Michael Caine

ACTING IN FILM: AN ACTOR’S TAKE ON MOVIE MAKING

© В. Багринцева, перевод на русский язык, 2026

© Оформление. ООО «Издательство «Эксмо», 2026

Если вы действительно хотите стать актером, но лишь при условии, что актерская игра не будет мешать вашей игре в гольф, вашим политическим амбициям и вашей личной жизни, то на самом деле становиться актером вы не желаете. Актерство – это не просто больше, чем работа с неполной занятостью, это больше, чем работа на полную ставку. Это одержимость на полную ставку.

Ваши пробы в кино начались с того дня, когда вы появились на свет. Если вы попадаете на экран, значит, вы что-то делали прямо с пеленок – и задолго до того, как вы оказались в офисе продюсера.

Не существует единственно верного пути в кино, нет единой дороги в Голливуд. Нет какой-то конкретной книги, которую нужно прочитать, нет кафе, в котором следует сидеть. Ваше поведение во всех общественных местах является частью кинопробы. Если вы находитесь в баре, где до этого не бывали, вас оценивает бармен. Он знает, что парень, который заходит сюда поздним вечером по вторникам, женат на женщине, чья сестра работает визажистом в ситкоме. Если вы ведете свою маленькую дочь в школу под дождем, за вами наблюдает регулировщица на пешеходном переходе.

Она меняет наряд и устраивается на неполную ставку секретарем к бродвейскому продюсеру. Вы не можете знать, когда или как люди, которых вы встречаете, вдруг запускают цепную реакцию, которая приведет к перелому событий.

Если вы полагаете, что пробы проходят исключительно в продюсерском офисе, вам попросту могут никогда не позвонить. Причиной тому то, что мир, по сути, делится на два типа людей: тех, кто верит в свой успех независимо от «отзывов», которые они получают, и тех, кто никогда не преуспеет, вне зависимости от того, насколько высоко они поднялись или как много статуэток украшают полку их камина.

Итак, я не советую вам прихорашиваться и красоваться, когда вы выносите мусор. Однако знайте, что мусор, который вы выбрасываете сегодня, может принести вам золото завтра.

Но даже преуспев, вы не сворачиваете кампанию. Я помню, как снимался с Ширли Маклейн в фильме «Гамбит»[1].

Гастрольный автобус резко тормозит, когда актеры пересекают съемочную площадку. Фанаты высыпают из автобуса. Водитель старается выманить у актеров автографы на входе. Большинству удается избежать толпы, воспользовавшись боковой дверью. Я, с другой стороны, знал, что водителю наверняка есть чем заняться, так что собирался выставить его в выгодном свете. Я раздал автографы каждому в этом автобусе. Не такое уж и большое дело, верно?

Но ровно до того, как я скажу вам, что водитель автобуса оказался Майклом Овитцем[2]. Понимаете, о чем я?

В мире актеров не было места для таких, как я… Сегодня можно сказать, что практически каждый может добиться успеха, по сравнению с моими шансами 35 лет назад.

Я бы не сказал, что это было неслыханно. Ричард Бертон и Питер Селлерс справлялись хорошо, не так ли? Не говоря уже о моем приятеле Шоне Коннери. Похоже, он держит кредиторов на расстоянии.

Когда я сказал друзьям, что собираюсь быть актером, то услышал в поддержку примерно следующее: «Чем ты будешь заниматься? Подметать сцену?». Ни один из нас никогда не встречал человека, посещавшего театральную школу. Не уверен, что мы вообще знали о существовании такого места, как театральная школа, не говоря уже об именах тех, кому удалось пробиться на большой экран.

Позвольте мне пробежаться по моей биографии до того, как я получил свою первую роль. Посмотрим, как вы оцениваете мои возможности. Я работал в прачечной.

Некоторое время трудился на чайном складе. Проводил дорожные работы с отбойным молотком. Служил ночным портье в отеле. Я мыл посуду во всех лучших ресторанах. Помню даже, как клеил шкатулки для драгоценностей. И еще я был солдатом.

Я не изучал роли, анализируя мысли своих персонажей, не изучал их психику в попытках прочувствовать их боль.

Никто не приглашал меня в актерскую студию. Я платил за аренду. Когда я говорю, что в 29 лет я был без гроша в кармане, людям очень трудно понять, что я буквально не мог позволить себе тарелку спагетти в местной закусочной. Они считают, что быть на мели означает иметь на банковском счету последние пару тысяч.

С большой вероятностью у вас было какое-то формальное высшее образование. Для меня и моих родителей им, в своем роде, стала учеба в начальной школе. У меня не было занятий, на которые можно было бы ходить, или обучающих видео, которые я мог бы посмотреть. Однако я страшно увлекался чтением книг. С их страниц я и узнал, какими были жизни других людей. Они не были похожи на мою. И я преисполнился решимости изменить свою жизнь. Я не оценивал возможность этого, я был убежден.

Если вы действительно хотите стать актером, но лишь при условии, что актерская игра не будет мешать вашей игре в гольф, вашим политическим амбициям и вашей личной жизни, то на самом деле становиться актером вы не желаете. Актерство – это не просто больше, чем работа с неполной занятостью, это больше, чем работа на полную ставку. Это одержимость на полную ставку.

Если вы сделаете меньше, то не достигнете поставленной цели.

Вы можете заучить каждое слово этой книги, так что будете способны читать ее задом наперед во сне. Но без воли и напора, свойственного локомотиву, без хладнокровного взгляда взломщика сейфов, без упорства и хитрости ласки эта книга и дюжина лет напряженного изучения сцен не приведут к успеху в кинокарьере. Иначе говоря, если вы можете представить себя занимающимся чем-то другим, забудьте об актерстве!

Некоторые актеры всегда ощущают, что они «теряют свет». Какая-то маленькая деталь, связанная с ролью, действием или кинопроизводством не совсем идеальна; будь то не тот режиссер или плохое настроение у правильного режиссера; или заведующий актерским составом, сделавший правильный выбор в вашу пользу, ошибся с выбором всех остальных; или же хороший сценарий, но плохой писатель. Другие, и мне нравится думать, что я в их числе, в достаточной степени постоянно развлекаются тем, что им преподносят, что остаются в игре, пока на улице не стемнеет. Это не означает, что мы не осведомлены о трудностях, – мы сразу же справляемся с ними.

Это не полоса препятствий, как в кино. Если в фильме все идет отлично, это не потому, что нет трудностей, которые необходимо превозмочь; это потому, что все видели их приближение и устраняли их вовремя и со вкусом. Даже, позвольте добавить, с некоторым удовольствием!

После стольких лет в этом бизнесе некоторые люди все еще думают обо мне как о профессиональном кокни[3]. Как будто им платят за то, что они кокни. В действительности я из Южного Лондона, не из Боу, и в любой день недели вы найдете 1,3 миллиона более аутентичных кокни, чем я. Сегодня лишь немногие из них живут в Голливуде. Однако все равно говорят, что «Кейн – актер-кокни», будто я в каком-то роде удачливый кретин, которому просто посчастливилось оказаться на нужном барном стуле, когда туда вошел голливудский продюсер.

И все же это тоже битва, в которой нужно сражаться. Вы должны будете бороться за свое происхождение и генетику. Это не значит, что вы желаете отречься от своего прошлого. У нас в багаже множество трюков, которые стоят того, чтобы время от времени ими пользоваться.

Если вы здоровый симпатичный парень, то нет смысла специализироваться на ролях Квазимодо.

Моя собственная большая борьба началась, когда я был готов к своей стандартной маленькой роли кокни на зулусском языке. Переломный момент наступил, когда мне сообщили плохие новости: на роль, на которую я претендовал, уже был назначен другой актер. Подумать только, они так безнадежно нуждались в ком-то, кто мог бы исполнить роль англичанина из высшего общества, что соизволили дать мне кинопробу на главную роль.

С этого момента я никогда не оглядывался назад. Я сумел переосмыслить то, что искали продюсер и режиссер в этой роли. Они искали типичного выходца из частной школы, самовлюбленного и бесхребетного британского аристократа, и решили остановиться на мне. Я заставил их посмотреть на меня иначе. Но до этого дня все в индустрии говорили: «О, он очень хороший актер-кокни, даже прекрасный актер-кокни, и если вам когда-либо понадобится первоклассный специалист в этом деле, то вам действительно следует взять его – не на главную роль, конечно, а на небольшую, но интересную роль кокни». И, несмотря на мои 80 фильмов и бесчисленное множество ролей в различных жанрах, битва продолжается.

Почему я вам все это рассказываю? Какое право имеет Майкл Кейн учить вас тому, как играть в фильме? Абсолютно никакого. Есть так много актеров, которые знают столько же и даже больше. Но часть бизнеса есть нечто большее, чем бизнес в целом: это сообщество. И это сообщество, в котором люди делятся друг с другом опытом. Все, что я знаю на сегодняшний день, – результат того, чем успешные актеры поделились со мной. Я просто передаю эстафету. Не принимайте мой опыт за Евангелие. Просто примите его, и вперед!

Майкл Кейн, январь 1997 года

Обыкновенный человек не просыпается утром и не говорит себе: «Как я должен вести себя сегодня? Какое впечатление я должен произвести?». Он просто живет своей жизнью, занимается делами и думает о своем. Киноактер должен в достаточной мере разбираться в материале и понимать, как живет его персонаж, чтобы думать о сокровенных тайнах своего героя так, будто никто на него не смотрит, никакая камера за ним не наблюдает.

Она просто случайно оказывается рядом. Говорят, вы выучили иностранный язык, если начинаете мечтать на нем. Актер кино должен уметь грезить мечтами другого человека, прежде чем он сможет назвать персонажа своим собственным.

Впервые оказаться перед камерой – это не то же самое, что оказаться на первом свидании. Вы не обязаны производить особого впечатления. Камеры не нужно добиваться, она и так вас очень любит. Подобно внимательной любовнице, камера улавливает каждое ваше слово, каждый взгляд; она не может отвести от вас глаз. Она слушает и записывает все, что вы делаете, как бы скрупулезно вы этим ни занимались; никогда раньше вы не испытывали такой самоотдачи. Она остается самой преданной любовницей, в то время как вы большую часть своей карьеры смотрите в другую сторону и игнорируете ее.

Если из-за таких любовных отношений с камерой актерская игра кажется легкой, подумайте еще раз. Реалистичное и правдивое поведение перед ней – это трудное ремесло, требующее непоколебимой дисциплины и прилежания. Игра в кино никогда не была легкой, однако в течение последних 30 лет это ремесло стало еще более требовательным, частично из-за технологических изменений, частично из-за требований, предъявленных к себе актерами и режиссерами, частично из-за изменений в ожиданиях аудитории.

В момент, когда его ловят на «выступлении» перед камерой, его образ ускользает. Он больше не является частным персонажем в обособленном мире. Теперь он высокооплачиваемый актер, который по контракту обязан произносить строки для публики. Прощай, иллюзия.

Прощай, карьера.

В ранних звуковых фильмах снимались актеры, пришедшие в кино с театральными традициями, и, что неудивительно, играли по театральным разработкам. Они не просто говорили, они произносили речи, как бы обращаясь к последним рядам балкона. Казалось, никто не сказал им, что балкона нет. В некоторой степени такое сильно театрализованное представление было необходимо, так как в те дни микрофон был совершенно неподвижен. В действительности микрофон обычно был воткнут в букет цветов посередине стола, так что, если актеры отходили от стола, им приходилось повышать голос. Но сейчас эта технология стала гораздо более совершенной… В наши дни микрофоны могут быть спрятаны под воротником рубашки или в складке платья и способны улавливать даже самый тихий шепот актера. Нет необходимости, чтобы он искусственно увеличивал громкость голоса. На самом деле, он должен сделать наоборот.

Стиль актерской игры также изменился. В былые времена, если актеру требовалось заплакать в какой-то сцене, он разыгрывал яркий эмоциональный номер, чтобы продемонстрировать зрителю свое горе. Вероятно, он основывал свое выступление на том, что видел, как другие актеры действовали в получивших признание постановках. Вне зависимости от того, был этот метод эффективным или нет, он был традицией тех времен.

Современный киноактер знает, что люди в реальной жизни стараются не показывать своих чувств. Гораздо более правдоподобно и убедительно бороться со слезами, уступая лишь после того, как все защитные механизмы истощены. Если современный актер стремится подражать кино, ему лучше смотреть документальные фильмы… То же самое верно в отношении состояния опьянения. В действительности пьяный прилагает огромные усилия, чтобы казаться трезвым. В грубо сыгранной сцене или фильме выпивший качается из стороны в сторону, чтобы показать, что он пьян. Это искусственно. В конце концов такое исполнение возводит барьер между актером и зрителями, так что ничему из сказанного или сделанного персонажем не поверят. Правдоподобие становится проблемой; а раз возникнув, она уже не может быть устранена. Иначе говоря, сегодняшня актерское мастерство на экране в гораздо большей степени зависит от «бытия», чем от «исполнения».

Во многом публика сама подтолкнула актеров к изменениям в киноигре. Зрители очень быстро улавливают, что правдоподобно, а что нет. Как только публика увидела игру Генри Фонды в «Гроздьях гнева»[4], она почувствовала разницу между поведением, основанным на тщательном наблюдении за реальностью, и более зрелищными, менее убедительными вещами. Работа Марлона Брандо в фильме «В порту»[5]была настолько непринужденной и недооцененной, что стала очередной вехой в развитии актерского мастерства. Годы спустя публика современного кино научилась следить и распознавать мельчайшие сигналы, которые подает актер. Владея тончайшим языком тела, он способен изобразить на экране чрезвычайно выразительный жест. Так, в романе «Восстание на “Кейне”»[6]автор рассказывает нам о том, что капитан Куигг нервно поигрывает двумя стальными шариками в руке. В фильме Хамфри Богарт был осведомлен об этом, достаточно было лишь щелчков этих шариков на звуковой дорожке, чтобы произвести нужное воздействие на зрителей – ему даже не нужно было выглядеть как невротик.

Крупный план – это то, на что фильм больше всего опирается, когда дело доходит до передачи тонкостей эмоций и мыслей. Он наделяет актера невероятной выразительностью, но для реализации этой потенциальной энергии требуется колоссальная концентрация. Камера крупного плана не сможет взять и превратить скучный момент в нечто впечатляющее, если только сам актер не найдет в нем что-то захватывающее. На самом деле, она сделает как раз наоборот: съемка крупного плана обнаружит мельчайшую неопределенность и увеличит ее в разы.

«Заминку» (забывание своих реплик) можно скрыть на сцене, где актер находится примерно в двадцати футах[7] от первого ряда зрителей, однако камера выдаст даже самое малое незапланированное колебание. Если кто-то из членов съемочной группы попадает в поле моего зрения вне объектива камеры во время съемки крупным планом, я немедленно прошу повторить дубль. Возможно, я и не подумал о том, что концентрация была потеряна – режиссер может уверять меня, что все в порядке, но камера наверняка уловила этот мимолетный проблеск в моих глазах.

Если вы сконцентрированы и ваша игра убедительна, вы можете отклониться назад и камера будет каждый раз вас ловить; она никогда не позволит вам упасть.

Она наблюдает за вами. Это ваша подруга. Помните, она вас любит. Она слушает и записывает все, что вы делаете, как бы скрупулезно вы этим ни занимались. Если театральное исполнение – это операция скальпелем, то игра в кино – это операция, проводимая с помощью лазера.

Масштаб кинопостановки может быть меньше, чем у спектакля, но напряженность равноценно высокая.

Пожалуй, даже больше. На сцене вам помогает драматическая направленность всей пьесы. В фильме снимаются изолированные моменты, возможно даже в неправильной последовательности, и вам постоянно требуется доводить свою концентрацию до предела на каждом дубле. При съемке не бывает движения по инерции; или ваш мозг, в сущности, выполняет двойную работу, или вы не существуете на экране. Должно быть, вас удивит, насколько широким может быть масштаб «небольшой» постановки на пленке при условии, что она основывается на натурализме. Но не следует сидеть сложа руки; более того, здесь не помогут приемы, используемые в театре.

Не думайте, что вы совершаете все действия театрализовано, но с меньшей напористостью. Необходимо думать непрерывно, так как камера заглядывает в ваше сознание, и зритель видит то же, что видит камера. Ключевым моментом является передача ваших мыслей. Если ум находится в перегруженном состоянии, тело движется в правильном направлении.

Порой я встречаю актеров, которые считают, что они способны завладеть сценой, если покажут себя ярко и претенциозно. Такие исполнители ролей используют свои тела и голоса вместо интеллекта. Они не осознают, что с позиций голоса и действия меньше значит больше. Вы наблюдаете перед собой великого театрального деятеля, который не утруждает себя попытками прийти к соглашению со средой кино. Вероятно, ему нужен новый «Мерседес», поэтому он снизошел до сотрудничества с кинематографом в перерыве между постановками «Тита Андроника»[8]. А сейчас наведите на него камеру. Смотрите. Все впадают в истерику.

Голос слишком громок, телодвижения, известные тем, что заставляли всю театральную публику замереть, теперь вдруг кажутся преувеличенными и фальшивыми.

Если мне приходится играть против того, кто подобным образом выходит за пределы ожидаемого, я не подстраиваюсь под него. Я придерживаюсь натурализма, в который верю, а он остается там, высоко, и выглядит довольно глупо.

В кино дерево остается деревом. Это не окрашенный кусок холста, который так и норовит сказать: «Мы в театре. Мы согласились отбросить недоверие и притвориться, что декорации не из картона. Сейчас мы увидим удивительную игру драматических актеров». Находясь на сцене, вы должны учитывать, что ваш голос или слова без следа растворятся в третьем ряду кресел. Главная практическая деталь здесь – действие; вам нужно донести ваше отношение до зрителей.

Вот почему при создании фильма так важно слушать, а также делать акцент на взгляде при съемке крупным планом. Вам не нужно кричать и надрываться. Нет необходимости делать это с размахом.

Нельзя точно определить, каков экранный потенциал человека, руководствуясь одним взглядом на него. Никто не знает, в чем секретный ингредиент, и пока вы не увидите актера на экране за работой, невозможно предсказать, что произойдет. Есть лишь немного счастливчиков, на которых вы, я и миллионы других людей хотят смотреть. Взгляните на старые кинопробы Мэрилин Монро и Джеймса Дина – эти тесты выявляют множество страхов, но они также позволяют раскрыть то волшебство, из которого состоит карьера мечты.

Пробы – это основная первичная оценка вашего экранного потенциала, и она может быть приблизительной.

Большинство пробных съемок проводится с участием другого актера – не одного из звезд (ведь у них нет времени на прослушивание новичков), а кого-то специально нанятого по этому случаю. На вас наводят камеру и начинают снимать крупный план. Вас поворачивают боком, чтобы взглянуть на ваш профиль. Затем из картины, на роль в которой вы проходите прослушивание, выбирают одну из наиболее сложных сцен с диалогом, и просят сыграть ее с актером, сидящим сзади. Ваш экранный потенциал оценивается по следующим параметрам: как вы выглядите, насколько вы расслаблены, каково звучание вашего голоса, а также наличие редкого свойства, которое излучают некоторые киноактеры, подобно золоту или бриллиантам.

Игра в кино предъявляет и другие требования, умственные и физические, которые никогда не бывают отражены в результатах и которые трудно вообразить себе, если вы не играли хотя бы небольшую роль в течение дня или двух. Выполнение этих требований должно начинаться еще дома, до того, как вы окажетесь перед объективом камеры. Большая часть подготовки похожа скорее на приготовления к школе, чем к вступлению в гламурный мир кино, но в реальности вместо гламура на съемочной площадке найдется много тяжелой работы.

Во-первых, необходимо настроиться на хороший сон, предварительно установив надежный будильник.

Во-вторых, вы должны быть уверены в организации перемещения, когда просыпаетесь утром, потому что время – деньги, и если вы не знаете, как добраться до студии или площадки вовремя, то вы не получите работу по прибытии – поздно. Определите, куда нужно отправиться (локация ваших съемок может постоянно меняться) и мысленно отрепетируйте вашу поездку туда, как если бы это была первая сцена фильма. Вам следует собраться с мыслями до начала съемки. Быть подготовленным означает соответствие не только требованиям вашей роли, но и требованиям студии и локации. Необходимо сориентироваться и решить, куда идти и что делать, когда вы там окажетесь.

Когда вы уже находитесь на месте проведения съемок, любая суета отвлекает от главного события, то есть создания фильма. Вы должны быть готовы – завершить свой туалет и надеть костюм – уже на рассвете. Теперь вы как следует одеты, но вам некуда идти. Аккуратно. Не измажьте подбородок маслом и не испачкайте брюки в грязи. Более того, не растрачивайте энергию на пустые разговоры, даже если вы весь день только и делаете, что ждете, пока вас позовут что-нибудь сделать. И не ждите, что у вас будут перерывы для приема пищи; вам придется продолжать съемку, чтобы операторы могли поймать нужный им свет. Никто не собирается намеренно морить вас голодом; вероятно, вы даже почувствуете запах из столовой за углом, но, как и для всех остальных, вашим наивысшим и единственным приоритетом является фильм. Даже ваш желудок заурчит исключительно по сигналу.

Съемки фильма – это долгая нескончаемая работа. Если у вас недостает физической силы, не хватает выносливости для прохождения дистанции, не трудитесь начинать забег. Бывают ситуации, когда съемки проводятся ночью, а на рассвете следующего дня вам снова необходимо быть на площадке, чтобы начинать все сначала. Ожидание может быть столь же утомительным, что и работа, но вы должны сохранять себя в наилучшем виде до тех пор, пока не включится камера. Затем, когда она начнет работать, нужно быть готовым и способным продемонстрировать не просто максимум ваших способностей, но сделать это именно так, как хочет режиссер, порой в непростых условиях: в непогоду, в ужасном костюме и в окружении зевак, которые не могут оторваться от этого увлекательного зрелища на пороге их дома.

Самый поразительный принцип, который должен усвоить каждый театральный исполнитель, вступающий в мир кино, заключается в том, что свою роль нужно знать уже в первый день и, более того, научиться играть ее определенным образом. К тому же все это должно быть исполнено без обязательного обсуждения с режиссером, без встречи с остальными членами актерского состава и без репетиции на съемочной площадке. Театральный актер привык медленно погружаться в реалии пьесы. Сначала ознакомление всего состава со сценарием, чтобы добиться обобщенного понимания замысла автора. Затем мнение режиссера. После, возможно, открытая дискуссия. Постепенно, с книгой в руках, актеры вникают в пьесу, сцена за сценой, начиная с первого акта. Жаль бедного актера, который вот-вот примет крещение кинематографа. Ставятся пьесы. Фильмы снимаются.

