень, окинув меня внимательным взглядом. – Что ж, теперь понятно, как у светловолосой таллийки и светловолосого сциллийца получилась темноволосая дочь. А что случилось с твоей мамой?
Я разозлилась. Да с чего Гросс решил, что я обязана с ним откровенничать?
– Не твое дело! Иди ты… учиться.
– Ну вот опять, – поморщился Лео. – Нормально же общались…
– Ничего не нормально! Иди отсюда! Чтобы я тебя здесь больше не видела, а то ночным горшком запущу! И книжку свою мерзкую забери!
– Это не моя книжка.
– Все равно забери! Отдай Эйе, раз уж вы теперь дружите.
– Ладно, ладно… – Лео примирительно вскинул руки. – Вижу, ты устала. Отдыхай. Если что-то будет нужно, пришли весточку.
– Да ни в жизнь! – рявкнула я. Посмотрела на наглую рожу Гросса и добавила. – И после смерти тоже! Даже не надейся! Умру – и ни слова тебе не скажу.
Дверь за парнем захлопнулась.
***
Усталый лекарь мастер Ливс из госпиталя академии появился лишь поздним вечером. Покачал головой, сделал выговор за неподобающее поведение, хотя ни о чем таком речи вообще не шло, и ретировался, оставив лечебный корень и жаропонижающую микстуру. Первый предписывалось грызть, вторую – пить по необходимости, а в случае ухудшения – не тянуть с повторным вызовом.
Два дня я честно следовала всем рекомендациям, и мне даже стало немного лучше. Но первая же попытка вернуться к занятиям закончилась провалом. Я потеряла сознание, не дойдя до учебного корпуса. Очнулась в своей комнате под строгим надзором лекаря, который принес микстуру и новую порцию корней и пригрозил, что прикует меня к кровати, если увидит за пределами общежития раньше, чем сам признает меня здоровой.
– Впрочем, – после некоторых раздумий добавил он, – если вы против, схоларка Бернарди, всегда есть более простой вариант. Я попрошу мастера Норта написать письмо вашему отцу с просьбой временно забрать вас на континент. На молодых особ с южных окраин Драконьего Союза наш северный климат может оказывать дурное влияние. В таких случаях смена обстановки и полноценный отдых часто идет на пользу.
Одного этого в принципе было достаточно, чтобы я даже на смертном одре запрыгала бы как здоровая, упрямо делая вид, что так и должно быть. Что угодно было предпочтительнее позорного возвращения домой. И если для этого надо жевать корни и лежать, пока не врасту в матрас, так тому и быть.
Получив самые жаркие заверения, что я с места не сдвинусь, пока не вылечусь, лекарь ушел. И тут мой взгляд упал на травки и притирки матери Гросса, так и стоявшие на прикроватном столике.
«Микстуры моей матушки любого на ноги враз поднимут, – вспомнились некстати слова Лео. – Проверено на всех моих соседях».
Взяв баночку с мазью, от которой ощутимо пахло жгучим перцем, я решила, что хуже уже точно не будет.
За лечение принялась с утроенной силой. И – о чудо! – к концу недели я уже смогла самостоятельно вставать с кровати и ходить, почти не держась за стенки. Сосредоточиться на учебниках все еще было сложно, да и ежедневные физические упражнения давались с трудом. Зато удивление лекаря, которому я без чьей-либо помощи спокойно открыла дверь, с лихвой компенсировало страдания от горьких настоек и акробатических попыток намазать согревающей мазью спину между лопаток.
– Что ж, схоларка Бернарди…– Мужчина задумчиво почесал заросший щетиной подбородок. – Вы нашли чем меня удивить. С начала недели можете возвращаться к учебе.
Я ликовала.
На первое занятие по отработке ментальной связи, проходящее за пределами академии на специально выстроенной в ущелье полосе искусственных препятствий, я буквально бежала... ну ладно, если быть честной, то скорее шла, периодически останавливаясь, чтобы отдышаться. Не терпелось оказаться на площадке, увидеться с Игниваром, снова почувствовать себя сильной и полной жизни. Даже мысль о встрече с Гроссом не вызывала привычных приступов тошноты. После фиаско с романом парень больше не появлялся, однако надо было признать, что без его чудодейственных притирок лечиться пришлось бы куда дольше.
Следовало бы сказать Лео спасибо, но это, пожалуй, было уже слишком. Я боялась, что от такого противоестественного действия у меня точно отсохнет язык.
Каково же было мое удивление, когда я, немного опоздав, обнаружила, что занятие уже началось. Гросс с Игниваром, как ни в чем не бывало, слушали мастера, стоя рядом с Руни, Эйей и их крылатыми. Ладонь Лео покоилась на серебристой холке. Меня они не замечали, сосредоточившись на объяснениях ментальной техники. Как будто у Игнивара было не два, а всего один наездник.
Правильный. Выбранный.
От злости меня бросило в жар.
Гросс заметил меня первым. Обернулся, махнул рукой.
– Касс! – Его голос звучал дружелюбно. – Привет! Давай к нам!
«Нам» неприятно резануло слух. И даже довольное урчание Игнивара в голове не смягчило досады.
Тем более что дорогу на стадион мне преградила фигура мастера Норта.
– Схоларка Бернарди. – Мужчина посмотрел на меня, не позволив ступить на арену манежа. – Доктор Ливс предупредил, что вы только что оправились от болезни. Так что никакой физической и ментальной нагрузки в ближайшую неделю. Я передам обновленное расписание.
– Что? – вспылила я. – Но… Как вы… Там же мой дракон. Мой!
– Тренировку с Игниваром выполнит схолар Гросс. А вы свободны. Вернитесь на трибуну и наблюдайте за остальными. А то я буду вынужден пожаловаться доктору.
Кулаки сжались. Я бросила взгляд на Гросса, но тот уже не смотрел в мою сторону, вернувшись к дракону. Как будто меня и не существовало вовсе! Да, наша связь с Игниваром все еще держалась, но контакт крылатого и Лео явно был сильнее.
А теперь они еще и научатся лучше чувствовать друг друга на земле и в воздухе. Обходить выставленные на тренировочной площадке препятствия, предупреждать об опасности…
Предатели!
Два предателя!
Из-за одного я подхватила лихорадку, а второй... Уж не этого ли Гросс добивался, когда призывал меня больше отдыхать и восстанавливаться, а не ходить на учебу, прикидываясь здоровой? Я буквально что сама подарила ему целую неделю один на один с драконом!
Вот дура!
– Вот урод! – Я зло стукнула кулаком по столу с такой силой, что едва не опрокинула бутылку с настойкой. – Уверена, он специально все подстроил!
Эйя кашлянула.
– Слушай, ну… Мне показалось, он вполне искренне о тебе беспокоился…
– Что?! Гросс? Искренне? Ар-р-р, Эйя, на чьей ты вообще стороне?
– Сра… спра… ведливости, – с легкой запинкой выговорила длинное слово подруга.
– Да что тут сра… стра… – У меня после ополовиненной на двоих бутылки инляндской настойки язык заплетался куда сильнее. – Да с чего ты такое взяла? Я зас… заслужила быть др-раконьей наездницей, Эйя. Я старалась! Трудилась! Рвала себе з…
– Кассия!
– Хорошо, хорошо, моралистка с извращенными вкусами. – Я хихикнула. – Я с первого курса делала все, чтобы достичь… А этот… этот… через курс перескочил! И все ему легко дается… А я, а я…
Качнув головой, Эйя отобрала у меня бутылку.
– Так, думаю, тебе хватит.
Я тоскливо проследила взглядом за удаляющейся настойкой. Строго говоря, претендовать на нее я не могла – бутылка принадлежала Эйе. Да и повод для ночных посиделок тоже. Подруга, получив письмо из дома, полдня была сама не своя, а под вечер завалилась ко мне с вялеными ягодами в качестве закуски и предложением, от которого я не смогла отказаться. Особенно после фиаско на тренировочной площадке и отстранения от практических занятий.
Да, надо было, конечно, собраться и продолжить борьбу за Игнивара, а не жалеть себя в обнимку с бутылкой. Но нет, я раскисла от первого же болезненного поражения. Ладно, за четыре года, конечно, не первого. Когда отец узнал, что в академии объявился еще один сциллиец, претендующий на место наездника, он пришел в ярость. А уж когда ему доложили об успехах сына трактирщика…
Спину защипало на месте давно заживших рубцов. Я поморщилась, потирая бок.
– Слушай… – Эйя наполнила стопку и сделала небольшой глоток. – Может, не так уж все плохо? Ты прошла ритуал, установила связь с драконом. И не с кем-нибудь, а с серебряным гигантом, который может обеспечить Сциллии почет, уважение и стабильный поток магии на долгие, долгие годы. Чем не успех?
– Ага, – фыркнула я. – Легко тебе г… говорить! У тебя-то свой собств… собственный хорошенький дракончик. Золотая молния! И никаких пр-р-ротивных напарников, с которыми надо делиться. Вот!
Выхватив у нее стопку, я отсалютовала подруге и одним махом опрокинула в рот настойку. Эйя поморщилась.
– Ну, знаешь. Ты так говоришь, как будто только у тебя есть проблемы.
Что-то в ее голосе заставило меня задуматься. Кажется, подруга так и не рассказала, что же у нее такое случилось. А я и не спросила…
Но здравая мысль надолго в голове не задержалась. На секунду вынырнув на поверхность, я вновь утонула в мутном омуте жалости к себе.
– Эйя, пож-жалуйста, помоги… Мне нужно как-то наверстать упущенное. Укрепить связь с ик!.. Игниваром…
Подруга вздохнула.
– Помнишь Жеррара из Галлисии?
Я нахмурилась, потерев пальцами виски. Да, кажется, был такой на факультете алхимиков. Кудрявый и немного манерный парень, который… который…
– Который панически ср… ой, прости, боялся драконов? Ничего делать не мог, даже приблизиться, если хотел, чтобы штаны чистыми остались. Помню, конечно.
– Так вот. Мне тут по секрету рассказали, как он преодолел свой страх.
– Как? Собрал… атрибуты мужества в кулак?
– Не совсем. Он… – Эйя заговорщицки наклонилась ко мне через стол. Дыхание ее пахло клюквенной настойкой. – Он… обратился к Призраку.
Я удивленно хлопнула глазами.
– Прис… призраку? Это что, какой-то локальный божок?
– К Призраку академии! – всплеснула руками подруга. – Это уникальная сущность, которая помогает схоларам!
«Эм-м… что?»
– Так… – Фыркнув, я потянулась отобрать у Эйи бутылку. – Похоже, это тебе уже хватит.
Инляндка оказалась проворнее, оттолкнув мою наглую руку.
– Нет-нет, Касс, я серьезно! Ты не особенно интересуешься легендами академии, но я-то в курсе. Призрак существует.
– Разве что в больном воображении тех, кто пишет твои любимые выдуманные истории.
– Это не выдуманные истории, а проверенная информация из альманаха Академии Драконьего Союза! Там такое можно найти, ух!..
– Я от твоей прошлой «ух!» до сих пор не отошла.
– Ой… – Эйя вскинулась, глаза ее заблестели. – Я же как раз хотела обсудить с тобой Джио Ванни, раз ты прочитала его новеллы. Что думаешь о той сцене, где я оставила синюю закладку? Такое вообще возможно? Ты же опытная, ты лучше такие вещи знаешь…
– Фу! – отрезала я, пресекая дурацкие фантазии подруги. – Давай-ка лучше поговорим о твоем Призраке. Что там с ним?
– Ну-у… – протянула Эйя. – В общем, если тебе реально нужна помощь, ты должна…
***
Чувствуя себя абсолютной идиоткой, я крутилась в дальнем зале библиотеки, выполняя указания по инструкции, выданной подругой. В одной руке я держала толстую коптящую свечу, другой методично выдвигала с полок книги с корешками одного цвета. Это служило своеобразным кодом для общения с Призраком академии. Красный цвет обозначал любовные проблемы, зеленый – драконов, синий – трудности с учебой. Желтый сигнализировал о неприятностях между схоларами, коричневый намекал на участие в конфликте старших – наставников или преподавателей. Черные книги предназначались для обозначения самых сложных ситуаций, не входящих в указанный перечень. А дым свечи служил сигналом призыва.
Признаться честно, сначала я хотела выбрать желтый, но в самый последний момент передумала. В конце концов, не Гросс являлся моей главной проблемой. Глупо было тратить силы мифической сущности на попытки избавиться от напарника, не установив прочной связи с драконом.
Впрочем, нет. Глупо было купиться на пьяные россказни Эйи и действительно пойти двигать книги в библиотеке. Такое сделаешь только на такую же нетрезвую голову. Но именно поэтому я и побежала сюда ранним утром, толком не успев прийти в чувство.
Взгляд упал на заглавие на очередном зеленом корешке, и я не смогла сдержать усмешки. «Магия кухни: сто рецептов с использованием драконьей чешуи». С соседней полки торчал не менее странный трактат потрепанного вида «Драконы-оборотни – миф или правда? Горячие секреты холодных рептилий».
Крылатая, что за бред! Неудивительно, что эти книги сослали на самые дальние полки. Со стороны, верно, кажется, будто я никак не могу выбрать, что же хочу сотворить с вверенным мне драконом – съесть или превратить в двуногого любовника.
– Что я делаю? – пробормотала себе под нос. – Гоняюсь за призраками, хватаюсь за глупые легенды как утопающий за последнюю соломинку. Нет, ничего мне не…
Слово «поможет» застряло в горле, когда из ниоткуда вдруг пронесся порыв ветра, задувая свечу. Я замерла, вглядываясь в полумрак.
– Кто здесь?
– Тот, кто помож-ж-жет, – раздалось за спиной.
Позорный визг, который я едва успела задавить, вырвался из груди тоненьким писком. Я обернулась туда, откуда исходил голос, но никого не увидела.
– Призрак?
Что-то прошуршало за стеллажами.
– Рас-с-скаж-ж-жи о с-с-своей проблеме. Виж-ж-жу, тебя волнуют драконы. Что ты хочеш-ш-шь?
– Ну… э-э-э… – Откровенничать с пустотой было странно, но, если честно, не страннее, чем ходить с чадящей свечой и двигать книги. – В общем, мне надо укрепить связь со своим драконом. Так, чтобы… ой, ладно, долго рассказывать. Произошла ошибка…
– Ош-ш-шибка? С-с-случайнос-с-сть? Два вс-с-садника, один дракон…
Вот теперь я и вправду готова была поверить в потустороннее.
– Откуда ты знаешь про нашу ситуацию?
Из-за полки раздался смех.
– Призрак знает вс-с-се. Хочеш-ш-шь, чтобы второй наездник потерял крылья? Ес-с-сть прос-с-стой с-с-спос-с-соб…
– Что? – Нечто в тоне призрака заставило меня заволноваться. – Нет-нет, я не хочу никого убивать. Мне просто нужно…
– Выиграть?
– Да.
– Это возмож-ж-жно.
– Правда? – У меня чуть сердце от радости не выпрыгнуло из груди.
– Ес-с-сли рис-с-скнеш-ш-шь. На что ты готова пойти ради ус-с-спеха?
– На все что угодно, – ответила, ни на секунду не задумавшись.
На несколько долгих секунд все затихло. Мне показалось, что Призрак пропал, но когда в груди царапнуло отчаяние, пустота заговорила снова.
– Отлично.
– И что ты предлагаешь? – затаив дыхание, спросила я.
Призрак снова расхохотался так, что по спине поползли мурашки.
– Мои с-с-советы не бес-с-сплатны, знаеш-ш-шь ли.
– Э-э-э… – Я слегка растерялась. – И что надо… призракам?
– А с-с-сама как думае-ш-шь? – в потустороннем голосе почудилась усмешка. – То ж-ж-же, что и вс-с-сем. Деньги.
– Деньги не проблема, – твердо ответила я. – Но мне надо понимать, что это сработает.
– У древней магии нет гарантий, – отрезал голос. – Но если ты ж-ж-желаеш-ш-шь ус-с-спеха вс-с-сем с-с-сердцем…
– То?
– То заплатиш-ш-шь за мой с-с-совет. Дорого. С-с-сначала деньги, потом с-с-средс-с-ство.
– Хорошо. Но… э-э-э… Призрак… как тебе эти деньги передать?
– На ниж-ж-жнем с-с-стеллаж-ж-же внизу крас-с-сная книга. Открой ее.
Я послушалась и, к своему немалому удивлению обнаружила внутри тайник. Пустой.
– Ос-с-ставь тут деньги. С-с-сорок золотых. И три магичес-с-ских чеш-ш-шуйки твоего дракона. А пос-с-сле ты получиш-ш-шь с-с-свое с-с-средс-с-ство. Уха-ха-ха-ха!
Замогильный смех пронесся меж полок и затих, оставив меня с пустой книгой и кучей вопросов. Даже на нещадно трещащую после вчерашних возлияний голову происходящее казалось полным бредом. И тем не менее…
***
И тем не менее, я была готова на все. Пришлось опустошить запасы, и без того изрядно похудевшие с тех пор, когда отец последний раз был мной доволен. Мешок с деньгами перекочевал в указанную Призраком книгу. Оставляя его в полупустой библиотеке, я чувствовала себя полной идиоткой. Однако уже через день внутри обнаружился маленький флакончик с жидкостью.
– Эй! – крикнула я в пустоту. – А инструкция? Как это пить? Когда? В какой дозировке?
Тишина была мне ответом.
Несколько минут я честно подождала, не свалится ли мне на голову нужная бумажка – за такие-то деньги! Но все было тихо, лишь скрипело перо в руке слишком рьяного схолара, сидевшего в соседнем зале.
Пришлось уйти ни с чем.
На выходе из библиотеки, однако, случилась странная встреча. У лестницы в меня врезалась плечом какая-то светловолосая девица. И вместо того чтобы извиниться, как требовал внутренний устав Академии Драконьего Союза, развернулась и вцепилась в отвороты моего жакета, со всей силы впечатывая меня в колонну, ряд которых опоясывал галерею внутреннего двора. Ногти царапнули по моей скуле.
Судя по искаженному злобой лицу девчонки, одним ударом она ограничиваться не собиралась. Но тут я уже пришла в себя, вырвавшись из цепких пальцев.
– Эй! – рявкнула на обнаглевшую блондинку. – Ты кто вообще? Чего надо?
Девица – судя по внешности, родом из Поллии – неприязненно сощурилась.
– Слышь, ты, принцесса, – хамовато огрызнулась она. – Что у тебя за мутные дела с Гроссом? Задумала что-то?
Я моргнула, на всякий случай заталкивая глубже в карман с таким трудом добытый флакон.
«Откуда эта поллийка вообще узнала о зелье? И почему подкараулила как раз тогда, когда я получила послание от Призрака?»
Но в следующую секунду меня отпустило. Гросс! Она говорила о Гроссе. До Игнивара и моих проблем со связью поллийской схоларке на пару лет младше меня не было никакого дела. Тут явно было другое.
Глядя в горящие яростью глаза разозленной девчонки, я чуть не рассмеялась от облегчения.
«Ох, Крылатая, ну конечно!»
– Подожди-подожди, тебе что, нравится Лео Гросс? Серьезно?
– А что тут смешного? – вскинулась блондинка. – Он не твой и нечего тянуть к нему руки. То, что у вас общий дракон, не означает, что ты и на Гросса имеешь какие-то права. Лео мой.
– Да пожалуйста! – Я развела руки. – Забирай. Не жалко.
– Не смей надо мной издеваться! Думаешь, раз красивая и богатая, тебе все можно?
Она снова попыталась меня толкнуть, но я была настороже и легко увернулась. Девчонка пролетела мимо, едва не потеряв равновесие.
Я только головой качнула.
«Вот дурочка».
Выпрямившись, поллийка посмотрела на меня почти с ненавистью.
– Держись от Гросса подальше!
– А ты лучше на своего ненаглядного бросайся, а не со мной цапайся, – от души посоветовала я. – А то я ведь и ответить могу. И, кстати, как тебя зовут, мелкая? Передам вечером Лео, на кого стоит обратить особое внимание.
Щеки блондинки пошли красными пятнами. Она шмыгнула носом и, развернувшись на каблуках, бросилась прочь, так ничего и не ответив.
***
В гнезде у Игнивара, несмотря на ранний час, крутился Лео.
– Как ты себя чувствуешь? – увидев меня, спросил он как будто бы с искренним интересом. – Поправилась?
Серебряный ящер тоже повернул ко мне треугольную голову. От него исходили мысленные волны беспокойства, что не могло не внушать оптимизма. А я уже начала переживать, что крылатый полностью переключился на Гросса. Но нет!
«
«А скоро обрадуешься еще сильнее», – подумала нетерпеливо.
И тут же осеклась, заметив, как удовольствие в глазах Игнивара сменилось настороженностью.
«Проклятое пламя! Об этом-то я как-то не…»
– А что это у тебя на щеке? – вывел меня из состояния нарастающей паники вопрос Гросса.
Сперва я даже опешила, вскинув руку к лицу. Кожу защипало. Я скользнула пальцем по свежей царапине.
Ах, да, точно. Блондинка…
«Блондинка!»
Я ухватилась за брошенную Лео тему, не позволив себе додумать мысль, которую мог бы прочесть Игнивар.
– Ах, ты про это! – выпалила я первое, что пришло в голову. – Встретила сегодня с утра твою девушку. Думала, хочет познакомиться и подружиться, раз уж мы с тобой теперь вынуждены делить одного дракона, но вместо этого она чуть не выцарапала мне глаза.
– Какая такая девушка? – удивился Гросс.
– Думаешь, я их сортирую? Какая-то поллийка! Светловолосая. Агрессивная. И очень разочарованная тем, что ты уделяешь ей мало внимания.
– Ноэлла не моя девушка.
«Ох! Так он даже знает, как ее зовут».
Игнивара это тоже заинтересовало. Дракон повернулся к Гроссу, переключив внимание с меня на парня.
– Не твоя, говоришь? – подлила я масла в огонь. – Судя по тому, как она на меня набросилась, она так не считает.
– Понятия не имею, почему.
– Ну, как тебе объяснить?.. Может, причина в том, что если покувыркаться с девушкой в кровати, она может решить, что у вас все серьезно, а не так, туда-сюда и разбежались, никаких обид и обязательств.
– Что? – Лео посмотрел так, будто прикидывал, не приложила ли его гипотетическая девушка меня головой обо что-то твердое. А потом еще и принюхался для верности и явно лишь укрепился в подозрениях касательно моей вменяемости. – Слушай, можешь не беспокоиться. У меня с Ноэллой ничего не было.
– Да мне-то какое дело, с кем у тебя было, а с кем не было? Но… – Губы сами собой растянулись в улыбке. – Если ты будешь хорошим напарником и поговоришь со своими девицами, чтобы они на меня не кидались, я буду тебе очень благодарна. А то… – Я нарочито тяжело вздохнула. – Сам понимаешь, Игнивар будет очень опечален, если толпа твоих обиженных поклонниц расправится со мной с особой жестокостью.
Лео задумался. Дракон фыркнул. Удивительно, но моя речь проняла их обоих.
– М-да… – наконец согласился Лео. – Пожалуй, мне и правда стоит поговорить с Ноэллой, пока она не натворила глупостей. Закончишь чистку Игнивара?
– Без проблем. Сейчас выловлю во дворе парочку праздношатающихся первокурсников и, считай, дело сделано.
Гросс хмыкнул.
– Ну тогда пока. Увидимся на тренировке.
Оставив мне ведро и скребок, Лео ушел. Мы с серебряным ящером остались вдвоем.
***
Этого-то я и добивалась!
Разумеется, ни о какой чистке речи даже не шло – по крайней мере, пока не сделаю дело. Отвернувшись от Игнивара, я достала из кармана заветный флакончик и уставилась на мутную серебристую жидкость.
«Что же с ним делать? Выпить – и хоп, заработало? Или дракону налить?»
Я бросила взгляд на ящера, заинтересованно косившегося в мою сторону, и покачала головой. Нет, рисковать Игниваром у меня точно не было никакого права. Мало ли, что сварил этот странный Призрак академии…
Осторожно вытащив пробку, я принюхалась. И сразу же скривилась – пахла серебристая жидкость преотвратно. Даже протухшая рыба, и та, казалось, не так воняла.
Рыба…
И тут меня осенило.
Ну конечно! Эликсир Расширения разума – вот что булькало во флаконе! Потому-то Призраку и понадобилось несколько чешуек моего дракона. Раз зелье помогает установить первоначальную связь, неудивительно, что оно же может использоваться и для укрепления уже созданного контакта.
Игнивар за спиной тревожно зашевелился. Треугольная голова качнулась ко мне, пытаясь заглянуть через плечо.
«
– Да, – решительно ответила я дракону.
Разумеется, я понимала риски – не зря лишь единицам из ментально сильных схоларов разрешалось пройти ритуал во второй или третий раз. Но если ставки столь велики, любой риск можно считать оправданным.
«
– Да. – Я увернулась от попытки Игнивара толкнуть меня в спину хвостом и отошла за поилку, откуда дракон не мог так просто достать меня. – Это стоит того. Ты того стоишь.
«
Игнивар бесновался, царапая когтями камень. Но этим лишь укреплял мою решимость.
«Скоро все закончится. Скоро все встанет на свои места».
«
Последнее больно резануло по нервам – даже сейчас крылатый тянулся не ко мне, а к Лео. И после этого он еще будет говорить, что мне не нужно зелье?..
Ну уж нет!
Одним решительным рывком я вскинула руку.
***
Что-то больно ударило по запястью, выбивая флакон из пальцев. Описав кривую дугу, он врезался в каменный пол, разлетевшись на тысячу осколков. Эликсир за сорок золотых, мое спасение и надежда на победу, растекся серебряной лужицей по серым плитам.
– Нет! – завопила я, вырываясь из чьей-то крепкой хватки. – Нет!
– Проклятое пламя, Касс, ты совсем с ума сошла? – заорал знакомый голос над ухом.
Я прекратила вырываться. Отчаяние сменилось злостью, которая трансформировалась в ярость и крепкий удар под дых. Гросс скрючился, хватая ртом воздух.
– Эй! Ты нормальный вообще? – набросилась я на него. – Чего творишь?
– Сама чего творишь? – не остался в долгу он, оттаскивая меня подальше от сверкающей лужи. – Что это за дрянь?
– Не твое дело!
– Нет, мое! – Парень крепко сжал мои плечи. Глаза у него были бешеные, и вместе с тем за злостью в глубине зрачков плескался страх. – Что? Это? За? Дрянь?
– От женского недомогания, ясно тебе? – огрызнулась я, все еще не желая смиряться с очередным поражением. – Знаешь, бывает, что у девушек раз в месяц живот болит. Мое зелье, мое дело. Тебя это не касается.
– Касается, если Игнивар в отчаянии позвал меня, чтобы помешать тебе отравиться.
– Крылатая, да не травилась я! Это просто… укрепляющее зелье.
Выпустив меня, Гросс аккуратно склонился над лужей. Коснулся подушечкой пальца, растер густую каплю, принюхался.
– Не ври мне, Касс. Это определенно не оно.
– А ты все зелья по запаху узнаешь, особенно когда они успели смешаться с драконьими экскрементами на полу? – ядовито поинтересовалась я. – Ты у нас настолько чудо-схолар?
Игнивар за стенкой поилки фыркнул – видимо, хотел сообщить, что гнездо чистое, что бы там ни выдумывали его люди.
Лео качнул головой.
– Не все, но многие. Моя мать травница.
– Это я уже поняла.
Он посмотрел мне в глаза серьезно, без тени насмешки.
– Кассия, скажи, пожалуйста, что это было за зелье и почему оно так встревожило Игнивара?
– Да ничего такого… – Я отвела взгляд, но понимала, что Гросс все равно не отстанет, пока не получит ответа. – Просто зелье… помогающее укрепить связь с драконом.
– Эликсир Расширения сознания? Хотя нет… – Он посмотрел на свои пальцы, слегка отливавшие серебром. – Нет, это точно не он, и, если честно, я понятия не имею, что именно. Откуда ты это взяла?
– Купила, – буркнула неохотно. – У Призрака.
Лео хлопнул себя ладонью по лбу.
– Крылатая, за что мне это? – тихо пробормотал он. – Впрочем, зная тебя, чего-то подобного стоило ожидать. Касс, ты в курсе, что Призрак – не более чем академическая легенда?
– Легенда легендой, а сорок золотых забрал и зелье сделал, – резонно возразила я. – Так что, как видишь, он вполне себе материален.
– Кто угодно мог прикинуться Призраком и взять твои деньги. А потом принести неизвестно что. Крылатая, ты еще и пить это собиралась! Понимаешь хоть, чем все могло закончиться? Чем ты только думала… хотя ладно, глупый вопрос. Зачем? Зачем, Касс? Почему с тобой так сложно?..
Его голос звучал устало. Я и сама почувствовала, как сильно вымотала меня эта борьба. Постоянные попытки соревноваться с Гроссом, заведомо обреченные на провал, вечный страх, паника, необдуманные поступки. Но…
Я привалилась к стене и медленно сползла по ней.
– А что мне оставалось делать? – сказала, глядя в пустоту мимо стоявшего напротив Лео. – Я все пропустила. Игнивар выбрал тебя. Это был мой последний шанс.
– Ну почему? Мы оба наездники Игнивара… Никто никого не выбрал. Правда ведь?
Дракон, наблюдавший за нами со стороны, усиленно замотал головой.
«
Я сердито моргнула, смахивая наползшие слезы.
– Вот видишь, как он тебя слушает? У тебя была неделя, чтобы укрепить с ним связь. А у меня…
«
Увидев меня почти плачущей, Лео, кажется, совсем растерялся.
– Ну чего ты? Можно же было просто поговорить…
– А смысл? – Я шмыгнула носом. – Ты не уступишь. Я не уступлю. Ты этого хочешь. Мне это нужно. Слишком многое стоит на кону…
Чего я никак не ожидала, так это что Гросс, опустившись передо мной на корточки, положит руки мне на колени.
– Касс…
– Да иди ты, – привычно отмахнулась я.
– Касс, посмотри на меня.
Я неохотно подняла взгляд.
– Что?
– Мы можем договориться. Чего ты хочешь?
– Я? Хм… откажись от Игнивара.
– Кроме этого, – усмехнулся Лео.
– Ну… – Я задумалась. – Тогда я хочу шанс сократить наш разрыв.
– Хорошо, – неожиданно легко согласился Гросс. – Раз так, всю следующую неделю заниматься с Игниваром будешь только ты. Я поговорю с наставником, чтобы он пересмотрел наше расписание. Обещаю, что к гнезду и площадке даже близко не подойду. Хочешь?
«
– Хочу, – ответила сразу обоим.
Лео улыбнулся.
– Значит, решено. – Он протянул мне руку. – Тогда договорились. Только пообещай, что не будешь больше брать в рот… всякое.
– На эту неделю да. – Я фыркнула. – А потом ты же все равно начнешь строить мне подлянки, чтобы отобрать дракона.
– Обещаю, что не буду. Давай заниматься по очереди. Поговорим с наставником, пусть составит такое расписание, чтобы у нас было поровну часов с Игниваром. А следующие семь дней все мои практические занятия пусть переставит тебе.
– Можем просто поменяться учебными планами, – предложила я с ехидной усмешкой. – Я полетаю, а ты заменишь меня на скучных уроках этикету. Может, тоже научишься вести себя за столом как положено уважаемому наезднику, а не…
Я хотела сказать «парню из саталийских трущоб», но взглянула на Лео и передумала. Вряд ли он захочет со мной договариваться, если я продолжу хамить ему при каждом удобном случае.
«Ужас! На какие только жертвы ни пойдешь ради дракона!»
Гросс, несомненно, оценивший такой шаг, хмыкнул.
– Почему бы и нет. Если там не надо будет разучивать церемониальные танцы, я не против. Да и мастеру Норту так будет проще.
– Раз уж все равно пойдешь к нему на поклон, заодно попроси отменить мое отстранение на неделю, – добавила я. – Как видишь, я уже почти здорова.
