Первый том: https://author.today/work/543057
Меня зовут Михаил Звездный. Мне тринадцать лет. И я наследник древнего рода Защитников Планет. Я живу с дедом и старым слугой. А император спит и видит, чтобы забрать последнее, что осталось у нашего рода.
Что ж, пусть попробует.
Этого никто не знает, но я не только Михаил Звездный. Я еще и Девятый. Бессмертный реинкарнатор, что прожил сотню жизней и одолел величайшего злодея вселенной.
Теперь легендарная школа Аркум возобновила набор! И именно я стану лучшим учеником, а мой род вернет себе все то, что было у него украдено.
И это будет только начало!
Поместье встретило нас ставшей непривычной за последнее время тишиной.
Никто не стоял на ушах, не раздавались то и дело «обучающие» уличных команды Ефима. Пикапа Слуги при этом на месте не было. Значит, как и было запланировано, пацанов он в школу повез. А вот что было потом…
— Посмотрим внутри, — сказал я Биркину.
Его вызвал еще из гимназии. Пришлось ради этого засветить комм, но я чувствовал, что время идет на минуты. Нужно было как можно быстрее добраться до поместья. И вызвать его было быстрее, чем искать машину самому. Все последние дни Биркин работал в городе, так что подъехал всего через несколько минут.
И уже после мы добрались до поместья.
— База, — сказал он. — Надо их предупредить.
На этот счет у нас все было готово. Рип собрал специальный передатчик, который должен был добить до нашей точки в лесу. Опасность была в том, что сигнал почти наверняка перехватят. Сообщение будет шифрованное. Это Механик обещал. Но вот координаты, откуда сигнал послан, и куда он ушел, скрыть не удастся никак. Это не коротковолновка. И не АМС. Первая просто не сработает на такое расстояние. А второе на коленке не соберешь. Даже Рип с таким не справится. Вот и получается…
— Ладно, иди, — сказал я. — Предупреди, чтобы готовились к обороне.
Передатчик стоял не в самом поместье, а в лесу минутах в десяти хода. И безопаснее, и точка там элементарно выше. Меньше оборудования понадобилось, чтобы все собрать.
Биркин в ответ на приказ даже глазом не моргнул.
Просто кивнул и сразу двинул в сторону леса.
Вот в чью прокачку я собирался максимально вкладываться. За
Главное, чтобы было это будущее.
Не медля, я поднялся по ступенькам внутрь особняка. В руке у меня уже была «бабочка». Сайдер находился в подкладе куртки. В другом секретном кармашке ждала заряженная Шок-Сфера Микромира. На дне рюкзака еще лежал миниатюрный «Империум-Т», но его я даже доставать не стал. Не особо аргумент при серьезном разговоре. Вот был бы у меня «Империум-Космо-И-200» — совсем другое дело. Но импульсник остался на Базе.
Так что все своими руками.
И то, что я искал. А точнее — тот, кого я искал.
Уже ждал меня в гостиной.
Сидел на диване напротив деда. И встал, сразу, как я вошел.
— Я не желаю вам зла, — сказал Флав.
Его сайдер висел у псионика на боку. Шкатулка с пси-замком лежала тут же, на журнальном столике. Рядом с чайником и кружками.
А ведь я был уверен, что надежно ее спрятал. Как минимум, Флав точно не смог бы каким-либо образом узнать об этом.
Значит, либо пси-замок предполагал что-то вроде маяка, либо… Флав был сильным Ясновидящим. И если последнее, то плохо. Откровенно плохо.
— Деда, ты в порядке? — спросил я.
— Мы разговаривали с Флавием, Миша, — ответил он. — Думаю, тебе стоит ему поверить.
Я внутренне хмыкнул.
Но скорее по инерции. Еще секунду спустя внутри у меня поднялась настоящая злость. Я с трудом удержался от того, чтобы вскрыть псионика от промежности до макушки.
Если он воздействовал на деда Телепатией, я убью его прямо сейчас. С его травмами от подобного Клим Егорыч мог просто на месте умереть.
Не знаю, что Флав прочитал в моем лице. Но сказал он после этого странное.
— Да, ты очень на нее похож.
И страха в этих словах не было, только какая-то странная боль.
Медленно я перевел взгляд на деда.
— Флавий — друг твоей матери, Миша, — сказал дед. — Очень давний.
— Ты этого не можешь знать.
Не хотелось, конечно, Клим Егорычу перечить, но как-то само вырвалось. Тема, конечно, была болезненная.
Как-то так получалось, если про отца Ефим мне регулярно что-то рассказывал. Какие-то байки и тому подобное. То про маму он в основном морщился и отмалчивался. Будто винил ее в чем-то. Что из-за нее Звездные с Империей поссорились или что-то подобное. И меня это всегда раздражало.
Будто у нас и так мало причин было с Империей поссориться. Лично для меня, что Псион, что Империя всегда были равны.
Кто к нам хорошо относится — те друзья. Кто плохо — враги.
Остальное — от лукавого.
И вот этот непонятный тип. Еще и дед его откуда-то знает?..
— У меня не очень хорошо с памятью, Миша, ты прав, — проговорил дед после паузы. И невольно я ощутил укол стыда… Но он на этом не закончил. — Она была еще молодая. Служила в своей Иерархии. Мы тогда освобождали один из секторов от Красочных. Псион дрался вместе с нами. Флавий был в отряде Кристы.
— Это ничего не значит…
— Она мне лично сказала, что доверяет ему, — сказал дед. — И напомнила об этом незадолго до смерти.
Я долго смотрел на деда, не понимая, что все это значит.
Потом перевел взгляд на Флава.
Ясновиденье я в этот момент использовал на полную, и не ощущал никаких воздействий с его стороны. Почувствовал бы я действие Телепатии?.. Скорей всего да.
— Что все это значит? — спросил я его.
И сразу перевел взгляд на шкатулку с пси-замком.
— Да, Крис… Криста сказала, чтобы я привез ее.
Смотрел Флав на меня при это без всякого удовольствия.
— Когда? — сразу переспросил я.
— Сейчас.
— Когда она это сказала⁈
— Давно, — отвел он взгляд. — До твоего рождения.
— Бред.
Я, конечно, понял, на что был намек.
Что она была Ясновидящей.
Еще менее вероятно.
— И что дальше? — спросил я. — Что еще она сказала?
— Она ничего мне не говорила, — поморщился он. — Я получил послание совсем недавно. И… я понял, что оно от нее. Что она знала… В общем, там было только про то, что я должен добраться до Лиры. И что…
Он оборвался.
— Что?..
— Неважно! — огрызнулся он. — Основное я сказал. Я должен был добраться до Лиры и отдать тебе шкатулку. Открыть в момент, который я узнаю. Так и получилось.
Звучало все это очень притянуто за уши, но именно из-за этого, возможно, и верилось. Я успел немного узнать Флава. И выдумщиком был откровенно так себе. Мог молчать и не говорить чего-то, дуться на что-то, но какого-то особого креатива от него было не дождаться.
— Ладно, давай, — сказал я. — Открывай.
— Еще не время, — ответил он.
— Ты издеваешься?
— Нет. Уже почти, но не сейчас.
Реально, мне это начинало надоедать…
И когда я об этом подумал, услышал что-то снаружи.
— Тихо.
Тут же вскочил с места, выбежал во двор и увидел… Мелкого!
— Миша!!!
— Что⁈
— Миша, там всех украли!!! Мне сказали!.. А я не хотел!.. А мне все равно сказали!..
Он бежал, уже еле переставляя ноги, весь в слезах, в какой-то грязи. Когда я к нему подбежал, он едва ли не рухнул.
Точно! Я тут же использовал способность. Мелкий даже сам удивился, что ему резко стало лучше. Поднял на меня взгляд…
— Миша…
— Рассказывай быстро.
И он рассказал. Оказалось, что пикап Ефима вместе со всеми уличными взяли люди Бекелева. Причем среди них было несколько сильных одаренных.
Мелкому же удалось сбежать, потому что Ефим заранее выкинул его из машины, поняв, что их сейчас будут брать.
— Я еще подслушал! — выдохнул он. — Этих гвардейцев! Они от Бекелева! А пацанов всех в Социальную Службу отвезут! Они сами сказали!..
Он снова заревел.
Я же резко обернулся в сторону…
…и увидел выбегающего из леса Биркина.
И у него тоже вид был нерадостный.
— Базу обнаружили, — сообщил он сразу. — Там МПД, вездеходы и два флаера. Пока не нападают, то если нападут — не отбиться.
— Миша… — снова захныкал Мелкий.
— Так! Сопли отставить, — встряхнул я его. — Все нормально будет.
— Не просто так все это, — заметил Биркин.
Очевидно, что не просто. Что-то с нашего с графом разговора успело круто измениться.
Внушение? — спросил я Старика мысленно.
Ты вообще-то не так раньше говорил!
Старик был абсолютно невозмутим.
Я же… я же увидел, как на ведущей к поместью дороге появляются мобили. Целая колонна мобилей.
И на капоте переднего отчетливо виднелся герб рода Бекелевых.
Прим. авт.
Добавьте, пожалуйста, новый том в библиотеку и поставьте ему лайк. Это очень поможет книге.
Самое интересное — впереди!
Всех благодарю за поддержку!
Решение нужно было принимать мгновенно.
Я сразу повернулся к Биркину, бросил взгляд на Мелкого…
— Вам придется уйти, — сказал я.
— Миша!.. — тут же взвыл пацан.
— Не просто, а с важным заданием! — повысил голос я. — Нужно будет встретиться с тем, с кем я скажу… И найти Ефима. Это очень важно! А я пока с графом пообщаюсь.
Достав из потайного кармана брошку Спарка, я в очередной раз отдал ее Биркину.
— Мне это сейчас ненужно будет, а вам поможет.
Я быстро перечислил им все, что нужно будет сделать. И тут же вытолкнул их в сторону леса. Пока еще мобили Бекелевых оставались за оградой.
После рванул обратно к особняку.
Там сразу уперся взглядом в Флава.
— Тебе нужно свалить.
Способность Навигатора однозначно указывала, что ситуация развивается не по самому лучшему сценарию.
Но усугублять все смысла точно не имело.
Так что псионику пока лучше было переждать где-нибудь.
— Я могу помочь, — сказал тот в ответ.
— Ты поможешь, если не будешь лезть, — ответил я.
— Михаил прав, — вставил вдруг дед. — Ты ничего не сможешь сделать против графа Бекелева. Только зря заставишь его насторожиться. Лучше будет тебе переждать за пределами дома.
Флав явно сомневался, но глянув на Клим Егорыча все-таки кивнул.
Но прежде чем уйти, сделал еще одно.
Взяв со стола шкатулку, с которой до этого так долго носился. Он сжал в руках, на секунду закрыл глаза, и…
Щелк!
Раздался отчетливый звук открытия замка.
— Надеюсь, что…
— Да потом поговорим!
Взяв шкатулку, я толкнул его к задним комнатам. Дождался, когда он выбежит и только после заглянул внутрь.
И увидел там… перстень.
На тыльной стороне был изображен знак двойной звезды. Герб рода Звездных. В точности такой же перстень сейчас находился на пальце у Клим Егорыча.
Хотя было и одно важное отличие.
У деда камень в оправе оставался бесцветным. Родная для Звездных Стихия Плазмы была ему недоступна. Вследствие чего и перстень на его руке из могущественного артефакта превращался в простое украшение. Важное для рода и для него самого. Но реальной силы не имеющее.
В отличие от перстня в шкатулке.
И вот он, наоборот, тускло мерцал зеленым. И даже в Ясновиденье я ощущал горящую внутри него
С одной стороны — круть невероятная.
Будь кто-то из нас сейчас полноценным стихийником с соответствующие Стихией, это бы обязательно помогло.
Перстень дал бы доступ к родовым техникам. Я не особо представлял, к каким конкретно, но у такого рода как Звездный это наверняка должно было быть что-то убойное…
Вот только тут был полный облом.
Ни я, ни дед Плазмой сейчас не обладали.
По идее, перстень вообще не должен был светиться. Тут явно был какой-то фокус. Но… что мне это давало?..
— Его можно как-то активировать? — спросил я деда.
Тот несколько секунд смотрел в задумчивости, потом покачал головой.
— Родовые артефакты копят энергию, собирая излишки эманаций с тела носителя, — ответил он. — Если это перстень твоего отца, как я думаю, то последний раз его подзаряжали много лет назад. Чудо, что в нем вообще что-то осталось.
В общем, как я и думал.
И никаких записок или вообще чего-то еще в шкатулке не было. Я всю ее обшарил.
— И какой смысл тогда?
— Я уверен, что он есть, Миша, — ответил Клим Егорыч строго. — Твоя мама была умной женщиной. Думаю, мы вскоре поймем ее задумку.
Н-да. Уверенности деду, конечно, было не занимать.
Вообще-то смех никогда не лишний! — возразил я.
Да ладно-ладно. Понял я смысл.
Правда, что делать от этого яснее не стало, но это ладно.
На это я даже не обратил внимание. Старик со своими экзаменами и проверками иногда прям перебарщивал.
— Я так понимаю, у нас гости, — проговорил Клим Егорыч. — Нужно их встретить.
С этими словами дед поднялся со своего кресла.
Я глянул на него с небольшой тревогой. Сейчас-то он выглядел почти нормально. Капли Вестиго, как будто, наконец стали давать свой эффект. Но я прекрасно понимал, что в любой момент могло случиться обострение.
С другой стороны…
Как ни странно, но, возможно, сейчас именно дед мог стать моим главным оружием. Болезнь болезнью, но Климом Звездным — героем даже не просто Лиры, а всех ближайших систем, он от этого быть не переставал. Даже в глазах Бекелева…
— Да, — глянул я на него. — Пойдем.
Когда мы спустились из особняка во двор, наши ворота уже были открыты. И тут я сразу отметил, что внутрь заехал только один мобиль из всех.
Но все-таки заехал.
Прежде Бекелев себе такого не позволял. Был предельно щепетилен в этом вопросе. И сам даже на пушечный выстрел к поместью не приближался.
Сейчас же он этому своему правилу, очевидно, изменил.
Как только мы вышли, одна из дверей мобиля представительского класса открылась. Изнутри сначала показался офицер. Судя по ощущениям, стихийник второго ранга. В общем, ничего особенного.
А вот после возник сам граф.
Ну и сразу по его взгляду я понял, что мне больше нет смысла скрывать свои силы.
Бекелев явно знал.
И, скорей всего, про Залив тоже. Нападение на Ефима, силы Бекелевых у Базы…
Неужели Внушение просто вырубилось и все? Какой тогда смысл в нем?
Но ты явно не удивлен, что это произошло.
Как бы то ни было, если целью было показать, что на способность Пятьдесят Второго не стоит полагаться, как на палочку-выручалочку в любой сложной ситуации, то этого он добился.
Мы с дедом остановились около лестницы.
Бекелев, выйдя из мобиля, двинул прямо к нам. За плечом к нему пристроился тот офицер. Еще несколько гвардейцев, забежав внутрь двора, рассредоточились по нему.
Очевидно, стесняться граф стал куда меньше.
— Что вам здесь нужно?
Голос деда гулко разнесся по всему двору. Бекелев к тому моменту был уже метрах в шести-семи от нас.
Он тут же остановился.
То, что первым заговорил Клим Егорыч, кажется, слегка его сбило. Но ненадолго.
Сделав еще пару шагов, он уперся взглядом в меня.
— Какими судьбами, Петр Ник…
— Хватит, — перебил он.
Я почти физически ощутил, как сквозь меня проходят сканирующие техники. И без брошки я закрыться бы от них никак не смог бы.
Значит, правильно я угадал. Как-то он выяснил, что я одаренный.
Кто-то проговорился?..
Видимо, но сейчас это уже не так важно.
— Пора заканчивать этот фарс, — проговорил граф. — Для понимания. Твой Слуга — у меня, твои малолетние друзья — ждут своей участи в распределителе Социальной Службы. А тот сброд, который ты собрал в лесу, будет уничтожен меньше чем за минуту, стоит мне только отдать приказ. И можешь не сомневаться, рука у меня не дрогнет.
— Мы не сомневаемся в твоей суровости, граф, — ответил ему дед. — Для чего ты все это провернул?
— Можешь у своего внука спросить, старик.
— Я спрашиваю у тебя.
Бекелев в ответ хмыкнул.
— Ладно. Пацан — одаренный. И видимо поэтому решил поиграть в солдатиков. Сомневаюсь, что он спрашивал разрешения у тебя. Может, это вообще идея Крамцова… Мне, откровенно говоря, плевать. Итог в том, что понес ущерб. Несколько моих людей погибли. И кому-то придется за это ответить.
— Звучит так, будто ты уверен в своем праве. И чего же ты хочешь?..
Они продолжали говорить.
Я сначала хотел сам вступить, но заметив, что дед вполне справляется, решил пока не лезть. Вместо этого продолжал анализировать обстановки.
Прикидывать план боя, ну и своих дальнейших действий.
Главная сложность была в том, что граф как-то удивительно хорошо перестраховался. Даже непохоже на него было?
Ефим, пацаны, База…
Это явно не могло быть просто так. Он чего-то опасался?..
На этом точно имело смысл сыграть.
Ну и кроме того… у меня неожиданно возникла мысль, как именно можно было бы использовать лежавший у меня в кармане родовой перстень.
— Чего хочу? Чтобы вы перестали мозолить мне глаза, — отозвался граф с какой-то потаенной злостью. — Ваше время ушло. И вы только мешаете краю развиваться. Да что краю, всей планете! Не было бы вас тут, уже давно бы у Лиры были Звездные Врата! Планета бы процветала! Только вы этому мешаете!
Ого! Как заговорил!
А Бекелев, оказывается, патриот Лиры!
Правда, он как-то забыл, что если бы не Звездные, то на планете бы сейчас обитали бы исключительно
В первую очередь — месторождение
— Вот, значит, как, — отозвался, тем временем, Клим Егорыч. — Сильные слова. Обвинительные даже…
— Хочешь сказать, что я не прав⁈
Бекелева, кажется, аж закусило. Он, похоже, и сам верил в то, что говорил.
— Прав в чем-то, — сказал дед. — Лира и правда сейчас в тяжелом положении.
— Из-за вас!
— Из-за нас, — совершенно спокойно согласился дед. — Ответственность всегда на правителе. Никогда ее с себя не снимал. И если бы я мог бы сделать жизнь народа Лиры хотя бы немного лучше, я бы в тот же день оставил планету. Земля и старые камни не то, за что стоит цепляться, когда страдают люди. Даже если эти камни тебе по-настоящему дороги.
— Ты… — Бекелев, кажется, не ожидал этого услышать. — Ты готов уехать?
Я был удивлен не меньше.
Но, как оказалось, Клим Егорыч имел в виду другое.
— Не понял ты, граф, о чем я, — проговорил он. — Да и не объясню я… Годы уже не те, мысли путаются… Ты ведь за этим пришел, за тем, что в моем подвале спрятано?
В этот момент на лице Бекелева проступила такая алчность, что я даже усомнился. Стоило ли так его дразнить.
Даже мысленно обратился к Старику…
Реально засада…
— Значит, это правда… — выдохнул Бекелев. — Ты там что-то спрятал…
Несколько секунд он просто стоял, уставившись на деда, а потом…
— Ты отдаешь мне все, — потребовал он.
— А ты уверен, граф, что хочешь этого? — посмотрел на него дед. — Император, как ты видишь, не стал торопиться.
— Император явно думает, что родовую защиту нельзя снять, — отмахнулся Бекелев. — Он не знает, что мальчишка одаренный… Сделаем так.
Он перевел взгляд с Клим Егорыча на меня. А после бросил своему офицеру.
— Пойдешь с пацаном. Он отдаст тебе артефакты. Я останусь здесь со стариком, если не вернетесь через десять… ладно, через пятнадцать минут…
Бекелев достал из кармана пузырек с эликсиром, тускло светящимся белым. Выглядел он очень похоже на целебное зелье Вестиго, но было явно что-то другое.
— Пары капель хватит, чтобы вызвать сердечный приступ, — объяснил он, глядя мне в глаза. — И никаких следов не останется. А учитывая его возраст, и проверять никто не будет особо. Надеюсь, ты это понимаешь. И не будешь играть в героя. Также, во избежание глупых мыслей, я близок к перехожу на пятый ранг. Ничто из того, что ты сможешь придумать, мне не повредит. Только своему деду навредишь. Ты это понял?
Перед ответом я чуть помолчал. Потом просто кивнул.
— Да.
— Вот и хорошо. У тебя пятнадцать минут, чтобы отдать мне все. Опоздаешь — будешь сам виноват. Вадим пойдет с тобой.
«Вадим» — это, значит, был тот офицер.
Он тут же шагнул ко мне. И указал на особняк.
— Вперед.
Я бросил еще один взгляд на деда. Тот ответил своим спокойным и достойным взглядом. Ну, свою партию, надо сказать, он сыграл идеально. Оставалось мне не сплоховать.
— Стой, — потребовал офицер.
Я послушно остановился.
Мы стояли на лестнице. У меня в руке была тяжелая лампа, которая освещала покрытые пылью ступени. Над головой у гвардейца горел тусклый светляк. В основной части особняка с электричеством сейчас все было в порядке, благодаря генератору Эфира. Но это место было исключением. Проводка там отсутствовала, как класс.
— Что там?
— Старый подвал, — ответил я.
Я ощущал активированный Стихийный Доспех офицера. В руке он держал направленный мне в спину пистолет.
— Артефакты там?
Интересно, что они там успели себе напридумывать? В теории, это даже могло оказаться правдой, учитывая странные слова деда про «спрятанное в подвале». Я ему эти вопросы задавал неоднократно, и он всегда отвечал, что там ничего особого нет. Архив, какая-то часть библиотеки, ну и родовой алтарь, конечно. Ни о каких артефактах или даже просто деньгах он никогда не упоминал. Алтарь, в теории, мог представлять какую-то ценность, но точно не для Бекелева. По сути, это просто был сосуд с Краской, пропитанный родовой Стихией Звездных. Будь я стихийником, смог бы запросто восстановить силы, просто коснувшись его. Ну и, наверное, смог бы через него подключиться к основным контурам родовой защиты, пронизывающей особняк… Вот только все это было глубокой теорией. И не имело смысла, потому что стихийником я не был.
Так что или это был трюк со стороны деда, или… он мне сильно не договаривал все эти годы.
— Должны быть там, — ответил я.
— Ты не знаешь? — насторожился гвардеец.
— Да там-там. Идем быстрее — время идет.
Пару секунд он молчал. Потом мотнул пистолетом.
— Вперед.
Мы дошли до конца лестницы, оказавшись в достаточно длинном каменном коридоре. И это, кстати, был не тот спуск, что вел к камерам.
Сейчас мы были в самой старой части особняка.
По мере спуска я уже начал чувствовать неприятное покалывание на коже. Ясновиденье одновременно указывало на очень мощный источник Краски впереди. И в то же время предупреждало об опасности.
Чувство направления способности Навигатора… ничего особого не говорило. Так, маячило где-то на границе сознания. Больше нервируя, чем на что-то указывая.
— Интересно, что граф именно тебя со мной послал, — заметил я по ходу. — Доверяет, наверное, очень.
Мы уже миновали половину коридора. Впереди замаячил широкий проем. Примерно тогда же стало слышно навязчивое и неприятное гудение. Будто стая насекомых пыталась пробиться сквозь какое-то препятствие.
Ну а в конце прохода я погасил фонарь, потому что больше он тут был не нужен.
Всего в метре проема уже внутри зала, на входе в который мы остановились, пространство от пола до потолка было перекрыто зеленоватой светящейся завесой. Именно издавала гудение. И именно от нее неприятно, едва ли не болезненно веяло
Не нужно было быть Ясновидящим, чтобы понять, что прикасаться к этому барьеру не стоит.
— Отключай! — тут же приказал гвардеец.
— Ага.
Разумеется, в этом подвале я уже бывал. И даже аккуратно пробовал на защите Поломку Устройства, вот только никакого эффекта это не дало. Тогда даже Старик признал, что защита «крайне надежная».
Как она отключается, я понятия не имел.
До сегодняшнего дня. По крайней мере, одна идея у меня появилась.
Я достал из кармана перстень и, подумав, надел его себе на палец. Возможно мне показалось, но на секунду, он будто стал чуть ярче…
— Быстрее! — потребовал гвардеец.
Он явно себя чувствовал не очень. Стихийный Доспех ощутимо дрожал. Кажется, защита просто пожирала его…
— Сейчас-сейчас.
Надеюсь, нас не спалит эта штука, — проговорил я мысленно.
Именно после его слов я ощутил, что способность Навигатора одназначно указывала туда. Прямо вперед.
Что ж…
Хорошо.
Потянувшись, я коснулся перстнем светящейся завесы.
Я коснулся перстнем завесы.
В ту же секунду неприятное ощущение резко стало сильнее. Но лишь на миг. Тут же с громким гудением завеса стала отступать, пока не втянулась куда-то в заднюю стену. В помещении резко стало темнее.
Когда глаза привыкли, я разглядел в дальней стене зала еще один проход. Освободив зал, завеса переместилась туда, и теперь защищала только тот коридор.
Я бросил взгляд на перстень и, по ощущениям, энергии в нем стало заметно меньше. Может и хватит, чтобы пройти дальше, а может уже и нет.
Но в любом случае стал доступен этот зал.
Сам он находился еще метра на полтора ниже. Внутрь полого спускался ряд каменным ступеней. Внизу все покрывала пыль. Но, кстати, умеренно. Видимо, завеса частично защищала и от нее тоже.
Вдоль стен от пола до потолка все было занято стеллажами. На полках были стояли ящики в серой упаковки, запечатанные бутылки с неясным содержимым, еще какой-то хлам.
Ясновиденье здесь пасовало. Давящее ощущение
Алтарь Звездных почти наверняка находился там — дальше. Здесь же… просто какая-то подсобка?..
— Где артефакты⁈ — нервно потребовал гвардеец.
— Где-то здесь.
В итоге оглядывая зал, я заметил еще кое-что.
Внизу, у левой стены стоял небольшой диванчик с жесткой спинкой. А перед ним — широкий невысокий столик. На нем в беспорядке лежали какие-то бумаги. Будто кто-то там работал. Потом отвлекся, собираясь вскоре вернуться, но этого так и не произошло.
Кто вообще мог тут чем-то заниматься?
Дед?.. Или, может, отец?..
Мысль сама подтолкнула меня вниз. Я сошел по ступенькам, коснулся пола…
Старик мог бы меня не предупреждать, потому что я и сам почувствовал. Лучше сейчас не двигаться.
Но услышав позади характерный звук зажегшегося сайдера, удержаться все-таки не смог. А повернувшись, разглядел вынырнувшую откуда-то из тени фигуру. С ярко-светящимся белым лезвием Меча…
— Что?.. — раздалось тут же от гвардейца. — Не…
Воздух взрезало.
И спустя миг отсеченная голова Бекелевского офицера упала на каменный пол. Сам я даже подумать ничего не успел. Темная фигура оказалась слишком быстрой.
Она переместилась, и лезвие сайдера остановилось около моей шеи. Я же пораженно всматривался в замершее передо мной лицо.
Неужели⁈.
Несколько долгих мгновений я одновременно и верил, и не верил тому, что вижу.
Глаза… черты лица… выражение во взгляде…
Этот облик я видел на фотографиях, и множество раз он являлся мне в каких-то смутных образах. Во снах и в воспоминаниях.
— Мама?..
Я смотрел на нее, не в силах оторваться.
Она смотрела в ответ. И во взгляде горела непримиримость и Воля. Такая, какую прежде я видел лишь во взгляде Старика, когда его образ был вызван Сущностным Рефлектором в Аркуме.
И, кажется, общее было не только в этом.
Не только в Воле.
Я был слишком поражен, и потому заметил не сразу.
Она тоже состояла из тени.
Это…
Я тяжело выдохнул.
Да, глупая была надежда. С какой стати ей было бы сидеть здесь столько лет.
Значит, это какая-то техника?
Еще один слой родовой защиты на случай, если кому-то удастся пробиться сквозь завесу.
Я старался не двигаться, чтобы не вызывать подозрений.
И, видимо, это в итоге подействовало.
Тень отвела Меч. Потом смазалась в воздухе, снова материализовавшись рядом с телом гвардейца. Секунду стояла там, а после повела головой, будто прислушиваясь к чему-то.
А спустя миг снова исчезла. Но не просто. Она потянулась в сторону лестницы и унеслась наверх через коридор.
Радиус ее действия явно не был ограничен этим подвалом.
— Вот черт.
Ждать я не стал, и тут же рванул вслед за ней.
Успел пробежать только первый пролет, когда услышал наверху шум. Еще секунд через десять я был у выхода из особняка.
Как раз вовремя, чтобы увидеть жесть, которая там творилась.
Тень явно восприняла Бекелева с его людьми, как врагов и в переговоры вступать не стала. Трое гвардейцев уже валялись на земле, разрубленные на куски. Остальные стреляли, использовали техники, артефакты… Но все было без толку.
Неуязвимая Тень, смещаясь из одного края двора в другой, уничтожала одного противника за другим. От техник или любых других воздействий она либо уворачивалась, либо отбивала их Мечом.
Я сразу стал искать деда, и у видел его лежащим на земле. Живого и вроде бы невредимого. Видимо, просто упал.
Бекелева я сначала не нашел.
Наткнулся только на чью-то отрубленную руку. Как раз недалеко от того места, где был дед. Кажется, костюм у графа был как раз того цвета, что и рукав на обрубке…
Я только успел об этом подумать, когда из другого конца двора вдруг резко дохнуло
Бекелев!
Почти сразу, как я его увидел, от водяного шара отделилась ярко-синяя плеть. И с очередным всплеском Краски ударила в сторону Тени…
Одним движением та разрубила технику. После смазалась, добравшись до последнего стоявшего на ногах гвардейца, а затем — рванула прямиком к графу…
ХЛОП!
Ударная волна от Бекелева ударила во все стороны. Даром, что я стоял метрах в двадцати, меня бросило на спину.
Я приземлился, зацепившись Телекинезом.
А после, перестав тупить, рванул прямиком к деду. Тормознув около него, сразу выставил Телекинетическую Стенку. И вовремя!
Во все стороны ударило еще одной волной. В паре метров от хрустнула поддерживающая террасу колонна.
— Дед, пойдем-ка отсюда!
— Ромка? — отозвался он. — А где мама твоя?..
Ну да, конечно, он и так долго держался. Было бы странно, если бы его снова не накрыло.
— В доме она! — отозвался я. — Пойдем!
Я взял его под руку. Удерживая вокруг нас защиту.
Во дворе, тем временем, события только нарастали. Водяной шар, внутри которого находился Бекелев, выращивал все новые и новые плети. И буквально рвал ими пространство вокруг. Оставлял в земле глубокие борозды. Успел срубить пару колонн под террасой и повалить часть внешнего забора.
Все это — в погоне за Тенью. Которая и не думала останавливаться. Перерубая одну технику за другой, он атаковала то с одной стороны, то с другой. И, казалось, только наращивала темп.
Кажется, их силы были примерно равны.
Вот только Тень была всего лишь техникой. Какой-то странной и явно высокого ранга, но техникой. А значит… рано или поздно заложенная в нее энергия должная была закончиться. А вот Бекелев, если он не соврал про пик четвертого ранга, быстро точно не выдохнется.
Думая об этом, я довел деда до гостиной. Усадил в кресло и накрыл пледом.
— Василиса… — вяло протянул он.
Не хотелось его оставлять, но тут было без вариантов.
Я тут же бросился обратно во двор. И на сей раз уже не стал доставать «бабочку», сразу взялся за сайдер.
Старик?
Хорошо…
Пару секунд я придумывал, потом спрыгнул с лестницы вбок. И рванул по двору вокруг. Примерно на пол пути вытащил из кармана Шок-Сферу и, подхватив ее Телекинезом, также пустил ее по двору вокруг. Но уже в противоположном направлении.
Вплотную приближаться к Бекелеву я не стал. Дождался, пока Сфера долетит докуда нужно…
…и зажег Меч.
В этот раз это удалось практически само по себе. Я просто знал, что без него не обойтись. И жалеть себя не стал.
Ладони словно обожгло внутри, но я не обратил внимания.
Я выждал еще миг. Так чтобы Тень в очередной раз ринулась на графа, а после…
Давай!
Я метнув Шок-Сферу графу под ноги…
Скрипнуло!
В тот же миг половина шара, защищавшего Бекелева, опала, сожженная Сферой. Тень среагировала мгновенно, устремившись в возникшую брешь…
— Попалась, тварь!!!
Голос был наполнен одновременно яростью и торжеством.
И, не знаю, как ему это удалось, но граф действительно смог сковать Тень водяными плетями. Она раз за разом мерцала, пробуя переместиться, но тщетна. Бекелев явно как-то на ходу модифицировал свою технику. Он и правда был силен…
Но далось это ему, очевидно, нелегко.
Потому что на пару мгновений с него спала эта водяная защита. Я увидел культю у него на месте левой руки. Рана, правда, была закрыта голубоватым свечением. Так что не факт, что это ему вообще хоть как-то мешало.
А значит — сейчас.
Я не стал подходить вплотную.
Вместо этого махнув Мечом, вложил в Разрез столько Воли, сколько смог собрать.
Землю вскрыло невидимой полосой…
…и Бекелев увернулся!
Вот же!
А миг спустя ко мне метнулась одна из водяных плетей. Переступив дважды, я ушел с траекторий.
Да блин!
Я бы с удовольствием. Но вслед за первой петлей пришлось уворачиваться от второй, от третьей…
Эй! Старик не просто приказал, он злокозненно сбил меня с хода. Не позволяя просто уворачиваться. Выхода просто не осталось. И я… Шагнул.
Тело будто сквозь угольное ушко пропустило.
Суженное пространство выплюнуло меня пятнадцатью метрами дальше. Тут же срубив ближайшую Водяную Плеть, я махнул Мечом. Уже без всякого Разреза. Просто вонзая его Бекелеву в бок…
— Хр-ра… — захрипел он.
Его яростный взгляд уперся в меня.
Я сумел пробить его Стихийный Доспех, но каким-то образом он смог сформировать новый — внутри раны. И повести Мечом вбок я уже не смог.
Спустя миг Ясновиденье четко сказало, что вот сейчас-то я и умру.
Внутри Бекелева будто
Я невольно вспомнил про Внушение…
И тогда я стал давить.
Одновременно и Мечом, и той самой Волей. Собирая ее по уголкам души, выдавливая из бесконечных часов тренировок, сдабривая долгом перед родом и самим собой.
Мы с графом смотрели друг на друга.
Его глаза выпучились, изо рта шла кровавая слюна, кажется, он что-то пытался сказать, но мне как-то было не до расшифровки.
Я держал его технику одной своей Волей…
Вжух!
…и был так сосредоточен, что не заметил еще один возникший Меч.
Он вошел графу в туловище рядом с моим. Я увидел лицо Флава…
Еще на секунду все застыло в шатком равновесии, а потом…
Свист!
Голова Бекелева отлетела куда-то в стороны. Мы с псиоником также упали. А рядом с обезглавленным телом графа застыла фигура нанесшей удар Тени.
Мы с Флавом почти тут же вскочили…
— Крис, — выдохнул он.
И было в этом голосе что-то такое… Одновременно и боль, и… любовь?
Это короткое мгновение остановленного времени закончилось. А после Тень метнулась прямиком к Флафу.
Он успел поднять Меч, отбив первый удар.
Но дальше ничего противопоставить Тени не смог. Парой ударов она выбила у него из рук сайдер, а после…
— Стой! — крикнул я.
И она замерла.
Горящее лезвие остановилось в сантиметрах от щеки псионика. Кажется, его даже немного обожгло.
— Он свой, — сказал я.
Какое-то время ничего не происходило. А потом… она отвела Меч. Несколько мгновений она смотрела на меня. Я пытался уловить в этом взгляде что-то живое, знакомое… И мне даже показалось…
Но и только.
Бой с Бекелевым сожрал слишком много энергии. И это была последняя ее капля.
На миг Тень утратила четкость. А затем просто исчезла, будто сдутая случайным порывом ветра.
Я понял, что техника окончательно развеялась.
— Спасибо за помощь, мам, — вздохнул я.
Флав, услышав это, вздрогнул.
— Она тебя за секунду разделала, — попенял я ему.
— Так… — он скривился. — Она обычно поддавалась.
Я кивнул. Спрашивать я ничего не стал, сразу все поняв. Несчастная любовь, да? Чтобы выбрать отца, она ведь против всех пошла. Так что вряд ли тут была речь о каких-то любовных треугольниках.
В общем, травить душу я ему не стал. Я и так не представляю, чего ему стоило приехать сюда после стольких лет.
— Все равно спасибо, — сказал я.
Он только дернул щекой.
— Я был ей должен, — сказал псионик.
— Тогда долг оплачен.
На это он только коротко кивнул. Разговаривать больше времени не было. Бекелева нет, но с остальным теперь нужно было решать максимально быстро.
Я бросил взгляд в сторону особняка.
— Сможешь приглядеть за дедом недолго? — спросил я. — Мне нужно кое-что проверить.
— Да.
Бегом мы вернулись в особняк. Дед чувствовал себя не очень…
— Чай! — сразу попросил я.
Я объяснил ему, где что лежит. В том числе эликсир Вестиго, каплю которого нужно было добавить.
После рванул обратно в подвал. Там было кое-что еще, что я заметил, но проверить не успел.
Спустившись, я подошел к столику, на котором лежали бумаги. И среди них разглядел небольшой старомодный пульт. Такие вроде использовались в видео-системах. В поместье у нас были такие, у отца это было что-то вроде хобби… Правда, этот пульт выглядел как-то странно. Кнопок на нем не было.
Прислушавшись к интуиции, я поднес к нему родовое кольцо. Тут же уловил легкое почти неощутимое касание
И…
— Привет, сынок.
Вздрогнув, я поднял взгляд.
Напротив столика засветился пыльный экран, до этого просто казавшийся частью стены. С него на меня смотрел отец.
Видео явно было снято на этом самом месте.
Молодой мужчина, не старше тридцати лет, сидел на том же диванчике, что и я сейчас. На столе лежали бумаги. Судя по их расположению, запись сделали прямо перед тем, как на подвал была установлена защита.
В живую я отца, разумеется, не помнил. Но записей и фото было достаточно, чтобы его узнать. Там он правда выглядел куда официальней. Что, кстати, не вязалось с многочисленными рассказами Ефима о том, какой он был выдумщик и весельчак.
Тут же это сразу бросилось в глаза.
— Привет, сынок, — сказал он с экрана. — Рад тебя видеть.
— Э-э…
— Ты так вырос.
— Что?..
— Перед смертью я поместил свое сознание в это устройство. Все эти годы я ждал тебя здесь. И рад, что мы, наконец, встретились. Теперь и ты можешь ко мне присоединиться. Делать ничего не надо. Сейчас тебя просто втянет в экран, и ты навсегда останешься здесь со мной.
Он широко улыбнулся, слегка выпучив глаза.
Я невольно попятился, готовясь в любую секунду стартануть с дивана в сторону выхода.
— Ты же рад встрече с папой? — продолжило изображение.
— Я… гхм…
— Мы будем с тобой вместе вечн…
— Да, Рома, е мое! — раздался вдруг окрик.
Звук также донесся от экрана, но сказал это не отец, а кто-то за пределом камеры. Голос был женский…
— Что? — отозвался отец, повернувшись в сторону. — Не мешай мне разго… Эй!
Он дернулся, когда в него что-то прилетело.
— По делу говори!
— Да я по делу! — возмутился отец. — Так, просто легкое приветствие…
— Рома!
— Да ладно-ладно, милая.
Он повернулся обратно к камере. И после улыбнулся снова, но теперь уже более естественно. Несколько секунд смотрел молча, потом вздохнул.
— Ладно, времени и правда немного. Так что, если ты смотришь эту запись, Миша, скорей всего мы с твоей мамой мертвы. Не уверен, что так уж приятно получать такие приветы из могилы, но выбирать не приходится.
Он чуть помолчал, потом хмыкнул каким-то своим мыслям. И снова поднял взгляд.
— Итак, твоя дорогая мама довольно жестко ограничила меня в том, что я могу тебе сообщить. И если ты считаешь, что с ее стороны это выглядит, как недостойная манипуляция, то я, поверь, считаю в точности также.
Я ожидал какой-нибудь отповеди со стороны камеры, но ее не последовало. Отец же продолжал смотреть перед собой.
— Впрочем, сама это запись — скорее перестраховка. Я не думаю, что она потребуется. Но если все случится так, как случится… То тогда тебе действительно лучше знать хотя бы это. И, да, слушай внимательно, потому что прослушать повторно ты ничего не сможешь. Запись будет уничтожена вместе с особняком…
— Рома.
— Гм… ладно. Она просто сотрется, — пожал плечами он. — Но в любом случае больше ты ее услышать не сможешь. Значит, первое… Ты, наверное, знаешь, что род практически в полном составе отправляется на Семерку. Красочных все-таки оказалось больше, чем мы рассчитывали…
На этих словах у меня внутри будто колокольчик звякнул. Все потому, что стала понятно время ее создания. А именно — ровно тринадцать лет назад.
— Передовые базы чувствуют себя уверенно. Цербер очищен полностью. Также нам удалось закрепиться на Тенебрисе. Но там пока достаточно сложно. Каждый день мы находим новые Гнезда, и если оценивать статистически, то на планете должен находиться хотя бы один Зодчий. Признаков этого мы не нашли, но… слишком их много. Это в свою очередь означает, что компания может затянуться. Отказаться от нее мы, к сожалению, не можем. По причине…
На этих словах он бросил короткий взгляд в сторону.
— … которую я не могу тебе сообщить, — закончил он фразу секунду спустя. — Но причина, поверь, серьезная. Семерку нужно зачистить полностью, любыми силами. В противном случае нас все равно уничтожат. Либо Красочные, либо Тумановы.
Этот момент сбил меня с толку. Прежде всего потому, что он ничего не сказал про императора. А между
И что это означало? Я вспомнил, то, что Алекс рассказал про союз между императором и Тумановыми.
К сожалению, тут отец ничего уточнять не стал, будто для него это было общее место. Он продолжал:
— Второе. Ты, конечно, заметил, что вход в основную часть подвала остался закрыт. И вот там действительно хранится опасная информация. Я постарался защитить вход настолько, насколько это возможно. Но скажу отдельно. Если ты найдешь способ войти, то… не входи. До тех пор, пока не поднимешь владение Плазмой до четвертого ранга. И… — он чуть поморщился, будто не был уверен в последующих фразах, но в итоге все же сказал. — Это, конечно, совсем паранойя, но уточню, что тебе не стоит пытаться попасть в подвал в случае, если Лира не будет находиться под контролем рода…
— Не рода, — раздалось сбоку негромко.
— Не рода, — повторил отец. — Под лично твоим контролем. Соответственно, не открывай подвал при посторонних. Да, у меня тут есть идейка насчет одной техники, постараемся ее воплотить. Если получится, то защита будет настроена на кровь рода. Ты сможешь управлять стражем. Но по умолчанию он будет атаковать всех, кто не Звездный, так что имей в виду.
Ага, это он явно про Тень.
Вот реально обидно, что Бекелев влез. Так-то иметь такого неубиваемого защитника на территории поместья было бы более, чем полезно. Теперь придется без него обходиться.
— Третье, — продолжил он. — Если все будет развиваться по совсем неприятному сценарию, то род может потерять не только Лиру, а вообще любую поддержку. Я абсолютно уверен, что Лира в любом случае не останется под Красочными. Я постарался не допустить утечек, но некоторые вещи спрятать невозможно, как ни старайся. Потому ценность планеты рано или поздно станет очевидна для всех. Более конкретно говорить не буду. Как я сказал, сначала обеспечь контроль…
Я подумал, что это может быть намек на найденное месторождение
Настолько верили в примету, что добывающие
— У Звездных достаточно друзей, — снова глянув вбок, отец заговорил еще энергичней. Видимо, он действительно торопился. — Но далеко не все друзья — друзья навсегда. Каждый все равно заботится в первую очередь о своем роде. Если было бы не так, мы бы уже давно одолели Красочных. Так что шанс, что ты останешься один, все равно есть. Но даже если это случится, не забывай. Ты Звездный. А пока жив хоть один представитель рода, будет жить и род. И со временем он вернется еще сильнее, чем был прежде. И снова будет стоять на защите планет от тьмы, что идет к нам из глубин космоса.
К этому моменту отец окончательно перестал улыбаться. Перестав казаться просто весельчаком.
Это для него были явно не пустые слова.
Я ощутил одновременно гордость… и боль, от того, что это только лишь запись, эхо, донесшееся из прошлого. А и его самого давно нет…
Все равно, — скривился я. — Память о человеке — это не он сам.
— Как я уже сказал, случиться может по-разному. И, разумеется, главной подмогой тебе будет мое напутственное слово. Но с ним одним я тебя все-таки не оставлю.
Отец снова заулыбался. Он явно был не из тех, кто способен слишком долго что-то задвигать на серьезных щах.
— Прежде всего. Ты, возможно, в курсе. На Лире существует ряд законсервированных хранилищ. О них известно узкому кругу лиц. В случае серьезных проблем они должны быть вскрыты…
Это все я, разумеется, знал от Ефима. Хранилища действительно существовали, но большинство было вскрыто еще тринадцать лет назад, когда пришлось защищаться от роя
Ну а после на Лиру пришлю люди императора. При помощи Найтов (2) они отыскали оставшиеся схроны.
— Но, как я сказал, друзья иногда перестают быть друзьями, — произнес отец. — Потому отдельно было устроено несколько схронов, о которых знаю только я и еще буквально пара человек. Один находится в Графском Городке. Еще два в Бастионе.
Отец начал быстро диктовать координаты. И тут я уже на память полагаться не стал, нашел на столе карандаш и на первом попавшемся листке все записал.
— Этого должно хватить, чтобы вооружить какое-то количество надежных людей. И хотя иногда друзья перестают быть друзьями, не менее часто они ими остаются, — отец сделал паузы, проникновенно глядя в камеру. — Лира — наша планета. Звездные сотни лет служили своему народу, и народ этого не забудет. Просто дай людям немного веры.
И с этим я был однозначно согласен. Отец же продолжал.
— В том, что касается флота, сложнее, — проговорил он. — На Лире нет подходящих лун или астероидных поясов, где можно было бы спрятать хоть что-то. Но кое-что я все равно придумал. Уверен, ты у меня парень хорошо образованный и карту ближайшего космоса знаешь хорошо. Ближайшая к нам высокоразвитая система — это Новая Агора. Достаточно давно род тайно приобрел там систему орбитальных доков. В то время это было совсем убыточное предприятие. Да и когда я про него узнал, звезд с неба, — он улыбнулся на этой фразе, — оно не хватало. Так что пришлось заняться лично. Понятно, что у нас на Лире свое производство, но из-за удаленности от Звездных Врат тут всегда было много ограничений. Там же наоборот. Корпорация называется Первый Аттрактор. Придумал, если что не я, так с самого начала было…
Отец снова хмыкнул.
— Последние годы я лично курировал его работу. Единственное, все это приходилось делать удаленно. Но благодаря этому даже там на Агоре никто не знает, что корпорация принадлежит Звездным. Конечно, ты должен учитывать, что прошло много лет. С юридической точки зрения все идеально. Я продиктую тебе все необходимые идентификаторы, чтобы ты смог подтвердить свои полномочия. В теории, проблем возникнуть не должно, но, сам понимаешь.
Он сделал паузу.
Я же в этот момент весь превратился в слух.
Вот это был подгон так подгон! Целая корпорация! К с целым орбитальным производственным комплексом! С учетом наличия месторождения это едва ли не готовый путь по возрождению Звездных. Понятно, что за все это еще придется побороться. Не зря тут отец делал эти оговорки. Вряд ли за тринадцать лет не нашлось никого, кто не захотел бы прибрать доки себе. Но тут уж хрен им!
Мое наследство, как никак! Так что хрен я кому его отдам!
— Времени уже почти нет, — проговорил он, снова быстро глянув куда-то вбок. — Наверное, это все… гм…
Он еще чуть помолчал.
— Я не знаю, когда именно до тебя дойдет то послание. Сколько пройдет лет. Возможно, ты останешься совсем один… Жаль, если так. Я не хотел бы взваливать на тебя все это… Но ты Звездный! В твоей груди горит пламя сверхновой. Если ты чего захочешь, ты сможешь…
Отец посмотрел прямо на меня.
— Я в тебя верю. И… что?
Он снова повернулся в сторону.
— Скажи ему сама… Да что… Ладно.
Тут явно был какой-то обмен репликами, но как ни старался, ничего кроме его слов я не расслышал.
— В общем, — отец покачал головой, а потом хмыкнул, пожав плечами. — Кое-кто, — он выделил слово голосом, — еще просил тебе передать. Готов?.. Она состоит из света. И, да, если ты не понял, то это вся фраза. Она состоит из света. Надеюсь, тайный смысл от тебя не ускользнул, потому что от меня очень даже.
Гм.
От меня, если честно, тоже.
Но нужно будет потом еще обдумать.
— Что ж, теперь точно все, — проговорил он. — Как ты понимаешь, мы немного торопимся. А тут еще нужно кое-кому подгузники поменять…
Кажется, со стороны послышался смех.
— Чего?.. Да менял я их! Сто раз менял!.. И не надо ржать!
Это было последнее сказанное им слово. Экран погас, снова погрузив помещение в зеленоватый полумрак.
Из подвала я поднялся спустя минуту. Мыслей в голове было много, но времени на них не было.
Пока я был внизу, Флав напоил Клим Егорыча чаем с эликсиром. Дед уснул.
— Ну что? — спросил псионик.
Прямо он не спросил, но конечно он хотел узнать, что было в шкатулке. И, с учетом того, что он сделал, у него было на это право.
Разумеется, всего я рассказывать не собирался, но…
— Мама была ясновидящей? — спросил я его.
— Да.
— Я думал она из Силы.
Насколько я знал, в этой иерархии с Ясновиденьем почти у всех было даже не плохо, а никак. Телекинез, Усиление Тела, Меч. Но не Ясновиденье.
— Из Силы, — кивнул Флав. — Потому она это и скрывала. Ясновидящим не доверяют.
Хм. С одной стороны — глупость несусветная. С другой… понятно, почему это так. Подобного рода способность не получится контролировать. И из того, что я слышал про Силу, там не любили что-либо пускать на самотек.
— Там было послание от моего отца, — сказал я ему. — В основном касается дел рода.
— А…
— От нее ничего.
Я чуть помолчал.
— Кроме одной фразы. Она состоит из света. Может ты знаешь, что это значит?
Несколько секунд он смотрел на меня, потом покачал головой.
Я, в общем, так и думал.
Ладно, не об этом сейчас.
— Ты сможешь немного присмотреть за дедом? — спросил я. — Ты и так помог, но…
— Смогу, — ответил он, не дав мне договорить. — И… — он помедлил. — Если еще что-то понадобится, я тоже помогу.
Хм.
— Спасибо. Мы потом еще обсудим.
Я бросил взгляд на комм, прикидывая время. Чуть помедлил. Но в итоге все же не стал никому звонить.
Сейчас утечка могла быть критична.
Я был уверен, что потеряв связь с графом, люди Бекелева делать ничего не станут. По крайней мере, в первые час-два. Потом станут его искать и быстро найдут. И вот уже тогда… приказ на уничтожение Базы будет отдан.
Если только не…
Я вдруг понял, что надо делать.
И от масштаба этого замысла я сперва даже сам слегка охренел. Но других вариантов я просто не видел.
— Нужен транспорт, — проговорил я вслух, напряженно думая. — Только мобиль…
Все упиралось во время. Я просто не успел бы все сделать…
— Флаер? — предложил Флав.
— Да флаер-то есть…
Я оборвался, подняв взгляд на Флава.
— Ты же из Псиона, — вдруг вспомнил я.
Он как-то странно хмыкнул.
— И что, это по-твоему значит, что я обязательно пилот?
— Нет, но…
— Не все военные интенданты обязательно пилоты, — сказал он. — В Псионе пилотов также мало, как и везде.
Н-да. Черт Красочный…
— Но именно сейчас тебе повезло, — как бы между делом бросил он. — Потому что именно — я пилот.
Дело было уже к вечеру, и сегодня Турко уже не ждал посетителей. Дела в последнее время в принципе шли не очень хорошо. В Городке было неспокойно. И даже постоянные клиенты захаживать стали куда реже. Прибыли упали до каких-то смешных величин. Что-то с этим нужно было делать, но что именно он пока не придумал.
— Не понимаю, что тебе не нравится, — раздался голос Франца.
— Что?
— Предложение графа.
Турко поднял взгляд, сосредоточившись на стоявшем в своем углу помощнике.
— Что «предложение графа»?
— Оно выгодное.
В ответ Турко только покачал головой, вернувшись к своим мыслям…
— Я серьезно. Ты его примешь?
В голосе Франца послышалась какая-то новая эмоция, которой Турко прежде не замечал. Что это было? Нетерпение?.. Амбиции?..
— Ты себя главным почувствовал, Франц? — проговорил Турко медленно, добавив в голос холода.
Франц не ответил.
И, однозначно, это был недобрый знак. На Турко смотрел светящийся в полумраке лавки глазной протез.
— Ты видишь, что происходит, — раздался голос помощника. — Глупо сейчас идти против графа.
— Ты даже наивнее, чем я думал, Франц, — ответил Турко. — Графу незачем чем-то делиться или что-то давать. Он все подминает под себя. Все, что он предлагает — это отдать ему бизнес. Молча и без возражений…
— Старый дурак. Ты не видишь дальше своего носа.
В ответ на это Турко молча вздохнул.
А ведь одно время он думал, что сможет передать Францу дела. Родственников у Турко не было. Франц же, хоть и был, порой, излишне горяч, обещал когда-нибудь вырасти в того, кому можно, как минимум, доверять… Не вырос.
Ответить Турко ничего не успел, в этот момент неожиданно открылась входная дверь. И на пороге появился…
— Мишка? — чуть напряженно проговорил Турко. — Ты немного нево…
Владелец лавки оборвался, увидев, что вслед за парнем внутрь заходит… высокий седовласый старик.
— Ваша светлость…
— Да просто Миха, — отозвался тут же парень. — Тут такое дело. Реально просто не к кому было обратиться. Не сможешь с Клим Егорычем часик другой… гм… пообщаться? Мне просто… хм…
Парень смолк, заметив Франца, который…
— Франц! — тут же предостерег помощника Турко.
Но тот даже на него не взглянул. Выйдя в центр лавки, он уперся взглядом в парня с его дедом. И положил руку на кобуру с импульсником.
— Что это у тебя на поясе? — проговорил он с явным предвкушением в голосе.
И только тогда Турко заметил, что Мишка правда выглядел странно. Рукав на водолазке порван, как и одна из штанин. Лицо в царапинах. А на поясе…
Турко прищурился, мгновенно опознав сайбер. Будь на его месте какой-то другой мальчишка, Турко обязательно подумал бы, что это просто игрушка. Но Мишка, особенно если вспомнить, кем была его мать…
— Я чему-то помешал? — отозвался спокойно парень.
— Тебе не об этом стоит беспокоиться, — проговорил Франц, демонстрируя хищный оскал.
— Да неужели? И о чем же?
Не малейших признаков страха он не выказал.
— О том, что граф скажет, когда узнает…
— Франц, — перебил его Турко.
— Да ты…
Турко не дослушал.
Он просто нажал на спуск. Импульскник уже в его руке выплюнул с полдесятка игл, разукрасив аккуратными отверстиями грудь Франца.
Протез в его глазу ярко вспыхнул Краской… но после погас. Сам он завалился на пол.
Убрав оружие, Турко снова поднял взгляд на парня с его дедом.
— Для меня честь принимать вас в своей скромной лавке, ваша светлость, — проговорил он ровно.
На произошедшее, ни он, ни его внук, казалось, вообще не обратили внимания.
— Просто Клим Егорович, — отозвался бывший правитель планеты.
— Деду немного не здоровится, — добавил парень. — Ему бы посидеть где, и чайку.
— Сейчас все сделаю.
Вернон Данги с легким раздражением смотрел на сидевшего в одном из кресел диспетчерской офицера Бекелевых (2). Еще двое бойцов с нашивками того же рода стояли на выходе из ЦКП. И этим наверняка сильно нервировали собственных безопасников порта.
Данги уже третий год возглавлял отделение Службы Доставки в Графском Городке. Пост был, с одной стороны, ответственный. Даже с кое-какими шансами подняться вверх по структуре внутри самой Службы. С другой — работа была не из простых. И заключались сложности не столько в потоке перевозок, сколько в политической составляющей.
Вернон не получал сверху прямых и понятных инструкций. Но в то же время его интуиции хватало, что видеть, что это не тот случай, когда достаточно будет просто следовать протоколам. Нет. Если бы он так думал, он бы на этом посту и не оказался.
Он обязан был улавливать течения, которые не были очевидными. И именно сейчас чутье ему подсказывало, что нужно, как минимум, смотреть в оба.
Два часа назад с ним связался лично граф Бекелев и потребовал закрыть на ближайшие сутки порт. И не просто закрыть, а сделать это, не сообщая никому в Бастионе.
Это полностью противоречило всем инструкциям, но…
Данги согласился.
Не на двадцать четыре часа, о которых просил граф. Только на двенадцать. Но и это уже была серьезная ставка.
И оказаться проигравшим в этой игре очень не хотелось.
Спустя десять минут после разговора с графом, со взлетной площадки поднялись оба боевых флаера Бекелвых и ушли в направлении северного тракта.
Данги тогда подумал, что двенадцать часов — это тоже слишком много.
— Неопознанный объект с юго-востока, — раздался вдруг голос одного из диспетчеров.
— С Бастиона? — тут же отозвался офицер Бекелева. — И что значит неопознанный?
— Это значит, что сигнатуры нет в базе, — ответил Данги, поднявшись со своего места и подойдя к мониторам. — Хотя идет со стороны Бастиона, да. Ну-ка, Эванс, что у нас с датчиками?..
Диспетчер уже вбивал в систему нужную команды. И ответил почти сразу:
— Сигнатура плавающая, сэр.
— Та-ак…
— А это что значит? — тут же потребовал Градов. Так звали офицера Бекелва.
— В теории это может быть работающая маскировка, но намного чаще это помехи из-за близости к лесу. И…
Данги оборвался, заметив на экране что-то даже более странное.
— Объект потерян, — сообщил диспетчер.
— Вижу, что потерян, — нахмурился Данги.
Эванс снова тороплива забил по клавишам, меняя диапазоны фиксирующих систем.
— Что происходит? — снова забеспокоился Градов.
— Пока непонятно. Сейчас проводим более тщательный пои…
Остаток фразы управляющего портом заглушил раздавшийся грохот. Стекла ЦКП задрожали. И прямо сквозь них Данги разглядел…
…поднимающийся со взлетного поля огненный всполох.
Кажется, там стоял один из грузовых флаеров.
— Что… — промямлил растерянно Эванс.
ГРОХОТ!
Рядом с первым взрывом вспух еще один. И вот теперь Данги видел точно. Курьерский флаер самой службы взлетел на воздух. Вот только не так, как обычно. А горящим и раздолбанным на куски.
— Систему обороны! — взревел Данги. — Быстро!
Пусть объект у них был гражданский, но они все-таки находились на фронтире. Несколько турелей у них было установлено. В первую очередь, на случай контакта с Красочными. Все это даже проходило инвентаризацию и поверку, но вот реально опробование последний раз было года три назад…
ГРОХОТ!
— Это… турель-три! — выдохнул Эванс. — Они подавляют ситсему обороны.
Данги с раздражением подумал про себя, что, конечно, «они» именно это и станут делать.
— Пошел! — рявкнул он, сгоняя Эванс с кресла.
Тот сначала даже не понял, так что пришлось едва ли не стаскивать его с места. Данги лично принялся вводить команды, не обращая внимание на очередные вопросы Градова. В первую очередь нужно было активировать турели…
ГРОХОТ!
Если они еще останутся к тому времени! Удивительно, что неприятель не нанес первый удар прямо по ЦКП. Пункт, разумеется, был бронирован. Но тяжелое вооружение есть тяжелое вооружение.
Разобравшись с турелями, Данги перенастроил радары…
И кое-что все же заметил.
Сигнатура! И…
ГРОХОТ!
Кресло ушло из-под управляющего. Стены и потолок вздрогнули, а система выдала информацию о недоступности центральной турели. Той самой, что была установлена прямо над ЦКП!
— Это налет! — услышал он чей-то паникующий крик.
Да какой налет, — успел подумал Данги. — Флаер всего один.
Поднявшись, он увидел, что, к счастью, никто особо не пострадал. Погасла под потолком пара плафонов, народ попадал, отрывая наушники, но в целом все пока было цело.
— Так! — рявкнул он. — В руки все себя взяли! Мне нужна связь с Бастионом…
— Нет! — тут же перебил Градов. — Это невозможно.