Наличие репетиций возможно, но никоим образом не обязательно; если они и будут, то более чем вероятно, что не для вас, а для операторов! И несмотря на всю вашу подготовку, вы должны оставаться гибкими. Возможно, придется вносить новые строки, которых раньше не было в сценарии, или изменять внешний вид в любой момент. Паниковать запрещено.

Актеру театра довольно трудно понять, что действия других его не касаются. Независимо от того, помогают или мешают ему действия остальных актеров в кадре, он должен реагировать так, будто они дали ему именно то, что было необходимо, даже если он чувствует себя недооцененным. Следует помнить, что пока вы не начнете смотреть сквозь камеру и не увидите кадр, вы не сможете узнать, все ли исполняют поставленную задачу. В половине случаев игра настолько филигранная, что актеры, находящиеся со мной на площадке, говорят:

«Я понятия не имею, чем мы занимаемся».

А я отвечаю: «Подождите, скоро вы сами все увидите». (Иногда я заявлял так даже режиссеру.)

Однажды режиссер обратился ко мне со словами:

«Я этого не видел, Майкл. Я не видел этого при съемке».

Тогда я спросил: «Где вы сидели?».

«Вон там», – ответил он.

Тогда я сказал: «Как вы собирались увидеть что-нибудь отсюда? Ведь объектив находится возле меня».

Еще одна трудная задача возникает перед актером театра, когда ему приходится вообразить, что напарник находится перед ним, при том, что в действительности его там нет, то есть, нужно разговаривать с камерой.

В большинстве случаев актер, работающий за кадром, присутствует на съемочной площадке и готов потратить свое время и показать вам такое же насыщенное исполнение, как и на своем крупном плане; но иногда он нужен в другом месте, и вы вынуждены справляться с ситуацией, делая вид, будто за камерой действительно кто-то есть. В этот момент мне все равно, присутствует или отсутствует мой напарник – на самом деле, обычно я предлагаю ему пойти домой. Я мог бы произнести свои реплики, обращаясь к стене, потому что помню эмоции, с которыми партнер произносил свои. Единственный совершенно сбивающий с толку момент возникает, когда помощница режиссера заменяет напарника и в страстном порыве уныло говорит: «Я – люблю – тебя – дорогой – но – я – тебе – изменила», – и вам приходится сдерживать настоящие эмоции: «О боже, нет! Пожалуйста, не надо!». Это немного сложно.

Дисциплина необходима на любом уровне игры в кино, но в некотором отношении небольшие роли даются труднее всего. Перспектива произнести всего одну реплику ужасает. К примеру, я сыграл полицейского в фильме «День, когда загорелась Земля»[9]. В мои обязанности входило регулировать движение, направляя легковые автомобили в одном направлении и грузовые – в другом, а также я должен был произнести свою ЕДИНСТВЕННУЮ ВАЖНУЮ РЕПЛИКУ. Когда я наконец понял, что от меня требуется, режиссер скомандовал «Мотор!», полицейский шлем предательски сполз мне на глаза! Увидеть, куда следует направлять грузовики, не представлялось возможным, и я не мог вспомнить слова! Режиссер сказал мне: «Ты больше никогда не будешь сниматься». (Кстати, в киноиндустрии есть вещи, о которых никогда не говорят: это одна из них. Обычно оказывается, что человек, который так заявляет, больше никогда не работает в кино.)

И надежность – это не только пунктуальность или поддержание чистоты обуви. Она также предполагает хорошее исполнение своих обязанностей под давлением, когда камера приближается. Только для того, чтобы справиться вопреки всему, что на вас наваливается, требуется высокий уровень бдительности. Я позволил этому полицейскому шлему отвлечь меня.

Несмотря на необходимость бдительности, давайте не будем забывать о достижении расслабленности. Игра в кино есть непринужденность. Если вы чрезмерно усердствуете, это неправильно. Подготовка – это большой шаг на пути к контролю своих нервов. Вся заблаговременно выполняемая работа помогает побороть страх. Все ваши приготовления создают для вас гарантию безопасности. И в ней нуждается каждый. Помните: в кино вам обычно неизвестны намерения режиссера до прибытия на съемочную площадку, и в таких условиях даже лучшие из нас могут прийти в ужас. Вот известный режиссер и его кинозвезда; они и все остальные с нетерпением ждут, пока вы исполните то, за что вам платят такие большие деньги. Наступает момент, когда они произносят: «Тихо!», и воцаряется такая тишина, которой вы никогда не слышали. Она оглушает. Вы слышите, как пульсирует кровь в ваших ушах. Затем режиссер говорит: «Мотор!». Если вы недостаточно опытны, этот момент превратит вас в нервного робота.

Социальная обстановка тоже не сильно помогает, особенно если вы новичок и съемки фильма идут уже в течение какого-то времени. Каждый говорит: «Привет, Чарли. Как дела? Принеси мне чашечку чая…». Вы стоите на площадке и никого не знаете. Затем появляется ваша звезда – обычно это головная боль съемочной группы, немного тщеславная и не говорящая никому ни слова, потому что у вас всего лишь маленькая роль, – и вы стоите на грани нервного срыва. Особенно страшно, если идет долгая сцена и ваша реплика последняя – ваша единственная реплика.

Нет ничего удивительного в том, что я испытываю симпатию к актерам-однодневкам. Я сам был на их месте.

Войска спускаются с холма, на пляже раздаются взрывы, и вы произносите:

«Скорее! Немцы отступают!» (Одна строчка!)

«Кто этот парень?!»

Кастинг-директор подходит и спрашивает:

«В чем дело?»

«Этот парень произнес всего одну строчку!»

(Вы стоите и проклинаете себя.)

«Все войска должны заново спуститься с холма!»

(Из-за моей реплики про отступление!) «Потребуется два часа, чтобы установить взрывчатку обратно…»

После этого великая звезда безупречно произносит свою длинную речь, и вы говорите:

«Скорее! Немцы отступают!» Затем вы в отчаянии спрашиваете: «Можно озвучить этот момент за кадром? Это будет нормально?»

И режиссер отвечает: «НЕТ! Мы переснимем эту сцену!»

«Вы являетесь самым лучшим первым зрителем для самого себя задолго до того, как вас услышит кто-то другой. Поэтому не будьте лояльным зрителем. Всегда требуйте большего».

Как уже было сказано, уделяйте время подготовке, чтобы справиться со страхом. Помимо всего прочего, на нее затрачивается много нервной энергии, которая в противном случае могла бы сыграть с вами злую шутку. Направьте эту энергию в нужное русло; сосредоточьте ее в тех областях, которые вы можете контролировать.

Первый шаг в подготовительном процессе – выучить свои реплики до такой степени, чтобы их произнесение стало рефлекторным. И не стоит декламировать их про себя; произносите их вслух, пока они не станут вашим естеством. Слушайте свою речь, ведь последнее, чего вы хотите, это чтобы собственный голос застал вас врасплох или показался недостаточно убедительным. Если вам не удается убедить себя, то, скорее всего, у вас не получится убедить ни партнера по сцене, сидящего напротив, ни режиссера. Вы являетесь самым лучшим первым зрителем для самого себя задолго до того, как вас услышит кто-то другой. Поэтому не будьте лояльным зрителем. Всегда требуйте большего.

Я учу реплики самостоятельно; мне никто никогда не читает их. Тем не менее я стараюсь запоминать строки в форме диалога, как логические ответы на то, что сказал собеседник, или в качестве реакции на сложившиеся обстоятельства. Вы никогда не увидите, как я читаю сценарий с конвертом, закрывая им собственные реплики и раскрывая предыдущие, потому что в результате сценарий становится не более чем «репликами» и «речами». Если вы не поняли логику того, почему вы говорите конкретные слова, вы не произнесете их как следует и при этом убедительно. И при условии, что ваши мысли не связаны с тем, что вы говорите, вы не сможете произнести фразу в спонтанной манере. Следовательно, вы должны быть ознакомлены с содержанием всей беседы, а не только ваших фрагментов. Одна из ключевых задач, которая будет стоять перед вами как перед актером, – осознавать, о чем вы думаете, когда молчите.

Когда вы разучиваете реплики, произносите их вслух до тех пор, пока не поймете, каким образом лучше всего выразить конкретную мысль. Если вы нашли правдоподобные варианты, развивайте их, практикуйте, но держите их в запасе. Если режиссер отвергнет вашу блестящую интерпретацию, вы не останетесь в смятении. Вы уже придумали и подготовили другие реакции, чтобы их продемонстрировать. И, что важнее всего, вы допустили некоторую гибкость в вашем исполнении.

На данном этапе придерживайтесь вариантов исполнения, которые кажутся вам наиболее приемлемыми. Это может потребовать некоторых усилий, но как только мыслительный процесс нормализуется, слова последуют за ним.

Действительно большое значение имеет повторение реплик вновь и вновь, пока они не пресытятся вам до такой степени, что, когда напарник произнесет свою строчку, вы сможете ответить, почувствовать и отреагировать на весь цикл событий, включая те, что связаны с ролями других актеров. Такая уверенность – это ваша гарантия защиты от паники. В противном случае из-за напряжения, возникающего при съемках крупного плана, когда вы стоите и кто-то говорит: «Тишина! Мотор!

Ускорение! Начали!» – вы вполне можете сказать не подумав: «Бить или не бить – вот в чем вопрос!»[10].

Выучите свою роль полностью для всего фильма, прежде чем приступать к съемкам, и продолжайте повторять реплики в перерывах. Однажды, когда я снимался в фильме «Похищенный»[11], меня застали врасплох. Съемки проходили на острове Малл[12]. Погодные условия были безупречными, и мы опережали график. Все шло настолько блестяще, что режиссер Делберт Манн подошел ко мне во время обеда и сказал: «Такая замечательная погода, я хотел бы отснять твою последнюю сцену сегодня после полудня».

Моей последней сценой был двухстраничный монолог о Шотландии и о том, что она для меня значила. Я не подготовил ни единого слова. Я уставился на него и сказал: «Этого нет в сегодняшнем графике».

Манн ответил: «Лучшего дня, чем сегодня, для этого уже не будет».

Тогда я сказал: «Дайте мне час». Каким-то образом я выучил монолог и прочитал его на камеру с первого дубля.

Но я избавил бы себя от стольких хлопот, если бы потрудился полностью ознакомиться с ролью до начала съемок фильма.

Во время создания фильма у актера много свободного времени. Можно поспать, но в таком случае есть риск оказаться вялым перед камерой, а можно отдать предпочтение общению и утомиться. Я уделяю общению достаточно времени, чтобы никого не обидеть, но сознательно провожу много времени в гримерке. Это время я использую для повторения реплик. Незанятое время не обязательно должно быть «убитым». Оно становится «убитым», только если вы сами его «убиваете». Многие актеры занимаются другими делами в своей гримерке или трейлере. Я работал с Сильвестром Сталлоне и спросил его, что такого привлекательного в его трейлере, что постоянно заставляет его спешить туда между дублями. Я думал, что внутри, может быть, сидит девушка. «Я пишу сценарий для “Рокки 3”», – ответил он мне. Потом был актер, который участвовал в торгах на Нью-Йоркской фондовой бирже прямо из трейлера. Он уже не играет в кино; но я видел его на телевидении: он был ведущим собственной передачи об акциях и долях.

Я считаю, что для меня более выгодно заниматься текущим бизнесом, так как, если я хорошо исполняю свою роль, текущая картина принесет мне больше денег, чем любой другой бизнес.

Я расскажу вам, что происходит в моем трейлере. Шоу-бизнес. Войдите, и вы увидите меня снова и снова репетирующим одну и ту же сцену. Вот я бормочу, и бормочу, и все еще бормочу ее, так что она становится моей второй природой. Нехорошо, если вы собираетесь начать съемку, а в вашей голове крутится мысль: «Он приближается, тот сложный момент, когда я говорю: “Сто тридцать восемь по Норт-Пондерс-Энд-роуд SW16”[13]».

Вы должны быть способны стоять и не думать об этой строчке. Вы читаете ее на лице другого актера. Он, видимо, заново формулирует диалог, будто он сам его написал, просто слушая и наблюдая за происходящим, будто все это для него в новинку. В ином случае, говоря о вашей следующей реплике, вы не будете отвечать настолько естественно, чтобы это казалось спонтанным.

Возможно, эти два утверждения противоречат друг другу, но вы достигаете спонтанности в кадре с помощью домашней репетиции диалога. Во время подготовки старайтесь найти варианты ответов, которые кажутся придуманными с ходу, а не написанными заранее. В реальной жизни мы часто подхватываем мысль, которая вызывает наше следующее замечание в середине речи собеседника. Мысли не обретают вербальную форму автоматически. Мы не прерываем другого участника беседы, как только сформируется мысль; или, если это все-таки происходит, у нас обычно не бывает много друзей. Аналогично происходит со сценарием фильма: ваши внутренние мыслительные процессы могут начать формироваться задолго до того, как вы получите возможность высказаться.

Иногда сценарий предписывает вам перебивать, но, если это не так, ваша мысль зародится еще до того, как вам нужно будет отвечать. Возможно, в реплике другого актера будет какое-либо ключевое слово, которое вас провоцирует. Так что обратите на это внимание. Например:

Другой актер: «Мне нужно сесть на автобус до Клапема – я уже опаздываю на свидание».

Вы: «Далеко вы не уедете. Сегодня водители автобусов устроили забастовку».

Другой актер не прекращает говорить после слова «автобус», поэтому вы не можете перебить его и вставить свою реплику в момент осознания идеи. Но с того момента, когда вы слышите ключевое слово «автобус», вы понимаете, что должны сказать сразу после того, как напарник замолчит. Можно продемонстрировать это своей реакцией. И эта часть актерской игры может быть только результатом тщательного анализа.

Или вы можете вдохнуть новую жизнь в кажущийся довольно прозаическим ответ, организуя мыслительный процесс с опорой на ключевое слово и никогда не озвучивая его:

Другой актер: «Не хотите ли чашечку чая?»

Вы: «Да, благодарю».

«Чай» является ключевым словом. Обычное слово «чай» способно породить множество вариантов ответа. Скажем, вы предпочли бы кофе. В тот момент, когда другой актер произносит «чай», ваш взгляд изменится, потому что в действительности вы хотели бы выпить кофе. Или, возможно, у вас аллергия на листья чайного дерева. Тогда вы вежливо отвечаете, но cлегка надрывно, зная, что вы не станете это пить. Камера замечает такие нюансы, но вы часто можете видеть, что актеры упускают из виду моменты, которые могут открыть целые множества возможных реакций. «Чай» может означать, что собеседник слишком беден, чтобы предложить вам выпить, или что он считает вас алкоголиком, которому нельзя предлагать спиртное. Возьмите в руки сценарий и изучите эти возможности, потому что выбор ключевых слов открывает доступ к широкому спектру различных исходов, которые помогут перенести сцену со страницы в реальность. Не делайте из этого фетиш, иначе вы напрасно все усложните. Вы будете казаться маньяком, если все будет вас провоцировать. Но придерживайтесь разумных границ, и тогда вы обнаружите, что ваше исполнение станет для вас более интересным и убедительным на экране.

Репетиции могут быть, и их может не быть; это полностью зависит от режиссера. Поэтому вы должны сделать все возможное, чтобы сконструировать свою роль до выхода на съемочную площадку. Режиссер всегда ожидает, что вы преподнесете ему свой полный образ, не побывав на площадке и не встретившись с актерским составом. Определите, как должен выглядеть ваш персонаж, и практикуйте его повадки, стараясь, чтобы все было легко и просто. Как только вы окажетесь на площадке, вам нужно будет повторить манеру его поведения и действия для нескольких дублей.

Мы разберемся с вопросами монтажа и перебивки позднее, но, как правило, вам нужно повторять последовательность действий на пленке не менее трех раз: один раз для общего, один раз для среднего и один раз для крупного плана.

Такой кадр показывает все элементы сцены. Если три актера отрабатывают удары для гольфа на офисном ковре, то на общем плане вы увидите их всех и ковер. Его еще называют «мастер-план», потому что он демонстрирует целиком всю сцену. Это лучшее руководство по размещению камеры для съемки других планов и образец, по которому другие кадры будут включаться в монтажный дубль. Средний план – это приближенная съемка выбранных элементов. Крупный план представляет собой максимально близкое изображение одного элемента.

Если вы являетесь одним из игроков в гольф, крупным планом могут показать ваши ступни на ковре или ваше лицо.

При домашней подготовке манер поведения и действий своего персонажа старайтесь излишне не усложнять их, чтобы позднее, на сцене, вы могли четко повторить их для каждого типа плана. Если вы возитесь с клюшкой для гольфа во время мастер-плана, вы должны делать это так же при съемке других планов. Если вы сделаете жест, который не сможете повторить, сцены придется переснимать. Если вы держите клюшку в левой руке над определенной линией при съемке общего плана, но перекладываете ее в правую руку на среднем плане (который может быть снят несколько часов спустя после первого), то редактор не сможет использовать этот дубль в работе. Это выглядело бы так, будто клюшка вертелась вокруг своей оси сама по себе.

Итак, вы выучили свои реплики, теперь пришло время изучить расположение декораций на съемочной площадке и начать ориентироваться в обстановке. Я прохожусь по каждой сцене и снова и снова одинаково выполняю свои действия, в точности так, как я представляю себе их исполнение в кадре. Где бы я ни был, дома или в гостинице, я делаю перестановку мебели и стараюсь расставить столы и стулья так, чтобы получился логический макет сцены. Я расставляю чашки, блюдца и все, что мне может понадобиться, и выстраиваю диалог вокруг своих действий. Очевидно, что вы можете не знать точного расположения декораций на площадке, где будет проходить работа, а также того, какой реквизит вы будете использовать, но любое продуманное решение, заранее принятое вами на этот счет, обеспечит вас «спасательным кругом». Так или иначе, намного проще внести изменения в хорошо спланированный порядок действий, нежели спонтанно превратить расплывчатое представление о движении в конкретное. И удивительно, насколько многие из ваших предположений по поводу мебели и реквизита окажутся верными.

Планируйте свои манеры поведения и действия и старайтесь не усложнять их, чтобы вы могли повторять их точно, без лишних усилий и ошибок. Но не переусердствуйте. Вдохновенная импровизация здесь неуместна.

С клюшками для гольфа все должно быть просто. Если вы собираетесь сделать какое-либо движение, СПЛАНИРУЙТЕ ЕГО. Организуйте свои физические действия и задачи так, чтобы они были логичны в отношении друг друга – так вы скорее их запомните, – и репетируйте, чтобы материал оставался в памяти. Вы должны быть способны безупречно выполнять все действия несколько раз подряд. Иначе общий, средний и крупный планы не будут соответствовать друг другу, сцены придется переснимать и ваша игра будет стоить продюсерам времени и денег, а это не самое приятное, о чем продюсерам нужно помнить, когда они осуществляют подбор актеров для своего следующего фильма.

«Чрезвычайно важно, чтобы актер ничего не скрывал по какой-либо причине, которой можно избежать».

По прибытии в студию или на натурные съемки вашей задачей является как можно быстрее освоиться на местности. Найдите свою гримерку, отдел макияжа и прически, а также сцену или место съемки. Вероятно, вы разговаривали с ассистентом режиссера, когда вас позвали на площадку; не забудьте представиться ему, если он еще не успел объяснить вам, что к чему, ведь это его работа – вызывать вас на съемочную площадку в определенный момент. Всегда ждите, когда вас позовут. Не рекомендуется нетерпеливо слоняться без дела до того, как вас вызовут. У каждого на съемках есть своя функция, и если у вас ее нет, то вы, вероятно, будете мешать.

Первая остановка – отдел макияжа и прически, где все обучены тому, чтобы сделать вас максимально счастливым и расслабленным. Очевидно, вы уже подумали о том, как ваш персонаж должен выглядеть. Если у вас довольно большая роль, вы предварительно обсудите ее с режиссером и художником по волосам и макияжу. Если же ваша роль не требует такого внимания, режиссер уже дал соответствующему отделу указания о том, что он хочет. Эти ребята – эксперты, поэтому, если вы не связаны с Max Factor, лучше позволить им заниматься своим делом. Кроме того, гримерный отдел обычно является центром вселенной в публичном плане, и слухи о вашем поведении там быстро распространяются.

Если вы переживаете по поводу своих мешков под глазами или прыщика на подбородке, скажите об этом. Если вы блондин и у вас светлые ресницы, как у меня, то попросите использовать тушь (потому что, если вы снимаетесь в кино с белыми ресницами, то вы с таким же успехом можете участвовать в радиоспектакле).

Но гримеры с большой вероятностью уже заметили эту проблему.

Когда визажисты и парикмахеры завершат работу над вашим образом, вы должны будете сохранять его в наилучшем состоянии. Никто не хочет, чтобы его драгоценная работа была испорчена. Откажитесь от поедания жирного бургера или от прогулки под дождем; кто-нибудь обязательно принесет зонт – дождитесь его! Также начните внимательно отмечать изменения, которые могут происходить в вашем образе или костюме между сценами: смена прически, добавление лака для ногтей и т. д. На съемочной площадке будут делать фотоснимки, чтобы гарантировать, что ваш внешний вид остается неизменным изо дня в день. Гримеры и режиссеры обычно обращают внимание на любые неточности, но никто не безупречен, и никто не поблагодарит вас, если сцену придется переснимать, потому что вы замолчали проблему. Во время съемок «Зулусов»[14], где я исполнял свою первую большую роль, была сцена, в которой я должен был выпрыгнуть из окна горящего дома. Толпа зулусов[15]приближалась ко мне. Их было огромное множество. К моему облегчению, мы наконец завершили сцену. Затем помощница режиссера вдруг сказала: «Погодите. Рубашка Майкла была застегнута до самого воротника на прошлом дубле, а теперь у него расстегнуты две пуговицы». Конечно же, я расстегнул их между дублями, вероятно из-за жары. Нам пришлось снимать всю эту чертову сцену заново.

Костюм, который вам подобрал художник по костюмам, будет ждать вас в трейлере, и помощник костюмера проверит, все ли детали образа на месте и сидит ли на вас наряд как следует. Но, как и в случае с гримом и прической, сохранение костюма в должном виде до выхода на сцену – целиком ваша задача. Здесь следует руководствоваться здравым смыслом. Если вы должны выглядеть безупречно, не стоит в ожидании съемки часами сидеть в одежде, потому что она будет выглядеть помятой, когда вас вызовут. Но если костюм состоит из повседневных элементов одежды, то будет неплохо надеть его заранее.