Гросс красноречиво покосился на разбитый флакон.
– Физически, – добавила я.
И мы рассмеялись.
Тренировочная площадка встретила меня безоблачным небом и ярким солнцем, блестевшим на металлических опорах трибуны – идеальная летная погода. Наставник, со скрипом одобривший предложенное Лео изменение плана занятий, ждал меня на возвышении над полосой препятствий. Внизу нетерпеливо переминался с лапы на лапу Игнивар, приведенный дежурным кипером. За человеком и драконом громоздилась сложная конструкция из камней, балок, навесов, растянутых на крюках сетей и узких полуподземных лазов. Моей задачей было провести крылатого ящера из одной части площадки в другую по составленному наставником маршруту. Схематичный план выдавался наезднику перед началом тренировки, дракон же должен был следовать указаниям своего человека.
В отличие от Лео, который уже успел несколько раз побывать с Игниваром на летном поле, я проходила это испытание впервые и немного нервничала. Для каждого наездника маршрутные карты составлялись с нуля, так что заучить последовательность нырков и поворотов было невозможно. Ни я, ни дракон не знали, что именно нас ждет.
«
Я улыбнулась серебряному ящеру. В ответ Игнивар поднял на меня взгляд и раскрыл пасть, высунув раздвоенный язык, что в его случае, вероятно, тоже означало улыбку.
– На позицию, – скомандовал мастер Норт.
Кипер, державший дракона, отпустил повод. Почувствовав свободу, дракон встряхнулся, расправляя сложенные крылья.
«
– Бернарди, готова?
Я кивнула. Наставник вынул из сумки и протянул мне полетную карту. Взгляд заскакал по отметкам.
«Так… Сначала нырок сквозь сети… Для этого, пожалуй, стоит взять разбег, чтобы набрать скорость и сложить крылья. Потом пролет между двух плотно стоящих стен. На левом крыле… нет, на правом, чтобы легче войти в следующий поворот…»
Переключаясь между картой и реальной полосой препятствий, я пыталась наспех выстроить правильный маршрут. В голове царил какой-то сумбур из линий, бревен и воображаемых серебряных драконов. Сосредоточиться на чем-то одном, чтобы передать крылатому нужную мысль, было непросто – особенно с учетом того, что половину практических занятий по ментальному взаимодействию я пропустила, а на второй больше думала о способах нагадить Лео. Оставалось полагаться лишь на опыт самого Игнивара.
Сумел же он, в конце концов, прочитать в моих мыслях желание выпить то дурацкое зелье, которое я считала Расширителем разума? А значит, и сейчас как-нибудь справится.
– Отойди к краю площадки… – начала я, готовясь дать первую команду.
Наставник предупреждающе кашлянул.
– Если вы это мне, Бернарди, то я останусь стоять там, где стоял. С драконом же следует общаться ментально, как вы практиковали на соответствующих занятиях. Отсюда он вас все равно не услышит.
– Поняла, мастер Норт, – скисла я.
«Игнивар, отойди к краю и возьми разбег, чтобы пролететь сквозь сети».
Произнести это мысленно оказалось не так-то просто. Оказывается, я настолько привыкла проговаривать команды вслух параллельно с передачей их дракону, что с закрытым ртом разрозненные образы отказывались превращаться в связные приказы. Я чувствовала себя темпераментным таллийцем, которому связали руки за спиной и запретили помогать себе жестами.
К счастью, первую часть моего плана дракон понял и попятился назад, пока не уперся в высокую стену ограждения. Оттолкнувшись всеми четырьмя лапами, он резко рванул вперед и перед самой паутиной из сетей сложил крылья, без труда пролетев сквозь препятствие.
Радость, разделенная с Игниваром, ярким цветком вспыхнула в душе.
«Так, теперь стены… наклонись направо…»
И только передав указание и увидев, как серебряный ящер входит в импровизированный каньон, я вдруг осознала, что перепутала лево и право. Крыло, наклоненное к земле, должно было быть другим…
– Нет, нет, нет! – вырвалось невольно.
«Влево, Игнивар, влево!»
Дракон, уже и сам сообразивший, что к чему, недовольно фыркнул, выпустив из пасти облако дыма. Лихой вираж, который пришлось заломить, чтобы вернуться на заданный маршрут, ему явно не понравился.
Наставник, наблюдавший за испытанием, поморщился.
– Сконцентрируйтесь, схоларка Бернарди. Ваша ментальная речь должна быть более точной. Яснее представляйте себе действия вашего дракона.
Ох, куда там!
От замечания мастера Норта уверенность развеялась, точно дым. Далее по плану следовал нырок, но я так разнервничалась, что вместо этого послала Игнивара в петлю. Это сильно осложнило последующий захват тюка с сеном, который следовало пронести между бревнами и опустить точно на одну из семи повозок.
Забрав груз, дракон поднялся в воздух.
«
«Я пытаюсь, – хотелось закричать мне. – Пытаюсь!»
Я прижалась к парапету, лихорадочно вглядываясь в нагромождение препятствий в поисках площадки с повозками. Лист с маршрутом трепетал на ветру, норовя вырваться из рук.
– Третья справа, – шептала я одними губами, лихорадочно думая, как донести это до Игнивара. – Аккуратнее, пожалуйста…
Или?..
– Схоларка Бернарди, дракон вас не слышит, – добавил хаоса голос наставника.
– Мастер Норт, позвольте ей говорить.
Я обернулась и увидела Лео. Судя по его виду, он наблюдал за нами уже некоторое время.
Если бы я не была поглощена испытанием, то непременно наорала бы на него за то, что не держит обещания. А так лишь поморщилась.
Игнивар с тюком в когтях, меж тем, уже сделал крюк над повозками.
«
– Позвольте Кассии отдавать устные приказы, – вновь обратился к наставнику Лео.
– Суть испытания, схолар Гросс, не в том, чтобы правильно пройти полосу препятствий, сорвав в процессе голос. – В голосе мастера слышалось недовольство. – Схоларке Бернарди требуется установить прочную ментальную связь со своим драконом, если она хочет и дальше тренироваться в роли наездницы. Это, в частности, подразумевает развитие навыков невербального общения. Попытки же докричаться до зверя абсолютно бесполезны как на площадке, так и в реальном полете. Дракон ее не услышит…
– Нет-нет, – довольно невежливо перебил парень. – Тут вы ошибаетесь, мастер Норт. Кассия не пытается докричаться до Игнивара. Вербальное произнесение команд – ее способ структурировать мысли. Если она молчит, то не может сосредоточиться.
– Оставьте свои советы при себе, схолар Гросс. Я прекрасно понимаю...
– Нет-нет. – Лео и не подумал заткнуться. – Не смейте говорить, что у Кассии слабая связь с Игниваром. При всем уважении, вы не часть нашей команды и не можете этого знать. Связь схоларки Бернарди с драконом так же сильна, как и моя. Просто она мыслит иначе, чем вы или я.
Удивительно, но после этих слов я ощутила к Лео что-то вроде... благодарности? А еще почувствовала прилив уверенности в себе, которая изрядно пошатнулась за время испытания.
– Игнивар, третья справа, – прошептала я, параллельно проговаривая каждое слово в голове.
«
«
– Сможешь вырвать два столба и перекинуть мост между двумя валунами? Один у тебя под крылом, второй рядом.
«
– Вот видите, – негромко, чтобы не сбивать меня, проговорил за спиной Лео. – Видите? Дракон отлично воспринимает ее указания.
Игнивар, закончивший прохождение трассы, победно вскинул крылья.
***
– В целом неплохо, схоларка Бернарди. На следующей тренировке закрепим успех. Пока что у вас есть мое разрешение на вербальное общение с драконом, но все же настоятельно рекомендую практиковать ментальный контакт.
– Поняла вас, мастер Норт. Непременно учту.
– Отлично. Тогда жду вас завтра.
«
Я хихикнула, пообещав себе, что к следующему разу что-нибудь придумаю.
К моменту, когда я добралась до ожидавшего на нижнем ряду трибун Лео, настроение было уже выше среднего, так что парня решила не убивать, хоть он и нарушил нашу договоренность. Но, как оказалось, Гросс и сам испытывал по этому поводу что-то похожее на угрызения совести.
– Да-да, прости, я знаю, что обещал не приближаться к тренировочной площадке, но…
– Что, – пошутила я, – прячешься тут от поклонниц?
– Ну... – Поравнявшись со мной, Лео почесал затылок, а потом затравленно оглянулся, словно за пределами площадки его действительно ожидала толпа разъяренных девиц. – С чего ты решила, что у меня много поклонниц?
– Как минимум одна из них поцарапала мне лицо. Хорошо хоть не пришлось бежать к лекарю и пить зелье от бешенства. Хотя, может, и зря…
Парень смутился.
– Прости. Не знаю, что на Ноэллу нашло…
Он выглядел таким забавным и искренним – да еще и помог мне, представив в хорошем свете перед мастером Нортом, – что я решила дать напарнику бесплатный дружеский совет.
– Не всем девушкам легко принять, что объект их воздыханий вынужден делить с другой дракона, который до этого прославился парными наездниками.
В голове зазвенели колокольчики – Игнивар, подслушивавший наш разговор, рассмеялся.
«Интересно, – подумалось вдруг, – а парой они стали до установления связи с драконом или после?..»
Если Гросс и считал реакцию дракона, то виду не подал. Бросив на меня странноватый взгляд, он пожал плечами.
– Это-то ясно. Я в целом не понимаю, почему Ноэлла решила, что у нас с ней может что-то быть.
– Она тебе внешне не нравится?
– Да нет… Она симпатичная… Блондинка…
– Ну, тогда почему нет? У некоторых девушек все устроено очень просто. Ты красивый парень с хорошим магическим потенциалом. Этого им достаточно.
– Погоди… – Гросс аж сбился с шага. – Ты считаешь меня красивым?
Я хмыкнула.
– Объективно? Да. У тебя хорошая физическая форма, породистое лицо. Волосы вон какие шикарные. Сразу видно, что ты коренной сциллиец, а такие нравятся девушкам. Они думают, южные мужчины самые темпераментные. А что в Драконьем Союзе южнее Сциллии? Разве что Малим, но малимцев у нас не учится. Потому-то горожанки из Дракхавна и ходят косяками, точно рыба на нерест, к вам в общежитие через дырку в стене.
– Вообще-то не ходят. Точнее, не ко мне. Если вдруг тебе интересно.
А потом посмотрел на меня. И, глубоко вдохнув, сказал ни с того ни с сего с какой-то совершенно непривычной, почти торжественной серьезностью.
– Ты тоже очень красивая.
Я пожала плечами, не понимая, как реагировать на очевидное.
– Да. Я знаю.
Гросс удивленно изогнул бровь.
– Хм. Обычно все девчонки, услышав комплимент, начинают отнекиваться и смущаться.
– Я не все и не вижу смысла зря тратить время. – И, не удержавшись, ехидно добавила. – К тому же, ты уже посмущался за нас двоих. Смотри-ка, даже чуточку покраснел.
Лео хмыкнул, не отводя от меня взгляда.
– Да, ты определенно не такая как все.
«
***
Удивительно, но после того как я перестала тратить силы на попытки соревноваться с Гроссом, жить стало намного легче. Несмотря на то, что учиться по новому расписанию приходилось почти в полтора раза больше, чем раньше – и как только Лео справлялся с таким объемом нагрузки? – я чувствовала себя активной и бодрой. Успехи на тренировочном поле окрыляли, поддержка Игнивара во время отработки ментальной связи помогала уверенно встречать взгляд мастера Норта, все еще недовольного тем, что я никак не могу освоить невербальное общение. Занятия по основам этикета и истории Драконьего Союза, которые я прежде тихо ненавидела, перестали раздражать после того, как учебную программу разбавили более интересные предметы.
Даже Гросс не бесил так, как раньше. Мы почти не пересекались – наставник выстроил наше расписание так, что у нас было минимум смежных занятий. С девушками Лео я тоже больше не встречалась. То ли парню удалось сделать внушение своим подружкам, то ли их число действительно было не таким большим, как казалось сплетникам академии.
Что ж, мне же лучше. Столкновение с когтистой Ноэллой мне не понравилось.
Когда настало время долгожданного первого полета, по ощущениям я почти не уступала Гроссу в ловкости и слаженности в работе с драконом. Игнивар слушался, легко откликался на простые команды, особенно когда я дублировала их голосом. Связь укрепилась настолько, что иногда я могла слышать мысли крылатого ящера даже когда находилась далеко от манежа или площадки для кормления. Внутри появилась уверенность, какой я не чувствовала прежде.
Именно она помогла мне справиться с очередным препятствием, которое выставил на пути к моей мечте наставник Норт.
– Схоларка Бернарди, я настоятельно рекомендую вам завтра воздержаться от прохождения испытания.
Это было как удар под дых, и только долгие тренировки с Феличчией помогли сохранить каменное лицо.
– Почему? – Я смерила наставника скопированным у мачехи холодным взглядом. – Что вы хотите сказать, мастер Норт? Я уже доказала, что вполне готова. Игнивар с легкостью выполняет мои команды, я показываю отличные результаты на тренажере, уверенно держусь в седле. Проблем не будет.
– Возможно. – Наставник поморщился. – Но вы еще не освоили невербальное общение. А мастер Дрейк достаточно строг во всем, что касается правил. Особенно когда речь идет о схоларках.
Я нахмурилась. Еще вчера все было нормально, а сегодня, как только магистр Штерн сообщил дату сдачи и имя проверяющего, мастер сразу же пошел на попятную.
Соглашаться с таким я не собиралась.
– Мастер Норт, я абсолютно уверена, что готова. Я не подведу вас и постараюсь общаться с Игниваром невербально, если это может повлиять на оценку проверяющего.
– И все-таки…
– Пожалуйста, – поднажала я, видя, что мужчина колеблется перед окончательным ответом. – Игнивар все равно будет на площадке. Какая разница, один полет или два?
«Тем более что Гросс уже получил допуск. С какой стати я должна оставаться позади?»
Наставник вздохнул.
– Смотрите не пожалейте о своем решении, схоларка Бернарди. Если что, я поговорю с магистром о возможной дате повторной сдачи.
– Это не потребуется, – заявила упрямо.
– Как скажете.
Допуск мастер Норт мне все-таки оформил, хоть и не без привычного ворчания. И в назначенный день я, облаченная в выданную еще на ритуале летную форму, пришла навстречу самому важному экзамену в моей жизни.
Первый полет. Небо. Игнивар.
Я должна была сделать все идеально.
И никак иначе!
Тренировочная площадка встретила меня возбужденным гулом. С молчаливого согласия мастеров свободным от занятий схоларам разрешалось наблюдать за испытанием. Это было чем-то вроде еще одной традиции Академии Драконьего Союза. Когда я была младше, тоже старалась не пропускать ни одного полета. Интересно же, кто взлетит безупречно, а кто опозорится на годы вперед.
Сегодня на испытании было особенно многолюдно. Любопытные лица схоларов торчали из каждого свободного уголка. Казалось, на галереях и трибунах собралась добрая половина академии. Всем не терпелось посмотреть на первый полет серебряного гиганта, да еще и столь уникального, как Игнивар.
Неудивительно! Когда еще доведется увидеть дракона, который будет проходить полосу препятствий не один, а сразу два раза – сначала с одним, а потом с другим потенциальным всадником. Ходили слухи, что схолары заключали пари, кто из нас с Лео справится лучше. Точного соотношения ставок я не знала, но Эйя смущенно призналась, что по-дружески поставила на меня в надежде отлично подзаработать, чем неосознанно раскрыла все карты. Впрочем, иного я и не ожидала. Как я ни старалась, Лео все равно считался фаворитом.
«
Я кисло улыбнулась. Приятно было знать, что хоть кто-то верил в меня – пусть даже этим кем-то был мой собственный дракон. По крайней мере, можно надеяться, что Игнивар не выйдет из-под контроля и не получится так же как с Олафом, чья мать когда-то преподавала у нас историю Драконьего Союза. Во время его испытания дракон начал метаться, разглядев вдалеке шедший вдоль берега косяк рыбы. Незадачливый наездник не удержался в седле и рухнул прямо в огород академии. Повезло ему разве что в том, что высота оказалась не слишком большой, а земля рыхлой. В остальном большего позора и придумать было нельзя. Вся академия полгода зубоскалила, что мама нашла Олафа в капусте.
«Олаф-капустная-голова. Мальчик-с-грядки. Мама, посади меня обратно!»
Неудивительно, что едва только парню удалось пройти квалификационный экзамен, и он, и его мать покинули архипелаг, а к нам вместо нормальной преподавательницы пришел мастер Эйгер, который не давал никому спуску.
Хорошо бы так не опозориться. Отец точно не будет настолько же снисходителен, как мать Олафа, которая утешила сына, помогла ему собраться с силами и таки сохранить полученные таким трудом крылья.
При мысли об отце настроение сразу испортилось, и к дракону я подошла без прежней радости. Игнивар ждал на стартовой площадке. Рядом уже стояли Лео Гросс и мастер Дрейк, который должен был сопровождать нас на первом полете. Его собственный дракон – крупный и агрессивный красный самец, находился неподалеку, скаля зубы на серебряного гиганта. Еще два крылатых парили в небе, следя за безопасностью испытания.
Мастер нахмурился и не сводил с меня взгляда все время, что я шла по площадке, чтобы занять положенное место подле Игнивара.
«
– Все отлично. – Я погладила крылатого по загривку. – Скоро полетим.
– Не так быстро.
Мастер Дрейк шагнул вперед, оттесняя меня от Игнивара. Я вскинула голову.
– Что-то не так, мастер?
Мужчина смерил меня недовольным взглядом с головы до ног.
– Покиньте тренировочное поле, схоларка. Первым в воздух поднимется схолар Гросс.
– Что? – мгновенно вскинулась я. – Почему именно он? Мастер Норт не говорил, что есть установленный порядок полетов. И даже если есть, по алфавиту «Б» идет раньше «Г»!
– В данном случае это не принципиально, – отрезал мастер Дрейк. – Будет справедливо, если более перспективный схолар получит более свежего дракона.
Я стиснула зубы. Ну вот опять!
– Мастер Дрейк, – проговорила я, стараясь, чтобы голос звучал ровно, хотя внутри хотелось кричать от обиды. Оказаться второй на глазах половины юных схоларов – это ли не позор? – Почему вы считаете Гросса более перспективным? Вы же нас первый раз видите.
– При всем уважении, мастер Дрейк, – встрял в разговор Лео, – наш с Кассией и Игниваром случай уникален. Позвольте нам самим решить, кто полетит первым.
Инструктор поморщился, словно от головной боли. Во взгляде, брошенном на Гросса, читалось презрение. Очевидно, он ожидал, что парень поддержит его выбор, а не будет пытаться уступить первое место девчонке.
– Дело ваше. Что ж, решайте. И пусть тот, кто полетит первым, надевает защитную экипировку и несет седло.
С отвратительной легкостью Лео Гросс догнал меня у входа в подсобное помещение, где хранилась амуниция для дракона, и преградил путь.
– Не слишком ли ты торопишься?
– Мне седло искать дольше. – Я попыталась обойти парня сбоку, прошмыгнув в щель между рукой и дверным косяком. – Хочу подобрать что-то пошире и без этой дурацкой выемки спереди.
На объяснение Гросс не купился и проход не освободил.
– Касс, это не соревнование на скорость.
– Ну а как еще ты предлагаешь решить, кто из нас будет первым?
– Можем подкинуть монетку.
– Издеваешься? – Я скрестила руки на груди. – Решать важную вещь так, будто это детская игра…
– Ага, – хмыкнул Лео, – куда адекватнее на скорость искать седло. Очень по-взрослому, Бернарди, сам магистр Штерн не придумал бы лучше.
– Ха-ха, смешно, – в тон ему откликнулась я. – Что ж, хочешь, чтобы все было серьезно, пожалуйста. Чего ты хочешь за то, чтобы позволить мне полететь первой? Денег? Назови сумму.
Я прикинула, сколько золотых у меня осталось с учетом бесполезных трат на Призрака и денег, отданных двум таллийским первокурсникам за то, что те раз в неделю таскали до гнезда Игнивара воду, рыбу и свежее сено для подстилки. Выходило немного – отец бы точно сказал, что взятка такого размера позорит богатейший по меркам Сциллии род Бернарди. Но Лео, на мое счастье, с отцом знаком не был и о моих денежных затруднениях не знал. Так что, в целом, неважно, сколько именно он запросит. Главное, полететь, а дальше разберусь, что к чему.
Но Лео в очередной раз обманул мои ожидания.
– Прости, но деньги меня не интересуют.
– Тогда что ты хочешь?
– Даже не знаю... – Он сделал вид, что задумался. – Разве что, может... поцелуй?
«Ах, вот как...»
Возможно, Гросс имел в виду невинный поцелуй в щеку или и вовсе шутил. Но я не могла позволить себе проиграть.
Сумка, в которой я принесла на тренировочную площадку сменную форму, с грохотом ударилась о пол. Я шагнула к опешившему парню и решительно толкнула его в грудь, прижимая к дверному косяку. Пальцы с силой сжали воротник его летной куртки. В крови взбурлил хмельной азарт.
Одно движение – и я впилась в его губы.
В этом поцелуе не было нежности – лишь яростная энергия, бешеным боем стучавшая в висках. Желание шокировать, подавить, доказать свое превосходство.
«Пусть знает, что я готова на все – на все! – ради того, чтобы заполучить своего дракона. И если Гросс надеялся смутить меня предложением, от которого любая другая девушка впала бы в ужас, нет уж! Не на ту напал…»
Но прежде чем я возликовала, празднуя победу, все вдруг изменилось.
Обескураженный моей яростной атакой, в первый момент Лео замер. Но через секунду ответил с таким же напором и страстью. Руки Гросса обхватили мою талию, притягивая ближе. Будто принимая вызов, он наклонил голову, углубляя поцелуй. Секунды растягивались до бесконечности. Мы сплелись друг с другом так тесно и крепко, словно пытались стать единым целым. В мыслях царил полный хаос с примешивавшимися к нему яркими вспышками удовольствия, по всей видимости, исходившими от Игнивара. Дракон был до неприличия рад...
Я первая разорвала затянувшийся поцелуй. С той же резкостью, с какой притянула к себе Лео, я оттолкнула его прочь. Воздуха не хватало, в груди было тесно. Щеки пылали – то ли от злости, то ли от смущения.
– Доволен? – рявкнула я все еще несколько дезориентированному парню. – Теперь пропусти меня! Я лечу первая!
Лео ответил не сразу. Обычно такой уверенный, он будто потерял дар речи. Я видела, как часто вздымалась его грудь, как блестели абсолютно шальные глаза.
– Да-а, – рвано выдохнул Гросс хриплым, возбуждающе низким голосом, от которого у меня по телу пробежали мурашки. Язык парня скользнул по припухшим губам. Лео встряхнул головой, словно сбрасывая наваждение, и добавил, не сводя с меня потемневшего взгляда. – Да, конечно. Можешь лететь первой. Да.
Мне не нужно было повторять дважды.
***
Собраться с мыслями после опрометчивого поцелуя оказалось непросто. К счастью, пока я искала седло, было время прийти в себя, и на площадке я появилась уже без хаоса в голове и бешено стучащего сердца.
Мастер Дрейк и Игнивар ждали. Дракон излучал магическое сияние, что говорило о его удовлетворении. Инструктор же выглядел полной противоположностью крылатой рептилии.
– Вот, значит, каково ваше решение, – угрюмо произнес он, как только я подошла ближе. – Не самый удачный выбор.
– Вы же сказали, что мы можем сами определиться. – Я дернула плечом, стараясь чтобы мысли о недавнем поцелуе не выплеснулись жаром на щеки. – Вот мы и определились.
Проигнорировав мои слова, мастер нашел взглядом Лео.
– Схолар Гросс, вы точно согласны уступить свою очередь схоларке Бернарди? Уверены?
Парень, так и оставшийся под сводами трибун, кивнул.
– Да. Полетит Кассия, мастер Дрейк.
– Хорошо. Не пожалейте потом.
Кулаки сжались. Предвзятость приглашенного инструктора откровенно бесила. Я бы предпочла совершить первый полет с наставником Нортом, но, увы, правила академии предписывали, чтобы испытание проводил практикующий наездник, чей дракон в случае чего сможет остановить вышедшего из-под контроля ящера. И хоть Игнивар не считался агрессивным или неуправляемым, все равно требовалось предоставить кого-то сопоставимого ему по силе и размеру.
Я опасливо покосилась на красного гиганта, нетерпеливо скребущего когтями камни площадки. Дракон откровенно пугал. Да и хозяин его не вызывал никаких приятных чувств.
Ничего. Выдержу.
«
– Удачи! – в тон Игнивару прокричал Гросс, вскидывая руки в одобряющем жесте. – Я уверен, у тебя отлично получится!
Это немного разрядило скопившееся внутри напряжение. Я фыркнула, вздергивая подбородок.
– Ну а как иначе!
Наблюдавший за нами мастер Дрейк демонстративно поморщился.
– Не тратьте время, схоларка Бернарди. Седлайте дракона. Посмотрим, как вы справитесь со сбруей.
***
К легкому разочарованию инструктора, справилась я неплохо. Мастер Дрейк придирчиво осмотрел крепление седла и вынужденно признал, что все сделано верно.
– Готовьтесь к взлету, схоларка Бернарди.
Сотни, тысячи глаз внимательно следили за мной с трибун. Я различила в пестрой толпе Эйю и Руни. Где-то неподалеку был Ран. Наставник Норт вместе с другими преподавателями наблюдал за испытанием с возвышения над полосой препятствий.
По телу пробежала нервная дрожь. Внутренности скрутило тугим клубком. Я шумно вдохнула, стараясь отрешиться от окружающего хаоса – и вдруг встретилась взглядом с Гроссом. Заметив, что я смотрю, он улыбнулся. Губы, которые я недавно так яростно целовала, раскрылись. Мне показалось, что Лео произнес что-то ободряющее. Может, еще раз пожелал удачи. Или хотел напомнить, что я прекрасно контролировала Игнивара, и волноваться было не о чем…
Я сердито встряхнула головой – да ну, бред какой. Зачем бы Гроссу так беспокоиться о моем испытании вместо того, чтобы готовиться к собственному полету? Или это поцелуй на него так подействовал? Это что же, я с самого начала неправильно подходила к устранению конкурента по дракону? Надо было не мелко пакостить, а сразу целовать?
Подумаю об этом позже…
Чтобы отвлечься от страхов перед скорым стартом, я наклонилась к Игнивару, коснувшись ладонью сверкающей чешуи.
– Не подведи.
Дракон мгновенно откликнулся. Разум окутало волной тепла. Однако скептическое хмыканье за спиной быстро стерло улыбку с моего лица.
– Вижу, вы так и не освоили ментальное общение, схоларка Бернарди. Ваш наставник вскользь упоминал об этом, но я и не предполагал, что ситуация настолько запущена. Вам это будет мешать. И обязательно скажется на финальной оценке.
Я сжала губы, подавляя желание сердито огрызнуться. И зачем только мастер Норт рассказал обо всех моих недостатках? Может, инструктор не стал бы придираться, если бы заранее не знал, на что стоит обратить внимание?
– Займите ваше место, схоларка.
Не желая и дальше усиливать неудовольствие мастера Дрейка, я ограничилась простым кивком. К счастью, Игнивар понял все и без дополнительных команд, опустившись на землю и подставив лапу для опоры.
Под пристальными взглядами наставников и схоларов я вскочила в седло. Сердце на мгновение замерло от мысли о том, что я наконец-то оказалась на спине своего дракона. Пальцы крепко сжали переднюю луку.
«Крылатая! До сих пор не верилось…»
Сумбурные мысли оборвал скрип седла. Мастер Дрейк устроился позади меня. Щелкнули страховочные ремни. А в следующее мгновение ладони мужчины сомкнулись на моей талии.
Я поежилась. Прикосновение мастера Дрейка вызывало внутри смутный дискомфорт, хотя ничего предосудительного инструктор не делал. Просто не слишком аккуратно проверил, как застегнуты крепления, которые должны были удерживать меня в седле. А то, что при этом пальцы скользнули по моему животу…
Нет, показалось.
Наверное…
Однако беспокойство уже заворочалось внутри, отравляя момент триумфа. Седло покачнулось – Игнивар уловил мои эмоции и тоже начал тревожиться.
Я коротко кашлянула, привлекая внимание инструктора.
– Мастер Дрейк, может, вам удобнее будет держаться за седло?
Руки, прочно обосновавшиеся на моей талии, никуда не исчезли.
– Отдавайте команду дракону, схоларка Бернарди, – послышался из-за спины голос инструктора, недовольного задержкой. – Как вас учили.
Я выдохнула, собираясь с мыслями.
– Игнивар, вверх.
– Ментально.
Объяснять, что приказ уже отдан, не стала. Игнивар взмыл вверх. Следом за ним от земли оторвался красный, зорко следя за серебряным гигантом и двумя его наездниками. Трибуны взорвались аплодисментами и свистом.
Испытание началось.
***
Вот только пройти его оказалось куда труднее, чем я предполагала. И причиной тому была вовсе не мои слабые навыки в невербальных командах.
В первое мгновение, когда дракон поднялся в небо, я испытала ни с чем не сравнимый чистейший восторг. Земля осталась где-то далеко внизу, в ушах свистел ветер. Два огромных кожистых крыла ловили потоки воздуха, позволяя крылатому ящеру легко менять направление полета. Несмотря на гигантские размеры, Игнивар был очень маневренным и гибким. А еще до безумия любил летать и разделял свою радость со мной, буквально затапливая мой разум волнами щекочущего счастья.
Связь с Игниваром позволяла мне совершенно по-особому чувствовать небо. Я достаточно быстро отошла от шока первых секунд полета и адаптировалась к широкому обзору, ветру в лицо и скоростям, от которых захватывало дух и требовалось крепче держаться за луку, прильнув к шее дракона.
«Быстрее! – частым пульсом стучало в груди в такт биению сердца крылатого ящера. – Быстрее, сильнее, выше!»
«
Фш-ш-шух-х-х!
Как же это оказалось прекрасно – подняться к самым облакам! Увидеть весь Стермой как на ладони, разом охватить взглядом всю академию от главных ворот до дальних купален. Заметить цепочку озер в предгорьях, пытаясь угадать, к какому из них несколько недель назад принес нас Игнивар, и получить от дракона молчаливую волну извинений. Я всю жизнь мечтала стать наездницей, но только сейчас по-настоящему осознала, насколько же это волшебно – иметь собственные крылья.
Абсолютная свобода.
Чистое счастье.
Рука инструктора, лежавшая на моей талии, сжалась, возвращая в реальность.
– Схоларка Бернарди, прошу не отклоняться от выданных инструкций.
Я кивнула, не оборачиваясь.
– Игнивар, вниз.
Быстрый рывок вперед. Поворот через кончик крыла. Пролет сквозь выложенные на тренировочной площадке препятствия. Скольжение вдоль склона холма – так низко, что мне казалось, еще чуть-чуть, и дракон коснется травинок брюхом. Вертикальное приземление. Резкий взлет.
– Курс на левый пик. Ускорение и разворот. На высоких скоростях наклоняйте корпус ниже, чтобы снизить сопротивление встречного ветра.
Дабы продемонстрировать, насколько низко нужно пригибаться, мастер Дрейк прижался к моей спине. Руки его легли на мои бедра, большие пальцы уверенно надавили на поясницу. А потом скользнули ниже…
Я дернулась, рефлекторно отталкивая мужчину, и едва не потеряла равновесие, когда Игнивар, как и требовалось, на полной скорости вошел в поворот. К счастью, годы тренировок на подвижном учебном снаряде помогли удержаться в седле.
Выпрямиться удалось не сразу. Я обернулась через плечо к инструктору, готовая высказать все, что думаю, но наткнулась на недовольный взгляд.