— Вы не понимаете? Эта ситуация явно…
Вот только договорить Данги не успел. Входная дверь в диспетчерскую слетела, сбив с ног одного из безопасников. А еще через миг в полет отправились остальные бойцы. Вперемешку — Бекелевские и сотрудники порта.
Данги увидел, как в руках Градова загорается какая-то техника…
А еще через миг его голова лопнула, брызнув кровавыми ошметками. Взвизгнула одна из сотрудниц, кто-то что-то крикнул…
Раздались выстрелы, но почти тут же стихли.
На глаза Данги попалось еще одно тело Бекелевского бойца. Просто разрезанное надвое. А после…
— Вернон Данги.
— Что?.. — недоуменно отозвался управляющий.
— Вернон Данги — это же вы?
Проморгавшись, Данги поднял взгляд. Когда начались выстрелы, он упал на пол и теперь смотрел снизу вверх на… ребенка.
Это его так удивило, что он не сразу заметил не менее важное.
На плече у «ребенка» висел укороченный автомат. А в руке он держал… сайдер.
Зажженный сайдер!
Псион⁈
Неужели снова война⁈
Стоп, но откуда он знает его имя?..
— Вижу, вы сбиты с толку, — сказал… псионик. — Упрощу вам задачу. Меня зовут…
На этих словах он оборвался, поведя свободной рукой. И Данги увидел, как один из сотрудников его службы безопасности, срывается с места и бьется всем телом об стену.
— Меня зовут Михаил Звездный.
Звездный⁈
— Вы понимаете меня, Вернон.
Не в силах что-то ответить Данги просто кивнул, не отрывая взгляда от парня.
— Граф Бекелев мертв, — сообщил он через секунду.
Парень… Звездный продолжал смотреть на Данги, не отрывая взгляда.
— Только что мои люди уничтожили все флаеры, что были готовы ко взлету. Я бы искренне хотел этим ограничиться. И не повреждать дальше порт. Вы следите за моей мыслью?
Говорил Звездный быстро, так что Данги пришлось серьезно напрячься, чтобы не обращать внимание на хаос вокруг. Его сотрудники по углам ЦКП жались к полу. А всего в паре метров безголовое тело Бекелевского офицера продолжало выталкивать из себя кровь…
— Да, — справившись с собой, проговорил Данги.
— У меня нет претензий к Службе Доставки, — сказал Звездный. — Весь нанесенный урон будет возмещен. При условии, что мы сможем договориться.
Он сделал паузы, давая осмыслить сказанное.
— Если договориться не удастся, мне придется действовать более радикально. Как вы понимаете — терять мне нечего.
Это было очевидно. Дураком Данги не был. И прекрасно понимал, что в эту секунду за его жизнь вряд ли кто-то бы дал больше ломанного пятипроцентовика.
— Два момента, — продолжил Звездный. — Первый. Я знаю, что между графом Бекелевым и кем-то из вашего начальства существовала определенная договоренность. Я не знаю, в курсе ли вы о ее сути. Но, я полагаю, что вы могли бы догадываться о самом наличии… договорённостей.
Данги ощутил, что текущий момент, возможно, наиважнейший не только в его жизни, но и в его карьере.
И очень медленно, и едва заметно кивнул.
— Хорошо, — отозвался Звездный. — В таком случае я хочу сообщить, что готов взять данные обязательства на себя взамен графа Бекелева, который стал недоступен. Конкретные условия, очевидно, придется пересмотреть. Но суть соглашения останется та же. Я могу рассчитывать, что вы передадите данное сообщение?
Пауза. Но не более, чем секундная.
Затем Данги снова кивнул.
— Тогда второе. Какое-то время в Городке будет неспокойно. Я хотел бы удостовериться, что в ближайшее время порт будет оставаться закрыт. И в том, что касается влетов техники и в том, что касается других способов передачи информации. Это важная часть нашей договоренности. В противном случае… вы сами понимаете. Ваше начальство далеко, а вы здесь. Мне нужно уничтожать оставшуюся технику, которая сейчас стоит в ангарах или я могу надеяться на ваше благоразумие, Вернон?
Сглотнув пересохшим горлом, Данги облизнул губы и хрипло произнес:
— Ненужно ничего уничтожать. Я буду сотрудничать.
— Я пришлю своих людей, чтобы все проконтролировать, — сказал Звездный. — Пока я прошу вас организовать помощь пострадавшим.
Он еще чуть помолчал и потом добавил:
— Любой взлетевший флаер, как и утечки, я восприму как ваш личный умысел. Надеюсь, вы это понимаете.
Не в силах что-то сказать, Данги снова кивнул.
Владимир и Максим Ланцовы (1) находились в кабинете главы рода. Также присутствовали Густав Шмидт (0) и Дмитрий Зотов (1).
Эти три семьи включали в себя не менее семидесяти процентов свободных добытчиков Графского Городка. Было еще отделение Гильдии Охотников, как и отдельные команды на балансе аристократов. Но если говорить о постоянных отрядах, то именно Ланцовы, Шмидты и Зотовы покрывали большую часть территории вокруг Графского Городка.
Собрались они не просто так.
Эти три семьи нельзя было назвать очень уж дружными. Но по крайней мере им всегда удавалось находить решение, которое устроило бы всех. Все они одинаково ценили свою независимость. И как раз потому, почуяв куда дует ветер, и решили собраться.
— Я не знаю, что делать, — проговорил, хмурясь, Дмитрий Олегович Зотов. — Если бы не… сами знаете что… Нет, все равно было бы плохо. Но сейчас мы застряли между Бекелевым и лесом.
Последнее было общей болью добытчиков.
Усилившаяся активность
И, самое главное, к Городку выходили не только
Скауты (К3).
Теперь это окончательно подтвердилось. На первые сообщения они не обращали внимания. Добытчики народ такой. Любит иной раз прихвастнуть. Но в итоге появились и видео-подтверждения. И вещественные улики.
Красочные, настоящие Красочные все ближе подходили к Городку.
— Даже если это просто дальний дозор, это… плохо, — проговорил Густав. — Вопрос времени, когда появится Майор. Или кто похоже.
От последней фразы все немного скривились. Добытчики были народом суеверным. Но одергивать Густава никто не стал. Все думали о том же.
— Не надо торопиться, — взял слово Владимир Ланцов. Все тут же повернулись к нему. Главу рода Ланцовых (1) в этой компании уважали особенно. Как-никак, самый опытный добытчик из присутствующих. Из тех, что ходил в дальнии рейды еще со Звездными. Его слово много весило. — Красочные не склонны к беспричинной миграции.
— Так может есть причина…
— Пока мы этого не видим, — настоял на своем Ланцов. — Так что сейчас не это наша главная проблема. А Бекелев.
Дмитрий Зотов, услышав это, вздохнул. Шмидт нахмурился.
— Да-да, вот с чем нам нужно что-то делать.
— Четвертый ранг, — покачал головой Густав.
— Пик четвертого ранга, — поправил Ланцов. — Но это не значит, что должны поднять лапки и лечь под него. Я предлагаю объединиться. Чтобы не повторить судьбу Рудова.
— Будто это что-то даст… — протянул Зотов.
Завязалось обсуждение. Но к общему мнению прийти не получалось. Слишком сложная была ситуация.
В какой-то момент Максим Ланцов, молчавший большую часть времени, коснулся плеча отца и что-то негромко ему сказал. Тот удивился.
Все вопросительно посмотрели на него…
— Кхм, — кашлянул он. — Мне тут сообщают, что к нашему разговору хочет кое-кто присоединиться.
— Кто?
— Одноклассник моего сына, — заметил Максим Ланццов с улыбкой.
Это всех окончательно сбило с толку.
— Эм-м… — начал Дмитрий Зотов. — Максим, а ты уверен, что у нас есть время…
Он оборвался как раз, когда дверь открылась.
И на пороге действительно возник… гимназист. По крайней мере, по возрасту точно. Правда выглядел он не особо опрятно. Будто только что из рейда вернулся.
— Приветствую, господа, — произнес он. — Мы с вами незнакомы, но имя мое вам наверняка известно. Я Михаил Звездный. И я хочу вам кое-что показать.
С этими словами он подошел к столу хозяина кабинета и положил на него… родовой перстень.
Но явно не свой. С другим гербом на тыльной стороне.
— Это…
— Перстень графа Бекелева, — проговорил… Звездный. — Он напал на мое поместье. Также, как до этого напал на Сватьевых, Вестиго и Рудовых. Теперь он мертв. Но это не означает конец Бекелева. Чтобы справиться с ними окончательно, мне нужна ваша помощь.
Барон Дамир Асланов (1) с хмурым видом наблюдал за мечущимся по кабинету Антоном Бекелевым (2).
В отсутствие хозяина кабинета именно на Антона формально ложились обязанности главы рода. Рустам все еще находился в Бастионе. Сидевший здесь же на отдельном диванчике юный Павел пока до какой-то ответственности не дорос.
Дамир Идарович был старым другом и союзником семьи. В свои преклонные годы он предпочитал проводить время в уединении в своем поместье. Но в этот раз не смог отказать Николаю Петровичу, попросившему проконтролировать ситуацию из поместья.
— Уже больше часа прошло! — нервно бросил Антон, наконец остановившись. — Нужно что-то делать!
— Антон, успокойся уже, — отозвался Дамир. — С брата лучше пример возьми. Все под контролем.
— А передовая группа…
— Пять минут назад связывались, — ответил пожилой аристократ. И добавил в голос суровости. — Успокойся.
После этого Антон все-таки опустился в кресло.
— Может послать кого-то? — предложил Павел. — Не в поместье, а хотя бы на дорогу. Проверить.
— Да кого ты пошлешь! — отмахнулся Антон. — И так почти всю охрану с репликатора сняли!
На это Дамир Идарович только головой покачал, но говорить ничего не стал. Пусть лучше так пар выпускают, чем какую-то ерунду творят.
Сам мужчина не то, чтобы совсем не нервничал, но все же понимал, что переговоры могут затянуться. Особенно с учетом их деликатного характера. Но в то же время он не думал, что что-то вообще может пойти не так. Не сейчас.
Вот после, когда решение придется отстаивать у Наместника… Там да. Дамир Идарович не был уверен, что все это не ошибка. Если бы Николай не поставил его перед фактом, барон обязательно попытался бы его отговорить… Граф Бекелев уже не был тем молодым и горячим аристократом, что тринадцать лет назад. Но все же выдержки ему, порой, не хватало…
Посреди размышлений у барона пискнул комм на руке.
Антон тут же вскочил…
— Что там⁈
— Спокойно, — повторил ему Дамир Идарович, прежде чем проверить сообщение. Когда же глянул на экран, нахмурился. — К поместью кто-то подъезжает…
Барон оборвался, глядя на следующие строчки, где дублировалась информация с датчиков. Сигнатур было много.
Поместье окружали…
Тут же послышались шаги в коридоре.
В кабинет без стука влетел гвардеец.
— Ваше благородие! — выдохнул тот с порога. — Боевые мобили! И МПД!
— Что⁈ — выпалил Антон Бекелев. — Кто⁈
— Мы не знаем! — беспомощно отозвался гвардеец. — Их много!..
— Спокойно! — ударил по столу Дамир Идарович. — Готовиться к обороне! Я свяжусь с группой и… приведи сюда Крамцова.
Кивнув, гвардеец выбежал из кабинета.
Дамир Идарович снова взялся за комм, вызывая передовую группу. Подождал пять секунд… десять… Без результата.
Связь с трактом могла быть нестабильной из-за близости
— Крамцов? — тем временем подал голос Антон. — А этот зачем?
Барон не ответил бы на это точно.
Он сам прежде убеждал, что затянувшиеся переговоры графа со Звездными, это нормально. И даже прервавшуюся связь не считал чем-то важным. Граф сам мог приказать установить режим тишины.
Но все-таки…
Мысль оборвалась, потому что в этот момент снова звякнул комм. Только на сей раз не у барона.
У Пашки.
Он уставился в экран. И…
— Это…
— Что?
— Звездный…
— Что⁈ — уперся в него взглядом Антон. — Что за чушь⁈
— Он пишет, чтобы мы не сопротивлялись, иначе… он убьет отца.
— Глупость, — тут же отмахнулся Дамир Идарович, даже успокоившись. — Предлагаю всем спуститься вниз. Поместье хорошо защищено, а это какая-то провокация…
Фразу оборвал раздавшийся вдруг грохот.
— Они напали!.. — выпалил Антон.
Вот только уже секунду стало ясно, что нет.
Грохнуло не снаружи.
А внутри.
И в тот же момент ожил комм Дамира Идаровича.
Пробился, наконец, сигнал от передовой группы, ушедшей на северный тракт.
Невольно барон замер, не в силах поверить в прочитанное. Состояло сообщение всего из двух слов.
Руфус Альт был одаренным третьего ранга, в прошлом — армейским офицером, успевшим хорошо повоевать. Род Бекелевых нанял его недавно. Он еще не успел до конца перестроить роту. До стандартов Имперского Легиона ей было, как до ближайших Звездных Врат от Лиры. Но кое-что все-таки сделать успел.
И сегодняшняя операция должна была стать серьезной проверкой.
Мобили Руфус оставил в тылу. Сейчас от них почти не было толку. Он давно составил запрос на дальнобойные турели, но пока на мобилях стояли обычные модели. Против укрепленного объекта они были почти бесполезны.
Впрочем, именно сейчас это значения не имело. В первой волне должны были пойти МПД под прикрытием одаренных. Разумеется, уже после авиационной подготовки. Пара флаеров медленно кружила над их целью, передавая данные о противнике в реальном времени. Противник, судя по всему, собирался сопротивляться, и Руфус очень надеялся, что именно так и будет.
Привыкшим к, по сути, полицейской работе гвардейцам просто необходима была встряска. Без реальных схваток, без потерь боеспособный отряд не получить. Слабые погибнут. Но остальные станут крепче. Руфус много раз видел это в Легионе. То же должно было случиться и здесь.
Главное, чтобы ничего не сорвалось.
— Связь, что там? — в очередной раз уточнил Руфус.
— От графа сообщений нет.
В ответ Руфус хмуро кивнул.
— Передай воздуху широкий облет.
Если бы не место проведения операции, то элемент неожиданности можно было бы свести практически к нолю. Но Лес есть Лес. А значит нужно было быть начеку. Тем более, что по сводкам были сообщения о появлении Скаутов (К3) в этом районе. И опыт Руфуса говорил, что недооценивать подобные сигналы точно не стоило.
Связист уже начал передавать приказ, когда…
— Сигнал в воздухе! — выпалил он.
— Что⁈
Руфус сначала инстинктивно уставился в экран радара, но почти тут поднял взгляд, чтобы увидеть, как один из Бекелевских Кондоров…
…вспухает в воздухе оранжевой вспышкой.
А секунду спустя сквозь нее проносится хищный темный силуэт. Очень хорошо Руфусу знакомый.
— К бою! — мгновенно взревел капитан. — Орудия в зенит!
Не надеясь на остальных, он и сам выскочил из мобиля, сразу обращаясь к Стихии. Доспех на нем, разумеется, и так уже был, но сейчас ему нужно было кое-что другое. Далековато, конечно, но пара подходящих техник у его Зеленого Пламени имелось.
Вокруг уже задвигались другие бойцы. Пилоты МПД присоединялись к всеобщей суете, направляя турели в воздух. Вот-вот должны были зазвучать первые выстрелы, когда…
ВЗРЫВ!
Обернувшись, Руфус увидел, как под мобилями прикрытия вспухает земля, высвобождая прятавшуюся в глубине энергию.
Кто-то, кажется, успел крикнуть про мины.
А миг спустя земля вспучилась, уже практически у Руфуса под ногами.
— Уверен⁈ — раздался немного безумный голос Флава.
Глаза у него сверкали. Волосы стояли дыбом. Прикованный к пилотскому креслу, он закладывал один вираж за другим. Говоря, что он пилот, псионик, как оказалось, ничуть не покривил душой.
На тот мой первый полет, когда за штурвалом был Уолш, ЭТО не походило от слова совсем. Во мне одновременно бурлили два чувства.
Я очень хотел научиться также.
И я очень хотел как можно быстрее оказаться за пределами Раптора.
Разумеется, я предупредил псионика, что Рип кое-как починил флаер. Собрал часть деталей из какого-то мусора. И машина могла превратиться с мертвый кусок железа абсолютно в любой момент.
Предупредить-то предупредил. Вот только Флав, похоже, пропустил это мимо ушей. И если в порту он вытворял пируэты без меня, то сейчас над Базой, за пару минут воздушного боя я успел слегка охренеть, так что…
— Уверен! — крикнул я в ответ, уже находясь в хвосте. — Дава…
— Пошел!
Кажется, когда он нажимал на кнопку открытия люка, на лице у него была улыбка.
Железка ушла из-под ног, и я оказался в свободном полете.
Ветер тут же ударил в лицо.
— Признайся, такого даже ты не делал! — крикнул я во все горло.
Слышно ничего все равно не было.
Вот зануда. Мог бы и соврать!
— И все равно я круче!
Земля приблизилась как-то неожиданно быстро. Но и тормозить слишком рано было нельзя. Выхватив сайдер, я зажег лезвие.
По телу стегнуло болью от пронизавшей его Воли, но я уже почти не обратил внимания. Начинал привыкать.
Метров за двадцать я раскрыл за спиной Телекинетическую Сетку, которая тут же начала тормозить.
И еще через пару секунд выбросил вперед несколько «рук», упираясь в землю…
Хлоп!
Отдачей долбануло по плечам и ногам. Аж искры из глаз брызнули! Но зато спустя еще миг я уже был на земле… И сразу взмахнул Мечом, делая длинный Разрез в сторону МПД, палившего в сторону Базы.
Взрывами заложенных по плану Ефима зарядов в противодетекторной оболочке разметало большую часть прибывшей группы. Но многие, конечно, выжили. Это касалось и МПД с серьезной защитой. И одаренных вторых-третьих рангов со Стихийным Доспехом.
Следующим делом, я создал подряд сразу несколько «кувалд». Кидая их в стороны мобилей и МПД. Добавляя еще хаоса в происходящее.
А еще через секунду пришлось уже самому уклонять. Луч ярко-зеленого пламени взрезал грунт в метре от меня. Я толкнулся от земли Телекинезом. И только приземлившись, выдал еще один Разрез.
Попал, но, кажется, в Доспех.
В ответ тут же ударила еще пара лучей. Я снова уклонился.
— Держись, командир!!! — раздался механический голос.
Я увидел мчащуюся со стороны Базы Амфибию. Турели МПД не замолкали и на миг, врезая по короткой очереди по каждому из очагов сопротивления. Следом за первой машиной шли другие.
Отлично!
Я снова сдвинулся, делая еще Разрез.
И в этот раз получил в ответ уже не лучи, а целую стену из зеленого огня. Успел увидеть как Молчун — вряд ли это мог быть кто-то еще — перепрыгивает ее. Уже на лету продолжая стрелять в ответ.
Я выпрыгнуть не успел, так что вместо этого дернул к себе перевернутый мобиль, что лежал на боку в нескольких метров. Пламя накинулось на него. Выждав, я рванул вперед. И, наконец, увидел его.
Явный третий ранг. Его окружало несколько слоев барьера из зеленого огня. Не на секунду не забывая про атаку, он еще и держал в руках комм.
— Помощь нужна?
Рядом со мной оказался Антон Сватьев (1). Заметил я его заранее и специально остановился, подождав, пока он подойдет.
Выглядел парень бледно. От своих ран он отправился еще не до конца. Но лишать его шанса проявить себя я не собирался.
— Отвлечешь его? — предложил я.
Тот в ответ кивнул.
Я тут же ощутил свечение
От земли рядом с ним начала подниматься пыль, тут же уплотняясь. Вскоре около него в воздухе висели уже десятки заостренных дисков, кольев и стрел из пыли.
Еще через секунду от снарядов густо запахло горелой землей и потянуло
— Когда? — спросил он с напряжением.
На лице у него проступили капли пота.
— Пять секунд! — крикнул я.
И сам рванул по легкой дуге к третьему рангу. На пол пути ушел в переступы, уклонившись последовательно от пары зеленых лучей.
Еще через миг засвистело, а по барьеру одаренного стало бить кольями и дисками.
Подлетев вплотную, я на мгновение закрыл глаза, вспоминания ощущение…
Теневой Шаг!
Пройдя щиты насквозь, я оказался рядом со стихийником. Глаза у него пускали зеленые искры.
Я ударил сайдером наотмашь.
И его рука упала на землю. Он захрипел. Ясновиденье обожгло холодом, предвещая опасность…
Я снова переступил.
И пропустил мимо удар армейского ножа, светящегося зеленым. Тут же схватил его оставшуюся рук Телекинезом, лишая равновесия. И снова ударил Мечом.
Удар прошел. Лезвие пробило корпус.
Огонь в его глазах на миг ослаб…
…а после вспыхнул удесятеренной силой.
Только я понял, но отпрыгнуть уже не успел. Просто выставил перед собой Стену…
По ней в итоге и получил.
Было больно.
Летел я метров двадцать. И только приземлившись понял, что кожи на ладонях у меня, кажется, не осталось. Сайдер где-то упал…
Успел заметить движение. Кажется, это тоже был одаренный. От боли я почти ничего не видел, ориентироваться пришлось с помощью Ясновиденья. Лицо тоже обожгло…
Я стал выставлять Стенку, когда…
…одаренный вдруг упал. И затрясся, держась за разрезанное горло.
— Ты мой должен мне билет с планеты, — напомнил Пако.
За спиной одаренного был он.
Я только кивнул, окидывая поле боя взглядом. Пытаясь найти третьего ранга, но… не находя.
Какого-то удовольствия в его интонации не было. Просто факт.
Вскоре стало ясно, что тот третий ранг и был командиром группы Бекелева. Без руководства противник почти сразу утратил пыл.
Последней каплей стал вспыхнувший в небе второй Кондор Бекелевых. Флав тоже сделал свое дело.
— Бекелевцы, сдавайтесь! — крикнул я тут же, вкладывая в голос Волю. — Ваш граф мертв! Кто сложит оружие, обещаю жизнь! Я Михаил Звездный, это мое слово!
И вскоре оружие стало падать. МПД замирать.
Мы победили. Но только здесь. И только пока.
Это было еще далеко не все.
Мне срочно нужно было обратно в Графский Городок.
Не вырубиться бы только.
Руки болели просто жутко.
Евгений Вестиго (1) сделал все возможное. И внешне ладони выглядели невредимыми. Но я все еще ощущал горящий внутри жар чужой Стихии. Ко всему прочему я еще и Противоядие применить не мог, а потому тупо приходилось терпеть.
Вылететь в Городок сразу после боя все-таки не получилось. Флаер все-таки перегрузил свой ресурс, Флаву пришлось экстренно садиться, а значит быстрого способа добраться не имелось. Я сделал все, что мог. Сначала написал Пашке, а после — через связиста Бекелевых — и его старшим.
После почти час вместе с Вестиго трясся в мобиле, беспокоясь о том, как там все прошло у Ланцовых (1). И, к счастью, Бекелевы (2) оказались слишком обескуражены, чтобы продолжать сопротивление. Хотя решающую роль тут сыграл, как ни странно, Биркин. С помощью брошки Спарка он сумел забраться в особняк графа и отыскать там сидевшего в подвале Ефима. Уже вместе они открыли Ланцовым ворота. Ну и дальше все закончилось почти без сопротивления.
Биркин, правда, пока освобождал Ефима, едва не спалил себе всю энергетику. Брошка брошкой, но от всего она все же не помогала. Плюс заряд у нее был не вечный. Так что в итоге Биркин остался один на один против пары одаренных, и ему пришлось задействовать свою новую способность. Ту самую, что дало ему
В общем, можно было бы сказать, что операция прошла идеально.
Если бы не одно «но».
Пашка Бекелев успел связаться со своим братом через АМС — Артефакт Мгновенной Связи. И потому он был в курсе почти всего произошедшего.
И, самое главное, что после смерти графа именно Рустам Бекелев становился главой рода. А находился он сейчас… в Бастионе.
Спустя еще час, когда уже я сам активировал АМС, первой его фразой было:
— Я отправляюсь во дворец Наместника, Звездный.
Взгляд молодого человека, смотревшего на меня с экрана, был полон уверенности. О том, что он только что потерял отца, не говорило вообще ничего.
— И ты понимаешь, что это значит. Твой единственный шанс выжить — сдаться прямо сейчас. Так что решай.
— Решай, Звездный.
Рустаму Бекелеву (2) было двадцать пять лет. Стройный, худощавый и черноволосый, как отец. Насколько мне было известно, он много лет провел за пределами Лиры, получая образование в центральных мирах Звездной Империи.
Экран Артефакта Мгновенной Связи, в который я смотрел, не давал о нем окончательного впечатления. Действительно ли он чувствовал себя настолько уверенно. Или только хотел это показать.
Но, как минимум, голос у него не дрожал.
— Кажется, тебе просто не обо всем известно, Рустам Николаевич, — проговорил я, глядя на него. — Твой отец нарушил прямой приказ Наместника, напав на мое поместье.
— И поверить я в это должен только на основании слов Предателя Империи? — отозвался он. — Думаешь, я настолько наивен Звездный?
— Это легко проверить, — ответил я. — Здесь достаточно людей из твоего рода. Часть была в курсе планов твоего отца…
— И они скажут все, что угодно, чтобы спасти свою жизнь, — перебил Бекелев младший. — А касательно приказа Наместника — у него я и спрошу.
Да… Слишком уверен в своей позиции.
— Ты, конечно, можешь угрожать моим родственникам. От Предателя Империи ничего другого и не ожидаю. И тогда ты только окончательно поставишь на себе крест.
Он небрежно усмехнулся. И стало окончательно понятно, что не так уж он и привязан к матери и младшему брату. Понятно, что я бы в любом случае им ничего делать не стал. Даже Пашке. Но Рустаму об этом узнать было неоткуда.
— Допустим, я соглашусь с твоими требованиями, — произнес я после паузы. — Что тогда?
— Тогда будет зависеть от того, что ты успел натворить, — пожал он плечами. — Если ничего сверх того, о чем ты сказал, то я готов буду рассмотреть вариант с компенсацией.
— Компенсация?
— Ну что там у вас осталось? Земля, поместье… Неважно, в общем. Это скорее будет как гарантия, что от вас больше не будет неприятностей. Вы передадите оставшееся у вас в Городке имущество, а сами отправитесь… куда угодно. В Бастион, а лучше вообще с Лиры. Готов даже помочь с этим.
Мысленно я даже хмыкнул. Я ничего ему не говорил о требованиях графа, не был уверен, что наследник Бекелевых в курсе. Но тот, ничего не зная, потребовал почти то же самое, что и отец.
Я сделал вид, что не уверен.
— Мне нужно обдумать все, — сказал я в итоге.
— Думай. У тебя сутки. В следующий раз на связь должен будет выйти уже мой брат. Тогда уже будем решать.
На этих словах он оборвал связь.
— Он пойдет прямо к Наместнику, — сказал тут же Ефим. Слуга также находился внутри малого конференц-зала порта во время разговора. И все слышал. — Не полетит он сюда один, кишка тонка.
Гм.
Поняв настроение младшего Бекелева, я попытался вложить в него побольше уверенности. Но особо это не помогло. Он дал на раздумья сутки. Не час-полтора, что было бы логично. А значит, это просто была попытка потянуть время.
— Вы все слышали, — перевел я взгляд на сидевшего тут же Вернона Данги.
Управляющий портом в ответ кивнул.
— Я немедленно свяжусь со своим начальством, — отозвался он.
— Хорошо.
И Данги, встав, быстро вышел из конференц-зала.
— Ефим? — перевел я взгляд на Слугу.
Он кивнул. И я пододвинул к нему АМС-2, прежде принадлежавший Бекелеву. Штука, кстати, оказалась прям супер-удобная. По сути, с нее можно было «позвонить» на практически любой комм в пределах Лиры. И установить мгновенную связь. Работал АМС, правда, исключительно на
Ефим принялся вводить в АМС нужный идентификатор.
— Долго там еще? — с раздражением бросил Рустам сидевшему за рулем гвардейцу. Еще по одному находилось на пассажирском сидении впереди и сзади — рядом с самим Рустамом.
Молодому аристократу не очень нравилось, что приходилось ездить в такой тесноте. Но безопасность… Ради нее приходилось мириться с неудобствами.
— Затор, ваше благородие, — отозвался водитель. — Еще десять минут.
— Доедешь за семь, — бросил отрывисто Рустам.
— Но… гм… Будет сделано, ваше благородие!
Мобиль почти тут же вильнул в потоке, подрезая какую-то развалюху. Но главное, движение ускорилось.
Пробки в Бастирне не шли ни в какое сравнение с безумным траффиком Александрии, где Рустам прожил несколько лет. Но такой свободы, как в Графском Городке тоже не было.
Всю дорогу Рустам почти не отрывался от комма, ожидая подтверждения от своего знакомого во дворце Наместника.
Добиться встречи с правителем планеты было делом нетривиальным. Особенно такой внезапной, без дополнительных договоренностей. Если бы Рустам не занимался в Бастионе налаживанием связей все последние недели, он бы и вовсе не знал, как за такое браться.
— Подъезжаем, ваше благородие, — сообщил водитель спустя минут пять.
На подъезде к правительственному кварталу мобилей сразу стало меньше. Затык возник на внешнем пропускном пункте. Минут пять сотрудник строил из себя какую-то важную шишку, явно упиваясь своей мелкой властью, пока Рустаму наконец не пришло нужное подтверждение. И только тогда их пропустили. Хотя за это время через соседний въезд успело проскочить не меньше пары десятков мобилей!
Рустам пообещал себе не полениться и в будущем «поучаствовать в судьбе» такого ретивого охранника. Подобное уж точно с рук спускать не стоило.
С этой мыслью он дождался, пока мобиль остановится. Когда же вышел, увидел, что их уже ждали.
— Рустам Николаевич, нам приказано проводить вас.
В этот на это аристократ важно кивнул. Хотел уже двинуть, куда указано, когда заметил, как вдруг напрягся командир его охраны.
— Ринат, что?..
Тот не ответил. Только сделал шаг, чуть загораживая Рустама. Тогда уже он сам огляделся, прикидывая обстановку.
Остановились они у одного из запасных подъездов. Туда их направили с КПП. И других мобилей тут видно не было. Стоянка вообще была почти пустая, спрятанная между глухим забором и тыльной стороной одного из правительственных корпусов.
Встречало их на улице сразу шестеро охранников. Рустам заметил это не сразу, но… что-то странное у них было в форме. Это была не гвардия Наместника…
— В чем дело⁈ — спросил Рустам громко.
— Нужно, чтобы вы прошли с нами, — повторил охранник, глядя на аристократа.
— Я должен встретиться с Наместником! У меня важная информация!
— Разумеется. Вам уже назначено.
Несколько секунд Рустам мерился с этим человеком взглядом, и…
— Хорошо.
Что произошло в следующую секунду, Рустам не понял. Ринат просто вдруг сорвался с места, задействуя какую-то технику… И тут же его грудь разорвало попаданием какого-то артефакта. Рустам не успел заметить, кто именно это сделал.
Почти тут же раздались глухие выстрелы. Выбивая стекла его мобиля, сбивая с ног остальных гвардейцев.
Рустам успел задействовать свою Стихию, когда в живот ему что-то ударило. Мгновенно сковало тело, запирая Стихию внутри…
— Не двигайтесь, Рустам Николаевич, — подойдя к нему, проговорил все тот же охранник. — Нам приказано доставить вас живым, но не невредимым. Если вы будете сотрудничать, вашей жизни и здоровью ничего не будет угрожать.
— Вы убили моих людей!..
— К сожалению, ваш телохранитель слишком рано заметил подавляющую развертку. Нам пришлось. Но насчет вас у нас другие инструкции. Род Раум будет оберегать вашу жизнь.
— Род…
Рустам оборвался.
К нему пришло ужасное осознание. Сразу несколько вещей, которые от него прежде ускользали, стали вдруг предельно понятны.
Вот, значит, с кем у отца была та тайная договоренность!
Раум!
Звездные герцоги (6) и один из самых могущественных родов в Звездной Империи! И Служба Доставки, которую вот уже не один десяток лет возглавляли представители именно этого рода.
— Я должен сообщить… — начал было Рустам.
— У вас будет такая возможность, — заверил охранник.
Он что-то сделал. И еще через миг сознание наследника Бекелевых (2) померкло.
Убрав старый армейский бинокль, неприметный человек перекатом спрятался за парапет, а после ползком двинулся к противоположному концу крыши.
Все, что нужно, он узнал.
— Его взяли, — сообщил мне Ефим.
— Служба Доставки?
— Да.
В ответ я кивнул. Одна из моих догадок только что полностью подтвердилась. Контакт Бекелева в Службе Доставки не ограничивался какими-то местными знакомствами. Нет, ниточка вела куда-то на самый верх этой могущественной организации.
Я убедил Данги связаться с его руководством еще до разговора с Бекелевым младшим. И то, как быстро все оказалось организовано, явно указывало на то, что Служба Доставки внимательно следила за происходящим. Это не была инициатива кого-то мелкого начальника с Бастиона.
Говорить все это могло только об одном.
В Службе Доставки знали о месторождении. Знали, и хотели получать с него
И это однозначно было мне на руку.
Да, на текущем этапе что императору (7), что любому из герцогов (6) я мало что мог бы противопоставить. Но сейчас это было и ненужно. Мне достаточно было выиграть время. И сейчас это получилось.
— Хорошо.
Сегодня у меня оставалось еще одно важное дело.
И после захват Графского Городка можно будет считать завершенным.
— Почему здесь? — спросил с хмурым видом Черный Дуг.
Старший Речников пришел на сходку один, точно говорило о его смелости. Я знал, что его шайку люди Бекелева полностью разгромили. Половину пацанов сдали в Социальную Службу, остальные разбежались кто-куда. И, отправляясь на сходку, он не стал рисковать остальными своими пацанами.
— Сейчас все объясню, — ответил я.
Место и правда было необычное. Небольшой пыльный склад. В двух десятков метров от полицейского участка. И в сотне — от офиса самой Социальной Службы. Здание, как оказалось, тоже принадлежало имперскому отделу полиции. Выяснить это удалось Слухачу совсем недавно. Во время «раскопок» внутри сервера имперского отдела.
Склад оказался почти пуст. Видимо, его приобрели по случаю, на будущее. Ну а сейчас он оказался удобным местом для сходки.
— И про что такое важное ты хотел рассказать, — заметил Сахарный Бил. — Дела сейчас такие, что хорошие новости бы не помешали.
Улыбчивый пухляш в отличие от Дуга пришел не один. Сладкий и Сладкий — палочка его телохранителей, тоже была с ним.
Вместе с Ножом пришли Кен с Лосем.
Со мной по понятным причинам был только Мелкий.
Из бывших пацанов Злого отыскать никого не удалось. Их я тоже пытался собрать, но совсем без результата. По сути, его шайка перестала существовать. Можно было только гадать, сколько пацанов Злого оказалось в итоге Социальной Службе.
— Это тоже расскажу, — ответил я. — Дождемся только остальных.
— И кого это? — не понял Сахарный. — Злых? Да они уж даже по канавам не шкерятся. Их давно расхватали всех.
— Еще минута.
Ждал я, на самом деле, всего одного человека.
И появился он минута в минуту — когда было объявлено время сходки. В приоткрытые воротка вошел… Пако.
— Какого этот тут⁈ — тут же выпалил Сахарный.
— Я его позвал, — ответил я.
— Что⁈ А ты не думал, что это он слил Нино⁈ Тебе напомнить, где он сейчас⁈
— Именно поэтому. Пако в курсе много из того, что задумывал Нино. В курсе того, кто его слил и для чего это было нужно. И как так вообще получилось, что люди графа так легко узнали все наши лежки.
— Да неужели⁈ И с чего нам ему верить⁈ — окончательно распалился Сахарный. — Если это твой новый близкий, то сам с ним базарь! У меня и так половину пацанов в Социальную Службу слили, не хочу, чтобы остальные там же оказались!..
— Много говоришь, Сахар, — бросил ему Нож.
— Может под ответ меня поставишь⁈ — глянул в ответ Бил. — Так я отвечу! И этому типу у меня веры нет!
— Не о том речь, — заметил я. — Нам сейчас нужно объединиться, а не базарить, кто прав, а кто нет. С этим никто спорить не будет?
— Объединиться? — прищурился Сахарный. — И кто же старший?
— Все старшаки, как и раньше, — ответил я. — Вопрос-то несложный. И он всего один. Нужно как-то своих пацанов выручать.
После этой фразы все резко смолкли.
Не только Сахарный, почти все уставились на меня с сомнением.
— Что ты имеешь в виду? — спросил Дуг.
— Мне так-то тоже интересно, — заметил Сахарный. — Пацаны в Социальной Службе. Да, жалко, но оттуда еще никого не вытаскивали.
— Очень просто, — ответил я. — Мы разгромим Социальную Службу.
И если в прошлый раз все просто смолкли, то теперь, кажется, и дыхание у всех перехватило.
— Это бред…
— Я считаю, что мы должны хотя бы попробовать, — настоял я. — У меня есть оружие, его хватит на всех.
— Да какое оружие⁈ — выпалил Сахарный. — Ты самоубийца!
— Оружие? — заинтересовался Дуг, пропустив слова Сахарного мимо ушей. — Какое?
— Огнестрел, импульсники, парализаторы, гранаты, генераторы щита, — перечислил я спокойно. — Все, что может понадобиться.
— Социальники этого так не оставят. Даже если все удастся.
— Плевать, — отмахнулся я.
Дуг довольно долго смотрел в ответ. Потом кивнул.
— Я с тобой.
Сразу после кивнул и Нож.
Это, впрочем, неудивительно. Ему я все заранее рассказал.
Но куда больше меня интересовала реакция Сахараного. И вот он:
— Вы спятили… — выдохнул он. — Это Социальная Служба! Нас отвезут на рудники! Или вообще на органы разберут!
— А так это сделают с теми, кого уже схватили. Шаек все равно больше нет. Пусть потом нас ищут сколько хотят. Сейчас мы должны это сделать.
Но Сахарный уперся.
Взгляд его метнулся в сторону выхода. «Сладкий и Сладкий» за его спиной явно подобрались, готовясь к чему угодно.
— Я сваливаю, — сказал Сахарный твердо. И без своей обычной улыбки. — Хотите сдохнуть — пожалуйста. Я мешать не буду.
— Что ж… — протянул я. — Хорошо. Мешать не будем. На один вопрос только ответь, прежде чем уйдешь.
— И на какой же?
— Это ведь ты сдал лежки Бекелевским?
Теперь уже все уперлись взглядом в Сахарного. Во взгляде у него на миг возник испуг. После он успел прятать его под удивлением, но я успел заметить.
— Ты бредишь.
— Правда? Ты, наверное, не в курсе, что гвардеец, с которым ты разговаривал, записал ваш разговор. Такая у него оказалась привычка. Хочешь запись послушать?
На это Сахарный ничего ответить не успел.
— Крыса, — бросил ему Кен. — Ты своих же пацанов в Социальную Службу отдал.
— Это… — Сахарный явно растерялся, пытаясь сообразить, что делать. — Это не то, что вы дума…
На этой фразе он вдруг резко хлопнул себя по поясу.
Вокруг его тела возник защитный барьер. Еще через миг в его руке возник импульсник.
— Стоять!.. — глаза Сахарного вспучились.
Он задергал импульсником из стороны в сторону. Глянув «Сладкого и Сладкого», я заметил, что и те выглядели удивленными. Замерли в паре метров от своего старшего, не зная, что делать.
— Так это правда, — проговорил Черный Дуг.
— Нет! — крикнул Сахарный, пятясь к двери. — Это Звездный! Он меня подставил! Сам хочет стать Королем!
— Так может, это то, чего ты хотел? — отозвался я, медленно подходя к нему. — Думал избавиться от всех конкурентов? Даже своих пацанов не пожалел, чтобы подозрений не было.
— Нет! Ты врешь! Я всегда за пацанов был! Всегда!
Но глаза у него бегали.
Сейчас это уже стало совсем очевидно. Может раньше он и смог бы кого-то обмануть, но не теперь.
— Мы тебя все равно найдем, — бросил Дуг негромко.
И как-то это было сказано, что даже до Сахарного дошло, что больше нет смысла притворяться. Ему все равно никто не поверит.
Он даже остановился.
Выражение лица сменилось на расчетливое.
— Уроды тупые, — усмехнулся он. — В отличие от вас, я всегда знал, что происходит. И вам, — он сделал акцент на этом слове, — недолго осталось. А теперь — пошли! Рыпнется один — всех положу!
Он мотнул дулом импульсника в сторону дальней стены. И снова попятился к выходу.
У меня же в голове вдруг возникла еще одна мысль.
«Всегда знал, что происходит».
Речь была про Бекелева?.. Или про кого-то другого?
Я ведь давно выяснил, что для… Кардинала кто-то собирал в городе информацию. Кто-то, кого он знал давно. Чье поведение не поменялось в последние недели неожиданно. Как у того же Нино или Большого Пэ. С этими двумя Кардинал налаживал контакт, уже зная, как их использовать.
По факту в Городке было не так уже и много людей, кто подходил бы под все критерии. А Сахарный действительно был в курсе практически всех дел. Именно у него была самая большая сеть мелких пацанов, доставлявших задания.
И в подтверждение этих мыслей я вдруг ощутил… направление.
Способность Навигатора указала на Сахарного. Значит, он действительно что-то знал?.. И раз даже Навигатор напомнил о себе, выходит, что и все мои предыдущие выводы насчет Кардинала не были просто надуманными глупостями. Он на самом деле имел значение…
— Думаешь, твой друг из Бастиона тебя спасет? — заметил я.
Эта фраза должна была стать финальной проверкой. Перед ней я весь обратился в слух и в зрение, даже Усиление Тела задействовал, насколько мог. Чтобы не пропустить и тени эмоции на лице Сахарного.
И хватило всего секунды, чтобы понять, что я не ошибся.
Во взгляде Била отчетливо проявился испуг.
Который спустя миг сменился ужасом.
Я сначала даже не понял…
Одновременно с его окриком Ясновиденье словно ведро ледяной воды на меня вылило. Дальше я уже сработал инстинктивно.
Мгновенно напряг все свои пси-силы. Создал самую плотную из возможных Телекинетических Стенок, разделив ею весь склад надвое. Почти тут же ощутил, что этого мало… И вложил в защиту Волю…
Вовремя.
Ужас на лице Сахарного перерос в какую-то совсем страшную гримасу. Его стало корежить. Я успел увидеть, как его левый висок начинает пульсировать, словно внутри завелся паразит, который вдруг решил вырваться наружу. А еще через миг…
ХЛОП!
Во все стороны ударило мерцающей шрапнелью. Я ощутил всплеск Краски… который, почти сразу погас. Сквозь пару десятков отверстий в стенах стало видно улицу, а сам Сахарный…
Упал на пал с разодранной половиной головы.
Только тогда я отпустил Стенку.
И вместе с этим на пол попадала еще куча осколков, застрявших до этого в моей технике.
— Какого хера⁈ — выпалил кто-то из «Сладких». — Что ты сделал⁈
— Спас вас, — ответил я ему.
— Что?..
— У него была бомба в башке, — бросил Нож.
Как и остальные, он смотрел на тело.
Подойдя, я пригляделся к черепу, который оказался не столько разорван, сколько… проплавлен что ли. Стенки раны обгорели и обуглились. Из-за этого и крови-то почти не было. А еще были заметны мелкие осколки какого-то металла и, кажется, даже фрагменты схем.
— Имплант, — сказал Пако, вставший рядом.
Я кивнул.
Со встроенной системой самоуничтожения и, почти наверняка, с УМС. С Устройством Мгновенной Связи. Через которое Сахарный осуществлял связь. И через которое и был отдан приказ на самоликвидацию.
— Про кого ты говорил? — спросил Дуг. — Кто у него в Бастионе?
— Я не знаю настоящего имени, — ответил я. — Тот же, кто устроил нападение во время сходки. И кто отдавал приказы Нино.
— И что ему нужно?
— Выясняю это.
Нагнувшись, я поднял с пола импульсник, который был у Сахарного. Его тоже чуть задело осколками, но не сильно. Модель была мне незнакома. Но в целом он выглядел похоже на стандартные имперские марки. Батарея и барабан с иглами были заполнены.
Выпрямившись, я бросил пистолет Дугу.
Тот поймал и с удивлением посмотрел на меня.
— Сейчас главное не это, — сказал я. — А Социальная Служба.
Я перевел взгляд на «Сладкого и Сладкого».
— Вы с нами?
Те только теперь оторвали взгляды от тела Сахарного. Посмотрели на меня, а после переглянулись.
— Мы… не знали, — сказал один из них. Он чуть проглатывал окончания. Было заметно, что разговоры — не его сильная сторона. — С боссом… в смысле, с Сахарным не было базара про это… Это чисто его тема…
— Я знаю, — ответил я. — Потому и предлагаю вам.
— Как ты… Как ты хочешь замутить все?
— Я все придумал, но нужна помощь каждого. Без риска не обойдется, но выбора сейчас особого нет. Решайте.
Они снова посмотрели друг на друга.
Потом тот же, что говорил до этого, кивнул.
— Отлично.
Я обвел взглядом остальных и остановился в итоге на Ноже.
— Твой человек из Службы. Сможешь с ним связаться?
— Да, но я тебе говорил, — ответил парень. — Он не станет больше помогать.
Да, мы эту тему с Ножом обсуждали. Работник Службы, о котором шла речь, когда-то задолжал Ножу. Но было это уже давно. И в конечном счете этот тип отказался что-либо делать.
— Но поговорить он с тобой не откажется, так?
Тут уже Нож кивнул.
И этого мне было достаточно.
— Идея такая. Слушайте.
— И чего ты хочешь за них?
Голос был полон скептицизма.
— Десятку.
— Кредитов?
— Пятипроцентовиков.
— Ха! Смеешься что ли, Богдан? Мелкие, щуплые, побитые…
— Вы и берете мелких.
— Мелких, но целых. Хотя бы относительно. А если они откинутся к утру?
— Не откинутся.
— Не знаю, Богдан, не знаю… Не похоже на тебя… Чего это ты вдруг решил?
— Крысы. Предали своих.
Весь разговор я слушал, лежал лицом в бетонный пол. Рядом со мной в такой же позе находился Мелкий.
Дело происходило уже в сумерках, около офиса Социальной Службы. Точнее, на их заднем дворе. Нож — он е Богдан — рассказывал, что именно сюда обычно притаскивали пацанов и девчонок, от которых хотели избавиться таким вот образом. В последние пару лет, правда, этим уже почти никто не промышлял. Уж в чем, в чем, а в этом среди шаек разногласий не было. И мстили, в случае чего, пацаны все вместе.
Я был уверен, что все последние годы Служба довольствовалась редкими одиночками, случайно попавшими в их сети. Но документы Хофмана на многое открыли глаза. Как оказалось, Социальная Служба просто стала работать тише и хитрее. Потому Хлит — так звали знакомого Ножа — и делал сейчас вид, что сомневается.
Впрочем, расчет мой был на другое. За несколько дней Бекелевские гвардейцы должны были сдать в Службу не меньше двух десятков уличных. Вполне достаточно, чтобы уроды из Службы окончательно утратили бдительность.
— Крысы, значит, — протянул Хлит. — Получается, это тебе нужно, а не мне. Давай… пять пятипроцентовиков.
— Значит, всего десять?
— Пять за обоих.
— Ты думаешь, я ваших цен не знаю?
— Так тебе же нужно. Ну ладно, шесть.
Они торговались еще несколько минут, и в итоге остановились на семи пятипроцентовиках за меня и Мелкого.
Потом Нож получил деньги и сразу ушел.
— Значит так, пацаны, — тут же сказал Хлит. — До вашего прошлого мне дела нет. Что было, то было. Цель Социальной Службы — воспитать из вас достойных граждан Империи…
— Да пошел ты! — пискнул ему Мелкий с пола.
— А вот это уже зря, — невозмутимо отозвался Хлит. — Потому что именно мне решать, где будет происходить перевоспитание. Это может оказаться и не очень приятное место…
— Краску тухлую жри! Говнозадый!
— Ладно, сами виноваты.
На этом «ознакомительная» часть оказалась закончена. Хлит вызвал пару каких-то мордоворотов, которые сначала намного попинали нас с Мелким ногами, а после оттащили в какое-то помещение внутри. Там заставили полностью раздеться, выдав взамен робы на мягких пуговицах и галоши без шнурков.
Этого я ожидал. Так что мы и так были одеты в обноски.
Пока нас переодевали Мелкий еще раз обложил всех трехэтажным матом, так что нас снова попинали. В этот раз сильнее. Так что мне даже пришлось окутать пацана в легкий Телекинетический Доспех. А то бы реально все органы ему отбили.
Затем нас оставили примерно на час.
Это время ничего не предпринимали, просто ждали. Ну и, наконец, снова вернулись мордовороты и повели нас уже в другую комнату. Точнее, в кабинет к какому-то хмырю. И вот тут я прям проявил чудеса выдержки, потому что ему мне прям захотелось голову с жопой местами поменять с помощью Телекинеза.
Представился этот урод «доктором Певчиным». И занимался он чем-то средним между собеседованием и медицинским осмотром. То есть, натурально присваивал каждому из попадавшему в Службу парней свой ценник.
Заносил в программу данные о внешности, здоровье, характере, психологической устойчивости… Задавал вопросы о наличии сексуального опыта, травматичных воспоминаниях и тому подобном.
Говорил при этом прямо, в лоб, а стоило затянуть с ответом или начать юлить, этот Айболит — звериный вивисектор из древних новелл — нажимал на кнопку у себя на столе. И ты тут же получал разряд током. Да, перед началом «интервью» тебя привязывали к стулу с проводами.
И, судя по возбужденному выражению лица, от процесса Певчин получал неподдельное удовольствие.
Первым к нему в кабинет попал я. Ну и я бы однозначно превратил бы доктора в анатомический ребус, если бы еще до того, как дошла очередь до Мелкого, его бы на что-то не отвлекли. Пришло сообщение ему на комм. Он тут же куда-то свалил. Нас же с Мелким отвели в другую часть здания — оказавшегося очень немаленьким — где бросили в тесную камеру. И в этой камере уже были другие дети.
Наших, правда, я никого не увидел. И вот это мне откровенно не понравилось.
Мелкий рядом со мной тоже первым делом стал лихорадочно вглядываться в лица пацанов внутри…
— Миха…
— Спокойно, мы их найдем, — ответил я.
В этот момент нам на встречу поднялся один из сидевших внутри. Рослый парень лет шестнадцати, которого я в лицо не знал. Может, из шайки Злого, а может и вовсе из другого поселения.
— Жрачка есть? — первым делом спросил он.
— Да не особо…
— С каждой пайки половина моя, — сказал он.
— Да хоть всю забирай.
Не обращая на него внимания, я тоже стал изучать остальных пацанов. Всего в комнате их было человек семь. И пара лиц мне показалась знакомой…
— Урод, ты не понял⁈ — навис надо мной «рослый». — Тут я решаю!
Он попытался меня ударить. Видимо, чтобы сразу разобраться, кто тут главный. Так что я просто поднырнул под его кулак и толкнул в стену. Врезавшись в нее, он взревел. Развернувшись, снова бросился ко мне…
И снова промахнулся. Но теперь, увернувшись, я еще и подсечку добавил. Он влетел в стену, но уже на скорости раза в два больше, чем до этого. Что-то отчетливо хрустнуло. И он свалился на пол.
Забыв про него, я подошел к тем двум парням, которых узнал. Кажется, они из шайки Сахарного были…
— Узнали меня? — спросил я.
Оба тут же кивнули. Один из них добавил, швыркнув носом.
— Типа, да.
— Видели здесь кого-то из моих? Слухача, Буна, Рубенса? Еще кого-то?
— Ну, типа. Слухача я видел.
— Когда?
— Часа три назад, в коридоре. Вели его куда-то, типа.
Та-ак.
Изначальной моей идеей было найти их внутри, а уже после выбираться. Но не вышло.
Я отошел обратно к двери и развернулся ко всем.
— Я собираюсь выбраться отсюда, — сказал я. — Кто-то хочет со мной? Предупреждаю, может быть опасно.
Все смотрели на меня с удивлением.
При этом, надо заметить, когда я зашел, заплаканных лиц не было ни одно. Насупленные и злые были, но не заплаканные. Все-таки, уличные были подготовленными ребятами.
— И как ты это сделаешь? — спросил кто-то. — У санитаров щиты и парализаторы.
Санитары? Видимо, тут охрану так называли.
— Наша задача просто навести шороху, — ответил я. — Нас поддержат снаружи.
Вооруженные Дуг, Нож, Кен, Лось, двое Сладких и Пако ждали нужного момента. Был еще Ефим с командой Молчуна, которые находились в полицейском отделе. Но Слуге я отдельно разъяснял, почему он не должен вмешиваться. Пацаны должны были разобраться с Социальной Службой сами. Только так их можно было объединить и показать им, что они на самом деле способны на куда большее, чем просто мелкое воровство и раздача посланий на улицах Городка.
Настала достаточно долгая пауза.
— Да не ссыте вы! — выпалил Мелкий. — Миха — самый крутой из всех крутых!
— А дверь? — снова спросил кто-то.
— Это не проблема, — отмахнулся я. — Ну так кто с нами?
Снова пауза и… поднялись те двое из шайки Сахарного.
— Еще?
— А тех, кто откажется, ты здесь оставишь? — снова уточнил тот же пацан, который до этого вопросы задавал.
— Я собираюсь вытащить всех, — глянул я на него.
Тот пожал плечами. И тоже поднялся. А следом за ним… и тот здоровяк, который хотел мою пайку.
— Так ты центровой? — спросил он.
— А ты кто? — посмотрел я на него.
— Из Прибрежной я, — буркнул он.
— Я тот, кто предлагает тебе выход. Ты готов?
Пару секунд он смотрел, потом дернул щекой. И кивнул. Ну а следом за этим поднялись и все остальные пацаны, кто был в комнатке.
— Вы спрашивали, как выйти, — сказал я. — Сейчас покажу.
Развернувшись к двери, я начал формировать хорошую такую «кувалду».
Было шумно.
Эффект неожиданности сработал на полную. С первым санитаром я разобрался сам, а уж после, когда у пацанов появились свои парализаторы, дело пошло совсем весело. Мы открыли все камеры. В том числе «медицинскую». И то, что я там увидел, на миг повергло в шок. Я знал, что Социальная Служба — мерзкая организация, но не подозревал, что настолько.
Это же надо извратить такую идею! В том же Городке большинство людей были уверены, что Служба занимается хорошими делами. Помогает бездомным детям, ищет им семьи и все такое. Насколько, все-таки, пиар — всемогущая штука…
— Доктора живым найдите, — бросил я пацанам, вспомнив, какие вопросы он задавал. «Медицинская» комната явно была его рук делом.
Здание в итоге перевернули вверх-дном. Но ни Певчева, ни моих пацанов внутри не оказалось.
Последним оплотом стал кабинет директора.
Я лично выбил дверь и вошел внутрь уже с «бабочкой» в руке. Там пришлось повозиться, потому что директор — он же планетный барон (1) Куманев — оказался сильным одаренным. Если он и не дотягивал до третьего ранга, то едва-едва.
— Тебе конец! — брызгая слюной, пообещал он. — Вам всем конец! В центральном офисе уже все знают! Знают!.. Кха…
У чувака явно было не все в порядке с головой. Даже оставшись без обеих рук, он продолжал безумно смеяться и сыпать угрозами.
Впрочем, в одном он не обманул.
Социальная Служба — как минимум планетный офис в Бастионе — действительно уже была в курсе. Включенный терминал АМС-2 стоял на столе у барона.
Когда я к нему подошел, он оказался включен.
С экрана на меня смотрел седовласый мужчина с тяжелым плечевым корпусом и челюстью, напоминающей бульдожью.
В этом и была сила Социальной Службы. С одной стороны, патент на осуществление ее функций мог взять любой аристократ, согласный на корпоративные правила. С другой, внутри Службы действовало правило круговой поруки. Кто поднимет руку на один филиал, станет врагом всей организации.
Потому все и предпочитали закрывать глаза на то, чем «социальщики» занимались. В сочетании с грамотным пиаром Служба превращалась в настоящего непотопляемого колосса.
Идти против нее было настоящим безумием.
Понимал ли я это? Еще как.
Вот только мириться с такой гадостью на своей земле я не собирался.
— Я видел твое лицо, — сказал мужчина с экрана. Голос его был безэмоциональный. Будто он просто оглашал какую-то всем известную истину. — Это значит, что ты скоро умрешь.
Тут же он разорвал связь.
Ну и правильно, говорить было не о чем.
После я наскоро добросил пару санитаров и узнал, что всех моих парней час назад загрузили в машину и куда-то увезли. И доктор Певчин тоже поехал с ними.
Еще минут пять ушло, чтобы окончательно разобраться, что поехали они в Рудную. Ближайшее к Графскому Городку поселение с собственным летным портом.
— И как вы все это объясните, Михаил Романович?
Вид у Константина Иволгина (1) был предельно недовольный. В отличие от Графского Городка в Рудной летный порт принадлежал не Службе Доставки, а одному из местных аристократов. Планетному барону (1) Иволгину.
Этим пользовались все желающие путешествовать без ведома официальных властей. На подобные услуги всегда был спрос. Я и сам держал Рудную в голове, как способ добраться до Бастиона, не привлекая внимания.
Как оказалось, не только я.
Грузовик Социальной Службы мы в итоге не догнали. Слишком большая фора у него было. Так что пришлось наводить шороху уже в самом порту. Там же выяснилось, что часть работников была полностью в курсе делишек Социальной Службы. Они видели, что детей перевозили в цепях, как наручников. И это еще если забыть про холодильники с замороженными органами, которые у «доктора» Певчина тоже были с собой.
Вся эта ситуация окончательно меня доконала… Нет, потом-то я успокоился. Но что Певчина, что начальника порта Иволгина после этого уже было не вернуть.
То есть вернуть-ладно. Эти двое свое однозначно заслужили. Но от если бы обоих не пришлось бы оттирать от взлетной полосы, по которой они теперь были размазаны тонким слоем, всем явно было бы легче.
— А что конкретно вас интересует, Константин Андреевич? — отозвался я, глядя прямо на аристократа.
Со всеми делами мы только глубокой ночью закончили, так что ночевали в итоге здесь же — в здании порта. Иволгин настиг меня за завтраком. В столовой при порте. Часть наших мобилей уже двинула обратно в Графский Городок, забрав с собой большую часть пацанов и девчонок, которые собирались переправлять в Бастион.
Ну а я ждал, пока Рип с Флавом закончат разбираться с транспортником Социальной Службы. Захватить чужой флаер физически — это еще полдела. Не менее важно, чтобы бортовой компьютер признал тебя за владельца. С этим всегда нужно повозиться.
— Что меня интересует⁈ — Константин Андреевич побагровел. — Вы шутите⁈ Вы мне порт разгромили!
— Не преувеличивайте.
— И это не говоря о том… Вы знаете, вообще, чей это флаер⁈
— А вы?
Иволгин оборвался, видимо, не поняв суть вопроса.
— Что?.. Разумеется, я знаю! Потому…
— А, так вы в курсе, что на транспортнике перевозили похищенных детей, — проговорил я. — И что это происходило регулярно.
— Вы… Социальная Служба — уважаемая организация! Все документы у них всегда были в порядке, а то, что вы говорите — ничем не подтверждено, молодой человек!
— Понятно.
Никакого, даже малейшего пиетета я к Иволгину не питал. В теории, он мог даже что-то подозревать насчет Социальной Службы. Но эти подозрения, конечно, он оставлял при себе. Собственно, это была суть его бизнеса. Обслуживать авиасообщения, но груз при этом проверять только формально. Контрабанда, да. При этом порт Рудного для многих в регионе был единственной возможностью сбыть по нормальной цене вполне легальный товар. Часть аристократов и даже свободных артелей только за счет этого и выживала.
Приятным человеком Иволгин не был, но функцию при этом выполнял важную.
Ну уж нет. Пусть не сразу, я с этой хренью разберусь.
Кажется, в его интонации была ирония, но я не обратил внимания.
— Тогда сообщаю вам, раз вы не знали, Константин Андреевич, — сказал я, подняв на аристократа взгляд. — Социальная Служба, по крайней мере, филиал в Графском Городке занимался торговлей людьми. Похищенных вывозили через ваш порт.
— Документы…
— Я уже понял, — перебил я. — Документы были в порядке. К вам претензий нет.
Потом чуть помолчал и уточнил.
— Больших претензий. Но если ситуация повторится, будут.
— Вы мне угрожаете⁈ — возмутился аристократ. Троица телохранителей за его спиной ощутимо подобралась. Но я не обратил внимания.
— Нет. Объясняю правила. Они вроде как очевидны, но некоторые почему-то стали забывать. Имперские законы меня не волнуют. А вот планетные законы — обязательны для всех…
— Я аристократ! Я и не потерплю!..