Если костюм старинный, вам может также потребоваться поносить его некоторое время, чтобы привыкнуть к плащу или шлейфу. Решение по этому вопросу принимаете вы; единственное четкое правило – быть готовым, когда вас вызовут на площадку. Ассистент режиссера предупредит вас заблаговременно.

Я всегда думаю, что готов, но испытываю психологическое отвращение к тому, чтобы надевать галстук и туфли. Когда наступает момент полной готовности, я иногда обнаруживаю, что обувь не подходит по размеру, и тогда начинается паника, костюмер бросается на поиски другой пары. Пока настраивают кадр, я завязываю галстук, а у меня на ногах все еще мои ботинки. Я стараюсь оставаться в своей обуви до последней минуты, потому что в ней я чувствую себя комфортно. На самом деле, я всегда спрашиваю, попадут ли мои ступни в кадр; режиссер обычно отвечает: «Нет, не беспокойтесь», затем камера отъезжает, и, увы, в кадр попадают мои старые грязные кроссовки. Если я играю хорошо одетого бизнесмена, съемка будет приостановлена, пока не будет найдена подходящая обувь. Поэтому не совершайте моих ошибок.

В студии можно провести небольшое расследование, которое значительно улучшит ваше владение ролью. На самом деле, если вы этого не сделаете, то рискуете показаться идиотом, когда выйдете на съемочную площадку. Если предполагается, что в сцене показан дом или офис вашего персонажа, вам лучше отправиться туда до того, как там соберутся технические специалисты, и запомнить расположение всего реквизита и мебели, а также понять, как все работает. Я всегда прихожу на площадку до начала съемок, чтобы мне не пришлось оглядываться в поисках пачки сигарет, когда мне нужно закурить, или телефона, когда он звонит. Такие вещи должны войти в привычку, как если бы вы находились в вашем собственном доме или офисе. Убедитесь, что вы знаете, в какую сторону открывается та или иная дверь, ведь предполагается, что вы входили в комнату и выходили из нее пятнадцать сотен раз. Если вы пытаетесь выйти, толкая от себя дверь, которая открывается внутрь, или вовсе показываете нерешительность, становится очевидно, что на самом деле это не ваш дом. Вы обязаны знать, как работает каждый предмет на площадке, потому что в привычных условиях вы делаете все с особенной легкостью.

Двери всегда вызывают проблемы на съемочной площадке, поэтому заслуживают особенно тщательной заблаговременной проверки. Если вам нужно постучать, а затем войти, то при нажатии на ручку вы можете обнаружить, что недавно высохший слой краски намертво приклеил дверь к косяку.

Так, если заперто, можно вежливо сообщить об этом ассистенту режиссера, и он попросит кого-то из технических специалистов решить проблему. Но вот, когда начинается съемка, вы стучите в дверь, и она распахивается еще до того, как вы успеете взяться за ручку. Так происходит довольно часто. Но, по крайней мере, вы сделали все, что могли.

Иногда во время съемки сцены драки удивляет то, как собраны декорации. На репетиции вы, естественно, не деретесь в полную силу, поэтому при съемке может оказаться так, что, когда вы промахиваетесь, ваш кулак пробивает толстую стену замка, возраст которого (по задумке) оценивается в несколько столетий.

Совершенно противоположная ситуация складывается с декорациями, которые изображают не ваш дом или офис (или дом вашей матери, или офис девушки), а место, где вы предположительно никогда не бывали раньше. Позвольте этим обстоятельствам вас удивить. В случае необходимости повторного дубля постарайтесь вспомнить и воспроизвести первоначальное чувство дезориентации. Предвосхищение – враг всех актеров.

В фильмах оно вызывает особенный хаос, потому что камера видит все, особенно отсутствие спонтанности.

«В кино исполнение других актеров вас не касается. Если другой человек не играет так, как вам этого хотелось бы, ведите себя так, будто все как надо».

Всегда говорите, как вас зовут, когда находитесь на съемочной площадке или на натурных съемках, потому что, если вы настаиваете на том, чтобы к вам обращались «мистер», «мисс» или «миссис», лампы с мостков могут «случайно» упасть в опасной близости от вашей головы. Чем быстрее вы установите дружеские отношения с техническими специалистами, тем скорее они начнут помогать вам. Никто не презирает неопытность, только если она не сопровождается надменностью. Однако не нужно стараться наладить отношения со съемочной группой, передвигая свой реквизит или помогая по технической части, иначе вы рискуете получить лишние проблемы; у каждого техника есть четко определенный список обязанностей, которые он должен исполнять самостоятельно. И всегда, особенно если вы беспокоитесь о том, чтобы хорошо выглядеть на экране, будьте вежливы с оператором, потому что он может как улучшить, так и испортить ваш образ в кадре. Большинство из них не станут делать чего-то слишком вредного, потому что хотят, чтобы их труд уважали. И, разумеется, когда я говорю «будьте вежливы», я имею в виду – будьте приветливы, любезно здоровайтесь с ним. Но если вы хотите выглядеть по-настоящему привлекательным и симпатичным, хорошие манеры вам в помощь.

В кино формат репетиций зависит исключительно от решения режиссера. Но не нужно ждать конкретных знаков одобрения или похвалы во время технического прогона, поскольку голова режиссера занята сразу всеми аспектами фильма. Если режиссер ничего вам не говорит, это, скорее всего, означает, что все в порядке.

В театре актеры и постановщик репетируют, чтобы изучить характеры и взаимоотношения. На съемках фильма ситуация обстоит иначе: времени на разбор вашей роли нет. Репетиции используются, чтобы продемонстрировать режиссеру и другим актерам, что вы собираетесь делать и как примерно будете произносить реплики; здесь вы должны показать тщательную подготовку, для которой вас и нанимали.

Обычно репетиции используются для мизансцены, что представляет собой процесс расположения и перемещения действующих лиц каждой сцены. Не задумывайтесь о технических решениях; актерское чутье – самая существенная деталь в процессе. Двигайтесь куда и как угодно в соответствии с ролью, чтобы вам было комфортно, ведь при необходимости можно установить камеру на куполе Собора Святого Павла, чтобы отвечать вашим требованиям. Конечно, режиссер вправе сказать: «Я хочу, чтобы ты оказался на этой точке, независимо от того, как ты к этому относишься», – и в таком случае вам лучше следовать инструкциям и встать, как он этого хочет.

Не используйте репетиции для того, чтобы выкладываться на максимум. В театре постановщик будет постоянно рекомендовать вам достичь должного уровня исполнения задолго до премьеры. В кино же не стоит перенапрягаться до начала съемок, потому что актерская игра сопряжена с неожиданностью. Если вы будете исполнять роль с использованием эффекта неожиданности, то потеряете нужную реакцию. Если вы репетируете ситуацию риска, она перестает быть таковой. Вы также лишаете другого актера возможности спонтанно ответить на что-то особенное и поразительное, что вы собираетесь привнести в сцену, когда включится камера. Вы должны пойти на предельный риск и обеспечить подлинное удивление тогда и только тогда, когда слышите слово «мотор!». Тогда любыми способами постарайтесь выйти за рамки своих возможностей.

На сцене театра беспокойство о том, что делают другие актеры, считается абсолютно естественным, потому что важной частью театрального представления является отдача и обмен усилиями.

Если другой актер не играет так, как вам этого хотелось бы, ведите себя так, будто все как надо. Если вам кажется, что на ту или иную роль был выбран не тот исполнитель, мысленно выберите нового. Остальные актеры могут думать точно так же о вас! Постарайтесь продолжить вносить свой вклад в работу, не отвлекаясь. Я знаю, насколько это бывает трудно, потому что единственный случай, при котором я могу забыть слова, это когда меня слишком сильно увлекает плохая актерская игра. Однако вы не можете точно знать, что задумал режиссер, а он управляет всем процессом. Он может использовать все моменты, на которых запечатлена ваша реакция, и просто озвучить их за кадром, используя голос другого человека. Может быть, он и не планировал запечатлеть вас вместе с напарником. Невзирая на свои первоначальные намерения, режиссер способен передумать в процессе монтажа. Поэтому всегда исполняйте роль так, будто получаете желаемую отдачу от партнера по сцене, ведь вы не можете знать наверняка, какие части пленки будут использованы при монтаже. Режиссер сделает то, что будет лучше для картины, и если вы проявили себя с наилучшей стороны, то, возможно, вы окажетесь в финальной версии.

Когда сцена размечена, на полу расставляют точки, или специальные ориентиры размещают на улице, если съемки происходят на природе, или выбирают неподвижный объект, с которым вам нужно оставаться на одной линии, потому что вы должны оказаться в заранее обозначенном месте или не попадать в фокус. Очевидно, актеру запрещено опускать взгляд, чтобы убедиться, что он стоит на нужной точке, а затем продолжать произносить реплику, возвращаясь в исходное положение.

Когда вы двигаетесь вперед из исходного положения, произнося текст, вы попадаете на точку. При достаточном количестве практики вы не промахнетесь. Вы также не забудете реплику, так как слова будут сопряжены с движениями в вашем сознании, подобно песне и танцу.

Когда расстановка закончена, за работу принимается художник по свету. Тогда вы отходите в сторону, а дублер, который наблюдал за вашими движениями во время репетиции, занимает ваше место. Иногда освещение сцены может занимать от полутора до двух часов, так что никто не ждет, что актер, задействованный в сцене, будет стоять здесь столько времени. Моим дублером обычно является высокий блондин ростом 187 см, лицо которого находится на том же уровне, что и мое, так как это гарантирует, что по возвращении на сцену мое лицо не окажется в тени. Иногда дублеры приносят вам кофе; мой же является для меня близким другом. Но порой дублеры способны заставить вас поспешить взглянуть на себя в зеркало. На данный момент я снимаюсь в кино почти двадцать семь лет, но, когда я был в начале своего пути, случалось так, что мне сообщали: «Это твой дублер», – а передо мной стоял лысый старик в парике.

В Америке меня заменяла даже женщина. Сегодня, в частности в Штатах, в киноиндустрии много женщин.

Прошли времена, когда съемочная группа состояла только из мужчин. Во время сотрудничества с Аланом Алдой, который является ярым сторонником феминизма, я впервые работал с женщиной-ассистентом режиссера.

Когда я был задействован на съемках в Лос-Анджелесе, я просто не поверил своим глазам, увидев, что электрик поразительно похожа на Джули Кристи. Было действительно необычно видеть, как эта красивая девушка проходит мимо с лампой в руках, к тому же с такими мускулистыми предплечьями. Излишне говорить, что она замечательно выполняла свою задачу.

Последнее мероприятие перед началом съемки – финальная проверка макияжа и прически. Помощник режиссера всегда старается побыстрее закончить с этой частью, потому что иначе это занимает слишком много времени. Однако помните о том, что на экране будет ваше лицо, поэтому будьте решительны, если считаете, что вам нужно уделить внимание. Хороший гример будет постоянно внимательно следить за вашим внешним видом, так как, в конце концов, от этого зависит его репутация.

На этом моменте, если вы как следует не подготовились, ваши нервы могут не выдержать. Но поскольку вам удалось нейтрализовать страх неизвестности с помощью тщательных приготовлений, у вас в запасе должно остаться достаточно нервных клеток, которые обеспечат вас нужной для достижения результата энергией.

Одним из способов избавиться от нервного напряжения являются эксперименты с различными техниками релаксации и упражнениями для концентрации внимания.

Вот одна из методик, которые я использую перед длительным процессом съемки: медленно сделайте глубокий вдох, наклоните корпус вперед и позвольте рукам расслабленно опуститься. Это упражнение поможет вам снять напряжение, улучшить концентрацию и обрести контроль над ситуацией. Если вы собираетесь снимать сцену, для которой вам нужно настроиться дополнительно, просто часто вдыхайте и выдыхайте в течение короткого времени – это позволит насытить мозг кислородом. Вы чувствуете, что выглядите глупо, делая дыхательные упражнения, но вы также ощущаете прилив бодрости, глаза начинают слегка сверкать, и вы готовы сыграть в энергичной в умственном или физическом смысле сцене. Однако будьте осторожны и не переусердствуйте с количеством вдохов и выдохов, иначе есть риск потери сознания.

Обычно я играю персонажа, который наводит ужас на других, поэтому «Игра на вылет»[16]оказалась для меня непривычным опытом, когда мой герой думал, что его убьют, и был панически напуган. Вместо того чтобы справиться со своей природной тревожностью по поводу сцены, я намеренно позволил чувствам взять верх.

Я был удивлен их мощностью. Оказалось, сравнительно легко превратиться в обмякшего заикающегося человека. Лоуренс Оливье сразу понял, что со мной происходит, и подстроился под меня, так что в тот раз мои страхи помогли мне. Однако в целом мне требуется применить все возможные способы, чтобы успокоиться.

В кино вы при любой возможности претворяете в жизнь свои действия и реакции. Если предполагается, что вы должны задыхаться от бега, пробегитесь, чтобы дыхание перехватило. На сцене техника исполнения способна обмануть публику: вы можете притвориться, что у вас одышка после десяти кругов бега, можете уронить чашку кофе, тогда зрители поверят, что вы взволнованы. Но на съемках фильма вам не удастся одурачить камеру своими приемами. Если мне предстоит играть в длинной сцене, где я должен выглядеть обеспокоенным, я не использую техники релаксации, а иду выпить чашечку кофе, которая натянет мои нервы. Выпейте две, и ваши руки начнут трястись; пять или шесть – и губы станут дрожать.

Но вне зависимости от того, должны ли вы быть напряжены или расслаблены в конкретной сцене, придерживайтесь понимания о том, что на съемках каждый ждет от вас наилучшего результата, который вы способны показать. Пусть вас никто не пугает. Все на вашей стороне.

Я продюсировал фильмы и могу утверждать, что если я выбираю вас для участия в фильме, то хочу, чтобы вы были великолепны даже больше, чем сами этого желаете.

Электрик вскарабкается на мостки и установит свет так, чтобы в ваших глазах не отражалось лишних бликов.

Семьдесят или восемьдесят человек работают над тем, чтобы ваше лицо как можно удачнее вышло на экране, и помогают вам правильно произнести реплику. Вы можете подумать: «Мне нужно что-то делать, иначе я не буду интересным». Тем не менее, если вам удается достичь расслабленного состояния, это все, что требуется.

Просто абстрагируйтесь от всех и успокойтесь. Никто не намеревается вас убить, никто не хочет вас огорчить.

Все делается исключительно с целью помочь вам, потому что актерская игра в кино – невероятно сложная работа, и все это знают.

«Актерская игра – это не соревнование; все должно быть сделано на благо фильма, или все потерпят неудачу».

В кинематографе ценятся профессионалы. Если выбирать между двумя актерами (одинаковыми по всем остальным параметрам), профессионализм будет решающим фактором. Компетентность чрезвычайно важна, это основное качество, которое ценится гораздо выше, чем непостоянный талант. Она предполагает понимание в дополнительных областях, чего требует съемка. Вы обязаны знать, как помочь камере. При съемке крупным планом объектив увеличивает масштаб ваших движений, поэтому вы должны понимать, каким образом можно уменьшить этот масштаб без потери выразительности исполнения по мере приближения камеры. Киноактер знает, как снизить интенсивность физического аспекта игры, не затрагивая при этом эмоциональный. В действительности, что довольно странно, ваш ум работает более активно при съемке ближнего плана, потому что тогда основное действие отражается в ваших глазах; вы не можете в полной мере использовать свое тело для самовыражения.

Если вы тот актер, которого снимают крупным планом, никогда не перемещайте зрительный фокус с одного глаза на другой. Звучит странно, не правда ли? Но когда вы смотрите на что-нибудь, один из ваших глаз является ведущим. Поэтому на ближнем плане будьте особенно осторожны с тем, чтобы не перемещать фокус. Это микроскопическая деталь, но она всегда заметна на экране.

Еще один совет, основанный на моем опыте: когда происходит съемка ближнего плана, я определяю, какой глаз закадрового актера находится ближе к камере, и смотрю в него своим дальним в отношении камеры глазом. Этот прием позволяет сильнее повернуть лицо к объективу, так что в кадре получается анфас.

К тому же я не моргаю. Моргание делает вашего персонажа слабым. Попробуйте сами: дважды произнесите одну и ту же строчку, сначала моргая, затем нет. Я тренировался не моргать как можно дольше, когда впервые обнаружил, что это приводит людей в замешательство.

Однако если вы подавляете этот рефлекс, то кажетесь сильным на экране. Помните: на пленке глаз может достигать ширины в два с половиной метра.

Я делаю такой акцент на глазах, потому что именно в них происходит основное действие, особенно на ближнем плане. Не стройте гримасы. То, что я называю «кривлянием», происходит, когда актер не уверен в себе и подает об этом сигналы зрителю. Он посылает сообщения, чтобы показать: «Вот что вы должны чувствовать», или: «Вот над чем вам следовало бы смеяться». Зрители поймут это и будут возмущены.

Они не хотят, чтобы их побуждали к реакции, – наоборот, они желают спонтанно реагировать на спонтанные действия. Просто опирайтесь на ход мыслей своего персонажа, и на вашем лице будут появляться необходимые эмоции. Не стоит практиковаться перед зеркалом, так как в зеркале вы видите свое отражение – человека, которого знаете всю жизнь и который не имеет ничего общего с тем, кого вы играете в фильме. Вы являетесь кем-то иным.

В процессе съемки камера не обязательно физически приближается или отдаляется от вас, поэтому важно заранее узнать, какой тип плана готовятся снимать.

Спросить об этом следует, чтобы определить масштаб исполнения. Вот краткое руководство: при съемке мастер- (или общим) планом вы можете позволить себе широко жестикулировать; на среднем масштаб уменьшается в два раза; и, наконец, крупный еще раз сокращает масштаб вдвое. Кроме этого, вам необходимо знать тип плана, чтобы понимать, что будет находиться в кадре. Вы можете вертеть очки на коленях на общем плане, но, если вы станете делать это на среднем плане, когда вас не будет видно ниже пояса, все будут задаваться вопросом: «Что происходит внизу, вне кадра?». Можно размахивать руками при съемке общим планом, но не крупным, и некоторые режиссеры используют действительно очень крупные планы. Если вы считаете, что находитесь в подобной ситуации, задайте себе вопрос:

«Насколько я свободен здесь?». Если режиссер говорит, что нельзя сдвигаться ни на дюйм, то вам действительно нельзя этого делать. В прошлом можно было определить тип плана по объективу камеры; к камере прикрепляли специальную метку, на которой было написано «40 мм», чтобы вы были в курсе происходящего. В наши дни используются отличные зум-объективы, из-за чего я могу все еще крутить очки на коленях, понятия не имея о том, что кадр сменился на крупный план. Если сомневаетесь, спросите!

Во время съемки камера не обязательно перемещается в вашем направлении, но, если ее ставят необычно близко, я бы посоветовал вам забеспокоиться, особенно когда это маленькая ручная камера. Такие камеры обладают высокой мобильностью и, следовательно, очень полезны, когда пространство ограничено; но если вы подойдете к ней слишком близко, то попадете в зону действия объектива. Объектив поворачивает ваше лицо по радиусу изгиба линзы так, что у вас получается большой нос и оттянутые уши, словно вы едете на мотоцикле навстречу ураганному ветру. Объективы этого типа раньше использовались для фотосессий топлес. Если режиссер не предполагал получение этого эффекта, вам не стоит приближаться к камере.

Разумеется, вы не всегда являетесь центром внимания.

Иногда вы играете вне кадра. В этом случае важно знать, как взаимодействовать с актером ближнего плана, когда вы обмениваетесь репликами. Некоторые актеры ослабляют внимание к своей роли, когда находятся за кадром, хотя такой подход не оказывает им услуги, потому что это влияет на сцену целиком.

Когда вы играете за кадром, исполняйте роль так же живо, как и при нахождении в кадре. Встаньте ближе к оператору и наклоните голову к объективу, насколько это возможно, чтобы помочь актеру, работающему перед камерой. Это позволяет ему занять наиболее выгодную позицию, которая предполагает, что он смотрит на вас, и его лицо повернуто к объективу. Если бы вы работали с Орсоном Уэллсом[17], то могли бы уйти домой, пока его снимали крупным планом. Орсон не хотел, чтобы кто-нибудь попадал в поле его зрения, а также чтобы кто-то читал для него ответные реплики. Он снимал свои сцены в одиночку, правильно расставляя паузы для фраз напарника. Другой актер наверняка снизил бы концентрацию Орсона. Он предпочитал представлять этого напарника перед собой и сосредоточиваться на собственных словах вместо того, чтобы быть сбитым с толку не самым идеальным исполнением. И действительно, немногие актеры одинаково хороши при работе в кадре и вне его;

некоторые зачастую даже сбиваются. Не будьте одним из них.

Разумеется, существует помощник режиссера, который отмечает каждое движение, жест и деталь костюма, которые появляются на общем плане, чтобы все это было возможно в точности воспроизвести в последующих кадрах. Но обязанностью актера является не вносить путаницу. Я уже говорил о том, насколько важно не добавлять в сцену действия, которые способны усложнить всем жизнь, и в особенности это касается курения. Никогда не закуривайте при съемке общим планом. Когда дело дойдет до крупного плана, станет непонятно, когда вы сделали затяжку, когда переложили сигарету из одной руки в другую, какой длины был пепел на кончике.

Как только работа на общем плане начинает усложняться, вся сцена обречена на провал к тому моменту, когда придет время снимать крупным планом. Вы снова и снова будете слышать, как какой-либо актер, жаждущий проявить свою творческую натуру, заявляет: «Я расстегну пуговицы, когда он будет говорить, затем я сделаю то-то и то-то». И когда приходит момент записи ближнего плана, режиссер спрашивает: «Что именно ты собираешься делать?» А актер будет вынужден ответить: «Я не знаю». В этом случае общий план придется переснимать, и окажется, что он потратил драгоценные время и деньги и, определенно, снизил свои шансы дальнейшего трудоустройства в кино.

В дополнение к пониманию о визуальной целостности, настоящий профессионал должен быть осведомлен об эмоциональной непрерывности. В театре пьесу разыгрывают последовательно и без остановки, что позволяет каждому актеру чувствовать эмоциональную линию и формирование целостной картины ощущений. В кино конечный результат может получиться более правдоподобным, но процесс его достижения определенно является более искусственным. Редко случается, что фильм снимают последовательно. Последовательность съемки стараются сохранять тогда, когда это возможно, однако экономия ресурсов порой противоречит этой схеме. Если съемочная группа находится на дорогостоящей локации, то все сцены, которые должны происходить на ней, снимаются в первую очередь, независимо от того, в каком порядке они стоят в сценарии; так происходит, потому что это наиболее дешевый способ. Если последняя сцена в картине разворачивается на улице, можно быть уверенным, что ее снимут первой, а затем вас отправят в студию, чтобы снять все сцены, предшествующие ей. Может случиться, что съемка общего плана состоится с утра, а сразу после полудня придется поспешить снимать другой отрывок, потому что выглянуло солнце. Затем нужно будет вернуться и продолжить работу над утренней сценой, а средний и крупный план будут записаны неделю спустя. Режиссер объяснит вам, что он хочет видеть на ближнем плане, это его работа.

