© Юлия Скобелева, текст, 2026

© Юлия Скобелева, иллюстрации, 2026

© ООО «Издательство АСТ», 2026

Крипипаста – это жанр коротких страшных историй, легенд и мифов, распространяющихся в интернете. Название происходит от слова «crypt» (кладовая, тайник) и «paste» (вставлять) – короткие, часто анонимные рассказы, которые «вставляются» в сети и приобретают популярность благодаря своей загадочности и жуткой атмосфере.

Большинство крипипаст создаются и распространяются анонимно или полуанонимно. Любой человек может написать свою историю и поделиться ею, не опасаясь критики или цензуры. Истории часто основаны на легендах, слухах или личных переживаниях, что делает их более правдоподобными и вызывающими страх. Неясность и недосказанность усиливают эффект ужаса.

Крипипасты используют психологические трюки: внезапные повороты, неопределенность, описание жутких деталей, что вызывает сильные эмоциональные реакции – страх, тревогу, любопытство. Они связаны с популярными жанрами фильмов, игр, мифов и легенд – то, что нужно любителям пощекотать себе нервы. При этом многие истории основаны на реальных событиях или выглядят так, будто это реальные случаи, которые окутаны мистикой и сверхъестественными элементами – в сюжетах есть призраки, монстры, аномалии, загадочные исчезновения.

В этих платформах иллюстрации и мемы – важная часть контента. Многие крипипасты сопровождаются графикой, мемами или короткими видео, чтобы привлечь внимание и усилить эффект.

Видеорассказы, анимации и мемы с иллюстрациями – очень популярный формат. Они делают крипипасты более доступными и привлекательными для широкой аудитории.

Клоун убийца из крипипасты.

У Джека нет внутренних органов, он может менять свой рост с 1.83 до 3.15

Внешность

– Белые глаза

– Чёрные волосы

– Одет в костюм клоуна

– Конусный нос

– Белая кожа

Это случилось в небольшом городке, где местные жители давно избегали заброшенного парка, расположенного на окраине. Говорили, что там живёт что-то зловещее – таинственный клоун по имени Джек.

Легенда гласила, что Джек – это не обычный клоун. Он был когда-то человеком, но его душа была искажена злом. Говорили, что он появляется только ночью, когда луна полная, и его смех эхом разносится по всему парку.

Однажды группа подростков решила проверить легенду и отправилась в парк ночью, чтобы найти Джека. Они нашли старую, заброшенную карусель, которая, по их словам, была его «домом». В темноте они заметили фигуру – высокого, с ярким, но искажённым клоунским лицом, с большими, зловещими глазами и широкой улыбкой, которая казалась слишком зловещей.

Когда они приблизились, клоун начал смеяться – громко, зловеще и безумно. Его смех звучал как безумный вой, и он начал медленно приближаться к ним. В панике подростки побежали, но один из них вдруг исчез – его крик затих, и больше его никто не видел.

Остальные выбежали из парка, но с тех пор никто не осмеливался возвращаться туда. Говорят, что Джек-Клоун всё ещё бродит по парку в ночи, и его смех слышен даже в самые тихие ночи. Те, кто слышал его, утверждают, что он ищет новых жертв, чтобы добавить их к своей зловещей коллекции.

В одном заброшенном районе города, где давно исчезли все источники света, ходит слух, что по ночам появляется таинственный клоун по имени Джек. Его лицо – искажённая маска, покрытая трещинами, а глаза – ярко-красные, словно горящие угли. Говорят, что он не просто клоун, а дух, застрявший между мирами, – тень, которая ищет новых жертв.

Легенда гласит, что Джек появился много лет назад, когда в этом районе произошла страшная трагедия: в старом цирке, который стоял там много лет, случился пожар, и погибли все артисты. Среди них был клоун по имени Джек, которого все любили за его смех и доброту. Но после трагедии его дух превратился в нечто зловещее.

Говорят, что Джек-Клоун появляется только в темноте, когда луна скрыта за облаками. Он тихо шепчет в тени, заманивая прохожих своим смехом – то тихим и мягким, то громким и безумным. Кто-то слышит его, когда он зовёт по имени, обещая показать что-то удивительное или дать что-то ценное.

Но те, кто решается последовать за ним, исчезают навсегда. Говорят, что Джек забирает их в свою тень – в мир, где нет света, и где они навсегда остаются его пленниками. Иногда, если вы очень внимательно слушаете, можно услышать их крики, эхом раздающиеся в ночи.

Однажды один смельчак решил проверить легенду. Он зашёл в тёмный переулок, где, по слухам, появляется Джек. Вдруг он услышал смех – то мягкий, то безумный, – и увидел тень, которая медленно приближалась. В её центре – яркое лицо с широкой улыбкой, горящими глазами и носом-конусом.

Он попытался убежать, но тень быстро его догнала. В последний момент он услышал шёпот: «Ты нашёл меня, теперь я найду тебя…»

На следующее утро его никто не видел. Только в темных уголках переулка остались его следы – маленькие, как будто кто-то полз, и капли крови, ведущие к пустому, заброшенному цирку.

Говорят, что Джек-Клоун всё ещё бродит по ночам, и если вы услышите его смех – лучше не отвечайте. Потому что, возможно, он уже выбрал вас в свою следующую жертву.

В одном старом доме на окраине города есть заброшенная комната, полная разбитых зеркал. Говорят, что в этом месте живёт Джек – клоун, который не просто пугает своей внешностью, а способен проникать через зеркала в наш мир.

Легенда рассказывает, что много лет назад в этом доме жил цирковой клоун по имени Джек. Он был любимцем публики, но однажды во время выступления он исчез – его лицо было найдено в зеркале, а сам он пропал без вести. С тех пор, его дух, по слухам, застрял между мирами, и теперь он ищет способ вернуться.

Говорят, что если встать перед одним из зеркал в этом доме и произнести его имя – «Джек» – то зеркало начнёт трещать и искажаться. В этот момент из него может выйти его зловещая тень – с лицом, покрытым трещинами, и глазами, горящими красным огнём.

Если вы посмотрите в зеркало, то увидите не своё отражение, а его – с широкой, зловещей улыбкой и безумным взглядом. И если вы не отвернётесь быстро, он может проникнуть через зеркало в ваш мир, захватить вас и затянуть в свой мрачный, зеркальный лабиринт.

Некоторые рассказывают, что однажды мальчик, решивший проверить легенду, зашёл в комнату и произнёс его имя. В зеркале он увидел Джека, который улыбнулся и протянул руку. Мальчик попытался убежать, но зеркало стало трещать и разлетелось на куски. В ту ночь он исчез, и его больше никто не видел.

Теперь, если вы когда-нибудь услышите тихий смех, доносящийся из-за зеркала, – лучше не смотреть туда. Потому что, возможно, Джек-Клоун уже заметил вас, и он ищет новую жертву, чтобы запереть её навсегда в своём зеркальном мире.

Рождественский сочельник в снежном Лондоне тысяча восьмисотого года. В маленьком домике на краю города жил одинокий семилетний мальчик по имени Исаак. Он был грустным ребёнком, который терпеть не мог своё имя. В то время как большинство детей проводило время с их семьями и с нетерпением ждали того, чтобы открыть подарки, уложенные с заботой рядом с украшенной Рождественской ёлкой, маленький Исаак проводил эту святейшую из всех ночей в одиночестве, в своей холодной и пыльной комнате на чердаке. Родители мальчика были очень бедными, и мать учила Исаака дома. Отец работал день и ночь в гавани Лондона, чтобы хоть как-то прокормить свою семью, хотя большая часть его заработка всегда уходила на выпивку в конце рабочей смены. Иногда он приходил домой, напившийся до неузнаваемости и выкинутый из последнего бара Лондона, после чего кричал на свою любимую жену, мать Исаака.

Время от времени крики перерастали в насилие, и отец жестоко избивал ее. И в эту ночь всё вновь повторилось. Исаак молчал, дрожа под грязными простынями, пока крики и громкие удары не прекратились. Когда бедный и напуганный Исаак в конце концов смог уснуть, он видел сон о том, каково это иметь друга, с которым можно поиграть, ведь тогда он мог бы смеяться и быть таким же счастливым, как другие дети Лондона… И к счастью для маленького Исаака, этот Рождественский Сочельник был особенный, ибо его ужасное одиночество было замечено ангелом-хранителем, который сотворил очень необычный подарок для грустного маленького мальчика из Лондона…

Как только солнце поднялось в это Рождественское утро, Исаак открыл глаза и заметил странную деревянную коробку, лежащую в ногах его кровати. Глазами, полными страха, он смотрел на цветную коробочку, забеспокоившись, кто мог оставить её здесь и как. Он не привык получать подарки, особенно игрушки. Все игрушки мальчика были найдены либо брошенными на улице, либо в водостоке. Исаак соскочил к подножию кровати и поднял коробку двумя руками. Подарок был разукрашен разноцветными красками, с лицами клоунов на стенках, вырезанными по дереву. На одной из стенок была записка, на которой легко можно было прочитать «Для Исаака.» На крышке коробки был выгравирован текст.

Исаак прищурился, когда произнес слова:

– С… Смею-щий-ся Дж-Джек из к-коробки… – он сделал паузу, – Смеющийся-Джек-из-коробки?

Мальчик слышал про Джека в коробке, но никогда о Смеющемся-Джеке-из-коробки. Переполненный любопытством, он схватил металлическую ручку на боку коробочки и несколько раз повернул ее. И с каждым новым оборотом он отчетливо слышал нотки песни «Pop Goes The Weasel». Но как только песня подошла к своей кульминации, Исаак пропел последний куплет, и песня закончилась. Ничего не произошло. Мальчик огорченно вздохнул:[1]

– Она сломалась… – положив коробку обратно к краю кровати, он поплелся через свою маленькую и пыльную комнату к шкафу, где смог переодеться из грязной пижамы в его повседневную рваную одежку.

Вдруг Исаак услышал оглушительный грохот позади себя. Он быстро развернулся, чтобы стать свидетелем того, что деревянная коробка сильно тряслась, дергаясь туда-сюда. Тут крышка коробки неожиданно слетела, и изнутри подарка вырвались клубы разноцветного дыма и конфетти. Исаак широко распахнул глаза, не веря в то, что сейчас видит. И как только дым рассеялся, посередине комнаты стоял высокий и худощавый клоун, с яркими рыжими волосами, конусом в разноцветную полосочку вместо носа и радужным перьевым воротником на плечах, украшавшим цветной клоунский костюм.

Разноцветный парень раскинул руки и торжественно объявил: «Все, все, все! От мала до велика! Приходите посмотреть на самого лучшего клоуна из ныне существующих! Единственный и неповторимый, СМЕЮЩИЙСЯ-ДЖЕК-ИЗ-КОРОБКИ!»

В глазах мальчика мелькнул огонёк восторга…

– К-Кто ты?

Цветной юноша отошел от кровати и, усмехнувшись, произнес:

– Рад, что ты спросил! Я Смеющийся Джек, твой новый друг НА ВСЮ ЖИЗНЬ! Я волшебный, никогда не устаю от игр, я профессионал в игре на аккордеоне, а ещё я адаптируюсь и развиваюсь точно так же, как и ты… Другими словами, всё, что любишь ты, люблю и я!

– М-мы… Друзья? – заикаясь, произнес малыш, продолжая смотреть на таинственного клоуна. Джек глянул на мальчика, слегка приподнимая бровь.

– Друзья? Мы ЛУЧШИЕ друзья! Я был создан специально для того, чтобы быть ТВОИМ не-совсем-воображаемым-другом, Исаак. Понимаешь? – челюсть малыша медленно опустилась.

– Ты знаешь мое имя?! – Джек причудливо рассмеялся.

– Конечно, я знаю твое имя… Я знаю все о тебе! Итак, теперь, когда с представлениями окончено… Как насчет того, чтобы поиграть в игру про шпионов? – Исаак расплылся в счастливой улыбке от уха до уха.

– Ты… Серьезно? Мы можем играть в игры?! Да я с удовольствием! Я… Ой… Я, – он сделал паузу. – я не могу… Мне нужно пойти вниз к маме, чтобы сделать уроки… – улыбка исчезла, возвращая на личико Исаака грусть и разочарование. Джек положил руку на плечо мальчика и, одарив его теплой улыбкой, произнес:

– Все в порядке! Я буду ждать тебя прямо здесь до твоего прихода… – улыбка малыша вновь засияла, когда он поднял взгляд на своего нового друга. Тут он услышал пронзительный голос матери, зовущий его вниз.

– Все, я должен идти… Увидимся, когда я закончу, хорошо, Джек? – клоун усмехнулся.

– Безусловно, малыш! – Исаак пошел к дверям. Джек подмигнул ему, когда тот обернулся. – Ты должен чаще улыбаться. Тебе идет, – мальчик счастливо улыбнулся и вышел за дверь.

Весь день Исаак рассказывал своей маме о потрясающем цветном клоуне, который появился из цветной коробочки, что появилась у подножия его кровати. Его мать, несмотря на все старания мальчика убедить ее, не поверила ни единому слову. В конце концов, он убедил ее сходить с ним в его комнату, чтобы она могла созерцать Смеющегося Джека своими глазами. Они прошли вверх по ступеням и Исаак распахнул дверь.

– Видишь мам! Он прямо зде… – Исаак осекся, как только увидел пустую комнату, в которой не было ни танцующего клоуна, ни таинственной деревянной коробки. Его мать была очень недовольна. Одарив сына таким взглядом, от которого у него заболел живот и задрожали коленки, она вздернула голову. – Но… Но мамочка… Он был… – ШЛЕП! Мать Исаака отвесила сыну стремительную жесткую пощечину. Его глаза быстро наполнились слезами, а губы искривились, как только он почувствовал, что сейчас сломается.

– ТЫ ТУПОЙ ИЗОЛИРОВАННЫЙ ОТ ОБЩЕСТВА ОТПРЫСК! Да как ты только посмел лгать мне о каких-то детских глупостях?! Кто захочет быть другом такому бесполезному червяку, как ты?! Ты будешь заперт в своей комнате до вечера, а также не получишь обеда… Ну что? Что теперь ты скажешь мне, неблагодарный щенок? – Исаак еле-еле проглотил комок в глотке, чтобы пробормотать в ответ лишь «Спасибо, мамочка…» Мама бросила на него испепеляющий взгляд перед тем, как выйти из отвратной комнаты.

Исаак опустился на край своей кровати, чувствуя, как лицо словно начинает гореть. Струйки слез побежали вниз по его худощавым щекам, как только он дал им волю. Мальчик заплакал.

– Хэй, что случилось, друг? – позвал голос со стороны. Исаак повернул голову туда, где неожиданно появился Смеющийся Джек. Парень сел рядом с малышом.

– Г-где ты был? – прошептал Исаак. Джек потрепал мальчика по волосам и мягко произнес:

– Я прятался. Я не могу позволить твоим родителям увидеть меня. Иначе они не позволят нам с тобой играть вообще… – Исаак утер лицо от слез. Джек улыбнулся. – Послушай, малыш… Я сожалею о том, что прятался, но я делал это ради тебя! Ибо сегодня мы можем с тобой играть и веселиться!

Исаак посмотрел на своего яркого приятеля и молча кивнул, улыбаясь уголками рта. Этой ночью Смеющийся Джек и Исаак играли в огромное количество веселых игр. По мановению руки Джека все солдатики Исаака оживали и маршировали по комнате. Мальчик был потрясен, как только увидел, что его игрушки двигаются по полу сами по себе. И как тут не удивиться… Потом друзья рассказывали друг другу страшные истории. Исаак спрашивал, не хотел ли Джек быть привидением, но тот лишь отвечал, что хотел бы больше быть каким-нибудь космическим объектом. В конце ночи Джек залез в свой карман и вынул оттуда большую горсть конфет. Мальчик был в восторге, когда положил цветную сладость себе в рот, ведь это была его первая конфетка. Такая сладкая… Исаак веселился от души и смеялся так, что всё казалось ему по плечу. До того момента, пока не произошло нечто ужасное через три месяца…

Это был теплый солнечный денек, что было большой редкостью в Лондоне. С помощью своего не-совсем-воображаемого-друга Исаак смог закончить свое задание пораньше и был отпущен на улицу, чтобы немного поиграть. Вещи становились проще, парочка веселилась в саду за домом, играя в пиратов. Вдруг Исаак заметил соседскую кошку, которая прокралась на их территорию.

– О да! У НАС ШПИОН НА ПРАВОМ БОРТУ! – воскликнул Исаак, увлекаемый фантазией и воображением.

– Йо-хо-хо! Я поймаю его, Капитан Исаак! – протянул первый помощник Джек своим потрясающим пиратским говором. Рука клоуна вытянулась через весь сад и схватила ничего не подозревающее животное, которое тут же начало оживленно вырываться.

– НЕ УПУСТИ ЕГО, ДЖЕКИ, ИНАЧЕ ПРОГУЛЯЕШЬСЯ ПО ДОСКЕ! – враждебно проверещал мальчик.

Хватка Джека продолжала усиливаться, его руки выросли и стали похожи на огромные толстые змеи, что обвивались вокруг хитрого кота, который так цеплялся за жизнь. Он сжимал животное, выдавливая воздух из легких. И в какой-то момент глаза домашнего питомца просто начали вываливаться из орбит, после чего был слышен громкий хлопок… Джек мгновенно освободил существо из мертвой хватки и безжизненное пушистое тельце глухо ударилось о землю. Стояла непроницаемая тишина, когда эти двое рассматривали искаженный и скрученный труп кошки. И тишину нарушил вызывающе громкий смех… Смех Исаака.

– АХА-ХА-ХА, вау! Я догадывался, что у кошек НЕТ девяти жизней! Аха-ха! – мальчик утер слезы с глаз, проступившие от смеха. Джек тоже тихо хихикал.

– Хах, да… Точно. Но не будут ли у тебя проблемы, если твоя мама обнаружит мертвую соседскую кошку в своем саду, м-м-м? – Исаак резко перестал смеяться.

– О нет… Ты прав. Эм… Я только… Может, я просто брошу ее обратно на соседский участок?! – Исаак в панике схватил лопату, что лежала рядом и приподнял ею изуродованный труп животного, перекидывая его через забор соседского сада. После чего парочка быстро вернулась домой, на чердак, в комнату мальчика.