— Никто вашу свободу не ограничивает, — проговорил я с нажимом. — Запрещены только неэтичные вещи. То, чем уважающий себя аристократ и так заниматься бы не стал. Вы ведь такой?
Иволгин насупился. Довольно долго он сверлил меня взглядом. Что ему не нравится, я прекрасно понимал. Он не хотел, чтобы кто-то совался в его вотчину.
Но до него, очевидно, уже дошли какие-то новости из Графского Городка. Да и силу я успел продемонстрировать. Так что просто отмахнуться от меня он не мог.
— К тому же, — добавил я. — Мы с вами в одной лодке. Надеюсь, вы это понимаете.
По итогу еще минут пять Иволгин повозмущался на разные темы, но уже не так рьяно, как сначала.
Друг другом мы явно остались недовольны, но молчаливое соглашение заключили. Я закрою глаза на остальные его дела. Он — не станет жаловаться Наместнику.
— Торгаш, — прокомментировал Ефим с презрением, когда Иволгин ушел. Слуга все время разговора стоял за моим плечом. Но сам в беседу не вступал.
— Бизнес — основа общества, — ответил я, вспомнил замечание Старика. — Хотя я с тобой согласен.
В Рудном мы пробыли еще час. После Рип сообщил, что флаер готов, и мы сразу отправились обратно в Городок.
Я явно ошибался, когда раньше думал, что у меня ни на что не хватает времени. По-настоящему, не хватать его стало теперь.
По возвращении из Рудной, я только и делал, что куда-то ездил, с кем-то разговаривал, принимал решения.
Моего внимания требовало буквально все.
«База» и последствия боя на ней. Держать там людей больше смысла не было, нужно было определяться с переездом. Плюс переходить к идее дальнего поста, где я собирался начать разработку месторождения.
Также необходимо было решить, что делать с остатками рода Бекелевых. Пашку с матерью и еще несколькими приближенными пока что оставили в родовом поместье. Сейчас их охраняло несколько добытчиков из рода Ланцовых (1). Но долго в таком виде это оставлять было нельзя. Не говоря уже об остальных членах рода Бекелевых. Прежде всего, гвардейцах. Они частично были в плену, частично разбежались. Не то, чтобы я боялся какой-то партизанской войны. Не настолько графа любили. Но и самотек пускать это не хотелось. Все-таки вооруженные люди. Многие пусть и слабо, но обученные.
Затем были уличные пацаны. Члены шаек, плюс те, которых нахватала Социальная Служба. Они тоже ждали от меня действий. План-то у меня был. Но когда все это организовать?
Также важным элементом всего оставался летный порт Графского Городка. Первичная договоренность со Службой Доставки была заключена. Но все это пока было предельно условно. Нужно было дождаться, пока новости не дойдут до кого-то по-настоящему влиятельного внутри этой организации. И тогда уже будет разговор совершенно другого уровня. И вот к нему мне требовалось подготовиться максимально. Будет это, вероятно, нескоро. Вряд ли такой человек вообще был на Лире. Один-два месяца у меня было. Но как подумаешь, сколько всего нужно сделать, это уже не кажется заметным сроком.
Ну а самым важным делом сейчас, конечно, было формирование коалиции. Мне нужны были люди. Мне нужны были союзники.
С кем-то я уже успел договориться, но все это была капля в море. Теперь, когда ситуация изменилась, с перва мне нужно было встретиться со всеми, кто меня поддержал до этого. А после — с теми, кто пока оставался нейтрален. Причем у каждого из аристократов были свои интересы. Бекелева мало кто любил. Особенно учитывая его последние выкрутасы, но Бекелев никого не заставлял идти против Наместника. А поддержать меня означало бросить вызов нынешнему правителю планеты. А после, возможно, и императору.
Если Наместник еще ладно. На фронтире все-таки жил отчаянный народ. То император для всех представлялся фигурой необоримой. Пока что далекой. Но злить его точно никому не хотелось.
И будто мало этого, Старик и не подумал дать мне хоть какое-то освобождение от тренировок. Даже сегодняшним утром он разбудил меня спустя три часа после того, как я лег. И заставил отрабатывать Тихий Шаг. Я в свою очередь разбудил Флава. Который прилично охренел — хоть какая-то радость — но в итоге не отказался от совместной тренировки.
— Я тогда просто ничего не успею, — заявил я уже днем Старику. — Это просто физически невозможно.
Я тогда нахмурился, пытаясь понять, что это за такой альтернативно-ископаемый юмор. Но в итоге Старик все-таки сжалился.
Ну, вообще я это уже начал делать. С Вератти договорился, с Вестиго… Просто тут важный этап…
В какой-то момент я немного завис, слушая все эти объяснения. Даже отложил на полчаса все дела, думая, как лучше сделать. И в итоге понял, что Старик прав. Не то, чтобы все совсем нужно на плечи заместителей перекинуть, самому все равно придется вникать, но людям нужно дать возможность проявить себя.
Так что полчаса спустя по итогам мозгового штурма я на коленке состряпал следующее.
Ефим возглавит военное направление. Фактически, он должен будет в кратчайшее время возродить гвардию.
Чезаре Вератти займется экономикой. И частично хозяйственной частью. Один он все это не потянет, придется привлекать помощников, но тут уж сам разберется.
Евгений Вестиго пока что станет главным переговорщиком. Долго думал, кого об этом попросить. В идеале этим было самим заниматься… Но если ему хотя бы удастся собрать всех заинтересованных лиц в одном месте — это уже будет огромное подспорье. Ну и потом можно будет, пусть с оговорками, но еще и Клим Егорыча подключить. Да, он болен, но авторитет у него колоссальный. Один своим видом может сторонников вербовать.
Слухач с Буном соберут всех уличных. Перед ними мне в любом случае нужно будет выступить самому. Но почву пацаны подготовят, а это главное.
Рип возглавит все техническое направление. Транспорт, МПД, флаеры… Этого всего нужно будет очень много. И все это должно ездить, летать, стрелять и так далее.
Биркин — вместе с Уолшем — пока что будут заниматься всякого рода мелочью. Инцидентами, без которых сейчас точно не обойдется. Вспомнить тех же Бекелевских гвардейцев. Тут, возможно, смогут помочь уличные, но точно не сразу. Сначала их самих нужно будет организовать.
Определившись со всем этим, еще несколько часов я потратил, чтобы встретиться и договориться с каждым. Вроде ерунда, но тоже кучу времени съело.
И только потом я чуток выдохнул.
Чтобы тут же вдохнуть и вызвать мобиль в сторону Репликатора.
— Давно пора, — заметил Ефим, которого я взял с собой. К его направлению это тоже отношение имело. — Отцовское наследие как никак.
Давно — не давно. Так-то еще суток не прошло, как завод перешел под наше управление. За последнее, кстати, спасибо Генри Фаулеру — главе профсоюза Репликатора. С ним я вчера связался с одним из первых. Сообщил, что пора. Ну а дальше он уже взял предприятие под контроль. Без стрельбы не обошлось. Часть гвардейцев, охранявших производство, было убито, но главное, что Репликатор перешел под наше управление в целости и сохранности.
Также вчера туда отправился Вячеслав Семенович. Его я тоже планировал продвигать. Хозяйственник он был от бога, это еще при строительстве Базы проявилось. Пока он должен был сосредоточиться на Репликаторе. Но в будущем я хотел, чтобы он взялся за промышленность в целом.
Что касается самой поездки на завод — я был впечатлен.
Смотреть на массивные корпуса — со стороны, и ходить по цехам самому — оказалось совершенно не одним и тем же. Особенно на контрасте с едва ли не деревенским Графским Городком внутри Репликатора все выглядело, будто фрагмент из передачи про какую-то индустриальную планету.
Репликтор представлял из себя этакий металлический муравейник. Непрестанно жужжащий, кашляющий скрежетом, испещренными направляющими наземных и надземных путей. Пахнущий железом и гарью.
Воспользовавшись моментом, я сразу выступил перед рабочими. Я ничего выдумывать не стал. Просто отменил все Бекелевские нововведения и вернул на завод устав, который действовал при Звездных. Не в том, что касалось производства. Все-таки завод все эти годы развивался, тут многое изменилось. А в плане трудовых норм. Безопасность труда, премии за переработки, медицинское обслуживание и все такое. В моменте все это обойдется в очень приличную сумму, но по-другому было никак. К тому же в будущем это должно было многократно окупиться.
И, возможно, не в таком уж далеком будущем.
С учетом того самого блока «F».
Вячеслав Семенович времени зря не терял. Как я понял, ночью он вообще не ложился. И успел за это время обследовать Бекелевское наследие.
И подготовил для меня выводы.
После них изначальный план Бекелева стал окончательно ясен.
Граф все-таки понимал, что Наместник не позволить ему беспрепятственно разрабатывать месторождение
Ему нужна была какая-то хитрость. Фокус, который всех обманул бы.
И он его придумал.
Блок «F» должен был производить оборудование из
По факту же всей целью производства была подготовка
С учетом прикрытия от Службы Доставки эта схема даже могла сработать. Собственно, если бы не я, у графа были бы все шансы.
И сейчас это было мне на руку. Служба Доставки будет всеми силами стараться не допустить утечки. Они, конечно, попробуют перетянуть одеяло на себя. Но когда время настанет, я буду готов.
Ну а пока…
— Мне нужно попасть в зал репликации, — сказал я Вячеславу Семеновичу.
— Это исключено, — тут же отозвался управляющий. — Это чистая комната. Повторная герметизация займет несколько суток. Мы не можем позволить себе такой простой. Тем более сейчас.
— Я все понимаю, — улыбнулся я. — Но это не обсуждается. И, поверьте, вы сами будете рады, когда увидите то, что я хочу показать.
Вячеслав Семенович не особо впечатлился. Явно подумал, что это какая-то моя блажь. Консервативный дядька, в общем. Но в том и его сила.
По итогу процесс остановки занял почти два часа. Их я потратил на экскурсию по заводу, ну а после вместе с Вячеславом Семеновичем и Ефимом мы обрядились в защитные костюмы. И уже потом вошли в монструозных размеров зал.
В первую очередь внимание привлекла гигантская рука манипулятора с массивной лазерной головкой на конце. Это и был главный экструдер. Кроме него из стен торчало еще два десятка вспомогательных «рук». Пол с потолком состояли из люков и многочисленных направляющих.
— Туда, — указал я.
Мы прошли почти через весь зал. Остановились в небольшом закутке. Чуть ли не единственном во всем зале полностью свободном от оборудования.
— Тут ничего нет, — уже с раздражением заметил Вячеслав Семенович.
Я только хмыкнул в ответ.
Потому что уже увидел неприметную выемку, по форме напоминающую узор на камне родового перстня. Подойдя, я приложил его…
Ничего не произошло.
— Михаил Романович, — со вздохом произнес управляющий. — Давайте уже пойдем…
Его голос оборвал раздавшийся скрежет.
Я сделал шаг назад, отходя от поползшей вниз фальшь-стены.
— Помню, вы говорили, что каждый винтик здесь знаете, — не удержался я от подколки. — Это тоже?
Вячеслав Семенович даже ответить ничего не смог. Настолько был шокирован.
— Прошу за мной, — сказал я с улыбкой, первым делая шаг внутрь.
Самым сложным оказалось выбрать место.
Я понимал, что запущенное поместье Звездных, особенно после боя с графом, произведет скорее тревожное впечатление. Мне же нужно было вселить уверенность. В теории, можно было бы использовать конференц-зал Репликатора. Он бы тоже вполне подошел. Но я ко всему прочему хотел еще и показать перспективу. Намекнуть, что Графским Городком все не ограничится. Что цели у меня куда более обширные.
Именно поэтому окончательный выбор пал на порт.
Формально это была чужая территория. Все-таки комплекс принадлежал Службе Доставки. Ту же секретность обеспечить здесь было сложнее, но это был осознанный риск. Я и так не надеялся удержать все происходящее в тайне. Замедлить распространение слухов — да. Скрыть все совсем — конечно, нет. Слишком много людей должно было участвовать во встрече.
Но все равно я дал указание Рипу, чтобы он оборудовал помещение всеми необходимыми системами противодействия записи. Глушилками, генераторами помех и подобным. Провозился Механик со всем больше суток. Но в итоге пообещал, что никакие устройства или артефакты записать происходящее не смогут.
В нужный день все заинтересованные лица стали прибывать на место. Людей в итоге оказалось много. С некоторыми я даже не был знаком. Я прекрасно понимал, что часть народа привлекло любопытство. Кого-то просто уже достала ситуация на Лире. Другие видели в происходящем шанс «половить рыбку в мутной воде». Мотивы, очевидно, были у всех разные. Но я намеренно просил Евгения с Аристархом Сергеевичем — Вестиго занимались переговорами — обеспечить максимально широкую явку. И это более чем удалось.
Прежде всего, конечно, те, кого я знал сам. И с кем у меня уже были заключены договоренности.
Сами Вестиго (1).
Евгений и Аристарх Сергеевич. Род целителей. Владельцы медицинского репликатора класса «D» и сети клиник, в том числе в столице Лиры.
Чезаре Вератти.
Пока что не аристократ, но тот, кто очень стремился к этому статусу. В Графском Городке он был известной фигурой. Он сумел построить прибыльный и быстро растущий бизнес в очень непростых условиях. Что много говорило о его хватке. Плюс, он поддержал меня в критический момент. Как раз поэтому его место было в моей части стола. Поблизости от Вестиго.
Вероника и Антон Сватьевы (1).
Эти двое, надо признаться, были приглашены скорее авансом. Род Сватьевых очень серьезно пострадал от Бекелевых. Плюс у них имелись обязательства перед родом-сюзереном. Пусть Руперты и были далеко, но планетными маркизами (3) они от этого быть не переставали. С этими еще нужно будет что-то решать. Из плюсов — за Сватьевыми остался свеже-построенный завод и артель по добыче
Но в долгую от такого хода только проиграл бы. Так что я сразу сообщил Сватьевых, что возвращаю им то, что у них забрал граф. И заодно убедился, чтобы об этом узнали и остальные. Мне не нужна была репутация того, кто все собирается подмять под себя. Впечатление должно было быть ровно противоположное. И судя по количеству собравшихся — пока это получалось.
Владимир и Максим Ланцовы (1).
Дмитрий Зотов (1).
Густав Шмидт (0).
Лидеры еще трех родов, с которыми я успел пусть предварительно, но договориться. Все три — рода добытчиков. С собственными командами. Со своими парками техники, подготовленной для
Дальше шли несколько аристократов из Графского Городка, с которыми я прежде дел не имел. Они, пожалуй, выглядели наиболее настороженными из всех.
Нестор Чагин (1).
Планетный барон из достаточно старого рода. В Городке его компании занимались разного рода инфраструктурой. Дороги, водопровод, электричество… Самими энергоресурсами Городок обеспечивал, разумеется, Репликатор. У которого имели свои котельные и генератора. Но оставались еще сети, ремонт, обсаживание. И вот этим уже заведовал Чагин.
На сколько я знал, с Бекелевым у Чагиным были если не союзные отношения, то близко к тому. Как он настроен, понять было сложно. Вистиго говорили о нем, как о «тертом калаче». Мол, даже Бекелеву не удалось однозначно его прогнуть. Лично для меня это была скорее положительная характеристика.
Грета Гарсия (1).
Джим Мартинс (0).
Леви Бардини (0).
Три небольших рода. Каждый из них занимался тем или иным бизнесом, обеспечивающим жизнедеятельность Города. Насколько я понимал, на эту троицу какое-то влияние имел Чагин. Они составляли что-то вроде коалиции.
Гарсия была, по сути, рантье. Владела приличным количеством недвижимости. По слухам, не только в Городке, но и в Бастионе. Ссужала в долг, в том числе аристократом. То, что при этом она умудрялась оставаться плюс-минус нормальных отношениях со всеми, говорило, как минимум, об уме. Ее, кстати, приглашали не Вестиго, а Вератти. Который когда-то тоже у нее занимал.
Мартинс с Бардини занимали поставками и производством продовольствия. Были друг другу конкурентами. За столом они сидели напротив, меряясь не самыми приязненными взглядами.
Следующими за столом сидели аристократы из соседних поселений: Рудной и Прибрежной. В общей сложности с полдюжины родов. В основном планетные бароны (1), но был среди них даже один планетный граф (2) — Вениамин Провозов.
В Городок Провозов заявился с полувзводом охраны. С ним даже возник небольшой конфликт, когда ему сообщили, что в зал придется войти без телохранителей. Грозился даже уехать, но все-таки не уехал.
Будучи знакомым со мной, куда скромнее повел себя Константин Иволгин (1). По правде, я не особо надеялся, что он откликнется на приглашение. Но, наоборот, он приехал один из первых. И даже зазвал с собой пару друзей-аристократов из Рудной.
Оставшиеся места за столом занимали отдельные безземельные аристократы. Из Городка и соседних поселений. А также еще несколько человек, отдельно приглашенных.
Турко и Хромец.
Скупщики и старьевщики. Не аристократы, но в Городке в определенных кругах люди в Городке известные.
Григорий Алексеевич Ширский (1).
Директор Бекелвской гимназии. Из очень старого, но обнищавшего рода. Сам он, опять же, не особо был мне нужен. Но свой вес среди аристократов он имел, так что политически было бы глупо его не позвать.
Вернон Данги.
Представитель Службы Доставки и управляющий портом. Я вполне допускал, что Служба Доставки пришлет на его место кого-то другого, как только им станет известно об изменении расклада сил на Лире. Но пока он оставался важным связующим звеном.
Вячеслав Семенович Политов и Генри Фаулер.
Не аристократы, но эти двое, понятно, сидели в моей части стола. Управляющий Репликатором и глава его профсоюза. У Вячеслава Семеновича на сегодняшней встрече была особенная роль. Последние трое суток он почти непрерывно занимался… инвентаризацией. И сегодня должен был огласить итоговые результаты. Даже мне они известны пока что были только в общем.
Но это, конечно, позже. В нужный момент.
Рудгер Скала Уильямсон (0).
Формально аристократ, но из тех, на которых клейма было негде ставить. Глава Гильдии Охотников Графского Городка. Его, кстати, никто на встречу не приглашал. Он заявился сам. Ефим предлагал отправить его взашей, но решил все же пустить его за стол.
Свободные охотники — по сути, сборище головорезов. И главная причина — они все неместные. Работают по принципу «грантов», никогда не задерживаются на одном месте. Главная задача — хапнуть побольше и свалить. Большинство инцидентов, когда
А уж если вспомнить историю с Фавре, вдвойне удивительно, что он сюда заявился. Сделает вид, что ничего не знал? Ну-ну, посмотрим.
В общем, на фоне Рудгера даже Ганзо смотрелся пай-мальчиком.
Последний, кстати, тоже был здесь. И вот его я уже позвал сам. Все потому, что до этого он пригнал нам фургон с полудюжиной гвардейцев Бекелева. Как раз из числа «беглецов». Это явно был намек на желание сближения. Этим он, разумеется, не отделается. Но пока я согласился его принять. Ганзо имел хорошо-спаянную команду стихийников. И сам был одним из сильнейших одаренных всего Графского Городка. При желании он сможет принести не мало пользы. Вопрос в том, захочет ли.
Из не перечисленных в зале также находились Рип, Биркин и Уолш. Первый занимался техническим сопровождение. Двое последних — вопросами безопасности. Из забавного — Ефим выдал обоим форму гвардии Звездных. В поместье еще оставался небольшой запас. И чувствовали себя эти двое, как казалось, предельно неловко. Уолш еще ладно, а вот Биркин, кажется, вообще впервые в жизни надел хоть что-то официальное.
Но то, что все не зря, стало очевидно в первые же минуты. Знак двойной звезды на форме, от которого уже все отвыкли, сразу возымел действие. Тот же Провозов (2), увидев герб Звездных, едва обратно из зала не ломанулся. Непонятно, чего он вообще ждал. Но заметку я себе сделал. Как и насчет остальных. Тот же Чагин (1) только взглядом мазнул. Ну а Владимир Ланцов (1) наоборот с одобрение покивал.
Часть моей команды на собрание не попала. По разным причинам. Парсонса, Пако и Флава я специально попрятал. Ну а уличным пацанам на таких сборищах пока было не место. У них другая роль. И с ними я встречусь отдельно.
Ну а Ефим, в форме гвардейского капитана — во уж на ком мундир смотрелся, как влитой! — сразу занял место у меня за спиной.
Самым последним, когда все уже были за столом, в зал вошел дед.
Уж кого-кого, а бывшего правителя планеты и стихийника пика шестого ранга каждый из присутствующих знал в лицо.
Все разговоры после этого стихли.
Подойдя к столу, Клим Егорыч встал рядом со мной и, положив руку мне на плечо, проговорил:
— Господа, пока что здоровье не позволяет мне надлежащим образом исполнять обязанности главы рода. Однако это не означает, что Звездных больше нет. Как и прежде наш род продолжит стоять на страже человеческих миров. Оберегая их от идущей из космоса смерти.
Он сделал паузу, явно прилагая недюжинные усилия, чтобы удержать концентрацию. Лекарство Вестиго хоть и помогало, но все-таки очень-очень ограниченно. Деду требовалось лечение совершенно другого уровня. Разумеется, я собирался его раздобыть. Насколько бы сложным это не было.
— Прежде у меня не было возможности представить вам своего внука, — продолжил он. — Я делаю это сейчас. Михаил Звездный, — он сжал мое плечо, — является полноправным наследником моего рода. Также, в связи с непростыми обстоятельствами, на него возлагаются все права главы. Я в свою очередь останусь старейшиной Звездных. И всегда буду рядом, чтобы дать своему внуку совет, если он ему потребуется.
Он помолчал еще немного, сделав несколько вдохов.
— Советую не допускать ошибки и не обращать слишком много внимания на его возраст. Сила Звездных пробудилась в нем в той полноте, какой еще не бывало со времен Мартына Звездного…
Он замолчал, кажется, все-таки сбившись.
И тогда уже я встал, сказав:
— Спасибо, дед. Ты не пожалеешь.
После этого Ефим помог ему дойти до подсобной комнаты. Туда же, где сидел Рип со своим оборудованием.
— Благодарю всех, что нашли время, — сказал я, когда Слуга снова занял место у меня за спиной.
Это как будто сбросило часть напряжения. Народ за столом снова задвигался, послышались какие-то шепотки.
— Понимаю, вопросов много, — чуть повысил голос я. — Отвечу сразу на основной. Графа Бекелева действительно больше нет. Он напал на мое поместье, в результате чего был убит.
Об этом все уже, разумеется, знали. По крайней мере, слышали эту версию. Вот только верили в нее явно не все.
— И как интересно? — недоверчиво протянул Провозов (2). — У Николая Петровича был подтвержденный четвертый ранг. Может не будем смеяться? Кажется, на месте бывшего поместья Рудовых теперь грязное болото. А Рудов, между прочим, сам третьим рангом был. И тут нам говорят, что графа Бекелева победил мальчишка? Уж простите, не верю!
Почти тут же к Провозову присоединилось еще несколько согласных голосов. В первую очередь, аристократов из Прибрежной, откуда был сам граф.
— Ваши сомнения вполне обоснованы, — проговорил я, дождавшись пока за столом немного стихнет. — Я бы и сам удивился. Но я не особо понимаю, как мог убедить вас…
— Никак! — усмехнулся Провозов. — В том-то и дело!
— И правда непростая ситуация… — предложил я как бы невзначай. — Я слышал, вы на пике второго ранга, граф?
— На третьем! — уверенно ответил аристократ.
— Так это же замечательно, — заверил я. — Тогда, думаю, вы не откажетесь от дружеского спарринга?
— Спарринг? — бросил в ответ Провозов (2). — Я не дерусь с детьми.
— То есть, дело не в том, что ты испугался? — хмыкнул в ответ Максим Ланцов (1).
— Кого испугался? Ребенка? Вздор! Вы же не поверили в эту глупейшую историю про то, что это он убил Бекелева⁈
— Почему же не поверил?.. Вполне.
— Тогда я поражен вашей наивностью!
— Давайте только не будем превращать происходящее в балаган, — разнесся по столу гулкий голос Нестора Чагина (1), перекрыв большую часть голосов.
Вид у главного коммунальщика Графского Городка был хмурый и предельно сосредоточенный.
— Ситуация в поселении более чем серьезная. Граф Бекелев, нравится нам это или нет, действительно мертв. Как именно это случилось, уже не так важно. Главное, что Наместник без внимания это не оставит. И вот это уже отразится на всех нас…
— Так в чем проблема? — тут же отозвался Провозов (2), откинувшись на спинке стула. — Отдадим мальчишку!
В ответ на эту фразу раздалось сразу несколько голосов. За столом поднялся настоящий гвалт. Еще секунд десять я намеренно молчал, давая всем проявиться и запоминая реакцию каждого.
После же уперся в Провозова взглядом.
И, вложив в голос Волю, проговорил:
— Достаточно.
В последний момент ощутил, как Старик слегка добавил моим словам веса. И вот тут уж эффект получился, что надо.
Слова и фразы сдуло со стола словно песчинки порывов ветра. На несколько мгновение в зале повисла гулкая тишина.
Несколько человек посмотрели на меня с удивлением, но большинство, кажется, не поняли, что произошло.
— Вениамин Генрихович, — произнес я ровно. — Я гарантировал безопасность всем присутствующим, потому пока что я пропущу ваши слова мимо ушей. Но я далее не вижу причин для вашего участия в этом собрании. Покиньте зал.
— Покинуть? — Провозов нагло усмехнулся. — Не тебе мне указывать, мальчик. В отличие от тебя я настоящий аристократ. А ты даже не наследник…
Кажется, он собирался еще что-то сказать. Но я и предыдущее уже терпеть не собирался.
Сайдер сам вылетел из рукава, а еще через миг Провозова вместо со стулом выдернуло из-за стола впечатав в стену у него за спиной. А я к тому моменту уже стоял рядом с ним с зажженным Мечом в руке, направленном графу в горло.
По правде, я даже сам не до конца понял, как там оказался. Как зажигал Меч и использовал Телекинез еще помнил, а вот примененный инстинктивно Теневой Шаг прошел уже мимо сознания.
У Провозова на лице возникло что-то близкое к панике. Слишком уж неожиданно для него — и для остальных — все произошло.
И с него даже Стихийный Доспех слетел. Не знаю, что он там был за третий ранг, но опытным бойцом его точно было не назвать.
Вот же ничтожество. Еще и пришел ко мне и стал указывать…
Мне пришлось сделать несколько вдохов, прежде чем я сообразил, о чем речь. После медленно выдохнул…
И погасил Меч.
Прав Старик. Сейчас надо мозгами думать, а не давать волю эмоциям.
— Как я уже сказал, я гарантировал безопасность присутствующим. Но прошу не забывать, что пригласил всех тоже я.
Замолчав, я отвернулся от Провозова и вернулся на свое место.
А рядом с лежащим на полу графом уже стоял Биркин со своим пугачом в руке.
— На выход, — холодно сказал он.
Не сразу, но граф сумел подняться. Окинул диким взглядом помещением. Хотел явно что-то такое заявить угрожающее, но получил тычок пистолетом в бок от Биркина. Издал какой-то судорожный звук. И тогда уже попятился к выходу.
Когда дверь за ним закрылась, на несколько секунд все погрузилось в молчание.
— Прошу у всех прощения за это, — проговорил я.
Говорил, наблюдая за той частью стола, где сидели остальные аристократы из Рудной и, особенно, из Прибрежной.
Судя по лицам, все были ошеломлены. Чего-то другого понять по ним было нельзя. Но, по крайней мере, сразу никто за ним не пошел. Вассальных же Провозову семей среди них не было.
— От него будут проблемы, — заметил Максим Ланцов.
— Уверен, граф поймет, что погорячился, — ответил я спокойно.
Не сказать, что произошедшее было мне на руку, но больших проблем я точно не видел. Рано или поздно мне пришлось бы продемонстрировать личную силу. Практически все в зале были одаренными, и этот вопрос бы в итоге встал.
То, что Провозов взбрыкнул — тоже ожидаемо. Совсем все гладко пройти не могло. Для того и столько усилий, чтобы нельзя было сделать запись. Позже его знакомые аристократы донесут до графа суть того, что я скажу после. И вот тогда граф уже задумается, правильно ли поступил. В регионе он достаточно важная фигура. Если он захочет, то я дам ему возможность отыграть все обратно. На худших условиях, чем у остальных, но дам. Если же не захочет… Опять же, будет зависеть от того, станет ли он мне вставлять палки в колеса.
Разбираться с ним превентивно я сейчас смысла не видел. Моей задачей было, чтобы люди сами пошли за мной. Устраивать бойню среди своих — худший вариант из возможных.
— Если с этим закончили, я хотел бы вернуться к поднятой мной теме, — проговорил Чагин (1). — Наместник. Он не оставит произошедшее без внимания. После смерти Рудова он немедленно прибыл на место…
Аристократ вдруг оборвался, подняв на меня взгляд. Не все, но еще несколько человек из сидящих за столом тоже странно замерли.
Я, конечно, понял, о чем они все подумали.
— Сомневаюсь, что нам так повезет, — проговорил я с улыбкой.
Да, если бы Чемлев (3) снова оказался в Графском Городке, для меня это было бы более чем удобно. Охраняли его серьезные бойцы, но здесь, на своей территории, мы бы с этим разобрались.
Вот только я не сомневался, что в этот раз все будет по-другому. Сам он уже не сунется. Скорее пошлет проверку. А сам будет держать ситуацию на пульсе.
Остатки Внушения, того, что я на него наложил, притормозят его. Но совсем не остановят. И в итоге он решит вмешаться.
К тому времени нужно быть готовым.
— Но прежде чем говорить о Чемлеве, я хотел бы рассказать вам еще кое-что, — сказал я. — Чтобы вы понимали всю картину… Ефим?
Слуга в ответ кивнул. И быстро вышел из зала в подсобку. Вернулся спустя несколько секунд с экранированным контейнером в руках.
— Причина того, что граф Бекелев напал на меня здесь, — открыв контейнер, я засунул руку и вытащил наружу… самородок. Размером с кулак взрослого мужчины.
В помещении он тут же засверкал зеленоватыми отблесками
Я кинул самородок на стол. Покатившись по гладкой поверхности, он остановился примерно на середине, притянув взгляды всех присутствующих.
— Месторождение находится на моих землях, — проговорил я. — Моих по всем действующим законам Звездной Империи. Граф Бекелев, как мне стало известно не так давно, имел привычку вести добычу на этой территории. У меня имеются все задокументированные доказательства этого. Когда же он обнаружил месторождение, простого воровства ему показалось мало. Вот он и предложил мне выкупить все мои земли и поместье за… сто тысяч кредитов.
За столом раздалось несколько нервных смешков.
— Это была бы лучшая сделка в истории, — вставил с усмешкой Турко.
— Ну а когда я отказался, — продолжил я, — перешел от убеждения к давлению. Чем все закончилось, вы знаете.
Недолго за столом стояла тишина. Все обдумывали услышанное.
— А насколько… — начал кто-то, — насколько большое месторождение…
— Больше, чем на Генезисе, — ответил я просто. — Ну и раз уж мы собрались… Три процента, — огласил я. — Три процента от добычи Металла месторождения будет поделено между присутствующими. Теми, кто согласится вступить в мою коалицию и окажет мне полную поддержку.
— Всего три?.. — раздалось от кого-то из аристократов Рудной. — А чего так мало-то?
Но это был единственный такой возглас, который остальные оставили без внимания. Даже если бы я если бы я предложил один процент, этого бы хватило, что в перспективе каждый из присутствующих смог бы купить себе по собственной планете. Не в центре Звездной Империи, конечно, но где-нибудь на окраине — запросто.
— Как будут разделены доли? — мгновенно включилась Гарсия (1).
— Согласно участию каждого, — ответил я. — Но проявить себя будет возможность у всех.
По глазам я уже видел, что тема была выбрана правильна. У многих взгляд затуманился от возможных перспектив. Из тех, кто сохранил трезвость, отметить можно было всего несколько человек. И среди них как раз барон Чагин (1). А еще — добытчики. По крайней мере, Владимир Ланцов (1), до этого момента молчавший, продолжал хмуриться. Но к нему я пока обращаться не стал. Бросил взгляд на Чагина, а после сказал для всех.
— Вижу, все поняли перспективу. Однако важно помнить и о другой стороне. Граф Бекелев разработал достаточно хитрый способ того, как можно осуществлять добычу Металла, не привлекая при этом особого внимания в Империи. Тут нам поможет Служба Доставки, — я указал на сидевшего в середине стола Вернона Данги. — Но нужно понимать, что это будет работать только какое-то время. Постепенно слухи поползут. Сокровище мало раздобыть — куда сложнее его защитить. И первой целью я вижу — установление контроля над космопортом и орбитой. Без этого месторождение просто отберут. Это необязательно делать сейчас. Как я сказал, есть вариант и тайной добычи, но в будущем — это единственный правильный ход.
— Космопорт… — проговорил кто-то из «Рудных». — Космопорт охраняет гвардия Наместника.
— Верно.
— Но это целая армия!
— На планете у Наместника не так много людей, как кажется, — взял слово Ефим. — Ему это не нужно. Он контролирует орбиту.
— Будто нам этого мало!
— Этот вопрос мы решим, когда придет время, — сказал я. — Пока наша задача не допускать документальных утечек. В Бастионе есть люди, которые помогут обеспечить прикрытие. За это время мы успеем подготовить боеспособные отряды. В нужный момент они нанесут точечные удары.
— Все равно это потребует транспорта, техники… — проговорил Густав Шмидт (0). — Сомневаюсь, что в городке наберется больше, чем есть у Наместника.
— Это резонное замечание, — кивнул я сразу. — К счастью, с этим род Звездных сможет помочь. Вячеслав Семенович, вам слово.
Управляющий Репликатором кивнул в ответ. После поднялся и, достав свой планшет, произнес:
— Данные предварительные, — кашлянул он. — Часть техники, вероятно, потребует ремонта. Но по первым прикидкам более девяноста процентов готово к работе в любой момент.
И после он начал перечислять.
БМП-К2–11–20 штук.
Боевые мобили-транспортники, с парой автоматических турелей. Не сказать, что вещь первоочередная. Особенно с учетом, что нормального сухопутного пути до Бастиона не существовало. Нет, в теории-то можно было добраться. Но точно не без приключений. С другой стороны, здесь в Городке качественный транспорт тоже был необходим. Тем более, что хоть модель и была имперская, сборка у БМП была корпорации Металл Индастриз. А это гарантия качества.
Но и этим все, конечно, не ограничивалось. Дальше — больше.
БОМБАРДИР-МИ-8Н-МПД-С1 — 50 штук.
Вот это уже не просто серьезно, а супер-серьезно. Размером чуть меньше «Амфибий», но превосходящие их же в боевой мощи и управляемости как минимум вдвое. Молчун, как только узнал о этих «игрушках», чуть сознание от счастья не потерял. Это уже была собственная разработка Металл Индастриз. Проблема тут была, по сути, только в пилотах. «Бомбардиры» были не такими сложными машинами, как «Амфибии», но все же значительно более сложными, чем простые и дубовые «Скуратовы».
Даже с учетом союзников я пока не был уверен, что хватит пилотов, чтобы поставить в строй все пятьдесят машин.
Тем более, что:
КОЛОСС-МИ-4ДЛ-ШР-2 — 5 штук.
Это был первый случай, когда я видел Шагающего Робота в живую. До этого я был уверен, что это просто этакая увеличенная версия МПД, но реальность превзошла любые ожидания. И тут даже Молчун, крякнув, почесал затылок. Тоже Металл Индастриз, каждый из «Колоссов» требовал уже не одного, а двух пилотов. Конечно, в этих гигантах имелись встроенные системы обучения. Но и они предназначались для опытных операторов.
При всем при этом по словам Ефима один Шагающий Робот в боевом столкновении был равен одаренному третьего ранга. А с учетом, что это Металл Индастриз — даже пику третьего ранга.
Так что ко дню встречи с Колоссом, кровь из носу, нужно будет придумать, как поставить эти четырехметровые громады в строй.
Ну и дальше шло совсем хорошее:
КОАТЛЬ-К2-К1 — 3 штуки.
Уж на что Раптор на меня когда-то произвел впечатление, тут все было еще серьезнее. Совместная разработка Космолайна и Тераформа. Старшая по сравнению с Рапторами линейка. Более крупные, но ничуть не менее маневренные. При этом значительно превосходящие в Рапторы в мощи и защищенности. Предназначенные для полетов в любых средах. От космоса до агрессивных газовых атмосфер непригодных для жизни планет. Несколько видов вооружения…
Ну и вообще, как сказал Уолш, создавались эти штуки непосредственно для столкновений с
Уже после получившуюся крайне удачной модель стали использовать все, у кого хватало на это средств. Таких, впрочем, было немного.
Жаль, конечно, что всего три штуки. Впрочем, не факт, что и на них хватит пилотов. Есть Флав. Но пока что, как будто, все.
Дальше Вячеслав Семенович перешел к вспомогательным системам и ручному вооружению. В хранилище под Репликатором имелось все необходимое для обслуживания мобилей, МПД, ШР и флаеров. Плюс пара несколько тысяч единиц стрелкового вооружения. Из них две сотни — с боеприпасом на основе Краске. А также амуниция, три сотни личных генераторов Щита и много чего еще.
Армию не вооружишь, но несколько мобильных отрядов — легко.
Из очевидных проблем — только летающий транспорт. Каждый «Коатль» имел на борту по три средних МПД — помимо перечисленного — плюс несколько комплектов летающих роботов. Но все же транспортником он не был. Вместимость позволяла дополнительно загрузить еще по три-четыре «Бомбардира». Ну и, может, если сильно постараться, по одному «Колоссу». Но тут явно нужно было что-то еще.
Пока в голову приходила только перестройка обычных флаеров. И с этим еще нужно будет решить.
— Откуда это все? — спросил Максим Ланцов (1).
— Старый схрон рода Звездных, — ответил я. — Из тех, который не успели задействовать тринадцать лет назад.
— Хм… Звучит как план, — заметил он же.
Остальные тоже задумчиво переглядывались.
До реального союза, конечно, было еще далеко, но перспективу я им показал. И теперь настало время обратной стороны.
— Хочу подчеркнуть, что меня интересует только добровольное сотрудничество, — сказал я. — Тех, кто откажется, я пойму. Но своими друзьями в будущем считать не стану. При этом я бы советовал подумать вот о чем. Генезис, — я выделил это название интонацией, — все знают, что там происходит. К сожалению, есть вероятность, что с Лирой случится то же самое.
Большая часть после этого нахмурилась. Поняли меня, кажется, не все. Я остановился взглядом на Владимире Ланцове. Взгляд старого добытчика был предельно серьезным. Без следов какой-то мечтательности, которую я видел у большинства остальных.
Он в итоге и сказал:
— Красочные.
— Или Легион, — пожал я плечами. — Я не знаю, что тут первично. Или Красочных привлекают залежи Окрашенного Металла. И после императору приходится отправлять Легион. Или, наоборот, сначала приходит Легион, и потом появляются Красочные. Разницы, по сути, нет.
Генезис был планетой, которая была широко известна в Звездной Империи. По двум причинам. Первая, что именно там находилось самое большое месторождение Окрашенного Металла в исследованном космосе. Вторая — нескончаемые волны прибывающих на планету
— Семерка, — проговорил Ланцов после паузы. — Поэтому Звездные пошли туда?
— Не могу сказать точно, — ответил я. — Дед… не все помнит. Но с точки зрения логики — идея была такая. Сначала зачистить Семерку, тем самым обезопасить Лиру. А уже после начинать добычу.
То, что это не удалось, я уже озвучивать не стал. И так все понимали.
Не сказать, что это обескуражило всех, но у части на лицах появилась обеспокоенность.
— Мой план в том, чтобы как можно дольше вести добычу в минимально возможных объемах. Это позволит не притягивать внимание императора. И не слишком привлекать Красочных…
— Это может не получиться, — заметил глава Ланцовых.
— Почему?
Он ответил не сразу. Сначала переглянулся со Шмидтом (0) и Зотовым (1), сидевшими рядом с ним.
— В последние несколько недель активность Красочных сильно возросла.
— Красочных? — переспросил Ефим.
— Не Окрашенных Животных, — кивнул Ланцов. — Речь о Скаутах. Они заходят на территории, на которых их раньше не было. Сначала я думал, что это обычные дальние дозоры. Красочные редко мигрируют без причины, но могут обследовать соседние со своими территории… Но если о месторождении…
— Они могли почуять его, — кивнул Слуга, бросив взгляд на меня.
Я сразу понял про что он и едва заметно качнул головой.
Мыслитель (К5), которого мы видели недалеко от Зубов. Мне не хотелось слишком много утаивать от потенциальных союзников. Но об этом все же решил пока умолчать. Серьезность ситуации и так все понимали. Доводить ее до паники не стоило.
— Нам в любом случае необходимо сформировать крепкую мобильную группу, — сказал я. — Такую, которая могла бы и атаковать, и защищаться. С этим, думаю, спорить никто не будет. Именно этим я собираюсь заняться в первую очередь.
— А вторую? — спросил кто-то.
Вроде как в шутку. Но ответил я серьезно.
— Во вторую — поиском союзников. У меня есть, что предложить. А имя Звездных имеет вес.
Про Аркум я пока рассказывать не стал. Да не позволило бы заклятие тайны чересчур откровенничать. Но интуиция — или способность Навигатора — подсказывала, что именно Аркум может стать решающим преимуществом в будущих столкновениях. Главное, не опоздать.
— На этом все, — сказал я. — Не сомневаюсь, что у вас еще остались вопросы. И, конечно, я и мои люди будут на них отвечать. Но основное я до вас донес. Решение за вами. Ваших ответов жду в ближайшие дни.
Я уж хотел на этом закончить, когда заметил, что один из присутствующих сидел за столом с поднятой рукой.
Судя по виду, уже довольно давно сидел.
Находился он почти в самом конце стола, потому я и не обратил сразу внимания.
Рудгер Скала Уильямсон (0).
Глава Гильдии Охотников Звездного Городка. Интересный персонаж, от которого с самого начала веяло легким ощущением… неопределенности что ли. На него указывала способность Навигатора. Но я уже знал, что иногда это могло и ничего не значить. Какая-то возможность, которой я могу воспользоваться. Или не воспользоваться.
Заметив, что я на него смотрю. Он широко улыбнулся и поднялся на ноги.
— Все это, безусловно, очень занимательно, — проговорил он. — Но, как мне кажется, вы, Михаил Романович, невольно, конечно, но ввели присутствующих в заблуждение.
Хм.
— И чем же? — уточнил я.
— Тем, что назвали себя полноправным наследником рода, разумеется, — будто извиняясь развел он руками.
Но по взгляду было видно, что это никакая не шутка, каким бы бредом это не звучало. Глаза Рудгера оставались холодными.
— Наследником меня назвал старейшина.
— О! Мы все безмерно уважаем Клима Егоровича, — даже чуть поклонился гильдиец. — Но проблема в том, что он официально признан недееспособным. А значит, не вправе делать подобные заявления. По всем законам главой рода сейчас является совершенно другой человек…
— Я его сейчас заткну, — бросил Ефим зло, выходя у меня из-за спины.
— Стой, — остановил я Слугу.
И спокойно перевел взгляд обратно на гильдийца.
— О ком речь?
Тот улыбнулся еще шире и сказал.
— Если позволите, он прямо сейчас готов выйти на связь.
— Ваше Благородие!.. — свистящим шепотом проговорил мне на ухо Ефим. — Здесь явно что-то не так!.. Не надо было этого типа вообще сюда пускать!
Вот с этим я наоборот согласен не был.
Надо было.
И еще как.
Если кто-то из моих родственников был жив, я просто обязан был это знать. То, какой именно был выбран способ, чтобы о себе объявить, конечно, скорее говорило о какой-то провокации. Но и в этом случае, со всем нужно было разобраться.
— Конечно, мы выслушаем… этого человека, — я намеренно допустил заминку, заостряя для остальных внимание на том, что о ком бы речь не шла, к нему стоит относиться с подозрением. — Как его имя?
— О, думаю, оно вам хорошо известно, ваше благородие, — усмехнулся Рудгер Скала Уильямсон (0). — Имя моего нанимателя — Никита Алексеевич Звездный.
Никита…
Хм.
Ну, в целом гильдиец, конечно, был прав. Я действительно знал, кто такой Никита Звездный. Сын Алексея Звездного — брата отца — и в точности такой же внук Клим Егорыча, как и я. Если проще — мой двоюродный брат.
То есть не какая-то дальняя родня через седьмое колено. Таких наверняка было какое-то количество в Звездной Империи. Все-таки Звездные были древним родом. Отдельные ветви уходили в другие системы, другие семьи. Но тут речь шла о ближайшем родственнике.
Правда, была в этом одна загвоздка.
— Очевиднейшая ложь, — проговорил Ефим громко. — Никита Звездный — мертв. Тому было достаточно подтверждений.
— Думаю, будет верным, если мой наниматель сам развеет эти сомнения, — отозвался Уильямсон. — Так вы позволите установить связь?
— Да, разумеется, — кивнул я. — Позовите Рипа.
Как оказалось, у Уильямсона имелся с собой УМС-2. То есть, мой кузен теоретически мог находиться в любой точке планеты.
Подготовка заняла около десяти минут. Поняв задачу, Рип сбегал за своим чемоданом с инструментами, а после принялся за работу.
— Что он делает⁈ — тут гильдиец впервые занервничал, увидев, как Механик без зазрения совести принялся вскрывать дорогущий артефакт.
— Вы же не думали, что мы позволим непонятно кому заснять лица всех присутствующих, — отозвался я. — Все будет настроено так, что с той стороны будет слышен только звук.
— Измененный звук, ваше благородие, — поправил Рип, быстро работая с инструментами. — Чистый звуковой сигнал может дать почти столько же информации, что и видео. Если его, конечно, правильно обработать. Так что мы наложим на звук специальный фильтр. На ту сторону будет идти только голос с фиксированной частотой.
Уильямсон выслушал все это с хмурым видом, но после снова усмехнулся.
— Если вы считаете, что будете себя так чувствовать в безопасности, то пожалуйста, — бросил он.
Это уже было на грани оскорбления. Ефим снова бросил на меня вопросительный взгляд, но я только отмахнулся. С Уильямсоном еще будет время разобраться. Гильдия Охотников мне в здесь в Графском Городке в принципе была не нужна. Точно не на условиях нынешней вольницы. Те добытчики из ее числа, что согласятся уважать правила, смогут сформировать свободные отряды и работать на общих основаниях.
— Думай про свою безопасность, гильдиец, — сказал все же Слуга.
Рип к тому моменту закончил настройку.
— Идентификатор? — посмотрел он на гильдийца.
— Первый в памяти, — ответил он после паузы.
С минуту экран УМС оставался темным, а затем… на нем возник человек. Лично для меня совершенно незнакомый. Если и было какое-то общее фамильное сходство со Звездными. Тот же рост, например. У большинства Звездных он был заметно выше среднего, то через небольшой экран этого видно не было.
Человек по ту сторону экрана находился в каком-то темном помещении. Можно было разглядеть край шкафа, стену… Но вообще ничего конкретного.
Самому мужчине на вид было лет тридцать. Достаточно привлекательное лицо, русые волосы, рубашка…
И перстень на пальце.
Светящийся зеленым, формой камня очень напоминающей ту, что была у моего. Того, что я получил из шкатулки с пси-замком. Герба так просто было не разглядеть, но если обработать изображение — Рип все записывал — вполне можно было увеличить и проверить.
Гм… ладно.
— Рудгер? — проговорил аристократ.
— Да, это я, — отозвался Уильямсон. — Я на встрече, но они изменили голос.
— Поэтому нет изображения, понял, — почти тут же отозвался «Никита Звездный». — Хорошо, я этого ожидал…
— Назови свое имя! — перебил Ефим. — И кого ты представляешь!
— Не очень удобно говорить, когда не видишь собеседника, — ответил аристократ. — Но представиться я в любом случае хотел. Я — Никита Алексеевич Звездный. И — с момента объявления недееспособным Клима Звездного — полноправный глава рода Звездных. Представляю я род Звездных и больше никого…
— Думаешь, мы в это поверим⁈ — бросил Ефим. Слуга явно распалился. Но я пока не стал его останавливать. Он явно был в больше в контексте и, очевидно, был знаком с реальным Никитой. Так что пока я позволил ему говорить. — Никита был убит еще до Семерки!
— Да, — отозвался он спокойно. — Именно так все и должны были думать. Мне пришлось инсценировать свою смерть. Сначала это была простая предосторожность. Для рода было выгоднее, чтобы все считали меня мертвым. К сожалению, дальнейшие события показали, что я был абсолютно прав в своих подозрениях. Наш род предали. Хотя я предупреждал тогдашнего главу, что это может произойти. Он моим словам не внял. Результат мы знаем…
— Как твой поганый язык только смеет поворачиваться в эту сторону! — окончательно вскипел Ефим. — Клим Егорыч все делал ради Лиры и ее народа!
— Желать чего-то и быть способным это осуществить — не одно и тоже, — ответил «Никита». — Я не умоляю заслуг своего деда. Но и на ошибки глаза не закрываю…
— Да кто ты такой, чтобы что-то судить⁈ Жалкий отщепенец!..
После этих слов Слуги Никита ненадолго смолк. А потом как-то странно прищурился:
— Да… Пусть голос и изменен, но суть от этого не меняется… Значит, и старый капитан гвардии моего деда здесь же… Что ж, я не удивлен. Оттого и повторяются старые ошибки…
— Да ты!..
— Погоди, Ефим, — тут я все-таки остановил Слугу.
Очевидно, что язык у этого «Никиты» подвешен был вполне неплохо. Кем бы он ни был на самом деле, ясно, что не случайно он решил выйти на связь именно сегодня.
— Я Михаил Звездный, — сказал я.
В ответ Никита чуть откинулся назад на стуле, на котором сидел.
— Ну здравствуй, кузен. Очень важно, что ты согласился на этот разговор. Согласился до того, как успел наломать еще больше дров.
Тут я хмыкнул.
Значит, я уже дров наломал. Хорошо же. Посмотрим, что ты сам за фрукт.
— Где ты был все эти годы? — спросил я.
— Я уже сказал — скрывался, — ответил Никита. — Но, разумеется, не просто так. Я был очень занят, занимаясь сбором ресурсов и надежных людей. Подготавливал все, чтобы обеспечить в дальнейшем возвращение рода Звездных на принадлежащее ему по праву место.
— Успешно?
— Подробностей я пока раскрыть не могу.
— Разумеется, — покивал я. — И почему же ты решил объявится сейчас?
— Из-за тебя, конечно, дорогой кузен, — отозвался он. — Я всегда следил за ситуацией в Графском Городке. Последние события непременно приведут к тому, что сначала Наместник, а после и император обратят внимание на происходящее. В отличие от тебя мне известна истинная причина интереса императора к нашему роду. То, что стоит на кону, слишком важно. Потому Звездных никогда не оставят в покое.
Намеки про то, что привлек внимание я пропустил мимо ушей. Воду мутить начал Бекелев. Сам бы еще вполне мог бы потянуть время.
Меня зацепило другое.
— Истинная причина? — переспросил я. — И что же это?
— Конечно, я не могу об этом рассказать, — проговорил Никита. — Это то из-за чего мне пришлось инсценировать свою смерть когда-то. Даже тогда об этом знало всего несколько человек. Только самая верхушка рода. Сейчас же… вероятно, только я. И именно благодаря этому наш род все еще существует. А ты, Михаил, можешь это испортить.
Я бросил взгляд на Ефима.
И, судя по виду, Слуга не верил не единому слову. Точнее, воспринимал все сказанное как блеф.
Я же… задумался.
Даже если это не мой двоюродный брат. А только тот, кто играет его роль… Все равно звучит все это странно. В чем-то правдоподобно, в чем-то наоборот нелогично. Чего такого мог знать этот Никита, чего не знали Ефим и, особенно, Клим Егорыч? Или намек был на то, что у деда были пробелы в воспоминаниях?
И в любом случае. Сама постановка фразы. Звучало так, будто речь шла не о месторождении. Что это за оговорка, что «именно благодаря этому наш род еще существует»? Добывать
Был еще какой-то секрет?
Звучало как-то очень похоже на те слова Бекелева? Он ведь был уверен, что мы прячем в подвале что-то эдакое. Какие-то безумно крутые артефакты или что-то подобное. По факту я действительно отыскал в подвале информацию о схронах. Плюс в сообщении отца были еще какие-то намеки на то, что в дальней комнате еще что-то важное… Но по сравнению с месторождением?..
И правда очень похоже на блеф.
— Значит, рассказать ты не можешь, — подвел итог я. — Что ж, очень удобно.
— Скрытность в данном случае вызвана только интересами рода, — произнес Никита спокойно. — Ты бы понял меня, если бы был старше. И не рассказывал бы всем подряд про самое богатое месторождение Окрашенного Металла в исследованном космосе, которое находится на наших землях.
Вот тут я невольно замолк.
Он знал?
Я тут же бросил взгляд на Рипа, и Механик тут же однозначно покачал головой. Значит, он был уверен, что происходящее на встрече подслушать было невозможно.
Значит… «братец» узнал обо всем раньше?
Откуда?
Бекелев?.. Служба Доставки?.. Или он узнал еще тогда, много лет назад, когда в самом роде это обнаружили?
— К сожалению, назад этого уже не вернуть, — продолжил Никита. — Я со своей стороны приложу все усилия, чтобы информация не утекла дальше. Хорошо, что настоящая цель императора для всех кроме меня остается тайной. Так что шанс успокоить ситуацию еще есть. Разумеется, если действовать осмотрительно.
Вы только посмотрите на него.
Едва ли не рыцарь в сияющих доспехах.
Судя по лицам остальных за столом, его слова, как минимум, заставили всех задуматься. И, скорей всего, засомневаться. А сейчас, когда нужно действовать быстро, это может сказаться самым критическим образом.
— То есть, — проговорил я, — ты предлагаешь сидеть как можно тише.
— Не совсем, — ответил он. — Есть способ перевернуть ситуацию на нашу сторону, но, скорей всего, ты сам на него не пойдешь. Из-за этого мы сейчас, по сути, находимся в тупике. Любой наш ход будет только ухудшать ситуацию.
Ага, ну вот мы, наконец, и подошли к сути.
— И что же это за способ?
— Клим Егорович должен подтвердить мои права преемника перед родовым алтарем.
Ха!
То есть, очень любопытно, но не совсем понятно, что это ему даст?..
— Ты же и так полноценный глава? — хмыкнул я. — Ты сам это сказал.
— Верно, с точки зрения законов Империи, — кивнул он. — Но есть также и родовая Стихия. И сейчас я просто-напросто единственный, кто полноценно владеет Плазмой. Клим Егорович потерял свою Стихию. У тебя ее никогда не было. Остаюсь только я. Как только меня признает Стихия, перед родом откроются дополнительные возможности. Такие, которые позволят противостоять даже императору.
Вот как.
Звучит прям сказочно.
Без шуток, если бы этот Никита действительно оказался тем, за кого он себя выдает. И если бы его целью было процветание Звездных… Я бы всерьез рассмотрел его предложение. Звездных осталось слишком мало, чтобы разбрасываться близкими родственниками.
Вот только пока что в его истории было слишком много белых пятен.
— Чтобы признать твои права, нужно, чтобы ты сам приехал, — проговорил я после паузы. — Ты готов к этому?
— Разумеется. Но не сейчас. Мне нужно время, чтобы справиться с последствиями твоих необдуманных действий.
— И когда тебя ждать?
— Я сообщу, — ответил Никита. — Мой представитель оставит этот канал связи. Сохрани его. Когда настанет время, я с тобой свяжусь. До тех пор я настаиваю на том, чтобы прекратил всякую активность в Графском Городке, которая может привлечь внимание Наместника.
— Прям настаиваешь?
— Да. В противном случае мне придется самому сообщить Наместнику о твоих действиях. До тех пор, пока все не зашло слишком далеко. Выходы на маркиза Чемлева у меня есть, в этом можешь не сомневаться.
В этот момент в зале стало очень тихо.
Нет, кажется, вот теперь мы, наконец, подошли к сути.
— То есть, это шантаж. Прекращение действий и признание тебя главой рода в обмен на твое молчание?
— Это не шантаж, — возразил Никита. — Это единственный способ для Звездных спастись. Если для этого потребуется задействовать Наместника, с болью в душе, но я это сделаю. Тебе самому, как и Клим Егорычу Наместник вреда не причинит, а вот остальные… остальные, да, пострадают. Скорей всего, будут уничтожены как мятежники. Так что подумай, прежде чем принимать решение.
Почти сразу после этого он разорвал связь.
Какое-то время в зале стояла тишина, а затем…
— Это очень серьезная ситуация, — проговорил барон Чагин (1). — Роду Звездных следует разобраться…
— Род Звездных разберется, — перебил я. — Этот человек — никто. По крайней мере, пока не доказал обратного. Сейчас его цель, только в том, чтобы сбить нас с толка и замедлить.
— Но информирован он хорошо, — заметил Вератти.
— С этим я тоже разберусь, — заверил я. — Также, все сказанное до этого остается в силе. Я жду решение от каждого. Кроме того, напоминаю вам об опасности утечки информации. От этого будет зависеть судьба всех. На этом сегодня все. По любым вопросам можете обратиться к Евгению и Аристарху Сергеевичу Вестиго.
Все уже начали было расходиться, когда из-за стола вдруг поднялся Антон Сватьев (1).
— Господа! — сказал он громко. — Прежде чем все уйдут, я бы хотел сказать, что род Сватьевых в любом случае поддержит Михаила.
И если на первых словах его голос чуть дрогнул, то закончил он твердо.
— Кто это, — он указал на экран УМС-2, — я не знаю. А Михаил лично спас меня и мою сестру от людей графа Бекелева. А потом вернул наше имущество, хотя был не обязан. Так что мне ненужно ждать, чтобы объявить, что мы с Михаилом и со Звездными… теми Звездными, которых мы знаем… Мы будем заодно.
Вот так… да.
Не ожидал. Но, Красочный черт возьми, приятно.
— Спасибо, Антон, — ответил я, поднявшись.
Тот кивнул. И…
— Род Ланцовых также поддержит Клима Егоровича и Михаила, — сказал Владимир Ланцов. И сидевший рядом с ним Максим закивал. — Красочные рядом. И может оказаться, что нам Звездные нужны даже больше, чем мы им.
Настала короткая пауза, и почти тут же к Ланцовым (1) присоединились Зотов (1) со Шмидтом (0).
Я успел только ответить уважительным кивком, когда стали высказываться и остальные. Не все. Даже далеко не все из присутствующих, но многие. Подтвердили прежние договоренности Вестиго (1), Вератти и Политов. Присоединился к ним мой старый знакомый Турко. А также — довольно неожиданно — Ганзо. И, чего я совсем не ожидал — Иволгин (1). Еще пара аристократов из Рудной, скорей всего, пошла за ним прицепом.
Из тех, кто пока воздержался. Прежде всего, аристократы их Прибрежной. Тут, кстати, не стоило забывать про конфликт с Провозовым (2).
Ну и Чагин (1) с троицей его знакомых: Гарсия (1), Мартинс (0) и Бардини (0).
— Я буду ждать прояснения ситуации, — сообщил главный коммунальщик Графского Городка.
Ширский (1) — директор гимназии — отделался максимально общими словами. Заверил в уважении и тому подобном. Но кровью расписываться тоже не спешил. Ожидаемо, в общем.
Интереснее оказалось с Уильямсоном (0).
Потому что он тоже захотел присоединиться ко мне.
— А как же ваш наниматель? — переспросил я.
Этот разговор случился, когда большинство участников собрания уже покинула конференц-зал.
— Мутный он какой-то, — отозвался гильдиец. — Все обязательства перед ним я выполнил. Ну и процент от добычи он мне не предлагал.
Хм.
— И что, ты можешь рассказать про него?
— К сожалению, почти ничего. Мы виделись один раз, в Бастионе. Тогда же он передал мне УМС и плату за работу. Позже мы иногда связывались. Я выполнял мелкие поручения, в основном по сбору информации.
Коротко Уильямсон рассказал обо всем. Но, как оказалась, знал он и правда немного. Ефим все это время смотрел на гильдийца, как на вошь какую-то, но вслух ничего не говорил. Я, понятно, ему тоже не доверял.
Ну и когда он ушел, дал знак Биркину. Тот, кивнув, тут же тоже двинул на выход. Кстати, не он один. Через Рипа я раздал еще пару целей, за которыми хотелось бы проследить.
— Сделано, ваше благородие, — сообщил Механик. — И есть еще кое-что. Обычно сигнал УМС практически невозможно отследить, но именно у этого оказалась одна особенность…
— Только не говори, что ты знаешь, где он? — глянул на него Ефим.
— Я уже говорил, когда оборудование есть, многое можно сделать…
— Вот же пройдоха одноногий! — восхитился Слуга. — Ну что, где он⁈
— А вот это, кстати, будет любопытно…
— Ваше благородие, помните распределенный УМС? — проговорил Рип. — Тот, что был в напавших Гексападах?