Это требует большой концентрации; вам придется воссоздать в памяти эту сцену. Если вы с самого начала как следует подготовились, совместили речь и движения, отходя назад при произнесении реплики, а затем продвигаясь вперед, чтобы оказаться в нужной точке, то вся последовательность действий уже есть в вашей голове, вам остается лишь обратиться к ней. Вся эта предварительная работа действительно стоит прилагаемых усилий, потому что ближний план потребует от вас не только повторения того, что было исполнено на общем плане, но и того, чтобы сделать это гораздо лучше.

Если во время студийной работы есть последовательность сцен с дракой, и вы блестяще исполняете их, но при этом рвете свой пиджак, помощник режиссера говорит: «Нам придется переснять драку, потому что ваш костюм не был порван в записанной ранее сцене». Вы должны позаботиться и о том, чтобы не поранить лицо во время бритья. В течение шести недель вам запрещено находиться под прямыми солнечными лучами, потому что ваша кожа приобретет более смуглый оттенок – никакого солнца, ведь фотографы со своими полароидами постоянно сравнивают ваш внешний вид с предыдущей сценой.

Так что сидите спокойно и не пытайтесь что-то поменять.

Люди спрашивают: «Разве это не скучно – просто сидеть часами?» Скажем так, я не остаюсь без дела; я сижу, думая о том, что мне следует делать дальше.

Актерская игра в кино – это тонкая смесь подготовленности и спонтанности. Искусство изобретения случайных идей или изменения диалогов исходит из умения слушать и реагировать так, как будто все происходит впервые. Когда я был очень молод и работал в репертуарном театре, один мудрый режиссер дал мне совет. Он спросил:

«Что ты делаешь в этой сцене, Майкл?»

«Ничего», – ответил я.

«Это, – отметил режиссер, – большая ошибка. Конечно, тебе есть что сказать. И это замечательные мысли. Но ты просто сидишь и слушаешь, размышляя о гениальных вещах, а затем решаешь не озвучивать свои идеи. Вот это ты и делаешь в этой сцене».

Это был самый лучший совет, который и я мог бы дать тем, кто хочет играть в кино. Внимайте и реагируйте.

Если вы думаете о своих репликах, то вы не слушаете.

Найдите ответную реплику в глазах партнера по сцене, слушайте, что он говорит, так, будто никогда раньше этого не знали. Даже на репетиции.

Если вы читаете диалог с другим актером и помощник режиссера входит и говорит: «Извините, что помешал вашей репетиции», – вы потерпели неудачу. Если же он входит и говорит: «Извините, что прервал вашу беседу», – тогда, безусловно, вы на правильном пути. Ваши реплики должны звучать как спонтанная речь, а не как актерская игра.

И это напрямую зависит от умения активно слушать.

Актеры кино зарабатывают на жизнь и изучают свое ремесло, слушая и демонстрируя реакцию. Я заметил, что американские актеры всегда стремятся сократить диалог. Они заявляют: «Я не собираюсь всего этого говорить. Эту строчку скажешь ты». Сначала я не мог сообразить, почему так происходит; я пришел из театра, где дотошно пересчитывают свои реплики. Но для киноактера сокращение своих строк является разумным подходом, потому что пока одни занимаются обсуждением, они слушают и демонстрируют реакцию. Неслучайно Рэмбо почти не говорит. Сильвестр Сталлоне не глуп.

Я помню, как впервые поехал в Америку сразу после съемок «Элфи»[18]. Я встретил Джона Уэйна в холле отеля «Беверли Хиллз». Тогда он только вышел из вертолета и был одет как Хондо[19], он подошел ко мне и представился. Я сказал:

«Я знаю, кто вы, Мистер Уэйн».

Он спросил: «Вы только что приехали?»

«Да».

Тогда он произнес: «Позвольте дать вам небольшой совет: говорите тише, медленнее и не слишком много».

Когда я заявил, что собираюсь сниматься в «Воспитании Риты»[20], мои друзья сказали:

«В “Воспитании Риты”? Должно быть, это история о Рите. Кого ты собрался играть?»

Я объяснил: «Я буду исполнять роль парня по имени Фрэнк».

«Что ж, – ответили они, – тогда тебе следовало бы играть в фильме, который назывался бы “Воспитание Фрэнка”, если ты хочешь быть в главной роли».

Все считали, что я спятил. Но я знал, что если в театре публика обратила бы больше внимания на Риту, потому что у нее так много реплик, то в кино камеру направляли бы в основном на Фрэнка, чтобы запечатлеть его реакцию, иначе то, что говорит Рита, не имело бы большого значения. Я могу в полной мере утверждать: одна из наиболее важных вещей, которые может сделать актер в фильме, – слушать и каждый раз демонстрировать свою реакцию так же живо, как будто все происходит впервые.

Разумеется, во время диалога не стоит смотреть на людей слишком пристально. В реальной жизни, когда вы слушаете человека, ваши глаза поднимаются и опускаются, вы смотрите по сторонам, играете с очками, а затем возвращаетесь взглядом к собеседнику. Одним из лучших в использовании этой техники является Марлон Брандо. Он не смотрит в камеру. Половину всего времени его взгляд направлен вниз или в сторону. Затем он внезапно поднимает взгляд, и его глаза вас завораживают.

Свежесть теряется спустя несколько дублей. Я известен как Майк-Одного-Дубля. Причиной тому то, что я готовлюсь к риску сразу после команды «начали!», и мне трудно пережить идентичное чувство опасности в следующем дубле. Поэтому обычно я сбиваюсь при пересъемке и возвращаюсь к ней чуть позднее.

Но я встречал актеров, которые не способны сыграть правильно с первого раза, но прогрессируют с каждым следующим дублем. Режиссер обязан принимать во внимание различия в актерских способностях, чтобы достичь баланса, который сделает работу над всем фильмом успешной.

Зачастую вас могут попросить играть сцену снова и снова, чтобы довести вас до эмоционального предела или изнурить. Режиссер не прекращает с вами работать, пока вы не будете полностью вымотаны. Стоит отметить, что истощение сил – естественный способ достижения раскрепощенности. Во время каждого дубля вы вносите небольшие изменения в свое исполнение, чтобы оно не стало скучным или пресным. (Тем не менее я никогда не меняю движения, чтобы избежать проблем с непрерывностью.) Когда вы думаете, что сделали все идеально, фраза «давай еще раз» может сильно раздражать. Но искусство игры состоит в том, чтобы, по крайней мере, не ухудшить ситуацию. Наиболее здравомыслящие режиссеры, добившись того, что им было нужно, говорят:

«Хорошо. Мы используем этот дубль. Сейчас мы просто запишем еще один на всякий случай. Дайте волю чувствам. Просто получайте удовольствие, расслабьтесь».

Обычно этот последний дубль и используется в финальном варианте, потому что каждый чувствует такое облегчение, избавившись от груза ответственности, что показывает наилучшее исполнение.

Меньше значит больше. Это один из самых полезных советов, которые я могу дать каждому юному актеру кино.

Бездействие может оказаться очень полезным в ситуациях, предполагающих экстремальное напряжение. Например, по сценарию с вами случается что-то ужасное – скажем, вы обнаруживаете свою жену убитой, и, когда камера показывает вас крупным планом, вы можете изобразить совершенно пустой взгляд. Зрители будут проецировать свои эмоции на ваше лицо. Игра актеров заключается в подготовке к этому моменту, а не в самом моменте… Вам не нужно ничего предпринимать, чтобы публика воскликнула: «Вот это да!». Во время записи последнего дубля Греты Гарбо в картине «Королева Кристина»[21]режиссер сказал ей остаться безучастной, и в результате получился довольно слезливый фильм. Зрители знают, что чувствует Кристина, потому что актриса поведала им об эмоциях королевы ранее. В итоге публика сама сделала всю работу.

Как бы ни звучал ваш голос, используйте его. Он ваш, и нет причины, по которой персонаж, которого вы играете, не должен звучать, как вы. Может потребоваться перенять акцент конкретного героя, но это уже другая тема. Уверенность в голосе – это первооснова; она рассеивает все иллюзии. Если вы попробуете смягчить голос – сделать его красивее и более плавным, – то он, безусловно, будет звучать наигранно в самом старомодном смысле этого слова.

Однако, как и в театре, научитесь правильно извлекать свой голос. Дышите диафрагмой. Если вы дышите правильно, голос будет приятно слушать, потому что вам не приходится напрягаться при воспроизведении речи.

Натянутая интонация приводит к напряженному восприятию. Некоторые актеры говорят правильно, но их голоса натянуты или сдавлены, потому что они используют только гортань. В действительности единственное, о чем вам нужно беспокоиться, это о том, откуда исходит ваш голос. При дыхании диафрагмой нервы не смогут помешать вашему исполнению.

На съемках «Зулусов» я изначально был невероятно нервным, как вы можете себе представить, ведь это был мой первый фильм, первая большая удача. Воспоминания о первом дне на локации до сих пор заставляют меня вздрагивать. Было неудобно носить униформу под палящим южноафриканским солнцем. Я должен был говорить с этим отрывисто-сухим акцентом человека из высшего общества, на что, мягко говоря, требовалось немало усилий. Вдобавок ко всему, моя лошадь трижды сбрасывала меня в реку, так что мне приходилось каждый раз менять одежду. В конце концов проклятая лошадь стала вести себя нормально, и я смог произнести свою реплику: «Жаркий день, тяжелая работа».

Режиссер Сай Эндфилд закричал:

«СТОП! Почему у тебя такой высокий голос?»

Я ответил: «Это голос персонажа».

«Нет! – запротестовал он, – на репетиции все было иначе. Теперь твой голос стал выше».

Звукооператор перемотал мою дорожку назад. Я был настолько нервозным, что горло сжалось, плечи напряглись, и мой голос был примерно на октаву выше, чем обычно. Мне пришлось скакать вдоль реки на этой лошади еще раз; но в этот раз я заставил себя расслабиться, и все получилось.

Театральные актеры должны рассчитывать, когда им можно сделать вдох, потому что необходимо контролировать темп речи. Но в кино темп регулируется при монтаже. Режиссер монтажа может сократить паузу, если она слишком длинная, или увеличить ее там, где необходимо. Поэтому при игре в кино расставляйте слова так, как подсказывают мысли. Медлите, если мыслительный процесс идет неуверенно; ускоряйтесь, если идеи возникают быстро и свободно. Если вы думаете так, как ваш герой, и вам удалось расслабиться, то легкие инстинктивно будут выполнять свою функцию. Если же это не так, персонаж может получить проблемы с дыханием.

Пробуйте; это правдоподобно.

Проекция голоса необходима в театре, где нужно, чтобы вас услышали на последнем ряду балкона. В фильмах проекция не всегда требуется. (Не обращайте внимания на звукооператора, у него всегда есть проблема с этим.) Чувствительные микрофоны способны уловить очень тихий звук. Над вашей головой может быть расположен бум на длинной штанге, или на вас будет надет петличный микрофон, подключенный к передатчику. В любом случае, если этого требуется, вы можете говорить едва ли слышным шепотом или кричать так оглушительно, как вам этого хочется.

Однако не забудьте заранее предупредить звукорежиссера о своих намерениях, потому что на нем наушники. Помню, я снимался в небольшой картине, где играл хулигана.

Я должен был подойти к парню со спины и прошептать:

«Сейчас ты умрешь», – а затем выстрелить ему в спину.

Звукорежиссер включил аппаратуру на полную мощность, чтобы услышать шепот. Я забыл произнести эту строчку и выстрелил из пистолета. Громкость в наушниках звукорежиссера была максимальной, поэтому звук выстрела чуть не разорвал его барабанные перепонки. Он покинул площадку и принял большую дозу аспирина.

Не поддавайтесь влиянию темпа и скорости речи другого актера. Иногда сдержанность может распространяться подобно эпидемии.

Это знание также поможет вам воспроизвести исполнение при повторной съемке, так как, пока режиссер не попросит вас внести изменения в исполнение роли, вам следует снова и снова играть одинаково.

Подходите к этому пункту с осторожностью. Если вы решили, что будете использовать какой-либо акцент, вам предстоит израсходовать на это как минимум 50 процентов концентрации, растрачивая драгоценную энергию, которой может не хватить в самый ответственный момент. Если это возможно, играйте роль в собственной манере говорить. Это всегда предпочтительнее, чем перенимать акцент, если, конечно, он не является центральным элементом. Так, в «Острове сокровищ»[22]Роберт Ньютон использовал собственную манеру речи, и это сработало.

Поговорим о британских акцентах: дело не в том, что американцы их не понимают; реальная проблема кроется в том, что мы разговариваем в два раза быстрее них.

Если вы британец и снимаетесь в картине, которая будет показана в США, говорите медленнее. Я выработал привычку замедлять свою речь, так что американцы меня принимают, даже непосредственно в роли самого американца. Меня пригласили играть в картине Вуди Аллена, которую снимали на Манхэттене, потому что я говорю “elevator” вместо “lift”, “sidewalk” вместо “pavement”, “apartment” вместо “flat”[23]и не придерживаюсь исключительно британской манеры речи. Я использую их фразеологию и замедляюсь.

Меня всегда раздражало, что люди считают акцент кокни ядром всей постановки. Я исполнял три совершенно разные типа этого акцента в фильмах «Элфи», «Досье Ипкресс»[24]и «Убрать Картера»[25]– абсолютно разные персонажи, – но все говорят: «А вот и его старый добрый кокни». Но никто не заметит: «Вот он, тот самый шекспировский король Лоуренса Оливье». И вот, я сыграл немца в «Войне крестоносцев»[26]. Мне казалось очевидным, что это ловушка – сыграть немца, который пытается изобразить немецкий акцент, так что я решил играть так, чтобы получился германец, старающийся говорить на хорошем английском. Затем я оставил эту идею и попробовал говорить на хорошем английском, но с основными чертами немецкой интонации. Кажется, у меня неплохо вышло.

Другой немецкий акцент потребовался для кинокартины «Орел приземлился»[27], но это породило любопытную вариацию. Мне нужны были две версии этого акцента.

В некоторых сценах мой персонаж должен был говорить по-немецки с другими немцами, но сценарий был написан на английском, так что любой «акцент» был бы едва различимым. В других же герой находился в Англии, и, пытаясь сойти за англичанина, говорил на неродном для него языке. Что касается этого акцента, я изобрел нечто похожее на отрывистое и резкое произношение (что, я надеюсь, было довольно изящным решением).

В британских фильмах звукорежиссер старается избавиться от всех побочных шумов на звуковой дорожке – к примеру, шум столовых приборов и тарелок. Он подкладывает небольшие кусочки шпаклевки под приборы и проделывает другие подобные операции. Американцы же просто уживаются со звоном. Вот почему британцы создают разговорное кино, а американцы снимают экшен.

У нас, британских кинематографистов, есть театральные традиции, тогда как Голливуд расположен примерно в 5000 км от театрального центра Америки. На больших открытых пространствах Калифорнии впервые стали снимать на пленку вестерны, в то время как на территории Европы начинали с отрывков из классики, которые ставила Сара Бернар[28]. Поэтому американский звукорежиссер скажет: «Это обычный звук, который получается в результате соприкосновения ножа с тарелкой, поэтому мы оставим его как есть». Но как актер вы можете помочь себе, не кладя нож в тот момент, когда произносите: «Я люблю тебя, дорогая». И никогда не захлопывайте дверь и не открывайте ящик, когда произносите свою реплику.

Когда съемки фильма завершены, вас могут вызвать для последующей озвучки или дубляжа – подгонки нового звука (к примеру, фрагмента вашей речи) вместо того, который есть в исходном варианте. Может быть, самолет пролетал в небе, когда вы произносили одну из ваших реплик, или режиссер хочет слышать другую интонацию. Последующее озвучивание кажется мне трудоемкой задачей, которая требует огромных усилий и в итоге снижает насыщенность моего исполнения примерно на 25 процентов.

К тому моменту вы, вероятно, успеете сыграть в другой картине. Затем вы внезапно вновь превращаетесь в своего старого персонажа. Вы видите этого странного человека на экране с его смешной шевелюрой и усами и думаете: «Боже мой, как звучал мой голос тогда?» Я просто прослушиваю часть записи и перевоплощаюсь в самого себя.

Дубляж требует абсолютного контроля над голосом в фильме, порой даже до сопоставления голоса одного актера с внешностью другого. Одна из легендарных целей этой техники заключалась в том, чтобы сделать голос любовницы режиссера красивее. Иногда черновой аудиотрек записывают прямо на локации. Это не соответствует высоким техническим стандартам, однако используется в качестве краткого руководства. По окончании съемок картины вас вновь приглашают, чтобы продублировать всю вашу роль в регулируемых условиях студии.

В таких обстоятельствах у вас иногда появляется возможность слегка улучшить вашу оригинальную игру. Но, как правило, последующее озвучивание – непростая задача.

Возможно, придется сделать несколько попыток, прежде чем вам удастся точно синхронизировать речь и картинку, и может оказаться трудно воспроизвести свою игру в полной мере. Тем не менее еще сложнее дублировать чужого персонажа, и наиболее трудно озвучивать, если вам не нравится то, как вы сделали это сначала.

Впрочем, большинство режиссеров предпочитают записывать звук на съемочной площадке, потому что посторонние шумы, фоновые звуки и спонтанность исполнения имеют силу внушения, которую невозможно воссоздать посредством дубляжа. Большая часть микрофонов гораздо более чувствительны, чем человеческое ухо, поэтому они записывают массу мелких шумов, которые насыщают звуковую дорожку, записанную на площадке.

Однажды Ричард Уидмарк дал мне совет, касающийся сильного шума в фильме. Он сказал:

«Следи за спецэффектами, когда работаешь, особенно в вестернах».

Я спросил его: «Для чего это, Дик?»

«Что? – переспросил он. – Ты можешь говорить мне в другое ухо?»

Итак, я вновь задал вопрос: «Для чего это, Дик?»

В ответ он сказал: «Знаешь эти моменты, когда ковбой вдруг отбегает назад, а в скалах взрывается динамит? Поговори с любым из нас. Мы все глухи на одно ухо».

Генри Фонда, который тоже был там, присоединился к беседе и спросил: «Что он сказал?»

Тогда я ответил: «Вы тоже снимались во многих вестернах, не так ли, Хэнк?»

«Да, это так», – сказал он в ответ.

Все эти актеры действительно были глухи на одно ухо.

Это была цена, которую они заплатили за то, чтобы сниматься в вестернах.

Большинство звезд разбираются в технической области производства кино, потому что это в их интересах.

Создание фильмов в первую очередь является техническим процессом; любая тайна, связанная с ним, – не более чем принятие желаемого за действительное. Вам необходимо знать, какой тип освещения наиболее выгоден для вас и лучше подходит для каждой сцены; более того, вы должны взаимодействовать со светотехником.

Некоторые актеры особенно щепетильны в отношении освещения. Однажды я работал закадровым актером с Генри Фондой, когда проходила его съемка крупным планом. Я стоял там, и мы должны были начать снимать, как вдруг Фонда спросил: «Где осветительный прибор?

Где малый свет?» Специалист по освещению ответил:

«О, я совсем забыл, мистер Фонда. Извините». Он принес эту лампу. Вы всегда удивлялись тому, как Хэнк выглядит крупным планом? У него был легкий блеск в глазах и немного слезящийся, грустный взгляд. Итак, все это благодаря небольшой лампе накаливания. Вместо того чтобы смотреть мне в глаза, он ставил этот осветительный прибор на уровне моего лица и смотрел прямо на него, пока я говорил сзади лампы.

Очевидно, что то, каким образом вы двигаетесь, будет зависеть от персонажа, которого вы играете; но естественность в движениях исходит из «центра» вашего тела, оттуда же, что и голос. Когда вы двигаетесь с опорой на центральную ось тела, вы создаете о себе целостное впечатление.

Четкость ваших движений притягивает взгляды. Если станете сутулиться, опускать голову или неловко двигать плечами, вся сила ускользнет. Исключительно расслабленная и твердая походка позволяет создать правильное впечатление. Твердость шага также может быть довольно угрожающей. Даже если вы не будете сниматься в кино, используйте этот прием, и вас точно никогда не ограбят. Имейте в виду: если вы будете выглядеть так же, как я, то тоже не станете жертвой грабителя, потому что обычно люди думают, что меня уже обокрали.

Еще один важный технический совет, касающийся движения: не спешите. Дайте время оператору. Джеймс Кэгни дал мне эту рекомендацию по поводу бега: «Когда режиссер говорит тебе, что нужно пробежать из исходной точки прямо к камере и за нее, развивай большую скорость, когда находишься далеко, и сбавляй темп, как только начинаешь приближаться. В противном случае ты пролетишь мимо с такой скоростью, что не будет понятно, кто пробежал». Другое замечание: если при съемке крупным планом вы сидите и вам приходится встать, делайте это медленно. Не нужно делать резких движений, иначе вы окажетесь вне кадра. Другими словами, всегда работайте в паре с камерой; позвольте оператору покрутить нужные колесики и направить камеру на вас.

Многие актеры учатся танцевать или тренируются, чтобы быть готовыми к неожиданным физическим испытаниям.

Есть также и те, кто может быть уверен, что таких испытаний не будет из-за их ограничений по здоровью. Но независимо от того, атлетичны вы или нет, вы обязаны обладать особенной чувствительностью в отношении движений, так как они непосредственно связаны с персонажем. В этой области даже самые незначительные физические проявления наподобие нервных движений рук могут быть настолько же эффективными, как и трюки, требующие большой физической силы. Нет необходимости ходить в тренажерный зал, чтобы приобрести этот талант. Все, что вам нужно, – это чуткое наблюдение за другими.

«Когда вы перевоплощаетесь в персонажа, вам приходится заимствовать. Брать все, что возможно. Можно даже использовать некоторые характеристики образа другого актера; однако если вы это делаете, то только из благих побуждений».

Когда вы получаете сценарий, то начинаете исследовать образ героя, которого будете играть, и делать некоторые пометки. Этот процесс похож на сбор улик. Сценарист дает вам подсказки, и, если удача улыбнется, вы также получите сведения о жизненном опыте своего персонажа. К тому же вы можете использовать собственные наблюдения, сделанные за людьми, которые так или иначе похожи на героя. Когда я играл профессора-алкоголика Фрэнка в «Воспитании Риты», я создал его образ на основе двух моих знакомых, так как благодаря им я понимал, как выглядит пьяный человек, алкоголизм – это другое; вдобавок у меня не было понимания о том, как должен себя вести профессор университета. (Я никогда не бывал в университете.)