Прошло около часа, прежде чем это случилось. Вопль матери с первого этажа чуть не порвал Исааку барабанные перепонки в ушах. Ни Джек, ни мальчик и слова сказать не успели. Исаак быстро прокрался вниз, чтобы встретиться с ужасной волей судьбы лицом к лицу… Джек слышал очень много криков снизу, но не мог понять, о чем идет речь. И через тридцать минут Исаак вернулся в комнату, весь в слезах.

– Ну как? – встревоженно протянул Джек. Исаак лишь уставился в пол, после чего произнес:

– Я… Я пытался сказать ей, что это ты убил кошку. Но она не поверила мне. Сказала, что ты не настоящий… – клоун нахмурился, понимая, что это была полностью его ошибка. Исаак утер рукавом слезы. – Меня посылают в школу-интернат. Я уезжаю вечером… и ты не можешь поехать со мной… – лицо Смеющегося Джека исказил шок и страх.

– Что?! Я… Я не могу поехать? Куда же я пойду? – Исаак ничего не сказал. Лишь указал на красивую цветную коробку, откуда когда-то появился его друг. – Вернуться туда? Но я не смогу выйти, пока… – Джек осекся. Исаак посмотрел на своего единственного друга глазами, полными слез.

– Джек… Я обещаю, что вернусь за тобой, как только смогу! Я обещаю… – Джек посмотрел сначала на коробку, а затем вновь на мальчика.

– А я буду ждать тебя здесь, малыш… – клоун улыбнулся. Тут по его щеке покатилась одна единственная слеза. Он подошел к своей коробке и исчез внутри неё с внезапно появившимся дымом.

И теперь он не в состоянии появиться вновь, пока коробку опять не откроют…

Этим же вечером Исаак был отправлен в школу-интернат. Первое время Смеющийся Джек чувствовал себя очень одиноко. Даже будучи запертым в своей коробке, Джек мог видеть, что происходит вокруг, и с каждым днем ожидания своего друга комната становилась все старее и пыльнее. Единственной целью Смеющегося Джека было существование Исаака, как единственного друга на всю жизнь, и теперь он ждет, день за днем, месяц за месяцем, чтобы воссоединиться с его особенным другом. Родители Исаака всё так же жили в этом доме, но никогда не приходили в комнату на чердаке. Единственное, чем они однажды напомнили о своем присутствии, была громкая драка. И все так же жизнь Джека была сплошным одиночеством, уединением и разочарованием. Годы шли, и однажды цвета на одежде Джека начали блекнуть, становиться черно-белыми. Черной и белой пустотой… Запертый в ловушке… Долго и безнадежно.

Прошло тринадцать лет. В одну из ночей отец Исаака вернулся домой подвыпивший и вновь начал ссориться со своей женой, впрочем, как обычно. Все вновь привело к физическому насилию, однако в этот раз женщина не выдержала. Отец семейства избивал свою жену, пока она не умерла. А на следующий день сам был приговорен к смерти через повешение.

Теперь со смертью обоих родителей двадцатилетний Исаак унаследовал пыльный старый дом, в котором он провел большую часть своего детства. Смеющийся Джек был очень обрадован, когда наконец услышал шаги своего старого друга, поднимающегося вверх по ступеням, на чердак. Впервые за последние тринадцать лет. Но это была не такая встреча, которую Джек ожидал…

Исаак выглядел… Иначе. Он не только стал старше. Но теперь появился странный и мрачный взгляд на лице. Больше не было того любопытного и подававшего надежды мальчика, которого Джек встретил много лет назад. Джек нетерпеливо ждал, пока Исаак выпустит его из этой клетки, ибо прошло очень много лет. Но коробка оставалась нетронутой и незамеченной на полке в углу комнаты рядом с другими ненужными побрякушками. Исаак полностью забыл о своем старом друге, решив, что это был лишь плод детского воображения. Удивительно, но это не пробудило в Джеке ровным счетом ничего. Он ничего не чувствовал. Он был пуст. Тринадцать лет… Ожидания и разочарования оставили монохромного клоуна, как и пустота и жалость к самому себе. Джек оставался в своей коробке, бесцветный и без эмоций.

На следующий день Исаак ушел на работу. Он стал обойщиком, ремонтируя мебель для богатых людей Лондона. Джек ждал в плену. Несколькими часами позже подвыпивший мужчина вернулся домой и поплелся по ступеням наверх в свою комнату. Но в этот раз с ним был друг. А точнее, подруга. Девушка, с которой Исаак познакомился в местном баре этим же вечером. Она была красива, с гладкими блондинистыми волосами, голубыми глазами, цвета сапфира и улыбкой, которая могла расплавить даже самое твердое сердце. Внимание Смеющегося Джека было приковано к гостье Исаака. «Кто это? Новый друг? Зачем Исааку новые друзья? Я думал… Думал, что я его единственный друг» – размышлял Джек про себя, делая соответствующие выводы. Исаак и его леди присели на кровать и начали болтать о жизни в Лондоне. Тут молодой человек пошутил, и они оба засмеялись.

Смеющийся Джек зашипел от зависти из-за нового друга Исаака. Вдруг парень и его девушка посмотрели друг другу в глаза и наклонились для поцелуя, соприкоснувшись губами со страстью… Джек был очень озадачен таким странным проявлением любви, потому что он никогда еще не видел настоящего поцелуя. Когда поцелуи стали настойчивей, Исаак переложил свою руку на бедро девушки, почти под подол платья, однако гостья лишь скинула эту руку. Но юноша был настойчив, и в этот раз он скользнул ладонью чуть ниже под юбку, проводя по шелковистому нижнему белью. Женщина была явно недовольна таким двусмысленным поведением Исаака и оттолкнула его, после чего получила громкую пощечину… Глаза мужчины потемнели, когда он в ярости глянул на девушку. Его пьяная страсть превратилась в бушующую ярость. Сердце девушки забилось в два раза быстрее, когда она увидела искаженное злобой лицо Исаака…

– ТУПАЯ ШЛЮХА! – заорал мужчина и ударил кулаком по лицу девушки. Глаза Смеющегося Джека расширились от удивления, когда он увидел длинные струйки красной жидкости, льющиеся из носа гостьи… «Что это за игра?» думал он. Его глаза еще не видели насилия. Исаак схватил одной рукой девушку за запястья, а другой с силой разорвал ее платье и трусики.

Перепуганная девочка попыталась хоть как-то бороться, но Исаак был сильнее ее. Он грубо ласкал ее грудь, после чего жестко схватил ее за белокурые волосы и дернул к своему лицу, проникая языком в рот несчастной. Джек смотрел на это все с огромнейшим любопытством. Смотрел, как его старый друг отпустил своего нового «приятеля» и схватился за горло, переполненное кровью девочки. Гостья скатилась и упала с кровати, стараясь как можно скорее добраться до выхода. Исаак быстро рванулся вперед и смог поймать свою «игрушку» за подол оборванного платья.

Вернувшись обратно, он схватил подсвечник со своей ночной тумбочки и со всей силы ударил им по голове молодой женщины, которая тут же лопнула, как спелый арбуз. Брызги крови разлетелись по всей комнате, тело девушки билось в конвульсиях несколько секунд, после чего замерло. Кровь была везде, некоторые капли попали даже на коробку Джека, который наслаждался шоу со всем восторгом… Впервые за долгие тринадцать лет, клоун расплылся в улыбке, и вдруг с его губ сорвался сначала один смешок, потом второй, третий, пока Джек не рассмеялся во весь голос внутри запечатанной коробки.

«Какая потрясающая игра!» – думал Джек, глядя на неподвижное тело девушки, чьи длинные золотистые волосы были окрашены кровью.

Как только Исаак начал приходить в себя, он понял, что должен избавиться от тела. Он поднял безжизненный труп девушки и бросил на кровать, после чего покинул комнату, закрывая дверь на ключ перед тем, как уйти из дома. Вернулся он днем позже, притащив с собой металлический мусорный бак и мешок от инструментов для обивки. Он очистил все, включая пол, а затем перетащил окровавленный труп на середину комнаты. Это не только было место работы Исаака, но и место, которое давало Джеку отличную возможность наблюдать весь спектакль от начала и до конца. Он наблюдал за всем с диким оскалом. И как только Исаак покончил с этим, он начал работу.

Первым делом обойщик вывернул содержимое своей рабочей сумки на рабочий стол позади себя. Большой выбор ножей, молотков, плоскогубцев и других инструментов теперь лежал перед ним. Первым стал изогнутый обивочный нож, который Исаак использовал для снятия кожи. Эту кожу он положил на полку, чтобы потом растянуть и сделать обивкой… Как только он убрал покровы человеческого тела, Исаак взял в руки ручную пилу, дабы отрубить руки, ноги и голову. Наполнив мусорный бак дезинфицирющим средством и некоторыми другими химикатами, он погрузил туда отрубленные конечности, пока они не лишились мяса. Позже юноша выловил из этого кровавого месива несколько костей и положил их на свой рабочий стол. Как только ночь поглотила Лондон, убийца выволок бак на улицу и слил все останки в сливы, которые уходили в гавань.

Последующие три недели Джек с восторгом наблюдал за тем, как вдохновленный Исаак мастерил из когда-то искаженного трупа гротескное мерзостное кресло. Бедренная кость стала задними ножками кресла, в то время как голень и ступни превращены в передние ножки. Деревянная рамка стала основой для спинки, однако середина была украшена позвоночником. Кости рук использовались как подлокотники, закрепленные с помощью ребер.

И вот кожа была пришита на сиденье и спинку стула, а золотые волосы, заплетенные в косу, обрамляли края. На вершине всего этого творения был закреплен череп той девушки, что когда-то имела эти самые волосы, голубые глаза и улыбку, что плавила сердца… Исаак был очень доволен своей работой, а Смеющийся Джек восхищался сообразительностью и креативностью своего бывшего друга. После этого дня Иссак даже не думал прикасаться к алкоголю, ибо теперь у него была совсем другая жажда.

Шли недели, и Исаак внес несколько улучшений в свою маленькую мастерскую ужасов. Он снял с кровати матрас и положил вместо него стопку деревянных досок, после чего сделал несколько креплений для рук и ног по бокам кровати. Это означало, что он теперь может приглашать и развлекать своих гостей на более долгое время, не волнуясь, что они могут нагрубить ему своим скорым уходом и попытками сбежать. Молодому человеку требовалась последняя вещица, дабы он мог продолжить свою работу… И мастерил он ее около недели, высекая из дерева вручную.

После того, как он покрасил ее белой краской, все было готово. Это была деревянная маска в венецианском стиле, которую вполне можно было надеть на маскарад. Густые брови и длинный крючковатый нос позволяли владельцу маски внушать своим жертвам страх, который пронизывал их до самых костей. Со своим новым лицом и комнатой, превращенной в камеру для убийств, Исаак Ли Гроссман был готов приглашать нового гостя к себе…

Этой же ночью Смеющийся Джек увидел, как Исаак Гроссман поднялся по лестнице, таща с собой большой наплечный мешок, в котором извивался его новый «друг». Мужчина вывалил содержимое мешка на свою кровать для пыток. На доски шлепнулся связанный и очень напуганный мальчик с кляпом во рту, лет пяти или шести, не больше. Исаак быстро схватил руки и ноги ребенка, привязывая их к стальным оковам кровати. Из глаз несчастного непрерывно лились слезы, стекая по маленькому и беспомощному лицу. Тут убийца достал свои инструменты. Вернувшись к мальчику, он держал в руках большие плоскогубцы и, не тратя времени, ввел нижнюю часть инструмента под указательный ноготь правой руки малыша и плотно сжал его. Глаза ребенка округлились, и он начал оглушительно вопить сквозь кляп, умоляя, чтоб Исаак отпустил его. Тот лишь усмехнулся, рывком выдирая первый ноготь…

Мальчик заорал сквозь кляп, дергаясь в агонии на деревянных досках. Из пальца потоками хлестала кровь. Исаак же последовал к среднему пальцу, повторяя то же самое действие и с ним… Однако в этот раз ноготь не сошел полностью, а сломался на половине. Ребенок вопил от боли, ибо его пальцы просто фонтанировали кровью. Сжав остатки ногтя, Исаак вновь рванул, и в этот раз с ногтем сошла и кожа. Даже Исаака отдернуло от этих действий, в отличие от Джека, который наблюдал за ним и злобно хихикал, сидя в своей пыльной коробке…

Исаак вернулся к своему столу и заменил плоскогубцы огромным молотком. Подойдя к подножью кровати, он сжал свой инструмент в одной руке, глядя на левую ногу мальчишки. Высоко подняв молоток над головой, он с удовольствием наблюдал за оглушительными мольбами «гостя» пощадить его, кое-как слышимые через грязный кляп. Мужчина замахнулся и со всей силы грохнул кувалдой по колену ребенка, рассекая и ломая кость с громким хрустом. Мальчик задергался в конвульсиях, надрывая горло в криках.

Пока мальчик боролся с адской болью, Исаак оставил молоток у подножия кровати и, вернувшись к своему верстаку, вооружился длинным острым ножом. Не долго думая, он начал вырезать на трепещущей груди малыша слова «Бесполезный червь». Когда он закончил, ребенок был почти без сознания. Опустившись на колени, Исаак наклонился к уху своей жертвы и тихо прошептал:

– Вот что происходит с гнилыми детьми, которые корчат рожи другим людям…

Глаза мальчика наполнились слезами в последний раз, и тут Исаак начал остервенело срезать кожу с его личика, но, к удивлению убийцы, ребенок все еще цеплялся за жизнь… Изувеченный малыш просто смотрел на своего палача огромными круглыми глазами, и взгляд его наполнил сердце Исаака еще большей яростью и ненавистью.

– ДАЖЕ БЕЗ ЛИЦА ТЫ ВСЕ ЕЩЕ УРОДЛИВЫЙ МЕЛКИЙ ГАДЕНЫШ! – возопил он, хватая молоток. Не помня себя, он со всей дури начал молотить инструментом по черепу несчастного, превращая это всё в кровавое месиво. Он замахивался снова и снова, пока вместо лица не осталось ничего, кроме как пюре из крови и мозгов. А из другого конца комнаты Смеющийся Джек радостно наблюдал за великим финалом, который превзошел все его ожидания.

Следующей гостьей Исаака стала старая слепая женщина, которую он пригласил на чай. Ей понадобилось около пяти минут, чтобы осознать, что она сидит на стуле из человеческих останков и ещё шесть минут, чтобы найти лестницу и с криками попытаться сбежать. Мужчина решил покончить с этой злобной шуткой с помощью ледоруба, прорубившего ее глазницы.

После этого случая он привел домой маленькую девочку, которую потом насильно кормил битым стеклом, после чего использовал ее живот как грушу… Шли недели, и все больше и больше жертв встречали свой конец на адском чердаке Исаака Гроссмана. Его душа становилась все чернее и беспощаднее, и характер Смеющегося Джека следовал его примеру, ибо он менялся так же, как и его хозяин. И так бы он и сгнил в своей коробке, если бы одной холодной декабрьской ночью не случилось нечто…

Старые гвозди, что держали полку с разными безделушками, в конце концов отжили свой век и сорвались со стены. Услышав внизу громкий грохот с чердака, Исаак решил подняться наверх и всё проверить. Он прошелся по крови, впитавшейся в деревянные доски пола, и склонился над упавшей полкой. Когда Исаак отбросил все старые безделушки, что сломались при падении, он наткнулся на Джека-в-коробке из его детства… Мужчина едва узнал старую потрепанную коробочку, поднимая ее с пола и снимая шмотки пыли. И, впав в ностальгические воспоминания, он взял ржавую ручку коробочки и, услышав резкий скрип, начал вертеть.

«Pop goes The Weasel» звучала уже не так приветливо из изношенной старой коробки, и когда песня дошла до последнего припева, Исаак тихо пропел финальную строку. Крышка коробки вдруг распахнулась, но внутри было пусто. Ничего не произошло. Исаак этого и ожидал. Бросив коробку к другим сломанным безделушкам, он начал уборку. Закончив, он направился к дверям, чтобы пойти вниз. Но она оказалась заперта. Исаак дернул ручку сильнее, но дверь не поддалась. И именно тогда он услышал жуткий, хрипящий голос прямо за своей спиной…

– Ис-с-са-а-а-ак…

Холодок пробежал по спине Исаака, а волосы на голове встали дыбом, пока он оборачивался… В другом конце комнаты стоял кошмарный Смеющийся Джек. Он был полностью черно-белый, ужасные черные волосы стали длинными локонами, свисавшими до самых плеч, острые как у акулы зубы украшали кривую усмешку, а руки висели как у тряпичной куклы, царапая гротескными длинными пальцами пол. И тут клоун заговорил свои адским голосом, который пробирал до самых костей страхом…

– Как же приятно вновь быть свободным… Ты скучал по мне, Исаак? – мужчина был парализован от страха.

– Н-но я думал, что ты был ненастоящим! ВООБРАЖАЕМЫМ! – заикаясь, пролепетал Исаак. Джек ответил гулким ужасающим хохотом.

– Аха-ха-ха, о не-е-ет… Я вполне реален, малыш. И на самом деле я ждал так долго этого самого дня, чтобы, наконец, вернуться… Когда я смогу поиграть с моим самым лучшим другом всей жизни… В самый! Последний! Раз!

Исаак не успел ответить. Длинные руки клоуна вытянулись через всю комнату и крепко вцепились в ноги мужчины. Полосатый монстр начал притягивать царапающего пол ногтями Исаака всё ближе, волоча к его собственной кровати для пыток. Не обращая внимания на его сопротивление, Джек схватил четыре длинных железных гвоздя с верстака и, бросив своего бывшего друга на доски, мгновенно распял его, пробивая гвозди сквозь руки и ноги своей жертвы. Исаак завопил от боли, плюясь ругательствами:

– ДА ПОШЕЛ ТЫ, СВОЛОЧЬ! ЧЕРТ ТЕБЯ ПОДЕРИ, УРОД С КЛОУНСКИМ НОСОМ! – Смеющийся Джек лишь усмехнулся, с силой схватив Исаака за голову и приближая его лицо к себе.