— Так, — кивнул я. — Мы потом собирали обломки.
Собирать-то собирали, вот только того, что нашли, в итоге не хватило. То ли уличные растащили, то ли люди Бекелева куда-то все это запрятали, но в итоге построить передатчик, который мог бы отследить сигнал у Механика не удалось.
— Да, — сказал он. — Я подумал, что УМС — штука достаточно редкая. В Империи куда более распространены АМС. УМС еще как-то купить нужно, привести… А мы их уже второй раз встречаем за короткое время… Понимаете?
— Да не тяни ты же! — с раздражением бросил Ефим.
— Да я объясняю я, старый ты драндулет! — с раздражением отозвался Механик. И потом снова посмотрел на меня. — Про что я…
— УМС, — напомнил я.
— Да! Устанавливая сейчас связь, я на всякий случай включил в цепь кое-что из того, что тогда удалось собрать из обломков, — сказал Рип. — Шанс, в общем, был небольшой. УМС, я напоминаю, отследить практически нельзя. Но есть одно исключение. Если повторяется пара преемник-передатчик, то сигнал приобретает определенные особенности. Если упростить, то уменьшается расход. Повторное подключение УМС расценивает, как надежное. И начинает использовать упрощенный вариант шифрования…
— Так ты узнал, где он? — снова перебил Ефим.
— К сожалению, нет, — ответил Рип. — Я уже сказал, УМС невозможно отследить. Не с нашими возможностями, точно.
— Так какой тухлой краски, тогда…
— А такой, что я определил другое. Распределенный УМС Гексаподов прежде уже связывался с УМС этого Никиты.
Ефим снова было открыл рот, чтобы высказаться, но почти тут же захлопнул. Явно тоже поняв, на что Механик намекал.
«Никита Звездный» — это и есть Кардинал?
— Это бы много объяснило, — заметил я.
Все эти мелкие пакости, которые мне устраивал Кардинал. То есть, в чем-то и не мелкие, но он явно пытался всячески меня ослабить. Сначала имперская полиция, потом Нино, Гексаподы… И, наконец, это его выступление на встрече.
Смерти именно моей он явно не хотел. Это, правда, не мешало ему убивать других. Я прекрасно помнил, что рассказал Слухач. Он сам был одной из основных целей Гексаподов и погиб бы, если бы не генератор Щита.
— Да, — кивнул Ефим после паузы. — И правда сходится. Правда, все равно бред…
— Почему? — спросил я.
— Никита Звездный? — хмыкнул Слуга. — Придумайте, что получше.
— Думаешь, это не он?
— Нет, — ответил Ефим однозначно. — Никита Звездный умер. И не потому, что он что-то там узнал. Ты, конечно, всего этого не знаешь… История давняя и не самая приятная…
И Ефим рассказал.
Никита Звездный был не то, чтобы парией, но не самым достойным членом рода. По крайней мере, с точки зрения своего отца. Точнее, сначала-то ему очень радовались. По словам Ефима, у Алексея Звездного и его жены долго не было детей, ну и когда ребенок все-таки появился, все очень были рады. Но только первое время.
Мальчик оказался… со странностями.
— Слухи, конечно, — протянул Ефим с хмурым видом. — Вроде как животных мучал… Да и слугами там были разные истории… Не знаю, что из этого правда. Но в какой-то момент Алексей совсем разочаровался. И парня оправили в лицей-интернат для одаренных в центре Империи.
После по словам Ефима о Никите Звездном довольно надолго забыли. Алексей Звездный с сыном, видимо, переписывался, посылал деньги и платил за обучение, но на Лире Никиты не было долго. Больше десяти лет.
Вернулся же он меньше чем за несколько месяцев до начала событий на Семерке.
— Так, ну пока сходится… — проговорил я.
— Вот именно — пока, — отозвался Ефим. — Через неделю после возращения его убили.
— Я про это слышал, — проговорил Рип задумчиво. — Там вроде никого не нашли…
— Нашли, — мотнул головой Ефим. — Всех нашли. Это были люди Синдиката.
— Вот… это новость! — протянул Механик.
Я и сам удивился.
Синдикат! Преступная организация, чьи сети растянулись на десятки звездных систем. Практически везде они были вне закона. Но кое-где наоборот являлись едва ли не официальной властью.
— Я думал, в Звездной Империи Синдиката нет, — заметил я. — В основном в Конгломерации.
— Не совсем так, — покачал головой Ефим. — В системы, где центральная власть сильная, их и правда не пускают. Но в каком-то виде они почти везде существуют. Было проведено расследование. Никита имел с ними какие-то дела, потом что-то пошло не так. Потому он и решил вернуться на Лиру. Вот только Синдикату он, видимо, сильно насолил. За ним прислали матерых убийц. Его нашли и убили. Вместе с отцом.
Вот тут я прям поразился. Ладно, еще Никита. Любого можно застать врасплох. Но Алексей Звездный был, как минимум, пятым рангом.
— Тела? — спросил я.
— Особняк Алексея был ничтожен взрывом плазмы, — ответил Ефим. — Технику, судя по всему, применил сам Алексей. После были найдены останки тел, проведены анализы. Всех опознали. Алексея, Никиту, нескольких слуг и шестерых убийц. Позже Клим Егорыч отправил людей. Гнездо Синдиката, отправившее убийц, выжгли. И еще несколько человек из их верхушки. Глава бы на этом не остановился, но тогда все мысли были заняты Семеркой, так что… получилось, как получилось. На время об этом забыли, а потом было просто не до того.
— Я слышал, Алексей последние годы до этого мало участвовал в делах рода, — заметил Рип.
— Участвовал, — ответил Ефим, пожав плечами. — Но сам по себе был немного… домосед, что ли. При этом не последний артефактор. Кое-что из его изделий нам сильно потом помогло на Семерке. Он был ценным членом рода. С женой ему не повезло, вот что я думаю.
— А жена?..
— Лидия Танари, — ответил Ефим. — Она вернулась в свой род.
Вот этого я не знал. Танари — были достаточно известным родом. Планетные маркизы (3), насколько я помнил.
— Они же с Новой Агоры? — припомнил я.
— Да. От нас они после всего полностью отреклись, если что. Я говорю, Алексее тогда вообще никто не понял, когда он на ней женился. Это и роду ничего не дело. Отношений с Танари, как таковых, у нас не было. И сам он не особо счастлив был.
— А она жива?
— Да, насколько я знаю.
Хм.
Не знаю, кому как, а лично мне история казалась предельно мутной. Понятно, что все это не было пустыми домыслами Ефима. Если бы не знал точно, он бы так и сказал, что не знает. Нет, он явно опирался на донесения разведки. Другой момент, что и разведка не всегда будет во всем точна. Могли быть какие-то детали, которые упустили.
И точно у меня появилась уже вторая причина слетать на Новую Агору. Это в любом случае потребуется, чтобы установить контроль над «Первым Аттрактором». Верфью, которую курировал мой отец, и которой тайно владели Звездные. И вот теперь — Лидия. Не факт, что она что-то прям критично важное. Но если появится случай с ней поговорить, то нужно будет его использовать.
— Если Никита мертв, то с кем мы говорили? — задал резонный вопрос Рип.
— Да с любым проходимцем! — отмахнулся Ефим.
Вот только «любой проходимец» не стал бы требовать передать ему контроль над родом. Как минимум потому, что это невозможно без стихии Плазмы.
До этого я попросил Рипа увеличить изображение на записи, чтобы рассмотреть перстень. И, если это и была подделка, то очень умелая. Потому что под камнем был изображен герб Звездных. Знак двойной звезды.
— Знает он много, — заметил я вслух. — Вряд ли это человек со стороны. Какой-то приближенный рода?
— Не знаю, — поморщился Ефим. — Я не верю в какого-то одиночку. УМС, Гексаподы… Это десятки тысяч пятипроцентовиков. Откуда ему взять столько?.. Скорее уж это прямая мистификация Имперского Секретариата.
— Ну это ты лишнего дал, — махнул рукой Рип. — Императору нет смысла в эти игры играть.
В общем, к какому-то однозначному мнению мы так и не пришли. Информации не хватало. Я спросил Ефима про «секрет, что нужен императору», о котором говорил Никита. Но ничего однозначного Слуга ответить не смог. Повторил только, что «это наверняка блеф».
Возразить мне на это пока что было нечего. Да и представить что-то более значительное, чем богатейшее в исследованном космосе месторождение
Так что эту мысль я пока отложил в сторону, решив сосредоточиться на главном.
И сейчас это было в первую очередь создание боеспособных отрядов. Позже также добавится добыча
Так что и выбора особо нет.
Следующие два дня пролетели будто за какие мгновение. И снова я был занят — не считая тренировок — встречами, обсуждениями и выработкой стратегий.
Тут я, ничуть не стесняясь, обо всем спрашивал советов Старика. Опытный лидер и организатор часто он видел неочевидные способы решения проблем и поднятия эффективности.
Одним из его советов, кстати, было:
Мысль его была понятна. Нет смысла устраивать многоуровневые проверки, допрашивать каждого добровольца, стремящегося вступить в гвардию. Любая крупная структура сама по себе предполагает наличие кротов. Тут задача не исключить их наличие совсем. Потому что это невозможно. А защитить ключевые узлы.
Так что после того, как был объявлен неофициальный набор в новообразованную гвардию Звездных, я отдельно указал Ефиму, что пока что нужно принимать всех способных. Вплоть до бывших гвардейцев Бекелевых. Соблюдать необходимые меры осторожности. Вроде того что не объединять их в отделения, но по умолчанию относиться нормально.
Сейчас важнее было набрать критическую массу бойцов. А уже после разделить их не тех, кто будет выполнять рядовые функции вроде охраны объектов. И тех, кто составит основную боевую силу рода.
Очень постепенно маховик правильно работы начал раскручиваться. Я старался обустроить все так, чтобы требовалось как можно меньше моего личного участия.
По одной простой причине.
До возобновления обучения в Аркуме оставался… один день.
Месяц получился более чем деятельным. Многое в Графском Городке удалось изменить, но по факту я все еще находился в начале пути.
К тому же, теперь мы оказались на пороге столкновения с, очевидно, превосходящими силами. А в худшем варианте мы и вовсе могли оказаться между Наместником с одной стороны и
Так что усиливаться было необходимо во всех аспектах.
И в плане боевых отрядов — этот процесс был запущен.
В плане союзников — тоже начато, но сделать предстояло еще очень много.
В личной силе — этот путь, пожалуй, обещал быть самым веселым.
Как раз во втором и третьем мне и должен был помочь Аркум. Главная проблема тут была, как ни странно, в Привратнике. Точнее, в том, что он всегда появлялся в одном и том же месте. Во дворе перед поместьем.
Плохо это по простой причине.
Графский Городок и земли Звездных должны были стать моей базом. Надежным тылом, который обеспечит ресурсы и подготовку бойцов.
Вот только следующий этап моего плана предполагал перемещение действия в Бастион — столицу Лиры. Туда, где находился Наместник. Где находился космопорт. И, разумеется, единственный во всей системе Планетарный Репликатор. Монструозное сооружение, расположенное частично на земле, частично на орбите. Соединенное несколькими космолифтами.
Собственно, космопорт и Репликатор представляли из себя один общий технологический комплекс. Обладание им, по сути, означало обладание всей планетой.
Очевидно, что для осуществления этих целей, мне нужно было находиться в Бастионе. На первом этапе я мог бы каждый день летать туда-сюда. Но даже на Коатле дорога до Бастиона должна была занимать почти два часа. На менее скоростном флаере — и того больше.
Еще один вопрос, который желательно было решить в Аркуме. Как-то договориться, чтобы Привратник появлялся не в одном месте, а там, где мне удобно. То, что он способен определить мое местонахождение, я почти не сомневался. Возможности этого помощника директора явно находились за гранью обыденного.
Ну и помимо всего этого, конечно…
Да.
Чтобы это ни было, забывать о его важности не стоило. Особенно, после встречи с Мыслителем (К5), когда стало ясно, что Исток имеет какое-то отношение к
И предчувствия однозначно говорили, что именно в этом древнем замке, парящем в космическом пространстве, я смогу приблизиться к ответу на этот вопрос.
В широком и высоком окне блестели иглы башенных шпилей. Галереи и переходы, мощенные древним камнем улицы, ряды ажурных окон в вековечных стенах были залиты теплым оранжевым светом фонарей.
Однако в самом кабинете царил тихий полумрак.
Едва слышно шелестели корешки древних книг. Изредка на одной из многочисленных полок со старинными и непознаваемыми приборами раздавался негромкий звон.
Перед столом, в самом центре кабинета стояло высокое, выше роста человека зеркало.
Старинное и тяжелое.
На черном письменном столе перед пустым массивным креслом лежали карманные старинные часы, торопливо отсчитывающие секунды.
Тридцать секунд.
Сорок.
Пятьдесят.
Минута…
Стоило только минутной стрелке сдвинутся, в кабинете что-то неуловимо изменилось. Не звук, и даже не что-то живое…
Тень.
Она возникла на одной из стен. Очень медленно, будто крадучись, перетекла на пол и поползла в сторону зеркала.
Возможно, это было всего лишь отражение чего-то промелькнувшего за окном, а может и прост какой-то странный мираж, порожденный магией древнего замка…
В какой-то момент тень коснулась зеркала…
И тут же — звон!
Амальгаму в мгновение изрезали тысячи трещин. А спустя секунду раму, ось и само основание покрыла рябь повреждений. Не минуло и пары ударов сердца, как все зеркало обратилось осколками, рассыпавшимся по полу кабинета.
На несколько мгновений после этого тень будто замерла в нерешительности. А после резко метнулась обратно к стене. Снова просочившись сквозь нее.
Кабинет оказался пуст.
Часы на столе продолжали отсчитывать секунды.
Тридцать секунд.
Сорок.
Пятьдесят.
Минута.
Перед столом, в самом центре кабинета стояло высокое, выше роста человека зеркало.
Старинное и тяжелое.
Граф Злобин стоял перед рядом расставленных вдоль окон коек. От каждой поднималось зловещее красноватое мерцание, окутывающее лежащих на своих местах учеников.
Виктор Фонте.
Эрика Бишоп.
Кар Авит.
Санти Буск.
Трое из них совсем недавно были мертвы. Но примененные графом техники позволили их телам излечиться, а разумам — снова зажечься. Существовали и другие способы вернуть к жизни недавно умершего. И все они были лишь жалкими симулякрами. Иллюзией, создающей подобие, но не саму жизнь. Или, напротив, требовали цены, которую большинство было неспособно заплатить…
В данный момент преподаватель Стихии лично контролировал процесс. Восстановить тело было далеко не самой сложной частью ритуала. Вернуть ушедшую душу, шагнувшую за грань, вот, в чем заключалось настоящее искусство.
Наполовину во Тьме.
Наполовину в Свете.
Стоя на пороге, граф ждал пока погибшие сами примут решение. Подталкивать было нельзя. Результат в таком случае мог оказаться совсем не тем, на который рассчитывал ритуалист. Впрочем, именно сейчас, причин для беспокойств не были. Эти души были юными, едва вкусившими жизнь. Они сами устремятся на Свет, достаточно будет просто приоткрыть для них дверь. Куда важнее тут будет не пропустить с Той Стороны ничего иного…
Потому граф и ждал, внимательно наблюдая за процессом.
— Я был уверен, что четко высказал свою мысль, — раздался безэмоциональный голос позади.
На секунду обернувшись, граф Злобин снова повернулся к койкам.
— Я умею считать до двух, — ответил он директору.
Несколько мгновений после этого ничего не происходило. А после над одной из коек свечение стало гаснуть. Прошло две-три секунды. Лежавший в кровати молодой вдруг закашлялся, но почти тут же затих. Очертания его лица разгладились. Сердце перестало биться.
— Он не должен был умереть, — раздался голос сзади.
— Нет, — согласился Злобин. — Но он оплатил своей жизнью другую.
— Не помню, чтобы я давал разрешение на это.
Какое-то время в больничном покое царила напряженная тишина. Граф не двигался с места. Не выказывал сомнений.
Он был занят. Он следил за Гранью.
Спустя несколько минут, когда он снова ненадолго обернулся назад, директора в больничном покое уже не было.
Круглый портальный зал как и в прошлые разы встретил меня мягким полумраком. На каменных стенах, в нишах портальных арок дрожали тени освещающих помещение факелов.
Одетый в ливрею вахтер сидел на своем месте.
Подняв на меня взгляд, он сразу махнул рукой дальше:
— В Большой Зал, Звездный.
— Как каникулы провели? — отозвался я.
— Хреново. Иди уже.
Ну, характер у него явно не изменился за прошедший месяц.
— Хорошего вам дня, — махнул я ему.
Он буркнул мне вслед еще что-то. И дальше я двинул через «обрубленный» коридор. Когда дошел до конца, сразу обратил внимание на один момент.
— Место другое?
Во-первых, никаких туманностей поблизости. Во-вторых, явно куда дальше от центра галактики. Звезд на небесном своде было куда меньше, а те, что были, казались менее яркими.
Других отличий, впрочем, заметно не было.
Астероид, на котором располагался замок, все также парил в темноте, маня тысячей точек теплого оранжевого света.
Толкнувшись, я полетел через невесомую зону. И вскоре уже приземлялся в сквере с соснами. Во время нападения
Сейчас об этом вообще ничего не напоминало.
Те же идеальные ряды темных стволов, что и когда я появился тут впервые. Впереди я сразу заметил фигуры нескольких учеников перед главным входом. На улице никто из них не задерживался. Все торопились внутрь.
Я тоже двинул вперед.
Шел, прислушиваясь к ощущениям. Я вроде бы уже не был тут новичком. Какой-то отбор был пройден во время недели тестов, но в также я чувствовал, что что-то здесь изменилось. Будто прежде замок прибывал в спячке. Или в какой-то странной заморозке. А теперь кто-то включил таймер, и время пошло.
Время… до какого-то события?
Сложно сказать. До такой степени я намеки способности Навигатора понимать еще не научился. Старик же эти мои мысли никак комментировать не стал.
Чувство направления пока же просто указывало вперед.
Вскоре я прошел через коридоры с черными портретами на стенах, потом через Зал С Двигающими Этажами и, наконец, оказался в Большом Зале.
И сразу обратил внимание, что внутри все очень сильно отличалось от предыдущего раза. Выглядело все куда более… празднично.
Сквозь прозрачный потолок проникало теплое сияние какого-то незнакомого мне созвездия. Это явно было не прямое изображение. Каким-то образом измененное. Благодаря чему и создавался эффект этих теплых переливов.
Внутри Зала в воздухе также мерцали освещающие Светляки. Но в этот раз более яркие и не одного цвета, а всех возможных.
Ну и кроме того — столы.
Все они были накрыты к обеду.
Причем, судя по количеству тарелок, приборов, разного рода бокалов и блюд — обеду праздничному. Правда, все это пока, хоть и блестело золотом с серебром, оставалось пустым. Но сама перспектива лично меня порадовала.
Хоть и проснулся еще до рассвета, после тренировки я успел только пару бутербродов с форелью перехватить. Так что от хорошего такого завтракообеда я бы точно не отказался.
Эти отличия не ограничивались.
На помосте, где в предыдущие разы выступал директор, также теперь стоял стол. Он тоже был заставлен посудой.
И за ним, кстати, уже сидело несколько человек.
Высокое черное кресло по центру, напоминавшее трон, видимо, принадлежало директору. Оно пока оставалось пустым. А вот по правую руку от него пара мест была занята. На ближнем сидела уже знакомая мне «преподавательница Гринграсс». Та, что появилась в последний момент во время нападения
Мантия, в которую она была одета, тоже была более яркой. Кажется, поблескивала чем-то магическим.
В противовес этому рядом в обычной свой тунике сидел Марк Коммод. Он молча смотрел перед собой, явно о чем-то задумавшись.
Кроме этих двух — из девяти — заняты были еще три кресла.
С левой стороны ближе к краю сидело еще двое знакомых мне преподавателей.
На лице мистера Смиттона застыла немного прилипшая улыбка. Учитель Кибернетики был одет в свой лучший костюм. Представлял он, правда, какую-то странную моду. Пиджак стального цвета имел несколько технологичных вставок непонятного назначения. Но выглядел в целом — нарядно. Можно, даже сказать весело.
С чуть скептическим видом Смиттон выслушивал историю, которую рассказывал ему сидевший рядом мистер Джонс. Преподаватель мистики был одет во все тот же походный костюм, в котором он был и во время теста. Взгляд его был полон энтузиазма. С ним он смотрел и на Смиттона, и на учеников в Зале, и на меня.
Едва я вошел в Зал, он тут же меня заметил и принялся махать рукой.
Странный тип. Хотя, может преподавателю мистики именно таким и надлежит быть?
Последним, кто уже сидел за столом, оказался незнакомый мне мужчина. Он сидел крайним справа и имел абсолютно дикий вид. В шрамах, с парой кибернетических протезов. Не в костюме, а в чем-то вроде военной формы. Со множеством мелких кармашков, ремешком кобуры на плече и торчащей из-за спины рукояти чего-то. То ли меча, то ли какого-то стрелового оружия. Точно было не сказать.
Заросший густой бородой он зыркал по залу, выискавшая… один
Тоже преподаватель?..
Из списка в моей карточке в лицо я не видел только учителя физподготовки. Судя по торчащим из рукавов мускулистым предплечьям, он вполне мог бы быть им. Хотя скорее я бы сказал, что он возглавляет банду каких-нибудь наемников-головорезов.
Еще четыре кресла — включая директорское — оставались пустыми.
— Миха! — услышал почти сразу, как вошел в Зал.
И увидел Туна Маккейба, машущего мне с одного из центральных столов. Да, это тоже было одно из изменений. Номеров и фамилий на столах теперь не было. Так что ученики рассаживались по своему усмотрению.
Это сразу прилично поляризировало Зал.
Правый из четырех столов был почти полностью занят псиониками. В его середине лицом к залу сидел Гордиан.
И уже вокруг него кучковались все остальные.
Я увидел мускулистую Галию, настороженного Крафта, щуплого и беловолосого Гальбу, близнецов Тита с Тимусом и других псиоников. Несмотря на прошедший месяц, число представителей Псиона в Аркуме практически не уменьшилось.
Несмотря на то, что в целом учеников явно стало меньше. Кто-то еще заходил в зал, но в итоге должно было набраться человек сто пятьдесят… Может даже меньше.
И основные потери за этот месяц явно произошли среди стихийноков-аристократов. Их все еще было больше всего среди учеников. Большая их часть поместилась за крайний левый из четырех столов.
Там я разглядел Бенджамина Александрита (7) со своей свитой. И Александру Теплову (6) со своей. Из отдельных личностей обратил внимания на моего приятеля Эндрю Спарка (2). Тот мгновенно уперся меня взглядом, мечтающем о моей скорой болезненной смерти. Я, разумеется, помахал ему рукой с улыбкой.
После окинул взглядом остальную часть стола. Заметив и Игоря Дымова (4), и Виктора Фонте (3). Первый сохранял абсолютно невозмутимый вид. Второй со злостью пялился куда-то в сторону преподавательского стола. Это немного удивило. Но пока я не заострил внимание.
Кроме двух полярных столов — псиоников и арстократов-стихийников, были еще два средних. И вот за ним все как будто сидели вперемешку. Но это только на первый взгляд.
Тут все тоже было поделено. Но не на полные столы, а скорее на островки.
Дикие с возглавлявших их Раксом.
Пара групп кибернетиков. Во главе самой большой — золотокожая Эффенди.
Еще пара небольших компаний стихийников. Одну из них, очевидно, возглавлял Рауль Каверне (6) со своим четырехруким телохранителем Гривусом.
Вторая состояла по большей части из моих знакомых.
И, прежде всего, внимание привлекал большой и громкий Федор Барков. Стоило только Туну заметить меня, Барков тут же обернулся. И громогласно воскликнул.
— Великий Михаил Звездный!
Поднявшись с места, он снес с лавки пару каких-то парней, которые сидели рядом с ним. Тоже аристократы, то я их по именам не знал. И двинул прямиком ко мне.
Улыбнувшись, я тоже пошел навстречу, остановившись там, где сидел Тун. Рядом с ним я заметил обыкновенно хмурую и чумазую Чу.
— Привет, ребят, — поздоровался я с ним.
А уже после пожал большую и пухлую руку Федора.
— Здравствуй, Федор.
— Великий Михаил Звездный! — проговорил он. — Рад тебя видеть! Ну-ка, освободите нам место!
Рядом с Туном скамью занимало несколько парней и девчонок кибернетиков. Один из них собрался было что-то возразить…
— А с какой ста… А-а!
…но не учел, что Федор не спрашивал разрешения, а просто предупреждал. Еще не договорив, он начал садиться. Ну и возмутившегося парня слегка придавило. Так что в итоге он рад был, что легко отделался.
Тут же напротив сидели Лукас и Ханна Ветровы (1).
— Привет, Миша. — улыбнулась мне девушка.
Ее младший брат просто кивнул. Выглядел он еще более больным и бледным, чем месяц назад. Впрочем, я прекрасно помнил, как он одной техников прикончил два десятка Скаутов (К3). Так что тут внешность точно была обманчива.
Рядом с Ветровыми сидела Эрика Бишоп. Тонкая изящная девушка. С крайне необычного цвета сиреневыми глазами.
Та самая, за которую я просил у преподавателя Злобина. Он пообещал что-то сделать. И не обманул.
Как ему это удалось?
Другой вопрос.
Потому что когда я ее видел последний раз, девушка была однозначно мертва.
— Как ты? — спросил я негромко, поймав ее взгляд.
— Будто с того света вернулась, — улыбнулась она, переводя все в шутку.
Но в выражении было заметно, что не все так просто. Пытать ее дальше я не стал. Может, со временем все образуется.
— Алекса не было? — спросил я Туна.
— Нет, — качнул он головой с тревогой. — Думаешь он…
— Да нет, — отмахнулся я. — Но что-то его задержало.
Перездоровавшись со всеми, кто сидел поблизости, я махнул еще нескольким знакомым. Альбе Капетинг (5) — она сидела за «столом аристократов». Эрлингу Нулу — он был с другими кибернетиками недалеко от Эффенди. Тиму Джимпо — он появлялся то тут, то там, постоянно телепортируясь, и всех этим прилично раздражая.
Уже под конец как бы невзначай снова бросил взгляд за стол имперцев. Чтобы всего на секунду, но встретиться взглядом с Контанцией Душиной. Падчерицей Наместника. Она сидела всего в паре мест от Александрита (7). И, очевидно, входила в число приближенных. В общем, даже неудивительно.
Ответила она мне коротким взглядом, почти сразу отвернувшись.
Что ж. С ней еще будет время поговорить.
В какой-то момент народ за столами начал стихать. Все стали поворачиваться к преподавательскому столу.
Именно тогда я бросил взгляд на вход.
Чтобы увидеть, как входят еще двое.
Алекс и… Теобальд Туманов (6).
По лицам обоих ничего нельзя было сказать. И если для тумана это маска, скорее напоминавшая человеческий лик, явно была чем-то естественным. То Алекс, видимо, просто держал лицо.
Впрочем, главным было, что Алекс, заметив меня, сразу направился к нашему столу. Что уж говорить, я рад был его видеть.
Поздороваться мы особо не успели.
Когда в зале появились оставшиеся учителя.
Откуда-то сбоку зашел преподаватель философии. Арчибальд Феоктистович выглядел, можно сказать, элегантно. Окинув учеников царственным взглядом, он занял одно из кресел. В такой толпе сложно было сказать, избегал ли он того, чтобы встретиться глазами со мной. Не знаю. Но этого не произошло.
Пару мгновений спустя будто просто из воздуха вышел граф Злобин. Преподаватель Стихии был одет в старомодный фрак. Он чуть грузновато смотрелся на его чуть полноватой фигуре. И, возможно, давил застегнутыми пуговицами на живот. Потому что вид у Злобина как всегда был склочный и недовольный. Будто он только и искал, на ком бы сорваться.
Через секунду после Злобина с громким хлопком, эхом разнесшимся по залу, оказались заняты и два последних кресла.
По правую руку от директорского будто на троне разлеглась поразительной красоты женщина. Высокая, статная, в великолепном черном вечернем платье. Волосы цвета ночи были небрежно распущены. А во взгляде темных глаз читалась… ничего не читалось. Потому что радужки у нее вообще не было видно. Все было залито мерцающей темнотой.
Ну и последним был сам директор.
Он выглядел в точности также, как в прошлый раз. С черным перстнем на пальце, в темной тунике.
— Приветствую вас в Аркуме, ученики! — проговорил он. И его голос донесся до каждого уголка Большого Зала. — Рад вашему возвращению. Надеюсь, эти стены на какое-то время смогут стать для вас настоящим домом. Сегодня вас еще ждет распределение по факультетам. Но это после. Пока я хочу поздравить вас с успешным окончанием тестовой недели. Все вы показали свои способности. И после распределения окончательно будете считаться поступившими.
Говорил он ровно. Медленно обводя взглядом столы.
— Сейчас же нас ждет торжественная часть. А именно — объявление лучших учеников по каждому из предметов. И, также, лучшего ученика по итогам всех тестов. Победители получат награды. Уверен, каждый сочтет их более чем достойными.
Он сделал еще одну короткую паузу. И объявил.
— Начнем!
— Прошу всех достать свои личные карточки, — проговорил директор. — Там у каждого из вас появилась вкладка рейтинги.
Я тут же достал свою карточку… И правда!
В верхней части картонки действительно увеличилось количество вкладок. И сейчас она выглядела так:
Я быстро проверил каждую, и пока что какая-то информация была только в первой. Вторая, третья и четвертая оставались пустыми. Но само наличие строчки явно тоже имело значение. У сидевшего рядом Туна в карточке были только вкладки с
Также я наскоро перепроверил свой
«Плюс один» по физподготовке появился еще месяц назад. По аналогии со «штрафными» баллами, судя по всему, тут речь шла о «бонусных» баллах.
Откуда он у меня взялся, пока не было понятно. Возможно, за бой с
— Во время тестовой недели каждый из вас имел возможность получить начальную оценку по каждому из предметов, — продолжил директор. — Благодаря этому вы смогли познакомиться с преподавателями, а они познакомились с вами. На основе полученных отметок за тесты Аркум сформировал рейтинги всех учеников по каждому из предметов. А также общий рейтинг. Положение в рейтинге — то, что будет иметь значительное значение во время обучения. Так что я рекомендую вам впредь следить за своими показателями. Они будут меняться в реальном времени, отражая ваши успехи в учебе и выполнении дополнительных заданий. Чем выше вы будете находиться в списках, тем лучше будет для вас. Высокие позиции окажут максимальное влияние на вашу жизнь. В том числе, за пределами Аркума.
На этой фразе по столам пошел недоуменный шепоток.
Я и сам не до конца сообразил, о чем речь. Возможно, о тех самых призах, которые директор обещал для лучших учеников. Ну и тот же доступ в библиотеку замка я собирался использовать на полную.
Хотя, возможно, он имел в виду и что-то еще.
— Как я уже говорил, лидеры рейтингов по итогам учебного года получат особенную награду от преподавателей своих курсов. Ну а лучший ученик получит поощрения лично от меня. Я обещал выполнение любого желания для лучшего ученика по итогам всего обучения. По итогам первого года это будет… выполнение просьбы.
— А в чем разница⁈ — выкрикнул кто-то.
— Просьба имеет пределы, — ответил директор просто. — Желание — нет.
Он чуть помолчал. И продолжил:
— Думаю, — он окинул коротким взглядом учительский стол. — Более нет смысла вас задерживать. Так что перейдем к результатам тестов.
Стоило ему это сказать вкладка Рейтингов в карточке очертилась ярче.
— Первый предмет — Стихия, лучший ученик по итогам тестов — Бенджамин Александрит.
Тут же в карточке отобразился список. Вверху было пять фамилий. При этом информация оказалась интерактивной. При желании можно было пролистать вниз. Ну и я наскоро просмотрел немного вниз.
СТИХИЯ
Так-то отметки большинства были известны. Удивила меня лишь пара фамилий. Валор — это был тот татуированный аристократ из Диадемы Теней. То есть могущественный стихийник, но не из Звездной Империи, что довольно большая редкость. Второе место Туманова (6) было скорее ожидаемо. Из сюрпризов — Федор Барков. Вот уж кто производил впечатление этакого шумного недотепы. А тесты вывели его аж на седьмое место. Даже больше удивило бы высокое место младшего брата Ханны, если бы не та его техника во время нападения
Впрочем, не стоило забывать еще один момент. Кто-то мог специально сдерживать свою силу во время тестов. Да, первые места в рейтингах могли дать некие «призы». Но, во-первых, пока что не было известно, что это за призы такие. Во-вторых, главные награды директор обещал по итогам всего обучения, а не по итогам тестов. Потому я и не сомневался, что найдутся те, кто не захочет привлекать к себе внимание. По крайней мере, поначалу.
Но, конечно, общая расстановка в любом случае была интересна. Я отметил для себя, что некоторые места были общие, а иногда нет, несмотря на одинаковые баллы. То есть, Туманова граф Злобин, видимо, оценивал выше, чем Каверне (6).
Самым забавным в этом плане, что лично я получил отдельное место:
СТИХИЯ
…
Не то, что «одно из последних», а прям последнее. То, что это была такая «веселая» шутка от склочного старика Злобина, я прям даже на секунду не усомнился.
Что ж, вызов, что называется, принят.
Но с этим, впрочем, потом.
Примерно минуту директор молчал, позволяя всем изучать список. За столом аристократов раздавались поздравления. Насколько я слышал, насквозь фальшивые. Но, безусловно, какую-то часть авторитета, потерянную на испытании с сайдером, Бенджамин тут восстановил.
Забавно, что при этом на того же Федора Боркова смотрели скорее с недоумением.
— Ну вообще — тесты это только начало, — заметил какой-то стихийник за нашим столом. — Очевидно, что реальная оценка будет уже во время обучения.
— А это не потому, что ты в четвертом десятке, да? — хмыкнули ему кто-то сидевший рядом.
— Чего⁈ Я уже говорил — это идиотские тесты! Вот на нашей планете…
— Да-да, рассказывай…
В общем, те, кто получил меньше, чем хотел, уверяли, что тесты еще ничего не значат, что это скорее формальность. А те, кто был доволен результатом, наоборот уверяли, что это очень важно и все такое.
Я глянул на Алекса. И вот он скорее выглядел недовольным.
Чем? Хотел выше место? Или наоборот планировал не высовываться? Сложно сказать.
— Ты знал Туманова раньше? — спросил я его негромко. — До школы?
Глянув на меня, он чуть помолчал. И только потом сказал:
— Один раз видел.
Хм.
— Чего он хотел? Сейчас.
Вот на это Алекс уже поморщился.
— Потом, — ответил он, дернув щекой.
Настаивать я уже не стал. В общем, это и так не мое дело. Просто я все еще помнил, что отец в послании в особняке почему-то основной угрозой для Звездных — после Красочных — считал именно Тумановых (6). Не Александритов (7) даже.
Конечно, все могло измениться с тех пор. Но все равно желательно было как-то выяснить подробности.
Пауза, которую брал директор, тем временем окончилась.
— В награду лучшему ученику по итогам тестов от преподавателя Стихии достанется… — он замолк, повернувшись к Злобину. — Граф?
— Замороженная Хорда Красочной твари, — отозвался Злобин. — Подойдете ко мне после первого урока, Бенджамин. Вы полностью ее заслужили!
Многие в зале явно не поняли, о чем вообще речь. Но быстро незнающим разъяснили. Ну и я в очередной раз похвалил себя за то, что догадался месяц назад оперативно разделать
Эффект от проглоченных
С
Все потому, что какого-то прям очевидного эффекта я от нее не ощутил до сих пор. В чем тут загвоздка я пока понять не мог. Ну и спросить было некого.
Тот же Ефим, который мне про нее рассказывал, говорил, что просто нужно ждать. Что она в любом случае сработает. Но хоть какой-то конкретики дать не мог. Почему? Да потому, что сам он не одаренный. И на себе ничего подобного не испытывал. Так что тут нужен был совет кого-то знающего.
Злобина?.. Что-то я сомневался, что он пойдет мне навстречу еще раз. Ладно, подумаю, как это обставить.
— Продолжаем, — тем временем снова заговорил директор. — Следующий предмет — Псионика.
В карточке появилась новая вкладка. И тут же появился список:
ПСИОНИКА
Вот тут скорее было без неожиданностей. Гордиан — первый. Дальше Крафт, хорошо прошедший тестый, и, объективно, очень крепкий псионик. Потом Гальба. Кто-то мог бы удивиться третьему месту тщедушного псионика. Среди рослых и подтянутых-мускулистых парней и девчонок явно выделялся. Но странным это могло показаться только если забыть про иерархию, которую он представлял.
Также обращало внимание, что отметки у псиоников были в целом пониже, чем у стихийников. Вероятно, следствие более строго отношения Коммода к ученикам. Злобин-то к своим — особенно к имперцам — был максимально лоялен. Даже десятки Бенджамину не пожалел.
Сам я тут не сильно комплексовал. Да, первое место не получил, но хотя бы смог сохранить пару козырей в рукаве.
— Лучший ученик — Гордиан из иерархии Меч, — огласил директор. — Он получает…
— Одну из лично разработанных мною техник псионики, — подал голос Коммод.
Вот… блин.
Потому что именно этого мне категорически не хватало. То, что приходилось каждый раз придумывать все заново. И не факт, что придумывал оптимально. У псиоников имелись сотни идеальных давно отточенных приемом на все случаи жизни. Это еще тренировки с Флавом показали. Доступ к библиотеке тут, конечно, поможет, но по книгам всего не выучишь. А тут еще и сам Коммод намекнул, что слепо своими знаниями делиться со всеми не станет.
В общем, нужно будет искать к нему подход. Потому что Флава преподаватель Аркума, конечно, серьезно превосходил в умениях и в могуществе. Бой с
Дальше настала очередь Кибернетики.
— Лучший ученик тестов по кибернетике — Эффенди из форматории Микромир.
Ну, кто бы сомневался.
Уж не знаю, что у нее там были за наниты в крови. Но она умудрилась получить высокие оценки практически по всем предметам. А по Псионике даже в десятку вошла!
Так что логично.
Сам список выглядел так:
КИБЕРНЕТИКА
…
…
…
…
…
И вот здесь были не то, что неожиданности, но много моментов, о которые стоило подметить. На шестом месте оказался мой приятель Эрлинг. Хоть и прибеднялся изо всех сил, что особых способностей у него нет. На двадцатом был татуированный стихийник Валор. Пять баллов откуда оказалось у Туманова.
Я отметил второе место парня-робота, третье — девчонки с двигающимися волосами. Четвертым — забавное совпадение — оказался четырехрукий телохранитель Каверне (6).
В целом среди конгломератов оказалось очень много «восьмерок», многих из которых я по лицам не знал. Среди них явно стоило ожидать «темных лошадок». Конгломерация, как ни крути, очень велика. Больше Звездной Империи, а уж про Псион и говорить не стоит. Так что неудивительно, что у них могло найти множество самородков.
После Кибернетики настала очередь классической магии.
И вот тут все было предельно непонятно.
Судя по тому, что я видел в исполнении Гринграсс, штука это была очень даже сильная. Вот только не малейшего понимания, как она работает, лично у меня не было. Гринграсс, насколько я видел, использовала какую-то палку. То ли стальную, то ли вообще деревянную. Видимо, это был какой-то артефакт. Но вряд ли дело заключалось в нем самом.
Пока директор объявлял, я окинул взглядом зал и ближайших сидящих. Вид у всех был заинтересованный… но в то же время озадаченный.
— В тестах по классической магии не оказалось однозначного лидера, — проговорил директор. — Но все, поделившие первое место, получат от мисс Гринграсс в подарок волшебную палочку из ее личной коллекции.
Волшебная палочка!
Ха!
Прикол! Я сразу несколько древних новелл читал, где с помощью таких штук колдовали. Правда, всегда это было что-то разное.
Блин, жаль, что я до семерки не дотянул. Я бы от такой тоже не отказался.
А список был такой:
КЛАССИЧЕСКАЯ МАГИЯ
Баллы меня тут не удивили, скорее позабавило сочетание. Столько старых знакомых. Еще Туманова добавить — и совсем весело было бы. Ради интереса я пролистал список, и нашел Теобальда ближе к концу — с двумя баллами. Допустят его с таким уровнем?.. Пока неясно. Как и то, будет ли несколько групп. Да и как вообще будет проходить обучение.
Также подметил, что у псиоников по этому предмету были практически исключительно нулю. Кажется, я вообще был тут единственным исключением.
Ну а после настала моя «сильная сторона».
— Лучший ученик тестов по мистике — Михаил Звездный.
Не то, о чем, я мечтал, мягко говоря.
— Наградой будет таинственный предмет из коллекции мистера Джонса.
Вот именно поэтому.
Не очень хотелось, чтобы этот предмет призвал внутрь меня «Древний-Ужас-Из-За-Кромки» или еще что-то в этом роде.
Во время теста Джонс произвел впечатление этакого опасного шарлатана. Опасного потому, что он, видимо, все-таки был не совсем шарлатаном. Он действительно сумел раздобыть где-то кучу невероятно странный штуковин. Во только в большинстве случаев он понятия не имел, как они работали.
То есть, конечно, любопытно. Скрывать не буду. Но слишком уж откровенный «кот в мешке».
Сам список по предмету был такой:
МИСТИКА
И я сначала даже не обратил внимание.
— Алекс? — удивился я. — Ты же…
— У меня был ноль, — сказал он твердо.
И тут же поднял взгляд на Джонса, который в этот момент в очередной раз повернулся к Смиттону, рассказывая ему какую-то историю. Судя по кислому виду кибернетика, достаточно мозголомную.
— Странно, — сказал я. — Хотя забей, если честно. Ему в голову все, что угодно могло прийти.
Алекс в ответ хмыкнул. Потом пожал плечами.
Директор, тем временем, перешел к следующему.
— Лучший ученик тестов по физподготовке — Ракс…
— Ракс — лучший! — взревел здоровяк тут же, поднявшись со своего места. — Нет никого сильней, чем Ракс!
Директор смерил его нейтральным взглядом. И закончил фразу.
— Преподаватель физподготовки в качестве награды обещал относиться к лучшему ученику в два раза строже и несправедливей, чем к остальным.
После этой фразы настала секундная пауза.
А затем — смешки.
То там, то здесь в зале народ начинал смеяться. Судя по виду самого Ракса, вот-вот должны были начаться массовые убийства. Но дал им случиться еще один смех.
Громко и во весь голос заржал тот самый бородатый мужик дикого вида, что сидел с краю за преподавательским столом.
— Преподаватель Карс сам вам все объяснит на своих уроках, — коротко прокомментировал директор.
В общем, я не ошибся. Этот тип и правда оказался «физруком».
Ну а список был такой:
ФИЗПОДГОТОВКА
Все-таки стукнув кого-то головой об стол, Ракс уселся обратно на место. Ну и тогда уже директор перешел к последнему в списке предмету:
— Лучший ученик в тестах по философии — Михаил Звездный.
ФИЛОСОФИЯ
Дальше в списке шло очень большое количество «восьмерок». Особенно их много было среди кибернетиков, но потомственные аристократы тут не сильно отставали.
Но самое интересно было впереди.
— В награду лучший в тестах получает пропуск в библиотеку Аркума. А также отдельный приз от преподавателя…
Директор перевел взгляд на Тучнина (0).
Тот с очень широкой улыбкой поднялся. Я только и успел подумать, что вряд ли его могла порадовать перспектива что-либо мне подарить. Разве что… Он не придумал, как сделать из этого подарка что-то, что мне не очень понравится. Или — если судить по ширине улыбки — совсем не понравится.
— Студент Звездный и правда показал во время тестов фантастический уровень знаний, — с улыбкой проговорил Тучнин. — И потому, наиболее достойной наградой будет… Возможность познакомится с почетным президентом Имперской Академии Наук! Для такого блестящего юного ума — это будет невероятной возможностью. Разумеется, все расходы на организацию перелета я полностью возьму на себя.
Пару секунд я еще пытался искать какие-то другие варианты. Потом бросил взгляд на Алекса и понял, что угадал правильно.
— Почетный президент Имперской Академии Наук, — начал я вопросительно, — это…
Алекс молча кивнул.
Ну да, было бы странно, если бы это было не так. Надо отдать должное «философу», придумал все-таки, как сделать подлянку.
И судя по довольному виду Тучнина, я и отказаться не могу.
Впрочем, я и бы и не стал.
— Благодарю вас, Арчибальд Феоктистович. Я с радостью встречусь с императором.
Идея Тучнина (0) была понятна. Император увидит, что я одаренный. Может даже поймет, что я один из учеников Аркума. И тогда шансы на выживание Звездных упадут едва ли не до ноля.
Вот только в эти игры можно было играть вдвоем. И открывшуюся возможность — а это была именно возможность — я собирался использовать себе на пользу.
Сейчас еще без конкретики. Многое зависело от того, что именно задумал Тучнин. Под «встречей» могло подразумеваться много разного. Но пара идей у меня уже возникла. И если все сложится удачно, эта подлянка может оказаться чуть ли не ключевым звеном в будущем возрождении Звездных…
В общем, нужно будет не забыть поблагодарить господина преподавателя. Хе-хе.
Пока же Тучнин никак не показал, что его удивила моя реакция. Он сел на место, и слово снова взял директор.
— И последнее, — проговорил он. — Лучший ученик Аркума по итогам теестов.
Вкладка
Несмотря на высокие оценки сразу по нескольким предметам, реальных шансов оказаться на первом месте у меня, конечно, не было.
В первую очередь потому, что в этом рейтинге учитывались штрафные баллы. А у меня-то их целая куча была. Может как-то их можно было убрать, но пока что они очень серьезно ударили по моему положению.
А жаль, потому что предчувствия подсказывали, что эта награда точно будет ценной.
Сам список оказался таким:
ОБЩИЙ РЕЙТИНГ
Изучая список, я заметил, что получилась достаточно забавная вещь. Лидерами оказались не столько те, кто был заводилами в своих группировках, сколько те, кто меньше всего потерял в непрофильных предметах.
Александрит (7) вообще бы упал куда-то в середину всего списка, если бы не суммарно целых шесть бонусных баллов за философию и Стихию. То же касалось и многих других лидеров своих дисциплин. Гордиан был безоговорочным лидером в Псионике, но за счет нолей и единиц в других предметах вывалился за десятку в обще зачете.
Первые же места заняли универсалы. Те, кто не падал ниже определенного уровня ни на одном из тестов. В том числе по классической магии с мистикой, где «сдача экзамена» оказалась достаточно специфической. В том плане, что от тебя самого там почти ничего не зависело.
Меня совершенно не удивило высокое место Алекса. И откровенно позабавило то, что Пашка Романов (5) обошел Бенджамина. Причем обошел на голову. И как бы ему за это ту самую голову не открутили. Лояльность лояльностью, но наследнику бывшего императорского рода могли и не простить такого превосходства.
Впрочем, на него в целом похрен.
А вот то, что я из-за штрафных баллов оказался не вторым-третьим, как мог бы, а четырнадцатым… Вот это было так себе. То есть план «не привлекать к себе чересчур внимание» не то, что совсем провалился. Но точно требовал корректировок. Ну и, конечно, награда.
— Это ваше начальное положение, — разнесся по залу голос директора. — В дальнейшем в общий зачет не будут идти ваши оценки в тестах. Баллы будут даваться за места в рейтингах.
Ага, то есть, чтобы заработать один балл за условную Псионику, нужно будет подняться в рейтинге Псионики до десятого места. Другими словами, баллов «в розыгрыше» становилось меньше. И каждый конкретный балл — дороже.
— При этом вы сможете заработать баллы в общий рейтинг и другими способами. Например, выполняя специальные школьные задания. Часть этих заданий будет скрытой. Баллы за такие будут начисляться постфактум. Те, что любопытство и жажда знаний горят ярче, чем у других, однозначно будут иметь в этом преимущество. Вторая часть заданий появится в вашей карточке в соответствующей вкладке.
Он сделал паузу, будто вспоминая какую-то мысль. И через секунду сказал.
— Лучший ученик по итогам тестов — Эффенди из форматории Микромир. Наградой для нее станет возможность трех свободных перемещений. Вам нужно будет сказать: «Привратник, я желаю потратить первое перемещение». Где бы вы не были в этот момент, Привратник появится рядом с вами и затем безопасно переместит вас в любую точку исследованного космоса, которую вы укажете.
Это… мягко говоря, мне бы пригодилось.
Директор не уточнил, насколько конкретно придется объяснять Привратнику, куда ты хочешь попасть. Сможет ли он сориентироваться, если сказать «Хочу в сокровищницу императора!». Но даже если нет, все равно это супер-круто. Особенно оговорка про «безопасно» переместит.
Ну и судя по лицу золотокожей конгломератки, я она сразу поняла, как именно потратит этот приз.
По виду остальных учеников стало ясно, что борьба за первенство в рейтингах предстоит нешуточная.
— Уверен, вы смогли оценить качество наград, которые готов предоставить вам Аркум за ваши успехи, — продолжил директор. — Это только начало. У каждого из вас будет шанс получит то, что он хочет. Все, что потребую в ответ — прилежная учеба. Познание окружающего мира и познание себя.
Он окинул учеников еще одним взглядом. А после провозгласил:
— Теперь же — самое время отпраздновать начало учебного года. После пира — вас ждет распределение по факультетам. А пока — празднуйте!
С этими словами будто по волшебству — хотя почему «будто»? — блюда, тарелки и прочие сотейники на столах мгновенно наполнились различными яствами. Глаза у меня было разбежались, когда я увидел на тарелке перед собой порезанный пахнущий свежим хлебом батон, а рядом с ним — стальную банку с синей этикеткой.
Раздался легкий скрежет, и прямо на моих глазах крышка отогнулась, обнажая белоснежную тягучую массу…
Перед сидевшим рядом со мной Алеком возникла тарелка… с супом?.. Н-да. А это еще меня странным называют.
У того же Туна это хотя бы плитка шоколада оказалась. Точнее, не столько плитка, сколько слиток килограмма на полтора. Вот это я уже понимаю. Наш подход.
Дальше за столом у каждого стояло что-то свое. Ягоды под разными заливками, башни из фруктов, мороженное самого разного вида… Перед Федором Барковым появился гигантский поднос с метровой длины рыбиной, фаршированной какими-то овощами. Ну и в целом разнообразие поражало воображение.
Один из Диких схватился за подозрительного вида орехи, начав торопливо распихивать их по карманам. Неглупая, кстати, мысль. Правда, к сожалению, банка со сгущенкой была всего одна. Так что пришлось мне ограничиться ею… И подносом с профитролями, которые стояли чуть дальше.
— Откуда вся эта еда? — с подозрением спросила Чу.
Перед ней лежала тарелка с какими-то… видимо, грибами. Которые ко всему прочему еще и светились изнутри.
На грибы она смотрела с хорошо заметной жадностью, но притрагиваться не спешила.
— Магия, — махнул рукой Джимпо.
«Прыгун» неожиданно оказался рядом с нами. Кибернетик, который сидел на этом месте, наоборот куда-то пропал.
В одной руке Джимпо держал какую залитую сахаром конфету. Во второй — стакан с сиреневой жидкостью, прыскающий пузырьками.
— А если это ловушка? Или часть какого-то испытания?
— Ловушка? — поднял на него обеспокоенный взгляд Тун. А после сделал судорожный глоток. Рот у него уже был весь в шоколаде, а от плитки-слитка осталось не больше двух третьих. — Какая?
— Да любая! Ты жрешь, а у тебя потом изо рта черви полезут!
Алекс, кстати, тоже к своему супу притрагиваться не спешил. Так, слегка обнюхал, но не более.
— Ну, не знаю, — глянул я на них. — Сами смотрите.
Меня какие-то там черви от сгущенки бы точно отказаться не заставил. А на крайний случай способность Противоядия есть.
За другими столами подобные темы тоже поднимались. Я видел, как на тарелки с яствами накладывали какие-то техники. У одного кибернетика откуда-то из ладони выскочили провода и залезли прямо в тарелку с жарким.
Но постепенно к еде приступили практически все. Ну и ничего непоправимого не случилось. Народ начал откровенно радоваться.
Чуть позже я заметил, как на столах появились еще и бутылки с чем-то явно горячительным. Видимо, у преподавателей были достаточно широкие взгляды на подобное.
Сам я только понюхал одну из таких бутылей. Но пробовать не стал. Пахло вроде не так плохо, но испарения алкоголя все портили.
— Смотрите, — заметили Алекс примерно тогда же.
Он указал на преподавательский стол.
И, там действительно произошли изменения. Директор. Он единственный, кто оставался на своем месте. До этого я туда тоже поглядывал. И видел, что учителя тоже ели. Кто-то более сдержанно, как Коммод или Гринграсс, а кто-то, как Карс, который себе с двух рук в глотку закидывал все, до чего мог дотянуться.
Не притрагивались к еде, кажется, только сам директор. И его черноглазая, черноволосая спутница. Интересно все-таки, что у нее за предмет?..
И тут они вдруг все куда-то делись?
— Ты видел, куда они?..
— Только Злобина, — качнул головой Алекс. — Он просто исчез. Остальных уже не было, когда я голову поднял.
— Хм.
В теории, это могло ничего и не означать.
Ну и когда мы об этом говорили, директор вдруг снова встал.
— Рад, что обед вам нравится, — проговорил он. Его голос разносился по залу, но в этот раз не настолько навязчиво. Будто он намеренно не отвлекал всех от еды. — Еще одно небольшое объявление. После окончания пира, начнется распределение по факультетам. Важная новость, что вы сможете сами определить, на каком факультете будете учиться…
Часть народа подняли на него взгляд. Но большинство продолжало заниматься едой. Раздавался смех, девчоночье хихиканье. В общем, ученики Аркума предавались веселью.
— … сейчас вас здесь ровно сто пятьдесят. Это шесть факультетов по двадцать пять учеников. Сформировать факультет сможет любой ученик. Для этого в личной карточке нужно будет открыть вкладку Факультет и назначить себя Старостой. А после — набрать еще двадцать четыре ученика. Присоединение к факультету осуществляется добровольно, путем прикосновения карточки ученика к карточке старосты. Факультеты должны быть сформированы до конца этого учебного дня. После этого для учеников, выполнивших это задание, станут доступны прежде закрытые части замка…
Он замолчал.
Потом еще с минуту просто стоял, глядя вперед. А затем неслышно исчез, окончательно оставив преподавательский стол пустым.
Большая часть учеников вообще не обратила на это внимания. Но именно что часть. Глянув на ту же Эффенди, я заметил, что она уже что-то изучает в своей карточке.
Я сразу тоже залез в свою.
Обнаружил в ней пару новых вкладок. С заданиями и факультетскую. Оставалось решить, стоит ли самому становиться старостой или выгоднее будет назначить кого-то другого, а саму, так сказать, немножко из тени…
— Алекс, хочешь старо…
— Нет, — даже не дослушал он.
— Алекс, подумай, от чего ты…
— Хочешь командовать — сам им становись, — безапелляционно заявил он.
Вот же… зануда!
Может кого-то другого выбрать?.. Тун?.. Нет, вряд ли к нему станут активно записываться. Федор Борков?.. Как вариант. Вот только он и без меня может это захотеть. Как и Альба Капетинг (5).
Я серьезно задумался, перебирая в уме варианты. Одновременно с этим я уже видел, как несколько человек, очевидно, уже занялись набором народа. Не только Эффенди, но, к примеру, Рауль Каверне (6). И, разумеется, Гордиан. Бенджамин Александрит, кажется, еще до сих пор пировал со своей свитой, но и они скоро очухаются.
— Ладно, черт Красочный с тобой, — показательно вздохнул я, выбирая в карточке нужную вкладку.
Когда ее открыл, в ней уже было написано мое имя.
ФАКУЛЬТЕТ
— Ну что, будешь со мной? — глянул я на Алекса.
— Даже не знаю, — ответил он после паузы. — Нужно подумать, варианты посмотреть… А какая у тебя предвыборная программа?
— Пункт первый — смертная казнь за неуместный юмор.
— Деспотия, значит, — покивал Алекс невозмутимо. — Чего-то подобного я и ожидал. Но хотя бы честно.
Я коснулся своей карточкой моей. И тут же вкладка изменилась.
— Парни, а мне можно? — немного неуверенно спросил Тун, слышавший наш разговор.
— Конечно, — хмыкнул я.
— Круто!
После я повернулся к Чу.
— Эти богатенькие к вам не пойдут, если будете брать всех подряд, — сказала она.
— Мы и не всех берем, — отозвался я.
— Скажешь, если передумаешь, — предупредила она.
Ну а после протянула свою карточку. Так нас стало четверо.
И почти тут же я увидел идущим к нам Ханну Ветрову с братом. Вид и девушки был решительный. А шли они от… Рауля Каверне (6). Интересно, кстати. Провожал он их легкой улыбкой, но выводы по ней я бы точно делать не стал. Уж кто-кто, а он точно демонстрировал только те эмоции, которые хотел показать.
— Миша!
— Есть такой, — кивнул я.
— Ты же будешь старостой, — сказала она без всякой вопросительной интонации.
— С чего ты взяла? — сделал непонимающее лицо я. — У нас вон — Морыш, главный.
Парень, о котором шла речь, оторвавшись от распихивания по карманам каких-то конфет, услышал свое имя и поднял на нас чуть затравленный взгляд.
— Это не я!
— Чего? — Ханна окончательно перестала понимать, что происходит.
— Это такой юмор у него, — сказал Алекс. — Он староста.
— А, нужно было мне сразу догадаться, — покивала она. — А название какое будет? Цирк на выгуле?
Я хмыкнул, глядя на нее. Спросил:
— А чего к Каверне не пошли?
В ответ она скривилась, будто я ей какую-то жуткую непристойность предложил. Интересная, кстати, у нее с братом история.
Род всего лишь планетные бароны (1), при этом у Лукаса явно какая-то необычная Стихия. Не просто Огонь, Вода и тому подобное, а что-то куда более мощное. У молодых родов — такое большая редкость.
— А ты, что скажешь? — перевел я взгляд на Лукаса.
— Я согласен! — почти сразу выпалил он.
В принципе, по нему видно было, что это чуть ли не его идея в первую очередь.
— Уверен? — негромко произнес Алекс.
На что он намекал, я, конечно, понял. Каверне (6) продолжал смотреть на меня, легко улыбаясь. Намек был прозрачный. На брата с сестрой он явно положил глаз. И потому хотел забрать их на свой факультет. Стоит мне им сейчас отказать, и я смогу ожидать от Рауля ответной услуги. Учитывая, кто он и из какого он рода. Услуга эта могла очень дорого стоить.
— Давайте карточки, — сказал я Ветровым (1).
Алекс, глядя на меня, кивнул каким-то своим мыслям. Ханна посмотрела с благодарностью, Лукас заулыбался, что я, кажется, вообще первый раз видел.
Эх, приятно добрые дела делать!
Ну и, заодно, конечно, про себя не забывать.
Я совершенно не удивился, когда сразу после ветровых ко мне подошла еще и Эрика Бишоп. Сиреневоглазая явно наблюдала за нашим разговором. И если бы я отказал Ханне, Эрика из принципа ко мне не присоединилась.
У нее явно был пунктик насчет чести и честности. Что даже немного странно, учитывая, что ее родители занимались, как я понял, не совсем законными перевозками. Вероятно, не все там так просто.
— Меня возьмешь? — спросила она.
Я молча протянул ей свою карточку, и девчонка коснулась нее своей.
Ну и к этому моменту уже плюс-минус все в Большом Зале сообразили, что происходит что-то более значимое, чем праздничный обед. Началась суета. Народ задвигался, забегал. А с учетом, что многие к этому времени еще и успели подогреться алкоголем, вскоре обещало стать совсем весело.
— Так, держите базу…
— Великий, Михаил Звездный! — раздалось поблизости громогласное.
Хотя в общем гаме даже бас Федора Баркова уже не так выделился.
— Федор, — посмотрел я в ответ.
— Вижу, и ты решил стать старостой, — пробасил он.
И слово «тоже» тут было ключевое. За спиной Баркова маячила еще троица аристократов. Все со светящимися перстнями. То есть, аристократов-стихийников.
Примерно такое я и предполагал.
— Для Баркова нет места ниже первого! — прогудел он. — Папенька мой всегда так говорил.
— Понимаю, — ответил я спокойно.
— Но и второе — тоже неплохо, если это не очередь в сортир.
Я чуть подумал. Потом бросил взгляд на Алекса.
— Я не против, — кивнул он.
— Тогда договорились, — сказал я.
Федор протянул свою карточку. После то же сделали и его товарищи. Из этой троицы явно не все были довольны, что приходится присоединяться в группе, где еще и простолюдины есть. Но пока, глядя на Баркова, ничего говорить не стали.
Я тоже в бутылку не полез. Все-таки — набрать двадцать пять человек не так уж и просто. Часть народа просто из принципа не пойдет на мой факультет. Другие, из тех, кого бы я позвал, были привязаны уже к кому-то другому.