Так что образ профессора Фрэнка основан на личности моего друга-писателя по имени Роберт Болт, который был прекрасным учителем. Я знал, как он взаимодействует с людьми, – видел, как он разговаривает и объясняет, знал его привычки. А для алкоголика Фрэнка я представил себя другим своим другом по имени Питер Ланган, который был моим напарником в ресторане и действительно вел себя как алкоголик. Я совместил двух этих людей, чтобы создать Фрэнка. В тот день, когда Питер Ланган посмотрел фильм, он сказал: «Ты взял меня за основу, не так ли?» Я ответил: «Да».

Когда вы перевоплощаетесь в персонажа, вам приходится заимствовать. Брать все, что возможно. Можно даже использовать некоторые характеристики образа другого актера; однако если вы это делаете, то только из благих побуждений. Если вам знакома игра Вивьен Ли, Марлона Брандо, Роберта де Ниро или Мэрил Стрип и вам показалось, что какие-то их повадки подходят для вашего персонажа, то позаимствуйте их. Потому что то, что они делают, они так же у кого-то переняли.

Лучшие киноактеры вживаются в свою роль до такой степени, что публика не замечает, что все его действия – актерская игра. Это может показаться странным, но в фильме человек является личностью, а не актером;

но вам все еще нужен именно актер, чтобы сыграть персонажа. Около двадцати лет назад, когда я работал над картиной «Досье Ипкресс», я слышал, как режиссер Сид Фьюри сказал: «В этой сцене мне нужен мясник». Кто-то предложил пригласить на съемки реального мясника, который знал, как правильно нужно резать мясо. На это Фьюри ответил: «Если у меня есть актер, значит, есть и настоящий мясник. Если бы здесь был профессиональный мясник, то в тот момент, когда мы направили бы на него камеру, он бы напрягся, вследствие чего я получил бы еще и плохого актера».

Вы должны создавать своего персонажа, опираясь на реальность, а не на актерскую память об этой реальности, потому что в конце концов актер несет ответственность за эффект, который он производит на зрителя. Вуди Аллен может сыграть трагичную сцену, повествующую о раке мозга, и заставить аудиторию смеяться. Другой актер способен поскользнуться на шкурке банана, и тогда публика заплачет.

Им следует видеть реального человека, который стоит перед ними, такого же, как каждый из них.

Помню, как однажды я играл пьяницу в репертуарном театре, и постановщик остановил меня со словами: «Вы играете не пьяницу! Вы играете самого актера, который изображает пьяницу. Актер, исполняющий роль такого человека, старается держаться прямо и говорить правильно… алкоголики борются за то, чтобы сохранить контроль над собой». Это было очень хорошее замечание. И запомните, что как у человека, выпившего сверх меры, ваши мысли и язык не связаны между собой; проходит достаточно времени, прежде чем выпивоха возьмет себя в руки. Позвольте себе побороться. Пьяницы не способны быстро реагировать. Когда я играл Фрэнка в «Воспитании Риты», то старался контролировать положение головы (обычно алкоголик свешивает ее на грудь), потому что я не хотел, чтобы Рита видела меня пьяным. Я сидел так, что казался слегка ниже, чем в действительности, потому что мои мышцы были расслаблены. Пьяницы какие-то маленькие и довольно жалкие. То, что Фрэнк – алкоголик, трагично, хотя порой он может показаться смешным.

Наша жизнь – не комедия, трагедия или драма. Это удивительная смесь, настоящая алхимия всех трех жанров.

Вы ошибетесь, если отнесете сценарий к одной из этих категорий, потому что в таком случае вы значительно ограничите своего персонажа. В комедии попытки «быть смешным» – верная смерть. Прежде всего вы должны быть обычным мужчиной или женщиной. Затем вы поскользнетесь на банановой шкурке, и это будет смешно.

Если вы комик, поскользнувшийся на банановой кожуре, никто не будет смеяться, потому что вы не настоящий.

История кинематографа знала много комиков, кто потерпел неудачу на экране из-за того, что они не были актерами; у них не получалось казаться настоящими.

Программа Джека Бенни[29]всегда имела успех в театре, но сначала, когда он воплотил свои трюки на экране, это была неудача. В чем причина? Он был забавным комиком, вместо того чтобы быть реальным человеком, с которым случилось нечто смешное. Если вы собираетесь позаимствовать для кинокомедии что-нибудь из театрального опыта, лучшее, что можно сделать, – рассчитать, когда публика должна смеяться. В кинокомедиях театральным актерам особенно помогает сценический опыт, так как они помнят смех живой аудитории. Я рассчитываю время смеха в соответствии с тем, как смеялась съемочная группа, когда они впервые услышали материал на репетиции.

В фильме персонаж – это реальный человек. Вы должны избегать превращения личности в типаж. Некоторым режиссерам ранних фильмов, таким как Джон Форд, создание персонажей, ставших архетипами, могло сойти с рук (например, повар передвижной кухни, который обычно является пьяницей); но в современном мире кино сделать так означает поставить под угрозу доверие аудитории. Старайтесь избегать слишком очевидного подхода в процессе поиска качеств для создания своего персонажа. Один критик сравнил «Воспитание Риты» с «Моей прекрасной леди»[30], потому что в обеих историях девушка менялась, когда учитель подвергал изменениям ее ум и речь. В картине «Моя прекрасная леди» Элиза влюбляется в профессора Хиггинса. Клишированная мысль о том, что Рита и Фрэнк влюбляются друг в друга, легко соблазнила бы любого; однако этого не было в нашем сценарии. Я переживал о том, что, хотя Фрэнк и влюбился в Риту, об этом никогда не говорилось и его чувства были безответными. Если бы зрители фильма «Воспитание Риты» хотели найти прототип, моделью мог бы стать персонаж Эмиля Яннингса в «Голубом ангеле»[31], печальный герой, у которого не получается построить отношения с девушкой. Зрителям (за исключением, вероятно, критиков) не должно приходить в голову заниматься поиском объяснения поведения персонажа где-либо, кроме просматриваемого фильма.

Когда вы заимствуете детали для создания персонажа, выбирайте только то, что действительно имеет значение, а не пыльные стереотипы. Так как я знал, что герой Яннингса в «Голубом ангеле» обладал подходящими для Фрэнка характеристиками, я позаимствовал некоторые из них. Так, я набрал 16 килограммов и отрастил бороду, чтобы нельзя было допустить и мысли о том, что Риту мог привлекать этот толстый старый алкоголик. Однако я думаю, что никто не заметил моего подражания персонажу из «Голубого ангела», ведь Фрэнк был похож на него не больше, чем на профессора Хиггинса. Фрэнк был уникальным.

Если говорить о сексуальном влечении, постельные сцены часто создают особые технические проблемы для актеров. Нужно справиться со многим, кроме создания образа. Каждый задумывается о том, каково заниматься любовью с абсолютно незнакомым человеком перед камерой. Итак, может показаться хорошей идеей организовать встречу и устранить неловкость непосредственно до начала съемки, но я считаю, что это приведет к провалу. Может случиться, что у вас будет интимная связь накануне вечером. Затем к середине фильма вы расстанетесь, перестанете общаться, и многие мили романтики кино будут пролегать между вами.

Я нашел способ справиться со съемкой постельных сцен, он заключается в том, что нужно быть предельно профессиональным: это работа, это то, о чем могут попросить двух актеров – лечь в кровать обнаженными, – и не имеет значения, что мы до этого ни разу друг друга не видели. В действительности вы редко бываете полностью обнаженными, но вам приходится принимать некоторые интимные позы и, разумеется, как следует целоваться.

В тот самый момент, когда режиссер произносит «снято!», я отпускаю шутку, чтобы женщина поняла, что между нами не было настоящей страсти. Такие сцены могут вызывать смущение, но я снимался в них настолько часто, что теперь ничего не ощущаю во время этого процесса. Но здесь возникает проблема для актрисы; она вынуждена смириться с мыслью, что придется позволить незнакомому мужчине погладить ее по филейной части.

Но все это является частью работы, так что никто из нас не может позволить себе быть чрезмерно застенчивым.

Что заставляет меня смеяться, так это то, что режиссер демонстрирует вам, как надо играть, исключительно в любовных сценах! Он внезапно ощущает необходимость показать вам, как именно вы должны обнимать актрису.

Существует некоторое практическое соображение, которое делает жизнь более приятной в подобной ситуации: я всегда ношу с собой освежитель полости рта.

Делаю пару пшиков непосредственно перед съемкой постельной сцены; актриса спрашивает: «Что это?» – я говорю: «Попробуй» – и даю ей. Это позволяет нам обоим решить возможную проблему.

Несмотря на весь профессионализм, снимать любовные сцены в людном месте все равно может быть неловко. Это требует невероятной концентрации, чтобы игнорировать зевак. В «Элфи» мне нужно было выбежать на станции Ноттинг-Хилл-Гейт – район, в котором не многие любят драму, – и прокричать: «Дорогая! Вернись! Я люблю тебя!». Прохожие смотрели на меня, посмеиваясь. Режиссер сказал мне, чтобы я не беспокоился по поводу звука, потому что мы будем делать последующее озвучивание позднее. Поэтому я изо всех сил старался над строчкой:

«Вернись, вернись, я люблю тебя», пока вокруг происходила суматоха. Вам просто приходится отвлечься от этого. Сконцентрируйтесь, абстрагируйтесь и расслабьтесь.

Конечно, это не всегда может быть легко. Когда я играл в фильме «Смертельная ловушка»[32], там была сцена, в которой я должен был поцеловать Кристофера Рива. Он крупнее меня, и, сказать по правде, я ни разу в своей жизни не целовался с мужчиной, не считая отца. Заставить себя выполнить эту задачу было убийственно трудно. В какой-то степени шутки все еще помогали; я сказал Крису: «Если откроешь рот, я убью тебя». Боюсь, Крис и я преодолели эту трудность не столько с помощью техники или каких-либо эмоций, сколько благодаря бутылке бренди, которую мы выпили на двоих.

Когда вы воплощаете персонажа в жизнь, чтобы сделать его реальным, вашими инструментами являются соответствующие аспекты вашей личности и ваши образцы для подражания. Люди всегда думают, что характер персонажа Элфи был очень близок к моему, но я не был похож на Элфи, пусть и понимал его. Я построил его образ на личности Джима Слейтера, который был моим лучшим другом в юности. У меня никогда не получалось завязать отношения ни с одной из девушек, а Джим привлекал их всех. Он бы отлично подошел на роль, за исключением того, что всегда был слишком уставшим.

Я также использовал Джима в качестве собеседника, когда мне нужно было говорить, смотря прямо в камеру. Обычно, когда вы смотрите в объектив, эффект получается искусственным, потому что режиссер разрушает иллюзию реальности. Но в фильме «Элфи» мой герой разговаривает со зрителями через камеру, подобно театральной технике обращения речи «в сторону», когда актер отстраняется от основного действия и обращается к публике напрямую. Фактически, когда я впервые говорил прямо в камеру, я относился к ней будто к большой аудитории. Режиссер Гилберт Льюис сказал: «Снято! Подойдите ближе к камере. Сыграйте так, будто вы говорите только с одним человеком, чтобы каждый зритель почувствовал, что вы обращаетесь лично к нему». Тогда я исполнил роль так, будто разговаривал с Джимом. Мы друг другу нравились, и Джиму действительно было интересно, что я говорил. Он особенно оценивал такие замечания, как «она в прекрасной форме», когда Элфи проводил рукой по женскому бедру, потому что Джиму самому свойственно было так выражаться. Эта уверенность в том, что Джиму понравится, была тем, что помогало мне завоевать публику, даже когда они на самом деле не одобряли поступков Элфи.

Бывает, что вам приходится играть персонажа, с которым вы не имеете абсолютно ничего общего. В картине «Романтичная англичанка»[33]я был выбран на роль, которая вовсе не подходила по типажу, так как это был мужчина, которого я бы презирал при встрече в реальной жизни.

Он был не способен на реальные поступки. Сейчас я не совсем являюсь человеком дела, но в худшем случае подталкиваю к действию других; однако персонаж, которого я играл, просто пустил все на произвол судьбы, не пытаясь что-либо предпринять. Он был богатым писателем, который жил в роскошном квартале биржевых брокеров, входил в круги псевдоинтеллектуалов и никак не пытался помешать собственной жене отправиться в романтическое приключение. Персонаж совсем мне не подходил; в этой роли все противоречило моей натуре.

Но как только вы пришли к такому заключению по поводу персонажа, забудьте об этом. В действительности каждый человек руководствуется своими побуждениями, поэтому мне нужно было отыскать причины такого поведения этого героя. Все закончилось тем, что я стал получать наслаждение от исполнения роли, так как придумал план действий, проанализировав собственную личность: если бы я пошел на север, то заставил бы персонажа отправиться на юг; если какая-то черта характера была мне чуждой, она наверняка подходила для моего героя.

В исторических кинокартинах проведение исследования может быть ценным руководством к поиску соответствующих персонажу признаков.

Например, в «Зулусах» я был выбран на роль блеклого викторианского офицера из высшего общества. Я был не в том положении, чтобы иметь возможность вносить предложения о радикальных изменениях в интерпретации. Эта роль досталась мне с трудом. Изначально я ходил на прослушивание на роль рядового кокни, но актер на нее уже был выбран. Тем не менее, так как я был высоким и светловолосым, то походил больше на англичанина-аристократа, и режиссер Сай Эндфилд спросил, могу ли я изобразить акцент человека из высшего общества. Я быстро переключился на итонский акцент[34]и проговорил: «Отчего же, мистер Эндфилд, я занимаюсь этим уже много лет». Я прошел кинопробу, во время которой ужасно себя показал. Он подошел ко мне на вечеринке следующим вечером и сказал: «Это была худшая проба, которую я когда-либо видел». Я подумал, что не прошел проверку. «Но, – продолжил он, – роль ваша, так как мы уезжаем в понедельник и никого другого найти не можем».

Сай Эндфилд и Стэнли Бейкер (который был продюсером, а также исполнителем главной роли) представляли себе моего персонажа, лейтенанта Гонвилла Бромхеда, как бесхребетного аристократа, который относился к войне так, будто это была игра на игровых полях Итона. Стэнли хотел, чтобы этот герой был похож на сноба, в отличие от его собственного персонажа. Но я нашел учебник истории с фотографией настоящего лейтенанта Бромхеда в букинистическом отделе магазина на Чаринг-Кросс-Роуд. Его рост составлял около 170 см, он носил черную бороду и совсем не соответствовал образу этого олуха из высшего общества, которого они себе воображали. Я показал фото Бейкеру со словами:

«Послушай, Стэн, я знаю, что твой герой должен в финале победить моего, потому что таков сюжет. Но не будет ли лучше, если он превозможет сильного и уверенного в себе человека, а не парня, который произносит фразы вроде “Приветствую вас, друзья” и все в таком роде?

Такого человека, из которого, как всем известно, Стэнли Бейкер мог бы сделать отбивную? Иначе не случится столкновения характеров, если мой персонаж не будет обладать хотя бы какой-то силой».

Бейкер и Эндфилд обдумали это предложение и согласились с мной. Поэтому мне позволили играть лейтенанта Бромхеда иначе, чем было написано в сценарии. Именно эта роль стала моим первым крупным прорывом. Итак, нам удалось опровергнуть стереотип об офицерах викторианской эпохи как о карикатурных представителях высшего общества.

Картина «Человек, который хотел быть королем»[35], адаптированная по рассказу Редьярда Киплинга, была еще одним фильмом, в котором знание предыстории оказалось незаменимым. Режиссер Джон Хьюстон пытался запустить производство фильма в течение нескольких лет.

На самом деле, было немного обескураживающе узнать, что изначально он хотел выбрать Кларка Гейбла и Хамфри Богарта на роли, которые исполняли мы с Шоном Коннери. Меня пригласили на роль Пичи, а Шон играл Дэнни: мы были парой мерзавцев, бывших сержантов армии королевы Виктории, которые теперь занимались контрабандой оружия в Индии и планировали стать королями в отдаленной гималайской крепости.

Все мы днями напролет обсуждали сценарий перед тем, как начать снимать хоть малую часть, потому что Хьюстон хотел, чтобы мы добились изображения общества викторианского периода. К примеру, Пичи должен был сбросить индийца с движущегося поезда без какой-либо на то причины. С современной точки зрения, это кажется необъяснимым и жестоким поступком. Но с позиций ценностей Викторианской эпохи, это диктаторское отношение к местным было нормой. Более того, Пичи и Дэнни на себе испытали унижения на родине как представители рабочего класса во времена, когда классовые различия в Англии были настолько же сильны, насколько сейчас силен апартеид в Южной Африке. Так что, когда я столкнул этого индийца с поезда, мне нужно было держать в голове, что Пичи тоже мог быть сброшен одним из членов английской аристократии.

Все неустанно говорили Шону и мне, что мы снимаем очередной «Буч Кэссиди и Сандэнс Кид»[36]. Но это было не так. Нет ничего хорошего в том, чтобы подражать чему-то; все, что у вас получится, – лишь блеклая копия.

Но Шон и я довольно быстро пришли к заключению, что нам необходимо действовать сообща, при этом как можно сплоченнее. Ради успеха картины нам пришлось сотрудничать друг с другом во всем. У нас был выбор: или вытеснить один другого и получить индивидуальный крупный план, или использовать его для самых интересных реплик и таким образом улучшить фильм в целом.

Это были наилучшие взаимоотношения, в которых я когда-либо состоял с кем-то из актеров; мы посвящали друг другу все свое время. Именно это помогло нам перевоплотиться в своих персонажей.

Но великий Джон Хьюстон также оказал неоценимую помощь. Он сумел дать описание моего персонажа в одном предложении. Я снимался уже в течение двух дней, когда Хьюстон сказал: «Снято! Майкл, говори быстрее;

он ведь честный человек». Поскольку я говорил медленно, казалось, будто я пытаюсь определить, какое впечатление я произвожу. Наблюдение Хьюстона было абсолютно верным.

Спустя три съемочных дня Хьюстон больше не называл Шона и меня по именам; он звал нас Дэнни и Пичи. Мы достигли состояния, когда не только могли импровизировать в диалоге, но и когда режиссер, который в течение 26 лет вынашивал этот сценарий, позволил нам импровизировать.

«Если вы начинаете кричать и вопить, неважно, по какой причине, вы выглядите нелепо и чувствуете себя глупо, и при этом заслуживаете всеобщего неуважения».

Практически все актеры без исключения помогают друг другу. В киноиндустрии список людей, чья карьера внезапно зашла в тупик, совпадает со списком тех, кто пытался нажить себе врагов или обманывать. Такое поведение недопустимо, потому что режиссер главный на площадке, и он следит за каждым. Он знает, что фальшиво и кто пытается подставить другого. Он увидит это и попытается предотвратить. А если обман остается незамеченным режиссером, зрители почувствуют его подсознательно; они могут не понимать, в чем состоит актерская хитрость, но прислушавшись к инстинкту, они скажут: «Мне не понравился этот актер». Такого рода махинации, которые используют недобросовестные актеры, на самом деле довольно прозрачны. Как и в театре, в кино есть человек, который захватывает внимание зрителей, отходя вглубь сцены так, чтобы другие актеры должны были повернуться спиной к камере, чтобы адресовать ему реплику. Следующий тип – актер, намеренно переводящий фокус на себя: он совершает небольшое движение рукой или слегка поворачивает голову, когда идет запись вашего самого ответственного момента, и таким образом смещает фокус камеры. Также есть актер, который использует менее явные приемы: он замедляет темп, который был выбран на репетиции, растягивает паузы, говорит с колебанием и в целом тянет время в моменты, когда камера направлена на него.

В реальности очень мало кто опускается до этого, и режиссеры обычно не поддерживают такое поведение. Но иногда только другой актер может заметить подобный обман, и тогда я рекомендую вам сражаться с хитрецом его же оружием; это работает безотказно.

Вам не удастся обрести большое влияние, потворствуя настроениям других людей. Если вы ставите себя в позицию поддающегося темпераментам, то заслуживаете всего, что получаете. На съемках фильма «Маг»[37]я вступил в конфронтацию не столько с Энтони Куинном, сколько с его поклонниками. Ежедневно мы получали записку от одной из его помощниц: «Тони сегодня в отличном настроении» или «Будьте осторожны, у Тони сегодня ужасное настроение». Однажды я спросил:

«А он когда-нибудь интересовался, какое настроение у меня?»

Помощница ответила: «А должен?»

«Если вы об этом спрашиваете, – сказал я, – то я мог бы улететь домой следующим рейсом». С этими словами я отправился в аэропорт. Меня уговаривали вернуться, но я не собирался менять решение.

Я категорически против того, чтобы мешать другим людям разыгрывать их представление. Внесите свой вклад, а всех остальных предоставьте режиссеру. Возможно, он ищет качества, о которых вы и не задумывались, или может внести в сцену такие изменения, которые вы себе и представить не могли. Не имеет значения, чем занимаются другие актеры – запинаются, путают свои реплики, – вы должны продолжать играть до самого конца или пока режиссер не скажет: «Снято».

Страхование может показаться обыденной темой. Как оно связано с актерской игрой в кино? Итак, помощник режиссера записывает все, что происходит на съемочной площадке и может послужить причиной задержки, – например, «был дождь» или «дверь слетела с петель». Этот человек также фиксирует опоздание актера, если это случается. Если происходит перерасход средств на снятие фильма и бюджет истощается, продюсер обращается в страховую компанию, где запрашивают документы с пометками помощника режиссера. Если ваше имя фигурирует в них слишком часто, вы можете обнаружить, что вам перестают поступать предложения о работе. Не имеет значения, насколько крупной звездой вы являетесь; история кино помнит много людей, которых не принимали на страхование. Орсон Уэллс, один из величайших талантов кинематографа, не смог вовремя выпустить фильм и в результате получил большие проблемы со сбором средств.

Съемки в фильмах часто предъявляют большие требования к физическим качествам актеров; но актер, который говорит вам, что исполняет все свои трюки сам, скорее всего, просто лжец.

Когда вы получаете ушиб головы, страховая компания тоже получает головную боль.