– Если не можешь сказать ничего хорошего, то лучше не говори вовсе! – проникнув длинными кривыми пальцами в рот своего друга, клоун сжал его язык и вытянул настолько, насколько было возможно. В секунды Джек взял острый нож и начал медленно срезать слои мяса с языка… Крик был слышен даже на улице. Когда он закончил, рот мужчины начал наполняться кровью. Монстр помог ему, беря со стола длинную металлическую трубу и проталкивая ее в горло Гроссмана, дабы обеспечить ему временное дыхание. В этот момент Исаак испытывал такую боль, что уже просто не мог кричать. Он просто закрыл глаза, чтобы не видеть все эти тошнотворные ужасы, которые монстр вытворяет с его телом.

– Да ладно тебе, если ты не будешь смотреть, какой же смысл всего веселья? – игриво прохрипел Джек, но Исаак продолжал держать глаза закрытыми. Смеющийся Джек вздохнул. – Ну как хочешь…

Тут он насильно открыл одно веко Исаака. Потянувшись к верстаку своей длинной рукой, клоун взял с него несколько крупных заостренных рыболовных крючков. Недолго думая, он проткнул острым концом верхнее веко Исаака, вводя его до самой брови. Затем он взял второй крючок и повторил то же действие с нижним веком, закрепляя конец в щеке дергающегося Гроссмана. Вскоре оба глаза были широко открыты, дабы не упустить ни одной секунды действа. Взяв тот самый нож, Джек с упоением срезал длинные куски плоти со рта Исаака, обнажая его зубы и десны… Губ больше не было.

– Хм-м-м… Похоже, что кто-то не пользуется регулярно зубной нитью! – хихикнул себе под нос монстр, протягивая руку за молотком. Исаак пытался молить о пощаде, однако из горла доносились лишь клокочущие стоны. С кривой улыбкой Джек замахнулся над головой мужчины и с силой грохнул по его челюсти, слыша оглушающий хруст от разбитых зубов. Отбросив молоток, Джек начал истерично хохотать, разрывая рубашку воющего Исаака. Снова вооружившись ножом, Джек с силой вспорол живот своей жертвы, упиваясь хриплым воем своего старого друга. Тут он ввел свои крючковатые пальцы прямо под кожу на груди, убирая ее и подготавливая к самому настоящему живому вскрытию…

Первым делом Джек начал вытаскивать кишки Исаака, словно волшебник вытягивая из кармана длинные цветные платочки. Затем, когда кишка закончилась, он с ужасным оскалом притянул конец к своим губам и начал надувать ее, словно шарик. Покончив с этим, он скрутил ее в форму пуделя и с громким хохотом воскликнул:

– А я еще и жирафиков могу! – Исаак еле-еле цеплялся за жизнь, ещё пока будучи в сознании. Клоун поставил жуткий шар-животное рядом с его головой. Для следующего своего трюка клоун вытащил из брюха полу-мертвеца почку, но тут же откинул орган в сторону.

– Нет, почки точно не моё… – тут он заметил, что его игрушка начинает уходить. – Начал уже уставать, дорогуша? Мы же почти закончили! – со смехом воскликнул клоун, вынимая из кармана длинный шприц с острой иглой. – Это поможет тебе воспрянуть духом! – крикнул он, втыкая в глаз мужчины это страшное орудие и вводя жидкость в правую глазницу. Пошевелив иглой слегка в сторону, Джек с упоением пронаблюдал за тем, как его старый друг дернулся, возвращаясь к жизни, чувствуя адскую боль от острой иглы, царапающей заднюю стенку его глазницы. С зловещей усмешкой клоун резко выдернул инструмент, вытянув и сам глаз. Он лопнул. Теперь он висел из черепа на одной лишь глазной нитке, стекая по искореженным щекам. Джек ухмыльнулся.

– Ну, теперь когда я вновь завладел твоим вниманием… – монстр оттянул часть плоти из желудка полуживого Исаака и наклонился над этим кровавым месивом, широко раскрывая рот. Через несколько секунд из его глотки вырвался целый поток грязных тараканов, сыплясь на грудь и открытую брюшную полость. Каждое насекомое мгновенно расползалось по телу Исаака, проникая во все дырки, не обращая внимание на густую кровь и ошметки кожи. И когда все было переполнено, остальные тараканы направились вверх по глотке Исаака, забивая путь к воздуху…

Исаак уже был в паре миллиметров от смерти, как Джек встал рядом с ним на колени и наклонился к уху.

– Это было потрясающе, малыш, но, похоже, наша игра уже окончена. Не нужно слез, потому что я собираюсь предлагать свою дружбу всем одиноким детям в мире! И это ли не прекрасно?! – с этим криком он пробил грудную клетку Исаака мощным кулаком и вырвал его еще бьющееся сердце.

Когда последний грамм жизни вытек из Исаака, вся жизнь промелькнула у него перед глазами: он увидел свою мать, своего отца, школу-интернат, жертв, а последняя мысль в его мозгу была о том самом Рождестве и об утре, когда он нашел рядом со своей кроватью красивую деревянную коробку ручной работы, в которой сидел его первый и самый лучший друг…

Ходили слухи о том, что когда полиция нашла искореженный труп Исаака Гроссмана, уже изъеденный личинками, спустя неделю после Сочельника, его лицо было изуродовано в клочья. Но он выглядел почти… Счастливым.

Безглазый Джек – главный антагонист.

Существо в капюшоне с невыразительной синей маской без носа и рта. Из вырезов для глаз на маске постоянно выделяется черная субстанция.

Внешность:

– Под маской нет глаз

– Кожа серого оттенка

– Зубы похожи на акульи

– Волосы каштановые

– Когти

В одном маленьком городке ходит страшная легенда о Безглазом Джеке – зловещем существе, которое появляется в ночи и ищет свою жертву.

Говорят, что когда-то давно в этом городе жил человек по имени Джек. Он был обычным парнем, но однажды ночью его похитили таинственные силы. Его глаза были вырваны, и вместо них остались лишь пустые, кроваво-красные впадины. После этого он исчез, а на его месте появился ужасный дух – Безглазый Джек.

Этот дух – это тень, лишённая зрения, но обладающая сверхъестественной способностью чувствовать страх и движение. Он бродит по улицам ночью, особенно в тёмные и безлюдные места, и ищет тех, кто боится.

Легенда гласит, что если вы встретите Безглазого Джека, то он не попытается вас убить сразу. Вместо этого он будет следовать за вами, тихо и бесшумно, ощущая ваш страх. Его пустые глазницы – это не просто отсутствие глаз, а врата в его зловещий мир. Он может проникать в ваши сны, вселяться в ваши мысли и даже управлять вашими движениями, если вы слишком напуганы.

Однажды один смельчак решил проверить легенду. Он вышел на улицу в полночь и стал ждать. Вдруг он почувствовал, что за ним кто-то идёт – тихо, без звука. Он обернулся – и увидел его: безглазое лицо, покрытое шрамами, и пустые глазницы, которые казались бесконечными.

Он попытался убежать, но его тело словно было приковано к земле. В этот момент он услышал шёпот: «Я вижу всё… даже то, что ты скрываешь…»

На следующее утро его нашли в том же месте, где он стоял, – без сознания, с ужасным выражением лица и пустыми глазами. Он никогда больше не говорил и не мог объяснить, что видел.

Говорят, что Безглазый Джек всё ещё бродит по ночам, и если вы услышите его тихий шёпот или почувствуете, что за вами кто-то следит – лучше не оглядываться и не показывать страх. Иначе он заберёт вас в свой мрачный, безглазый мир навсегда.

Это история о двух братьях, Митче и Эдвине, об их попытке начать новую жизнь в старом, скрипучем доме, и о кошмаре, который поджидал их в его темных углах. Это история о Безглазом Джеке, существе, которое питается не только плотью, но и страхом.

Я всегда восхищался Эдвином. Он был сильным, уверенным в себе, настоящим старшим братом. Когда я оказался на мели и нуждался в помощи, он без колебаний предложил мне переехать к нему. Его дом был старым, с потрескавшейся краской и скрипучими полами, но в нем чувствовался какой-то уют. Первые дни прошли замечательно: разговоры допоздна, совместные ужины, ощущение, что все налаживается.

Но потом начались странности. Ночные шорохи, тени, играющие в углах глаз, ощущение чьего-то присутствия. Я списывал это на мое воображение, на усталость после переезда. Но однажды утром я проснулся от нестерпимого жжения на левой щеке.

Ощущение было такое, будто меня резанули раскаленным ножом. Я коснулся щеки и почувствовал липкую, влажную субстанцию. В зеркале я увидел ужасающую картину: глубокая, рваная рана, кровоточащая и пульсирующая болью. Меня охватила паника.

Я бросился к Эдвину. Он был в шоке не меньше меня. Мы поехали в больницу, и там меня ждал еще более страшный сюрприз. Врачи, с озадаченным видом, сообщили, что я не только получил серьезную рану, но и… потерял левую почку. Удалена хирургическим путем, чисто и профессионально. Но кто это сделал? И зачем?

Этот вопрос терзал меня. Я спал с включенным светом, вздрагивая от каждого шороха. Страх стал моим постоянным спутником.

Несколько ночей я метался в бреду, не в силах сомкнуть глаз. А потом это произошло. Около полуночи я проснулся от леденящего душу ощущения, что кто-то наблюдает за мной. Открыв глаза, я увидел над своей кроватью силуэт. Темный, сгорбленный, нечеловеческий.

Я не сразу понял, что это. Потом, в свете луны, пробивающемся сквозь щели в шторах, я увидел его лицо. Вернее, его отсутствие. Там, где должны были быть глаза, зияли лишь черные, пустые провалы. Безглазый Джек.

Адреналин ударил в голову. Я лихорадочно схватил телефон с тумбочки, включил камеру и сделал снимок. Вспышка ослепила существо на мгновение. Он зашипел и бросился на меня.

Я отбивался от него, как мог. Схватил старый настольный светильник и ударил Джека. Это дало мне мгновение, чтобы выскочить из комнаты. Я бежал, не разбирая дороги, из дома, в темный, зловещий лес. Страх гнал меня вперед. Я споткнулся о корень дерева и потерял сознание.

Я очнулся в больнице. Голова раскалывалась, все тело болело. Рядом со мной стояли родители. Их лица были искажены горем. Они сообщили мне страшную новость: Эдвин мертв. Его нашли в доме. Кто-то убил его.

Мир рухнул. Боль потери, ужас, вина – все смешалось в невыносимый ком. Родители отвезли меня в дом Эдвина, чтобы забрать мои вещи. Дом был пуст, пропитанный смертью. Когда я вошел в комнату Эдвина, я увидел его тело, лежащее на полу. И рядом с ним… это…

Это была моя почка. Изуродованная, обглоданная, покрытая какой-то зловещей черной слизью. Я никогда не забуду этот кошмар.

Я был рад приезду Митча. Я всегда старался защищать его. Когда он проснулся с этой раной, я был в ужасе. Я чувствовал себя беспомощным. Я пытался быть рядом с ним, но ничего не мог сделать.

В ту ночь, когда он сбежал в лес, я проснулся от шума. Я слышал его крики и какой-то шипящий звук. Я выбежал из комнаты, но было уже поздно. Митч уже убегал. Я увидел этот силуэт… Он был темный, пугающий. Я чувствовал, что что-то очень плохое происходит.

Я искал Митча, звал его. Но ответа не было. Я позвонил ему, но он не отвечал. Я чувствовал страх. А потом… потом пришел он. Безглазый Джек. Я не успел ничего понять. Он убил меня.

Я чувствую их страх. Я чувствую их почки. Они манят меня. Митч. Он слаб. Я удаляю его почку, быстро и чисто. Но его страх… он сладок. Я хочу большего.

Я возвращаюсь. Он просыпается. Вспышка света. Раздражает. Он сопротивляется. Это меня злит. Он сбегает.

Я переключаюсь на другого. Эдвин. Он легче. Я убиваю его. Забираю его почки. Оставляю одну из почек Митча, чтобы он помнил меня. Чтобы он знал, что я всегда рядом. Я голоден.

Наши мальчики… что с ними стало? Митч потерял почку, Эдвин… умер. Мы не понимаем. Кто это сделал? Зачем?

Мы видим страх в глазах Митча. Мы видим эту изуродованную почку. Мы чувствуем, что столкнулись с чем-то за пределами нашего понимания. Мы обещаем Митчу, что найдем виновного. Но мы знаем, что это будет нелегко. Этот дом… он проклят.

Митч больше никогда не вернется в тот дом. Он будет жить с родителями, пока не оправится. Он будет помнить о Безглазом Джеке, о его пустых глазницах, о запахе черной слизи. Он будет жить в страхе. Потому что Безглазый Джек всегда рядом. Он ждет. Он голоден. И он всегда найдет свою следующую жертву.

Это случилось в холодную, тёмную ночь. Алексей решил прогуляться по заброшенной части города, где давно не было ни души. Говорили, что там живёт что-то зловещее, но он не верил в легенды – он был скептиком и хотел проверить всё сам.

Когда он дошёл до старого парка, он заметил, что всё вокруг кажется слишком тихим. Луна едва освещала тропинки, и тени казались живыми. Вдруг он почувствовал, что за ним кто-то следит. Он обернулся – ничего. Только тёмные силуэты деревьев.

Но тут он услышал тихий шёпот – будто кто-то шепчет его имя. Алексей замер, прислушиваясь. Вдруг из тени вышел он – Безглазой Джек. Его лицо было покрыто шрамами, а вместо глаз – пустые кроваво-красные впадины, которые казались бесконечными.

Джек медленно подошёл, не произнося ни слова. Его пустые глазницы будто всматривались прямо в душу Алексея. Он почувствовал, как его сердце забилось сильнее, и попытался убежать, но ноги словно приросли к земле.

Джек остановился прямо перед ним и протянул руку. В этот момент Алексей заметил, что в его глазницах мелькает что-то – тёмное, зыбкое, словно тень, которая пытается выбраться наружу.

– Я вижу всё… – прошептал Джек, голос его был хриплым и эхом раздавался в голове Алексея. – Всё, что ты скрываешь… Всё, что ты боишься.

Алексей закричал, пытаясь вырваться, но его тело словно было парализовано. В этот момент он почувствовал, как тень Джека проникла в его разум, заполняя его страхом и безумием.

Когда он очнулся, он был один – на том же месте, где стоял. Но что-то было не так. Его глаза – пустые, кроваво-красные впадины – смотрели прямо на него. Он не мог больше говорить, не мог двигаться. Он стал частью этого ночного кошмара.

Говорят, что с тех пор Алексей исчез, а его тело нашли через несколько дней – безжизненным, с ужасным выражением лица и пустыми глазами. И в ту ночь, когда он исчез, кто-то ещё услышал шёпот: «Я вижу всё… и ты тоже станешь частью меня.»

Тим Маски – один из прокси Слендера. Сам маски является персонажем фильма «Мраморные шершни».

Внешность:

– Карие глаза

– Белая маска с нарисованными глазами и ртом

– Желтая куртка

– Черная футболка

– Темно-синие джинсы

Тим всегда был непростым подростком, а атмосфера вокруг лишь усугубляла ситуацию. Издевательства одноклассников, гнетущая атмосфера в семье и вечные ссоры отца с матерью сделали свое дело – Тим судорожно искал выход из этой рутины, в которой он погряз с головой, и наконец нашел, но не тот. В шестнадцать лет он пошел совсем не той дорожкой. В неполные двадцать лет Тим уже крепко отгородился от реальности. Родители развелись, и парень остался жить с матерью, начавшей выпивать. Он выносил из дома все, хоть мало-мальски ценное, вплоть до ваз и дорогой одежды. Мать заметила это, и, не задумываясь, вышвырнула подростка на улицу. Тиму пришлось ночевать по подворотням и мусорным бакам, скатываясь все ниже по социальной лестнице.

Однажды холодным осенним вечером парень выпал из бака прямо под дождь. Что-то прицепилось к его шнурку. И тут парень разглядел, что это была белая маска с прорезями для глаз и черным ртом. В голове чужой голос приказал надеть находку на свое лицо. Стоило парню надеть маску, его вторая личность захватила контроль над телом. Проснулся Тим уже с утром. Его руки были в крови, но Тим списал это на собственные раны. Парень так и не узнал, что страдает раздвоением личности.

В далёком городе, где давно исчезли все следы жизни, ходит страшная легенда о человеке, которого все называли просто – Тим Маска. Говорят, что он – не обычный человек, а тень, которая носит маску, скрывающую его лицо. Его появление связано с исчезновением целых групп людей, и никто не знает, что именно он ищет.

История начинается с того, что несколько подростков решили проверить старую заброшенную фабрику, где, по слухам, раньше проводили эксперименты с аномальными существами. В их компании был один парень – Алекс, который был особенно заинтересован в легенде о Тиме Маске.

Когда они вошли внутрь, всё было покрыто пылью и паутиной. Внезапно один из них заметил что-то – тень, движущуюся в углу. Они замерли. В ту же секунду из темноты появился он – Тим Маска. Его маска была искажённой, с трещинами и кровавыми пятнами, а глаза – пустые, черные бездонные провалы.

Он не говорил, а только молча смотрел. Его движения были медленными и зловещими, словно он был частью тени. Он начал медленно приближаться, и каждый шаг отдавался эхом в их головах.

Один из подростков попытался убежать, но Тим Маска оказался быстрее. Он появился прямо перед ним, и в этот момент парень почувствовал, как его сердце сжалось от ужаса. Тень протянула руку, и его лицо вдруг оказалось в маске – искажённой, с кровавыми трещинами, словно лицо было сломано внутри.

Тим Маска не произнёс ни слова, но его глаза – бездонные и черные – словно всматривались прямо в душу. Он схватил парня за плечо, и тот почувствовал, как его разум наполняется ужасом, будто его страх стал частью этого существа.

Когда остальные попытались убежать, Тим Маска исчез – словно растворился в воздухе. Но его голос эхом раздался в их головах:

– «Я всегда здесь… за маской. И я вижу всё…»

На следующий день подростки исчезли без следа. Их тела нашли в заброшенной фабрике, с ужасными выражениями лиц и пустыми глазами, как у тех, кто уже стал частью тени Тима Маски.

Говорят, что если вы когда-нибудь услышите тихий шёпот или почувствуете, что за вами кто-то следит – это он. И если вы увидите его маску – будьте осторожны. Потому что, возможно, он уже выбрал вас в свою следующую жертву, и его тень навсегда останется за вашей спиной.

Прошло несколько дней после исчезновения подростков. Город, казалось, забыл о них, и никто не хотел верить в страшные легенды. Но один из выживших – Макс – не мог забыть того, что он видел в ту ночь. Он был единственным, кто смог сбежать, и теперь он решил найти ответы.