Так что…
— Так, народ, думаем, кого еще можно позвать. Я пойду тоже поговорю.
Пара хороших идей у меня была. Дальше, наверное, придется добирать кем-попало, но тут уж ничего не сделаешь.
Я шел через зал, когда неожиданно раздался испуганный крик. Повернувшись, я увидел пару стихийников, кажется, из свиты Бенджамина.
Вроде бы они собирались выйти из Большого Зала через главные ворота, но… не смогли.
Сами ворота при этом оставались открыты. Но непонятная сила не позволяла выйти наружу. Очень быстро новость разошлась среди всех.
Народ попытался использовать другие выходы — их несколько вело из Большого Зала — но и там все повторилось.
Большой Зал оказался полностью изолирован.
Выйти из Большого Зала оказалось полностью невозможно. Исключением были туалеты и пара подсобок, заставленных скамейками и столами. Окна, шедшие вдоль одной из стен Зала, были закованы в ажурные решетки и, судя по всему, вообще никогда не открывались.
Помня нападение Красочных, многие довольно быстро дошли едва ли не до паники. Пытались пробиться сквозь невидимые преграды на выходах с помощью техник. Пробовали открыть или разбить окна.
На моих глазах Ракс, взревев, оторвал от пола одну из лавок. И, разбежавшись, устремился с ней к ведущим в Зал с Двигающимися Этажами воротам…
Хлоп!
Ударившись о что-то невидимое, лавка переломилась надвое.
Примерно тогда стало окончательно ясно, что просто так из зала не выбраться.
— Привратник! — крикнул кто-то недалеко от меня.
Все рядом тут же притихли, но ничего не произошло.
— Четыре часа еще не прошло, — заметил Эрлинг Нул. — Да и не факт, что он тогда появится. Директор же сказал, что сначала нужно поделиться на факультеты. Привет, Звездный.
С кибернетиком мы рядом оказались случайно. Он тоже шел через зал, пытаясь кого-то отыскать.
— Привет.
В общем рейтинге парень занял аж шестое место. Так что он явно мог бы претендовать на то, чтобы самому стать старостой. Вот только насколько я его знал, настолько вылезать на передний план он бы точно не захотел.
Я бы с удовольствием взял его к себе, но еще до этого увидел, что они разговаривали с Эффенди.
— Со своими будешь?
— Я бы не сказал, что все в Когломерации прям друг за друга, — протянул он. — Но вообще да. Мне сделали предложение, от которого сложно отказаться. Кстати, о предложениях. Джимпо случайно не у тебя?
— Не видел его еще.
— Да? Меня просили передать, что если отпустишь его к нам, то не пожалеешь.
— Так, а чего сами у него не спросите?
— Ну, ты же его знаешь, он такой… Не очень уловимый.
Хмыкнув, Эрлинг хлопнул меня по плечу и пошел дальше. Вот кому-кому, а ему точно бы подошла роль серого кардинала. При этом лично мне Эрлинг скорее нравился. Может и неплохо, что он будет у Эффенди. Как минимум, контакт с кибернетиками будет держать проще.
Касательно же Джимпо я ничего предпринимать не собирался. Более, я его даже к себе звать не планировал. Очевидно, что с его уникальной способностью, любой из старост захотел бы его у себя видеть. Самого Джимпо вся эта возня вообще не интересовала.
Так что искать я его не собирался.
Вместо этого двинул прямиком к столу Псиона.
И если за центральными столами многие еще праздновали, то у псиоников уже было организовано что-то вроде центра принятия решений. Собравшись ближе к концу стола, они что-то негромко обсуждали. В центре группы там сидел Гордиан. Рядом с ним находились Гальба и Сильвия.
Близнецы Тит и Тимус в компании еще нескольких тоже находились там. Наверное, все-таки наособицу, но точно не отдельно. И они, скорей всего, с Гордианом все-таки договорятся.
Кто точно был отдельно — так это Крафт. Очевидно, он тоже хотел стать старостой, но рядом с ним сидело всего человек пять, да и те явно сомневались. Вопрос тут был в количестве. Псиоников было очевидно больше, чем двадцать пять. То есть в один факультет они все влезть не могли.
Гордиан, конечно, захочет отобрать себе лучших. И из-за этого за их столом прям ощущалось напряжение. С одной стороны их факультет мог получиться сильнейшим. С другой — кто-то мог оказаться за обочиной. И тогда уже будет наоборот. К стихийникам их не возьмут и придется объединяться, с кем получится.
Впрочем, я все эти расклады отметил мельком.
Потому что шел я прямиком к одному конкретному псионику.
— Как дела, боец?
Кар сидел чуть в стороне от основного сборища. Руки у него были сложены на груди. Взгляд был предельно хмурый.
Месяц назад псионик пережил то же самое, что и Эрика. Майор (К4) убил его. Убил вполне надежно — на моих глазах. А после граф Злобин каким-то образом вернул Кара к жизни.
На Эрику, насколько я видел, это повлияло не лучшим образом. И было бы странно, если не так. Может, конечно, еще отойдет, но без гарантий.
Если с Эрикой до нападения я был хотя бы немного знаком, то с Каром впервые пересекся именно тогда. И показал он себя тем, кому можно доверять.
Могли ли путешествие «на тот свет» что-то в этом изменить?
Ну, сейчас узнаем.
— Звездный, — ответил он, не подняв взгляда.
— Ну, зрение с памятью вроде работают, — оценил я. — Мозг не задет.
— Что тебе нужно? — отозвался он с раздражением.
— Что ты там видел? — спросил я.
— В смысле?
— На той стороне.
Теперь он уже понял, о чем я. Даже открыл рот — явно чтобы сказать что-то резкое. Но в итоге смолчал.
Ясно.
— Гордиан тебя не звал?
Этот вопрос Кара неожиданно оживил.
— С какой стати? — бросил он с иронией. — Я не из иерархии.
— Я думал ты из Меча.
— Я с планеты Меча. Это не одно и тоже.
Гм.
Это, кстати, было для меня новостью. В Псионе тоже была аристократия? Я знал, что высокопоставленные члены иерархий — привилегированные ребята. Но до этого был уверен, что для псионцев не так важно, в какой семье ты родился. Только личная сила имеет значение. Понятно, что ребенок иерарха будет иметь другие шансы пробиться, но я всегда думал, что в Псионе с этим куда проще, чем в Звездной Империи.
— Неважно, — мотнул Кар головой. — Я не настолько хорош, чтобы Гордиан стал бы иметь со мной дело.
— Что ж, — протянул я. — Мне это на руку. Ко мне пойдешь?
В ответ он прищурился. Потом бросил короткий взгляд в центр стола, где общались остальные псионики.
— С одним условием.
Ха!
Чет быстро он в себя пришел.
— И?
— Еще можно двоих?
— Если ты за них поручишься, — пожал плечами я.
— Поручусь, только… В общем, это Сальвий, его тогда ранили, ты видел. Это мой друг. Он неплох в Мече, в остальном… ну, так.
Понятно, значит, его этого Сальвия Гордиан к себе тоже не взял.
— А с чего ты взял, что сила вообще имеет значение? — ответил я.
Такая постановка вопроса Кара явно удивила.
— Так ты думаешь, что?..
— Пока ничего не думаю.
Да, все, конечно, засуетились. Тут же стали набирать себе на факультеты наиболее талантливых учеников. Вот только никто не говорил, что будет какое-то соревнование между факультетами. Факт в том, что в это дружно поверили. И восприняли, как еще один виток борьбы за влияние.
Не то, чтобы я совсем не планировал поучаствовать в этой веселой карусели. Планировал. Но точно не ныряя с головой. Высокие места в рейтингах, очевидно, обещали ценные призы и интересные возможности. Это было важно. И забывать я об этом не собирался. При этом на первом месте у меня все равно оставались другое.
Возрождение рода.
И налаживание связей, которые могли бы этому помочь.
Еще, конечно, Исток, но интуиция подсказывала, что тут не все так просто. С наскока до него не добраться.
С учетом этого, я не был уверен, что мне так уж нужно звать в свою группу самых-самых. Любой отпрыск знатного рода — это еще и его семья. А уж когда таких несколько — это пересекающиеся интересы. В международной политике я, как ни крути, ориентировался плохо. Потому я изначально собирался сосредоточиться на тех, кому могу доверять. Хотя бы условно. С сохранением связей среди других факультетов.
А уж будет ли это какое-то соревнование или просто совместная учеба. Посмотрим.
— Кто второй? — спросил я.
— Ты ее видел, Юлия.
Хм.
Вот это уже было менее уверенно сказано.
— А она согласится?
— Да! — воскликнул Кар. — То есть… я думаю, что да. Только Гордиан уже взял ее к себе. Ее семья из Разума, почти с самой верхушки… Она телепат и телекинетик…
Телепат?
Я чуть нахмурился. Телепаты, как я уже знал, даже среди коренных псиоников встречались крайне редко. Какими-то зачатками многие могли обладать. Как тот же Флав например. Но реальные способности были у единиц.
Даже здесь в Аркуме по-настоящему высокая оценка за телепатию была только у Гальбы. Еще двое-трое были середняками с потенциалом. Ну и на этом, по факту, все.
Захочет Гордиан отпускать ее? Очень вряд ли.
Да, проблема, кстати, была именно в этом.
Когда я принимал Федора Баркова с приятелями, заодно протестировал, как в целом работал список. Староста по желанию мог передвигать учеников по списку с места на место. А также мог исключать принятых до этого. Сам ученик покинуть список по своему желанию уже не мог. Только с согласия старосты.
Строго, но, с другой стороны, логично. Чтобы все не шастали туда-сюда по факультетам.
— Хорошо, я договорюсь, — сказал я Кару.
Кажется, он был удивлен, что я так легко согласился. Но потом кивнул.
— Я буду твой должник.
— Еще какой! — хмыкнул я. — Ладно, иди пока Сальвию скажи.
За Гордианом я краем глаза наблюдал все время разговора. И, прямо он на меня не пялился, но поле зрения явно держал. Ну и когда я шагнул в его сторону, почти сразу обратил внимание.
Из забавного — уже на подходе дорогу мне преградила пара рослых псиоников. На туниках у них был значок иерархии Сила. Но, насколько я помнил, высоких баллов они на тестах не набрал. Так, крепкие середняки.
— Здоров, пацаны, — улыбнулся я. — Босс дома?
Один из них угрожающе надо мной навис. Роста в нем и правда было голове на две выше, чем у меня.
— Пропустите, — раздался голос Гордиана.
И только тогда «охранники» не хотя разошлись в сторону.
— Молодцы, у тебя ребятки, Гордиан. А к туалету приучены?
— Ах ты!..
— Тихо! — перебил «охрану» Гордиан. — Чего тебе, Звездный?
— На два слова, — ответил я.
Окружавшая Гордиана свита тут же навострила уши. Тит с Тимусом, Гальба, остальные…
— А ты не стесняйся, Звездочка, при всех говори! — крикнула Галия.
Вокруг тут же раздались смешки…
— Не для твоих нежных девичьих ушек, — отозвался я, улыбнувшись.
Галия в ответ на миг вспыхнула, а после у нее на лице возникло выражение первозданной ярости. Смех, донесшийся уже в ее сторону, только добавил градуса. Она бы точно на меня кинулась. Но Гордиан усадил ее обратно на скамью Телекинезом.
— Спокойно, Галия.
— Я ему язык вырву!..
— Успокойся, я сказал! — повысил он голос, еще сильнее надавив Телекинезом.
Та зашипела в ответ, но за сайдер все же не схватилась. Уже после Гордиан перевел взгляд на меня.
— Пойдем.
Далеко мы отходить все же не стали. Гордиан явно не хотел надолго оставлять без присмотра свою паству. Так что мы просто подошли к стене, метрах в десяти от стола.
А после псионик использовал какую-то технику… С очень сложным плетением пси-сил. Первую секунду я даже не понял, что это, а уже потом заметил, что звуки вокруг исказились. До нас перестал доноситься шум из зала.
Защита от прослушки!
Вот же… гад!
Я в очередной раз позавидовал, что у меня не было нормального учителя Псионики. Да, последнее время появился Флав, но касательно пси-сил его навыки все-таки были ограничены. Как я понял, бывший мамин знакомый был неплох в Мече, но в остальном владел только базовыми техниками…
Мне просто жизненно необходимы были нормальные учителя! Нет, с Комоода я точно не слезу, пока он меня всему, что знает, не научит!..
Но это, конечно, потом.
Сначала Гордиан.
— Быстрее, Звездный, — сказал он.
— Боишься, что близнецы там инициативу перехватят? — хмыкнул я. — Или твой телепат?
На подколку, надо признать, Гордиан не среагировал. Продолжал смотреть на меня немигающим взглядом.
— Это все? — спросил он.
Ну ладно, к делу, так к делу.
— Юлия, — сказал я. — Уступи мне ее.
Гордиану потребовалась пара секунд, чтобы сформулировать ответ.
— Нет.
Вот только он не ушел. Продолжал смотреть на меня.
— У всего есть цена, да? — хмыкнул я. — Как насчет одной любой книги из библиотеки Аркума?
— Доступ в библиотеку можно будет получить и по-другому, — отозвался он.
— Уверен? И с философом, который раздает эти доступы, у тебя хорошие прям отношения? Я забыл, у него прям написано на лбу слово «имперец» или мне это просто показалось?
Недолго Гордиан молчал.
— Десять книг, — выдал он в конце концов.
Тут уже я рассмеялся. Наверняка, в итоге читательский билет будет не у меня одного. Но я был уверен, что совсем свободного входа в библиотеку не будет долгое время. А может и никогда. Иначе не было бы такой награды. Так что я не собирался совсем обрушать цены на этот ресурс.
— Одна книга, — повторил я свое первоначальное предложение. — И, допустим, небольшая помощь в любом одном командном соревновании между факультетами.
— Которых может и не быть, Звездный.
Ха! Вот не дурак он, не дурак.
Очевидно, Гордиан в первую очередь думал не о школьных разборках, а о том, чтобы утвердить свою власть среди псиоников.
Даже если никаких межфакультетских турниров не будет. Структуру-то он все равно создаст. И открутить все обратно будет уже намного сложнее.
— У меня есть другое предложение, — заметил он неожиданно.
Я поднял на него взгляд.
— Ограничение в двадцать пять человек, — сказал он.
И этого было достаточно. Я сразу все понял. И, разумеется.
— Тогда уже ты мне будешь должен!
На секунду он даже растерялся. А потом прищурился, глядя на меня.
— Что это значит?
— Гордиан, не строй из себя оскорбленную невинность. Ты все понял. Я все понял. Кого ты хочешь мне сплавить?
— Я не хочу никого сплавить.
— Да ладно! — я не удержался от улыбки. — Все останется между нами. И называть можешь, как хочешь. Кого?
Я прекрасно понимал, в чем его проблема.
Всего псиоников было человек тридцать шесть, тридцать семь примерно. Из ста пятидесяти учеников.
Уверен, что Гордиан предпочел бы забрать себе всех. И неважно, что кто-то стал бы обузой. А кто-то, может, конкурентом или недовольным. Политически это было бы наиболее правильно для того, кто претендует на полную власть. А Гордиан явно был таким.
Но ограничение в двадцать пять учеников сильно все усложняло.
Если бы ему нужно было бы отсечь человека два-три, то было бы вообще неважно. На это бы он закрыл глаза. А вот одиннадцать-двенадцать — уже совсем другое дело.
Самый очевидный вариант — создать карманную фракцию и поставить туда своего лидера. Но кому Гордиан мог настолько доверять? Причем, этот староста должен был суметь собрать еще полтора десятка человек из непсиоников, чтобы сформировать свой факультет. С этим условием кандидатов становилось совсем мало.
По сути, только близнецы и Гальба. Но последний — я уверен — сам бы не захотел выходить на первый план. А Титу с Тимусом уже Гордиан не захотел бы давать столько власти.
И тогда из всех вариантов оставался только я. А, ну и Крафт еще. И, возможно, Гордиан и склонялся к Крафту. Вот только сам Крафт на роль марионеточного лидера почти наверняка не согласился бы. А это снова лишний риск для Гордиана.
Я, конечно, тоже не соглашусь, но я хотя бы договороспособен.
Об этом я сразу и сказал. И заодно предупредил:
— Это не будет твоя маленькая ячейка внутри моего факультета, — сказал я. — Но я готов взять пару тех, кто тебе по каким-то причинам мешает. А если возникнут какие-то вопросы, я всегда готов буду их обсудить. Без того, чтобы выставлять какие-то политические требования.
Я еще немного помолчал. Давая ему возможность все обдумать…
— Хорошо.
И он согласился.
После Гордиан перечислил несколько имен.
В той или иной степени я их все слышал. И пара из них действительно была не последними псиониками, судя по тестам. Гордиана они явно не устраивали по каким-то своим причинам. Еще двое наоборот были по факту слабаками, но… из важных для Гордиана семей. И вот это уже была явная перестраховка. То есть он хотел, чтобы я о них «позаботился». А в случае, если турниры все же будут, чтобы на дно они тащили меня, а ни его.
Среди этих двоих был, например, Кассий. Один из тех, кого мы с Каром вытаскивали во время нападения
Их я брать откровенно не хотел.
— Тогда еще Галию, — поставил условие я.
Тут Гордиан думал долго.
— Нет.
— Да ладно. Она тебе сама поперек горла.
— Она сильный боец.
Ну да. Потому я про нее и сказал.
— Ты уже получил Кара, — заметил Гордиан.
— Который к тебе все равно не пошел бы, — тут же ответил я. — И ты бы его не взял.
— Взял.
Ну, позвольте не поверить. Хотя по барабану.
Впрочем, уже через секунду Гордиан меня огорошил.
— Я отдам тебе Галию.
— Благодарю.
— С одним условием.
— Не, тогда не благодарю.
На это Гордиан не обратил внимания.
— Крафта ты к себе не возьмешь. Даже если он сам захочет.
Вот… блин.
Не то, чтобы это был мой план, но вообще я планировал приберечь местечко для него. Да, Крафт явно сам хочет быть лидером. Но… лично на мой вкус, не хватало ему для этого смекалки. Те же близнецы были куда хитрее. Повадки у Крафта скорее одиночки, и потому политически Гордиан не сильно его опасался. Скорее искал способ правильно его использовать.
— Договор, — согласился я.
Дальше минут десять еще ушло на перестановки и объяснения. Я даже подыграл Гордиану, чтобы сделать вид, что мы достигли какой-то договоренности. Это, в общем, так и было. Просто суть была не та, которую транслировали.
По итогам всего список моего факультета стал выглядеть так:
За троих последних я особо ничего не мог сказать. Они шли прицепом к Федору Баркову. Захария — смуглый высокий парень с кустистыми бровями, по словам Алекса очень неплохо сдал Стихию. Получил в итоге семерку, но тянул на большее. Ну и, по сути, все на этом. Еще нужно будет смотреть, на что они годны.
Юлию я уже видел. Как минимум, волевыми качествами она обладала. Новость, что ей нужно перейти в другую группу, она восприняла спокойно. Может даже ожидала чего-то такого.
Забавно получилось с Галией.
Тут уж Гордиан ее сдерживать не собирался. Так что она почти сразу схватилась за сайдер…
— Спарринг, — опередил я ее. — После всего. На Мечах. Кто победит, тот из нас и будет старостой. Как тебе?
От этого она откровенно опешила.
— Я же тебя уничтожу, Звездочка, — прищурилась она, всеми силами продолжая нарываться.
— Ну вот, тем более, — отозвался я. — И сама будешь главная. Круто же?
Это ее странным образом успокоило.
Про остальных псиоников пока сложно было что-то сказать. За Сальвия поручился Кар. Отон и Нерв, судя по всему, были неплохими бойцами. Первый — крупный, мускулистый, и, кажется, немного нелюдимый. О чем он думает по неподвижному лицу было практически невозможно понять. Нерв, напротив, чересчур резкий. Мне он скорее напоминал одного из Диких. Он, насколько я помнил, хорошо проявил себя против автоматов во время теста Ясновиденья. Даже третьего номера прошел без проблем, хотя у многих там были сложности.
Довольны эти двое переходом не были, но с ходу претензий выставлять не стали.
В отличие от Кассия с Лицинианом.
У этих несмотря на, прям скажем, скромные способности, была куча амбиций. Особенно у Кассия.
Он сразу заявил, что должен стоять в списке факультета выше остальных псиоников. И это как минимум.
— Заслужишь — будешь, — ответил я ему.
Вот тут он уже насупился, и я как-то сразу понял, что от него будут проблемы.
— Но Гордиан сказал… — начал возмущаться он.
— Я тебя не держу, если что, — перебил я его. — Можешь на другой факультет попроситься.
Это все же заставило его заткнуться.
Дальше общение происходило уже за нашим столом. Точнее за половиной второго стола, которую мы для себя оккупировали. Обязанность всех перезнакомить я с легким сердцем переложил на Федора. Для этого и делать ничего было ненужно. Этот процесс запускался автоматически, стоило только кому-то количеству людей собраться около аристократа.
Дележка в Большом Зале, тем временем, набирала обороты. Все сто пятьдесят учеников окончательно разбились на островки. Про еду и выпивку все окончательно забыли, но… выпивка не забыла по всех. Потому обсуждение часто шло на повышенных тонах.
Групп пока что было куда больше чем необходимые шесть.
Из них выделялись:
Псионики.
Во главе, понятно, с Гордианом.
Их было сейчас человека двадцать три, двадцать четыре. Как я и думал, Гордиан все еще держал место для Крафта.
Они вели себя, пожалуй, спокойнее всех. И, по сути, просто наблюдали за происходящим, ожидая куда все повернет.
Высшая аристократия.
Группа Бенджамина Александрита.
Она занимала весь первый стол. И там сейчас было человек, наверное, под сорок. Среди них Теобальд Туманов (6), Александра Теплова (5), Констанция Душина…
В общем, вся имперская верхушка. И сейчас имперцы устроили там что-то вроде кастинга.
То, что своих двадцать пять учеников Бенджамин наберет, было очевидно. Вопрос, станет ли он заморачиваться со второй группой. Пока этого видно не были, и как по мне это была большая ошибка. С гарантией, пожалуй, только он мог набрать пятьдесят более-менее лояльных человек. Но подсказывать я ему, конечно, не собирался.
Высшая аристократия 2.
Тут старостой был Рауль Каверне.
И, кажется, не зря Алекс так его опасался. Каверне тоже пытался набирать к себе в первую очередь аристократов, но он делал и исключения для просто талантливых учеников. Понятно, что к нему сразу попал четырехрукий Гривус. Но кроме него у Каверне, к примеру, оказалась и Альба Капетинг (5).
Она была хорошая девчонка. При этом очень-очень не глупая — вплоть до хитрости. Даже несмотря на это я бы ее позвал к себе. Но тут уже вступали в силу аристократические заморочки. Не могла она пойти к старосте, менее знатному чем она. Так что ей дорога была либо к Каверне (6), либо к Александриту (7).
Туда же к ним попал татуированный Валор. Его «служанка» Чель Бару. Еще Послушник Пронг. Плюс Руно Делакия, которого, видно, Альба за собой притянула. Еще несколько сильных стихийников… В общем, заметная часть самой верхушки общего рейтинга.
Пока их было всего человек пятнадцать. С учетом, что Каверне не ограничивался одними имперцами, по итогу он вполне мог набрать вообще сильнейшую группу из всех. По крайней мере, если ориентироваться на рейтинг.
Кибернетики.
Возглавляла их золотокожая Эффенди — лидер общего рейтинга.
А еще она уже взяла к себе Эрлинга Нула, Клайда Тринадцатого, Нильса Родберга, Баркуса… То есть, в основном это били кибернетики из Конгломерации, но далеко не только они. К примеру, за их же третьим столом я обнаружил и пирата Калико Джека.
Их уже тоже было близко к двадцати пяти.
Дикие.
Вот, где царил самый большой хаос.
У Ракса уже была спаянная команда, вместе с которой он занимался мелким рэкетом во время сдачи тестов. Но это было всего человек пятнадцать. Остальные его скорее боялись.
Это позволяло ему не сильно беспокоиться о том, чтобы набрать нужны двадцать пять человек. Оставался вопрос, что это будут за люди.
Так что он сейчас тоже занимался чем-то вроде подбора персонала. Но своеобразно. Скорее отлавливал народ по залу, оценивая кто как прореагирует. Дальше уже по ситуации — кого-то присоединял, над кем-то начинал тупо издеваться. Его команда больше всех заправлялась алкоголем во время обеда. И было вопросом времени, когда все это перейдет в столкновение с теми же аристократами.
Моя группа.
Я пока успел набрать двадцать человек. Плюс оставалось учеников двадцать, кто пока никуда не примкнул. Они либо кучковались мелкими кучками, либо маячили где-то по периметру других групп, в которые надеялись попасть.
Время постепенно шло.
Обстановка в зале накалялась.
Ближе к началу четвертого часа псионики первыми сформировали свою группу. Гордиан-таки добился своего. Они о чем-то договорились с Крафтом, и последний вошел в их факультет. Как староста, я мог видеть списки других групп, и Крафт у псиоников оказался сразу на втором месте. Выше и Гальбы, и близнецов.
В общем, предсказуемый вход.
Стоило только Гордиану добавить двадцать пятого ученика в свой список, произошло заметно событие. В тыльной стороне зала, напротив основного входа в противоположной стене открылись вторые ворота. Те, что до этого всегда стояли закрытыми. Вели они, судя по расположении, куда-то в глубь замка. Видимо, в ту самую часть, которая прежде была закрыта.
Псионики тут же попытались туда зайти, но на проходе оказалась та же невидимая защита, что на основном выходе.
— Четыре часа, — сказал Алекс.
Я в ответ кивнул. Тоже так подумал. Проход откроется по окончании четвертого часа. Но выйти смогут только те, кто уже составил факультет.
И это многих ускорило.
Почти тут же сбор завершили кибернетики. Одной из них, кстати, стала Лиу, которую я хотел взять к себе — Ханна просила — но меня опередили. И ни кто-то, а Эрлинг. Он как-то заболтал девчонку, и она оказалась у кибернетиков.
— Ничего личного, Звездный, — с улыбкой развел руками парень.
Также не получилось с Лазаром Сабличем, которого я сам звал. Причем успел вовремя, но тупо отказался. Не захотел быть на факультете, где много аристократов. Пошел в итоге к Диким, которого те сразу взяли.
У нас на тот момент уже было двадцать три человека.
Двадцать первого привел Алекс. Им оказался Олег Ночев. Темноволосый парень с кругами под глазами из рода, который в свое время очень сильно пострадал от
Еще двумя были кибернетики. Парень и девушка из Института. Причем эти двое вызвались сами, подойдя ко мне в какой-то момент. До этого они довольно долго разговаривали с Эрлингом и Эффенди, но в итоге пришли к нам. Почему?
Красочный Черт знает. Но обоих Тун определил, как обладателей, по меньшей мере, Бетта-нанитов на основе
То есть, оба были сильными одаренными. Но чего от них ждать, понятно не было. В то же время, иметь связи в Конгломерации мне хотелось. Причем, желательно, разные связи. Так что пока я их принял, решив в дальнейшем приглядывать.
Оставалась пара мест после всего.
И вот тут окончательно все перестало быть очевидно. Одного «добровольца» совершенно явно заслал ко мне Каверне (6). Вычислить мне это удалось, но заставило стать еще более осторожным.
Ну и когда я ходил по залу, пытаясь сообразить, кого еще взять и наткнулся на…
— Надо поговорить.
Эндрю Спарк смотрел на меня одновременно яростным и «деликатным» взглядом. Второе в кавычках, потому что он пытался, чтобы взгляд был деликатным, но получалось у него как-то не особо.
— Ты уверен? — отозвался я. — В прошлые разы у тебя не очень получилось.
— Ты… Ты обязан!
— Обязан?
— То есть… да! Да, обязан!
Я не удержался от улыбки. И пожал плечами.
— Ладно.
До начала пятого часа было еще минут пятнадцать, так что хрен с ним. Интересно, чего он хотел.
— Говори.
— Не здесь! — отмахнулся он. — Иди за мной!
Я уже не был уверен, что с него еще есть, что взять, но все-таки решил попытать удачу.
Отвел он меня в итоге в мужской туалет. Там сначала проверил все кабинки, убедился, что никого нет и уже тогда выдал:
— Верни фамильную брошь! — заявил он.
Хм.
Вот так просто?
На дает!
— А ты мне что? — спросил я.
— Что? — явно не понял он. — Ничего, разумеется! Верни я сказал! Ты должен это сделать!
Нет, реально, если бы этого парня не было бы, его бы стоило придумать. Вот же святая простота.
Я решил все-таки подсказать.
— Если хочешь что-то получить, убедись, что и для второй стороны это будет выгодно, — объяснил я.
— Ты… — он явно изо всех сил боролся с эмоциями. — Ты обязан…
— Я начинаю терять интерес.
— Но… это фамильная брошь! Родители сказали, что если я ее не верно, то… Ты обязан мне ее отдать!
— Очень трогательно, но что взамен?
В итоге я потерял еще минуты три, но ничего адекватного от него так и не добился. Более того. Когда я развернулся, чтобы уйти, ощутил в Ясновиденье холодный ветерок…
И тут же обернулся обратно, чтобы забрать у Спарка мини-импульсник, какой-то хитрой модели, каких я прежде не видел.
— Ну, хоть что-то, — протянул я, закидывая импульсник в рюкзак. И уже выходя из туалета, добавил. — Если хочешь вернуть брошь, предложи что-то по-настоящему ценное. Либо деньги. Много денег, сто тысяч пятипроцентовиков, например. Либо что-то столь же ценное. И информацию, другой артефакт. Что-то, что я смогу оценить. А до тех пор брошь останется у меня.
С этими словами я шмякнул его Телекинезом об потолок и оставил лежащим на полу в туалете.
Вернувшись обратно в зал, я подошел к своим.
Как раз в тот момент, когда завязалась какая-то перепалка между Дикими и частью имперцев. Не главным ядром, где стояли Бенджамин и остальным, но с той стороной. Кажется, имперцы все-таки сообразили, что им нужен второй факультет. Ну и стали собирать по залу всех подряд. Это не понравилось Диким, у которых еще тоже был не комплект.
— Как думаешь, будет драка, нет? — спросил меня Джимпо.
Я сам не заметил, как он появился.
Вот это не было, а вот уже рядом со мной стоит.
— Будет, — ответил я однозначно. — И скорей всего не только.
— И даже приколы? — понадеялся он.
— Сто процентов.
Это его явно воодушевило. А после…
Раздался крик. Но не просто. В Большом Зале уже и так было шумно, и такое бы никто не заметил.
Нет, возглас был испуганный, будто что-то произошло. Потому внимание и обратили. Шел возглас, кстати, со стороны туалетов.
Кто-то побежал туда. И достаточно быстро по всему залу разнеслось.
— … мертвый!
— … убит! Он убит!
У меня возникло какое-то странное предчувствие.
И почти тут же:
— Эндрю Спарк! Его убили!
— Прикол! — выпалил Джимпо.
Взгляд у него буквально загорелся любопытством. Я понял, что он сейчас «прыгнет», и успел схватить его за запястье.
Нас тут же выдернуло в темноту, а спустя миг оказались уже внутри мужского туалета. К тому времени там уже была толпа.
При этом народ жался к выходу, не решаясь проходить глубже внутрь уборной.
И понятно почему.
Эндрю Спарк выглядел плохо. Прям совсем.
Понятия не имею, как все это модно было провернуть за те несколько минут, что прошли с момента нашего разговора, но факт оставался фактом.
Спарк был… растянут.
Точнее, наверное, было не описать.
Левая кисть прилипла к туалетному шкафчику, правая — к умывальнику напротив. Одна из ног лежала на кафельном полу. Голова — с выпученными глазами, у дальней стены. В центре оставалось только туловище с короткими обрубками, от которых к конечностям тянулись полоски нервов и вен.
Самое главное, что во всей этой чудовищной «картине» виделся некий противоестественный порядок. Кто бы все это не сотворил, он знал, что делал. Я так и представил, как сверялись миллиметры. И автор пытался привести свое «творение» к изощренной и безумной гармонии.
И более того.
Что? — не поверил я.
Но он не ответил. Я ощутил какую-то сложную эмоцию, исходящую от него. Но каких-то осмысленных выводов сделать не смог.
Что ты понял? — спросил я мысленно.
Старик не ответил, почти сразу погрузившись «в себя».
Я нахмурился, и…
— Это ты! — почти тут же выпалил кто-то из толпы. — Звездный!
— Чего? — обернулся я.
Одним из тех, кто стоял в первом ряду был Юшкин. То ли приятель, то ли подручный Спарка. Тот, с которым они тогда пытались отобрать у меня личную карточку.
— Ты его убил! — выпалил он.
Во взгляде у него плескался ужас. На то, что осталось от Спарка, он всеми силами пытался не смотреть.
— Не мели чушь, — ответил я.
— Только ты мог это сделать! Я видел, как вы заходили в туалет! Потом ты вышел, а Эндрю остался внутри! Все знают, что вы с ним не ладили!
«Не ладили»?
Я даже хмыкнул мысленно.
— А ничего, что это он меня позвал поговорить наедине, чему тоже есть куча свидетелей? — напомнил я. — Не очень логично выглядит. Тем более, что эта штука явно была спланирована заранее…
Юшкин на миг растерялся, а после… вдруг резко дернулся назад от меня. Причем не он один, а вся любопытная толпа.
Обернувшись, я видел, что туловище Спарка шевельнулось. Задергалось, будто в агонии, едва ли не подпрыгивая на полу…
Для народа это стало последней каплей. Почти все ломанулись к выходу, кто-то упал… Останки Спарка к этому моменту, кстати, перестали шевелиться. И почти тут же я ощутил… смерть. Не всегда у меня получалось это определить, но сейчас я был уверен. К тому же Старик на это указал. Энергия или магия, которая содержалась внутри Спарка, окончательно пропала.
— Звездный, — раздался властный голос.
Я увидел зашедшего внутрь туалета Бенджамина Александрита (7). Он протолкался сквозь тех, кто ломился наружу. Вслед за ним шло несколько имперских аристократов из его свиты.
Взгляд «четвертого в очереди на престол» упал на Спарка. После он снова посмотрел на меня…
Но сказать ничего не успел.
В паре метров от меня раздался хлопок, и в туалете возникла мисс Гринграсс. В той же мантии, в которой она была во время обеда. В руке она сжимала тот же артефакт — палочку. Теперь я точно разглядел, что деревянную. В Ясновиденье от палочки очень плотно веяло
— Что здесь… — начала она.
И оборвалась, увидев, что осталось от Спарка.
После резко перевела взгляд на меня, окинула взглядом остальных, кто еще находился в туалете. Подействовало это понятным образом.
Большая часть учеников окончательно рванула на выход. Стоявший рядом со мной Джимпо тоже исчез, использовав свою способность. Внутри остались Бенджамин, пара имперцев из его свиты — видимо, они исполняли роль охраны — и Теобальд Туманов (6). Бледный аристократ, выйдя вперед, уставился на тело Спарка широко раскрытыми глазами.
Еще несколько человек оставалось сзади — любопытство перевесило страх — и там же я заметил появившегося Алекса, который тут же пробрался вперед.
— Что здесь случилось⁈ — все-таки спросила Гринграсс.
— Это ты сделал? — уперся в меня взглядом Александрит.
— Студент Звездный⁈ — тут же перевела на меня взгляд преподавательница классической магии.
— Разумеется, нет, — ответил я спокойно. — Какой мне смысл?
— У Звездного с Эндрю был конфликт, — тут же сообщил Александрит, повернувшись к Гринграсс. — Звездный забрал у него семейную ценность.
— После того, как он на меня напал, использовав ее, — сразу добавил я. — А сегодня он хотел, чтобы я ему ее отдал.
— И что дальше? — спросила Гринграсс.
Свою палочку она продолжала держать в опущенной руке. Но по языку тела было ясно, что ей хватит даже не секунды, а мгновения, чтобы применить что-то по-настоящему убийственное. И у меня почему-то была абсолютная уверенность, что вот с ней сейчас я не справлюсь. Старик?.. Даже не знаю, сложно сказать. Может и да, но он сейчас находился где-то очень глубоко. Не факт, что он вообще следил за происходящим.
— Я сказал, что не отдам, — пожал плечами я.
— Почему?
Я с трудом удержался от хмыка.
— А с какой стати? — вопросом на вопрос ответил я. — Я сказал, что он должен предложить что-то равноценное. Денежный выкуп или другой артефакт.
— Сколько? — тут же спросил Александрит.
— Сто тысяч, — снова пожал плечами я. — Не кредитов, разумеется.
Если его идеей было поймать меня на слове и самому выкупить брошку, то это не сработало. Озвученная сумма явно даже него впечатлила. На карманные расходы ему видимо столько не выдавали. А своих денег у него пока могло и не быть.
— Это неадекватно, — сказал Бенджамин.
— Неадекватно, значит, не покупай, — ответил я.
Гринграсс выслушала эту перепалку с хмурым видом. Потом бросила взгляд на учеников, все еще стоявших на пороге.
— Всем немедленно покинуть помещение, — сказала она.
— Я надеюсь, расследование будет проведено по всем правилам? — даже не сдвинулся с места Бенджамин. — Эндрю Спрак был имперским аристократом. Род Спарков — верная опора трона. Я должен быть в курсе всего происходящего.
— Все происходящее вас вообще не касается, Бенджамин Александрит, — с раздражением ответила ему Гринграсс. — Расследование будет проведено. Виновные понесут наказание. А теперь — все вон!
Отповедь Бенджамину совсем не понравилась, но спорить он не решился. Бросил на меня еще один взгляд и двинул к выходу. Следом за ним после паузы развернулся и Туманов. Я уж хотел тоже уйти…
— Кроме вас, Звездный, — сказала Гринграсс.
Хм.
— Меня в чем-то обвиняют? — уточнил я.
— Пока нет…
— Тогда я не вижу причин оставаться, — сказал я твердо. — Распределение по факультетам ведь не завершено, правильно? И останавливать его никто не собирается?
На последнее Гринграсс как будто не сообразила, что ответить. Помедлила. Только открыла рот, чтобы что-то сказать…
— Нет, — раздалось вдруг рядом.
Тут уж даже я немного вздрогнул.
Настолько это было неожиданно. Потому что голос донесся оттуда, где еще секунду назад никого не было. Причем спрятаться там было просто негде. А теперь на этом открытом участке пола у стены стоял…
…директор.
Я впервые увидел его настолько вблизи.
И поразился деталям. Он оказался очень высоким, но при этом… тонким. Не худым, а именно тонким. Будто все мышцы в его теле заменили жилами.
Когда он появился, неестественно длинные пальцы правой руки сжимали старинные ручные часы. Он сразу положил их в карман. И уже тогда я обратил внимание на перстень. Да, вне всяких сомнений, это был стандартный дворянский перстень. Я ощутил
— Распределение будет продолжено, как запланировано, — сказал он. — Я сделаю объявление чуть позже. Здесь сейчас остаются только Звездный и… кто обнаружил тело?
— Студент Максим Юшкин, — ответила Гринграсс.
— И он, — кивнул директор. — Остальным выйти.
С ним уже спорить никто не решился. Александрит бросил на меня еще один взгляд, но в итоге все же вышел. Также я коротко глянул на Алекса, махнув ему подбородком. Мол, присмотри там пока. Он меня, я думаю, понял.
Через минуту внутри остались только я, директор, Гринграсс и Юшкин, которого женщина вернула в туалет, выйдя за ним перед этим.
— Теперь расскажите, что произошло, — потребовал директор.
Юшкин смотрел на него во все глаза, явно теряясь от такого внимания. Но в итоге начал выкладывать. Ну и по его версии все, конечно, выглядело так, будто я и есть единственный подозреваемый.
— Это все? — уточнил директор, когда парень закончил.
— Э-э… да. И… это точно Звездный.
— Понятно.
В итоге он еще секунд десять мерил Юшкина взглядом, потом посмотрел на меня.
— Теперь вы.
Пожав плечами, я повторил все, что говорил до этого. Упоминать, что в зале было не меньше десятка человек со способностями, которые в теории могли бы провернуть что-то подобное я не стал. Он наверняка это и сам понимал.
Гринграсс, пока я говорил, подошла к останкам и начала… какое-то колдунство. Выписывала в воздухе узоры палочкой, что-то бормотала под нос. Потом начинала снова. Я ощущал невнятные дуновения
Судя по хмурому виду, к каким-то очевидным результатам она так и не пришла.
— Ясно, — сказал директор, когда я закончил рассказ.
Потом он перевел взгляд на тело. Около минуты молча на него смотрел, затем повернулся к Гринграсс.
— Думаю, нам понадобится помощь мистера Джонса, — сказал он ей.
Та в ответ кивнула и почти тут же исчезла с негромким хлопком. Сразу после директор окинул взглядом меня с Юшкиным. И задал такой, немного наивный вопрос.
— Михаил, Максим. Скажите, кто-то из вас знаком с правилами проведения каких-либо Темных Ритуалов?
И как на это ответить?
Да, конечно, знаком. Школьный доклад на эту тему недавно составлял.
Впрочем, видимо, один я посчитал этот вопрос странным.
— Нет! — выпалил Юшкин сразу. — Я вообще никогда!.. Честно! Я даже не знаю…
— Хорошо, — спокойно ответил ему директор. — Михаил?
— Какой-то очень расплывчатый вопрос, — ответил я. — Мой Слуга, когда соль просыплет, Красочного черта поминает, а потом через плечо плюет. Это считается?
— В какой-то степени, — ответил задумчиво директор.
Ну да, ну да.
Сам я в этот момент думал только про то, обладает чем-то наподобие Телепатии или нет. Шансов, что второе, было как будто немного. Где-то около ноля.
И мне очень хотелось знать. А почувствую я, если он начнет копаться у меня в мозгах? Я надеялся, что да. Я был уверен — процентов на девяносто — что уловлю воздействие пси-энергии на меня. Десять процентов оставлял, потому что… ну, слабенький я пока был псионик, как ни крути. Особенно в плане техник. Теоретически все же мог не заметить. И потому куда больше я надеялся на Старика. Уж он точно сможет защититься от подобного… Процентов на девяносто девять…
В общем, я был уверен…
Но все же не полностью. Потому и нервничал немного.
Больше ничего директор говорить не стал. А еще через минуту снова хлопнуло, и вместе с Гринграсс рядом с нами появился преподаватель мистики, мистер Джонс.
— Директор! — воскликнул он сразу с воодушевленной улыбкой на лице. — Мистер Звездный! И… гхм… мистер еще один ученик! Рад вас видеть! И…
Он, наконец, повернулся к дальней части туалета. И замер, уставившись на тело Спарка.
— Это…
— Нам нужно ваше мнение, — сказал директор.
— Это… Это поразительно! — воскликнул Джонс. — Какой узор! Какое мастерство! Это настоящее произведение искусства!
— Нам нужно узнать, кто это сделал, — заметила Гринграсс, глядя на Джонса с явным неодобрением. — Пока подозреваемые Звездный и Юшкин…
— Правда⁈ — восхитился Джонс. — Михаил! Вы просто обязаны будете раскрыть мне все подробности! Такая работа заслуживает высшего балла…
— Кхм, — кашлянул я. — Благодарю, конечно, но это не я.
— Не вы? — разочаровался Джонс. — Тогда…
Он с надеждой перевел взгляд на Юшкина. И тот торопливо замотал головой. Казалось, еще чуть-чуть, и та с шеи слетит.
— И кто же тогда? — растеряно протянул Джонс.
— Мы вас затем и позвали! — с раздражением бросила Гринграсс. — Узнать кто!
— А-а! — протянул мистик. — Да… Это вы… правильно сделали! Нужно подумать. К сожалению, данная система мне не знакома… Цель Ритуала нам, я так понимаю, тоже неизвестна?
— Нет.
— И других таких происшествий не было?
— Не было.
— Это плохо, — покачал головой Джонс. — В таком случае я рекомендую подождать. Мой опыт говорит о том, что подобные случае редко бывают единичными. Тогда мы сможем сопоставить детали и узнаем намного больше. Пока могу сказать только, что, кто бы не сделал подобное, это очевидно был мастер своего дела. Гармония узора идеальна! Новичок подобного добиться не смог бы…
— То есть это не кто-то из учеников? — сделала вывод Гринграсс.
— Вряд ли, — ответил Джонс. — Разве что, кто-то прикрывается личиной ученика.
Гхм.
А если вспомнить тот же урок мистики, то среди учеников было не так уж мало тех, кто имел некие таинственные сущности внутри.
Я, например.
Но про себя я хотя бы точно знал, что этого не делал.
Судя по тому, как скуксилась сама Гринграсс, кажется, и она поняла, что ответ не так уж сузил круг подозреваемых.
— Значит, нам придется провести обстоятельное расследование, — подвел итог директор.
— О! Разумеется! — закивал часто Джонс. — И обязательно сообщите мне результаты! Я просто обязан лично поговорить с тем, кто совершил подобное!
— С преступником, — напомнила Гринграсс.
— Да-да, конечно, — кажется Джонс уже не услышал этой фразы. — Такой узор!.. Такая гармония!..
После этого Гринграсс наложила на тела Спарка какие-то чары. В результате все, что от него спарка свернулось до размера какого-то небольшого предмета. Что-то вроде простого камня. И уже его преподавательница магии спрятала внутрь взявшегося откуда-то контейнера.
Затем нас с Юшкиным предупредили, что мы будем находиться под усиленным надзором. И потом оба преподавателя и директор исчезли с громким хлопком.
Оставшись со мной один, Юшкин выскочил из туалета как пробка из бутылки. Когда я вышел следом, на мне тут же скрестились десятки взглядов. Раздались шепотки…
— Я понимаю, что вы хотите спросить, — произнес я. — И мой ответ — да.
После этого взгляды из внимательных стали пораженными…
— Да, именно меня директор назначил вести расследование, — сказал я. — Я переверну школу вверх дном, но отыщу настоящего виновника произошедшего. И, безусловно, каждый из присутствующих здесь — под подозрением.
Выслушали меня в практически в полной тишине.
Потом раздался чей-то нервный смешок. Это будто прорвало плотину. Кто-то засмеялся во весь голос, кто-то наоборот смотрел со страхом. Широко скалился Калико Джек. Сверлил меня каким-то голодным взглядом Теобальд Туманов…
Ну и Бенджамин.
Юмора он явно не оценил. Обменялся парой слов с кем-то из своей свиты. Кажется, хотел что-то сам сказать, когда… на преподавательском помосте раздался отчетливый хлопок.
Все повернулись туда. И увидели появившегося директора.
— Небольшое объявление, — сказал он четко. — Происшествие будет расследовано. Виновник будет найден, исключен и понесет наказание от меня лично. Связи с этим напоминаю. Убийства на территории Аркума строго запрещены. Любой, чья вина или участие будет доказано, будет исключен и понесет тяжелое наказание. Нанесение тяжких травм может быть оправдано только если оно было произведено во время учебного процесса в рамках задания, выданного учителем. В противном случае и этот поступок приведет к исключению и наказанию.
Он сделал короткую паузу и подвел итог:
— На этом все.
— А распределение⁈ — выкрикнул кто-то.
— Распределение продолжается, — ответил директор, даже не задумавшись. — Правила не изменились.
Секунды две-три еще стояла тишина, а потом:
— Но ведь Спарка нет! — выкрикнул Эрлинг Нул. — То есть нас стало меньше!
— Это не значит, что правила изменятся, — сказал директор. — Двадцать пять учеников в каждом из факультетов. Продолжить обучение в Аркуме смогут только те, кто вошли в число членов факультетов и вышли из зала, — он указал на открывшиеся до этого ворота. — Остальные будут исключены. Выход из зала станет возможен по окончанию четвертого часа. Учебный день завершится по окончании шестого часа. На этом все.
И больше он действительно ничего говорить не стал. Просто исчез.
Несколько секунд все просто прибывали в ступоре. А потом до всех дошло. Учеников было сто пятьдесят. А стало сто сорок девять.
То есть сформировать теперь можно было не шесть факультетов, а только пять. И двадцать четыре ученика неизбежно окажутся исключены…
В то же самый миг весь Большой Зал пришел в движение.
Причем даже не ясно было, кто куда ломанулся. Ученики дружно поняли, что могут опоздать — потому, видно, и побежали. Большинство — куда глаза глядят.
Но были все-таки и исключения.
Прежде всего — псионики.
Сам Псион был государством в значительной степени военизированным. И здесь это пришлось как нельзя кстати.
Все необходимые приказы Гордиан явно отдал заранее. И когда момент настал, псионики оказались единственными, у кого был готов четкий план.
Их стол был ближайшим к новым воротам. Не прошло и минуты, как всем новоиспеченным факультетом они были уже выхода.
Несколько человек Диких дернулись в их сторону. Или не в их, а к тому же выходу. В любом случае псионики и тут сработали идеально.
Я ощутил мощнейший всплеск пси-энергии. Сразу десяток псиоников использовали Телекинез, создав между своей группой и остальными мощный барьер. Почти тут же об него разбилось два-три всполоха искр чьих-то техиник. Но и только.
Все двадцать пять человек успели отойти к воротам. По пути зажали несколько учеников, случайно оказавшихся на пути. Но почти сразу их выкинуло наружу. Все тем же Телекинезом.
И почти сразу после этого — время.
Обычно это никакими эффектами не сопровождалось. Но в этот раз завершение четвертого часа ознаменовалось мгновенным исчезновением всей еды и посуды со столов. В эту же секунду перестала действовать невидимая преграда, мешавшая проходу через ворота.
Псионики двинули на выход. И вскоре все вместе оказались за пределами Большого Зала. Кто-то из Диких дернулся следом, но вот его уже наружу не пустило.
Все это, разумеется, не осталось без внимания остальных.
Следом за псиониками отреагировали кибернетики.
Их группа находилась за третьим столом. Вторым ближайшим к нужному выходу. Вот только большая часть народа в момент объявления стояла ближе к преподавательскому помосту.
С места они сдвинулись почти также дружно, как псионики. Но и им и идти оказалось дальше. Плюс несколько человек замешкались…
— Остановите их! — голос Бенджамина разнесся по всему залу. Явно как-то усиленный за счет Стихии. — Сейчас же!
Но подействовало, как ни странно, это не особо.
С организацией у аристократов было куда хуже, чем у псиоников. И даже чем у кибернетиков. Ближняя свита Бенджамина может и пыталась что-то сделать. Но стол имперцев был дальним от выхода. Плюс дорогу перекрывали десятки учеников из тех, кого еще не взяли не на один из факультетов.
Я все равно ощутил всплеск
Большой Зал наполнился огнями и всполохами. В какой-то момент что-то даже очень сильно громыхнуло, отчего поднялся на бок один из центральных столов.
Но все равно. Кибернетикам это не помешало.
Я сам видел, как центральная группа во главе с золотокожей Эффенди двинула прямиком к воротам. По пути они раскидали несколько стихийников, успевших все-таки до них добраться. Основной ударной силой оказались трое. Баркус — рослый и крепкий боец, который вообще не отходил от золотокожей. Клайд Тринадцатый — парень-робот. Ну и мой старый знакомый — пират Калико Джек.
И визуально выглядело все это предельно легко. Кибернетики не демонстрировали каких-то эффектных техник. И будто даже не особо пускали в ход импланты. Просто большинство из них оказалось быстрее, сильнее и ловчее своих противников. И это еще сама Эффенди особо в происходящем не участвовала. Просто двигалась в центре защищенного круга вместе с остальными.
Решающим моментом оказалось, когда в дело вступил сам Бенджамин. Он явно понял, что еще чуть-чуть, и конгломераты в полном составе окажутся за пределами Зала. Так что он просто вскочил на стол, резко хлопнул в ладоши…
От этого погасла половина висевших в зале Светляков. А от рук Александрита в сторону группы кибернетиков устремился яркий искрящийся поток…
Го-о-он!
В последний момент он вдруг врезался во что-то наподобие стального зонта диаметром в несколько метров.
Потом рассыпался, сбив с ног пару десятков человек. Но не кибернетиков, а тех, кто был к ним ближе всех. А спустя миг зонт резко сложился, уменьшившись до размеров стальной трости. А после и вовсе полностью втянулся в руку Клайда Тринадцатого.
На светящемся индикаторами лице парня-робота не дрогнул не один мускул. А их группа продолжила бежать. И вскоре добралась до выхода. На той стороне оказались Эффенди, Клайд, Баркус, Калико Джек…
Конгломераты так бы и выбрались благополучно за пределы Зала, если бы не… Дикие.
— Ракс ловить!!! — разнеслось по залу громогласное.
А после…
Грохот!
Я не успел заметить, откуда он разбегался, но приземление вышло эпическим. Во все стороны от него дохнуло
Выбравшиеся наружу кибернетики дернулись обратно…
Но не тут-то было.
Золотокожая Эффенди впечаталась в невидимый барьер. И тут же отлетела от него назад на пару метров.
Очевидно, по задумке директора, те, кто вышел наружу, обратно до конца распределения вернуться уже не могли.
Мириться с этим Эффенди явно не хотела. По ту сторону врат все вдруг залило золотым сиянием. И даже внутри зала стало почти ничего не видно…
Но спустя миг, когда свет погас, все осталось по-прежнему. Эффенди с сильнейшими кибернетиками — по ту сторону. И «слабая» часть ее факультета — внутри Большого Зала.
— Ракс — умный! — широко усмехнулся громила. — Ракс знать, когда и что делать!
Он тут же приказал схватить оставшихся кибернетиков. Благо, что его техника прилично их потрепала, и внятного сопротивления они оказать не могли.
После чего в Зале возникла не то что тишина. Но все ненадолго замерли, пытаясь сообразить, что делать дальше…
Дикие Ракса заняли позицию у выхода. Также они же удерживали человек шесть-семь конгломератов. Среди которых в том числе был и Эрлинг Нул.
У самого Ракса в группе было человек двадцать. То есть не хватало еще прилично. Простолюдинов и Диких стихийников он собрал у себя почти всех. Дальше к нему присоединялись уже не совсем добровольно, но завершить сбор он не успел.
По другую сторону Зала остались стихийники-аристократы. Две большие группы — Александрита (7) и Каверне (6). У первых — двадцать набранных человек, у вторых — пятнадцать-шестнадцать.
Ну и еще человек двадцать «солянки». Аристократы пониже титулом, которых не спешили брать к себе не Александрит, не Каверне. Несколько псиоников, которых забраковал Гордиан. И еще несколько личностей разной степени сомнительности, которые не смогли найти себе факультет.
И отдельно, конечно, мы.
Разумеется, все то время, что народ тут развлекался, мы тоже без дела не сидели.
Еще когда запахло жаренным, я первым делом добрался до своих, и сразу скомандовал отойти от стола к стене. Чтобы и тыл прикрыть, и ближе к выходу оказаться.
В итоге нас все-таки немного отжало от ворот. Так что мы оказались ближе к основному выходу в противоположной стене.
Из плюсов — до поры ни Александрит, ни Каверне не обратили на нас внимания.
Сначала они были заняты кибернетиками, а потом переключились на Диких. И в итоге группа аристократов не то, чтобы совсем смешалась, но разместились они в центре зала.
А еще — это произошло почти сразу после «затишья» — из команды Ракса выдернули двух человек. Сделал это лично Туманов (6). Из гущи аристократов вдруг выстрелила пара белесых щупалец, напомнивших мне отростки Мыслителя (К5). Щупальцы схватили двоих Диких, и оттащили их к аристократам.
Оттащили бы больше, но еще пару отростков успел разорвать голыми руками Ракс.
Когда отростки втянулись, я увидел, что создал их Туманов, вырастив из своей руки. Как ему это удалось, учитывая, что на вид он килограммов шестьдесят пять весил, не больше, одному
В итоге Ракс оказался в еще более сложном положении. Мало что у него народа не хватало, так еще и двоих из них захватили…
И не только у него.
Когда мы уже стояли у стены, с двума из наших произошло почти то же самое. За тем отличием, что их схватил не Туманов, а четырехрукий Гривус.
Его неожиданно кинуло прямо к нам, принесло какой-то мощной Стихией. Он тут же вцепился в наших. Это оказались зазевавшиеся Кассий и Людвиг Баминг.
И почти тут же его унесло.
Было мгновение, когда я, наверное, мог бы помешать, но…
…вместо этого поймал за локоть Федора Баркова. В тот момент от него повеяло чем-то прям небезопасным.
— Погоди, — остановил его я. — Пусть пока.
У нас все еще не было двадцати пяти человек. Плюс, выход перекрывал Ракс. Так что нападать прямо сейчас на Каверне смысла никакого не было. Наоборот, пусть аристократы чувствуют, что у них все схвачено.
— Людвиг Баминг — доверился мне, — сказал Федор серьезно. — Папенька говорит, кто доверился, тот тебя самого важнее.
— Мы их вернем, — ответил я. — Я знаю, что делать.
На это Барков уже молча кивнул.
— Сначала нужно набрать полный список.
Этим уже занимались.
На данный момент вкладка факультета выглядела так:
Последним присоединившимся был Джимпо. И, как я думал, упрашивать мне его не пришлось. Еще во время прорыва кибернетиков он появился рядом. И сказал, что:
— Ты, похоже, самый нескучный здесь из всех.
Ефим бы подобное за комплимент не посчитал, но для Джимпо явно было наоборот. То, что он чуть не помер пару раз, пока помогал мне пробраться в аудиторию Стихии месяц назад, его явно мало волновало.
— А что меня заподозрили в расчленении тебя не смущает? — уточнил я.
— Так это ты?
— Нет.
— Ну вот видишь!
В общем, интересный парень.
Мы коснулись зачетками, и после этого у меня осталось одно вакантное место. Если забыть про «похищенных» Кассия с Бамингом.
Но с этим я примерно знал, как разобраться.
Важнее было выбрать двадцать пятого члена факультета.
Еще пока мы стояли у стены, я отдельно переговорил с Юлией, с Туном и Алексом. Насчет возможных кандидатов. В принципе двадцать пятым можно было взять кого угодно. В идеале я предпочел бы или конгломерата, или Дикого простолюдина. Чтобы соблюсти баланс внутри группы. Что аристократов, что псиоников на факультете уже было достаточно.
Также не хотелось брать совсем уж кота в мешке. Из всех совсем непонятной для меня казалась только парочка из Института — Юхансон и Шеберг. Оба имели восьмерки в кибернетике. Оба — вроде бы — не захотели идти на факультет к Эффенди. Да, точка нестабильности, но о ней я хотя бы осведомлен. Да и плюсов от них было немало. Одаренными они были сильными. И в случае того самого соревнования между факультетами могли очень помочь.
А вот среди оставшихся без группы никого прилично сдавшего тесты уже не осталось. По итогу довольно быстро я решил, что готов взять хоть кого-то понятного.
И таких не было ни среди псиоников, ни среди кибернетиков. Среди первых только пара каких-то склочных личностей. Среди вторых — чуваки с «палеными» нанитами. Причем палеными как-то очень неумело.
— Одно дело, когда ты ставишь левое программное обеспеченье на них, — объяснил Тун. — Ну или ключ подключения… гм… не совсем законный. Это тоже не очень хорошо. Много минусов. Работать все будет процентов на пятьдесят в лучшем случае, но будет. Но бывают еще и краденные наниты…
«Краденные» — не в смысле со склада. А в смысле — те, которые уже кто-то «носил». Не расскажи мне Тун, я бы и не подумал, что такое бывает. По сути это было что-то вроде торговли органами. Только целью было именно извлечение нанитов. Прежний носитель, понятно, погибал. Извлеченные же наниты продавались и пересаживались другому человеку.
Обученные на чужой нервной системе работать они при этом могли очень странно. Как грязное
Так что и этих ребят тащить к себе не хотелось.
Вот только на то, чтобы тупить, времени уже не было. И потому:
— Давай Норшева, — сказал я Алексу.
Тот в ответ чуть поморщился, но все-таки кивнул.
Дмитрий Норшев (0) был безземельным аристократом. Еще до случившегося со Спарком, мы с ним коротко поговорили.
Что в Чувстве Краски Алекса, что в Ясновиденье ощущался Норшев как слабый стихийник. Про себя он почти ничего не говорил. Мол, издалека. И попадания в Аркум он вообще не ожидал. Семьи у него не было. Последние полгода он служил в абордажной команде где-то в конгломерате. Охранял торговые рейсы.
Брать мы его не хотели, потому что сама легенда была так себе. Явно придуманная второпях. Ну и Старик про него сказал:
Вот что-то такое я и почувствовал в разговоре.
Этакий поживший осторожный фаталист. Видимо, откуда-то в бегах. На данный момент вариантов лучше не было, так что сошлись на нем.
— Где он?
Алекс указал на группу за первым столом. Там, где раньше были аристократы, а теперь тусовалась «солянка». Имперцы явно специально оттеснили их туда, чтобы иметь резерв на случай, если им самим народа не хватит. И даже выставили вокруг что-то вроде охраны. Вырваться оттуда никто не мог. Силы были не равны. Да и я не видел, чтобы кто-то пытался.