Но, конечно, ради достоверности некоторых фильмов вам придется развить определенные навыки, и не все они доставят большое удовольствие. Актеры, которые не умеют ездить верхом, обязаны хорошо смотреться на лошади, по крайней мере пока работает камера. Однако они могут упасть уже через пять секунд после команды «снято!». Мне пришлось научиться нырять с аквалангом для съемок картины «Пленники Посейдона»[38]. Я думал, что у меня никогда не получится, потому что страдаю клаустрофобией. Но я справился. И на всякий случай рядом всегда находился профессиональный дайвер. Если я поднимал руку, он поднимал меня на поверхность – было похоже на просьбу отлучиться в туалет.

Очень важно обозначить границы. Если необходимо, вы можете сказать «нет». В конце концов, вы сами себе хозяин. Ваше тело и лицо – все, что вы можете предложить, поэтому вам необходимо следить за своим состоянием. При работе над картиной «Мозг ценой в миллиард долларов»[39], которую снимали в Финляндии, режиссер Кен Рассел хотел, чтобы я прыгнул в прорубь. У меня был финский дублер, поэтому я подошел к нему и сказал:

«Хочешь заработать? Согрейся в сауне, а затем прыгни в эту прорубь».

Он посмотрел на меня в недоумении: «Что?»

Тогда я сказал: «Ты понимаешь, о чем я. Как это делают все финны».

Дублер возразил: «Нет, так никто не делает. Иначе можно получить сердечный приступ».

Итак, он тоже отказался это делать.

В фильме «Остров»[40]я задерживал съемки на несколько часов, отказываясь заходить в воду, потому что там была акула. Режиссер Майкл Ритчи спросил, когда в последний раз я слышал, чтобы кинозвезду съела акула.

Я сказал: «Мне все равно, было это когда-либо или нет; меня больше беспокоит, что это случится впервые. И я не хочу стать первой звездой, которую загрызет акула».

Единственный случай, в котором вас могут попросить исполнить трюк (а именно в этот момент вы не должны соглашаться), – наступление последнего съемочного дня, когда никому нет дела до того, что с вами случится.

В любом случае, если подумать, какой смысл заставлять актера самостоятельно исполнять трюк, если для этого существует специальный человек, который тренировался всю жизнь, чтобы исполнять эту работу? Эгоистично лишать каскадера такой возможности. Поэтому помните, что если актер утверждает, что он сам исполняет все трюки, то он либо лжец, либо эгоист, либо все вместе.

Но однажды вы будете находиться в студии, и специалист по спецэффектам подойдет к вам и скажет что-то вроде этого:

«По команде “мотор!” эта стена будет взорвана, но не волнуйтесь: осколки полетят в противоположную от вас сторону. Крыша упадет, но не беспокойтесь: она точно не рухнет на вас. Пол проломится, и вы упадете в воду с акулой, но не переживайте: мы вырвали ей зубы. Затем, когда вы выберетесь из воды, к вам в брюки заползет ядовитая змея, однако не паникуйте: у нас есть эксперт из зоопарка, и он только что подоил ее».

Тогда вы ему ответите: «Мистер Специалист по Спецэффектам, позвольте мне сначала увидеть, как это сделаете вы».

Он, конечно, скажет: «У нас нет на это времени. Я бы с радостью выполнил вашу просьбу, но вы же понимаете, нам придется переустанавливать взрывчатку, вытаскивать змею из моей штанины, чинить крышу… Все это обойдется в пятнадцать тысяч долларов и уйму потерянного времени, на восстановление уйдет целый день.

Иначе я бы это сделал».

Вы посмотрите на него и скажете: «Сначала все это проделаете вы».

Всегда просите, чтобы вам продемонстрировали выполнение трюка, прежде чем сами станете его делать.

Как ведущему актеру в кино, вам платят за то, чтобы вы взяли в свои руки руководство съемками в первый же день, взвалили эту ношу себе на плечи и с триумфом довели до конца. Но это не дает вам права считать себя примадонной. Я снимался в фильме с еще одним известным актером, и поскольку однажды его ввели в заблуждение и заставили ждать, следующим утром в половине девятого, когда мы все уже находились на съемочной площадке, он прислал сообщение: «Так как вчера вы заставили меня ждать в течение нескольких часов, сегодня я сам собираюсь опоздать ровно на столько же».

Мы не могли начать работу без него, поэтому просто сидели без дела. Все смотрели на меня, потому что я был еще одной звездой; им было интересно, как я отреагирую, когда он в конце концов появится. Когда он пришел, я подозвал его к себе. Я сказал: «Иди сюда». Он смотрел на меня с некоторым опасением, потому что ожидал от меня неприятностей. Я произнес: «Слава богу, что ты так поступил. Я всю ночь не спал, поэтому был чересчур уставшим и не выучил диалог. Я совсем не знал эту сцену. Зато теперь я поспал три часа, изучил текст и все просто замечательно. Дело в том, что сегодня я снова собираюсь на вечеринку; не мог бы ты сделать то же самое и завтра?» Больше он никогда не опаздывал.

Порой я выходил из себя. Я довольно быстро терял самообладание в рабочей ситуации. Тогда я снимался в картине «Война крестоносцев» режиссера Джеймса Клавелла, который побывал в японском плену во время Второй мировой войны. Джеймс выглядит как англичанин, но думает как японец. Однажды я вспылил, и Джеймс смотрел на меня, позволив мне закончить кричать и неистовствовать. Затем он сказал: «Пойдем со мной, Майк. Давай зайдем за угол и присядем». Он усадил меня и стал говорить со мной о японской теории того, как человек теряет свое лицо. Если вы начинаете кричать и вопить, неважно, по какой причине, вы выглядите нелепо и чувствуете себя глупо, и при этом заслуживаете всеобщего неуважения (даже если кричите на режиссера). С этого момента я больше никогда не терял самообладание в рабочей ситуации. И никогда, ни при каких обстоятельствах не повышайте голос на того, кто находится ниже вас по карьерной лестнице. Пользоваться своим преимуществом было бы ужасно несправедливо.

В конце дня вся съемочная команда иногда приходит посмотреть текущий съемочный материал. Я никогда этого не делаю. Все покупают яхты после просмотра этих дублей, а на премьере становятся банкротами. Каждый, с кем бы вы ни стали говорить об этих показах, будет утверждать, что это было прекрасно. Вы спросите у гримера: «Как прошел показ?» – а он ответит: «Просто прекрасно. Ее помада была великолепна». Зададите тот же вопрос художнику по волосам, и он скажет: «Отлично. Вам стоило видеть свой парик. Он был хорош». Каждый видит только свою работу. Если вы отправитесь на просмотр, то будете следить только за собой. Но на самом деле ваш персонаж должен быть для вас незнакомцем, потому что это кто-то другой. Режиссер, если он чего-то стоит, скажет вам, насколько хорошо вы играли, гораздо точнее, чем вы увидите это на показе. К вашему сведению, все, что вы можете вынести из просмотра сырого материала, – находитесь ли вы в фокусе объектива или киномеханик допустил ошибки. Вы должны также помнить, что если вы не посещаете показ, то раньше возвращаетесь домой. Меня даже называли «Спешащим Майком», потому что, как только я слышал «Стоп! Снято!», я покидал съемочную площадку.

Вот последний совет, касающийся моральной составляющей, который я дал бы актерам кино. Я заметил это после того, как стал посещать голливудские вечеринки со знаменитыми актерами и прославленными режиссерами. Всякий раз, когда я приходил в дом актера, его стены были увешаны его собственными фотографиями. Когда же я бывал в доме продюсера, то на стенах видел Лотрека, Ван Гога и Пикассо. Просто держите это в голове.

«Вы должны быть гибкими. Режиссер делает огромное количество планирования и работы на дому, и если после всех этих трудов он решает выбросить все это из окна и снимать спонтанно, то вы должны следовать его указаниям».

По сути, слово режиссера – закон. Поэтому говорят, что фильм – это «среда режиссера». Есть актеры, способные руководить, и есть те, кто не может этим заниматься. Те, кто обладает такой способностью, слушают режиссера и сразу же воплощают в своем исполнении его слова.

Его указания попадают прямо в кровь таких людей. Иногда режиссер находится рядом с вами, беспокоясь о вас на протяжении всей съемки. Это режиссер-актер. Другие вообще не устанавливают связь с актерами; они буквально возлагают на вас ответственность за хорошее исполнение. В таком случае не ожидайте никакой похвалы.

Это единственный знак, который вы получите. Джо Манкевич просто изумителен в этом отношении. Он знает, чего вам следовало бы хотеть, знает, что у вас есть, а также когда вы этим располагаете. Он из тех режиссеров, которые не говорят ни слова, если им нравится, что они наблюдают; но если он начинает вас расспрашивать, то знайте, что у вас не получилось сыграть как надо. Когда он говорит что-то вроде: «Почему ты указал на нее, когда произносил эту реплику?» – у вас проблемы. Это к лучшему, ведь он заметил что-то не совсем правдоподобное в жесте. Манкевич работает с вами, пока вы не встанете на правильный путь. Никакого отдыха. Не пытайтесь этому сопротивляться. Ваша игра должна быть достаточно податливой, чтобы можно было снова и снова придавать ей новую форму вплоть до последнего дубля.

Но не все режиссеры такие, как Джо Манкевич. Бывают хорошие, бывают и плохие; вы почерпнете что-то от каждого. У плохого режиссера можно научиться искусству самодостаточности – играть и поддерживать исполнение других. И это искусство, как и большинство других, основано на ремесле – ремесле настоящего профессионала. Уверенность в себе – часть вашего профессионализма. К лучшему это или к худшему, пока лимузин не перестанет доставлять вас на площадку по утрам, вы привязаны к этому режиссеру. Либо вы научитесь его любить, либо будете притворяться. Однако, если вы все-таки столкнулись с абсолютной пустышкой, вся съемочная группа заходит в гримерку и решает: «Сделаем все сами». Такое случилось со мной при работе в одной из картин (название которой я не буду упоминать). Режиссер витал в своих мыслях и явно был далеко от площадки, было ясно, что для него этот фильм – билет в один конец. Я думаю, что он, возможно, также имел пристрастие к определенным веществам… Итак, мы быстро поняли, какова его позиция, и между собой согласились, что позаботимся обо всем самостоятельно. Впоследствии ему приписывали роль режиссера потрясающего фильма. С другой стороны, как-то раз я работал с режиссером, который был хроническим алкоголиком и в то же время безупречным специалистом. Он был пьян весь день, и никто из нас этого не замечал. Пока он не рухнул в канаву. Но такие крайности случаются очень редко, потому что как только страховая компания внесет эту маленькую характеристику в ваше досье, можно считать, что вашей карьере конец. Они не пишут: «Веселится на вечеринках». Вы выбыли. И «выбыли» не означает «с близлежащей территории» или «из штата». Это имеет всемирное значение, «выбывание» из киносреды. Работники страховой компании в киноиндустрии живут в глобальной деревне, где вы никогда не теряетесь из виду.

Естественно, временами актер и режиссер не соглашаются друг с другом. Я иду на компромисс. Говорю: «Хорошо, мы сделаем иначе, но мы могли бы попробовать и мой способ, а затем сравнить во время просмотра отснятого материала?». Актеру никогда не удается выбрать, какой дубль в итоге будет использован, но он может попросить, чтобы его предпочтение отметили и каждый мог посмотреть на этот дубль. «Да, конечно, это отличная идея», – обычно о ней забывают. Но если режиссер не забыл, дубль будет показан, однако, вероятнее всего, вы обнаружите, что он был прав. Вы действительно не можете оценивать себя так же четко, как это делает режиссер; его восприятие обычно оказывается надежнее, чем ваше чутье. Как бы то ни было, он главный, и вы можете ему доверять. Некоторые актеры не способны уступить или пойти на компромисс. Случаются крупные скандалы. Если вы молодой актер или новичок в кино, я советую вам довериться режиссеру и исполнять свои обязанности: следовать его указаниям.

Разные режиссеры собирают репетиции по различным причинам. Некоторые организуют их для удобства работы оператора в условиях технически сложных съемок. Другие на самом деле назначают репетиции для актеров! Один режиссер делает множество прогонов в течение двух недель, прежде чем приступить к съемке.

Другой репетирует только одну сцену, а затем – бам! – записывает дубль. И делу конец.

Вуди Аллен с самого начала записывает все на пленку, так что репетиция и съемка становятся неразделимыми. Он просто не прекращает снимать. Аллен никогда не снимает крупным планом. Это все единый длинный дубль. Он продолжается бесконечно. В фильме «Ханна и ее сестры»[41]некоторые дубли содержали съемку на 360 градусов, и не просто в павильоне, а в настоящей нью-йоркской квартире, реальном доме. Мы приходили в 8:30, делали разметку и снимали до 20:00, потому что на освещение уходило очень много времени. Вуди репетирует все, до мельчайших деталей; камера становится его микроскопом. Его картины могут выглядеть так, будто их снимали экспромтом, но довести актерскую игру до такого состояния можно только посредством многочисленных репетиций. Во время записи работа идет так же, как и на репетиции – без настройки кадра, что позволяет актерам раскрепоститься и настроиться на творческий лад. Другие режиссеры отказались бы от такого метода работы. К примеру, Джон Хьюстон. Он останавливал камеру посреди съемки мастер-плана, потому что знал, на каком моменте он хотел бы видеть ближний план, и не было необходимости заканчивать съемку общего плана. Менее опытный режиссер, наоборот, продолжил бы съемку на случай, если его намерения изменятся позднее, во время монтажа, но Хьюстон был мастером своего дела. Он принимал все решения еще до начала съемок.

Брайан де Пальма обладает весьма сдержанным характером, но я восхищаюсь им как режиссером и техническим специалистом. Поэтому, когда он предложил мне сыграть в довольно странном хоррор-фильме «Бритва»[42], я посчитал, что эта авантюра может окупиться. Он был очень требователен, часто продолжая снимать, пока не получит то, чего именно хочет. Я помню эпизод на девять страниц, который предполагал поворот камеры на 360 градусов и требовал 26 дублей (рекордное количество для меня); когда мы, актеры, исполняли все правильно, случалась ошибка камеры, и наоборот. Понадобился целый день, чтобы записать этот отрывок.

Иногда режиссер настаивает на большом количестве дублей по причинам, которые не связаны с совершенствованием мастерства. Есть известная история, рассказанная Джеком Хоукинсом о съемках картины «Бен-Гур».

Он и Стивен Бойд разыгрывали сцену, а режиссер Уильям Уайлер все время говорил:

«Нет, давайте еще раз».

Актеры спрашивали: «Что нам следует изменить?»

Уайлер говорил: «Не знаю. Просто сыграйте еще раз».

Двумя днями позднее, когда шел уже 150-й по счету дубль, Уайлер в конце концов произнес:

«Возьмем этот дубль».

Джек вышел из себя: «Мы делали все абсолютно одинаково на протяжении последних ста дублей!»

Тогда Уайлер ответил: «Знаю, но площадка не была подготовлена к следующему эпизоду».

Некоторые режиссеры – известные тираны. Но тирану нужна жертва, а вы обязаны дать ему понять, что вы не из тех, кто подходит на эту роль. Еще до начала моей работы над фильмом «Поторопи закат»[43]я знал, какова была репутация Отто Премингера, которую он заслужил за свою придирчивость. Поэтому при встрече с ним я сказал:

«Вам не следует повышать на меня голос».

Пораженный, он спросил: «Почему вы думаете, что я стал бы?»

Я спокойно ответил: «Мои друзья работали с вами в “Святой Жанне” и сказали, что вы имеете обыкновение кричать».

Он возразил: «Вам не стоит заводить дружбу с плохими актерами, я кричу только на плохих».

Он никогда не повышал на меня голос, потому что я сразу же поднял этот вопрос. У него я научился съемке длинного дубля в кино – семь минут.

Не стоит думать, что не существует режиссеров с мягким характером. Кэрол Рид, например, был настолько тактичным, что скрывал причину, по которой говорил «снято», чтобы уберечь актерское самолюбие. Кэрол всегда носил в ладони гвоздь или монетку, и, когда ему приходилось прерывать сцену из-за того, что все шло не так или актер перепутал слова, он ронял гвоздь на пол и говорил: «Снято. Нам нужна тишина, понимаете. А теперь, раз уж мы все-таки остановились, не могли бы вы повторить эпизод?»

Некоторые режиссеры попросят вас импровизировать во время съемки, исполнять роль экспромтом, что может заставить нервничать того, кто опасается малейших изменений в рабочем плане и отклонений от сценария. Но изменения в сценарии – обычное дело, потому что сценарист не предусмотрел физическую возможность исполнения написанного. Вы должны быть гибкими. Режиссер делает огромное количество планирования и работы на дому, и если после всех трудов он решает выбросить все это из окна и снимать спонтанно, то вы должны следовать его указаниям. Вы не работаете на конвейере. Съемочная площадка в большей степени напоминает трамплин. Даже с тщательно подготовленным Джоном Хьюстоном сценарием фильма «Человек, который хотел быть королем» от нас ожидали импровизации. Я помню один эпизод, в котором я проводил строевую подготовку новобранцев. Они все были арабами и ни слова не понимали по-английски.

Так что я действительно муштровал их, придумывая все по ходу дела. Среди них был один невероятно неумелый человек, что позволило мне разыграть очень веселую сцену.

Этого не случилось бы, если бы я четко следовал сценарию.

Чтобы доказать, что он не является непогрешимым, режиссер в первый день на съемочной площадке положил сценарий на пол и поджег его со словами: «Вот что я о нем думаю». Мы все стояли и смотрели друг на друга. Я был немного озадачен. «Что мы собираемся снимать?» – спросил я. В конце концов режиссер использовал мой экземпляр. Но мне позволили много импровизировать. Мой любимый эпизод – когда я совершаю покупки в супермаркете, общаясь с персонажем М, главой секретной службы. Режиссер дал нам несколько реплик, а дальше мы в течение трех минут разыгрывали спонтанный диалог.

Порой вы самостоятельно инициируете изменения, без просьбы режиссера. На съемках фильма «Мост слишком далеко»[44]мне посчастливилось находиться рядом с человеком, роль которого я должен был исполнять, – с подполковником Джо Ванделером, как раз перед тем, как мне нужно было отдать приказ о вводе танков и бронемашин в бой. Я всегда думал, что по сценарию моя фраза: «Вперед, в наступление, в атаку» – звучит ненатурально, поэтому я спросил подполковника, что именно он сказал в день битвы. На что он мне ответил:

«Я просто тихо сказал в мегафон: “Давайте, пошевеливайтесь”». Эти слова я и произнес. Я чувствовал себя гораздо более уверенно, как актер, который знает, что реплика персонажа была проверена в настоящей схватке.

Если атмосфера непринужденная и персонаж вам соответствует, то импровизировать получается особенно хорошо. Конечно, не стоит слишком увлекаться творчеством и изменять сценарий, если вы не уверены, что ваши идеи действительно улучшат то, что уже написано.

Я снимался в картине «Калифорнийский отель»[45], которая была написана великим американским комедийным сценаристом Нилом Саймоном. Он посетил площадку в первый съемочный день, подошел ко мне и Мэгги Смит и сказал: «Послушайте, если вы думаете о чем-нибудь забавном, импровизируйте, добавьте свои идеи. Но сначала расскажите о них мне. И желательно, чтобы они были смешнее, чем написанные мной». Мы много и долго размышляли. Творческая свобода мучила наше сознание. И само собой, мы не вставили ни единого слова.

Даже если режиссер не занимается монтажом фильма самостоятельно, окончательное решение обязательно остается за ним. Монтаж может изменять темп и ритм представления – фактически для этого он и нужен. Он не только управляет подачей реплики, но и определяет, каким способом на вас будет обращено внимание; неважно, сняли ли вас крупным планом или в составе группы. Монтаж может во многом внести правки в вашу игру, и на этом можно построить или сломать карьеру. Разумеется, худший исход – быть полностью вырезанным из финальной версии, если только ваше исполнение не было настолько плохим, что вам повезло, что его никто не увидит. Тем не менее даже очень хорошее исполнение может быть вырезано, если оно добавляет в фильм лишние элементы, и требуется сократить продолжительность картины.

С другой стороны, посредственное исполнение может быть исправлено умелой рукой режиссера монтажа – темп может быть отрегулирован, и неуклюжие моменты могут быть скрыты или устранены. Попытка придать вашей слегка неуместной реплике остроумие способна создать впечатление, что вы гораздо эффектнее произнесли эту строчку, чем это было на самом деле.

О монтажерах я думаю то же, что и о режиссерах: они знают свое дело. Мы с вами готовы поспорить, что их решения справедливы в отношении всего фильма, и, более того, все, что хорошо для него, хорошо и для нас. Не так давно я дублировал фильм «Без единой улики»[46] и имел возможность увидеть смонтированную версию. В фильме был показан бой на мечах, и когда я увидел это на экране, то сказал: «Вы вырезали самый забавный момент во всем этом фильме – мою замедленную реакцию во время драки». Монтажер ответил: «Я знаю. Ты прав. Это должен был быть самый смешной момент. Но он длился пять секунд». Эта сцена находится в самом конце фильма, когда происходит эмоциональный накал. Мы не можем позволить уделить так много времени на какой-либо момент, каким бы чудесным и уникальным он ни был. Нельзя замедлять течение событий в самом конце комедии. Монтажер прокрутил назад бой на мечах, чтобы продемонстрировать мне, где должна была быть показана моя реакция, и он был прав. Я сожалел о потере этого момента, но его действительно следовало убрать. Режиссер монтажа знает свое дело, и, честно говоря, у меня никогда не возникало мысли: «Если бы они оставили в фильме этот эпизод, я получил бы “Оскар”».

Но независимо от того, насколько хорош монтаж, никто не полагается на то, что с помощью этого процесса удастся избежать неприятностей. Режиссеры хотят, чтобы все было сделано хорошо сразу на площадке. Есть история о Джордже Кьюкоре, который был неотступным в своем стремлении сделать все как следует, и о Джеке Леммоне. Джек должен был приехать в Голливуд из бродвейского театра, а Джордж руководил его первой ролью. Джек исполнял сцену, а Джордж неустанно повторял: «Снято. Меньше, Джек, меньше». И тот играл заново.

В конце концов Джек сказал: «Если я стану показывать еще меньше, то мне придется вообще ничего не делать».

Джордж: «Теперь ты понял!»

«Чтобы быть кинозвездой, нужно найти себя».

«Необязательно добиваться славы в кино. Исходя из моего собственного опыта, обладание большим ее количеством не рекомендуется. Но путь хорошего киноактера – увлекательное и непростое путешествие, и я очень советую вам его совершить».

Я пытаюсь вспомнить, каково это – быть новичком. Однажды я был задействован на съемках в качестве дублера; режиссер объяснял мне, что я должен был делать, когда звездный актер, который в действительности был невысоким, подошел к нам. Приблизившись, он посмотрел мне в грудь и сказал: «Ты уволен, парень». «Что?» – удивился режиссер. Актер повторил: «Он уволен. Возьми свои деньги, парень, и уходи домой». Ему не хотелось, чтобы в фильме снимался кто-либо выше его ростом. Эта старая традиция звездной власти все еще существует, и, к несчастью, ею все еще можно злоупотреблять.

Чтобы быть кинозвездой, нужно найти себя. Я был пареньком-кокни и, очевидно, не вписывался в общее представление о том, каким должен быть актер, поэтому я решил совместить все элементы, которые создавали бы запоминающийся образ. Я бывал в популярных модных местах, в очках и с сигарой во рту. Я стал известен как «парень, который носит очки и курит сигару». Затем стали говорить: «Он играет роли людей из рабочего класса». Внезапно я превратился в «актера, играющего людей из рабочего класса, который носит очки и курит сигару». Впоследствии распространился слух о том, что со мной легко сотрудничать, поэтому я стал «тем самым сговорчивым актером, играющим людей из рабочего класса, который носит очки и курит сигару». Все это было правдой, но я сознательно создавал этот реалистичный образ так, чтобы его замечали все. Я сам занимался тем, что крупные студии делают для актеров, с которыми у них заключен контракт. Я создал образ.

По сути, я пытался развивать свою карьеру таким же образом, как это делают киностудии для своих актеров.

Я снимался настолько много, насколько это было возможно, чтобы набраться опыта. Если вы сидите сложа руки и ждете «большого куша», когда возможность «сорвать» его наконец появится, вы будете не подготовлены к этому. Вы не будете располагать теми мелкими точечными навыками, которые в совокупности формируют большие возможности в долгосрочной перспективе. Как бы удивительно это ни было, успех приходит, когда вы действуете, а не говорите, считая свои реплики, размышляя об оценках. Действуйте, делайте и не живите в ожидании. Некоторые хорошие актеры проводят всю свою жизнь в ожидании подходящей роли. Вы должны сами делать каждую роль такой, будто вы хотели получить именно ее. Постарайтесь развить такую уверенность, которую можно получить только, пройдя через огонь.

Уверенность способствует раскрепощенности. И когда появится крупная роль, вы должны будете использовать 100 процентов ваших способностей и умений. Не позволяйте себе терять 25 процентов эффективности; не теряйте ни единого процента. Будьте полностью готовы к любым возникающим трудностям, полностью понимая свое ремесло, свою работу, себя самого.

У каждой звезды есть определенные обязательства.

Деньги на создание фильма обычно собираются за счет имени известного актера, так как предполагается, что он будет надежен и исполнителен. Он будет нести ответственность за каждую сцену, в которой задействован. Однако это не означает, что он желает украсть весь метраж. Порой люди подходят ко мне со словами: «Ты видел, как актер, исполняющий этого персонажа, украл у тебя сцену?» А я отвечаю: «Слава Богу. Как минимум, я теперь не несу ответственности за эти пять минут».

За пределами съемочной площадки обязанности не заканчиваются: интервью, публичные выступления, продвижение фильма. Я занимаюсь всем этим, так как это часть моей работы. Актерская игра предполагает коммуникацию. Если никто не знает о том, что картина скоро выйдет в прокат, вы не выполнили задачу. Таким образом, для их выполнения вне площадки требуются все те же стандарты надежности, чувства юмора и пунктуальности. Письма от поклонников также важны (обычно на это можно списать расходы). Я не отвечаю на каждое письмо лично, ведь это просто невозможно. Но я оставляю автограф на каждой фотографии – у меня нет секретаря, который подделывал бы мою подпись. Однако есть и такие звезды, которые отказываются заниматься рекламой будущего фильма в силу своего темперамента, но те актеры, которым это сходит с рук, получают такую широкую огласку за отказ сотрудничать, что продюсерская компания, вероятно, рада, что они не станут продвигать картину.

Зависимость от темперамента обычно обусловлена неуверенностью в себе. Настоящие звезды не застенчивы. Они говорят, чего хотят, и обычно получают это. Тех, кто зависит от своего характера, я называю «почти» людьми: они почти умеют играть, почти знают свои реплики, почти всегда пунктуальны, они почти звезды.

Половина моей энергии как исполнителя главной роли уходит на снятие напряжения. Вы задаете настроение на площадке. Когда вы играете главную роль, вас всегда посылают в гримерку за исполнительницей главной женской роли, если она не выходит сама. Все говорят: «Я не могу привести ее, Майкл, ты должен сделать это». Вероятно, она все еще там, потому что ее волосы лежат некрасиво или она недолюбливает режиссера. Однако немногим ведущим актрисам приходится вытаскивать ведущего актера из гримерки.

Я всегда стараюсь установить хорошие взаимоотношения с исполнительницей главной роли. Вы никогда не должны эмоционально привязываться к ней. Это ослабляет вас и вследствие делает слабым фильм. Если вы хотите быть кинозвездой, вы должны быть сделаны из закаленной стали.

Я делаю выбор в пользу того или иного сценария, потому что роль мне подходит и отличается от предыдущей.

Я ищу испытание для своих актерских способностей. Но чем старше я становлюсь, тем сильнее меня интересуют обстоятельства, в которых будет сниматься фильм. Будет ли это картина, снятая на ограниченный бюджет, или мы будем сидеть в глинобитных хижинах Танзании? А может быть, окажемся в музее Георга V в Париже? Я никогда не рассматривал этот аспект кино. Однажды я провел 26 недель в филиппинских джунглях, которые, оглядываясь назад, могли бы быть и тропическим садом в Кью, насколько бы это ни меняло картину. В джунглях не видно неба и общего пейзажа. Все, что вы можете видеть, – джунгли. 26 недель мы жили в недостроенном публичном доме. Предполагалось, что комнаты должны использоваться не более чем в течение двадцати минут за сеанс, поэтому они были обставлены соответствующе. 26 недель в таких комнатах.

При этом ни в одной из них не было девушки. После такого опыта я снялся в фильме «Маг», даже не читая сценарий, потому что январская погода в Англии ужасна, и я имел возможность провести пару недель на юге Франции. Этот выбор был в чем-то ошибочным, но в условиях того климата я был в выигрыше. Я сразу же закрываю сценарий, если он начинается так: «Аляска: наш герой, спотыкаясь, пробирается через снежную бурю…».

Гораздо сложнее сниматься в плохом фильме, нежели в хорошем. Ужасный сценарий приводит к трудностям в игре. Хотя вы все еще можете получить «Оскар» за одну из легчайших работ в вашей актерской карьере, ставшую возможной благодаря гениальному сценарию. Пожалуй, должна быть награда за победу вопреки обстоятельствам.

Но ни в чем нельзя быть уверенным на все сто; вы всегда идете на риск. Судя по первому впечатлению, фильм «Игра на вылет» (довольно успешная картина), в котором главные роли исполняли Лоуренс Оливье и я, выглядел многообещающе; но это была картина с участием всего двух актеров, и такое решение никогда раньше не приносило денег, до тех пор, пока «Игра на вылет» не вышла на экраны.

Когда я анализирую себя как киноактера, то думаю, что частью моего подхода является то, что я не выгляжу как победитель. Поставьте рядом Шона Коннери или Чарльза Бронсона, и вы поймете, что они победители.

Но я выгляжу как неудачник и всегда играл в фильмах неудачников.

Очень важно понимать, какое впечатление вы производите. И не стоит пренебрегать происходящими изменениями или игнорировать их. Когда я был на пороге зрелости, мне прислали сценарий, который я сразу же отправил обратно, потому что роль была недостаточно крупной. Со мной связались и объяснили: «Мы не предполагали, что вы станете играть романтичного юношу; мы думали, что вам подойдет роль отца». В действительности, мне нравится становиться старше. Это гораздо легче дается актерам, чем актрисам. Роли зрелых персонажей лучше всего подходят актерам вроде меня. Я становлюсь старше, и роли взрослеют вместе со мной, как это было у Джорджа К. Скотта и Ли Марвина. Так что мой средний возраст оказывается самым лучшим периодом, потому что я получаю наиболее колоритные роли. Я рад, что перешел к следующему периоду.

Голливудское общество делится на Команду А, Команду Б, Команду В и Команду Весельчаков. В первую группу входят лишь несколько человек: Редфорд, Иствуд, Сталлоне и некоторые студийные специалисты. Я не принадлежу к ним. Эти люди не взаимодействуют с представителями Команд Б и В, так как не хотят, чтобы их просили о помощи с трудоустройством. Однако они общаются с Командой Весельчаков. Я состою в ней. Меня приглашают на ужины, потому что я умею развлекать, и моя жена обладает исключительной красотой, а я достаточно тактичен, чтобы не напрашиваться на работу. Но если бы я был в Команде Б, в которую мог попасть вместо Команды Весельчаков, то не получал бы приглашений.

Другие знаменитости могут стать полезными советчиками. Питер Финч сказал мне, что ему понадобилось тридцать лет, чтобы понять, что не следует слушать чье-то мнение за обедом. Я поддерживаю это утверждение.

Эдди Робинсон, который был моим близким другом, советовал мне покупать картины. Когда он скончался, его коллекция стоила миллионы. И Питер О’Тул говорил мне не исполнять маленькие роли, даже в кинокартинах, которые потенциально получат широкую известность, потому что это сделает из меня актера малых ролей. Он советовал играть центральных персонажей в любых фильмах, даже с плохими сценариями, если понадобится.

Я не склонен к соперничеству. Я не воспринимаю актерскую известность как некое соревнование. Монтгомери Клифт однажды сказал, что зависть другому актеру – это лучший комплимент, который вы могли бы ему сделать.

Клифт считал нормальным испытывать неприязнь к другому исполнителю, так как это все равно что сказать: «Жаль, что это сделал не я». Я не рекомендую актерам смотреть на вещи таким образом. Такое отношение приводит к саморазрушению. Если вы склонны к соперничеству и не всегда побеждаете, вы будете чувствовать горечь. На самом деле, я довольно тщеславен в отношении этого вопроса, так как считаю, что соревновательности не существует – я тот, кто я есть, и либо я нужен таким, либо не подхожу.

Но чувство безопасности не лишает меня благоговения перед некоторыми великими именами в киноиндустрии.

Когда я снимался в фильме «Рой»[47], мой персонаж должен был читать группе лекцию о выживании на ракетной базе неподалеку от Хьюстона, штат Техас. На середине речи я внезапно осознал, кто был моей аудиторией: Генри Фонда, Оливия де Хэвилленд, Фред Макмюррей, Ричард Уидмарк. Я застыл как вкопанный. Это были не актеры, а легенды. Я редко забываю реплики, но находиться в присутствии всех творцов истории кино – для меня это было слишком.

Если говорить о моем будущем в киноиндустрии, в конце концов я хотел бы стать режиссером, но не прямо сейчас. Режиссер начинает работу над картиной за три месяца до начала съемок и продолжает в течение четырех после их окончания. За время, отведенное на создание одного фильма, такой человек, как я, который снимается в огромном количестве кинокартин, мог бы снятся в четырех. Поэтому причина того, что я все еще не являюсь режиссером, проста: деньги.

И по большому счету я думаю, что пойму, когда следует прекратить карьеру актера и стать режиссером, потому что для меня легко определить, является ли человек звездой или его известность идет на спад. Если я знаменитость, мне приносят сценарий и говорят: «Мы знаем, что это о гноме из Австралии, но мы немного изменим его». Если же происходит спад моей карьеры, мне скажут, что я слишком мал ростом, чтобы играть в «Истории Майкла Кейна». Возможно, тогда я начну свой путь в режиссуре.

1950–1959 годы. «BBC Театр воскресным вечером»

Режиссеры Рудольф Картье, Харольд Клэйтон и др., телекомпания BBC Television Centre

1955–1976 годы. «Диксон из Док Грин»

Режиссеры Дуглас Муди, Дэвид Аски и др., телекомпания BBC Television Centre

1955–1974 годы. «ITV Пьеса недели»

Режиссеры Джон Левеллин Мокси, Сирил Коук, Татьяна Ливен, телекомпания Granada Television

1956–1974 годы. «Театр в кресле»

Режиссеры Филип Савилл, Чарльз Джэррот и др., телекомпания ABC Weekend Television

1956–1957 годы. «Приключения сэра Ланселота»

Режиссеры Бернард Ноулз, Лоуренс Хантингтон и др., телекомпания Incorporated Television Company (ITC)

1956 год. «Белокурая грешница»

Режиссер Дж. Ли Томпсон, киностудия Kenwood Productions Ltd.

1956 год. «Берегись, моряк»

Режиссер Гордон Парри, киностудия Remus, Romulus Films Ltd.

1956–1957 годы. «Преступление века»

Режиссер Эндрю Осборн, телекомпания BBC Television Centre

1956 год. «Гора в Корее»

Режиссер Джулиан Эмис, киностудия Wessex Film Productions Ltd.

1957 год. «Кровавые деньги»

Режиссер Ральф Нельсон, телекомпания BBC Television Centre

1957 год. «Как убить богатого дядюшку»

Режиссер Найджел Патрик, кинокомпания Warwick Film Productions Ltd.

1958 год. «Паспорт позора»

Режиссер Элвин Ракофф, киностудия British Lion Films / United Co-Productions

1958 год. «И с гордостью пишите ее имя»

Режиссер Льюис Гилберт, киностудия Angel Productions

1958 год. «Слабое место»

Режиссер Питер Максвелл, киностудия Butcher’s Film Service

1958 год. «Ключ»

Режиссер Кэрол Рид, кинокомпания Columbia Pictures Corporation / Open Road Films

1958 год. «Загадочная женщина»

Режиссер Эрнест Моррис, киностудия Danziger Productions Ltd.

1958 год. «Двуглавый шпион»

Режиссер Андре Де Тот, кинокомпания Columbia Pictures Corporation / Sabre Film Production

1959 год. «В опасности»

Режиссер Дон Чаффи, киностудия British Lion Film Corporation / Colin Lesslie Productions

1959–1965 годы. «Таинственный театр Эдгара Уоллеса»

Режиссеры Джон Левеллин Мокси, Роберт Тронсон и др., киностудия Merton Park Studios Ltd.

1959–1961 годы. «Странствующий рыцарь»

Режиссеры Грэхэм Эванс, Дуглас Херн и др., телекомпания Granada Television

1960–1961 годы. «Крайний срок – полночь»

Режиссеры Джеффри Незеркотт, Уилфред Идс и др., телекомпания Associated Television (ATV)

1960–1963 годы. «BBC: Пьеса воскресного вечера»

Режиссеры Наоми Кэйпон, Рудольф Картье и др., телекомпания BBC Television Centre

1960 год. «Мистер Питкин: Порода бульдог»

Режиссер Роберт Эшер, киностудия The Rank Organisation Film Productions Ltd.

1960 год. «Убежище в Каире»

Режиссер Джон Мокси, кинокомпания Paramount Pictures Corporation / киностудия Omnia Films

1961 год. «День, когда загорелась Земля»

Режиссер Вэл Гест, киностудия British Lion Films / Pax Films

1961 год. «Драма 61–67»

Режиссеры Кристофер Морахэн, Квентин Лоуренс и др., телекомпания Associated Television (ATV)

1961 год. «Отделение»

Режиссер Джон МакГрат, телекомпания BBC Television Centre

1962 год. «Соло для воробья»

Режиссер Гордон Флеминг, киностудия Merton Park Studios

1963 год. «Премьера»

Режиссер Алан Бриджес, Джон Джейкобс и др., телекомпания BBC Television Centre

1963 год. «Правосудие в ненадежных руках»

Режиссер Клифф Оуэн, кинокомпания Robert Velaise Productions / Romulus Films.

1964 год. «Зулусы»

Режиссер Сай Эндфилд, кинокомпания Paramount Pictures / Diamond Films

1964 год. «Гамлет»

Режиссер Филип Савилл, телекомпания BBC Television Centre

1965 год. «Досье Ипкресс»

Режиссер Сидни Дж. Фьюри, киностудия Lowndes Productions Limited

1966 год. «Другой ящик»

Режиссер Брайан Форбс, кинокомпания Columbia Pictures Corporation / киностудия Salamander Film Productions

1966 год. «Элфи»

Режиссер Льюис Гилберт, кинокомпания Paramount Pictures Corporation

1966 год. «Гамбит»

Режиссер Рональд Ним, киностудия Universal Pictures

1966 год. «Похороны в Берлине»

Режиссер Гай Хэмилтон, кинокомпания Paramount Pictures Corporation / Lowndes Productions

1967 год. «Поторопи закат»

Режиссер Отто Премингер, киностудия Otto Preminger Films

1967 год. «Сегодня вечером давайте все займемся в Лондоне любовью»

Режиссер Питер Уайтхед, киностудия Lorrimer Films

1967 год. «Мозг ценой в миллиард долларов»

Режиссер Кен Рассел, кинокомпания United Artists / киностудия Lowndes Productions Limited

1967 год. «Семь раз женщина»

Режиссер Витторио Де Сика, кинокомпания Embassy Pictures Corporation

1967 год. «Хохмы Роуэна и Мартина»

Режиссеры Гордон Уайлз, Марк Уоррен и др., киностудия George Schlatter-Ed Friendly

1968 год. «Маг»

Режиссер Гай Грин, киностудия Blazer Films

1968 год. «Смертельное падение»

Режиссер Брайан Форбс, киностудия 20th Century-Fox / Salamander Film Productions

1968 год. «Грязная игра»

Режиссер Андре Де Тот, кинокомпания United Artists

1969 год. «Итальянская работа»

Режиссер Питер Коллинсон, киностудия Lowndes Productions Limited

1969 год. «Битва за Англию»

Режиссер Гай Хэмилтон, киностудия Spitfire Productions

1969 год. «Мужской род»

Режиссеры Чарльз Джэррот, Энтони Пейдж, телекомпания Independent Television (ITV)

1969 год. «Театр субботнего вечера на ITV»

Режиссеры Джон Джейкобс, Марк Миллер и др., телекомпания Independent Television (ITV)

1970 год. «Слишком поздно, герой»

Режиссер Роберт Олдрич, телекомпания The American

Broadcasting Company (ABC) / кинокомпания Cinerama Releasing Corporation

1970 год. «Симон Симон»

Режиссер Грэм Старк, киностудия Hemdale / Shillingford Associates

1971 год. «Война крестоносцев»

Режиссер Джеймс Клавелл, телекомпания The American Broadcasting Company (ABC) / кинокомпания Cinerama Releasing Corporation

1971 год. «Убрать Картера»

Режиссер Майк Ходжис, кинокомпания Metro-Goldwyn-Mayer (MGM)

1972 год. «Зи и компания»

Режиссер Брайан Дж. Хаттон, кинокомпания Columbia Pictures Corporation

1971 год. «Похищенный»

Режиссер Делберт Манн, кинокомпания American International Productions (AIP)

1972 год. «Дешевое чтиво»

Режиссер Майк Ходжис, кинокомпания United Artists Entertainment

1972 год. «Игра на вылет»

Режиссер Джозеф Л. Манкевич, киностудия 20th Century Studios, Inc. / Palomar Pictures

1974 год. «Марсельский контракт»

Режиссер Роберт Пэрриш, кинокомпания American International Productions (AIP)

1974 год. «Черная мельница»

Режиссер Дон Сигел, киностудия Universal Pictures

1975 год. «Заговор Уилби»

Режиссер Ральф Нельсон, кинокомпания United Artists

1975 год. «Соглядатай»

Режиссер Питер Хайамс, киностудия 20th Century Fox Film Corporation

1975 год. «Романтичная англичанка»

Режиссер Джозеф Лоузи, киностудия Angel Productions

1975 год. «Человек, который хотел быть королем»

Режиссер Джон Хьюстон, кинокомпания Columbia Pictures Corporation

1976 год. «Орел приземлился»

Режиссер Джон Стерджес, телекомпания ITC Entertainment / киностудия Associated General Films

1976 год. «Гарри и Уолтер следуют в Нью-Йорк»

Режиссер Марк Райделл, кинокомпания Columbia Pictures Corporation

1977 год. «Мост слишком далеко»

Режиссер Ричард Аттенборо, кинокомпания United Artists

1977 год. «Серебряные медведи»

Режиссер Иван Пассер, киностудия EMI Films

1978 год. «Рой»

Режиссер Ирвин Аллен, кинокомпания Warner Bros. Pictures

1978 год. «Калифорнийский отель»

Режиссер Херберт Росс, кинокомпания Columbia Pictures Corporation

1978 год. «The Road to Eltham»

Режиссер Теренс Диксон, телекомпания Thames Television

1979 год. «Ашанти»

Режиссер Ричард Флейшер, кинокомпания Columbia Pictures Corporation / Warner Bros. Pictures

1979 год. «Пленники Посейдона»

Режиссер Ирвин Аллен, кинокомпания Warner Bros. Pictures

1980 год. «Остров»

Режиссер Майкл Ритчи, киностудия Universal Pictures

1980 год. «Бритва»

Режиссер Брайан Де Пальма, кинокомпания American Intetnational Pictures (AIP) / Filmways Pictures

1981 год. «Рука»

Режиссер Оливер Стоун, кинокомпания Warner Bros. Pictures / Orion Pictures

1981 год. «Победа»

Режиссер Джон Хьюстон, кинокомпания Paramount Pictures

1982 год. «Смертельная ловушка»

Режиссер Сидни Люмет, киностудия Warner Bros. Pictures

1983 год. «Воспитание Риты»

Режиссер Льюис Гилберт, кинокомпания Columbia Pictures

1983 год. «Почетный консул»

Режиссер Джон Маккензи, киностудия Paramount Pictures

1983 год. «Человек-загадка»

Режиссер Теренс Янг, киностудия Evangrove

1983 год. «Во всем виноват Рио»

Режиссер Стэнли Донен, кинокомпания 20th Century-Fox / Sherwood

1985 год. «Вода»

Режиссер Дик Клемент, киностудия HandMade Films / Rank Film Distributors

1985 год. «Завещание Холкрофта»

Режиссер Джон Франкенхаймер, киностудия Universal Pictures / Holcroft Films

1986 год. «Ханна и ее сестры»

Режиссер Вуди Аллен, кинокомпания Orion Pictures

1986 год. «Сладкая свобода»

Режиссер Алан Алда, киностудия Universal Pictures

1986 год. «Улица полумесяца»

Режиссер Боб Свэм, киностудия 20th Century-Fox / RKO Pictures

1986 год. «Мона Лиза»

Режиссер Нил Джордан, киностудия Island Pictures / HandMade Films

1986 год. «Предатель»

Режиссер Саймон Лэнгтон, киностудия U.K. Productions Entity

1987 год. «Четвертый протокол»

Режиссер Джон Маккензи, киностудия Lorimar Television

1987 год. «Идти на уступки»

Режиссер Джерри Белсон, киностудия Warner Brothers / Cannon Group

1987 год. «Челюсти 4: Месть»

Режиссер Джозеф Сарджент, киностудия Universal Pictures

1988 год. «Без единой улики»

Режиссер Том Эберхардт, кинокомпания Orion Pictures / Incorporated Television Company (ITC)

1988 год. «Отпетые мошенники»

Режиссер Фрэнк Оз, кинокомпания Orion Pictures

1988 год. «Джек-потрошитель»

Режиссер Дэвид Уикс, киностудия Euston Films

1990 год. «Удар по системе»

Режиссер Ян Эглсон, кинокомпания Corsair / Brigand Films

1990 год. «В яблочко!»

Режиссер Майкл Уиннер, киностудия Columbia Pictures / 21st Century Film

1990 год. «Мистер Судьба»

Режиссер Джеймс Орр, кинокомпания Walt Disney Pictures /

Buena Vista Pictures

1990 год. «Джекилл и Хайд»

Режиссер Дэвид Уикс, кинокомпания King Phoenix Entertainment

1992 год. «Безумные подмостки»

Режиссер Питер Богданович, киностудия Touchstone Pictures / кинокомпания Walt

Disney Studios Motion Pictures

1992 год. «Голубой лед»

Режиссер Рассел Малкэй, кинокомпания HBO Films

1992 год. «Рождественская сказка Маппетов»

Режиссер Брайан Хенсон, кинокомпания Walt Disney Pictures

1993 год. «Хохмы Роуэна и Мартина: 35-ая годовщина»

Режиссер Джордж Шлэттер, телекомпания The Editing Company

1994 год. «В смертельной опасности»

Режиссер Стивен Сигал, киностудия Warner Bros. Pictures

1994 год. «Вторая Мировая война: Когда рычали львы»

Режиссер Джозеф Сарджент, киностудия World International Network (WIN)

1995 год. «Экспресс до Пекина»

Режиссер Джордж Михалка, киностудия Harry Palmer Productions

1995 год. «Полночь в Санкт-Петербурге»

Режиссер Дуглас Джексон, киностудия Harry Palmer Productions, Limited / Ленфильм

1996 год. «Кровь и вино»

Режиссер Боб Рейфелсон, киностудия Searchlight Pictures

1997 год. «Противостояние»

Режиссер Джозеф Сарджент, кинокомпания Hallmark Entertainment

1997 год. «20 000 лье под водой»

Режиссер Род Харди, телекомпания Village Roadshow Pictures Television

1997 год. «Создание фильма»: «20000 лье под водой»

Режиссер Крис Браун, телекомпания ABC Capital Cities Television Network

1998 год. «Бег тени»

Режиссер Джеффри Рив, телекомпания Majestic Films & Television

1998 год. «Голосок»

Режиссер Марк Херман, кинокомпания Miramax Films

1999 год. «Правила виноделов»

Режиссер Лассе Халльстрём, кинокомпания Miramax Films

1999 год. «Должники»

Режиссер Эви Куэйд

1977 год. «Новогодняя история»

Режиссер Питер Йетс, киностудия Longfellow Pictures

2000 год. «Билли-Фингал»

Режиссер Джон Ирвин, киностудия Geoff Reeve Films

2000 год. «Убрать Картера»

Режиссер Стефен Т. Кэй, киностудия Warner Bros. Pictures

2000 год. «Перо маркиза де Сада»

Режиссер Филип Кауфман, киностудия Fox Searchlight Pictures

2000 год. «Мисс Конгениальность»

Режиссер Дональд Питри, киностудия Castle Rock Entertainment / Warner Bros. Pictures

2001 год. «Последние желания»

Режиссер Фред Скеписи, киностудия Scala Productions

2002 год. «Тихий американец»

Режиссер Филлип Нойс, киностудия Miramax Films

2002 год. «Остин Пауэрс: Голдмембер»

Режиссер Джей Роуч, киностудия Gratitude International

2003 год. «Зыбучие пески»

Режиссер Джон Маккензи, кинокомпания First Look Studios

2003 год. «Актеры»

Режиссер Конор МакФерсон, киностудия Miramax Films

2003 год. «Свобода: наша история»

Режиссер Филип Кунхард III, Питер У. Кунхардт, Нэнси Стейнер, киностудия Kunhardt Films

2003 год. «Приговор»

Режиссер Норман Джуисон, киностудия Serendipity Point Films

2003 год. «Подержанные львы»

Режиссер Тим МакКэнлис, киностудия New Line Cinema

2004 год. «Свихнувшиеся»

Режиссер Джордан Робертс, киностудия Warner Independent Pictures

2005 год. «Синоптик»

Режиссер Гор Вербински, кинокомпания Paramount Pictures

2005 год. «Колдунья»

Режиссер Нора Эфрон, кинокомпания Columbia Pictures

2005 год. «Бэтмен: Начало»

Режиссер Кристофер Нолан, киностудия Warner Bros. Pictures

2006 год. «Престиж»

Режиссер Кристофер Нолан, киностудия Warner Bros. Pictures

2006 год. «Дитя человеческое»

Режиссер Альфонсо Куарон, киностудия Universal Pictures

2007 год. «Сыщик»

Режиссер Кеннет Брана, кинокомпания Sony Pictures Classics

2007 год. «Без изъяна»

Режиссер Майкл Рэдфорд, кинокомпания Magnolia Pictures

2008 год. «Темный рыцарь»

Режиссер Кристофер Нолан, киностудия Warner Bros. Pictures

2008 год. «Есть там кто-нибудь?»

Режиссер Джон Краули, киностудия BBC Films

2009 год. «Месть Гарри Брауна»

Режиссер Дэниэл Барбер, киностудия Lionsgate

2010 год. «Начало»

Режиссер Кристофер Нолан, киностудия Warner Bros. Pictures

2012 год. «Путешествие 2: Таинственный остров»

Режиссер Брэд Пейтон, кинокомпания Moving Picture Company

2012 год. «Темный рыцарь: Возрождение легенды»

Режиссер Кристофер Нолан, киностудия Warner Bros. Pictures

2013 год. «Последняя любовь мистера Моргана»

Режиссер Сандра Неттельбек, кинокомпания Bavaria Pictures

2013 год. «Иллюзия обмана»

Режиссер Луи Летерье, киностудия Summit Entertainment

2014 год. «Обитель проклятых»

Режиссер Брэд Андерсон, кинокомпания Icon Productions

2014 год. «Интерстеллар»

Режиссер Кристофер Нолан, киностудия Paramount Pictures / Warner Bros. Pictures

2015 год. «Молодость»

Режиссер Паоло Соррентино, киностудия Pathé

2015 год. «Kingsman: Секретная служба»

Режиссер Мэттью Вон, киностудия Marv Films / 20th Century Fox

2015 год. «Последний охотник на ведьм»

Режиссер Брек Эйснер, киностудия Summit Entertainment

2016 год. «Иллюзия обмана 2»

Режиссер Джон М. Чу, киностудия Summit Entertainment

2016 год. «Уйти красиво»

Режиссер Зак Брафф, кинокомпания Metro-Goldwyn-Mayer (MGM) /

Warner Bros. Pictures

2017 год. «Дорогой диктатор»

Режиссер Лиза Аддарио, Джо Сиракьюз, киностудия Hector Coup

2018 год. «Король воров»

Режиссер Джеймс Марш, киностудия StudioCanal / Working Title Films

2018 год. «Обитатели холмов»

Режиссер Ноам Мурро, телекомпания BBC Television Centre

2020 год. «Бестселлер»

Режиссер Лина Росслер, кинокомпания Wishing Tree Productions

2020 год. «Довод»

Режиссер Кристофер Нолан, кинокомпания Warner Bros. Pictures

2020 год. «Питер Пэн и Алиса в стране чудес»

Режиссер Бренда Чепмен, кинокомпания Endurance Media

2021 год. «Афера Оливера Твиста»

Режиссер Мартин Оуэн, кинокомпания MEP Capital

2022 год. «Средневековье»

Режиссер Петр Якл, кинокомпания Double Tree Entertainment

2023 год. «Великий беглец»

Режиссер Оливер Паркер, киностудия BBC film / кинокмпания Pathé / Warner Bros. Pictures

Эта книга частично основана на стенограмме высказываний Майкла Кейна, которые он озвучил в ходе двухдневного курса по актерскому мастерству в кино, записанного для телевидения компанией Dramatis Personae Ltd. совместно с BBC. Видео «Актерская игра в кино» – это один из серии мастер-классов, в котором продемонстрированы практические советы по использованию актерских приемов. Каждый эпизод относится к конкретному жанру (например, опера или фильм) или к определенному типу драмы (например, комедия нравов или фарс). Каждый урок проводится признанным мастером жанра. Эксперт обсуждает и репетирует с небольшой группой актеров сцены, прописанные в сценарии. Приглашенные слушатели наблюдают за развитием работы и имеют возможность задавать вопросы.

Майкл Кейн, родился 14 марта 1933 года в Южном Лондоне под именем Морис Джозеф Миклуайт. Его отец был грузчиком на рыбном рынке Billingsgate, а мать трудилась уборщицей. Их семья была бедной и жила в двухкомнатной квартире с газовым освещением, пока бомбежки блицкрига не вынудили его вместе с младшим братом Стэнли эвакуироваться в безопасное место на ферму в Норфолке. После войны, когда Майклу было 12 лет, его семья переехала в сборный дом в лондонском Ист-Энде.

Кейн не стал следовать ожиданиям своей семьи, что он станет грузчиком на рыбном рынке. Бросив школу в 16 лет, он был чернорабочим на многих предприятиях, пока Национальная служба Королевских фузильеров не призвала его на службу в Корее. После увольнения он днями напролет занимался физическим трудом, но вечернее время использовал для изучения актерского мастерства. Первая работа, которую Майкл Кейн получил в театре, – должность помощника режиссера в Хоршеме, графство Сассекс, вскоре после чего ему удалось устроиться в репертуарный театр Лоустофта в Саффолке в качестве главного исполнителя юных персонажей. Здесь он женился на исполнительнице главной роли Патриции Хейнс, но спустя два года они расстались. Патриция Хейнс скончалась. У них была дочь Доминик (более известная как Ники), которая сейчас замужем; Кейн поддерживает с ней близкие отношения.

Уверенность в себе и смена имени на Майкла Кейна (состоящее из его псевдонима и одного слова из «Восстания “Кейна”», которое привлекло его на афише кинотеатра) сподвигли актера на переезд в Лондон, где он играл в театральной мастерской под руководством Джоан Литтлвуд. Он исполнил второстепенную роль в фильме «Гора в Корее» и получил эпизодические роли в других картинах, а также в паре пьес Уэст-Энда.

Гастролируя по Великобритании сначала с одной, а затем с другой репертуарной труппой, Кейн сумел развить раскрепощенность на сцене и отточил подражание большому количеству акцентов. В течение следующих пяти лет он сыграл более чем в ста телевизионных драмах, и его лицо стало знакомым, но все еще безымянным для миллионов людей. Это были трудные годы, которые Майкл провел с соседями по комнате – Теренсом Стэмпом и композитором Джоном Бэрри.

После Майкл стал дублером Питера О’Тула в роли рядового Бэмфорта в популярной лондонской постановке «Длинный, короткий и высокий», а после ухода О’Тула Кейн взял роль на себя и в течение шести месяцев гастролировал по провинциям. Впоследствии его роли на телевидении и в кино стали более солидными.

Поворотный момент в карьере Майкла Кейна наступил в 1968 году, когда в возрасте тридцати лет он получил роль изнеженного аристократичного лейтенанта Гон-вилла Бромхеда в постановке Джозефа Э. Левина «Зулусы». В сценарии персонаж был описан абсолютным кретином, но Кейн исполнил роль безукоризненно, изобразив человека, который был слабым, но считал себя сильным. Он превратил эту второстепенную роль в главную и, по мнению критиков, приковал к себе все внимание зрителя.

Навсегда покинув ряды безымянных актеров, Майкл Кейн сыграл Гарри Палмера, модного, но дотошного антагониста шпионского триллера «Досье Ипкресс», кассовые сборы с которого превзошли все ожидания. Его сдержанный стиль актерской игры снова получил похвалу критиков.

В 1966 году фильм «Элфи», в котором Кейн сыграл развязного расточительного кокни с невинным видом и дерзким юмором, принес ему славу суперзвезды. По итогам ежегодного опроса британских кинокритиков, «Элфи» был признан лучшей картиной года. Этот фильм также принес актеру его первый «Оскар» и Премию Нью-Йоркского общества кинокритиков в номинации «Лучший актер». В конце шестидесятых Кейн сыграл в фильмах: «Гамбит» с Ширли Маклейн, «Похороны в Берлине», «Мозг ценной в миллиард долларов», «Поторопи закат» режиссера Отто Премингера, «Семь раз женщина» под руководством Витторио Де Сика, «Смертельное падение», «Итальянская работа» и «Битва за Англию». Он получил главную роль в картине Роберта Олдрича «Слишком поздно, герой» и сразу после этого был приглашен сыграть в «Войне крестоносцев» Джеймса Клавелла.

В семидесятые годы Майкл снялся в «Зи и компании» с Элизабет Тейлор, в «Дешевом чтиве» с Микки Руни и Лизабет Скотт, в «Игре на вылет» (за который был удостоен второй номинации на «Оскар») с Лоуренсом Оливье, в «Заговоре Уилби» с Сидни Пуатье, в «Романтичной англичанке» с Глендой Джексон, в картине «Человек, который хотел быть королем» с Шоном Коннери, а также в фильме «Гарри и Уолтер следуют в Нью-Йорк» с Джеймсом Кааном и Элиоттом Гулдом, в «Калифорнийском отеле» с Мэгги Смит, в киноленте «Рой» с Оливией де Хэвилленд и Ричардом Уидмарком.

В 1980-е Кейн принял участие в 21 фильме, в числе которых «Бритва» (режиссер Брайан Де Пальма), «Победа» (Джон Хьюстон), «Рука» (Оливер Стоун), «Смертельная ловушка» (Сидни Люмет), «Воспитание Риты» (Льюис Гилберт) – за него Майкл Кейн получил премию «Золотой глобус» за лучшую мужскую роль, а также получил свой третий «Оскар», – «Во всем виноват Рио» (Стэнли Донен), «Завещение Холкрофта» (Джон Франкенхаймер), «Ханна и ее сестры» (Вуди Аллен) – картина, которая принесла актеру «Оскар» за лучшую мужскую роль второго плана, – «Сладкая свобода» (Алан Алда), «Отпетые мошенники» (Фрэнк Оз) – за роль в этом фильме он был награжден премией «Золотой глобус» за лучшую мужскую роль в комедии.

Майкл Кейн вернулся на телевидение впервые за минувшие двадцать лет в 1986 году, чтобы исполнить главную роль в четырехчасовом мини-сериале «Джек Потрошитель», который в Великобритании получил самые высокие рейтинги за всю историю драмы.

В 1992 году вместе со своим партнером, ведущим американским продюсером Мартином Брегманом, Майкл Кейн основал кинокомпанию «М&М Productions» для создания фильмов в Великобритании, режиссером или исполнителем главной роли которых был бы он сам. Первая картина, выпущенная компанией, – «Голубой лед» режиссера Рассела Малкэя с Шоном Янгом в роли первого плана.

В 1992 году Майкл Кейн был удостоен Ордена Британской империи за гражданские заслуги (Ордена Командора).

Его автобиография, книга «О чем это все?», была опубликована издательством Turtle Bay Books в ноябре 1992 года.

В числе последних фильмов Кейна картина «Кровь и вино» с Джеком Николсоном (февраль 1997 года) и телефильм «Противостояние» с Сидни Пуатье. Будучи ресторатором, Майкл Кейн является совладельцем ресторанов Langan’s Brasserie, Langan’s Bistro и Odin’s в Лондоне. В ноябре 1992 года состоялось открытие его последнего предприятия The Canteen в лондонском районе Челси-Харбор. Первое американское предприятие Кейна – тропическая пивоварня в Саут-Бич Майами, штат Флорида.

Майкл Кейн состоит в браке с Шакирой Бакш, красавицей из Гайаны, которая заняла второе место на конкурсе «Мисс Вселенная». Они поженились в Лас-Вегасе, штат Невада, 8 января 1973 года, и их дом находится в Уоллингфорде, графство Оксфордшир.

«Гамбит», США, 1966 год, реж. Рональд Ним. – Прим. науч. ред.

Майкл Стивен Овитц – американский бизнесмен. Один из самых влиятельных агентов по поиску талантов, был соучредителем агентства Creative Artists Agency. – Прим. науч. ред.

Кокни (англ. cockney, буквально – «петушиное яйцо») – 1) пренебрежительно-насмешливое прозвище уроженца Лондона из средних и низших слоев населения; 2) диалект, на котором говорят представители этих слоев. Согласно поверью, истинным кокни считается тот, кто родился в пределах слышимости колоколов церкви Сент-Мэри-ле-Боу в Лондоне. – Прим. пер.

«Гроздья гнева», США, 1940 год, реж. Джон Форд. – Прим. науч. ред.

«В порту», США, 1954 год, реж. Элиа Казан. – Прим. науч. ред.

«Восстание на “Кейне”» – роман американского писателя Германа Воука (1915–2019). Далее речь идет о его экранизации 1954 года, реж, Эдвард Дмитрик. – Прим. науч. ред.

20 футов = 6 метров. – Прим. пер.

«Тит Андроник», вероятно, является самой ранней трагедией Шекспира (первая публикация – 1594 год). – Прим. науч. ред.

«День, когда загорелась Земля», Великобритания, 1961 год, реж. Вэл Гест. – Прим. науч. ред.

В оригинале: “To bum or not to bum, that is the question!” (Вместо «To be or not to be…»). – Прим. пер.

«Похищенный», Великобритания, 1971 год, реж. Делберт Манн. – Прим. науч. ред.

Малл (англ. Mull) – остров в составе архипелага Внутренние Гебриды, в западной части Шотландии. – Прим. науч. ред.

SW16 – почтовый индекс в Лондоне. – Прим. пер.

«Зулусы», Великобритания, 1964 год, реж. Сай Эндфилд. – Прим. науч. ред.

Зулусы – это один из крупнейших народов южной Африки. – Прим. науч. ред.

«Игра на вылет», Великобритания, США, 1972 год, реж. Джозеф Лео Манкевич. – Прим. науч. ред.

Орсон Уэллс (1915–1985) – американский режиссер, актер, сценарист и продюсер, наиболее известный по фильму «Гражданин Кейн» (1941), признанному одним из величайших в истории кино. – Прим. науч. ред.

«Элфи», Великобритания, 1966 год, реж. Льюис Гилберт. – Прим. науч. ред.

Хондо – персонаж Джона Уэйна в одноименном фильме 1953 года. (США, реж. Джон Фэрроу). – Прим. науч. ред.

«Воспитание Риты», Великобритания, 1983 год, реж. Льюис Гилберт. – Прим. науч. ред.

«Королева Кристина», США, 1933 год, реж. Рубен Мамулян. – Прим. науч. ред.

«Остров сокровищ», Великобритания, США, 1950 год, реж. Байрон Хэскин. – Прим. науч. ред.

Слова “elevator” и “lift” обозначают одно и то же понятие (рус. «лифт»); первое используется в американском варианте английского языка, второе – в британском. Аналогичное правило действует в отношении пар слов “sidewalk” и “pavement” (рус. «тротуар»), “apartment” и “flat” (рус. «квартира») – американский и британский варианты соответственно. – Прим. пер.

«Досье Ипкресс», Великобритания, 1965 год, реж. Сидни Дж. Фьюри. – Прим. науч. ред.

«Убрать Картера», Великобритания, 1971 год, реж. Майк Ходжис. – Прим. науч. ред.

«Война крестоносцев», Великобритания, США, 1971 год, реж. Джеймс Клавелл. – Прим. науч. ред.

«Орел приземлился», Великобритания», 1976 год, реж. Джон Стёрджес. – Прим. науч. ред.

Сара Бернар (1844–1923) – французская актриса конца XIX – начала XX века, одна из самых известных театральных звезд своего времени. – Прим. науч. ред.

«Джек Бенним» (англ. The Jack Benny Program) – теле- и радиошоу популярного американского комика Джека Бенни. Программа выходила на протяжении более чем 30 лет. Считается одним из самых заметных явлений американской комедии XX века. – Прим. науч. ред.

«Моя прекрасная леди», США, 1964 год, реж. Джордж Кьюкор. – Прим. науч. ред.

«Голубой ангел», Германия, 1930 год, реж. Джозеф фон Штернберг. – Прим. науч. ред.

«Смертельная ловушка», США, 1982 год, реж. Сидни Люмет. – Прим. науч. ред.

«Романтичная англичанка», Великобритания, Франция, 1975 год, реж. Джозеф Лоузи. – Прим. науч. ред.

Итонский акцент – это разговорная манера речи, которая ассоциируется с выпускниками престижного Итонского колледжа и считается одним из вариантов аристократичного, утонченного английского произношения. – Прим. науч. ред.

«Человек, который хотел быть королем», Великобритания, США, 1975 год, реж. Джон Хьюстон. – Прим. науч. ред.

Фильм «Бутч Кэссиди и Сандэнс Кидд» (США, 1969 год, реж. Джордж Рой Хилл) считается классическим примером жанра buddy film – повествований о двух напарниках, связанных дружбой и общими приключениями. – Прим. науч. ред.

«Маг», Великобритания, 1968 год, реж. Гай Грин. – Прим. науч. ред.

«Пленники Посейдона», США, 1979 год, реж. Ирвин Аллен. – Прим. науч. ред.

«Мозг ценой в миллиард долларов», Великобритания, 1967 год, реж. Кен Рассел. – Прим. науч. ред.

«Остров», США, 1980 год, реж. Майкл Ритчи. – Прим. науч. ред.

«Ханна и ее сестры», США, 1986 год, реж. Вуди Аллен. – Прим. науч. ред.

«Бритва», США, 1980 год, реж. Брайан де Пальма. – Прим. науч. ред.

«Поторопи закат», США, 1967 год, реж. Отто Премингер. – Прим. науч. ред.

«Мост слишком далеко», США, Великобритания, 1977 год, реж. Ричард Аттенборо. – Прим. науч. ред.

«Калифорнийский отель», США, 1978 год, реж. Херберт Росс. – Прим. науч. ред.

«Без единой улики», Великобритания, 1988 год, реж. Том Эберхардт. – Прим. науч. ред.

«Рой», США, 1978 год, реж. Ирвин Аллен. – Прим. науч. ред.