Макс отправился в заброшенную фабрику снова, вооружившись фонариком и камерой. Он знал, что там скрывается что-то ужасное, и он был полон решимости понять, что именно.

Когда он вошёл внутрь, всё было покрыто пылью и паутиной, как и раньше. Внезапно его камера зафиксировала тень – медленно движущуюся фигуру в маске. Он почувствовал, как его сердце забилось сильнее. В этот момент тень повернулась к нему, и его охватил холодный страх.

Тим Маска стоял перед ним, его маска искажена кровавыми трещинами, а глаза – черные бездонные провалы. Он не произнёс ни слова, но Макс почувствовал, как его разум наполняется ужасом. Тень протянула руку, и Макс увидел, как его собственное отражение в маске искажается, превращаясь в ужасное лицо, которое он никогда не хотел видеть.

– Ты пришёл за правдой, – прошептал голос, исходящий из маски, – но ты не готов к тому, что я покажу тебе.

В этот момент Макс почувствовал, как его разум заполняется образами – его страхи, его тёмные тайны, всё, что он скрывал. Он понял, что Тим Маска – это не просто существо, а воплощение страха, которое питается человеческими ужасами.

Он попытался убежать, но тень исчезла, оставив после себя лишь эхом шёпот:

– «Я всегда здесь… за маской. И я вижу всё…»

Макс выбежал из фабрики, его лицо было искажено ужасом. Он знал, что Тима Маска – это не просто легенда, а зло, которое живёт в тени, и оно всегда ищет новых жертв.

На следующий день его нашли в парке, сидящим на скамейке, с пустыми глазами и безумным выражением лица. Он больше не говорил, и его глаза – такие же черные, как у Тима Маски – смотрели в никуда.

Говорят, что если вы когда-нибудь услышите шёпот или почувствуете, что за вами кто-то следит – это он. И если вы увидите его маску – будьте осторожны. Потому что, возможно, он уже выбрал вас в свою следующую жертву, и его тень навсегда останется за вашей спиной.

Худи – один из прокси Слендера. Персонаж фильма «Мраморные шершни».

Внешность:

– Темно-русые волосы

– Голубые глаза

– Черная маска с красным грустным лицом

– Желтое худи, джинсы

Брайан всегда был душой компании и главным двигателем проекта «Мраморные Шершни». Несмотря на то что он часто раздражал и сбивал с толку Алекса Крэйли, именно с его участием команда создавала свои самые интересные видеозаписи.

Всё меняется с тех пор, как Алекс передаёт Джею странные записи. На них Брайан теперь появляется не так часто, как раньше, а его судьба становится всё более туманной – никто не знает, где он, и что с ним произошло.

Однажды, готовясь к съёмкам нового эпизода, Брайан и Алекс отправляются в заброшенную, сгоревшую поликлинику – они хотят выдать её за старую школу персонажа Брайана. Атмосфера пугает: Брайан нервничает, постоянно сомневается, юридично ли их пребывание в руинах, и торопит Алекса закончить съёмку как можно скорее.

Внезапно на ребят нападает странное существо, известное как Оператор. Камера начинает рябить, изображение раздваивается, и становится неясно, что происходит дальше. Когда помехи прекращаются, Брайан уже один – он тревожно ищет Алекса среди тёмных закоулков поликлиники, но вместо Алекса неожиданно сталкивается с Тимом, сидящим в углу комнаты. Не успевает Брайан обернуться, как на него вновь нападает Оператор. Камера снова передаёт сильные помехи. Последние кадры показывают тело Брайана – его кто-то оттаскивает и забирает камеру. Брайан жив, но находится в бессознательном состоянии, будто в коме.

Некоторое время спустя действия перемещаются назад во времени – ещё до трагического похода в поликлинику. В доме Тима собираются все: Брайан, Тим, Алекс и Джей обсуждают будущий трейлер, делятся идеями и строят планы. В последующей встрече эта же компания обсуждает варианты новых мест для съёмок, ещё предвкушая творческое будущее.

История Брайана – это рассказ о том, как обычное творческое приключение может превратиться в опасное и непредсказуемое испытание, где реальность и вымысел оказываются куда ближе друг к другу, чем кажется на первый взгляд.

Худи появляется в ранних записях, в первый раз возле машины Джея, возвращая камеру. Это было его не последнее появление, так как он и Маски были показаны атакующими Алекса в более поздних записях.

Позже его показывают прокравшимся в дом Тима. Он забирает таблетки, которые так нужны Тиму из-за приступов, и прячется в шкаф. Он становится свидетелем того, как Тим в истерике пытается найти таблетки, но в итоге не находит и уходит. Худи также уходит из дома Тима.

В следующий раз Худи показан убегающим от Джея в заброшенной поликлинике. Джей находит проход под землю и входит туда. В конце тоннеля Джей находит куклу Оператора и файл Тима. В другой записи Тим находит запись «Он лжец», написанной, скорее всего, Худи.

Несколько записей позже, Джей и Тим следят за Худи в заброшенной поликлинике, где он проверял нахождение кассеты в комнате, где находился Тим. Когда Худи обнаруживает, что за ним следят, он даёт дёру. Тим и Джей пытаются его догнать, но Худи показывает невероятную скорость, после чего отрывается от преследователей.

На кассету, проверяемую Худи, было снято, как он и Маски атаковали Алекса. Худи достаёт пистолет, но вмешивается Оператор. Впоследствии Худи уходит в другое заброшенное здание, где снимает маску, после чего на него нападает Алекс с пистолетом, спрашивая, где Тим и Джей. Худи, однако, лишь насмехается над Алексом. Алекс оказывается отвлечён и Худи сбегает.

В следующий раз Худи появляется после того, как Тим уходит из дома, оставив там связанного Джея. Худи находит нож и подходит к Джею. Тот пугается, но Худи кладёт рядом нож и камеру. После освобождения Джей начинает преследовать Худи, но тот исчезает.

Впоследствии Тим находит Худи, после чего камера начинает снимать лишь отдельные кадры. Из-за этого неясно, что именно произошло, но, скорее всего, Тим сбрасывает Худи со второго этажа на первый. Тим подходит к телу Худи и забирает у него таблетки. Тим пытается посмотреть, кто скрывается за маской Худи, но появляется Оператор.

Что стало с телом Брайана неизвестно, но факт остаётся фактом: он мёртв.

Алекс снимает какое-то время, а Брайан уже считается мертвым. Во время того, когда он заманил в заброшенное здание съемочную группу фильма «Мраморные Шершни», он инсценировал нападение Оператора на себя, после чего, какое-то время, он спокойно мог преследовать людей в образе Худи.

Говорят, что в тёмных уголках интернета и заброшенных местах скрывается нечто – существо, которое носит простую, но зловещую одежду: тёмный худи, капюшон, скрывающий лицо. Его зовут просто – Худи. И его появление всегда предвещает беду.

История начинается с того, что несколько игроков в онлайн-играх начали замечать странные сообщения и аномалии. В один момент, в чатах и форумах начали появляться сообщения с одним словом: «Худи». Они были написаны странным шрифтом, будто кто-то шептал их из тени.

Один из игроков, по имени Дмитрий, решил проверить, кто или что скрывается за этим именем. Он нашёл старую заброшенную страницу, посвящённую легенде о Худи. Там было написано, что это – не просто персонаж, а нечто, что живёт в тени, в самой глубине интернета, и ищет новых жертв.

Однажды ночью Дмитрий заметил, что его компьютер начал вести себя странно: экран мерцал, и на нём появлялись сообщения – «Я здесь». Он попытался закрыть браузер, но всё было бесполезно. Вдруг на экране появился силуэт – тёмная фигура в худи, с капюшоном, скрывающим лицо.

Фигура медленно приблизилась, и Дмитрий почувствовал, как его сердце забилось сильнее. В этот момент он заметил, что в тени капюшона мелькают два ярких, кроваво-красных глаза – бездонных и зловещих.

– Ты искал меня, – прошептал голос, исходящий из тени, – я здесь. И я вижу всё.

Дмитрий попытался отключить компьютер, но всё было напрасно. В этот момент фигура в худи протянула руку, и он почувствовал, как его разум наполняется ужасом. В его голове начали звучать шёпоты – голос Худи, который шептал его самые страшные тайны, его страхи и грехи.

Когда он очнулся, он был один в своей комнате. Но что-то было не так. Его отражение в зеркале – не он. В отражении было лицо в худи, с кроваво-красными глазами, и оно улыбалось.

Говорят, что после этого случая Дмитрий исчез. Его нашли через несколько дней – с пустыми глазами и ужасным выражением лица. А его компьютер всё ещё включён, на экране – только одна надпись:

«Я всегда здесь. И я вижу всё.»

Прошло уже несколько недель с тех пор, как Дмитрий исчез. Его друзья и семья начали паниковать, но никто не мог понять, что случилось. Вскоре после этого, в их жизни начали происходить странные вещи.

Они замечали, что в их домах появляется тень – тень в худи, которая движется быстро и исчезает, как только их заметишь. Иногда, когда кто-то смотрел в зеркало, он видел в отражении ту же кроваво-красную фигуру в капюшоне, которая улыбалась ему в лицо.

Однажды, его лучший друг – Игорь – решил проверить, что происходит. Он нашёл старую видеозапись, сделанную Дмитрием в ту ночь, когда он исчез. На видео видно, как Дмитрий сидит перед компьютером, и вдруг его лицо искажает тень в худи, которая появляется за его спиной. В этот момент Дмитрий поворачивается, и его лицо становится искажённым, а глаза – кроваво-красными.

Вдруг, на видео появляется та же фигура в худи, которая шепчет:

– «Я здесь. И я вижу всё.»

Игорь почувствовал, как его сердце забилось сильнее. Он решил, что должен найти способ избавиться от этого зла. Он начал искать информацию о Худи, и наткнулся на старую легенду: говорят, что Худи – это не просто существо, а нечто, что питается страхами и душами тех, кто его вызывает.

Он узнал, что единственный способ избавиться от Худи – это найти его настоящее лицо и разрушить его маску. Но это очень опасно – потому что, как только ты увидишь его лицо, ты можешь стать его следующей жертвой.

Игорь решил рискнуть. Он подготовился и отправился в заброшенное здание, где, по слухам, Худи появляется чаще всего. Там он нашёл старую комнату, покрытую пылью и паутиной. В центре стоял старый монитор, на котором мерцали странные символы и изображения.

Вдруг, в тёмной тени появился силуэт – тот самый Худи. Он стоял неподвижно, его капюшон скрывал лицо, но в его кроваво-красных глазах горел зловещий огонь.

Игорь собрал всю свою смелость и посмотрел прямо в глаза. В этот момент тень в худи начала искажаться, и перед ним открылось лицо – лицо, которое было искажено, с кровавыми трещинами и пустыми глазами.

Он увидел, что под капюшоном скрывается нечто – лицо, которое было не человеческим, а скорее маской, сделанной из тёмной тени и страха.

Игорь закричал, и в этот момент тень исчезла, оставив после себя лишь пустое пространство. Он выбежал из здания, дрожа от страха, и понял, что Худи – это не просто существо, а воплощение тёмных страхов, которое питается ими.

Теперь он знает: Худи всегда ждёт следующую жертву, и его тень – это нечто, что никогда не исчезает полностью. Оно остаётся в каждом из нас, в наших страхах и тёмных уголках души.

Внешность:

– Потрепанная синяя форма

– Волосы собраны в хвостики, челка

– Пустые глазницы

– Шрамы и синяки на теле

– Закрытая рана на бедре

Люсиль-Тиффани «Лулу» Грейтфилд – персонаж из одноименного рассказа «Лулу». Когда-то она была невинной девочкой, которая ходила в частную школу, и с её появлением в этой школе начали происходить изменения. Над ней издеваются, обманывают, и она теряет глаза.

Будучи невинной девушкой, она была застенчивой, но общительной. Ей нравилось заводить друзей, но она доверяла многим людям, которые не хотели с ней дружить. Когда над ней издевались, она становилась всё менее счастливой. После того, как она три месяца не ходила в школу, она впала в депрессию и замкнулась в себе. Теперь она снова счастлива, но у неё появились проблемы с доверием. Будучи убийцей, Лулу может вести себя очень мило, когда пытается завлечь жертву. Однако она без колебаний применяет силу, когда чувствует, что её провоцируют или загоняют в угол.

Силы и способности

Лулу не обладает невероятной физической силой или магическими способностями. Однако она умна и умеет обманывать своих жертв, способна надеть дружелюбный фасад, чтобы манипулировать своими жертвами и заставить их попасться в ее ловушку. Она также не стареет (но может быть убита). На открытых пространствах у нее есть способность приостанавливать время с помощью тумана и использовать туман, чтобы видеть. Кроме того, у нее немного увеличилась физическая сила и скорость из-за превращения в сверхъестественное существо.

Ей нравится читать (она читает книги со шрифтом Брайля), она любит своих братьев, а еще варить суп и собирать глазные яблоки.

Ей не нравятся громкие звуки (просто потому, что она не видит, откуда они исходят) и прикосновения женщины.

Она родилась с гетерохромией (один глаз голубой, а другой светло-карий/лазурный).

Ей трудно доверять женщинам после того, что с ней произошло.

Она очень дружелюбна к некоторым людям.

Она встречается с мужчиной по имени Альфред.

Лулу фигурирует в серии комиксов Creepy-pasta «Я ем макароны на завтрак».

В комиксе Бен Утопленник влюблён в неё.

Она может видеть только в тумане, в остальное время она полностью слепа.

Люси родилась от вьетнамской женщины и белого мужчины. Она любила книги, как и её родители, и большую часть своего детства провела, слушая сказки, которые читала ей мать. В конце концов её мать заболела раком и умерла, оставив Люси с отцом. Она была очень подавлена и провела большую часть своей юности, погрузившись в мир фантазий в библиотеке отца. Ей исполнилось четырнадцать лет, а отец был обеспокоен её отстранённым отношением и холодным характером. В надежде вернуть дочери свет, он решил записать её в частную академию для девочек, чтобы она могла поработать над своими социальными навыками в окружении других женщин.

Люси совсем не понравилось её пребывание там. У неё было более развитое тело, чем у обычных девочек её возраста в те времена, когда развитые тела были предметом насмешек. Она получала от учеников ответные оскорбления, но по большей части оставалась невозмутимой. В конце концов, девочка по имени Джулия, дирижировавшая хулиганами, стала одержима Люси. Дело в том, что Люси не ломалась, сколько бы дети ни били её и ни издевались над ней. Джулия больше всего на свете хотела, чтобы Люси упала со своей высокой лошади.

Вскоре эта одержимость стала до смешного нездоровой. Она решила, что единственным способом, которым она ещё не пыталась сломать её, был сексуальный, так что она должна была попробовать. Несмотря на то, что Люси изо всех сил старалась держать себя в руках, то, что Джулия воспользовалась ею, стало последней каплей. Она убежала из школы в близлежащий лес. Там она встретила мужчину, который пообещал, что всё это прекратится. Он дал ей видение, которое она хотела понять. В своём слабом состоянии она приняла предложение, лишь бы всё это прекратилось. К несчастью, когда туман поглотил её, её глаза были забраны и заменены неистребимым желанием лишить зрения других.

Побег Люси привёл к тому, что она оказалась в бесконечной петле собственных мучений и попыток вернуть свои глаза. Хотя прошли годы, она нашла утешение в двух людях, таких же печальных, как и она. Алекс и Роджер (её приемные братья) взяли её в дом и привели в порядок, когда нашли её избитой и окровавленной от человека, который вырвался из её рук. Поначалу их отношения были сказочными, но со временем она обнаружила, что они понимают, что оказались в ловушке, как никто другой.

В небольшом городке, окружённом лесами и заброшенными домами, ходили слухи о загадочной девушке по имени Люсиль-Тиффани «Лулу» Грейтфилд. Говорили, что она исчезла много лет назад, но её дух всё ещё бродит по окрестностям, ищет что-то или кого-то.

Лулу была известна как тихая, застенчивая девочка, которая часто пропадала в лесу. Но однажды её нашли – она стояла у старого заброшенного особняка, с глазами, полными ужаса и безумия. После этого она исчезла навсегда, оставив за собой лишь легенду.

Но в последние годы начали появляться странные сообщения и странные явления. Люди, которые заходили в лес или в заброшенные дома, рассказывали, что слышали тихий шёпот – будто кто-то зовёт их по имени. А иногда, в тёмных уголках, можно было заметить фигуру в синем школьном платье и с длинными, растрёпанными волосами – это, по слухам, и есть Лулу.

Однажды, молодой парень по имени Алекс решил проверить легенду. Он был скептиком и хотел доказать, что всё это – просто выдумки. Он взял с собой камеру и отправился в лес, где, по слухам, пропадала Лулу.

Через некоторое время, он заметил старый дом – заброшенное здание, покрытое мхом и паутиной. Внутри было темно и холодно. Алекс включил фонарик и начал осматривать комнату. Вдруг он услышал тихий шёпот, который казался исходящим из стен.

– «Ищи меня…» – прошептал голос, и Алекс почувствовал, как его кровь стынет в жилах.

Он повернулся и увидел фигуру – девушку в старом платье, с длинными растрёпанными волосами, закрывающими лицо. Она стояла неподвижно, словно статуя, и шептала:

– «Ты нашёл меня… Теперь я найду тебя…»

Алекс попытался уйти, но дверь захлопнулась сама по себе. В комнате стало темнее, и он заметил, что фигура начала приближаться.

В этот момент камера, которую он держал, зафиксировала её лицо – лицо, искажённое ужасом, с пустыми, черными глазницами и кроваво-красной улыбкой. Но когда он посмотрел на экран, фигура исчезла.

Что случилось с Алексом?

На следующий день его нашли – он был в состоянии шока, с пустыми глазами и ужасным выражением лица. Он не мог объяснить, что видел, но его камера сохранила всё – лицо в старом платье, шепот и тень, которая приближалась.

Говорят, что Лулу – это не просто призрак. Это тень, которая ищет новых жертв, чтобы заполучить их души. Она появляется в тех местах, где кто-то осмеливается искать правду о ней. И если услышишь её шёпот – лучше убежать, пока не поздно.