– Вы плохо подготовились к маневру, – сухо отчитал меня мастер Дрейк, прежде чем я успела сказать хоть слово. – В следующий раз будьте внимательнее. А пока не отвлекайтесь. Прикажите дракону забрать груз с земли и перенести на платформу.
– Но…
– Вернитесь к испытанию, схоларка.
Я стиснула зубы.
– Игнивар…
– Ментально, схоларка Бернарди.
– Да, мастер Дрейк.
– Еще одно слово, и это скажется на вашей итоговой оценке.
Сердито отвернувшись, я мысленно отругала себя за ошибку и излишнюю подозрительность. Не слишком ли резко я отреагировала на обычное, в общем-то, прикосновение? Да, на секунду мне показалось, что инструктор перешел черту. Но, если подумать, ничего особенного не произошло…
Ведь так?..
Но это «ничего» с каждым разом напрягало меня все сильнее. В первые минуты, пока я еще была охвачена восторгом полета, я почти не обращала внимания на сидящего за спиной мастера Дрейка. Но вскоре эйфория схлынула. И тогда…
Тогда… я почувствовала.
Ладони, слишком вольно устроившиеся на моей талии. Легкие, как будто случайные поглаживания по бедру. Команды, проговоренные почти в самое ухо. Странные жесты, когда вместо того чтобы похлопать меня по нужному плечу, мастер Дрейк предпочитал указать направление, просунув руку между моим локтем и боком. А потом, выпрямляясь, словно невзначай скользил пальцами по груди.
Мои недовольные взгляды инструктор встречал с выражением полной невозмутимости на породистом, строгом лице. Да и в целом вел себя так, будто все было в полном порядке, и это не у него, а у меня возникали во время полета странные фантазии.
Это злило, сбивало с толку, выводило из равновесия. А ведь я и без того была далеко не так уверена в своих силах, как хотела показать.
– Сосредоточьтесь, схоларка Бернарди. Вы слишком напряжены.
И вот опять – пальцы, скользящие по затылку от уха до высокого ворота летной формы. Вроде бы ничего такого. Но…
«
Я постаралась успокоиться, но мое состояние уже передалось крылатому ящеру через нашу связь. Дракон встряхнулся. По гибкому телу прошла волна дрожи, заставившая мастера Дрейка убрать руку.
– Следите за вашим драконом, схоларка Бернарди.
«А вы следите за тем, куда кладете руки!» – захотелось выкрикнуть мне, но я прикусила язык. Не хватало только взбесить инструктора и лишиться крыльев в пользу более перспективного Гросса.
– Дальше отработка передачи груза.
Подчиняясь указаниям, я послала Игнивара к платформе, откуда дракон подхватил оставленный тюк сена и прямо в полете перебросил державшемуся рядом с нами красному гиганту мастера Дрейка.
Когти чужого ящера впились в груз. Несколько секунд два дракона летели крыло к крылу. И надо же было инструктору именно в этот момент поддержать меня так, что обе его ладони с двух сторон накрыли мою грудь и сдавили. Я дернулась, пытаясь вырываться.
Игнивар зашипел.
«
«Нет-нет-нет, – замотала головой я, изо всех сил стараясь передать дракону мысленный приказ. – Ты что! Он же меня…»
Пальцы инструктора сжались. Возможно, он хотел таким образом привлечь мое внимание, но с учетом того, что его руки все еще лежали на моей груди, эффект получился обратный.
– Пустите! – заорала я. – Вы совсем рехнулись?!
Игнивар зло зашипел, повернув к нам голову.
А в следующую секунду в бок серебряному гиганту ударил тюк сена – тот самый, который, согласно плану испытания, дракон должен был поймать, чтобы отработать захват.
Ящера тряхнуло. К счастью, я достаточно хорошо закрепила сбрую, и ремни удержали седло на драконьей спине. Но груз был безвозвратно потерян. Несколько раз перекрутившись в воздухе, тюк рухнул на тренировочную площадку.
Трибуны вскрикнули.
– Проклятое пламя! – бессильно вырвалось из груди.
За спиной послышалось хмыканье, в котором угадывались нотки злорадства, и это стало последней каплей.
– Вы! – Я повернулась, насколько позволяли ремни, и изо всех сил толкнула мастера в грудь.
Инструктор поджал губы.
– Схоларка Бернарди, держите себя в руках.
– Это вы держите свои руки при себе!
– Не понимаю, что вы имеете в виду.
– Руки! Ваши руки! Прекратите меня трогать!
Тонкие губы дрогнули в мимолетной ухмылке.
– Что ж, полагаю, с вами все ясно, схоларка Бернарди. Вы не можете справиться с драконом. Спускайтесь.
Мастер Дрейк смерил меня полным превосходства взглядом. И, уже не скрываясь, положил ладони на мои бедра, недвусмысленно давая понять, кто из нас двоих является хозяином положения.
Ни я, ни Игнивар это терпеть не стали. Откликаясь на мои чувства, дракон хлестнул хвостом и рванул вертикально вниз, плотно прижав к телу кожистые крылья. Следом в попытке спасти хозяина от взбесившегося серебряного гиганта рванул красный. Но мы были быстрее.
На трибунах кто-то завизжал.
По стремительно приближавшемуся летному полю забегали муравьи-киперы.
Я крепко вцепилась в луку седла, молясь Крылатой, чтобы ремни выдержали. О том, что происходило за спиной, старалась не думать. И о том, что случится на земле – тоже.
В последнее мгновение, когда казалось, что столкновение с поверхностью уже неизбежно, Игнивар резко распахнул крылья и выставил лапы. Это смягчило удар, хотя, конечно, приземление все равно вышло не из приятных. Меня бросило вперед, грудью впечатывая в переднюю луку седла – наверняка будет синяк. Но душу грела мстительная радость, что инструктору пришлось не слаще.
Дрожащей рукой я отстегнула ремни и только тогда обернулась.
На мастера Дрейка было любо-дорого посмотреть. Стремительный полет сбил с него спесь – волосы растрепались, лицо было бледным и подозрительно зеленоватым, словно он отведал знаменитой ферментированной рыбы и закусил мозгами.
– Что вы вытворяете, схоларка Бернарди? – заорал инструктор, не с первой попытки сумев выбраться из седла. – Вы хоть понимаете, что вам за это будет?
За меня ответил Игнивар. Повернув голову, он сделал то, что давно хотел, клацнув зубами и обдав инструктора облаком едкого дыма, прежде чем подбежавшие киперы прижали его к земле, заставив закрыть пасть.
Дракон не сопротивлялся. Я погладила его по загривку, мысленно благодаря за помощь.
Мастер Дрейк в это время успел прийти в себя, откашляться и привести в порядок летную форму.
– Кассия Бернарди, – громким голосом объявил он. – Испытание вы не прошли, думаю, мне не стоит объяснять, почему. Вы совершенно не контролируете своего дракона. Я буду рекомендовать совету принудительный разрыв связи с вашим зверем. Можете быть свободны.
***
Бездна, и чего только стоило потерпеть…
К комнате с амуницией, расположенной под трибунами, я буквально бежала, не разбирая дороги – не расседлав Игнивара, не выслушав инструктора, не объяснившись перед наставником Нортом. Внутри все кипело, будто вулкан, вот-вот готовый взорваться. Хотелось помыться и забыть проваленное испытание как страшный сон.
«Испытание вы не прошли, схоларка Бернарди. – Голос мастера Дрейка стучал в висках. – Вы совершенно не контролируете своего дракона».
«Совершенно…»
«Я буду рекомендовать совету принудительный разрыв связи…»
«Совершенно не контролируете…»
Крылатая, что же теперь будет?
Погруженная в собственные мысли, я не сразу расслышала частый перестук шагов за спиной. Кто-то нагонял меня, торопясь успеть, пока я не скрылась за низкой дверью.
– Кассия! Подожди, Касс!
Гросс, конечно. Кто же еще как будто задался целью вмешиваться буквально в каждый аспект моей жизни.
Заметив, что я замедлилась, парень тоже перешел на шаг, с тревогой вглядываясь в мое лицо.
– Касс, что случилось?
– Отстань… – выдавила сквозь зубы.
Хотелось ответить жестче, но горло сдавило. От этого дурацкого участия во взгляде Гросса, искреннего и оттого еще более тяжелого, на глаза навернулись слезы.
Не желая, чтобы Лео увидел их, я резко отвернулась. И хотела было уйти, но парень перехватил меня за руку.
– Касс, остановись. То, что ты не сдала летную практику – не конец света. Подумаешь, тюк уронила. Никто не отберет у тебя дракона из-за одной ошибки. Договоримся с мастером Нортом о пересдаче. Он ведь и сам предлагал…
Я только стиснула зубы, борясь с тошнотой.
«Мастер Норт как будто знал... Но почему не предупредил? Почему?..»
Лео вздохнул, ни в какую не желая отпускать мою руку.
– Касс, ну пожалуйста. Скажи, что я могу сделать?
– Ничего, – бросила я, стараясь на него не смотреть. – Ни-че-го. Сдавай другому инструктору. Хотя… тебе-то что? Ты, наверное, не в его вкусе.
Пальцы, сжимавшие мое запястье, дрогнули.
– Касс... – глухим, изменившимся голосом проговорил Гросс, – что ты имеешь в виду?
Не желая продолжать этот бессмысленный разговор, я наконец вырвала руку из хватки парня. И прежде чем тот успел среагировать, метнулась в комнату с амуницией и с силой захлопнула дверь.
Ломиться внутрь Гросс не стал. Я прислушалась, но в коридоре было тихо.
Странно тихо.
«
Подхваченная было сумка с формой с грохотом выпала у меня из рук.
– Ты... Что?! – потрясенно выпалила в пустоту.
«
Нет...
– Нет-нет-нет! Игнивар, скажи Лео, чтобы не рисковал своим местом в академии! Игнивар!
Не тратя времени даром, я сорвалась с места и бросилась за Лео, надеясь, что еще успею все исправить. Я понятия не имела, как интерпретировал ситуацию с мастером Дрейком пусть разумный, но все-таки ящер. И тем более не могла предсказать, как поведет себя Гросс, когда это услышит.
Но было поздно.
Я появилась на площадке ровно в кульминационный момент. И своими глазами увидела, как Лео, на полной скорости подлетевший к стоявшему возле красного гиганта мастеру Дрейку, мощным ударом в челюсть сбивает инструктора с ног.
– Так-так… – Дежурный лекарь мастер Ливс нахмурился, внимательно рассматривая набухшую область под правой грудью. – Резкий удар о луку, такое часто случается. Подозреваю ушиб ребер, но для более точного диагноза требуется детальный осмотр. Нужно исключить перелом. Схоларка Бернарди, вы позволите?
Закусив губу, я кивнула. Мысли о прикосновении мужских рук к обнаженной коже там же, где еще недавно меня трогал инструктор Дрейк, вызывали почти бессознательное отторжение. Но во взгляде лекаря не было ни тени превосходства или похоти. Только усталость и профессиональная отстраненность. И смотрел он исключительно на ушибленную область, а не… выше.
И все равно я дернулась, когда груди коснулись холодные пальцы. Всего чуть-чуть, но выдержки не хватило.
– Больно? – подозрительно сощурился мастер Ливс.
Я кивнула.
– Немного.
– Потерпите, я скоро закончу и нанесу обезболивающую и охлаждающую мазь. Но если где-то будет особенно неприятно, сразу скажите. Возможно, без пары трещин все-таки не обошлось.
Ловкие пальцы лекаря тщательно ощупали каждый сантиметр поврежденной зоны. Я морщилась, сжимая зубы, но в целом прикосновения были терпимыми. Видимо, удар оказался не настолько сильным, как показалось сначала.
Закончив осмотр, мастер Ливс нанес на ушиб мазь и плотно замотал мою грудную клетку бинтом. От воздействия магически усиленных лекарств сразу стало легче. Я немного расслабилась, наслаждаясь возможностью дышать и двигаться без острой боли, из-за которой меня принудительно отправили в госпиталь прямиком с тренировочной площадки. Чуть раньше туда же был доставлен мастер Дрейк. Лео же под конвоем увели к административному корпусу, и я понятия не имела, как он и что с ним.
«
Я только вздохнула.
«Легко ему говорить».
Хотя… если уж честно, дракону из-за всей этой ситуации тоже незаслуженно досталось от красного и команды киперов.
«
– Что ж, – вернул меня в реальность голос мастера Ливса. – Не буду вас больше задерживать. На ваше счастье, повреждений ребер нет, внутренние органы не задеты. При хорошем раскладе ушиб будет заживать около недели. На это время полеты вам строго противопоказаны.
«Если, конечно, мне вообще разрешат летать после того, что случилось сегодня».
Лекарь, похоже, и сам думал о чем-то подобном.
– Повезло, что вам удалось вернуть контроль над драконом, прежде чем он сбросил вас обоих, схоларка Бернарди, – качнул головой он, возвращая мне снятую на время перевязки рубашку. – К сожалению, такое случается. Чаще, конечно, с молодыми, но и гиганты иногда бывают себе на уме.
– Игнивар не виноват, – встала я на защиту крылатого ящера. – Он просто… не мог иначе.
– Интересное заявление от наездницы, которая едва не простилась с жизнью из-за того, что дракону захотелось порезвиться.
– Вас там не было. Откуда вам знать, что именно произошло?
– Характер травм, схоларка Бернарди, иногда говорит больше, чем люди, их получившие. Так что, как по мне, все очевидно. Если, как вы утверждаете, проблема не в драконе, значит, виноват схолар Гросс. Так как вас двое, вероятно, он попытался перехватить контроль над крылатым и не справился с задачей. Жаль парня, конечно. Хороший он человек, хоть и дурак дураком. Обидно будет получить пинок под зад из академии, так ни разу и не совершив ни одного полета.
– Что? – Я подскочила на месте и тут же, охнув, рухнула обратно, схватившись рукой за грудь. – Вы хотите сказать… Гросса что, могут отчислить?
– За нападение на преподавателя? – выгнул бровь лекарь. – Запросто. Мастер Дрейк уже выдвинул обвинения. Он подозревает вас и вашего напарника в преступном сговоре и требует строжайшего наказания для обоих.
– В сговоре? – не поверила своим ушам я. – Да Лео тут вообще ни при чем! Его нельзя отчислять! Он просто… не так все понял!
– И поэтому набросился на уважаемого инструктора, который принимает летные экзамены чуть ли не дольше, чем вы живете на свете? Ну да, ну да. После встречи подбородка мастера Дрейка с кулаком вашего напарника мне пришлось наложить не меньше трех швов. Жаль вас разочаровывать, схоларка Бернарди, но такое поведение в академии не прощают.
– А если у Гросса была причина?
– И какая же?
Что-то в его тоне показалось мне подозрительным. Как будто сам мастер Ливс замалчивал часть правды, уходя от честного ответа.
«Конечно. Взбесившийся дракон, завистливый напарник, сговор схоларов – ничего из этого не объясняет того, почему Лео вдруг ни с того ни с сего зарядил инструктору в челюсть. Но травмы… травмы говорят больше, чем люди».
«
Но я и без его помощи поняла это. По сведенным у переносицы бровям, по внимательному взгляду, с которым лекарь изучал мои синяки, некоторые из которых подозрительно напоминали отпечатки мужских пальцев, по тому, как осторожно он прикасался ко мне после того, как я инстинктивно вздрогнула от первого контакта.
Очевидно, что мастер Ливс не хотел затрагивать скользкую тему. Но и одобрения поведению мастера Дрейка не выказывал.
И я решилась.
– Мастер Ливс…
– Да, схоларка Бернарди?
– Скажите… – Я показала на синяки, видневшиеся у плеча над повязкой. – Вы можете выдать мне заключение, что это – следы пальцев инструктора Дрейка, оставленные там, где им явно не полагалось быть?
– Что вы пытаетесь сказать, схоларка? – нахмурился лекарь, но по тону было ясно, что он прекрасно понял меня и давал последний шанс отступить, если я не готова идти до конца.
Но я молчать не собиралась. Ради Лео, ради Игнивара. Ради себя, в конце концов, чтобы показать таким, как инструктор, что некоторые поступки не остаются безнаказанными.
– Эти синяки, – твердо проговорила я, – оставил мастер Дрейк.
Лекарь внимательно осмотрел предъявленные мной в качестве доказательства следы на плечах, груди и бедре.
– Что ж… – осторожно проговорил он. – Да, я могу написать в медицинском заключении, что обнаружил у вас свежие гематомы неясного характера. Но по опыту скажу – будет сложно доказать, что их оставил именно инструктор. И не потому, что пытался удержать вас в седле во время жесткой посадки.
– Игнивар специально ринулся вниз. Он все чувствовал и просто хотел помочь мне, избавившись от инструктора.
– Повторите эти слова перед дисциплинарной комиссией, и это станет последним днем, когда ваш дракон поднимался в небо с наездником.
Я поспешно прикусила язык, чтобы не сболтнуть еще чего-нибудь лишнего.
Мастер Ливс тяжело вздохнул.
– Поймите меня правильно, схоларка Бернарди. Я бы хотел помочь вам, но, увы, это за пределами моих возможностей. Все, что у вас есть – это туманные обвинения и несколько синяков, происхождение которых нельзя установить в точности. К тому же я обнаружил значительное количество костных мозолей и уплотнений в районе груди и брюшной полости, оставшихся от старых травм. Это косвенно свидетельствует о возможности того, что вы, схоларка Бернарди, систематически подвергаетесь физическому…
– Мастер Ливс! – борясь с подступившей тошнотой, выпалила я, прежде чем лекарь успел закончить фразу. – Мои, как вы сказали, старые травмы вас не касаются! Сосредоточьтесь свежих гематомах!
Мастер качнул головой.
– Ваше упрямство только осложняет дело. Так будет труднее доказать, что нападение на вас совершил мастер Дрейк, а не… ну, допустим, ревнивый парень, любящий распускать руки.
– У меня нет ревнивого парня. А если бы и был, на земле я в состоянии о себе позаботиться. Поэтому мастер Дрейк и воспользовался ситуацией, когда мы оказались в воздухе, где некуда бежать и невозможно дать отпор, не свалившись с дракона.
– Того, что произошло в воздухе, не видел никто.
– Кроме Игнивара.
– Дракона допросить нельзя, его слышит только наездник. Так что для комиссии это будет слово мастера Дрейка против вашего.
– И что… ничего нельзя сделать?
– Почему же? – Лекарь посмотрел на меня. – Если вам хочется остаться наездницей, поговорите со схоларом Гроссом. Пусть признает вину. Скажет, что сорвался, сделает упор на случайное помутнение рассудка. Молодость, горячность, адреналин.
– Но его же отчислят!
– Да. Но есть шанс, что разбирательство не выйдет за пределы стен академии. Схолар Гросс спокойно вернется домой, а вы с Игниваром отделаетесь дополнительными тренировками по укреплению связи. В противном же случае я не знаю, как далеко будет готов пойти мастер Дрейк. И что после этого станет с вами и вашим драконом.
«
Я хмуро кивнула. Нет уж, если Лео и уступит мне крылья, то точно не потому, что его вышибет из академии наглый хлыщ, упивающийся своей вседозволенностью. На любую власть найдется власть еще большая. Должен быть способ…
Я посмотрела на лекаря, смело встретив его тяжелый взгляд.
– Выдайте мне заключение, мастер Ливс. Я не собираюсь этого так оставлять.
– Дело ваше. Я опишу все, что сумел обнаружить. Никаких предположений, только голые факты. Дам вам совет – если собираетесь дать этому делу ход, называйте вещи своими именами. Открыто. Магистр Штерн не переносит намеков и недомолвок. К сожалению, сейчас он в отъезде и вернется только на следующей неделе. Но если сумеете добиться аудиенции и найдете, чем его убедить…
– Найду, – твердо проговорила я, хотя пока не имела ни единой мысли на этот счет. – Спасибо, мастер Ливс. И еще… вы знаете, куда увели схолара Гросса?
– Он в карцере, где останется до начала ждет разбирательства. Административный корпус. Второй этаж, восточное крыло.
– Спасибо, – искренне ответила я.
***
Когда я наконец пробилась в карцер, где держали Гросса, то застала его у единственного узкого окошка. Прислонившись лбом к стеклу, он смотрел вдаль на горы, упиравшиеся макушками в низкие облака. И очень удивился, когда увидел на пороге не охранника, инспектора или мастера Норта, а меня.
– Бернарди? – Темные брови взметнулись вверх, но в следующее мгновение на губах уже расплылась улыбка. – Ты как здесь оказалась?
– Дала взятку сторожу, чтобы меня впустили, – хмыкнула я, закрывая за собой дверь. – А заодно принесла пару пирогов с обеда и заживляющую мазь от мастера Ливса. Показывай сбитые костяшки, буду тебя лечить.
Гросс фыркнул.
– Да ну, не стоило париться. Я ж вообще-то сын лекарки, выпустят – наложу повязку с маминой мазью и к утру буду как новенький.
– Заткнись! – Я зло топнула ногой. Фальшивая бодрость в голосе парня и это напускное спокойствие откровенно взбесили. – И руки вытяни!
– Только не откуси, Бернарди, они мне еще пригодятся.
– Пошути мне тут!
Вытащив из сумки бинты, я оторвала кусок и щедро полила сверху обеззараживающим раствором. Гросс наблюдал за мной, замерев с вытянутыми руками.
– Я, конечно, ценю твой порыв, – проговорил он, когда я коснулась смоченной тканью едва переставших кровоточить ранок. – Но не совсем уверен, что ты разбираешься в лекарском деле лучше, чем в мытье дракона.
Я только фыркнула. Обеззараживающий раствор сменила заживляющая мазь.
– Нет уж, что-то, а обрабатывать раны я умею.
А еще замазывать синяки, делать повязки на ушибы и бинтовать ссадины так, чтобы кровь не пачкала дорогую ткань платья. Захочешь жить, не усугубляя отцовское неудовольствие, – и не такому научишься.
Лео, смотревший так, будто на его глазах происходило какое-то чудо, удивленно присвистнул.
– Ого! Откуда?
– Да так... – Я дернула плечом, критически оглядывая результат своей работы. – Не только же тебе во всем быть лучшим.
– У тебя непревзойденный удар справа, – ухмыльнулся Гросс. – Моя челюсть до сих пор под впечатлением. Стоит только вспомнить, как ты набросилась на меня на арене, ммм... Я вот попытался повторить, но получилось не так эффектно.
«Ну, это как посмотреть…»
Я вздохнула.
– Гросс... – произнесла тихо. – Ты понимаешь, что тебя могут отчислить?
Он хмыкнул с напускным удивлением.
– Ты что, волнуешься за меня? Ушам не верю. Ты, Кассия Бернарди, которая только и ждет, когда я сдамся и откажусь от дракона...
– Прекрати! Зачем ты вообще в это полез?
Лео в один миг стал серьезным.
– Ну а как иначе? Что, по-твоему, я должен был сделать?
– Не вмешиваться, – отрезала я. – Я бы сама справилась. Заявила бы на него. А ты сдал бы экзамен и был бы сейчас с Игниваром, а не тут в этом... – Я обвела взглядом тесный карцер. – Каменном мешке.
«
– Крылатая, этого еще не хватало! Хочешь тоже надолго оказаться взаперти?
«
– Игнивар! Не смей!
– Расслабься, – фыркнул Лео. – Он шутит.
Я закатила глаза.
– Крылатая, помоги. У нас дракон с юмором…
Звон колокольчиков в голове смешался с шипением. Дракон смеялся. Да и Гросс, ничуть не смущенный хищными замашками нашего дракона, ухмылялся от уха до уха. Как будто...
Я нахмурилась, грозно уставившись на парня.
– Так, стой, ты зря пытаешься сменить тему! Я пришла сказать, чтобы ты говорил мастеру Норту и любому, кто будет спрашивать, что ты неправильно прочитал мысли Игнивара. Вы с ним все не так поняли, и… ну, в общем, ты не виноват. А то, что произошло, это так, случайно получилось.
– Нет.
– Лео! – Я еле сдержалась, чтобы не вмазать по этой наглой роже, раз уж ему так понравился мой удар.
Но парень лишь коротко качнул головой.
– Нет, Касс. Лгать я не буду. Это не было случайностью. Я сделал то, что хотел. И если бы у меня была возможность прожить этот день заново, я бы поступил так снова. Хотя нет. Я бы врезал этому куску драконьих экскрементов еще до того, как он успел к тебе прикоснуться, чтобы он вообще не смог подняться в воздух.
– Ну и дурак! Скажешь так – и тебя отчислят.
– Пусть отчисляют.
– Тогда я сама скажу всем, что ты ошибся. Ты не виноват! Игнивар все не так понял!
«
– К счастью, никто тебя не слышит, глупая рептилия, – буркнула сердито. Что один, что второй! Стоят друг друга! – Молчи, а то подставишь Гросса! Хочешь, чтобы он исчез?
«
Я собиралась было сказать еще что-то, но осеклась. Возмущение, бурной волной поднявшееся внутри, схлынуло в тот момент, когда Гросс мягко, но решительно поймал меня за руки.
Время застыло. Я замерла, не сводя глаз с парня, такого внимательного и непривычно серьезного.
– Ты же знаешь, что Игнивар чувствовал все то, что чувствовала ты, когда этот хмырь приставал к тебе? – тихо, одними губами проговорил он. – Возмущение. Смятение. Злость. Беспомощность. Отчаяние.
Я криво улыбнулась, не отнимая рук.
– Никак не привыкну, что дракон ощущает мои чувства. Особенно такие…
– Этого не должно было произойти. Мы должны были тебя защитить – не важно, как, не важно, какой ценой.
Подушечкой большого пальца Лео нежно погладил мою кожу.
Я рвано выдохнула. В голове царил полный хаос. Если бы мне было плевать на судьбу Гросса и Игнивара, все было бы так просто.
– Я собираюсь рассказать магистру Штерну правду о том, что произошло на испытании, как только он вернется в академию, – глядя в глаза Лео, призналась тихо. – Потребую, чтобы провели расследование в отношении мастера Дрейка. Но… честно скажу, шансов немного. По словам мастера Ливса, неоспоримых доказательств нет. Несколько синяков непонятного характера – вот и все, что я могу противопоставить слову заслуженного инструктора. Дракона допросить нельзя, его чувствует только наездник. А мое слово против слова мастера…
– Ты забываешь, что у нашего дракона два наездника. И я подтвержу твои слова.
– Мастер Дрейк рассказывает всем, что мы с тобой в сговоре. Лео… ты понимаешь, что это может плохо кончиться? Нельзя допустить, чтобы нам обоим разорвали связь с драконом. Если это случится, Игнивара могут признать неуправляемым и тогда он останется совсем один.
«
– Не разорвут, – поддержал крылатого Лео. – Мы разберемся. Зло получит по заслугам.
Хотелось бы мне в это верить.
***
О том, что произошло на глазах у доброй половины Академии Драконьего Союза, к концу дня знал уже весь остров Стермой. Слухи распространялись со скоростью лесного пожара, обрастая причудливыми подробностями. Везде, куда бы я ни шла, за спиной раздавались шепотки. Схолары косились, показывали пальцами. Некоторые опасливо отходили подальше, как будто сам воздух вокруг меня был отравлен ядом неудачи. Но чаще наоборот пялились во все глаза, нисколько не скрывая нездорового интереса.
– Я слышала, она пыталась убить наставника, когда он сказал, что не допустит ее к полетам.
– Нет-нет, это Гросс подстроил падение. А когда план не увенчался успехом, взбесился и набросился на мастера Дрейка.
– Почему не на Бернарди? Инструктору-то за что досталось?
– Да было за что…
– Точно! Игнивар узнал, что Бернарди переспала с инспектором Дрейком, и нажаловался Гроссу. А тот решил проучить соперника. Не зря же серебряного зовут драконом-сводником.
– Постой, Бернарди и Гросс встречаются? Вот уж новость…
– Такая красивая пара, мне бы так…
– Нет-нет, у них все совсем не радужно! В их отношениях точно есть кто-то третий. Но это не инспектор…
– А мастер Норт!
– Что-о-о? – Последнее окончательно переполнило чашу моего терпения. – Что за бред? Какой еще мастер Норт?! Вы еще магистра Штерна сюда приплетите, чтобы история окончательно утратила всякую связь с реальностью!
Сплетничающие первокурсницы, которых я застала врасплох, испуганно пискнули, но в следующее мгновение их глаза загорелись.
– Ну конечно! – потрясенно сообщила подругам одна из девиц. – Магистр Штерн! Вот кто на самом деле тогда управлял серебряным гигантом!
– И Гроссом тоже, – авторитетно добавила вторая.
– Крылатая, хочешь сказать, что Гросс – дракон-оборотень? – выпалила третья. – О-о, тогда это все-все-все объясняет…
Девицы уставились на меня, ожидая подтверждения своей безумной теории. Пришлось в грубой форме посоветовать им заткнуться и вернуться к учебе. Схоларки обиженно надулись, но нести чепуху про драконов с человеческой ипостасью – по крайней мере, при мне – перестали. А я осознала, что не в силах остановить несущуюся лавину слухов. И даже если сейчас рассказать правду, она просто превратится в одну из множества версий, о которых гудела вся академия.
Эйя, которой я пожаловалась на происходящее, лишь развела руками.
– А чего ты хотела? Все просто пытаются понять, что произошло. Сначала с неба падает тюк сена, потом – дракон, а чуть погодя – целый инструктор, повстречавшийся с кулаком твоего напарника. Волей-неволей задумаешься, что упадет следующим. Часы на главной башне? Обменный курс таллийского скудо к свенскому пеннингу? Самооценка красавчика Вальдо с третьего курса, который, ходят слухи, завизжал как девчонка, когда увидел несущегося в сторону трибун дракона?
Я поморщилась, ударив голой пяткой воду.
– Ну хоть ты-то не начинай.
Эйя фыркнула, перебрасывая на одно плечо мокрые русые волосы. В отличие от меня, она могла наслаждаться горячей водой и плескаться, сколько душе угодно. Мне же по настоянию лекаря пришлось воздержаться от купания как минимум на сутки, чтобы не усугублять последствия ушиба, хотя после инцидента с инструктором Дрейком отчаянно хотелось помыться. Так что оставалось лишь торопливо обтереться мокрым полотенцем и тихо беситься, сидя на краю купели, куда я сбежала в надежде хоть ненадолго спрятаться от вездесущих шепотков и взглядов.
Дождавшись, пока мне надоест устраивать миниатюрный шторм, подруга подплыла ближе, облокотившись на вымощенный плиткой бортик.
– Касс… Пожалуйста, хоть мне расскажи, что случилось на самом деле? Я же вижу, что тебя это гложет.
– Да что рассказывать… – Я махнула рукой. – Инструктор распустил руки в полете. Я не выдержала. Жаль, не подумала, что Игнивар по-своему все воспримет. Драконы такие чувствительные.
– Да уж, – согласно вздохнула Эйя, подумав, верно, о своей золотой молнии. Но в следующую секунду смысл моих слов дошел до нее в полной мере, и расслабленное выражение мгновенно слетело с лица. – Погоди, Касс, ты говоришь, мастер Дрейк к тебе домогался? В воздухе? Во время испытания?
Я кивнула.
– Сначала я списывала все на случайность. Ну, руки на талию положил вместо луки седла. Мало ли, может, ему так удобнее. Потрогал поясницу, когда показывал, как пригибаться. Но с каждым разом это напрягало все сильнее. А потом он схватил меня за грудь, да еще и так бесцеремонно, как будто имел на это полное право. И я поняла, что это уже слишком…
– Крылатая, это же просто ужасно! Касс… – Она посмотрела на мою повязку расширившимися от ужаса глазами. – Это он так тебя? Да?
– Нет. Я ударилась при приземлении. По большей части. Игнивар, почувствовав, что со мной происходит что-то не то, попытался выбросить его из седла.
– А надо было заодно и поджарить! – запальчиво сжала кулачки Эйя. – Теперь понятно, почему Лео так взбесился! Такое… у меня даже слов нет, чтобы описать, что я думаю об этом человеке! А ты… Касс, ты-то сама как, если не считать синяков? Хочешь, я попрошу Рана достать в Дракхавне те пирожные, которые тебе понравились? Ему-то, в отличие от нас, можно сколько угодно раз выходить за территорию академии. Или лучше пусть пойдет и тоже начистит этому Дрейку рожу!