В принципе, ничего не мешало просто послать туда Джимпо. Тогда останется только отбить Кассия с Бамингом…
— Да эти мамкины сынки стоят в носу ковыряют! — бросила Галия горячо. — Просто ударим им во фланг! Они ничего сделать не успеют!
— А Ракс? — напомнил я.
— И его тоже!
Ну-ну. Сказать-то легко. Все-таки в боевом плане у Ракса очень сильная команда. Если бы не так, аристократы просто уже раскидали бы их. И спокойно набрали себе тех, кого хотят.
Вообще, они, видимо, так и хотели сделать. Но почему-то медлили.
С нашего места видно было не очень хорошо. Плюс — там явно работали какие-то глушащие техники, но явно они о чем-то совещались…
— Они делают третью команду, — сказала Одри Юханссон.
Я бросил внимательный взгляд на конгломератку.
— Как ты поняла?
Она чуть помолчала. И:
— Услышала.
— Там защита и от Ясновиденья, и от Телепатии, — сразу возразила Юлия. — Уж об обычном звуке они бы позаботились!
— Они и позаботились, — ответила Одри невозмутимо. — Но есть другие способы.
Гм.
Вообще, сейчас-то ей точно врать смысла не было.
— Кто староста? — спросил я.
— Фонте, — ответила она.
А ведь… сходится.
Потому и тупили. Сначала я думал, что они придумывали, как отцепить Ракса. Но на самом деле было не так. Они придумывали как отцепить и Ракса, и нас!
— Это все? — быстро спросил я Одри.
— Нет. Сейчас они тебя позовут. Хотят предложить тебе возглавить третью команду.
— А на самом деле?
— Захватить и заставить выгнать всех из факультета.
И только она это сказала, я увидел, что к нам уже шла Альба Капетинг (5). Вместе с ней были еще несколько стихийников. В числе которых, например, Игорь Дымов (4).
То, что выбрали именно Альбу, явно было не случайно. Девчонка приятельствовала плюс-минус со всеми, и лично мне была симпатична.
— Она знает про этот план? — спросил я конгломератку.
Ответила та сразу. И однозначно.
— Да.
Альба Капетинг (5) подошла к нам спустя минуту.
Встретили ее Галия, Кар, Сальвий и Отон. В общем, наши псионики. Было бы странно, если бы мы тоже не выставили охранение после того, как Гривус выдернул Касиия и Баминга (1).
Перед тем, как выйти навстречу, я коротко кое-что сказал Алексу и еще паре человек. Уже после прошел мимо псиоников, встав в метре перед ними.
— Михаил, — сказала аристократка, остановившись.
— Привет, — ответил я. — Познакомишь со своими друзьями?
— Уверена, ты всех знаешь, — ответила она.
— Игорька разве что… — проговорил я задумчиво.
Дымов (4) на сказанное почти не отреагировал. Продолжал сверлить меня взглядом, одновременно контролируя обстановку вокруг. Двое других «телохранителей» тоже пытались что-то подобное изобразить, но они все же больше на нас смотрели.
— Н-да, тяжелый случай… — протянул я. — Парни, вы хоть отдыхаете когда?
— Предатель империи… — почти тут же начал один из них.
— Виконт Чистов, вы забываетесь, — сразу осадила его Альба.
Тот буквально надулся от негодования, и…
— Смотри не лопни, краснощекий, — бросила ему Галия. — Тебя где такого откормили-то?
Она, конечно, преувеличила. Чистов был крупным, но не сказать, чтобы полным. Так разве что чуть-чуть. Но осаживать я Галию не стал. С какой стати? Чем больше они разозлятся, тем лучше.
— Ты, кстати, пробовал пищевой картридж в репликатор вставить, а не прямо в упаковке в пасть пихать? — с явным удовольствием продолжила Галия.
У Чистова уже разве что дым из ушей не пер. Альба бросила на меня просящий взгляд, мол, будь другом, утихомирь. Но я в ответ только пожал плечами. Ничего не могу сделать. Такие вот у меня все неуправляемые…
— Ты чего хотела-то? — спросил я у Альбы еще спустя пару реплик со стороны Галии.
До Чистова все-таки дошло, что лучший выход сейчас — притвориться глухим. Но лицо, что уши у него были уже густого красного цвета.
— Рауль хочет с тобой поговорить, — ответила она. — И Бенджамин.
— Ого! — изобразил я удивление. — Даже ваше высочество.
— И о чем?
— Я не могу тут сказать, — сделала она круглые глаза. — Да блин, Михаил, все ты прекрасно понимаешь! Хотят обсудить ситуацию.
Хм.
Можно было, конечно, еще время потянуть, ну да ладно.
— Хорошо. Там? — указал я на центральные столы, где находилось большинство аристократов.
— Да, — ответила Альба. — Можешь взять несколько человек…
— Не, — отмахнулся я. — Я тебе доверяю.
— Звездный, — тут же шагнула ко мне Галия. — Нельзя одному…
— Следите за обстановкой, — покачал головой я. — Это переговоры. Они все-таки аристократы, не станут ничего делать, раз пообещали.
В ответ на меня Галия бросила такой взгляд. Значил он что-то вроде: «Ты идиот⁈». Ответил я ей простой улыбкой.
С ней же повернулся к Альбе.
Успел заметить на ее лице задумчивое выражение, но после она просто указала назад, предлагая идти за ней.
На пол пути я ощутил, как мы проходим сквозь очень хорошо ощутимый в Ясновиденье барьер. По другую сторону звуки исказились. Мы оказались внутри защищенного периметра.
Я, кстати, отдельно уточнил этот момент у Джимпо. И он сказал, что тоже не сможет «прыгнуть» внутрь. То есть, «прыгнуть»-то сможет, но из-за помех, которые создавала защита, выбросить после «прыжка» запросто может где-то под потолком. Или вообще в толще стен Аркума.
Ну, и, конечно, он был полностью за то, чтобы попробовать.
Как я уже говорил, интересный парень.
— Тебе хотят сделать предложение, — мгновенно сообщила Альба, когда мы оказались по другую сторону. — Я не могла говорить там. Дикие могли подслушать.
Говорила она с совершенно серьезным видом.
И конкретно ее в каком-то двуличии заподозрить было просто невозможно. Лицом она владела мастерски.
В отличие от, например, Чистова. Вот у него во взгляде так и читалось злорадство.
Ну-ну, пусть порадуется.
— Какое предложение? — спросил я.
— Какое-какое. Выгодное! Сейчас тебе скажут.
— Ну да, смысл по десять раз пересказывать?
Она снова кинула на меня короткий взгляд. Ну а после мы уже дошли до самого центра Большого Зала.
Второй и третий столы немного отодвинули друг от друга. Скамьи развернули. В итоге по центру образовалось что-то вроде импровизированного сената.
Со одной стороны сидели и стояли приближенные Александрита (7). С другой — группа Каверне (6). Первых было немного больше. Ну и вокруг толпился еще народ. Все с перстнями аристократов на пальцах. Исключения в этом плане были единичными. Мне на глаза бросился только татуированный Валор со своей Слугой.
Ну и чем дальше парни и девушки были от центра, тем отчетливее виднелась в них нервозность. Им, судя по всему, места на факультетах были не гарантированы. Кроме, видимо, «гвардии». Преимущественно рослых таких товарищей, часто с футлярами под сайдеры на поясах. Среди таких был в том числе и знакомый мне Иван Снегов (0).
Пройдя сквозь ряды этой массовки, мы и вышли на небольшое пустое пространство.
Альба — и остальные провожатые — тут же разошлись в стороны, оставив меня стоять одного, будто отвечая перед всеми остальными.
Уже поэтому стало ясно, что никакого реального «предложения» мне делать не собирались. Подобные вопросы всегда сперва обсуждали наедине. Без лишних глаз и ушей. Как мы с тем же Гордианом разговаривали.
Здесь же все было устроено так, будто меня едва ли не судить собирались.
Каверне стоял, небрежно поставив одну ногу на скамью. За его спиной возвышался четырехрукий великан.
Бенджамин стоял просто. Ближе всех к нему находился… не Туманов (6), как можно было бы подумать. Этот тоже стоял здесь, но будто сам по себе. Рядом же Александритом находился какой-то худой рослый парень со странным будто вытянутым лицом. Судя по всему, какой-то имперец. Во всяком случае, находился он ровно за плечом Александрита. И выглядел не боевиком, а кем-то вроде советника. Также достаточно близко находился и Фонте (3). Его род, насколько я знал, имперским не был, но если его целью было приблизиться к Александриту, то понемногу это ему удавалось. Вон, даже доверили возглавить «ручной факультет».
Грамотное решение, кстати. Интересно, кто его придумал? Фонте ведь был почти героем, после нападения
Мешал всей этой прелести, по сути, только я. Ну, еще Ракс, конечно. Но Ракса, очевидно, приговорили просто по умолчанию. Большинство аристократов — даже не одиозных — с удовольствием выкинули бы из Аркума всех простолюдинов. Смысл им в них, если Слуг можно из мелких дворян сделать. Вон, Дымов (4) едва ли не на побегушках бегает. А он так-то звездный аристократ.
По правде, я даже сначала не понял, к чему весь этот спектакль. Видимо, меня тут прям совсем всерьез не воспринимали. И решили, что важнее обеспечить дополнительную лояльность для себя и того же Фонте, нежели надежно обмануть меня.
Я бы на их месте точно сначала с собой «работал». Так-то у меня двадцать четыре из двадцати пяти в группе. Да, двое из них недоступны. Но заартачиться-то я все равно могу. И что они тогда делать будут?
Краем глаза я еще раз глянул на Альбу. Ее ведь наверняка спрашивали, чего от меня ожидать. И что она ответила?
Что я мамин пирожочек? Что меня вокруг пальца обвести, как у ребенка конфету отобрать?
Интересно, если так.
— Звездный, — сказал Бенджамин, выждав секунд двадцать. Пауза явно была намеренная. Чтобы я, значит, помучился в неведенье. — Мы тут обсуждали произошедшее. Произошедшее с Эндрю ужасно само по себе. Но теперь это еще и спутало всем карты.
— Согласен, — кивнул я. — Он мне кучу денег должен остался.
— По-твоему это смешно?
— По-моему не так много времени, чтобы ходить вокруг да около, — ответил я. — Альба сказала, что у вас какое-то предложение.
Я перевел взгляд на Каверне.
— Факультет, — отозвался тот с улыбкой. — Ты аристократ, хоть и бывший… Но уже успел себя хорошо проявить. И на тестах и с Красочными. Да, история со Спарком, конечно, сильно удивила… Будем надеяться, что новых улик против тебя не появится… В любом случае, мы на одной стороне. И будет правильно, если сразу три факультета будут представлять Стихию.
— Директор с учителями уже показали, что доверять им не стоит, — добавил Бенджамин серьезно. — То, что Красочные нашли школу — само по себе подозрительно. Да и реальные мотивы директора неясны. Из двухсот учеников уже осталось меньше ста пятидесяти… И эти пятьдесят просто пропали. А вероятнее всего мертвы.
Вот тут я на секунду прям сбился с мысли.
Пропали?.. Мертвы?..
Догадок на этот счет среди учеников много строилось. Проблема была в том, что это нельзя было точно проверить. Большинство студентов находились друг от друга на расстоянии сотен и сотен световых лет.
Вот только… Бенджамин, учитывая его происхождения, как раз был из тех, кто мог бы собрать реальную статистику.
— Это может быть случайность, — пожал плечами я.
— Четыре подтвержденных случая, — ответил Александрит. — Никто из тех, кто не смог собрать все оценки по тестам, не вернулся.
Это… неожиданно. Если он не врет, конечно. Но вроде тут незачем.
По правде, изначально я думал, что это просто страшилка. Чтобы к учебе относились серьезнее и так далее.
Возможно потому у всех тут вокруг такой напряженный вид?
По крайней мере у тех, кому место на факультетах не гарантировано.
— Буск тоже не вернулся, — сказал вдруг Фонте.
— Он же был ранен, — припомнил я.
— Вот именно, — ответил аристократ. — Кого-то вернули с того света, а кого-то вылечить не смогли? Почему?
Буск, конечно, был тем еще говнюком. Сначала они с Фонте пинали Лиу, потом охотились на Чу, но во время нападения
— Жаль, — сказал я.
Фонте в ответ только скривился. Явно не поверил.
— Директору и большинству учителей доверять нельзя, — подвел итог Александрит. — Именно поэтому нам нужно три факультета. И наполнить их нужно своими. Тем, кому можно доверять. С кем можно будет договориться.
И, очевидно, псиоников и конгломератов Бенджамин достойными доверия не считал. Особенно с учетом, что и те, и те уже получили по факультету.
— Очень увлекательно, — кивнул я. — А я здесь причем?
Бенджамин посмотрел на меня, словно пытаясь понять, не придуриваюсь ли я снова.
— Ты можешь возглавить третий факультет.
— Спасибо, я знаю.
Возникла пауза.
Бенджамин чуть нахмурился. На лице Каверне наоборот возникла усмешка, будто он предполагал что-то подобное.
— Звездный мальчик, кажется, не понял, — раздалось вдруг от Теобальда Туманова (6). Его голос тянулся как тяжелая вязкая смола. — Он думает, что у него уже есть факультет. Но его у него нет. Три оставшихся факультета будут принадлежать Стихии и Звездной Империи. И никому больше.
Александрит, слушая это, сохранял каменное выражение лица.
— Десять мест твои, пятнадцать — наши, — бросил Каверне со все той же легкой улыбкой. — Одним разом мы ослабляем Псион, Конгломерацию и нашего Дикого друга.
Смотрели на меня при этом так, будто все было решено.
Десять мест… Даже странно, что так много.
Тоже политика, видимо. Чтобы для остальных выглядеть честными и адекватными.
— А Ракс? — спросил я.
— Дикие останутся здесь, — ответил Бенджамин однозначно. — Им доверять нельзя.
— Ну… даже не знаю, — протянул я. — Мне нужно подумать.
— Времени уже нет, — возразил Александрит. — Твое решение.
— Мне нужно посоветоваться со своей группой.
— Ты же староста, — хмыкнул Каверне. — Ты можешь сам решить.
— У меня там аристократы тоже есть. Дворянская честь и все такое, — пожал плечами я. — Слыхали? Нет? В общем, не вариант самому. Так что пойду я…
С места я, понятно, не сдвинулся. Да и за спиной у меня как стоял плотный строй имперцев, так и оставался.
— Я говорил, нет в этом смысла, — медленно проговорил Туманов. — Он явно Псиону продался. Не зря столько их к себе взял…
— Предатели Империи! — бросил кто-то из толпы.
Еще несколько возгласов подхватили. Но так. Не очень дружно.
— Значит, меня обманули, — проговорил я. — Уйти я не могу.
— К Предателям другая мерка.
Это уже сказал Бенджамин. Кажется, без удовольствия, но сказал.
Что ж, жаль.
Я почти тут же ощутил укол от Ясновиденья. Но предпринимать ничего не стал. Все было сделано заранее.
Способность Сорокового была из тех, что идеально подходила в случаях, когда не знаешь, чего ожидать.
К сожалению, она была из разряда плохо развитых способностей. За счет этого и возможности для применения были не такие широкие. Да и откат не самый приятный. Ровно один месяц. Вне зависимости от того, насколько серьезным будет воздействие.
Называлась способность — Возврат.
Любое воздействие, которое было бы направлено на меня, когда способность включена, вернулось бы обратно. Полноценно вернулось. А не только внешними эффектами.
То есть, если бы кто-то попытался взять меня под контроль, то это он оказался бы под контролем у меня.
Во многом я подставлялся специально. Мне было интересно, как именно меня станут захватывать. Что-то банальное я собирался отбить сам. Телекинезом, ну или просто увернуться. А вот что-то нестандартное — способностью Сорокового.
И явно рассчитал верно.
Потому что миг спустя к первому ощущению Ясновиденья добавилось другое. Уже от способности Навигатора. И вот там явно было что-то куда серьезнее. Как минимум потому, что Ясновиденье на это никак не прореагировало.
Я приготовился создать у себя за спиной Телекинетическую Стенку, чтобы отразить тот первый слабый удар — явно отвлекающий — когда…
Стоявший рядом с Бенджамином имперец вдруг что-то сказал ему на ухо…
— Стоп! — резко поднял он руку.
Я после судорожно высунул из кармана личную карточку Аркума.
Ну и, видимо, все увидел.
— Что-то неожиданное? — с участием поинтересовался я.
Бенджамин, надо отдать ему должное, времени на меня тратить не стал. Он запрыгнул на ближайший стол.
Я думал, что он снова крикнет что-то вроде «Остановите их!», но он даже этого делать не стал.
А смысл?
И Дикие, и мой факультет стояли ближе всех к выходу. Потому, как только и у нас, и у Ракса стало по двадцать пять человек, все тут же двинули к выходу.
Спустя полминуты в Большом Зале остались только аристократы.
Ну и, разумеется, я.
Первая часть плана завершилась удачно.
Настал черед второй.
Это было еще до всего.
До того, как Альба пришла ко мне с «предложением». И до того, как я начал массово набирать народ. По сути, сразу, как директор рассказал про факультеты.
Начал я тогда с того, что провел несколько экспериментов.
И быстро выяснил:
Первое.
В карточках ученики видят список, не только своего факультета, а всех факультетов. Даже если староста набрал всего пару человек. То есть скрыть факт образования новой группы было невозможно.
Второе.
Чтобы принять ученика в группу, староста должен коснуться его карточки своей. А вот чтобы исключить кого-то из группы — касание уже не требуется. Староста может сделать это сам.
Третье.
Староста может добровольно отдать свою карточку другому ученику из своего факультета. И такой ученик сможет принимать и исключать учеников от имени старосты.
Первые три пункта я выяснил за пару минут. Потребовалась только помощь Алекса с Туном. И после, увидев, как все развивалось, у меня достаточно быстро возник план.
Как вывести из зала свой факультет.
И как уполовинить количество стихийников в Аркуме.
Не то, чтобы я был тотально против них. Нет, я не собирался занимать чью-то конкретную сторону. Наоборот, мне хотелось, что до последнего силы распределялись примерно поровну. И если бы план Бенджамина удался, то баланс был бы нарушен очень сильно. Уже не говоря про то, что меня самого собирались оставить за бортом.
Потому я заранее отдал свою карточку Алексу. Предупредил Федора Боркова, Кара и Туна, чтобы они рассказали детали моего плана остальным. Ну и последним поговорил с Джимпо, предложив ему устроить для аристократов сюрприз.
Дальше моей задачей, по сути, стало отвлечение внимания.
Пока я разговаривал с аристократами, Алекс вместе с Джимпо переместился к Раксу. Остальные должны были заслонить их, так чтобы этого не заметили в первые секунды.
Самым опасным было, если бы Ракс не стал бы ничего слушать, а сразу бы устроил переполох со своим фирменным ором.
Вот только в отличие от аристократов, я совсем не считал лидера Диких дураком. Наоборот. Я почти не сомневался, что он намеренно работает на этот образ. Нет, он, конечно, и так был таким. Но при этом и мозги у него были тоже.
Надежда была на то, что он сумеет вовремя сориентироваться.
И, судя по тому, что все прошло тихо, надежда оправдалась.
Суть моего предложения к Раксу была проста.
Временно объединиться. Но не только с нами. А еще и одновременно с кибернетиками. Что было более чем удобно с учетом, что Дикие удерживали почти десяток студентов из группы Эффенди. Включая и Эрлинга Нула, который золотокожая явно считала ценным активом.
Ну и самое тонкое место плана.
Сама Эффенди.
Она должна была согласиться исключить из своего факультета большинство из тех, кого захватил Ракс. Пятерых, что не хватало Диким и одного, что не хватало нам.
Да, в этом случае кибернетиков самих становилось только девятнадцать человек. В дальнейшем это могло иметь значение. Однако взамен аристократы гарантировано лишались третьего факультета.
Дополнительно я сказать Алексу пообещать Эффенди, что я исключу ее кибернетика, как только выйду из Большого Зала. За Ракса, разумеется, я такое сказать не мог. Но посоветовал Алексу сторговаться хотя бы напополам.
В этом случае в выигрыше оказывались и киберенетики, и Дикие, и мы. А в проигрыше — и большом — только аристократы.
Ну и, дипломатические способности Алекса, очевидно, оказались на высоте. Потому что первая часть плана оказалась выполнена идеальна.
Аристократы оказались более чем под впечатлением.
Снова возникла неразбериха. Часть народа качнулась в сторону выхода. Явно просто инстинктивно — смысла в этом сейчас не было.
— Всем успокоиться! — повысил голос Бенджамин.
— Да, торопитесь, ваши благородия! — прикрикнул я, перебивая его. — Один факультет всего остался! Половина не влезет!
На самом деле, конечно, не так.
Бенджамин с Каверне могли набрать себе полные двадцать пять человек, и еще почти два десятка осталось бы.
Но я решил, что слегка сгустить краски не помешает.
— УСПОКОИТЬСЯ! — Бенджамин снова использовал ту усиливающую голос технику.
Но толку было чуть. Возглас потонул в общем шуме.
— Я погнал! — крикнул я.
И, добавляя суматохи, сделал вид, что начинаю сбегать. Заорал, замахал руками и рванул сначала в одну сторону, потом в другую. Ясновиденье снова кольнуло. Но не той странной хренью, которую я собирался отбить Возвратом. А просто какой-то боевой техникой. Возможно, оглушающей или какой-то подобной.
Ориентируясь на ощущения, я создал между собой и угрозой Телекинетическую Стенку. Но не самую массивную, а так — среднюю. Удар пришелся в нее. Стенка прогнулась, толкая меня…
Сопротивляться я не стал, и меня кинуло куда-то в гущу людей. Кажется, как раз там сидела на скамейке Александра Теплова (5) с «фрейлинами». Так что приземлился я на мягкое…
— А-а-а!!!
Одним визгом не ограничилось.
Дохнуло
И только тогда я, наконец, улучил момент и активировал ждавшую своего момента брошку Спарка.
Приземлился я где-то между первым и третьим столом. Среди учеников, которых аристократы держали словно скот внутри загона. На все пространство была наложены несколько стихийных барьеров, которые не позволяли выйти из «загона» наружу. Но, как оказалось, можно было упасть в него сверху.
Свалился я не особо тихо. Но брошка и тут показала свои качества. Сразу несколько человек отпрыгнули назад, не понимая, что произошло.
Однако конкретно меня никто не увидел. Даже смотрели все в другую сторону.
По именам я здесь почти никого не знал. Самых талантливых стихийников — из не аристократов — отобрал себе Ракс. Мелких дворян с сильным даром — Каверне (6). Здесь же оставались в основном простолюдины из тех, кто не сумел себя хорошо показать на испытаниях. Ну и по два-три человека псиоников и кибернетиков.
Отдельно, ближе к преподавательскому столу находились и «украденные» из моей группы: Кассий и Людвиг Баминг (1). Держались они немного наособицу от остальных. Вид у обоих, кстати, был потрепанный. У аристократа под глазом алел фингал. У Кассия, кажется, отобрали сайдер.
Что интересно стояли они там, не одни, а в компании пары Раксовских Диких. Одну из них я помнил — худую бледную девицу с короткими волосами. Ту, что с погибающего астероида. Она еще говорила с директором во время вступительной лекции.
Вторым был невысокий угрюмый парень. Судя по одежде, откуда-то из трущоб.
Довольно удивительно, что у такой компании нашлись общие темы. Дело явно было в еще одном парне.
Его я если и видел, то разве что мельком. Заметных мест в тестах он не занимал. Но языком, кажется, трепать умел.
— … реально, чего вы теряете? — говорил он быстро. — Да, шанс не сто процентов, но и не ноль. Или вы хотите, чтоб вас исключили?
— Может и хочу, — отозвался Дикий. — Тебе-то че, Чиз? Все лучше, чем с этими аристо…
— Так-то да, — покивал «Чиз». — Но это если бы нас потом домой вернули. А если нет?
— Этого никто не знает…
— Вот именно. Вот только много кто говорит, что наоборот все. Никуда тебя не вернут.
— Херня все это…
На самом деле, я время терять не хотел. Но услышав разговор, притормозил.
Удивило меня не то, что они обсуждали тему исключения. Слухи о том, что исключенные пропадают неизвестно куда уже шли некоторое время. А сегодня еще Александрит (7) выдал подтверждение.
Так что логично, что это всех волновало.
Мне стало интересно, что именно он предлагал.
— Я все равно не понимаю, какой смысл, — заметил Кассий. — Карточки у нас отобрали.
— Это не проблема, — отмахнулся Чиз.
— В смысле не проблема?
— В прямом.
Он оттянул рукав куртки, в которой был, и извлек наружу карточку. Имя я не разглядел, но это явно была карточка Аркума.
— Ты… — все четверо пораженно уставились на него. — Как⁈
— Спрятал, когда обыскивали, — пожал он плечами. — Сказал, что потерял.
— Кого, нас с помощью техники обыскивали!.. — выпалил Кассий.
— Да не ори ты!.. — перебил его Чиз, оборачиваясь. — Хочешь, чтоб услышали?
Техника, которая формировал «загон», изнутри была частично непрозрачной, но снаружи, насколько я успел заметить, нет. Да, сейчас, судя по шуму, там все были заняты другим. Но вряд ли это будет продолжаться долго.
— Я же не у себя прятал карточку, — проговорил он быстро, пригнувшись. — Я в другом месте…
— Вот ты мозг, сухарь с полки возьми, — протянул Дикий. — У нас-то их отобрали.
— И это не важно, — снова отмахнулся Чиз. — Я знаю, где они лежат. Я смогу их достать в нужный момент.
— Мы уже списках, — вставила «астровитянка», до этого молчавшая.
Голос у нее был такой же жесткий и колючий, как вид в целом.
— Да, вы у Ракса, вы у Звездного, — покивал Чиз. — Но что с того? Нас же явно решили оставить на этой стороне? Правил-то никто не знает. Вдруг старосты просто перестрахуются и исключат вас в самом конце?
— А от нас ты хочешь…
— Просто согласие, — сказал Чиз быстро. — Если достану карточки, смогу сформировать факультет буквально за секунду. Потом нам нужно будет только добраться до выхода. Но от нас этого никто ожидать не будет. Просто нужно все в последний момент сделать. Тогда через другие карточки никто ничего увидеть не успеет.
— Людей все равно не хватит, — сказал Кассий. — Нас четверо, еще ты, двенадцать здесь, — он указал на другую стону «загона». — Даже если ты успел с ними со всеми договориться.
— Успел, — кивнул быстро Чиз.
Это Кассия явно удивило.
Не одного его, кстати. Я новыми глазами посмотрел на этого Чиза. Ясновиденьем я его осторожно прощупал еще до этого, и он не был не стихийником, не псиоником. Пару источников
Как по мне это явно было мало, чтобы с гарантией уверять, что он сумеет отобрать карточки у того, у кого они были.
Мой собственный план, по правде, был куда проще. Я собирался добраться до Кассия с Бамингом, а после прорваться к выходу. Как это сделать я знал. Если бы по дороге получилось чуть подпортить игру Бенджамину или Каверне (6), то тоже было бы неплохо, но необязательно.
Однако болтать этот Чиз точно умел мастерски.
— Со всеми? — произнес Кассий, все еще не веря.
— Именно.
— Это… это, конечно… Но все равно, — псионик мотнул головой. — Тогда нас семнадцать всех вместе. Нужно восемь человек.
— Верно, — кивнул Чиз. — Только не восемь, а один. Еще семеро дали мне согласие на случай, если их не возьмут в другие факультеты. Совсем немного времени не хватило, чтобы еще одного найти.
А вот это уже было прям сильно.
Собрать заранее двадцать три согласия. Даже сама идея была далеко не очевидной, а уж чтобы так быстро все устроить… Одной удачи тут явно было мало.
На миг я даже ощутил заинтересованность со стороны Старика. Он, кажется, тоже оценил. Правда, эта эмоция поднялась откуда-то из самой глубины. Куда он почти тут же снова погрузился. Ага, значит, за происходящим он все-таки следил. Хотя отчего-то предпочитал пока сидеть в глубине.
Ладно, с ним я потом поговорю.
И поражен оказался не только я. «Астровитянка» вдруг тряхнула головой, словно освобождаясь от наваждения. На ее лице возник злой оскал, и она схватила Чиза за ворот.
— Да ты чешешь! — рявкнула она.
— Я… не вру я! — торопило отозвался парень.
Он схватился за ее руку, но сил у девчонки оказалось неожиданно много. Я с удивлением ощутил пси-энергию. Так она псиоником была, а не стихийником!
— Честно! — выпалил Чиз судорожно. — Ну а даже если бы я врал, что вы теряете? Допустим, доберетесь вы до выхода, так вы в команде Ракса. Вам ничего не помешает!..
— Если только Ракс нас до этого не кинут, — заметил Дикий хмуро. — Короче, я согласен. А ты как хочешь, Жила.
Еще несколько секунд девчонка давила горло Чизу, но в итоге отпустила. И…
— Если чешешь, я тебя найду.
— Да без вопросов! — отозвался тот. — В общем, ты согласна, так? Извини, для надежности лучше прямо это сказать. Я не знаю, как тут точно работает.
— Согласно, — буркнула она.
— Отлично!
Чиз тут же повернулся к Кассию с Бамингом.
— Я тоже согласен, — сразу сказал псионик. — Звездный нас кинул…
Вот это обидно было, если что!
Хотя от Кассия, по правде, я особо другого и не ждал. А вот Баминг (1), кстати, к его чести, явно не хотел отказываться от факультета. Но под внешним давлением в итоге тоже сдался.
— Ладно. Согласен.
— Какой план? — тут же спросил Кассий.
— Так, а все просто, — пожал плечами Чиз. — Пока нас тут сторожат. Но рано или поздно эту штуку откроют. Мне нужно будет минуты две-три, чтобы раздобыть карточки. В идеале, конечно, чтобы кто-то немного шороха навел, чтобы внимание отвлечь…
— Там сейчас что-то происходит, — заметил Кассий.
— Да, вроде… — прислушался Чиз. — Но лучше, чтобы прям тарарах. Тогда нам проще будет пробиться на ту сторону зала. Ну а там — кому как повезет. Врассыпную и так далее. Не все, но человек десять прорвется. Может пятнадцать.
Судя по лицам Диких и псионика с аристократом, такая перспектива не особо всем нравилась. Но других идей у них не было. Так что они с ним согласились, а Чиз пошел повторно разговаривать с остальными.
И никто из них так и не спросил, как Чиз собирался за три минуты собрать карточки у семи аристократов.
Лично у меня был только один вывод. Сделать он это собирался, не особо их уведомляя. И вот этого уже точно нельзя было добиться за счет природного красноречия.
Думая об этом, я принял решение пока не отключать брошку Спарка и не показываться им.
Судя по шуму, доносившемуся из центра зала, меня все еще искали. Но не только. Кто-то о чем-то спорил, предлагал какие-то схемы. В том числе повторить то, что сделал я.
Что, кстати, хорошо. Еще какое-то время у них уйдет, чтобы понять, что получиться у них это сможет только в одном случае.
Если тот из аристократов, кто сформирует факультет первым, пожертвует своими будущим преимуществом ради остальных.
То есть наберет двадцать пять учеников, сформирует факультет, но из Зала выйдут только… девятнадцать человек. Остальные шестеро останутся в Зале, а вышедший староста их исключит. Тогда в Зале останется ровно пятьдесят человек не записанных в факультеты.
Другими словами, существовал способ вообще обойтись без исключенных. Да, до него нужно было додуматься. Со стороны было не очевидно, что именно я сделал. Но умники, я не сомневался, найдутся. Тот же Каверне (6), та же Капетинг (5)…
Вопрос был в другом. Смогут ли аристократы довериться друг другу.
И если да, сколько у них уйдет времени, чтобы все организовать?
Пятый час уже подходил к концу. Оставался всего один.
В общем, какой-то шанс у них точно был… И самое время было сделать его чуть меньше.
Фокус был не самый простой. Несколько секунд у меня ушло, чтобы сосредоточиться, а после… я толкнул Телекинезом в пол под своими ногами.
И… полет!
Спустя пару секунд я приземлился снаружи «загона». Все еще невидимый, я отошел от барьера подальше и принялся формировать свою самую большую за все время Кувалду. Барьер подпитывало сразу двое стихийников. У обоих по лицу тек пот. Давалось им это явно нелегко. Еще двое, видимо передыхая, обеспокоенной следили за сборищем вокруг Бенджамина и Каверне, где шла горячая дискуссия… Еще несколько человек рыскало по залу, видимо меня искали…
Я ощущал ходящие по помещению поисковые волны техник. Одна из таких могла меня и под брошкой найти, так что медлить не стоило…
Выдохнув, я отпустил Кувалду на волю.
И…
БАБАХ!
Барьер разлетелся вдребезги. Ничего не ожидавших стихийников раскидало в стороны…
Не теряя времени, я сформировал одну за одной еще три Кувалды, сразу посылая их в гущу аристократов. Серьезно повредить я так никому не мог. А вот создать суматоху — очень даже!
Этого ведь Чиз хотел?..
БРАМС!!!
От прилетевшей в мою сторону ветвистой молнии я уклонился в самый последний момент. Да, у кого-то из имперцев реакция оказалась отменная!
Тем лучше!
Больше веселухи богу веселухи!
Куда важнее тут было — помимо того, что меня не поджарило — что я все-таки не упустил из вида Чиза.
Двигаясь словно ртуть, он умудрился сначала выбраться в середину зала. Потом проползти под столом и в итоге — оказался уже у почти у самого выхода.
Я вдруг ощутил, что просто обязан быть к нему максимально близко.
И…
Теневой Шаг!
На миг тело буквально взвыло от перенапряжения. Но Воля позволила справиться с болью. Я вынырнул в нескольких метрах от Чиза.
Чтобы вовремя увидеть.
Как он делает какое-то очень просто и короткое движение рукой.
И спустя миг у него появляется в руках стопка карточек.
Двадцать четыре?..
Нет, больше. Штук, кажется, тридцать.
Еще секунда у него ушла, чтобы достать из рукава собственную карточку и провести ею по корешкам остальным.
Визуальных эффектов за этим не последовало, но я понял и так.
Факультет был сформирован.
После, торопливо оглядевшись, Чиз в пару шагов допрыгнул до ворот и вышел из Большого Зала.
Но главным во всем этом было не это.
Способность, которую он использовал, чтобы заполучить карточки.
В тот момент я явно ощутил волнение Старика.
Да и сам ощутил это явно. Все-таки близко стоял.
От способности шла энергия Истока.
То есть, непонятный языкастый парень по имени Чиз был не каким-то случайным проходимцем.
Он был одним из братьев Старика.
Реинкарнатором.
Старик⁈
И тишина в ответ. Что вдвойне удивительно. Все, что касалось Истока и — тем более — других реинкарнаторов для Старика было максимально важно.
Но он снова остался в глубине, не став внятно отвечать.
Будто решил намеренно спрятаться? И произошло это… почти сразу после обнаружения тела Спарка.
Он уже тогда что-то почувствовал?
Главная гипотеза — Старик не хотел, чтобы другой реинкарнатор его узнал. И тут я с ним был совершенно согласен. Да, Старик реинкарнаторов называл не иначе, как своими «братьями и сестрами». Но в то же время он сам говорил, что среди них же попадались такие отчаянные психи, что точно нужно было сначала выяснить, о ком идет речь.
Потому что пока именно «Чиз» превращался в главного подозреваемого в убийстве Спарка. Прямых улик против него не было. Но как минимум одной способностью реинкарнаторов он обладал. А значит, мог иметь и другие…
Если же продолжить мысль, то целью убийства могло быть желание подставить меня. И в этом случае Чиз должен был знать, что я тоже реинкарнатор…
И это возвращало меня к главному.
Способам определить, кто реинкарнатор, а кто нет.
Один такой способ у меня был. И я использовал его полтора месяца назад по окончании приветственного слова директора. Точнее даже сам Старик использовал.
Способность Пятьдесят Первого — Присутствие Реинкарнаторов.
И тогда навык показал, что в Аркуме реинкарнаторов нет.
Я тут же попытался припомнить, где именно Чиз, но почти разу понял, что я в первый день видел. Если только мельком. То есть за моим столом его почти наверняка не было.
Поставив себе отметку в памяти, и пока отложил эту мысль.
И не стал тут же выходить из Большого Зала вслед за Чизом. Реинкарнаторы реинкарнаторами, но у меня были в Аркуме и другие дела. Я чувствовал, что и благополучие Звездных и возможность приблизиться к нахождению Истока напрямую зависели о того, как я смогу организовать дела в замке.
Сейчас я все еще стоял в нескольких метрах от входа, спрятанный от окружающих брошкой Спарка.
В самом же Большом Зале происходила… веселуха.
Можно сказать, что идея Чиза в целом сработала.
Да, я снял охрану с «загона». И полтора десятка учеников — причем все они были записаны в факультеты — вырвались на свободу. Каких-то крутых бойцов среди них было немного. Но и совсем бездарностей тоже. Иначе бы они просто не оказались в Аркуме.
При этом и цель у них была не самая сложная. Просто добраться до противоположной части зала и выйти через ворота.
Все это было помножено на эффект неожиданности. И — это даже главнее — на то, что почти полтора десятка человек из числа аристократов вдруг тоже оказались членами факультета Чиза.
Схема с «предварительными согласиями» сработала не просто хорошо. На какое-то время аристократов она погрузила в тотальный шок.
Что Бенджамин, что Каверне явно собирались набирать к себе людей по одному. Продавая каждое место. Политически и тактически выверяя.
Потому на момент маневра Чиза по моим прикидкам у Бенджамина в группе было всего человек пятнадцать, а у Каверне и того меньше — одиннадцать-двенадцать.
Еще двадцать четыре ученика Чиза, двое моих — Кассий с Бамингом — и двое Диких. По итоге во всем Зале из невошедших в факультеты оставалось…
Четыре или пять человек…
Ха!
Вот это реально был прикол!
Уж не знаю, насколько быстро Бенджамин с Каверне сообразили, в какую ситуацию они угодили.
Но раздумывать им никто не дал.
И в том числе я.
Моей основной задачей было убедиться, что Кассий с Бамингом благополучно выберутся из Зала. Насколько они будут полезными членами факультета — другой вопрос. За Кассия я договорился с Гордианом. Про Баминга — обещал Федору Бакркову. Так что их в любом случае вытаскивать.
Также — уже если получится — вытащить Дмитрия Норшева.
Необходимостью это уже не было. Ему я ничего не обещал. Но не факт, что для факультета удастся найти кого-то лучше.
Сейчас он вошел в факультет Чиза. А у меня двадцать пятым был кибернетик, которого нужно будет вернуть Эффенди. Так что одно место оставалось свободно.
Да, в теории еще можно было бы добавить «веселья» аристократам. Но быстро стало ясно, что они с этим и сами прекрасно справятся.
В Большом Зале происходил настоящий карнавал.
Начало положили еще мои «Кувалды», теперь же вообще не было понятно, кто за кем охотится.
Кажется, что вообще все, кто хоть на что-то способен, в первую же минуту попытались применить свои способности.
Пространство Большого Зала рассекли молнии. Зажегся, брызгая алыми искрами, крайний справа стол. Метрах в пяти от меня из воздуха вдруг сформировалось какие-то призрачные фигуры. И тут же ринулись в сторону пары стихийников, спрятавшихся за перевернутой лавкой.
Еще — Огненные шары, Ледяные иглы, Воздушные потоки…
Апофеозом этой вакханалии стала вдруг завертевшаяся над вторым столом миниатюрная черная дыра. Не знаю, что это было на самом деле, но
На моих глазах какого-то стихийника, оказавшегося поблизости, подняло в воздух, притянуло к темно-синей воронке…
…и спустя миг выкинуло с другой стороны, словно выстрелило из катапульты.
Пролетев через половину Большого Зала, я упал где-то за преподавательским столом. И я сильно сомневаюсь, что обошлось без сломанных костей.
В общем, самое, что ни на есть практическое занятие.
При этом очень быстро появились и первые счастливчики, которым удалось добраться до выхода Зала.
Одним из них оказалась Жила — Дикая «астровитянка» с факультета Ракса. Еще одним, как ни странно — Кассий.
Ушлый тип. Вроде особо без способностей, а из каждой передряги выбирается.
Сам я к тому моменту был в районе середины Зала. Брошка все еще меня защищала. Но я все равно был начеку. Понимал, что абсолютной маскировки не существует. Да и случайность никто не отменял.
Чтобы отыскать Баминга мне потребовалось минут пять.
Обходя самые горячие участки, я добрался до дальнего от выхода стола. Места, где был до этого загон. И там аристократа из моего факультета не оказалось. Стал искать дальше… и все-таки его обнаружил.
Парень валялся без сознания рядом с преподавательским помостом. Видимо, решил пробираться к выходу в обход. С другой стороны столов. Но где-то не угадал.
Заметив его я тут же двинул к нему. Оставалось всего метров десять, когда…
…рядом с ним появился четырехрукий.
Опустив лысую похожую на гигантский булыжник голову, Гривус всмотрелся в лицо. Видимо, узнал. И тут же потянулся двумя нижними руками, чтобы поднять…
И вот это в мои планы уже не входило.
Десяток шагов я пролетел на Тихом Шаге…
…и резко свернул в последний миг, ощутив укол Ясновиденья.
Отпрыгнул, потом еще и еще…
И уже тогда создал торопливо Телекинетическую Стенку, в которую и врезалась следующая… техника?
Что именно это было, я не понял. Потому что глазами эту штуку было не увидеть. Как будто что-то вроде Телекинеза, но создание не за счет пси-энергии, а за счет Стихии…
Технику не увидел, но вскоре заметил того, кто ее создал.
— Я знал, что ты где-то здесь, — донеслось до меня сквозь суматоху.
И тогда я увидел Каверне (6), стоявшего между столами. К этому моменту Гривус уже подносил к нему Баминга.
Подумав, я отключил пока брошку.
Все равно ей требовалось передышка, чтобы подзарядиться.
— Ну да, — ответил я аристократу. — Не захотел пропускать веселье.
— Да-да, — покивал он со все той же усмешкой. — Признаюсь, я не ожидал от тебя такой хитрости.
Ага, он, значит, решил, что «факультет отбросов» создал я. Ну, в чем-то вывод логичный. И даже лестный. Но по факту у меня тупо не было бы времени, чтобы это провернуть. Мне сперва нужно было о своих позаботиться.
Но ему это объяснять бессмысленно. Особенно, сейчас.
Знал я его, конечно, не так хорошо. Но сейчас у него даже усмешка выглядела не такой небрежной, как обычно.
Кажется, он был зол. Возможно, вообще в ярости.
Явно не привык, чтобы его обманывали.
Особенно настолько.
Ведь теперь аристократы не то, что трех факультетов, даже двух сформировать не смогут! И потому Каверне с Бенджамином придется договариваться уже друг с другом. Как-то уживаться на одном факультете. Власть делить.
Это всегда неприятно.
Можно сказать, сочувствую даже.
То есть, на самом деле нет, но сказать-то можно!
— И потому ты решил отыграться на бедном парне? — мотнул я головой в сторону Баминга. — Или решил меня как-то им шантажировать? Как-то наивно с твоей стороны.
— Нет, это небольшая разменная монетка.
Каверне коротко глянул в сторону Гривуса, и четырехрукий тут же скинул Баминга на пол рядом с собой.
— План у меня другой, — сказал аристократ. — Ты вычеркнешь его из факультета. И скажешь ему, чтобы он вышел из зала и нашел этого Чиза Порти. Он распустит свой факультет…
Ха!
А ведь логично!
По факту, это едва ли не единственный выход из всего. В теории, я даже мог так сделать. Если бы аристократы, к примеру, скинулись мне каждый по линкору… Ну, ладно-ладно, не будем жадными. По крейсеру хотя бы. Тогда я бы как минимум попытался бы.
Вот только они же на такое не согласятся.
Будут до последнего искать, как все на халяву провернуть, а времени-то всего час остался. Даже меньше.
И это не говоря о том, что Чиза еще найти нужно.
А если он правда реинкарнатор, то он, очевидно, не дурак. И ближайший час он никому на глаза не покажется. Ну а потом уже поздно будет.
— Допустим, — сделал вид, что размышляю я. — А мне что с того?
— Ты не понял, Звездный? — снова усмехнулся Каверне. И на сей раз куда более хищно. — Ты сильно ошибся, не выйдя из Зала, пока у тебя была возможность. Ты останешься здесь, если не согласишься.
Да, как я и думал.
Ужасающая жадность. Осуждаю, если что.
Касательно же угрозы. Да. Каверне не просто так тут стоял.
Понемногу их с Бенджамином приближенные перестали кидаться техниками почем зря. Из зала за это время успело вырываться человек шесть-семь. То есть вместе со мной внутри оставалось… пятьдесят один, пятьдесят два студента.
И больше вырваться никто не должен был, потому что большая часть народа переместилась туда — к выходу.
Как минимум это касалось Бенджамина и остальных имперцев, которые больше не собирались никого выпускать, пока не добьются для себя приемлемых условий.
Теоретическая возможность создать два факультета и правда еще оставалась. Если всех в зале, кто был занят в факультетах, их старосты из факультетов исключат.
— И что, вы согласны себе кого попало набрать? — удивился я.
Из тех, кто был в «загоне», сбежала всего пара человек. Остальные — это как раз те, кто ждали своей очереди на факультет аристократов. Когда же они вдруг попали к «отбросам», то конечно сразу рванули к выходу. Кого-то поймали, но точно не всех.
— Не беспокойся за нас, Звездный, — хмыкнул Каверне. — С этим мы разберемся.
Ага, думает потом факультеты перетасовать.
Вот только не факт, что такая возможность вообще будет. Уже ясно, что из факультетов можно было исключать. Но я бы не удивился, если бы работало бы это только с теми, кто еще не вышел из Большого Зала.
— Знаешь, — протянул я. — Меня удивляет… Вот ты тут стоишь такой уверенный. А Бенджамин-то перед дверью… Вдруг Чиз и правда кого-то исключит? Тогда наш наследник просто доберет свой факультет и выйдет из Зала. А ты тут останешься. Не обидно будет?
— Порти ничего не сделает без твоего приказа, Звездный, — отозвался Каверне. — И ты его отдашь.
С этими словами он сделал вращательное движение кистями.
Ясновиденье буквально взвыло, сигнализируя об опасности. И я ощутил… космос. Невероятно похожее ощущение.
Вокруг резко не стало воздуха. А его место занял холод.
Да, есть одна слабость у родов вроде Каверне (6). Плюс-минус все знают, какая у таких древних семей Стихия.
И в случае Каверне это была Стихия Вакуума.
С другой стороны, даже если ты знаешь. Вообще не факт, что ты сможешь от нее защититься.
Я, кстати, знал, и во многом потому успел накинуть на себя Телекинетический Доспех. Сохранив для себя в том числе немного воздуха.
Которого я, впрочем, едва не лишился, когда в грудь мне прилетела какая-то невнятная хрень. Доспех устоял еле-еле. И то только потому, что я не стал упираться. И позволил себя запустить куда-то к преподавательскому столу.
В ответ я тут же запустил пару Кувалд.
Одна разнесла одну из скамеек рядом с Каверне, вторая просто распалась, добравшись до аристократа.
Но все же этого хватило, чтобы немного его притормозить.
Пользуясь передышкой, я сосредоточился на Тихом Шаге и выхватил из подклада куртки сайдер…
…чтобы тут же отмахнуться им от Гривуса.
Четырехрукий оказался невероятно быстр, силен и… невосприимчив к плазме. По крайне мере, два быстрых удара, которые я нанес по его конечностям, он будто и не заметил. Его кожу оказалось невозможно пробить таким образом.
А после одно из верхних рук он сумел схватить меня за куртку…
Разрез!
Вот это все-таки помогло. Воли я вложил не так уж и много, но все равно он должен был остаться без обоих левых рук.
Однако, даже этого не произошло. Его только откинуло на десяток метров…
— Ты только тратишь свое время, Звездный, — бросил Каверне небрежно. — Если те, кого ты пошлешь, не успеют найти Порти, хуже будет тебе.
— О! Так это такое великодушие от тебя! — хмыкнул я. — Спасибо, я оценил!
На следующую попытку Гривуса приблизиться, я среагировал уже более кардинально. И сразу использовал Разрез.
И в этот раз на груди четырехрукого осталась глубокая красная полоса.
Виду он не подал, даже будто от боли не поморщился. Не факт, что он вообще ее чувствовал. Но движения его замедлились значительно.
Каверне это заметил тоже…
— У меня нет времени с тобой возиться, Звездный.
Он снова крутанул ладонями, и в этот раз как будто не меньше половины Большого Зала стало космосом.
Я увидел, как упало и задергалось несколько случайных аристократов, но Каверне не обратил на это внимания.
Он снова стал бросаться в меня теми же странными Вакуумными техниками похожими на Телекинез. Но теперь значительно увеличил частоту.
Я в свою очередь использовал Тихий Шаг…
Оказалось жарко.
Следующие минуты две я без передыха скакал по Большому Залу. Отбивал его удары, уклонялся. Пробовал переходить в контратаку сам, но Каверне довольно легко защищался в том числе и от Разрезов.
А вкладывать в них много Воли я не рисковал. Если я убью его в таком открытом бою, меня точно исключат.
Идея пришла, когда одним из ударом меня откинуло почти к самому выходу. Ворота к тому моменту, кстати, перекрывала какая-то мерцающая стихийная техника. Видимо, за авторством самого Бенджамина. Около выхода оставался лишь узкий свободный участок шириной около метра. Глядя сквозь барьер, Александрит стоял там же и разговаривал… с Эффенди?
Да!
Так вот оно что! Они с Каверне разделили задачи. Один пытался поймать меня, второй — договориться с золотокожей. Скорей всего о том же самом. Чтобы она отыскала Порти и заставила его распустить факультет.
Вот только конгломератка явно тоже не дура. Не представляю, что Александрит мог бы ей предложить, чтобы она согласилась на эту сделку.
Я понял, что для меня это не совсем выгодно.
И стоило мне только оказаться там в толпе, я тут же схватился двумя руками за одного из «отбросов» — я запомнил его еще по «загону» — и Шагнул сквозь барьер Александрита с ним к выходу. Тут же вытолкнул его из Зала…
Для надежности оставалось отправить туда же еще хотя бы двоих. Тогда в Зале осталось бы только сорок девять учеников.
Теневой Шаг, конечно, не то, что легко делать раз за разом. Но ради такого дела я бы напрягся. Вот только…
— Попался, — раздался вдруг холодный голос.
И я внезапно ощутил, что не могу двигаться.
До выхода из Большого Зала от того места, где я стоял, было не больше полметра. Но их я сделать был не в состоянии.
Ощущение было с чем-то похоже на то, когда моим телом управлял Старик.
Похоже, но в то же время отличалось.
Старик всем своим естеством источал спокойствие. Да, не тихое и скучное, а величественное и монументальное. Словно тысячелетний хребет, что обдувают бесчисленные ветра. Он подавлял, но не превращал тебя в что-то другое, не стремился поработить.
Здесь же чувство было другое.
Паразит.
Грязный, заражающий даже не тело, а что-то более глубинное.
Скованным оказались не только мои руки и ноги, но и мысли, даже эмоции. И уже в них начало проникать нечто жадное и ненасытное…
— Это место и правда богато на неожиданности, — раздался голос снова. — То, что все ищут, но к чему боятся притронуться, само попало мне в руки.
Одновременно со словами щупальца чужого естества все глубже и глубже проникали мне в разум. Сначала просматривая кратковременную память, случайные эмоции, постепенно пробираясь к тому, что уж точно не предназначалось для чужих глаз и ушей…
Мои собственные мысли при этом оставались вялыми, тягучими.
Я подумал о том, чтобы применить какую-то способность. Возможно, тот самый Возврат, но в том состоянии, в котором я был, это оказалось практически невозможно. Словно держать нож онемевшей рукой.
— Найти — не значит, получить…
Слова дались тяжело. Язык шевелился едва-едва. Но даже такая фраза была победой. Я еще мог сопротивляться.
И, кажется, это вызвало удивление.
Сквозь круги перед глазами и еще какую-то темную пелену я увидел бледное заостренное лицо.
— Ты можешь говорить? — спросил Теобальд Туманов (6).
С холодом в его голосе смешался живой интерес естествоиспытателя.
— Да… — выдохнул я тяжело.
— Удивительно, — протянул он в ответ. — При том, что я сразу парализовал речевые центры… И правда, редкий экспонат…
— Что…
— Что?
— Что тебе…
— Что мне нужно?
— Да…
— Чтобы ты помог с Порти, — проговорил Туманов. — Уверен, я смогу надавить на нужные точки…
— Нет…
— Думаешь не смогу?
— Никто не станет слушать… Все увидят…
— Об этом не беспокойся, — отозвался аристократ. — Нас никто не видит. Пелена потемнела, кажется, директор намекает, что пора покинуть Зал…
Он издал едва слышный смешок.
Явно выражая свое отношение к школьным разборкам.
— Не это… — выдохнул я. — Ты ищешь не это…
Я самого начала чувствовал это внутри.
Туманов не пытался найти способ управлять мной. Да и какие-то последние воспоминания, касающиеся Аркума, похоже, мало его волновали. Нет, он настойчиво пробирался куда-то вглубь памяти. Не останавливаясь и практически не оглядываясь.
Будто хотел увидеть или понять что-то, о чем, возможно, и я сам не помнил…
— Не это? — отозвался он. — Не скажу, что мне с самого начала заинтересовало то, что тут происходит. Какие-то возможности это открывает…
Он смолк и поднес руку к моему глазу, подняв наверх веко.
— Но главное, конечно, это встреча с тобой, мой звездный друг… Мне очень хотелось бы узнать… Узнать секрет, что прячется где-то глубоко внутри твоей головы… Я уверен, что он должен быть там… Отпрыск рода Предателей Империи… Тот, кому высочайше было запрещено наносить какой-либо вред… Идеальный тайник, чтобы спрятать что-то настолько ценное…
Снова замолчав, он взялся обоими ладонями за мою голову. Кожа Туманова при этом оказалась неестественно холодной. Будто он сам состоял не из плоти и крови, а из каких-то не совсем живых тканей и жидкостей…
— Не боишься?.. — выдохнул я.
— Кого? — усмехнулся тот в ответ. — Императора? В этом и моя удача. Никто не знает, что ты здесь. Не император, не мой отец… Все думают, что ты просто бездарный мальчик, который любит играть в игрушки… Этим я и воспользуюсь…
Он сдавил мои виски.
И если до этого никакой боли я не чувствовал, то тут она пришла. И пришла резко.
Видимо, отчаявшись добраться до того, что ему нужно, каким-то «простым» способом, он стал действовать более грубо.
Одного мига хватило, чтобы он проломил сразу несколько барьеров, которые я успел выстроить до этого в своем разуме.
За счет этого провалился еще ниже…
— Нет смысла сопротивляться, — прошептал Туманов до этого. — Ты ничуть не усложняешь мне путь, только делаешь хуже себе…
Последний щит, который я представил как нечто неуязвимое и непробиваемое держался дольше, чем предыдущие.
Явно решив, что именно там прячется самое важное, Туманов многократно усилил нажим. И в итоге, преодолел и этот барьер.
За которым его ждал…
Старик.
Перед моим внутренним взором предстала пугающе реалистичная картина.
Червь, вся поверхность которого состоит из одних только ртов. И языки щупальца, что тянутся изнутри каждой пасти.
Оказавшись, наконец, в чертогах моего разума, он жадно принюхался, шевеля черными склизкими языками…
И вдруг замер, подняв «взгляд» на… колосса.
Сильно сомневаюсь, что Туманов вообще понял, что увидел. Но я, по крайней мере, был рад, что мой план сработал.
Поняв, что Возврат задействовать не получится, я понадеялся на единственное, что у меня оставалось в этой ситуации.
На Волю.
При этом я отдавал себе отчет, что перебороть Туманова в прямом противостоянии может и не получится. Слишком уж выгодная у него была позиция.
Тогда я стал возводить в разуме барьеры, делая вид, что прячу что-то важное. Незаметно и очень аккуратно направляя Туманова…
…к Старику.
Да, он очень не хотел, чтобы его обнаружили.
Потому и забрался в этот раз необычно глубоко даже для себя.
Но тут уж простите. Другого способа разобраться с Тумановым я с ходу не придумал. Потом Старик мне, конечно, наверняка выскажет.
Пока что же все получилось едва ли не идеально.
На фоне великана, которым предстал в моем сознании Старик, извивающийся жадный монстр Туманова показался не более чем жалкой гусеницей.
Старику стоило лишь повернуть голову, и тут же добрая треть чудовищного иллюзорного тела Туманова оказалась испепелена.
Визжа и теряя щупальца, он тут же отдернулся обратно.
И в считанные мгновения разорвал нашу связь.
Только тогда туман из головы, наконец, улетучился, а пелена с глаз спала. И я смог нормально оглядеться.
И увидел… Туманова.
Да, все еще его.
Но теперь не только лицо, а все тело. Из которого ко мне тянулось несколько темных отростков, связывая меня. А откуда-то из спины росло что-то вроде капюшона, который закрывал нас обоих от всех остальных в Большом Зале.
Я сразу поморщился, чувствуя боль в тех местах, где щупальца пробили мне кожу.
Туманов (6) при этом был будто парализован. Зрачки закатились. Сковывающие меня щупальца не двигались…
— Попробуй на вкус это, — процедил я сквозь боль.
А потом собрал всю эту боль в кулак. И сформировал из нее чистую Волю.
И уже ею наполнил Разрез, который направил прямиком в него.
В этот момент мне было плевать на правила и остальное. Владела мной только чистая искренняя ярость.
Удар, надо сказать, удался.
В руке у меня не было клинка, так что самого меня тоже задело.
Но Туманову досталось куда сильнее.
Все до одного щупальца, что тянулись от него, просто лопнули. Капюшон и вовсе взорвался, разлетевшись на мелкие ошметки.
Самому Туманову вскрыло туловище сразу в десятке место. А с левой щеки содрало кожу и плоть, бросив на барьер, ведущий из Большого Зала…
— Кхашс-с-с-с-с!!! — раздавшееся из его глотки шипение едва ли не оглушило.
Разрез нанес ему повреждения, но все-таки привел в чувство.
И он тут же стал снова опасен.
Я дернул ладонью, в которую тут же притянуло сайдер. Мгновенно зажег его и…
Хлоп!
Вдруг переместился.
Я даже не сразу сообразил, что произошло. Только внезапно обнаружил себя в другом конце Большого Зала.
— Ток меня не мочи, лады? — раздался рядом веселый голос.
— Джимпо⁈ — удивился я. — Ты же… гхм.
Да, этого, конечно, стоило ожидать.
— Понятно.
— Ну да, — ухмыльнулся он. — Не мог же я такую веселуху пропустить! Ты извиняй, если что, я бы тебя точно раньше вытащил, но через барьер никак было. А потом все лопнуло, ну я тебя и перекинул.
Стояли мы с ним сейчас на преподавательском помосте, еще и за столом. Рядом с выходом при этом творилось… интересное. Кажется, наша стычка с Тумановым повредила барьер Бенджамина.
В этот момент там вообще бушевало что-то непонятное. И этим «непонятным» явно был Теобальд Туманов.
Мой Разрез, видимо, повредил что-то в его внутренних настройках. И теперь он представлял из себе нечто вроде кляксы из плоти и щупалец. Гд-то в центре еще виднелась человеческая фигура. Но пока у Туманова была явные проблемы с тем, чтобы взять свою же силу под контроль. Аристократы дружно откатились от выхода. Кого-то, кажется, схватило…
Да, может и хорошо, что Джимпо меня вытащил. Не факт, что даже с помощью Меча я смог бы нанести Туманову какой-то серьезный урон.
В любом случае, моментом нужно было пользоваться.
Барьер Бенджамина мы раздолбали. Сам «четвертый наследник» был занят тем, что пытался как-то сдержать-вразумить Теобальда.
Каверне сейчас, кажется, тоже был где-то там. Видимо, все-таки забеспокоился, что Бенджамин сможет договориться и выйти из Зала без него. Это хорошо…
— Джимпо, сможешь выкинуть пару человек из зала? — спросил я быстро. — Любых, но главное, чтобы факультетских. Пока барьера нет.
— Кхм… — он чуть прищурился, глядя в сторону выхода. — Пять сек.
Хлоп!
Парень исчез. Нет, не пять секунд. Кажется, секунды четыре.
Хлоп!
— Готово, — широко улыбнулся он, снова появившись рядом.
— Это… эм, круто.
— Ага! Дальше что?
Дальше, по идее, надо было только найти Баминга. Ну и, видимо, уже выходить самим.
В то, что кому-то удастся найти Чиза Порти, я уже совсем не верил. А значит Бенджамину с Каверне придется объединиться и создать общий факультет. Пятя ученикам при этом мест не хватит, и они останутся в Зале…
Так-то у них еще оставался шанс выйти всем вместе. Для этого нужно было просто довериться друг другу. Чтобы кто-то один сформировал факультет, вышел из Большого Зала… и исключил двадцать учеников. Тогда у второго хватило бы народу, чтобы создать еще один факультет, и тогда оставаться в Большом Зале не пришлось бы вообще никому…
Вот только я в такой расклад не верил.