Люсиль-Тиффани «Лулу» Грейтфилд – это тень, застрявшая между мирами, ищущая тех, кто осмелится её найти. Её глаза – это бездонные пропасти, а её улыбка – маска безумия. И если ты услышишь её шёпот, помни: она уже выбрала тебя.

Внешность:

– Русые волосы

– Ранее глаза были карие, но после зелёные

– Сшитая улыбка

– Часы вместо правого глаза

– Клоки французских кровей, но разговаривает на английском без акцента.

Маленькая девочка сидела в своей комнате. Ее растрепанные коричневые волосы были сплетены в маленькие косички, и ее карие глаза были направлены на дверь. Она очень сильно обняла своего плюшевого жирафа, и внимательно слушала как кричат друг на друга отец и мать.

«У меня никогда не должно было быть никаких проклятых детей!» Кричал громкий, глубокий голос.

«Все, что они делают – это портят, жалуются, рисуют на стенах – «

Он был отрезан высокими, возмущенным воплем матери девочки.

«Это ДЕТИ, Дэвид! Они не знают, что хорошо, а что плохо!»

«Ох, блин, Мэрибет! Я НЕ хочу слушать твои хреновы оправдания! С меня достаточно!»

«И что ты собираешься с этим делать?» Девчушка услышала громкие шаги в направлении своей комнаты, и она вжалась в жирафа еще сильнее.

Дверь с размаху открылась, и на пороге стояло большое, сердитое, жирное тело отца. В одном из своих мясистых рук он держал большую книгу.

«Давид, прекрати!» Кричала мать.

Но отец игнорировал умоляющие крики жены. Он схватил девочку за воротник – она закричала и задергала ногами, трясясь от страха. Отец девочки резко замахнулся на нее книгой.

«Это за то что рисовала на моих долбаных стенах!»

Годы спустя маленькой девочке по имени Натали было 9 лет. Проходя сквозь пубертатный возраст, она по естественным причинам стала немного пухлой. Как обычно, она сидела в своей комнате и смотрела телевизор. Ее отец разглагольствовал о каком-то экономическом дерьме, но ей было все равно, и она громко жевала попкорн.

Она только что нарисовала картинку. Картинка была немного кровавая, но как ни странно, ей очень нравилось рисовать кровь. Она давала ей несколько странное удовлетворение. Кроме того, многозадачность не было проблемой для нее. Она это поняла еще в очень юном возрасте – после тяжелой работы и любого другого труда, она могла спокойно сделать много других вещей. Рисование было ее главным талантом и страстью. Это был ее способ ухода от реальности, всякий раз, когда что-то плохое поднимало свою уродливую голову и всматривалось в нее, или просто когда ей было скучно.

Вдруг она услышала, что открывается дверь, и посмотрев налево, перестала жевать попкорн. Там стоял ее брат Лукас, которому было 12 лет.

«Что такое?». Она продолжала слышать громкие разговоры отца на повышенных тонах за дверью. «Папа пугает тебя?» Он издал негромкий смешок.

«Ни разу. Я думаю мы оба используем его крик в свою пользу.» Проследовала долгая пауза. «Итак, что ты здесь забыл?» Он, казалось, играючи вертелся на месте и елозил ногами. «Я хочу спросить у тебя кое-что» Он уставил свой взгляд на нее. Она слегка нахмурила брови, потому что он отрывал ее от просмотра фильма и рисования, ей не терпелось продолжить свое занятие.

«Что?» с укором спросила она.

«Ты говорила, что хотела бы быть крутой, и взрослой, не так ли?»

Она кивнула, немного встрепенувшись.

«Ну, у меня есть предложение.»

«Просто выкладывай, болван!»

«… Ты знаешь, что … что парни и девушки иногда делают вместе, правда?»

На следующий день в школе Натали не произнесла ни слова. Она не говорила весь день. У нее не было с кем поговорить, так или иначе. НИКТО НЕ ДОЛЖЕН ЗНАТЬ. Так вот, никто не будет знать. Ее учитель несколько раз замечал ее озадаченный взгляд, но она отнекивалась, как будто она просто не понимает урок. Натали чувствовала себя как будто у нее сильная боль. Она понятия не имела, она могла бы… больно. Напуганная, она вошла в дом и молча пошла в свою комнату. Но чуть позже в тот же день, она снова встретила своего брата.

Никто не будет знать.

В школе она наконец решила рассказать кому-нибудь. Даже если это будут не ее друзья, она просто чувствовала, что должна рассказать. Она подошла к группе девочек, что она видела время от времени в коридоре. Они выглядели как нормальные девчонки, Натали и раньше перекидывалась отдельными словами с некоторыми из них.

«Эй … Мия …» рыжеволосая девушка посмотрела на Натали с серьезным выражением лица.

«Да?»

«Я э-э … На самом деле нужно поговорить с тобой о кое чем.»

«Это продолжаются уже некоторое время, и ты и твои друзья … В общем, я чувствую, что вы единственные люди, кому я могу доверять.»

У Мии и ее друзей, показалось, появились ухмылки на лицах, но только на мгновение. Мало ли что Натали может знать, а они всегда были голодными на сплетни.

«Хорошо, ты можешь доверять нам. Что случилось?»

Прошел один день. Она получала новые отметки в социальных сетях. Кто-то даже назвал ее шлюхой. Не говоря уже о том, что ее обед оказался у нее в волосах. Это, должно быть, была наименьшая из ее проблем, но Натали в свои 9 лет не могла не быть расстроена этим фактом.

Как бы там ни было. Она не ныла, она не пищала, и она не сказала ни слова об этом. Она держала все внутри. Она подумала, что так будет лучше. Она не могла позволить боли взять лучшую ее часть.

3 утра. Ночь перед школой. Ее мать готова была убить ее. Девушке известной как Натали уже было 13 лет. Она хорошо училась в средней школе, и с честью выполняла свою роль. На этот раз, она чувствовала себя спокойно и счастливо. Хотя, как обычно, она время от времени становилась «отшельником» в своей комнате, скрываясь от папы, который все еще любил покричать на детей, и просто поорать об экономике, деньгах, политике, и прочей ерунде, которую она даже не хотела слышать.

Ее глаза начали наполняться тяжестью. У нее было не закончено домашнее задание, но ей это было уже не важно. Все что крутилось у нее в голове – это желание поспать. Она закрыла ноутбук, а после того как ее глаза немного привыкли к темноте, она увидела своего старого, потрепанного плюшевого жирафа в углу. Она смотрела на него в полной и абсолютной тишине. Воспоминания хлынули в ее голову, и она почувствовала, как слезы наворачиваются на глаза. Но она быстро моргнула и не дала им потечь. «Больше никаких мучений» подумала она про себя. Но она продолжала смотреть на него. «Какого хрена ты смотришь» сказала она плюшевому животному. А он просто смотрел мягкими, черными глазами-бусинками. Она покачала головой, и встала. Печально посмотрев на маленького плюшевого зверушку, она осторожно взяла его на руки. Она прижала его, и тихо сказала ему:

«И-извини…». Несколько слез стекли по ее лицу. Она мягко положила своего питомца рядом с собой на кровать, и начала медленно погружаться в сон.

Она была разбужена сердитым рычанием ее матери. Она устало открыла один глаз.

«Я не могу поверить, что я забыла забрать у тебя ноутбук. Ты просидела за ним всю ночь, не так ли?» Натали вздохнула и вжалась лицом в подушку, прижав к себе плюшевого жирафа. Мать вздохнула и вышла. Натали приняла душ, почистила зубы, съела что-то на завтрак. Потом она оделась. Она надела серо-синюю толстовку с мехом внутри и капюшоном. Она не была ее любимой, но была единственной что она могла одеть в школу – все остальное лежало в стирке. Она также надела черные джинсы и узкие «модные» сапоги. Затем она, наконец, пошла вниз по лестнице. Прыгнула в машину, и ее мама повезла ее в школу. Как бы там ни было, ей очень хотелось спать, она медленно облокотила голову об окно и начала тихонько дремать. Ее мечты, кошмары, состояли только из ее физического насилия в детском возрасте. Во-вторых, это сексуальное насилие исходило от ее собственного брата Лукаса, которое длилось в течение 4 лет, прежде чем она набралась мужества воспрепятствовать этому. Она начала дергаться и съеживаться во сне. Но мать не заметила этого. Ее мать никогда ничего не замечала. Она вдруг резко проснулась от голоса матери.

«Мы приехали» – Сказала мать самым раздражительным голосом, которым только можно пробудить ото сна. Она взглянула на большую вывеску школы: «Валкирвиль-колледж изобразительного искусства и творчества». Она устало вздохнула и вышла, положив рюкзак на плечо.

«Увидимся» Сказала она, закрывая дверь машины.

Она вошла в школу, перекинулась парой слов с друзьями, пока шла к своему шкафчику на третьем этаже. Но она опаздывала. Она быстро схватила книги, и забежала в класс по прошествии пяти минут от начала урока. Она быстро присела. Ее учительница английского языка раздражающе покачала головой и подошла к парте.

«Где ваша работа, Мисс Оуллетт?»

Натали промямлила: «Я э-э-забыла его дома. Извините, мисс Хамньюик.»

Учительница нахмурилась.

«Ваше время вышло, мисс Оуллетт. Не разочаровывайте меня.»

Натали казалась озадаченной, и на мгновение задумалась. Она не знала почему, но эти слова, казалось, растаяли в ней. Она просто проигнорировала это и вернулась к прослушиванию урока, иногда проваливаясь в дрему, но совсем не на долго конечно. В тот же день, она направилась к шкафчикам чтобы подготовиться к 4‐му уроку, когда вдруг ее бойфренд Крис подошел к ней.

«Эй, гм … поговоришь со мной после школы, хорошо?» – Она улыбнулась, ведь она любила поговорить с Крисом.

Она не заподозрила ничего странного. Он всегда был милым парнем. Во время урока французского языка она даже не обращала внимания на учителя. Вместо этого, она рисовала то что любила рисовать больше всего. Кровь, людей, ножи, как они режут людей и другие страшные вещи. Другие люди сказали бы, что это должно быть жутко рисовать такие вещи, но она не видела ничего плохого в этом. По непонятным причинам, она ощущала, что это нормальная вещь для нее.

«Мисс Оуллетт.»

Она быстро закрыла каракули в ее тетради рукой, и посмотрела на учителя французского, пытаясь скрыть страх. «эээ… да, мистер ЛеВасер?» Он жестко схватил ее руку и отодвинул от тетради, и слегка наклонил голову.

«Покажите мне свою работу.» Она неуверенно пошевелила рукой, чтобы показать рисунок, на которой кто-то ковырялся ножом внутри безумного человека. Учитель посмотрел на нее с недоумением. Она нервно улыбнулась.

«Стирай это и начинай писать свою работу.» сказал он на удивление спокойным голосом. Он ушел, а она вздохнула и начала стирать ластиком свой рисунок.

«И еще, мисс Оуллетт»

Она слегка взглянула на него.

«Ваше время почти закончилась, предлагаю приступить к выполнению задания прямо сейчас»

Она буркнула на замечание. Время всегда казалось работает против нее. Хотя ее это не особо заботило, и она всегда посылала время и его течение нахрен. После уроков она вышла из школы, чтобы найти своего парня. Он стоял на тротуаре у изгороди. Она улыбнулась и подошла к нему, надеясь, что теперь ее день хотя бы завершится немного повеселее. Но когда она подошла ближе, ее улыбка медленно исчезла с лица. Он не улыбался в ответ.

«Крис, что случилось? О чем ты хочешь поговорить со мной?» Он вздохнул.

«Натали, я думаю, что пришло время, когда нам… мы должны начать видеться с другими людьми.» Она почувствовала, что ее сердце остановилось.

«Но почему?» Он наградил ее немного суровым взглядом.

«Эти твои мысли. Эти твои рисунки… они просто… пугают меня. Я думаю, что с тобой действительно что-то не так. И самое печальное то, что ты не говоришь мне, почему ты так себя ведешь. Это заставляет чувствовать себя безответственным. Поэтому, я просто … не могу так больше. мне очень жаль.» И после этих слов, он развернулся и ушел прочь.

Натали хлопнула руками по лавочке перед ванной у себя дома. Она посмотрела на себя в зеркало, ее глаз подергивался в нервном тике. «Я… Я не наврежу себе, как другие, я смогу остаться сильной. У нее в руках была игла с черной ниткой.

«Это бессмысленно. Это не помогает.» Какие-то странные ощущения тянули в ее подсознании. Она даже немного хихикнула.

«Нет… Я делаю это, потому что я ХОЧУ.» Она подняла иглу с ниткой на конце, и широко ухмыльнулась.

«Время вышло»

Кусок за куском, стежок за стежком.

Даже при той мучительной боли что она переживала, она не скулила. Она не хныкала. Она не плакала. Больше не было слез, чтобы их проливать. Все, что она делала, – улыбалась. Кровь просачивалась из порезов под глухой капающий звук. Когда она закончила, она сделала шаг назад и восхитилась своей прекрасной работой. Она поглаживала ужасающие стежки по бокам рта, которые расходились в широкую улыбку.

Она почувствовала, как теплая и влажная кровь стекает по ее пальцам, и нежно слизнула ее, ощутив железный привкус у себя во рту, который довел ее до экстаза. Она остановилась, когда увидела отражение матери позади себя в зеркале. Она резко обернулась, и увидела, как ее мать смотрит на нее широко раскрытыми глазами и бледным лицом. Она посмотрела на ее пальцы и заметила кровь. Она вдруг почувствовала боль и начала плакать. «Мама?» Что только что с ней случилось?

Ее мать запланировала кое-какую терапию для нее. Натали не вытащила нить из швов, в страхе от той боли, что может принести при снятии. Она пошла к терапевту с ними. Она убедилась, что капюшон достаточно закрывал ее лицо, она не могла допустить чтобы кто-то ее увидел такой. Она села в удобное кожаное сидение, и уставилась на белокурую женщину что сидела напротив нее. Стояла тишина…

«Тебя зовут Натали, не так ли?» Натали кивнула.

«Я Дебера. И я здесь чтобы помочь тебе. Теперь расскажи мне, были ли у тебя какие-нибудь проблемы в последнее время?»

Натали посмотрела на нее.

«Время. Время было моей проблемой» Дебера одарила Натали озадаченным взглядом.

«А что со временем, дорогая?» Руки Натали вжались в подлокотники кресла.

«Всё. Оно заставляет жить жизнь через него, медленно продвигаться сквозь него, под контролем общества, только для того чтобы подвергать пытке, которой нету конца, до того момента пока не поймешь, что смысла больше нет. Это порочный круг. Время не заканчивается, оно не замедляется и не ускоряется. Это насилие. Оно заставляет переживать пытки снова и снова, не оставляя возможности перемотать вперед.»

Натали на самом деле понятия не имела, что только что сказала. Она почувствовала, что она была только что не в себе. Может ли быть из-за… из-за тех вещей, которые она до сих пор хранила в себе? Нет, это было невозможно. Но по какой-то странной причине, ей… понравилось это.

Терапевт наклонился ближе.

«Милая, я хочу, чтобы ты сказала мне что случилось с тобой» Натали все еще смотрела на нее. В воздухе повисла еще одна долгая пауза. Натали ухмыльнулась, и ее стежки немного приоткрылись.

«Почему бы вам не сказать это мне, блондиночка. Вы – эксперт» У Деберы, казалось, появился немного раздраженный взгляд.

«Я не смогу помочь тебе, если ты не скажешь мне что случилось, Натали.» Пальцы Натали начали рвать кожу на подлокотниках кресла.

«Натали больше здесь нет!» Глаза Деберы расширились, она спешно встала.

«Я сейчас вернусь. Пожалуйста, подожди здесь.» Она вышла, оставив Натали наедине с собой. Если бы терапевт что-то сделал в тот момент, возможно больше людей осталось бы живыми, и Натали не пришла бы к тому, кто она есть сейчас. А может быть она бы стала нормальной снова. Но она ничего не сделала.

Натали не двигалась. Она сидела совершенно неподвижно, совершенно тихо и совершенно спокойно в этом кресле. И наконец через какое-то время мучительного ожидания вошли ее родители. Она посмотрела на них и приметила выражение их лиц. Даже ее отец был страшно опечален. Ее смущение росло, но она не сказала ни слова, а лишь проводила их к машине. По дороге, которая, она думала, возвращает ее домой, – она начала уплывать прочь.

Очень странно… Она услышала мрачный голос во сне. Это прозвучало почти так, будто она сама это сказала. Голос разошелся эхом в вечную темноту.

«Твое время вышло»

Она резко проснулась, капли пота стекли по ее лицу. Она была не дома. Она была не в машине.

Она лежала в постели, белой постели. В белой комнате. Она посмотрела по сторонам и увидела, что подключена к аппарату с мониторами, на котором отображалась работа ее сердца. Она собралась встать, но не смогла, потому что была привязана.

Ее охватила паника. Она начала брыкаться и бороться, но остановилась, услышав, как слева от нее открылась дверь. Человек в белой рубашке, сложив руки за спиной, смотрел на нее из дверного проема. Он выглядел как ученный из лаборатории, какими их обычно показывают в фильмах. Она устремила все свое внимание на «мистера Ученого», и тот начал говорить.

«Тебе не нужно беспокоиться. Ты придешь в норму уде очень скоро. Просто попробуй немного расслабиться.» Он подошел к кровати, она попыталась немного отодвинуться от него, но из-за кожаных ремней на запястьях и ногах она не смогла этого сделать. Он осторожно взял маску, и положил на ее нос и рот. Она упорно пыталась скинуть ее, но ее чувства и мысли стали затормаживаться под действием снотворного, и ее глаза начали медленно закрываться.

И вдруг она проснулась.

Она не могла понять, что она видела.

Она получала огромное количество инъекций, некоторые участки кожи были просто затерты рубцами. Она чувствовала себя очень одурманенной, но полностью осознавала среду, в которой она находится. Она вошла в редкое состояние, в котором оказываются некоторые пациенты во время хирургических операций. Они могут видеть, как работают над ними, они могут чувствовать боль, их мозг активен, но они ничего не могут сделать. Именно в таком состоянии и находилась она. Пульс на мониторе стал учащаться, врачи тут же обратили на это внимание. Она посмотрели на нее, заметив, что ее глаза открылись.