– Нет уж, не надо, – остановила я пылкий порыв подруги. – Один уже устроил расправу без суда и следствия и теперь сидит в карцере в ожидании отчисления.
– Отчисления? – Эйя всплеснула руками. – За что? Он же ничего не сделал!
– Мастер Дрейк так не считает.
– Значит, мало ему досталось! Как подумаю, скольким еще девушкам этот мерзкий слизняк вот так же подгадил, меня аж дрожь берет. А администрация академии вместо того, чтобы провести полноценное разбирательство, решила повесить вину на единственного, кто поступил правильно. И как после такого верить в справедливость? Вот же…
Возмущенную тираду подруги перебил раздавшийся за моей спиной всхлип.
Я обернулась и увидела темноволосую девушку, выглядывающую из-за ширмы, отгораживавшей купальни друг от друга. По виду она была на пару-тройку лет старше нас – может, училась на последних курсах или была одной из младших ассистенток, решивших продолжить карьеру в стенах академии.
– Простите… – Осознав, что мы смотрим, она потупилась. – Я тут… услышала… случайно…
Я закатила глаза. Ну вот, опять, нигде нельзя поболтать спокойно!
Эйя была более категорична.
– Вообще-то это был личный разговор.
Девушка смутилась.
– Простите. Просто… – Она замялась, отводя взгляд. – Просто… Я хотела сказать… Я тоже сдавала экзамен мастеру Дрейку…
Я напряглась, и Эйя, наполовину высунувшаяся из купальни, тоже застыла. Руки подруги, лежавшие на плиточном бортике, сжались.
– Так-так… И что дальше?
Брюнетка закусила губу.
– Он... Он... Он тоже...
Голос ее сорвался, подбородок задрожал. Из глаз потекли слезы – горячие, крупные.
– Я… ничего… – сбивчиво забормотала она сквозь частые всхлипывания. – Ничего не могла… сделать… Не могла говорить. Не могла думать... Бедный Артекс… это дракон… мой… был. Он совершенно не понимал, что со мной происходит. А я… Просто сидела, вцепившись в луку, пока мастер Дрейк кричал, что я должна собраться, должна продолжить и взять под контроль дракона. И сжимал... так больно... и так нагло…
Не выдержав тяжести воспоминаний, она окончательно разрыдалась, согнувшись за ширмой. Сердобольная Эйя тут же выскочила из воды и, наскоро завернувшись в полотенце, бросилась к плачущей девушке. Погладила по спине, усадила на бортик рядом со мной.
– Не бойся, – ласково проговорила она, обнимая дрожащие плечи. – Здесь все свои. Мы понимаем, что с тобой случилось. Кассия пережила то же самое.
– Я видела. – Девушка всхлипнула, бросив на меня сочувственный взгляд. – Когда серебряный камнем упал с неба, а потом ты сбежала с арены, я все поняла. А когда потом появился твой парень…
– Гросс не мой парень, – возразила я.
Брюнетка лишь отмахнулась.
– Главное, он заступился за тебя. А я… Я тогда даже не смогла никому рассказать…
Эйя нахмурилась.
– Слушай… – задумчиво проговорила она, разглядывая девушку. – Я, кажется, помню этот случай. Это же ты проходила испытание в начале прошлого лета? Мастер Дрейк тогда запретил допускать тебя к полетам, а через несколько месяцев ты отказалась от крыльев и перевелась на алхимический. Дейна, верно?
– Да. – Голос ее дрожал, как будто она боролась с желанием разреветься снова. – У меня до сих пор кошмары… Часто ощущение, что его руки… там… Я пыталась как-то справиться с собой, но все было без толку. Каждый раз, как только я оказывалась в седле Артекса, меня накрывало снова и снова. В конце концов, я поняла, что больше никогда не смогу переступить через себя и подняться в воздух. И я сказала наставнику, что хочу отказаться… от крыльев… от Артекса…
Дейна снова разревелась. Я неловко похлопала ее по плечу, чувствуя во рту жгучую горечь. Разделить судьбу девушки не хотелось.
«
– Почему ты не обратилась за помощью? – тихо спросила Эйя.
Девушка горько усмехнулась.
– Да кто ж поверит. Мало ли, что там случилось в воздухе… А ведь самое ужасное то, что я точно не одна. Но все молчат… Никто не хочет, чтобы о таком знали… Слишком стыдно…
Мы с Эйей переглянулись.
«Мое слово плюс слово Лео против слов именитого летного инструктора», – кажется, так это сформулировал мастер Ливс, когда пытался объяснить, почему нам едва ли удастся добиться успеха. Но… что, если с обвинениями выступим не только мы? Что, если удастся доказать, что проблема гораздо масштабнее и серьезнее, чем то, что можно повесить на взбесившегося дракона и неуравновешенного схолара?
Подруга, похоже, думала примерно о том же.
– Надо как-то найти других жертв мастера Дрейка и уговорить их подтвердить слова Кассии.
– Нет-нет! – Дейна взволнованно вскинула руки. – Я… Я не готова. Я, конечно, сочувствую тебе, Кассия, и немного завидую твоей смелости. Но выйти и рассказать… перед всеми…
– Ты нужна нам, – попробовала надавить я. – Иначе ничего не получится.
Но девушка лишь сильнее закрылась.
– Нет. Пожалуйста, не заставляй меня делать это. Я не такая храбрая как ты… Если я признаюсь… никто никогда на меня не посмотрит… Я не могу…
– Значит, – разумно заявила Эйя, – нужно придумать способ, как не раскрывать анонимность девушек, если они этого не хотят. Вот только…
И тут меня осенило.
Медленно выпрямившись, я обвела взглядом испуганную Дейну и недоумевающую подругу.
– Ну-у, – протянула задумчиво, – я знаю одну библиотечную комнату с Призраком академии, который может практически все, если правильно задать вопрос и хорошо заплатить за помощь. Только, боюсь, его услуги обойдутся недешево, а я сейчас на мели.
Эйя, враз загоревшаяся моей идеей, смущенно кашлянула.
– Ну… Тут такое дело… Помнишь, Ран собирал ставки на то, кто из вас не сможет получить летный допуск? А вы провалились оба, и теперь он не знает, кому и как платить выигрыш. Да и был ли он?.. Так что у него на руках есть… не знаю… золотых тридцать мелочью. Как думаешь, хватит?
Впервые за весь сегодняшний день я почувствовала проблеск надежды.
– Не знаю. Но попробовать однозначно стоит.
***
Библиотека встретила нас привычной тишиной. Мы с Эйей были единственными, кто в столь ранний час неожиданно ощутил непреодолимую тягу к знаниям, и оттого библиотекарша косилась на нас с легким подозрением. К счастью, подруга при необходимости могла быть любезной и сумела отвлечь женщину, пока я пробиралась в дальний зал с подношением и свечами.
Эйя присоединилась ко мне через минуту.
– Ох… – Инляндка прижала ладони к порозовевшим щекам. – Так волнительно, так волнительно… У меня мурашки по всему телу.
Я тихо фыркнула, присматриваясь к цветным корешкам на полках, хотя, честно сказать, и сама чувствовала перед Призраком некоторый трепет после нашей первой встречи.
– Да было бы с чего…
– Ну как же! – пылко воскликнула Эйя. – Как-никак, потусторонняя сущность. Это всегда так будоражит…
– Всегда? – зацепилась я за неожиданное признание. – А ты что, раньше уже обращалась к Призраку? И молчала?
Эйя как будто смутилась.
– Ну… – Тонкий палец погладил выступающий корешок книжки. – Я… спрашивала совета. Это Призрак достал мне книгу Джио Ванни. И еще несколько других.
Я удивленно выгнула брови. После того, как Лео ознакомил меня с содержимым некоторых новелл, страшно было даже подумать, какой именно Эйе требовался совет.
– А что, больше спросить было не у кого?
Подруга покраснела еще ярче.
– Я бы с удовольствием узнала подробности у тебя, но ты же такие темы не обсуждаешь…
– Какие это такие?
– Ну… – Эйя сделала большие глаза. – Такие. Ты знаешь… таки-ие…
– И слава Крылатой! – выпалила я, когда до меня наконец дошел смысл, скрытый за ее многозначительными взглядами. – Не обсуждала, не обсуждаю и обсуждать не намерена!
– Вот и я о том же. Даже духи откровеннее, чем ты.
– Надеюсь, он не посоветовал тебе ничего противоестественного? – хмыкнула я. – А то, помнится, в одной из новелл упоминался мужчина, прикидывавшийся драконом-оборотнем, чтобы попасть в постель к излишне впечатлительной девице. «
Эйя захихикала, прикрывая ладошкой рот. Я чуть не расхохоталась – настолько комично выглядела подруга, возмущенная и смущенная одновременно. Правда, веселье быстро остудила проходившая мимо библиотекарша. Мы притихли, прикинувшись смиренными схоларками, и поспешили вернуться к ритуалу.
С первой же книжкой, однако, вышла заминка. В то время как я решительно потянулась к черному корешку, Эйя в задумчивости замерла возле коричневого.
– Касс, – шепотом спросила она, боясь вновь привлечь внимание строгой библиотекарши. – Ты серьезно думаешь, что у нас такой случай? Для преподавателей у Призрака другой код.
– Нашу ситуацию трудно отнести к какой-либо из категорий. Да и инструктор не постоянный преподаватель академии. К счастью.
– Да, правда…
Вытащив черные книги, мы отошли от стеллажей, держа на ладонях толстые свечи. Ждать пришлось недолго.
– Кто ис-с-скал вс-с-стречи с-с-с Призраком?
– Мы… – с готовностью ответила Эйя, размахивая свечой. – Мы…
Я хмыкнула. А какого, интересно, ответа Призрак ждал? Как будто в библиотеке был кто-то еще, кроме нас и строгой смотрительницы, которую советы потусторонней сущности мало интересовали. Хотя… как знать, как знать.
– Призрак. – Я решила не тратить времени и сразу перейти к делу. – Нам нужна твоя помощь…
– Точнее даже не твоя, – добавила подруга. – Помощь твоего тайника.
Пламя свечей задрожало, как будто что-то невидимое облетело вокруг нас.
– С-с-слушаю.
– Нам нужно, чтобы схоларки могли использовать его для анонимной передачи посланий.
– Пос-с-слания? Кому? Зачем?
– Нам. Мы хотим сделать одно очень важное дело. Понимаешь…
Рассказ не занял много времени. Я вкратце объяснила ситуацию, а Эйя вставляла комментарии – не всегда приличные – там, где считала нужным. Призрак слушал молча. И даже после того как мы закончили, не отзывался так долго, что нам показалось, что всемогущий и жадный до денег дух решил проигнорировать столь сложную просьбу.
Прождав, по ощущениям, целую вечность, я откашлялась.
– Призрак? Призрак, ты еще здесь?
– Да, – как-то глухо отозвалась тишина. – Мне все ясно. Я помогу.
Я нахмурилась. Показалось, или в потустороннем шепоте вместо зловещего свиста вдруг прорезались вполне себе человеческие нотки?
– Показания девушек нужны как можно скорее, чтобы успеть к началу разбирательств.
– Хорошо.
– Спасибо. – Эйя шагнула к тайнику, показывая плотно набитый медяками и серебряными мешочек. – Денег у нас, правда, не очень много. Здесь все что есть…
– Оставьте себе, – отрезал дух и исчез, словно его и не было.
***
Свидетельств собралось намного больше, чем можно было ожидать.
К сожалению.
За годы работы инструктором мастер Дрейк умудрился оставить свой черный след в жизни слишком многих девушек. Когда мы с Эйей осознали масштаб его безнаказанных поступков и то, сколько блестящих карьер, а подчас и жизней молодых наездниц было загублено, то пришли в ужас.
К концу недели в тайнике собралось больше десяти записок с подробными показаниями тех, кто захотел высказаться, но пожелал сохранить анонимность. Три из них были со штампами драконьей почты. Каким-то необъяснимым образом переданная Призраком весть вышла за пределы академии, и до начала слушания дисциплинарной комиссии с нами успели связаться бывшие схоларки, бросившие обучение и теперь жалевшие о прошлом молчании и поспешном уходе.
От некоторых историй брала оторопь. Оказывается, мастер Дрейк не всегда останавливался на прикосновениях. Бывало и хуже, о чем в красках поведала одна из молодых наездниц, заканчивавших обучение. После того как я прочитала, какую цену ей пришлось заплатить за то, чтобы после проваленного летного испытания получить право на пересдачу, мне еще долго хотелось пойти в лазарет и самолично начистить инструктору подправленную Гроссом холеную физиономию.
Такого человека, как мастер Дрейк, нельзя было подпускать к схоларкам. Да и крыльев он, если уж говорить честно, ни капельки не заслуживал. И если собранного будет недостаточно, чтобы магистр Штерн прислушался, то…
«
Я фыркнула. Но осуждать крылатого ящера не стала.
Сама хотела поступить так же.
Вот только добиться аудиенции у магистра Штерна оказалось невыполнимой задачей. Глава факультета драконьих наездников отсутствовал почти всю неделю, в течение которой Лео держали взаперти, а мне категорически запрещали приближаться к Игнивару. Я всерьез опасалась, что за это время мастер Дрейк улетит, так и оставшись безнаказанным, но нет. По неведомой для меня причине инструктор не покидал остров. Ходили слухи, что он жаждал мести за подпорченное лицо, но точного ответа не знал никто.
Так, нервничая, беспокоясь и ежедневно проверяя тайник Призрака в ожидании новых сообщений, я кое-как протянула до возвращения магистра Штерна. И к ужасу своему выяснила, что первым же делом глава факультета решил провести отложенное на время его отъезда заседание. Секретарь, к которому я ходила чаще, чем на занятия по физической подготовке, с кислой миной уведомил, что запись на личные посещения откроется только со следующего дня, когда решение по делу Гросса будет уже принято. А значит…
Значит, надо было переходить к решительным действиям. И я, вызнав, где и на какое время назначено заседание дисциплинарной комиссии, собрала все, что у меня было, и пошла в атаку.
У дверей приемной магистра Штерна, где должно было проходить заседание, я появилась за полчаса до назначенного времени, отпросившись с занятия по истории Драконьего Союза. На мне была отглаженная парадная форма, руки оттягивала кожаная папка, куда мы с Эйей аккуратно сложили все свидетельства ненадлежащего поведения инструктора Дрейка. Подруга и сама хотела пойти со мной для моральной поддержки, но нас двоих с лекции не отпустили. Так что Эйя осталась, клятвенно пообещав, что будет писать очень разборчиво, а потом объяснит все, что я пропустила – разумеется, после того, как я в подробностях перескажу ей, как прошел совет.
В том, что мне удастся добиться справедливости, Эйя абсолютно не сомневалась. Я ее уверенности не разделяла, но была полна решимости бороться до самого конца. За себя, Гросса, Дейну и других девушек, доверивших мне свои истории. За всех, кто мог пострадать в будущем, если мастера Дрейка раз и навсегда не отстранят от летных испытаний.
«
Крепко сжав папку в руках, я мысленно повторяла в голове аргументы, готовясь к решающей схватке. И совершенно не ожидала, что через несколько минут после меня в коридоре появится еще одна девушка. Ее экзотическая прическа с множеством мелких косичек показалась смутно знакомой – я точно замечала эту схоларку во дворе и в общей столовой академии, хотя лично мы не общались. Зато она, завидев меня, сразу поспешила навстречу.
– Ты ведь Кассия, верно? – проговорила девушка, протягивая смуглую руку. – Я Эри. Призрак сообщил, ты собираешь тех, кто стал жертвой домогательств мастера Дрейка.
Я осторожно кивнула, не до конца веря в происходящее. После встречи с Дейной и прочитанных историй я была уверена, что никто, кроме меня, не решится выступить открыто – и уж тем более заявиться на заседание, напрямую не связанное с разбирательством по делу мастера Дрейка. Но оказалось, многие только и ждали кого-то, кто сделает первый шаг.
– Спасибо, что подняла эту тему, подруга. – Эри белозубо улыбнулась, пожимая мою ладонь. – Знай, я на твоей стороне. И расскажу обо всем – даже о том, чего предпочла бы не вспоминать.
Когда часы, стоявшие напротив кабинета магистра Штерна, показали без пятнадцати полдень, нас было уже трое. Еще через пять минут – четверо. Рядом с подругами по несчастью девушки приободрялись, расправляли плечи, начинали смотреть смело и открыто. Улыбались друг другу, подбадривали, делились историями, о которых прежде стеснялись говорить вслух.
– Даже если они не воспримут нас всерьез и попытаются выставить лгуньями, – решительно проговорила Майя, молодая девушка-грумер, которой тоже однажды досталось от мастера Дрейка во время чистки его красного гиганта, – мы это так просто не оставим. Всякий раз, когда этот хмырь будет оказываться на территории академии, сами будем предупреждать девушек об опасности. Сделаем так, чтобы никто не оставался с ним один на один.
– А я поговорю с молодыми наставниками, – поддержала ее Эри. – Больше ни одна схоларка не станет сдавать летную практику, если принимающим инструктором поставят мастера Дрейка.
– Отличная идея. Давно пора было сделать именно так.
– Если бы не Кассия, мы так и продолжали бы переживать все в одиночку.
– Крылатая, я столько времени думала, что это только мне не повезло.
– А у меня сестра так и не оправилась после случившегося и бросила академию. Хочу от ее имени добиться справедливости, чтобы потом обрадовать ее, что этого мерзкого слизня наконец вывели на чистую воду.
– Надеюсь, ей станет от этого легче.
– Спасибо, Бернарди. То, что ты делаешь, просто невероятно.
– Точно. Мне кажется, я только сейчас могу дышать спокойно.
Я кивнула в ответ на пылкие благодарности старших схоларок. На душе было тепло. Надо признать, несмотря на волнение перед предстоящим разбирательством, от поддержки, которую я сейчас чувствовала, мне действительно стало чуточку легче. Такого в моей жизни еще не случалось. Я привыкла быть сама по себе, пробивая дорогу к цели если не собственными силами, то отцовскими деньгами. Но то, что происходило сейчас…
«
Не желая общаться с драконом вслух в присутствии других людей, я улыбнулась краешками губ, без слов передавая Игнивару ответную любовь и признание.
***
Последней в коридоре появилась Дейна. Девушка нервничала и постоянно останавливалась, как будто никак не могла решить, уйти ей или остаться. Но увидев нас, рвано выдохнула и ускорила шаг.
– Кассия, – проговорила она, взволнованно теребя кончик темной косы. – Я долго думала и все-таки поняла, что должна… знаешь… посмотреть в лицо своим страхам.
– Вот и правильно, сестренка, – поддержала ее Эри. Девушки обступили подругу по несчастью, улыбались ей, одобрительно хлопали по плечу. – Если позволишь этому хмырю разрушить свою жизнь, тебе никогда не станет легче. А вместе мы справимся.
– Точно! Вот увидишь.
– Массой задавим и глаза выцарапаем.
– А лучше врежем, как Гросс.
– Точно!..
Шаги, раздавшиеся из дальнего конца коридора, заставили нас замолчать. Девушки подобрались и синхронно повернули головы навстречу вышедшим из-за поворота членам дисциплинарной комиссии. Их было семеро – пятеро мужчин и две женщины, входящие в магистерский совет Академии Драконьего Союза. Компанию им составляли секретарь магистра Штерна и мастер Ливс. И, разумеется, мастер Дрейк.
Если бы я хоть на каплю сомневалась в честности стоявших рядом со мной девушек, то хватило бы одного взгляда, чтобы понять, что каждая буква их историй – чистая правда. Стоило летному инструктору появиться в коридоре, как атмосфера мгновенно изменилась. Эри выпрямилась, напряженная, как струна. Сандра, сестра отчислившейся схоларки, сжала кулаки. Дейна, побледнев, уткнулась в плечо Майи.
Мастер Дрейк даже не посмотрел в нашу сторону, как будто мы были пустым местом. Но я все равно ощутила мрачное удовлетворение, увидев белую повязку на надменном холеном лице.
А следом за ними появился Гросс.
Схолара, немного помятого и обзаведшегося темной щетиной после недельного сидения в карцере, вели двое охранников. Рядом вышагивал мастер Норт, выглядевший еще мрачнее обычного. Еще бы – мало того, что по прихоти главы факультета ему навязали не одного, а сразу двух будущих наездников, так еще и оба оказались проблемными сверх всякой меры.
Увидев меня, Лео оживился. Не обращая внимания на охранников, он помахал мне рукой и украдкой показал поднятый вверх большой палец. Я ободряюще улыбнулась в ответ.
Гросса первого запустили в открытый секретарем кабинет. Следом вошли, перешептываясь и косясь на нас, члены дисциплинарной комиссии. Мастер Дрейк с видом победителя прошествовал за ними. Возле нас задержался лишь магистр Штерн.
Если его и удивило, что перед его кабинетом оказались сразу пять решительно настроенных девиц, то виду он не подал. Поздоровавшись с нами вежливым кивком головы, магистр повернулся ко мне.
– Схоларка Бернарди, что здесь происходит? Ваше присутствие на заседании не требуется. А ваши подруги…
– Мы не подруги Кассии, магистр Штерн, – первой пришла в себя Эри. – Мы пострадавшие, такие же, как и она.
Ни один мускул не дрогнул на доброжелательном лице главы факультета драконьих наездников. Если бы Феличчия увидела это, еще не один год ставила бы магистра Штерна в пример, показывая, как сохранять самообладание даже в самых нестандартных ситуациях.
– Вот как? – мягко поинтересовался он. – Что вы имеете в виду? Вы все хотите свидетельствовать против схолара Гросса?
– Нет! – прежде чем магистр успел подумать что-то не то, торопливо проговорила я. –
Лео не сделал ничего дурного. А вот инструктор Дрейк – да. В полете он… перешел все границы дозволенного.
– И какие же?
Вспомнив совет мастера Ливса говорить уверенно, четко и по существу, я выпрямилась, протягивая магистру папку.
– Инструктор Дрейк домогался ко мне, нарушив устав академии и все правила приличия. У меня есть доказательства, которые я хотела бы предоставить вам и уважаемому совету.
– И у меня, – выдвинулась вперед Эри.
– И у меня, – сбивчиво вразнобой заговорили остальные. – И у нас. И у нас.
– В папке рассказы схоларок, которые тоже столкнулись с домогательствами инструктора Дрейка. Все, которые я успела собрать к началу заседания. Подозреваю, что на самом деле таких историй может быть намного больше.
Магистр Штерн откашлялся. Синие глаза из-под толстых стекол очков смотрели строго, но без осуждения.
– Что ж, вижу, вопрос действительно важный. Но предлагаю оставить подробности до заседания.
Девушки переглянулись.
– Значит, – осторожно спросила Сандра, – вы выслушаете нас? И инструктора накажут за то, что он сделал?
– Мастер Дрейк получит ровно то, что заслужил, – бесстрастно откликнулся магистр. – Равно как и все участники разбирательства. Схоларка Бернарди, прошу за мной. Остальные могут остаться в приемной. Я вызову вас, если в этом возникнет необходимость.
– Хорошо, – ответили девушки нестройным хором.
Магистр Штерн удовлетворенно кивнул.
Меня усадили на стул рядом с Гроссом – прямо напротив дисциплинарной комиссии. Члены совета устроились за длинным столом, во главе которого расположился магистр Штерн. Папка с собранными мной доказательствами лежала перед ним, но я не заметила, заглядывал ли он туда до того, как началось слушание. Мастеру Норту и мастеру Ливсу как приглашенным свидетелям достались места рядом с секретарем. Мастер Дрейк устроился напротив – поближе к совету и подальше от нас, чтобы четко разграничить, кто здесь преступник, а кто жертва.
Я скрипнула зубами. Руки так и чесались стереть эту ухмылку, полную фальшивого превосходства.
Убедившись, что все заняли отведенные им места, магистр Штерн поднялся.
– Уважаемые члены совета Академии Драконьего Союза, сегодня на ваше рассмотрение выдвинуто дело о нарушении порядка и учебной дисциплины. Однако прежде чем мы приступим, я бы хотел поднять еще один вопрос.
Магистры удивленно зашептались. Лео покосился на меня с интересом, но вмешиваться не стал. Лишь молча нашел мою руку и сжал похолодевшие пальцы.
«
– Схоларка Бернарди, прошу. Что именно вы хотели заявить?
Я выпрямилась, вспоминая все, чему учила меня Феличчия.
«Спину ровно. Голову высоко. Ни тени сомнений».
– Мастер Дрейк домогался ко мне во время полета, – четко проговаривая слова, отчеканила я, глядя прямо в глаза членам совета.
Эффект получился что надо. Все, за исключением магистра Штерна, уставились на меня. Мастер Норт нахмурился, мастер Ливс одобрительно улыбнулся краешками губ.
Инструктор Дрейк, удобно устроившийся в кресле для посетителей, демонстративно фыркнул.
– При всем моем безмерном уважении к вам, магистр Штерн, я не понимаю, по какой причине мы всерьез рассматриваем фантазии схоларки, завалившей экзамен.
Синие глаза заместителя ректора укоризненно блеснули за стеклами очков.
– Подобные темы нельзя оставлять без внимания, мастер Дрейк. Домогательства – это очень серьезно. И если они имели место…
–
– Способности схоларки Бернарди не имеют отношения к разбирательству, – веско возразил мастер Норт.
– А мне кажется, еще как имеют. Вы же сами и указали на то, что у вашей подопечной имеются проблемы с невербальными командами. Ничего удивительного, что в воздухе, где требуется четкость и быстрота реакции, коммуникация между схоларкой Бернарди и серебряным Игниваром была нарушена.
Наставник поджал губы.
– Я сказал лишь, что у схоларки Бернарди есть мое личное разрешение отдавать дракону устные команды. На силу ментальной связи это никак не влияет.
– К моему сожалению, испытание показало обратное.
Я открыла было рот, чтобы возразить, но наткнулась на предупреждающий взгляд магистра Штерна и промолчала. Мастер Дрейк же, почувствовав свое превосходство, продолжил.
– Ситуация предельно ясна. Схоларка Бернарди крайне посредственно проявила себя на летном испытании. А когда я сообщил, что не собираюсь допускать ее к дальнейшим полетам, она подговорила схолара Гросса совершить на меня нападение. Что случилось дальше, вы видели.
Магистры закивали, переглядываясь друг с другом. Слова мастера Дрейка явно звучали убедительно – для всех, кроме доктора Ливса и мастера Норта.
Наш наставник откашлялся.
– Мастер Дрейк, за время работы я успел достаточно хорошо изучить характер схолара Гросса. Он не склонен к немотивированной агрессии. В его личном деле нет ни одной записи о нарушениях общественного порядка.
– Значит, нужно искать то, чем схоларка Бернарди смогла мотивировать вашего образцового подопечного на приступ агрессии. – Инструктор пожал плечами. – Деньги? Протекция? Может, поощрение… – Он многозначительно выгнул бровь. – Интимного характера?
Я аж задохнулась от возмущения.
– Магистр Штерн…
– Спокойно, схоларка Бернарди, – остановил меня председатель совета. – Мастер Дрейк, вы отклоняетесь от первоначальной темы нашего обсуждения.
– А, по-моему, я говорю строго по делу, – возразил инструктор. – Мы имеем дело с обычным проявлением женской истерии и нездоровых фантазий. Вы знаете, магистр, я всегда придерживался мнения, что женщинам зря разрешили получать крылья. Они слишком эмоциональны и подвержены неконтролируемым нервным срывам. Схоларка Бернарди – яркое тому подтверждение. Несдержанная, вспыльчивая, склонная выдумывать и обвинять в своих провалах кого угодно, кроме самой себя. А вы, при всем моем уважении, лишь потакаете ее дурным наклонностям, устраивая этот фарс.
– Значит, – уточнил глава факультета, – вы утверждаете, что обвинения схоларки Бернарди не имеют под собой оснований?
– Ну конечно, – кивнул мастер Дрейк. – Кто в здравом уме поверит в этот бред?
– Я, – твердо проговорила одна из женщин, входивших в совет. – Схоларка Бернарди, пожалуйста, расскажите подробности. Когда это произошло?
Я приободрилась.
– Все началось сразу же, как только мы поднялись в воздух.
– Почему вы не приказали дракону спускаться, прервав полет, и не сообщили обо всем сразу же, как только почувствовали неладное?
– Я... – Я замялась. Такой вариант даже не приходил мне в голову. – Мне казалось, я справлюсь. К тому же, поначалу я не была уверена, что происходит именно то, что происходит.
– Вот именно, – перебил меня мастер Дрейк. – Она не была уверена. Однако продолжает выдвигать обвинения.
Магистр предупреждающе кашлянул.
– Давайте сперва выслушаем до конца схоларку Бернарди. У вас уже была возможность донести до комиссии свою точку зрения.
Спорить инструктор не стал, хоть и выглядел недовольным. Повернувшись ко мне, магистр Штерн благосклонно кивнул.
– Продолжайте, схоларка Бернарди.
– Я чувствовала неправильность происходящего, и эта тревога передалась Игнивару. Он начал нервничать, потом инструктор Дрейк сжал мою грудь, и я... потеряла контроль. Мы упустили тюк, который перебросил нам красный гигант. А потом...
– Игнивар пытался помочь Кассии, – встрял Гросс. – И я тоже. Я видел, в каком состоянии она была после приземления. И когда Игнивар рассказал мне, что именно случилось, не смог сдержаться. Прошу прощения. Но только за то, что в моменте не придумал другого способа помочь. О том, что ударил мастера Дрейка, я не жалею. Он получил по заслугам.
– К вашему делу мы вернемся чуть позже, схолар Гросс, – проговорил магистр. – Сейчас же продолжим обсуждение текущего инцидента. Схоларка Бернарди, я вижу в вашей папке заключение лекаря. Мастер Ливс, вы подтверждаете его подлинность?
Лекарь бросил короткий взгляд на лист.
– Да. Это заключение выдал я.
– Здесь указано, что на теле схоларки Бернарди обнаружены свежие гематомы, по виду и форме соответствующие отпечаткам пальцев.
– Все верно.
По кабинету прокатились шепотки. Женщины, входящие в совет, переглянулись между собой. Одна из них потянулась к папке, лежавшей перед магистром Штерном. Забрала лежавший сверху лист, вчиталась в неровные строки, все больше и больше мрачнея.
Мастер Дрейк занервничал. Ленивая самоуверенная расслабленность слетела с его лица. Похоже, только сейчас до него начала доходить серьезность ситуации, в которой он оказался.
Но замешательство длилось не дольше секунды. Вернув самообладание, мужчина коротко усмехнулся.
– Эти отпечатки ничего не доказывают. Дракон схоларки Бернарди рванул к земле на глазах всей академии. Все видели, какой силы был удар.
– Не все повреждения, которые я зафиксировал в заключении, могли быть получены в результате неудачного приземления.
– И, тем не менее, вы не можете утверждать, что именно я нанес схоларке травмы. Они могли быть оставлены кем-то еще, верно, мастер Ливс?
Лекарь хмуро кивнул.
– Теоретически да.
– Вот именно. – Мастер Дрейк вновь откинулся на спинку кресла. – Никто не знает, как именно схоларка Бернарди получила эти синяки. Мы даже не можем с точностью утверждать, появились ли они до испытания или после. Когда я впервые увидел схоларку Бернарди, она уже была в летной форме.
– Магистр Штерн, уважаемый совет, – вновь встрял в разговор Гросс. – Я хочу сказать… Игнивар чувствовал все происходящее с Кассией. И я могу это подтвердить. За время испытания инструктор Дрейк неоднократно переходил границы дозволенного.
Мужчина, сидевший по правую руку от магистра Штерна, нахмурился.
– Схолар Гросс…
– Это происходило не только с Кассией! – услышала я ломкий голос Дейны. Девушка стояла в дверях кабинета, едва не плача, но поддержка подруг за спиной помогли ей не отступить перед испытующими взглядами магистров. – Я тоже провалила испытание из-за домогательств инструктора Дрейка. Он приставал ко мне, и я не справилась. Только тогда никто из мастеров этого не заметил. И все сделали вид, что ничего не было.
Показалось, или на лицах членов совета мелькнул стыд? Один из мужчин отвел взгляд, сделав вид, что читает признания, которые уже давно ходили по рукам. Женщина, сидевшая ближе всех к дверям, мягко подозвала Дейну ближе.
– Что ж, теперь совет готов слушать.
Одна за другой девушки вставали перед дисциплинарной комиссией и рассказывали свои истории. И с каждым словом я видела, как менялась ситуация в комнате. От снисходительного недоверия члены совета постепенно переходили к сочувствию по отношению к схоларкам и негодованию, направленному на инструктора. Да и сам мастер Дрейк не смог сохранить видимость равнодушия. Самодовольная маска постепенно сползала с лица, обнажая неуверенность и нервозность, усиливавшуюся по мере того как все больше членов совета переходили на нашу сторону.
Но даже несмотря на это он все еще считал себя несправедливо обвиненным, глядя на девушек, которых даже не помнил, с брезгливым презрением.
– Не понимаю, почему вы продолжаете слушать этот бред. То, что схоларка Бернарди притащила на закрытое слушание полдюжины обиженных жизнью девиц, не делает ее правой. Кто поверит неудачницам, оказавшимся не способными справиться с первым же серьезным испытанием в карьере наездника? Я же говорил, женщины не созданы для полетов. Это просто фантазии, не имеющие под собой реального подтверждения.
– Так, может, слова мужчины покажутся вам более убедительными, мастер Дрейк?
Все повернулись к Лео.
Инструктор хмыкнул, пряча нервозность за снисходительной усмешкой.
– Кого вы имеете в виду, схолар Гросс? Уж не себя ли? К вашему сожалению, совету прекрасно известно, что вы умеете держать себя в руках еще хуже, чем ваша напарница. Хотите и дальше повторять весь тот бред, что якобы передал вам дракон?
– Да, – ответил вместо Лео другой голос. – Так уж вышло, что мне тоже есть что сказать.
Схолара, возникшего на пороге кабинета, я узнала – трудно было не запомнить в лицо единственного наездника, получившего крылья во время прошлого ритуала. Веснушчатый рыжеволосый парень неудачником не выглядел. Наоборот, излучал уверенность и решимость. Летное испытание он с успехом сдал всего через месяц после установления связи со своим ящером – кажется, все тому же мастеру Дрейку. Однако судя по взгляду, никакого сочувствия к положению инструктора не испытывал.
– Простите за вторжение, магистр Штерн, – поклонился совету схолар. – Я хотел успеть к началу слушания, но Лео поздно меня предупредил. Надеюсь, я не слишком задержался.
– Нет-нет, – любезно отозвался магистр, который, похоже, получал искреннее удовольствие от заседания, где каждые четверть часа происходило что-нибудь этакое. – Вы как раз вовремя, схолар…
– Эйден Кэллахан, – представился рыжий. – Наездник синего Артекса.
Дейна, на которую я в возникшей суете не обратила внимания, тоненько всхлипнула. И только тогда до меня дошло.
Артекс… Так звали дракона, от которого девушке пришлось отказаться после провального испытания с мастером Дрейком.
Но… как? Откуда Эйден узнал? Призрак?
«
Я удивленно повернулась к Лео. Парень подмигнул мне.
«Видишь, – словно говорил его взгляд. – Я тоже не сидел сложа руки».
– Что ж, схолар Эйден, – проговорил магистр Штерн. – Раз уж вы здесь, расскажите, что привело вас на это слушание. Вы тоже стали жертвой неподобающего поведения мастера Дрейка?
Парень смутился.
– Нет-нет. Но Артекс, мой дракон, напрямую пострадал от действий инструктора. Его предыдущая наездница вынуждена была отказаться от крыльев. Артекс довольно быстро захотел вновь встать в строй, но это не означало, что он забыл о предыдущей связи. И, конечно, дракон попросил меня помочь, когда узнал, что происходит.
– И кто был предыдущим наездником Артекса?
– Дейна Бинош, – уверенно проговорил Эйден. И посмотрел на черноволосую схоларку, кусающую губы, чтобы не расплакаться. – Артекс готов пересказать все, что происходило во время ее испытания.
Магистр Штерн переглянулся с членами дисциплинарной комиссии и доктором Ливсом. Одна из женщин коротко качнула головой.
– Не стоит, – мягко произнес глава факультета. – Совет слышал достаточно. Уважаемые коллеги, кто поддерживает немедленное отстранение мастера Дрейка от любой работы со схоларами?
Почти все руки мгновенно взметнулись вверх.
Магистр Штерн удовлетворенно улыбнулся.
– Полагаю, вопрос решен.
– Да вы с ума сошли! – вскочил с кресла мастер Дрейк. – Я опытный инструктор с колоссальным летным стажем, и из-за каких-то истеричных девиц вы собираетесь отстранить меня от работы? Хотите сказать… – Он обвел взглядом членов дисциплинарной комиссии, особенно задерживаясь на мужчинах. – Думаете, никогда не оказались бы в подобной ситуации? Эти схоларки буквально сами напрашиваются, чтобы к ним проявили внимание. Для этого они и идут на ваш факультет. Вилять бедрами, хлопать глазами, отнимая место у действительно достойных наездников мужского пола.
– Совет Академии Драконьего Союза не разделяет вашей точки зрения, инспектор. Женщины – такие же полноценные участницы нашего общества, как и мужчины. И ваши… архаичные взгляды не делают вам чести. Помимо немедленного отстранения мы будем советовать передать ваше дело в уголовный суд Драконьего Союза, под чьей юрисдикцией все мы находимся. Нападение на наездника – суровое преступление. Вы будете доставлены в Дракхавн под конвоем, где останетесь дожидаться разбирательства. Если, конечно, пострадавшие схоларки захотят выдвинуть иск.
– Да, – решительно сжала кулаки Эри.
Майя поддержала ее кивком, Сандра победно вскинула руку. Дейна плакала на плече Эйдена. По глазам молодого наездника было видно, что он тоже был готов поддержать девушек. Что до меня, то я определилась со своей позицией еще в тот момент, когда попросила у мастера Ливса заключение о полученных травмах.
– Да. Однозначно да.
– Что ж. – Магистр Штерн поднялся со своего места, аккуратно собирая в папку принесенные мной листы. – В таком случае…
Охранники, до этого момента стоявшие позади нас с Лео, синхронно шагнули вперед. Мастер Дрейк попятился, но бежать было некуда. Единственный выход закрывали собой девушки, и на этот раз они готовы были стоять друг за друга до последнего.
– Это произвол! – пятясь от охранников, завопил инструктор. – Я это так не оставлю! Вы еще пожалеете! Все вы!..
На его плечах сомкнулись крепкие руки. Мужчина пару раз дернулся, но все было без толку. С губ его сорвались ругательства, полные бессильной злобы, но никто уже не слушал. Минута – и дверь за преступником захлопнулась.
В наступившей тишине отчетливо раздался рваный выдох Майи.
– Слава Крылатой, получилось…
А в следующую секунду девушки, разразившись совершенно неуместным для приемной факультетского главы визгом, бросились обнимать друг друга. Сандра утешала всхлипывавшую Дейну, Эри поочередно пылко благодарила каждого члена совета. Несколько крепких объятий досталось и мне – впрочем, я и сама радовалась ничуть не меньше. Даже в тот день, когда я наконец обрела крылья, я не чувствовала такого триумфа, как сейчас, когда выступила против несправедливости и… выстояла.
– Кассия, мы это сделали! Сделали!
– Самой не верится…
– Неужели все позади?
«
Вспомнив о напарнике, который тоже сделал немало для общей победы, я повернулась к нему. Радость переполняла снаружи и изнутри, и мне не терпелось разделить этот момент триумфа. Лео и сам подался ко мне. С довольной широкой улыбкой он раскрыл руки, и я с готовностью шагнула в его объятия…
Но прежде мы успели коснуться друг друга, нас остановило деликатное покашливание магистра Штерна.
– А что касается схолара Гросса…
Мы замерли под внимательным взглядом.
– Что-то не так, магистр? – Я первой сбросила с себя оцепенение.
– Совет так и не успел обсудить наказание, которое будет назначено схолару за его проступок.
– Подождите… – Я недоуменно хлопнула глазами. – Разве мы не выяснили, что Лео защищал меня после инцидента с мастером Дрейком. Он ни в чем не виноват.
– И тем не менее, – строго проговорил глава факультета. – Спровоцированное или нет, схолар Гросс совершил нападение на летного инструктора. Академия Драконьего Союза не поощряет насилие. Ни в каком виде.
– Но…
– Вы совершенно правы, магистр, – перебил Лео, мягко оттесняя меня от магистра Штерна. – Я все понимаю и готов понести соответствующее наказание.
– Отлично. Учитывая все обстоятельства и ваше раскаяние, думаю, отработки в манеже будет достаточно. Грязные гнезда будут ждать вас каждый день после занятий на протяжении двух недель. Вас устраивает такое решение?
– Абсолютно, целиком и полностью. Благодарю вас, магистр.
– Отлично. Что ж… – Он повысил голос, перекрикивая гомон, стоявший в кабинете. – В таком случае, объявляю заседание дисциплинарной комиссии закрытым. Можете быть свободны. Все, кроме вас. – Взгляд главы факультета пригвоздил нас к месту. – Схоларка Бернарди, схолар Гросс, мастер Норт, прошу за мной.
Размашистым шагом, никак не вязавшимся с почтенным возрастом и магистерской мантией, глава факультета драконьих наездников шел вперед. Мы торопились следом, бросая друг на друга и на наставника настороженные взгляды, и первые несколько минут пребывали в полном недоумении относительно того, что же вообще происходит. Но когда впереди показался манеж, сердце дрогнуло.
«Неужели магистр… передумал? – мелькнула в голове пугающая мысль. – Неужели он все же решил разлучить одного из нас, а то и обоих сразу, со своевольным и не вполне предсказуемым драконом?»
«
Крылатый звучал грозно, но уверенности в мысленном голосе не ощущалось. Несмотря на то, что серебряный гигант был способен на многое, он все равно не мог тягаться с магистром и его черным Штормером, чья связь упрочнялась и крепла на протяжении полувека. Если эти двое выступят против нас, у нас не будет ни единого шанса не подчиниться.
– Главное, держите себя в руках, – подлил масла в огонь моей нарастающей паники мастер Норт. – Что бы ни происходило, показывать характер сейчас не в ваших интересах.
Если наставник планировал таким образом нас успокоить, то эффект получился прямо противоположный ожидаемому. К моменту, когда мы вчетвером оказались на круглой арене манежа, я мысленно готовилась к самому худшему.
– Руп. – Магистр Штерн благожелательно кивнул подбежавшему к нам старшему грумеру. – Подготовь, пожалуйста, серебряного Игнивара и моего Штормера.
– Будет сделано.
Кликнув помощников, грумер поспешил исполнять приказания. А я наконец собралась с духом, чтобы озвучить мучавший меня всю дорогу вопрос.
– Магистр Штерн… Что вы собираетесь делать?
– Провести летное испытание, само собой, – невозмутимо откликнулся глава факультета. – Мастер Дрейк с сегодняшнего дня отстранен от службы, так что придется потратить некоторое время, чтобы найти ему достойную замену, но, если честно, не вижу смысла так надолго откладывать ваш экзамен. Мастер Норт признал вас готовыми еще неделю назад. И если вы не против того, чтобы я выступил в роли принимающего инструктора…
– Да! – выпалила я, не в силах поверить собственному счастью. – То есть нет! Конечно же, я совершенно не против.
– Сдавать испытание лично вам – огромная честь, – поддержал меня слегка растерявшийся Гросс. – Спасибо, что позаботились об этом.
– Это мой долг как главы факультета, – кивнул магистр Штерн. – Я лично заинтересован в том, чтобы вы скорее могли приступить к летной практике. Чем быстрее вы сдадите экзамен, тем быстрее у Игнивара появятся полноценные наездники, готовые войти в ряды Союзных сил. Схолар Гросс, предлагаю соблюсти ту же очередность, которую вы определили на прошлом испытании. Первой полетит схоларка Бернарди, вторым вы.
– Конечно. Никаких проблем. Пусть Кассия будет первой.
Не дожидаясь команды, я метнулась в хранилище за седлом. В этот раз придирчиво выбирать не стала, остановившись на самом простом учебном варианте, который мог подойти и мне, и Лео. Игнивар уже ждал в центре манежа, нетерпеливо помахивая хвостом. Рядом замер Штормер. В отличие от серебряного дракона, гибкого и подвижного, словно капля ртути, крылатый ящер магистра Штерна напоминал ониксовую статуэтку. Он стоял без движения, ожидая команды наездника, и лишь глубокие черные глаза следили за нами со сдержанным интересом.
От нервов я не сразу справилась с креплениями. Магистр не торопил меня, наблюдая за процессом. Наконец все было готово. По кивку наставника я вывела дракона из манежа. Магистр Штерн, Штормер, Лео и мастер Норт последовали за мной.
У ворот Игнивар опустился на землю, подставляя лапу, чтобы помочь мне забраться в седло. Следом без видимых усилий занял место штурмана магистр Штерн.
Признаться честно, в первую секунду это вызвало внутри всплеск напряжения. Тело еще помнило прикосновения мастера Дрейка. Плечи закаменели, пальцы крепко сжали луку. Но уже через пару ударов сердца меня отпустило. Магистр вел себя именно так, как и положено настоящему инструктору – не вторгался в мое личное пространство, не давил, не подгонял, давая время адаптироваться и подготовиться к полету. И лишь когда я выдохнула, негромко и добродушно проговорил.
– Вы в полной безопасности, схоларка Бернарди. Обещаю, что не совершу в вашем отношении ни одного неприемлемого действия. Но если вдруг что-то в моем поведении покажется вам неприемлемым, вы вправе сообщить об этом, а также обратиться в совет академии для дальнейших разбирательств.
Я хихикнула – и как, интересно, магистр представлял себе процесс рассмотрения заявления на самого себя? Но эти слова, простые и правильные, помогли мне расслабиться, полностью сосредоточившись на предстоящем полете.
– Взлетайте, когда будете готовы, схоларка.
«
Я выпрямилась.
– Игнивар, вверх.
Следующие полчаса стали лучшими из всех, что я когда-либо провела в воздухе. Мы кружили над академией, то взмывая к самым облакам на зависть птицам, то скользя над холмами и синей гладью моря. Магистр Штерн не задействовал стандартную полосу препятствий, но благодаря тому, что он знал острова Фарра как свои пять пальцев, мы отработали все – от бочек и кувырков до сложных нырков под водопад и гонке в каньоне. Черный Штормер следовал за нами на четко выверенном расстоянии, не давя, но подстраховывая на самых сложных участках. Драконы перекинули друг другу камни и сделали несколько синхронных маневров, прежде чем приземлиться у манежа, где нас ожидали Лео, мастер Норт и целая толпа зевак, собравшихся поглазеть на внеплановое испытание.
Гросс подбежал ко мне, едва только я сошла на землю. Глаза его сияли.
– Касс, это было бесподобно! Я и не знал, что вы с Игниваром на такое способны. У меня дыхание перехватило, когда Игнивар со Штормером спиралью облетели часовую башню.
Я криво улыбнулась. Мне и самой не верилось, что испытание прошло так гладко. В воздухе команды магистра Штерна, сказанные спокойно и без давления, казались не такими уж и трудными для исполнения. И только сейчас я осознала, что мы с Игниваром сделали куда больше, чем отрабатывали на практике по ментальной связи.
«
– Поздравляю, схоларка Бернарди, – словно подслушав драконьи мысли, проговорил подошедший к нам магистр Штерн. – Вы прошли испытание и доказали, что способны управлять драконом. С завтрашнего дня в ваше расписание будут добавлены дополнительные часы летной практики.
– Спасибо, магистр, – не в силах поверить собственному счастью, поклонилась я.
– Не стоит благодарности. Это был крайне приятный полет. Схолар Гросс, сумеете повторить успех вашей напарницы?
– Сделаю все, что в моих силах, магистр.
– В таком случае готовьте дракона к взлету.
Я торопливо отошла, чтобы не мешать. И лишь у ворот манежа вспомнила, что так и не пожелала Лео удачи. Это странное желание родилось внутри просто и естественно, как будто мы всегда были… если и не друзьями, то хотя бы напарниками по дракону. Противостояние с мастером Дрейком сблизило нас, показав, что мы можем добиться большего, если будем работать вместе, а не друг против друга.
Так, может…
«Удачи», – одними губами прошептала я, радуясь, что этой маленькой слабости Гросс никогда не услышит.
«
***
В манеж в надежде застать Лео пришла этим же вечером. Парень крутился у гнезд, усиленно колотя скребком по каменной стене, чтобы сбить засохшие куски экскрементов. Рядом свернулся кольцом Игнивар, освещая своей внутренней магией пространство, словно огромный светильник. Моему появлению дракон не удивился. Зато Гросс, увидев меня в рабочей одежде с забранными в пучок волосами, да еще и с ведром и шваброй, остановился и недоверчиво сощурился, как будто не мог поверить своим глазам.
– Кассия?
Я крепче сжала древко, обругав себя за внезапный приступ благородства. Под испытующим взглядом Лео стало как-то неуютно, как будто бы он видел меня насквозь и понимал больше, чем нужно.
– У меня тут образовался свободный вечер. И я подумала… ну… вдруг тебе нужна помощь?
Гросс усмехнулся, подходя ближе.
– Ого! Вот так неожиданность. Бернарди, у тебя опять температура? А то, смотрю, щеки какие-то подозрительно розовые.
Он потянулся, как будто хотел пощупать мой лоб, но я отпрянула, не дав к себе прикоснуться.
– Ну уж нет! У тебя руки грязные, фу!
– Губы чистые, давай так измерю…
– Придурок! – зашипела я, еще сильнее заливаясь краской. – Выдумал тоже! Вот сейчас брошу все и уйду… лечиться. А ты крутись тут как хочешь.
– Ладно-ладно. – Лео примирительно поднял руки. – Оставайся. Я действительно рад, что ты пришла.
– Ну а как иначе? Ты же из-за меня здесь. Если бы ты тогда не вступился…
– Я сделал так, как должен был, и не жалею. Главное, что этого урода уволили. А заниматься грязной работой мне не впервой. Видела бы ты трактир после визита изголодавшихся по суше моряков…
– Значит, быстрее справимся, – хмыкнула я, засучив рукава рубашки, которую не жалко было надеть на уборку в гнездах. – С чего начнем?
– Почисти поилку. А я пока закончу со стенами и перестелю подстилку.
Некоторое время мы молча работали, лишь изредка перебрасываясь парой слов и многозначительными взглядами. Игнивар тоже помогал по мере драконьих сил, поджаривая огненным дыханием расплодившийся по углам мох. Процесс продвигался легко и на удивление быстро. Вскоре чаша, вымощенная керамической плиткой, заблестела, в гнезде стало чисто и запахло сухой травой.
И я... решилась.
– Спасибо. За то, что вступился, хоть и не самым лучшим способом. И за то, что поддержал. Я этого не забуду…
Лео, отряхивавший одежду от прилипших соломинок, выпрямился и усмехнулся.
– Знаешь, если ты хотела отблагодарить меня, не обязательно было брать в руки швабру. Всегда есть способы проще. Поцеловать, например.
Я даже обрадовалась.
– Да легко!
Ополоснув руки в чистой воде, я шагнула к Лео, чтобы поймать его за воротник и притянуть к себе, но парень, к моему удивлению, выставил вперед руки, удерживая меня на расстоянии.
– Я, конечно, сейчас прозвучу как идиот, ведь только идиот откажется от поцелуя Кассии Бернарди, – протянул он с какой-то странной серьезностью. – Но... я бы хотел, чтобы в следующий раз, когда ты меня поцелуешь, это было не на спор и не из благодарности. А потому что ты действительно этого хочешь.
Я даже опешила от неожиданности.
«Захочется! Придумает тоже! Как будто ему недостаточно самого факта. Нет, подавай желание, чувства, полную самоотдачу...»
– А если мне никогда не захочется? – поинтересовалась из чистого упрямства.
Лео пожал плечами.
– Значит, я больше никогда не поцелуюсь с Кассией Бернарди. Что поделать. Я просто… не люблю неискренность. И как парень из трактира без каких-либо перспектив могу себе позволить не изображать чувства в корыстных целях.
– Ты и правда идиот. – Я закатила глаза. – Сентиментальный. Неудивительно, что твои девицы бегают такие неудовлетворенные и злые.
– Так уж вышло. И нет у меня никаких девиц, только упрямая напарница.
А потом до меня дошло.
– Постой-постой, – проговорила я, не сводя подозрительного взгляда с Гросса, слишком уж довольного для человека, который только что отказался от страстной девичьей благодарности. – Ты что, только что завуалировано признал, что у тебя ко мне чувства? Настоящие? Романтические?
Гросс вдруг смутился, отводя взгляд.
– Ну...
Ну?
В голове зазвенели колокольчики еле сдерживаемого драконьего смеха. Игнивар смотрел на нас, высунув раздвоенный язык, серебристая чешуя переливалась магическим светом. Лео молчал. А я поняла, что больше не знаю, что и думать.
«Помоги мне Крылатая, неужели...»
***
С того дня все между нами изменилось. Война закончилась. От противостояния, соревнования и взаимных пакостей мы подозрительно легко перешли к взаимовыручке и поддержке.
Каждый вечер я приходила помогать Лео на отработках. Но уже со второго раза парень решительно отобрал у меня швабру и тряпку, усадил на спину Игнивара, вручил свои конспекты и велел читать вслух. Раз уж из-за обязательной отработки у него теперь остается меньше времени на подготовку к занятиям, ему непременно нужен напарник по учебе, чтобы он ничего не упустил. Что-то подсказывало, что все прочтенное Гросс и так знал, но… я была рада заняться более полезным делом, чем чистка гнезд, с которой парень справлялся на порядок лучше и быстрее.
– Желание помочь иногда важнее самого факта помощи, – фыркнул он в ответ на мои вялые и не слишком убедительные попытки вновь взяться за скребок. – Я ценю, что ради меня ты переступила через собственные принципы и взяла в руки швабру. Очень ценю. Но с книгой ты смотришься лучше. Особенно когда так мило хмуришься и кусаешь губы.
– Что? – вскинулась я, бросив на парня смущенный и негодующий взгляд. – Да ты просто пишешь неразборчиво. И преобразования какие-то не очень понятные…
– А, эти? – подсев ко мне, Лео заглянул в конспект. Игнивар, изогнув длинную шею, повернулся к нам и тоже с любопытством уставился на записи. – Давай объясню, если хочешь. Вот этим символом я обозначил эликсир, выпаренный из магической руды, а это – магия, полученная путем работы с чешуей дракона. В учебниках сказано, что никакой принципиальной разницы нет, однако я заметил несколько интересных особенностей…
И вот так, естественно и незаметно отработка превратилась в учебные сессии. Лео делился со мной своими наблюдениями о природной и живой магии, показывал небольшие эксперименты. Пришлось признать то, что и я и так подозревала – Гросс действительно был хорош. Не только с тряпкой, но и в учебе. С его помощью сложные предметы становились проще и понятнее. И даже когда две недели истекли и Лео освободили от чистки гнезд, наши встречи продолжились, переместившись из манежа в мою комнату.
После очередного блестяще проведенного преобразования, которое я с успехом смогла повторить, даже несмотря на то, что все четыре года считала себя совершенно неспособной к манипуляциям с магией, я не выдержала.
– Слушай, ты никогда не хотел стать преподавателем?
– Всегда рассматривал это как альтернативную карьеру, если бы не удалось получить собственные крылья, – с абсолютно серьезным видом кивнул Гросс. – Только представь – я сижу в очках за столом и пытаюсь зажечь свет науки в темных головах схоларов.
– Как мастер Эфре? – вспомнила я сурового мастера алхимии, который действительно носил очки и закатывал глаза всякий раз, когда у кого-нибудь выкипала эссенция в тигле.
Лео фыркнул.
– Лучше уж как магистр Штерн.
– Во-первых, для такого ты слишком молод. А во-вторых, Штормер не мешает магистру Штерну вести драконоведение и метить в ректорское кресло. Так что все возможно и с Игниваром.
– Ну, мне приходится учитывать твои желания, раз уж дракон у нас один. Вот скажи, тебе бы хотелось остаться в академии?
– В смысле – до конца учебной программы?
– Нет. Насовсем.
– Я…
Игривое настроение испарилось в один момент. Воздух в комнате вдруг показался ледяным, и даже свет серебряных чешуек, которые Игнивар разрешил отщипнуть у себя с лапы для нашей алхимической практики, потускнел, как будто магия исчезла из моего мира вместе с легкостью, радостью и самой жизнью.
«Остаться в академии, далеко от родных берегов… Не возвращаться в родную Саталию. Не возвращаться к отцу. Я даже мысли об этом не допускала…»
Теплые пальцы Лео легонько ущипнули меня за похолодевший кончик носа, возвращая в реальность. Я сердито отпрянула от парня.
– Эй! Ты чего?
– Ты так помрачнела, как будто одна мысль стать суровой преподавательницей тебе глубоко противна. Не обязательно же запирать себя в аудитории среди пыльных книг. Можешь стать летным инструктором, в академии как раз открылась вакантная должность. Или наставником как Ран или мастер Норт.
– Что бы ты ни предложил, это не повод распускать руки!
– А я их и не распускал, – ухмыльнулся Гросс. – Распускают, знаешь ли, по-другому. Показать?
– Только попробуй! – предупредила я сквозь сжатые зубы.
Предупреждению Лео не внял. Спрыгнув с широкого подоконника, который мы использовали вместо стола для проведения алхимических опытов, он шутливо двинулся на меня, раскрыв руки. Так что я, недолго думая, дотянулась до кровати и, схватив подушку, метнула ее прямо в наглую физиономию.
Гросс с легкостью перехватил снаряд. Глаза его загорелись азартным огнем.
– Ах так…
С визгом я запрыгнула на кровать, надеясь прикрыться второй подушкой как щитом. Не помогло. Лео навалился сверху, прижимая меня к матрасу. Мы сцепились бурно и крепко, словно борцы на занятиях по спаррингу. Гросс был сильнее, я изворотливее. В какой-то момент мне повезло улучить момент и развернуться, укладывая парня на лопатки. Теперь я оказалась сверху, а Лео лежал подо мной, крепко стискивая мои бедра в попытке вывернуться из захвата.
И надо же было двери распахнуться именно в эту секунду.
– Кассия, там… – донесся с порога голос Эйи, тут же сменившийся испуганным визгом. – Ой! Ой, простите, я не хотела мешать… Вы бы хоть заперлись… или бантик на дверную ручку повесили… Крылатая, помоги мне развидеть то, что я видела… Или нет, лучше объясни, как делать так же…
Скатившись с Лео, я торопливо поправила сползшую с плеча блузку.
– Эйя, это… не то, что ты думаешь.
– Да я вообще ни о чем не думаю, – зачастила подруга, прикрывая глаза рукой, впрочем, не очень-то плотно. – Я вообще так… случайно мимо проходила… Не отвлекайтесь на меня, продолжайте свои… постельные игры.
– Мы ничего не делаем.
– К сожалению, – ехидно добавил Лео, за что получил тычок в грудь и удар подушкой по голове.
Эйя, подглядывавшая за нами сквозь щелочку между ладонями, тихо хихикнула.
Я вздохнула, поднимаясь с кровати.
– Можешь не притворяться, что не смотришь. Скажи лучше, чего ты хотела?
– Ну… – Эйя осторожно отвела ладони от лица. – Час назад прибыла почта. Я забрала свои письма и твое заодно прихватила. В общем, вот.
Она нерешительно протянула конверт с гербовой печатью.
Сердце подпрыгнуло в груди, сделало мертвую петлю и с грохотом разбилось.
«
А. Б.»
Отец был привычно краток.
Я вновь и вновь пробегала взглядом по сухим строчкам, пытаясь прочесть между резкими штрихами пера настроение главы семейства Бернарди, но так и не смогла найти никаких двойных смыслов. Все было четко. Его величество выказал интерес, а отец воспользовался возможностью, к которой готовился с того самого дня, когда во всеуслышание объявил законной наследницей внебрачную дочь, признанную скаутами годной для обучения в Академии Драконьего Союза.
С самого начала я знала, что все будет именно так. Я получу дракона, отец добьется для меня назначения на должность хранителя Сциллии. И, обустроившись во дворце, я буду верно служить интересам семьи, выполняя все, что потребует от меня капризный монарх. Проводить ритуалы, совершать дипломатические визиты. Греть его величеству постель. В идеале – родить мальчика-бастарда, дабы обеспечить семье королевское покровительство. И не важно, будет ли этим покровителем старый Рожер Третий, его сын, внук или кто-то из многочисленных побочных ветвей правящей династии Сциллии. Главное – величие рода Бернарди.
Вот только в стройную схему внезапно вмешался Гросс – и все пошло не по плану.
О Лео в письме отца не было ни слова. Об Игниваре он точно знал – мне было известно, что ректор Анжер регулярно уведомляет его о ходе моего обучения. Значит, и о втором всаднике отец должен был слышать. Но почему-то предпочел промолчать…
Почему?
Увы, гербовая бумага не давала ответов. Все, что я получила от Андона Бернарди с момента ритуала – небольшой мешочек золотых, переданных драконьей почтой. Да и те я почти сразу спустила на зелье Призрака.
Придя на следующее утро в кабинет магистра Штерна, я ожидала, что глава факультета драконьих наездников хоть как-то прояснит ситуацию. Но оказалось, что он знал не сильно больше, чем я.
– Обычно мы отпускаем схоларов на практику не раньше чем через полгода после прохождения ритуала. Но ваш случай особенный. Его величество Рожер Четвертый заступает на трон после смерти деда, и так как для церемонии необходимо присутствие дракона, ректор Анжер лично дал распоряжение отправить к нему вас и Игнивара как потенциальных кандидатов на должность хранителей Сциллии. Скажу честно, я это не поддерживаю. Однако у его величества есть свой резон, поэтому предлагаю немедленно приступать к сборам. Времени у вас немного. Вылетаете завтра, пока не испортилась погода. Вопросы?
О, их у меня было предостаточно. Но задала я всего один.
– Лео… Схолар Гросс останется в академии?
– Исключено, – строго отрезал магистр Штерн. – Вы еще не готовы к сложному длительному перелету. Будь моя воля, я бы посоветовал его величеству остановиться на других кандидатах, но, к сожалению, решение уже принято. Вы полетите вдвоем, чтобы в случае чего один мог оказать другому поддержку. Также с вами отправятся мастер Норт и мастер Отвилль. Я уже распорядился, чтобы они начали подготовку драконов.
Наверное, тень тяжелых раздумий отразилась у меня на лице, потому что магистр, проницательно поправив очки, спросил после недолгого молчания.
– Вы чем-то недовольны, схоларка Бернарди? Все еще хотите избавиться от схолара Гросса?
– Что? – Я уставилась на него во все глаза, сбитая с толку странным вопросом. – Нет. Что вы, нет… ни в коем случае.
– Ценю вашу честность, Кассия, – бесстрастно откликнулся глава факультета. – Если бы вы действительно хотели остаться единственной наездницей серебряного Игнивара, то не стали бы ввязываться в разбирательство и столь яростно отстаивать права схолара Гросса, когда мастер Дрейк выдвинул против него обвинения и потребовал разрыва связи с драконом.
– Это совсем другое магистр Штерн.
– Возможно. Но то, что вы спросили именно о вашем напарнике – не о Рожере Третьем, скончавшимся неделю назад, не о задании, не о перелете – поневоле заставляет задуматься. Почему вы хотите, чтобы схолар Гросс остался здесь? Вы пытаетесь его отстранить или защитить? Могу я поинтересоваться, от чего? Или от кого?
Я поспешно отвела взгляд, чувствуя, как от ужаса холодеют пальцы.
– Я… я, пожалуй, пойду. Спасибо, что приняли меня, магистр.
– Ответьте хотя бы себе, схоларка Бернарди, – донеслось вслед. – Чего вы хотите?
***
Правду сказать, я понятия не имела, чего хотела на самом деле. Спрятать от отца правду… Лео… или наоборот отправиться почти через полмира вместе, впервые по-настоящему расправив крылья…
Гросс такими мыслями не страдал. Его откровенно радовал предстоящий визит на родной остров. Выбирая на складе с амуницией подходящее двойное седло и вещевые мешки, крепящиеся по бокам от наездников, он буквально светился от счастья, как будто собирался в увлекательное и веселое приключение.
– Вот мелкие обрадуются, когда увидят настоящего дракона, – фантазировал он, забыв о коронации, прочих придворных обязанностях и скучных ритуалах, которые придется выполнять по приказу его величества. – Жду не дождусь, когда снова увижусь с семьей. И как же я скучал по фирменному пирогу моей мамы…
– С селедкой? – хмуро поинтересовалась я, не разделяя его энтузиазма.
– Ну почему с селедкой? Миндальный, с персиками. Отличный пирог. Уверен, даже у вас на королевских кухнях не подают такого роскошества.
– Ты так и про пиццу говорил.
– Ну вот, опять. – Лео тяжело вздохнул, пытаясь поймать мой взгляд. – Снова ты мрачная… Обиделась, что ли, за то, что я попал по тебе подушкой?
– Что? – Я даже не сразу вспомнила, о чем это он. – Нет… С чего ты взял?
Гросс криво улыбнулся, взъерошив отросшие темные волосы.
– С того вечера ты сама не своя.
– Нам предстоит лететь на Игниваре через половину Драконьего Союза. А мы с тобой два раза слетали на Беррой под строгим надзором мастера Норта и один раз сделали круг почета над Дракхавном в рамках отработки перемещения по небу над городами.
– Ты забываешь о том разе, когда Игнивар отнес нас на горячий источник. По-моему, вполне себе успешный полет. И даже приземление не подкачало.
«
– Видишь, – поддержал серебряного ящера Лео. – Игнивар в себе полностью уверен. И ты не переживай. Я не позволю, чтобы с тобой в дороге что-то случилось.
Гросс выглядел таким довольным, что спорить с ним не хотелось. И объяснять, что я переживала вовсе не о дороге, тоже не было сил.
***
В день отлета провожать нас собралась половина академии. Полет дракона с двумя всадниками, каждый из которых обладал связью с крылатым ящером, был событием уникальным. Всем не терпелось посмотреть, как недавние соперники смогут усидеть в одном седле и не закончится ли это тем, что кто-нибудь свалится с неба как памятный тюк сена еще до того, как делегация покинет бухту Дракхавна.
Мастер Норт, полночи проведший за береговыми картами, составил для нас подробный план, где расписал все посадки и остановки. Управлять драконом мы должны были поочередно. Первые четыре часа впереди сижу я, а Гросс помогает мне, сверяя курс с картой. Затем небольшая остановка на одном из маленьких необитаемых островков беспокойного Северного океана – и в следующие четыре часа драконом управляет уже Гросс, а я слежу за маршрутом и погодой. К этому времени, по расчетам мастера, мы должны будем добраться до северных окраин туманного Лабеона, где нас будет ждать гостиница, горячая еда, теплая постель и просторный крытый загон для наших крыльев. Дальнейший маршрут пролегал вдоль побережья, а затем через земли Баскии к знакомым теплым водам Серединного моря. А там два-три небольших рывка над изрезанной береговой линией Таллии – и вот он, небольшой вулканический остров, покрытый виноградниками, апельсиновыми и оливковыми рощами. Сциллия, место пересечения семи ветров и трех морей.
Но это будет не раньше чем через четыре дня. И так далеко я пока старалась не думать.
Пакет документов для нового сциллийского короля Рожера Четвертого магистр Штерн передал мне лично.
– На всякий случай я подготовил типовой контракт найма. Если его величество заинтересуется в том, чтобы сделать Игнивара хранителем Сциллии, он должен получить отдельное согласие от каждого из вас. В таком случае мы начнем целевые занятия, чтобы вы смогли по окончанию обучения отлично исполнять свои роли при дворе. Ответ передайте в запечатанном конверте.
Я коротко кивнула, не глядя запихивая кожаную папку в седельную сумку куда-то между парусиновым мешком с чистой одеждой и запасными ремнями для драконьей сбруи. Если магистр и остался не слишком доволен тем, как я отнеслась к важным документам, то виду не подал.
– Схоларка Бернарди, схолар Гросс, не посрамите честь нашего факультета и Драконьего Союза, к которому вы теперь принадлежите.
– Не волнуйтесь, магистр Штерн, – ответил Лео за нас обоих. – Мы с Кассией вполне готовы.
Я его уверенности не разделяла.
Но отступать было поздно. Седла были закреплены, драконы накормлены. Коричневый Терравис мастера Норта и серый Азрагор мастера Отвилля уже ждали команды, чтобы расправить крылья. Вокруг площадки толпились схолары, время от времени выкрикивая напутствия и добрые пожелания в дорогу. Стояла непривычно приятная погода, в небе над островом не было ни облачка.
– Готовьтесь к взлету!
Окинув взглядом академию, ставшую моим безопасным убежищем на долгие четыре года, я рывком вскочила в седло. От судьбы не убежишь, как ни старайся. Рано или поздно это должно было случиться, так зачем тянуть.
Пора домой, Кассия Бернарди.
Пора домой…
***
Погода испортилась так резко, что мы не успели к этому подготовиться. Казалось, еще каких-то четверть назад тройка драконов спокойно летела клином над океаном, а облака были где-то далеко на горизонте, как вдруг в один миг гроза навалилась на нас, погребая под собой, словно грязевая лавина, сошедшая с гор. Поначалу мы наивно надеялись, что сумеем переиграть стихию. Мастер Норт жестом указал нам сменить курс в попытке ускользнуть от стремительно надвигавшейся бури. Но даже опытный наездник не сумел предугадать, насколько быстро все произойдет.
– Нужно подняться над грозой! – прокричал наставник, когда стало понятно, что столкновения не избежать, а по плечам и спине уже забарабанили первые капли. – Гросс, справишься?
– Понял, – лаконично откликнулся парень. – Попробуем.
Голос его звучал глухо, плечи закаменели от напряжения. Лео оставалось лишь посочувствовать. На мою часть дороги выпали легкие и спокойные четыре часа, когда мы летели над океаном, лишь изредка сверяясь с картой. Гроссу же Крылатая устроила настоящую проверку навыков и сил.
Резкий порыв штормового ветра ударил в лицо, не давая исполнить приказ мастера Норта, как раз в ту секунду, когда Игнивар уже был готов взмыть вверх вслед за коричневым драконом. Серебристый ящер изогнул крылья, борясь со стихией. Кое-как нам удалось выровняться, но драгоценный момент был упущен. Облака сомкнулись вокруг, уменьшая видимость до предела. Миг – и мы оказались посреди самого настоящего шторма.
Вокруг была чернота. Терравис и Азрагор растворились где-то в облаках, и если кто-то из всадников и пытался докричаться до нас, их голоса терялись за ревом ветра. Дождь, мгновенно превратившийся в сплошную стену воды, хлестал по лицу и рукам, забирался под летную куртку. Пальцы коченели от холода. Из последних сил я сжимала промокшую карту, но разглядеть на ней хоть что-то в таких условиях не представлялось возможным.
Что-то белое полыхнуло позади нас.
Молния.
Первая, но, по всей видимости, далеко не последняя.
Я наклонилась к Лео, почти коснувшись подбородком его плеча.
– Что будем делать? Погода с каждой минутой все хуже, а мы находимся в самом сердце бури посреди нигде прямо над океаном.
Гросс молчал долго – так долго, что я уже начала немного паниковать – пока наконец не проговорил.
– Надо снижаться.
– Но мастер Норт… – удивленно начала я.
– Игнивар говорит, что не сможет подняться над облаками. Слишком рискованно. Внизу у нас больше шансов найти укрытие.
Я с сомнением посмотрела вниз, туда, где мрак, казалось, был совершенно густым и непроглядным.
– Уверен?
Не поворачиваясь, Лео кивнул, решив довериться мудрости опытного дракона. И вдруг добавил с какой-то странной дрожью в голосе.
– Касс… Держись за меня, пожалуйста. Не могу больше каждую секунду волноваться, что тебя унесет шторм. А если буду чувствовать твое прикосновение, мне станет легче. Смогу сосредоточиться на полете и перестану постоянно переспрашивать Игнивара, как ты и что с тобой.
– Нашел о чем переживать, – буркнула я, смутившись.
Но просьбу выполнила, одной рукой обвив Лео за талию. Мокрая ладонь парня накрыла и крепко сжала мои замерзшие пальцы.
– Держись. Снижаемся.
Сложив крылья, Игнивар камнем упал вниз. Ветер бил в лицо, по спине барабанили капли. Я вцепилась в Лео как в спасительный якорь, прижавшись, насколько позволяли ремни, к спине парня. Не столько потому, что действительно боялась упасть, сколько потому, что не хотела, чтобы и он, случайно отстегнувшись, вдруг исчез в черноте ревущего шторма.
Несколько секунд среди ярких смертельных вспышек – и мы вынырнули из низких облаков, оказавшись над самой поверхностью океана. Молнии здесь били так же сильно, а вода бурлила, протягивая к нам хищные пенные гребни. Но это был уже не тот сплошной туман, где невозможно различить верх и низ, право и лево. Тут можно было лететь. Можно было глядеть сквозь пелену дождя в попытках отыскать заветное укрытие от непогоды.
Пока Лео вел Игнивара сквозь шторм, я аккуратно развернула карту, лихорадочно вспоминая все, чему нас учили на теоретических занятиях по навигации.
«Если шторм настиг нас в седьмом квадрате и отнес на несколько градусов правее намеченного маршрута…»
– Как долго мы находились в облаках? – спросила я одновременно Гросса и крылатого ящера.
– По ощущениям минут двадцать.
«
Достав компас, я сделала нужные поправки.
«Двадцать минут… – Палец скользнул по карте. – Восточный ветер…»
– Лео! – воскликнула я, зацепившись взглядом за небольшую темную точку. – Здесь неподалеку есть остров. Вроде как обитаемый, но даже если нет, там наверняка найдется место, чтобы укрыться от дождя.
– Отлично, – оживился парень. – Куда?
– Возьмите чуть правее, если позволит шторм. Ориентируйтесь по направлению ветра. Нам нужно идти перпендикулярно потоку. Тогда не проскочим… надеюсь.
– Попробуем.
Развернувшись через кончик крыла, Игнивар понесся туда, куда указывала карта. И – слава Крылатой! – через несколько минут Гросс заметил на горизонте черную точку.
– Вижу землю! Касс, вижу землю! Еще немного, и мы все сможем отдохнуть!
Нам вдвойне повезло. Остров не просто оказался достаточно крупным, чтобы приютить двух наездников и дракона. На небольшом плато, от которого спускалась по скалам извилистая дорожка к бухте, обнаружилось небольшое поселение. Конечно, полтора десятка домов и пара амбаров, расположенных чуть в стороне от жилых построек, и деревушкой-то назвать было сложно. Но это было больше чем ничего.
А когда оказалось, что в этой крошечной дыре, обойденной вниманием Крылатой, есть даже целый трактир – пусть и всего один, – радости нашей не было предела. Мы посадили Игнивара на пустующее пастбище, и пока дракон оглядывал близлежащие скалы в поисках подходящего укрытия, поспешили к призывно горящим окнам большого дома.
Народу внутри оказалось до неприличия много – как будто все население крохотного острова решило переждать непогоду за кружкой чего-нибудь погорячее. Нас уже ждали. Приземление серебряного гиганта не осталось незамеченным, и местным не терпелось узнать, как на их земле оказались настоящие драконьи всадники. За окном, несмотря на дождь, промелькнули спины мальчишек. Этих куда больше интересовал крылатый ящер, разлегшийся на задворках трактира.
«
Мужчины и женщины наперебой начали задавать вопросы, но увидев, насколько сильно мы измотаны грозой и долгим перелетом, отступили, пропустив вперед хозяйку трактира. Та только поцокала языком, глядя на лужу из стекшей с волос и летных курток воды, образовавшуюся у нас под ногами.
– Ну и шторм, ужас что творится, – проворчала она, вручая нам исходящие паром кружки с горячим грогом. – Пойдемте за мной, уважаемые. Места у меня немного, но свободная комната найдется. Уж не обессудьте, всего одна.
Мы с Лео переглянулись, но спорить не стали. Честно говоря, сейчас я была согласна на что угодно, лишь бы было тепло и сухо.
– Я вам за это скидочку сделаю, – по-своему истолковав наше молчание, заискивающе проговорила хозяйка. – Всего полтора золотых за ночь. Ужин и завтрак бесплатно. И дракону вашему амбар открою, только пусть овец из загона не жрет, а то за каждую будет доплата. А в остальном милости просим, милости просим.
Цена за скромную комнатушку на всеми забытом острове, конечно, была завышена чуть ли не на порядок. Но, увы, все знали, что наездники получают хорошее жалование. А раз мы прилетели на драконе, значит, можем заплатить столько, сколько потребуется.
Я со вздохом полезла за деньгами. И уж точно не ожидала, что Гросс успеет первым.
– Вот. Разумная цена по меркам гильдии трактирщиков Драконьего Союза. – Пока я возилась с кошельком, горка монет, заметно меньшая, чем было запрошено, перекочевала из рук Лео в раскрытую ладонь трактирной хозяйки. – Проводите мою спутницу в комнату и распорядитесь принести нам горячий ужин. А я пока займусь нашим драконом.
– Конечно-конечно, – заметно скисла хозяйка. – Прошу за мной.
Комната над залом трактира оказалась более чем скромной и не стоила даже отданных Лео денег. Почти все пространство занимала большая грубо сколоченная кровать, застеленная покрывалом, рядом, прислоненное к стене, стояло зеркало. В углу – вот уж неожиданность! – обнаружилась круглая лохань, которая, вероятно, заменяла постояльцам купальню.
Не дожидаясь возвращения Гросса, я торопливо стянула мокрую одежду и по самый нос закуталась в шерстяное покрывало, колючее, но теплое.
Лео с вещами и подносом в руках пришел тогда, когда я пристраивала на спинке кровати вымокшую насквозь рубашку. Увидев меня, он смущенно хмыкнул и отвернулся.
– Служанка занята внизу, – проговорил он стене. – Подожди, я сейчас натаскаю тебе воды.
– Т-ты и ванну ум-меешь готовить? – стуча от холода зубами, удивилась я.
Лео хмыкнул.
– Конечно. Я же повелитель трактира.
– Не п-повелитель, а сын п-повелителя.
Ответ Гроссу понравился.
– Рад, что ты не отморозила чувство юмора. Значит, не все так плохо.
Пока он бегал туда-сюда с ведрами, я успела порыться в седельной сумке. Среди упакованных вещей нашлась сухая рубашка, но надевать ее я не спешила. Слишком уж весело смущался Лео, а мне слишком нравилось дразнить его.
Вдруг это была наша последняя спокойная ночь? Последний кусочек жизни, когда я могла не действовать по чужой указке, а просто... быть собой.
Быть с тем, с кем хочу.
Делать то, чего просит сердце.
«
Я помотала головой, хоть дракон и не мог меня увидеть. Как объяснить мудрому, но все-таки нечеловеческому существу, что сейчас происходило в душе?
«
Гросс, показавшийся на пороге с полным ведром, ненадолго вернул меня в реальность. Я ощутила укол стыда – что же это, в самом деле, он же замерз не меньше, а бегает вниз и вверх, словно услужливая служанка. Но когда я, преисполненная благородством, потянулась к ведру, Лео недовольно упер в бока руки.
– Глупостей не делай. Если ты выйдешь в зал в таком виде, мне придется отдирать от тебя всех местных рыбаков.
«
Я фыркнула. Что один, что второй – одинаковые.
– Ревнуешь, что ли? Я, знаешь ли, могу за себя постоять.
– И посидеть, надеюсь, тоже сможешь? – ворчливо откликнулся Гросс. – Я почти закончил.
Еще одна ходка – и лохань наполнилась. Лео достал из кармана светящуюся серебряную чешуйку. Капнув на нее из бутылочки с реагентом, парень бросил магическую пластинку в воду. От поверхности немедленно пошел пар.
– О! – Я удивленно выгнула бровь. – Вот как ты высушил тогда свою одежду?
– Ну да. Так оно примерно и делается. Преобразование магической энергии в тепло – самое легкое, особенно если использовать заранее подготовленные реагенты. Просто убираешь защитную пленку с чешуи, и готово. А ты как тогда справилась?
– А я камушком, – созналась честно. – Гладила…
– Полезай срочно греться, – фыркнул Лео, решивший, верно, что я брежу.
Я замерла у лохани. Гросс поспешно отвернулся... но в зеркале было прекрасно видно, что поглядывать, пусть и не так открыто, не перестал.
– Эй!
Лео в отражении покраснел.
– Я не смотрю. Не смотрю.
– Нет, смотришь, – поддразнила его я, качнув бедрами. – Вижу твои голодные глаза.
– Все-все, я сейчас выйду. Ты, главное, не навернись, пожалуйста, а то Игнивар мне этого не простит.
Он действительно шагнул к дверям. А я... Я поняла, что не хочу, чтобы он уходил. И если уж говорить откровенно...
Пальцы сжали шерстяную ткань под горлом. И отпустили.
Покрывало соскользнуло вниз.
– Лео…
Он замер, тяжело сглотнув.
– Что?
– Ты сказал... – выдохнула тихо. – Ты сказал, у тебя ко мне чувства.
Лео в отражении покраснел. Даже на по-южному смуглой коже это было заметно.
– Точнее... – Губы дрогнули в усмешке. – Ты сказал «ну». Но можно было додумать.
Щеки его зарделись еще сильнее.
– Ну…
– Вот опять. Это такое странное признание? Тоже что-то из разряда сциллийских традиций, о которых я почему-то не знаю?
– Н-не думаю…
Медленно, не сводя с Гросса взгляда, я подошла к нему и коснулась его щеки тыльной стороной ладони.
– Ты тоже совсем замерз. Тебе надо согреться.
– Ага... – заворожено протянул он, словно кот, потянувшись вслед за моей рукой.
Пальцы скользнули ниже, поглаживая его шею. Лео замер, не отрывая от меня потемневшего взгляда.
– Кассия... – хрипло пробормотал он. – Заканчивай издеваться. Не понимаю, что на тебя нашло. Ты ведь не всерьез хочешь?..
– Хватит вопросов. – Я приложила палец к его губам. – Я хочу ни о чем не думать. Мы тут только вдвоем, затерянные посреди стихии. Никто не найдет нас, пока непогода не кончится. Так зачем... тратить время... на унылую болтовню…
Глядя ему в глаза, я потянулась к его губам.
Лео нехотя отклонил голову.
– Касс... – Крылатая, по его лицу было видно, насколько тяжело ему далось это движение. – Я же говорил… только если я тебе нравлюсь...
– Ну.
Шутку он не понял.
– Вот видишь. Ты не…
– Да.
Гросс застыл, даже дышать перестал.
– Что «да»?
– Да, – повторила сердито, чувствуя, что и у меня вспыхнули щеки то ли от смущения, то ли от раздражения на Лео, который не может понять очевидные, в общем-то, вещи. – Думаешь, я просто так стою посреди комнаты голая? Да, ты мне нравишься! Бездна, почему из нас двоих именно я должна говорить это вслух?
Он замотал головой, все еще не веря.
– Шутишь?
– Ох, ну спроси Игнивара, если не веришь. Он все чувствует.
«
Что хотел сказать дракон, я не дослушала, потому как Лео больше не сомневался. Его губы накрыли мои – но не грубо и жестко, как во время нашего первого поцелуя, а нежно, осторожно, бережно. Гросс целовал меня так, как будто хотел каждым движением, каждым прикосновением пальцев к щекам показать, насколько я важна для него, как много значу.
Я… не привыкла к такому. В моей жизни чувства – что плохие, что хорошие – наотмашь били по оголенным нервам. Но с Лео...
С Лео все было иначе.
Он мягко разжигал во мне огонь. Целовал, гладил, невесомо скользя пальцами по коже, дразняще прикасался языком к языку. И поначалу это… бесило. Мне хотелось ускорить процесс – вцепиться в плечи, прижать парня к стене, прильнуть всем телом, чтобы ощутить, насколько сильным было его возбуждение. А потом…
– Хватит этих нежностей… – рвано выдохнула я, отчаянно желая, чтобы он прекратил эту медленную сводящую с ума пытку. – Ты прямо как в первый раз… Давай резче. Или я сама…
Лео рассмеялся, обжигая дыханием мою шею.
– Чего ты хочешь, Бернарди? – Горячие губы коснулись виска. – Чтобы я нагнул тебя над лоханью и грубо взял?
– Да! – Я вцепилась пальцами в его забранные в хвост длинные волосы, притягивая ближе. – Не обязательно над лоханью. Но… просто…
Не найдя слов, я прикусила его нижнюю губу – дерзко, с вызовом.
Не сработало. Лео ответил поцелуем – медленным и глубоким, от которого у меня позорно подкосились колени.
– Я не хочу тебя нагибать, Касс. Я хочу, чтобы тебе было хорошо со мной. По-настоящему.
– Но…
– Хочу показать тебе, что значит летать без крыльев.
– Крылатая! Гросс! Только не эта твоя ужасная новелла! Не сейчас…
– Почему же ужасная? Вполне… – Потемневший взгляд скользнул по моему телу, изучая каждый изгиб. – Себе… – Губы, горячие и жадные, двинулись по телу вниз, прокладывая дорожку от шеи к ключицам. – Ничего…
Он обхватил горошинку моего соска.
– Лео… Ммм…
Я извивалась в его руках. Каждое прикосновение срывало с губ нетерпеливый всхлип. А когда Лео опустился передо мной на колени, обхватив ладонями бедра и мягко побуждая раскрыться, я и вовсе забыла обо всем.
– Да... Крылатая, да... Ммм… Еще…
***
– Ну вот, – блаженно потягиваясь, проговорил Лео. – Вода, наверное, остыла…
– Да, наверное, – лениво откликнулась я. – Но ты же повелитель трактира. Можешь подогреть ее еще раз. Нам как раз пригодится после таких упражнений.
Он пробурчал что-то неразборчивое, притягивая меня к своему боку.
– Не хочу вставать…
– Ну дава-а-ай... – Я игриво укусила его за мочку уха. – Обещаю, что потру тебе спинку. А может, и не только. Смотря как будешь себя вести.
– Заманчивое предложение, но не уверен, что все получится. Физических сил на второй заход мне точно хватит. Да и на третий тоже. А вот магии, чтобы подогреть воду...
Словно по волшебству, ставни распахнулись, и на пол комнаты вместе с дождевыми каплями упала маленькая светящаяся пластинка. Я бросила взгляд за окно и успела увидеть серебряную шею, прячущуюся в штормовой тьме.
«
Я захихикала, уткнувшись в плечо Лео. Парень закатил глаза.
– Вот же… Дракон-сводник…
«
Ну конечно. Так и поверила.
– Если бы не Игнивар, – призналась тихо, – я бы так и думала, что ты выскочка и зазнайка.
– Эй! – Лео шутливо толкнул меня в бок. – С чего бы? Я простой нормальный парень!
– Не прибедняйся, – фыркнула я, перебираясь ему на грудь. – У тебя все так хорошо получается. Учеба, практика. То, на что я тратила так много времени и сил, ты делал… легко. За это я тебя терпеть не могла.
– Только за это? – шутливо удивился Гросс.
– Ну, не только, – усмехнулась я, трогая его бицепс. – Еще ты в отвратительно хорошей форме.
– Ммм, продолжай. Никогда еще не слышал от тебя столько комплиментов сразу.
– Ты сумел меня удивить.
И, видя, что Лео молчит, добавила то, что следовало сказать уже целую вечность назад.
– Я была не права… наверное… Ты заслуживаешь крылья.
– Как и ты, – легко откликнулся Гросс.
«
Лео, вне всякого сомнения слышавший крылатого так же ясно, как я, только хмыкнул, признавая, что дракон оказался мудрее нас обоих. И как только он разглядел за какие-то жалкие минуты на каменной арене, что мы с Гроссом будем так хорошо дополнять друг друга? В полете, в жизни, в постели…
Рука парня опустилась на мою спину. Пальцы заскользили по коже, выписывая бездумные узоры.
И вдруг замерли.
Лео нахмурился, чуть сильнее надавив на что-то около моего ребра. Во взгляде мелькнуло недоумение.
А у меня все внутри заледенело. Ленивая расслабленность исчезла в одно мгновение. Сердце панически застучало в висках.
Что он заметил? Что понял? Неужели наткнулся на одну из тех костных мозолей, которые так возмутили мастера Ливса? Крылатая, только не это!
«Травмы говорят больше, чем люди», – вспыхнули в голове слова лекаря.
Бездна, лучше бы они так и оставались молчаливыми!
Я резко отстранилась, попытавшись вырваться из рук Лео. Но парень не отпустил, прижав крепче.
– Что случилось? Больно?
– Нет. Ничего, – наигранно легко отмахнулась я. – Хочу окно закрыть. Холодно. И Игнивар подглядывает.
«
Конечно же, Лео моим словам не поверил.
– Опять уходишь от ответа, – укоризненно качнул головой он. – Ты весь день была сама не своя. Хотя нет… Еще во время подготовки к полету, как ни посмотрю, ты либо хмуришься, либо смотришь в одну точку. Да и раньше тоже. Когда…
«Когда получила письмо», – мысленно закончила за него я.
При мысли об отце игривое настроение улетучилось, как будто тень Андона Бернарди пролегла между нами, напоминая о неизбежном.
Я криво улыбнулась.
– Прости… Все в порядке. Правда.
Он посмотрел на меня серьезно и строго.
– Касс… что случилось? Что я сделал не так?
Мне очень, очень хотелось промолчать. Но взгляд Лео буквально вынудил меня сознаться.
– Ты тут ни при чем. Я просто… хочу не думать.
– О чем?
– О Сциллии. О… доме.
– Ты не рада возвращению? Но… почему?
Я горько усмехнулась. Искреннее удивление в его голосе говорило больше любых слов – о нем, о его семье, которую он описывал с такой теплотой, какую я никогда не чувствовала в отношении членов семейства Бернарди.
– Если бы ты знал моего отца… не задавал бы вопросов.
– Так расскажи. – Лео потянулся ко мне, заглядывая в глаза. – Я хочу знать о тебе все. Хорошее, плохое. Все.
Я потянулась за сброшенным в пылу страсти покрывалом. От таких откровенных разговоров хотелось сбежать… или хотя бы укрыться.
– Да нет там ничего интересного, – пробурчала я, когда тишина стала уж совсем невыносимой. – Отец просто хотел, чтобы я стала наездницей. Раз уж Крылатая одарила меня способностями. И все.
На плечо легла ладонь Гросса.
– А мама? Я знаю, что это не Феличчия Бернарди. Ты, конечно, мастер уклоняться от ответов, но если внимательно слушать, догадаться не сложно – в вашей семье не все гладко. Что случилось с твоей настоящей матерью?
– Не знаю. – Мягкий, но настойчивый голос пробил брешь в моей обороне, заставив признать то, что я держала в секрете ото всех, включая Эйю. – Она пропала сразу после первых замеров силы. Когда скауты признали меня годной для поступления в академию.
– Но ранние замеры силы в Сциллии проводят практически во младенчестве…
– Да… Отец говорил… матери я была неинтересна. Не была… нужна.
Из груди против воли вырвался тихий всхлип, хоть я и думала, что эти слезы – втайне от отца и Феличчии – я выплакала уже очень давно. Но еще неожиданнее оказалось то, что кровать вдруг скрипнула, и в следующее мгновение руки Лео, крепкие и сильные, обвились вокруг моих плеч, притягивая меня, замотанную в шерстяной кокон, к его груди. Одновременно с этим я ощутила мысленное прикосновение дракона к разуму. Как будто оба – Игнивар и Гросс – таким нехитрым образом давали понять, что я нужна им.
Нужна… хоть кому-то.
Не ради исполнения давно поставленных целей, а… просто так?
«
Глаза защипало, к горлу подступил ком. Я попыталась вдохнуть, взять себя в руки, но что-то внутри сломалось окончательно, и я горько разрыдалась в объятиях Лео. А он лишь обнял меня крепче.
– Не могу представить, – ласково проговорил Гросс, уткнувшись носом мне в макушку, пока я всхлипывала у него на плече, – чтобы кто-то мог не восхищаться тобой.
– Ха… – Я хмыкнула сквозь слезы. – Скажи это отцу…
– И скажу. Ты сильная и решительная, как и полагается гордой дочери Сциллии, умелая наездница и невероятно упорная схоларка.
– Упорство не важно, важен результат… а результаты у меня…
– Ты с первого раза установила связь с серебряным гигантом, – не согласился Лео. – Это отличный результат.
«
– Что? – усмехнулась я. – Прямо-таки подобрал?
«
И ведь действительно не прогадал.
Я повернулась к Лео, смотрящему на меня внимательно, но вместе с тем с какой-то затаенной теплотой и нежностью.
– Почему ты такой?..
– Какой?
– Хороший…
Удивление на его лице сменилось улыбкой.
– У меня в напарницах сама Кассия Бернарди. Надо соответствовать.
– Да ну тебя. Скажешь тоже.
– Скажу. – Он мягко опустил меня на кровать, выпутывая из покрывала, чтобы потом накрыть своим телом. – И покажу. И докажу…
– Надеюсь… Ммм… Ты будешь… достаточно… убедительным…
***
Следующие сутки для меня не существовало никого, кроме Лео. Мы вместе искупались в горячей воде. Съели завтрак. Посмотрели в окно, где все еще бушевала непогода, заплатили обрадовавшейся хозяйке еще за одну ночь и вернулись обратно в кровать, откуда не вылезали, пока не проголодались. Целовались, любили друг друга до изнеможения. А когда уставали, засыпали на пару часов, чтобы после повторить все снова.
Прижимаясь щекой к плечу Лео, я втайне мечтала, чтобы этот шторм никогда не заканчивался. Пусть по стеклу барабанит дождь, а внизу шумят нетрезвые посетители трактира, пусть хозяйка дерет втридорога за скрипучую кровать и невкусное рагу с бараниной, из которого Гросс выбирал все жирное мясо, оставляя мне только нежные кусочки. Мелкие неудобства – не такая уж высокая цена за счастье. Ведь кто знает, когда выпадет следующий шанс провести день так, словно мира вокруг не существует.
Да и доведется ли вообще?
Я старалась не думать об этом. Просто быть – не Кассией Бернарди, а обыкновенной девушкой, хрипло стонущей в объятиях лучшего на свете парня. День сменился ночью, ночь – рассветом.
А наутро нас прилетели спасать.
– Неприемлемо. Это просто неприемлемо, – бушевал мастер Норт, когда мы, слегка встрепанные и помятые после бесконечных постельных утех, предстали пред светлыми очами сопровождающих, прилетевших на радость местным на маленький остров. – Вам был отдан четкий приказ подниматься над облаками. С чего вдруг вы решили полезть в самую грозу?
– Игнивар сказал, что лучше снизиться к поверхности воды, где мы смогли бы увидеть сушу, – ответил Лео.
– Игнивар! – Наставник повысил голос. – Игнивар сказал! А вам не приходило в голову, схолар Гросс, что для того и нужны наездники, чтобы заставлять драконов следовать указаниям? Вы же предпочли сложить с себя ответственность и в результате едва не провалили задание.
– Но я не был уверен…
– Сомневаться в чужих решениях будете тогда, когда хотя бы лет десять проведете с собственными крыльями, – отрезал мастер Отвилль. – А до той поры будьте добры подчиняться приказам старших наездников. Когда вы не появились в положенное время в точке сбора, мы уже решили было, что случилось худшее. Пришлось вызывать береговой патруль Лабеона и прочесывать квадрат за квадратом, как только гроза немного улеглась. Четыре дракона почти сутки провели в небе по вашей вине. Четыре! Вам повезло, что мой Азрагор первым услышал слабый отклик от Игнивара и дал ориентир, где именно вас искать. Если бы лабеонцы наткнулись на вас первыми, простой нотацией вы бы не отделались.
– Ну а что нам оставалось делать? – упрямо возразил Гросс. – Мы бы не пролетели через грозу без риска для нас и Игнивара.
– Что делать? Что делать? Пре-ду-пре-дить! – по слогам отчеканил наставник. – Как только вы почувствовали, что сбились с курса, вы должны были приказать Игнивару связаться с ближайшим драконом. Крылатая, послал же магистр Штерн учеников. И ладно бы кто-то один был без мозгов. Но сразу двое. Двое! Как там у вас шутят среди схоларов? Одна голова хорошо, а две – некрасиво? Теперь я знаю, про кого поговорка. По-хорошему, за такое вас следует наказать и отправить в академию без права вылета с острова еще как минимум на полгода, пока не запомните базовые правила безопасности.
У меня чуть сердце из груди не выскочило. Отправить в академию за то, что в критической ситуации мы хоть и не последовали приказу, но не потеряли самообладания и сумели добраться до суши, защитив себя и дракона? Это было бы…
Идеально.
Просто идеально.
Официальное письмо от ректора Анжера: «
Полгода без отца. Полгода вне досягаемости Андона Бернарди. Это ли не счастье, это ли не радость?
Я негромко прочистила горло.
– Мастер Норт…
– Только попробуйте начать со мной спорить, схоларка Бернарди!
– Нет-нет, – торопливо проговорила я. – Мастер Норт, вы абсолютно правы. То, что мы сделали, совершенно неприемлемо. Мы раскаиваемся и готовы смиренно принять заслуженное наказание и вернуться в академию под вашим надзором.
Лео посмотрел на меня так, будто пытался понять, не ударилась ли я головой о спинку кровати этой ночью, когда мы… хм-м… немного увлеклись и едва не скатились на пол.
Я же продолжила, не сводя умоляющего взгляда с наставника.
– Отправьте нас в академию. Мы будем тихи и покорны. Можем хоть целый месяц чистить гнезда.
Гросс кашлянул.
«Говори за себя», – отчетливо читалось в светлых глазах.
Мастер Норт в глубину, полноту и искренность моего раскаяния тоже не поверил.
– Что-то вы переигрываете, изображая примерную схоларку, Бернарди. Если вы рассчитываете смягчить меня своей фальшивой покорностью…
– Нет-нет, я абсолютно серьезна. Отправьте нас обратно в академию.
– Мы не можем, Норт, – вмешался второй сопровождающий. – Ректор Анжер будет недоволен, если Сциллия останется без дракона на церемонию. Отложим наказание до возвращения.
– Хорошо, – нехотя откликнулся наставник. – Бернарди, Гросс, пятнадцать минут на сборы. И завтрак за ваш счет, – добавил он, заметив стоящую в отдалении трактирную хозяйку.
Наставники отправились к гостеприимно распахнутым дверям. Лео со вздохом пошел за ними, на ходу доставая изрядно похудевший кошель. А я осталась стоять, никак не решаясь подняться за вещами в комнату, уже ставшую родной.
Надежда, крохотным огоньком вспыхнувшая внутри, угасла, и смириться с этим оказалось неожиданно тяжело.
Неужели… ничего больше не сделать?
***
Три дня, полные свободы и новых впечатлений, закончились быстро. Мы ночевали в небольших гостиницах, выстроенных специально под наездников и драконов. Каждому выделялось по комнате, но стоило только наставникам отвернуться, как Лео или я пробирались в соседнюю дверь, чтобы прямо на пороге сорвать друг с друга одежду и полночи предаваться страсти, разбредаясь по кроватям лишь под утро, чтобы успеть вздремнуть несколько часов до отлета.
Пейзажи сменяли друг друга. Я никогда не видела столько красоты разом. Желтеющие рощи, ровные квадраты полей, озера всех оттенков зеленого и синего, города, раскинувшиеся вдоль рек, словно каменные спруты.
На пятый день нашего путешествия вновь показалось море. Сердце дрогнуло от узнавания – эти бирюзовые воды я не спутала бы ни с чем другим. Лео, выполнявший функции штурмана, тоже оживился, почувствовав, что мы почти дома.
– Смотри… – Наклонившись к моему плечу, он показал на белые треугольники парусов, скользящие над водной гладью. – Никогда не думал, что с высоты все выглядит настолько невероятно. Наше море совсем не похоже на сумрачный океан, окружающий академию. Здесь даже воздух кажется чище, а вода такая прозрачная, что можно разглядеть косяки рыб.
«
– Потерпи немного. – Я погладила Игнивара по выступающему перед седлом гребню. – Скоро сделаем привал и отпустим тебя поохотиться.
– А мы с тобой чем займемся? – Дыхание Гросса пощекотало чувствительную кожу у меня за ухом.
Я хихикнула.
– Посмотрим, будет ли на месте посадки хоть одно укромное место, где нас не достанет мастер Норт. А там будет видно.
Видно оказалось местным подросткам, которые застукали нас целующимися в кустах за летной площадкой, где мы спрятались от наставников. Наткнуться во время процесса на четыре пары глаз таллийских пастухов, беззастенчиво пялящихся сквозь густую желтую листву, было ужасно неловко и даже немного жутковато. Зато весь следующий перелет мы хохотали как безумные, вспоминая случившееся.
О неумолимо приближавшейся встрече с отцом я изо всех сил старалась не думать.
Увы, все хорошее рано или поздно должно было подойти к концу. Так и наш полет, из-за грозы продлившийся на два дня дольше запланированного, достиг финальной точки.
Знакомую белую шапку Мунцибелло я заметила сразу же, едва только она показалась на горизонте. А вскоре и вся Сциллия вынырнула из бирюзовых волн. Вдоль побережья, изрезанного полукруглыми бухтами, сновали корабли, черепичные крыши домов спускались с зеленых предгорий прямо к самой воде. Трепетали на ветру церемониальные флаги, которыми были украшены улицы в честь предстоящей коронации. В небе кружили чайки, взволнованные необычным соседством с крылатыми ящерами. Несмотря на уже далеко не юный возраст, Игнивар не отказал себе в удовольствии погоняться за птицами, устроив небольшой переполох в черно-белой стае. И только грозный взгляд мастера Норта и последующая команда Лео заставили серебряного гиганта прекратить заниматься глупостями и начать вести себя как положено мудрому величественному дракону.
Нас встречали. На улицах городков, над которыми мы пролетали на пути к Саталии, люди задирали головы вверх, махали платками и всем, что попадалось под руку. Ветер мешал разобрать слова, но я слышала свист и восторженные крики. Все уже знали, что на коронации его величества, которая должна была состояться на следующий день, будет присутствовать дракон, и не могли дождаться, когда увидят церемонию, осененную благосклонностью Крылатой.
Сделав круг почета над Саталией, мастера направили драконов в сторону королевской резиденции, где для них были заготовлены комнаты и просторные вольеры для их крыльев. Однако нам, коренным сциллийцам, было разрешено – в виде исключения – провести вечер с семьями. Тем более что и для Игнивара нашлось место. Отец, давно рассчитывавший на появление у нас дракона, выстроил на территории резиденции Бернарди вольер.
Туда-то Лео и собирался направиться. Но я – не без тайного умысла – предложила сперва заглянуть в город.
Присмотрев с высоты подходящую относительно пустую площадь, дракон мягко опустился у фонтана, сорвав пару натянутых между домами пару гирлянд и веревку с сушащимся бельем и смяв разноцветный купол торговой палатки. Нас сразу же окружили зеваки – несмотря на учиненные разрушения, всем интересно было посмотреть на живого дракона. Тем более что в этот раз на его спине восседали коренные сциллийцы. Такого не было уже очень давно – предыдущий хранитель был иностранцем, да и тот закончил службу почти семь лет назад, и с тех пор островное королевство стояло в очереди на получение собственных крыльев.
Горожане держались на почтительном расстоянии, не рискуя приближаться к серебряному гиганту, пока через толпу на пустой пятачок вдруг не пробился юркий вихрастый мальчишка. Заметив Лео, он издал восторженный писк и бросился к парню. Тот легко подхватил его на руки, закружил в воздухе.
– Тео! – засмеялся он. – Ну ничего себе! Вымахал-то как! Скоро сам будешь ростом с дракона.
– Пусти! – хохоча, вырывался из его рук мальчишка. – Эй, на землю поставь!
– Не-е. У меня дракон с дороги голодный. А ты вон какой стал упитанный.
– Пусти-пусти-пусти! Злобный братец!
– Оп!
Повинуясь мысленной команде, Игнивар опустил голову, и мальчишка, подброшенный старшим братом, приземлился ему прямо на нос. В первое мгновение младший Гросс вскрикнул от ужаса. Но, убедившись, что дракон не собирается его есть, обхватил руками узкую морду.
– Теплый какой. Хороший. И светится.
Глаза Игнивара довольно сверкнули. Он наклонился, ставя Тео на землю, а потом выпрямился во весь свой гигантский рост, гордо расправив крылья.
Толпа ахнула. Магический зверь во всей мощной красе – то еще зрелище. Но детей оно лишь раззадорило. Высыпавшись из всех щелей, они обступили Игнивара, принявшись гладить чешуйки и любоваться их блеском. Одного любопытного малыша Лео перехватил на полпути, посадив себе на плечи. Шуструю рыжеволосую малышку крепко обнял, а подошедшую девочку-подростка в полосатом переднике похлопал по плечу.
На меня родственники Гросса косились с опаской – все-таки дочка мэра. Но их вежливые, чуточку смущенные улыбки были гораздо более искренними, чем любые эмоции, которые когда-либо проявлялись в доме Бернарди. Я и сама против воли начала улыбаться. Семья Лео мне нравилась. Приятно было видеть, как преобразился рядом с ними Гросс. Он щекотал мальчишек, выслушивал девчонок, обменивался кивками со знакомыми, ухмылялся в ответ на мелкие подколки членов семьи.
Сердце кольнуло от зависти.
– Так вот ты какая, Кассия Бернарди, – услышала я новый голос. Миловидная женщина средних лет приближалась к нам. – Приятно знать, что у моего мальчика такая чудесная напарница.
– Спасибо, – пробормотала смущенно. – И отдельная благодарность за ваши снадобья, которыми поделился со мной Лео. Они поставили меня на ноги, когда обычные лекарства не давали почти никакого эффекта.
– Рада, что смогла быть полезной, дорогая.
– Кассия, – повернулся к нам Гросс. – Познакомься. Это моя мама, Синтия Гросс.
Женщина мягко улыбнулась.
– Надеюсь, в вашем плотном графике найдется свободный вечер, чтобы посетить наш скромный ужин. Я приготовила миндальный пирог с персиками.
Глаза Лео вспыхнули, но тут же погасли.
– Не думаю, что у нас есть время, мам. Кассии надо...
– Понимаю-понимаю. Долг наездника обязывает. Летите. Полюбуемся вами на коронации.
– Подождите, – вмешалась я. – Лео, думаю, ты можешь провести вечер с семьей. На церемонии мы должны быть вместе, но сейчас ты полностью свободен.
Бросив на меня короткий, полный подозрений взгляд, Гросс качнул головой.
– Прогоняешь? Нет уж. Куда ты, туда и я.
Я скрипнула зубами – вот же упрямый! Да еще и выразился так, что младшие девчонки теперь косились на нас, тихо хихикая. Выдумал тоже...
Но что-то во мне дрогнуло. Я поняла, что и правда хочу последовать глупому правилу Лео и отправиться вместе с ним. И не только для того, чтобы напарник все-таки провел хоть немного времени с семьей. Но и потому, что... мне нравилось то, что я видела. Нравилось, как члены семьи Гросс относятся друг к другу, как слушают и слышат, поддерживают, не давят. И мне эгоистично хотелось продлить этот маленький кусочек нормальности, прежде чем придется снова вернуться к отцу.
– Уговорил. Пошли вместе.
Напарник недоверчиво сощурился.
– Уверена? Нет, конечно, если ты и правда хочешь…
– Хочу. Ты мне в полете все уши прожужжал про мамин пирог. А тут такая возможность.
«
Я не сдержала усмешки. Вот уж кому наверняка понравился бы кулинарный шедевр Гросса, которым тот угостил меня на испытании.
– Нет, Игнивар, тебе с нами нельзя. Иди, полетай. К востоку от города есть закрытая бухта, куда почти не заплывают рыбацкие лодки. Можешь там поохотиться.
«
Дракон встряхнулся и, убедившись, что никто из малышни не путается под лапами, взлетел, провожаемый восторженными охами зевак. Я повернулась к Лео.
– Ну что? Веди?
– Не так быстро, уважаемые. – Из толпы к нам протиснулся крепко сбитый мужчина в вышитом камзоле. – Ваш дракон раздавил мою лавку, да еще и накануне празднования дня коронации. Безусловно, я безмерно ценю и во всем поддерживаю то, что делает Драконий Союз, но хотелось бы понять, полагается ли за это... ну... какая-то компенсация?
Я уже собиралась со вздохом лезть за кошельком, как вдруг в дело вмешалась мать Гросса.
– Имей совесть, Маноло, – ворчливо отозвалась она. – Всего лишь крыша покосилась, тоже мне, проблема. Мальчики тебе все поправят в два счета. Лео, Тео!
Напарник закатал рукава.
– Без проблем, мам.
– Но... – Мужчина почесал голову, косясь на Синтию Гросс. – Может, все-таки компенсация...
– Нет. Не порти детям праздник. Я же знаю, что у твоей палатки и так были слабые опоры. Так что нечего на дракона валить, когда сам виноват. Мальчики, оставляю все на вас. Жду к ужину. А я пока покажу Кассии наш скромный дом.
***
Скромным трактир Гроссов можно было назвать разве что в сравнении с поместьем Бернарди. Добротный трехэтажный дом, выкрашенный в персиковый цвет, выглядел очень неплохо, а небольшой ресторанчик внизу явно пользовался спросом. Публика тоже была вполне приличная – так как заведение располагалось не на портовой набережной, а чуть в глубине, самые отвязные компании моряков сюда уже не доползали, что позволяло избежать пьяных драк и постоянных поломок мебели.
Велев мне подниматься на второй этаж по лестнице, примыкавшей к кухне, Синтия ненадолго задержалась, чтобы навести порядок в зале. Но уже вскоре снова присоединилась ко мне. Провела в гостиную, усадила на почетное место. Девочки, пришедшие с нами, засуетились, накрывая ужин.
По мере того как стол заполнялся напитками и закусками, подтянулись и остальные члены большого семейства Гросс. В гостиной стало шумно и тесно, но странным образом это не раздражало, а лишь помогало создать атмосферу тепла и уюта. Никто не ругался, не повышал голос…
Как же сильно это отличалось от того, что я привыкла видеть за ужинами в доме Бернарди!
К моменту, когда вынесли горячее, вернулись Лео и Тео. А следом из зала к семье поднялись и те Гроссы, кто следил за трактиром.
Больше всего меня поразил отец Лео. Одного взгляда хватило, чтобы понять, в кого пошел напарник и каким станет в зрелости. Старший Гросс был высоким, подтянутым с крепкими руками и породистым красивым лицом. В черных волосах едва заметно пробивалась седина, но это не портило образ, а лишь придавало ему благородства. А уж то, с какой любовью и благодарностью он взглянул на хлопотавшую у стола жену, и вовсе растопило мое сердце. Иногда я ловила на себе взгляды Лео, и они были...
Да, почти такими же.
Я торопливо отвернулась, надеясь, что никто не заметит выступивший на щеках румянец.
Ужин прошел хорошо – я даже не заметила, как за окнами стемнело. Гроссы были веселыми и шумными, много смеялись и мило подкалывали друг друга. Меня они приняли, словно члена семьи. Даже их пес, носившийся под столом от одной детской руки с угощением к другой, дружелюбно ткнулся в мое бедро, а потом и вовсе положил мохнатую морду мне на колени.
Лео, заметивший это, наклонился ко мне.
– Я смотрю, тебя не только драконы любят.
«
Я усмехнулась, вообразив эту картину. Голова Игнивара была размером с меня. Страшно даже представить, насколько она тяжелая.
«
– Посмотрим.
– Что это вы там собрались смотреть? – услышав мой ответ дракону, встрепенулась одна из маленьких сестер Лео. – Если брат делает тебе предложение, надо говорить «согласна», а не по сторонам глазеть.
Все рассмеялись, и я тоже захихикала, наблюдая, как смутился от этих слов мой напарник. С Гроссами вообще оказалось очень хорошо и легко. Отец часто пугал меня жизнью в трущобах, рисуя ужасающие картины вопиющей и беспросветной нищеты. Но… что ж, если именно так выглядела трущобная жизнь, она явно была лучше всего, что я видела, посещая богатые дома влиятельных людей Сциллии, с которыми вел дела отец.
Нигде так искреннее не смеялись. Нигде не было такого вкусного пирога.
Жаль только, что все рано или поздно подходит к концу. Опустели бокалы, последние крошки с тарелок исчезли под столом в голодной мохнатой пасти.
Пока дети уносили на кухню посуду, Лео повернулся ко мне.
– Касс... Я бы очень хотел, чтобы ты осталась у нас, но мои родители… – Он заметно смутился. – Они немного старомодны…
– Сначала в храм, потом в постель? – усмехнулась я. – То есть твоя мама уверена, что мы с тобой все еще целомудренно держимся за ручки и ни разу не?..
– Вроде того, – хмыкнул Гросс. – Ну, разве что иногда я тебя трепетно и почтительно целую. Но исключительно в щеку, чтобы не оскорбить твою добродетель.
Сказанное Гросс с готовностью продемонстрировал на радость пялящимся на нас младшим сестрам. Синтия бросила на него неодобрительный взгляд.
– Веди себя прилично, Лео.
«Ммм, знала бы она, насколько неприличным мог быть ее красавец-сын... Впрочем, нет. Родителям такого лучше не знать».
Но соблазнительные мысли о ночи с Лео перебили другие, которые я так активно гнала от себя на протяжении ужина.
Отец наверняка ждет меня.
Я должна вернуться.
Должна...
– Ничего. – Мой голос звучал ровно, хотя внутри нее все тоскливо сжималось. – Мне все равно надо увидеться с отцом и Феличчией перед церемонией. Так что...
– Отлично. – Лео поднялся из-за стола. – Полетели, пока окончательно не стемнело. Мама…
Я потянула Лео за рукав.
– Нет. Ты оставайся. Тем более мой отец… не старомоден, но весьма специфичен… Завтра увидимся.
Да... если Лео останется с семьей, я буду нервничать намного меньше. Как по мне, в резиденции Бернарди ему лучше не появляться. Уж я-то знала, на что был способен отец, когда сталкивался с непредвиденными препятствиями. А у него были все причины считать моего напарника одной из них.
Бросив на меня короткий взгляд, Гросс нахмурился.
– Уверена? – осторожно проговорил он.
– Просто вижу, как сильно твоя семья соскучилась, – увильнула от невысказанного вопроса я, изобразив улыбку. – Оставайся. Другого шанса может и не быть. Сейчас самое время. Вдруг Рожер Четвертый нас не выберет и придется улетать сразу после коронации?
Это решило дело. Лео вздохнул, соглашаясь.
– Хорошо. Увидимся завтра.
– Я прилечу за тобой на рассвете.
И прежде чем Гросс успел передумать, я торопливо обняла его, коснувшись губами щеки, простилась с его гостеприимной семьей и вышла на улицу, отдавая Игнивару приказ забрать меня с портовой набережной.
***
В резиденции Бернарди атмосфера приближавшегося праздника совершенно не чувствовалась. Здесь все было точно так же, как и до моего отъезда – слуги, не поднимая головы, бесшумно сновали по открытым галереям, журчали фонтаны, лучи заходящего солнца пробивались сквозь стрельчатые окна. Появление во внутреннем дворе дракона осталось почти без внимания. Лишь встрепенулись в вольерах птицы, призванные украшать своим видом взор сиятельного мэра.
Встречать меня вышла только хозяйка дома в сопровождении мужчины с корзиной инструментов для драконьего груминга. Отца с ними не было – и это само по себе было дурным знаком.
Борясь с подступающей к горлу паникой, я спрыгнула с седла на мощеную камнем площадку. Игнивар, уловивший мои чувства, беспокойно переступил с лапы на лапу.
«
Я, как могла, постаралась взять себя в руки и закрыть от дракона спутанные мысли. Сейчас было даже на руку, что Игнивар мог читать меня, только когда я проговаривала вслух то, что требовалось донести до дракона. Не хватало еще, чтобы он, не разобравшись, наворотил глупостей, исправить которые не сможет уже никто.
– Кассия. – Феличчия, как всегда идеально выглядевшая и безукоризненно вежливая, поприветствовала меня кивком головы. – К сожалению, ужин уже закончился. Но если ты хочешь, я прикажу слугам подать легкие закуски и фрукты прямо в твои покои. Мы… – Она замялась. – Мы ждали вас еще позавчера днем. И не думали, что ты так надолго задержишься…
– Лео… Мой напарник решил нанести визит семье.
Ни один мускул не дрогнул на бесстрастном лице супруги мэра. Значит, о Гроссе они уже знали.
Еще один тревожный звоночек.
Расседлав дракона, я отвела его в вольер, в первый раз в жизни использовавшийся по прямому назначению. Для серебряного гиганта он оказался немного тесноват, но крылатый не протестовал, позволив мне закрыть решетку и оставить его на попечение грумера.
Феличчия дожидалась меня на крыльце. Коротко кивнула, молча пошла рядом.
Я не сразу набралась решимости заговорить.
– Насколько он…
– Его крайне расстроила ваша задержка, – не глядя на меня, дипломатично ответила она.
Я понятливо кивнула. «Крайне расстроила» означало, что отец в бешенстве еще с позавчерашнего дня. А за ужином, который я, к счастью, пропустила, наверняка стучал кулаком по столу, орал и разбил пару тарелок и две-три бутылки. Возможно, о чью-нибудь голову. Феличчию шторм, судя по всему, обошел стороной, но это не означало, что отец не решит сорвать злость на жене в какой-нибудь другой момент.
– Ясно.
Ничего в этом доме не менялось. Да я, в общем-то, и не надеялась.
Проводив меня до моих старых покоев, Феличчия ушла, сказав, что уведомит хозяина дома о моем прилете и уточнит, захочет ли он увидеться со мной до церемонии. Жена отца всегда пыталась сгладить углы. И никогда не добивалась успеха.
Все в этом доме было подчинено одной воле. Ожидать понимания и снисхождения было бессмысленно.
Комнаты встретили меня тишиной, суховатым запахом лаванды, которой слуги перекладывали вещи в нежилых помещениях, и старыми воспоминаниями. Каждая деталь здесь навевала тоску. Книги, которые никто ни разу не открывал, богато украшенные платья, ни одно из которых я не выбирала, модный, но безликий узор на обивке и обоях, и ни одной личной вещи в шкафах и полках. Яркая обертка, достойная знаменитой фамилии Бернарди.
А внутри… пустота.
Стоя в комнате, где прошло мое детство, я не могла не думать о том, что должна была сделать согласно замыслу отца. Поступить в Академию Драконьего Союза, получить крылья, стать первой за долгое время сциллийкой, установившей связь с драконом. И вот, казалось бы, цель была достигнута. Но радости я не испытывала. Стены дворца давили, все вокруг казалось безрадостной золотой клеткой. Мне не хотелось быть здесь. Не хотелось оставаться на Сциллии.
«
– Нет. – Слово горчило на языке, но решение было взвешенным и окончательным. – Лео… Гросс, наверное, сейчас очень радуется. Я потерплю, чтобы хотя бы он хорошо провел остаток вечера.
«
– Да, – зачем-то попросила я.
«
– Хвастается, что летное испытание у него принимал сам глава факультета магистр Штерн?
«
Я захихикала. Дракон-оборотень, выдумает тоже!
Но на душе потеплело. Отчего-то было приятно, что Лео вспоминал не гордый момент триумфа, а странный и чуточку безумный вечер, который разделили лишь мы трое. Вечер, после которого все изменилось навсегда – ведь пусть не сразу, но именно это купание в озере заложило первый камень в основание той связи, которая была у нас сейчас.
«
Сердце дрогнуло.
– Я думала, он потеряет интерес после того как мы переспим пару раз.
«
Легкое покашливание оборвало мою беседу с драконом. Я обернулась и увидела в дверном проеме Феличчию. Жена отца держалась невозмутимо, но у меня не оставалось сомнения, что часть про наши отношения с Гроссом она слышала.
Я прочистила горло.
– Феличчия…
– Андон готов принять тебя, – ровным безжизненным голосом уведомила она. – Я помогу тебе переодеться и привести себя в порядок перед встречей.
***
К отцу шла на негнущихся ногах. В голове была звенящая пустота. Я готовилась ко всему… одновременно понимая, что с отцом никогда и ничего нельзя было предсказать заранее.
Андон Бернарди восседал в любимом кресле в малой гостиной. Холеные пальцы сжимали бокал миндального вина, распространявшего по комнате характерный запах.
Судя по количеству жидкости в стоявшей на столике бутылке, бокал был не первым. И это не могло не вызывать тревоги. Как и тяжелый взгляд из-под светлых бровей, которым он встретил мое появление.
– Сядь.
Я подчинилась беспрекословно, опустившись в соседнее кресло.
– Отец…
Медленно, почти демонстративно, он сделал глоток, зная, что я буду дожидаться его ответа.
– Вы задержались.
Голос звучал обманчиво ровно, но по мелкому подрагиванию жидкости в бокале я понимала, что отец в бешенстве и едва себя контролирует.
Я выпрямилась, копируя бесстрастный тон Феличчии.
– Мы попали в шторм. Облететь грозовой фронт не удалось. Пришлось пережидать в укрытии.
– Не удивлен. Бездарная, как и всегда.
Это задело, хотя, казалось бы, не стоило ожидать иного.
– Отец, – проговорила я, стараясь, чтобы голос не дрогнул. – Я добилась того, чего ты хотел. Теперь я полноценная наездница серебряного Игнивара…
– Наездница? – Он зло сощурился, одним глотком допивая вино. – Ты не наездница, Кассия. Ты половина наездника.
Слова ударили хлестче пощечины. Я тяжело сглотнула, чувствуя взволнованный отклик дракона.
– Отец…
– Молчать! – Толстый хрустальный бокал, зажатый в мужской руке, с силой опустился на подлокотник, заставив меня вздрогнуть. – Ты опоздала, а теперь смеешь пререкаться? Забыла, что в доме Бернарди этого не терпят?!
– Такое не забудешь, – выдохнула едва слышно.
«
Рев отца заглушил мысль, что надо быть осторожнее и не тревожить дракона.
– Что? Что ты сказала?!
– Я помню, отец, – произнесла уже громче, вложив в ответ все смирение, на которое только была способна.
Андон удовлетворенно кивнул.
– То-то. Значит, так… – Он потянулся к бутылке, наполняя бокал. – Слушай и запоминай. К сожалению, старый шакал Рожер Третий слишком внезапно покинул этот мир, и теперь твоя позиция при дворе не так прочна, как прежде. Вкусы нового короля мне доподлинно не известны, но ты должна сделать все, чтобы он обратил на тебя внимание. Феличчия приготовила для тебя подходящее церемониальное платье. Молись, чтобы оно хорошо село. Если бы ты прибыла вовремя, портные еще успели бы подогнать его по фигуре.
Хищный взгляд скользнул по мне, изучая.
– Ты стала слишком мускулистая. Это неженственно.
– Наездник должен обладать физической выносливостью.
– Выносливость – это хорошо. – Отец кивнул. – Она тебе пригодится, если у его величества окажется бурный темперамент.
От того, с каким равнодушием он произнес это, меня передернуло.
– Отец, я бы не хотела…
Синие глаза опасно сощурились.
– Что?
Даже перед лицом совета академии я не испытывала такого оцепенения, как сейчас. Андон Бернарди был сухощавым мужчиной, не обладающим ни выдающимся телосложением, ни силой. Если бы такого противника – любого другого человека – выставили против меня на спарринге, я бы нашла способ выйти из схватки победителем. Но перед отцом весь мой боевой пыл улетучивался. Руки слабели, платье на спине намокало от холодного пота. Я чувствовала себя мышкой перед сытым толстым котом, который никак не мог решить, съесть свой ужин сразу или сначала поиграться.
И тем не менее я нашла силы продолжить, черпая решимость в мыслях о Лео, связи с Игниваром и воспоминаниях о выигранном деле против наставника, где я смогла заступиться за себя – и выстояла.
– Отец… Твой план сделать меня любовницей короля не самый удачный.
Пальцы, сжимавшие бокал, побелели.
– Что-о?
– Я не вижу смысла греть Рожеру Четвертому постель. Я теперь наездница, я стою гораздо большего. И буду выполнять ту роль, к которой меня готовили в академии.
– Не смей со мной пререкаться!
Бокал, расплескивая на ковер остатки вина, полетел мне в лицо. Но я была готова и увернулась.
Дальше все следовало по знакомому еще с детства сценарию.
– Ты! – Отец в гневе вскочил на ноги. В руках его оказался тонкий хлыст, который он, по всей видимости, заготовил заранее, предвидя, чем закончится наша беседа. – Забыла, для чего ты нужна? Для чего я вытащил тебя из грязи?
Он попытался схватить меня, но я оказалась быстрее. Хлыст просвистел в стороне от моего плеча, не коснувшись кожи. Подобная дерзость предсказуемо привела отца в еще большую ярость.
– Стоять! Ты должна быть послушной, дрянь!
– Нет.
Но чего я не учла, так это того, что отец не погнушается вызвать подмогу. Прибежавшие на зов слуги скрутили меня в два счета, грубо уткнув лицом в сиденье отцовского кресла. Затрещала шнуровка платья, обнажая спину.
Удар.
«
Я стиснула зубы, борясь с желанием сказать «да», понимая, что последует, когда дракон попытается броситься мне на помощь.
– Нет. Нет.
«
– Нет…
– Что ты там бормочешь? – взревел отец, обрушивая на мою спину свой гнев с удвоенной силой. – Я говорил тебе, мне нужен внук королевской крови! Я еле замял твой идиотский скандал с драконьим мастером, чтобы его величество не распознал раньше времени твою дерзость. Разбирательство, подумать только! Чему я тебя учил? И почему ты до сих пор не избавилась от трактирщика?
– Как?
Ответом был очередной удар.
– Тебя надо учить, что делают с ненужными людьми?
– Нет… Не трогай…
– Ты сама вынуждаешь меня брать все в свои руки! Никчемная! У тебя было столько времени, чтобы решить эту проблему, а ты…
– Я не… такая… – Голос, хриплый и сбивчивый, больше походил на воронье карканье. – Не собираюсь… становиться… такой, как ты.
– И не станешь! Ты недостойна носить фамилию моего рода! Но ничего. Хоть ты и отбилась от рук, я знаю, как вколотить в твою голову хоть немного здравого смысла. А с мальчишкой я разберусь сам. И он, и его родня полностью в моей власти. А там… Мало ли, что может случиться. Пожар, лихие люди в подворотне… Саталия – портовый город. Не самое спокойное место…
Сердце оборвалось. Ни один хлыст не смог бы ударить так больно.
– Не… смей…
«
– Нет… нет… Лео…
Услышав имя Гросса, отец впал в бешенство.
– Не смей даже произносить в этом доме его имя! Мерзкая девчонка! До чего ты меня доводишь?..