От слова совсем.
Бенджамин еще мог бы довериться кому-то из своих. По крайней мере, мне так казалось. А вот Каверне… Каверне нет. Он бы не поверил никому. А уже ему никто не поверил бы тем более. Не тогда, когда ставки столь высоки.
И, кстати, о ставках.
— А это все, кто устроил? — спросил я Джимпо.
Большой Зал отличался от того, что было буквально десять минут назад. Количество светляков, висящих в воздухе, стало совсем небольшим. Если бы не огоньки, подвешенные уже самими стихийниками, были бы совсем сумерки.
Также изменился потолок. Звезды и туманности, что виднелись прежде, почти полностью померкли. И теперь сквозь потолок давила почти непроглядная темнота. Было даже ощущение, что постепенно просачивается сквозь прозрачную крышу.
Многочисленные окна на высоте нескольких метров, сквозь которые прежде проникал свет уличных фонарей, тоже потускнели. Будто покрылись плотными слоем пыли.
Все вместе это создавало немного пугающую обстановку. А уж с учетом, что до конца шестого часа — и времени, отведенного директором на распределение — оставалось уже меньше получаса…
— Баминга там не видел? — спросил я Джимпо.
— Это такой немного плюшевый? — отозвался он. — Да, его тот четырехрукий держит.
— Сможешь…
— Нужно, чтобы он отпустил, — быстро ответил Джимпо. — От этого громили… Короче, сложно объяснить. Помехи какие-то, не могу рядом с ним прыгать.
— Гм… ладно. Короче, давай так.
Я объяснил Джимпо план. Времени не было, так что сразу приступили и к исполнению.
Страсти среди аристократов к тому моменту совсем накалились. Бенджамин пытался призвать всех к порядку. Но народ уже прям нервничал. Причем касалось это не только аристократов поменьше, но и тех, кто прежде чувствовал себя предельно уверено.
Та же Альба Капетинг (5) нервно поглядывала в сторону выхода. А Александра Теплова (5) и вовсе устроила едва ли не истерику, требуя уже сформировать факультет и вывести ее из Зала.
Наблюдал я за всем этим из-под прикрытия брошки Спарка, которая успела к тому моменту восполнить заряд.
Плюс теперь я двигался исключительно Тихим Шагом. Так что, надеялся, что увлеченные своими делами аристократы меня не заметят.
Там как раз разгорелся горячий спор. И, да, как я и думал, нашлись те, кто сообразил, как повторить мой фокус с выходом из зала. Но и загвоздку я также предугадал верно.
Каверне категорически настаивал на том, что формировать факультет должен именно он…
— Нет, ты серьезно? — уже с раздражением бросила ему Альба. — Никто в здравом уме не доверится Каверне!
— Обидно такое слышать, милая, — отозвался тот с привычной усмешкой. — Особенно от тебя, милая…
— Рауль, ситуация серьезная, — добавил Бенджамин. — Глупо сейчас терять пять человек…
— Что ж ты тогда тянешь?
— Ты прекрасно все понимаешь, — со вздохом ответил Александрит. — Я могу дать слово…
— Не интересует, — отмахнулся Каверне. — Да, и клятвы на Стихии тоже не предлагай. Сам знаешь почему!
Последнее предложение он произнес явно парадируя. Я смысла не понял. Но Александрит ощутимо нахмурился. Он видимо намек считал…
— Хватит, — раздался голос Туманова.
И, да, он все-таки сумел «прийти в себя». Выглядел он даже бледнее себя прежнего, волосы торчали в разные стороны, костюм был порван, но по крайней мере из него больше не торчали щупальца.
— Вы все равно не договоритесь, — сказал он. — Сделаем один факультет. Тем сильнее будем.
— Согласен, — уже через секунду добавил Каверне. И улыбнулся. — Решения будем принимать коллегиально.
— Тоже согласна, — бросила Теплова. — Только давайте уже быстрее!
Довольно быстро вся аристократическая верхушка пришла к единым выводам, и тогда уже выбора у Бенджамина не осталось.
Они начали торопливо решать, кто останется в Зале.
— Думаю, никто не будет против того, чтобы заморозить всех не из нашего факультета здесь, — вставил также Каверне. — В назидание предателям, так сказать.
Речь шла про «отбросов» и, конечно, эту идею поддержали.
Я к тому моменту подобрался к выходу на расстояние метров десяти. Как раз та точка, которая была мне нужна. И уже там, сосредоточившись, зажег Меч и, использовав Разрез, повторно разбил барьер Бенджамина, который тот к тому моменту восстановил.
Грохнуло.
Раздались крики, а сразу после них — хлопки.
Джимпо принялся одного за другим выкидывать через дверь народ с факультета Чиза. Я в свою очередь, резко сменил направление. Приближаясь теперь уже к четырехрукому Гривосу.
Убедился, что Каверне смотрит в другую сторону…
…и тут же полоснул Гривуса Мечом.
В этот раз специально бил просто чтобы он выпустил Баминга. Сработало…
Хлоп!
Аристократ из моей группы исчез со следующим хлопком. Я же отпрыгнул обратно, а после создал большую Телекинетическую Стенку отодвигая аристократов, создавая коридор для «отбросов».
В следующие секунды успело проскочить еще несколько человек. Потом снова что-то грохнуло…
И внезапно потухли уже все светляки в Зале.
На миг все погрузилось во тьму. Потом аристократы снова зажгли свои, но они разогнали мрак едва-едва. И только рядом с выходом. В глубине же Большого Зала почудилось нечто, отчего даже у меня волосы едва ли не дыбом встали…
Сквозь крики паники донесся усиленный голос Бенджамина, требующий карточки. Про «отбросов», к их счастью, все забыли. И они почти без препятствий стали выбегать наружу.
А следом и аристократы, наконец, создали свой факультет.
Выходя, меня все-таки заметил Каверне. Но задерживаться не рискнул. А я не стал приближаться, дожидаясь пока дорога расчистится.
Ну и вскоре в Большом Зале кроме меня и Джимпо осталось всего несколько человек…
Тех, кто не вошел в окончательный список.
Двое стихийников, которых я не знал по именам, но одного из них помнил — он охранял «загон» с отбросами.
И еще троих.
Чель Бару…
Иван Снегов…
Нико Делакия…
Перед тем, как выйти, татуированный аристократ Валор бросил взгляд на свою Слугу. Еще дольше задержалась Альба Капетинг, глядя на друга детства. Но в итоге оба ушли.
В ту же секунду барьер на выходе из зала окончательно утратил прозрачность.
Мы оказались буквально в паре шагов от Тьмы.
На пяточке перед выходом из Зала оставалось семь человек. Я с Джимпо, и пятеро стихийников из тех, кому не хватило места на факультете аристократов.
Со стороны выхода перед нами мерцал красноватый непрозрачный барьер. Со стороны Большого Зала клубилась непроглядная черная Тьма, таившая в себе… нечто.
Почему я не ушел сразу?
Сам точно не скажу. Возможно, всему виной любопытство. Или, может, гены Защитника Планет давали о себе знать.
Ну а еще страх. Я точно ощущал его там — в темноте. Будто внутри Большого Зала, в котором погасли все огни, неожиданно поселился не просто мрак, а само Зло.
И у меня, надо уж себе признаться, был пунктик насчет таких моментов. Так-то я никогда был не прочь стратегически отступить. План есть план. И неважно, что про тебя подумают. Прав тот, кто победил в войне, а не в отдельной битве.
Но бывают и другие случаи. Когда ты встречаешься с чем-то, что бросает вызов чему-то внутри тебя.
И ты знаешь, стоит это преодолеть, и ты станешь на одну ступеньку сильнее. Избавишься от одной из своих слабостей.
Что-то подобное я в тот момент и ощутил.
Заодно подумал, что неплохо будет закрепить свою героическую репутацию в глазах остальных студентов, либо…
…слегка заработать.
Меня бы и то и то устроило.
— Ну что, ребята, страшно? — спросил я оставшихся в Зале.
Вопрос, что называется, был риторический.
Татуированная Чель Бару, с ужасом глядя на мрак, жалась к барьеру спиной. Немногим лучше вид был у Делакия (2). Он всеми силами пытался сделать горящий перед ним светляк хотя бы немного ярче, но получалось пока не очень.
Еще один стихийник — его имени я не знал — пробовал что-то сделать с барьером. Воздействовал какими-то техниками. Но всплески
Иван Снегов (0) стоял с зажженным сайдером напротив мрака. Рядом с висящим перед ним Огнешаром замер тот имперец-«охранник».
— Ага, страхово, — первым мне ответил Джимпо. — Но прикольно. Надеюсь, не умрем…
— Слышь, заткнись, ты, — со злостью бросил ему «охранник». И бросил взгляд на второго стихийника. — Лекс, долго там еще⁈
— Долго, — повторил «Лекс» — стихийник, что возился с барьером. — Долго… Этой тухлокрасной дряни похер на все!
— Пробуй еще.
— А я чем, по-твоему, занимаюсь⁈
— Да, жаль вас, — заметил я, наблюдая за ними. — Реально обидно, что Бенджамин решил вас здесь бросить…
Лекс бросил на меня злой взгляд, но говорить ничего не стал.
Сказал Снегов.
— Что тебе нужно, Звездный? — бросил он, не переставая приглядываться к Тьме. — Позлорадствовать пришел?
— Может немного, — пожал плечами я. — Но вообще думал вам помочь…
На Снегова это впечатления не произвело, а вот Лекс с «охранником» сразу уставились на меня.
— Как? — спросил «охранник».
— Ты врешь, — одновременно бросил Лекс.
Я хмыкнул. И переспросил:
— Как тебя зовут?
— Норман Грегори, — ответил охранник. — Планетный граф.
— Имперец?
Тот чуть нахмурился, но после паузы кивнул.
Ну, в общем, как я и думал. Имперский род планетных графов. Скорей всего, не прямой наследник, а один из младших сыновей. Либо вообще другая ветвь. Как-то услужить Александриту (7) — огромная удача для такого, как он. В то же время сам парень какой-то заметной ценности для правящей фамилии не имел.
Имперских родов уровня планетных баронов (1) и планетных графов (2) в Звездной Империи даже не сотни — тысячи. Для Бенджамина они разменная монета. Так и в итоге и вышло.
— Ты тоже? — перевел я взгляд на Лекса.
Тот только скривился в ответ, ничего не сказав, но я понял, что — да. Так и есть.
— Не знаю, заметили вы или нет. Но и Дикие, и мой факультет спокойно вышли из Большого Зала, хотя до этого нам не хватало людей.
И Лекс и Грегори нахмурились, явно пытаясь понять, о чем речь. И…
— Конгломерация, — проговорил Снегов вдруг.
Я перевел на него взгляд и кивнул, хмыкнув.
— Верно, Эффенди пошла нам навстречу. Не захотела отдавать Звездной Империи слишком много влияния. И ее можно понять, верно? В общем, я могу сделать то же самое для вас. Исключить со своего факультета пять человек, а вас принять.
— И зачем тебе это? — не понял Грегори.
— Я очень добрый.
В это почему-то никто не поверил. По крайней мере, скепсиса на лицах было как-то уж совсем много.
— Очень добрый, — повторил я с нажимом. — Особенно, когда мне помогают быть добрым. Будете должны. Сильно.
— Сколько? — спросил Лекс.
— У тебя столько нет, — отозвался я. — Будешь должен услугу. Одну большую или много маленьких. И, разумеется, никто об этом не должен будет узнать. Всем будешь говорить, что я из глупого и наивного героизма решил всех спасти, а вы воспользовались моментом.
— Ты…
Глаза Лекса задергались из стороны в сторону, будто он что-то высчитывал. Потом бросил взгляд на Тьму…
— Я согласен.
Потом чуть перевел взгляд… и сделал шаг назад в явном опасении.
Я тут же глянул вбок и уперся взглядом в Снегова. На Лекса он смотрел не просто с презрением. А с какой-то запредельной яростью. Несколько мгновений я был уверен, что он бросится на Лекса. С учетом, что у Снегова в руку все еще горел Меч, исход этого был бы очевидным…
Но нет.
Скривившись, Иван только бросил коротко:
— Предатель.
— Что⁈ — тут уже Лекс взъелся. — Это нас предали! Нас!
Но Снегова эти слова никак не задели. Он явно остался при своем мнении. В общем, упертый товарищ…
— Ладно, — заметил я. — Это все-таки вопрос такой, скорее философский. От точки зрения зависит.
Я повернулся ко второму стихийнику.
— Грегори?
Тот ответил не сразу. Бросил взгляд на Снегова, несколько секунд думал, потом кивнул.
— Я тоже согласен.
На это Снегов уже только дернул щекой.
Сам же Грегори добавил:
— Только…
— Что?
— Я уронил карточку.
Гм.
— Чего? Реально?
Аристократ в ответ смутился. Потом, оправдываясь, сказал:
— Бенджамин сказал всем достать карточки… Чтобы быстро собрать факультет, потом, когда уже стало ясно… В общем, я вроде положил ее в карман, но… Упала, наверное…
— И где?
Очень нехотя Грегори повернулся в сторону Тьмы.
— Метров десять в ту сторону. Рядом со столом.
— И? — посмотрел я на него. — Чего ждем?
Стихийник снова бросил взгляд на клубы мрака. Вроде даже сделал шажок… И миг спустя Огнешар, висевший перед ним, с тихий хлопком потух. А сам имперец судорожно выдохнул.
— Я…
— К черту Красочному, — бросил, глянув на него Иван Снегов, и…
Шагнул прямо в темноту.
Лезвие Сайдер, которое горело у него в руке, на миг вспыхнуло ярче, а после перестало быть видимо за темной пеленой.
Произошло все максимально неожиданно.
Опомнился первым Джимпо…
— Эй! — возмутился он. — Я тоже хочу!
И тут же дернулся за Снеговым следом. Причем, что удивительно, пешком, а не своими обычными Прыжками.
Потому я и успел схватить его за плечо.
— Стой.
— Да что…
— Прыгнуть туда можешь? — перебил я.
— Так в этом и прикол! — ответил он. — Эта штука — очень странная! Она как сплошное тело или что-то в этом роде. Я не чувствую точку выхода.
— И потому ты решил слепо туда рвануть?
— Ну да!
Понятно. Чего-то такого я ожидал. Не в плане Джимпо — с ним все ясно — а в плане, что Ясновиденье тоже не могло проникнуть внутрь темноты.
В итоге мы все выждали еще секунд тридцать, но Снегов так и не вернулся.
Наоборот, Тьма будто стала только гуще. Словно распухла от того, что смогла кого-то поглотить.
— Да чтоб тебя, а! — с явным страхом в голосе выдохнул Грегори.
И тут же, как и Лекс бросился к барьеру на выходе. И теперь уже они вдвоем стали пытаться что-то с ним сделать.
Но в их сторону я даже не смотрел. И так было очевидно, что против умений директора они ничего сделать не смогут.
— Ладно, жди здесь… — начал было я, но Джимпо среагировал тут же.
— Я с тобой.
— Я просто хочу кое-что проверить.
Возникла у меня одна неочевидная мысль.
— И я. А еще обратно-то я смогу прыгнуть, — заметил он. — Всех и вытащу.
Хм. Так-то логично.
— Ладно.
Прежде чем шагать вперед, по примеру Снегова я зажег Меч. А еще накинул на нас с Джимпо мою усовершенствованную версию Телекинетического Доспеха. Не очень много времени было, чтобы над ней нормально поработать. Но сейчас, по идее, она должна была надежно защищать от вредной среды, плюс отражать какие-то не слишком сильные удары.
В теории. Испытать ее пока шанса не было.
— Держи меня за куртку.
За миг до того, как мы вошли, я ощутил какой-то просто запредельный ужас… Но осознание быстро помогло понять, что он навеян извне.
Следующий шаг уже был легче.
Но не сказать, чтобы простым.
Мы окунулись в кромешный мрак. Звуки все тоже утихли, сменившись настойчивым лезущим в уши шипением. Стенки Телекинетического Доспеха стало медленно стачивать. В пару мгновений я густо покрылся потом. Нагрузка оказалась очень большой.
Помогал, служа чем-то вроде маяка, Меч. Я все-таки видел впереди горящее лезвие, но и поддерживать горение оказалось крайне тяжело.
Стараясь держать в голове направление я пошел в ту же сторону, что и Снегов. Отсчитал десяток шагов… и уткнулся в столешницу.
Ага. Значит она здесь, но где, чтоб Красочные черти его драли, Снегов?
Стараясь не потерять стол, я обшарил все рядом с ним, но ни карточки, ни стихийника не нашел.
Возникла мысль, сделать с Джимпо что-то вроде цепи, когда…
…он вдруг резко дернулся. Еще и меня потянул за собой, я инстинктивно успел ухватить его руку — иначе бы я его потом тут не нашел. А после…
…махнул Мечом.
Почти тут же лезвие увязло. Возникло полное ощущение, что его кто-то схватил. Давление со всех сторон вдруг стало в десяток раз сильнее. Вернулся ужас…
— Хер тебе! — беззвучно выпалил я, вкладывая в Меч Волю.
Вот только это не помогло.
На несколько мгновений стало еще тяжелее, я ощутил, как Тьма пытается проникнуть куда-то внутрь меня…
Я описал Мечом широкую дугу. И, то ли попал по чему-то, то ли просто отогнал, но спустя миг стало резко легче…
Тогда же я обо что-то запнулся…
И это было… тело?
Н-да, будет весело, если это я по Снегову так зарядил. Но вообще я был уверен, что попал по чему-то другому…
Будто мало этого, я вдруг ощутил, что рука Джимпа, которую я все это время судорожно сжимал, никак на это не реагирует.
И еще через миг — хлоп. Парень свалился рядом со мной.
Я сразу попытался как-то растормошить его, но тщетно. Вырубился. Ну а тело, об которое я запнулся…
Решение пришлось принимать очень быстро, так что я погасил сайдер, схватил второй рукой лежащего на полу. И сразу двинул обратно к выходу. Волоча двоих по полу. Первые несколько метров без горящего Меча дались непривычно легко, а вот после…
Меня будто бревном по хребту ударили.
Давление обрушилось с новой силой. Сделай бы я хотя бы один шаг не в ту сторону, не факт, что вообще дошел бы. Но благодаря многочисленным тренировкам с завязанными глазами направление я чувствовал очень хорошо…
— Хах!.. — выдохнул я спустя несколько мгновений, вынырнув из Тьмы.
Сразу увидел Грегори с Лексом. Чель Бару, жавшуюся к барьеру. Ну и Нико тоже еще был здесь.
Только после этого опустил взгляд вниз.
Увидел Джимпо и… Снегова. Все-таки его. По правде, я до последнего был уверен, что тащу кого-то другого. Кого-то, кого я ударил сайдером в темноте, но нет. Ну и сам Снегов выглядел невредимым, только без сознания.
— Что? — перевел я взгляд на остальных.
Очень уж странно они на меня смотрели.
— Мы думали… — начал Грегори. — Думали вам конец…
— Вас десять минут не было, — добавил Лекс.
— Чего? — не поверил я.
Я был уверен, что максимум — минуту.
И после — сразу бросил взгляд на часы…
Девять минут. Девять минут оставалось до окончания шестого часа. Краска тухлая…
— Ладно, нужно привести их в чувство, — сказал я быстро.
Начал хлопать по щекам одного, второго… И тут же заметил в руке Снегова зажатую… карточку!
Схватив ее, увидел — Грегори Норман. Номер сто тридцать восемь.
— Ты теперь не только мне должен, — заметил я, бросив карточку Грегори.
Тот с удивлением ее поймал.
И…
— Что с ним? — посмотрел он на Снегова.
— Без сознания.
Я снова попытался как-то растормошить их Джимпо, но получилось так себе. Можно было использовать Противоядие, но способность все еще была на откате. Очень не хотелось лишаться ее на месяцы…
— Высокий господин, — раздался вдруг очень тихий голос. — Ничтожная Чель Бару…
— Что? — посмотрел я на нее. — Ты можешь что-то сделать?
Она тут же наклонила голову.
— Простите ничтожную! Я не хотела оскорбить…
Да блин!
— Да не извиняйся ты! Давай, конечно. Если можешь — буду благодарен!
Она все-таки подошла к ним. Закатала один из длинных рукавов, обнажая еще какие-то татуировки. И выбрав какую-то из них, коснулась ею лба Джимпо, а после и Снегова. В Ясновиденье я ощутил мерцание
— Кха!..
Оба парня почти тут же закашлялись, приходя в себя.
— Молодец! — выдохнул я. — Ты-то, надеюсь, не откажешься от моего факультета?
На это она только опустила голову, не отвечая.
Даже после того, как Валор оставил ее здесь, она боялась сделать хоть что-то, что ему не понравится.
— Вообще-то он от тебя отказался, — напомнил я.
Это тоже не подействовало.
— Тогда без всяких долгов, — сказал я. — За то, что помогла им.
— Ничтожная не смеет…
— Да забей ты.
Ну а с Валора я потом сам стрясу. Он чувак хоть высокомерный, но при этом еще и щепетильный. Точно не захочет в долгу оставаться.
Пока окончательно привели в себя Джимпо со Снеговым, успело пройти еще несколько минут. У обоих оказалось еще и что-то вроде кратковременного провала в памяти. Так что они не смогли четко сказать, что видели и чувствовали в темноте. Но разбираться с этим времени не было.
Лекс с Грегори уже торопили меня. Им явно не хотелось оставаться в Большом Зале не одной лишней минуты.
Но мне сначала нужно было точно со всем определиться.
— Иван, — посмотрел я на стихийника. — Ну так что, ты остаешься?
Тот в ответ нахмурился.
— Я не собираюсь…
— Если ты про то, что не хочешь быть в долгу перед Предателем Империи, то уже поздно, — пожал плечами я. — Я тебя вытащил оттуда. Так что…
— Я не просил! — уперся он в меня взглядом.
— Ха! А это не имеет значения, — «обрадовал» его я. — Вот такие вот мы подлые аристократы!
Тот в ответ тяжело вздохнул. Кажется, в этот момент для него не было на свете человека неприятней, чем я.
— Чтобы отдать этот долг, тебе придется выбраться из Зала, а для этого нужен мой факультет, — не стал останавливаться я. — То есть, по итогу целых два долга. Не позавидуешь тебе…
— Ха! — прокомментировал Джимпо. — Ловко!
— Да пошел ты, Звездный! — окончательно выйдя из себя, рявкнул Снегов. — Тебе просто недоступно это понять! Я кадет Императорского Летного Училища! Я давал присягу императору! Я не могу пойти против него!
— Пока тебе никто и не предлагал, — пожал я плечами.
— Ты Предатель Империи!..
— А это прям официальный титул, да? — хмыкнул я. — Тебе не кажется, что будь на моем роде какая-то реальная вина, нам бы не оставили земли и поместья. И не стали бы придумывать остальную многомерную юридическую лабуду?
— Вы не откликнулись…
— Не делай вид, что ты глупее чем есть, — перебил я его. Это тема мне еще с Алексом надоела. — Не откликнулись, потому что были заняты. Ну а хочешь оставаться — плевать. Я тебе не нянька.
Отвернувшись от него, я окинул взглядом остальных.
— Давайте карточки.
Лекса, Грегори и Чель Бару больше уговаривать не пришлось. Я сразу передал их карточки Джимпо. Его задачей будет выйти с ними из Зала. Подойти к Алексу. Уже он исключит с нашего факультета столько людей сколько нужно и примет взамен Лекса и остальных.
После, когда все выйдем, переиграем назад.
— Ну а ты чего молчишь? — подошел я к Делакия (1).
— Я… — вымолвил он.
— Что?
— У меня нет…
Несколько секунд я молча смотрел на него.
— Тоже обронил? — уточнил я не без раздражения.
С него сталось бы. Он тем еще рохлей был. По факту с того случая с Фонте (3) он практически не изменился. Хотя шанс я ему давал.
В этот раз я собирался просто стрясти с него пару тысяч пятипроцентовиков, и дел больше не иметь. Но…
— Нет! — я не потерял. — Она исчезла, как у остальных! Честно!
То есть… Чиз.
Делакия оказался одним из тех, с кем Чиз Порти заключил «предварительное согласие». Но волей случая не попал на «факультет отбросов». Видимо, его карточка оказалась нижней в стопке. И когда Чиз ее коснулся, Делакия так и остался без факультета.
А потом… потом, насколько я помню, Чиз выбросил лишние карточки. Просто в воздух, добавляя суматохи в зале.
— Ты не подобрал ее?
— Нет, она была… у Каверне.
И он забрал ее с собой на ту сторону.
Я тут же бросил взгляд на часы…
Три минуты.
— Джимпо, — сразу повернулся я к нему. — Иди в зал. Скажешь Алексу, чтобы исключил кибернетика, Земцову, Морыша, Кассия и Отона. Потом мы их вернем, но сейчас так надо. Это первым делом. Потом скажи Алексу, чтобы нашел Каверне и забрал у него карточку Делакия. Пусть возьмет с собой Капетинг. Пусть торгуются, только быстро. Все понял?
Я повернулся к Снегову.
— Последний шанс.
Тот медлил.
— Ты у парня, если что время отнимаешь, — указал я на Нико.
Удивительно, но это сработало. И тот все-таки отдал свою карточку…
— Давай, Джимпо!
Было видно, что Джимпо очень не хотелось уходить первым, но он все же кивнул и тут же исчез, просочившись через барьер, который успел стать куда более вязким, чем до этого. И пропускал теперь будто с неохотой.
Несколько секунд после этого ничего не происходило, а после рука Лекса провалилась в барьер, которого он касался.
— Да! — выдохнул он радостно.
Пости тут же Лекс, Грегори и с ними Чель Бару просочились на ту сторону.
В Большом Зале остались только я, Делакия и Снегов.
— Я… — выдохнул Делакия. — Я не хочу…
Он с ужасом смотрел на Тьму, которая окончательно перестала сдерживаться. И принялась по сантиметрам пожирать оставшееся пространство.
Две минуты!
Снегов коснулся барьера, и его рука тоже провалилсь. То есть он мог выйти… Но не стал.
— Нужно что-то сделать, — сказал он твердо.
— Так предложи что-то! — огрызнулся я.
В итоге он снова зажег сайдер. Махнул им через барьер, и конечно он прошел насквозь, даже не встретив сопротивления.
— Надеюсь, ты с той стороны никому голову не отрубил, — заметил я.
Сам я лихорадочно думал, что можно сделать.
Нет, мне вот реально было класть на Делакия. Но Красочный черт! Не хотелось бросать этого нытика вот так. Одного, наедине с этой дрянью.
Да, это все еще могла быть хитрость директора. И с ним ничего не стало…
Но ведь и Бенджамин говорил, что исключенные не возвращаются домой!
Так, думай!
Что сейчас реально можно было сделать?
Теневой Шаг?..
С ним я проходил сквозь двери, но кого-то второго я с собой так никак не возьму. Делакия скорее размажет по реальности тонким пластом…
Или Познание Сути?
Секунд десять я думал над последним, но в итоге все же отказался. Познание Сути даст нужный ответ. В этом я не сомневался. Как и в том, что откат составит лет десять. Вот только пройти через барьер при этом почти наверняка не удастся. Познание Сути опишет как он работает и отыщет способ. Но он просто окажется слишком долгим или тупо недоступным для меня.
Старик?
Не знаю, мог ли он тут помочь. Но он все еще оставался глубоко внутри. И ради левого пацана подниматься бы точно не стал.
В голову пришел только один нормальный вариант.
Поломка Устройства.
В случае с окном графа Злобина оно Поломка сработала хорошо. Тут шанс тоже был…
Одна минута!
Снегов, пока я думал, уже принялся рубить Мечом стену рядом с барьером, но результат пока был нулевой. Древние стены отказывались поддаваться.
— Вставай! — вздернул я Делакия на ноги. — Будешь мне сильно должен! Очень!
Прижав его к барьеру, я сосредоточился на Воле. И стал ждать. Время у Алекса еще было. Он мог успеть договориться с Каверне…
Двадцать секунд!
Пятнадцать!
Десять!
Снегов продолжал рубить стену. У Делакия взгляд был обреченный…
Пять секунд!
Поломка Устройства!
И тут же — Телекинез и Воля!
Комбинацию пришлось придумывать на ходу. А Телекинезом я схватил не только Делакия, но и Снегова, потому что тот, похоже, вообще забыл про себя.
Барьер оказался вязким как начавший застывать цемент…
Перенос!
На миг все вокруг стало Тьмой, а после в глаз коснулся теплый оранжевый свет факелов.
Я обнаружил себя сидящим на полу. Неподалеку стоял сидел, мотая головой, Снегов.
— Наконец-то! — раздалось тревожно-облегченное от Туна рядом. — Чего ты там застрял⁈ Джимпо что-то объяснял…
Торопливо обернувшись, я увидел, что Делакия в коридоре не было.
Он остался в Большом Зале.
— Вы как? Нормально? — торопливо уточнил Тун, отвлекая от мыслей. — Давайте вставайте быстрее, нужно задание успеть выполнить.
— Задание?
— А! Вы же не знаете! Для факультетов! Наши уже пошли, мы с Алексом тут тебя ждали. Короче, я лучше по дороге объясню. Мало времени!
— Погоди.
Все равно, первым делом я обернулся назад. В сторону выхода из Большого Зала…
Никакого барьера там большен не было.
Обычный проход через ворота, а по другую сторону — Большой Зал. Такой, каким он был, когда я увидел его первый раз.
Четыре длинных ученических стола, преподавательский помост, прозрачный потолок, усыпанный тысячей мягко мерцающих звезд.
Ни Тьмы, ни каких-либо следов погрома, который был в нем еще минуту назад.
Как и никакого Нико Делакия (1).
Обернувшись, я заметил, что и остальные из тех, кто был со мной, туда смотрят. Снегов, имперцы, Чель Бару… Кстати, о ней.
Я не сразу его заметил, но кроме Туна у выхода стоял еще и Валор Барбаниагра. Высокородный татуированный аристократ, занявший третье место в общем рейтинге по итогам тестовой недели.
Ну и его место на факультете аристократов, судя по всему, также не подлежало сомнению. Хоть он и был не из Звездной Империи.
А вот для Чель Бару, видимо, места уже не хватило. То ли он не смог договориться, то ли не захотел…
Но сейчас он смотрел на нее… А один
— Ты предала меня, — сказал он.
Кхм.
— Отныне ты больше не Бару, ты лишь грязная Чель.
Бросив на нее еще один гневный взгляд, он повернулся ко мне.
— Я не забуду этого оскорбления, — сказал он.
Кхм.
Чет я не понял. А я-то тут причем?
Хотя его дело.
— Я всегда к вашим услугам, сударь, — ответил я ровно.
Тот бросил на меня еще один уничтожающий взгляд, а после резко развернулся и двинул прочь. Спустя несколько секунд он уже исчез за поворотом.
— Э-э… — протянул Тун. — Это конечно… гм… да!
— Да урод он, — бросил Джимпо, пожав плечами. Для него произошедшее явно удивительным не выглядело.
Я же подошел к самой девчонке.
Она выглядела… ну, хреново. Будто у нее только что жизнь кончилась. Не двигаясь, смотрела стеклянными глазами куда-то в пол перед собой.
— Ты как? — спросил я.
— …
— Что?
— Надо было… мне там остаться, — все же чуть громче произнесла она.
— А если бы ты умерла? — сказал я. — Мы же не знаем, что происходит с исключенными.
— Теперь высокородный станет мстить вам, господин, — сказала она со вздохом.
— Одним больше одним меньше, — отмахнулся я. — Разберемся.
— Вы не понимаете… — протянула она тяжело. — Род Барбаниагра очень могущественный. И он никогда не прощает. Если сам Валор не сможет отомстить, то это должен будет сделать кто-то другой из рода…
Гхм. Ну, опять же, не то, чтобы меня это особо напугало. Во-первых, Диадема Теней, в которой правили родные Валора находилась, насколько я помнил, где-то в дальней части Нижнего Рукава. То есть достаточно далеко от Лиры. Во-вторых, чувак явно был помешан на правилах и чести. Так что скорее он просто вызовет меня на дуэль или что-то подобное. А это фигня. Куда хуже, чем каждую банку сгущенки на нанитов-убийц проверять.
Вид у девчонки был, будто все пропало. И у меня, и у нее. Но был уверен, что она преувеличивает.
— Ладно, будешь пока на нашем факультете, — сказал я.
— А мы? — тут же вставил Лекс.
Они с Грегори (1) тоже еще были тут. Как, понятно, и Иван Снегов (0).
— У меня только одно свободное место было, — ответил я. — И не забывайте то, о чем мы договорились.
— Да я не забы…
— Не забывайте, а не говорите, — перебил я. — И сейчас вы дальше сами.
Я указал им вперед на коридор. Лекс ответил недовольным взглядом, но вслух ничего говорить не стал. Помявшись, оба они двинули прочь. Туда же, куда ушел до этого Валор.
Из имперцев остался только Снегов…
— Я отдам долг, — сказал он, посмотрев на меня. — Но я не стану предавать императора!..
— Понимаю.
Прежде чем уйти, он бросил взгляд на Чель Бару… ну или, видимо, теперь просто на Чель. Может, представил себя на ее месте? Пожалуй, стоило бы. Тем более, что по сути-то с ним сделали то же самое. Если не хуже. Валор хотя бы дождался Чель у выхода.
— Да блин! — вдруг встрепенулся Тун, когда мы остались только с ним и с Джимпо. — Торопиться же нам надо!
— Объясняй давай.
— По пути!
Ну и вместо ответа Тун сразу показал мне свою карточку. И я сразу заметил ряд довольно важных изменений.
Исчезла строчка с
Добавилась вкладка
В ней имелся список всех факультетов и, что интересно, у каждого кроме нашего уже появились названия.
ФАКУЛЬТЕТ «ВЫСШАЯ ЧЕСТЬ»
Ну, тут все понятно. От количества пафоса в названии по буквам едва ли жир не тек. Ничего другого я от Бенджамина и не ожидал. Особенно это было забавно с учетом того, сколько человек было брошено, чтобы этот факультет вообще сформировался.
Я считал хорошим итогом, что аристократы в итоге остались всего с одним факультетом. Из минусов — состав у них по именам получился очень сильный.
Главное, чтобы они там теперь все не передрались между собой. Хе-хе.
Да, кстати, самих фамилий я видеть не мог. Может, дело было в том, что это не карточка старосты. Ну или то, что я с другого факультета.
ФАКУЛЬТЕТ «ПСИОН»
Уже не так пафосно, но, учитывая очевидные политические амбиции Гордиана, очень даже грамотно.
ФАКУЛЬТЕТ «Альфа+»
Очевидный намек на внутреннею классификацию кибернетиков. Но в то же время и универсально. У Эффенди на факультете не только кибернетики были.
ФАКУЛЬТЕТ «КРАСНЫЙ ПОЯС!!!»
Тройка восклицательных знаков могла бы вызвать улыбку, но, что называется, над самим Раксом лучше было не смеяться.
Про сам Красный Пояс я не особо слышал. Только от самого Ракса, когда он сказал всем, что он оттуда. Название же было намеком, что на своем факультете он единоличные и непререкаемый лидер. Вот где о никакой конкуренции точно речь идти не могла.
ФАКУЛЬТЕТ «ХОРОШИЕ РЕБЯТА»
Чиз Порти…
Судя по названию, он продолжал косить под дурочка. Неплохо было бы расспросить подробно Старика. Не подозревает ли он кого из своих братьев. Да, сто человек — заметное число. Но и сто жизней — немаленькое. За это время можно было хорошо изучить повадки своих «родственников».
Как минимум, манера у Чиза довольно характерная. Плюс убийство Спарка. Подобные маньячные замашки тоже наверняка были не у многих. Так что фактура есть.
Единственное, Старик все еще шифровался где-то в глубине моего разума. Так что я решил просто наблюдать за ним, собирать информацию. А в какой-то тесный контакт не входить. Пока что.
ФАКУЛЬТЕТ
Вот и наш факультет. Только у него пока не было названия. Вероятно, его утвердить мог только староста.
Ну и в списке было двадцать четыре человека. Освобожденное под Делакия место пустовало. Возможно, получится сразу вернуть кого-то из наших.
— Да, насчет Кассия, — заметил Тун с сомнением в голосе. — Они с Лицинианом там…
— Заговор мутят?
— Ну-у… — протянул парень неуверенно. — Кассий очень недоволен был. Они явно пытались с остальными псиониками о чем-то договориться… Но они потом ушли, я-то там остался… Ты его поэтому вычеркнул?
Я покачал головой. Кассия я собирался вернуть. Все-таки с Гордианом мы договорились.
Дойдя до коридора, мы вышли в просторную галерею с высокими потолками и несколько уходящими вверх и вниз лестницами. С левой стороны стена была сплошь увешана черными портретами. Лестницы же под потолком закручивались широкими спиралями. Видимо, вели на вершины башен.
Шли мы сейчас вчетвером. Я, Тун, Джимпо и Чель, пристроившаяся за нами бесшумным хвостиком.
— Так, наши вроде туда пошли, — сказал Тун, указав вперед. — Дай-ка я по карте посмотрю… Да гайка ты сорванная! Можешь хоть немного это не делать⁈
Последнее Тун сказал Джимпо, который почти тут же начал беспорядочно исчезать и появляться.
Джимпо воспринял вопрос серьезно. И честно ответил:
— Нет.
— Может пока наших найдешь? — предложил я.
— Кстати, да! Заодно посмотрю тут все.
С очередным хлопком он переместился. Тун пока показывал дорогу. Я же перешел к вкладке
ЗАДАНИЯ
— Прикольно! — восхитился заглядывавший мне через плечо Джимпо.
— Ты вроде уже куда-то пошел? — с раздражением уточнил Тун. Потом все же не удержался и уточнил. — И что, ты что-то понял?
— Вообще ничего! — отозвался он. И со смешком снова переместился.
Я хмыкнул и перелистнул на следующую вкладку.
— Что за очки факультета? — спросил я Туна.
— Понятия не имею, — отозвался он. — А, ну и в личной вкладке у меня ничего нет. И вы ее не сможете увидеть, мы проверяли. Это только сам ученик может. И кто-то сказал, что там должны быть задания от кураторов.
— А кураторы?..
— Не знаю. Видимо, кто-то из учителей.
Кивнув, я вернул карточку Туну.
— Дальше прямо?
— Да, вон туда… Ты, кстати, как, нормально?
Он указал на кровь на моей одежде. Я и сам только теперь про это вспомнил.
Без нее я бы и кровью мог истечь после нападения Туманова (6). Бледный уродец оказался куда опасней, чем я думал до этого. И с учетом, что он только подросток. Его старших родственников с теми же способностями стоило опасаться тем более.
А еще — не забыть обдумать, что он там наговорил. Какой-то секрет, который, по его мнению, хранился у меня в голове?.. Ну, главный мой секрет — это Старик. И его он действительно увидел. Вряд ли ему это понравилось. Уж что-что, а впечатление Старик произвести умел.
В общем, очередная тема, которую нужно было обсудить с ним, когда он наконец соизволит «очнуться».
Шли мы после этого еще минут пять. Успели несколько раз повернуть. Даже на улицу выходили — там был внутренний дворик с фонтаном. Ну а после оказались в еще одном просторном холле. И в этот раз даже с какой-то претензией на уют.
Внутри горело сразу несколько каминов. Были расставлены небольшие столики, кресла, диваны. На стенах висели все те же черные портреты. Но кроме них имелось и несколько окон, сквозь которые светили звезды. И даже выход на что-то вроде террасы.
И в холле был народ. В одном из углов я заметил несколько кибернетиков. В том числе Эрлинга Нула. В другом — аристократов. Александру Теплову (5) со свитой. Еще несколько человек.
— Это что-то вроде общего холла, — объяснил Тун.
Из помещения вело сразу несколько выходов. Кибернетик указал на один из них… И почти тут же оттуда на нас вышли Алекс и Альба Капетинг (5).
На лице Алекса сразу возникло явное облегчение.
— Рауль… — начала она.
Но оборвалась, окинув взглядом тех, кто шел со мной.
— Карточку Делакиа он не отдал, — понял я.
— Нет, — сказал Алекс. — Цену выставил.
— Цену?
— Миллион пятипроцентовиков.
Вот же… говнюк.
Медленно я перевел взгляд на Альбу.
— Столько мне бы никогда не дали! — заверила она. — Я тоже предлагала услугу! Это глупо, что он не согласился! А деньги… Да мне даже сто тысяч не дали бы! Не то, что миллион!
— Могла бы обмануть, — пожал плечами я. — Тебе не привыкать.
Намек был такой прямой, что даже не намек. Ей сказали заманить меня в ловушку, и она сыграла свою роль так, как было нежно.
— Ты не понимаешь, Звездный.
— Да уж куда мне.
— Есть обстоятельства, — сказала она с нажимом. Понизив голос, она подошла вплотную и добавила. — Ты не пока не фигура, чтобы с тобой считаться. Может быть, станешь ей когда-нибудь. Но если ты обидишься на меня за то, что сделала то, что от меня ждут и не пошла против тех у кого есть настоящее влияние, то сам будешь дурак. Ты выкрутился. И я знала, что ты это сможешь…
— Прям знала? — хмыкнул я.
— Знала, что у тебя будет шанс. И не ошиблась.
Я не стал больше ничего говорить. Оборвать связь сейчас было бы легко, но контакт — пусть даже вот такой хитрый — среди аристократов мне был нужен. А то у меня там уже слишком много врагов накопилось.
Так что я просто пожал плечами.
— Михаил, — сказала она, когда я уже отвернулся. — Значит, Нико…
— Исчез.
Она молча кивнула.
— Надо идти, два часа, чтобы общежитие выбрать, иначе весь факультет исключат, — сказал мне Алекс, подойдя. — Мы нашли место, но там… Короче, тебе нужно самому посмотреть.
Прежде всего — Алекс вернул мне мою карточку.
Ее я глянул только мельком, убедившись, что по большей части она повторяла карточку Туна. Из отличий: у меня имелась вкладка с
А еще, было больше функционала во вкладке факультета.
ФАКУЛЬТЕТ
Подробнее я изучать не стал, двинул вслед за Алексом. По пути еще уточнил:
— У нас одно место осталось, ты не пробовал?..
— Нельзя, — опередил он меня, поняв о чем речь. — Переходы между факультетами заблокированы сразу по завершении шестого часа. Не брать, не исключать. Это Тучнин сказал, он там объяснял Бенджамину правила. Но я только часть услышал.
Н-да.
Я подозревал, что так может получится. Иначе бы не было смысла во всем этом внутри Большого Зала. Если бы составы факультетов потом можно было спокойно перетасовать. В общем, потому я и выбирал так тщательно тех, кого нужно исключить.
При этом я не сомневался, что в будущем появятся какие-то другие способы принимать и исключать из факультета. Это явно была «часть учебного процесса». Но пока что придется уживаться с тем, что есть.
В том числе с тем, что у нас на факультете какое-то время будет троица имперцев: Снегов, Грегори и Лекс.
Мелькнула мысль не позвать ли их… Но я сразу ее откинул. Наоборот. Пусть пока в собственном соку поварятся. Может, кому-то из них Бенджамин решит тайный приказ отдать. Это тоже будет неплохо. Двойные агенты мне не помешают.
До места, которое хотел показать Алекс, идти оказалось недолго. От Факультетского Холла всего минут десять.
Мы прошли пару длинных коридоров, несколько раз повернули и поднялись на два этажа по неширокой лестнице, упершись в неприметную дверь внутри ниши.
Точнее, она могла бы быть неприметной, если бы на лестнице рядом не толпилась бы сейчас половина нашего факультета…
— Михаил Звездный! — раздалось громогласное от Федора Баркова (2). — Я знал, что ты вернешься!
— Да, я тоже знал, что ты знал, — отозвался я.
Окинул взглядом всех. Тут же были наши псионики, Эрика Бишоп (2) с Ветровыми (1). Но и не хватало прилично народу. К примеру, Олега Ночева (2), ну и тех же кибернетиков с Института.
— А остальные где?
— Ищут другое общежитие, — ответил Алекс.
— Гм. Понял.
Меня пропустили к двери. Ну и тут достаточно быстро стало ясно, в чем загвоздка. Прежде всего, отпереть общежитие мог только староста.
А еще, стоило мне подойти, прямо у меня в карточке появился дополнительный текст. Описание самого помещения.
— Так, — протянул я задумчиво. — И вас что-то смущает?
Алекс бросил на меня выразительный взгляд, и я понял, что да, какие-то сомнения у них есть.
— Ну да, ну да…
Интересно было бы понять, что значит «ускоренное развитие способностей» и что за «очки факультета», но очевидно, что знать этого пока никто не мог.
Все нужно было проверять опытным путем.
— Так, ладно… Тут кто-то еще был? С других факультетов?
Оказалось, что да. Так как комната находилась неподалеку от холла, тут появились и Дикие, и псионики. И первые даже попытались с ходу выбить их отсюда, но неудачно. Спасибо, Гилии с остальными псиониками. Ну и тому, что Диких было всего несколько человек, еще и без Ракса.
По этому поводу, кстати, еще один очевидный вопрос.
Можно ли захватить сразу несколько общежитий?
Если очки факультета окажутся значимой вещью, то это было бы более чем логично.
Подумав, я решил пока не спешить. Два часа стоило использовать полностью и поискать пока другие варианты.
И один такой обнаружился почти сразу. Буквально минут через десять. Его отыскала парочка из Института.
Это общежитие находилось уже значительно дальше от Факультетского Холла и от Большого Зала. Ближе к подвалам Аркума, которые оказались по-настоящему огромными. Кибернетики отыскали сквозную лестницу, которая вела не просто вниз, а прямо куда-то под замок. Возможно, в недра самого астероида, на котором он располагался.
Подземные этажи расходились от лестницы сырыми каменными коридорами. На одном из таких на минус третьем уровне обнаружились широкие ворота, чем-то напоминавшие ворота Большого Зала.
В данный момент ворота были заперты, но на карточку старосты откликнулись описанием:
И тут, мягко говоря, ничего очевидного не было. Хотя лично мне интуитивно этот вариант понравился больше.
Да, очков давали меньше. Но зато имелись запасные места сверх, видимо, минимальных двадцати пяти. Ну… способность Навигатора. Неявно, но она намекала, что это место подходит больше.
— Прохладно, — заметил кто-то.
Это правда. Даже немного пар изо рта шел. Но, во-первых, уж у одаренных способы согреться всегда найдутся. Во-вторых:
— Не факт, что мы тут вообще жить будем, — заметил я.
До сих пор в школе действовало правило четырех и шести часов. Сегодня еще дали два часа, чтобы «заселиться», но лично я не удивлюсь, если и в дальнейшем время в Аркуме для студентов будет ограничено.
Коротко все обсудив с остальными, я окончательно утвердился в выборе.
Можно было, конечно, еще поискать. Но времени к тому времени оставалось уже около часа, так что я решил не рисковать.
Также оказалось, что перед общежитием нужно было еще определиться с названием. Пару креативных вариантов вроде «ЕЩЕ БОЛЕЕ ХОРОШИЕ РЕБЯТА» — это Джимпо предложил — я отбросил. Как и «ВЕЛИКИЙ МИХАИЛ ЗВЕЗДНЫЙ» от Федора Баркова. Несмотря на то, что этот последний поддержало несколько человек. В том числе Алекс. И он даже умудрился изобразить при этом серьезное лицо.
Но нет.
Поняв, что от «помощников» толку мало, я ограничился простым: «ЗАЩИТНИКИ». Все-таки не упустил возможности упомянуть девиз рода Звездных, пусть и в сокращенном виде.
Ну а после все-таки утвердил в виде общежития «Подземный класс самоподготовки»…
КХРУМ!
С громогласным скрипом одна из створок тут же отворилась.
— А! — выдохнул кто-то позади меня, но совсем уж верещать не стал.
Приоткрылась створка совсем немного, но достаточно, чтобы войти. Внутри обнаружился… зал. Действительно очень большой. И какой-то пустой.
Четырех метров в высоту потолки. Покрытый потрескавшейся плиткой просторный холл без мебели. И ряды дверей, видимо, ведущих в личные комнаты с левой и с правой стороны.
Оглядевшись, я дошел до ближайшей. Заглянул. И… не так уж и плохо. Три кровати, камин в углу, даже одежные шкафы. Чисто. Последнее особенно бросилось в глаза, потому что в холле было пыльно, а вот здесь будто только что убрались. Правда, никакого постельного белья и чего-то подобного.
В дальнем конце зала имелись еще выходы. Видимо, в обещанные зельеварню, кухню и катакомбы. Все это еще предстояло изучить.
Я же пока занимался факультетским меню внутри карточки. Потому что за выбор названия и присоединения общежития факультет обзавелся первыми очками.
ФАКУЛЬТЕТ «ЗАЩИТНИКИ»
Пять замок выдал за название, еще десять за общежитие. Да, и второе добавилось как только Галия «заселилась» в одну из комнат. Это тоже делалось через карточку. И на двери комнаты после этого тут же возникло ее имя.
Еще интересней оказалось то, как очки можно было потратить.
Прежде всего, они напрямую шли в зачет рейтинга факультетов. И там лидерами сейчас, кстати, были псионики. У них уже было тридцать пять очков, а значит… они заняли целых три общежития? Ни за что другое очки пока что не начислялись.
— Так, быстро наверх, — решил я.
Оставил часть народа в «Подземном классе», а сам быстро двинул обратно к «Классу Защиты от темных искусств».
И, как оказалось, вовремя.
— Привет, Ракс, — поздоровался я. — Мимо проходил?
— Маленький Звездный человек, — прищурился лидер Диких, повернувшись в мою сторону. — Ты сказать свои маленькие люди уходить. Иначе больно делать.
У Сальвия с Лицинианом видок в тот момент был предельно напряженный. Как и у Захарии Карича. Единственным, кто оставался с виду невозмутимым, был Олег Ночев. Кажется, именно благодаря ему Дикие и не решились просто отодвинуть нашу четверку, что должна была приглядывать за «Классом Защиты».
Скорей всего, Дикие бы все-таки решились. Но мы подошли вовремя.
— Ты не сильно часто про размер говоришь, а, Ракс? — бросила насмешливо Галия, которая пришла со мной. — Не компенсируешь случайно?
— Ракс не компенсировать, — ответил здоровяк ей. — Ракс разрывать маленькие люди на части и смеяться.
— Ракс, эта комната наша, — ответил я спокойно. — Мы ее нашли первые. И вас здесь сейчас только пятеро. А нас восемь. И судя по рейтингу факультетов, у вас уже две общаги. Уверен, что сможете столько удержать?
— Ракс уверен, — ответил здоровяк, смерив меня взглядом. — Но маленький Звездный человек сегодня помог Раксу, и потому Ракс простит маленького Звездного человека… один раз. Но потом все равно разорвет на части.
С этими словами Дикие ушли.
Лициниан с шумом выдохнул и…
— Вас где носило⁈.
— А ты уже испугался, маленький? — бросила ему Галия. — Кулачком тебе погрозили?
В ответ Лициниан бросил, что такого «кулачка» любой испугается. Но почти тут замолк, бросив на меня взгляд.
— Где Кассий? — спросил я его.
— Я ему нянька что ли? — отозвался он исподлобья. — Не знаю.
Хм.
Ну ладно. Поверим.
— Мне нужно было открыть другое общежитие, — объяснил я остальным. — Теперь это.
В «Класс Защиты» пришлось заходит с куда большей осторожностью, чем до этого в подземное общежитие. Со входа Ясновиденье едва ли не вытолкнуло меня обратно, предупреждая о какой-то значительно опасности.
Хотя внешне все выглядело не так уж страшно.
Класс с партами, расставленными поднимающимися рядами. Наверху за задними столами в стене имело несколько дверей — это уже точно были входы в личные комнаты.
Зайдя еще на шаг, я разглядел доску…
И вот она уже смотрелась странно. Была густо покрыта какими-то надписями, символами, схемами… которые продолжали появляться на плоской поверхности.
Будто кто-то невидимый водил по ней мелом.
— Краска, — заметил Олег Ночев. — Возможно, энергетический конструкт. Они могут быть очень устойчивые.
Гм.
— Он нападет? — спросил я парня.
Кажется, в теме он разбирался.
— Не должен, если его не трогать, — ответил он. — Понятно, что лучше его убрать, но для этого надо сначала найти… предмет, к которому он привязан.
— Нужно, чтобы кто-то в комнату заселился, — мотнул я головой наверх.
— Давай я, — ответил он, чуть подумав. — Только…
— Я подстрахую, — кивнул я.
По итогу все прошло плюс-минус нормально. Я контролировал происходящее в комнате с помощью Ясновиденья. И в итоге даже понял, где мог находиться тот артефакт, о котором говорил Олег.
От дальней комнаты — вход был около доски — опасностью несло еще сильнее, чем от самой аудитории. Видимо, там прежде был кабинет преподавателя. Его же, скорей всего, предполагалось использовать как «комнату старосты».
В общем, пока что я ничего придумывать не стал. Пусть этот призрак — ну или кто это? — побудет тут вместо охраны. А дальше уже будет ясно.
Никого кроме Олега в «Класс Защиты» пока заселять не стали. Рискованно, да и непонятно сколько в замке всего общежитий. Может вообще у каждого свое будет.
Как минимум, «очки факультета» — штука точно полезная. Не только, чтобы подниматься в рейтинге.
Еще там, внизу я увидел у меня в карточке вместе с первыми очками появилось и меню их использования.
Во вкладке факультета возникла отдельная строчка под названием
Прежде всего, можно было вложить очки в развитие общежития. Причем я можно было сделать какое-то отдельное улучшение. К примеру, добавить то самое постельное белье на кровати. Или прокачать общежитие в целом. Поднять с первого уровня на второй.
Все это выглядело бы очень даже соблазнительно, если бы не пункт номер два. И вот уже он позволял взять и перевести все очки факультета в личный рейтинг любого из учеников. Что со своего факультета, что с чужого. И то, что условный Ракс этим воспользуется, можно было даже не сомневаться.
Также за очки можно было купить доступ в библиотеку. И, видимо, не только это. Строчка «Разное» пока оставалась пустой.
Подумав, я вообще пока не стал тратить очки.
Остаток времени мы потратили, чтобы найти еще общежития, но больше ничего не успели. Из примечательного. Буквально минут за пять до конца последнего часа снова слегка обновилась карточка:
Добавилась плашка
И в ней уже были проставлены первые уроки. Судя по всему, занятия в школе все также должны были идти через день.
Послезавтра первой у «Защитников» стояла Физподготовка. Второй — Стихия. Я подумал, что когда начнутся сами занятия, все должно хотя бы немного проясниться. Пока же в целом суть Аркума и реальные цели директора пока оставались загадкой. Не было понятно, что имеет значение, а что просто отвлекает внимание. И уж точно мне не стоило забывать о главном.
О своем роде и об Истоке.
Я обязан был использовать школу, чтобы усилиться. И усилить Звездных. Наработать полезные связи с другими аристократами, и не только аристократами. Этим я и собирался заняться во время обучения.
Что же касалось Истока…
Кое-что прояснилось, когда Привратник вернул меня на Лиру.
Старик, молчавший все последние часы, мгновенно ожил. Я почувствовал, что он поднялся из глубины.
— Может теперь скажешь, что там было?
— Что именно?
Гм.
— Он в целом показался странным. Перстень…
Я постарался припомнить ощущения. Да, что-то странное и будто что-то знакомое, но…
— Ну, тоже странный… — начал было я.
Но тут уже Старик тянуть не стал. Перебил:
— Что? — даже сперва не поверил я.
Я так и замер, стоя во дворе перед входом в особняк, куда до этого доставил меня Привратник.
Перстень? Я даже не сразу понял, что именно это значит.
— Значит, перстень — это Исток? — уточнил я.
— Так.
Это уже было серьезно. Какая-то зацепка. Не просто какие-то предположения и неясные намеки, а конкретика.
Если подумать, что я вообще знал об этом Истоке. В смысле, знал точно. Без домыслов и недомолвок.
Прежде всего то, что сам Старик тоже не знал, что это. То есть, он явно знал больше, чем я. На тему Истока он всегда говорил уклончиво. Возможно, как раз потому, что у него не было точной информации, и он не хотел вводить меня в заблуждение. Либо тут были замешаны какие-то заморочки реинкарнаторов. Некие правила. Что-то вроде, что нельзя никому рассказывать об Истоке, человек должен только сам понять… В общем, какая-нибудь такая ерунда.
Ну и собственно, из того, что я смог понять сам. И о чем упоминал Старик.
Судя по всему, Исток был связан с самой возможностью реинкарнаторов перерождаться. Перемещаться между мирами, воскресать и так далее. Как раз из-за этого Старик, вероятно, и хотел его обнаружить. Чтобы получить возможность вернуть к жизни остальных реинкарнаторов. Кажется, Старик был уверен, что Исток позволить это сделать.
Также помимо силы перерождения и способности реинкарнаторов происходили из Истока. И в чем-то это могло быть даже важнее. Потому что некоторым из них просто не было никаких аналогов. И если бы Исток позволил получить еще способностей или, к примеру, отключить откат у тех способностей, которые уже имелись… Или прокачать их!
Это тоже важный момент. У нас со Стариком было всего несколько способностей, прокачанных выше чем на пятьдесят-шестьдесят процентов. Наверняка Исток мог позволить докачать их до конца. А может и того больше! Кто сказал, что какой-то предел тут вообще был?
Кстати!
— Ты сказал, что в перстне — сила Истока. Значит, у директора могут быть способности реинкарнаторов?
На это Старик ответил не сразу.
Ага, реинкарнаторов, может, и не создать, а вот способность какую-то получить можно.
— Потому ты спрятался тогда? — уточнил я. — Думал, что он может тебя почувствовать.
Но это, что называется, не точно. Потому Старик и решил перестраховаться.
— А Мыслитель? — вдруг вспомнил я. — Ты про него тоже говорил, что он как-то связан с Истоком?
Тут Старик уже ответил более однозначно. В Мыслителе (К5) энергии Истока был самый минимум. Достаточно, чтобы Старик ее ощутил, но недостаточно для полноценной способности или, тем более, возможности воскрешения.
— Гм… И что это значит?
Ха!
Нет, даже не так.
Ха! Ха! И еще раз — ха!
То есть я-то, конечно, за любую веселуху. Но у всего есть предел. Мы с Мыслителем-то справиться не смогли. Причем, там даже не я был, а сам Старик. В смысле, что этот летающий мозг смог сбежать. Да что говорить про кого-то более могучего. Что, если бы таких элементарно было два? Или три?
Нет уж, тут, как по мне, все было однозначно. Сперва качественная прокачка, а только потом охота за
Я ощущал, что Старик не совсем был доволен такими выводами, но и спорить тоже не стал. А уж загрузить меня лишними тренировками он тем более был готов. Особенно зная, что это приблизит нас к цели.
И, кстати, о ней.
Была ведь и еще одна важная тема.
— Чиз Порти, — произнес я.
И замолчал, ожидая комментариев Старика. Но тот почему-то не поспешил меня обрадовать.
— Он реинкарнатор? — уточнил я тогда.
Снова долгая пауза. И…
— Возможно? — хмыкнул я. — Прям реально? Это все? У него же была та способность. Ты сам видел.
Старик снова ответил красноречивым молчанием.
И я понял, про что он думает. Исток. В этом мире, очевидно, существовали способы заполучить его энергию. Вероятно, это было очень непросто. Даже почти невозможно. Но в Аркуме собрали учеников со всей освоенной части галактики. И то, что у одно из них оказалась такая способность — уже не настолько удивительно.
Но, как минимум, имело смысл поинтересоваться у Чиза, где он эту способность взял. То есть даже не «имело смысл». Я собирался это в любом случае выяснить. Даже если он не реинкарнатор.
— Способность поиска реинкарнаторов не могла ошибиться? — спросил я.
— Я расспрошу тех, кто сидел в той части стола, — сказал я. — Если его там не было, то тогда он главный подозреваемый. Если он там был, то…
Гм.
Об этом я как-то не подумал.
— Ты говорил, что Сотня…
Да уж. Вот это будет номер, если это окажется самый главный враг Старика…
— Уверен?
Прозвучало и правда без доли сомнений.
— А другие?
— Убийство Спарка, — сказал я.
По умолчанию я все еще считал главным подозреваемым именно Чиза. Во-первых, он был там неподалеку. Во-вторых, одной необычной способностью он обладал. А где одна, там и вторая. Ну и, в-третьих. Подставить-то пытались именно меня.
Конечно, в школе были и другие, кому я успел насолить. Плюс, старые враги Звездных. Но способ убийства все равно отсекал большинство подозреваемых.
— Оно похоже на что-то?
И в этот раз в голосе я отчетливо ощутил сомнение. И, кажется, даже тень какой-то тревоги. Он все-таки подумал про кого-то?