Один из врачей начал кричать на другого. Она не могла разобрать что они говорят, но она почувствовала сильный прилив адреналина. Он медленно начал пронизывать ее кости, разжигая ярость, заставляя ее сильно дрожать. Один из врачей собрался придержать ее, но вдруг решил этого не делать. Все трое врачей начали пятиться назад. Она уже сидела на краю кровати, успев вырвать все иглы из своего тела и снять маску. Она встала и начала ковылять к ним. У нее было сбито дыхание, ее зрение было размыто. Она издала пару безумных смешков. Но вдруг она почувствовала жгучую боль в груди. Она сжала руками то место где должно было быть ее сердце, и упала на колени. Она откашлялась кровью, и полностью упав на пол потеряла сознание.

После всего этого она медленно и неуверенно проснулась. Она снова была в постели. Доктор сидел рядом с кроватью.

«Что-то пошло ужасно неправильно …»

Она не знала, почему, но она чувствовала огромную ненависть к врачу. Он понял это и отвел взгляд.

«Ты не должна была проснуться, когда мы вводили тебе препараты для лечения твоего психического расстройства. Мы не уверены, как это пробуждение могло повлиять на тебя… Но мы собираемся это выяснить.» Он сделал небольшую паузу и вынул небольшое зеркальце, не смотря на нее. «Это происшествие оказало определенный эффект на твой внешний вид.»

Она посмотрела на себя в зеркало, и ее глаза расширились. Ее глаза… они были полностью зелеными. Также она заметила, что стяжки на кончиках рта все еще остались на месте. По какой-то причине, она почувствовала себя… счастливой.

Пульс вновь начал расти. Она издала тихий смешок.

«Хахахаххаххххахаххахахааааа…»

Через мгновение доктор понял, что она уже стоит над ним. Его шокировало это.

«Доктор …» сказала она, все еще ухмыляясь и хихикая. Он слегка задрожал, и начал судорожно нажимать кнопку под монитором.

«Д-да?»

«Твое время вышло»

Громкий крик раздался по больнице, добравшись до каждой комнаты. Двое охранников ворвались в комнату, выбив дверь ногой.

Кровь – это было первое что они увидели. Кровь на стенах, на кровати, на полу. Черт, даже на потолке была кровь. Натали взяла доктора и привязала ремнями к кровати. Кровать была согнута в бутерброд, отчего его позвоночник буквально лопнул. Кровь хлестала из глаз, носа, рта, буквально из каждого отверстия его тела. В углу находилась она – убийца. Она рисовала кровью на стене ужасные картины, а чуть ниже она вывела надпись «Твое время вышло». Она медленно повернулась, чтобы посмотреть на них. На ее лице была широкая сумасшедшая ухмылка.

«Здравствуйте, друзья … как насчет того … чтобы поиграть? Ха … Хаха … Хаххахаха..» Охранники выхватили оружие, но вдруг она начала движение на одного из них, уклоняясь от его пуль, которые он одну за другой выпускал в нее. Она выхватила нож с его пояса и полоснула по правой части его туловища. Кровь и органы буквально выплеснули наружу – он рухнул на землю. Она глубоко вдохнула так нравившийся ей влажный запах смерти. Второй охранник, трясясь от страха, уронил свой пистолет. Она медленно подошла к нему и приложила кончик ножа к его груди.

«Твое время вышло». Она медленно протолкнула нож внутрь и опустила его вниз до самого брюха. Его кишечник и другие органы вывалились наружу, он так же, как и его товарищ, замертво упал.

Мать Николь тихо спала в своей комнате вместе с мужем. Она услышала звуки стука в дверь. Неуверенно встав, она вышла из спальни к входной двери. Стук точно шел снаружи, на улице ударила молния. Она подошла к двери, собираясь взять дверную ручку, но остановилась и замерла. Она услышала… неясный безумный смех. Дождь и гром, казалось, вдруг стихли. Она прижалась ухом к двери, и начала внимательно слушать.

«Здравствуй, мама»

Натали ворвалась в дверь, держа два ножа в руках. Ее мать отлетела назад и ударилась головой о вешалку, один из крючков которой вонзился в ее череп. Кровь с затылка начала хлестать на пол. Она упала на землю парализованной, но еще в сознании. Натали возвысилась над ней, медленно опустилась на колени, чтобы взглянуть в ее глаза. Она показала ей два ножа, залитых толстым слоем засохшей крови.

«Я страдала, мама…» Она провела кончиком ножа по ее щеке, чуть надрезая ее. Натали склонила голову. «Ты была слаба … Ты ничего не сделала.»

Все, что могла сделать мать в данный момент, – это трястись, задыхаясь как рыба, выброшенная на сушу. Натали взяла свою мать, и положила ее на пол, чтобы та лежала плашмя. Она продолжала сидеть на коленках, и начала делать V-образный вырез на груди матери. Ее мать могла только тяжело ловить воздух и трястись, ее вдохи напоминали теперь только похрапывания и бульканье. Натали знала, что у нее не так много времени. Она продолжила резать грудную клетку, от чего раздавался громкий треск. Натали протянула руку внутрь и схватила мать за сердце – оно начало медленно биться в ее руке. Эти удары становились все слабее и слабее. И вдруг, она вырвала его наружу, кровь прыснула на ее лицо. Она смотрела в лицо матери, пока та медленно умирала.

«Сладких снов …» Сказала она трупу матери. «Твое время вышло». Она положила сердце в рот матери, похлопала ее по щеке, и встала. Но она еще не закончила все свои дела…

Отец Натали, Дэвид, возбужденно проснулся и понял, что его жена еще не вернулась. Его глаза начали медленно адаптироваться к темноте, когда вдруг он понял, что Натали стоит на постели и безумно улыбается, а ее зеленые глаза светятся в темноте. Она была покрыта кровью с ног до головы, в воздухе стоял невыносимый запах гнили. Она надела поддельную грустную гримасу на свое лицо.

«Это всё, о чем ты когда-либо заботился, в любом случае» Ее отец, однако, был бойцом. Он выгнулся, схватил ее за шею, и бросил на землю. Он прыгнул ногами на ее грудь, и стал бить, пока она не закашлялась кровью. Он смотрел на нее сверху вниз.

«Хорошо себя чувствуешь, папа? Хаххаахах» Она начала отхаркивать больше крови. «В конце концов, тебе всегда хотелось сделать то же самое все эти годы, не правда ли?» Он прищурил свои глаза.

«Ты не моя дочь.» Ее ухмылка разошлась по ее лицу еще больше. Она смотрела на него своими горящими глазами, а кровь капала у нее изо рта.

«Ты прав. Я не она.» Она внезапно сделала ему подножку, заставив тем самым свалиться на землю. Она поднялась и взяла ножи в руки.

«Как говорят – чем выше поднимаешься, тем больнее падать». Пока он был в ауте, она схватила подушку и положила на его лицо, начав бить коленом по его лицу через подушку. Все сильнее и сильнее. Через некоторое время раздался громкий треск. Когда она убрала подушку, на месте лица было отвратительное месиво, а он издавал тихие звуки и плакал от боли.

«В чем дело, папочка? Слишком много боли для тебя?» Она вставила оба ножа ему в живот, оставив их там, она сорвала с кровати одну из тяжелых деревянных опор. Она перетащила его под кровать и вытащила ножи.

«Еще пригодится» Она зловеще хихикнула, взобралась на кровать и стала медленно ходить по ней. Вес ее тела и кровати постепенно давил на отца, его органы начали сжиматься внутри тела. Кровь хлынула у него изо рта, он начал захлебываться кровью. Его дыхание стало утихать. «хххрхрррр, давай!» Она начала издавать рык, и пытаться передать как можно больше веса кровати. Внезапно из его рта хлынули его внутренние органы. Мерзкий сгусток вывалился на пол по бокам от его лица. Она пнула его тело и пошла на выход.

«Твое время вышло, папочка.»

Наконец наступила ее любимая часть. Она тихо начала красться вниз к комнате брата. Она молча открыла дверь, кровь стекала по ее ножам, издавая глухой раскатистый звук, капая на деревянный пол. Ее брата не было в постели. Было очевидно, что он где-то спрятался. Она усмехнулась.

«О, дорогой брат, выходи …» Она медленно кралась внутрь комнаты.

«Все что я хочу – немного повеселиться. Ахаххахахахахах!» Как только она полностью вошла в комнату, она стала вслушиваться в любые звуки. Любое дыхание, любое движение, она даже внюхалась в воздух, чтобы учуять его гнилой запах. И чем внимательней она вслушивалась, тем больше она начала замечать слабый звук… Звук от дыхания.

– ХРЯК-

Дрожа она упала на землю. Ее брат стоял сзади нее, с окровавленной бейсбольной битой. Он был взбешен от гнева, буквально задыхался от ярости. Она попыталась медленно встать, но он ударил ее снова, и снова, и снова.

«ТЫ ВСЕГДА НРАВИЛАСЬ МАМЕ БОЛЬШЕ ЧЕМ Я!» Он сильно ударил ее в последний раз, прежде чем взял передышку.

У нее было сильное кровотечение, ее зеленые глаза прищурились и стали очень тусклыми в темноте. Она почувствовала слабость, и посмотрела в потолок. Она вспомнила сколько дней она провела здесь, вспомнила все пытки, что она испытывала в течение 4 лет. Смотрела на тот же проклятый потолок… Вдруг она почувствовала сильный прилив энергии в тело, и она начала вставать, безумно смеясь.

«ХАХАХАХАХХАХХАХХАХАХАХХХАХАХХАХАХ!!»

Ее брат попытался ударить ее вновь, но она использовала ножи, чтобы заблокировать удар.

«Ты ОтПраВлЯеШся в Ад, братик!!!» С огромного размаха она пнула его, и он полетел на кровать. Он ударился головой об стену и сердито зарычал, собрался сделать выпад на нее, но она воткнула ножи в его руки приковав его к стене. Он кричал и бился изо всех сил.

«Давай посмотрим, что тут у нас…» Она начала ходить по комнате. Ухмыльнувшись, она увидела перочинный ножик, лежащий у него на тумбочке. Она взяла нож и подошла к нему.

«Говорят, что глаза – это самый мягкий орган в теле…» Она медленно облизнула нож.

«Мягкий, как масло.» Его пронзал ужас. Он попытался вырваться, когда она начала вонзать нож в его глаза. Он громко вскрикнул, но она быстро вставила кусок ткани ему в рот. «Сейчас, сейчас, мы не можем разбудить соседей!» Он не мог ничего видеть. Боль была невыносимой. Кровь яростно сочилась из его глазниц. Он хотел заплакать, но уже был не способен это сделать.

«Хм…» Она осмотрелась вокруг, чтобы найти еще что-нибудь, и нашла ножницы. Она подошла к нему, клацая ими. «Я думаю, что тебя надо разделать, братик…» она нанесла ему удар ножницами в живот. Он издал крик от боли, но кляп заглушил его. Она стала резать его кожу как цветную бумагу в детском саду. Она вытащила из его брюха толстую кишку и неистово ухмыльнулась.

«Знаешь, что мне нравится? Макаронное искусство.» Она начала резать кишечник на кусочки. «Они слишком большие, чтобы выкладывать их на тарелку». Она слышала, как пенится кровь во рту брата, но кляп не давал ей выйти наружу и пена накапливалась у него во рту. «Не правда ли, хороший вкус? «Она облизнула кровь с пальцев. «Я уверена, мне это понравится.» Он издал еще один сдавленный крик. Она опустилась к его ногам и начала отрывать пальцы, один за одним. Через некоторое время его глухой крик звучал все тщетнее и тщетнее. Его горло было влажным от крови. Бульканье становилось все громче, он начал извиваться, захлебываясь от собственной крови. Она резко вынула кляп из его рта, и тугая струя крови вырвалась изо рта. «Вот так, брат.» Приговаривала она, похлопывая его по голове. «Ешь это, чтобы стало лучше» Она воткнула один из его пальцев ему в рот, от чего его горло превратилось в месиво. Он задохнулся и медленно умер.

«Твое время вышло»

Девочка, известная как Натали, вошла в свою комнату истекая кровью. В углу комнаты она увидела его – плюшевого жирафа. Она опустилась на колени, и посмотрела на него. Затем она, не издав ни звука, выпрямилась и пошла в ванную. Посмотрев на себя в зеркало, покрытая кровью, она услышала слабый тикающий звук. Она посмотрела вниз и увидела карманные часы.

Она посмотрела на свои руки, и стала слушать тиканье, которое казалось уходит в бесконечность.

Она достала один из своих окровавленных ножей. Взяв часы, она начала раздербанивать их этим ножом, пока в руках у нее не остался лишь циферблат.

«Время заставляет испытывать пытку». Сказала она, и медленно поднесла нож к своему глазу.

Она начала медленно выковыривать свой глаз, от чего ее зрение в левом глазу начало размыливаться и отдавать красным.

«До того момента пока не поймешь, что смысла больше нет» Она почувствовала, как глаз начал выходить из глазницы, кровь хлынула в раковину.

«Это порочный круг» Ее глаз стал свисать из проема глазницы, она почувствовала резкую боль там, где глаз соединялся в голове.

«Время не заканчивается, оно не замедляется и не ускоряется. Это насилие.» Она схватила тонкий нерв, на котором висел ее глаз и резко дернула его, после чего глаз упал в раковину.

«Оно заставляет переживать пытки снова и снова» Она начала вставлять циферблат от часов на то место, где только что у нее был глаз.

«Не оставляя возможности перемотать вперед» Раздался хлюпающий звук, кровь лилась по ее лицу, пока циферблат плотно не встал в ее глазницу.

«Я Клокворк»

Молодая тринадцатилетняя девочка, раньше известная как Натали, медленно уходила от горящего дома. Пламя полностью охватило его. Внутри медленно тлел плюшевый жираф вместе с останками ее семьи.

Некоторые говорят, что она до сих пор жива.

Неся свое безумство по свету, она оставила много смерти на своем пути, определяя, чьё время пришло к концу.

Единственный способ повстречать Клокворк – свернуться клубочком и укрыться одеялом с головой. Крепко заснуть. В ночи она будет смотреть. Она будет определять и ждать.

Вы услышите тиканье.

И увидите зеленый огонек от ее гнилого глаза с циферблатом.

Если она там…

знай, твое время вышло…

Внешность:

– Бледная кожа

– Каштановые волосы

– Карие глаза

– Коричневая толстовка с темно-синим капюшоном

– Серые джинсы

– Черные перчатки

– Круглые очки с оранжевыми линзами

– Черная маска

– Черно-белые кроссовки

Долгая дорога домой тянулась целую вечность. Она, казалось, бесконечно стелилась перед автомобилем.

Свет сиял сквозь ветви высоких зеленых деревьев, отплясывая сквозь окно хаотичными росчерками и, пробиваясь сквозь ветки, неприятно светил в глаза.

Дорога была опоясана тёмно-зелёными деревьями, образовывавшими вокруг неё лес. Единственным звуком был шум двигателя, катившегося вниз по тропе автомобиля. Всё вокруг испускало спокойствие и безмятежность.

И хотя такая поездка должна была казаться приятной, оба пассажира назвать «приятной» её никак не могли.

У немолодой женщины за рулём были аккуратные короткие каштановые волосы, гармонировавшие с её лицом, она была одета в зелёную футболку с V-образным вырезом, джинсы, а её уши украшали серьги с огранёнными бриллиантами, частично выглядывавшие из-под причёски. У неё были бездонные зелёные глаза, цвет которых сочетался с цветом футболки, а освещение, казалось, делало их ещё ярче. В остальном, в её внешности не было ничего особенного. Она подходила под тип «среднестатистической мамаши», которых вы привыкли видеть на ТВ-шоу, и только огромные мешки под глазами отличали её от «среднестатистической мамаши».

Выражение её лица было хмурым и печальным, хотя она и производила впечатление человека, который много улыбается.

Женщина шмыгала носом и иногда посматривала в зеркало заднего вида, чтобы взглянуть на сына, находившегося на заднем сиденье. Он сидел, слегка сгорбившись, крепко скрестив руки на груди и приложив голову к холодному окну.

Мальчик выглядел настолько нездоровым, что всякий имел полное право вежливо намекнуть, что с ним что-то не так. Его каштановые волосы растрепались в разные стороны, а цвет бледной, почти серой кожи люминесцентное освещение делало ещё более болезненным. Тёмные глаза достались юноше явно не от матери, одет же он был в белую футболку и потёртые штаны, выданные ему в больнице. Одежда была настолько изорвана и забрызгана кровью, что нигде больше носиться и не могла.

На правой стороне лица были видны несколько порезов, а бровь – расколота. Правая рука была перебинтована вплоть до плеча, разорванного осколками стекла.

Это были очень болезненные травмы, но он не чувствовал боли. Он вообще не чувствовал боль. Что было лишь одной из многих его особенностей. Одной из многих трудностей, с которыми он столкнулся, пока рос, стала редкая болезнь, которая сделала его невосприимчивым к боли. Он мог бы потерять руку и не почувствовать. Это серьёзное отклонение, из-за которого он получил множество оскорбительных прозвищ, когда учился в начальной школе до того, как его забрали на домашнее обучение, было следствием синдрома Туррета, которое вызывало у него тик, и из-за которого у него и возникали неконтролируемые подёргивания во время передвижения. Из-за неконтролируемых рывков он вполне мог однажды сломать себе шею. Дети дразнили его, смеялись над подёргиваниями и дали кличку Тикки-Тоби. Учёба давалась настолько тяжело, что его перевели на домашнее обучение. Слишком уж трудно «ненормальному» ребёнку было подстраиваться под свой класс, где каждый в него тыкал пальцем и подшучивал.

Тоби безучастно пялился в окно, лицо его не выражало эмоций, и только какая-нибудь конечность подёргивалась время от времени. Каждый удар автомобильных шин о неровность дороги буквально переворачивал его желудок.

Настоящим именем мальчика было Тоби Роджерс. Его прошлая поездка на автомобиле закончилась страшной аварией. Он всё время думал об этом, невольно вспоминая снова и снова всё то, что произошло, пока он не отключился. Тоби повезло больше, чем его сестре. При мысли о том, что он не мог ничем ей помочь, Тоби едва не плакал. Память вновь и вновь услужливо показывала ужасные воспоминания.

Её крик оборвался, когда расплющилась передняя часть автомобиля. Всё померкло, а через секунду он открыл глаза и увидел тело своей сестры, её лоб, пробитый осколками стекла, ноги и бёдра, раздавленные рулевым колесом. А в конце её туловище толкнула слишком поздно раскрывшаяся подушка безопасности.

Он тогда в последний раз видел любимую старшую сестру.

Дорога домой, казалось, тянулась вечность. Она заняла так много времени, потому что его мать очень боялась повторения ужасов той аварии.

Когда показался знакомый район, они уже были готовы выйти из машины и пойти в свой дом.

Это был старый район, старше остального города, с маленькими причудливыми домами, теснящимися друг с другом. Машина подъехала к маленькому синему домику с белыми оконными рамами.

Они оба сразу заметили старый автомобиль, припаркованный рядом с домом, и знакомую фигуру, выделявшуюся на дороге. Тоби машинально почувствовал гнев и разочарование, когда увидел своего отца. Его отца, которого там не было.

Женщина остановила машину на дорожке рядом с домом и морально подготовилась, прежде чем выйти из машины и встретиться с мужем лицом к лицу.

– Что он здесь делает? – Спросил Тоби, взглянув на свою мать, которая уже набралась духу, чтобы выйти из машины.

– Он твой отец и он хочет видеть тебя. – Мать ответила монотонным голосом, стараясь не выдать дрожи в голосе.

– Зато съездить в госпиталь, чтобы увидеть Лиру, пока она не умерла, он не захотел! – Тоби сощурил глаза в окно.

– Он напился в ту ночь, он не мог приехать.

– Ага, а когда он не напивался? – Тоби толкнул дверь раньше матери и, слегка пошатываясь, вышел на дорожку. Он встретил взгляд отца прежде, чем опустил голову с суровым выражением лица.

Его мать вышла за ним и обошла вокруг машины.

Отец поднял руки, желая обнять жену, но та прошла мимо, обняла Тоби за плечо и помогла ему подняться по ступенькам.

– Конни, – проговорил её муж хриплым голосом – что, ни «Добро пожаловать», ни обнять, а?

Она проигнорировала неприятные слова мужа и прошла мимо него, обняв сына.

– Эй, ему уже шестнадцать, он уже может гулять сам по себе! – Отец Тоби последовал за ними.

– Ему семнадцать. – Конни покосилась на него, прежде чем войти в дом.

– Тоби, почему бы нам не пройти в твою комнату, отдохнуть, я приду, когда обед будет готов.

– Нет, мне же уже шестнадцать, и я могу гулять сам по себе. – С сарказмом ответил Тоби и так же бросил взгляд на отца прежде чем, спотыкаясь о ступеньки небольшой лестницы, пройти в свою комнату и со злостью хлопнуть дверью.

В его маленькой комнате было не так уж много вещей. Только кровать, шкаф, окно и стены, на которых весели фотографии его семьи, сделанные, когда они ещё были семьёй. Сделанные до того, как его отец стал алкашом и кухонным боксёром. Тоби помнил, как отец схватил мать за волосы и свалил её на пол, а когда Лира попыталась помешать, он толкнул её, и она упала на угол кухонного стола. Тоби никогда не простит ему то, что он сделал с матерью и сестрой. Никогда.

Тоби не заботило, насколько сильно отец толкнул его, боли он всё равно не чувствовал, зато он понимал, что отец намеренно причинил боль двум самым дорогим ему людям.

И когда он ждал в госпитале, где Лира доживала последние минуты, единственным, кто не соизволил приехать, был отец.

Тоби стоял у окна и смотрел на улицу. Он мог бы поклясться, что видел что-то краем глаза, но списал это на действие лекарств.

Когда ужин был готов, и его позвали вниз, Тоби нерешительно сел напротив своего отца на стул рядом с матерью. Он был спокоен, взял еду, но не стал есть. Вместо этого он наблюдал за отцом пустым взглядом. Мать уловила взгляд Тоби и слегка толкнула его локтем. Он покосился на неё, а потом уставился в тарелку с нетронутой едой.

Тоби лежал в постели, укутавшись с головой в одеяло, и смотрел в окно. Он устал, но никак не мог уснуть, слишком много мыслей вертелось в голове. Он рассуждал сам с собой о погоде, о том, что, может, стоит простить отца или продолжать жить с обидой и кипящей ненавистью в груди?

Он услышал, как открылась дверь и как его мать, вошла в комнату и села рядом с ним. Она вытянула руку через стол и потёрла спину сына, которой он повернулся к ней.

– Поверь, Тоби, я знаю, тебе трудно, но я обещаю, будет лучше. – Сказала она мягко.

– Когда он уедет? – Сказал Тоби нетвёрдым голосом.

– Не знаю, милый, насколько я поняла, он здесь надолго. – Конни потупила взгляд.

Тоби не ответил ничего. Он просто продолжал пялиться на стену, держа повреждённую руку возле груди.

После нескольких минут молчания его мать вздохнула, затем поцеловала сына в щёку и вышла из комнаты. «Спокойной ночи» – сказала она, прежде чем закрыть дверь. Время тянулось медленно, и Тоби никак не мог перестать ворочаться. Раз за разом возвращались картины аварии: визг шин, крик сестры, и каждый раз он невольно дёргался в постели. Лёжа на спине, он откинул покрывало, накинул подушку на лицо и закричал в неё. Он чувствовал, как его грудь поднимается и падает, а он с трудом дышал, потому что плакал. Тоби слышал, насколько его плач жалобен. Он бы плакал и кричал, если бы не сдавил подушкой лицо. Через несколько секунд он скинул подушку с лица, сел и обхватил голову руками, слёзы струились из глаз. Он не мог ничем помочь сестре. Он пытался её удержать, но ничего не мог поделать, только ныть и хныкать, как сейчас. Наконец, справившись с собой, он подошёл к окну и начал глубоко дышать, пытаясь успокоиться. Тоби протёр глаза и уставился на группу деревьев на улице через дорогу. Его внимание привлекло что-то, находящееся под фонарём. Он услышал звон в ушах, но не мог отвести глаз. Фигура стояла недалеко от уличного фонаря, Тоби был примерно на два фута ниже этого существа, его длинные руки были расставлены в разные стороны, оно уставилась на Тоби парой несуществующих глаз. У существа не было никаких черт лица. Ни глаз, ни губ, ни носа – ничего, но оно как будто бы загипнотизировало Тоби, проникая, казалось, в самую душу. Звон в ушах нарастал с каждой секундой, и, когда он стал нестерпим, Тоби провалился в темноту.

На следующее утро Тоби проснулся в своей постели. Его ощущения были неоднозначными. Он совсем не устал, но, когда окончательно проснулся, ему захотелось проваляться в постели ещё несколько часов. У него не было в голове никаких мыслей. Тоби медленно сел и прислонился к стене, а когда встал на ноги, почувствовал головокружение. Он доковылял до двери и спустился вниз по лестнице. Родители сидели за столом: отец смотрел маленький телевизор, стоявший на столешнице, а мать читала газету с новостями. Она быстро обернулась, когда почувствовала, что Тоби маячит у неё за спиной.

«Доброе утро, сонная голова, я думала, ты будешь спать вечно» – Конни встретила его нерешительной улыбкой.

Тоби неторопливо поднял голову на часы – они показывали половину первого.

«Я сделала тебе завтрак, и когда он остыл, хотела разбудить, но потом решила дать тебе ещё поспать» – Её лицо помрачнело, так как сын не отвечал ей – «С тобой всё в порядке?».

Тоби споткнулся и сел рядом с отцом. Он был как бы в режиме ожидания и уже не мог контролировать свои поступки. Он видел всё, что делает, но одновременно как бы не давал себе отчёта в своих действиях. Он протянул руку к руке своего отца, но мгновенно получил по ней затрещину. Отец резко повернулся и толкнул его стул ногой. «Не трогай меня, мальчишка» – Закричал он.

Его мать встала: «А ну прекрати! Это последнее, что нам сейчас нужно!»

Дни шли своим чередом: Конни проводила большую часть времени за уборкой дома, а её грубый муж – командуя ей. Как будто и не было аварии.

Тоби не покидал своей коморки ни на минуту. Тоби удивлялся, когда осознавал, что его мысли меняются так быстро, что он даже не запоминал их. Он прохаживался по своей комнатке, как зверь в клетке или смотрел из окна. Нездоровый цикл продолжался.

Не подумав как следует, он начал жевать собственные руки, отгрызая кусочки плоти со своих пальцев, пока они кровоточили. Конни, застав Тоби за этим занятием, пришла в ужас. Она побежала вниз за аптечкой, обработала его руки и потребовала, чтобы он был всё время под присмотром.

Тоби самоизолировался настолько, что начал ненавидеть всё вокруг, а память начала давать сбои. Он забывал минуты, часы, дни, и вдобавок нёс всякую чушь о вещах, которые совершенно не касались разговора. Затем начались галлюцинации: акулы в раковине, где он мыл посуду, пение сверчков внутри подушки, а в окне спальни – призраки.

Весь этот бред привёл Тоби в кабинет психиатра. Растущее беспокойство матери заставило её обратиться к специалисту, чтобы тот поговорил с юношей о его переживаниях.

Конни вошла с Тоби в здание, держа его за руку и направляя его. Она прошла с ним к рабочему столу и начала разговаривать с барышней, сидевшей за ним.

– Миссис Роджерс? – Спросила барышня.

– Да, это я. – Конни кивнула. – Мы здесь, чтобы увидеть доктора Оливера, я пришла сюда с Тоби Роджерсом.

– Хорошо, пройдите сюда. – Барышня повела их в длинный холл. Тоби взглянул на картины, которыми был увешан холл и повернул на звуки, издаваемые каблуками барышни по жёсткому деревянному полу. Она открыла дверь в комнату со столом и двумя стульями.

– Если мы уговорим его посидеть здесь несколько минут, я приведу сюда доктора. – Она улыбалась и держала дверь открытой.

Тоби ввалился в комнату и сел за стол. Он смотрел на свою мать и барышню, пока дверь не закрылась за ними. Он осмотрел комнату, а затем попытался разорвать зубами бинты, наложенные на руки. Его прервал звук распахнувшейся двери, в которую вошла светловолосая женщина в платье в горошек. Она прошла к столу с ручкой и зажимом в руках.

– Тоби? – Спросила она с улыбкой. – Тоби посмотрел исподлобья и кивнул.

– Приятно познакомиться с тобой, Тоби, меня зовут, доктор Оливер. – Она хотела пожать ему руку, но передумала, когда увидела бинты. – Оу! – доктор Оливер нервно усмехнулась, прокашлялась и села за стул напротив. – Я задам тебе несколько вопросов, а ты отвечай на них настолько честно, насколько это возможно. – Она положила зажим рядом с собой.

Тоби неторопливо кивнул и положил руки на колени.

– Сколько тебе лет, Тоби.

– Семнадцать. – Ответил он быстро.

Доктор Оливер записала что-то на бумаге и прикрепила её зажимом.

– Назови своё полное имя.

– Тоби Эрин Роджерс.

– День твоего рождения?

– Двадцать восьмое апреля.

– Кто твои ближайшие родственники? – Тоби задумался на секунду, прежде чем ответить.

– Моя мать, мой отец, – Он остановился – М-моя сестра…

– Я слышала про твою сестру… Мне на самом деле жаль. – Она сделала печальное лицо и посмотрела полным жалости взглядом.

Тоби кивнул.

– Ты что-нибудь помнишь об аварии, Тоби? – Тот смотрел мимо психиатра. В какой-то момент все мысли покинули его. Он смотрел вниз, на колени, и в окружающем пространстве слышался слабый звон. Его глаза вытаращились, и он замер на месте. – Тоби?.. Тоби, ты меня слышишь?! – Тоби почувствовал, как дрожь идёт вниз по спине, затем медленно обернулся и увидел это. Тёмную безликую фигуру, которая всматривалась в него. Тоби смотрел, глаза у него расширились, а звон в ушах делался всё громче и громче, вдруг крик врача вывел его из транса – Тоби! – Тот подпрыгнул, упал со стула и начал пятиться в угол.

Доктор Оливер встала, прижав зажим к груди. Тоби удивлённо посмотрел в её глаза. Он встретил её взгляд снова; дыхание было сбивчивым, а сам он подёргивался.

Этой ночью Тоби лежал в кровати. Его растерянный взгляд был устремлён в потолок. Он уже начал дремать, когда услышал шаги в коридоре. Он посмотрел в сторону дверного проёма – дверь была распахнута настежь. В коридор не проникал холодный люминесцентный свет, исходящий от луны за окном. Юноша встал и направился в сторону распахнутой двери, которая захлопнулась перед его лицом. Тоби ахнул и упал на спину, вытаращил глаза и начал тяжело дышать. Через несколько секунд юноша встал на ноги, ухватился за холодную ручку двери своей перевязанной рукой и начал со скрипом открывать её. Он выглянул в тёмный коридор и на цыпочках вышел из комнаты. Окно в конце коридора выделялось в кромешной тьме голубым лунным светом, вычерчивая траекторию его падения. Он слышал хихикание и шуршащие шаги вокруг, как будто ребёнок бегал вокруг него и смеялся. Коридор был намного длиннее, чем Тоби помнил. Он казался бесконечным… прямо как путь из больницы домой. Юноша услышал, как дверь перед ним заскрипела.

– Мам? – Позвал он испуганным голосом.

Внезапно дверь в его комнату захлопнулось – Тоби подпрыгнул и обернулся. Сзади он услышал жуткий стон, звучащий в ушах почти как хрип. Тоби быстро обернулся и встретился лицом к лицу со своей умершей сестрой. Её глаза заволокло белой плёнкой, кожа стала бледной, с правой стороны лица свисало мясо, обнажая кость, изо лба торчало стекло, а по лицу текла чёрная кровь, светлые волосы были забраны в конский хвост, на ней была серая футболка и спортивные штаны, запачканные пятнами крови. Её ноги были неестественно изогнуты. Она стояла, издавая жуткие хрипы, всего в дюйме от лица Тоби. Он взвизгнул и упал.

– АЙ! – Он начал ползти назад, подальше от неё, и не мог оторвать взгляд от её мёртвых пустых глаз. Он полз до тех пор, пока не упёрся во что-то.

Он остановился на секунду. Мертвую тишину нарушал только его тяжёлое дыхание и плач. Тоби медленно поднял взгляд вверх и увидел пустое лицо высокого существа, стоящего за ним. За существом стояла толпа детей, примерно от трёх до десяти лет с чёрными глазами, из которых капала чёрная кровь.

Тоби вскочил так быстро, как только мог, но споткнулся о чёрные щупальца, которые опутали его лодыжки. Он упал на живот, и почувствовал, что щупальца сдавили ему грудь. Он пытался кричать, но не мог издать ни звука, только сдавленно хрипеть, пока его не накрыла темнота.

Тоби проснулся. Он вскочил на кровати и закричал. Он хрипел, ощупывая грудь перевязанными руками. Это был сон… Всего лишь сон. Тоби улёгся снова и перевернулся с боку на бок. Он почувствовал, как гигантский груз спал с его груди, когда глубоко вздохнул. И всё же на всякий случай решил подойти к окну и заглянуть в него. Там никого не было. Ни призраков. Ни фигур. Ничего.

Он услышал шорох за дверью и кашель отца. Дверь была закрыта.

Тоби подошёл к двери, открыл её и выглянул в прихожую ещё раз. Затем спустился в прихожую и увидел отца, который стоял в жилой комнате и курил.

Глубокий, кипящий гнев ударил в голову. Он услышал шепчущие несуществующие голоса в своей голове.

«Сделай это! Сделай это!» – скандировали они. Тоби отвернулся и попробовал удержать себя в руках. Он чувствовал, что сейчас на самом деле контролирует себя, в отличие от нескольких недель после госпиталя. Он действительно имел полную ясность мыслей за несколько мгновений до того, как шепчущие голоса появились в голове.

Они повторяли снова и снова: «Убей его! Он там не был! Не был! Убей его! Убей!». Тоби дрожал. Нет. Нет, он не станет этого делать. Он что, окончательно спятил? Нет! Он никого не убьёт! Он не может. Он ненавидел своего отца, но не настолько же, чтобы убить его.

«Это оно» – Последнее, что подумал Тоби прежде чем вновь впасть в состояние транса. Голоса взяли верх. Он безмолвно прокрался мимо отца, достиг держателя ножей на кухне, взял самый большой нож и крепко стиснул его в руке. Он испытывал сильнейшее жжение в груди. Тоби издал смешок. «Хех… хехехе… хехехехе… ХАХАХАХА!» – он смеялся так сильно, что стало трудно дышать.

Его отец успел обернуться перед тем как почувствовал грубую силу, толкнувшую его на пол, хрюкнул, и почувствовал, что ударился солнечным сплетением. «Что!?» – Он смотрел на мальчишку, сжимавшего в руке кухонный нож. «Тоби, что ты творишь?!» – отец перекатился и выставил руки вперёд чтобы защититься, но Тоби был быстрее и навалился на него сверху. Он пытался схватить отца за шею, но тот скрутил ему руки.

«Стоп! Слезь с меня, маленький сучёныш!» – заорал он и сбросил с себя Тоби ударом в плечо, но тот не остановился. Взгляд Тоби был безумным. Он выглядел так, словно в него демон вселился. Тоби крикнул и попытался вонзить нож в грудь отца, но тому удалось снова схватить Тоби за запястье. Он хотел оттолкнуть Тоби обратно, но тот пнул отца, за что получил тяжёлый удар в лицо. Его отец отшатнулся, вытянул руки вперёд, чтобы снова ударить Тоби по лицу, но тот вскочил вонзил нож ему в плечо. Его отец издал громкий крик и попытался вытащить нож, но прежде чем ему это удалось, Тоби со всей силы ударил его в лицо. Он бил не переставая, что есть мочи, смеясь и задыхаясь, а затем свернул отцу шею, распорол ножом плечо и начал в исступлении бить мёртвого отца ножом в грудь, живот, куда попало, заливая потоками крови всё вокруг. Он не остановился, пока тело отца не перестало дёргаться. Он бросил нож в сторону и склонился над трупом, кашляя и задыхаясь. Тоби уставился на его обезображенное лицо, сел рядом и стал подёргиваться, пока крик не разорвал тишину. Он посмотрел вверх и увидел свою мать, стоявшую в нескольких футах от него. Она прикрыла ладонями рот, а из глаз текли слёзы.

– Тоби! Зачем ты сделал это?! Зачем?! – срывалась она с плача на крик.

Тоби встал и начал отступать от окровавленного трупа на кухню. Он увидел пропитанные кровью бинты на руках, взглянул в последний раз на мать, прежде чем развернулся и побежал вон из дома. Он побежал к гаражу и изо всех сил надавил на кнопку, открывающую дверь. Прежде чем сбежать, он схватил два отцовских топорика, которые лежали на стойке инструментов над столом, заваленным банками с краской, старыми гвоздями, шурупами и прочим хламом. Один был новым, с оранжевой ручкой и острым лезвием, другой же был старым, тупым и с деревянной ручкой. Тоби схватил оба, и тут его взгляд упал на коробку спичек и красный бак с бензином, стоявший под столом. Он взял оба топорика в одну руку, спички и канистру в другую прежде чем выбежать из гаража на улицу. Когда Тоби пробежал около десяти метров и мог видеть окна своей спальни, он услышал в отдалении полицейские сирены. Он на секунду замешкался, а затем открыл крышку бака и побежал вниз по улице, разливая бензин, после чего рванул в сторону леса. Он вылил последние капли, прежде чем засунул руку в карман, вытащил спички и чиркнул ими. Пламя вырвалось моментально, в мгновение ока оно перекинулось на кусты и деревья вокруг. Прежде чем Тоби успел что-либо сообразить, он оказался в кольце пламени. Силуэты полицейских машин были видны сквозь пламя, так что Тоби начал пятиться в сторону леса. Он обернулся назад. Всё, что он видел, было расплывчато, сердце бешено колотилось, и он прикрыл глаза на секунду. Это оно. Это конец.

Он почувствовал чью-то руку на своём плече. Тоби открыл глаза и увидел большую белую руку с длинными костяшками пальцев, лежащую на его плече. Подняв взгляд вверх, Тоби увидел обладателя руки. Существо возвышалось над ним и смотрело сверху вниз. Оно было одето в костюм чёрного цвета, лицо было абсолютно пустым, а из спины тянулись щупальца.

Это оно. Это конец. Вот так Тоби Роджерс умер.

Несколько недель спустя Конни сидела на кухне своей сестры. Её сестра, Лора, сидела напротив и пила кофе. Сестра Лоры потеряла три недели назад мужа и сына, а ещё раньше – дочь в жуткой автокатастрофе. С тех пор Конни переехала к сестре. Полиция закончила расследование. Эта история гремела в прессе две недели, но потом в мире появились куда более важные новости.

Лори переключилась на канал новостей, репортёр как раз читал новый заголовок.

«Срочное сообщение! Прошлой ночью было совершено убийство четырёх человек! Подозреваемых пока нет. Жертвы – дети среднего школьного возраста, ушедшие в лес поздно вечером. Они были забиты и зарезаны. Орудие преступления было найдено неподалёку, им оказался старый топорик с тупым лезвием. Фото было обрезано для того, чтобы показать оружие с места преступления. Следователи считают, что это мог совершить Тоби Роджерс, семнадцатилетний парень, который за несколько недель до этого зарезал своего отца, а затем пытался прикрыть своё отступление, устроив пожар на улице и в лесу в окрестностях города. Несмотря на то, что следователи считали, что Роджерс погиб в огне, теоретически он мог выжить, ведь тело так и не было найдено»

В небольшом городке, где никто особо не обращал внимания на странности, жил обычный парень по имени Тоби. Он был тихим, застенчивым, любил играть в видеоигры и слушать музыку. Но всё изменилось в тот день, когда он исчез на три дня. Когда Тоби вернулся, его глаза были пусты, а лицо – безжизненным. Он стал вести себя иначе: ночами он выходил из дома, исчезая в тёмных переулках и в лесу.

Первые признаки его перемены заметили родители и друзья. Он стал молчаливым, словно кто-то внутри него говорил за него. А потом начали происходить странные вещи: исчезали домашние животные, пропадали вещи, а в окрестностях города появлялись кровавые следы – будто кто-то или что-то проходило по улицам, оставляя за собой ужас.

Однажды один из местных жителей заметил Тоби в лесу. Он стоял неподвижно, словно статуя, с глазами, сверкающими в темноте. Когда его заметили, Тоби повернулся и улыбнулся – но это была не обычная улыбка. Его лицо искажалось, становясь зловещим, словно маска безумия. В этот момент человек почувствовал холод и страх, словно что-то внутри него проснулось.

Тикки Тоби – это не просто убийца. Он – прокси, связанный с тёмной силой, которая управляет им. Его тело – это оболочка, внутри которой скрывается нечто гораздо более зловещее. Он действует тихо, словно тень, появляясь там, где его никто не ожидает, и исчезая так же быстро.

Он использует свою ловкость и безжалостность, чтобы нападать на жертв, оставляя за собой кровавые следы. Его атаки – это не только физический урон, но и психологическая атака. Он способен проникать во сны, внушать страх и даже управлять разумом тех, кто осмелится с ним столкнуться.

Говорят, что Тикки Тоби – это порождение тьмы, созданное для служения тёмным силам. Он – их оружие, их тень, их прокси. Его улыбка – это знак, что он уже выбрал свою следующую жертву, и он не остановится, пока не выполнит свою миссию.

Люди рассказывают, что Тикки Тоби – это не просто подросток, ставший убийцей. Это существо, которое было захвачено тёмной силой, связанной с Слендерменом. Он – его тень, его инструмент, его продолжение. Его тело – это лишь оболочка, а внутри скрывается нечто гораздо более зловещее.

Тикки Тоби способен проникать в сны, внушать страх и управлять разумом тех, кто осмелится с ним столкнуться. Он появляется в темноте, когда никто не ожидает, и его улыбка – это предвестие беды.

Если вы вдруг увидите его в темноте, с глазами, сверкающими в ночи, – бегите. Потому что Тикки Тоби уже выбрал вас. И его улыбка – это только начало.

Происхождение: Никто точно не знает, как Тикки Тоби стал таким. Некоторые считают, что он был обычным подростком, пока не наткнулся на древний ритуал или тёмную силу, которая его захватила. Другие верят, что он – это порождение самой тьмы, созданное для служения злу.

Особенности: Его глаза – это окна в бездну, и кто смотрит в них слишком долго, рискует потерять рассудок. Он может появляться и исчезать в мгновение ока, словно тень, и его улыбка – это знак, что он уже выбрал свою следующую жертву.

Тикки Тоби не говорит и не объясняет своих целей. Он действует по приказу тёмных сил, и его единственная задача – сеять страх и смерть.

Кейт Преследовательница – второстепенный антагонист в Slender: The Arrival и невидимый главный герой в Slender: The Eight Pages.

Внешность:

– Черные волосы

– Белая маска

– Белая кофта

– Черные джинсы

Когда мы были детьми, Кейт и я, её лучший друг CR, часто гуляли в лесу с фонариками. Мы целенаправленно пугали друг друга, прячась между деревьями и шепча страшные истории.

CR: «Слышал когда-нибудь про загадочного человека без лица? Говорят, он живет в этих лесах…» Кейт: «Да брось, это просто легенда для глупых!»

Но каждое наше ночное приключение оставляло чувство тревоги, словно кто-то действительно следит за нами.

Однажды ночью лес изменился. Тьма стала плотнее, а между деревьями возникла фигура – высокий человек без лица, известный как Слендермен.

Кейт (шепот): «CR, ты видишь это?» CR: «Ты что, шутишь? Это невозможно…»

Но Слендермен приближался. Фонарики мигали, и звук шагов заглушал даже наш дыхание.

Больница и тайные рисунки

Позже Кейт оказалась в больнице. Никто не мог объяснить причину её панической атаки и потери сознания.

Врач: «Кейт, что это на твоих рисунках? Странные фигуры и лес…» Кейт: «Я не знаю. Они появляются сами…»

Рисунки были загадочны, полны образов Слендермена и темных деревьев. В больнице Кейт познакомилась с Лорен, которая оказалась настолько же увлечена тайнами леса, как и она.

Лорен решила расследовать исчезновения в окрестностях и связала их с Слендерменом.

Лорен: «Кейт, мы должны узнать правду. Этот лес хранит больше тайн, чем кажется» Кейт: «Ты уверена, что хочешь этим заниматься? Это может быть очень опасно.»

Несмотря на предупреждения, Лорен отправилась в лес, чтобы найти ответы. Но всё пошло не так…

Однажды, пытаясь спастись, Кейт тщетно пыталась забаррикадировать дверь в своей хижине.

Кейт (дрожа): «Нет, ты не пройдешь!» Тяжелые шаги приближались. Кейт открыла окно и прыгнула в темноту.

Она бежала по лесу, крича от ужаса.

Кульминация: Бегство и потеря

Кейт мчалась сквозь лес, а Лорен пыталась догнать её, чтобы помочь.

Лорен: «Кейт! Подожди!» Внезапно Лорен сорвалась в темноту и загадочно исчезла – словно её поглотил сам лес.

Кейт осталась одна, в объятиях ночи и ужасов, которые продолжают преследовать её до сих пор.

Конец – или только начало?

Лес помнит всё, и Слендермен никогда не отпускает своих “гостей”. Друзья могут исчезнуть в темноте – и никто не услышит их крик.

Шахты Куллмана, давно забытые и окутанные мраком, снова заговорили о себе страшной легендой. В глубине подземных туннелей, среди гнилых деревянных опор и леденящих душу эхом пустоты, появилась она – Кейт, известная теперь как Преследователь. В белой маске, покрытой пятнами крови, с бледной кожей, словно высосанной из живого организма, и глазами полными ярости и безумия, она преследует своих жертв с немыслимой агрессией.

Каждый её шаг отдается грохотом, раздающимся в каменных коридорах, а дыхание холодным ветром бьёт в лицо несчастным, кто осмеливается приблизиться. Легенды гласят, что Кейт уже давно умерла в этих шахтах, но Преследователь – это не просто человек, а воплощение ужаса, ожившее из самых мрачных кошмаров.

Лорен будто предчувствовала приближение беды. Когда Кейт-Преследователь мигом появилась из тени, её сердце колотилось как бешеное. С надеждой найти спасение, Лорен бросилась на последний лифт, который вентиляторами лишь едва дул мертвым воздухом старой шахты.

Сквозь грохот разъярённого преследователя, возле решетки лифта, дверь захлопнулась с лязгом. Лифт медленно опускался в глубь подземелья, спасение казалось близким, но холодок тревоги не покидал девушку. Что-то было не так.

Лорен очнулась в тускло освещенной камере, где рядом сидел Чарли Мэтисон младший – человек с преследуемым взглядом и морщинистым лицом, полным заботы и скрытой печали. Воздух был наполнен запахом гари и сырой плесени.

В углу, загнанная в мрак, стояла Кейт – совсем другая: бледная, с обожженной кожей, без маски, буквально рыдающая, словно сама разучилась дышать. Её руки тряслись, кровь и грязь засыхали на одежде.

Трансформация и смертельный финал

Когда Лорен робко подошла к Кейт, подруга и враг в одном лице внезапно изменилась. Лицо Кейт искажалось, маска сама словно вышла изнутри, вновь покрывая её черты. Преследователь ожил в новом страхе, и последний взгляд Лорен потерялся в пустоте безжалостных глаз.

Шёпотом ветра в шахтах раздался противный звук – боль и ужас.

Последний кадр истории – тело Лорен, раненое и еле держится на ногах, подброшенное словно груз. Тени не смогли разобрать, кто именно её тянет – Чарли, Преследователь или таинственная фигура, напоминающая Слендермэна.

Шахты вновь замолкли, а их жертвы растворились в вечной ночи.

С детства Кейт была болезненным ребенком. У нее была очень редкая форма аллергии – на яркий свет. Стоило ей выйти на солнце без прикрытия, у нее начинала очень сильно чесаться кожа, почти что до ожогов, появлялись красные пятна. С детства она была почти что обречена на одиночество, а выйти куда-то не в джинсах и без плотной пайты с капюшоном было практически невозможно.

Кейт впервые встретилась со Слендерменом после смерти матери, когда была еще человеком. Тогда опечаленная девушка хотела продать дом и уехать, для чего позвонила своей подруге Лорен, да и находиться в доме с подругой было намного приятнее, чем в одиночестве. Да и сама продажа могла затянуться весьма надолго – дом находился возле заброшенной шахты недалеко от леса, на самом краю города. Уже тогда ее мучили галлюцинации о высоком тощем человеке без лица, на которого не стоило смотреть, как подсказывала интуиция Кейт. Про этого «человека» знал еще и друг Кейт по имени Чарли.

Однако перед тем, как Лорен приехала, в ту самую ночь, девушка подверглась нападению Слендермена. И хотя ей удалось бежать, она едва не погибла: в темном лесу неподалеку от шахты было страшно, безумно страшно. За каждым кустом ей мерещился преследователь и она сразу бросалась в другую сторону, стараясь спастись. Чарли нашел девушку без сознания в лесу, с севшим фонариком и восемью записками странного содержания. Лицо девушки было исцарапано, почти что изуродовано и Чарли предположил, что это было из-за того, что та бесцельно бежала по лесу, хотя одежда – пайта с капюшоном и джинсы – была целой. Когда она пришла в себя, юноша ужаснулся еще больше: взгляд Кейт был как у покойника, абсолютно пустой, холодный, безжизненный.

Он отвел подругу в дом, но девушку словно подменили: она почти не разговаривала, постоянно дрожала и порой порывалась бежать куда-то. Первое, что она сказала, было:

– Он зовет меня…

Чарли не придал никакого значения словам Кейт. И за это парень поплатился жизнью: стоило ему отвернуться, как она выхватила нож и бросилась к Чарли, цепляясь за шею того и начиная наносить удары ножом в спину. Когда парень был мертв, девушка, покачиваясь, поднялась и накинула на голову капюшон, укрывая изуродованное лицо.

Позже, до того, как приехала Лорен, Кейт успела перетащить тело Чарли в шахту, где и затаилась, непрерывно вслушиваясь в голос Слендермена, звучащий в голове, словно радио, которое невозможно выключить. Это сводило девушку с ума. Свою подругу Кейт сначала запугала, а потом тоже убила, полностью подчинившись воле Слендера, приказывавшей ей выполнять поручения своего господина. Что случилось с девушкой в шахтах – неизвестно, но она стала «помощником» Слендера и следовала за ним, словно преданный слуга, изменившись до почти что неузнаваемости и сама став материальным призраком потустороннего мира.

Интроверт, одиночка как по «жизни», так и в своей «работе». Очень нелюдима и неразговорчива, предпочитает молча сверлить взглядом и испытывать терпение. При этом в обычной обстановке выглядит очень спокойной, жертв выслеживает планомерно и терпеливо, просчитывая малейшие детали, может неделями изводить жертв, чтобы те потеряли бдительность и поддались страху, это доставляет ей извращенное удовольствие – ведь сама она сошла с ума от страха перед тем, кого теперь почти боготворит. Очень скрытная, жестокая, подвержена вспышкам ярости и ненависти. Чувство юмора у нее специфическое, но присутствует. Без ума от своего господина, как уже было сказано, но при этом как любит – так и ненавидит. К коллегам относится с должной долей уважения и иронией, так как полагает, что все когда-то были людьми, как и сама девушка. В каком-то плане даже религиозна, однако своей религией не делится: чтобы описать ее, нужно слишком много слов, а разговаривать Кейт не слишком любит.

В тёмных уголках интернета ходят страшные истории о девушке по имени Кейт – преследовательнице, которая кажется невидимой, но её присутствие ощущается каждым шорохом, каждым движением ветра. Говорят, что она – не просто призрак или дух, а нечто гораздо более зловещее, что питается страхом и страданиями тех, кто осмеливается войти в её мир.

Многие годы Кейт была обычной девушкой, живущей в тихом городе. Но однажды, она исчезла без вести. Никто не знает, что с ней случилось, пока не появились первые рассказы о тех, кто сталкивался с ней в лесах или заброшенных зданиях.

Люди говорят, что она – это тень, невидимая для глаз, но её присутствие ощущается как холод, пронизывающий до костей. Время от времени, кто-то замечает, что за ним кто-то следит – тень, которая движется чуть быстрее, чем можно заметить. И когда человек оборачивается, никого нет. Но ощущение остаётся.

Кейт – это охотница. Она не нападает сразу, а играет с жертвой, заставляя её чувствовать себя беззащитной. Она появляется в самых неожиданных местах: в тени, в зеркале, в отражении окна. Иногда кажется, что она – это просто иллюзия, но её присутствие ощущается как тяжёлое дыхание за спиной.

Она невидима, но её действия – это постоянное давление: шорохи, тихие шаги, шёпоты, которые слышны только в голове. Она может появиться в любой момент, когда человек уже почти потерял надежду. И когда она решает атаковать, то делает это быстро и безжалостно – не оставляя следов, кроме чувства ужаса.

Говорят, что Кейт – это не просто призрак. Это душа, которая была разрушена и превращена в охотницу, питающуюся страхом. В её глазах – бездны, в её движениях – холод и безжалостность. Она не говорит, не кричит, не показывает себя полностью – она – это тень, что преследует, пока не доведёт до безумия.

Некоторые верят, что она – это отражение их собственных страхов, и чем сильнее человек боится, тем сильнее она становится. В моменты, когда кажется, что она исчезла, она всё равно остаётся рядом, наблюдая, ожидая, когда жертва осмелится сделать следующий шаг.

Что происходит, если встретить её?

Если вы вдруг почувствуете, что за вами кто-то следит, – не оборачивайтесь. Не пытайтесь убежать – она всегда быстрее. Лучше замрите и постарайтесь сохранять спокойствие, пока не пройдёт опасность. Но помните: если услышите тихий шёпот или почувствуете холодное дыхание на шее – это уже слишком поздно.

Говорят, что Кейт – это не просто призрак, а порождение тёмных сил, которые питаются страхом. И если она заметит вас, она не отпустит. Она – тень, что преследует, пока не доведёт до безумия.

Уверены, вам было страшно.

Увидимся, в следующей книге…

«Pop! Goes the weasel» – Детская песенка-игра. Такие песенки, как эта, называемые nursery rhyme, появились на рубеже 18–19 веков в англоговорящих странах. Широко распространены до сих пор, а в Северной Америке их называют песенками матушки Гусыни.

Pop goes the weasel часто поют игрушки Jack-in-the-box (Джек-в-коробке): клоуны на пружинке, выскакивающие из коробки.