Удар посыпался за ударом, и вскоре за пеленой жгучей боли потерялись и свист хлыста, и голос отца, и взволнованные мысленные вопросы Игнивара, отвечать на которые у меня не было сил.
Не осталось ничего.
***
Очнулась от прикосновения прохладной ладони к плечу. Феличчия, как всегда бесстрастная, склонилась надо мной, убирая с лица мокрые от пота и слез пряди. Если ее и испугало то, что она увидела, виду она не подала.
– Встать можешь?
Я пошевелила ногами, отстраненно радуясь, что тело слушается меня. Повезло. Временами казалось, что когда-нибудь отец увлечется и все-таки перешибет мне хребет. Но нет. Несмотря на безумную жестокость, он никогда не пересекал невидимую границу, после которой последствия стали бы непоправимыми. Раны затягивались, переломы срастались – специально для того, чтобы потом можно было повторить снова, снова и снова.
Убедившись, что двигаться я могу, жена отца подставила мне плечо для опоры и помогла подняться на ноги. Я с трудом выпрямилась – и встретилась взглядом с Андоном Бернарди.
Тот выглядел довольным и расслабленным – как всегда после того, как вымещал свою злость на домашних и слугах.
– Приведи себя в порядок, дочь, – спокойно и даже как-то ласково приказал он. – Завтра тебе предстоит важный день. И веди себя хорошо. Иначе трактирному мальчишке и его трактирной семье несдобровать.
Я обожгла отца ненавидящим взглядом. Сказала бы пару крепких слов в ответ – после хлыста было уже все равно, чем это закончится – но голоса не было. Я сорвала горло, крича в подушку кресла, пока сознание не покинуло меня.
Молчание отцу понравилось. Нежно потрепав меня по щеке, он вышел из гостиной, а Феличчия, приноровившись к моей тяжелой походке, повела меня в сторону моих покоев.
Дорога до спальни показалась вечностью. Зато потом наступило долгожданное облегчение. Уложив меня лицом вниз на кровать, жена отца аккуратно сняла остатки платья, промыла раны и нанесла заживляющую мазь.
Боль сменилась привычным холодком снадобья. Я рвано выдохнула, поворачивая голову на бок. Спать на животе я не любила. Но жизнь заставила научиться.
– Тебе надо бежать, – раздался вдруг в тишине спальни едва слышный шепот Феличчии. – Ты больше не обязана подчиняться воле Андона. У тебя есть дракон. Свобода.
Я только вздохнула. У меня да, быть может. Но не у семьи Лео.
– Все не так просто, Фел.
– Если тебе нужны деньги, – по-своему поняла она мои сомнения, – у меня есть кое-что, что мне удалось спрятать. Монеты, драгоценности. Я отдам тебе все. Этого хватит на первое время, чтобы где-нибудь обустроиться.
– Спасибо, но… нет.
– То, что творит с тобой Андон, ужасно! – В голосе Феличчии прорезались слезы. – Страшно даже представить, что он сделает, если ты останешься тут, в его власти.
Потянувшись к жене отца, я нащупала и сжала ее холодные пальцы.
– Поэтому я и не могу уйти, Фел. Не могу бросить семью Лео на растерзание.
– Ох! Того самого Лео из трактира, с которым вы…
– Да.
– И ты его…
– Да.
Феличчия вздохнула, мягко потрепав меня по спутанным волосам.
– Ох, Касс. – Она рассмеялась безрадостным, невеселым смехом. – Вот что делает с нами любовь. Привязывает, запирает в клетке. Путает все карты.
– Не только, – возразила тихо, не столько отвечая Феличчии, сколько объясняя самой себе. – Иногда любовь дарит крылья. И дает силы защищать то, что дорого. Каких бы жертв это ни стоило.
Феличчия, как всегда, сотворила чудо, втиснув меня в выбранное отцом платье. После штанов, к которым я привыкла за время тренировок и полетов, это было не слишком удобно – сесть в седло с таким количеством юбок точно будет непростой задачей. Зато выбор ткани для жакета оказался удачным. Бархат оттенка выдержанного красного вина с искусной золотой вышивкой отлично скроет пятна, если вдруг раны снова начнут кровоточить.
– Твой Лео этой ночью был здесь, – тихим, лишенным эмоций голосом проговорила жена отца.
Я вздрогнула, пальцы стиснули ткань платья.
– Крылатая, что? Когда? Как он? Отец…
– Не беспокойся, он ничего ему не сделал, – успокоила Феличчия. – Сколь бы сильно твой напарник ни мешал его планам, Андон не рискнет переходить к активным действиям до коронации, поскольку его величество уже предупрежден о прибытии двоих наездников. Так что охрана просто прогнала его. И дракон… Грумер сказал, что он бесновался всю ночь. Царапал прутья, рвался к тебе. Но когда Лео Гросс ушел, он затих.
– Драконы чувствуют, когда с их наездником что-то не так.
– Правда? – Она вздохнула. – Наверное, это приятно – осознавать, что кому-то не все равно.
«
«Потому что мне тоже не все равно», – подумала с грустью, зная, что среди хаоса моих мыслей дракон вряд ли сумеет это услышать.
Я не хотела, чтобы Лео, Игнивар или кто-нибудь из саталийских Гроссов пострадали от моего упрямства. И если для этого нужно держать себя в руках… Что ж, у меня было полжизни, чтобы научиться.
К дракону я вышла уже полностью собранная и готовая лететь за Лео. Однако тут меня ждал сюрприз. Игнивар, которого я выпустила на волю из тесного вольера, сообщил, что Гросс и наставники уже ждут нас на месте ритуала. Как, а главное, зачем напарник посреди ночи отправился в королевскую резиденцию, крылатый ящер сообщать отказался. В мыслях, обращенных ко мне, сквозила обида.
«
Заговорить с драконом я не смогла бы при всем желании – на пороге появился отец в сопровождении Феличчии, помощников и охранников. Бросив на меня короткий взгляд, он повелительно кивнул на стоявшую у парадного крыльца карету.
– Поедешь с нами. Дракон пусть летит следом. Хочу, чтобы ты предстала перед королем как полагается наследнице рода Бернарди.
Перечить не стала, хоть в глубине души и хотелось поскорее оказаться в небе. Благо, дорога заняла не так много времени. Не прошло и часа, как мы подъехали к древнему храму Крылатой у подножия Мунцибелло. Вокруг него уже собирался народ, некоторые еще с вечера заняли лучшие места и теперь отчаянно зевали и пытались согреть дыханием замерзшие пальцы. Более влиятельные и состоятельные сциллийцы расположились в амфитеатре, полукругом обхватывавшем пустую каменную площадку с троном посередине.
К неудовольствию отца, королевской кареты нигде не было видно. Зато стоило нам и Игнивару показаться возле храма, как в нашу сторону направились наставники и Лео.
На напарнике красовался парадный черный дублет и штаны с широким красным поясом, длинные волосы были собраны в аккуратный хвост. Выглядел Гросс, правда… в общем-то, именно так, как должен выглядеть человек после бессонной ночи. Глаза покраснели, меж бровей залегла тревожная складка Я понятия не имела, что из случившегося вчера пересказал ему Игнивар и почему он приходил ко мне прошлой ночью, но взгляд, полный беспокойства, мне не понравился.
Обогнав мастеров, Лео направился прямо ко мне.
– Кассия, удели мне несколько минут. Нам надо поговорить.
Я даже дернуться не успела. На плечо опустилась тяжелая рука отца.
– Полагаю, это и есть молодой наездник Гросс, – проговорил он, не обращаясь напрямую ни ко мне, ни к Лео. – Наслышан. Сожалею, но сейчас не время для интимных бесед. Скоро прибудет его величество, а значит, вам пора готовиться к ритуалу.
– Кассия. – Проигнорировав моего отца, парень вновь посмотрел на меня, ожидая ответа. – Я был вчера у резиденции Бернарди, но меня не пустили даже на порог. Игнивар нервничал. Ты не отвечала. Что происходит?
Пальцы Андона Бернарди сжались, намеренно задев едва затянувшуюся полосу от хлыста. Игнивар низко зарычал, ощутив вспышку моей боли. Лео нахмурился. Я же поняла, что пора действовать на опережение, пока оба не натворили глупостей, и, собрав все силы, улыбнулась дракону и его наезднику.
– Все в порядке, Лео. Отец прав. Сейчас самое главное – выполнить то, за чем нас прислали из академии. Игнивар, тебе знаком коронационный ритуал? Я как раз успела освежить в голове порядок действий. Напомнить?
«
– Что ж, тогда летим. Церемония начнется с первыми лучами солнца. Лео, сядешь вперед? В этом платье во втором седле мне будет удобнее.
А еще я не хотела, чтобы Гросс случайно прикоснулся к моей спине. Или увидел что-то, чего ему видеть не обязательно.
Парень подозрительно нахмурился.
– Ты какая-то чересчур оживленная. И слишком уж легко отступилась от почетного места первого наездника. Думал, тебе захочется самой управлять драконом во время церемонии.
– Я доверяю тебе, – улыбнулась беспечно. – Ты же идеальный схолар, а значит, должен все сделать как по учебнику. Ну что, летим? Не будем терять время.
– Кассия, жду тебя у трибун сразу же, как только закончится церемония, – проговорил Андон Бернарди, прежде чем разжать пальцы. – У нас есть дело, которое не терпит отлагательств.
– Хорошо, отец.
– Не подведи меня, Кассия.
– Не подведу.
Рука исчезла. Я чуть ли не бегом бросилась к Игнивару, пока Лео, не приведи Крылатая, не решил задать еще какой-нибудь неуместный вопрос. Небо уже золотилось на востоке, знаменуя скорое начало ритуала.
Пора.
***
Мы оказались в воздухе как раз вовремя. Стоило Игнивару воспарить над площадкой, как первые лучи солнца, восходящего из-за вулкана, коснулись начала тропы, ведущей к подножью храма Крылатой. И одновременно с этим на светящиеся золотом камни шагнул из кареты будущий король.
По толпе прокатился зачарованный вдох. Ритуал коронации был уникальным зрелищем. Многие из тех, кто стоял сейчас вдоль пути Рожера Четвертого к трону, впервые стали его свидетелями. Да и я, признаться, видела его лишь на страницах учебников и старых гравюрах. И сейчас была заворожена не меньше других.
С высоты все выглядело еще более захватывающим. Двигаясь вслед за солнцем, будущий король, казалось, был окружен золотым ореолом света, а простые белые одежды придавали его образу величия и благородства.
Шаг за шагом, ступенька за ступенькой его величество в одиночестве преодолевал путь к каменному креслу, что символизировало упорство и чистоту помыслов. И лишь дойдя до границы площадки, остановился.
– Крылатая да осенит меня своим благословением, – громким, хорошо поставленным голосом произнес Рожер Четвертый, поворачиваясь лицом к сциллийцам и спиной к трону.
Я коснулась ладонью гладкой чешуи.
Наш выход.
Быстрой серебристой молнией Игнивар устремился вниз, приземлившись четко позади будущего сциллийского монарха. Повинуясь нашей команде, дракон встал на дыбы, расправив огромные крылья.
По толпе пронесся завороженный вздох. Для тех, кто стоял вдоль уходящей вниз дороги, показалось, верно, что у Рожера Четвертого выросли крылья.
Насладившись произведенным эффектом, его величество повернулся к нам, с достоинством встретив немигающий взгляд ящера. Я невольно залюбовалась королем – совсем немного. В свои тридцать лет Рожер Четвертый выглядел отлично и, в отличие от собственного деда, прежнего короля, явно был куда более умеренным по части еды и вина. Держался уверенно, смотрел прямо.
Но сердца не тронул.
Выдержав положенное ритуалом время, Игнивар посторонился, демонстрируя, что на сциллийской земле все, включая могущественных повелителей воздуха и пламени, подчиняется избранному правителю. Под одобрительный гул с трибун Рожер Четвертый поднялся к стоящему на возвышении каменному трону.
Мы с Лео спешились. С этой минуты и до конца ритуала никто, не считая дракона, не должен был быть выше его величества.
Из числа свиты вперед выступил жрец главного храма Крылатой. На бархатной подушечке в его руках лежала корона, инкрустированная драгоценными камнями, добывавшимися в горах, богатых магической рудой. В центре сверкал прозрачный магический накопитель размером с голубиное яйцо.
Встав перед драконом, жрец протянул к нему королевский артефакт.
– Благослови своей силой правление Рожера Четвертого Сциллийского, крылатый, от имени твоей Прародительницы. Пусть светит она ему в час тьмы и сомнений и помогает найти верный путь.
Черные глаза Игнивара сверкнули.
«
– Да будет так, – хором повторили мы с Лео слова дракона.
«
– Благословляю.
Игнивар припал на передние лапы, словно готовясь к прыжку. Я почувствовала, как собирается вокруг дракона магия, гораздо более сильная, чем та, что всегда ощущалась в присутствии крылатых ящеров, поддерживая в древних существах жизнь и даруя им силы летать по небу. Глаза сощурились, пасть приоткрылась. Жрец дрогнул. Однако король, стоявший прямо за ним, даже не шелохнулся, что заслуживало уважения.
Концентрация магии все росла и росла, пока наконец дракон не выплеснул ее в одном единственном резком выдохе. Из распахнутой пасти не вырвалось ни огня, ни дыма – только чистая сила.
Миг – и корона в руках жреца засияла. Повернувшись к королю, мужчина возложил артефакт на голову монарха. Свечение стало еще ярче, затмевая собой даже солнце, окончательно поднявшееся над острым пиком Мунцибелло.
Все, от министров до последнего пахаря, опустились на колено, снимая шапки. Склонились и мы, хотя мне это далось непросто.
– Его величество Рожер Четвертый Сциллийский! – громко объявил жрец.
Игнивар встал на дыбы, оглашая окрестности победоносным ревом. Крик подхватили трибуны, а оттуда он покатился вниз по дороге, передаваемый из уст в уста.
Новый король Сциллии, признанный людьми и осененный благословением и магией Крылатой, взошел на престол.
***
Едва только лапы дракона коснулись земли, Лео стащил меня с седла и отвел к дальним трибунам, где спросил прямо и твердо:
– Что с тобой?
Я отвела взгляд, высматривая отца среди представителей знатных семейств.
– Лео, мне нужно идти. Меня ждут.
– Подождут. С тобой что-то не так. Игнивар не понимает, что именно, но я же вижу. Ты странно двигаешься, и плечи у тебя словно каменные.
– Ты бы сам попробовал сесть в седло в таком платье. Если бы можно было лететь в штанах, не рискуя смутить этим его величество…
Шутку Гросс не оценил.
– Ты плохая лгунья, Кассия Бернарди. И то, как ты настойчиво пытаешься уйти от темы, меня откровенно пугает. Я уже понял – когда происходит что-то действительно серьезное, ты пытаешься все свести в шутку.
Он шагнул ближе, мягко опустив руку мне на плечо. От случайного прикосновения к спине я вздрогнула. И это сказало Лео больше, чем нужно.
– Так… – Гросс решительно развернул меня, снял верхний жакет. Пальцы коснулись плотной шнуровки лифа. – Позволь мне взглянуть.
– Вот уж не думала, что ты такой прыткий, – попыталась отшутиться я. – Позавчера на привале ты совсем меня измотал, а уже опять хочешь? Не боишься осквернить священное место всех сциллийцев? А вдруг нас опять кто-нибудь застанет в самый интересный момент? А если твои родители узнают?..
– Не заговаривай мне зубы, Касс. Я тебе не враг. Скажи честно, что с тобой происходит? Почему твой отец не подпускает меня к тебе? Что случилось ночью? Ты…
Он замолчал, не договорив. Ленты шнуровки с тихим шорохом выскользнули из его рук.
– Что это?
Я вырвалась, обжигая парня сердитым взглядом.
– Для сына лекарки ты как-то плоховат в диагностике. И вообще… Феличчия немало сил потратила, чтобы запихнуть меня в это платье, а ты испортил ее работу.
Гросс проигнорировал мой сарказм.
– Хорошо, спрошу по-другому. Кто это сделал? И почему твоя мачеха, которая, как ты говоришь, тебя одевала, никак не отреагировала?
– Сам догадайся. – Я потянула за ленты, чтобы хоть как-то привести одежду в порядок, и зашипела от боли, когда корсет сдавил спину.
Подавшись ко мне, Лео перехватил мои руки и сам зашнуровал лиф – слабее, чем Феличчия, но достаточно аккуратно. А потом, не дав мне сбежать, встал передо мной, преграждая путь.
– Кассия, это я. Ты можешь мне доверять.
Я рвано выдохнула. Как будто откровенность могла мне чем-то помочь.
– Допустим, могу. Но…
– Это твой отец, да? – перебил меня он. – Ты не хотела лететь на Сциллию. Ты просила, чтобы мы повернули обратно. Ты всегда закрываешься, когда речь заходит о твоей семье. И ты умеешь обрабатывать раны… Это себя ты вынуждена лечить всякий раз, когда отец решает выместить на тебе свой гнев?
– Не только себя, – криво улыбнулась я, забирая из его рук жакет. – Служанок. Феличчию. В нашем доме…
Не знаю, зачем, но я рассказала ему все – о детстве, о том, как отец растил меня, чтобы сделать хранительницей сциллийского дракона и любовницей старого короля. Но все пошло слегка не по плану – сначала Игнивар выбрал сразу двоих, а потом и старый король, благоволивший мэру Саталии, приказал долго жить, и отцу пришлось срочно принимать меры.
– Он был зол. Очень зол, когда мы опоздали на два дня. Да еще и я вздумала перечить, отказавшись согревать постель новому королю Сциллии. Такого стерпеть он уже не смог.
Глаза Лео расширились.
– А… со старым королем… он тебя…
Я отвела взгляд.
– Я его убью, – ровным, пугающе будничным тоном проговорил Гросс.
Я вцепилась в его рукав, прежде чем он, чего доброго, и правда решил бы попытаться.
– Не смей! Мы еле-еле отбили тебя, когда ты дал в челюсть мастеру Дрейку. А тут нападение на мэра Саталии, да еще и на глазах половины острова!
– Могу попросить Игнивара его съесть. Пусть думают, что Крылатая отозвала свое благословение в отношении одного конкретного сциллийца. Против воли богини никто не посмеет возражать.
«
– Прекратите оба! Не нужно глупостей! Лео, твоя семья живет в Саталии. Отец и так считает, что ты представляешь угрозу для его положения…
– Постой-постой. – Гросс опасно сощурился. – Он что, угрожал моей семье?
– Твоей семье, тебе, всем… Лео, пожалуйста… Мой отец очень влиятельный человек. Не связывайся с ним. Я не хочу, чтобы для тебя это плохо кончилось.
– Не волнуйся, – с какой-то странной уверенностью проговорил Гросс. – Есть способ закончить это раз и навсегда. Тебе только нужно будет повторить рассказ о том, что творил твой отец.
Я нахмурилась.
– Повторить? – Сама мысль об этом спазмом сдавливала горло. – Зачем? Кому? О чем ты?
– Наездники неприкосновенны. Нападение на них приравнивается к государственной измене. С того момента, как схолар попадает на территорию академии, он перестает быть просто сциллийцем, таллийцем или маяном, переходя под юрисдикцию Драконьего Союза. Его законы защищают нас, независимо от того, к какой стране мы принадлежим. Разве ты не поняла этого по процессу над мастером Дрейком?
– Да, но… Отец же не нападал. Я ему не чужая. Он…
– Только не надо искать ему оправданий, – жестко осадил меня Гросс. Но увидев, как изменилось мое лицо, смягчился, добавив уже тише, с каким-то бесконечным сочувствием во взгляде. – Касс, так нельзя. То, что он делает, неправильно. Пожалуйста, не позволяй этому продолжаться. Ты же смогла выступить против мастера Дрейка. Сделай это еще раз.
– Дрейк – это другое, – ответила с горечью. – Я не знала его. Мне было проще. А отец… это отец.
– Это не значит, что ему позволено больше, чем другим. Семья должна защищать, поддерживать, помогать. Не делать больно… – Он мягко, почти невесомо скользнул тыльной стороной ладони по моей руке от плеча до запястья. – Это разрушает весь ее базовый принцип, превращая из лучшего, что только может быть в жизни человека, в нечто гадкое, извращенное, неправильное…
– Но, Лео… Твоя семья…
– Драконий Союз не позволит, чтобы с ними что-нибудь случилось. Мэр Саталии силен, но не всесилен. И я не хочу… не хочу, чтобы ты подставляла себя под удар, пытаясь защитить меня и моих родных.
– Я не знаю…
– Я поддержу тебя, что бы ни было. – Крепкие пальцы сжали мою ладонь. – Игнивар знает, что с тобой происходило. Мастер Норт знает. Это к нему я пришел ночью и рассказал все, что сумел узнать от Игнивара. Нужно только твое слово, чтобы Андон Бернарди больше не мог никому навредить.
– Но он…
С губ сорвался тяжелый вздох. Я хотела сказать – действительно хотела! – что отец не был опасен для других, он ведь причинял вред только мне…
Но это было не так.
Он избивал Феличчию, избивал слуг. И о его махинациях с городской казной мне было известно достаточно, чтобы навсегда опозорить род Бернарди перед короной.
Не признавая действительность, я лишь глубже загоняла себя в паутину лжи, позволяя отцу творить все, что вздумается.
Точно так же, как молчание других девушек привело к тому, что инструктор Дрейк лишь сильнее убеждался в своей безнаказанности, с каждым разом позволяя себе все больше и больше.
Молчать… молчать было неправильно.
«
Я глубоко вдохнула и, собравшись с духом, сжала руку Лео в ответ.
– Хорошо. Я готова.
***
Отец заметил меня, когда я разговаривала с наставником и Лео, и сразу же направился к нам.
– Кассия, – тоном, не терпящим возражений, позвал меня он после короткого обмена приветствиями с мастером Отвиллем и мастером Нортом. – Почему ты все еще здесь? Я заранее договорился об аудиенции сразу после ритуала. Нельзя заставлять его величество ждать.
– Представление наездников состоится сегодня перед ужином, – сухо уведомил мастер Отвилль.
– Речь идет о семейных делах, – возразил отец. – Кассия, пойдем.
Я не двинулась с места.
– Кассия.
Лео сжал мою руку, помогая сохранить самообладание.
Это не укрылось от отца. Его глаза сузились, губы сжались, что говорило о том, что Андон Бернарди на грани того, чтобы впасть в бешенство.
– Не вынуждай меня повторять, – сквозь зубы процедил он.
Молчание.
От слов отец быстро перешел к действиям. Но тут случилось неожиданное. Оба мастера синхронно шагнули вперед, закрывая меня и Лео от едва сдерживавшего себя Андона Бернарди. Охранники отца выступили на защиту нанимателя. Но, как оказалось, королевская стража прохлаждалась неподалеку от нас не просто так.
Оценив ситуацию, отец отступил, продолжая сверлить меня яростным взглядом.
– Как это понимать, Кассия?
– Андон Бернарди, – ответил за меня мастер Норт. – Уведомляю вас, что любое физическое насилие в отношении драконьего наездника считается посягательством на безопасность Драконьего Союза и ведет к серьезному разбирательству.
– Что? – Отец изобразил удивление. – Какое еще физическое насилие? Это моя дочь вам наплела? Ваши обвинения безосновательны.
– Кассия легко может доказать факт совершенного насилия.
– Я подтвержу, – твердо добавил Лео. – Я видел следы побоев.
Лицо отца на мгновение исказилось от ярости. Но пока он еще мог взять себя в руки.
– Повторяю, у вас нет доказательств, – холодно произнес он. – Допустим, моя дочь решила вовлечь вас в свои игры и рассказала что-то, что показалось вам убедительным. Это не делает вам чести, но все возможно. Однако где подтверждение, что к ее фантазиям имею отношение именно я?
Я стиснула зубы. Ну вот, опять все те же слова – «игры», «истерики», «фантазии». Лео прав. Те, кто творят насилие над слабыми, мыслят совершенно одинаково. И не важно, идет ли речь о летном инструкторе или влиятельном мэре.
Гросс тоже не собирался сдаваться.
– Доказательства найдутся.
– Найдутся, – с усмешкой передразнил отец. – Вот именно, найдутся. В будущем времени. Потому что прямо сейчас у вас нет ничего, кроме слов. Зато я прекрасно вижу сговор. Вы пытаетесь очернить меня, но так просто я этого не оставлю…
– У меня есть доказательства.
Мы все повернулись к Феличчии, неожиданно решившей заговорить. Жена отца выглядела так, словно вот-вот упадет в обморок – лицо было бледным, губы почти синие. Но она держалась, держалась из последних сил.
– Я готова подтвердить слова Кассии и Лео Гросса, – ломким голосом проговорила она. – У меня есть окровавленное платье, и я покажу, каким хлыстом были оставлены отметины на спине моей дочери. У него есть особенности, любой судья без труда поймет, что именно это орудие использовалось, чтобы навредить Кассии.
– Феличчия, – угрожающе прошипел Андон Бернарди. – Она тебе даже не родная. Что ты творишь?
– Мне все равно, родная она или нет. Это надо было сделать уже давно.
– Предательница.
– Мастер Норт, – добавила я аргументов будущему делу. – Я была свидетелем, как Андон Бернарди угрожал убить наездника Гросса и членов его семьи.
– Я подтвержу, – бесстрастно кивнула Феличчия. – Я тоже это слышала.
– Ты! – Отец сжал кулаки, бросаясь на супругу. – Заткнись! Разве я не научил тебя, что надо молчать, когда мужчины разговаривают?!
Он был в такой ярости, что, наверное, убил бы жену, если бы стражники и мастер Отвилль не перехватили Андона, прежде чем тот успел сделать хоть шаг. Отец рвался из крепких рук, ругался сквозь зубы, а я думала только о том, что уже видела такое – и не думала, что увижу еще раз.
– Андон Бернарди, согласно законам Драконьего Союза, вы арестованы, – четким голосом проговорил мастер Норт. – В деталях дела разберется суд. А пока вы будете помещены под стражу. Уводите.
Стражники скрылись из виду.
Феличчия, державшаяся на ногах исключительно благодаря железной воле, бессильно всхлипнула. Оторвавшись от Лео, я бросилась к ней и впервые за всю свою жизнь сгребла в крепкие защищающие объятия. Она обмякла, тихо заплакав на моем плече.
Я неловко погладила ее по дрожащей спине, на которой так часто замазывала заживляющей мазью красные полосы.
– Все позади, Фел. Все позади. Все кончилось.
***
Воцарившуюся тишину разорвали негромкие одиночные хлопки. Мы обернулись и встретились взглядами с королем Рожером Четвертым. Его величество стоял позади и, видимо, некоторое время наблюдал за разворачивавшейся драмой.
– Ну вы и устроили тут шоу, – с усмешкой проговорил он, когда убедился, что завладел вниманием присутствующих.
Высвободившись из объятий Феличчии, я подошла к королю и присела в глубоком реверансе.
– Прошу прощения, ваше величество.
– Не извиняйтесь, наездница Бернарди, это было важное разбирательство в интересах безопасности Драконьего Союза. Благодарю, что вы предоставили своего дракона для коронации.
– Это большая честь, ваше величество.
Мастер Норт кашлянул.
– Вы хотите обсудить будущее наездницы Бернарди и наездника Гросса?
– Будущее? – Король перевел на него внимательный взгляд. – Полагаю, оно будет блестящим. После выпуска из академии отбоя не будет от желающих заполучить столь опытного и магически сильного дракона, да еще и сразу с двумя наездниками.
– Если вы заинтересованы, у Сциллии есть приоритет в найме.
– Нет. Не заинтересован, – ровно и твердо отрезал Рожер Четвертый, чем привел и наставников, и нас с Гроссом в полное замешательство. – Разумеется, было бы неплохо иметь наездника из Сциллии в моей свите. Но мне нужна свежая кровь. Семьи, которым особенно благоволил мой дед, зарекомендовали себя не лучшим образом, и я бы хотел свести их влияние при дворе к минимуму. Надеюсь, вы понимаете мою позицию, наездница Бернарди.
– Как схоларка, чья жизнь и верность принадлежат Драконьему Союзу, пока у меня есть крылья, понимаю и полностью поддерживаю, – склонила голову я. – Но хочу попросить, если вы не сочтете это за дерзость, чтобы разбирательства в отношении рода Бернарди не коснулись жены отц… моей мачехи Феличчии. Она не имеет отношения к махинациям отца. И мне бы хотелось, чтобы ей позволили прожить тихую и спокойную жизнь.
– Это приемлемая просьба.
– Благодарю вас, ваше величество.
– Уверен, вы принесете немало пользы Драконьему Союзу, наездница Бернарди и наездник Гросс. Но только не в Сциллии, а где-нибудь еще, где дракона с двумя всадниками смогут оценить по достоинству. Я же предпочту кого-нибудь, кто уже достаточно послужил. Вот вы, например, – обратился он к мастеру Норту, – не хотите стать хранителем этого острова?
Наставник, явно не ожидавший такого поворота событий, закашлялся.
– Благодарю за предложение, но мое место в академии.
– Ну, может быть, вы рассмотрите его, когда задумаетесь оставить преподавательскую деятельность? У нас отличный климат и прекрасные гордые и смелые женщины.
– Я женат.
– Я тоже когда-нибудь буду, – хмыкнул король. – Но, полагаю, брак не помеха работе.
Мастер Норт издал какой-то странный булькающий звук и, скомкано отговорившись, заторопился прочь. Его величество же повернулся к нам.
– Желаю удачи в дальнейшей жизни. Буду рад, если вы останетесь на празднования, но после не смею вас задерживать.
***
Простившись с королем, мы направились к Игнивару, ожидавшему нас возле пустующего каменного трона. В душе, несмотря на хаос, чувствовалась странная легкость. Впервые у меня больше не было заранее определенного пути, по которому надо было следовать. И это…
Нет, не пугало.
Скорее дарило надежду.
Я повернулась к Гроссу. Парень выглядел задумчивым, отрешенно глядя на сверкающий пик Мунцибелло.
Смутившись, я осторожно коснулась его руки.
– Лео…
– Да?
– Прости, – сказала тихо. – Я понимаю, что ты, наверное, хотел остаться на Сциллии ближе к семье. А из-за меня и моей фамилии это оказалось невозможно.
– Да ну, брось, – фыркнул Гросс. – Задумка твоего отца была обречена на провал с самого начала. Король явно предпочитает наездников постарше. И да, – честно признался он, – я, конечно, был бы рад жить рядом с родными. Но главное, чего я хотел, – это помочь им. Заработать денег на расширение трактира, дать братьям и сестрам шанс получить достойное образование и найти свое место в мире. А этого я смогу добиться в любом месте, где бы нам ни пришлось служить на благо Драконьего Союза. Наездники высоко ценятся во всех странах. Не обязательно жить на Сциллии. Перед нами открыты любые дороги, и я уверен, что мы с тобой сможем выбрать ту, которая нам обоим по душе. Вместе. Что же касается семьи… Тут главное – встретить правильного человека. И тогда…
Он посмотрел на меня так, что щеки вспыхнули.
Я чуточку нервно хмыкнула.
– Постой-постой, и на что это ты намекаешь, Лео Гросс?
– Ну… – Парень нервно взъерошил шевелюру.
«
Я захихикала.
«Не вмешивается он, как же! Крылатый сводник!»
Лео вдруг покраснел так, что вспыхнул даже кончик носа.
– Касс... – сдавленно пробормотал он. – Игнивар говорит, что ты согласна. Это правда?
Я только глаза закатила, чувствуя, как в голове звенит от драконьего смеха.
– Согласна, – сказала прямо. – Чтобы успокоить твою маму. Но если жрец в Дракхавне спросит, как мы вдруг оказались в храме, если еще полгода назад я тебя ненавидела, предупреждаю, что отвечу чистую правду. Это…
«
Я посмотрела на Лео, который тоже все слышал. Парень подмигнул в ответ.
– Это все дракон, – закончил за меня он.
Я рассмеялась, обнимая его за шею под довольное урчание Игнивара.
– Это все дракон.
Наш дракон.
КОНЕЦ