Про кого?
— Господа… и дамы, одного меня не устраивает происходящее? — с недоумением в голосе окинул всех взглядом виконт Тучнин (0).
Преподаватель философии только что поднялся с кресла и с задумчивым видом пересек просторное помещение.
Это учительская скорее напоминала комнату отдыха. Несколько мягких диванов и кресел, негромко потрескивающий камин, густой ковер с вышитым на ворсе созвездием. Журнальные столики с легкими закусками и, конечно, винный и коньячный шкафы, на которые даже сам Тучнин всегда поглядывал с легкой завистью. В его собственной коллекции не было такого количества уникальных экземпляров.
— Вы о чем-то конкретном, коллега? — отозвался кибернетик Смиттон. — Или так, мысли вслух?
— В том-то и дело, что не о конкретном. Убит ученик, а убийцу мы просто отпустили…
— Это вы про кого?
— Про Звездного, разумеется! — всплеснул руками Тучнин. — Яблоко от яблони недалеко упало. Я сразу сказал директору, что не стоит принимать подобных…
Смиттон в ответ только хмыкнул. Эту историю от Тучнина все учителя уже слышали.
Кроме них двоих в преподавательской также находились Марк Коммод и мистик Джон Джонс. Коммод по обыкновению стоял у стены, контролируя взглядом выход. Мистер Джонс с интересом изучал висевшее на стене зеркала, через которое они до этого наблюдали трансляцию распределения по факультетам.
— Поразительная система, — в очередной раз повторял он. — Сплав сразу нескольких уникальных технологий! Но при этом никакого управляющего центра… Директор говорит, что сам замок этим занимается, будто он единое целое…
— Хоть кто-то, я смотрю, всем удовлетворен, — с легким неодобрением глянул на Джонса Тучнин.
Но мистик, кажется, не понял, что речь о нем.
Он уже пытался отковырнуть край зеркала, чтобы посмотреть, что с другой стороны.
Примерно в этот момент в учительскую вошла мисс Гринграсс, преподавательница классической магии.
— Есть результат? — сразу спросил Коммод.
Та в ответ покачала головой.
— То есть, вы ничего не будете делать, — проследив за ними, тут же сделал вывод Тучнин.
— Что вы хотите, чтобы мы не сделали?
— Поймали убийцу, конечно!
— Мы и собираемся.
— Что-то не очень видно.
— Да если мне дадут полномочия…
Тучнин осекся на полуслове, когда посреди учительской вдруг открылся темный проход прямо в воздухе, и из него вышел граф Злобин (5), преподаватель Стихии.
— Марон Наумович! — тут же повысила голос Гринграсс. — Мы с вами неоднократно это обсуждали! Не нужно открывать проходы каждый раз, когда вам захочется! Это влияет на охранные системы замка!
— Что я, по-вашему, должен пешком ходить? — ворчливо отозвался Злобин, устраиваясь на диване. — Хоть немного уважения проявили бы к возрасту, милочка. Да и все равно не работают эти ваши системы…
— Все работает прекрасно!
— И почему тогда ваш Аркум не показал момент убийства? — тут же вставил Тучнин. — Может, кто-то тут кого-то покрывает?
На это Гринграсс отвечать не стала. Она повернулась к Злобину, уже занявшемуся какими-то закусками.
— Что со Спарком? — спросила она его.
— Это очевидно, — пожал плечами граф. — Он мертв.
Гринграсс еще несколько секунд продолжала на него смотреть. Потом тяжело вздохнула и пояснила.
— Мне это известно. Его можно вернуть?
— Вы меня, видно, плохо слушаете, милочка, — с раздражением оторвал взгляд от подноса с канапешками Злобин. — Я уже сказал, он мертв. Окончательно. Не получится его вернуть. Не у меня, не у директора.
Вот это уже всех удивило.
— Почему? — спросил Коммод.
— Видите ли, коллега, — снова после паузы отозвался Злобин. — Убить можно по-разному. Обладая определенными навыками, действительно можно возвратить отошедшую душу. При соблюдении нескольких условий. Если он не ушла слишком далеко… если есть куда возвращаться… если сама душа не против… Много если. Но тут все это неважно, потому что душу юного Спарка, скажем так, придержали.
Он замолчал, снова обратившись к закускам. В этот раз никто его переспрашивать не стал, все ждали продолжения.
— Да, — спустя минут протянул Злобин. — Очень грамотное убийство.
— Придержали, значит, он еще где-то здесь? — уточнил Смиттон. — На каком-то носителе?
— Не имею понятия, — отозвался Злобин. — Я знаю только, что на той стороне его нет. Точнее, его нет там целиком. Только, назовем так, какие-то кусочки. Можно, конечно, попробовать их собрать, но тогда то, что мы вернем обратно, вряд ли чем-то нам поможет. Скорее наоборот.
— А если найти этот носитель? — спросил Коммод.
— Не поможет, — ответил Злобин. — Да и его уже наверняка уничтожили. Потому и стали постепенно просачиваться эти… гхм… ошметки. Говорю же, очень грамотное убийство. Кто бы его не совершил, он хорошо разбирается в том, как функционирует Грань.
Когда преподаватель Стихии договорил, все еще какое-то время молчали. Пока снова не вступил Тучнин.
— Тогда все тем более очевидно! — заявил он. — Звездный! Вот и тот способ жульничества, который он использовал при сдаче моего предмета!
— Вполне допускаю, — кивнул Злобин.
И после этого уже Коммод повернулся к Гринграсс.
— Звездного последним видели со Спарком, — заметил псионик.
Какое-то время после этого преподавательница классической магии молчала. Потом вздохнула, достала из кармана палочку и указала ею на зеркало.
В тот же миг на поверхности возникло изображение того самого туалета Большого Зала. В нем разговаривали двое подростков.
— Это Спарк, — сразу опознал Коммод. — И Звездный. Когда?..
— За минуту, — ответила Гринграсс.
Дальше все наблюдали за происходящим молча. Наконец, Звездный вышел из туалета. Спарк остался внутри один. Пройти успело несколько секунд, а потом…
Его начало трясти. Он упал на пол, а после какая-то неведомая сила стала будто резать его изнутри. Рот молодого человека при этом застыл в беззвучном крике.
Все оказалось кончено за пятнадцать-двадцать секунд. Еще через секунд двадцать в туалет зашел приятель Спарка — Юшкин.
— Теперь вы понимаете, в чем сложность, — заметила Гринграсс.
— Все равно, — заметил Тучнин. Судя по чуть бледноватому виду, картина произошедшего по душе ему не пришлась. — Звездный последний с ним говорил. Он мог что-то сделать.
— Как и любой, с кем Спарк общался до этого, — качнул головой Коммод. — Возможно, даже за пределами школы.
— Коллеги, не понимаю, о чем вы беспокоитесь, — вставил свое слово мистер Джонс. — Просто дождемся следующего случая. Тогда почерк станет окончательно понятен, и мы точно поймаем убийцу.
— Вот только еще один ученик умрет, — заметил Тучнин.
— Или не ученик, — добавил Смиттон.
— Н-да, это будет печально, — проговорил Джонс.
Гринграсс убрала изображение с зеркала. И добавила:
— Есть небольшие подвижки по Майору, — сказала он. — Нужно проверить еще кое-что, и тогда я смогу сказать, как его провели в замок.
— Вот это уже хорошая новость! — порадовался Тучнин. — А то я уже начал думать, что в замке не так уж и безопасно. Хотя меня, прошу заметить, убеждали в другом!
— И я прошу всех не воздействовать на охранную систему замка. Особенно, это касается вас Марон Наумович. Не нужно открывать проходы везде, где не попадя. Ограничьтесь, пожалуйста, несколькими точками…
— Ничего не могу обещать, — упрямо ответил Злобин. — И лучше вы ищите, а не меня ограничивайте. Толку точно больше будет.
И снова Гринграсс с огромным трудом удержалась от того, чтобы высказать этому древнему колдуну все, что она о нем думает.
Дела на Лире захватили меня практически сразу. Состояли они из все того же: тренировок, совещаний, встреч и того подобного.
Основной задачей было в кратчайшие сроки создать боеспособное подразделение. И в больше степени для атаки, а не для обороны.
Ефим на этот счет вообще говорил, что:
— Встал в защиту, чаще всего уже проиграл.
Не со всем тут можно было согласиться. Иногда заманить противника — тоже хорошая тактика. Вот только сейчас время работало не нас. Никита Звездный — или кто он там был? — со своим ультиматумом заставлял спешить.
Вместе с Вератти и Политовым мы все равно уже начали проект по добыче
Пока что я собирался придерживаться схемы, разработанной Бекелевым. Не в точности, но в каких-то деталях. Для этого кроме добычи и производства нужно было еще договориться со Службой Доставки.
Тем самым, все больше причин у меня появлялось, чтобы отправиться в Бастион. Сразу несколько важных ниточек, ведущих к будущему Звездных, находилось там.
Это и оставшиеся в столице схроны Звездных, о которых рассказал в послании отец. И главный офис Службы Доставки на планете. И тот самый Никита Звездный. Его тоже нужно было найти.
Причем для меня было очень важно, чтобы это действительно оказался Никита Звездный. Не какой-то двойник, а мой родственник.
Тот, кто владеет Стихией Плазмы.
Уж на что Раптор был передовой и продвинутой машиной, все равно КОАТЛЬ-К2-К1 многократно превосходил его по всем параметрам. И одна из главных черт совместного творения Космолайна и Терраформ — уникальная многозадачность.
Помимо стандартных для тяжелых флаеров кабины пилота и десантного отсека, внутри также имелись аналитический центр, офицерская каюта и медицинская капсула. Последняя располагалась внутри расширенного десантного отсека. В нем же располагались посты для обслуживания МПД — с самими машинами — места на десяток бойцов, шкафы с амуницией.
В целом Коатля можно было приспособить под разные нужды. В зависимости от конфигурации вместить больше бойцов с МПД, увеличить боезапас или поставить больше исследовательского, либо другого оборудования.
Главным достоинством стандартной компоновки — той, что имелась сейчас — было наличие как раз аналитического центра. И, разумеется, прилагающегося к нему набора навигационного, связного и иного оборудования.
Благодаря этому Коатль мог ко всему прочему выполнять еще и роль командного центра. Оставаясь невидимым для средств обнаружения. Будучи способным при необходимости вступить в бой, либо наоборот форсированно сменить позицию.
Гибридный двигатель на основе
— Он и в космосе может действовать, — заметил Уолш. — На малых орбитах — легко.
Как я не убеждал Ефима, что отправляюсь скорее на разведку, чем реально что-то решать, он все равно настоял, чтобы отправить со мной целую банду.
— Раз уж ты меня не берешь, — проворчал он мне тогда.
На Ефиме лежала основная роль по подготовке боеспособных соединений. Другого человека с необходимым опытом у меня просто не было. Только Старик, но его я отцепить и оставить в Графском Городке не мог.
— Ты сам знаешь, что нужен здесь.
— Только потому и отпускаю! Хотя чует мое сердце…
— Может, тебе к целителю сходить? — хмыкнул я. — А то чет часто оно у тебя стало…
— Вот все бы тебе смеяться, Михал Романыч…
По итогу со мной полетели Флав, Биркин, Молчун с Бугой и Пушкой, Пако и Уолш. На присутствии последнего настоял Ефим, узнав, кого я сам хочу взять.
— Хоть один не сорвиголова будет!
Уолша старый Слуга среди остальных моих новоявленных гвардейцев явно выделял. Прежде всего, за рассудительность.
Хотя вообще не понимаю, к чему это все.
Так-то я и сам вполне себе рассудительный…
На эту подколку от Старика я на всякий случай отвечать не стал. А то я уже понял его схему. Скажет что-то, я отвечу, потом слово за слово… Спор то он мне, разумеется, проиграет. Но потом он ведь на меня в отместку дополнительных тренировок навесит.
Оно, конечно, полезно. Но не в ущерб остальным делам. А их была целая куча!
И, кстати, тренировок они тоже касались.
Мы еще тогда только взлетели.
Флав попросил всех пристегнуться. До этого он уже взлетал на Коатле сам, чтобы опробовать системы и все такое. Но одного раза явно было мало. На таких флаерах он прежде не летал, так что нужно было провести несколько тестов.
Я бы сам с удовольствием посидел рядом с ним в качестве второго пилота. В будущем я собирался в обязательно порядке научиться управлять флаером. Оставалось только найти на это время!
Так что пока я отправил к Флаву Уошла, которого он понемногу начал подтягивать в пилотном деле.
Остальные заняли места в десантном отсеке.
И вот там меня и накрыло.
Казалось бы — времени уже более чем достаточно прошло. Больше месяца. Все это время я старательно прислушивался к организму. Задавал вопросы Ефиму, а потом и Флаву. Но оба, как оказалось, о Хордах знали только в общих чертах.
Слишком редкая это была штука.
И если эффект от тех же
С
Я чувствовал, что с моими псионическими силами что-то происходило, вот только что — не имел ни малейшего понятия. Старик тоже тут особо помочь не мог. В его прошлых мирах ничего подобного не было.
В общем, прояснилось внезапно и само.
По рекомендации Флава я старательно выполнял упражнения на развитие Телекинеза и других пси-сил все последние недели.
И вот сейчас вдруг я ощутил…
…результат.
Это было самое близкое слово.
Я ощутил всю ее сложную структуру, которая уже стала частью меня. И мне только оставалось выбрать, как именно ее задействовать. Куда направить эффект, который она окажет. Причем — я это видел — в дальнейшем это изменить уже будет нельзя.
Старик тоже очень внимательно наблюдал за процессом.
Еще несколько минут я потратил, чтобы окончательно разобраться в своих ощущениях. И уже окончательно понял, какой был выбор.
Первое.
Я мог вложить весь эффект в прокачку Телекинеза. И за счет этого он должен был стать у меня едва ли не в два раза сильнее. То есть я смог бы поднимать больший вес и, скорей всего, на большем расстоянии от себя. Да и мощь той же Кувалды должна была вырасти значительно.
Второе.
Усиление Тела. Как будто Хорда — именно эта конкретная — чуть хуже подходила для этого. Тут усиление было бы уже не в два раза, а в полтора. Но зато я бы с гарантией прокачал бы то, что тяжелее всего мне давалось. Заманчиво, как ни крути.
Третий вариант.
Общее усиление. Вроде звучит и неплохо, но именно это я откинул почти сразу. Потому что было ощущение, что так я смогу затормозить свое развитие в дальнейшем. Структура Хорда свяжет мои пси-силы, усилив их в моменте, но в будущем, когда я ее перерасту, это уже пойдет во вред.
И четвертое.
Тоже Телекинез, но… по-другому.
Я мог направить Хорду на усиление, укрепление и придание дополнительной гибкости для моих телекинетических «рук». Благодаря этому, к примеру, мои Стенки точно должны были стать прочнее, причем намного. Кувалда… Кувалда лететь быстрее бы не стала, но зато я смог бы более точно задать ей форму, покрыть, к примеру, шипами…
Хм.
В общем, чем больше я обдумывал этот четвертый вариант, тем сильнее он мне нравился. Да, это не было такое резкое усиление, как в первом варианте. Но зато это было бы, как…
А ведь да!
Старик точно подметил.
У меня уже в голове начали появляться варианты новых техник, которые прежде были мне недоступны как раз из-за ограничений моих «рук».
Взвесив все еще раз, я окончательно утвердился в выборе.
И направил энергию.
Тут же ощутил, как внутри сознания у меня будто дополнительный каркас появился. Я тут же сформировал перед собой шарик Телекинеза, и…
— Фух! — выдохнул я.
Прикольно, очень прикольно.
Ощущение будто до этого руки были связаны какими-то жгутами, а тут вдруг освободились. Нужно будет хорошенько с этим потом потренироваться.
Но это потом.
Пока же нас ждал Бастион.
Маскировка маскировкой, но в центре Бастиона мы, конечно, приземляться не стали. Рядом с космопортом сеть устройств обнаружения была слишком плотной. Даже у Коатля там не было бы шансов.
Так что Флав посадил флаер в одном из промышленных районов. Неподалеку от главного речного порта. Там, где можно было затеряться.
Когда мы оказались на земле, нас уже ждали.
И не кто-то, а «Иван Иванович Петров». Тот самый «человек Ефима», который до этого несколько раз выполнял для нас поручения в Бастионе. С ним мы связались накануне. Он же подготовил точку для посадки и прислал координаты.
Когда мы с Биркиным вышли из флаера, на небольшой посадочной площадке нас ждало двое. Один — нервного вида мужичок в засаленной спецовке. Второй — лысоватый и полноватый, его вполне можно было бы принять за коллегу первого… Я, честно сказать, и принял.
И только потом мысленно хлопнул себя по лбу. Если безопасник будет выглядеть как безопасник, и его можно будет с первого взгляда опознать, то это будет плохой безопасник.
Я даже на миг заподозрил первого… Но нет. Слишком тот со страхом смотрел на флаер. Да и в целом его спецовка максимально подходила обстановке. Вокруг расчищенной площадки — будто незадолго до нашего прилета — стояло несколько грузовых мобилей. Не меньше половины — явно не на ходу. Чуть дальше виднелся ремонтный ангар, с висевшим на цепи двигателем. Слева и справа располагались какие-то подсобки.
— Иван Иваныч? — спросил я «второго», спустившись с трапа.
— Просто Иваныч, — отозвался тот сразу.
— Че за пацан? — бросил после «спецовка». — Слушай, Иваныч, а ты уверен…
— Я тебя хоть раз обманывал? — повернулся к нему «Иван Иваныч». Взгляд у него мгновенно принял простоватое выражение. Обладателя такого и правда сложно было бы в чем-то заподозрить. — Все, как я тебе говорил. Аристократические разборки. Хотят кое с кем встретиться, не наше дело.
— К аристократам лучше не лезть…
— Кто ж спорит? — усмехнулся Петр. — Только на чем бы ты зарабатывал тогда?
На это мужичок уже ничего не сказал. Бросил еще один нервный взгляд на флаер и двинул в сторону одной из подсобок.
— От надежен? — спросил я.
— Да.
Хм.
Ладно, допустим.
— Времени мало, — добавил Иваныч после паузы. — Едем?
— Да. А Матвей где?
— В мобиле.
— Тогда идем.
«Мобилем» оказался миниатюрный раскладной кран. С полустертой надписью на борте «Срочная эвакуация».
Рядом с краном возился молодой парень в ремонтном костюме.
— Вот.
Парень с подозрением уставился на нас, а после остановился взглядом на мне.
— Ваше…
— Ты-то куда? — перебил его Иваныч со вздохом.
— Я… извини, Иваныч, я…
— Стамеска от буя, — махнул на него рукой мужчина. А потом снова повернулся ко мне. — Так, мы все не влезем.
В мобиле и правда было только четыре места, включая водительское.
— Всех и ненужно, — ответил я. — Матвей, сразу на флаер.
— Что⁈ — переспросил он. — Нет! Я с Иванычем…
— То есть, «ваши благородия» посреди улицы кидать ума хватает, а приказы выполнять нет?
В ответ на это Матвей сконфузился.
— Тебя отец ждет, — сказал я. — На флаере будет безопасней.
Я давно обещал управляющему Репликатором, что найду способ привезти его сына обратно в Графский Городок. И вот момент, наконец, предоставился. И рисковать парнем я точно не собирался.
А на флаере оставался Молчун при поддержке Буги и Пушки. Плюс Флав и сам Коатль. Так что там с ним точно все будет в порядке.
И с Флавом, и с Молчуном к тому времени все было обговорено. Так что вскоре мы отъехали.
— Бывай, малой, — бросил Иваныч Матвею, когда Уолш отводил его в флаер.
Мобиль Иван Иваныч вел… увлеченно.
В полном соответствии с образом. Постоянно сигналил, переругивался с другими водителями на перекрестках. Я впервые видел такое количество мобилей. И первые минуты даже на всякий случай придерживал на теле Телекинетическую Стенку. Но постепенно все же подметил, что лихость у Иванча была скорее показная.
Мобиль он вел предельно уверенно. Да и сама машина, даром, что выглядела, будто уже одним колесом на свалке, прекрасно слушалась водителя, а в двигателе ощущался явный резерв.
— Времени много прошло, — ответил Иваныч, когда я завел разговор о деле. — По делу Алексея Звездного я почти ничего не узнал.
Алексей Звездный был отцом настоящего Никиты Звездного. И через Ефима я просил покопаться в этом деле. До Лидии Танари — матери Никиты — которая могла что-то знать, мне пока было не добраться. Так что стоило поискать «хвосты» здесь, на планете.
— Почти? — спросил я.
— Так, пара странностей. Последние два года кто-то активно скупал в Бастионе артефакты производства Алексея Звездного.
Да, Ефим говорил, что Алексей был сильным артефактором…
— Какие-то конкретно?
— Любые. Алексей Звездные за свою жизнь создал сотни предметов.
Хм.
— И кто?
— Через посредников. Я проследил за одним. Там распечатка сзади, посмотри.
Я быстро просмотрел собранные данные. И… вывод оказался очень интересный.
— Администрация Наместника.
Иван Иваныч кивнул.
— Это не так удивительно, там много людей работает. В том числе аристократы.
Да, само по себе — неудивительно. Вот только это уже вторая ниточка, которая указывала на то, что «Никита Звездный», кем бы он ни был на самом деле, как-то связан с нынешним правительством Лиры. До этого
— Какой-то коллекционер?
— Непохоже. Большинство предметов — простые прикладные вещи. Не уникальные, даже не редкие. Да, хорошего качества, но не более.
То есть, ценность представлял сам факт того, кем был создатель…
— Нужно узнать имя конечного покупателя, — сказал я.
Иван Иваныч в ответ только кивнул.
— По второму вопросу? — спросил я.
— Нашел. Как раз туда едем.
— Хорошо.
— Ваше благородие…
— Уолш, ты слишком много с Ефимом общаешься. Сказал же — все нормально будет.
Здоровяк все равно выглядел не очень довольным. Но дальше спорить не решился. Иваныч, кстати, надо отдать ему должное, тоже не стал ничего говорить про мой возраст. И что «наследник не должен рисковать». Вместо этого добавил к моему плану парочку уточнений, которые я сразу принял. Все звучало логично.
После нас с Пако высадили из мобиля. И дальше мы уже двинули через район сами. Местечко поначалу было напомнило мне некоторые районы Графского Городка. Но спустя несколько минут, я убедился, что все было гораздо хуже.
Не просто несколько грязных улиц, а уже полноценные трущобы. Невысокие здания, тесно жмущиеся друг к другу. Тесные переулки, разбегающиеся в стороны темными ручейками. Ну и люди. Плохо одетые, настороженные, хмурые.
Кое-где на их фоне выделялись более уверенные компании. И вот у них лица уже наоборот были злые и опасные.
Если Графский Городок за последние тринадцать лет успел стать грязные и мрачнее, то столица Лиры, судя по всему, прошла по этому пути еще дальше. Это не касалось нескольких центральных районов, но и только.
Мы же сейчас были от центра далеко.
— Не думал, что ты без них пойдешь, — буркнул мне Пако.
С ним мы сейчас шли вдвоем. Пока я глазел по сторонам, парень окидывал цепким взглядом каждого встречного прохожего. Пару раз дергал меня, чтобы мы перешли на другую сторону улицы.
— У меня так-то своя шайка была, — хмыкнул я в ответ.
Почему-то это его совсем не убедило. Скорее наоборот.
— На ножи нас поставят.
В целом, именно это мне было и нужно.
— Когда? — спросил я.
— Через минуту.
— А те, кто нужен?
— Если твой тип не ошибся, то да.
— Хорошо.
Мы успели пройти еще метров тридцать-сорок, когда впереди показалась троица парней, чуть нас постарше.
Пако тут же толкнул меня в ближайший переулок…
…где нам уже ждали.
— Эй, паря, дернуть есть чего? — раздался сзади насмешливый голос.
Обернувшись, я увидел, как нас зажимают в переулке. Вперед при этом вышел парень, на контрасте с остальными одетый куда лучше. Не в темное и грязное, а в темное и чистое. Короче, опрятный такой паренек.
— Есть, но я брезгую, — отозвался я. — Так что извиняй.
— Чего? — прищурился «Опрятный».
— У дружков своих подергай, — мотнул я головой на остальных гопников.
Опрятный, кажется, намек понял, потому что из насмешливого его выражение лица мгновенно изменилось на злое.
— Урыть их, — приказал он. И потом все-таки снова усмехнулся. — Только не до конца. С этим я потом сам закончу.
— А-а-а-а!
— Да чего ты орешь? Неужели так больно?
— Да-а-а-а-а!!!
— Ну не знаю, — протянул я. — Все равно кажется, что ты притворяешься. До этого-то вон какой уверенный был!..
Я снова надавил «Опрятному» на вывихнутую руку.
— А-а-а-а-а!
И он снова заорал.
Пако к тому моменту уже заканчивал с остальными пятью. Особо я на них не смотрел, потому что мне нужен был именно предводитель. На остальных — пофиг.
— Так что, ты все понял? — уточнил я у Опрятного.
— Да!
— И что именно? — с интересом переспросил я.
— Можете… можете уходить!
— Нет, точно не понял.
Толкнув юного уголовника на землю, я достал «бабочку» и присел на корточки рядом с ним.
— Я думал, ты серьезный человек, — проговорил я. — Такой, с которым можно какие-то вопросы порешать. Взаимовыгодные для бизнеса. А оказалась, что нет от тебя никакой пользы… Так что…
Я чуть повернул «бабочкой».
И в глазах «Опрятного» неожиданно просветлело.
— Стой! Я понял!
— Правда?
— Да!.. Вы — перетереть!
— С кем перетереть? — задал наводящий вопрос я.
— Со мной?
На это я только скептически хмыкнул.
— Еще одна попытка.
— С… Щуплым Олли?
Я чуть задумался.
— А кто это?
— Он… главный!
— Прям самый главный?
— Ну не самый…
Я еще чуть помялся, потом все же сделал вид, что согласен на «Щуплого Олли». Прежде всего потому, что именно он нам и был нужен.
То есть имя я знал. Проблема была в том, чтобы найти его, и чтобы сделать это не слишком шумно.
Кивнув, я выпрямился.
И даже протянул Опрятному руку, помогая подняться. Трясясь и держась за руку, он с явным удивлением обернулся, разглядывая своих подельников, стонущих на земле.
— Добить? — коротко уточнил Пако.
Опрятный от звука его голоса ощутимо вздрогнул. Спрашивая, Пако смотрел прямо на него.
— Не, это наш друг, — хлопнул я Опрятного по плечу. — Тебя как, кстати, зовут?
— Хан… Хантер.
Гм.
— Будешь Опрятным, — решил я.
— Что? — явно не понял он. — Но…
— Пойдем, — подтолкнул его я. — Показывай дорогу.
План с проводником полностью себя оправдал. Видя Опрятного с нами, местная гопота не проявляла интереса. Ну а сам уголовник достаточно уверенно вел нас по узким грязным улочками, заводя все дальше в трущобы Бастиона.
Настроение у Опрятного тоже понемногу улучшалось. То ли н думал, что охрана Олли с нами разберется, то ли надеялся на процент от выгодного предложения, которое мы сделаем его боссу.
— Бои раньше были на складах, — заметил Пако по пути.
— Там только мелочь всякая, — отмахнулся Опрятный. — Чисто новички. А вот в Яме там уже серьезные бои. И Ям, кстати, несколько, это далеко не все знают!
Последнее было добавлено с толикой бахвальства.
— Да, хорошо, что мы тебя встретили, — согласился я.
Заведение, до которого мы добрались спустя минут пять, удивило разношерстностью общества. Если на подходе в основном попадались только мутные личности. Наподобие Опрятного и его дружком. То у самого места я заметил несколько припаркованных рядом дорогих мобилей. «Дорогих» не в смысле в крутом лесном обвесе, а скорее — блестящих и с обитыми кожей салонами.
У входа кроме охраны я разглядел и, видимо, владельцев мобилей. По крайней мере, у одной из парочек на пальцах блеснули кольца, светящиеся
То есть, несмотря на расположение — в глубине трущоб — местечко пользовалось популярностью и в том числе среди аристократов. Интересный момент.
Опрятный, кстати, ко входу нас не повел.
Мы свернули в совсем узкий переулок. Метров через двадцать он упирался в ржавый мусорный контейнер, но перед ним была еще и дверь.
Подойдя к ней, Опрятный постучал.
Ноль реакции.
Я бросил на него вопросительный взгляд.
— Щас, — протянул он.
И тут же забарабанил сильнее. И спустя минуту с той стороны все же донеслось глухое:
— Кто?
— Хантер, открывай!
И…
— Не знаю никакого Антера, проваливай.
Я невольно хмыкнул. Опрятный же занервничал…
— Да, Хьюго, кончай эту херь! Это Хантер…
— Не знаю Кантера.
— Да… Это Эрик, открывай!
— Эрика тоже не знаю…
По итогу это продолжалось минуты три. Я уж было совсем собрался высадить дверь Телекинезом, но тут Опрятный все же сдался.
— Это Нытик…
— А, Нытик! Чего сразу-то не сказал, дружище?
Дверь скрипнула и в скором времени открылась. Показавшийся бугай с лысым черепом окинул Опрятного… Нытика довольной улыбкой.
Потом он, правда, перевел взгляд дальше — на нас с Пако. Тут все-таки чуть нахмурился, перестав улыбаться. Не мудрено. У Пако в принципе был такой взгляд, больше напоминавший острие клинка. И даже небольшие размеры парня вряд ли кого-то ввели бы в заблуждение.
— Мы на бои посмотреть! — воскликнул я, выбрав из своего списка самую доверчивую и восторженную улыбку. — Эрик нас позвал! Пустите, дядь, а⁈ Пожалуйста!
Подействовало.
Хьюго ощутимо расслабился. Бросил еще один насмешливый взгляд на Нытика.
— Что команду свою завел? — проговорил вышибала с довольством. — Приемчики, наверное, хотите разные подсмотреть?
— Ага! — часто закивал я, не дав Нытику ответить. — А вы как узнали⁈
На это уже Хьюго просто заржал. А когда отсмеялся, ответил:
— Ладно, проходите, но к гостям не приставать, по карманам не шарить. Понял, Нытик? В случае чего не посмотрю, чей ты племянник.
Парень в ответ только буркнул что-то недовольное. Но предпочел за лучшее не спорить.
Мы пошли внутрь — на встречу громкой музыке. Которая, впрочем, вскоре сменилась криками толпы. Бои явно уже шли.
— В прошлый раз он был на отдельной трибуне, — сказал Пако по пути.
— Охрана?
— Три-четыре человека. Слабаки.
Под «слабакам» парень явно имел в виду, что не стихийники и без сильных способностей. Но в это я пока верить не стал. Как-то не особо верилось, что в подпольных боях участвовали только обычные люди. Даже не сидящие на
В общем, расслабляться я пока не стал.
Нытик, слушая нас, в какой-то момент остановился…
— Так вы знаете Олли?..
— Куда дальше? — не обратил я внимания на его вопрос.
К тому моменту мы дошли до коридора, где стало совсем громко. Я понял, что мы находимся по обратную сторону от трибуны. Справа и слева виднелись лестницы, можно было подняться или спуститься на следующие ярусы.
— Стопе, пацаны, — вдруг уперся Нытик. — Еще раз, что у вас за делюга…
— Поздно ты спохватился, — хмыкнул я. — И невовремя.
Я чуть дернул рукой, и в ней снова появилась «бабочка». В этот раз я специально сделал так, чтобы было непонятно, откуда она вообще появилась.
Нытик недоуменно моргнул. Перевел взгляд с меня на нож и обратно.
— Мы идем к Олли, — напомнил я.
Юный уголовник не сообразил, что ответить. Ну и спустя минуту — мы поднялись на несколько пролетов — мы уже подошли к нужной двери. До этого я пару раз ощущал стихийников недалеко от себя. Видимо, это был кто-то из гостей в других ложах или на трибуне. Но тут я почувствовал сразу несколько… не до Диких что ли.
Полноценных стихийников внутри точно не было. Но пара человек, принимающих
Когда мы подошли, Пако тоже подобрался. Нож появился и в его руке. И вот тут, кажется, до Нытика, наконец, начало что-то доходить.
Например то, что его в любом случае воспримут как нашего сообщника.
— Ваще, Олли не очень любит такие штуки, — занервничал он. — Давайте, сначала я зайду…
— Давай, — легко согласился я.
— А вы… тут подождете?
— Тут подождем.
Взгляд у него был такой, как будто он мне не очень поверил. Даже обидно, если честно.
— Вперед, — подтолкнул его Пако.
Пятясь, Нытик уперся в дверь и достаточно громко стукнулся об нее затылком. Внутри сразу послышалось шевеление…
Дверь открыл еще один бугай. Этот уже был одет по «униформе»: в брюки, пиджак и черную водолазку. На поясе у него я заметил кобуру с каким-то массивным пистолетом незнакомой марки. От него же чуть тянуло
Потому Пако ждать и не стал.
Толкнув Нытика на бугая, Пако дернулся вперед и сразу ударил охранника стилетом в бок. Я заранее предупредил парня, что убивать никого не надо. Только по команде. Ну или если попадется кто-то, с кем по-другому не справиться.
Шагая вслед за Пако, я протолкнул бугая вперед в комнату Телекинезом. И после сразу сделал Разрез «бабочкой». Какой-то тощий тип умудрился к тому моменту уже выхватить оружие. Так что успел я в последний момент. Ему разрезало предплечье и ударило по самому пистолету.
Еще через секунду тип получил удар ногой в грудь от Пако. До этого он успел подрезать еще двоих, что находились внутри. Я же использовал свободную секунду, чтобы прихватить всех Телекинезом.
— Держу их, — сказал я Пако. — Браслет у толстяка на левой руке.
Парень тут же подскочил к бандиту, сидевшему в кресле в центре перед защитным стеклом, за которым находилась сама Яма. Судя по цвету, стекло было затемнено с обратной стороны, так что опасаться, что нас увидят, не стоило. Ну а шум зрителей должен был заглушить остальное.
Следующим я закрыл дверь, а Пако снял артефакт… видимо, с того самого Щуплого Олли. «Щуплым», кстати, назвать его было сильным преувеличением. Может когда-то в прошлом он и был стройняшкой, но это время давно прошло. С учетом невысокого роста он стал напоминать этакого Колобка. Была такая древняя новелла про хлебного голема, который обрел разум. Жуть редкостная, когда я первый раз прочитал, потом несколько ночей плохо засыпал.
Никто другой внутри на мелкого криминального босса не тянул. Как минимум, Нытик, поднявшись, в первую очередь уставился именно на «Колобка».
Потому его первого я и отпустил.
Усиление Телекинеза за счет
Олли первым делом свалился на пол.
Потом, правда, дернулся куда-то в сторону шкафа с напитками и закусками, который стоял у стены. И тут же получил удар в живот от Пако.
И уже после этого…
— Твари… Вам всем хана…
Дослушивать Пако не стал и снова двинул Олли…
— Хватит, — сказал я.
В итоге даже пришлось чуть отдернуть парня Телекинезом. Тормозов у Пако реально не было.
— Еще раз, — подошел я к Олли ближе. — Но теперь пропустим все насчет того, что ты нам страшно отомстишь.
Сидя на полу, Олли несколько раз моргнул. И только тогда, кажется, наконец понял, с кем говорит. Окинул взглядом меня, Нытика, Пако…
И явно узнал последнего.
Во взгляде у него появилась какая-то сложная мысль. Он снова посмотрел на меня.
— Что вам нужно?
Хм.
Как-то ненатурально.
— Кардинал, — сказал я.
Олли очень постарался не выдать своих реальных эмоций. Может у него даже что-то бы получилось. Но слишком уж для него все было неожиданно. Ничего правдоподобного он изобразить не смог.
— Первый раз слышу, — буркнул он.
Но взгляд сказал другое.
А именно — он ждал этого вопроса. И, более того, был ему рад.
Кардинал… то есть, «Никита Звездный» знал, что его могут искать через Олли и заранее выдал ему инструкции.
— Ну тогда мы сейчас будем тебя страшно пытать, — пригрозил я.
Но, как я и думал, ничего подобного не потребовалось.
Пако пнул его еще всего пару раз. На этом Олли явно решил, что изобразил героя достаточно и тут же выдал контакт.
Точнее способ связаться с Кардиналом.
Нужно было всего лишь использовать тот самый браслет, который снял с него Пако. Работал тот, как передатчик. Еще и с какой-то ментальной составляющей. После нажатия на особую выемку спустя какое-то время приходило мыслесообщение о том, где находится Кардинал.
— Надо же… — протянул я. — А это не ловушка?
— Да мне похер, — бросил Олли беспечно. — Что хочешь думай, на. Маза такая, что я с ним базарил. И каждый раз он был в том месте. Он же типа просто нычки меняет, чтобы не спалиться, а это, чтобы надежные люди могли его найти.
— Ну да, ну да, толково… — покивал я.
Сам я при этом смотрел на Олли, но одноврменно прислушивался к способности Навигатора. И вот она в этот момент указывала…
…на другого бандита.
Того тощего, что раньше других схватился за пистолет.
Он сейчас валялся на полу в углу. И в отличие от остальных уголовников совершенно не пытался освободиться. Хотя от него
— Хорошо, — подвел итог я.
В этот момент послышались отчетливые шаги за дверью. Я тут же подскочил к ней, открыл…
— Порядок? — спросил я.
— Пока тихо, — ответил мне Биркин. — Несколько аристократов, бойцы, но больше никого.
Я кивнул. С Биркиным и Уолшем мы специально изначально разделились. Чтобы и до Олли добраться без шума, и чтобы мои гвардейцы могли подстраховать нас снаружи. На случай, если начнется что-то неожиданное.
Уже после Биркин зашел внутрь — брошка Спарка пока была у него — проверяя обстановку и здесь.
— Ладно, мы здесь закончили, — сказал я. — Этих всех связываем. Этих двоих берем с собой.
Я указал на Олли и на тощего.
И на последнего это произвело неизгладимое впечатление.
— Че⁈ — возмутился он. — А я-то че⁈
На него я не обратил внимание. Вместо этого сообщил Олли.
— Кажется, Кардинал не особо тебе доверял, раз приставил к тебе еще одного своего человека.
— Человека… Какого еще?..
Олли вдруг резко оборвался. Потом повернулся к тощему и… видимо, вдруг вспомнил что-то старое. Может, какие-то свои подозрения, может еще что-то. Но в любом случае про меня он как-то резко забыл.
— Крысятничаешь, значит, Пуля, — протянул он. — Зря ты так, зря…
— Че⁈ Олли, да ты этим левым поверил что ли⁈ Я всегда с тобой был!..
— А левым нет смысла врать, — отозвался Олли. — А за тобой последнее время сразу несколько непоняток было. Я все удивлялся, не верил, когда говорили. А вот оно все и сошлось… На мое место, значит, захотел. Ну-ну.
— Че⁈ Олли, я отвечаю!..
Пуля принялся что-то судорожно доказывать, но Олли уже его не слушал. Он повернулся ко мне. Секунд десять смотрел, явно что-то прикидывая, потом проговорил:
— Браслет не поможет вам найти Кардинала.
Я в ответ улыбнулся.
Мелькнула мысль: а это не еще одно «второе дно» у этой ловушки? Но я тут же ее откинул. Нет, конечно, нет.
Теперь, что у Олли, что у Пули стали видны их искренние эмоции.
— Это я уже понял, — ответил я. — Что он реально делает.
— Понятия не имею, — отмахнулся уголовник. — Я никогда им не пользовался, только носил. Может просто убивает того, кто его активирует.
Судя по тому, что я успел узнать про «Никиту Звездного», скорей всего, там было что-то более сложное. Я бы поставил на комбинацию какого-нибудь парализатора и того же передатчика. То есть использовавшего его отключало, а Кардинал получал сигнал, что кто-то, кто им интересуется, попался в одну из его ловушек.
Вот только это никак не помогало с поисками самого Кардинала.
Про это я Олли и спросил.
— Я не знаю, где Кардинал, но я сдам его.
— Не западло?
Законы, по которому жил теневой мир, я знал. Так что вопрос был вполне логичен.
— Нет, — бросил Олли. — Он аристократ, а не один из нас. Так что сами разбирайтесь.
А вот это уже прозвучало интересно. Перстень Звездных был у меня на пальце, но
Но выводы Олли все равно смог сделать правильные.
При этом у него явно был свой интерес… Хм, ладно, поглядим.
— Где он?
— Не знаю, — ответил он сразу. — Но я могу свести с тем, кто знает. И кто даже сможет хорошо заплатить, если Кардинала вдруг не станет.
Щуплый Олли наградил меня хитрой улыбкой.
— Интересует?
Свободного места в эвакуаторе не было, так что мобиль пришлось взять у самого Олли. Тем более, что это оказался мощный вместительный внедорожник. Хотя и чересчур блестящий по городской моде.
— Металл Индастриз, — оценил Уолш, севший за руль. — Гражданская модель правда, но по городу сойдет.
— Он и по бездорожью хорош, — ревниво заметил Олли. — Передачу плавнее переключай!..
— Не мороси, кругляш, — отмахнулся Уолш. — Не первый раз за баранкой.
Адрес Олли нам уже сказал, и сейчас здоровяк вбил его в свой комм. Так что до места доберемся. Вопросом было, что нас будет ждать там.
Прежде чем куда-то ехать, я коротко переговорил с Иван Иванычем. И кое в чем он расклад, который выдал Олли, подтвердил.
Так что предварительно предложение мелкого авторитета я решил принять. Но, конечно, на своих условиях. Сперва я сообщил подробности на Коатль, чтобы Флав с остальными были в курсе нашего местоположения. Ну а кроме того, в поездку с собой я взял и Пулю, и Олли.
Первый в упакованном виде сейчас лежал в багажнике джипа. Второй пока находился на пассажирском сидении. Биркин сидел сзади от него. Со своим пугачом в руке. Олли то и дело на него нервно косился, но держаться все равно старался уверенно.
— Еще раз, — уточнил я, когда мы уже ехали. — Это именно Синдикат?
— Я отвечаю, что это Синдикат, — бросил Олли самоуверенно. — Это полноценный региональный босс. Шишка с Новой Агоры.
— Давно он здесь?
— Лет пять уже.
Вот именно эта тема мне и не нравилась. Таких подробностей не знал даже Иван Иваныч. Максимум, что Синдикат собирал на Лире информацию, прощупывал почву и так далее. Но не более того.
После того, что Ефим рассказал про смерть Алексея и Никиты Звездных. Что их обоих убили люди Синдиката из-за каких-то старых грехов Никиты. Я тогда, разумеется, захотел узнать о Синдикате побольше. Расспросил сначала Ефима. Но это не особо много дало. Но потом о том же я поговорил с Уолшем. И вот он уже с темой оказался знаком куда глубже.
И вот по словам Уолша к Синдикату точно не следовало относиться, как к просто преступной организации. В реальности это была целая империя. Только в отличие от Звездной Империи или Конгломерации Синдикат не был скован территориальными ограничениями.
Даже в Псионе у Синдиката были свои ячейки. Разумеется, меньше, чем в форматориях Конгломерации или условном Нижнем Рукаве, но все равно были.
При этом уничтожить Синдикат или захватить в нем руководство тоже реального способа не существовало. По крайней мере, прежде это никому не удавалось. Хотя попытки делались. Причина такой живучести заключалась в структуре организации. У нее просто-напросто не было единого центра.
Чем-то Синдикат напоминал собой пчелиные соты. Боссы, даже самые крупные, отвечали только за свой сегмент общей сети. Ситуативно они могли организовывать союзы с соседними ячейками. Иногда такие объединения могли включать в себя целые кластеры. Но никогда они не существовали подолгу.
Другими словами. Синдикат одновременно был сетью, но в то же время даже соседние ячейки не зависели друг от друга критически. Уничтожение отдельного босса или даже нескольких почти не влияло на остальные. И в любых зачищенных регионах всегда Синдикат постепенно восстанавливал свое влияние.
Объединял организацию, по сути, только свод достаточно общих правил. Что-то вроде коллективного кодекса. Но и только. При этом структура оставалась устойчивой. И являлась грозной силой. Убийство Алексея Звездного точно рядовой акцией назвать было нельзя.
И то, что кто-то из боссов на такое вообще решился однозначно говорило, что относиться к Синдикату стоило серьезно.
Со слов Ефима я знал, что во времена Звездных на Лире Синдиката не было. Любые зародыши организованной преступности всегда выжигали начисто. Максимум, что могло существовать, это такие мелкие бандюганы вроде Ганзо. Да и их было немного.
Теперь же эта зараза начала распространяться. То же касалось, к примеру, гильдийцев, которые всегда находились где-то в серой зоне.
Но что меня по-настоящему удивило. После пояснений Уолша. Это то, что на Лире сейчас постоянно находился не просто какой-то рядовой представитель, а целый региональный босс. То есть воротила, который мог бы отвечать сразу за несколько таких малонаселенных планет, как Лира. А он зачем-то сидел здесь.
Ради чего?
Объемы поставок через космопорт в условиях блокады были просто мизерными. Население скорее сокращалось. Так что по-настоящему теневому бизнесу тут развернуться было просто негде. И все же Синдикат предпочитал держать на планете человека, который сам мог принимать ключевые решения.
Это меня не могло заинтересовать.
В будущем, разумеется, я собирался полностью выдавить эту шваль с планеты. Это был просто вопрос принципа.
Но сейчас это все же не стояло первым в списке. Если через этого босса можно было узнать что-то про Кардинала, я был готов временно договориться даже с Синдикатом.
Если, конечно, этот босс не слишком меня выбесит во время разговора.
Время уже приближалось к полуночи. Утром мне нужно было возвращаться в Аркум, так что тянуть было не вариант.
Мы сразу направились в место, на которое указал Олли. Причем располагалось оно едва ли не «на заднем дворе у Наместника». Преувеличение конечно. Но не такое уж и большое. Административный квартал прилегал к Правительственному Кварталу. Тому, в котором находились резиденция Наместника и единственный космопорт Лиры, соединенный с Планетарным Репликатором.
Из Административного Квартала отлично были видны, теряющиеся в облаках, нити орбитальных лифтов. В ночи световая иллюминация делала их похожими на льющийся с неба сияющий дождь.
— Готов поспорить, там турели стоят, — заметил Уолш, когда мы подъезжали.
Он указал на выпуклые части стен где-то на уровне третьего этажа. Если не приглядываться, то и не заметишь.
Ну а само место, о котором шла речь, называлось «Седой Дракон». Ресторан в азио-стиле. Он даже был отмечен в путеводителе, причем имел неплохие отзывы.
Вход располагался в достаточно широком внутреннем дворике. Вел туда узкий заезд — пара мобилей не разошлась бы. А внутри Ясновиденье уже само подсветило мне точки направленной на нас опасности. Тут, кажется, потайных турелей было даже больше. Плюс что-то явно пряталось и под асфальтом.
— И куда тут? — спросил Уолш.
— Про нас уже знают, — отозвался Олли.
Глаза у него при этом так и бегали. Кажется, он далеко не настолько был уверен в радушном приеме, как пытался показать.
— Пойдемте поедим хоть, — пожал я плечами.
— И то дело, — согласился Уолш.
Первым из машины выбрался, осматриваясь, Биркин. После — остальные. Мобилей в дворике было всего несколько. У входа нам поклонился одетый в какой-то ритуальный халат привратник.
Мы оказались в зале, украшенном в красные и золотые цвета. Из-под потолка свисали бумажные фонарики. По центру стояла с удивительной реалистичностью выполненная скульптура. Суду по всему, того самого дракона.
— Занятно, — оценил я.
Народу за столами было не так, чтобы много. Но, несмотря на позднее время, люди сидели. При этом — никаких шумных компаний. Сплошь степенные, умиротворенные господа, утонченные леди…
Либо мафиози обоих полов. В этом плане точно не скажешь, учитывая, что за место.
Впрочем, сильно задумываться я на этот счет не стал. Потому что действительно успел проголодаться. Занял первый понравившийся стол — рядом с аквариумом с красными карпами — открыл меню.
Выглядело все… незнакомо.
Было бы странно, если бы не так. Сравнивать я мог только со школьной столовой, так что глаза разбежались.
— Что посоветуете? — спросил я мужика в халате.
Того самого, что встречал нас у входа. Он же проводил до стала. На одеянии у него тоже был изображен дракон. Очень похожий на того, скульптура которого стояла в центре помещения.
— Насколько юный господин знаком с сычуаньской кухней? — уточнил «халат» со всем тем же вежливым поклоном.
— Совсем незнаком.
— В таком случае осмелюсь порекомендовать Габаджоу и Гунбао.
— Кхм.
Ого! Даже Старик заинтересовался.
— Несите.
— А Чи Сан Чи есть? — уточнил Уолш, садясь рядом со мной.
— Разумеется, господин.
— Тогда его тоже.
Поклонившись, халат ушел.
Я честно стал ждать, пока что-нибудь произойдет, но пока этого не было. Так что в итоге я просто решил поесть. Тем более, что все принесли почти сразу. И оказалось… вкусно. Необычно, пожалуй. Как-то не привык я, что мясо такое сладкое. Но очень вкусно! И больше всего мне понравился как раз Чи Сан Чи, который попросил Уолш. Это оказались овощи во все том же кисло-сладком соусе. Но сочетание там было просто крутейшим. Даже рисом заедать не надо, которого притащили по круглой чеплашке к каждой тарелке.
Пока мы ели, к нам несколько раз подходил «халат». Уточнял, все ли нравится. Биркин с Уолшем ни на секунду не расслаблялись, постоянно мониторя обстановку. Пако тоже, но он еще и есть успевал за троих.
Олли в основном налегал на какую-то теплую алкогольную настойку. Которую у него даже пришлось отобрать в какой-то момент. А то еще чуть-чуть и он бы под столом оказался.
— Тут все здание бойцами забито, — заметил Биркин в какой-то момент.
В ответ я только пожал плечами. Тоже это чувствовал. Но лично этому скорее был рад. Значит, мы пришли туда, куда нужно.
— Если позволите, специальное блюдо лично для вас, молодой господин, — проговорил «халат», когда мы уже доели.
— Надеюсь, не сильно дорого? — отозвался я.
— Ваш ужин полностью за счет заведения, молодой господин, — отозвался тот.
Он снова поклонился. А спустя минуту вернулся к столу с подносом, на котором стояла…
…открытая банка сгущенки.
Гхм.
Наверное, стоило бы мне в этот момент насторожиться, но я сделал другое.
Сглотнул.
Рядом с банкой сгущенки на дощечке лежал нарезанный источающий пар батон. Явно только-только из печи.
Именно в тот момент я по-настоящему убедился, что Синдикат и вправду настолько могуществен и коварен, как про него и говорили.
— Отравлено? — прямо спросил я «халата».
— Отравления — дурной тон, господин, — ответил тот. — Убивая, Синдикат всегда проливает кровь, а не оставляет ее гнить внутри.
— Это вы молодцы… — протянул я в ответ. — Наверное.
После взял с подноса хлеб, макнул в банку и…
Н-да, и кого я обманывал? Как будто бы я удержался, если бы знал, что отравлено? Настоящее блаженство.
— Значит, вы знаете, кто я, — сказал я, глядя на него.
— Для дракона честь принимать звездного господина в своей скромной обители, — отозвался он. — Тем более, что дракон очень давно искал этой встречи.
Оглянувшись, я заметил, что в зале больше не осталось другого народа. Пока мы ели все куда-то вышли. Осталась только ненавязчивая музыки и этот мужик…
…который явно не был простым привратником или официантом.
— А вы? — спросил я.
— Мое имя не так важно, но для удобства можете называть меня Хао Люн.
Как я и думал.
Сначала-то я этого не заметил. Но все-таки он долго был рядом. И в конце концов я ощутил, что это азио без определенного возраста совершенно точно был стихийником. Причем стихийником способным очень хорошо маскироваться, а значит стихийником неслабым.
Бекелев, помнится, был четвертым рангом. И этот товарищ, как минимум, не слабее.
— И вы искали со мной встречи, — сказал я.
— Да. Если позволите…
Он перевел взгляд на Олли, который все-таки накидался. И почти тут же откуда-то из внутренних помещений вышло еще двое азио и тут же увели куда-то уголовника.
— Этому разговору не нужны лишние уши, — пояснил свои действия Хао Люн.
Я даже немного посочувствовал Олли. Как бы теперь из его ушей тут какое-нибудь блюде не приготовили.
А впрочем — по боку.
Уж о ком я точно беспокоиться не сомневался.
— Итак? — снова поднял я взгляд на азио.
Если он думал, что сгущенкой меня удастся задобрить, то… правильно думал, конечно.
Но все же не до такой степени, чтобы я забыл, кто передо мной.
Если мне что-то не понравится, я не постесняюсь устроить тут погром. И Старика привлеку. Его эмоции я в этот момент ощущал четко. И, как и я, он перед мафией никакого пиетета не питал. Преступность есть преступность. Некоторые из них умеют пустить пыль в глаза, но ворами и убийцами они от этого быть не перестают.
— Пятнадцать лет назад между драконом и звездным господином возникло недопонимание, — проговорил Хао Лин, глядя прямо на меня. — И сейчас, пользуясь случаем, я хотел бы это исправить.
Он сделал короткую паузу и произнес.
— Синдикат не убивал Алексея Звездного.
— Синдикат не убивал Алексея Звездного.
— Интересно, — ответил я.
Сказать-то можно было все, что угодно.
Вопрос, как всегда, в двух вещах. Во-первых, в доказательствах. Во-вторых, в реальной цели того, что один из боссов Синдиката решил рассказать об этом именно сейчас. В то, что он просто воспользовался удобным случаем, мне как-то не верилось.
Ну а иногда нет.
Хао Лин, тем временем, будто окончательно определившись с тем, как нужно со мной общаться, продолжил:
— Между Синдикатом и родом Звездных возникло недопонимание, — проговорил он. — Синдикат не посылал убийц не за Алексеем, ни за Никитой.
— Это от именно всего Синдиката? — вставил Уолш.
Правильное замечание. Потому что единого главы у Синдиката не было и говорить Хао Лин мог только за себя и за свою ячейку. Ну, может быть, еще за несколько тех, что дали ему полномочия. Но точно не за всех.
— Нет, — признал он. — Но так уж вышло, что мне точно известно, что произошло тогда. Ответный удар Клима Звездного дорого обошелся некоторым из нас. Вследствие чего и было проведено расследование.
Ага, дед тогда навел шороху на Новой Агоре, как мне рассказывал Ефим. Правда, он же сказал, что тогда было совсем не до того, и потому Клим Егорыч дело до конца не довел.
Впрочем, теперь я уже понимал, что и не смог бы довести. Как раз-таки из-за особенности структуры Синдиката. Максимум — разобраться с конкретными заказчиками. Но сейчас Хао Лин утверждал, что деду тогда не удалось даже этого.
— Значит, убийц Синдиката на Лире тогда не было? — уточнил я.
Простая проверка. Потому что именно это тогда было выяснено точно.
— Дети дракона были на планете, — ответил Хао Лин. — Но цель у них была другая.
Я молчал, ожидая продолжения.
— Один человек, — начал азио медленно. — Сообщил одному старому дракону, что знает, как узнать местоположение сокровища. Очень ценного и уникального сокровища. Такого, о котором не принято говорить вслух. И этот старый дракон оказался слишком жаден и наивен, несмотря на всю свою мудрость… И потому он отдал этому человеку своих детей, чтобы они узнали, где находится это сокровище. Но так получилось, что тот человек обманул старого дракона. Оказалось, что никакого сокровища на самом деле нет, а дети дракона нужны были человеку только для того, чтобы достичь своих целей.
Хао Лин замолчал.
Я же глянул на Уолша с Биркиным и с трудом удержался от хмыка. Если Уолш, судя по выражению лица, еще пытался расшифровать всю эту историю, то Биркин, похоже, бросил это в самом начале. И теперь смотрел на азио с легким раздражением.
Ну а я…
В целом, я, конечно, понял, на что он намекал.
За исключением буквально пары моментов.
— Этот человек — Никита Звездный? — спросил я прямо.
Медленно Хао Лин кивнул в ответ.
То есть, Никита действительно оказался очень близок с одним из боссов Синдиката. До такой степени, что уговорил того отдать ему в подчинение отряд элитных убийц. Ну а потом…
— И с чего вы взяли, что это не они убили Алексея? — спросил я.
Потому что в целом пока что все выглядело в точности так, как сказал Ефим.
— Старый дракон был жаден, но не был глуп, — ответил Хао Лин. — Он отдельно приказал своим детям не злить звездных господ.
— Приказы иногда нарушают, — пожал плечами я.
— И потому других своих детей старый дракон послал проследить за Никитой Звездным.
Ха! А вот это уже кое-что. То есть тот босс до конца Никите не доверял.
— И что там произошло?
— Дети дракона не стали заходить в дом звездного господина, — ответил Хао Лин. — Никита Звездный зашел туда один.
Дальше азио сказал то, что я уже слышал от Ефима. Сработала какая-то стихийная техника. Судя по всему, Стихии Плазмы. Которая стерла особняк Алексея Звездного с лица земли. Несколько бойцов синдиката погибло, но не все…
Сначала не все.
Хао Лин утверждал, что почти тут же выживших добили. И сделал это неизвестный.
— Стихийник?
Я пока не спешил задавать каверзные вопросы. Просто уточнял.
— Нет. Были использованы кибернетические устройства.
Хм.
— Что дальше?
Дальше вторая группа, которая должна была следить за Никитой и первой командой, в соответствии со своими приказами не стала вмешиваться. Продолжила наблюдение…
А потом напали и на них.
Снова были использованы кибернетические устройства высоких классов. Ну и, собственно, о всем произошедшем никто бы не узнал. Но одному бойцу из второй группы все же удалось уйти. Позже он вернулся на Новую Агору. И затерялся там.
Потом уже случился ответный рейд Звездных. Босс, отправивший эти две команды, был убит. А единственный свидетель пропал.
Но в итоге каким-то образом Синдикату удалось его разыскать. Отсюда Хао Лину и стали известны подробности всей истории.
— Здесь основные наши выкладки и свидетельства о произошедшем, — подвел итог и положил на стол электронный носитель.
То есть, те самые доказательства.
Которые, разумеется, при желании тоже можно было подделать. Впрочем, передать файлы Рипу на проверку мне ничего не мешало.
— А Никита Звездный? — спросил я. — Что с ним стало?
— Долгое время мы думали, что он умер, — ответил азио после паузы. — К сожалению, я не знал его лично. И в тот момент, когда я подключился к расследованию, прошло уже слишком много времени. Но в последствии мне удалось лично пообщаться с теми, кто знал его лучше.
— На Новой Агоре? — уточнил я.
— На Новой Агоре, — кивнул Хао Лин. — И в других местах. Пусть и с чужих слов, но я смог узнать его лучше. И с тех пор я больше не думал, что он мог умереть в тот день. Потому что ранее Никита Звездный смог продемонстрировать удивительные способности. Такие, какими не могли обладать даже звездные господа… Точнее, далеко не все звездные господа.
Вот тут, скажу честно, азио запутал даже меня. Удивительные способности… Ну, очевидно, что Никита обладал Стихией Плазмы. Само по себе это должно быдл котироваться очень высоко. Правда, Ефим не говорил, что у него был какой-то особенный талант, но в теории Слуга мог всего и не знать.
По моему взгляду, видимо, Хао Лин сообразил, что я не до конца понял его намек.
— Скажите, юный господин, случалось ли вам слышать истории о юных, чьими устами будто говорят древние и мудрые?
Гхм.
Надо признать, вот этот намек уже был более прозрачным.
— Не припомню, — ответил я.
Азио на это просто кивнул, будто другого ответа и не ожидал.
— Мы называем таких Сердце Дракона, — сказал он. — Нередко бывает, что наивные принимают пустое отражение за блеск золото. Легенды легко смущают умы жаждущих тайн. Но в этом случае мне действительно удалось поговорить со многими. И я уверен, что тот, кого на Новой Агоре знали под именем Никиты Звездного до сих пор жив.
И стоило ему договорить, я очень четко ощутил вибрацию способности Навигатора.
Старик, что скажешь?
Никита Звездный тоже был реинкарнатором?
Прим. авт.
Друзья, продолжение уже ждет вас!
Но перед тем как вернуться к истории, поставьте, пожалуйста, второму тому лайк и добавьте книгу в Прочитано.
Постепенно линии начинают сходиться. И при этом, разумеется, появляются новые!
Все самое интересное — впереди!
Четвертый том здесь:
Книга предоставлена Цокольным этажом, где можно скачать и другие книги.
Сайт заблокирован в России, поэтому доступ к сайту, например, через Amnezia VPN: -15 % на Premium, но также есть Free.
Еще у нас есть:
1. Почта b@searchfloor.org — получите зеркало или отправьте в теме письма название книги, автора, серию или ссылку, чтобы найти ее.
2. Telegram-бот, для которого нужно: 1) создать группу, 2) добавить в нее бота по ссылке и 3) сделать его админом с правом на
Если вам понравилась книга, наградите автора лайком и донатом: